# Дж.Ди Робб сборник 1

Дж.Ди Робб

Робб Дж.Ди

Дж.Ди Робб сборник 1

Origin: http://samlib.ru/i/inzhener_l/dzhdirobbsbornik1.shtml

Создан: 19/06/2023, изменен: 19/06/2023, 11005k

Роман: Детектив, Приключения

____________________________________________________________

Робб Д.Д. Преданный в смерти 793k "Роман" Детектив, Приключения

Робб Д.Д. Свидетель в смерти 1416k "Роман" Детектив, Приключения

Робб Д.Д. Месть в смерти 704k "Роман" Детектив, Приключения

Робб Д.Д. Предательство в смерти 811k "Роман" Детектив, Приключения

Робб Д.Д. Потерянный 756k "Роман" Детектив, Приключения

Робб Д.Д. Выживший в смерти 884k "Роман" Детектив, Приключения

Робб Д.Д. Незнакомцы в смерти 816k "Роман" Детектив, Приключения

Робб Д.Д. Соблазн в смерти 744k "Роман" Детектив, Приключения

Робб Д.Д. Спасение в смерти 822k "Роман" Детектив, Приключения

Робб Д.Д. Ритуал в смерти 179k "Повесть" Детектив, Приключения

Робб Д.Д. Помни, когда 1055k "Роман" Детектив, Приключения

Робб Д.Д. Восторг в смерти 627k "Роман" Детектив, Приключения

Робб Д.Д. Чистота в смерти 745k "Роман" Детектив, Приключения

Робб Д.Д. Обещания в смерти 790k "Роман" Детектив, Приключения

Робб Д.Д. Обладание в смерти 192k "Повесть" Детектив, Приключения

Нора Робертс опубликовала свой первый роман под псевдонимом ДжейДи Робб в 1995 году, представив читателям крутого, как гвоздь, но эмоционально поврежденного полицейского из отдела убийств Еву Даллас и ирландского мошенника-миллиардера Рорка .

Благодаря серии "В смерти" Робб стал одним из крупнейших авторов триллеров на земле, и каждый новый роман занимает первое место в чартах бестселлеров по всему миру.

Для получения дополнительной информации посетите www.jd-robb.co.uk

Станьте фанатом на Facebook Норы Робертс и Дж. Ди Робба

ТАКЖЕ Я, НОРА РОБЕРТС, ПИШУЩАЯ КАК Дж.Ди РОББ

Обнаженный в смерти

Слава в смерти

Бессмертный в смерти

Восторг в смерти

Церемония в смерти

Месть в смерти

Праздник в смерти

Заговор в смерти

Верность в смерти

Свидетель в смерти

Суд в смерти

Предательство в смерти

Соблазнение в смерти

Воссоединение в смерти

Чистота в смерти

Портрет в смерти

Имитация в смерти

Разделенный в смерти

Видения в смерти

Выживший в смерти

Происхождение в смерти

Память в смерти

Рожденный в смерти

Невинный в смерти

Создание в смерти

Незнакомцы в смерти

Спасение в смерти

Обещания в смерти

Сородич в смерти

Фантазия в смерти

Потворство смерти

Предательство в смерти

От Нью-Йорка до Далласа

Знаменитость в смерти

Заблуждение в смерти

Рассчитанный в смерти

Неблагодарный в смерти

Скрытый в смерти

Праздничный в смерти

Одержимость в смерти

Авторские права

Опубликовано Piatkus

978-0-3494-0374-8

Все персонажи и события в этой публикации, за исключением тех, которые явно находятся в общественном достоянии, являются вымышленными, и любое сходство с реальными людьми, живыми или умершими, является чисто случайным.

Авторское право No 2015 Нора Робертс

Моральное право автора было подтверждено.

Все права защищены. Никакая часть этой публикации не может быть воспроизведена, сохранена в поисковой системе или передана в любой форме или любыми средствами без предварительного письменного разрешения издателя.

Издатель не несет ответственности за веб-сайты (или их содержимое), которые не принадлежат издателю.

ПЯТКУС

Небольшая группа коричневых книг

Дом кармелиток

Набережная Виктории, 50

Лондон, EC4Y 0DZ

www.littlebrown.co.uk

www.hachette.co.uk

Преданный в смерти

Содержание

Об авторе

Также Нора Робертс, пишущая как Дж.Ди Робб

Авторские права

Эпиграф

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

Эпилог

Безупречный, как козы, горячий, как обезьяны,

Как соль, как волки в прайде.

УИЛЬЯМ ШЕКСПИР

Бесчеловечность человека по отношению к человеку

Заставляет скорбеть бесчисленные тысячи!

РОБЕРТ БЕРНС

1

Первое убийство было несчастным случаем. В основном.

Все, чего они хотели, это хорошая машина - она даже не обязательно должна была быть навороченной, - потому что их дерьмовый грузовик содрогнулся, захрипел, а затем издал предсмертный хрип сразу после того, как они въехали в Арканзас из Оклахомы.

Это была идея Эллы-Лу, как поступить с приобретением нового аттракциона. У нее всегда были идеи, а вместе с ними и мечты, и с тех пор, как она встретила Дэррила, она поверила, что эти мечты сбудутся.

Она работала в ковбойском баре в Драй-Крик, месте, которое многие из тех, кто там жил, считали подмышкой Оклахомы, поскольку оно располагалось на изгибе пустынной косы, где Попрошайничество переходит в Техас. Ни одна из ее мечтаний не сбылась; и, фактически, мужчина, с которым она была - этот сын шлюхи Коди Бейтс - поставил ей синяк под глазом и рассек губу, прежде чем он оставил ее распластанной на земле перед тем самым баром, в котором она теперь работала.

Она знала, что создана для чего-то лучшего, чем подавать пиво и протухший виски ковбоям и женщинам с жестким взглядом, которые их преследовали. Она была создана для лучшего, чем делать дополнительные минеты или быстро трахаться в кабинке туалета или в кабине пикапа с мужчинами, от которых несет пивом и у которых нет амбиций дальше следующей поездки.

The better пришел в Rope "N Ride одной судьбоносной ночью в лице Дэррила Роя Джеймса. Она поняла это в ту минуту, когда увидела его.

Он был единственным. Чего не хватало. Что ей было нужно, чтобы завершить все, чем она была и могла быть.

Позже она расскажет ему, как, когда он вошел в поддельные двери салуна, вокруг него засиял свет - красно-золотой, как закат. Его светлые волосы отливали ею, а его глаза - голубые и чистые, как озерная вода на открытке, - сияли.

И она знала все, что ей нужно было знать.

Он не был похож на других, ничего похожего на пропахших сараем, хватающих за задницу людей, которые часто катались на веревке.

У него было что-то .

После короткого, интенсивного брачного танца, после того, как он практически пригвоздил ее к двери кабинки в ванной, затем снова к стене за дверью для отдыха, он сказал ей то же самое.

Один взгляд, сказал он. Как будто, не успел взглянуть, как полюбил. Это было из книги. Из Шекспира. Дэррил прочитал немного Шекспира - Ловкач Вилли, как он его называл, - когда получал аттестат о среднем образовании, любезно предоставленный исправительным учреждением для несовершеннолетних в округе Дентон, штат Техас, куда он сбежал, чтобы найти свое счастье в шестнадцать.

Он вышел из колонии для несовершеннолетних в восемнадцать лет и устроился на работу в гараж парня своей матери. Дэррил разбирался в двигателях, как некоторые разбирались в лошадях. Барлоу, который доводил Дэррила до безумия, сказал, что если бы он тратил на работу столько же усилий, сколько на мечты о том, чтобы быть где-то еще, он был бы богатым человеком.

Но Дэррил никогда не видел смысла в том, чтобы работать до смерти, когда было так много других способов получить то, что он хотел. И забрать это у кого-то другого было лучшим способом, который он знал.

Тем не менее, поскольку он не хотел возвращаться в тюрьму, он продержался почти три года.

Затем он получил то, что хотел, украв 6 800 долларов тайной наличности, которые Барлоу прятал под фальшивым дном ящика в своем кабинете.

Что показало, каким тупицей был Барлоу.

Затем он взял себе кое-какое оборудование, кое-какие запчасти, взломал витрину с ценным ножом боуи Барлоу - полагая, что сможет продать его по пути.

Он собрал вещи, пока его мать была на работе, обслуживая столики, как она всегда делала за мизерную зарплату и еще худшие чаевые. Он прикарманил 3200 долларов из мешочка, который она хранила в жестянке из-под муки - это округлило его до 10 000 долларов.

Поскольку он считал себя хорошим сыном, он оставил ей оставшиеся 646 долларов с запиской следующего содержания:

Спасибо, ма. С любовью, Дэррил

Он загрузил грузовик, который вывел из гаража, и сказал adi- fucking-os Одинокому, Оклахома.

Он вошел в the Rope "N Ride и в жизнь Эллы-Лу в свой двадцать первый день рождения.

Они решили, что это была судьба, поскольку они были подарком друг другу.

В течение двадцати четырех часов она и спортивная сумка со всем ее мирским имуществом были погружены в грузовик вместе с ним.

Они ехали быстро, тратили щедро, воровали, когда было настроение, и трахались, как пара бешеных норок, при каждом удобном случае.

К тому времени, когда Дэррил был арестован в Талсе за попытку прикарманить обручальное кольцо для своей второй половинки, они спустили почти каждый доллар, который у них был.

Он получил четыре года - поскольку при нем был нож Боуи - и на этот раз в тюрьме штата Оклахома.

Элла-Лу ждала его. Она устроилась на работу в другой бар, подрабатывала с bjs - хотя она не позволила бы, даже за хорошие деньги, никакого другого проникновения.

Она была женщиной-одиночкой.

Преданная, как священник на воскресной мессе, она навещала Дэррила каждую неделю и, фактически, зачала ребенка во время супружеского визита.

Дэррил больше читал Шекспира и оттачивал свои механические навыки. Он узнал больше о двигателях, научился создавать бомбы, изучил более сложные входы и выходы компьютеров и электроники.

Он получил образование, которое мог бы с пользой использовать на воле.

Она назвала малышку Дарра, в честь своего Дэррила, и отвезла ее обратно в Элк-Сити, где Элла-Лу подарила младенца бабушке Дарры.

Хотя она с трудом могла так долго находиться вдали от Дэррила, она дала ему десять дней. Достаточно долго, чтобы ее мать влюбилась в ребенка, а отчим ослабил бдительность.

Зная, что ее мать никогда бы не позволила отчиму натравить на нее копов, она взяла серебро своей прабабушки - оно все равно когда-нибудь досталось бы ей, - оставила ребенка и поехала обратно в Макалестер на следующий день посещений.

Может быть, когда они будут готовы остепениться, она и Дэррил вернутся за своей дочерью. Но, как сказал Дэррил, они были несчастными любовниками и должны были жить и любить каждую минуту в полной мере.

Ребенок не вписывался в это.

Он вышел через три с половиной года, благодаря хорошему поведению, и она ждала его, одетая в обтягивающее белое платье и красные туфли на высоких каблуках.

Они едва добрались до комнаты с расписанием по месяцам, как платье оказалось на полу, а туфли - в воздухе.

Поскольку они оба согласились, что хотят видеть Макалестера в зеркале заднего вида грузовика, они провели только ту ночь, ели, пили - игристое вино, которое Элла-Лу купила в баре, где она больше не работала и не давала bjs, - и занимались сексом.

Она хотела отправиться на восток, прямо к Атлантическому океану. Она хотела огни и шум большого города и все, что не было Оклахомой.

Нью-Йорк, сказала она Дэррилу, был их судьбой, поскольку это был единственный город, достаточно большой и яркий, чтобы вместить их.

Поэтому, когда грузовик Дэррила закашлялся и захрипел, он использовал свое умение - и запчасти, которые он снял с другого, найденного на парковке, - и снова все прошло довольно гладко. Он направился на восток под рев радио, а Элла-Лу свернулась у него под боком, как придаток.

Даже с его мастерством, старый грузовик не выдержал ни миль, ни скорости и сдох как собака.

И у Эллы-Лу была своя идея.

Дэррил удалось подогнать грузовик настолько, чтобы он съехал с главной дороги, пока она консультировалась с встроенным компьютером. Ей казалось, что им может повезти на небольшом участке шоссе 12, несколько южнее Бентонвилля.

Она достала то белое платье и те красные туфли на каблуках, подкрасила губы и, согнувшись в талии, расчесала пальцами свои длинные светлые волосы.

Она надеялась на мужчину - одинокого мужчину - поскольку не сомневалась, что мужчина остановится ради нее. Платье плотно облегало ее изгибы, высоко задралось на бедрах, а когда она снова подняла волосы, они разметались, как у сирены.

Она засмеялась и оттолкнула Дэррила, когда он попытался схватить ее.

"Ты просто подожди, детка, ты просто подожди. И держись подальше от глаз сейчас. Появляется мужчина, он обязательно остановится, чтобы помочь мне ".

"Он захочет сделать больше, чем это. Святой Иисус, Элла-Лу, ты сексуальна, как черные кружевные трусики. У меня такой большой стояк, что меня убивает один только взгляд на тебя ".

"В этом вся идея. Если появляется женщина, она может остановиться, а может и нет. Пара мужчин сделает это, пара женщин могла бы. Перепутай это, и все вернется к "Может быть". Но рано или поздно, детка."

Она провела пальцем по его рту, стала тереть его промежностью к промежности, что заставило его застонать, прежде чем она оттолкнула его.

"Подробнее об этом позже, милая. Еще не совсем стемнело. Люди более склонны останавливаться, чтобы помочь, пока не стемнело. Возвращайся вон в те заросли. Я должна выглядеть беспомощной, и я не буду, когда рядом со мной сильный, красивый мужчина ".

Она выбрала место удачно - возможно, даже слишком удачно, поскольку солнце опускалось все ниже, и ни один автомобиль не проезжал в ту или иную сторону.

"Возможно, я мог бы снова запустить это", - крикнул Дэррил. "Достаточно, чтобы добраться до мотеля или города, просто выпейте там чего-нибудь".

"Это сработает, Дэррил". Она настроилась на это. "Мы просто должны - я вижу приближающуюся машину. Когда он остановится, дай мне немного времени, чтобы разыграть это. Тогда ты выходи, детка, и позаботься об этом. Ты позаботишься об этом, не так ли, Дэррил?"

"Ты знаешь, что я сделаю".

Она стояла рядом с машиной, сложив руки вместе, словно в молитве, большие голубые глаза расширились от того, что, как она надеялась, выдавало в ней толику надежды, толику страха.

Она любила играть.

И она почувствовала, как ее возбуждение растет, когда машина - и к тому же прекрасная - замедлила ход. Мужчина опустил стекло, перегнувшись через сиденье. "Возникли какие-то проблемы?"

"О, да, сэр, я, безусловно, такой". Старше, отметила она, может быть, около пятидесяти, так что Дэррилу было бы легко вырубить его, связать и утащить в кусты. "Это просто поднялось и умерло на мне. Я пытался дозвониться до своего брата - это его грузовик, - но моя ссылка, должно быть, оборвана, или, может быть, я забыл заплатить за обслуживание. Я всегда что-то забываю ".

"Ты не забыл заправиться, не так ли?" - спросил он.

"О, нет, сэр. То есть, мой брат, Генри, сразу же ее завершил. Это Генри Бим (имя ее учителя истории США в средней школе) из Фейетвилля? Может быть, вы его знаете - кажется, все знают Генри ".

"Боюсь, что нет. Я не местный. Позволь мне подъехать к тебе, и я посмотрю ".

"Большое вам спасибо. Я просто не знал, что я собирался делать. Тоже темнеет".

Он остановился. Его машина была блестящего серебристого цвета, и хотя ей бы понравился красный - как и ее туфли, - она не стала бы жаловаться. Она порхала вокруг, когда он сказал ей открыть капот, поэтому он полез в грузовик и сам отпер защелку.

Она отметила, что у него был хороший браслет на запястье, серебристый и блестящий, как автомобиль. Она хотела, чтобы это было у Дэррила.

"Я не очень разбираюсь в грузовиках, " начал он, " так что, если это нелегко исправить, я могу отвезти тебя в Бентонвилл. Ты можешь воспользоваться моей ссылкой, чтобы связаться со своим братом ".

"Это так мило с твоей стороны. Я боялся, что кто-нибудь, возможно, не такой приятный, остановится, и я не знал, что делать." Она посмотрела в сторону кустарника, продолжая болтать, чтобы замаскировать шорох, который издал Дэррил, выходя. "Моя мама скоро будет беспокоиться, если я не вернусь, так что, если ты собираешься в Бентонвилл, это было бы просто замечательно. Она сама поблагодарит тебя за то, что ты привел меня домой ".

"Я думал, ты сказал Фейетвилл".

"Что? О, Генри, " начала она.

Должно быть, что-то отразилось в ее глазах, или он услышал тихий стук сапог Дэррила, когда он отступил назад, обернулся как раз в тот момент, когда Дэррил поднял монтировку. Пуля попала мужчине в плечо.

И он прыгнул на Дэррила, как демон из ада.

Это произошло так быстро - летящие кулаки, звериное хрюканье и рычание. Думая только о Дэрриле, Элла-Лу схватил монтировку, которая выпала у него из рук, и попытался ухватиться покрепче.

Она размахнулась, сильно ударив разъяренного Доброго Самаритянина по спине, осознала свою ошибку, когда это не остановило его. В следующий раз она целилась в ноги.

Одна из них подогнулась - она отчетливо услышала треск. Даже раненый, он сумел развернуться и ударить ее наотмашь. Прежде чем она смогла успокоиться и попытаться поднять другую ногу, Дэррил сошел с ума.

"Прикоснись к моей женщине, я убью тебя!"

Он бил, размахивая кулаками, с дикими глазами, оскалив зубы. У нее едва хватило времени отползти в сторону, прежде чем мужчина, потеряв равновесие на больной ноге, с окровавленным лицом, упал навзничь.

Его голова ударилась о передний бампер грузовика, отскочила, затем ударилась об асфальт. Прежде чем она успела подумать, она прыгнула вперед и ударила его монтировкой по лицу. Два сильных удара.

Теперь он лежал неподвижно, с широко раскрытыми глазами на изуродованном лице. Кровь начала сочиться и скапливаться под его головой.

Дыхание Эллы-Лу вырывалось со свистом, как у паровой машины, когда ее тело сотрясалось. "Он... он мертв?"

"Черт, Элла-Лу, черт". Глядя вниз, Дэррил вытащил бандану из заднего кармана, чтобы вытереть пот и кровь с лица. "По-моему, он выглядит мертвым".

"Мы убили его".

"Я не делал этого специально. Черт, Элла-Лу. Он ударил тебя прямо в лицо. Я не могу этого допустить. Я не могу позволить никому причинить боль моей девочке ".

"Я тоже не хотел, чтобы он встал и ударил тебя снова. Так что я ... Ты должен убрать его с дороги. Отведи его обратно за все эти заросли, Дэррил, и быстро, пока не пришел кто-нибудь еще. И ты забираешь его бумажник, его наручный прибор. Возьми все, что у него есть при себе. Поторопись".

Она нашла тряпку в грузовике, вытерла монтировку, затем бросила ее на заднее сиденье их новой машины.

"Возьми и его одежду тоже, детка".

"Что?"

"Возьми все. Никогда не знаешь, но поторопись!"

Она начала перетаскивать их вещи из кузова грузовика в машину. "Просто убери все в дальний угол, и мы разберемся с этим позже".

Ее сердце колотилось, руки дрожали. Но она двигалась быстро и уверенно.

"Нам нужно вытащить все наше из грузовика, детка, и я думаю, нам нужно протереть руль и так далее. Все, к чему, как нам кажется, мы прикасались. Я сделаю это".

Она сделала все, что могла, а затем закончила с помощью Дэррила, поскольку им не так уж много нужно было перенести из грузовика в машину. Через десять минут Дэррил был за рулем, рядом с ним сидела Элла-Лу.

"Не превышай сейчас скорость. Мы просто собираемся увеличить дистанцию между нами и тем человеком и грузовиком ".

Она продержалась милю, пять, десять. В двадцать пять лет она сломалась.

"Отрывайся, отрывайся! Видишь вон ту дорогу? Боже Всемогущий, отвяжись, Дэррил, вернись вон туда, на деревья ".

"Тебя не стошнит, милая?"

"Я все еще чувствую запах его крови. Это на твоей совести. Это тоже на моей совести".

"Теперь все в порядке. Теперь все будет хорошо ". Он тронулся с места, пробрался через несколько деревьев, остановился. "Милый".

"Ты видел его лицо? Его глаза смотрят на нас, но не видят нас? И кровь, вытекающая у него изо рта. Из его ушей".

Она повернулась к нему, ее лицо сияло, как солнце, ее глаза были огромными, полными удивления и желания. "Мы убили кое-кого. Вместе".

Они упали друг на друга. Для них секс всегда был горячим, жестким и пьянящим, но теперь, с запахом свежей крови, с знанием, он стал диким, пока ее крики, его крики не эхом отозвались в машине.

Когда они закончили, когда пот сплавил их плоть воедино, как клей, а белое платье было изодрано в клочья, испачканное кровью, такой же красной, как ее пятки, она улыбнулась ему.

"В следующий раз я не хочу делать это так быстро. Мы собираемся потратить некоторое время на следующий ".

"Я люблю тебя, Элла-Лу".

"Я люблю тебя, Дэррил. Никто никогда не любил так, как мы. У нас будет все, что мы хотим, мы будем делать все, что захотим, прямо отсюда и до самого Нью-Йорка ".

Первое убийство, в основном несчастный случай, произошло жаркой ночью в августе. К тому времени, когда они прибыли в Нью-Йорк, в середине января, их число возросло до двадцати девяти.

При первом взгляде на Нью-Йорк у Эллы-Лу была та же реакция, что и при первом взгляде на Дэррила.

Она знала, что они созданы друг для друга.

Ледяной ветер пронесся по усыпанному мусором переулку, кромсая обнаженную плоть, шипя и рыча, прокладывая себе путь с Мэдисон-стрит по туннелю, образованному разрисованными граффити зданиями из крошащегося красного кирпича или изъеденного бетона.

Несколько работавших ламп отбрасывали фиолетовые тени наряду с болезненно-желтым свечением, так что лужи и брызги от них казались горькими, как синяк.

Самая низкая из уличных шлюх низкого уровня - лицензированная или нет - могла завести клиента в одну из узких ниш в надежде укрыться от наихудшего холода и ветра во время ведения бизнеса. Наркоман, достаточно отчаянно нуждающийся в дозе, может последовать за дилером нелегалов в эти кровоточащие тени.

Любой, кто еще думает срезать путь, мог бы с таким же успехом носить мигающий знак, предлагающий себя грабителям, насильникам и кое-чему похуже.

Ни один из этих вариантов не подходил к Дориану Куперу, поскольку он встретил свою несчастную судьбу в другом месте, прежде чем его тело было завернуто в пластик и выброшено, подобно изодранным ветром и паразитами мешкам с мусором рядом со сломанным утилизатором.

Злобный ветер больше не будет беспокоить Дориана. Его зубастые ножи режут достаточно остро, поэтому лейтенант Ева Даллас уступила необходимости и натянула лыжную шапочку с ее нелепой снежинкой. Но она подвела черту под пушистыми перчатками - обе ей подарил холодным декабрьским днем Деннис Мира с мечтательными глазами.

Она мимолетно подумала, что двадцать четыре часа назад она нежилась, почти обнаженная, на омытом солнцем песке частного острова своего мужа с Рорком, тоже почти обнаженным, рядом с ней.

Как бы она ни начинала 2061 год, сейчас она вернулась в Нью-Йорк, и смерть тоже.

Она была полицейским-убийцей, поэтому, пока другие спали в ветреной темноте, все еще за час до рассвета, она склонилась над телом, руки обнажены, если не считать герметика, карие глаза плоские и прищуренные.

"Убил тебя до чертиков, не так ли, Дориан?"

"У него есть адрес в Верхнем Вест-Сайде, Даллас". Детектив Пибоди, закутанная в розовое пальто, с поджарыми ногами в розовых ботинках с пушистым верхом и лицом, почти полностью скрытым в многочисленных завитках разноцветного шарфа, передавала данные со своего ПКП своему партнеру.

"Возраст, тридцать восемь, холост, не сожительствовал. Он из труппы Метрополитен-Опера. Первый виолончелист".

"Что виолончелист из Верхнего Вест-Сайда делает мертвым в Механическом переулке?" Не был убит здесь. Много крови на брезенте, на нем, размазанной от поверхности к поверхности. Следы от перевязок, запястья и лодыжки, а также некоторые синяки, рваные раны от борьбы выглядят по меньшей мере дневной давности. Может быть, больше. Моррис подтвердит ".

"Множество порезов, проколов, следов ожогов, кровоподтеков". Пибоди, ее глаза были более глубокими, темно-карими, чем у Евы, осмотрела тело. "Многие из них поверхностны. Но тогда..."

"Да, многие из них нет. Связанный, с кляпом во рту - уголки его рта порезаны - его пытали в течение нескольких часов. Может быть, день или больше, прежде чем это перестанет быть забавным. И тогда... разрез поперек живота, который прикончил его. Но ему потребовалось бы время, чтобы истечь кровью. Какое-то мучительное время".

Достав свои приборы, она установила время смерти. "Мучительное время закончилось в двадцать два двадцать прошлой ночью".

"Даллас, на него есть сведения о пропавших без вести. Только что отправлено этим утром. Его мать подала это. А... Ладно. Позавчера вечером он не вышел на работу, не отвечал на звонки, пропустил свой урок - он преподает в Джульярде - вчера днем и не явился на вчерашнее выступление."

"Итак, около двух дней. Свяжитесь с тем, кто поймал пропавшего человека, получите полный отчет. Мы уведомим ближайших родственников ".

Присев на корточки, Ева изучала лицо мертвого. На снимке, сделанном им для опознания, был изображен привлекательный мужчина с темно-зелеными кокетливыми глазами и длинными светлыми волосами. Лицо с острыми скулами, полными губами.

Его убийца отрезал волосы, оставив тонкие пучки и уродливые маленькие раны, выжег маленькие круги на его щеках, похожие на почерневшие ямочки. Красная паутина расколола белки его глаз. Но убийца сосредоточил большую часть своей энергии и творчества на теле. Она думала, что Моррис, главный судебно-медицинский эксперт, обнаружит множество сломанных костей и поврежденных органов.

"Некоторые из этих ожогов небольшие и точные", - отметила она. "Вероятно, использовал инструмент. Но видишь вот здесь, на тыльной стороне ладоней? Больше, не точно. Кто-то положил сигареты, травы, косяки, что угодно на руки жертвы. Виолончелист. Виолончель - это что-то типа скрипки, верно?"

"Ну, это..." Пибоди нарисовала руками в воздухе большую фигуру, затем изобразила, как распиливает ее луком.

"Да, большая, толстая скрипка. Тебе нужны твои руки, чтобы сыграть в одну из них. Обжег руки, сломал четыре пальца на правой руке, раздавил левую руку тяжелым предметом. Может быть, личное. Отрезание волос, это звучит как личное. То, что я бросил его голым, может быть воспринято как личное ".

Ева подняла одну из рук, использовала свой свет, чтобы бегло осмотреть ногти. "Я не вижу здесь никакой кожи, и ничего, что было бы похоже на защитные раны". Она переместилась к голове, осторожно приподнимая, ощупывая череп. "Большой узел сзади".

"Он затеял драку - словесную, я имею в виду", - начала Пибоди. "С кем-то, кого он знал, поворачивается спиной, и они задают ему хорошую трепку. Они достаточно взбешены, чтобы связать его, заткнуть ему рот кляпом, пытать его ".

"Это не бесит". Ева покачала головой, наконец выпрямившись. Ветер подхватил ее длинное кожаное пальто, взметнул его, хлопая вокруг ее ног. "Это не терпеливо и замысловато, как - Помнишь Жениха?"

"Я вряд ли забуду. Навсегда".

"Он превратил пытки в науку. Это была его работа. Это больше похоже на игру ".

"  " Играть"?"

"Бесятся обычно киты прямо внутри. Разозленный больше подошел бы к лицу, особенно если есть личная связь ".

Но здесь, подумала она, меньше всего пострадало лицо, как будто убийца хотел сохранить его практически невредимым.

Чтобы они могли видеть жертву? Значит, он оставался узнаваемым?

"Разозленный не будет так мучить пару дней", - добавила она. "Взбешенный и сумасшедший, возможно. Но опять же, я ожидал увидеть больше физического контакта - больше от кулаков или пощечин. Некоторые повреждения гениталий, но опять же, не так сильно, как я бы ожидал, если бы это был разозленный друг или любовник.

"Но мы посмотрим на это".

Переместившись, Ева посмотрела вниз по аллее в сторону Мэдисон, повернулась, посмотрела на север, в сторону Генри.

"У убийцы должен был быть транспорт, и, вероятно, он остановился на Мэдисон. Место захоронения недалеко от Мэдисона. У жертвы - сколько это было - пять-десять и сто пятьдесят пять. Мы попросим уборщиков определить, протащили ли пластик с телом по переулку, но это не похоже на это. Трудно быть уверенным в этом свете, но тащили или несли, у убийцы были мускулы. Или помочь. Посмотрим, выяснится ли что-нибудь в ходе опроса ".

Она подняла глаза, осмотрела темные окна. "Посреди ночи, посреди зимы. Холодный, как титька сучки".

"Это "ведьмино."   "

"Почему? Не имеет значения", - быстро сказала Ева. "Ни один из способов не имеет смысла. Если кто-то ведьма, почему они мирятся с холодными сиськами? Я сука, и двадцать четыре часа назад мои сиськи были достаточно теплыми ".

"Было ли это чудесно? Твой отпуск?"

"Это не было отстойно".

Голубое небо, голубая вода, белый песок и Рорк. Нет, это не было отстойно.

И теперь это было сделано.

"Давайте вызовем уборщиков, морг, и вернем пару униформ сюда, на тело". Она проверила свое наручное устройство. "Сначала мы зайдем в резиденцию жертвы. Нет смысла будить его мать в такой час, чтобы сказать ей, что он мертв ".

Ева натянула дурацкую шапочку поглубже на свои замерзшие уши, покачала фонариком. Когда она наклонилась, чтобы поднять его, ее взгляд метнулся к телу, куда указывал конец луча.

"Подожди. Это... Пибоди, микрогогглз".

"Ты что-то видишь?"

"Я посмотрю, увижу ли я что-нибудь получше с микрошаблонами".

Теперь она стояла на коленях рядом с телом, вытягивая левую руку дальше.

"Черт возьми, я чуть не пропустил это".

"Пропустил что?" После того, как она вытащила микрошаблоны из походного набора Евы, Пибоди подтолкнула их к ней, пытаясь посмотреть под углом, на что падает свет Евы.

"Это сердце. Так много крови и синяков, я, возможно, пропустил это. Моррис уловил бы это, как только жертва оказалась у него на столе, но при таком освещении я этого не увидел ".

"Я не вижу этого сейчас".

"Прямо подмышкой". Наклонившись ближе, в защитных очках, Ева сложила его пальцами, сверху вниз, затем из стороны в сторону. "Около дюйма в высоту и ширину. Четкий, как татуировка за большие деньги. Инициалы внутри. E над D ".

"D для Дориана" .

"Могло быть". И это, черт возьми, определенно изменило некоторые углы. "Может быть, разозленный любовник, или подражатель, или бывший любовник, в конце концов. До или после смерти?" - подумала она. "Подпись или утверждение? Эта часть точна. Убийце потребовалось некоторое время и осторожность, вырезая это ".

"Маккуин вырезал цифры на своих жертвах, " вспоминала Пибоди, - чтобы копы знали, скольких он прикончил. Может быть, это подпись E, и E выбирает жертву и развивает какие-то нездоровые, бредовые отношения. И поскольку болезненные, бредовые отношения никогда не заканчиваются хорошо, убийца избивает, связывает, затыкает рот кляпом, пытает, убивает, а затем вырезает сердце - убийца над жертвой внутри него ".

Ева кивнула - хорошая теория. Твердый и логичный. "Это могло бы сыграть".

"Возможно, это не первые больные, бредовые отношения E".

"Это тоже могло бы сыграть". Ева поднялась, сняла защитные очки. "Мы проверим элементы через IRCCA, поищем похожие преступления. Прямо сейчас, давайте проверим место жертвы. Может быть, мы узнаем, кого он знал, чье имя начинается на Е ".

"Его мать живет в том же здании", - сказала Пибоди, когда Ева сделала знак одному из полицейских в форме в начале переулка.

"Что ж, это экономит нам время. Мы пройдемся по его квартире, затем сделаем уведомление ".

"Она тоже с оркестром. Она играет на детской виолончели".

"У них есть дети?"

"Это было что-то вроде шутки. Она первая скрипка. Итак, ха-ха, детская виолончель".

"Предположим, я рассмеялся. Живет в том же здании, работает на той же работе - в основном. Она, вероятно, знает кого-нибудь с инициалом E, кого знал он. И как он ладил на работе, с любовницами."

Ева отвернулась, имела короткий разговор с полицейским в форме.

Когда место происшествия было оцеплено, и ни одного свидетеля - пока - для допроса, поскольку тело было обнаружено дроидами-патрульными, она забралась в свою машину. И с невыразимым облегчением, приказал разогреть на полную.

С еще большим невыразимым облегчением она сняла шляпу со снежинками.

"Оу. На тебе это мило смотрится ".

"Если бы я хотел выглядеть мило, я бы не был копом". Она запустила раздвоенные пальцы в свои короткие, лохматые каштановые волосы. "Обращайся, Пибоди".

"Семьдесят Первая западная между Амстердамом и Колумбом".

"Далеко от того места, где он оказался". Иголки покалывали ее пальцы, когда они оттаивали.

Одной из вещей, с которыми она разобралась, как управляться в полностью загруженном, намеренно невзрачном автомобиле, который ее муж сконструировал для нее, был кофе из встроенного автоподогревателя.

И прямо в ту минуту она подумала, что могла бы убить за настоящий кофе.

"Компьютер, включи автозапуск", - начала Ева.

"Ура!"

"Заткнись, Пибоди, или ты ничего не получишь".

Автозавершитель занят. Чего бы ты хотел, Даллас, лейтенант Ева?

"Один кофе черный, один обычный, оба в одноразовых стаканчиках".

Одну минуту, пожалуйста. Желательна ли доставка на переднее сиденье?

"Да, да, да, это желанно".

"Я не знала, что это так действует", - подхватила Пибоди. "Я думал, это было просто заднее сиденье - Вау!"

Заказ выполнен, - объявил компьютер, когда из-под приборной панели выскользнули два стаканчика.

"Это полностью заморожено".

"Лучше бы это было без льда". Ева выбрала чашку go-cup с черным верхом, оставив кремовый верх для Пибоди.

Это было горячо, сильно и идеально.

"Мне нравится эта поездка", - заявила Пибоди, обнимая свой кофе.

"Не привыкай к кофейному сервизу. Может быть, в следующий раз, когда будет около пяти утра, минус три, и ты, блядь, не захочешь знать, мы сделаем это снова. В противном случае, забудь об этом ".

Пибоди только улыбнулась, сделав первый восхитительный глоток. "Мне нравится эта поездка", - повторила она.

2

Ева пришла к выводу, что за игру на большой, толстой скрипке платят довольно хорошо. Дориан Купер жил в двухуровневой квартире в тщательно отреставрированном здании, которое пережило Городские войны. Он стоял, выложенный из ярко-белого кирпича и поблескивающий длинными листами стекла, в престижном районе Верхнего Вест-Сайда.

Когда швейцар, одетый в классическое черное пальто поверх ливреи, приветствовал ее по рангу вместо высокомерных оскорблений в адрес безвкусного вида DLE, на котором она ездила, она поняла, что здание принадлежит Рорку. Очевидно, швейцар Фрэнк получил записку.

"Чем я могу помочь вам сегодня, лейтенант?"

"Нам нужен доступ в квартиру Дориана Купера".

Его круглое, почти херувимское лицо вытянулось. "Я боялся этого. Пожалуйста, зайди внутрь, укройся от ветра. Я слышал, что мистер Купер пропал. Я думаю, ты нашел его, и я думаю, это нехорошо ".

Она вошла внутрь, в тепло и белый мрамор с серыми прожилками, в странно пряный аромат того, что источали массы ярких цветов из их серебряной вазы на центральном столе.

"Мы нашли его. Это нехорошо", - подтвердила она.

"Это сокрушит мисс Маккензи. Его мать. Они были действительно близки. Он был хорошим парнем, лейтенант, я просто хочу сказать. Всегда находил слово, понимаешь?"

"Ты знаешь кого-нибудь, кто не думал, что он был таким уж хорошим парнем?"

"Не сразу, прости. У него было много друзей. Они приходили на вечеринки, послушать музыку ".

"Подружки, бойфренды?"

Фрэнк переступил с ноги на ногу.

"Все, что ты можешь нам рассказать", - сказала Пибоди, добавляя легкое прикосновение к его руке. "Все, что угодно, может помочь нам найти того, кто его убил".

"Я понимаю, но трудно говорить о личной жизни резидента. Я бы сказал, что у мистера Купера было и то, и другое, и ничего действительно серьезного ".

"Хорошо. Кто-нибудь был поблизости за последние пару недель, спрашивал о нем?" Спросила Ева. "Кто-нибудь из бывших друзей доставлял неприятности?"

"Насколько я знаю, нет. И когда ты на пороге, ты обычно знаешь ".

"Хорошо, Фрэнк, спасибо. Мне нужно, чтобы ты проводил нас к его дому ".

"Шестой этаж. Квартира шестьсот. Это главный вход. Я освобожу первый лифт. Мне нужно получить разрешение, чтобы получить его ключ доступа и код. Это займет минуту".

"У меня есть мастер. Мы войдем".

Кивнув, Фрэнк подошел к пустой гранитной стойке, постучал и вызвал экран. "Дроид-вестибюль сзади. Я не активирую ее так рано. Обычно здесь тихо, так в чем смысл? С вами все ясно, лейтенант."

Он прочистил горло, когда Ева и Пибоди шагнули к лифту. "Ах, его мама знает?"

"Мы поговорим с ней после того, как осмотрим его квартиру. Как ты и сказал, еще рано. Нет причин будить ее с такими новостями ".

"Это раздавит ее. Они души не чаяли друг в друге, ты знаешь?"

Хотя она не знала, что это такое, когда мать души в тебе не чает, или любить в ответ, Ева кивнула, прежде чем войти в лифт.

Поднимаясь на шестой этаж, компьютер объявил, когда они начали подниматься, доказывая, что Фрэнк так же эффективен, как и любой дроид.

"Хороший парень, много друзей, любил свою мать, бисексуалка". Ева задумалась. "Неплохое краткое изложение от швейцара за пару минут".

"Он выглядел грустным", - прокомментировала Пибоди. "Когда швейцар выглядит грустным, вы знаете, что в ходе расследования вам придется иметь дело с большим количеством печали".

"Если хочешь быть счастливым, не будь копом-убийцей. Или период полицейского", - решила Ева.

Лифт открылся в широкий коридор, устланный коврами благородного серого цвета, со стильными произведениями искусства на стенах. Изогнутые столики с тонкими прозрачными вазами с белыми цветами стояли между дверями квартир.

Шестьсот человек заняли западный угол, самый дальний от лифта. Первоклассная недвижимость в первоклассном здании. Да, подумала Ева, игра на большой, толстой скрипке приносила деньги.

"Полная безопасность", - отметила она, включая свой диктофон. "Камера, накладка на ладонь, двойные полицейские замки".

Она обошла все со своим учителем, открыла правую сторону двойных входных дверей. Свет, который был выключен, автоматически переключился на мягкое десятипроцентное освещение.

"Удобно, - сказала она, - но недостаточно. Включить свет на полную, " приказала она.

"Вау". Глаза Пибоди расширились, когда свет усилился. "Это совершенно на окраине".

Стильная старомодность, было ощущение Евы. Такого рода сделки предпочитал Рорк. Насыщенные, глубокие цвета, встроенные диваны и кресла. Высокие спины, изящные изгибы. Темное, блестящее дерево, блеск серебра и хрусталя. Цветы в вазах, которые выглядели старыми и драгоценными, свечи в тонких подсвечниках.

Искусство обращалось к пейзажам, городским пейзажам, морским пейзажам.

"Давайте сначала поднимемся на этот этаж, посмотрим, держал ли он здесь офис. Мы хотим взглянуть на его компьютеры, ссылку на его дом ".

Ева двинулась влево, Пибоди вправо.

Когда Ева открыла двойные карманные двери, она обнаружила, что неограниченное пространство образовало одну большую L. Гостиную, столовую, кухню.

Кухня серьезного типа, заключила она, с массивной варочной панелью и духовкой в дополнение к двойным автоклавам, километрами столешницы, выполненной в бледно-золотом цвете с крошечными блестящими вкраплениями. Как пляжный песок, подумала она, проходя через шкаф, открывая дверцы, выдвигая ящики наугад.

Множество серьезных кухонных инструментов, точно организованных.

В большой, полностью укомплектованной кладовой она нашла домашнего дроида, созданного в виде женщины средних лет с приятным лицом, невысокого роста и крепкого телосложения. Дроид был одет в серую униформу и белый фартук, а выражение его глаз было мертвым, как у покоящегося дроида.

"Здесь дроид!" - Позвала Ева и начала исследовать его на предмет ручного переключателя.

"Там есть дамская комната, совершенно волшебная музыкальная комната", - начала Пибоди, войдя. "Фортепиано, виолончель, контрабас, три скрипки, флейты, пикколо. Это откроется точно так же, как эта область. Центральный участник вечеринки высокого класса. Вот."

Она обошла Еву, просунула руку под серо-стальной пучок у основания шеи дроида и сделала все, что нужно было сделать для активации.

Мертвые голубые глаза наполнились жизнью и весельем. Отвисший рот изогнулся в веселой улыбке.

"И что я могу сделать для тебя этим прекрасным утром?"

Сильный ирландский акцент заставил бы Рорка - чей собственный ирландский был подобен нотке музыки, сквозящей в словах, - рассмеяться или поморщиться. Ева просто подняла брови и свой значок.

Веселые глаза просмотрели значок, обработали, подтвердили. "И чего, лейтенант, мэм, местная гвардия хотела бы от таких, как я?"

"Даллас. Лейтенант Даллас. Детектив Пибоди. В какое время вы были активированы в последний раз?"

"Я буду рад ответить на этот и любые другие вопросы, которые у вас могут возникнуть, как только я проясню этот вопрос с моим Дорианом. Этот негодяй все еще был бы в постели в этот час, если бы ты не пришел в себя."

"  " "Негодяй"?"

"Он живой, так и есть. Усердно работает, играет так же. Если его разбудили так рано, он наверняка хочет свой кофе. Я тоже счастлив служить тебе ".

"Он не захочет свой кофе. Дориан Купер мертв ".

Что-то похожее на шок появилось и ушло в глазах дроида. "Я не могу обработать эту информацию. Пожалуйста, повторите ".

И снова Пибоди переехала к нам. "Не могли бы мы узнать ваше имя?"

"Я Мейв".

"Мейв, мы с сожалением сообщаем тебе, что Дориан был убит прошлой ночью. Мы очень сожалеем о вашей потере ".

"Но он молод и здоров". Горе, и любой бы поклялся в искренности, затуманило голос, глаза. "Убит? Несчастный случай?"

"Он был убит. Давай переедем сюда", - потребовала Ева. "Нет смысла стоять в шкафу".

"Никто не причинил бы ему вреда. Я думаю, что здесь какая-то ошибка, прошу у вас прощения ".

"Здесь нет ошибки", - начала Ева. "Его идентификация была проверена и подтверждена".

Дроид подошел к стойке, сел на один из табуретов. "Почему люди такие хрупкие?"

"Это тайна. Когда ты в последний раз общался с Дорианом?"

"Одну минуту, пожалуйста". Глаза на мгновение стали пустыми, затем наполнились явным страданием. "Ах Боже, ах Боже. Мои записи показывают, что прошло шестьдесят два часа и восемнадцать минут с тех пор, как мой Дориан деактивировал меня. Он так давно мертв?"

"Нет. Никто не активировал тебя до сих пор?"

"Нет".

Ева задумалась, почему офицер по розыску пропавших без вести не активировал и не допросил домашнего дроида - затем вспомнила, что отчет только что был отправлен.

"Был ли Дориан один, когда деактивировал тебя?"

"Он был, да. По его словам, он выходил в репетиционный зал перед вечерним представлением. Это Жизель, которую они делают прямо сейчас. Он сказал, чтобы я не ждал его - ему нравилось шутить со мной - и что он сам разбудит меня утром, так как в обоих случаях может быть поздно. Он думал о позднем ужине с друзьями. Он часто так делал".

"Вы могли бы дать нам полный список его друзей, людей, которые были в его списке приглашенных сюда на вечеринки".

"Я, конечно, мог бы. Я мог бы сгенерировать это для вас, а также распечатать, если это поможет вам. Или я могу подключиться к любому компьютеру и создать диск ".

"Близкие друзья тоже", - сказала Ева.

"У моего Дориана была большая и оживленная компания друзей всех мастей. Ему нравилось устраивать здесь вечеринки и музыкальные вечера, или тихие вечера только с несколькими, или с одним из них в данный момент ".

Как и швейцар, подумала Ева, домашний дроид мог бы быть информативным. "Кто-нибудь злился, когда он больше не был тем, кто был в данный момент?"

"Я никогда не слышал об этом, и уверен, что услышал бы. Он говорил со мной, мой Дориан, и сказал бы, если бы его беспокоил трудный конец. Ради этих близких дружеских отношений, как вы говорите, он стремился к тем, кто хотел того же, что и он, в данный момент. Он не был готов остепениться. Его музыка всегда была на первом месте. Когда он работал, лейтенант, он работал."

Дроид на самом деле издал легкий вздох.

"Много часов я провел, выполняя здесь свои обязанности и слушая, как он играет. Он сам писал оперу и работал над ней, когда позволяло время и настроение ".

"Хорошо".

"Я буду скучать по нему". Когда Ева снова подняла брови, дроид покачала головой. "Это не так, как вы могли бы понять, не человеческая эмоция. Но его мать сделала так, чтобы я была похожа всеми возможными способами на Мейв, которая была няней для него, когда он был мальчиком, и которая нежно любила его. Как он любил ее".

Странно, подумала Ева, но было много людей из плоти и крови, которые не могли оценить искренность Мейв, домашнего дроида.

"Тогда мне жаль".

"Его мать. Я могу утешить и помочь ей, если она этого пожелает. Конечно, они были преданы друг другу ".

"Мы спросим ее. Если бы вы могли предоставить этот список, как в печатном виде, так и на диске, это было бы очень полезно. Мне и моему партнеру нужно осмотреть квартиру ".

"Я рад быть чем-либо полезным. Можете ли вы сказать мне, лейтенант Даллас, почему люди убивают людей? Это не обрабатывается ".

"Этого никогда не будет", - сказала Ева.

Ева отдала Пибоди компьютеры и "линки", а сама заняла хозяйскую спальню на втором этаже.

Она нашла его ящик с вкусностями, как она и думала, полностью заполненный секс-пособиями, игрушками, защитой. Это показало ей, что он был предприимчив и открыт в этой области своей жизни. Нехватка лекарств - все, что она считала легальным, - указывала на то, что он был в добром здравии.

Множество высококлассных средств по уходу за кожей и телом, средства для ухода, так что он позаботился о своей внешности. А его обширный гардероб демонстрировал разнообразие стилей - от формального до гранжевого, - что говорило о его гибком чувстве моды.

Она нашла маленький стенной сейф в шкафу и была довольна, когда - вероятно, втрое (в лучшем случае) больше времени, чем потребовалось бы на это Рорку, который учил ее - она открыла его.

Немного наличных, отметила она, его паспорт, небольшая коллекция наручных устройств, запонки, ничего необычного, ничего сверхценного.

У него был небольшой офис на втором этаже, но ей не потребовалось много времени, чтобы обнаружить, что он делал там только абсолютно необходимую работу. Он быстро оплачивал свои счета, вел актуальный календарь репетиций, выступлений, путешествий, общественных мероприятий.

Она не нашла ничего особо интересного ни в одном из двух гостевых люксов, только постоянное отражение вкуса и стиля жертвы и, по-видимому, исключительного умения его дроида поддерживать чистоту и порядок.

"Я получил список от Мейв и копию на диске. Это длинный список", - добавила Пибоди, когда Ева вернулась на главный уровень. "И я деактивировал ее. Она попросила об этом и сказала, что будет доступна для мисс Маккензи, в чем бы та ни нуждалась ".

"Мы дадим ей знать". Ева взглянула на свое наручное устройство. "Сейчас такое же подходящее время, как и любое другое. Наверху ничего не звенело. Комплименты, ссылки?"

"Много общения. Беседы с друзьями, договоренности о встрече, заказы на праздничные принадлежности, вино. Я пометил для EDD, но я не сталкивался с какими-либо угрозами, аргументами, чем-либо, что показалось бы подозрительным, как будто кто-то пытался выследить его. Рабочие дела тоже."

"Работать?" Повторила Ева, когда они, выключив свет, вышли в холл. "У него кабинет наверху, он оплачивает счета и так далее там".

"Нет, музыкальная работа. У него есть компьютер в музыкальной комнате. Сначала я подумал, что это шкаф, но это небольшая рабочая зона. У него там есть музыка, композиции, над которыми он работает, и записи, которые он должен прослушать. Никаких других дел или общения по этому поводу. Только музыка".

"Хорошо". Ева прикрепила полицейскую печать к двери. "С таким же успехом ты мог бы попросить Эдда забрать электронику, просмотреть ее". Она не думала, что кто-нибудь из гиков в Отделе электронных детективов найдет что-нибудь относящееся к делу, но тщательность окупалась.

"Отправьте запрос офицеру, который обнаружил пропавших людей. Дайте ему или ей статус, возьмите все, что у него есть, что на данном этапе, скорее всего, ничто ".

"Понял".

"Это 508 для матери, верно?" Ева вошла в лифт, запросила пятый этаж, пока Пибоди отправляла электронное письмо. "Есть что-нибудь от IRCCA?"

"Еще рано, и мы отправили его всего около часа назад. Они всегда немного отстранены. Ты думаешь, он не был первым?"

"Почему кто-то пытает, кажется, около сорока восьми часов, и убивает виолончелиста? Возможно, это было личное. Возможно, один из этих сиюминутных типов не был так рад сохранить все таким образом, как говорит дроид. Может быть, какой-нибудь другой большой, толстый скрипач хотел этот первый стул. Возможно, жертва знала что-то о чем-то или о ком-то, что кто-то другой хотел знать. Еще много ракурсов. И одна из них в том, что он не был первым. Сердце не дает мне покоя. Сколько E в списке?"

"Не могу сказать сразу, но я увидел Итана, Элизабет, Эдгара, Эллису с первого взгляда. Поскольку там пара сотен имен, мы, вероятно, найдем еще несколько ".

Они вышли на пятом, где у Мины Маккензи была квартира, ближайшая к лифту. Та же система безопасности, отметила Ева, и нажала на звонок.

Вскоре лампочка на камере безопасности мигнула зеленым.

"Доброе утро. Могу ли я вам помочь?"

Голос был богатым, сочным и британским.

"Лейтенант Даллас, офицер Пибоди". Она поднесла свой значок к сканеру. "Нам нужно поговорить с Миной Маккензи".

"Да, конечно".

Замки отключены; дверь открылась.

Еще один дроид, подумала Ева, созданный, чтобы имитировать выдающегося джентльмена с копной темных волос, посеребренных на висках. Он был одет в черное дворецки.

"Пожалуйста, входите. мисс Маккензи еще не спустилась. Я сообщу ей, что ты здесь ".

Он проводил их в гостиную, где мать жертвы выглядела более современно, чем ее сын. Все такой же стильный, размышляла Ева, но более изящный, слякотный, больше основных цветов, более смелый рисунок.

"Если бы ты подождал здесь. Пожалуйста, сядьте и устраивайтесь поудобнее. Могу ли я предложить вам что-нибудь освежающее?"

"Нет, спасибо. Просто Мина Маккензи".

"Конечно".

Он подошел к изгибу лестницы и пошел вверх.

Она бы знала, подумала Ева. Она узнает, как только дроид скажет, что копы внизу. Был бы отчаянный проблеск надежды, но она бы знала.

Ева уловила движение, посмотрела вверх. Мина еще не оделась, на ней был кремовый халат в полный рост, шелковый и струящийся. На ее лице - завораживающем лице со страстными глазами на фоне золотистой кожи - Ева увидела надежду, борющуюся с горем.

Ее руки побелели до костяшек пальцев на перилах, когда она быстро спускалась.

"Дориан. Пожалуйста, скажи это быстро. Скажи это быстро ".

"Ср. Маккензи, мы с сожалением сообщаем тебе, что твой сын был убит ".

Она подняла обе руки, как будто могла оттолкнуть эти слова, и осторожно, как инвалида, опустила их в кресло с красной помадой.

"Ты уверен, что это Дориан. Ты абсолютно уверен?"

"Да, мы уверены. Мы сожалеем о вашей потере ".

"  " Потеря"? Это такое маленькое слово, не так ли? Большую часть того, что ты теряешь, ты можешь заменить снова. Как карточка-ключ или серьга. Ты просто получаешь другого. Но..."

Она укачивала себя, мягко, нежнее, в то время как слезы текли и переливались. "Я знал. Я знал. Я знал. Когда он пропустил представление. Он никогда бы не пропустил представление. Но я подумал, нет, это просто ... что-нибудь еще. Что-нибудь еще. Но он не ответил на его ссылку, и я умолял его просто сообщить мне, что с ним все в порядке. Он никогда бы не заставил меня волноваться. Он никогда бы этого не сделал. Они сказали, полиция, что нам нужно подождать, чтобы подать заявление. Почему, почему?"

Пибоди сел, наклонился к ней. "Многим людям, взрослым, иногда требуется день или два, просто нужно это пространство".

"Дориан не такой".

"Я понимаю, мисс Маккензи".

"Имело бы это значение?" Грубость в вопросе, почти обвинение. "Если бы ты посмотрел раньше, было бы это -"

"Я так не думаю". В своей мягкой манере Пибоди взяла ее за руку. "Я так не думаю, мне жаль. Могу я принести вам немного воды, мисс Маккензи?"

"Мне нужно..." Она закрыла глаза, и две слезинки скатились. "Джарвис, мне нужен бренди, пожалуйста".

"Конечно, мадам, немедленно".

"Мне нужен бренди", - повторила Мина, снова открывая глаза. "И мне нужно всего мгновение. Тогда мне нужно, чтобы ты рассказал мне, что случилось с Дорианом. Мне нужно, чтобы ты сказал мне это, и сказал мне, где он, чтобы я мог пойти повидаться с ним. Мне нужно увидеть моего сына ".

"Мы устроим это, мисс Маккензи".

Она взяла бренди у дроида, поднесла к губам и сделала долгий, медленный глоток. "Я не развалюсь на части. Это для личного момента. Я не развалюсь на части", - повторила она, но ее голос дрожал, и слезы потекли по ее лицу. "Расскажи мне, что случилось с моим сыном".

"Ср. Маккензи, есть ли кто-нибудь, с кем я могу связаться, чтобы прийти и быть с тобой?"

"Мне никто не нужен. Мне нужно знать ".

"Ср. Маккензи." Ева вошла, села на гладкий серебряный стол, устремила взгляд на бокалы, наполненные до краев. "То, что я должен тебе сказать, тяжело. Это очень тяжело. Если есть кто-то, кому вы доверяете, от кого вы зависите, возможно, вы захотите, чтобы этот человек пришел и остался с вами после того, как я скажу вам. Мы говорили с домашним дроидом вашего сына. Вы хотите, чтобы мы активировали ее, уничтожили ее?"

"Мэйв". Пролилась еще одна слеза, но она сдержалась и покачала головой. "Нет, не Мейв, пока нет. Итан. Итан Чемберлин. Мой проводник. Мой возлюбленный. Я просил его не оставаться прошлой ночью, но...

"Джарвис, пожалуйста, свяжитесь с мистером Чемберлином и -"

"Возможно, было бы лучше, если бы я поговорил с ним". Пибоди поднялась.

"Джарвис, передай офицеру информацию".

"Мы поговорим об этом в соседней комнате". Пибоди жестом показала дроиду, чтобы он вывел ее.

"Я не развалюсь на части", - повторила Мина. "Я очень сильный. Я воспитывал Дориана самостоятельно после смерти его отца. Дориану было всего шесть. Я вырастил его самостоятельно и построил карьеру. Я очень сильный. Скажи мне."

"Его тело было найдено в аллее Механиков. Ты знаешь этот район?"

"Я не уверен".

"Это в центре города. Это Нижний Ист-Сайд. Вы знаете какую-либо причину, по которой он мог оказаться в том районе?"

"Нет. Нет. У него есть друзья в центре. В деревне, в Трайбеке, Сохо. Дориан легко заводил друзей. Я хочу знать, как он умер ".

"Это определит судебно-медицинский эксперт".

"Ты знаешь. Это то, что ты делаешь, не так ли? Ты знаешь, что с ним случилось. Я его мать, и мне нужно знать ".

"Ср. Маккензи, судмедэксперт должен определить причину смерти. Я могу сказать вам, что из нашей оценки на месте, похоже, что он был ограничен. Он получил множественные травмы ".

Очень осторожно Мина сделала еще глоток бренди. "Они удерживали его, чтобы причинить ему боль? Поэтому он не смог помешать им причинить ему боль ".

Да, она была сильной женщиной, заключила Ева. И далеко не глупый.

"Похоже, что это так, но судмедэксперту придется осмотреть Дориана. Мне очень жаль. Знаете ли вы кого-нибудь, кто мог бы сделать что-то подобное с вашим сыном? Кто-то затаивший обиду, бывший любовник, конкурент?"

"Нет". Мина прижала пальцы между бровями, сделала медленный вдох. "Нет, я не хочу. Я не просто отвергаю то, что вы спросили, но его очень любили ".

"Он преподавал в Джульярде. Возможно, студент, которому он сделал выговор ".

"Никого, кого я знаю. Ему нравилось преподавать. Ему не нужно было преподавать по финансовым причинам. Он уделил это время, потому что ему нравилось взращивать новые таланты. Его взволновало то, что он помог прийти студенту. Никто, кто знал его, не смог бы этого сделать. Никто, кто знал его, не смог бы причинить ему такую боль, лишить его жизни ".

"Ты был близок". Она не сводила глаз с Мины, когда вернулась Пибоди.

"Да. Очень."

"Тогда я собираюсь спросить вас, знаете ли вы кого-нибудь, кто хотел бы причинить вам боль, причинив боль вашему сыну? Тот же вопрос под другим углом, мисс Маккензи. Кто-то затаивший обиду, бывший любовник, конкурент?"

"О Боже". Ее руки дрожали, когда она отставляла бокал в сторону, поэтому она сцепила их на коленях. "Убить Дориана, чтобы причинить мне боль? Я не знаю никого, кто способен на такую ужасную вещь. Есть люди, которым я не особенно нравлюсь, или люди, с которыми у меня были разногласия. Даже серьезные. Но я клянусь тебе, никто из тех, кого я знаю, не причинил бы вреда Дориану. Он нравился даже людям, которым я не особенно нравился. Мысль, даже мысль о том, что кто-то причинит ему боль из-за меня ...

"Ср. Маккензи, мы должны спросить. Мы должны рассмотреть все возможности ". Пибоди снова сел. "Мистер Чемберлин в пути ".

"Спасибо тебе".

"Ваш сын упоминал, что кто-то беспокоил его? У него были бы поклонники, верно?" Предложила Ева. "Люди, которые следят за оперой, которым понравилась его работа?"

"Да, я имею в виду, да, у него было много людей, которым нравилась его работа, которые могли посещать выступления и ждать, чтобы поговорить с ним или попросить его подписать программу".

"Иногда фанат может перейти черту, завязать вымышленные отношения и разозлиться, когда объект его интереса не отвечает взаимностью".

Мина снова сложила руки, как будто для того, чтобы держать их неподвижно, кивнула. "Да, я понимаю, и у Дориана были последователи, да, конечно. Он молод, очень привлекателен и талантлив. Время от времени он играл в клубах, особенно в межсезонье. Не опера, конечно. Джаз, блюз. Дориан может играть на нескольких инструментах. Некоторые слышали, что он будет в определенном клубе, и шли посмотреть на него. Или жди у выхода на сцену после выступления. Нет никого, кого я мог бы... Подожди".

Она села прямо. "Была девушка, о которой он говорил в последние несколько недель. Как он назвал ее?" Мина на мгновение закрыла глаза. "Искренняя Тина".

"Эрнестина? У тебя есть фамилия?"

"Нет, нет, Серьезно - как в том, что она была серьезной. Чрезмерно. Он однажды выпивал с ней, что говорит мне о том, что она привлекательна. И он сказал, что она провела большую часть часа, препарируя Вагнера и Моцарта и так далее. Не музыкант, не это, она сочиняла. Вот и все. Сочиняю оперу, и очень, очень серьезно. Он сказал, что она приходила в какой-то клуб, где он выступал, через несколько дней после того, как он выпил с ней, и была очень недовольна, что он тратил свое время и талант на то, что она считала низкопробной музыкой. Он смеялся над этим, но она была зла ".

"  " Тина,"   " Ева повторила. "Без фамилии?"

"Мне жаль. Он никогда не говорил. Это был просто анекдот за чашечкой кофе однажды утром. Он мог бы рассказать о ней другу более подробно ".

"Мы разберемся с этим", - сказала Ева, когда прозвучал звонок.

Пибоди поднялся, жестом приказал дроиду вернуться. "У меня это есть".

"Я не хочу видеть никого, кроме Итана. Я не хочу-"

"Не волнуйся", - заверила ее Ева.

"Мне нужно увидеть моего сына, лейтенант. Прости, я не могу вспомнить твое имя. Я не могу точно вспомнить ".

"Даллас. Я собираюсь это устроить. Я собираюсь навестить его сам, когда уеду отсюда, и я все устрою. доктор Моррис присматривает за ним. Я обещаю вам, что о нем хорошо позаботятся ".

"Мина". Ворвавшийся мужчина был лихим, драматично выглядящим. Высокий, импозантный и худощавый, как уиппет. Как и у дроида, у него была роскошная грива волос, посеребренных на висках, и глаза темно-карие и пронзительные под изогнутыми черными бровями.

Не обращая внимания на Еву, он опустился на колени у кресла Мины, заключил ее в крепкие объятия.

"Дориан. Это Дориан. Это -"

Хотя она сдержала свое слово, не развалилась на части, сейчас она сломалась от одного пронзительного вопля.

3

На улице Ева сдалась ветру и вытащила из кармана дурацкую шляпу.

"Она продержалась дольше, чем я ожидала", - прокомментировала Пибоди.

"Это железный хребет. Мы сейчас свяжемся с Моррисом, затем начнем избивать друзей, коллег. Я хочу поговорить с Чемберлином. Парень-кондуктор - главный парень, так что, да, нам нужен разговор ".

Она села за руль, посидела мгновение, поглядывая в боковое зеркало, чтобы оценить движение. "Искренняя Тина".

"У него было чувство юмора", - сказала Пибоди. "Возможно, он рассказал о ней кому-то еще, и мы можем узнать названия клубов, в которых ему нравилось играть".

"Она - возможность". Ева сделала свой выстрел, вылетела, оставив за собой взрыв клаксонов. "Она пишет оперу - люди все еще это делают? Я думал, что все люди, которые писали оперы, мертвы уже много веков ".

"Пару лет назад была такая трэш-опера - Noise . Я попробовал диск, но у меня от него разболелась голова. Я думаю, что люди все еще пишут обычные письма ".

"Ну, она пишет одну, и с таким именем, как Earnest Tina, это не будет трэш. Она хочет пораскинуть мозгами Купера о типажах мертвых оперных писателей. Может быть, она хочет, чтобы он использовал свое влияние, чтобы произвести ее. Его мать спит с главным парнем, еще одна потенциальная нога там. Но он недостаточно серьезен по ее стандартам, играет в темных клубах. Неуважительно по отношению к ней и к опере".

Это казалось серьезно неуместным в качестве мотива, но...

"Люди убивают людей по самым разным странным причинам", - заключила Ева.

"Пытка?"

"Мы должны встретиться с этой Серьезной Тиной, выяснить, насколько она ненормальная. Давайте проведем пробежку по Итану Чемберлину. У него есть инициал. Может быть, он не смог получить то, что он хочет от матери, когда сын так напряжен внутри ".

"Или, может быть, он действительно хотел изобразить сына вместо матери".

"Теперь ты думаешь".

"Держу пари, ты был в опере", - сказала Пибоди, начиная прогон на своем ПК.

"Дважды. Затем я подвел черту. Я бы пошел снова, когда они закончили строить ледяной дворец в аду ".

"Я думаю, мне бы это понравилось - я имею в виду, по крайней мере, уйти. Костюмы, музыка, драма, и все такие нарядные и блестящие ".

"Ты не можешь понять ничего из того, что кто-то говорит, тогда они все умирают. Мы получаем много такого на работе ".

"Но если они делают все это на итальянском - я бы хотел сходить в итальянскую оперу, я думаю - тогда это романтично".

"Я не понимаю, насколько романтично умирать".

"Ну, как Ромео и Джульетта -"

"Двойное подростковое самоубийство. Да, это заставляет мое сердце таять ".

Немного надувшись, Пибоди продолжила пробежку. "Это романтическая трагедия".

"Это один из тех источников кислорода".

"Придурок".

Ева повернула голову, устремив на него стальной взгляд. "Повтори это".

"Я имел в виду оксюморон . Это окси-дебил, а не гон . Сэр."

"В любом случае". Ева добавила, пожав плечами.

"Продвигаемся вперед", - быстро сказала Пибоди. "Чемберлин, Итан, шестьдесят два года. Дважды разведен, один отпрыск, дочь, тридцати лет, проживает в Лондоне. Он был ответственным парнем в течение одиннадцати лет, и до этого был ответственным парнем в Лондонском симфоническом оркестре. Пребывает... ага, всего в двух кварталах к югу от жертвы и его матери. Несколько ударов тут и там. Уничтожение личной собственности - разбил альт - возместил ущерб. Та же сделка за выбрасывание пикколо из окна и угрозу бросить игрока на пикколо вслед за инструментом. Нападение, обвинения сняты. Еще одно нападение, условный срок с обязательным управлением гневом ".

"Насилие. Характер". Ева покачала головой. "Это проявление вспыльчивости. Это убийство так не воспринимается. Но мы поговорим с ним. Вытащите E имена - только сначала на данный момент - начните быстрые прогоны. Можете ли вы составить географический план, чтобы у нас был наиболее эффективный маршрут для интервью?"

"Вполне может сделать. Его мама, казалось, действительно была уверена, что никто из тех, кто его знал, не мог этого сделать ".

"Его мать любила его, и полагала, что все остальные тоже. По крайней мере, один человек этого не сделал, знали они его или нет. Итак, мы проверяем это ".

С угрюмых серых небес начал падать мелкий снег. Ева знала, что это означало, что по крайней мере пятьдесят процентов водителей, находящихся в настоящее время на дороге, потеряют минимум треть своего коэффициента интеллекта, любого навыка, которым они ранее обладали в управлении транспортным средством, тем самым превращая то, что было стандартным раздражающим движением, в хаос.

Она прокладывала себе путь на юг, полная решимости победить наступление безумия.

В ту минуту, когда она вошла в морг, она сорвала с головы кепку и сунула ее в карман.

В белом туннеле эхом отдавались их шаги - послепраздничное затишье в замерзшей тундре, подумала Ева. Это не продлилось бы долго.

Она поймала взгляд Пибоди на торговом автомате, предлагающем горячие напитки.

"Ты знаешь, что все в этой штуке - дерьмо".

"Да, но идет небольшой снег, и когда начинает идти снег, я начинаю думать о горячем шоколаде. Несмотря на то, что странная коричневая жидкость, которую выделяет машина, не имеет большого сходства. Почему правоохранительные органы не могут получить достойную торговлю?"

"Потому что тогда мы все были бы в обнимку с горячим шоколадом вместо того, чтобы делать работу".

Она толкнула дверь во владения Морриса.

Она узнала оперу - не какую именно, но определила возвышенный трагизм в голосах, скорбное сочетание инструментов как ту или иную оперу.

Моррис стоял над Дорианом Купером. Прозрачный плащ скрывал сливового цвета костюм главного судмедэксперта, а очаровательное лицо с высокими чертами лица не было обрамлено, поскольку он заплел свои черные волосы в одну из своих сложных косичек, перевязав их серебряным шнуром.

Его запечатанные руки были испачканы кровью. Грудная клетка Купера была открыта из-за Y разреза.

"Жизель", сказал Моррис, поднимая глаза, как будто увидел музыку. "Я собирался посмотреть это на следующей неделе".

"Ты увлекаешься оперой?"

"Некоторые". Он отошел, чтобы смыть кровь и герметик со своих рук. "Я знал его".

"Жертва?" Мысли Евы переключились с эклектичного вкуса Морриса в музыке на connection. "Купер? Вы знали Дориана Купера?"

"Да. Он был блестящим музыкантом. Действительно блестящий - не только его способности, которые были поразительны, но и его близость. Мне жаль, что он находится в моем доме таким образом ".

"Вы были друзьями?"

"Очень небрежно. Иногда он приходил после полуночи - в блюзовый клуб, который нам обоим нравился. Мы несколько раз джемовали. Выпили, поговорили о музыке".

Саксофон, подумала Ева. Моррис чертовски здорово играл на саксофоне. "Мне жаль".

"Как и я Я повел Амариллис на вечеринку в его квартиру, всего за несколько недель до того, как ее убили. Странно, не правда ли, как все взаимосвязано?"

Она видела, как его охватило горе, свежее после стольких месяцев, по женщине, которую он любил.

Он повернулся, достал из холодильника тюбик пепси, апельсиновой шипучки, которую, как он знал, предпочитала Пибоди, и имбирный эль для себя. Он раздал тюбики, открыл свой собственный.

"Выпьем за старых друзей", - сказал он.

"Что ты можешь рассказать мне о нем?"

"Лично? У него была большая и эклектичная группа друзей, если судить по вечеринке - и разным людям, которые ходили с ним в клубы, - это точный показатель. Он и его мать обожали друг друга - это было заметно. Я видел его с мужчинами и с женщинами - в романтическом смысле. Это тоже было заметно. Он мог сыграть что угодно. Вы могли бы вручить ему инструмент, и он принес бы с ним радость или слезы ".

Моррис выпил, оглянулся на тело - работа, которую нужно сделать.

"Я не знал его хорошо, но он мне нравился".

"Вы знаете кого-нибудь по имени Тина в связи с ним?"

"Как я уже сказал, у него был большой и... Тина?" Моррис издал короткий смешок. "Искренняя Тина".

"Это тот самый. Ты знаешь ее?"

"Нет, вовсе нет. Она пришла однажды ночью - о, перед праздниками. Ближе к началу декабря, я думаю. Однажды вечером я не смог успокоиться и, взяв саксофон, пошел в клуб. Он уже был там, как и некоторые другие, которых мы оба знали. Она вошла - брюнетка, да, привлекательная брюнетка, заняла столик, выглядела очень неодобрительно. Он подошел, поговорил с ней короткое время. Я подумал, ссора любовников, поскольку она казалась очень сердитой ".

Он сделал паузу, сделал еще глоток и прищурился. "Позвольте мне вспомнить прошлое. Он... Дориан накрыл ее руку своей, как будто хотел погладить, но она отдернула ее. Я не могу передать вам, что было сказано, но она говорила большую часть, а затем - несколько драматично - выбежала. Я помню ее прощальный снимок: "Я никогда тебя не прощу. Никогда." Со слезами на глазах.

"Кто-то дразнил его, когда он снова пришел поиграть, по поводу его сердитой девушки, и он сказал, нет, не девушка, не друг. Искренняя Тина, сказал он, и он не был слишком серьезен. Разозлился, потому что она думает, что я обитаю в трущобах - вот что он сказал, и засмеялся, и сказал: "Давай устроим джем для серьезной Тины ".

"Без фамилии".

"Нет".

"Можете ли вы описать ее?"

"Да, я уверен, что смогу".

"Достаточно хорошо для Янси?" спросила она, имея в виду полицейского художника.

"Я, конечно, могу попробовать, если это хоть как-то поможет. E в сердце. E и D внутри сердца, которое убийца вырезал в нем ".

"Вот так. Я не знаю, стал бы ли кто-то, кто воспринимает себя настолько серьезно, использовать инициал саркастического прозвища, но, возможно. Я хочу поговорить с ней, так что, если Янси сможет приблизить фоторобот достаточно близко, чтобы мы могли выполнить распознавание лиц, мы бы ее вычислили ".

"Я сам свяжусь с ним, договорюсь".

"Цени это".

"Хорошо". Моррис втянул воздух, повернулся обратно к телу. "Это помогло, как ни странно. Теперь давайте поговорим о том, что с ним сделали ".

Он подобрал микроигрушки для себя и Евы, понимая, что Пибоди с радостью пропустила бы более близкие и личные, и начал.

"Удар по затылку тяжелым тупым предметом, судя по форме раны, я заключаю, что это гаечный ключ. Разводной ключ."

"Инструмент водопроводчика".

"Да, и его легко достать. Это самая старая травма. Я еще не завершил свою реконструкцию, но..." Он вызвал изображение на экран, наблюдал вместе с Евой, как сгенерированная компьютером фигура жертвы была поражена сзади другим.

"Здесь говорится, что удар был нанесен сверху и сзади".

"Спускаюсь," отметила Ева, "из-за головы нападавшего. Итак, да, да, жертва была согнута или наклонялась, когда ее ударили. Чтобы что-то поднять, дотянуться до чего-то, завязать свой чертов ботинок, но наклоненный вниз, незащищенный. Он не был убит в переулке ".

"Судя по фотографиям с места преступления, которые вы прислали, я согласен".

"Подвергся нападению, затем перевезен куда-то, чтобы убийца мог побыть с ним некоторое время. На него напали, посадили в автомобиль. Логично, что на него напали в машине или рядом с ней, затащили внутрь. Первый удар вывел бы жертву из строя, верно?"

"Оказавшийся без сознания, да".

"Итак, его легко обуздать".

"Клейкая лента. Я верю, что лаборатория согласится", - сказал ей Моррис. "Липкий осадок в ранах, запястьях, лодыжках".

"Но не рот".

"Раны в уголках рта были нанесены в результате трения и борьбы с прочным, тонким шнуром. Немного остатков силикона на зубах и языке ".

"Кляп с шариком".

"Да, это мой вывод".

"Унижение, сексуальный подтекст. Был ли он изнасилован?"

"Нет никаких свидетельств сексуальной активности любого рода".

"Хорошо". Ее руки скользнули в карманы, когда она позволила образу прокрутиться у нее в голове. "Итак, он в нокауте, скован. Он все еще был бы в состоянии издавать звуки с таким кляпом, но ничего вразумительного. Но убийца услышал бы, как он пытался кричать или умолять."

"Я должен верить, что Дориан сделал бы и то, и другое. Я отправил за анализом на токсины, так что мы посмотрим, вводились ли какие-либо лекарства. Я не нашел никаких следов от парализатора, шприца высокого давления ".

"Накачайте его транквилизаторами, он чувствует себя хуже. Что в этом забавного?" Она взяла себя в руки. "Прости, Моррис".

"Нет необходимости, думая как убийца, мы найдем его. Следы ожогов. Я согласен с вашим мнением на сайте. Некоторые были вызваны сигаретой, другие - инструментом. Эти, например."

Он надел очки, как и Ева, и оба склонились над телом. "Нижняя часть туловища, живот, гениталии, точно, из узкого пламени".

"Ручной факел. И конечности, руки. Это шире, а не точно. выдыхающий какой-то дым. Синяки здесь, вдоль грудной клетки. Не от кулаков."

"Скорее, простофиля. Также используется на подошвах ног. Вы видите, что многие порезы неглубокие. Проколы, порезы. Использовалось по меньшей мере два разных клинка".

"Проколы, на которые я смотрю? Нож для колки льда или что-то подобное ".

"И ломтики, лезвие с зазубренными краями, не гладкие, как проколы".

"Имел себе набор инструментов".

"Сначала появились более поверхностные раны, наряду с ожогами. Некоторым из них примерно двухдневной давности".

"Только начинаю. Не хочу, чтобы он умер. Хочу страха, боли, беспомощности".

"Его пальцы были сломаны в течение двухдневного периода, не все сразу. И правая рука, эти кости были раздроблены. Левые были сломаны ".

"Топнул справа, или ударил инструментом, или уронил тяжелый груз".

"Второе - это мой вывод. Молоток, наносящий удары вот сюда, вдоль верхнего выступа костяшек пальцев, многократно и с силой. Сначала левой рукой, правой в течение последних двадцати четырех часов. Более глубокие порезы и проколы, также за последние двадцать четыре."

"Возрастающий в суровости за эти двадцать четыре, работающий до изнеможения".

"Да, но, Даллас, убийца обработал некоторые раны".

"Что? Как?"

"Там были следы того, что, я уверен, лаборатория идентифицирует как НуСкин или одно из его производных. Некоторые из наиболее серьезных ран были обработаны, чтобы остановить кровоток, затем снова открылись. И не один раз, пока смертельный разрез не пройдет вдоль живота".

"Ему потребовалось бы некоторое время, чтобы истечь кровью из-за этого".

"Даже с другими повреждениями, травмой, по крайней мере, час. Более вероятно, что за два до потери крови он потерял бы сознание, избавился бы от боли. Смерть заняла бы еще больше времени, но это, по крайней мере, пришло бы мягко ".

"Смотрит ли он, записывает ли? Жених записал все, свой великий эксперимент. Но это... это не кажется таким организованным, таким болезненно научным. Унижать, пытать, терроризировать".

Она сняла очки, сделала глоток пепси из своего тюбика, побродила, пытаясь представить.

"Достаточно организованный, чтобы иметь план, инструменты, транспорт и место для работы. Но щелкать пальцами одной руки, размалывать в порошок другую, тушить дым на конечностях, кистях, ступнях, используя инструмент на туловище и гениталиях. Сок. Нож для колки льда, зазубренное лезвие. Обнаженный. Кляп с шариком. Это психотический захват или... Сердце? Когда убийца вырезал сердце?"

"Посмертно, и это тонким, гладким лезвием. Опять очень точный".

"Потому что это подпись. Это гордость или, может быть... Может быть, D не для Дориана. Он не имел значения. Его боль, да, удовольствие мучить его, расправлять его для развлечения, но кем он был, его имя? Что, если бы это ни черта не значило? Если его мать права, никто из тех, кто его знал, не мог так с ним поступить. Если никто из тех, кто его знал, не сделал этого, его имя ничего не значило. Но D и E, они важны ".

"Вырезаю в нем сердце, " пробормотал Моррис, " как влюбленные вырезают сердце и свои инициалы на дереве".

"Их двое?" Пибоди с шипением выдохнул. "Пара?"

"Это теория. И это территория Миры. Мне нужно обсудить это с ней, но это интересная теория. Они раздевают его, используют кляп с шариками - инструмент SMB, они раздевают его, прижигают ему яйца. Но никакого сексуального насилия или активности? Потому что для этого они есть друг у друга ".

"Если это действительно, это сделало бы то, что они сделали с ним -"

"Прелюдия", - закончила Ева, когда Моррис не смог.

Моррис положил руку на плечо своего мертвого друга. "Я никогда не просил, и не должен сейчас. Но найди их".

Нет, он никогда не спрашивал, подумала Ева. И она не должна была отвечать так, как чувствовала себя обязанной. "Я сделаю. Ты можешь положиться на это ".

Он снова грустит ". Пибоди подождал, пока они выйдут на улицу. "Жертва заставила его подумать о Колтрейн, поэтому ему снова грустно".

"Он пройдет через это". Но Ева подумывала позвонить священнику, вспомнив, что Моррис нашел утешение и дружбу с Чейлом Л óпезом. "Мы работаем над этим делом, мы доводим его до конца, и он справится с этим быстрее".

"Ты хочешь, чтобы я посмотрел, могу ли я назначить встречу с Мирой?"

"Да. Сначала мы отправляемся в Центр. Я хочу, чтобы книга и доска заработали, немного поразмышлять над теорией этой пары. Скажи ей, что я пришлю ей отчет ".

"Понял. Ты думаешь, это было случайным - я имею в виду выбор жертвы."

"Не могу сказать. Прямо сейчас мы даже не знаем, где на него напали, где его похитили. Нам нужно поговорить с друзьями и единомышленниками ", - продолжила она, ведя машину сквозь усиливающийся снегопад. "Придерживайтесь первой E - мы не отбрасываем одну теорию ради другой. Но начните связываться с ними и договариваться, чтобы они пришли к нам в Central. Таким образом, если у Миры есть окно, я смогу проскользнуть через него ".

Пибоди замолчала и погрузилась в работу, затем сделала паузу, хмуро посмотрев в окно на снег. "Я думаю, это была пара".

"Потому что ты думаешь, что я думаю, что это было?"

"Это заставило меня увидеть "возможно", но моей первой реакцией было "нет". Просто нет, это слишком отвратительно. Тогда - я собираюсь сказать это до того, как вы это сделаете - мы видели еще более больных. Намного больнее. Но это был классический романтический символ сердца, который заставил меня сказать "нет", а затем заставил увидеть "да". Они подписали его - или один сделал это для другого - не как произведение искусства, а как символ их извращенной идеи любви ".

Ева немного подождала. "Почему это тебя бесит?"

"Потому что я верю в символы любви, черт возьми. Дома есть это здоровенное дерево. Мой отец вырезал на нем свои и мамины инициалы еще до того, как кто-либо из нас родился. И когда мы начали появляться, он соорудил эту круглую скамейку по всему периметру - дал ей достаточно места между ними, чтобы расти дальше. И это произошло. Это было для того, чтобы они могли сидеть там, наблюдая за нашей игрой и любуясь садами. И когда каждому из нас исполнилось около шести, он помог каждому из нас построить свой собственный скворечник, так что все эти скворечники висят на ветках, и ветряные колокольчики, которые сделала моя мама, и... Это особенное, это действительно особенное, и это началось, когда он вырезал это сердце и их инициалы внутри него. И..."

"Не рыдай, Пибоди", - предупредила Ева, услышав, что это приближается.

"Я не собираюсь рыдать. Просто, когда мы поехали туда на Рождество, мои родители отвели нас обоих туда, к елке, и мой отец вручил Макнабу его нож и сказал ему, что он должен вырезать наши инициалы на дереве. Потому что они знают, что я люблю его, и он любит меня, и они верят, что это по-настоящему, надолго. Это так много значило для меня, просто так много, потому что дерево, оно особенное. Это важно. Символы имеют значение, и их не следует использовать подобным образом. Вот и все".

Ева ничего не сказала, пока не заехала в гараж на Центральной, припарковавшись на своем месте. "Люди оскверняют и разоряют то, что хорошо, чисто и особенное, каждый гребаный день. Мы видим это, мы знаем это, мы имеем с этим дело ".

"Я знаю, но -"

"Заткнись. Ты подумай об этом. Когда какой-нибудь больной ублюдок использует то хорошее, чистое и особенное в своей ебанутой манере, это просто делает символ сильнее и важнее. Это ни на йоту не уменьшает ее, черт возьми, если ты сам этого не позволишь ".

Поскольку она немного всхлипнула, Пибоди потерла лицо руками. "Ты прав. Ты абсолютно прав. Я просто позволил этому овладеть мной ".

"Это было мило", - сказала Ева, когда они вышли из машины. "То, что сделали твои родители, это было мило".

Она оглянулась на быстрый стук каблуков, увидела, как Мира направляется к лифту со своего места.

Ева подумала, что цвет пальто, которое доходило до колен прекрасных ног доктора Шарлотты Миры, можно было бы назвать аквамариновым. Каблуки, безусловно, были изумрудными, как и оттенок платья под пальто. Дерзкий берет насыщенного сапфирово-синего цвета сидел на ее гладком каре из волос цвета норки. У нее была сумочка того же цвета, что и берет, и портфель на ремне через плечо из мягкой бронзовой кожи.

"Что ж, доброе утро. Ты просто входишь, или... Пибоди, с тобой все в порядке?"

Инстинктивно Пибоди снова потерла лицо. "О да. У меня просто был момент, вот и все. И я только что отметил вашего администратора, чтобы узнать, не могли бы вы пригласить Далласа на консультацию ".

"Значит, ты только вступаешь, но не просто вступаешь". Мира перевела свои спокойные голубые глаза на Еву. "Вообще-то, я должен прийти только через двадцать минут. Я уехал рано, так как не был уверен, какое будет движение, когда начнется снегопад. Я могу подняться с вами в ваш офис прямо сейчас, если у вас есть время ".

"Я сделаю это".

Когда она могла выкроить время с лучшим психиатром и профилировщиком департамента, она хваталась за это.

"Новое дело? Ты только что вернулся из отпуска ".

"Мы вернулись вчера днем. Мы занялись этим делом около четырех утра, когда дроид-патрульный обнаружил тело."

Не видя смысла терять время, Ева начала краткое изложение, как только они вошли в лифт.

"Мы с Деннисом ходили на "Метрополитен с друзьями", видели Жизель только в прошлые выходные. Ваша жертва, должно быть, играла ". Мира пошевелилась, когда лифт, содрогаясь, остановился почти на каждом этаже, и навалилось еще больше полицейских. "Держали и пытали в течение двух дней. Сексуальный компонент?"

"Ничего, что показывает. Убийца использовал точный огонь - вероятно, ручной фонарик - чтобы нанести небольшие ожоги на гениталии ".

Каждый мужчина-полицейский в переполненном вагоне сдвинулся, и Ева представила, как яйца копа сжимаются в сочувствии и защите.

"Никаких увечий?"

"Не твой стандарт. Сломанные кости, ожоги, порезы, ушибы. В первую очередь туловищу, животу, конечностям, сломанным и раздавленным пальцам. Отрезал себе волосы, оставив оскорбительные маленькие пучки. У него было много густых, блестящих волос ".

"Унижение. Но лицо, почти без отметин, никаких увечий на гениталиях. В этом нет ничего личного ".

"Кто-то приставляет фонарик к моим яйцам, я принимаю это близко к сердцу", - сказал один из копов. Мира улыбнулась ему.

"Ожоги заживают, офицер, со временем. Личным было бы разрезать их на части ".

"Кислота". Ева говорила небрежно. "Однажды я застал такое, когда подружка разозлилась, а когда парень разбился на Зонере, облила ему яйца кислотой".

Благодарный, когда лифт остановился на уровне отдела убийств, Ева протолкалась сквозь копов, сделала все возможное, чтобы проделать дыру для Миры и Пибоди.

"Каждый, у кого есть яйца на этой машине, собирается проверить свою собственную, при первом удобном случае", - сказала она, и Мира рассмеялась.

"Я думаю, что это точный анализ".

Когда они перешли в Отдел убийств, Ева увидела, как детектив Бакстер начал вставать, как будто он наблюдал за ней. Но он снова откинулся назад.

"Привет, доктор Мира. Хорошо выглядишь ".

"Как и вы, детектив. Всегда". Мира посмотрела в сторону угла, где у них стояла совершенно жалкая праздничная елка. И где Ева, Бакстер и почти каждый коп, находящийся в данный момент в комнате, подошли слишком близко к смерти в последний день 2060 года.

"Я буду скучать по вашим очень эклектичным и всеобъемлющим праздничным украшениям", - сказала она. "Может быть, ты сможешь что-нибудь сделать ко Дню Святого Валентина".

"Никогда". Ева сказала это определенно на случай, если у кого-нибудь возникнут какие-то странные идеи. "Пибоди, начинай организовывать интервью. Доктор Мира, почему бы вам не пройти в мой кабинет? Я прямо за тобой". Но сначала она подошла к Бакстеру.

"Что-нибудь горячее?"

"Нет, ничего горячего, босс". Он пожал плечами, которые подчеркивали элегантный, идеально скроенный костюм. "Просто кое-что, о чем я хотел бы поговорить с тобой, когда у тебя будет минутка".

"После того, как я поговорю с Мирой". Она посмотрела через комнату, изучая галстук Дженкинсона. На сегодняшнем были белые снежинки, кружащиеся на фоне голубого, такие смелые и живые, что Ева подумала, что у этого может быть импульс.

"Это никогда не прекратится, не так ли?"

Бакстер усмехнулся и покачал головой. "Теперь это традиция Отдела по расследованию убийств. Рейнеке сказала мне, что Дженкинсон нашел уличного торговца, который продаст их ему со скидкой, когда он купит пять штук за раз ".

"Боже, помоги нам всем", - пробормотала Ева и ушла, чтобы присоединиться к Мире.

4

В кабинете Евы с единственным узким окном Мира сидела на продавленном стуле для посетителей - так близко к его краю, как только могла, не опрокинувшись.

"Позволь мне это установить, тогда ты сможешь занять кресло за столом". Ева нахмурилась при виде уродливого, жалкого подобия стула, которое было у нее с тех пор, как у нее появился офис. "Полагаю, мне, вероятно, следует реквизировать новое кресло для посетителей".

"Чего ты раньше не делал, потому что предпочитаешь, чтобы здесь не было посетителей".

"Становится все труднее не пускать их. Я не имел в виду тебя ".

Прекрасно понимая, Мира сняла берет, взбила свои густые каштановые волосы. "Во всяком случае, не сегодня".

"Хочешь немного того чая? У меня есть немного."

"На самом деле ¸ в это время дня я бы не отказался от чашечки вашего превосходного кофе".

Ева подошла к автомату - такому же древнему, как стул, - и запрограммировала два кофе. "Я хочу поднять доску. Тебе будет легче показать." Ева села за стол, поставив кофе у локтя, чтобы начать. Подключив свой диктофон, она заказала снимки с места преступления, которые хотела.

"Я подготовлю отчет и копию выводов Морриса в течение часа", - начала она. "Ближайшие родственники - мать Вика - были уведомлены и опрошены. Кроме швейцара жертвы, мы ни с кем больше не разговаривали. Мы с Пибоди прошлись по его дому, пометили электронику для EDD, но там нет ничего, что указывало бы на то, что у него были проблемы. На снимке, " продолжила она, перенося изображения на свою доску, - изображен успешный, талантливый мужчина, у которого была широкая группа друзей. Это включало Морриса, как своего рода знакомого ".

"Моррис знал жертву?"

"Жертва регулярно посещала джазовые и блюзовые клубы, битком набитые другими музыкантами. У него был широкий спектр музыкальных талантов и интересов ".

"Как и Моррис", - сказала Мира, кивнув.

"Быстро в сторону. Это сильно задело его - напомнило ему о Колтрейн. Ты мог это видеть. Я думал о том, чтобы позвонить священнику - Лóпез. Они поладили".

Мира снова кивнула. "Это хорошая мысль. Я бы дал ему день или два, посмотреть, протянет ли он руку помощи сам или почувствует нужду. Ты очень хороший судья, хороший друг. Ты узнаешь".

"Хорошо". Это помогло и дало ей время, прежде чем она перешла к идее совать нос в личные дела Морриса. Она бы дала этому день или два.

"Впечатления Морриса о нем перекликаются с интервью матери", - продолжила Ева, чувствуя себя более комфортно в бизнесе смерти. "Хороший парень, талантливый парень, дружелюбный, который наслаждался интимными отношениями с обоими полами на, как считается, случайной основе. Нет врагов, нет особого любовника, очень общительный, очень преданный своему ремеслу ".

Встав, Ева указала на свой стул. Она в любом случае предпочитала стоять. "Мы не установили, когда его похитили, и ушел ли он добровольно. Поскольку удар по затылку был первым ударом, более вероятно, что на него напали и схватили, а затем удерживали в течение двух дней. Подвергнутый пыткам".

Хотя Мира и встала, она не заняла стул Евы, а встала рядом с ней, изучая доску. "Ожоги, рваные раны, ушибы. Кости раздавлены и сломаны".

"Возрастающая суровость. Меньшие старше. Три вида острых предметов - это мнение Морриса. Нож для колки льда или что-то похожее, лезвие с зазубренными краями и гладкое лезвие. Ожоги получены как от сигарет, так и от инструмента для разжигания пламени - того, который способен создавать точное пламя. Жертва была связана клейкой лентой или аналогичным средством, но во рту у нее был шариковый кляп ".

"Чаще всего это сексуальный инструмент".

"Никаких признаков сексуального насилия или активности. И вы можете видеть, что раны на гениталиях менее серьезны, чем на туловище и конечностях ".

"То же самое с его лицом, но волосы были острижены - грубо. И тело было обнаженным. Это унижение, и прическа была бы более личной. Но отсутствие увечий, лица и гениталий более обезличено ".

"И это". Ева постучала по фотографии вырезанного сердца и инициалов.

"D для Дориана. E для убийцы". Мира нахмурилась. "Очень личный, даже романтичный. Это очень точно сделано, не так ли? Но..."

"Да, но".

"Я ожидал бы увидеть больше внимания, уделяемого гениталиям, лицу. Я бы ожидал какой-то сексуальной составляющей. Если бы это был брошенный или несчастный любовник, или помешанный фанат, который жаждал отношений и воображал их, я бы ожидал увидеть это отраженным в его ранах ".

"Да. И то, что мы видим, является эскалацией - унижение, боль, страх, кровь - и Моррис сказал, что некоторые раны были обработаны ".

"А". Мира кивнула. "Чтобы это не закончилось слишком рано. Разрез поперек живота был последним?"

"Да, это смертельный выстрел, и потребовалось бы некоторое время, чтобы уложить жертву, чтобы он истек кровью".

"Нам понадобится больше данных о жертве, лучшее представление о нем и тех, кто его окружает. Но если это было случайным - не личным - очень возможно, что у вас есть команда ".

Это сработало, просто сработало для нее. "Романтически, сексуально связанные, инициалы D и E, которые получают удовольствие от пыток и убийств".

"Мне нужно больше данных", - начала Мира, "но если жертва была специально нацелена, вы бы искали кого-то, кто хотел унизить и терроризировать, имея при этом полный контроль. Если бы Дориан Купер был выбран случайным образом, и именно к этому я склоняюсь, опираясь на текущие данные, вы бы все равно искали садиста, того, кто использует как символический садизм отрезания волос, так и причинение боли, пока жертва связана и беспомощна ".

"Сердце меняет это. Подпись меняет это", - настаивала Ева.

"Возможно. Если это пара, то весьма вероятно, что они сексуальные садисты, которые используют это унижение, этот контроль, это причинение боли в качестве сексуального стимула - который они используют друг для друга, а не для жертвы. Никакого пикеризма, " пробормотала она. "Никаких ударов ножом в грудь, ягодицы, никаких увечий гениталиям, никаких изнасилований. Разница в ранах, в инструментах..."

Она прервалась и, как часто делала Ева, обошла вокруг доски, офиса. "Чаще всего вы ожидаете доминанта и сабмиссива. Один, чтобы причинять боль, другой, чтобы наблюдать. Или тот, кто отдает приказ о подчинении, чтобы причинить боль. Но на этой предварительной стадии, возможно, они настоящая пара, команда равной силы и авторитета ".

"Это должно быть спланировано, а не импульсивно. Нужно было место - уединенное место, чтобы пытать эту жертву в течение двух дней. Транспорт, инструменты".

"Хищный психопат - или психопатки - которые планируют, даже репетируют. Садисты, которые получают удовольствие и стимулируются причинением боли. Возможно, убийство из-за похоти. Смерть, которую он или они вызывают, приносит сильное удовольствие. Сердце символизирует любовь, единство. Они верят, что влюблены, и жертва - это подарок друг другу ".

"Я не знаю, будет ли Купер первым - мы бежим как преступники, - но он не будет последним. Хищники должны охотиться. Садистам нужны жертвы. И влюбленным, если мы имеем с этим дело, нужен этот сексуальный порыв ".

"Согласен. Возможно, что, хотя сердце является подписью, символом, убийца романтизирует свое убийство, жертву. Это может быть хищник-одиночка, лишенный сексуального влечения и компонента. Романтик. Мне жаль, что я не могу быть более определенным ".

"Нет, у меня есть четкие пути, которыми я могу следовать. И у нас будет больше данных, как только мы привлекем друзей, коллег. Мы узнаем больше, когда получим что-нибудь от IRCCA. Я пришлю вам отчет, как только соберу достаточно информации. Спасибо, что уделили время ".

"Полностью оплачено кофе". Она протянула Еве пустую чашку, затем улыбнулась. "Ты выглядишь хорошо отдохнувшим. Я не могу так часто говорить ".

"У меня были дни, когда я практически ничего не делал, кроме как валялся без дела".

"Ты заслужил это. Никто из нас не забудет, как мы провели последний день года в ближайшее время. Держите меня в курсе ", - добавила она, еще раз взглянув на доску, прежде чем уйти. "Я очень хочу рассказать об этом".

Ева села в одиночестве, чтобы написать предварительный отчет, завести книгу убийств, доработать доску. Она добавила отчет Морриса, когда он был готов, затем подняла глаза, услышав топот сапог Пибоди с пушистыми голенищами.

"У меня на подходе первое из собеседований", - сообщила она. "Я опередил их на тридцать минут. Я смог привлечь Чемберлина. Он уговорил мать жертвы принять транквилизатор и активировал дроида Мейв, чтобы она осталась с ней. Он очень хочет поговорить с тобой, поэтому я ставлю его на первое место ".

"Хорошо. Всегда приятно поговорить с главным парнем. Теперь, если бы они просто послали меня - Наконец-то ", - сказала она, когда ее компьютер просигналил о входящем. "Результаты IRCCA. Компьютер, на экране."

Пибоди вмешалась, когда данные начали прокручиваться.

"Черт возьми, Даллас, это очень похоже на преступления".

"Компьютер, удалите все закрытые дела. Удалите любой результат, который включает сексуальное насилие, нанесение увечий или изнасилование ".

Откинувшись назад, Ева подняла брови. "Это снимает это. Компьютер, выдели все результаты элементом в виде сердца, вырезанного или выжженного на теле."

Эти брови опущены и хмурятся, когда выделено двадцать.

"Результаты с инициалами D и E, вырезанными или выжженными на теле".

"Я повторяю, Даллас. Срань господня".

"Двадцать", - заявила Ева. "Двадцать от Теннесси до Нью-Джерси. Мужчины, женщины, разнообразие рас, возрастов. Нет определенного типа. Первый - последний сентябрь. В среднем около одного раза в неделю, но..."

"Некоторые пробелы", - прокомментировала Пибоди. "Между некоторыми пара недель или десять дней, затем посмотрите, как это возрастает в Огайо, Пенсильвания, до двух в неделю, затем это снова снижается".

"Потому что их больше двадцати".

"Еще?"

"Такой хищник, как этот? Как только они входят во вкус, им нужно больше, и, как наркоман, они начинают нуждаться быстрее. Уничтожил несколько тел?" Ева размышляла. "Спрятал их, похоронил их? Возможно, попробовали что-то другое, чтобы это не всплывало здесь, но более вероятно, что они скрыли, уничтожили. Убил нескольких, которых никто не ищет. Бродяга, странствующий рабочий, спящий на тротуаре".

"D в конце концов, не относится к жертве".

"Нет. E и D , просто пара безумно влюбленных детей. Компьютер, отобрази схему маршрута жертвы в хронологическом порядке."

Работая...

"Первый здесь," начала Ева, пока компьютер анализировал, "в сентябре, в Нэшвилле. Женщина, чуть за двадцать, пропала пятьдесят шесть часов назад. Найден мертвым в незанятом доме агентом по недвижимости и потенциальным покупателем ".

"Держу пари, это снизило запрашиваемую цену".

"Ha. Она была мертва около двадцати восьми часов. Не провел с ней так долго. На месте преступления нет неопознанных отпечатков пальцев или ДНК.

"Она не была у них первой".

Задача выполнена, объявил компьютер.

"Отображение на экране". Ева наблюдала, как формируется маршрут, пункт за пунктом, смерть за смертью.

"Немного петляет, - отметила Пибоди, - но в основном направляется на северо-восток".

"Пара коротких обходов". Возможно, осматривая какие-то достопримечательности, предположила Ева, возможно, навещая друзей. "Возможно, тебе придется совершить небольшое путешествие на боковую, чтобы повеселиться. Нью-Йорк - это пункт назначения или просто еще одна точка на маршруте?"

Недостаточно данных, чтобы прийти к заключению.

"Я не спрашивал тебя. Компьютер, скопируйте все данные на мой домашний компьютер, на домашний и офисный компьютер детектива Пибоди. Пибоди, начинай контактировать с основными следователями по этим делам - и выясни, не вмешалось ли ФБР, и если да, назначь ответственного агента."

"Я начну с этого. Чемберлин будет здесь с минуты на минуту ".

"Я заберу его. Ты забронировал номер?"

"У тебя есть интервью А, на шесть часов, если ты этого хочешь".

Она только кивнула. "Дориан Купер не знал своего убийцу. Он был просто следующим в очереди. Но, может быть, мы что-нибудь узнаем. Я начну интервью. Ты получаешь данные. Дай мне знать, когда у тебя будет все, что ты можешь получить. Пусть Чемберлин даст интервью А, если он придет до того, как я уйду. Мне нужно пять минут. Черт. Десять."

Она набросала отчет для Миры - она доложит своему командиру, как только сможет, но хотела, чтобы у Миры были новые данные. Прежде чем она закончила, она услышала отрывистый клип, приближающийся к ней.

Не Пибоди, подумала она, более легкий шаг, лучшая обувь.

Бакстер.

И когда она оглянулась, слегка раздраженная, Бакстер переступил порог ее дома.

"Есть несколько минут?"

"Я здесь немного стеснен". Она закончила отчет, пока говорила, отправила его.

"Да, я вижу это". Он взглянул на ее доску, на ее экран. "Трахни меня. Тот самый?"

"У меня не было возможности оценить вероятность, но я собираюсь сказать, что она высока. У меня кое-кто идет на собеседование, Бакстер, сделай это быстро ".

"Это может подождать".

Если бы она не находила времени для своих людей, она могла бы быть хорошим следователем, но она была бы паршивым начальником.

"Выкладывай это. У меня есть несколько."

"Это просто... Трухарт сдает экзамен на детектива через пару дней."

"Да. Я пометил это. Есть ли проблема?"

"Нет. Может быть. Нет".

Ева откинулась на спинку стула. Бакстер стоял, засунув руки в карманы, покачивая тем, что в них было. Это был не его обычный стиль. Она ждала.

"Я толкнул его, ты знаешь. Я действительно полагался на него, чтобы подать заявку, и я подтолкнул тебя, чтобы ты ее одобрил ".

"Я не прояснил это, потому что ты подтолкнул меня".

"Так он готов?"

"У тебя есть какие-либо причины думать иначе?"

"Нет. Я имею в виду, что он немного потеет. Тебе придется немного попотеть. Он учился. Я допрашивал его ".

Покачивание прекратилось, началось снова. Ева позволила этому разыграться.

"У него хорошие инстинкты, лейтенант, и адская трудовая этика. Он чертовски хороший полицейский. У него все еще есть немного зелени при себе, но он никогда не потеряет ее всю. Это часть того, что делает его таким чертовски хорошим полицейским, каким он и является. Просто - я действительно подтолкнул его попробовать себя в роли детектива ".

"Как ты думаешь, если бы он не чувствовал себя готовым, он бы попытался сделать это, просто чтобы сделать тебя счастливой?"

Бакстер открыл рот, затем выдохнул. "Нет. Он не давит так легко, больше нет. Это я. Господи, босс, это я. У меня не было нормального ночного сна с тех пор, как ... ну, с тех пор, как мы все чуть не взорвались. Я думал, это потому, что мы все чуть не взорвались, но это не так. Черт возьми, ты привыкаешь так или иначе почти покупать это на работе. Я не хочу подводить ребенка ".

"Тогда расслабься, ты этого не сделал. Я задавался вопросом, когда я подключил его к тебе, как это пройдет. Ему нужно было смыть немного росы. И ты стер это, не забрав то, что делает его. Ты обучил его, Бакстер, и ты помог сделать из него чертовски хорошего копа. Если на этот раз он не станет детективом, все это означает, что он к этому не готов. Если он это сделает, а это более вероятно, я полагаю, вы собираетесь попросить меня назначить его вашим партнером. И это то, что я сделаю, но я также собираюсь сказать вам, если в какой-то момент вы захотите обучить другого, я сделаю это. У тебя это получается лучше, чем я думал ".

"Хорошо. Хорошо. Цени это. Знаешь, я не был так связан, когда добивался щита собственного детектива ".

"Потому что ты был уверен в себе. Ты принимаешь что-нибудь горячее?"

"Нет. Сегодня утром у нас было первое открытое и закрытое заседание. Я подумал, что мы рассмотрим несколько открытых и неразрешенных вопросов, чтобы держать его мозг включенным ".

"Возможно, у меня есть что-то еще, что могло бы это сделать. Продолжайте и начните обзор. Если все окажется так, как выглядит, у меня есть достаточно средств, чтобы поддерживать остроту его мозга. А теперь проваливай ".

"Побеждая это".

"Бакстер? Если кто-то не является чертовски хорошим полицейским, он не остается в моем подразделении ".

Он кивнул, немного расслабившись. "Спасибо, лейтенант".

Когда он уходил, она потратила еще минуту, чтобы посидеть, изучить доску, подумать о Дориане Купере.

Затем она оттолкнулась от своего стола и направилась к выходу. Пибоди превратилась в загон для скота, как и Ева.

"Хорошее время. Я только что поместил Чемберлина в интервью A. Он сам в довольно тяжелой форме, Даллас ".

"Таким образом, я мог бы добиться от него большего. Теперь у Миры есть данные. Ты должен написать отчет для Уитни. И не говори Мне?таким глупым тоном", - предупредила Ева. "Ты знаешь, как написать чертов отчет, и это сэкономит мне время. Свяжитесь со всеми праймериз, с которыми вы можете справиться, и мы обсудим это, когда я закончу с интервью. Если вам нужна какая-либо помощь, коснитесь Бакстера и Трухарта. Они ясны, просто рассматриваю некоторые открытые и нерешенные вопросы ".

"Эллиса Теш - скрипка - должна быть здесь через тридцать".

"Я возьму ее после Чемберлина. Давайте продолжать в том же духе".

Она нашла Чемберлина сидящим на интервью А, его руки были сложены на исцарапанном столе. Измученный взгляд переместился с его рук на лицо Евы.

"Мне нужно вернуться к Мине как можно скорее".

"Я не задержу тебя надолго. Я собираюсь записать это интервью. Включайте запись", - приказала она. "Даллас, лейтенант Ева в интервью с Чемберлином, Итан. Мистер Чемберлин, я собираюсь сообщить вам о ваших правах. Это процедура".

"Это было бы не в первый раз".

Ева зачитала исправленную Миранду.

"Я понимаю, и мне не нужен какой-то чертов адвокат. Я подозреваемый?"

"Прямо сейчас мы собираем информацию. Я думаю, вы можете помочь нам с этим. Ты работал с Дорианом и, я полагаю, состоишь в отношениях с его матерью ".

"Мы с Миной были в преданных, моногамных отношениях в течение ряда лет".

"Вы не живете вместе".

"Мы оба наслаждаемся нашим отдельным пространством. Дориан... Дориан был для нее целым миром. Это клише é, я понимаю, но это правда, что он был мне как сын. Если у нас и были разногласия, то они всегда были из-за музыки. У него был такой потрясающий талант. С таким талантом приходят мнения".

Он почти улыбнулся; это почти коснулось его глаз. "Время от времени эти мнения оказывались лучше моих. Не часто, но время от времени."

"У вас вспыльчивый характер, мистер Чемберлин".

"Это верно. Я заплатил свою долю штрафов, занимался ерундой по управлению гневом. К черту все. " Он отбросил это драматическим взмахом руки. "Это моя страсть и темперамент, которые делают меня великим. Это моя страсть и темперамент, которые заставляют каждого музыканта, с которым я работаю, выступать блестяще. Потому что я требую этого".

"И если они недостаточно гениальны, ты ломаешь их пикколо".

"Я был известен". Он пожал плечами. "Если кто-то не играет блестяще, он не заслуживает быть в моем оркестре".

Поскольку она сказала Бакстеру по сути то же самое о своих копах, Ева не могла найти в этом никакой вины. "Ты когда-нибудь разбивал виолончель Дориана?"

"Дориан всегда был великолепен. Мир стал меньше из-за его потери. Лейтенант..."

Он снова сжал руки вместе, пока костяшки пальцев не побелели. "Пожалуйста, не позволяй Мине видеть его, пока он не... Она сказала мне, что его пытали, и если есть физические признаки - " Он замолчал, на мгновение отвел взгляд. "Пожалуйста, не позволяй ей видеть его, пока он не будет создан... Я не хочу, чтобы то, что с ним сделали, было ее последним воспоминанием о нем. Я знаю исключительных визажистов ".

"Вы можете доверять доктору Моррису - судебно-медицинскомуэксперту - в этом".

"Я не знаю этого Морриса".

"Я верю. Ты можешь доверять ему ".

Его взгляд стрелой метнулся назад, пригвоздив ее к месту. "Если Дориан не - если он не будет выглядеть так, как должен, я буду считать ответственным этого Морриса и тебя".

"Понял. Принят".

"Ты действительно думаешь, что я мог бы сделать то, что было сделано с ним. Пытки?"

"Нет", - легко ответила Ева, наблюдая, как Чемберлин удивленно моргнул. "Но это только начало процесса расследования. Ты скажи мне, кто мог сделать это с ним ".

"Я не знаю". Признание заставило его ударить кулаком по столу. "Я знаю очень многих его друзей и знакомых. Я знаю каждого участника моего оркестра. И я не знаю".

"Он был, по вашим собственным словам, всегда блестящим, и дирижер думал о нем как о сыне. Это могло бы легко вызвать ревность, негодование, ярость ".

Чемберлин покачал головой. "Он работал бы с любым, у кого могли возникнуть трудности. Он приходил рано или задерживался допоздна. Он жил для музыки и для людей. Есть ли конкуренция, конфликт, драма в оркестре? Если нет, то нет страсти, а без страсти не может быть блеска. Но я знаю свой оркестр, и никто в нем не сделал бы этого ".

Он наклонился вперед. "Что с ним сделали? Ты скажешь мне? Чего они хотели от него? Если бы они хотели денег, он бы дал им их! Чего этот маньяк хотел от Дориана?"

Его боль, подумала Ева. Его кровь. Его смерть. Но она только сказала: "Это ранняя стадия расследования. Я могу обещать вам, что Дориан завладел всем моим вниманием, и мы активно обсуждаем все возможные варианты ".

"Это двуличие".

"Это правда, и все, что я могу тебе дать. Когда ты в последний раз видел Дориана?"

"Две ночи назад - сегодня наступит три. На представлении. После этого у нас с Миной был поздний ужин с несколькими друзьями. Когда на следующий день мы поняли, что он не пришел домой, мы не были встревожены, но мы были встревожены, когда он пропустил звонок на выступление следующим вечером. Он никогда - никогда бы не стал. Я объяснил все это детективу, когда мы сообщили о его исчезновении ".

"Скажи мне сейчас".

"Мы спросили, видел ли его кто-нибудь. Тео Баррон, гобой, сказал, что он и еще пара человек собирались встретиться с Дорианом в этом клубе в центре города. После полуночи. Он часто ходил туда, чтобы послушать джем, развеяться. Но он так и не появился. Тео подумал, что, вероятно, он только что расстался с кем-то. Выпивка, секс. У Дориана была разнообразная сексуальная жизнь. Тео попробовал его ссылку, оставил пару сообщений, но не придал этому особого значения. Но тогда он все еще не ответил, и он вообще не пришел домой ".

"Почему они не пошли ко дну вместе? Это Тео и Дориан?"

"Тео флиртовал с одной из альтов в оперной труппе, и он хотел подождать, пока она переоденется, поскольку он убедил ее пойти с ним. Тео сказал, что Дориан пошел дальше ".

"Как бы он вообще добрался до центра города?"

"Такси. Он бы взял такси ".

"Хорошо". Она сделала пометку. "Что ты знаешь об Эрнестине?"

"Ах". Чемберлин издал смешок. "Напыщенный маленький придурок. Она взяла интервью у меня и некоторых других - как в оркестре, так и на сцене - для статьи, которую, как она утверждала, писала. Серьезный было добрым словом. Напыщенный, как я уже сказал, властный, экстремальный. Дориан был добр к ней, вероятно, рассматривал возможность переспать с ней, но она устроила сцену в том клубе, который ему нравился. Я не знаю подробностей, поскольку меня там не было, но она его разозлила. Он бы никогда никуда не пошел с ней после этого ".

"У вас есть ее полное имя?"

"Тина Р. Дентон. Я помню это, поскольку она настаивала на полном имени, включая инициалы ". Он откинулся назад, на мгновение прижал пальцы к глазам. "Лейтенант, она была как комар. Женщина, которая вертелась вокруг тебя до тех пор, пока тебе не захотелось дать ей хорошую пощечину, но не была способна на большее, чем вызвать у тебя легкий зуд."

"Со всех сторон", - напомнила ему Ева. "Сейчас возвращайся к матери Дориана. Когда доктор Моррис подготовит его, с вами свяжутся. Если ты вспомнишь что-нибудь еще, любую деталь, я хочу это услышать ".

Когда она провожала его к выходу, она увидела женщину лет тридцати с небольшим, длинные светлые волосы собраны сзади в хвост, обнажая милое лицо, покрытое пятнами от слез, и темно-синие глаза, опухшие и с красными ободками.

Она сказала: "Маэстро", - срывающимся голосом.

Чемберлин повернулся к ней и, когда она заколебалась, протянул руки.

"Маэстро", - снова сказала она, бросилась к нему, чтобы прижаться лицом к его груди. "Это ужасный сон? Можешь ли ты сказать мне, что это ужасный сон?"

"Нет. Он ушел, Эллиса ".

"Как?" Она отшатнулась, горе и ярость боролись на ее лице. "Никто не скажет нам как, никто не скажет нам почему".

"Я сделаю. Эллиса Теш?"

"Да. Кто ты?"

"Лейтенант Даллас. Мы поговорим здесь ".

"Ты хочешь, чтобы я остался с тобой?" Чемберлин спросил.

"Будет лучше, если я поговорю с мисс Теш наедине. Здесь", - повторила Ева и открыла дверь, чтобы взять интервью у А.

"Со мной все будет в порядке. Мина?"

"Я иду к ней сейчас".

"Должен ли я прийти? Когда я смогу? Должны ли мы прийти?"

"Не сейчас. Дай мне посмотреть, и, возможно, завтра". Он коснулся губами ее лба. "Возможно, завтра".

Как только она приняла Эллису, снова включила диктофон, прочитала исправленную "Миранду", Эллиса подняла руки в воздух, как будто отбрасывая все это в сторону.

"Меня не волнуют мои права или ваша запись. Что случилось с Дорианом?"

"Ты здесь, чтобы отвечать на вопросы. Давайте начнем с этого. Когда ты в последний раз видел или говорил с Дорианом?"

"На представлении, в ночь, когда он пропал. Что случилось с -"

"Куда вы пошли после представления?"

"О, ради Бога. Я пошел с Тео, Ханной и Сэмюэлем. Мы поехали на такси в центр города, в клуб. После полуночи. Дориан шел впереди нас, но его там не было. Я хотел пойти с ним, но... Я повесился ".

"Повесил трубку?"

"Моя мать. Она живет в Остине, и она отметила меня сразу после выступления. Моя сестра обручилась. Моя мать была так взволнована, и я увлекся разговором с ней, и не догнал Дориана вовремя, чтобы сказать ему, что я пойду с ним. Если бы я имел... Если бы я это сделал ".

Ее глаза снова наполнились слезами, мерцающими на краю. "Мы, должно быть, отставали от него примерно на час. Ханне пришлось сменить свой костюм и снять сценический грим. По крайней мере, на тридцать или сорок минут позади него, я не знаю. Но его там не было, и Стьюи сказал, что он не заходил ".

"Стьюи?"

"Бармен. Мы постоянные посетители - больше всех Дориан, но многие из нас спускаются послушать музыку или поиграть, расслабиться. Его там не было, " пробормотала она. "Я думал - мы думали - он с кем-то столкнулся и решил пойти куда-нибудь еще. Тео пытался пометить его, но оно отправилось на v-mail. Он не пришел на следующую ночь. Он никогда не пропускал ни одного выступления. Вот тогда все начали беспокоиться. Мы не смогли его найти, но полиция сказала, что нам нужно подождать, прежде чем Мина сможет подать заявление о пропаже человека. Если бы ты начал искать раньше -"

"Это не имело бы значения", - закончила Ева. "Знал ли он, что ты была влюблена в него?"

Эллиса сжала губы, покачала головой, когда ее глаза снова наполнились слезами. "Нет. Я был осторожен, чтобы он этого не увидел. Он был бы добр, и доброта раздавила бы меня. Мы время от времени спали вместе, но я знала, что для него это был секс и дружба. Привязанность. Мне нравилось думать, что однажды, когда он будет готов, он увидит. Он увидел бы, что я полюбила его с первого раза... Три года, два месяца, пять дней. Именно тогда я присоединился к компании. Тогда я впервые увидел его, впервые услышал, как он играет. Вот как долго я была влюблена в него.

"Пожалуйста. Пожалуйста, расскажи мне, что с ним случилось. Ты знаешь. Расскажи мне, что случилось с Дорианом."

"Кого ты знаешь, кто хотел бы причинить ему боль?"

"Никто. Никто, " повторила она. "Некоторые люди обладают способностью легко передвигаться по миру и при этом оставлять глубокое впечатление. Это Дориан. Я знаю, кто ты. Я знал, когда ваш партнер связался со мной. Я прочитал книгу, я видел видео. Я смотрю на экран. Я знаю, что вы расследуете убийства. Это было ограбление?"

"Нет". Это выйдет наружу, подумала Ева, достаточно скоро. "Текущая линия расследования указывает на то, что он был похищен, удерживался в течение двух дней в неизвестном на данный момент месте, где его пытали и убили".

"Тор- что ты имеешь в виду?" Ее лицо застыло; краска отхлынула так, что на мгновение она показалась высеченной изо льда. "Что это значит?"

"Тот, кто удерживал его против его воли, причинил ему боль. Знаете ли вы кого-нибудь, кто имел на него такую обиду? Ты знаешь, если бы у Дориана была информация, кто-то захотел бы причинить ему боль, чтобы получить ее? Был ли он должен денег, были ли у него секреты?"

"Нет". Слово с трудом вырвалось у нее, затем она яростно замотала головой. "Нет, нет, нет. Я полагаю, у него были секреты, как и у любого другого. Он никому не был должен денег, насколько я знаю, и он особо не играл в азартные игры, он не принимал нелегальных наркотиков. Он не делал таких вещей, которые ввергают вас в долги. Два дня? О Боже, два дня? Все это время причинял ему боль ".

Она встала из-за стола, скрестила руки на груди, обхватив себя руками, пока кружила по маленькой комнате. "Два дня. Бог. Бог. Нет, нет, нет. Никто, кто знал его, не смог бы этого сделать ".

Она повернулась обратно к Еве, ее глаза были опустошены. "Ты женат. Книга, видеозапись и то, что я видел на экране - это дает понять, что ты влюблена в своего мужа ".

"Моя жизнь не имеет значения".

"Это не так! Ты знаешь, что значит любить кого-то, знать его, потому что, чтобы по-настоящему любить, полностью, ты должен знать. Я знаю Дориана. Никто из тех, кого мы знаем, не смог бы этого сделать. Кто-то другой. Какой-то больной, извращенный, садистский ублюдок. Не могли бы вы протянуть мне руку помощи, не могли бы вы уделить несколько долларов, не могли бы вы показать мне, как добраться до Седьмой авеню - это все, что для этого потребуется. Он бы помог. Дориан помог бы. Он взял такси ".

Она прижала руки к лицу. "Во сколько, во сколько? Не могло быть намного больше половины двенадцатого. Он бы вышел прямо перед домом, поймал такси. Ты узнаешь. Тебе нужно выяснить, сел ли он в такси или кто бы это ни сделал, забрали ли они его прямо из Линкольн-центра. Или если он добрался до центра, и они забрали его оттуда. Тебе нужно-"

"Я сделаю свою работу, мисс Теш, я обещаю вам".

"Ты не знал его".

"Это не имеет значения. Теперь он мой, и он получит от меня все самое лучшее ".

"Ты так хорош, как они изображали тебя в книге, на видео?"

"Он получит от меня все, что в моих силах", - повторила Ева.

5

Ева вернулась к загону для скота и столу Пибоди.

"Отдай мне то, что у тебя есть. Мы собираемся отключиться ".

"В этом замешано ФБР. Ответственный агент - Карл Цвек. Они расследуют зацепку в Брэнсоне, штат Миссури, но уже связались с первичными слушаниями в Плезант-Акрс, штат Нью-Джерси, в связи с убийством на прошлой неделе. Я только что закончила с ней разговаривать", - продолжила Пибоди. "Детектив Франсин Люпин. Они из маленького городка, Даллас, и у них не так много ресурсов или опыта работы с сериалами. Она ищет любую помощь, которую может получить.

"Переношу заметки на твой компьютер прямо сейчас. Я связался с двумя участниками праймериз в Пенсильвании. Прокладываю себе путь назад. ФБР составило профиль команды с романтической точки зрения, как раз к этому мы и склоняемся ".

"Подозреваемые? Описания?"

"У них ничего нет". Пибоди подняла руки. "Я пробираюсь сквозь груды отчетов и федерального двоемыслия, но это сводится к не так уж и много. Похоже, что субъекты меняют машины то здесь, то там, и те, что были найдены - в тех случаях, когда владелец был жертвой, - стерты начисто. Десятки интервью за последние пару месяцев и противоречивые сообщения &# 184; как и следовало ожидать. Мужчина и женщина, двое мужчин, разных рас, возрастных диапазонов. Вероятность выше у гетеро-пары, и в профиле указан возрастной диапазон от двадцати пяти до тридцати пяти."

Что было, согласилась Ева, не так уж и много.

"Я буду работать с этим. Приведенные здесь интервью указывают на то, что жертва ушла после представления, планируя отправиться в центр города после полуночи. Несколько друзей должны были присоединиться к нему. Эрнестина - это Тина Р. Дентон. Она не собирается участвовать в этом, но мы продолжим ".

Продолжение не было пустой тратой времени, подумала Ева, даже когда этого хотелось.

"Сейчас наиболее вероятно, что Купер поймал такси, поехал в центр, и они схватили его. Случайный выбор, не то место, не то время. Вы ищете информацию из оставшихся интервью и подтверждения о временной шкале и передвижениях в ночь, когда жертва пропала. И если я ошибаюсь, есть ли смысл, что его преследовали или угрожали до этого ".

"Ты не ошибешься. Все, что у меня здесь есть, говорит о том, что эти двое врываются в город, сообщество, выбирают жертву, развлекаются и двигаются дальше. Выявленные на данный момент участки - это, как правило, отдаленные районы или, в более городских районах, заброшенные здания. Два или три дня, и они закончили. Они уже могли быть закончены здесь, Даллас, и уйти. Это закономерность ".

"Мы идем до конца. Посмотри на маршрут, Пибоди. Они целились в Нью-Йорк. Это то, где они хотели быть. Давайте выясним, почему".

В своем кабинете она просмотрела записи Пибоди и установила вторую доску. На этот раз, когда она приводила в порядок данные о предыдущих жертвах, она пожелала большего офисного пространства.

Это потребовало некоторых усилий, но она отследила такси. Ее жертва остановила машину на Бродвее и поехала на ней в центр города, где - по его просьбе - такси высадило его на углу Перри и Седьмой - в нескольких кварталах от клуба.

Почему? Ева задумалась. Приятная ночь?

Она быстро проверила прогноз погоды, кивнула.

"Приятная ночь", - пробормотала она. "Соверши небольшую прогулку, размяни ноги, подыши свежим воздухом. Ты знаешь этот район. Как они отметили тебя?"

Она снова села, поставила ботинки на стол, закрыла глаза.

Женщина, подумала она - потому что верила в вероятность гетеро пары - использует женщину, чтобы заманить его.

Простите меня?Попробуй кокетничать, но взволнованно, просто немного беспомощно. Безусловно, безвредный. Не могли бы вы мне помочь? Я потерян.

Да, может быть, может быть, вот так просто.

Или уловка, которую использовал Дамер - эта классика доказала свою эффективность во все последующие десятилетия.

Одинокая женщина, пытающаяся поднять что-то тяжелое на заднее сиденье автомобиля.

Могу я подать тебе руку?

О, боже. Ты не возражаешь? Я просто не могу до конца понять это там.

Вик совершает доброе дело, а самец подходит сзади и бьет его. Они затаскивают его на заднее сиденье транспортного средства - фургона или вездехода - один запрыгивает к нему, чтобы удержать, другой садится за руль.

Она снова открыла глаза, изучила доску.

Не могу держать его в машине два дня. Где-то есть дыра, есть место. Как они это получили? Центр города, наибольшая вероятность. Они забрали его туда, они бросили его там.

Она определила маршрут, время в пути от Перри до аллеи Механиков. Выделил сектор на ее карте.

Возможное место убийства, подумала она. Где-то в том секторе.

Заброшенное здание? Ничто не остается пустым долго, подумала она. Наркоманы, спящие на тротуарах, сквоттеры, кто-то вселился.

Она провела поиск, нашла шесть потенциальных кандидатов, договорилась с полицейскими, чтобы они проверили их.

Затем она продолжила с того места, на котором остановилась Пибоди, начала обращаться к другим полицейским с другими жертвами.

В середине дня, с немного опустошенными глазами, вошла Пибоди, бросила на стол Евы торговый пакет.

"Что это?"

"Это овощной кармашек - это что-то новенькое. И, ну, я бы назвал это ужасным, но это заполняет пустоту. Можно мне кофе, моя задница после ежедневных тренировок после отпуска серьезно тянет ".

Ева просто показала большим пальцем на автозавершение и рассказала Пибоди о передвижениях жертвы, заметках из других праймериз.

"Тот, что в Вудсбери, штат Огайо, держит это в центре внимания. Это первое убийство в его городе за более чем десятилетие, и он принимает это близко к сердцу. Он может быть хорошим источником по мере нашего прогресса, и - Иисус Христос ".

Еве удалось - с трудом - проглотить кусочек, который она достала из кармана прилавка, затем схватила обычный кофе Пибоди и залпом выпила. "О, и почти так же плохо. Кто намеренно готовит что-нибудь с таким вкусом?"

"Возможно, садистов на свете больше, чем мы можем себе представить".

"Дерьмо. Дерьмо. Я даже не хочу думать о том, что там внутри, и теперь это внутри меня. Вместе с кофе, убитым молоком и сахаром. И теперь я голоден".

Ева выбросила оскорбительный карман в утилизатор, где ему и место. "Я не был голоден, а теперь я голоден. Черт возьми."

Она подошла к автомату, запрограммировала витаминный коктейль.

И была потрясена, когда это именно то, что она получила.

У Фини это сработало, с горечью подумала она, когда он заменял настоящий кофе на смузи со шпинатом в своем офисном автомате. Но получила ли она шоколадный батончик, который она там спрятала?

Нет, она этого не сделала.

"Проклятый похититель конфет. Я должен был знать, что он похитит меня вслепую, пока я был в отпуске ".

"У тебя там есть конфеты? Какого рода-"

"Больше нет". С отвращением Ева вернулась к своему столу, выдвинула ящик. "Ублюдок оставляет тупорылые батончики "пауэр", забирая действительно хороший шоколад".

"Шоколад!"

"Ушел". В наказание за свою собственную неудачу Ева сделала глоток смузи - что могло быть хуже - развернула батончик power bar.

"На карте", - сказала она. "Логично предположить, что они ударили его между Перри и Кристофером. Объединился с ним, вывел из строя, посадил в машину, сковал. Наиболее вероятной дырой был бы этот сектор. Я отправил патрульных проверять заброшенные здания ".

"Я не получаю ничего нового или заметного из интервью. Тео Бэррон и Сэмюэл Дикс пришли сами по себе, поэтому я пошел дальше и поговорил с ними ".

"Часть группы After Midnight".

"Верно. Тео все время плакал, продолжал говорить, что если бы он не пытался свести счеты с певицей - Ханной, - он был бы с Дорианом, и Дориан все еще был бы жив ".

"Насчет этого он прав". Когда усталые глаза Пибоди расширились, Ева отмахнулась от нее. "Это не делает его виновным, или ответственным, или виноватым, это просто факт. Эти двое не стали бы стараться ради пары парней сразу. Они берут одиночек - насколько нам известно ".

"Ты все еще думаешь, что есть нечто большее".

"Это еще не факт. Но это логично. Несколько пробелов на маршруте. Может быть, они спешили добраться из одной точки в другую, или, может быть, они просто не нашли никого, кто сделал это за них, но самый логичный вывод - они убили кого-то в этих промежутках. Это не было связано, или тело не было найдено. Но здесь..." Панелью питания она указала на карту Нью-Йорка. "Это многообещающе. Мы это проверим".

"Я запланировал этот перерыв, но у нас еще будут интервью".

"Бакстер и Трухарт все еще в загоне для быков?"

"Да, они ничего не поймали".

"Заполните их", - приказала Ева. "Они возьмут интервью на себя, пока мы будем на месте. Дай мне пять, чтобы обновить Миру, отправь обновление Уитни ".

Она попыталась поговорить с Мирой по-настоящему, но дракон администратора Миры в недвусмысленных выражениях сказал, что доктор был на собраниях. Итак, Ева удовлетворилась быстрым обновлением, скопировав как Миру, так и ее командира.

Потому что это было там, она допила остаток смузи, затем схватила свое пальто.

"Ты готов?" - спросила она Бакстера, кивнув Трухарту, когда она вошла в загон для быков.

"У нас это есть".

Она сделала паузу на мгновение, вернувшись к молодому, серьезному лицу Трухарта. "Вы настроены иначе, офицер?"

"Я... да, сэр".

"Она имеет в виду экзамен на детектива, мой юный ученик".

"Да, сэр. Я готов к этому".

"Оставайся таким. Пибоди, со мной".

Ева накинула пальто, направляясь к глайдам, и, вспомнив ужасный утренний холод, вытащила шарф, который связала ей Пибоди.

"ФБР рассматривает Теннесси в качестве первого", - начала она. "Я на это не куплюсь. Это было слишком организованно, слишком чисто. Разве первый не был бы более небрежным, может быть, даже импульсивным? Как они пришли к пониманию того, что убийство - пытки и умерщвление - было их делом?"

"Может быть, кто-то, кого они знали в первый раз". Пока они ехали вниз, Пибоди намотала свой шарф длиной в милю на какой-то сложный и художественный узел вокруг шеи. "Кто-то, на кого они - или, во всяком случае, один из них - был зол или от кого-то чего-то хотел".

"Более возможно", - согласилась Ева. "Как они объединились? Как долго они были вместе? И первое, добавим в качестве возможной защиты или несчастного случая, еще одно преступление, сорвавшееся. Но где-то там, внутри, они нашли свою романтику ".

Когда они были достаточно близко, чтобы сократить время, она переключилась с скольжения на подъем. "Они из Нью-Йорка и возвращаются домой - или снова кто-то из них - или они с запада и ищут развлечений в большом городе? Недостаточно, чтобы увидеть их еще. У нас еще недостаточно времени, чтобы увидеть их. Но они не выбирают тип жертвы. Это не просто случайность, в этом также читается возможность. Тот, что был до нашего, женщину лет семидесяти, скорее всего, похитили со стоянки небольшого торгового центра под открытым небом, где она работала, вне зоны действия камер наблюдения, а затем сбросили два дня спустя в овраг в шести милях отсюда. И у нас есть двадцатилетний мужчина, который пропал без вести в районе остановки для отдыха в Пенсильвании, сброшенный два дня спустя с шоссе, направлявшегося на северо-восток."

Она вышла и направилась к своей машине. "Всегда одна жертва, всегда в одиночестве, и то, что выглядит как возможность, а не конкретные цели. Тело сбрасывают на некотором расстоянии от зоны поражения, или чаще всего. Что означает, что их нора, скорее всего, находится ниже к Западу, чем рядом со свалкой в Механикал Элли."

Она села за руль, дала задний ход. "Если бы Купер не вышел на Перри, если бы он попросил такси довезти его до самого клуба, он, вероятно, играл бы на своей виолончели, а кто-то другой был бы мертв".

"Они все еще могут направляться на север", - прокомментировала Пибоди. "Они никогда не нападали на что-либо столь же большое или урбанистическое, как Нью-Йорк".

"Именно поэтому это кажется местом назначения".

И посмотри на них всех, думала Ева, пока вела машину. Миллионы возможных жертв.

LCS, нищие, неосторожные туристы, исполнительный директор, спешащий на позднюю встречу, его мысли заняты бизнесом, владелец магазина, закрывающийся на ночь, стриптизерша, направляющаяся домой в предрассветной темноте.

Выбирай, подумала Ева, и разнообразие было бесконечным.

Она припарковалась на Перри, подумала о районе.

"Сделай мне одолжение. Свяжитесь с Чарльзом или Луизой, они живут чертовски близко, и Луиза, особенно, приходила и уходила в неурочное время и одна ". Врачи и копы, подумала Ева, не следили за часами. Они соблюдали все часы.

"Я уже сделал это, после того, как увидел карту".

"Хорошая мысль. Такси высадило его здесь. Перри и Гринвич. Три квартала до Кристофера, и еще полтора квартала по Кристофер-стрит до клуба. Где-то на этих четырех с половиной кварталах они сбили его ".

Она начала ходить, сканируя, обдумывая, пытаясь увидеть это.

"Он знает этот район, часто сюда приезжает. Это было холодно, но ясно. Ни о каком ветре не может быть и речи, ничего не сваливается с неба. Хорошая морозная ночь для быстрой прогулки, загляните в оперу, может быть, включите джаз ".

"Чтобы пройти его, не потребовалось бы больше пяти минут", - отметила Пибоди.

"Это все, что им было нужно". Она остановилась. "Вот. Посмотри на этот особняк. Никто не убирал снег с дорожки или ступеней. Все экраны приватности отключены. На что ты хочешь поспорить, что тот, кто там живет, далеко? Деловая поездка, отпуск."

"Ты думаешь, они использовали это место? Но, как ты сказал, прогулка, шаги. Если бы они забрали его туда, были бы признаки того, что кто-то ходил по снегу ".

"Я не думаю, что они забрали его туда, я думаю, они забрали его сюда. Припаркуйся перед этим местом. Да, другие дома вокруг, но никто напрямую. И это происходит в полночь, холодной, ясной ночью в обжитом районе. Бьюсь об заклад, во многих соседних домах свет был выключен. Они должны забрать его быстро и тихо. Отвлеки его женщиной, самец приблизится - должно быть, так и есть. Выводить из строя, сдерживать, транспортировать. Давайте постучимся в двери".

Они обратились к ближайшему соседу, еще одному величественному особняку из бурого камня с квадратным передним двором, который отделял его от тротуара. Они позвали няню, и после того, как она электронным способом отсканировала их удостоверения личности, сама посмотрела на них, она пропустила их до главного фойе.

"Дети едят свой полдник. Если Джастин узнает, что поблизости есть коп, он придет в ярость. Он любит фильмы про копов и игры. Есть ли проблема?"

"Здесь ничего нет. Всего несколько вопросов. Люди по соседству? Они далеко?"

"Минникерс, да". Няня, все пять футов ее тела обнюхала. "Только не говори мне, что кто-то туда вломился. У них достаточно охраны для Белого дома. И не те, кого вы называете дружелюбными людьми. Довольно заносчивый, не такой, как мой народ. И та женщина. Прошлым летом она пришла сюда и набросилась мне на глаза, потому что моя маленькая Рози сорвала один из ее цветов. Это шло прямо сквозь пикеты, к тротуару. Какой вред это принесло Рози, что у нее это было? Но что сделала моя леди, у моей леди есть класс . Она попросила флориста сделать для той женщины большую композицию. И даже не получил за это благодарности. Вот что они за люди там ".

Она сложила руки на груди с характерным хмыканьем . "Держу пари, они попали в беду, не так ли, на Гавайях? Вот где они находятся, вплоть до марта, вот что я слышал ".

"Я не мог сказать. Ты живешь с нами?"

"Нет. Максимум от восьми до четырех дней. О чем это?"

"Замечали ли вы странный автомобиль по соседству в последние несколько дней? Может быть, просто слишком часто проезжал мимо или парковался по соседству ".

"Я не могу сказать, что у меня есть, нет, извините". Она остановилась, наклонив голову, глаза сузились. "Они начинают вникать в это там, сзади. Я должен вернуться к ним. Вы могли бы обратиться к мистеру Хейверсу, с другой стороны того дома. Он много работает по ночам - дома. Они хорошие люди ".

Они нашли Хейверс дома и желающей поговорить.

Он был крупным мужчиной лет пятидесяти пяти, по меркам Евы, и с отсутствующим взглядом светло-карих глаз.

"Не прошлой ночью", - пробормотал он. "Не прошлой ночью. Ночь перед этим. Ладно, ладно, я бы работал. Я пишу романы ужасов, и прямо сейчас для меня это начинается около десяти вечера ".

"Дрю Генри Хейверс?" - Спросила Пибоди.

"Это верно".

"Ты годами пугал меня до смерти".

Его простое, бледное лицо осветилось, как взлетно-посадочная полоса. "Лучший комплимент на свете. Спасибо ".

"Где ты работаешь?" Спросила Ева.

"Ох. Наверху. У меня студия с видом на улицу, поэтому я не беспокою свою жену и детей. Спальни выходят окнами на заднюю часть. Транспортное средство, как вы говорите, странное транспортное средство. Я поглощен работой, не замечаю многого за ее пределами. Но..." Он почесал голову, протер глаза. "Я расхаживал по студии, пытаясь понять, должен ли демон-психопат выпотрошить персонажа или содрать кожу было бы более уместно, учитывая сложившуюся ситуацию. Я действительно видел, как кто-то припарковался перед соседним домом. Очень недружелюбные люди там - сейчас далеко. Но, боюсь, я ничего об этом не подумал. Даже не помнил, что они были далеко. Я мог бы подумать, ха, не-соседи - так мы их называем - должно быть, купили новую машину. Но они были далеко ".

"Какого рода транспортное средство?"

"Ах... Я едва осознал это. Темный, да, это был не белый или кремовый, а именно темный цвет. Не машина, " подумал он, " побольше. Может быть, один из тех крепких вездеходов. Или фургон. Может быть, фургон ".

"Ты видел кого-нибудь рядом с ним?"

"Я едва взглянул в окно, когда расхаживал по комнате. Мне действительно кажется, что я кого-то видел. Я не могу сказать вам, был ли это мужчина или женщина. Закутанный. Я думаю, у них был стул. Должно быть, я это выдумываю, путаю. Зачем кому-то стоять на улице с креслом? Я, скорее всего, что-то путаю, прости ".

"Что этот человек делал со стулом?"

"Я не могу сказать - вероятно, там не было стула. Моя жена всегда говорит, что я больше живу в своей голове, чем вне ее. У меня такое впечатление, что они клали это в кузов фургона, или, может быть, они его вытащили ".

"Ты помнишь то время, когда ты увидел это?"

"Понятия не имею. Было, должно быть, после десяти, когда он начал сниматься. Вероятно, намного позже десяти, как я и писал вплоть до убийства. И это было бы около двух, когда я остановился и лег спать - задолго до двух, когда я принял решение о выпотрошении и дописал прямо до обряда жертвоприношения, прежде чем отключился.

"Я хотел бы быть более полезным. Я ценю все, что вы делаете - полицию. Я особенно ценю полицейских, которые читают мои книги ".

"Мы ценим ваше время, мистер Хейверс", - сказала ему Ева. "Если вы вспомните что-нибудь еще, пожалуйста, свяжитесь с нами. Пибоди, дай мистеру Хейверсу одну из своих визиток ".

Они постучали еще в несколько дверей, но не получили ничего, что могло бы сравниться с Хейверсом.

"Он ответственен за большинство моих кошмаров", - сказала Пибоди, когда они вернулись в машину.

"Зачем тебе читать то, что вызывает у тебя кошмары?" Жизнь и работа, подумала Ева, дали ей много своего.

"Я не знаю. Неотразимый. Он действительно хорош. В основном мне нравятся истории со счастливым концом - и ему нравятся. Я имею в виду, что добро побеждает зло - после большого количества крови, ужаса, смерти. Вроде как мы ", - заключила Пибоди. "Может быть, именно поэтому".

"Автомобиль или фургон темного цвета. Он опирался на фургон. Это немного, но больше, чем у нас было. И женщина со стулом."

"Он не сказал "женщина".

"Это будет женщина. Женщина, пытающаяся задвинуть кресло на заднее сиденье автомобиля ".

"Классическая уловка", - добавила Пибоди.

"Потому что это часто срабатывает. Приходит Купер, видит, как она борется, подходит, чтобы предложить руку ".

Точно так же, как она это видела, подумала Ева. Это было самым логичным, потому что это было самой правдой.

"Все работает, включая выбор времени. Давайте отправимся в клуб, раз уж мы здесь ".

После полуночи это было унылое маленькое заведение с немногочисленными посетителями и древним пианистом, перебирающим клавиши, в то время как женщина с лицом и телом сирены раскачивалась и пела о любви, пошедшей не по тому пути.

Она могла видеть здесь Морриса, ясно видеть, как он добавляет скорбную песню своего саксофона. И в картине, сформированной в последние часы, она могла видеть Дориана Купера, добавляющего эти низкие ноты виолончели.

Интимное место, подумала она, со столами, заставленными друг к другу и придвинутыми вплотную к сцене. Одинокий бар и мужчина, который за ним ухаживал, и освещение тусклое и бледно-голубое.

Она поговорила с барменом, одинокой официанткой, стариком и юной сиреной. Она испытала новое горе и шок, но никакой новой информации.

"Он им действительно понравился", - прокомментировала Пибоди, когда они вышли из голубого тепла в серый холод.

"Казалось, он оказывал такое влияние на большинство людей. Чему мы научились?"

"Ну, что он ходил туда по крайней мере три или четыре раза в месяц, и он им нравился".

"Это, и его убийцы никогда не заходили туда. Это маленькое, интимное заведение, и хотя к ним приходят люди, которые просто заходят, туристы, которые слышали об этом, в основном у них есть постоянные посетители. Пара, которая была там примерно в то время, когда жертва пропала, их бы заметили. И это придает больший вес случайности. Не то место, не то время".

"Хорошо, да. Да, я вижу это. Все помнили Эрнестину - в деталях".

"И кстати о". Ева проверила время. "Я собираюсь отвезти тебя обратно в Центральный. Я хочу знать, какого прогресса достигли Бакстер и Трухарт. Свяжись с ЭДД на случай, если они нашли что-то в электронике жертвы, которую мы пропустили. Если что-то еще не всплывет, после этого иди домой. Я зайду и поговорю с Эрнестиной по дороге домой - и ее работа, и место жительства находятся по пути. Она не играет в, но мы все равно вычеркнем ее ".

"Она должна быть дома. Я проверил ее расписание ". Пибоди забрался в машину. "Ее последнее занятие должно было закончиться примерно полчаса назад. Даже если она по каким-то причинам ошивается возле школы, она должна быть дома к тому времени, как ты доберешься до центра. Возможно, вы захотите сначала проверить это. Пробки будут ужасными ".

6

Трафик был сукой, но, опять же, подумала Ева, такой же была и она. Она пихалась, издевалась и крушила свой путь в верхней части города. По-своему, ей нравилось рычать на неуклюжий автобус maxibus или горько размышлять о водителе Мини с одним пассажиром, который лавировал в узком пространстве между транспортными средствами, как иголка с ниткой.

Она могла бы насмехаться над рекламными дирижаблями, радостно выкрикивающими новости о НОВЫХ ВЕСЕННИХ ЛИНИЯХ! в гребаном "Скаймолле", когда температура колебалась на уровне двадцати восьми градусов по Фаренгейту.

За время, которое потребовалось ей, чтобы отправиться на север, она обновила свои заметки, просмотрела материалы Трухарта по трем проведенным интервью и связалась с Джульярдом.

Тина Р. Дентон действительно ушла на день.

Она нашла здание достаточно легко - побеленный рядный дом, который, как она могла видеть, был переделан на четыре квартиры.

Найти парковку было другим делом. Она подумывала о двойной парковке, но воспоминания о ее собственной борьбе с дорожным движением не могли оправдать этого. Некоторые водители и пассажиры там были невиновны.

Но когда она заметила свободное место на другой стороне улицы, у нее не было угрызений совести против того, чтобы включить сирены, перейти в вертикальное положение и, пролетев над крышами автомобилей, нырнуть в образовавшийся проем.

Звук клаксонов ее нисколько не беспокоил.

Она дошла до угла, пересекла улицу, поднялась наверх и, взглянув на номера на дверях, нажала кнопку звонка в квартире Эрнестины.

"Чего ты хочешь?"

Услышав нетерпеливый голос, Ева подняла свой значок для сканирования. "Лейтенант Даллас, полиция Нью-Йорка. Мне нужно поговорить с Тиной Р. Дентон ".

"Сейчас неподходящее время. Я работаю".

"Эй, я тоже. Если это неудобно, мы организуем, чтобы утром вас доставили в Центральное управление для допроса ".

"Ты не можешь заставить меня сделать это!"

Ева просто улыбнулась. "Смотри на меня".

Раздалось сердитое шипение, затем лязг отодвигаемых замков.

Эрнестина выглядела более лестно на снимке для удостоверения личности. Лично в данный момент ее каштановые волосы были зачесаны назад с ее длинного, напоминающего лошадиный, лица. Она не утруждала себя улучшением лица, но, очевидно, имела улучшения другого рода.

Ева чувствовала запах Зонера, могла видеть его воздействие в почти остекленевшем взгляде своих бледных и узких голубых глаз.

"Это домогательство".

"Подайте жалобу. Тогда я не буду чувствовать себя обязанным игнорировать запах нелегалов, который я чувствую - наряду со слабой дымкой дыма Zoner, который еще не рассеялся. Или ты можешь впустить меня, мы поговорим, а потом мы оба сможем заняться своими делами ".

"Человек имеет право поступать так, как ему нравится в своем собственном доме".

"Нет, человек не имеет права заниматься незаконной деятельностью, где бы то ни было". Расставив ноги, Ева встретила эти только что поднявшиеся глаза с холодным презрением. "Вы хотите подтолкнуть к этому, мисс Дентон?"

"О, тогда заходи. Поверьте мне, я записал ваше имя и номер значка ".

"И я сделал пометку, что ты отказываешься сотрудничать".

Жилая зона в квартире демонстрировала тенденцию к навязчивой опрятности. Ничего неуместного и в минималистском стиле, в котором не было личных фотографий, цветов или растений. Единственный диван темно-серого цвета стоял лицом к настенному экрану. Единственный стул в том же тоне, расположенный под торшером.

Эрнестина - как Ева всегда будет думать о ней - не предложила им сесть, а Ева не просила.

"Вы были знакомы с Дорианом Купером и, фактически, поссорились с ним в клубе под названием "После полуночи"."

"Да, я знал Дориана. Я слышал сегодня, что он был убит. Это большая потеря для оперы, но ко мне это не имеет никакого отношения".

"Ты был очень зол на него".

"Испытывающий отвращение - более точный термин, что человек с его значительными талантами растрачивает их на низкопробных".

"Он больше не будет этого делать".

"И он не перенесет тех, кто ценит настоящую музыку, своими навыками и пониманием".

"Давайте перейдем к местонахождению. Где вы были в воскресенье вечером между одиннадцатью вечера и часом ночи?"

"Я был здесь и был бы в постели к одиннадцати".

"Один?"

"Моя личная жизнь - это ничто ..."

"Один?" Повторила Ева, ее тон был тверд, как кирпич.

"Да, один. Я присутствовал на вечернем музыкальном вечере и был дома к шести. Я поел и работал до десяти. Ты не можешь поверить, что я имею какое-либо отношение к смерти Дориана ".

"Прошлой ночью, между десятью часами вечера и часом ночи".

"Я присутствовал на репетиции "La Bohème" в Джульярде. Я был там с семи до начала одиннадцатого. После этого мы с двумя коллегами пошли выпить, чтобы обсудить области, которые требовали улучшения или перемен. Мы встречались чуть позже полуночи, затем сели в такси, и я вернулся домой ".

"Имена".

"Ты оскорбляешь".

"Да, добавь это к своим заметкам. Имена."

Она намотала их, высоко вздернув подбородок. "Я хочу, чтобы ты ушел сейчас".

"Направляюсь в ту сторону. У вас есть транспортное средство?"

"Я не верю. Я живу в городе с отличным общественным транспортом, и моя работа находится в пяти минутах ходьбы от моего дома ".

Больше для того, чтобы уколоть женщину, чем для чего-либо другого, Ева выбросила еще одну. "Вы когда-нибудь были в Нэшвилле, штат Теннесси?"

"Конечно, нет, с чего бы мне? Это земля Опри , не так ли?" Она произнесла это слово так, как будто это было самое мерзкое ругательство. "Только по этой причине я никогда не ступлю ногой нигде в штате".

"Я уверен, что они справятся без тебя. Спасибо, что уделили мне время ".

"Если ты снова будешь меня преследовать, я позову адвоката".

"Единственный способ, которым я вернусь, - это если ты солгал мне обо всем этом. Если это окажется так, тебе понадобится адвокат ".

И теперь, подумала Ева, когда она вышла на то, что казалось прекрасным свежим воздухом - и Эрнестина захлопнула за собой дверь - ей нужно было выпить.

По крайней мере, дорожная драка длилась гораздо меньше расстояния, и она въехала в ворота дома вскоре после того, как небо окрасилось в индиго, а уличные фонари растеклись белыми лужами.

Глубокий силуэт дома, который построил Рорк, дома, который стал ее домом, возвышался и распространялся подобно замку с его причудливыми башенками. Свет горел в слишком многих окнах, чтобы сосчитать.

Она хотела домой больше, чем выпить. Дом, где она нашла бы покой, пространство, время, чтобы прочистить голову. Место, где можно приготовиться к убийству.

Она оставила свою машину у входа, протолкалась сквозь ветер, который решил снова взбодриться, и вошла в парадную дверь.

Она знала, что он будет там, костлявое телосложение в траурно-черном с пухлым котом у его ног.

Соммерсет, мажордом Рорка, поднял брови. "Завершенный первый день возвращения без видимых травм или повреждений. Как долго это может продолжаться?"

"Это может закончиться прямо сейчас, если я решу еще глубже засунуть тебе в задницу эту палку, которую ты так любишь".

"И день не был бы полным без такого наблюдения".

Она повесила пальто на стойку перил, потому что это было удобно - и потому что это раздражало его. И с котом, который теперь по-кошачьи приветственно ткнулся ей в ногу, начала подниматься по лестнице.

Остановленный.

"Держу пари, вы большой поклонник оперы. Это было бы как раз по твоей части ".

"Мне нравятся многие виды искусства, включая оперу. Я слышал игру Дориана Купера в "Метрополитен", "После полуночи" и в других местах. Я услышал о его смерти незадолго до этого. Потерять кого-то, кто молод и так ярко талантлив, - это трагедия ".

"Все убийства трагичны".

"И некоторые чувствовали это острее, чем другие. Он теперь в твоих руках? В отчете не назван основной."

"Теперь он мой", - сказала Ева и продолжила подниматься наверх.

Она направилась прямо в спальню и к локатору.

"Где Рорк?"

Рорка в настоящее время нет дома.

Еще не дома, подумала она, и не забыла проверить свою ссылку. Конечно же, она нашла сообщение от него.

Лейтенант, я надеюсь, что ваш день проходит хорошо.Она сняла куртку, слушая его голос, ирландский шепот сквозь него. Мне нужно совершить незапланированную поездку в Детройт, но это не должно занять много времени. Я буду дома к половине седьмого, если не раньше. До тех пор, позаботься о моем полицейском.

Это дало ей немного времени, подумала она. Она могла бы установить свою доску в своем кабинете здесь, начать просматривать заметки и отчеты.

Или, размышляла она, пока Галахад извивался у нее в ногах, как мохнатая змея, она могла бы сначала прочистить голову.

Она села, сняла ботинки, погладила кошку, которая запрыгнула рядом с ней. Затем она переоделась в тренировочный костюм.

Когда она направилась к лифту, кот сидел, уставившись на открывающиеся двери своими подозрительными двухцветными глазами.

"Я тоже не большой поклонник the moving box, но... Я вернусь", - сказала она, когда дверь закрылась.

У нее не было времени, на самом деле, чтобы полностью оценить рождественский подарок Рорка, поскольку додзе было завершено, пока их не было.

Теперь она шагнула в нее и сделала один долгий, расслабленный вдох.

Полы, мягкого золота, блестели. Пространство могло похвастаться собственным маленьким садом, где белые цветы веером рассыпались по камням у тихо журчащего водоема в дальнем углу. Раздвижные панели скрывали небольшую кухонную зону, полностью уставленную бутылками с родниковой водой и энергетическими напитками.

Кофе был запрещен, что казалось неправильным в любом мире, но ей пришлось принять указ.

Другие панели открывались в гардеробную, полностью укомплектованную белыми полотенцами, ковриками, тканями черного или белого цвета. А дверь внутри вела в душ, и через нее она могла попасть в тренажерный зал, если бы это место было ей больше по вкусу.

Он даже думал об искусстве - но, с другой стороны, этот человек думал обо всем. Безмятежные сады, цветущие вишни, зеленые холмы, затянутые утренним туманом.

Пространство говорило о мире, дисциплине и простоте.

И был полностью действующей голокомнатой.

Дар был двояким. Додзе и мастер Лу. Когда позволяло время, она могла пойти к мастеру за инструкциями или назначить сеанс в своем собственном додзе.

А когда этого не происходило, она могла вызвать его голографически.

Она сделала это сейчас, стремясь к хорошей, сильной тренировке с мастером боевых искусств.

Его изображение мерцало в центре комнаты. Он заплетал волосы в длинную косичку и носил обычную черную форму поверх своего жилистого тела.

Он сложил одну руку поверх другой, поклонился. "Лейтенант Даллас".

"Мастер Лу. Благодарю вас за эту честь ".

"Я рад, что у меня есть достойный ученик".

"У меня есть только тридцать минут, но -"

"Тогда мы должны учесть каждого".

"Твой удар с разворота в полете, ну, почти невероятный. Я никогда не мог достичь такого роста или такой формы. Если -"

"Вы очень добры. Это придет. На этом нашем первом уроке ты научишься дышать ".

"Чтобы..."дышать."  "

"Дыхание - это начало всего. Дыхание, - сказал он, подходя к ней, " затем дыхание и движение. Руки."

Он взял ее за руки, прижал одну ладонь к ее животу, другую к сердцу, не отрывая от нее своих темных глаз. "Дыхание - это жизнь. Ты не камешек, выброшенный на берег волной, но рыба, которая плавает в волне. Вдохни, чтобы наполнить, втянуть свет. Медленно, " сказал он ей, " с осознанностью. Выдыхай в пустоту. И сделайте паузу, задержитесь в этом промежутке между. Теперь, чтобы заполнить ".

Она дышала.

Когда она поднялась на лифте обратно наверх, ей пришлось признать, что ее мозг прояснился. Кто знал, что существует так много способов дышать?

Когда лифт открылся в спальню, и Рорк стоял там, расстегивая рубашку, ну, у нее перехватило дыхание.

Его волосы ниспадали почти до плеч, обрамляя лицо черным шелком, созданным, чтобы перехватывать дыхание, ослаблять колени, захватывать сердце. Это сделало с ней все, и даже больше.

Были моменты, подобные этому, когда он смотрел на нее, просто смотрел, и эти идеально очерченные губы изгибались, эти глаза - более дикие, голубее любого моря - освещались тем, что, как она знала, было любовью, это было не просто нечто большее. Это было все.

"Сеанс с мастером Лу?"

"Да". Она вошла, чтобы дверь могла закрыться за ней. "Я учился дышать. Я думал, что уже знал, будучи живым и все такое, но, видимо, нет. Ты знал, что можешь дышать в пальцы ног? Я думаю, что у меня получилось. Это звучит как чушь собачья, но я думаю, что я дышал себе в пятки ".

Он рассмеялся и, положив руки ей на бедра, привлек ее к себе. "Ты был рыбой, а не камешком. Я пересмотрел первые пару уроков." Его руки скользнули вокруг ее талии. "Вот чего мне сегодня не хватало". Он отстранился, поцеловал ее - медленно и глубоко, как дыхание. "Я привык к тому, что могу делать это в любое время дня и ночи".

"Назад к реальности. Детройт?"

"Всего несколько болтов, которые нужно было затянуть, и моя рука на гаечном ключе", - поправил он. "А ты, я слышал, уже совершил убийство?"

"Они, вероятно, тоже выпили несколько, пока меня не было".

"Несомненно. Дориан Купер, виолончелист".

"Вы знали его?" - спросил я.

Покачав головой, Рорк отступил назад и снял рубашку. "Только по репутации, и я слышал, как он играет. Как он был убит? Отчеты были очень скудными - я полагаю, намеренно".

"Его пытали в течение двух дней, прежде чем они - и это были они - вспороли ему живот и позволили ему истечь кровью".

Рорк натянул серый свитер и заставил Еву задуматься, почему этот цвет выглядел таким тусклым и жестким в квартире Эрнестины, и был таким насыщенным и мягким на торсе Рорка.

" Действительно, вернемся к реальности, " пробормотал Рорк. "  " Они"? Вы установили личности его убийц?"

"Пока нет, но их двое, и он был не первым. Он был далек от их первого."

"Звучит так, как будто нам следует выпить по бокалу вина, поужинать, и ты должен рассказать мне".

"Я бы не отказался от бокала вина. Сексуальные садисты", - начала она, когда они вместе вышли из спальни. "С изюминкой".

Она рассказала ему все так, как рассказала бы другому полицейскому. Возможно, он поморщился от сравнения, но он мог - и думал - думать как полицейский.

Пока она накрывала на стол, он приготовил еду. Что означало, что она не получит пиццу, но пришлось пойти на компромисс. Это было в правилах брака. Он определенно приготовил их, подумала она, просто заказав еду в ее кабинете за маленьким столиком, на котором убийство и смерть были выставлены на всеобщее обозрение.

"Ты веришь, что их пунктом назначения был Нью-Йорк".

"Долгосрочный, не могу сказать, но вам нужно только взглянуть на карту, увидеть места их убийств. Это не стрела от точки к точке, но каждый раз, когда они отклонялись, затем возвращались обратно - на север и восток ".

Она взяла предложенное им вино и указала им на карту. "Обходные пути, вот как это выглядит для меня. Может быть, вам нужно топливо для вашего автомобиля, для вас самих, или есть какая-то достопримечательность, или кто-то из ваших знакомых, поэтому вы пробегаете трусцой несколько миль ".

"Но возвращайся, - сказал он, кивая, - в том же направлении. Что они забирают у своих жертв?"

Видишь, подумала она. Мышление полицейского. "Наличные и драгоценности, если они есть. Транспортное средство или, в некоторых случаях, части от транспортного средства. Большинство - не все - из их известных жертв скрываются в зоне повышенного риска. LCS, бездомные, но они нападают на других. Часто в отдаленных районах. Женщина за семьдесят, живущая одна. Они использовали ее жилище как зону пыток / убийств, забрали ее легко перевозимые ценности. Парень лет двадцати, возвращающийся домой проселочными дорогами, поздно - из бара. Они использовали для него какую-то пустующую каюту ".

"И никаких следов?"

"Они вытирают это начисто - может быть, они запечатывают, может быть, экспертиза была неаккуратной". Слишком много, чтобы знать, подумала она, слишком много, чтобы перебирать шаг за шагом. "Я не могу сказать наверняка. Но по крайней мере один из них достаточно организован, чтобы быть осторожным. Они не нашли все зоны поражения. Убийцы, как правило, не оставляют тело там, где они работают. Они используют свалки, и, как правило, на приличном расстоянии. И пластиковые брезенты".

"Итак, кто-то может подумать, что к ним вломились, но без крови, запекшейся крови, а не сообщать о возможном убийстве".

"Именно. И к тому времени, как они кое-что из этого собрали воедино, место преступления было полностью скомпрометировано. Счастливчик", - размышляла она. "Отчасти это просто везение. Организованный, осторожный, но удачливый".

"Иди поешь". Он взял ее за руку, подвел к столу.

На квадратных белых тарелках лежали медальоны из свинины, политые каким-то соусом, золотистая горка жареного картофеля, посыпанного зеленью, и красочное ассорти из зимних овощей.

Она считала, что у него была гораздо более творческая рука с автоповаром, чем когда-либо могла бы.

"Сердце, инициалы", - начал он.

"Их подпись".

"Да, но также и декларация, ты так не думаешь? Мы не только сделали это вместе, но мы и вместе ".

"Настоящая любовь".

"Разве они бы так не думали? Сердце с их инициалами символизирует именно это. Добавьте тот факт, что они не используют своих жертв сексуально ".

"Потому что они преданы друг другу, и это было бы изменой".

"Не будь сердца, к какому бы выводу ты пришел?"

Учитывая, что она ела - каким бы ни был соус, в нем была какая-то изюминка. "Я бы, вероятно, завершил команду. Один убийца может выбирать, заманивать, побеждать и пытать различными ударами. Но, скорее всего, двое, учитывая круг жертв. У женщины меньше шансов остановиться на обочине дороги ради незнакомого мужчины или открыть ему дверь ночью. У двух LCS не было лицензии на однополые отношения - не то чтобы они потенциально не исчезли бы из меню, но с наибольшей вероятностью: клиент был мужчиной. Одинокой женщине также легче заманить одинокого мужчину уловкой "не поможешь ли ты мне с этим тяжелым предметом".

"Таким образом, ваш наиболее вероятный вывод был бы командой из двух человек: один мужчина, одна женщина".

"Скорее всего. Я бы не исключал ни одного, но, скорее всего. Но..." Она кивнула, пока ела. "Без сердца я бы не видел их как пару, как романтически связанных. Секс, конечно, но не романтический."

Она снова кивнула. "И они хотят, чтобы их признали такими. Интересно."

"Где спусковой крючок?"

Теперь она улыбнулась, и, хотя они всегда были последними в ее списке, попробовала овощи. "Знаешь, не все преступники мыслят как копы".

"Успешные - даже исправившиеся - делают." Он поднял бокал с вином, изучая ее поверх него. "Маловероятно, что однажды утром они проснулись и приняли решение. Ну, а теперь, что ты скажешь, если мы отправимся в путь сегодня, найдем себе кого-нибудь, чтобы пытать и убивать - по крайней мере, не без того, что они сочли причиной. Один из них, возможно, убил в ярости или защищая другого - опять романтический аспект - или даже случайно ".

"Что могло бы их спровоцировать", - согласилась Ева. "Или они обнаружили пытку в качестве сексуального стимулятора по счастливой случайности во время совершения другого преступления. Или один втянул другого в свое извращенное хобби ".

Рорк взглянул на доску. "Похоже, они опытные любители".

"Да, и в этом для меня загвоздка. Как ты преуспеваешь в чем-либо?"

"Врожденные способности и истинный интерес закладывают основу. Но это практика, не так ли, которая оттачивает мастерство. Они не начали с жертвы, которая в настоящее время находится первой на вашей доске. "

"Я так не думаю. Вы можете видеть, что они постепенно обостряются. Меньше времени между ними - но тогда больший промежуток. Последовательно они поддерживали жизнь жертвы дольше, пока не остановились на двухдневном периоде. Но командная работа кажется слишком гладкой, чтобы начаться там, где она есть у нас сейчас. И эти промежутки?"

"Жертвы еще не найдены или не опознаны как таковые".

"Здесь у нас с ФБР разногласия. Их профилировщики думают, что двадцатка - это все - или близко к этому. Сейчас Куперу двадцать один. Я думаю, что эти пробелы, скорее всего, еще не найденные жертвы. Убийцы, подобные этому, не снижают эскалации, если их не вынудить остановиться на некоторое время. Они склоняются в мою сторону с большими промежутками, но они сосредоточены на этой группе, на этом маршруте. У них низкая вероятность стать жертвой раньше женщины в Нэшвилле. И они потратили слишком много времени, обсуждая, серийные они убийцы или разгульные ".

"Я сомневаюсь, что терминология имеет значение для жертв или тех, кто их любил".

"Да. Вы заполняете эти пробелы жертвами - никакого периода остывания. Вы рассматриваете виктимологию - никакого определенного типа, выбранный наугад. У вас есть загулявшие убийцы, сексуальные садисты, которые могут чувствовать, но только друг к другу. Скорее всего, мужчина и женщина, скорее всего, несколько привлекательные, не представляющие угрозы внешне и манерами поведения. Ни в одном из интервью или полотен, включая мое собственное, никто не вспомнил человека или людей, которые выделялись, которые казались чужими ".

"Поэтому они не делают ни того, ни другого".

"Достаточно обычный, чтобы не выделяться. Достаточно умен, чтобы не делать ничего, что привлекает внимание. Пара, которая тут же снимает подозрения. Выпиваю в баре, регистрируюсь в мотеле, снимаю коттедж. Регулярно меняю машины, так что к тому времени, когда мы ищем одну, они уже в другой ".

"Рано расстраиваться, не так ли?"

"Что касается Kuper, то да, но если посмотреть на картину в целом, у них была чертовски трудная полоса. У меня чертовски много данных, но ничего, что связывало бы их ".

"Что ты делаешь дальше?"

"Продолжай давить на Купера. Почему они выбрали этот район? Это было совершенно случайно, или на то была особая причина? У нас есть один остряк, который видел транспортное средство, поэтому мы толкаем туда. Темный вездеход или фургон, и он наклонился к фургону. Мы делаем для Купера все, что в наших силах, но нам нужно найти первого. Мы должны вернуться к первому известному, посмотреть на пропавших без вести, на нераскрытые дела, на то, что считалось смертью в результате несчастного случая. Все излучается с самого начала".

"Разве федералы не делают именно этого?"

"Они кое-кого подкалывают, но в первую очередь они сосредоточены на первом известном и передовом. Мне нужно связаться с местными правоохранительными органами к югу и западу от первого известного. Пропавшие без вести", - продолжила она. "Побеги, несчастные случаи, нерешенные проблемы".

"Разве это не будет весело?"

"Даже близко". Она выдохнула, подняла бокал с вином. "Я собираюсь прогнать вероятности, используя текущий маршрут, возвращаясь от первого известного".

"Я могу сделать это для тебя, и быстрее. У тебя нет никаких поисков финансовых данных, чтобы развлечь меня. География и навигация должны."

"Это все твое, эйс. Спасибо ". Она отрезала небольшой кусочек свинины. "Эта пара, они откуда-то пришли, это еще один ключ. Они выросли с родителями или приемными, имели какое-то образование, какой-то источник дохода. И, учитывая их профиль, у одного или обоих из них, вероятно, есть досье и какая-то история агрессивного поведения ".

"История вместе?" Рорк задумался. "Эта связь".

"Я не вижу долгосрочной истории, если только мы не обнаружим, что убийства произошли много лет назад. И я не вижу, чтобы им это сходило с рук в течение многих лет, прежде чем это попадет на радар. Они не дети", - продолжила она. "Люди склонны обращать внимание на детей. Да, я видел пару ребят, которые тусовались где-то там. Почему они не в школе? В какие неприятности они попадают? Плюс любой, кто изменяет подросткам, чуть за двадцать, вряд ли будет обладать контролем, необходимым для того, чтобы нацелиться на жертву, иметь место, чтобы удержать ее, стереть все. Вероятно, им тоже не за тридцать."

"И почему это?"

"Как тебе удается так долго подавлять эти импульсы? Они там - им просто нужен был правильный триггер. Каждый способен на убийство, при определенных обстоятельствах. Не каждый способен на пытки. Снова добавить сердце? Не каждый способен наслаждаться пытками или романтизировать их ".

Она отодвинула свою тарелку в сторону. "Ты бы убил ради меня?"

"Я бы, да, конечно".

"Иисус, не говори этого, не подумав ни секунды".

"Мне не нужно ни секунды раздумий. Подумай, кто мы такие, Ева. Мы оба способны убивать, и сделали это. Но есть... критерии. Стал бы я убивать, чтобы защитить тебя, спасти твою жизнь, уберечь тебя от вреда? Без колебаний. Стал бы я убивать, потому что ты сказал: "Сделай мне одолжение, я бы хотел, чтобы этот человек умер"? Мне не нужно об этом задумываться, потому что ты никогда бы так не сказал, не захотел этого, не попросил об этом ".

"Если бы я это сделал".

Он допил свое вино. "Я думаю, нам нужно было бы серьезно поговорить".

"Хорошо". Это удовлетворило ее. "Ты бы стал пытать кого-нибудь для меня?"

Его бровь приподнялась. "Мы вступаем на странные территории. Хорошо, тогда я последую за тобой. Чтобы спасти или защитить тебя от вреда, если бы я верил, что пытки - любого рода - помогут достичь этого, тогда, да, я бы сделал это. Обнаружил бы я - или вы в тех же обстоятельствах - что возросла сексуальная страсть, нет. Намеренное причинение боли - это уродливое занятие. Нас обоих использовали физически, эмоционально, и мы знаем, как это уродливо ".

"Это верно. Некоторые люди, подвергшиеся насилию, становятся насильниками. Так что мне тоже нужно взглянуть на это. Кто-то причинил ей боль - родитель, авторитетная фигура, супруг, партнер. Теперь ты тот, кто контролирует ситуацию. Ты тот, кто избавляет от боли и страха ".

Она поднялась, подошла к доске. "Но не для расплаты, во всяком случае, не сразу. Потому что это приятно. Кто знал, как хорошо, как волнующе это может быть - причинять боль, страх? И теперь, когда ты это знаешь, ты не можешь остановиться ".

"Зависимость".

"Именно. И опять же, именно поэтому все началось не здесь ". Она постучала по доске, изображению первой жертвы. "Это был не первый вкус. Они знали, на что это будет похоже здесь. Первый? Это было неожиданностью. Может быть, то, что вы назвали бы откровением. Я знаю, кто они такие. У меня уже есть довольно хорошее представление о том, кем они являются. Но кто и почему. Я не могу этого видеть ".

Он тоже поднялся, подошел и встал позади нее. Он положил руки ей на плечи, коснулся губами ее макушки. "И это беспокоит тебя, потому что ты знаешь, что будет другой".

"Нью-Йорк - самый большой городской район, в котором они были, насколько мы знаем. И когда я смотрю на карту, на маршрут, это остается правдой. Здесь они могут выбирать, как нигде больше. Это должно быть захватывающе. И мотивирующий ".

"Так что они быстро захотят другого".

"Если у них его еще нет, то он появится в течение следующего дня. Я был бы удивлен, если бы это заняло еще больше времени. Два дня, чтобы поиграть с жертвой перед убийством. Двое последних, Купер и жертва в Нью-Джерси, едва ли неделя между захватами. Наркоманам всегда нужно больше и быстрее. Пройдет совсем немного времени, прежде чем им понадобится другой ".

"Поскольку то, кто они и когда они начали, является ключевым, я обработаю ваши вероятности".

"Спасибо. Ты ставь еду на стол, я позабочусь об обломках ".

"Достаточно справедливо". Он на мгновение приблизил ее лицо к своему, коснулся неглубокой вмятины на ее подбородке. "Всем и вся - учитывая, кто мы такие - хорошо быть дома".

Когда он ушел в соседний кабинет, она отнесла посуду на кухню, сложила ее в стиральную машину. Они составили хорошую команду, подумала она, хорошо сработались - полицейский и (бывший) преступник. Смехотворно богатый мужчина, чьи корни в переулках Дублина, и женщина, которая выжимала жизнь на зарплату полицейского, которая выросла в системе после кошмара первых восьми лет.

Немногие, включая ее саму, могли бы предсказать, что они будут так подходить друг другу. Что они стали всем друг для друга.

Она сомневалась, что убийцы, которых она искала, казались такими уж неподходящими друг другу на первый взгляд. Люди тоже замечали такие вещи. Они хорошо смотрелись вместе, она верила. Выглядел так, как люди ожидали, что пара будет выглядеть.

И они чертовски хорошо сработались вместе.

Она снова подумала о Рорке и о том, как легко согласилась принять его предложение о помощи в официальном расследовании.

Доверие, поняла она. Не просто влечение, не просто страсть, не просто общая цель. Чтобы работать в команде, должно было быть доверие.

С этой мыслью она вернулась к своему столу, чтобы просмотреть свои записи.

7

Ева прочитала сводку интервью Бакстера, произвела выборочную проверку записей. Ничто не выделялось, ничто не выскакивало - и она этого не ожидала. Но это дало ей шанс оценить технику интервью Трухарта, его ритм.

Хороший баланс со стилем дождевика Бакстера, решила она.

Она сделала еще одну заметку для команды Трухарта в интервью с другими детективами, вывести его из зоны комфорта.

Она завершила другой отчет для Уитни и Миры своими выводами о том, что данные и улики указывали на то, что Купер был случайной жертвой, последней известной в ходе длительного загула двух субъектов, и не преследовал конкретной цели.

Она сообщила Моррису, что они опознали Эрнестину. Моррис сообщил, что приходила мать жертвы, спросила, когда она сможет забрать своего сына. Ева рекомендовала передать тело ближайшему родственнику или ее представителю как можно скорее.

Нет смысла, подумала она, просто нет смысла продлевать страдания. Тело Купера сказало им все, что могло.

Она обратилась к еще двум первичным выборам, которые повлекли за собой долгие, извилистые разговоры, никаких свежих идей или информации и обещания со всех сторон поделиться всеми данными.

Когда Рорк вернулся, она проверяла новые версии жертвы из Нью-Джерси.

"Я разработал несколько маршрутов, три из которых являются главными претендентами", - сказал он ей. "Эти трое слишком близки по вероятности, чтобы вытащить одного в данный момент. Даже у них было бы какое угодно количество отклонений ".

"Могу ли я увидеть их на экране?"

Он подстроил это. "Это переносит их с юго-востока Техаса, через Луизиану, в Арканзас, в Миссисипи, прежде чем встретиться с вашим первым знакомым в Теннесси. Он также предполагает, как вы видите из выделенных пунктов, другие наиболее вероятные остановки в Теннесси и через границу Миссури через Кентукки, что устраняет разрыв до Западной Вирджинии и второй точки в Западной Вирджинии. Другой в западной части Мэриленда устраняет разрыв до Огайо. У вас двое в Пенсильвании, но это показалось необычным, и компьютер согласился, что они не будут охотиться в одном из более сельских, менее населенных районов этой области, так что там есть еще один момент перед переездом в Нью-Джерси, а затем в Нью-Йорк ".

"Несколько обходных путей, но довольно прямой маршрут на северо-восток".

"Второй приходит с запада. Я отправился на запад, в Калифорнию, через Неваду, в Аризону, через Нью-Мексико. Направляюсь в Техас, затем в Оклахому, еще раз в Арканзас, и маршрут остается первым оттуда ".

"Калифорния. Долгий путь, много времени." Много потенциальных тел, подумала Ева.

"Оба, да. Начинать следовало бы с юго-восточного маршрута, изгибающегося в северо-восточном направлении. Последний маршрут предполагает, что у них была цель в Теннесси или они изменили направление там, первоначально направляясь из Флориды, проходя через районы Алабамы и Джорджии, возможно, снова Миссисипи, прежде чем вы впервые узнали о Теннесси, и следующий маршрут останется таким же, как два других. "

"Каков диапазон вероятности?"

"С 70,2 до 73,4. Это слишком умозрительно для повышения без более точных данных".

"Давайте возьмем третий". Она изучала это, пыталась представить это. "Приезжаю с юга - там тепло и солнечно, верно? Они должны были начаться осенью - наиболее вероятно - для этой временной шкалы - но приближается зима. Люди действительно оставляют тепло и солнечно ради холода и горечи, но если ты в погоне за убийствами и справился с этим в тепле, почему бы не дождаться весны, чтобы забраться так далеко на север?"

"Нью-Йорк как пункт назначения", - напомнил он ей.

"Да, я понимаю, они хотят прийти и откусить большой кровавый кусок от яблока. Но, тогда, почему бы не поработать, чтобы добраться сюда до праздников? Видишь, как все это наряжено? Люди делают это, они приходят целыми армиями, чтобы посмотреть на праздничную суету. Зачем оставлять достаточно теплое ради серьезно холодного? Учитывая человеческую природу, я собираюсь оценить эти три из трех. Второй, родом из Калифорнии".

Она прошлась по доске, снова посмотрела на экран. "Та южная часть, та же сделка, но, может быть, что-то случится. Ты должен взорваться. Или ты просто начинаешь. Путешествие дольше, чем приезд с юго-востока, так что, возможно, вернемся летом. Вероятно, так давно. Не думай о зиме, и ты уходишь. Но в этом много необоснованного и / или нерешенного ".

"Выбери любую точку на этом маршруте в качестве отправной точки", - сказал ей Рорк. "Аризона, Нью-Мексико, Оклахома. Любой из них более вероятен, чем точки к северу от них ".

"Да, вот почему мне это нравится, а мне нет". Изучая, размышляя, она засунула большие пальцы в карманы, побарабанила пальцами. "Они могли начать где угодно, с дальней западной точки, и это имеет логический смысл на карте. Временная шкала... это кажется более вероятным, если бы у них был первый здесь? Что это?"

"Нью-Мексико".

"Почему эти картографисты или люди, называющие государства, отправились с таким количеством новых "Куда бы то ни было"?"

"Так говорит житель Нью-Йорка".

"Вопрос все еще остается в силе. Если они были так привязаны к Мексике, или Хэмпширу, или Йорку, почему они просто не остались там? В любом случае, примерно там, или в той части Техаса или Оклахомы. Это получает от меня более высокую оценку, как и первая возможность. Из юго-восточного Техаса, ударьте по Луизиане, Миссисипи, Арканзасу. Почему S-A-S произносится S-A-W ? Это должен быть Ар-Канзас . Канзас возражал?"

Как ни странно, он нашел вопрос совершенно справедливым. "Я не могу тебе сказать".

"Это не относится к этому, но это вопрос. Второй по величине для меня ".

И снова, как ни странно, подумал он, то же самое произошло и с ним. "Почему? И это тоже вопрос ".

"Это снова та сделка с юга на север. От теплого к холодному. Это просто интуиция, но она поражает меня ".

"Это сделало то же самое для меня", - сказал он ей. "Но это может быть потому, что я привык к тому, как путешествует твой разум".

"Или это может быть потому, что это просто кажется правильным. Мы будем работать над пропавшими людьми, нераскрытыми на других маршрутах, но я собираюсь сосредоточить свои собственные усилия на втором ".

Она потянулась за кофе на своем столе, поняла, что его там нет. Даже когда она нахмурилась, Рорк протянул ей то, что от него осталось.

"Это хорошо", - сказала она ему. "Дает нам возможность работать, пока мы не получим следующее тело".

Он взъерошил ее волосы. "Это позитивное мышление".

"Это так. Я уверен, что будет следующее тело. Что достойно презрения, так это знать, что другой DB может дать нам больше возможностей для работы ".

Она снова изучила карту, покачала головой. "Итак, работаем в ответ, это лучшее, что мы можем сделать. Я собираюсь собрать это воедино, разослать это. Пибоди может начать поиски по первому маршруту ".

"Почему бы мне не сделать то же самое с твоим наименее вероятным? Если ничего другого не останется, ты, возможно, сможешь вычеркнуть это ".

Она посмотрела на него. Даже в повседневной одежде он излучал командование. У него было бы много своих забот. "Слишком много скучной полицейской работы для одной ночи".

"Достаточно скучный, я могу в то же время выполнять кое-какую свою собственную, несколько менее скучную работу".

"Я твой должник".

"Мы разработаем график платежей".

"Да, как будто я не знаю этой валюты".

Он рассмеялся, притянул ее для поцелуя. "Что делает меня самым богатым человеком в мире".

"Ты уже такой - в значительной степени".

"Не без тебя". На этот раз он нежно поцеловал ее в лоб. "Больше нет".

Он говорил серьезно, подумала она, возвращаясь к своему столу. И она понимала это чувство. Когда-то ей было достаточно значка. Все для нее.

Больше нет.

Поскольку первый маршрут был на коленях у Пибоди, другой - у Рорка, Ева остановилась на второй вероятности. Она подключилась к IRCCA, улучшила его регион за регионом, разделив на три поиска. Пропавшие без вести, нераскрытые убийства и, последнее, инциденты, которые объединили эти два.

Это заняло время - так было всегда, - поэтому, пока она ждала первоначальных результатов, она вернулась к своей доске, наугад выбрав жертву.

Она сидела, просматривала материалы дела, спрашивая себя, что она могла бы сделать по-другому, если вообще что-нибудь, были ли какие-то пробелы, которые она могла бы заполнить, какой шаблон она могла бы начать создавать.

Эскалация была четкой закономерностью - увеличение насилия и продолжительности пыток, сокращение времени между известными убийствами.

Стандарт, подумала она, для профиля убийцы-гуляки и патологии.

От первого известного до последнего известного, отметила она, временные рамки увеличились с восемнадцати часов с момента последнего посещения до смерти до сорока девяти часов. Промежуток между первой известной жертвой ТОДА и последним, кого видели второго, составлял десять дней. Разрыв между жертвой в Нью-Джерси и Купером составил четыре дня.

Больше никаких путешествий, если она правильно их прочитала. Устроился сейчас. Больше никаких маленьких городков, никаких проселочных дорог. Время в большом городе.

Она пошевелилась, посмотрела в темноту за окном.

У них был бы еще один сейчас или скоро. До утра, если схема продолжится. И это дало ей два дня, чтобы найти их и спасти жизнь.

Ее глаза округлились от шока, когда начали поступать результаты. Слишком много пропавших людей, которые так и остались пропавшими без вести, решила она, и слишком много нераскрытых.

Она сосредоточилась на третьем поиске и его меньшем количестве.

"Возможно, у меня есть пара возможностей", - сказал Рорк, входя. Затем поднял брови, когда увидел свирепый взгляд на ее лице, когда она работала. "И я бы сказал, что у тебя их запах".

"Юго-Восточный Миссури. Тот маленький клин, который втискивается между Арканзасом и Теннесси ".

"Захолустное местечко под названием Каттерс-Бенд".

Этот свирепый взгляд вспыхнул. "Ты попал в этого".

"Это едва коснулось моего поиска. Девятнадцатилетний юноша, пропавший в сентябре прошлого года по пути домой с бейсбольного поля одним чудесным вечером. Он так и не добрался домой ".

"Его тело было найдено почти неделю спустя, брошенным в лесистой местности на границе с Теннесси. К тому времени разложение и животные добрались до него. Сломанное запястье, сломанные пальцы, порезы, проколы, доказательств сексуального насилия нет, но есть свидетельства связывания того, что осталось от его запястий и лодыжек. Травма от удара тупым предметом, на затылке, несколько следов ожогов в качестве улик.

"За десять дней до нашего первого подтверждения в день, когда он пропал. Вырезанного сердца нет, но разложение, животные, в любом случае, маловероятно. И если ты следуешь из этой жертвы -"

"Ноа Пастон".

"Да, следуйте от Пастона до первого подтвержденного, и вы получите Аву Эндерсон".

Рорк шагнул вперед, прижавшись бедром к ее столу. "Я не поднимал ее".

"Никто не сделал. Она пропала примерно в то время, когда двое детей наткнулись на останки Пастона. Путешествовал один, из Мемфиса в Нэшвилл, последний раз его видели - подтверждено - ужинающим в закусочной около семи вечера, примерно в десяти милях от шоссе. Дружелюбный тип, по словам официантки, которая ее обслуживала. Она сказала, что направляется в Нэшвилл, чтобы устроить небольшую встречу с подружками, но поскольку они должны были приехать только на следующий день, она решила остановиться на ночь, чтобы утром выйти свежей. Как все равно барахлила ее машина."

Пока она говорила, Ева вывела на экран снимок, удостоверяющий личность женщины. "Официантка порекомендовала пару мест. Эндерсон сказала, что ей хотелось тишины и простоватости, чего-то необычного. Итак, официантка рассказала ей об этом месте, что-то вроде гостиницы. Эндерсон посмотрела это на своем PPC, ей понравился внешний вид, и она забронировала номер."

"И, я полагаю, не добрался туда".

"Ты правильно предполагаешь. Ее машина была найдена примерно в двух милях от этого... Вот оно. " Она выделила это на экране. "Гостиница "Закат". Разрушена. Капюшон надет, ее багаж все еще в багажнике. Встроенный комп был удален - мастерски. Они не нашли ее ".

"Покажи мне маршрут", - попросил Рорк, затем кивнул, изучая его на экране. "Я понимаю, да. Очень логичный переход от мальчика к этой женщине, к первому подтвержденному ".

Да, у нее был запах, и ей приходилось ускорять шаг, когда она следовала за ним.

"У меня есть еще один в Кентукки, который мне звонит, и еще один в Западной Вирджинии, я нутром чую, что это их работа. Тот занимался пешим туризмом / кемпингом, что ставит меня в тупик. Зачем кому-то делать это нарочно? Ютиться у костра на открытом воздухе, спать в палатке? Но они делают. Его жена подняла тревогу, когда он не зарегистрировался - а он регистрировался каждое утро - и не ответил на его ссылку. Она бредила копами, пока они не приехали к его лагерю. Он зарегистрировал это. Его там нет, и они полагают, что он просто отправился в поход, поскольку нет никаких признаков нечестной игры ".

Она отошла назад, уставилась на экран.

"За шесть дней до того, как они нашли его тело, в ущелье. Животные и снова разлагаются, и они квалифицировали это как смерть от несчастного случая. Но жена подняла серьезный шум, обратилась к средствам массовой информации, наняла адвокатов, частного детектива. Поэтому они отметили его файл ".

Ева жестом указала, когда она снова села, просматривая идентификационный снимок с маршрутом. "Джейкоб Фастбиндер. И я полагаю, что жена здесь, поскольку он был фанатиком пеших прогулок, совершал пешие прогулки по крайней мере два раза в год, каждый год с тех пор, как ему было около двенадцати. Он знал регион, он был умен и подготовлен, и он был осторожен. И у него не было его стаи, когда они нашли его. Местные говорили, что это могло быть потеряно или утащено, но это чушь собачья. У него тоже не было его модного браслета для пеших прогулок. Я не могу подтвердить, были ли какие-то из ран нанесены или пострадали во время падения ".

"Ты поговоришь с женой".

"О да. Она пошла на похороны, это то, что я узнал из его некролога. Я думаю, она могла бы пожелать, чтобы его останки эксгумировали и исследовал судебный антрополог ".

"Ты будешь тянуть в ДеВинтер". Рорк кивнул. "Хорошее решение".

"У меня есть еще пара, на которые я хочу присмотреться повнимательнее". Она потерла свои усталые глаза. "Но я знаю, что таких много. Не могу сказать, был ли парень из Миссури первым - все еще не хочется этого, но он их ".

"Теперь он твой".

Она пожала плечами, взглянула на автоповар.

"Тебе нужно поспать. Вы не можете связаться с женой туриста в этот час или вызвать кого-либо из полиции по этим делам, не в этот час ".

Он поднял ее на ноги. "Если Пибоди тоже не попадет, ты можешь начать свой маршрут в Миссури и вернуться оттуда, если почувствуешь, что мальчик не был у них первым. Дай своему мозгу и инстинктам отдохнуть".

Она не спорила только потому, что хотела, чтобы это осело, отложилось в ее подсознании. Ноа Пастон - а она добавит его в свой список утром - был у них не первым.

"Пастон", - сказала она, когда Рорк потащил ее из комнаты. "Местные жители проделали тщательную работу - и когда его нашли за границей штата, вызвали федералов. Небольшая община сельского типа. Люди знали этого парня. Понравился парень. У него был разрыв со своей девушкой и стычка с парнем, ради которого она его бросила, но ничего серьезного. А у напарника, который давил и пихался, было железное алиби, и он просто не походил на убийцу ".

В спальне она сбросила туфли. "Он хорошо учился в школе, предпочел посещать онлайн-курсы вместо колледжа, чтобы оставаться дома и помогать семейному бизнесу. Садовый центр. И он играл в мяч, тренировал Младшую лигу вместе со своим отцом. Он нравился людям, это видно из отчетов ".

"Почему не первый?"

"Это просто не подходит для меня. Снова не то место / не то время. В общем, он поехал домой с бейсбольного поля. У него был маленький грузовичок. Но он одолжил его другу примерно за час до окончания тренировки. И он остался подольше, чтобы поработать один на один с ребенком, проводил ребенка домой. Это не было его обычной рутиной, так что, если бы кто-то подстерегал его, он бы не пришел, когда они ожидали. Он выбрал короткий путь, поскольку шел пешком, или сказал парню, что собирается идти, и он направился в сторону проселочной дороги, которая пересекала поле и по ней вела к его дому. Это было в сумерках. Просто темнеет".

"И эти двое проезжают мимо, видят его".

"Да, могло быть и так. Спроси его, не хочет ли он, чтобы его подвезли, спроси дорогу. Или женщина каким-то образом соблазняет его. Он спортсмен, молодой, быстрый. У него бейсбольная бита, но они достают его. Он не легкая мишень, не совсем, но они видят молодого, глупого, одинокого на проселочной дороге в темноте. Он ребенок, так что это не из-за денег. Ему не о ком было говорить. Ссылка, и они так и не нашли ее, хорошая бита и перчатка, но ничего по-настоящему ценного. И они не насилуют его и не издеваются над ним сексуально, так что дело не в этом ".

"Жребийная удача".

"Вот как это выглядит для меня". Эта мысль крутилась в ее мозгу, и она хотела, чтобы она проникла в суть. "И первый не будет таким. У первого была причина, у него загорелся фитиль. Я не нашел первого ".

"Зачем выбрасывать тело так далеко - за границу штата, привлекая ФБР?"

Она натянула ночную рубашку. "Они были куда-то в пути - имели в виду пункт назначения на ночь. Взял его с собой, вероятно, выведенный из строя. Я должен понять, что они не думали о пересечении границы штата, не рассматривали это. Просто отведи его на приличное расстояние, это даст им больше времени для игры ".

Все еще размышляя, она вытянулась на кровати, рассеянно проведя рукой по голове Галахада, когда он вскочил, чтобы присоединиться к ней. "В отдаленных местах вокруг, как в случае с жертвой, направляющейся в Нэшвилл. Старый дом, хижина, рыбацкая хижина, что угодно. Уберите это, когда закончите, выбросьте его достаточно далеко от места убийства. Кто бы посмотрел?"

"Ты".

"Теперь, да. Теперь достаточно оглядываться назад ".

"Тогда", поправил он и скользнул в постель рядом с ней. "Ты бы обдумал маршрут, как и сейчас - подумал, что им нужно где-то держать его, и ты бы посмотрел".

"Это не поможет ему сейчас. Есть один в Арканзасе, маловероятно, но я хочу еще раз взглянуть. И второй в Западной Вирджинии, я думаю -"

"Завтра". Рорк обнял ее одной рукой, притянул ближе. "Пусть это подождет до завтра".

"Ты просто хочешь, чтобы я заплатил".

"Я рассматривал возможность погашения этого долга со значительными процентами, но я более чем готов принять оплату сейчас".

"Ты всегда готов".

Не сводя с него глаз, она провела рукой по его груди, торсу, животу и обнаружила, что он горячий и твердый.

"Видишь?" Она обхватила его пальцами. "Как вы, ребята, живете с этим?"

"Это мужское бремя, которое нужно нести".

"Всего несколько дюймов, и это управляет мозгом, эго и может уничтожить здравый смысл".

"  " Несколько"?" возразил он, заставив ее рассмеяться.

"Знал, что это достанет тебя".

"При правильном использовании это может повлиять на мозг женщины, ее эго и уничтожить ее здравый смысл".

"Я думаю, ты собираешься показать мне, как правильно этим пользоваться".

"Это было бы для меня удовольствием".

Он перекатился на нее сверху, но сначала использовал свой рот, очень правильно, на ее.

Она позволила себе погрузиться в это, обнаружила, что это легко - там, где когда-то это было невозможно - отбросить убийство и смерть в сторону. Брать и отдавать без того, чтобы мир теснился вокруг.

Только они вдвоем - или только они вдвоем после того, как кот с раздраженным стуком приземлился на пол - в большой кровати под небесным окном. Точно так же, как они были только вдвоем на острове, долгими солнечными днями и свежими, благоухающими ночами.

Он мог бы забрать ее, этим ртом, этими умелыми руками. Теперь они бродили по ней, скользя по ее фигуре, как будто он вылепил ее из стекла.

Она знала, что любовь, в которую когда-то не верила, может быть тихой и милой, и все еще удерживать мир.

Она обвилась вокруг него, свободная и желающая, наполняя его сердце вздохом, который шептал удовлетворение, будоража его кровь прикосновением своих пальцев. И он был переплетен с ней - сердцем, кровью и духом - так замысловато сплетен, что они слились воедино.

"Я люблю тебя", - пробормотал он по-английски, и снова по-ирландски, когда ее сердцебиение участилось под его рукой, когда ее пульс подскочил к его губам.

Она сжалась вокруг него, сильно и быстро. "Ты - любовь для меня. Ты - любовь". Она подставила его лицо, отодвинула его назад ровно настолько, чтобы встретиться с ним взглядом. "Мой", - сказала она, нежно притягивая его губы обратно к своим.

Она могла бы плыть вниз, вниз в этот бездонный колодец любви, в глубину, от которой перехватывало дыхание. Она могла парить, даже когда ощущения переливались над ней, через нее, в нее. И восстань, пропитанный, когда мерцание превратилось в искру.

Она приняла его, приняла горячее и твердое, увлекла его за собой в глубину, от которой перехватывало дыхание, так что они поднимались и опускались вместе.

Крепко сжав руки, отбивай ритм встречи. Когда они сломались, любовь пролилась через них.

Она прижалась к нему, держась за тепло, за форму, вдыхая его запах. И ее губы изогнулись на его горле.

"Заплачено сполна, приятель".

"Я отмечу это в бухгалтерской книге памяткой, что ты помог мне нести мое бремя еще один день".

Она фыркнула от смеха, когда ее разум начал затуманиваться сном. "Как там мозг, эго и все такое?"

"Все хорошо, спасибо. А твой?"

"Это хорошо. Всего хорошего. У нас все хорошо ".

Он погладил ее по спине, когда она уплывала прочь, почувствовал, как кровать прогнулась, когда кошка поняла, что путь свободен, и вскочила обратно.

Он думал, это было хорошо. Действительно, очень хороший.

Это не было бы хорошо для Джейлы Кэмпбелл. Она была вне себя от злости, когда тащилась по Кармайну, сгорбившись от холода. Если бы Маттио не был таким придурком, она бы не вылетела с вечеринки, не была бы, казалось, за много миль от своей квартиры - и без чертового такси в поле зрения.

Его рука - обе его руки - была на толстой заднице той блондинки, и они потирали промежности. На этот раз никаких оправданий, никаких "я просто дурачился" на этот раз, никаких "Но, детка, я был наполовину под кайфом" на этот раз.

Они были до D готовы.

Ей не следовало выходить сегодня вечером из дома. Ранний рабочий день, и она не знала окрестности. Она никого не знала на той дурацкой вечеринке.

Ей следовало послушаться свою соседку по комнате и остаться дома. Но она была немного зла на Кари за то, что та назвала Маттио изменяющим мудаком. Теперь она призналась, что была немного взбешена, потому что знала, что это правда.

Какого черта ему нужно было быть таким привлекательным и таким хорошим в постели?

До D конца, напомнила она себе, смаргивая слезы и успокаиваясь, написав сообщение своей соседке.

По дороге домой - покончил с этим дерьмом. Подожди, ладно, если ты не в постели? Вставай, если ты есть. Я хочу вина и нытья. J

Она сморгнула слезы, которые были вызваны как гневом, так и потерей изменяющего придурка.

"Эй, мисс! Эй, прости!"

Она услышала голос - в нем звучал майор Твонг - и продолжила идти.

"Пожалуйста, прости меня, но я действительно потерян. Не могли бы вы просто сказать мне, как добраться до Брума? Это верно? Прав ли Брум?"

До нее донесся резкий голос, и женщина, которой он принадлежал, вздрогнула и прикусила губу. "Я просто потерян, и я ужасно нервничаю. Если бы ты мог просто сказать мне, каким путем идти. Так холодно, и я не могу найти такси ".

"Расскажи мне об этом". Джейла вздохнула. "Ты сказал Брум?"

"Да, с буквой "е", это верно? Я не из Нью-Йорка ".

"Потрясенное лицо".

Женщина улыбнулась, затем посмотрела вниз. "О, ты только посмотри на это?"

Инстинктивно Джейла посмотрела вниз, немного наклонившись.

Это поразило ее, как удар молотка. Может быть, это был молоток. Взорвалась боль, мир завертелся, становясь красным по краям. Она попыталась закричать, но у нее вырвался только стон.

Что-то - кто-то - толкнуло ее, дернуло ее. Она упала тяжело, достаточно сильно, чтобы украсть то немногое, что еще оставалось в ее легких.

"Она у меня, милая!" Дребезжащий голос доносился, как будто из туннеля, туннеля, затопленного водой. "Пойдем, она у меня. Я же просил тебя позволить мне выбрать их, Дэррил. У меня есть сноровка".

Кто-то засмеялся. Даже когда она захныкала, пытаясь перевернуться, молоток ударил снова и отбросил ее в темноту.

8

Ева проснулась в знакомом. Аромат кофе, Рорк, уже одетый в один из своих костюмов мастера делового мира, на диване в гостиной, работающий со своим ПК, в то время как на экране, включенном без звука, прокручиваются финансовые данные, которые она никогда не поймет. И кот растянулся на диване, как какой-нибудь кошачий властелин.

На самом деле, лучше не стало.

Мгновение она лежала неподвижно, вбирая все это в себя - и все же он почувствовал, что она проснулась, когда его пристальный взгляд переместился на нее.

"Доброе утро".

"Это похоже на смерть", - решила она.

Она оттолкнулась, поскольку ничто не манило так соблазнительно, как аромат кофе. Поскольку он пошел за травкой, она подошла, налила большую кружку и позволила себе это особое наслаждение первого утреннего глотка.

"Со сколькими странами и / или внеземными станциями вы разговаривали этим утром?" она задумалась.

"Только Италия и Олимп. Это медленный день ".

"В твоем мире", - парировала она, поскольку было всего шесть утра. "Душ", - заявила она и взяла свой кофе с собой.

По сравнению с кофе, настоящим кофе, пульсирующими струями и проливным душем с дымящейся горячей водой, это лучшее начало любого утра. Были дни, когда она не думала дважды об этом - такие вещи стали рутиной. И другие дни она помнила, с жестокой ясностью, холод, голод, темные пространства, болезненно яркие.

У нее перед глазами промелькнула комната в Далласе - мигающий красный свет секс-клуба, леденящий холод, потому что датчик температуры был сломан, голод, грызущий, как крыса, в ее животе, борющийся с алчным страхом, что ее отец вернется пьяным, но недостаточно пьяным, и снова причинит ей боль.

Ей было восемь, голод, страх и боль были ее постоянными спутниками.

Почему она должна думать об этом сейчас, в прекрасное утро, когда горячая вода заливает ее с ног до головы, а вместе с паром поднимается чистый, слегка зеленый аромат геля для душа?

Она мечтала, поняла Ева. Нет, не ее старый кошмар, не та ужасная ночь, когда она убила Ричарда Троя, когда он изнасиловал ее. Но он был где-то там, внутри.

Ее первым побуждением было отмахнуться от этого - она не могла утверждать, что пережила годы травмы, но она научилась справляться с этим, ставить все на свои места и двигаться дальше. Но отказ от этого давал этому - ему - слишком много власти и мог разрушить все, над чем работало ее подсознание, пока она спала.

Поэтому она позволила своему разуму плыть по течению, позволила своим мыслям прокручиваться в голове, когда она вышла из душа в сушильную трубу. И пока теплый воздух обдувал ее, она услышала музыку.

Виолончель. Он играл на виолончели. Реквием, как назвал это Дориан Купер, сидя в черном галстуке и извлекая из инструмента скорбные ноты смычком и своими умелыми пальцами.

Реквием для всех.

Она видела лица мертвых, тихо сидящих в зале того, что когда-то было оперным театром, с которых капала вода, сверкали люстры и позолота. С каждым из мертвых, освещенных льдисто-голубым светом.

Посмотри на меня. Встань за меня.

Их так много, подумала она. Те известные жертвы, другие, как она считала, были.

И пустые места - для тех, кого еще предстоит узнать, или, что еще хуже, для тех, кто еще придет.

Слишком много пустых мест, подумала она, выходя из теплого воздуха, снимая халат, аккуратно висевший на крючке.

Ричард Трой вышел на сцену, ухмыляясь своей дикой ухмылкой, с дирижерской палочкой в руке.

Давайте оживим это! Время для веселой мелодии. Убийство взбадривает тебя и придает бодрости твоему шагу. Ты должна это знать, маленькая девочка.

"Пошел ты обратно в ад", - пробормотала она и услышала, как голос ее сна вторит этому чувству.

Это заставило ее улыбнуться, хотя и немного свирепо. Он больше не мог добраться до нее, не мог заставить ее дрожать.

Но сон, или воспоминание о нем, не сказали ей ничего, чего бы она уже не знала. Их было много, и их будет еще больше.

Она вернулась в спальню, заметила, что Рорк поставил на стол два накрытых блюда.

Это будет овсянка - что-то еще, с чем она смирилась.

Когда она подошла и села рядом с ним, он взял ее за подбородок рукой, повернул ее лицо к своему для поцелуя.

Еще один прекрасный способ начать день. Даже когда последовала овсянка.

Когда он снял согревающие веки, она увидела, что не ошиблась. Но он добавил кусочек бекона, миску жирных ягод и еще одну миску хрустящей карамели. Когда вы добавляли ягоды и хрустящую начинку в овсянку, ели бекон, все получалось достаточно просто.

"Почему такая полезная для тебя еда, как овсянка, обязательно должна быть странной?"

"Среди нас много тех, кто вовсе не считает овсянку странной".

"Держу пари, что среди нас больше тех, кто любит", - пробормотала она и замаскировала это ягодами и хрустом.

"Это прекрасный способ начать снежный день".

"Снег?" Она подняла глаза, посмотрела в сторону окна, в серость и белизну.

Она увидела не тонкую струйку вчерашнего снега. Но густые, быстрые белые хлопья.

"Черт".

"Отсюда так чудесно, когда на столе завтрак и потрескивает огонь".

"Было бы здорово, если бы мы могли сидеть прямо здесь, пока это не прекратится".

"Есть ли что-нибудь, чем ты не можешь заняться здесь до утра?"

Она, вероятно, могла бы работать дома. Ее оборудование здесь - и другое доступное ей оборудование - позорит то, что у нее было в Central. Но -

"Мне нужна Пибоди", - начала она.

"Я могу организовать для нее транспортировку".

Он мог, подумала она, и сделал бы это. И все же но .

"Я только что вернулся из отпуска. Моим людям нужно, чтобы я был рядом, настолько, насколько я могу справиться. А Трухарт завтра сдает экзамен на детектива. Бакстер из-за этого в отчаянии ".

"То, что он потерпел крушение из-за своего молодого помощника, хорошо говорит о нем. И не утверждай, что тебя это не беспокоило, когда Пибоди забрала свое."

"Я обучал ее. Если бы она взорвала это, я бы надрал ей задницу ".

"Как ты думаешь, что сделает наш юный Верный Сердцем?"

"Он пройдет. Если он этого не делает, значит, он не готов. Это значит, что он позволил нервам испортить его. Коп не может позволить нервам испортить его, так что это было бы неготово. Если они с Бакстером не выйдут на горячую линию, я собираюсь использовать их в своем расследовании. Это больше рук и глаз, и это будет держать их обоих занятыми ".

"Вы хороший босс, лейтенант".

"Копы под моим началом заслуживают его, так что мне нужно им быть. Если Трухарт выживет, я собираюсь запросить другую форму ".

"Есть кто-нибудь на примете?"

"Пара, на которую я посмотрю, если и когда". Она почувствовала, как кот начал сползать по дивану, как змея, когда она взяла кусочек бекона. "Что у тебя сегодня на тарелке?"

"Ряд встреч, обзоров - со многими из которых, к счастью для меня, я могу справиться отсюда по ссылке или голограмме. Я рискну выйти позже. Я хочу зайти в молодежный приют - там работа продвигается очень хорошо. И поскольку я тоже был в отъезде, я захочу провести время в своем офисе ". Он с удовольствием зачерпнул овсянку. "Я также хороший босс".

"Из легионов".

Когда кот перевернулся, не сводя глаз с бекона, Рорк просто повернул голову и поднял бровь. Галахад перекатился на спину, широко зевнул.

"Почему он думает, что это сойдет ему с рук?" Ева задумалась. "Он никогда этого не делает".

"Ты не можешь получить приз, не дотянувшись до него".

Признавая правоту, она потянулась за призом - еще кофе - и ее коммуникатор подал сигнал.

"Ад". Она встала, подошла, чтобы взять его с комода. "Даллас".

"Диспетчер, Даллас, лейтенант Ева. Увидимся с женщиной по адресу 623 Бонд, квартира 902. Уиттикер, Кари сообщила о возможном исчезновении человека. Уведомление о возможных пропажах помечено по вашему запросу ".

"Верно. Кого не хватает?"

"Кэмпбелл, Джейла, двадцать четыре года, женщина смешанной расы. Последний раз видели, 754 Кармайн, квартира 615, примерно в двадцать четыре-тридцать часов."

"Признан. Я возьму это. Даллас уходит ".

Она нахмурилась, глядя на коммуникатор, прежде чем снова положить его. "Вероятно, ничего. Вероятно, переспал с кем-то, но я попросил их отметить все пропажи или возможные пропажи старше шестнадцати лет. Они никогда не увлекались детьми, насколько мы знаем ".

"Небольшие благословения. Ты хочешь, чтобы я пошел с тобой?"

"Нет смысла. Я сделаю это в одиночку, просто встречусь с Пибоди в Центральном. Женщина не теряла связи даже восемь часов, так что, вероятно, ничего страшного ".

"И все же".

"И все же". Она направилась к шкафу. "Если окажется, что это кто-то из них, у нас будет чертовски много времени, чем у кого-либо раньше. Это начало ".

Она вышла в темно-синем свитере с круглым вырезом, коричневых брюках и коричневой куртке. И снова нахмурилась, когда он одарил ее приподнятой бровью Галахада / Бэкона.

"Что? Что не так с этим материалом?"

"Оставь свитер и брюки". Он встал, забрал у нее куртку и направился к шкафу.

"Почему я не могу сделать это правильно?" - требовательно спросила она. "Я думаю, что я все понимаю правильно, но тебе нравится заставлять меня думать, что я все понимаю неправильно".

"Это не совсем неправильно. Просто есть лучший выбор ".

Она натянула поддерживающую майку, бормоча о лучшем выборе, влезла в нижнее белье и застегивала брюки, когда он вышел с курткой - коричневой, черт возьми.

Но тот, у которого была тонкая игольчатая полоска темно-синего цвета. Ботинки тоже были темно-синими, с более широкой коричневой полосой по бокам до щиколотки.

Она знала, что никогда не видела их раньше.

"Водонепроницаемый, изолированный", - сказал он ей. "Твои ноги будут счастливее".

"Сколько пар ботинок у меня там?"

"Я бы не знал".

"Ты продолжаешь их покупать, так что ты должен знать". Она натянула свитер, поправила волосы, когда ее голова высунулась наружу.

И он поцеловал ее. "Одно из моих маленьких удовольствий. Ты бы отрекся от меня?"

Она взяла сапоги, села. Почувствовал тепло, твердую поддержку в ту минуту, когда ее ноги оказались внутри. "Ты знаешь, сколько пар ботинок у меня было до того, как я встретил тебя?"

Он только улыбнулся, когда она поднялась, потянувшись за своим оружием, что сказало ей, что он, несомненно, сделал.

"Две, и одна пара на самом деле не в счет, поскольку они использовались в экстренных случаях только потому, что были разбиты. Я все еще ловил плохих парней ".

"Ты сделал. Теперь вы можете поймать их с более удобными и стильными ногами ".

Она взяла у него куртку, надела ее и начала рассовывать все необходимое по разным карманам. "Ты знаешь, что я женился на тебе ради секса и кофе, а не ботинок".

"Разве не приятно, в таком случае, получить премию?"

На этот раз она схватила его за лицо, поцеловала его. "Да. Я собираюсь захватить несколько вещей из офиса здесь, затем я в поле. Увидимся вечером".

"Я буду здесь примерно до одиннадцати, я думаю, если я тебе понадоблюсь. Тем временем, позаботься о моем полицейском ".

"Почти первый в моем списке", - сказала она и вышла.

"Это не, нет, даже близко не вершина". Он оглянулся и увидел, что кошке удалось воспользоваться моментом отвлечения внимания и стащить кусочек бекона, все еще лежавший на тарелке Евы. "И именно поэтому ты продолжаешь пытаться, не так ли? Время от времени ты поднимаешь приз".

Галахад провел языком по усам и рыгнул.

К тому времени, как она спустилась вниз, ее пальто уже висело на вешалке, а поверх него был аккуратно сложен шарф Пибоди, на нем была шапочка со снежинками мистера Мира и свежая пара перчаток в довершение всего.

Она подумала, не сунуть ли шляпу в карман, подумала о густом снеге, передумала. Она решила, что просто посмотрит на это как на талисман на удачу. Пока ей не удалось потерять это, как она потеряла каждую шляпу и каждую пару перчаток, которые у нее когда-либо были. Она намотала шарф, и поскольку свисающие концы- по ее мнению, давали противнику возможность задушить в любой рукопашной, засунула их под пальто.

Натянув перчатки, она вышла под снежную стену, где уже стояла ее машина с включенными обогревателями, которые, как она представляла, включились на полную мощность.

Рутина, снова подумала она. Такие вещи стали рутиной. Это не означало, что она принимала их как должное.

Она представила, как Соммерсет издал сухой, омерзительный смешок, когда раскладывал шапку со снежинками, и фыркнул, когда раскладывал обреченные перчатки. Но он погасил их.

"Так что спасибо", - пробормотала она и уехала в своей теплой, уродливой машине.

Она отправила Пибоди голосовое сообщение, сообщив своему партнеру, что проверяет возможных пропавших людей и планирует сообщить в Центральное управление, как обычно.

"Используй потенциалы, которые я тебе скопировала", - добавила она. "Давайте получим представление о жертвах и местных копах, которые ими занимаются. Если что-нибудь зазвучит об этом возможном, я проверяю, я приведу тебя ".

Она могла бы попросить Бакстера и Трухарта начать с двух, которые она не рассмотрела тщательно, подумала она. Но это могло подождать.

Она проделала весь свой путь до Нохо, вынужденная защищаться на каждом шагу. Потому что в каждом квартале были идиоты, страдающие снегофобией, заключила она. Который включал пешеходов, которые так спешили выбраться из-под снега, что не удосужились посмотреть, когда переходили пешеходный переход.

Максибусы медленно продвигались вперед, пока ей не захотелось уничтожить их все до единого - и она утешала себя тем, что, по крайней мере, погода удержала рекламные дирижабли от ажиотажа.

Ей потребовалось в два раза больше времени, чем следовало, чтобы добраться до Бонда, и шок от того, что она нашла парковочное место почти перед зданием, чуть не заставил ее уступить его подлому седану.

Она включила сирены, потрясла подлый седан и плавно скользнула в пространство.

Седан, явно обозленный и подозрительный, оставался в нескольких дюймах от нас. Ева вышла из машины, думая: "Хочешь сразиться со мной, приятель?"

Она распахнула пальто, блеснув оружием на ремне, показала свой значок. Пристально смотрел.

Седан тронулся с места.

Еще одно приятное дополнение к утру, решила она и поплелась по снегу ко входу в здание с его красиво уложенным кирпичом, заснеженными ступенями и фигурными железными перилами.

Солидное здание, определила она, тщательно отремонтированное, достойная охрана с камерами и накладками на ладони.

Она начала использовать своего мастера, передумала и нажала на 902.

Ответ был достаточно быстрым, чтобы сказать ей, кто бы ни был на другом конце, он стоял близко.

"Да".

"Лейтенант Даллас, полиция Нью-Йорка. мисс Уиттикер".

"Да. ДА. Я вовлекаю тебя в это. Пожалуйста, подойди прямо сейчас. Я жду. Подходи прямо сейчас".

Ева толкнула дверь на жужжание, на стук отключающихся замков. Небольшой вестибюль был обставлен с той же тщательностью, что и снаружи, с чистыми полами из искусственного дерева и парой лифтов с блестящими черными дверями.

Она поднялась на одном из них на девятый этаж, довольная, когда он прошел гладко и почти беззвучно. Как только она вышла, дверь дальше по коридору открылась.

Женщина носила короткие, стильные очки, обрамлявшие вырезанное из черного дерева лицо. Огромные карие глаза выглядели измученными и обеспокоенными, когда она сцепила руки вместе.

"Вы из полиции?"

Ева достала свой значок. "Лейтенант Даллас. Ты Кари Уиттикер?"

"Да, заходи внутрь. Они сказали, когда я связался с полицией, они сказали, что Джейла не пропадала без вести достаточно долго, чтобы считаться пропавшей. Даже когда я все объяснил, они сказали подождать еще день, попробовать связаться с ее ссылкой, другими друзьями. Затем они отметили меня совсем недавно и сказали, что кто-то придет.

"Ты нашел ее? Ты поэтому здесь?"

"Нет. Я просто продолжаю ".

"Ты лейтенант". Эти усталые, обеспокоенные глаза вспыхнули. "Лейтенанты не просто выполняют приказ. Мой отец - морской пехотинец, как и мой брат. Я знаю, как работает ранг ".

"Я продолжаю, поскольку проверяю любые сообщения о пропавших без вести лицах в связи с другим делом. Почему бы нам не сесть, и вы могли бы объяснить мне, что вы объясняли, когда вызывали это?"

"В каком другом случае?"

Умный и сообразительный, подумала Ева, что могло бы оказаться полезным. Но прямо сейчас ей нужны были данные. "Ср. Уиттикер, задавая мне вопросы, ты не поможешь найти твоего друга. Ответ на мой мог бы."

"Ладно, ты прав. Мне жаль. Я совсем не выспался".

Она указала на стул в гостиной с надписью "женский" без излишеств. Теплые тона, множество подушек, мягкие покрывала, цветы и свечи.

"Когда вы в последний раз видели мисс Кэмпбелл?" Спросила Ева.

"Она ушла вчера около девяти вечера с Маттио. Маттио Диас. Они собирались на вечеринку, я не уверен, куда. В Вест-Виллидж, я думаю."

"Вы соседи по комнате?"

"Это верно. Мы живем вместе уже почти четыре года - снимали комнату в колледже и сразу после этого сняли это место ".

"Я собираюсь предположить, что она отсутствовала всю ночь до этого, и у вас есть еще одна причина для беспокойства".

"Да, да обоим".

Кари снова сцепила руки вместе. На ней были кожаные брюки цвета железа и толстый красный свитер до бедер - и, на взгляд Евы, она усердно старалась оставаться спокойной и связной.

"Она написала мне вчера около половины первого ночи, сказала, что направляется домой, потому что я был прав, и Маттио был придурком. Она попросила меня подождать, если я еще не был в постели - я не был. Я имею в виду, я был, но я смотрел видео. Итак, я встал, достал бутылку вина и наш запас шоколадных брауни на скорую руку. Но она не вернулась домой. Я подождал примерно до часа, попробовал ее ссылку, но она не прошла ".

"Не прошел бы через это?"

"Как будто заряд разрядился, или связь оборвалась, или что-то в этом роде. Я даже не смог добраться до ее электронной почты. Я пытался снова и снова, но она так и не ответила ".

"Как насчет этого Маттио?"

"О, я пометил этого придурка". Теперь она излучала отвращение. "Я ждал почти до двух часов ночи, потому что не хотел с ним разговаривать, но я пометил его. Все еще на вечеринке, под кайфом - большой сюрприз. Он сказал, что она ушла - не могу сказать когда, ему было все равно, если вы спросите меня, и у него была его обычная реплика о том, как она неправильно поняла и стала ревновать ".

Слезы навернулись на ее глаза, но не затуманили огонь за ними.

"Он обманщик и неудачник. И я был так рад, когда Джейла написала мне, потому что на этот раз она действительно казалась законченной. Я могу воспроизвести это для тебя ".

"Да, сделай это".

Кари вытащила это из кармана. "Я проигрывал это снова и снова, как будто на этот раз я пойму, что что-то пропустил, но ..."

Она нажала play.

Ева слушала и начала чувствовать жжение.

Это был голос взбешенной женщины, которая направлялась домой, потому что хотела, чтобы ее подруга выслушала ее с сочувствием. Не из тех, кто решил бы вернуться на вечеринку или переспать с каким-нибудь другим парнем на ночь.

"Как бы она добралась домой?"

"Она бы вызвала такси, если бы могла. Ей не нравится метро, не нравится находиться под землей. Так что, если бы она не смогла найти такси, она бы пошла пешком ".

"Это долгая прогулка холодной ночью".

"Она была в ярости, и это помогло бы ей продержаться какое-то время. Лейтенант, я знаю, о чем вы думаете. Она взрослая женщина. Она поссорилась со своим парнем, пошла домой, передумала. Может быть, она нырнула в бар, или наняла LC, или столкнулась с кем-то, кого знала, и пошла с ним. Но она бы не стала. Она попросила меня подождать ее. Она бы никогда не заставила меня так волноваться. Она бы связалась со мной. Мы друзья. Мы лучшие друзья. Мы как сестры. Я знаю ее, и она бы этого не сделала. С ней что-то случилось ".

"Где она работает?"

"Она работает в модельном агентстве, где и познакомилась с Маттио Диквадом Диазом. Он модель. Она заказывает моделей в рекламных агентствах, у дизайнеров. Замороженный. Она работала на Фростеда. Они находятся во Флэтайрон Билдинг здесь, в Нью-Йорке. У них есть агентства в Европе и Азии. Она иногда путешествует ".

"У нее были проблемы с кем-нибудь? Кто-нибудь беспокоил ее?"

Кари схватила один из своих дредов, покрутила его, раскрутила. "Она работает с моделями, так что здесь много драмы и спроса. Она хороша в этом. Конечно, кто-нибудь разозлился бы, если бы она отвергла их, или клиент отверг их, когда она их отправляла. Никого конкретного, о ком я могу вспомнить ".

"Есть парни, которые хотели занять место Маттио рядом с ней?"

"Много. Она тратила свое время с ним. Отведи парня через холл ".

"Через коридор?"

"Да". Она опустила руку, слегка вздохнула. "Люк Трипп. Он одинок, он милый, он заинтересован. Но она сосредоточилась на Маттио, заставляя это работать с ним ".

"Этот сосед когда-нибудь становился назойливым?"

"О Боже, нет. Я бы хотел, чтобы он сделал это, немного, и, возможно, она обратила бы больше внимания ".

"Как насчет Маттио? Подвергался ли он когда-либо давлению, физическому, какому-либо насилию?"

"Никакого физического, нет. "Насилие"?" Огонь снова вспыхнул против страха. "Я думаю, что это оскорбительно - быть серийным мошенником, который все переворачивает так, что это вина человека, которому он изменил. Но это я. Он мудак, но он никогда бы не причинил ей такой боли. Или кто угодно. Они могли бы дать отпор и ударить его по его драгоценному лицу ".

Она задала больше вопросов, получила четкую картину молодой женщины - счастливой и успешной в своей работе, с эклектичным кругом друзей, - которая около восьми месяцев была привязана не к тому мужчине.

"Могу я взглянуть на ее комнату?"

"О, конечно. Смотри куда угодно, на что угодно. Не могли бы вы разослать - что это такое - ориентировку или что-то в этом роде? Возможно, с ней произошел несчастный случай. Я звонил в больницы и поликлиники, в центры неотложной помощи. Все, что я мог придумать, но -"

"Достань мне ее недавнюю фотографию", - сказала она Кари, чтобы чем-нибудь ее занять. "Мы собираемся искать ее".

"Ты собираешься искать ее". Кари схватила Еву за руку. "Ты обещаешь?"

"Я ищу ее сейчас, получаю информацию от тебя, вижу, где она жила, вижу ее вещи. Мы перепроверим в больницах ". И морг, подумала Ева.

"Спасибо тебе. Большое вам спасибо. Ее комната в этой стороне. У меня есть много фотографий. Я достану один для тебя ".

"Я хотел бы иметь твою ссылку".

"Мой, почему?"

"Я собираюсь попросить кого-нибудь из EDD - Electronics - попытаться сузить круг подозреваемых. Где она была, когда писала тебе."

"Ты можешь это сделать?" Кари вытащила это из кармана. "Вот, все, что тебе нужно".

Ева использовала свой собственный, чтобы связаться с Макнабом.

"Эй, Даллас". На экране появилось его красивое лицо - вспышка серебряных звеньев, изогнутых вдоль его уха, почти ослепила ее. "Снежный день!"

"Мне нужно местоположение в тексте. Ты можешь сделать это без настоящего "линка" в твоей руке?"

"Я волшебник. Отметьте меня на нем или соедините его со своим и дайте мне пару месяцев. Женское тело", - выкрикнул он. "Есть задание для твоего лейтенанта, выполняю. Пока не одевайся. Мы собирались надеть снежное снаряжение и отправиться в путь ", - сказал он Еве.

"Я отмечу тебя на ссылке гражданского лица".

"Используй этот код", - сказал он, в то время как экран показывал его передвижение по квартире ко второй спальне, которую они использовали как общий офис.

Она использовала код, который он дал ей, услышала сигнал на его конце.

"Хорошо, какую модель ты используешь?"

"Откуда, черт возьми, я знаю?"

"Неважно, подожди, дай мне..." Теперь она видела его компьютер и коды, мигающие на его экране. "Вот оно, хорошо. Упорядочить функцию /управление /интерфейс."

Она сделала, как он велел, почувствовала, как "линк слегка завибрировал в ее руке.

"Приходят сообщения. Какие из них тебе нужны?"

"Тот самый". Она могла просто видеть имя Джейлы на экране Макнаба. "Последнее от Джейлы Кэмпбелл".

"  " Вино и нытье: "Милый. Еще пара месяцев на это. Ты знал, что "ссылка деактивирована?"

"Как?"

"Я могу покопаться в этом, если хочешь, но это не дает ответа. Это сообщение было отправлено недалеко от Кармайн и Шестой. Где-то в районе двух кварталов ".

Лицо Пибоди появилось на экране. "Что случилось? У тебя есть что-нибудь горячее?"

"У меня кое-что есть. В настоящее время я нахожусь под залогом, проверяю возможного пропавшего человека. Отправляйся в Кармайн, поговори с людьми, которые устраивали вечеринку прошлой ночью ". Она продиктовала адрес. "Имя объекта - Джейла Кэмпбелл. Бери, что сможешь. Сэкономьте мне время и пометьте Кармайкла в форме, пусть он проверит медиков на Кэмпбелла. Я вернусь к тебе ".

"Ты ищешь ее", - сказала Кари из-за ее спины. "Ты думаешь, с ней случилось что-то действительно плохое".

"Что бы ни случилось, я ищу ее".

Ева хорошо поняла Джейлу Кэмпбелл. Ей нравилась популярная музыка, ничего слишком ультрасовременного, ничего слишком ностальгического. У нее была любовная связь с обувью, и она разделяла свой гардероб на профессиональную одежду, одежду для вечеринок и одежду для тусовок.

Она склонялась к консервативности в сексе, выбрала ежегодную имплантацию противозачаточных средств - и через три месяца должна была пройти повторный курс лечения.

Она любила свою работу, надеялась подняться по карьерной лестнице до полноправного партнера и изо всех сил старалась придерживаться здорового питания и физических упражнений.

У нее была младшая сестра, все еще учившаяся в колледже, и родители, которые собирались осенью отпраздновать свою двадцать шестую годовщину.

Она верила, согласно дневнику, который она вела на компьютере в своей спальне, что она та женщина, которая сделает Маттио звездой и сделает его хорошим человеком.

Не влюбленный в него, сделала вывод Ева. Думает, что да, но это ненадолго. И там было достаточно о Люке Триппе - симпатичном соседе - чтобы показать, что Джейла уделяла этому некоторое внимание.

Она наслаждалась разнообразной общественной жизнью, в основном сосредоточенной на работе, поддерживала приличный бюджет, время от времени тратя его впустую, что включало уход за волосами и кожей, что было очевидным приоритетом.

К тому времени, когда Ева покидала квартиру, она представляла себе женщину с хорошей трудовой этикой, ту, которая наслаждалась общением с людьми - как друзьями, так и незнакомцами. Надежная женщина. Не из тех, кто оставил бы свою ближайшую подругу и соседку по комнате в тревоге.

Она постучала в дверь напротив.

У человека, который открыл дверь, было компактное тело и привлекательное лицо. Его темные волосы торчали дикими пучками, как будто он расчесывал их граблями. И его глаза, тепло-голубые, расширились, когда она показала свой значок.

"Люк Трипп?"

"Да. Вы из полиции. Ты нашел ее?"

"Нет, мы этого не делали".

"Ах, Иисус". Он провел пальцами по волосам, добавил еще пучков. "Кари только что сказала мне около часа назад. Я отмечал всех, кого мог вспомнить, но никто ее не видел ".

"Когда ты в последний раз видел ее или говорил с ней?"

"Вчера мы пришли домой с работы в одно и то же время, вошли вместе. Поговорил пару минут, как ты это делаешь. Позже, где-то около девяти, мне стало не по себе, и я решил сходить в спортзал. Это прямо за углом. Я спускался на лифте с ней и Маттио ".

Он произнес это имя с презрением.

"Он мне не очень нравится".

"Вообще", поправил Люк. "Он мудак, и он обращается с ней как с дерьмом. Она заслуживает лучшего ".

"Как ты?"

Он издал смешок, затем просто вздохнул. "Я желаю".

"Как насчет после спортзала?"

"После? Я... О, ну, Боже, ты ищешь, где я был, когда она пропала ". На этот раз он прижал пальцы к глазам. "Хорошо, все, что поможет. Я столкнулся с парой приятелей по спортзалу, и мы пошли выпить пива. Я был бы дома к полуночи. Ты хочешь войти, ты хочешь осмотреться?"

"Нет. Я просто вычеркиваю вещи из списка ".

"Кари сказала, что она была расстроена из-за Маттио - большой сюрприз, - но ты должен мне доверять. Она никогда бы не поступила так с Кари, никогда бы просто не исчезла из поля зрения. Они семья ".

Нет, подумала Ева, когда выходила из здания, у женщины, которую она изобразила, было хорошее, основательное чувство ответственности, и она не поступила бы так с другом.

Ева достала свою ссылку, чтобы согласовать с Пибоди следующий шаг.

9

Она договорилась встретиться с Пибоди в доме Маттио Диаса, на западной окраине Гринвич-Виллидж. Ей не так повезло с парковкой, и ей пришлось довольствоваться дорогой подземной парковкой в трех заснеженных кварталах отсюда.

Поход убедил ее, что Рорк был прав - как обычно - насчет ботинок.

Из-за снега движение пешеходов и транспортных средств в этом фешенебельном районе было меньше обычного, и она отметила, что несколько магазинов предпочли закрыться, по крайней мере, на утро.

Она заметила оператора глиссера, одетого для исследования Сибири, вплоть до защитных очков. Пара неопределенного пола сгрудилась в клубах пара от его гриля над пакетом каштанов, от которых пахло воздухом. И банда детей промчалась мимо с маниакальной энергией, которая сказала ей, что в школах был снежный день.

Она заметила Пибоди - розовое пальто, смехотворно веселое сквозь плотную завесу снега - и Макнаба с ней. Он носил atomic cherry с шапкой-ушанкой таких ярких цветов, что она подумала, что это вышло из странно умелых рук Пибоди.

Они тоже сгрудились над мешком каштанов.

"Привет, Даллас!" Как и the coats, голос Пибоди был полон радости. "Ты слышал?"

"Слышал что?"

"Мы собираемся получить шесть-восемь дюймов!"

"Ну, упс".

"У меня не было ничего готовящегося", - начал Макнаб и протянул пакет, чтобы поделиться. "Я спросил Фини, и он сказал, чтобы я шел с тобой".

Она покачала головой, глядя на каштаны, которые затем исчезли в одном из его полумиллионных карманов. "Прекрасно. Я собираюсь поговорить с известным мудаком о том, что произошло прошлой ночью. Я мог бы использовать тебя для триангуляции. У Пибоди есть данные о местах похищения и свалки Купера. Давайте посмотрим, как это соотносится с областью, куда Кэмпбелл отправил сообщение прошлой ночью ".

"Я могу пройти через все это и вернуться в кратчайшие сроки".

"Давайте убираться к черту из этого проклятого снега".

"Это так красиво". Пибоди повернула к нему лицо, позволив ему упасть на ресницы.

"Нам также будет сложнее найти кого-либо, кто мог видеть Кэмпбелл или людей, которые, как я сильно подозреваю, схватили ее. Что ты получил от тусовщиков?"

"Ничего особенного. Пара парней устроили вечеринку - хорошее место для одного. Ни один из них даже не понял, что она ушла. Все равно не знал ее. Но сегодня утром там был еще один парень - остался на ночь ".

"Был секс втроем", - вставил Макнаб, когда Ева использовала своего хозяина, чтобы попасть в здание. "Определенно".

"Я должна сказать "да" на это", - подтвердила Пибоди. "Третий парень немного поговорил с ней. Он хочет стать моделью. У него есть внешность. Она дала ему свою визитку. И он заметил, что она перекинулась парой слов с Диасом - который сексуально танцевал - с большим количеством рук на разных частях тела - с блондинкой. Вит говорит, что она была действительно взвинчена, и он не мог винить ее, так как это было красиво на первый взгляд. Он что-то сказал блондинке после того, как увидел, как Кэмпбелл схватила свое пальто и ушла. Блондинку зовут Мисти Лейн".

"Что это за чертовщина". Ева стряхнула снег со своего пальто.

"Да, профессиональное имя. Модель / актриса /официантка в кафе. Блондинка просто отшутилась и сказала, что такие парни, как Маттио, созданы для развлечения, а не для удержания. Он говорит, что это было после полуночи, но не смог точно определить время."

"Достаточно хорош".

Переоборудованный под лофт склад мог похвастаться грузовым лифтом, который некоторым людям показался очаровательным. Ева посчитала их смертельными ловушками и выбрала лестницу.

"Надин думает о таком месте, как это", - сказала Пибоди.

"Вот так?"

"В ее списке возможностей. Большой, модный лофт. Остальные - это особняк в стиле Чарльза и Луизы. И третий - многоуровневый кондоминиум типа пентхауса в каком-нибудь шикарном здании ".

"Номер три", - сказала Ева.

"О, она решила? В последний раз, когда я разговаривал с ней, Рорк дал ей посмотреть несколько разных объектов недвижимости, но это все, что она смогла узнать."

"Это то, что она решит".

"Возможно, но каким бы путем она ни пошла, она стремится к полной, первоклассной безопасности. Тот почти промах с Робаком напугал ее ".

"Хорошо. Я сказал ей не открывать эту чертову дверь. В следующий раз она этого не сделает ". Ева остановилась на третьем этаже. Несмотря на минутную глупость, Надин Ферст была другом. "У нее все в порядке?"

"Да. Она взяла отложенный отпуск - на этот раз в одиночку. Всего несколько дней. Она уже вернулась - в основном, я думаю, потому, что хочет уехать как можно скорее ".

И, как предположила Ева, потому что лучший криминальный репортер на экране не мог долго оставаться в стороне от событий.

Она знала это чувство.

Она позвонила в дверь Диаса и услышала металлический компьютерный голос.

Мистер Диас включил опцию "Не беспокоить".Раздался беспорядочный шум, что-то вроде хрипа - как будто у исполнителя была астма. Пожалуйста, оставьте свое имя.

"Дешевая технология", - прокомментировал Макнаб. "На дне бочки".

Дешевая технология или нет, в настоящее время она стояла у нее на пути. Ева достала свой значок. "Просканируй это", - приказала она. "Это официальное полицейское дело. Немедленно сообщите Диасу ".

Функция сканирования в настоящее время неактивирована. Пожалуйста, оставьте свое имя.

Ева нажала на звонок, удержала его нажатой.

"Не беспокоить" - из динамика донесся звук, похожий на предсмертный хрип компьютера - Имя оставить без обработки.

Ева безжалостно игнорировала предсмертные вздохи, держа палец на кнопке звонка.

Потребовалось больше, чем несколько движений Макнаба, но следующий звук был человеческим.

"Что за черт!"

"Полиция Нью-Йорка. Откройте дверь, мистер Диас".

"Ну, Иисус, еще только утро".

Все загремело, и дверь приоткрылась.

Да, он был красив, подумала Ева, даже полусонный и явно взвинченный. Неземные зеленые глаза, густые черные ресницы, точеные щеки, покрытые щетиной, и копна темных волос с рыжими прожилками придавали ему вид утонченной сексуальности, которую используют на рекламных щитах.

"Вы можете впустить нас, мистер Диас, или мы организуем этот разговор в Центральном офисе".

"Центральный что?"

Очевидно, боги израсходовали свою норму на его лице, и не так уж много осталось на мозги.

"Мы копы, так что это должно быть Полицейское управление".

"Что за черт!"

"Что за хуйня, будет объяснено в ходе беседы".

"Ну, Иисус", - снова сказал он и открыл дверь.

Он не беспокоился об одежде - очевидно, в квоту входило тело, соответствующее лицу на шкале.

Рядом с ней Пибоди громко сглотнула.

"Я спал", - сказал он и потянулся в позе короля джунглей. "В чем проблема?"

Ева наклонилась, подняла пару штанов из искусственной кожи. "Это твои?"

"Да, и что?"

"Надень их".

"Конечно, если тебя это беспокоит". Он ухмыльнулся. "Но обнаженный - это естественно. У кого-нибудь есть кофе?"

"Ну и дела, свеженький вышел".

Одежда - рубашка, пара ремешков - его и ее, предположила Ева, и очень узкое черное платье валялись на полу. Черные сапоги до колен и блестящие каблуки высотой в милю свалены в другую кучу.

"Я так понимаю, ты спал не один", - сказала Ева.

Ухмылка снова появилась, когда он натягивал штаны. "Обычно так не делают". Затем он зевнул, умудрившись при этом выглядеть сексуально. "Мне нужен Витазмут".

Сказав это, он как бы выскользнул через отверстие, обрамленное волнистым стеклянным блоком. Ева услышала шум на кухне.

"Мудак", - пробормотал Макнаб, а Пибоди только прочистила горло и снова сглотнула.

Он вернулся с огромным тюбиком, наполненным жидкостью цвета шпината. "Прости, последний". И сделал три больших глотка. "Вау, головокружительный бросок. Неплохо. Так в чем же дело?"

"Джейле Кэмпбелл".

"Джей-Джей?" Он пожал плечами, снова скользнул к одному из двух стульев в большом помещении, тяжело опустился, снова выпил. "Что насчет нее? Последнее, что я слышал, танцевать с кем-то - это не сделка с полицейским. Она взбешена, прекрасно. Нет причин вызывать полицию ".

"Она пропала".

"Чего не хватает?"

Ева подошла, хлопнула ладонями по подлокотникам кресла и наклонилась. "Слушай внимательно".

"Конечно. У тебя волшебные глаза. Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил? Ты мог бы стать моделью с такими глазами, твоим телосложением. У меня есть связи".

"Заткнись и слушай. Джейла Кэмпбелл ушла с вечеринки, на которой она была с тобой прошлой ночью, и с тех пор о ней никто не видел и не слышал."

"Возможно, она просто где-то дуется. Она капризна ".

"У нас есть основания полагать иначе. Ты был одним из последних, кто видел ее. Когда ты в последний раз видел или говорил с ней?"

"Я не знаю, на вечеринке, когда она достала жука в своей заднице из-за Мисти. Мы просто танцевали". Его взгляд переместился к другому отверстию, закрытому тонкой черной занавеской.

"И вы с Мисти танцевали здесь в ответ?"

Ухмылка вернулась, как будто она ничего не могла с собой поделать. "Здесь нет преступления".

"В котором часу?"

"Иисус, я точно не знаю. Мы тусовались примерно до двух, я думаю. Потом мы вернулись сюда пешком - не смогли поймать чертово такси - и у нас было много секса." Теперь он улыбнулся, широко, показывая идеальные белые зубы. "Джейла сказала, что между нами все кончено, так что, ты знаешь, мы свободные агенты. Она просто где-то дуется", - повторил он. "Не хотела бы вернуться домой, где ее сучья соседка по комнате ткнула бы ее носом в это, верно? Тот неправильно понял, когда я сказал, что, возможно, мы трое могли бы сделать это вместе ".

"Ты действительно долбоеб".

"Эй!"

Ева оттолкнула его. "Подумай вот о чем, я мог бы получить ордер, прийти сюда и вывернуть это место наизнанку. Это выявило бы все нелегалы, которые вы еще не употребляли ".

"Я не использую! Ты не можешь этого доказать ".

"Да, я мог бы, но ты того не стоишь. Послушай, придурок, женщина, с которой ты был связан несколько месяцев, та, кто помогла создать то лицо, которым ты так гордишься, пропала. Она может быть ранена, она может быть мертва. Притворись, что тебе не все равно ".

"Это не моя вина, что у нее в заднице завелся жук. Что ты подразумеваешь под "мертвый"?"

Впервые он выглядел обеспокоенным. Ева просто повернулась, подав знак Пибоди и Макнабу.

"Что ты подразумеваешь под "мертвый"?" - повторил он, когда она вышла.

"Пусть он поразмышляет над этим", - сказала она.

"Он действительно, действительно симпатичный, " сказала Пибоди, " и он действительно, действительно придурок".

"Этот симпатичный придурок не имел никакого отношения к исчезновению Кэмпбелл - кроме того, что разозлил ее, чтобы она гуляла одна. Я бы дал ему за это пару недель в клетке, если бы мог ".

"Он не продержался бы и пары", - пробормотал Макнаб.

"Именно".

"Ты пялился". Он хмуро посмотрел на Пибоди, когда они толпой спускались по лестнице. "Когда он был обнажен".

"Ну, да. Обнаженный. И построенный. Если бы он был девушкой, ты бы пялился ".

Ева возвела глаза к потолку, ускорила шаг с прогулки на трусцу вниз по ступенькам. Но она все еще могла слышать их.

"Держу пари, он купил это тело".

"Он получил действительно приятную сделку, если бы он это сделал. Но мне нравится твой, вплоть до твоей костлявой задницы ".

Еве не нужно было видеть - слава Богу, - чтобы знать, что Пибоди сжала эту костлявую задницу, чтобы подчеркнуть свою точку зрения.

"Полная чушь". Очевидно, Макнаб не мог от этого отказаться. "И он полностью запал на тебя, Даллас. Рорк раздавил бы его в порошок ".

"Если бы он стоил того, чтобы его раздавили, я бы раздавил его сам". Она остановилась у подножия лестницы, заставив их обоих остановиться. "Скизи (ей вроде как понравилось это слово), долбоеб, придурок. У него есть все это и пакет рисовых лепешек ".

"Чипсы. Это пакет чипсов", - сказала ей Пибоди.

"Чипсы - это хорошо. Рисовые лепешки - дерьмо. Он не получает чипсов ".

"О". Пибоди нахмурилась над этим, прежде чем кивнуть. "Это имеет смысл".

"И суть в том, что он не знает и ему все равно, где Джейла Кэмпбелл. Мы тоже не знаем, но нам не все равно. Забудь его. Нам нужно пройти около трех кварталов до того места, где я припарковался. Учитывая погоду, я собираюсь задействовать несколько дроидов-патрульных, сделать им идентификационный снимок Джейлы, пусть они обыщут территорию между вечеринкой и ее квартирой, используя наиболее вероятный маршрут, который приведет ее через то место, где она написала сообщение своей соседке по комнате ".

"Я могу это сделать".

"Тогда сделай это", - сказала она Пибоди. "А ты, сведи локации воедино. Первый захват, первая свалка и последнее известное местонахождение Кэмпбелла ".

Она вытащила свой линк, когда он подал сигнал, увидела удостоверение личности Бакстера и выбралась в мир снега. "Даллас".

"Привет. У вас здесь есть помощник шерифа Уильям Т. Баннер из какого-то места под названием Силбис Понд, Арканзас. Он хочет поговорить с тобой о наших загулявших убийцах. Я проверил, и он законно работает в офисе шерифа там в течение пяти лет. Я отправил его в гостиную, так как он довольно твердо решил сначала поговорить с тобой ".

"Пруд Силби?" Она попыталась вспомнить, знакомо ли ей это название, но их было так много на выбор маршрутов. "Я на пути сюда из Гринвич-Виллидж. У нас пропал еще один. Возьми эти данные, приведи колеса в движение ".

"Стреляй этим в меня".

"Джейла Кэмпбелл", - начала она и ввела его в курс дела.

Она ехала в ужасном потоке машин, вдыхая аромат жареных каштанов Макнаба и Пибоди и горячего шоколада, которым они угощались из автоповарки на заднем сиденье.

Снег и домашние ароматы - это одно во время праздников, подумала она, но с ними было покончено. Почему они не могли покончить со всем этим сейчас?

К тому времени, как она заняла свое место в Central, она чувствовала себя так, словно пересекла полярный круг.

"Почему они вообще там?" - требовательно спросила она. "Люди, особенно те, кто не умеет водить? Нью-Йоркский номер тега Echo-Чарли-Чарли-восемь-семь-три. Выпиши штраф на авто".

"Штраф на авто"?" Повторила Пибоди, когда они все выбрались наружу.

"Это то, что я сказал. Разве ты не видел ту идиотку? Ползущий со скоростью двенадцать миль в час?"

"Um. Что ж, в некотором роде стоит быть осторожным, когда ...

"Пока она подкрашивала губы, опустив зеркало на туалетном столике, так что она смотрит на себя, а не на чертову дорогу - и при этом бормочет что-то на своем "линке". Могла бы поставить это на авто, если бы ей нужно было любоваться собой вместо гребаного вождения, но нет, она ползает, извивается и делает свой рождественский макияж ".

"Ох. Что ж. Ты действительно хочешь оштрафовать ее? Я всегда чувствовал себя паршиво, выдавая автомобили, когда работал в пробках ".

"Смирись с этим. Влепи ей пощечину за вождение в дурацком виде ".

Когда Макнаб похлопал ее по заднице для поддержки, Пибоди автоматически процитировала, пока они поднимались на лифте.

"Они не преследуют жертв", - сказала Ева, переключая передачу. "Для этого недостаточно времени. Это удача жребия. Не имеет значения, кто - богатый, бедный, молодой, старый, мужчина, женщина. Если схема верна, у нас есть два дня, чтобы найти их, прежде чем они прикончат Джейлу Кэмпбелл ".

"Погода помогает им сейчас", - прокомментировал Макнаб. "Холод, ветер, снег, слякоть. Люди бросаются ловить такси или садятся в общественный транспорт. Или держись поближе к дому. Им просто нужно найти одинокого ходока в относительно тихом месте ".

"Прямо сейчас они двое на двоих в Нью-Йорке".

Когда лифт начал останавливаться и этаж за этажом заполняться копами и гражданскими лицами, Еву вытолкнули наружу.

"Скорее всего, они усилили этот темный вездеход или фургон, который они используют. Пибоди, проведи поиск украденных транспортных средств, подходящих для этого, попробуй Нью-Джерси и Пенсильванию. И, да, это общий тип в большой области ", - сказала она, прежде чем Пибоди смогла указать на это. "Но мы начинаем и, возможно, сокращаем это до того, как они решат снова переключиться. Возможно, они забрали его у другой жертвы ".

Она прокладывала свой путь среди людей на глиссадах, двигаясь все выше и выше.

"Макнаб, достань мне эту триангуляцию. Они где-то в центре города. У них должно быть место, где жить, чтобы принимать жертв. Низкий уровень безопасности - не может быть, чтобы камеры засекли их, когда они едут за жертвой. В списке заброшенных пока ничего не появилось, так что либо мы туда еще не попали, либо они нашли какое-то уединенное место ".

Когда она перешла в отдел убийств, Бакстер подал сигнал со своего стола. "Тревога по Кэмпбеллу отменена, Лу. Средства массовой информации уже выпускают бюллетени ".

"Хорошо". Она увидела, как его взгляд метнулся к ее шляпке со снежинками. Ева сорвала его, сунула в карман. "Что за дело с этим значком Арканзаса?"

"Ну, он воспитанный, но он был довольно тверд, ему нужно было поговорить с тобой".

Она сняла перчатки, шарф. "Все еще в гостиной?"

"Последнее, что я проверил".

Кивнув, она засунула перчатки в один карман, шарф в другой и направилась к выходу, все еще одетая в пальто.

Она хотела кофе, как хотела жить. Она хотела сесть в тишине, все записать. Обновляйте, анализируйте, думайте.

В ее голове тикали часы, и оставалось меньше сорока восьми часов.

Она остановилась у двери в зал ожидания с его рядами торговых автоматов, крошечными столиками и жесткими стульями. Она быстро заметила его.

Полмили ноги, вытянутой под столом. Длинные, узкие руки работали с КПП, в то время как перед ним стоял заброшенный стаканчик с чем-то из автомата.

Много волнистых волос цвета пшеничного поля, длинное узкое лицо в тон рукам. Он либо недавно не брился, либо носил щетину нарочно.

На нем были джинсы, ботинки, которые прошли много миль, фланелевая рубашка, которая заставила ее подумать о лесорубах, хотя она не была до конца уверена, что такое лесоруб.

Черная парка висела на спинке его стула, а спортивная сумка стояла под столом.

Он поднял глаза, когда она направилась к столу. Голубые глаза, отметила она. Не Рорк-блу, но немногие были. Он намекал на серый цвет, показывал пятна усталости под ними и настороженность полицейского в них.

"Заместитель Бэннера".

"Да, мэм. Уилл Баннер". Он переступил своими длинными ногами, поднялся. "Развернутый" было больше похоже на это, подумала она. Он был ростом шесть футов пять дюймов и телосложением как бобовый столб.

"Лейтенант. Лейтенант Даллас".

Он взял протянутую ею руку в свою с грубой, твердой ладонью. "Я, конечно, ценю, что вы встретились со мной, лейтенант".

"Вы далеко от дома, помощник шерифа Баннер".

"Это Божья истина. Дальше, чем я когда-либо был ".

"Где находится пруд Силби?"

"Мы в Озарке, мэм, не -"

"Лейтенант . Сэр, если хотите. Даллас подойдет ".

"Прости. Вы все делаете здесь по-другому. Мы находимся на севере Арканзаса, лейтенант, недалеко от границы с Миссури. Самая красивая страна, о которой вы могли мечтать ".

Его голос был пойман где-то между протяжным и гнусавым - склоняясь к протяжности.

"Что привело тебя сюда?"

"Я охочусь на тех же двоих, что и вы. Тот же, кто убил этого Дориана Купера. Он их последний. Прошлой ночью вы провели поиск через IRCCA по пропавшим без вести и убийствам в моем районе."

"Откуда ты это знаешь?"

"Я получаю предупреждение всякий раз, когда появляется еще одна жертва, всякий раз, когда проводится официальный поиск новых". Хотя он переступил с ноги на ногу, его глаза не отрывались от ее. "Лейтенант Даллас, я понимаю, что вы работаете с федералами, и они предоставили вам свои профили, данные и еще много чего, но у них нет всего этого".

"А ты веришь?"

"Если бы я это сделал, ваша жертва, скорее всего, все еще играла бы на своей виолончели. Но я верю - я знаю, что у меня есть нечто большее. Если бы вы могли просто уделить мне пятнадцать минут. Я понимаю, что вы заняты, и вы ведете активное расследование, но я прошу вас уделить мне пятнадцать минут. Я прошел чертовски долгий путь".

"Давайте обсудим это в моем кабинете".

Она почти видела, как облегчение скользнуло по его телу, прежде чем он наклонился за своей сумкой. "Я благодарен".

"Обычно мы не выставляем коллег из правоохранительных органов за дверь".

"Ты действительно что-то слышишь о Нью-Йорке".

"Держу пари. Когда ты поступил?"

"Это история".

Она воображала, что легкий, склоняющийся к ленивости, растягивающий слова слог хорошо работает в рассказах.

"Я не получал оповещение о вашей жертве до полудня. Я разговаривал со специальным агентом Цвеком, как и с тем, что был прямо перед этим, и еще до этого. Они прокладывали себе путь к вам, лейтенант, уже несколько месяцев. Мне показалось, что с поиском, который ты начал прошлой ночью, ты склоняешься именно к этому ".

"Это угол зрения".

"Это правильный ракурс, и поскольку я видел, как, казалось, ты мог склониться, и - я надеюсь, ты поймешь - после того, как я провел о тебе некоторое исследование - я подумал, что ты мог бы быть открыт для встречи со мной лицом к лицу".

Он остановился прямо внутри загона для быков, огляделся. "Ты, конечно, занят здесь. Там, дома, есть шеф, я, два других помощника и наш диспетчер ".

"Сколько людей в пруду Силби?"

"Верно, около трех тысяч двухсот".

"В этом секторе этого здания есть нечто большее".

Она жестом указала ему на свой кабинет. Он снова остановился внутри, изучая ее доску, пока она снимала пальто.

"Ты знаешь, что это еще не все. Может быть, еще наполовину".

"Это не обновлялось с тех пор, как я ушел вчера. Я опаздываю, потому что у нас есть еще один пропавший человек ".

"Джейла Кэмпбелл. Я читал бюллетень, " сказал он, когда она сузила глаза, " когда вы вошли. Время выбрано верно, я вижу, ты это тоже знаешь. Они заполучили ее. Они бы тоже принялись за нее прошлой ночью. Взволнован тем, что у меня есть еще один. Они бы уже начали причинять ей боль ".

"Официальной жертвы в Силбиз Понд нет. Я бы запомнил ".

"Нет, мэм. Сэр. Лейтенант. Прости." Он на мгновение протер глаза. "Я говорил о том, что, как я полагал, ты захочешь поговорить со мной, поэтому я поехал в Брэнсон, поскольку это было бы лучшее место, чтобы сесть на автобус до Нью-Йорка. Я отправил последнего на тот свет, полагая, что мне повезло. Пока они не высадили нас в Кливленде из-за погоды. Поэтому я арендовал грузовик, а остальное повез сам ".

"Из Кливленда, в такую погоду".

"Единственный способ поймать их - это догнать их. Мне это еще не удалось ".

"Присаживайтесь. Хочешь кофе?"

"Все, что я могу получить. Черный был бы просто великолепен, спасибо ".

Она получила два из автоповара.

"Как ты думаешь, кого они убили в твоем городе?"

"Мелвин Литтл. Он то, что вы могли бы назвать атрибутом в тех краях. Он служил в Городских войнах, и он никогда не мог пройти через это, если вы понимаете, что я имею в виду. Он вернулся домой, к своим родителям, младшему брату и возлюбленной. Что говорит мне мой собственный папа, Маленький Мел - так его звали, поскольку он был маленького роста - использовал все вещества, которые попадались ему под руку, чтобы заглушить кошмары, голоса, воспоминания. Я знаю, что это не имеет значения, но я хочу, чтобы вы знали его ".

"Ты получаешь свои пятнадцать", - сказала она ему.

Кивнув, Бэннер принял порцию кофеина. Его глаза расширились и остекленели. "Милый младенец Иисус, что это? Это нью-йоркский кофе?"

"Не совсем. Это настоящий кофе. У меня есть связь ".

"Настоящий кофе". Он произнес это как молитву, с благоговением.

Вспомнив свой первый вкус кофе Рорка, она улыбнулась. "Нужна минутка?"

"Это может занять несколько дней". Он улыбнулся в ответ, и она увидела, под усталостью, большое очарование. "Подожди, пока я не скажу мальчикам, вернувшимся домой". Затем он вздохнул. "Малыш Мел, он не смог приспособиться обратно. Они пытались то, что они пытаются, но он был просто одним из потерянных. Их было слишком много, я думаю. Ему не очень нравилось находиться в закрытом помещении, поэтому он стал спать на холмах, в лесах. У вас есть то, что вы здесь называете "спящие на тротуаре".

"Да".

"И они, некоторые из них, они создают для себя что-то вроде дома из того, что они собирают. Он сделал это. Его семья приносила ему еду и припасы, но через некоторое время стало достаточно ясно, что он не вернется. В большинстве случаев он был пьян или под кайфом. Он никогда никому не причинял вреда, кроме самого себя ".

Она могла видеть Мелвина Литтл-Бэннера, хорошо нарисовавшего его. И она почувствовала больше. "Кем он был для тебя?"

"Его возлюбленная? Это моя бабушка. Она любила его, любила мальчика, которым он был, но она не могла достучаться до мужчины, который вернулся. Она вышла замуж за моего дедушку, но все равно время от времени навещала Маленького Мела, приносила ему еду и свежую одежду. У меня вошло в привычку проверять его каждую неделю или две ".

"Значит, ты присматривал за ним".

"Мы сделали, что могли. Это правда, что он мог время от времени рыться в машине, хижине или сарае, если они не были заперты, и забрать то, что привлекло его внимание. Чаще в последние пару лет. Не тогда, когда в них кто-то был, вы понимаете, и он никогда не совершал взлома. Если дверь была заперта, он оставил ее в покое. В противном случае он бы просто зашел, покопался, взял что-нибудь, чтобы добавить к тому, что он называл своей коллекцией. Это может быть вилка или дверная ручка, сломанные часы ".

"Ты считал его безвредным".

"Он был безвреден". Бэннер воспользовался моментом, чтобы еще раз выпить кофе. "Однажды у нас пропал мальчик. Семья отправилась в поход, и мальчик забрел куда-то. Мы собирали поисковую команду, когда Маленький Мел входит в лагерь с мальчиком, сидящим у него на плечах. Мальчик рассказал, как он гнался за кроликом, и он заблудился, и плакал, и повредил ногу. И появился малыш Мел, дал ему шоколадный батончик, завернул его ногу в носовой платок, который, по правде говоря, был не слишком чистым, и сказал, что подвезет его обратно к его маме. И он сделал. Он никогда никому не причинял вреда ".

"Что с ним случилось?"

"Я знал, когда вышел проверить, как он, что-то было не так. Не то чтобы его там не было, но его вещи, они были перепутаны." Баннер сделал паузу, качая головой. "Он гордился своей коллекцией, и в ней была определенная организация. И в тот день этого не было ".

Он снова посмотрел вверх, в глаза Евы. "Ты знаешь, как у тебя тянет в животе?"

"Я верю".

"У меня это было. Я пошел искать его в его обычных местах. Где он любил рыбачить, где он брал то, что он называл своими вступлениями. Я не находил его до следующего дня. Я вернулся на следующее утро, забрал сына его племянника, который является моим другом, чтобы мы могли изучить больше. Я нашел его в овраге, весь разбитый. Вы бы подумали, что, возможно, он соскользнул с дорожки наверху, совершил долгое, неудачное падение. Но он был чертовым горным козлом, я клянусь. Он был мертв три дня."

"Свидетельства пыток, связывания?"

"Сломанные кости, порезы, ушибы, несколько ожогов. Но... они сочли это несчастным случаем. Ожоги могли появиться от того, что он курил все, что ему удавалось выкурить, или от его походного костра. Переломы, порезы и ушибы от падения. Мы получили сообщение, что в хижину вломились. Замок разбит. Кое-что взяли - не совсем то немногое, что Мел обычно брал - и, как я уже сказал, он никогда не вламывался. Они нашли немного крови, и это была его кровь, так что выглядело так, будто он вошел внутрь, просто порезался обо что-то. Не так много крови. Но мы не нашли ничего, чего не хватало в его коллекции, или по пути, который он бы выбрал, если бы поднялся на тот гребень и упал.

"Это могло случиться таким образом, он ворвался, порезался, возможно, был неосторожен на трассе и упал. Вы можете увидеть логику в этом, если вы не знали его. Но чуть больше недели спустя в Миссури пропал мальчик ".

"Ноа Пастон".

"Да, мэм - лейтенант", - поправил он. "Тебе придется дать мне время, чтобы избавиться от привычки всей жизни. Без сомнения, его забрали. Там не было никакого несчастного случая. И явные признаки того, что он был связан, изрезан, сожжен и разбит вдребезги. У молодого спортивного парня и бедной потерянной малышки Мэл, кажется, не так много общего, но они оба были одни, оба в так называемых отдаленных районах, оба с порезами, ожогами, сломанными костями. Я не мог отпустить это.

"Я могу показать вам список, который у меня есть, имена и местоположения, которые я составлял с августа прошлого года".

Арканзас, подумала она. Это попало прямо на ее маршрут. "Мне было бы интересно сравнить это с моим собственным списком. Не обновлено, - повторила она, когда он взглянул на ее доску. "Не только Джейле Кэмпбелл, но и возможным жертвам, которых я собрал прошлой ночью. Есть ли Ава Эндерсон в твоем списке?"

"Она, несомненно, такая".

Когда она назвала Мора, он закрыл глаза, как человек, который нашел дом, кивая, просто кивая, пока она не дошла до Джейкоба Фастбиндера.

"Это тот, кто разбивает сердца. Дженнифер - мисс Фастбиндер - она сделала все, что могла, но он не подходит под виктимологию ФБР. И, как Малышка Мел, это читается так же просто, как несчастный случай ".

"Ты знаешь ее?"

"Никогда не встречались, как таковые, но у нас было несколько бесед и переписки".

"Я намеревался связаться с ней сегодня, попросить ее разрешить эксгумацию тела и транспортировку сюда, к нашему судебному антропологу".

"Если ты позволишь мне поговорить с ней, я думаю, я смогу это осуществить. Я не думаю, что ты мог бы взглянуть на Малышку Мел ".

"Есть ли останки, на которые можно смотреть?"

"Он похоронен на семейном кладбище, как и хотела его мама".

"Наличие двоих дало бы сравнение с Девинтером", - подумала Ева и тут же позвонила. "Мы заберем его. Мне нужно поговорить с моим командиром, но мы собираемся взять их обоих, если ты сможешь это провернуть ".

"Маме маленькой Мэл потребуется больше разговоров, чем Дженнифер Фастбайндер, но я могу быть убедительной. Я надеюсь, что смогу убедить вас позволить мне выпить еще чашечку этого кофе ".

Ева ткнула большим пальцем в автоповар. "Ты знаешь, как управляться с одним из них?"

"Они примерно одинаковы, куда бы ты ни пошел".

"Тогда помоги себе сам. Отнеси это обратно в гостиную - ты можешь найти это снова?"

"У меня хорошее чувство направления".

"Начинай убеждать. Мне нужно некоторое время здесь, чтобы сделать то же самое, затем я собираюсь оборудовать конференц-зал. Когда ты должен вернуться в Арканзас?"

"У меня есть свободное время. Я взял отпуск".

Это внесло заминку во все. "Ваш шеф знает, что вы здесь, что вы делаете?"

"Он делает". Баннер ткнул в автоответчик. "Он видит это не так, как я, но он дал мне много места. И у меня скоро отпуск".

"Хорошо. Иди работай над расчисткой эксгумаций, а я буду работать над тем, чтобы доставить сюда экспертов ".

Она села, и когда он очистил комнату, быстро и тщательно проверила его, прежде чем связаться с офисом Уитни и попросить открыть окно.

10

Уитни сидел за своим столом, город, которому он служил, пронзал взглядом окно за его спиной. Его большие руки покоились на подлокотниках кресла; его глаза, темные и проницательные, не отрывались от Евы, пока она инструктировала его.

Он носил командование так же, как носил свой костюм - хорошо сидящий, с четкими линиями. Пока она говорила, его широкое, темное лицо оставалось бесстрастным.

"И этот помощник шерифа приехал сюда из Озарка в свое свободное время и на свои деньги, потому что поиски, которые вы проводили, были отмечены им".

"Да, сэр".

"И он сделал это - на базе - потому что он считает, что ветеран войны с посттравматическим стрессовым расстройством, с историей злоупотребления психоактивными веществами и антиобщественным поведением был одной из жертв убийц-гуляк, которых в настоящее время разыскивает этот департамент, другие и ФБР, несмотря на решение его собственного судебно-медицинского эксперта - и последующее определение ФБР о смерти в результате несчастного случая ".

Грубо говоря, логично, это не прозвучало как звонок в колокол, но...

"Местный Я в данном случае также является городским врачом - терапевтом. Я проверил, и она работала всего над несколькими убийствами за семнадцать лет. ФБР составило профиль этих субъектов, закрепило их виктимологию. Пока что они не очень гибко мыслят вне этих рамок. Жертва помощника шерифа Бэннера находится на маршруте, о котором я размышлял независимо, как и несколько других, которые у нас с помощником Шерифа Баннером есть в наших отдельных списках. Они начали не с Теннесси, коммандер. Жертва из Нэшвилла - только первая, у кого, как мы можем определить, было вырезано сердце. И промежутки между убийствами непоследовательны - пока вы не заполните их именами, которые добавили мы с Баннером ".

"Вы говорили со специальным агентом Цвеком?"

"Нет, сэр, и в данный момент я не собираюсь этого делать". Она сделала паузу лишь на мгновение, когда он поднял брови. "Их не интересует эта линия или эти жертвы - Баннер уже был сбит там. Если мы найдем доказательства того, что они были частью этого веселья, я бы, конечно, поделился всеми данными и информацией. Я понимаю, что все это основано на предположениях, коммандер, но это логичные предположения. Это подходит. И было бы большой натяжкой сбрасывать со счетов тот факт, что и Бэннер, и я выбрали так много одинаковых имен ".

Он постучал пальцем по краю своего стола. "Это большая натяжка - эксгумировать два тела и перевезти останки сюда, чтобы наши люди и ресурсы изучили их с целью переворачивания ящиков".

"Если любой из этих элементов перевернется, у меня будет третье тело. Ноа Пастон, девятнадцати лет, похищен, подвергнут пыткам, убит - в сентябре пропало вырезанное сердце ".

"Это довело бы счет до двадцати четырех", - заявила Уитни.

"Тело Пастона не кремировали, а похоронили. Если мы установим, что Литтл или Фастбиндер - а я склоняюсь к обоим - были убиты этими субъектами, я полагаю, родители Пастона согласятся на эксгумацию его тела и проведение анализов ".

"А Джейла Кэмпбелл?"

"Она следующая, но она не будет последней. Я верю, что координация с Баннером, объединение наших отдельных расследований откроет что-то новое, поможет нам найти ее вовремя ".

Уже почти десять часов из сорока восьми, подумала Ева.

"У нас нет имен, нет лиц. Они как призраки, коммандер. Это говорит мне о том, что они выглядят нормально, заурядно и знают, как смешаться и вести себя так, чтобы не привлекать внимания. У меня есть полицейские и дроиды, прочесывающие район между местом, где Кэмпбелл видели в последний раз, и ее квартирой, используя место, указанное Макнабом, куда она отправила сообщение своему соседу по комнате. Она зашла так далеко, и мы не знаем, насколько дальше. Идущий один, каким был Купер, каким был Литтл, каким был Фастбиндер.

"Где-то здесь ошибка", - продолжила она. "Всегда есть, но никто этого не нашел. Пока нет. Ошибки, возможно, случались в далеком прошлом, когда никто не присматривался достаточно внимательно. Мы находим ошибку, и, возможно, мы вовремя, чтобы спасти Кэмпбелла ".

Он постучал пальцами по подлокотникам кресла, затем наклонился вперед. "Я хочу поговорить с начальником Бэннера".

"Шеф полиции Люциус Мондейл. Я быстро ознакомился с ними обоими. Копы из маленького городка, сэр, но надежные, насколько я могу найти. Я отправил тебе эти данные и контактную информацию Мондейла ".

"Я поговорю с ним и сообщу вам свою позицию по этому поводу. Тем временем, координируйте действия с Баннером. Информация никогда не пропадает даром".

"Да, сэр".

"Они шли сюда", - сказал он, когда она отступила.

"Да, сэр, по любому маршруту, который я наметил, вероятным пунктом назначения является Нью-Йорк".

Поднявшись, он подошел к стеклянной стене, выглянул наружу, сцепив руки за спиной. "Это будет одной из их ошибок. Держи это на виду у СМИ как можно дольше ".

"Абсолютно".

"Сделай это".

"Да, сэр".

Время, подумала Ева, спеша обратно в свой отдел. Часы тикают для Кэмпбелла, и теперь идут вторые часы. Как быстро она сможет передать останки в руки Девинтер - и Морриса, добавила она. Она хотела, чтобы команда смотрела под этим углом.

Они бы ничего не упустили.

Был ли Мелвин Литтл первым? Она тоже занималась подготовкой к этому фильму. Мужчина весил едва ли сто двадцать фунтов и был старше семидесяти. Но не совсем легкая мишень. Ветеран войны, знавший леса, холмы. Который выживал в них десятилетиями.

Работая в своей голове, она вернулась в загон для быков.

"Пибоди, подготовь конференц-зал - все наши данные по этому расследованию. Где Бакстер?"

"Они поймали одного".

Ева переключила передачу, огляделась вокруг. "Детектив Кармайкл, Сантьяго, вы под чем-то горячим?"

"Просто завязываю один бантик, лейтенант", - сказал ей Сантьяго.

"Завязывай побыстрее, затем работай с Пибоди. Униформист Кармайкл все еще на поле боя?"

"Он еще не пришел. Я могу связаться с ним, " предложила Пибоди.

"Сделай это".

Она направилась в гостиную, по пути вытаскивая свой "линк. "Мне нужен доктор Мира", - сказала она, прежде чем администратор смог сделать больше, чем просто назвать офис. "Как можно скорее. У нас было еще одно похищение, и у меня есть новая информация о субъектах, которых она описала."

"Я передам вашу просьбу, лейтенант".

"Сейчас".

Ева отключилась, оставила быстрое голосовое сообщение для Гарнет Девинтер и собиралась оставить еще одно для Морриса, когда вернулась в гостиную.

"Колеса пришли в движение", - сказала она, подняв руку, чтобы удержать Бэннера на его месте. "Мне нужно, чтобы это побыстрее завершилось. Мне нужно, чтобы ты очистил для этого как можно больше колод. Я вернусь к тебе. Прогресс?" - спросила она Бэннера.

"Ср. Fastbinder не только согласилась, у нее есть судья на подхвате, который, я думаю, в основном будет настаивать на ордере, потому что он рад, что она вынесет это дело за пределы штата и избавит его от ответственности. Я только что закончил разговор со своим шефом. Я уговорил на это маму маленького Мэла, и он это сделает. В основном, я думаю, по тем же причинам, что и судья ".

"Не имеет значения, почему, пока это сделано. Мой командир будет говорить с вашим начальником ". Она внимательно изучила его. "Если у Уитни сложится впечатление, что ты ненормальный, Бэннер, мы далеко не продвинемся".

"Возможно, я зациклился на этом, и есть девушка, которая решила, что я сумасшедший, когда я поступил в полицию, но я потерплю".

Она села, снова изучая его. Она не видела разбойника или сумасшедшего. "Хижина, где была найдена его кровь, откуда были взяты вещи, которые не были найдены, кто там живет?"

"Это прокатный вид. Их много вокруг. Этот был закрыт на несколько недель. Проблемы с сепсисом, с которыми владелец не успел разобраться ".

"Итак, пусто".

"Это верно".

"Безопасность".

"Замок на двери".

"Легкая мишень для тех, кто хочет раздобыть несколько предметов, которые легко транспортировать. Субъекты вламываются внутрь, начинают забирать то, что хотят. Немногое приходит само собой. Стычка, он убит или выведен из строя. Как далеко от хижины вы его нашли?"

"Не считая капли? Это было бы, может быть, полмили по проселочной дороге, еще четверть мили до тропы, где, как говорят, он упал. Некоторые говорят, что прыгнул, но это чушь собачья ".

Он сделал вдох, откинул свои волосы. "Прости, я не хотел использовать грубые выражения".

"В тот день, когда "чушьсобачья" станет грубым выражением в полицейском участке, в этот день я сдам свой значок. Чего никогда не будет. Ваши люди искали кровь в хижине? Признаки того, что кто-то это почистил ".

"Мы можем справиться с такого рода вещами. Это было всего лишь немного крови. По-моему, они пропустили это, когда убирались. Использовал брезент, как они использовали на других. Уберите кровь со сцены ".

Именно так она это видела. "Тогда он тоже был не первым. Он был просто одним из следующих. Мы ведем свою историю от этой жертвы, этого Маленького Мэла. И мы найдем первого. Мы найдем первых, мы найдем их".

Ее брови взлетели вверх, когда он потянулся, накрыв ее руку своей. Он быстро отстранился. "Извините, это, вероятно, запрещено. Это просто... Я долго ждал, чтобы кто-нибудь это сказал ".

"Сказать это, доказать это, найти их - между ними много шагов".

"Я принимал некоторые из них, как мог. Я собираюсь быть с тобой откровенным. Я работал только над двумя убийствами, и оба они были довольно четкими с самого начала. Первыми были братья Делрой, Зак и Ленни. Не яркий свет, ни один из них, и со вкусом к плохой выпивке и домашнему джампу. Они вдвоем увлеклись обоими, подрались из-за карточной игры, и Зак, он взял каминную кочергу и проломил Ленни голову прямо в нее. Пытался скрыть это, сказав, что кто-то вломился к ним в квартиру, но, как я уже сказал, не слишком ярко ".

Он немного поерзал, как будто ища комфорта в жестком кресле. "И второй была женщина, приехавшая из Питтсбурга со своим мужем на каникулы. Не слишком для нее, поскольку у него была привычка избивать ее до полусмерти ради забавы. Он подбил ей глаз и разбил губу, прежде чем она вышла на улицу к машине и заперлась внутри. Затем она переехала его, когда он вышел за ней ".

"Трудно винить ее".

"Вот так. Она прямо сказала, что хотела убедиться, что на этот раз он мертв, и именно поэтому она отступила, снова переехав его. Трижды. В любом случае, как я уже сказал, довольно четко. У нас не так много убийств - нецелесообразных - в Силби-Понд ".

"Ты зашел так далеко в этом деле".

"С тех пор, как Маленький Мел, я работал над этим каждый день. Иногда всего на час или около того, но каждый день. Я надеюсь, что теперь, когда у меня есть кто-то вроде тебя, настоящий коп-убийца, это сломается ".

"Тогда давайте начнем. Мы перенесем это в конференц-зал ".

Она встала, подождала, пока он схватит свое пальто, свою сумку.

"Это адское место, ваш полицейский участок", - прокомментировал он, когда они тронулись в путь. "Много дел".

"Если тебе интересно, я могу попросить кого-нибудь показать тебе окрестности".

"Я бы не сказал "нет" этому".

Кто-то издал боевой клич, высокий и дикий. Ева развернулась, увидела двух полицейских в форме, бросившихся в погоню. Человек, которого они преследовали, бросился как бык, опустив голову, оскалив зубы, его глаза горели как фонари от того вещества, которое он курил, глотал или вводил шприцем. Он сбил с ног несчастную гражданскую служащую, у которой подкосились ноги, отправив в полет ее саму и сумку с документами, которую она несла.

"Извините меня", - сказала Ева, пересекая коридор, когда мужчина с длинными рыжими волосами, заплетенными в тонкие косички, размахивающий кулаками в воздухе, бежал как одержимый.

Ее правый кросс едва замедлил его, но он переключил его внимание достаточно, чтобы заставить его замахнуться этими мощными кулаками в ее направлении. Один скользнул взглядом с ее плеча, и она последовала его примеру, развернувшись и вернувшись с боковым ударом в живот.

Он хрюкнул, сделал захват. Она сильно наступила ему на подъем ноги, затем ударила коленом по яйцам, затем снова попыталась нанести правый кросс.

Это заставило его отшатнуться, но он ухмыльнулся ей сквозь кровь, которая расцвела у него на губах. Она приготовилась к следующему раунду, но шатание дало полицейским время наверстать упущенное.

Ева отступила назад, пока они сцеплялись, подумывая о том, чтобы снова атаковать, когда кулаки и локти наносили удары и раздавались боевые кличи. Затем третий полицейский прыгнул сбоку.

"Ради Христа", - сказала она, когда они, наконец, уложили его на землю в наручниках, где он смеялся как сумасшедший. "Ради Христа".

"Это безумный Фергюс, лейтенант". Один из полицейских в форме, с окровавленной губой, сумел выдавить это из себя. "Мы думали, что он у нас в руках, но никогда не знаешь, что его выведет из себя".

"Кто-нибудь, присмотрите за той женщиной, которую он сбил с ног, и уведите его отсюда. Если вы не можете контролировать заключенного, держите его подальше от моего подразделения. Ты смущаешь меня ".

Она повернулась, заметив, что Баннер помогает гражданскому клерку подняться на ноги.

"Извини за это", - сказала она, когда он снова присоединился к ней.

"Ты быстро двигаешься. Если бы ты пнул меня в живот так, как ты это сделал тогда, я был бы без сил и хватал ртом воздух, как форель на удочке ".

"Я думаю, Безумный Фергюс сделан из более твердого материала. Что это значит?" - подумала она, двигая ноющим плечом. "Какое отношение к этому имеет "стерн"? Неважно".

"Он высадил одного".

"Он не первый". Снова поводя плечом, она направилась в конференц-зал, жестом пригласив его войти.

"Детективы Пибоди, Сантьяго, Кармайкл, помощник шерифа Баннер".

После обмена приветствиями "Приятно познакомиться" Ева изучила почти законченную доску. "Вы пойманы?" - спросила она Кармайкла и Сантьяго.

"Пибоди ввела нас в курс дела". Сантьяго постучал по фотографии Кэмпбелла. "У нас меньше двух дней, чтобы найти ее".

"Тогда давай не будем тратить время. Помощник шерифа, отдай все, что у тебя есть, Пибоди. Она добьется своего. Я собираюсь повторить то, о чем мы говорили, для остальных, пока мы заканчиваем работу над доской. Мелвин Литтл", - начала она.

Она была приятно удивлена, когда вошла Мира. Это означало паузу для новых вступлений и быстрой репризы.

"Грубая, крутая тропа вроде этой?" Кармайкл изучал изображения, которые принес с собой Баннер, пока они бежали по экрану. "Он мог соскользнуть. Я не говорю, что он это сделал ", - добавила она. "Я говорю, что если бы вы проверили эту вероятность, она была бы высокой".

"Да, мэм, это было бы - и случилось, - но не если бы вы знали Малышку Мел. Меня не волнует, насколько запутанным он был, он ни разу не ступил неверно на тропу ".

"Хижина, небольшое количество крови". Мира скрестила ноги, наклонила голову. "Если, как постановило постановление суда, он поранил себя во время рытья, крови должно было быть больше, а не всего несколько капель в одном месте".

"Согласна", - сказала Ева. "Ваши уборщики включили свет?"

"Чистильщики?"

"Ваши люди с места преступления".

"О, да, сэр, они это сделали. Никаких признаков того, что там убирали кровь. И я могу сказать вам, он бы не беспокоился ".

"Ни одна из украденных вещей не была возвращена?" Спросил Сантьяго.

"Было взято не так уж много по-настоящему ценного. И не такие вещи, которые подняли бы флаг, если бы вы отнесли их в ломбард или, черт возьми, на блошиный рынок ".

Мира сложила руки, рассматривая изображение жертвы. "Ваш медицинский эксперт квалифицировал эти ожоги как нанесенные самим себе".

"Да, мэм. Либо случайно, либо когда он был под кайфом."

"Я категорически не согласен, и верю, что наше собственное "Я" тоже будет".

"Я действительно рад это слышать".

"Моррис и Девинтер получат возможность взглянуть на эти останки, а также на останки предполагаемой жертвы, найденные в Западной Вирджинии", - сказала Ева.

"Ваши местные жители облажались с этим". Сантьяго посмотрел на Бэннера. "Слабаки тоже. Без обид".

"Ничуть не обиженный".

"Мы предполагаем", - начала Ева, "они работали как команда, у них был рутинный режим на Литтл. Он забрел в хижину, которая на тот момент была пуста, они забрали его, использовали брезент для сбора крови и жидкостей, перевезли его на шоссе, сбросили и продолжили свой путь. Отсутствие вырезанного сердца? Они не начали этот расцвет в это время. Он был ранним. Не первый, но ранний. Итак, мы возвращаемся к этому моменту ".

"Многое вернулось оттуда". Кармайкл нахмурился. "То, что заставило их начать, это будет ключевым. Что их спровоцировало? Если они любовники, а именно так это читается, возможно, кто-то - родитель, авторитетная фигура, супруг - пытается разлучить их. Или кто-то перемещается по одному из них, и оттуда он уходит на юг. Первое убийство, кем бы, где бы и почему, это то, что вызвало это ".

Она посмотрела на Миру в поисках подтверждения.

"По моему мнению, да. Это разрыв, "искра", если хотите ".

"У меня есть несколько возможностей", - сказал им Баннер. "В основном я работал над "Литтл Мел" и бился головой о ФБР, но я начал немного возвращаться назад. У меня есть трое, которые ... ну, просто "может быть" прямо сейчас ".

"Давайте посмотрим на них".

Он посмотрел на устройство, которым пользовалась Пибоди. "Это немного более продвинуто, чем то, с чем я работал".

"Я подниму их. Код документа?"

"Ах, не так уж много кода. Я зарегистрировал их в MBM - Maybes Еще до Мел ".

"На этом. У меня есть двоюродный брат, который живет в Озарке", - сказала Пибоди, работая. "Маленькое местечко за пределами Голубиного прогона".

"Я знаю Голубиный бег. Симпатичное местечко".

"Это так. Я не был там с тех пор, как мне было около шестнадцати, но я помню. Она, ее мужчина и их мальчики управляют кооперативом на фермерском рынке ".

"Лидия Бенч и Гарт Фокс?"

Удивленная, Пибоди огляделась вокруг. "Ну, да. Ты знаешь их?"

"Немного. Моя сестра больше. Она отвозит им урожай и отвозит его обратно по крайней мере раз в месяц. Это маленький мир, каким бы большим он ни стал ".

"Давайте пока сосредоточим внимание мира на убийствах", - предложила Ева. "Собери данные, Пибоди".

"Это приближается".

"Это здесь первое". Баннер кивнул в сторону экрана, пока прокручивались имя и идентификационный снимок. "Вики Линн Саймон. Лицензированный компаньон, работал в основном в Талсе. Ее тело было найдено на фермерской дороге примерно в десяти милях от города. Избитый и зарезанный. Они назвали это излишеством".

"Это было закрыто вчера", - сказала ему Ева. "Ты, вероятно, был на пути сюда. Они привязали к нему вторую жертву и выследили убийцу. Выглядит солидно, и вторая жертва была убита на прошлой неделе. Это не наше ".

"Тогда у меня есть только два "может быть". Этот человек, Марк Россини, владел рестораном в Литл-Роке. Избитый, зарезанный, сожженный. Прямо в ресторане, после закрытия. К тому же разорил это место ".

"Я смотрела на это", - вспомнила Ева. "Мы можем оставить это как "может быть", заглянуть глубже, но мне это не подходит. У Россини были проблемы с азартными играми, и он задолжал пару сотен К. Читается как принуждение, которое зашло слишком далеко ".

"Тогда еще один. Robert Jansen. Избитый - раны, нанесенные при защите на этом. Голова пробита - вероятно, монтировкой. Сломанная нога, удары по спине, лицу. Защитная рана на его руках, предплечьях. Его тело было найдено у дороги, в зарослях кустарника у шоссе 12, немного южнее Бентонвилля. Они решили, что он был мертв примерно за неделю до того, как какому-то ребенку захотелось пописать, и его мама остановилась, отвела его в кусты. Вероятно, оставил шрамы этому мальчику на всю жизнь. К тому времени животные уже были у тела ".

"Это один из моих", - сказала Ева, взгляд заострился. "Я только начал смотреть на это. Это соответствует маршруту. Деловая поездка, верно? Парень в деловой поездке и едет из Форт-Смита в Бентонвилл на арендованной машине. Машина так и не нашлась ".

"Нет, мэм". Баннер уловил сдавленный смех Сантьяго. "Сэр, это так. ФБР отклонило это сразу. Никаких следов пыток. Это звучит так, будто, возможно, у него были проблемы с машиной, или он остановился - возможно, чтобы пописать или кому-то помочь. Этот кто-то набросился на него, он сопротивлялся и получил монтировкой по затылку и по лицу за свои неприятности ".

"Забрал его машину, хотел машину". Такова была пьеса, какой ее видела Ева. "Где их транспортное средство?"

"Не нашел ни одного. Я проверил, и ни одна из буксирных компаний не подобрала ни одного. Ни у кого из местных правоохранительных органов нет отчета о каких-либо брошенных в этом районе ".

"Мог бы пойти пешком, но мне это не очень нравится. Каждый автомобиль мог водить один, а потом они бы продали один. Возможность". Ева начала мерить шагами комнату. "Заставь его остановиться. Опытный деловой путешественник, почему он останавливается на какой-то ухабистой дороге?"

"Юбка", - предложил Сантьяго.

"Да, скорее всего. У тебя какие-то проблемы, милая? Почему, да, я такой. Большое вам спасибо, что остановились. Здесь темно и страшно. Партнер приближается. Похоже на верняк, верно? Может быть, даже то, что они делали раньше. Просто ускоряю поездку, но этот парень наносит некоторый урон. Может быть, он идет за женщиной, а партнер избивает его. Может быть, он берет верх над партнером, и женщина хватает монтировку и вонзает ее. О-о, посмотри на это. Мертвый парень или серьезно раненый парень. Что делать."

"Затащи его в кусты", - закончила Пибоди, - "и убирайся оттуда ко всем чертям".

"Тогда посмотри, что мы сделали вместе. Разве это не было захватывающе? Разве это не был порыв?"

О, это заиграло, подумала Ева, когда это промелькнуло у нее в голове. Это звучало как большая, толстая скрипка в опере - и так же трагично.

"На них Его кровь. Разбитые головы сделают это. Этот запах, это ощущение, этот вид, все теплое, красное и влажное. Это просто заводит их ".

"Вместе". Мира кивнула. "Это цементирует их отношения, выводит их на новый уровень. Он - жертва - становится врагом, которого они победили друг для друга. И секс - это награда. Тогда это становится целью. И это требует большего. Больше времени, экспериментов. Это, если это было первым или, по крайней мере, одним из них, было быстрым и жестоким, и не обязательно преднамеренным ".

"Янсен был их счастливой случайностью", - сказала Ева. "Итак, они думают, что, если бы мы спланировали это, что, если бы мы организовали это и сделали это снова, зная, что это заставит нас чувствовать? У меня это работает ".

"Вот так просто". Баннер огляделся вокруг с некоторым удивлением.

"Нет, не просто так. Сантьяго, Кармайкл, вы направляетесь в - Где это, черт возьми, происходит?"

"Ближе всего будет Монро, штат Арканзас, недалеко от границы с Оклахомой".

"Ты отправляешься туда".

"Ага", - сказал Сантьяго.

"Вникай в это. В какой-то момент появилось второе транспортное средство. Найди это. Пибоди, проверь полностью эту жертву, поговори с его людьми, составь о нем хорошее представление - и достань все важные отчеты и файлы. Он мог бы быть первым, это работает. Они на самом деле не имели этого в виду, но это было так чертовски приятно. Мел Литтл, посмотри на маршрут. Он мог бы быть следующим - более спланированным. Еще не доработанный, но более спланированный. Может быть, мы найдем другого между, но не больше одного. Оклахома?"

Она сделала знак Пибоди открыть карту. "Если это первые, они, вероятно, приехали из Оклахомы. Может быть, таково их происхождение - это вероятно, это логично. Мы собираемся провести поиск IRCCA по угнанным автомобилям, возвращающимся назад. Может быть, они начали с кражи машин, используя сеть, чтобы раздевать их, кромсать, продавать. Работаю на проселочных дорогах, в маленьких городках. Этот район - для этого им нужно было бы быть знакомыми с этим районом. Итак, Оклахома - это то, с чего мы начинаем. Возьмите какое-нибудь снаряжение ", - сказала она Сантьяго и Кармайклу. "Я достану тебе шаттл и транспортное средство в пункте назначения".

"Дорожное путешествие". Кармайкл оттолкнулся, сжал кулак. "Я веду первым".

"Черт возьми".

Игнорируя их, Ева вытащила свой "линк, отошла на несколько шагов. Часы Джейлы Кэмпбелл тикают, напомнила она себе. Она использовала бы любые ресурсы, которые у нее были, чтобы сэкономить время.

Она думала отметить блестяще эффективного администратора Рорка, Каро, но его лицо скользнуло на ее экран.

"Лейтенант".

"Привет. Мне нужна услуга ".

"Разве я только что не получил плату за один из них?"

"Давайте начнем заново. Мне нужен шаттл, быстро".

"Куда мы идем?"

"Мы не такие. Сантьяго и Кармайкл отправляются в Арканзас. У нас есть зацепка. Они нужны мне там как можно быстрее, с транспортным средством - ничего особенного - ожидающим их на другом конце ".

"Я могу это сделать. Я попрошу Каро прислать тебе соответствующие данные ".

"Спасибо. Я могу выжать стандартные гонорары из бюджета ".

"Я предпочитаю другие способы оплаты. Вы нашли их первую жертву, как надеялись?"

"Для этого неплохо смотрится".

"Тогда я распоряжусь об этом. Каро передаст документы и цифры. И я получу свой гонорар позже ".

"Ha ha." Она отключилась. "Шаттл в разработке", - сказала она комнате и продолжила. "Я собираюсь разобраться с бумагами. Кармайкл, Сантьяго, возьмите это снаряжение и будьте готовы выдвигаться. Пибоди, присмотри за Баннером. Мира, мне бы не помешала быстрая встреча, прежде чем ты уйдешь на целый день."

Сказав это, она вышла.

Баннер испустил долгий, долгий вздох. "Здесь всегда все происходит так быстро? Она всегда так быстро двигается?"

Пибоди подумала, улыбнулась. "В значительной степени".

11

Мира просунула голову в кабинет Евы. "У меня есть около десяти минут, прежде чем я должен буду начать сеанс".

"Отлично". Ева развернулась от своего стола. "У нас есть два дня - теперь немного меньше, - но вы согласитесь, что такова схема".

"Маловероятно, что они сократили бы время. Могли произойти непредвиденные события, которые сократили бы это, но пытка - это острые ощущения и связь. Убийство необходимо, конечная цель и окончательное освобождение, но его продление подслащивает это освобождение ".

"Им нужно место".

"Да. Личное."

"Я бы предпочел частный дом или здание с низким уровнем безопасности. Пока что оставленные и вакантные места не сложились. Не провал - недостаточно приватный. Это не отель, и они просто не производят впечатления людей, которые могут позволить себе арендовать хороший просторный особняк из коричневого камня. Что-нибудь в этом роде, им сначала нужно было бы пройти какую-то проверку безопасности, внести страховой залог. Возможно, подвальное помещение в здании низкого или среднего уровня. Или ... они поймали кого-то, у кого уже было то, что они хотели ".

"Вы думаете, может быть еще одна жертва?"

"Время поджимает, но у них должно быть место. Так что либо они подстроили это по пути сюда, либо напали на кого-то практически сразу после того, как добрались сюда. Или они приметили кого-то по пути, может быть, в Нью-Джерси, или заперли одного после того, как прибыли. Если они так все устроили, то они проявили некоторую осторожность, избавляясь от тела, или сохранили жертву живой, чтобы мы не могли отследить их через жертву.

"Мой вопрос. Достаточно ли они умны для этого? Достаточно умен, чтобы спланировать это, проверить местоположение, здание и схватить жертву, которая могла бы предоставить им доступ?"

"Да, я так думаю. У них были месяцы на это веселье. Если бы, как вы полагаете, местом назначения был Нью-Йорк, они бы спланировали. Они стали лучше в своем хобби. Это не миссия", - сказала Мира, когда Ева подняла брови при упоминании этого термина. "Это не дело их жизни. Для них это развлечение и эта связь ".

"Люди устают от хобби и бросают их".

"Да, они это делают, и, да, в какой-то момент они могут. Прямо сейчас это слишком захватывающе, и они добились успеха. Фактор в мы считаем, что это пара, романтичная и сексуальная, а также боевая единица. У пар бывают... размолвки, разногласия. Они разлюбили друг друга. Если это случится..."

"Они могли бы наброситься друг на друга", - предположила Ева. "Или отделиться. Мы должны надеяться, что они останутся. Разделение или одно делает другое? Это меняет схему, и это изменило бы МО ".

"Пока они связаны, пока они любят, они будут не только работать как единое целое, они будут защищать друг друга. Если / когда вы найдете их, они все еще связаны, возможно - вероятно - они скорее умрут вместе, чем позволят забрать себя - и разделить ".

"Да, я уже рассматривал версию самоубийства со стороны полицейского. Поймать их на первом месте, не дать им удовольствия от совместного выхода в гребаном вырезанном сердце - следующий в списке ".

Она оттолкнулась, зашагала. "Какое у тебя впечатление о Баннере?"

"Преданный этому, немного наивный, но твердый. Я подозреваю, что он получил много отказов - от ФБР, других правоохранительных органов - в ходе своего расследования. Он не сдался, а сдаться, отложить это в сторону, было бы легче ".

Ева кивнула, двигаясь по комнате. "Он не производит на меня впечатления человека, который стал бы изгоем. Если бы он это сделал, я бы освободил его. Хорошо, спасибо ".

Она снова опустилась на стул, посмотрела на свою доску. "Ей больно, и она напугана. "Почему это происходит со мной?" Это то, что продолжает крутиться у нее в голове. Она хочет снова увидеть свою семью и друзей. Она хочет, чтобы это прекратилось, просто прекратилось. Если мы узнаем что-нибудь из Арканзаса, если я смогу определить местоположение - потому что это должно быть в центре города - и если она достаточно вынослива, чтобы держаться, у нас есть шанс вытащить ее из этого ".

"Если я могу сделать что-нибудь еще, ты только дай мне знать".

Ева повернулась. "Когда сюда доставят останки двух жертв, которые у нас на подходе, было бы полезно, если бы вы либо поработали с Девинтером и Моррисом, либо просмотрели их отчеты. Угол сокращения - это угол. Я не хочу пропустить ни одного из них ".

"Я позабочусь об этом".

В одиночку Ева организовала еще один розыск пропавших без вести лиц в поисках любого человека или лиц, пропавших без вести с августа прошлого года, имеющих место жительства или бизнес в Нью-Йорке.

Когда ее "линк подал сигнал, она заметила показания Гарнет Девинтер и ответила.

"Даллас".

"Ты мог бы спросить".

"Спросил о чем?"

"Если бы у меня было время осмотреть и сообщить о двух наборах эксгумированных останков. Возможно, вы не до конца понимаете, чем мы здесь занимаемся, или тот факт, что в настоящее время у меня на столе лежат кости двух субъектов, недавно обнаруженных погребенными в бетонных основаниях после сноса здания ".

"Сколько им лет?"

"Примерно сто двадцать лет".

"Тогда они, наверное, могут, блядь, подождать. Джейле Кэмпбелл", - отрезала она и повернулась так, чтобы ссылка показывала доску и фотографию Кэмпбелл. "У нее есть- возможно, тридцать шесть часов - если повезет - до того, как двое сумасшедших любовников, которые в настоящее время пытают ее, покончат с этим, разрезав ей живот от бедра до бедра и позволив ей истечь кровью, вероятно, во время жаркого секса".

Обида на поразительном лице Девинтер с резкими чертами исчезла. Вздохнув, она провела рукой по своим прилизанным для работы волосам. "Ты мог бы рассказать мне кое-что о прошлом".

"Я немного спешу, учитывая, что Кэмпбелл - только последняя из, по крайней мере, двадцати одной подтвержденной жертвы. И у меня есть еще четыре вероятных варианта, включая останки, направляющиеся в вашу сторону."

"Если бы вы рассказали мне кое-что о прошлом, я, возможно, смог бы использовать некоторое влияние, чтобы доставить останки сюда быстрее".

"Как?"

ДеВинтер устремил холодный взгляд острых зеленых глаз. "У меня есть связи и способы их использовать. Чем я и займусь прямо сейчас. Мне нужен полный отчет об этом расследовании, профилировании и предыдущих жертвах ".

"Я отправил это тебе около пятнадцати минут назад".

"О". На этот раз Девинтер тяжело вздохнул. "Нам действительно нужно научиться лучше общаться".

"Верно. Я займусь этим ".

"Если ты сделаешь, я сделаю".

Ева с трудом сдержала нетерпеливый ответ, главным образом потому, что Девинтер был прав. "Прекрасно. Просмотрите то, что я вам отправил. Любые вопросы, отмечайте меня. Моррис будет работать с тобой, а Мира найдет время. Мне нужно знать все, что я могу знать о двух жертвах. Федералы не связывают их с этим. Я верю. Докажи, что я прав".

"Я докажу, что ты прав, ты купишь мне выпить".

"Конечно, неважно. На меня здесь давят".

"Как и я сейчас. Я вернусь к тебе ".

Ева воспользовалась моментом, прижала ладони к глазам. Мысль: Кофе.

Она начала подниматься, когда розовые ботинки Пибоди протопали к ее кабинету.

"У меня есть данные о Янсене - нашей потенциальной первой жертве". Ее взгляд метнулся к доске, где Ева уже добавила его фотографию.

"Базируется в Колумбусе, штат Огайо. Он был экспертом по эффективности. Компании наняли его, чтобы он приходил, давал им советы по поводу, ну, эффективности. Где сократить расходы, где добавить материал. Сорок три года, разведен, детей нет. Никто не заявлял о его исчезновении около недели, потому что он по большей части работал самостоятельно и только что закончил работу в Форт-Смите. Он был на пути в Бентонвилл, и у него там было несколько выходных. Он арендовал оловянный седан Priority в Форт-Смите. модель 2060 года, сияющий серебристый экстерьер. Это, очевидно, унесено ветром. Много дорожных неровностей, ни одного преступника. Неплохо зарабатывал, имел хорошую репутацию, проводил около тридцати шести недель в году в разъездах, и, по-видимому, ему это нравилось. Больше коллег и клиентов, чем друзей - мой взгляд - и немного боксировал в колледже. Поддерживал форму ".

"Оказал сопротивление, большее, чем ожидалось. Вы видите парня в хорошей машине, путешествующего в одиночестве. Ты хочешь хорошую машину и не рассчитываешь на большие проблемы. Он доставляет вам неприятности, заканчивается смертью. Больше коллег и клиентов, чем друзей", - размышляла Ева. "Меньше шансов остановиться ради пары или другого мужчины. Итак, женщина все еще приводит мою теорию туда. Держу пари, у нее есть кое-какая внешность. Он вышел из машины. Если бы она ехала автостопом или просто остановила его, не нужно было бы уходить ".

"Нервный срыв, или она притворяется, что ей больно, чтобы он вышел, чтобы помочь ей".

"Распад ведет. Они должны были добраться туда, где они были, а это не так просто - дойти пешком до любого места, которое я могу увидеть. Кто-нибудь знал, что у него могло быть при себе, при нем?"

"Багаж - эффективный упаковщик, как и следовало ожидать. Два хороших костюма, несколько рубашек, галстуков, нижнее белье, туалетные принадлежности, тренировочное снаряжение. Две пары модельных туфель, две пары кроссовок. Планшет, персональный компьютер, две ссылки, немного наличных - он снял восемьсот долларов из автобанка в Форт-Смите днем своего отъезда. Его непосредственный начальник сказал, что все они носят с собой приличную сумму наличными для чаевых. Хорошие чаевые, по-видимому, ведут к более эффективному обслуживанию. Деловая кредитная карточка и две личные. Ни один из них не использовался с тех пор, как он покинул Форт-Смит. У него был хороший браслет на запястье. У меня есть марка и модель, и я начал поиск. То же самое касается его электроники ".

"Раздобудь размеры".

"Прости?"

"На одежде, обуви. Если они не продавали их, и, вероятно, в течение нескольких дней по предполагаемому маршруту, тогда они их использовали. Если бы они использовали их, у нас был бы тип телосложения, размер обуви ".

"Ха. Кто бы мог подумать об этом?"

"Я думал об этом. Узнай размеры, посмотри, может ли кто-нибудь из этих коллег или клиентов остановиться на описании одежды, которую он упаковал. Если нет, попробуйте его отели. Он бы воспользовался услугами прачечной где-нибудь."

"На этом. А, Даллас?"

"Что? Мне нужно закончить обновление Уитни ".

"Я попросил гражданского представителя показать Бэннеру окрестности - и рассказал ему о Закусочной, такой, какая она есть".

"Ладно, отлично. Уходи".

"Даллас, ему негде остановиться - в Нью-Йорке".

"В Нью-Йорке есть миллион мест, где можно остановиться".

Щенячьи глаза Пибоди должны были предупредить ее, но Ева отвлеклась.

"Да, он спросил, могу ли я порекомендовать отель, возможно, недалеко от центра. Он ходит уже около тридцати часов подряд, и, что ж, он на своем никеле. У меня складывается впечатление, что помощникам шерифа в Силби-Понд недоплачивают даже больше, чем детективам в Нью-Йорке ".

"Господи, Пибоди". Осознание и уколы вины обрушиваются одновременно. "Я вижу, к чему ты клонишь, и тебе захочется сделать быстрое "У".

"Просто сначала выслушай меня, хорошо?" Пибоди взмахнула руками в воздухе, словно защищаясь от любого ботинка, нацеленного ей в нос. "Если бы вы подняли его, он был бы прямо там. Если бы где-нибудь в этом что-нибудь сломалось, он был бы прямо там. И я подумала, что мы с Макнабом могли бы спать вместе - по той же причине, " быстро сказала она. "И мы могли бы занять его, чтобы тебе не пришлось, в случае необходимости. Кармайкл и Сантьяго уже на пути на запад. Сегодня ночью что-то может сломаться ".

"Трахни меня". Ева сопротивлялась тому, чтобы просто уронить голову на стол, может быть, стукнуться об него несколько раз, потому что, как и Девинтер, Пибоди была права.

"Подготовь это. Ты имеешь дело с Соммерсетом ". Ева решила, что от этой пытки она будет избавлена. "Я не хочу слышать, как он ворчит по поводу того, что держит дом на полпути для копов".

"Я позабочусь об этом. Ах, нам придется съездить домой, взять кое-какие вещи. Мы могли бы взять Баннер с собой, но..."

"О, ибо - я заберу его. Когда я буду чертовски хорош и готов. Он может немного поспать в кроватке, если ему это нужно. Убирайся к черту, пока я не прихватил с собой половину этого чертова отдела на ночь ".

Ева на мгновение опустила голову на руки. Сначала кофе, решила она. Затем она связывалась с Рорком - отправляла ему смс-ку - это способ сообщить ему, что она приводила копов домой - одного из них, совершенно незнакомого человека. Обновите Уитни, просмотрите список пропавших без вести, затем -

Ее "линк подал сигнал, и, стиснув зубы, она снова ответила Девинтеру.

"Какого хрена?"

"И тебе тоже привет. Оба останка будут эксгумированы в течение часа. Я должен получить их к тысяче восемьсот."

Вся мерзость исчезла. "Это быстро. Возможно, я должен тебе выпить и за это тоже ".

"Я возьму это. Я договорился начать экзамен этим вечером с Моррисом. Доктор Мира проконсультирует по голограмме, если необходимо, и придет в мой дом утром ".

"Хорошо. Как насчет того, чтобы я просто купил тебе бутылочку?"

" Напитки, " сказал Девинтер, " и беседы, лейтенант. Пришло время. Я буду держать вас в курсе ".

"Я сделаю то же самое. Это ценится. Черт возьми, у меня еще один поступающий. Позже".

Она выключила, взяла следующий. "Коммандер, я собираюсь отправить вам обновленную информацию".

"Прежде чем вы это сделаете, Бэннер полностью освобожден от ответственности своим шефом. Официально это не является частью федерального расследования, однако я хочу, чтобы каждый дюйм всех задниц был прикрыт. Внесите это обновление во всех деталях, лейтенант, и скопируйте Тиббла ".

Ева кивнула. Задницы, полностью покрытые своим собственным главным в миксе. "Да, сэр. Ненадолго? Возможно, мы поймали передышку ". Она быстро пробежалась по тому, что она напишет более подробно о Янсене.

"Чтобы ускорить, я запросил транспортировку у Рорка. Детективы уже в пути ".

"Включите просьбу о компенсации в отчет".

"Он не примет это, коммандер".

"Вставь это. Рорк может свободно пожертвовать упомянутый транспорт, но через каналы. Мне нужны все соответствующие документы ".

"Да, сэр".

Она отключилась, прикинув, что ей придется разобраться с большей частью упомянутых документов, поскольку на месте Рорка это выбило бы ее из колеи.

Она подумала, еще раз: Кофе, сообщение Рорку. На этот раз она почти добралась до автореферата, прежде чем шаги направились в ее сторону.

"Прости, лейтенант".

Она могла бы зарычать на Бакстера, но он выглядел бледным, с тяжелыми глазами.

"Что?"

"Хотел, чтобы вы знали, что мы вернулись, можем взять на себя часть тяжелой работы".

"Ладно, этого предостаточно. Садись." Она взяла два кофе. "Что ты поймал?"

"Пойман и закрыт, открыт и закрыт. Христос". Он взял кофе, уставился на него. "Знаешь, ты думаешь, что это больше не может до тебя добраться. Ты видел все это, видел настолько плохо, насколько это возможно. Но ты никогда этого не делал. Парень должен забрать своих детей на неделю. Сделка в разводе. Четырнадцатилетняя девочка, восьмилетний мальчик. Парень какое-то время был без работы, несколько раз был настойчив с бывшей. Ничего серьезного, в основном словесное дерьмо. Кричал, спорил. Она открывает дверь сегодня, когда дети собирают свои вещи. И он разбивает ее, лицом вперед, кувалдой. Затем он отправляется за детьми. Просто идет на них. Вы могли видеть, как они пытались сбежать, как девушка использовала свое тело, чтобы прикрыть своего брата ".

Бакстер уставился в свой кофе, встряхнулся, выпил его. "Он превратил в порошок ту маленькую девочку, Даллас. Как будто она была вещью, а не его собственным ребенком. Мальчик, они сказали, что он может выкарабкаться. Ноги раздроблены, одна из его рук, но его сестре досталось самое худшее. Когда мужчина подумал, что покончил с ними, он вернулся и прикончил жену ".

Он медленно отпил кофе. "Соседи услышали кое-что из этого, позвонили, прибежали. Он просто вышел, вышел на улицу в поток машин. Водитель, который сбил его, пытался остановиться - у нее в машине был ребенок. С ними все в порядке. Просто потрясен. Удар отбросил его на другого встречного, и у того не было времени попытаться остановиться ".

"Он мертв".

"Я бы хотел, чтобы он не был таким". Бакстер сказал это злобно. "Я бы хотел, ради Христа, чтобы мы могли оторвать его от тротуара и посадить в клетку, водить по кругу тех детей в этой клетке до конца его гребаной жизни. Его собственные дети, Даллас. Мозги его дочери разбрызгались по всей стене, по полу. Для чего?"

"Мы никогда не узнаем ответов, Бакстер, и мы никогда не увидим худшего. Всегда есть нечто худшее, ожидающее своего часа. И если это не доходит до нас, если мы этого не чувствуем, тогда пришло время сдать наши документы. Где Истинное Сердце?"

"Я сказал ему идти домой, сказал ему заняться кое-чем личным. Но я знаю, что он собирается задержаться в больнице еще немного. Мальчик - его бабушка и дедушка там, и у него больше семьи, так что это уже что-то. У него завтра экзамен, так что я сказал ему, чтобы он постарался отложить это, а пока сосредоточься. Может быть, мы остановим следующего, прежде чем он убьет своих детей. Забери его щит, и, возможно, в следующий раз мы доберемся туда до того, как мозги разлетятся по всей стене ".

"Ты должен пойти домой".

"Не могу этого сделать". Он поднял на нее взгляд. "Дай мне работу, ладно, Лу? Любая чертова вещь".

"Я провожу еще один поиск пропавшего человека", - начала она, объяснив параметры. "Отнесите это к жилым домам и предприятиям в центре города. Проведите параллель с пропавшими без вести за последние две недели ".

"Понял. Спасибо ".

Он поднялся на ноги, посмотрел на ее доску. "Ты знаешь, что некоторые из них никогда не выйдут у тебя из головы. Мы продолжаем это делать, зная, что работа приведет к тому, что их станет больше. Ты должен верить, что это имеет значение ".

"Ты можешь в это верить, потому что это так. Эти двое? Время у них на исходе. Давайте найдем ублюдков".

"Я этим занимаюсь".

Когда он ушел, Ева подняла звонок, семью, удостоверения личности жены, детей в голове Бакстера. Сейчас они были бы у нее в голове, но это должно было иметь значение.

Учитывая поток прерываний, ей удалось подготовить отчет с болезненными подробностями и отправить его Уитни. Затем, после недолгих дебатов, решили, что она возьмет остальных домой, где перерывы будут сведены к минимуму. Затем поняла, что она уже прошла свой конец тура.

Она вытащила то, что у нее было при поиске пропавших вещей, схватила остальное, что ей было нужно, схватила свое пальто.

И вспомнила, что она должна была взять Бэннера с собой.

Она обнаружила, что ее загон все еще полон полицейских.

"Собери это", - приказала она, затем перешла к Трухарту.

"Как там малыш?"

"Он после операции. Доктор сказал, что ему понадобится еще как минимум две поездки, и они держат его в искусственной коме. Но они сказали, что он выкарабкается, что сейчас шансы в его пользу. И его семья - "

Он замолчал, глубоко вздохнул. "Я имею в виду, что его бабушка с дедушкой и некоторые другие с ним. Доктор сказал, вы знаете, молодой и здоровый, это добавляет веса на его стороне ".

"Хорошо. Теперь отложи это на сегодня. Иди домой, занимайся. Даже не думай об этом", - сказала она, предвосхищая его. "Ты не откладываешь свой экзамен или свою жизнь ради чего-то, чего не можешь изменить. Он в надежных руках, и ты сделал свою работу ".

"Это то, что сказал Бакстер".

"Тогда слушай". Она оглянулась на Бакстера. "Пришли мне все, что у тебя есть, и иди выпей пива с Трухартом, а потом отвези его домой. Убедись, что он не поставит нас в неловкое положение завтра ".

"Сойдет. Даллас, я бы хотел продолжить в том же духе. Пока парень сдает экзамен, я могу продолжить это завтра ".

"Я введу тебя в курс дела. Пибоди, возьми то, что тебе нужно, и сделай это быстро. У нас есть работа. Где Баннер?"

Он откинулся назад из куба. "Я работал над некоторыми заметками и контактами. Детектив Пибоди сказал, что я могу воспользоваться этим местом ".

"Принеси то, что у тебя есть. Мы движемся".

Она накинула пальто и вышла, предоставив ему догонять ее.

"Я, конечно, ценю, что вы предоставили мне койку, лейтенант. Я не хочу выводить тебя из игры ".

"У нас полно коек, и вы заплатите за это, начиная с остановки в пути. Я выбираю пропавшего наугад, проверяю местоположение. Они где-то есть, может быть, мы ударим ".

"Не могу знать, пока ты не узнаешь. Мисс Деннинг взяла меня на экскурсию за пятьдесят долларов ", - добавил он, когда они втискивались в лифт. "Это место просто продолжается и продолжается. Я просмотрел ваш EDD, и должен сказать, я никогда не видел ничего подобного ".

"Я говорю это каждый раз, когда захожу туда".

Его лицо расплылось в усмешке. "Конечно, это красочно. Капитан там, наверху?"

"Фини".

"Капитан Фини, он напоминает мне моего дядю Билла. Нарядный, как воскресный костюм, и с ним легко быть рядом, как с хорошей гончей собакой. Он, несомненно, ценит вас, лейтенант."

"Он обучал меня. Лучший коп, которого я знаю, и я знаю несколько хороших копов ".

"Он сказал, что если ты идешь по следу этих двоих, ты не остановишься, пока не схватишь их".

"Ты задаешь вопрос или делаешь заявление, Баннер?"

"Может быть, и то, и другое".

С затаенным облегчением она оттолкнулась на своем уровне гаража. "Дориан Купер", - сказала она. "Он не был первым, но он был моим первым в этом. Играл на виолончели, имеет мать, которая никогда этого не переживет. Оказался другом друга".

"Я видел его на твоей доске".

"Это верно. И я тоже буду, каждый день, пока это не будет сделано. Это моя поездка ".

Она увидела сюрприз, прежде чем он успел его скрыть, затем нажала коды, чтобы разблокировать двери. Удивление мелькнуло снова, когда он сложился и сиденье подогнали под него.

"Уверен, что это удобно".

"Ведет меня туда, куда я иду". Она вышла, сделала дугообразный поворот к выходу. Сделал короткую паузу, изучая движение, дорожные условия. "Проклятая зима", - пробормотала она и выскочила достаточно быстро, чтобы Баннер незаметно поправил ремни безопасности.

"Она тоже двигается".

"Почему мужчины думают об автомобилях как о женщинах?"

"Это любовь, я полагаю. Вы извините меня за то, что я таращусь ", - добавил он, делая это, вытягивая шею, чтобы лучше рассмотреть рекламный дирижабль, который в настоящее время проводит распродажу blizzard, ползущий по сланцево-серому небу. "Я мало что увидел по пути сюда. Озабоченный, - объяснил он, мягко откашлявшись, пока Ева лавировала между Быстрым такси и ползущим Mini. "Не знал, чего ожидать, когда попал в полицейский участок".

Она завернула за угол, просто опережая сигналы пешеходов и стремясь протолкнуться сквозь толпу.

"Я, конечно, не ожидал, что буду проезжать через город со значком большого города по пути, чтобы проверить зацепку".

"Я не знаю, доходит ли дело до "свинца" на этом этапе. Пропавший без вести Уэйн Поттер, шестидесяти трех лет, дважды разведен, трое детей и еще трое на двоих. Работал грузчиком мебели. Последний раз видели восемнадцатого августа".

Она срезала следующий угол, резко повернула вертикально и пронеслась над медленно движущимся панельным фургоном.

"Он арендовал автофургон, " продолжала она, " предположительно, собирался в двухнедельный отпуск. Его и туриста в последний раз видели в окрестностях Луисвилла, штат Кентукки. Он так и не вернулся, и оба, и он, и турист, испарились ".

"Звучит так, как будто это могло бы вписаться довольно гладко".

"Это могло. Или Поттер, которого, по-видимому, презирали и которого презирали обе его бывшие жены, у которого практически не было отношений с оставшейся семьей - включая брата, которому он был должен около семи тысяч долларов, - решил просто продолжать жить, и в настоящее время где-то разбил лагерь, показывая нос Нью-Йорку и всем в нем ".

Она обдумала свои варианты, подумала, что к черту все, и припарковалась дважды.

"Подвальное помещение, это здание". Она включила свой индикатор дежурства, когда трубящие рожки исполнили серенаду.

Не обращая на них внимания, Ева вышла, обошла капот. "Ты несешь, Баннер?"

"Мое табельное оружие. Я должен был проверить это, когда пришел в управление, но детектив Пибоди договорился, чтобы я вернул это обратно ".

"Будь готов", - посоветовала она, подходя к зданию. "Но не дергайся".

"С тех пор, как я приступил к работе, мне приходилось нажимать на нее всего четыре раза, и ни разу не пришлось из нее стрелять".

Еве было трудно это представить, но она кивнула. "Это хорошая пластинка, за которую стоит держаться".

Она откинула пальто, положила одну руку на оружие, другой достала свой значок.

Минимальная охрана на двери, отметила она, решетки на окнах.

"Нажми на звонок".

Это не заняло много времени, всего лишь мгновение, чтобы Ева опустила руку с оружием и снова накинула на нее пальто.

Она посмотрела вниз, на круглое веснушчатое лицо мальчика, которому, по ее мнению, было около десяти.

"Ты не Сарри", - обвинил он.

"Я не такой. Дома есть родитель?"

"МАМА!"

У The shout был еще один ребенок - девочка, как заключила Ева, поскольку на ней было ярко-розовое платье с еще более яркими синими колготками. И смотрел на нее так же подозрительно, как и мальчик.

"Ты не можешь войти, потому что ты незнакомец". Она кричала, на более высокий децибел, чем ее брат, звала свою мать.

"Я иду, я иду. Ради Бога, позволь мне - Натан Майкл Фитцсиммонс, что я говорил тебе об открытии двери?"

"Это должен быть Сарри".

"Это не так". Женщина, явно измученная, с неаккуратно подстриженными темными волосами, в пушистых тапочках на ногах, подхватила обоих детей у себя за спиной.

"Полиция Нью-Йорка". Ева снова подняла свой значок. "Извините, что беспокою вас".

"В чем дело? Является ли Сарри -"

"Нет проблем", - быстро сказала Ева. "Мы расследуем дело о пропавших без вести. Вы знаете Уэйна Поттера?"

"Нет, прости, я - О, подожди. Извините, зайдите на секунду. Снаружи холодно, и я выпускаю тепло наружу ".

Она закрыла за ними дверь. "Я думаю, что это человек, который раньше жил здесь. Один из соседей сверху упомянул это имя. Мы переехали в октябре прошлого года. Миссис Харбор - наверху - она сказала мне, что однажды он ушел и не вернулся. Оставил свои вещи, свою семью. Я немного нервничал некоторое время, когда она сказала мне, задаваясь вопросом, вернется ли он и попытается ли проникнуть внутрь. Но он этого не сделал".

Снова прозвучал звонок, и оба ребенка закричали: Сарри!

"Спасибо, что уделили мне время".

Ева отступила назад, позволяя женщине открыть дверь.

Сарри, одетый в пальто, шляпу, шарф, ботинки, перчатки всех цветов спектра, был немедленно облеплен детьми.

"Там моя сестра", - сказала женщина со смехом. "Самая любимая тетя в мире. Прости, что не смог помочь ".

Ева вернулась к машине под хор сердитых гудков и проклятий. "Еще один", - сказала она. "Это уже в пути".

Ей больше повезло с парковкой в тощем таунхаусе, с местом на втором уровне, но не больше внутри.

Другая женщина, на этот раз плакса, которая сообщила, что ее давний сосед / любовник исчез однажды вечером, когда она вышла за пачкой жвачки. Под фасадным окном стояла небольшая святыня - фотографии, цветы, свечи, пустая бутылка вина (похоже, последняя, которую они делили), единственный красный носок и пара черных перчаток.

Еве не потребовалось много времени, чтобы выработать теорию - не похищение инопланетянами, которую женщина в настоящее время твердо придерживалась, - и немного больше, чтобы выпутаться самой и Бэннер.

"На данный момент этого достаточно. Иисус". Ева покачала головой, возвращаясь в поток машин. "Инопланетяне, ради бога".

"У меня дома есть двоюродный брат, который утверждает, что его похищали четыре раза".

"Я не думаю, что Кертис Хемминг подвергался анальному зондированию учеными с планеты Грум. Он вышел за жвачкой и продолжал идти, потому что хотел убежать от сумасшедшей, которая решила, что он ее родственная душа. Секс - это одно, одержимость - другое. В любом случае, субъекты не используют ни одно из этих мест, и маловероятно, что их пути когда-либо пересекались с Поттером или Хеммингом.

"Мы усовершенствуем поиск, посмотрим, сможем ли мы вырезать некоторые проходы".

Она протиснулась сквозь транспортный узел, объехала автобус maxibus, пробилась сквозь извивающуюся вереницу такси.

"Вы определенно умеете водить, лейтенант. Ты, конечно, умеешь водить ".

Ева оглянулась. "Это не тот комментарий, который я часто получаю", - решила она и решительно направилась в центр города.

12

Когда Ева проезжала через ворота, Баннер тихо, сквозь зубы присвистнул и сказал: "Святой ад".

Она оглянулась и увидела, что он наклонился вперед, устремив взгляд вперед.

Она признала, что привыкла к массе и великолепию, но она абсолютно понимала ошеломляющее впечатление, которое производил дом, его окна, освещенные на фоне темного неба, его силуэт, одновременно мощный и причудливый- с белоснежно-голубыми огнями, раскинувшимися у его подножия.

"Я видел видео, " сказал он ей, " но оно определенно бьет тебя по голове вживую и лично. Что-то вроде замка, не так ли, прямо внутри города ".

"Он ирландец", - сказала Ева, как будто это все объясняло.

"Самый большой дом, который я когда-либо видел".

"Я тоже". Слегка смущенный, она подъехала, припарковалась. "Соммерсет - это для Рорка... человек всего, " решила она, " приготовит твою комнату. Ты можешь устраиваться, и мы обсудим это в моем домашнем кабинете ".

"Достаточно хорош. Я хочу еще раз сказать, я ценю это ".

"Комнаты, которые у нас есть".

"Я уверен, что вижу это". Он вышел, поднял свое снаряжение. "Самый большой дом, который я когда-либо видел", - крикнул он против ветра, "в самом холодном месте, в котором я когда-либо был. Это божественный опыт ".

Она провела его внутрь, увидела - как и ожидалось - Соммерсета в фойе с котом, сидящим на корточках рядом с ним. Они оба подарили Бэннеру глаз.

"Это помощник шерифа Баннер".

"Да, детектив Пибоди сообщила мне. Добро пожаловать в Нью-Йорк, помощник шерифа ".

"Спасибо вам, и спасибо за комнату. Уилл Баннер", - добавил он, делая шаг вперед и протягивая руку.

Соммерсет склонил голову, пожал руку, в то время как кот подозрительно обнюхивал ботинки Бэннера.

"Ты был бы - как это - Ланселотом?"

"Галахад", - поправила Ева, когда Бэннер присела, плавно провела рукой по коту, от головы до хвоста.

"Галахад - знал, что это был один из тех рыцарей. Как я уже сказал, я видел видео. Счастливый кот - два цвета глаз. Это счастливый кот ".

Галахад, очевидно, согласился, поскольку выгнулся под рукой Бэннера, затем потерся о его ногу.

"Помощник шерифа Баннер будет в парковой комнате". На непонимающий взгляд Евы Соммерсет ухмыльнулся. "Я провожу тебя наверх". Он указал в сторону лифта. "Могу я помочь вам с вашей сумкой?"

"Я понял, спасибо. Лифт, прямо в доме. Еще один первый для меня ".

"Я буду в своем кабинете, как только ты устроишься", - сказала ему Ева, немного раздраженная тем, что кошка кралась по пятам за Баннером.

Снова беззастенчиво тараща глаза, Бэннер улыбнулся Еве в ответ, когда двери лифта закрыли его вместе с Соммерсетом и котом.

Все это казалось странным, решила она. Ни одного язвительного замечания от Соммерсета - одна ухмылка едва ли в счет - кот уходит, даже не взглянув на нее.

Ей пришло в голову, что она не просто привыкла к их обычному вечернему ритуалу, ей это нравилось. Итак, немного надувшись, она сняла пальто, очень демонстративно повесила его на стойку перил, прежде чем побежать наверх.

Сначала она направилась в спальню. Бэннеру потребовалось бы некоторое время, чтобы распаковать вещи, сориентироваться, поэтому она сняла куртку, рассмотрела свою оружейную сбрую, затем решила оставить ее на себе.

Она раздумывала, не сменить ли ботинки на полозья, когда ее "ссылка подала сигнал.

Сантьяго.

"Даллас. Что у тебя есть?"

"У Кармайкл культурный шок, но она выздоравливает. Встретился с местными жителями, поговорил с женщиной и ребенком, которые наткнулись на тело. Мы скоро встретимся с коронером. Добавить пока особо нечего, но на том участке дороги, LT, где нашли тело, движение там, конечно, не очень интенсивное. Мы были там добрых полчаса и не видели, чтобы мимо проехала хоть одна машина. Это чертовски хорошее место для убийства ".

"Кому-то повезло, он знал место или знал, как работают проселочные дороги в заводях".

"Один из тех. Другой - мы с Кармайклом оба согласны, что должно было быть второе транспортное средство. Это у черта на куличках. В отчете коронера говорится о монтировке, хорошего размера. Кто путешествует автостопом с огромной монтировкой?"

"Возможная поломка, Вик меняет колесо, на него напали. Но тогда им пришлось бы отобрать у него монтировку. Второе транспортное средство имеет больше смысла ".

"Мы отследили передвижения жертвы, и мы продолжим, удвоив проверку, которую местные жители провели прошлым летом в местах проката. Тогда никто не снимал отпечатки шин на месте происшествия и не проверял, нет ли крови на дороге ".

"Гребаный А."

"Да, мы сказали. Мы обсудим это завтра, при дневном свете, но прошло уже несколько месяцев ".

Пока Ева разговаривала с Сантьяго, в парадную дверь вошел Рорк. Он сам был слегка раздражен, поскольку его последняя встреча затянулась, а погода в Галифаксе задерживала проект.

Он снял пальто, лениво размышляя, где мог быть Соммерсет. Он набросил свое пальто поверх пальто Евы и начал подниматься по лестнице. Сначала он зашел в свой офис, положил свой портфель. У него была работа, но на потом. В тот момент он хотел свою жену, тихий бокал вина. Он был в курсе сообщений СМИ, и, поскольку по ее расследованию не было ничего нового, предполагал, что в тот вечер они будут по уши в этом.

Он думал, что после того, как он изменится, он выпьет того вина с Евой. Это достаточно прочистило бы его голову от дел.

Он услышал движение в кабинете Евы, вошел.

Он увидел высокого, худощавого мужчину с растрепанной копной волос цвета кукурузного шелка, покачивающегося на стоптанных каблуках поцарапанных ботинок, большие пальцы удобно засунуты в карманы выцветших джинсов. И парализатор у него на поясе.

Рорк сунул руку в карман и нащупал мини-станнер, который носил в нем.

"Могу ли я вам помочь?" - спросил он очень холодно.

Мужчина повернулся, его рука потянулась к рукояти его собственного оружия. Спокойные голубые глаза встретились с дикими синими - и Рорк узнал копа. Но держал свою руку там, где она была.

"Заместитель Бэннера. Будет баннер. Я жду лейтенанта".

Как и я, подумал Рорк. "И почему это?"

"Это". Он указал на доску левой рукой. "Ты Рорк?"

"Я есмь".

"Прости, что просто был... Соммерсет провел меня внутрь. Я приехал из Арканзаса этим утром. Я, конечно, ценю ваше гостеприимство ".

Рука Бэннера отпустила оружие, затем вытянулась, когда он подошел к Рорку.

Рорк принял протянутую руку, но оставался настороже. "Вы участвуете в расследовании лейтенанта?"

"Похоже на то. Я знаю, что ты иногда консультируешь по делам, но я не знаю, насколько ты увлечен этим. Мне было бы удобнее, если вы не возражаете, если бы лейтенант Даллас ввел вас в курс дела."

"Я бы тоже".

Рорк заметил, как кот соскользнул со спального кресла, подошел, обвил ноги Бэннера, затем подошел, чтобы проделать то же самое с его собственными. И снова вернулся.

"Это хороший кот. У меня дома есть собака - она с моими родителями, пока меня нет. Но вот это заставляет меня думать, что я тоже должен завести себе кошку. Он хорошая компания. Ах ... я в Парковой комнате? Это, конечно, красиво, и я могу ясно видеть Центральный парк ".

"Это был бы ваш первый приезд в Нью-Йорк?"

"Это верно. У меня от этого немного кружится голова. Хм, к нам приедут детективы Пибоди и Макнаб."

"А мы?" Сказал Рорк, жестоко любезный. "Если вы подождете здесь, я пойду поищу лейтенанта".

"Я буду прямо здесь". Баннер повернулся обратно к доске. "Прямо здесь".

Рорк направился в спальню. Он хотел избавиться от этого чертова костюма и хотел получить чертово объяснение, почему он обнаружил полицейского из Арканзаса в своем доме - и, по-видимому, спящего в одной из комнат для гостей.

Ева все еще была на "линке, когда он вошел, и подняла палец, чтобы удержать его.

Она могла бы подлить бензина в огонь.

"Я достану тебе то, что мы получаем по мере того, как мы это получаем, и ты делай то же самое. Все, Сантьяго, как оно приходит. Время идет на убыль".

"Да, сэр".

Она закончила передачу, обхватила свою шею. "Сегодня я потратил на чертову ссылку больше времени, чем..." Холодный поток из его глаз прошел сквозь. "Что?"

"Я только что наткнулся на помощника шерифа Бэннера, по-видимому, из Арканзаса, по-видимому, участвующего в вашем расследовании и, по-видимому, проживающего в нашем доме".

"Да, Бэннер, я говорил тебе. Он уже в офисе?"

"Так и есть, и ты, черт возьми, ни черта мне об этом не сказал".

"Я сделал. Я написал тебе раньше ..." Кофе, вспомнила она, отправила сообщение Рорку - и ее прервали.

"Я собиралась", - поправила она. "Меня прервали". Она хмуро посмотрела на линк, все еще зажатый в ее руке, и сунула его в карман. "Сегодня у меня был миллион перерывов. Я хотел написать тебе, я начал."

"Мужчина, которого я никогда раньше не видел - кстати, вооруженный - свободно разгуливает по дому".

"Он полицейский".

"И, возможно, какое это имеет значение?"

"Ну, это не похоже на то, что он собирается украсть серебро или что-то еще. Я прогнал его. Командир разговаривал со своим начальником. Он твердый ".

"Опять же, какое это может иметь значение?"

Она развела руками, сбитая с толку. "Все".

Он сорвал с себя галстук. "Чушь собачья, Ева. Я считаю, что имею право на то, чтобы со мной посоветовались или, по крайней мере, проинформировали, прежде чем мы приютим совершенно незнакомого человека ".

"Я собирался! У тебя здесь есть люди, когда ты этого хочешь ".

Его глаза, теперь горячие, остановились на ней, когда он снимал пиджак. "И кто у меня был, разгуливающий на свободе - незнакомец для тебя со станнером на поясе - без твоего ведома?"

"Ладно, ладно, хочешь разозлиться, разозлись. Меня прервали, и я забыл. Я был немного озабочен убийством ".

"Я не потерплю, чтобы убийство было твоим оправданием для каждого секса, поскольку озабоченность этим - само собой разумеющееся. И тот, который я принял полностью ".

Она начала огрызаться в ответ, затем представила это с его стороны. Она не хотела представлять это с его стороны, но это пришло к ней слишком ясно. Теперь, чувствуя себя виноватой и защищаясь, она отошла.

"Двое детей и их мать были размозжены в пух и прах кувалдой - отцом".

"Ах, Иисус Христос, в каком мире ты живешь". Рорк провел руками по лицу.

"Бакстер и Трухарт заметили это, и Бакстер вошел в мой офис, потрясенный, когда я собирался написать тебе на Баннер. Его нелегко встряхнуть. Я его лейтенант, Рорк, я должен был отложить все в сторону и выслушать его ".

"Ты сделал, конечно".

"Затем все просто продолжало развиваться, и я забыл. Так что мне жаль. Будь взбешен ".

"Я есть". Он сменил рубашку на свитер, остывая при этом. "Ты любишь свои брачные правила, так что добавь к ним это. Если и когда у вас возникнет желание принять у себя совершенно незнакомого мне человека, не забудьте дать мне знать. Как и в следующий раз, я мог бы сначала оглушить, а вопросы задавать позже. В этом я тверд ".

"Я отстой в этом, ты знаешь, что да. Я не понимаю, почему ты продолжаешь злиться, что у меня это плохо получается ".

"Ты этого не делаешь, поэтому, когда ты делаешь что-то отстойное, как ты говоришь, это очень раздражает". Он продолжал меняться, пока она ничего не говорила. "Оба ребенка?"

"Похоже, у мальчика все получится. Его старшая сестра защищала его, как могла, своим собственным телом ".

"А Бакстер?"

"Он пройдет через это. Это то, что мы делаем ".

"Это так, да. Это то, что ты делаешь ". И к лучшему или к худшему, то, что он часто делал и сейчас. "А это знамя?"

"Он надежный, как я и говорил. Он прибыл сюда на собственные деньги, сел в шаттл, когда получил предупреждение о моих поисках. Затем проехал остаток пути, когда погода высадила его в Кливленде. Он занимался этим, в основном в свободное от работы время, с прошлого лета, потому что федералы и местные жители не думают, что его жертва была в потоке. Я верю. Все, что мы сможем раздобыть, может помочь нам найти Джейлу Кэмпбелл, пока не стало слишком поздно ".

"Тогда нам лучше всего приступить к работе над этим".

"Мне жаль. Я ". Хотя она чувствовала раздражение от каждой чертовой вещи, смешивающейся с сожалением. "И мне будет еще более жаль, потому что я забыл сказать тебе, что Пибоди и Макнаб тоже придут".

"Баннер сказал мне".

"Черт".

Он подошел к ней, положил руки ей на плечи. Она отметила, с облегчением (и немного большей виной), что гнев исчез из его глаз. "Это наш дом, и те, кого вы хотите, приветствуются здесь. Но -"

"Не незнакомцы с парализаторами".

"Если ты не дашь мне предварительного уведомления".

"Понял".

"Тогда ладно. Мы достаточно долго оставляли нашего приглашенного полицейского одного в вашем офисе ".

"Я думал, ему потребуется больше времени, чтобы освоиться. Он уходит со вчерашнего дня".

"Тогда, я полагаю, ему не помешали бы пиво и еда".

"Спасибо". Она взяла в ладони его лицо, поцеловала его. Дай ему другую, как она решила, поменявшись местами, она, вероятно, ударила бы сильнее, чем он. "Серьезно".

"Всегда пожалуйста". Он поцеловал ее в ответ. "Серьезно".

Они начинали вместе.

"Возможно, вы введете меня в курс дела, - предложил Рорк, - поскольку я, по-видимому, сильно отстал".

"Это много".

Ева быстро подвела его итоги, когда они перешли в ее офис. Там Баннер сидел в кресле для сна, кошка удобно устроилась у него на коленях. Он выглядел полусонным, но проснулся, когда они вошли.

"Прости. Немного отвлекаюсь ".

"Лейтенант сказал мне, что ты занимаешься этим со вчерашнего дня. Я думаю, тебе не помешало бы выпить пива ".

Настороженное выражение на его лице сменилось легкой усмешкой. "Я уверен, что не отказался бы от одного".

"Ева?"

"Да, пиво отличное. Я получу это. И еде, я полагаю. Разносчик пиццы?"

Баннер сверкнул этой ухмылкой во второй раз. "Когда это не так?"

"Копы. Везде одно и то же. Арканзас, не так ли?" - Спросил Рорк у Бэннер, пока Ева уходила на кухню.

"Пруд Силби. Кажется, это далеко отсюда ".

"В Озарках, не так ли? Там прекрасная страна".

"Ты был?"

"Кругом и около. И как ты попал в полицию?"

"Кружным путем, я бы предположил. Я всегда мечтал поработать на семейной ферме, летом подрабатывал помощником шерифа, когда было на это время - и необходимость с туристами и тому подобное. Но, ну, ферма принадлежала семье пяти поколений, и у тебя есть обязательства там. Но мой папа опустил меня однажды ночью несколько лет назад, и он сказал, что видит, что мое сердце не лежит к этому, и ты должен был делать то, к чему лежало твое сердце. Для меня это была полицейская работа ".

"Твой отец звучит как мудрый человек. Спасибо, дорогая", - сказал он, когда Ева принесла пиво.

"Так и есть, и он хороший фермер. Как и моя сестра и ее мужчина, так что ферма в надежных руках. Я помогаю, когда есть время, но я хотел быть копом. Хорошее пиво. Мы готовим по нашему собственному семейному рецепту. Я собираюсь отправить тебе немного после того, как вернусь домой ".

"Топай и гарцуй", - сказала Ева и получила озадаченный взгляд от Бэннера. "Пибоди и Макнаб".

"Я позабочусь о пицце", - сказал Рорк, когда они вошли.

"Я слышал пиццу?" Вмешался Макнаб, но был достаточно умен, чтобы отпустить руку Пибоди под прищуренным взглядом Евы.

"И пиво. Ты бы предпочла бокал вина, Пибоди."

"Если это нормально".

"Один", - провозгласила Ева. "Тогда это кофе и это работа. Сантьяго зарегистрировался."

Пока Рорк накрывал на стол, Ева подала остальным.

"Что за придурки не проверяют наличие крови на месте преступления?" Макнаб взглянул на Бэннера. "Прости".

"Трудно обижаться. Они не были моими придурками, но достаточно близки к этому ".

Как и остальные, он взял себе кусочек. Вгрызся. Сидел, просто сидел.

"Это пицца . Это похоже на кофе?" он спросил Еву.

"Это Нью-Йорк. Моррис и Девинтер уже должны получить первые останки. Она ускорила шаг, и они собирались начать сегодня вечером ".

"Это быстрая работа".

"Проблема во времени. Когда они подтвердят, что эти две жертвы являются частью нашего потока, мы сможем привлечь больше ресурсов. Нам нужны Сантьяго и Кармайкл. Мы проверяем первую жертву, мы ближе к установлению личности убийц. Первый будет ближе к дому, ближе к тому месту, где они знали - и были известны. Первое - ключевое."

Она посмотрела на доску. "Но у Кэмпбелл может не быть на это времени". Когда она поднялась, Баннер начал подниматься на ноги. "Садись. Ешь. Я хочу обновить доску. Это помогает мне думать ".

Она принялась за работу. "Почему бы тебе не рассказать остальным о двух остановках, которые мы сделали?" - сказала она Баннеру.

"Лейтенант проводит поиски пропавших без вести, у которых есть дома или предприятия в этом городе, полагая, что, возможно, у них есть кто-то, кого мы не нашли, и они используют это место для своей комнаты для убийств".

"Должен быть приватным", - предположил Рорк. "Звукоизолированный. Даже с кляпом во рту, такие вопросы производили шум. И низкий уровень секретности, иначе они были бы показаны на диске при доставке жертвы ".

"Мы остановились на двух, устранив их. Там живут обычные мирные жители ".

"Другие, которых нужно устранить", - сказала Ева. "Мы рассредоточимся завтра, принесем какую-нибудь форму. У них есть место, в котором им комфортно. Тот, к кому они могли бы отвести Купера. Тот, где они прямо сейчас работают над Кэмпбеллом ".

"В центре города", - добавил Рорк.

"Вероятность высока. Пибоди, выведи сектор на экран ".

Пока они ели, пока они работали, Джейла Кэмпбелл изо всех сил пыталась подняться над болью. Погружение под это было своего рода спасением, но они всегда возвращали ее, давали больше.

Она перестала пытаться понять это. Это просто было.

Как долго она не могла сказать, больше нет. Часы, дни, недели. Были только боль и страх, и уверенность, что их будет больше.

Они занимались сексом на полу, у стены, иногда, к счастью, вне поля зрения. Хотя она могла слышать их хрюканье или стенания, смех.

Им нравилось, когда она пыталась кричать, когда она плакала и умоляла. Поэтому она пыталась не делать этого, но иногда она не могла остановиться. Просто не мог остановиться.

Они выглядели такими обычными. Монстры не должны выглядеть так заурядно, так сильно походить на обычных людей. Женщина была симпатичной, в жестком, распутном смысле, а мужчина - симпатичным, немного долговязым и ... глупым, подумала она сейчас.

Он соглашался со всем, что говорила женщина.

Режь здесь, сказала бы она - и он сделал бы.

Теперь они ели, и от запаха китайской еды навынос ей захотелось поперхнуться. Она ничего не ела с вечеринки. Иногда они поливали ее водой, но никогда не давали ей еды. Иногда вода была приправлена солью, и они смеялись, смеялись, когда она задыхалась.

Монстры не должны выглядеть как обычные люди.

Они забрали ее одежду, но она пережила худшее из этого. Ни один из них не прикасался к ней сексуально - как будто ее это сейчас волновало. Они сохранили секс друг для друга.

Они тоже были голыми, когда ели, и иногда они мазали друг друга соусом и слизывали его.

Это тоже вызвало у нее тошноту. По крайней мере, она могла закрыть глаза или повернуть голову. Когда они были увлечены друг другом, она едва существовала для них.

Она хотела, чтобы она перестала существовать для них.

Они говорили горячо, жадно.

Он сказал, что они были несчастными любовниками. Женщина - Элла-Лу - любила, когда он цитировал Шекспира или говорил о том, что они были любовниками, как Бонни и Клайд.

Она не знала, кто такие Бонни и Клайд, но женщина знала; и она смеялась и принимала позы, которые заставляли мужчину - Дэррила - стонать или облизывать губы.

Она прислушивалась к ним, когда могла, к каждому слову. Если бы она выжила - а она не верила, что выживет, но если - она бы все вспомнила. Она бы все рассказала полиции. И она надеялась каждой клеточкой своего наполненного болью тела, что полиция убила их самым кровавым, самым жестоким, самым ужасным из возможных способов.

Она хотела убить их своими собственными руками.

Она хотела свою мать. Она хотела Кари. Иногда, когда она уплывала, она хотела Люка и его застенчивую улыбку.

Она хотела чего угодно и кого угодно, кто не был этим. Все, что не было привязано к столу под ярким светом с чем-то круглым и твердым в зубах, чем-то, где она не могла чувствовать, как ее собственная кровь сочится из ее тела, или острую боль от сломанных костей, которые яростно трутся друг о друга, если она сдвинется хотя бы на дюйм, чтобы попытаться найти утешение.

Не было утешения.

"Это что-то другое и дерзкое", - говорила женщина. "Мы же не хотим скучать, правда, милая?"

"Тебе скучно, Элла-Лу?"

"Не с тобой, детка. Никогда! Ты мой герой. Но только подумайте, как захватывающе. Если бы мы сделали два за один раз. Если бы мы продержали их дольше. О, я становлюсь влажным при одной мысли об этом".

"Мне нравится, когда ты влажный".

Он засунул руку женщине между ног. Джейла закрыла глаза.

"Я был бы более влажным, более горячим с двумя. Ты можешь выбрать это время. О, да! Спускайся туда, детка, и принимайся за работу ".

Она визжала, она смеялась, она стонала. "Трахни меня жестко, детка, жестко! Тогда пойдем возьмем еще одну. Давайте найдем мужчину. Может быть, мы сможем заставить их трахнуть друг друга. Давайте заставим его изнасиловать ее, пока мы смотрим. О, о, Дэррил!"

"Все, что ты захочешь. Что угодно. Я люблю тебя, Элла-Лу".

"Заставь меня кричать, Дэррил. Заставь меня кричать. Тогда пойдем возьмем другого ".

И она улыбнулась, дикая и свирепая, повернув голову, чтобы посмотреть на Джейлу, пока Дэррил вгонял, вгонял и вгонял в нее, пока пот не потек с его лица.

Она улыбнулась своей чудовищной улыбкой, когда кончала.

В офисе Рорк слушал, как в комнате копов разрабатываются версии, проводятся обыски. Он слушал, как Ева говорила с Моррисом по "линку, пока она консультировалась с Мирой.

Его разум вернулся к первому - тому, кого они считали первым.

Бизнесмен, убитый на обочине дороги. Никаких транспортных средств, оставленных позади. Избит - отбивался - проломленный череп.

Совсем не такой, как другие, подумал он. Никаких пыток, никакого ощущения отнятого времени. Но он доверял инстинктам своей жены.

Первое, возможно, несчастный случай, или дело импульса. Искра, возможно, для всего, что было после.

"Кто-то отбуксировал его".

Рассеянная, немного раздраженная, Ева огляделась вокруг. "Что?"

"У тебя есть два варианта на твой первый - на этого Янсена. У них была вторая машина, и они уехали порознь, или они оставили машину позади ".

"Ни один автомобиль не был обнаружен или о нем не сообщалось на месте происшествия".

"И я полагаю, вы никогда не слышали об угоне автомобиля. Уехать вдвоем, конечно, не невозможно, но тогда им пришлось бы избавиться от одного, и они не были бы вместе после убийства, когда было бы много крови."

"Подожди". Она подняла руку, чтобы предотвратить комментарии, сузила глаза. "Когда крови будет много", - повторила она. "Если это первое, если с этого у них все пошло наперекосяк, то после убийства оно было бы таким высоким. Уезжаете порознь? Период восстановления. Итак, менее вероятно. Но ни о каком транспортном средстве не сообщалось и оно не было найдено ".

"Дорогая Ева", - сказал он, и Баннер искоса взглянула на нее, - "это очень отдаленный и сельский район, да?"

"И что?"

"И я готов поспорить на что-то большее, чем на пинту пива, что там будет буксирная служба или две, а за этим - что-то вроде фермерского района? Те, у кого достаточно удобных фаркопов. И это: Посмотри туда, приятель, на ту машину / грузовик / фургон на обочине дороги. Выйди, ты можешь взглянуть. Может быть, он сломан -"

"Что было бы поводом раскрутить еще одну машину, хорошо".

"Возможно, это какая-то механическая проблема. Или он был ранее усилен, и пришло время переключиться. Но в любом случае, предприимчивая душа может отбуксировать его, разобрать или переделать фургон и перепродать. Конечно, даже в этом районе у них под рукой была бы мясная лавка или кто-то, кто заплатил бы за то, чтобы на их земле был еще один автомобиль ".

Когда она нахмурилась, он улыбнулся.

"Говоря гипотетически, конечно, тот, кто когда-то немного зарабатывал на жизнь прокачкой автомобилей, возможно, путешествовал по таким проселочным дорогам именно ради такой возможности".

"Прикрепляю к нему фаркоп, оттаскиваю в другое место".

"И получая кругленькую прибыль за небольшие усилия", - заключил Рорк. "Вы могли бы попросить своих людей там, внизу, оказать давление на буксирные компании, фермеров, механиков и тому подобное".

Он посмотрел на Бэннера. "Уилл, ты бы устроил такие мероприятия в Арканзасе?"

"Могло быть. В соседнем округе был парень, который держал мясную лавку. В основном они подбирали машины на федеральной трассе, но попадали и на проселочные дороги. Я никогда не думал об этом. Люди знают людей, и ты слышишь, как рассказывают ".

У Евы уже была ее ссылка. "Кармайкл".

"Собираюсь связаться с вами, лейтенант. Устраиваю барбекю в Арканзасе, и вынужден повторить за Сантьяго. Ага. Коронер -"

"Подожди с этим. Я хочу, чтобы ты продвинулся в этом направлении, и сейчас. Буксировочная компания, механики, гаражи, может быть, маленькие фермы или что там еще, блядь. Способность отбуксировать транспортное средство. Давайте предположим", - начала она.

Когда она закончила, отключилась, она посмотрела на Рорка. "Это хороший ракурс. Местные жители должны были быть повсюду за этим. Ты под рукой."

"Я делаю все, что в моих силах".

"Может быть, так и случилось. Мне нравится логика этого. Может быть, они увеличили то, что они выбросили - или просто выбросили. В любом случае, это может вернуть нас к предыдущему шагу, к более раннему местоположению. Это может дать нам имена ".

Она посмотрела на доску, на Джейлу. "Кофе", - сказала она.

"Я полностью за это", - согласился Баннер. "Даллас, возможно, я знаю кое-кого, кто знает кого-то там поблизости. Я немного зол, что не подумал об этом раньше ".

"Тратишь время на прокачку машин, Баннер?"

"Я этого не делал, но я не могу утверждать, что не знаю некоторых, кто это сделал. Возможно, я смогу помочь вашим людям там, внизу ".

"Тогда приступай к этому. Пибоди?"

"Сэр".

"Кофе. Много. Сейчас."

Пока они работали над новым ракурсом, Элла-Лу в мини-юбке, снятой с убитого ими LC, чье имя она забыла, боролась с громоздким креслом.

Она замерзала в юбке, рыболовных сетках и короткой куртке из искусственной кожи - снятой с еще одной жертвы, - но внутри у нее было жарко, как в печи.

Парень торопливо шел вперед с линком в руке, капюшон его парки был откинут. "Да, да, я уже в пути. Боже, сегодня здесь как на Южном полюсе. Я почти на месте. Зажигай!"

"Эй, милашка?"

Она вскрикнула, откинула волосы назад, увидела, как он повернул голову, посмотрел на нее.

"Возвращаюсь к тебе", - сказал он в "link и сунул его в карман. "Что трясется, детка?"

"Не могли бы вы просто протянуть мне руку, на одну короткую минуту? Я не могу поднять эту дурацкую штуковину здесь, и мне нужно занести ее до того, как вернется мой совершенно бывший парень ".

"Конечно, без проблем. Тяжелый разрыв?"

"Так плохо. Он ударил меня!"

"Ах, да ладно". Парень присел на корточки, чтобы поднять стул. "Тебе лучше уйти. Я могу получить это, если ты встанешь на ту сторону и -"

Дэррил прыгнул вперед, взвесив сап - идею Эллы-Лу - ударив его по затылку.

Он издал звук, похожий на звук воздушного шарика, выпускающего воздух, и смялся.

"Быстрее, детка, быстрее, пока кто-нибудь не пришел!"

Потребовалось несколько тяжелых ударов, чтобы перетащить его и старое надежное кресло в заднюю часть фургона. Элла-Лоо вскарабкалась следом, с радостью отвесив стонущему мужчине еще один хороший удар, прежде чем обмотать клейкой лентой его запястья.

"Давай, детка! Мы хорошо с ним справились. Я не могу дождаться! Я уже мокрый. Я уже возбужден".

"Прибереги это для меня", - крикнул Дэррил, срываясь с места, чтобы проехать короткие два квартала до дома.

13

Джейла знала, что борьба причиняет только больше боли, но она впала в неистовство, когда услышала, что они уходят. Она кричала сквозь кляп, пока ее горло не обожгло и не окровавило, изогнула тело, напрягла руки, вложив в это все, что в ней оставалось.

Этого было недостаточно.

На ее запястьях, лодыжках открылись свежие раны, так что толстая лента, связывающая их, натерлась до сырости. В ее битве лопнул Нускин, который они наложили на некоторые из ее ран, так что они снова затекли. Она попробовала свои собственные слезы и истерику, пока, измученная, не затихла.

Помни, приказала она себе. Вспомни все на всякий случай, просто на случай, если она пережила это.

Они привязали ее к чему-то вроде доски, связали и приклеили скотчем. Веревка вокруг ее талии, ее живота. Иногда они душили ее другим, пока она не теряла сознание.

Пластик, - подумала она, - под самодельным столом. Она могла слышать, как он шуршит и хрустит под их ногами, когда они причиняют ей боль.

Окно. Она могла видеть только зарешеченное окно и большой коричневый диван, на котором они иногда занимались сексом. И экран - на нем они смотрели порно и игровые шоу.

Квартира. Возможно, на уровне улицы, подумала она, потому что она могла слышать движение, когда они выходили или входили через дверь.

Белый потолок - тускло-белый, если быть точным, Джейла - тускло-белый потолок с этими круглыми лампочками внутри.

Они никогда не выключали свет.

Они приносили еду навынос - никогда доставку, по крайней мере, не тогда, когда она была в сознании. Много пива и вина из кувшинов. И однажды, по крайней мере однажды, она почувствовала запах Зонера.

Она могла бы описать их идеально.

Все, что ей нужно было сделать, это сбежать, и она могла идеально описать их обоих, вплоть до одинаковых татуировок.

Маленькие сердечки с D и E внутри, выгравированные синим и красным поверх их собственных сердец.

Люди будут искать ее, она могла бы утешить себя этим. У нее были люди, которые заботились о ней и будут искать ее.

Но как они найдут ее?

Почему она не вызвала такси? Почему она не воспользовалась головой и не вызвала такси, когда уходила с той дурацкой вечеринки? Почему она ушла в первую очередь? Почему она не осталась дома и не смотрела видео с Кари?

Она снова начала плакать, снова боролась. И погрузился в дрожащий сон.

Шум разбудил ее. На мгновение она вернулась в общежитие своего колледжа с Кари, пытаясь уснуть, пока в соседней комнате продолжалась вечеринка. Она попыталась перевернуться - и мучительная боль вернула ее обратно.

У них была музыка - дерьмовая кантри-музыка с какой-то женщиной, распевающей йодлем о том, как она собирается выследить своего мужчину. Они подпевали во все горло, пока устанавливали что-то вроде складного стола.

Женщина танцевала вокруг него, терлась задницей о промежность мужчины, снова танцевала, хихикая.

Теперь Джейла могла видеть пластик на полу.

И тело, распростертое на нем лицом вниз.

Ее первой реакцией было что-то вроде безумного ликования. Она не была бы одинока. У них был бы кто-то другой, возможно, они забыли бы причинить ей боль, даже на некоторое время.

Стыд нахлынул лавиной на уродливую радость, напомнив ей, что бы они с ней ни сделали, она все еще человек. Она все еще могла чувствовать стыд. И жалости.

Вместе они перевернули тело, начали раздевать мужчину - нет, она увидела, и жалость усилилась. Мальчик. Моложе, чем она была. Двадцать, может быть, двадцать, и бледный как стекло.

Он слегка пошевелился, застонав. Дэррил подобрал сок - они сломали по крайней мере одно из ее ребер тем утяжеленным кожаным мешком - и ударил им парня по голове сбоку. Как будто вы могли бы прихлопнуть муху - рассеянно, с легким раздражением.

"Не хочу, чтобы он пока просыпался", - сказал Дэррил. "Сначала нужно его найти".

"Он, пожалуй, самое белое, что я видел, кроме этого снега на земле снаружи". Элла-Лу хихикнула, стаскивая с мальчика штаны.

Она вывалила содержимое карманов, пока Дэррил заканчивал раздевать его. И открыл бумажник.

"На него меньше двадцати. Черт, и никакого наручного устройства или вообще ничего. Зовут Рид Аарон Маллиган."

Джейла снова и снова повторяла это имя в своей голове. Она бы запомнила Рида Аарона Маллигана. Около двадцати, худощавый, с молочно-белой кожей и несколькими веснушками, рыжевато-светлыми волосами и жалкого вида козлиной бородкой на мягком мальчишеском лице.

"Удар по клавише, несколько незакрытых кредитов, милый маленький перочинный ножик. Один из этих - как-вы-их-называете?"

Дэррил оглянулся. "Многофункциональныйинструмент. Дай мне посмотреть". Он взял это у нее, осмотрел. "Это милое письмо", - сказал он и сунул его в свой карман.

"Ботинки довольно новые, и пальто тоже".

Рождественские подарки, представила себе Джейла. От его родителей. Его родители скоро будут искать его.

"Слишком мал для тебя", - сказала Элла-Лу Дэррилу и, встав, примерила пальто. "Это тепло".

"Недостаточно хорошенький для тебя, детка".

"Держу пари, мы сможем получить что-нибудь за это, и за ботинки". Она швырнула их и его брюки в сторону дивана, затем изучающе посмотрела на Рида Аарона Маллигана, уперев руки в бедра.

"Дятелу не о чем рассказывать, но мы привнесем в него немного эротики, зададим ему жару, с ним все будет в порядке".

Затем она повернулась к Джейле, улыбнулась той горячей, дикой улыбкой. "Он собирается изнасиловать тебя до усрачки".

Джейле хотелось закрыть глаза, просто закрыть их и снова уйти, но она заставила себя встретиться с этим жестким взглядом. Заставила себя снова смотреть на них, пока Элла-Лу не подобрала сок и не шлепнула ее раз, другой по промежности.

Боль взорвалась в ее центре, разлилась повсюду.

"Вот тебе и вкус". Наклонив голову, словно раздумывая, она по очереди похлопала Джейлу по каждой груди.

Когда тело Джейлы выгнулось дугой и упало, Элла-Лу наблюдала, как расцветают синяки.

"Я никогда не пробовал заниматься сексом ни с кем из них. Это заводит меня ".

"Я тоже".

Она оглянулась, увидела блеск в глазах Дэррила, то, как его рука двигалась между ног.

"Еще нет, детка. Пока нет. Давайте устроим нашего нового друга здесь, как вы сказали. Мы собираемся захотеть немного смягчить его ".

Джейла заползла в себя, в тесное, темное пространство, где боль раздвигала границы. Через некоторое время, она не могла сказать, как долго, она услышала ужасный, почти нечеловечески высокий звук, который, как она слышала, издавала сама.

И знал, что они начали смягчать Рида Аарона Маллигана.

Ева еще раз перечитала предварительный отчет ДеВинтер.

Слишком рано говорить окончательно - и это просто обожгло ее задницу, - но ДеВинтер верила, и Моррис согласился, - что ряд травм Мелвину Литтлу были нанесены до его падения. Некоторые за двадцать четыре-тридцать шесть часов до этого.

Она продралась сквозь наукообразные, обжигающие задницу вероятности, possibles и вытащила мясо.

Инструмент с острым лезвием задел кость, тупой предмет на самой старой ране, задней части черепа. Перелом бедра в результате сильного удара сверху вниз.

Может быть, от монтировки, думала Ева, шагая и читая, шагая и читая.

Многочисленные кости в правой руке раздроблены.

Дальнейшие испытания продолжатся в ноль семьсот.

Постскриптум Морриса придал ей мужества.

Гарнет не готова связывать себя обязательствами, и она права. Но он один из ваших. Местное вскрытие было здесь сильно испорчено. Эта жертва получила множественные ранения - ножевые, побои, колотушки - по крайней мере, за день до смерти. Для него было бы значительным совпадением сражаться с кем-то другим, кроме ваших субъектов, или подвергнуться нападению со стороны кого-то другого.

"Совпадение - это чушь собачья", - пробормотала она.

"Как ты и сказал". Плавно, неуловимо Рорк встал между ней и тем, что, как он полагал, было теперь еще одним пустым кофейником. "Вы - все вы - сделали все, что могли сделать сегодня вечером".

"Сантьяго и Кармайкл -"

"Обязательно свяжутся с вами, если они на что-нибудь наткнутся. Но поскольку там уже за полночь, вполне вероятно, что им нужно будет забрать его утром ".

"Который здесь час?"

"Если там уже за полночь, то здесь уже за час. Разница в час".

"Это сводит меня с ума, тупица".

"Это так". Бэннер запустил руки в волосы, сжимая их там, как будто это был единственный способ держать голову прямо. У его глаз был затуманенный и ошеломленный взгляд лунатика. "Переступи границу какого-нибудь штата, и ты выиграешь час, потеряешь час. Это сбивает с толку".

Она ткнула в него пальцем в знак солидарности. "Видишь?" - сказала она Рорку.

"Я вижу, что нашему заместителю по Центральному времени нужен сон, как и всем вам".

Она подумывала накормить всех одобренным департаментом приливом энергии, затем осознала бесполезность. Плюс она ненавидела то, что бустеры заставляли ее чувствовать. Все они работали бы лучше, если бы отдохнули несколько часов.

"Хорошо, мы назовем это. Встречаемся здесь в ноль шестьсот."

"Я слышу это. Извините ", - добавил Баннер. "У меня размяк мозг. Я не могу вспомнить, как добраться до своей койки ".

"Куда они тебя поместили?" Поднимаясь, Пибоди потерла глаза.

"Ах..."

"Комната в парке", - сказал ей Рорк.

"Мы знаем, где это, верно?"

Макнаб кивнул, поднялся на ноги, обнял Пибоди, когда она прислонилась к нему. "Да, это прямо от нас. Мы проведем тебя внутрь ".

"  " Цени это. " Он оглянулся на доску, остановив взгляд на Мелвине Литтле. "Теперь у него больше, чем у меня. Я не собираюсь этого забывать ".

Когда он последовал за Пибоди и Макнабом к выходу, Ева посмотрела на кофейник.

"Абсолютно нет".

"Ты не можешь говорить -"

"Я верю, и я ожидаю, что ты сделаешь то же самое для меня. В твоей крови сейчас должно быть три четверти кофеина. Ты вибрируешь этим ".

"Я немного взвинчена", - призналась она.

"И если бы у тебя остался хоть один камень, который ты мог бы перевернуть сегодня вечером, я бы сам принес тебе еще один горшок и присоединился к тебе".

Может быть, он бы так и сделал, подумала она, может быть, он просто накачал бы ее транквилизаторами и покончил с этим. Но он был прав. Она перевернула каждый доступный камень. Может быть, у нее был бы другой взгляд на то, что она обнаружила под часом ночи.

"Буксирная компания принимает звонки 24/7", - сказала она, когда он вытаскивал ее из комнаты. "Это то, что они делают. Может быть, Кармайкл и Сантьяго что-нибудь придумают сегодня вечером ".

"Они свяжутся с тобой, если это произойдет".

"Как только Девинтер наложит свой отпечаток на Литтл и другую жертву в ее доме, ФБР перейдет на другую сторону, или начнет это делать".

"Тебя это беспокоит?"

"Это раздражает на чисто - как бы это сказать - интуитивном уровне. Но чем больше ресурсов, тем лучше. У них есть люди, которые ищут Джейлу, но их внимание сосредоточено на севере. Они рассматривают Нью-Йорк как часть схемы, а не как пункт назначения ".

Она заметила, что когда они вошли в спальню, Галахад избил их и теперь растянулся по центру кровати.

"Чем больше ресурсов, тем лучше", - повторила она, засовывая руки в карманы, пытаясь избавиться от избытка энергии. "Мы бы не зашли так далеко в Литтле без Бэннера, и мы бы не утвердили его - а он, черт возьми, так и есть - без Девинтера и Морриса.

"И угол буксировки, это хорошо. Не было бы этого без твоего криминального взгляда ".

"Всегда рад помочь". Он развернул ее, отстегнул ремень безопасности с оружием.

Она пожала плечами, избавляясь от этого. "Местные жители не хотели этой связи - локальной связи. Они хотели, чтобы Янсену проломил голову какой-нибудь убийца-наездник. Это во всех их отчетах ".

"Хм". Рорк снова развернул ее, расстегнул ремень.

"Что касается Литтла, будь смягче, если бы это было просто его невезением".

Он стянул ее свитер через голову.

"То же самое с Fastbinder в Западной Вирджинии. Парень делает неверный шаг, летит головой в расщелину. Трагично, конечно, но люди не нарушают местный закон о поимке пары убийц ".

Рорк подтолкнул ее к кровати, поднял на платформу, подтолкнул ее, чтобы она села.

"Что ты делаешь?"

"Я здесь, чтобы помочь, помни". Он приподнял одну из ее ног, стянул с нее сапог.

"Ты работаешь над тем, чтобы раздеть меня".

"Награда за помощь".

"Ты ждешь другой платы?"

"Я планировал открыть учетную запись, но при сложившихся обстоятельствах". Он стянул другой ботинок.

"Я немного взвинчен". Она приподняла бедра, когда он потянул ее брюки вниз и в сторону. "С таким же успехом можно было бы использовать кофеин".

"И если я выжгу это из тебя, ты можешь заткнуться на достаточно долгое время, чтобы мы оба могли немного поспать".

Ладонью он накрыл ее лицо, мягко оттолкнув в ответ.

И с хриплым рычанием Галахад отошел в дальний угол кровати, повернувшись к ним спиной.

"Откуда он знает, что мы не просто собираемся спать?"

"Животный инстинкт", - предположил Рорк, стаскивая с себя свитер, прежде чем нависнуть над ней.

"У меня есть кое-что из этого". Ева дернула его вниз, добавив быстрый укус к поцелую. "Быстро". Теперь она использовала свои зубы на его горле. "Быстрый, жесткий и грубый".

Она уже пульсировала, уже пульсировала. И ее быстрая, зрелая жадность зажгла в нем спичку. Пока она пыталась раздеть его, он обхватил ладонью ее между ног, заставив ее перевалиться через первый острый край.

Теперь ничего, ничего, кроме нужды, как лихорадка, как пламя, горящее, поднимающееся. Обезумев от этого, она выгнулась дугой, прижимаясь к нему, пока они оба не содрогнулись.

Все еще выгибаясь, она сомкнула ноги вокруг его бедер, потянулась, чтобы ухватиться за простыни, как будто хотела улететь без якоря.

"Быстро", - снова сказала она, едва дыша. "Тяжело. Грубый".

Он вошел в нее, вложенный в ножны по самую рукоять, вырвал у нее крик. И снова, с наслаждением настолько острым, что оно пронзило его, как лезвие.

Снова, и еще раз, с безумием, которое подступало к нему, затуманивая зрение, так что она казалась подвешенной в дыму под ним.

Он использовал свои руки на ее скользкой, дрожащей коже и свой рот, пока погружался - сильно, быстро, грубовато.

Она хотела, чтобы в нем проснулась эта темная жадность, животное, поэтому он освободил его, скакал на нем, скакал на ней, пока ее сдавленный крик не зазвучал в его ушах, пока ее тело не задрожало рядом с его. Пока она, казалось, не растаяла.

И все же он ехал, вопреки здравому смыслу, забирая больше. Забрал все.

И со всеми, освобожденный.

В ушах у нее звенело от стука ее собственного сердца. Он ударил по ней, как кулак. Она почувствовала, что он начал двигаться, и сумела обхватить его своими безвольными руками.

"Нет. Просто останься", - пробормотала она. "Просто останься ненадолго".

И уснул.

Она проснулась в темноте, вырванная из глубокого и благословенного сна без сновидений настойчивым писком своего коммуникатора.

Дезориентированная, все еще сцепленная с Рорком, она попыталась подняться.

"Подожди. Свет горит, десять процентов".

По команде Рорка темнота рассеялась, когда он откатился в сторону.

"Моя связь..."

"Все еще в твоих штанах". Он нашел их, выудил коммуникатор, пока она пыталась прогнать туман сна.

"Ах -"

"Заблокируйте видео", - посоветовал он.

"Христос. ДА. Заблокируйте видео", - приказала она. "Даллас".

"Диспетчер, Даллас, лейтенант Ева".

В 4:18 утра она узнала о Риде Аароне Маллигане.

Снова в центре города, подумала она. На целый день раньше запланированного. Если не...

"Ты хочешь, чтобы я разбудил Пибоди?" - Спросил Рорк.

"Да. Нет. Нет, нет смысла. Это будет один из них, но это интуиция, а не факт. Сначала я поговорю с матерью этого Маллигана ".

"Тогда я с тобой. С тобой, - повторил он, прежде чем она смогла возразить.

Она приняла душ, оделась и накачалась кофе за десять минут, а Рорк отстал всего на минуту, когда перегонял машину из гаража.

Затем они вышли за дверь, в холодную, ясную ночь, где ждал один из его здоровенных помощников, с работающим двигателем и обогревателями.

"Возможно, пропавший без вести живет со своей матерью на Леонард, недалеко от Бродвея".

"Я слышал сообщение". Он быстро и плавно проехал через ворота и выехал на тихие предрассветной зимой улицы. "Это схема взлома, да?"

"Если он у них, да. У Джейлы Кэмпбелл должен был быть другой день. Может быть, там что-то пошло не так, и они бросили ее тело там, где мы его еще не нашли. Или избавился от нее другим способом. Или..."

"Она все еще у меня. Живой".

"Сомнительно, но мне хотелось бы так думать. И, возможно, это ложная тревога. Пропавшему двадцать один год - едва." Она просканировала свой КПП и бег, который она уже начала на нем.

"Похоже, пара отсидок в колонии для несовершеннолетних. Нелегалы, ничего серьезного. В настоящее время работает помощником менеджера, сутками, в музыкальном магазине - инструменты, уроки. Получил здесь кое-какой доход от группы под названием Thrashers ".

Она копнула немного глубже. "Играет на гитаре, поет. Похоже на несколько клубных свиданий с низкой арендной платой. Должен это проверить, но -"

"Возможно, ему повезло, возможно, он накурился и завалился с другом".

"Может быть. Но это их территория. Мать-одиночка, официантка в баре, братьев и сестер нет ". Ева убрала свой ПК. "Мы выслушаем ее".

Маллиганы жили в трехэтажном многоквартирном доме с надежной охраной и относительно чистым вестибюлем.

Ева заметила, что на лестнице, ведущей на третий этаж, нет граффити, которое говорило бы что-то о жильцах. Она слышала бормотание репортажа СМИ о двоих через одну из дверей квартиры.

Паршивая звукоизоляция, и кто-то работал в раннюю смену.

Она подняла кулак, чтобы постучать в дверь, но та распахнулась первой.

"Я услышал, как ты приближаешься. Копы?"

"Лейтенант Даллас". Ева подняла свой значок. "И мой гражданский консультант. Мисс Маллиган?"

"Да, да, заходи. Спасибо, что добрался сюда так быстро. Первый парень, с которым я заговорил, едва слушал меня ".

На ней была короткая черная юбка, открывавшая красивые ноги, и белый топ с глубоким вырезом, обрамлявший красивую грудь. Ее рабочая одежда, подумала Ева, и только сменила обувь на домашние ползунки, набросив поверх рубашки объемистый кардиган.

Она излучала беспокойство.

"Рид не мог не вернуться домой. Я хочу сказать, что он дал бы мне знать, если бы остался снаружи. Таков наш уговор. Я делаю то же самое для него ".

"Почему бы нам не присесть, и ты не можешь пробежаться по этому для меня?"

"О, прости". Она огляделась вокруг, как будто не могла найти свое место в собственной квартире. "Я не могу думать, что я так волнуюсь. Присаживайтесь. У меня есть кофе ".

"Это было бы здорово", - сказала Ева, в основном, чтобы дать женщине какое-нибудь занятие, что-нибудь, что успокоило бы ее. "Просто черный для нас обоих".

"Дай мне секунду".

Она отошла в дальний конец комнаты, к проходу, за которым находилась узкая открытая кухня.

Она носила свои огненно-рыжие волосы, собранные в упругий хвост, который оставлял ее лицо - узкое, угловатое - без рамки. Ее пробежка дала ей сорок, но она могла бы соврать, что ей тридцать пять, даже несмотря на бледность и тени под туманно-зелеными глазами.

"Я работаю пять вечеров в неделю в The Speakeasy. Это бар всего в паре кварталов отсюда. Это хорошее место, а не притон. Классные, хорошие клиенты. Это принадлежит Рорку - вы знаете, кого я имею в виду ".

Ева бросила на Рорка косой взгляд. "Да".

"Так что это хорошее место для работы - сюда приходит не так много хапуг. И это близко к дому - Рорк тоже владеет этим местом, так что это мило. Это безопасно, и это чисто. Рид хороший мальчик. Ответственный. У него хорошая дневная работа. Он хочет быть музыкальной звездой - это мечта. Он играет в группе, и они начинают получать кое-какую работу. Он хорош. Я знаю, что я его мама, но он хороший. В любом случае."

Она принесла кофе на подносе с изяществом и непринужденностью давней официантки.

"Я работаю четыре ночи с семи до полуночи, и одну ночь - как сегодня - с пяти до двух. Рид сказал, что он мог бы пойти куда-нибудь допоздна, немного потусоваться со своей группой. Они работают над звуком, усиленным компьютером. У него талант к компьютерам. Поэтому, когда я вернулся домой, а его здесь не было, я не волновался. Но когда я проверил ссылку на дом - она мигала, так что я знал, что там были сообщения, я забеспокоился ".

Она взяла свой кофе, снова поставила его. "Первое сообщение было от Бенджа - лучшего друга Рида и одного из участников группы. Он был немного взвинчен. Где ты, что-то вроде этого, почему ты не отвечаешь на свою ссылку. Ты мог бы послушать ".

"Это было бы хорошо".

Джеки быстро поднялась, включила воспроизведение сообщения.

Эй, чувак, wtf! Мы все еще ждем. Отвечай на свой карман, чувак. Ты сказал, что будешь здесь через несколько. Это был долбаный час. Пометьте меня.

Аппарат зафиксировал сообщение в 1:06 ночи.

И следующее, снова от Бенджа, двадцать минут спустя. Третье от женщины - идентифицированной как Рокси Паркингстон, вокалистка - через двадцать две минуты после этого.

Рид, сейчас ты меня пугаешь. Клянусь, если я не получу от тебя ответа еще через полчаса, я отмечу твою маму. Не заставляй меня помечать твою маму.

"Она сделала", - подтвердила Джеки. "Я слушал сообщение, ее последнее сообщение, когда она позвонила. Она сказала, что Рид разговаривал с Бендж, когда тот был в пути - шел в подвальное помещение, которое Бендж и пара других парней делят на Мортон, недалеко от Седьмой. Они звукоизолировали это, поэтому они практикуют там. Это всего в десяти минутах ходьбы. Самое большее.

"Что-то случилось", - настаивала она. "Он бы этого не сделал. У нас сделка. Все, что нам обоим нужно сделать, это сказать, что нас не будет дома - никаких объяснений, никаких вопросов. Но мы должны дать другому знать. Мы всегда делаем. И он был на пути к Бенджу и группе. Его мечта".

"Во что бы он был одет?"

Джеки глубоко вздохнул. "Я смотрел, чтобы быть уверенным. Я купил ему новое пальто и новые ботинки. Его день рождения, Рождество. Коричневые ботинки первопроходца - из натуральной кожи. Это был его двадцать первый день рождения, и он действительно хотел их. И пальто, это парка марки Moose. Хантер Грин. Я думаю, на нем были бы черные брюки, черный свитер. Это дело группы".

"Девушка?"

"Он наполовину встречается с этой девушкой - Мэдди - и я поговорил с ней, разбудил ее. Она не видела его пару дней. Он запал на Рокси. Я вижу это. Черт, она может видеть это, но он еще не продвинулся в этом. Я бы знал. Итак, он наполовину встречается с Мэдди, но это несерьезно, и она не видела его с тех пор, как они позавтракали пиццей прошлой ночью ".

Ева задавала больше вопросов, получила представление о беспечном парне, который зарабатывает на жизнь, помогает своей матери с арендной платой, продвигается вперед и мечтает о славе и богатстве, которые принесут миллионы.

Поскольку ее собственный самый близкий друг сделал именно это, Ева знала, что это действительно может произойти.

Она раздобыла контактную информацию об участниках группы, сводной подруге, некоторых коллегах.

"Ты собираешься искать его, верно?"

"Да, мы собираемся искать его".

"Я знаю, что он совершеннолетний, но в основном он все еще мальчик. И он симпатичный". Она сжала губы. "Я знаю, что есть люди, которые охотятся на мальчиков, даже на мальчиков в возрасте".

Да, есть, подумала Ева, но она сказала: "Мы собираемся искать его".

В ту минуту, когда она вышла, она повернулась к Рорку. "Твое здание".

"По-видимому, так и есть".

"Тогда получение дисков безопасности не должно быть проблемой. Камера на двери. Это показало бы, что он уходит ".

"Я уже связался с охранной компанией, которая управляет этим объектом. Система находится в подсобном помещении подвала. У меня есть коды ".

"Ты можешь достать мне копии? Я хочу опубликовать его описание. Это попадет в утренние сводки. Может быть, кто-нибудь видел его ".

"Пять минут", - сказал он ей и направился к выходу из подвала.

Он вернулся в четыре, передал ей копию. "Я прогнал это с тысяча девятьсот по ноль-ноль сто. Просто чтобы покрыть землю ".

"Этого будет достаточно".

Она пропустила это через свой ПК, стремительно продвигаясь вперед, пока не увидела Рида.

"Ровно в полночь, и одет точно так, как сказала его мать. Надень капюшон. Здесь холодно".

Она стояла там, где была, прокручивала это до конца, пока не увидела, как Джеки Маллиган подошел к двери и открыл ее ключом.

"Три человека вышли, двое посередине. Никаких пар. И нет причин думать, что они схватили ребенка, а затем перескочили сюда ".

"Но теперь ты уверен".

"Да. Ты не против прогуляться?"

"Прогулка в холоде и темноте? Звучит просто прекрасно ".

"Он пошел бы на запад", - сказала она, когда они вышли на улицу. "С запада на седьмую, поверните на юг. "Десятиминутная прогулка - возможно, немного меньше, поскольку он шел бы быстро на холоде. И где-то по пути он столкнулся с ними. Между полуночью и десятью после - если он не свернул. Это хорошее, узкое окно ".

Она осматривалась, пока они шли, в поисках других камер слежения, освещенных окон, темных мест, где могли скрываться LC, дилеры или грабители.

Но интуиция подсказывала ей, что Рид не сталкивался с грабителем, или наркоманом, или какой-то случайной уличной сделкой. Поэтому она искала потенциальные участки, где кто-то мог подогнать автомобиль достаточно близко к обочине, чтобы -

"Черт". Она остановилась у зоны погрузки, проверила время. "Примерно через шесть минут. Разбитый уличный фонарь, прямо там. И осколки на тротуаре от нее".

"Они разбили один из фонарей для прикрытия, въехали прямо в зону погрузки".

"Использовал женщину, чтобы заманить его. "Эй, милая, ты не могла бы мне помочь на секунду?"   " Она изучала здания, витрины магазинов, пока говорила. "Здесь нет баров, и это чертовски обидно. Розничная торговля, кафе é, жилое помещение, бухгалтерская фирма. Ничего, что могло бы быть шумным в полночь морозной ночью. Но должен был появиться какой-то транспорт. Поэтому им пришлось поторопиться с ним ".

Она подняла лицо вверх. "Да, они должны были действовать быстро. И это ошибка. В зонах загрузки установлены камеры. Дерьмовые камеры, и многие из них вообще не работают, но у нас есть шанс ".

Она вытащила свой коммуникатор. "У нас есть шанс", - повторила она.

14

Это заняло бы некоторое время, но она договорилась, чтобы запись с камеры зоны загрузки отправлялась на ее офисное устройство, ее домашнее устройство, даже на ее PPC, просто чтобы охватить все базы.

И пока она ждала, пока движение прекратится, они прошли остаток пути до подвала Бенджа Фриббета, разбудили его и его соседей по комнате.

Она наблюдала, как их отношение меняется от раздраженного к ухмыляющемуся, затем к искреннему беспокойству.

"Давай. С ним ничего не случилось ". Бендж, мускулистый, смешанной расы, красивый, почесал грудь через футболку, где лицо Мэвис Фристоун расплылось в кокетливой мальчишеской улыбке.

Еву немного покоробило, когда она увидела свою подругу поверх торса какого-то парня.

"С ним все в порядке. Ты уверен, что его нет дома?"

"Меня бы здесь не было, если бы он был дома. Когда вы в последний раз видели его или говорили с ним?"

"Я видел его вчера, зашел к нему на работу, просто чтобы обдумать минутку, и мы договорились поработать здесь сегодня вечером - я имею в виду, прошлой ночью. Я разговаривал с ним - я не знаю, около полуночи - несколько позже - я думаю. Он был на пути сюда. Сказал, что он был почти здесь, и..."

"Ты получил свою "ссылку?"

"Да, да. Я был зол на него." Он взглянул на своих соседей по комнате - один невысокий и крепкий, с копной фиолетовых волос, другой жилистый, с выбритым набок взглядом и татуировками на рукавах.

В гостиной был продавленный диван, стол, заваленный коробками с едой на вынос и бутылками из-под пива, а также множество музыкального оборудования.

Бендж нашел "связующее звено" в завалах при продаже еды на вынос. Введено, воспроизведено.

Ты идешь или как? Рокси здесь, мы все здесь.

Да, да, я уже в пути. Боже, сегодня здесь как на Южном полюсе. Почти на месте. Я почти на месте. Зажигай!

Ева услышала другой голос, едва различимый.

"Держи это. Воспроизведи это еще раз, усили это ".

"Конечно, но я не могу заставить это сильно усилиться. Это дерьмовая ссылка ".

Ева схватила телефонную трубку, поднесла ее к уху.

"  " Эй, милашка,"  " она пробормотала.

Затем голос Рида взорвался. Возвращаюсь к тебе.

"Вот и все", - сказал Бендж. "Вы можете услышать, как я пару раз пытался пометить его "ссылка, я оставлял там v-mail и на его домашней "ссылке. И Рокси сделала то же самое ".

Игнорируя его, она прокрутила еще раз, прислушалась, отметила время. Пять минут сорок восемь секунд с момента выхода из его здания до окончания передачи.

"Мне нужна эта "ссылка".

"Это единственное, что у меня есть", - начал он, затем покачал головой. "Да, возьми это. Иисус, конечно, возьми это. Ты действительно думаешь... Может быть, он свернул к Мэдди. Они на самом деле не обжигающие, но возможно ".

"Его мать связалась с ней, и нет. Кто-нибудь еще?"

"Мы - его команда". Он снова посмотрел на своих друзей. "Мы его команда, понимаешь? Мы были взбешены. Мы все были взбешены, что он бросил нас. Что мы можем сделать? Мы можем троллить за него ".

Она не видела в этом смысла, но и не видела его в попытке остановить их.

"Здесь звучит ее голос". На данный момент она надежно спрятала ссылку в кармане. "  " Привет, милашка." Сука. Прямо там, в зоне погрузки. Я знаю это. Примерно на полпути между его местом и тем, куда он направлялся ".

"Не то место, не то время", - сказал Рорк и потер рукой ее спину.

"До сих пор у них это получалось, но их удача изменится. Мы снимем что-нибудь с этой чертовой камеры, и у нас есть ее голос по этой дерьмовой карманной ссылке. Мы знаем почти с точностью до минуты, когда его схватили, и, черт возьми, они близки. Они рядом".

Бегом, решила она, и, когда они шли обратно, приказала дроидам и униформе постучать в двери на этом участке Седьмой.

Она начала бы просматривать ленту загрузки зоны, подготовила бы Макнаба к усилению всего, что они там обнаружат, - и добавила бы больше усиления голосу по "ссылке.

Было бы невероятной удачей найти совпадение голоса, но они должны были состояться.

Снова в машине она вытащила свою собственную ссылку.

"Кого ты помечаешь в этот час?"

"Кармайкл. Она и Сантьяго могут начать ".

"Ева, там все еще около пяти утра".

"Почему?"

"Что ж, волшебный слон, который несет на своей массивной спине широкое блюдо планеты, тяжело передвигается в своем ежедневном путешествии вокруг Солнца".

"О, укуси меня". Но образ, который он нарисовал, имел для нее столько же смысла, сколько и научный. Она решила дать своим детективам еще тридцать минут на дыбу.

"Никакого плана. Точно так же, как двое других в Нью-Йорке. Не могло быть плана, не могло быть конкретной цели. Так что же побудило их отправиться на охоту прошлой ночью? Во-первых, они уже убили Кэмпбелла. Досрочно, или она просто неожиданно выдала их. И они не получили от этого достаточного кайфа ".

"Они бы быстро избавились от ее тела, не так ли, в таком случае. Скорее всего, ты найдешь ее вскоре после восхода солнца ".

"Нет смысла удерживать ее. Может быть, они пошли, чтобы бросить ее, и вот появляется новая, прямо у них на коленях. Но почему бы не подождать с сбросом на потом? Едва за полночь - рановато для свалки, меньше риска через час или два ".

"Часть спешки? Этот риск?"

"Да, может быть. Давайте немного поднимем планку. Так что, может быть. Второй сценарий, они решили схватить следующую, прежде чем прикончат ее. У них есть место, они там, где они хотят быть. Место для другого? Есть место, так почему бы не оставить следующего в ящике для отбивающего?"

"Или..."

"Дуэт". Она кивнула. "Двое сразу. Мы не можем знать наверняка, не совсем, они не делали этого раньше на этом пути. Мы профилировали это по очереди, и это наиболее вероятно, но мы не можем быть уверены, что они не провернули двойную операцию ".

"Имея двоих, ты мог бы использовать одного, чтобы запугать другого. Или у каждого из вас мог бы быть свой собственный, работайте в тандеме ".

"Множество уродливых возможностей. Пока мы не найдем тело Джейлы Кэмпбелл, мы придерживаемся сценария, который они намеренно выбрали второй. Может быть, импульсивно. Зона загрузки не была продуманной. Но, если они не жили в городской местности, они могут не знать о камерах на них ".

"Вероятно, многие, кто владеет транспортными средствами или не водит их, не знают об этом. И даже многие, кто владеет и делает, могут не думать об этом. Вы должны выехать на полосу, чтобы активировать камеру, а они - отъявленное дерьмо ".

Он одарил ее полуулыбкой. "Я жил в городских районах, и мне часто требовалось удобное место для ... парковки. Я должен добавить, лейтенант, что заклинивание одной из этих сетевых камер? Детская игра".

"Будем надеяться, что никто из них не играл в те же игры, что и ты в детстве".

По мере того, как они продвигались в центр города, движение на дорогах становилось плотнее, автобусы maxibus тарахтели и пукали вместе с грузом поздних смен, которые заканчивали работу, а ранняя смена продолжалась. И небесные трамваи перевозили больше.

Несколько такси сорвались с места - большинство тех, кто работал в раннюю и позднюю смены, не могли позволить себе такси. Но были бы те, кто направлялся бы, чтобы успеть на шаттл или на LC высокого уровня по дороге домой после прибыльной ночи.

"Они иногда приходили сюда", - пробормотала Ева. "Если бы вы совершили поездку в Нью-Йорк, вы бы поступили как турист, не так ли? Ты хочешь магазины в центре города, катание на коньках в Рокфеллеровском парке. Ты бы хотел увидеть Эмпайр Стейт, ты бы хотел присоединиться к вечеринке на Таймс-сквер ".

Она переместилась к нему. "Ты же не проделаешь весь этот путь без вечеринки, не так ли? Ты не отсиживаешься внутри все время, как бы тебе ни было весело. Ты можешь сделать это где угодно".

"Ты прав. О чем это тебе говорит?"

"Просто больше. Они пара. Влюбленные. Мира описывает их как влюбленных - в их больном, испорченном виде. Может быть, романтический ужин где-нибудь? Одна из горячих точек. Это означает правильную одежду, и это означает покупки. На это нужны деньги, если только они не используют карточку жертвы, и мы набросились бы на них, как крысы на сыр. Souvenirs. У тебя должны быть сувениры ".

Она перевернула его, поворачивая из стороны в сторону, пока Рорк снова вез их домой.

Войдя внутрь, они направились прямо к ее офису. Она почувствовала запах бекона, прежде чем они сделали последний поворот.

Она могла бы зарычать на это, но она также почувствовала запах кофе.

Она вошла, когда Пибоди передавала блюдо с фуршетного стола - уже накрытое и загруженное - Баннер.

"Эй, вот ты где. Мы решили, что сделаем разворот перед вами - вы уже выходили?"

Ева сбросила пальто, отбросила его в сторону. "У нас есть еще один".

"Другой? Кэмпбелл -"

"Не определено. Маллиган, Рид Аарон, двадцати одного года от роду, похищен прошлой ночью в полночь с пересадкой, направлялся на юг по седьмой улице между Уэверли и Чарльз."

"У тебя есть остроумие?" - Спросил Макнаб.

"У нас есть передача по ссылке и, возможно, трансляция с камеры. Рорк, выведи это на экран, пока я посмотрю, не поступило ли сообщение ".

"Маллиган", - повторил Рорк, используя вспомогательный модуль для вывода данных на экран. "Рид Аарон, о пропаже которого сообщила его мать".

Пока Рорк инструктировал их, Ева, наконец, соединилась с кем-то из дорожного движения, кто отличал задницу от локтя - по крайней мере, по ее мнению.

"Канал поступает. Меня тошнит от этого. Дерьмо", - сказала она секундой позже, когда появилось мерцающее, мутное изображение. "Ты можешь это убрать?" - потребовала она у Макнаба.

"Некоторые, конечно. Могу ли я?"

Она нахмурилась, поняла, что он хочет, чтобы ее стол был сдвинут с места.

"Тоже неудачный ракурс", - пробормотала она. "Это просто глупо. Мы не собираемся получать ярлык, угол слишком высок. Но кому-то этого будет достаточно, чтобы определить марку и модель. Где они? Где-там - кто-то выходит на обочину. Это кто-то выходит? Макнаб!"

"Работаю над этим. Я могу отнести это в лабораторию здесь или в Центральном, очистить лучше и быстрее ".

"Просто дай мне что-нибудь здесь".

Рорк подошел, склонился над плечом Макнаба. Они вдвоем начали бормотать по-гиковски.

"Не вижу двери со стороны улицы. Кэм просто дерьмо, но это женщина. Это женщина. Короткая юбка, короткий жакет."

"Не могу хорошо ее разглядеть". Бэннер напряглась, как и Ева. "Возможно, рост. Прикидываю высоту фургона - это фургон ... Может быть, пять на шесть? Волосы прикрыты, лицо отвернуто, перчатки. Не могу насмотреться на нее ".

"Это угол номерного знака? Я думаю, что это так, " Пибоди махнула рукой. "И это какая-то наклейка на заднем стекле. Этот треугольник".

"Так лучше, немного лучше", - сказала Ева, когда изображение немного прояснилось. "Да, это та самая женщина. По тому, как она двигается, можно сказать, что она на охоте, и на ней чулки шлюхи ".

"Рыболовные сети", - подсказала Пибоди.

"Оглядываюсь по сторонам, открываю заднюю дверь. Ты можешь увеличить заднюю часть, интерьер, пока у нее открыта задняя часть? "

Изображение дернулось, снова замерцало, на мгновение безумно, затем стабилизировалось.

Женщина наполовину выдвинула стул из подсобки. Большое кресло, но, похоже, у нее не было с ним особых проблем. Есть кое-какие мускулы, по оценке Евы, и рутина.

Открытая сумка - маленький вещмешок? - на полу. Она увидела тень, двигающуюся дальше.

"Отведи его назад! Вот, это мужчина, выбирающийся со стороны улицы. Он в тени, но... черт. Использовал что-то, чтобы выбить уличный фонарь ".

"Может быть, из рогатки".

Ева нахмурилась, глядя на Бэннера. "Рогатка?"

"Это было бы моим предположением. У нас есть дети, которые делают это дома, когда им достаточно скучно. Ты больше не можешь его видеть ".

"Он должен убраться с глаз долой. Проскользни перед фургоном, может быть, проскользни в один из дверных проемов на другой стороне тротуара. Жертвы поражены сзади. Пибоди, я хочу, чтобы все записи с камер наблюдения поступали из зданий на той стороне улицы ".

"На этом".

"Она оглядывается назад - немного в профиль. Видит кого-нибудь? Да, да, посмотри, как она оглядывается назад, подавая знак своему партнеру. Вот оно. О да, она снимает шляпу, откидывает волосы назад, чтобы он мог ее видеть - чтобы Маллиган мог ее видеть. Длинные светлые волосы. Вероятно, европеец".

"Господи, Даллас, можем ли мы сделать ее из этого?"

Она не отрывала глаз от экрана, когда отвечала Баннеру. "Мы заставим ее. На ней зеленое пальто Маллиган - Хантер с капюшоном, он загораживает ее от камеры, но мы ее заставим. Помоги мне, не мог бы ты?" Прошептала Ева. "Я просто недостаточно силен, чтобы принять это внутрь. Разве тебе не мило остановиться и помочь? И он сгибает колени, как это делаешь ты, хватается за стул, начинает поднимать его ".

Это было быстро, тени и рывки, мерцание и размытость, но она уловила достаточно. Сок - какой-то сок - спускается быстро и сильно, и мужчина, женщина, заталкивает Маллигана внутрь, женщина карабкается за ним. Дверь захлопнулась, и через несколько секунд фургон тронулся с места и уехал.

"Они не пробыли там и десяти гребаных минут. Их не удержит удача, такого рода везение не держится. Возьми это в лаборатории, используй это", - приказала она Макнабу. "Сделай это как можно чище и пришли мне каждый кусочек неизвестных, каждый кусочек. Я хочу, чтобы на наклейке на заднем стекле была указана марка и модель автомобиля ".

"На краю тарелки", - добавила Пибоди.

"Если ты можешь что-то с этим сделать, сделай это".

"Я помогу тебе с этим", - сказал ему Рорк. "Сначала наполни тарелку. Мужчина должен есть", - сказал он Еве.

"Прекрасно. Смог бы Фини что-то изменить?"

"Значительный". Рорк взял тарелку для себя. "Мы могли бы разделить идентификацию, очистку и усиление".

"Я отмечаю его. Пибоди, разбуди Кармайкла. Я хочу, чтобы она и Сантьяго сейчас занялись своим делом. Введи их в курс дела".

"Где ты хочешь меня? Я чувствую себя мертвым грузом ", - признался Баннер.

Ева подняла карту. "Это места похищения и место свалки. Я предполагаю, что Маллиган был импульсивен, так что их нора близка к этому. Мне нужен список сувенирных магазинов в этом районе ".

"Souvenirs?"

"Ты планируешь вернуться домой без него?"

Он застенчиво улыбнулся. "Пибоди сказала, как она могла бы достать мне толстовку с надписью NYPSD и, возможно, толстовку с капюшоном. А моя мама собирает снежные шарики. Не спрашивай меня почему, они просто ей нравятся. Я подумал, что найду кого-нибудь перед уходом ".

Он кивнул. "Мы не видим их отсюда, поэтому они хотели бы сувениры".

"И когда мы их создаем, мы начинаем показывать их фотографии в тех местах, которые вы перечислили. Заведения на вынос тоже, Баннер, пока ты этим занимаешься. Доставка была бы рискованной, но вы можете купить еду, любую еду, и привезти ее домой с собой. Держу пари, что ни один из них не относится к семейному типу. И, как сказал Рорк, мужчине нужно есть. Женщины тоже."

"Я начну".

"Хочешь еще одну?"

"Я возьму все, что у тебя есть".

"Ломбарды, магазины подержанных вещей. Им нужны деньги на еду и сувениры, верно? Электроника была бы первой и самой простой. Но у нас есть файл с записью того, во что были одеты Купер и Кэмпбелл, когда их похитили. И теперь у меня есть один на Маллигана. Если бы им понравилась одежда и она сидела, они бы оставили ее себе. Но если они этого не сделали, они продадут их.

"Возьми тарелку", - предложила она. "Работай и ешь".

Она подошла к своему столу, связалась с Фини.

Его похмельное лицо казалось немного более мешковатым, а копна рыжих волос с серебряными нитями была немного более наэлектризованной. Но поскольку он не заблокировал видео, она предположила, что он все еще не в постели.

"Подожди", - сказал он и отхлебнул из ярко-красной кружки то, что, как она знала, было кофе. "Что?"

"Мы поймали передышку в деле the spree killers. У меня есть кое-какие данные службы безопасности с камеры погрузочной платформы."

"Эти камеры - дерьмо".

"Да, именно поэтому я спрашиваю, можешь ли ты уделить мне немного времени на это. Рорк и Макнаб уже работают над этим, в домашней лаборатории. У нас есть приличное изображение автомобиля, некоторые детали на субъектах. Может быть, часть номерного знака и какая-нибудь наклейка на заднее стекло. Мы заставили их убрать последнюю жертву ".

"Девушка?"

"Она не последняя. Они получили одного прошлой ночью. Мужчина, только что исполнился двадцать один. Ни слова, выбросили ли тело Кэмпбелла, но еще рано ".

"Скажи мне". Он потер один из своих мешковатых глаз. "Я могу быть там внутри тридцати. Поставь кофе".

"Ты получил это. Спасибо. Пибоди", - сказала она, как только отключилась. "Статус".

"Кармайклу и Сантьяго нужно подтянуть пару строк. Один из них был в восторге, но они обосрались на него прошлой ночью. Этим утром снова ударяю по нему ".

Пибоди положила в тарелку несколько яиц. "Автомастерская Буббы, буксировка и пироги".

Ева начала говорить, снова подумала, затем покачала головой. "Ты это выдумываешь".

"Рука к Богу". Пибоди воспользовалась моментом, чтобы положить одну руку на сердце, а другую поднять. "Кармайкл говорит, что жена Буббы печет пироги, а Бубба и их сын заправляют остальным. Она и Сантьяго почувствовали чувство вины из-за сына, но они не отказываются от этого ".

"Им нужно, чтобы сын остался один".

"Таков план".

С ворчанием Ева вернулась к своему компьютеру, чтобы написать отчет о Маллигане и обновить информацию обо всех заметных сторонах. Она бы оценила шансы Кэмпбелла. Живой или мертвый. Но она хотела, чтобы этим управляла Мира.

Что-то должно было сломаться, и скоро. Она могла чувствовать это, почти слышать те первые трещины в стене.

Но будет ли это достаточно скоро?

Он плакал, когда насиловал ее.

Нет, нет, это было неправильно, подумала Джейла. Она не могла и не стала бы называть это изнасилованием. Не тогда, когда они сначала избили его и порезали.

И ей.

Не тогда, когда они насильно вкололи ему секс-наркотик и приставили нож к его горлу, если только он не залез на нее сверху. Она пыталась поговорить с ним глазами. Пыталась сказать ему, чтобы он просто сделал это, это не имело значения, она не винила его.

Его слезы падали на нее. Она удивлялась, что не утонула в них.

Они тоже приставили нож к ее горлу, когда заставить его войти в нее было недостаточно. И Элла-Лу вытащил кляп, сказал ей кричать, умолять.

Умоляй его, умоляй его остановиться. Кричи!

Так она и сделала, хотя ее крики были хриплыми и слабыми, она кричала и умоляла. И все это время ее глаза говорили плачущему мальчику, что это не имеет значения. Это была не его вина.

Когда-то она абсолютно верила, что изнасилование - это худшее, что может случиться с женщиной. Окончательное нарушение. Теперь она знала лучше. Это - то, чем они сделали его (Рида, вспомнила она. Она будет думать о нем как о Риде) то, что он сделал с ней, было ничем по сравнению с тем, что они уже сделали.

Чего она боялась, они могли сделать. Что бы они сделали.

Все говорили, что изнасилование связано с властью, контролем, а не с сексом. Возможно, это было правдой, но для Дэррила и Элла-Лу секс тоже был частью этого.

Они лапали друг друга свободными руками, пока мальчик делал то, что они заставляли его делать. И они сказали друг другу, что они сделают друг с другом.

И они так спешили трахнуться, что оттащили парня, снова связали его прямо на полу, где он упал, и оставили его там. Они убежали, потому что Элла-Лу сказала, что хочет кровать.

Они снова забыли заткнуть ей рот кляпом. Джейле потребовалась минута, чтобы осознать это, понять, что грубые звуки, которые она издавала, были настоящими словами.

"Ты слышишь меня? Рид? Ты слышишь меня?"

Он продолжал плакать, распластавшись ничком, его руки были скручены за спиной, ноги связаны от икр до лодыжек.

"Я Джейла. Джейле Кэмпбелл".

"Мне жаль. Мне жаль. Мне жаль ".

"Это не имеет значения. Это была не твоя вина. Меня это не волнует ". Может быть, она сделает это позже, может быть, к ней больше никогда не смогут прикоснуться. Может быть, они убили бы ее, и все это не имело бы значения в любом случае.

Но сейчас, в эту минуту, она была жива. И она была не одна.

"Пожалуйста. Я Джейла. Ты можешь поговорить со мной?"

"Мне жаль". Наконец он повернул голову так, что его опухшие, почерневшие глаза встретились с ее. "Они заставили меня-"

"Я знаю. Они могли бы убить меня, нас обоих, если бы ты этого не сделал. Меня это не волнует. Если они заставят тебя сделать это снова, помни, мне все равно. Ты знаешь, какой сегодня день? Я не знаю, какой сегодня день. Я не знаю, как долго я здесь нахожусь ".

"Я... Я думаю, в четверг. Или среде. Я не могу думать. Я чувствую себя больным. Почему они это делают?"

"Я не знаю. Они больные. Ты вообще можешь передвигаться? Ты видишь ножи или что-нибудь острое?"

"Я не знаю. Все причиняет боль. Я думаю, они кое-что сломали. Моя рука..." Но он попытался обратиться. "Кто они?"

"Дэррил и Элла-Лу". Слова царапали ее горло, как гвозди по сухому дереву, но ей нужно было говорить. "Ты должен запомнить их имена. Так они называют друг друга. Мы должны попытаться уйти. Они причинят тебе больше боли, чем уже причинили. Им это нравится".

"Где мы?"

"Я не знаю, но квартира, я думаю. Ближе к улице, потому что, когда они открывают дверь, движение прямо снаружи. Если ты сможешь добраться до двери или окна, может быть, ты сможешь открыть его. Или найди что-нибудь острое. Они привязали меня к этому столу или доске".

Он пытался. Она могла слышать его шипение от боли, его сдавленные рыдания и хриплое дыхание, когда он медленно продвигался к ней.

Когда ему удалось подняться на колени, она снова увидела его лицо, серое от усилий, его глаза остекленели от боли и остатков того, что они заставили его сделать.

Его кожа блестела от пота и крови там, где его порезали. Он дрожал, как человек, закованный в лед.

"Там есть нож - я вижу нож на том столе. Если я смогу подойти к нему, может быть, я смогу сбить его на пол ".

"Попробуй. Попробуй, Рид".

Он сделал это, ползая на коленях. Она увидела его руку, белую, как кость, и сильно распухшую, и еще больше крови из порезов и выбоин на его спине.

Жалость шевельнулась где-то глубоко внутри нее, но над ней довлела яростная надежда. Если бы он мог добраться до ножа...

Он покачнулся, почти упал. "Головокружение. Нужно-"

"Остановись на минуту. Отдышись".

Но было слишком поздно. Он накренился в сторону, попытался подтянуться назад. Потеряв равновесие, он упал назад, приземлившись на сломанную руку.

Его крик был тонким, как проволока, прежде чем он потерял сознание.

15

Когда появился Фини, Ева жестом указала на фуршетный стол и на то, что там осталось.

"Все еще еда".

"Я возьму это". Он посмотрел на ее доску, когда взял тарелку. "Как долго у них был этот?"

"Около восьми часов".

Он кивнул, положил бекон, снял крышку с яичницы на разогревающуюся тарелку, положил себе. "Мог бы попробовать двойную игру".

"Я надеюсь, что это сохранит Кэмпбеллу жизнь. Я только что отправил отчет, и я собираюсь поговорить об этом с Мирой. Это может стать следующей эскалацией. По одному для каждого из них. Кармайкл и Сантьяго, возможно, имеют зацепку в Арканзасе. Но лучшее, что у нас есть сейчас, - это сырье с погрузочной платформы ".

"Даллас". Пибоди подняла руку, в другой держала свой коммуникатор. "У нас может быть немного больше. Только что открылось кафе &# 233; в локации snatch. Дроид-битник пересылает их данные. Изображение нечеткое, но, возможно, на нем изображен субъект мужского пола ".

"Это раскалывается". Ева повернулась к Фини. "Пара хороших ударов, и он ломается".

"Отправь это в компьютерную лабораторию Рорка. Я пойду присоединюсь к мальчикам. Заместитель, - добавил он, кивнув Бэннеру. "Похоже, у тебя с самого начала был этот запах".

"Теперь мы точно поняли это". Он подождал, пока Фини выйдет. "У меня есть памятные места, лейтенант. Ни один из них еще не открыт. И у меня есть несколько мест, где готовят еду навынос. Только начинаю ходить по ломбардам, но ни один из них тоже еще не открыт."

"Пришли мне то, что у тебя есть, и мы начнем продвигаться вперед". Она посмотрела на время. "Если Мира еще не встала, то вот-вот встанет".

Ева направилась к своему столу, когда ее "линк подал сигнал. "Сантьяго", - сказала она, ответила. "Дай мне что-нибудь".

"Мы вырезали сына из стада и начали обрабатывать его. Он где-то в этом замешан, лейтенант, или что-то знает. Но отец ворвался прежде, чем мы вытянули это из него. Они все сейчас довольно нервные ".

"Примените к этому местный закон. Задержите их, поработайте с ними там, внизу, во всем, что у них есть для полицейского участка ".

"В том-то и дело". Темные глаза Сантьяго сместились в сторону, сузились от раздражения на что-то - кого-то - за кадром. "Шурин Буббы - адвокат, и он ставит препятствия на этом пути. Он также приятель местного закона по рыбалке, и его связи ни к черту не годятся для любого сотрудничества. Это тупик, Даллас. Мы можем поиграть в игру, но это займет некоторое время ".

"Проблема во времени. Насколько ты уверен в этом Буббе - и мне неловко произносить это имя вслух ".

"Чувство вины сочится из сына, которого зовут Джимбо, и я сожалею об этом. И Бубба становится потным. Мать - ее зовут Мейзи, и она печет потрясающий яблочный пирог - мы думаем, с ней все ясно. Но Бубба и Джимбо, они лгут, Даллас. Они что-то знают, и они лгут. Любой из нас мог бы затащить Джимбо в штрафную на двадцать минут, он бы сложился как аккордеон ".

"Это красочная метафора?"

Он сверкнул усмешкой. "Я работаю над ними".

"Возьми одного для команды, Сантьяго".

Ухмылка быстро исчезла. "Ах, черт возьми, Даллас, у Буббы руки, как говяжьи бока. Это не просто красочная метафора, это почти буквально ".

"Закаляйся. Заставь его замахнуться на тебя, при свидетелях, если у тебя получится. И пусть Кармайкл останется на этом Джамбо ".

"Джимбо".

"Неважно. Сосредоточьте внимание адвоката и закона на Буббе, и я отправлю сына в тюрьму. Говоря голографически."

"Я собираюсь получить удар по лицу, а вы, ребята, получите все удовольствие".

"Сделай так, чтобы это выглядело хорошо", - посоветовала Ева и закончила передачу.

Вместо Миры она разбудила АПА Шер Рео.

"У меня было еще десять минут в запасе, черт возьми".

"Мне нужно, чтобы ты вооружил всех, кого ты знаешь, кто может вооружить кого-нибудь в Монро, Арканзас. Мне нужен ордер на обыск заведения под названием "Автомастерская Буббы, буксировка и пироги ".

"Это просто дурной сон?"

"Быстрее, Рео. За удобства, за книги, за работы. Это связано с убийствами в шпрее, и прошлой ночью они получили еще одно ".

Шорох означал, что Рео выбиралась из постели. "Дай мне еще раз данные и назови какую-нибудь вероятную причину".

"Бубба собирается напасть на одного из моих детективов".

"  " Собираешься"?"

"Теперь в любое время. Если вам нужно подождать, пока это произойдет, вы могли бы подготовить все остальное. Последней жертве исполнился двадцать один год на следующий день после Рождества."

"Не вешай это на меня. Ад. Дай мне несколько минут. Раньше я спала с парнем, который знает парня ".

Ева улыбнулась, когда Рео отключился.

"Это работает не так уж и по-другому", - прокомментировал Баннер. "Откуда я родом? Меньший масштаб, это точно, но здесь это работает не так уж и по-другому ".

"Копы есть копы. Пибоди, держи оборону здесь. Баннер, ты со мной. Было бы удобно пригласить тебя на собеседование ".

"Ты будешь хорошим полицейским", - предупредила его Пибоди.

"С маленьким старым добрым мальчиком, брошенным в воду?"

Ева кивнула. "Это сработает".

Она спустилась на лифте в голокомнату, по пути продумывая стратегию в своей голове.

"Сколько комнат в этом месте?" Баннер задумался.

"Я понятия не имею. Я продолжаю находить тех, кого, я бы поклялся, там раньше не было ".

"Как долго ты жил здесь?"

"Три года. Три года, " повторила она с каким-то собственным удивлением. "Иисус, как это произошло?"

"Ты не возражаешь, если я кое о чем спрошу?"

"Разве ты только что не?"

"Еще что-то. Был ли Рорк на самом деле... ну, кого бы ты назвал вором?"

Ева сохраняла свой голос мягким, ее лицо непроницаемым. "Я никогда не ловил его на краже чего-либо".

В глазах Бэннера заплясал юмор. "Как и никто другой, судя по тому, что я слышал".

Он вышел с ней на чистую доску голокомнаты.

"Я думал, он будет другим".

"Отличается от чего?" Спросила Ева, ломая голову над тем, как запрограммировать то, что ей было нужно.

"Чем он есть. Я не ожидал, что он будет таким дружелюбным ".

"  " Дружелюбный."  " Она оглянулась назад с легким смешком.

"Я полагал, что он будет более ... жестким, я полагаю. И то, что вы назвали бы высокопарным. Не тот, с кем мне было бы легко выпить пива. Могу я спросить, что ты собираешься здесь делать?"

"У него это здесь", - пробормотала Ева. "Он бы. Я хочу одну из своих комнат для интервью. Мы собираемся втянуть в это Джамбо ".

"Джимбо".

"Правильно, почему кто-то должен терпеть, когда его называют Бубба или Джимбо?"

"Я думаю, это география".

"Мы собираемся задержать его, как только его отца арестуют за нападение на полицейского, а адвокат будет занят тем, что пытается сказать, что Сантьяго подстрекал своего клиента и бла-бла-чушь собачья. Мы приведем его сюда, и если Сантьяго прав, а он будет прав, мы разобьем Бенджо как яйцо.

"Вот! Я знал, что он это запрограммировал ".

Это все равно заняло у нее вдвое больше времени, чем потребовалось бы Рорку, но она все продумала.

И знакомые унылые стены, поцарапанный стол, скрипучие стулья и длинное двустороннее зеркало стандартной комнаты для допросов в центре полиции замерцали, обретя бытие.

"Вау". Широко раскрыв глаза, Баннер описал круг. "Никогда не делал ничего из этого официально. Просто на карнавалах и тому подобном. И однажды в... Не обращай на это внимания ".

Секс-клуб, сделала вывод Ева. "У них там, в пруду Силби, есть те, кто никогда не возражает?"

"Они получили их в Литл-Роке".

"Мне нужно зарегистрироваться, но когда это происходит, мы действуем быстро, поэтому я хочу, чтобы ты проявил сочувствие, до определенного момента. Этот старый добрый парень, да, это сработает ".

Она положила папку, которую принесла с собой, на стол. "Ты собираешься смягчить его. Я собираюсь напугать его до усрачки, и то, что есть в этом досье, покончит с этим ".

Она вытащила свою "ссылку. "Кармайкл".

"Работаю над этим", - пробормотал Кармайкл, глядя скорее в сторону, чем на экран. "Сантьяго просто... ой". Она зашипела сквозь зубы, и Даллас услышал крики за кадром. "Это оставит след. Дай мне пять минут, чтобы пойти на помощь моему партнеру, и я вернусь к тебе ".

"Быстрая работа".

Ева кивнула на Бэннера. "Чем быстрее, тем лучше. Как бы это ни было подстроено, Баннер, это чертовски серьезно. Все это записывается. В лаборатории есть три умных гика, которые потеют, чтобы достать нам что-нибудь, что мы сможем использовать, и они это сделают. Между тем, эти двое придурков знали что-то, что могло привести к субъектам, могло спасти жизни. Они знали с тех пор, как было найдено тело Янсена, и они держали это в секрете, чтобы прикрыть свои задницы. Это меня не устраивает".

"Тоже не сидит со мной рядом. Это неправильно. Ничего из этого не правильно ".

"Тогда дай мне немного места и вмешайся, когда посчитаешь, что можешь сделать что-то хорошее".

Прикинув время, она связалась с Мирой.

"Извините, что так рано, и у меня есть всего пара минут. Я отправил тебе отчет ".

"Я это еще не читал. Я просто -"

"Как только сможешь", - прервала Ева. "Прошлой ночью они схватили еще одного. Мужчина, двадцать один. Около полуночи. Вероятность будет идти по шаблону, и это дает мне большие шансы, что Кэмпбелл мертв. Я хочу, чтобы ты взял ".

"Дай мне секунду. Они могли зайти слишком далеко, слишком быстро, или ее тело просто не выдержало. Мы можем с абсолютной уверенностью сказать, что такого раньше не случалось, так что, да, вероятность того, что она мертва, высока ".

"Каковы шансы, что они решили, что хотят попробовать два сразу? Свалка и грабеж в одну и ту же ночь? Может быть. Но порыв, может быть, импульс, это тоже играет роль ".

"Это было бы логичным обострением. Это, конечно, возможно, но -"

"Не могли бы вы прочитать отчет как можно скорее? У меня там есть несколько сценариев, некоторые предположения. У нас сейчас работает пара хороших зацепок. Мне нужно разобраться с одним, но я бы хотел, чтобы вы внесли свой вклад, как только прочтете отчет ".

"Я повторю это сейчас и дам вам все, что смогу, прежде чем пойду к доктору Девинтер".

"Спасибо. Это моя зацепка ", - сказала она, когда ее "ссылка просигналила о входящем. "Позже. Даллас".

"С некоторым сожалением наш шериф арестовал Баббу за нападение на полицейского. Адвокат так зол, что не заметил - пока - что я вышел. Сантьяго истекает кровью и вызывает серьезную вонь. Если бы это было реально, я бы сказал ему, чтобы он не был таким драматичным королем. Я могу довольно легко заполучить Джимбо ".

"Сделай это. Я собираюсь воспользоваться вашей связью, чтобы вызвать вас обоих по вашему сигналу. Тогда я отправляю тебя обратно - занимай их так долго, как сможешь. Если сын не вызовет адвоката, мы можем поработать с ним над этим ".

"На этом. Я пришлю тебе флаг, когда он будет у меня ".

Это не заняло много времени, и, надеясь, что она ничего не напортачила, Ева использовала сигнал для координации. Изображение Кармайкл подмигнуло, как и большой - "Джамбо" не был исключением - парень рядом с ней.

Он носил комбинезон на каркасе, предназначенный для карьеры линейного защитника. Его волосы цвета обесцвеченной кукурузы торчали прямо из широкой квадратной головы.

Ева прикинула, что он весил всего двести шестьдесят, и каждая унция в нем была напугана до усрачки.

"Спасибо вам, детектив. Запись продолжается. Даллас, лейтенант Ева и Баннер, помощник Уильям в интервью с... ваше полное имя, сэр?"

"Um. Ах."

"Дорран", - подсказал Кармайкл. "Джеймс Борегар".

"Присаживайтесь, мистер Дорран".

"Я действительно должен присматривать за своей мамой. Мой папа в беде ".

"Детектив, идите ... присмотрите за мамой мистера Доррана".

"Да, сэр. Тебе захочется сотрудничать с лейтенантом Далласом, Джимбо. Твоей маме тоже не нужны твои неприятности ".

Она кивнула Еве, и Ева убрала свой образ.

"Мистер Дорран -"

"Может быть, ты мог бы называть меня Джимбо, потому что никто не называет меня "мистер."  "

"Хорошо, Джимбо. Садись".

"Я ничего не знаю ни о чем. Или ни о ком другом. Мой отец сказал -"

"Я не разговариваю с твоим папой". Голос, глаза стали холодными и вместе с тем резкими. "Сейчас ты говоришь со мной. Я руковожу отделом убийств полиции Нью-Йорка. Ты знаешь, что такое отдел убийств, Джимбо?"

"Хм, да, вроде того".

"Это убийство".

Его глаза вращались. И, да, подумала Ева, даже голографически, она чувствовала исходящее от него чувство вины.

"Я никогда никого не убивал. Па ни то, ни другое. Мой дядя Бак сказал, что нам не нужно было ничего говорить ".

"Твоему дяде Баку не грозит обвинение в соучастии в убийстве, постфактум, препятствовании правосудию и целой гребаной куче других обвинений, которые я могу выдвинуть, если ты не скажешь мне правду".

"Я никогда никого не убивал. И дамы не употребляют таких плохих слов ".

"Я похожа на леди?"

"Ты девушка".

"Я полицейский. Я коп-убийца, и я ем таких придурков, как ты, на завтрак. Мой прокурор настаивает на том, чтобы тебя экстрадировали в Нью-Йорк и бросили в клетку ".

"Я ничего не делал!"

"Джимбо". Голос Бэннера был прохладной водой из деревенского ручья на фоне городского блеска Евы. "Теперь, я полагаю, ты не хотел сделать ничего плохого. На самом деле не знал, что ты это сделал ".

"Я не причиняю людям вреда. Вы можете спросить любого. Вы из Арканзаса, сэр?"

"Конечно, я. Пруд Силби".

"Я никогда там не был, но слышал, что там очень мило".

"Это, конечно, так".

"Может быть, мы сможем устроить так, чтобы ты провел там некоторое время в клетке". Ева хлопнула ладонью по папке, заставив все двести шестьдесят фунтов Джимбо подпрыгнуть на стуле. "С тех пор, как этот человек был убит там".

Она захлопнула фотографии Роберта Янсена, сломленного и избитого, лицом вверх.

Джимбо побледнел. "Святой ворон! Святой ворон! Он мертв?"

"Что ты думаешь?"

"Святой ворон. Я никогда этого не делал! Я никогда никому не причинял вреда ".

"Что это была за машина, - спросил Баннер в разговоре, " которую вы и ваш помощник отбуксировали с 12-го шоссе в августе прошлого года?"

"Это было... Я не знаю, о чем ты говоришь ". Но Джимбо сцепил свои большие руки вместе и уставился на фотографию. "Он позволил себя убить?"

"Они избили его", - сказала Ева твердым голосом. "Они сожгли его. Они пытали его, затем, когда закончили, они сбросили его с хребта и оставили на съедение вашим проклятым святым воронам. А перед этим они сделали это ".

Она подтолкнула фотографии Янсена через стол. "Проломил ему голову, оттащил в кусты гнить, пока его кто-нибудь не нашел".

"Я знаю об этом. Я знаю об этом, потому что именно Пити Уэст и его мама нашли его. Но мы ничего не делали ".

Ева выбросила остальные фотографии. "Они убили всех этих людей. Пытал их. Чей-то сын, дочь, сестра, отец. Ты взял автомобиль, который они оставили на обочине дороги. Сколько ты получил за это?"

"Мы... Я не говорю, что мы делали что-то подобное. Но если бы мы это сделали, это никому не причинило вреда ".

"Мы могли бы отследить чертову машину, Джимбо. Мы не знаем, кто они ".

"Ты не знаешь, кто они", - медленно произнес он.

"Поступай правильно, Джимбо". Баннер говорил мягко. "Если ты этого не сделаешь, ты причиняешь людям боль. Ты причиняешь боль людям, которые у них есть прямо сейчас ".

"У них есть люди?"

Ева подвинула фотографию Кэмпбелла, фотографию Маллигана к себе. "У них есть эти два человека. Они пытают их. Возможно, они уже убили женщину. Чем дольше ты прикрываешься, тем меньше у них шансов выбраться из этого живыми ".

"Я должен присматривать за своей мамой".

"У них есть матери, Джимбо", - напомнил ему Баннер. "Что бы чувствовала твоя мама, если бы ты был у кого-то, и был кто-то, кто, возможно, мог бы помочь, но он этого не сделал?"

"Мой папа сказал, что если мы расскажем, они посадят нас в тюрьму".

"Если вы не скажете, клянусь Богом, я увижу вас обоих в клетках, так долго, как смогу это выдержать", - пообещала Ева. "Если вы поможете нам, дадите нам что-нибудь, что поможет нам найти этих людей, спасти эту женщину, этого мужчину, я уберегу вас от тюрьмы. И обвинения, выдвинутые в настоящее время против твоего отца за нападение на моего детектива, тоже снимаются ".

"Ты можешь это сделать?"

"Я сделаю это. Но ты признайся, и сейчас. Больше никакого дерьма, или сделка расторгается. У тебя есть десять секунд".

"Я хочу думать -"

"Девять. Восемь. Семь."

"Ладно, все в порядке". Он взмахнул своими большими руками в воздухе. "Он просто лежал на обочине дороги. В нем не было никакой регистрации или вообще ничего. Топлива было достаточно, и аккумулятор был заряжен хорошо и исправно. Но двигатель был закончен. Кто-то работал над этим, но это никуда не привело. Итак, мы отбуксировали его. Если бы кто-нибудь пришел искать, мы бы вернули его. Никто не сделал. Мы не знали о мертвом человеке до более позднего времени, и тогда Па сказал, что мы должны вести себя тихо, или, может быть, они подумают, что это сделали мы. Мы никому не причинили вреда ".

"Какого рода транспортное средство?"

"Пикап весом в четверть тонны. 52 года, так что это показывало его возраст. Американская рысь 52-го года выпуска, серо-стальной экстерьер, черный салон. Вы могли видеть, как однажды он был разбит, и у него был хороший кузов ".

"Номерные знаки?"

"Да, номера Оклахомы, насколько я помню. Внутри ничего нет. Никакой регистрации, как я уже сказал, ничего в кабине или кровати, в бардачке или вообще ничего. Немного мусора тут и там, вот и все ".

"Где это?"

"Где это?"

"Где грузовик?"

"Ну, после того, как мы услышали о мертвеце, мы разобрали ее, распродали по частям, а остальное по частям отправили на переработку. Па сказал, что нам не нужна никакая часть этого грузовика, и чтобы мы не говорили об этом "бу" гусю. Мы ничего не знали ни об одном из этих убитых людей, пока не появились детективы из Нью-Йорка, и папа сказал, что мы не можем им верить, потому что в Нью-Йорке люди всегда ищут неприятностей и лгут ".

Он посмотрел на Бэннера. "Ты это слышишь?"

"Что ж, я могу сказать, что нахожусь здесь уже день или около того и не считаю это правдой. И люди, которых мы ищем, Джимбо, они не из Нью-Йорка. Они примерно оттуда же, откуда и мы ".

"Я не знаю, как это может быть. Я никогда не знал, что кто-то может сделать что-то подобное. Честно, мэм, мы никогда никому не причиняли вреда. Мы не знали обо всем этом. И я почти всю ночь не мог сомкнуть глаз, думая об этом. Папа просто присматривал за мной и ма, вот и все. Ты должен заботиться о своих ".

Мертвые принадлежали ей, подумала Ева. И она бы присматривала за ними.

"Возможно, нам понадобится поговорить с тобой снова", - начала Ева.

"Могу я сначала поговорить со своей мамой? Она говорит, что ты должен говорить правду. Она будет немного расстроена из-за этого моим папой. Она уже изрядно расстроена, что он ударил того детектива, как он это сделал. Но, ну, этот детектив, он действительно разозлил папу."

"Держу пари". Ева воскресла. "Я приведу детектива Кармайкла. Она сопроводит тебя обратно. Я буду говорить с шерифом ".

"Значит, папу не сажают в тюрьму за то, что он ударил детектива?"

"За это и о том, о чем мы только что говорили". Опять же, она использовала ссылку Кармайкла, чтобы привести ее. "У нас есть заявление мистера Доррана. Я скопирую запись шерифу, а также вам и детективу Сантьяго. Я бы попросил Сантьяго согласиться снять обвинения с отца Джимбо. Я бы также официально заявил, что прошу не выдвигать обвинений ни против одного из мистеров Доррана, учитывая сотрудничество мистера Джеймса Доррана в этом деле, и информацию, которая, как мы надеемся, приведет к идентификации и задержанию субъектов ".

"Да, сэр".

"Заканчивай с этим, Кармайкл. Должен быть выдан ордер на обыск места буксировки, всех без исключения транспортных средств на нем. Сделай это".

"Еще бы. Пойдем, Джимбо".

Кармайкл взял Джимбо за руку, послав Еве быструю усмешку. И погас.

"Скопируйте запись, мои подразделения", - приказала Ева. "И конец программы. Давай двигаться, Баннер".

"Мы можем отследить этот грузовик".

"Мы отследим этот грузовик. Гребаные дебилы разобрали это и раздавили. У нас могли быть отпечатки пальцев, ДНК, что-то еще ". Она перевела дыхание, когда они возвращались в ее офис. "Но мы проследим это, узнаем имя. Даже если они украли это, мы на шаг ближе ".

По пути Ева заскочила в компьютерную лабораторию, сбросила данные о Фини для поиска, пока Баннер немного таращил глаза.

"Сокращаем до регистрации в Оклахоме", - сказал Фини и, как и Рорк, вручную поработал с экраном и клавиатурой. "Ищите американскую рысь, 2052 года, грузоподъемность четверть тонны".

"Серый. Серый грузовик".

"Краску легко поменять, так что начнем без нее". Он хмыкнул, когда компьютер выдал результаты. "Получил более шестисот в первом зачистке".

"Если бы они украли это, там был бы -"

"Я знаю, как запустить поиск, парень". Он продолжал играть на компе. "За наше время было украдено три, двое восстановлены, один разбит. Запускаю отдельный, в том числе цветной."

"Понял". Рорк развернулся со своего места. "Наклейка, заднее стекло, фургон на погрузочной площадке. OBX."

"Что, черт возьми, это значит?" Потребовала Ева.

"Аутер-Бэнкс - Северная Каролина. Наклейка владельца недвижимости. Мы сузили круг номерных знаков. Шансы на Нью-Джерси. С наибольшей вероятностью на фургоне находится RoadStar 58-го или 59-го года выпуска, черный или темно-синий. Дай нам минутку".

На другой станции Макнаб раскачивался и подпрыгивал. "Пока ничего не появилось на записи лица. Я все еще пытаюсь улучшить имидж ".

"Первоначальные результаты перекрестного сопоставления", - сказал Рорк. "Восемь-шесть владельцев недвижимости OBX с фургонами в пределах наших параметров".

"Должен добиваться большего".

"Так я и сделаю".

"На сером", - вставил Фини. "У нас есть пять совпадений".

"Это осуществимо. Имена, изображения, местоположения."

"Выходит на экран. Карта на втором экране. Мы можем проложить маршрут, определить наиболее вероятный".

Ева обратила свое внимание на экран, наблюдала, как загораются локации, возвращаясь к местоположению Янсена. "Мы проведем эти пять. Шелли Линн Уэйнс - она прямо на пути, если вы вернетесь назад ".

"Воспитываю ее", - сказал Фини.

"Возраст тридцать один. Женат - шесть лет - двое детей. Школьный учитель. Ее грузовик подорвался, она собирается сообщить об этом. Может быть, одолжил его другу, родственнику, но..."

"Низкая вероятность", - сказал Фини. "Я отмечу ее, выясню это, но она чиста как стеклышко. Этот Боуи Неттлтон - следующий фаворит по составу. Семьдесят четыре года, военный в отставке. Мастер-сержант, в настоящее время мэр Три-Спрингс, Оклахома. Два сына, оба все еще служат, внук, внучка, тоже служат. И внучка в колледже, изучает политологию".

"Я не получаю кайфа, но мы проверим".

"Барлоу Ли Хэнкс", - прочитала Ева, прищурив глаза на следующем изображении. "Слишком стар для нашего субъекта в пятьдесят восемь. Потомство?"

"В записях нет".

"Владеет собственным бизнесом, механик, занимается кузовными работами - совсем как идиот Дорранс из Лоунсом, штат Оклахома. Бумбо сказал, что над грузовиком поработали - хорошая работа. Механик".

"  " Бумбо?" - Повторил Рорк.

"Джимбо". Баннер пожал плечами. "Я думаю, это означает то же самое".

Даже когда он говорил, Ева прислушалась к своему внутреннему голосу. Она достала свою ссылку, отметила Сантьяго. "Как лицо?" спросила она, изучая черный и заплывший правый глаз.

"Бывало и хуже".

"Позаботьтесь об этом, затем вы с Кармайклом направляетесь в Оклахому. Одинокий, Оклахома. Барлоу Ли Хэнкс. Я хотел бы знать, кому он одолжил свою американскую рысь 52-го года. Начинайте, как только сможете. Я сообщу тебе подробности, когда ты будешь в пути ".

"Мы поладим, как маленькие собачки".

"Почему?"

"Знаешь, Литтл, это ковбойская фишка. Неважно. Мы завершаем эту часть. Этот засранец ведет хорошие записи. Мы можем отследить различные части грузовика, и большинство из них местные ".

"Передайте это пока местным жителям. Оклахома имеет приоритет. Я вернусь к тебе ".

Она сунула ссылку в карман. "Спасибо", - сказала она комнате в целом.

"Данные уже на твоих компах", - сказал ей Рорк. "Я скоро распоряжусь, чтобы круг подозреваемых сузился".

"Хорошо. Давайте двигаться".

Баннер последовал за ней к двери. "Прямо в твоем доме. У тебя есть все эти сочные игрушки прямо в твоем доме ".

"Мы тоже здесь работаем".

"Ты говоришь мне? Никогда не видел такой быстрой электронной работы. Может быть, мы получили что-то солидное с этим ".

"Фини отметит остальных четверых, но давайте проверим Барлоу Ли Хэнкса и посмотрим, что у нас получится".

Она зашагала обратно в свой кабинет, махнув Пибоди. "Гараж Барлоу, Одинокий, Оклахома. Основные данные и финансовые показатели. Сделай это быстро. Баннер, пометьте их вон там, посмотрите, сможете ли вы найти этого парня по "ссылке. Если он там, то уж точно не здесь, черт возьми. Это один. И просто почувствуй его. Не играй в полицейского. Задай ему какой-нибудь вопрос о грузовике ".

"Вопрос о грузовике?"

"Пятьсот говорит, что у тебя есть один".

"Я не принимаю это пари". Баннер вытащил свою собственную ссылку ". "Я вынесу это оттуда".

Кивнув, Ева села за свой стол, начав свой пробег по Барлоу Хэнксу.

Один брак, прочитала она - без потомства. Разведен дюжину лет. Один брат, но старше, чем он был, а субъекты выглядели младше. Племянник примерно подходящего возраста, подумала она, так что она совершила бы вторичную поездку туда.

"Финансовые показатели выглядят солидно, Даллас, - сказала Пибоди, - по крайней мере, на первый взгляд. Он не вкатывается в это, но у него все хорошо. Купил недвижимость, на которой находится это место, около восьми лет назад, и он регулярно вносит платежи. Четверо сотрудников, занятых полный рабочий день, один на полставки ".

Ева кивнула, продолжая свой бег. "Пара криминальных шишек из низшей лиги. Вождение в нетрезвом виде, драка в баре, драка на каком-то родео ".

"Это не наш парень".

"Нет, но он может быть связан. Больше, чем один шанс из пяти, что тупица Дорранс угнал именно его грузовик ".

Она начала с племянника. Мелкий владелец ранчо, иногда наездник на бронксе. Что, черт возьми, такое "бронк"? Она обнаружила, что это была какая-то лошадь, продолжила движение. Примерно подходящего возраста, подумала она, с сожительницей, что склонило его чашу весов, поскольку она казалась чистой и блестящей в послужном списке, с солидной занятостью.

"Мог бы бросить ее", - добавила Ева. "Увезен на грузовике своего дяди с его напарником-убийцей".

Она встала, чтобы походить и подумать. Дядя не сообщает об украденном грузовике - кровь густая. Или он продал его племяннику под столом.

Но это не сработало хорошо, не тогда, когда не было ничего, что указывало бы на то, что у племянника внезапно проявились склонности к убийству.

Все еще.

Баннер вернулся. "Хэнкс определенно в Оклахоме. У меня только что был разговор с ним о моем грузовике, который, как я сказал ему, был Bobcat 52-го года выпуска ".

"Хорошая мысль".

"У меня очень тяжелый ход, и я дважды увеличивал его по сравнению с обычным, но он разглаживается только на сотне миль или около того. Сказал ему, что, как я слышал, он кое-что знает. Он согласился, что да, и у него самого когда-то был 52-й год, над которым он немного поработал ".

"Это так?"

"Это так. Его мнение, хотя и не кусок коровьего дерьма, не так уж много значит после того, как он преодолеет девяносто тысяч миль или около того. Но он был бы счастлив взглянуть на нее, если я захочу привести ее ".

"Хорошо". Она повернулась к своей доске, кивнула. "Хорошо. Посмотрим, чего Кармайкл и Сантьяго добьются от него. Это кажется правильным. Тем временем."

Сработала ссылка на ее рабочий стол. Она подошла. "Что?"

"Скажи спасибо", - попросил Рорк.

"Для чего?"

"Элси и Мэддоксу Хорнсби из Блумингдейла, которые владеют микроавтобусом Country Scout 58 года выпуска, цвета индиго, с наклейкой OBX на левом заднем стекле".

"Почему они, а не восемьдесят два других?"

"Я сократил это число до тридцати девяти, затем ударил по Хорнсби, которые, как я определил по моему незаметному вторжению в их частную жизнь, провели восемь недель - январь и февраль - последние три зимы на Багамах, где у них есть пляжный домик".

"Не могут сообщить об угнанном автомобиле, если не знают, что он угнан".

"Это было бы моей мыслью. ... Беглый взгляд на их финансовые показатели показывает, что они сами добираются до транспортного центра Ньюарка, пользуются долгосрочной парковкой. Я слышал, что поднять автомобиль с долгосрочной парковки - очень удобный способ его приобрести ".

"Держу пари, что так и было".

Он улыбнулся ей, именно так. "Их контактная информация есть на твоем компьютере".

"Ты заслужил благодарность. Я должен двигаться дальше ".

"Всегда пожалуйста".

"Пибоди", - начала Ева, прервав Рорка.

"Перед тобой. Связался с транспортной службой безопасности в Ньюарке ".

Поскольку данные были там, как и было обещано, Ева воспользовалась ссылкой на свой рабочий стол. Она не пыталась вычислить, сколько сейчас времени на Багамах, и ей было все равно.

"Мэддокс Хорнсби".

Ева посмотрела на загорелое, расслабленное лицо, короткую прядь выгоревших на солнце волос. "Мистер Хорнсби, я лейтенант Даллас, из полиции и Департамента безопасности города Нью-Йорка."

"Так я вижу. Что я могу для тебя сделать?"

"У тебя есть фургон Country Scout 58 модельного года".

"Это верно". Расслабленная улыбка исчезла, когда его брови сошлись вместе. Она услышала женский голос - "Сумасшедший! Ты не обещал никаких дел!"

"Это не так. В чем проблема, лейтенант?"

"Можете ли вы сообщить мне местоположение вашего автомобиля?"

"Долгосрочная стоянка, палуба А, слот 45, Ньюарк Транспорт. О чем это?"

Ева повернулась к Пибоди, которая кивнула.

"Каково ваше текущее местоположение?"

"Я сижу на своей террасе на Багамах со своей женой, которая только что вручила мне мимозу, и думает, что я разговариваю с нашим брокером. Что происходит?"

"У нас произошел инцидент с автомобилем, который совпадает с вашим. У тебя есть наклейка OBX на -"

"Левое заднее стекло, нижний угол. Что за инцидент?"

"Мы проверяем это, мистер Хорнсби, и связываемся с охраной в транспортном центре. Либо они, либо я свяжемся с вами, если необходимо ". Она ничего не могла с этим поделать. "Не могли бы вы сказать мне, который там час?"

"Время? Сейчас... сейчас восемь сорок пять."

"Утром?"

"Конечно, утром".

Ева сказала: "Ха", очарованная и немного раздраженная, что разницы во времени не было.

"Кто-то украл наш старый фургон?"

"Мы расследуем это, мистер Хорнсби".

"Безумный, разве я не говорил тебе, что это должно было случиться? Сколько раз я говорил тебе, что мы должны поехать в аэропорт на лимузине?"

"Все в порядке, Элси, все в порядке".

"Извините, сэр, но я хотел бы знать, когда вы припарковали свой автомобиль".

"Четвертого января, в восемь утра".

"Спасибо, вы были очень полезны. Кто-нибудь свяжется с вами для более подробной информации ".

"Нужно ли нам возвращаться?"

"Нет, нет необходимости прерывать твой отпуск. Благодарю тебя".

Она отключилась, когда женский голос снова начал раздражать Хорнсби.

"Мы получили транспортное средство. Пибоди, ориентировочный - сейчас. Если увидишь, не приближайся. Свяжитесь со мной, не приближайтесь, следуйте только на расстоянии ".

Она оттолкнулась. "Как получилось, что на Багамах бывает то же время, что и у нас? Это кажется неправильным ".

И отложив эту головоломку в сторону, она отправилась за еще одной порцией кофе.

Все рушилось.

16

Ева начала более тщательный розыск племянника, в то время как Пибоди подтвердила все данные по украденному фургону.

"Бэннер, у Хэнкса есть племянник, Хэнкс, Кертис Монро, двадцати восьми лет, владелец ранчо. Отправляю его контакт на ваш PPC сейчас. Снова сыграй старого доброго мальчика. Подтверди его местонахождение, почувствуй его. Он не играет за меня, но давайте прижмем его к стенке ".

"Понял. На чем он ездит?"

"Водить?"

"Допустим, у нас был наезд на Силби в пруду, и его автомобиль соответствует описанию".

"Хорошо, я понял это. Это ... пикап Toro 56-го года выпуска, цвет кузова-зеленый, номерной знак 572 Echo-Papa-Alpha. Второе транспортное средство, мотоцикл, "Полуночный гонщик" Hawker 60-х годов, цвет оружейного металла, именная табличка OK: БУМ. Это Бета, Омега -"

"Понял. Я продолжу цикл".

Когда он вышел, Ева встала, чтобы обновить свою доску. "Пибоди, напиши, где мы находимся - все подробности - отправь сообщение Уитни, Мире, Кармайклу и Сантьяго. Сдайте Бакстера и Трухарта тоже. Если с ними все ясно, я хочу, чтобы они появились в списке магазинов и ресторанов Бэннера ".

"У Трухарта сегодня экзамен. Он должен был начать примерно через час ".

"Правильно". Черт. Черт, блядь, проклятье. "Верно. Ладно, сдавай Бакстера. Он и Баннер могут работать в секторе вместе с лучшим изображением, которое Макнаб сможет извлечь из видеопотока. Дай Бакстеру знать, что мы будем в Центре с Баннером в течение часа ".

Она изучала доску, добавляя данные, сдвигая данные.

Хэнкс = грузовик, брошенный неизвестными на месте убийства Янсена.

Это привело субъектов обратно в Оклахому. И, черт возьми, это каким-то образом связывало их с Хэнксом. Почему он не сообщил о краже, если таковая имела место? Скорее всего, он продал под столом или одолжил грузовик.

Продажа более вероятна, поскольку кто кому-либо одалживает грузовик на месяцы?

Но эта чертова штука все еще была зарегистрирована на его имя. Разве он не починил бы это для продажи?

Она снова изучила фотографию племянника. Просто чувствовал себя не в своей тарелке. Но если был племянник, то могли быть двоюродные братья, дяди, тети, кто угодно. Хорошие приятели или просто кто-то, кому он был многим обязан.

Моложе, подумала она, обводя доску. Не современник. Кто-то достаточно молодой, чтобы быть его сыном или дочерью.

Девушка? Может быть, он увлекался молодыми, а она соблазняла его, чтобы он отдал ей грузовик. Или, может быть, у него была девушка с сыном или дочерью, которые -

"Племянник Хэнкс на ранчо", - объявил Баннер. "Казался хорошим парнем, и, если уж на то пошло, порядочным. Расстроился из-за наезда и побега, хотел знать, не пострадал ли кто-нибудь. Сотрудничал с самого начала. Я рассказал ему о ночи похищения Кэмпбелла, и он говорит, что в ту ночь у него была вечеринка в покер, продолжавшаяся примерно до часа ночи. Назвал мне дюжину имен для проверки и сказал, что я могу выйти и протестировать его цикл ".

"Вычеркни его. Мы не собираемся много двигаться туда, пока мои люди не поджарят Хэнкса ". Не двигаться туда, подумала она, а время двигаться в других направлениях. "Заканчивай с этим, Пибоди. Мы направляемся в центр города. Бэннер, я собираюсь свести тебя с детективом Бакстером. Вы можете начать опрашивать магазины и рестораны из вашего списка с лучшим изображением субъекта мужского пола, которое у нас есть. Вы добавляете пару, профилированный возрастной диапазон, акцент. Может быть, мы попали. Когда мы узнаем их имена, лица - а мы, черт возьми, обязательно узнаем - мы отправим их вам ".

"Когда будете готовы, лейтенант".

"Встретимся внизу. Сначала я собираюсь зайти в компьютерную лабораторию ".

Она нашла трех своих любимых гиков в тесноте, на одном экране было запущено распознавание лиц, другой работал над улучшением ленты на загрузочной платформе.

Рорк повернулся к ней первым. "Канал - полная чушь. Мы можем настаивать на этом часами, но у нас просто не получится намного лучше. Ты не можешь улучшить то, чего нет ".

"Я возьму то, что у тебя есть. Макнаб, отправь это Бэннеру, Бакстеру. С таким же успехом можно было бы провести зачистку и разослать ее всем сторонам. Хэнкс - связующее звено, и мы вытянем из него информацию тем или иным способом. Я ухожу внутрь".

"Ты хочешь, чтобы я взял?" Фини спросил ее.

"Да, я верю".

"Твой парень здесь?" Он указал на экран и зернистую тень изображения. "Он еще не дожил до тридцати, а если и дожил, то лишь мельком. Мы считаем, что он около шести футов, может быть, шесть футов один дюйм, при этом худощавый. Пальто добавляет объема, но ненамного. Он хотел иметь возможность двигаться быстро. Он белый. Низкая вероятность смешанной расы, насколько мы можем судить ".

"Это больше для Бакстера и Баннера. Как насчет нее?"

"Она яснее ясного, поскольку была приманкой для мальчика", - сказал Рорк, раскачиваясь на каблуках и изучая то, что у них было от женщины. "Мы подсчитали, что ее рост пять футов пять дюймов, вес от ста двадцати до ста тридцати. У нее там хорошая пара ног. Мы получаем волосы - хотя это может быть парик - длинные и светлые. Опять мы поставили бы на уайта из-за расы и ее возраста? Учитывая тело, поскольку у нас нет четкого представления о лице, анализ ее голоса из того, что у нас было, скорее всего, между двадцатью пятью и тридцатью.

"Я также включил ее голос в диалектную программу", - добавил он. "Это указывает на то, что она из северо-западной Оклахомы".

"Ладно, это все больше, чем у нас было, и мы получим еще больше". Еще мгновение она смотрела на изображение, как будто могла прояснить его одним усилием воли. "Трещина расширяется. Фини, тебя подвезти до центра?"

"Я добрался до своей цели. Ты хочешь мальчика?"

"Я заберу его, если ты сможешь пощадить его".

"Возьми его. Пометьте меня, если вам нужно больше ". Он отсалютовал пальцем Рорку. "Приятно с тобой работать".

"И ты. Я поработаю с этим еще тридцать минут, затем оставлю это открытым, если вы хотите отправить больше данных удаленно."

"Ценю это". Насколько сильно он мог бы жонглировать сегодня? она задумалась - затем отбросила эту идею, поскольку это было больше, чем она могла себе представить. "Опусти голову, Макнаб. Пибоди и Баннер делают то же самое ".

"В пути. Забавные игрушки", - сказал он Рорку и вышел вместе с Фини.

Ева засунула руки в карманы. "Как только это дело закроется, я на некоторое время останусь единственным полицейским в доме".

Рорк шагнул к ней, положил руки ей на плечи. "Мне нравятся ваши копы". Легко поцеловал ее. "Я думаю, что Баннер нравится мне теперь, когда у меня был небольшой шанс узнать его. Кстати о копах, пальто Фини готово. Соммерсет держит это внизу. Зная вас обоих, я предположил, что ты не захочешь отдавать это ему в компании."

"Нет". Подарки были достаточно липкими, по ее мнению. "В любом случае, ты должен отдать это ему".

Хорошо понимая ее, Рорк сжал ее плечи. "Это была твоя идея, и прекрасная. И сначала он был твоим копом. Вы двое переживете дар. Продолжай сейчас и следи за своим шагом там. Я определенно хочу, чтобы сегодня ночью в моей постели был полицейский ".

"Держу пари, это то, чего ты никогда не думал, что скажешь". На этот раз она поцеловала его. "Спасибо за помощь. Я буду держать тебя в курсе, если хочешь ".

"Я хочу".

"Готово", - сказала она и вышла.

Он смотрел, как она уходит, и, теребя серую кнопку, которую всегда носил в кармане, вернулся к экранам, чтобы сделать все, что в его силах, за то время, которое у него было.

Она побежала трусцой вниз, обнаружив, что все ее копы все еще сбились в кучу. Когда она снимала пальто с вешалки, Соммерсет проскользнул в поле зрения - как дым - с коробкой, завернутой в обычную коричневую бумагу. Прежде чем она смогла уклониться, он сунул это ей в руки.

"Как и просили".

Не сейчас, хотела сказать она, но шкатулка уже привлекла интерес Пибоди.

"Что у тебя есть?"

"Это просто вещь". Она пробормотала это, не могла понять, как избежать презентации. Покончим с этим, решила она, и посмотрела на Соммерсета рыбьим глазом. "Машины у входа?"

"Конечно".

Она прищурила рыбий глаз, пока он не ускользнул - как еще больше дыма - прочь.

"Идите, набирайтесь", - сказала она остальным. "Фини, дай мне минутку?"

Баннер поднялся с корточек, нанося Галахаду последний удар по пути. Пибоди чуть не повернула голову на сто восемьдесят градусов, чтобы держать Еву и коробку в поле зрения, когда они выходили за дверь.

"Это вещь", - повторила Ева и подтолкнула коробку к Фини. "Для тебя".

Его руки сразу засунулись в карманы; на лице появились настороженные морщинки. "Почему?"

Она часто думала то же самое, когда дело доходило до подарков, поэтому только пожала плечами. "Просто... ты знаешь", - пробормотала она и сунула это ему.

Он выглядел озадаченным, слегка смущенным, но разорвал бумагу. Желая ускорить процесс, она выхватила у него газету, скомкала ее и бросила на ближайший стол. Затем занялась надеванием пальто.

"Ну, трахни меня сбоку".

Ошеломленное удовольствие в его голосе вызвало двойную реакцию - легкое смущение и быстрое удовлетворение. Она повернулась, вытаскивая шарф из кармана, когда он бросил коробку на пол, вытащила пальто.

"Сукин сын!"

Он ухмыльнулся, когда поднял его. Дерьмово-коричневый - она выбрала этот цвет, поскольку это был его обычный оттенок - пальто с защитной подкладкой, как она увидела, доходило бы ему примерно до середины бедра.

Она оставила дизайн Рорку, увидела, что он получился просторным, простым, и добавила в качестве пуговиц блестящие капитанские планки.

"Ты подарил мне чертов волшебный плащ".

"Ну, Рорк -"

"Сукин сын". Все еще ухмыляясь, он ударил ее кулаком в плечо, затем немедленно снял свое старое дерьмово-коричневое пальто, бросил его на пол.

"Ублюдок тоже подходит". Он сложил его обратно, изучил подкладку и покачал головой. "Долбаный гений - вот что это такое".

Более комфортно обсуждать аспект бронежилета, она немного расслабилась. "Нет объема, нет веса, и это работает. Отклоняет полное оглушение - я могу подтвердить. Острые предметы тоже, хотя я лично их не тестировал ".

"Сукин сын", - сказал он в третий раз и встретился с ней взглядом. Его уши слегка порозовели. "  " Цени это".

"Конечно".

Он наклонился, чтобы поднять свое старое пальто, коробку и снова посмотрел на нее. "Действительно ценю это".

"Действительно уверен".

"Подожди, пока жена не получит заряд этого". Он провел рукой по коже. "Давай поймаем нескольких плохих парней, парень".

"Это то, что мы делаем".

Они ушли. Она услышала, как он снова пробормотал "сукин сын", когда они расходились по своим машинам.

В тот момент, когда она оказалась в машине, Пибоди наклонилась вперед с заднего сиденья, которое она делила с Макнабом. "Это волшебный плащ? Ты подарил Фини волшебный плащ? О-о-о!"

"Что такое волшебный плащ?" Баннер потребовал. "Какого рода магия?"

"Это полностью заморожено. Видишь?" Пибоди распахнула свое розовое пальто, чтобы продемонстрировать подкладку. С некоторым облегчением Ева позволила им разглагольствовать о бронежилетах, пока она вела машину.

Макнаб скользнул вверх, тихо заговорил рядом с ухом Евы. "Это бы много значило для него, исходи это от тебя".

Он слегка коснулся ее плеча, затем отодвинулся. То ли зная, что она будет рада отвлечься, то ли потому что он был жадным, он снова повысил голос.

"Кто хочет горячего шоколада?"

И это позаботилось об этом.

Она оставила Бэннера и Макнаба в Центральном, подождала, пока Пибоди пересядет на переднее сиденье для поездки в лабораторию.

По дороге она взяла бирку от Сантьяго.

"Мы сейчас в гараже, но Хэнкс уехал по служебному вызову. Должен вернуться через несколько. Мы слегка подкололи его главного механика, но он молчалив. Мы можем ткнуть пальцем в пару других - у женщины, которую он нанял за стойкой обслуживания, широко раскрыты глаза. Она бы проболталась ".

"Если он не вернется через несколько, ткни. В остальном, пусть все будет просто ".

"Никаких совпадений по ориентировке?"

"Пока нет. Я дам тебе знать. Назови мне имя, Сантьяго. Одно имя."

"Работаю над этим. Сейчас он приближается. Возвращаюсь к тебе ".

"Вы можете почувствовать, как это падает, - сказала Пибоди, - кусочек за кусочком".

"Есть два человека, для которых это не может закончиться достаточно быстро".

Она сделает все, что в ее силах, чтобы ускорить это, подумала она, быстро продвигаясь через лабиринт лаборатории к уровню Девинтера.

Ева нашла трех докторов, все в лабораторных халатах. У Девинтер был бронзовый оттенок, который почти соответствовал ее волосам. Она выбрала прямые, как линейка, волосы, зачесанные назад, чтобы не обрамлять ее завораживающее лицо.

Как и Мира, она носила ботинки на каблуках толщиной со скальпель, ее темно-зеленого цвета. Ева увидела, что оно сочетается с облегающим платьем под лабораторным халатом.

У Девинтера, должно быть, их сотня, подумала Ева - платья и лабораторные халаты.

Моррис выбрал шиферно-серый цвет поверх костюма того же оттенка и единственную косу, перевязанную маково-красным шнуром. На Мире был традиционный белый костюм, такой же нежно-голубой, как и ее глаза.

Они составляли интересную триаду, подумала Ева, стоя вокруг белых костей мертвых.

"Довольно чисто", - прокомментировала Ева.

"Останки находились в стадии глубокого разложения", - начал Девинтер. "Моррис работал с тем, что было плоти".

"Мы, конечно, провели реконструкцию", - сказал он Еве, прежде чем его коллега смог пересказать главу и стих. "И ряд тестов, о которых вы не хотите слышать. Мы отменяем предыдущие выводы. Жертва умерла не при падении. Там были следы пыток ".

"Тщательное вскрытие, всестороннее вскрытие, никогда не должно было привести к смерти в результате несчастного случая". Тон ДеВинтер стал резче, как и презрение в ее глазах. "Есть травмы, очевидно, нанесенные орудиями, инструментами - несколько пальцев были раздроблены - тупым предметом. Молоток, скорее всего. Если ты найдешь оружие, я мог бы сравниться с ним. Я бы соответствовала этому, " поправила она.

"Также было обезвоживание", - вставила Мира. "По нашим оценкам, жертва по меньшей мере тридцать шесть часов обходилась без воды до смерти. Если бы он действительно получил эти травмы при падении, он умер бы мгновенно, не продержавшись больше суток ".

"Хорошо, это то, что мне нужно было услышать". Она снова посмотрела вниз, на то, что осталось от Маленькой Мел. Справедливость восторжествует, подумала она. "А как насчет другого?"

"Я только что приступил к тестам в соседней комнате. Доктор Мира и я уже завершили визуальный осмотр и начали предварительное тестирование ". Он взглянул на Миру.

"Еще слишком рано давать вам твердые результаты и заключения, но мы оба чувствуем, что у нас будет похожая история, которую можно вам рассказать".

Обдумывая это, Ева обошла стол с останками Мелвина Литтла, ветерана войны, потерянной души. Безвредный.

"Вот как я хочу с этим справиться. Я собираюсь подождать, пока у вас не будет твердых выводов, пока вы не изложите все это, деталь за деталью, прежде чем я уведомлю федералов. Прямо сейчас вы пересматриваете, тестируете, исследуете, и если мы хотя бы намекнем, к чему это ведет, федералы могут быть склонны вмешаться и захватить власть после того, как они забюрократизировают это до смерти. Красная запись может помешать нам, поэтому мы сначала просто запишем ее красной лентой ".

Она подняла глаза, увидела Морриса с легкой улыбкой, Девинтера с более выраженным хмурым выражением. "Я был бы не против, если бы они взяли это на себя, если бы это ускорило это, помогло нам найти двух людей, которые проходят через то, через что прошел этот. Но этого не будет. Возражения?"

Мира сложила руки в жесте, который привлек внимание Евы. "Природа зверя - бюрократия, поэтому я должен согласиться, что добавление еще одного агентства к этой смеси замедлило бы прогресс. Но как только будут сделаны выводы, которые будут представлены в суде, вы должны ".

"И я сделаю. Я не буду сдерживаться. Дело не в кредите, не в ошейнике. Речь идет о том, чтобы убедиться, что, когда мы поймаем этих ублюдков, у нас будет все необходимое, чтобы упрятать их за решетку до конца их поганых жизней. Согласен?"

"Я хотел бы закончить то, что мы начали, не останавливаясь на заполнении бесчисленных форм", - сказал Моррис. "Согласен".

Когда ДеВинтер заколебался, хмуро глядя на кости, Ева наклонила голову. "Ты украл собаку".

"Черт возьми, ты никогда этого не отпустишь. Согласен, но мы следуем правилам, пункт за пунктом ".

"Сделай это. И держи меня в курсе. И помни это. У федералов нет никого, кто мог бы сравниться с вами троими. Итак, те, кого мы не смогли спасти, помогают тебе. И я сделаю все, что потребуется, чтобы спасти тех двоих, кто еще может быть. Вместе мы упрячем этих больных придурков ".

"Тем временем, " начала Мира, " я просмотрела ваш отчет. Я согласен, возможно, их число увеличилось до двух. Что и Кэмпбелл, и Маллиган живы. Это прогресс. Однако, я не могу сказать вам, что это предрешено. Чем дольше мы не найдем тело Кэмпбелла, тем больше шансов. Я не вижу, чтобы они меняли схему поведения и скрывали или пытались скрыть тело, если таковое имеется, поскольку для этого нет видимого мотива ".

"Тогда я делаю ставку на то, что они оба будут живы, пока мы не узнаем, что это не так".

Когда она начала, Пибоди ускорила шаг, чтобы не отставать. "Что ты собираешься сказать Уитни?"

"Все. Если он скажет мне привлечь федералов, я привлеку их. Но я думаю, что он посмотрит на эту часть по-моему. Они не могут сделать больше, чем Мира, Моррис и ДеВинтер на the remains - тем более, что они уже подписали там. Во время активной охоты я отправлю ответственному агенту все, что у нас есть. Грузовик, фургон, выводы относительно тех, кого мы устранили. Я возьму все, что смогу достать для Кэмпбелла и Маллигана ".

"Хорошо. Я весь в деле ".

Она решила сэкономить время и связалась с Уитни по дороге. Он слушал, говорил мало, пока она не закончила.

"Детектив Пибоди не скопировала информацию ФБР в своем отчете этим утром".

"Нет, сэр, я дал ей список для информирования. Я хотел, чтобы вы первыми увидели прогресс ".

"Где Сантьяго и Кармайкл в этом интервью с Хэнксом?"

"Это происходит сейчас, сэр. Они еще не связались со мной с результатами ".

"Дай мне знать, когда они это сделают. Какими бы ни были эти результаты, я проинформирую ФБР о ваших успехах на сегодняшний день. Что касается текущей лабораторной работы, они отстранили этих жертв от расследования. С этим они могут подождать".

Удовлетворенная, Ева заняла свое место в Центральном офисе. "Благодарю вас, сэр. Сейчас направляюсь в отдел убийств. Если я не получу известий из Оклахомы в течение следующих десяти, я свяжусь с Кармайклом ".

Она вышла из машины, быстро направилась к лифту. "Давайте сохраним набранный темп. Раздобудьте пару униформ, чтобы согласовать с Баннером. Он может дать им часть списка. Давайте рассмотрим то, что мы можем осветить. Иногда тебе везет".

Когда она вошла в лифт, ее "линк подал сигнал.

"Дай мне что-нибудь, Сантьяго".

"Как насчет имени, босс? Дэррил Рой Джеймс".

"Пибоди".

"Запускаю его сейчас, сэр".

"Кто он?"

"Сын женщины Хэнкса. Официально не сожительствовал, потому что он не хотел идти по этому пути, но они были вместе около десяти лет. Дэррил работал на него в гараже. Хороший механик, ленивый мудак - или это мнение Хэнкса. Вылетел, когда ему было около шестнадцати, приземлился в Техасе. Отсидел там срок в колонии для несовершеннолетних - повышающие ставки - вернулся домой, пошел работать на Хэнкса. В июле 2057 года он снова сбежал, на этот раз на "Рыси" 52-го года, которую он украл из гаража, около шести тысяч наличными, инструменты, антикварный нож боуи и так далее. Его мать умоляла Хэнкса не сообщать об этом, поэтому он этого не сделал, чтобы сохранить мир.

"Джеймс отсидел еще один срок в тюрьме штата Оклахома. Четыре года за попытку ограбления, вооруженный - при нем был охотничий нож, когда он пытался украсть в магазине обручальное кольцо с бриллиантом ".

"Для женщины. Настоящая, долбаная любовь ".

"Может быть. Был арестован в декабре 57-го, вышел в начале августа прошлого года. Свободное время, хорошее поведение ".

"Выбор времени работает. Знают ли они его местонахождение?"

Двери лифта открылись; трое полицейских в форме начали заходить на борт.

Ева зарычала, положив руку на свой парализатор.

Они снова отступили.

"Он говорит "нет", и я верю ему. Там не потеряна любовь, лейтенант. Он взял на себя потерю грузовика и инструментов для своей женщины, но когда мы произнесли слово на М, его вырвало, как гейзер. Кармайкл сейчас разговаривает с матерью, но не похоже, что она что-то знает. Она утверждает, что не разговаривала с ним с середины лета, прямо перед тем, как он вышел, и это звучит правдиво. Но она действительно сказала что-то о женщине, прежде чем впала в истерику. Имени нет, просто он где-то переспал с какой-то женщиной, и во всем была ее вина - по словам матери."

Сантьяго умудрился одновременно закатить глаза и ухмыльнуться. "Кармайкл работает над этим".

"Узнай мне ее имя, узнай все, что сможешь, затем возвращайся домой".

"Я так готов к этому. Ура-ура-ура-ура".

"Пибоди", - сказала Ева, отключаясь и выходя на этот раз, когда двери открылись и ввалились другие копы.

"Джеймс, Дэррил Рой, двадцать пять лет, холост, один ребенок".

Голова Евы резко повернулась к своему партнеру. "Потомство?"

"Он указан как отец ребенка, Дарры Луизы Джеймс, родившейся в апреле прошлого года. Мать указана как Элла-Лу Парсенс, двадцати шести лет."

"Это будет она. Это должно быть ". Воодушевленная, Ева пробежала свой путь вверх по горкам. "Как, черт возьми, они все это делают с ребенком на буксире?"

"Боже, бедный малыш. Ему нет и года".

Ева снова выдернула свой линк, связалась с Кармайклом. "Спросите мать, знает ли она о ребенке. Знает ли она, что она бабушка?"

"Святой ад. Держу пари, что нет. Расслабься на минутку".

Ева ждала, прокладывая себе путь в Отдел убийств. Когда Кармайкл снова включился, Ева могла слышать вопли из Оклахомы.

"Она не знала. Я собираюсь снова успокоить ее, Даллас, но она не знала о ребенке, она не знает имени женщины. Она знает только, что Дэррил сказал ей, что он был влюблен - встретил свою вторую половинку. Называл ее своей Джульеттой, но ему нравились шекспировские штучки, несчастные влюбленные, Ромео и все такое. Это было во время посещения в тюрьме ".

"Успокой ее, поработай с ней еще немного. Ты и Сантьяго держитесь там, пока я не вернусь к вам. Возможно, ты пробудешь там немного дольше".

"Тогда я покупаю какие-нибудь чертовы ковбойские сапоги".

"Если ты купишь розовые, я сделаю тебе больно, Кармайкл. Работай с матерью. Возможно, она знает больше, чем думает, что знает. Пибоди".

Пибоди зачитала свой КПП. "Парсенс, Элла-Лу, родилась в Элк-Сити, Оклахома. Пара хлопков за хранение, дешевое барахло. Никаких браков, никаких сожительств на учете. У нее была очень короткая трудовая биография, с последней в январе 58-го по август прошлого года - самая длинная в ее послужном списке. Бар под названием "У Ринго", Макалестер, Оклахома. Вот где находится тюрьма, Даллас. Загон в Оклахоме".

"Хотела быть рядом со своим мужчиной, ждала его. Почти четыре года - это посвящено. Вернитесь к своей работе ".

"Следующее - краткосрочное. Март-июль 2057 года, Веревочный аттракцион, Драй-Крик, Оклахома ".

"И Дэррил угнал грузовик Хэнкса, украл наличные, инструменты, нож в июле, уехал оттуда, а ты поставил свою задницу на веревочный аттракцион в Драй-Крик".

Она перешла в отдел убийств, подняла руку, чтобы никто ее ни о чем не спрашивал, и снова пометила Сантьяго.

"NYPSD West", - ответил он.

"Ha. Заканчивай там, как можно скорее, и отправляйся в какое-нибудь место под названием Драй-Крик ".

"Ах, чувак".

"Бар под названием the Rope "N Ride. Покажи фотографии, Сантьяго. Собери все, что сможешь, об Элле-Лу Парсенс - она там работала - и Джеймсе. Оттуда, это Элк-Сити и мать Парсенса ".

"Джэнлин", - подсказала Пибоди, когда Ева повернулась к ней.

"Джэнлин. Пибоди пришлет тебе данные. Последняя остановка на данный момент - Макалестер. Поговорите с начальником тюрьмы и загляните в бар под названием "У Ринго", где работал Парсенс, пока Джеймс был в клетке. Посмотрим, кто что знает. Я собираюсь схватить этих двоих, Сантьяго, и то, что вы с Кармайклом вытащите из Оклахомы, крепко их зашьет ".

"Зажги свечу за меня, лейтенант".

"Что?"

"Я проиграл пари с Кармайкл, и она садится за руль. Каких скоростей ты можешь достичь здесь? Она чертовски пугающая ".

"Но ты быстро доберешься туда. Я знаю, когда ты знаешь, Сантьяго. Теперь это широко распространено ".

"Мы ударим молотком здесь. Полиция Нью-Йорка на Западе, на выход".

"Пибоди, достань им все данные, которые им понадобятся. У кого-нибудь есть для меня что-нибудь, что не может подождать, скажите это сейчас ", - обратилась она ко всей комнате. "В противном случае, мне нужно десять".

Она подождала пять секунд, повернулась и пошла в свой кабинет. Закрой дверь. Отбросив пальто в сторону, села и все записала.

Обновила свою доску всеми свежими данными.

Снова села, положила ноги на стол и позволила себе подумать.

Парень заходит в бар, подумала она, только в этом не было дурацкой кульминации.

Что-то вспыхивает между этими двумя - двумя людьми, бесцельное, недорогое, как сказала Пибоди. Без этой встречи, без этой искры, возможно, они просто останутся дешевыми и бесцельными. Но эта искра зажгла что-то порочное внутри них.

Им нравится порочность, заключила она, это часть того, что связывает их вместе.

Ева изучала доску, на которой теперь были Дэррил и Элла-Лу спереди и в центре.

Она самая умная, решила Ева. Насколько хватало ума. Он романтик. Арестован за попытку украсть традиционное обручальное кольцо.

"Держу пари, ты нашла это глупым, но трогательным, верно, Элла-Лу? Он сделал это сам, сюрприз для вас. Но ты нашел себе другую дерьмовую работу и ждал его. Три с половиной года, это любовь в своем роде. Это преданность. Должно быть, залетел от супружеской пары. Еще одно связующее звено? Бьюсь об заклад, что ты рассчитал время и на этот раз тоже ".

Она встала, прошлась.

Как, черт возьми, они путешествовали, похищали, пытали и убивали, имея дело с ребенком? Бросить ребенка? Не мог просто выбросить это на пороге - зачем оно тебе, если ты собираешься бросить его судьбе или незнакомцам?

Она обвела вокруг этого, задаваясь вопросом, подписана ли Элла-Лу на школу материнства Стеллы. У тебя есть ребенок, потому что это может быть полезно или прибыльно, и это привязывает твоего мужчину к тебе.

Затем она пропустила это мимо ушей, поскольку не могла понять, как это применимо, на данный момент, к расследованию.

Жди своего мужчину. Направляйся на восток, когда он освободится. В том же грузовике, который он украл у Хэнкса. Грузовик, который сейчас показывает свой возраст, и Дэррил не мог обслуживать его в течение этих трех с половиной лет.

Делает все, что в его силах, когда он выходит, но это сдается на той тихой дороге через границу с Арканзасом.

И вот где это действительно началось, подумала она. Вот тогда искра взорвалась, как ракета.

"Теперь я знаю тебя", - пробормотала она. "Мы получим больше, но я знаю тебя. И я собираюсь найти тебя".

Скоро, подумала она, это должно было случиться скоро, иначе было бы слишком поздно спасать Джейлу Кэмпбелл.

17

Она снова потеряла счет времени. Невообразимая боль разбудила ее. Но свирепость, исходящая от него повсюду, дала ей понять, что она все еще жива.

Джейла Кэмпбелл, подумала она, борясь с туманом боли. Я Джейла Кэмпбелл, и я жива.

Она повернула голову, очень медленно, так как даже в ней бушевала агония. Они больше не причинили ему вреда - Маллиган, Рид Маллиган. Когда они нашли его без сознания на полу, они перетащили его обратно на импровизированный стол. Они обработали его сломанное запястье льдом, даже дали ему какие-то лекарства.

Он должен был быть достаточно сильным, она слышала, как они говорили, чтобы изнасиловать ее снова.

Они обсуждали это, хихикая над некоторыми деталями. Они бы снова перестали причинять ему боль - на данный момент, и, возможно, увеличили дозу эротики, чтобы он продержался дольше.

Они дали ей что-то, что вызвало у нее тошноту и слабость, но она слышала, как они обсуждали ее, как будто она была животным.

По мнению Элла-Лу, она воняла, и ее нужно было привести в порядок, если они собирались оставить ее еще на день или два.

Она пыталась бороться, когда Дэррил поднял ее. Боль поднялась горячим потоком, унесла ее прямо под поверхность, но она пыталась бороться. Пыталась не плакать, когда слышала, как они смеются над ней.

Они не были людьми. Наркотики, обезвоживание, шок заставили ее видеть в них монстров, демонов с красными глазами и щелкающими языками. Кляп заглушал ее крики, когда они опустили ее в ванну с такой горячей водой, что она ошпарилась.

Кто-то просунул ее голову под воду; кто-то снова поднял ее за волосы. Снова и снова, пока она глотала воду, давилась и, наконец, молилась, чтобы это просто закончилось.

Она снова очнулась на столе, обнаженная, дрожа от холода и утопая в боли.

И слушал тишину.

"Я думаю, они спят".

На этот раз, когда она повернула голову, глаза Маллигана были открыты и смотрели на нее.

"Они пытались разбудить тебя, но ты не приходил в себя достаточно часто, поэтому они на некоторое время вышли. Я не знаю, как долго. Они дали мне что-то, я продолжал терять сознание. А потом я услышал, как они смеялись и занимались сексом. Затем стало тихо. Я думаю, они спят ".

Она попыталась облизать пересохшие губы, но это было как песок против песка. "Ты не знаешь, как долго?"

"Я не знаю. Они дали мне кое-что. Я просто не знаю. Мне жаль. Прости, что не смог добраться до ножа. Я попытался снова освободиться и получить это, но не смог ".

Она почти забыла. Казалось, что с того момента надежды прошли недели. "Твоя рука".

"Это не так больно. Если я смогу снова освободиться, я, возможно, смогу что-то получить ".

"Они не собираются причинять тебе боль, или не так сильно. Они хотят, чтобы ты был достаточно силен, чтобы изнасиловать меня снова ".

Он закрыл глаза. "Боже. О Боже. Я не хочу-"

"Это не имеет значения. Я сказал тебе, что это не имеет значения. Но более того, я слышал их. Они очистили меня, потому что хотят сохранить мне жизнь еще на пару дней, чтобы ты мог изнасиловать меня. Они получают от этого удовольствие. Я хочу остаться в живых, поэтому ты должен делать все, что они тебе скажут сделать со мной. Но я собираюсь кричать и пытаться бороться. Я собираюсь заставить их думать, что это важно. Ты поймешь, что это не так. Они будут поддерживать в нас жизнь до тех пор, пока они выходят ".

В его глазах появился свет, яростный и темный на фоне бледности и синяков. "Я хочу убить их".

"Может быть, ты так и сделаешь". В этом уродливом желании был проблеск надежды. "Заставь их думать, что ты слаб и напуган".

"Иисус, я слаб и напуган".

"Не так сильно, как они думают. И в следующий раз ты получишь нож ".

"В следующий раз", - сказал он. "У тебя кто-нибудь есть? Я имею в виду, ты с кем-нибудь?"

"Не сейчас". Она подумала о Маттио. Он казался другой жизнью. Она подумала о Люке, и это было утешением. Просто небольшое утешение.

"Но есть один парень, на которого мне следовало обратить больше внимания. Я хотел бы, чтобы у меня было. Я хочу иметь возможность обратить внимание. Он живет через коридор от меня. У тебя есть кто-нибудь?"

"Не сейчас", - сказал он и попытался улыбнуться. "Но есть эта девушка. Я схожу по ней с ума, но у меня не хватило смелости сделать этот шаг. Я хочу шанс попробовать ".

Слезы жгли ее глаза. Надежда ранена. "Мы собираемся пойти на двойное свидание, верно? Сделка?"

"Да. Сделка. Они ищут нас. Наши друзья, наша семья. Копы. Они должны быть."

"Да, они ищут нас. Мы собираемся сделать все возможное, чтобы остаться в живых, пока они не найдут нас. Двойное свидание", - сказала она и закрыла глаза.

Когда ее время истекло, Ева вернулась в загон для быков.

"Я открыт".

"Две минуты, лейтенант". Дженкинсон оттолкнулся от своего стола, подошел к ней. На сегодняшних шейных платках красовались длинноухие белые кролики с оранжевой морковью на фиолетовом фоне.

"Где ты это берешь?" - требовательно спросила она.

"Ты был бы удивлен, насколько это просто. Мы поймали одного этим утром ". Он кратко пробежался по этому вопросу. Избиение дубинкой, наводка от осведомителя, которому они доверяли лишь наполовину, и захудалый бильярдный зал в Чайнатауне.

"Стукач говорит, что парень, которого мы ищем, часто посещает это заведение, но если мы войдем и спросим о нем, они замолчат или прикроют его. И у нас такое чувство, что стукач, возможно, играет на двух концах. Мы решили, что зайдем в мягкой одежде, поиграем в бильярд, посмотрим, что к чему ".

"Сделай это, но не надевай этот галстук. Ты знаешь, где найти информатора?"

"О да, его легко найти".

"Отправь пару полицейских в форме, пусть подберут ему все, что они смогут придумать, на несколько часов. Держи его внутри, пока играешь в бильярд ".

"Мило. На нем. Сантьяго и Кармайкл все еще рыбачат в Оклахоме?"

"Они поймали нескольких. Они должны быть в пути обратно через несколько часов ".

"Мы могли бы использовать их. Получил два новых и открытых прямо сейчас ".

Она взглянула на главное табло, запустила руку в волосы. Так много. Их всегда было так много.

"Я могу вернуть Бакстера".

"Ах, черт возьми, Даллас, этот человек похож на будущего отца со своим сыном на экзамене. Ему лучше там, где он есть. Мы получили это здесь. Я полагаю, что парню это подходит. Ты?"

"Мы узнаем достаточно скоро. Иди поиграй в бильярд. Пибоди, я собираюсь снова поработать с картами. Дженкинсон и Рейнеке отрабатывают удары дубинками. Взгляни на то, что еще является новым и открытым, посмотри, что ты можешь собрать воедино, затем передай это Бакстеру, когда они с Баннером вернутся ".

"Ты хочешь, чтобы я прекратил наше расследование?"

"Жонглируй, Пибоди. И подбрасывай эти новые шары в воздух. Объявление о пропаже фургона составлено, наши детективы изучают прошлое и временные рамки на западе, Бакстер и наш приглашенный полицейский изнашивают здесь кожаную обувь. У нас есть имена, лица. Я собираюсь попытаться сузить местоположение. Если вы не начнете ходить от двери к двери в этом секторе, а до этого, черт возьми, вполне может дойти, мы ничего не сможем сделать для Кэмпбелла и Маллигана, пока не расширится следующая трещина ".

Она указала на плакат над дверью комнаты отдыха.

НЕЗАВИСИМО ОТ ВАШЕЙ РАСЫ, ВЕРОИСПОВЕДАНИЯ, СЕКСУАЛЬНОЙ ОРИЕНТАЦИИ Или ПОЛИТИЧЕСКОЙ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ, МЫ ЗАЩИЩАЕМ И СЛУЖИМ. ПОТОМУ ЧТО ТЫ МОЖЕШЬ УМЕРЕТЬ.

"Это касается всех, все время. Сделай, что можешь, передай Бакстеру, и, возможно, он упрячет плохого парня до конца дня ".

Она вернулась в свой кабинет, провела руками по лицу. Затем вывел карту на экран.

И начал вычислять.

Полчаса спустя она уточнила область интереса, подумав о том, чтобы направить ориентировку туда. Но если она ошибалась, отклоняясь хотя бы на квартал, это могло стоить жизней.

Вместо этого она усилила поиск до гаражей. Может быть, они держали фургон подальше от улицы, по крайней мере, когда не охотились. Патрулирование гаражей, парковок, подземных переходов полицейскими может привести к задержанию их автомобиля.

И это было на один шаг ближе к Парсенсу и Джеймсу.

Она переключилась на "ссылку, когда она сообщила о входящем сообщении из Сантьяго.

"Дай мне что-нибудь хорошее".

"Как насчет прыгающей малышки?"

"Она бросила ребенка своей матери".

"О да. Мать не видела и не слышала о ней почти год, и вот она появляется с ребенком на буксире в июне прошлого года. Раскрутила историю о том, как влюбилась в какого-то парня, думая, что они собираются пожениться, затем он сбежал, когда она залетела, оставил ее квартиру с двумя синяками под глазами. Много драмы".

"Да, она умная", - размышляла Ева.

"Утверждала, что поняла, как ей нужна семья, как мало Дарра заслуживала хорошего старта. Может быть, она вернулась бы в школу, нашла хорошую работу, если бы они позволили им остаться - это мать и отчим ".

"Она знает, какую мелодию играть".

"Играл это как виртуоз. Не прошло и двух недель, как ее не стало, как и ценностей и наличных, а ребенок все еще здесь. С тех пор ни слова, и они не прикрывают, Даллас. Они оба боятся, что мы собираемся забрать у них ребенка. Они разговаривали с адвокатом буквально на прошлой неделе, пытаясь выяснить, могут ли они законно усыновить ребенка, чтобы дочь не могла вернуться и забрать ребенка. Они хорошие люди, делают все, что в их силах.

"И к твоему сведению? Элла-Лу была за рулем "Рыси"."

"Были ли у нее там друзья, кому-нибудь, кому она могла бы рассказать правду?"

"Кармайкл получает эти данные. Мать не думает, что есть кто-то, кого Элла-Лу не разозлила перед тем, как уехать в первый раз, но мы установим кое-какие контакты, прежде чем отправимся на следующую остановку ".

"Кто за рулем?"

Его лицо стало мрачным. "Просто позволь мне предупредить тебя. Не заключай пари с Кармайклом. С таким же успехом ты мог бы сделать ничью на инсайдерской прямой ".

"Я буду иметь это в виду. Просто на всякий случай, поговори с местными жителями, узнай, можно ли получить доступ к их ссылкам на случай, если дочь связалась с ними ".

"Они уже предложили, но мы проверим местные значки, посмотрим, что мы сможем выяснить".

"Хорошая работа. Продолжай двигаться. Отметьте меня на следующей остановке ".

Она едва отключилась, когда получила входящее сообщение от Бакстера.

"Мы получили два попадания, босс, бах-бах. Ничего, ничего, ничего, затем два. Ломбард и пиццерия, обе на Гудзоне. Ломбард между Уэст-Хьюстоном и Кингом, пиццерия между Чарльтоном и Вандамом ".

Ее внимание сразу переключилось на карту. "Гребаный А."

"После некоторых дружеских уговоров ломбард ОПОЗНАЛ Джеймса. Он был здесь дважды на прошлой неделе. Пиццерия прибила их обоих. Еда на вынос, два визита. Мы собираемся посетить это китайское заведение, в одном квартале отсюда есть сувенирный магазин ".

"Сделай это. Я посылаю несколько человек в форме для опроса, попробуйте некоторые резиденции, другие предприятия. Если они потратили время, прогуливаясь по этому району, мы можем сузить поле поиска. Это хорошо, Бакстер. Что они заложили?"

"Наручное устройство, спортивная модель, и второе, типа одежды. Достойные, в обоих мужских стилях. Планшет - начисто стерт - клавиатура, музыкальный набор, развлекательный экран, антикварная ваза, серебряная медаль Святого Христофора. На украденном ничего не видно ".

"Принеси табличку. ЭДД увидит, как стирается стирание. Пришлите мне фотографии и описания всего. Я сверю их с именами жертв. Джеймс заходил в ломбард и пиццерию в одни и те же дни?"

"В первый раз, да, но с разницей примерно в шесть часов, по сравнению с тем, что мы получаем. Второй раз, в другие дни".

"Хорошо. Сохрани меня ".

"Еще бы. А, эй, я ничего не слышал от Трухарта. Ты -"

"Еще слишком рано. Сосредоточься".

Она прервала его, вернулась к карте.

Она пересчитала, используя два попадания. Ты ходишь за едой навынос, подумала она, ты ходишь поближе к дому. Если бы ты был за рулем, это не имело бы такого большого значения, но...

Слишком много времени между заходами на первые хиты. Шесть часов? Нет, возможно, он поехал в ломбард, но затем они вернулись в тот же район, чтобы забрать еду. И обратно, в ту же область еще дважды.

Потому что это было легко и быстро.

Она вычеркнула из своей карты шесть кварталов к северу и три квартала к востоку, пусть это поварится, пока она собирает данные, отправленные Бакстером, и сопоставляет их со всем, что, по сообщениям, пропало у жертв.

Табличка, отметила она, наручные устройства - но ничего подходящего к заложенным наручным устройствам.

"Ты ударил кого-то в Нью-Йорке за это".

Она оттолкнулась, зашагала. Ни одна из них не была украдена - и это привело ее к тому, что тот, у кого они это украли, был мертв.

Но не обнаруженный. Не обнаружено, потому что, когда у копов был DB, они проверили место жительства DB.

И именно там жили Джеймс и Парсенс. Вот что вышло.

Она повернулась обратно к карте. "Подбираемся все ближе, ублюдки. С каждой минутой все ближе".

Она подошла к двери, крикнула: "Пибоди", затем вернулась к карте, как будто могла точно определить местоположение одним усилием воли.

"Сэр!"

"Мы сужаем область. У Бакстера и Бэннера есть пара хитов. Я собираюсь послать несколько черно-белых патрулей в район, предназначенный для фургона. Ребенок с матерью Парсенса ".

"Слава Богу. У меня был такой образ, как она просто, я не знаю, выбрасывает это из окна грузовика или что-то в этомроде ".

"У нее была на это причина", - сказала Ева, "и она сыграла мать в стиле "реабилитирую-себя-ради-моего-крошечного-ребенка", дала этому несколько дней, украла то, что могла использовать или продать, ушла, оставив упомянутого крошечного ребенка. Возможно, сейчас этот колодец пересох, но Кармайкл и Сантьяго еще немного прокачают его, прежде чем отправиться в бар, а затем в тюрьму.

"Я скоро ухожу".

"У меня есть несколько ракурсов для Бакстера на дебюте".

"Обработай их", - сказала Ева. "Возьми одного, ты первичен".

"Но -"

Ева взглядом пресекла протест. "У нас здесь мало, Пибоди. Мне нужно, чтобы ты взял одно, поработал над этим. Присылайте мне обновления и заметки, и я буду работать с вами. Если что-то еще всплывет в связи с этим, я втяну тебя, но прямо сейчас это шаги и стадии, расчеты и поступающие данные. Скоро я отмечу ответственного агента ".

"Ты должен?"

"Я должен. Если меня здесь не будет, когда Баннер вернется, ты отведешь его ко мне. Мы можем поработать там сегодня вечером, если не будем запирать это ".

"Хорошо". Пибоди выдохнул. "Хорошо, я возьму на себя одно из открытий, другое передам Бакстеру, когда он войдет. Откуда мне знать, какой именно?"

"Ты не можешь знать, ты просто выбираешь и делаешь то, что делаешь. Это не первый твой раунд в качестве основного ".

"Да, но ты всегда рядом".

"Я все еще там, держи меня в курсе, но делай то, что делаешь. У тебя есть щит не просто так ".

Ее "ссылка подала сигнал. Ева взглянула на него. "Это Мира. Я собираюсь принять это. Иди, держи мячи в воздухе".

"Но я могу отметить тебя".

"Когда тебе нужно. Проваливай ". Она ухватилась за "ссылку. "Даллас".

"Я просто захожу в Центральный. Я хотел, чтобы вы знали, что мы пришли к выводу, что обе жертвы подвергались пыткам и были убиты, и, по нашему мнению, они являются еще двумя жертвами убийц из spree ".

"Элле-Лу Парсенс и Дэррилу Рою Джеймсу".

"Они у тебя есть".

"Пока нет, но у нас есть имена, лица - и у нас есть больше данных. Я могу прийти к тебе".

"Я приду к тебе. Пять минут".

Она действовала быстро. Через пять минут Ева услышала цоканье ботинок на узких каблуках по направлению к ее кабинету. Когда Мира вошла, Ева протянула кружку с цветочным чаем, который любила Мира.

"О, спасибо тебе! Я действительно могу это использовать ".

"Не садись в это кресло. Ты знаешь, на что это похоже ".

"Учитывая, что я провел большую часть сегодняшнего дня на ногах, я возьму твою. Спасибо ". Она села, сделала долгий, медленный глоток. "Хотя выводы, сделанные ранее в отношении обеих жертв, не совсем беспечны, они неверны. Травмы были неверно истолкованы. Учитывая более ограниченный опыт и оборудование в этих случаях, вполне разумно понять, как были сделаны эти выводы ".

"В обоих случаях были люди - Баннер и жена второй жертвы - настаивавшие на дальнейшем расследовании. Эти люди были уволены местными и федеральными властями ".

"Согласен, однако, оцениваемый с одной стороны, жертвы, по-видимому, умерли в результате несчастного случая. Несмотря ни на что, они были убиты. Девинтер пишет отчеты, по обоим, в мельчайших деталях ".

"Я просто держу пари".

"Она также потребовала эксгумации останков Ноа Пастона и их передачи ей".

"Я буду должен ей этот напиток".

Мира улыбнулась. "И ты занят и отвлечен тем, что происходит сейчас, так что это не имеет значения".

Ева покачала головой. "Это действительно имеет значение. Жертвы всегда имеют значение, и я благодарен, что вы нашли время, чтобы добавить свой вес к этой куче. Я проинформирую агента Цвека о ваших выводах и скажу ему, что отчет Девинтер готовится ".

Она повернулась к своей доске, указала на Парсенса и Джеймса. "Эти люди заплатят за две жертвы, которым вы сегодня отдали свое время и мастерство. И Ною Пастону. Они заплатят за них всех.

"У них есть ребенок".

"Простите, что?" Ошеломленная, Мира опустила свой чай. "У убийц есть ребенок?"

"Ребенок. Он был у нее, когда он отбывал срок за то, что его поймали при попытке украсть у нее кольцо. Настоящая любовь".

"Это меняет дело". Перекидываясь, Мира изучала доску. "Рождение ребенка, вовлечение ребенка в кровавую авантюру по всей стране -"

"Нет, она свалила это на свою мать, прежде чем они начали. Судя по срокам, она забеременела от супружеской пары, пока он был в тюрьме, родила ребенка до того, как он вышел. Она пошла с этим домой, солгала о том, как залетела, разыграла карту "Я переворачиваю все с ног на голову", затем украла то, что хотела, бросила ребенка. С тех пор мать ничего о ней не слышала. Это было еще в июне. Джеймс вышел примерно через шесть недель ".

"Знает ли он, что у нее был его ребенок?"

"Она указала его отцом в свидетельстве о рождении, откуда мы и узнали об этом. Она назвала девочку Дарра, и я полагаю, Дэррил, Дарра ".

"Да, я понимаю". Медленно, переваривая, Мира кивнула. "У нее был ребенок - физическое доказательство их любви, - но она не хотела, чтобы он был с ними, не чувствовала того, что могла бы чувствовать мать, и не хотела, чтобы ребенок был рядом. Для них это своего рода медовый месяц".

"Да, это приходило мне в голову. Теперь я знаю ее. Рождение ребенка послужило определенной цели. Это привязывает его к ней еще больше, крепко связывает их вместе. Это было - есть - средство передвижения, вот и все. Если бы она чувствовала, что это было бы полезно, она бы вернулась за этим, но она ни разу не подумала о ребенке ".

Ничего не говоря, Мира кивнула, отхлебнула еще чая.

Ева прекрасно понимала это молчание.

"Я был у Стеллы, потому что я служил цели". Она сказала это категорично - теперь это ничего не значило. "Ей приходилось терпеть, когда я был рядом, потому что я был недостаточно взрослым, чтобы служить цели, которую она и Трой наметили для меня. У нее было что-то с Троем, затем с Маккуином, что у этой с Джеймсом. Только Трой и Маккуин были доминантами. Я думаю, что здесь всем заправляет Парсенс. Она может не делать это очевидным, она может позволить Джеймсу думать, что он большой, сильный мужчина, но она принимает решения ".

"Есть переменные, которые могут повлиять на динамику доминирования / подчинения между ними".

Ева покачала головой. "Я знаю ее. Она родила ребенка, бросила ребенка. Держу пари, она навещала Джеймса в тюрьме, как по маслу. Она ждала его три с половиной года. Это не мелочь ".

"Они видят в этом любовь. Для них это любовь. Раз в жизни."

"Да, и она сделает все, что, по ее мнению, удержит его с собой. Он романтик, поэтому, когда мы приблизимся, он может пожертвовать собой ради нее. Он называет ее своей Джульеттой. Он увлекается Шекспиром ".

"И не понимает, что эта история была трагедией, а не романом. Он мог бы, да, умереть, пытаясь защитить ее, но с этой новой информацией, я думаю, маловероятно, что они выбрали бы самоубийство. Или что она будет. Они гонятся не за славой и даже не за трепетом смерти. Это любовь, сексуальная связь, усиленная садизмом. Чтобы любить, им нужно жить ".

"Принимая во внимание то, что мы знаем, и то, что мы узнаем, как вы думаете, Кэмпбелл все еще жив?"

Теперь взгляд Миры переместился на изображение Кэмпбелла на доске. "Я думаю, что вероятность этого сейчас выше, чем я бы оценил это сегодня утром. Как долго это остается правдой... В любом из их более городских убийств тела были небрежно выброшены, без попытки скрыть. Я не понимаю, почему они изменили эту схему сейчас, здесь, в Нью-Йорке, поэтому, пока ее тело не найдено, она жива ".

"Я думаю, еще двадцать четыре, максимум тридцать шесть. Им станет скучно, они захотят кого-нибудь свежего ".

"Я не буду возражать".

Ева прошлась к своему узкому окну и обратно. "Если я обнародую их имена и лица в средствах массовой информации, есть вероятность, что кто-нибудь их узнает. Но если они увидят свои лица на экране, они убьют и сбегут. Дело не в славе, " повторила Ева.

"Опять же, я не буду возражать. Это трудный вызов для принятия ".

И тот, с которым она боролась.

"Я не выпущу, если не прикажут. Я воздержался от привлечения федералов, потому что они могут пойти по этому пути. Ты бы приложил свой вес к моей куче, если необходимо? Для тебя это тоже трудный вызов ".

"Я верю, что они сократили бы свои потери, попытались бы выбраться из Нью-Йорка, так что это не такое уж сложное решение".

"Мы сужаем область, если это поможет. Баннер и Бакстер получили два попадания уже менее чем в квартале друг от друга. Все идет к нулю".

"Я изложу это в письменном виде". Мира допила чай, поднялась. "И я знаю нескольких человек в ФБР. Я поговорю с одним или двумя влиятельными людьми ".

"Если это не сработает, ничто не сработает. В любом случае, это должно задержать их освобождение на двадцать четыре. И это почти все время, которое есть у Кэмпбелла. Они, скорее всего, прикончат Маллигана вместе с ней или вскоре после. Так что, если я смогу протянуть еще двадцать четыре-тридцать шесть, этого должно быть достаточно ".

"Я буду настаивать на тридцати шести".

"Спасибо. Ты выглядишь усталым".

"О, так и есть. Мне нужно разобраться здесь с несколькими вещами, потом я пойду домой и попрошу Денниса растереть мне ноги ".

"Неужели?"

"Он делает самую потрясающую рефлексотерапию. Ты сам выглядишь усталым".

"Я не знаю, занимается ли Рорк рефлексотерапией".

"Я полагаю, у него есть способ. В любом случае, мой совет - потратьте час и расслабьтесь, очистите голову после того, как будете дома. Насколько я могу судить, ты будешь работать полночи, так что сначала удели час. Ты будешь свежее после этого ".

"Может быть, я так и сделаю".

Мира повернулась к двери, остановилась. "Ребенок - Дарра - в хороших руках?"

"Сантьяго говорит, что мать и отчим кажутся хорошими людьми и хотят законно усыновить ребенка. Она в лучшем месте, чем была бы со своей матерью ".

"Тогда, когда ты будешь думать о ребенке, а ты будешь, подумай об этом. Каким бы эгоистичным и холодным ни был поступок, мать оказала дочери большую услугу. Ее будут любить и заботиться о ней".

И лучше, чем у многих, подумала Ева, когда осталась одна. Если повезет, это что-то изменит.

Она отложила это в сторону, села, связалась со своим командиром, чтобы заставить федералов действовать.

18

Она поговорила с командиром, обрадовавшись, что он свяжется со специальным агентом Цвеком и введет его в курс дела. Когда она собирала то, что хотела для работы на дому, Бакстер подошел к ее двери.

"Еще один налет на китайское заведение".

Она снова отбросила пальто в сторону. "Давайте послушаем это".

"Заказ на вынос, только прошлой ночью. Они оба побывали в ней, вместе и по отдельности. Они призывают в орден".

"Мы можем проследить это назад".

"Проблема. Место сменяется каждые четыре-шесть часов. Баннер подключился к EDD, но он старый, это дерьмо, и даже я знаю, что потребуется время, чтобы попытаться вытащить контакт из шляпы после того, как на него было наложено почти дневное покрытие. То же самое с лентой безопасности. Он снимает копии EDD ".

"Пусть он пришлет копии всего в мое домашнее подразделение".

"Уже сделал. Пока что обосрался в сувенирных магазинах, но попал в эту скобяную лавку на Западном Бродвее ". Его взгляд скользнул к ее автокефалу, и Ева смирилась.

"Иди". Она наклонила голову в сторону машины.

"Благодарность".

Она наблюдала за ним, пока он программировал. "Хочешь немного конфет к этому?"

Он бросил на нее непонимающий взгляд. Пустой взгляд полицейского. "У тебя здесь есть конфеты?"

Она ткнула в него пальцем. "Ты что-то знаешь. Теперь ты знаешь, что я знаю, что ты кое-что знаешь, и я бы зажарил тебя, как форель, если бы у меня было время ".

"У тебя все в порядке, лейтенант?" Он небрежно отхлебнул кофе. "Ты кажешься немного напряженным".

"Укуси меня, Бакстер. Магазин скобяных изделий".

"Да, Западный Бродвей, сразу за Принсом. Я испытал небольшой кайф, когда мы проходили мимо этого, как и ты. Итак, мы вошли и нанесли удар. Джеймс был внутри, дважды. Встречный парень вспоминает - акцент застрял. Джеймс заплатил наличными, и это помогло палке. Клейкая лента, шнур, рулон пластика. Дружелюбный парень, судя по всему, достаточно разговорчивый. Рассказал, как он и его жена только что переехали в город. Она действительно любит Нью-Йорк ".

"Он шел пешком или в фургоне?"

"Продавец не заметил, но вычислил фургон, потому что купил огромный рулон пластика. Сказал, что у него были другие дела, которые нужно выполнить. Итак, мы выпили пару деликатесов, ничего, но выпили снова в режиме 24/7. Получили все, что могли, но оборудование было четыре дня назад. Все получили обычное предупреждение. Не подавай виду, не вступай в конфронтацию, звони девять-один-один ".

"Напиши это, точные адреса хитов".

"Мы купили ее в паре магазинов в Сохо".

"Это так?"

"Мы взглянули на ленту. Она купила пару сексуальных трусиков, сняла платье и подходящие бюстгальтеры. Клерк очень зол, что они ее не поймали."

"Неаккуратно, с обеих сторон. Они не могут не воровать, и рано или поздно их поймают, когда они пытаются стащить модное нижнее белье или что-нибудь блестящее. У нас нет "позже", поэтому мы приближаемся к этому району. Они ходят, они водят машину, они едят, они ходят по магазинам ".

Она вернулась к своей карте. "У нас двадцать четыре, Бакстер, я думаю, максимум двадцать четыре, прежде чем Кэмпбелл закончит. Столько же, прежде чем федералы обнародуют имена и лица, и это наверняка прикончит Кэмпбелла и Маллигана и отправит этих двух ублюдков в бега ".

"Я могу вытащить Бэннера обратно. Мальчик тоже. Он возвращается с экзамена. Но мы обошли все границы, Даллас. Лучшее, что мы могли сделать, это отправиться в круиз и уехать, надеясь заметить их на улице ".

Это было то, о чем она думала, но... "У меня есть униформа, которая делает это. У нас есть другие администраторы баз данных, которым нужно внимание. Пибоди работает над одним, и у нее есть другой вариант для тебя. Делай это от чистого сердца".

"Это отвлечет его мысли от результатов экзамена. Он думает, что справился нормально, но сказал, что пару раз нервничал. Они подкреплены - сюрприз. Сказал ему, что получается около сорока восьми."

Он скользнул по ней взглядом. "Может быть, ты сможешь ускорить это".

"Мертвые тела, Бакстер, и еще двое, я бы хотел продолжать дышать. Давайте сосредоточимся на этом ".

"Верно, да, верно. Он не против сорока восьми. Это я потею над этим. Я начну двигаться дальше ".

Она хотела двигаться сама - и перестать разговаривать с каждым-чертовым-телом.

Она снова схватила свое пальто и убралась к черту, пока кто-нибудь еще не прервал ее.

Она совершала круиз по целевому району. Может быть, пройдемся по кругу.

Эти двое совершили убийство по пути на восток, и им это сошло с рук не потому, что они были криминальными гениями, а потому, что они продолжали двигаться, потому что местным потребовалось время, чтобы вызвать федералов, время, чтобы собрать убийства воедино.

Но теперь они были... "гнездование", - подумала она, втискиваясь в кабину лифта для полицейских. Устраивают себе что-то вроде дома, знакомятся с окрестностями, с городом.

Вне и около.

И, на данный момент, они все еще чувствовали себя свободными и ясными.

Не прячусь, не убегаю, не двигаюсь дальше.

Пока.

Она оттолкнулась локтем на своем уровне гаража и вытащила свой сигнальный линк по пути к своей машине.

"Большой привет от the Rope "N Ride", - сказал Кармайкл. "Йи-хо".

"Ты должен поскорее убраться оттуда ко всем чертям".

"О, черт возьми, Даллас. Кто-то только что назвал меня маленькой леди. Я не маленькая, я не леди. Я хотел ударить его, и он был действительно симпатичным. Но я отвлекся. Элла-Лу Парсенс работала здесь официанткой и предлагала сексуальные услуги, за плату, на стороне. Без лицензии. Но это не то место, которое придает большое значение лицензиям. Очень милый бармен сказал Сантьяго - поскольку он не стал бы обсуждать такие вопросы в присутствии маленькой леди - что bjs были ее специальностью ".

"Держит ее под контролем".

"По моему личному опыту, можете не сомневаться. Она могла быть стервозной, всегда говорила о том, чтобы уехать на восток. Утверждала, что копит деньги, выжидая время, пока не сможет отправиться в Нью-Йорк, стряхнуть пыль прерий со своих ботинок и зажить жизнью большого города ".

"Девушка с мечтой. А Джеймс?"

"Бармен там невнятный, но я нашел другую официантку, которая, как я подозреваю, также предлагает сексуальные услуги, которая его помнит".

"Привет, хорошенькая малышка!"

Ева услышала пьяный мужской голос, увидела, как взгляд Кармайкла скользнул по ней.

"Почему бы нам с тобой не покружиться на танцполе?"

"Почему бы тебе не выйти, не начать вращаться, а я догоню, когда закончу здесь?"

"Отлично".

"Женщина могла бы скакать на веревке и оседлать полдюжины мужчин, если бы у нее было такое желание, за одно посещение этого заведения. Просто говорю ", - добавил Кармайкл.

"Сколько у тебя прядильных?"

"Сбился со счета". Кармайкл захлопала ресницами. "Но я подозреваю, что Элла-Лу оказывала больше сексуальных услуг, чем разливала пиво. Ее коллега помнит, как Элла-Лу набросилась прямо на Дэррила Роя Джеймса, как будто он был ответом на молитву. И, по сути, предупредила своего коллегу, применила физическую силу по этому поводу. Запихнул ее в кабинку туалета и пригрозил отрезать ей сиськи - это цитата, - если она подойдет к Джеймсу.

"Позже упомянутый коллега вышел на задний двор, чтобы передохнуть - возможно, это включало в себя поглощение запрещенного вещества - и увидел, как они вдвоем стучат, как молотки, по утилизатору".

"Итак, сразу к сексу".

"Не проходи bjs. Ни один из них так и не вернулся. Элла-Лу должна была заплатить за две ночи, но они полагают, что она выдумала это, украв ящик пива со склада. И в кассе в ту ночь не хватило нескольких сотен, по словам Seriously Cute. Мы собираемся пройти мимо, откопать ее бывшего домовладельца, но здесь говорят, что она оставила почти все и задолжала арендную плату за две недели ".

Ева вырулила из пробки, пока слушала. "Секс и воровство, но они не смогли оставить все как есть. Что, черт возьми, это за шум?"

"Нам сказали, что позже приедет их группа, но сегодня днем они исполняют караоке в стиле кантри - с двух до четырех. Веселье никогда не заканчивается ".

"Сейчас шестнадцать тридцать. Почему они не останавливаются?"

"Здесь пятнадцать тридцать, лейтенант".

"Как это может быть - неважно. Проверьте бывшее место жительства, затем отправляйтесь в тюрьму. У нас здесь было несколько хитов. Я пришлю тебе отчет. Хорошая работа ".

Ева бродила по улицам, заметила пиццерию, китайский ресторан. Поскольку двойная парковка привлекла бы внимание, она заплатила за перевозку много, прошла тот же участок пешком, нашла оборудование, круглосуточный бутик, ломбард, показала фотографии другим владельцам магазинов, операторам глайдкартов.

Они здесь, подумала она, разглядывая лица, машины, здания. Ей нужен был только один из них, чтобы выйти за пределы их гнезда. Сходи за едой, выпей шесть банок пива.

Но она ничего из них не увидела и пошла обратно к своей машине.

Она ехала домой, думая, что Кэмпбелл и Маллиган, возможно, заперты в одном из зданий, мимо которых она проезжала, и эта мысль терзала ее, несмотря на ужасное движение и начавшийся мокрый снег.

Она хотела дома и тишины, жаждала их, как воды после засухи. Всего лишь час тишины, когда никто не разговаривал с ней, не передавал ее данные, не ждал от нее ответов.

Она затащила себя в тепло.

"Рано и в одиночестве?" Соммерсет одарил ее долгим, холодным взглядом темных глаз.

Она обнаружила, что у нее нет сил нанести ему удар.

"Они будут накапливаться позже".

Кошка подошла, чтобы потереться о ее ногу, но она просто повернулась к лестнице, начала подниматься, не снимая пальто.

Соммерсет направился прямо к домофону в доме. "Я полагаю, лейтенант уперся в стену. Она на пути к возвышению ".

"Я присмотрю за ней", - сказал Рорк.

Без сомнения, подумал Соммерсет и отметил, что кот последовал за ней.

Когда она вошла в спальню, Рорк увидел это. Истощение - если не физическое, то умственное. Импульс с утра, весь этот напор, спешка, прогресс, а ей еще предстояло пересечь финишную черту.

От этого зависят жизни двух людей.

Он мог чувствовать тяжесть, которую она несла.

"Я не знал, что ты тоже был дома". Она бросила папку с документами на диван в гостиной. "И рано".

"Немного". Он скорректировал свои планы, чтобы закончить кое-какую работу до обеда. "Сколько полицейских в доме?"

"Только я. Они придут позже. Я бы сказал, час или два. Прости."

"Часа или двух будет достаточно. Я подумал, что искупаться было бы неплохо. Теперь мне не нужно плавать одному ".

"Я действительно должен -"

"Расслабься", - закончил он. "Мы оба будем работать лучше, будем острее на перерыв".

"Я не думаю, что Кэмпбелл и Маллиган получают передышку". Она услышала злость в своем голосе, подняла руку, чтобы он не огрызнулся в ответ. "Это неправильно, просто неправильно, и я знаю лучше. Я чувствовал, как это ломается весь день, весь проклятый день, но..."

Отдохни час, посоветовала ей Мира. Иногда тебе приходилось слушать.

"Я бы не отказался поплавать. Я мог бы провести час с тобой, не говоря обо всем этом ".

"Я мог бы использовать то же самое".

"Дай мне секунду".

Она сняла пальто, перевязь с оружием и, немного подумав, села, чтобы снять ботинки. Затем она встала, потянулась к его руке. "Пойдем".

Когда они вошли в лифт, он повернул ее лицо к своему, поцеловал ее. "Добро пожаловать домой".

"И тебе того же". Затем она вздохнула, положила голову ему на плечо, потому что она могла, она могла сделать это с ним, не будучи слабой.

Маленькие, ежедневные чудеса.

"Мой мозг устал".

"Я знаю, и у тебя начинает болеть голова. Я вижу это".

"Так вот почему они такие синие? Рентгеновские глаза?"

"Там, где это касается тебя".

"Мне не нужен блокирующий, просто немного тишины. Сегодня я поговорил с полумиллионом человек, большинство из них по крайней мере дважды. Ты, вероятно, сделал вдвое больше ".

"И разве тихий час не пойдет на пользу нам обоим?"

Они вышли наружу, в тропическое блаженство растений и карликовых деревьев и прошли через него к глубокой синей воде.

"Боже, это выглядит действительно хорошо".

"Что ты делаешь?" спросил он, когда она открыла кейс.

"Надеваю костюм".

"Для чего?"

"Слушай, я знаю, что сказал час или два, и, вероятно, но что, если копы придут раньше? А что, если один из этих копов подумает, как и мы: эй, искупаться было бы неплохо. Я не рискую ходить голым".

"Если ты хочешь уединения..." Он взял костюм из ее рук, отложил его в сторону. "Для этого нужно всего лишь заблокировать лифт с этого уровня, что я и сделал".

"Блокирование лифта". Она рассеянно потерла головную боль между глаз. "Почему я не подумал об этом? Они не могут попасть сюда?"

"Они могли бы, если бы Макнаб решил обойти, что было бы для него своего рода вызовом. Но я верю, что мы можем доверять ему в том, что он уважает нашу частную жизнь ".

С этими словами он задрал ее свитер.

Она рассматривала Макнаба, обходя, затем кивнула. "Нет, он бы этого не сделал. Один вопрос, - добавила она, снимая брюки, " прежде чем наступит тишина."

"Я могу ответить на один вопрос".

"Как это может быть в Оклахоме на час раньше, чем здесь, и в то же время здесь, на Багамах? Оклахома находится в той же проклятой стране, что и мы, верно? Это Америка. А Багамы - нет. Не нужно быть гением географии, чтобы знать, что Багамы не находятся в США, а Оклахома есть. Так почему, ради Бога? Как?"

Господи, он обожал ее. Просто обожал каждый дюйм ее тела, когда она стояла там в нижнем белье, излучая раздраженное замешательство.

"Наука полна тайн".

"Мне это кажется полной чушью. Кто, черт возьми, решает такие вещи?" потребовала она, снимая баллон. "Кто вообще создал богов времени?"

"Это больше, чем один вопрос".

"Они связаны", - заявила она и выскользнула из трусиков.

Поскольку ему понравился ее небрежный стриптиз, он подождал, пока она закончит, нырнул внутрь, прежде чем раздеться.

Она сделала четыре жестких круга, затем перевернулась и поплыла на спине.

"Иногда, когда тебя здесь нет, я делаю это. Просто плыви вот так и думай, что я в этом огромном бассейне в этом огромном доме, и если этого недостаточно, чтобы задрать тебе юбку, ты будешь работать наверху или скоро придешь домой, или еще лучше ..."

Она протянула руку, почувствовала, как его пальцы соединились с ее. "А еще лучше, прямо здесь. Это действительно хорошая сделка для меня ".

"И для меня тоже. Я подумаю: "Посмотри на нее, только на нее, и она моя". Моя единственная вещь, которую я хотел задолго до того, как понял, что хочу ее ".

Она повернулась, поплыла по воде, затем скользнула внутрь, чтобы обвиться вокруг него. "Я действительно люблю тебя".

Он пробормотал ей в ответ эти слова по-ирландски, заставив ее улыбнуться.

"Они действительно не могут попасть сюда?"

"Запертый и заблокированный".

Она откинула голову назад. "Тогда давай отвлечемся друг от друга на этот день. Просто сотри это, прежде чем мы соберем все это снова ".

Она завладела его ртом своим, погрузилась в него, когда они погружались под поверхность.

Невесомый, дрейфующий, пока ее ноги не коснулись дна, и они вместе оттолкнулись и поднялись.

В воздух, который пах тропическими садами, где единственным звуком был мягкий плеск воды. Прохладная вода, теплый воздух и руки ее любимого, обнимающие ее.

Они снова погрузились, рот в рот, на этот раз его руки скользили по ней, находя ее секреты, так что она вынырнула, затаив дыхание, с колотящимся сердцем.

Они катались, лениво кувыркаясь в воде - выше и ниже - даже когда ее пульс участился, словно в гонке с удовольствием. Медленно и легко, затем быстро и грубо. Быстрые перемены сделали ее слабой и желающей, дрожащей и нетерпеливой.

Она отдалась этому, ему, обхватив его лицо руками, снова погружаясь, погружаясь в бездонную любовь. И почувствовала силу своей собственной капитуляции.

Вода становилась все теплее, по мере того как он вел их к углу лагуны. Теперь вода слегка вспенивалась, покалывая ее кожу.

Ему нравился ее вид вот так, потерянный, и его, ее волосы, скользкие от влаги. Прижав ее к стене, он погрузился сам, чтобы исследовать все, что находится под поверхностью этой пенистой воды.

Ее грудь у него во рту, ее сердце, бьющееся у его губ, когда ее руки пробежали по нему. И глубже, приподнимая ее бедра, чтобы найти ее центр, чувствуя, как она кончает, когда он использовал свой язык, чтобы управлять ею.

Мокрый и теплый, длинный и тощий, и вспенивающийся сейчас, как вспенивается вода. Бедра приглашающе покачивались, когда он снова взял ее.

Он скользнул губами вверх по ее телу, опустил руку туда, где только что был его рот. И смотрел, как она снова летит, ее руки хватаются за края, ее глаза как янтарное стекло, когда она закричала.

Она вздрогнула, обмякла.

"Боже. Бог. Я не могу".

"Еще. Еще немного. Отпусти. Все. Все. Отпусти". Жадность к ней погубила его. Он снова использовал свои руки, снова использовал свой рот, разрушая, насилуя. Он хотел услышать ее крик.

Когда она это сделала, когда ее тело выгнулось дугой, напряженное, как проволока, он погрузился в нее, толчок за диким толчком.

"Мой". Без Ума от нее, без ума от нее, он вонзился в нее, его рот, его зубы на ее плече, на ее горле. "Мой. Мой".

Она снова вскрикнула, дрожа. И ее руки обвились вокруг него, ее ноги обхватили его. "Мой", - сказала она. "Мой".

И он отпустил. Все и вся.

Потерпевшие крушение, они плавали там, где были, в тихой, бурлящей воде.

"У меня не болит голова, это положительно". Она вздохнула, погладила его по мокрым волосам. "Прямо сейчас меня не волнуют Багамы".

"Тогда моя работа здесь закончена".

"Это похоже на рефлексологию?"

"Это что - секс? Рефлексология?" Он издал смешок, когда их глаза встретились. "Откуда берутся эти мысли?"

"Мистер Мира потирает ногу Мире. Рефлексология. Это помогает ей расслабиться, и я подумал... Нет, сотри это. Сотри это, потому что это заставляет меня задуматься о них и сексе, а я действительно не хочу ".

"Почему, после того как я так тщательно... расслабил тебя, не мог бы ты вложить это в мою голову?"

"Непреднамеренно. Приношу извинения". Она поцеловала его в щеку, поднялась. "Я должен вернуться наверх".

"Протяни нам руку помощи". Он протянул один ей. "Поскольку ты также полностью расслабил меня".

Они взялись за руки, и когда он встал рядом с ней, она еще раз обняла его. "На улице идет мокрый снег".

"Хорошо".

"И у нас только что был действительно потрясающий секс в бассейне. Это кульминационный момент ". Она поднялась и вышла из бассейна. "Вы с Мирой были правы. Моя голова прояснилась, и я собираюсь вернуться к работе посвежевшим к перерыву ".

"Она предлагала тебе заняться сексом?"

"Она не была конкретна". Она схватила полотенце, бросила ему одно. "Но она хотела, чтобы я уделил ей час. "У Парсенс - это женщина-убийца - был ребенок от Джеймса, ее партнера. Я введу вас во все это, но он недолго сидел в тюрьме штата Оклахома, и у нее был ребенок. Она поехала обратно к своей матери, сыграла мелодию, затем уехала с ценными вещами и оставила ребенка. Ушел однажды ночью, никогда не оглядываясь назад ".

Ничего не говоря, он повернул Еву к себе, прижал ее к себе.

"Это не то же самое. С ребенком все будет в порядке. Так ребенку будет лучше".

"Но это навевает воспоминания. Это бередит старые раны".

"Некоторые. Но это помогает мне узнать Эллу-Лу Парсенс. Это помогает мне думать так, как думает она. Это оружие на нашей стороне. Но между этим и кучей всего остального мне нужен был перерыв ".

"Я мог бы изучить рефлексологию".

Теперь она засмеялась, начала одеваться. "Я возьму секс".

"Держу пари, Мирас делают то же самое".

"Черт, ты просто должен был, не так ли?"

"Я сделал, да. А теперь я выпью бокал вина, и мы перекусим, поскольку, я полагаю, вы практически ничего не ели с завтрака. Ваши копы смогут постоять за себя, когда доберутся сюда ".

Он взял ее за руку, когда она одевалась. "Идет мокрый снег, ты сказал?"

"Да".

"Я думаю, это требует какого-нибудь сытного рагу".

"Этот материал с вещами".

"Конечно, я просто подумал о том же".

Она ухмыльнулась ему, когда они вошли в лифт. "Начините курицу всякими штуками, начините клецками".

"Ах, да. Посмотрим, сможем ли мы справиться с этим ".

Сначала они зашли в спальню. Она хотела обувь.

В офисе она обновила свою доску, пока он выбирал белое вино к курице и клецкам и добавлял салат из шпината.

Она была бледнее, чем ему нравилось, как случалось слишком часто, когда она выходила за собственные пределы.

Она начала посвящать его в тот день, когда услышала приближение остальных.

Тихое время закончилось.

Когда они ввалились, она решила, что все трое выглядят примерно такими же измотанными, как и она, напомнив ей, что в тот день они занимались этим почти так же долго.

"Мы собираем немного еды. Возьми тридцать. Иди искупайся".

Пибоди остановился, моргнул. "Серьезно?"

"Возвращайся свежим".

"Плавать? Ты хочешь сказать, что в доме действительно есть бассейн?"

"Не просто бассейн", - сказала Пибоди Баннеру. "Удивительный бассейн с пузырьковой лагуной".

"Это пинает корову под зад. Я бы не прочь окунуться, но у меня не было с собой плавательного снаряжения ".

"Этого там, внизу, предостаточно. Мы не можем прикрыть коровью задницу, " размышлял Макнаб, " но мы можем прикрыть твою. Давай промокнем".

"Я с тобой. Всего одна секунда. Лейтенант, я хотел, чтобы вы знали, что я связался со своим шефом, сказал ему, что Малыш Мел был убит все это время. Я отправил ему отчет о нем и о Fastbinder. Он собирается поговорить об этом с мамой маленького Мэла. Он сказал... он сказал, что гордится мной ".

Усталость охватила его, Бэннеру пришлось остановиться, чтобы прочистить горло. "Он хороший человек, хороший босс, но это не те вещи, которые вы слышите от него каждый день. Я вернулся к работе, но он говорит, что я с тобой здесь, пока я полезен в этом ".

"Я дам тебе знать, когда ты перестанешь быть полезным".

Его губы изогнулись в улыбке. "Тогда ладно. Я пойду искупаюсь".

"Вернемся через тридцать", - крикнула Ева, когда они втроем вошли в лифт. "Этого достаточно", - сказала она Рорку, когда двери закрылись, "потому что, поскольку я не вижу, чтобы происходил секс втроем, никакого секса у бассейна не будет".

Он покачал головой на это. "Ты поешь и догонишь меня, чтобы мы не потратили впустую тридцать".

Когда она села рядом с ним, взяла первую ложку тушеного мяса, оно впиталось в нее, как амброзия. Она не знала, что, черт возьми, такое амброзия, но готова была поспорить на хорошие деньги, что курица и клецки превзойдут ее.

"Элла-Лу Парсенс, Дэррил Рой Джеймс".

Рорк кивнул в сторону обновленной доски. "У меня есть это много".

Она слегка улыбнулась. "Мужчина заходит в бар", - начала она.

Она почти закончила с едой и инструктажем, когда троица вернулась, болтая, как...

"Что это за птицы в Ирландии?"

"У нас есть более чем одна разновидность".

"Те, что в высказывании".

"Кукушки?"

"Нет, но это подошло бы. Один за что-то, а другой за что-то другое ".

"Интересно, откуда я знаю, о чем ты говоришь. Сороки".

"Вот и все".

"Мы заглянули в новое додзе. Мы туда не заходили, " быстро сказала Пибоди. "Но просто хотел посмотреть. Это мэг".

"Это удивительный дом", - добавил Баннер. "Это никогда не прекращается".

"Хватай еду. Рорк почти в курсе событий ".

"То, что у тебя есть, пахнет тотально". Макнаб фыркнул.

"Куриное рагу с клецками", - сказал ему Рорк.

"Пальчики оближешь! Этого достаточно?" Пибоди задумалась.

"Есть".

"Я подниму это. Я помню, как там работает кондиционер. Меньшее, что я могу сделать", - закончил Баннер.

"Один алкогольный напиток. Вино или пиво, тогда это кофе ".

"Это будет вино для тебя, не так ли, Пибоди?" Рорк поднялся, чтобы принести ей бокал. "Йен?"

"Это сработает. Может быть, просто вино повсюду. Мы все будем на одной волне ".

"Каков статус появившегося баннера с электроникой?" Спросила Ева.

"Мы с Фини решили это, привлекли к этому и Каллендара. У нас есть автомобиль, работающий всю ночь ".

Макнаб взял одну из маленьких хрустящих булочек из неглубокой миски на столе, подбросил ее в воздух, поймал. Вонзился прямо в нее.

"Проблема с каналом связи из китайского заведения в том, что он слишком старомодный, " сказал он за хлебом, " и когда они переопределяют его миллион раз, передачи сливаются воедино, даже после того, как вы их откопаете. Если бы мы знали код ссылки, за которым мы охотимся, конечно, мы бы со временем его разобрали. Идти вслепую, пытаясь найти единственного, не зная кода или зарегистрированного имени, это полный бред ".

"Мы также взглянем на это здесь". Рорк принес бокалы, налил. "Но я должен согласиться. Это вызов, когда ты знаешь, чего конкретно добиваешься, но не зная конкретики, это выстрел в темноту ".

Баннер принес поднос с мисками дымящегося рагу. "Парень в ресторане думал, что знает, по крайней мере, часть заказа, примерно приблизительное время. Но Макнаб говорит, что там много слоев, и много людей подписывается за это время, много заказов на курицу кунг пао, яичные рулетики и тому подобное ".

"Мы уже очистили некоторые каналы безопасности". Макнаб вгрызся прямо в суть. "Это не будет чем-то большим. Мы получаем достаточно там, мы думаем, что попробуем камеры на витринах магазинов, посмотрим, сможем ли мы поймать их на ходу. Найди направление".

"Это здесь так же хорошо, как у моей мамы, если не лучше". Бэннер обвел взглядом стол, накладывая ложкой еще тушеного мяса. "И я был бы признателен, если бы никто не повторил это, если вы когда-нибудь встретите ее. У меня сложилось впечатление, что они, скорее всего, ближе к ресторанам, чем к скобяным изделиям, потому что они бывали там чаще. Действительно, Джеймс купил тот большой рулон пластика, и там трудно найти парковку, так что вы бы не подумали, что это далеко ".

Он осторожно попробовал вино, затем поднял брови. "Это мило. Я думал, когда мы с Бакстером шли по ней, если бы я охотился за пластиком и всем прочим, я бы пошел пешком, совершил две поездки, если бы понадобилось. Вы все больше привыкли к пробкам и всему такому. Джеймс был бы больше похож на меня там, я думаю. Ты хочешь припарковать его, насколько это возможно ".

Ева откинулась на спинку стула. "Уберите фургон подальше, выводите его только на охоту. Иди пешком или попробуй общественный транспорт в противном случае ".

"Вождение в этом городе - безумие, и все, кто это делает, всегда кажутся более чем немного взбешенными. Я заплатил то, что должен был заплатить, чтобы прокатная компания приехала за машиной, на которой я обычно сюда добирался. Я вернусь на автобусе до транспортной станции, когда буду уходить. Может быть, стоит попробовать метро ".

Ева поднялась, подошла к доске. "Где бы они ни гнездились, весьма вероятно, что это был вопрос возможности. Пустая квартира, незанятое здание все еще не могут быть оставлены без внимания, или они вторглись в чей-то дом. В центре города. Модные районы, может быть, что-то, о чем она читала или видела на экране. Не могу сказать почему на данный момент, но они находятся в Нижнем Вест-Сайде, ниже Вест-Виллидж. К северу от Трайбеки, к западу от Сохо и Гринвич-Виллидж. Ничто другое не подходит так хорошо ".

"Вы думаете, что они могут удерживать третьего человека - или больше", - сказал Рорк. "Если бы они увидели возможность силой или вломиться в дом, квартиру".

"Я играл с этой идеей, проверял пропавших людей в течение дня. Но они забрали Маллигана. Это двое, которые у них есть, если только они не убили Кэмпбелла и не потратили время и усилия, чтобы спрятать тело ".

"И зачем прятать ее, когда они не спрятали Купера", - вставила Пибоди.

"Держащий третьего, или, скажем, пару, семью?" Глядя в глаза убийц, Ева покачала головой. "Это тяжело, это грязно, это работа. И если ты убьешь их, тебе придется иметь дело с еще большей неразберихой. Не могу долго хранить тела. Их схема, до Маллигана, была одна за раз. Я полагаю, что вероятность того, что они удерживают кого-то еще, невелика.

"Но у них есть место". Она открыла карту, взяла лазерную указку, обвела. "Прямо здесь".

"От двери к двери?" - Спросила Пибоди.

"Я бы хотел попытаться сузить круг поиска еще больше, но это может быть следующим шагом. Федералам потребуется некоторое время, чтобы прочитать отчет Девинтера, обработать его, выяснить, какую задницу почесать. У Цвека есть то, что есть у нас, и мы посмотрим, что он с этим сделает. Может быть, мы остановим проверку на утечку газа, что-то в этом роде. Я хочу более узкую область, прежде чем мы попробуем это ".

Она обвела доску. "В фургоне ничего нет. Ничего от дополнительных патрулей в этом секторе."

"Они должны когда-нибудь выходить". Макнаб пожал плечами. "Какой смысл проделывать весь этот путь до Нью-Йорка и оставаться внутри?"

"Они действительно хорошо проводят время внутри", - ответила Ева.

"Ешь", - приказала она. "Тогда давайте начнем сжимать коробку".

19

В ее кабинете пахло курицей и клецками- вымоченными в крепком черном кофе, с примесью вишни из "бесконечных шипучих напитков Макнаба".

Рорк привлек еще одного помощника, когда она раздавала задания. Пибоди прикроет глубокую предысторию Дэррила Роя Джеймса, Баннер - глубокую предысторию Эллы-Лу Парсенс. Рорк и Макнаб продолжили бы электронную работу, просматривая диски системы безопасности в качестве улик и проверяя любые камеры наблюдения на витринах магазинов, которые могли забрать их подозреваемых пешком.

Ева работала с картами, сосредоточившись на попытке сузить зону поражения фут за футом.

Первое прерывание, ссылка от специального агента Цвек, выбило ее из колеи. Но к концу она откинулась на спинку стула, положив ноги на стол.

"Я буду держать тебя в курсе", - сказала она ему. "Ты дашь мне знать, как ты хочешь действовать со своей стороны".

Она взяла свой кофе и, хотя за время разговора он остыл, все равно выпила его.

"Федералы не подпишут Литтла и Фастбиндера как жертв загулявших убийц, которых они все еще называют субъектами".

Голова Бэннера поднялась одним быстрым рывком. "Что?"

"У кого-то член завязался в узел из-за отчета Девинтер, в котором, по-видимому, поджаривались задницы, многие из которых она назвала поименно, прежде чем нарезать их для сковороды".

Да, она определенно задолжала Девинтеру этот напиток.

"Останки" о которых идет речь", будут переданы в федеральное учреждение утром, где федеральные специалисты-криминалисты проведут осмотр и тесты".

"Это чушь собачья".

"Это бюрократия. Девинтер в ярости и топчет другие члены, чтобы забрать останки Ноа Пастона в свой дом. Ближайшие родственники мальчика подписали это, и я ставлю на Девинтера. Ах да, я забыл ".

Ева обвела пальцем в воздухе. "То же самое. Хотя федералы будут расследовать дела Джеймса и Парсенса, тщательно изучат наши отчеты и выводы, на данный момент они не будут называть их в качестве подозреваемых. Официально они являются только "лицами, представляющими интерес" ".

"Мы выследили их", - начала Пибоди.

"Мы подтвердили, что Джеймс и Парсенс встречались в Оклахоме в 57-м. Есть разумные доказательства того, что Джеймс угнал пикап 52-го года выпуска, соответствующий описанию того, который был незаконно отбуксирован Доррансами. Федеральные расследования проследят за тем, что осталось от этого автомобиля, чтобы подтвердить или опровергнуть, что Джеймс якобы угнал именно его. Мы установили, что Парсенс родила ребенка женского пола, но до тех пор, пока ДНК не будет проверена, отцовство ребенка остается вопросительным знаком для федералов ".

"Придурки", - пробормотал Баннер.

"Чувство, которое, я полагаю, Цвек разделяет, но был осторожен, чтобы не озвучивать. На данный момент мы не можем без сомнения доказать, что Парсенс и Джеймс кого-либо убили или, действительно, выбрали маршрут, который мы определили в ходе нашего расследования. Мы, к их удовлетворению, не доказали, что ни Парсенс, ни Джеймс действительно находятся в Нью-Йорке. Они проверят корм на погрузочной платформе, а утром Цвек проверит хозяйственный магазин, ломбард, рестораны ".

"Ступающий по нашим следам", - сказала Пибоди. "Напрасная трата времени и ресурсов".

"Члены", - ответила Ева и сделала руками связывающее движение. "Вот что это значит для нас. У нас не будет всей мощи федеральных ресурсов для расследования. Они также не будут нам мешать. Цвек, насколько я могу судить, собирается сильно сопротивляться этому. Он, по-видимому, не дебил.

"Это также означает, что у нас есть передышка в связи с тем, что ФБР обнародовало имена и лица Джеймса и Парсенса для СМИ. Передышка, потому что кто-то может развязать свой член достаточно надолго, чтобы выбросить их как яд ".

Баннер рассмотрен. "Итак, ничего особенного не меняется".

"Ничего особенного. Цвек собирается устроить настоящий ад - это мое мнение. Но кому-то более высокому в пищевой цепочке не нравится, когда ему говорят, что он неправ - и ошибка может, в конечном счете, в средствах массовой информации выставить его в плохом свете. Федералы не послушали тебя, Баннер, и ты был прав. Это делает их неправыми. Помощник шерифа из маленького городка - без обид."

"Не обижайся".

"Был прав, а ФБР ошибалось. Это свяжет в узел много членов ".

Ева кивнула в сторону доски со своего места. "И если бы они сделали то, что сделал ты, если бы они отступили от Литтл Мел, привязавшись к Янсену, возможно, они поймали бы этих ублюдков раньше. Возможно, некоторые люди все еще были бы живы ".

"Им придется с этим жить", - сказал Баннер.

Ева знала, что тот значок, чей член сводило от неправоты, мог и действительно жил с этим. Они просто переложили вину вниз по пищевой цепочке.

"Это "может быть", - продолжила она, - и такого рода "может быть" не очень хорошо смотрится в пиаре и политических терминах. И это ничего не меняет для нас. Так что расскажи мне еще немного о Джеймсе ".

Бэннер запустил руку в волосы, поерзал на стуле.

"Он не особо любил школу, бегло просматривал, немного повторял, раз или три занимался с репетитором, спонсируемым государством. Никаких дополнительных действий, ничего сверх обязательных требований. Это включает в себя спорт, и это скорее исключение, чем правило в маленьких городках, откуда я родом ".

"Не командный игрок", - заключила Ева, - "не академик".

"Даже близко нет. У него слабое место в сексе и женщинах ".

"Подробности".

"У меня здесь есть куча статей о том, как у него был роман с одной из его учительниц. Ему было пятнадцать, ей - двадцать шесть. Она отсидела за это ".

Ева выпрямилась в своем кресле. "Был ли он принужден?"

"Так не читается. Я пришлю их тебе, но там совершенно ясно читается, что его не принуждали, не принуждали и не оказывали давления. Это нисколько не извиняет учителя, и это законное изнасилование, как ни крути, но он был готов и нетерпелив. Заводил с ней роман ".

"Снова романтика".

"Покупал ей цветы, писал ей плохие стихи, дарил ей маленькие подарки. Выяснилось, что он украл большинство из них. И он также трахал двух других девушек в течение тех же шести месяцев - это выяснилось, когда они давали показания. Одна получила пощечину, когда ей было восемнадцать. Другому было шестнадцать, так что это юридически по обоюдному согласию."

"Секс, воровство, романтика. Он начал все это молодым ".

"Возникли некоторые проблемы - его досье на несовершеннолетних не закрыто", - добавил Баннер. "У меня была история магазинных краж, и я перевел это на увеселительные поездки, уничтожение имущества, пару мелких нападений. Обычная назначенная судом консультация, общественные работы. И короткий период реабилитации, когда он связался с какими-то нелегалами. Не могу попасть ни в один из его психологических отчетов - они запечатаны ".

Ева подумала о Рорке - быстрый способ. Или Мира - официальным способом. "Мы преодолеем это, если необходимо". В любом случае.

"Он проявил способности к механике - ему больше повезло в тот год, когда его отправили в ремесленную школу. Проявлял интерес выше среднего и способности к электронике. Что вы понимаете, лейтенант, так это то, что он не слишком умен, но имеет сноровку в этих областях. Но он чертовски ленив с этим. Он сбежал в шестнадцать, оказался в Техасе, попался при попытке угнать машину и там отсидел свой срок в колонии для несовершеннолетних. Мы получили почти все остальное из этого ".

"Передай это Мире. Это дополнит общую картину. Пибоди, Парсенс."

"Это будет звучать как множество повторений. Успевающий в школе на низком уровне, никаких внеклассных занятий, с несколькими отстранениями и отзывами за драки, раздражение других, необоснованные прогулы. Обвинил учителя-мужчину в растлении. Тщательное расследование там, на мой взгляд. Учитель был полностью оправдан. Обратился к другому, у которого в кармане был диктофон, работающий. Секс за проходной балл был ее предложением. Любой вид секса, который он хотел. Обязательная консультация, назначены общественные работы. Бросила учебу, как только достигла совершеннолетия. Постоянной работы нет, и вся зарегистрированная занятость - работа в баре. Подал заявку на получение лицензии LC в восемнадцать, снова в двадцать один. Оба раза отказано".

Когда она взяла свою кружку и, нахмурившись, заглянула в нее, Баннер сказал: "Выходишь?"

"Да".

"Я тебя вылечу".

"На самом деле, я бы не отказался от чего-нибудь сладкого в этот момент. Не могли бы вы сделать апельсиновую шипучку?"

"Приближается. Продолжай идти", - сказал он, поднимаясь. "Я слышу тебя".

"Я откопал пару отчетов, когда она была несовершеннолетней. Ее обвинили в убийстве собаки - дважды".

Сейчас, подумала Ева. Так оно и было. Потребность проливать кровь, причинять боль.

"Насколько молодой она была?"

"В первый раз им было тринадцать - они не смогли точно установить, но она переспала с другой девушкой из-за парня. И собака девушки закончила тем, что съела отравленный корм. В следующий раз ей было пятнадцать, и это был тот же сценарий. Только на этот раз собаку зарезали, сожгли и нашли повешенной на дереве ".

"Сука", - пробормотал Баннер из кухни. "У меня слабость к собакам. Я знаю, что она убивает людей, но у меня есть слабое место ".

"Пытать и / или убивать животных. Одна из основ серийного убийцы. В конце концов, она бы ушла к людям. С Джеймсом или без него, она бы эволюционировала до этого. Есть еще?" Спросила Ева.

"У нас есть несколько полицейских отчетов с ее участием, в то время парень-заявитель выдвигал ей одно, другие обвинения в изнасиловании или растлении. Судя по фотографиям и отчетам, хлопки действительно происходили, и были взаимными. Ни одно из обвинений в сексе не подтвердилось ".

"Секс как вознаграждение, оружие, как валюта. Я уже говорил с Чарльзом о подобных вещах раньше ".

"Какой Чарльз?" - Спросил Баннер, вернувшись с двумя шипучками.

"Бывший LC, нынешний сексопатолог, друг", - объяснила Ева. "И если бы мы посоветовались с ним, я бы ожидал, что он скажет, что секс никогда не был для нее настоящим удовольствием. Всегда оружие или инструмент. Может быть, мы обнаружим, что она позвонила в этот колокольчик с Джеймсом, и это то, что удерживает ее с ним. Это и убийство".

Пибоди сделала большой глоток шипучей, поморщилась, потерла между бровями. "Резкое похолодание. Почему я это делаю? Она убегала пару раз, будучи несовершеннолетней, но всегда возвращалась сама. Ушел навсегда в восемнадцать. Отчим сообщил о краже вещей, наличных, но отозвал жалобу."

"Ее мать толкнула туда", - предположила Ева.

"Она скакала повсюду, в итоге оказалась на веревочном аттракционе".

"Организуй это, доставь это Мире. Когда мы поймаем этих двоих, мы прижмем их к стенке ".

Она поднялась, вытащила свой сигнальный линк. "Сантьяго, отдай это мне".

"Мы задержали начальника тюрьмы, пару охранников, старшую официантку из заведения, где работала Парсенс, ее бывшего домовладельца и, в довершение всего, акушерку, которая принимала роды у ее ребенка. Мы загнали их в угол, босс ".

"Ты был там слишком долго".

"О да".

"Подведи итог. Ты на экране ", - сказала она, возвращаясь в свой офис, и заказала открытую передачу. "Разговаривает с комнатой".

"Эй, комната. Хотел бы я быть там. Согласно всем отчетам, Джеймс держал голову опущенной, а нос чистым во время своего заключения. Прослушал несколько курсов по электронной работе, преуспел. Работал в механическом цехе, делал исключительные вещи. На самом деле его рекомендовали для работы в местном гараже здесь, но он попросил разрешения вернуться домой после своего досрочного освобождения, заявив, что он и его женщина хотели вернуться домой, где за их ребенком ухаживала семья. Указанное разрешение было предоставлено. Он никогда не докладывал ".

"Они взлетели, направляясь на восток".

"Охранники в его блоке говорили, что он был приветливым и легким. Много читал о своем пребывании в, рассказывал о своей женщине, которая навещала его каждую неделю. Они воспользовались каждым запланированным супружеством. По словам супервайзера Парсенс в баре, она была не из тех, кого можно назвать начинающими самостоятельно, не ладила с другим персоналом и подозревалась в предложении сексуальных услуг на стороне. Ее домовладелец добавляет к этому. Она приводила мужчин домой, но ни один из них не оставался больше часа, обычно меньше. Она ушла без предупреждения и задолжала арендную плату. Она водила пикап, раз или два обслуживала его - и, как полагают, платила за услугу обслуживанием ".

"Здесь нет сюрпризов".

"Акушерка? Она говорит, что определенно впитала во время беременности - но она никогда не могла этого доказать. Кошачьи ласки - это цитата - во время родов, которые, согласно источнику, были такими же легкими, как у кошки, родившей котят. Я не могу говорить об этом, у меня никогда не было котят или ребенка, за что я остаюсь вечно благодарной ".

"Что это за шум?"

"Это коровы, лейтенант. Или управляет. Я думаю, что есть разница, но я не собираюсь спрашивать. В трейлере, рядом с которым Кармайкл решил припарковаться, находятся ... члены семейства коров / бычков / рогатого скота. Я действительно не думаю, что им там нравится ".

"Ты должен убраться оттуда, на случай, если они выберутся".

"Я думаю об этом". Оглянувшись через плечо, он отошел на несколько шагов. "Ты был за пределами планеты, верно, лейтенант?"

"Да".

"Я не видел, но я думаю, что это что-то похожее. В любом случае, акушерка заявила, что роды у Парсенса были типичными и быстрыми. После этого Парсенс не проявил интереса к ребенку. Акушерка была достаточно обеспокоена, она приходила дважды в день, в свое свободное время, чтобы проверить ребенка, убедиться, что он чистый и накормлен. Молоко из бутылочки и купленное в магазине, что вызвало суровое неодобрение акушерки. Парсенс сказал - цитирую - что ее сиськи были испорчены не из-за того, что какой-то ребенок высосал их досуха.

"Когда Парсенс ушел с ребенком, вернулся без нее, акушерка была достаточно обеспокоена, чтобы покопаться - опять же самостоятельно - нашла мать Парсенса, связалась с ней. Она установила, что ребенок был там, но не раскрыла свою связь с Парсенсом или местонахождение Парсенса, поскольку она могла потерять свою лицензию за это. Но ей нужно было убедиться, что ребенок жив и здоров. Она верила, что Парсенс способен где-нибудь это выбросить или даже детоубийство."

"Детоубийство - серьезный скачок".

"Акушерка сказала, что Парсенс гораздо больше беспокоилась о возвращении своего тела в форму, чем о ребенке. Утверждает, что однажды она увидела настоящую ненависть в глазах Парсенса, когда ребенок плакал, и акушерка пыталась заставить ее позаботиться об этом."

Ева ничего не сказала на это, поскольку образ глаз ее матери, ненависти в них, когда она сама была ребенком, вспыхнул в ее сознании.

"В основном безразличие, но этот взгляд, свидетелем которого, по ее словам, она была, заставлял ее не спать по ночам от беспокойства. Ей не из-за чего было обращаться к властям, только из-за этого болезненного чувства ".

"Хорошо".

"Всему этому? Людям, как правило, Джеймс достаточно нравится. Людям, кажется, не нравятся парсены ".

"Джеймс делает, и это все, что для этого потребовалось. Возвращайся домой, Сантьяго. На этот раз я говорю серьезно ".

"Gracias a Dios . И когда я думаю по-испански, я очень расслаблен. "

Ей пришлось рассмеяться. "Напиши это по дороге, убедись, что Мира скопировала. Явитесь в Центральное управление в ноль восемьсот, потому что, клянусь Богом, завтра мы собираемся накинуть сеть на этих двоих ".

Она отключилась, кивнула, заметив, что Рорк и Макнаб вернулись. "Ты все это улавливаешь?"

"Хватит об этом".

"Пибоди и Баннер пишут резюме своего глубокого прошлого. Вы можете прочитать их, если хотите, но в основном они будут полезны на этапе испытания. Они еще больше укрепляют модель и профиль каждого из них и подтверждают склонности, патологию и некоторые движения. Я вырезал еще один блок с вероятностью восемьдесят процентов, используя свои собственные параметры."

"Возможно, мы сможем помочь тебе в этом". Макнаб взял газировку Пибоди, сделал глоток. "Нам повезло с парой камер наблюдения в магазине, и мы увидели Джеймса, выходящего из хозяйственного магазина - рулон пластика через плечо, сумка для покупок в руке. Направляюсь на север".

"Север". Она развернулась обратно к карте. "Если мы сможем отрезать что-нибудь к югу от скобяной лавки... Не окончательно, но я могу использовать две карты. Как далеко ты смог его выследить?"

"Всего полквартала. Камеры в этом секторе, как правило, рискованные. Мы могли видеть, как он подпрыгивает на месте. Я выведу это на экран. Всего в полуквартале к северу, голова поворачивается взад-вперед, вытягивается вверх, как это делают туристы ".

Ева наблюдала, как Джеймс Боп - неплохое описание для этого - чуть не сбил с ног пару пешеходов рулоном пластика, когда он проделывал туристический трюк с поворотом головы и подъемным краном.

Затем он зигзагами приблизился к улице, вне досягаемости ограниченных камер.

"Ад. Ему могло бы повезти с парковкой. Возможно, он направлялся к фургону. Или он мог бы поймать такси ".

"Возможно, фургон", - согласился Макнаб. "Вероятно, нет в такси. Мы проработали этот угол. Ему бы больше везло на поворотах, но для начала мы подключили специалиста по подборам на всех четырех поворотах или в любом другом месте в радиусе двух кварталов. Было много проверок, и мы получили сообщение "потребуется время, чтобы запустить поиск ", так что ... "

Он взглянул на Рорка.

"Я разобрался в этом". Он пожал плечами от прищуренного взгляда Евы, повернулся к Бэннеру. "У тебя есть какие-нибудь проблемы со мной... в обход официального протокола, помощник шерифа?"

"Ни один".

"Что ж, тогда мы действительно нашли несколько пикапов в том районе, в тот период времени. Два были разовыми пассажирскими рейсами. Одного подбросили в центре города, на углу Пятьдесят первой и Мэдисон."

"Я воспользовался значком, - сказал Макнаб, - связался напрямую с таксистом. Он точно не помнит стоимость проезда, но говорит, что не подбирал никого в центре города, у кого был бы рулон пластика ".

"Второй сингл был отправлен во Франклин и Хадсон".

"Трайбека. Я в значительной степени ликвидировал этот сектор ".

"Таксист также говорит, что она - в данном случае - не подбирала никакого парня, перевозившего пластик. Это не абсолютно, Даллас, но мы не склонны останавливать такси ".

"Мы сосредоточимся на севере. Это того стоит. Еще один выстрел по любым пустующим зданиям, квартирам или провалам в суженном секторе. Мы проведем зачистку от двери до двери, если до этого дойдет, проверим все места на улицах, автостоянки, пустыри и подземелья. Этот фургон где-то там."

"Возможно, частный гараж", - предположил Рорк.

"Я не могу представить, чтобы они платили за этот груз, но, возможно. Может быть, если они поразят жертву одним из них, если они уберут кого-нибудь, чтобы устроить свое гнездо, у кого был один. Мы остановимся наедине".

"Я могу провести поиск для тебя. Жители этого сектора, которые также арендуют или владеют гаражом ".

"Хорошо. Сделай это. У него есть способности к электронике - в соответствии с его прошлым ". Учтите это, подумала она. "В этой общей зоне должны быть отели, офисные здания с парковкой. Несколько многоквартирных домов с парковкой. Насколько сложно было бы обойти разрешение, оплату, въезжать и выезжать на автомобиле?"

"Есть ли у него хоть какое-то чутье к этому и приличный глушитель?" Макнаб кивнул. "О да, к этому еще и ледяной пирог. У нас есть пара дронов в EDD, которые постоянно этим занимаются ".

"Они не могут не воровать, так зачем платить за парковку? Разрешите парковку, " размышляла она, " у них были бы достаточно приличные камеры. С этого мы тоже начнем. На общественных парковках установлены камеры, но многие из них просто для вида. Мы собираемся проверить это. После наступления темноты, скажем, после девяти, " продолжила она, расхаживая по комнате. "Все, что до этого, слишком рано. Девять - это слишком рано, но это все, на что я способен. Мы пойдем по стопам Бэннера - не нужно ездить по городу. Кроме тех случаев, когда они охотятся. Итак, мы начнем просматривать каналы с разрешения и общественной парковки, после двух тысяч одной сотни."

Она повернулась к Макнабу. "Можете ли вы привлечь этих дронов, тех, кто занимается этим регулярно?"

"Я спрошу капитана, но я думаю, что да".

"Я свяжусь с Фини. Делайте, что можете, сегодня вечером, и если мы не справимся с этим, мы отправим дронов на это утром. Пибоди, используй карту. Начните еще один поиск любых пропаж, о которых сообщалось в этом секторе. Любой DBs, который работал или проживал в этом секторе.

"Баннер, используй карту. Свободные здания или юниты. И раздайте это недавно арендованным. Возможно, они вложили часть денег, которые украли по пути. Сосредоточьтесь на квартирах в подвалах и автономных домах. Все, что вы можете найти с задним или боковым входом. Я уже начал с этого, так что у тебя есть прыжок ".

Теперь она повернулась к Рорку. "Ты готов прокатиться?"

"Я мог бы быть".

"Мне нужно совершить облет этого сектора. Я хочу пройти через это ночью. Они охотятся ночью. Может быть, это не лучшее использование моего или вашего времени, но я не могу это упустить. Мне нужно увидеть это, почувствовать это ".

"Тебе понадобятся твои ботинки", - сказал он ей. "Все еще идет мокрый снег".

"Немедленно свяжитесь, если что-нибудь всплывет", - сказала она и направилась к своим ботинкам.

"Она тоже захочет пройти это", - прокомментировал он. "Ты настроен, Иэн?" - спросил он Макнаба. "Лейтенанту это было бы не слишком по душе, но Соммерсет - хороший специалист, и я могу поручить ему поработать с вами, пока я буду на месте".

"У меня есть это, но спасибо".

"Заправляйся, когда тебе нужно. Похоже, это будет долгая ночь ".

Он встретил Еву внизу, вытащил шарф из кармана ее пальто, умело намотал его ей на шею. "Снаружи горько и мерзко".

"Я понимаю это, и шансы, что они вышли на охоту, невелики. Но- " Она вышла на улицу, в ледяной мокрый снег и жуткий холод. "Это также идеальное время, чтобы схватить кого-нибудь. Большинство людей внутри - дома, в баре, что угодно. Это хорошее прикрытие ".

Оказавшись внутри вездехода, она нахмурилась, разглядывая интерьер. "Это не тот, что был раньше".

"Это еще один. Немного меньше, поскольку мы не таскаем людей с собой. Быстро, - сказал он, набирая скорость, на которую она не решилась бы, если бы не преследовала. "И проворный".

Чтобы продемонстрировать, он ударил вертикально и перелетел через ворота.

"Это движется. И это не тот способ, которым ты собирался провести свой вечер ".

"Я полагаю, что вечер уже позади. Мне нравится работать с Макнабом. Его ум быстр, его энергия заразительна. И я получил отчет Беллы, если вам интересно ".

Она смотрела на улицы. Много такси - мало с включенными фарами - меньше частных транспортных средств. И скупой разброс пешеходов. "Макнаб передал тебе отчет Беллы?"

"Он по-настоящему без ума от нее. Они с Пибоди посидели с ребенком на прошлой неделе, чтобы Мэвис и Леонардо могли устроить вечер свиданий. Мне сказали, что у них троих была танцевальная вечеринка. С костюмами".

"Ха".

"У нее скоро свой первый день рождения. Ты об этом хоть раз подумал?"

"Нет". Паника хотела подняться. "Я не знаю, как купить подарок на день рождения годовалому ребенку. Ты делаешь это".

"Мы разберемся с этим".

На мгновение она переключила свое внимание с улицы на него. Он многое знал о большинстве, но она не была уверена, что даже Рорк знал, что тебе полагается получить на первый день рождения.

"Я спрошу Пибоди".

"Отличная идея".

"Там ведь будет вечеринка, не так ли? Какая-то большая, безумная вечеринка Мэвис. Возможно, с костюмами".

"Я полагаю, что да".

"Я не надену костюм, даже для Мэвис. Или одна из тех шляп. Эти остроконечные шляпы".

"Там обязательно будет торт".

"Я люблю пирожные. Им становилось скучно".

Не Белла, подумал Рорк, или ее родители. Убийцы.

"Значит, они хотели все перепутать".

"Я так думаю". Она знала их сейчас, знала их, и это... "Это ощущается так. Всю дорогу сюда они были в движении, у них была одна цель - ее мечта о Нью-Йорке и его романтический идеал для осуществления ее мечты. Затем они добрались сюда. Мы предполагали, что Kuper были их первыми в Нью-Йорке, но я даже не близок к тому, чтобы предполагать это сейчас ".

"Арендатор или владелец, где бы они ни были - гнездились, как вы выразились".

"Да. Они могли бы пойти прямым путем проката, но это не шаблон. Уклоняется от уплаты арендной платы, ворует везде, где они работают. Готов поспорить на ночь в костюмах, когда мы выследим их, они будут скрываться в мотелях и барах, или использовать свободные места, убивать владельцев и арендаторов по пути следования ".

"Извините, я все еще рассматриваю пари на костюмы, поскольку не вижу, как я могу проиграть".

"Смотри на приз, приятель".

Он посмотрел на нее, прямо на нее. "Это всегда так".

"Болван". Но она на мгновение накрыла его руку своей. "Я собираюсь вывести карту на экран. Выделяю парковочные места, которые я уже выделил. Пибоди может скормить нам все, что получит ".

Это заняло у нее некоторое время, но поскольку оно у них было, Рорк позволил ей сражаться с помощью встроенного компьютера.

"Трахни меня. Почему ты не можешь просто сказать "повесьте эту чертову карту", и она повесит эту чертову карту?"

Как, по сути, и мог бы, Рорк держал свои мысли при себе.

Он направился по Седьмой авеню и, оказавшись к югу от Вест-Виллидж, начал охотиться вместе с ней.

"Я не собираюсь позволить им забрать еще одного. Для Кэмпбелла может быть слишком поздно. Ее шансы крайне малы, и это касается Маллигана, потому что я думаю, что они могут пойти на двойное убийство ".

"Большее волнение".

"И это все, о чем сейчас идет речь. Все, о чем это когда-либо было. Давайте попробуем это многое".

Они миновали гараж, уровень за уровнем, снова выехали, свернули на восток.

Она изучала каждое транспортное средство, каждого пешехода.

"Это идеальное прикрытие для них", - сказала она, когда они попробовали еще одну партию. "Все укутаны, меньше людей на улице. Даже химики и дилеры принимают его внутри или под землей в такую погоду ".

Они потратили на это час, осматривая каждую секцию каждого квартала, проезжая через парковочные сооружения, въезжая на стоянки и выезжая с них.

"Попробуй это". Она указала на частный многоуровневый комплекс зданий. "Мы припаркуемся, и я проведу быстрый опрос пешком. Ты можешь подождать меня".

"Неужели?"

Он действительно был большим шансом другого мужчины, подумала она.

"Ты мог. Ты не сделаешь этого, но ты мог бы. Мы совершим это последнее нападение сегодня вечером, совершим пеший патруль и утром рассчитываем на дронов Фини ".

Он сомневался, что она знала, что это приближается к полуночи. У нее был нюх, она не могла полностью отказаться от него и успокоиться, чтобы на следующий день поохотиться свежим.

Значит, они проверят еще три уровня транспортных средств, подумал он, обходя требования к разрешению, плавно въезжая. Затем они совершали очень неприятную зимнюю прогулку.

На втором уровне она схватила его за руку. "Остановись! Там. Этот фургон. Нью-йоркские номера, но остальное подходит. Темно-синий, с тонированными стеклами, подходящей марки и модели. Смени тарелки, просто накрой еще одну крышку ".

Она вытащила свой ПК, с которым ей было удобнее, чем с приборной панелью, проверила зарегистрированные номера.

"Зарегистрирован на имя Энтони Чарльза Лаппанса, возраст семь футов три дюйма, адрес на Восточном Бродвее, и это не только не здесь, это рядом со свалкой Купера. Будь начеку".

Она выпрыгнула из внедорожника, откинула пальто назад, чтобы легче было достать оружие, и подошла к фургону.

Она указала на наклейку на заднем стекле, обошла фургон, затем пошла обратно. "Я собираюсь получить ордер, но ты прямо здесь, прямо сейчас".

Понимая, он вышел, достал свои карманные инструменты. Бросив быстрый взгляд на замок, он выбрал то, что хотел. Он открыл задние двери за считанные секунды.

Внутри Ева изучила громоздкое кресло, сумку с инструментами, скомканное одеяло и пятна, которые, она готова была поспорить, на ее значке были засохшей кровью.

"Закрой его обратно, будь добр, и открой пассажирскую дверь".

"Собака получает кость", - пробормотал он, делая, как она просила.

"Что?"

"Ты не сдаешься. Просто продолжайте копать, пока не доберетесь до кости. Ваши убийцы также очень неопрятны".

"Да, разве это не удобно?" Ее губы растянулись в дикой улыбке, когда она изучала разбросанные пакеты из-под фаст-фуда, одноразовые стаканчики и чеки. "Я полагаю, в твоей новой машине нет походного комплекта?"

"Есть, конечно, но я думаю, все, что ты захочешь на данный момент, это ..." Он достал пинцет из своего набора.

Кивнув, она использовала их, чтобы поднять одну из квитанций. "С остановки в Нью-Джерси. Еще один из кафе é здесь, на Вест Брод.

"Запри это обратно. Теперь они у нас. Так или иначе, они у нас есть ".

20

Она первой пометила Рео, прервав прекрасный сон АПА. Шер Рео заказал бы ордер на обыск, сэкономил бы время.

Субординация означала, что следующей она должна связаться с Уитни, но ее команда заслужила это. И информирование их сначала добавило бы движению.

"Привет", - сказала Пибоди, когда она появилась на экране. Она моргнула затуманенными, лишенными сна глазами.

"У меня есть фургон".

"Ты - что ? Черт возьми, Даллас, ты издеваешься надо мной?"

"Они сменили номера. Быстро пробежись по Лаппансу, Энтони Чарльз, на Восточном Бродвее, просто чтобы завязать. Рео добывает для нас ордер на обыск ".

"Где ты?"

"Второй уровень гаража с разрешением". Она продиктовала адрес. "Передай это Макнабу. Мне нужна информация службы безопасности за последние пять дней. Пусть Баннер начнет поиск в трех зданиях, которые используют этот гараж. Вакантные места, пропажи, DBs. Я приказываю дюжине полицейских постучать в двери этих зданий ".

"Ты хочешь, чтобы мы спустились туда?"

"Я хочу, чтобы ты был там, где ты есть. Получить данные, все это. Я привлеку тебя, если мы их обнаружим, для ареста ".

"Дело не в бюсте - я имею в виду быть там. Я, находящийся там ".

"Я знаю это, но я втяну тебя в это, если и когда. Работай быстро".

Она отключила Пибоди и разбудила своего командира.

Она подумала о Мире, но ей понадобится психиатр после ареста. Она захочет Миру, как только у нее будут Джеймс и Парсенс в коробке.

Расхаживая взад и вперед, она заказала униформу, предоставив Кармайклу вести ее собственную униформу с конкретными инструкциями. По двое полицейских в форме у каждой двери, с историей о зацепке за пропавшего ребенка, которого, как сообщается, видели в здании.

"Они не могут и не захотят открыть дверь", - прокомментировал Рорк. "Или это крайне маловероятно".

"Я знаю это. Таким образом, мы можем вычеркнуть любые двери, которые открываются. Заложники возможны - кроме Кэмпбелла и Маллигана, - но я думаю, что это низко. Они были бы вынуждены причинять боль и использовать любого, кто у них есть ".

"Другая возможность", - начал он.

"Фургон здесь - их нет". Если бы это оказалось так, она бы справилась с разочарованием из-за этого позже. "Нам все еще нужно ходить от двери к двери".

Она снова воспользовалась коммуникатором, заказала подметальные машины для фургона.

"Ты можешь найти слот для своего автомата, оставь мне походный комплект?" Если Рео придет в себя до того, как сюда прибудут уборщики, я смогу начать разбирать фургон. Но я хочу, чтобы эта штука убралась с дороги. Может быть, они решат, что сегодня хорошая ночь, чтобы поесть свежего мяса, и я не хочу их отговаривать ".

Он медленно изучил их территорию, оценил ее.

"Почему бы мне не отключить лифты, пока я этим занимаюсь? Это ограничило бы их, если они находятся в здании, лестницей. Если они действительно войдут, причем снаружи, вы услышите их прежде, чем они поднимутся пешком ".

"Хорошая мысль".

Она выставила пару человек в форме у входа в гараж, пока они с уборщиками работали. Она посмотрела на время, увидела, что уже за полночь.

"У них еще есть время поохотиться, но сроки, в течение которых они добрались до трех жертв в Нью-Йорке, истекают. Чем позже, тем меньше шансов, что они отправятся в путь сегодня ночью. Я хочу, чтобы фургон был обработан, а затем помещен под наблюдение. Мы оставляем все там, где оно есть ".

Она взяла походный набор, снова обошла фургон, ее пальцы чесались попробовать снять отпечатки. Услышав эхо двигателя, она остановила две машины, использовав одну для прикрытия.

Оттуда она наблюдала, как покрытый мокрым снегом седан с измученной женщиной за рулем сделал круг, как это делал Рорк.

Она надеялась, что он не занял место в седане, но если бы это было так, он справился бы с этим.

Она выдернула свой линк, когда он подал сигнал.

Рео, светлые волосы которой торчали во все стороны, оттененные детским голубизной, ухмыльнулся Еве.

"Я застал судью Хейдена за просмотром любых спортивных передач на экране. Он был бодр и сговорчив. Ордер на обыск на подходе".

"Хорошая, быстрая работа. Возвращайся в постель".

"Я так и не выбрался".

Даже когда экран погас, Ева услышала новое поступление. Она прочитала ордер - лучше перечеркнуть каждую букву "Т" в этом. Удовлетворенная, она открыла свой набор, когда Рорк подошел к ней.

"Лифт заблокирован".

"Там был четырехдверный седан".

"Я ждал ее. Ордер?"

"У нас это есть".

Включив свой диктофон, она сначала занялась дверью со стороны водителя, сняла два четких отпечатка. Когда она проверила их на соответствие, нашла Джеймса, ее губы снова растянулись в той дикой улыбке.

"Попался. Вскрой ее, хорошо?"

"С удовольствием".

Когда она включила свой диктофон, передала ему своего мастера, он подождал, пока она обойдет машину, сядет на пассажирскую сторону, прежде чем доставать свои инструменты.

"Она тоже досталась мне", - сказала она ему. "Отпечаток руки".

Она обошла дом сзади, запечаталась, забралась в двери, которые он открыл.

"В сумке есть шнур, веревка, клейкая лента, лом, гаечные ключи, молоток".

Она достала еще несколько своих инструментов, проверила гаечный ключ. "Кровь на большом гаечном ключе. И лом, а для тройки - молоток".

Она проверила внутренний пол. "И ковер. Мы попросим чистильщиков взять образцы, отвезти их в лабораторию. Они собираются сопоставить жертвы. По крайней мере, некоторые из них будут соответствовать ".

Она открыла бардачок. "Фонарик, диск с инструкцией по эксплуатации, аптечка первой помощи и это".

Своими запечатанными руками она держала большой нож.

"Это был бы нож Боуи. Я знаком со своей собственной коллекцией оружия ".

"Бывший работодатель Джеймса. Нож парня матери."

Обрабатывая его, она обнаружила кровь и частичный отпечаток от Джеймса, другой от Парсенса.

"Они даже не пытались его почистить. Зачем беспокоиться? " предположила она, " Когда они всего лишь собираются использовать его снова. Как только мы их поймаем, они уже никогда не выберутся ".

Она положила нож туда, где нашла его, сняла бирку с униформы Кармайкл.

"Быстро, тихо, тщательно", - сказала она ему. "Что угодно, любой чувствует себя не в своей тарелке, я получаю сигнал. Запишите любую дверь, которая не открывается ".

К тому времени, как прибыли уборщики, она сделала с фургоном все, что могла. Она подошла к Доусону, главному уборщику, и, памятуя о том, что произошло в канун Нового года, внимательно посмотрела на его команду из двух человек.

"Как дела?" она спросила его.

"О, ну, время от времени попадаешь в трудные ситуации, но что ты можешь сделать? Как насчет тебя?"

"Сегоднявечером? Хорошо, потому что, когда мы схватим этих ублюдков, у нас будет достаточно улик, чтобы запереть их в клетке на несколько жизней. Мне нужно, чтобы все было обработано, и все осталось именно там, где вы это нашли. Если мы упустим их сегодня вечером, они могут вернуться за фургоном. Мы проследим за этим, но мы хотим, чтобы они привели нас к жертвам. Я не хочу, чтобы они пугались ".

"Полная запись, прежде чем мы к чему-либо прикоснемся".

"У меня есть отпечатки пальцев, у меня есть кровь. Я оставлю вас, чтобы вы взяли образцы крови, доставили их, врангель ускорен. Я не зашел так далеко, как волосы и волокна. Там ты будешь быстрее. Я бы хотел, чтобы Харво был на этом конце ".

Он слегка улыбнулся. "Все хотят Харво, но я сделаю так, чтобы это произошло".

"Ты принес маячок?"

Он похлопал по своему собственному снаряжению. "Как и просили".

"Этот парень - механик. Хороший. Убедись, что это не будет заметно, если он посмотрит. И он кое-что смыслит в электронике, так что ...

"У нас все получилось, Даллас".

"Входи и выходи, как можно быстрее. Мы проводим обход от двери к двери, и я отправил пару копов на машине без опознавательных знаков, чтобы они следили за этим с первого уровня. Возможно, им уже слишком поздно приходить и кататься сегодня вечером, но вокруг разбросана униформа. Ты прикрыт ".

"Сколько жертв?"

"Двадцать четыре и так далее - это мы знаем. Еще двое все еще живы, насколько нам известно ".

"Мы зашьем этот конец".

Кивнув, она снова отошла, присоединившись к Рорку. "Я хочу сделать несколько постукиваний в двери. Так дело пойдет быстрее".

"Тогда я с тобой". Но он взял ее за подбородок рукой, его большой палец слегка коснулся неглубокой вмятины, когда он изучал ее лицо. "Ты становишься таким чертовски бледным, когда превышаешь свой предел. Мы закроем столько дверей, сколько ты захочешь, но если к концу этого у тебя их не будет, или ты будешь Геркулесовым зацепом, после этого мы будем дома, и ты немного поспишь ".

И после этого он был полон решимости, что она примет бустер - как бы сильно они ей не нравились - чего бы это ни стоило, чтобы помочь ей пройти через это.

Вместе они покрыли четыре этажа второго здания. Нажми один, ответа нет.

Но тот, что напротив, отступил назад. "Я должен был сказать тебе, что это семья Делвики. Милая молодая пара. Они уехали на несколько дней ".

Ева повернулась назад, изучая дверь, как будто она могла видеть сквозь нее, если бы она достаточно сосредоточилась.

"Уехал на зимние каникулы с несколькими друзьями во Флорида-Кис. Я поливаю ее растения, пока их нет ".

Ева позволила своей концентрации ослабнуть. "Вы были в их квартире в последние несколько дней?"

"Каждое утро. Элис заботилась о своих растениях. У меня тоже зеленый палец. У нее там есть маленькое апельсиновое деревце, на котором растут настоящие фрукты. Это что-то ".

Она зевнула, откинула копну серо-стальных волос. "Ты не хочешь думать, что они могут иметь какое-либо отношение к похищению той маленькой девочки, которая пропала. Они хорошие люди. Тихо, но, знаете, не жутко тихо, как бывает, когда сосед оказывается серийным убийцей. Он тот, кого вы называете су-шеф, и по крайней мере раз в неделю он привозит мне и моему мужу что-нибудь из модного французского заведения, где он работает ".

Знать, что женщина была в квартире каждое утро, было достаточно, но Ева позволила ей выдохнуться.

"Хорошо, большое спасибо. Я сожалею, что побеспокоил вас ".

"У меня есть свои дети и внуки. Я собираюсь присматривать за маленькой девочкой. Благослови ее сердце".

Из всех подразделений опрос выявил шесть дверей, которые не открылись - не считая Делвицких, поскольку Ева считала их вычеркнутыми.

Она проверила их все, нашла двоих, работавших в ночную смену, и когда с ними связались, они действительно были на работе, на смене. Еще двое, по сообщениям, за городом, и на двенадцатом и пятнадцатом этажах соответственно.

Низкая вероятность.

Но ради них, и двух последних, она притащила очень несчастных суперов, чтобы разрешить вход. И очистил их всех.

"Теперь все". Полный решимости, Рорк взял ее за руку и потащил к лифтам, которые он отпустил, как только "без опознавательных знаков" оказались на месте.

"Их нет в этих зданиях, что означает, что вы добились серьезного прогресса. У вас есть фургон, у вас есть улики, которые посадят их. Ты не можешь стучаться в каждую чертову дверь, оставшуюся в этом секторе, по крайней мере, не сегодня вечером ".

"Мог бы кое-что сделать. Гамбит с пропавшей девушкой в силе ".

"Ева, если бы ты была чуть бледнее, клянусь, я смог бы провести сквозь тебя рукой. Тебе нужно поспать, тогда ты сделаешь то, что будет дальше. Сейчас около трех часов ночи. Что бы они ни сделали с твоими жертвами сегодня вечером, это сделано ".

Она думала так же, поэтому не стала спорить, а села в вездеход.

"Это сузилось еще больше, намного больше. По сравнению с тем, с чего мы начинали, это как несколько кварталов. Я должен посмотреть, что придумали Баннер и Пибоди. Вакантные места, пропажи, DBS."

Он позволил ей выговориться, хотя ее слова начали заплетаться. Он немного усилил накал страстей, зная, как тепло расслабляет ее. И когда она начала опускаться, отодвинул ее сиденье назад.

Она вышла прежде, чем они добрались до центра города.

Она пошевелилась, когда он поднял ее с сиденья, пробормотала, когда он понес ее к двери, затем всплыла, когда он маневрировал, чтобы открыть дверь.

"Что? Иисус, я вышел".

"Оставайся таким", - посоветовал он и начал подниматься.

"Нет, отпусти меня. Боже, я не могу допустить, чтобы ты таскал меня на руках перед копами ".

"Я сомневаюсь, что в нашей спальне есть хоть один полицейский - пока я не приведу тебя туда".

"Мне нужно проверить в моем офисе".

"Уже половина третьего, Ева. Все в постели, кроме нас ".

"Мне нужно проверить".

Он сделал крюк, но не поставил ее на землю.

"Я могу ходить".

"В этом нет смысла, когда у меня есть ты".

Он заметил, что в ее кабинете по-прежнему горит свет, и остановился в дверях.

Пибоди и Макнаб плюхнулись друг на друга, как щенята, в кресло для сна. Баннер растянулся лицом вниз на полу, а безвольное тело Галахада обвилось вокруг его талии, как толстый меховой пояс.

"Господи, копы", - пробормотал Рорк и, сдавшись, поставил Еву на ноги.

"Возьми Бэннера", - сказала она Рорку, затем подошла и ткнула Пибоди в плечо.

"Не сейчас". Пибоди перевернулся. "Мы можем сделать это утром".

"Крик", - таково было мнение Евы, и она сильнее ткнула своего партнера.

"Э-э-э, утром". Но ее глаза, моргнув, открылись, слепо уставившись на Еву. Затем очищен. "Что? Ты? Где?"

"Разбуди Макнаба, иди спать, и я не хочу слышать об утре".

"А? Подожди." Она начала садиться. Макнаб переместился, притягивая ее ближе. И положил руку прямо на ее левую грудь. "Эм". Пибоди убрала его руку. "Нам нужно было взять пять".

"Теперь ты можешь получить три с половиной".

"Ева, сжалься над этим", - настаивал Рорк.

"Четыре. Возвращаюсь сюда, ноль-ноль, всемь тридцать."

"Мы их не получили?"

"Мы будем. Полный инструктаж, ноль семь тридцать, но мы уничтожили три здания, и за фургоном следят. Попал на дыбу ".

Она вышла, мимо Бэннера, который, теперь проснувшись, сидел на полу, как человек, пробуждающийся ото сна.

Кот дружески стукнул его по голове, затем бросил его и побежал за Евой.

Еве снились сны, жестокие и кровавые сны, сны, в которых Джейла Кэмпбелл открывала мертвые глаза, чтобы обвинить ее.

Где ты был? Мне нужна была помощь. Я хотел жить.

Сны, в которых ее мать пробиралась к ней, чтобы подразнить.

С таким же успехом я мог бы выбросить тебя из окна, как хотел в половине случаев, за все хорошее, что ты делаешь.

Сны, в которых все известные мертвецы лежали на плитах, переполняли ее кабинет.

Как ты можешь спать?они требовали. Как ты можешь спать?

Итак, едва ли через три часа после того, как она закрыла глаза в своей собственной постели, она открыла их снова.

Рорк крепче прижал ее к себе, когда она начала подниматься. "У тебя еще есть время".

"Они не дают мне спать. Мертвые не дают мне спать. Как я могу? Они продолжают спрашивать меня об этом. Как я могу спать?"

"Это ты задаешь этот вопрос, дорогая Ева. Не мертвый." Он надеялся снова успокоить ее, погладил ее по спине. "Смерть приносит знание, по моему мнению. Всего, чего нельзя было познать при жизни. Чтобы мертвые знали, что ты делаешь, что ты отдаешь ".

"Я не знаю. Но если они так много знают, может быть, именно поэтому они всегда кажутся такими взбешенными ".

Он слегка рассмеялся. "Отдохни еще немного".

"Я не могу. Мне нужно снова заняться этим. Это сегодня, Рорк. Если мы не найдем их сегодня, Кэмпбелл мертв, и, вероятно, Маллиган. Я знаю это, как знают ваши мертвые. Осталось всего несколько часов, или я потеряю их обоих ".

"Хорошо, тогда мы начнем".

Сначала он принял душ, так как хотел разжечь камин и приготовить кофе. И кое-что еще. Когда она вышла, он протянул стакан.

Она нахмурилась на это. "Э-э-э".

"Возьми это, или никакого кофе для тебя".

"Чушь собачья. И укуси меня".

"Это не вызовет той нервозности, которая была одобрена департаментом, но это даст вам медленный и разумный подъем энергии. Я разбавил его, поскольку вы будете пить его с кофе весь день. Ты уже должен доверять мне в этом ".

Последний бустер, который он выторговал у нее, чтобы она приняла, был в порядке, вспомнила она. "Это не похоже на последнее".

"Это новее. Мы уже несколько недель продаем его за границей и в Азии. Ваше Управление по САНИТАРНОМУ НАДЗОРУ за КАЧЕСТВОМ ПИЩЕВЫХ продуктов и медикаментов медленнее продвигается в таких вещах, как ваше ФБР и все ваши другие сокращения и инициалы ".

"Не полиция Нью-Йорка".

Он улыбнулся. "Это будет зависеть от вашей точки зрения. Одолжение мне, " добавил он, протягивая его.

Она взяла его, проглотила, нахмурилась. "На вкус как... зеленый виноград".

"Который тебе нравится". Теперь он протянул ей кофе. "Пойду приму душ. Оденься потеплее, ладно? Я проверил прогноз, и мы покончили с мокрым снегом, с температурой в однозначных цифрах. Приятная восьмерка, как они говорят, для кайфа ".

"Это ни для кого не кайф".

Она надела майку под кашемировый свитер шиферно-серого цвета, а куртку, брюки и ботинки выбрала с черным.

Он, вероятно, закатил бы глаза, подумала она, сказал бы что-нибудь о том, чтобы попробовать немного цвета таким способом, который у него был, но...

Он вышел, с полотенцем вокруг талии, наклонил голову, изучая ее.

"Ты серьезно относишься к делу. Ты выглядишь сильным, жестким и прямо переходишь в свирепость. Хороший выбор на сегодня".

"Неужели?"

"Абсолютно".

"Я никогда этого не получу. Никогда. Я собираюсь начать. Я думаю, мы устроим настоящий бал за завтраком, когда остальные встанут ".

"Работает идеально. Я не задержусь надолго".

"Разве у тебя нет, типа, голографических встреч с Катманду? Это реальное место?"

Он снова засмеялся, направляясь к шкафу. "Это так, а я нет. Я немного перетасовал. Я дам тебе немного времени, если тебе это нужно, работай отсюда этим утром ".

Она начала, остановилась, вернулась, обхватила его руками, сжала. "Я забыл это сделать".

Он откинул ее голову назад, поцеловал ее. "Я вижу это таким, каким ты помнишь".

"Работаю над этим".

Она направилась прямиком в свой кабинет, подумав сначала о еще одном кофе, а затем нырнула прямо туда, пока остальные не заполнили его. У нее будет около часа, чтобы просмотреть, переосмыслить и исследовать.

Но когда она вошла в свой офис, Пибоди уже сидела за вспомогательным пультом, попивая кофе.

"Ты рано".

Ева кивнула, продолжая идти на кухню за кофе. "Ты тоже".

"Я подумал, что мог бы уделить другому делу час, прежде чем мы вернемся к Джеймсу и Парсенсу".

Другой случай, подумала Ева, когда, учитывая утро, другие, пошли за кофейником вместо одной кружки.

Она свалила это на Пибоди и сказала, что будет там, чтобы помочь. До сих пор она не была.

"Введи меня в курс дела".

Пибоди оглянулась, когда Ева вернулась. "Ты уверен?"

"Введи меня в курс дела".

"Хорошо. DB - утопленник, всплыл у пирса 40. Я сказал, шесть дней в воде".

"Кто я в этом деле?"

"Это Портер. ДБ, мужчина, от двадцати пяти до тридцати, смешанной расы. Он неизвестный, поскольку ему разбили лицо, затем рыбу - вы знаете. И его пальцы были отрублены".

"Убийцей или рыбой?"

"Убийца. Так что, возможно, это похоже на нападение мафии, возможно. Похоже, убийца не хотел, чтобы DB ИДЕНТИФИЦИРОВАЛ его, если и когда он всплывет."

"ДНК?"

"Да, у меня есть заказ, но они - неожиданно - подкреплены, и говорят, по крайней мере, еще тридцать шесть. Может быть, ты сможешь подтолкнуть их к этому ".

"Я могу и сделаю. Треска?"

"Жертве нанесли множественные ножевые ранения, и Портер говорит, что рана в живот была от ТРЕСКИ. Отрубание пальцев? Какой-то предварительный, какой-то посмертный, как, может быть, они пытались вытянуть из него информацию, но он умер - или они пытались заключить сделку с выкупом - отправив его пальцы в качестве стимула ".

"То, что начиналось, потенциально, как убеждение, а закончилось попыткой затуманить идентификацию".

"Да, так это кажется", - согласилась Пибоди. "Время в воде - тело было придавлено старыми кирпичами, и судебно-медицинская экспертиза работает над их идентификацией, упакованными в большой мешок для вторичной переработки. Время в воде, " повторила она, " и рыба проделала обычный номер на теле. Пакет пришел незапечатанным, так что рыба попала внутрь ".

"Токсин?"

"Не пришел. Я склонялся к организованной преступности или банде, но избиение лица - по крайней мере, один удар был нанесен до смерти и сломал несколько зубов - кажется более личным. И пыткам".

"Пальцы".

"Это, да, это главное, но были и другие следы пыток".

Ева опустила свою кружку. "Какого рода, какие знаки?"

"Некоторые порезы и проколы были неглубокими, и Портер сообщает, что левая ступня и лодыжка жертвы были раздроблены тяжелым предметом. Посмертный. Оба колена были сломаны".

"Есть ожоги?"

"Не в его отчете, но рыба..."

Ева развернулась на каблуках, прошла к своему столу и записала Морриса дома.

Он не потрудился заблокировать видео - она никогда не видела, чтобы он делал это. Он ответил, небрежно откинувшись на кровати, его волосы были свободно заплетены, глаза все еще затуманены сном.

"Кэмпбелл?"

"Нет, но, возможно, родственник. У вас есть неизвестный - Портер проводил вскрытие. Мужчина, двадцати пяти-тридцати лет, смешанной расы. Утопленник, всплыл на пирсе 40, пробыл меньше шести дней. Следы пыток, Моррис. Лицо избито до неузнаваемости, пальцы отрезаны. УДАР ножом в живот ТРЕСКИ. Ты нужен мне для этого, сейчас, и мне нужно, чтобы ты немедленно потребовал ДНК. Я хочу, чтобы его опознали вчера".

"Сейчас я закажу анализ ДНК". Он отбросил в сторону покрывала. Ева заметила татуировку "Мрачный жнец" у него на бедре, затем мельком увидела его очень подтянутую задницу, прежде чем он вышел из зоны действия экрана. "Ты получишь это в течение часа. Я на пути к ней ".

"Спасибо".

"Я никогда не собирал это воедино". Пибоди вскочила на ноги. "Я никогда не рассматривал..."

"Пибоди, это упало на тебя менее двенадцати часов назад, в разгар другого приоритетного расследования".

"Но я никогда - Ты додумался до этого меньше чем за пять минут, используя только основы, которые я тебе дал".

"И если бы я уделил тебе пять минут прошлой ночью, мы бы занялись этим раньше. Мы не знаем, связано ли это, но мы узнаем, как только Неизвестный будет идентифицирован ".

"Они никогда не делали ничего подобного - это не в их правилах. Но я должен был -"

"Они должны быть дерьмом", - парировала Ева, - "и кто здесь лейтенант?"

"Так и есть", - пробормотала Пибоди.

"Если ты хочешь наказать себя," продолжила Ева, когда вошел Рорк, " сделай это позже. Но тебе не за что принять удар. Это то, что мы собираемся проверить. Может быть, они делали что-то подобное раньше, и никто не нашел тело - или не собрал его воедино, может быть, это было в первый раз. Может быть, это вообще не связано. А "может быть" - это то, что должно было быть. Дерьмо. Дело в том, что есть некоторая взаимосвязь, и им нужно было место в Нью-Йорке ".

"Так, может быть, они используют неизвестных. Прости за "может быть". Мы рассматриваем возможность того, что они убили и избавились от Джона Доу, чтобы занять его место ".

Почувствовав отчаяние Пибоди, Рорк подошел и поцеловал ее в щеку.

"Я облажалась", - сказала она.

"Я сказал, что ты облажался?" На этот раз Ева вырвалась. "Ты поймешь, когда облажаешься, потому что мой ботинок будет у тебя в заднице. Эта база данных не числилась пропавшей. Я просмотрел пропажи, и за последнюю неделю не было зарегистрировано никого в его возрастном диапазоне и расовой принадлежности. У тебя не было Морриса. Портер порядочный человек, но он не Моррис, который бы рассмотрел эту возможную связь и настаивал на ней. У нас нет предыдущих случаев обезображивания или калечения подобного рода. Вы работаете над делом и при первой возможности проинформировали своего партнера и лейтенанта.

"Мой ботинок у тебя в заднице?"

"Не совсем".

"Тогда ты не облажался. Приготовь завтрак. Для всех. У нас нет времени на то, чтобы хандрить. Двигайся".

"Что ты хочешь, чтобы я взял - на завтрак?"

"Я выгляжу так, будто мне не наплевать на тощую крысиную задницу?"

"Ты действительно не понимаешь".

Двигаясь теперь быстро, Пибоди направилась на кухню.

Ева сузила глаза, глядя на Рорка. "И даже не думай о том, чтобы огорчать меня из-за этого".

"Наоборот". Он подошел к ней, коснулся вмятины на ее подбородке. "Я собирался сказать "молодец". Ты дал ей именно то, в чем она нуждалась. Теперь, почему бы тебе не сказать мне, какое отношение этот Неизвестный имеет к этим убийствам?"

"Могло быть ничем, могло быть всем". Она наматывала это, пока шла к своему столу, снова проверяла пропавших людей на предмет кого-либо в пределах досягаемости Джона Доу.

"Пирс 40 - он должен совпадать с вашей картой или быть достаточно близко".

"Это верно. Итак, возможный сценарий: Неизвестный встречает Парсенса и / или Джеймса, или они выслеживают его, пока ищут гнездо. Джон Доу, вероятно, живет один, иначе на него бы донесли. Это рискованно, но это хорошие шансы. Они убивают его в его резиденции или рядом с ней. Я голосую за В. Они немного развлекаются с ним, затем делают все возможное, чтобы затруднить его идентификацию, они запихивают его в мешок, добавляют кирпичи. Кради их с заброшенной или строительной площадки, тащи в фургоне, добавляй кирпичи в сумку. Сбрось тело в реку, затем свей гнездо на месте Джона Доу ".

"Как только вы ОПОЗНАЕТЕ Джона Доу -"

"Мы проверяем его место. То, что находит Моррис, помогает определить, как мы это проверим. Может быть, это не более чем серьезное невезение Доу, или это может быть то, что нам нужно, чтобы уложить этих ублюдков ".

"Ты думаешь последнее".

У нее был кайф, вплоть до кончиков пальцев.

"Кажется правильным". Она прошлась вокруг своей доски, затем зашагала к станции Пибоди, начала полный обзор. "Кажется действительно правильным. Сделай мне одолжение?"

"Какого рода?"

"Из тех, что поднимают Макнаба и Бэннера с постели. Когда Моррис свяжется со мной, мы будем готовы ".

21

Ева отправила в рот вафли - хороший выбор, Пибоди, - пока инструктировала помятых Макнаба и Бэннера. Менее чем через тридцать минут после того, как Пибоди рассказала ей о Джоне Доу, у нее в голове возник план операции.

Возможно, Джон Доу жил со своей женой и тремя детьми в пентхаусе на окраине города, и никто не заметил, что его не было целую неделю.

Но если бы ее осенила догадка, она была бы готова.

"Макнаб, свяжись с Фини. Я хочу, чтобы глаза, уши, тепловые датчики были готовы включиться, когда мы получим адрес. Пибоди, ты занимаешься Кармайклом и Сантьяго. Они заслуживают того, чтобы участвовать в этом, если все закончится так, как мы надеемся. Я хочу, чтобы они были в бронежилетах под мягкой одеждой. Мы разместим их, как только определимся с местоположением ".

Она взяла свою тарелку, доедая вафлю, пока ходила вокруг своей доски, изучая карту на экране.

"Баннер, разработай мне несколько вероятностей на месте. Учитывайте фургон, неизвестного и сектор, до которого я сузил круг поисков. Никто не подходил к фургону с тех пор, как мы его нашли, так что он им не понадобился. Прошлой ночью они не попали ни в одно из заведений, где можно было поесть на вынос. Может быть, они рискнули с доставкой из-за погоды, или, может быть, у них было достаточно на складе, но они скоро выйдут ".

"Мы можем предположить, что Кэмпбелл и Маллиган все еще живы", - вставил Баннер. "Им не нужен был фургон, чтобы сбрасывать тела".

"Это совершенно верно. Когда мы переезжаем, мы исходим из предположения, что внутри находятся двое гражданских лиц, попавших в беду. У нас будут наготове врачи ".

Она поставила свою пустую тарелку на стол. "Любой, у кого нет волшебных плащей, использует бронежилеты".

"ФБР?" Сказала Пибоди.

"Нам сообщат, когда и если мы будем в пути. Я пройдусь по Цвеку после того, как поговорю с Уитни ". Она снова проверила время, затем взглянула на Рорка. "Ты хочешь присоединиться?"

"Я полагаю, это само собой разумеется".

Она схватила свой "линк при первом звуке. "Моррис".

"Зед, Сэмюэль, двадцати восьми лет, Даунинг, 251, квартира 1-А."

"Бам. Рорк".

"Я позабочусь об этом".

"Сейчас отправляются данные", - сказал ей Моррис.

"У тебя была возможность взглянуть на него?"

"Не до конца, но есть сходство в некоторых ранах, в частности, в ТРЕСКЕ. И вот, взгляните".

"Мы все будем. Компьютер, передай изображение ссылки на экран".

"Вода и рыба скомпрометировали тело. Вы видите здесь ущерб ".

"Это заставит тебя отказаться от завтрака", - пробормотал Баннер, когда на экране крупным планом появилась бледная, пятнистая, разорванная и обескровленная плоть.

"Я вижу ущерб", - сказала Ева, подходя ближе. "И я вижу то, что выглядит как сторона сердца. Вон тот изгиб. Рыба этого не делала ".

"Согласен. Я не буду ругать Портера за то, что он пропустил это - слишком сильно. Я, возможно, не нашел бы это сам, если бы не искал это специально ".

Да, ты бы так и сделал, подумала Ева. "Этого достаточно. Это то, что нам нужно ".

"За то, что ты должен сделать, да. Но Сэмюэль заслуживает от меня большего. Вы получите полный, исправленный отчет до полудня. Я надеюсь, что у вас есть те, кто сделал это с ним до этого ".

"Рассчитывай на это. Спасибо ".

Она повернулась. "Рорк?"

"Я понял". Он продолжал работать со своим КПП. "Это здание из двенадцати квартир".

"Скажи мне, что у него есть подвальное помещение".

"Это так. Дай мне мгновение. Ваше чутье остается надежным, лейтенант. 1-А - это подвальное помещение с одной спальней, в настоящее время арендуемое Сэмюэлем Зедом."

"Одевайся", - приказала она. "Уходи".

У нее был Рорк драйв, увеличенная версия AT, пока она читала остальные данные Зеда.

"Пибоди, Зед работал поваром в the Fish House. Выясните, почему никто не заметил, что он не был на линии в течение последних нескольких дней. Мать и один брат живут в Индиане и, вероятно, не знают, что он пропал. Макнаб?"

"А теперь займись Фини, Даллас. Мы позаботимся об этом".

Она повернулась на своем месте, прямо посмотрела на Бэннера. "Тебе достаточно тепло, помощник шерифа?"

"Да, конечно".

"Это не продлится долго. Рорк собирается проехать мимо цели, и ты собираешься выбраться. У меня есть патрульные, которые приглядывают. Ты сделаешь то же самое. Я не хочу, чтобы они выглядывали наружу, замечая копов. Итак, ты собираешься найти место. Может быть, ты получишь что-нибудь из глиссера или кафе &# 233; - пока ты можешь держать цель в поле зрения. Ты будешь выглядеть как турист ".

"Я могу это сделать".

"Если они выйдут, или один выйдет, ты следуй за ними. Не заводись, не приближайся, просто держи меня в курсе ".

"Я тоже могу это сделать".

"Пибоди, скажи Баннеру, что произойдет, если ты облажаешься".

Пибоди улыбнулся жизнерадостной улыбкой. "Ты найдешь ее ботинок у себя в заднице".

"Ты же не хочешь найти мой ботинок у себя в заднице, Баннер. Держи глаза открытыми, и все, пока Сантьяго и Кармайкл не окажутся на месте. Когда они будут, я скажу тебе, куда идти ".

"У меня достаточно своих ботинок, и я ценю шанс стать частью этого. У меня хорошее зрение, лейтенант."

Она решила рассчитывать на это и открыла отправленную ей Рорком видеокарту целевого здания и его соседей.

"Прошлой ночью мы проходили прямо мимо этого здания. Я сам проходил мимо этого за день до этого. Прямо рядом с ней".

"Поскольку ты не можешь видеть сквозь стены, пройти мимо - это все, что ты могла сделать". Рорк бросил на нее быстрый взгляд. "Нет времени корить себя", - сказал он, повторяя ее слова Пибоди.

Она не могла спорить и вместо этого связалась с полицейскими, чтобы сказать им, что Баннер будет на месте.

Она подалась вперед на своем сиденье, когда Рорк свернул на Даунинг. Тихая улица - по крайней мере, в этот час. В более убогом состоянии, но пытающийся держаться.

Зарешеченные окна - норма для подвала и улицы. В квартире 1-А под номером 251 были решетки и экраны для уединения, внешней камеры не было. Она не смогла сделать замки из проезжавшего мимо автомобиля.

"Повесьте баннер на углу. Глаза, Баннер, ничего, кроме глаз."

"Это большое "да", сэр".

Он выбрался из машины, ссутулив плечи от холода, затем неторопливо перешел улицу по пешеходному переходу.

"Они могут принять его за полицейского, если присмотрятся, но они чертовски уверены, что не примут его за нью-йоркского копа".

"Вот почему ты поставил его в известность".

"Вот почему", - согласилась она. "И потому что мы не зашли бы так далеко, если бы он не придерживался Малого".

Она проверила время, прикинула расстояние до центра и связалась с Уитни.

Она все еще сообщала ему новости, когда Рорк заехал в гараж Централа.

"Я сейчас в Центральном отделе, сэр, и направляюсь в подразделение. Я введу команду в курс дела, координируйте действия с капитаном Фини. Мы будем на месте меньше чем через час. Я рассчитываю на сорок минут. Я сейчас свяжусь со специальным агентом Цвеком, чтобы проинформировать его о ситуации, чтобы ФБР могло присоединиться к нам ".

"Я свяжусь с Цвеком. На данный момент это операция полиции Нью-Йорка." Его тон был резким и окончательным. "Я дам тебе знать, если и когда это изменится".

"Да, сэр, спасибо". Она закончила передачу, когда они грузились в лифт. "Чертовски верно. Давайте займемся этим, и займемся этим прямо до того, как федеральная бюрократия что-нибудь натворит. Рорк, ты можешь заставить этот лифт обходить этажи, подняться прямо на мой уровень, верно?"

"Поездка на экспрессе? С удовольствием ". Он вытащил свой ПК, принялся за работу.

Спустя несколько секунд Пибоди сказала "ура!", как они промелькнут прямо вверх.

Ева вышла и зашагала в Отдел по расследованию убийств в ту секунду, когда открылись двери.

"Макнаб, используй наш единственный и редко надежный настенный экран в загоне для быков. У меня нет времени бороться за конференц-зал ". Она превратилась в загон для быков. "Поднимите видео-карту. Кармайкл, Сантьяго, впереди и в центре".

Она на мгновение заколебалась, когда заметила сапфирово-синие ковбойские сапоги Кармайкла с заклепками цвета драгоценных камней по бокам. "Ты серьезно?"

"На подкладке из овчины, Даллас. Тепло, как только становится. Ты сказал "мягкая одежда". Сантьяго купил шляпу ".

Его губы действительно скривились. "Я это не надену".

"Не на операции, а на работе, целых пять дней. Он проиграл пари".

Он печально покачал головой, глядя на Еву. "Я не учился на своих ошибках, и теперь должен расплачиваться".

"Заплати это позже. Цель - квартира в подвале, 251. Мы считаем, что две жертвы там все еще живы. Баннер в данный момент находится на месте, на локации. У нас есть четыре формы, вот, вот." Она использовала лазерную указку. "Двое, следящие за задним выходом, здесь. Задний выход - это окно для побега, за ним короткий переулок к Бедфорду ".

Она подчеркнула это своей указкой.

"По словам нашего эксперта-консультанта, гражданского лица, имевшего доступ к чертежам, окно эвакуации должно быть выпущено изнутри, чтобы разблокировать решетки, затем поднято вручную. Чтобы выбраться, ты карабкаешься вверх и выбираешься наружу. Маловероятный выход, но наша электронная команда обойдет релиз стороной. Ты будешь прикрывать тыл, перекроешь этот путь к отступлению ".

"Мы поняли это", - сказал Сантьяго.

"Медицинская помощь будет под рукой, на Седьмой и Западной улицах Хьюстона. Фургон EDD будет стоять в конце квартала, на восточной стороне. Мы охотимся за четырьмя источниками тепла, двумя подозреваемыми, двумя жертвами. ЭДД приблизится к зданию с востока, чтобы обеспечить нам глаза и уши, если возможно.

"Мы уходим, когда я говорю "Уходи". Бронежилет?"

Сантьяго постучал себя по груди. "Мы готовы".

"Вы свободны, чтобы отправиться на место. Дай Баннеру знать, когда ты будешь там. И пометьте меня. Макнаб, бронежилет. Рорк, ты можешь увеличить целевую дверь? Я хочу увидеть замки".

"Они стандартные, щелкают / задвигаются с засовом", - сказал он ей. "Средний уровень. Не полная чушь, но и ничего особенного. Внутри может быть бар для бунтарей, но мы узнаем это, как только увидим, что там происходит ".

"В случае чего, мы возьмем на себя таран".

"Я не вижу ни камеры, ни сигнализации, и ничего не было добавлено во время реабилитации здания около двенадцати лет назад. У них есть дыра Иуды, и это все ".

Макнаб вернулся, одетый в черные доспехи поверх своего кричаще красного свитера с трепещущими серебряными полосками, в тон, как предположила Ева, его серебристым штанам.

"ЭДД в гараже, лейтенант". Он гарцевал к ней в своих красно-зеленых клетчатых ботинках. "И Фини в фургоне".

"Давайте съезжать. Рорк, ты с Фини. Пойдем спасать жизни и надерем задницы".

Она прокручивала это снова и снова во время поездки, но она понимала, слишком хорошо, что невозможно знать все ракурсы, все движения, пока ты сам не окажешься в этом. Наличие двух гражданских лиц, вероятно, скованных, наверняка раненых, усугубило проблемы.

Спасение жизней было на первом месте.

"Ты в списке жертв, Пибоди. Как только EDD подтвердит их местоположение, добраться до них, прикрыть их - это ваша первоочередная задача. Я отдаю форму Кармайкла тебе. У него самый большой опыт. Прикройте жертв, прикройте свою задницу, прикройте друг друга ".

"В таком порядке?"

"В значительной степени. Ни у одной из жертв, которых мы исследовали, не было следов оглушения. Но мы не идем туда, предполагая, что у них нет парализаторов. Мы знаем, что у них есть наклейки и инструменты ".

Она остановилась позади фургона EDD. "Он будет более склонен защищать ее, чем она его. Но она так просто не сдастся. Они много глупы, но они коварны. Не забывай об этом".

"Ты тоже".

Они выбрались. Прежде чем Ева успела постучать в заднюю часть фургона, Рорк открыл дверь, протянул руку, чтобы подсадить ее, затем Пибоди, внутрь.

"Настраиваюсь на источники тепла", - сказал он ей.

Фини работал с оборудованием, Макнаб покачивался рядом с ним.

"Просто уточняю координаты. Большая часть этого подразделения находится ниже уровня улицы ". Фини повозился, одурачил, затем расправил плечи.

"Достал вас четверых. Двое в северо-восточном углу".

"Это, должно быть, спальня", - сказал Рорк, изучая свой ПК.

"Еще двое, впереди отряда".

"Жилое пространство".

Ева склонилась над плечом Фини.

"Вероятные подозреваемые все еще в постели. Вероятные жертвы, также в горизонтальном положении, примерно восемнадцать дюймов между ними."

И живой, подумала она. Все еще излучающий тепло.

Она снова вышла, чтобы воспользоваться своим коммуникатором, скоординировать свою команду и передать фургон.

Рорк выпрыгнул. "У меня ваши глаза и уши, лейтенант".

Она должна была догадаться, что он выманит себе дорогу из фургона и примется за дело.

"Познакомь меня". Сначала он протянул ей наушники, а потом еще один комплект для Пибоди. "Мы в движении", - сказала она. "Фини, если там что-то сдвинется, я узнаю об этом".

"Эй, Она-Тело?"

Макнаб высунулся из задней части фургона, протянул руку, и они постучали мизинцами, которые Ева видела, как они делали десятки раз.

"Вернусь через несколько минут", - сказала ему Пибоди.

"На подходе", - сказала Ева, когда они начали спускаться по кварталу. "Будь начеку. Никакого заметного движения внутри ".

Несмотря на это, они пригнулись, пробежали последние несколько ярдов легкой трусцой. Обнажив оружие, она первой спустилась по коротким ступенькам, бочком подошла к двери. Пибоди занял противоположную сторону, в то время как Рорк присел на корточки с портативным устройством.

"Дайте нам здесь несколько секунд".

Внутри Рид повернулся и вывернул руку от плеча. Его сломанная рука так сильно пульсировала при движении, что он мог слышать звук этого движения у себя в голове. Его дыхание со свистом вырывалось через губы, такие сухие, что они кровоточили.

Ему казалось, что он занимался этим несколько дней. Он несколько раз терял сознание от боли, но он мог видеть через экран приватности, что все еще был дневной свет. Все еще утро, подумал он.

"Джейла". Он едва узнал свой собственный голос. "Джейла, очнись. Ты должен оставаться бодрствующим. Давай, поговори со мной. Это свободнее, немного свободнее. Если я смогу освободить свою руку ..."

Ее глаза распахнулись. "Я просто хочу спать сейчас. Я хочу пойти спать ".

"Ты не можешь. Посмотри на меня. Помни, помни, это то, что ты говорил мне раньше. Они все еще спят. Я собираюсь вытащить свою руку. Может быть, на этот раз я смогу вытащить нас. Я знаю, что причинил тебе боль. Мне жаль ".

"Дело не в этом. Ты этого не сделал. Не ты. Они собираются убить меня сегодня, как она и сказала. Она сказала: "Мы собираемся убить тебя завтра", и я не хочу, чтобы они это делали. Я просто хочу спать и не просыпаться. Есть ангелы, когда ты спишь ".

"Нет. Джейла". Он дернулся сильнее, и боль пришла раскаленными добела разрядами. Они порезали ее, когда заставили его изнасиловать ее - во второй раз прошлой ночью они порезали ее, чтобы добавить ко всему этому. Он мог видеть ее кровь на запятнанном пластике.

Она не смогла бороться и плакать во второй раз. Она всего лишь лежала там. И она не слышала, что сказала эта сука, не все из этого. Она не говорила, что они собирались убить ее завтра. Она сказала, что они собирались заставить его убить ее.

И это был ужас, превосходящий боль.

Ужас подступил к его горлу, как желчь, когда он услышал хихиканье.

Они проснулись, и все это началось бы снова.

Какое-то движение от источника, ближайшего к окну, " пробормотала Ева. "Одна из жертв проснулась. И, подождите... Движение из спальни. Мне нужно увидеть, Рорк."

"Почти пришли".

Она уставилась на экран, наблюдала, как он мерцает, затем проясняется. Пол, заваленный уличным снаряжением. Прежде чем она смогла потребовать, Рорк начал медленно скользить глазами по.

"Держись. Мы следим за двумя гражданскими. Визуальное подтверждение в отношении Маллигана. Он в сознании, борется, вялый. Визуальное подтверждение Кэмпбелла, который, похоже, без сознания. Оба связаны. У нее откуда-то течет кровь. На полу много этого. Подозреваемых не видно ".

"Уши приближаются", - пробормотал Рорк.

"Если они все еще в постели, мы выдвигаемся, прикрываем гражданских. Патрульный Кармайкл, немедленно двигайся сюда. Баннер, выдвигайся вперед".

Рорк привязан к аудио. И Ева услышала хихиканье.

"Подозреваемые встали, встали и движутся. Достань замки".

"Одну секунду. Никакого бара "Бунт". Рорк отодвинул портативный компьютер в сторону, достал инструменты. "Ты низок, как обычно".

"Я под кайфом, ты под кайфом. Пибоди, Кармайкл, вы за нами и сворачивайте направо, доберитесь до гражданских. Баннер, приведи остальных сейчас".

"У нас все чисто", - сказал ей Рорк.

"Войдите через пять, четыре, три". Она использовала свои пальцы для последнего подсчета. И они врезались в дверь.

Грохот потряс воздух. За этим последовали крики, стена шума и движения.

Джеймс, обнаженный, держал в руках шариковый молоток. Парсенс, одетый в сексуальное украденное нижнее белье, с маленьким кухонным ножом. Парсенс закричал, повернулся, чтобы убежать.

"Остановись! Полиция!"

Джеймс метнул молоток. Ева услышала, как он ударился о стену, когда она уклонялась.

"Он у меня", - холодно сказал Рорк. "Почему бы тебе не позаботиться об этой женщине?"

Джеймс, теперь с дикими глазами, бросился на Рорка. Зная своего мужчину, Ева оставила его на произвол судьбы, отправившись за Парсенсом.

Когда Ева обнаружила, что дверь спальни закрыта и заперта, она просто покачала головой. Отпрянув назад, она пнула ногой раз, другой, увернулась от летящей бутылки, когда дверь с грохотом обрушилась внутрь.

"Брось это, Элла-Лу".

"Держись от меня подальше, или я убью тебя!" Она смахнула с пола еще одну бутылку, на этот раз разбив ее о стену, затем одной рукой вытащила зазубренный стакан, а другой - нож.

"Ты издеваешься надо мной этим? Разве ты не видишь парализатор в моей руке?"

"Я собираюсь отрезать твое лицо".

"Ладно, попробуй".

Размахивая разбитой бутылкой над головой, нанося удары ножом, Элла-Лоо прыгнула вперед. Ева обдумала потрясающее зрелище в ту короткую секунду, затем выбрала более приятное. Левый крест.

Ей пришлось потянуть его, немного, чтобы избежать удара ножом. Но не сильно.

Она не пожалела, когда сучка упала спиной на разбитое стекло и, крича, покатилась по нему, окровавленная.

"Да, как тебе это нравится?"

Темная часть ее, возможно, наслаждалась, перекатывая суку-убийцу обратно по осколкам стекла, и, возможно, ботинок, наступивший на нож, зацепил под ним пару пальцев.

Быстрый, шокированный вопль не задел ее чувств.

Но коп ногой отбил нож в сторону и, рывком подняв плюющуюся, кричащую женщину, швырнул ее лицом вниз на кровать.

"Вы арестованы". Она защелкнула наручники, когда Элла-Лу закричала, зовя Дэррила. "Это за многочисленные обвинения в убийстве в первом, просто для начала".

"Дэррил! Дэррил! Убери от меня эту суку!"

Ева наклонилась, прикрыла свой диктофон. "Мой мужчина - это бесконечно больше, чем оправдание того, кто у тебя есть. И он уже уложил Дэррила ".

Она раскрыла диктофон, подняла Эллу-Лу. "У тебя есть право хранить молчание, но давай, продолжай кричать. Это гребаная музыка для моих ушей".

Элла-Лу резко повернула голову, щелкнула зубами.

"Оооо, кусачий. Теперь я напуган ".

Когда Ева потащила ее к двери, Бэннер ворвался внутрь.

"Ты заполучил ее. Ты в порядке?"

"Я дэнди, она упала на какое-то стекло, так что ей понадобится медицинская помощь. Я не закончил зачитывать ей ее права. Почему бы тебе не взять ее, помощник шерифа, и не сделать это?"

"Это было бы для меня большим удовольствием, лейтенант".

"Она кусачая".

Он показал свои собственные зубы. "В свое время я имел дело с кусачими".

Ева перевела дыхание, когда Бэннер вытащила Эллу-Лу, пару раз согнула левую руку, затем последовала за ней.

Дэррил, все еще обнаженный, лежал на полу без сознания, в то время как на нем были надеты наручники в форме. Ева взглянула на Рорка.

"Я бы сказал, что это было здорово, если бы не..."

Вместе они посмотрели на раненых.

Медики работали над ними, пока копы разрезали бинты, а Пибоди успокаивала.

"Не дай ей умереть". Слезы текли по лицу Рида. "Не дай ей умереть, пожалуйста. Они заставили меня изнасиловать ее. Я изнасиловал ее, но она осталась сильной. Она не винила меня. Не дай ей умереть. Ее зовут Джейла. Они причинили ей такую сильную боль. Они бы не остановились ".

"Мы знаем, кто она". Ева шагнула к нему. "Мы знаем, кто ты, Рид. В том, что здесь произошло, нет твоей вины. Медики сделают для нее все, что в их силах. Для тебя".

Макнаб накрыл его одеялом, отошел в сторону для оказания медицинской помощи. Они подняли Рида на носилки.

"Не дай ей умереть". Взгляд Рида прильнул к Еве. "Ее зовут Джейла".

Она повернулась к одному из МТ, изучая серое лицо Джейлы, пока она это делала. "Выживет ли она?"

"Потерял много крови. Сейчас мы закачиваем в нее это и жидкости." Он покачал головой. "Я не могу вам сказать, но мы почти готовы забрать ее отсюда".

"Я хочу быть в курсе ее статуса и Маллигана. Я лейтенант Даллас, из Центрального управления."

"Я знаю, кто ты. Большинство из нас так и делает. Я добавлю это к данным. Ублюдки определенно поработали над ней. Расправьтесь с ними жестко, лейтенант."

Она планировала.

"Я хочу, чтобы эта сцена была защищена", - крикнула она. "Я хочу, чтобы здесь были уборщики. Всем запечататься, сейчас же. Все записи включены, сейчас. Подозреваемые надежно заперты, их осматривают и лечат по медицинским показаниям. По книге, люди, на каждой ее странице".

Она подошла к Кармайклу и Сантьяго. "Сцена твоя, если ты этого хочешь".

"Тогда у нас все получилось", - сказал ей Сантьяго.

"Документируйте все, вплоть до последней пылинки. Скопируйте меня, Уитни, Миру, Рео и специального агента Цвека ".

Кармайкл посмотрел на лужу крови на пластике, на ее брызги, мазки на ножах, молотках, отвертках, осколках стекла.

"Хорошенько пропотейте, выжмите досуха".

"Рассчитывай на это".

Ева вышла на холод, который показался ей восхитительным после вони. "Спасибо за помощь", - сказала она, когда Рорк вышел рядом с ней.

"О, нет, я доведу это дело до конца. Я кое-что перетасовал, как я уже сказал, и могу немного поработать в Central. Я буду наслаждаться, видя, как ты сильно потеешь, выжимая их досуха ".

"Она может не выкарабкаться. Я мог видеть это в глазах MTS. Они не думают, что она выживет. Несколькими часами ранее... кто знает."

"Ева".

"Я знаю, я знаю. Это не на мне, ни на ком другом, кроме тех двоих, кто сделал это с ней. Но она выстояла, несмотря на все, что они делали, она выстояла, держалась. И теперь она может не выжить ".

Она сильно потерла лицо.

"Мне нужно связаться с ее соседкой по комнате".

"Я сделаю это", - сказала Пибоди у нее за спиной. "Я установлю контакты для них обоих, Даллас. Может быть, с друзьями там, с семьей, у них обоих будет больше шансов. Мы с Баннером вернемся с Эддом, и я установлю контакты ".

"Ладно, хорошо. Я проинформирую Уитни - и введу Миру в курс дела." Она выдохнула, который растекся облачком. "Давайте сделаем это".

Она ушла из кошмара в квартире мертвеца - вспомнила, что у них там есть ближайшие родственники, которых нужно уведомить.

"Представь, что моя рука обвилась вокруг тебя".

"Что?"

Он улыбнулся ей. "Ты бы возразил против такого жеста, когда копы могут тебя видеть, но знай, что он есть, на него можно опереться".

"Я в порядке. Мы поймали плохих парней ".

"Пибоди знала, что тебе не помешало бы немного побыть со мной наедине. Используй это".

"Он - Рид - ему больно, но не так сильно, как ей. Они не причиняли ему такой боли, потому что им нужно было, чтобы он был физически способен насиловать. Он собирается сделать это, но... Возможно, он никогда не сможет смириться с тем, что они заставили его сделать. Он просто парень, просто обычный, внешне достаточно порядочный парень, и ему придется с этим жить. Они изнасиловали и его тоже. Навязывая ему свою волю".

"Мира, или кто-то вроде нее, поможет ему понять это и справиться с этим".

"Требуется много времени, чтобы справиться. Требуется многое, чтобы справиться с этим. Некоторые никогда туда не попадают".

Это оставило дыру в ее животе, вспоминая, как близко она была к тому, чтобы никогда не попасть туда.

"Я не думаю, что добрался бы туда без тебя. Я бы не добрался туда, даже с Мирой, без тебя ".

"Теперь ты сделал это", - пробормотал он. "Копы или нет". Он обнял ее одной рукой, затем другой. "Ты добрался туда. Мы оба сделали это. И я бы не стал менять ни мгновения того времени, хорошего или плохого, которое мы провели вместе с тех пор, как я впервые повернулся и встретился с тобой взглядом. Какой толчок это вызвало во мне." Он коснулся губами ее лба. "Я так и не оправился".

"Ни минуты перемены?"

"Ни один".

"Потому что, изменив одного, изменишь всех".

"Теперь ты вспомнил".

"Хорошо". Она глубоко вздохнула, отстранившись. "Больше никаких грязных вещей на улице". Она сделала несколько шагов к фургону, позвала Фини. "Достал их задницы".

"Теперь поджарь их, парень".

Рорк увидел, как на ее лице вспыхнула жесткая усмешка, и подумал: "Вот мой полицейский".

22

Воодушевленная и готовая, Ева направилась в Отдел убийств.

"Ты уже знаешь, как ты будешь с ними работать", - прокомментировал Рорк.

"У меня есть план". Она замедлила шаг, когда заметила Цвека. "Возможно, придется это скорректировать. Специальный агент".

"Лейтенант. Нам нужно поговорить ".

"Конечно. Мой кабинет". Она бросила взгляд на Рорка и повела его в загон, где каждый коп в комнате бросил на Цвека косой взгляд.

Она жестом пригласила Цвека вернуться, когда Рорк прошелся по комнате, возможно, чтобы полюбоваться последним галстуком Дженкинсона.

"Присаживайтесь", - пригласила она, но Цвек только покачал головой.

Читая его, Ева закрыла дверь, затем решила присесть на угол своего стола. "Парсенс и Джеймс находятся под стражей".

"Я слышал".

"Операция чистая, никто из офицеров не пострадал. Подозреваемые в настоящее время проходят или проходили медицинскую помощь в связи с незначительными травмами, полученными во время операции. И Кэмпбелл, и Маллиган были доставлены в больницу Клинтона. Медики на месте происшествия указали, что шансы Кэмпбелла невелики ".

Его рот сжался, всего на мгновение. "Я знаю, кто все испортил с нашей стороны".

Распознав едва сдерживаемую ярость, когда она дымилась всего в футе от меня, Ева только кивнула.

"Они оба начальники, но я намерен использовать вашу работу по этому делу, ваши отчеты и результаты сегодняшнего утра, чтобы объявить им обоим выговор. У них тоже есть начальники, и я пройду по цепочке так далеко, как потребуется. Мой отчет о сегодняшней утренней операции полиции Нью-Йорка будет отложен, пока я ... оцениваю детали и приму решение ".

Она снова кивнула. "Хорошо. Поймите, я хочу выстрелить в них, и помощник шерифа Бэннер, черт возьми, заслуживает своего, но мне абсолютно наплевать, кто напишет об этом в СМИ или в какой юрисдикции их запрут до конца их больных, извращенных жизней ".

"Федеральное правительство будет настаивать на том, чтобы принимать их у себя до конца их больных, изуродованных жизней, но пока сделайте свой выстрел. Я позабочусь о том, чтобы у тебя было столько времени, сколько тебе нужно ".

"Достаточно хорош. Ты хочешь место на собеседовании?"

"Я пока понаблюдаю".

"Достаточно хорош. Я тебя устрою. Войдите", - позвала она на стук. Пибоди просунула голову внутрь.

"Извините, что прерываю, но я подумал, вы захотите знать, что подозреваемые были оправданы с медицинской точки зрения. Говорят, Уитни на пути к смерти, и доктор Мира уже в пути ".

"Пусть их принесут сюда, отдельные коробки. Они могут некоторое время томиться на медленном огне".

Пибоди бросила взгляд на Цвека. "Наши шкатулки?"

"Да, наши коробки. Держи их порознь".

"Я уйду с твоего пути", - сказал Цвек. "Просто дай мне знать, когда будешь готов приступить к ним".

"Я сделаю".

Пибоди отошла в сторону, чтобы выпустить его. "Он не берет верх?"

"Разозлился на свой собственный народ, поэтому он подбрасывает им птичку. Он пока понаблюдает, даст нам первую трещину. Так что давайте сделаем это хорошо. Мы переключимся между тобой и Баннером. Я хочу сначала забрать Джеймса, с Баннером, переехать в Парсенс, с тобой, вернуться к Джеймсу, возможно, к тебе, обратно к Джеймсу, Баннер. Но посмотрим, как это сыграет ".

"Я все устрою. Уитни", - добавила Пибоди себе под нос, но Ева уже услышала его властную походку. "Командир".

"Детектив. Хорошая работа. Лейтенант, - сказал он, переступая порог.

"Командир. Я бы пришел к тебе ".

"Я верю, что ты был и будешь занят сегодня больше, чем я". Он заполнил ее кабинет, большой мужчина в маленькой комнате.

"Детектив Пибоди, приведите их сюда".

"Да, сэр".

"К концу дня у меня будет полный текст, коммандер, но сначала хотелось бы начать процесс собеседования. У нас есть окно, предоставленное специальным агентом Цвеком, чтобы держать это в руках полиции Нью-Йорка ".

"Один я расширю, если тебе это нужно. Ты привел их сюда, ты и закроешь это. Шеф Тиббл добавляет к этому свой вес - и свою молодецкую работу ".

"Ценю, сэр".

"На этом этапе будет участвовать АПА Рео, но руководство возьмет на себя федеральный прокурор. Подозреваемые будут переданы в федеральную тюрьму, когда мы закончим ".

"Понял, командир, полностью".

Он слегка улыбнулся. "Хорошо. СМИ молчат об этом, потому что они не соединили точки, но это взорвется, и скоро. Я полагаю, что началась первая утечка ... " Он намеренно сверился со своим наручным устройством. "Около десяти минут назад".

Что означало, что его рука была на кране.

"Полиция Нью-Йорка идентифицировала, установила местонахождение и задержала двух человек, которые оставили кровавый след по всей стране. Два человека, которые унесли по меньшей мере двадцать четыре жизни с тех пор, как они начали свой кровавый разгул в августе прошлого года. Федералы могут получить свой кусок славы, " заключила Уитни, " но они не заберут весь пирог".

"Хороший кусок этого пирога достанется заместителю Бэннера, сэр".

"Согласен, и департамент признает его неоценимую помощь. У меня есть основания полагать, что ФБР сделает то же самое ".

Он повернулся, когда Мира и Рео подошли к двери.

"Джек, Ева". Мира вошла, затем бочком, чтобы освободить место. "Ты был занят".

"Уже чертовски хорошее утро". Рео, с ухоженными солнечными волосами, острым и настороженным взглядом, положила свой портфель на стол Евы. "Могу я как-нибудь выпить кофе, прежде чем мы начнем?"

Ева подошла к автомату.

"Должен быть способ расширить эту комнату", - прокомментировала Уитни. "Я могу найти это в бюджете".

"Если бы это было больше, в это пришло бы больше людей. С уважением, сэр", - добавила Ева, программируя приготовление кофе.

Поскольку у нее было время, она воспользовалась им, заполнила детали, изложила свою основную стратегию.

Когда она снова осталась одна в офисе, она глубоко вздохнула. Четыре человека в этом пространстве втянули в себя много воздуха. Она собрала папку и вышла.

"Баннер, ты первый. Пибоди, Наблюдение. Пометьте Цвека, дайте ему знать, что мы начинаем. Где Джеймс?"

"Он в интервью Б."

"Он первый".

Бэннер пристроился рядом с Евой. "Я ценю возможность присутствовать, лейтенант".

"Ты более чем заслужил это".

"Это не значит, что я не могу это оценить".

"Ты уже получил эту толстовку с надписью NYPSD, помощник шерифа?"

"Я, конечно, сделал".

"Носи это с гордостью. Поехали", - сказала она и открыла дверь, чтобы взять интервью у Б. "Запись включена. Даллас, лейтенант Ева, Баннер, помощник шерифа Уильям, вступают в беседу с Джеймсом, Дэррилом Роем, относительно дел H-52310, H-52314, H-52318 и связей с ними. Мистер Джеймс, вас проинформировали о ваших правах?"

Они вымыли его, приложили немного NuSkin к порезу над левой бровью и одели его в тюремный комбинезон. Ядовитый апельсин не слишком помог ему. Как и багровый синяк на его подбородке.

"Где моя Элла-Лу?"

"В заключении, ее задница в огне, как и твоя. Вас проинформировали о ваших правах?"

"Я хочу увидеть ее. Я хочу увидеть ее и убедиться, что вы все не причинили ей вреда ".

Ева сидела напротив него, стол между ними. Отложи файл в сторону. "У тебя есть право хранить молчание", - начала она.

"Они мне все это уже сказали. Ты хочешь привести ко мне Эллу-Лу прямо сейчас ".

"Значит, вас проинформировали о ваших правах?"

"Я так и сказал, не так ли?" Он стукнул кулаком по столу, зазвенели наручники. "Я ничего не говорю ни о чем, пока не увижу Эллу-Лу".

"Ты не увидишь Эллу-Лу, пока не скажешь что-нибудь обо всем". Ева откинулась назад. "Эти права ты слышал? Это все, что ты получаешь. Факт в том, Дэррил, что я могу сделать так, чтобы ты никогда больше не видел ее ".

Гнев красным потоком хлынул на его лицо. "Ты не можешь удержать ее от меня. Мы предназначены. Мы настоящая любовь на всю жизнь".

"Ты думаешь? Мы увидим, насколько "правдиво", насколько "пожизненно" она это понимает, когда поймет, что эта жизнь будет проходить в внеземной бетонной клетке ".

Теперь она наклонилась вперед. "Ты опускаешься все ниже и ниже, Дэррил. Понял это? Никогда больше не увижу истинный дневной свет. Это не будет парой лет в тюрьме штата Оклахома, с супружескими парами и комнатами для свиданий, временем для чтения и занятий. Это многочисленные, последовательные пожизненные заключения, самое тяжелое из трудных времен ".

"Ты меня не пугаешь. Ты врываешься в наше заведение - "

"Твой? Сэмюэлю Зеду".

Взгляд Дэррила стал лукавым. "Конечно, старый добрый Сэмми. Он сказал, как мы могли бы остаться там. Ему пришлось ненадолго отправиться в путешествие, и мы могли бы остаться там, присмотреть за этим местом для него ".

"Это так?"

"Конечно, есть".

"Эта поездка включала в себя плавание по реке Гудзон без его гребаных пальцев?"

"Не понимаю, о чем ты говоришь".

"Где ты с ним познакомился?"

"В каком-нибудь баре".

"Какой бар?"

Самоуверенный, он ухмыльнулся ей. "Черт возьми, милая, у тебя их так много, кто знает?"

"Милый, Элла-Лу помахала перед ним своими сиськами, заманивая его к себе?"

Красный поток поднялся снова. "Не смей так говорить о моей девушке".

"Она обещала трахнуться с ним, чтобы он привел ее домой?" Кто из вас выбил ему зубы? Кто из вас отрезал ему пальцы?"

"Я не знаю, о чем ты говоришь. Если Зед попал в беду, его убили, это не наша вина. Мы просто присматривали за этим местом для него ".

"Джейла Кэмпбелл и Рид Маллиган тоже наблюдали за этим местом?"

Он устремил свой взгляд чуть выше ее головы. "Я не знаю, кто это".

Она впервые услышала правду. Он даже не знал их имен. "Два человека, которых ты связал, чтобы ты мог пытать их. Так что ты и Элла-Лу могли бы резать их, сжигать и избивать, потому что пытки и убийства доставляют тебе удовольствие, ты, жалкий ублюдок ".

Он вытянул ноги под столом, втянул воздух сквозь зубы. "Ты ничего не знаешь. Мы встретились с ними двумя, и они сказали, что им нравятся подобные вещи, что многие были здесь, в большом городе. Мы все просто дурачились, вот и все. Они говорят другое, они лжецы, и ты не можешь доказать обратное ".

Ева открыла файл, вывалила фотографии замученных мертвецов на стол. "Все эти люди, Дэррил. Были ли все эти люди увлечены этим?"

"Я не знаю этих людей". Но он смотрел на них жадно, с оттенками волнения и гордости в глазах.

Ева начала подтягиваться, увеличивать давление. Но тихим голосом Баннер сказал: "Мелвин Литтл".

"Что сказать?"

"Мелвин Литтл. Прямо здесь". Баннер пододвинул фотографию ближе.

"Откуда ты?"

"Силби-Понд, Арканзас, такой же, как он. Он был моим другом ".

"Мне искренне жаль твоего друга, но я и моя Элла-Лу никогда не были на пруду Силби".

"Ты хочешь защитить Эллу-Лу, не так ли, Дэррил?"

"Я бы сделал для нее все".

Он провел пальцем по сердцу на своей груди.

"Я никому не позволю причинить ей боль. Я бы умер за нее ".

"Я вижу это". В тоне Бэннера появился намек на восхищение. "Я вижу, что вы двое предназначены друг другу, как ты и сказал. Итак, тебе нужно понять, мы можем доказать, что ты сделал с моим другом и со всеми этими другими. Мы можем доказать, что ты был в Силби-Понд, и как вы с Эллой-Лу встретились на веревочной прогулке в Оклахоме ".

"  " Едва взглянув, они полюбили." Это Шекспир, друг ".

"Хорошо. Мы можем доказать, что вам с Эллой-Лу нравился ваш путь через всю страну, что, когда вы вышли из тюрьмы, вы вдвоем отправились на восток в грузовике, который вы угнали около четырех лет назад у Барлоу Хэнкса ".

"Ад". Дерзкая ухмылка вернулась. "Я дал Барлоу наличными за тот грузовик, и если он говорит иначе, он лжец".

"Вы переправились в Арканзас", - продолжил Баннер тем же непринужденным тоном, - "и вы убили Роберта Янсена монтировкой, забрали его машину, поехали к Силби-Понд и вломились в тот дом. Затем появился малыш Мел ".

"Не знаю этих людей", - сказал Дэррил с той же упрямой глупостью. "То, что ты так говоришь, не делает это правдой".

"Мы можем доказать все это, доказать, что все эти люди погибли от ваших рук. Ты должен понять, Дэррил, мы просто даем тебе шанс помочь себе сейчас и защитить Эллу-Лу. Если ты не расскажешь нам, что ты сделал, скорее всего, ты ее больше не увидишь. Вероятно, они собираются поместить ее куда-нибудь, где кто-нибудь причинит ей боль, потому что тебя там нет, чтобы присмотреть за ней ".

Дэррил наклонился вперед, сжав кулаки. "Я не позволю тебе сделать это".

Ева поднялась со стула, изменила фокус. "Мы будем делать то, что хотим. Купи подсказку, придурок. Подумай об этом, подумай об Элле-Лу, находящейся в той клетке, где ты не можешь добраться до нее, не можешь прикоснуться к ней, не можешь помочь ей. Подумай об этом", - повторила она, постукивая по столу, по фотографиям. "И посмотрим, вспомнишь ли ты кого-нибудь из этих людей, когда мы вернемся. Даллас и Баннер вышли из интервью, запись отключена ".

Она вышла. "Неплохо", - сказала она Бэннер, - "совсем неплохо".

"Я хотел протянуть руку, взять его за горло, впечатать его лицо в стол, пока на нем не останется ничего, кроме крови. Я никогда раньше не чувствовал в себе такого рода насилия ".

"Убийцы могут вытащить это наружу". Он немного побледнел, заметила Ева, когда он прислонился спиной к стене. "Почему бы тебе не сделать перерыв?"

"Я думаю, что так и сделаю. Я приду на место наблюдения, но сначала собираюсь сделать перерыв ".

Она смотрела, как он уходит, затем вернулась в свой кабинет, сгенерировала еще одну серию фотографий, прежде чем пометить Пибоди на своем коммуникаторе. "Сейчас направляюсь к Парсенсу".

"Я на пороге".

Другая стратегия, решила Ева, и сказала то же самое Пибоди. "Мы сильно ударили ее. Ни один хороший полицейский."

"Чертовски горячий".

"Надень свою сучью маску, Пибоди". Ева открыла дверь, заметив, что оранжевый тоже не очень помогает Парсенсу. "Запись продолжается. Даллас, лейтенант Ева, и Пибоди, детектив Делия, вступают в беседу с Парсенс, Эллой-Лу." Она вводила номера дел, уверенно говоря, пока Элла-Лу скулила.

"Ты не можешь так мной помыкать! Я весь изрезан. Я хочу лечь в больницу. Ты приставал ко мне, ты хватал меня за сиськи. Я не хочу с тобой разговаривать ". И, наконец. "Что ты сделал с Дэррилом? Я хочу моего Дэррила!"

"Тебе зачитали твои права, Элла-Лу?"

"Пошел ты и твои права. Я хочу лечь в больницу. Я хочу Дэррила ".

"Ты прошла медицинское освидетельствование, и встречи с Дэррилом не будет. Возможно, никогда".

От чистого шока краска сошла с ее лица. "Что ты подразумеваешь под "когда-либо"? Он муж моего сердца, и у меня есть все права видеть его ".

"Единственные права, которые у вас есть, таковы: у вас есть право хранить молчание".

Она продолжила зачитывать исправленную "Миранду", несмотря на крики и требования Эллы-Лу. "Понимаете ли вы свои права и обязанности?"

"Я понимаю, что ты стерва без сисек".

"Я могу зачитать их снова и продолжать зачитывать до тех пор, пока вы не скажете, для протокола, понимаете вы их или нет. Или мы можем уйти, оставить тебя здесь одного, чтобы ты подумал об этом несколько часов ".

"Я их прекрасно понимаю. Я хочу свою одежду, и я хочу Дэррила, и мне не нужно ничего говорить какому-то копу-лесбиянке ".

"Нам насрать на то, чего вы хотите", - сказала Пибоди, заставив Еву гордиться своим скрипучим, злобным тоном, который она использовала. "С этого момента единственная одежда, которую ты будешь носить, - это то, что у тебя есть, и тюремный блюз. Ты выглядишь как пережаренная тыква в оранжевом цвете, но держу пари, женщины в Riker's съедят тебя с аппетитом ".

"Я не знаю, что такое Riker's, и я не пойду".

"Только временно", - продолжила Ева. "После короткого пребывания я ставлю на Омегу. Это за пределами планеты. Джейла Кэмпбелл и Рид Маллиган - те двое, которых ты мучил, когда мы встретились? Им есть что сказать о тебе и Дэрриле ".

"Они лжецы. Мы были на вечеринке. Нет закона, запрещающего делать то, что ты хочешь делать в своем собственном доме. Взрослые по обоюдному согласию".

"Они согласились, чтобы их связали, разрезали, сожгли, избили, изнасиловали?"

"Они больны, вот что. Дэррил и я просто шли вместе, просто экспериментировали. Но с нас было достаточно, и мы собирались заставить их убраться с нашего места ".

"Твое место?" Пибоди взревела, схватила файл, выбросила фотографии, нашла Сэмюэля Зеда. "Его место, ты, извращенный придурок. Ты настолько глуп, что думаешь, отрезав ему пальцы, мы не сможем его ОПОЗНАТЬ? Посмотри, что ты с ним сделал ".

Когда Пибоди вскочила, бросилась вокруг стола, сунула фотографию в лицо Парсенсу, Ева просто откинулась назад, предоставив ей управлять.

Иди, Пибоди, подумала она.

"Отойди от меня!" Элла-Лоо выкрикнула это. "Не прикасайся ко мне. Тебе не позволено прикасаться ко мне".

"Мне позволено делать все, что, черт возьми, я захочу, с больными, психопатичными шлюхами".

"Нет! Дэррил! Убери ее от меня! Я расскажу!"

"Кому рассказать?" Ева задумалась. "Кто поверит тебе больше, чем копам? И с записями постоянно что-то случается. Неисправное оборудование. Как насчет того, чтобы снять с нее оковы, Пибоди? Ты можешь сделать то, что сделал с предыдущим. Я прикрою твою спину ".

Пибоди оскалила зубы; ее глаза заблестели. "Пойдем".

Когда Ева начала подниматься, Элла-Лу попыталась сжаться в комочек. "Ты не можешь, ты не можешь. Он напал на меня, вот что произошло. Дэррил просто защищал меня. Тот парень там, тот парень, он пытался изнасиловать меня, поэтому Дэррил защитил меня. Это была самооборона".

"И каким-то образом при этой самозащите Сэмюэль Зед потерял все свои пальцы".

"Мы... мы боялись. Мы боялись, что попадем в беду, поэтому сбросили его в воду ".

Она держалась сгорбленно, бросая полные ненависти взгляды на Пибоди.

"Нам нужно было где-то остановиться, поэтому мы поехали туда, где он жил. Это все, что мы сделали. Он насиловал меня, и Дэррил остановил его. Дэррил - герой ".

"Ясно. Где вы были, когда произошла эта предполагаемая попытка изнасилования?" Спросила Ева.

"Я не знаю. Мы только что добрались до Нью-Йорка. Было темно. Мы где-то выпивали, и я просто вышел на улицу на минутку, и этот парень схватил меня и начал рвать на мне одежду, а Дэррил вышел и остановил его ".

"Возле какого-нибудь бара, ночью, при температуре, выраженной однозначными цифрами, какой-то парень хватает тебя и срывает с тебя одежду".

"Вот что произошло. Самооборона".

"Никто не заметил попытки изнасилования, самозащиты, которая привела к трупу. И каким-то образом у вас все еще было время откопать документы мертвеца, было время перевезти упомянутое мертвое тело - в украденном вами фургоне."

На ее лице промелькнуло замешательство. "Я - мы - никто не хотел нам помогать. Никто. Мы ничего не крали".

"Фургон, который ты украл", - продолжила Ева, - "с долгосрочной стоянки в "Ньюарк Транспортейшн". В вашем беспокойстве и отчаянии - попытка изнасилования, убийство предполагаемого нападавшего, вы разработали план - не бежать и не оставлять тело или связываться с властями, а вытащить его, разбить ему лицо, отрезать пальцы, засунуть его в мешок с кирпичами и сбросить в Гудзон ".

"Мы не хотели никаких проблем. Мы просто одолжили этот фургон. Мы собирались вернуть это на место ".

"Как будто вы собирались вернуть автомобиль Роберта Янсена обратно?" Все еще рыча, Пибоди сунула новую фотографию в лицо Элле-Лу. "После того, как вы забили его до смерти монтировкой и оттащили в кусты у шоссе 12 в Арканзасе? Или он пытался изнасиловать и тебя тоже?"

"Я не -"

"Скажи, что ты не знаешь, о чем мы говорим". Ева сказала это холодно, и взгляд Элла-Лу переместился на нее. "Просто попробуй это. Все они были самообороной и вечеринками? Я не буду утруждать себя именами - вы не знали имен и не заботились о них. "От шоссе 12 до пруда Силби".

Пока Ева перебирала локации, Пибоди хватала каждую фотографию, подносила ее к лицу Эллы-Лу.

"Ты уходишь, и ничто этого не изменит. Перевари это некоторое время. Куда ты идешь, как долго? Возможно, у тебя там есть немного пространства для маневра. Есть ли что-то большее, чем это? Это один. И второе, глава и стих, Элла-Лоо. Ты расскажешь нам все, что вы сделали, ты и Дэррил, и, может быть, мы сможем заключить с тобой сделку, при которой тебя не съедят заживо, при которой у тебя будет хоть какой-то шанс снова выбраться. Продолжай нести чушь, ты пропал, пока не умрешь ".

"У меня есть ребенок!"

Теперь Ева встала, обошла вокруг, наклонилась за Эллой-Лу. "Я знаю. Я знаю, что ты бросил ее на свою мать, просто бросил ее и ушел, и с тех пор ее не видел. Использовать ее, Элла-Лу? Используй ее, и я найду новые способы причинить тебе боль, способы, по сравнению с которыми то, что вы с Дэррилом сделали со всеми за этим столом, будет выглядеть как пикник на весеннем лугу. Это обещание".

Ева выпрямилась. "Один шанс, и только один. Ты рассказываешь нам обо всех за этим столом. Подробные сведения. И ты скажи нам, есть ли еще такие. У нас есть живые свидетели, у нас есть вещественные и судебные доказательства, у нас есть ваш след, у нас есть все, что нам нужно, чтобы упрятать вас за решетку. Продолжай лгать, и нам конец. Ты в инопланетной дыре до конца своей жизни. А Дэррил в другой. Вы никогда больше не увидите друг друга. Даллас и Пибоди выходят из интервью. Запись окончена".

Выйдя из комнаты, где истерически рыдала Элла-Лоо, Ева повернулась к Пибоди. "  " Извращенный мудак? "Больные, психопатичные шлюхи"?"

"Мне понравилась аллитерация. Это только что пришло ко мне ".

Ева ударила ее по плечу, в знак высокой оценки. "Страшная Пибоди поступила хорошо".

"Мне это понравилось. Я тоже немного испугался, но я не понимаю, в чем дело, Даллас. Нам не нужно разбираться с этим ".

"Если это сработает, ты получишь это". Она ходила с Пибоди в Observation. "Баннер, ты встал. Агент Цвек, я собираюсь подготовить их для вас ".

"Они оба верили, что могут и будут продолжать", - сказала ей Мира. "То, на что они имели право, поскольку то, что они сделали, свело их вместе, удовлетворило их потребности, усилило то, что они считают своей любовью. Я не верю, что она отвернется от него. Она может, как уже делала, настаивать, что он только защищал ее. Но она так же предана, как и он, на базовом уровне ".

"Мне не нужно, чтобы она обращалась. Это будет спасать друг друга так же сильно, как самих себя, что запирает это. Давайте прикончим Дэррила. Эти двое не продлятся так долго, как я думал ".

С Баннером она вернулась в комнату, возобновила запись, села.

"Ладно, Дэррил, время размышлений вышло. Вот как это будет происходить. Теперь два варианта, те же два, которые я только что дал Элла-Лу ".

"Я хочу увидеть ее. Ты должен позволить мне увидеть ее. Мы поклялись, что никогда больше не расстанемся".

"Нет, я не обязан позволять тебе видеть ее. Но..." Она сделала паузу, как будто размышляя. "Я сделаю это, если ты сделаешь мудрый выбор. Так вот, она уже рассказала мне кое-что из этого, потому что она заботится о себе и о тебе, но это сработает только в том случае, если вы оба будете сотрудничать ".

"Что она сказала?"

"Она любит тебя, Дэррил, любой может это увидеть".

"Мы два человека, но в одном сердце".

"Верно. Я знаю, именно поэтому ты вырезал сердца со своими инициалами на людях, которых вы убили друг за друга. Сейчас я не могу сказать вам, что она сказала, иначе я бы повлиял на ваше заявление. Я могу только сказать, что она объяснила мне кое-что из этого. Например, как ты позаимствовал фургон, которым пользовался, с долгосрочной парковки в Ньюарке ".

"Это верно. Мы просто позаимствовали это. Никто этим не пользовался ".

"И она рассказала мне о Сэмюэле Зеде. Человек, в квартире которого вы жили. Ты должен рассказать нам, что ты с ним сделал, Дэррил. Если ты лжешь, то это конец. Все кончено. Прокурор, она настаивает на этом изо всех сил. Это будет то, о чем я говорил тебе раньше. Покинуть планету, навсегда, для вас обоих. Куда они поместят ее, Дэррил, если дело дойдет до суда в Нью-Йорке? Если наш ПА возьмет это?"

Ева покачала головой.

"Другие заключенные, охранники? Они посмотрят на такую красивую женщину, как Элла-Лу, на кого-то вроде нее, и они причинят ей боль. Они собираются сделать с ней ужасные вещи. Я знаю, ты этого не хочешь. Я знаю, ты хочешь защитить ее. Она рассказала мне, как ты всегда ее защищаешь ".

"Я верю! И я сделаю это".

"Тогда защищай ее сейчас, Дэррил, и я могу обсудить это со штатом Нью-Йорк, я могу попытаться сохранить вас двоих вместе. Ты идешь внутрь, это то, с чем я ничего не могу поделать. Но если ты дашь мне то, что мне нужно, я буду биться за вас обоих с ПА ".

"Если бы я только мог увидеть ее -"

"Когда мы закончим, я все устрою, чтобы ты увидел ее".

"Обещаешь?"

"Для протокола, я обещаю, когда мы закончим, вы увидите друг друга".

"И мы будем вместе после?"

"Пока я главный, вы будете вместе. Но вы должны рассказать нам все, под запись. Если ты лжешь, дело сделано. Мы собираемся начать с Зеда, того, которого ты сбросил в реку ".

"Хорошо. Ты должен понять. Это все о любви. Наша любовь больше, чем что-либо еще в мире. Элла-Лу действительно хотела приехать в Нью-Йорк. Это была ее мечта. И нам нужно было место, чтобы остаться, место, где мы могли бы жить здесь. Она говорила об этом парне, об этом парне здесь ". Он постучал по фотографии. "В баре, и она заставила его сказать, где он жил, как он жил один и все такое. Это было задумано, понимаете. Это было похоже на судьбу. Через некоторое время она сказала, что хотела бы увидеть его дом, и они пошли. Всего в паре кварталов отсюда. И она убедилась, что дверь осталась незапертой ".

"Хорошо", - подсказала Ева. "Это хорошо. Что произошло потом?"

"Когда я вошел за ними, его руки были повсюду на ней. Это просто вызвало ярость. Мы не хотели убивать его так быстро. Это произошло быстро. Мы собирались оставить его рядом, посмотреть, как все пройдет, но он прикоснулся к ней, так что я причинил ему боль больше, чем хотел ".

"Но ты все равно сохранил ему жизнь на некоторое время, верно?"

"На некоторое время, да. Он должен был рассказать нам кое-что, чтобы я мог зайти в его компьютер и отправить электронное письмо туда, где он работал. Сказал, что у него возникли семейные проблемы и ему пришлось уехать на некоторое время. Затем нам пришлось избавиться от него, и мы обсудили это, и мы сняли с него пальцы, из-за отпечатков ".

"Был ли он еще жив, когда вы отрезали ему пальцы?" Помни, если ты солжешь, я не смогу удержать тебя и Эллу-Лу вместе ".

Дэррил облизал губы. "Возможно, он все еще был жив для чего-то из этого. И когда мы немного разбили ему лицо, но он умер довольно быстро. Потом я вышел и принес несколько кирпичей с того места, где я видел, где мы, возможно, собирались остановиться. Но там было слишком холодно для Ella-Loo, вот почему нам нужно было настоящее место.

"Если вы собираетесь начать совместную жизнь, вам нужно место".

"И ты хотел Зеда".

"Это была судьба. Точно так же, как я и Элла-Лу нашли друг друга. Итак, мы погрузили его в мешок с кирпичами, завязали его и отнесли к реке ".

"Это хорошо, Дэррил. Говорить правду - это поможет. Но я думаю, ты кое-что упустил. Что-то, что вы с Эллой-Лу сделали вместе? После того, как ты убил Зеда, до того, как выбросил его тело. Ты использовал для этого его кровать?"

Теперь он широко улыбнулся. "Мы не могли дождаться постели. У нас такая сильная потребность друг в друге, и мы все были взвинчены от того, что убили его так быстро. Пол - это перина, когда ты влюблен ".

"Значит, вы ... занимались любовью, - сказал Баннер, - на полу рядом с телом?"

"Затем мы получили сумку и кирпичи".

Почувствовав ярость Бэннера, Ева сжала его запястье под столом. "Ладно, Дэррил, теперь мы на верном пути. Давайте вернемся к началу. Ты не можешь ничего упустить, или я не смогу защитить Эллу-Лу. Был ли Янсен на шоссе 12 первым человеком, которого вы убили вместе?"

"Тот парень в Арканзасе? Мы не собирались убивать его. Нам просто нужна была машина, поскольку грузовик был закончен. Элла-Лу заставила его остановиться, но потом он начал сопротивляться мне, и ей пришлось ударить его монтировкой, и он тяжело упал. В тот раз это была чистая случайность, это правда. Нам пришлось ударить его еще раз или два, просто для верности, затем мы оттащили его в кусты, и мы хорошенько вытерли грузовик, загрузили наши вещи в машину. Элла-Лу была вся на взводе, ты знаешь. Кровь и все такое. И мы свернули с пути истинного, и когда мы занимались любовью..."

Его лицо озарилось, почти светилось. "Это было похоже на полет на падающей звезде. Мы знали, что никто никогда не чувствовал того, что чувствовали мы. Это было не то же самое, когда мы сделали это снова на следующий день, и мы знали, чтобы таким образом снова достичь небес, что нам нужно было сделать. Это то, что мы должны были сделать, чтобы реализовать себя и свое предназначение. Что это было, была ли наша настоящая любовь правильной ".

"Значит, в следующий раз ты искал кого-то".

"Ну, в следующий раз он вроде как нашел нас. Мы просто позаимствовали этот домик, рядом с прудом Силби, и этот парень, он заходит и спрашивает, что мы делаем, и говорит, что нам не следует там находиться, потому что мы сломали замок. Просто этот ссученный парень, говорящий немного безумно. Итак, я ударил его кочергой из камина, затем мы подумали, может быть, если мы оставим его рядом, не будем торопиться с этим, мы бы дольше катались на этой падающей звезде. И мы сделали. Господь свидетель, мы летали на этой звезде".

"Детали, Дэррил, и они должны совпадать с данными Эллы-Лу".

В течение следующих двух часов он рассказывал им обо всех ужасающих деталях кровавого маршрута через всю страну.

Дважды она посылала Бэннера за сладкими безалкогольными напитками, которые просил Джеймс, и чтобы дать ему небольшой перерыв в интервью.

Когда это было сделано, она посмотрела на двустороннее стекло, кивнула.

"И это все, Дэррил, это все?"

"Клянусь Богом, это так. Если я что-то пропустил, то это потому, что я не помню или перепутал, вот и все. Ты собираешься исправить это сейчас, чтобы Элла-Лу и я могли быть вместе, чтобы я мог видеть, что с ней ничего плохого не случится ".

"Сделка выгодна, пока я главный".

Как по команде, вмешался Цвек с двумя агентами, с которыми он связался. "Дэррил Рой Джеймс, вы арестованы за убийство двадцати девяти человек, за похищение, насильственное заключение в тюрьму и пытки тех же людей. За похищение, насильственное заключение в тюрьму и пытки Джейлы Кэмпбелл и Рида Маллигана, попытку убийства Джейлы Кэмпбелл и изнасилование как Кэмпбелл, так и Маллигана ".

"Я не понимаю. Я думал, что я уже под арестом ".

"Полиция Нью-Йорка", - сказала Ева, поднимаясь.

"Теперь вы обвиняетесь в федеральных преступлениях, и настоящим ФБР берет на себя юрисдикцию по всем относящимся к делу вопросам. Вы находитесь под федеральной стражей и будете доставлены в федеральное учреждение ".

"С Эллой-Лу?"

"Ни единого шанса в аду".

"Но ты обещал!" Дэррил повернулся к Еве. "Ты сказал!"

"До тех пор, пока я был главным". Она пожала плечами. "Теперь я не такой. Мы закончили ". Она подошла к Цвеку, что-то пробормотала. Он кивнул.

"Держите его здесь", - приказал Цвек.

Ева вышла с Цвеком и Баннером, пока Дэррил звал Эллу-Лу.

"Мы с Пибоди завернем ее. Бэннер, тебе не обязательно слышать все это снова ".

"Я в этом, пока это не будет сделано. Я просто собираюсь связаться со своим боссом. Я хочу поговорить с ним, а потом вернусь посмотреть ".

"Та же пьеса?" - Спросил Цвек, когда Баннер ушел.

"Та же пьеса. Окажи мне поддержку, Цвек. Вендинги ненавидят меня. Возьми Пепси ".

Когда она начала выводить титры, он покачал головой. "На мне. Я должен тебе больше, чем тюбик ".

"Я приму это". И она пила глубоко, недостаточно глубоко, чтобы смыть болезнь, но глубоко.

Затем она вошла, чтобы повторить все это снова, услышать все это снова, с Эллой-Лу.

ЭПИЛОГ

К тому времени, как это было сделано, она хотела неделю принимать душ, она хотела спать целый год.

Рассказ Эллы-Лу не сильно изменился. Возможно, это было не так романтично, как у Дэррил, возможно, не включало поездки на "падающих звездах", но она выкатила все это.

Отчасти это был страх - страх за себя при мысли о том, что она находится в месте, где кто-то может сделать с ней то, что она делала с другими. И еще была ее болезненная и ужасная потребность в мужчине, который щелкнул тем убийственным выключателем внутри нее.

В конце концов, когда Элла-Лу боролась с ограничителями, проклиная Еву, крича на федеральных офицеров, которые тащили ее вверх и наружу, Ева сдержала свое обещание.

Они вытащили Дэррила из комнаты для допросов в одно и то же время.

И они увидели друг друга.

"Дэррил, Дэррил, помоги мне. Не позволяй им причинить мне боль ".

Он сражался как сумасшедший, звал ее. "Элла-Лу! Я люблю тебя, Элла-Лу! Я найду тебя. Они не разлучат нас".

"Я люблю тебя, Дэррил! Я буду ждать тебя. Я буду ждать вечно!"

Федералы растащили их в противоположных направлениях, и коридор эхом отдавался от их отчаянных признаний в любви.

Цвек протянул руку Еве. "Лейтенант, в любое время, когда вам что-нибудь понадобится от меня. Все, что угодно, в любое время, у тебя это есть ".

"Цени это. Я хотел бы знать, где они заканчивают ".

"Разные миры, лейтенант. Это многое я могу обещать ".

Когда он ушел, Ева прижала пальцы к глазам. Когда она опустила руки, она посмотрела прямо на Рорка.

"Ты все еще здесь?"

"Я приходил и уходил несколько раз, но да". Когда он положил руки ей на плечи, она жестом пригласила его на интервью. Закрой дверь.

Тогда позволь себе опереться, позволь себя держать.

"Ты всегда думаешь, что это самое худшее. Хуже этого быть не может. Ты должен так думать, иначе ты не сможешь выполнить свою работу. Ты должен думать об этом, даже зная, что будет хуже. Пока что это худшее. Слушать, как они рассказывают об этом, как им это нравилось, как им это было нужно, как они кайфовали от этого - и вот как они определяли любовь ".

"Ты отрекся от престола перед ФБР, выполнил работу и передал им результат. Это любовь. Жертвам, правосудию, работе. И это любовь".

Он снова привлек ее к себе, прижался губами к ее губам. Долгий поцелуй, нежный и добрый, который вызвал у нее жгучие слезы на глазах.

"Я знаю это. Слышать это помогает, но я это знаю. Нужно взять себя в руки".

"Я хочу забрать тебя домой".

"Пока нет. Мне нужно связаться с матерью Купера, сказать ей, что они у нас ".

"Конечно. Да".

"Может быть, помочь ей закрыть дверь. И я хочу проведать Кэмпбелла ".

"Она жива. И Мира, и Уитни проверяли. Она настоящий боец ". Он притянул ее к себе, погладил по плечам. "Она жива, и теперь у нее хорошие шансы. Она не совсем ясна, но ее шансы высоки. И она не одинока. С ней друзья и семья, как и с мальчиком. Маллиган".

"Хорошо, ладно, хорошо. Это светлое пятно в этой грязи. И у меня есть еще один. Ты должен пойти со мной. Тебе это тоже могло бы пригодиться ".

"Мне нравятся яркие пятна".

Она начала открывать дверь, оглянулась на него. "Что бы ни было до, что бы ни было после, я знаю, что такое любовь, благодаря тебе".

Он взял ее свободную руку. "Что бы ни было до, что бы ни было после, это ты показал мне любовь, которая меняет все. Поднимает все. Отдает все".

"Мы собираемся поужинать сегодня вечером, только мы вдвоем. Нет копов, кроме меня, нет работы. Как на свидании, хорошо?"

"Хочешь свидания, не так ли?"

Это удивило ее больше, чем его. "Я действительно хочу".

"Тогда это более чем нормально".

Снова успокоившись, она ушла с ним и попала в Отдел убийств.

"Подожди этого", - пробормотала она Рорку и подошла к столу Бакстера.

"Адский провал, лейтенант".

"Один для книг. Послушай, я знаю, что ты беспокоился о результатах Trueheart, но я был отчасти связан с этой парой влюбленных убийц-садистов ".

"Я понял это. Он справляется с этим. Мы были заняты, только что закрыли то, которое поймали вчера. Я пытался выяснить, но это займет еще двадцать четыре."

"Ха. Так ты действительно думаешь, что я позволил бы двум своим людям попотеть ради сорока восьми? Ты полагаешь, я не могу жонглировать контактом, придать ему немного веса?"

"Ты сделал? Эй, спасибо, Даллас. Могу ли я -"

Он остановился, когда поймал выражение ее лица. "Ах, черт".

"Послушай, Бакстер, это трудный экзамен, и многим не удается сдать его с первой попытки".

"Да, да, ад. Я хотел бы быть тем, кто скажет ему. Я могу смягчить это ".

"Я думал, ты должен. Подумал, что ты должен быть тем, кто скажет Трухарту, что у нас в отделе будет новый детектив. Он получает свой золотой щит ".

"Я буду- что?"

"Что за коп не понимает, когда его подставляют?"

"Он скончался".

"Он прошел полет, Бакстер. Будь горд".

"Святое дерьмо. Срань господня".

Она видела выражение его глаз, когда он вскочил. "Попробуйте поцеловать меня, детектив, вы не проснетесь неделю".

"Я должен поцеловать кого-нибудь. Пибоди".

"Что?"

Измученная, она взглянула на него за секунду до того, как он поднял ее со стула, плавно откинул назад и крепко поцеловал в губы.

"Эй, эй", - наконец выдавила она, когда он снова выпрямил ее.

"Верное сердце!" - позвал он. "Спереди и в центре".

"Мы поймаем одного?" Трухарт поспешил ко мне, серьезный и сияющий в своей униформе.

"Не в этот раз. Поздравляю, детектив."

"Я прошел?" Горло Трухарта дернулось. "Я прошел?"

"Я слышу, летит". Он пожал руку Трухарта, затем обнял его. "Хорошая работа, партнер".

"Я прошел", - повторил он снова, почти как молитву, и закрыл глаза.

Когда он снова открыл их, он посмотрел прямо на Еву. Он обменялся еще одним мужественным ударом по спине с Бакстером, в то время как другие полицейские в комнате аплодировали. Затем он шагнул к Еве.

"Меня бы здесь не было, если бы не ты".

"Я подбросил тебя, ты добился успеха. Поздравляю, детектив."

Он пожал ей руку, затем обнял ее.

Потому что он был молод, и это был момент, Ева позволила ему.

"Не обнимай своего лейтенанта", - посоветовала она.

"Да, сэр. Нет, сэр." Он вырвался, смеясь.

"Синяя линия", - объявил Бакстер. "После смены. Каждое-проклятое-тело. Я покупаю. Мы собираемся отпраздновать моего мальчика здесь ".

Аплодисменты сменились одобрительными возгласами при виде перспективы бесплатной выпивки.

"У меня есть ..."

Рорк сжал плечо Евы, чтобы остановить ее от отказа.

"Ничего такого, что любой из нас предпочел бы сделать", - закончил он.

Он провел рукой по ее спине, когда копы встали, чтобы похлопать Трухарта по спине, пожать ему руку, немного потрепать его.

"Я говорила тебе, что сегодня вечером больше никаких копов", - напомнила ему Ева. "Ты не обязан этого делать".

"Его лейтенант должен поднять бокал за него, и я хотел бы сделать то же самое сам. У нас есть место еще для нескольких копов в нашем светлом уголке. Мне нужно кое о чем позаботиться. Я найду тебя, конец смены".

Да, он бы так и сделал, подумала она, глядя, как он уходит. Они бы подняли бокал за хорошего, молодого копа. Может быть, другой - тяжелой работе, хорошо выполненной. Тогда у них было бы свидание.

Это был неплохой способ закончить долгий день.

Содержание

Об авторе

Также Нора Робертс, пишущая как Дж.Ди Робб

Авторские права

Эпиграф

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

Эпилог

Дж. Ди Робб

Свидетель в смерти

Ева Даллас и ее муж Рорк #11

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Для убийства всегда была аудитория.

Независимо от того, принимало ли это форму ужаса или ликования, черного юмора или тихой скорби, увлечение человечества самым страшным преступлением сделало его зрелой темой для исследования в действительности и в художественной литературе.

В конечном счете, murder продавал билеты и на протяжении всей истории собирал полные залы кинотеатров. Римляне толкались в Колизее, чтобы посмотреть, как гладиаторы рубят друг друга на кровавые куски. Или, чтобы развеять дневную скуку, сходите на утренник, где нескольких незадачливых христиан натравливали на добродушных львов на потеху ликующей публике.

Поскольку исход этих неравных матчей был в значительной степени предопределен, толпа не заполнила трибуны, чтобы посмотреть, возможно, на этот раз христиане одержат победу. Они хотели результатов и всей крови, которую они предлагали.

Люди могли разойтись по домам довольные тем, что они заработали то, чего стоили их деньги - и более того, что они сами были живы и невредимы. Убийство под предлогом замены было простым способом убедить себя в том, что ваши личные проблемы на самом деле не так уж и плохи, в конце концов.

Человеческая природа и потребность в подобных развлечениях не слишком изменились за одно-два тысячелетия. Львы и христиане, возможно, устарели, но в последние дни зимы 2059 года "убийство" все еще продавалось высоко и подняло рейтинги в средствах массовой информации.

Более цивилизованным способом, конечно.

Семьи, влюбленные пары, искушенные люди и их деревенские кузены продолжали выстраиваться в очередь и выкладывать с трудом заработанные кредиты, чтобы развлечься идеей убийства.

Преступление и наказание было делом лейтенанта Евы Даллас, а убийство было ее специализацией. Но сегодня вечером она сидела в удобном кресле в переполненном зале и наблюдала, как на сцене разыгрывается коварное дело об убийстве.

"Он сделал это".

"Хм?" Рорка ничуть не меньше интересовала реакция его жены на пьесу, чем сама пьеса. Она наклонилась вперед в своем кресле, скрестив руки на блестящих перилах ложи владельца. Ее глаза цвета бренди осматривали сцену, актеров, даже когда занавес опустился для антракта.

"Парень-полевка. Он убил женщину. Проломил ей голову из-за ее денег. Верно?"

Рорк потратил время, чтобы налить каждому из них по бокалу охлажденного шампанского. Он не был уверен, как она отреагирует на вечер с убийством в качестве развлечения, и был рад, что она прониклась духом. "Возможно".

"Ты не обязан мне говорить. Я знаю". Ева взяла бокал-флейту, изучила его лицо.

И чертовски красивое у него было лицо, подумала она. Казалось, что он был вырезан по волшебству в ошеломляющей мужской красоте, которая заставляла женские железы напевать счастливую мелодию. Темная грива волос обрамляла его, эти длинные, вылепленные кости; твердый, полный рот, который сейчас изогнулся в едва заметной улыбке, когда он наблюдал за ней. Он протянул руку, очень небрежно, чтобы провести этими длинными пальцами по кончикам ее волос.

И эти глаза, эти блестящие, почти обжигающе синие, все еще могли заставить ее сердце замирать.

Это было унизительно - то, как этот мужчина мог вывернуть ее наизнанку одним лишь взглядом.

"На что ты уставился?"

"Мне нравится смотреть на тебя". Простая фраза, произнесенная с музыкальным намеком на Ирландию, сама по себе обладала силой.

"Да?" Она наклонила голову. Расслабленная мыслью о том, что весь вечер можно будет ничего не делать, кроме как быть с ним, наслаждаться им, она позволила ему покусывать костяшки своих пальцев. "Итак, ты хочешь пошалить?"

Развеселившись, он поставил свой бокал и, наблюдая за ней, провел рукой вверх по длинной линии ее ноги до того места, где разрез на узкой юбке заканчивался на бедре.

"Извращенец. Прекрати это ".

"Ты спросил".

"У тебя нет стыда". Но она рассмеялась и вернула ему стакан. "Половина людей в этом вашем модном заведении держат свои подзорные трубы на этой коробке. Все хотят взглянуть на Рорка ".

"Они смотрят на мою очень изящную жену, полицейского из отдела убийств, который меня сбил".

Она усмехнулась над этим, как он и предполагал, она бы сделала. Это дало ему возможность наклониться и слегка впиться зубами в ее мягкую нижнюю губу. "Продолжай в том же духе", - предупредила она. "Нам придется продавать билеты".

"По сути, мы все еще молодожены. Для молодоженов вполне допустимо обниматься в общественных местах ".

"Как будто тебя волнует, что приемлемо". Она положила руку ему на грудь, отодвинула его на безопасное расстояние. "Итак, вы упаковали их сегодня вечером. Я думаю, ты рассчитывал, что так и будет ". Она повернулась, чтобы снова посмотреть на аудиторию.

Она не очень разбиралась в архитектуре или дизайне, но это место излучало класс. Она предположила, что Рорк нанял лучшие умы и таланты, чтобы восстановить старое здание в его былом великолепии.

Люди входили и выходили из огромного многоуровневого театра во время перерыва, и звук их голосов сливался в низкий рев человечества. Некоторые были одеты так, чтобы убивать, так сказать. Другие были одеты в повседневную одежду - воздушные ботинки и большие ретро-бронежилеты, которые были в моде той зимой.

С его высокими потолками, украшенными фресками, километрами красной ковровой дорожки и акрами позолоты, сам театр был переделан в соответствии со строгими требованиями Рорка. Все, чем он владел, было сделано в соответствии с его спецификациями - и, подумала Ева, ему принадлежало чертовски почти все, чем можно было владеть в известной Вселенной.

Это было то, к чему она все еще не привыкла, то, в чем она сомневалась, что ей когда-нибудь будет полностью комфортно. Но это был Рорк, и они приняли друг друга, к лучшему или к худшему.

За год, прошедший с тех пор, как они встретились, у них было больше, чем на их долю и того, и другого.

"У тебя здесь адское место, приятель. Голомодели не дали мне в полной мере ощутить это ".

"Модели обеспечивают только структуру и элементы атмосферы. Театру нужны люди, их запах и звуки, чтобы оказывать влияние ".

"Я поверю тебе на слово. Что заставило вас выбрать эту пьесу для премьеры?"

"Это захватывающая история, и, я думаю, в ней есть темы, неподвластные времени, как и в лучших историях. Любовь, предательство, убийство, все в многослойной и неопрятной упаковке. И это звездный актерский состав ".

"И на всем этом лежит твоя печать. Тем не менее, Леонард Воул виновен ". Она прищурилась, глядя на мерцающий красно-золотой занавес, как будто могла видеть сквозь него, чтобы измерить и судить. "Его жена - очень крутой клиент, у нее в рукаве припрятан какой-то трюк. Адвокат парень хороший ".

"Адвокат", - поправил Рорк. "Действие пьесы происходит в Лондоне середины двадцатого века. Адвокаты ведут уголовные дела в этой конкретной системе ".

"Неважно. Костюмы классные ".

"И подлинный, около 1952 года. Когда "Свидетель обвинения" вышел на пленку, это был огромный успех, и он оказался прочным. Тогда у них тоже был звездный актерский состав ". Разумеется, у него это было на диске. Рорку особенно нравились черно-белые фильмы начала и середины двадцатого века.

Некоторые видели черно-белое как простое и ясное изображение. Он видел тени. Он думал, что его жена очень хорошо поняла бы это.

"Они проделали хорошую работу по подбору актеров, которые отражают оригинальных игроков, сохраняя при этом свой собственный стиль", - сказал он ей. "Когда-нибудь нам придется посмотреть фильм, чтобы вы могли судить сами".

Он тоже осмотрел театр. Как бы ему ни нравилось проводить вечера со своей женой, он был бизнесменом. Пьеса была инвестицией. "Я думаю, что у нас с этим все хорошо и надолго".

"Эй, это Мира". Ева наклонилась вперед, заметив полицейского психолога, элегантного, как всегда, в зимне-белом платье-футляре. "Она со своим мужем, и это похоже на пару других людей".

"Вы хотите, чтобы я передал ей сообщение? Мы могли бы пригласить их выпить после занавеса".

Ева открыла рот, затем перевела взгляд на профиль Рорка. "Нет, не сегодня. У меня другие планы ".

"А ты?"

"Да. С этим какие-то проблемы?"

"Вообще никакого". Он долил им вина. "Теперь у нас есть несколько минут до следующего акта. Почему бы вам не сказать мне, почему вы так уверены, что Леонард Воул виновен."

"Слишком ловок, чтобы не быть. Не такой ловкач, как ты, - добавила она, заставив Рорка усмехнуться. "Он - как вы это называете - напускной. Твоя ловкость проникает до костей".

"Дорогая, ты мне льстишь".

"В любом случае, этот парень - оператор, и он хорошо справляется с честным, невинным поступком полного надежд, доверчивого человека, которому не повезло. Но привлекательные парни с красивыми женами не проводят время с женщинами постарше, гораздо менее привлекательными, если у них нет на то плана. И его дело намного глубже, чем продажа какого-то дурацкого кухонного инструмента, который он изобрел ".

Она пригубила шампанское, откинувшись на спинку кресла, когда огни зала замерцали, сигнализируя об окончании антракта. "Жена знает, что он это сделал. Она - ключ, не он. Она - исследование. Если бы я вел расследование, я бы занялся ею. Да, я бы сам провел приятную долгую беседу с Кристин Воул ".

"Тогда пьеса работает на тебя".

"Это довольно умно".

Когда поднялся занавес, Рорк наблюдал за Евой вместо драмы в зале суда.

Она была, по его мнению, самой очаровательной из женщин. За несколько часов до этого она пришла домой с кровью на рубашке. К счастью, не ее собственной. Дело, из-за которого это произошло, открылось и закрылось почти сразу с мертвецом, за которого она выступала, и признанием, которое она вытянула в течение часа после самого преступления.

Это не всегда было так упрощенно. Он предположил, что это подходящее слово. Он видел, как она доводила себя до изнеможения, рисковала жизнью, чтобы восстановить справедливость для мертвых.

Это была лишь одна из множества граней ее характера, которыми он восхищался.

Теперь она была здесь, ради него, одетая в гладкое и элегантное черное, ее единственные украшения - бриллиант, который он когда-то подарил ей, стекающий, как слеза, между ее грудей, и ее обручальное кольцо. Ее волосы были коротко подстрижены, небрежная шапочка из десятков оттенков коричневого.

Она наблюдала за игрой глазами хладнокровного полицейского, анализируя, как он представлял, улики, мотив и характер, точно так же, как она бы рассматривала дело, которое попало ей на колени. Ее рот был ненакрашен - она редко вспоминала или думала о краске для губ. Ее сильное лицо с подбородком типа "возьми меня" и неглубокой ямочкой в этом не нуждалось.

Он видел, как этот рот сжался, а глаза сузились и заблестели, когда героиня Кристин Воул дала показания и предала человека, которого она называла своим мужем.

"Она что-то задумала. Я говорил тебе, что она что-то замышляла."

Рорк провел пальцами по задней части шеи Евы. "Так ты и сделал".

"Она лжет", - пробормотала Ева. "Не до конца. Кусочки лжи. Где нож входит в это? Поэтому он порезался этим. Это не жизненно важный момент. Нож - отвлекающий маневр. Не орудие убийства, которое, кстати, они не приобщили к уликам. Это недостаток. Но если он порезался, нарезая хлеб ножом, - а все согласны, что он это сделал, - зачем им это нужно?"

"Он либо порезался намеренно, чтобы объяснить кровь на рукавах, либо случайно, как он утверждает".

"Не имеет значения. Это дым". Ее брови нахмурились. "О, он хорош". Ее голос понизился, вибрируя от сильной неприязни, которую она испытывала к Леонарду Воулу. "Посмотри на него, стоящего в... что это?"

"Скамья подсудимых".

"Да, стояла на скамье подсудимых, выглядя потрясенной и опустошенной своими показаниями".

"Не так ли?"

"Что-то не так. Я разберусь с этим ".

Ей нравилось думать об этом, искать углы и повороты. До ее участия в работе с Рорком она никогда не видела настоящего живого выступления. Она провела некоторое время перед экраном, позволив своей подруге Мэвис затащить ее на пару голографических представлений за эти годы. Но она должна была признать, что наблюдение за тем, как живые исполнители разыгрывают сцены, произносят реплики и делают ходы, подняло весь развлекательный аспект на более высокий уровень.

Было что-то в том, чтобы сидеть в темноте, глядя сверху вниз на действие, которое сделало тебя его частью, в то же время разделяя вас ровно настолько, чтобы у тебя не было реальной заинтересованности в результате.

Это снимало ответственность, подумала Ева. Глупая и богатая вдова, которой проломили череп, не надеялась, что лейтенант Ева Даллас найдет ответы на свои вопросы. Это превратило поиск ответов на эти вопросы в интересную игру.

Если бы Рорк добился своего - а иначе бывало редко, - эта богатая вдова умирала бы шесть вечеров в неделю и во время двух дневных представлений, в течение очень, очень долгого времени на потеху аудитории, состоящей из кабинетных детективов.

"Он того не стоит", - пробормотала она, втянутая в действие настолько, что ее раздражали персонажи. "Она жертвует собой, выступая перед присяжными, чтобы они смотрели на нее как на приспособленку, пользователя, бессердечную стерву. Потому что она любит его. И он выеденного яйца не стоит ".

"Можно было бы предположить, - прокомментировал Рорк, - что она просто предала его и бросила на произвол судьбы".

"Э-э-э. Она перевернула дело с ног на голову, перевела его так, что она злодейка. На кого сейчас смотрят присяжные? Она в центре, а он просто болван. Чертовски умная мысль, если бы он того стоил, но это не так. Она понимает это?"

"Смотри и увидишь".

"Просто скажи мне, прав ли я".

Он наклонился, поцеловал ее в щеку. "Нет".

"Нет, я не прав?"

"Нет, я не рассказываю, и если ты продолжишь говорить, ты пропустишь тонкости и диалог".

Она нахмурилась на него, но замолчала, чтобы наблюдать за дальнейшим развитием драмы. Она закатила глаза, когда был зачитан вердикт о невиновности. Присяжные, подумала она. На них нельзя было положиться ни в художественной литературе, ни в реальной жизни. Комиссия из двенадцати порядочных копов осудила бы ублюдка. Она начала говорить об этом, затем увидела, как Кристин Воул пробивается сквозь толпу зрителей, которые хотели ее крови, в почти пустой зал суда.

Ева кивнула, довольная, когда героиня призналась в своей лжи и обмане адвокату Воула. "Она знала, что он виновен. Она знала это, и она солгала, чтобы спасти его. Идиот. Он сейчас отряхнется и бросит ее. Ты наблюдаешь".

Ева повернула голову на смех Рорка. "Что тут смешного?"

"У меня такое чувство, что вы понравились бы даме Кристи".

"Кто это, черт возьми, такой? Тихо! Вот он идет. Смотри, как он злорадствует".

Леонард Воул пересек съемочную площадку в зале суда, щеголяя своим оправдательным приговором и обтягивающей брюнеткой под руку. Другая женщина, подумала Ева. Большой сюрприз. Она чувствовала одновременно жалость и разочарование к Кристине, когда та бросилась в объятия Воула, попыталась прижаться.

Она видела его высокомерие, потрясение и неверие Кристины, гнев сэра Уилфреда. Это было не меньше, не больше, чем она ожидала, как бы хорошо это ни было сыграно. И затем она поднялась прямо со своего стула.

"Сукин сын!"

"Раненая девочка". Обрадованный Рорк оттащил Еву обратно на ее место, в то время как на сцене Кристин Воул вонзила нож, который она схватила со стола для улик, в черное сердце своего мужа.

"Сукин сын", - снова сказала Ева. "Я не предвидел, что это произойдет. Она казнила его".

Да, Рорк думал, что Агата Кристи насладилась бы его Евой. Сэр Уилфред повторил эти точные слова, когда люди выбежали на сцену, чтобы сгрудиться над телом, увести Кристин Воул.

"Что-то не так". Ева снова вскочила на ноги, и теперь ее кровь гудела в другом ритме. На этот раз она крепко вцепилась в поручень обеими руками, ее взгляд был прикован к сцене. "Что-то не так. Как нам туда спуститься?"

"Ева, это представление".

"Кто-то не играет". Она оттолкнула стул со своего пути и вышла из ложи как раз в тот момент, когда Рорк заметил, что один из стоявших на коленях статистов с трудом поднялся на ноги и уставился на кровь на своей руке.

Он догнал Еву, схватил ее за руку. "Сюда. Там есть лифт. Это приведет нас прямо за кулисы ". Он ввел код. Откуда-то снизу начала кричать женщина.

"Это часть сценария?" Потребовала Ева, когда они вошли в лифт.

"Нет".

"Хорошо". Она достала коммуникатор из вечерней сумочки. "Это Даллас, лейтенант Ева. Мне нужен медицинский блок. Театр "Новый глобус", Бродвей и тридцать восьмая. Состояние и травмы пока неизвестны ".

Она бросила коммуникатор обратно в сумку, когда лифт открылся в хаос. "Верните этих людей обратно и возьмите их под контроль. Я не хочу, чтобы кто-либо из актеров или съемочной группы покидал здание. Вы можете подсчитать мне количество человек?"

"Я позабочусь об этом".

Они разделились, и Ева протолкалась к сцене. У кого-то хватило присутствия духа опустить занавес, но за ним оказалась дюжина людей на разных стадиях истерии.

"Отойди". Она отдала приказ.

"Нам нужен врач". Блондинка с холодными глазами, которая играла жену Воула, стояла, зажав обе руки между грудей. На ее костюме, на ее руках были пятна крови. "О, мой Бог. Кто-нибудь, позовите врача ".

Но Ева присела на корточки рядом с мужчиной, распростертым лицом вниз на полу, и знала, что для врачей было слишком поздно. Она выпрямилась, достала свой значок. "Я лейтенант Даллас, полиция и безопасность Нью-Йорка. Я хочу, чтобы все отступили. Ни к чему не прикасайтесь, ничего не убирайте со сцены ".

"Произошел несчастный случай". Актер, игравший сэра Уилфреда, снял парик своего адвоката. Его сценический грим потек от пота. "Ужасный несчастный случай".

Ева посмотрела вниз на лужу крови, на зазубренный по самую рукоятку хлебный нож. "Это место преступления. Я хочу, чтобы вы, люди, отступили. Где, черт возьми, охрана?"

Она протянула руку и хлопнула ею по плечу женщину, которую она все еще считала Кристин Воул. "Я сказал в ответ". Когда она заметила Рорка, выходящего из-за кулис с тремя мужчинами в форме, она подала сигнал.

"Уведите этих людей со сцены. Я хочу, чтобы они были изолированы. У вас есть раздевалки или что-то еще. Спрячьте их и приставьте к ним охрану. Это касается и экипажа тоже ".

"Он мертв?"

"Или это, или он получит награду за лучшую мужскую роль века".

"Нам нужно переместить аудиторию в безопасное место. Держи это под контролем ".

"Иди вперед и сделай так, чтобы это произошло. Посмотри, сможешь ли ты выяснить, жива ли еще Мира. Я мог бы использовать ее ".

"Я убила его". Блондинка отступила на два шага, подняв окровавленные руки, уставившись на них. "Я убила его", - снова сказала она и потеряла сознание.

"Отлично. Потрясающе. Рорк?"

"Я позабочусь об этом".

"Ты". Она ткнула пальцем в одного из охранников. "Начинайте отводить этих людей в раздевалки. Оставь их там. Ты, - приказала она второму охраннику, - начинай собирать команду, техников. Я хочу, чтобы двери были заперты. Никто не входит, никто не выходит ".

Женщина начала рыдать, несколько мужчин начали спорить на повышенных тонах. Ева сосчитала до пяти, подняла свой значок в воздух и крикнула: "Теперь слушайте! Это полицейское расследование. Любой, кто откажется следовать инструкциям, будет препятствовать этому расследованию и окажется доставленным в ближайший полицейский участок, где он будет содержаться под стражей. Я хочу, чтобы эта сцена была очищена, и очищена сейчас!"

"Давайте двигаться". Брюнетка с эпизодической ролью тутси Воула грациозно перешагнула через лежащую без сознания Кристин. "Пара из вас, больших сильных мужчин, подхватите нашу исполнительницу главной роли, хорошо? Мне нужно выпить, черт возьми ". Она огляделась вокруг, ее глаза были холодными, ясными и зелеными. "Это разрешено, лейтенант?"

"При условии, что это не на моем месте преступления".

Удовлетворенная, Ева достала свой коммуникатор. "Даллас, лейтенант Ева". Она снова присела на корточки рядом с телом. "Мне нужно, чтобы на место преступления немедленно была направлена группа".

***

"Ева". Доктор Мира поспешила через сцену. "Рорк сказал мне ..." Она замолчала, посмотрела вниз на тело. "Боже милостивый". Она глубоко вздохнула, перевела взгляд обратно на Еву. "Что я могу сделать?"

"Прямо сейчас ты можешь оставаться в стороне. У меня нет походного комплекта. Пибоди уже в пути, и я послал за командой криминалистов и судмедэкспертом. Но пока они не приедут сюда, вы одновременно врач на месте происшествия и назначенный сотрудник полиции и службы безопасности. Извините, что испортил вам вечер ".

Мира покачала головой, начала опускаться на колени возле тела.

"Нет, смотри на кровь. Ты испортишь мне сцену и испортишь свое платье ".

"Как это произошло?"

"Ты скажи мне. Мы все это смотрели. Используя свою острую наблюдательность, я идентифицирую этот нож как орудие убийства ". Ева развела руками. "У меня даже нет чертовой банки с герметиком. Где, черт возьми, Пибоди?"

Расстроенная тем, что не может начать настоящий осмотр без своих инструментов, она обернулась и заметила Рорка. "Не могли бы вы подождать меня здесь, доктор Мира?"

Не дожидаясь ответа, Ева зашагала влево по сцене. "Скажи мне, укус ножом в последней сцене. Как это работает?" - спросила она Рорка.

"Подставной нож. Лезвие втягивается, когда его прижимают к твердой поверхности ".

"Не в этот раз", - пробормотала Ева. "Жертва, каково его настоящее имя?"

"Ричард Драко. Очень горячая собственность. Полагаю, сейчас он значительно остыл ".

"Насколько хорошо вы его знали?"

"Не очень хорошо. Я встречался с ним в обществе несколько раз, но в первую очередь я знал его работы ". Рорк засунул руки в карманы и покачался на каблуках, изучая ошеломленные глаза Драко. "Он четырехкратный лауреат премии "Тони ", фильмы, в которых он снимался, получали отличные отзывы. Он является самым кассовым персонажем на сцене и экране, и был таковым на протяжении ряда лет. У него репутация, - продолжил Рорк, - за то, что он был трудным, высокомерным и инфантильным. Манипулирует женщинами, пользуется определенным количеством химических улучшений, которые могут не соответствовать кодексу полицейского управления ".

"Женщина, которая его убила?"

"Ареена Мэнсфилд. Блестящая актриса. Редкий бесстрастный тип, преданный своему искусству. Очень уважаемый в театральных кругах. Она живет и работает в основном в Лондоне, но ее убедили переехать в Нью-Йорк для этой роли ".

"Кем?"

"Частично мной. Мы знали друг друга несколько лет. И нет, - добавил он, снова засовывая руки в карманы, - я никогда с ней не спал."

"Я не спрашивал об этом".

"Да, ты это сделал".

"Хорошо, если я это сделал, у нас будет продолжение. Почему ты с ней не переспал?"

Слабая улыбка тронула его губы. "Первоначально потому, что она была замужем. Затем, когда ее не было..." Он провел кончиком пальца по вмятине на подбородке Евы. "Я был. Моей жене не нравится, когда я сплю с другими женщинами. Она очень строга на этот счет ".

"Я запишу это". Она обдумывала свои варианты, жонглировала ими. "Вы знаете многих из этих людей или, во всяком случае, имеете о них впечатления. Я собираюсь поговорить с тобой позже ". Она вздохнула. "Для протокола".

"Конечно. Возможно ли, что это был несчастный случай?"

"Все возможно. Мне нужно осмотреть нож, и я не могу прикоснуться к этому ублюдку, пока не приедет Пибоди. Почему бы тебе не вернуться туда, не похлопать по плечу своих людей? И держите уши открытыми ".

"Вы просите меня помочь в официальном полицейском расследовании?"

"Нет, я не такой". И, несмотря на обстоятельства, ее губы хотели дрожать. "Я просто сказал, держи ухо востро". Она постучала пальцем по его груди. "И держись подальше от моего пути. Я на дежурстве".

Она отвернулась, услышав тяжелый стук того, что могло быть только полицейской обувью.

Песни Пибоди были освещены до болезненного блеска, который Ева могла заметить по всей длине сцены. Ее зимнее форменное пальто было застегнуто до горла на крепком теле. Ее кепка сидела точно под правильным углом на ее темных прямых волосах.

Они пересекли сцену с противоположных концов, встретились у тела. "Привет, доктор Мира". Пибоди взглянула на тело, поджала губы. "Похоже, это будет адская премьера".

Ева протянула руку за своим походным комплектом. "Запись продолжается, Пибоди".

"Да, сэр". Поскольку под софитами на сцене было тепло, Пибоди сняла пальто, сложила его и отложила в сторону. Она прикрепила свой диктофон к воротнику форменной куртки.

"Запись включена", - сказала она, когда Ева покрыла свои руки и вечерние туфли герметиком.

"Даллас, лейтенант Ева, на сцене, декорации Нового театра "Глобус". Также присутствуют Пибоди, офицер Делия, и Мира, доктор Шарлотта. Жертва - Ричард Драко, мужчина смешанной расы, лет сорока-пятидесяти."

Она бросила Печать Пибоди. "Причина смерти - ножевое ранение, одиночное ранение. Визуальный осмотр и минимальное количество крови указывают на ранение в сердце ".

Она присела и покрытыми кожей пальцами подобрала нож. "Рана, нанесенная, по-видимому, обычным кухонным ножом, с зазубренным лезвием длиной примерно восемь дюймов".

"Я измерю и упаковаю, лейтенант".

"Пока нет", - пробормотала Ева. Она осмотрела нож, извлекла микрошарики, снова осмотрела его от рукояти до кончика. "Первичный осмотр не выявил механизма отвода лезвия при ударе. Это не бутафорский нож."

Она сдвинула очки так, что они оказались у нее на макушке. "Нет бутафорского ножа, нет несчастного случая". Она передала нож в запечатанную руку Пибоди. "Это отдел убийств".

ГЛАВА ВТОРАЯ

"Ты могла бы мне пригодиться", - сказала Ева Мире, пока уборщики работали на месте преступления. Тело Драко уже было упаковано, снабжено бирками и направлялось в морг.

"Что я могу для тебя сделать?"

"У нас есть пара дюжин полицейских в форме, записывающих имена и адреса членов аудитории". Она не хотела думать о человеко-часах, о горах бумажной работы, которые уйдут на опрос более двух тысяч свидетелей. "Но я хочу начать процесс собеседования с основными игроками, прежде чем я вышвырну их на ночь. Я не хочу, чтобы кто-либо судился со мной, пока я не разберусь получше в обстановке ".

Прямо под открытым небом, подумала Ева, изучая сцену, декорации, ярусы за ярусами плюшевых бархатных кресел, которые вмещали восхищенную аудиторию.

Кто-то был крут и самоуверен. И умный.

"Людям с тобой комфортно", - продолжила она. "Я хочу, чтобы Арине Мэнсфилд было удобно".

"Я сделаю, что смогу".

"Ценю это. Пибоди, ты со мной ".

Ева пересекла сцену, прошла за кулисы. За кулисами была разбросана униформа. Гражданские лица либо прятались за закрытыми дверями, либо сбились в жалкие группки.

"Как вы оцениваете наши шансы на то, что средства массовой информации не будут посвящены в это до утра?"

Пибоди взглянула на Еву. "Я бы сказал, ноль, но это оптимистично".

"Да. Офицер." Ева подала знак полицейским. "Я хочу, чтобы охрана была выставлена у каждого входа, у каждого выхода".

"Уже сделано, сэр".

"Я хочу, чтобы охранники были внутри. Никто не покидает здание, даже полицейский. Никто не заходит, особенно репортеры. Ясно?"

"Да, сэр".

Коридор отходил от крыла, сужался. Ева осмотрела дверь, слегка удивленная золотыми звездами, прикрепленными к нескольким из них. Также были вывешены таблички с именами. Она остановилась у двери, обозначенной как "для Ареены Мэнсфилд", коротко постучала, затем вошла.

Она только подняла брови, когда увидела Рорка, сидящего на кушетке королевского синего цвета и держащего Арину за руку.

Актрисе еще предстояло снять сценический грим, и хотя слезы разрушили его, она все еще была сногсшибательна. Ее глаза метнулись к Еве и мгновенно наполнились страхом.

"О Боже. О, мой Бог. Меня собираются арестовать?"

"Мне нужно задать вам несколько вопросов, мисс Мэнсфилд".

"Они не позволили бы мне измениться. Они сказали, что я не мог. Его кровь". Ее руки, сжатые в кулаки, затрепетали под костюмом. "Я не могу этого вынести".

"Прошу прощения. Доктор Мира, не могли бы вы помочь мисс Мэнсфилд снять костюм? Пибоди покончит с этим ".

"Конечно".

"Рорк, пожалуйста, выйди". Ева отступила к двери, открыла ее.

"Не волнуйся, Ареена. Лейтенант разберется с этим ". Ободряюще сжав руку Ареены, он встал и прошел мимо Евы.

"Я просил вас держать ухо востро, а не заигрывать с одним из моих подозреваемых".

"Пытаться удержать истеричную женщину в сознании не особенно уютно". Он выдохнул. "Я бы выпил очень большую порцию бренди".

"Что ж, иди домой и выпей один. Я не знаю, как долго я там пробуду ".

"Я верю, что смогу найти здесь то, что мне нужно".

"Просто иди домой", - снова сказала она. "Тебе здесь нечего делать".

"Поскольку я не один из ваших подозреваемых, - добавил он тихим голосом, - и я владелец этого театра, я полагаю, что могу приходить и уходить, когда мне заблагорассудится".

Он провел пальцем по ее щеке и ушел.

"Ты всегда так делаешь", - пробормотала она, затем вернулась в раздевалку.

Еве казалось, что гримерка - это скромное название для такого большого, такого пышного пространства. На длинном, кремового цвета прилавке стоял лес баночек, тюбиков, палочек, бутылочек, расставленных с солдатской точностью. Над всем этим сияло широкое тройное зеркало, окруженное тонкими белыми лампочками.

Там была кушетка, несколько удобных кресел, полноразмерная кофеварка и холодильник, аккуратная мини-система связи. Гардероб висел в длинном шкафу, теперь открытом, так что Ева отметила, что костюмы и уличная одежда были разложены так же точно, как и грим.

На каждом столе, кучками на полу, были цветы. Насыщенный ароматами воздух заставил Еву подумать о свадьбах. И похороны.

"Спасибо тебе. Большое вам спасибо ". Ареена слегка вздрогнула, когда Мира помогала ей надевать длинное белое одеяние. "Я не знаю, сколько еще я мог бы выдержать... Я бы хотела смыть макияж ". Ее рука потянулась к горлу. "Я хотел бы почувствовать себя самим собой".

"Продолжай". Ева поудобнее устроилась в одном из кресел. "Это интервью будет записано. Ты понимаешь?"

"Я ничего не понимаю". Со вздохом Ареена села на мягкий стул перед зеркалом для макияжа. "Мой разум кажется оцепеневшим, как будто все происходит на шаг позже, чем должно было быть".

"Это очень нормальная реакция", - заверила ее Мира. "Часто помогает поговорить о событии, которое вызвало шок, обсудить его детали, чтобы с ними можно было разобраться. Отставить в сторону".

"Да, я полагаю, вы правы". Переведя взгляд в зеркало, она наблюдала за Евой. "Вы должны задавать мне вопросы, и это должно быть записано. Хорошо. Я хочу, чтобы это было сделано ".

"Запись продолжается, Пибоди. Даллас, лейтенант Ева, в интервью с Мэнсфилдом, Ариной, в гримерной объекта в Новом театре "Глобус". Также присутствуют Пибоди, офицер Делия и доктор Шарлотта Мира."

Пока Ареена смывала свой сценический грим, Ева декламировала исправленную "Миранду". "Понимаете ли вы свои права и обязанности, мисс Мэнсфилд?"

"Да. Это еще одна часть кошмара ". Она закрыла глаза, попыталась представить чистое белое поле, спокойное, безмятежное. И мог видеть только кровь. "Он действительно мертв? Ричард действительно мертв?"

"Да".

"Я убил его. Я ударила его ножом ". Дрожь пробежала от ее плеч вниз. "Дюжину раз", - сказала она, снова открывая глаза, чтобы встретиться взглядом с Евой в центре тройного зеркала. "По крайней мере, дюжину раз мы репетировали эту сцену. Мы так тщательно ставили хореографию, чтобы добиться наибольшего эффекта. Что пошло не так? Почему нож не убрали?" Первый намек на гнев появился в ее глазах. "Как это могло произойти?"

"Проведи меня через это. Сцена. Ты Кристин. Ты защищал его, лгал ради него. Ты погубила себя ради него. Затем, после всего этого, он отшивает тебя, выставляет напоказ другую женщину, женщину помоложе, у тебя перед носом ".

"Я любила его. Он был моей навязчивой идеей - мой любовник, мой муж, мой ребенок, все в одном лице ". Она подняла плечи. "Превыше всего Кристин любила Леонарда Воула. Она знала, кем он был, что он сделал. Но это не имело значения. Она бы умерла за него, настолько глубокой и навязчивой была ее любовь".

Теперь, успокоившись, Ареена выбросила использованные салфетки в мусоропровод, повернулась на табурете. Ее лицо было мраморно-бледным, глаза красными и опухшими. И все же, она излучала красоту.

"В этот момент каждая женщина в зале понимает ее. Если они не чувствовали такого рода любви, в какой-то части себя они хотели бы, чтобы у них была. И когда она понимает, что после всего, что она сделала, он может так небрежно от нее отказаться, когда она полностью понимает, кто он такой, она хватается за нож ".

Ареена подняла сжатую в кулак руку, как будто держась за рукоять. "Отчаяние? Нет, она - создание действия. Она никогда не бывает пассивной. Это мгновение, импульс, но глубинный. Она вонзает в него нож, даже когда обнимает его. Любовь и ненависть, обе в своей высшей форме, обе внутри нее в одно мгновение ".

Она уставилась на руку, которую она выбросила, и она начала дрожать. "Боже. Боже!" Неистовым движением она выдвинула ящик своего туалетного столика.

Ева вскочила на ноги, ее рука в мгновение ока сжала запястье Ареены.

"Я - это - сигарета", - выдавила она. "Я знаю, что мне не положено курить в здании, но я хочу сигарету". Она оттолкнула руку Евы. "Я хочу чертову сигарету".

Ева заглянула в ящик, увидела дорогую упаковку из десяти трав. "Мы ведем запись. Вы автоматически получите штраф ". Но она отступила назад.

"Мои нервы". Она возилась с зажигалкой, пока Мира не подошла, осторожно вынула ее из ее пальцев и щелкнула зажигалкой. "Спасибо. Хорошо." Ареена глубоко затянулась, медленно выдула. "Мне жаль. Обычно я не такая... хрупкая. Театр разбивает хрупкое на куски, и быстро ".

"У тебя все очень хорошо получается". Мира говорила низким, спокойным голосом. "Обсуждение этого с лейтенантом Даллас поможет".

"Я не знаю, что сказать". Арина смотрела на Миру с доверием, которое Ева хотела видеть в ее глазах. "Это просто случилось".

"Когда вы подняли нож", - прервала Ева, - "вы заметили что-нибудь необычное?"

"Другой?" Арина моргнула, снова сосредоточившись на Еве. "Нет. Он был именно там, где и должен был быть, рукоятью ко мне, чтобы сделать движение быстрым и плавным. Я поднял это, чтобы дать аудитории тот единственный момент потрясения, когда она увидит лезвие. Освещение предназначено для того, чтобы уловить это, отблески по краям. Затем я бросился в атаку. От стола до Ричарда всего два шага. Я беру его правую руку, между локтем и плечом, левой рукой, удерживая его, отводя правую назад, затем... удар, - сказала она после очередной долгой затяжки, - реквизитным ножом по его груди высвобождает струю сценической крови. Мы замираем на мгновение, всего на два удара, интимно, прежде чем остальные на сцене бросаются вперед, чтобы оттащить меня ".

"Какие у вас были отношения с Ричардом Драко?"

"Что?" Глаза Ареены остекленели.

"Твои отношения с Драко. Расскажи мне об этом ".

"С Ричардом?" Арина сжала губы, ее рука скользнула вверх между грудей, чтобы помассировать основание горла, как будто слова застряли там, как заусенцы. "Мы знали друг друга несколько лет, работали друг с другом раньше - и хорошо - совсем недавно в лондонской постановке фильма "Дважды принадлежащий".

"А лично?"

Было колебание, меньше половины удара, но Ева заметила и убрала это.

"Мы были достаточно дружелюбны", - сказала ей Арина. "Как я уже сказал, мы знаем друг друга много лет. Средства массовой информации в Лондоне разыграли роман между нами во время той последней работы. Пьеса была романтической. Мы получили удовольствие от интереса. Там продавались билеты. В то время я был женат, но это не помешало публике видеть в нас пару. Нас это позабавило".

"Но никогда не действовал в соответствии с этим".

"Я была замужем и достаточно умна, лейтенант, чтобы знать, что Ричард был не из тех мужчин, ради которых можно отказываться от брака".

"Потому что?"

"Он прекрасный актер. Был, - поправила она, тяжело сглотнув, прежде чем в последний раз затянуться сигаретой. "Он не был особенно хорошим человеком. О, это звучит порочно, ужасно ". Ее рука снова поднялась к горлу, пальцы беспокойно касались плоти. "Я чувствую себя порочным и ужасным, говоря это, но я - я хочу быть настолько честным, насколько могу. Я боюсь. Я в ужасе, что вы подумаете, что я хотел, чтобы это произошло ".

"В данный момент я ничего не думаю. Я хочу, чтобы ты рассказал мне о Ричарде Драко."

"Хорошо. Хорошо." Она сделала глубокий вдох, затянулась сигаретой, как будто это была соломинка. "Другие скажут это в любом случае. Ричард был очень своекорыстным и эгоцентричным, как и многие... большинство из нас в этом бизнесе. Я не держал на него зла. И я ухватился за шанс поработать с ним в этой пьесе ".

"Известно ли вам о ком-либо еще, кто, считая его не особенно хорошим человеком, мог бы обвинить его в этом?"

"Я полагаю, Ричард оскорбил всех, кто был причастен к этой постановке в тот или иной момент". Она прижала кончик пальца к внутреннему уголку глаза, как будто для того, чтобы немного ослабить давление. "Конечно, были оскорбленные чувства, жалобы, бормотание и обиды. Это театр ".

***

Театр, насколько Ева была обеспокоена, был странным бизнесом. Люди обильно плакали, произносили бессвязные монологи, в то время как любой полоумный адвокат посоветовал бы им сказать "да", "нет" и заткнуться к чертовой матери. Они разъясняли, они расширяли, и очень многим из них удалось превратить смерть сотрудника в драму, где они сами играли главную роль. "На девяносто процентов чушь собачья, Пибоди".

"Я полагаю". Пибоди пересекла закулисье, пытаясь заглянуть во все сразу. "Но это вроде как круто. Все эти огни, и голографическая доска, и есть несколько действительно волшебных костюмов, если вы любите антиквариат. Тебе не кажется, что было бы потрясающе стоять у входа и видеть, как все эти люди наблюдают за тобой?"

"Жутко. Нам придется отпустить некоторых из этих людей, прежде чем они начнут ныть о своих гражданских правах ".

"Я ненавижу, когда это происходит".

Ева ухмыльнулась, просматривая свой блокнот. "Пока что мы получаем интересную картину жертвы. Никто на самом деле не хочет этого говорить, но его очень не любили. Даже когда они не хотят этого говорить, они все равно это делают, вытирая слезы со своих глаз. Я собираюсь осмотреться здесь сзади. Идите вперед и прикажите полицейским освободить этих людей. Убедитесь, что у нас есть все необходимые данные о них, что им выдано стандартное предупреждение. Назначьте собеседования на завтра ".

"В центре или в поле?"

"Давайте не будем спешить и пойдем к ним. На данный момент. После того, как вы их настроили, вы испытываете облегчение. Встретимся в Центральном в ноль восемьсот."

Пибоди переступила с ноги на ногу. "Ты идешь домой?"

"В конце концов".

"Я могу висеть, пока ты этого не сделаешь".

"В этом нет смысла. Мы добьемся большего, если завтра начнем все сначала. Просто скремблируй интервью. Я хочу поговорить с как можно большим количеством людей и как можно скорее. И я хочу продолжение с Арееной Мэнсфилд ".

"Да, сэр. Отличное платье", - добавила она, убирая свой журнал заметок. "Тебе придется смыть кровь и навоз с юбки, пока она не впиталась".

Ева посмотрела вниз, хмуро посмотрела на элегантную черную колонну. "Черт возьми. Я ненавижу быть не одетой для работы." Она повернулась и зашагала дальше за кулисы, где у огромного запертого шкафа стояла униформа.

"Ключ". Она протянула руку, пока полицейский доставал ключ из пакета для улик. "Кто-нибудь пытался залезть в эту штуку?"

"Вернулся реквизитор - пожилой парень, довольно трясущийся. Но он не доставил мне никаких хлопот ".

"Прекрасно. Выйди на улицу и скажи уборщикам, что они получат разрешение на уборку этой территории примерно через десять минут ".

"Да, сэр".

Оставшись одна, Ева отперла шкаф и распахнула двойные дверцы. Она нахмурилась, заметив коробку сигар, старомодный телефон и несколько других предметов, аккуратно разложенных в области, обозначенной как кабинет сэра Уилфреда.

В другой секции хранился реквизит, который использовался в сцене в баре. Секция зала суда была пуста. По-видимому, реквизитор был очень осторожен в замене и расстановке своего реквизита и сделал это сразу после того, как сцена, где они были необходимы, была закончена.

Кто-то настолько дотошный не принял бы кухонный нож за муляж.

"Лейтенант Даллас?"

Ева оглянулась и увидела молодую брюнетку из последнего акта, выходящую из тени кулис в свет за кулисами. Она сменила свой костюм и надела простой черный комбинезон. Ее волосы были расчесаны тугими волнами и ниспадали прямыми и насыщенно-каштановыми прядями до середины спины.

"Надеюсь, я не мешаю вашей работе". У нее был едва уловимый акцент, мягкий и южный, и легкая улыбка на ее лице, когда она подошла ближе. "Я надеялся перекинуться с вами парой слов. Ваш помощник сказал мне, что на данный момент я свободен ".

"Это верно". Ева мысленно вернулась к программе, которую она отсканировала после убийства. "Мисс Ландсдаун".

"Карли Ландсдаун, Диана в этой трагической постановке". Она перевела свои большие голубые глаза на шкаф. "Я надеюсь, вы не думаете, что Пит имел какое-либо отношение к тому, что случилось с Ричардом. Старина Пит и мухи бы не обидел, даже если бы она жужжала у него в ухе ".

"Пит был бы владельцем собственности?"

"Да. И настолько безвредны, насколько это возможно. Этого нельзя сказать обо всех в этом маленьком цирке ".

"Очевидно. Есть ли что-то конкретное, чего ты хочешь?"

"Только для того, чтобы сказать то, в чем я сомневаюсь, что большинство других скажут, по крайней мере, на начальном этапе. Все ненавидели Ричарда ".

"Включая тебя?

"О, безусловно". Она сказала это с ослепительной улыбкой. "Он наступал на ваши линии при каждом удобном случае, который у него был, отрезал вашу метку, все, что могло привлечь внимание к нему и от кого-либо еще. За сценой он был злобным маленьким червяком. Его мир вращался вокруг одного - его собственного эго ".

Она деликатно пожала плечами. "Рано или поздно вы услышите это от кого-нибудь, поэтому я подумал, что будет лучше, если вы услышите это от меня. Мы были любовниками в течение короткого периода. Это закончилось пару недель назад маленькой неприятной сценой. Ричард любил маленькие неприятные сцены и устроил эту для наибольшего эффекта. Во время нашей первой полной генеральной репетиции".

"Я так понимаю, он все порвал".

"Он сделал". Она сказала это небрежно, но блеск в ее зеленых глазах сказал Еве, что негодование все еще кипит. "Он изо всех сил старался очаровать меня, и как только я был очарован, он изо всех сил старался унизить меня перед актерским составом и съемочной группой. Это была моя первая бродвейская постановка".

Она огляделась, и хотя ее губы были изогнуты, улыбка была острой, как битое стекло. "Я был зеленым, лейтенант, но я быстро созреваю. Я не буду утруждать себя словами, что сожалею о его смерти, но скажу, что не думаю, что его стоило убивать ".

"Ты была влюблена в него?"

"На данном этапе моей карьеры у меня нет места для любви, но я был ... ослеплен. Многое, я думаю, как и мой персонаж, было ослеплено Леонардом Воулом. Я сомневаюсь, что в этой постановке есть кто-то, кто не затаил злобу на Ричарда. Я хотел быть откровенным в своей ".

"Я ценю это. Ты сказал, что он унизил тебя. Каким образом?"

"В его последней сцене, той, где я спускаюсь с ним в зал суда и он противостоит Кристин, он прервал мои реплики в ее адрес, носился по сцене, утверждая, что моя речь была плоской ".

Ее губы сжаты, глаза прищурены. "Он сравнил отсутствие страсти и стиля с моим выступлением в постели. Он назвал меня безмозглым деревенщиной, которая пыталась обменять отсутствие таланта на слегка привлекательную внешность и хорошую пару грудей ".

Карли откинула назад волосы - ленивый жест, прямо контрастирующий с яркой яростью в ее глазах. "Он сказал, что я скучный, и хотя я забавлял его некоторое время, если бы я не мог притворяться, что выступаю в своем второстепенном качестве, он бы увидел, что меня заменили кем-то, кто мог ".

"И это стало для вас полной неожиданностью?"

"Он был змеей. Змеи нападают быстро, потому что они трусы. Я сделал несколько ответных выстрелов, но они были не самыми лучшими. Я не был готов, и я был смущен. Ричард ушел со сцены, заперся в своей гримерке. Помощник режиссера ушел, чтобы попытаться успокоить его, и мы повторили сцену еще раз с дублером Ричарда ".

"Кто этот дублер?"

"Майкл Проктор. Кстати, он очень хорош".

"А если пьесу вернут в производство, он согласится на эту роль?"

"Я полагаю, это вопрос к продюсерам. Но меня бы это не удивило, по крайней мере, в краткосрочной перспективе ".

"Я ценю информацию, мисс Ландсдаун". И такое количество непрошеной информации всегда вызывало подозрение.

"Мне нечего скрывать". Она снова повела плечами и не сводила своих больших зеленых глаз с лица Евы. "И если бы я это сделал, я полагаю, вы бы откопали это. Я довольно много слышал о жене полицейского Рорка за последние несколько месяцев. Тебе не кажется, что потребовалось определенное высокомерие, чтобы выбрать ночь, когда ты будешь среди зрителей, чтобы совершить убийство?"

"Высокомерие требуется, чтобы лишить другого жизни. Я буду на связи, мисс Ландсдаун ".

"Я в этом не сомневаюсь".

Ева подождала, пока женщина не подошла почти к кулисам. "Одна вещь".

"Да?"

"Ты тоже не слишком заботишься об Ареине Мэнсфилд".

"У меня нет к ней сильных чувств, так или иначе". Карли наклонила голову, приподняв одну бровь высокой дугой. "Почему ты спрашиваешь?"

"Вы не проявили особого сочувствия, когда она упала в обморок".

Улыбка вернулась, достаточно яркая, чтобы заиграть на задних рядах. "Чертовски изящный обморок, не так ли? Актерам, лейтенант Даллас, им нельзя доверять ".

Небрежно тряхнув волосами, она направилась к выходу.

"Итак, " пробормотала Ева, "кто выступает?"

"Лейтенант". Одна из уборщиц, молодая женщина со свежим лицом, подошла к Еве. Ее мешковатый защитный комбинезон издавал негромкие шуршащие звуки при каждом шаге. "У меня здесь есть маленькая игрушка, на которую, я думаю, ты захочешь взглянуть".

"Так, так". Ева взяла пакет для улик, поджала губы, изучая нож. Сквозь прозрачный пластик она провела пальцем по кончику лезвия, почувствовала, как оно втягивается. "Где ты нашел это, ах..." Она просмотрела имя, вышитое на груди тускло-серого комбинезона. "Ломбовски".

"В вазе, полной настоящих красных роз на длинных стеблях. Красивые цветы. Комната была забита ими, как будто это были государственные похороны или что-то в этом роде. Раздевалка Арины Мэнсфилд".

"Хорошая работа".

"Спасибо, лейтенант".

"Вы знаете, где Мэнсфилд?"

"Она в комнате отдыха для актеров. Твой мужчина с ней."

"Пибоди?"

"Нет, сэр. Ваш муж". Ломбовски подождал, пока Ева хмуро посмотрит на реквизитный нож, прежде чем она осмелилась поднять брови. Это был ее первый близкий взгляд на Рорка, и она сочла, что он достоин двух больших взглядов.

"Заканчивай зачистку, Ломбовски".

"По делу, лейтенант".

Ева зашагала за сцену и поймала Пибоди, выходящую из гримерной. "У меня запланировано четыре допроса".

"Прекрасно. Планы на сегодняшний вечер меняются ". Ева подняла муляж ножа. "Уборщики нашли это в гримерке Мэнсфилда, заправленное розами".

"Вы собираетесь предъявить ей обвинение?"

"Ее адвокат добился бы, чтобы ее выгнали, прежде чем я отправил бы ее в центральную. Это чертовски Пат, не так ли, Пибоди? Она убивает его перед битком набитым залом и прячет реквизитный нож в своей собственной гримерке. Очень аккуратный или очень глупый". Ева повертела пакет с уликами в руках. "Давайте посмотрим, что она скажет по этому поводу. Где комната отдыха для актеров?"

"Нижний уровень. Мы можем подняться по лестнице ".

"Прекрасно. Ты знаешь что-нибудь об актерах?"

"Конечно. Люди свободного возраста разбираются во всех искусствах. Моя мать играла в каком-то маленьком театре, когда я только начинал, а двое моих двоюродных братьев - актеры. Работа на сцене вживую и на небольших экранах. А моя прабабушка была артисткой в Сан-Франциско до того, как вышла на пенсию. Тогда есть мой - "

"Ладно, все в порядке". Покачав головой, Ева с грохотом спустилась по лестнице. "Как ты переносил всех этих людей, вторгающихся в твою жизнь?"

"Мне нравятся люди", - весело сказала Пибоди.

"Почему?"

Поскольку это был не тот вопрос, который требовал ответа, Пибоди указала налево, когда они спустились по ступенькам. "Они тебе тоже нравятся. Ты просто притворяешься рычащим ".

"Я Снарли. Если и когда я выпущу Мэнсфилд на свободу или она обратится к адвокатам, я хочу, чтобы вы оставались с ней. Если она вернется домой, устроится, вызовите пару полицейских в форме, чтобы присмотрели за ее домом. У нас достаточно данных для допуска к наблюдению. Я хочу знать, куда она ходит и что она делает ".

"Хочешь, я проведу проверку ее биографии сейчас?"

"Нет, я позабочусь об этом".

Ева открыла дверь в гостиную. Как и во всем, к чему Рорк прикасался, это было далеко не убого. Очевидно, он хотел, чтобы талант чувствовал себя комфортно, и не пожалел средств, чтобы застраховать его.

Там были две отдельные зоны отдыха с плюшевыми диванами, по бокам от которых стояли обслуживающие дроиды. Комната изогнулась в угол, с короткой ножкой, предлагающей автореферат, который, как она предположила, был полностью укомплектован, холодильник с прозрачным фасадом, держащий разнообразные холодные напитки, и маленький отдельный столик с изящной компьютерной установкой.

Рорк сидел, по мнению Евы, уютно, рядом с Арееной в зоне отдыха справа, покачивая бокал бренди. Его пристальный взгляд, этот молниеносно-голубой, переместился на лицо его жены, блеснул там и напомнил ей о том, как она впервые увидела его лицом к лицу.

Тогда он не был нянькой подозреваемого в убийстве. Он был одним из них.

Его губы изогнулись в ленивой, уверенной улыбке. "Привет, Пибоди", - сказал он, но его глаза оставались на лице Евы.

"У меня есть к вам еще несколько вопросов, мисс Мэнсфилд".

Арина заморгала, глядя на Еву, всплеснула руками. "О, но я думал, что на сегодня мы закончили. Рорк только что организовал мою транспортировку обратно в мой пентхаус."

"Транспортировка может подождать. Запись продолжается, Пибоди. Вам нужно, чтобы я напомнил вам о ваших правах и обязанностях в связи с этим расследованием, мисс Мэнсфилд?"

"Я- " Дрожащая рука опустилась на ее горло, задержалась там. "Нет. Я просто не знаю, что еще я могу вам сказать ".

"Узнаешь это?" Ева бросила запечатанный реквизитный нож на стол между ними.

"Это выглядит как..." Ее рука, все еще беспокойная, потянулась к нему, затем сжалась в кулак и отдернулась. "Это подставной нож. Это реквизит, который должен был быть на съемочной площадке, когда... О, Боже. Где ты это нашел?"

"В твоей гримерной, утопающий в красных розах".

"Нет. Нет". Очень медленно Арина покачала головой из стороны в сторону. Она скрестила руки на груди, впившись пальцами в плечи. "Это невозможно".

Если это было притворство, размышляла Ева, то это было чертовски хорошо. Глаза остекленели, губы и пальцы дрожали. "Это не только возможно, это факт. Как это туда попало?"

"Я не знаю. Говорю вам, я не знаю ". Во внезапном приливе энергии Ареена вскочила на ноги. Теперь ее глаза не были остекленевшими, а дикими и вращающимися. "Кто-то положил это туда. Тот, кто подменил ножи, положил это туда. Они хотят, чтобы меня обвинили в смерти Ричарда. Они хотят, чтобы я страдал за это. Разве этого не было достаточно, Боже, разве этого не было достаточно, что я убил его?"

Она протянула руку, леди Макбет, глядя на уже смытую кровь.

"Почему?" Голос Евы был холодным и невыразительным. "Почему бы просто не выбросить реквизит подальше, в угол, в мусорное ведро. Зачем кому-то прятать это в твоей гримерной?"

"Я не могу думать... кто бы так сильно меня ненавидел. И Ричард..." Слезы заблестели, красиво упали, когда она повернулась. "Рорк. Ты знаешь меня. Пожалуйста, помоги мне. Скажи ей, что я не мог совершить эту ужасную вещь ".

"Какими бы ни были ответы, она найдет их". Он поднялся, позволив ей прийти в его объятия, чтобы поплакать, пока он смотрел на свою жену поверх ее головы. "Вы можете быть уверены в этом. Не может ли она, лейтенант?"

"Вы ее представитель?" Ева огрызнулась в ответ и заработала приподнятую бровь.

"Кто, кроме вас, имеет доступ в вашу гардеробную, мисс Мэнсфилд?"

"Я не знаю. На самом деле, любой из актеров и съемочной группы. Я не держу его запертым. Это неудобно ". Все еще держа голову на плече Рорка, она сделала несколько успокаивающих вдохов.

"Кто послал тебе красные розы? И кто привел их в комнату?"

"Я не знаю. Там было так много цветов. Мой костюмер забрал карточки. Она бы отметила тип на каждом. Один из посыльных принес кое-что из доставленного. Люди входили и выходили за тридцать минут до занавеса. Именно тогда я прекратил прием посетителей, чтобы подготовиться ".

"Вы вернулись в свою гримерную после начальной сцены и снова меняли костюмы на протяжении всего спектакля".

"Это верно". Успокоившись, Арина отодвинулась от Рорка, повернувшись лицом к Еве. "У меня пять переодеваний. Мой костюмер был со мной. Она каждый раз была со мной в раздевалке ".

Ева достала свою записку. "Как зовут вашего костюмера?"

"Триша. Триша Битс. Она скажет вам, что я не прятал реквизит. Она скажет тебе. Спроси ее."

"Я сделаю это. Мой помощник проводит вас обратно в ваш пентхаус ".

"Я могу идти?"

"На данный момент. Я буду на связи. Запись окончена, Пибоди. Проводите мисс Мэнсфилд до ее дома ".

"Да, сэр".

Арина схватила пальто, которое повесила на подлокотник дивана, и передала его Рорку так, что Ева не могла не оценить. Такая женственная, такая спокойная, уверенная, что мужчина был бы рядом, чтобы тепло укутать ее.

"Я хочу, чтобы вы поймали того, кто это сделал, лейтенант Даллас. Я очень этого хочу. И даже тогда, даже когда тот, кто организовал это, будет наказан, я всегда буду знать, что это была моя рука, которая вызвала это. Я всегда буду это знать ".

Она протянула руку назад, коснулась пальцами тыльной стороны ладони Рорка. "Спасибо тебе, Рорк. Я бы не пережил сегодняшний вечер без тебя ".

"Отдохни немного, Арина".

"Я надеюсь, что смогу". Склонив голову, она вышла, а Пибоди решительно следовала за ней.

Нахмурившись, Ева взяла пакет с уликами, положила его в свой походный набор. "Она хотела бы исправить тот факт, что ты с ней не спал".

"Ты так думаешь?"

Слабой нотки веселья в его голосе было достаточно, чтобы поднять ее на ноги. "И ты просто проглатываешь это, не так ли?"

"Мужчины - свиньи". Он шагнул вперед, провел пальцами по ее щеке. "Ревнуешь, дорогая Ева?"

"Если бы я ревновал к каждой женщине, с которой у тебя был секс, усугубляемый каждой женщиной, которая хотела бы, чтобы ты это сделал, я бы провел свою жизнь в зелени".

Она начала поворачиваться, оттолкнула его руку, когда он схватил ее за локоть. "Руки прочь".

"Я так не думаю". Чтобы доказать это, он взял ее за другую руку и крепко прижал к себе. Юмор был на его лице, и, черт бы его побрал, это была нежность, против которой у нее не было защиты. "Я люблю тебя, Ева".

"Да, да".

Он рассмеялся, наклонился и нежно прикусил ее нижнюю губу. "Ты романтический дурак".

"Ты знаешь, в чем твоя проблема, эйс?"

"Почему ты мне не говоришь?"

"Ты ходячий оргазм". Она имела удовольствие видеть, как расширились его глаза.

"Я не думаю, что это совсем лестно".

"Этому не суждено было случиться". Очень редко удавалось пробраться под этот глянцевый лак и задело за живое, подумала она. Вот почему ей это так понравилось. "Я собираюсь поговорить с костюмером Мэнсфилда, посмотрим, подтвердит ли она эту историю. Тогда я закончил здесь на сегодня. Я могу начать кое-какие фоновые прогоны по дороге домой ".

Он вернул свое пальто и ее, и свое равновесие. "Я полагаю, ты будешь слишком занят, чтобы выполнять фоновые прогоны по дороге домой".

"Что делаешь?"

Он поднял ее пальто, прежде чем она смогла взять его и натянуть на себя. Закатив глаза, она повернулась, просунула руки в рукава. Затем издала сдавленный звук, когда он прошептал ей на ухо особенно образное предложение.

"Вы не можете делать это на заднем сиденье лимузина".

"Хочешь поспорить?"

"Двадцать".

Он взял ее за руку, чтобы вывести. "Сделано".

Она проиграла, но это были хорошо потраченные деньги.

***

"Если это было сделано, когда это было сделано, тогда хорошо, что это было сделано быстро".

Что ж, это сделано, сделано хорошо и сделано быстро. И я осмелюсь процитировать шотландскую пьесу, когда сижу один. Убийца. Или, как Кристин Воул в нашей остроумной пьесе, я всего лишь палач?

Глупо с моей стороны записывать свои мысли. Но эти мысли такие громкие, такие огромные, такие ярко окрашенные, что я удивляюсь, как мир не видит, как они вырываются из моей головы. Я думаю, что это высказывание вслух, где никто не может услышать, могло бы успокоить их. Эти мысли должны быть заглушены, должны быть похоронены. Это непрочное время. Я должен собраться с духом.

Риски были взвешены до того, как дело было сделано, но откуда мне было знать, как я мог представить, каково это - видеть его мертвым и истекающим кровью в центре внимания? Так тихо. Он лежал так неподвижно в белом потоке огней.

Лучше не думать об этом.

Теперь пришло время подумать о себе. Быть осторожным, быть умным. Быть спокойным. Ошибок допущено не было. Сейчас не должно быть никого. Я сохраню свои мысли тихими, спрятанными глубоко в моем сердце.

Хотя им хочется кричать от ликования.

Ричард Драко мертв.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Учитывая состояние оборудования в ее распоряжении в Полицейском управлении, Ева избавила себя от значительного разочарования и провела первоначальную проверку дома. Рорк любил свои игрушки, а компьютер и системы связи в ее домашнем офисе делали барахло в Central похожим на что-то из второго тысячелетия.

Что почти и произошло.

Расхаживая по своему кабинету со второй чашкой кофе, она слушала, как ее компьютер перечисляет официальные подробности жизни Ареены Мэнсфилд.

Ареена Мэнсфилд, урожденная Джейн Ступс, родилась восьмого ноября 2018 года, Вичита, Канзас. Родители, Адалайда Мунк и Джозеф Ступс, союз совместного проживания распался в 2027 году. Один брат, мужчина, Дональд Ступс, родился двенадцатого августа 2022 года.

Она прогнала это через данные об образовании для формы - все стандартные материалы, насколько Ева могла судить, вплоть до ее зачисления в Нью-Йоркский институт драматических искусств в возрасте пятнадцати лет.

Сбежал к черту из Канзаса при первой возможности, размышляла Ева, и не могла винить ее. Что люди вообще делали там со всей этой пшеницей и кукурузой?

Профессиональная карьера Ареены началась молодой. Модель-подросток, несколько спектаклей, короткое пребывание в Голливуде перед возвращением в живой театр.

"Да, да, бла-бла-бла". Ева побрела обратно к своей машине. "Компьютер, поищи и составь список всех судимостей, всех арестов".

Работает...

Компьютер гудел с тихой эффективностью. Сравнение этого с бесполезной кучей фишек, которыми она была проклята в Central, заставило ее усмехнуться.

"В наши дни нужно выйти замуж за миллиардера, чтобы обзавестись приличным инструментом".

Поиск завершен...

Хранение нелегалов, Нью-Лос-Анджелес, 2040 год.

"Теперь мы разговариваем". Заинтригованная, Ева села за стол. "Продолжай идти".

Сделка о признании вины привела к условному сроку со стандартной обязательной реабилитацией. Обязательство выполнено в Мемориальном реабилитационном центре Кита Ричардса, Нью-Лос-Анджелес.

Потребление нелегалов со вторичными обвинениями в непристойном поведении, Нью-Йорк, 2044 год. Вторая реабилитация назначена и удовлетворена, клиника "Новая жизнь", Нью-Йорк.

В личном деле больше не отмечено преступной деятельности.

"Этого достаточно. Какой наркотик она выбрала?"

Работает... В деле указана комбинация Экстази и Зонера по обоим пунктам.

"Это тебя успокоит, не так ли?"

Пожалуйста, перефразируйте запрос.

"Неважно. Найдите и внесите в список данные о совместном проживании и / или браке."

Работает... Официальное разрешение на совместное проживание, выданное в Новом Лос-Анджелесе Ареене Мэнсфилд и Бродерику Питерсу с июня 2048 по апрель 2049 года, союз взаимно расторгнут. Свидетельство о браке, выданное в Лондоне, Англия, для Ареены Мэнсфилд и Лоуренса Баристола в сентябре 2053 года. Ходатайство о разводе, Мэнсфилд против Баристола, январь 2057, без возражений и удовлетворено. В результате брака или союзов совместного проживания детей не было.

"Хорошо. Найдите и перечислите все профессиональные роли в постановках, в которых участвовал Ричард Драко."

Работает... Внебродвейская постановка драмы "Сломанные крылья", с мая по октябрь 2038 года. Субъект и Драко, Ричард, во второстепенных ролях по ходу пьесы. Видеосъемка на маленьком экране "Умри за любовь" с субъектом и Драко в главных ролях, Ричард, снят в Новом Лос-Анджелесе, 2040 год. Видеосъемка, Нью-Йорк, "Шах и мат", в главных ролях субъект и Драко, февраль 2044 года. Лондонская художественная постановка драмы, дважды принадлежащая, в главной роли Субъект и Драко, Ричард, с февраля 2054 по июнь того же года.

"Интересное время", - пробормотала Ева, лениво протягивая руку, чтобы почесать за ушами пухлого кота, который запрыгнул на ее стол. Пока Галахад устраивался поудобнее прямо перед экраном компьютера, Ева наблюдала, как Рорк вошел в дверь, соединяющую их личные кабинеты.

"Вы не упомянули, что у Арины была незаконная привычка".

"Имел" - ключевое слово. Это имеет отношение к делу?"

"Все имеет значение. Вы уверены, что ее привязанность к нелегалам - это прошедшее время?"

"Насколько мне известно, она была чиста более дюжины лет". Когда он сел на край стола, Галахад подвинулся и ударился головой о руку Рорка с длинными пальцами. "Вы не верите в реабилитацию, лейтенант?"

"Я женился на тебе, не так ли?"

Поскольку это заставило его усмехнуться, она наклонила голову. "Вы также не упомянули, что она и Драко снимались вместе в некоторых постановках на протяжении многих лет".

"Ты не спрашивал".

"Сроки двух их актерских связей в конечном счете совпадают с ее обвинениями в незаконном обороте".

"Ах. Хммм." Рорк поверг Галахада в кошачий экстаз, проведя тонким пальцем по меху.

"Насколько тесными они были, Рорк?"

"Возможно, они были замешаны. Так ходили слухи во время их последнего совместного проекта в Лондоне. Я познакомился с Арееной несколько лет назад, когда она была замужем и жила в Лондоне. И я никогда не видел ее и Ричарда вместе, пока мы не подбирали актеров для этой пьесы ". Он приподнял плечо, налил себе того, что осталось от кофе Евы.

"Когда я проведу обыск жертвы, найду ли я незаконные обвинения?"

"Возможно. Если Ареена все еще употребляла, она была осторожна и профессиональна. Никаких пропущенных репетиций, никаких темпераментных сцен. Я бы не стал использовать термин "сдержанный" в одном предложении с Драко, но он выполнил свою работу. И если у них были романтические или сексуальные отношения, они держали это за запертыми дверями ".

"Никто никогда не бывает достаточно осмотрительным. Если они трахались друг с другом, кто-то знал. И если бы они вместе катались в поту или пили нелегалов, это добавило бы несколько ракурсов ".

"Ты хочешь, чтобы я выяснил?"

Она поднялась на ноги, наклонилась вперед, пока ее нос не столкнулся с его. "Нет. Теперь, если есть какая-то часть того, что вы не поняли, позвольте мне повторить. Нет. Понял?"

"Я верю, что знаю. Через несколько часов у меня встреча в Сан-Франциско. Соммерсет знает, как связаться со мной, если тебе понадобится ".

Ее хмурый взгляд при упоминании подтянутого адъютанта Рорка был мгновенным и искренним. "Мне это не понадобится".

"Я должен быть дома до девяти". Он поднялся, скользя руками вверх по бокам ее тела, затем снова вниз к бедрам. "Я позвоню, если буду чуть позже".

Она поняла, что он заверял ее, что ночью она не будет одна - одна, где ее преследуют кошмары. "Тебе не нужно беспокоиться обо мне".

"Мне нравится".

Он наклонил голову, чтобы подарить ей легкий поцелуй, но она изменила тон, текстуру, притянув его ближе, ее рот был горячим и жадным. Ее руки были сжаты в его волосах, и у нее выступила кровь, прежде чем она отпустила его.

Я испытал удовлетворение, увидев, что его глаза потемнели, а дыхание участилось. "Что ж. Для чего это было?"

"Мне нравится", - сказала она и взяла свою пустую кофейную чашку. "Увидимся". Она улыбнулась ему через плечо и пошла на кухню за добавкой.

***

Ева просматривала свои звонки на своем домашнем устройстве, устройстве palm, своем автомобиле и оборудовании в своем офисе в Central. Если ее расчеты верны, с полуночи она получила двадцать три звонка от репортеров, которые варьировались от обаяния, просьб, туманных угроз и мелких взяток. Шесть из них, в разных местах и с возрастающим уровнем разочарования и срочности, были от Надин Ферст с 75 канала.

Они могли быть друзьями, что никогда не переставало удивлять Еву, но для них обоих бизнес был бизнесом. Надин хотела эксклюзивного разговора один на один с главным следователем по делу о смерти Ричарда Драко. Еве просто нужен был его убийца.

Она сбросила все звонки из СМИ, дала знак Пибоди быть наготове и прослушала краткое сообщение от своего командира.

Это было достаточно просто. Его офис. Сейчас.

Было еще около восьми утра.

Коммандер Уитни не заставил себя ждать. Его помощник жестом пригласил Еву прямо в его кабинет, где Уитни сидел за своим столом, манипулируя своими собственными сообщениями.

Его большие руки нетерпеливо постукивали по поверхности стола, одна поднялась, чтобы ткнуть пальцем в кресло, когда она вошла. Он продолжал подключаться к телемосту, его широкое смуглое лицо ничего не выражало, голос был спокойным и оживленным.

"Мы проведем брифинг для прессы в два. Нет, сэр, это не может быть сделано раньше. Я хорошо знаю, что Ричард Драко был выдающейся знаменитостью, и СМИ требуют подробностей. Мы примем их в два. Первичный этап будет подготовлен. Ее отчет у меня на столе," сказал он, подняв бровь на Еву.

Она быстро поднялась, вложила диск в его пальцы.

"Я свяжусь с вами, как только проанализирую ситуацию". Впервые с тех пор, как вошла Ева, раздражение отразилось на лице Уитни. "Мэр Бьянчи, был Драко светилом искусства или нет, он мертв. У меня на руках дело об убийстве, и расследование будет вестись со всей энергией и быстротой. Это верно. Два часа, - повторил он, затем закончил передачу и снял наушники для уединения.

"Политика". Это было все, что он сказал.

Он откинулся назад, потер линию напряжения у основания шеи. "Я прочитал предварительный отчет, который вы подали прошлой ночью. У нас ситуация ".

"Да, сэр. Ситуация должна быть на вскрытии прямо сейчас ".

Его губы растянулись в том, что было почти улыбкой. "Ты не большой любитель театра, не так ли, Даллас?"

"Я получаю свою норму развлечений на улице".

"Весь мир - это сцена", - пробормотала Уитни. "К настоящему моменту вы знаете, что жертва была известной знаменитостью. Его смерть в таком публичном и, скажем так, драматичном месте - это новость. Важные новости. История уже стала популярной на планете и за ее пределами. Драко - Мэнсфилду, Рорку - тебе".

"Рорк не причастен". Как только она это сказала, дюжина проклятий пронеслась у нее в голове.

"Он владелец театра, он был основным спонсором пьесы, и, судя по информации, которая уже дошла до меня, он был лично ответственен за привлечение Драко и Мэнсфилда к постановке. Это точно, лейтенант?"

"Да, сэр. Коммандер Уитни, если бы каждое преступление, произошедшее на территории, которой владеет Рорк или в которой он заинтересован, было связано с ним, он был бы связан с каждым полицейским и преступником на планете, и половина из них была бы устранена."

На этот раз Уитни действительно улыбнулась. "Это отличная мысль. Однако." Улыбка исчезла. "В этом случае его связь с вашей значительно более ощутима. Ты среди свидетелей. Я предпочитаю рассматривать это как преимущество в данном случае. Тот факт, что вы были на месте происшествия и смогли быстро справиться с этим, не позволяет этому быть более громоздким, чем оно есть на самом деле. Средства массовой информации станут проблемой ".

"Со всем уважением, сэр, средства массовой информации - это всегда проблема".

Он на мгновение замолчал. "Я так понимаю, вы видели некоторые из ранних заголовков".

Она была. Сразу после вспышки "Драко умирает за искусство" появились раздражающие маленькие кусочки, такие как: "Самое отвратительное убийство! Известный актер Ричард Драко был жестоко зарезан прошлой ночью, убийство было совершено под носом у ведущего детектива отдела по расследованию убийств полиции Нью-Йорка, лейтенанта Евы Даллас."

Вот и все, подумала она, за то, что заткнула утечки в СМИ.

"По крайней мере, они не называли меня женой Рорка до третьего абзаца".

"Они будут использовать его и тебя, чтобы придать истории популярности".

Она знала это. Ненавидел это. "Я и раньше работал под давлением ПРЕССЫ, коммандер".

"Достаточно верно". Когда его "линк" подал звуковой сигнал, он нажал на кнопку "Все удержания" и отключил его. " Даллас, это не обычное убийство и даже не экстраординарное. Это, как говорят мои внуки, круто, и ты - часть этого. Вам нужно будет тщательно подготовиться к пресс-конференции в два. Поверьте мне, задействованные актеры будут играть перед камерами. Они не смогут помочь самим себе, и по мере того, как они это делают, история усложняется ".

Он откинулся назад, постукивая себя по бедру. "Я также знаю, что вы не особенно заинтересованы в том, чтобы общественность и средства массовой информации закончили это. Вам придется считать это окончание, в данном случае, частью работы. Не давайте интервью и не обсуждайте какие-либо аспекты дела ни с одним репортером до пресс-конференции ".

"Нет, сэр".

"Я хочу, чтобы это происходило быстро. Я уже попросил судмедэксперта ускорить вскрытие. Лаборатория в состоянии боевой готовности. Здесь мы действуем по правилам, но быстро переворачиваем эти страницы. Обращалась ли Ареена Мэнсфилд к своему адвокату или представителю?"

"Пока нет".

"Интересно".

"Я не ожидаю, что это продлится долго. Она была потрясена, но у меня сложилось впечатление, что ей понадобится репутация, как только ее разум прояснится. Ее костюмерша подтверждает, что она была в гримерной с Арееной при каждой смене костюма. Я не полностью верю в ее заявление. Женщина боготворит Мэнсфилда. Тем временем, я провожу проверку всех членов актерского состава и съемочной группы. Это займет некоторое время. Здесь много игроков. Интервью начинаются этим утром ".

"Соответствуют ли приблизительным оценкам три тысячи свидетелей?"

От одной мысли об этом у Евы начинала пульсировать голова. "Боюсь, что так и есть, коммандер. Очевидно, мы не смогли надолго удержать зрителей в театре. Мы провели индивидуальную идентификацию личности по имени и месту жительства, когда каждый был освобожден. Некоторые заявления были сняты, потому что, в основном, некоторые люди не могли заткнуться. Большинство из тех, которые я просмотрел, были разрозненными и по сути бесполезными ".

"Распределите присутствующих свидетелей по отряду. Я привлеку несколько детективов из других областей. Давайте проведем некоторые исключения, чтобы сократить эти цифры ".

"Я начну это сегодня, коммандер".

"Передайте это, - приказал он. "Тебя нельзя пощадить для работы с беспилотниками. Отметьте Фини, чтобы узнать биографию актеров и персонала театра. Я хочу, чтобы это закончилось. Он должен уделять приоритетное внимание биографическим данным, а не своей текущей работе ".

Он будет стонать из-за этого, подумала Ева, но она была рада возможности переложить эту часть нагрузки на электронного детектива. "Я сообщу ему об этом, коммандер, и отправлю ему список".

"Копии для моего сведения. После пресс-конференции мне нужно, чтобы вы согласовали все без исключения интервью со мной для СМИ до подтверждения. Даллас, ты можешь ожидать увидеть себя и своего мужа на экране, в печати и выброшенными из чертовых туристических трамваев, пока это дело не будет удовлетворительно закрыто. Если вам потребуется команда большего размера, дайте мне знать ".

"Я начну с того, что у меня есть. Благодарю вас, коммандер ".

"Будь здесь, в этом кабинете, в тринадцать тридцать, на предварительном брифинге для СМИ".

Это было увольнение, и, признав это, Ева вышла из офиса и спустилась по трапу. Прежде чем она достигла своего уровня, она достала коммуникатор и связалась с Фини из отдела электронных расследований.

"Привет, Даллас. Слышал, ты вчера вечером попал на адское шоу ".

"Рецензии были убийственными. Ладно, выбросил это из головы. У меня есть прямой приказ от командира. Я вышлю вам полный список актерского состава и съемочной группы пьесы, а также дополнительного персонала театра. Мне нужны полные данные, с прогонами корреляции. Любые связи любых лиц с Ричардом Драко и / или Арееной Мэнсфилд ".

"С удовольствием протянул бы руку помощи, Даллас, но я здесь по уши завяз".

"Непосредственно от командира", - повторила она. "Он пометил тебя, приятель, не меня".

"Ну и ад". И без того похмельное лицо Фини наполнило экран печалью. Она наблюдала, как он провел рукой по своим жестким волосам цвета ржавчины. "О скольких биографиях мы говорим?"

"Включая роли без выступлений, сменщиков, команду техников и талантов, концессии, техническое обслуживание и так далее? Плюс-минус четыреста."

"Господи, Даллас".

"Я сделал Мэнсфилда, но вы могли бы пойти глубже". Вместо сочувствия она почувствовала веселье, которое облегчило ее походку, когда она проходила через КПЗ и подала Пибоди знак подходить. "Уитни хочет, чтобы это было приоритетным и срочным. Пресс-конференция в тысяча четырьсот. Мне нужно все, что я смогу получить к тому времени. Вы уполномочены набрать в команду столько людей, сколько вам нужно ".

"Разве это не просто денди?"

"Мне подходит. Я буду на месте. Пибоди передаст вам список как можно скорее. Ищи секса, Фини ".

"Доживешь до моего возраста, немного притормози с этим".

"Ha ha. Секс и нелегалы. У меня уже есть галстук. Давайте посмотрим, распространяется ли это как-нибудь. Я буду на связи ".

Она сунула коммуникатор в карман, направляясь к нижнему уровню, где был припаркован ее автомобиль. "Передайте списки свидетелей и подозреваемых Фини. Мы сливаем информацию о EDD ".

"Хорошо для нас". Пибоди достала свой карманный блок и начала передачу. "Так ... он использует Макнаба?"

"Я не спрашивала". Ева скользнула взглядом по Пибоди, затем покачала головой и кодовым способом открыла замки на своей машине.

"Ты хочешь знать, не так ли?"

Ева пристегнулась, завела машину. "Я не понимаю, о чем ты говоришь".

"Обо мне и Макнабе".

"Насколько я могу судить, нет никаких тебя и Макнаба. Этого не существует в моем мире. У моего помощника не какая-нибудь странная сексуальная интрижка с модной пластинкой от EDD ".

"Это странно", - признала Пибоди, затем испустила долгий вздох.

"Мы не об этом говорим. Дайте мне первый адрес ".

"Кеннет Стайлз, он же сэр Уилфред, 828 Парк авеню. И это действительно хороший секс ".

"Пибоди".

"Тебе было интересно".

"Я не был". Но она вздрогнула, когда удручающе четкий образ Пибоди и Макнаба радостно всплыл в ее голове. "Сосредоточься на работе".

"У меня в голове много отсеков". Со счастливым вздохом Пибоди откинулась на спинку стула. "Место для всего".

"Тогда освободите место для Кеннета Стайлза и расскажите мне вкратце".

"Да, сэр". Пибоди послушно достала свой ПКП. "Стайлз, Кеннет, пятидесяти шести лет, редкий уроженец Нью-Йорка. Родился и вырос в Мидтауне. Родители были артистами. Судимости нет. Обучался у частного репетитора до среднего уровня с дополнительными занятиями по драматургии, сценическому дизайну, костюмированию и ораторскому искусству."

"Упс. Итак, у нас в руках серьезный актер ".

"Первое выступление в возрасте двух лет. Парень выиграл кучу наград. Всегда живая сцена. Нет видео. Художник, как я предполагаю. Вероятно, темпераментный и эмоциональный ".

"Разве это не будет весело. Работал ли он с Драко раньше?"

"Несколько раз. Пару раз с Мэнсфилдом. Последний раз в Лондоне. На данный момент он не женат. Имел двух супругов и одного официального партнера по совместному проживанию. Все женского пола".

Ева поискала глазами место для парковки, отвергла эту идею и подъехала к фасаду послевоенного здания на Парк-стрит. Прежде чем она вышла, швейцар в форме был рядом с ней.

"Прошу прощения, мадам, здесь запрещено парковаться".

"А это значок". Она подняла свой щит. "Кеннет Стайлз?"

"Мистер Стайлз занимает квартиру на пятидесятом этаже. Пять тысяч. Дежурный оправдает вас. Мадам- "

"Здесь написано "мадам"?" Спросила Ева и подождала, пока глаза швейцара скользнут вниз, чтобы прочитать ее значок.

"Прошу прощения, лейтенант, могу я распорядиться, чтобы ваш автомобиль был поставлен в гараж на время вашего визита?" Камердинер вернет его, когда вы будете готовы уйти ".

"Это хорошее предложение, но если бы я дал вам код зажигания, мне пришлось бы арестовать себя. Это остается прямо здесь ".

Ева достала свой значок и вошла в здание, оставив швейцара печально смотреть на ее зеленое в горошек полицейское удостоверение.

Трудно было винить его. Вестибюль был пышным и элегантным, с блестящей латунью и острыми белыми цветами. Огромные квадраты полированной черной плитки покрывали пол. За длинным белым прилавком высокая, стройная женщина грациозно сидела на табурете и сияла приветливой улыбкой.

"Доброе утро. Как я могу направить вас?"

"Кеннет Стайлз". Ева положила свой значок на стойку рядом с латунным горшком, полным цветов.

"Мистер Стайлз ожидает вас, лейтенант Даллас?"

"Лучше бы он был".

"Всего одну минуту, пожалуйста". Она переключилась на 'линк, ее улыбка не померкла, голос сохранял тот же ровный и приятный тон дорогого и хорошо запрограммированного дроида. "Доброе утро, мистер Стайлз. У меня есть лейтенант Даллас и компаньонка за стойкой в вестибюле. Могу ли я оправдать их?" Она немного подождала. "Спасибо тебе. Хорошего дня".

Отвернувшись от 'link, она указала в сторону восточного ряда лифтов. "Крайняя правая машина свободна для вас, лейтенант. Наслаждайся своим днем ".

"Еще бы. Раньше я удивлялась, почему Рорк не использовал больше дроидов ", - сказала она Пибоди, когда они пересекали черную плитку. "Затем я сталкиваюсь с подобным, и я понимаю. Такая вежливость просто чертовски пугает ".

Подъем на пятидесятый этаж был достаточно быстрым, чтобы у Евы екнуло в животе и заложило уши. Она никогда не понимала, почему люди приравнивают рост к роскоши.

Другой дроид ждал их, когда двери открылись. Ева сделала вывод, что один из служащих Стайлза был облачен в такой строгий и официальный наряд, что рядом с ним наводящий ужас Соммерсет выглядел как спящий на тротуаре. Его серо-стальные волосы были зачесаны назад и сочетались с густыми усами, которые подчеркивали его худое, костлявое лицо. Черный цвет его брюк и длинного пиджака оттенялся белоснежными перчатками.

Он поклонился, затем заговорил сочным голосом с сильным английским акцентом. "Лейтенант Даллас и офицер полиции, мистер Стайлз ожидает вас. Сюда, пожалуйста".

Он провел их по коридору к двойным дверям, которые открывались в угловую квартиру. Первое, что увидела Ева, когда вошла, было широкое окно в стене, которое выходило на оживленный уличный трафик Нью-Йорка. Она пожалела, что Стайлз не задернул ширму приватности.

Сама комната была пестрой, рубины, изумруды и сапфиры переплетались в узоре на широкой U-образной нише для разговоров. В центре был бассейн из белого мрамора, где толстые золотые рыбки плавали скучающими кругами среди листьев кувшинок.

Сильный аромат цитрусовых разносится из аккуратного леса карликовых апельсиновых и лимонных деревьев, усыпанных фруктами. Пол представлял собой яркий геометрический узор цвета, который при ближайшем рассмотрении превратился в эротическую оргию обнаженных тел в изобретательных формах совокупления.

Ева прошла по синим грудям и зеленым членам туда, где Стайлз развалился - как ей показалось, позировал - в шафрановом пыльнике на щиколотках.

"В каком-нибудь месте".

Он улыбнулся, и на его морщинистом лице появилось удивительно милое выражение. "Зачем жить без драмы? Могу я предложить вам что-нибудь, прежде чем мы начнем, лейтенант?"

"Нет, спасибо".

"Это будет все, Уолтер". Он отпустил дроида взмахом руки, затем жестом пригласил Еву сесть. "Я понимаю, что для вас это рутина, лейтенант Даллас, но для меня это новая и, признаюсь, захватывающая территория".

"То, что у тебя на глазах убили партнера, возбуждает?"

"После первоначального шока, да. В человеческой природе находить убийство волнующим и завораживающим, вы так не думаете? Иначе почему это так хорошо воспроизводится на протяжении веков?" Его глаза были глубокими, темно-карими и очень проницательными.

"Я мог бы пойти по любому пути в этом интервью. Я очень опытный актер. Я мог быть поверженным, нервным, испуганным, сбитым с толку, опечаленным. Я выбрал честность ".

Она подумала о Карли Ландсдаун. "Кажется, это происходит по кругу. Включай запись, Пибоди, - сказала она и села.

И погрузился в облака подушек. Проглотив клятву, Ева приподнялась и села на край дивана. Уравновешенная, она зачитала соответствующие данные и выдала стандартное предупреждение.

"Понимаете ли вы свои права и обязанности в этом вопросе, мистер Стайлз?"

"Действительно, верю". Эта милая улыбка снова появилась на его лице. "Могу ли я сказать, что вы прочли свои реплики с авторитетом и щегольством, лейтенант".

"Ну и дела, спасибо. Итак, какие у вас были отношения с Ричардом Драко?"

"Профессиональные партнеры. На протяжении многих лет мы время от времени работали вместе, совсем недавно в спектакле, вчера состоялась необычная премьера ".

О да, подумала Ева. Он наслаждается этим. Доит это. "А ваши личные отношения?"

"Я не знаю, был ли у нас один, в том смысле, который, я полагаю, вы имеете в виду. Актеры часто..." Он сделал неопределенный жест рукой и заставил браслет-манжету с разноцветным камнем на своем запястье весело замигать. "Вы могли бы сказать, что тяготеете друг к другу: "Схожие умы, похожие эго". Мы вступаем в брак друг с другом с какой-то удручающей регулярностью. Это редко длится долго, как и временная дружба и другие интимные отношения между игроками на одной сцене ".

"Тем не менее, вы знали его несколько лет".

"Знал его, конечно, но мы никогда не были друзьями, скажем так. На самом деле..." Он снова сделал паузу, его глаза блестели так же счастливо, как и его браслет. "Я презирал его. Ненавидел его. Обнаружил у него особенно мерзкую форму жизни".

"По какой-то конкретной причине?"

"По множеству очень специфических причин". Стайлз наклонился вперед, как бы делясь секретами. "Он был эгоистичным, эгоцентричным, грубым, заносчивым. Все эти черты, которые я мог бы простить, даже оценить, поскольку нам, действующим, требуется определенный блеск тщеславия, чтобы делать то, что мы делаем. Но под блеском Ричарда скрывалась неприкрытая злобность духа. Он был пользователем, лейтенант, тем, кто не так тихо радовался сокрушению сердец и душ. Я ни в малейшей степени не сожалею о его смерти, хотя я сожалею о способе его о-о-такой-своевременной кончины ".

"Почему?"

"Пьеса была блестящей, и моя первая роль мне понравилась. Этот инцидент отложит, если не отменит, остальную часть пробега. Это очень неудобно ".

"Это получит большую огласку. Это не причинит тебе вреда ".

Стайлз провел кончиком пальца по своему подбородку. "Естественно, нет".

"И когда спектакль возобновится, он будет заполнять зал вечер за вечером".

"Вот это".

"Таким образом, его смерть, столь драматичная и публичная, в некотором смысле является преимуществом".

"Умно", - пробормотал он, теперь присматриваясь к ней более пристально. "Это умно продумано. У нас здесь пьеса внутри пьесы, лейтенант, и вы хорошо ее пишете ".

"У вас был доступ к реквизитному ножу. И достаточно времени, чтобы совершить подмену ".

"Полагаю, что да. Что за мысль." Он несколько раз моргнул, как будто обрабатывая новые данные. "Я подозреваемый. Как забавно! Я видел себя свидетелем. Так, так. Да, я полагаю, у меня была возможность, но не было реального мотива."

"Вы официально заявили, что ненавидели Ричарда Драко".

"О, мой дорогой лейтенант, если бы я подстроил смерть каждого человека, который мне не нравился, сцена была бы усеяна телами. Но факт в том, что, как бы сильно я ни ненавидел Ричарда на личном уровне, я восхищался его талантом. Он был исключительным художником, и это единственная причина, по которой я согласился работать с ним снова. Мир, возможно, избавился от отвратительного, недалекого человека, но театр потерял одно из своих самых ярких светочей ".

"И ты, один из твоих самых жестких конкурентов".

Брови Стайлза приподнялись. "Действительно, нет. Мы с Ричардом были совершенно разными людьми. Я не помню, чтобы мы когда-либо боролись за одну и ту же роль ".

Ева кивнула. Было бы достаточно легко проверить эти данные. Она сменила тактику. "Какие у вас отношения с Арееной Мэнсфилд?"

"Она мой друг, которым я восхищаюсь как женщиной и как коллегой". Он опустил глаза, покачал головой. "Это дело для нее очень сложное. Несмотря на все это, она хрупкое создание. Я надеюсь, ты подумаешь об этом ".

Его глаза, теперь более темные, с оттенками гнева в них, вернулись к Еве. "Кто-то ужасно использовал ее. Я могу сказать вам вот что, лейтенант. Если бы я решил убить Ричарда Драко, я бы нашел способ сделать это без участия друга. Прошлой ночью на сцене было две жертвы, и мое сердце разрывается из-за нее ".

***

"Оператор", - пробормотала Ева, когда они спускались на уровень вестибюля. "Ловкий, умный и самодовольный. Из всех актеров у него больше всего опыта. Он знает театр вдоль и поперек ".

"Если он действительно друг Мэнсфилд, мог ли он подстроить это так, чтобы она убила Драко? Подбросил оружие в ее гримерную?"

"Почему нет?" Ева вышла из здания, бросив швейцару презрительный взгляд. "Это театрально, и если вы повернете все вокруг, растение было настолько очевидным, что выглядит как растение. Итак..." Она села за руль, побарабанила по нему пальцами и нахмурилась. "Кто бы ни подбросил это, он хотел, чтобы мы нашли это, хотел, чтобы мы знали, что это было подложено туда, чтобы бросить подозрение на Мэнсфилда. В противном случае, это просто глупо, а тот, кто организовал убийство, - нет. Я хочу знать, кто работал за кулисами, кто хотел быть на нем. Давайте посмотрим, сколько разочарованных актеров выполняли техническую работу над этим фильмом ".

Ева отъехала от обочины. "Бросьте этот мяч Фини", - приказала она Пибоди и воспользовалась связью в своей машине, чтобы связаться с моргом.

Морс, главный судебно-медицинский эксперт, появился на экране. Его роскошные волосы были зачесаны назад, чтобы продемонстрировать пару золотых и серебряных колец в правом ухе. "Я ожидал тебя, Даллас. Вы, копы, чертовски требовательны ".

"Мы кайфуем, приставая к мертвым врачам. Что у тебя есть на Драко?"

"Он совершенно искренне мертв". Морс слабо улыбнулся. "Единственное колотое ранение в сердце сделало свое дело быстро и аккуратно. Других ранений или увечий нет. За эти годы он проделал отличную работу по лепке тела, а недавно ему сделали тоник для живота. На мой взгляд, практикующий врач высшей категории, поскольку лазерные метки микроскопические. Его печень показывает некоторое восстановление. Я бы сказал, что ваш парень был серьезным алкоголиком и прошел по крайней мере одну процедуру для восстановления сил. Однако на момент смерти в его организме была небольшая доза нелегалов. Экзотика и пикантность, с супом из Зевса. Он допил это двойной порцией неразбавленного скотча."

"Адская комбинация".

"Еще бы. Этот парень был серьезным насильником, который продолжал платить за то, чтобы его тело вернулось в форму. Такой цикл в конечном итоге берет свое, но даже при таких темпах у него, вероятно, было еще двадцать хороших лет ".

"Больше нет. Спасибо, Морс ".

"Есть ли шанс получить для меня места, когда этот спектакль возобновят? У тебя есть связи", - добавил он, подмигнув.

Она слегка вздохнула. "Я посмотрю, что я могу сделать".

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Путешествие от разреженного воздуха верхнего города Стайлза к аромату перевернутых мусороперерабатывающих заводов и немытых шпал на тротуарах Alphabet City заняло больше, чем несколько кварталов. Они оставили высокие здания с их швейцарами в униформе, нетронутыми глайдкартами и безмятежным воздушным движением ради сборных домов, покрытых сажей комплексов, громыхающих автобусов maxibus и уличных воришек с хитрыми глазами.

Ева сразу почувствовала себя как дома.

Майкл Проктор жил на четвертом этаже одного из домов, беспорядочно построенных после разрушений во время городских войн. Во время выборов городские власти произносили возвышенные речи об оживлении района, давали волнующие обещания вести добрую борьбу с запущенностью, преступностью и общим упадком этого больного сектора города.

После выборов все дело отправилось обратно в канализацию гнить и дозревать до следующего срока.

Тем не менее, люди должны были где-то жить. Ева представила себе испытывающего трудности актера, которому удавались эпизодические роли и дублеры, который не мог позволить себе много платить за жилье.

Первоначальная проверка Евы показала, что Майкл Проктор в настоящее время на шесть недель просрочил арендную плату и подал заявление на получение всеобщей жилищной помощи.

Что означало отчаяние, размышляла она. Большинство заявителей в UHA были настолько задушены, настолько погрязли в бюрократической волоките, намотанной липкими пальцами бюрократов, что они, спотыкаясь, уходили в ночь и были жалко благодарны за то, что нашли кровать в одном из приютов.

Она воображала, что, заняв место Драко, черт возьми, это значительно повысило бы зарплату Проктору. Деньги были старым мотивом, столь же испытанным, сколь и правдивым.

Ева подумывала припарковаться дважды на Седьмой улице, затем, заметив свободное место на втором уровне улицы, вошла в быстрый вертикальный подъем, отчего Пибоди взвизгнула, и рванула вперед, чтобы втиснуться между ржавым седаном и потрепанным аэроциклом.

"Отличная работа". Пибоди стукнула кулаком по сердцу, чтобы оно снова заработало.

Ева включила индикатор дежурства, чтобы держать дроидов-счетчиков на расстоянии, затем побежала вниз по пандусу на уровень улицы. "Этот парень мог получить что-то осязаемое от смерти Драко. У него хороший шанс на главную роль - пусть и временно. Это дает ему эго, карьеру и финансовую поддержку в одном флаконе. В его досье ничего не всплыло, но каждый преступник должен с чего-то начинать."

"Мне нравится ваш оптимистичный взгляд на человечество, сэр".

"Да, я действительно люблю людей". Она взглянула на уличного хастлера на воздушных коньках, посмотрела на его широкую холщовую сумку через плечо. "Эй!" Она ткнула в него пальцем, когда он ссутулился и надулся. "Вы затеяли эту игру на этом углу, я буду оскорблен. Сними это, минимум в двух кварталах, и я притворюсь, что не видел твоего уродливого лица ".

"Я просто пытаюсь зарабатывать на жизнь".

"Пройди два квартала".

"Черт". Он переложил свою сумку, затем умчался прочь, направляясь на запад сквозь вздымающийся пар от глиссера.

Пибоди с надеждой шмыгнула носом. "Эти соевые сосиски пахнут свежестью".

"Они не были свежими уже десять лет. Положи свой желудок на паузу ".

"Я не могу. У него есть собственный разум ". С тоской оглянувшись на глайдкар, Пибоди последовала за Евой в грязное здание.

Когда-то это место могло похвастаться определенным уровнем безопасности. Но замок на наружных дверях был высверлен, вероятно, каким-то предприимчивым ребенком, который теперь был достаточно взрослым для получения пенсионного пособия. Фойе было шириной с портшез и цвета засохшей грязи. Старые почтовые отделения были поцарапаны и сломаны. Над одним, обнадеживающими красными чернилами, был М. Проктор.

Ева взглянула на тощий лифт, путаницу необработанных проводов, торчащих из панели управления. Она отмахнулась от этого и направилась вверх по лестнице.

Кто-то плакал долгими, жалкими рыданиями. Из-за двери на втором уровне доносились грохочущие звуки футбольного матча на арене и чья-то грязная ругань по поводу неудачной игры. От нее пахло плесенью, затхлой мочой и сладким ароматом старого Зонера.

На третьем уровне звучала классическая музыка, что-то, что она слышала в исполнении Рорка. Сопровождающие это были ритмичные удары.

"Танцовщица", - сказала Пибоди. "У меня есть двоюродный брат, который попал в Региональную балетную труппу в Денвере. Кто-то делает шутки. Раньше я хотел быть одним из них ".

"Танцовщица?" Ева оглянулась. Щеки Пибоди были хорошенькими и розовыми от подъема.

"Да, ну, когда я был ребенком. Но у меня нет телосложения. Танцоры сложены больше как вы. Я ходила на балет с Чарльзом пару недель назад. Все балерины были высокими и худыми. Меня тошнит от этого".

"Хммм". Это был самый безопасный ответ, когда Пибоди упомянула о своей связи с лицензированным компаньоном Чарльзом Монро.

"Я сложен больше как оперный певец. Крепкий, - добавила Пибоди с гримасой.

"Ты теперь увлекаешься оперой?"

"Я был несколько раз. Все в порядке ". Она облегченно выдохнула, когда они достигли четвертого этажа, и попыталась не раздражаться из-за того, что Ева не запыхалась. "Чарльзу нравятся эти культурные штучки".

"Должно быть, ты занят, жонглируя им и Макнабом".

Пибоди ухмыльнулась. "Я думал, что в вашей реальности не было меня и Макнаба".

"Заткнись, Пибоди". Раздраженная Ева постучала в дверь Проктора. "Это было фырканье?"

"Нет, сэр". Пибоди втянула это в себя и попыталась выглядеть серьезной. "Абсолютно нет. Я думаю, что у меня урчит в животе ".

"И это тоже заткнись". Она подняла свой значок, когда услышала шаги, приближающиеся к двери и глазку. В здании не была предусмотрена звукоизоляция.

Последовала серия щелчков и позвякиваний. Она насчитала пять отключенных ручных замков, прежде чем дверь открылась.

Лицо, которое просунулось в щель, было примером Божьей щедрости. Или действительно хороший скульптор лица. Бледно-золотистая кожа натянута и гладка на длинных скулах и героической квадратной челюсти, на которой виднелась ямочка. Рот был полным и твердым, нос узким и прямым, а глаза - истинно зеленого цвета органических изумрудов.

Майкл Проктор украсил этот подарок шелковистым потоком густых каштановых волос, убранных в несколько ниспадающих мальчишеских локонов. Пока его глаза перебегали с Евы на Пибоди и обратно, он провел длинными пальцами по массе волос, убирая их обратно, прежде чем изобразить неуверенную улыбку.

"Um... Лейтенант Хьюстон."

"Даллас".

"Верно. Я знал, что это было где-то в Техасе ". От нервов его голос срывался на словах, но он отступил назад, расширяя проход. "Я все еще довольно потрясен. Я продолжаю думать, что все это какая-то ошибка ".

"Если это так, то это навсегда". Ева осмотрела то, что было в квартире. В одноместной комнате стояло потрепанное кресло для сна, которое Проктор не потрудился починить за день, узкий столик, на котором стояла дешевая комбинация телевизора и компьютера, торшер с порванным абажуром и комод на стене с тремя выдвижными ящиками.

Она предположила, что для некоторых актерская игра не была прибыльной.

"Эм... позвольте мне достать... эм". Слегка покраснев, он открыл длинный шкаф, пошарил внутри и в конце концов достал маленький складной стул. "Извините. Я не делаю здесь ничего, кроме как сплю, так что это не подходит для компании ".

"Не думай о нас как о компании. Запись продолжается, Пибоди. Вы можете сесть, мистер Проктор, если вам так удобнее."

"I'm..." Его пальцы танцевали друг с другом, кончики к кончикам. "Я в порядке. Я действительно не знаю, как это сделать. Я никогда не снимался ни в каких полицейских драмах. Я предпочитаю сниматься в исторических пьесах или романтических комедиях ".

"Хорошо, что я работала в нескольких полицейских драмах", - мягко сказала Ева. "Ты просто отвечай на вопросы, и у нас все будет хорошо".

"Хорошо. Хорошо." Оглядев комнату, как будто он никогда не видел ее раньше, он, наконец, сел на стул. Скрестил ноги, разогнул их. С надеждой улыбнулся.

Он выглядел, подумала Ева, как какой-нибудь школьник, вызванный в кабинет директора за незначительное нарушение.

"Даллас, лейтенант Ева, в беседе с Проктором, Майкл, в резиденции объекта. Пибоди, офицер Делия, в качестве помощника."

Наблюдая за Проктором, она процитировала исправленную Миранду. Слушая, он постукивал пальцами по коленям и преуспел в том, чтобы выглядеть виноватым, как человек с шестью унциями Zeus в каждом кармане.

"Понимаете ли вы свои права и обязанности в этом вопросе?"

"Да, я думаю. Нужен ли мне адвокат?" Он посмотрел на Еву, как щенок, который надеется, что его не ударят по носу за то, что он испачкал ковер. "У меня есть представитель, театральный представитель. Может быть, мне следует позвонить ей?"

"Это зависит от тебя". И потратил бы время впустую и усложнил бы дело. "Вы можете запросить его в любое время во время интервью. Если вы предпочитаете, мы можем перенести процесс в Центр ".

"Ну что ж. Боже." Он выдохнул, взглянул на свой линк. "Я не думаю, что буду беспокоить ее сейчас. Она очень занята ".

"Почему бы тебе не начать с рассказа о том, что произошло прошлой ночью".

"Ты имеешь в виду..." Он заметно вздрогнул. "Я был за кулисами. Сцена оставлена. Это было блестяще, просто блестяще. Я помню, как подумал, что если бы пьеса шла долго, у меня был бы шанс сыграть Воула. Драко был обречен пропустить одно-два представления по пути ..."

Он замолчал, выглядел ошеломленным, затем потрясенным. "Я не хочу сказать... Я никогда не желал, чтобы с ним случилось что-то плохое. Я больше думал о том, что он простудится или что-то в этом роде, или, может быть, ему просто нужен выходной. Вот так."

"Конечно. И что вы видели из-за кулис, слева от сцены, в последней сцене?"

"Он был совершенен", - пробормотал Проктор, его глубокие зеленые глаза стали мечтательными. "Высокомерный, беспечный, гладкий. То, как он праздновал свое оправдание, даже когда выбросил Кристин, как ненужную кость. Его удовольствие от победы, от обхода системы, от того, что он всех одурачил. Затем шок, потрясение в его глазах, в его теле, когда она набросилась на него с ножом. Я наблюдал, зная, что никогда не смогу достичь таких высот. Никогда не найду так много в себе. Я не понимал, что даже после того, как все сломали характер, это не прижилось ".

Он поднял руки, позволил им упасть. "Я еще не уверен, что это произошло".

"Когда ты понял, что Драко не притворялся?"

"Я думаю- я думаю, когда Ареена закричала. По крайней мере, тогда я знал, что что-то было ужасно неправильно. Затем все произошло так быстро. Люди бежали к нему и кричали. Они опустили занавес, очень быстро", - вспоминал он. "И он все еще лежал там".

Тяжело вскакивать и кланяться, когда в твоем сердце восемь дюймов стали. Ева подумала. "Каковы были ваши личные отношения с Ричардом Драко?"

"Я не думаю, что у нас был один".

"У вас не было личных бесед с ним, никаких взаимодействий?"

"Ну, эм..." Пальцы снова начали танцевать. "Конечно, мы разговаривали пару раз. Боюсь, я разозлил его ".

"Каким образом?"

"Видите ли, лейтенант, я наблюдаю. Люди, - добавил он с еще одной из своих неуверенных улыбок. "Развивать типы характера, учиться. Я думаю, что мое наблюдение за ним отпугнуло Драко, и он сказал мне держаться подальше от его глаз или ... Или он, хммм, он проследил бы за тем, чтобы единственной актерской работой, которую я получил, были секс-голограммы. Я сразу же извинился ".

"И?"

"Он бросил в меня пресс-папье. Бутафорское пресс-папье на столе сэра Уилфреда." Проктор поморщился. "Он промахнулся. Я уверен, что он хотел этого ".

"Это, должно быть, вывело тебя из себя".

"Нет, не совсем. Мне было стыдно, что я разозлил его во время репетиции. Ему пришлось взять отгул на остаток дня, чтобы успокоиться ".

"Парень угрожает твоим средствам к существованию, бросает в тебя пресс-папье, и ты не злишься?"

"Это был Драко". Тон Проктора был почтительным. "Он - он был - одним из лучших актеров столетия. Вершина. Его темперамент является частью - был частью - того, что сделало его тем, кем он был ".

"Ты восхищался им".

"О да. Я изучал его работы, сколько себя помню. У меня есть диски и записи всех его пьес. Когда у меня появился шанс стать дублером Воула, я ухватился за это. Я думаю, что это поворотный момент в моей карьере ". Теперь его глаза сияли. "Всю свою жизнь я мечтал выйти на ту же сцену, что и Ричард Драко, и вот я там".

"Но ты бы не вышел на сцену, если бы с ним что-нибудь не случилось".

"Не совсем". В своем энтузиазме Проктор наклонился вперед. Дешевый стул зловеще заскрипел. "Но мне пришлось репетировать те же реплики, те же блокировки, знать те же реплики. Это было почти как быть им. В некотором смысле. Ты знаешь."

"Теперь у тебя будет шанс наступить на его - как вы это называете - метку, не так ли?"

"Да". Улыбка Проктора была ослепительной и быстро исчезла. "Я знаю, как ужасно, как эгоистично и холодно это должно звучать. Я не это имел в виду ".

"У вас возникли некоторые финансовые трудности, мистер Проктор".

Он покраснел, поморщился, попытался снова улыбнуться. "Да, ах, ну... В театр идут не за деньгами, а за любовью".

"Но деньги пригодятся для таких вещей, как еда и сохранение крыши над головой. Ты задолжал за аренду ".

"Немного".

"За работу дублера платят достаточно, чтобы ты был в курсе своей арендной платы. Вы играете в азартные игры, мистер Проктор?"

"О, нет. Нет, я не знаю ".

"Просто небрежно обращался с деньгами?"

"Я так не думаю. Я инвестирую, вы видите. Во мне самом. Уроки актерского мастерства и озвучки, уход за телом, оздоровительные процедуры. Они стоят недешево, особенно в городе. Я полагаю, все это кажется вам несерьезным, лейтенант, но это часть моего ремесла. Инструменты ремесла. Я подумывал о работе на полставки, чтобы помочь покрыть расходы ".

"Нет необходимости рассматривать это сейчас, не так ли? Убрав Драко с дороги ".

"Я полагаю, что нет". Он сделал паузу, обдумывая это. "Я не был уверен, как я собирался распорядиться временем. Так будет легче - - Он замолчал, втянув воздух. "Я не имею в виду то, как это звучит. Просто, следуя твоему образу мыслей, я немного расслабляюсь. Я привык обходиться без денег, лейтенант. Как бы то ни было, театр потерял одного из своих лучших и одного из моих личных кумиров. Но, думаю, мне было бы легче, если бы я сказал - если бы я был честен и сказал, - что какая-то часть меня взволнована мыслью, что я буду играть Воула. Даже временно".

Он вздохнул, долго и громко, закрыл глаза. "Да, да, я действительно чувствую себя лучше. Хотя я бы хотел, чтобы он просто простудился ".

***

В голове Евы слегка пульсировало, когда она поднималась по ступенькам к своей машине. "Никто не бывает настолько наивен", - пробормотала она. "Никто не бывает настолько простодушен".

"Он из Небраски". Пибоди проверила свое карманное устройство.

"Откуда?"

"Небраска". Пибоди неопределенно махнула рукой на запад. "Мальчик с фермы. Снялся во многих региональных театрах, в нескольких видеороликах, рекламных щитах, эпизодических ролях на экране. Он прожил в Нью-Йорке всего три года ". Она забралась в машину. "В Небраске их все еще выращивают довольно бесхитростно. Я думаю, это все из-за сои и кукурузы ".

"Как бы то ни было, он остается в коротком списке. Его гонорар за участие в роли Воула - это большой шаг вперед по сравнению с наблюдением за кулисами. Он живет как временный в этой дыре. Деньги - это мотиватор, как и амбиции. Он хотел быть Драко. Что может быть лучше, чем устранить Драко?"

"У меня есть одна идея".

Ева взглянула на свое наручное устройство, чтобы проверить время, когда она влилась в поток машин. Чертова пресс-конференция. "Который из них?"

"Ладно, это скорее теория".

"Выкладывай это".

"Если это вкусно, можно мне соевую собачку?"

"Христос. Какова теория?"

"Итак, они все актеры в пьесе. Хороший актер проникает в образ во время представления. Остается там. Все это происходит непосредственно, но другая часть из них отстранена - оценивает выступления, вспоминает постановку, улавливает вибрации аудитории и тому подобное. Моя теория заключается в том, что тот, кто подменил ножи, выступал ".

"Да, совершал убийство".

"Конечно, но это как бы другой уровень. Они могли бы быть частью спектакля и наблюдать за происходящим, на самом деле не совершая преступления. Цель достигнута, и все это по-прежнему роль. Даже если это сделал техник, все это часть игры. Воул мертв. Он должен быть. Тот факт, что Драко тоже мертв, просто делает это еще более приятным ".

Ева обдумала это, затем притормозила на следующем углу, где дымился и шипел глайдкар.

"Значит, это хорошая теория?"

"Это достойно. Возьми свою соевую собаку ".

"Тебе что-нибудь нужно?"

"Кофе, но не из этого автобуса с жуками".

Пибоди вздохнула. "Вау, это определенно возбуждает мой аппетит". Но она вышла, прорвалась сквозь поток пешеходов и заказала двойной соевый соус и мега-тюбик диетической колы, чтобы убедить себя, что следит за своим весом.

"Теперь доволен?" - Спросила Ева, когда Пибоди откинулась на пассажирское сиденье и засунула собачий конец в рот.

"Ммм. Хорошо. Хочешь укусить?"

От язвительного ответа Пибоди спас звуковой сигнал автоответчика. Надин Ферст, репортер 75 канала, появилась на экране. " Даллас. Мне нужно поговорить с тобой, как только ты сможешь справиться ".

"Да, держу пари". Ева проигнорировала передачу и завернула за угол, чтобы вернуться в Центральный. "Почему она думает, что я дам ей эксклюзивный тет-а-тет перед запланированной пресс-конференцией, я не знаю".

"Потому что вы друзья?" Пибоди рискнула, набив рот соевым соусом и регидратированными луковыми хлопьями.

"Никто не бывает настолько дружелюбным".

"Даллас". Красивое, готовое к съемке лицо Надин было напряженным, как с легким любопытством отметила Ева, из-за ее идеально поставленного голоса. "Это важно, и это ... личное. Пожалуйста. Если вы просматриваете передачи, дайте мне передышку здесь. Я встречу тебя везде, где ты скажешь, когда ты скажешь ".

Выругавшись, Ева включила передачу. "Синяя белка. Сейчас."

" Даллас - "

"Я могу дать вам десять минут. Сделай это быстро ".

***

Прошло некоторое время с тех пор, как она заходила в "Синюю белку". По мере развития косяков становилось хуже, но ненамного. Тем не менее, у dingy club была какая-то сентиментальная привязанность к Еве. Одно время ее подруга Мэвис выступала там, скользя, подпрыгивая и выкрикивая песни в костюмах, которые не поддавались описанию.

И однажды, во время сложного и запутанного дела, Ева вошла с единственной целью - упиться своим разумом до состояния кашицы.

Там Рорк выследил ее, вытащил до того, как она смогла выполнить задание. Той ночью она впервые оказалась в его постели.

Секс с Рорком, как она обнаружила, гораздо лучше превращал разум в кашу, чем толпа крикунов.

Итак, the Squirrel, с его спорным меню и незаинтересованными официантами, оставил о себе приятные воспоминания.

Она скользнула в кабинку, подумывая заказать отвратительный предлог для кофе в память о старых временах, затем увидела, как вошла Надин.

"Спасибо". Надин стояла у кабинки, медленно разматывая с шеи яркий разноцветный шарф. Ее пальцы теребили длинную темную челку. "Пибоди, ты не могла бы уделить нам минутку?"

"Нет проблем". Пибоди вытолкнула себя из кабинки и, поскольку глаза Надин были затуманены, быстро, ободряюще сжала руку репортера. "Я просто пойду посижу в баре и посмотрю голоигры".

"Спасибо. Прошло много времени с тех пор, как мы были здесь в последний раз ".

"Никогда не бывает достаточно долгим", - прокомментировала Ева, когда Надин заняла свое место за шатким столом. При приближении официанта Ева просто достала свой значок и положила его на столе на виду. Она не думала, что она или Надин были в настроении перекусить, не говоря уже о возможном птомаине. "В чем проблема?"

"Я не уверен. Может быть, его и нет ". Надин закрыла глаза, откинула назад волосы.

Ева заметила, что она добавила в него несколько светлых прядей. Она никогда не могла понять, почему люди всегда меняют цвет. Все это обслуживание сбивало ее с толку.

"Ричард Драко", - сказала Надин.

"Я не собираюсь обсуждать с вами это дело". Ева одним нетерпеливым движением схватила свой значок. "Пресс-конференция в тысяча четырнадцать ноль-ноль".

"Я спала с ним".

Ева сделала паузу в процессе выхода из кабинки, откинулась назад и внимательнее вгляделась в лицо Надин. "Когда?"

"Вскоре после того, как я получил работу в эфире в 75 лет. Я тогда не вел криминальный репортаж. В основном пустые истории, светские тусовки, профили знаменитостей. В любом случае, он связался со мной. Хотел сказать мне, каким хорошим я был, как ему понравилось смотреть мои репортажи. Которые были чертовски убедительными, учитывая, что я ненавидел каждую гребаную минуту этого ".

Она взяла свой шарф, намотала его на руку. Размотал это. Поставь это снова. "Он пригласил меня на ужин. Я была польщена, он был великолепен. Одно привело к другому".

"Хорошо. Это было бы, сколько, пять лет назад?"

"Шесть, на самом деле, шесть." Надин подняла руку, провела пальцами по губам. Ева никогда раньше не видела, чтобы она делала такой жест. Репортерам в прямом эфире не нравилось портить макияж.

"Я сказала, что одно привело к другому, - продолжила она, - но это привело к романтическому. Мы не просто прыгнули в постель. Мы встречались пару недель. Тихие ужины, театр, прогулки, вечеринки. Затем он попросил меня уехать с ним на выходные, в Париж ".

На этот раз Надин просто уронила голову на руки. "О Иисус. Господи, Даллас."

"Ты влюбилась в него".

"О да. Я влюбилась в него. Весь путь. Я имею в виду, что я ушла, глупо влюбленная в сукина сына. Мы были вместе три месяца, и я на самом деле... Даллас, я думал о браке, детях, доме за городом. Весь бал".

Ева поерзала на своем стуле. Эмоциональные заявления всегда заставляли ее чувствовать себя неуклюжей. "Итак, я так понимаю, что ничего не получилось".

Надин на мгновение уставилась на него, затем откинула голову назад с долгим, дрожащим смехом. "Да, можно сказать, что ничего не получилось. Я узнал, что он обманывал меня. Черт возьми, три- и четыре раза подставлял меня. Я поймал репортаж о сплетнях прямо перед выходом в эфир, и там был Ричард, обнимающийся с какой-то пышногрудой блондинкой в каком-то шикарном клубе на окраине города. Когда я спросила его об этом, он просто улыбнулся и сказал, что ему нравятся женщины. Ну и что?

"Ну и что", - пробормотала она. "Этот ублюдок разбил мне сердце, и у него не хватило порядочности солгать мне. Он даже уговорил меня вернуться в постель. Мне стыдно за это. Я позволила ему уговорить меня вернуться в постель, и когда я все еще была мокрой от него, он отвечает на звонок другой женщины. Назначает свидание с ней, пока я лежу там голый ".

"Как долго он находился в больнице?"

Надин выдавила слабую улыбку. "Вот в чем жалость. Я плакал. Я сидел там в его постели и плакал как ребенок ".

"Ладно, мне жаль. Это была грубая сделка. Но это было шесть лет назад."

"Я видел его в ночь, когда он был убит".

"О, черт, Надин".

"Он позвал меня".

"Заткнись. Просто заткнись прямо сейчас. Не говори мне больше ни слова. Позовите адвоката ".

"Даллас". Рука Надин метнулась вперед, и ее пальцы впились в запястье Евы. "Пожалуйста. Мне нужно рассказать тебе все. Тогда мне нужно, чтобы ты сказал мне, в какие неприятности я могу попасть ".

"Черт. Черт. Блядь." Ева ткнула пальцем в меню, в конце концов заказала кофе. "Я не зачитал вам ваши права. Я не собираюсь. Я не могу использовать ничего из того, что ты мне говоришь ".

"Он позвонил мне. Сказал, что думал обо мне, о старых временах. Он поинтересовался, не хочу ли я встретиться. Я начал было посылать его к черту, но понял, что даже спустя столько времени я хотел вернуть что-то свое. Я хотел лично поджечь ему задницу. Итак, я согласился заехать к нему в отель. Я буду у них на дисках системы безопасности ".

"Да, они будут".

"Он заказал ужин на двоих. Этот ублюдок вспомнил, что у нас было на нашем первом свидании. Может быть, он заказывает это на все свои первые свидания. Это было бы в точности на него похоже. Пусть он сгниет в аду".

Она выдохнула. "Ну, я сам вытащил ограничители. Я бы действительно взял себя в руки. Новое платье. Новые волосы. Я позволил ему налить мне шампанского, и мы вели светскую беседу, пока пили. Я знал его ходы. Я вспомнил каждого из них. И когда он провел кончиками пальцев по моей щеке, одарил меня долгим, проникновенным взглядом, я плеснула шампанским ему в лицо и сказала все, что хотела бы сказать шесть лет назад. У нас была ужасная ссора. Разбитое стекло, злобные слова, пара пощечин с обеих сторон ".

"Он перешел к физической близости с тобой?"

"Скорее наоборот, я полагаю. Я дал ему пощечину, он дал мне пощечину в ответ. Затем я ударил его в живот. Это выбило из него дух. Пока он хрипел, я вышел, чувствуя себя действительно хорошо ".

"Будет ли на диске безопасности видно, что вы выглядите растрепанным, взволнованным?"

"Я не знаю". Она снова провела пальцами по губам. "Может быть. Я об этом не подумал. Но, несмотря ни на что, я рад, что пошел. Я рад, что наконец-то смог постоять за себя. Но тогда, Даллас, я совершил действительно большую ошибку ".

Кофе жирно вытекал через прорезь для подачи. Ева просто подтолкнула его к Надин, подождала, пока ее подруга проглотит его.

"Вчера вечером я ходил в театр. Я хотел доказать себе, что могу пойти, увидеть его и ничего не почувствовать ". Кофе был едва тепловатым, но ему удалось прогнать сильнейший озноб из ее живота. "Я сделал. Я ничего не чувствовал. Это было похоже на праздник, когда я, наконец, избавился от этого ублюдка. Я даже, о Боже, я даже пошел за кулисы - воспользовался своим пропуском для прессы - в антракте, чтобы сказать ему ".

"Вы говорили с ним за кулисами прошлой ночью?"

"Нет. Когда я вернулся туда и направился к его раздевалке, мне пришло в голову, что встреча с ним снова сделала его слишком важным. Это только подпитало бы его эго. Итак, я ушел. Я вышел через служебную дверь и совершил долгую прогулку. Я прошелся по некоторым витринам. Я зашел в бар отеля и купил себе бокал вина. Затем я пошел домой. Этим утром я услышал... Я запаниковал. Сказался больным. Меня тошнило весь день, потом я понял, что должен поговорить с тобой. Я должен был сказать тебе. Я не знаю, что делать ".

"Когда ты вернулся, ты направился в раздевалки. Нигде больше?"

"Нет, я клянусь".

"Тебя кто-нибудь видел?"

"Я не знаю. Я представляю. Я не пытался быть невидимым ".

"Я хочу сделать это официально, зафиксировав, что вы пришли ко мне с этой информацией. Так будет лучше для тебя. Тем временем, я хочу, чтобы вы наняли адвоката, хорошего. Сделай это тихо и расскажи представителю все, что ты сказал мне ".

"Хорошо".

"Ты что-нибудь упустила, Надин? Что-нибудь?"

"Нет. Вот и все. Я видел его всего один раз в его гостиничном номере, а затем снова на сцене. Возможно, я был придурком, Даллас, но я прошел долгий путь. И я не трус. Если бы я хотел смерти этого сукиного сына, я бы убил его сам, а не перекладывал это на кого-то другого ".

"О да". Ева взяла кофе, допила его. "Я знаю это. Поговорите с адвокатом. Мы дадим интервью завтра ". Она встала, затем после небольшого колебания похлопала Надин по плечу. "Все будет хорошо".

"Знаешь, что здесь паршиво, Даллас? Я чувствовал себя так чертовски хорошо по поводу всего. С тех пор - ты знаешь, я провожу терапию с Мирой ".

Ева переступила с ноги на ногу. "Да".

"Одна из вещей, к которой мы пришли, это то, что я не была открыта для любви - не настоящей любви - со времен Ричарда. Он действительно запутал меня. Затем прошлой ночью, когда я был в том баре отеля, я понял, что теперь я мог бы быть. Я хотел быть. Неудачное время для всего этого. Спасибо, что выслушали ".

"Не упоминай об этом". Ева сделала знак Пибоди. "Надин, воспринимай это буквально".

ГЛАВА ПЯТАЯ

Календарь утверждал, что весна не за горами, но она медленно приближалась. Ева ехала домой под мелким мокрым снегом, который был почти таким же мерзким, как и ее настроение.

Пресс-конференции раздражали ее.

Единственной хорошей вещью во всем этом, насколько она была обеспокоена, было то, что все закончилось. В промежутке между этим и днем, проведенным в интервью, которые дали ей не более чем смутную картину людей и событий, она была раздражительной и неудовлетворенной.

Факт был в том, что она не должна была идти домой. Было больше работы на местах, которую можно было, нужно было сделать. Но она освободила Пибоди, к большому нескрываемому удовольствию своего помощника.

Это займет час, сказала она себе. Может быть, двое. Немного походите, приведите ее мысли в некое подобие порядка. Она пыхтела и петляла в потоке раздраженных машин и пыталась перекрыть раздражающе щебечущий небесный дирижабль, кричащий о новой весенней моде, поступившей в продажу в Bloomingdale's.

Она попала на светофор и в вонючую струю дыма из глиссера, который в настоящее время горит и которого несчастный оператор поливает гелевой пеной. Поскольку пламя, казалось, было под контролем, она предоставила его самому себе и связалась с Фини по ссылке в своей машине.

"Прогресс?"

"Некоторые. Я раздобыл для вас биографические данные и текущие местоположения, финансовые данные и криминальные досье на актеров и съемочную группу, включая постоянный персонал театра ".

Голос Евы успокоился. "Все?"

"Да". Фини потер подбородок. "Ну, я не могу приписать себе все заслуги. Я же говорил тебе, что нас здесь прикрыли. Рорк передал это дальше ".

Ее возбуждение вернулось. "Рорк?"

"Он связался с нами сегодня днем, полагая, что я буду заниматься поиском. В любом случае, у него были все данные. Сэкономил мне здесь немного времени ".

"Всегда помогаю", - пробормотала она.

"Я выстрелил в ваш офисный блок".

"Прекрасно, великолепно".

Фини продолжал потирать подбородок. Ева начала подозревать, что этот жест был для того, чтобы скрыть усмешку. "Я начал с Макнаба о действующих схемах, вероятностях, процентах. Это длинный список, так что это не будет быстро. Но я полагаю, что к завтрашнему дню у нас должны быть простые исключения, и, скорее всего, список можно будет дополнить результатами вашего собеседования. Как дела?"

"Медленно". Она медленно пересекла перекресток, заметила перерыв в движении и воспользовалась им. Хор клаксонов превысил уровень шумового загрязнения и заставил ее слегка улыбнуться. "Нам удалось изготовить орудие убийства. Обычный кухонный нож. Это пришло прямо из кухни нижнего уровня в театре ".

"Открытый доступ?"

"Для актеров и съемочной группы, не для публики. Я попросил полицейского забрать диски системы безопасности. Мы увидим то, что мы видим. Послушай, я собираюсь сам провести несколько вероятностных сканирований, посмотреть, совпадают ли они с твоими. Завтра у меня должен быть какой-нибудь профиль от Миры. Давайте посмотрим, сможем ли мы сократить число подозреваемых на несколько тысяч. Как далеко продвинулся Макнаб?"

"Он многое понял, прежде чем я задержал его на этот день".

"Ты позволил ему уйти?"

"У него было свидание", - сказал Фини и ухмыльнулся.

Ева поморщилась. "Заткнись, Фини", - приказала она и прервала передачу.

Она размышляла, потому что это заставляло ее чувствовать себя лучше, затем пулей вылетела за ворота дома. Даже в плохую погоду это было великолепно. Может быть, еще великолепнее, подумала она, в этом мраке и серости.

Раскинувшиеся лужайки поблекли от зимы, голые деревья блестели от влаги. Атмосфера, она предполагала, что сказал бы Рорк. Все дело было в атмосфере, и это демонстрировало великолепное сооружение из камня и стекла с его башнями, турелями, множеством террас и балконов, которые он считал своими.

Это место где-нибудь на утесе, размышляла она, с морем, кипящим и бьющимся внизу. Город с его толпами, шумом и подлым отчаянием не мог пробиться через эти высокие железные ворота в оазис, который он построил из осторожности, безжалостности, чистой воли и непреодолимой потребности похоронить страдания своего детства.

Каждый раз, когда она видела это, ее разум состоял из двух конфликтующих частей. Один сказал ей, что ей там не место. Другой сказал ей, что ей больше нигде не место.

Она оставила машину у подножия крыльца, зная, что Соммерсет из принципа загонит ее в гараж. Выпуск "пи-грин Сити" оскорбил его чувства, как она предположила, почти так же сильно, как и она сама.

Она взбежала по ступенькам в своих поцарапанных ботинках и вошла внутрь, к теплу, красоте и всему тому стилю, который можно купить за деньги и который может поддерживать власть.

Соммерсет ждал ее, его худое лицо было суровым, рот сжат в тонкую линию. "Лейтенант. Ты меня удивляешь. Вы прибыли домой своевременно ".

"Неужели тебе нечем заняться получше, чем следить за тем, чтобы я приходил и уходил отсюда?" Она сняла куртку, бросила ее на стойку перил, чтобы позлить его. "Ты мог бы быть на улице, пугая маленьких детей".

Соммерсет фыркнул и, чтобы позлить ее, поднял ее влажную кожаную куртку тонкими кончиками двух пальцев. Он осмотрел его темными, неодобрительными глазами. "Что? Сегодня никакой крови?"

"Это все еще можно устроить. Рорк уже дома?"

"Рорк находится в зоне отдыха нижнего уровня".

"Мальчик и его игрушки". Она прошла мимо него.

"Ты оставляешь мокрые следы на полу".

Она оглянулась, посмотрела вниз. "Что ж, это даст тебе занятие".

Вполне удовлетворенная их вечерним разговором, Соммерсет пошла сушить свою куртку.

Она поднялась по ступенькам, затем прошла через домик у бассейна, где струйки пара призывно танцевали над водой глубокого таинственного синего цвета. У нее мелькнула мысль раздеться догола и нырнуть в воду, но нужно было иметь дело с Рорком.

Она обошла тренажерный зал, раздевалку и небольшую оранжерею. Когда она открыла дверь зоны отдыха, оттуда донесся шум.

По мнению Евы, это была влажная мечта двенадцатилетней девочки. Хотя сама она уже давно перестала мечтать об игрушках в возрасте двенадцати лет. Возможно, Рорк тоже, и именно поэтому, предположила она, он позволил себе сейчас.

Там было два бильярдных стола, три VR-камеры для нескольких человек, множество экранов, предназначенных для передач или игр, небольшая голопалуба и лес ярко раскрашенных, шумных игровых станций.

Рорк стоял у одного из них, удобно расставив длинные ноги, опершись изящными руками по обе стороны от длинной, высотой по пояс, коробки со стеклянной крышкой. Его пальцы ритмично постукивали по чему-то, что казалось большими кнопками. Верхняя часть коробки представляла собой буйство огней.

"Копы и грабители", - прочитала она и вынуждена была закатить глаза, когда завыла пронзительная сирена. Раздался взрыв, в котором она распознала стрельбу, дикий визг шин по асфальту, и синие и красные огни озарили вертикальную длину коробки, когда она начала вращаться.

Ева засунула большие пальцы рук в передние карманы и подошла к нему. "Так вот что ты делаешь со своим временем простоя".

"Привет, дорогая". Он не сводил глаз с пары серебряных шариков, которые проносились и рикошетили под стеклом. "Ты рано вернулся домой".

"Только временно. Я хочу поговорить с тобой ".

"Ммм-хм. Одна минута."

Она открыла рот, чтобы возразить, затем чуть не подпрыгнула, когда зазвенели колокола и вспыхнули огни, похожие на лазеры. "Что, черт возьми, это за штука?"

"Антиквариат - в отличном состоянии. Просто - ублюдок - просто получил это сегодня ". Он слегка задел машину бедром. "Это автомат для игры в пинбол конца двадцатого века".

"Копы и грабители?"

"Как я мог сопротивляться?" Машина угрожающим тоном приказала ему "Стоять!", и Рорк в ответ запустил свой оставшийся шарик по желобу, где он стукнулся о три ромбовидные фигуры, а затем скользнул в лунку.

"Свободный мяч". Он отступил назад, расправил плечи. "Но это может подождать". Когда он наклонился, чтобы поцеловать ее, она хлопнула рукой по его груди.

"Держись, туз. Что вы имеете в виду, говоря о вызове Фини?"

"Предлагаю свою помощь лучшим в Нью-Йорке", - непринужденно сказал он. "Выполняю свой долг заинтересованного гражданина. Дай нам кусочек этого ". С этими словами он привлек ее к себе и прикусил ее нижнюю губу. "Давай сыграем в игру".

"Я первичен".

"Дорогая, ты, безусловно, такая".

"По делу, умник".

"И это тоже. И как таковой, вы бы запросили данные из файлов кинотеатра и переправили их Фини. Теперь это сделано. Твои волосы влажные, - сказал он и понюхал их.

"Идет мокрый снег". Она хотела поспорить, но не видела смысла, когда он был совершенно прав. "Почему у вас есть глубокое прошлое и обширные данные обо всех, кто связан с The Globe и этим производством?"

"Потому что, лейтенант, все, кто связан с "Глобусом" и этим производством, работают на меня". Он отодвинулся, взял бутылку пива, которую поставил рядом с автоматом. "У тебя был неприятный день, не так ли?"

"В основном". Когда он предложил бутылку, она начала качать головой, затем пожала плечами и сделала небольшой глоток. "Я хотел взять пару часов, чтобы прояснить свой разум".

"Я тоже. И у меня есть идеальный метод. Раздень пинбол".

Она фыркнула. "Убирайся".

"Ну что ж, если ты боишься проиграть, я дам тебе фору". Он улыбнулся, когда сказал это, очень хорошо зная свою жену.

"Я не боюсь, что проиграю". Она подтолкнула пиво обратно к нему. Боролся. Потерян. "Насколько велика помеха?"

Все еще улыбаясь, он снял обе свои туфли. "Это и пятьсот очков за мяч - кажется справедливым, поскольку ты новичок".

Она задумалась, изучая машину. "Ты только сегодня получил это, верно?"

"Совсем недавно, да".

"Ты иди первым".

"С удовольствием".

И поскольку ему нравилось наблюдать, как она кипит, соревнуется и теряется в моменте, это оказалось правдой. В течение двадцати минут она потеряла ботинки, носки, оружейный ремень и в настоящее время теряла рубашку.

"Черт возьми! Это дело подстроено ". Потеряв терпение, она навалилась всем весом на тренажер, затем зашипела, когда ее ласты замерзли. "Наклониться? Почему он продолжает говорить мне это?"

"Возможно, ты немного слишком агрессивен. Почему бы мне не помочь тебе с этим, - предложил он и начал расстегивать ее рубашку.

Она оттолкнула его руки. "Я могу это сделать. Ты жульничаешь". Снимая рубашку, она хмуро посмотрела на него. На ней были только майка без рукавов и брюки. "Я не знаю как, но ты жульничаешь".

"Не может быть, чтобы я был просто превосходным игроком".

"Нет".

Он рассмеялся, затем притянул ее к себе. "Я дам тебе еще один шанс здесь и помогу тебе выбраться. Сейчас. - Он положил свои пальцы поверх ее пальцев на кнопки управления. "Ты должен научиться утончать это, а не нападать на это. Идея в том, чтобы держать мяч в движении и в игре ".

"У меня есть идея, Рорк. Ты хочешь, чтобы это разбилось обо все ".

Он мудро подавил смешок. "Более или менее. Хорошо, вот оно."

Он выпустил мяч, наклонился к ней, наблюдая через ее плечо. "Нет, нет, подожди. Вы не просто безумно мечетесь. Подожди этого. - Его пальцы накрыли ее пальцы и заставили маленький серебряный шарик танцевать под звуки автоматического выстрела.

"Я хочу золотые слитки вон там".

"Со временем, всему свое время". Он наклонился, чтобы провести губами по задней части ее шеи. "Ну вот, ты уклонился от патрульной машины и заработал пять тысяч очков".

"Я хочу золото".

"Почему я не удивлен? Давайте посмотрим, что мы можем для вас сделать. Чувствуешь мои руки?"

Он был прижат к ее спине, уютно устроенный. Ева повернула голову. "Это не твои руки".

На его лице сверкнула усмешка. "Ты прав. Это." Медленно он провел этими умными руками вверх по ее телу, по ее груди. Под тонким хлопком он почувствовал, как ее сердце сделало один быстрый скачок. "Ты можешь отказаться". На этот раз его рот переместился к изгибу ее шеи, с легким скрежетом зубов.

"В свином глазу".

Он зажал мочку ее уха зубами, и в результате толчка в ее организме ее пальцы забарабанили по кнопкам. Даже когда она застонала, машина взорвалась у нее под руками.

"Что? Что?"

"Ты получил золото. Бонусные очки." Он потянул за пуговицу ее брюк. "Лишний мяч. Отличная работа ".

"Спасибо". Звонили колокола. В машине, в ее голове. Она позволила ему повернуть ее так, что они оказались лицом к лицу. "Игра не окончена".

"Не совсем". Его рот накрыл ее рот, горячий и властный. Его руки уже скользнули под ее рубашку, чтобы обхватить ее груди. "Я хочу тебя. Я всегда хочу тебя".

Задыхаясь, нетерпеливая, она потянула его за рубашку. "Ты должен был проиграть несколько раз. На тебе не было бы так много одежды ".

"Я запомню это". Потребность возникла так быстро, так созрела, что обожгла. Ее тело было для него сокровищем, его длинные, чистые линии, гладкость мышц, удивительная нежность кожи. Стоя, крепко обмотанный, он погрузился в нее.

Она хотела дать. Никто другой никогда не заставлял ее так отчаянно отдавать. Что бы у нее ни было. Чего бы он ни пожелал. Несмотря на все ужасы ее жизни, на все невзгоды ее работы, это - то, что они приносили друг другу снова и снова - было ее личным чудом.

Она нашла его плоть своими руками - твердую, теплую - и глубоко вздохнула. Она нашла его рот своим - грубым, голодным - и застонала.

Когда она хотела повалить его на пол, он повернулся, спотыкаясь, вместе с ней, пока ее спина не уперлась во что-то прохладное и твердое.

"Посмотри на меня".

Его имя застряло у нее в горле, когда эти умелые пальцы скользнули по ней, в нее, и заставили ее вращаться так же безумно, как серебряный шар под стеклом.

Он наблюдал, как ее глаза затуманились, затем их насыщенный карий цвет стал непрозрачным, когда она кончила. "Еще. Снова." Пока она содрогалась, пока ее руки сжимали его плечи, он завладел ее ртом, проглотив ее крик освобождения.

Его дыхание было таким же прерывистым, как и у нее, когда он взял ее за бедра, приподнял их и погрузился.

Он прижал ее, избил ее систему с удовольствием, слишком возмутительным для разума. Зарядил ее энергией так, что она боролась, чтобы вернуть это, удар за ударом. Когда ее руки соскользнули с его плеч, она подняла их к его волосам, сжав пальцы во всем этом черном шелке.

Они подвозили друг друга, и снова.

***

"Я не проиграл".

Рорк оглянулся и улыбнулся при виде ее симпатичной голой задницы, когда она собирала свою одежду. "Я не говорил, что ты это сделал".

"Ты думаешь об этом. Я слышу, как ты думаешь об этом. У меня просто нет времени заканчивать играть в эту дурацкую игру ".

"Это выдержит". Он застегнул брюки. "Я голоден. Давайте что-нибудь поедим".

"Это должно быть быстро. У меня есть работа. Я хочу пойти и взглянуть на гостиничный номер Драко."

"Тогда все в порядке". Рорк побрел к автомату, поразмыслил и решил, что прохладная, слякотная ночь располагает к чему-нибудь домашнему. Он заказал тушеную говядину с ячменем для них обоих. "Я пойду с тобой".

"Это дело полиции".

"Естественно. Просто снова выполняю свой гражданский долг, лейтенант." Поскольку он знал, что это разозлит ее, он предложил ей миску и улыбнулся. "В конце концов, это мой отель".

"Это было бы так". Поскольку она знала, что он хотел ее разозлить, она откусила кусочек. И обожгла свой язык. Это не было местом преступления, подумала она, сдувая остатки жара со второй ложки. И она могла использовать глаза Рорка, его разум, не то чтобы она хотела это признать.

"Прекрасно". Она пожала плечами. "Но ты держись подальше от моего пути".

Он согласно кивнул. Не то чтобы у него было какое-либо намерение сделать то, о чем она просила. Что в этом было забавного? "Мы заберем Пибоди?"

"Она ушла. У нее было свидание ".

"Ах. С Макнабом?"

Ева почувствовала, как ее аппетит резко ухудшился. "Она не встречается с Макнабом". На удивленный взгляд Рорка она упрямо отправила в рот еще тушеного мяса. "Послушай, может быть, в какой-нибудь альтернативной вселенной, далеко-далеко отсюда, они занимаются сексом. Но они не встречаются. Вот и все ".

"Дорогая, наступает время, каким бы печальным оно ни было для мамы, когда дети должны покинуть дом".

"Заткнись". Она ткнула в него ложкой. "Я серьезно. Они не встречаются, - настаивала она и покончила со своим рагу.

***

Кто-то мог бы назвать ветхую квартиру Иэна Макнаба в Нижнем Вест-Сайде альтернативной вселенной. Это было мужское помещение, плохо оформленное, с большим количеством спортивных сувениров и разбросанной грязной посудой.

Хотя он иногда подумывал запихнуть часть самого страшного мусора в какой-нибудь пыльный шкаф, когда ожидалась женская компания, это было далеко от роскошного пространства дома Рорка, и там сильно пахло переваренным овощным хэшем. Но у него это сработало.

В тот момент, когда его сердце колотилось, а кожа была скользкой от секса, это сработало просто отлично.

"Господи, Пибоди". Он перевернулся на спину, очень похожий на выброшенную на берег форель. Он не потрудился глотнуть воздуха. В его постели была роскошная обнаженная женщина. Он мог бы умереть счастливым человеком. "В тот раз нам пришлось побить рекорд. Мы должны записать это ".

Она лежала там, где была, ошеломленная, как всегда, когда оказывалась в такой ситуации с Йеном Макнабом. "Я не чувствую своих ног".

Он услужливо приподнялся на локте, но поскольку они оказались на кровати крест-накрест, он не мог видеть дальше ее колен. У нее были, как он отметил, действительно симпатичные колени. "Я не думаю, что я их откусил. Я бы запомнил ". Но, крякнув, он скатился вниз, просто чтобы быть уверенным. "Они там, все в порядке, они оба".

"Хорошо. Они понадобятся мне позже ".

Когда шок прошел, она моргнула, уставилась на симпатичный профиль Макнаба и не в первый раз задалась вопросом, когда она сошла с ума.

Я голая в постели с Макнабом. Обнаженный. В постели. Макнаб.

Иисус.

Всегда стесняясь недостатков тела, она потянула за скомканные простыни. "Здесь холодно", - пробормотала она.

"Ублюдочный супер снова отключил главную печь первого марта. Как будто это его деньги. При первой же возможности я перенаправляю систему ".

Он широко зевнул, провел обеими руками по своим длинным и спутанным светлым волосам. Его узкие плечи, казалось, были отягощены всем этим. Пибоди пришлось приказать своим пальцам не тянуться вверх, чтобы поиграть с длинными кольцами красновато-золотого цвета. У него были узкие бедра, правое в настоящее время украшено временной татуировкой в виде серебряной молнии. Оно соответствовало четырем серьгам, мерцающим в мочке его левого уха.

Его кожа была молочно-белой, а глаза - хитро-зелеными. Она все еще не могла понять, почему что-то в нем привлекало ее на физическом уровне, а тем более как она закончила тем, что занималась с ним регулярным и возмутительным сексом, когда вне постели они проводили большую часть своего времени, раздражая друг друга.

Ей хотелось сказать, что он был не в ее вкусе, но она не думала, что у нее действительно был тип. Обычно ей, к сожалению, не везло с мужчинами, как на помойке.

"Мне лучше идти".

"Почему? Еще рано". Когда она села, он наклонился и многозначительно прикусил ее плечо. "Я умираю с голоду".

"Господи, Макнаб, мы только что закончили заниматься сексом".

"Это тоже, но я больше думал о пицце с начинкой". Он знал ее слабости. "Давайте заправимся".

Ее вкусовые рецепторы напряглись, требуя внимания. "Я сижу на диете".

"Для чего?"

Она закатила глаза, натягивая на себя смятую простыню, когда выбиралась из кровати. "Потому что я толстый".

"Нет, ты не такой. Ты создан". Он поймал край простыни, удивив ее своей быстротой, и стянул ее до ее талии. "Серьезно сложенный".

Когда она нащупала простыню, он вскочил, обнял ее за талию с нежным пожатием, которое одновременно обезоружило и обеспокоило ее. "Давай, давай поедим, а потом посмотрим, что будет дальше. У меня где-то здесь есть немного вина ".

"Если это что-то похожее на вино, которое вы пили в прошлый раз, я бы скорее окунул чашку в канализацию".

"Новая бутылка". Он поднял с пола свой ярко-оранжевый комбинезон, шагнул в него. "Хочешь какие-нибудь штаны?"

Тот факт, что он предложил ей свои штаны, вызвал у нее желание ущипнуть его за все четыре щеки. "Макнаб, я не смог бы втиснуться к тебе в штаны, когда мне было двенадцать. У меня на самом деле есть задница ".

"Верно. Это нормально; я люблю женщин в форме ". Он зашагал прочь, изо всех сил стараясь не размышлять. Ему всегда приходилось уговаривать ее остаться.

В углу гостиной, которая одновременно служила ему кухней, он достал бутылку вина, которую купил накануне, когда думал о ней. Он думал о ней достаточно часто, чтобы быть деморализованным. Если бы он мог удержать ее в постели, у них все было бы хорошо. Ему не нужно было думать о своих действиях там, они просто произошли.

Он щелкнул по своей ссылке. Пиццерия была включена по памяти, в исходном положении из-за частоты передач. Он заказал пирог "монго", налил, затем достал штопор.

Проклятое вино обошлось ему в два раза дороже, чем он обычно тратил. Но когда парень соревновался с ловким, опытным LC, ему нужно было постоять за себя. Он не сомневался, что Чарльз Монро знал все о марочных винах. Он и Пибоди, вероятно, принимали ванны в шампанском.

Поскольку изображение привело его в ярость, он залпом выпил полбокала вина. Затем он повернулся, когда Пибоди вышла из спальни. На ней были форменные брюки и рубашка с расстегнутым воротом. Он хотел лизнуть ее там, как раз там, где жесткий хлопок уступал место мягкой плоти.

Черт возьми.

"В чем дело?" Спросила она, заметив хмурое выражение на его лице. "У них закончились пепперони?"

"Нет, это приближается". Он протянул ей бокал вина. "Я думал ... о работе".

"Ммм." Она пригубила вино, поджав губы от его мягкого и тонкого фруктового вкуса. "Это довольно хорошо. Вы просматриваете биографические данные по делу Драко, верно?"

"Уже сделано. Они уже должны быть у Далласа ".

"Быстрая работа".

Он ответил, пожав плечами. Ему не нужно было говорить ей, что Рорк подбросил данные ему на колени. "Мы в EDD стремимся нравиться. Даже после исключения и вероятностного сканирования потребуются дни, чтобы сократить список до приемлемого числа. Парню протыкают сердце на глазах у пары тысяч человек, это сложно ".

"Да". Пибоди снова отхлебнула, затем отошла, чтобы плюхнуться в кресло. Не осознавая этого на сознательном уровне, она чувствовала себя так же комфортно в беспорядке в квартире Макнаба, как и в своей собственной прибранной. "Что-то происходит".

"Всегда что-то происходит".

"Нет, не обычный". Она боролась с собой, погрузившись в размышления о своем вине. Если бы она ни с кем не поговорила, она бы взорвалась. И, черт возьми, он был здесь. "Послушайте, это конфиденциально".

"Хорошо". Поскольку пиццу не доставят еще добрых десять минут, Макнаб схватил открытый пакет с соевыми чипсами. Он присел на подлокотник кресла Пибоди. "В чем дело?"

"Я не знаю. Надин Ферст сегодня позвонила лейтенанту, и ее разозлили. Я имею в виду Надин." Пибоди рассеянно полезла в сумку. "нечасто увидишь, как Надин разыгрывают. Она договаривается о встрече с Далласом - личной встрече. Это было серьезно. Они спрятали меня в другом конце комнаты, но я мог сказать. И после Даллас не сказал об этом ни слова ".

"Может быть, это было просто личное дерьмо".

"Нет, Надин не собирается просить о подобной встрече, если только не возникнут проблемы". Надин тоже была ее подругой, и часть Пибоди была уязвлена тем, что ее отмахнулись. "Я думаю, это связано с делом. Даллас должен был сказать мне ". Пибоди хрустела чипсами. "Она должна доверять мне".

"Хочешь, чтобы я покопался?"

"Я могу сам тыкать. Мне не нужен крутой игрок из дивизиона Е, который играет за меня ".

"Поступай как знаешь, Она-Тело".

"Просто отвали. Я даже не знаю, почему я рассказал тебе. Это просто засело у меня в животе. Надин - мой друг. Она должна быть другом ".

"Ты ревнуешь".

"Чушь собачья".

"Да, ты такой". У него начинались близкие отношения с этим чувством. "Даллас и Надин играют без тебя, так что ты ревнуешь. Динамика девушки один о один."

Она столкнула его с подлокотника кресла. "Ты мудак".

"А вот и пицца", - сказал он, когда прозвенел звонок в службу безопасности."

ГЛАВА ШЕСТАЯ

"Ни к чему не прикасайтесь и держитесь подальше".

"Дорогая". Рорк наблюдал, как Ева протащила своего хозяина через защитный замок в пентхаусе А. "Ты повторяешься".

"Это потому, что ты никогда не слушаешь". Прежде чем открыть дверь, она повернулась, встретилась с ним взглядом. "Почему человек, чье основное место жительства - Нью-Йорк, чей основной источник работы - Нью-Йорк, предпочитает жить в отеле, а не в частном доме?"

"Во-первых, щегольство. "Мистер Драко снимает пентхаус во дворце, когда бывает в городе". Затем, удобство. По мановению пальца для вас может быть сделано все, что вам нужно или чего вы хотите. Это. И, наконец, возможно, наиболее показательно, полное отсутствие приверженности. Все, что вас окружает, - это проблемы и ответственность кого-то другого ".

"Из того, что я пока узнал о Драко, это тот, кого я выбираю". Она открыла дверь, вошла внутрь.

Оно принадлежало Рорку, подумала она, поэтому было шикарным, пышным и совершенным. Если бы ты пошел на такие вещи.

Гостиная была огромной и элегантно обставленной, со стенами из шелковистой розы. Потолок был сводчатым и украшен сложным рисунком из фруктов и цветов вокруг огромной люстры из стекла и золота.

Три дивана, все в глубоких, уютных красных тонах, были завалены подушками, яркими, как драгоценные камни. Столы - и она подозревала, что они были из настоящего дерева и довольно старые - были отполированы как зеркала, как и пол. Ковер был толщиной в дюйм и соответствовал рисунку потолка "виноградина к виноградине".

Одна стена была стеклянной, экран приватности натянут так, что Нью-Йорк взорвался светом и очертаниями снаружи, но не мог вторгнуться. За ней была каменная терраса, и поскольку цветы в больших каменных горшках цвели вовсю, она предположила, что там было тепло.

В одном конце комнаты стояло глянцевое белое пианино, а в другом резные деревянные панели скрывали то, что, как она предположила, было полноценным развлекательным центром. Там были растения с густой и глянцевой листвой, стеклянные витрины с симпатичными пылеуловителями, которые, как она заключила, были произведением искусства, и никаких заметных признаков жизни.

"Горничная должна была прийти после того, как он ушел в театр", - сказал ей Рорк. "Я могу попросить команду, дежурившую в тот вечер, подняться и сообщить вам о состоянии комнат на тот момент".

"Да". Она подумала о Надин. Если она знала репортера, состояние комнат было чем-то похожим на последствия торнадо. Она подошла к панелям, открыла их и изучила развлекательный блок. "Включить аппарат", - скомандовала она, и экран замерцал мягким голубым цветом. "Воспроизведите последнюю программу".

Едва успев икнуть, устройство обрело цвет и звук. Ева смотрела, как две фигуры скользят по луже черных простыней. "Почему парни всегда получают удовольствие, наблюдая, как трахаются другие люди?"

"Мы больны, отвратительны и слабы. Пожалейте нас".

Она начала смеяться. Затем пара на кровати перекатилась. Лицо женщины, смягченное удовольствием, повернулось к камере. "Черт возьми. Это Надин. Надин и Драко."

В знак поддержки Рорк положил руку на плечо Евы. "Это было записано не здесь. Это не спальня. У нее другие волосы. Я не думаю, что это произошло недавно ".

"Я собираюсь принять это, доказать, что это не так. И у меня есть чертова секс-запись одного из сливок ПРЕССЫ в качестве доказательства по делу об убийстве ". Она остановила воспроизведение, извлекла диск и запечатала его в пакет для улик из своего походного комплекта.

"Черт возьми. Черт возьми."

Она начала расхаживать, борясь с собой. Все эти отношения были такими сложными и все еще такими чуждыми для нее. Надин рассказала ей то, что она говорила ей как другу. По секрету. Мужчина, который в данный момент терпеливо наблюдал за ней с другого конца комнаты, был ее мужем.

Любовь, честь и все остальное.

Если она рассказала ему о Надин и Драко, нарушила ли она доверие друга? Или она просто занималась брачными делами?

Как, черт возьми, удивлялась она, люди проходят через жизнь, жонглируя всеми этими вещами?

"Дорогая Ева". Сочувствуя, Рорк подождал, пока она перестанет расхаживать по комнате и повернется к нему лицом. "Ты создаешь себе головную боль. Я могу облегчить тебе задачу. Не считай, что ты должен говорить мне что-то, от чего тебе становится не по себе ".

Она нахмурилась, глядя на него, сузила глаза. "Я слышу "но" в конце этого предложения".

"У тебя очень острый слух. Но, - продолжил он, подходя к ней, - я могу сделать вывод, что Надин и Драко когда-то были вовлечены, и, учитывая ваше нынешнее беспокойство, что между ними что-то произошло гораздо позже.

"О, черт". В конце концов, она послушалась интуиции и рассказала ему все.

Он выслушал, затем заправил волосы Евы за ухо. "Ты хороший друг".

"Не говори так. Это заставляет меня нервничать ".

"Хорошо, я скажу это: Надин не имела никакого отношения к убийству Драко".

"Я знаю это, и нет никаких веских доказательств, указывающих на что-то другое. Но для нее это будет неприятно. Лично грязный. Ладно, что еще есть в этом месте?"

"Ах, если мне не изменяет память. Кухня вон там." Он сделал жест. "Кабинет, ванная, спальня, гардеробная, ванная".

"Я начну с офиса. Я хочу пробежаться по его ссылкам и посмотреть, были ли у него какие-либо разговоры, связанные с угрозами или спорами. Сделай мне одолжение". Она протянула ему свой набор. "Положите остальные видеодиски в сумку".

"Да, сэр. Лейтенант."

Она ухмыльнулась, но пропустила это мимо ушей.

Она работала систематически. Ему нравилось наблюдать за ней за этим: сосредоточенность, сосредоточенность, абсолютная логика ее метода.

Не так давно в его жизни, если бы кто-нибудь предположил, что он может найти полицейского и ее работу сексуальными, он был бы потрясен и оскорблен.

"Перестань пялиться на меня".

Он улыбнулся. "Был ли я?"

Она решила не обращать на это внимания. "Множество входящих и исходящих сообщений. Если бы я был психиатром, я бы предположил, что это был парень, который не мог оставаться наедине с самим собой. Необходим постоянный контакт. Впрочем, ничего необычного, если не считать нескольких довольно крупных покупок - восемь пар обуви, три шикарных костюма, антикварный браслет на запястье." Она выпрямилась. "Но ты бы не стал это считать".

"Напротив, я бы никогда не стал покупать шикарные костюмы по ссылке. Пригодность - это все ".

"Ha ha. У него был короткий, содержательный разговор со своим агентом. Кажется, наш парень обнаружил, что его исполнительница главной роли получала ту же зарплату на протяжении всего спектакля. Он был очень зол из-за этого, хотел, чтобы его представитель пересмотрел условия и заплатил ему больше. На один балл больше за выступление".

"Да, я знал об этом. Сделки нет".

Озадаченная, она отвернулась от аккуратного маленького стола. "Вы бы не отдали ему должное?"

"Когда имеешь дело с ребенком, - мягко сказал Рорк, - ты устанавливаешь границы. Контракт был границей. Сумма требования была несущественной ".

"Ты крутой".

"Конечно".

"Он доставлял тебе неприятности из-за этого?"

"Нет. Возможно, он планировал подтолкнуть это, но мы никогда не обсуждали это. Дело в том, что его агент обратился к моим адвокатам, они ко мне, я обратно к ним, и так далее. Дальше моего отказа перед премьерой дело не продвинулось ".

"Хорошо, это сохраняет тебя чистым. Я хочу осмотреть спальню." Она прошла мимо него, пересекла небольшой круглый коридор и вошла в дверь.

Кровать была большой, искусно сделанной, с высокой мягкой стенкой позади и покрыта прозрачной дымчато-серой тканью. Это было похоже на полосу мягкого тумана.

Она ненадолго зашла в соседнюю гардеробную, покачала головой при виде леса одежды и обуви. На встроенном зеркальном прилавке красовался целый ряд цветных флаконов и тюбиков: усилители, успокаивающие средства для кожи, ароматизаторы, пудры.

"Хорошо, у нас есть тщеславный, эгоистичный, эгоцентричный, инфантильный и неуверенный в себе человек".

"Я бы не стал спорить с вашей оценкой. Все эти черты характера являются мотивом для неприязни, но для убийства?"

"Иногда наличие двух ног является мотивом для убийства". Она вернулась в спальню. "Мужчина, полный эгоизма и неуверенности в себе, не стал бы часто спать один. Он бросил Карли Ландсдоун. Я бы сказал, что он подыскал кого-то другого на ее место ". Она лениво выдвинула ящик прикроватного столика. "Ну, ну, посмотри на игрушки".

Ящик был снабжен отделениями, и в каждом из них были различные эротические усилители, подходящие для партнерских или сольных схваток.

"Лейтенант, я действительно думаю, что вам следует забрать это для дальнейшего изучения".

"Никаких прикосновений". Она шлепнула Рорка по руке, когда он потянулся к ней.

"Портит впечатление".

"Гражданское лицо. Что, черт возьми, это делает?" Она подняла длинный кусок резины в форме конуса. Он издавал веселые звенящие звуки, когда она его встряхивала.

Рорк засунул язык за щеку и сел на кровать. "Что ж, в интересах вашего расследования я был бы рад продемонстрировать". Улыбаясь, он похлопал по кровати рядом с собой.

"Нет, я серьезно".

"Я тоже".

"Неважно". Но она все еще размышляла, когда положила рожок на место и открыла нижний ящик. "А, вот и маленькая золотая жила. Похоже на месячный запас экзотики, немного Зевса и..." Она открыла маленький пузырек, осторожно понюхала, затем покачала головой, как собака, вылезающая из лужи с водой. "Черт. Дикий кролик".

Она нащупала пробку на месте, схватила пакет для улик и запечатала флакон.

"Тоже чистый". Она выдохнула. "Если он использует это на своих свиданиях, неудивительно, что все они думают, что он бог секса. Одна или две капли кролика, и вы бы прикрутили дверную ручку. Ты знал, что он был замешан в этом?"

"Нет". Весь юмор улетучился, Рорк поднялся. "Я не испытываю особо сильных чувств к большинству нелегалов. Но, насколько я понимаю, это то же самое, что изнасилование. С тобой все в порядке?"

"Да. Да. "Немного кружится голова, - подумала она, - и раздражающе возбужден. И это было только из-за быстрого дуновения дыма. "Такая чистая жидкость стоит минимум десять тысяч за унцию, и достать ее нелегко. Это действует только на женскую систему, - пробормотала она. "Требуется слишком много капель, чтобы вызвать передозировку".

Рорк взял ее рукой за подбородок, приподнял, чтобы заглянуть в глаза. Достаточно ясно, решил он. "Никогда не было никаких разговоров о том, что он использовал что-то подобное. Если бы это было, и я бы обнаружил, что это правда, я бы разорвал его контракт. И, очень вероятно, его руки."

"Хорошо". Она подняла руку к его запястью, сжала. "На данный момент этого здесь достаточно. Мне нужно, чтобы ты продержал эту комнату свободной еще день или два. Я хочу, чтобы подразделение нелегалов проверило это ".

"Хорошо".

Она сунула пузырек в свой набор, надеясь поднять ему настроение. "Итак, во сколько это вам обходится?"

"Прошу прощения?"

"Чтобы сохранить это место вакантным? Сколько это длится за ночь?"

"Ах, это маленькое местечко? Я полагаю, что это около восьмидесяти пятисот долларов за ночь, хотя, полагаю, у нас также есть еженедельные и ежемесячные расценки."

"Чурбан меняется. У Мэнсфилда здесь тоже есть подразделение, верно?"

"Пентхаус Б, другая башня".

"Давайте нанесем ей визит. У нее и Драко была общая история с нелегалами, - начала Ева, собирая свой походный набор и отправляясь в путь. "Она может знать его источники. Все могло свестись к неудачной сделке с наркотиками ".

"Я так не думаю".

"Хорошо, я тоже так не думаю, но большая часть работы полицейского заключается в устранении". Она заперла дверь, начала доставать полицейскую печать из своего набора.

"Ты должен это сделать?" Он с неприязнью посмотрел на печать. "Это очень отталкивает других гостей".

"Да, я должен. Кроме того, это доставит им тайный трепет. Оооо, смотри, Джордж, вот где жил покойный актер. Достань видеокамеру ".

"Ваше отношение к обществу в целом прискорбно цинично".

"И точный". Она вошла в лифт впереди него, ожидая, пока закроются двери. Затем набросился. "Просто дай мне поскорее - Боже - " Отчаянно желая освобождения, она потерлась об него, прикусила его губу, застонав, когда ее руки сильно сжали его ягодицы.

"Фух". Глубоко вздохнув, она оттолкнула его, обняла за плечи. "Так-то лучше".

"Для тебя, может быть". Он попытался схватить ее, но она шлепнула рукой его по груди.

"Никаких игр в общественных лифтах. Разве вы не знаете, что это нарушение кодекса города? Башня А, уровень пентхауса, - приказала она, и машина плавно тронулась с места.

"Вам определенно придется за это заплатить".

Она прислонилась спиной к стене, когда лифт начал горизонтальное движение. "Пожалуйста, ты меня пугаешь".

Он только улыбнулся и сунул руки в карманы. Лениво поигрывал резиновым рожком, который вытащил из ящика. "Бойся", - пробормотал он и заставил ее рассмеяться, когда машина остановилась.

"Я должен был прочистить голову перед разговором со свидетелем, не так ли?"

"Ммм-хммм".

"Послушайте, вы довольно хорошо знаете Мэнсфилда. Я хотел бы услышать ваши замечания, когда это будет сделано ".

"Ах, вот и я. Снова полезен".

Она остановилась, повернулась и положила руку ему на щеку. Любовь к нему поднималась на дыбы и кусала ее в самые странные моменты. "Ты действительно пригодился". Когда он повернул голову и коснулся губами ее ладони, она почувствовала трепет от этого вплоть до пальцев ног. "Никаких сладких штучек", - приказала она и направилась к двери Арины.

Она нажала на звонок, подождала.

Арина, одетая в белый халат, открыла дверь. Она выглядела раскрасневшейся, явно удивленной и не совсем довольной. "Лейтенант Даллас. Рорк. Я... я не ожидал- " Затем эти прозрачные глаза расширились, засияли. "Есть новости? Вы поймали того, кто - "

"Нет. Извините, что беспокою вас, но у меня есть несколько вопросов."

"Ох. Я думал, я надеялся, что все это может закончиться. Что ж." Она подняла руку, прижала розовые кончики пальцев под глазом, как будто хотела унять боль. Действительно, под ним были слабые следы усталости. "Боюсь, сейчас не совсем подходящее время. Это абсолютно необходимо?"

"Мне жаль, что это неудобно, но это не займет много времени".

"Конечно. Это неловко. Вы видите, я не одинок. Я..." Сдаваясь, Арина опустила руку и отступила назад. "Пожалуйста, входите".

Ева вошла внутрь. Пентхаус был очень похож на свою противоположность по устройству, по размеру. Обстановка была более мягкой, как-то более женской, а цвета - симфонией блюза и кремовых тонов.

На одном из трех диванов сидел Чарльз Монро, выглядевший изящно и великолепно в черном.

Потрясающе, подумала Ева, и тут же захотела врезать ему по его дорогим яйцам в горло.

Он ухмыльнулся, на мгновение испытав удовольствие, затем, увидев холод в ее глазах, выражение сменилось ленивым весельем, когда он томно поднялся на ноги. "Лейтенант. Всегда рад тебя видеть ".

"Чарльз. Ночная работа все еще не дает тебе покоя?"

"К счастью. Рорк, приятно видеть тебя снова ".

"Чарльз".

"Могу я освежить твой напиток, Ареена?"

"Что?" Ее глаза метались взад-вперед между лицами, а пальцы крутили серебряные кольца на шее. "Нет. Нет, спасибо. Ах, вы знаете друг друга ".

Румянец, который так мило порозовел на ее лице, усилился. Она снова подняла руки в этом женском жесте беспомощности.

"Мы с лейтенантом встречались несколько раз. У нас даже есть общий друг ".

"Смотри под ноги", - сказала Ева очень тихо. Гнев уже бушевал в ее глазах и был готов сорваться. "Это светский визит, Чарльз, или ты на дежурстве?"

"Вы должны знать, что человек в моем положении не обсуждает такие вопросы".

"Пожалуйста, это смущает". Арина подняла руку, чтобы снова беспокойно поиграть со своим ожерельем, и не заметила, как губы Чарльза скривились в тонкую циничную линию, но Ева заметила. "Очевидно, вы знаете, что Чарльз - профессионал. Я не хотел быть один, и мне нужно было... какое-нибудь простое общение. Чарльз - мистера Монро очень рекомендовали."

"Арина". Гладкий, как шелк, Рорк выступил вперед. "Я бы не отказался от чашечки кофе. Вы не возражаете?"

"О, конечно. Прости меня. Я могу..."

"Почему бы мне не позаботиться об этом." Чарльз положил руку на плечо Ареены и направился на кухню.

"Я просто помогу ему". Бросив последний взгляд на Еву, Рорк зашагал прочь.

"Я знаю, как это должно выглядеть для вас", - начала Арина2. "Должно быть, это кажется очень холодным и очень эгоистичным с моей стороны, что я нанял сексуального партнера на следующую ночь ..."

"Мне кажется странным, что такой женщине, как вы, пришлось бы нанимать кого-то, чтобы быть с ней".

С легким смешком Ареена взяла бокал вина и, потягивая, начала расхаживать по комнате. Шелк шелестел вокруг ее ног. "Милый комплимент, обернутый колючей подозрительностью. И хорошо выступил ".

"Я здесь не для того, чтобы говорить тебе комплименты".

"Нет". В глазах Арины погас веселый огонек. "Нет, конечно, нет. Простой ответ на ваш основной вопрос заключается в том, что я многое держу при себе. Это происходит, я полагаю, от того, что я слишком много времени юности проводил на вечеринках, в группах. Вы, должно быть, узнали о моих неблагоразумных поступках, о моих трудностях с нелегалами. Теперь это позади меня ".

Она повернулась назад, вздернула подбородок. "Было нелегко оставить это позади, но я сделал. Поступая так, я потерял многих из тех, кого когда-то считал друзьями. Я разрушил отношения, которые были важны для меня из-за пристрастий, потерял те, которые не должны были иметь значения, когда я победил пристрастия. И сейчас я на том этапе своей жизни, когда моя карьера требует всего моего внимания. Это не оставляет много времени для общения или романтики ".

"Были ли у вас романтические отношения с Драко?"

"Нет. Никогда. Целую жизнь назад у нас был секс, к которому сердца и умы не имеют никакого отношения. Некоторое время у нас не было ничего общего, кроме театра. Я вернулся в Нью-Йорк, лейтенант, потому что хотел эту пьесу, и я знал, что Ричард блистал бы в своей роли. Я хотел этого. Другого такого, как он, на сцене никогда не будет. Бог".

Она зажмурила глаза, задрожала. "Это ужасно. Ужасно. Мне больше жаль, что я потерял актера, чем мужчину. Мне жаль знать это о себе. Нет, я не могу быть один ". Она опустилась на диван. "Не могу этого вынести. Я не могу уснуть. Если я сплю, я просыпаюсь, и мои руки покрыты кровью. Кровь Ричарда. Кошмары."

Она подняла голову, и ее глаза поплыли, когда они встретились с глазами Евы. "Каждый раз, когда я ложусь, мне снятся ужасные кошмары, они проносятся у меня в голове, и я просыпаюсь больной, просыпаюсь с криком, вся в его крови. Вы не можете себе представить. Ты не можешь ".

Но Ева могла. Маленькая морозильная комната, залитая грязно-красным светом от вывески через дорогу. Боль, абсолютная отвратительность изнасилования, кость, которую он сломал ей в руке, когда она боролась с ним. Кровь, его кровь повсюду, скользила по ее рукам, капала с лезвия ножа, когда она отползала.

Ей было восемь. В ее кошмарах Еве всегда было восемь.

"Я хочу, чтобы ты нашел того, кто это сделал", - прошептала Ареена. "Вы должны найти того, кто это сделал. Когда ты это сделаешь, кошмары прекратятся. Не так ли? Неужели они не остановятся?"

"Я не знаю". Ева заставила себя сделать шаг вперед, заставила себя отойти от своих собственных воспоминаний и остаться в настоящем. Сохраняй контроль. "Расскажи мне, что ты знаешь о нелегалах. Кто были его контакты, кто снабжал его, кто играл с ним?"

***

На кухне Чарльз потягивал вино, а Рорк довольствовался довольно приличным искусственным кофе, предложенным автоматом.

"У Ареены трудные времена", - начал Чарльз.

"Я полагаю, что да".

"Нет закона, запрещающего платить за комфорт".

"Нет".

"Моя работа так же жизнеспособна, как и ее".

Рорк склонил голову. "Монро, у Евы нет личной мести против лицензированных компаньонов".

"Только против меня, в частности".

"Она защищает Пибоди". С ясным и прямым взглядом Рорк снова отхлебнул. "Я тоже".

"Мне нравится Делия. Очень люблю. Я бы никогда не причинил ей вреда. Я никогда не обманывал ее ". Издав звук отвращения, Чарльз отвернулся, чтобы посмотреть через окно на огни. "Я потерял свой шанс завести отношения вне моей работы - иметь жизнь вне моей работы - потому что я обманул женщину. Тогда потому, что я заботился о ней достаточно, чтобы быть честным. Я смирился с этим. Я есть то, что я есть ".

Он обернулся, и его губы изогнулись. "И я хорош в том, что я делаю. Делия принимает это ".

"Возможно. Но женщины - самые странные создания, не так ли? Человек никогда по-настоящему не знает. И это, я думаю, является частью их постоянной привлекательности. Загадка интереснее, не так ли, до того, как она полностью раскрыта ".

С легким смешком Чарльз оглянулся через плечо, и Ева вошла в дверь.

Она не могла бы точно сказать, почему ее раздражало видеть Чарльза и ее мужа, разделяющих момент, который нельзя было спутать ни с чем, кроме мужского веселья. Но поскольку это произошло, она сердито посмотрела на Рорка.

"Извините, что прерываю разговор о мальчиках, но не могли бы вы составить компанию Ареене на минутку, пока я поговорю с Чарльзом?"

"Конечно. Кофе довольно хороший."

Она подождала, пока он выйдет, затем подошла к автомату, скорее чтобы дать себе время успокоиться, чем из желания выпить кофе в отеле. "Когда мисс Мэнсфилд назначила встречу для ваших услуг?"

"Сегодня днем. Полагаю, около двух."

"Разве это не запоздалое уведомление для тебя?"

"Да".

Ева достала кофе, прислонилась спиной к стене, над ее чашкой поднимался пар. "На сегодня заказов нет?"

"Я изменил свое расписание".

"Почему? Ареена указала, что вы раньше не встречались ни в социальном, ни в профессиональном плане. Зачем идти на такие неприятности из-за незнакомца?"

"Потому что она удвоила мой гонорар", - просто сказал он.

"Что она купила? Прямой секс? Провести ночь?"

Он сделал паузу, уставился на свое вино. Когда он снова поднял взгляд, его глаза стали холодными. "Я не обязан отвечать на это. И не будет."

"Я расследую убийство. Я могу пригласить вас на собеседование в Центральный ".

"Да, ты можешь. Будешь ли ты?"

"Ты все усложняешь". Она поставила кофе, прошлась взад-вперед по узкому пространству между стеной и стойкой. "Я должен указать вас в своем отчете таким, какой он есть. Это достаточно плохо. Но ты заставляешь меня принять тебя, оформить это, это прямо перед носом у Пибоди ".

"И никто из нас не хочет этого", - пробормотал он, затем вздохнул. "Послушай, Даллас, мне позвонили. Моя клиентка назвала мое имя Ареене как человека, который мог бы устроить ей приятный вечер. Она была явно расстроена. Я слышал о Драко, так что мне не нужно было спрашивать почему. Она хотела спутника на ночь. Ужин, беседа, секс. Чтобы компенсировать мои неудобства, она удвоила мою обычную плату за ночь. Это просто ".

"Вы говорили о Драко?"

"Нет. Мы говорили об искусстве, мы говорили о театре. Она выпила три бокала вина и полпачки трав. Ее руки перестали дрожать примерно за двадцать минут до того, как вы пришли сюда. Она - эмоциональная развалина, которая пытается держаться ".

"Хорошо. Я ценю это." Она засунула руки в карманы. "Пибоди собирается ознакомиться с отчетом".

Он чувствовал, как у него самого встают дыбом волосы. "Делия знает, чем я занимаюсь".

"Верно". Это застряло у нее в горле, как колючая проволока.

"Она взрослая женщина, Даллас".

"Вырос, моя задница". Она сдалась и пнула стену. "Она не в своей лиге с таким оператором, как вы. Черт возьми, ее семья вольнонаемная. Она выросла где-то в заднице." Неопределенный жест позаботился о Среднем Западе. "Она хороший полицейский. Она надежный коп, но у нее все еще есть слепые стороны. И она действительно разозлится, когда узнает, что я тебе что-то говорил об этом. Она засунет эту палку себе в задницу и заставит меня замерзнуть, но, черт возьми - "

"Она имеет значение", - выпалил он в ответ. "Она важна для тебя. Тебе не приходит в голову, что она может что-то значить для меня?"

"Женщины для тебя - это бизнес".

"Когда они платят мне за то, чтобы это было моим бизнесом. С Делией все не так. Ради Христа, мы даже не занимаемся сексом ".

"Что? Она не может оплатить ваш гонорар?" Как только это вышло наружу, она возненавидела себя. Ненавидела себя еще больше, когда видела, как в этих холодных глазах читается простая боль. "Мне жаль. Мне жаль. Это было неправильно. Это было не совсем так ".

"Да, это было".

Внезапно почувствовав усталость, она сползла вниз и села на пол, прислонившись спиной к стене. "Я не хочу знать об этом материале. Я не хочу думать об этом. Ты мне нравишься ".

Заинтригованный, он опустился на пол, спиной к стойке, так что их колени почти соприкасались. "Неужели?"

"Да, в основном. Ты встречался с ней еще до Рождества, и ты не... Что с ней не так?"

Он засмеялся, и на этот раз это было легко и насыщенно. "Господи, Даллас, каким путем ты этого хочешь? Я занимался с ней сексом, я ублюдок. Я этого не делаю, я ублюдок. Рорк был прав."

"Что вы имеете в виду, говоря, что Рорк был прав?"

"Ты не можешь понять женщин". Он сделал глоток своего вина. "Она друг. Просто так получилось. У меня не так много друзей, которые не являются клиентами или не заняты в бизнесе ".

"Следи за собой. Они начинают множиться, когда вы не обращаете внимания. Это усложняет всю твою чертову жизнь ".

"Ты хороший друг. Еще кое-что, - сказал он и легонько похлопал ее по ноге. "Вы мне тоже больше всего нравитесь, лейтенант Шугар".

***

Кошмар пришел. Она должна была этого ожидать. Разговор Ареены о снах, крови и ужасе вызвал это. Но даже зная, она никогда не смогла бы остановить это, как только это проникло в ее разум.

Она видела, как он вошел в комнату. Ее отец. Эта мерзкая маленькая комната в Далласе, такая холодная, даже при том, что температурный датчик установлен на максимум. Но, увидев его, почувствовав его запах, зная, что он пил, но недостаточно, на ее озябших руках выступил пот.

Она уронила нож. Она была так голодна, так проголодалась, что стоило рискнуть и найти что-нибудь перекусить. Просто маленький кусочек сыра. Нож выпал из ее руки, потребовались дни, годы, столетия, чтобы достичь пола. И во сне грохот этого был подобен грому, который отдавался эхом. Повторил. Повторил.

На его лице, когда он шел к ней, красный свет от знака стал красным, затем белым, затем красным.

Пожалуйста, не надо, пожалуйста, не надо, пожалуйста, не надо.

Но просить никогда не приносило никакой пользы.

Это происходило бы снова, и снова, и снова. Боль от того, что его рука почти случайно ударила ее по лицу. Ударилась об пол с такой силой, что у нее затрещали кости. А затем его вес на ней.

"Ева. Вот теперь. Ева, вернись ко мне. Ты дома ".

Дыхание обжигало ей горло, и она боролась, брыкаясь, отбиваясь от рук, которые держали ее. И голос Рорка просочился в сон, теплый, спокойный, прекрасный. В безопасности.

"Это верно. Держись за меня." Он прижал ее ближе в темноте, укачивая, как ребенка, пока ее дрожь не утихла. "Теперь с тобой все в порядке".

"Не отпускай".

"Нет". Он прижался губами к ее виску. "Я не буду".

Когда она проснулась утром, сон был лишь смутным пятном в ее сознании, его руки все еще обнимали ее.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Ева опередила Пибоди в центральной. Это было преднамеренно, и это стоило ей целого часа сна тем утром. Она надеялась подать свой обновленный отчет, а затем двигаться дальше, прежде чем появится ее помощник. Если ей повезет, обсуждения с участием Чарльза Монро не будет.

В кабинете детектива гудело. Оказалось, что жена детектива Зено прошлой ночью родила девочку, и он отпраздновал это, принеся две дюжины пончиков. Зная детективов, Ева поймала одного, прежде чем подразделение набросилось на них, как гиены на объеденное мясо.

"Кто выиграл в пул?"

"Я сделал". Бакстер ухмыльнулся, поедая твист с корицей и малиновым желе. "Шестьсот тридцать чмок".

"Черт возьми. Я никогда не выигрываю детский пул ". Утешая себя, Ева схватила круллер. Откусив первый кусочек, она улыбнулась ему. Старый добрый Бакстер, подумала она. Он мог быть занозой в заднице, но он был дотошен и точен в деталях.

Он был просто идеален. "Похоже, это твой счастливый день".

"Ни хрена. Я положил глаз на эту новую систему автоматического развлечения. "Шесть счетов плюс " будут иметь большое значение для того, чтобы посадить этого ребенка в мою машину ".

"Это здорово, Бакстер, но я имею в виду, что это действительно твой счастливый день". Она вытащила из сумки папку с дисками, собранными у полицейских в форме и детективов, которые записывали имена свидетелей в ночь убийства в Драко. "Ты получаешь главный приз. Проверь стандартные предпосылки и вероятности этих людей, Ре Драко. У нас здесь около трех тысяч имен. Возьмите пару детективов, несколько человек в форме, если они вам понадобятся, и получите показания. Давайте посмотрим, сможете ли вы сократить это число вдвое к концу недели ".

Он фыркнул. "Очень смешно, Даллас".

"У меня есть приказ от Уитни назначить кого-нибудь на эту должность. Пометьте, Бакстер. Ты и есть это".

"Это чушь собачья". Когда она бросила папку ему на стол, его глаза округлились. "Ты не можешь сваливать этот кошмар на меня, Даллас".

"Мог, имел, сделал. Ты роняешь крошки, Бакстер. Вы должны помнить, что всегда должны содержать свою территорию в чистоте ".

Довольная утренней работой, она направилась в свой офис, сопровождаемая его проклятиями.

Дверь была открыта, и в коридор отчетливо доносились звуки перебирания. Ева прижалась спиной к стене, пробежала пальцами по своему оружию. Сукин сын. На этот раз он был у нее. Наконец-то задница подлой похитительницы конфет принадлежала ей.

Она ворвалась в комнату, размахивая кулаком, и схватила незваного гостя за шиворот. "Попался!"

"Эй, леди!"

Она была на шесть дюймов и добрых двадцать фунтов выше него. Ева подсчитала, что сможет без особых проблем протиснуть его через свое узкое окно. Он оставил бы интересный след на асфальте внизу.

"Я не собираюсь зачитывать вам ваши права", - сказала она, прижимая его к картотечным шкафам. "Они тебе не понадобятся там, куда ты направляешься".

"Позовите лейтенанта Даллас!" Его голос звучал как ржавая флейта. "Позвоните лейтенанту Даллас".

Она развернула его, посмотрела в его дрожащие глаза, удвоившись в размерах из-за микроглазок. "Я Даллас, ты, придурок, ворующий конфеты".

"Ну, черт возьми. Боже. Я Льюис. Томджон Льюис, из отдела технического обслуживания. Я получил твое новое оборудование ".

"О чем, черт возьми, ты говоришь? Дай мне понюхать твое дыхание. От тебя сладко пахнет, я собираюсь вырвать твой язык и придушить тебя им ".

Его ноги болтались в дюйме от пола, он надул щеки и дунул ей в лицо взрывным воздухом. "Пшеничные вафли с треском отнесите в закусочную, и - и фруктовый стаканчик. Я не ел конфет. Поклянись Богом".

"Нет, но вы могли бы подумать о более сильном ополаскивателе для рта. Что там насчет нового оборудования?"

"Вот. Прямо здесь. Я как раз заканчивал передачу."

Все еще удерживая его над полом, она повернула голову. Ее рот открылся за секунду до того, как она бросила Льюиса и прыгнула на промышленный серый корпус компьютера. "Мой. Это мое".

"Да, сэр, сэр-лейтенант. Она вся твоя".

Собственнически обхватив устройство руками, она оглянулась на него. "Послушай, подсобный рабочий, если ты со мной играешь, я откушу тебе уши и превращу их в рагу".

"Я получил приказ прямо здесь". Двигаясь осторожно, он полез в карман за своим бортовым журналом, набрал код. "Смотрите, вот, Даллас, лейтенант Ева, Отдел по расследованию убийств. Ты купил себе новый XE-5000. Ты сам это реквизировал".

"Я реквизировал это два чертовых года назад".

"Да. Что ж." Он с надеждой улыбнулся. "Вот она. Я просто подключал ее к мэйнфрейму. Ты хочешь, чтобы я закончил?"

"Да, я хочу, чтобы ты закончил".

"Хорошо. Сделай это в мгновение ока, а затем убирайся с дороги ". Он практически нырнул под стол.

"Что, черт возьми, за имя такое Томджон?"

"Это мое имя, лейтенант. У вас есть полное руководство по эксплуатации вон в той коробке."

Она оглянулась, фыркнула на коробку высотой в фут. "Я знаю, как это работает. У меня дома есть эта модель ".

"Это хорошая машина. Как только вы подключитесь к основному, все, что нам нужно сделать, это перенести ваш код и данные с вашего старого оборудования. Это займет около тридцати минут, максимум."

"У меня есть время". Она пробежала глазами по своему старому устройству, помятому, избитому, презираемому. Некоторые вмятины были оставлены на нем ее собственным разбитым кулаком. "Что происходит с моим старым оборудованием?"

"Я могу вытащить это для вас, отнести на переработку".

"Хорошо - нет. Нет, я хочу этого. Я хочу забрать это домой ". Она совершит ритуальное истребление, решила она. Она надеялась, что он пострадал.

"Я согласен". Поскольку он решил, что его язык и уши снова в безопасности, он начал насвистывать, продолжая свою работу. "Эта штука устарела пять лет назад. Не знаю, как тебе удалось что-то с этим сделать ".

Ее единственным ответом на это было низкое, хриплое рычание.

***

Когда Пибоди пришла час спустя, Ева сидела за своим переполненным столом, ухмыляясь. "Послушай, Пибоди. Это Рождество".

"Вау". Вошла Пибоди, обошла вокруг. "Вау, в квадрате. Это прекрасно ".

"Да. Это мое. Томджон Льюис, мой новый лучший друг, подключил это для меня. Он прислушивается ко мне, Пибоди. Он делает то, что я ему говорю ".

"Это великолепно, сэр. Я знаю, вы будете очень счастливы вместе ".

"Ладно, веселье закончилось". Она взяла свой кофе, ткнув большим пальцем в сторону автоматической кофеварки, чтобы Пибоди знала, что она может выпить свою чашечку. "Прошлой ночью я провел обыск в квартире Драко".

"Я не знал, что ты планировал это сделать. Я бы скорректировал свое личное время ".

"В этом не было необходимости". Еве представилась неприятная картина сцены в квартире Ареены, если бы Пибоди пришла вместе.

"Драко держал тайник с нелегалами в своем пентхаусе. Набор для разнообразия, в который входила почти унция чистого дикого кролика."

"Подонок".

"Еще бы. А также ряд оригинальных секс-игрушек, некоторые из которых выходили за рамки даже моего богатого опыта. У него была коллекция видеодисков, и большая часть из них - личные сексуальные контакты ".

"Итак, у нас есть мертвый сексуальный девиант".

"Игрушки и диски - это личный выбор, но Кролик перетасовывает его на территорию SD. Это может перейти к мотиву, или побуждениям, поскольку они скапливаются, как вольнонаемные на митинге протеста. Без обид ".

"Не принимается".

"В качестве потенциальных возможностей у нас есть амбиции, личная выгода, деньги, секс, нелегалы, женщина или женщины, которых презирают, и всеобщая неприязнь. Ему нравилось охотиться на женщин, обычно помыкал представителями обоих полов. У него была обычная привычка к нелегалам. Он также был раздражающим сукиным сыном, и все, кто его знал, хотели вздернуть его за кишки. Это не сильно сокращает список. Но."

Она поерзала на своем стуле. "Прошлой ночью я начал оценивать вероятности. Добился некоторого прогресса. Мой удобный новый XE-5000 скопирует вам эти данные, чтобы вы могли продолжать выполнять сканирование. У меня скоро консультация с Мирой. Это может помочь сократить рабочий список. Назначь конференцию с нашими приятелями в EDD на одиннадцать."

"А допросы сегодня днем?"

"Действуйте по расписанию. Я вернусь через час, максимум через два ". Она оттолкнулась от своего стола. "Если меня задержат, свяжись с лабораторией и заставь Придурка проверить нелегалы, которых я отправил сегодня утром".

"Очень приятно. Взятка или угроза?"

"Как долго ты сейчас работаешь со мной, Пибоди?"

"Почти год, сэр".

Ева кивнула и вышла. "Достаточно долго. Используй свое собственное суждение ".

***

Район Миры был более цивилизованным - Еве показалось, что это подходящее слово - по сравнению с притонами и ульями большинства полицейских участков. Пузырь спокойствия, предположила она, особенно если ты не знаешь, что происходит за дверями Тестирования.

Ева знала, и она надеялась, что прошли эпохи, прежде чем она была вынуждена пройти через них снова.

Но личное пространство Миры было далеко от обезличивающей и деморализующей клетки Испытаний. Она предпочитала оттенки синего в своих уютных креслах, в успокаивающих океанских волнах, которые она часто показывала на своем экране настроения.

Сегодня она была одета в один из своих мягких и шикарных костюмов пастельных тонов. Вселяющий надежду зеленый цвет, цвет весенних почек на листьях. Ее волосы были откинуты назад с лица невозмутимой красоты, которой Ева постоянно восхищалась. В ее ушах были жемчужины в виде слезинок, которые соответствовали единственной цепочке с золотым звеном на ее шее.

По мнению Евы, она была идеальным примером грациозной женственности.

"Я ценю, что ты пристроил меня этим утром".

"Я чувствую личную заинтересованность", - начала Мира, программируя свой автоповар для чая. "Быть свидетелем. За все годы моей службы в полиции Нью-Йорка я ни разу не был свидетелем убийства ". Она повернулась с двумя чашками чая с цветочным ароматом в руке и уловила темный блеск в глазах Евы. "Ричард Драко не был убийцей, Ева. Это была казнь. Совершенно другое дело".

Она заняла свое место, протягивая Еве чай, который, как они оба знали, она едва пригубила. "Я изучаю убийство. Убийцы. Я слушаю их и анализирую. Я описываю их. И как врач, я знаю, понимаю и уважаю смерть. Но, имея убийство, происходящее прямо у меня на глазах, не знать, что это было реально. Что ж, это доставило мне несколько неприятных моментов. Это сложно ".

"Я подумал гениально".

"Что ж". Тень улыбки изогнула губы Миры. "Ваша точка зрения и моя исходят из разных точек зрения, я полагаю".

"Да." И Ева часто стояла над мертвыми с кровью на ботинках. Теперь ей пришло в голову, что она не приняла во внимание душевное состояние Миры в ту ночь в театре. Она просто призвала ее в команду и использовала так, как это казалось наиболее эффективным.

"Мне жаль. Я не подумал об этом. Я никогда не давал тебе выбора ".

"У тебя не было причин думать об этом. И в то время я тоже. " Она стряхнула это, подняла свой чай. "Вы оказались за кулисами и приступили к работе очень быстро. Как скоро вы поняли, что нож был настоящим?"

"Недостаточно скоро, чтобы остановить это. Вот что имеет значение. Я начал свои интервью, сосредоточившись в первую очередь на актерах ".

"Да, преступление пропитано театральностью. Метод, время, постановка." Чувствуя себя более комфортно на аналитической дистанции, Мира прокрутила сцену в уме. "Актер или кто-то, кто стремится или стремился стать им, соответствует профилю. С другой стороны, убийство было чистым, хорошо подготовленным, тщательно выполненным. Твой убийца смел, Ева, но также и хладнокровен."

"Им нужно было видеть, как это происходит?"

"Да, я так думаю. Видеть это, под светом, на сцене, с публикой, задыхающейся от шока. Это, на мой взгляд, было так же важно для этого человека, как и смерть Драко. Волнение от этого и последующего действия. Их собственный шок и ужас, хорошо отрепетированный".

Она задумалась. "Это было слишком хорошо поставлено, чтобы не быть отрепетированным. Драко рекламировался как один из величайших актеров нашего времени. Убить его было одним шагом. Замена его, пусть даже только в сознании убийцы, была важной секундой ".

"Вы говорите, что это было профессионально мотивировано".

"Да, на одном уровне. Но это также было очень личным. Если мы посмотрим на актера или начинающего актера, профессиональные и личные мотивы могут быть легко смешаны ".

"Единственный, кто в профессиональном плане извлек ощутимую выгоду из смерти Драко, это Майкл Проктор. Дублер."

"Логически, да. Тем не менее, все, кто находится на сцене или участвует в этом представлении, выигрывают. Внимание средств массовой информации, имена, запечатленные в умах общественности, этот незабываемый момент времени. Разве не к этому стремится актер? Незабываемый момент?"

"Я не знаю. Я не понимаю людей, которые проводят свою жизнь, будучи другими людьми ".

"Работа, мастерство заключается в том, чтобы заставить зрительскую аудиторию поверить, что они другие люди. Театр - это больше, чем работа для тех, кто делает это хорошо, кто посвящает этому свою жизнь. Это, как и ваша работа для вас, образ жизни. И в ночь, когда был убит Драко, прожектор засиял немного ярче для всех в этой пьесе ".

"В пьесе или вовлечен в пьесу. Не в зале."

"С текущими данными я не могу исключить членов аудитории, но больше склоняюсь к человеку или людям, более близким к сцене". Мира отставила свою чашку в сторону, положила руку на руку Евы. "Ты беспокоишься о Надин".

Ева открыла рот, закрыла его снова.

"Надин - пациентка, и она очень открыта со мной. Я полностью осведомлен о ее отношениях с жертвой и я полностью готов, если это станет необходимым, высказать свое профессиональное мнение о том, что она не способна спланировать и осуществить насильственное преступление. Если бы она хотела наказать Драко, она бы нашла способ сделать это через средства массовой информации. Она способна на это, очень способна ".

"Ладно, хорошо".

"Я говорила с ней", - продолжила Мира. "Я знаю, что сегодня у вас официальное собеседование с ней".

"После того, как я уйду отсюда. Только я, Надин и ее адвокат. Я хочу, чтобы было зафиксировано, что она пришла ко мне с информацией. Я могу отложить заявление на несколько дней, дать ей немного передышки ".

"Это поможет". Но Мира вгляделась в лицо Евы, увидела больше. "Что еще?"

"Неофициально?"

"Конечно".

Ева сделала глоток чая, затем рассказала Мире о видеодиске в пентхаусе Драко.

"Она не знает", - немедленно сказала Мира. "Она бы сказала мне. Это обеспокоило бы ее и привело в ярость. Смутил ее. Должно быть, он записал это без ее ведома ".

"Тогда следующая строка была бы такой: что, если бы он показал это ей, когда она пришла к нему в день, когда он был убит?"

"Горничная сообщила бы о значительном повреждении номера, и Драко был бы вынужден обратиться за неотложной медицинской помощью перед выступлением". Мира откинулась на спинку стула. "Приятно видеть, как ты улыбаешься. Мне жаль, что вы беспокоились о ней ".

"Она была потрясена, когда у нас была наша встреча. Действительно потрясен ". Ева встала со стула, подошла к экрану настроения и наблюдала за приливами и отливами. "У меня в ушах слишком много людей, которые жужжат. Это отвлекает ".

"Ты бы вернулась к своей жизни, какой она была год назад, Ева? Два года назад?"

"Некоторые моменты было легче. Я встал утром и сделал свою работу. Может, тусовался с Мэвис пару раз в неделю." Она выдохнула. "Нет, я бы не стал возвращаться. В любом случае, это не имеет значения. Я там, где я есть. Итак... вернемся к Драко."

Ева продолжила. "Он был сексуальным хищником".

"Да, я прочитал ваш обновленный отчет непосредственно перед вашим прибытием. Я соглашусь, что секс был одним из его любимых видов оружия. Но не сам секс удовлетворял его. Это был контроль, совокупность его внешности, его стиля, его таланта и сексуальности, используемых для управления женщинами. Женщины, которых он считал своими игрушками. И через них, показывая свое превосходство над другими людьми. Он был одержим идеей быть центром ".

"А незаконный? Парень использует Rabbit на женщине, потому что он не думает, что у него с ней получится. Это отнимает у нее право выбора ".

"Согласен, но в данном случае я бы сказал, что это была просто еще одна опора для него. По его мнению, ничем не отличается от света свечей и романтической музыки. Он считал себя великим любовником, точно так же, как знал, что является великим актером. Его снисходительность, по его мнению, была не более чем его правом как звезды. Я не говорю, что секс не играет роли в мотиве, Ева. Я полагаю, что в этом случае у вас есть множество мотивов и очень сложный убийца. Очень вероятно, что он такой же эгоцентрик, как и жертва ".

"Двое в своем роде", - пробормотала Ева.

***

Он все рассчитал. Актеры, они думали, что они такие чертовски блестящие, такие особенные, такие важные. Что ж, он мог бы стать актером, если бы действительно захотел. Но это было именно так, как всегда говорил ему его отец. Ты работаешь за кулисами, ты работаешь вечно.

Актеры, они приходили и уходили, но хорошему рабочему сцены никогда не приходилось искать работу.

Лайнус Ким был рабочим сцены в течение тридцати лет. Последние десять лет он был вожаком. Вот почему ему предложили должность руководителя в "Нью Глоуб", вот почему он получал самую высокую зарплату, которую профсоюз мог выжать из скупых ублюдков из руководства.

И даже тогда его зарплата и близко не подходила к тому, что зарабатывали актеры.

И где бы они были без него?

Теперь это должно было измениться. Потому что он это просчитал.

Довольно скоро The New Globe собирались искать нового главного рабочего сцены. Лайнус Ким собирался уйти в отставку с шиком.

Когда он работал, он держал глаза и уши открытыми. Он изучал. Никто в театральной труппе не знал, что есть что и кто был чем для кого, так, как знал Лайнус Ким.

Прежде всего, он был экспертом по выбору времени. Подсказки никогда не пропускались, когда Лайнус был главным.

Он знал, когда в последний раз видел реквизитный нож. Точно, когда и где. И знание этого оставляло только одно окно возможностей для подмены. И только один человек, по мнению Лайнуса, мог бы провести это так ловко. У него могло быть как раз достаточно времени, чтобы воткнуть муляж ножа в гримерку Ареены Мэнсфилд.

Для этого потребовалось мужество, он бы дал им это.

Лайнус остановился у тележки на углу, чтобы перекусить поздним утром, положив туда крендель с ярко-желтой горчицей.

"Эй!" Оператор схватился за трубку рукой, защищенной потрепанными перчатками без пальцев. "Ты собираешься использовать так много, ты заплатишь дополнительно".

"Твой, вигвам". Лайнус добавил еще одну каплю, черт возьми.

"Ты употребляешь в два раза больше". Оператор, покрытый боевыми шрамами азиат, проработавший на углу менее трех месяцев, пританцовывал на месте на крошечных ножках. "Вы платите дополнительно".

Лайнус подумал о том, чтобы брызнуть тем, что осталось в тюбике, в смуглое лицо мужчины, затем вспомнил о своем грядущем богатстве. Это заставило его почувствовать себя великодушным. Он вытащил из кармана пятидесятицентовую купюру, подбросил ее в воздух.

"Теперь вы можете удалиться", - сказал он, когда оператор зацепил его за нисходящую дугу.

Уходя, он посасывал крендель, пропитанный горчицей.

Он был невысоким мужчиной и к тому же тощим, если бы не пузо размером с футбольный мяч над его поясом. Его руки были длинными для его роста и бугристыми мускулами. Его лицо было похоже на разбитую тарелку, плохо склеенную, плоское и круглое, покрытое морщинами. Его бывшая жена часто убеждала его потратить немного накопленных сбережений на какой-нибудь простой косметический ремонт.

Лайнус не видел в этом смысла. Какая разница, как он выглядел, когда его работа заключалась, по сути, в том, чтобы его не видели?

Но он подумал, что мог бы взяться за какую-нибудь работу сейчас. Он собирался отправиться на Таити, или Бали, или, может быть, даже на один из курортных спутников. Грейся на солнце, песке и женщинах.

Полмиллиона, которые ему заплатили бы за то, чтобы он держал свои маленькие наблюдения при себе, прилично увеличили бы его сбережения за всю жизнь.

Он подумал, не следовало ли ему попросить большего. Он держал выплату на низком уровне - ничего такого, чего не смог бы наскрести актер, по мнению Лайнуса. Он даже был бы готов взять это в рассрочку. Он мог быть разумным. И факт был в том, что он должен был восхищаться мужеством и мастерством, задействованными здесь, и выбором цели.

Он никогда не встречал актера, которого презирал бы больше, чем Драко, а Лайнус ненавидел актеров почти с религиозным равенством.

Он отправил в рот остаток кренделя, вытер горчицу с подбородка. Письмо, которое он отправил, должно было быть доставлено первым делом в то утро. Он заплатил за это дополнительную плату. Инвестиции.

Письмо было лучше, чем телефонный звонок или личный визит. Такого рода вещи можно отследить. Копы могли прослушивать ссылки каждого. Он не оставил бы это без внимания копов, которым он не доверял почти так же, как актерам.

Он вспомнил, что сохранил записку простой и прямой.

Я знаю, что ты сделал и как ты это сделал. хорошая работа. встретимся в театре, за кулисами, на нижнем уровне. одиннадцать часов. Я хочу 500 000 долларов. Я не пойду в полицию. В любом случае, он был сукиным сыном.

Он не подписывал это. Все, кто работал с ним, знали его печать квадратными блоками. У него было несколько неприятных моментов, когда он беспокоился, что записка попадет в полицию, и его арестуют за попытку шантажа. Но он отбросил эту возможность.

Что значили полмиллиона для актера?

Он воспользовался служебной дверью, введя свой код. Его ладони были немного потными. Нервы и возбуждение. Дверь закрылась за ним с металлическим, отдающимся эхом лязгом. Затем он вдохнул аромат театра, погрузился в его великолепную тишину. Он почувствовал толчок в сердце, резкий и неожиданный.

После сегодняшнего дня он бы отказался от этого. Запахи, звуки, свет и линии. Это было все, что он действительно когда-либо знал, и внезапное осознание любви к этому потрясло его.

Это ни черта не значит, напомнил он себе, и повернулся к лестнице, которая вела под сцену. У них были театры на Таити, если он хотел отдохнуть, как водитель автобуса. Он мог бы даже, возможно, открыть свое собственное маленькое региональное заведение. Театр-дворец казино.

Это была мысль.

Театр Лайнуса Кима. В этом был смысл.

У основания лестницы он повернул направо, вниз по извилистому коридору. Сейчас он напевал, счастливый в своем собственном пространстве, слегка бурля от предвкушения того, что должно было произойти.

Рука, извиваясь, обвилась вокруг его шеи. Он вскрикнул, больше от удивления, чем от страха, начал поворачиваться.

Пары попали ему в рот и нос. Его зрение затуманилось, в голове зазвенело. Он не чувствовал своих конечностей.

"Что? Что?"

"Тебе нужно выпить". Голос шептал ему на ухо, дружелюбно, утешая. "Давай, Лайнус, тебе нужно выпить. Я достал бутылку из твоего шкафчика ".

Его голова поникла, камнем повиснув на тощей шее. Все, что он мог видеть за своими веками, были кровоточащие цвета. Его ноги шаркали по полу, когда его осторожно подвели к креслу. Он послушно проглотил, когда к его губам поднесли стакан.

"Вот так-то лучше, не так ли?"

"Головокружение".

"Это пройдет". Голос оставался мягким и успокаивающим. "Вы просто почувствуете себя очень спокойно. Транквилизатор слабый. Едва ли больше, чем поцелуй. Вы просто сидите там. Я обо всем позабочусь".

"Хорошо". Он неопределенно улыбнулся. "Спасибо".

"О, это не проблема".

Петля уже была приготовлена из длинного отрезка веревки, взятой с пола летательного аппарата. Руки в перчатках плавно обвили им шею Лайнуса, прижали и расправили ее.

"Как ты себя сейчас чувствуешь, Лайнус?"

"Довольно хорошо. Чертовски хорошо. Я думал, ты разозлишься ".

"Нет". Но был вздох, который мог быть сожалением.

"Я беру деньги и отправляюсь на Таити".

"Это ты? Я уверен, вам это понравится. Лайнус, я хочу, чтобы ты написал кое-что для меня. Вот твоя ручка. Вот так. Вот блокнот, который вы всегда используете для своих заметок. Ты никогда не пользуешься электронным блокнотом, не так ли?"

"Бумага для меня достаточно хороша, черт возьми". Он икнул, ухмыльнулся.

"Конечно. Запишите это, не могли бы вы? "Я сделал это". Это все, что ты можешь сказать. Просто напишите "я сделал это", затем подпишите свое имя. Идеальный. Это просто идеально ".

"Я сделал это". Он подписал свое имя скупыми каракулями. "Я понял это".

"Да, ты сделал. Это было очень умно с твоей стороны, Лайнус. У тебя все еще кружится голова?"

"Нет. Я чувствую себя хорошо. Я чувствую себя прекрасно. Ты принес деньги? Я отправляюсь на Таити. Ты оказал всем услугу, убив этого тупого ублюдка ".

"Спасибо тебе. Я тоже так подумал, Давайте сейчас встанем. Устойчив?"

"Как скала".

"Хорошо. Не могли бы вы оказать мне услугу? Не могли бы вы подняться по этой лестнице? Я бы хотел, чтобы вы перекинули этот конец веревки через тот столб и привязали его. Мило и уютно. Никто не завязывает узлы так, как опытный рабочий сцены ".

"Конечно". Он поднялся, напевая.

Лежа на земле, его убийца наблюдал за происходящим с замирающим от предвкушения сердцем. Когда пришла записка, был страх. Приливные волны страха, паники и отчаяния.

Это было сделано сейчас. Это должно было быть сделано. Осталось только легкое раздражение и порыв вызова.

Как с этим справиться? Ответ пришел так гладко, так ясно. Устраните угрозу, передайте полиции их убийцу. Все одним махом.

Через мгновения, всего лишь мгновения сейчас, все это было бы сделано.

"Все связаны!" Звонил Лайнус. "Она выдержит".

"Я уверен. О нет, Лайнус, не спускайся обратно ".

Сбитый с толку, он пошевелился на лестнице, посмотрел вниз на улыбающееся лицо внизу. "Не спуститься вниз?"

"Нет. Прыгай. Спрыгни с лестницы, Лайнус. Разве это не будет весело? Это все равно что прыгнуть в красивую голубую воду на Таити ".

"Как на Таити? Вот куда я отправлюсь, как только буду на плаву ".

"Да, как на Таити". Смех был радостным, ободряющим. Внимательное ухо могло бы уловить скрытое за этим напряжение, но Лайнус только рассмеялся в ответ. "Давай, Лайнус. Погружайся прямо в это! Вода в порядке ".

Он ухмыльнулся, зажав нос. И прыгнул.

На этот раз смерть не была тихой. Перепуганные, брыкающиеся ноги сбили лестницу с оглушительным грохотом. Он попал в бутылку с пивом, взорвав стекло. Сдавленные вздохи, пробившиеся сквозь затянутую петлю, превратились в хрип. Секунды, всего лишь секунды, но воздух, казалось, кричал вместе с ними.

И затем был слышен только слабый скрип раскачивающейся веревки. Как скрип мачты в открытом море, это было удивительно романтично.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

"Учитывая профиль убийцы, представленный Мирой, чаша весов склоняется на сторону исполнителя. Актер", - продолжила Ева. "Или кто-то, кто хочет или мечтал им стать".

"Что ж, у тебя есть свои хедлайнеры". Фини вытянул ноги. "Ваша вторая струна, ваши статисты. Сложите их все, у вас все еще есть более тридцати потенциалов. Ты добавляешь к этому желаемое, и Христос знает ".

"Мы разделяем их и сокращаем. Точно так же Бакстер должен сократить число зрителей ".

Фини растянул губы в усмешке. "Мы слышали его нытье всю дорогу в EDD".

"Тогда моя работа там выполнена. Мы учитываем связи с жертвой, - продолжила Ева, - размещение во время последнего акта. Мы берем на допрос наиболее вероятных и начинаем их допрашивать ".

Макнаб поерзал на своем стуле, поднял палец. "Все еще возможно, что убийцей был кто-то из зрителей. Кто-то, кто знал Драко, имел театральный опыт. Даже работая с Бакстером и кем бы он ни был, кого бы он ни втянул в это с собой двадцать четыре часа в сутки / семь минут по вероятностям и происхождению, на устранение уйдут недели."

"У нас нет недель", - парировала Ева. "Это громкое дело. Давление на Башню будет нарастать ", - сказала она, имея в виду офис комиссара. "Это означает, что это собирается сжать нас, и сжать скоро. Мы управляем аудиторией, когда Бакстер передает потенциальные возможности, и продолжаем управлять ими, пока не сведем это к минимуму. А пока мы сосредоточимся на сцене ".

Она подошла к доске, где уже были прикреплены кадры с места убийства, тела, графики и диаграммы, полученные в результате вероятностного сканирования и проверки данных, выполненных на сегодняшний день.

"Это не было массовым убийством. Это не было импульсом. Это было спланировано, поставлено. Это было исполнено. И это было записано. У меня есть копии дисков для всех. Мы собираемся посмотреть пьесу, каждый из нас, изучать ее, пока не выучим реплики, ходы настолько хорошо, что сможем сами отправиться с ней в путь.

"Речь идет об искажении закона", - пробормотала она. "Насчет игры с этим. И, в конце концов, это своего рода правосудие. Убийца мог видеть смерть Драко именно так. Своего рода правосудие".

Фини потряс засахаренными орешками в пакетике у себя в кармане. "Его никто не любил".

"Тогда мы выясним, кто ненавидел его больше всего".

***

Мальчика звали Ральф, и он выглядел одновременно испуганным и взволнованным. На нем была потрепанная куртка "Янкиз" поверх тускло-коричневой униформы уборщика. У него либо была очень плохая стрижка, либо, предположил Рорк, щеголяла какая-то новая мода. Как бы то ни было, его заставляли постоянно сдувать, подметать или стряхивать с глаз растрепанные пряди темных волос.

"Я не думал, что вы придете сами, сэр". Отчасти паническое возбуждение Ральфа было вызвано идеей поговорить лицом к лицу с легендарным Рорком. Все знали, что этот человек был абсолютно ледяным. "Приказано сообщать обо всем необычном в управление, поэтому, когда я увидел, что служебная дверь не была заперта и закодирована, я понял, как мне следует сообщить об этом сразу ".

"Это верно. Ты заходил внутрь?"

"Ну, я..." Ральф не видел никакого смысла признаваться, что его чрезмерно активное воображение не позволило ему отойти на два фута от двери. "Я начал, ты знаешь. Затем я увидел, что там горел свет, который не должен был гореть. Я подумал, что было бы умнее остаться здесь и ... охранять дверь, типа."

"Хорошая мысль". Рорк присел на корточки, изучил замки, лениво взглянул на камеру наблюдения. Его световой индикатор был выключен, и этого не должно было быть. "Вы обычно работаете в одиночку?"

"О нет, сэр. Но поскольку, вы знаете, здание закрыто из-за смерти того парня и прочего, мой начальник попросил одного из бригады уборщиков добровольно заняться обслуживанием освещения. Из-за всей этой суматохи в ночь премьеры никто так и не добрался до уборки ванных комнат и прочего. Управляющий, он сказал, что копы дали нам разрешение вернуться, поскольку они уже получили то, что им было нужно ".

"Да". Только этим утром Рорку сообщили, что определенные участки здания не были очищены.

"Мы не должны проходить полицейские барьеры на сцену или обратно. Супер сказал, что они устроят тебе настоящий шок, если ты попытаешься с ними связываться ".

"Супер" - это совершенно верно."

"Итак, я просто должен разобраться с ванными комнатами, вот и все. Я взялся за это, потому что мне могут пригодиться деньги, понимаешь?"

"Да". Рорк выпрямился, улыбнулся мальчику. "Я знаю очень хорошо. Что ж, тогда, Ральф, это? Мы просто войдем и посмотрим, что к чему ".

"Конечно". Раздался громкий вздох, когда Ральф вошел внутрь вслед за Рорком. "Знаешь, говорят, убийца всегда возвращается, типа, на место своего преступления".

"Неужели они?" Голос Рорка был мягким, когда он осматривал местность. "Ты узнаешь, что в мире всегда очень мало, Ральф. Но, возможно, на этот раз они могут оказаться правы ".

Комнаты за прихожей были темными, но на лестнице с нижнего уровня пробивался свет. Рорк начал спускаться, сунув руку в карман, куда он сунул маленький, запрещенный для гражданского использования парализатор, когда получил сообщение о возможном взломе.

Он последовал за свечением в сторону подмостков.

Он почувствовал запах домашнего пива, его едва заметную кислинку и неприятный оттенок, в котором он распознал смерть.

"Да, боюсь, на этот раз они правы", - пробормотал он, затем завернул за угол.

"О, черт. О, черт." Голос Ральфа прерывался на словах, и его глаза вытаращились на фигуру, болтающуюся на толстом куске веревки. "Это парень?"

"Это было. Если ты собираешься заболеть, в этом нет ничего постыдного, но найди другое место ".

"А?"

Рорк оглянулся. Лицо мальчика было белым, как полотно, глаза остекленели. Чтобы все было просто, Рорк просто положил руку на плечо Ральфа и опустил его на пол. "Опустите голову, делайте медленные вдохи. Вот так, сынок. У тебя все получится ".

Отвернувшись от мальчика, Рорк подошел к повешенному. "Бедный, глупый ублюдок", - подумал он вслух и достал свой карманный линк, чтобы позвонить жене.

"Даллас. Что? Рорк, я не могу сейчас с тобой говорить. Я здесь по уши ".

"Кстати, о шеях. Сейчас я смотрю на один, который был значительно растянут. Вам нужно будет пройти в театр, лейтенант, на нижний уровень. Я нашел для тебя другое тело ".

***

Смерть требовала рутинной процедуры, даже если муж главного следователя обнаружил тело.

"Вы можете его опознать?" - спросила она Рорка и сделала знак Пибоди записать сцену.

"Вопрос. Лайнус Ким. Я проверил записи о приеме на работу после того, как позвонил вам. Главный рабочий сцены. Ему было пятьдесят шесть. Разведен, детей нет. Он жил на Седьмой - один, согласно его досье."

"Вы знали его лично?"

"Нет".

"Хорошо, приготовьтесь. Пибоди, принеси мне лестницу. Я не хочу использовать это, пока мы не проведем полную проверку. Кто этот парень?" она спросила Рорка.

"Ральф Байден. Один из команды уборщиков. Сегодня он собирался работать в одиночку, увидел, что дверь на сцену не заперта, и вызвал его ".

"Назови мне время", - потребовала Ева, изучая угол наклона упавшей лестницы, узор из осколков стекла от разбитой бутылки из-под пива.

После одного долгого разглядывания Рорк достал свой журнал. "Он связался с центром технического обслуживания в одиннадцать двадцать три. Я был предупрежден шесть минут спустя и прибыл на место ровно в полдень. Это достаточно точно, чтобы удовлетворить вас, лейтенант?"

Она знала этот тон и ничего не могла поделать, если он решил разозлиться. Тем не менее, она хмуро посмотрела ему в спину, и он отошел, чтобы взять у Пибоди маленькую стремянку.

"Вы или ребенок к чему-нибудь прикасались?"

"Я знаю рутину". Рорк подложил лестницу под тело. "Почти так же хорошо, как ты сейчас".

Она просто хмыкнула, закинула на плечо свой походный комплект и начала подниматься по лестнице.

Повешение - это неприятная смерть, и оставшаяся после него оболочка отражает это. От этого выпучиваются глаза, багровеет лицо. Он не весил больше ста двадцати, подумала Ева. Недостаточно, даже близко недостаточно для того, чтобы груз опустился быстро и тяжело и милосердно сломал ему шею.

Вместо этого он задыхался до смерти, достаточно медленно, чтобы осознавать, бороться, сожалеть.

Руками, покрытыми печатью, она вытащила единственный лист дешевой переработанной бумаги из-за его пояса. После быстрого просмотра она передала бумагу. "Забей на это, Пибоди".

"Да, сэр. Самоубийство?"

"Копы, которые делают поспешные выводы, спотыкаются о то же самое и падают на свои задницы. Вызовите команду на место преступления, предупредите меня, что у нас смерть без присмотра. "

Отчитанная, Пибоди достала свой коммуникатор.

Ева записала время смерти на диктофон и осмотрела очень точный узел палача. "Почему самоликвидация, офицер Пибоди?"

"Ах... Субъект найден повешенным, что является традиционным методом самоуничтожения, по месту его работы. Там есть подписанная предсмертная записка, разбитая бутылка самогона с одним стаканом. Нет явных признаков борьбы или насилия ".

"Во-первых, людей веками вешали как способ казни. Во-вторых, на данный момент у нас нет доказательств, что субъект написал записку, найденную на месте преступления. И последнее, пока не будет завершен полный осмотр тела, мы не можем определить, есть ли другие следы насилия. Даже если их нет, - продолжила Ева, пятясь вниз по лестнице, - человека можно затянуть в петлю".

"Да, сэр".

"Дальше. на поверхности это выглядит как самоуничтожение. Наша работа - не останавливаться на поверхности и предполагать, а наблюдать, записывать, собирать доказательства и в конечном итоге делать выводы ".

Ева отступила, изучая сцену. "Зачем человеку приходить сюда, в пустой театр; сидеть и выпивать стакан пива; написать короткую записку; смастерить себе красивую, аккуратную петлю; закрепить ее; подняться по лестнице; затем сойти?"

Поскольку она понимала, что от нее ждут ответа, Пибоди постаралась на славу. "Театр - это его рабочее место. Самоубийцы часто идут на этот шаг по месту работы."

"Я говорю о Квиме, Лайнус. Конкретика, Пибоди, не обобщения."

"Да, сэр. Если он был ответственен за смерть Драко, что могло означать записку, его, возможно, одолело чувство вины, и он вернулся сюда, туда, где был убит Драко, уравновесив чаши весов, покончив с собой под сценой."

"Подумай о профиле, Пибоди. Подумайте о первоначальном преступлении и способе его совершения. Я нахожу расчет, безжалостность и отвагу. Скажи мне, где ты находишь вину?"

С этими словами Ева направилась туда, где в углу сидел Ральф, бледный и молчаливый.

"Облажался", - пробормотала Пибоди. "Большое время". Она выдохнула, пытаясь не смущаться, что ей прикололи крылья на глазах у Рорка. "Сейчас она в ярости".

"Она сердита. Не на тебя, в частности, - добавил Рорк, - и не на меня." Он оглянулся на труп, на жалкую растрату, и прекрасно понял свою жену. "Смерть оскорбляет ее. Каждый раз. Каждый раз, когда она сталкивается с этим ".

"Она скажет тебе, что ты не должен принимать это на свой счет".

"Да". Он наблюдал, как Ева сидит рядом с Ральфом, автоматически заслоняя своим телом его видение смерти. "Она скажет тебе это".

***

Он мог быть терпеливым. Рорк умел ждать, выбирать время и место. Точно так же, как он знал, что Ева будет искать его, найдет его, хотя бы для того, чтобы убедиться, что он не слишком глубоко запустил пальцы в ее работу.

Итак, он сидел на сцене, все еще одетый в окончательный комплект для зала суда. Странное место для человека с его прошлым, подумал он с некоторым удивлением, используя свой персональный компьютер palm для сканирования обновленных отчетов о запасах и пересмотра служебной записки.

Он включил свет на сцене, хотя это было просто для удобства. Когда она выследила его, он сидел на скамье подсудимых под прохладным голубым пятном и выглядел соблазнительно, как приговоренный к смерти ангел.

"Они когда-нибудь заводили тебя так далеко?"

"Хм?" Он поднял взгляд. "Вы видели мои записи. Никаких арестов ".

"Я видел, что осталось от твоих записей после того, как ты поиграл с ними".

"Лейтенант, это серьезное обвинение". Тем не менее, улыбка заиграла на его губах. "Но нет, я никогда не имел удовольствия защищать себя в суде по уголовному делу. Как поживает мальчик?"

"Кто? О. Ральф. Немного шаткий." Она поднялась по лестнице на скамью подсудимых. "Я попросил пару полицейских отвезти его домой. Нам не нужно будет снова с ним разговаривать. А после того, как он поправится, все его приятели угостят его пивом, чтобы послушать историю ".

"Именно так. Ты прекрасно разбираешься в человеческой природе. А как поживает наша Пибоди?"

"Что ты имеешь в виду?"

"Вы хороший учитель, лейтенант, но жестокий. Я задавался вопросом, оправилась ли она от синяков, которые вы ей нанесли."

"Она хочет стать детективом. Она хочет работать над убийствами. Первое правило, отправляясь на место происшествия, ничего с собой не бери. Никаких предубеждений, никаких выводов. И вы не принимаете то, что видите на первый взгляд, за чистую монету. Ты думаешь, Фини не бил меня этим по голове несколько раз, когда был моим тренером?"

"Я полагаю, что он так и сделал, и у него самого было много синяков, когда он ударился о камень".

"Если это причудливый способ сказать, что я упрям, это не оскорбляет меня. Она научится, и в следующий раз она подумает более тщательно. Она ненавидит облажаться ".

Он лениво протянул руку, чтобы провести костяшками пальцев по ее щеке. "Я сам подумал то же самое. Теперь, почему вы не думаете, что это самоуничтожение?"

"Я не говорил, что я этого не делал. Необходимо провести ряд тестов. Судебный медик сделает звонок ".

"Я спрашивал мнение не судмедэксперта, а ваше".

Она начала говорить, затем стиснула зубы и засунула руки в карманы. "Вы знаете, что это было там, внизу? Это было гребаное оскорбление. Это была сцена, тщательно подготовленная в мою пользу. Кто-то думает, что я глуп ".

Теперь он действительно улыбнулся. "Нет. Кто-то знает, что ты умен - очень умен - и проявил большую осторожность, вплоть до бутылки того, что, несомненно, окажется домашним напитком Quim ".

"Я проверил его шкафчик. Ты все еще можешь чувствовать этот запах. Он держал там бутылку, все верно. Что он знал?" - пробормотала она. "Главный рабочий сцены? Это означает, что он должен был бы знать, где все должно быть и когда. Люди, реквизит, работы ".

"Да, я бы предположил, что так".

"Что он знал?" - повторила она. "Что он видел, что он думал? За что он умер? Он записывал все в эту маленькую записную книжку. Почерк в предсмертной записке похож на совпадающий. Если судмедэксперт ничего не обнаружит, он, скорее всего, решит, что это самоустранение ".

Рорк поднялся. "Ты будешь работать допоздна".

"Да. Похоже."

"Смотри, чтобы ты съел что-нибудь другое, кроме шоколадного батончика".

Ее рот стал мрачным. "Кто-то снова украл мои шоколадные батончики".

"Ублюдок". Он наклонился, легко поцеловал ее. "Увидимся дома".

***

Если предубеждение Евы о том, что театральные деятели вели богемную жизнь, пошатнулось после осмотра жилых помещений Майкла Проктора, то по нему был нанесен серьезный удар, когда она дошла до объяснения Лайнуса Кима по поводу квартиры.

"В одном шаге от того, чтобы спать на улице". Она покачала головой, когда впервые осмотрела единственную комнату на уровне улицы. Решетки от взлома, закрывающие два грязных окна с прорезями для стрел, были покрыты грязью и не пропускали жалкий солнечный свет, который, возможно, пытался пробиться во мрак.

Но баров и грязи было недостаточно, чтобы заглушить постоянный шум уличного движения или неприятную вибрацию от метро, которое проходило прямо под уродливой комнатой.

"Включить свет", - приказала она и была вознаграждена мерцающим, безнадежным желтым свечением от пыльного потолочного блока.

Она рассеянно засунула руки в карманы куртки. Внутри было холоднее, чем снаружи, на резком ветру поздней зимы. Все место, каким оно было, пропахло застарелым потом, застарелой пылью и тем, что, как она предположила, было вчерашним ужином из хэша с фасолью.

"Сколько, ты сказала, этот парень потратил на год?" - спросила она Пибоди.

Пибоди достала свой ПК, просканировала. "Профсоюзная шкала для его должности составляет восемьсот пятьдесят долларов за шоу с возрастающей почасовой оплатой за поднятие, демонтаж, переделку и оплату сверхурочных. Профсоюз получает двадцать пять процентов на взносы, пенсию, медицинские программы и бла-бла-бла, но наш парень все равно зарабатывает около трехсот тысяч ежегодно."

"И выбрал такую жизнь. Ну, он либо тратил их, либо где-то прятал." Она прошла по голому полу к компьютерному блоку. "Этот кусок дерьма старше, чем тот кусок дерьма, от которого я только что избавился. Компьютер включен".

Он кашлял, хрипел, фыркал, затем испустил болезненный синий свет. "Покажи финансовые отчеты для Квима, Лайнус".

Для отображения данных требуется пароль...

"Я дам тебе пароль". Она нерешительно постучала кулаком по устройству и назвала свое звание и номер значка.

Закон о конфиденциальности защищает запрашиваемые данные. Требуется пароль...

"Пибоди, разберись с этим делом". Ева повернулась к нему спиной и начала рыться в ящиках шкафа, который по консистенции напоминал картон. "Программы для игры в мяч на арене", - объявила она, пока Пибоди пыталась урезонить компьютер. "И еще блокноты. Наш мальчик любил делать ставки в играх, что могло бы объяснить, куда уходила его зарплата. У него здесь все записано, победы и поражения. В основном потери. Хотя, это мелочи до начала. Не похоже, что он был материалом для взлома позвоночника ".

Она перешла к следующему ящику. "Так, так, посмотри на это. Брошюры о тропических островах. Забудь о финансах, Пибоди. Посмотри, не искал ли он данные о Таити ".

Она подошла к шкафу, перерыла горсть рубашек, ощупывая карманы, проверяя, нет ли тайников в двух парах обуви.

Насколько она могла видеть, парень ничего не сохранил - ни сувениров, ни фотографий, ни личных дисков. Только его записные книжки.

У него был запас одежды на неделю, явно старой, в том числе один мятый костюм. В его шкафах обнаружилось несколько обезвоженных упаковок гашиша, несколько бутылок пива, один большой пакет соевых чипсов, еще нераспечатанный.

Она достала пакет, нахмурилась над ним. "Почему человек, у которого так явно туго с деньгами, покупает огромный пакет чипсов, а потом вешается, прежде чем их съесть?"

"Возможно, он был слишком подавлен. Некоторые люди не могут есть, когда у них депрессия. Что касается меня, то я стремлюсь к максимально возможному содержанию калорий ".

"Мне кажется, что он ел прошлой ночью и еще раз сегодня утром. Вскрытие подтвердит это, но его утилизатор перегружен персоналом." Поморщившись, она сунула руку в щель и вытащила пустой пакет. "Соевые чипсы. Я предполагаю, что он прикончил их вчера и приготовил запасную сумку для следующего питательного ужина. В его холодильнике охлаждается полбутылки пива, а в шкафу - две запасные."

"Ну, может быть... Хорошее решение для Таити, Даллас ". Пибоди выпрямилась. "Это был его последний поиск данных. У нас есть фотографии, данные туристов, климатические снимки." Пока она говорила, машина заиграла экзотическую музыку, тяжелую для барабанов. "И полуголые танцующие девушки".

"Почему наш горожанин делает снимки далеких островов?" Ева вернулась, наблюдая, как туземные женщины впечатляюще покачиваются в каком-то племенном танце. "Компьютер, воспроизведите самый последний поиск вариантов перевозок и их стоимости из Нью-Йорка на Таити".

Работает... Последний поиск данных транспо инициирован в три тридцать пять двадцать восьмого марта 2059 года Квимом, Лайнусом. Данные следующие: Авиакомпания Roarke Airlines предлагает большинство прямых рейсов ежедневно...

"Естественно", - сухо сказала Ева. "Блокировка компьютера. Ким провел время только этим утром, исследуя рейсы на Таити. Не похоже на парня, страдающего от чувства вины и депрессии. Компьютер, внесите в список Кима, Лайнуса, паспортные и /или визовые данные."

Работает... Квим, Лайнус: Запрос на паспорт инициирован через тысячу четыреста часов, двадцать шестого марта 2059 года.

"Ты собирался в путешествие, не так ли, Лайнус?" Она отступила назад. "Что ты видел, что ты знал?" - пробормотала она. "И к кому ты собирался обратиться за деньгами, чтобы оплатить свой отпуск на острове? Давайте передадим это подразделение Фини, Пибоди ".

***

Элиза Ротчайлд дебютировала на сцене в возрасте шести месяцев в роли капризного ребенка, доставлявшего огорчение своим родителям в комедии "Гостиная". Пьеса провалилась, но Элиза была любимицей критиков.

Ее собственная мать подталкивала ее, таскала с прослушивания на прослушивание. К десяти годам Элиза была ветераном сцены и экрана. К двадцати годам она была уважаемой характерной актрисой, за плечами у нее был зал, полный наград, дома на трех континентах и ее первый - и последний - несчастливый брак.

В свои сорок она была рядом так долго, что никто не хотел ее видеть, включая продюсеров. Она утверждала, что скорее отошла от дел, чем исчерпала себя, и провела следующее десятилетие своей жизни, путешествуя, устраивая роскошные вечеринки и борясь с мучительной скукой.

Когда представилась возможность сыграть придирчивую медсестру мисс Плимсолл в постановке "Свидетеля", она притворилась, что сопротивляется, позволила за собой ухаживать и пролила про себя обильные слезы облегчения и благодарности.

Она любила театр больше, чем когда-либо любила любого мужчину или любую женщину.

Теперь, когда ее экран безопасности объявил о прибытии полиции, она приготовилась сыграть свою роль с достоинством и осмотрительностью.

Она сама открыла дверь, сурово привлекательная женщина, которая не потрудилась скрыть свой возраст. Ее волосы были насыщенного каштанового цвета с серебром. Морщинки вокруг ее карих глаз разошлись веером без извинений. На ней была туника, облегающая бедра, и широкие брюки, облегающие невысокое, крепкое тело. Она протянула Еве руку, сверкающую кольцами, холодно улыбнулась и отступила назад.

"Добрый день", - сказала она своим ровным голосом, в котором звучал гранит Новой Англии. "Отрадно видеть, что полиция действует оперативно".

"Я ценю ваше время, мисс Ротчайлд".

"Ну, на самом деле у меня нет выбора, не так ли, кроме как отдать это тебе".

"Вы можете говорить через адвоката или представителя или с ними".

"Конечно. Мой адвокат наготове, если я решу это сделать ". Она указала в сторону гостиной. "Я знаю вашего мужа, лейтенант. Самый фатально привлекательный мужчина, которого я когда-либо встречала. Возможно, он сказал вам, что я не хотела выходить на пенсию и соглашаться на роль мисс Плимсолл. Но, откровенно говоря, я не мог перед ним устоять ".

Она снова улыбнулась, села в элегантное кресло с высокой спинкой и гобеленовым сиденьем, положила локти на широкие подлокотники, сложила руки. "Кто мог?"

"Рорк убедил тебя выйти на пенсию".

"Лейтенант, я уверен, вы в курсе, что нет ничего, на что Рорк не смог бы уговорить женщину. Или вне."

Ее глаза оценивали Еву, затем лениво переместились на Пибоди. "Тем не менее, вы здесь не для того, чтобы обсуждать Рорка, а другого смертельно привлекательного мужчину. Хотя, на мой взгляд, Ричарду не хватало обаяния вашего мужа и скрытой... мы будем говорить "порядочность", за неимением лучшего слова ".

"Были ли у вас с Ричардом Драко романтические отношения?"

Элиза несколько раз моргнула, затем рассмеялась. Звук был ровным, булькающим бульканьем. "О, моя дорогая девочка, я должен быть польщен или оскорблен? О, я".

Со вздохом она похлопала себя по груди, как будто приступ юмора был нагрузкой на сердце. "Позвольте мне сказать, что Ричард никогда бы не потратил на меня эту конкретную область своих навыков. Даже когда мы были молоды, он считал меня слишком невзрачной, слишком физически заурядной. "Слишком интеллектуален", я полагаю, было одним из его терминов. Он считал культурный интеллект недостатком женщины ".

Она сделала паузу, как будто осознав, что зашла слишком далеко в неправильном направлении, затем решила закончить. "Галантность не была одним из его талантов. Он часто отпускал ехидные шуточки по поводу моей непривлекательности. Я решил не удивляться и не обижаться, поскольку все сводилось к простому. Понимаете, мы были ровесниками. Что означало, что я был слишком стар на его вкус. И, если можно так выразиться, на несколько ступеней слишком самонадеян. Он предпочитал молодых и ранимых ".

И это, подумала Ева, вырвалось наружу потоком, как будто это было запружено довольно долгое время. "Тогда ваши отношения с ним были бы строго профессиональными?"

"Да. Мы, конечно, общались. Театральные деятели, как правило, представляют собой маленькую группу, склонную к инцесту - как в переносном, так и в буквальном смысле, я полагаю. На протяжении многих лет мы посещали одни и те же вечеринки, представления и бенефисы. Никогда как пара. Мы были достаточно вежливы, поскольку мы оба знали, что он не интересовался мной в сексуальном плане, это сняло это напряжение ".

"Гражданский", - повторила Ева. "Но не дружелюбный".

"Нет, я не могу утверждать, что мы когда-либо были дружелюбны".

"Можете ли вы сказать мне, где вы были в ночь премьеры, между сценами, которые происходили в баре и зале суда? Сцена, где Кристин Воул снова вызывается в качестве свидетеля."

"Да, конечно, поскольку это такая же рутина, как и то, что я делаю на сцене. Я вернулась в свою гримерную, чтобы проверить свой макияж. Я предпочитаю делать макияж самостоятельно, как и большинство из нас. Затем я некоторое время был за кулисами. В моей следующей сцене я на балконе, наблюдаю за залом суда - и сэром Уилфредом - вместе с персонажем Дианы и несколькими статистами ".

"Видели ли вы кого-нибудь или говорили с кем-нибудь в промежутках между этими сценами?"

"Я уверен, что сделал". Элиза подняла пальцы, изображая небольшой шпиль. Затем они рухнули. "Часть технической команды была бы за кулисами, и я, возможно, обменялся бы парой слов. Мы с Карли прошли мимо друг друга ".

"Передавали друг друга?"

"Да. Когда я выходил из своей гримерной, она направлялась к своей. Поспешно, поскольку вскоре должна была подойти наша реплика. Мы разговаривали?"

Она сделала паузу, поджав губы, изучая потолок, как будто в поисках воспоминаний. "Я верю, что мы это сделали. Она высказала какую-то бесцеремонную жалобу на Ричарда. Я думаю, она сказала, что он слегка ущипнул или похлопал ее по заднице. Это раздражало ее, как и должно было, учитывая его обращение с ней ".

Она продолжала царственно сидеть, ее глаза сияли и были устремлены на Еву. "Мне трудно сочувствовать, поскольку она достаточно умна, чтобы понимать, что лучше не связываться с мужчиной его натуры. Я полагаю, что я сделал Кеннету именно такой комментарий перед тем, как перейти на второй уровень съемочной площадки, чтобы оставить свой след ".

"Ты тоже его видел".

"Да, расхаживает по комнате, бормоча что-то себе под нос. Он часто делает это перед сценой. Я не мог бы сказать вам, услышал ли он меня или заметил. Кеннет пытается оставаться в роли и прилагает все усилия, чтобы игнорировать медсестру Плимсолл ".

"Кто-нибудь еще?"

"Ну, я... Да, я видел Майкла Проктора. Он был за кулисами. Я уверен, что он мечтал о ночи, когда у него может появиться шанс поиграть в Воула. Не то чтобы я хоть на мгновение поверил, что он подстроил это. У него такой беспомощный вид, не так ли? Я вижу, как это дело поглотит его целиком примерно через год ".

"И Ареена Мэнсфилд. Ты тоже ее видел?"

"Конечно. Она бросилась в свою гримерную. Она полностью сменила костюм и грим между этими сценами. Она промчалась прямо мимо меня. Но, честно говоря, лейтенант, если вам нужны позиции и действия актеров между сценами, вы не захотите разговаривать ни с одним из нас. Ты хочешь Квим. Он главный рабочий сцены, маленький помятый человечек с хитрыми глазами, которые почти ничего не упускают. Он повсюду".

"Больше нет", - тихо сказала Ева. "Лайнус Ким был найден повешенным этим утром в театре. Нижний уровень".

Впервые отполированный лоск Элизы дал трещину. Ее рука потянулась к сердцу, задрожала там. "Повешен?" Хорошо поставленный голос был хриплым на одном слове. "Повешен?" она повторила. "Должно быть, произошла ошибка. Кто мог убить такую безобидную маленькую жабу, как Квим?"

"Это выглядело как самоуничтожение".

"Чепуха". Элиза поднялась на ноги. "Да это же чепуха. Требуется большая храбрость или большая трусость, чтобы покончить с собственной жизнью. У него не было ни того, ни другого. Он был просто раздражающим маленьким человеком, который хорошо выполнял свою работу и, казалось, никогда не получал от нее удовольствия. Если он мертв, значит, кто-то его убил. Это два, - сказала она почти про себя. "Две смерти в театре. Трагедии случаются по трое. Кто следующий?"

Она вздрогнула, снова опустилась на свой стул. "Кто-то убивает нас". Жадный интерес в ее глазах исчез, веселая улыбка вокруг рта сменилась беспокойством. "Есть еще одна пьеса, лейтенант Даллас, написанная покойной дамой Кристи. А потом никого не было. Десять человек, тонко связанных, которых убивают по одному за раз. Я не собираюсь играть в этом какую-то роль. Ты должен остановить это ".

"Я намерен. Есть ли причина, по которой кто-то желал бы вам зла, мисс Ротчайлд?"

"Нет. Нет. У меня нет врагов в сфере, которая ведет к убийству. Но будет по крайней мере еще один. Это театр, и мы очень суеверны. Если их двое, то должно быть и трое. Их будет трое", - сказала она. "Если ты не сделаешь что-нибудь с этим".

Она вздрогнула, когда ее система безопасности подала звуковой сигнал. На экране появилось радостное лицо служащего вестибюля. "Ср. Лэндсдаун здесь, чтобы увидеть вас, мисс Ротчайлд. Должен ли я отправить ее наверх?"

"В данный момент я помолвлена", - начала она, но Ева подняла руку.

"Пожалуйста, пусть она поднимется".

"Я- " Элиза подняла руку к волосам, пригладила их. "Да, да, пожалуйста, отправьте ее наверх".

"Карли часто заглядывает?" Спросила Ева.

"Не совсем. Она была здесь, конечно. Мне нравится развлекать. Я не помню, чтобы она просто появлялась таким образом. Я действительно не в настроении болтать с ней в данный момент ".

"Все в порядке. Я есть. Я открою дверь", - сказала Ева, когда прозвучал звонок.

Ева воспользовалась моментом, чтобы изучить лицо Карли на экране безопасности. Ее можно было бы описать как безумную. Она наблюдала, как это сменилось шоком, затем быстро сменилось небрежным любопытством после того, как она открыла дверь.

"Лейтенант. Я не знал, что ты здесь. Очевидно, я выбрал неподходящее время для визита к Элизе ".

"Избавляет меня от необходимости выслеживать тебя для последующего интервью".

"Жаль, что у меня в кармане нет моего адвоката". Она вошла внутрь. "Я просто ходил по магазинам и решил заскочить". Она поймала задумчивый взгляд Евы на своих пустых руках. "Мне прислали несколько вещей в мою квартиру. Я действительно ненавижу таскать посылки. Элиза."

Карли вошла, раскинув руки, и встретила Элизу в центре гостиной. Они обменялись легкими объятиями и воздушными поцелуями в обе щеки. "Я не знал, что ты развлекался с полицией Нью-Йорка. Должен ли я оставить тебя в покое?"

"Нет". Элиза схватила ее за руку. "Карли, лейтенант только что сказал мне, что Квим мертв. Лайнус Ким."

"Я знаю". Повернувшись, она взяла Элизу за руки. "Я видел новости на экране".

"Я думал, ты ходил по магазинам".

"Я была". Карли кивнула на Еву. "Молодой человек развлекался с аппаратом Palm, в то время как его молодая женщина примеряла половину гардероба в спортивной одежде и отделениях. Я слышал это имя".

Она подняла руку, казалось, борясь с собой некоторое время. "Это расстроило меня - честно говоря, повергло в панику. Я не знал, что и думать, когда услышал отчет. Я был всего в нескольких кварталах отсюда, и я пришел сюда. Я хотел рассказать кому-нибудь, кто бы понял ".

"Понять что?" Ева подсказала.

"В отчете говорится, что считается, что его смерть связана с Ричардом. Я не понимаю, как это могло быть. Ричард никогда не обращал внимания на техников или команду. Насколько он был обеспокоен, декорации были одеты и изменены с помощью магии. Если только не было проблемы. Затем он оскорблял их словесно или физически. Квим никогда не пропускал ни одной реплики, так что Ричард не знал бы о его существовании. Как здесь может быть связь?"

"Но вы заметили его?"

"Конечно. Жуткий маленький человечек ". Она слегка вздрогнула. "Элиза, я ненавижу навязываться, но мне действительно не помешало бы выпить".

"Мне бы тоже не помешал такой", - решила она и позвонила дроиду-сервировщику.

"Вы обратили внимание на Квима в ночь премьеры?" Спросила Ева.

"Только то, что он делал то, что делал, в своей обычной молчаливой, хмурой манере".

"Вы говорили с ним?"

"Возможно, так и было. Я не помню. Я бы хотела водки со льдом, - добавила Карли, когда появился дроид. "Двойник".

"Ты не выглядел таким расстроенным, когда Драко был убит, причем на твоих глазах".

"Я могу назвать дюжину причин, по которым любое количество людей захотело бы убить Ричарда", - огрызнулась Карли в ответ.

"Включая тебя самого".

"Да". Она взяла стакан у дроида, сделала один быстрый глоток. "Совершенно определенно, включая меня. Но Квим меняет все. Если их смерти связаны, я хочу знать. Потому что эта идея пугает меня ".

"Трагедии случаются втроем", - заявила Элиза, ее голос был округлым, полным и страстным.

"О, спасибо, дорогая. Как раз то, что мне нужно было услышать." Карли подняла свой бокал, осушила содержимое.

***

"Странно. Эти люди чертовски странные ". Ева села в свою машину и направилась обратно в Центральный. "Один из их сообщников получает пулю в сердце практически у их ног, и они такие - боже мой, вы только посмотрите на это. Техника вешают, и они разваливаются на части ".

Она включила связь со своей машиной и связалась с Фини.

"Ни один звонок на домашнюю связь не поступил в течение сорока восьми часов", - сообщил он. "Никаких звонков никому из твоего списка, точка. Он раз в две недели связывался с букмекером по поводу ставок на мяч арены, но держал их в рамках установленного законом лимита ".

"Расскажи мне что-нибудь интересное, я тут задремал".

"Он отложил билет королевского класса на Таити, но не забронировал его. В одну сторону, отправляюсь через неделю, начиная со вторника. Также зарезервируйте VIP-люкс в Island Pleasure Resort. Пребывание на целый месяц. Навел кое-какие справки о недвижимости, присматривался к какому-то дому на склоне утеса в районе двух миллионов. Финансовые показатели парня составляют примерно четверть от этой суммы. Билет и люкс поглотили бы большую часть этого ".

"Итак, он хотел попасть в хорошую компанию".

"Или он был чертовски мечтательным. Не могу найти на его аппарате ничего, что указывало бы на то, что он делал предыдущие сканирования, ну, знаете, как хобби."

"Шантажируя убийцу, вы могли бы заработать неплохую сумму".

"Или петля", - добавил Фини.

"Да. Я направляюсь в морг, чтобы придраться к Морсу ".

"Никто не делает это лучше", - сказал Фини, прежде чем Ева прервала его.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

"А, лейтенант Даллас". Темные глаза главного судмедэксперта Морса блеснули за его микрощурками. Над исправными линзами его брови изогнулись двумя длинными тонкими треугольниками. В верхней части левого был маленький, блестящий серебряный обруч.

Он щелкнул пальцами, протянул запечатанную руку ладонью вверх. Ворчливый ассистент опустил в него двадцатидолларовый кредит. "Даллас, ты никогда не разочаровываешь меня. Видишь ли, Рочински, никогда не делай ставки против заведения."

Кредит исчез в одном из карманов его блевотно-зеленого защитного комбинезона.

"Выиграл пари?" Спросила Ева.

"О, да, действительно. Небольшое пари с моим коллегой, что ты появишься в нашем счастливом доме до пяти вечера ".

"Приятно быть предсказуемым". Она посмотрела вниз на женщину средних лет смешанной расы, которая в данный момент лежала под лазерным скальпелем Морса. Y-образный разрез уже был сделан.

"Это не мой мертвый парень".

"Очень наблюдательный. Познакомьтесь с Элианн Прин, погибшей девушкой детектива Харрисона, которая была на несколько мест раньше вашей. Лицензированный компаньон, уличный уровень. Она была найдена распростертой в заброшенном купе Lexus 49 года выпуска, в большом автомобильном морге, который мы называем долгосрочной парковкой, Ла Гуардиа ".

"Проблемы с уборной?"

"Никаких внешних признаков насилия, никаких недавних сексуальных контактов". Он извлек ее печень, взвесил и зарегистрировал ее.

"У нее слабый голубоватый оттенок кожи". Ева наклонилась, чтобы осмотреть руки. "Наиболее заметно под ногтями. Выглядит как передозировка, возможно, Экзотика и Джемпер ".

"Очень хорошо. В любой момент, когда ты захочешь перейти на мою сторону плиты, просто дай мне знать. Я могу обещать, у нас здесь намного веселее ".

"Да, до вас дошли слухи о тусовщиках".

"Сообщения о праздновании Дня Святого Патрика в ледяной комнате были..." Его глаза смеялись за защитными очками. "Точный".

"Прости, я пропустил это. Где мой парень? Мне нужен его токсикологический отчет."

"Ммм-хм". Морс потыкал в почку, прежде чем удалить ее. Его руки были быстрыми и умелыми и, казалось, отбивали такт бунтарской рок-музыке, играющей из динамиков. "Я предполагал, что вы будете спешить. Я отдал твоего парня молодому Файнштейну. Он только начал работать здесь в прошлом месяце. Имеет потенциал ".

"Ты отдал мой какому-то новичку?"

"Все мы когда-то были новичками, Даллас. Говоря об этом, где стойкая Пибоди?"

"Она снаружи, делает несколько пробежек. Послушай, Морс, это непростой вопрос."

"Так они говорят, все время, каждый раз".

"Я ставлю на убийство, но это было подстроено так, чтобы выглядеть как самоуничтожение. Мне нужны надежные руки и присмотр за моим парнем ".

"Я не беру никого без них. Расслабься, Даллас. Стресс может убить тебя ". Невозмутимый, он подошел к "линку" и вызвал Герберта Файнштейна. "Он скоро будет. Рочински, отправьте внутренности этой молодой леди в лабораторию. Начинайте анализ крови ".

"Морс, у меня два тела, и есть вероятность, что они связаны".

"Да, да, но это ваша область". Он подошел к ванне для детоксикации, смыл с рук загрязненный герметик, подставил их под лучистое тепло в сушильном шкафу. "Я посмотрю на работу мальчика, Даллас, но дай ему шанс".

"Да, да, прекрасно".

Морс снял очки и маску, улыбнулся. Его черные волосы были заплетены в сложную косу и ниспадали до середины спины. Он избавился от своего защитного костюма, чтобы показать потрясающе розовую рубашку и ярко-синие брюки.

"Отличные темы", - сухо сказала Ева. "Собираешься на другую вечеринку?"

"Говорю тебе, здесь каждый день вечеринка".

Она предположила, что он обычно выбирал шикарную одежду, чтобы дистанцироваться от суровости своей работы, от ее жестокости. Что бы ни сработало, подумала Ева. Пробираясь сквозь кровь и истерзанность, и страдания, которые люди ежедневно причиняли друг другу, измучили вас. Без выпускного клапана ты бы взорвался.

А что было у нее?

"А как Рорк?" Спросил Морс.

"Хорошо. Прекрасно ". Рорк. Да, он принадлежал ей. До него просто была работа. Это была всего лишь работа. И достигла бы она однажды предела, почувствовала бы, как ее собственная душа разбивается вдребезги?

Адская мысль.

"А, вот и Файнштейн. Будь милой", - пробормотал Морс Еве.

"Кто я такой?"

"Надирающий задницу", - любезно сказал Морс и дружески положил руку ей на плечо. "Герберт, лейтенант Даллас хотел бы получить обновленную информацию об ОС, которую я поручил вам сегодня днем".

"Да, Мертвый на месте преступления. Ким, Лайнус, белый мужчина, пятидесяти шести лет. Причина смерти - удушение через повешение." Файнштейн, худощавый представитель смешанной расы с черной кожей и бледными глазами, говорил быстрыми, пронзительными голосами и нервно перебирал небольшой лес карандашей, засунутых в защитный нагрудный карман.

Не просто новичок, подумала Ева с разочарованием, новичок-ботаник.

"Вы хотели осмотреть тело?"

"Я стою здесь, не так ли?" Начала Ева, затем смягчилась, быстро заскрежетав зубами, когда длинные пальцы Морса сжали ее плечо. "Да, спасибо, я хотел бы ознакомиться с телом и вашим отчетом. Пожалуйста."

"Именно так".

Ева закатила глаза, глядя на Морса, когда Файнштейн поспешил через комнату. "Ему, блядь, двенадцать лет".

"Ему двадцать шесть. Терпение, Даллас."

"Я ненавижу терпение. Замедляет все". Но она подошла к ряду ящиков от пола до потолка, подождала, пока Файнштейн раскодирует один из них, открыла его ледяной струей холодного газа.

"Как вы можете видеть..." Файнштейн прочистил горло. "На теле нет следов насилия, кроме тех, которые были вызваны удушением. Никаких ранений при нападении или обороне. Под ногтями субъекта были обнаружены микроскопические волокна веревки, указывающие на то, что он закрепил веревку лично. Судя по всему, субъект добровольно повесился ".

"Ты предлагаешь мне самоустранение?" Потребовала Ева. "Вот так просто? Где токсикологический отчет, анализ крови?"

"Я - я подхожу к этому, лейтенант. Там были следы агелоксита и ...

"Назови ей названия улиц, Герберт", - мягко сказал Морс. "Она полицейский, а не ученый".

"О, да, сэр. Извините. Следы эм... В организме жертвы были обнаружены облегчающие средства, а также небольшое количество домашнего напитка. Эту смесь довольно часто употребляют самоубийцы, чтобы успокоить нервы ".

"Этот парень не сам выдернул вилку из розетки, черт возьми".

"Да, сэр, я согласен". Тихое согласие Файнштейна прервало тираду Евы прежде, чем она успела начаться.

"Вы согласны?"

"Да. Жертва также проглотила большой крендель с большим количеством горчицы менее чем за час до смерти. До этого он наслаждался завтраком из пшеничных вафель, яичного порошка и эквивалента трех чашек кофе ".

"И что?"

"Если бы испытуемый знал достаточно, чтобы смешать коктейль из расслабления и алкоголя перед прекращением, он бы знал, что кофе потенциально может нейтрализовать беспокойство и вызывать его. Это, а также тот факт, что выпитый алкоголь был в очень небольшой пропорции к наркотику, ставит под сомнение самоустранение ".

"Итак, вы рассматриваете дело об убийстве".

"Я определяю подозрительную смерть как неопределенную". Он сглотнул, когда глаза Евы впились в него. "Пока с обеих сторон не появится больше доказательств, я чувствую, что позвонить невозможно".

"Именно так. Отличная работа, Герберт ". Морс кивнул. "Лейтенант сообщит вам подробности по мере того, как она их найдет".

Файнштейн вздохнул с облегчением, и Ли сбежал.

"Ты ничего мне не даешь", - пожаловалась Ева.

"Наоборот. Герберт предоставил тебе окно. Большинство судей МЧС захлопнули бы это дело, постановив ST. Вместо этого он осторожен, требователен и скрупулезен, и он учитывает отношение жертвы, а не только холодные факты. С медицинской точки зрения "неопределенный" было лучшим, что вы могли получить ".

***

"Не определено", - пробормотала Ева, садясь за руль.

"Что ж, это дает нам окно". Пибоди оторвала взгляд от своего карманного устройства, поймала холодный прищуренный взгляд Евы, направленный на нее. "Что? Что я сказал?"

"Следующий, кто скажет это, я выброшу их в чертово окно". Она завела машину. "Пибоди, я что, надираю задницы?"

"Ты просишь показать мои шрамы, или это вопрос с подвохом?"

"Заткнись, Пибоди", - посоветовала Ева и направилась обратно в Центр.

"У Квима была сотня очков на сегодняшнем матче с мячом на арене". Улыбка Пибоди была тонкой и самодовольной. "Макнаб только что передал данные. Сотня - его главная ставка. Странно, что он сделал ставку за несколько часов до того, как покончить с собой, а потом даже не стал ждать, выиграл ли он. У меня здесь есть имя и адрес его букмекера. О, но я должен был заткнуться. Извините, сэр."

"Ты хочешь больше шрамов?"

"Я действительно не знаю. Теперь, когда у меня есть сексуальная жизнь, они смущают. Мэйлу Йоргенсен. У нее есть убежище в Вест-Виллидж ".

***

Пибоди любила Вест-Виллидж. Ей нравилось, как это сочеталось от богемного шика до трутней в тонкую полоску, которые хотели быть богемным шиком. Ей нравилось наблюдать за уличным движением, прогуливающимся в пыльниках на щиколотках или застегнутых комбинезонах. Бритые головы, дикие спутанные разноцветные кудри. Ей нравилось наблюдать за уличными художниками, притворяющимися, что они слишком круты, чтобы беспокоиться о продаже своих работ.

Даже у уличных воришек был налет лоска.

Операторы глайдкартов продавали вегетарианские кебабы, только что сорванные с полей парка Гринпис.

Она с тоской подумала об ужине.

Ева остановилась перед аккуратным, отремонтированным складом, припарковалась дважды и включила свой знак "На дежурстве".

"Когда-нибудь я хотел бы жить в одном из этих лофтов. Все это пространство и вид на улицу ". Выбираясь из машины, Пибоди осмотрела местность. "Смотри, там на углу есть хороший, чистый гастроном, а с другой стороны круглосуточный рынок".

"Вы ищете жилое помещение из-за близости пищи?"

"Это соображение".

Ева показала свой значок на экране безопасности в рабочем состоянии, затем вошла в здание. В крошечном фойе был лифт и четыре отделения для почты. Все свежевымытое.

"Четыре квартиры в здании такого размера". Пибоди тяжело вздохнула. "Представь".

"Я представляю, что букмекер не должен быть в состоянии позволить себе место здесь". По наитию, Ева обошла звонок 2-А и использовала свой щит, чтобы получить доступ к лестнице. "Мы пойдем этим путем, удивим Мэйлоу".

В здании было совершенно тихо, что говорило о том, что звукоизоляция была первоклассной. Она подумала о жалком провале Квима в нескольких красноречивых кварталах отсюда. Букмекеры, очевидно, действовали намного лучше, чем большинство их клиентов.

"Никогда не ставь против заведения", - сказал Морс.

Более правдивые слова.

Она нажала на кнопку звонка на 2-А, подождала. Мгновение спустя дверь распахнулась перед огромной рыжей и маленькой белой тявкающей собакой.

"Самое время тебе- " Женщина моргнула жесткими золотистыми глазами, сузила их на диком и поразительном лице оттенка и текстуры алебастра. "Я думал, ты выгуливаешь собак. Он опаздывает. Если ты продаешь, я не покупаю ".

"Мэйлоу Йоргенсен?"

"Ну и что?"

"Полиция Нью-Йорка". Ева подняла свой значок, затем обнаружила, что ее руки полны лающей шерсти.

"Ну и ад". Ева швырнула визжащую собаку в Пибоди, затем ворвалась на чердак. Прыгнув, она схватила рыжеволосую, пока женщина карабкалась к широкой консоли, усеянной элементами управления и обращенной к стене с занятыми экранами.

Они рухнули, как срубленные деревья.

Прежде чем Ева смогла перевести дыхание, ее перевернули на спину, придавив ста восьмидесятью пятью фунтами охваченной паникой женщины. Она получила коленом в пах, плюнула в глаз и только благодаря молниеносным рефлексам сумела избежать царапанья синими ногтями длиной в дюйм по своему лицу.

Вместо этого они прорыли реки сбоку от ее шеи.

Запах собственной крови раздражал ее.

Она дернулась один раз, выругалась, затем замахнулась, выставив локоть вперед. Он удовлетворительно врезался в белое лицо Мэйлоу. У нее из носа потекла кровь.

Она сказала совершенно отчетливо: "Ик!"

Ее золотистые глаза побелели, и ее значительный вес безжизненно повалился на Еву.

"Убери ее от меня, ради Христа. В ней много от нее, и все это душит меня ".

"Дай мне руку. Даллас, она как гранитная плита. Должно быть шесть-три. Толкай!"

Обливаясь потом, обильно забрызганная кровью, Ева толкалась. Пибоди потянула. В конце концов, Мэйлоу перевернули на спину, и Ева поднялась, хватая ртом воздух. "Это было похоже на то, что тебя похоронили под горой. Иисус, заткни пса".

"Я не могу. Он в ужасе ". Пибоди с некоторым сочувствием посмотрела, как маленькая собачка загнала свой белый зад в угол и издала высокий, пронзительный лай.

"Оглуши его".

"О, Даллас". Тон Пибоди был шепотом, полным крайнего ужаса.

"Неважно". Ева посмотрела на брызги крови на своей рубашке и куртке, осторожно подняла руку к своей ободранной шее. "Большая часть этого моя?"

"Она сделала несколько магнитных грувов", - объявила Пибоди после быстрого осмотра. "Я принесу аптечку первой помощи".

"Позже". Ева присела на корточки, хмуро посмотрела на женщину без сознания. "Давайте перевернем ее и наденем на нее наручники, пока она не очнулась".

Это заняло некоторое время, заставило еще больше вспотеть, но им удалось зафиксировать ее запястья за спиной. Ева выпрямилась, изучая консоль.

"У нее здесь что-то происходит. Думал, что мы потерпели неудачу. Давайте посмотрим, что я помню о Vice и Bunko ".

"Вы хотите, чтобы я потребовал ордер?"

"Вот мой ордер". Ева потерла пальцами пульсирующую шею, сидя за консолью. "Много чисел, много игр. Ну и что? Имена, счета, сделанные ставки, причитающиеся деньги. Внешне выглядит достаточно чистым ". Она оглянулась. "Она уже приходит в себя?"

"Отключился, сэр. Ты оглушил ее ".

"Иди, найди что-нибудь, чтобы засунуть в пасть этой собаке, прежде чем я воспользуюсь своей ногой".

"Он всего лишь маленькая собачка", - пробормотала Пибоди и отправилась обыскивать кухню.

"Слишком много цифр", - сказала Ева себе. "Бассейн чертовски глубок для милого маленького букмекерского салона. Ростовщичество. Да, держу пари, у нас тут есть ростовщичество, и там, где у вас есть акулы, у вас есть сухарики для позвоночника. Что еще, что еще?"

Она обернулась и увидела, что Пибоди воркует с собакой и протягивает ей какое-то печенье. Ева достала свой карманный линк и позвонила единственному человеку, которого она знала, который мог рассечь океан цифр и оседлать нужную волну.

"Мне нужен Рорк на минутку". Она прошипела это его помощнице, когда появилась на экране. "Всего одну короткую минуту".

"Конечно, лейтенант. Подождите, пожалуйста ".

"Вот милая маленькая собачка, вот славный маленький песик. Разве ты не хорошенькая?"

Вместо того, чтобы подшутить над Пибоди из-за детского лепета, Ева оставила ее за этим занятием.

"Лейтенант". Лицо Рорка заполнило экран. "Что я могу - " Мгновенно его легкая улыбка исчезла, а глаза стали яркими и жесткими. "Что случилось, насколько сильно ты ранен?"

"Не так уж много. В основном это чья-то чужая кровь. Послушайте, я нахожусь в частном букмекерском зале, и что-то не так. У меня есть несколько идей, но взгляни быстро, дай мне свое мнение ".

"Хорошо, если ваша следующая остановка - медицинский центр".

"У меня нет времени на медицинский центр".

"Тогда у меня нет времени на консультацию".

"Черт возьми". У нее был соблазн просто прервать передачу, но вместо этого она сделала ровный вдох. "Пибоди идет за аптечкой первой помощи. Я получил пару царапин, вот и все. Я клянусь".

"Поверни голову влево".

Она закатила глаза, но подчинилась.

"Позаботьтесь о них". Он выпалил это, затем пожал плечами, как будто соглашаясь. "Дай мне посмотреть, на что ты смотришь".

"Множество цифр. Разные игры", - начала она, поворачивая свое устройство так, чтобы он мог видеть ее. "Мяч на арене, бейсбол, лошади, крысы-дроиды. Я думаю, что третий экран справа - это ... "

"Просроченные кредиты по ставкам. Проценты значительно превысили допустимые законом пределы. Непосредственно под экраном указаны расходы на взыскание кредита. На экране рядом с этим у вас есть что-то похожее на приватные игры в стиле казино. Загляните в свою консоль, посмотрите, не найдете ли вы элемент управления, связанный с этим экраном. Если это просто, то это будет что-то вроде 3-C, для размещения экрана в сетке."

"Да, здесь".

"Переверни это. Ах, - сказал он, когда экран переключился на монитор и показал оживленное казино, полное дыма, столов и посетителей с остекленевшими глазами. "В каком здании вы находитесь?"

"Лофт, Вест-Виллидж, два уровня, четыре квартиры".

"Я не удивлюсь, если другой уровень в данный момент не очень занят".

"Этот район не предназначен для азартных игр".

"Ну что ж". Он ухмыльнулся ей. "Позор им".

"Спасибо за подсказку".

"С удовольствием, лейтенант. Займись этой раной, дорогая Ева, или я сам займусь этим при первой возможности. Я не буду счастлив с тобой ".

Он прервал ее, прежде чем она смогла сделать какое-нибудь резкое замечание, которое, по ее мнению, было к лучшему. Она повернулась и увидела Пибоди, маленькую белую собачку, уютно устроившуюся у нее на руках, наблюдающую за ней с задумчивостью.

"Он много знает о незаконных азартных играх".

"Он также много знает о юридических делах. Он дал нам рычаг воздействия на Мэйлоу. Тебя волнует, как или почему?"

"Нет". Пибоди потерлась щекой о собачью шерсть, улыбнулась. "Это просто интересно. Ты собираешься сорвать операцию?"

"Это будет зависеть от Мэйлоу". Ева поднялась, когда женщина начала стонать и шевелиться. Она издавала булькающие звуки, кашляла, затем начала взбрыкивать, ее огромный зад вздымался, ее удивительно маленькие ножки дрыгали.

Ева просто присела на корточки. "Нападение на офицера", - начала она спокойным голосом. "Сопротивление аресту, ростовщичество, перелом позвоночника, управление незаконным игорным заведением. Как тебе это для начала, Мэйлоу?"

"Ты сломал мне нос".

По крайней мере, Ева предположила, что она сказала именно это, поскольку слова были приглушенными и невнятными. "Да, похоже".

"Вы должны позвонить в МТС. Таков закон ".

"Интересно, ты освежаешь мои знания о законе. Я думаю, мы можем немного повременить со сломанным носом. Конечно, сломанная рука потребует внимания ".

"У меня нет сломанной руки".

"Пока". Ева оскалила зубы. "Теперь, Мэйлоу, если ты хочешь медицинской помощи и хочешь, чтобы я подумал о том, чтобы закрыть глаза на твое предприятие внизу, расскажи мне все, что можно рассказать о Лайнусе Квиме".

"Вы здесь не для того, чтобы арестовать меня?"

"Это зависит от тебя. Квим."

"Ставлю пенни-анте. Не игрок, он просто играет в это. Как хобби. У него это паршиво получается. Обходится ему в среднем в сто тысяч в год. Никогда не ставит больше ста банкнот подряд, а обычно и вдвое меньше, но он постоянный игрок. Иисус, мое лицо убивает меня. Нельзя ли мне немного успокоиться?"

"Когда вы говорили с ним в последний раз?"

"Прошлой ночью. Ему больше нравится заключать сделки по электронным ставкам, чем по ссылке. Передает как минимум два раза в неделю. Прошлой ночью он поставил сотню на "Драчунов" на сегодняшнем "Арене бал" - и для него это богатство. Сказал, что ему повезло ".

"Это сделал он?" Ева наклонилась ближе. "Он именно это сказал?"

"Да. Он говорит, поставь мне сотню на Драчунов на завтрашний вечер. Я чувствую себя счастливым. Он даже вроде как улыбнулся. Сказал, что собирается удвоить ставку и пустить ее в ход следующей ночью, как только выиграет ".

"Он был в хорошем настроении, не так ли?"

"Для Квима он исполнял счастливый танец. Парень в основном заноза в заднице, нытик. Но он платит, и он постоянный, так что у меня нет к нему претензий ".

"Хорошая вещь. Итак, это было не так уж плохо, не так ли, Мэйлоу?"

"Вы не собираетесь меня арестовывать?"

"Я не работаю в отделе нравов или Банко. Ты не моя проблема ". Она освободила ремни, засунула их в задний карман. "На вашем месте я бы позвонил в МТС и сказал им, что врезался в стену - споткнулся о вашу маленькую собачку".

"Писклявый!" Мэйлу перекатилась на свой пышный зад, раскинула руки. Собака выпрыгнула из рук Пибоди на колени Мэйлоу. "Этот мерзкий полицейский причинил боль маминой дочурке?"

Покачав головой, Ева направилась к выходу. "Дайте на это две недели, - сказала она Пибоди, - затем позвоните Хансону из отдела нравов и дайте ему этот адрес".

"Вы сказали, что не собираетесь ее арестовывать".

"Нет, я сказал, что она не была моей проблемой. Она будет принадлежать Хэнсону ".

Пибоди оглянулась. "Что будет с собакой? Эй, и квартира. Может быть, арест снизит арендную плату. Ты должен видеть кухню, Даллас. Это мэг."

"Продолжай мечтать". Она села в машину, затем нахмурилась, когда Пибоди открыла крышку приборной панели. "Что ты делаешь?"

"Аптечка первой помощи".

"Держись от меня подальше".

"Либо я, либо медицинский центр".

"Мне не нужен медицинский центр. Не прикасайся ко мне".

"Перестань быть ребенком". Наслаждаясь ролью медсестры, Пибоди выбирала свои инструменты. "Те, кто надирает задницы, не боятся маленькой аптечки первой помощи. Закрой глаза, если не хочешь видеть ".

Оказавшись в ловушке, Ева вцепилась в руль, закрыла глаза. Она почувствовала быстрое, жгучее жало антисептика, прежде чем появились обезболивающие свойства. Этот запах кружил у нее в голове, скатывался в живот.

Она услышала низкое гудение шовной палочки.

Она начала отпускать саркастические комментарии, чтобы отвлечься от неприятной процедуры. Затем внезапно ее засосало обратно.

Темная палата медицинского центра. Были обработаны сотни укусов и сотни порезов. Мерзкое жужжание машин во время осмотра ее сломанной руки.

"Как тебя зовут? Вы должны назвать нам свое имя. Скажи нам, кто причинил тебе боль? Как тебя зовут? Что с тобой случилось?"

Я не знаю. Мысленно она выкрикивала это снова и снова. Но она лежала неподвижно, она лежала безмолвно, охваченная ужасом, когда незнакомцы тыкали и подталкивали, когда они смотрели и задавали вопросы.

"Как тебя зовут?"

"Я не знаю!"

"Сэр. Даллас. Привет."

Ева открыла глаза, уставилась в широко раскрытые глаза Пибоди. "Что? Что это?"

"Ты действительно бледен. Даллас, ты выглядишь немного больной. Может быть, нам все-таки стоит заскочить в медицинский центр ".

"Со мной все в порядке". Ее руки крепко сжались в кулаки, пока она снова не почувствовала себя уверенно. "Я в порядке. Просто нужно подышать свежим воздухом". Она приказала опустить окно, завела машину.

И загнал беспомощную молодую девушку обратно в самый темный уголок ее разума.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Нуждается, должен, когда дьявол управляет. Я не могу вспомнить, кто это сказал, но я не думаю, что это важно. Кто бы это ни был, он давно мертв. Поскольку Лайнус Квинт сейчас мертв.

Нуждается, должен. Мои потребности должны. Но кто был дьяволом в этом совокуплении? Глупый, жадный придурок или я сам?

Возможно, это тоже не важно, потому что это сделано. Не может быть возврата назад, не может быть инсценировки событий с другим исходом. Я могу только надеяться, что события были инсценированы достаточно убедительно, чтобы удовлетворить зоркий взгляд лейтенанта Даллас.

Она требовательная аудитория и, боюсь, самый суровый из критиков.

Да, боюсь, с ней в доме. Мое выступление должно быть безупречным во всех отношениях. Каждая линия, каждый жест, каждый нюанс. Или ее вид, без сомнения, погубит меня.

***

Мотив и возможность, подумала Ева, направляясь к собственной входной двери. У слишком многих людей было и то, и другое. Ричарда Драко увековечат на следующий день, и она не сомневалась, что будет щедрое проявление горя, страстные и эмоциональные восхваления, обильные слезы.

И все это было бы просто еще одним шоу.

Он помог совратить Арину Мэнсфилд на наркотики и запятнал ее восхождение к славе.

Он был в центре внимания, которого Майкл Проктор отчаянно хотел для себя.

Он публично унизил и использовал Карли Ландсдоун.

Он был занозой под ухоженным ногтем Кеннета Стайлза.

Он считал Элизу Ротчайлд слишком старой и непривлекательной, чтобы с ней возиться.

Были другие, так много других, что невозможно было сосчитать, у кого были причины желать Ричарду Драко зла.

Но тот, кто это сделал, спланировал и осуществил убийство, обладал достаточным хладнокровием, достаточной волей, чтобы заманить жадного театрального техника в петлю палача.

Она искала не жестокости или ярости, а хладнокровия и ясного ума. Эти качества в убийце было гораздо труднее искоренить.

Она не продвигалась вперед, подумала она с разочарованием. Каждый шаг, который она делала, просто подталкивал ее все дальше в искусственность мира, который она находила слегка раздражающим.

Что за люди проводили свою жизнь, наряжаясь и притворяясь?

Дети. Это осенило ее, когда она сомкнула руку на дверной ручке. На каком-то уровне, разве она не искала очень умного, очень сердитого ребенка?

Она издала смешок. Великолепно. То, что она знала о детях, не заполнило бы крошечное отверстие, проделанное лазерным сверлом.

Она распахнула входную дверь, намереваясь броситься под обжигающе горячий душ, а затем вернуться к работе.

Музыка резала ей уши, стучала зубами. Она почти почувствовала, как у нее закатились глаза. Это был пронзительный звук, перемежаемый взрывом шума, наслоенный ревущими волнами хаоса.

Это была Мэвис.

У раздражительного настроения, которое вошло в дверь вместе с Евой, не было шансов. Он взорвался невероятной громкостью и изобилием уникального музыкального стиля Мэвис Фристоун. Ева обнаружила, что улыбается, когда подошла к дверному проему того, что Рорк назвал гостиной.

Там, во всем великолепии, элегантности, древности, Мэвис танцевала - Ева предположила, что это самое подходящее слово для этого - подпрыгивая и покачиваясь на ступенчатых каблуках, которые приподнимали ее крошечное тело на целых шесть дюймов над полом. Их кружащийся розово-зеленый узор гармонировал с волосами, которые были заплетены в косы длиной в ярд вокруг ее раскрасневшегося, восхищенного лица и сказочного тела.

Ее стройные ножки были зелеными, с маленькими розовыми бабочками, порхающими по спирали, а затем исчезающими под крошечной легкой юбкой из фушии, которая едва прикрывала ее промежность. Ее торс был украшен крест-накрест двумя цветами: одна красивая грудь была розовой, другая - зеленой.

Еве оставалось только радоваться, что Мэвис выбрала зеленый цвет для обоих глаз. Ты просто никогда не знал.

Рорк сидел в одном из своих прекрасных антикварных кресел, держа в руке бокал вина соломенного цвета. Он либо расслаблялся в шоу, подумала Ева, либо впал в защитную кому.

Музыка, какой бы она ни была, нарастала, сопровождаемая долгим жалобным воплем певицы. Благословенная тишина опустилась, как грузовой корабль с кирпичами.

"Что ты думаешь?" Мэвис отбросила назад копну двухцветных косичек. "Это хороший номер для продолжения нового видео. Не слишком заурядно, не так ли?"

"Ах". Рорк воспользовался моментом, чтобы пригубить вино. Был момент, когда он был слегка обеспокоен тем, что уровень децибел может разрушить кристалл. "Нет. Действительно, нет. "Прирученный" - не то слово, которое приходит на ум ".

"Mag!" Она подскочила, и ее маленькая попка энергично задергалась, когда она наклонилась, чтобы поцеловать его. "Я хотел, чтобы ты увидел это первым, поскольку ты, типа, человек с деньгами".

"Деньги всегда склоняются перед талантом".

Если бы Ева уже не любила его, она бы упала лицом вниз тогда и там, видя абсолютную радость, которую его слова вызвали в глазах Мэвис.

"Это так весело! Записи, концерты, то, как Леонардо создает для меня костюмы iced. Это даже не похоже на работу. Если бы не ты и Даллас, я бы до сих пор срывал концерты в таких заведениях, как the Blue Squirrel ".

Говоря это, она быстро повернулась, заметила Еву и засияла, как солнечный луч. "Эй! У меня новый номер ".

"Я слышал. Совершенно волшебный".

"Рорк сказал, что ты опоздаешь, а ты - ого, это кровь?"

"Что? Где?" Поскольку ее разум переключил каналы, Ева обвела взглядом комнату, прежде чем Мэвис прыгнула к ней.

"Это все из-за тебя". Охваченные паникой руки Мэвис гладили грудь Евы, плечи. "Мы должны вызвать врача, медицинское подразделение. Рорк, заставь ее лечь."

"И это моя постоянная цель в жизни".

"Har har. Это не моя кровь, Мэвис."

"О". Мгновенно руки Мэвис отдернулись назад. "Крик".

"Не волнуйся, все высохло. Я собирался принять душ и переодеться в Центральном, но я взвесил потенциал потока холодной воды против потока горячей и вместо этого вернулся домой. Есть еще кто-нибудь из таких поблизости?" - спросила она Рорка, кивнув в сторону его вина.

"Абсолютно. Поверни голову".

Она издала звук раздражения, но наклонила голову, чтобы показать обработанные царапины, которые уже зажили.

"Мужик-о", - сказала Мэвис с восхищением в голосе. "Кто-то здорово тебя отделал. Должно быть, у него были магнитные гвозди ".

"Но плохая цель. Ей не хватало глаз." Она взяла вино, которое принес ей Рорк. "Спасибо за подсказку раньше", - сказала она ему. "Все получилось".

"Рад услужить. Подними голову вверх".

"Почему? Я показал тебе грабли для забивания гвоздей".

"Вверх", - повторил он, сам подталкивая ее кончиком пальца, затем накрыл ее рот своим теплым и твердым ртом. "Как вы можете видеть, у меня отличная цель".

"Awwww. Вы, ребята, такие милые ". Мэвис, сложив руки на уровне груди, лучезарно улыбнулась им.

"Да, мы просто как пара щенков". Забавляясь, Ева присела на подлокотник дивана, потягивая вино. "Это отличный новый номер, Мэвис. Все вы."

"Ты думаешь? Я проверил это для Леонардо, а теперь и для вас двоих, но больше никто этого не видел ".

"Это..." Ева вспомнила комментарий Уитни. "Есть сок".

"Именно так я и думал. Рорк, могу я сказать ей?"

"Скажи мне что?"

Мэвис закусила губу, посмотрела на Рорка в поисках согласия, затем, когда он кивнул, сделала два глубоких вдоха. "Хорошо. Мой последний диск cut, Curl Your Hair, Рорк получил раннюю информацию о том, что он попадает в пятерку лучших видео-треков следующей недели. Даллас, я, блядь, номер три, сразу после Задниц и Индиго ".

Возможно, она понятия не имела, кто такие Butt-Busters или Indigo, но Ева знала, что Vid-Tracks были библией Мэвис. "Это потрясающе". Ева быстро поднялась, крепко обняла Мэвис. "Ты надираешь задницы".

"Спасибо". Мэвис шмыгнула носом, вытерла слезинку с серебристых кончиков ресниц. "Ты первый человек, которому я сказал. Я начал звонить Леонардо, но я хочу сказать ему все в лицо, вы знаете. И я рад, что должен сказать вам первым, в любом случае. Он поймет".

"Он сойдет с ума".

"Да. Нам предстоит кое-что серьезно отпраздновать. Я действительно рад, что ты все-таки не опоздал, чтобы я мог рассказать тебе и чтобы ты не пропустил сделку с девушкой ".

Мгновенно в животе Евы вспыхнули предупреждающие флажки, нервно затрепетав. "Сделка с девушкой?"

"Да, ты знаешь. Трина уже внизу, в домике у бассейна, готовит. Подумал, что нам не помешало бы поплавать и покрутиться в бассейне для релаксации. Мы готовы к полному лечению ".

"Полное лечение?" Нет, это было все, о чем Ева могла думать. Не полное лечение. Что угодно, только не это. "Послушай, Мэвис, я только что пришел домой на работу. У меня есть это дело - "

"У тебя всегда есть дело". Ничуть не смутившись, Мэвис налила себе бокал вина, затем поднесла бутылку Еве, пока Рорк лениво закуривал сигарету и улыбался. "Тебе нужно уделить время себе, иначе твои внутренние органы полностью сморщатся, а кожа обвиснет. Я все об этом читал. В любом случае, Трина приобрела новую возмутительную раскраску для тела ".

"Нет. Безусловно. Я не крашу тело".

Мэвис закатила глаза. "Ради меня, Даллас. Мы знаем тебя. Но я думаю, тебе стоит попробовать на днях. Держу пари, что Рорк действительно клюнул бы на Золотую пыль. Это творит удивительные вещи с сиськами. Заставляет их сверкать ".

"Я не хочу сверкающие сиськи".

"У этого тоже есть вкус. Франжипани".

"Неужели?" Рорк выпустил струю дыма. "Я очень люблю тропические ароматы".

"Видишь? В любом случае, ты можешь подумать об этом после того, как полностью расслабишься и твои волосы будут собраны. Соммерсет приготовил закуски ".

"Молодец. Но на самом деле, я - упс, вот и дверь. Я достану это ".

Она сбежала, заставив себя не просто сорваться на бег, сбить с ног того, кто был у двери, и просто продолжать бежать, пока не добралась до убежища полицейского управления. Она опередила Соммерсета на полшага.

"Я понимаю это".

"Приветствие и сопровождение гостей входит в мои должностные требования", - напомнил он ей. "Мисс Ферст здесь, чтобы увидеть вас". С этими словами он оттолкнул Еву в сторону и открыл дверь.

"Я должен был позвонить". Надин знала, как Ева относилась к журналистам в ее доме. "Я здесь не для 75", - быстро продолжила она. "Это личное".

"Хорошо. Прекрасно. Войдите." К удивлению Надин, Ева взяла ее за руку и практически потащила в гостиную.

"Я взяла пару выходных", - начала Надин.

"Я заметил. Мне не очень понравилась твоя замена в эфире ".

"Он придурок. Но в любом случае, я хотела зайти и сказать тебе ... " Она сделала паузу, взяла себя в руки. "О, привет, Мэвис".

"Надин, привет! Эй, это практически вечеринка ". Какой бы взбалмошной Мэвис ни казалась на первый взгляд, у нее была твердая сердцевина здравого смысла, в которую были вложены сострадание и верность. Ей потребовалось меньше двух секунд, чтобы увидеть напряжение в глазах Надин.

"Слушай, я просто собираюсь сбегать вниз и посмотреть, как дела у Трины. Вернулся в мгновение ока". Она вышла в одном из них, промчавшись через дверь в размытом цвете.

"Сядь, Надин". Рорк уже встал, подводя ее к стулу. "Не хотите ли немного вина?"

"Я бы хотел, спасибо, я бы хотел. Но я бы действительно хотел одну из этих сигарет ".

"Я думала, ты увольняешься", - сказала Ева, когда Рорк предложил одну.

"Я". Надин послала Рорку взгляд благодарности, когда он щелкнул зажигалкой. "Я регулярно бросаю курить. Послушайте, мне жаль, что я врываюсь к вам обоим таким образом ".

"Друзьям всегда рады". Он налил вина, подал ей. "Я полагаю, ты хочешь поговорить с Евой. Я оставлю тебя в покое".

"Нет, не чувствуй, что тебе нужно уходить". Надин сделала еще одну длинную затяжку дорогого табака. "Иисус, я забыл, что у тебя есть настоящая вещь. Удар сильнее, чем от трав. Нет, не уходи", - снова сказала она. "Даллас все равно тебе все расскажет".

На лице Рорка отразилось удивление. "Неужели она?"

"Нет", - сказала Ева определенно, но опустилась на подлокотник кресла. "Я рассказал ему о твоей проблеме из-за его связи с Драко. И его связь с тобой ".

"Все в порядке". Надин выдавила слабую улыбку. "Умерщвление плоти закаляет характер".

"Тебе нечего стесняться. Жизнь была бы ужасно скучной, если бы мы могли оглядываться назад, не сожалея хотя бы об одном романе ".

Ее улыбка расслабилась. "Ты вырвал здесь победителя, Даллас. Нет ничего лучше человека, который говорит правильные вещи в нужное время. Что ж, я сожалею о Ричарде Драко. Даллас." Она перевела взгляд на Еву. "Я знаю, вы не обязаны говорить мне, очевидно, что не могли во время интервью ранее. Может быть, ты вообще не можешь мне сказать, но я должен спросить. У меня проблемы?"

"Что сказал ваш адвокат?"

"Не волноваться и не разговаривать с вами без его присутствия". Она мрачно улыбнулась. "Мне трудно следовать его совету".

"Я не могу вычеркнуть тебя из списка, Надин. Но, - добавила она, когда Надин закрыла глаза и кивнула. "Поскольку вы выступаете последним, я бы еще раз попробовал воспользоваться первой частью совета вашего адвоката".

Надин тяжело вздохнула, отпила вина. "Впервые в жизни я был счастлив быть неудачником".

"Мнение Миры имеет большое значение, и она не верит, что ты способен на преднамеренное убийство. Как и первичный на личном уровне или, учитывая текущие доказательства, на профессиональном."

"Спасибо тебе. Спасибо ". Надин подняла руку к голове, прижала пальцы к центру лба. "Я продолжаю говорить себе, что это скоро пройдет. Что ты завершишь это. Но стресс, как шип, пронзает мой мозг ".

"Мне придется дать тебе еще немного. Ты знал, что у Драко было твое видео?"

"Видео?" Надин опустила руку, нахмурилась. "Вы имеете в виду мою работу?"

"Ну, некоторые люди рассматривают секс-работу".

Надин уставилась на него пустыми от замешательства глазами. Затем они прояснились, и Ева увидела именно то, что хотела увидеть: шок, ярость, смущение. "У него была видеозапись... Он взял - у него была камера, когда мы... - Она со стуком поставила вино, вскочила на ноги. "Этот скользкий сукин сын. Этот извращенный ублюдок ".

"Я бы сказал, что ответ отрицательный", - пробормотал Рорк, и Надин повернулась к нему.

"Что за мужчина снимает на видео женщину в своей постели, когда она не дает согласия? Какой болезненный трепет он испытывает, насилуя ее таким образом? Потому что это именно то, что есть ".

Она ткнула пальцем ему в грудь только по той причине, что он был мужчиной. "Ты бы сделал это с Далласом? Она надрала бы тебе задницу отсюда до Таруса III, если бы ты это сделал. Это именно то, что я хотел бы сделать с Драко. Нет, нет, я бы хотел взять его хилый член в свои руки и крутить его, пока он не выскочит ".

"При данных обстоятельствах я бы предпочел не быть его дублером".

Она с шипением выдохнула, втянула воздух, затем подняла руки ладонями наружу. "Извините. Это не твоя вина ". Чтобы снова обрести контроль, она прошлась по комнате, затем повернулась лицом к Еве.

"Полагаю, это небольшое проявление гнева подняло меня в списке на несколько ступенек выше".

"Как раз наоборот. Если бы вы знали о диске, вы бы предприняли быструю кастрацию. Ты бы не позволил кому-то другому ударить его. Вы только что подтвердили свой собственный профиль."

"Что ж, молодец для меня. Ура." Надин снова упала в кресло. "Я полагаю, диск в качестве улики".

"Должен быть. Никто не будет смотреть это ради острых ощущений, Надин. Если это поможет, ты не так часто показываешься. Он повернул дело так, что он, так сказать, в центре внимания ".

"Да, он бы это сделал. Даллас, если СМИ узнают об этом - "

"Они не будут. Если хочешь моего совета, возвращайся к работе. Занимай свой разум, и позволь мне делать мою работу. Я хорош в этом ".

"Если бы я этого не знал, я бы принимал транквилизаторы".

Пришло вдохновение. "Как насчет девичника вместо этого?"

"А?"

"С Мэвис и Триной все в порядке. У меня нет на это времени, и нет смысла Трине тащить сюда весь свой набор трюков и не использовать его в полной мере. Займи мое место. Иди, займись делами".

"Мне бы не помешала какая-нибудь расслабляющая терапия".

"Вот так". Ева вытащила ее из кресла. "Ты в мгновение ока почувствуешь себя новой женщиной. Нанеси краску на тело, - предложила она, вытаскивая Надин из комнаты. "Это придаст тебе свежий вид и сверкающие сиськи".

Несколько мгновений спустя Ева вернулась в гостиную, вытирая пыль с рук.

"Молодец. Лейтенант."

"Да, это было довольно ловко. Они все там, внизу, воркуют, как... что воркует?"

"Голуби?" он предложил.

"Да, как голуби. Теперь все счастливы, и я могу вернуться к работе. Итак, ты готов к видео?"

"Надин? Можно нам попкорн?"

"Мужчины - извращенцы. Нет, не Надин, забавный парень. Но попкорн - хорошая идея ".

***

Она намеревалась устроить в своем офисе, чтобы все было официально. Она должна была знать лучше. Она оказалась в одной из комнат для отдыха на втором уровне, уютно устроившись на греховно мягких подушках дивана длиной в милю, наблюдая за воспроизведением записи на огромном настенном экране и с миской попкорна на коленях.

Размер экрана был главным аргументом Рорка. Было невозможно упустить даже мельчайшую деталь, когда каждая деталь была больше, чем жизнь.

Она поняла, что это было почти то же самое, что самой находиться на сцене. Ей пришлось отдать Рорку очки за это.

Элиза, отметила она, приняла свою роль суетливой, раздражающей медсестры, назначенной присматривать за сэром Уилфредом. Ее старинный костюм был каким угодно, только не лестным. Ее волосы были зачесаны назад, рот постоянно поджат. У нее был раздражающе мелодичный голос, похожий на тот, который, как слышала Ева, некоторые родители используют по отношению к непокорным отпрыскам.

Кеннет не поскупился на изображение напыщенного, капризного адвоката. Его движения были отрывистыми, беспокойными. Его глаза лукавы. Его голос поочередно звучал достаточно громко, чтобы сотрясались стропила, а затем переходил в лукавое бормотание.

Но именно Драко владел пьесой во время первых сцен. Он был бесспорно красив, возмутительно обаятелен, беззаботно забавлялся. Да, она могла видеть, как уязвимая женщина влюбилась бы в него - как в Воула или как в него самого.

"Экран замораживания". Она подтолкнула чашу к Рорку и встала, чтобы подойти поближе к изображению Драко. "Вот что я вижу. Остальные действуют. Они хороши, они квалифицированы, они наслаждаются своими ролями. Он - это роль. Ему не нужно действовать. Он эгоцентрик, высокомерный и гладкий, как Воул. Это роль, созданная специально для него ".

"Так я думал, когда предложил его имя для пьесы. О чем это тебе говорит?"

"Тот, кто планировал его убийство, вероятно, думал то же самое. И увидел в этом иронию. Воул умирает в последнем акте. Драко умирает в последнем акте. Драматический эпизод правосудия. Казнен при свидетелях".

Она вернулась, чтобы сесть. "На самом деле, это не говорит мне ничего нового. Но это сглаживает углы. Возобновите воспроизведение ".

Она ждала, наблюдала. Появление Ареены, как она теперь увидела, было блестящим по времени. Это был сценарист, конечно, режиссер, но стиль этого должен был исходить от актера.

Красивая, стильная, загадочная и потрясающе сексуальная. Такова была роль. Но это был не настоящий персонаж, вспомнила Ева. Настоящая Кристин Воул показала себя женщиной, поглощенной любовью. Та, которая солгала бы ради человека, которого она знала как убийцу, которая пожертвовала бы своим достоинством, своей репутацией, чтобы спасти его от закона. И который, в конце концов, казнил его за то, что он отверг эту любовь.

"Это действие на двух уровнях", - пробормотала Ева. "Так же, как и Драко. Ни один из них не показывает лицо своего персонажа до последней сцены ".

"Они оба очень искусны".

"Нет, они все опытные. Все привыкли манипулировать словами и действиями, чтобы представить образ. Я еще не скинул изображение. Сэр Уилфред считает, что защищает невиновного человека, и в конце концов узнает, что его обманули. Этого достаточно, чтобы вывести тебя из себя. Если мы соотносим жизнь и выдумки. Этого достаточно, чтобы убить ".

Он сам подумал то же самое и кивнул. "Продолжай".

"Героиня Дианы верила в каждую чушь, которой ее пичкал Воул. Что его жена была холодной сукой, что он был невиновен, что он собирался бросить ее ".

"Другая женщина", - вставил Рорк. "Тот, что помоложе. Немного наивный, немного хваткий."

"В конце концов, разве она не поймет, что ее обманули и использовали, и не будет унижена? Так же, как Карли узнала, что ее обманули, использовали и унизили. Как узнала Кристин. А за кулисами стоит Майкл Проктор, жаждущий принять все это на себя ".

Она изучала лица, прислушивалась к голосам, измеряла связи. "Это один из них, один из игроков. Я знаю это. Это не какой-то технарь с обидой или мечтающий оказаться в свете. Это тот, кто бывал в свете и знает, как надеть нужное лицо в нужное время ".

Она снова замолчала, наблюдая за ходом пьесы, выискивая какую-нибудь щель, какой-нибудь момент, когда взгляд, жест указывали бы на чувства и планы, скрывающиеся за фасадом.

Но нет, они были хороши, размышляла она. Каждый из них.

"Это муляж ножа, первая сцена в зале суда. Заморозьте экран, увеличьте сектор P-Q на двадцать пять процентов."

Экран плавно переместился, увеличив таблицу доказательств. Нож на нем был хорошо виден под этим углом, и увеличенный, Ева могла видеть тонкие различия между ним и орудием убийства.

"Лезвие почти того же размера и формы, но рукоятка немного шире, толще. Цвет тот же, но материал другой ". Она выдохнула. "Но вы бы не заметили этого, если бы не искали этого. Вы ожидаете увидеть реквизит, и вы его видите. Драко мог бы посмотреть прямо на это, черт возьми, он мог бы сам поднять это, и он бы не заметил. Возобновите обычную игру ".

Ее голова начала слегка пульсировать. Она едва заметила, когда Рорк начал растирать ей плечи. Она наблюдала за сменой сцен, опусканием занавеса, беззвучным сменой декораций на другие. Несколько техников проскользнули за занавеску, почти неразличимые в своем традиционном черном.

Но она заметила Квима. Теперь он явно был главным, в своей стихии. Он жестикулировал, своего рода театральный язык жестов, который мало что значил для нее. Она видела, как он коротко посоветовался с реквизитором, кивнул, затем посмотрел налево за кулисы.

"Вот". Ева снова вскочила на ноги. "Он что-то видит, что-то, что не соответствует. Он колеблется, да, всего на секунду, изучает. И теперь он уходит в том же направлении. Что ты видел? Кого ты видел? Черт возьми."

Она повернулась обратно к Рорку. "Это был подменыш. Настоящий нож сейчас в зале суда. Ожидание".

Она приказала прокрутить диск в обратном направлении, затем настроила свое наручное устройство на время и воспроизвела. "Хорошо, теперь он это замечает".

Позади нее Рорк поднялся, подошел к автомату и заказал ей кофе. Когда он подошел к ней, она, не осознавая этого, взяла чашку и выпила.

На экране статисты разошлись по своим местам. Бармен занял свою позицию, техники исчезли. Ареена, одетая в дешевый и безвкусный костюм, который подходил барменше середины двадцатого века, заняла свое место на табурете в конце стойки. Она отодвинулась от аудитории.

Раздался свисток поезда. Поднимите занавес.

"Две минуты двенадцать секунд. Достаточно времени, чтобы спрятать нож. Прямо в розах или где-нибудь, где никто не заметит, пока это не можно будет переместить. Но это близко. Очень близко. И очень напористый".

"Секс и амбиции", - пробормотал Рорк.

"Что?"

"Секс и амбиции, вот что убило Леонарда Воула, и это то, что убило Ричарда Драко. Жизнь подражает искусству".

***

Пибоди так бы не сказала, по крайней мере, если бы она использовала анимированную картину, которую в данный момент пыталась изучить. И притворилась, что поняла. Она потягивала шампанское, которое подарил ей Чарльз, и изо всех сил старалась выглядеть такой же утонченной, как остальные гости на художественной выставке.

По крайней мере, она была одета для этого, подумала она с некоторым облегчением. Рождественским подарком Евы для нее был ее великолепный секретный гардероб, разработанный замечательным любовником Мэвис, Леонардо. Но мерцающий покров синего шелка не смог преобразить чувственность Среднего Запада.

Она не могла понять ни головы, ни хвоста в этом ползучем движении формы и цвета.

"Ну, это действительно ... что-то". Поскольку это было лучшее, что она смогла придумать, она выпила еще шампанского.

Чарльз усмехнулся и нежно погладил ее по плечу. "Ты такая милая, что терпишь меня, Делия. Тебе, должно быть, смертельно скучно".

"Нет, я не такой". Она взглянула на его чудесное лицо, улыбнулась. "Я просто художественно туп".

"В тебе нет ничего глупого". Он наклонился, легонько поцеловал ее.

Она хотела вздохнуть. Все еще было почти невозможно поверить, что она могла находиться в подобном месте, одетая подобным образом, с великолепным мужчиной под руку. И это раздражало, раздражала мысль, что она гораздо больше подходила для того, чтобы готовить китайскую еду на вынос в жалкой квартирке Макнаба.

Ну, она просто собиралась продолжать ходить на художественные выставки, оперы и балеты, пока что-то из этого не передастся ей, даже если все это заставляло ее чувствовать, что она играет в какой-то классной пьесе и не совсем понимает свои реплики.

"Готов к ужину?"

"Я всегда готов поужинать". Она поняла, что эта фраза шла прямо из сердца. Или в кишках.

Он забронировал уединенный номер в каком-то шикарном ресторане со свечами и цветами. Он всегда делал что-то подобное, размышляла Пибоди, пока он выдвигал ее стул за красивый столик с розовыми розами и белыми свечами. Она позволила ему сделать заказ для них обоих, потому что он знал, что нужно.

Казалось, он знал все правильные вещи. И все нужные люди. Она задавалась вопросом, чувствовала ли Ева когда-нибудь себя такой неуклюжей и неуместной, когда оказывалась с Рорком в шикарной обстановке.

Она не могла представить, что ее лейтенант когда-либо чувствовал себя неуклюжим.

Кроме того, Рорк любил ее. Нет, мужчина обожал ее. Все должно было быть по-другому, когда ты сидела при свечах с мужчиной, который думал, что ты самая жизнерадостная женщина в мире. Единственная женщина в мире.

"Куда ты ушел?" Тихо спросил Чарльз.

Она отдернула себя назад. "Извините. Я думаю, у меня много чего на уме ". Она взяла вилку, чтобы попробовать пикантную закуску из морепродуктов. Совершенство этого на языке почти заставило ее глаза скреститься в экстазе.

"Твоя работа". Он потянулся через стол, чтобы похлопать ее по руке. "Я рад, что ты все-таки смог отдохнуть от всего этого и прийти сегодня вечером".

"Мы работали не так допоздна, как я думал".

"Дело Драко. Ты хочешь поговорить об этом?"

Это была просто еще одна совершенная черта в нем. Он бы спросил и выслушал, если бы она решила излить душу. "Нет, не совсем. В любом случае, не могу на данном этапе. За исключением того, что Даллас расстроен. Так много уровней и ракурсов замедляют процесс ".

"Я уверен, что это так. Тем не менее, она казалась своей обычной компетентной личностью, когда говорила со мной ".

Рука Пибоди замерла, когда она потянулась за своим бокалом. "Она говорила с тобой? О деле?"

Застигнутый врасплох, Чарльз отложил вилку. "Она не упоминала об этом при вас?"

"Нет. Ты знал Драко?"

Чарльз проклял себя, на мгновение подумал, не обойти ли правду, затем пожал плечами. Он всегда был честен с Пибоди и не хотел, чтобы это менялось. "Нет, не совсем. Мне случилось быть с Арееной Мэнсфилд прошлой ночью, когда Даллас и Рорк зашли поговорить с ней. Я работал".

"О". Профессия Чарльза не беспокоила Пибоди. Он сделал то, что он сделал, точно так же, как она сделала то, что она сделала. Возможно, если бы они были любовниками, у нее было бы другое отношение, но они не были.

Черт возьми.

"О". - повторила она, потому что его профессия не просто беспокоила ее лейтенанта. "Черт".

"Проще говоря, да. Это было неловко, но мы с Далласом пришли к соглашению ".

"Какого рода условия?"

"Мы разговаривали. Делия, я старался не говорить слишком много, потому что это ставит тебя в тупик. Я никогда не хотел этого ".

"Ты никогда не ставил меня туда", - немедленно сказала она. "Даллас сделал".

"Потому что ты очень много значишь для нее".

"Моя личная жизнь - это ... "

"Я беспокоюсь о ней как о друге, Делия".

Тихое осуждение в его тоне заставило ее вздрогнуть, а затем сдаться. "Хорошо, я знаю это. Мне не обязательно это должно нравиться ".

"Я думаю, что теперь все должно быть более гладко. Она сказала свое слово, я свое, и нам обоим стало от этого легче. И когда я объяснил ей, что мы не занимались сексом, она ...

"Что?" Слово сорвалось с языка, когда Пибоди вскочила на ноги. Сверкающее серебро, сверкающий хрусталь танцевали на белой льняной ткани. "Ты сказал ей это? Это? Боже милостивый. Почему бы тебе просто не раздеть меня догола и не затолкать в дежурную часть?"

"Я хотел, чтобы она знала, что у нас была дружба, а не профессиональное соглашение. Мне жаль ". Слишком поздно осознав свою оплошность, Чарльз встал и поднял руки. "Я не хотел тебя смущать".

"Вы скажите моему непосредственному начальнику, что я встречаюсь с профессионалом уже сколько, почти три месяца, и не исполняла танец на матрасе. Нет, нет, господи, что в этом может быть неловкого?"

"Я не понимал, что ты хотела, чтобы секс был частью наших отношений". Теперь он говорил натянуто. "Если бы ты это сделал, тебе нужно было только спросить".

"О да, точно. Я говорю, как насчет этого, Чарльз, и я клиент."

Мышцы его живота натянулись, как проволока. "Это то, что ты думаешь?"

"Я не знаю, что и думать". Она снова упала в свое кресло, на мгновение обхватив голову руками. "Почему ты должен был сказать ей это?"

"Полагаю, я защищал себя". Это признание было тяжело проглотить. "Я не думал об этом дальше. Мне очень жаль ". Он подвинул свой стул, чтобы сесть поближе и взять ее за руку. "Делия, я не хотел портить нашу дружбу, и на первых этапах я был привязан к тому, кто не мог, кто не хотел быть со мной из-за того, кто я есть. Ты помогла мне пройти через это. Я очень забочусь о тебе. Если ты хочешь большего..."

Он поднял ее руку, провел губами по внутренней стороне запястья.

Ее пульс слегка затанцевал. Это было вполне естественно, предположила она. Так же, как было естественно, что ее кровь стала теплой, очень теплой, когда он переместил этот опытный рот с ее запястья на губы.

Но сомнения бурлили внутри нее, бок о бок с простой похотью. Было невыносимо осознавать, что не все сомнения были направлены на Чарльза.

"Извините". Она прервала поцелуй, отстранилась и задалась вопросом, когда она сошла с ума. Там был великолепный мужчина, который ей очень нравился и который знал все, что можно было знать о сексуальных удовольствиях, готовый показать ей, что можно сделать с человеческим телом, а она притворялась застенчивой.

"Я задел твои чувства".

"Нет. Ну, может быть, немного." Она выдавила улыбку. "Факт в том, что для меня это впервые. Я полностью потерял аппетит. По всем направлениям ".

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Работа в ее домашнем офисе могла бы быть преимуществом. Оборудование, даже считая ее новую компьютерную систему в Центральном управлении, было намного лучше. Было меньше отвлекающих факторов. И было почти невозможно, чтобы закончился кофе.

Ева решила делать это время от времени, хотя бы для того, чтобы по-новому взглянуть на ситуацию и прочистить разум.

Ее сегодняшним планом было начать утро с чего-нибудь полезного. Она стояла в центре своего домашнего офиса, ухмыляясь своему старому, презираемому компьютеру.

"Сегодня, - сказала она этому, - смерть приходит во все ваши цепи. Будет ли это медленно и систематично или быстро и жестоко?" Подумав, она обвела это. "Трудное решение. Я так долго ждал этого момента. Мечтал об этом".

Оскалив зубы, она начала закатывать рукава.

"Что", - спросил Рорк из дверного проема, соединявшего их рабочие зоны, "это?"

"Бывшее проклятие моего существования. Антихрист технологий. У нас есть молоток?"

Изучая кучу на полу, он вошел. "Несколько, я полагаю, разных типов".

"Я хочу их всех. Крошечные молотки, большие, бьющие по стене, и все, что между ними ".

"Можно спросить, почему?"

"Я собираюсь разобрать эту штуку на части, байт за байтом, пока от последнего дрожащего чипа не останется ничего, кроме пыли".

"Хммм". Рорк присел на корточки, осмотрел жалкую устаревшую систему. "Когда ты притащил сюда это безобразие?"

"Только что. Он был у меня в машине. Может быть, мне следует использовать кислоту, просто стоять здесь и смотреть, как она шипит и растворяется. Это могло бы быть хорошо ".

Ничего не говоря, Рорк достал из кармана маленький футляр, открыл его и выбрал тонкий инструмент. Несколькими ловкими движениями он открыл крышку.

"Эй! Эй! Что ты делаешь?"

"Я не видел ничего подобного уже десять лет. Завораживающе. Посмотри на эту коррозию. Господи, это микросхема SOC. И это взаимосвязано ".

Когда он начал играть на скрипке, она подбежала и ударила его по рукам. "Мой. Я могу убить это ".

"Возьми себя в руки", - рассеянно сказал он и глубже погрузился в кишки. "Я возьму это на исследование".

"Нет. Не-а. Я должен разобрать это на части. Что, если это размножается?"

Он ухмыльнулся и быстро заменил корпус. "Это отличный инструмент обучения. Я хотел бы отдать это Джейми ".

"О чем ты говоришь? Джейми Лингстром, электронный вундеркинд?"

"Ммм. Время от времени он выполняет для меня небольшую работу ".

"Он ребенок".

"Очень яркий. Достаточно умен, чтобы я предпочел иметь его в своей команде, а не соревноваться с ним. Будет интересно посмотреть, что он сможет сделать с такой старой, неисправной системой, как эта ".

"Но я хочу, чтобы это умерло".

Ему пришлось подавить смешок. Это было так близко к хныканью, как он когда-либо слышал от нее. "Ну, ну, дорогая. Я найду тебе что-нибудь еще, чтобы избить. Или лучше, - сказал он, обнимая ее, - совершенно другой выход для всей этой восхитительной естественной агрессии."

"Секс не дал бы мне такого кайфа".

"Ах. Вызов." Он принял это, наклонившись и укусив ее за челюсть. Когда она обругала его, он завладел ее ртом в горячем, голодном, высасывающем мозг поцелуе.

"Ладно, это было довольно хорошо, но что ты делаешь своими руками там, сзади?"

"Почти ничего, пока я не запру дверь, а потом - "

"Ладно, ладно, можешь забрать эту чертову штуковину". Она оттолкнулась от него, пытаясь отдышаться. Ее организм вибрировал. "Просто убери это с моих глаз".

"Спасибо". Он поймал ее руку, поднял, покусал ее пальцы, наблюдая за ней. Один ее вкус всегда заставлял его жаждать другого. И еще один. Он потянул ее вперед, намереваясь подтолкнуть к своему кабинету.

Вошла Пибоди.

"Извините". Она отвела глаза, наклонив голову, чтобы изучить потолок. "Соммерсет сказал, что я должен немедленно подняться".

"Доброе утро, Пибоди". Рорк быстро коснулся губами нахмуренного лба своей жены. "Можем мы предложить вам немного кофе?"

"Я достану это. Не обращайте на меня внимания. Всего лишь скромный помощник". Она пробормотала это, пересекая комнату, обходя Еву стороной, когда та направлялась на кухню.

"Она чем-то расстроена". Рорк хмуро посмотрел в сторону кухни, слушая, как Пибоди бормочет, программируя автозапуск.

"Она просто еще не приняла утреннюю дозу. Уберите отсюда эту кучу хлама, если вы этого так сильно хотите. Мне нужно приниматься за работу ".

Он взвесил систему, обнаружил, что ему нужно опереться на нее спиной. "Тогда их сделали намного тяжелее. Я буду работать дома до полудня, - бросил он через плечо, затем дверь за ним закрылась.

Возможно, это было поверхностно, но определенно по-девчачьи - получать такой кайф от наблюдения за этой пульсацией мышц. Ева сказала себе, что она бы не заметила, если бы он не возбудил ее в первую очередь.

"Пибоди, принеси мне чашечку этого".

Она села за свой стол, вызвала файл Драко и, разделив его на подозреваемых, свидетелей, собранные улики и лабораторные отчеты, вывела все данные на экраны.

"Вчера вечером я просмотрела диск с записью пьесы", - начала она, услышав, как по комнате раздается громкий стук полицейских ботинок Пибоди на твердой подошве. "У меня есть теория".

"Ваш кофе, лейтенант. Мне записать, сэр?"

"А?" Ева изучала экраны, пытаясь сдвинуть и упорядочить данные в своем сознании. Но жесткий тон Пибоди отвлек ее. "Нет, я просто провожу это мимо тебя".

Она обернулась и увидела, что Рорк снова был прав. Что-то случилось с ее помощником. Она приказала себе не совать нос в личное, и села. "Мы довольно точно установили время подмены. Здесь отчетливо виден реквизитный нож. Компьютер, визуальное свидетельство 6-Б, на пятом экране."

"Вы отметили и записали эти ПЯТЬ?" Спросила Пибоди, ее голос был холоден, как февраль.

"Прошлой ночью, после моего отзыва". Ева повела плечами. Бекас был как горячий зуд между ее лопатками. "И что?"

"Просто обновляю свои собственные записи, лейтенант. Это моя работа ".

К черту это. "Никто не говорит тебе не делать свою работу. Я информирую вас, не так ли?"

"Похоже, выборочно".

"Ладно, что, черт возьми, это значит?"

"Прошлой ночью у меня была возможность вернуться в Центр". Это только усилило ее медленный ожог. "В процессе ознакомления с делом, ассимиляции улик и установления сроков, мое внимание привлекли определенные фрагменты этих улик, помеченные и запечатанные для пятого уровня. До этого момента я не знал, что существуют области этого расследования, которые считаются закрытыми для вашего помощника и вашей команды. При всем уважении, сэр, эта политика может и будет препятствовать эффективности указанного помощника и указанной команды ".

"Не говори со мной таким надменным тоном, приятель. Я отметил пятый уровень, что, по моему мнению, требовало пятого уровня. Тебе не обязательно знать все, черт возьми ".

На щеках Пибоди расцвели красные пятна, но ее голос был ледяным. "Итак, я теперь в курсе, лейтенант".

"Я сказал, прекрати это".

"Это всегда твой путь, не так ли?"

"Да, чертовски верно. Я ваш начальник, и я главный в этом расследовании, так что ставьте свою тугую задницу на то, что это мой путь ".

"Тогда вам следовало посоветовать субъекту Монро, Чарльзу, держать рот на замке. Не должен ли ты? Сэр."

Ева стиснула зубы, заскрежетала ими. Попробуй пощадить чувства, подумала она, и получишь пощечину. "Субъект Монро, Чарльз, не имеет, по моему мнению, никакого отношения к этому расследованию. Поэтому любое общение, которое у меня было с ним, не твое чертово дело ".

"Это мое чертово дело, когда вы допрашиваете его по поводу моих чертовых личных отношений с ним".

"Я не допрашивала его". В ее голосе слышалась разочарованная ярость. "Он вылил это все на меня".

Теперь они оба стояли, склонившись над столом почти нос к носу. Лицо Евы было бледным от гнева, лицо Пибоди покраснело от этого.

Когда Макнаб вошел, сцена заставила его издать низкий, нервный свист. "Эм, привет, ребята".

Ни один из них не потрудился даже взглянуть в его сторону и сказал в унисон под рев: "Вон!"

"Еще бы. Я ухожу ".

Чтобы подстраховаться, Ева подошла и захлопнула дверь перед его испуганным и очарованным лицом.

"Сядь", - приказала она Пибоди.

"Я предпочитаю стоять".

"И я предпочитаю дать тебе хорошего пинка под зад, но я сдерживаюсь". Ева потянулась, запустила руки в собственные волосы и дергала, пока боль не вытеснила большую часть ярости.

"Хорошо, встаньте. Ты все равно не смог бы сидеть с этой палкой в заднице. Во-первых, ты подсовываешь это каждый раз, когда упоминается субъект Монро, Чарльз. Вы хотите, чтобы вас ввели в курс дела, вы хотите, чтобы вас проинструктировали? Прекрасно. Вот оно."

Ей пришлось сделать еще один глубокий вдох, чтобы убедиться, что ее тон был профессиональным. "Вечером двадцать шестого марта, примерно в девятнадцать тридцать, мне в сопровождении Рорка довелось посетить пентхаус Ареены Мэнсфилд в отеле "Палас" в этом городе. Войдя в указанное помещение, следователь обнаружил субъекта Мэнсфилда в компании некоего Чарльза Монро, лицензированного компаньона. Было установлено и подтверждено, что LC Monroe находился там в профессиональном качестве и не имел никакого отношения к покойному или текущему расследованию. Его присутствие и характерные детали, относящиеся к нему, были отмечены в отчете о допросе и отмечены как пятый уровень в глупой, непродуманной попытке офицера, проводящего расследование, избавить своего тупоголового помощника от ненужного смущения ".

Ева протопала обратно к своему столу, схватила свой кофе, отхлебнула немного. "Запишите это", - отрезала она.

Губы Пибоди задрожали. Она сидела. Она шмыгнула носом.

"О, нет". В неподдельной панике Ева ткнула пальцем. "Нет, ты не понимаешь. Не плачь. Мы на службе. На службе не плачут ".

"Мне жаль". Зная, что она близка к тому, чтобы разрыдаться, Пибоди нащупала свой носовой платок и обильно высморкалась. "Я просто так зол, так смущен. Он сказал тебе, что у нас никогда не было секса ".

"Господи, Пибоди, ты думаешь, я включил это в отчет?"

"Нет. Я не знаю. Нет." Она снова шмыгнула носом. "Но ты знаешь. Я встречаюсь с ним много недель, и мы никогда... Мы даже не приблизились к этому ".

"Ну, он объяснил, что когда - " Услышав вопль ужаса Пибоди, Ева поморщилась. Не то, что нужно сказать. Очень неправильно. Но что, черт возьми, было правильным? "Послушай, он хороший парень. Я не придавал ему должного значения. Ты ему нравишься".

"Тогда почему он ни разу не набросился на меня?" Пибоди подняла налитые слезами глаза.

"Эм... Секс - это еще не все?" Ева рискнула.

"О, конечно, тебе легко говорить. Ты замужем за секс-богом века Монго".

"Господи, Пибоди".

"Ты есть. Он великолепен, он сложен, он умен и сексуален и ... и опасен. И он любит тебя. Нет, он обожает тебя. Он бы прыгнул под мчащийся автобус maxibus ради тебя ".

"Они идут не очень быстро", - пробормотала Ева и почувствовала облегчение, когда Пибоди издала водянистый смешок.

"Ты знаешь, что я имею в виду".

"Да". Ева посмотрела в сторону соединяющих дверей, почувствовала сильный, почти болезненный рывок. "Да, я знаю. Дело, ах, не в том, что Чарльза не влечет к тебе. Это то, что..." Где, черт возьми, была Мира, когда она была нужна ей? "Что он уважает тебя. Вот и все ".

Пибоди скомкала свой носовой платок и опустила глаза. "Меня слишком уважали, если хотите знать мое мнение. Я знаю, что я не красавица или что-то в этом роде ".

"Ты хорошо выглядишь".

"Я на самом деле не сексуальна".

"Конечно, ты такой". Окончательно запутавшись, Ева обошла стол и погладила Пибоди по голове.

"Если бы ты был парнем или состоял в однополых отношениях, ты бы хотел заняться со мной сексом?"

"Абсолютно. Я бы набросился на тебя в мгновение ока ".

"Неужели?" Просияв при этой мысли, Пибоди вытерла глаза. "Ну, Макнаб не может держать свои руки подальше от меня".

"О боже. Пибоди, пожалуйста."

"Я не хочу, чтобы он знал. Я не хочу, чтобы Макнаб знал, что мы с Чарльзом не спали на простынях ".

"Он никогда не услышит этого от меня. Я могу это гарантировать ".

"Хорошо. Прости, Даллас. После того, как Чарльз рассказал мне, и я вернулась к работе, чтобы отвлечься от этого, и нашла те запечатанные файлы... Это не давало мне спать большую часть ночи. Я имею в виду, если он не сказал ничего существенного, я не мог понять, почему у вас были запечатаны два отчета и видеодиск."

Ева перевела дыхание. Межличностные отношения были жесткими, думала она. И хитрый. "Один из отчетов и диск не связаны с Чарльзом". Черт возьми, Пибоди была права в одном, сокрытие их дел мешало расследованию. "Они связаны с Надин".

"Ох. Я думал, что там что-то было ".

"Послушай, у нее был роман с Драко много лет назад. Она пришла ко мне по этому поводу. Он использовал ее, бросил ее, в своей обычной манере. Когда мы с Рорком осматривали его пентхаус, мы нашли те личные диски. Тот, кого я запечатал - "

"Ох. Он записал секс с Надин. Подонок". Пибоди вздохнула. "Она не подозреваемая, по крайней мере, не та, на кого мы смотрим, поэтому вы хотели избавить ее от смущения. Даллас, мне жаль. Все вокруг сожалеют ".

"Ладно, давай забудем об этом. Иди умойся или что-нибудь в этом роде, чтобы Макнаб не подумал, что я надавал тебе пощечин ".

"Верно. Боже, я чувствую себя идиотом ".

"Хорошо, это меня прямо подбадривает. Теперь иди, возьми себя в руки, чтобы я мог вытащить Макнаба из любого угла, в котором он прячется, и мы могли приступить к работе ".

"Да, сэр".

***

К тому времени, как они собрались в ее кабинете, прибыл Фини. Он сам просмотрел видеозапись спектакля, увеличил, переориентировал, усовершенствовал и применил свою электронную магию, чтобы команда смогла подтвердить временные рамки переключения.

Две сцены в зале суда были рядом на разделенном экране, с Фини впереди, показывая незначительную разницу в форме ножа, его угол расположения от одного к другому.

"Кто бы ни подменил, он украл нож, который так похож на манекен, что никто бы его не заметил, не подняв и хорошенько не осмотрев".

"Реквизитор?" Спросил Макнаб.

"У него не было бы причин делать больше, чем убедиться, что нож все еще на своей отметине. Съемочная группа в зале суда оставалась - как вы это называете - одетой на протяжении всего представления. Он бы заметил, если бы нож отсутствовал ", - добавил Фини. "Согласно его заявлению, он проверил съемочную площадку сразу после смены сцены и непосредственно перед тем, как она изменилась снова. У него не было причин проверять иначе ".

"Это дает преступнику примерно пять минут". Ева постучала пальцами по своей кружке. "Тем не менее, мы сужаем, что, если следовать линии, Ким видел что-то или кого-то подозрительного, как, похоже, он и сделал во время перерыва на сцену. Меньше трех минут, чтобы спрятать подставной нож и вернуться туда, где ему было нужно. На сцене или за кулисами".

"Тогда преступнику пришлось подождать". Пибоди сузила глаза. "Подождите и рассчитывайте на то, что никто не подменит вас в следующей сцене в зале суда, в диалоге и действии. Подождите, пока Кристин Воул не схватит его и не воспользуется им. Это примерно тридцать минут. Ждать долго ".

"Наш убийца терпелив, систематичен. Я думаю, он или она наслаждались ожиданием, наблюдая, как Драко скачет вокруг, проявляет эмоции, срывает аплодисменты, все это время зная, что это его последнее действие. Я думаю, убийца наслаждался этим ".

Ева поставила свой кофе, села на край своего стола. "Рорк кое-что сказал прошлой ночью. Жизнь подражает искусству".

Пибоди почесала нос. "Я думал, что все было наоборот".

"Не в этот раз. К чему эта игра? Почему на этот раз? Были более простые, менее рискованные, более тонкие способы прикончить Драко. Я думаю, что сама пьеса что-то значила для убийцы. Тема любви и предательства, фальшивых лиц. Жертва и месть. У персонажей Леонарда и Кристин Воул есть история. Возможно, у Драко была история с его убийцей. Что-то, что уходит корнями в прошлое, что исказило их отношения ".

Фини кивнул, жуя горсть орехов. "Многие игроки и технические специалисты работали с ним раньше. Театр - это как маленький мир, и люди в нем сталкиваются друг с другом снова и снова ".

"Не профессиональная связь. Личный. Послушайте, Воул выглядит очаровательным, красивым, даже немного наивным, пока вы не узнаете, что он бессердечный, безжалостный оппортунист. Судя по тому, что мы обнаружили, это отражение Драко. Так кого же он предал? Чью жизнь он разрушил?"

"Судя по интервью, он наебал всех". Макнаб поднял руки. "Никто не притворяется, что любил этого парня".

"Итак, мы идем глубже. Мы возвращаемся. Я хочу, чтобы ты руководил игроками. Посмотри на историю. Что-то, что выскакивает наружу. Воул разрушил брак или отношения, разорил кого-то финансово. Соблазнил чью-то сестру. Подорвать их карьеру. Вы ищите данные ", - сказала она Макнабу и Фини. "Мы с Пибоди будем скидываться на игроков".

***

Ева решила начать с Карли Ландсдаун. Что-то в этой женщине вызвало тревогу в ее голове с момента их первого разговора.

Актриса жила в глянцевом здании с полной охраной, блестящими магазинами и крутящимися людьми скользит. Просторный вестибюль был элегантно обставлен, с плиточными полами в водяных тонах, скромным внутренним кустарником и незаметной панелью безопасности, выполненной в художественном геометрическом дизайне на стене.

"Доброе утро", - объявила группа приятным мужским голосом, когда Ева приблизилась. "Пожалуйста, изложите свое дело в "Бродвей Вью"".

"Мое дело связано с Карли Ландсдоун".

"Одну минуту, пожалуйста". Раздался тихий перезвон музыки, заполнивший тишину. "Спасибо, что подождал. Согласно нашим записям, мисс Ландсдаун не сообщила нам ни о каких ожидаемых посетителях. Я буду рад связаться с ней от вашего имени и спросить, может ли она принимать гостей в это время. Пожалуйста, назовите свое имя и предъявите удостоверение личности с фотографией ".

"Вам нужны документы? Вот какое-нибудь удостоверение личности." Ева поднесла свой значок к объективу камеры размером с иглу. "Скажите мисс Лэндсдаун, что лейтенант Даллас не любит ждать в вестибюлях".

"Конечно, лейтенант. Одну минуту, пожалуйста."

Музыка продолжилась с того места, на котором остановилась, и это заставило Еву стиснуть зубы. "Я ненавижу это дерьмо. Почему они думают, что записанные струны приносят что угодно, кроме раздражения и настоятельного желания найти динамики и вырвать их?"

"Я думаю, это довольно мило", - сказала Пибоди. "Мне нравятся скрипки. Напоминает мне мою мать. Она играет", - добавила Пибоди, когда Ева просто уставилась на нее.

"Спасибо, что подождал. Мисс Ландсдаун будет рада видеть вас, лейтенант Даллас. Не могли бы вы проследовать к лифту номер два. Вы были оправданы. Удачного вам дня".

"Ненавижу, когда они так говорят". Ева зашагала к нужному лифту. Двери открылись, и оттуда полилась та же скрипичная музыка. Это заставило ее зарычать.

"Добро пожаловать на просмотр Бродвея". Голос струился по струнам. "Мы являемся полностью автономным, полностью охраняемым зданием. Вы можете подать заявку на однодневный абонемент для посещения наших объектов, в том числе нашего ультрасовременного фитнес-и спа-центра, который предлагает полный комплекс косметических, физических и психотерапевтических процедур. В наш торговый центр можно попасть как через общественный, так и через частный вход, и здесь доступны все основные дебетовые карты. The View также предлагает своим посетителям и, при надлежащем бронировании, широкой публике три пятизвездочных ресторана, а также популярное кафе на Таймс-сквер для тех, кто предпочитает непринужденный ужин ".

"Когда это заткнется?"

"Интересно, есть ли у них бассейн".

"Если вы заинтересованы в присоединении к нашему эксклюзивному сообществу, просто нажмите добавочный номер девяносто четыре по любой домашней ссылке и запишитесь на прием к одному из наших дружелюбных консьержей для осмотра наших трех образцовых помещений".

"Я бы предпочла, чтобы с моих костей содрали всю кожу", - решила Ева.

"Интересно, есть ли у них эффективность".

"Пожалуйста, поверните налево и пройдите к квартире номер две тысячи восемь. Мы в The View желаем вам приятного визита ".

Ева вышла из машины и направилась налево. Двери квартиры были широко разнесены по просторному коридору. Кто бы ни проектировал это место, он не беспокоился о пустом пространстве, решила она. Затем у нее возникло неприятное чувство, что она собирается обнаружить, что здание принадлежит ее мужу.

Карли открыла дверь прежде, чем Ева успела позвонить. Актриса была одета в темно-синий халат, ее ноги были босыми, а кончики - спелоароматически-розовыми. Но ее волосы и лицо были уложены, и уложены хорошо, отметила Ева.

"Доброе утро, лейтенант". Карли на мгновение прислонилась к двери в намеренно дерзкой позе. "Как мило с вашей стороны заглянуть".

"Ты рано встал", - прокомментировала Ева. "И вот тут я подумал, что театральные деятели не были жаворонками".

Ухмылка Карли немного дрогнула, но она снова укрепила ее, отступив назад. "У меня сегодня выступление. Поминальная служба Ричарда".

"Вы считаете это представлением?"

"Конечно. Я должен быть трезвым и печальным и изливать все банальности. Это будет адский спектакль для СМИ ". Карли указала на привлекательный изогнутый диван нежно-зеленого цвета в гостиной. "Я мог бы разыграть то же самое для тебя, и довольно убедительно. Но это казалось такой пустой тратой вашего времени и моего таланта. Могу я предложить вам кофе?"

"Нет. Вас не беспокоит, что вы подозреваемый в расследовании убийства?"

"Нет, потому что я этого не делал и потому что это хорошее исследование. Возможно, в конце концов, меня призовут сыграть одну из них ".

Ева подошла к стене с окном, защищенной от посторонних глаз, и подняла брови при виде убийственного вида на Таймс-сквер. Анимированные рекламные щиты были полны красок и обещаний, воздушное движение кишело, как блохи на большой неряшливой собаке.

Если бы она оглянулась и посмотрела вниз, а именно вниз ее всегда беспокоило, она могла бы увидеть готические шпили Нового театра Рорка "Глобус".

"Какова ваша мотивация?"

"За убийство?" Карли сидела, явно наслаждаясь утренней дуэлью. "Это, конечно, будет зависеть от жертвы. Но, проводя параллель с жизнью, давайте назовем его бывшим любовником, который причинил мне зло. Мотивацией было бы сочетание гордости, презрения и ликования ".

"И ранен?" Ева повернулась и прижала ее к себе, прежде чем Карли смогла скрыть тень страдания.

"Возможно. Ты хочешь знать, причинил ли мне Ричард боль. Да, он это сделал. Но я знаю, как перевязать свои раны, лейтенант. Человек не стоит того, чтобы из-за него проливалась кровь, по крайней мере, ненадолго ".

"Ты любила его?"

"В то время я думал, что да. Но было удивительно легко переключить эту эмоцию на ненависть. Если бы я хотел убить его, что ж, я не смог бы сделать это лучше, чем это было сделано. За исключением того, что я никогда бы не пожертвовал удовлетворением от нанесения смертельного удара лично. Использование прокси лишает всего удовольствия ".

"Для тебя это шутка? Конец жизни насильственным путем?"

"Ты хочешь, чтобы я притворился скорбящим? Поверьте мне, лейтенант, я мог бы вызвать огромные, удушающие и довольно великолепные слезы по вам ". Хотя ее губы продолжали улыбаться, в ее глазах играли маленькие искорки гнева. "Но я не буду. Я слишком уважаю себя и, как это случилось, тебя, чтобы делать что-то столь прискорбно очевидное. Мне не жаль, что он мертв. Я просто не убивал его ".

"И Лайнус Ким".

Вызывающее лицо Карли смягчилось. "Я не очень хорошо его знал. Но мне жаль, что он умер. Вы не верите, что он убил Ричарда, а затем повесился, иначе вас бы здесь не было. Полагаю, я тоже этого не делаю, как бы удобно это ни было. Он был маленьким человеком с кислым лицом и, по моему мнению, думал о Ричарде не больше, чем он думал об остальных из нас, актеров. Мы были частью его декораций. Повешение, это требует времени, не так ли? Не так, как с Ричардом ".

"Да. Это требует времени".

"Я не люблю страдать".

Ева подумала, что это было первое простое заявление, которое сделала женщина. "Я сомневаюсь, что тот, кто помог ему попасть в петлю, думал об этом. Вас беспокоит, мисс Ландсдаун, что трагедии случаются по трое?"

Карли начала было сделать какое-то неосторожное замечание, затем, посмотрев в глаза Евы, передумала. "Да. Да, я такой. Люди театра - народ суеверный, и я не исключение. Я не произношу название шотландской пьесы, я не насвистываю в гримерке и не желаю удачи другому исполнителю. Но "суеверный" не помешает мне вернуться на сцену в тот момент, когда нам разрешат это сделать. Я не позволю этому изменить то, как я проживаю свою жизнь. Я хотел быть актером столько, сколько себя помню. Не просто актер, - добавила она с легкой улыбкой. "Звезда. Я на своем пути, и я не собираюсь отклоняться от цели ".

"Огласка убийства Драко может просто подтолкнуть тебя к достижению этой цели".

"Это верно. Если ты думаешь, что я не воспользуюсь этим, то ты плохо меня рассмотрел ".

"Я взглянул на тебя. Хороший взгляд." Ева оглядела прекрасную комнату, в сторону потрясающего вида из окна. "Для того, кто еще не достиг этой цели, ты живешь очень хорошо".

"Мне нравится хорошо жить". Карли пожала плечами. "Мне повезло, что у меня щедрые и финансово ответственные родители. У меня есть трастовый фонд, и я им пользуюсь. Как я уже сказал, я не люблю страдать. Я не из тех, кто жаждет искусства. Это не значит, что я не занимаюсь своим ремеслом и не тружусь усердно. Я просто наслаждаюсь комфортной обстановкой".

"Драко приходил сюда?"

"Один или два раза. Он предпочитал использовать свое место. Оглядываясь назад, я вижу, что это дало ему больше контроля ".

"А вы знали, что он записывал ваши сексуальные действия?"

Это была сенсация. Теперь у Евы был свой ритм, и она распознала простой и абсолютный шок в глазах, во внезапном исчезновении цвета. "Это ложь".

"У Драко в спальне был установлен записывающий модуль. У него была коллекция личных дисков с подробным описанием определенных сексуальных партнеров. Вот один из вас, записанный в феврале. Это включало в себя использование определенного устройства, сделанного из черной кожи и ...

Карли вскочила с дивана. "Остановись. Тебе это нравится, не так ли?"

"Нет. Нет, я не знаю. Вы не знали о записи ".

"Да, я не знала", - огрызнулась Карли в ответ. "Я вполне мог бы согласиться на одно, был бы заинтригован идеей, если бы он предложил это. Но я ненавижу осознавать, что это было сделано без моего согласия. Что кучка хихикающих копов может посмотреть на это и получить кайф ".

"Я единственный коп, который пока это просматривал, и я не получил от этого никакого удовольствия. Вы были не единственной женщиной, которую он записал, мисс Ландсдаун, без ее согласия ".

"Простите меня, если мне похуй". Она прижала пальцы к глазам, пока не смогла нащупать нить контроля. "Хорошо, что я должен сделать, чтобы получить это?"

"Это в качестве вещественного доказательства, и я запечатал его. Это не будет использовано, если только это не должно быть использовано. Когда дело будет закрыто, и с вас докажут, что вы оправданы, я позабочусь о том, чтобы диск был передан вам ".

"Полагаю, это лучшее, на что я могу рассчитывать". Она глубоко вздохнула. "Спасибо тебе".

"Ср. Ландсдаун, вы нанимали нелегалов в компанию Ричарда Драко для сексуальной стимуляции или по какой-либо другой причине?"

"Я не занимаюсь нелегалами. Я предпочитаю использовать свой собственный разум, свое воображение, а не химикаты ".

Ты использовал их, подумала Ева. Но, может быть, вы не знали, что он подсыпал в тот красивый бокал шампанского.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

У Рорка были две голоконференции, межпространственная передача и совещание руководителей отделов, все они были запланированы на вторую половину дня и касались его проекта Olympus Resort. Работа над проектом продолжалась более года, и он намеревался открыть его для бизнеса к лету.

Не весь огромный планетный развлекательный курорт был бы завершен, но главное ядро с его роскошными отелями и виллами, шикарными игорными и развлекательными комплексами было бы неплохо посетить. Он водил Еву туда на часть их медового месяца. Это было ее первое путешествие за пределы планеты.

Он намеревался забрать ее обратно, без сомнения, брыкаясь и крича, поскольку межпланетные путешествия не входили в список ее любимых удовольствий.

Он хотел провести время с ней, вдали от работы. Его и ее. Не просто одна из быстрых сорока восьми часовых прогулок, на которые ему удалось ее втянуть, а настоящее время, интимное время.

Когда он оттолкнулся от своего домашнего центра управления, он повернул плечо. Это было почти исцелено и не слишком беспокоило его. Но время от времени слабый укол напоминал ему о том, как близко они оба были к смерти. Всего несколько недель назад он посмотрел на смерть, затем в глаза Евы.

Они оба сталкивались с кровавыми и жестокими концами раньше. Но сейчас на карту было поставлено нечто большее. Тот момент соединения, явная воля в ее глазах, хватка ее руки на его руке, оттолкнули его назад.

Они нуждались друг в друге.

Две потерянные души, подумал он, улучив момент, чтобы подойти к высоким окнам, которые выходили на часть мира, который он построил для себя из воли, желания, пота и сомнительно накопленных средств. Две потерянные души, чье жалкое начало превратило их в то, что казалось полярными противоположностями.

Любовь сократила дистанцию, а затем практически уничтожила ее.

Она спасла его. Ночь, когда его жизнь зависала в ее яростной и нерушимой хватке. Она спасла его, размышлял он, в первый момент, когда он встретился с ней взглядом. Каким бы невозможным это ни было, она была его ответом. Он принадлежал ей.

У него была потребность отдать ей вещи. Материальные вещи, которыми может распоряжаться богатство. Хотя он знал, что подарки чаще всего озадачивали и волновали ее. Может быть, потому что они это сделали, поправил он с усмешкой. Но в основе этой открытой отдачи лежало твердое основание для того, чтобы дать ей комфорт, безопасность, доверие, любовь. Все то, без чего они оба прожили большую часть своей жизни.

Он удивлялся, что женщина, которая была столь искусна в наблюдении, в изучении человеческого состояния, не могла видеть, что то, что он чувствовал к ней, часто сбивало его с толку и пугало так же, как и ее.

Для него все изменилось с тех пор, как она вошла в его жизнь в уродливом костюме и с холодной подозрительностью во взгляде. Он благодарил Бога за это.

Чувствуя сентиментальность, он понял. Он предположил, что это ирландский выходил из него в неожиданные моменты. Более того, он продолжал проигрывать кошмар, от которого она страдала несколько ночей назад.

Теперь они приходили реже, но все равно приходили, мучая ее сон, затягивая ее обратно в прошлое, которое она не могла толком вспомнить. Он хотел стереть их из ее памяти, искоренить их. И знал, что он никогда этого не сделает. Никогда не мог.

В течение нескольких месяцев он испытывал искушение провести полный поиск и сканирование, чтобы раскопать данные о том трагическом ребенке, которого нашли сломленным и избитым в далласском переулке. У него были навыки, и у него была технология, чтобы найти все, что можно было найти: детали, которые не смогли социальные работники, полиция, органы по делам детей.

Он мог бы заполнить пробелы для нее и, как он признал, для себя.

Но это был не тот путь. Он понимал ее достаточно хорошо, чтобы знать, что если он возьмет на себя эту задачу, даст ей ответы на вопросы, которые она не была готова задать, это причинит больше боли, чем исцелит.

Разве с ним не было того же самого? Когда он вернулся в Дублин после стольких лет, ему нужно было изучить некоторые осколки своего детства. Один. Даже тогда он лишь мельком взглянул на их поверхность. То, что от них осталось, было похоронено. По крайней мере, на данный момент, он намеревался оставить их похороненными.

Сейчас было то, что требовало его внимания, напомнил он себе. И размышления о прошлом - снова был ирландец - ничего не решили. Было ли прошлое его или Евы, это ничего не решало.

Он собрал диски и печатные копии, которые ему понадобятся для его дневных встреч. Затем заколебался. Он хотел еще раз взглянуть на нее, прежде чем уйти на целый день.

Но когда он открыл соединяющие двери, он увидел только Макнаба, запихивающего в рот то, что казалось целым бургером, в то время как компьютер гудел в фоновом режиме поиска.

"Сегодня соло, Йен?"

Макнаб дернулся из положения лежа в сидячее положение, слишком быстро сглотнул, подавился. Развеселившись, Рорк подошел и энергично хлопнул его по спине.

"Это помогает сначала прожевать".

"Да. Спасибо. Ах... Я почти не завтракал, поэтому подумал, что было бы нормально, если бы я ..."

"Моя автокефалия - твоя автокефалия. Лейтенант на месте, я так понимаю."

"Да. Она вытащила Пибоди около часа назад. Фини направился в Центральную, чтобы связать кое-какие нити. Я здесь работаю ". Затем он улыбнулся, быстро блеснув крепкими белыми зубами. "Я получил лучшую работу".

"Тебе повезло". Рорку удалось найти на тарелке Макнаба картофель фри, который не был залит кетчупом. Он попробовал его, пока изучал экран. "Бегущие бэкграунды? Опять?"

"Да, хорошо". Макнаб закатил глаза, переместившись так, что его серебряные ушные петли весело лязгнули друг о друга. "В Далласе ходят слухи о том, что между Драко и одним из игроков может быть какая-то обратная связь, какой-то бизнес, который кипел все эти годы. Я полагаю, что мы уже отсканировали все данные и нашли зиппо, но она хочет еще раз провериться, под поверхностью. Я здесь, чтобы служить. Особенно, когда в меню настоящее коровье мясо ".

"Ну, теперь, если есть какое-то дело, вы вряд ли найдете его таким образом, не так ли?"

"Я не такой?"

"Что-то старое и тлеющее, вы говорите". Учитывая такую возможность, Рорк поймал еще одного малька. "Если бы я хотел найти что-то, так сказать, давно похороненное, я бы рассчитывал на то, что под ногтями останется немного грязи".

"Я не понимаю тебя".

"Закрытые записи".

"У меня нет полномочий вскрывать запечатанные письма. У вас должна быть веская причина, и ордер, и все такое веселое дерьмо." Когда Рорк просто улыбнулся, Макнаб выпрямился, взглянул на входную дверь. "Конечно, если бы был способ обойти все это неофициально - "

"Есть способы, Йен. И есть способы."

"Да, но есть еще фактор CYA".

"Что ж, тогда нам просто нужно убедиться, что твоя задница прикрыта. Не так ли?"

***

"Даллас собирается узнать, не так ли?" Сказал Макнаб несколько минут спустя, когда они поменялись местами и Рорк сел за компьютер.

"Конечно. Но вы обнаружите, что знать и доказывать - это совершенно разные вещи, даже для грозного лейтенанта."

В любом случае, Рорку нравились его маленькие вылазки на полицейскую работу. И он был человеком, который редко видел необходимость ограничивать свои удовольствия.

"Теперь ты видишь здесь, Иэн, мы получили доступ к записанным отпечаткам пальцев и образцу ДНК твоих основных подозреваемых. Совершенно законно".

"Да, если бы я осуществлял доступ".

"Всего лишь формальность. Компьютер, сопоставь текущие идентификационные коды со всеми без исключения судимостями, гражданскими исками, включая все данные о несовершеннолетних и закрытые данные. Хорошее место для начала", - сказал он Макнабу.

Работает... Доступ к закрытым данным запрещен без надлежащего разрешения или судебного кодекса. Доступны открытые записи. Должен ли я продолжать?

"Подождите". Рорк откинулся на спинку стула, разглядывая свои ногти. Чист как стеклышко, подумал он. На данный момент. "Макнаб, будь другом, не мог бы ты принести мне немного кофе?"

Макнаб засунул руки в карманы, вытащил их, совершил быстрый мысленный танец над тонкой гранью между процедурой и прогрессом. "Um. Да, хорошо. Конечно ".

Он нырнул на кухню, заказал кофе. Он медлил. Макнаб понятия не имел, сколько времени потребуется, чтобы обойти бюрократическую волокиту и получить доступ к тому, что не должно было быть доступно. Чтобы успокоиться, он решил посмотреть, есть ли в наличии какой-нибудь пирог.

К своему великому удовольствию, он обнаружил, что у него есть выбор из шести типов, и мучился, выбирая, на какой остановиться.

"Йен, ты выращиваешь там кофейные зерна?"

"А?" Он просунул голову обратно. "Я просто... подумал, что тебе понадобится некоторое время".

Он был острым техником, подумал Рорк, и восхитительно наивным молодым человеком. "Я думаю, это может вас заинтересовать".

"Ты вошел? Уже? Но как - - Макнаб оборвал себя, поспешив обратно к столу. "Нет, лучше бы мне не знать, как. Таким образом, когда мне предъявят обвинение, я смогу заявить о своем невежестве ".

"Предъявлено обвинение и выписан штраф за что?" Рорк постучал пальцем по листу бумаги. "Вот ваш ордер на арест подозреваемых".

"Мой - " Выпучив глаза, Макнаб схватил простыню. "Это выглядит реальным. Оно подписано судьей Неттлз ".

"Так это выглядит".

"Вау. Ты не просто айс", - почтительно сказал Макнаб. "Ты гребаная Антарктида".

"Йен, пожалуйста. Ты ставишь меня в неловкое положение".

"Верно. Um. Почему я снова обратился к судье Неттлзу за ордером?"

Со смехом Рорк поднялся на ноги. "Я уверен, что вы можете придумать какую-нибудь подходящую полицейскую речь, чтобы обосновать запрос, если и когда вас попросят. Мое предложение было бы вариацией на тему "выстрел в темноте ".

"Да. Это хорошая фраза ".

"Тогда я оставляю тебя с этим".

"Хорошо. Спасибо. А, привет, Рорк?"

"Да?"

"Есть еще кое-что". Макнаб переминался с ноги на ногу в своих фиолетовых воздушных ботинках. "Это отчасти личное. Я собирался обойти это и поговорить об этом с лейтенантом, но, ну, ты же знаешь, какая она."

"Я точно знаю". Он изучал лицо Макнаба, почувствовал волну жалости, обернутую вокруг веселья. "Женщины, Йен?"

"О да. Ну, женщина, я полагаю. Я должен понимать, что такой парень, как ты, знает, как обращаться с ними, так же хорошо, как ты разбираешься в электронике. Я просто не понимаю женщин. Я имею в виду, что я их понимаю, - поспешно продолжил он. "У меня нет никаких проблем с сексом. Я просто не понимаю их, в интеллектуальном смысле. Я полагаю."

"Я вижу. Йен, если ты хочешь, чтобы я обсудил сложности и капризность женского ума, нам понадобится несколько дней и много спиртного."

"Да. Ha. Полагаю, ты сейчас торопишься ".

На самом деле, времени было мало. Там было несколько миллиардов долларов, ожидающих, чтобы их перевели, манипулировали ими и израсходовали. Но Рорк оперся бедром на угол стола. Деньги подождут. "Я полагаю, это связано с Пибоди".

"Мы, вы знаете, делаем это".

"Иэн, я понятия не имела, что ты такой безумный романтик. Виртуальный поэт".

Сухой тон Рорка заставил Макнаба покраснеть, затем ухмыльнуться. "У нас действительно потрясающий секс".

"Это прекрасно для вас обоих, и поздравляю. Но я не уверен, что Пибоди оценила бы, если бы ты поделился со мной этой информацией ".

"На самом деле дело не в сексе", - быстро сказал Макнаб, боясь, что он потеряет голос до того, как отзвучит. "Я имею в виду, это так, потому что у нас это есть. Многое из этого. И это потрясающе, так что это журнал и все такое. Вот как я представлял, что было бы, если бы я мог когда-нибудь снять с нее эту форму на пять чертовых минут. Но это похоже на это, вот и все. Каждый раз, когда мы заканчиваем, ну, вы знаете, "голый крендель", мне приходится подкупать ее едой или заставлять заниматься делом, иначе она вылетает за дверь. Или вышвырнет меня, если мы приземлимся у нее дома."

Рорк понимал это разочарование. У него была только одна женщина, которая когда-либо пыталась избавиться от него. Единственная женщина, которая имела значение. "И ты ищешь большего".

"Странно, да?" Наполовину усмехнувшись, Макнаб начал расхаживать по комнате. "Мне действительно нравятся женщины. Женщины всех сортов. Они мне особенно нравятся обнаженными".

"Кто мог бы винить тебя?"

"Именно. Итак, у меня наконец-то есть шанс попрыгать на обнаженном женском теле, и это сводит меня с ума. Я весь связан внутри, а она плывет прямо по течению. Я всегда думал, что женщины, знаете, в основном, они должны хотеть отношений в целом. Болтаешь о всякой ерунде, поэтому придумываешь всю эту красивую ложь. Я имею в виду, они знают, что ты лжешь, но они соглашаются с этим, потому что, возможно, позже тебя не будет. Или что-то в этомроде".

"Это захватывающий взгляд на динамику мужского / женского". Один из них, Рорк был уверен, заработал бы мальчику удар коленом по яйцам, если бы когда-нибудь был озвучен в смешанной компании. "Я так понимаю, Пибоди не заинтересована в приятной лжи".

"Я не знаю, чем она заинтересована; в этом все дело". Заведенный сейчас, он замахал руками. "Я имею в виду, ей нравится секс, она увлечена своей работой, она смотрит на Даллас так, будто у лейтенанта есть ответы на тайны Вселенной. Затем она уходит с этим чертовым сукиным сыном Монро в оперу ".

Это было последнее, произнесенное с сарказмом, которое заставило Рорка кивнуть. "Совершенно естественно ревновать к сопернику".

"Соперник, моя задница. Что, черт возьми, с ней не так, она ходит повсюду с этим скользким LC? Модные ужины и художественные выставки. Слушать музыку, под которую ты даже не можешь танцевать. Я должен разбить ему лицо ".

Рорк на мгновение задумался и решил, что при подобных обстоятельствах у него возникло бы искушение поступить именно так. "Это было бы удовлетворительно, без сомнения, но неизбежно разозлило бы женщину, о которой идет речь. Ты пробовал романтические отношения?"

"Что ты имеешь в виду? Нравится дурацкая чепуха?"

Рорк вздохнул. "Давайте попробуем это. Ты когда-нибудь приглашал ее на свидание?"

"Конечно. Мы видимся пару, три вечера в неделю ".

"Вон, Йен. Публично. В местах, где по закону вы оба обязаны носить какую-либо одежду ".

"Ох. Не совсем."

"Возможно, с этого стоит начать. Свидание, на котором вы бы заехали за ней в ее квартиру в согласованное время, затем отвезли ее в место, где предлагают еду и развлечения. Наслаждаясь этой едой и / или развлечением, вы могли бы попробовать завести с ней разговор, который напрямую не связан с сексом или работой ".

"Я знаю, что такое свидание", - проворчал Макнаб и почувствовал себя обманутым. "У меня нет достаточной кредитоспособности, чтобы занять ее место, как у этого ублюдка Монро".

"Ах, в этом заключается одно из чудес женского ума и сердца. Используйте свои сильные стороны, занимайте ее места, которые взывают к ее чувству приключения, романтики, юмора. Не соревнуйся с Монро, Иэн. Контрастируй с ним. Он дарит ей орхидеи, выращенные в теплицах на Флоре I, ты даришь ей маргаритки, которые ты сорвал с общественного поля в парке Гринпис ".

По мере того, как информация, идея об этом обрабатывалась, взгляд Макнаба прояснялся. Просветлел. "Эй, это хорошо. Это могло бы сработать. Думаю, я мог бы попробовать. Ты действительно вляпался в это дерьмо. Спасибо ".

"С удовольствием". Рорк поднял свой портфель. "Я всегда был азартным человеком, Иэн, и тем, кто любит выигрывать. Если бы я поставил на твой маленький треугольник, я бы поставил на тебя свои деньги ".

Эта идея настолько подняла настроение Макнабу, что он забыл о пироге на кухне и сразу приступил к работе. Он так хорошо проводил время, планируя свое первое свидание с Пибоди, что чуть не пропустил данные, которые прокручивались на экране.

"Срань господня!" Он снова вскочил на ноги, изобразил небольшой танец и схватил свой коммуникатор.

"Даллас".

"Эй, лейтенант, эй. Я думаю, у меня что-то есть. Уголовные обвинения, нападение и гражданский иск - нанесение телесных повреждений, материальный ущерб и бла-бла-бла, оба поданы Ричардом Драко в июне 2035 года. Обвинения были сняты, затем опечатаны. Гражданский иск удовлетворен в соответствии с требованиями five million smackeroonies и закрыт. Обвиняемый в обоих случаях был - "

"Как ты получил доступ к запечатанным, Макнаб?"

Он моргнул, и его разум опустел. "Как я сделал что?"

"Детектив, как вы получили доступ к закрытым записям без надлежащих полномочий или приказов первичного расследования для получения указанных полномочий?"

"Я..."

"Где Рорк?"

Даже на маленьком экране коммуникатора он мог видеть, как в ее глазах вспыхнуло пламя. "Рорк?" Хотя у него было плохое предчувствие, что было уже слишком поздно, Макнаб попытался придать своему лицу выражение невинности, замешательства и праведности одновременно. "Я не знаю. Я думаю, он где-то работает. Хм ... он был вам для чего-то нужен?"

"Он играл с тобой?"

"Нет, сэр! Абсолютно нет. Я на дежурстве".

Ее глаза смотрели с экрана коммуникатора очень долгие двадцать секунд. Он почувствовал, как пот начал жирно стекать по центру его спины.

"Я ... что касается того, как я получил доступ к данным, лейтенант, мне пришло в голову, что, ну, предыдущее прошлое было негативным, и ваши инстинкты, которые я уважаю, восхищаюсь и которым абсолютно доверяю, указывали, что что-то должно быть. Итак, я предпринял то, что вы могли бы назвать выстрелом в темноте. Вот и все, выстрел в темноте, и сообщили нашу позицию судье Неттлзу, который согласился выдать надлежащие полномочия. У меня есть ордер."

Он поднял его, помахал им. "Это подписано и все такое".

"Я просто уверен, что это так. Это вернется и укусит меня за задницу, Макнаб? Подумай хорошенько, прежде чем отвечать, потому что я обещаю тебе, что если он укусит мой, то устроит праздник пожевывания твоего ".

"Нет, сэр". Он надеялся. "Все в надлежащем порядке".

"Я в десяти минутах езды. Держите все ... в надлежащем порядке. И Макнаб, если я где-нибудь увижу отпечатки пальцев Рорка, я сверну твою костлявую шею ".

***

Первое, что сделала Ева, когда вернулась в дом, это включила домашний сканер. "Где Рорк?" она потребовала.

Рорка в настоящее время нет в помещении. В это время он зарегистрирован в своем офисе в центре города. Должен ли я направить передачу для тебя, дорогая Ева?

"Нет. Подлый ублюдок".

"Он назвал вас дорогим, сэр. Это так мило ".

"Одна из маленьких шуток Рорка. И если я услышу, что это повторяется, мне придется убить тебя ".

Она по привычке направилась вверх по лестнице. Пибоди снова вздохнула, зная, что есть множество лифтов, которые были бы рады избавить их от подъема.

Когда они вошли в офис, она из принципа ухмыльнулась Макнабу, но все же вознесла короткую молитву за его тощую шею. Она полюбила это, пусть и неохотно.

Он вскочил на ноги, протягивая ордер. "Все должным образом и официально, сэр".

Ева выхватила его, внимательно, пристально посмотрела. Напряжение в ее плечах сводило мышцу за мышцей. Она была абсолютно уверена, что за этим внезапным обилием данных стоял Рорк, но ордер пройдет проверку.

"Хорошо, Макнаб. Ты можешь жить какое-то время. Свяжитесь с Фини, подключите его к конференц-связи, и давайте посмотрим, что у нас есть ".

***

Тому, что у них было, было двадцать четыре года, но это было жестоко, мелочно, подло и провокационно.

"Итак, искушенный Кеннет здорово потрепал время на некоем Ричарде Драко".

"Действительно важный момент", - вставила Пибоди. "Он выбил два зуба, сломал нос, ушиб ребра и умудрился сломать несколько предметов мебели, прежде чем охрана вошла в дверь и вытащила его".

"В гражданском иске говорится, что Драко не мог работать в течение трех недель, испытал эмоциональный ущерб, крайнее смущение, физическую травму и, что лично мне больше всего нравится, потерю консорциума. Против Стайлза были выдвинуты как уголовные обвинения, так и гражданский иск под его именем при рождении, Стиппл, которое он юридически сменил на свой нынешний сценический псевдоним сразу после урегулирования иска."

Ева прокрутила новые данные в уме. "Он заключил сделку с Драко, чтобы принять оплату, и я готов поклясться, что это было больше, чем вышеупомянутые пять миллионов придурков, чтобы согласиться на то, чтобы все это было запечатано. Средства массовой информации не получили информации об этом, и это тоже должно было дорого стоить ".

"Двадцать четыре года назад", - указала Пибоди. "Ни один из них не был известным именем. Но из того, что мы знаем о Драко, он бы пожаловался прессе, если бы это не стоило того, чтобы он этого не делал."

"Он мог выплеснуть это в любой момент. Мог бы продолжать держать это над головой Стайлза. Плохо для сложившегося имиджа ". Она все еще качала головой. "Я не могу представить, чтобы Стайлз чрезмерно беспокоился о том, что это выйдет наружу сейчас. Он признанная знаменитость. Он мог превратить это в позитив. "Ах, моя буйная юность" или что-то в этомроде. Вот почему он сломал яйца Драко, это ключ."

Она проверила свое наручное устройство, прикинула углы. "Макнаб, продолжай поиск и сканирование. Если вы обнаружите что-нибудь еще интересное, передайте это мне или Фини. Я буду в Центральном. Фини? Зарезервируйте для нас комнату для допросов, первую попавшуюся."

"Ты тащишь его сюда?" - Спросил Фини.

"Да. Давайте посмотрим, как он выступает на моей сцене. Пибоди, пусть диспетчер пришлет несколько человек в форме на адрес Кеннета Стайлза. Я хочу, чтобы он прокатился в черно-белом ".

Она начала уходить, пока Пибоди искала свой коммуникатор.

"Эй, Пибоди, одну минуту".

Она заколебалась, оглянулась через плечо. "Я занят, Макнаб".

"Да, да". Он схватил ее за руку, дернул.

"Прекрати это". Но ее собственная рука потянулась назад и быстро сжала его ягодицу. "У меня есть настоящая полицейская работа".

"Вы, полицейские в форме, хотели бы только уметь танцевать полицейский танец, как мы, ЭДДы. Слушай, ты хочешь пойти куда-нибудь сегодня вечером?"

Когда он прижимался к ней, ей всегда удавалось повысить коэффициент вожделения. "Думаю, я мог бы зайти после смены".

Он чуть не проговорился на этом, когда образ ее без униформы всплыл в его сознании. Тем не менее, Рорк не сказал, что они не могли заняться сексом после свидания. "Нет, я думал, мы могли бы сходить куда-нибудь".

"Слишком холодно, чтобы заниматься сексом на открытом воздухе".

Он открыл рот, снова закрыл его, когда образ в его сознании переключился на то, как они с Пибоди голышом катаются в тени Центрального парка. Если бы их не ограбили, не зарезали ножом или не убили, это было бы невероятно.

"Ты думаешь только о сексе? Не то чтобы я против этого, но как насчет того, чтобы сходить в клуб Nexus, послушать музыку. Я заеду за тобой в восемь ".

"Забрать меня? Ты заедешь за мной?"

"Это даст тебе время измениться". Это было интересно, подумал он, видя, как она смотрит на него так, словно у него выросло третье ухо в центре лба.

"Пибоди! Шевели своей задницей!"

"Тебе лучше уйти". Он улыбнулся, когда раздраженный голос Евы загремел вверх по лестнице. "Я поймаю тебя позже".

И поскольку ему повезло, он прижался своим ртом к ее губам, посасывая, пока поцелуй не прервался с влажным, сексуальным звуком.

Пибоди отшатнулась и, пошатываясь, вышла за дверь.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Ева схватила чашку кофе и была вынуждена довольствоваться энергетическим батончиком, поскольку похититель конфет снова ударил ее. При первой же возможности, которая ей представилась, она расставила ловушку для подлого ублюдка. Но в данный момент у нее были другие приоритеты.

Она добралась до места для допроса и по дороге забрала Фини.

"Этот парень любит ролевые игры", - начала Ева. "Я не хочу давать ему шанс зацепиться за тип характера. Давайте нарушим его ритм ".

"На этот раз я хочу быть плохим полицейским".

"Фини, ты- " Она остановилась, понюхала воздух. "Что это за запах?"

Фини ссутулил плечо. "Я ничего не чувствую. Я забираю плохого полицейского ". Он сказал это так решительно, что Ева закатила глаза, затем пожала плечами.

"Ладно, прекрасно. Я начну с того, что буду вежлив и рассудителен, а потом мы его зажмем. Если у него есть адвокат ... " Она снова принюхалась, нюхая воздух, как ищейка, в то время как другие копы и сотрудники Центрального управления проходили мимо. "Пахнет, я не знаю, зеленью", - решила она. "Как салат".

"Я не знаю, о чем ты говоришь. Давай сосредоточимся, хорошо? Парень выматывает кого-то до чертиков, как этот, у него вспыльчивый характер. Давайте посмотрим, сможем ли мы разогреть это ".

"Прекрасно". Когда они сошли с трапа, она наклонилась и понюхала Фини. "Привет, это ты".

"Заткнись, Даллас".

Теперь она усмехнулась, когда задняя часть шеи, которую она только что понюхала, стала вишнево-красной. "Почему от тебя пахнет, как от изысканного зеленого салата, Фини?"

"Успокойся, ладно? Христос". Он бросал взгляды направо и налево, пока не убедился, что никто не был достаточно близко, чтобы услышать. Затем он понизил голос до невнятного шепота, на всякий случай. "Смотри, моя жена подарила мне это на нашу годовщину".

"Ты должен был заправлять салат-латук и прочее, Фини".

"Это не заправка для салата, это одеколон".

"От тебя так вкусно пахнет, что хочется съесть".

Его рот искривился чем-то средним между рычанием и насмешкой. "Да, это то, что она говорит. Потише, ладно? Я не мог выйти из дома этим утром, не надев его, иначе я бы ранил ее чувства. Нужно подойти довольно близко, чтобы уловить это, но чертова дрянь длится часами. Я весь день катался по лестницам и планкам. Я не могу рисковать лифтом ".

"Боже, это действительно мило, Фини. Может быть, ты мог бы сказать ей, что хочешь приберечь это для особых случаев ".

"Ты думаешь, она влюбилась бы в это? Даллас, ты не понимаешь женщин ".

"Это привело меня туда". Они завернули за угол и увидели, как Пибоди возле "Интервью три" разговаривает с другим полицейским. Ева узнала высокого молодого полицейского, кивнула ему, когда он повернулся, увидел ее, покраснел.

"Ну, это офицер Трухарт. Как дела?"

"Все идет хорошо, лейтенант. Подозреваемый внутри."

"Субъект", - поправила Ева. "На данный момент мы не называем его подозреваемым". Она наблюдала, как он осознал разницу в процедуре. Она чувствовала исходящий от него запах новичка так же отчетливо, как запах одеколона Фини. "Просил ли субъект адвоката или представителя?"

"Нет, сэр. Я думаю- - Он оборвал себя, выпрямил свою и без того солдатскую спину. "Прошу прощения, лейтенант".

"Тебе позволено думать, Верное Сердце. На самом деле, мы поощряем здесь размышления ". Она с некоторой горечью вспомнила его первого тренера, который отбил охоту не только к мышлению, но и к человечности. "Дай мне свою долю".

"Да, сэр. Что ж, сэр, я думаю, он слишком безумен, чтобы просить о защите в данный момент. Сумасшедший, лейтенант, к тому же он хочет провести с вами несколько раундов. По моему мнению. Субъект упоминал о вас в ... подстрекательских выражениях во время транспортировки ".

"И здесь я планировала быть с ним милой. Будь наготове, Верное Сердце. Вы можете перейти к наблюдению, если хотите. Нам нужно, чтобы вы перевезли объект, тем или иным способом, после допроса ".

"Да, сэр, спасибо вам, сэр. И я хотел бы выразить свою признательность за вашу помощь в моем переводе из отдела особо строгих мер в Центральное управление ".

"Перевод был легким, Верное Сердце. Оставаться здесь будет зависеть от вас. Мы договорились?" она спросила Пибоди и Фини.

Она открыла дверь, вошла внутрь.

Стайлз сидел за маленьким столиком, скрестив руки на груди, с мятежным выражением лица. Он послал Еве один стальной взгляд. "И в чем смысл этого безобразия, лейтенант Даллас? Я хочу объяснения, почему двое полицейских в форме вывели меня из моего дома и затолкали на заднее сиденье полицейской машины ".

"Пибоди, сделай пометку поговорить с упомянутыми офицерами в форме. Никаких толчков ".

"Так принято к сведению, сэр".

"Запись включена", - сказала она, направляясь к столу. "Интервью с субъектом Кеннетом Стайлзом по делу номер HS46178-C. Даллас, лейтенант Ева, в качестве основной. Также присутствуют Фини, капитан Райан, и Пибоди, офицер Делия. Мистер Стайлз, вы были проинформированы о ваших правах и обязанностях в этом вопросе?"

"Полицейский с персиковым пушком на подбородке декламировал стандарт. Я хочу знать - "

"И вы понимаете эти права и обязанности, мистер Стайлз?"

Он показал свои зубы. "Я не кретин; конечно, я их понимаю. Я настаиваю - "

"Я приношу извинения за причиненные неудобства". Она откинулась на спинку стула, попробовала улыбнуться. Не было необходимости повторять исправленную версию Миранды и напоминать ему, что он мог позвать адвоката. "Я понимаю, что это неприятно для вас, еще раз приношу извинения за неудобства и постараюсь ускорить это интервью".

Фини резко фыркнул, так что Ева послала ему быстрый, обеспокоенный взгляд, который заставил Стайлза заерзать на своем месте.

"О чем это?" - Потребовал Стайлз. "Я имею право знать, почему меня притащили сюда, как обычного преступника".

"Тебе зачитали твои права, Стайлз". Голос Фини был отрывистым и резким. "Теперь мы те, кто задает вопросы".

"Я уже ответил на вопросы. Я не знаю ничего, кроме того, что я уже сказал лейтенанту Даллас."

"Я полагаю, ты тоже ничего не знаешь о том бедняге, который закончил тем, что болтался за шею в паре футов над полом".

"Фини". Ева подняла руки в знак мира. "Легко".

Фини скрестил руки на груди и попытался выглядеть солидным. "Он продолжает дергать меня за цепь, я тяну его за спину".

"Давайте остановимся на минутку. Хочешь немного воды?"

Стайлз моргнул, глядя на нее, сбитый с толку. Он был готов вцепиться в Еву, а теперь она бросала на него сочувственные взгляды и предлагала ему воду. "Да, да, я бы так и сделал".

"Почему бы тебе не предложить ему перекусить, пока ты за этим?"

Не обращая внимания на Фини, Ева встала, чтобы наполнить маленькую чашку чуть теплой водой. "Мистер Стайлз, появилась кое-какая новая информация, касающаяся твоих отношений с Ричардом Драко."

"Какая новая информация? Я говорил тебе - "

"Я сказал, что мы задаем вопросы". Фини наполовину привстал со своего стула. "Вы не сказали нам приседать. Ты не сказал нам, что разбил Драко лицо, не так ли? Парень отправил другого парня в больницу, может быть, он найдет способ вернуться и предать его земле ".

"Я не понимаю, о чем ты говоришь". Голос Стайлза был ровным, но его рука слегка дрожала, когда он брал чашку с водой.

"Мистер Стайлз, я хочу предупредить тебя, что за ложь на допросе предусмотрено очень суровое наказание." Ева наклонилась вперед, чтобы Стайлз сосредоточился на ее лице. "Вы не хотите такого рода неприятностей; поверьте мне на слово. Ты сотрудничаешь со мной, и я собираюсь сделать все, что в моих силах, чтобы исправить это. Если ты не будешь откровенен со мной, я не смогу тебе помочь. И тебе будет трудно помочь себе ".

"Парень - трус", - сказал Фини с отвращением. "Выводит Драко из игры, но прикрывается для этого какой-то бедной женщиной".

"Я никогда - " Мятеж в глазах Стайлза сменился ужасом. "Боже мой, ты не можешь поверить, что я действительно организовал смерть Ричарда. Это абсурд".

"По крайней мере, у него когда-то было немного мужества", - продолжил Фини и намеренно хрустнул костяшками пальцев в трех неприятных негромких щелчках. "Использовал свои собственные руки, чтобы ударить Драко по лицу. Должно быть, это действительно вывело его из себя, да, Стайлз. Вы, парни-актеры, придираетесь к своим красивым лицам ".

Стайлз облизал губы. "Я не имел абсолютно никакого отношения к смерти Ричарда. Я рассказал тебе все, что знаю об этом ".

Ева положила руку на плечо Фини, словно пытаясь удержать его, затем со вздохом поднялась. "Досье, офицер Пибоди. Печатная копия ".

"Да, сэр". Сохраняя невозмутимое выражение лица, Пибоди протянула Еве папку.

Ева села с книгой, открыла ее, дала Стайлзу возможность прочитать столько, сколько он смог прочитать вверх ногами. И наблюдал, как его лицо побледнело. "У меня здесь документы, относящиеся как к уголовным, так и к гражданским искам, в которых вы участвуете как обвиняемый".

"Эти вопросы были решены много лет назад. Годы. И запечатанный. Меня заверили, что они запечатаны ".

"Это убийство, приятель". Рот Фини скривился в усмешке. "Печать сломана".

"Давай дадим парню шанс освоиться с этим, Фини. Мистер Стайлз, нам было разрешено снять печать в связи с ходом этого расследования ".

"Вы не обязаны давать ему объяснения".

"Давай просто сделаем все гладко", - пробормотала Ева Фини. "Вас обвинили в нападении на Ричарда Драко, причинившем обширные телесные повреждения, психическую и эмоциональную травму".

"Это было двадцать четыре года назад. Ради Бога."

"Я знаю. Я понимаю это. Но... вы указали мне в вашем предыдущем заявлении, в протоколе, что у вас с покойным не было явных трудностей. И все же..." Сказала Ева, позволив тишине повиснуть на мгновение. "Однажды вы были вынуждены напасть на него достаточно серьезно, что привело к его госпитализации, вашему аресту и гражданскому иску на семизначную сумму".

Бумажный стаканчик смялся в руке Стайлза. Полетели маленькие капли воды. "Все было решено".

"Смотри, Кеннет". Теперь она называла его по имени, устанавливая близость. "Дело в том, что все, что я выяснил о Драко, указывает на то, что он жалкий сукин сын. Я должен понять, что у тебя были причины на него напасть. Благое дело. Вас серьезно спровоцировали. Вы не производите впечатления жестокого человека ".

"Я не такой". Блеск утонченности превратился в блеск пота. Это отразилось на его лице, когда он кивнул Еве. "Нет, я не такой. Конечно, я не такой ".

Фини снова фыркнул. "Я куплю это. У него даже не хватило наглости ударить самого Драко."

"Я не убивал Ричарда!" Голос Стайлза повысился, прогремел, когда он посмотрел на Фини. "Я не имел к этому никакого отношения. Что случилось раньше, Боже милостивый, я был едва ли старше мальчика ".

"Я понимаю это, мистер Стайлз. Ты был молод, тебя спровоцировали". В голосе Евы прозвучало сочувствие. Она встала, налила воды в другую чашку и вернула ее ему. "Расскажи мне, как это произошло. Почему это произошло. Все, что я хочу сделать, это прояснить это, чтобы вы могли вернуться домой ".

Стайлз закрыл глаза, медленно втянул воздух, выпустил его. "Мы оба начали проявлять себя в театре, в небольших региональных театрах. Не слишком заметный результат, конечно, но мы только начинали. Мы оба стремились в Нью-Йорк. В те дни Бродвей переживал бурное возрождение ".

Его голос немного потеплел, когда он вспомнил свою молодость, это чувство предвкушения, неуязвимости. Краска вернулась к его щекам. "Это было возвращение к огням, гламуру, блеску после разрушений, вызванных Городскими войнами. Люди искали развлечений, побега и, я полагаю, героев, которые не носили оружия. Мы были тесным и, возможно, высокомерным кругом. Это было бурное время, лейтенант, возрождение. С нами обращались как с членами королевской семьи. За кулисами мы прожили очень насыщенные жизни. Слишком много жизней. Секс, нелегалы, роскошные вечеринки ".

Он снова взял свою воду, сделал большой глоток. "Это погубило некоторых из нас. Я бы сказал, что это погубило Ричарда. Он упивался славой, излишествами. Это никогда не влияло на его работу, в этом был его гений, но за сценой он предавался всем возможным порокам. К нему относились жестоко, особенно по отношению к женщинам. Он раздавил не одного на своем пути. Ему нравилось хвастаться этим, заключать пари о том, какая женщина будет у него следующей. Я нашел это ... неприятным ".

Он прочистил горло, отодвинул свою чашку. "Там была женщина, девочка, на самом деле. Мы встречались друг с другом. Это было несерьезно, но мы наслаждались обществом друг друга. Затем Ричард начал охоту. Он преследовал ее, заманил и, в конце концов, погубил. Когда он бросил ее, это сломало ее. Я пошел в ее квартиру. Я не знаю, какой инстинкт направил меня туда. Когда я нашел ее, она... она была на грани самоубийства. Она уже перерезала себе вены. Я отвез ее в медицинский центр. Я..."

Он замолчал, поколебался, затем продолжил с очевидным трудом. "Они спасли ее, но что-то внутри меня оборвалось, когда я посмотрел на нее, лежащую там, такую бледную, такую использованную. Я напился, потом пошел за Ричардом ".

Стайлз провел руками по лицу. "Я мог бы убить его той ночью. Я признаю это. Но люди из соседних квартир остановили меня. Позже я понял, каким бесполезным был этот жест. Это ничего не изменило и дорого мне обошлось. Вместо того, чтобы навредить Ричарду, я могла бы разрушить свою собственную карьеру, свою собственную жизнь. Я отдаю себя на его милость, понимаете. Он согласился на соглашения и печати, чтобы защитить свой собственный имидж. У меня была причина быть благодарной, что он был просто настолько эгоистичен. Мне потребовалось три года, чтобы погасить иск с безжалостными процентами. Тогда я оставляю это позади ".

"Сдается мне, у тебя было достаточно причин ненавидеть этого сукина сына", - вставил Фини.

"Возможно". Теперь, когда история была рассказана, Стайлз кивнул более уверенно. "Но ненависть отнимает огромное количество времени и энергии. Я предпочитаю использовать свое в более позитивных каналах. У меня есть все, что я хочу; я наслаждаюсь своей жизнью. Я бы никогда больше не стал рисковать из-за таких, как Ричард Драко ".

"Не такой риск, когда вкладываешь нож в руки женщины".

Стайлз вскинул голову. Его глаза горели. "Я не использую женщин. У меня было почти двадцать пять лет, чтобы усвоить урок, лейтенант. Ричард Драко перестал иметь для меня значение очень давно ".

"Что случилось с женщиной?"

"Я не знаю". Он испустил тяжелый вздох, полный сожаления. "Она перестала быть частью моей жизни. Я полагаю, тот факт, что я знал, что произошло, мешал ей находиться рядом со мной, поддерживать нашу дружбу ".

"Мне кажется, она была бы благодарна".

"Она была, лейтенант. Но, как и я, она должна была оставить этот инцидент, все это, позади. Вскоре после инцидента я поехал в Лондон, работал там, а затем в Калифорнии, в Канаде. Мы не поддерживали связь, и я больше никогда о ней не слышал ".

Удобно, подумала Ева. Может быть, просто немного слишком удобно. "Как ее звали?"

"Это необходимо?"

"Вы рассказываете печальную историю, мистер Стайлз. Действенный. Но здесь нет никого, кто мог бы это подтвердить. Как ее звали?"

"Аня Карвелл". Он оглянулся в прошлое, затем опустил взгляд на свои руки. "Ее звали Аня. Я сказал вам все, что мог ".

"И еще кое-что. Где вы были вчера утром между десятью и одиннадцатью часами?"

"Вчера? В это время я делаю свою ежедневную зарядку. Оживленная прогулка по парку".

"Кто-нибудь может это подтвердить?"

"Я был один". Его голос снова был холоден. Самообладание возвращалось, но оно было более контролируемым. "Меня еще будут задерживать? Мне нужно посетить поминальную службу ".

"Вам рекомендуется не покидать город". Ева изучала его лицо. Что-то было не так, но она не могла указать пальцем, что именно. "Любая попытка сделать это приведет к немедленному выдаче ордера на ваше задержание".

Она поднялась, подавая знак к Наблюдению и Верному Сердцу.

"Офицер отведет вас обратно в вашу квартиру. О, мистер Стайлз, еще кое-что напоследок. У вас когда-нибудь была возможность беседовать с Лайнусом Кимом?"

"Квим?" Стайлз поднялся на ноги, провел тыльной стороной пальцев по лацкану пиджака. "Нет. Никто не разговаривал с Квимом. Он презирал людей моей профессии. Странный маленький человечек. Я не удивлюсь, если вы обнаружите, что он подменил ножи. Он действительно терпеть не мог актеров ".

***

"Пибоди, начинай разыскивать Аню Карвелл".

"Мне не нравится, как это звучит", - прокомментировал Фини. "Слишком скользкий".

"Да, я ждал, когда зажжется свет и заиграет музыка. Тем не менее, все могло закончиться примерно так, как он сказал ".

"Даже если бы это произошло, это ничего не меняет. У него был стояк из-за Драко, большой, толстый. Он производит на меня впечатление человека, который пережевывал бы это по меньшей мере два десятилетия ".

"Мне нравится, что он умеет планировать на долгосрочную перспективу", - согласилась Ева. "Тот, кто хранит пренебрежение и раздражение в маленьких коробочках. И как человек, который не хотел бы пачкать руки, во второй раз ".

Но что-то было не так. Детали опущены или добавлены. "Посмотрим, как выяснится связь с Карвеллом", - решила она. "Он оставлял пробелы, выбирая то, что он хотел нам сказать, как он хотел, чтобы это было сказано. Реклама, - задумчиво произнесла она. "Разве не так они это называют? Он хорошо с этим справился ".

"Я думаю, он был влюблен в Аню". Пибоди достала устройство на ладони, но еще не начала сканирование. "Это имеет значение, если бы он был".

Ева отбросила свои собственные мысли, повернулась к своему помощнику. "Откуда ты это взял?"

"Это было то, как он говорил о ней, прежде чем начал обдумывать это, прежде чем он начал выбирать свой путь. В его глазах появилось это выражение. Задумчивый".

Ева засунула большие пальцы рук в передние карманы. "У него был задумчивый взгляд в глазах?"

"Да, всего на минуту он действительно подумал о ней, о том, как это было, или о том, как он хотел, чтобы это было. Я думаю, она была любовью всей его жизни. Когда у тебя есть что-то из этого, это с тобой что-то делает ".

"Дайте определение вещам"

"Это заставляет тебя думать о них, даже когда ты занимаешься рутинными делами. Это заставляет вас хотеть защитить их, сделать их счастливыми и в безопасности. Ты знаешь", - сказала Пибоди с некоторым разочарованием. "У тебя есть один".

"Один что?"

"Любовь всей твоей жизни, боже, Даллас. Но, видишь ли, ты - любовь его правой спины. Все было по-другому, потому что она бросила его ради Драко. Если бы ты сошла с ума и бросила Рорка ради кого-то, как ты думаешь, что бы он сделал?"

"До или после этого кто-то был не более чем пятном на подошве ботинка Рорка?"

"Видишь?" Довольный, Пибоди ухмыльнулся. "Если у тебя есть любовь всей твоей жизни, ты знаешь". Она сделала паузу, шмыгнула носом. "Что-то пахнет действительно вкусно".

"Просто продолжайте идти", - быстро приказал Фини. "Если теория такова, что Стайлз был привязан к этой женщине Карвелл, как это меняет картину?"

"Потому что ты никогда не забудешь любовь всей своей жизни. Вот и все определение, не так ли? У тебя есть только один. Так что та часть о том, что он потерял с ней связь, была чушью ".

"Мне это нравится. Если мы обнаружим, что у Стайлза был какой-то контакт с женщиной, у нас будет мотив, охватывающий четверть века. Обстановка устраивает его в обоих убийствах. У него была возможность".

"Это все косвенные улики", - напомнил ей Фини.

"Да, но мы накопили достаточно, мы могли бы выудить из него признание. Найди женщину, Пибоди. Если столкнешься с препятствиями, свяжись с Макнабом по этому поводу. Фини, как ты относишься к тому, чтобы пойти на пышную поминальную службу?"

"Моей жене нравится, когда я общаюсь локтями со знаменитостями".

"Пибоди, мы на месте преступления".

"Да, сэр". Она смотрела, как они уходят, и ей внезапно захотелось большого, жирного салата.

***

Жена Фини была в бреду. Присутствовали исполнители из всех средств массовой информации. Служба состоялась в Radio City. Хотя Драко никогда не выступал там, в его гламурном стиле ар-деко была как раз подходящая атмосфера. Поговаривали, что агент Драко нанял компанию top Mourner's Association, чтобы организовать дело.

И поскольку технически это было последнее выступление Драко, он снял 15 процентов от общей суммы.

На огромных экранах мелькали десятки изображений Драко. На боковой сцене шло голографическое представление, где Драко в полном костюме защищал страну и женщин с мечом и причудливыми движениями ног.

За двести пятьдесят долларов за порцию могли присутствовать тысячи счастливых фанатов. Остальные были приглашенными гостями.

Там были моря цветов, острова людей в изысканном черном, потоки зевак, которые, несмотря на опубликованный запрос, были заняты увековечиванием события на диске.

На главной сцене, на белом пьедестале, был сам Драко, покоящийся в гробу из бледно-голубого стекла.

"Адское зрелище".

Ева просто покачала головой. "Они продают сувениры. Ты видел? Маленькие куклы Драко, футболки ".

"Нет ничего лучше свободного предпринимательства", - сказал Рорк у нее за спиной. Она повернулась, оглядела его с ног до головы.

"Почему ты здесь?"

"Лейтенант, вы забыли? Покойный встретил свой конец, играя главную роль в пьесе в моем театре. Как я мог остаться в стороне? Кроме того..." Он похлопал по карману своего элегантного костюма. "Я получил приглашение".

"Я думал, у тебя весь день встречи".

"Преимущество быть ответственным... быть ответственным. Я потратил час ". Слегка положив руку ей на плечо, он обвел взглядом толпу, огни, экраны. "Ужасно, не правда ли?"

"И еще кое-что. Фини, давай разделимся, посмотрим, что мы видим. Я буду ждать вас у главного входа через час ".

"Ты понял". Он заметил несколько лиц, знакомых ему по экрану, и банкетный стол. Нет причин, по которым он не мог видеть то, что он видел с набитым ртом.

"Рорк, если бы я бросил тебя двадцать пять лет назад, ты бы все еще переживал из-за этого?"

Он улыбнулся, погладил ее по волосам. "Трудно сказать, поскольку я бы потратил это время, преследуя тебя и превратив твою жизнь в сущий ад".

"Нет, серьезно".

"Кто сказал, что я не был?" Он взял ее за руку, повел сквозь толпу.

"Давай притворимся, что ты кто-то менее раздражающий".

"Ах. Хорошо. Если бы ты разбил мое сердце, я бы попытался собрать осколки и восстановить свою жизнь. Но я никогда не забуду тебя. Что у тебя есть?"

"У Пибоди есть теория о любви, любви всей твоей жизни. Я играю с этим ".

"Я могу сказать тебе, ты мой".

"Никаких поцелуев", - прошипела она, видя намерение в его глазах. "Я здесь на дежурстве. Вот Майкл Проктор. Улыбается. Я просмотрел его финансовые документы, и он заплатил более десяти тысяч за ту стоматологическую работу, в то время как он живет в хлеву. Он болтает вон с той привлекательной женщиной. Сейчас он не выглядит таким потрясенным или неуклюжим ".

"Он разговаривает с Марчиной, одним из ведущих кинопродюсеров в своем бизнесе. Может быть, ваш мальчик надеется на смену карьеры ".

"Менее недели назад сцена была его жизнью. Интересно. Давайте посмотрим, как он держится ".

Она прокладывала себе путь, отметила момент, когда Проктор увидел ее. Его глаза расширились, голова поникла, а плечи ссутулились. Вуаля-чанго, подумала Ева, из жизнерадостного ведущего в мгновение ока превратился в неуклюжего второго ведущего. Магия театра.

"Проктор".

"Ах, ах, лейтенант Даллас. Я не знал, что ты будешь присутствовать ".

"Я передвигаюсь". Она намеренно осмотрела зал. "Я думаю, Квим не может ожидать такого рода проводов".

"Квим? О." У него хватило изящества, или умения, покраснеть. "Нет, нет, я полагаю, что нет. Ричард был... его знали и уважали очень многие люди ".

"Многие из них, несомненно, поднимают за него тост". Она наклонилась, изучая красивые пузырьки в бокале, который он держал. "С первоклассным шампанским".

"Он и не ожидал меньшего". Это от женщины, которую Рорк опознал как Марцину. "Это событие подходит ему идеально". Она перевела взгляд через плечо Евы, затем просияла. "Рорк! Я подумал, увижу ли я тебя здесь ".

"Марчина". Он подошел и легонько поцеловал ее в щеку. "Ты хорошо выглядишь".

"Я в полном порядке. Даллас, - сказала она через мгновение и пригвоздила Еву своим острым взглядом. "Конечно. Это, должно быть, ваша жена. Я много слышал о вас, лейтенант."

"Прошу меня извинить", - сказал Проктор.

"Не убегайте из-за меня", - сказала Ева Проктору, но он уже отодвигался.

"Я вижу друга". Он нырнул в толпу, как человек, прыгающий за борт.

"Я полагаю, вы на дежурстве?" Марчина скользнула взглядом по брюкам Евы и удобной куртке. "Вы расследуете смерть Ричарда".

"Это верно. Не могли бы вы рассказать мне, о чем вы с Проктором говорили?"

"Он подозреваемый?" Поджав губы, Марчина посмотрела туда, где исчез Проктор. "Очаровательно. На самом деле, это был обычный деловой разговор. У Майкла подходящий внешний вид для экранного проекта, который я собираю. Мы обсуждали возможность его приезда в Нью-Лос-Анджелес на несколько дней ".

"И это он?"

"Возможно. Но он привержен своей нынешней игре. Он с нетерпением ждет возможности занять место Ричарда на сцене. Не то чтобы он выразился так уж бестактно. Мои люди будут разговаривать с его людьми, так сказать, в течение следующей недели или двух, чтобы посмотреть, сможем ли мы что-нибудь придумать. Он надеялся, что театр очень скоро вновь откроется".

***

В ту минуту, когда Ева вышла на улицу, она глубоко вдохнула воздух, насыщенный вонью дыма от глайдкартов, крича от шума уличного и воздушного движения. Она предпочла его сладко пахнущему воздуху внутри.

"Проктор не позволит Драко остыть, прежде чем он примерит его ботинки".

"Он видит возможность", - прокомментировал Рорк.

"Да. Убийца сделал то же самое ".

"Точка зрения принята". Он провел кончиком пальца по вмятине на ее подбородке. "Возможно, я немного опоздаю сегодня вечером. Я должен быть дома к восьми ".

"Хорошо".

"У меня есть кое-что для тебя".

"О, да ладно." Когда он полез в карман, она сунула руки в свои. "Сейчас не время и не место для подарков".

"Я вижу. Тогда, я думаю, я просто оставлю это для себя ".

Вместо шкатулки с драгоценностями, которую она ожидала увидеть, он вытащил огромную плитку шоколада. Ее рука метнулась из кармана, выхватила его.

"Опять же", - пробормотал Рорк.

"Ты купил мне шоколадный батончик".

"Я знаю путь к вашему сердцу, лейтенант".

Она сорвала обертку, надкусила. "Я думаю, ты понимаешь. Спасибо ".

"Это не ужин", - сказал он, прищурившись. "Но если ты сможешь подождать, мы выпьем немного вместе, когда я вернусь домой".

"Конечно. У тебя есть транспо?"

"Я пойду пешком. Сегодня хороший день ". Он поймал ее лицо и поцеловал, прежде чем она смогла сказать ему не делать этого.

Жуя конфету, она смотрела, как он уходит. И думала, что она точно понимает, что Пибоди имела в виду под любовью всей жизни.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Мира изучила запись интервью с Кеннетом Стайлзом. Она потягивала чай, пока Ева ходила взад-вперед. Еще через пять минут она была бы на пути домой. Ева поймала ее, когда она запирала дверь.

Теперь она бы опоздала. Эта мысль промелькнула в глубине ее сознания, когда она сосредоточилась на интервью. Ее муж понял бы, особенно если бы она сделала небольшой крюк по дороге и купила упаковку его любимого мороженого.

Она давно научилась хитростям и балансу сочетания требовательной карьеры и успешного брака.

"Вы с Фини - отличная команда для проведения интервью", - прокомментировала она. "Вы хорошо понимаете друг друга".

"Мы делали это некоторое время". Ева хотела поторопить Миру, но знала лучше. "Я думаю, он практиковался в том, чтобы выглядеть крутым в зеркале".

Это вызвало улыбку. "Я полагаю, что да. Учитывая его спокойное выражение лица, это удивительно эффективно. Прав ли я, предполагая, что вы не верите, что Стайлз рассказал всю правду?"

"Ты когда-нибудь ошибался?"

"Время от времени. Вы ищете эту Аню Карвелл?"

"Пибоди выслеживает ее".

"У него были и остаются сильные чувства к ней. Я бы сказал, что она стала для него поворотным моментом. Если бы это был сборник рассказов, женщина пришла бы к нему после того, как он защитил ее. Жили долго и счастливо. Но - "

"Она не хотела его".

"Или недостаточно любила его, чувствовала себя недостойной, униженной, со шрамами". Мира подняла руку. "Существует бесчисленное множество причин, по которым она и Стайлз не подходили друг другу. Не наблюдая за ней, я не мог сказать. Тем не менее, тебя интересует эмоциональное и психическое состояние Стайлза ".

"Идея Пибоди в том, что эта женщина была любовью всей его жизни, и из-за этого он никогда бы полностью не потерял с ней связь".

"Я думаю, у Пибоди хорошие инстинкты. Он защищал ее, защищал. Мужчина с его чувством театра или драмы был бы склонен ставить себя в роль героя, а она - его девицу в бедственном положении. Вполне возможно, что он все еще делает это ".

"Она - ключ", - пробормотала Ева. "Может быть, не ключ, но ключ". Засунув руки в карманы, она подошла к окну Миры. Сегодня она чувствовала себя замкнутой и не могла сказать почему. "Я этого не понимаю", - сказала она наконец. "Женщина отмахивается от него, спит с другим парнем, настолько привязывается к этому другому парню, что, когда он ее бросает, она пытается покончить с собой. И все равно Стайлз помешан на ней. Он избивает Драко до полусмерти, сам попадает под арест, с него снимают кожу в гражданском иске. И когда он говорит о ней двадцать пять лет спустя, он смягчается. Почему он не ожесточен? Почему он не злится? Он что, глушит меня здесь?"

"Я не могу сказать с абсолютной уверенностью. Он талантливый актер. Но моя оценка на данный момент - нет, что касается его чувств к женщине, он не глушит вас. Ева, человеческое сердце - это тайна, которую мы никогда полностью не разгадаем. Ты ставишь себя на место этого человека. Это одно из твоих умений, которое делает тебя таким хорошим в том, что ты делаешь. Но вы не можете полностью проникнуть в его сердце. Вы бы посмотрели на эту женщину и увидели слабость ".

Мира отпила еще чаю, когда Ева повернулась. "Она была слаба. Слабый и беспечный".

"И довольно молод, я полагаю, но это к делу не относится. Ты смотришь на любовь по-другому, потому что ты сильный и из-за того, где и в ком ты это нашел. Любовь всей твоей жизни, Ева, никогда бы не предала тебя, не причинила тебе боли и, что важнее всего, никогда бы тебя не подвела. Он принимает тебя таким, какой ты есть, абсолютно. Как бы сильно вы его ни любили, я не думаю, что вы полностью понимаете, насколько это редкость и насколько ценно. Стайлз любил и, возможно, все еще любит фантазию. У тебя есть реальность ".

"Люди убивают и за то, и за другое".

"Да". Мира извлекла диск, протянула его Еве. "Они делают".

***

Все разговоры о любви и сроках жизни проникали Еве под кожу и заставляли ее чувствовать себя неловко виноватой. Она воспроизвела то, что говорили другие, и поняла, что все, кто упоминал ее отношения с Рорком в качестве примера, говорили о том, что он сделал бы для нее или не сделал бы с ней.

Она решила, что это была не очень приятная картина ее участия во всей этой сделке о любви и браке.

Она никогда ничего по-настоящему не делала, думала она. Ей все еще было нелегко найти нужные слова, правильный жест, нужный момент. Казалось, что Рорк извлек их из воздуха так же легко, так же гладко, как он извлек свое состояние.

Поэтому она приложила бы усилия. Она отодвинула бы дело на второй план, ладно, на второй план, признала она, и сделала бы что-нибудь, Господи, романтичное.

В ее нынешнем состоянии духа она хотела избежать встречи с Соммерсетом любой ценой, поэтому она фактически поставила свою машину в гараж. Затем, как вор, она пробралась в дом через одну из боковых дверей.

Она собиралась спланировать свой первый интимный ужин.

Насколько это может быть трудно? спросила она себя, прыгая в душ. Она руководила тактическими группами в ситуациях с захватом заложников, выслеживала психопатов, перехитрила ненормальных.

Она была достаточно умна, чтобы подать изысканное блюдо на шикарный стол. Вероятно.

Она выскочила из душа и нырнула в сушильную трубу. Не в спальне, решила она, потому что это было, ну, очевидно, и она подумала, что, скорее всего, романтика должна быть утонченной.

Она использовала одну из комнат для отдыха.

Когда горячий воздух закружился вокруг нее, она начала составлять заговор.

Тридцать минут спустя она чувствовала себя одновременно удовлетворенной и измотанной. В доме было так много чертовых комнат, что она все еще не верила, что побывала во всех из них. И во всех этих чертовых комнатах были вещи, огромное количество вещей. Как она должна была выяснить, что было необходимо?

Свечи, она поняла это, но когда она провела инвентаризацию, она обнаружила настоящий лес свечей в нескольких местах. Тем не менее, удовлетворение пришло от того, что я крался по дому, ускользая от постоянно бдительного Соммерсета.

Она выбрала белый, потому что цвет означал, что ей, скорее всего, придется сочетать его с другими цветами, а это было просто больше, чем она могла вынести. Она потратила еще двадцать минут, разбираясь с меню, затем ей пришлось столкнуться с пугающим испытанием выбора тарелок, столовых приборов, хрусталя.

Для нее было шоком провести инвентаризацию такой элементарной вещи, как обеденные тарелки, и обнаружить, что у ее мужа было более пятидесяти видов различных материалов и моделей.

Какому маньяку понадобилось более пяти тысяч пластинок?

Ее маньяк, напомнила она себе, затем чуть не задохнулась, когда запустила кристалл.

"Хорошо, это должно быть неправильно". Она была на грани случайного выбора, потому что ее время было на исходе.

"Могу я спросить, что именно вы делаете?"

Другая женщина взвизгнула бы. Еве удалось, еле-еле, сдержаться. "Проваливай. Я занят ".

Соммерсет просто подошел, кот следовал за ним по пятам. "Так я наблюдаю. Если вы хотите узнать, что было в доме, я предлагаю вам обсудить это с Рорком ".

"Я не могу, потому что я убил его, избавился от его тела, и теперь я собираюсь провести крупнейший аукцион, на планете или за ее пределами, в истории цивилизации".

Она ткнула пальцем в нечто под названием Уотерфорд, Дублинский узор, только потому, что узнала в нем город, где родился Рорк. Затем она подняла хмурый взгляд на парящего Соммерсета. "Уходи".

Но его внимание переключилось с нее на столик под стеклянным куполом обзорного балкона. Она использовала ирландское белье, отметил он. Отличный выбор, который, вероятно, был слепой удачей. Георгианские подсвечники, белые свечи. По комнате отдыха были разбросаны десятки других свечей, все белых, пока еще незажженных.

Кот Галахад подпрыгнул и запрыгнул на атласные подушки на диванчике.

"Иисус Христос, это всего лишь вилки и ножи!"

Сочетание ужаса и разочарования в ее тоне заставило губы Соммерсета дернуться. "Какой фарфоровый узор вы выбрали?"

"Я не знаю. Ты выйдешь отсюда? Это частная вечеринка ".

Он отвел ее руку в сторону, прежде чем она смогла выбрать, просмотрел другие варианты и заказал соответствующие столовые приборы. "Вы забыли заказать салфетки".

"Я подбирался к ним".

Он с жалостью посмотрел на нее. На ней был хлопчатобумажный халат, ее лицо еще не было подкрашено. Ее волосы стояли дыбом от постоянных прикосновений пальцев.

Но он дал ей очки за попытку. На самом деле, он был приятно удивлен ее вкусом. Хотя некоторые из ее подборок были нетрадиционными в сочетаниях, им удалось создать довольно очаровательную атмосферу.

"Когда кто-то готовит особенное блюдо", - сказал он, стараясь смотреть на нее поверх длинной линии своего носа, - "Требуется надлежащее сопровождение".

"Что я здесь делаю? Играете в космическую атаку? Теперь, если бы ты просто еще раз проскользнул под дверью, я мог бы закончить ".

"Цветы необходимы".

"Цветы?" Ее желудок скрутило к ногам. "Я знал это". Она не собиралась спрашивать. Она отпилила себе язык вместе с зубами, прежде чем спросить.

В течение гудящих десяти секунд они просто смотрели друг на друга. Он сжалился над ней, хотя и сказал себе, что просто поддерживает свой авторитет мажордома. "Я бы предложил розы, Королевское серебро".

"Я думаю, у нас есть это".

"Да, к ним можно получить доступ. Тебе также понадобится музыка".

Ее ладони начали потеть. Раздраженная, она вытерла их о халат. "Я собирался кое-что запрограммировать". Или другой.

"Я полагаю, вы намерены одеться для вечера".

"Черт". Она тяжело вздохнула, пристально посмотрела на кота, который пристально смотрел на нее в ответ. Она подозревала, что он ухмылялся.

"Организовывать подобные дела - часть моих обязанностей. Если ты пойдешь и наденешь что-нибудь... побольше, я устрою остальное ".

Она открыла рот, чтобы согласиться. Узлы в ее животе уже ослабли. Затем она покачала головой и почувствовала, как они снова напряглись. "Нет, я должен сделать это сам. В этом суть". Она помассировала лоб. У нее разболелась голова. Идеальный.

Его лицо оставалось суровым, холодным, но внутри он размяк, как желе. "Тогда тебе лучше поторопиться. Рорк будет дома в течение часа ".

Ей, заключил Соммерсет, оставляя ее одну, понадобилась бы каждая минута этого.

***

Его мысли были заняты делом, когда он вернулся домой. Его последняя встреча за день касалась текстильного конгломерата, который искал возможность выкупа. Он должен был решить, хочет ли он покупать.

Компанией и большинством ее дочерних компаний управляли небрежно. Рорк не испытывал симпатии к небрежной деловой практике. В результате его первоначальное предложение было оскорбительно низким.

Тот факт, что их переговорщика и близко не оскорбили так, как следовало бы, насторожил. Ему пришлось бы провести дополнительные исследования, прежде чем он сделает следующий шаг.

Проблема должна быть в одном из двух их внеземных объектов, подсчитал он. Возможно, стоит съездить, чтобы изучить их из первых рук.

Было время, когда он просто составил бы свой график и сделал это. Но в прошлом году покидать дом, даже на короткий срок, становилось все менее привлекательным.

Он, подумал он с некоторой насмешкой над собой, укоренился.

Он зашел в офис Евы по пути к своему собственному, был слегка удивлен, не найдя ее там, по уши погруженной в свое текущее дело. Любопытство заставило его отложить свою работу в сторону и подойти к домашнему сканеру.

"Где Ева?"

Ева в настоящее время находится в четвертой комнате отдыха, третий уровень, южное крыло.

"Какого черта она там делает?"

Вы хотели бы привлечь наблюдателя?

"Нет, я пойду посмотрю сам".

Он никогда не видел, чтобы она слонялась без дела в этой части дома. Факт был в том, что он никогда не видел, чтобы она бездельничала, если только он не придирался, не соблазнял или не втягивал ее в это.

Ему пришло в голову, что было бы приятно поужинать там, расслабиться вместе с бутылкой вина и выбросить из головы прожитые ими дни.

Ему пришлось бы уговорить ее на это.

Думая об этом, он вошел в комнату. Если бы она смотрела в его сторону, она бы уловила один из редких моментов, когда ее муж был совершенно ошеломлен.

Комната была освещена десятками белых свечей, и их аромат смешивался с нежным ароматом десятков серебристых роз. Хрусталь сверкал, серебро поблескивало, и романтика струн арфы плакала в воздухе.

Посреди всего этого Ева стояла в тревожно-красном платье, которое оставляло ее руки и плечи обнаженными, когда оно скользило по ее длинному, стройному телу, как жадные руки страстного любовника.

Ее лицо раскраснелось, глаза блестели от сосредоточенности, когда она закручивала проволоку на бутылке шампанского.

"Извините меня". Он увидел, как дернулись ее прекрасные плечи, ее единственный признак удивления. "Я ищу свою жену".

Ее желудок слегка дрогнул, но она повернулась и улыбнулась. У него было лицо, созданное для света свечей, подумала она. Для медленного и тлеющего огня. Глядя на это, она никогда не переставала заводиться в крови. "Привет".

"Здравствуйте". Оглядев комнату, он направился к ней. "Что все это значит?"

"Ужин".

"Ужин", - повторил он, и его глаза сузились. "Что ты наделал? Ты не ранен?"

"Нет. Я в порядке ". Все еще улыбаясь, она вытащила пробку, испытав облегчение, когда шампанское не разлилось.

Он нахмурился, когда она наливала шампанское в хрустальные бокалы. "Хорошо, чего ты хочешь?"

"Что ты имеешь в виду?"

"Я имею в виду, я узнаю подставу, когда вижу ее. Чего ты хочешь?"

Ее улыбка дрогнула. Потребовалось немало усилий, чтобы это не превратилось в рычание. Придерживаясь шагов, которые она тщательно описала, она передала ему его вино, мягко постучав своим бокалом по его бокалу. "Что, я не могу приготовить хороший ужин без скрытых мотивов?"

Он думал об этом. "Нет".

Она поставила бутылку на стол со зловещим треском. "Послушай, это ужин, хорошо? Ты не хочешь есть, прекрасно ".

"Я не говорил, что не хочу есть". Он заметил, что она пользовалась духами. И краска для губ. Она повозилась со своими глазами. Он протянул руку, чтобы поиграть с бриллиантовым кулоном в форме слезы, который он ей подарил. "Что ты задумала, Ева?"

Это разорвало его. "Ничего. Забудь об этом. Я не знаю, что на меня нашло. Очевидно, я на минуту потерял рассудок. Нет, на два потных, глупых часа. Вот что потребовалось, чтобы свести воедино это фиаско. Я иду на работу ".

Он поймал ее за руку, прежде чем она смогла пройти мимо него, и ничуть не удивился, увидев быструю вспышку насилия в ее глазах. Но он был удивлен, увидев боль.

"Я так не думаю".

"Если хочешь сохранить эту руку, приятель, ты уберешь ее".

"А, вот и она. На мгновение я подумал, что тебя заменил дроид. Это дало мне плохое начало ".

"Держу пари, ты думаешь, что это смешно".

"Я думаю, что задел ваши чувства, и мне жаль". Он провел губами по ее лбу, одновременно отчаянно листая свой мысленный календарь. "Я забыл о каком-то случае?"

"Нет. Нет". Она отступила назад. "Нет", - снова сказала она и почувствовала себя нелепо. "Я просто хотел кое-что сделать для тебя. Чтобы дать тебе что-то. И ты можешь просто перестать смотреть на меня так, будто у меня сгорело несколько электрических цепей. Ты думаешь, что ты единственный, кто может заключить подобную сделку? Что ж, ты прав. Ты есть. Я чуть не оглушил себя своим собственным оружием полдюжины раз сегодня вечером, просто чтобы прекратить свои страдания. Да пошло оно все".

Она снова взяла свой бокал, подошла к широкому изогнутому окну.

Рорк поморщился и приступил к деликатной задаче извлечения ступней изо рта. "Это прекрасно, Ева. И ты тоже".

"О, не начинай с меня".

"Ева -"

"Только потому, что я не занимаюсь подобными вещами, потому что я не трачу время - черт возьми, потому что я не думаю об этом, не значит, что я не люблю тебя. Я верю. " Она развернулась, и он бы не назвал выражение ее лица особенно любящим. Она вернулась к Фьюри. "Ты тот, кто всегда что-то делает, говорит слова. Отдавая..." Она на мгновение запнулась. "Просто отдаю. Я хотел что-то вернуть ".

Она была прекрасна. Раненая и сердитая, страстная и взбешенная, она была самым прекрасным созданием, которое он когда-либо видел. "Ты крадешь мое дыхание", - пробормотал он.

"У меня в голове есть вся эта история о любви всей жизни. Убийство, предательство, ярость."

"Прошу прощения?"

"Неважно". Она сделала паузу, глубоко вздохнула. "Последние пару дней люди говорили вещи, которые продолжают заседать у меня в голове. Ты бы встал перед автобусом maxibus ради меня?"

"Абсолютно. Они движутся не очень быстро ".

Она рассмеялась, чем значительно успокоила его. "Это то, что я сказал. О черт, я все испортил. Я знал, что сделаю это ".

"Нет, я позаботился об этом". Он подошел к ней, взял ее за руку. "Любишь ли ты меня достаточно, чтобы дать мне еще один шанс на это?"

"Возможно".

"Дорогая Ева". Он поднес ее руку к своим губам. "То, что вы сделали здесь, очень много значит для меня. Ты, ты значишь для меня все ".

"Посмотри, как ты это делаешь. Скользкий, как слюна."

Он провел пальцами по изгибу ее плеча. "Мне нравится это платье".

Хорошо, что, подумала она, он не увидел ее застывшей паники, когда она открыла свой шкаф. "Я думал, это сработает".

"Это так. Очень хорошо". Он поднял ее бокал, затем свой. "Давайте попробуем это снова. Благодарю вас ".

"Да, ну, я бы сказал, что это ничего не значило, но это было бы большой, жирной ложью. Просто скажи мне одну вещь. Зачем тебе миллион пластинок?"

"Я уверен, что это преувеличение".

"Не намного".

"Ну, никогда не знаешь, кто может прийти на ужин, не так ли?"

"Включая все население Новой Зеландии". Она пригубила шампанское. "Итак, я отстаю от графика".

"У нас есть расписание?"

"Да. Вы знаете, напитки, ужин, разговор. Бла-бла-бла. Все заканчивается тем, что я напояю тебя и соблазняю ".

"Мне нравится конечная цель. Поскольку я был близок к тому, чтобы все испортить, меньшее, что я могу сейчас сделать, - это сотрудничать ". Он начал поднимать бутылку, но она положила руку ему на плечо.

"Потанцуй со мной". Она скользнула руками вверх по его груди, сцепила их у него за шеей. "Близко. И медленно."

Его руки обвились вокруг нее. Его тело покачивалось вместе с ее. И его кровь забурлила от любви, от вожделения, когда ее рот шелковисто коснулся его.

"Я люблю твой вкус". Ее голос теперь был хриплым, мягким. "Это всегда заставляет меня хотеть большего".

"Возьми еще".

Но когда он попытался углубить поцелуй, она повернула голову, скользнула этими горячими губами по его подбородку. "Медленно", - снова сказала она. "То, как я собираюсь заняться с тобой любовью". Она прикусила его ухо. "Так что это почти пытка".

Она запустила пальцы в его волосы, все эти великолепные черные, сжала их в кулак, откинула его голову назад, пока их глаза не встретились. Его глаза были глубокими, синими и уже горячими.

"Я хочу, чтобы ты произносил мое имя, когда я возьму тебя". Она снова подразнила его рот своим, отступила, почувствовала, как его тело напряглось, как лук, напротив ее. "Скажи это так, чтобы я знал, что в этот момент для тебя не существует ничего, кроме меня. Для меня не существует ничего, кроме тебя. Ты - это все, что есть ".

Теперь ее рот завладел его ртом, неистовое сплетение губ, зубов, языков. Она почувствовала, как его стон начался низко, затем стал глубоким, а затем слился с ее собственным. Она позволила себе задрожать, позволила себе почувствовать боль, затем отстранилась, задержала дыхание, прежде чем сдаться.

"Ева".

Она услышала напряжение в его голосе, наслаждаясь этим, когда снова взяла их бокалы. "Хочешь пить?"

"Нет". Он начал тянуться к ней, но она отодвинулась, протянув ему стакан. "Я есть. Выпейте. Я хочу попасть тебе в голову".

"Ты делаешь. Позволь мне обладать тобой".

"Я буду. После того, как ты будешь у меня." Она взяла маленький пульт, нажала несколько кнопок. На боковой стене открылись панели. Кровать, которая была заправлена позади них, была завалена подушками. "Вот где я хочу тебя видеть. В конце концов."

Она сделала большой глоток шампанского, наблюдая за ним поверх ободка. "Ты не пьешь".

"Ты убиваешь меня".

Обрадованная, она засмеялась, и звук был подобен дыму. "Будет еще хуже".

Теперь он действительно выпил, затем отставил свой стакан в сторону. "Хвала Богу".

Она вернулась к нему, сняла куртку с его плеч. "Я люблю твое тело", - пробормотала она, медленно расстегивая пуговицы его рубашки. "Я собираюсь провести много времени, наслаждаясь этим сегодня вечером".

Это был мощный порыв, подумала она, заставить дрожать сильного мужчину. Она почувствовала этот танец мускулов, когда провела кончиком пальца вниз по его груди к крючку на брюках.

Вместо того, чтобы отпустить их, она улыбнулась. "Вам лучше сесть".

В его крови чувствовалась пульсация, первобытная, граничащая с жестокостью. Потребовалось немало усилий, чтобы не поддаться этому, не повалить ее на пол и ответить на этот настойчивый удар.

"Нет, не здесь", - сказала она и, подняв его руку, слегка прикусила костяшки пальцев. "Я не думаю, что ты сможешь пересечь комнату, когда я закончу".

Это не от вина у него кружилась голова. Она повела его через комнату, что-то вроде ленивого кружащегося танца с ней во главе. Когда она опустила его, чтобы он сел на край кровати, она опустилась на колени у его ног, медленно, интимно провела руками по его ногам. И снял обувь.

Она воскресла. "Я просто схожу за вином".

"Меня не интересует вино".

Она ушла, бросив взгляд через плечо. "Ты будешь. Когда я начну слизывать это с тебя."

Она наполнила бокалы, принесла их обратно, чтобы поставить на маленький резной столик у кровати. Затем, наблюдая за ним золотыми глазами, полными света свечей, она начала стягивать платье с себя.

Он удивлялся, что его система не просто взорвалась.

"Христос. Иисус Христос".

Ирландец снова обрел голос, как, она знала, это бывало, когда он был отвлечен, зол, возбужден. Этот простой знак заставил ее порадоваться, что она потратила время и силы, чтобы, ну, одеться для вечера.

Сиренево-красное белье эротично контрастировало с ее кожей. Шелковый и кружевной боди-скиммер низко облегал ее груди, так что они почти вываливались из топа. Затем оно стянулось, прозрачное и соблазнительное, скользнуло по ее бедрам. Ее колготки были прозрачными и переливающимися и дразняще заканчивались на середине бедра.

Она сняла платье, отбросив его в сторону носком каблука с шипами.

"Я думал, мы сначала поужинаем".

Ему удалось поднять взгляд на ее лицо, даже когда у него отвисла челюсть.

"Но... Я думаю, это сохранится ". Она шагнула вперед, расположившись у него между ног. "Я хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне".

Его руки горели желанием взять, но он легко провел ими по ней, следуя углу, изгибу. "Я уже потерялся в тебе".

"Оставайся там". Она наклонилась, завладела его ртом.

Она знала, что он сдержался, позволил ей держать поводья. И поскольку она знала это, она отдала ему все, что у нее было.

Мерцал свет свечей, согревая ароматом роз, когда она скользнула к нему на кровать. Когда она подняла руки, ее рот накрыл его. Эротичный и нежный, страстный и любящий. Она хотела показать ему все, абсолютно все.

И когда она это сделала, он отдал в ответ. Долгие одурманивающие поцелуи, от которых отяжелели конечности, ленивые, томительные ласки, от которых кровь забурлила.

Кровать с толстым матрасом из геля колыхалась под ними.

Она перекатилась, отклонилась в сторону, так что он удовлетворился ароматом чуть выше шелковых колготок на задней стороне ее бедра.

Затем она оседлала его, отпила из бокала шампанского. Перевернув его, она начала поить его.

Его зрение затуманилось, дыхание забилось в легких до жжения. Она мучила его. Доставил ему удовольствие. Ее гибкое тело скользило по его телу, в то время как ее рот доводил его до грани безумия.

Его самообладание лопнуло, сталь раздирала сталь. Звук рвущегося шелка воспламенил его, когда он разорвал его. И со звуком жадности он заполнил свои руки, свой рот ею.

Она кончила, дикий, шокирующий удар по ее организму. Ее голова откинулась назад, когда она судорожно глотнула воздух. Ее тело содрогалось, когда он наслаждался им.

Он сказал что-то, чего она не смогла понять, на языке его родины, который так редко слетал с его губ. Затем его лицо было прижато к ней, его горячее дыхание касалось ее кожи.

"Ты нужен мне. Ева. Ты мне нужен ".

"Я знаю". Нежность нахлынула на нее, бальзам на ожог. Она взяла его лицо в ладони, приподняла его. Ее губы встретились с его губами, мягкими, как шепот. "Никогда не останавливайся".

В ее глазах были слезы. Меняющийся свет уловил их отблеск. Он притянул ее ближе, смахнул их поцелуями. "Ева -"

"Нет, позволь мне сказать это первым. На этот раз позвольте мне не забыть сказать это первым. Я люблю тебя. Я всегда буду. Будь со мной", - пробормотала она, принимая его в себя. "О. Останься со мной".

Она обвилась вокруг него, поднялась к нему, отвечая ударом на удар, удар на удар. Затем его руки крепко сжали ее руки. Их взгляды были связаны так же яростно.

Когда она увидела, как он, этот дикий синий, ослеп, когда она услышала, как он произносит ее имя, ее губы изогнулись в улыбке. И она сдалась.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Она была распростерта поперек кровати лицом вниз, в позе, которую, как знал Рорк, она приняла, когда ее организм, наконец, отключился. Он растянулся рядом с ней, потягивая остатки шампанского и рассеянно водя кончиком пальца вверх и вниз по ее позвоночнику.

"Я даю тебе полтора часа, чтобы остановить это".

"Ах, она жива".

Она пошевелилась достаточно, чтобы повернуть голову и посмотреть на него. "Ты выглядишь довольно самодовольным".

"Так получилось, дорогая Ева, что я чувствую себя довольно самодовольным".

"Это все была моя идея".

"И это тоже было прекрасно. Стал бы я рисковать своей шкурой, если бы спросил, что именно тебя вдохновило?"

"Что ж..." Она изогнула спину, подставив ее под прикосновение его пальца. "Ты купил мне шоколадный батончик".

"Напомни мне, чтобы я договорился о грузовике завтра".

"Полный грузовик убил бы нас". Она опустилась на колени, откинула назад волосы. Она выглядела мягкой, использованной и довольной.

"Я рискну этим".

Со смехом она наклонилась, чтобы прижаться своим лбом к его. "Одна последняя мягкая вещь, прежде чем это войдет в привычку. Ты делаешь меня счастливым. Я начинаю к этому привыкать ".

"Это очень хороший способ покончить с этой кашей".

"Я думаю, нам следует поесть".

"Мне было бы неприятно думать о том, что ты вкалываешь над горячей плитой и не можешь оценить результаты".

Ее глаза сузились. "Это раскопки?"

"Нет, в самом деле. Что у нас на ужин?"

"Много вещей со странными, причудливыми названиями".

"Пальчики оближешь".

"Я подумал, что если бы тебе это не нравилось, это не было бы запрограммировано". Она соскочила с кровати, стояла обнаженная, оглядываясь вокруг. "Я не думаю, что здесь есть халат".

"Боюсь, что нет". Он порылся в мешанине простыней и подушек и достал теперь уже изодранный скиммер для тела. "Ты мог бы надеть то, что осталось от этого".

"Неважно". Она подобрала свое сброшенное платье, скользнула в него.

"Ну что ж, это значительно возбуждает аппетит".

"Даже ты не смог бы пройти еще один раунд после того, последнего". Когда он усмехнулся, она подумала, что разумнее отойти подальше.

***

Она не могла выговорить и половины того, что положила в рот, но это было чертовски вкусно. "Напомни, как это называется?"

"Fruit de le mer a la parisienne."

"Я думаю, если бы они назвали это куском рыбы в изысканном соусе, у него не было бы такого звучания".

"Роза под любым другим названием". Он снова наполнил ее стакан с водой. "Лейтенант?"

"А?"

"Ты пытаешься не думать о своем дне. Почему бы тебе просто не рассказать мне об этом вместо этого?"

Она проткнула еще один гребешок. "У меня есть зацепка- " Она оборвала себя, проглотила это. "Нет, ты расскажи мне о своем дне".

"Мой день?" - удивленно спросил он.

"Да, что ты делал сегодня, как все прошло, что-то в этом роде".

"Ты в настроении", - пробормотал он, затем пожал плечами. "Я занимался кое-какой финансовой реорганизацией".

"Что это значит?"

"Я купил некоторые акции на пути к падению, продал некоторые, которые, как я полагаю, достигли максимума, изучил ежедневный анализ нескольких компаний и соответствующим образом скорректировал".

"Полагаю, это отвлекло тебя".

"Достаточно, примерно до полудня, когда я зашел в офис". Он задавался вопросом, сколько времени пройдет, пока ее глаза не остекленеют. "У меня была голоконференция, посвященная курорту Олимп. Перерасход средств остается ниже допустимых пяти процентов. Однако при поэтапном анализе проекта я нахожу признаки снижения производительности ресурсов, что требует более тщательного изучения и корректировки ".

Девяносто секунд, подсчитал он, наблюдая за ее глазами. Он полагал, что она сдохнет в шестьдесят. "Тогда я купил тебе шоколадный батончик".

"Мне понравилась эта часть".

Он отломил кусок от своего рулета, намазал его маслом. "Ева, ты вышла за меня замуж из-за моих денег?"

"Ставлю свою задницу. И тебе лучше держаться за это, или я уйду в историю ".

"Очень мило с твоей стороны так сказать".

Это заставило ее усмехнуться. "Я полагаю, мы закончили говорить о твоем дне".

"Я думал, что мы были. Какая у тебя зацепка?"

"Любовь. По крайней мере, сейчас все стрелки указывают именно на это ". Она ввела его в курс дела, пока доедала свой ужин.

"Кеннет Стайлз напал на Драко и избил его достаточно сильно, чтобы потребовалось медицинское вмешательство". Рорк склонил голову набок. "Интересно, не правда ли, когда вы сравниваете двух мужчин. Драко был выше, значительно тяжелее и, конечно, на первый взгляд, намного крепче. Никаких признаков того, что Стайлз был ранен?"

"Никто. Я тоже думал об этом. Все сводится к киске и обоссанному. Драко - слабак, Стайлз - обозленный."

"И то, что он разозлился, стоило Стайлзу нескольких миллионов долларов".

"И он даже не оказался с девушкой".

"Anja."

"Пибоди нашла в городе горстку Карвеллов. Неверный возрастной диапазон, поэтому мы расширяем сканирование. Интуиция подсказывает мне, что у нее есть ответы на некоторые вопросы ".

"Cherchez la femme."

"Что?"

"Найдите женщину", - перевел он.

Она подняла свой бокал в быстром тосте. "Вы можете на это рассчитывать".

***

"Аня". Он произнес это имя мягко, едва слышным шепотом. И услышал последовавший за этим вздох удивления и узнавания. "Ничего не говори. Пожалуйста. Просто послушай. Я должен поговорить с тобой. Это важно. Не по 'ссылке. Ты встретишься со мной?"

"Это касается Ричарда".

"Это касается всего".

***

Это заняло время. Он был уверен, что за ним наблюдают, и боялся собственной тени. Стайлз сидел у зеркала в своей гардеробной и умело, кропотливо изменял свою внешность. Он изменил цвет своих глаз, форму носа, подбородка, цвет своей кожи. Он покрыл свои волосы париком, густой гривой темно-каштанового цвета. Он предположил, что это тщеславие помешало ему использовать более обычный серый.

Ему было невыносимо выглядеть старым в ее глазах.

Он добавил тонкие усы, тонкую щеточку бороды в центре подбородка.

Все это произошло естественно, несмотря на беспокойство. За свою жизнь он сменил сотню персонажей, влезая в них так же плавно, как человек влезает в любимые тапочки после долгого дня.

Он увеличил обхват своего маленького тела - плеч, груди, затем прикрыл подкладку простым темным костюмом. Подтяжки на его ботинках прибавили бы ему еще один дюйм роста.

Он не торопился, изучая результаты в длинном тройном зеркале в поисках каких-либо признаков Кеннета Стайлза. Впервые более чем за час он позволил себе слегка улыбнуться.

Он мог подойти прямо к лейтенанту Еве Даллас и поцеловать ее в губы. Будь он проклят, если она узнает его.

Воодушевленный, как и всегда, новой ролью, Стайлз накинул плащ и вышел на встречу с женщиной, которую любил всю свою жизнь.

***

Она заставила его ждать. Она всегда была. Он выбрал маленький клуб ностальгии, который вышел из моды. Но музыка была низкой и блюзовой, посетители думали о своем, и напитки принесли быстро.

Он потягивал джин и листал потрепанный томик сонетов Шекспира. Это был их сигнал.

Она дала ему книгу много лет назад. Он принял это за знак любви вместо дружбы, на которую она рассчитывала. Даже когда он осознал свою ошибку, он дорожил этим. Так же сильно, как он дорожил ею.

Он, конечно, солгал полиции. Он никогда не прерывал контакт с ней, знал, где она была, что делала. Он просто взял на себя другую роль по отношению к ней, роль доверенного лица и друга.

И через некоторое время, проживая роль в течение стольких лет, он смирился с этим.

И все же, когда она скользнула в кабинку напротив него, протянула ему руку, его сердце подпрыгнуло.

Она сменила прическу. Это был великолепный клубок дымчато-красного цвета. Ее кожа была бледно-золотистой. Он знал, что это было мягко на ощупь. Ее глаза были глубокими, желтовато-коричневыми и обеспокоенными. Но она улыбнулась ему, неуверенным изгибом сочного рта.

"Итак, ты все еще читаешь это?" Ее голос был мягким и слегка французским.

"Да, часто. Аня. " Его пальцы сжали ее, затем намеренно расслабились. "Позвольте мне заказать вам выпить".

Она откинулась назад, наблюдая за ним, ожидая, пока он подозвал официанта и заказал ей бокал совиньон блан.

"Ты никогда не забываешь".

"Зачем мне это?"

"О, Кеннет". Она на мгновение закрыла глаза. "Я хотел бы, чтобы все было по-другому. Мог бы быть."

"Не надо". Он говорил более резко, чем намеревался. Все еще может быть больно. "Мы выше сожалений".

"Я не думаю, что мы когда-нибудь преодолеем их". Она испустила легкий вздох. "Я провел больше половины своей жизни, сожалея о Ричарде".

Он ничего не сказал, пока ей не подали напиток и она не сделала первый глоток. "Полиция думает, что я убил его".

Ее глаза расширились, и вино выплеснулось на край бокала, когда ее рука дернулась. "Но нет! Нет, это невозможно. Смешно".

"Они знают, что произошло двадцать четыре года назад".

"Что ты имеешь в виду?" Ее рука метнулась к его руке, сжатой как тиски. "Что они знают?"

"Теперь спокойно. Они знают о нападении, моем аресте, судебном процессе ".

"Но как это возможно? Это было так давно, и все детали были забыты ".

"Ева Даллас. Лейтенант Даллас, - сказал он с некоторой горечью, поднимая свой бокал. "Она неумолима. Ей удалось сломать печать. Они забрали меня, поместили в комнату, избивали меня ".

"О, Кеннет. Кеннет, дорогой друг, мне так жаль. Это, должно быть, было отвратительно ".

"Они думают, что я все это время таил обиду на Ричарда". Он немного посмеялся, выпил. "Я полагаю, они правы".

"Но ты не убивал его".

"Нет, но они будут продолжать копаться в прошлом. Вы должны быть готовы. Я должен был рассказать им, почему я напал на Ричарда. Мне пришлось назвать им твое имя". Когда кровь отхлынула от ее лица, он наклонился и сжал обе ее руки. "Аня", - сказал он нарочито, - "Я сказал им, что потерял твой след, что у нас не было контакта все эти годы. Что я не знал, как тебя найти. Я сказал им, что Ричард соблазнил тебя, затем, когда он был уверен, что ты влюблена в него, он бросил тебя. Я рассказал им о попытке свести счеты с жизнью. Это все, что я им сказал ".

Она издала тихий звук отчаяния и опустила голову. "Мне все еще стыдно за это".

"Ты был молод, с разбитым сердцем. Ты выжил. Аня, мне жаль. Я запаниковал. Но факт в том, что я должен был им что-то дать. Я думал, этого будет достаточно, но теперь я понимаю, что она не остановится. Даллас будет продолжать искать, продолжать копать, пока не найдет тебя. Находит остальное".

Она успокоилась, кивнула. "Аня Карвелл исчезала и раньше. Я мог бы сделать так, чтобы она не смогла меня найти. Но так не годится. Я пойду, чтобы увидеть ее ".

"Ты не можешь. Ради Бога."

"Я могу. Я должен. Ты бы все еще защищал меня?" тихо сказала она. "Кеннет, я тебя не заслуживаю. Я никогда этого не делал. Я поговорю с ней, объясню, как это было, как ты ", - добавила она.

"Я не хочу, чтобы ты был вовлечен".

"Моя дорогая, ты не можешь остановить то, что Ричард начал целую жизнь назад. Ты мой друг, и я намерен защитить то, что принадлежит мне. Независимо от риска, - добавила она, и ее взгляд посуровел. "Какими бы ни были последствия".

***

"Должно быть что-то еще".

Рорк провел рукой по голой заднице Евы. "Что ж. Если ты настаиваешь."

Она подняла голову. "Я не говорил о сексе".

"Ох. Жалость."

Ему удалось снова сорвать с нее красное платье, а потом все было просто: одно привело к другому. Теперь она распростерлась на нем, вся теплая и свободная.

Но, по-видимому, она не собиралась оставаться такой.

"Они все его ненавидели". Она подвинулась, чтобы оседлать его, и открыла Рорку очень приятный вид на стройный торс и упругую грудь. "Или, по крайней мере, он мне активно не нравился. Возможно, боялся его", - подумала она. "Никто в этом актерском составе не особенно сожалеет о его смерти. Несколько актеров работали друг с другом раньше. У него были истории, связи, переплетения. За Драко, друг за друга. Возможно, это был не один из них ".

"Убийство в Восточном экспрессе".

"Что это? Азиатская транспортная система?"

"Нет, дорогая, это еще одна пьеса леди Кристи. Кажется, она всплывает. Мужчина убит в своей постели, в спальном вагоне поезда. Зарезан. Неоднократно. Среди пассажиров очень умный детектив, далеко не такой привлекательный, как мой полицейский ", - добавил он.

"Какое отношение к моему делу имеет воображаемый мертвец в поезде?"

"Просто развиваю твою теорию. В этом вымышленном убийстве было несколько разных и, казалось бы, никак не связанных пассажиров. Однако наш упорный детектив отказался принимать подобные вещи за чистую монету, покопался и обнаружил ссылки, переплетения, истории. Маскировки и обманы", - добавил он. "Когда он это сделал, он обнаружил, что у всех них были мотивы для убийства".

"Интересно. Кто это сделал?"

"Все они". Когда ее глаза сузились, он сел, обнял ее. "Каждый из них по очереди вонзил нож в его бессознательное тело в ответ на то зло, которое он им причинил".

"Довольно ужасный. И довольно скрытный. Никто не мог предать другого, не предав себя. Они подтверждают алиби друг друга. Играй роль, - пробормотала она.

"Почти идеальное убийство".

"Идеальных убийств не бывает. Ошибки случаются всегда, и само убийство - самая большая из них ".

"Говоришь как полицейский".

"Я полицейский. И я возвращаюсь к работе ".

Она отодвинулась, соскользнула с кровати и снова потянулась за платьем.

"Ты снова наденешь этот красный номер, детка, я не буду отвечать за свои действия".

"Успокойся. Я не разгуливаю повсюду голым. Никогда не знаешь, где скрывается Соммерсет." Она начала задирать платье и оглядела комнату. "Я думаю, нам следует немного прибраться".

"Почему?"

"Потому что, похоже, мы - "

"Провел очень приятный вечер", - закончил Рорк. "Это может шокировать тебя, но Соммерсет знает, что мы занимаемся сексом".

"Не упоминайте его имя и пол в одном предложении. У меня мурашки по коже. Я собираюсь принять душ, потом немного поработаю ".

"Хорошо. Я присоединюсь к тебе".

"Э-э-э. Я не собираюсь принимать душ с тобой, эйс. Я знаю твои игры".

"Я не подниму на тебя руку".

Он ничего не сказал о своем рте.

***

"Что ты делаешь? Примешь таблетку?"

Гибкий, посвежевший и совершенно удовлетворенный, Рорк застегнул рубашку. "Ты достаточно стимулируешь".

"По-видимому".

Он взял ее за руку, повел к лифту, попросил ее кабинет.

Кот растянулся поперек ее спального кресла и дернул хвостом, когда они вошли.

"Кофе?" - Спросил Рорк.

"Да, спасибо".

В ту минуту, когда он повернулся к кухне, Галахад спрыгнул вниз и ворвался в комнату впереди него. Ева услышала единственное требовательное мяуканье.

Она сидела за своим столом, смотрела на свой компьютер, постукивала пальцами.

"Компьютер, досье по делу Драко. Задание по перекрестным ссылкам. Найдите и перечислите все связи, профессиональные, личные, медицинские, финансовые, криминальные, гражданские, между актерами."

Работает...

"Я предполагал, что вы это уже проверили".

Она оглянулась, когда Рорк вернулся с кофе. "Я прогоняю это снова, добавив несколько деталей.

"Компьютер, выдели любое имя с закрытыми файлами, во всех областях".

Эта информация требует авторизации. Пожалуйста, отправьте то же самое...

"Хочешь, я обойду для тебя эту маленькую заминку?"

Она издала тихий звук, явное предупреждение. Рорк просто пожал плечами и отхлебнул кофе.

"Желтый код авторизации, слэш Даллас, слэш пять ноль шесть. Запрос из Далласа, лейтенант Ева, относительно двойного убийства. Вы уполномочены отмечать запечатанных ".

Авторизация верна. Запечатанные будут отмечены. Для доступа к данным, содержащимся в запечатанных файлах, требуется ордер, подписанный и датированный...

"Я просил вас получить доступ к данным? Просто отметьте проклятых тюленей ".

Работает... Многозадачный процесс потребует приблизительно восемь минут тридцать секунд...

"Тогда начинайте. И нет, - сказала она Рорку. "Мы не будем вскрывать запечатанные".

"Боже мой, лейтенант, не думаю, что я предлагал что-либо подобное".

"Вы думаете, что вы с Макнабом обманули меня с этим ордером сегодня?"

"Я понятия не имею, о чем ты говоришь". Он оперся бедром на стол. "Я действительно дал Йену несколько советов, но это было личного характера. Мужской разговор".

"Да, верно". Она откинулась на спинку стула, глядя на него поверх кофейной чашки. "Вы с Макнабом сидели и разговаривали о женщинах и спорте".

"Я не верю, что мы добрались до спорта. У него на уме была женщина ".

Усмешка Евы исчезла. "Вы говорили с ним о Пибоди? Черт возьми, Рорк."

"Я едва мог дать ему пощечину в ответ. Он так жалко сражен ".

"О". Она поморщилась. "Не используй это слово".

"Это подходит. На самом деле, если бы он последовал моему совету..." Он повернул запястье, взглянул на устройство, прикрепленное там. "У них уже должно было быть свое первое свидание".

"Свидание? Свидание? Почему ты это сделал? Почему ты пошел и сделал что-то подобное? Не могли бы вы оставить это в покое? Они бы занимались сексом, пока не перегорели на этом, и все вернулось бы в нормальное русло ".

Он наклонил голову. "У нас это не сработало, не так ли?"

"Мы не работаем вместе". Затем, когда его глаза загорелись неподдельным весельем, она показала зубы. "Официально. Вы начинаете смешивать копов, романтику, материалы дел и липкие взгляды на брифингах, у вас не получается ничего, кроме беспорядка. Следующее, что вы узнаете, это то, что Пибоди будет красить губы, вонять девчачьими штучками и носить скиммеры для тела под униформой ".

Она уронила голову на руки. "Тогда у них начнутся размолвки и недопонимание, которые не имеют никакого отношения к работе. Они нападут на меня с обеих сторон, и, прежде чем ты успеешь оглянуться, они расскажут мне вещи, которые я абсолютно не хочу знать. И когда они разорвут отношения и решат, что ненавидят друг друга до глубины души, мне тоже придется услышать об этом, и почему они не могут работать вместе или дышать одним воздухом, пока у меня не останется выбора, абсолютно никакого выбора, кроме как надрать им обоим задницы ".

"Ева, твой солнечный взгляд на жизнь никогда не перестает поднимать мне настроение".

"И- " Она ткнула его в грудь. "Это все твоя вина".

Он схватил ее за палец, прикусил его, не так нежно. "Если это так, я собираюсь настаивать, чтобы они назвали своего первого ребенка в мою честь".

"Ты пытаешься свести меня с ума?"

"Ну, дорогая, это так просто, мне трудно сопротивляться. Почему бы тебе не выбросить все это из головы, пока у тебя не разболелась голова? Ваши данные скоро появятся ".

Она бросила на него свирепый взгляд, затем повернулась к экрану.

Связи внутри связей, подумала она, просматривая. Жизни сталкиваются с жизнями. И каждый раз, когда они это делали, они оставляли маленький след. Иногда отметиной был синяк, который никогда полностью не заживал.

"Ну, хорошо, раньше об этом не говорилось. Мать Майкла Проктора была актрисой. У нее была небольшая роль в пьесе. Двадцать четыре года назад." Ева откинулась на спинку стула. "И только посмотрите, кто был с ней на сцене. Драко, Стайлз, Мэнсфилд, Ротчайлд. Это связано с проблемой между Драко и Стайлзом. Где Аня Карвелл?" пробормотала она.

"Возможно, у нее был или остается сценический псевдоним".

"Может быть. На матери Проктора нет печати ". Она приказала компьютеру проверить некую Натали Брукс.

"Интересно. Это было ее последнее выступление. Вышел на пенсию, вернулся к месту рождения. Омаха, штат Небраска. Женился на следующий год. Выглядит безупречно чистым. Привлекательный", - добавила она, когда приказала компьютеру показать ее идентификационную фотографию двадцатичетырехлетней давности. "Молодой, у него свежий взгляд. Прямо по аллее Драко ".

"Вы думаете, она может быть Аней?"

"Может быть. В любом случае, я не могу представить, чтобы Драко отказался от нее. Это добавляет Майклу Проктору еще один слой. Он не упомянул, что его мать знала Драко."

"Возможно, он не знал об этом".

"Маловероятно. Давайте взглянем на флаги. Хм, у Драко есть несколько собственных запечатанных."

"Деньги, известность, связи", - сказал Рорк. "Это покупает молчание".

"Ты должен знать". Она сказала это с ухмылкой, затем резко выпрямилась на своем стуле. "Подожди минутку, подожди минутку. Что это? Карли Лэндсдаун опечатана."

"Еще секреты? Снова тишина?"

"Не в этот раз. Я знаю этот код. Это старая история. Он использовался, когда я вошел в систему. Многие дети в домах престарелых штата хотели этого кода больше, чем съесть свой следующий обед. Это код для усыновления. Запечатано ", - добавила она. "С данными биологической матери внутри. Посмотри на дату".

"Восемь месяцев спустя после нападения Стайлза на Драко. Это не будет совпадением ".

"Это играет для меня. От Драко забеременела Аня Карвелл. Она говорит ему, он бросает ее. Жестко бросает ее. Она не выдерживает, пытается покончить с собой, но Стайлз добирается до нее прежде, чем она заканчивает. Она передумала и решает завершить беременность. Отдает ребенка и платит солидный гонорар за печать ".

"Это было бы нелегко".

Глаза Евы потускнели. "Для некоторых это довольно легко. Детей отбрасывают в сторону каждый день ".

Чтобы успокоить ее, он положил руки ей на плечи, потер. "По словам Стайлза, она была влюблена в отца ребенка и чуть не погибла из-за него. И все же она не прервала беременность. Она отдала ребенка, что отличается, Ева, от того, чтобы отдать ребенка. Она заплатила за печать, чтобы защитить ребенка ".

"Это защищает и ее тоже".

"Да, но есть другие способы. Она могла продать ребенка на черном рынке. Никаких вопросов. Она выбрала легальные каналы ".

"Стайлз знал. Она бы проболталась. Нам нужно еще раз поговорить. Теперь давайте посмотрим. Какого судью мне разбудить для получения ордера и разрешения на вскрытие печати?" Она посмотрела на Рорка. "Есть предложения?"

"Лейтенант, я уверен, вам виднее".

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Прежде чем поднять судью с постели и рискнуть вызвать его раздражение, она попыталась связаться с Пибоди через свой коммуникатор.

"Вне службы?" Глаза Евы застыли от шока, когда она увидела мигающий красный огонек на своем карманном устройстве. "Что, черт возьми, это значит?"

"Ну и наглость!" Рорк прищелкнул языком. "Держу пари, у нее какая-то безумная идея, что она имеет право на жизнь".

"Это твоя вина, это твоя вина, это твоя вина", - напевала Ева себе под нос, пока отправляла сообщение на palm 'link Пибоди.

После шести гудков Ева встала и принялась расхаживать. "Если она не ответит, я собираюсь - " Внезапно связь на рабочем столе Евы взорвалась шумом. Ее сердитый визг заставил кошку помчаться обратно на кухню.

"Пибоди! Ради Бога, где ты?"

"Сэр? Сэр, это вы? Я действительно ничего не слышу из-за музыки".

Возможно, в аудиозаписи царил хаос, но видео было четким и дало Еве возможность крупным планом увидеть свою помощницу, с растрепанными волосами, накрашенными губами и сонными глазами.

"Я знала это", - было все, о чем могла подумать Ева. Я просто знал это.

"Ты был пьян".

"У меня есть?" Затуманенные глаза моргнули от этой информации, затем Ева услышала то, что можно было описать только как хихиканье. "Ну, может быть. Парочка. Я нахожусь в клубе, и они здесь выпивают. Действительно зажигательные крикуны. Неужели уже утро?"

"Привет, Даллас!" Лицо Макнаба прижалось к лицу Пибоди, так что они оба, одинаково пораженные происходящим, оказались на одном экране. "Эта группа - лед. Почему бы тебе не взять себя в руки и не спуститься вниз".

"Пибоди, где ты?"

"Я в Нью-Йорке. Я живу здесь ".

Пьян, подумала Ева в отчаянии. Пьян, как колонист станции Каспий. "Неважно. Вынеси это наружу, пока я не оглох ".

"Что? Я тебя не слышу!"

Не обращая внимания на веселый смешок Рорка, Ева наклонилась к своему 'линку. "Офицер Пибоди, выйдите наружу, держите передачу открытой. Мне нужно с тобой поговорить ".

"Ты снаружи? Что ж, черт возьми, заходи".

Ева втянула в себя воздух. "Иди. Вон. На стороне."

"О, хорошо, конечно".

Было много неуклюжих, еще больше хихикающих, неровных взглядов на толпу, которую Ева решила, что это маньяки, прыгающие и вращающиеся, когда группа обрушила шум. К ее огромной боли, она очень отчетливо услышала прошипевшее предложение Макнаба о том, чем было бы весело заняться в одной из комнат уединения клуба.

"Вы должны дать ему очки за воображение", - указал Рорк.

"Я ненавижу тебя за это". Набравшись терпения, Ева держала передачу, пока Пибоди и Макнаб, спотыкаясь, выходили из клуба. Уровень шума снизился, но ненамного. Очевидно, Макнаб выбрал клуб в центре нескончаемого района вечеринок на Бродвее.

"Даллас? Даллас? Где ты?"

"Твоя ссылка, Пибоди. Я на вашей "ссылке".

"О". Она снова подняла его, всмотрелась в экран. "Что ты там делаешь?"

"У тебя в сумке есть что-нибудь отрезвляющее?"

"Держу пари. Ты должен быть готов, верно?"

"Возьми немного. Сейчас."

"О". Ярко накрашенные губы Пибоди надулись. "Я не хочу. Привет, это Рорк. Я слышал Рорка. Привет, Рорк."

Он не смог удержаться и появился в поле зрения. "Привет, Пибоди. Ты выглядишь особенно восхитительно сегодня вечером ".

"Боже, ты симпатичная. Я мог бы просто смотреть на тебя, и смотреть на тебя, и ...

"Протрезвей, Пибоди. Сейчас. Это приказ."

"Черт". Пибоди порылась в своей сумке, достала маленькую жестянку. "Если я должен, ты должен", - сказала она, доставая две таблетки, прежде чем пихнуть банку Макнабу.

"Почему?"

"Потому что".

"О".

"Пибоди, мне нужны все текущие данные об Анже Карвелл, все результаты поиска и сканирования".

"Ладно".

"Пристрелите их к моей машине. Тогда я хочу, чтобы вы встретились со мной, в форме, по адресу Кеннета Стайлза. Тридцать минут. Понял?"

"Да, вроде как... Не могли бы вы повторить вопрос?"

"Это не вопрос. Это приказ, - поправила Ева и повторила это. "Теперь понял?"

"Да. Гм, да, сэр."

"И оставь свою дрессированную обезьянку дома".

"Сэр?"

"Макнаб", - рявкнула Ева и отключила передачу.

"Любитель вечеринок", - пробормотал Рорк.

"Не надо мне дерзить". Она встала, достала из ящика стола ремень безопасности, пристегнула его. "Иди, сделай некоторые финансовые корректировки и анализ по пунктам".

"Дорогая, ты подслушивала".

"Я не смеюсь", - сказала она ему и была раздражена, потому что хотела смеяться. "Держись подальше от неприятностей".

Он только улыбнулся, ожидая, пока не услышал, как она трусцой спускается по лестнице.

Она собиралась облегчить свой путь вокруг печати вместо того, чтобы прорываться через нее, подумал он. Не было причин, по которым у него должны были быть такие же ограничения.

Он прошел по коридору в отдельную палату. Его голос и отпечатки ладоней были проверены и подтверждены. Замки отключены.

"Включить свет", - приказал он. "Полный".

Комната была залита светом, заблокированным снаружи защитными экранами на окнах. Он пересек широкие квадраты плитки, в то время как дверь за ним закрылась, снова запертая.

Только три человека имели доступ в эту комнату. Три человека, которым он безоговорочно доверял. Ева, Соммерсет и он сам.

Гладкая черная панель управления образовала широкую букву U. Оборудование, незарегистрированное и незаконное, тихо гудело в спящем режиме. Широкий глаз CompuGuard не мог ограничить то, чего он не мог видеть.

За эти годы он реструктурировал большую часть своих сомнительных активов. После Евы он избавился от остальных или узаконил их. Но, подумал он, наливая себе бренди, у человека должны быть какие-то маленькие напоминания о прошлом, которые сделали его.

И в его мятежном сердце идея такой системы, как CompuGuard, которая контролировала бы весь компьютерный бизнес, была раздражающим камешком в его ботинке. Он был обязан честью вытрясти это.

Он шагнул к пульту управления, взболтал свой бренди. "Включить систему", - приказал он, и над чернотой расцвела радуга огней. "Теперь, давайте посмотрим".

***

Ева оставила свой автомобиль на парковке второго уровня в половине квартала от квартиры Стайлза. Она прошла половину этого расстояния, когда заметила фигуру, пытающуюся слиться с деревьями на краю парка напротив. "Верное сердце".

"Сэр!" Она услышала писк удивления в его голосе, но к тому времени, как он вышел из тени, он успел придать своему лицу спокойные черты. "Лейтенант".

"Докладывайте".

"Сэр, я установил наблюдение за зданием объекта с момента его возвращения в восемнадцать двадцать три. Мой двойник наблюдает за задним выходом. Мы поддерживали регулярную связь с интервалом в тридцать минут ".

Когда она ничего не сказала, он прочистил горло. "Субъект опустил защитные экраны на всех окнах в восемнадцать тридцать восемь. С тех пор они помолвлены".

"Это хорошо, Trueheart, дает мне действительно ясную картину. Теперь скажи мне, там ли он ".

"Лейтенант, объект не покидал наблюдаемого помещения".

"Прекрасно". Она наблюдала, как быстрое такси свернуло к противоположному тротуару. Пибоди, выглядевшая значительно более официально в полной форме, с прямыми волосами, выбившимися из-под фуражки, вышла. "Приготовьтесь, офицер Трухарт".

"Да, сэр. Сэр? Я хотел бы воспользоваться этой возможностью, чтобы поблагодарить вас за это задание ".

Ева посмотрела в его очень молодое, очень серьезное лицо. "Ты хочешь поблагодарить меня за долг, который заставляет тебя стоять в темноте, на холоде, за ..." Она взглянула на свое наручное устройство. "Примерно на пять с половиной часов?"

"Это расследование убийства", - сказал он с таким почтением, что она чуть не похлопала его по щеке.

"Рада, что тебе это нравится". Она направилась через улицу, где ее ждала Пибоди. "Посмотри мне в глаза", - потребовала Ева.

"Я трезв, сэр".

"Высунь свой язык".

"Почему?"

"Потому что ты этого хочешь. А теперь перестань дуться ". С этими словами Ева направилась к зданию. "И не закатывай глаза на мой затылок".

Глаза Пибоди остановились на середине закатывания. "Должен ли я быть проинформирован о причине, по которой меня отозвали обратно на дежурство?"

"Вы будете проинформированы. Если все твои выжившие мозговые клетки в рабочем состоянии, ты поймешь, к чему клонит, когда я загоню Стайлза в угол. Я заполню пробелы, когда мы закончим ".

Она отдала свой значок и отпечаток ладони ночному охраннику для проверки, получила разрешение. Ева быстро проговорила это по пути наверх.

"Вау, это похоже на один из тех дневных сериалов. Не то чтобы я за ними наблюдала, - быстро сказала Пибоди, когда взгляд Евы холодно скользнул в ее сторону. "Хотя одна из моих сестер зависима. Она полностью подсела на Сердце Желания. Видишь ли, Желание - это маленький и очаровательный приморский городок, но под поверхностью скрывается вся эта интрига и ...

"Не надо. Действительно."

Она поспешила выйти из лифта, чтобы предотвратить любую возможность краткого изложения чего-либо, называемого Сердцем желания. Она нажала на звонок в квартире Стайлза, поднесла свой значок к глазку охраны.

"Может быть, он спит", - сказала Пибоди несколько мгновений спустя.

"У него домашний дроид". Ева снова нажала на звонок и почувствовала, как боль напряжения сжала ее внутренности.

Она поручила новичку, ради всего святого, новичку вести наблюдение за главным подозреваемым в двух убийствах. Потому что она хотела дать ребенку передышку.

Если Стайлз проскользнул мимо него, ей некого было винить, кроме себя.

"Мы входим". Она потянулась к своему мастер-коду.

"Ордер -"

"Он нам не нужен. Субъект - подозреваемый, двойное убийство, также потенциальная жертва. Есть основания полагать, что объект сбежал или находится внутри, неспособный ответить ".

Она обошла замки вместе со своим хозяином. "Достань свое оружие, Пибоди", - приказала она, потянувшись за своим. "Идите выше, направо. Готов?"

Пибоди кивнула. Ее рот, возможно, был ярко накрашен, но он был твердым.

По сигналу Евы они прошли через дверь, направляясь в противоположных направлениях. Ева приказала зажечь свет, прищурилась от внезапной вспышки света, просканировала, заметая, когда она развернулась, чтобы прикрыть спину Пибоди.

"Полиция! Кеннет Стайлз, это лейтенант Даллас, полиция Нью-Йорка. Я вооружен. Вам приказано немедленно выйти в жилую зону ".

Говоря это, она двинулась в сторону спальни, прислушиваясь к любому звуку. "Его здесь нет". Все инстинкты подсказывали ей, что место пусто, но она жестом указала Пибоди на дальнюю сторону комнаты. "Проверьте ту область. Берегись своей спины".

Она пинком открыла дверь, ведомая своим оружием.

Она увидела аккуратно застеленную кровать, прибранную зону отдыха и темное пятно от костюма, в котором Стайлз был на поминальной службе, на полу.

"Дроид здесь, Даллас", - крикнула Пибоди. "Деактивирован. Никаких признаков Стайлза."

"Он превратился в кролика. Черт возьми." Тем не менее, она держала оружие наготове, когда вошла в ванную через смежную дверь.

Одного взгляда на гримерную было достаточно, чтобы она снова укрепилась в этом. "Я думаю, это позволяет Трухарту сорваться с крючка", - сказала она Пибоди, когда к ней присоединился ее помощник. Ева потрогала баночку с тоником для кожи, затем подняла парик. "Стайлз, вероятно, чертовски хорош в этом деле. Назови это, Пибоди. Подозреваемый в бегстве".

***

"Сэр". Трухарт стоял неподвижно, как окаменевшее красное дерево, у входа в гримерную Стайлза. Его лицо было белым, если бы не яркий румянец, выступивший на скулах. "Я беру на себя полную ответственность за провал данного мне задания. Я приму без оговорок любой выговор, который вы сочтете уместным ".

"Во-первых, прекрати говорить так, будто этот дроид Пибоди активизируется. Во-вторых, вы не несете ответственности за бегство этого подозреваемого. Это на моей совести".

"Лейтенант, я ценю, что вы приняли во внимание мою неопытность в неспособности выполнить свой долг и выполнить это задание удовлетворительным образом - "

"Заткнись, Верное Сердце". Господи Иисусе, избавь ее от новичков. "Пибоди! Иди сюда".

"Я почти запустил дроида, Даллас".

"Пибоди, расскажи офицеру Трухарт, как я поступаю с копами, которые проваливают задания или не выполняют их так, как я считаю нужным".

"Сэр, вы безжалостно ломаете им яйца. Наблюдать за этим может быть очень интересно. С осторожного и безопасного расстояния".

"Спасибо тебе, Пибоди. Я горжусь тобой. Верное Сердце, я надрываю тебе яйца?"

Его румянец распространился. "Ах, нет, сэр. Лейтенант."

"Тогда из этого следует, что, по моему мнению, вы не провалили это задание. Если бы мое мнение было иным, вы бы свернулись калачиком на полу, сжимая упомянутые яйца и моля о пощаде, на которую, как лаконично указал офицер Пибоди, у меня нет. Нам все ясно?"

Он колебался. "Да, сэр?"

"Это правильный ответ". Она отвернулась от него, изучая гардеробную. Лес одежды разных стилей и размеров; длинный, широкий прилавок, заставленный бутылочками, тюбиками и спреями. Закутки, забитые шиньонами, париками. Ящики, безжалостно расставленные вместе с другими инструментами ремесла.

"Он может превратиться в кого угодно. Я должен был это учесть. Скажите мне, кого вы видели выходящим из здания между восемнадцатью тридцатью и тем, когда я прибыл на место происшествия. Мы проверим по дискам безопасности у выходов, но будьте внимательны ".

Он кивнул, и его глаза расфокусировались от сосредоточенности. "Пара, мужчина и женщина, белый и белокожий, от тридцати пяти до сорока. Они вызвали "Рапид" и направились на восток. Одинокая женщина, смешанной расы, около двадцати. Она ушла пешком в западном направлении. Двое мужчин, черный и белый, чуть за тридцать. Они вернулись через тридцать минут, неся, по-видимому, упаковку пива на двенадцать бутылок и большую пиццу. Холостой мужчина, смешанной расы, под сорок, немного растительности на лице."

Он остановился, когда Ева подняла руку. Она подняла маленький пакет, чтобы показать ему несколько прядей волос, которые она уже запечатала для улик. "Это совпадение цветов?"

Он открыл рот, затем снова закрыл его, чтобы сжать губы вместе. "Трудно сказать с уверенностью, лейтенант, когда загорелся свет. Но у рассматриваемого субъекта, по-видимому, были темные волосы, очень похожие по оттенку на упакованные улики ".

"Расскажите мне подробности. Рост, вес, стиль одежды, внешний вид."

Она слушала, пытаясь нарисовать картину трансформации из отчета Трухарта.

"Хорошо, кто-нибудь еще?"

Он пробежался по нескольким людям, которые покинули здание, но никто не звонил в колокола так, как одинокий мужчина смешанной расы.

"У него было что-нибудь при себе? Сумка, коробка, посылка?"

"Нет, сэр. У него ничего не было с собой ".

"Хорошо, тогда он, вероятно, все еще убегает с тем же выражением лица. Вызовите это ".

"Сэр?"

"Назови свое описание, Верное Сердце. Добавьте это ко всем пунктам ".

Его лицо озарилось, как праздничная свеча. "Да, сэр!"

***

То, что его заметили, было слепой удачей. Ева думала об этом позже, и еще долгое время после. Слепая удача.

Ирония судьбы заключалась в том, что экспресс, курсирующий в Торонто и обратно, столкнулся с неисправностью по пути на Центральный вокзал. Задержка имела бы все значение.

Но когда наступил перерыв, Ева сунула коммуникатор обратно в карман. "Центральный вокзал. Давайте двигаться".

Она была на полпути к двери квартиры, когда бросила взгляд через плечо. "Верное Сердце, есть ли причина, по которой ты не отстаешь от меня ни на шаг?"

"Сэр?"

"Когда командующий офицер говорит двигаться, ты включаешь свою костлявую задницу и двигаешься".

Он быстро моргнул, затем, казалось, переваривал информацию о том, что она хотела, чтобы он был в команде. Глупая улыбка расплылась по его лицу, когда он бросился к двери. "Да, сэр".

"Транзитные копы блокируют выходы, распространяясь на все выходы. Подкрепление в пути ". Ева передала информацию, когда они спускались на уровень улицы. "Подозреваемый купил экспресс в один конец до Торонто".

"Там, наверху, холодно". Пибоди подняла воротник своего пальто, когда они бежали через квартал к машине Евы. "Если бы я бежал из страны, я бы направился на юг. Я никогда не был на Карибах ".

"Вы можете указать ему на это, когда он будет в карцере. Пристегнись, - предложила она, когда они нырнули внутрь. Она промчалась по пандусу парковки, как ракета, включила сирены и с визгом развернулась на двух колесах за углом.

Плюхнувшись на заднее сиденье, живот на уровне колен, Трухарт был на небесах.

Он преследовал не уличного воришку, не жалкого нарушителя правил дорожного движения, а подозреваемого в убийстве. Он схватился за куриную палочку, чтобы сохранить равновесие, пока Ева быстро и беззаботно лавировала в потоке машин. Он хотел запечатлеть каждую деталь в своем сознании. Дикая скорость, вспышка огней, внезапный толчок в роли его лейтенанта - Боже, разве она не была потрясающей? - направил автомобиль в быстрый вертикальный подъем, чтобы объехать пробку на Лексингтон.

Он слушал ясный, практичный голос Пибоди, когда она координировала действия с резервной копией по своему коммуникатору. К тихому, небрежному ругательству Евы, когда она была вынуждена резко свернуть, чтобы избежать столкновения с парой "гребаных безмозглых дебилов" на скутере.

Она с визгом остановилась на западной стороне транспортного центра. "Пибоди, Верное Сердце, со мной. Давайте посмотрим, что у транзитных парней есть для нас ".

Двое транзитных полицейских перекрыли выход. Оба вытянулись по стойке смирно, когда Ева подняла свой значок. "Статус?"

"Ваш подозреваемый внутри, лейтенант. Второй уровень, зона C. В этом районе находится несколько пассажиров. Билеты на экспресс до Торонто были распроданы. Здесь есть несколько магазинов, закусочных и комнат отдыха. У всех подъемников, трапов и дорожек, ведущих в этот район или из него, дежурят мужчины. Он там, внутри ".

"Приготовьтесь".

Она вошла в великое море шума и движения.

"Лейтенант, Фини и Макнаб приближаются к южной стороне здания".

"Назови им местоположение цели. У нас нет данных об оружии, но мы предполагаем, что он вооружен ". Она пересекла широкое пространство зала, в то время как люди, спешащие домой или прочь, проносились мимо нее. "Сообщите командиру, что мы направляемся вниз".

"Капитан Стюарт, сэр. Канал B на вашем коммуникаторе. Она рядом".

"Капитан Стюарт, лейтенант Даллас".

"Лейтенант, мы установили нашу сеть. Центр управления дорожным движением продолжит сообщать о задержках на двенадцать ноль пять до Торонто ".

"Где мой подозреваемый?"

Лицо Стюарт оставалось пустым и жестким, но ее голос стал жестче. "Мы потеряли прямое представление о предмете. Он не покидал, я повторяю, не покидал патрулируемую зону. Наши камеры наблюдения проводят полную зачистку. Мы заберем его ".

"Свяжитесь со мной, по этому каналу, когда заметите его", - коротко сказала Ева. "Сообщите своим людям, что полиция Нью-Йорка сейчас на месте и берет дело в свои руки. Мы ценим их полное сотрудничество и помощь ".

"Это моя территория, лейтенант. Мой приказ."

"Объект подозревается в двух убийствах на моей территории, капитан. Это переопределение, и мы оба это знаем. Давайте закончим работу. Мы можем устроить соревнование по писанию позже ". Ева немного подождала. "Мы приближаемся ко второму уровню. Пожалуйста, сообщите своим людям. Оружие должно быть запрограммировано на самую низкую настройку и применяться только в экстремальных обстоятельствах и для защиты случайных прохожих. Я хочу чистый отрывок ".

"Я полностью осведомлен о том, как проводить операцию такого рода. Мне сообщили, что цель может быть вооружена ".

"Мы не можем подтвердить. Применяйте осторожность и минимальную силу. Минимальное применение силы, капитан; это приоритет. Район заполнен гражданскими лицами. Я буду поддерживать этот канал для дальнейшей связи".

Ева засунула коммуникатор обратно в карман. "Слышала это, Пибоди?"

"Да, сэр. Она хочет ошейник. "Этим вечером Транспортное управление Нью-Йорка, возглавляемое капитаном Стюартом, захватило в бегах главного подозреваемого в убийстве Ричарда Драко. Фотографии в одиннадцать".

"И какова наша цель?"

"Чтобы идентифицировать, ограничить и заключить в тюрьму цель. В целости и сохранности, и никто из гражданских не пострадал ".

"Ты следишь за этим, Верное Сердце?"

"Да, сэр".

Ева заметила, что сотрудники транспортной службы удерживают периметр зоны С. И поток людей, которые толпились, слонялись без дела или спешили по широкой платформе и по извилистым коридорам, которые вели в магазины и закусочные.

Она почувствовала жирный аромат фаст-фуда, острый запах человечности. Плакали младенцы. Последний городской рок лился из чьей-то музыкальной коробки в прямом нарушении кодекса о шумовом загрязнении. Небольшая группа уличных певцов изо всех сил пыталась конкурировать.

Она увидела усталость, возбуждение, скуку на море лиц. И с легким раздражением она увидела, как прогуливающийся карманник зацепил бумажник.

"Верное Сердце, ты единственный, кто смог взглянуть на него. Держи глаза открытыми. Мы хотим разобраться с этим гладко, но мы не хотим тратить время. Чем дольше задерживается этот экспресс, тем больше нервничает Стайлз ".

"Даллас, Фини и Макнаб в девять часов".

"Да, я вижу их". Она видела их, нарастающий поток гражданских, десятки переулков. "Это место похоже на улей насекомых. Мы собираемся рассредоточиться. Пибоди, троллишь правых. Верное Сердце, поверни налево. Поддерживайте визуальный контакт ".

Она заняла центр, пробираясь сквозь толпу, сканируя глазами. По ту сторону путей поезд, идущий на юг, пронесся по туннелю со свистом горячего воздуха. Попрошайка, его удостоверение нищего было испачкано чем-то неопределимым, обслуживал пассажиров, ожидающих задерживающийся торонтский экспресс.

Она собиралась поравняться с Фини, перевела взгляд на позицию Лок Пибоди, повернула голову, чтобы зафиксировать Трухарта.

Она услышала крик, серию воплей, взрыв стекла, когда панель на одной из оживленных витрин разлетелась вдребезги. Даже когда она развернулась, она увидела, как Стайлз прокладывает себе путь сквозь охваченную паникой толпу, преследуемый транспортным полицейским.

"Прекратить огонь!" Она прокричала это, схватив оружие и коммуникатор. "Стюарт, прикажи своему человеку прекратить огонь! Цель загнана в угол. Не применяйте оружие ".

Она использовала локти, ботинки, колени, чтобы пробиться сквозь поток людей, покидающих этот район. Кто-то упал на нее, все с дикими глазами и хватающими руками. Стиснув зубы, она оттолкнула его, протиснулась через отверстие.

Следующая волна людей роилась, как пчелы, крича, когда витрины магазинов брызгали стеклом. Она почувствовала жар на своем лице, что-то мокрое потекло по ее шее.

Она увидела, как Стайлз перепрыгнул через упавших и съежившихся. Затем она увидела Истинное Сердце.

У него были длинные ноги, и они двигались быстро. Ева использовала свое собственное, вырвалась на свободу. Краем глаза она заметила резкое движение.

"Нет! Не стрелять!" Ее выкрикнутый приказ потонул в хаосе. Как раз в тот момент, когда она прыгнула к транспортному полицейскому, он занял позицию для стрельбы и прицелился. В то же мгновение Трухарт приготовился к прыжку и подкату.

Удар луча поразил его в воздухе, превратив его тело в ракету, которая сильно врезалась в отступающую спину Стайлза. Движущаяся вперед сила сбросила их обоих с платформы на рельсы внизу.

"Нет. Черт возьми. Нет!" Она оттолкнула транзитного полицейского, развернулась в сторону и бросилась к краю платформы. "Задержите все поезда, идущие на север! На трассе есть раненые. Задержите все поезда! О Иисус. О Боже."

Клубок тел, брызги крови. Она спрыгнула на рельсы, чувствуя, как от шока у нее запылали ноги. У нее перехватило дыхание, когда она попыталась нащупать пульс на горле Трухарта.

"Черт возьми. Черт возьми. Офицер ранен!" Ее голос сорвался из пересохшего горла в коммуникатор. "Офицер ранен! Требуется немедленная медицинская помощь, Центральный вокзал, второй уровень, зона С, как в случае с Чарли. Задействуйте медицинские пункты. Офицер и подозреваемый убиты. Держись, Верное Сердце".

Она сорвала с себя куртку, накинула ее ему на грудь, затем руками надавила на длинную рану, спускающуюся по его бедру.

Фини, запыхавшийся и вспотевший, приземлился рядом с ней. "Ах, Христос. Насколько все плохо?"

"Плохо. Он получил удар, прыгнул прямо на гребаную балку." Она опоздала на шаг. На один шаг слишком поздно. "Затем падение. Мы не можем рисковать перевозить его без стабилизаторов. Где МТС? Где эти гребаные МТС?"

"В пути. Вот." Он отстегнул ремень, толкнул ее в бок и наложил жгут. "Стайлз?"

Она приказала себе продолжать, крадучись подошла к тому месту, где лицом вниз лежал Стайлз, проверила пульс. "Живой. Он не уловил удара, и то, как они упали, выглядело так, будто парень перенес самую тяжелую часть своего падения ".

"У тебя по лицу течет кровь, Даллас".

"Я поймал немного стекла, вот и все". Она провела по струйке тыльной стороной ладони, смешивая свою кровь с кровью Трухарта. "Когда я закончу со Стюарт и ее горячими шишками - "

Она замолчала, снова посмотрела на молодое, бледное лицо Трухарта. "Господи, Фини. Он всего лишь ребенок ".

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Ева ворвалась в двери отделения неотложной помощи вслед за каталкой и быстро говорящими телефонами. Слова были как пощечины, твердые и звонкие. Под их шквалом она услышала что-то о повреждениях позвоночника, внутреннем кровотечении.

Когда они подошли к дверям смотровой, огромная медсестра с кожей цвета черного дерева на фоне бледно-голубой туники преградила Еве путь.

"Отойди в сторону, сестра. Там, внизу, мой человек ".

"Нет, ты отойди в сторону, сестра". Медсестра положила руку размером с булыжник на плечо Евы. "Медицинский персонал только после этого момента. У тебя там несколько довольно приличных рваных ран на лице. Сдайте четвертый экзамен. Кто-нибудь будет рядом, чтобы привести тебя в порядок".

"Я могу привести себя в порядок. Этот парень там принадлежит мне. Я его лейтенант".

"Что ж, лейтенант, вам просто придется позволить врачам делать то, что они делают". Она достала доску для заметок. "Вы хотите помочь, дайте мне его личные данные".

Ева локтем оттолкнула медсестру в сторону, подошла к смотровому окну, но больше не пыталась протиснуться. Боже, она ненавидела больницы. Ненавидел их. Все, что она могла видеть, это суматошное движение, зеленые халаты врачей, синие - среднего персонала.

И Трухарт без сознания на столе под резким светом, пока они работали над ним.

"Лейтенант". Голос медсестры смягчился. "Давайте поможем друг другу здесь. Мы оба хотим одного и того же. Дайте мне все, что можете, о пациенте ".

"Верное сердце. Христос, как его первое имя. Пибоди?"

"Трой", - сказала Пибоди у нее за спиной. "Это Трой. Ему двадцать два."

Ева просто прижалась лбом к стеклу, закрыла глаза и рассказала о причине травм.

"Мы позаботимся о нем", - сказала ей медсестра. "Теперь займись четвертым". Она прошла через двери, стала частью сине-зеленой стены.

"Пибоди, найди его семью. Попросите пару консультантов связаться с ними ".

"Да, сэр. Фини и Макнаб следят за Стайлзом. Он в соседней комнате ".

Въезжали все новые и новые каталки. Пострадавшие на Центральном вокзале собирались остаток ночи занимать отделение скорой помощи порезами, ушибами и сломанными костями. "Я проинформирую командира о текущем статусе". Она отступила от зеркала, чтобы она могла дать свой отчет без колебаний.

Закончив, она заняла свое место у дверей и позвонила домой.

"Рорк".

"У тебя идет кровь".

"Я - я в больнице".

"Где? Который из них?"

"Рузвельт. Послушай - "

"Я уже в пути".

"Нет, подожди. Я в порядке. Я уложил человека. Мальчик", - сказала она и чуть не сломалась. "Он чертов мальчишка. Они работают над ним. Мне нужно остаться, пока... Мне нужно остаться ".

"Я уже в пути", - снова сказал он.

Она начала протестовать, затем просто кивнула. "Да. Спасибо ".

Медсестра протиснулась обратно в двери, послав Еве один пылающий взгляд. "Почему ты не в четвертой палате?"

"В каком состоянии Трухарт?"

"Они стабилизируют его состояние. Его скоро отправят в операционную. Операция шестая. Я отведу вас в зону ожидания после того, как вам окажут медицинскую помощь ".

"Я хочу полный отчет о его состоянии".

"Ты хочешь этого, ты это получишь. После того, как тебя вылечат".

***

Ожидание было хуже всего. Это дало ей слишком много времени, чтобы подумать, воспроизвести, передумать. Замечать каждый маленький неверный шаг.

Она не могла сидеть. Она ходила взад-вперед, пила отвратительный кофе и смотрела в окно на стену соседнего крыла.

"Он молод. Здоров, - сказала Пибоди, потому что больше не могла молчать. "Это перевешивает на его сторону".

"Я должен был отправить его домой. Я должен был освободить его. Я не имел права брать новичка на операцию такого рода ".

"Ты хотел дать ему передышку".

"Перерыв?" Она развернулась, и ее глаза были жестокими, блестящими от эмоций. "Я поставил на кон его жизнь, в ситуацию, к которой он не был готов. Он упал. Я несу за это ответственность ".

"Черт бы тебя побрал". Подбородок Пибоди мятежно вздернулся. "Он полицейский. Когда ты надеваешь форму, ты идешь на риск. Он на работе, а это значит, что он каждый день сталкивается с возможностью получить удар при исполнении служебных обязанностей. Если бы я повернул налево, а не направо, я бы сделал в точности то, что сделал Трухарт, и я был бы на операции. И меня бы серьезно разозлило, если бы я знал, что вы стоите здесь и отнимаете у меня действия, которые я предпринимал для выполнения своей работы ".

"Пибоди - " Ева замолчала, покачала головой и вернулась к перегруженной кофеварке.

"Молодец". Рорк подошел и положил руку на плечо Пибоди. "Ты сокровище, Пибоди".

"Это была не ее вина. Я не могу спокойно видеть, как она берет это на себя ".

"Если бы она этого не сделала, она не была бы тем, кто она есть".

"Да, я думаю. Я собираюсь посмотреть, смогу ли я пометить Макнаба и получить обновленную информацию о состоянии Стайлза. Может быть, ты сможешь уговорить ее прогуляться, подышать свежим воздухом ".

"Я посмотрю, что я могу сделать".

Он перешел к Еве. "Если ты продолжишь пить этот кофе, у тебя в желудке появятся дырки, через которые я мог бы просунуть кулак. Вы устали, лейтенант. Сядьте".

"Я не могу". Она обернулась и увидела, что комната на мгновение опустела. Позволила себе сломаться. "О Боже", - пробормотала она, прижавшись лицом к его плечу. "На его лице появилась эта глупая ухмылка, когда я сказал ему, что тащу его с собой. Я думал, что прикрою его, но потом все пошло не так. Люди топчут людей, кричат. Я не смог закончить достаточно быстро. Я не успел добраться до него вовремя ".

Он знал ее достаточно хорошо, чтобы ничего не говорить, просто держаться, пока она не успокоится. "Мне нужно кое-что знать. У тебя здесь есть ниточки, - сказала она, отступая назад. "Вытащи несколько, будь добр, и узнай, что происходит в хирургии".

"Хорошо". Он взял у нее из рук переработанную чашку, отставил ее в сторону. "Присядьте на несколько минут. Я пойду потяну за эти ниточки ".

Она попыталась сесть, ей это удавалось почти целую минуту, прежде чем она встала и снова выпила кофе. Когда она наливала еще чашку, в комнату вошла женщина.

Она была высокой, стройной, и у нее были бесхитростные глаза Трухарта. "Извините меня". Она оглядела комнату, снова посмотрела на Еву. "Я ищу лейтенанта Даллас".

"Я Даллас".

"О да, я должен был догадаться. Трой так много рассказывал мне о тебе. Я Полин Трухарт, мать Троя ".

Ева ожидала паники, горя, гнева, требований, а вместо этого безучастно смотрела, как Полин подошла к ней, протягивая руку. "Ms. Трухарт, я очень сожалею, что ваш сын был ранен при исполнении служебных обязанностей. Я хотел бы, чтобы вы знали, что он выполнил свой долг образцовым образом ".

"Ему было бы так приятно услышать это от вас. Он очень восхищается тобой. На самом деле, я надеюсь, это не смутит тебя, но я думаю, что Трой немного влюблен в тебя ".

Вместо того, чтобы допить кофе, Ева поставила его на стол ".Ms. Верное Сердце, твой сын был под моей рукой, когда его ранили ".

"Да, я знаю. Консультанты объяснили, что произошло. Я уже говорил с отделом по работе с пациентами. Они делают все, что в их силах, чтобы помочь ему. С ним все будет в порядке ".

Она улыбнулась и, все еще держа Еву за руку, повела ее к сиденьям. "В глубине души я бы знал, если бы было иначе. Он - все, что у меня есть, ты видишь ".

Ева села на стол лицом к Полин, когда женщина опустилась на стул. "Он молод и силен".

"О да, и боец. Он хотел быть полицейским, сколько я себя помню. Эта форма так много для него значит. Он замечательный молодой человек, лейтенант, никогда не был для меня ничем иным, кроме радости ". Она посмотрела в сторону дверного проема. "Я ненавижу думать о том, как ему больно".

"Ср. Верное сердце..." Ева нащупала, попробовала снова. "Я не верю, что ему было больно. По крайней мере, он был без сознания, когда я добрался до него ".

"Это хорошо, это помогает. Благодарю вас ".

"Как ты можешь отблагодарить меня? Я поставил его в такое положение".

"Конечно, ты этого не делал". Она снова взяла Еву за руку. "Вы, должно быть, превосходный командир, раз так заботитесь. Мой сын хочет служить. Служить и защищать, разве это не так?"

"Да".

"Я беспокоюсь. Это очень трудно для тех из нас, кто любит тех, кто служит и защищает. Но я верю в Трою. Безусловно. Я уверен, что твоя мать сказала бы то же самое о тебе ".

Ева дернулась назад, подавляя боль, которая сосредоточилась у нее в животе. "У меня нет матери".

"О, мне жаль. Что ж." Она дотронулась до обручального кольца Евы. "Значит, кто-то, кто любит тебя. Он верит в тебя".

"Да". Ева оглянулась, встретилась взглядом с Рорком, когда он вошел. "Я думаю, он знает".

"Ср. Верное сердце". Рорк подошел к ней. "Мне только что сообщили, что вашему сыну скоро сделают операцию".

Ева почувствовала быструю, легкую дрожь пальцев Полин. "Вы врач?"

"Нет. Я муж лейтенанта Даллас."

"Ох. Они сказали вам, каково состояние Троя?"

"Состояние его стабилизировалось. Они очень надеются. Один из хирургов поговорит с вами через некоторое время ".

"Спасибо тебе. Они сказали, что на этом этаже была часовня. Думаю, я посижу там, пока они не будут готовы принять меня. Вы выглядите таким усталым, лейтенант. Трой не возражал бы, если бы ты пошел домой и немного отдохнул ".

Когда она снова осталась наедине с Рорком, Ева просто уперлась локтями в бедра и прижала ладони к глазам. "Скажи мне, чего ты ей не сказал. Расскажи мне все начистоту ".

"Травма позвоночника вызывает у них некоторое беспокойство".

"Он парализован?"

"Они надеются, что это временно, из-за опухоли. Если это окажется более серьезным, существуют методы лечения с высокими показателями успеха ".

"Он должен быть полицейским. Вы можете вызвать специалиста?"

"Я позаботился об этом".

Она оставалась в том же положении, слегка покачиваясь. "Я твой должник".

"Не оскорбляй меня, Ева".

"Вы видели его мать? Видишь, какой она была? Как кто-то может быть таким сильным, таким храбрым?"

Рорк надел наручники на ее запястья, отвел ее руки вниз. "Посмотри в зеркало".

Она покачала головой. "С ней это любовь. Она пожелает, чтобы он был в безопасности, цел и счастлив, потому что она любит его. Я думаю, у нее это тоже получится ".

"Материнская любовь - это яростная и могущественная сила".

Обретя твердость, она расправила ноющие плечи. "Ты когда-нибудь думаешь о своем? Твоя мать?"

Он ответил не сразу, и это колебание заставило ее нахмуриться. "Я собирался сказать "нет", - объяснил он. "Но это был спонтанный поступок. Да, я полагаю, что иногда я это делаю. Время от времени я задаюсь вопросом, что с ней стало ".

"И почему она оставила тебя?"

"Я знаю, почему она оставила меня". Сталь вернулась в его голос, в его глаза. Холодная сталь. "Я не представлял для нее особого интереса".

"Я не знаю, почему мой покинул меня. Я думаю, это самое худшее. Незнание почему. Не помнящий." Она с шипением выдохнула, злясь на себя. "И это бесполезные домыслы.

"Наверное, у меня в мозгу матери. Мне нужно поговорить с Карли о ее смерти ".

Она поднялась на ноги, отбросив усталость. "Я хочу проверить состояние Стайлза, допросить его, если он в сознании. Я собираюсь пойти в Центральное управление, подать свой отчет. Утром первым делом у меня назначена встреча с командиром."

Он тоже воскрес. Ее лицо было бледным, под глазами синяки. Порезы и царапины на ее лице выделялись, как знаки отличия. "Тебе нужно поспать".

"Я перехватлю немного в Центральном. В любом случае, при нынешнем положении дел, все должно завершиться через несколько часов. Я уделю немного личного времени, когда это будет необходимо ".

"Когда это произойдет, давайте подождем несколько дней. Тебе не помешало бы немного солнца ".

"Я подумаю об этом". Поскольку они были одни, она наклонилась вперед, чтобы поцеловать его.

***

В ноль семь десять Ева стояла в кабинете Уитни. У него был ее письменный отчет на диске и печатной копии, он слушал ее устное продолжение.

"Врач, лечащий Стайлза, оценивает время до полудня, прежде чем его можно будет допросить. На данный момент он под действием успокоительного. Его состояние стабильное. Офицер Трухарт остается в тяжелом состоянии. Его нижние конечности еще не реагируют на раздражители, и на данный момент он еще не пришел в полное сознание. Я хотел бы рекомендовать офицера Трухарта для поощрения за его поведение. Его быстрые действия и пренебрежение к личной безопасности были прямой причиной задержания подозреваемого. Травмы, полученные им во время операции, были вызваны небрежностью не с его стороны, а с моей ".

"Так вы заявляете в своем письменном отчете. Я не согласен с вашим анализом ".

"Сэр, офицер Трухарт проявил мужество и ясное мышление в сложных и опасных обстоятельствах".

"Я не сомневаюсь в этом, лейтенант". Он откинулся назад. "Вы превосходно контролируете себя как в своих письменных, так и в устных отчетах. Планируете ли вы обсудить проблемы с операцией лично с капитаном Стюартом? Потому что, если это так, мне придется отдать прямой приказ, чтобы вы не вступали в контакт с капитаном Стюартом. В данный момент она получает выговор от своего начальства. Ты не думаешь, что этого достаточно?" спросил он после минуты звенящей тишины.

"Это не мне говорить".

"Превосходно управляемый", - повторил он. "Она все испортила. Своим пренебрежением к вашей власти, вашим приказам, субординации и всему разумному здравому смыслу она испортила всю ситуацию, несет ответственность за десятки ранений среди гражданского населения, тысячи случаев материального ущерба, предоставила подозреваемому возможность скрыться и отправила одного из моих людей в больницу ".

Он наклонился вперед, проговорил сквозь зубы: "Ты думаешь, я не злюсь?"

"Вы превосходно контролируете себя, сэр".

Он издал короткий звук, который мог быть смехом. "Сообщили ли вы капитану Стюарту, что командуете вы, что вы были на месте происшествия и сказали, что сцена под контролем, что все оружие должно быть установлено на режим слабого оглушения и что его нельзя использовать без чрезвычайных обстоятельств?"

"Да, сэр, я это сделал".

"С капитаном Стюартом разберутся, я обещаю вам. Ей повезет работать в системе контроля, когда внутреннее расследование будет завершено. Будь удовлетворен этим".

"Трухарту двадцать два года". И это давило на нее, как камень на сердце.

"Я осознаю это. Я осознаю, каково это, когда человек гибнет от твоей руки. Прими это, лейтенант, и делай свое дело. Сядьте".

Когда она подчинилась, он отложил ее письменный отчет в сторону. "Когда ты в последний раз хоть немного спал?"

"Со мной все в порядке".

"Когда мы закончим здесь, у тебя будет два часа. Это приказ. Аня Карвелл", - начал он. "Считаете ли вы ее существенным элементом в этом деле?"

"Она - оборванная нить. Любая нить, которая не завязана узлом, является важным элементом ".

"А ее предполагаемые отношения с Кеннетом Стайлзом и Ричардом Драко?"

"Количество пересеченных соединений в этом случае приводит к слишком большому количеству треугольников, чтобы их можно было игнорировать. Похоже, что Стайлз организовал убийство Драко и, как следствие, Лайнуса Кима. Однако есть ряд других, у которых есть мотив и возможность. Не факт, что Стайлз действовал, скорее, что он действовал в одиночку. Прежде чем я двинулся на него, я был готов запросить ордер на снятие печати с усыновления Карли Ландсдоун."

"Потратьте свои два часа, затем обратитесь к судье Левински. Большинство судей неохотно вскрывают печати о частных усыновлениях. Он может быть вашим лучшим выбором, особенно если вы поймаете его после того, как он позавтракает ".

***

Она намеревалась следовать приказам. Найти ровную поверхность и растянуться на ней помогло бы ей очистить разум.

Она закрыла дверь в свой кабинет, заперла ее, затем просто растянулась на полу. Прежде чем она успела закрыть глаза, на ее ладони запищал канал связи.

"Да, что?"

"Доброе утро, лейтенант".

"Без придирок", - пробормотала она и подперла щеку рукой. "Я прямо сейчас лежу".

"Хорошо". Рорк изучал ее лицо. "Хотя тебе было бы лучше в кровати, чем на полу в твоем офисе".

"Ты все знаешь?"

"Я знаю тебя. Вот почему я решил связаться с вами. Я забыл передать кое-какую информацию прошлой ночью. Имя биологической матери в деле Карли Ландсдоун."

"О чем ты говоришь? Я сказал тебе оставить это в покое ".

"Я ослушался. Я буду с нетерпением ждать, когда ты накажешь меня позже. Она указана как Аня Карвелл. Она рожала в частной женской клинике в Швейцарии. Усыновление было предопределено и законно. Ей был предоставлен обязательный двадцатичетырехчасовой период, чтобы отозвать свое решение, она придерживалась его и подписала окончательные документы. Она указала отца как Ричарда Драко и включила, согласно закону, документ под присягой о том, что он был проинформирован о беременности, ее решении завершить его и усыновлении. Документ был подтвержден добровольным тестированием на правдивость ".

"Был ли он уведомлен о живорождении?"

"Да. Досье полное и настолько эффективное, насколько можно ожидать от швейцарца. Он знал, что у него был ребенок, дочь. Обязательный анализ ДНК подтвердил, что он был отцом. Он не возражал против усыновления ".

Она перевернулась на спину, позволяя информации проникнуть в ее мозг. "Приемные родители имеют право на всю эту информацию, за исключением имен. Им предоставляются истории болезни биологических родителей, их культурное и этническое происхождение, интеллектуальные, художественные, технические навыки. Все это может нарисовать довольно ясную картину. Усыновленный также имеет право на получение всех этих данных по запросу, включая официальные имена биологических родителей ".

"Я не нашел никакого запроса на эти данные от усыновленного", - сказал ей Рорк.

"Есть способы обойти это. Карли могла бы знать. Она могла бы собрать все воедино и заподозрить, что Драко был ее отцом. Есть физическое сходство, если вы знаете, что его нужно искать. Как много она знала?"

"Ты узнаешь. Поспи немного".

"Верно. Напомни мне позже отшлепать тебя за электронное вторжение ".

"Я уже взволнован".

Она задремала, думая об отцах и дочерях, об обмане и убийстве.

И проснулась от того, что старый кошмарный вопль вырывался из ее горла, ее кожа была мокрой от пота, а в голове сильно стучало.

Она перевернулась, приподнялась на четвереньки, чтобы побороть тошноту. Ей потребовалось несколько дрожащих секунд, чтобы осознать, что не весь стук был у нее в голове. Кое-что из этого было у ее двери.

"Да. Держись. Черт возьми." Она покачнулась на пятках, заставила себя дышать. Она поднялась на ноги, оперлась рукой о стол, пока ее ноги снова не обрели устойчивость.

Щелкнув замками, она рывком открыла дверь. "Что?"

"Вы не ответили на "ссылку", - сказала Пибоди в спешке. Ее лицо все еще было раскрасневшимся от утренней прохлады. "Я был - с тобой все в порядке? Ты выглядишь- " Затравленным", - подумала она, но последовала инстинкту и исправила слово. "Выйди из этого".

"Я спал".

"О, извините". Пибоди расстегнула пальто. В своей последней попытке похудеть она стала выходить из метро в пяти кварталах от центра. Винтер решил вернуться, чтобы еще раз взбрыкнуть в то утро. "Я только что вошел и столкнулся с командиром, когда он выходил. Он направляется в больницу ".

"Верное сердце?" Она схватила Пибоди за руку. "Мы потеряли его?"

"Нет. Он в сознании. Командир сказал, что он всплыл около двадцати минут назад, и вот лучшая часть, он реагирует на раздражители. Паралича нет, и они перевели его в охраняемое состояние ".

"Хорошо". Облегчение пронеслось по ней, как на крыльях летучей мыши. "Ладно, хорошо. Мы заедем и увидим его, когда пойдем допрашивать Стайлза ".

"Команда скинулась на цветочную композицию. Всем нравится Правдивое сердце ".

"Хорошо, отпусти меня". Она сидела за своим столом. "Принеси мне немного кофе, хорошо? Я энергичный ".

"Ты вообще не пошел домой, не так ли? Ты сказал, когда отсылал меня, что возвращаешься домой ".

"Я солгал. Кофе. Я получил некоторую информацию из анонимного источника. Мы собираемся повторно допросить Карли Ландсдаун ".

Пибоди шмыгнула носом и подошла к автомату. "Я полагаю, ваш помощник не должен спрашивать имя источника?"

"Моя помощница должна была принести мне кофе, прежде чем я перегрызу ей горло".

"Я понимаю", - пробормотала Пибоди. "Почему Карли, на этой стадии расследования?"

"Я только что подтвердил, что Ричард Драко был ее отцом".

"Но они были..." Дюжина эмоций промелькнула на лице Пибоди. "О, гадость".

"Словами из одного слога". Ева схватила кофе. "Я хочу направить судье Левински официальный запрос о взломе печати об усыновлении. Мы должны сделать это официально. Тем временем- - Она замолчала, когда ее настольная ссылка просигналила о входящем.

"Отдел убийств. Даллас."

"Лейтенант Ева Даллас?"

Ева изучала женщину. "Это верно".

"Лейтенант Даллас, меня зовут Аня Карвелл. Я хотел бы поговорить с вами по очень важному вопросу, и как можно скорее ".

"Я искал вас, мисс Карвелл".

"Я думал, что ты можешь быть. Не могли бы вы встретиться со мной в моем отеле? Я остаюсь во дворце ".

"Популярное место. Я буду там. Двадцать минут."

"Спасибо тебе. Я думаю, что могу помочь вам прояснить ряд вопросов ".

"Боже". Пибоди взяла себе кофе, когда Ева прервала передачу. "Мы ищем ее по всему аду и обратно, и здесь она просто падает к нам на колени".

"Да, приятное совпадение". Ева оттолкнулась от стола. "Мне не нравятся совпадения".

***

БУДЕТ ВСКРЫТ В СЛУЧАЕ МОЕЙ СМЕРТИ

Да, это прозвучало красиво, драматично. Никто никогда не хочет терять чувство стиля, даже под давлением. Особенно под давлением. Таблетки находятся там, где их можно легко достать, если они понадобятся. Последнее средство, конечно, но они будут быстрыми. Они будут нежны.

"Не будь нежен в эту спокойную ночь". Ну, что, черт возьми, он знал? Если дело доходит до смерти или тюрьмы, смерть предпочтительнее.

Жизнь - это череда выборов. Одно перетекает в другое, и путь меняется. Это никогда не бывает по-настоящему прямым, если только нет ни радостей, ни печалей. Я бы всегда предпочел дорогу, которая блуждает. Я сделал свой выбор, к лучшему или к худшему, он был моим. Я беру на себя полную ответственность за результаты этого выбора.

Даже Ричард Драко. Нет, особенно Ричард Драко. Его жизнь была не чередой выборов, а совокупностью жестоких поступков, мелких и крупных. Все, к кому он прикасался, были так или иначе повреждены. Его смерть не тяготит мою совесть. То, что он сделал, сознательно, преднамеренно, злобно, заслуживало уничтожения.

Я только хотел бы, чтобы была боль, огромные волны боли, огромные потоки знания, страха, горя в тот момент, прежде чем нож пронзил его сердце.

Но, планируя его казнь, я также имел в виду самосохранение. Полагаю, я все еще верю.

Если бы мне дали возможность сделать это снова, я бы ничего не изменил. Я не буду изображать раскаяние за избавление от пиявки.

Я испытываю некоторое сожаление по поводу того, что заманил Лайнуса Кима на верную смерть. Это было необходимо, и Бог свидетель, он был уродливым, бессердечным человечком. Моим выбором могло быть подкупить его, но шантаж - это своего рода болезнь, не так ли? Как только тело заражено этим, оно распространяется и возвращается в неподходящие моменты. Зачем так рисковать?

И все же мне не доставило удовольствия устроить его смерть. На самом деле, это было необходимо, чтобы успокоить мои нервы и беспокойство. Я убедился, что он не чувствовал ни боли, ни страха, но умер с иллюзией удовольствия.

Но это, я полагаю, не отменяет акта прекращения еще одной жизни.

Я думал, что был таким умным, инсценировав убийство Ричарда на глазах у стольких людей, зная, что у всех, кто его окружал, были причины желать ему зла. Был такой острый трепет при мысли о том, что нож, который Кристин Воул вонзит в черное, несчастное сердце Леонарда Воула, окажется настоящим. Это было так прекрасно уместно.

Я сожалею и приношу извинения за то, что причинил моим друзьям и коллегам какие-либо страдания, поставив их, даже на короткий срок, под какое-либо подозрение. Глупо с моей стороны, глупо было верить, что это никогда не зайдет так далеко.

Никому, сказала я себе, не было дела до Ричарда. Никто из тех, кто его знал, не стал бы оплакивать его смерть, если бы не крокодиловы слезы, которые заблестели на бледных щеках зрителей.

Но я просчитался. Лейтенанту Далласу не все равно. О, возможно, не о Ричарде. К этому времени она, безусловно, раскопала достаточно правды о нем, чтобы вызвать у нее отвращение. Но она заботится о законе. Я верю, что это ее религия, это отстаивание интересов убитых мертвецов.

Я понял это очень скоро, посмотрев в ее глаза. В конце концов, я провел свою жизнь, изучая людей, измеряя их, подражая им.

В конце концов, я сделал то, что намеревался сделать, во что я верю всем сердцем и душой, что должен был сделать. Я, возможно, безжалостно, исправил неисчислимые ошибки.

Разве это не правосудие?

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Аня Карвелл была красивой, с соблазнительным телом, за которое женщины потеют или платят. И мужчины влюбляются в. Ее рот был полным, чувственным и отливал блеском полированной меди. Ее кожа имела нежный блеск золотой пыли, так что с дымчато-рыжими волосами и светло-коричневыми глазами она напоминала пламя, которое едва успели потушить.

Она послала Еве долгий, спокойный взгляд, коротко перевела взгляд на Пибоди, затем отступила, открывая дверь в свой скромный номер.

"Спасибо, что пришли так быстро. После нашего разговора я понял, что мне следовало предложить прийти к тебе ".

"Это не проблема".

"Что ж, надеюсь, вы простите меня за то, что я не знаю надлежащей процедуры в таких делах, как это. Мой опыт общения с людьми вашей профессии сильно ограничен. Я заказал банку шоколада ".

Она указала на гостиную, где на низком столике стояли белый кофейник и две одинаковые чашки. "Не могли бы вы присоединиться ко мне? На улице так холодно и мрачно. Я только принесу еще чашечку для вашего помощника ".

"Не беспокойся". Ева услышала, но проигнорировала, тихий, ветреный вздох Пибоди у себя за спиной. "Ты иди вперед".

"В таком случае, не присесть ли нам?"

Аня прошла к дивану, разгладила свои длинные юбки бронзового цвета, затем подняла кофейник. Играла тихая музыка, что-то похожее на птичью трель пианино. Рядом с лампой стояла приземистая ваза с капустными розами. Их аромат и аромат женщины наполнил комнату.

Это была, подумала Ева, милая и цивилизованная сцена.

"Я приехала в Нью-Йорк только прошлой ночью", - начала Аня. "Я и забыл, как сильно мне нравится город. Порыв и энергия этого. Жар от этого, даже в эту бесконечную зиму. Вы, американцы, заполняете все пробелы и все равно находите больше ".

"Откуда ты пришел?"

"Монреаль". Она отпила шоколад, балансируя чашкой с тем же женским изяществом, которым Ева часто восхищалась в Мире. "Лейтенант, боюсь, Кеннет был не совсем правдив с вами во время вашей беседы с ним. Я надеюсь, вы не будете винить его за это. Он думал обо мне".

"Ср. Карвелл, мне нужно ваше разрешение, чтобы записать этот разговор ".

"О". После одного растерянного моргания, Аня кивнула. "Да, конечно. Я полагаю, это должно быть сделано официально ".

"Запись продолжается, Пибоди". Когда Ева перечислила стандартные права и обязанности, глаза Аньи расширились от удивления, затем снова потеплели от того, что могло быть весельем.

"Значит, я подозреваемый?"

"Это процедура. Для вашей защиты. Вы понимаете права и обязанности, которые я изложил для вас?"

"Да, вы выразились совершенно ясно".

"Ср. Карвелл, зачем вы вчера приехали в Нью-Йорк из Монреаля?"

"Кеннет... Кеннет Стайлз связался со мной. Ему нужно было увидеть меня. Он был совершенно расстроен и встревожен. Он считает, что вы думаете, что он убил Ричарда Драко. Лейтенант Даллас, такое невозможно ".

"И почему это так?"

"Кеннет - добрый и нежный человек".

"Добрый и нежный человек отправил Ричарда Драко в больницу двадцать четыре года назад после жестокого нападения".

Аня издала нетерпеливый звук, и ее чашка со звоном опустилась на блюдце. "Опрометчивость молодости. Должен ли человек подвергаться преследованию из-за одного глупого поступка, совершенного так давно? Акт, совершенный из любви и заботы?"

"Что бы мы ни делали, это следует за нами, мисс Карвелл".

"Я в это не верю. Я - доказательство того, что жизнь можно изменить усилием воли ". Ее рука на мгновение крепко сжалась, словно сжимая волю в кулак. "Лейтенант Даллас, когда я видел Кеннета прошлой ночью, он был напуган и расстроен. Я могу поклясться вам, он никогда бы не позвонил мне, если бы действительно совершил то, что вы подозреваете, что он совершил ".

"Когда вы видели его в последний раз?"

"Около восьми часов. Мы встретились в маленьком клубе. Кажется, это называлось "Бродячий кот".

"Да, я знаю это".

"Мы поговорили за выпивкой. Именно тогда он сказал мне, что дал вам мое имя, чтобы вы искали меня в связи с моими одноразовыми отношениями с Ричардом ".

Ее улыбка расцвела так же красиво, как розы рядом с ней. "Видите ли, он хотел предупредить меня, чтобы я мог спрятаться, избавить себя от дискомфорта от встречи, подобной этой. Я успокоил его, как мог, и сказал ему, что поговорю с вами ".

"Он больше не связывался с вами?"

"Нет. Я надеюсь поговорить с ним после того, как мы закончим здесь, надеюсь, что смогу заверить его, что вы больше не верите, что он мог это сделать ".

"Кеннет Стайлз пытался покинуть город прошлой ночью". Ева внимательно наблюдала за Аней, пока та говорила. "Когда была предпринята попытка задержать его, он сбежал и был ранен во время задержания".

"Нет. Нет, нет." Рука Аньи метнулась вперед, схватив Еву за запястье. "Ранен? Насколько сильно? Куда вы его забрали?"

"Он в больнице. Его состояние стабильное. Его врачи ожидают полного выздоровления. Почему, мисс Карвелл, невинный человек пытается сбежать?"

Она отпустила запястье Евы, встала, чтобы подойти к закрытому окну. Ее рука прижалась к губам, как будто сдерживая слова, затем опустилась, чтобы потеребить верхнюю пуговицу платья. Когда она заговорила снова, ее голос не был таким холодным, не был таким уверенным.

"О, Кеннет. Возможно, вы правы, лейтенант. Возможно, то, что мы делаем, отзывается в нас эхом всей нашей жизни. Он сделал это для меня, понимаете. Как и прежде ". Она повернулась назад, стояла в обрамлении серого неба. В ее глазах блестели слезы, но они не пролились на ее щеки. "Будет ли мне позволено увидеть его?"

"Возможно. Мисс Карвелл, Кеннет Стайлз знал, что вы вынашивали и родили ребенка Ричарда Драко?"

Голова Аньи откинулась назад, как будто ее ударили кулаком Евы, а не ее словами. Она неуверенно рассмеялась. Затем, взяв себя в руки, она вернулась, чтобы сесть. "Я вижу, вы очень внимательны. Да, Кеннет знал. Он помог мне пережить очень сложную ситуацию".

"Знает ли он, что Карли Ландсдоун - это ребенок?"

"У него не было имени, которое дали ей родители ребенка. Файлы были запечатаны. Я никому, кроме адвоката, который оформлял документы, не сказал, куда и с кем был помещен ребенок. В этом смысл закрытых файлов, лейтенант. Какое отношение этот ребенок - нет, сейчас она была бы молодой женщиной - имеет к этому делу?"

"У вас не было контакта с Карли Ландсдоун?"

"Зачем мне это? Ах, ты думаешь, я лжец или хладнокровный."

Аня допила свою чашку шоколада. Но она не пила. Ее единственным внешним признаком страдания были беспокойные пальцы на горле.

"Я думаю, что я ни то, ни другое", - сказала она через мгновение. "Я обнаружила, что беременна. Я был очень молод, очень сильно влюблен, или то, что я воспринимал как любовь. Я отдалась Ричарду Драко. Он был моим первым. Ему нравилось быть первым. Я не был так осторожен с контролем зачатия, как следовало бы ".

Она слегка пожала плечами, откинулась назад. "Будучи молодой и влюбленной, когда я узнала, что ношу ребенка Ричарда, я была взволнована, увлечена романтической идеей о том, что мы поженимся. Вскоре он превратил этот трепет в отчаяние. Не было ни гнева, ни страстной ссоры, и, конечно же, не было ни одного из тех нежных слов и обещаний, которые я с такой радостью приготовила для него, чтобы он сказал мне. Вместо этого он посмотрел на меня без интереса, с легким раздражением ".

Ее глаза ожесточились, рука снова упала на колени. "Я никогда не забуду, как он смотрел на меня. Он сказал мне, что это моя проблема, и что если я ожидаю, что он заплатит за прерывание беременности, мне следует подумать еще раз. Я, конечно, плакал и умолял. Он назвал меня несколькими мерзкими именами, утверждал, что мои сексуальные навыки были в лучшем случае посредственными, и что я ему наскучила. Он оставил меня там, где я был, на коленях. Плач."

Она снова отхлебнула шоколад без видимого огорчения. "Надеюсь, вы можете понять, почему я не оплакиваю его смерть. Он был самым отвратительным человеком, которого я когда-либо знал. К сожалению, в тот момент моей жизни я не видел этого так ясно. Я знала, что он был ущербным ", - продолжила она. "Но со слепым и прекрасным оптимизмом юности я верил, до того момента, когда он отвернулся от меня, что я могу изменить его".

"Потом ты перестал в это верить".

"О да. Я перестал верить, что смогу изменить Ричарда Драко. Но я думал, что, возможно, не смогу жить без него. Я тоже был очень напуган. Едва исполнилось восемнадцать, беременна, одинока. У меня были мечты стать великой актрисой, и они были разбиты. Как я мог продолжать?"

Она сделала паузу на мгновение, как будто оглядываясь назад. "Мы такие драматичные в восемнадцать. Вы помните, когда вам было восемнадцать, лейтенант Даллас, как вы верили, что каким-то образом все было острым, жизненно важным, и мир, конечно же, вращался вокруг вас? Ну что ж."

Она снова пожала плечами. "Я пытался покончить с собой. Слава Богу, я ошибся с этим, хотя, возможно, у меня все получилось бы правильно, если бы Кеннет не пришел. Если бы он не остановил меня, позвал бы на помощь ".

"И все же ты не прервала беременность".

"Нет. У меня было время подумать, успокоиться. Я не думал о ребенке, когда подносил бритву к своим запястьям. Только о себе. Мне казалось, что мне был дан еще один шанс, и единственный способ выжить сейчас - это делать то, что правильно для той жизни, которую я начал внутри себя. Я, возможно, не справился бы с этим без Кеннета ".

Она перевела взгляд, красноречивый взгляд, на Еву. "Он спас мою жизнь и жизнь ребенка. Он помог мне найти клинику в Швейцарии и адвоката по устройству детей. Он одолжил мне денег и поддерживающую руку ".

"Он влюблен в тебя".

"Да". Ее согласие было простым и печальным. "Мое глубочайшее сожаление в том, что я не смогла и не могу любить его в ответ так, как он того заслуживает. Его нападение на Ричарда много лет назад было отклонением от нормы, и оно дорого обошлось Кеннету ".

"И после того, как вы поместили ребенка?"

"Я вернулся к своей жизни. Я никогда больше не лелеяла мечту стать актрисой. У меня больше не хватало духу на это ".

"Как биологическая мать, вы имеете право регулярно наводить справки о ребенке, которого вы отдали".

"Я никогда не казнил их. Я сделал то, что было лучше для нее, лучше для себя. Она больше не была моей. Какой интерес мы могли бы иметь друг к другу?"

"У нее был интерес к Ричарду Драко. Карли Ландсдоун была на сцене в ночь, когда он был убит ".

"Да?" На ее лице промелькнуло удивление, раздумье. "Она актриса? Здесь, в Нью-Йорке? Ну, сколько кругов проходит в пределах круга одной жизни? И она играла в пьесе с Ричардом и Кеннетом. Как странно и как уместно."

Ева ждала. Наблюдал. "Ты не задаешь никаких вопросов о ней".

"Лейтенант, вы хотите, чтобы я изобразил какую-то связь, какую-то духовную связь? Твоя Карли Ландсдоун мне незнакома. Я желаю ей всего наилучшего, конечно. Но связь между нами, слабая и временная, была разорвана много лет назад. Моя единственная связь с теми днями - Кеннет ".

"Были ли вы знакомы с Арееной Мэнсфилд?"

"Немного, да. Она была очень многообещающей, даже так давно. Она неплохо справилась с собой, не так ли? Я полагаю, что Ричард тоже играл с ней в какой-то момент. Почему ты спрашиваешь?"

"Она тоже была в актерском составе. Натали Брукс?"

"Натали Брукс?" Легкая улыбка изогнула ее губы. "Есть имя, которого я не слышал много лет. Да, я помню, что у нее была небольшая роль в пьесе Ричарда, в которой мы с ним были любовниками. Она тоже была очень молода. Симпатичная, свежая в своем роде деревенская девушка. И, конечно, легкая добыча. Он соблазнил ее, когда отвернулся от меня. Возможно, даже раньше. Это трудно понять. Она тоже была в этой пьесе?"

"Нет, но ее сын был дублером Драко".

"Очаровательно". В ее глазах плясали искорки веселья. "Пожалуйста, вы должны сказать мне, кто еще".

"Элиза Ротчайлд".

"Но да! Восхитительная женщина. Такой достойный и язвительный. У нее не было терпимости к Ричарду. Конечно, она была не в его вкусе, и он не прилагал никаких усилий, чтобы скрыть это. Да, это завораживает. Так много призраков прошлого, движущихся, как тени на сцене. И Ричард в центре, где ему это нравилось больше всего.

"Я больше не слежу за театром, но если бы я знал, я мог бы купить билет. Да, я вполне мог бы заплатить, чтобы увидеть это финальное представление ".

"У вас не было контакта ни с кем из этих людей за последние двадцать четыре года?"

"Но для Кеннета, нет, как я уже сказал. Я понимаю, Кеннет сказал вам, что он не видел меня и не говорил со мной все эти годы, не знал, где я был. Ложь была не для себя, а для меня. И теперь, когда вы рассказали мне обо всех, кто был вовлечен, становится еще более ясно, почему он так поступил. Он бы беспокоился, что эти призраки будут преследовать меня. Уверяю вас и заверю его, они этого не делают ".

"Он сказал вам, что Ричард Драко и Карли Ландсдаун были любовниками?"

Чашка дернулась и остановилась, не долетев до ее губ. Не сводя глаз с Евы, она медленно опустила его на стол. "Что ты говоришь?"

"Что ваш бывший любовник и ребенок, которого вы сделали вместе, были близки. У них была сексуальная связь, которая закончилась незадолго до его смерти ".

"Матерь Божья". Аня крепко зажмурила глаза. "Это плата за небольшой грех, совершенный так много лет назад? Вы побеспокоили меня, лейтенант." Она снова открыла глаза, и они были жесткими, блестящими. "Если это было твоей целью, ты преуспел. Конечно, никто из них не знал."

Она встала, прошлась по комнате. "Она молода. Привлекателен?" спросила она, оглядываясь на Еву.

"Да. Очень привлекательный".

"Ему было бы трудно перед ней устоять. Не видел бы причин сопротивляться. И ему всегда удавалось заманивать женщин в постель ".

"Она могла бы заманить его, зная".

"Какая женщина решит переспать со своим собственным отцом?" Аня выстрелила в ответ. Ее руки сжались в кулаки, тело содрогнулось, когда она развернулась. "Почему она должна была знать? Файлы были запечатаны ".

"Печати ломаются", - мягко сказала Ева. "Любая из вовлеченных сторон может запросить файл. Возможно, ей было любопытно, кто ее создал."

"Я был бы проинформирован, если бы запрос был сделан и удовлетворен. Это закон".

"Законы нарушены. Вот почему у меня есть работа. Драко, возможно, сам открыл файл."

На это Аня просто рассмеялась, холодным и ломким звуком. "С какой целью? В то время у него не было никакого интереса. Маловероятно, что он помнил о существовании ребенка после всех этих лет ".

"Было сходство, мисс Карвелл. У нее его цвет лица, форма его глаз, его челюсть ".

"Итак". Она перевела дыхание, кивнула, приказала себе снова сесть. "Он мог бы посмотреть на нее и увидеть себя. Мог бы, - пробормотала она, снова играя с пуговицей. "Мог бы. Затем затащил ее к себе в постель для какого-то нарциссическоговозбуждения. Я не могу сказать. Я не могу тебе сказать. Ричард стал для меня таким же незнакомцем, как и молодая женщина, о которой вы говорите. Я их не знаю".

"Это сделал Кеннет Стайлз".

Ева наблюдала, как осознание и ужас расцветают на лице Аньи. Краска прилила к ее щекам и так же быстро сошла снова. "Нет. Что бы он ни знал или подозревал, он не пошел бы на убийство. Я говорю вам, насилие двадцатичетырехлетней давности было импульсом, яростью момента. Вы сказали, что роман закончился. До того, как Ричард был убит. Кеннет не стал бы укрывать насилие. Он не смог бы сохранить это ".

"Может быть, и нет. Возможно, не без посторонней помощи. Где вы были в ночь на двадцать пятое марта?"

"Ах. Я вижу. Я понимаю, - тихо повторила она и сложила руки. "Я был бы дома. И совершенно одинок".

"Вы никого не видели, ни с кем не разговаривали в тот вечер?"

"Насколько я помню, нет. У меня нет никаких доказательств, которые приходят на ум, что я был там, где говорю, что был ".

"Ваша семья, мисс Карвелл?"

"У меня никого нет. Я могу только поклясться вам, что я не путешествовал из Монреаля в Нью-Йорк и не участвовал в заговоре с целью вызвать смерть Ричарда Драко ". Она воскресла. "Лейтенант, я полагаю, на данном этапе я хотел бы проконсультироваться с адвокатом. Мне больше нечего сказать по любому из этих вопросов, пока я этого не сделаю ".

"Это ваше право. Спасибо за ваше сотрудничество. Запись окончена, Пибоди ".

"Не будете ли вы так любезны сказать мне, в какой больнице ухаживают за Кеннетом? Я хотел бы связаться с ними и узнать о его состоянии ".

"Он в Рузвельте". Ева поднялась на ноги. "Ваш адвокат, когда вы его наймете, может связаться со мной в полицейском управлении".

"Очень хорошо". Аня подошла к двери, открыла ее. "Добрый день, лейтенант". Она сказала это тихо, закрыла дверь, защелкнула замки.

Затем, закрыв лицо руками, она позволила себе заплакать.

***

"Впечатления, Пибоди".

"Она крутая, утонченная, уверенная в себе. Она либо верит, что Стайлз невиновен, либо полна решимости защитить его. Ее беспокойство о нем показалось мне искренним. У нее осталось не так уж много забот о Карли ".

Ева нахмурилась через ветровое стекло, когда скользнула за руль своего автомобиля. "Должна ли она?"

"Ну, мне просто кажется, что должна быть какая-то, знаете, эмоциональная связь".

"Почему? Она зачала, вынашивала, родила. Это девять месяцев из ее жизни. Где в этом эмоциональная связь?"

"Потому что ребенок рос внутри нее. Она почувствовала, как он дернулся и задвигался, и... Я не знаю, Даллас. Я никогда не зачинала, не вынашивала и не принимала роды. Я делюсь с вами своим мнением, вот и все ".

Пибоди беспокойно заерзала, чувствуя себя не в своей тарелке. В воздухе была тьма, клубящаяся вокруг Евы. Она не знала, что с этим делать. Она скосила глаза на Еву, затем снова отвела. Ева все еще смотрела в зеркало, погруженная в раздумья. "Если она расскажет нам все начистоту", - рискнула предположить Пибоди. "Она положила ребенка, затем ушла. Я просто не верю, что это может быть так просто, так просто. Я думал, вы намекаете на то, что она замешана в убийстве."

"Я не сбрасывал это со счетов". Но она что-то проговорилась, потому что ее собственные эмоции были взбудоражены. "Вернитесь, выясните, когда Карвелл зарегистрировалась, забронировала ли она номер заранее и когда она должна уехать".

"Верно". С некоторым облегчением Пибоди выбежала на свежий воздух.

Что за женщина выбирает переспать со своим собственным отцом?

Желудок Евы скрутило узлом с тех пор, как ей задали этот вопрос. Что, если нет выбора? Что тогда? Она откинула голову назад. Был еще один вопрос: что за мужчина выбирает переспать со своей собственной дочерью?

На этот вопрос у нее был ответ. Она знала такого мужчину, и он все еще шептал ей на ухо своим сладким дыханием.

"Что ты делаешь, маленькая девочка?"

Дыхание вырвалось из ее легких. Она жадно втянула его обратно.

Что насчет матери? спросила она себя и вытерла влажные ладони о бедра своих брюк. Что сделало мать? Она не верила, что в животе шевелится большая часть жизни. Ева наклонила голову, посмотрела вверх, на окна, где Аня Карвелл сидела со своим горшком шоколада и своими призраками. Нет, она не верила, что все было так просто.

Это было нечто большее. Должно было быть что-то еще.

Большинство рациональных, порядочных людей инстинктивно защитили бы младенца, беспомощного ребенка. Но необходимость защитить другого взрослого вытекала из долга. Или любви.

Она выпрямилась на своем сиденье, когда Пибоди забралась обратно. "Она выписывается. Звонил вчера, после шести, просил зарезервировать столик. Она вошла в отель незадолго до восьми. Ее отъезд запланирован на завтра, но она договорилась о возможности продления ".

"Мать, отец, преданный друг", - пробормотала Ева. "Давайте перейдем к ребенку".

"Карли. Мы собираемся проехать прямо мимо пары 24/7, пересекающих город. Может быть, мы могли бы остановиться и выпить немного горячего шоколада ".

"То, что они продают в тех местах, - это помои".

"Да, но это шоколадное пойло". Пибоди попыталась изобразить жалкий, умоляющий взгляд. "Ты не позволил бы ей дать нам ничего хорошего".

"Может быть, ты тоже хочешь немного печенья. Или маленькие глазированные пирожные".

"Это было бы здорово. Спасибо, что спросили ".

"Это был сарказм, Пибоди".

"Да, сэр. Я знаю. Ответил тем же ".

Легкий смех заставил черную тучу рассеяться. Потому что это произошло, Ева остановилась на перекрестке 24/7 и ждала, пока Пибоди забежала и загрузила вещи.

"Вы знаете, я действительно пытаюсь сократить этот материал. Но..." Пибоди разорвала упаковку печенья. "Дело в том, что, странно, Макнаб не думает, что я пухлый. И когда парень видит тебя обнаженной, он знает, где находятся дополнительные слои ".

"Пибоди, у тебя есть какое-то заблуждение, что я хочу услышать, как Макнаб видит тебя обнаженной?"

Она хрустнула печеньем. "Я просто говорю. В любом случае, ты знаешь, что мы занимаемся сексом, так что ты, вероятно, пришел к выводу, что мы обнажены, когда занимаемся этим. Ты отличный детектив и все такое."

"Пибоди, в порядке подчинения ты можешь, в редких случаях и из-за моего поразительного добродушия, отвечать на сарказм сарказмом. Вам не позволено руководить этим. Дай мне чертово печенье".

"Это кокосовые крекеры. Ты ненавидишь кокос".

"Тогда зачем ты купил coconut?"

"Чтобы позлить тебя". Теперь уже ухмыляясь, Пибоди достала из сумки еще одну пачку печенья. "Тогда я купил шоколадную крошку, специально для тебя".

"Что ж, тогда отдайте их".

"Ладно, итак..." Пибоди разорвала вторую упаковку, предложила Еве печенье. "В любом случае, у Макнаба маленькая задница и почти нет плеч. И все же - "

"Остановись. Остановись прямо здесь. Если у меня в голове возникнет образ голого Макнаба, ты вернешься к патрулированию дорожного движения ".

Пибоди жевала, напевала, ждала.

"Черт возьми! Вот он".

Заливаясь смехом, Пибоди расправилась с последним печеньем. "Извините. Даллас, мне жаль. Я ничего не мог с этим поделать. Довольно милый, не так ли?"

И, подумала она, это убрало с дороги то, что беспокоило ее лейтенанта.

"Застегнись", - предупредила Ева, но ей пришлось проглотить смешок вместе с печеньем. "Стряхни крошки со своей рубашки и попытайся найти где-нибудь свое достоинство". Она остановилась на обочине перед домом Карли.

Элитный район, эксклюзивное здание, шикарный вестибюль послали Еве теперь другой сигнал. Аня Карвелл выбрала для ребенка состоятельных родителей. Такие родители, которые могли бы гарантировать, что ребенок вырастет в привилегиях, безопасности, роскоши.

Уделяла ли она столько же внимания исследованию того, какими людьми они были? Стабильный, любящий, мудрый, поддерживающий?

"Пибоди, мы проверили историю образования Карли Ландсдоун? Это были частные школы, верно?"

"Да, сэр, я так полагаю". Чтобы убедиться, Пибоди достала свой ПКП, когда они вошли в лифт в вестибюле. "Частный и с самым высоким рейтингом, от дошкольного учреждения до колледжа. Они набросились на кучу дополнений, включая драму, танец, музыку, озвучку. Все частные репетиторы".

"Что делают родители?"

"Отец - врач, микрохирург. Мать - турагент, ее собственная компания. Но она зарегистрировалась как профессиональная мать с 2036 по 2056 год, полных двадцать лет, отведенных на ребенка."

"Нет братьев и сестер?"

"Никто".

"Она выбирала победителей. Она была осторожна. Это имело значение ", - сказала она себе, выходя и направляясь к двери Карли.

Потребовалось два долгих гудка, прежде чем дверь открылась. С отяжелевшими от сна глазами, с растрепанными волосами, Карли небрежно зевнула. "Что теперь?"

"Мгновение твоего времени".

"На рассвете?"

"Уже больше девяти".

"Я повторяю, на рассвете?" Затем она пожала плечами, отступила назад. "Не спрашивай меня ни о чем, пока я не выпью чашечку кофе. Это следует добавить к тем правам и обязанностям, о которых ты так любишь разглагольствовать ".

"Капризная", - прошептала Пибоди, когда Карли зашагала прочь.

Ева оглядела комнату, услышала звуковой сигнал автоматической загрузки, затем попыталась сдержать слюну, когда уловила аромат насыщенного и настоящего кофе.

"Я видела вас вчера на мемориале Ричарда", - сказала Карли, когда вернулась. Ее халат шелковисто соскользнул с одного плеча, когда она сидела, скрестив длинные голые ноги. "Ты действительно передвигаешься".

"Некоторые вопросы, которые я здесь, чтобы обсудить с вами, носят личный характер. Возможно, вы захотите попросить своего спутника уйти."

"Мой спутник?"

"Два бокала вина", - указала Ева, кивнув на низкий столик. "Смятые подушки на краю дивана". Она просунула руку под один из них, вытащила один отрезок черных чулок. "Нижнее белье в необычных местах".

"Итак, твои умные дедуктивные способности приводят тебя к правильному выводу, что прошлой ночью у меня был секс". Она пожала плечами, и ее халат соскользнул немного ниже. "Как ты думаешь, почему он все еще здесь?"

"Потому что ты занимался сексом этим утром, прежде чем я так грубо прервал. Этот маленький брачный укус у тебя на шее очень свежий."

"Ах". Она вздохнула со звуком веселья. "Я полагаю, он чувствовал себя немного игриво. Почему бы тебе не выйти, милая?" Она повысила голос и не сводила глаз с Евы. "Лейтенант Даллас все равно испортил момент".

Дверь со скрипом открылась. На полу были неуверенные шаги босых ног. Помятый и покрасневший, Майкл Проктор вошел в комнату.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

"Ах..." Он прочистил горло, попытался найти какое-нибудь занятие для своих рук, и в итоге позволил им свисать с предплечий по бокам. Он был помят, мятый, и у него была неправильно застегнутая рубашка. "Доброе утро, лейтенант".

Долгий, довольный раскат смеха Карли заполнил комнату. "О, Майкл, сделай лучше. По крайней мере, постарайся выглядеть удовлетворенным и дерзким, а не смущенным и виноватым. Она не полиция нравственности ".

"Карли". Ее имя было вокальным вздрагиванием.

Она махнула рукой. "Сходи налей себе кофе, тебе станет лучше".

"Um... Могу я достать кого-нибудь ... что угодно?"

"Разве он не милый?" Карли просияла, как гордая мать над хорошо воспитанным ребенком. "Продолжай, дорогая".

Она повернулась к Еве, когда Майкл, шаркая, вышел из комнаты. Выражение ее лица преобразилось, словно с нее сняли маску, из шелкового став стальным. "Я верю, что секс между взрослыми по обоюдному согласию является законным в этом штате, так что, может быть, нам двигаться дальше?"

"Как долго вы с Майклом были любовниками?"

Карли осмотрела свои ногти, лениво поковыряла крошечный скол в лаке. "Поскольку ты говоришь мне, что уже больше девяти, примерно двенадцать часов. Боюсь, я не могу назвать вам точное время, когда акт был завершен. На мне не было моего наручного устройства ".

"Вы хотите очки за отношение?" - Спокойно сказала Ева. "Меня это устраивает. Мы можем передать это в Центральное управление и посмотреть, кто самый крутой. Или вы можете дать мне прямые ответы о том, как Майкл Проктор оказался в вашей постели этим утром ".

Губы Карли скривились, но мысль о сеансе в полицейском участке заставила ее взять себя в руки. "Мы столкнулись друг с другом на мемориале, в итоге пошли куда-нибудь выпить, вернулись сюда. Одно очень приятно привело к другому. С этим есть проблема?"

"Похорони одного любовника, найди нового? Для некоторых людей это может быть проблемой ".

Гнев вспыхнул в глазах Карли, но она сохранила свой голос ровным. "Прибереги свой узколобый взгляд для того, кому это интересно. Так получилось, что у нас с Майклом много общего, возникла какая-то химия, и мы действовали в соответствии с ней. Кроме того, он мне очень нравится ".

"Одна из черт, которая у вас есть общего, - это Ричард Драко".

"Достаточно верно. Но Ричард мертв. Мы не такие ".

Майкл медленно вошел обратно. "Карли, ты бы хотела, чтобы я ушел?"

"Не из-за меня". Она похлопала по подушке рядом с собой. "Сядь". Это был такой же вызов, как и просьба. Когда он сел, она с довольной улыбкой взяла его под руку. "Итак, лейтенант, что вы говорили?"

"Майкл, ты не упомянул, что твоя мать знала Ричарда Драко".

Чашка подпрыгнула в его руке, кофе пролился на брюки. "Моя мать? Какое она имеет к этому отношение?"

"Она работала в пьесе с Драко".

"Твоя мать актриса?" Карли наклонила голову.

"Она была. Она вышла на пенсию много лет назад. До того, как я родился ". Он поставил чашку на стол, безрезультатно потер брюки. "Оставь мою мать в покое. Она ничего не сделала ".

"Разве я сказал, что у нее было?" Нервы, подумала Ева. Он не мог держать свои руки неподвижно ради них. "Тогда вы знаете, что одно время она была близка с Драко".

"Это было ничто. Это было много лет назад ".

"Твоя мать и Ричард?" Карли отстранилась, чтобы изучить его лицо. "Ох. Липкий". И в ее глазах было сочувствие. "Не позволяй этому выбить тебя из колеи, милая".

Но это было, очевидно. "Послушай, у нее была небольшая роль, вот и все. Она не была серьезной актрисой. Она рассказала мне. Она и мой отец были вместе с тех пор... Она бы не сказала мне, если бы не знала, что я восхищался им, что я собирался пройти прослушивание на роль его дублера. Он использовал ее. Ему нравилось использовать женщин ".

Теперь он пристально смотрел на Карли. "Она преодолела его. Умные женщины так и делают".

Его мать, решила Ева, или, может быть, женщины вообще, были его слабым местом. "Да, ему нравилось использовать женщин. Молодые, симпатичные женщины. Они были игрушками для него, и ему довольно быстро наскучили его игрушки. Твоя мать отказалась от своей карьеры, от своих надежд на нее, из-за него."

"Возможно". Майкл перевел дыхание. "Возможно, это было частью этого. Но она начала новую жизнь, она счастлива в ней ".

"Он причинил ей боль".

"Да". Его взгляд вспыхнул, наполненный горечью. "Да, он причинил ей боль. Ты хочешь, чтобы я сказал, что ненавидел его за это? Может быть, я так и сделал, на каком-то уровне ".

"Майкл, больше ничего не говори", - предупредила Карли.

"К черту это". В его голосе прозвучали убежденность и гнев. "Она говорит о моей матери. Она не была какой-то дешевой шлюхой, игрушкой, которую он подобрал, а затем отбросил в сторону. Она была милой, наивной девушкой. Он воспользовался этим, ею."

"Он давал ей нелегальные наркотики, Майкл?" Спросила Ева. "Он приучил ее к ним?"

"Нет. Он пытался. Сукин сын".

"Майкл, ты не обязан отвечать на ее вопросы".

"Я собираюсь разобраться с этим прямо сейчас". Жар исходил от него сильными волнами. "Она сказала мне, что вошла в комнату, и он подсыпал что-то в ее напиток. Она спросила его, что это было, и он только рассмеялся. Он сказал ... Моя мать не использует грубых выражений, но она передала мне именно то, что он сказал. Это заставило бы ее трахаться как кролика ".

Мускулы на его челюсти дрогнули, когда он уставился на Еву. "Она даже не знала, что это значит. Но я знал, когда она сказала мне, я знал. Ублюдок пытался подсунуть ей Дикого кролика ".

"Но она не пила это?"

"Нет, это напугало ее. Она сказала ему, что не хочет ничего пить, и вот тогда он разозлился. Он обзывал ее, пытался заставить ее выпить это. Тогда она поняла, что это был за человек, и убежала. Она была раздавлена, разочарована. Она вернулась домой. Она сказала мне, что возвращение домой было лучшим, что с ней когда-либо случалось.

"Он даже не помнил ее", - добавил Майкл. "У него даже не хватило порядочности запомнить ее имя".

"Вы говорили с ним о ней?"

"Я хотел посмотреть, как он отреагирует. Он даже не притворялся, что помнит. Она ничего для него не значила. Никто этого не сделал ".

"Ты сказал ему? Напомнить ему?"

"Нет". Он сдулся, тепло испарилось. "Нет, я не видел в этом смысла. И если бы я настаивал на этом, я бы потерял работу ".

"Не надо. Не позволяй этому ранить тебя ".

Глаза Евы сузились в раздумье, когда Карли обвила его руками, успокаивая. Они оставались прищуренными и холодными, когда Карли бросила на нее горящий взгляд. "Оставь его в покое. Ты получаешь удовольствие, придираясь к людям слабее тебя?"

"Это то, что помогает мне пережить день". Ты не слабак, подумала Ева. Сформировали ли тебя люди, которые тебя создали, задавалась она вопросом. Или люди, которые вырастили тебя?

"Должно быть, тебе было тяжело, Майкл, знать все это и видеть Драко день за днем".

"Мне пришлось выбросить это из головы. Я не мог изменить того, что произошло, не так ли?" Он пожал плечами, пытаясь выглядеть вызывающе. "И что бы я ни мог сделать, это ничего бы не изменило. И однажды я бы вышел на сцену на его месте, и я был бы лучше. Этого было бы достаточно ".

"Теперь у тебя есть этот шанс, не так ли? Шанс стоять в его свете. Шанс быть с одной из его любовниц ".

Его плотно сжатые губы дрогнули. "Карли. Все было не так. Я не хочу, чтобы ты думал - "

"Конечно, это было не так". Она накрыла его руку своей. "У лейтенанта грязные мысли".

"Ср. Ландсдаун."

Карли на мгновение проигнорировала Еву и нежно поцеловала Майкла в обе щеки. "Ты пролил свой кофе. Почему бы тебе не вернуться и не принести нам обоим по свежей чашке?"

"Да. Хорошо." Он поднялся на ноги. "Моя мать - замечательная женщина".

"Конечно, она такая", - ответила Карли.

Когда он вернулся на кухню, она полностью повернулась к Еве лицом. "Мне не нравится видеть, как эксплуатируются уязвимые места Майкла, лейтенант. Предполагается, что сильные должны защищать слабых, а не бить их по лицу ".

"Возможно, вы недостаточно уважаете его за выдержку". Ева подошла, присела на подлокотник кресла. "Он очень хорошо защищал свою мать. Для некоторых семейные узы являются самыми прочными. Вы не упомянули, что вас удочерили, мисс Ландсдаун."

"Что?" Замешательство затуманило ее глаза. "Ради всего святого, почему я должен был? Я не помню этого в половине случаев. Какое тебе до этого дело?"

"Это было частное усыновление при рождении".

"Да. Мои родители никогда не скрывали этого от меня. В нашем доме это также не стало особой проблемой ".

"Они сообщили вам подробности вашего наследия?"

"Подробности? История болезни, этническая принадлежность, конечно. Мне сказали, что моя биологическая мать устроила мое размещение, потому что хотела для меня самого лучшего, и так далее, и тому подобное. Было ли это правдой или нет, никогда не имело значения. У меня была моя мать ".

Она сделала паузу, затем спросила: "Вы предполагаете, что у моей матери когда-то были отношения с Ричардом?" Она раскатисто рассмеялась и отбросила назад облако взъерошенных волос. "Я могу заверить вас, что она этого не делала. Моя мать никогда не встречалась с Ричардом Драко. Она и мой отец были счастливы в браке почти тридцать лет. До моего рождения она была туристическим агентом, а не актрисой ".

"Тебе никогда не было любопытно узнать о женщине, которая тебя бросила?"

"Не особенно. У меня замечательные родители, которых я люблю, и которые любят меня. Почему я должен интересоваться женщиной, которая для меня всего лишь незнакомка?"

Как мать, так и дочь, подумала Ева.

"Многие усыновленные хотят контакта, хотят ответов, даже отношений со своими биологическими родителями".

"Я этого не делал. Не надо. В моей жизни не было дыры, которую можно было бы заполнить. Я уверен, что мои родители помогли бы мне найти ее, если бы я попросил. Если бы мне это было нужно. Я этого не делал. И это причинило бы им боль, - тихо сказала она. "Я бы никогда не причинил им вреда. Какое это имеет отношение?"

"Вам знакомо имя Аня Карвелл?"

"Нет". Она слегка напряглась. "Вы хотите сказать мне, что это имя женщины, которая поместила меня? Я не спрашивал имени. Мне не нужно было имя."

"Вы ничего не знаете, у вас не было контакта с женщиной с таким именем?"

"Нет, и я ничего не хочу". Карли поднялась на ноги. "Ты не имеешь права делать это. Играть со своей жизнью таким образом ".

"Ты никогда не спрашивал о своем биологическом отце".

"Черт возьми, если она для меня ничто, то он меньше, чем ничто. Счастливый сперматозоид. Ты хотел вывести меня из себя, ты его получил. Итак, какое это имеет отношение к смерти Ричарда Драко?"

Ева ничего не сказала, и в наступившей тишине она увидела отрицание, неверие, затем ужас, вспыхнувший в глазах Карли. "Нет, это ложь. Отвратительная, порочная ложь. Ты отвратительная сука".

Она схватила маленький горшочек с фиалками на столе, швырнула их так, что осколки и лепестки посыпались по стене. "Это неправда".

"Это задокументировано", - решительно сказала Ева. "Ричард Драко был твоим биологическим отцом".

"Нет. Нет." Карли бросилась на Еву, грубо толкнула ее к столу и перевернула лампу. Фарфор взорвался, как бомба. Прежде чем Пибоди смогла вмешаться, Ева подала ей знак в спину и получила сильную пощечину, не пытаясь блокировать удар.

"Возьми свои слова обратно! Возьми свои слова обратно!"

Она прокричала это, слезы брызнули из ее глаз. Теперь ее красота была абсолютной, белое лицо, темные глаза. Она схватила Еву за рубашку, встряхнула, затем со стоном рухнула на нее.

"О Боже. О, мой Бог."

"Карли". Майкл ворвался с кухни. Один взгляд на его лицо сказал Еве, что он слушал, он услышал. Когда он бросился к Карли, пытаясь заключить ее в свои объятия, она оттолкнула его, оборонительно скрестив руки на груди.

"Не прикасайся ко мне. Не прикасайся ко мне". Как свеча, догоревшая до воска, она сползла на пол в дрожащую лужицу.

"Пибоди, отведи Майкла обратно на кухню".

Он отступил назад, уставился на Еву. "То, что ты сделал, было жестоко. Жестоко". Он направился на кухню, Пибоди следовала за ним.

Ева присела на корточки. Она все еще чувствовала жар от удара руки Карли по ее лицу. Но ее внутренности были покрыты льдом. "Мне жаль".

"Это ты?"

"Да".

Карли подняла лицо, и ее глаза были опустошены. "Я не знаю, кого я ненавижу больше в этот момент: себя или тебя".

"Если ты не знал о своей кровной связи с ним, тебе не за что себя ненавидеть".

"У меня был с ним секс. Я возлагаю на него свои руки. Позволил ему поставить его на меня. Ты можешь представить, что это заставляет меня чувствовать? Каким грязным это заставляет меня чувствовать себя?"

О Боже, да. Она внезапно почувствовала зверскую усталость. Она поборола своих собственных демонов и посмотрела в глаза Карли. "Он был тебе незнакомцем".

У Карли перехватило дыхание. "Он знал, не так ли? Все это имеет такой ужасный смысл. То, как он преследовал меня, как он смотрел на меня. То, что он сказал. Мы с тобой похожи, сказал он мне и рассмеялся ". Она снова схватила Еву за рубашку. "Знал ли он?"

"Я не могу тебе сказать".

"Я рад, что он мертв. Я хотел бы, чтобы я убил его сам. Молю всемогущего Бога, чтобы на ноже была моя рука. Я никогда не перестану желать этого ".

***

"Без комментариев, Пибоди?"

"Нет, сэр". Они спускались на лифте, Пибоди смотрела прямо перед собой.

Была боль, бурлящая, пульсирующая, набухающая в каждой части ее тела. "Тебе не понравилось, как я с этим справился".

"Это не мне решать, лейтенант".

"К черту это".

"Хорошо. Я не понимаю, почему ты должен был рассказать ей."

"Это имеет отношение к делу", - отрезала Ева. "Важна каждая связь".

"Ты ударил ее этим в живот".

"Итак, теперь это мой метод, который не соответствует вашим стандартам".

"Ты спросил", - парировала Пибоди. "Если ей нужно было сказать, я не понимаю, почему ты сунул это ей в лицо таким образом. Почему ты не мог найти способ смягчить это ".

"Смягчить это? Ее отец трахал ее. Ты скажи мне, как ты смягчаешь это. Ты расскажи мне, как ты положил это в красивую коробку с бантиком на ней ".

Она повернулась к Пибоди, и, как и у Керри, глаза Евы были опустошены. "Что, черт возьми, ты знаешь? Что вы знаете об этом в своей большой, раскидистой, счастливой семье свободного возраста, где все собираются за обеденным столом с чистыми лицами и радостными новостями дня ".

Она не могла дышать, не могла вдохнуть достаточно воздуха. Она была задушена. Но она не могла остановить слова.

"Когда папа пришел поцеловать тебя на ночь, он не залез к тебе в постель, не так ли, и не касался тебя своими потными руками. Отцы не запихивают себя в своих маленьких дочерей в вашем аккуратном мире ".

Она вышла из лифта, прошла через вестибюль и вышла на улицу, в то время как Пибоди стояла, оцепенев от шока.

Ева мерила шагами тротуар, едва сдерживаясь, чтобы не пнуть дуэт белых пуделей и дроида, который их выгуливал. Головная боль была невыносимой, взрыв ракеты, который вопил внутри ее черепа. Она чувствовала, как дрожат ее руки, хотя они были сжаты в кулаки в карманах.

"Даллас".

"Не надо", - предупредила она Пибоди. "Отойди на минутку".

Она могла бы пройти мимо этого, пообещала она себе. Она могла сойти с переднего края ярости, которая заставляла ее хотеть кричать, колотить и рвать. И когда она умерла, все, что осталось, - это головная боль и болезненное страдание глубоко внутри.

Ее лицо было бледным, но спокойным, когда она подошла к Пибоди. "Мои личные замечания перешли все границы. Я приношу извинения за них ".

"В этом нет необходимости".

"Это так. На мой взгляд, там, наверху, тоже было необходимо проявить жестокость. Мне от этого не становится лучше. Но ты здесь не для того, чтобы быть боксерской грушей для моих дурных настроений ".

"Все в порядке. Я вроде как привык к этому ".

Пибоди попыталась улыбнуться, затем разинула рот от ужаса, когда глаза Евы наполнились слезами. "О, боже. Даллас."

"Не надо. Черт. Мне нужно немного времени". Она надавила, пристально вглядываясь в фасад здания. "Я отнимаю у вас пару часов личного времени. Садитесь на какой-нибудь общественный транспорт обратно в Центральный." Ее грудь хотела вздыматься, выплеснуть слезы вверх и наружу. "Встретимся в "Рузвельт" через два часа".

"Хорошо, но - "

"Два часа", - повторила Ева и практически бросилась в машину.

Ей нужно было вернуться домой. Ей нужно было держаться и вернуться домой. Не доверяя себе, она завела машину на автоматический режим и ехала, запрокинув голову и сложив руки на коленях.

С восьми лет она возводила стену, или ее подсознание милосердно воздвигло ее для нее, чтобы отгородиться от уродства, которое с ней произошло. Это оставило пробел, и на этом бланке она создала себя. Кусочек за кусочком, причиняющим боль.

Она знала, каково это - чувствовать, как рушится стена, как образуются трещины, из которых сочится уродство.

Она знала, с чем столкнулась Карли. И через что она прошла бы, чтобы жить с этим.

Головная боль, как торнадо, бушевала внутри ее черепа к тому времени, как она въехала в ворота. Ее глаза остекленели от этого, от жирного комокка тошноты в животе. Она приказала себе держаться, сдержаться и, пошатываясь, поднялась по ступенькам.

"Лейтенант", - начал Соммерсет, когда она, спотыкаясь, вошла внутрь.

"Не морочь мне голову". Она попыталась выпалить это, но ее голос дрогнул. Даже когда она бросилась наверх, он подошел к домофону в доме.

Она хотела лечь. С ней было бы все в порядке, если бы она могла просто прилечь на час. Но взбивание победило ее. Она зашла в ванную, опустилась на колени, и ей стало ужасно плохо.

Когда она была опустошена, слишком слаба, чтобы стоять, она просто свернулась калачиком на плитках.

Она почувствовала руку на своем лбу, прохладную. Благословенно круто. И открыла глаза.

"Рорк. Оставь меня в покое".

"Не в этой жизни".

Она попыталась отвернуться от него, но он просунул руки под нее.

"Болен".

"Да, детка, я знаю". Она чувствовала себя хрупкой, как стекло, когда он поднял ее, отнес в кровать.

Она начала дрожать, когда он снял с нее ботинки, укрыл ее одеялом. "Я хотел вернуться домой".

Он ничего не сказал, только взял влажную тряпку и промокнул ей лицо. Она была слишком бледна, тени под ее глазами были слишком глубокими. Когда он поднес стакан к ее губам, она отвернулась.

"Нет. Никаких успокоительных. Никаких транквилизаторов ".

"Это от тошноты. Здесь и сейчас". Он откинул ее влажные волосы назад и понадеялся, что его не заставят вливать это ей в горло. "Это все. Я обещаю".

Она выпила, потому что ее желудок снова задрожал, а в горле было такое ощущение, будто по нему прошлись когтями. "Я не знал, что ты здесь". Она снова открыла глаза, и слезы, которые жгли ей грудь, хлынули в глаза. "Рорк. О Боже."

Она прижалась к нему. Зарылся в землю. Когда ее тело затряслось, он крепче обнял ее. "Избавься от этого", - пробормотал он. "Что бы это ни было, отпусти это".

"Я ненавижу то, что я сделал. Я ненавижу себя за то, что делаю это ".

"Шшш. Что бы это ни было, у тебя не было бы выбора ".

"Я должен был найти одного". Она повернула голову так, что ее щека прижалась к его плечу, и с закрытыми глазами рассказала ему все.

"Я знаю, что прошло через нее". Сейчас ей было лучше, худшая часть болезни отступила. "Я знаю, что она чувствовала. И я увидел себя в ней, когда она посмотрела на меня ".

"Ева. Никто лучше вас или меня не знает, какая мерзость существует в мире. Ты сделал то, что должен был сделать ".

"Я мог бы -"

"Нет." Он откинулся назад, обхватил ее лицо ладонями так, что их глаза встретились. В его взгляде не было жалости, которую она бы возненавидела. Не было сочувствия, которое ранило бы ее до глубины души.

Было просто понимание.

"Ты не мог бы. Не ты. Ты должен был знать, не так ли? Ты должен был быть уверен, знала ли она, кем он был для нее. Теперь ты это делаешь".

"Да, теперь я знаю. Никто не может быть настолько хорошей актрисой. Она будет видеть себя, снова и снова, вместе с ним. Снова и снова."

"Остановись. Ты не смог бы этого изменить, независимо от того, как она узнала ".

"Может быть, и нет". Она снова закрыла глаза, вздохнула. "Я ударил Пибоди".

"Она это переживет".

"Я был близок к тому, чтобы сорваться, прямо на улице. Я почти - "

"Но ты этого не сделал". Он слегка встряхнул ее, прежде чем она смогла снова заговорить. "Ты раздражаешь меня, Ева. Почему ты должен так себя изводить? Ты не спал более тридцати часов. Вы вступили в фазу этого расследования, которая настолько близка к личному ужасу, что большинство людей убежали бы или разбились вдребезги. Ты не сделал ни того, ни другого ".

"Я сломался".

"Нет, Ева. Ты сломался ". Он прижался губами к ее лбу. "Затем ты вернулся домой. Приляг ненадолго. Закрой глаза. Выключи это ".

"Я не должен был говорить тебе оставить меня в покое. Я не это имел в виду ".

"Вряд ли это имеет значение". Врожденное высокомерие в его голосе почти заставило ее улыбнуться. "Я бы не стал. Я не буду ".

"Я знаю. Я хотел, чтобы ты был здесь ". Она скользнула в него, прежде чем он смог подтолкнуть ее в ответ. "Мне было нужно, чтобы ты был. И ты был." Ее губы повернулись к его губам. Ищу. "Рорк".

"Тебе нужно поспать".

"Я опустошен, и это причиняет боль". Ее руки блуждали по его спине, разминая. "Наполни меня чем-нибудь. Пожалуйста."

Любовь заполнила пустоты, неважно, насколько глубокие, неважно, насколько широкие. Он отдал бы это ей, забрал бы это для себя. С терпением, с нежностью.

Его губы коснулись ее губ, остановились, погрузились, пока он не почувствовал ее тепло и податливость. Обняв ее, он осыпал поцелуями ее лицо, волосы, шею. Сначала для утешения.

Она превратилась в него, предлагая больше. Но его руки были легкими, как крылья, парящие над ней, скользящие под рубашкой к ее телу длинными, медленными движениями. Затем, чтобы успокоить.

И когда она вздохнула, когда ее тело откинулось на подушки, он раздел ее. Его губы проследовали по следам его пальцев, нежно возбуждая пульсацию. Теперь, чтобы пробудиться.

Она открылась для него, как никогда ни для кого другого. Ради него она могла обнажиться. Тело, сердце и разум. И знайте, и доверяйте, он сделал бы то же самое.

Без горячности, требований или срочности он подтолкнул ее вверх, позволил ей задержаться на гребне, скользить по нему, пока ее организм не засиял от удовольствия сопричастности.

Ее сердце забилось сильнее, подстраиваясь под его биение, и ее руки обвились вокруг него, как ленты, притягивая его ближе.

"Я люблю тебя". Он наблюдал за ее лицом, когда скользнул в нее. "Полностью. Бесконечно".

У нее перехватило дыхание, она снова выдохнула. Она закрыла глаза, чтобы удержать красоту момента. И позволь ему привести ее домой.

***

Она крепко прижимала его к себе, нуждаясь еще немного в том, чтобы его тело так интимно прижималось к ее. "Спасибо".

"Я ненавижу констатировать очевидное, но это было для меня удовольствием. Теперь лучше?"

"Много. Рорк - нет, просто побудь так минутку." Она уткнулась лицом в его плечо. "Когда мы вот так вместе, это не похоже на то, что когда-либо было с кем-то еще. Как будто никогда никого другого не было ".

"Для меня тоже".

Она рассмеялась, радуясь, что может. "У тебя было намного больше всяких".

"Кто считает?" Он переместился, перекатившись так, что она нависла над ним. Хрупкость исчезла, отметил он. В ее движениях была плавность и проворство, которые характеризовали ее.

Ее щеки больше не были бледными, но глаза были тяжелыми, покрытыми синяками, измученными. Это заставило его пожалеть, что он все-таки не подсыпал ей транквилизатор.

"Прекрати это". Она откинула волосы назад и почти сумела нахмуриться.

"Вырезать что?"

"Думаешь о том, чтобы хлопотать надо мной. Тебе не нужно заботиться обо мне ". Ей не нужен был веселый блеск в его глазах, чтобы понять, как нелепо это прозвучало при данных обстоятельствах. "Все время", - поправилась она.

"Давай вздремнем".

"Я не могу. Я не думаю, что ты тоже можешь. Я уже испортил тебе день. Вы, вероятно, покупали солнечную систему или что-то в этом роде ".

"Всего лишь маленькая, в основном необитаемая планета. Это никуда не приведет. Мне не помешает перерыв, а тебе нужно поспать ".

"Да, я хочу, но я не могу".

"Ева -"

"Слушай, скоро у меня будет небольшой перерыв. Ты из тех, кто умеет говорить. В последнее время у тебя было не намного больше, чем у меня ".

"Наши двигатели не работают с одинаковой скоростью".

Это остановило ее от сползания с кровати. "Что, черт возьми, это значит?"

"Только это".

Она нахмурилась, обдумывая. "Это звучит как нечто, что должно вывести меня из себя. Но я не могу точно понять, почему. Когда я это сделаю, мне, возможно, придется вколоть тебе одну ".

"Я буду с нетерпением ждать этого. Если не хочешь спать, поешь. Тебе нужно что-нибудь в желудке. И чему ты ухмыляешься?"

"Ты. Ты такая жена", - сказала она, направляясь в душ.

Он минуту сидел, ошеломленный. "Теперь я взбешен".

"Видишь, теперь ты знаешь, каково это. Что ж, закажи мне что-нибудь поесть, - крикнула она. "Вода включена, сто два градуса".

"Укуси меня", - пробормотал он и заказал ей суп с добавкой с высоким содержанием белка.

***

Она съела все до последней капли, как для того, чтобы доставить ему удовольствие, так и для того, чтобы утолить голод. Ее разум снова прояснился, она оделась, пристегнула свое оружие. "Я должен заехать в больницу, посмотреть, что я могу вытянуть из Стайлза".

"Почему? Ты уже понял это ". Когда она просто уставилась на него, он пожал плечами. "Я знаю вас, лейтенант. Вы позволяете этому крутиться вокруг, пока вы ели, оседать на место. Теперь ты набираешь обороты, чтобы закончить это ".

"Я еще не заполнил все пробелы. Я хочу рассказать еще о нескольких основаниях, и мне нужно кое-что проверить у Уитни. Это как бы вовлекает тебя ".

"И что бы это могло быть?"

Она покачала головой. "Если он не оправдается, это не будет иметь значения. Я смогу связаться с тобой, верно? Если мне нужно будет поговорить с тобой, прежде чем я вернусь. "

"Я буду доступен. Я подумала, что испеку немного печенья ".

Сухой тон заставил ее фыркнуть, когда она взяла свою куртку. "Ты сделаешь это, милая". Она повернулась, чтобы поцеловать его, затем вскрикнула, когда он прикрутил мочку ее уха. "Эй!"

"Не слишком усердствуй, дорогая".

"Мужчина". Надув губы, она потерла ухо, направляясь к двери. "Если бы я делал это каждый раз, когда ты употребляешь слово на букву "В", у тебя бы не осталось ушей".

Она остановилась у двери, оглянулась. "Но ты прекрасен, когда злишься", - сказала она и убежала.

***

Пибоди стояла у главных дверей больницы, ссутулив плечи от резкого ветра, нос покраснел от него.

"Какого черта ты не подождал внутри?" Потребовала Ева. "Здесь холодно".

"Я хотел поймать тебя до того, как ты войдешь. Можно нас на минутку?"

Ева изучала застывшее и серьезное лицо Пибоди. Личное дело, решила она, не официальное. Что ж, она это заслужила. "Хорошо. Давай пройдемся, пусть кровь движется". Она направилась прочь от пандусов и трапов, когда сирены возвестили, что еще один незадачливый житель Нью-Йорка собирается воспользоваться удобствами здания.

"Примерно до этого", - начала Пибоди.

"Послушай, я перешел все границы, и ты был ближайшей мишенью. Я сожалею об этом ".

"Нет, это не то, что я имею в виду. Я понял это. Это заняло у меня некоторое время ", - добавила она. "То, что ты сделал, сказав ей так холодно, было потому, что ты должен был увидеть, как она отреагирует. Если она знала, что Драко был ее отцом, что ж, это прояснило ее мотив. В любом случае, если бы она знала это до того, как они... вы знаете, или если она знала это после того, как они начали встречаться, это повлияло на ее настроение ".

Ева смотрела, как мимо пронесся санитарный фургон. "Она не знала".

"Я тоже так не думаю. Если бы вы облегчили ей это, это дало бы ей время подумать, сообразить, как лучше отреагировать, что сказать. Я должен был знать это сразу, вместо того чтобы работать над этим час спустя ".

"Я мог бы ввести тебя в курс дела до того, как мы туда добрались". Покачав головой, она развернулась и пошла обратно. "Я еще не освоился с этим".

"Это было трудно сделать. Не думаю, что у меня хватило бы на это мужества ".

"Это не имеет ничего общего с мужеством".

"Да, это так". Пибоди остановилась, подождала, пока Ева повернется к ней лицом. "Если бы у тебя не было чувств, это было бы несложно. Но ты делаешь. Смелость может быть тем же самым, что и подлость без сострадания. Это было тяжело, но ты все равно это сделал. Лучший полицейский понял бы это быстрее ".

"Я не дал тебе большого шанса, так как был занят, запрыгивая тебе в глотку. Ты разобрался с этим, пришел к этому самостоятельно. Должно быть, я делаю с тобой что-то правильное. Итак, теперь мы в расчете?"

"Да, со всех четырех сторон".

"Хорошо, давайте зайдем внутрь. Я отмораживаю себе задницу ".

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Они зашли, чтобы сначала увидеть Трухарта. По настоянию Пибоди они зашли в торговый центр за подарком на выздоровление.

"Это займет пять минут".

"Мы уже скинулись на цветы". Лес товаров, широкие и извилистые тропы, которые вели к ним, и веселые голоса, объявляющие о распродажах и специальных предложениях, заставили и без того измученный желудок Евы выполнить медленное, тревожное урчание.

Она предпочла бы вступить в рукопашную с трехсотфунтовой склонностью к насилию, чем быть поглощенной морем потребления.

"Это от всех", - терпеливо объяснила Пибоди. "Это будет от нас".

Вопреки себе, Ева остановилась у витрины с тускло-зеленой хирургической одеждой, ярко украшенной логотипом больницы. За дополнительные десять баксов вы могли бы получить один, забрызганный чем-то похожим на артериальную кровь.

"Это больной мир. Просто болен".

"Мы идем не за сувенирами". Хотя она думала, что слишком большие анальные зонды были своего рода шуткой. "Когда парень в больнице, он хочет игрушек".

"Когда парень получает занозу в палец на ноге, он хочет игрушек", - пожаловалась Ева, но последовала за Пибоди в магазин игр и смирилась с тем, что ее чувства нарушены звуковыми сигналами, треском, ревом и взрывами.

Здесь, согласно мигающим указателям, вы можете выбрать из более чем десяти тысяч вариантов для своих развлечений, досуга или образовательных целей. От спорта до программ по квантовой физике и всего, что между ними, вам нужно было только ввести интересующую вас тему, и анимированная карта или один из полностью обученных и дружелюбных партнеров по игре направят вас в нужную область.

Меню магазина вспыхнуло кричащим желтым светом. Ева почувствовала, как ее глаза скосились.

Все прозрачные пробирки в кабинках для пробоотбора были заполнены людьми, пробовавшими демо-версии. Другие троллили сам магазин, их лица сияли от жадности или были пустыми от сенсорной перегрузки.

"Разве у этих людей нет работы?" Ева задумалась.

"Мы подходим к обеденному перерыву".

"Что ж, нам повезло".

Пибоди прямиком направилась в боевую секцию. "Рукопашная", - решила она. "Это заставит его чувствовать себя под контролем. Вау, смотрите! Это новый супер уличный боец. Предполагается, что это будет в основном журнал." Она перевернула противоугонную коробку, слегка поморщилась, увидев цену, затем обратила внимание на производителя.

"Рорк Индастриз". Мы должны получить скидку или что-то в этом роде. Ну что ж, это не так уж плохо, когда ты делишь это пополам. " Она направилась к кассе автоэкспресса, оглянулась на Еву. "Я полагаю, у Рорка целая фабрика, набитая такими штуками, да?"

"Вероятно". Ева достала свою кредитную карточку, провела ею по сканеру, прижала большой палец к идентификационной пластине.

Спасибо тебе за твою покупку, Ева Даллас. Одну минуту, пожалуйста, пока проверяется ваш кредит.

"Я отдам тебе свою половину в день выплаты жалованья, хорошо?"

"Да, неважно. Почему все это занимает так много времени?"

Спасибо, что подождала, Ева Даллас. Стоимость выбранного вами Super Street Fighter в версии PPC составляет сто шестнадцать долларов пятьдесят восемь центов, включая все применимые налоги. Из-за первой авторизации с вашего аккаунта не будет списано средств за этот выбор. Пожалуйста, наслаждайтесь своим днем.

"О чем, черт возьми, ты говоришь? Что такое разрешение номер один?"

Разрешение номер один, "Рорк Индастриз". Этот уровень дает вам право бесплатно выбирать любые товары под брендом этого производителя.

"Вау. Мы можем навести порядок в доме ". Пибоди обратила свои ослепленные глаза к полкам, забитым деликатесами. "Могу я получить одно из них?"

"Заткнись, Пибоди. Послушайте, я плачу за это ", - сказала она машине. "Так что просто обойдите первую авторизацию и списайте деньги с моего счета".

Не в состоянии подчиниться. Не могли бы вы сделать еще один выбор?

"Черт возьми". Она сунула игру Пибоди. "Ему это с рук не сойдет".

У Пибоди хватило ума пропустить коробку через систему безопасности, а затем побежала трусцой, чтобы догнать Еву. "Послушай, раз уж мы все равно здесь, не мог бы я просто попросить одного - "

"Нет".

"Но - "

"Нет". Ева быстро и сердито пнула "глиссер", затем села за руль, чтобы доехать до медицинского уровня.

"Большинство женщин были бы счастливы, если бы их мужья предоставляли им незаполненный кредит на покупки".

"Я не такая, как большинство женщин".

Пибоди закатила глаза. "Ты говоришь мне".

Возможно, Пибоди и обиделась из-за потери собственной коллекции воображаемых игр, но удовольствие Трухарта от подарка перевесило жадность.

"Это здорово. Это просто вырвалось наружу ".

Он повертел коробку в здоровой руке. На его другую руку наложили пластырь, чтобы срастить кость, сломанную при падении.

На его шее был ошейник из того же материала, в запястье стояла капельница, а на плече виднелся жестокий синяк, который казался пурпурно-черным на фоне обвисшей шеи его больничной рубашки. Его левая нога была слегка приподнята, и Ева вспомнила, как его кровь вытекала из глубокой раны там на ее руки.

Вокруг него гудели машины.

Все, о чем Ева могла думать, это то, что если бы она была на его месте, она бы не была такой чертовски веселой.

Она предоставила вести светскую беседу Пибоди. Она никогда не знала, что сказать пациентам больницы.

"Я мало что помню после того, как меня ударили". Он перевел взгляд на Еву. "Коммандер Уитни сказал, что мы его взяли".

"Да". Это, по крайней мере, было ее стихией. "Ты поймал его. Он переведен на следующий уровень пациентов. Мы допросим его после того, как уйдем отсюда. Ты выполнил свою работу, Верное Сердце. Он мог бы пройти мимо нас, если бы вы не отреагировали быстро и не уложили его."

"Командир сказал, что вы представили меня к награде".

"Как я уже сказал, ты выполнил свою работу".

"Я мало что сделал". Он поерзал, пытаясь найти более удобное положение. "Я бы уложил его начисто, если бы этот придурок-транзитник с курок на спусковом крючке не выстрелил".

"Это дух. Этот вечно нажимающий на курок мудак и его дебильный начальник получат по морде вдоволь ".

"Этого бы не случилось, если бы они послушали тебя. У тебя все было под контролем ".

"Если бы у меня все было под контролем, тебя бы здесь не было. Тебя сильно ударили и ты неудачно упал. Если вы чувствуете себя неуверенно из-за этого, вам следует обратиться к консультанту департамента ".

"Я чувствую себя нормально из-за этого. Я хочу вернуться в форму, вернуться к работе. Я надеялся, что, когда вы закроете дело, вы дадите мне знать подробности ".

"Конечно".

"Ах, лейтенант, я знаю, что вам пора идти, но я просто хотел сказать... Я знаю, что ты видел мою мать прошлой ночью ".

"Да, мы столкнулись друг с другом. Она милая женщина ".

"Разве она не великолепна?" Его лицо озарилось. "Она лучшая. Мой старик бросил нас, когда я был ребенком, так что мы всегда, ты знаешь, заботились друг о друге. В общем, она рассказала мне, как ты околачивался поблизости, ждал, пока меня не прооперируют, и все такое."

"Ты погиб под моим присмотром". Твоя кровь была на моих руках, подумала она.

"Ну, для нее много значило, что ты был здесь. Я просто хотел сказать тебе это. Так что спасибо ".

"Просто держитесь подальше от лазерных лучей", - посоветовала она.

***

Внизу, на следующем уровне, Кеннет Стайлз пошевелился в своей постели, взглянул на медсестру, которая проверяла его мониторы. "Я хочу исповедаться".

Она повернулась к нему с яркой профессиональной улыбкой. "Итак, вы проснулись, мистер Стайлз. Тебе сейчас следует немного поесть ".

Он был в сознании в течение значительного периода времени. И мышление. "Я хочу исповедаться", - повторил он.

Она подошла к краю кровати, чтобы похлопать его по руке. "Вам нужен священник?"

"Нет." Он повернул свою руку, сжал ее с силой, которой она не ожидала. "Даллас. Лейтенант Даллас. Скажи ей, что я признаюсь ".

"Ты же не хочешь перевозбуждаться".

"Найдите лейтенанта Даллас и скажите ей".

"Хорошо, не волнуйся. Но пока тебе следует отдохнуть. Ты неудачно упал."

Она разгладила его простыни, удовлетворенная, когда он улегся, закрыл глаза. "Я пойду узнаю о твоих потребностях в питании".

Она сделала пометку в его карте и выскользнула. Она остановилась возле охранника в форме у двери. "Он очнулся".

Из кармана своей униформы она достала свой блокнот и сообщила диетологу, что пациент К. Стайлз, комната 6503, потребовал свой обед в полдень. Когда охранник начал говорить, медсестра подняла руку.

"Одну минуту. Я хочу внести это, чтобы они доставили это сюда до полуночи. Всю неделю мы отставали с питанием ". Поскольку пациент забыл выбрать обед из утвержденного меню, она заказала ему куриную грудку на гриле, рис с брокколи, приготовленной на пару, цельнозерновой рулет с одним кусочком заменителя сливочного масла, обезжиренное молоко и черничное желе.

"Это должно быть сделано в течение часа".

"Кто бы это ни принес, он должен быть оправдан", - сказал ей охранник.

Она слегка раздраженно фыркнула, снова достала записку и сделала необходимые пометки. "О, пациент Стайлз спрашивал о ком-то по имени Даллас. Это что-нибудь значит?"

Охранник кивнул, достал свой коммуникатор.

"У него жажда крови, как у копа", - прокомментировала Пибоди, когда они шли по коридору.

"Сок еще зеленый, но он созреет". Когда ее коммуникатор запищал, она достала его из кармана. "Даллас".

"Лейтенант. Офицер Кларк при исполнении служебных обязанностей, Кеннет Стайлз. Подозреваемый очнулся и спрашивает о вас ".

"Я на один уровень выше и уже в пути".

"Это хорошее время". Пибоди нажала кнопку вызова лифта, затем вздохнула и последовала за Евой к выходу. "Я думаю, мы идем пешком".

"Это уровень одного пациента".

"Один уровень равен трем пролетам".

"Ты отработаешь печенье".

"Они всего лишь приятное воспоминание. Ты думаешь, Стайлз готов к откровенному разговору с нами?"

"Я полагаю, он готов к чему-то". Она толкнула двери на следующий уровень и направилась налево. "Он не знает, что мы нашли Карвелла или что мы опознали Драко как отца Карли. Посмотрим, как он это разыграет, прежде чем мы дадим ему ключ к разгадке ".

Она остановилась у двери. "Кларк".

"Да, сэр".

"У него были посетители?"

"Ни единой души. Он отсыпался еще несколько минут назад. Медсестра сообщила, что он проснулся и спрашивал о вас ".

"Хорошо, сделайте пятнадцатиминутный перерыв".

"Спасибо. Я могу это использовать ".

Ева потянулась к двери, толкнула ее, открывая. Затем, с проклятием, прыгнул внутрь. Она схватила Стайлза за ноги, подтянула и приняла на себя его вес. "Опустите его!"

Пибоди уже карабкалась на кровать, сражаясь с узлом. Кларк ворвался следом за ней.

"Он у меня, лейтенант". Он придвинулся своими широкими плечами и приподнял болтающееся тело Стайлза еще на три дюйма.

Он повесился с помощью петли, сделанной из его собственных простыней.

"Он не дышит", - объявил Кларк, когда тело рухнуло на него. "Я не думаю, что он дышит".

"Позовите врача". Со свирепым лицом Ева оседлала Стайлза, прижала ладони к его сердцу и начала его качать. "Давай, сукин ты сын. Ты будешь дышать". Она наклонилась к его губам, втягивая воздух. Накачанный.

"О, мой Бог. О, мой Бог. Кеннет!" В дверях Арина Мэнсфилд рассыпала охапку цветов, которую несла, у своих ног.

"Отойди! Давай, давай." По лицу Евы начал струиться пот. Она услышала звук бегущих ног, пронзительный сигнал тревоги.

"Отойди в сторону. Отойдите, пожалуйста, в сторону ".

Она отодвинулась, поднялась на ноги и наблюдала, как медицинская бригада работает над ним.

Пульса нет. Ровная линия.

Вернись, приказала Ева. Черт бы тебя побрал, вернись.

Она наблюдала, как небольшая доза адреналина ударила его в грудь.

Ответа нет.

Маленькие диски были смазаны гелем. Были приказы установить, очистить, затем тело Стайлза дернулось, когда диски потрясли его организм. Линия сердца на мониторе оставалась синей и пустой.

Во второй раз диски ударили по нему, во второй раз его тело дернулось, упало. И вот раздался низкий звуковой сигнал, и синяя линия дрогнула и стала красной.

Синусовый ритм. У нас есть пульс.

У двери Ареена закрыла лицо руками.

***

"Назови мне его состояние".

"Он жив". Доктор, мужчина с холодными глазами и шафрановой кожей, продолжал делать заметки. "В результате было кислородное голодание и некоторое минимальное повреждение мозга. Если мы сохраним ему жизнь, это поправимо ".

"Вы собираетесь оставить его в живых?"

"Вот почему мы здесь". Он сунул свой блокнот обратно в карман своего лабораторного халата. "Его шансы высоки. Еще несколько минут, болтаясь там, у него не было бы никаких шансов. Мы прошли долгий путь в медицинской науке, но воскрешение мертвых к жизни все еще ускользает от нас ".

"Когда я смогу с ним поговорить?"

"Я не могу сказать".

"Рискну предположить".

"Возможно, к завтрашнему дню он будет функционировать, но пока мы не завершим тесты, я не могу оценить точную степень повреждения мозга. Может пройти несколько дней или недель, прежде чем он сможет ответить на какие-либо вопросы, кроме самых элементарных. Мозг находит способы обойти повреждение, перенаправить, если хотите, и мы можем помочь этому процессу. Но это требует времени ".

"Я хочу знать, в какую минуту он сможет говорить".

"Я позабочусь о том, чтобы вас проинформировали. Теперь мне нужно осмотреть пациентов ".

"Лейтенант". Кларк выступил вперед. "Это медсестра, которую вы хотели видеть".

"Орманд", - сказала Ева, прочитав идентификационный значок. "Поговори со мной".

"Я понятия не имел, что он намеревался покончить с собой. Я бы не поверил, что он был способен на это, физически, я имею в виду. Он был слаб, как младенец".

"Человек хочет творить сам, он находит способ. Никто тебя не винит".

Она кивнула, расслабив свою защитную стойку. "Я был там для обычной проверки его жизненных показателей. Он был в сознании, и он сказал мне, что хочет признаться. Я думал, он имел в виду священника. Мы получаем много такого, даже от пациентов, которые не являются католиками или эгатарианцами. Но он разволновался и назвал тебя по имени. Сказал, чтобы я передал вам, что он хочет признаться ".

"Чему?"

"Он не сказал. Я думал, что он убил того, другого актера. Ричард Драко." Когда Ева не ответила, медсестра пожала плечами. "Я успокоил его, пообещал найти тебя. Затем я сказал охраннику после того, как договорился о дневном питании пациента. Я больше ничего не знаю ".

"Хорошо". Она отпустила медсестру, повернулась обратно к Кларку. "Мне нужно, чтобы ты был рядом в отделении интенсивной терапии. Я организую замену через час. Есть ли какие-либо изменения в состоянии Стайлза до этого, я хочу знать ".

"Да, сэр. Его собственные простыни, - пробормотал Кларк. "Для этого нужны яйца".

"Это требует чего-то". Ева развернулась на каблуках и зашагала к зоне ожидания, куда Пибоди отвела Арину.

"Кеннет?" Арина неуверенно поднялась на ноги.

"Они переводят его в отделение интенсивной терапии".

"Я думал, что он был... когда я увидел его, я подумал..." Она снова опустилась на свой стул. "О, сколько еще может произойти?"

"Элиза Ротчайлд сказала, что трагедии случаются втроем".

"Суеверие. Я никогда не был чрезмерно суеверен, но теперь... С ним все будет в порядке?"

"Доктор казался оптимистом. Как вы узнали, что Кеннет Стайлз был здесь?"

"Как? Да ведь я слышал это в новостях только сегодня утром. Они говорят, что он был ранен при попытке покинуть город. Что он главный подозреваемый в смерти Ричарда. Я в это не верю. Ни на мгновение. Я хотел увидеть его, чтобы сказать ему это ".

"Почему ты этому не веришь?"

"Потому что Кеннет не способен на убийство. Это хладнокровно и расчетливо. Он ни то, ни другое ".

"Иногда убийство бывает горячим и импульсивным".

"Ты бы знал об этом больше, чем я. Но я знаю Кеннета. Он никого не убивал ".

"Вы знаете женщину по имени Аня Карвелл?"

"Карвелл? Я так не думаю. Должен ли я? Они позволят мне увидеть Кеннета?"

"Я не знаю".

"Я должен попытаться".

Ева поднялась на ноги, когда поднялась Ареена. "Вы понимаете, не так ли, что если Кеннет Стайлз действительно планировал убийство Ричарда Драко, то именно он вложил нож в вашу руку".

Арина вздрогнула, и слабый румянец на ее щеках поблек. "Это всего лишь еще одна причина, по которой я знаю, что это не мог быть Кеннет".

"Почему это?"

"Он слишком джентльмен. Могу я идти, лейтенант?"

"Да, ты можешь идти".

Ареена остановилась в дверях. "Ты боролся, чтобы спасти его жизнь. Я наблюдал за тобой. Вы верите, что он убийца, и все же вы боролись, чтобы спасти его жизнь. Почему?"

"Может быть, я не хотел, чтобы он избежал правосудия".

"Я думаю, что это нечто большее. Но я не уверен, что именно."

"Пока что адский денек", - сказала Пибоди, когда они остались одни.

"Мы только начинаем. Встань и посмотри на них, Пибоди. Нам есть куда пойти".

Она вышла из комнаты и чуть не столкнулась с Надин.

"Скорая помощь преследует?" Мягко сказала Ева. "Я думал, ты слишком важен для этой рутины".

"Ты никогда не был слишком важен для этой рутины. Каков статус дела Кеннета Стайлза?"

"Без комментариев".

"Давай, Даллас. У меня есть источник в больнице. Я слышал, что он пытался повеситься. Он убил Ричарда Драко?"

"Какую часть вы не расслышали, "нет" или комментарий?"

Модные каблуки затрудняли быстрый шаг Надин по коридору, но ей удавалось не отставать от Евы. "Вы обвиняете его в убийстве? Есть ли другие подозреваемые? Вы подтвердите, что Стайлз был ранен во время полета?"

"Средства массовой информации уже передают это".

"Конечно, с утверждениями, которые, как считается, были разбросаны по всем отчетам. Мне нужно подтверждение ".

"Мне нужен отпуск. Ни один из нас, похоже, не получит свое желание в ближайшее время ".

"Даллас". Сдавшись, Надин взяла Еву за руку и отвела ее в сторону, подальше от Пибоди и ее собственного многострадального оператора. "Я должен кое-что знать. Я не могу уснуть. Дайте мне что-нибудь, сделайте это неофициальным. Мне нужно замкнуть этот круг, прежде чем я смогу двигаться дальше ".

"Ты не должен быть в этой истории".

"Я знаю это, и если всплывет, что мы с Ричардом были вовлечены, мне за это достанется немало, как лично, так и профессионально. Но если я просто буду сидеть и ждать, я сойду с ума. С такими вариантами я рискну попасть в переплет ".

"Как много он для тебя значил?"

"Это уж слишком. Это было мертво намного дольше, чем он. Это не значит, что мне не нужно замыкать круг ".

"Встретимся в Центральном, через час. Я дам тебе все, что смогу ".

"Спасибо. Если бы вы могли просто сказать мне, Кеннет ли - "

"Через час, Надин". Ева обошла ее. "Не испытывай свою удачу".

Через двадцать минут они были в номере Анжи Карвелл. От нее не осталось и следа.

"Она прыгнула". Пибоди зашипела на пустой шкаф. Затем она нахмурилась и повернулась, чтобы посмотреть на Еву. "Ты знал, что ее здесь не будет".

"Я не ожидал найти ее. Она умна. Достаточно умен, чтобы знать, что я вернусь ".

"Она убила Драко?"

"Она часть этого". Ева забрела в ванну. Запах Аньи все еще был там, холодный женский.

"Должен ли я связаться с властями в Монреале? Начать подготовку к экстрадиции?"

"Не беспокойся. Она ожидала бы этого. Если бы она когда-либо жила в Монреале, она бы сейчас туда не вернулась. Она пошла ко дну, - пробормотала Ева, - но далеко не уйдет. Итак, мы разыгрываем это. Вызовите уборщиков ".

"Нет ордера?"

"Мой муж - владелец заведения. Позаботься об этом. Я отправляюсь в службу безопасности ".

***

К тому времени, как Ева закончила дела в отеле "Палас", вернулась в "Сентрал" и изложила свое дело Уитни, она опаздывала на встречу с Надин.

Ее, как и всегда, разозлило, что Надин уже в своем кабинете.

"Почему они впускают тебя сюда?"

"Потому что я приношу пончики. Копы были для них слабостью на протяжении поколений ".

"Где мое?"

"Извините, отделение накинулось на них, как на крыс. Я думаю, Бакстер слизал крошки ".

"Он бы сделал". Она села за свой стол. "Где твоя камера?"

"Она снаружи".

"Хорошо, приведите ее сюда. У меня нет времени на весь этот чертов день ".

"Но я думал - "

"Послушай, ты хочешь поговорить один на один или нет?"

"Держу пари, что знаю". Она схватила свой карманный телефон и вызвала камеру. "Ты могла бы нанести несколько слоев консилера на эти большие мешки под глазами". Она порылась в увесистом и хорошо упакованном наборе косметики в своей сумочке. "Попробуй это".

"Держи это дерьмо подальше от меня".

"Как хочешь, но ты выглядишь так, будто не спал несколько дней". Надин открыла зеркало, начала улучшать свое собственное лицо. "Тем не менее, это заставляет тебя выглядеть свирепым и преданным".

"Я жесток и предан".

"И это всегда хорошо смотрится на экране. Отличный свитер, между прочим. Кашемир?"

Сбитая с толку, Ева посмотрела вниз на свою темно-синюю водолазку. "Я не знаю. Он синий. Выйдет ли это в эфир сегодня вечером?"

"Ставлю свою задницу".

"Хорошо". Кто-то, подумала Ева, не собирался хорошо выспаться ночью. И на этот раз это будет не она.

***

Надин повозилась с ракурсами съемки, посмотрела на монитор и приказала отрегулировать освещение.

"Это не чертов конкурс красоты, Надин".

"Показывает, что вы знаете о репортажах в прямом эфире. Вот, это выглядит неплохо. Ты можешь отключить часть этого воздушного движения, Люси? Это как сидеть в транспортном центре ".

"Я отфильтровываю большую часть этого". Оператор повозился еще мгновение, затем кивнул. "Готов, когда будешь готов".

"Мы сделаем бампер обратно в мастерскую. Начинайте запись. Это Надин Ферст с 75 канала ", - начала она, не отрывая глаз от объектива pinpoint. "Репортаж из Центрального полицейского управления и офиса лейтенанта Евы Даллас, главного следователя по делу об убийстве актера Ричарда Драко. Лейтенант." Надин повернулась лицом к Еве. "Можете ли вы сообщить нам последние новости о вашем расследовании?"

"Расследование продолжается. Департамент расследует несколько версий."

"Мистер Драко был убит на сцене, перед битком набитым залом. Ты сам был свидетелем".

"Это верно. Характер преступления, его место и исполнение привели буквально к тысячам интервью и показаниям свидетелей ".

И поскольку всегда лучше платить свои долги, Ева отметила дополнение. "Детектив Бакстер из этого отдела просмотрел большую часть этих показаний и взял на себя трудную задачу по устранению и подтверждению".

"Это правда, не так ли, что люди часто видят одно и то же событие, но видят его по-разному?"

"Это часто верно в отношении гражданских лиц. Полицейских учат видеть."

"Делает ли это вас вашим собственным лучшим свидетелем?"

"В некотором роде".

"Правда ли, что Кеннет Стайлз, коллега и знакомый Драко, который был в актерском составе пьесы, является вашим главным подозреваемым?"

"Этот человек был допрошен, как и все члены актерского состава. Как я уже говорил, мы работаем по нескольким зацепкам, и поскольку фокус расследования сузился, мы ожидаем произвести арест в течение двадцати четырех часов ".

"Арест". Это сбило Надин с толку, но только на один удар. "Можете ли вы назвать нам имя вашего основного подозреваемого?"

"Я не свободен предоставлять эту информацию в данный момент. Я могу сказать вам, что человек, который убил Ричарда Драко, который убил Лайнуса Кима, будет под стражей в течение двадцати четырех часов."

"Кто-"

"Это все, что ты получишь, Надин. Прекрати это ".

Надин могла бы поспорить, но Ева уже поднималась на ноги. "Прекрати это, Люси. Это была настоящая бомба, Даллас. Если бы ты предупредил меня, мы могли бы выйти в прямой эфир ".

"Сегодняшняя ночь наступит достаточно скоро. Ты получила свою историю, Надин. Ты нанесешь удар первым ".

"С этим не поспоришь. Можете ли вы дать мне еще что-нибудь, просто немного наполнителя для продолжения? Процедурные детали, некоторые достоверные данные. Точное количество интервью, количество человеко-часов и тому подобное."

"Вы можете узнать это из отдела по связям со СМИ". Ева взглянула на оператора, указала пальцем, затем ткнула большим пальцем в сторону двери.

Взглянув на Надин в поисках подтверждения, Люси вытащила оборудование.

"Не для протокола, Даллас - "

"Ты узнаешь все, что тебе нужно знать завтра. У меня есть к вам вопрос. Вы не упомянули Рорка в своем отчете, его связь с театром, с пьесой, со мной. Почему?"

"Это было сделано. Перестарался. Я хочу мяса ".

"Не прокатывает, Надин. Имя Рорка повышает рейтинги ".

"Ладно, считай это расплатой". Она пожала плечами и подняла свою сумочку. "Для девичника".

"Хорошо". Ева полезла в задний карман, вытащила запечатанный диск. "Вот".

"Что это?" Но в ту минуту, когда это было в ее руке, Надин поняла. Ее пальцы крепко сомкнулись вокруг него. "Это запись, которую сделал Ричард. Обо мне".

"Это было удалено из протокола вещественных доказательств. Это единственная копия. Я полагаю, это должно замкнуть этот круг ".

Когда ее горло наполнилось противоречивыми эмоциями, Надин уставилась на диск. "Да. Да, это так. Лучше, это все ломает ". Обеими руками она разломила диск надвое.

Ева одобрительно кивнула. "Некоторые женщины не смогли бы удержаться от просмотра этого. Я полагал, что ты умнее этого ".

"Я есть сейчас. Спасибо, Даллас. Я не знаю, как - "

Ева сделала преднамеренный шаг назад. "Даже не думай о том, чтобы поцеловать меня".

С дрожащим смехом Надин засунула сломанный диск в свою сумку. Это вошло бы в первого же чтеца, с которым она столкнулась. "Ладно, никаких небрежностей. Но я твой должник, Даллас ".

"Ты чертовски прав. Так что в следующий раз оставь мне пончик ".

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Она проспала десять часов, практически там, где упала, после того, как сообщила Рорку самые краткие новости. Она проснулась, заряженная энергией, с ясной головой и в одиночестве.

Поскольку его не было рядом, чтобы придраться к ней, она съела на завтрак мороженое, запила его кофе, пока смотрела утренние выпуски новостей на экране. Она прослушала повтор своего тет-а-тет с Надин и, удовлетворенная этим, сочла, что на сегодня все готово.

Она оделась, натянув навозно-коричневые брюки и белую рубашку в узкую коричневую полоску. Она понятия не имела, как долго рубашка пролежала там, но с тех пор, как Рорк начал заполнять ее шкаф, она перестала обращать на это внимание.

Он купил ей смехотворное количество одежды, но это спасло ее от пытки ходить по магазинам.

Поскольку он был на месте, а погода обещала оставаться прохладной, она застегнула жилет длиной до талии, который, казалось, подходил к остальной части сделки.

Она пристегнула свое оружие, затем отправилась на поиски Рорка.

Он уже был в своем кабинете, на одном экране были утренние биржевые сводки, на другом - внебиржевые торги, а на третьем - то, что казалось серьезной математической задачей.

"Как ты можешь разбираться с цифрами первым делом с утра?"

"Я живу ради чисел". Он постучал по клавиатуре, и математическая задача перешла в аккуратные столбцы, которые он, без сомнения, сложил с точностью до наименьшей десятичной запятой. "И так случилось, что я уже некоторое время не сплю. Ты выглядишь отдохнувшей, - сказал он после минутного изучения ее лица. "И к тому же очень хорошо скроенный. Ты жизнерадостное создание, Ева ".

"Я спал как убитый". Она обошла стойку, наклонилась и поцеловала его. "Ты сам провел несколько долгих дней". Она похлопала его по плечу так, что его антенна задрожала. "Может быть, нам нужен небольшой отпуск".

Он отправил цифры на экране своему брокеру для немедленного применения, затем развернулся в своем кресле. "Чего ты хочешь?"

"Просто какое-нибудь тихое время где-нибудь. Ты и я. Мы могли бы провести долгие выходные ".

"Я повторяю". Он взял свой кофе, отхлебнул. "Чего ты хочешь?"

В ее глазах сверкнуло раздражение. "Разве я только что не сказал? Не вешай на меня это дерьмо снова. В прошлый раз тебе пришлось пресмыкаться ".

"На этот раз я не буду. Я выгляжу глупо?" он сказал непринужденным тоном. "Я не гнушаюсь взятками, лейтенант, но мне нравится знать условия сделки. Почему я становлюсь мягче?"

"Я не смог бы размягчить тебя чаном с регенератором кожи. В любом случае, это не взятка. Я, черт возьми, городской чиновник ".

"И они, как мы знаем, совершенно не знакомы со взятками".

"Осторожно, туз. Кто сказал, что я не могу хотеть перерыва? Если я хочу об одолжении, это не обязательно должно быть связано ".

"Я вижу. Что ж, тогда вот что я выношу на обсуждение. Я окажу тебе услугу, какой бы она ни была, в обмен на неделю твоего времени, куда бы я ни захотел пойти ".

"Неделя истекла. У меня есть даты суда, документы. Три дня."

Переговоры, как он думал, были его любимым хобби. "Пять дней сейчас, пять дней в следующем месяце".

"Это десять дней, а не неделя. Даже я могу подсчитать это. Три дня сейчас, два дня в следующем месяце".

"Четыре сейчас, три в следующем месяце".

"Хорошо, хорошо". У нее начала кружиться голова. "Я разберусь с этим".

"Тогда мы заключаем сделку". Он протянул свою руку, сжал ее.

"Итак, мы идем на пляж?"

"Мы можем это сделать. Курортный отель Olympus располагает потрясающим рукотворным пляжем."

"Олимп". Она побледнела. "С другой планеты? Я не собираюсь покидать планету. Это, должно быть, нарушает условия сделки ".

"Сделка заключена. Встряхнись. Итак, в чем заключается услуга?"

Она надулась. Это было редкое для нее отношение, но она была чертовски хороша в этом. "Это даже не большое одолжение".

"Тебе следовало подумать об этом, прежде чем пытаться обмануть меня. Ты мог бы, если бы съел нормальный завтрак вместо мороженого ".

"Как ты - " Она замолчала, и единственное слово прозвучало злобным шипением. "Соммерсет".

"Теперь, когда женщина просит своего мужа об одолжении, будет милым прикосновением, если она сядет к нему на колени". Он похлопал себя по колену.

"У тебя не будет большого количества кругов, если я сломаю тебе обе ноги". Серьезно раздосадованная, она села на стойку. "Послушай, это дело полиции, и ты всегда хочешь сунуть свой нос в любом случае. Я даю тебе шанс ".

"Итак, вот ты где". Наслаждаясь собой, он поднял руку ладонью вверх. "Если бы ты изначально представил это таким образом, поставил меня в положение, когда мне оказывают услугу, а не оказываешь ее, ты бы не заключил то, что ты считаешь плохой сделкой. И ты бы не сердился ".

"Я не сержусь. Ты знаешь, я ненавижу, когда ты говоришь, что я злюсь. И пока я не забыл, что за дело с этим дерьмом с авторизацией?"

"Ты что-нибудь купил?" Он протянул ей остаток своего кофе. "Я должен сделать праздничную пометку в своем календаре. Ева Даллас отправилась за покупками. Начинайте играть в группе".

Она хмуро уставилась в пространство. "Я был в довольно хорошем настроении, прежде чем пришел сюда".

"Видишь, ты злишься. Что касается первого разрешения, какой смысл для вас платить за товары, произведенные одной из моих компаний?"

"В следующий раз я пойду к конкуренту. Если я смогу его найти ". Она тяжело вздохнула, возвращая себя в нужное русло. "Я собираюсь закрыть дело сегодня. Я придумал, как вывести убийцу на чистую воду, добиться признания. Это окольный путь, - пробормотала она. "У меня есть причины не идти по прямой. Мне пришлось станцевать чечетку для Уитни, чтобы очистить его. Если это не сработает ..." Она замолчала.

"Что тебе нужно?"

"Для начала мне нужен ваш театр. И мне нужно, чтобы ты помог мне написать сценарий и спродюсировать небольшое представление ".

***

Час спустя. Ева направлялась в Центральное управление, и Рорк делал первый телефонный звонок.

В своем кабинете Ева загрузила диск с записью пьесы в свой компьютер. Отвлекшись мыслями, она едва заметила, как гладко был принят диск, насколько четкими были аудио и видео. Когда она приказала перемотать фильм к финальной сцене, он сделал это без единого сбоя.

Вот они, подумала она. Драко в роли Воула, беспечно признающийся в убийстве, в котором его больше не могли обвинить. Его лицо было красивым, самодовольным, когда он взял руку Карли, руку Дианы, через свою руку.

И она стояла рядом с ним, красивая и очаровательная, с любящей улыбкой.

Кеннет Стайлз, сварливый и хитрый сэр Уилфред, ошеломленный яростью на своем лице, когда осознал, что его использовали, эксплуатировали, им манипулировали. Суетливая мисс Плимсолл Элизы, стоящая рядом с ним, возмущенная, ее руки вцепились в спинку стула Кеннета так, что побелели костяшки пальцев.

Ареена, прекрасная и многогранная Кристин, которая пожертвовала всем, рисковала тюрьмой, чтобы спасти того, кого любила.

Майкл Проктор, всего лишь тень, наблюдающий из-за кулис, гадающий, когда он выйдет в центр внимания и примерит на себя роль убийцы.

И над всем этим парил призрак Анжи Карвелл.

Ева не дрогнула, наблюдая за совершением убийства, когда нож, который должен был быть безвредным, глубоко вонзился в сердце.

Ну вот, подумала она и заморозила экран. Вот оно.

Десять тысяч свидетелей пропустили бы это.

Не так ли?

Спектакль всей жизни, поняла она. В смерти.

"Завершить программу", - приказала она. "Извлеките диск".

Она упаковала это, собрала другие. Она включила канал связи в своем офисе для межведомственной передачи. " Пибоди, предупреди Фини и Макнаба. Мы съезжаем ".

В последний раз проверив свое оружие, она приготовилась начать собственное представление.

***

Вождение Евы, как Мира наблюдала с заднего сиденья, было зеркальным отражением ее личности. Компетентный, прямой, сосредоточенный. И жестокий. Пока машина мчалась сквозь поток машин, забиваясь в щели, бросая вызов другим бамперам, Мира спокойно проверила натяжение ремня безопасности.

"Ты идешь на риск".

Ева бросила быстрый взгляд в зеркало заднего вида, встретилась глазами с Мирой. "Рассчитанный".

"Я верю..." Мира умолкла, обнаружив, что возвращается к детским молитвам, когда Ева резко взяла вертикаль, сильно вильнула вправо и понеслась поперек по пробке.

"Я верю", - продолжила она, когда к ней вернулось дыхание, "вы правильно оценили ситуацию. Тем не менее, существует большое поле для ошибок, которые вы могли бы устранить, придерживаясь строгой процедуры ".

"Если я ошибаюсь, это моя вина. В любом случае, человек, который убил Драко и Квима, будет под стражей к концу дня."

Машина нырнула в туннель подземной парковки, едва сбавив скорость. Он полетел, как выпущенная из лука стрела, к зарезервированному месту. Рот Миры открылся, она издала какой-то тихий звук, когда они с ревом устремились к баррикаде безопасности. Ева опустила забрало, чтобы показать свой идентификационный пропуск.

Мира могла бы поклясться, что баррикада издала испуганный визг, когда отскочила в сторону. Они поднырнули под него, просунулись в узкую щель.

"Хорошо", - выдавила Мира. "Что ж. Это было захватывающе ".

"А?"

"Мне пришло в голову, Ева, что я никогда не катался вместе с тобой. Я начинаю понимать, почему."

Пибоди фыркнула, распахнула свою дверь. "Поверьте мне на слово, доктор Мира, это была неспешная прогулка по парку".

"Что-то не так с моим вождением?"

"Не то чтобы случай с Зонером не излечил бы", - сказала Пибоди себе под нос.

"В любом случае". Мира вышла из машины, отвлекая внимание Евы от ее помощника. "Я рад, что вы попросили меня быть здесь. Не только потому, что я могу быть полезен, но это дает мне возможность понаблюдать, как вы работаете в этой области ".

"Тебе придется держаться подальше от самой гущи событий". Ева оставила свою машину на охраняемом месте, которое организовал Рорк, и направилась на улицу и в театр.

"Да, но я буду следить".

"У нас есть немного времени до начала шоу". У служебной двери Ева набрала код, который ей дали. "Тебе, скорее всего, станет скучно".

"О, я искренне сомневаюсь в этом".

Они вышли на сцену, где уже шли приготовления.

"Эй, лейтенант! Выше голову, Она-Тело!"

В двадцати футах над головой Макнаб качался на ремнях безопасности. Он пнул ногой в своих блестящих зеленых ботинках и описал очень изящную дугу.

"Прекрати валять дурака". Фини прищурился и поморщился, когда его детектив притворился, что плывет по воздуху.

"Что он там делает наверху?" Потребовала Ева. "Кроме того, что выставил себя полным идиотом".

"Камеры над головой. Нужно быть молодым, чтобы наслаждаться такого рода обязанностями. Большая часть оборудования уже была на месте. Рорк не упустил ни одной уловки. Но он не готовился к полицейской операции. Мы приспосабливаемся. Мы сможем наблюдать за происходящим со всех сторон ".

"Рорк уже на месте?"

"Да, он контролирует ситуацию, показывая паре моих техников больше, чем они когда-либо надеялись узнать. Этот человек - гений в электронике. Чего я не мог сделать с ним в EDD ".

"Сделай мне одолжение и не упоминай об этом. С ним достаточно трудно иметь дело. На всех выходах установлены автоматические замки?"

"Да. Как только все окажутся внутри, никто не выйдет. У нас трое полицейских в форме, два техника, ты, я и Пибоди. И летчик там, наверху. Макнаб, немедленно спускайся оттуда к черту! Ты уверен, что не хочешь команду побольше?"

Ева медленно повернулась, осмотрела театр. "Нам это не понадобится".

"Фини". Рорк вышел из тени на сцену. "Похоже, ваш контроль установлен".

"Я пойду посмотрю это. Макнаб! Не заставляй меня подниматься туда. Господи, сколько раз я говорил это своим детям?" Покачав головой, он ушел со сцены.

"Он собирается причинить себе вред". Разрываясь между весельем и беспокойством, Пибоди толкнула Еву локтем в плечо. "Скажи ему, чтобы спустился, Даллас".

"Почему я?"

"Потому что он боится тебя".

Поскольку мысль об этом была приятной, Ева уперла руки в бедра, нахмурилась и закричала. "Макнаб, прекрати валять дурака и тащи свою задницу сюда".

"Да, сэр".

Он рухнул со свистом, щеки раскраснелись от волнения. "Чувак, ты должен попробовать это. Какой порыв".

"Я рад, что мы смогли немного развлечь вас, детектив. Почему бы нам не повеселиться и не проявить легкомыслие в ходе сложной и дорогостоящей полицейской операции, особенно когда мы используем гражданское оборудование и сооружения стоимостью в несколько миллионов долларов ".

"Эм", было лучшим, что он смог сказать, прежде чем прочистить горло. Ухмылка уже стерлась с его лица. "Камеры над головой установлены и работают, лейтенант. Сэр."

"Тогда, может быть, ты сможешь принести пользу в другом месте. Если вас это не слишком затруднит."

"Нет, сэр. Я просто... уйду". "Где-то", - подумал он и сбежал.

"Это должно привести его в чувство в течение следующих пяти минут". Она повернулась к Рорку.

"Я тебя не боюсь", - сказал он ей. "Но я принес тебе подарок". Он протянул ей мини-пульт. "Вы можете подать сигнал управления", - объяснил он. "Для освещения, звука, изменения декораций. Вы можете вести трансляцию из любого места в театре. Ход игры в твоих руках".

"Вступительный акт зависит от тебя".

"Это уже на месте". Он проверил свое наручное устройство. "У вас осталось чуть больше часа до занавеса".

"Мне нужно проверить все операции. Пибоди, сделай обход. Подтвердите, что все выходы, ведущие ниже, назад или выше сцены, безопасны, затем займите и сохраняйте назначенную вам позицию до дальнейших распоряжений ".

"Да, сэр".

"Рорк, не мог бы ты показать доктору Мире ее зону наблюдения?"

"Конечно".

"Отлично". Она достала свой коммуникатор. "Фини, я хочу, чтобы эти - что это такое - светильники в доме были включены на минуту".

Когда они вспыхнули, освещая театр, она переключила коммуникатор на общую передачу. "Это лейтенант Даллас. Через тридцать минут я хочу, чтобы весь оперативный персонал был на своих местах. Если я хотя бы почувствую запах копа, он или она будут в отчете. Защита гражданского населения является первоочередной задачей. Я повторяю, это приоритет. Оружие должно оставаться наготове и находиться на низком оглушающем уровне. Я не потерплю повторения "Гранд Сентрал" ".

Она убрала коммуникатор в карман. "Рорк, свяжись со мной, когда доктор Мира устроится".

"Конечно. Сломайте ногу, лейтенант."

"Что? Ох. Правильно."

"Она была рождена для этого", - сказала Мира, когда Ева ушла. "Не только для того, чтобы командовать, что подходит ей как кожа, но и для того, чтобы уравновесить ошибки с правами. Кто-то другой, возможно, кто угодно другой, закончил бы это по-другому ".

"Она не могла".

"Нет. Это уже дорого ей обошлось. Ты будешь нужен ей, когда это будет сделано ".

"Мы уезжаем на несколько дней".

Мира наклонила голову. "Как вам удалось убедить ее?"

"Искусство сделки". Он предложил свою руку. "Могу я проводить вас на ваше место, доктор?"

***

"Лейтенант. Макнаб, позиция четыре. Первый субъект приближается к театру, входная дверь на сцену."

"Принято". Ева отвернулась от монитора за сценой к Рорку. "Это твоя реплика. Постарайся не отклоняться от плана, хорошо? Я считаю, что физический риск минимален, но ...

"Доверься мне".

"Я просто хочу перейти к - "

"Лейтенант, вам не приходит в голову, что я могу знать, что делаю?"

"Мне пришло в голову, что ты всегда знаешь, что делаешь".

"Что ж, тогда я повторяю. Доверься мне". С этими словами он ушел, чтобы оставить свой след.

На мониторе она видела, как он вышел на пустую сцену, встал под свет. Она задавалась вопросом, думал ли он когда-нибудь об актерстве. Конечно, он этого не делал, подумала она. Сделки, сомнительные и прочие, были его страстью. Но у него было подходящее для этого лицо и телосложение, присутствие, грация.

И, размышляла она, у него было врожденное умение правдоподобно лгать.

Разве это не было актерством?

"Майкл". Рорк протянул руку, когда вошел Проктор. "Ты расторопен".

"Я не хотел заставлять всех ждать". С легким смешком Майкл огляделся вокруг. "Проблема с оперативностью в том, что ты всегда ждешь всех остальных. Я был действительно рад твоему звонку. Я не был уверен, что копы когда-нибудь позволят кинотеатру снова открыться, по крайней мере, не вовремя, чтобы вы снова запустили "Свидетеля " в производство ".

"Похоже, у них есть все, что им нужно с места происшествия".

"Я хочу поблагодарить вас за то, что дали мне шанс сыграть Воула. Я понимаю, что вы могли бы пригласить другого актера на эту роль ".

"Никаких угрызений совести?" Нет, подумал Рорк, он не видел угрызений совести. Но амбиции. "Учитывая то, что случилось с Драко, я подумал, может быть, ты несколько беспокоишься о том, чтобы войти в эту роль".

"Нет, меня это устраивает. Я не имею в виду "в порядке", - поправил он и имел любезность покраснеть. "То, что случилось с Ричардом, ужасно. Просто ужасно. Но - "

"Шоу должно продолжаться", - спокойно сказал Рорк, затем оглянулся. "Ах, Элиза и Арина. Дамы, спасибо, что пришли ".

"Твой звонок спас меня от скуки и задумчивости". Элиза шагнула вперед, прижалась щекой к щеке Рорка. "Скука бытия между актами. И размышлял о Кеннете. Я все еще не могу поверить в то, что слышу в новостях ".

"Не надо", - сказала Арина. "Это ошибка. Должно быть." Она потерла озябшие руки. "Так странно снова оказаться здесь. Я не возвращался с ... с вечера премьеры ".

"С тобой все будет в порядке с этим?" Рорк взял ее руку, согревая ее в своей.

"Да. Да, я должен быть, не так ли? Ни у кого из нас нет другого выбора, кроме как идти дальше ".

"Почему мы не должны?" Появилась Карли. Преднамеренной. Она наложила эффектный макияж, чтобы сочетаться с платьем цвета электрик, которое открывало грудь, но не доходило до бедер.

Ради власти, сказала она себе. Она, черт возьми, собиралась стать могущественной.

"Никому из нас не было дела до покойного, не оплакиваемого Ричарда Драко".

"Карли", - пробормотала Аринаэто было тихое порицание.

"О, прибереги хрупкие чувства для зрителей. Он всех нас наебал в тот или иной момент. Некоторые из нас в буквальном смысле, - добавила она с натянутой, свирепой улыбкой. "Мы здесь не для того, чтобы посвятить наше следующее выступление его памяти. Мы здесь, потому что хотим вернуться к работе ".

"Возможно, он был незаконнорожденным, дорогой", - мягко сказала Элиза, "но мертвый есть мертвый. И сейчас Кеннет в больнице и под охраной ".

"Кеннету следовало бы дать медаль за избавление мира от Ричарда Драко".

"Они еще не предъявили ему обвинения". Ареена переплела пальцы вместе. "Разве мы не можем просто обсудить пьесу и ненадолго отвлечься от уродства? Это вызов полного состава, Рорк?" Она провела рукой по волосам, огляделась. "Я был уверен, что директор уже будет здесь".

"В данный момент сложно организовать полный набор актеров". Рорк позволил последствиям этого повиснуть в воздухе. "Роль сэра Уилфреда нужно будет переделать".

"Разве мы не могли бы порепетировать с дублером?" Спросил Майкл. "Я никогда не прогонял весь акт с первым актерским составом. Мне было бы полезно сделать это как можно скорее ".

"Вот так, Майкл". Карли рассмеялась. "На тебе не растет мох".

"Вы только что сказали, что мы здесь, чтобы работать", - выпалил он в ответ. "Нет причин нападать на меня".

"Может быть, я чувствую себя ехидно. Ты просто дуешься, потому что я вышвырнул тебя из своей квартиры вместо того, чтобы поплакать у тебя на плече ".

"Я бы помог", - тихо сказал он. "Я бы попытался".

"Мне не нужна твоя помощь. Мне никто не нужен ". Ее глаза сверкали внутренней яростью, которая горела в ее голосе. "Я спал с тобой. Большое дело. Не думай, что ты что-то значишь для меня. Ни один мужчина никогда ничего не будет значить для меня ".

"Секс снова поднимает свою уродливую голову", - пробормотала Элиза. "Неужели у нас вечно должны быть железы, мешающие искусству?"

"Элиза". Арина выступила вперед, положила ладонь на руку Карли. "Карли, пожалуйста. Нам нужно ладить. Нам нужно держаться вместе ". Она попыталась ободряюще улыбнуться. "Что, должно быть, Рорк думает о нас, раз мы так препираемся?"

"Я бы сказал, что вы все находитесь в значительном напряжении". Он сделал паузу, пробегая глазами по лицам, повернутым к нему. "И что, если кто-то или все вы почувствуете, что не в состоянии продолжать спектакль, я бы предпочел узнать об этом раньше, чем позже".

Карли запрокинула голову и рассмеялась. "О, пожалуйста. Каждый из нас продрался бы сквозь битое стекло за шанс выступить в этом. Шумиха будет наполнять этот дом неделями, когда мы снова откроемся, и каждый из нас это знает. Ничто столь раздражающее, как убийство, не встанет у нас на пути ".

Она отбросила волосы назад, вытянув руки, когда пересекала сцену. "Так что пригласите дублера для бесценного сэра Уилфреда, возьмите на роль чертова дроида, все равно это будет только стоячее место".

Она развернулась назад, все еще держа руки поднятыми. "Давай, Рорк, распахни двери. Да начнется пьеса".

По мере того, как шли реплики, Ева поняла, что это было близко к совершенству. "Это никогда не прекращалось", - сказала она и перешла от теней крыла к огням.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

"Лейтенант Даллас". Карли медленно опустила руки, положив одну ладонь на согнутое бедро. "Какой неприятный сюрприз снова тебя видеть".

"О, Карли, перестань разыгрывать примадонну", - раздраженно сказала Элиза. "Ты еще недостаточно взрослый, чтобы провернуть это. Лейтенант, я надеюсь, вы здесь, чтобы сообщить нам, что произвели арест, который обещали. Вы казались очень уверенным в своем интервью на 75 канале ".

"Арест неизбежен".

"Не Кеннет". Ареена прижала руку к сердцу.

"Если это был Кеннет, - вставила Элиза, - я надеюсь, что мы все можем рассчитывать на то, что будем вести себя прилично и поддержим его. Я намерен." Она расправила плечи и величественно заговорила. "Я не бросаю своих друзей".

"Это восхитительно, мисс Ротчайлд". Ева сунула руки в карманы, нащупала пульт. "Но Кеннет Стайлз больше не является главным подозреваемым в этом расследовании. Убийца Ричарда Драко на этой сцене ".

Даже когда она говорила, свет в зале потускнел, огни сцены вспыхнули. И декорации зала суда скользнули в поле зрения. На столе для улик лежал нож с длинным лезвием. Ева подошла к нему, подняла, чтобы взвесить в руке.

"Убийство произошло на этой сцене. И так будет при аресте".

"Что ж, нам придется поставить вам баллы за драматический поворот, лейтенант". Карли подалась вперед, лениво устроилась на свидетельском стуле. "Пожалуйста, продолжайте. Мы все прикованы ".

"Прекрати это, Карли. Это должен был быть Кеннет ". Майкл послал Ареене извиняющийся взгляд. "Мне жаль, Ареена, но это должно было быть. Он пытался убежать, а затем он попытался... что ж, убегай навсегда. Если бы он не был виновен, зачем бы ему все это делать?"

"Чтобы защитить кого-то", - сказала Ева. "Это повторяющаяся тема здесь". Она коснулась кончика ножа пальцем, затем снова положила его. "Мисс Плимсолл хлопочет о сэре Уилфреде, чтобы защитить его здоровье, независимо от того, сколькими различными способами он оскорбляет или избегает ее".

"Действительно, лейтенант, это характер". Элиза надулась, как птица, у которой только что выщипали перья из хвоста. "Конечно же, вы не предполагаете, что я имею к этому какое-либо отношение".

"Все дело в характере". Ева изучала возмущенное лицо Элизы. "Сэр Уилфред, защищая своего клиента, рискуя его здоровьем, только для того, чтобы в конце узнать, что он освободил убийцу. Леонард Воул, притворяющийся, что защищает свою любимую жену, помогающий ей сбежать из рушащейся Германии много лет назад, только для того, чтобы использовать ее снова и снова, чтобы защитить себя. И Кристин". Ева перевела взгляд на Арину. "Рискует своей репутацией, жертвует своей свободой, чтобы прикрыть его. Из любви, которая была брошена ей в лицо самым грубым и неосторожным образом, когда она выполнила свое предназначение ".

"Мы знаем игру", - сказала Карли, изящно зевая. "Я полагаю, вы скажете, что, будучи всего лишь дублером, Майкл сражался с Ричардом, то есть с Воулом".

"Это верно. И когда Драко убирается с дороги, он становится Воулом. Что может быть лучше, чем исправить старую несправедливость, отомстить за честь своей матери?"

"Одну минуту. Этого достаточно. С меня хватит этого. Я не обязан терпеть от тебя такого рода вещи. " Кулаки Майкла сжались по бокам, когда он сделал один угрожающий шаг к Еве.

"Майкл". Голос Рорка был тих. Он переместился так, чтобы заблокировать безрассудное наступление Майкла, и актер столкнулся лицом к лицу с ледяной жестокостью. "Я мог бы причинить тебе боль так, как ты даже представить не можешь".

"Рорк", Ева проклинала бы его за вмешательство, но это изменило бы настроение.

"Отойди, Майкл", - посоветовала Карли, и только хватка ее руки на стуле свидетельствовала о ее беспокойстве. "Ты только поставишь себя в неловкое положение. Вы довольно быстро заканчиваете нашу счастливую труппу, лейтенант."

Карли скрестила ноги, чуть ли не мурлыкая, чтобы переключить внимание на себя. "Но вы не затронули меня или моего персонажа-двойника. Я не верю, что Диана кого-то защищала ".

"Она бы так и сделала". Ева повернулась, медленно подошла к свидетельскому креслу. "Разве она не увидела бы этого после того, как все рухнуло? Что она последовала бы за Кристин, будучи использованной, эксплуатируемой, а затем брошенной, когда он искал более свежую добычу? Я думаю, она бы возненавидела его за это. Ненавидела его", - повторила Ева, положив руки на подлокотники кресла, наклоняясь. "За то, что испортил ее вечеринку, ее прекрасные мечты, за то, что заставил ее увидеть, какой дурой она была, купившись на что-то презренное, отвратительное".

Пульс начал учащенно биться в горле Карли. "Вы придаете персонажу больше глубины, чем она заслуживает".

"Я так не думаю. Я думаю, что Воул недооценил ее. Люди, особенно мужчины, часто недооценивают красивых женщин. Они не смотрят дальше поверхности. Он не знал тебя, не так ли? Не знал, какая сила, страсть и цель живет внутри тебя ".

Вспыхнул прожектор, окутав Карли холодным белым сиянием.

"Вы меня не пугаете, лейтенант".

"Нет, тебя нелегко напугать. И когда кто-то бьет тебя, ты наносишь ответный удар. Сильнее. Я должен уважать это. Он думал, что сможет отбросить тебя в сторону, как LC после истечения часа. Он думал, что может публично унизить тебя, прямо здесь, на этой сцене, перед актерами и съемочной группой. Чтобы они смотрели на тебя с презрением или жалостью. Ты бы не стал, не смог проглотить это. Он должен был заплатить за это ".

"Прекрати преследовать ее". Майкл схватился за край стола для улик. "Оставь ее в покое. Ты знаешь, через что она прошла ".

"Она просто хватается за соломинку". У нее пересохло во рту, но Карли удалось сохранить голос ровным.

"Мужчины не бросают тебя в сторону, не так ли, Карли?" Ева оглянулась на Майкла. "Это запрещено. Недопустимо. Спланировать это было легко, на самом деле. Просто шаг за шагом. И это было так прекрасно сшито по костюму. Он умер бы прямо здесь, почти у твоих ног".

"Мне нужен адвокат".

"У вас может быть целая команда из них". Ева отступила назад, подошла к столу для улик, постучала пальцем по рукоятке ножа. "Было легко достать нож с кухни. Кто заметит пропажу ножа там, где их так много? Вы знали темп пьесы, сколько времени проходит между сменами декораций. Даже если бы кто-то увидел тебя, это не имело бы значения. Ты принадлежал этому месту, как часть декорации или важный реквизит. Засунь подставной нож в рукав, положи орудие убийства и уходи.

"Трудно было ждать?" Она повернула нож в своей руке так, что на нем отразился свет, отблески. "Произносить свои реплики, слушать других, в то время как в своей голове ты мог видеть ту последнюю сцену, то, как в него вонзался нож, шок на его лице, когда он, наконец, был наказан за то, что он сделал с тобой".

"Это нелепо, и ты это знаешь. Вы не можете ничего из этого доказать, потому что это неправда. Ты просто закончишь тем, что будешь выглядеть как дурак ".

"Я рискну этим. Карли Ландсдаун, вы арестованы за убийства Ричарда Драко и Лайнуса Кима. У вас есть право хранить молчание ", - продолжила она, когда Пибоди вышла, направляясь к Карли. "У вас есть право на адвоката и / или представителя по вашему выбору. У тебя есть ... "

"Отойди от нее!" Крик раздался, когда Пибоди приготовилась защелкнуть наручники на запястье Карли. "Не смей прикасаться к ней. Она ничего не сделала!"

Ареена оттолкнула Майкла в сторону, бросилась к столу для улик. Ее лицо было диким от ярости, когда она схватила нож. "Ты не тронешь ее. Ты не сделаешь этого. Будь ты проклят, отправляйся в ад".

Она повернулась к Еве. "Она не убивала Ричарда. Я сделал. Жаль только, что я не сделал этого много лет назад, до того, как он дотронулся до нее своими грязными руками ".

"Я знаю". Ева подошла к ней, не сводя глаз, и взяла безвредный нож из руки Арины. "Я знаю это. Anja."

"Anja? О Боже. Боже мой." Карли скрестила руки на груди, покачиваясь.

"Пибоди, выведи этих людей отсюда. Карли, сядь. Есть история, которую тебе нужно услышать ".

"Отпусти ее". Голос Арины был безумным, когда она встала между Евой и Карли. "Я расскажу тебе все. Разве ты недостаточно заставил ее пройти через это? Я отказываюсь от своих прав. Я понимаю их и отказываюсь от них. Теперь отпусти ее".

"Ты". Глаза Карли, казалось, горели на ее лице. "Ты и Ричард".

"Мне жаль. Мне очень жаль ".

"Ты знал". Собравшись с духом, Карли поднялась на ноги. "Ты знал все это время. И ничего не сделал, когда он..."

"Нет. О, Карли, ты не можешь думать, что я остался бы в стороне. Да, я знал. Когда я увидел тебя, когда тебя выбрали, и я понял, что ты был... кем ты был, я пошел к нему. Ты - это то, чего он так жаждал. Молодая, красивая и свежая. Я сказал ему, кто ты такой, чтобы он не прикасался к тебе таким образом. Это была моя ошибка ".

Она закрыла глаза, приняла вес. "Я никогда не узнаю, стал бы он искать своего удовольствия в другом месте. Я думал, что защищаю тебя, а вместо этого... Вместо этого он соблазнил тебя, зная это. Зная это. Ты не был виноват. Ты никогда не был виноват ".

"Он знал". Карли прижала руку к своему животу. "Вы оба знали".

"Когда я узнал, что он сделал, что он делал, я столкнулся с ним лицом к лицу. Мы спорили. Горько. Я угрожал ему, угрожал разоблачить его, обратиться к прессе с этой историей. Я не мог этого сделать, конечно, я не мог этого сделать из-за того, что это сделало бы с тобой. Он поверил мне, по крайней мере вначале, и порвал с тобой. Он был жесток к тебе, потому что знал, что это причинит мне боль ".

"Откуда ты меня знаешь?"

"Карли, я..." - Арина замолчала, покачав головой. "Я никогда не вмешивался в твою жизнь. Я не имел на это права. Но меня держали в курсе ".

"Почему тебя это волновало?" Потребовала Карли. "Я был не чем иным, как твоей ошибкой".

"Нет. Нет. Ты был подарком, который я не смог сохранить. Я сделал этот подарок твоим родителям, потому что знал, что они будут дорожить тобой. Они защитили бы тебя. Как я и пыталась, - устало сказала она. "Я бы никогда не сказал тебе, Карли. Никогда. Если бы был выбор. Но я не могу позволить им обвинять тебя, не могу позволить им обвинять тебя в том, что я сделал ".

Она повернулась обратно к Еве. "Ты не имел права заставлять ее проходить через это".

"У всех нас есть работа, которую нужно делать".

"Ты так это называешь?" Карли ахнула. "Чтобы выяснить, кто из нас уничтожил таракана и почему. Что ж, ты сделал это. Интересно, как ты спишь по ночам. Я хочу уйти ". Она начала плакать. "Я больше не хочу здесь быть. Я хочу уйти ".

"Доктор Мира?"

"Да". Мира вошла на съемочную площадку, обняла Карли. "Ну же, Карли. Пойдем со мной".

"Я мертв внутри".

"Нет, только оцепенение. Тебе нужно немного отдохнуть ". Мира послала Еве долгий, спокойный взгляд, затем увела Карли прочь.

"Посмотри, что ты с ней сделал. Ты ничем не лучше Ричарда. Издевался над ней, эксплуатировал ее. Вы знаете, какие кошмары будут преследовать ее? Кричать через ее голову?" С мрачным видом Ареена посмотрела на Еву. "Я бы избавил ее от этого. Я мог бы избавить ее от этого ".

"Ты убил его после того, как он перестал издеваться над ней. Почему ты ждал, пока все закончится?"

"Потому что это не было окончено". Ареена вздохнула, подогнула дрожащие ноги и села. "Он пришел навестить меня за несколько дней до того, как мы открылись. Он употреблял. Он всегда был более мерзким, когда использовал. Он угрожал забрать ее обратно. Если бы я хотела, чтобы он держался на расстоянии, мне пришлось бы занять ее место. Так я и сделал. Это был всего лишь секс, он ничего не значил. Ничего".

Но ее рука дрожала, когда она порылась в сумочке и нашла сигарету. "Я должен был притвориться обиженным, возмущенным, напуганным. Эти эмоции стимулировали бы его, удовлетворяли его. Я мог бы заставить его поверить в это. Вместо этого я проявил отвращение и незаинтересованность. Он отомстил, предложив секс втроем, он, я и Карли, после премьеры. Он наслаждался, рассказывая мне обо всем, что он делал с ней, с ней. Как он наслаждался этим, как волнующе было для него вколачиваться в нее, зная, что она была его кровью, его дочерью. Он был монстром, и я казнил его ".

Она поднялась на ноги. "У меня нет угрызений совести, я ни о чем не сожалею. Я мог бы убить его той ночью, когда он стоял в моих комнатах, хвастаясь тем, что он достаточно мужчина, чтобы справиться и с матерью, и с дочерью одновременно ".

Горло Евы покрыла тонкая струйка тошноты. "Почему ты этого не сделал?"

"Я хотел быть уверенным. И я хотел, так или иначе, чтобы это было справедливо. И..." Впервые она улыбнулась. "Я хотел выйти сухим из воды. Я думал, что смогу. Я думал, что у меня есть."

Когда она начала бороться со своей зажигалкой, Рорк подошел к ней, взял зажигалку из ее холодных рук. Ее глаза встретились с его глазами над пламенем. "Спасибо тебе".

Он положил зажигалку обратно в ее ладонь, нежно сомкнув ее пальцы вокруг нее. "Не за что".

С закрытыми глазами Арина сделала свою первую глубокую затяжку. "Из всех моих пристрастий это то, которое я так и не смог победить". Она вздохнула. "Я совершил много непривлекательных поступков в своей жизни, лейтенант. У меня бывали приступы эгоизма, жалости к себе. Но я не использую людей, которые мне небезразличны. Я бы не позволил арестовать Кеннета. Я бы нашел способ обойти это. Но кто бы заподозрил тихую, услужливую Ареину в хладнокровном убийстве? Такой публичный ".

"Это была твоя обложка, ты делал это прямо здесь, на сцене".

"Да, конечно, я бы не совершил убийство на глазах у тысяч свидетелей. Я видел, как меня сразу же исключили из списка подозреваемых. И наивно я полагал, что никто из других, будучи невиновным, не столкнется с чем-то большим, чем неудобство допроса ".

Ей удалось слегка рассмеяться. "И, зная их, я был уверен, что они найдут этот процесс увлекательным. Честно говоря, лейтенант, я не думал, что какой-либо следователь, расследующий жизнь Ричарда, чтобы раскрыть его смерть, будет слишком усердно работать над делом, как только они узнают, каким человеком он был. Я недооценил тебя, так же как Ричард недооценил меня ".

"До того момента, как ты всадил в него нож. Тогда он перестал недооценивать тебя".

"Это верно. Взгляд в его глазах, зарождающееся понимание, стоило каждого момента планирования. Страха. Все произошло во многом так, как ты говорил раньше, только со мной в роли, которую ты выбрал для Карли ".

Она могла воспроизвести это в своей голове, сцену за сценой, ход за ходом. Ее собственная интимная игра. "Однажды я просто взял нож с кухни, когда мы с Элизой спустились попросить бутерброды. Я хранил это у себя в гримерке до премьеры. До смены обстановки. Несколько человек из нас переходили от точки к точке за кулисами, актерский состав и съемочная группа. Я поменяла ножи и добавила штриха, установив реквизит в моей собственной гримерной, когда мой костюмер был повернут спиной. Я подбросил это прямо под ее очень лояльным носом. Еще один умный поворот, подумал я в то время ".

"Это могло бы сработать. Это почти произошло ".

"Почти. Почему почти, лейтенант?"

"Аня Карвелл".

"Ах. Имя из прошлого. Ты знаешь, откуда это берется?"

"Нет. Я задавался вопросом."

"Маленькая, незначительная роль в маленькой незначительной пьесе, которая открылась и закрылась в одну и ту же ночь в захолустном городке в Канаде. Это никогда не было указано ни в моих титрах, ни у Кеннета. Но там мы и встретились. И я поняла несколько лет спустя, что именно там он влюбился в меня. Я только хотел бы быть достаточно мудрым, чтобы полюбить его в ответ. Время от времени он называл меня Аней, своего рода личная связь между той очень юной девушкой и тем очень молодым человеком, которые оба хотели стать великими актерами ".

"Ты использовал это, когда помещал ее".

"Да, из чувства. И чтобы защитить ее, подумал я, если она когда-нибудь попытается найти свою биологическую мать. Я отдал ее хорошим людям. Ландсдауны - очень хорошие люди. Добрый, любящий. Я хотел для нее самого лучшего. Я позаботился о том, чтобы она это получила ".

Да, подумала Ева, ты убедился. Абсолютно уверен. "Ты мог бы отпустить тогда. Почему ты не отпустил?"

"Ты думаешь, что из-за того, что я видел ее только один раз, из-за того, что я обнимал ее только один раз, я не люблю ее?" Голос Арины повысился. Звонил. "Я не ее мать. Я полностью осознаю это. Но за двадцать четыре года не было дня, чтобы я не думал о ней ".

Она остановила себя, казалось, втянулась. "Но я обхожу суть. Я была убедительна, как Аня. Я знаю это".

"Да, очень. Я не узнал тебя, не физически. Эмоции, Ареена. У кого был самый сильный мотив не только убить его, но и заставить его заплатить перед аудиторией? Покончить со своей жизнью так же, как оборвалась жизнь Воула? Кого больше всего предавали, кого больше всего использовали? Как только я устранил Карли, был один ответ: Аня Карвелл ".

"Если вы устранили Карли, почему вы заставили ее пройти через этот ужас?"

"Аня Карвелл", - продолжила Ева, игнорируя вопрос. "Она произвела на меня впечатление сильной, уравновешенной и очень прямой женщины. Но как она поменяла ножи? Я полагаю, она нашла бы способ, и все равно это не совсем сработало. По одной простой причине. Ей пришлось бы самой держать нож, чтобы нанести удар ради ребенка, которого она бросила, чтобы защитить ".

"Да, ты прав. Я бы не доверил это никому другому ".

"Когда я подумал о тебе и о ней, я увидел это. Ты изменил свой внешний вид, свой голос, свое отношение. Но есть вещи, которые ты не изменил или не смог изменить. Вот, - сказала Ева, указывая. "Ты протягиваешь руку, как ты делаешь сейчас, играя с ожерельем - или, как Аня, с верхней пуговицей своего платья, - когда формулируешь, что ты собираешься сказать и как лучше это сказать".

"Такая мелочь".

"Есть и другие. Они складываются. Вы можете изменить цвет, даже форму своих глаз, но не их выражение, когда вы вспыльчивы или вами овладевает горе. Ты не смогла скрыть цель в них, в тот единственный момент, когда ты встретилась взглядом с Ричардом на сцене. За мгновение до того, как ты убил его. Мне стоило только подумать об Ане и тебе, чтобы понять, что вы были одним человеком ".

"Значит, ты перехитрил меня". Ареена поднялась на ноги. "Вы разгадали загадку и поддержали то, что считаете справедливостью. Браво, лейтенант. Я полагаю, что сегодня ночью ты будешь спать сном праведника ".

Ева не сводила глаз с Арины. "Пибоди, проводи мисс Мэнсфилд к черно-белой машине, ожидающей снаружи".

"Да, сэр. Мисс Мэнсфилд?"

"Ева". Рорк пробормотал это, когда их шаги эхом отдавались за сценой.

Она покачала головой, зная, что должна удержать его, взять себя в руки. "Фини, у нас есть полная запись?"

"Ясно как день, Даллас, и полностью приемлемо. Она отказалась от своих прав ".

"Мы закончили здесь. Закрой это".

"Будет сделано. Встретимся в Центральном. Хорошая работа. Чертовски хорошая работа".

"Да". Она зажмурилась, когда Рорк положил руку ей на плечо. "Спасибо за помощь. Мы прошли через это. Никакой суматохи, никакой суеты".

Она сопротивлялась, когда он попытался повернуть ее лицом к себе. Он просто обошел ее. "Не делай этого".

"Я в порядке. Я должен войти, разобраться с этим ".

"Я пойду с тобой". Он усилил хватку, когда она начала качать головой. "Ева, ты думаешь, я оставил бы тебя одну в такое время?"

"Я сказал, что я в порядке".

"Лжец".

Она сдалась, уступила, позволила ему обнять ее. "Я смотрела на нее, я смотрела в ее глаза и задавалась вопросом, что бы я чувствовала, на что это было бы похоже, если бы кто-то так сильно заботился обо мне, кто-то, кто сделал бы все, чтобы спасти меня от него. И затем, глядя на нее, я поймал ее в ловушку, используя то, что она любила больше всего ".

"Нет. Ты спас то, что она любила больше всего. Мы оба это знаем ".

"Неужели я? Нет, это работа Миры." Она глубоко вздохнула. "Я хочу закрыть это дело. Мне нужно покончить с этим ".

***

Оформление документов могло бы стать успокаивающей рутиной. Она использовала это, написав свой отчет с требуемой бесстрастной и жестокой эффективностью. Она подала его, добавив все собранные доказательства.

"Лейтенант?"

"Смена почти закончилась, Пибоди. Иди домой".

"Я буду. Я хотел, чтобы вы знали, что Мэнсфилд закончил бронирование. Она просила о встрече с тобой ".

"Хорошо. Организуйте это, допросите кого-нибудь, если таковой имеется. Тогда уходи ".

"С удовольствием".

Ева повернулась на своем стуле туда, где стоял Рорк, глядя на ее жалкий вид. "Извините. Я должен это сделать. Почему бы тебе не пойти домой?"

"Я буду ждать".

Она ничего не сказала, только встала и направилась вниз, чтобы взять интервью.

Ареена уже была там, тихо сидела за маленьким столиком. Она скривила губы в усмешке. "Не могу сказать, что я высокого мнения о выборе гардероба в этом заведении". Она провела пальцем по обложке тускло-серого государственного номера без воротника.

"Нам нужно нанять нового дизайнера. Запись на - "

"Это необходимо?"

"Да, я обязан записывать любые разговоры с вами. Для твоей и моей защиты. Даллас, лейтенант Ева, в первом интервью с Мэнсфилд, Ариной, по ее просьбе. Мисс Мэнсфилд, вам предоставили ваши права, решаете ли вы воспользоваться какими-либо из них или всеми в данный момент?"

"Нет, я должен тебе кое-что сказать. Ты знал, что это была я, - сказала она, наклоняясь вперед. "Вы прекрасно знали, что это был я, до того, как мы пришли сегодня в театр".

"Мы проходили через это".

"Я спрашиваю вас, были ли у вас какие-либо доказательства до моего признания?"

"Какое это имеет значение? У меня есть твое признание ".

"Ради моего собственного любопытства. Адвокат, которого я намерен нанять, будет иметь право на эту информацию, которая будет передана мне. Избавь нас от посредника".

"Хорошо. Исходя из моих предположений относительно Анжи Карвелл, я заказал анализ отпечатков голоса между вашими показаниями и ее. Хотя вы изменили свой тон, свой ритм, эффективно замаскировав свой голос для невооруженного уха, голосовые отпечатки полностью совпали. Как отпечатки пальцев. Несколько ваших были найдены в комнате, зарегистрированной на Карвелла. В вышеупомянутом номере были найдены пряди волос, как из синтетического парика, соответствующего оттенку, который носил Карвелл, так и вашего оттенка, а также ваша ДНК. Оба также были найдены при санкционированном осмотре вашего пентхауса в том же отеле."

"Я вижу. Я должен был изучить полицейскую процедуру. Я был неосторожен ".

"Нет, ты не был. Ты был человеком, что делает невозможным думать обо всем ".

"Тебе это удалось". Теперь Арина откинулась назад, в ее глазах был оценивающий взгляд, когда она изучала Еву. "У вас было достаточно улик, чтобы вызвать меня сюда на допрос, бросить мой обман мне в лицо, использовать мои отношения с Ричардом, с Карли, чтобы сломать меня. Вместо этого вы решили сделать это в театре. На глазах у Карли".

"Ты мог бы и не сломаться здесь. Я рассчитывал, что это сработает в другую сторону ".

"Нет, ты бы сломал меня. Мы оба знаем это. Я не мог противостоять тебе. Ты сделал это на глазах у Карли по очень конкретной причине. Ты сделал это для нее ".

"Я не знаю, о чем ты говоришь, и у меня закончилась смена".

Прежде чем она смогла подняться, Ареена схватила ее за руку. "Ты сделал это для нее. Она должна жить, зная, на что был способен отец, который создал ее. Что он с ней сделал. Знание того, кем он был, и что то, кем он был, живет внутри нее, могло исказить ее, оставить шрам ".

"Она будет жить с этим". Каждый день, думала Ева. Каждую ночь.

"Да, она будет. Но ты позаботился о том, чтобы она увидела больше, чем это. Ты показал ей, что другая часть, которая создала ее, защитит ее любой ценой. Пожертвовала бы своей свободой, чтобы застраховать свою. Мог бы любить ее так сильно. Ты показал ей, что порядочность, верность и целеустремленность у нее в крови. Однажды, когда она успокоится, когда она выздоровеет, она поймет это. Она может думать обо мне по-доброму. Когда она поймет это, лейтенант Даллас, я надеюсь, у нее хватит мужества поблагодарить вас так, как я благодарю вас сейчас ".

Она крепко зажмурила глаза, глубоко вдохнула. "Можно мне немного воды, пожалуйста?"

Ева подошла, взяла чашку. "Вы оба заплатите за то, что он сделал. Нет способа остановить это ".

"Я знаю". Ареена сделала глоток, охладила горло. "Но она молода и сильна. Она найдет способ вернуть это ".

"Ей помогут. доктор Мира даст ей совет. Она лучшая ".

"Я ценю знание этого. Я был так горд тем, как она сразила тебя сегодня. Она жесткая. И она прелестна, не так ли?"

"Да, очень".

"Я не мог вынести того, что он с ней сделал. Не мог смириться с мыслью, что он может сделать это снова ". Навернулись слезы, с которыми пришлось бороться.

Хрупкий? Ева подумала. Не в этой жизни.

"С Квимом, - продолжила Арина, - мне было трудно. Я боялся. Но он был уродливым человечком, а я был сыт по горло уродливыми человечками. Лейтенант?"

"Да".

"Сможете ли вы, когда я буду в тюрьме, получить обновленную информацию о душевном состоянии Карли, о том, как она? Ничего навязчивого. Просто если есть способ сообщить мне, что с ней все в порядке."

"Я посмотрю, что я могу сделать". Ева поколебалась, выругалась. "Запись выключена", - приказала она и отключила звук и изображение для наблюдения. "Найдите адвоката, который знает, как раскручивать СМИ, а не только того, кто жесток в суде. Лучше, возьми по одному у каждого. Вы хотите повлиять на общественное мнение. Ты хочешь, чтобы люди услышали историю, всю ее, и почувствовали сочувствие к тебе, отвращение к Драко. Прекрати отказываться от своих чертовых прав и больше не разговаривай со мной или любым другим копом без присутствия твоего адвоката ".

Удивленная, Арина подняла брови. "Вы всех спасаете, лейтенант?"

"Заткнись и слушай. Стремитесь к снижению способностей и крайнему эмоциональному расстройству. Даже с учетом преднамеренности, это не такая уж большая натяжка. Вы убили человека, надругавшегося над вашей дочерью, и шантажиста. Если это будет воспроизведено таким образом, это привлечет много средств массовой информации в вашу пользу ". И она могла бы коснуться Надин, чтобы увидеть, что все повернулось именно так. "Окружной прокурор не захочет неразберихи долгого публичного судебного процесса с матерями, пикетирующими у здания суда и мэрии. И они будут. Он предложит тебе сделку. Вы можете провести время в клетке, но если вам повезет, вы получите изрядный срок домашнего заключения с браслетом и еще один срок условно-досрочного освобождения ".

"Почему ты делаешь это для меня?"

"Разве нет какой-нибудь поговорки о том, что дареным коням смотрят в зубы?"

"Да. Совершенно верно". Ареена поднялась на ноги. "Я хотел бы, ну, очевидно, я хотел бы, чтобы мы встретились при других обстоятельствах". Она протянула руку. "До свидания, лейтенант".

Ева сжала ее руку, позволяя пожатию продержаться.

***

Когда она вернулась в свой кабинет, там был Рорк. Она взяла свою куртку, свою сумку. "Что ты скажешь, если мы уберемся отсюда к чертовой матери?"

"Мне нравится эта идея". Но он поймал ее руку, пробежал взглядом по ее лицу. "Вы выглядите светлее, лейтенант".

"Я есть. Значительно".

"А Ареена?"

"Она чертовски хорошая женщина. Это странно ". Размышляя над этим, она присела на край стола. "Впервые за одиннадцать лет работы я сталкиваюсь с убийцей, которым восхищаюсь, и жертвой, которую я не мог ..."

"Волнует", - закончил Рорк.

"Предполагается, что меня не должно волновать то или иное. Я просто должен выполнять свою работу ".

"Но вам не все равно, лейтенант. Жестоко, тебе не все равно. И на этот раз ты столкнулся с тем, за кого ты был обязан заступиться, кто заслужил именно то, что получил ".

"Убийство никогда не бывает заслуженным", - сказала она, затем издала тихий звук нетерпения. "К черту все это. Правосудие свершилось в зале суда. Это могло быть на сцене, но это не было выдумкой. Не было никакого притворства, когда Ареена Мэнсфилд подняла этот нож и вонзила его в сердце, которого у Ричарда Драко не было. И когда она сделала этот шаг, эту позицию, справедливость восторжествовала ".

"Она заставит присяжных есть у нее из рук. Прежде чем все закончится, они скорее канонизируют ее, чем осудят. Ты это знаешь".

"Да. Черт возьми, я на это рассчитываю. Знаешь, что я выяснил, приятель?"

"Скажи мне".

"Ты не можешь вернуться. Не могу починить то, что сломалось. Но ты можешь идти вперед. И каждый шаг имеет значение. Каждый имеет значение ". Она оттолкнулась от стола, обхватила его лицо руками. "С того места, где я стою, ты - лучший шаг, который я когда-либо делал".

"Тогда давайте возьмем следующий и пойдем домой".

Она вышла с ним, и поскольку это соответствовало настроению, взяла его за руку в своей. В ту ночь она будет спать. Она бы спала чистой.

***

Спасибо, что скачали книгу в бесплатной электронной библиотеке Royallib.ru

Оставить отзыв о книге

Все книги автора

Спасибо, что скачали книгу в бесплатной электронной библиотеке Royallib.ru

Все книги автора

Эта же книга в других форматах

Приятного чтения!

Дж. Ди Робб

Свидетель в смерти

Ева Даллас и ее муж Рорк #11

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Для убийства всегда была аудитория.

Независимо от того, принимало ли это форму ужаса или ликования, черного юмора или тихой скорби, увлечение человечества самым страшным преступлением сделало его зрелой темой для исследования в действительности и в художественной литературе.

В конечном счете, murder продавал билеты и на протяжении всей истории собирал полные залы кинотеатров. Римляне толкались в Колизее, чтобы посмотреть, как гладиаторы рубят друг друга на кровавые куски. Или, чтобы развеять дневную скуку, сходите на утренник, где нескольких незадачливых христиан натравливали на добродушных львов на потеху ликующей публике.

Поскольку исход этих неравных матчей был в значительной степени предопределен, толпа не заполнила трибуны, чтобы посмотреть, возможно, на этот раз христиане одержат победу. Они хотели результатов и всей крови, которую они предлагали.

Люди могли разойтись по домам довольные тем, что они заработали то, чего стоили их деньги - и более того, что они сами были живы и невредимы. Убийство под предлогом замены было простым способом убедить себя в том, что ваши личные проблемы на самом деле не так уж и плохи, в конце концов.

Человеческая природа и потребность в подобных развлечениях не слишком изменились за одно-два тысячелетия. Львы и христиане, возможно, устарели, но в последние дни зимы 2059 года "убийство" все еще продавалось высоко и подняло рейтинги в средствах массовой информации.

Более цивилизованным способом, конечно.

Семьи, влюбленные пары, искушенные люди и их деревенские кузены продолжали выстраиваться в очередь и выкладывать с трудом заработанные кредиты, чтобы развлечься идеей убийства.

Преступление и наказание было делом лейтенанта Евы Даллас, а убийство было ее специализацией. Но сегодня вечером она сидела в удобном кресле в переполненном зале и наблюдала, как на сцене разыгрывается коварное дело об убийстве.

"Он сделал это".

"Хм?" Рорка ничуть не меньше интересовала реакция его жены на пьесу, чем сама пьеса. Она наклонилась вперед в своем кресле, скрестив руки на блестящих перилах ложи владельца. Ее глаза цвета бренди осматривали сцену, актеров, даже когда занавес опустился для антракта.

"Парень-полевка. Он убил женщину. Проломил ей голову из-за ее денег. Верно?"

Рорк потратил время, чтобы налить каждому из них по бокалу охлажденного шампанского. Он не был уверен, как она отреагирует на вечер с убийством в качестве развлечения, и был рад, что она прониклась духом. "Возможно".

"Ты не обязан мне говорить. Я знаю". Ева взяла бокал-флейту, изучила его лицо.

И чертовски красивое у него было лицо, подумала она. Казалось, что он был вырезан по волшебству в ошеломляющей мужской красоте, которая заставляла женские железы напевать счастливую мелодию. Темная грива волос обрамляла его, эти длинные, вылепленные кости; твердый, полный рот, который сейчас изогнулся в едва заметной улыбке, когда он наблюдал за ней. Он протянул руку, очень небрежно, чтобы провести этими длинными пальцами по кончикам ее волос.

И эти глаза, эти блестящие, почти обжигающе синие, все еще могли заставить ее сердце замирать.

Это было унизительно - то, как этот мужчина мог вывернуть ее наизнанку одним лишь взглядом.

"На что ты уставился?"

"Мне нравится смотреть на тебя". Простая фраза, произнесенная с музыкальным намеком на Ирландию, сама по себе обладала силой.

"Да?" Она наклонила голову. Расслабленная мыслью о том, что весь вечер можно будет ничего не делать, кроме как быть с ним, наслаждаться им, она позволила ему покусывать костяшки своих пальцев. "Итак, ты хочешь пошалить?"

Развеселившись, он поставил свой бокал и, наблюдая за ней, провел рукой вверх по длинной линии ее ноги до того места, где разрез на узкой юбке заканчивался на бедре.

"Извращенец. Прекрати это ".

"Ты спросил".

"У тебя нет стыда". Но она рассмеялась и вернула ему стакан. "Половина людей в этом вашем модном заведении держат свои подзорные трубы на этой коробке. Все хотят взглянуть на Рорка ".

"Они смотрят на мою очень изящную жену, полицейского из отдела убийств, который меня сбил".

Она усмехнулась над этим, как он и предполагал, она бы сделала. Это дало ему возможность наклониться и слегка впиться зубами в ее мягкую нижнюю губу. "Продолжай в том же духе", - предупредила она. "Нам придется продавать билеты".

"По сути, мы все еще молодожены. Для молодоженов вполне допустимо обниматься в общественных местах ".

"Как будто тебя волнует, что приемлемо". Она положила руку ему на грудь, отодвинула его на безопасное расстояние. "Итак, вы упаковали их сегодня вечером. Я думаю, ты рассчитывал, что так и будет ". Она повернулась, чтобы снова посмотреть на аудиторию.

Она не очень разбиралась в архитектуре или дизайне, но это место излучало класс. Она предположила, что Рорк нанял лучшие умы и таланты, чтобы восстановить старое здание в его былом великолепии.

Люди входили и выходили из огромного многоуровневого театра во время перерыва, и звук их голосов сливался в низкий рев человечества. Некоторые были одеты так, чтобы убивать, так сказать. Другие были одеты в повседневную одежду - воздушные ботинки и большие ретро-бронежилеты, которые были в моде той зимой.

С его высокими потолками, украшенными фресками, километрами красной ковровой дорожки и акрами позолоты, сам театр был переделан в соответствии со строгими требованиями Рорка. Все, чем он владел, было сделано в соответствии с его спецификациями - и, подумала Ева, ему принадлежало чертовски почти все, чем можно было владеть в известной Вселенной.

Это было то, к чему она все еще не привыкла, то, в чем она сомневалась, что ей когда-нибудь будет полностью комфортно. Но это был Рорк, и они приняли друг друга, к лучшему или к худшему.

За год, прошедший с тех пор, как они встретились, у них было больше, чем на их долю и того, и другого.

"У тебя здесь адское место, приятель. Голомодели не дали мне в полной мере ощутить это ".

"Модели обеспечивают только структуру и элементы атмосферы. Театру нужны люди, их запах и звуки, чтобы оказывать влияние ".

"Я поверю тебе на слово. Что заставило вас выбрать эту пьесу для премьеры?"

"Это захватывающая история, и, я думаю, в ней есть темы, неподвластные времени, как и в лучших историях. Любовь, предательство, убийство, все в многослойной и неопрятной упаковке. И это звездный актерский состав ".

"И на всем этом лежит твоя печать. Тем не менее, Леонард Воул виновен ". Она прищурилась, глядя на мерцающий красно-золотой занавес, как будто могла видеть сквозь него, чтобы измерить и судить. "Его жена - очень крутой клиент, у нее в рукаве припрятан какой-то трюк. Адвокат парень хороший ".

"Адвокат", - поправил Рорк. "Действие пьесы происходит в Лондоне середины двадцатого века. Адвокаты ведут уголовные дела в этой конкретной системе ".

"Неважно. Костюмы классные ".

"И подлинный, около 1952 года. Когда "Свидетель обвинения" вышел на пленку, это был огромный успех, и он оказался прочным. Тогда у них тоже был звездный актерский состав ". Разумеется, у него это было на диске. Рорку особенно нравились черно-белые фильмы начала и середины двадцатого века.

Некоторые видели черно-белое как простое и ясное изображение. Он видел тени. Он думал, что его жена очень хорошо поняла бы это.

"Они проделали хорошую работу по подбору актеров, которые отражают оригинальных игроков, сохраняя при этом свой собственный стиль", - сказал он ей. "Когда-нибудь нам придется посмотреть фильм, чтобы вы могли судить сами".

Он тоже осмотрел театр. Как бы ему ни нравилось проводить вечера со своей женой, он был бизнесменом. Пьеса была инвестицией. "Я думаю, что у нас с этим все хорошо и надолго".

"Эй, это Мира". Ева наклонилась вперед, заметив полицейского психолога, элегантного, как всегда, в зимне-белом платье-футляре. "Она со своим мужем, и это похоже на пару других людей".

"Вы хотите, чтобы я передал ей сообщение? Мы могли бы пригласить их выпить после занавеса".

Ева открыла рот, затем перевела взгляд на профиль Рорка. "Нет, не сегодня. У меня другие планы ".

"А ты?"

"Да. С этим какие-то проблемы?"

"Вообще никакого". Он долил им вина. "Теперь у нас есть несколько минут до следующего акта. Почему бы вам не сказать мне, почему вы так уверены, что Леонард Воул виновен."

"Слишком ловок, чтобы не быть. Не такой ловкач, как ты, - добавила она, заставив Рорка усмехнуться. "Он - как вы это называете - напускной. Твоя ловкость проникает до костей".

"Дорогая, ты мне льстишь".

"В любом случае, этот парень - оператор, и он хорошо справляется с честным, невинным поступком полного надежд, доверчивого человека, которому не повезло. Но привлекательные парни с красивыми женами не проводят время с женщинами постарше, гораздо менее привлекательными, если у них нет на то плана. И его дело намного глубже, чем продажа какого-то дурацкого кухонного инструмента, который он изобрел ".

Она пригубила шампанское, откинувшись на спинку кресла, когда огни зала замерцали, сигнализируя об окончании антракта. "Жена знает, что он это сделал. Она - ключ, не он. Она - исследование. Если бы я вел расследование, я бы занялся ею. Да, я бы сам провел приятную долгую беседу с Кристин Воул ".

"Тогда пьеса работает на тебя".

"Это довольно умно".

Когда поднялся занавес, Рорк наблюдал за Евой вместо драмы в зале суда.

Она была, по его мнению, самой очаровательной из женщин. За несколько часов до этого она пришла домой с кровью на рубашке. К счастью, не ее собственной. Дело, из-за которого это произошло, открылось и закрылось почти сразу с мертвецом, за которого она выступала, и признанием, которое она вытянула в течение часа после самого преступления.

Это не всегда было так упрощенно. Он предположил, что это подходящее слово. Он видел, как она доводила себя до изнеможения, рисковала жизнью, чтобы восстановить справедливость для мертвых.

Это была лишь одна из множества граней ее характера, которыми он восхищался.

Теперь она была здесь, ради него, одетая в гладкое и элегантное черное, ее единственные украшения - бриллиант, который он когда-то подарил ей, стекающий, как слеза, между ее грудей, и ее обручальное кольцо. Ее волосы были коротко подстрижены, небрежная шапочка из десятков оттенков коричневого.

Она наблюдала за игрой глазами хладнокровного полицейского, анализируя, как он представлял, улики, мотив и характер, точно так же, как она бы рассматривала дело, которое попало ей на колени. Ее рот был ненакрашен - она редко вспоминала или думала о краске для губ. Ее сильное лицо с подбородком типа "возьми меня" и неглубокой ямочкой в этом не нуждалось.

Он видел, как этот рот сжался, а глаза сузились и заблестели, когда героиня Кристин Воул дала показания и предала человека, которого она называла своим мужем.

"Она что-то задумала. Я говорил тебе, что она что-то замышляла."

Рорк провел пальцами по задней части шеи Евы. "Так ты и сделал".

"Она лжет", - пробормотала Ева. "Не до конца. Кусочки лжи. Где нож входит в это? Поэтому он порезался этим. Это не жизненно важный момент. Нож - отвлекающий маневр. Не орудие убийства, которое, кстати, они не приобщили к уликам. Это недостаток. Но если он порезался, нарезая хлеб ножом, - а все согласны, что он это сделал, - зачем им это нужно?"

"Он либо порезался намеренно, чтобы объяснить кровь на рукавах, либо случайно, как он утверждает".

"Не имеет значения. Это дым". Ее брови нахмурились. "О, он хорош". Ее голос понизился, вибрируя от сильной неприязни, которую она испытывала к Леонарду Воулу. "Посмотри на него, стоящего в... что это?"

"Скамья подсудимых".

"Да, стояла на скамье подсудимых, выглядя потрясенной и опустошенной своими показаниями".

"Не так ли?"

"Что-то не так. Я разберусь с этим ".

Ей нравилось думать об этом, искать углы и повороты. До ее участия в работе с Рорком она никогда не видела настоящего живого выступления. Она провела некоторое время перед экраном, позволив своей подруге Мэвис затащить ее на пару голографических представлений за эти годы. Но она должна была признать, что наблюдение за тем, как живые исполнители разыгрывают сцены, произносят реплики и делают ходы, подняло весь развлекательный аспект на более высокий уровень.

Было что-то в том, чтобы сидеть в темноте, глядя сверху вниз на действие, которое сделало тебя его частью, в то же время разделяя вас ровно настолько, чтобы у тебя не было реальной заинтересованности в результате.

Это снимало ответственность, подумала Ева. Глупая и богатая вдова, которой проломили череп, не надеялась, что лейтенант Ева Даллас найдет ответы на свои вопросы. Это превратило поиск ответов на эти вопросы в интересную игру.

Если бы Рорк добился своего - а иначе бывало редко, - эта богатая вдова умирала бы шесть вечеров в неделю и во время двух дневных представлений, в течение очень, очень долгого времени на потеху аудитории, состоящей из кабинетных детективов.

"Он того не стоит", - пробормотала она, втянутая в действие настолько, что ее раздражали персонажи. "Она жертвует собой, выступая перед присяжными, чтобы они смотрели на нее как на приспособленку, пользователя, бессердечную стерву. Потому что она любит его. И он выеденного яйца не стоит ".

"Можно было бы предположить, - прокомментировал Рорк, - что она просто предала его и бросила на произвол судьбы".

"Э-э-э. Она перевернула дело с ног на голову, перевела его так, что она злодейка. На кого сейчас смотрят присяжные? Она в центре, а он просто болван. Чертовски умная мысль, если бы он того стоил, но это не так. Она понимает это?"

"Смотри и увидишь".

"Просто скажи мне, прав ли я".

Он наклонился, поцеловал ее в щеку. "Нет".

"Нет, я не прав?"

"Нет, я не рассказываю, и если ты продолжишь говорить, ты пропустишь тонкости и диалог".

Она нахмурилась на него, но замолчала, чтобы наблюдать за дальнейшим развитием драмы. Она закатила глаза, когда был зачитан вердикт о невиновности. Присяжные, подумала она. На них нельзя было положиться ни в художественной литературе, ни в реальной жизни. Комиссия из двенадцати порядочных копов осудила бы ублюдка. Она начала говорить об этом, затем увидела, как Кристин Воул пробивается сквозь толпу зрителей, которые хотели ее крови, в почти пустой зал суда.

Ева кивнула, довольная, когда героиня призналась в своей лжи и обмане адвокату Воула. "Она знала, что он виновен. Она знала это, и она солгала, чтобы спасти его. Идиот. Он сейчас отряхнется и бросит ее. Ты наблюдаешь".

Ева повернула голову на смех Рорка. "Что тут смешного?"

"У меня такое чувство, что вы понравились бы даме Кристи".

"Кто это, черт возьми, такой? Тихо! Вот он идет. Смотри, как он злорадствует".

Леонард Воул пересек съемочную площадку в зале суда, щеголяя своим оправдательным приговором и обтягивающей брюнеткой под руку. Другая женщина, подумала Ева. Большой сюрприз. Она чувствовала одновременно жалость и разочарование к Кристине, когда та бросилась в объятия Воула, попыталась прижаться.

Она видела его высокомерие, потрясение и неверие Кристины, гнев сэра Уилфреда. Это было не меньше, не больше, чем она ожидала, как бы хорошо это ни было сыграно. И затем она поднялась прямо со своего стула.

"Сукин сын!"

"Раненая девочка". Обрадованный Рорк оттащил Еву обратно на ее место, в то время как на сцене Кристин Воул вонзила нож, который она схватила со стола для улик, в черное сердце своего мужа.

"Сукин сын", - снова сказала Ева. "Я не предвидел, что это произойдет. Она казнила его".

Да, Рорк думал, что Агата Кристи насладилась бы его Евой. Сэр Уилфред повторил эти точные слова, когда люди выбежали на сцену, чтобы сгрудиться над телом, увести Кристин Воул.

"Что-то не так". Ева снова вскочила на ноги, и теперь ее кровь гудела в другом ритме. На этот раз она крепко вцепилась в поручень обеими руками, ее взгляд был прикован к сцене. "Что-то не так. Как нам туда спуститься?"

"Ева, это представление".

"Кто-то не играет". Она оттолкнула стул со своего пути и вышла из ложи как раз в тот момент, когда Рорк заметил, что один из стоявших на коленях статистов с трудом поднялся на ноги и уставился на кровь на своей руке.

Он догнал Еву, схватил ее за руку. "Сюда. Там есть лифт. Это приведет нас прямо за кулисы ". Он ввел код. Откуда-то снизу начала кричать женщина.

"Это часть сценария?" Потребовала Ева, когда они вошли в лифт.

"Нет".

"Хорошо". Она достала коммуникатор из вечерней сумочки. "Это Даллас, лейтенант Ева. Мне нужен медицинский блок. Театр "Новый глобус", Бродвей и тридцать восьмая. Состояние и травмы пока неизвестны ".

Она бросила коммуникатор обратно в сумку, когда лифт открылся в хаос. "Верните этих людей обратно и возьмите их под контроль. Я не хочу, чтобы кто-либо из актеров или съемочной группы покидал здание. Вы можете подсчитать мне количество человек?"

"Я позабочусь об этом".

Они разделились, и Ева протолкалась к сцене. У кого-то хватило присутствия духа опустить занавес, но за ним оказалась дюжина людей на разных стадиях истерии.

"Отойди". Она отдала приказ.

"Нам нужен врач". Блондинка с холодными глазами, которая играла жену Воула, стояла, зажав обе руки между грудей. На ее костюме, на ее руках были пятна крови. "О, мой Бог. Кто-нибудь, позовите врача ".

Но Ева присела на корточки рядом с мужчиной, распростертым лицом вниз на полу, и знала, что для врачей было слишком поздно. Она выпрямилась, достала свой значок. "Я лейтенант Даллас, полиция и безопасность Нью-Йорка. Я хочу, чтобы все отступили. Ни к чему не прикасайтесь, ничего не убирайте со сцены ".

"Произошел несчастный случай". Актер, игравший сэра Уилфреда, снял парик своего адвоката. Его сценический грим потек от пота. "Ужасный несчастный случай".

Ева посмотрела вниз на лужу крови, на зазубренный по самую рукоятку хлебный нож. "Это место преступления. Я хочу, чтобы вы, люди, отступили. Где, черт возьми, охрана?"

Она протянула руку и хлопнула ею по плечу женщину, которую она все еще считала Кристин Воул. "Я сказал в ответ". Когда она заметила Рорка, выходящего из-за кулис с тремя мужчинами в форме, она подала сигнал.

"Уведите этих людей со сцены. Я хочу, чтобы они были изолированы. У вас есть раздевалки или что-то еще. Спрячьте их и приставьте к ним охрану. Это касается и экипажа тоже ".

"Он мертв?"

"Или это, или он получит награду за лучшую мужскую роль века".

"Нам нужно переместить аудиторию в безопасное место. Держи это под контролем ".

"Иди вперед и сделай так, чтобы это произошло. Посмотри, сможешь ли ты выяснить, жива ли еще Мира. Я мог бы использовать ее ".

"Я убила его". Блондинка отступила на два шага, подняв окровавленные руки, уставившись на них. "Я убила его", - снова сказала она и потеряла сознание.

"Отлично. Потрясающе. Рорк?"

"Я позабочусь об этом".

"Ты". Она ткнула пальцем в одного из охранников. "Начинайте отводить этих людей в раздевалки. Оставь их там. Ты, - приказала она второму охраннику, - начинай собирать команду, техников. Я хочу, чтобы двери были заперты. Никто не входит, никто не выходит ".

Женщина начала рыдать, несколько мужчин начали спорить на повышенных тонах. Ева сосчитала до пяти, подняла свой значок в воздух и крикнула: "Теперь слушайте! Это полицейское расследование. Любой, кто откажется следовать инструкциям, будет препятствовать этому расследованию и окажется доставленным в ближайший полицейский участок, где он будет содержаться под стражей. Я хочу, чтобы эта сцена была очищена, и очищена сейчас!"

"Давайте двигаться". Брюнетка с эпизодической ролью тутси Воула грациозно перешагнула через лежащую без сознания Кристин. "Пара из вас, больших сильных мужчин, подхватите нашу исполнительницу главной роли, хорошо? Мне нужно выпить, черт возьми ". Она огляделась вокруг, ее глаза были холодными, ясными и зелеными. "Это разрешено, лейтенант?"

"При условии, что это не на моем месте преступления".

Удовлетворенная, Ева достала свой коммуникатор. "Даллас, лейтенант Ева". Она снова присела на корточки рядом с телом. "Мне нужно, чтобы на место преступления немедленно была направлена группа".

***

"Ева". Доктор Мира поспешила через сцену. "Рорк сказал мне ..." Она замолчала, посмотрела вниз на тело. "Боже милостивый". Она глубоко вздохнула, перевела взгляд обратно на Еву. "Что я могу сделать?"

"Прямо сейчас ты можешь оставаться в стороне. У меня нет походного комплекта. Пибоди уже в пути, и я послал за командой криминалистов и судмедэкспертом. Но пока они не приедут сюда, вы одновременно врач на месте происшествия и назначенный сотрудник полиции и службы безопасности. Извините, что испортил вам вечер ".

Мира покачала головой, начала опускаться на колени возле тела.

"Нет, смотри на кровь. Ты испортишь мне сцену и испортишь свое платье ".

"Как это произошло?"

"Ты скажи мне. Мы все это смотрели. Используя свою острую наблюдательность, я идентифицирую этот нож как орудие убийства ". Ева развела руками. "У меня даже нет чертовой банки с герметиком. Где, черт возьми, Пибоди?"

Расстроенная тем, что не может начать настоящий осмотр без своих инструментов, она обернулась и заметила Рорка. "Не могли бы вы подождать меня здесь, доктор Мира?"

Не дожидаясь ответа, Ева зашагала влево по сцене. "Скажи мне, укус ножом в последней сцене. Как это работает?" - спросила она Рорка.

"Подставной нож. Лезвие втягивается, когда его прижимают к твердой поверхности ".

"Не в этот раз", - пробормотала Ева. "Жертва, каково его настоящее имя?"

"Ричард Драко. Очень горячая собственность. Полагаю, сейчас он значительно остыл ".

"Насколько хорошо вы его знали?"

"Не очень хорошо. Я встречался с ним в обществе несколько раз, но в первую очередь я знал его работы ". Рорк засунул руки в карманы и покачался на каблуках, изучая ошеломленные глаза Драко. "Он четырехкратный лауреат премии "Тони ", фильмы, в которых он снимался, получали отличные отзывы. Он является самым кассовым персонажем на сцене и экране, и был таковым на протяжении ряда лет. У него репутация, - продолжил Рорк, - за то, что он был трудным, высокомерным и инфантильным. Манипулирует женщинами, пользуется определенным количеством химических улучшений, которые могут не соответствовать кодексу полицейского управления ".

"Женщина, которая его убила?"

"Ареена Мэнсфилд. Блестящая актриса. Редкий бесстрастный тип, преданный своему искусству. Очень уважаемый в театральных кругах. Она живет и работает в основном в Лондоне, но ее убедили переехать в Нью-Йорк для этой роли ".

"Кем?"

"Частично мной. Мы знали друг друга несколько лет. И нет, - добавил он, снова засовывая руки в карманы, - я никогда с ней не спал."

"Я не спрашивал об этом".

"Да, ты это сделал".

"Хорошо, если я это сделал, у нас будет продолжение. Почему ты с ней не переспал?"

Слабая улыбка тронула его губы. "Первоначально потому, что она была замужем. Затем, когда ее не было..." Он провел кончиком пальца по вмятине на подбородке Евы. "Я был. Моей жене не нравится, когда я сплю с другими женщинами. Она очень строга на этот счет ".

"Я запишу это". Она обдумывала свои варианты, жонглировала ими. "Вы знаете многих из этих людей или, во всяком случае, имеете о них впечатления. Я собираюсь поговорить с тобой позже ". Она вздохнула. "Для протокола".

"Конечно. Возможно ли, что это был несчастный случай?"

"Все возможно. Мне нужно осмотреть нож, и я не могу прикоснуться к этому ублюдку, пока не приедет Пибоди. Почему бы тебе не вернуться туда, не похлопать по плечу своих людей? И держите уши открытыми ".

"Вы просите меня помочь в официальном полицейском расследовании?"

"Нет, я не такой". И, несмотря на обстоятельства, ее губы хотели дрожать. "Я просто сказал, держи ухо востро". Она постучала пальцем по его груди. "И держись подальше от моего пути. Я на дежурстве".

Она отвернулась, услышав тяжелый стук того, что могло быть только полицейской обувью.

Песни Пибоди были освещены до болезненного блеска, который Ева могла заметить по всей длине сцены. Ее зимнее форменное пальто было застегнуто до горла на крепком теле. Ее кепка сидела точно под правильным углом на ее темных прямых волосах.

Они пересекли сцену с противоположных концов, встретились у тела. "Привет, доктор Мира". Пибоди взглянула на тело, поджала губы. "Похоже, это будет адская премьера".

Ева протянула руку за своим походным комплектом. "Запись продолжается, Пибоди".

"Да, сэр". Поскольку под софитами на сцене было тепло, Пибоди сняла пальто, сложила его и отложила в сторону. Она прикрепила свой диктофон к воротнику форменной куртки.

"Запись включена", - сказала она, когда Ева покрыла свои руки и вечерние туфли герметиком.

"Даллас, лейтенант Ева, на сцене, декорации Нового театра "Глобус". Также присутствуют Пибоди, офицер Делия, и Мира, доктор Шарлотта. Жертва - Ричард Драко, мужчина смешанной расы, лет сорока-пятидесяти."

Она бросила Печать Пибоди. "Причина смерти - ножевое ранение, одиночное ранение. Визуальный осмотр и минимальное количество крови указывают на ранение в сердце ".

Она присела и покрытыми кожей пальцами подобрала нож. "Рана, нанесенная, по-видимому, обычным кухонным ножом, с зазубренным лезвием длиной примерно восемь дюймов".

"Я измерю и упаковаю, лейтенант".

"Пока нет", - пробормотала Ева. Она осмотрела нож, извлекла микрошарики, снова осмотрела его от рукояти до кончика. "Первичный осмотр не выявил механизма отвода лезвия при ударе. Это не бутафорский нож."

Она сдвинула очки так, что они оказались у нее на макушке. "Нет бутафорского ножа, нет несчастного случая". Она передала нож в запечатанную руку Пибоди. "Это отдел убийств".

ГЛАВА ВТОРАЯ

"Ты могла бы мне пригодиться", - сказала Ева Мире, пока уборщики работали на месте преступления. Тело Драко уже было упаковано, снабжено бирками и направлялось в морг.

"Что я могу для тебя сделать?"

"У нас есть пара дюжин полицейских в форме, записывающих имена и адреса членов аудитории". Она не хотела думать о человеко-часах, о горах бумажной работы, которые уйдут на опрос более двух тысяч свидетелей. "Но я хочу начать процесс собеседования с основными игроками, прежде чем я вышвырну их на ночь. Я не хочу, чтобы кто-либо судился со мной, пока я не разберусь получше в обстановке ".

Прямо под открытым небом, подумала Ева, изучая сцену, декорации, ярусы за ярусами плюшевых бархатных кресел, которые вмещали восхищенную аудиторию.

Кто-то был крут и самоуверен. И умный.

"Людям с тобой комфортно", - продолжила она. "Я хочу, чтобы Арине Мэнсфилд было удобно".

"Я сделаю, что смогу".

"Ценю это. Пибоди, ты со мной ".

Ева пересекла сцену, прошла за кулисы. За кулисами была разбросана униформа. Гражданские лица либо прятались за закрытыми дверями, либо сбились в жалкие группки.

"Как вы оцениваете наши шансы на то, что средства массовой информации не будут посвящены в это до утра?"

Пибоди взглянула на Еву. "Я бы сказал, ноль, но это оптимистично".

"Да. Офицер." Ева подала знак полицейским. "Я хочу, чтобы охрана была выставлена у каждого входа, у каждого выхода".

"Уже сделано, сэр".

"Я хочу, чтобы охранники были внутри. Никто не покидает здание, даже полицейский. Никто не заходит, особенно репортеры. Ясно?"

"Да, сэр".

Коридор отходил от крыла, сужался. Ева осмотрела дверь, слегка удивленная золотыми звездами, прикрепленными к нескольким из них. Также были вывешены таблички с именами. Она остановилась у двери, обозначенной как "для Ареены Мэнсфилд", коротко постучала, затем вошла.

Она только подняла брови, когда увидела Рорка, сидящего на кушетке королевского синего цвета и держащего Арину за руку.

Актрисе еще предстояло снять сценический грим, и хотя слезы разрушили его, она все еще была сногсшибательна. Ее глаза метнулись к Еве и мгновенно наполнились страхом.

"О Боже. О, мой Бог. Меня собираются арестовать?"

"Мне нужно задать вам несколько вопросов, мисс Мэнсфилд".

"Они не позволили бы мне измениться. Они сказали, что я не мог. Его кровь". Ее руки, сжатые в кулаки, затрепетали под костюмом. "Я не могу этого вынести".

"Прошу прощения. Доктор Мира, не могли бы вы помочь мисс Мэнсфилд снять костюм? Пибоди покончит с этим ".

"Конечно".

"Рорк, пожалуйста, выйди". Ева отступила к двери, открыла ее.

"Не волнуйся, Ареена. Лейтенант разберется с этим ". Ободряюще сжав руку Ареены, он встал и прошел мимо Евы.

"Я просил вас держать ухо востро, а не заигрывать с одним из моих подозреваемых".

"Пытаться удержать истеричную женщину в сознании не особенно уютно". Он выдохнул. "Я бы выпил очень большую порцию бренди".

"Что ж, иди домой и выпей один. Я не знаю, как долго я там пробуду ".

"Я верю, что смогу найти здесь то, что мне нужно".

"Просто иди домой", - снова сказала она. "Тебе здесь нечего делать".

"Поскольку я не один из ваших подозреваемых, - добавил он тихим голосом, - и я владелец этого театра, я полагаю, что могу приходить и уходить, когда мне заблагорассудится".

Он провел пальцем по ее щеке и ушел.

"Ты всегда так делаешь", - пробормотала она, затем вернулась в раздевалку.

Еве казалось, что гримерка - это скромное название для такого большого, такого пышного пространства. На длинном, кремового цвета прилавке стоял лес баночек, тюбиков, палочек, бутылочек, расставленных с солдатской точностью. Над всем этим сияло широкое тройное зеркало, окруженное тонкими белыми лампочками.

Там была кушетка, несколько удобных кресел, полноразмерная кофеварка и холодильник, аккуратная мини-система связи. Гардероб висел в длинном шкафу, теперь открытом, так что Ева отметила, что костюмы и уличная одежда были разложены так же точно, как и грим.

На каждом столе, кучками на полу, были цветы. Насыщенный ароматами воздух заставил Еву подумать о свадьбах. И похороны.

"Спасибо тебе. Большое вам спасибо ". Ареена слегка вздрогнула, когда Мира помогала ей надевать длинное белое одеяние. "Я не знаю, сколько еще я мог бы выдержать... Я бы хотела смыть макияж ". Ее рука потянулась к горлу. "Я хотел бы почувствовать себя самим собой".

"Продолжай". Ева поудобнее устроилась в одном из кресел. "Это интервью будет записано. Ты понимаешь?"

"Я ничего не понимаю". Со вздохом Ареена села на мягкий стул перед зеркалом для макияжа. "Мой разум кажется оцепеневшим, как будто все происходит на шаг позже, чем должно было быть".

"Это очень нормальная реакция", - заверила ее Мира. "Часто помогает поговорить о событии, которое вызвало шок, обсудить его детали, чтобы с ними можно было разобраться. Отставить в сторону".

"Да, я полагаю, вы правы". Переведя взгляд в зеркало, она наблюдала за Евой. "Вы должны задавать мне вопросы, и это должно быть записано. Хорошо. Я хочу, чтобы это было сделано ".

"Запись продолжается, Пибоди. Даллас, лейтенант Ева, в интервью с Мэнсфилдом, Ариной, в гримерной объекта в Новом театре "Глобус". Также присутствуют Пибоди, офицер Делия и доктор Шарлотта Мира."

Пока Ареена смывала свой сценический грим, Ева декламировала исправленную "Миранду". "Понимаете ли вы свои права и обязанности, мисс Мэнсфилд?"

"Да. Это еще одна часть кошмара ". Она закрыла глаза, попыталась представить чистое белое поле, спокойное, безмятежное. И мог видеть только кровь. "Он действительно мертв? Ричард действительно мертв?"

"Да".

"Я убил его. Я ударила его ножом ". Дрожь пробежала от ее плеч вниз. "Дюжину раз", - сказала она, снова открывая глаза, чтобы встретиться взглядом с Евой в центре тройного зеркала. "По крайней мере, дюжину раз мы репетировали эту сцену. Мы так тщательно ставили хореографию, чтобы добиться наибольшего эффекта. Что пошло не так? Почему нож не убрали?" Первый намек на гнев появился в ее глазах. "Как это могло произойти?"

"Проведи меня через это. Сцена. Ты Кристин. Ты защищал его, лгал ради него. Ты погубила себя ради него. Затем, после всего этого, он отшивает тебя, выставляет напоказ другую женщину, женщину помоложе, у тебя перед носом ".

"Я любила его. Он был моей навязчивой идеей - мой любовник, мой муж, мой ребенок, все в одном лице ". Она подняла плечи. "Превыше всего Кристин любила Леонарда Воула. Она знала, кем он был, что он сделал. Но это не имело значения. Она бы умерла за него, настолько глубокой и навязчивой была ее любовь".

Теперь, успокоившись, Ареена выбросила использованные салфетки в мусоропровод, повернулась на табурете. Ее лицо было мраморно-бледным, глаза красными и опухшими. И все же, она излучала красоту.

"В этот момент каждая женщина в зале понимает ее. Если они не чувствовали такого рода любви, в какой-то части себя они хотели бы, чтобы у них была. И когда она понимает, что после всего, что она сделала, он может так небрежно от нее отказаться, когда она полностью понимает, кто он такой, она хватается за нож ".

Ареена подняла сжатую в кулак руку, как будто держась за рукоять. "Отчаяние? Нет, она - создание действия. Она никогда не бывает пассивной. Это мгновение, импульс, но глубинный. Она вонзает в него нож, даже когда обнимает его. Любовь и ненависть, обе в своей высшей форме, обе внутри нее в одно мгновение ".

Она уставилась на руку, которую она выбросила, и она начала дрожать. "Боже. Боже!" Неистовым движением она выдвинула ящик своего туалетного столика.

Ева вскочила на ноги, ее рука в мгновение ока сжала запястье Ареены.

"Я - это - сигарета", - выдавила она. "Я знаю, что мне не положено курить в здании, но я хочу сигарету". Она оттолкнула руку Евы. "Я хочу чертову сигарету".

Ева заглянула в ящик, увидела дорогую упаковку из десяти трав. "Мы ведем запись. Вы автоматически получите штраф ". Но она отступила назад.

"Мои нервы". Она возилась с зажигалкой, пока Мира не подошла, осторожно вынула ее из ее пальцев и щелкнула зажигалкой. "Спасибо. Хорошо." Ареена глубоко затянулась, медленно выдула. "Мне жаль. Обычно я не такая... хрупкая. Театр разбивает хрупкое на куски, и быстро ".

"У тебя все очень хорошо получается". Мира говорила низким, спокойным голосом. "Обсуждение этого с лейтенантом Даллас поможет".

"Я не знаю, что сказать". Арина смотрела на Миру с доверием, которое Ева хотела видеть в ее глазах. "Это просто случилось".

"Когда вы подняли нож", - прервала Ева, - "вы заметили что-нибудь необычное?"

"Другой?" Арина моргнула, снова сосредоточившись на Еве. "Нет. Он был именно там, где и должен был быть, рукоятью ко мне, чтобы сделать движение быстрым и плавным. Я поднял это, чтобы дать аудитории тот единственный момент потрясения, когда она увидит лезвие. Освещение предназначено для того, чтобы уловить это, отблески по краям. Затем я бросился в атаку. От стола до Ричарда всего два шага. Я беру его правую руку, между локтем и плечом, левой рукой, удерживая его, отводя правую назад, затем... удар, - сказала она после очередной долгой затяжки, - реквизитным ножом по его груди высвобождает струю сценической крови. Мы замираем на мгновение, всего на два удара, интимно, прежде чем остальные на сцене бросаются вперед, чтобы оттащить меня ".

"Какие у вас были отношения с Ричардом Драко?"

"Что?" Глаза Ареены остекленели.

"Твои отношения с Драко. Расскажи мне об этом ".

"С Ричардом?" Арина сжала губы, ее рука скользнула вверх между грудей, чтобы помассировать основание горла, как будто слова застряли там, как заусенцы. "Мы знали друг друга несколько лет, работали друг с другом раньше - и хорошо - совсем недавно в лондонской постановке фильма "Дважды принадлежащий".

"А лично?"

Было колебание, меньше половины удара, но Ева заметила и убрала это.

"Мы были достаточно дружелюбны", - сказала ей Арина. "Как я уже сказал, мы знаем друг друга много лет. Средства массовой информации в Лондоне разыграли роман между нами во время той последней работы. Пьеса была романтической. Мы получили удовольствие от интереса. Там продавались билеты. В то время я был женат, но это не помешало публике видеть в нас пару. Нас это позабавило".

"Но никогда не действовал в соответствии с этим".

"Я была замужем и достаточно умна, лейтенант, чтобы знать, что Ричард был не из тех мужчин, ради которых можно отказываться от брака".

"Потому что?"

"Он прекрасный актер. Был, - поправила она, тяжело сглотнув, прежде чем в последний раз затянуться сигаретой. "Он не был особенно хорошим человеком. О, это звучит порочно, ужасно ". Ее рука снова поднялась к горлу, пальцы беспокойно касались плоти. "Я чувствую себя порочным и ужасным, говоря это, но я - я хочу быть настолько честным, насколько могу. Я боюсь. Я в ужасе, что вы подумаете, что я хотел, чтобы это произошло ".

"В данный момент я ничего не думаю. Я хочу, чтобы ты рассказал мне о Ричарде Драко."

"Хорошо. Хорошо." Она сделала глубокий вдох, затянулась сигаретой, как будто это была соломинка. "Другие скажут это в любом случае. Ричард был очень своекорыстным и эгоцентричным, как и многие... большинство из нас в этом бизнесе. Я не держал на него зла. И я ухватился за шанс поработать с ним в этой пьесе ".

"Известно ли вам о ком-либо еще, кто, считая его не особенно хорошим человеком, мог бы обвинить его в этом?"

"Я полагаю, Ричард оскорбил всех, кто был причастен к этой постановке в тот или иной момент". Она прижала кончик пальца к внутреннему уголку глаза, как будто для того, чтобы немного ослабить давление. "Конечно, были оскорбленные чувства, жалобы, бормотание и обиды. Это театр ".

***

Театр, насколько Ева была обеспокоена, был странным бизнесом. Люди обильно плакали, произносили бессвязные монологи, в то время как любой полоумный адвокат посоветовал бы им сказать "да", "нет" и заткнуться к чертовой матери. Они разъясняли, они расширяли, и очень многим из них удалось превратить смерть сотрудника в драму, где они сами играли главную роль. "На девяносто процентов чушь собачья, Пибоди".

"Я полагаю". Пибоди пересекла закулисье, пытаясь заглянуть во все сразу. "Но это вроде как круто. Все эти огни, и голографическая доска, и есть несколько действительно волшебных костюмов, если вы любите антиквариат. Тебе не кажется, что было бы потрясающе стоять у входа и видеть, как все эти люди наблюдают за тобой?"

"Жутко. Нам придется отпустить некоторых из этих людей, прежде чем они начнут ныть о своих гражданских правах ".

"Я ненавижу, когда это происходит".

Ева ухмыльнулась, просматривая свой блокнот. "Пока что мы получаем интересную картину жертвы. Никто на самом деле не хочет этого говорить, но его очень не любили. Даже когда они не хотят этого говорить, они все равно это делают, вытирая слезы со своих глаз. Я собираюсь осмотреться здесь сзади. Идите вперед и прикажите полицейским освободить этих людей. Убедитесь, что у нас есть все необходимые данные о них, что им выдано стандартное предупреждение. Назначьте собеседования на завтра ".

"В центре или в поле?"

"Давайте не будем спешить и пойдем к ним. На данный момент. После того, как вы их настроили, вы испытываете облегчение. Встретимся в Центральном в ноль восемьсот."

Пибоди переступила с ноги на ногу. "Ты идешь домой?"

"В конце концов".

"Я могу висеть, пока ты этого не сделаешь".

"В этом нет смысла. Мы добьемся большего, если завтра начнем все сначала. Просто скремблируй интервью. Я хочу поговорить с как можно большим количеством людей и как можно скорее. И я хочу продолжение с Арееной Мэнсфилд ".

"Да, сэр. Отличное платье", - добавила она, убирая свой журнал заметок. "Тебе придется смыть кровь и навоз с юбки, пока она не впиталась".

Ева посмотрела вниз, хмуро посмотрела на элегантную черную колонну. "Черт возьми. Я ненавижу быть не одетой для работы." Она повернулась и зашагала дальше за кулисы, где у огромного запертого шкафа стояла униформа.

"Ключ". Она протянула руку, пока полицейский доставал ключ из пакета для улик. "Кто-нибудь пытался залезть в эту штуку?"

"Вернулся реквизитор - пожилой парень, довольно трясущийся. Но он не доставил мне никаких хлопот ".

"Прекрасно. Выйди на улицу и скажи уборщикам, что они получат разрешение на уборку этой территории примерно через десять минут ".

"Да, сэр".

Оставшись одна, Ева отперла шкаф и распахнула двойные дверцы. Она нахмурилась, заметив коробку сигар, старомодный телефон и несколько других предметов, аккуратно разложенных в области, обозначенной как кабинет сэра Уилфреда.

В другой секции хранился реквизит, который использовался в сцене в баре. Секция зала суда была пуста. По-видимому, реквизитор был очень осторожен в замене и расстановке своего реквизита и сделал это сразу после того, как сцена, где они были необходимы, была закончена.

Кто-то настолько дотошный не принял бы кухонный нож за муляж.

"Лейтенант Даллас?"

Ева оглянулась и увидела молодую брюнетку из последнего акта, выходящую из тени кулис в свет за кулисами. Она сменила свой костюм и надела простой черный комбинезон. Ее волосы были расчесаны тугими волнами и ниспадали прямыми и насыщенно-каштановыми прядями до середины спины.

"Надеюсь, я не мешаю вашей работе". У нее был едва уловимый акцент, мягкий и южный, и легкая улыбка на ее лице, когда она подошла ближе. "Я надеялся перекинуться с вами парой слов. Ваш помощник сказал мне, что на данный момент я свободен ".

"Это верно". Ева мысленно вернулась к программе, которую она отсканировала после убийства. "Мисс Ландсдаун".

"Карли Ландсдаун, Диана в этой трагической постановке". Она перевела свои большие голубые глаза на шкаф. "Я надеюсь, вы не думаете, что Пит имел какое-либо отношение к тому, что случилось с Ричардом. Старина Пит и мухи бы не обидел, даже если бы она жужжала у него в ухе ".

"Пит был бы владельцем собственности?"

"Да. И настолько безвредны, насколько это возможно. Этого нельзя сказать обо всех в этом маленьком цирке ".

"Очевидно. Есть ли что-то конкретное, чего ты хочешь?"

"Только для того, чтобы сказать то, в чем я сомневаюсь, что большинство других скажут, по крайней мере, на начальном этапе. Все ненавидели Ричарда ".

"Включая тебя?

"О, безусловно". Она сказала это с ослепительной улыбкой. "Он наступал на ваши линии при каждом удобном случае, который у него был, отрезал вашу метку, все, что могло привлечь внимание к нему и от кого-либо еще. За сценой он был злобным маленьким червяком. Его мир вращался вокруг одного - его собственного эго ".

Она деликатно пожала плечами. "Рано или поздно вы услышите это от кого-нибудь, поэтому я подумал, что будет лучше, если вы услышите это от меня. Мы были любовниками в течение короткого периода. Это закончилось пару недель назад маленькой неприятной сценой. Ричард любил маленькие неприятные сцены и устроил эту для наибольшего эффекта. Во время нашей первой полной генеральной репетиции".

"Я так понимаю, он все порвал".

"Он сделал". Она сказала это небрежно, но блеск в ее зеленых глазах сказал Еве, что негодование все еще кипит. "Он изо всех сил старался очаровать меня, и как только я был очарован, он изо всех сил старался унизить меня перед актерским составом и съемочной группой. Это была моя первая бродвейская постановка".

Она огляделась, и хотя ее губы были изогнуты, улыбка была острой, как битое стекло. "Я был зеленым, лейтенант, но я быстро созреваю. Я не буду утруждать себя словами, что сожалею о его смерти, но скажу, что не думаю, что его стоило убивать ".

"Ты была влюблена в него?"

"На данном этапе моей карьеры у меня нет места для любви, но я был ... ослеплен. Многое, я думаю, как и мой персонаж, было ослеплено Леонардом Воулом. Я сомневаюсь, что в этой постановке есть кто-то, кто не затаил злобу на Ричарда. Я хотел быть откровенным в своей ".

"Я ценю это. Ты сказал, что он унизил тебя. Каким образом?"

"В его последней сцене, той, где я спускаюсь с ним в зал суда и он противостоит Кристин, он прервал мои реплики в ее адрес, носился по сцене, утверждая, что моя речь была плоской ".

Ее губы сжаты, глаза прищурены. "Он сравнил отсутствие страсти и стиля с моим выступлением в постели. Он назвал меня безмозглым деревенщиной, которая пыталась обменять отсутствие таланта на слегка привлекательную внешность и хорошую пару грудей ".

Карли откинула назад волосы - ленивый жест, прямо контрастирующий с яркой яростью в ее глазах. "Он сказал, что я скучный, и хотя я забавлял его некоторое время, если бы я не мог притворяться, что выступаю в своем второстепенном качестве, он бы увидел, что меня заменили кем-то, кто мог ".

"И это стало для вас полной неожиданностью?"

"Он был змеей. Змеи нападают быстро, потому что они трусы. Я сделал несколько ответных выстрелов, но они были не самыми лучшими. Я не был готов, и я был смущен. Ричард ушел со сцены, заперся в своей гримерке. Помощник режиссера ушел, чтобы попытаться успокоить его, и мы повторили сцену еще раз с дублером Ричарда ".

"Кто этот дублер?"

"Майкл Проктор. Кстати, он очень хорош".

"А если пьесу вернут в производство, он согласится на эту роль?"

"Я полагаю, это вопрос к продюсерам. Но меня бы это не удивило, по крайней мере, в краткосрочной перспективе ".

"Я ценю информацию, мисс Ландсдаун". И такое количество непрошеной информации всегда вызывало подозрение.

"Мне нечего скрывать". Она снова повела плечами и не сводила своих больших зеленых глаз с лица Евы. "И если бы я это сделал, я полагаю, вы бы откопали это. Я довольно много слышал о жене полицейского Рорка за последние несколько месяцев. Тебе не кажется, что потребовалось определенное высокомерие, чтобы выбрать ночь, когда ты будешь среди зрителей, чтобы совершить убийство?"

"Высокомерие требуется, чтобы лишить другого жизни. Я буду на связи, мисс Ландсдаун ".

"Я в этом не сомневаюсь".

Ева подождала, пока женщина не подошла почти к кулисам. "Одна вещь".

"Да?"

"Ты тоже не слишком заботишься об Ареине Мэнсфилд".

"У меня нет к ней сильных чувств, так или иначе". Карли наклонила голову, приподняв одну бровь высокой дугой. "Почему ты спрашиваешь?"

"Вы не проявили особого сочувствия, когда она упала в обморок".

Улыбка вернулась, достаточно яркая, чтобы заиграть на задних рядах. "Чертовски изящный обморок, не так ли? Актерам, лейтенант Даллас, им нельзя доверять ".

Небрежно тряхнув волосами, она направилась к выходу.

"Итак, " пробормотала Ева, "кто выступает?"

"Лейтенант". Одна из уборщиц, молодая женщина со свежим лицом, подошла к Еве. Ее мешковатый защитный комбинезон издавал негромкие шуршащие звуки при каждом шаге. "У меня здесь есть маленькая игрушка, на которую, я думаю, ты захочешь взглянуть".

"Так, так". Ева взяла пакет для улик, поджала губы, изучая нож. Сквозь прозрачный пластик она провела пальцем по кончику лезвия, почувствовала, как оно втягивается. "Где ты нашел это, ах..." Она просмотрела имя, вышитое на груди тускло-серого комбинезона. "Ломбовски".

"В вазе, полной настоящих красных роз на длинных стеблях. Красивые цветы. Комната была забита ими, как будто это были государственные похороны или что-то в этом роде. Раздевалка Арины Мэнсфилд".

"Хорошая работа".

"Спасибо, лейтенант".

"Вы знаете, где Мэнсфилд?"

"Она в комнате отдыха для актеров. Твой мужчина с ней."

"Пибоди?"

"Нет, сэр. Ваш муж". Ломбовски подождал, пока Ева хмуро посмотрит на реквизитный нож, прежде чем она осмелилась поднять брови. Это был ее первый близкий взгляд на Рорка, и она сочла, что он достоин двух больших взглядов.

"Заканчивай зачистку, Ломбовски".

"По делу, лейтенант".

Ева зашагала за сцену и поймала Пибоди, выходящую из гримерной. "У меня запланировано четыре допроса".

"Прекрасно. Планы на сегодняшний вечер меняются ". Ева подняла муляж ножа. "Уборщики нашли это в гримерке Мэнсфилда, заправленное розами".

"Вы собираетесь предъявить ей обвинение?"

"Ее адвокат добился бы, чтобы ее выгнали, прежде чем я отправил бы ее в центральную. Это чертовски Пат, не так ли, Пибоди? Она убивает его перед битком набитым залом и прячет реквизитный нож в своей собственной гримерке. Очень аккуратный или очень глупый". Ева повертела пакет с уликами в руках. "Давайте посмотрим, что она скажет по этому поводу. Где комната отдыха для актеров?"

"Нижний уровень. Мы можем подняться по лестнице ".

"Прекрасно. Ты знаешь что-нибудь об актерах?"

"Конечно. Люди свободного возраста разбираются во всех искусствах. Моя мать играла в каком-то маленьком театре, когда я только начинал, а двое моих двоюродных братьев - актеры. Работа на сцене вживую и на небольших экранах. А моя прабабушка была артисткой в Сан-Франциско до того, как вышла на пенсию. Тогда есть мой - "

"Ладно, все в порядке". Покачав головой, Ева с грохотом спустилась по лестнице. "Как ты переносил всех этих людей, вторгающихся в твою жизнь?"

"Мне нравятся люди", - весело сказала Пибоди.

"Почему?"

Поскольку это был не тот вопрос, который требовал ответа, Пибоди указала налево, когда они спустились по ступенькам. "Они тебе тоже нравятся. Ты просто притворяешься рычащим ".

"Я Снарли. Если и когда я выпущу Мэнсфилд на свободу или она обратится к адвокатам, я хочу, чтобы вы оставались с ней. Если она вернется домой, устроится, вызовите пару полицейских в форме, чтобы присмотрели за ее домом. У нас достаточно данных для допуска к наблюдению. Я хочу знать, куда она ходит и что она делает ".

"Хочешь, я проведу проверку ее биографии сейчас?"

"Нет, я позабочусь об этом".

Ева открыла дверь в гостиную. Как и во всем, к чему Рорк прикасался, это было далеко не убого. Очевидно, он хотел, чтобы талант чувствовал себя комфортно, и не пожалел средств, чтобы застраховать его.

Там были две отдельные зоны отдыха с плюшевыми диванами, по бокам от которых стояли обслуживающие дроиды. Комната изогнулась в угол, с короткой ножкой, предлагающей автореферат, который, как она предположила, был полностью укомплектован, холодильник с прозрачным фасадом, держащий разнообразные холодные напитки, и маленький отдельный столик с изящной компьютерной установкой.

Рорк сидел, по мнению Евы, уютно, рядом с Арееной в зоне отдыха справа, покачивая бокал бренди. Его пристальный взгляд, этот молниеносно-голубой, переместился на лицо его жены, блеснул там и напомнил ей о том, как она впервые увидела его лицом к лицу.

Тогда он не был нянькой подозреваемого в убийстве. Он был одним из них.

Его губы изогнулись в ленивой, уверенной улыбке. "Привет, Пибоди", - сказал он, но его глаза оставались на лице Евы.

"У меня есть к вам еще несколько вопросов, мисс Мэнсфилд".

Арина заморгала, глядя на Еву, всплеснула руками. "О, но я думал, что на сегодня мы закончили. Рорк только что организовал мою транспортировку обратно в мой пентхаус."

"Транспортировка может подождать. Запись продолжается, Пибоди. Вам нужно, чтобы я напомнил вам о ваших правах и обязанностях в связи с этим расследованием, мисс Мэнсфилд?"

"Я- " Дрожащая рука опустилась на ее горло, задержалась там. "Нет. Я просто не знаю, что еще я могу вам сказать ".

"Узнаешь это?" Ева бросила запечатанный реквизитный нож на стол между ними.

"Это выглядит как..." Ее рука, все еще беспокойная, потянулась к нему, затем сжалась в кулак и отдернулась. "Это подставной нож. Это реквизит, который должен был быть на съемочной площадке, когда... О, Боже. Где ты это нашел?"

"В твоей гримерной, утопающий в красных розах".

"Нет. Нет". Очень медленно Арина покачала головой из стороны в сторону. Она скрестила руки на груди, впившись пальцами в плечи. "Это невозможно".

Если это было притворство, размышляла Ева, то это было чертовски хорошо. Глаза остекленели, губы и пальцы дрожали. "Это не только возможно, это факт. Как это туда попало?"

"Я не знаю. Говорю вам, я не знаю ". Во внезапном приливе энергии Ареена вскочила на ноги. Теперь ее глаза не были остекленевшими, а дикими и вращающимися. "Кто-то положил это туда. Тот, кто подменил ножи, положил это туда. Они хотят, чтобы меня обвинили в смерти Ричарда. Они хотят, чтобы я страдал за это. Разве этого не было достаточно, Боже, разве этого не было достаточно, что я убил его?"

Она протянула руку, леди Макбет, глядя на уже смытую кровь.

"Почему?" Голос Евы был холодным и невыразительным. "Почему бы просто не выбросить реквизит подальше, в угол, в мусорное ведро. Зачем кому-то прятать это в твоей гримерной?"

"Я не могу думать... кто бы так сильно меня ненавидел. И Ричард..." Слезы заблестели, красиво упали, когда она повернулась. "Рорк. Ты знаешь меня. Пожалуйста, помоги мне. Скажи ей, что я не мог совершить эту ужасную вещь ".

"Какими бы ни были ответы, она найдет их". Он поднялся, позволив ей прийти в его объятия, чтобы поплакать, пока он смотрел на свою жену поверх ее головы. "Вы можете быть уверены в этом. Не может ли она, лейтенант?"

"Вы ее представитель?" Ева огрызнулась в ответ и заработала приподнятую бровь.

"Кто, кроме вас, имеет доступ в вашу гардеробную, мисс Мэнсфилд?"

"Я не знаю. На самом деле, любой из актеров и съемочной группы. Я не держу его запертым. Это неудобно ". Все еще держа голову на плече Рорка, она сделала несколько успокаивающих вдохов.

"Кто послал тебе красные розы? И кто привел их в комнату?"

"Я не знаю. Там было так много цветов. Мой костюмер забрал карточки. Она бы отметила тип на каждом. Один из посыльных принес кое-что из доставленного. Люди входили и выходили за тридцать минут до занавеса. Именно тогда я прекратил прием посетителей, чтобы подготовиться ".

"Вы вернулись в свою гримерную после начальной сцены и снова меняли костюмы на протяжении всего спектакля".

"Это верно". Успокоившись, Арина отодвинулась от Рорка, повернувшись лицом к Еве. "У меня пять переодеваний. Мой костюмер был со мной. Она каждый раз была со мной в раздевалке ".

Ева достала свою записку. "Как зовут вашего костюмера?"

"Триша. Триша Битс. Она скажет вам, что я не прятал реквизит. Она скажет тебе. Спроси ее."

"Я сделаю это. Мой помощник проводит вас обратно в ваш пентхаус ".

"Я могу идти?"

"На данный момент. Я буду на связи. Запись окончена, Пибоди. Проводите мисс Мэнсфилд до ее дома ".

"Да, сэр".

Арина схватила пальто, которое повесила на подлокотник дивана, и передала его Рорку так, что Ева не могла не оценить. Такая женственная, такая спокойная, уверенная, что мужчина был бы рядом, чтобы тепло укутать ее.

"Я хочу, чтобы вы поймали того, кто это сделал, лейтенант Даллас. Я очень этого хочу. И даже тогда, даже когда тот, кто организовал это, будет наказан, я всегда буду знать, что это была моя рука, которая вызвала это. Я всегда буду это знать ".

Она протянула руку назад, коснулась пальцами тыльной стороны ладони Рорка. "Спасибо тебе, Рорк. Я бы не пережил сегодняшний вечер без тебя ".

"Отдохни немного, Арина".

"Я надеюсь, что смогу". Склонив голову, она вышла, а Пибоди решительно следовала за ней.

Нахмурившись, Ева взяла пакет с уликами, положила его в свой походный набор. "Она хотела бы исправить тот факт, что ты с ней не спал".

"Ты так думаешь?"

Слабой нотки веселья в его голосе было достаточно, чтобы поднять ее на ноги. "И ты просто проглатываешь это, не так ли?"

"Мужчины - свиньи". Он шагнул вперед, провел пальцами по ее щеке. "Ревнуешь, дорогая Ева?"

"Если бы я ревновал к каждой женщине, с которой у тебя был секс, усугубляемый каждой женщиной, которая хотела бы, чтобы ты это сделал, я бы провел свою жизнь в зелени".

Она начала поворачиваться, оттолкнула его руку, когда он схватил ее за локоть. "Руки прочь".

"Я так не думаю". Чтобы доказать это, он взял ее за другую руку и крепко прижал к себе. Юмор был на его лице, и, черт бы его побрал, это была нежность, против которой у нее не было защиты. "Я люблю тебя, Ева".

"Да, да".

Он рассмеялся, наклонился и нежно прикусил ее нижнюю губу. "Ты романтический дурак".

"Ты знаешь, в чем твоя проблема, эйс?"

"Почему ты мне не говоришь?"

"Ты ходячий оргазм". Она имела удовольствие видеть, как расширились его глаза.

"Я не думаю, что это совсем лестно".

"Этому не суждено было случиться". Очень редко удавалось пробраться под этот глянцевый лак и задело за живое, подумала она. Вот почему ей это так понравилось. "Я собираюсь поговорить с костюмером Мэнсфилда, посмотрим, подтвердит ли она эту историю. Тогда я закончил здесь на сегодня. Я могу начать кое-какие фоновые прогоны по дороге домой ".

Он вернул свое пальто и ее, и свое равновесие. "Я полагаю, ты будешь слишком занят, чтобы выполнять фоновые прогоны по дороге домой".

"Что делаешь?"

Он поднял ее пальто, прежде чем она смогла взять его и натянуть на себя. Закатив глаза, она повернулась, просунула руки в рукава. Затем издала сдавленный звук, когда он прошептал ей на ухо особенно образное предложение.

"Вы не можете делать это на заднем сиденье лимузина".

"Хочешь поспорить?"

"Двадцать".

Он взял ее за руку, чтобы вывести. "Сделано".

Она проиграла, но это были хорошо потраченные деньги.

***

"Если это было сделано, когда это было сделано, тогда хорошо, что это было сделано быстро".

Что ж, это сделано, сделано хорошо и сделано быстро. И я осмелюсь процитировать шотландскую пьесу, когда сижу один. Убийца. Или, как Кристин Воул в нашей остроумной пьесе, я всего лишь палач?

Глупо с моей стороны записывать свои мысли. Но эти мысли такие громкие, такие огромные, такие ярко окрашенные, что я удивляюсь, как мир не видит, как они вырываются из моей головы. Я думаю, что это высказывание вслух, где никто не может услышать, могло бы успокоить их. Эти мысли должны быть заглушены, должны быть похоронены. Это непрочное время. Я должен собраться с духом.

Риски были взвешены до того, как дело было сделано, но откуда мне было знать, как я мог представить, каково это - видеть его мертвым и истекающим кровью в центре внимания? Так тихо. Он лежал так неподвижно в белом потоке огней.

Лучше не думать об этом.

Теперь пришло время подумать о себе. Быть осторожным, быть умным. Быть спокойным. Ошибок допущено не было. Сейчас не должно быть никого. Я сохраню свои мысли тихими, спрятанными глубоко в моем сердце.

Хотя им хочется кричать от ликования.

Ричард Драко мертв.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Учитывая состояние оборудования в ее распоряжении в Полицейском управлении, Ева избавила себя от значительного разочарования и провела первоначальную проверку дома. Рорк любил свои игрушки, а компьютер и системы связи в ее домашнем офисе делали барахло в Central похожим на что-то из второго тысячелетия.

Что почти и произошло.

Расхаживая по своему кабинету со второй чашкой кофе, она слушала, как ее компьютер перечисляет официальные подробности жизни Ареены Мэнсфилд.

Ареена Мэнсфилд, урожденная Джейн Ступс, родилась восьмого ноября 2018 года, Вичита, Канзас. Родители, Адалайда Мунк и Джозеф Ступс, союз совместного проживания распался в 2027 году. Один брат, мужчина, Дональд Ступс, родился двенадцатого августа 2022 года.

Она прогнала это через данные об образовании для формы - все стандартные материалы, насколько Ева могла судить, вплоть до ее зачисления в Нью-Йоркский институт драматических искусств в возрасте пятнадцати лет.

Сбежал к черту из Канзаса при первой возможности, размышляла Ева, и не могла винить ее. Что люди вообще делали там со всей этой пшеницей и кукурузой?

Профессиональная карьера Ареены началась молодой. Модель-подросток, несколько спектаклей, короткое пребывание в Голливуде перед возвращением в живой театр.

"Да, да, бла-бла-бла". Ева побрела обратно к своей машине. "Компьютер, поищи и составь список всех судимостей, всех арестов".

Работает...

Компьютер гудел с тихой эффективностью. Сравнение этого с бесполезной кучей фишек, которыми она была проклята в Central, заставило ее усмехнуться.

"В наши дни нужно выйти замуж за миллиардера, чтобы обзавестись приличным инструментом".

Поиск завершен...

Хранение нелегалов, Нью-Лос-Анджелес, 2040 год.

"Теперь мы разговариваем". Заинтригованная, Ева села за стол. "Продолжай идти".

Сделка о признании вины привела к условному сроку со стандартной обязательной реабилитацией. Обязательство выполнено в Мемориальном реабилитационном центре Кита Ричардса, Нью-Лос-Анджелес.

Потребление нелегалов со вторичными обвинениями в непристойном поведении, Нью-Йорк, 2044 год. Вторая реабилитация назначена и удовлетворена, клиника "Новая жизнь", Нью-Йорк.

В личном деле больше не отмечено преступной деятельности.

"Этого достаточно. Какой наркотик она выбрала?"

Работает... В деле указана комбинация Экстази и Зонера по обоим пунктам.

"Это тебя успокоит, не так ли?"

Пожалуйста, перефразируйте запрос.

"Неважно. Найдите и внесите в список данные о совместном проживании и / или браке."

Работает... Официальное разрешение на совместное проживание, выданное в Новом Лос-Анджелесе Ареене Мэнсфилд и Бродерику Питерсу с июня 2048 по апрель 2049 года, союз взаимно расторгнут. Свидетельство о браке, выданное в Лондоне, Англия, для Ареены Мэнсфилд и Лоуренса Баристола в сентябре 2053 года. Ходатайство о разводе, Мэнсфилд против Баристола, январь 2057, без возражений и удовлетворено. В результате брака или союзов совместного проживания детей не было.

"Хорошо. Найдите и перечислите все профессиональные роли в постановках, в которых участвовал Ричард Драко."

Работает... Внебродвейская постановка драмы "Сломанные крылья", с мая по октябрь 2038 года. Субъект и Драко, Ричард, во второстепенных ролях по ходу пьесы. Видеосъемка на маленьком экране "Умри за любовь" с субъектом и Драко в главных ролях, Ричард, снят в Новом Лос-Анджелесе, 2040 год. Видеосъемка, Нью-Йорк, "Шах и мат", в главных ролях субъект и Драко, февраль 2044 года. Лондонская художественная постановка драмы, дважды принадлежащая, в главной роли Субъект и Драко, Ричард, с февраля 2054 по июнь того же года.

"Интересное время", - пробормотала Ева, лениво протягивая руку, чтобы почесать за ушами пухлого кота, который запрыгнул на ее стол. Пока Галахад устраивался поудобнее прямо перед экраном компьютера, Ева наблюдала, как Рорк вошел в дверь, соединяющую их личные кабинеты.

"Вы не упомянули, что у Арины была незаконная привычка".

"Имел" - ключевое слово. Это имеет отношение к делу?"

"Все имеет значение. Вы уверены, что ее привязанность к нелегалам - это прошедшее время?"

"Насколько мне известно, она была чиста более дюжины лет". Когда он сел на край стола, Галахад подвинулся и ударился головой о руку Рорка с длинными пальцами. "Вы не верите в реабилитацию, лейтенант?"

"Я женился на тебе, не так ли?"

Поскольку это заставило его усмехнуться, она наклонила голову. "Вы также не упомянули, что она и Драко снимались вместе в некоторых постановках на протяжении многих лет".

"Ты не спрашивал".

"Сроки двух их актерских связей в конечном счете совпадают с ее обвинениями в незаконном обороте".

"Ах. Хммм." Рорк поверг Галахада в кошачий экстаз, проведя тонким пальцем по меху.

"Насколько тесными они были, Рорк?"

"Возможно, они были замешаны. Так ходили слухи во время их последнего совместного проекта в Лондоне. Я познакомился с Арееной несколько лет назад, когда она была замужем и жила в Лондоне. И я никогда не видел ее и Ричарда вместе, пока мы не подбирали актеров для этой пьесы ". Он приподнял плечо, налил себе того, что осталось от кофе Евы.

"Когда я проведу обыск жертвы, найду ли я незаконные обвинения?"

"Возможно. Если Ареена все еще употребляла, она была осторожна и профессиональна. Никаких пропущенных репетиций, никаких темпераментных сцен. Я бы не стал использовать термин "сдержанный" в одном предложении с Драко, но он выполнил свою работу. И если у них были романтические или сексуальные отношения, они держали это за запертыми дверями ".

"Никто никогда не бывает достаточно осмотрительным. Если они трахались друг с другом, кто-то знал. И если бы они вместе катались в поту или пили нелегалов, это добавило бы несколько ракурсов ".

"Ты хочешь, чтобы я выяснил?"

Она поднялась на ноги, наклонилась вперед, пока ее нос не столкнулся с его. "Нет. Теперь, если есть какая-то часть того, что вы не поняли, позвольте мне повторить. Нет. Понял?"

"Я верю, что знаю. Через несколько часов у меня встреча в Сан-Франциско. Соммерсет знает, как связаться со мной, если тебе понадобится ".

Ее хмурый взгляд при упоминании подтянутого адъютанта Рорка был мгновенным и искренним. "Мне это не понадобится".

"Я должен быть дома до девяти". Он поднялся, скользя руками вверх по бокам ее тела, затем снова вниз к бедрам. "Я позвоню, если буду чуть позже".

Она поняла, что он заверял ее, что ночью она не будет одна - одна, где ее преследуют кошмары. "Тебе не нужно беспокоиться обо мне".

"Мне нравится".

Он наклонил голову, чтобы подарить ей легкий поцелуй, но она изменила тон, текстуру, притянув его ближе, ее рот был горячим и жадным. Ее руки были сжаты в его волосах, и у нее выступила кровь, прежде чем она отпустила его.

Я испытал удовлетворение, увидев, что его глаза потемнели, а дыхание участилось. "Что ж. Для чего это было?"

"Мне нравится", - сказала она и взяла свою пустую кофейную чашку. "Увидимся". Она улыбнулась ему через плечо и пошла на кухню за добавкой.

***

Ева просматривала свои звонки на своем домашнем устройстве, устройстве palm, своем автомобиле и оборудовании в своем офисе в Central. Если ее расчеты верны, с полуночи она получила двадцать три звонка от репортеров, которые варьировались от обаяния, просьб, туманных угроз и мелких взяток. Шесть из них, в разных местах и с возрастающим уровнем разочарования и срочности, были от Надин Ферст с 75 канала.

Они могли быть друзьями, что никогда не переставало удивлять Еву, но для них обоих бизнес был бизнесом. Надин хотела эксклюзивного разговора один на один с главным следователем по делу о смерти Ричарда Драко. Еве просто нужен был его убийца.

Она сбросила все звонки из СМИ, дала знак Пибоди быть наготове и прослушала краткое сообщение от своего командира.

Это было достаточно просто. Его офис. Сейчас.

Было еще около восьми утра.

Коммандер Уитни не заставил себя ждать. Его помощник жестом пригласил Еву прямо в его кабинет, где Уитни сидел за своим столом, манипулируя своими собственными сообщениями.

Его большие руки нетерпеливо постукивали по поверхности стола, одна поднялась, чтобы ткнуть пальцем в кресло, когда она вошла. Он продолжал подключаться к телемосту, его широкое смуглое лицо ничего не выражало, голос был спокойным и оживленным.

"Мы проведем брифинг для прессы в два. Нет, сэр, это не может быть сделано раньше. Я хорошо знаю, что Ричард Драко был выдающейся знаменитостью, и СМИ требуют подробностей. Мы примем их в два. Первичный этап будет подготовлен. Ее отчет у меня на столе," сказал он, подняв бровь на Еву.

Она быстро поднялась, вложила диск в его пальцы.

"Я свяжусь с вами, как только проанализирую ситуацию". Впервые с тех пор, как вошла Ева, раздражение отразилось на лице Уитни. "Мэр Бьянчи, был Драко светилом искусства или нет, он мертв. У меня на руках дело об убийстве, и расследование будет вестись со всей энергией и быстротой. Это верно. Два часа, - повторил он, затем закончил передачу и снял наушники для уединения.

"Политика". Это было все, что он сказал.

Он откинулся назад, потер линию напряжения у основания шеи. "Я прочитал предварительный отчет, который вы подали прошлой ночью. У нас ситуация ".

"Да, сэр. Ситуация должна быть на вскрытии прямо сейчас ".

Его губы растянулись в том, что было почти улыбкой. "Ты не большой любитель театра, не так ли, Даллас?"

"Я получаю свою норму развлечений на улице".

"Весь мир - это сцена", - пробормотала Уитни. "К настоящему моменту вы знаете, что жертва была известной знаменитостью. Его смерть в таком публичном и, скажем так, драматичном месте - это новость. Важные новости. История уже стала популярной на планете и за ее пределами. Драко - Мэнсфилду, Рорку - тебе".

"Рорк не причастен". Как только она это сказала, дюжина проклятий пронеслась у нее в голове.

"Он владелец театра, он был основным спонсором пьесы, и, судя по информации, которая уже дошла до меня, он был лично ответственен за привлечение Драко и Мэнсфилда к постановке. Это точно, лейтенант?"

"Да, сэр. Коммандер Уитни, если бы каждое преступление, произошедшее на территории, которой владеет Рорк или в которой он заинтересован, было связано с ним, он был бы связан с каждым полицейским и преступником на планете, и половина из них была бы устранена."

На этот раз Уитни действительно улыбнулась. "Это отличная мысль. Однако." Улыбка исчезла. "В этом случае его связь с вашей значительно более ощутима. Ты среди свидетелей. Я предпочитаю рассматривать это как преимущество в данном случае. Тот факт, что вы были на месте происшествия и смогли быстро справиться с этим, не позволяет этому быть более громоздким, чем оно есть на самом деле. Средства массовой информации станут проблемой ".

"Со всем уважением, сэр, средства массовой информации - это всегда проблема".

Он на мгновение замолчал. "Я так понимаю, вы видели некоторые из ранних заголовков".

Она была. Сразу после вспышки "Драко умирает за искусство" появились раздражающие маленькие кусочки, такие как: "Самое отвратительное убийство! Известный актер Ричард Драко был жестоко зарезан прошлой ночью, убийство было совершено под носом у ведущего детектива отдела по расследованию убийств полиции Нью-Йорка, лейтенанта Евы Даллас."

Вот и все, подумала она, за то, что заткнула утечки в СМИ.

"По крайней мере, они не называли меня женой Рорка до третьего абзаца".

"Они будут использовать его и тебя, чтобы придать истории популярности".

Она знала это. Ненавидел это. "Я и раньше работал под давлением ПРЕССЫ, коммандер".

"Достаточно верно". Когда его "линк" подал звуковой сигнал, он нажал на кнопку "Все удержания" и отключил его. " Даллас, это не обычное убийство и даже не экстраординарное. Это, как говорят мои внуки, круто, и ты - часть этого. Вам нужно будет тщательно подготовиться к пресс-конференции в два. Поверьте мне, задействованные актеры будут играть перед камерами. Они не смогут помочь самим себе, и по мере того, как они это делают, история усложняется ".

Он откинулся назад, постукивая себя по бедру. "Я также знаю, что вы не особенно заинтересованы в том, чтобы общественность и средства массовой информации закончили это. Вам придется считать это окончание, в данном случае, частью работы. Не давайте интервью и не обсуждайте какие-либо аспекты дела ни с одним репортером до пресс-конференции ".

"Нет, сэр".

"Я хочу, чтобы это происходило быстро. Я уже попросил судмедэксперта ускорить вскрытие. Лаборатория в состоянии боевой готовности. Здесь мы действуем по правилам, но быстро переворачиваем эти страницы. Обращалась ли Ареена Мэнсфилд к своему адвокату или представителю?"

"Пока нет".

"Интересно".

"Я не ожидаю, что это продлится долго. Она была потрясена, но у меня сложилось впечатление, что ей понадобится репутация, как только ее разум прояснится. Ее костюмерша подтверждает, что она была в гримерной с Арееной при каждой смене костюма. Я не полностью верю в ее заявление. Женщина боготворит Мэнсфилда. Тем временем, я провожу проверку всех членов актерского состава и съемочной группы. Это займет некоторое время. Здесь много игроков. Интервью начинаются этим утром ".

"Соответствуют ли приблизительным оценкам три тысячи свидетелей?"

От одной мысли об этом у Евы начинала пульсировать голова. "Боюсь, что так и есть, коммандер. Очевидно, мы не смогли надолго удержать зрителей в театре. Мы провели индивидуальную идентификацию личности по имени и месту жительства, когда каждый был освобожден. Некоторые заявления были сняты, потому что, в основном, некоторые люди не могли заткнуться. Большинство из тех, которые я просмотрел, были разрозненными и по сути бесполезными ".

"Распределите присутствующих свидетелей по отряду. Я привлеку несколько детективов из других областей. Давайте проведем некоторые исключения, чтобы сократить эти цифры ".

"Я начну это сегодня, коммандер".

"Передайте это, - приказал он. "Тебя нельзя пощадить для работы с беспилотниками. Отметьте Фини, чтобы узнать биографию актеров и персонала театра. Я хочу, чтобы это закончилось. Он должен уделять приоритетное внимание биографическим данным, а не своей текущей работе ".

Он будет стонать из-за этого, подумала Ева, но она была рада возможности переложить эту часть нагрузки на электронного детектива. "Я сообщу ему об этом, коммандер, и отправлю ему список".

"Копии для моего сведения. После пресс-конференции мне нужно, чтобы вы согласовали все без исключения интервью со мной для СМИ до подтверждения. Даллас, ты можешь ожидать увидеть себя и своего мужа на экране, в печати и выброшенными из чертовых туристических трамваев, пока это дело не будет удовлетворительно закрыто. Если вам потребуется команда большего размера, дайте мне знать ".

"Я начну с того, что у меня есть. Благодарю вас, коммандер ".

"Будь здесь, в этом кабинете, в тринадцать тридцать, на предварительном брифинге для СМИ".

Это было увольнение, и, признав это, Ева вышла из офиса и спустилась по трапу. Прежде чем она достигла своего уровня, она достала коммуникатор и связалась с Фини из отдела электронных расследований.

"Привет, Даллас. Слышал, ты вчера вечером попал на адское шоу ".

"Рецензии были убийственными. Ладно, выбросил это из головы. У меня есть прямой приказ от командира. Я вышлю вам полный список актерского состава и съемочной группы пьесы, а также дополнительного персонала театра. Мне нужны полные данные, с прогонами корреляции. Любые связи любых лиц с Ричардом Драко и / или Арееной Мэнсфилд ".

"С удовольствием протянул бы руку помощи, Даллас, но я здесь по уши завяз".

"Непосредственно от командира", - повторила она. "Он пометил тебя, приятель, не меня".

"Ну и ад". И без того похмельное лицо Фини наполнило экран печалью. Она наблюдала, как он провел рукой по своим жестким волосам цвета ржавчины. "О скольких биографиях мы говорим?"

"Включая роли без выступлений, сменщиков, команду техников и талантов, концессии, техническое обслуживание и так далее? Плюс-минус четыреста."

"Господи, Даллас".

"Я сделал Мэнсфилда, но вы могли бы пойти глубже". Вместо сочувствия она почувствовала веселье, которое облегчило ее походку, когда она проходила через КПЗ и подала Пибоди знак подходить. "Уитни хочет, чтобы это было приоритетным и срочным. Пресс-конференция в тысяча четырьсот. Мне нужно все, что я смогу получить к тому времени. Вы уполномочены набрать в команду столько людей, сколько вам нужно ".

"Разве это не просто денди?"

"Мне подходит. Я буду на месте. Пибоди передаст вам список как можно скорее. Ищи секса, Фини ".

"Доживешь до моего возраста, немного притормози с этим".

"Ha ha. Секс и нелегалы. У меня уже есть галстук. Давайте посмотрим, распространяется ли это как-нибудь. Я буду на связи ".

Она сунула коммуникатор в карман, направляясь к нижнему уровню, где был припаркован ее автомобиль. "Передайте списки свидетелей и подозреваемых Фини. Мы сливаем информацию о EDD ".

"Хорошо для нас". Пибоди достала свой карманный блок и начала передачу. "Так ... он использует Макнаба?"

"Я не спрашивала". Ева скользнула взглядом по Пибоди, затем покачала головой и кодовым способом открыла замки на своей машине.

"Ты хочешь знать, не так ли?"

Ева пристегнулась, завела машину. "Я не понимаю, о чем ты говоришь".

"Обо мне и Макнабе".

"Насколько я могу судить, нет никаких тебя и Макнаба. Этого не существует в моем мире. У моего помощника не какая-нибудь странная сексуальная интрижка с модной пластинкой от EDD ".

"Это странно", - признала Пибоди, затем испустила долгий вздох.

"Мы не об этом говорим. Дайте мне первый адрес ".

"Кеннет Стайлз, он же сэр Уилфред, 828 Парк авеню. И это действительно хороший секс ".

"Пибоди".

"Тебе было интересно".

"Я не был". Но она вздрогнула, когда удручающе четкий образ Пибоди и Макнаба радостно всплыл в ее голове. "Сосредоточься на работе".

"У меня в голове много отсеков". Со счастливым вздохом Пибоди откинулась на спинку стула. "Место для всего".

"Тогда освободите место для Кеннета Стайлза и расскажите мне вкратце".

"Да, сэр". Пибоди послушно достала свой ПКП. "Стайлз, Кеннет, пятидесяти шести лет, редкий уроженец Нью-Йорка. Родился и вырос в Мидтауне. Родители были артистами. Судимости нет. Обучался у частного репетитора до среднего уровня с дополнительными занятиями по драматургии, сценическому дизайну, костюмированию и ораторскому искусству."

"Упс. Итак, у нас в руках серьезный актер ".

"Первое выступление в возрасте двух лет. Парень выиграл кучу наград. Всегда живая сцена. Нет видео. Художник, как я предполагаю. Вероятно, темпераментный и эмоциональный ".

"Разве это не будет весело. Работал ли он с Драко раньше?"

"Несколько раз. Пару раз с Мэнсфилдом. Последний раз в Лондоне. На данный момент он не женат. Имел двух супругов и одного официального партнера по совместному проживанию. Все женского пола".

Ева поискала глазами место для парковки, отвергла эту идею и подъехала к фасаду послевоенного здания на Парк-стрит. Прежде чем она вышла, швейцар в форме был рядом с ней.

"Прошу прощения, мадам, здесь запрещено парковаться".

"А это значок". Она подняла свой щит. "Кеннет Стайлз?"

"Мистер Стайлз занимает квартиру на пятидесятом этаже. Пять тысяч. Дежурный оправдает вас. Мадам- "

"Здесь написано "мадам"?" Спросила Ева и подождала, пока глаза швейцара скользнут вниз, чтобы прочитать ее значок.

"Прошу прощения, лейтенант, могу я распорядиться, чтобы ваш автомобиль был поставлен в гараж на время вашего визита?" Камердинер вернет его, когда вы будете готовы уйти ".

"Это хорошее предложение, но если бы я дал вам код зажигания, мне пришлось бы арестовать себя. Это остается прямо здесь ".

Ева достала свой значок и вошла в здание, оставив швейцара печально смотреть на ее зеленое в горошек полицейское удостоверение.

Трудно было винить его. Вестибюль был пышным и элегантным, с блестящей латунью и острыми белыми цветами. Огромные квадраты полированной черной плитки покрывали пол. За длинным белым прилавком высокая, стройная женщина грациозно сидела на табурете и сияла приветливой улыбкой.

"Доброе утро. Как я могу направить вас?"

"Кеннет Стайлз". Ева положила свой значок на стойку рядом с латунным горшком, полным цветов.

"Мистер Стайлз ожидает вас, лейтенант Даллас?"

"Лучше бы он был".

"Всего одну минуту, пожалуйста". Она переключилась на 'линк, ее улыбка не померкла, голос сохранял тот же ровный и приятный тон дорогого и хорошо запрограммированного дроида. "Доброе утро, мистер Стайлз. У меня есть лейтенант Даллас и компаньонка за стойкой в вестибюле. Могу ли я оправдать их?" Она немного подождала. "Спасибо тебе. Хорошего дня".

Отвернувшись от 'link, она указала в сторону восточного ряда лифтов. "Крайняя правая машина свободна для вас, лейтенант. Наслаждайся своим днем ".

"Еще бы. Раньше я удивлялась, почему Рорк не использовал больше дроидов ", - сказала она Пибоди, когда они пересекали черную плитку. "Затем я сталкиваюсь с подобным, и я понимаю. Такая вежливость просто чертовски пугает ".

Подъем на пятидесятый этаж был достаточно быстрым, чтобы у Евы екнуло в животе и заложило уши. Она никогда не понимала, почему люди приравнивают рост к роскоши.

Другой дроид ждал их, когда двери открылись. Ева сделала вывод, что один из служащих Стайлза был облачен в такой строгий и официальный наряд, что рядом с ним наводящий ужас Соммерсет выглядел как спящий на тротуаре. Его серо-стальные волосы были зачесаны назад и сочетались с густыми усами, которые подчеркивали его худое, костлявое лицо. Черный цвет его брюк и длинного пиджака оттенялся белоснежными перчатками.

Он поклонился, затем заговорил сочным голосом с сильным английским акцентом. "Лейтенант Даллас и офицер полиции, мистер Стайлз ожидает вас. Сюда, пожалуйста".

Он провел их по коридору к двойным дверям, которые открывались в угловую квартиру. Первое, что увидела Ева, когда вошла, было широкое окно в стене, которое выходило на оживленный уличный трафик Нью-Йорка. Она пожалела, что Стайлз не задернул ширму приватности.

Сама комната была пестрой, рубины, изумруды и сапфиры переплетались в узоре на широкой U-образной нише для разговоров. В центре был бассейн из белого мрамора, где толстые золотые рыбки плавали скучающими кругами среди листьев кувшинок.

Сильный аромат цитрусовых разносится из аккуратного леса карликовых апельсиновых и лимонных деревьев, усыпанных фруктами. Пол представлял собой яркий геометрический узор цвета, который при ближайшем рассмотрении превратился в эротическую оргию обнаженных тел в изобретательных формах совокупления.

Ева прошла по синим грудям и зеленым членам туда, где Стайлз развалился - как ей показалось, позировал - в шафрановом пыльнике на щиколотках.

"В каком-нибудь месте".

Он улыбнулся, и на его морщинистом лице появилось удивительно милое выражение. "Зачем жить без драмы? Могу я предложить вам что-нибудь, прежде чем мы начнем, лейтенант?"

"Нет, спасибо".

"Это будет все, Уолтер". Он отпустил дроида взмахом руки, затем жестом пригласил Еву сесть. "Я понимаю, что для вас это рутина, лейтенант Даллас, но для меня это новая и, признаюсь, захватывающая территория".

"То, что у тебя на глазах убили партнера, возбуждает?"

"После первоначального шока, да. В человеческой природе находить убийство волнующим и завораживающим, вы так не думаете? Иначе почему это так хорошо воспроизводится на протяжении веков?" Его глаза были глубокими, темно-карими и очень проницательными.

"Я мог бы пойти по любому пути в этом интервью. Я очень опытный актер. Я мог быть поверженным, нервным, испуганным, сбитым с толку, опечаленным. Я выбрал честность ".

Она подумала о Карли Ландсдаун. "Кажется, это происходит по кругу. Включай запись, Пибоди, - сказала она и села.

И погрузился в облака подушек. Проглотив клятву, Ева приподнялась и села на край дивана. Уравновешенная, она зачитала соответствующие данные и выдала стандартное предупреждение.

"Понимаете ли вы свои права и обязанности в этом вопросе, мистер Стайлз?"

"Действительно, верю". Эта милая улыбка снова появилась на его лице. "Могу ли я сказать, что вы прочли свои реплики с авторитетом и щегольством, лейтенант".

"Ну и дела, спасибо. Итак, какие у вас были отношения с Ричардом Драко?"

"Профессиональные партнеры. На протяжении многих лет мы время от времени работали вместе, совсем недавно в спектакле, вчера состоялась необычная премьера ".

О да, подумала Ева. Он наслаждается этим. Доит это. "А ваши личные отношения?"

"Я не знаю, был ли у нас один, в том смысле, который, я полагаю, вы имеете в виду. Актеры часто..." Он сделал неопределенный жест рукой и заставил браслет-манжету с разноцветным камнем на своем запястье весело замигать. "Вы могли бы сказать, что тяготеете друг к другу: "Схожие умы, похожие эго". Мы вступаем в брак друг с другом с какой-то удручающей регулярностью. Это редко длится долго, как и временная дружба и другие интимные отношения между игроками на одной сцене ".

"Тем не менее, вы знали его несколько лет".

"Знал его, конечно, но мы никогда не были друзьями, скажем так. На самом деле..." Он снова сделал паузу, его глаза блестели так же счастливо, как и его браслет. "Я презирал его. Ненавидел его. Обнаружил у него особенно мерзкую форму жизни".

"По какой-то конкретной причине?"

"По множеству очень специфических причин". Стайлз наклонился вперед, как бы делясь секретами. "Он был эгоистичным, эгоцентричным, грубым, заносчивым. Все эти черты, которые я мог бы простить, даже оценить, поскольку нам, действующим, требуется определенный блеск тщеславия, чтобы делать то, что мы делаем. Но под блеском Ричарда скрывалась неприкрытая злобность духа. Он был пользователем, лейтенант, тем, кто не так тихо радовался сокрушению сердец и душ. Я ни в малейшей степени не сожалею о его смерти, хотя я сожалею о способе его о-о-такой-своевременной кончины ".

"Почему?"

"Пьеса была блестящей, и моя первая роль мне понравилась. Этот инцидент отложит, если не отменит, остальную часть пробега. Это очень неудобно ".

"Это получит большую огласку. Это не причинит тебе вреда ".

Стайлз провел кончиком пальца по своему подбородку. "Естественно, нет".

"И когда спектакль возобновится, он будет заполнять зал вечер за вечером".

"Вот это".

"Таким образом, его смерть, столь драматичная и публичная, в некотором смысле является преимуществом".

"Умно", - пробормотал он, теперь присматриваясь к ней более пристально. "Это умно продумано. У нас здесь пьеса внутри пьесы, лейтенант, и вы хорошо ее пишете ".

"У вас был доступ к реквизитному ножу. И достаточно времени, чтобы совершить подмену ".

"Полагаю, что да. Что за мысль." Он несколько раз моргнул, как будто обрабатывая новые данные. "Я подозреваемый. Как забавно! Я видел себя свидетелем. Так, так. Да, я полагаю, у меня была возможность, но не было реального мотива."

"Вы официально заявили, что ненавидели Ричарда Драко".

"О, мой дорогой лейтенант, если бы я подстроил смерть каждого человека, который мне не нравился, сцена была бы усеяна телами. Но факт в том, что, как бы сильно я ни ненавидел Ричарда на личном уровне, я восхищался его талантом. Он был исключительным художником, и это единственная причина, по которой я согласился работать с ним снова. Мир, возможно, избавился от отвратительного, недалекого человека, но театр потерял одно из своих самых ярких светочей ".

"И ты, один из твоих самых жестких конкурентов".

Брови Стайлза приподнялись. "Действительно, нет. Мы с Ричардом были совершенно разными людьми. Я не помню, чтобы мы когда-либо боролись за одну и ту же роль ".

Ева кивнула. Было бы достаточно легко проверить эти данные. Она сменила тактику. "Какие у вас отношения с Арееной Мэнсфилд?"

"Она мой друг, которым я восхищаюсь как женщиной и как коллегой". Он опустил глаза, покачал головой. "Это дело для нее очень сложное. Несмотря на все это, она хрупкое создание. Я надеюсь, ты подумаешь об этом ".

Его глаза, теперь более темные, с оттенками гнева в них, вернулись к Еве. "Кто-то ужасно использовал ее. Я могу сказать вам вот что, лейтенант. Если бы я решил убить Ричарда Драко, я бы нашел способ сделать это без участия друга. Прошлой ночью на сцене было две жертвы, и мое сердце разрывается из-за нее ".

***

"Оператор", - пробормотала Ева, когда они спускались на уровень вестибюля. "Ловкий, умный и самодовольный. Из всех актеров у него больше всего опыта. Он знает театр вдоль и поперек ".

"Если он действительно друг Мэнсфилд, мог ли он подстроить это так, чтобы она убила Драко? Подбросил оружие в ее гримерную?"

"Почему нет?" Ева вышла из здания, бросив швейцару презрительный взгляд. "Это театрально, и если вы повернете все вокруг, растение было настолько очевидным, что выглядит как растение. Итак..." Она села за руль, побарабанила по нему пальцами и нахмурилась. "Кто бы ни подбросил это, он хотел, чтобы мы нашли это, хотел, чтобы мы знали, что это было подложено туда, чтобы бросить подозрение на Мэнсфилда. В противном случае, это просто глупо, а тот, кто организовал убийство, - нет. Я хочу знать, кто работал за кулисами, кто хотел быть на нем. Давайте посмотрим, сколько разочарованных актеров выполняли техническую работу над этим фильмом ".

Ева отъехала от обочины. "Бросьте этот мяч Фини", - приказала она Пибоди и воспользовалась связью в своей машине, чтобы связаться с моргом.

Морс, главный судебно-медицинский эксперт, появился на экране. Его роскошные волосы были зачесаны назад, чтобы продемонстрировать пару золотых и серебряных колец в правом ухе. "Я ожидал тебя, Даллас. Вы, копы, чертовски требовательны ".

"Мы кайфуем, приставая к мертвым врачам. Что у тебя есть на Драко?"

"Он совершенно искренне мертв". Морс слабо улыбнулся. "Единственное колотое ранение в сердце сделало свое дело быстро и аккуратно. Других ранений или увечий нет. За эти годы он проделал отличную работу по лепке тела, а недавно ему сделали тоник для живота. На мой взгляд, практикующий врач высшей категории, поскольку лазерные метки микроскопические. Его печень показывает некоторое восстановление. Я бы сказал, что ваш парень был серьезным алкоголиком и прошел по крайней мере одну процедуру для восстановления сил. Однако на момент смерти в его организме была небольшая доза нелегалов. Экзотика и пикантность, с супом из Зевса. Он допил это двойной порцией неразбавленного скотча."

"Адская комбинация".

"Еще бы. Этот парень был серьезным насильником, который продолжал платить за то, чтобы его тело вернулось в форму. Такой цикл в конечном итоге берет свое, но даже при таких темпах у него, вероятно, было еще двадцать хороших лет ".

"Больше нет. Спасибо, Морс ".

"Есть ли шанс получить для меня места, когда этот спектакль возобновят? У тебя есть связи", - добавил он, подмигнув.

Она слегка вздохнула. "Я посмотрю, что я могу сделать".

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Путешествие от разреженного воздуха верхнего города Стайлза к аромату перевернутых мусороперерабатывающих заводов и немытых шпал на тротуарах Alphabet City заняло больше, чем несколько кварталов. Они оставили высокие здания с их швейцарами в униформе, нетронутыми глайдкартами и безмятежным воздушным движением ради сборных домов, покрытых сажей комплексов, громыхающих автобусов maxibus и уличных воришек с хитрыми глазами.

Ева сразу почувствовала себя как дома.

Майкл Проктор жил на четвертом этаже одного из домов, беспорядочно построенных после разрушений во время городских войн. Во время выборов городские власти произносили возвышенные речи об оживлении района, давали волнующие обещания вести добрую борьбу с запущенностью, преступностью и общим упадком этого больного сектора города.

После выборов все дело отправилось обратно в канализацию гнить и дозревать до следующего срока.

Тем не менее, люди должны были где-то жить. Ева представила себе испытывающего трудности актера, которому удавались эпизодические роли и дублеры, который не мог позволить себе много платить за жилье.

Первоначальная проверка Евы показала, что Майкл Проктор в настоящее время на шесть недель просрочил арендную плату и подал заявление на получение всеобщей жилищной помощи.

Что означало отчаяние, размышляла она. Большинство заявителей в UHA были настолько задушены, настолько погрязли в бюрократической волоките, намотанной липкими пальцами бюрократов, что они, спотыкаясь, уходили в ночь и были жалко благодарны за то, что нашли кровать в одном из приютов.

Она воображала, что, заняв место Драко, черт возьми, это значительно повысило бы зарплату Проктору. Деньги были старым мотивом, столь же испытанным, сколь и правдивым.

Ева подумывала припарковаться дважды на Седьмой улице, затем, заметив свободное место на втором уровне улицы, вошла в быстрый вертикальный подъем, отчего Пибоди взвизгнула, и рванула вперед, чтобы втиснуться между ржавым седаном и потрепанным аэроциклом.

"Отличная работа". Пибоди стукнула кулаком по сердцу, чтобы оно снова заработало.

Ева включила индикатор дежурства, чтобы держать дроидов-счетчиков на расстоянии, затем побежала вниз по пандусу на уровень улицы. "Этот парень мог получить что-то осязаемое от смерти Драко. У него хороший шанс на главную роль - пусть и временно. Это дает ему эго, карьеру и финансовую поддержку в одном флаконе. В его досье ничего не всплыло, но каждый преступник должен с чего-то начинать."

"Мне нравится ваш оптимистичный взгляд на человечество, сэр".

"Да, я действительно люблю людей". Она взглянула на уличного хастлера на воздушных коньках, посмотрела на его широкую холщовую сумку через плечо. "Эй!" Она ткнула в него пальцем, когда он ссутулился и надулся. "Вы затеяли эту игру на этом углу, я буду оскорблен. Сними это, минимум в двух кварталах, и я притворюсь, что не видел твоего уродливого лица ".

"Я просто пытаюсь зарабатывать на жизнь".

"Пройди два квартала".

"Черт". Он переложил свою сумку, затем умчался прочь, направляясь на запад сквозь вздымающийся пар от глиссера.

Пибоди с надеждой шмыгнула носом. "Эти соевые сосиски пахнут свежестью".

"Они не были свежими уже десять лет. Положи свой желудок на паузу ".

"Я не могу. У него есть собственный разум ". С тоской оглянувшись на глайдкар, Пибоди последовала за Евой в грязное здание.

Когда-то это место могло похвастаться определенным уровнем безопасности. Но замок на наружных дверях был высверлен, вероятно, каким-то предприимчивым ребенком, который теперь был достаточно взрослым для получения пенсионного пособия. Фойе было шириной с портшез и цвета засохшей грязи. Старые почтовые отделения были поцарапаны и сломаны. Над одним, обнадеживающими красными чернилами, был М. Проктор.

Ева взглянула на тощий лифт, путаницу необработанных проводов, торчащих из панели управления. Она отмахнулась от этого и направилась вверх по лестнице.

Кто-то плакал долгими, жалкими рыданиями. Из-за двери на втором уровне доносились грохочущие звуки футбольного матча на арене и чья-то грязная ругань по поводу неудачной игры. От нее пахло плесенью, затхлой мочой и сладким ароматом старого Зонера.

На третьем уровне звучала классическая музыка, что-то, что она слышала в исполнении Рорка. Сопровождающие это были ритмичные удары.

"Танцовщица", - сказала Пибоди. "У меня есть двоюродный брат, который попал в Региональную балетную труппу в Денвере. Кто-то делает шутки. Раньше я хотел быть одним из них ".

"Танцовщица?" Ева оглянулась. Щеки Пибоди были хорошенькими и розовыми от подъема.

"Да, ну, когда я был ребенком. Но у меня нет телосложения. Танцоры сложены больше как вы. Я ходила на балет с Чарльзом пару недель назад. Все балерины были высокими и худыми. Меня тошнит от этого".

"Хммм". Это был самый безопасный ответ, когда Пибоди упомянула о своей связи с лицензированным компаньоном Чарльзом Монро.

"Я сложен больше как оперный певец. Крепкий, - добавила Пибоди с гримасой.

"Ты теперь увлекаешься оперой?"

"Я был несколько раз. Все в порядке ". Она облегченно выдохнула, когда они достигли четвертого этажа, и попыталась не раздражаться из-за того, что Ева не запыхалась. "Чарльзу нравятся эти культурные штучки".

"Должно быть, ты занят, жонглируя им и Макнабом".

Пибоди ухмыльнулась. "Я думал, что в вашей реальности не было меня и Макнаба".

"Заткнись, Пибоди". Раздраженная Ева постучала в дверь Проктора. "Это было фырканье?"

"Нет, сэр". Пибоди втянула это в себя и попыталась выглядеть серьезной. "Абсолютно нет. Я думаю, что у меня урчит в животе ".

"И это тоже заткнись". Она подняла свой значок, когда услышала шаги, приближающиеся к двери и глазку. В здании не была предусмотрена звукоизоляция.

Последовала серия щелчков и позвякиваний. Она насчитала пять отключенных ручных замков, прежде чем дверь открылась.

Лицо, которое просунулось в щель, было примером Божьей щедрости. Или действительно хороший скульптор лица. Бледно-золотистая кожа натянута и гладка на длинных скулах и героической квадратной челюсти, на которой виднелась ямочка. Рот был полным и твердым, нос узким и прямым, а глаза - истинно зеленого цвета органических изумрудов.

Майкл Проктор украсил этот подарок шелковистым потоком густых каштановых волос, убранных в несколько ниспадающих мальчишеских локонов. Пока его глаза перебегали с Евы на Пибоди и обратно, он провел длинными пальцами по массе волос, убирая их обратно, прежде чем изобразить неуверенную улыбку.

"Um... Лейтенант Хьюстон."

"Даллас".

"Верно. Я знал, что это было где-то в Техасе ". От нервов его голос срывался на словах, но он отступил назад, расширяя проход. "Я все еще довольно потрясен. Я продолжаю думать, что все это какая-то ошибка ".

"Если это так, то это навсегда". Ева осмотрела то, что было в квартире. В одноместной комнате стояло потрепанное кресло для сна, которое Проктор не потрудился починить за день, узкий столик, на котором стояла дешевая комбинация телевизора и компьютера, торшер с порванным абажуром и комод на стене с тремя выдвижными ящиками.

Она предположила, что для некоторых актерская игра не была прибыльной.

"Эм... позвольте мне достать... эм". Слегка покраснев, он открыл длинный шкаф, пошарил внутри и в конце концов достал маленький складной стул. "Извините. Я не делаю здесь ничего, кроме как сплю, так что это не подходит для компании ".

"Не думай о нас как о компании. Запись продолжается, Пибоди. Вы можете сесть, мистер Проктор, если вам так удобнее."

"I'm..." Его пальцы танцевали друг с другом, кончики к кончикам. "Я в порядке. Я действительно не знаю, как это сделать. Я никогда не снимался ни в каких полицейских драмах. Я предпочитаю сниматься в исторических пьесах или романтических комедиях ".

"Хорошо, что я работала в нескольких полицейских драмах", - мягко сказала Ева. "Ты просто отвечай на вопросы, и у нас все будет хорошо".

"Хорошо. Хорошо." Оглядев комнату, как будто он никогда не видел ее раньше, он, наконец, сел на стул. Скрестил ноги, разогнул их. С надеждой улыбнулся.

Он выглядел, подумала Ева, как какой-нибудь школьник, вызванный в кабинет директора за незначительное нарушение.

"Даллас, лейтенант Ева, в беседе с Проктором, Майкл, в резиденции объекта. Пибоди, офицер Делия, в качестве помощника."

Наблюдая за Проктором, она процитировала исправленную Миранду. Слушая, он постукивал пальцами по коленям и преуспел в том, чтобы выглядеть виноватым, как человек с шестью унциями Zeus в каждом кармане.

"Понимаете ли вы свои права и обязанности в этом вопросе?"

"Да, я думаю. Нужен ли мне адвокат?" Он посмотрел на Еву, как щенок, который надеется, что его не ударят по носу за то, что он испачкал ковер. "У меня есть представитель, театральный представитель. Может быть, мне следует позвонить ей?"

"Это зависит от тебя". И потратил бы время впустую и усложнил бы дело. "Вы можете запросить его в любое время во время интервью. Если вы предпочитаете, мы можем перенести процесс в Центр ".

"Ну что ж. Боже." Он выдохнул, взглянул на свой линк. "Я не думаю, что буду беспокоить ее сейчас. Она очень занята ".

"Почему бы тебе не начать с рассказа о том, что произошло прошлой ночью".

"Ты имеешь в виду..." Он заметно вздрогнул. "Я был за кулисами. Сцена оставлена. Это было блестяще, просто блестяще. Я помню, как подумал, что если бы пьеса шла долго, у меня был бы шанс сыграть Воула. Драко был обречен пропустить одно-два представления по пути ..."

Он замолчал, выглядел ошеломленным, затем потрясенным. "Я не хочу сказать... Я никогда не желал, чтобы с ним случилось что-то плохое. Я больше думал о том, что он простудится или что-то в этом роде, или, может быть, ему просто нужен выходной. Вот так."

"Конечно. И что вы видели из-за кулис, слева от сцены, в последней сцене?"

"Он был совершенен", - пробормотал Проктор, его глубокие зеленые глаза стали мечтательными. "Высокомерный, беспечный, гладкий. То, как он праздновал свое оправдание, даже когда выбросил Кристин, как ненужную кость. Его удовольствие от победы, от обхода системы, от того, что он всех одурачил. Затем шок, потрясение в его глазах, в его теле, когда она набросилась на него с ножом. Я наблюдал, зная, что никогда не смогу достичь таких высот. Никогда не найду так много в себе. Я не понимал, что даже после того, как все сломали характер, это не прижилось ".

Он поднял руки, позволил им упасть. "Я еще не уверен, что это произошло".

"Когда ты понял, что Драко не притворялся?"

"Я думаю- я думаю, когда Ареена закричала. По крайней мере, тогда я знал, что что-то было ужасно неправильно. Затем все произошло так быстро. Люди бежали к нему и кричали. Они опустили занавес, очень быстро", - вспоминал он. "И он все еще лежал там".

Тяжело вскакивать и кланяться, когда в твоем сердце восемь дюймов стали. Ева подумала. "Каковы были ваши личные отношения с Ричардом Драко?"

"Я не думаю, что у нас был один".

"У вас не было личных бесед с ним, никаких взаимодействий?"

"Ну, эм..." Пальцы снова начали танцевать. "Конечно, мы разговаривали пару раз. Боюсь, я разозлил его ".

"Каким образом?"

"Видите ли, лейтенант, я наблюдаю. Люди, - добавил он с еще одной из своих неуверенных улыбок. "Развивать типы характера, учиться. Я думаю, что мое наблюдение за ним отпугнуло Драко, и он сказал мне держаться подальше от его глаз или ... Или он, хммм, он проследил бы за тем, чтобы единственной актерской работой, которую я получил, были секс-голограммы. Я сразу же извинился ".

"И?"

"Он бросил в меня пресс-папье. Бутафорское пресс-папье на столе сэра Уилфреда." Проктор поморщился. "Он промахнулся. Я уверен, что он хотел этого ".

"Это, должно быть, вывело тебя из себя".

"Нет, не совсем. Мне было стыдно, что я разозлил его во время репетиции. Ему пришлось взять отгул на остаток дня, чтобы успокоиться ".

"Парень угрожает твоим средствам к существованию, бросает в тебя пресс-папье, и ты не злишься?"

"Это был Драко". Тон Проктора был почтительным. "Он - он был - одним из лучших актеров столетия. Вершина. Его темперамент является частью - был частью - того, что сделало его тем, кем он был ".

"Ты восхищался им".

"О да. Я изучал его работы, сколько себя помню. У меня есть диски и записи всех его пьес. Когда у меня появился шанс стать дублером Воула, я ухватился за это. Я думаю, что это поворотный момент в моей карьере ". Теперь его глаза сияли. "Всю свою жизнь я мечтал выйти на ту же сцену, что и Ричард Драко, и вот я там".

"Но ты бы не вышел на сцену, если бы с ним что-нибудь не случилось".

"Не совсем". В своем энтузиазме Проктор наклонился вперед. Дешевый стул зловеще заскрипел. "Но мне пришлось репетировать те же реплики, те же блокировки, знать те же реплики. Это было почти как быть им. В некотором смысле. Ты знаешь."

"Теперь у тебя будет шанс наступить на его - как вы это называете - метку, не так ли?"

"Да". Улыбка Проктора была ослепительной и быстро исчезла. "Я знаю, как ужасно, как эгоистично и холодно это должно звучать. Я не это имел в виду ".

"У вас возникли некоторые финансовые трудности, мистер Проктор".

Он покраснел, поморщился, попытался снова улыбнуться. "Да, ах, ну... В театр идут не за деньгами, а за любовью".

"Но деньги пригодятся для таких вещей, как еда и сохранение крыши над головой. Ты задолжал за аренду ".

"Немного".

"За работу дублера платят достаточно, чтобы ты был в курсе своей арендной платы. Вы играете в азартные игры, мистер Проктор?"

"О, нет. Нет, я не знаю ".

"Просто небрежно обращался с деньгами?"

"Я так не думаю. Я инвестирую, вы видите. Во мне самом. Уроки актерского мастерства и озвучки, уход за телом, оздоровительные процедуры. Они стоят недешево, особенно в городе. Я полагаю, все это кажется вам несерьезным, лейтенант, но это часть моего ремесла. Инструменты ремесла. Я подумывал о работе на полставки, чтобы помочь покрыть расходы ".

"Нет необходимости рассматривать это сейчас, не так ли? Убрав Драко с дороги ".

"Я полагаю, что нет". Он сделал паузу, обдумывая это. "Я не был уверен, как я собирался распорядиться временем. Так будет легче - - Он замолчал, втянув воздух. "Я не имею в виду то, как это звучит. Просто, следуя твоему образу мыслей, я немного расслабляюсь. Я привык обходиться без денег, лейтенант. Как бы то ни было, театр потерял одного из своих лучших и одного из моих личных кумиров. Но, думаю, мне было бы легче, если бы я сказал - если бы я был честен и сказал, - что какая-то часть меня взволнована мыслью, что я буду играть Воула. Даже временно".

Он вздохнул, долго и громко, закрыл глаза. "Да, да, я действительно чувствую себя лучше. Хотя я бы хотел, чтобы он просто простудился ".

***

В голове Евы слегка пульсировало, когда она поднималась по ступенькам к своей машине. "Никто не бывает настолько наивен", - пробормотала она. "Никто не бывает настолько простодушен".

"Он из Небраски". Пибоди проверила свое карманное устройство.

"Откуда?"

"Небраска". Пибоди неопределенно махнула рукой на запад. "Мальчик с фермы. Снялся во многих региональных театрах, в нескольких видеороликах, рекламных щитах, эпизодических ролях на экране. Он прожил в Нью-Йорке всего три года ". Она забралась в машину. "В Небраске их все еще выращивают довольно бесхитростно. Я думаю, это все из-за сои и кукурузы ".

"Как бы то ни было, он остается в коротком списке. Его гонорар за участие в роли Воула - это большой шаг вперед по сравнению с наблюдением за кулисами. Он живет как временный в этой дыре. Деньги - это мотиватор, как и амбиции. Он хотел быть Драко. Что может быть лучше, чем устранить Драко?"

"У меня есть одна идея".

Ева взглянула на свое наручное устройство, чтобы проверить время, когда она влилась в поток машин. Чертова пресс-конференция. "Который из них?"

"Ладно, это скорее теория".

"Выкладывай это".

"Если это вкусно, можно мне соевую собачку?"

"Христос. Какова теория?"

"Итак, они все актеры в пьесе. Хороший актер проникает в образ во время представления. Остается там. Все это происходит непосредственно, но другая часть из них отстранена - оценивает выступления, вспоминает постановку, улавливает вибрации аудитории и тому подобное. Моя теория заключается в том, что тот, кто подменил ножи, выступал ".

"Да, совершал убийство".

"Конечно, но это как бы другой уровень. Они могли бы быть частью спектакля и наблюдать за происходящим, на самом деле не совершая преступления. Цель достигнута, и все это по-прежнему роль. Даже если это сделал техник, все это часть игры. Воул мертв. Он должен быть. Тот факт, что Драко тоже мертв, просто делает это еще более приятным ".

Ева обдумала это, затем притормозила на следующем углу, где дымился и шипел глайдкар.

"Значит, это хорошая теория?"

"Это достойно. Возьми свою соевую собаку ".

"Тебе что-нибудь нужно?"

"Кофе, но не из этого автобуса с жуками".

Пибоди вздохнула. "Вау, это определенно возбуждает мой аппетит". Но она вышла, прорвалась сквозь поток пешеходов и заказала двойной соевый соус и мега-тюбик диетической колы, чтобы убедить себя, что следит за своим весом.

"Теперь доволен?" - Спросила Ева, когда Пибоди откинулась на пассажирское сиденье и засунула собачий конец в рот.

"Ммм. Хорошо. Хочешь укусить?"

От язвительного ответа Пибоди спас звуковой сигнал автоответчика. Надин Ферст, репортер 75 канала, появилась на экране. " Даллас. Мне нужно поговорить с тобой, как только ты сможешь справиться ".

"Да, держу пари". Ева проигнорировала передачу и завернула за угол, чтобы вернуться в Центральный. "Почему она думает, что я дам ей эксклюзивный тет-а-тет перед запланированной пресс-конференцией, я не знаю".

"Потому что вы друзья?" Пибоди рискнула, набив рот соевым соусом и регидратированными луковыми хлопьями.

"Никто не бывает настолько дружелюбным".

"Даллас". Красивое, готовое к съемке лицо Надин было напряженным, как с легким любопытством отметила Ева, из-за ее идеально поставленного голоса. "Это важно, и это ... личное. Пожалуйста. Если вы просматриваете передачи, дайте мне передышку здесь. Я встречу тебя везде, где ты скажешь, когда ты скажешь ".

Выругавшись, Ева включила передачу. "Синяя белка. Сейчас."

" Даллас - "

"Я могу дать вам десять минут. Сделай это быстро ".

***

Прошло некоторое время с тех пор, как она заходила в "Синюю белку". По мере развития косяков становилось хуже, но ненамного. Тем не менее, у dingy club была какая-то сентиментальная привязанность к Еве. Одно время ее подруга Мэвис выступала там, скользя, подпрыгивая и выкрикивая песни в костюмах, которые не поддавались описанию.

И однажды, во время сложного и запутанного дела, Ева вошла с единственной целью - упиться своим разумом до состояния кашицы.

Там Рорк выследил ее, вытащил до того, как она смогла выполнить задание. Той ночью она впервые оказалась в его постели.

Секс с Рорком, как она обнаружила, гораздо лучше превращал разум в кашу, чем толпа крикунов.

Итак, the Squirrel, с его спорным меню и незаинтересованными официантами, оставил о себе приятные воспоминания.

Она скользнула в кабинку, подумывая заказать отвратительный предлог для кофе в память о старых временах, затем увидела, как вошла Надин.

"Спасибо". Надин стояла у кабинки, медленно разматывая с шеи яркий разноцветный шарф. Ее пальцы теребили длинную темную челку. "Пибоди, ты не могла бы уделить нам минутку?"

"Нет проблем". Пибоди вытолкнула себя из кабинки и, поскольку глаза Надин были затуманены, быстро, ободряюще сжала руку репортера. "Я просто пойду посижу в баре и посмотрю голоигры".

"Спасибо. Прошло много времени с тех пор, как мы были здесь в последний раз ".

"Никогда не бывает достаточно долгим", - прокомментировала Ева, когда Надин заняла свое место за шатким столом. При приближении официанта Ева просто достала свой значок и положила его на столе на виду. Она не думала, что она или Надин были в настроении перекусить, не говоря уже о возможном птомаине. "В чем проблема?"

"Я не уверен. Может быть, его и нет ". Надин закрыла глаза, откинула назад волосы.

Ева заметила, что она добавила в него несколько светлых прядей. Она никогда не могла понять, почему люди всегда меняют цвет. Все это обслуживание сбивало ее с толку.

"Ричард Драко", - сказала Надин.

"Я не собираюсь обсуждать с вами это дело". Ева одним нетерпеливым движением схватила свой значок. "Пресс-конференция в тысяча четырнадцать ноль-ноль".

"Я спала с ним".

Ева сделала паузу в процессе выхода из кабинки, откинулась назад и внимательнее вгляделась в лицо Надин. "Когда?"

"Вскоре после того, как я получил работу в эфире в 75 лет. Я тогда не вел криминальный репортаж. В основном пустые истории, светские тусовки, профили знаменитостей. В любом случае, он связался со мной. Хотел сказать мне, каким хорошим я был, как ему понравилось смотреть мои репортажи. Которые были чертовски убедительными, учитывая, что я ненавидел каждую гребаную минуту этого ".

Она взяла свой шарф, намотала его на руку. Размотал это. Поставь это снова. "Он пригласил меня на ужин. Я была польщена, он был великолепен. Одно привело к другому".

"Хорошо. Это было бы, сколько, пять лет назад?"

"Шесть, на самом деле, шесть." Надин подняла руку, провела пальцами по губам. Ева никогда раньше не видела, чтобы она делала такой жест. Репортерам в прямом эфире не нравилось портить макияж.

"Я сказала, что одно привело к другому, - продолжила она, - но это привело к романтическому. Мы не просто прыгнули в постель. Мы встречались пару недель. Тихие ужины, театр, прогулки, вечеринки. Затем он попросил меня уехать с ним на выходные, в Париж ".

На этот раз Надин просто уронила голову на руки. "О Иисус. Господи, Даллас."

"Ты влюбилась в него".

"О да. Я влюбилась в него. Весь путь. Я имею в виду, что я ушла, глупо влюбленная в сукина сына. Мы были вместе три месяца, и я на самом деле... Даллас, я думал о браке, детях, доме за городом. Весь бал".

Ева поерзала на своем стуле. Эмоциональные заявления всегда заставляли ее чувствовать себя неуклюжей. "Итак, я так понимаю, что ничего не получилось".

Надин на мгновение уставилась на него, затем откинула голову назад с долгим, дрожащим смехом. "Да, можно сказать, что ничего не получилось. Я узнал, что он обманывал меня. Черт возьми, три- и четыре раза подставлял меня. Я поймал репортаж о сплетнях прямо перед выходом в эфир, и там был Ричард, обнимающийся с какой-то пышногрудой блондинкой в каком-то шикарном клубе на окраине города. Когда я спросила его об этом, он просто улыбнулся и сказал, что ему нравятся женщины. Ну и что?

"Ну и что", - пробормотала она. "Этот ублюдок разбил мне сердце, и у него не хватило порядочности солгать мне. Он даже уговорил меня вернуться в постель. Мне стыдно за это. Я позволила ему уговорить меня вернуться в постель, и когда я все еще была мокрой от него, он отвечает на звонок другой женщины. Назначает свидание с ней, пока я лежу там голый ".

"Как долго он находился в больнице?"

Надин выдавила слабую улыбку. "Вот в чем жалость. Я плакал. Я сидел там в его постели и плакал как ребенок ".

"Ладно, мне жаль. Это была грубая сделка. Но это было шесть лет назад."

"Я видел его в ночь, когда он был убит".

"О, черт, Надин".

"Он позвал меня".

"Заткнись. Просто заткнись прямо сейчас. Не говори мне больше ни слова. Позовите адвоката ".

"Даллас". Рука Надин метнулась вперед, и ее пальцы впились в запястье Евы. "Пожалуйста. Мне нужно рассказать тебе все. Тогда мне нужно, чтобы ты сказал мне, в какие неприятности я могу попасть ".

"Черт. Черт. Блядь." Ева ткнула пальцем в меню, в конце концов заказала кофе. "Я не зачитал вам ваши права. Я не собираюсь. Я не могу использовать ничего из того, что ты мне говоришь ".

"Он позвонил мне. Сказал, что думал обо мне, о старых временах. Он поинтересовался, не хочу ли я встретиться. Я начал было посылать его к черту, но понял, что даже спустя столько времени я хотел вернуть что-то свое. Я хотел лично поджечь ему задницу. Итак, я согласился заехать к нему в отель. Я буду у них на дисках системы безопасности ".

"Да, они будут".

"Он заказал ужин на двоих. Этот ублюдок вспомнил, что у нас было на нашем первом свидании. Может быть, он заказывает это на все свои первые свидания. Это было бы в точности на него похоже. Пусть он сгниет в аду".

Она выдохнула. "Ну, я сам вытащил ограничители. Я бы действительно взял себя в руки. Новое платье. Новые волосы. Я позволил ему налить мне шампанского, и мы вели светскую беседу, пока пили. Я знал его ходы. Я вспомнил каждого из них. И когда он провел кончиками пальцев по моей щеке, одарил меня долгим, проникновенным взглядом, я плеснула шампанским ему в лицо и сказала все, что хотела бы сказать шесть лет назад. У нас была ужасная ссора. Разбитое стекло, злобные слова, пара пощечин с обеих сторон ".

"Он перешел к физической близости с тобой?"

"Скорее наоборот, я полагаю. Я дал ему пощечину, он дал мне пощечину в ответ. Затем я ударил его в живот. Это выбило из него дух. Пока он хрипел, я вышел, чувствуя себя действительно хорошо ".

"Будет ли на диске безопасности видно, что вы выглядите растрепанным, взволнованным?"

"Я не знаю". Она снова провела пальцами по губам. "Может быть. Я об этом не подумал. Но, несмотря ни на что, я рад, что пошел. Я рад, что наконец-то смог постоять за себя. Но тогда, Даллас, я совершил действительно большую ошибку ".

Кофе жирно вытекал через прорезь для подачи. Ева просто подтолкнула его к Надин, подождала, пока ее подруга проглотит его.

"Вчера вечером я ходил в театр. Я хотел доказать себе, что могу пойти, увидеть его и ничего не почувствовать ". Кофе был едва тепловатым, но ему удалось прогнать сильнейший озноб из ее живота. "Я сделал. Я ничего не чувствовал. Это было похоже на праздник, когда я, наконец, избавился от этого ублюдка. Я даже, о Боже, я даже пошел за кулисы - воспользовался своим пропуском для прессы - в антракте, чтобы сказать ему ".

"Вы говорили с ним за кулисами прошлой ночью?"

"Нет. Когда я вернулся туда и направился к его раздевалке, мне пришло в голову, что встреча с ним снова сделала его слишком важным. Это только подпитало бы его эго. Итак, я ушел. Я вышел через служебную дверь и совершил долгую прогулку. Я прошелся по некоторым витринам. Я зашел в бар отеля и купил себе бокал вина. Затем я пошел домой. Этим утром я услышал... Я запаниковал. Сказался больным. Меня тошнило весь день, потом я понял, что должен поговорить с тобой. Я должен был сказать тебе. Я не знаю, что делать ".

"Когда ты вернулся, ты направился в раздевалки. Нигде больше?"

"Нет, я клянусь".

"Тебя кто-нибудь видел?"

"Я не знаю. Я представляю. Я не пытался быть невидимым ".

"Я хочу сделать это официально, зафиксировав, что вы пришли ко мне с этой информацией. Так будет лучше для тебя. Тем временем, я хочу, чтобы вы наняли адвоката, хорошего. Сделай это тихо и расскажи представителю все, что ты сказал мне ".

"Хорошо".

"Ты что-нибудь упустила, Надин? Что-нибудь?"

"Нет. Вот и все. Я видел его всего один раз в его гостиничном номере, а затем снова на сцене. Возможно, я был придурком, Даллас, но я прошел долгий путь. И я не трус. Если бы я хотел смерти этого сукиного сына, я бы убил его сам, а не перекладывал это на кого-то другого ".

"О да". Ева взяла кофе, допила его. "Я знаю это. Поговорите с адвокатом. Мы дадим интервью завтра ". Она встала, затем после небольшого колебания похлопала Надин по плечу. "Все будет хорошо".

"Знаешь, что здесь паршиво, Даллас? Я чувствовал себя так чертовски хорошо по поводу всего. С тех пор - ты знаешь, я провожу терапию с Мирой ".

Ева переступила с ноги на ногу. "Да".

"Одна из вещей, к которой мы пришли, это то, что я не была открыта для любви - не настоящей любви - со времен Ричарда. Он действительно запутал меня. Затем прошлой ночью, когда я был в том баре отеля, я понял, что теперь я мог бы быть. Я хотел быть. Неудачное время для всего этого. Спасибо, что выслушали ".

"Не упоминай об этом". Ева сделала знак Пибоди. "Надин, воспринимай это буквально".

ГЛАВА ПЯТАЯ

Календарь утверждал, что весна не за горами, но она медленно приближалась. Ева ехала домой под мелким мокрым снегом, который был почти таким же мерзким, как и ее настроение.

Пресс-конференции раздражали ее.

Единственной хорошей вещью во всем этом, насколько она была обеспокоена, было то, что все закончилось. В промежутке между этим и днем, проведенным в интервью, которые дали ей не более чем смутную картину людей и событий, она была раздражительной и неудовлетворенной.

Факт был в том, что она не должна была идти домой. Было больше работы на местах, которую можно было, нужно было сделать. Но она освободила Пибоди, к большому нескрываемому удовольствию своего помощника.

Это займет час, сказала она себе. Может быть, двое. Немного походите, приведите ее мысли в некое подобие порядка. Она пыхтела и петляла в потоке раздраженных машин и пыталась перекрыть раздражающе щебечущий небесный дирижабль, кричащий о новой весенней моде, поступившей в продажу в Bloomingdale's.

Она попала на светофор и в вонючую струю дыма из глиссера, который в настоящее время горит и которого несчастный оператор поливает гелевой пеной. Поскольку пламя, казалось, было под контролем, она предоставила его самому себе и связалась с Фини по ссылке в своей машине.

"Прогресс?"

"Некоторые. Я раздобыл для вас биографические данные и текущие местоположения, финансовые данные и криминальные досье на актеров и съемочную группу, включая постоянный персонал театра ".

Голос Евы успокоился. "Все?"

"Да". Фини потер подбородок. "Ну, я не могу приписать себе все заслуги. Я же говорил тебе, что нас здесь прикрыли. Рорк передал это дальше ".

Ее возбуждение вернулось. "Рорк?"

"Он связался с нами сегодня днем, полагая, что я буду заниматься поиском. В любом случае, у него были все данные. Сэкономил мне здесь немного времени ".

"Всегда помогаю", - пробормотала она.

"Я выстрелил в ваш офисный блок".

"Прекрасно, великолепно".

Фини продолжал потирать подбородок. Ева начала подозревать, что этот жест был для того, чтобы скрыть усмешку. "Я начал с Макнаба о действующих схемах, вероятностях, процентах. Это длинный список, так что это не будет быстро. Но я полагаю, что к завтрашнему дню у нас должны быть простые исключения, и, скорее всего, список можно будет дополнить результатами вашего собеседования. Как дела?"

"Медленно". Она медленно пересекла перекресток, заметила перерыв в движении и воспользовалась им. Хор клаксонов превысил уровень шумового загрязнения и заставил ее слегка улыбнуться. "Нам удалось изготовить орудие убийства. Обычный кухонный нож. Это пришло прямо из кухни нижнего уровня в театре ".

"Открытый доступ?"

"Для актеров и съемочной группы, не для публики. Я попросил полицейского забрать диски системы безопасности. Мы увидим то, что мы видим. Послушай, я собираюсь сам провести несколько вероятностных сканирований, посмотреть, совпадают ли они с твоими. Завтра у меня должен быть какой-нибудь профиль от Миры. Давайте посмотрим, сможем ли мы сократить число подозреваемых на несколько тысяч. Как далеко продвинулся Макнаб?"

"Он многое понял, прежде чем я задержал его на этот день".

"Ты позволил ему уйти?"

"У него было свидание", - сказал Фини и ухмыльнулся.

Ева поморщилась. "Заткнись, Фини", - приказала она и прервала передачу.

Она размышляла, потому что это заставляло ее чувствовать себя лучше, затем пулей вылетела за ворота дома. Даже в плохую погоду это было великолепно. Может быть, еще великолепнее, подумала она, в этом мраке и серости.

Раскинувшиеся лужайки поблекли от зимы, голые деревья блестели от влаги. Атмосфера, она предполагала, что сказал бы Рорк. Все дело было в атмосфере, и это демонстрировало великолепное сооружение из камня и стекла с его башнями, турелями, множеством террас и балконов, которые он считал своими.

Это место где-нибудь на утесе, размышляла она, с морем, кипящим и бьющимся внизу. Город с его толпами, шумом и подлым отчаянием не мог пробиться через эти высокие железные ворота в оазис, который он построил из осторожности, безжалостности, чистой воли и непреодолимой потребности похоронить страдания своего детства.

Каждый раз, когда она видела это, ее разум состоял из двух конфликтующих частей. Один сказал ей, что ей там не место. Другой сказал ей, что ей больше нигде не место.

Она оставила машину у подножия крыльца, зная, что Соммерсет из принципа загонит ее в гараж. Выпуск "пи-грин Сити" оскорбил его чувства, как она предположила, почти так же сильно, как и она сама.

Она взбежала по ступенькам в своих поцарапанных ботинках и вошла внутрь, к теплу, красоте и всему тому стилю, который можно купить за деньги и который может поддерживать власть.

Соммерсет ждал ее, его худое лицо было суровым, рот сжат в тонкую линию. "Лейтенант. Ты меня удивляешь. Вы прибыли домой своевременно ".

"Неужели тебе нечем заняться получше, чем следить за тем, чтобы я приходил и уходил отсюда?" Она сняла куртку, бросила ее на стойку перил, чтобы позлить его. "Ты мог бы быть на улице, пугая маленьких детей".

Соммерсет фыркнул и, чтобы позлить ее, поднял ее влажную кожаную куртку тонкими кончиками двух пальцев. Он осмотрел его темными, неодобрительными глазами. "Что? Сегодня никакой крови?"

"Это все еще можно устроить. Рорк уже дома?"

"Рорк находится в зоне отдыха нижнего уровня".

"Мальчик и его игрушки". Она прошла мимо него.

"Ты оставляешь мокрые следы на полу".

Она оглянулась, посмотрела вниз. "Что ж, это даст тебе занятие".

Вполне удовлетворенная их вечерним разговором, Соммерсет пошла сушить свою куртку.

Она поднялась по ступенькам, затем прошла через домик у бассейна, где струйки пара призывно танцевали над водой глубокого таинственного синего цвета. У нее мелькнула мысль раздеться догола и нырнуть в воду, но нужно было иметь дело с Рорком.

Она обошла тренажерный зал, раздевалку и небольшую оранжерею. Когда она открыла дверь зоны отдыха, оттуда донесся шум.

По мнению Евы, это была влажная мечта двенадцатилетней девочки. Хотя сама она уже давно перестала мечтать об игрушках в возрасте двенадцати лет. Возможно, Рорк тоже, и именно поэтому, предположила она, он позволил себе сейчас.

Там было два бильярдных стола, три VR-камеры для нескольких человек, множество экранов, предназначенных для передач или игр, небольшая голопалуба и лес ярко раскрашенных, шумных игровых станций.

Рорк стоял у одного из них, удобно расставив длинные ноги, опершись изящными руками по обе стороны от длинной, высотой по пояс, коробки со стеклянной крышкой. Его пальцы ритмично постукивали по чему-то, что казалось большими кнопками. Верхняя часть коробки представляла собой буйство огней.

"Копы и грабители", - прочитала она и вынуждена была закатить глаза, когда завыла пронзительная сирена. Раздался взрыв, в котором она распознала стрельбу, дикий визг шин по асфальту, и синие и красные огни озарили вертикальную длину коробки, когда она начала вращаться.

Ева засунула большие пальцы рук в передние карманы и подошла к нему. "Так вот что ты делаешь со своим временем простоя".

"Привет, дорогая". Он не сводил глаз с пары серебряных шариков, которые проносились и рикошетили под стеклом. "Ты рано вернулся домой".

"Только временно. Я хочу поговорить с тобой ".

"Ммм-хм. Одна минута."

Она открыла рот, чтобы возразить, затем чуть не подпрыгнула, когда зазвенели колокола и вспыхнули огни, похожие на лазеры. "Что, черт возьми, это за штука?"

"Антиквариат - в отличном состоянии. Просто - ублюдок - просто получил это сегодня ". Он слегка задел машину бедром. "Это автомат для игры в пинбол конца двадцатого века".

"Копы и грабители?"

"Как я мог сопротивляться?" Машина угрожающим тоном приказала ему "Стоять!", и Рорк в ответ запустил свой оставшийся шарик по желобу, где он стукнулся о три ромбовидные фигуры, а затем скользнул в лунку.

"Свободный мяч". Он отступил назад, расправил плечи. "Но это может подождать". Когда он наклонился, чтобы поцеловать ее, она хлопнула рукой по его груди.

"Держись, туз. Что вы имеете в виду, говоря о вызове Фини?"

"Предлагаю свою помощь лучшим в Нью-Йорке", - непринужденно сказал он. "Выполняю свой долг заинтересованного гражданина. Дай нам кусочек этого ". С этими словами он привлек ее к себе и прикусил ее нижнюю губу. "Давай сыграем в игру".

"Я первичен".

"Дорогая, ты, безусловно, такая".

"По делу, умник".

"И это тоже. И как таковой, вы бы запросили данные из файлов кинотеатра и переправили их Фини. Теперь это сделано. Твои волосы влажные, - сказал он и понюхал их.

"Идет мокрый снег". Она хотела поспорить, но не видела смысла, когда он был совершенно прав. "Почему у вас есть глубокое прошлое и обширные данные обо всех, кто связан с The Globe и этим производством?"

"Потому что, лейтенант, все, кто связан с "Глобусом" и этим производством, работают на меня". Он отодвинулся, взял бутылку пива, которую поставил рядом с автоматом. "У тебя был неприятный день, не так ли?"

"В основном". Когда он предложил бутылку, она начала качать головой, затем пожала плечами и сделала небольшой глоток. "Я хотел взять пару часов, чтобы прояснить свой разум".

"Я тоже. И у меня есть идеальный метод. Раздень пинбол".

Она фыркнула. "Убирайся".

"Ну что ж, если ты боишься проиграть, я дам тебе фору". Он улыбнулся, когда сказал это, очень хорошо зная свою жену.

"Я не боюсь, что проиграю". Она подтолкнула пиво обратно к нему. Боролся. Потерян. "Насколько велика помеха?"

Все еще улыбаясь, он снял обе свои туфли. "Это и пятьсот очков за мяч - кажется справедливым, поскольку ты новичок".

Она задумалась, изучая машину. "Ты только сегодня получил это, верно?"

"Совсем недавно, да".

"Ты иди первым".

"С удовольствием".

И поскольку ему нравилось наблюдать, как она кипит, соревнуется и теряется в моменте, это оказалось правдой. В течение двадцати минут она потеряла ботинки, носки, оружейный ремень и в настоящее время теряла рубашку.

"Черт возьми! Это дело подстроено ". Потеряв терпение, она навалилась всем весом на тренажер, затем зашипела, когда ее ласты замерзли. "Наклониться? Почему он продолжает говорить мне это?"

"Возможно, ты немного слишком агрессивен. Почему бы мне не помочь тебе с этим, - предложил он и начал расстегивать ее рубашку.

Она оттолкнула его руки. "Я могу это сделать. Ты жульничаешь". Снимая рубашку, она хмуро посмотрела на него. На ней были только майка без рукавов и брюки. "Я не знаю как, но ты жульничаешь".

"Не может быть, чтобы я был просто превосходным игроком".

"Нет".

Он рассмеялся, затем притянул ее к себе. "Я дам тебе еще один шанс здесь и помогу тебе выбраться. Сейчас. - Он положил свои пальцы поверх ее пальцев на кнопки управления. "Ты должен научиться утончать это, а не нападать на это. Идея в том, чтобы держать мяч в движении и в игре ".

"У меня есть идея, Рорк. Ты хочешь, чтобы это разбилось обо все ".

Он мудро подавил смешок. "Более или менее. Хорошо, вот оно."

Он выпустил мяч, наклонился к ней, наблюдая через ее плечо. "Нет, нет, подожди. Вы не просто безумно мечетесь. Подожди этого. - Его пальцы накрыли ее пальцы и заставили маленький серебряный шарик танцевать под звуки автоматического выстрела.

"Я хочу золотые слитки вон там".

"Со временем, всему свое время". Он наклонился, чтобы провести губами по задней части ее шеи. "Ну вот, ты уклонился от патрульной машины и заработал пять тысяч очков".

"Я хочу золото".

"Почему я не удивлен? Давайте посмотрим, что мы можем для вас сделать. Чувствуешь мои руки?"

Он был прижат к ее спине, уютно устроенный. Ева повернула голову. "Это не твои руки".

На его лице сверкнула усмешка. "Ты прав. Это." Медленно он провел этими умными руками вверх по ее телу, по ее груди. Под тонким хлопком он почувствовал, как ее сердце сделало один быстрый скачок. "Ты можешь отказаться". На этот раз его рот переместился к изгибу ее шеи, с легким скрежетом зубов.

"В свином глазу".

Он зажал мочку ее уха зубами, и в результате толчка в ее организме ее пальцы забарабанили по кнопкам. Даже когда она застонала, машина взорвалась у нее под руками.

"Что? Что?"

"Ты получил золото. Бонусные очки." Он потянул за пуговицу ее брюк. "Лишний мяч. Отличная работа ".

"Спасибо". Звонили колокола. В машине, в ее голове. Она позволила ему повернуть ее так, что они оказались лицом к лицу. "Игра не окончена".

"Не совсем". Его рот накрыл ее рот, горячий и властный. Его руки уже скользнули под ее рубашку, чтобы обхватить ее груди. "Я хочу тебя. Я всегда хочу тебя".

Задыхаясь, нетерпеливая, она потянула его за рубашку. "Ты должен был проиграть несколько раз. На тебе не было бы так много одежды ".

"Я запомню это". Потребность возникла так быстро, так созрела, что обожгла. Ее тело было для него сокровищем, его длинные, чистые линии, гладкость мышц, удивительная нежность кожи. Стоя, крепко обмотанный, он погрузился в нее.

Она хотела дать. Никто другой никогда не заставлял ее так отчаянно отдавать. Что бы у нее ни было. Чего бы он ни пожелал. Несмотря на все ужасы ее жизни, на все невзгоды ее работы, это - то, что они приносили друг другу снова и снова - было ее личным чудом.

Она нашла его плоть своими руками - твердую, теплую - и глубоко вздохнула. Она нашла его рот своим - грубым, голодным - и застонала.

Когда она хотела повалить его на пол, он повернулся, спотыкаясь, вместе с ней, пока ее спина не уперлась во что-то прохладное и твердое.

"Посмотри на меня".

Его имя застряло у нее в горле, когда эти умелые пальцы скользнули по ней, в нее, и заставили ее вращаться так же безумно, как серебряный шар под стеклом.

Он наблюдал, как ее глаза затуманились, затем их насыщенный карий цвет стал непрозрачным, когда она кончила. "Еще. Снова." Пока она содрогалась, пока ее руки сжимали его плечи, он завладел ее ртом, проглотив ее крик освобождения.

Его дыхание было таким же прерывистым, как и у нее, когда он взял ее за бедра, приподнял их и погрузился.

Он прижал ее, избил ее систему с удовольствием, слишком возмутительным для разума. Зарядил ее энергией так, что она боролась, чтобы вернуть это, удар за ударом. Когда ее руки соскользнули с его плеч, она подняла их к его волосам, сжав пальцы во всем этом черном шелке.

Они подвозили друг друга, и снова.

***

"Я не проиграл".

Рорк оглянулся и улыбнулся при виде ее симпатичной голой задницы, когда она собирала свою одежду. "Я не говорил, что ты это сделал".

"Ты думаешь об этом. Я слышу, как ты думаешь об этом. У меня просто нет времени заканчивать играть в эту дурацкую игру ".

"Это выдержит". Он застегнул брюки. "Я голоден. Давайте что-нибудь поедим".

"Это должно быть быстро. У меня есть работа. Я хочу пойти и взглянуть на гостиничный номер Драко."

"Тогда все в порядке". Рорк побрел к автомату, поразмыслил и решил, что прохладная, слякотная ночь располагает к чему-нибудь домашнему. Он заказал тушеную говядину с ячменем для них обоих. "Я пойду с тобой".

"Это дело полиции".

"Естественно. Просто снова выполняю свой гражданский долг, лейтенант." Поскольку он знал, что это разозлит ее, он предложил ей миску и улыбнулся. "В конце концов, это мой отель".

"Это было бы так". Поскольку она знала, что он хотел ее разозлить, она откусила кусочек. И обожгла свой язык. Это не было местом преступления, подумала она, сдувая остатки жара со второй ложки. И она могла использовать глаза Рорка, его разум, не то чтобы она хотела это признать.

"Прекрасно". Она пожала плечами. "Но ты держись подальше от моего пути".

Он согласно кивнул. Не то чтобы у него было какое-либо намерение сделать то, о чем она просила. Что в этом было забавного? "Мы заберем Пибоди?"

"Она ушла. У нее было свидание ".

"Ах. С Макнабом?"

Ева почувствовала, как ее аппетит резко ухудшился. "Она не встречается с Макнабом". На удивленный взгляд Рорка она упрямо отправила в рот еще тушеного мяса. "Послушай, может быть, в какой-нибудь альтернативной вселенной, далеко-далеко отсюда, они занимаются сексом. Но они не встречаются. Вот и все ".

"Дорогая, наступает время, каким бы печальным оно ни было для мамы, когда дети должны покинуть дом".

"Заткнись". Она ткнула в него ложкой. "Я серьезно. Они не встречаются, - настаивала она и покончила со своим рагу.

***

Кто-то мог бы назвать ветхую квартиру Иэна Макнаба в Нижнем Вест-Сайде альтернативной вселенной. Это было мужское помещение, плохо оформленное, с большим количеством спортивных сувениров и разбросанной грязной посудой.

Хотя он иногда подумывал запихнуть часть самого страшного мусора в какой-нибудь пыльный шкаф, когда ожидалась женская компания, это было далеко от роскошного пространства дома Рорка, и там сильно пахло переваренным овощным хэшем. Но у него это сработало.

В тот момент, когда его сердце колотилось, а кожа была скользкой от секса, это сработало просто отлично.

"Господи, Пибоди". Он перевернулся на спину, очень похожий на выброшенную на берег форель. Он не потрудился глотнуть воздуха. В его постели была роскошная обнаженная женщина. Он мог бы умереть счастливым человеком. "В тот раз нам пришлось побить рекорд. Мы должны записать это ".

Она лежала там, где была, ошеломленная, как всегда, когда оказывалась в такой ситуации с Йеном Макнабом. "Я не чувствую своих ног".

Он услужливо приподнялся на локте, но поскольку они оказались на кровати крест-накрест, он не мог видеть дальше ее колен. У нее были, как он отметил, действительно симпатичные колени. "Я не думаю, что я их откусил. Я бы запомнил ". Но, крякнув, он скатился вниз, просто чтобы быть уверенным. "Они там, все в порядке, они оба".

"Хорошо. Они понадобятся мне позже ".

Когда шок прошел, она моргнула, уставилась на симпатичный профиль Макнаба и не в первый раз задалась вопросом, когда она сошла с ума.

Я голая в постели с Макнабом. Обнаженный. В постели. Макнаб.

Иисус.

Всегда стесняясь недостатков тела, она потянула за скомканные простыни. "Здесь холодно", - пробормотала она.

"Ублюдочный супер снова отключил главную печь первого марта. Как будто это его деньги. При первой же возможности я перенаправляю систему ".

Он широко зевнул, провел обеими руками по своим длинным и спутанным светлым волосам. Его узкие плечи, казалось, были отягощены всем этим. Пибоди пришлось приказать своим пальцам не тянуться вверх, чтобы поиграть с длинными кольцами красновато-золотого цвета. У него были узкие бедра, правое в настоящее время украшено временной татуировкой в виде серебряной молнии. Оно соответствовало четырем серьгам, мерцающим в мочке его левого уха.

Его кожа была молочно-белой, а глаза - хитро-зелеными. Она все еще не могла понять, почему что-то в нем привлекало ее на физическом уровне, а тем более как она закончила тем, что занималась с ним регулярным и возмутительным сексом, когда вне постели они проводили большую часть своего времени, раздражая друг друга.

Ей хотелось сказать, что он был не в ее вкусе, но она не думала, что у нее действительно был тип. Обычно ей, к сожалению, не везло с мужчинами, как на помойке.

"Мне лучше идти".

"Почему? Еще рано". Когда она села, он наклонился и многозначительно прикусил ее плечо. "Я умираю с голоду".

"Господи, Макнаб, мы только что закончили заниматься сексом".

"Это тоже, но я больше думал о пицце с начинкой". Он знал ее слабости. "Давайте заправимся".

Ее вкусовые рецепторы напряглись, требуя внимания. "Я сижу на диете".

"Для чего?"

Она закатила глаза, натягивая на себя смятую простыню, когда выбиралась из кровати. "Потому что я толстый".

"Нет, ты не такой. Ты создан". Он поймал край простыни, удивив ее своей быстротой, и стянул ее до ее талии. "Серьезно сложенный".

Когда она нащупала простыню, он вскочил, обнял ее за талию с нежным пожатием, которое одновременно обезоружило и обеспокоило ее. "Давай, давай поедим, а потом посмотрим, что будет дальше. У меня где-то здесь есть немного вина ".

"Если это что-то похожее на вино, которое вы пили в прошлый раз, я бы скорее окунул чашку в канализацию".

"Новая бутылка". Он поднял с пола свой ярко-оранжевый комбинезон, шагнул в него. "Хочешь какие-нибудь штаны?"

Тот факт, что он предложил ей свои штаны, вызвал у нее желание ущипнуть его за все четыре щеки. "Макнаб, я не смог бы втиснуться к тебе в штаны, когда мне было двенадцать. У меня на самом деле есть задница ".

"Верно. Это нормально; я люблю женщин в форме ". Он зашагал прочь, изо всех сил стараясь не размышлять. Ему всегда приходилось уговаривать ее остаться.

В углу гостиной, которая одновременно служила ему кухней, он достал бутылку вина, которую купил накануне, когда думал о ней. Он думал о ней достаточно часто, чтобы быть деморализованным. Если бы он мог удержать ее в постели, у них все было бы хорошо. Ему не нужно было думать о своих действиях там, они просто произошли.

Он щелкнул по своей ссылке. Пиццерия была включена по памяти, в исходном положении из-за частоты передач. Он заказал пирог "монго", налил, затем достал штопор.

Проклятое вино обошлось ему в два раза дороже, чем он обычно тратил. Но когда парень соревновался с ловким, опытным LC, ему нужно было постоять за себя. Он не сомневался, что Чарльз Монро знал все о марочных винах. Он и Пибоди, вероятно, принимали ванны в шампанском.

Поскольку изображение привело его в ярость, он залпом выпил полбокала вина. Затем он повернулся, когда Пибоди вышла из спальни. На ней были форменные брюки и рубашка с расстегнутым воротом. Он хотел лизнуть ее там, как раз там, где жесткий хлопок уступал место мягкой плоти.

Черт возьми.

"В чем дело?" Спросила она, заметив хмурое выражение на его лице. "У них закончились пепперони?"

"Нет, это приближается". Он протянул ей бокал вина. "Я думал ... о работе".

"Ммм." Она пригубила вино, поджав губы от его мягкого и тонкого фруктового вкуса. "Это довольно хорошо. Вы просматриваете биографические данные по делу Драко, верно?"

"Уже сделано. Они уже должны быть у Далласа ".

"Быстрая работа".

Он ответил, пожав плечами. Ему не нужно было говорить ей, что Рорк подбросил данные ему на колени. "Мы в EDD стремимся нравиться. Даже после исключения и вероятностного сканирования потребуются дни, чтобы сократить список до приемлемого числа. Парню протыкают сердце на глазах у пары тысяч человек, это сложно ".

"Да". Пибоди снова отхлебнула, затем отошла, чтобы плюхнуться в кресло. Не осознавая этого на сознательном уровне, она чувствовала себя так же комфортно в беспорядке в квартире Макнаба, как и в своей собственной прибранной. "Что-то происходит".

"Всегда что-то происходит".

"Нет, не обычный". Она боролась с собой, погрузившись в размышления о своем вине. Если бы она ни с кем не поговорила, она бы взорвалась. И, черт возьми, он был здесь. "Послушайте, это конфиденциально".

"Хорошо". Поскольку пиццу не доставят еще добрых десять минут, Макнаб схватил открытый пакет с соевыми чипсами. Он присел на подлокотник кресла Пибоди. "В чем дело?"

"Я не знаю. Надин Ферст сегодня позвонила лейтенанту, и ее разозлили. Я имею в виду Надин." Пибоди рассеянно полезла в сумку. "нечасто увидишь, как Надин разыгрывают. Она договаривается о встрече с Далласом - личной встрече. Это было серьезно. Они спрятали меня в другом конце комнаты, но я мог сказать. И после Даллас не сказал об этом ни слова ".

"Может быть, это было просто личное дерьмо".

"Нет, Надин не собирается просить о подобной встрече, если только не возникнут проблемы". Надин тоже была ее подругой, и часть Пибоди была уязвлена тем, что ее отмахнулись. "Я думаю, это связано с делом. Даллас должен был сказать мне ". Пибоди хрустела чипсами. "Она должна доверять мне".

"Хочешь, чтобы я покопался?"

"Я могу сам тыкать. Мне не нужен крутой игрок из дивизиона Е, который играет за меня ".

"Поступай как знаешь, Она-Тело".

"Просто отвали. Я даже не знаю, почему я рассказал тебе. Это просто засело у меня в животе. Надин - мой друг. Она должна быть другом ".

"Ты ревнуешь".

"Чушь собачья".

"Да, ты такой". У него начинались близкие отношения с этим чувством. "Даллас и Надин играют без тебя, так что ты ревнуешь. Динамика девушки один о один."

Она столкнула его с подлокотника кресла. "Ты мудак".

"А вот и пицца", - сказал он, когда прозвенел звонок в службу безопасности."

ГЛАВА ШЕСТАЯ

"Ни к чему не прикасайтесь и держитесь подальше".

"Дорогая". Рорк наблюдал, как Ева протащила своего хозяина через защитный замок в пентхаусе А. "Ты повторяешься".

"Это потому, что ты никогда не слушаешь". Прежде чем открыть дверь, она повернулась, встретилась с ним взглядом. "Почему человек, чье основное место жительства - Нью-Йорк, чей основной источник работы - Нью-Йорк, предпочитает жить в отеле, а не в частном доме?"

"Во-первых, щегольство. "Мистер Драко снимает пентхаус во дворце, когда бывает в городе". Затем, удобство. По мановению пальца для вас может быть сделано все, что вам нужно или чего вы хотите. Это. И, наконец, возможно, наиболее показательно, полное отсутствие приверженности. Все, что вас окружает, - это проблемы и ответственность кого-то другого ".

"Из того, что я пока узнал о Драко, это тот, кого я выбираю". Она открыла дверь, вошла внутрь.

Оно принадлежало Рорку, подумала она, поэтому было шикарным, пышным и совершенным. Если бы ты пошел на такие вещи.

Гостиная была огромной и элегантно обставленной, со стенами из шелковистой розы. Потолок был сводчатым и украшен сложным рисунком из фруктов и цветов вокруг огромной люстры из стекла и золота.

Три дивана, все в глубоких, уютных красных тонах, были завалены подушками, яркими, как драгоценные камни. Столы - и она подозревала, что они были из настоящего дерева и довольно старые - были отполированы как зеркала, как и пол. Ковер был толщиной в дюйм и соответствовал рисунку потолка "виноградина к виноградине".

Одна стена была стеклянной, экран приватности натянут так, что Нью-Йорк взорвался светом и очертаниями снаружи, но не мог вторгнуться. За ней была каменная терраса, и поскольку цветы в больших каменных горшках цвели вовсю, она предположила, что там было тепло.

В одном конце комнаты стояло глянцевое белое пианино, а в другом резные деревянные панели скрывали то, что, как она предположила, было полноценным развлекательным центром. Там были растения с густой и глянцевой листвой, стеклянные витрины с симпатичными пылеуловителями, которые, как она заключила, были произведением искусства, и никаких заметных признаков жизни.

"Горничная должна была прийти после того, как он ушел в театр", - сказал ей Рорк. "Я могу попросить команду, дежурившую в тот вечер, подняться и сообщить вам о состоянии комнат на тот момент".

"Да". Она подумала о Надин. Если она знала репортера, состояние комнат было чем-то похожим на последствия торнадо. Она подошла к панелям, открыла их и изучила развлекательный блок. "Включить аппарат", - скомандовала она, и экран замерцал мягким голубым цветом. "Воспроизведите последнюю программу".

Едва успев икнуть, устройство обрело цвет и звук. Ева смотрела, как две фигуры скользят по луже черных простыней. "Почему парни всегда получают удовольствие, наблюдая, как трахаются другие люди?"

"Мы больны, отвратительны и слабы. Пожалейте нас".

Она начала смеяться. Затем пара на кровати перекатилась. Лицо женщины, смягченное удовольствием, повернулось к камере. "Черт возьми. Это Надин. Надин и Драко."

В знак поддержки Рорк положил руку на плечо Евы. "Это было записано не здесь. Это не спальня. У нее другие волосы. Я не думаю, что это произошло недавно ".

"Я собираюсь принять это, доказать, что это не так. И у меня есть чертова секс-запись одного из сливок ПРЕССЫ в качестве доказательства по делу об убийстве ". Она остановила воспроизведение, извлекла диск и запечатала его в пакет для улик из своего походного комплекта.

"Черт возьми. Черт возьми."

Она начала расхаживать, борясь с собой. Все эти отношения были такими сложными и все еще такими чуждыми для нее. Надин рассказала ей то, что она говорила ей как другу. По секрету. Мужчина, который в данный момент терпеливо наблюдал за ней с другого конца комнаты, был ее мужем.

Любовь, честь и все остальное.

Если она рассказала ему о Надин и Драко, нарушила ли она доверие друга? Или она просто занималась брачными делами?

Как, черт возьми, удивлялась она, люди проходят через жизнь, жонглируя всеми этими вещами?

"Дорогая Ева". Сочувствуя, Рорк подождал, пока она перестанет расхаживать по комнате и повернется к нему лицом. "Ты создаешь себе головную боль. Я могу облегчить тебе задачу. Не считай, что ты должен говорить мне что-то, от чего тебе становится не по себе ".

Она нахмурилась, глядя на него, сузила глаза. "Я слышу "но" в конце этого предложения".

"У тебя очень острый слух. Но, - продолжил он, подходя к ней, - я могу сделать вывод, что Надин и Драко когда-то были вовлечены, и, учитывая ваше нынешнее беспокойство, что между ними что-то произошло гораздо позже.

"О, черт". В конце концов, она послушалась интуиции и рассказала ему все.

Он выслушал, затем заправил волосы Евы за ухо. "Ты хороший друг".

"Не говори так. Это заставляет меня нервничать ".

"Хорошо, я скажу это: Надин не имела никакого отношения к убийству Драко".

"Я знаю это, и нет никаких веских доказательств, указывающих на что-то другое. Но для нее это будет неприятно. Лично грязный. Ладно, что еще есть в этом месте?"

"Ах, если мне не изменяет память. Кухня вон там." Он сделал жест. "Кабинет, ванная, спальня, гардеробная, ванная".

"Я начну с офиса. Я хочу пробежаться по его ссылкам и посмотреть, были ли у него какие-либо разговоры, связанные с угрозами или спорами. Сделай мне одолжение". Она протянула ему свой набор. "Положите остальные видеодиски в сумку".

"Да, сэр. Лейтенант."

Она ухмыльнулась, но пропустила это мимо ушей.

Она работала систематически. Ему нравилось наблюдать за ней за этим: сосредоточенность, сосредоточенность, абсолютная логика ее метода.

Не так давно в его жизни, если бы кто-нибудь предположил, что он может найти полицейского и ее работу сексуальными, он был бы потрясен и оскорблен.

"Перестань пялиться на меня".

Он улыбнулся. "Был ли я?"

Она решила не обращать на это внимания. "Множество входящих и исходящих сообщений. Если бы я был психиатром, я бы предположил, что это был парень, который не мог оставаться наедине с самим собой. Необходим постоянный контакт. Впрочем, ничего необычного, если не считать нескольких довольно крупных покупок - восемь пар обуви, три шикарных костюма, антикварный браслет на запястье." Она выпрямилась. "Но ты бы не стал это считать".

"Напротив, я бы никогда не стал покупать шикарные костюмы по ссылке. Пригодность - это все ".

"Ha ha. У него был короткий, содержательный разговор со своим агентом. Кажется, наш парень обнаружил, что его исполнительница главной роли получала ту же зарплату на протяжении всего спектакля. Он был очень зол из-за этого, хотел, чтобы его представитель пересмотрел условия и заплатил ему больше. На один балл больше за выступление".

"Да, я знал об этом. Сделки нет".

Озадаченная, она отвернулась от аккуратного маленького стола. "Вы бы не отдали ему должное?"

"Когда имеешь дело с ребенком, - мягко сказал Рорк, - ты устанавливаешь границы. Контракт был границей. Сумма требования была несущественной ".

"Ты крутой".

"Конечно".

"Он доставлял тебе неприятности из-за этого?"

"Нет. Возможно, он планировал подтолкнуть это, но мы никогда не обсуждали это. Дело в том, что его агент обратился к моим адвокатам, они ко мне, я обратно к ним, и так далее. Дальше моего отказа перед премьерой дело не продвинулось ".

"Хорошо, это сохраняет тебя чистым. Я хочу осмотреть спальню." Она прошла мимо него, пересекла небольшой круглый коридор и вошла в дверь.

Кровать была большой, искусно сделанной, с высокой мягкой стенкой позади и покрыта прозрачной дымчато-серой тканью. Это было похоже на полосу мягкого тумана.

Она ненадолго зашла в соседнюю гардеробную, покачала головой при виде леса одежды и обуви. На встроенном зеркальном прилавке красовался целый ряд цветных флаконов и тюбиков: усилители, успокаивающие средства для кожи, ароматизаторы, пудры.

"Хорошо, у нас есть тщеславный, эгоистичный, эгоцентричный, инфантильный и неуверенный в себе человек".

"Я бы не стал спорить с вашей оценкой. Все эти черты характера являются мотивом для неприязни, но для убийства?"

"Иногда наличие двух ног является мотивом для убийства". Она вернулась в спальню. "Мужчина, полный эгоизма и неуверенности в себе, не стал бы часто спать один. Он бросил Карли Ландсдоун. Я бы сказал, что он подыскал кого-то другого на ее место ". Она лениво выдвинула ящик прикроватного столика. "Ну, ну, посмотри на игрушки".

Ящик был снабжен отделениями, и в каждом из них были различные эротические усилители, подходящие для партнерских или сольных схваток.

"Лейтенант, я действительно думаю, что вам следует забрать это для дальнейшего изучения".

"Никаких прикосновений". Она шлепнула Рорка по руке, когда он потянулся к ней.

"Портит впечатление".

"Гражданское лицо. Что, черт возьми, это делает?" Она подняла длинный кусок резины в форме конуса. Он издавал веселые звенящие звуки, когда она его встряхивала.

Рорк засунул язык за щеку и сел на кровать. "Что ж, в интересах вашего расследования я был бы рад продемонстрировать". Улыбаясь, он похлопал по кровати рядом с собой.

"Нет, я серьезно".

"Я тоже".

"Неважно". Но она все еще размышляла, когда положила рожок на место и открыла нижний ящик. "А, вот и маленькая золотая жила. Похоже на месячный запас экзотики, немного Зевса и..." Она открыла маленький пузырек, осторожно понюхала, затем покачала головой, как собака, вылезающая из лужи с водой. "Черт. Дикий кролик".

Она нащупала пробку на месте, схватила пакет для улик и запечатала флакон.

"Тоже чистый". Она выдохнула. "Если он использует это на своих свиданиях, неудивительно, что все они думают, что он бог секса. Одна или две капли кролика, и вы бы прикрутили дверную ручку. Ты знал, что он был замешан в этом?"

"Нет". Весь юмор улетучился, Рорк поднялся. "Я не испытываю особо сильных чувств к большинству нелегалов. Но, насколько я понимаю, это то же самое, что изнасилование. С тобой все в порядке?"

"Да. Да. "Немного кружится голова, - подумала она, - и раздражающе возбужден. И это было только из-за быстрого дуновения дыма. "Такая чистая жидкость стоит минимум десять тысяч за унцию, и достать ее нелегко. Это действует только на женскую систему, - пробормотала она. "Требуется слишком много капель, чтобы вызвать передозировку".

Рорк взял ее рукой за подбородок, приподнял, чтобы заглянуть в глаза. Достаточно ясно, решил он. "Никогда не было никаких разговоров о том, что он использовал что-то подобное. Если бы это было, и я бы обнаружил, что это правда, я бы разорвал его контракт. И, очень вероятно, его руки."

"Хорошо". Она подняла руку к его запястью, сжала. "На данный момент этого здесь достаточно. Мне нужно, чтобы ты продержал эту комнату свободной еще день или два. Я хочу, чтобы подразделение нелегалов проверило это ".

"Хорошо".

Она сунула пузырек в свой набор, надеясь поднять ему настроение. "Итак, во сколько это вам обходится?"

"Прошу прощения?"

"Чтобы сохранить это место вакантным? Сколько это длится за ночь?"

"Ах, это маленькое местечко? Я полагаю, что это около восьмидесяти пятисот долларов за ночь, хотя, полагаю, у нас также есть еженедельные и ежемесячные расценки."

"Чурбан меняется. У Мэнсфилда здесь тоже есть подразделение, верно?"

"Пентхаус Б, другая башня".

"Давайте нанесем ей визит. У нее и Драко была общая история с нелегалами, - начала Ева, собирая свой походный набор и отправляясь в путь. "Она может знать его источники. Все могло свестись к неудачной сделке с наркотиками ".

"Я так не думаю".

"Хорошо, я тоже так не думаю, но большая часть работы полицейского заключается в устранении". Она заперла дверь, начала доставать полицейскую печать из своего набора.

"Ты должен это сделать?" Он с неприязнью посмотрел на печать. "Это очень отталкивает других гостей".

"Да, я должен. Кроме того, это доставит им тайный трепет. Оооо, смотри, Джордж, вот где жил покойный актер. Достань видеокамеру ".

"Ваше отношение к обществу в целом прискорбно цинично".

"И точный". Она вошла в лифт впереди него, ожидая, пока закроются двери. Затем набросился. "Просто дай мне поскорее - Боже - " Отчаянно желая освобождения, она потерлась об него, прикусила его губу, застонав, когда ее руки сильно сжали его ягодицы.

"Фух". Глубоко вздохнув, она оттолкнула его, обняла за плечи. "Так-то лучше".

"Для тебя, может быть". Он попытался схватить ее, но она шлепнула рукой его по груди.

"Никаких игр в общественных лифтах. Разве вы не знаете, что это нарушение кодекса города? Башня А, уровень пентхауса, - приказала она, и машина плавно тронулась с места.

"Вам определенно придется за это заплатить".

Она прислонилась спиной к стене, когда лифт начал горизонтальное движение. "Пожалуйста, ты меня пугаешь".

Он только улыбнулся и сунул руки в карманы. Лениво поигрывал резиновым рожком, который вытащил из ящика. "Бойся", - пробормотал он и заставил ее рассмеяться, когда машина остановилась.

"Я должен был прочистить голову перед разговором со свидетелем, не так ли?"

"Ммм-хммм".

"Послушайте, вы довольно хорошо знаете Мэнсфилда. Я хотел бы услышать ваши замечания, когда это будет сделано ".

"Ах, вот и я. Снова полезен".

Она остановилась, повернулась и положила руку ему на щеку. Любовь к нему поднималась на дыбы и кусала ее в самые странные моменты. "Ты действительно пригодился". Когда он повернул голову и коснулся губами ее ладони, она почувствовала трепет от этого вплоть до пальцев ног. "Никаких сладких штучек", - приказала она и направилась к двери Арины.

Она нажала на звонок, подождала.

Арина, одетая в белый халат, открыла дверь. Она выглядела раскрасневшейся, явно удивленной и не совсем довольной. "Лейтенант Даллас. Рорк. Я... я не ожидал- " Затем эти прозрачные глаза расширились, засияли. "Есть новости? Вы поймали того, кто - "

"Нет. Извините, что беспокою вас, но у меня есть несколько вопросов."

"Ох. Я думал, я надеялся, что все это может закончиться. Что ж." Она подняла руку, прижала розовые кончики пальцев под глазом, как будто хотела унять боль. Действительно, под ним были слабые следы усталости. "Боюсь, сейчас не совсем подходящее время. Это абсолютно необходимо?"

"Мне жаль, что это неудобно, но это не займет много времени".

"Конечно. Это неловко. Вы видите, я не одинок. Я..." Сдаваясь, Арина опустила руку и отступила назад. "Пожалуйста, входите".

Ева вошла внутрь. Пентхаус был очень похож на свою противоположность по устройству, по размеру. Обстановка была более мягкой, как-то более женской, а цвета - симфонией блюза и кремовых тонов.

На одном из трех диванов сидел Чарльз Монро, выглядевший изящно и великолепно в черном.

Потрясающе, подумала Ева, и тут же захотела врезать ему по его дорогим яйцам в горло.

Он ухмыльнулся, на мгновение испытав удовольствие, затем, увидев холод в ее глазах, выражение сменилось ленивым весельем, когда он томно поднялся на ноги. "Лейтенант. Всегда рад тебя видеть ".

"Чарльз. Ночная работа все еще не дает тебе покоя?"

"К счастью. Рорк, приятно видеть тебя снова ".

"Чарльз".

"Могу я освежить твой напиток, Ареена?"

"Что?" Ее глаза метались взад-вперед между лицами, а пальцы крутили серебряные кольца на шее. "Нет. Нет, спасибо. Ах, вы знаете друг друга ".

Румянец, который так мило порозовел на ее лице, усилился. Она снова подняла руки в этом женском жесте беспомощности.

"Мы с лейтенантом встречались несколько раз. У нас даже есть общий друг ".

"Смотри под ноги", - сказала Ева очень тихо. Гнев уже бушевал в ее глазах и был готов сорваться. "Это светский визит, Чарльз, или ты на дежурстве?"

"Вы должны знать, что человек в моем положении не обсуждает такие вопросы".

"Пожалуйста, это смущает". Арина подняла руку, чтобы снова беспокойно поиграть со своим ожерельем, и не заметила, как губы Чарльза скривились в тонкую циничную линию, но Ева заметила. "Очевидно, вы знаете, что Чарльз - профессионал. Я не хотел быть один, и мне нужно было... какое-нибудь простое общение. Чарльз - мистера Монро очень рекомендовали."

"Арина". Гладкий, как шелк, Рорк выступил вперед. "Я бы не отказался от чашечки кофе. Вы не возражаете?"

"О, конечно. Прости меня. Я могу..."

"Почему бы мне не позаботиться об этом." Чарльз положил руку на плечо Ареены и направился на кухню.

"Я просто помогу ему". Бросив последний взгляд на Еву, Рорк зашагал прочь.

"Я знаю, как это должно выглядеть для вас", - начала Арина2. "Должно быть, это кажется очень холодным и очень эгоистичным с моей стороны, что я нанял сексуального партнера на следующую ночь ..."

"Мне кажется странным, что такой женщине, как вы, пришлось бы нанимать кого-то, чтобы быть с ней".

С легким смешком Ареена взяла бокал вина и, потягивая, начала расхаживать по комнате. Шелк шелестел вокруг ее ног. "Милый комплимент, обернутый колючей подозрительностью. И хорошо выступил ".

"Я здесь не для того, чтобы говорить тебе комплименты".

"Нет". В глазах Арины погас веселый огонек. "Нет, конечно, нет. Простой ответ на ваш основной вопрос заключается в том, что я многое держу при себе. Это происходит, я полагаю, от того, что я слишком много времени юности проводил на вечеринках, в группах. Вы, должно быть, узнали о моих неблагоразумных поступках, о моих трудностях с нелегалами. Теперь это позади меня ".

Она повернулась назад, вздернула подбородок. "Было нелегко оставить это позади, но я сделал. Поступая так, я потерял многих из тех, кого когда-то считал друзьями. Я разрушил отношения, которые были важны для меня из-за пристрастий, потерял те, которые не должны были иметь значения, когда я победил пристрастия. И сейчас я на том этапе своей жизни, когда моя карьера требует всего моего внимания. Это не оставляет много времени для общения или романтики ".

"Были ли у вас романтические отношения с Драко?"

"Нет. Никогда. Целую жизнь назад у нас был секс, к которому сердца и умы не имеют никакого отношения. Некоторое время у нас не было ничего общего, кроме театра. Я вернулся в Нью-Йорк, лейтенант, потому что хотел эту пьесу, и я знал, что Ричард блистал бы в своей роли. Я хотел этого. Другого такого, как он, на сцене никогда не будет. Бог".

Она зажмурила глаза, задрожала. "Это ужасно. Ужасно. Мне больше жаль, что я потерял актера, чем мужчину. Мне жаль знать это о себе. Нет, я не могу быть один ". Она опустилась на диван. "Не могу этого вынести. Я не могу уснуть. Если я сплю, я просыпаюсь, и мои руки покрыты кровью. Кровь Ричарда. Кошмары."

Она подняла голову, и ее глаза поплыли, когда они встретились с глазами Евы. "Каждый раз, когда я ложусь, мне снятся ужасные кошмары, они проносятся у меня в голове, и я просыпаюсь больной, просыпаюсь с криком, вся в его крови. Вы не можете себе представить. Ты не можешь ".

Но Ева могла. Маленькая морозильная комната, залитая грязно-красным светом от вывески через дорогу. Боль, абсолютная отвратительность изнасилования, кость, которую он сломал ей в руке, когда она боролась с ним. Кровь, его кровь повсюду, скользила по ее рукам, капала с лезвия ножа, когда она отползала.

Ей было восемь. В ее кошмарах Еве всегда было восемь.

"Я хочу, чтобы ты нашел того, кто это сделал", - прошептала Ареена. "Вы должны найти того, кто это сделал. Когда ты это сделаешь, кошмары прекратятся. Не так ли? Неужели они не остановятся?"

"Я не знаю". Ева заставила себя сделать шаг вперед, заставила себя отойти от своих собственных воспоминаний и остаться в настоящем. Сохраняй контроль. "Расскажи мне, что ты знаешь о нелегалах. Кто были его контакты, кто снабжал его, кто играл с ним?"

***

На кухне Чарльз потягивал вино, а Рорк довольствовался довольно приличным искусственным кофе, предложенным автоматом.

"У Ареены трудные времена", - начал Чарльз.

"Я полагаю, что да".

"Нет закона, запрещающего платить за комфорт".

"Нет".

"Моя работа так же жизнеспособна, как и ее".

Рорк склонил голову. "Монро, у Евы нет личной мести против лицензированных компаньонов".

"Только против меня, в частности".

"Она защищает Пибоди". С ясным и прямым взглядом Рорк снова отхлебнул. "Я тоже".

"Мне нравится Делия. Очень люблю. Я бы никогда не причинил ей вреда. Я никогда не обманывал ее ". Издав звук отвращения, Чарльз отвернулся, чтобы посмотреть через окно на огни. "Я потерял свой шанс завести отношения вне моей работы - иметь жизнь вне моей работы - потому что я обманул женщину. Тогда потому, что я заботился о ней достаточно, чтобы быть честным. Я смирился с этим. Я есть то, что я есть ".

Он обернулся, и его губы изогнулись. "И я хорош в том, что я делаю. Делия принимает это ".

"Возможно. Но женщины - самые странные создания, не так ли? Человек никогда по-настоящему не знает. И это, я думаю, является частью их постоянной привлекательности. Загадка интереснее, не так ли, до того, как она полностью раскрыта ".

С легким смешком Чарльз оглянулся через плечо, и Ева вошла в дверь.

Она не могла бы точно сказать, почему ее раздражало видеть Чарльза и ее мужа, разделяющих момент, который нельзя было спутать ни с чем, кроме мужского веселья. Но поскольку это произошло, она сердито посмотрела на Рорка.

"Извините, что прерываю разговор о мальчиках, но не могли бы вы составить компанию Ареене на минутку, пока я поговорю с Чарльзом?"

"Конечно. Кофе довольно хороший."

Она подождала, пока он выйдет, затем подошла к автомату, скорее чтобы дать себе время успокоиться, чем из желания выпить кофе в отеле. "Когда мисс Мэнсфилд назначила встречу для ваших услуг?"

"Сегодня днем. Полагаю, около двух."

"Разве это не запоздалое уведомление для тебя?"

"Да".

Ева достала кофе, прислонилась спиной к стене, над ее чашкой поднимался пар. "На сегодня заказов нет?"

"Я изменил свое расписание".

"Почему? Ареена указала, что вы раньше не встречались ни в социальном, ни в профессиональном плане. Зачем идти на такие неприятности из-за незнакомца?"

"Потому что она удвоила мой гонорар", - просто сказал он.

"Что она купила? Прямой секс? Провести ночь?"

Он сделал паузу, уставился на свое вино. Когда он снова поднял взгляд, его глаза стали холодными. "Я не обязан отвечать на это. И не будет."

"Я расследую убийство. Я могу пригласить вас на собеседование в Центральный ".

"Да, ты можешь. Будешь ли ты?"

"Ты все усложняешь". Она поставила кофе, прошлась взад-вперед по узкому пространству между стеной и стойкой. "Я должен указать вас в своем отчете таким, какой он есть. Это достаточно плохо. Но ты заставляешь меня принять тебя, оформить это, это прямо перед носом у Пибоди ".

"И никто из нас не хочет этого", - пробормотал он, затем вздохнул. "Послушай, Даллас, мне позвонили. Моя клиентка назвала мое имя Ареене как человека, который мог бы устроить ей приятный вечер. Она была явно расстроена. Я слышал о Драко, так что мне не нужно было спрашивать почему. Она хотела спутника на ночь. Ужин, беседа, секс. Чтобы компенсировать мои неудобства, она удвоила мою обычную плату за ночь. Это просто ".

"Вы говорили о Драко?"

"Нет. Мы говорили об искусстве, мы говорили о театре. Она выпила три бокала вина и полпачки трав. Ее руки перестали дрожать примерно за двадцать минут до того, как вы пришли сюда. Она - эмоциональная развалина, которая пытается держаться ".

"Хорошо. Я ценю это." Она засунула руки в карманы. "Пибоди собирается ознакомиться с отчетом".

Он чувствовал, как у него самого встают дыбом волосы. "Делия знает, чем я занимаюсь".

"Верно". Это застряло у нее в горле, как колючая проволока.

"Она взрослая женщина, Даллас".

"Вырос, моя задница". Она сдалась и пнула стену. "Она не в своей лиге с таким оператором, как вы. Черт возьми, ее семья вольнонаемная. Она выросла где-то в заднице." Неопределенный жест позаботился о Среднем Западе. "Она хороший полицейский. Она надежный коп, но у нее все еще есть слепые стороны. И она действительно разозлится, когда узнает, что я тебе что-то говорил об этом. Она засунет эту палку себе в задницу и заставит меня замерзнуть, но, черт возьми - "

"Она имеет значение", - выпалил он в ответ. "Она важна для тебя. Тебе не приходит в голову, что она может что-то значить для меня?"

"Женщины для тебя - это бизнес".

"Когда они платят мне за то, чтобы это было моим бизнесом. С Делией все не так. Ради Христа, мы даже не занимаемся сексом ".

"Что? Она не может оплатить ваш гонорар?" Как только это вышло наружу, она возненавидела себя. Ненавидела себя еще больше, когда видела, как в этих холодных глазах читается простая боль. "Мне жаль. Мне жаль. Это было неправильно. Это было не совсем так ".

"Да, это было".

Внезапно почувствовав усталость, она сползла вниз и села на пол, прислонившись спиной к стене. "Я не хочу знать об этом материале. Я не хочу думать об этом. Ты мне нравишься ".

Заинтригованный, он опустился на пол, спиной к стойке, так что их колени почти соприкасались. "Неужели?"

"Да, в основном. Ты встречался с ней еще до Рождества, и ты не... Что с ней не так?"

Он засмеялся, и на этот раз это было легко и насыщенно. "Господи, Даллас, каким путем ты этого хочешь? Я занимался с ней сексом, я ублюдок. Я этого не делаю, я ублюдок. Рорк был прав."

"Что вы имеете в виду, говоря, что Рорк был прав?"

"Ты не можешь понять женщин". Он сделал глоток своего вина. "Она друг. Просто так получилось. У меня не так много друзей, которые не являются клиентами или не заняты в бизнесе ".

"Следи за собой. Они начинают множиться, когда вы не обращаете внимания. Это усложняет всю твою чертову жизнь ".

"Ты хороший друг. Еще кое-что, - сказал он и легонько похлопал ее по ноге. "Вы мне тоже больше всего нравитесь, лейтенант Шугар".

***

Кошмар пришел. Она должна была этого ожидать. Разговор Ареены о снах, крови и ужасе вызвал это. Но даже зная, она никогда не смогла бы остановить это, как только это проникло в ее разум.

Она видела, как он вошел в комнату. Ее отец. Эта мерзкая маленькая комната в Далласе, такая холодная, даже при том, что температурный датчик установлен на максимум. Но, увидев его, почувствовав его запах, зная, что он пил, но недостаточно, на ее озябших руках выступил пот.

Она уронила нож. Она была так голодна, так проголодалась, что стоило рискнуть и найти что-нибудь перекусить. Просто маленький кусочек сыра. Нож выпал из ее руки, потребовались дни, годы, столетия, чтобы достичь пола. И во сне грохот этого был подобен грому, который отдавался эхом. Повторил. Повторил.

На его лице, когда он шел к ней, красный свет от знака стал красным, затем белым, затем красным.

Пожалуйста, не надо, пожалуйста, не надо, пожалуйста, не надо.

Но просить никогда не приносило никакой пользы.

Это происходило бы снова, и снова, и снова. Боль от того, что его рука почти случайно ударила ее по лицу. Ударилась об пол с такой силой, что у нее затрещали кости. А затем его вес на ней.

"Ева. Вот теперь. Ева, вернись ко мне. Ты дома ".

Дыхание обжигало ей горло, и она боролась, брыкаясь, отбиваясь от рук, которые держали ее. И голос Рорка просочился в сон, теплый, спокойный, прекрасный. В безопасности.

"Это верно. Держись за меня." Он прижал ее ближе в темноте, укачивая, как ребенка, пока ее дрожь не утихла. "Теперь с тобой все в порядке".

"Не отпускай".

"Нет". Он прижался губами к ее виску. "Я не буду".

Когда она проснулась утром, сон был лишь смутным пятном в ее сознании, его руки все еще обнимали ее.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Ева опередила Пибоди в центральной. Это было преднамеренно, и это стоило ей целого часа сна тем утром. Она надеялась подать свой обновленный отчет, а затем двигаться дальше, прежде чем появится ее помощник. Если ей повезет, обсуждения с участием Чарльза Монро не будет.

В кабинете детектива гудело. Оказалось, что жена детектива Зено прошлой ночью родила девочку, и он отпраздновал это, принеся две дюжины пончиков. Зная детективов, Ева поймала одного, прежде чем подразделение набросилось на них, как гиены на объеденное мясо.

"Кто выиграл в пул?"

"Я сделал". Бакстер ухмыльнулся, поедая твист с корицей и малиновым желе. "Шестьсот тридцать чмок".

"Черт возьми. Я никогда не выигрываю детский пул ". Утешая себя, Ева схватила круллер. Откусив первый кусочек, она улыбнулась ему. Старый добрый Бакстер, подумала она. Он мог быть занозой в заднице, но он был дотошен и точен в деталях.

Он был просто идеален. "Похоже, это твой счастливый день".

"Ни хрена. Я положил глаз на эту новую систему автоматического развлечения. "Шесть счетов плюс " будут иметь большое значение для того, чтобы посадить этого ребенка в мою машину ".

"Это здорово, Бакстер, но я имею в виду, что это действительно твой счастливый день". Она вытащила из сумки папку с дисками, собранными у полицейских в форме и детективов, которые записывали имена свидетелей в ночь убийства в Драко. "Ты получаешь главный приз. Проверь стандартные предпосылки и вероятности этих людей, Ре Драко. У нас здесь около трех тысяч имен. Возьмите пару детективов, несколько человек в форме, если они вам понадобятся, и получите показания. Давайте посмотрим, сможете ли вы сократить это число вдвое к концу недели ".

Он фыркнул. "Очень смешно, Даллас".

"У меня есть приказ от Уитни назначить кого-нибудь на эту должность. Пометьте, Бакстер. Ты и есть это".

"Это чушь собачья". Когда она бросила папку ему на стол, его глаза округлились. "Ты не можешь сваливать этот кошмар на меня, Даллас".

"Мог, имел, сделал. Ты роняешь крошки, Бакстер. Вы должны помнить, что всегда должны содержать свою территорию в чистоте ".

Довольная утренней работой, она направилась в свой офис, сопровождаемая его проклятиями.

Дверь была открыта, и в коридор отчетливо доносились звуки перебирания. Ева прижалась спиной к стене, пробежала пальцами по своему оружию. Сукин сын. На этот раз он был у нее. Наконец-то задница подлой похитительницы конфет принадлежала ей.

Она ворвалась в комнату, размахивая кулаком, и схватила незваного гостя за шиворот. "Попался!"

"Эй, леди!"

Она была на шесть дюймов и добрых двадцать фунтов выше него. Ева подсчитала, что сможет без особых проблем протиснуть его через свое узкое окно. Он оставил бы интересный след на асфальте внизу.

"Я не собираюсь зачитывать вам ваши права", - сказала она, прижимая его к картотечным шкафам. "Они тебе не понадобятся там, куда ты направляешься".

"Позовите лейтенанта Даллас!" Его голос звучал как ржавая флейта. "Позвоните лейтенанту Даллас".

Она развернула его, посмотрела в его дрожащие глаза, удвоившись в размерах из-за микроглазок. "Я Даллас, ты, придурок, ворующий конфеты".

"Ну, черт возьми. Боже. Я Льюис. Томджон Льюис, из отдела технического обслуживания. Я получил твое новое оборудование ".

"О чем, черт возьми, ты говоришь? Дай мне понюхать твое дыхание. От тебя сладко пахнет, я собираюсь вырвать твой язык и придушить тебя им ".

Его ноги болтались в дюйме от пола, он надул щеки и дунул ей в лицо взрывным воздухом. "Пшеничные вафли с треском отнесите в закусочную, и - и фруктовый стаканчик. Я не ел конфет. Поклянись Богом".

"Нет, но вы могли бы подумать о более сильном ополаскивателе для рта. Что там насчет нового оборудования?"

"Вот. Прямо здесь. Я как раз заканчивал передачу."

Все еще удерживая его над полом, она повернула голову. Ее рот открылся за секунду до того, как она бросила Льюиса и прыгнула на промышленный серый корпус компьютера. "Мой. Это мое".

"Да, сэр, сэр-лейтенант. Она вся твоя".

Собственнически обхватив устройство руками, она оглянулась на него. "Послушай, подсобный рабочий, если ты со мной играешь, я откушу тебе уши и превращу их в рагу".

"Я получил приказ прямо здесь". Двигаясь осторожно, он полез в карман за своим бортовым журналом, набрал код. "Смотрите, вот, Даллас, лейтенант Ева, Отдел по расследованию убийств. Ты купил себе новый XE-5000. Ты сам это реквизировал".

"Я реквизировал это два чертовых года назад".

"Да. Что ж." Он с надеждой улыбнулся. "Вот она. Я просто подключал ее к мэйнфрейму. Ты хочешь, чтобы я закончил?"

"Да, я хочу, чтобы ты закончил".

"Хорошо. Сделай это в мгновение ока, а затем убирайся с дороги ". Он практически нырнул под стол.

"Что, черт возьми, за имя такое Томджон?"

"Это мое имя, лейтенант. У вас есть полное руководство по эксплуатации вон в той коробке."

Она оглянулась, фыркнула на коробку высотой в фут. "Я знаю, как это работает. У меня дома есть эта модель ".

"Это хорошая машина. Как только вы подключитесь к основному, все, что нам нужно сделать, это перенести ваш код и данные с вашего старого оборудования. Это займет около тридцати минут, максимум."

"У меня есть время". Она пробежала глазами по своему старому устройству, помятому, избитому, презираемому. Некоторые вмятины были оставлены на нем ее собственным разбитым кулаком. "Что происходит с моим старым оборудованием?"

"Я могу вытащить это для вас, отнести на переработку".

"Хорошо - нет. Нет, я хочу этого. Я хочу забрать это домой ". Она совершит ритуальное истребление, решила она. Она надеялась, что он пострадал.

"Я согласен". Поскольку он решил, что его язык и уши снова в безопасности, он начал насвистывать, продолжая свою работу. "Эта штука устарела пять лет назад. Не знаю, как тебе удалось что-то с этим сделать ".

Ее единственным ответом на это было низкое, хриплое рычание.

***

Когда Пибоди пришла час спустя, Ева сидела за своим переполненным столом, ухмыляясь. "Послушай, Пибоди. Это Рождество".

"Вау". Вошла Пибоди, обошла вокруг. "Вау, в квадрате. Это прекрасно ".

"Да. Это мое. Томджон Льюис, мой новый лучший друг, подключил это для меня. Он прислушивается ко мне, Пибоди. Он делает то, что я ему говорю ".

"Это великолепно, сэр. Я знаю, вы будете очень счастливы вместе ".

"Ладно, веселье закончилось". Она взяла свой кофе, ткнув большим пальцем в сторону автоматической кофеварки, чтобы Пибоди знала, что она может выпить свою чашечку. "Прошлой ночью я провел обыск в квартире Драко".

"Я не знал, что ты планировал это сделать. Я бы скорректировал свое личное время ".

"В этом не было необходимости". Еве представилась неприятная картина сцены в квартире Ареены, если бы Пибоди пришла вместе.

"Драко держал тайник с нелегалами в своем пентхаусе. Набор для разнообразия, в который входила почти унция чистого дикого кролика."

"Подонок".

"Еще бы. А также ряд оригинальных секс-игрушек, некоторые из которых выходили за рамки даже моего богатого опыта. У него была коллекция видеодисков, и большая часть из них - личные сексуальные контакты ".

"Итак, у нас есть мертвый сексуальный девиант".

"Игрушки и диски - это личный выбор, но Кролик перетасовывает его на территорию SD. Это может перейти к мотиву, или побуждениям, поскольку они скапливаются, как вольнонаемные на митинге протеста. Без обид ".

"Не принимается".

"В качестве потенциальных возможностей у нас есть амбиции, личная выгода, деньги, секс, нелегалы, женщина или женщины, которых презирают, и всеобщая неприязнь. Ему нравилось охотиться на женщин, обычно помыкал представителями обоих полов. У него была обычная привычка к нелегалам. Он также был раздражающим сукиным сыном, и все, кто его знал, хотели вздернуть его за кишки. Это не сильно сокращает список. Но."

Она поерзала на своем стуле. "Прошлой ночью я начал оценивать вероятности. Добился некоторого прогресса. Мой удобный новый XE-5000 скопирует вам эти данные, чтобы вы могли продолжать выполнять сканирование. У меня скоро консультация с Мирой. Это может помочь сократить рабочий список. Назначь конференцию с нашими приятелями в EDD на одиннадцать."

"А допросы сегодня днем?"

"Действуйте по расписанию. Я вернусь через час, максимум через два ". Она оттолкнулась от своего стола. "Если меня задержат, свяжись с лабораторией и заставь Придурка проверить нелегалы, которых я отправил сегодня утром".

"Очень приятно. Взятка или угроза?"

"Как долго ты сейчас работаешь со мной, Пибоди?"

"Почти год, сэр".

Ева кивнула и вышла. "Достаточно долго. Используй свое собственное суждение ".

***

Район Миры был более цивилизованным - Еве показалось, что это подходящее слово - по сравнению с притонами и ульями большинства полицейских участков. Пузырь спокойствия, предположила она, особенно если ты не знаешь, что происходит за дверями Тестирования.

Ева знала, и она надеялась, что прошли эпохи, прежде чем она была вынуждена пройти через них снова.

Но личное пространство Миры было далеко от обезличивающей и деморализующей клетки Испытаний. Она предпочитала оттенки синего в своих уютных креслах, в успокаивающих океанских волнах, которые она часто показывала на своем экране настроения.

Сегодня она была одета в один из своих мягких и шикарных костюмов пастельных тонов. Вселяющий надежду зеленый цвет, цвет весенних почек на листьях. Ее волосы были откинуты назад с лица невозмутимой красоты, которой Ева постоянно восхищалась. В ее ушах были жемчужины в виде слезинок, которые соответствовали единственной цепочке с золотым звеном на ее шее.

По мнению Евы, она была идеальным примером грациозной женственности.

"Я ценю, что ты пристроил меня этим утром".

"Я чувствую личную заинтересованность", - начала Мира, программируя свой автоповар для чая. "Быть свидетелем. За все годы моей службы в полиции Нью-Йорка я ни разу не был свидетелем убийства ". Она повернулась с двумя чашками чая с цветочным ароматом в руке и уловила темный блеск в глазах Евы. "Ричард Драко не был убийцей, Ева. Это была казнь. Совершенно другое дело".

Она заняла свое место, протягивая Еве чай, который, как они оба знали, она едва пригубила. "Я изучаю убийство. Убийцы. Я слушаю их и анализирую. Я описываю их. И как врач, я знаю, понимаю и уважаю смерть. Но, имея убийство, происходящее прямо у меня на глазах, не знать, что это было реально. Что ж, это доставило мне несколько неприятных моментов. Это сложно ".

"Я подумал гениально".

"Что ж". Тень улыбки изогнула губы Миры. "Ваша точка зрения и моя исходят из разных точек зрения, я полагаю".

"Да." И Ева часто стояла над мертвыми с кровью на ботинках. Теперь ей пришло в голову, что она не приняла во внимание душевное состояние Миры в ту ночь в театре. Она просто призвала ее в команду и использовала так, как это казалось наиболее эффективным.

"Мне жаль. Я не подумал об этом. Я никогда не давал тебе выбора ".

"У тебя не было причин думать об этом. И в то время я тоже. " Она стряхнула это, подняла свой чай. "Вы оказались за кулисами и приступили к работе очень быстро. Как скоро вы поняли, что нож был настоящим?"

"Недостаточно скоро, чтобы остановить это. Вот что имеет значение. Я начал свои интервью, сосредоточившись в первую очередь на актерах ".

"Да, преступление пропитано театральностью. Метод, время, постановка." Чувствуя себя более комфортно на аналитической дистанции, Мира прокрутила сцену в уме. "Актер или кто-то, кто стремится или стремился стать им, соответствует профилю. С другой стороны, убийство было чистым, хорошо подготовленным, тщательно выполненным. Твой убийца смел, Ева, но также и хладнокровен."

"Им нужно было видеть, как это происходит?"

"Да, я так думаю. Видеть это, под светом, на сцене, с публикой, задыхающейся от шока. Это, на мой взгляд, было так же важно для этого человека, как и смерть Драко. Волнение от этого и последующего действия. Их собственный шок и ужас, хорошо отрепетированный".

Она задумалась. "Это было слишком хорошо поставлено, чтобы не быть отрепетированным. Драко рекламировался как один из величайших актеров нашего времени. Убить его было одним шагом. Замена его, пусть даже только в сознании убийцы, была важной секундой ".

"Вы говорите, что это было профессионально мотивировано".

"Да, на одном уровне. Но это также было очень личным. Если мы посмотрим на актера или начинающего актера, профессиональные и личные мотивы могут быть легко смешаны ".

"Единственный, кто в профессиональном плане извлек ощутимую выгоду из смерти Драко, это Майкл Проктор. Дублер."

"Логически, да. Тем не менее, все, кто находится на сцене или участвует в этом представлении, выигрывают. Внимание средств массовой информации, имена, запечатленные в умах общественности, этот незабываемый момент времени. Разве не к этому стремится актер? Незабываемый момент?"

"Я не знаю. Я не понимаю людей, которые проводят свою жизнь, будучи другими людьми ".

"Работа, мастерство заключается в том, чтобы заставить зрительскую аудиторию поверить, что они другие люди. Театр - это больше, чем работа для тех, кто делает это хорошо, кто посвящает этому свою жизнь. Это, как и ваша работа для вас, образ жизни. И в ночь, когда был убит Драко, прожектор засиял немного ярче для всех в этой пьесе ".

"В пьесе или вовлечен в пьесу. Не в зале."

"С текущими данными я не могу исключить членов аудитории, но больше склоняюсь к человеку или людям, более близким к сцене". Мира отставила свою чашку в сторону, положила руку на руку Евы. "Ты беспокоишься о Надин".

Ева открыла рот, закрыла его снова.

"Надин - пациентка, и она очень открыта со мной. Я полностью осведомлен о ее отношениях с жертвой и я полностью готов, если это станет необходимым, высказать свое профессиональное мнение о том, что она не способна спланировать и осуществить насильственное преступление. Если бы она хотела наказать Драко, она бы нашла способ сделать это через средства массовой информации. Она способна на это, очень способна ".

"Ладно, хорошо".

"Я говорила с ней", - продолжила Мира. "Я знаю, что сегодня у вас официальное собеседование с ней".

"После того, как я уйду отсюда. Только я, Надин и ее адвокат. Я хочу, чтобы было зафиксировано, что она пришла ко мне с информацией. Я могу отложить заявление на несколько дней, дать ей немного передышки ".

"Это поможет". Но Мира вгляделась в лицо Евы, увидела больше. "Что еще?"

"Неофициально?"

"Конечно".

Ева сделала глоток чая, затем рассказала Мире о видеодиске в пентхаусе Драко.

"Она не знает", - немедленно сказала Мира. "Она бы сказала мне. Это обеспокоило бы ее и привело в ярость. Смутил ее. Должно быть, он записал это без ее ведома ".

"Тогда следующая строка была бы такой: что, если бы он показал это ей, когда она пришла к нему в день, когда он был убит?"

"Горничная сообщила бы о значительном повреждении номера, и Драко был бы вынужден обратиться за неотложной медицинской помощью перед выступлением". Мира откинулась на спинку стула. "Приятно видеть, как ты улыбаешься. Мне жаль, что вы беспокоились о ней ".

"Она была потрясена, когда у нас была наша встреча. Действительно потрясен ". Ева встала со стула, подошла к экрану настроения и наблюдала за приливами и отливами. "У меня в ушах слишком много людей, которые жужжат. Это отвлекает ".

"Ты бы вернулась к своей жизни, какой она была год назад, Ева? Два года назад?"

"Некоторые моменты было легче. Я встал утром и сделал свою работу. Может, тусовался с Мэвис пару раз в неделю." Она выдохнула. "Нет, я бы не стал возвращаться. В любом случае, это не имеет значения. Я там, где я есть. Итак... вернемся к Драко."

Ева продолжила. "Он был сексуальным хищником".

"Да, я прочитал ваш обновленный отчет непосредственно перед вашим прибытием. Я соглашусь, что секс был одним из его любимых видов оружия. Но не сам секс удовлетворял его. Это был контроль, совокупность его внешности, его стиля, его таланта и сексуальности, используемых для управления женщинами. Женщины, которых он считал своими игрушками. И через них, показывая свое превосходство над другими людьми. Он был одержим идеей быть центром ".

"А незаконный? Парень использует Rabbit на женщине, потому что он не думает, что у него с ней получится. Это отнимает у нее право выбора ".

"Согласен, но в данном случае я бы сказал, что это была просто еще одна опора для него. По его мнению, ничем не отличается от света свечей и романтической музыки. Он считал себя великим любовником, точно так же, как знал, что является великим актером. Его снисходительность, по его мнению, была не более чем его правом как звезды. Я не говорю, что секс не играет роли в мотиве, Ева. Я полагаю, что в этом случае у вас есть множество мотивов и очень сложный убийца. Очень вероятно, что он такой же эгоцентрик, как и жертва ".

"Двое в своем роде", - пробормотала Ева.

***

Он все рассчитал. Актеры, они думали, что они такие чертовски блестящие, такие особенные, такие важные. Что ж, он мог бы стать актером, если бы действительно захотел. Но это было именно так, как всегда говорил ему его отец. Ты работаешь за кулисами, ты работаешь вечно.

Актеры, они приходили и уходили, но хорошему рабочему сцены никогда не приходилось искать работу.

Лайнус Ким был рабочим сцены в течение тридцати лет. Последние десять лет он был вожаком. Вот почему ему предложили должность руководителя в "Нью Глоуб", вот почему он получал самую высокую зарплату, которую профсоюз мог выжать из скупых ублюдков из руководства.

И даже тогда его зарплата и близко не подходила к тому, что зарабатывали актеры.

И где бы они были без него?

Теперь это должно было измениться. Потому что он это просчитал.

Довольно скоро The New Globe собирались искать нового главного рабочего сцены. Лайнус Ким собирался уйти в отставку с шиком.

Когда он работал, он держал глаза и уши открытыми. Он изучал. Никто в театральной труппе не знал, что есть что и кто был чем для кого, так, как знал Лайнус Ким.

Прежде всего, он был экспертом по выбору времени. Подсказки никогда не пропускались, когда Лайнус был главным.

Он знал, когда в последний раз видел реквизитный нож. Точно, когда и где. И знание этого оставляло только одно окно возможностей для подмены. И только один человек, по мнению Лайнуса, мог бы провести это так ловко. У него могло быть как раз достаточно времени, чтобы воткнуть муляж ножа в гримерку Ареены Мэнсфилд.

Для этого потребовалось мужество, он бы дал им это.

Лайнус остановился у тележки на углу, чтобы перекусить поздним утром, положив туда крендель с ярко-желтой горчицей.

"Эй!" Оператор схватился за трубку рукой, защищенной потрепанными перчатками без пальцев. "Ты собираешься использовать так много, ты заплатишь дополнительно".

"Твой, вигвам". Лайнус добавил еще одну каплю, черт возьми.

"Ты употребляешь в два раза больше". Оператор, покрытый боевыми шрамами азиат, проработавший на углу менее трех месяцев, пританцовывал на месте на крошечных ножках. "Вы платите дополнительно".

Лайнус подумал о том, чтобы брызнуть тем, что осталось в тюбике, в смуглое лицо мужчины, затем вспомнил о своем грядущем богатстве. Это заставило его почувствовать себя великодушным. Он вытащил из кармана пятидесятицентовую купюру, подбросил ее в воздух.

"Теперь вы можете удалиться", - сказал он, когда оператор зацепил его за нисходящую дугу.

Уходя, он посасывал крендель, пропитанный горчицей.

Он был невысоким мужчиной и к тому же тощим, если бы не пузо размером с футбольный мяч над его поясом. Его руки были длинными для его роста и бугристыми мускулами. Его лицо было похоже на разбитую тарелку, плохо склеенную, плоское и круглое, покрытое морщинами. Его бывшая жена часто убеждала его потратить немного накопленных сбережений на какой-нибудь простой косметический ремонт.

Лайнус не видел в этом смысла. Какая разница, как он выглядел, когда его работа заключалась, по сути, в том, чтобы его не видели?

Но он подумал, что мог бы взяться за какую-нибудь работу сейчас. Он собирался отправиться на Таити, или Бали, или, может быть, даже на один из курортных спутников. Грейся на солнце, песке и женщинах.

Полмиллиона, которые ему заплатили бы за то, чтобы он держал свои маленькие наблюдения при себе, прилично увеличили бы его сбережения за всю жизнь.

Он подумал, не следовало ли ему попросить большего. Он держал выплату на низком уровне - ничего такого, чего не смог бы наскрести актер, по мнению Лайнуса. Он даже был бы готов взять это в рассрочку. Он мог быть разумным. И факт был в том, что он должен был восхищаться мужеством и мастерством, задействованными здесь, и выбором цели.

Он никогда не встречал актера, которого презирал бы больше, чем Драко, а Лайнус ненавидел актеров почти с религиозным равенством.

Он отправил в рот остаток кренделя, вытер горчицу с подбородка. Письмо, которое он отправил, должно было быть доставлено первым делом в то утро. Он заплатил за это дополнительную плату. Инвестиции.

Письмо было лучше, чем телефонный звонок или личный визит. Такого рода вещи можно отследить. Копы могли прослушивать ссылки каждого. Он не оставил бы это без внимания копов, которым он не доверял почти так же, как актерам.

Он вспомнил, что сохранил записку простой и прямой.

Я знаю, что ты сделал и как ты это сделал. хорошая работа. встретимся в театре, за кулисами, на нижнем уровне. одиннадцать часов. Я хочу 500 000 долларов. Я не пойду в полицию. В любом случае, он был сукиным сыном.

Он не подписывал это. Все, кто работал с ним, знали его печать квадратными блоками. У него было несколько неприятных моментов, когда он беспокоился, что записка попадет в полицию, и его арестуют за попытку шантажа. Но он отбросил эту возможность.

Что значили полмиллиона для актера?

Он воспользовался служебной дверью, введя свой код. Его ладони были немного потными. Нервы и возбуждение. Дверь закрылась за ним с металлическим, отдающимся эхом лязгом. Затем он вдохнул аромат театра, погрузился в его великолепную тишину. Он почувствовал толчок в сердце, резкий и неожиданный.

После сегодняшнего дня он бы отказался от этого. Запахи, звуки, свет и линии. Это было все, что он действительно когда-либо знал, и внезапное осознание любви к этому потрясло его.

Это ни черта не значит, напомнил он себе, и повернулся к лестнице, которая вела под сцену. У них были театры на Таити, если он хотел отдохнуть, как водитель автобуса. Он мог бы даже, возможно, открыть свое собственное маленькое региональное заведение. Театр-дворец казино.

Это была мысль.

Театр Лайнуса Кима. В этом был смысл.

У основания лестницы он повернул направо, вниз по извилистому коридору. Сейчас он напевал, счастливый в своем собственном пространстве, слегка бурля от предвкушения того, что должно было произойти.

Рука, извиваясь, обвилась вокруг его шеи. Он вскрикнул, больше от удивления, чем от страха, начал поворачиваться.

Пары попали ему в рот и нос. Его зрение затуманилось, в голове зазвенело. Он не чувствовал своих конечностей.

"Что? Что?"

"Тебе нужно выпить". Голос шептал ему на ухо, дружелюбно, утешая. "Давай, Лайнус, тебе нужно выпить. Я достал бутылку из твоего шкафчика ".

Его голова поникла, камнем повиснув на тощей шее. Все, что он мог видеть за своими веками, были кровоточащие цвета. Его ноги шаркали по полу, когда его осторожно подвели к креслу. Он послушно проглотил, когда к его губам поднесли стакан.

"Вот так-то лучше, не так ли?"

"Головокружение".

"Это пройдет". Голос оставался мягким и успокаивающим. "Вы просто почувствуете себя очень спокойно. Транквилизатор слабый. Едва ли больше, чем поцелуй. Вы просто сидите там. Я обо всем позабочусь".

"Хорошо". Он неопределенно улыбнулся. "Спасибо".

"О, это не проблема".

Петля уже была приготовлена из длинного отрезка веревки, взятой с пола летательного аппарата. Руки в перчатках плавно обвили им шею Лайнуса, прижали и расправили ее.

"Как ты себя сейчас чувствуешь, Лайнус?"

"Довольно хорошо. Чертовски хорошо. Я думал, ты разозлишься ".

"Нет". Но был вздох, который мог быть сожалением.

"Я беру деньги и отправляюсь на Таити".

"Это ты? Я уверен, вам это понравится. Лайнус, я хочу, чтобы ты написал кое-что для меня. Вот твоя ручка. Вот так. Вот блокнот, который вы всегда используете для своих заметок. Ты никогда не пользуешься электронным блокнотом, не так ли?"

"Бумага для меня достаточно хороша, черт возьми". Он икнул, ухмыльнулся.

"Конечно. Запишите это, не могли бы вы? "Я сделал это". Это все, что ты можешь сказать. Просто напишите "я сделал это", затем подпишите свое имя. Идеальный. Это просто идеально ".

"Я сделал это". Он подписал свое имя скупыми каракулями. "Я понял это".

"Да, ты сделал. Это было очень умно с твоей стороны, Лайнус. У тебя все еще кружится голова?"

"Нет. Я чувствую себя хорошо. Я чувствую себя прекрасно. Ты принес деньги? Я отправляюсь на Таити. Ты оказал всем услугу, убив этого тупого ублюдка ".

"Спасибо тебе. Я тоже так подумал, Давайте сейчас встанем. Устойчив?"

"Как скала".

"Хорошо. Не могли бы вы оказать мне услугу? Не могли бы вы подняться по этой лестнице? Я бы хотел, чтобы вы перекинули этот конец веревки через тот столб и привязали его. Мило и уютно. Никто не завязывает узлы так, как опытный рабочий сцены ".

"Конечно". Он поднялся, напевая.

Лежа на земле, его убийца наблюдал за происходящим с замирающим от предвкушения сердцем. Когда пришла записка, был страх. Приливные волны страха, паники и отчаяния.

Это было сделано сейчас. Это должно было быть сделано. Осталось только легкое раздражение и порыв вызова.

Как с этим справиться? Ответ пришел так гладко, так ясно. Устраните угрозу, передайте полиции их убийцу. Все одним махом.

Через мгновения, всего лишь мгновения сейчас, все это было бы сделано.

"Все связаны!" Звонил Лайнус. "Она выдержит".

"Я уверен. О нет, Лайнус, не спускайся обратно ".

Сбитый с толку, он пошевелился на лестнице, посмотрел вниз на улыбающееся лицо внизу. "Не спуститься вниз?"

"Нет. Прыгай. Спрыгни с лестницы, Лайнус. Разве это не будет весело? Это все равно что прыгнуть в красивую голубую воду на Таити ".

"Как на Таити? Вот куда я отправлюсь, как только буду на плаву ".

"Да, как на Таити". Смех был радостным, ободряющим. Внимательное ухо могло бы уловить скрытое за этим напряжение, но Лайнус только рассмеялся в ответ. "Давай, Лайнус. Погружайся прямо в это! Вода в порядке ".

Он ухмыльнулся, зажав нос. И прыгнул.

На этот раз смерть не была тихой. Перепуганные, брыкающиеся ноги сбили лестницу с оглушительным грохотом. Он попал в бутылку с пивом, взорвав стекло. Сдавленные вздохи, пробившиеся сквозь затянутую петлю, превратились в хрип. Секунды, всего лишь секунды, но воздух, казалось, кричал вместе с ними.

И затем был слышен только слабый скрип раскачивающейся веревки. Как скрип мачты в открытом море, это было удивительно романтично.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

"Учитывая профиль убийцы, представленный Мирой, чаша весов склоняется на сторону исполнителя. Актер", - продолжила Ева. "Или кто-то, кто хочет или мечтал им стать".

"Что ж, у тебя есть свои хедлайнеры". Фини вытянул ноги. "Ваша вторая струна, ваши статисты. Сложите их все, у вас все еще есть более тридцати потенциалов. Ты добавляешь к этому желаемое, и Христос знает ".

"Мы разделяем их и сокращаем. Точно так же Бакстер должен сократить число зрителей ".

Фини растянул губы в усмешке. "Мы слышали его нытье всю дорогу в EDD".

"Тогда моя работа там выполнена. Мы учитываем связи с жертвой, - продолжила Ева, - размещение во время последнего акта. Мы берем на допрос наиболее вероятных и начинаем их допрашивать ".

Макнаб поерзал на своем стуле, поднял палец. "Все еще возможно, что убийцей был кто-то из зрителей. Кто-то, кто знал Драко, имел театральный опыт. Даже работая с Бакстером и кем бы он ни был, кого бы он ни втянул в это с собой двадцать четыре часа в сутки / семь минут по вероятностям и происхождению, на устранение уйдут недели."

"У нас нет недель", - парировала Ева. "Это громкое дело. Давление на Башню будет нарастать ", - сказала она, имея в виду офис комиссара. "Это означает, что это собирается сжать нас, и сжать скоро. Мы управляем аудиторией, когда Бакстер передает потенциальные возможности, и продолжаем управлять ими, пока не сведем это к минимуму. А пока мы сосредоточимся на сцене ".

Она подошла к доске, где уже были прикреплены кадры с места убийства, тела, графики и диаграммы, полученные в результате вероятностного сканирования и проверки данных, выполненных на сегодняшний день.

"Это не было массовым убийством. Это не было импульсом. Это было спланировано, поставлено. Это было исполнено. И это было записано. У меня есть копии дисков для всех. Мы собираемся посмотреть пьесу, каждый из нас, изучать ее, пока не выучим реплики, ходы настолько хорошо, что сможем сами отправиться с ней в путь.

"Речь идет об искажении закона", - пробормотала она. "Насчет игры с этим. И, в конце концов, это своего рода правосудие. Убийца мог видеть смерть Драко именно так. Своего рода правосудие".

Фини потряс засахаренными орешками в пакетике у себя в кармане. "Его никто не любил".

"Тогда мы выясним, кто ненавидел его больше всего".

***

Мальчика звали Ральф, и он выглядел одновременно испуганным и взволнованным. На нем была потрепанная куртка "Янкиз" поверх тускло-коричневой униформы уборщика. У него либо была очень плохая стрижка, либо, предположил Рорк, щеголяла какая-то новая мода. Как бы то ни было, его заставляли постоянно сдувать, подметать или стряхивать с глаз растрепанные пряди темных волос.

"Я не думал, что вы придете сами, сэр". Отчасти паническое возбуждение Ральфа было вызвано идеей поговорить лицом к лицу с легендарным Рорком. Все знали, что этот человек был абсолютно ледяным. "Приказано сообщать обо всем необычном в управление, поэтому, когда я увидел, что служебная дверь не была заперта и закодирована, я понял, как мне следует сообщить об этом сразу ".

"Это верно. Ты заходил внутрь?"

"Ну, я..." Ральф не видел никакого смысла признаваться, что его чрезмерно активное воображение не позволило ему отойти на два фута от двери. "Я начал, ты знаешь. Затем я увидел, что там горел свет, который не должен был гореть. Я подумал, что было бы умнее остаться здесь и ... охранять дверь, типа."

"Хорошая мысль". Рорк присел на корточки, изучил замки, лениво взглянул на камеру наблюдения. Его световой индикатор был выключен, и этого не должно было быть. "Вы обычно работаете в одиночку?"

"О нет, сэр. Но поскольку, вы знаете, здание закрыто из-за смерти того парня и прочего, мой начальник попросил одного из бригады уборщиков добровольно заняться обслуживанием освещения. Из-за всей этой суматохи в ночь премьеры никто так и не добрался до уборки ванных комнат и прочего. Управляющий, он сказал, что копы дали нам разрешение вернуться, поскольку они уже получили то, что им было нужно ".

"Да". Только этим утром Рорку сообщили, что определенные участки здания не были очищены.

"Мы не должны проходить полицейские барьеры на сцену или обратно. Супер сказал, что они устроят тебе настоящий шок, если ты попытаешься с ними связываться ".

"Супер" - это совершенно верно."

"Итак, я просто должен разобраться с ванными комнатами, вот и все. Я взялся за это, потому что мне могут пригодиться деньги, понимаешь?"

"Да". Рорк выпрямился, улыбнулся мальчику. "Я знаю очень хорошо. Что ж, тогда, Ральф, это? Мы просто войдем и посмотрим, что к чему ".

"Конечно". Раздался громкий вздох, когда Ральф вошел внутрь вслед за Рорком. "Знаешь, говорят, убийца всегда возвращается, типа, на место своего преступления".

"Неужели они?" Голос Рорка был мягким, когда он осматривал местность. "Ты узнаешь, что в мире всегда очень мало, Ральф. Но, возможно, на этот раз они могут оказаться правы ".

Комнаты за прихожей были темными, но на лестнице с нижнего уровня пробивался свет. Рорк начал спускаться, сунув руку в карман, куда он сунул маленький, запрещенный для гражданского использования парализатор, когда получил сообщение о возможном взломе.

Он последовал за свечением в сторону подмостков.

Он почувствовал запах домашнего пива, его едва заметную кислинку и неприятный оттенок, в котором он распознал смерть.

"Да, боюсь, на этот раз они правы", - пробормотал он, затем завернул за угол.

"О, черт. О, черт." Голос Ральфа прерывался на словах, и его глаза вытаращились на фигуру, болтающуюся на толстом куске веревки. "Это парень?"

"Это было. Если ты собираешься заболеть, в этом нет ничего постыдного, но найди другое место ".

"А?"

Рорк оглянулся. Лицо мальчика было белым, как полотно, глаза остекленели. Чтобы все было просто, Рорк просто положил руку на плечо Ральфа и опустил его на пол. "Опустите голову, делайте медленные вдохи. Вот так, сынок. У тебя все получится ".

Отвернувшись от мальчика, Рорк подошел к повешенному. "Бедный, глупый ублюдок", - подумал он вслух и достал свой карманный линк, чтобы позвонить жене.

"Даллас. Что? Рорк, я не могу сейчас с тобой говорить. Я здесь по уши ".

"Кстати, о шеях. Сейчас я смотрю на один, который был значительно растянут. Вам нужно будет пройти в театр, лейтенант, на нижний уровень. Я нашел для тебя другое тело ".

***

Смерть требовала рутинной процедуры, даже если муж главного следователя обнаружил тело.

"Вы можете его опознать?" - спросила она Рорка и сделала знак Пибоди записать сцену.

"Вопрос. Лайнус Ким. Я проверил записи о приеме на работу после того, как позвонил вам. Главный рабочий сцены. Ему было пятьдесят шесть. Разведен, детей нет. Он жил на Седьмой - один, согласно его досье."

"Вы знали его лично?"

"Нет".

"Хорошо, приготовьтесь. Пибоди, принеси мне лестницу. Я не хочу использовать это, пока мы не проведем полную проверку. Кто этот парень?" она спросила Рорка.

"Ральф Байден. Один из команды уборщиков. Сегодня он собирался работать в одиночку, увидел, что дверь на сцену не заперта, и вызвал его ".

"Назови мне время", - потребовала Ева, изучая угол наклона упавшей лестницы, узор из осколков стекла от разбитой бутылки из-под пива.

После одного долгого разглядывания Рорк достал свой журнал. "Он связался с центром технического обслуживания в одиннадцать двадцать три. Я был предупрежден шесть минут спустя и прибыл на место ровно в полдень. Это достаточно точно, чтобы удовлетворить вас, лейтенант?"

Она знала этот тон и ничего не могла поделать, если он решил разозлиться. Тем не менее, она хмуро посмотрела ему в спину, и он отошел, чтобы взять у Пибоди маленькую стремянку.

"Вы или ребенок к чему-нибудь прикасались?"

"Я знаю рутину". Рорк подложил лестницу под тело. "Почти так же хорошо, как ты сейчас".

Она просто хмыкнула, закинула на плечо свой походный комплект и начала подниматься по лестнице.

Повешение - это неприятная смерть, и оставшаяся после него оболочка отражает это. От этого выпучиваются глаза, багровеет лицо. Он не весил больше ста двадцати, подумала Ева. Недостаточно, даже близко недостаточно для того, чтобы груз опустился быстро и тяжело и милосердно сломал ему шею.

Вместо этого он задыхался до смерти, достаточно медленно, чтобы осознавать, бороться, сожалеть.

Руками, покрытыми печатью, она вытащила единственный лист дешевой переработанной бумаги из-за его пояса. После быстрого просмотра она передала бумагу. "Забей на это, Пибоди".

"Да, сэр. Самоубийство?"

"Копы, которые делают поспешные выводы, спотыкаются о то же самое и падают на свои задницы. Вызовите команду на место преступления, предупредите меня, что у нас смерть без присмотра. "

Отчитанная, Пибоди достала свой коммуникатор.

Ева записала время смерти на диктофон и осмотрела очень точный узел палача. "Почему самоликвидация, офицер Пибоди?"

"Ах... Субъект найден повешенным, что является традиционным методом самоуничтожения, по месту его работы. Там есть подписанная предсмертная записка, разбитая бутылка самогона с одним стаканом. Нет явных признаков борьбы или насилия ".

"Во-первых, людей веками вешали как способ казни. Во-вторых, на данный момент у нас нет доказательств, что субъект написал записку, найденную на месте преступления. И последнее, пока не будет завершен полный осмотр тела, мы не можем определить, есть ли другие следы насилия. Даже если их нет, - продолжила Ева, пятясь вниз по лестнице, - человека можно затянуть в петлю".

"Да, сэр".

"Дальше. на поверхности это выглядит как самоуничтожение. Наша работа - не останавливаться на поверхности и предполагать, а наблюдать, записывать, собирать доказательства и в конечном итоге делать выводы ".

Ева отступила, изучая сцену. "Зачем человеку приходить сюда, в пустой театр; сидеть и выпивать стакан пива; написать короткую записку; смастерить себе красивую, аккуратную петлю; закрепить ее; подняться по лестнице; затем сойти?"

Поскольку она понимала, что от нее ждут ответа, Пибоди постаралась на славу. "Театр - это его рабочее место. Самоубийцы часто идут на этот шаг по месту работы."

"Я говорю о Квиме, Лайнус. Конкретика, Пибоди, не обобщения."

"Да, сэр. Если он был ответственен за смерть Драко, что могло означать записку, его, возможно, одолело чувство вины, и он вернулся сюда, туда, где был убит Драко, уравновесив чаши весов, покончив с собой под сценой."

"Подумай о профиле, Пибоди. Подумайте о первоначальном преступлении и способе его совершения. Я нахожу расчет, безжалостность и отвагу. Скажи мне, где ты находишь вину?"

С этими словами Ева направилась туда, где в углу сидел Ральф, бледный и молчаливый.

"Облажался", - пробормотала Пибоди. "Большое время". Она выдохнула, пытаясь не смущаться, что ей прикололи крылья на глазах у Рорка. "Сейчас она в ярости".

"Она сердита. Не на тебя, в частности, - добавил Рорк, - и не на меня." Он оглянулся на труп, на жалкую растрату, и прекрасно понял свою жену. "Смерть оскорбляет ее. Каждый раз. Каждый раз, когда она сталкивается с этим ".

"Она скажет тебе, что ты не должен принимать это на свой счет".

"Да". Он наблюдал, как Ева сидит рядом с Ральфом, автоматически заслоняя своим телом его видение смерти. "Она скажет тебе это".

***

Он мог быть терпеливым. Рорк умел ждать, выбирать время и место. Точно так же, как он знал, что Ева будет искать его, найдет его, хотя бы для того, чтобы убедиться, что он не слишком глубоко запустил пальцы в ее работу.

Итак, он сидел на сцене, все еще одетый в окончательный комплект для зала суда. Странное место для человека с его прошлым, подумал он с некоторым удивлением, используя свой персональный компьютер palm для сканирования обновленных отчетов о запасах и пересмотра служебной записки.

Он включил свет на сцене, хотя это было просто для удобства. Когда она выследила его, он сидел на скамье подсудимых под прохладным голубым пятном и выглядел соблазнительно, как приговоренный к смерти ангел.

"Они когда-нибудь заводили тебя так далеко?"

"Хм?" Он поднял взгляд. "Вы видели мои записи. Никаких арестов ".

"Я видел, что осталось от твоих записей после того, как ты поиграл с ними".

"Лейтенант, это серьезное обвинение". Тем не менее, улыбка заиграла на его губах. "Но нет, я никогда не имел удовольствия защищать себя в суде по уголовному делу. Как поживает мальчик?"

"Кто? О. Ральф. Немного шаткий." Она поднялась по лестнице на скамью подсудимых. "Я попросил пару полицейских отвезти его домой. Нам не нужно будет снова с ним разговаривать. А после того, как он поправится, все его приятели угостят его пивом, чтобы послушать историю ".

"Именно так. Ты прекрасно разбираешься в человеческой природе. А как поживает наша Пибоди?"

"Что ты имеешь в виду?"

"Вы хороший учитель, лейтенант, но жестокий. Я задавался вопросом, оправилась ли она от синяков, которые вы ей нанесли."

"Она хочет стать детективом. Она хочет работать над убийствами. Первое правило, отправляясь на место происшествия, ничего с собой не бери. Никаких предубеждений, никаких выводов. И вы не принимаете то, что видите на первый взгляд, за чистую монету. Ты думаешь, Фини не бил меня этим по голове несколько раз, когда был моим тренером?"

"Я полагаю, что он так и сделал, и у него самого было много синяков, когда он ударился о камень".

"Если это причудливый способ сказать, что я упрям, это не оскорбляет меня. Она научится, и в следующий раз она подумает более тщательно. Она ненавидит облажаться ".

Он лениво протянул руку, чтобы провести костяшками пальцев по ее щеке. "Я сам подумал то же самое. Теперь, почему вы не думаете, что это самоуничтожение?"

"Я не говорил, что я этого не делал. Необходимо провести ряд тестов. Судебный медик сделает звонок ".

"Я спрашивал мнение не судмедэксперта, а ваше".

Она начала говорить, затем стиснула зубы и засунула руки в карманы. "Вы знаете, что это было там, внизу? Это было гребаное оскорбление. Это была сцена, тщательно подготовленная в мою пользу. Кто-то думает, что я глуп ".

Теперь он действительно улыбнулся. "Нет. Кто-то знает, что ты умен - очень умен - и проявил большую осторожность, вплоть до бутылки того, что, несомненно, окажется домашним напитком Quim ".

"Я проверил его шкафчик. Ты все еще можешь чувствовать этот запах. Он держал там бутылку, все верно. Что он знал?" - пробормотала она. "Главный рабочий сцены? Это означает, что он должен был бы знать, где все должно быть и когда. Люди, реквизит, работы ".

"Да, я бы предположил, что так".

"Что он знал?" - повторила она. "Что он видел, что он думал? За что он умер? Он записывал все в эту маленькую записную книжку. Почерк в предсмертной записке похож на совпадающий. Если судмедэксперт ничего не обнаружит, он, скорее всего, решит, что это самоустранение ".

Рорк поднялся. "Ты будешь работать допоздна".

"Да. Похоже."

"Смотри, чтобы ты съел что-нибудь другое, кроме шоколадного батончика".

Ее рот стал мрачным. "Кто-то снова украл мои шоколадные батончики".

"Ублюдок". Он наклонился, легко поцеловал ее. "Увидимся дома".

***

Если предубеждение Евы о том, что театральные деятели вели богемную жизнь, пошатнулось после осмотра жилых помещений Майкла Проктора, то по нему был нанесен серьезный удар, когда она дошла до объяснения Лайнуса Кима по поводу квартиры.

"В одном шаге от того, чтобы спать на улице". Она покачала головой, когда впервые осмотрела единственную комнату на уровне улицы. Решетки от взлома, закрывающие два грязных окна с прорезями для стрел, были покрыты грязью и не пропускали жалкий солнечный свет, который, возможно, пытался пробиться во мрак.

Но баров и грязи было недостаточно, чтобы заглушить постоянный шум уличного движения или неприятную вибрацию от метро, которое проходило прямо под уродливой комнатой.

"Включить свет", - приказала она и была вознаграждена мерцающим, безнадежным желтым свечением от пыльного потолочного блока.

Она рассеянно засунула руки в карманы куртки. Внутри было холоднее, чем снаружи, на резком ветру поздней зимы. Все место, каким оно было, пропахло застарелым потом, застарелой пылью и тем, что, как она предположила, было вчерашним ужином из хэша с фасолью.

"Сколько, ты сказала, этот парень потратил на год?" - спросила она Пибоди.

Пибоди достала свой ПК, просканировала. "Профсоюзная шкала для его должности составляет восемьсот пятьдесят долларов за шоу с возрастающей почасовой оплатой за поднятие, демонтаж, переделку и оплату сверхурочных. Профсоюз получает двадцать пять процентов на взносы, пенсию, медицинские программы и бла-бла-бла, но наш парень все равно зарабатывает около трехсот тысяч ежегодно."

"И выбрал такую жизнь. Ну, он либо тратил их, либо где-то прятал." Она прошла по голому полу к компьютерному блоку. "Этот кусок дерьма старше, чем тот кусок дерьма, от которого я только что избавился. Компьютер включен".

Он кашлял, хрипел, фыркал, затем испустил болезненный синий свет. "Покажи финансовые отчеты для Квима, Лайнус".

Для отображения данных требуется пароль...

"Я дам тебе пароль". Она нерешительно постучала кулаком по устройству и назвала свое звание и номер значка.

Закон о конфиденциальности защищает запрашиваемые данные. Требуется пароль...

"Пибоди, разберись с этим делом". Ева повернулась к нему спиной и начала рыться в ящиках шкафа, который по консистенции напоминал картон. "Программы для игры в мяч на арене", - объявила она, пока Пибоди пыталась урезонить компьютер. "И еще блокноты. Наш мальчик любил делать ставки в играх, что могло бы объяснить, куда уходила его зарплата. У него здесь все записано, победы и поражения. В основном потери. Хотя, это мелочи до начала. Не похоже, что он был материалом для взлома позвоночника ".

Она перешла к следующему ящику. "Так, так, посмотри на это. Брошюры о тропических островах. Забудь о финансах, Пибоди. Посмотри, не искал ли он данные о Таити ".

Она подошла к шкафу, перерыла горсть рубашек, ощупывая карманы, проверяя, нет ли тайников в двух парах обуви.

Насколько она могла видеть, парень ничего не сохранил - ни сувениров, ни фотографий, ни личных дисков. Только его записные книжки.

У него был запас одежды на неделю, явно старой, в том числе один мятый костюм. В его шкафах обнаружилось несколько обезвоженных упаковок гашиша, несколько бутылок пива, один большой пакет соевых чипсов, еще нераспечатанный.

Она достала пакет, нахмурилась над ним. "Почему человек, у которого так явно туго с деньгами, покупает огромный пакет чипсов, а потом вешается, прежде чем их съесть?"

"Возможно, он был слишком подавлен. Некоторые люди не могут есть, когда у них депрессия. Что касается меня, то я стремлюсь к максимально возможному содержанию калорий ".

"Мне кажется, что он ел прошлой ночью и еще раз сегодня утром. Вскрытие подтвердит это, но его утилизатор перегружен персоналом." Поморщившись, она сунула руку в щель и вытащила пустой пакет. "Соевые чипсы. Я предполагаю, что он прикончил их вчера и приготовил запасную сумку для следующего питательного ужина. В его холодильнике охлаждается полбутылки пива, а в шкафу - две запасные."

"Ну, может быть... Хорошее решение для Таити, Даллас ". Пибоди выпрямилась. "Это был его последний поиск данных. У нас есть фотографии, данные туристов, климатические снимки." Пока она говорила, машина заиграла экзотическую музыку, тяжелую для барабанов. "И полуголые танцующие девушки".

"Почему наш горожанин делает снимки далеких островов?" Ева вернулась, наблюдая, как туземные женщины впечатляюще покачиваются в каком-то племенном танце. "Компьютер, воспроизведите самый последний поиск вариантов перевозок и их стоимости из Нью-Йорка на Таити".

Работает... Последний поиск данных транспо инициирован в три тридцать пять двадцать восьмого марта 2059 года Квимом, Лайнусом. Данные следующие: Авиакомпания Roarke Airlines предлагает большинство прямых рейсов ежедневно...

"Естественно", - сухо сказала Ева. "Блокировка компьютера. Ким провел время только этим утром, исследуя рейсы на Таити. Не похоже на парня, страдающего от чувства вины и депрессии. Компьютер, внесите в список Кима, Лайнуса, паспортные и /или визовые данные."

Работает... Квим, Лайнус: Запрос на паспорт инициирован через тысячу четыреста часов, двадцать шестого марта 2059 года.

"Ты собирался в путешествие, не так ли, Лайнус?" Она отступила назад. "Что ты видел, что ты знал?" - пробормотала она. "И к кому ты собирался обратиться за деньгами, чтобы оплатить свой отпуск на острове? Давайте передадим это подразделение Фини, Пибоди ".

***

Элиза Ротчайлд дебютировала на сцене в возрасте шести месяцев в роли капризного ребенка, доставлявшего огорчение своим родителям в комедии "Гостиная". Пьеса провалилась, но Элиза была любимицей критиков.

Ее собственная мать подталкивала ее, таскала с прослушивания на прослушивание. К десяти годам Элиза была ветераном сцены и экрана. К двадцати годам она была уважаемой характерной актрисой, за плечами у нее был зал, полный наград, дома на трех континентах и ее первый - и последний - несчастливый брак.

В свои сорок она была рядом так долго, что никто не хотел ее видеть, включая продюсеров. Она утверждала, что скорее отошла от дел, чем исчерпала себя, и провела следующее десятилетие своей жизни, путешествуя, устраивая роскошные вечеринки и борясь с мучительной скукой.

Когда представилась возможность сыграть придирчивую медсестру мисс Плимсолл в постановке "Свидетеля", она притворилась, что сопротивляется, позволила за собой ухаживать и пролила про себя обильные слезы облегчения и благодарности.

Она любила театр больше, чем когда-либо любила любого мужчину или любую женщину.

Теперь, когда ее экран безопасности объявил о прибытии полиции, она приготовилась сыграть свою роль с достоинством и осмотрительностью.

Она сама открыла дверь, сурово привлекательная женщина, которая не потрудилась скрыть свой возраст. Ее волосы были насыщенного каштанового цвета с серебром. Морщинки вокруг ее карих глаз разошлись веером без извинений. На ней была туника, облегающая бедра, и широкие брюки, облегающие невысокое, крепкое тело. Она протянула Еве руку, сверкающую кольцами, холодно улыбнулась и отступила назад.

"Добрый день", - сказала она своим ровным голосом, в котором звучал гранит Новой Англии. "Отрадно видеть, что полиция действует оперативно".

"Я ценю ваше время, мисс Ротчайлд".

"Ну, на самом деле у меня нет выбора, не так ли, кроме как отдать это тебе".

"Вы можете говорить через адвоката или представителя или с ними".

"Конечно. Мой адвокат наготове, если я решу это сделать ". Она указала в сторону гостиной. "Я знаю вашего мужа, лейтенант. Самый фатально привлекательный мужчина, которого я когда-либо встречала. Возможно, он сказал вам, что я не хотела выходить на пенсию и соглашаться на роль мисс Плимсолл. Но, откровенно говоря, я не мог перед ним устоять ".

Она снова улыбнулась, села в элегантное кресло с высокой спинкой и гобеленовым сиденьем, положила локти на широкие подлокотники, сложила руки. "Кто мог?"

"Рорк убедил тебя выйти на пенсию".

"Лейтенант, я уверен, вы в курсе, что нет ничего, на что Рорк не смог бы уговорить женщину. Или вне."

Ее глаза оценивали Еву, затем лениво переместились на Пибоди. "Тем не менее, вы здесь не для того, чтобы обсуждать Рорка, а другого смертельно привлекательного мужчину. Хотя, на мой взгляд, Ричарду не хватало обаяния вашего мужа и скрытой... мы будем говорить "порядочность", за неимением лучшего слова ".

"Были ли у вас с Ричардом Драко романтические отношения?"

Элиза несколько раз моргнула, затем рассмеялась. Звук был ровным, булькающим бульканьем. "О, моя дорогая девочка, я должен быть польщен или оскорблен? О, я".

Со вздохом она похлопала себя по груди, как будто приступ юмора был нагрузкой на сердце. "Позвольте мне сказать, что Ричард никогда бы не потратил на меня эту конкретную область своих навыков. Даже когда мы были молоды, он считал меня слишком невзрачной, слишком физически заурядной. "Слишком интеллектуален", я полагаю, было одним из его терминов. Он считал культурный интеллект недостатком женщины ".

Она сделала паузу, как будто осознав, что зашла слишком далеко в неправильном направлении, затем решила закончить. "Галантность не была одним из его талантов. Он часто отпускал ехидные шуточки по поводу моей непривлекательности. Я решил не удивляться и не обижаться, поскольку все сводилось к простому. Понимаете, мы были ровесниками. Что означало, что я был слишком стар на его вкус. И, если можно так выразиться, на несколько ступеней слишком самонадеян. Он предпочитал молодых и ранимых ".

И это, подумала Ева, вырвалось наружу потоком, как будто это было запружено довольно долгое время. "Тогда ваши отношения с ним были бы строго профессиональными?"

"Да. Мы, конечно, общались. Театральные деятели, как правило, представляют собой маленькую группу, склонную к инцесту - как в переносном, так и в буквальном смысле, я полагаю. На протяжении многих лет мы посещали одни и те же вечеринки, представления и бенефисы. Никогда как пара. Мы были достаточно вежливы, поскольку мы оба знали, что он не интересовался мной в сексуальном плане, это сняло это напряжение ".

"Гражданский", - повторила Ева. "Но не дружелюбный".

"Нет, я не могу утверждать, что мы когда-либо были дружелюбны".

"Можете ли вы сказать мне, где вы были в ночь премьеры, между сценами, которые происходили в баре и зале суда? Сцена, где Кристин Воул снова вызывается в качестве свидетеля."

"Да, конечно, поскольку это такая же рутина, как и то, что я делаю на сцене. Я вернулась в свою гримерную, чтобы проверить свой макияж. Я предпочитаю делать макияж самостоятельно, как и большинство из нас. Затем я некоторое время был за кулисами. В моей следующей сцене я на балконе, наблюдаю за залом суда - и сэром Уилфредом - вместе с персонажем Дианы и несколькими статистами ".

"Видели ли вы кого-нибудь или говорили с кем-нибудь в промежутках между этими сценами?"

"Я уверен, что сделал". Элиза подняла пальцы, изображая небольшой шпиль. Затем они рухнули. "Часть технической команды была бы за кулисами, и я, возможно, обменялся бы парой слов. Мы с Карли прошли мимо друг друга ".

"Передавали друг друга?"

"Да. Когда я выходил из своей гримерной, она направлялась к своей. Поспешно, поскольку вскоре должна была подойти наша реплика. Мы разговаривали?"

Она сделала паузу, поджав губы, изучая потолок, как будто в поисках воспоминаний. "Я верю, что мы это сделали. Она высказала какую-то бесцеремонную жалобу на Ричарда. Я думаю, она сказала, что он слегка ущипнул или похлопал ее по заднице. Это раздражало ее, как и должно было, учитывая его обращение с ней ".

Она продолжала царственно сидеть, ее глаза сияли и были устремлены на Еву. "Мне трудно сочувствовать, поскольку она достаточно умна, чтобы понимать, что лучше не связываться с мужчиной его натуры. Я полагаю, что я сделал Кеннету именно такой комментарий перед тем, как перейти на второй уровень съемочной площадки, чтобы оставить свой след ".

"Ты тоже его видел".

"Да, расхаживает по комнате, бормоча что-то себе под нос. Он часто делает это перед сценой. Я не мог бы сказать вам, услышал ли он меня или заметил. Кеннет пытается оставаться в роли и прилагает все усилия, чтобы игнорировать медсестру Плимсолл ".

"Кто-нибудь еще?"

"Ну, я... Да, я видел Майкла Проктора. Он был за кулисами. Я уверен, что он мечтал о ночи, когда у него может появиться шанс поиграть в Воула. Не то чтобы я хоть на мгновение поверил, что он подстроил это. У него такой беспомощный вид, не так ли? Я вижу, как это дело поглотит его целиком примерно через год ".

"И Ареена Мэнсфилд. Ты тоже ее видел?"

"Конечно. Она бросилась в свою гримерную. Она полностью сменила костюм и грим между этими сценами. Она промчалась прямо мимо меня. Но, честно говоря, лейтенант, если вам нужны позиции и действия актеров между сценами, вы не захотите разговаривать ни с одним из нас. Ты хочешь Квим. Он главный рабочий сцены, маленький помятый человечек с хитрыми глазами, которые почти ничего не упускают. Он повсюду".

"Больше нет", - тихо сказала Ева. "Лайнус Ким был найден повешенным этим утром в театре. Нижний уровень".

Впервые отполированный лоск Элизы дал трещину. Ее рука потянулась к сердцу, задрожала там. "Повешен?" Хорошо поставленный голос был хриплым на одном слове. "Повешен?" она повторила. "Должно быть, произошла ошибка. Кто мог убить такую безобидную маленькую жабу, как Квим?"

"Это выглядело как самоуничтожение".

"Чепуха". Элиза поднялась на ноги. "Да это же чепуха. Требуется большая храбрость или большая трусость, чтобы покончить с собственной жизнью. У него не было ни того, ни другого. Он был просто раздражающим маленьким человеком, который хорошо выполнял свою работу и, казалось, никогда не получал от нее удовольствия. Если он мертв, значит, кто-то его убил. Это два, - сказала она почти про себя. "Две смерти в театре. Трагедии случаются по трое. Кто следующий?"

Она вздрогнула, снова опустилась на свой стул. "Кто-то убивает нас". Жадный интерес в ее глазах исчез, веселая улыбка вокруг рта сменилась беспокойством. "Есть еще одна пьеса, лейтенант Даллас, написанная покойной дамой Кристи. А потом никого не было. Десять человек, тонко связанных, которых убивают по одному за раз. Я не собираюсь играть в этом какую-то роль. Ты должен остановить это ".

"Я намерен. Есть ли причина, по которой кто-то желал бы вам зла, мисс Ротчайлд?"

"Нет. Нет. У меня нет врагов в сфере, которая ведет к убийству. Но будет по крайней мере еще один. Это театр, и мы очень суеверны. Если их двое, то должно быть и трое. Их будет трое", - сказала она. "Если ты не сделаешь что-нибудь с этим".

Она вздрогнула, когда ее система безопасности подала звуковой сигнал. На экране появилось радостное лицо служащего вестибюля. "Ср. Лэндсдаун здесь, чтобы увидеть вас, мисс Ротчайлд. Должен ли я отправить ее наверх?"

"В данный момент я помолвлена", - начала она, но Ева подняла руку.

"Пожалуйста, пусть она поднимется".

"Я- " Элиза подняла руку к волосам, пригладила их. "Да, да, пожалуйста, отправьте ее наверх".

"Карли часто заглядывает?" Спросила Ева.

"Не совсем. Она была здесь, конечно. Мне нравится развлекать. Я не помню, чтобы она просто появлялась таким образом. Я действительно не в настроении болтать с ней в данный момент ".

"Все в порядке. Я есть. Я открою дверь", - сказала Ева, когда прозвучал звонок.

Ева воспользовалась моментом, чтобы изучить лицо Карли на экране безопасности. Ее можно было бы описать как безумную. Она наблюдала, как это сменилось шоком, затем быстро сменилось небрежным любопытством после того, как она открыла дверь.

"Лейтенант. Я не знал, что ты здесь. Очевидно, я выбрал неподходящее время для визита к Элизе ".

"Избавляет меня от необходимости выслеживать тебя для последующего интервью".

"Жаль, что у меня в кармане нет моего адвоката". Она вошла внутрь. "Я просто ходил по магазинам и решил заскочить". Она поймала задумчивый взгляд Евы на своих пустых руках. "Мне прислали несколько вещей в мою квартиру. Я действительно ненавижу таскать посылки. Элиза."

Карли вошла, раскинув руки, и встретила Элизу в центре гостиной. Они обменялись легкими объятиями и воздушными поцелуями в обе щеки. "Я не знал, что ты развлекался с полицией Нью-Йорка. Должен ли я оставить тебя в покое?"

"Нет". Элиза схватила ее за руку. "Карли, лейтенант только что сказал мне, что Квим мертв. Лайнус Ким."

"Я знаю". Повернувшись, она взяла Элизу за руки. "Я видел новости на экране".

"Я думал, ты ходил по магазинам".

"Я была". Карли кивнула на Еву. "Молодой человек развлекался с аппаратом Palm, в то время как его молодая женщина примеряла половину гардероба в спортивной одежде и отделениях. Я слышал это имя".

Она подняла руку, казалось, борясь с собой некоторое время. "Это расстроило меня - честно говоря, повергло в панику. Я не знал, что и думать, когда услышал отчет. Я был всего в нескольких кварталах отсюда, и я пришел сюда. Я хотел рассказать кому-нибудь, кто бы понял ".

"Понять что?" Ева подсказала.

"В отчете говорится, что считается, что его смерть связана с Ричардом. Я не понимаю, как это могло быть. Ричард никогда не обращал внимания на техников или команду. Насколько он был обеспокоен, декорации были одеты и изменены с помощью магии. Если только не было проблемы. Затем он оскорблял их словесно или физически. Квим никогда не пропускал ни одной реплики, так что Ричард не знал бы о его существовании. Как здесь может быть связь?"

"Но вы заметили его?"

"Конечно. Жуткий маленький человечек ". Она слегка вздрогнула. "Элиза, я ненавижу навязываться, но мне действительно не помешало бы выпить".

"Мне бы тоже не помешал такой", - решила она и позвонила дроиду-сервировщику.

"Вы обратили внимание на Квима в ночь премьеры?" Спросила Ева.

"Только то, что он делал то, что делал, в своей обычной молчаливой, хмурой манере".

"Вы говорили с ним?"

"Возможно, так и было. Я не помню. Я бы хотела водки со льдом, - добавила Карли, когда появился дроид. "Двойник".

"Ты не выглядел таким расстроенным, когда Драко был убит, причем на твоих глазах".

"Я могу назвать дюжину причин, по которым любое количество людей захотело бы убить Ричарда", - огрызнулась Карли в ответ.

"Включая тебя самого".

"Да". Она взяла стакан у дроида, сделала один быстрый глоток. "Совершенно определенно, включая меня. Но Квим меняет все. Если их смерти связаны, я хочу знать. Потому что эта идея пугает меня ".

"Трагедии случаются втроем", - заявила Элиза, ее голос был округлым, полным и страстным.

"О, спасибо, дорогая. Как раз то, что мне нужно было услышать." Карли подняла свой бокал, осушила содержимое.

***

"Странно. Эти люди чертовски странные ". Ева села в свою машину и направилась обратно в Центральный. "Один из их сообщников получает пулю в сердце практически у их ног, и они такие - боже мой, вы только посмотрите на это. Техника вешают, и они разваливаются на части ".

Она включила связь со своей машиной и связалась с Фини.

"Ни один звонок на домашнюю связь не поступил в течение сорока восьми часов", - сообщил он. "Никаких звонков никому из твоего списка, точка. Он раз в две недели связывался с букмекером по поводу ставок на мяч арены, но держал их в рамках установленного законом лимита ".

"Расскажи мне что-нибудь интересное, я тут задремал".

"Он отложил билет королевского класса на Таити, но не забронировал его. В одну сторону, отправляюсь через неделю, начиная со вторника. Также зарезервируйте VIP-люкс в Island Pleasure Resort. Пребывание на целый месяц. Навел кое-какие справки о недвижимости, присматривался к какому-то дому на склоне утеса в районе двух миллионов. Финансовые показатели парня составляют примерно четверть от этой суммы. Билет и люкс поглотили бы большую часть этого ".

"Итак, он хотел попасть в хорошую компанию".

"Или он был чертовски мечтательным. Не могу найти на его аппарате ничего, что указывало бы на то, что он делал предыдущие сканирования, ну, знаете, как хобби."

"Шантажируя убийцу, вы могли бы заработать неплохую сумму".

"Или петля", - добавил Фини.

"Да. Я направляюсь в морг, чтобы придраться к Морсу ".

"Никто не делает это лучше", - сказал Фини, прежде чем Ева прервала его.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

"А, лейтенант Даллас". Темные глаза главного судмедэксперта Морса блеснули за его микрощурками. Над исправными линзами его брови изогнулись двумя длинными тонкими треугольниками. В верхней части левого был маленький, блестящий серебряный обруч.

Он щелкнул пальцами, протянул запечатанную руку ладонью вверх. Ворчливый ассистент опустил в него двадцатидолларовый кредит. "Даллас, ты никогда не разочаровываешь меня. Видишь ли, Рочински, никогда не делай ставки против заведения."

Кредит исчез в одном из карманов его блевотно-зеленого защитного комбинезона.

"Выиграл пари?" Спросила Ева.

"О, да, действительно. Небольшое пари с моим коллегой, что ты появишься в нашем счастливом доме до пяти вечера ".

"Приятно быть предсказуемым". Она посмотрела вниз на женщину средних лет смешанной расы, которая в данный момент лежала под лазерным скальпелем Морса. Y-образный разрез уже был сделан.

"Это не мой мертвый парень".

"Очень наблюдательный. Познакомьтесь с Элианн Прин, погибшей девушкой детектива Харрисона, которая была на несколько мест раньше вашей. Лицензированный компаньон, уличный уровень. Она была найдена распростертой в заброшенном купе Lexus 49 года выпуска, в большом автомобильном морге, который мы называем долгосрочной парковкой, Ла Гуардиа ".

"Проблемы с уборной?"

"Никаких внешних признаков насилия, никаких недавних сексуальных контактов". Он извлек ее печень, взвесил и зарегистрировал ее.

"У нее слабый голубоватый оттенок кожи". Ева наклонилась, чтобы осмотреть руки. "Наиболее заметно под ногтями. Выглядит как передозировка, возможно, Экзотика и Джемпер ".

"Очень хорошо. В любой момент, когда ты захочешь перейти на мою сторону плиты, просто дай мне знать. Я могу обещать, у нас здесь намного веселее ".

"Да, до вас дошли слухи о тусовщиках".

"Сообщения о праздновании Дня Святого Патрика в ледяной комнате были..." Его глаза смеялись за защитными очками. "Точный".

"Прости, я пропустил это. Где мой парень? Мне нужен его токсикологический отчет."

"Ммм-хм". Морс потыкал в почку, прежде чем удалить ее. Его руки были быстрыми и умелыми и, казалось, отбивали такт бунтарской рок-музыке, играющей из динамиков. "Я предполагал, что вы будете спешить. Я отдал твоего парня молодому Файнштейну. Он только начал работать здесь в прошлом месяце. Имеет потенциал ".

"Ты отдал мой какому-то новичку?"

"Все мы когда-то были новичками, Даллас. Говоря об этом, где стойкая Пибоди?"

"Она снаружи, делает несколько пробежек. Послушай, Морс, это непростой вопрос."

"Так они говорят, все время, каждый раз".

"Я ставлю на убийство, но это было подстроено так, чтобы выглядеть как самоуничтожение. Мне нужны надежные руки и присмотр за моим парнем ".

"Я не беру никого без них. Расслабься, Даллас. Стресс может убить тебя ". Невозмутимый, он подошел к "линку" и вызвал Герберта Файнштейна. "Он скоро будет. Рочински, отправьте внутренности этой молодой леди в лабораторию. Начинайте анализ крови ".

"Морс, у меня два тела, и есть вероятность, что они связаны".

"Да, да, но это ваша область". Он подошел к ванне для детоксикации, смыл с рук загрязненный герметик, подставил их под лучистое тепло в сушильном шкафу. "Я посмотрю на работу мальчика, Даллас, но дай ему шанс".

"Да, да, прекрасно".

Морс снял очки и маску, улыбнулся. Его черные волосы были заплетены в сложную косу и ниспадали до середины спины. Он избавился от своего защитного костюма, чтобы показать потрясающе розовую рубашку и ярко-синие брюки.

"Отличные темы", - сухо сказала Ева. "Собираешься на другую вечеринку?"

"Говорю тебе, здесь каждый день вечеринка".

Она предположила, что он обычно выбирал шикарную одежду, чтобы дистанцироваться от суровости своей работы, от ее жестокости. Что бы ни сработало, подумала Ева. Пробираясь сквозь кровь и истерзанность, и страдания, которые люди ежедневно причиняли друг другу, измучили вас. Без выпускного клапана ты бы взорвался.

А что было у нее?

"А как Рорк?" Спросил Морс.

"Хорошо. Прекрасно ". Рорк. Да, он принадлежал ей. До него просто была работа. Это была всего лишь работа. И достигла бы она однажды предела, почувствовала бы, как ее собственная душа разбивается вдребезги?

Адская мысль.

"А, вот и Файнштейн. Будь милой", - пробормотал Морс Еве.

"Кто я такой?"

"Надирающий задницу", - любезно сказал Морс и дружески положил руку ей на плечо. "Герберт, лейтенант Даллас хотел бы получить обновленную информацию об ОС, которую я поручил вам сегодня днем".

"Да, Мертвый на месте преступления. Ким, Лайнус, белый мужчина, пятидесяти шести лет. Причина смерти - удушение через повешение." Файнштейн, худощавый представитель смешанной расы с черной кожей и бледными глазами, говорил быстрыми, пронзительными голосами и нервно перебирал небольшой лес карандашей, засунутых в защитный нагрудный карман.

Не просто новичок, подумала Ева с разочарованием, новичок-ботаник.

"Вы хотели осмотреть тело?"

"Я стою здесь, не так ли?" Начала Ева, затем смягчилась, быстро заскрежетав зубами, когда длинные пальцы Морса сжали ее плечо. "Да, спасибо, я хотел бы ознакомиться с телом и вашим отчетом. Пожалуйста."

"Именно так".

Ева закатила глаза, глядя на Морса, когда Файнштейн поспешил через комнату. "Ему, блядь, двенадцать лет".

"Ему двадцать шесть. Терпение, Даллас."

"Я ненавижу терпение. Замедляет все". Но она подошла к ряду ящиков от пола до потолка, подождала, пока Файнштейн раскодирует один из них, открыла его ледяной струей холодного газа.

"Как вы можете видеть..." Файнштейн прочистил горло. "На теле нет следов насилия, кроме тех, которые были вызваны удушением. Никаких ранений при нападении или обороне. Под ногтями субъекта были обнаружены микроскопические волокна веревки, указывающие на то, что он закрепил веревку лично. Судя по всему, субъект добровольно повесился ".

"Ты предлагаешь мне самоустранение?" Потребовала Ева. "Вот так просто? Где токсикологический отчет, анализ крови?"

"Я - я подхожу к этому, лейтенант. Там были следы агелоксита и ...

"Назови ей названия улиц, Герберт", - мягко сказал Морс. "Она полицейский, а не ученый".

"О, да, сэр. Извините. Следы эм... В организме жертвы были обнаружены облегчающие средства, а также небольшое количество домашнего напитка. Эту смесь довольно часто употребляют самоубийцы, чтобы успокоить нервы ".

"Этот парень не сам выдернул вилку из розетки, черт возьми".

"Да, сэр, я согласен". Тихое согласие Файнштейна прервало тираду Евы прежде, чем она успела начаться.

"Вы согласны?"

"Да. Жертва также проглотила большой крендель с большим количеством горчицы менее чем за час до смерти. До этого он наслаждался завтраком из пшеничных вафель, яичного порошка и эквивалента трех чашек кофе ".

"И что?"

"Если бы испытуемый знал достаточно, чтобы смешать коктейль из расслабления и алкоголя перед прекращением, он бы знал, что кофе потенциально может нейтрализовать беспокойство и вызывать его. Это, а также тот факт, что выпитый алкоголь был в очень небольшой пропорции к наркотику, ставит под сомнение самоустранение ".

"Итак, вы рассматриваете дело об убийстве".

"Я определяю подозрительную смерть как неопределенную". Он сглотнул, когда глаза Евы впились в него. "Пока с обеих сторон не появится больше доказательств, я чувствую, что позвонить невозможно".

"Именно так. Отличная работа, Герберт ". Морс кивнул. "Лейтенант сообщит вам подробности по мере того, как она их найдет".

Файнштейн вздохнул с облегчением, и Ли сбежал.

"Ты ничего мне не даешь", - пожаловалась Ева.

"Наоборот. Герберт предоставил тебе окно. Большинство судей МЧС захлопнули бы это дело, постановив ST. Вместо этого он осторожен, требователен и скрупулезен, и он учитывает отношение жертвы, а не только холодные факты. С медицинской точки зрения "неопределенный" было лучшим, что вы могли получить ".

***

"Не определено", - пробормотала Ева, садясь за руль.

"Что ж, это дает нам окно". Пибоди оторвала взгляд от своего карманного устройства, поймала холодный прищуренный взгляд Евы, направленный на нее. "Что? Что я сказал?"

"Следующий, кто скажет это, я выброшу их в чертово окно". Она завела машину. "Пибоди, я что, надираю задницы?"

"Ты просишь показать мои шрамы, или это вопрос с подвохом?"

"Заткнись, Пибоди", - посоветовала Ева и направилась обратно в Центр.

"У Квима была сотня очков на сегодняшнем матче с мячом на арене". Улыбка Пибоди была тонкой и самодовольной. "Макнаб только что передал данные. Сотня - его главная ставка. Странно, что он сделал ставку за несколько часов до того, как покончить с собой, а потом даже не стал ждать, выиграл ли он. У меня здесь есть имя и адрес его букмекера. О, но я должен был заткнуться. Извините, сэр."

"Ты хочешь больше шрамов?"

"Я действительно не знаю. Теперь, когда у меня есть сексуальная жизнь, они смущают. Мэйлу Йоргенсен. У нее есть убежище в Вест-Виллидж ".

***

Пибоди любила Вест-Виллидж. Ей нравилось, как это сочеталось от богемного шика до трутней в тонкую полоску, которые хотели быть богемным шиком. Ей нравилось наблюдать за уличным движением, прогуливающимся в пыльниках на щиколотках или застегнутых комбинезонах. Бритые головы, дикие спутанные разноцветные кудри. Ей нравилось наблюдать за уличными художниками, притворяющимися, что они слишком круты, чтобы беспокоиться о продаже своих работ.

Даже у уличных воришек был налет лоска.

Операторы глайдкартов продавали вегетарианские кебабы, только что сорванные с полей парка Гринпис.

Она с тоской подумала об ужине.

Ева остановилась перед аккуратным, отремонтированным складом, припарковалась дважды и включила свой знак "На дежурстве".

"Когда-нибудь я хотел бы жить в одном из этих лофтов. Все это пространство и вид на улицу ". Выбираясь из машины, Пибоди осмотрела местность. "Смотри, там на углу есть хороший, чистый гастроном, а с другой стороны круглосуточный рынок".

"Вы ищете жилое помещение из-за близости пищи?"

"Это соображение".

Ева показала свой значок на экране безопасности в рабочем состоянии, затем вошла в здание. В крошечном фойе был лифт и четыре отделения для почты. Все свежевымытое.

"Четыре квартиры в здании такого размера". Пибоди тяжело вздохнула. "Представь".

"Я представляю, что букмекер не должен быть в состоянии позволить себе место здесь". По наитию, Ева обошла звонок 2-А и использовала свой щит, чтобы получить доступ к лестнице. "Мы пойдем этим путем, удивим Мэйлоу".

В здании было совершенно тихо, что говорило о том, что звукоизоляция была первоклассной. Она подумала о жалком провале Квима в нескольких красноречивых кварталах отсюда. Букмекеры, очевидно, действовали намного лучше, чем большинство их клиентов.

"Никогда не ставь против заведения", - сказал Морс.

Более правдивые слова.

Она нажала на кнопку звонка на 2-А, подождала. Мгновение спустя дверь распахнулась перед огромной рыжей и маленькой белой тявкающей собакой.

"Самое время тебе- " Женщина моргнула жесткими золотистыми глазами, сузила их на диком и поразительном лице оттенка и текстуры алебастра. "Я думал, ты выгуливаешь собак. Он опаздывает. Если ты продаешь, я не покупаю ".

"Мэйлоу Йоргенсен?"

"Ну и что?"

"Полиция Нью-Йорка". Ева подняла свой значок, затем обнаружила, что ее руки полны лающей шерсти.

"Ну и ад". Ева швырнула визжащую собаку в Пибоди, затем ворвалась на чердак. Прыгнув, она схватила рыжеволосую, пока женщина карабкалась к широкой консоли, усеянной элементами управления и обращенной к стене с занятыми экранами.

Они рухнули, как срубленные деревья.

Прежде чем Ева смогла перевести дыхание, ее перевернули на спину, придавив ста восьмидесятью пятью фунтами охваченной паникой женщины. Она получила коленом в пах, плюнула в глаз и только благодаря молниеносным рефлексам сумела избежать царапанья синими ногтями длиной в дюйм по своему лицу.

Вместо этого они прорыли реки сбоку от ее шеи.

Запах собственной крови раздражал ее.

Она дернулась один раз, выругалась, затем замахнулась, выставив локоть вперед. Он удовлетворительно врезался в белое лицо Мэйлоу. У нее из носа потекла кровь.

Она сказала совершенно отчетливо: "Ик!"

Ее золотистые глаза побелели, и ее значительный вес безжизненно повалился на Еву.

"Убери ее от меня, ради Христа. В ней много от нее, и все это душит меня ".

"Дай мне руку. Даллас, она как гранитная плита. Должно быть шесть-три. Толкай!"

Обливаясь потом, обильно забрызганная кровью, Ева толкалась. Пибоди потянула. В конце концов, Мэйлоу перевернули на спину, и Ева поднялась, хватая ртом воздух. "Это было похоже на то, что тебя похоронили под горой. Иисус, заткни пса".

"Я не могу. Он в ужасе ". Пибоди с некоторым сочувствием посмотрела, как маленькая собачка загнала свой белый зад в угол и издала высокий, пронзительный лай.

"Оглуши его".

"О, Даллас". Тон Пибоди был шепотом, полным крайнего ужаса.

"Неважно". Ева посмотрела на брызги крови на своей рубашке и куртке, осторожно подняла руку к своей ободранной шее. "Большая часть этого моя?"

"Она сделала несколько магнитных грувов", - объявила Пибоди после быстрого осмотра. "Я принесу аптечку первой помощи".

"Позже". Ева присела на корточки, хмуро посмотрела на женщину без сознания. "Давайте перевернем ее и наденем на нее наручники, пока она не очнулась".

Это заняло некоторое время, заставило еще больше вспотеть, но им удалось зафиксировать ее запястья за спиной. Ева выпрямилась, изучая консоль.

"У нее здесь что-то происходит. Думал, что мы потерпели неудачу. Давайте посмотрим, что я помню о Vice и Bunko ".

"Вы хотите, чтобы я потребовал ордер?"

"Вот мой ордер". Ева потерла пальцами пульсирующую шею, сидя за консолью. "Много чисел, много игр. Ну и что? Имена, счета, сделанные ставки, причитающиеся деньги. Внешне выглядит достаточно чистым ". Она оглянулась. "Она уже приходит в себя?"

"Отключился, сэр. Ты оглушил ее ".

"Иди, найди что-нибудь, чтобы засунуть в пасть этой собаке, прежде чем я воспользуюсь своей ногой".

"Он всего лишь маленькая собачка", - пробормотала Пибоди и отправилась обыскивать кухню.

"Слишком много цифр", - сказала Ева себе. "Бассейн чертовски глубок для милого маленького букмекерского салона. Ростовщичество. Да, держу пари, у нас тут есть ростовщичество, и там, где у вас есть акулы, у вас есть сухарики для позвоночника. Что еще, что еще?"

Она обернулась и увидела, что Пибоди воркует с собакой и протягивает ей какое-то печенье. Ева достала свой карманный линк и позвонила единственному человеку, которого она знала, который мог рассечь океан цифр и оседлать нужную волну.

"Мне нужен Рорк на минутку". Она прошипела это его помощнице, когда появилась на экране. "Всего одну короткую минуту".

"Конечно, лейтенант. Подождите, пожалуйста ".

"Вот милая маленькая собачка, вот славный маленький песик. Разве ты не хорошенькая?"

Вместо того, чтобы подшутить над Пибоди из-за детского лепета, Ева оставила ее за этим занятием.

"Лейтенант". Лицо Рорка заполнило экран. "Что я могу - " Мгновенно его легкая улыбка исчезла, а глаза стали яркими и жесткими. "Что случилось, насколько сильно ты ранен?"

"Не так уж много. В основном это чья-то чужая кровь. Послушайте, я нахожусь в частном букмекерском зале, и что-то не так. У меня есть несколько идей, но взгляни быстро, дай мне свое мнение ".

"Хорошо, если ваша следующая остановка - медицинский центр".

"У меня нет времени на медицинский центр".

"Тогда у меня нет времени на консультацию".

"Черт возьми". У нее был соблазн просто прервать передачу, но вместо этого она сделала ровный вдох. "Пибоди идет за аптечкой первой помощи. Я получил пару царапин, вот и все. Я клянусь".

"Поверни голову влево".

Она закатила глаза, но подчинилась.

"Позаботьтесь о них". Он выпалил это, затем пожал плечами, как будто соглашаясь. "Дай мне посмотреть, на что ты смотришь".

"Множество цифр. Разные игры", - начала она, поворачивая свое устройство так, чтобы он мог видеть ее. "Мяч на арене, бейсбол, лошади, крысы-дроиды. Я думаю, что третий экран справа - это ... "

"Просроченные кредиты по ставкам. Проценты значительно превысили допустимые законом пределы. Непосредственно под экраном указаны расходы на взыскание кредита. На экране рядом с этим у вас есть что-то похожее на приватные игры в стиле казино. Загляните в свою консоль, посмотрите, не найдете ли вы элемент управления, связанный с этим экраном. Если это просто, то это будет что-то вроде 3-C, для размещения экрана в сетке."

"Да, здесь".

"Переверни это. Ах, - сказал он, когда экран переключился на монитор и показал оживленное казино, полное дыма, столов и посетителей с остекленевшими глазами. "В каком здании вы находитесь?"

"Лофт, Вест-Виллидж, два уровня, четыре квартиры".

"Я не удивлюсь, если другой уровень в данный момент не очень занят".

"Этот район не предназначен для азартных игр".

"Ну что ж". Он ухмыльнулся ей. "Позор им".

"Спасибо за подсказку".

"С удовольствием, лейтенант. Займись этой раной, дорогая Ева, или я сам займусь этим при первой возможности. Я не буду счастлив с тобой ".

Он прервал ее, прежде чем она смогла сделать какое-нибудь резкое замечание, которое, по ее мнению, было к лучшему. Она повернулась и увидела Пибоди, маленькую белую собачку, уютно устроившуюся у нее на руках, наблюдающую за ней с задумчивостью.

"Он много знает о незаконных азартных играх".

"Он также много знает о юридических делах. Он дал нам рычаг воздействия на Мэйлоу. Тебя волнует, как или почему?"

"Нет". Пибоди потерлась щекой о собачью шерсть, улыбнулась. "Это просто интересно. Ты собираешься сорвать операцию?"

"Это будет зависеть от Мэйлоу". Ева поднялась, когда женщина начала стонать и шевелиться. Она издавала булькающие звуки, кашляла, затем начала взбрыкивать, ее огромный зад вздымался, ее удивительно маленькие ножки дрыгали.

Ева просто присела на корточки. "Нападение на офицера", - начала она спокойным голосом. "Сопротивление аресту, ростовщичество, перелом позвоночника, управление незаконным игорным заведением. Как тебе это для начала, Мэйлоу?"

"Ты сломал мне нос".

По крайней мере, Ева предположила, что она сказала именно это, поскольку слова были приглушенными и невнятными. "Да, похоже".

"Вы должны позвонить в МТС. Таков закон ".

"Интересно, ты освежаешь мои знания о законе. Я думаю, мы можем немного повременить со сломанным носом. Конечно, сломанная рука потребует внимания ".

"У меня нет сломанной руки".

"Пока". Ева оскалила зубы. "Теперь, Мэйлоу, если ты хочешь медицинской помощи и хочешь, чтобы я подумал о том, чтобы закрыть глаза на твое предприятие внизу, расскажи мне все, что можно рассказать о Лайнусе Квиме".

"Вы здесь не для того, чтобы арестовать меня?"

"Это зависит от тебя. Квим."

"Ставлю пенни-анте. Не игрок, он просто играет в это. Как хобби. У него это паршиво получается. Обходится ему в среднем в сто тысяч в год. Никогда не ставит больше ста банкнот подряд, а обычно и вдвое меньше, но он постоянный игрок. Иисус, мое лицо убивает меня. Нельзя ли мне немного успокоиться?"

"Когда вы говорили с ним в последний раз?"

"Прошлой ночью. Ему больше нравится заключать сделки по электронным ставкам, чем по ссылке. Передает как минимум два раза в неделю. Прошлой ночью он поставил сотню на "Драчунов" на сегодняшнем "Арене бал" - и для него это богатство. Сказал, что ему повезло ".

"Это сделал он?" Ева наклонилась ближе. "Он именно это сказал?"

"Да. Он говорит, поставь мне сотню на Драчунов на завтрашний вечер. Я чувствую себя счастливым. Он даже вроде как улыбнулся. Сказал, что собирается удвоить ставку и пустить ее в ход следующей ночью, как только выиграет ".

"Он был в хорошем настроении, не так ли?"

"Для Квима он исполнял счастливый танец. Парень в основном заноза в заднице, нытик. Но он платит, и он постоянный, так что у меня нет к нему претензий ".

"Хорошая вещь. Итак, это было не так уж плохо, не так ли, Мэйлоу?"

"Вы не собираетесь меня арестовывать?"

"Я не работаю в отделе нравов или Банко. Ты не моя проблема ". Она освободила ремни, засунула их в задний карман. "На вашем месте я бы позвонил в МТС и сказал им, что врезался в стену - споткнулся о вашу маленькую собачку".

"Писклявый!" Мэйлу перекатилась на свой пышный зад, раскинула руки. Собака выпрыгнула из рук Пибоди на колени Мэйлоу. "Этот мерзкий полицейский причинил боль маминой дочурке?"

Покачав головой, Ева направилась к выходу. "Дайте на это две недели, - сказала она Пибоди, - затем позвоните Хансону из отдела нравов и дайте ему этот адрес".

"Вы сказали, что не собираетесь ее арестовывать".

"Нет, я сказал, что она не была моей проблемой. Она будет принадлежать Хэнсону ".

Пибоди оглянулась. "Что будет с собакой? Эй, и квартира. Может быть, арест снизит арендную плату. Ты должен видеть кухню, Даллас. Это мэг."

"Продолжай мечтать". Она села в машину, затем нахмурилась, когда Пибоди открыла крышку приборной панели. "Что ты делаешь?"

"Аптечка первой помощи".

"Держись от меня подальше".

"Либо я, либо медицинский центр".

"Мне не нужен медицинский центр. Не прикасайся ко мне".

"Перестань быть ребенком". Наслаждаясь ролью медсестры, Пибоди выбирала свои инструменты. "Те, кто надирает задницы, не боятся маленькой аптечки первой помощи. Закрой глаза, если не хочешь видеть ".

Оказавшись в ловушке, Ева вцепилась в руль, закрыла глаза. Она почувствовала быстрое, жгучее жало антисептика, прежде чем появились обезболивающие свойства. Этот запах кружил у нее в голове, скатывался в живот.

Она услышала низкое гудение шовной палочки.

Она начала отпускать саркастические комментарии, чтобы отвлечься от неприятной процедуры. Затем внезапно ее засосало обратно.

Темная палата медицинского центра. Были обработаны сотни укусов и сотни порезов. Мерзкое жужжание машин во время осмотра ее сломанной руки.

"Как тебя зовут? Вы должны назвать нам свое имя. Скажи нам, кто причинил тебе боль? Как тебя зовут? Что с тобой случилось?"

Я не знаю. Мысленно она выкрикивала это снова и снова. Но она лежала неподвижно, она лежала безмолвно, охваченная ужасом, когда незнакомцы тыкали и подталкивали, когда они смотрели и задавали вопросы.

"Как тебя зовут?"

"Я не знаю!"

"Сэр. Даллас. Привет."

Ева открыла глаза, уставилась в широко раскрытые глаза Пибоди. "Что? Что это?"

"Ты действительно бледен. Даллас, ты выглядишь немного больной. Может быть, нам все-таки стоит заскочить в медицинский центр ".

"Со мной все в порядке". Ее руки крепко сжались в кулаки, пока она снова не почувствовала себя уверенно. "Я в порядке. Просто нужно подышать свежим воздухом". Она приказала опустить окно, завела машину.

И загнал беспомощную молодую девушку обратно в самый темный уголок ее разума.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Нуждается, должен, когда дьявол управляет. Я не могу вспомнить, кто это сказал, но я не думаю, что это важно. Кто бы это ни был, он давно мертв. Поскольку Лайнус Квинт сейчас мертв.

Нуждается, должен. Мои потребности должны. Но кто был дьяволом в этом совокуплении? Глупый, жадный придурок или я сам?

Возможно, это тоже не важно, потому что это сделано. Не может быть возврата назад, не может быть инсценировки событий с другим исходом. Я могу только надеяться, что события были инсценированы достаточно убедительно, чтобы удовлетворить зоркий взгляд лейтенанта Даллас.

Она требовательная аудитория и, боюсь, самый суровый из критиков.

Да, боюсь, с ней в доме. Мое выступление должно быть безупречным во всех отношениях. Каждая линия, каждый жест, каждый нюанс. Или ее вид, без сомнения, погубит меня.

***

Мотив и возможность, подумала Ева, направляясь к собственной входной двери. У слишком многих людей было и то, и другое. Ричарда Драко увековечат на следующий день, и она не сомневалась, что будет щедрое проявление горя, страстные и эмоциональные восхваления, обильные слезы.

И все это было бы просто еще одним шоу.

Он помог совратить Арину Мэнсфилд на наркотики и запятнал ее восхождение к славе.

Он был в центре внимания, которого Майкл Проктор отчаянно хотел для себя.

Он публично унизил и использовал Карли Ландсдоун.

Он был занозой под ухоженным ногтем Кеннета Стайлза.

Он считал Элизу Ротчайлд слишком старой и непривлекательной, чтобы с ней возиться.

Были другие, так много других, что невозможно было сосчитать, у кого были причины желать Ричарду Драко зла.

Но тот, кто это сделал, спланировал и осуществил убийство, обладал достаточным хладнокровием, достаточной волей, чтобы заманить жадного театрального техника в петлю палача.

Она искала не жестокости или ярости, а хладнокровия и ясного ума. Эти качества в убийце было гораздо труднее искоренить.

Она не продвигалась вперед, подумала она с разочарованием. Каждый шаг, который она делала, просто подталкивал ее все дальше в искусственность мира, который она находила слегка раздражающим.

Что за люди проводили свою жизнь, наряжаясь и притворяясь?

Дети. Это осенило ее, когда она сомкнула руку на дверной ручке. На каком-то уровне, разве она не искала очень умного, очень сердитого ребенка?

Она издала смешок. Великолепно. То, что она знала о детях, не заполнило бы крошечное отверстие, проделанное лазерным сверлом.

Она распахнула входную дверь, намереваясь броситься под обжигающе горячий душ, а затем вернуться к работе.

Музыка резала ей уши, стучала зубами. Она почти почувствовала, как у нее закатились глаза. Это был пронзительный звук, перемежаемый взрывом шума, наслоенный ревущими волнами хаоса.

Это была Мэвис.

У раздражительного настроения, которое вошло в дверь вместе с Евой, не было шансов. Он взорвался невероятной громкостью и изобилием уникального музыкального стиля Мэвис Фристоун. Ева обнаружила, что улыбается, когда подошла к дверному проему того, что Рорк назвал гостиной.

Там, во всем великолепии, элегантности, древности, Мэвис танцевала - Ева предположила, что это самое подходящее слово для этого - подпрыгивая и покачиваясь на ступенчатых каблуках, которые приподнимали ее крошечное тело на целых шесть дюймов над полом. Их кружащийся розово-зеленый узор гармонировал с волосами, которые были заплетены в косы длиной в ярд вокруг ее раскрасневшегося, восхищенного лица и сказочного тела.

Ее стройные ножки были зелеными, с маленькими розовыми бабочками, порхающими по спирали, а затем исчезающими под крошечной легкой юбкой из фушии, которая едва прикрывала ее промежность. Ее торс был украшен крест-накрест двумя цветами: одна красивая грудь была розовой, другая - зеленой.

Еве оставалось только радоваться, что Мэвис выбрала зеленый цвет для обоих глаз. Ты просто никогда не знал.

Рорк сидел в одном из своих прекрасных антикварных кресел, держа в руке бокал вина соломенного цвета. Он либо расслаблялся в шоу, подумала Ева, либо впал в защитную кому.

Музыка, какой бы она ни была, нарастала, сопровождаемая долгим жалобным воплем певицы. Благословенная тишина опустилась, как грузовой корабль с кирпичами.

"Что ты думаешь?" Мэвис отбросила назад копну двухцветных косичек. "Это хороший номер для продолжения нового видео. Не слишком заурядно, не так ли?"

"Ах". Рорк воспользовался моментом, чтобы пригубить вино. Был момент, когда он был слегка обеспокоен тем, что уровень децибел может разрушить кристалл. "Нет. Действительно, нет. "Прирученный" - не то слово, которое приходит на ум ".

"Mag!" Она подскочила, и ее маленькая попка энергично задергалась, когда она наклонилась, чтобы поцеловать его. "Я хотел, чтобы ты увидел это первым, поскольку ты, типа, человек с деньгами".

"Деньги всегда склоняются перед талантом".

Если бы Ева уже не любила его, она бы упала лицом вниз тогда и там, видя абсолютную радость, которую его слова вызвали в глазах Мэвис.

"Это так весело! Записи, концерты, то, как Леонардо создает для меня костюмы iced. Это даже не похоже на работу. Если бы не ты и Даллас, я бы до сих пор срывал концерты в таких заведениях, как the Blue Squirrel ".

Говоря это, она быстро повернулась, заметила Еву и засияла, как солнечный луч. "Эй! У меня новый номер ".

"Я слышал. Совершенно волшебный".

"Рорк сказал, что ты опоздаешь, а ты - ого, это кровь?"

"Что? Где?" Поскольку ее разум переключил каналы, Ева обвела взглядом комнату, прежде чем Мэвис прыгнула к ней.

"Это все из-за тебя". Охваченные паникой руки Мэвис гладили грудь Евы, плечи. "Мы должны вызвать врача, медицинское подразделение. Рорк, заставь ее лечь."

"И это моя постоянная цель в жизни".

"Har har. Это не моя кровь, Мэвис."

"О". Мгновенно руки Мэвис отдернулись назад. "Крик".

"Не волнуйся, все высохло. Я собирался принять душ и переодеться в Центральном, но я взвесил потенциал потока холодной воды против потока горячей и вместо этого вернулся домой. Есть еще кто-нибудь из таких поблизости?" - спросила она Рорка, кивнув в сторону его вина.

"Абсолютно. Поверни голову".

Она издала звук раздражения, но наклонила голову, чтобы показать обработанные царапины, которые уже зажили.

"Мужик-о", - сказала Мэвис с восхищением в голосе. "Кто-то здорово тебя отделал. Должно быть, у него были магнитные гвозди ".

"Но плохая цель. Ей не хватало глаз." Она взяла вино, которое принес ей Рорк. "Спасибо за подсказку раньше", - сказала она ему. "Все получилось".

"Рад услужить. Подними голову вверх".

"Почему? Я показал тебе грабли для забивания гвоздей".

"Вверх", - повторил он, сам подталкивая ее кончиком пальца, затем накрыл ее рот своим теплым и твердым ртом. "Как вы можете видеть, у меня отличная цель".

"Awwww. Вы, ребята, такие милые ". Мэвис, сложив руки на уровне груди, лучезарно улыбнулась им.

"Да, мы просто как пара щенков". Забавляясь, Ева присела на подлокотник дивана, потягивая вино. "Это отличный новый номер, Мэвис. Все вы."

"Ты думаешь? Я проверил это для Леонардо, а теперь и для вас двоих, но больше никто этого не видел ".

"Это..." Ева вспомнила комментарий Уитни. "Есть сок".

"Именно так я и думал. Рорк, могу я сказать ей?"

"Скажи мне что?"

Мэвис закусила губу, посмотрела на Рорка в поисках согласия, затем, когда он кивнул, сделала два глубоких вдоха. "Хорошо. Мой последний диск cut, Curl Your Hair, Рорк получил раннюю информацию о том, что он попадает в пятерку лучших видео-треков следующей недели. Даллас, я, блядь, номер три, сразу после Задниц и Индиго ".

Возможно, она понятия не имела, кто такие Butt-Busters или Indigo, но Ева знала, что Vid-Tracks были библией Мэвис. "Это потрясающе". Ева быстро поднялась, крепко обняла Мэвис. "Ты надираешь задницы".

"Спасибо". Мэвис шмыгнула носом, вытерла слезинку с серебристых кончиков ресниц. "Ты первый человек, которому я сказал. Я начал звонить Леонардо, но я хочу сказать ему все в лицо, вы знаете. И я рад, что должен сказать вам первым, в любом случае. Он поймет".

"Он сойдет с ума".

"Да. Нам предстоит кое-что серьезно отпраздновать. Я действительно рад, что ты все-таки не опоздал, чтобы я мог рассказать тебе и чтобы ты не пропустил сделку с девушкой ".

Мгновенно в животе Евы вспыхнули предупреждающие флажки, нервно затрепетав. "Сделка с девушкой?"

"Да, ты знаешь. Трина уже внизу, в домике у бассейна, готовит. Подумал, что нам не помешало бы поплавать и покрутиться в бассейне для релаксации. Мы готовы к полному лечению ".

"Полное лечение?" Нет, это было все, о чем Ева могла думать. Не полное лечение. Что угодно, только не это. "Послушай, Мэвис, я только что пришел домой на работу. У меня есть это дело - "

"У тебя всегда есть дело". Ничуть не смутившись, Мэвис налила себе бокал вина, затем поднесла бутылку Еве, пока Рорк лениво закуривал сигарету и улыбался. "Тебе нужно уделить время себе, иначе твои внутренние органы полностью сморщатся, а кожа обвиснет. Я все об этом читал. В любом случае, Трина приобрела новую возмутительную раскраску для тела ".

"Нет. Безусловно. Я не крашу тело".

Мэвис закатила глаза. "Ради меня, Даллас. Мы знаем тебя. Но я думаю, тебе стоит попробовать на днях. Держу пари, что Рорк действительно клюнул бы на Золотую пыль. Это творит удивительные вещи с сиськами. Заставляет их сверкать ".

"Я не хочу сверкающие сиськи".

"У этого тоже есть вкус. Франжипани".

"Неужели?" Рорк выпустил струю дыма. "Я очень люблю тропические ароматы".

"Видишь? В любом случае, ты можешь подумать об этом после того, как полностью расслабишься и твои волосы будут собраны. Соммерсет приготовил закуски ".

"Молодец. Но на самом деле, я - упс, вот и дверь. Я достану это ".

Она сбежала, заставив себя не просто сорваться на бег, сбить с ног того, кто был у двери, и просто продолжать бежать, пока не добралась до убежища полицейского управления. Она опередила Соммерсета на полшага.

"Я понимаю это".

"Приветствие и сопровождение гостей входит в мои должностные требования", - напомнил он ей. "Мисс Ферст здесь, чтобы увидеть вас". С этими словами он оттолкнул Еву в сторону и открыл дверь.

"Я должен был позвонить". Надин знала, как Ева относилась к журналистам в ее доме. "Я здесь не для 75", - быстро продолжила она. "Это личное".

"Хорошо. Прекрасно. Войдите." К удивлению Надин, Ева взяла ее за руку и практически потащила в гостиную.

"Я взяла пару выходных", - начала Надин.

"Я заметил. Мне не очень понравилась твоя замена в эфире ".

"Он придурок. Но в любом случае, я хотела зайти и сказать тебе ... " Она сделала паузу, взяла себя в руки. "О, привет, Мэвис".

"Надин, привет! Эй, это практически вечеринка ". Какой бы взбалмошной Мэвис ни казалась на первый взгляд, у нее была твердая сердцевина здравого смысла, в которую были вложены сострадание и верность. Ей потребовалось меньше двух секунд, чтобы увидеть напряжение в глазах Надин.

"Слушай, я просто собираюсь сбегать вниз и посмотреть, как дела у Трины. Вернулся в мгновение ока". Она вышла в одном из них, промчавшись через дверь в размытом цвете.

"Сядь, Надин". Рорк уже встал, подводя ее к стулу. "Не хотите ли немного вина?"

"Я бы хотел, спасибо, я бы хотел. Но я бы действительно хотел одну из этих сигарет ".

"Я думала, ты увольняешься", - сказала Ева, когда Рорк предложил одну.

"Я". Надин послала Рорку взгляд благодарности, когда он щелкнул зажигалкой. "Я регулярно бросаю курить. Послушайте, мне жаль, что я врываюсь к вам обоим таким образом ".

"Друзьям всегда рады". Он налил вина, подал ей. "Я полагаю, ты хочешь поговорить с Евой. Я оставлю тебя в покое".

"Нет, не чувствуй, что тебе нужно уходить". Надин сделала еще одну длинную затяжку дорогого табака. "Иисус, я забыл, что у тебя есть настоящая вещь. Удар сильнее, чем от трав. Нет, не уходи", - снова сказала она. "Даллас все равно тебе все расскажет".

На лице Рорка отразилось удивление. "Неужели она?"

"Нет", - сказала Ева определенно, но опустилась на подлокотник кресла. "Я рассказал ему о твоей проблеме из-за его связи с Драко. И его связь с тобой ".

"Все в порядке". Надин выдавила слабую улыбку. "Умерщвление плоти закаляет характер".

"Тебе нечего стесняться. Жизнь была бы ужасно скучной, если бы мы могли оглядываться назад, не сожалея хотя бы об одном романе ".

Ее улыбка расслабилась. "Ты вырвал здесь победителя, Даллас. Нет ничего лучше человека, который говорит правильные вещи в нужное время. Что ж, я сожалею о Ричарде Драко. Даллас." Она перевела взгляд на Еву. "Я знаю, вы не обязаны говорить мне, очевидно, что не могли во время интервью ранее. Может быть, ты вообще не можешь мне сказать, но я должен спросить. У меня проблемы?"

"Что сказал ваш адвокат?"

"Не волноваться и не разговаривать с вами без его присутствия". Она мрачно улыбнулась. "Мне трудно следовать его совету".

"Я не могу вычеркнуть тебя из списка, Надин. Но, - добавила она, когда Надин закрыла глаза и кивнула. "Поскольку вы выступаете последним, я бы еще раз попробовал воспользоваться первой частью совета вашего адвоката".

Надин тяжело вздохнула, отпила вина. "Впервые в жизни я был счастлив быть неудачником".

"Мнение Миры имеет большое значение, и она не верит, что ты способен на преднамеренное убийство. Как и первичный на личном уровне или, учитывая текущие доказательства, на профессиональном."

"Спасибо тебе. Спасибо ". Надин подняла руку к голове, прижала пальцы к центру лба. "Я продолжаю говорить себе, что это скоро пройдет. Что ты завершишь это. Но стресс, как шип, пронзает мой мозг ".

"Мне придется дать тебе еще немного. Ты знал, что у Драко было твое видео?"

"Видео?" Надин опустила руку, нахмурилась. "Вы имеете в виду мою работу?"

"Ну, некоторые люди рассматривают секс-работу".

Надин уставилась на него пустыми от замешательства глазами. Затем они прояснились, и Ева увидела именно то, что хотела увидеть: шок, ярость, смущение. "У него была видеозапись... Он взял - у него была камера, когда мы... - Она со стуком поставила вино, вскочила на ноги. "Этот скользкий сукин сын. Этот извращенный ублюдок ".

"Я бы сказал, что ответ отрицательный", - пробормотал Рорк, и Надин повернулась к нему.

"Что за мужчина снимает на видео женщину в своей постели, когда она не дает согласия? Какой болезненный трепет он испытывает, насилуя ее таким образом? Потому что это именно то, что есть ".

Она ткнула пальцем ему в грудь только по той причине, что он был мужчиной. "Ты бы сделал это с Далласом? Она надрала бы тебе задницу отсюда до Таруса III, если бы ты это сделал. Это именно то, что я хотел бы сделать с Драко. Нет, нет, я бы хотел взять его хилый член в свои руки и крутить его, пока он не выскочит ".

"При данных обстоятельствах я бы предпочел не быть его дублером".

Она с шипением выдохнула, втянула воздух, затем подняла руки ладонями наружу. "Извините. Это не твоя вина ". Чтобы снова обрести контроль, она прошлась по комнате, затем повернулась лицом к Еве.

"Полагаю, это небольшое проявление гнева подняло меня в списке на несколько ступенек выше".

"Как раз наоборот. Если бы вы знали о диске, вы бы предприняли быструю кастрацию. Ты бы не позволил кому-то другому ударить его. Вы только что подтвердили свой собственный профиль."

"Что ж, молодец для меня. Ура." Надин снова упала в кресло. "Я полагаю, диск в качестве улики".

"Должен быть. Никто не будет смотреть это ради острых ощущений, Надин. Если это поможет, ты не так часто показываешься. Он повернул дело так, что он, так сказать, в центре внимания ".

"Да, он бы это сделал. Даллас, если СМИ узнают об этом - "

"Они не будут. Если хочешь моего совета, возвращайся к работе. Занимай свой разум, и позволь мне делать мою работу. Я хорош в этом ".

"Если бы я этого не знал, я бы принимал транквилизаторы".

Пришло вдохновение. "Как насчет девичника вместо этого?"

"А?"

"С Мэвис и Триной все в порядке. У меня нет на это времени, и нет смысла Трине тащить сюда весь свой набор трюков и не использовать его в полной мере. Займи мое место. Иди, займись делами".

"Мне бы не помешала какая-нибудь расслабляющая терапия".

"Вот так". Ева вытащила ее из кресла. "Ты в мгновение ока почувствуешь себя новой женщиной. Нанеси краску на тело, - предложила она, вытаскивая Надин из комнаты. "Это придаст тебе свежий вид и сверкающие сиськи".

Несколько мгновений спустя Ева вернулась в гостиную, вытирая пыль с рук.

"Молодец. Лейтенант."

"Да, это было довольно ловко. Они все там, внизу, воркуют, как... что воркует?"

"Голуби?" он предложил.

"Да, как голуби. Теперь все счастливы, и я могу вернуться к работе. Итак, ты готов к видео?"

"Надин? Можно нам попкорн?"

"Мужчины - извращенцы. Нет, не Надин, забавный парень. Но попкорн - хорошая идея ".

***

Она намеревалась устроить в своем офисе, чтобы все было официально. Она должна была знать лучше. Она оказалась в одной из комнат для отдыха на втором уровне, уютно устроившись на греховно мягких подушках дивана длиной в милю, наблюдая за воспроизведением записи на огромном настенном экране и с миской попкорна на коленях.

Размер экрана был главным аргументом Рорка. Было невозможно упустить даже мельчайшую деталь, когда каждая деталь была больше, чем жизнь.

Она поняла, что это было почти то же самое, что самой находиться на сцене. Ей пришлось отдать Рорку очки за это.

Элиза, отметила она, приняла свою роль суетливой, раздражающей медсестры, назначенной присматривать за сэром Уилфредом. Ее старинный костюм был каким угодно, только не лестным. Ее волосы были зачесаны назад, рот постоянно поджат. У нее был раздражающе мелодичный голос, похожий на тот, который, как слышала Ева, некоторые родители используют по отношению к непокорным отпрыскам.

Кеннет не поскупился на изображение напыщенного, капризного адвоката. Его движения были отрывистыми, беспокойными. Его глаза лукавы. Его голос поочередно звучал достаточно громко, чтобы сотрясались стропила, а затем переходил в лукавое бормотание.

Но именно Драко владел пьесой во время первых сцен. Он был бесспорно красив, возмутительно обаятелен, беззаботно забавлялся. Да, она могла видеть, как уязвимая женщина влюбилась бы в него - как в Воула или как в него самого.

"Экран замораживания". Она подтолкнула чашу к Рорку и встала, чтобы подойти поближе к изображению Драко. "Вот что я вижу. Остальные действуют. Они хороши, они квалифицированы, они наслаждаются своими ролями. Он - это роль. Ему не нужно действовать. Он эгоцентрик, высокомерный и гладкий, как Воул. Это роль, созданная специально для него ".

"Так я думал, когда предложил его имя для пьесы. О чем это тебе говорит?"

"Тот, кто планировал его убийство, вероятно, думал то же самое. И увидел в этом иронию. Воул умирает в последнем акте. Драко умирает в последнем акте. Драматический эпизод правосудия. Казнен при свидетелях".

Она вернулась, чтобы сесть. "На самом деле, это не говорит мне ничего нового. Но это сглаживает углы. Возобновите воспроизведение ".

Она ждала, наблюдала. Появление Ареены, как она теперь увидела, было блестящим по времени. Это был сценарист, конечно, режиссер, но стиль этого должен был исходить от актера.

Красивая, стильная, загадочная и потрясающе сексуальная. Такова была роль. Но это был не настоящий персонаж, вспомнила Ева. Настоящая Кристин Воул показала себя женщиной, поглощенной любовью. Та, которая солгала бы ради человека, которого она знала как убийцу, которая пожертвовала бы своим достоинством, своей репутацией, чтобы спасти его от закона. И который, в конце концов, казнил его за то, что он отверг эту любовь.

"Это действие на двух уровнях", - пробормотала Ева. "Так же, как и Драко. Ни один из них не показывает лицо своего персонажа до последней сцены ".

"Они оба очень искусны".

"Нет, они все опытные. Все привыкли манипулировать словами и действиями, чтобы представить образ. Я еще не скинул изображение. Сэр Уилфред считает, что защищает невиновного человека, и в конце концов узнает, что его обманули. Этого достаточно, чтобы вывести тебя из себя. Если мы соотносим жизнь и выдумки. Этого достаточно, чтобы убить ".

Он сам подумал то же самое и кивнул. "Продолжай".

"Героиня Дианы верила в каждую чушь, которой ее пичкал Воул. Что его жена была холодной сукой, что он был невиновен, что он собирался бросить ее ".

"Другая женщина", - вставил Рорк. "Тот, что помоложе. Немного наивный, немного хваткий."

"В конце концов, разве она не поймет, что ее обманули и использовали, и не будет унижена? Так же, как Карли узнала, что ее обманули, использовали и унизили. Как узнала Кристин. А за кулисами стоит Майкл Проктор, жаждущий принять все это на себя ".

Она изучала лица, прислушивалась к голосам, измеряла связи. "Это один из них, один из игроков. Я знаю это. Это не какой-то технарь с обидой или мечтающий оказаться в свете. Это тот, кто бывал в свете и знает, как надеть нужное лицо в нужное время ".

Она снова замолчала, наблюдая за ходом пьесы, выискивая какую-нибудь щель, какой-нибудь момент, когда взгляд, жест указывали бы на чувства и планы, скрывающиеся за фасадом.

Но нет, они были хороши, размышляла она. Каждый из них.

"Это муляж ножа, первая сцена в зале суда. Заморозьте экран, увеличьте сектор P-Q на двадцать пять процентов."

Экран плавно переместился, увеличив таблицу доказательств. Нож на нем был хорошо виден под этим углом, и увеличенный, Ева могла видеть тонкие различия между ним и орудием убийства.

"Лезвие почти того же размера и формы, но рукоятка немного шире, толще. Цвет тот же, но материал другой ". Она выдохнула. "Но вы бы не заметили этого, если бы не искали этого. Вы ожидаете увидеть реквизит, и вы его видите. Драко мог бы посмотреть прямо на это, черт возьми, он мог бы сам поднять это, и он бы не заметил. Возобновите обычную игру ".

Ее голова начала слегка пульсировать. Она едва заметила, когда Рорк начал растирать ей плечи. Она наблюдала за сменой сцен, опусканием занавеса, беззвучным сменой декораций на другие. Несколько техников проскользнули за занавеску, почти неразличимые в своем традиционном черном.

Но она заметила Квима. Теперь он явно был главным, в своей стихии. Он жестикулировал, своего рода театральный язык жестов, который мало что значил для нее. Она видела, как он коротко посоветовался с реквизитором, кивнул, затем посмотрел налево за кулисы.

"Вот". Ева снова вскочила на ноги. "Он что-то видит, что-то, что не соответствует. Он колеблется, да, всего на секунду, изучает. И теперь он уходит в том же направлении. Что ты видел? Кого ты видел? Черт возьми."

Она повернулась обратно к Рорку. "Это был подменыш. Настоящий нож сейчас в зале суда. Ожидание".

Она приказала прокрутить диск в обратном направлении, затем настроила свое наручное устройство на время и воспроизвела. "Хорошо, теперь он это замечает".

Позади нее Рорк поднялся, подошел к автомату и заказал ей кофе. Когда он подошел к ней, она, не осознавая этого, взяла чашку и выпила.

На экране статисты разошлись по своим местам. Бармен занял свою позицию, техники исчезли. Ареена, одетая в дешевый и безвкусный костюм, который подходил барменше середины двадцатого века, заняла свое место на табурете в конце стойки. Она отодвинулась от аудитории.

Раздался свисток поезда. Поднимите занавес.

"Две минуты двенадцать секунд. Достаточно времени, чтобы спрятать нож. Прямо в розах или где-нибудь, где никто не заметит, пока это не можно будет переместить. Но это близко. Очень близко. И очень напористый".

"Секс и амбиции", - пробормотал Рорк.

"Что?"

"Секс и амбиции, вот что убило Леонарда Воула, и это то, что убило Ричарда Драко. Жизнь подражает искусству".

***

Пибоди так бы не сказала, по крайней мере, если бы она использовала анимированную картину, которую в данный момент пыталась изучить. И притворилась, что поняла. Она потягивала шампанское, которое подарил ей Чарльз, и изо всех сил старалась выглядеть такой же утонченной, как остальные гости на художественной выставке.

По крайней мере, она была одета для этого, подумала она с некоторым облегчением. Рождественским подарком Евы для нее был ее великолепный секретный гардероб, разработанный замечательным любовником Мэвис, Леонардо. Но мерцающий покров синего шелка не смог преобразить чувственность Среднего Запада.

Она не могла понять ни головы, ни хвоста в этом ползучем движении формы и цвета.

"Ну, это действительно ... что-то". Поскольку это было лучшее, что она смогла придумать, она выпила еще шампанского.

Чарльз усмехнулся и нежно погладил ее по плечу. "Ты такая милая, что терпишь меня, Делия. Тебе, должно быть, смертельно скучно".

"Нет, я не такой". Она взглянула на его чудесное лицо, улыбнулась. "Я просто художественно туп".

"В тебе нет ничего глупого". Он наклонился, легонько поцеловал ее.

Она хотела вздохнуть. Все еще было почти невозможно поверить, что она могла находиться в подобном месте, одетая подобным образом, с великолепным мужчиной под руку. И это раздражало, раздражала мысль, что она гораздо больше подходила для того, чтобы готовить китайскую еду на вынос в жалкой квартирке Макнаба.

Ну, она просто собиралась продолжать ходить на художественные выставки, оперы и балеты, пока что-то из этого не передастся ей, даже если все это заставляло ее чувствовать, что она играет в какой-то классной пьесе и не совсем понимает свои реплики.

"Готов к ужину?"

"Я всегда готов поужинать". Она поняла, что эта фраза шла прямо из сердца. Или в кишках.

Он забронировал уединенный номер в каком-то шикарном ресторане со свечами и цветами. Он всегда делал что-то подобное, размышляла Пибоди, пока он выдвигал ее стул за красивый столик с розовыми розами и белыми свечами. Она позволила ему сделать заказ для них обоих, потому что он знал, что нужно.

Казалось, он знал все правильные вещи. И все нужные люди. Она задавалась вопросом, чувствовала ли Ева когда-нибудь себя такой неуклюжей и неуместной, когда оказывалась с Рорком в шикарной обстановке.

Она не могла представить, что ее лейтенант когда-либо чувствовал себя неуклюжим.

Кроме того, Рорк любил ее. Нет, мужчина обожал ее. Все должно было быть по-другому, когда ты сидела при свечах с мужчиной, который думал, что ты самая жизнерадостная женщина в мире. Единственная женщина в мире.

"Куда ты ушел?" Тихо спросил Чарльз.

Она отдернула себя назад. "Извините. Я думаю, у меня много чего на уме ". Она взяла вилку, чтобы попробовать пикантную закуску из морепродуктов. Совершенство этого на языке почти заставило ее глаза скреститься в экстазе.

"Твоя работа". Он потянулся через стол, чтобы похлопать ее по руке. "Я рад, что ты все-таки смог отдохнуть от всего этого и прийти сегодня вечером".

"Мы работали не так допоздна, как я думал".

"Дело Драко. Ты хочешь поговорить об этом?"

Это была просто еще одна совершенная черта в нем. Он бы спросил и выслушал, если бы она решила излить душу. "Нет, не совсем. В любом случае, не могу на данном этапе. За исключением того, что Даллас расстроен. Так много уровней и ракурсов замедляют процесс ".

"Я уверен, что это так. Тем не менее, она казалась своей обычной компетентной личностью, когда говорила со мной ".

Рука Пибоди замерла, когда она потянулась за своим бокалом. "Она говорила с тобой? О деле?"

Застигнутый врасплох, Чарльз отложил вилку. "Она не упоминала об этом при вас?"

"Нет. Ты знал Драко?"

Чарльз проклял себя, на мгновение подумал, не обойти ли правду, затем пожал плечами. Он всегда был честен с Пибоди и не хотел, чтобы это менялось. "Нет, не совсем. Мне случилось быть с Арееной Мэнсфилд прошлой ночью, когда Даллас и Рорк зашли поговорить с ней. Я работал".

"О". Профессия Чарльза не беспокоила Пибоди. Он сделал то, что он сделал, точно так же, как она сделала то, что она сделала. Возможно, если бы они были любовниками, у нее было бы другое отношение, но они не были.

Черт возьми.

"О". - повторила она, потому что его профессия не просто беспокоила ее лейтенанта. "Черт".

"Проще говоря, да. Это было неловко, но мы с Далласом пришли к соглашению ".

"Какого рода условия?"

"Мы разговаривали. Делия, я старался не говорить слишком много, потому что это ставит тебя в тупик. Я никогда не хотел этого ".

"Ты никогда не ставил меня туда", - немедленно сказала она. "Даллас сделал".

"Потому что ты очень много значишь для нее".

"Моя личная жизнь - это ... "

"Я беспокоюсь о ней как о друге, Делия".

Тихое осуждение в его тоне заставило ее вздрогнуть, а затем сдаться. "Хорошо, я знаю это. Мне не обязательно это должно нравиться ".

"Я думаю, что теперь все должно быть более гладко. Она сказала свое слово, я свое, и нам обоим стало от этого легче. И когда я объяснил ей, что мы не занимались сексом, она ...

"Что?" Слово сорвалось с языка, когда Пибоди вскочила на ноги. Сверкающее серебро, сверкающий хрусталь танцевали на белой льняной ткани. "Ты сказал ей это? Это? Боже милостивый. Почему бы тебе просто не раздеть меня догола и не затолкать в дежурную часть?"

"Я хотел, чтобы она знала, что у нас была дружба, а не профессиональное соглашение. Мне жаль ". Слишком поздно осознав свою оплошность, Чарльз встал и поднял руки. "Я не хотел тебя смущать".

"Вы скажите моему непосредственному начальнику, что я встречаюсь с профессионалом уже сколько, почти три месяца, и не исполняла танец на матрасе. Нет, нет, господи, что в этом может быть неловкого?"

"Я не понимал, что ты хотела, чтобы секс был частью наших отношений". Теперь он говорил натянуто. "Если бы ты это сделал, тебе нужно было только спросить".

"О да, точно. Я говорю, как насчет этого, Чарльз, и я клиент."

Мышцы его живота натянулись, как проволока. "Это то, что ты думаешь?"

"Я не знаю, что и думать". Она снова упала в свое кресло, на мгновение обхватив голову руками. "Почему ты должен был сказать ей это?"

"Полагаю, я защищал себя". Это признание было тяжело проглотить. "Я не думал об этом дальше. Мне очень жаль ". Он подвинул свой стул, чтобы сесть поближе и взять ее за руку. "Делия, я не хотел портить нашу дружбу, и на первых этапах я был привязан к тому, кто не мог, кто не хотел быть со мной из-за того, кто я есть. Ты помогла мне пройти через это. Я очень забочусь о тебе. Если ты хочешь большего..."

Он поднял ее руку, провел губами по внутренней стороне запястья.

Ее пульс слегка затанцевал. Это было вполне естественно, предположила она. Так же, как было естественно, что ее кровь стала теплой, очень теплой, когда он переместил этот опытный рот с ее запястья на губы.

Но сомнения бурлили внутри нее, бок о бок с простой похотью. Было невыносимо осознавать, что не все сомнения были направлены на Чарльза.

"Извините". Она прервала поцелуй, отстранилась и задалась вопросом, когда она сошла с ума. Там был великолепный мужчина, который ей очень нравился и который знал все, что можно было знать о сексуальных удовольствиях, готовый показать ей, что можно сделать с человеческим телом, а она притворялась застенчивой.

"Я задел твои чувства".

"Нет. Ну, может быть, немного." Она выдавила улыбку. "Факт в том, что для меня это впервые. Я полностью потерял аппетит. По всем направлениям ".

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Работа в ее домашнем офисе могла бы быть преимуществом. Оборудование, даже считая ее новую компьютерную систему в Центральном управлении, было намного лучше. Было меньше отвлекающих факторов. И было почти невозможно, чтобы закончился кофе.

Ева решила делать это время от времени, хотя бы для того, чтобы по-новому взглянуть на ситуацию и прочистить разум.

Ее сегодняшним планом было начать утро с чего-нибудь полезного. Она стояла в центре своего домашнего офиса, ухмыляясь своему старому, презираемому компьютеру.

"Сегодня, - сказала она этому, - смерть приходит во все ваши цепи. Будет ли это медленно и систематично или быстро и жестоко?" Подумав, она обвела это. "Трудное решение. Я так долго ждал этого момента. Мечтал об этом".

Оскалив зубы, она начала закатывать рукава.

"Что", - спросил Рорк из дверного проема, соединявшего их рабочие зоны, "это?"

"Бывшее проклятие моего существования. Антихрист технологий. У нас есть молоток?"

Изучая кучу на полу, он вошел. "Несколько, я полагаю, разных типов".

"Я хочу их всех. Крошечные молотки, большие, бьющие по стене, и все, что между ними ".

"Можно спросить, почему?"

"Я собираюсь разобрать эту штуку на части, байт за байтом, пока от последнего дрожащего чипа не останется ничего, кроме пыли".

"Хммм". Рорк присел на корточки, осмотрел жалкую устаревшую систему. "Когда ты притащил сюда это безобразие?"

"Только что. Он был у меня в машине. Может быть, мне следует использовать кислоту, просто стоять здесь и смотреть, как она шипит и растворяется. Это могло бы быть хорошо ".

Ничего не говоря, Рорк достал из кармана маленький футляр, открыл его и выбрал тонкий инструмент. Несколькими ловкими движениями он открыл крышку.

"Эй! Эй! Что ты делаешь?"

"Я не видел ничего подобного уже десять лет. Завораживающе. Посмотри на эту коррозию. Господи, это микросхема SOC. И это взаимосвязано ".

Когда он начал играть на скрипке, она подбежала и ударила его по рукам. "Мой. Я могу убить это ".

"Возьми себя в руки", - рассеянно сказал он и глубже погрузился в кишки. "Я возьму это на исследование".

"Нет. Не-а. Я должен разобрать это на части. Что, если это размножается?"

Он ухмыльнулся и быстро заменил корпус. "Это отличный инструмент обучения. Я хотел бы отдать это Джейми ".

"О чем ты говоришь? Джейми Лингстром, электронный вундеркинд?"

"Ммм. Время от времени он выполняет для меня небольшую работу ".

"Он ребенок".

"Очень яркий. Достаточно умен, чтобы я предпочел иметь его в своей команде, а не соревноваться с ним. Будет интересно посмотреть, что он сможет сделать с такой старой, неисправной системой, как эта ".

"Но я хочу, чтобы это умерло".

Ему пришлось подавить смешок. Это было так близко к хныканью, как он когда-либо слышал от нее. "Ну, ну, дорогая. Я найду тебе что-нибудь еще, чтобы избить. Или лучше, - сказал он, обнимая ее, - совершенно другой выход для всей этой восхитительной естественной агрессии."

"Секс не дал бы мне такого кайфа".

"Ах. Вызов." Он принял это, наклонившись и укусив ее за челюсть. Когда она обругала его, он завладел ее ртом в горячем, голодном, высасывающем мозг поцелуе.

"Ладно, это было довольно хорошо, но что ты делаешь своими руками там, сзади?"

"Почти ничего, пока я не запру дверь, а потом - "

"Ладно, ладно, можешь забрать эту чертову штуковину". Она оттолкнулась от него, пытаясь отдышаться. Ее организм вибрировал. "Просто убери это с моих глаз".

"Спасибо". Он поймал ее руку, поднял, покусал ее пальцы, наблюдая за ней. Один ее вкус всегда заставлял его жаждать другого. И еще один. Он потянул ее вперед, намереваясь подтолкнуть к своему кабинету.

Вошла Пибоди.

"Извините". Она отвела глаза, наклонив голову, чтобы изучить потолок. "Соммерсет сказал, что я должен немедленно подняться".

"Доброе утро, Пибоди". Рорк быстро коснулся губами нахмуренного лба своей жены. "Можем мы предложить вам немного кофе?"

"Я достану это. Не обращайте на меня внимания. Всего лишь скромный помощник". Она пробормотала это, пересекая комнату, обходя Еву стороной, когда та направлялась на кухню.

"Она чем-то расстроена". Рорк хмуро посмотрел в сторону кухни, слушая, как Пибоди бормочет, программируя автозапуск.

"Она просто еще не приняла утреннюю дозу. Уберите отсюда эту кучу хлама, если вы этого так сильно хотите. Мне нужно приниматься за работу ".

Он взвесил систему, обнаружил, что ему нужно опереться на нее спиной. "Тогда их сделали намного тяжелее. Я буду работать дома до полудня, - бросил он через плечо, затем дверь за ним закрылась.

Возможно, это было поверхностно, но определенно по-девчачьи - получать такой кайф от наблюдения за этой пульсацией мышц. Ева сказала себе, что она бы не заметила, если бы он не возбудил ее в первую очередь.

"Пибоди, принеси мне чашечку этого".

Она села за свой стол, вызвала файл Драко и, разделив его на подозреваемых, свидетелей, собранные улики и лабораторные отчеты, вывела все данные на экраны.

"Вчера вечером я просмотрела диск с записью пьесы", - начала она, услышав, как по комнате раздается громкий стук полицейских ботинок Пибоди на твердой подошве. "У меня есть теория".

"Ваш кофе, лейтенант. Мне записать, сэр?"

"А?" Ева изучала экраны, пытаясь сдвинуть и упорядочить данные в своем сознании. Но жесткий тон Пибоди отвлек ее. "Нет, я просто провожу это мимо тебя".

Она обернулась и увидела, что Рорк снова был прав. Что-то случилось с ее помощником. Она приказала себе не совать нос в личное, и села. "Мы довольно точно установили время подмены. Здесь отчетливо виден реквизитный нож. Компьютер, визуальное свидетельство 6-Б, на пятом экране."

"Вы отметили и записали эти ПЯТЬ?" Спросила Пибоди, ее голос был холоден, как февраль.

"Прошлой ночью, после моего отзыва". Ева повела плечами. Бекас был как горячий зуд между ее лопатками. "И что?"

"Просто обновляю свои собственные записи, лейтенант. Это моя работа ".

К черту это. "Никто не говорит тебе не делать свою работу. Я информирую вас, не так ли?"

"Похоже, выборочно".

"Ладно, что, черт возьми, это значит?"

"Прошлой ночью у меня была возможность вернуться в Центр". Это только усилило ее медленный ожог. "В процессе ознакомления с делом, ассимиляции улик и установления сроков, мое внимание привлекли определенные фрагменты этих улик, помеченные и запечатанные для пятого уровня. До этого момента я не знал, что существуют области этого расследования, которые считаются закрытыми для вашего помощника и вашей команды. При всем уважении, сэр, эта политика может и будет препятствовать эффективности указанного помощника и указанной команды ".

"Не говори со мной таким надменным тоном, приятель. Я отметил пятый уровень, что, по моему мнению, требовало пятого уровня. Тебе не обязательно знать все, черт возьми ".

На щеках Пибоди расцвели красные пятна, но ее голос был ледяным. "Итак, я теперь в курсе, лейтенант".

"Я сказал, прекрати это".

"Это всегда твой путь, не так ли?"

"Да, чертовски верно. Я ваш начальник, и я главный в этом расследовании, так что ставьте свою тугую задницу на то, что это мой путь ".

"Тогда вам следовало посоветовать субъекту Монро, Чарльзу, держать рот на замке. Не должен ли ты? Сэр."

Ева стиснула зубы, заскрежетала ими. Попробуй пощадить чувства, подумала она, и получишь пощечину. "Субъект Монро, Чарльз, не имеет, по моему мнению, никакого отношения к этому расследованию. Поэтому любое общение, которое у меня было с ним, не твое чертово дело ".

"Это мое чертово дело, когда вы допрашиваете его по поводу моих чертовых личных отношений с ним".

"Я не допрашивала его". В ее голосе слышалась разочарованная ярость. "Он вылил это все на меня".

Теперь они оба стояли, склонившись над столом почти нос к носу. Лицо Евы было бледным от гнева, лицо Пибоди покраснело от этого.

Когда Макнаб вошел, сцена заставила его издать низкий, нервный свист. "Эм, привет, ребята".

Ни один из них не потрудился даже взглянуть в его сторону и сказал в унисон под рев: "Вон!"

"Еще бы. Я ухожу ".

Чтобы подстраховаться, Ева подошла и захлопнула дверь перед его испуганным и очарованным лицом.

"Сядь", - приказала она Пибоди.

"Я предпочитаю стоять".

"И я предпочитаю дать тебе хорошего пинка под зад, но я сдерживаюсь". Ева потянулась, запустила руки в собственные волосы и дергала, пока боль не вытеснила большую часть ярости.

"Хорошо, встаньте. Ты все равно не смог бы сидеть с этой палкой в заднице. Во-первых, ты подсовываешь это каждый раз, когда упоминается субъект Монро, Чарльз. Вы хотите, чтобы вас ввели в курс дела, вы хотите, чтобы вас проинструктировали? Прекрасно. Вот оно."

Ей пришлось сделать еще один глубокий вдох, чтобы убедиться, что ее тон был профессиональным. "Вечером двадцать шестого марта, примерно в девятнадцать тридцать, мне в сопровождении Рорка довелось посетить пентхаус Ареены Мэнсфилд в отеле "Палас" в этом городе. Войдя в указанное помещение, следователь обнаружил субъекта Мэнсфилда в компании некоего Чарльза Монро, лицензированного компаньона. Было установлено и подтверждено, что LC Monroe находился там в профессиональном качестве и не имел никакого отношения к покойному или текущему расследованию. Его присутствие и характерные детали, относящиеся к нему, были отмечены в отчете о допросе и отмечены как пятый уровень в глупой, непродуманной попытке офицера, проводящего расследование, избавить своего тупоголового помощника от ненужного смущения ".

Ева протопала обратно к своему столу, схватила свой кофе, отхлебнула немного. "Запишите это", - отрезала она.

Губы Пибоди задрожали. Она сидела. Она шмыгнула носом.

"О, нет". В неподдельной панике Ева ткнула пальцем. "Нет, ты не понимаешь. Не плачь. Мы на службе. На службе не плачут ".

"Мне жаль". Зная, что она близка к тому, чтобы разрыдаться, Пибоди нащупала свой носовой платок и обильно высморкалась. "Я просто так зол, так смущен. Он сказал тебе, что у нас никогда не было секса ".

"Господи, Пибоди, ты думаешь, я включил это в отчет?"

"Нет. Я не знаю. Нет." Она снова шмыгнула носом. "Но ты знаешь. Я встречаюсь с ним много недель, и мы никогда... Мы даже не приблизились к этому ".

"Ну, он объяснил, что когда - " Услышав вопль ужаса Пибоди, Ева поморщилась. Не то, что нужно сказать. Очень неправильно. Но что, черт возьми, было правильным? "Послушай, он хороший парень. Я не придавал ему должного значения. Ты ему нравишься".

"Тогда почему он ни разу не набросился на меня?" Пибоди подняла налитые слезами глаза.

"Эм... Секс - это еще не все?" Ева рискнула.

"О, конечно, тебе легко говорить. Ты замужем за секс-богом века Монго".

"Господи, Пибоди".

"Ты есть. Он великолепен, он сложен, он умен и сексуален и ... и опасен. И он любит тебя. Нет, он обожает тебя. Он бы прыгнул под мчащийся автобус maxibus ради тебя ".

"Они идут не очень быстро", - пробормотала Ева и почувствовала облегчение, когда Пибоди издала водянистый смешок.

"Ты знаешь, что я имею в виду".

"Да". Ева посмотрела в сторону соединяющих дверей, почувствовала сильный, почти болезненный рывок. "Да, я знаю. Дело, ах, не в том, что Чарльза не влечет к тебе. Это то, что..." Где, черт возьми, была Мира, когда она была нужна ей? "Что он уважает тебя. Вот и все ".

Пибоди скомкала свой носовой платок и опустила глаза. "Меня слишком уважали, если хотите знать мое мнение. Я знаю, что я не красавица или что-то в этом роде ".

"Ты хорошо выглядишь".

"Я на самом деле не сексуальна".

"Конечно, ты такой". Окончательно запутавшись, Ева обошла стол и погладила Пибоди по голове.

"Если бы ты был парнем или состоял в однополых отношениях, ты бы хотел заняться со мной сексом?"

"Абсолютно. Я бы набросился на тебя в мгновение ока ".

"Неужели?" Просияв при этой мысли, Пибоди вытерла глаза. "Ну, Макнаб не может держать свои руки подальше от меня".

"О боже. Пибоди, пожалуйста."

"Я не хочу, чтобы он знал. Я не хочу, чтобы Макнаб знал, что мы с Чарльзом не спали на простынях ".

"Он никогда не услышит этого от меня. Я могу это гарантировать ".

"Хорошо. Прости, Даллас. После того, как Чарльз рассказал мне, и я вернулась к работе, чтобы отвлечься от этого, и нашла те запечатанные файлы... Это не давало мне спать большую часть ночи. Я имею в виду, если он не сказал ничего существенного, я не мог понять, почему у вас были запечатаны два отчета и видеодиск."

Ева перевела дыхание. Межличностные отношения были жесткими, думала она. И хитрый. "Один из отчетов и диск не связаны с Чарльзом". Черт возьми, Пибоди была права в одном, сокрытие их дел мешало расследованию. "Они связаны с Надин".

"Ох. Я думал, что там что-то было ".

"Послушай, у нее был роман с Драко много лет назад. Она пришла ко мне по этому поводу. Он использовал ее, бросил ее, в своей обычной манере. Когда мы с Рорком осматривали его пентхаус, мы нашли те личные диски. Тот, кого я запечатал - "

"Ох. Он записал секс с Надин. Подонок". Пибоди вздохнула. "Она не подозреваемая, по крайней мере, не та, на кого мы смотрим, поэтому вы хотели избавить ее от смущения. Даллас, мне жаль. Все вокруг сожалеют ".

"Ладно, давай забудем об этом. Иди умойся или что-нибудь в этом роде, чтобы Макнаб не подумал, что я надавал тебе пощечин ".

"Верно. Боже, я чувствую себя идиотом ".

"Хорошо, это меня прямо подбадривает. Теперь иди, возьми себя в руки, чтобы я мог вытащить Макнаба из любого угла, в котором он прячется, и мы могли приступить к работе ".

"Да, сэр".

***

К тому времени, как они собрались в ее кабинете, прибыл Фини. Он сам просмотрел видеозапись спектакля, увеличил, переориентировал, усовершенствовал и применил свою электронную магию, чтобы команда смогла подтвердить временные рамки переключения.

Две сцены в зале суда были рядом на разделенном экране, с Фини впереди, показывая незначительную разницу в форме ножа, его угол расположения от одного к другому.

"Кто бы ни подменил, он украл нож, который так похож на манекен, что никто бы его не заметил, не подняв и хорошенько не осмотрев".

"Реквизитор?" Спросил Макнаб.

"У него не было бы причин делать больше, чем убедиться, что нож все еще на своей отметине. Съемочная группа в зале суда оставалась - как вы это называете - одетой на протяжении всего представления. Он бы заметил, если бы нож отсутствовал ", - добавил Фини. "Согласно его заявлению, он проверил съемочную площадку сразу после смены сцены и непосредственно перед тем, как она изменилась снова. У него не было причин проверять иначе ".

"Это дает преступнику примерно пять минут". Ева постучала пальцами по своей кружке. "Тем не менее, мы сужаем, что, если следовать линии, Ким видел что-то или кого-то подозрительного, как, похоже, он и сделал во время перерыва на сцену. Меньше трех минут, чтобы спрятать подставной нож и вернуться туда, где ему было нужно. На сцене или за кулисами".

"Тогда преступнику пришлось подождать". Пибоди сузила глаза. "Подождите и рассчитывайте на то, что никто не подменит вас в следующей сцене в зале суда, в диалоге и действии. Подождите, пока Кристин Воул не схватит его и не воспользуется им. Это примерно тридцать минут. Ждать долго ".

"Наш убийца терпелив, систематичен. Я думаю, он или она наслаждались ожиданием, наблюдая, как Драко скачет вокруг, проявляет эмоции, срывает аплодисменты, все это время зная, что это его последнее действие. Я думаю, убийца наслаждался этим ".

Ева поставила свой кофе, села на край своего стола. "Рорк кое-что сказал прошлой ночью. Жизнь подражает искусству".

Пибоди почесала нос. "Я думал, что все было наоборот".

"Не в этот раз. К чему эта игра? Почему на этот раз? Были более простые, менее рискованные, более тонкие способы прикончить Драко. Я думаю, что сама пьеса что-то значила для убийцы. Тема любви и предательства, фальшивых лиц. Жертва и месть. У персонажей Леонарда и Кристин Воул есть история. Возможно, у Драко была история с его убийцей. Что-то, что уходит корнями в прошлое, что исказило их отношения ".

Фини кивнул, жуя горсть орехов. "Многие игроки и технические специалисты работали с ним раньше. Театр - это как маленький мир, и люди в нем сталкиваются друг с другом снова и снова ".

"Не профессиональная связь. Личный. Послушайте, Воул выглядит очаровательным, красивым, даже немного наивным, пока вы не узнаете, что он бессердечный, безжалостный оппортунист. Судя по тому, что мы обнаружили, это отражение Драко. Так кого же он предал? Чью жизнь он разрушил?"

"Судя по интервью, он наебал всех". Макнаб поднял руки. "Никто не притворяется, что любил этого парня".

"Итак, мы идем глубже. Мы возвращаемся. Я хочу, чтобы ты руководил игроками. Посмотри на историю. Что-то, что выскакивает наружу. Воул разрушил брак или отношения, разорил кого-то финансово. Соблазнил чью-то сестру. Подорвать их карьеру. Вы ищите данные ", - сказала она Макнабу и Фини. "Мы с Пибоди будем скидываться на игроков".

***

Ева решила начать с Карли Ландсдаун. Что-то в этой женщине вызвало тревогу в ее голове с момента их первого разговора.

Актриса жила в глянцевом здании с полной охраной, блестящими магазинами и крутящимися людьми скользит. Просторный вестибюль был элегантно обставлен, с плиточными полами в водяных тонах, скромным внутренним кустарником и незаметной панелью безопасности, выполненной в художественном геометрическом дизайне на стене.

"Доброе утро", - объявила группа приятным мужским голосом, когда Ева приблизилась. "Пожалуйста, изложите свое дело в "Бродвей Вью"".

"Мое дело связано с Карли Ландсдоун".

"Одну минуту, пожалуйста". Раздался тихий перезвон музыки, заполнивший тишину. "Спасибо, что подождал. Согласно нашим записям, мисс Ландсдаун не сообщила нам ни о каких ожидаемых посетителях. Я буду рад связаться с ней от вашего имени и спросить, может ли она принимать гостей в это время. Пожалуйста, назовите свое имя и предъявите удостоверение личности с фотографией ".

"Вам нужны документы? Вот какое-нибудь удостоверение личности." Ева поднесла свой значок к объективу камеры размером с иглу. "Скажите мисс Лэндсдаун, что лейтенант Даллас не любит ждать в вестибюлях".

"Конечно, лейтенант. Одну минуту, пожалуйста."

Музыка продолжилась с того места, на котором остановилась, и это заставило Еву стиснуть зубы. "Я ненавижу это дерьмо. Почему они думают, что записанные струны приносят что угодно, кроме раздражения и настоятельного желания найти динамики и вырвать их?"

"Я думаю, это довольно мило", - сказала Пибоди. "Мне нравятся скрипки. Напоминает мне мою мать. Она играет", - добавила Пибоди, когда Ева просто уставилась на нее.

"Спасибо, что подождал. Мисс Ландсдаун будет рада видеть вас, лейтенант Даллас. Не могли бы вы проследовать к лифту номер два. Вы были оправданы. Удачного вам дня".

"Ненавижу, когда они так говорят". Ева зашагала к нужному лифту. Двери открылись, и оттуда полилась та же скрипичная музыка. Это заставило ее зарычать.

"Добро пожаловать на просмотр Бродвея". Голос струился по струнам. "Мы являемся полностью автономным, полностью охраняемым зданием. Вы можете подать заявку на однодневный абонемент для посещения наших объектов, в том числе нашего ультрасовременного фитнес-и спа-центра, который предлагает полный комплекс косметических, физических и психотерапевтических процедур. В наш торговый центр можно попасть как через общественный, так и через частный вход, и здесь доступны все основные дебетовые карты. The View также предлагает своим посетителям и, при надлежащем бронировании, широкой публике три пятизвездочных ресторана, а также популярное кафе на Таймс-сквер для тех, кто предпочитает непринужденный ужин ".

"Когда это заткнется?"

"Интересно, есть ли у них бассейн".

"Если вы заинтересованы в присоединении к нашему эксклюзивному сообществу, просто нажмите добавочный номер девяносто четыре по любой домашней ссылке и запишитесь на прием к одному из наших дружелюбных консьержей для осмотра наших трех образцовых помещений".

"Я бы предпочла, чтобы с моих костей содрали всю кожу", - решила Ева.

"Интересно, есть ли у них эффективность".

"Пожалуйста, поверните налево и пройдите к квартире номер две тысячи восемь. Мы в The View желаем вам приятного визита ".

Ева вышла из машины и направилась налево. Двери квартиры были широко разнесены по просторному коридору. Кто бы ни проектировал это место, он не беспокоился о пустом пространстве, решила она. Затем у нее возникло неприятное чувство, что она собирается обнаружить, что здание принадлежит ее мужу.

Карли открыла дверь прежде, чем Ева успела позвонить. Актриса была одета в темно-синий халат, ее ноги были босыми, а кончики - спелоароматически-розовыми. Но ее волосы и лицо были уложены, и уложены хорошо, отметила Ева.

"Доброе утро, лейтенант". Карли на мгновение прислонилась к двери в намеренно дерзкой позе. "Как мило с вашей стороны заглянуть".

"Ты рано встал", - прокомментировала Ева. "И вот тут я подумал, что театральные деятели не были жаворонками".

Ухмылка Карли немного дрогнула, но она снова укрепила ее, отступив назад. "У меня сегодня выступление. Поминальная служба Ричарда".

"Вы считаете это представлением?"

"Конечно. Я должен быть трезвым и печальным и изливать все банальности. Это будет адский спектакль для СМИ ". Карли указала на привлекательный изогнутый диван нежно-зеленого цвета в гостиной. "Я мог бы разыграть то же самое для тебя, и довольно убедительно. Но это казалось такой пустой тратой вашего времени и моего таланта. Могу я предложить вам кофе?"

"Нет. Вас не беспокоит, что вы подозреваемый в расследовании убийства?"

"Нет, потому что я этого не делал и потому что это хорошее исследование. Возможно, в конце концов, меня призовут сыграть одну из них ".

Ева подошла к стене с окном, защищенной от посторонних глаз, и подняла брови при виде убийственного вида на Таймс-сквер. Анимированные рекламные щиты были полны красок и обещаний, воздушное движение кишело, как блохи на большой неряшливой собаке.

Если бы она оглянулась и посмотрела вниз, а именно вниз ее всегда беспокоило, она могла бы увидеть готические шпили Нового театра Рорка "Глобус".

"Какова ваша мотивация?"

"За убийство?" Карли сидела, явно наслаждаясь утренней дуэлью. "Это, конечно, будет зависеть от жертвы. Но, проводя параллель с жизнью, давайте назовем его бывшим любовником, который причинил мне зло. Мотивацией было бы сочетание гордости, презрения и ликования ".

"И ранен?" Ева повернулась и прижала ее к себе, прежде чем Карли смогла скрыть тень страдания.

"Возможно. Ты хочешь знать, причинил ли мне Ричард боль. Да, он это сделал. Но я знаю, как перевязать свои раны, лейтенант. Человек не стоит того, чтобы из-за него проливалась кровь, по крайней мере, ненадолго ".

"Ты любила его?"

"В то время я думал, что да. Но было удивительно легко переключить эту эмоцию на ненависть. Если бы я хотел убить его, что ж, я не смог бы сделать это лучше, чем это было сделано. За исключением того, что я никогда бы не пожертвовал удовлетворением от нанесения смертельного удара лично. Использование прокси лишает всего удовольствия ".

"Для тебя это шутка? Конец жизни насильственным путем?"

"Ты хочешь, чтобы я притворился скорбящим? Поверьте мне, лейтенант, я мог бы вызвать огромные, удушающие и довольно великолепные слезы по вам ". Хотя ее губы продолжали улыбаться, в ее глазах играли маленькие искорки гнева. "Но я не буду. Я слишком уважаю себя и, как это случилось, тебя, чтобы делать что-то столь прискорбно очевидное. Мне не жаль, что он мертв. Я просто не убивал его ".

"И Лайнус Ким".

Вызывающее лицо Карли смягчилось. "Я не очень хорошо его знал. Но мне жаль, что он умер. Вы не верите, что он убил Ричарда, а затем повесился, иначе вас бы здесь не было. Полагаю, я тоже этого не делаю, как бы удобно это ни было. Он был маленьким человеком с кислым лицом и, по моему мнению, думал о Ричарде не больше, чем он думал об остальных из нас, актеров. Мы были частью его декораций. Повешение, это требует времени, не так ли? Не так, как с Ричардом ".

"Да. Это требует времени".

"Я не люблю страдать".

Ева подумала, что это было первое простое заявление, которое сделала женщина. "Я сомневаюсь, что тот, кто помог ему попасть в петлю, думал об этом. Вас беспокоит, мисс Ландсдаун, что трагедии случаются по трое?"

Карли начала было сделать какое-то неосторожное замечание, затем, посмотрев в глаза Евы, передумала. "Да. Да, я такой. Люди театра - народ суеверный, и я не исключение. Я не произношу название шотландской пьесы, я не насвистываю в гримерке и не желаю удачи другому исполнителю. Но "суеверный" не помешает мне вернуться на сцену в тот момент, когда нам разрешат это сделать. Я не позволю этому изменить то, как я проживаю свою жизнь. Я хотел быть актером столько, сколько себя помню. Не просто актер, - добавила она с легкой улыбкой. "Звезда. Я на своем пути, и я не собираюсь отклоняться от цели ".

"Огласка убийства Драко может просто подтолкнуть тебя к достижению этой цели".

"Это верно. Если ты думаешь, что я не воспользуюсь этим, то ты плохо меня рассмотрел ".

"Я взглянул на тебя. Хороший взгляд." Ева оглядела прекрасную комнату, в сторону потрясающего вида из окна. "Для того, кто еще не достиг этой цели, ты живешь очень хорошо".

"Мне нравится хорошо жить". Карли пожала плечами. "Мне повезло, что у меня щедрые и финансово ответственные родители. У меня есть трастовый фонд, и я им пользуюсь. Как я уже сказал, я не люблю страдать. Я не из тех, кто жаждет искусства. Это не значит, что я не занимаюсь своим ремеслом и не тружусь усердно. Я просто наслаждаюсь комфортной обстановкой".

"Драко приходил сюда?"

"Один или два раза. Он предпочитал использовать свое место. Оглядываясь назад, я вижу, что это дало ему больше контроля ".

"А вы знали, что он записывал ваши сексуальные действия?"

Это была сенсация. Теперь у Евы был свой ритм, и она распознала простой и абсолютный шок в глазах, во внезапном исчезновении цвета. "Это ложь".

"У Драко в спальне был установлен записывающий модуль. У него была коллекция личных дисков с подробным описанием определенных сексуальных партнеров. Вот один из вас, записанный в феврале. Это включало в себя использование определенного устройства, сделанного из черной кожи и ...

Карли вскочила с дивана. "Остановись. Тебе это нравится, не так ли?"

"Нет. Нет, я не знаю. Вы не знали о записи ".

"Да, я не знала", - огрызнулась Карли в ответ. "Я вполне мог бы согласиться на одно, был бы заинтригован идеей, если бы он предложил это. Но я ненавижу осознавать, что это было сделано без моего согласия. Что кучка хихикающих копов может посмотреть на это и получить кайф ".

"Я единственный коп, который пока это просматривал, и я не получил от этого никакого удовольствия. Вы были не единственной женщиной, которую он записал, мисс Ландсдаун, без ее согласия ".

"Простите меня, если мне похуй". Она прижала пальцы к глазам, пока не смогла нащупать нить контроля. "Хорошо, что я должен сделать, чтобы получить это?"

"Это в качестве вещественного доказательства, и я запечатал его. Это не будет использовано, если только это не должно быть использовано. Когда дело будет закрыто, и с вас докажут, что вы оправданы, я позабочусь о том, чтобы диск был передан вам ".

"Полагаю, это лучшее, на что я могу рассчитывать". Она глубоко вздохнула. "Спасибо тебе".

"Ср. Ландсдаун, вы нанимали нелегалов в компанию Ричарда Драко для сексуальной стимуляции или по какой-либо другой причине?"

"Я не занимаюсь нелегалами. Я предпочитаю использовать свой собственный разум, свое воображение, а не химикаты ".

Ты использовал их, подумала Ева. Но, может быть, вы не знали, что он подсыпал в тот красивый бокал шампанского.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

У Рорка были две голоконференции, межпространственная передача и совещание руководителей отделов, все они были запланированы на вторую половину дня и касались его проекта Olympus Resort. Работа над проектом продолжалась более года, и он намеревался открыть его для бизнеса к лету.

Не весь огромный планетный развлекательный курорт был бы завершен, но главное ядро с его роскошными отелями и виллами, шикарными игорными и развлекательными комплексами было бы неплохо посетить. Он водил Еву туда на часть их медового месяца. Это было ее первое путешествие за пределы планеты.

Он намеревался забрать ее обратно, без сомнения, брыкаясь и крича, поскольку межпланетные путешествия не входили в список ее любимых удовольствий.

Он хотел провести время с ней, вдали от работы. Его и ее. Не просто одна из быстрых сорока восьми часовых прогулок, на которые ему удалось ее втянуть, а настоящее время, интимное время.

Когда он оттолкнулся от своего домашнего центра управления, он повернул плечо. Это было почти исцелено и не слишком беспокоило его. Но время от времени слабый укол напоминал ему о том, как близко они оба были к смерти. Всего несколько недель назад он посмотрел на смерть, затем в глаза Евы.

Они оба сталкивались с кровавыми и жестокими концами раньше. Но сейчас на карту было поставлено нечто большее. Тот момент соединения, явная воля в ее глазах, хватка ее руки на его руке, оттолкнули его назад.

Они нуждались друг в друге.

Две потерянные души, подумал он, улучив момент, чтобы подойти к высоким окнам, которые выходили на часть мира, который он построил для себя из воли, желания, пота и сомнительно накопленных средств. Две потерянные души, чье жалкое начало превратило их в то, что казалось полярными противоположностями.

Любовь сократила дистанцию, а затем практически уничтожила ее.

Она спасла его. Ночь, когда его жизнь зависала в ее яростной и нерушимой хватке. Она спасла его, размышлял он, в первый момент, когда он встретился с ней взглядом. Каким бы невозможным это ни было, она была его ответом. Он принадлежал ей.

У него была потребность отдать ей вещи. Материальные вещи, которыми может распоряжаться богатство. Хотя он знал, что подарки чаще всего озадачивали и волновали ее. Может быть, потому что они это сделали, поправил он с усмешкой. Но в основе этой открытой отдачи лежало твердое основание для того, чтобы дать ей комфорт, безопасность, доверие, любовь. Все то, без чего они оба прожили большую часть своей жизни.

Он удивлялся, что женщина, которая была столь искусна в наблюдении, в изучении человеческого состояния, не могла видеть, что то, что он чувствовал к ней, часто сбивало его с толку и пугало так же, как и ее.

Для него все изменилось с тех пор, как она вошла в его жизнь в уродливом костюме и с холодной подозрительностью во взгляде. Он благодарил Бога за это.

Чувствуя сентиментальность, он понял. Он предположил, что это ирландский выходил из него в неожиданные моменты. Более того, он продолжал проигрывать кошмар, от которого она страдала несколько ночей назад.

Теперь они приходили реже, но все равно приходили, мучая ее сон, затягивая ее обратно в прошлое, которое она не могла толком вспомнить. Он хотел стереть их из ее памяти, искоренить их. И знал, что он никогда этого не сделает. Никогда не мог.

В течение нескольких месяцев он испытывал искушение провести полный поиск и сканирование, чтобы раскопать данные о том трагическом ребенке, которого нашли сломленным и избитым в далласском переулке. У него были навыки, и у него была технология, чтобы найти все, что можно было найти: детали, которые не смогли социальные работники, полиция, органы по делам детей.

Он мог бы заполнить пробелы для нее и, как он признал, для себя.

Но это был не тот путь. Он понимал ее достаточно хорошо, чтобы знать, что если он возьмет на себя эту задачу, даст ей ответы на вопросы, которые она не была готова задать, это причинит больше боли, чем исцелит.

Разве с ним не было того же самого? Когда он вернулся в Дублин после стольких лет, ему нужно было изучить некоторые осколки своего детства. Один. Даже тогда он лишь мельком взглянул на их поверхность. То, что от них осталось, было похоронено. По крайней мере, на данный момент, он намеревался оставить их похороненными.

Сейчас было то, что требовало его внимания, напомнил он себе. И размышления о прошлом - снова был ирландец - ничего не решили. Было ли прошлое его или Евы, это ничего не решало.

Он собрал диски и печатные копии, которые ему понадобятся для его дневных встреч. Затем заколебался. Он хотел еще раз взглянуть на нее, прежде чем уйти на целый день.

Но когда он открыл соединяющие двери, он увидел только Макнаба, запихивающего в рот то, что казалось целым бургером, в то время как компьютер гудел в фоновом режиме поиска.

"Сегодня соло, Йен?"

Макнаб дернулся из положения лежа в сидячее положение, слишком быстро сглотнул, подавился. Развеселившись, Рорк подошел и энергично хлопнул его по спине.

"Это помогает сначала прожевать".

"Да. Спасибо. Ах... Я почти не завтракал, поэтому подумал, что было бы нормально, если бы я ..."

"Моя автокефалия - твоя автокефалия. Лейтенант на месте, я так понимаю."

"Да. Она вытащила Пибоди около часа назад. Фини направился в Центральную, чтобы связать кое-какие нити. Я здесь работаю ". Затем он улыбнулся, быстро блеснув крепкими белыми зубами. "Я получил лучшую работу".

"Тебе повезло". Рорку удалось найти на тарелке Макнаба картофель фри, который не был залит кетчупом. Он попробовал его, пока изучал экран. "Бегущие бэкграунды? Опять?"

"Да, хорошо". Макнаб закатил глаза, переместившись так, что его серебряные ушные петли весело лязгнули друг о друга. "В Далласе ходят слухи о том, что между Драко и одним из игроков может быть какая-то обратная связь, какой-то бизнес, который кипел все эти годы. Я полагаю, что мы уже отсканировали все данные и нашли зиппо, но она хочет еще раз провериться, под поверхностью. Я здесь, чтобы служить. Особенно, когда в меню настоящее коровье мясо ".

"Ну, теперь, если есть какое-то дело, вы вряд ли найдете его таким образом, не так ли?"

"Я не такой?"

"Что-то старое и тлеющее, вы говорите". Учитывая такую возможность, Рорк поймал еще одного малька. "Если бы я хотел найти что-то, так сказать, давно похороненное, я бы рассчитывал на то, что под ногтями останется немного грязи".

"Я не понимаю тебя".

"Закрытые записи".

"У меня нет полномочий вскрывать запечатанные письма. У вас должна быть веская причина, и ордер, и все такое веселое дерьмо." Когда Рорк просто улыбнулся, Макнаб выпрямился, взглянул на входную дверь. "Конечно, если бы был способ обойти все это неофициально - "

"Есть способы, Йен. И есть способы."

"Да, но есть еще фактор CYA".

"Что ж, тогда нам просто нужно убедиться, что твоя задница прикрыта. Не так ли?"

***

"Даллас собирается узнать, не так ли?" Сказал Макнаб несколько минут спустя, когда они поменялись местами и Рорк сел за компьютер.

"Конечно. Но вы обнаружите, что знать и доказывать - это совершенно разные вещи, даже для грозного лейтенанта."

В любом случае, Рорку нравились его маленькие вылазки на полицейскую работу. И он был человеком, который редко видел необходимость ограничивать свои удовольствия.

"Теперь ты видишь здесь, Иэн, мы получили доступ к записанным отпечаткам пальцев и образцу ДНК твоих основных подозреваемых. Совершенно законно".

"Да, если бы я осуществлял доступ".

"Всего лишь формальность. Компьютер, сопоставь текущие идентификационные коды со всеми без исключения судимостями, гражданскими исками, включая все данные о несовершеннолетних и закрытые данные. Хорошее место для начала", - сказал он Макнабу.

Работает... Доступ к закрытым данным запрещен без надлежащего разрешения или судебного кодекса. Доступны открытые записи. Должен ли я продолжать?

"Подождите". Рорк откинулся на спинку стула, разглядывая свои ногти. Чист как стеклышко, подумал он. На данный момент. "Макнаб, будь другом, не мог бы ты принести мне немного кофе?"

Макнаб засунул руки в карманы, вытащил их, совершил быстрый мысленный танец над тонкой гранью между процедурой и прогрессом. "Um. Да, хорошо. Конечно ".

Он нырнул на кухню, заказал кофе. Он медлил. Макнаб понятия не имел, сколько времени потребуется, чтобы обойти бюрократическую волокиту и получить доступ к тому, что не должно было быть доступно. Чтобы успокоиться, он решил посмотреть, есть ли в наличии какой-нибудь пирог.

К своему великому удовольствию, он обнаружил, что у него есть выбор из шести типов, и мучился, выбирая, на какой остановиться.

"Йен, ты выращиваешь там кофейные зерна?"

"А?" Он просунул голову обратно. "Я просто... подумал, что тебе понадобится некоторое время".

Он был острым техником, подумал Рорк, и восхитительно наивным молодым человеком. "Я думаю, это может вас заинтересовать".

"Ты вошел? Уже? Но как - - Макнаб оборвал себя, поспешив обратно к столу. "Нет, лучше бы мне не знать, как. Таким образом, когда мне предъявят обвинение, я смогу заявить о своем невежестве ".

"Предъявлено обвинение и выписан штраф за что?" Рорк постучал пальцем по листу бумаги. "Вот ваш ордер на арест подозреваемых".

"Мой - " Выпучив глаза, Макнаб схватил простыню. "Это выглядит реальным. Оно подписано судьей Неттлз ".

"Так это выглядит".

"Вау. Ты не просто айс", - почтительно сказал Макнаб. "Ты гребаная Антарктида".

"Йен, пожалуйста. Ты ставишь меня в неловкое положение".

"Верно. Um. Почему я снова обратился к судье Неттлзу за ордером?"

Со смехом Рорк поднялся на ноги. "Я уверен, что вы можете придумать какую-нибудь подходящую полицейскую речь, чтобы обосновать запрос, если и когда вас попросят. Мое предложение было бы вариацией на тему "выстрел в темноте ".

"Да. Это хорошая фраза ".

"Тогда я оставляю тебя с этим".

"Хорошо. Спасибо. А, привет, Рорк?"

"Да?"

"Есть еще кое-что". Макнаб переминался с ноги на ногу в своих фиолетовых воздушных ботинках. "Это отчасти личное. Я собирался обойти это и поговорить об этом с лейтенантом, но, ну, ты же знаешь, какая она."

"Я точно знаю". Он изучал лицо Макнаба, почувствовал волну жалости, обернутую вокруг веселья. "Женщины, Йен?"

"О да. Ну, женщина, я полагаю. Я должен понимать, что такой парень, как ты, знает, как обращаться с ними, так же хорошо, как ты разбираешься в электронике. Я просто не понимаю женщин. Я имею в виду, что я их понимаю, - поспешно продолжил он. "У меня нет никаких проблем с сексом. Я просто не понимаю их, в интеллектуальном смысле. Я полагаю."

"Я вижу. Йен, если ты хочешь, чтобы я обсудил сложности и капризность женского ума, нам понадобится несколько дней и много спиртного."

"Да. Ha. Полагаю, ты сейчас торопишься ".

На самом деле, времени было мало. Там было несколько миллиардов долларов, ожидающих, чтобы их перевели, манипулировали ими и израсходовали. Но Рорк оперся бедром на угол стола. Деньги подождут. "Я полагаю, это связано с Пибоди".

"Мы, вы знаете, делаем это".

"Иэн, я понятия не имела, что ты такой безумный романтик. Виртуальный поэт".

Сухой тон Рорка заставил Макнаба покраснеть, затем ухмыльнуться. "У нас действительно потрясающий секс".

"Это прекрасно для вас обоих, и поздравляю. Но я не уверен, что Пибоди оценила бы, если бы ты поделился со мной этой информацией ".

"На самом деле дело не в сексе", - быстро сказал Макнаб, боясь, что он потеряет голос до того, как отзвучит. "Я имею в виду, это так, потому что у нас это есть. Многое из этого. И это потрясающе, так что это журнал и все такое. Вот как я представлял, что было бы, если бы я мог когда-нибудь снять с нее эту форму на пять чертовых минут. Но это похоже на это, вот и все. Каждый раз, когда мы заканчиваем, ну, вы знаете, "голый крендель", мне приходится подкупать ее едой или заставлять заниматься делом, иначе она вылетает за дверь. Или вышвырнет меня, если мы приземлимся у нее дома."

Рорк понимал это разочарование. У него была только одна женщина, которая когда-либо пыталась избавиться от него. Единственная женщина, которая имела значение. "И ты ищешь большего".

"Странно, да?" Наполовину усмехнувшись, Макнаб начал расхаживать по комнате. "Мне действительно нравятся женщины. Женщины всех сортов. Они мне особенно нравятся обнаженными".

"Кто мог бы винить тебя?"

"Именно. Итак, у меня наконец-то есть шанс попрыгать на обнаженном женском теле, и это сводит меня с ума. Я весь связан внутри, а она плывет прямо по течению. Я всегда думал, что женщины, знаете, в основном, они должны хотеть отношений в целом. Болтаешь о всякой ерунде, поэтому придумываешь всю эту красивую ложь. Я имею в виду, они знают, что ты лжешь, но они соглашаются с этим, потому что, возможно, позже тебя не будет. Или что-то в этомроде".

"Это захватывающий взгляд на динамику мужского / женского". Один из них, Рорк был уверен, заработал бы мальчику удар коленом по яйцам, если бы когда-нибудь был озвучен в смешанной компании. "Я так понимаю, Пибоди не заинтересована в приятной лжи".

"Я не знаю, чем она заинтересована; в этом все дело". Заведенный сейчас, он замахал руками. "Я имею в виду, ей нравится секс, она увлечена своей работой, она смотрит на Даллас так, будто у лейтенанта есть ответы на тайны Вселенной. Затем она уходит с этим чертовым сукиным сыном Монро в оперу ".

Это было последнее, произнесенное с сарказмом, которое заставило Рорка кивнуть. "Совершенно естественно ревновать к сопернику".

"Соперник, моя задница. Что, черт возьми, с ней не так, она ходит повсюду с этим скользким LC? Модные ужины и художественные выставки. Слушать музыку, под которую ты даже не можешь танцевать. Я должен разбить ему лицо ".

Рорк на мгновение задумался и решил, что при подобных обстоятельствах у него возникло бы искушение поступить именно так. "Это было бы удовлетворительно, без сомнения, но неизбежно разозлило бы женщину, о которой идет речь. Ты пробовал романтические отношения?"

"Что ты имеешь в виду? Нравится дурацкая чепуха?"

Рорк вздохнул. "Давайте попробуем это. Ты когда-нибудь приглашал ее на свидание?"

"Конечно. Мы видимся пару, три вечера в неделю ".

"Вон, Йен. Публично. В местах, где по закону вы оба обязаны носить какую-либо одежду ".

"Ох. Не совсем."

"Возможно, с этого стоит начать. Свидание, на котором вы бы заехали за ней в ее квартиру в согласованное время, затем отвезли ее в место, где предлагают еду и развлечения. Наслаждаясь этой едой и / или развлечением, вы могли бы попробовать завести с ней разговор, который напрямую не связан с сексом или работой ".

"Я знаю, что такое свидание", - проворчал Макнаб и почувствовал себя обманутым. "У меня нет достаточной кредитоспособности, чтобы занять ее место, как у этого ублюдка Монро".

"Ах, в этом заключается одно из чудес женского ума и сердца. Используйте свои сильные стороны, занимайте ее места, которые взывают к ее чувству приключения, романтики, юмора. Не соревнуйся с Монро, Иэн. Контрастируй с ним. Он дарит ей орхидеи, выращенные в теплицах на Флоре I, ты даришь ей маргаритки, которые ты сорвал с общественного поля в парке Гринпис ".

По мере того, как информация, идея об этом обрабатывалась, взгляд Макнаба прояснялся. Просветлел. "Эй, это хорошо. Это могло бы сработать. Думаю, я мог бы попробовать. Ты действительно вляпался в это дерьмо. Спасибо ".

"С удовольствием". Рорк поднял свой портфель. "Я всегда был азартным человеком, Иэн, и тем, кто любит выигрывать. Если бы я поставил на твой маленький треугольник, я бы поставил на тебя свои деньги ".

Эта идея настолько подняла настроение Макнабу, что он забыл о пироге на кухне и сразу приступил к работе. Он так хорошо проводил время, планируя свое первое свидание с Пибоди, что чуть не пропустил данные, которые прокручивались на экране.

"Срань господня!" Он снова вскочил на ноги, изобразил небольшой танец и схватил свой коммуникатор.

"Даллас".

"Эй, лейтенант, эй. Я думаю, у меня что-то есть. Уголовные обвинения, нападение и гражданский иск - нанесение телесных повреждений, материальный ущерб и бла-бла-бла, оба поданы Ричардом Драко в июне 2035 года. Обвинения были сняты, затем опечатаны. Гражданский иск удовлетворен в соответствии с требованиями five million smackeroonies и закрыт. Обвиняемый в обоих случаях был - "

"Как ты получил доступ к запечатанным, Макнаб?"

Он моргнул, и его разум опустел. "Как я сделал что?"

"Детектив, как вы получили доступ к закрытым записям без надлежащих полномочий или приказов первичного расследования для получения указанных полномочий?"

"Я..."

"Где Рорк?"

Даже на маленьком экране коммуникатора он мог видеть, как в ее глазах вспыхнуло пламя. "Рорк?" Хотя у него было плохое предчувствие, что было уже слишком поздно, Макнаб попытался придать своему лицу выражение невинности, замешательства и праведности одновременно. "Я не знаю. Я думаю, он где-то работает. Хм ... он был вам для чего-то нужен?"

"Он играл с тобой?"

"Нет, сэр! Абсолютно нет. Я на дежурстве".

Ее глаза смотрели с экрана коммуникатора очень долгие двадцать секунд. Он почувствовал, как пот начал жирно стекать по центру его спины.

"Я ... что касается того, как я получил доступ к данным, лейтенант, мне пришло в голову, что, ну, предыдущее прошлое было негативным, и ваши инстинкты, которые я уважаю, восхищаюсь и которым абсолютно доверяю, указывали, что что-то должно быть. Итак, я предпринял то, что вы могли бы назвать выстрелом в темноте. Вот и все, выстрел в темноте, и сообщили нашу позицию судье Неттлзу, который согласился выдать надлежащие полномочия. У меня есть ордер."

Он поднял его, помахал им. "Это подписано и все такое".

"Я просто уверен, что это так. Это вернется и укусит меня за задницу, Макнаб? Подумай хорошенько, прежде чем отвечать, потому что я обещаю тебе, что если он укусит мой, то устроит праздник пожевывания твоего ".

"Нет, сэр". Он надеялся. "Все в надлежащем порядке".

"Я в десяти минутах езды. Держите все ... в надлежащем порядке. И Макнаб, если я где-нибудь увижу отпечатки пальцев Рорка, я сверну твою костлявую шею ".

***

Первое, что сделала Ева, когда вернулась в дом, это включила домашний сканер. "Где Рорк?" она потребовала.

Рорка в настоящее время нет в помещении. В это время он зарегистрирован в своем офисе в центре города. Должен ли я направить передачу для тебя, дорогая Ева?

"Нет. Подлый ублюдок".

"Он назвал вас дорогим, сэр. Это так мило ".

"Одна из маленьких шуток Рорка. И если я услышу, что это повторяется, мне придется убить тебя ".

Она по привычке направилась вверх по лестнице. Пибоди снова вздохнула, зная, что есть множество лифтов, которые были бы рады избавить их от подъема.

Когда они вошли в офис, она из принципа ухмыльнулась Макнабу, но все же вознесла короткую молитву за его тощую шею. Она полюбила это, пусть и неохотно.

Он вскочил на ноги, протягивая ордер. "Все должным образом и официально, сэр".

Ева выхватила его, внимательно, пристально посмотрела. Напряжение в ее плечах сводило мышцу за мышцей. Она была абсолютно уверена, что за этим внезапным обилием данных стоял Рорк, но ордер пройдет проверку.

"Хорошо, Макнаб. Ты можешь жить какое-то время. Свяжитесь с Фини, подключите его к конференц-связи, и давайте посмотрим, что у нас есть ".

***

Тому, что у них было, было двадцать четыре года, но это было жестоко, мелочно, подло и провокационно.

"Итак, искушенный Кеннет здорово потрепал время на некоем Ричарде Драко".

"Действительно важный момент", - вставила Пибоди. "Он выбил два зуба, сломал нос, ушиб ребра и умудрился сломать несколько предметов мебели, прежде чем охрана вошла в дверь и вытащила его".

"В гражданском иске говорится, что Драко не мог работать в течение трех недель, испытал эмоциональный ущерб, крайнее смущение, физическую травму и, что лично мне больше всего нравится, потерю консорциума. Против Стайлза были выдвинуты как уголовные обвинения, так и гражданский иск под его именем при рождении, Стиппл, которое он юридически сменил на свой нынешний сценический псевдоним сразу после урегулирования иска."

Ева прокрутила новые данные в уме. "Он заключил сделку с Драко, чтобы принять оплату, и я готов поклясться, что это было больше, чем вышеупомянутые пять миллионов придурков, чтобы согласиться на то, чтобы все это было запечатано. Средства массовой информации не получили информации об этом, и это тоже должно было дорого стоить ".

"Двадцать четыре года назад", - указала Пибоди. "Ни один из них не был известным именем. Но из того, что мы знаем о Драко, он бы пожаловался прессе, если бы это не стоило того, чтобы он этого не делал."

"Он мог выплеснуть это в любой момент. Мог бы продолжать держать это над головой Стайлза. Плохо для сложившегося имиджа ". Она все еще качала головой. "Я не могу представить, чтобы Стайлз чрезмерно беспокоился о том, что это выйдет наружу сейчас. Он признанная знаменитость. Он мог превратить это в позитив. "Ах, моя буйная юность" или что-то в этомроде. Вот почему он сломал яйца Драко, это ключ."

Она проверила свое наручное устройство, прикинула углы. "Макнаб, продолжай поиск и сканирование. Если вы обнаружите что-нибудь еще интересное, передайте это мне или Фини. Я буду в Центральном. Фини? Зарезервируйте для нас комнату для допросов, первую попавшуюся."

"Ты тащишь его сюда?" - Спросил Фини.

"Да. Давайте посмотрим, как он выступает на моей сцене. Пибоди, пусть диспетчер пришлет несколько человек в форме на адрес Кеннета Стайлза. Я хочу, чтобы он прокатился в черно-белом ".

Она начала уходить, пока Пибоди искала свой коммуникатор.

"Эй, Пибоди, одну минуту".

Она заколебалась, оглянулась через плечо. "Я занят, Макнаб".

"Да, да". Он схватил ее за руку, дернул.

"Прекрати это". Но ее собственная рука потянулась назад и быстро сжала его ягодицу. "У меня есть настоящая полицейская работа".

"Вы, полицейские в форме, хотели бы только уметь танцевать полицейский танец, как мы, ЭДДы. Слушай, ты хочешь пойти куда-нибудь сегодня вечером?"

Когда он прижимался к ней, ей всегда удавалось повысить коэффициент вожделения. "Думаю, я мог бы зайти после смены".

Он чуть не проговорился на этом, когда образ ее без униформы всплыл в его сознании. Тем не менее, Рорк не сказал, что они не могли заняться сексом после свидания. "Нет, я думал, мы могли бы сходить куда-нибудь".

"Слишком холодно, чтобы заниматься сексом на открытом воздухе".

Он открыл рот, снова закрыл его, когда образ в его сознании переключился на то, как они с Пибоди голышом катаются в тени Центрального парка. Если бы их не ограбили, не зарезали ножом или не убили, это было бы невероятно.

"Ты думаешь только о сексе? Не то чтобы я против этого, но как насчет того, чтобы сходить в клуб Nexus, послушать музыку. Я заеду за тобой в восемь ".

"Забрать меня? Ты заедешь за мной?"

"Это даст тебе время измениться". Это было интересно, подумал он, видя, как она смотрит на него так, словно у него выросло третье ухо в центре лба.

"Пибоди! Шевели своей задницей!"

"Тебе лучше уйти". Он улыбнулся, когда раздраженный голос Евы загремел вверх по лестнице. "Я поймаю тебя позже".

И поскольку ему повезло, он прижался своим ртом к ее губам, посасывая, пока поцелуй не прервался с влажным, сексуальным звуком.

Пибоди отшатнулась и, пошатываясь, вышла за дверь.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Ева схватила чашку кофе и была вынуждена довольствоваться энергетическим батончиком, поскольку похититель конфет снова ударил ее. При первой же возможности, которая ей представилась, она расставила ловушку для подлого ублюдка. Но в данный момент у нее были другие приоритеты.

Она добралась до места для допроса и по дороге забрала Фини.

"Этот парень любит ролевые игры", - начала Ева. "Я не хочу давать ему шанс зацепиться за тип характера. Давайте нарушим его ритм ".

"На этот раз я хочу быть плохим полицейским".

"Фини, ты- " Она остановилась, понюхала воздух. "Что это за запах?"

Фини ссутулил плечо. "Я ничего не чувствую. Я забираю плохого полицейского ". Он сказал это так решительно, что Ева закатила глаза, затем пожала плечами.

"Ладно, прекрасно. Я начну с того, что буду вежлив и рассудителен, а потом мы его зажмем. Если у него есть адвокат ... " Она снова принюхалась, нюхая воздух, как ищейка, в то время как другие копы и сотрудники Центрального управления проходили мимо. "Пахнет, я не знаю, зеленью", - решила она. "Как салат".

"Я не знаю, о чем ты говоришь. Давай сосредоточимся, хорошо? Парень выматывает кого-то до чертиков, как этот, у него вспыльчивый характер. Давайте посмотрим, сможем ли мы разогреть это ".

"Прекрасно". Когда они сошли с трапа, она наклонилась и понюхала Фини. "Привет, это ты".

"Заткнись, Даллас".

Теперь она усмехнулась, когда задняя часть шеи, которую она только что понюхала, стала вишнево-красной. "Почему от тебя пахнет, как от изысканного зеленого салата, Фини?"

"Успокойся, ладно? Христос". Он бросал взгляды направо и налево, пока не убедился, что никто не был достаточно близко, чтобы услышать. Затем он понизил голос до невнятного шепота, на всякий случай. "Смотри, моя жена подарила мне это на нашу годовщину".

"Ты должен был заправлять салат-латук и прочее, Фини".

"Это не заправка для салата, это одеколон".

"От тебя так вкусно пахнет, что хочется съесть".

Его рот искривился чем-то средним между рычанием и насмешкой. "Да, это то, что она говорит. Потише, ладно? Я не мог выйти из дома этим утром, не надев его, иначе я бы ранил ее чувства. Нужно подойти довольно близко, чтобы уловить это, но чертова дрянь длится часами. Я весь день катался по лестницам и планкам. Я не могу рисковать лифтом ".

"Боже, это действительно мило, Фини. Может быть, ты мог бы сказать ей, что хочешь приберечь это для особых случаев ".

"Ты думаешь, она влюбилась бы в это? Даллас, ты не понимаешь женщин ".

"Это привело меня туда". Они завернули за угол и увидели, как Пибоди возле "Интервью три" разговаривает с другим полицейским. Ева узнала высокого молодого полицейского, кивнула ему, когда он повернулся, увидел ее, покраснел.

"Ну, это офицер Трухарт. Как дела?"

"Все идет хорошо, лейтенант. Подозреваемый внутри."

"Субъект", - поправила Ева. "На данный момент мы не называем его подозреваемым". Она наблюдала, как он осознал разницу в процедуре. Она чувствовала исходящий от него запах новичка так же отчетливо, как запах одеколона Фини. "Просил ли субъект адвоката или представителя?"

"Нет, сэр. Я думаю- - Он оборвал себя, выпрямил свою и без того солдатскую спину. "Прошу прощения, лейтенант".

"Тебе позволено думать, Верное Сердце. На самом деле, мы поощряем здесь размышления ". Она с некоторой горечью вспомнила его первого тренера, который отбил охоту не только к мышлению, но и к человечности. "Дай мне свою долю".

"Да, сэр. Что ж, сэр, я думаю, он слишком безумен, чтобы просить о защите в данный момент. Сумасшедший, лейтенант, к тому же он хочет провести с вами несколько раундов. По моему мнению. Субъект упоминал о вас в ... подстрекательских выражениях во время транспортировки ".

"И здесь я планировала быть с ним милой. Будь наготове, Верное Сердце. Вы можете перейти к наблюдению, если хотите. Нам нужно, чтобы вы перевезли объект, тем или иным способом, после допроса ".

"Да, сэр, спасибо вам, сэр. И я хотел бы выразить свою признательность за вашу помощь в моем переводе из отдела особо строгих мер в Центральное управление ".

"Перевод был легким, Верное Сердце. Оставаться здесь будет зависеть от вас. Мы договорились?" она спросила Пибоди и Фини.

Она открыла дверь, вошла внутрь.

Стайлз сидел за маленьким столиком, скрестив руки на груди, с мятежным выражением лица. Он послал Еве один стальной взгляд. "И в чем смысл этого безобразия, лейтенант Даллас? Я хочу объяснения, почему двое полицейских в форме вывели меня из моего дома и затолкали на заднее сиденье полицейской машины ".

"Пибоди, сделай пометку поговорить с упомянутыми офицерами в форме. Никаких толчков ".

"Так принято к сведению, сэр".

"Запись включена", - сказала она, направляясь к столу. "Интервью с субъектом Кеннетом Стайлзом по делу номер HS46178-C. Даллас, лейтенант Ева, в качестве основной. Также присутствуют Фини, капитан Райан, и Пибоди, офицер Делия. Мистер Стайлз, вы были проинформированы о ваших правах и обязанностях в этом вопросе?"

"Полицейский с персиковым пушком на подбородке декламировал стандарт. Я хочу знать - "

"И вы понимаете эти права и обязанности, мистер Стайлз?"

Он показал свои зубы. "Я не кретин; конечно, я их понимаю. Я настаиваю - "

"Я приношу извинения за причиненные неудобства". Она откинулась на спинку стула, попробовала улыбнуться. Не было необходимости повторять исправленную версию Миранды и напоминать ему, что он мог позвать адвоката. "Я понимаю, что это неприятно для вас, еще раз приношу извинения за неудобства и постараюсь ускорить это интервью".

Фини резко фыркнул, так что Ева послала ему быстрый, обеспокоенный взгляд, который заставил Стайлза заерзать на своем месте.

"О чем это?" - Потребовал Стайлз. "Я имею право знать, почему меня притащили сюда, как обычного преступника".

"Тебе зачитали твои права, Стайлз". Голос Фини был отрывистым и резким. "Теперь мы те, кто задает вопросы".

"Я уже ответил на вопросы. Я не знаю ничего, кроме того, что я уже сказал лейтенанту Даллас."

"Я полагаю, ты тоже ничего не знаешь о том бедняге, который закончил тем, что болтался за шею в паре футов над полом".

"Фини". Ева подняла руки в знак мира. "Легко".

Фини скрестил руки на груди и попытался выглядеть солидным. "Он продолжает дергать меня за цепь, я тяну его за спину".

"Давайте остановимся на минутку. Хочешь немного воды?"

Стайлз моргнул, глядя на нее, сбитый с толку. Он был готов вцепиться в Еву, а теперь она бросала на него сочувственные взгляды и предлагала ему воду. "Да, да, я бы так и сделал".

"Почему бы тебе не предложить ему перекусить, пока ты за этим?"

Не обращая внимания на Фини, Ева встала, чтобы наполнить маленькую чашку чуть теплой водой. "Мистер Стайлз, появилась кое-какая новая информация, касающаяся твоих отношений с Ричардом Драко."

"Какая новая информация? Я говорил тебе - "

"Я сказал, что мы задаем вопросы". Фини наполовину привстал со своего стула. "Вы не сказали нам приседать. Ты не сказал нам, что разбил Драко лицо, не так ли? Парень отправил другого парня в больницу, может быть, он найдет способ вернуться и предать его земле ".

"Я не понимаю, о чем ты говоришь". Голос Стайлза был ровным, но его рука слегка дрожала, когда он брал чашку с водой.

"Мистер Стайлз, я хочу предупредить тебя, что за ложь на допросе предусмотрено очень суровое наказание." Ева наклонилась вперед, чтобы Стайлз сосредоточился на ее лице. "Вы не хотите такого рода неприятностей; поверьте мне на слово. Ты сотрудничаешь со мной, и я собираюсь сделать все, что в моих силах, чтобы исправить это. Если ты не будешь откровенен со мной, я не смогу тебе помочь. И тебе будет трудно помочь себе ".

"Парень - трус", - сказал Фини с отвращением. "Выводит Драко из игры, но прикрывается для этого какой-то бедной женщиной".

"Я никогда - " Мятеж в глазах Стайлза сменился ужасом. "Боже мой, ты не можешь поверить, что я действительно организовал смерть Ричарда. Это абсурд".

"По крайней мере, у него когда-то было немного мужества", - продолжил Фини и намеренно хрустнул костяшками пальцев в трех неприятных негромких щелчках. "Использовал свои собственные руки, чтобы ударить Драко по лицу. Должно быть, это действительно вывело его из себя, да, Стайлз. Вы, парни-актеры, придираетесь к своим красивым лицам ".

Стайлз облизал губы. "Я не имел абсолютно никакого отношения к смерти Ричарда. Я рассказал тебе все, что знаю об этом ".

Ева положила руку на плечо Фини, словно пытаясь удержать его, затем со вздохом поднялась. "Досье, офицер Пибоди. Печатная копия ".

"Да, сэр". Сохраняя невозмутимое выражение лица, Пибоди протянула Еве папку.

Ева села с книгой, открыла ее, дала Стайлзу возможность прочитать столько, сколько он смог прочитать вверх ногами. И наблюдал, как его лицо побледнело. "У меня здесь документы, относящиеся как к уголовным, так и к гражданским искам, в которых вы участвуете как обвиняемый".

"Эти вопросы были решены много лет назад. Годы. И запечатанный. Меня заверили, что они запечатаны ".

"Это убийство, приятель". Рот Фини скривился в усмешке. "Печать сломана".

"Давай дадим парню шанс освоиться с этим, Фини. Мистер Стайлз, нам было разрешено снять печать в связи с ходом этого расследования ".

"Вы не обязаны давать ему объяснения".

"Давай просто сделаем все гладко", - пробормотала Ева Фини. "Вас обвинили в нападении на Ричарда Драко, причинившем обширные телесные повреждения, психическую и эмоциональную травму".

"Это было двадцать четыре года назад. Ради Бога."

"Я знаю. Я понимаю это. Но... вы указали мне в вашем предыдущем заявлении, в протоколе, что у вас с покойным не было явных трудностей. И все же..." Сказала Ева, позволив тишине повиснуть на мгновение. "Однажды вы были вынуждены напасть на него достаточно серьезно, что привело к его госпитализации, вашему аресту и гражданскому иску на семизначную сумму".

Бумажный стаканчик смялся в руке Стайлза. Полетели маленькие капли воды. "Все было решено".

"Смотри, Кеннет". Теперь она называла его по имени, устанавливая близость. "Дело в том, что все, что я выяснил о Драко, указывает на то, что он жалкий сукин сын. Я должен понять, что у тебя были причины на него напасть. Благое дело. Вас серьезно спровоцировали. Вы не производите впечатления жестокого человека ".

"Я не такой". Блеск утонченности превратился в блеск пота. Это отразилось на его лице, когда он кивнул Еве. "Нет, я не такой. Конечно, я не такой ".

Фини снова фыркнул. "Я куплю это. У него даже не хватило наглости ударить самого Драко."

"Я не убивал Ричарда!" Голос Стайлза повысился, прогремел, когда он посмотрел на Фини. "Я не имел к этому никакого отношения. Что случилось раньше, Боже милостивый, я был едва ли старше мальчика ".

"Я понимаю это, мистер Стайлз. Ты был молод, тебя спровоцировали". В голосе Евы прозвучало сочувствие. Она встала, налила воды в другую чашку и вернула ее ему. "Расскажи мне, как это произошло. Почему это произошло. Все, что я хочу сделать, это прояснить это, чтобы вы могли вернуться домой ".

Стайлз закрыл глаза, медленно втянул воздух, выпустил его. "Мы оба начали проявлять себя в театре, в небольших региональных театрах. Не слишком заметный результат, конечно, но мы только начинали. Мы оба стремились в Нью-Йорк. В те дни Бродвей переживал бурное возрождение ".

Его голос немного потеплел, когда он вспомнил свою молодость, это чувство предвкушения, неуязвимости. Краска вернулась к его щекам. "Это было возвращение к огням, гламуру, блеску после разрушений, вызванных Городскими войнами. Люди искали развлечений, побега и, я полагаю, героев, которые не носили оружия. Мы были тесным и, возможно, высокомерным кругом. Это было бурное время, лейтенант, возрождение. С нами обращались как с членами королевской семьи. За кулисами мы прожили очень насыщенные жизни. Слишком много жизней. Секс, нелегалы, роскошные вечеринки ".

Он снова взял свою воду, сделал большой глоток. "Это погубило некоторых из нас. Я бы сказал, что это погубило Ричарда. Он упивался славой, излишествами. Это никогда не влияло на его работу, в этом был его гений, но за сценой он предавался всем возможным порокам. К нему относились жестоко, особенно по отношению к женщинам. Он раздавил не одного на своем пути. Ему нравилось хвастаться этим, заключать пари о том, какая женщина будет у него следующей. Я нашел это ... неприятным ".

Он прочистил горло, отодвинул свою чашку. "Там была женщина, девочка, на самом деле. Мы встречались друг с другом. Это было несерьезно, но мы наслаждались обществом друг друга. Затем Ричард начал охоту. Он преследовал ее, заманил и, в конце концов, погубил. Когда он бросил ее, это сломало ее. Я пошел в ее квартиру. Я не знаю, какой инстинкт направил меня туда. Когда я нашел ее, она... она была на грани самоубийства. Она уже перерезала себе вены. Я отвез ее в медицинский центр. Я..."

Он замолчал, поколебался, затем продолжил с очевидным трудом. "Они спасли ее, но что-то внутри меня оборвалось, когда я посмотрел на нее, лежащую там, такую бледную, такую использованную. Я напился, потом пошел за Ричардом ".

Стайлз провел руками по лицу. "Я мог бы убить его той ночью. Я признаю это. Но люди из соседних квартир остановили меня. Позже я понял, каким бесполезным был этот жест. Это ничего не изменило и дорого мне обошлось. Вместо того, чтобы навредить Ричарду, я могла бы разрушить свою собственную карьеру, свою собственную жизнь. Я отдаю себя на его милость, понимаете. Он согласился на соглашения и печати, чтобы защитить свой собственный имидж. У меня была причина быть благодарной, что он был просто настолько эгоистичен. Мне потребовалось три года, чтобы погасить иск с безжалостными процентами. Тогда я оставляю это позади ".

"Сдается мне, у тебя было достаточно причин ненавидеть этого сукина сына", - вставил Фини.

"Возможно". Теперь, когда история была рассказана, Стайлз кивнул более уверенно. "Но ненависть отнимает огромное количество времени и энергии. Я предпочитаю использовать свое в более позитивных каналах. У меня есть все, что я хочу; я наслаждаюсь своей жизнью. Я бы никогда больше не стал рисковать из-за таких, как Ричард Драко ".

"Не такой риск, когда вкладываешь нож в руки женщины".

Стайлз вскинул голову. Его глаза горели. "Я не использую женщин. У меня было почти двадцать пять лет, чтобы усвоить урок, лейтенант. Ричард Драко перестал иметь для меня значение очень давно ".

"Что случилось с женщиной?"

"Я не знаю". Он испустил тяжелый вздох, полный сожаления. "Она перестала быть частью моей жизни. Я полагаю, тот факт, что я знал, что произошло, мешал ей находиться рядом со мной, поддерживать нашу дружбу ".

"Мне кажется, она была бы благодарна".

"Она была, лейтенант. Но, как и я, она должна была оставить этот инцидент, все это, позади. Вскоре после инцидента я поехал в Лондон, работал там, а затем в Калифорнии, в Канаде. Мы не поддерживали связь, и я больше никогда о ней не слышал ".

Удобно, подумала Ева. Может быть, просто немного слишком удобно. "Как ее звали?"

"Это необходимо?"

"Вы рассказываете печальную историю, мистер Стайлз. Действенный. Но здесь нет никого, кто мог бы это подтвердить. Как ее звали?"

"Аня Карвелл". Он оглянулся в прошлое, затем опустил взгляд на свои руки. "Ее звали Аня. Я сказал вам все, что мог ".

"И еще кое-что. Где вы были вчера утром между десятью и одиннадцатью часами?"

"Вчера? В это время я делаю свою ежедневную зарядку. Оживленная прогулка по парку".

"Кто-нибудь может это подтвердить?"

"Я был один". Его голос снова был холоден. Самообладание возвращалось, но оно было более контролируемым. "Меня еще будут задерживать? Мне нужно посетить поминальную службу ".

"Вам рекомендуется не покидать город". Ева изучала его лицо. Что-то было не так, но она не могла указать пальцем, что именно. "Любая попытка сделать это приведет к немедленному выдаче ордера на ваше задержание".

Она поднялась, подавая знак к Наблюдению и Верному Сердцу.

"Офицер отведет вас обратно в вашу квартиру. О, мистер Стайлз, еще кое-что напоследок. У вас когда-нибудь была возможность беседовать с Лайнусом Кимом?"

"Квим?" Стайлз поднялся на ноги, провел тыльной стороной пальцев по лацкану пиджака. "Нет. Никто не разговаривал с Квимом. Он презирал людей моей профессии. Странный маленький человечек. Я не удивлюсь, если вы обнаружите, что он подменил ножи. Он действительно терпеть не мог актеров ".

***

"Пибоди, начинай разыскивать Аню Карвелл".

"Мне не нравится, как это звучит", - прокомментировал Фини. "Слишком скользкий".

"Да, я ждал, когда зажжется свет и заиграет музыка. Тем не менее, все могло закончиться примерно так, как он сказал ".

"Даже если бы это произошло, это ничего не меняет. У него был стояк из-за Драко, большой, толстый. Он производит на меня впечатление человека, который пережевывал бы это по меньшей мере два десятилетия ".

"Мне нравится, что он умеет планировать на долгосрочную перспективу", - согласилась Ева. "Тот, кто хранит пренебрежение и раздражение в маленьких коробочках. И как человек, который не хотел бы пачкать руки, во второй раз ".

Но что-то было не так. Детали опущены или добавлены. "Посмотрим, как выяснится связь с Карвеллом", - решила она. "Он оставлял пробелы, выбирая то, что он хотел нам сказать, как он хотел, чтобы это было сказано. Реклама, - задумчиво произнесла она. "Разве не так они это называют? Он хорошо с этим справился ".

"Я думаю, он был влюблен в Аню". Пибоди достала устройство на ладони, но еще не начала сканирование. "Это имеет значение, если бы он был".

Ева отбросила свои собственные мысли, повернулась к своему помощнику. "Откуда ты это взял?"

"Это было то, как он говорил о ней, прежде чем начал обдумывать это, прежде чем он начал выбирать свой путь. В его глазах появилось это выражение. Задумчивый".

Ева засунула большие пальцы рук в передние карманы. "У него был задумчивый взгляд в глазах?"

"Да, всего на минуту он действительно подумал о ней, о том, как это было, или о том, как он хотел, чтобы это было. Я думаю, она была любовью всей его жизни. Когда у тебя есть что-то из этого, это с тобой что-то делает ".

"Дайте определение вещам"

"Это заставляет тебя думать о них, даже когда ты занимаешься рутинными делами. Это заставляет вас хотеть защитить их, сделать их счастливыми и в безопасности. Ты знаешь", - сказала Пибоди с некоторым разочарованием. "У тебя есть один".

"Один что?"

"Любовь всей твоей жизни, боже, Даллас. Но, видишь ли, ты - любовь его правой спины. Все было по-другому, потому что она бросила его ради Драко. Если бы ты сошла с ума и бросила Рорка ради кого-то, как ты думаешь, что бы он сделал?"

"До или после этого кто-то был не более чем пятном на подошве ботинка Рорка?"

"Видишь?" Довольный, Пибоди ухмыльнулся. "Если у тебя есть любовь всей твоей жизни, ты знаешь". Она сделала паузу, шмыгнула носом. "Что-то пахнет действительно вкусно".

"Просто продолжайте идти", - быстро приказал Фини. "Если теория такова, что Стайлз был привязан к этой женщине Карвелл, как это меняет картину?"

"Потому что ты никогда не забудешь любовь всей своей жизни. Вот и все определение, не так ли? У тебя есть только один. Так что та часть о том, что он потерял с ней связь, была чушью ".

"Мне это нравится. Если мы обнаружим, что у Стайлза был какой-то контакт с женщиной, у нас будет мотив, охватывающий четверть века. Обстановка устраивает его в обоих убийствах. У него была возможность".

"Это все косвенные улики", - напомнил ей Фини.

"Да, но мы накопили достаточно, мы могли бы выудить из него признание. Найди женщину, Пибоди. Если столкнешься с препятствиями, свяжись с Макнабом по этому поводу. Фини, как ты относишься к тому, чтобы пойти на пышную поминальную службу?"

"Моей жене нравится, когда я общаюсь локтями со знаменитостями".

"Пибоди, мы на месте преступления".

"Да, сэр". Она смотрела, как они уходят, и ей внезапно захотелось большого, жирного салата.

***

Жена Фини была в бреду. Присутствовали исполнители из всех средств массовой информации. Служба состоялась в Radio City. Хотя Драко никогда не выступал там, в его гламурном стиле ар-деко была как раз подходящая атмосфера. Поговаривали, что агент Драко нанял компанию top Mourner's Association, чтобы организовать дело.

И поскольку технически это было последнее выступление Драко, он снял 15 процентов от общей суммы.

На огромных экранах мелькали десятки изображений Драко. На боковой сцене шло голографическое представление, где Драко в полном костюме защищал страну и женщин с мечом и причудливыми движениями ног.

За двести пятьдесят долларов за порцию могли присутствовать тысячи счастливых фанатов. Остальные были приглашенными гостями.

Там были моря цветов, острова людей в изысканном черном, потоки зевак, которые, несмотря на опубликованный запрос, были заняты увековечиванием события на диске.

На главной сцене, на белом пьедестале, был сам Драко, покоящийся в гробу из бледно-голубого стекла.

"Адское зрелище".

Ева просто покачала головой. "Они продают сувениры. Ты видел? Маленькие куклы Драко, футболки ".

"Нет ничего лучше свободного предпринимательства", - сказал Рорк у нее за спиной. Она повернулась, оглядела его с ног до головы.

"Почему ты здесь?"

"Лейтенант, вы забыли? Покойный встретил свой конец, играя главную роль в пьесе в моем театре. Как я мог остаться в стороне? Кроме того..." Он похлопал по карману своего элегантного костюма. "Я получил приглашение".

"Я думал, у тебя весь день встречи".

"Преимущество быть ответственным... быть ответственным. Я потратил час ". Слегка положив руку ей на плечо, он обвел взглядом толпу, огни, экраны. "Ужасно, не правда ли?"

"И еще кое-что. Фини, давай разделимся, посмотрим, что мы видим. Я буду ждать вас у главного входа через час ".

"Ты понял". Он заметил несколько лиц, знакомых ему по экрану, и банкетный стол. Нет причин, по которым он не мог видеть то, что он видел с набитым ртом.

"Рорк, если бы я бросил тебя двадцать пять лет назад, ты бы все еще переживал из-за этого?"

Он улыбнулся, погладил ее по волосам. "Трудно сказать, поскольку я бы потратил это время, преследуя тебя и превратив твою жизнь в сущий ад".

"Нет, серьезно".

"Кто сказал, что я не был?" Он взял ее за руку, повел сквозь толпу.

"Давай притворимся, что ты кто-то менее раздражающий".

"Ах. Хорошо. Если бы ты разбил мое сердце, я бы попытался собрать осколки и восстановить свою жизнь. Но я никогда не забуду тебя. Что у тебя есть?"

"У Пибоди есть теория о любви, любви всей твоей жизни. Я играю с этим ".

"Я могу сказать тебе, ты мой".

"Никаких поцелуев", - прошипела она, видя намерение в его глазах. "Я здесь на дежурстве. Вот Майкл Проктор. Улыбается. Я просмотрел его финансовые документы, и он заплатил более десяти тысяч за ту стоматологическую работу, в то время как он живет в хлеву. Он болтает вон с той привлекательной женщиной. Сейчас он не выглядит таким потрясенным или неуклюжим ".

"Он разговаривает с Марчиной, одним из ведущих кинопродюсеров в своем бизнесе. Может быть, ваш мальчик надеется на смену карьеры ".

"Менее недели назад сцена была его жизнью. Интересно. Давайте посмотрим, как он держится ".

Она прокладывала себе путь, отметила момент, когда Проктор увидел ее. Его глаза расширились, голова поникла, а плечи ссутулились. Вуаля-чанго, подумала Ева, из жизнерадостного ведущего в мгновение ока превратился в неуклюжего второго ведущего. Магия театра.

"Проктор".

"Ах, ах, лейтенант Даллас. Я не знал, что ты будешь присутствовать ".

"Я передвигаюсь". Она намеренно осмотрела зал. "Я думаю, Квим не может ожидать такого рода проводов".

"Квим? О." У него хватило изящества, или умения, покраснеть. "Нет, нет, я полагаю, что нет. Ричард был... его знали и уважали очень многие люди ".

"Многие из них, несомненно, поднимают за него тост". Она наклонилась, изучая красивые пузырьки в бокале, который он держал. "С первоклассным шампанским".

"Он и не ожидал меньшего". Это от женщины, которую Рорк опознал как Марцину. "Это событие подходит ему идеально". Она перевела взгляд через плечо Евы, затем просияла. "Рорк! Я подумал, увижу ли я тебя здесь ".

"Марчина". Он подошел и легонько поцеловал ее в щеку. "Ты хорошо выглядишь".

"Я в полном порядке. Даллас, - сказала она через мгновение и пригвоздила Еву своим острым взглядом. "Конечно. Это, должно быть, ваша жена. Я много слышал о вас, лейтенант."

"Прошу меня извинить", - сказал Проктор.

"Не убегайте из-за меня", - сказала Ева Проктору, но он уже отодвигался.

"Я вижу друга". Он нырнул в толпу, как человек, прыгающий за борт.

"Я полагаю, вы на дежурстве?" Марчина скользнула взглядом по брюкам Евы и удобной куртке. "Вы расследуете смерть Ричарда".

"Это верно. Не могли бы вы рассказать мне, о чем вы с Проктором говорили?"

"Он подозреваемый?" Поджав губы, Марчина посмотрела туда, где исчез Проктор. "Очаровательно. На самом деле, это был обычный деловой разговор. У Майкла подходящий внешний вид для экранного проекта, который я собираю. Мы обсуждали возможность его приезда в Нью-Лос-Анджелес на несколько дней ".

"И это он?"

"Возможно. Но он привержен своей нынешней игре. Он с нетерпением ждет возможности занять место Ричарда на сцене. Не то чтобы он выразился так уж бестактно. Мои люди будут разговаривать с его людьми, так сказать, в течение следующей недели или двух, чтобы посмотреть, сможем ли мы что-нибудь придумать. Он надеялся, что театр очень скоро вновь откроется".

***

В ту минуту, когда Ева вышла на улицу, она глубоко вдохнула воздух, насыщенный вонью дыма от глайдкартов, крича от шума уличного и воздушного движения. Она предпочла его сладко пахнущему воздуху внутри.

"Проктор не позволит Драко остыть, прежде чем он примерит его ботинки".

"Он видит возможность", - прокомментировал Рорк.

"Да. Убийца сделал то же самое ".

"Точка зрения принята". Он провел кончиком пальца по вмятине на ее подбородке. "Возможно, я немного опоздаю сегодня вечером. Я должен быть дома к восьми ".

"Хорошо".

"У меня есть кое-что для тебя".

"О, да ладно." Когда он полез в карман, она сунула руки в свои. "Сейчас не время и не место для подарков".

"Я вижу. Тогда, я думаю, я просто оставлю это для себя ".

Вместо шкатулки с драгоценностями, которую она ожидала увидеть, он вытащил огромную плитку шоколада. Ее рука метнулась из кармана, выхватила его.

"Опять же", - пробормотал Рорк.

"Ты купил мне шоколадный батончик".

"Я знаю путь к вашему сердцу, лейтенант".

Она сорвала обертку, надкусила. "Я думаю, ты понимаешь. Спасибо ".

"Это не ужин", - сказал он, прищурившись. "Но если ты сможешь подождать, мы выпьем немного вместе, когда я вернусь домой".

"Конечно. У тебя есть транспо?"

"Я пойду пешком. Сегодня хороший день ". Он поймал ее лицо и поцеловал, прежде чем она смогла сказать ему не делать этого.

Жуя конфету, она смотрела, как он уходит. И думала, что она точно понимает, что Пибоди имела в виду под любовью всей жизни.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Мира изучила запись интервью с Кеннетом Стайлзом. Она потягивала чай, пока Ева ходила взад-вперед. Еще через пять минут она была бы на пути домой. Ева поймала ее, когда она запирала дверь.

Теперь она бы опоздала. Эта мысль промелькнула в глубине ее сознания, когда она сосредоточилась на интервью. Ее муж понял бы, особенно если бы она сделала небольшой крюк по дороге и купила упаковку его любимого мороженого.

Она давно научилась хитростям и балансу сочетания требовательной карьеры и успешного брака.

"Вы с Фини - отличная команда для проведения интервью", - прокомментировала она. "Вы хорошо понимаете друг друга".

"Мы делали это некоторое время". Ева хотела поторопить Миру, но знала лучше. "Я думаю, он практиковался в том, чтобы выглядеть крутым в зеркале".

Это вызвало улыбку. "Я полагаю, что да. Учитывая его спокойное выражение лица, это удивительно эффективно. Прав ли я, предполагая, что вы не верите, что Стайлз рассказал всю правду?"

"Ты когда-нибудь ошибался?"

"Время от времени. Вы ищете эту Аню Карвелл?"

"Пибоди выслеживает ее".

"У него были и остаются сильные чувства к ней. Я бы сказал, что она стала для него поворотным моментом. Если бы это был сборник рассказов, женщина пришла бы к нему после того, как он защитил ее. Жили долго и счастливо. Но - "

"Она не хотела его".

"Или недостаточно любила его, чувствовала себя недостойной, униженной, со шрамами". Мира подняла руку. "Существует бесчисленное множество причин, по которым она и Стайлз не подходили друг другу. Не наблюдая за ней, я не мог сказать. Тем не менее, тебя интересует эмоциональное и психическое состояние Стайлза ".

"Идея Пибоди в том, что эта женщина была любовью всей его жизни, и из-за этого он никогда бы полностью не потерял с ней связь".

"Я думаю, у Пибоди хорошие инстинкты. Он защищал ее, защищал. Мужчина с его чувством театра или драмы был бы склонен ставить себя в роль героя, а она - его девицу в бедственном положении. Вполне возможно, что он все еще делает это ".

"Она - ключ", - пробормотала Ева. "Может быть, не ключ, но ключ". Засунув руки в карманы, она подошла к окну Миры. Сегодня она чувствовала себя замкнутой и не могла сказать почему. "Я этого не понимаю", - сказала она наконец. "Женщина отмахивается от него, спит с другим парнем, настолько привязывается к этому другому парню, что, когда он ее бросает, она пытается покончить с собой. И все равно Стайлз помешан на ней. Он избивает Драко до полусмерти, сам попадает под арест, с него снимают кожу в гражданском иске. И когда он говорит о ней двадцать пять лет спустя, он смягчается. Почему он не ожесточен? Почему он не злится? Он что, глушит меня здесь?"

"Я не могу сказать с абсолютной уверенностью. Он талантливый актер. Но моя оценка на данный момент - нет, что касается его чувств к женщине, он не глушит вас. Ева, человеческое сердце - это тайна, которую мы никогда полностью не разгадаем. Ты ставишь себя на место этого человека. Это одно из твоих умений, которое делает тебя таким хорошим в том, что ты делаешь. Но вы не можете полностью проникнуть в его сердце. Вы бы посмотрели на эту женщину и увидели слабость ".

Мира отпила еще чаю, когда Ева повернулась. "Она была слаба. Слабый и беспечный".

"И довольно молод, я полагаю, но это к делу не относится. Ты смотришь на любовь по-другому, потому что ты сильный и из-за того, где и в ком ты это нашел. Любовь всей твоей жизни, Ева, никогда бы не предала тебя, не причинила тебе боли и, что важнее всего, никогда бы тебя не подвела. Он принимает тебя таким, какой ты есть, абсолютно. Как бы сильно вы его ни любили, я не думаю, что вы полностью понимаете, насколько это редкость и насколько ценно. Стайлз любил и, возможно, все еще любит фантазию. У тебя есть реальность ".

"Люди убивают и за то, и за другое".

"Да". Мира извлекла диск, протянула его Еве. "Они делают".

***

Все разговоры о любви и сроках жизни проникали Еве под кожу и заставляли ее чувствовать себя неловко виноватой. Она воспроизвела то, что говорили другие, и поняла, что все, кто упоминал ее отношения с Рорком в качестве примера, говорили о том, что он сделал бы для нее или не сделал бы с ней.

Она решила, что это была не очень приятная картина ее участия во всей этой сделке о любви и браке.

Она никогда ничего по-настоящему не делала, думала она. Ей все еще было нелегко найти нужные слова, правильный жест, нужный момент. Казалось, что Рорк извлек их из воздуха так же легко, так же гладко, как он извлек свое состояние.

Поэтому она приложила бы усилия. Она отодвинула бы дело на второй план, ладно, на второй план, признала она, и сделала бы что-нибудь, Господи, романтичное.

В ее нынешнем состоянии духа она хотела избежать встречи с Соммерсетом любой ценой, поэтому она фактически поставила свою машину в гараж. Затем, как вор, она пробралась в дом через одну из боковых дверей.

Она собиралась спланировать свой первый интимный ужин.

Насколько это может быть трудно? спросила она себя, прыгая в душ. Она руководила тактическими группами в ситуациях с захватом заложников, выслеживала психопатов, перехитрила ненормальных.

Она была достаточно умна, чтобы подать изысканное блюдо на шикарный стол. Вероятно.

Она выскочила из душа и нырнула в сушильную трубу. Не в спальне, решила она, потому что это было, ну, очевидно, и она подумала, что, скорее всего, романтика должна быть утонченной.

Она использовала одну из комнат для отдыха.

Когда горячий воздух закружился вокруг нее, она начала составлять заговор.

Тридцать минут спустя она чувствовала себя одновременно удовлетворенной и измотанной. В доме было так много чертовых комнат, что она все еще не верила, что побывала во всех из них. И во всех этих чертовых комнатах были вещи, огромное количество вещей. Как она должна была выяснить, что было необходимо?

Свечи, она поняла это, но когда она провела инвентаризацию, она обнаружила настоящий лес свечей в нескольких местах. Тем не менее, удовлетворение пришло от того, что я крался по дому, ускользая от постоянно бдительного Соммерсета.

Она выбрала белый, потому что цвет означал, что ей, скорее всего, придется сочетать его с другими цветами, а это было просто больше, чем она могла вынести. Она потратила еще двадцать минут, разбираясь с меню, затем ей пришлось столкнуться с пугающим испытанием выбора тарелок, столовых приборов, хрусталя.

Для нее было шоком провести инвентаризацию такой элементарной вещи, как обеденные тарелки, и обнаружить, что у ее мужа было более пятидесяти видов различных материалов и моделей.

Какому маньяку понадобилось более пяти тысяч пластинок?

Ее маньяк, напомнила она себе, затем чуть не задохнулась, когда запустила кристалл.

"Хорошо, это должно быть неправильно". Она была на грани случайного выбора, потому что ее время было на исходе.

"Могу я спросить, что именно вы делаете?"

Другая женщина взвизгнула бы. Еве удалось, еле-еле, сдержаться. "Проваливай. Я занят ".

Соммерсет просто подошел, кот следовал за ним по пятам. "Так я наблюдаю. Если вы хотите узнать, что было в доме, я предлагаю вам обсудить это с Рорком ".

"Я не могу, потому что я убил его, избавился от его тела, и теперь я собираюсь провести крупнейший аукцион, на планете или за ее пределами, в истории цивилизации".

Она ткнула пальцем в нечто под названием Уотерфорд, Дублинский узор, только потому, что узнала в нем город, где родился Рорк. Затем она подняла хмурый взгляд на парящего Соммерсета. "Уходи".

Но его внимание переключилось с нее на столик под стеклянным куполом обзорного балкона. Она использовала ирландское белье, отметил он. Отличный выбор, который, вероятно, был слепой удачей. Георгианские подсвечники, белые свечи. По комнате отдыха были разбросаны десятки других свечей, все белых, пока еще незажженных.

Кот Галахад подпрыгнул и запрыгнул на атласные подушки на диванчике.

"Иисус Христос, это всего лишь вилки и ножи!"

Сочетание ужаса и разочарования в ее тоне заставило губы Соммерсета дернуться. "Какой фарфоровый узор вы выбрали?"

"Я не знаю. Ты выйдешь отсюда? Это частная вечеринка ".

Он отвел ее руку в сторону, прежде чем она смогла выбрать, просмотрел другие варианты и заказал соответствующие столовые приборы. "Вы забыли заказать салфетки".

"Я подбирался к ним".

Он с жалостью посмотрел на нее. На ней был хлопчатобумажный халат, ее лицо еще не было подкрашено. Ее волосы стояли дыбом от постоянных прикосновений пальцев.

Но он дал ей очки за попытку. На самом деле, он был приятно удивлен ее вкусом. Хотя некоторые из ее подборок были нетрадиционными в сочетаниях, им удалось создать довольно очаровательную атмосферу.

"Когда кто-то готовит особенное блюдо", - сказал он, стараясь смотреть на нее поверх длинной линии своего носа, - "Требуется надлежащее сопровождение".

"Что я здесь делаю? Играете в космическую атаку? Теперь, если бы ты просто еще раз проскользнул под дверью, я мог бы закончить ".

"Цветы необходимы".

"Цветы?" Ее желудок скрутило к ногам. "Я знал это". Она не собиралась спрашивать. Она отпилила себе язык вместе с зубами, прежде чем спросить.

В течение гудящих десяти секунд они просто смотрели друг на друга. Он сжалился над ней, хотя и сказал себе, что просто поддерживает свой авторитет мажордома. "Я бы предложил розы, Королевское серебро".

"Я думаю, у нас есть это".

"Да, к ним можно получить доступ. Тебе также понадобится музыка".

Ее ладони начали потеть. Раздраженная, она вытерла их о халат. "Я собирался кое-что запрограммировать". Или другой.

"Я полагаю, вы намерены одеться для вечера".

"Черт". Она тяжело вздохнула, пристально посмотрела на кота, который пристально смотрел на нее в ответ. Она подозревала, что он ухмылялся.

"Организовывать подобные дела - часть моих обязанностей. Если ты пойдешь и наденешь что-нибудь... побольше, я устрою остальное ".

Она открыла рот, чтобы согласиться. Узлы в ее животе уже ослабли. Затем она покачала головой и почувствовала, как они снова напряглись. "Нет, я должен сделать это сам. В этом суть". Она помассировала лоб. У нее разболелась голова. Идеальный.

Его лицо оставалось суровым, холодным, но внутри он размяк, как желе. "Тогда тебе лучше поторопиться. Рорк будет дома в течение часа ".

Ей, заключил Соммерсет, оставляя ее одну, понадобилась бы каждая минута этого.

***

Его мысли были заняты делом, когда он вернулся домой. Его последняя встреча за день касалась текстильного конгломерата, который искал возможность выкупа. Он должен был решить, хочет ли он покупать.

Компанией и большинством ее дочерних компаний управляли небрежно. Рорк не испытывал симпатии к небрежной деловой практике. В результате его первоначальное предложение было оскорбительно низким.

Тот факт, что их переговорщика и близко не оскорбили так, как следовало бы, насторожил. Ему пришлось бы провести дополнительные исследования, прежде чем он сделает следующий шаг.

Проблема должна быть в одном из двух их внеземных объектов, подсчитал он. Возможно, стоит съездить, чтобы изучить их из первых рук.

Было время, когда он просто составил бы свой график и сделал это. Но в прошлом году покидать дом, даже на короткий срок, становилось все менее привлекательным.

Он, подумал он с некоторой насмешкой над собой, укоренился.

Он зашел в офис Евы по пути к своему собственному, был слегка удивлен, не найдя ее там, по уши погруженной в свое текущее дело. Любопытство заставило его отложить свою работу в сторону и подойти к домашнему сканеру.

"Где Ева?"

Ева в настоящее время находится в четвертой комнате отдыха, третий уровень, южное крыло.

"Какого черта она там делает?"

Вы хотели бы привлечь наблюдателя?

"Нет, я пойду посмотрю сам".

Он никогда не видел, чтобы она слонялась без дела в этой части дома. Факт был в том, что он никогда не видел, чтобы она бездельничала, если только он не придирался, не соблазнял или не втягивал ее в это.

Ему пришло в голову, что было бы приятно поужинать там, расслабиться вместе с бутылкой вина и выбросить из головы прожитые ими дни.

Ему пришлось бы уговорить ее на это.

Думая об этом, он вошел в комнату. Если бы она смотрела в его сторону, она бы уловила один из редких моментов, когда ее муж был совершенно ошеломлен.

Комната была освещена десятками белых свечей, и их аромат смешивался с нежным ароматом десятков серебристых роз. Хрусталь сверкал, серебро поблескивало, и романтика струн арфы плакала в воздухе.

Посреди всего этого Ева стояла в тревожно-красном платье, которое оставляло ее руки и плечи обнаженными, когда оно скользило по ее длинному, стройному телу, как жадные руки страстного любовника.

Ее лицо раскраснелось, глаза блестели от сосредоточенности, когда она закручивала проволоку на бутылке шампанского.

"Извините меня". Он увидел, как дернулись ее прекрасные плечи, ее единственный признак удивления. "Я ищу свою жену".

Ее желудок слегка дрогнул, но она повернулась и улыбнулась. У него было лицо, созданное для света свечей, подумала она. Для медленного и тлеющего огня. Глядя на это, она никогда не переставала заводиться в крови. "Привет".

"Здравствуйте". Оглядев комнату, он направился к ней. "Что все это значит?"

"Ужин".

"Ужин", - повторил он, и его глаза сузились. "Что ты наделал? Ты не ранен?"

"Нет. Я в порядке ". Все еще улыбаясь, она вытащила пробку, испытав облегчение, когда шампанское не разлилось.

Он нахмурился, когда она наливала шампанское в хрустальные бокалы. "Хорошо, чего ты хочешь?"

"Что ты имеешь в виду?"

"Я имею в виду, я узнаю подставу, когда вижу ее. Чего ты хочешь?"

Ее улыбка дрогнула. Потребовалось немало усилий, чтобы это не превратилось в рычание. Придерживаясь шагов, которые она тщательно описала, она передала ему его вино, мягко постучав своим бокалом по его бокалу. "Что, я не могу приготовить хороший ужин без скрытых мотивов?"

Он думал об этом. "Нет".

Она поставила бутылку на стол со зловещим треском. "Послушай, это ужин, хорошо? Ты не хочешь есть, прекрасно ".

"Я не говорил, что не хочу есть". Он заметил, что она пользовалась духами. И краска для губ. Она повозилась со своими глазами. Он протянул руку, чтобы поиграть с бриллиантовым кулоном в форме слезы, который он ей подарил. "Что ты задумала, Ева?"

Это разорвало его. "Ничего. Забудь об этом. Я не знаю, что на меня нашло. Очевидно, я на минуту потерял рассудок. Нет, на два потных, глупых часа. Вот что потребовалось, чтобы свести воедино это фиаско. Я иду на работу ".

Он поймал ее за руку, прежде чем она смогла пройти мимо него, и ничуть не удивился, увидев быструю вспышку насилия в ее глазах. Но он был удивлен, увидев боль.

"Я так не думаю".

"Если хочешь сохранить эту руку, приятель, ты уберешь ее".

"А, вот и она. На мгновение я подумал, что тебя заменил дроид. Это дало мне плохое начало ".

"Держу пари, ты думаешь, что это смешно".

"Я думаю, что задел ваши чувства, и мне жаль". Он провел губами по ее лбу, одновременно отчаянно листая свой мысленный календарь. "Я забыл о каком-то случае?"

"Нет. Нет". Она отступила назад. "Нет", - снова сказала она и почувствовала себя нелепо. "Я просто хотел кое-что сделать для тебя. Чтобы дать тебе что-то. И ты можешь просто перестать смотреть на меня так, будто у меня сгорело несколько электрических цепей. Ты думаешь, что ты единственный, кто может заключить подобную сделку? Что ж, ты прав. Ты есть. Я чуть не оглушил себя своим собственным оружием полдюжины раз сегодня вечером, просто чтобы прекратить свои страдания. Да пошло оно все".

Она снова взяла свой бокал, подошла к широкому изогнутому окну.

Рорк поморщился и приступил к деликатной задаче извлечения ступней изо рта. "Это прекрасно, Ева. И ты тоже".

"О, не начинай с меня".

"Ева -"

"Только потому, что я не занимаюсь подобными вещами, потому что я не трачу время - черт возьми, потому что я не думаю об этом, не значит, что я не люблю тебя. Я верю. " Она развернулась, и он бы не назвал выражение ее лица особенно любящим. Она вернулась к Фьюри. "Ты тот, кто всегда что-то делает, говорит слова. Отдавая..." Она на мгновение запнулась. "Просто отдаю. Я хотел что-то вернуть ".

Она была прекрасна. Раненая и сердитая, страстная и взбешенная, она была самым прекрасным созданием, которое он когда-либо видел. "Ты крадешь мое дыхание", - пробормотал он.

"У меня в голове есть вся эта история о любви всей жизни. Убийство, предательство, ярость."

"Прошу прощения?"

"Неважно". Она сделала паузу, глубоко вздохнула. "Последние пару дней люди говорили вещи, которые продолжают заседать у меня в голове. Ты бы встал перед автобусом maxibus ради меня?"

"Абсолютно. Они движутся не очень быстро ".

Она рассмеялась, чем значительно успокоила его. "Это то, что я сказал. О черт, я все испортил. Я знал, что сделаю это ".

"Нет, я позаботился об этом". Он подошел к ней, взял ее за руку. "Любишь ли ты меня достаточно, чтобы дать мне еще один шанс на это?"

"Возможно".

"Дорогая Ева". Он поднес ее руку к своим губам. "То, что вы сделали здесь, очень много значит для меня. Ты, ты значишь для меня все ".

"Посмотри, как ты это делаешь. Скользкий, как слюна."

Он провел пальцами по изгибу ее плеча. "Мне нравится это платье".

Хорошо, что, подумала она, он не увидел ее застывшей паники, когда она открыла свой шкаф. "Я думал, это сработает".

"Это так. Очень хорошо". Он поднял ее бокал, затем свой. "Давайте попробуем это снова. Благодарю вас ".

"Да, ну, я бы сказал, что это ничего не значило, но это было бы большой, жирной ложью. Просто скажи мне одну вещь. Зачем тебе миллион пластинок?"

"Я уверен, что это преувеличение".

"Не намного".

"Ну, никогда не знаешь, кто может прийти на ужин, не так ли?"

"Включая все население Новой Зеландии". Она пригубила шампанское. "Итак, я отстаю от графика".

"У нас есть расписание?"

"Да. Вы знаете, напитки, ужин, разговор. Бла-бла-бла. Все заканчивается тем, что я напояю тебя и соблазняю ".

"Мне нравится конечная цель. Поскольку я был близок к тому, чтобы все испортить, меньшее, что я могу сейчас сделать, - это сотрудничать ". Он начал поднимать бутылку, но она положила руку ему на плечо.

"Потанцуй со мной". Она скользнула руками вверх по его груди, сцепила их у него за шеей. "Близко. И медленно."

Его руки обвились вокруг нее. Его тело покачивалось вместе с ее. И его кровь забурлила от любви, от вожделения, когда ее рот шелковисто коснулся его.

"Я люблю твой вкус". Ее голос теперь был хриплым, мягким. "Это всегда заставляет меня хотеть большего".

"Возьми еще".

Но когда он попытался углубить поцелуй, она повернула голову, скользнула этими горячими губами по его подбородку. "Медленно", - снова сказала она. "То, как я собираюсь заняться с тобой любовью". Она прикусила его ухо. "Так что это почти пытка".

Она запустила пальцы в его волосы, все эти великолепные черные, сжала их в кулак, откинула его голову назад, пока их глаза не встретились. Его глаза были глубокими, синими и уже горячими.

"Я хочу, чтобы ты произносил мое имя, когда я возьму тебя". Она снова подразнила его рот своим, отступила, почувствовала, как его тело напряглось, как лук, напротив ее. "Скажи это так, чтобы я знал, что в этот момент для тебя не существует ничего, кроме меня. Для меня не существует ничего, кроме тебя. Ты - это все, что есть ".

Теперь ее рот завладел его ртом, неистовое сплетение губ, зубов, языков. Она почувствовала, как его стон начался низко, затем стал глубоким, а затем слился с ее собственным. Она позволила себе задрожать, позволила себе почувствовать боль, затем отстранилась, задержала дыхание, прежде чем сдаться.

"Ева".

Она услышала напряжение в его голосе, наслаждаясь этим, когда снова взяла их бокалы. "Хочешь пить?"

"Нет". Он начал тянуться к ней, но она отодвинулась, протянув ему стакан. "Я есть. Выпейте. Я хочу попасть тебе в голову".

"Ты делаешь. Позволь мне обладать тобой".

"Я буду. После того, как ты будешь у меня." Она взяла маленький пульт, нажала несколько кнопок. На боковой стене открылись панели. Кровать, которая была заправлена позади них, была завалена подушками. "Вот где я хочу тебя видеть. В конце концов."

Она сделала большой глоток шампанского, наблюдая за ним поверх ободка. "Ты не пьешь".

"Ты убиваешь меня".

Обрадованная, она засмеялась, и звук был подобен дыму. "Будет еще хуже".

Теперь он действительно выпил, затем отставил свой стакан в сторону. "Хвала Богу".

Она вернулась к нему, сняла куртку с его плеч. "Я люблю твое тело", - пробормотала она, медленно расстегивая пуговицы его рубашки. "Я собираюсь провести много времени, наслаждаясь этим сегодня вечером".

Это был мощный порыв, подумала она, заставить дрожать сильного мужчину. Она почувствовала этот танец мускулов, когда провела кончиком пальца вниз по его груди к крючку на брюках.

Вместо того, чтобы отпустить их, она улыбнулась. "Вам лучше сесть".

В его крови чувствовалась пульсация, первобытная, граничащая с жестокостью. Потребовалось немало усилий, чтобы не поддаться этому, не повалить ее на пол и ответить на этот настойчивый удар.

"Нет, не здесь", - сказала она и, подняв его руку, слегка прикусила костяшки пальцев. "Я не думаю, что ты сможешь пересечь комнату, когда я закончу".

Это не от вина у него кружилась голова. Она повела его через комнату, что-то вроде ленивого кружащегося танца с ней во главе. Когда она опустила его, чтобы он сел на край кровати, она опустилась на колени у его ног, медленно, интимно провела руками по его ногам. И снял обувь.

Она воскресла. "Я просто схожу за вином".

"Меня не интересует вино".

Она ушла, бросив взгляд через плечо. "Ты будешь. Когда я начну слизывать это с тебя."

Она наполнила бокалы, принесла их обратно, чтобы поставить на маленький резной столик у кровати. Затем, наблюдая за ним золотыми глазами, полными света свечей, она начала стягивать платье с себя.

Он удивлялся, что его система не просто взорвалась.

"Христос. Иисус Христос".

Ирландец снова обрел голос, как, она знала, это бывало, когда он был отвлечен, зол, возбужден. Этот простой знак заставил ее порадоваться, что она потратила время и силы, чтобы, ну, одеться для вечера.

Сиренево-красное белье эротично контрастировало с ее кожей. Шелковый и кружевной боди-скиммер низко облегал ее груди, так что они почти вываливались из топа. Затем оно стянулось, прозрачное и соблазнительное, скользнуло по ее бедрам. Ее колготки были прозрачными и переливающимися и дразняще заканчивались на середине бедра.

Она сняла платье, отбросив его в сторону носком каблука с шипами.

"Я думал, мы сначала поужинаем".

Ему удалось поднять взгляд на ее лицо, даже когда у него отвисла челюсть.

"Но... Я думаю, это сохранится ". Она шагнула вперед, расположившись у него между ног. "Я хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне".

Его руки горели желанием взять, но он легко провел ими по ней, следуя углу, изгибу. "Я уже потерялся в тебе".

"Оставайся там". Она наклонилась, завладела его ртом.

Она знала, что он сдержался, позволил ей держать поводья. И поскольку она знала это, она отдала ему все, что у нее было.

Мерцал свет свечей, согревая ароматом роз, когда она скользнула к нему на кровать. Когда она подняла руки, ее рот накрыл его. Эротичный и нежный, страстный и любящий. Она хотела показать ему все, абсолютно все.

И когда она это сделала, он отдал в ответ. Долгие одурманивающие поцелуи, от которых отяжелели конечности, ленивые, томительные ласки, от которых кровь забурлила.

Кровать с толстым матрасом из геля колыхалась под ними.

Она перекатилась, отклонилась в сторону, так что он удовлетворился ароматом чуть выше шелковых колготок на задней стороне ее бедра.

Затем она оседлала его, отпила из бокала шампанского. Перевернув его, она начала поить его.

Его зрение затуманилось, дыхание забилось в легких до жжения. Она мучила его. Доставил ему удовольствие. Ее гибкое тело скользило по его телу, в то время как ее рот доводил его до грани безумия.

Его самообладание лопнуло, сталь раздирала сталь. Звук рвущегося шелка воспламенил его, когда он разорвал его. И со звуком жадности он заполнил свои руки, свой рот ею.

Она кончила, дикий, шокирующий удар по ее организму. Ее голова откинулась назад, когда она судорожно глотнула воздух. Ее тело содрогалось, когда он наслаждался им.

Он сказал что-то, чего она не смогла понять, на языке его родины, который так редко слетал с его губ. Затем его лицо было прижато к ней, его горячее дыхание касалось ее кожи.

"Ты нужен мне. Ева. Ты мне нужен ".

"Я знаю". Нежность нахлынула на нее, бальзам на ожог. Она взяла его лицо в ладони, приподняла его. Ее губы встретились с его губами, мягкими, как шепот. "Никогда не останавливайся".

В ее глазах были слезы. Меняющийся свет уловил их отблеск. Он притянул ее ближе, смахнул их поцелуями. "Ева -"

"Нет, позволь мне сказать это первым. На этот раз позвольте мне не забыть сказать это первым. Я люблю тебя. Я всегда буду. Будь со мной", - пробормотала она, принимая его в себя. "О. Останься со мной".

Она обвилась вокруг него, поднялась к нему, отвечая ударом на удар, удар на удар. Затем его руки крепко сжали ее руки. Их взгляды были связаны так же яростно.

Когда она увидела, как он, этот дикий синий, ослеп, когда она услышала, как он произносит ее имя, ее губы изогнулись в улыбке. И она сдалась.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Она была распростерта поперек кровати лицом вниз, в позе, которую, как знал Рорк, она приняла, когда ее организм, наконец, отключился. Он растянулся рядом с ней, потягивая остатки шампанского и рассеянно водя кончиком пальца вверх и вниз по ее позвоночнику.

"Я даю тебе полтора часа, чтобы остановить это".

"Ах, она жива".

Она пошевелилась достаточно, чтобы повернуть голову и посмотреть на него. "Ты выглядишь довольно самодовольным".

"Так получилось, дорогая Ева, что я чувствую себя довольно самодовольным".

"Это все была моя идея".

"И это тоже было прекрасно. Стал бы я рисковать своей шкурой, если бы спросил, что именно тебя вдохновило?"

"Что ж..." Она изогнула спину, подставив ее под прикосновение его пальца. "Ты купил мне шоколадный батончик".

"Напомни мне, чтобы я договорился о грузовике завтра".

"Полный грузовик убил бы нас". Она опустилась на колени, откинула назад волосы. Она выглядела мягкой, использованной и довольной.

"Я рискну этим".

Со смехом она наклонилась, чтобы прижаться своим лбом к его. "Одна последняя мягкая вещь, прежде чем это войдет в привычку. Ты делаешь меня счастливым. Я начинаю к этому привыкать ".

"Это очень хороший способ покончить с этой кашей".

"Я думаю, нам следует поесть".

"Мне было бы неприятно думать о том, что ты вкалываешь над горячей плитой и не можешь оценить результаты".

Ее глаза сузились. "Это раскопки?"

"Нет, в самом деле. Что у нас на ужин?"

"Много вещей со странными, причудливыми названиями".

"Пальчики оближешь".

"Я подумал, что если бы тебе это не нравилось, это не было бы запрограммировано". Она соскочила с кровати, стояла обнаженная, оглядываясь вокруг. "Я не думаю, что здесь есть халат".

"Боюсь, что нет". Он порылся в мешанине простыней и подушек и достал теперь уже изодранный скиммер для тела. "Ты мог бы надеть то, что осталось от этого".

"Неважно". Она подобрала свое сброшенное платье, скользнула в него.

"Ну что ж, это значительно возбуждает аппетит".

"Даже ты не смог бы пройти еще один раунд после того, последнего". Когда он усмехнулся, она подумала, что разумнее отойти подальше.

***

Она не могла выговорить и половины того, что положила в рот, но это было чертовски вкусно. "Напомни, как это называется?"

"Fruit de le mer a la parisienne."

"Я думаю, если бы они назвали это куском рыбы в изысканном соусе, у него не было бы такого звучания".

"Роза под любым другим названием". Он снова наполнил ее стакан с водой. "Лейтенант?"

"А?"

"Ты пытаешься не думать о своем дне. Почему бы тебе просто не рассказать мне об этом вместо этого?"

Она проткнула еще один гребешок. "У меня есть зацепка- " Она оборвала себя, проглотила это. "Нет, ты расскажи мне о своем дне".

"Мой день?" - удивленно спросил он.

"Да, что ты делал сегодня, как все прошло, что-то в этом роде".

"Ты в настроении", - пробормотал он, затем пожал плечами. "Я занимался кое-какой финансовой реорганизацией".

"Что это значит?"

"Я купил некоторые акции на пути к падению, продал некоторые, которые, как я полагаю, достигли максимума, изучил ежедневный анализ нескольких компаний и соответствующим образом скорректировал".

"Полагаю, это отвлекло тебя".

"Достаточно, примерно до полудня, когда я зашел в офис". Он задавался вопросом, сколько времени пройдет, пока ее глаза не остекленеют. "У меня была голоконференция, посвященная курорту Олимп. Перерасход средств остается ниже допустимых пяти процентов. Однако при поэтапном анализе проекта я нахожу признаки снижения производительности ресурсов, что требует более тщательного изучения и корректировки ".

Девяносто секунд, подсчитал он, наблюдая за ее глазами. Он полагал, что она сдохнет в шестьдесят. "Тогда я купил тебе шоколадный батончик".

"Мне понравилась эта часть".

Он отломил кусок от своего рулета, намазал его маслом. "Ева, ты вышла за меня замуж из-за моих денег?"

"Ставлю свою задницу. И тебе лучше держаться за это, или я уйду в историю ".

"Очень мило с твоей стороны так сказать".

Это заставило ее усмехнуться. "Я полагаю, мы закончили говорить о твоем дне".

"Я думал, что мы были. Какая у тебя зацепка?"

"Любовь. По крайней мере, сейчас все стрелки указывают именно на это ". Она ввела его в курс дела, пока доедала свой ужин.

"Кеннет Стайлз напал на Драко и избил его достаточно сильно, чтобы потребовалось медицинское вмешательство". Рорк склонил голову набок. "Интересно, не правда ли, когда вы сравниваете двух мужчин. Драко был выше, значительно тяжелее и, конечно, на первый взгляд, намного крепче. Никаких признаков того, что Стайлз был ранен?"

"Никто. Я тоже думал об этом. Все сводится к киске и обоссанному. Драко - слабак, Стайлз - обозленный."

"И то, что он разозлился, стоило Стайлзу нескольких миллионов долларов".

"И он даже не оказался с девушкой".

"Anja."

"Пибоди нашла в городе горстку Карвеллов. Неверный возрастной диапазон, поэтому мы расширяем сканирование. Интуиция подсказывает мне, что у нее есть ответы на некоторые вопросы ".

"Cherchez la femme."

"Что?"

"Найдите женщину", - перевел он.

Она подняла свой бокал в быстром тосте. "Вы можете на это рассчитывать".

***

"Аня". Он произнес это имя мягко, едва слышным шепотом. И услышал последовавший за этим вздох удивления и узнавания. "Ничего не говори. Пожалуйста. Просто послушай. Я должен поговорить с тобой. Это важно. Не по 'ссылке. Ты встретишься со мной?"

"Это касается Ричарда".

"Это касается всего".

***

Это заняло время. Он был уверен, что за ним наблюдают, и боялся собственной тени. Стайлз сидел у зеркала в своей гардеробной и умело, кропотливо изменял свою внешность. Он изменил цвет своих глаз, форму носа, подбородка, цвет своей кожи. Он покрыл свои волосы париком, густой гривой темно-каштанового цвета. Он предположил, что это тщеславие помешало ему использовать более обычный серый.

Ему было невыносимо выглядеть старым в ее глазах.

Он добавил тонкие усы, тонкую щеточку бороды в центре подбородка.

Все это произошло естественно, несмотря на беспокойство. За свою жизнь он сменил сотню персонажей, влезая в них так же плавно, как человек влезает в любимые тапочки после долгого дня.

Он увеличил обхват своего маленького тела - плеч, груди, затем прикрыл подкладку простым темным костюмом. Подтяжки на его ботинках прибавили бы ему еще один дюйм роста.

Он не торопился, изучая результаты в длинном тройном зеркале в поисках каких-либо признаков Кеннета Стайлза. Впервые более чем за час он позволил себе слегка улыбнуться.

Он мог подойти прямо к лейтенанту Еве Даллас и поцеловать ее в губы. Будь он проклят, если она узнает его.

Воодушевленный, как и всегда, новой ролью, Стайлз накинул плащ и вышел на встречу с женщиной, которую любил всю свою жизнь.

***

Она заставила его ждать. Она всегда была. Он выбрал маленький клуб ностальгии, который вышел из моды. Но музыка была низкой и блюзовой, посетители думали о своем, и напитки принесли быстро.

Он потягивал джин и листал потрепанный томик сонетов Шекспира. Это был их сигнал.

Она дала ему книгу много лет назад. Он принял это за знак любви вместо дружбы, на которую она рассчитывала. Даже когда он осознал свою ошибку, он дорожил этим. Так же сильно, как он дорожил ею.

Он, конечно, солгал полиции. Он никогда не прерывал контакт с ней, знал, где она была, что делала. Он просто взял на себя другую роль по отношению к ней, роль доверенного лица и друга.

И через некоторое время, проживая роль в течение стольких лет, он смирился с этим.

И все же, когда она скользнула в кабинку напротив него, протянула ему руку, его сердце подпрыгнуло.

Она сменила прическу. Это был великолепный клубок дымчато-красного цвета. Ее кожа была бледно-золотистой. Он знал, что это было мягко на ощупь. Ее глаза были глубокими, желтовато-коричневыми и обеспокоенными. Но она улыбнулась ему, неуверенным изгибом сочного рта.

"Итак, ты все еще читаешь это?" Ее голос был мягким и слегка французским.

"Да, часто. Аня. " Его пальцы сжали ее, затем намеренно расслабились. "Позвольте мне заказать вам выпить".

Она откинулась назад, наблюдая за ним, ожидая, пока он подозвал официанта и заказал ей бокал совиньон блан.

"Ты никогда не забываешь".

"Зачем мне это?"

"О, Кеннет". Она на мгновение закрыла глаза. "Я хотел бы, чтобы все было по-другому. Мог бы быть."

"Не надо". Он говорил более резко, чем намеревался. Все еще может быть больно. "Мы выше сожалений".

"Я не думаю, что мы когда-нибудь преодолеем их". Она испустила легкий вздох. "Я провел больше половины своей жизни, сожалея о Ричарде".

Он ничего не сказал, пока ей не подали напиток и она не сделала первый глоток. "Полиция думает, что я убил его".

Ее глаза расширились, и вино выплеснулось на край бокала, когда ее рука дернулась. "Но нет! Нет, это невозможно. Смешно".

"Они знают, что произошло двадцать четыре года назад".

"Что ты имеешь в виду?" Ее рука метнулась к его руке, сжатой как тиски. "Что они знают?"

"Теперь спокойно. Они знают о нападении, моем аресте, судебном процессе ".

"Но как это возможно? Это было так давно, и все детали были забыты ".

"Ева Даллас. Лейтенант Даллас, - сказал он с некоторой горечью, поднимая свой бокал. "Она неумолима. Ей удалось сломать печать. Они забрали меня, поместили в комнату, избивали меня ".

"О, Кеннет. Кеннет, дорогой друг, мне так жаль. Это, должно быть, было отвратительно ".

"Они думают, что я все это время таил обиду на Ричарда". Он немного посмеялся, выпил. "Я полагаю, они правы".

"Но ты не убивал его".

"Нет, но они будут продолжать копаться в прошлом. Вы должны быть готовы. Я должен был рассказать им, почему я напал на Ричарда. Мне пришлось назвать им твое имя". Когда кровь отхлынула от ее лица, он наклонился и сжал обе ее руки. "Аня", - сказал он нарочито, - "Я сказал им, что потерял твой след, что у нас не было контакта все эти годы. Что я не знал, как тебя найти. Я сказал им, что Ричард соблазнил тебя, затем, когда он был уверен, что ты влюблена в него, он бросил тебя. Я рассказал им о попытке свести счеты с жизнью. Это все, что я им сказал ".

Она издала тихий звук отчаяния и опустила голову. "Мне все еще стыдно за это".

"Ты был молод, с разбитым сердцем. Ты выжил. Аня, мне жаль. Я запаниковал. Но факт в том, что я должен был им что-то дать. Я думал, этого будет достаточно, но теперь я понимаю, что она не остановится. Даллас будет продолжать искать, продолжать копать, пока не найдет тебя. Находит остальное".

Она успокоилась, кивнула. "Аня Карвелл исчезала и раньше. Я мог бы сделать так, чтобы она не смогла меня найти. Но так не годится. Я пойду, чтобы увидеть ее ".

"Ты не можешь. Ради Бога."

"Я могу. Я должен. Ты бы все еще защищал меня?" тихо сказала она. "Кеннет, я тебя не заслуживаю. Я никогда этого не делал. Я поговорю с ней, объясню, как это было, как ты ", - добавила она.

"Я не хочу, чтобы ты был вовлечен".

"Моя дорогая, ты не можешь остановить то, что Ричард начал целую жизнь назад. Ты мой друг, и я намерен защитить то, что принадлежит мне. Независимо от риска, - добавила она, и ее взгляд посуровел. "Какими бы ни были последствия".

***

"Должно быть что-то еще".

Рорк провел рукой по голой заднице Евы. "Что ж. Если ты настаиваешь."

Она подняла голову. "Я не говорил о сексе".

"Ох. Жалость."

Ему удалось снова сорвать с нее красное платье, а потом все было просто: одно привело к другому. Теперь она распростерлась на нем, вся теплая и свободная.

Но, по-видимому, она не собиралась оставаться такой.

"Они все его ненавидели". Она подвинулась, чтобы оседлать его, и открыла Рорку очень приятный вид на стройный торс и упругую грудь. "Или, по крайней мере, он мне активно не нравился. Возможно, боялся его", - подумала она. "Никто в этом актерском составе не особенно сожалеет о его смерти. Несколько актеров работали друг с другом раньше. У него были истории, связи, переплетения. За Драко, друг за друга. Возможно, это был не один из них ".

"Убийство в Восточном экспрессе".

"Что это? Азиатская транспортная система?"

"Нет, дорогая, это еще одна пьеса леди Кристи. Кажется, она всплывает. Мужчина убит в своей постели, в спальном вагоне поезда. Зарезан. Неоднократно. Среди пассажиров очень умный детектив, далеко не такой привлекательный, как мой полицейский ", - добавил он.

"Какое отношение к моему делу имеет воображаемый мертвец в поезде?"

"Просто развиваю твою теорию. В этом вымышленном убийстве было несколько разных и, казалось бы, никак не связанных пассажиров. Однако наш упорный детектив отказался принимать подобные вещи за чистую монету, покопался и обнаружил ссылки, переплетения, истории. Маскировки и обманы", - добавил он. "Когда он это сделал, он обнаружил, что у всех них были мотивы для убийства".

"Интересно. Кто это сделал?"

"Все они". Когда ее глаза сузились, он сел, обнял ее. "Каждый из них по очереди вонзил нож в его бессознательное тело в ответ на то зло, которое он им причинил".

"Довольно ужасный. И довольно скрытный. Никто не мог предать другого, не предав себя. Они подтверждают алиби друг друга. Играй роль, - пробормотала она.

"Почти идеальное убийство".

"Идеальных убийств не бывает. Ошибки случаются всегда, и само убийство - самая большая из них ".

"Говоришь как полицейский".

"Я полицейский. И я возвращаюсь к работе ".

Она отодвинулась, соскользнула с кровати и снова потянулась за платьем.

"Ты снова наденешь этот красный номер, детка, я не буду отвечать за свои действия".

"Успокойся. Я не разгуливаю повсюду голым. Никогда не знаешь, где скрывается Соммерсет." Она начала задирать платье и оглядела комнату. "Я думаю, нам следует немного прибраться".

"Почему?"

"Потому что, похоже, мы - "

"Провел очень приятный вечер", - закончил Рорк. "Это может шокировать тебя, но Соммерсет знает, что мы занимаемся сексом".

"Не упоминайте его имя и пол в одном предложении. У меня мурашки по коже. Я собираюсь принять душ, потом немного поработаю ".

"Хорошо. Я присоединюсь к тебе".

"Э-э-э. Я не собираюсь принимать душ с тобой, эйс. Я знаю твои игры".

"Я не подниму на тебя руку".

Он ничего не сказал о своем рте.

***

"Что ты делаешь? Примешь таблетку?"

Гибкий, посвежевший и совершенно удовлетворенный, Рорк застегнул рубашку. "Ты достаточно стимулируешь".

"По-видимому".

Он взял ее за руку, повел к лифту, попросил ее кабинет.

Кот растянулся поперек ее спального кресла и дернул хвостом, когда они вошли.

"Кофе?" - Спросил Рорк.

"Да, спасибо".

В ту минуту, когда он повернулся к кухне, Галахад спрыгнул вниз и ворвался в комнату впереди него. Ева услышала единственное требовательное мяуканье.

Она сидела за своим столом, смотрела на свой компьютер, постукивала пальцами.

"Компьютер, досье по делу Драко. Задание по перекрестным ссылкам. Найдите и перечислите все связи, профессиональные, личные, медицинские, финансовые, криминальные, гражданские, между актерами."

Работает...

"Я предполагал, что вы это уже проверили".

Она оглянулась, когда Рорк вернулся с кофе. "Я прогоняю это снова, добавив несколько деталей.

"Компьютер, выдели любое имя с закрытыми файлами, во всех областях".

Эта информация требует авторизации. Пожалуйста, отправьте то же самое...

"Хочешь, я обойду для тебя эту маленькую заминку?"

Она издала тихий звук, явное предупреждение. Рорк просто пожал плечами и отхлебнул кофе.

"Желтый код авторизации, слэш Даллас, слэш пять ноль шесть. Запрос из Далласа, лейтенант Ева, относительно двойного убийства. Вы уполномочены отмечать запечатанных ".

Авторизация верна. Запечатанные будут отмечены. Для доступа к данным, содержащимся в запечатанных файлах, требуется ордер, подписанный и датированный...

"Я просил вас получить доступ к данным? Просто отметьте проклятых тюленей ".

Работает... Многозадачный процесс потребует приблизительно восемь минут тридцать секунд...

"Тогда начинайте. И нет, - сказала она Рорку. "Мы не будем вскрывать запечатанные".

"Боже мой, лейтенант, не думаю, что я предлагал что-либо подобное".

"Вы думаете, что вы с Макнабом обманули меня с этим ордером сегодня?"

"Я понятия не имею, о чем ты говоришь". Он оперся бедром на стол. "Я действительно дал Йену несколько советов, но это было личного характера. Мужской разговор".

"Да, верно". Она откинулась на спинку стула, глядя на него поверх кофейной чашки. "Вы с Макнабом сидели и разговаривали о женщинах и спорте".

"Я не верю, что мы добрались до спорта. У него на уме была женщина ".

Усмешка Евы исчезла. "Вы говорили с ним о Пибоди? Черт возьми, Рорк."

"Я едва мог дать ему пощечину в ответ. Он так жалко сражен ".

"О". Она поморщилась. "Не используй это слово".

"Это подходит. На самом деле, если бы он последовал моему совету..." Он повернул запястье, взглянул на устройство, прикрепленное там. "У них уже должно было быть свое первое свидание".

"Свидание? Свидание? Почему ты это сделал? Почему ты пошел и сделал что-то подобное? Не могли бы вы оставить это в покое? Они бы занимались сексом, пока не перегорели на этом, и все вернулось бы в нормальное русло ".

Он наклонил голову. "У нас это не сработало, не так ли?"

"Мы не работаем вместе". Затем, когда его глаза загорелись неподдельным весельем, она показала зубы. "Официально. Вы начинаете смешивать копов, романтику, материалы дел и липкие взгляды на брифингах, у вас не получается ничего, кроме беспорядка. Следующее, что вы узнаете, это то, что Пибоди будет красить губы, вонять девчачьими штучками и носить скиммеры для тела под униформой ".

Она уронила голову на руки. "Тогда у них начнутся размолвки и недопонимание, которые не имеют никакого отношения к работе. Они нападут на меня с обеих сторон, и, прежде чем ты успеешь оглянуться, они расскажут мне вещи, которые я абсолютно не хочу знать. И когда они разорвут отношения и решат, что ненавидят друг друга до глубины души, мне тоже придется услышать об этом, и почему они не могут работать вместе или дышать одним воздухом, пока у меня не останется выбора, абсолютно никакого выбора, кроме как надрать им обоим задницы ".

"Ева, твой солнечный взгляд на жизнь никогда не перестает поднимать мне настроение".

"И- " Она ткнула его в грудь. "Это все твоя вина".

Он схватил ее за палец, прикусил его, не так нежно. "Если это так, я собираюсь настаивать, чтобы они назвали своего первого ребенка в мою честь".

"Ты пытаешься свести меня с ума?"

"Ну, дорогая, это так просто, мне трудно сопротивляться. Почему бы тебе не выбросить все это из головы, пока у тебя не разболелась голова? Ваши данные скоро появятся ".

Она бросила на него свирепый взгляд, затем повернулась к экрану.

Связи внутри связей, подумала она, просматривая. Жизни сталкиваются с жизнями. И каждый раз, когда они это делали, они оставляли маленький след. Иногда отметиной был синяк, который никогда полностью не заживал.

"Ну, хорошо, раньше об этом не говорилось. Мать Майкла Проктора была актрисой. У нее была небольшая роль в пьесе. Двадцать четыре года назад." Ева откинулась на спинку стула. "И только посмотрите, кто был с ней на сцене. Драко, Стайлз, Мэнсфилд, Ротчайлд. Это связано с проблемой между Драко и Стайлзом. Где Аня Карвелл?" пробормотала она.

"Возможно, у нее был или остается сценический псевдоним".

"Может быть. На матери Проктора нет печати ". Она приказала компьютеру проверить некую Натали Брукс.

"Интересно. Это было ее последнее выступление. Вышел на пенсию, вернулся к месту рождения. Омаха, штат Небраска. Женился на следующий год. Выглядит безупречно чистым. Привлекательный", - добавила она, когда приказала компьютеру показать ее идентификационную фотографию двадцатичетырехлетней давности. "Молодой, у него свежий взгляд. Прямо по аллее Драко ".

"Вы думаете, она может быть Аней?"

"Может быть. В любом случае, я не могу представить, чтобы Драко отказался от нее. Это добавляет Майклу Проктору еще один слой. Он не упомянул, что его мать знала Драко."

"Возможно, он не знал об этом".

"Маловероятно. Давайте взглянем на флаги. Хм, у Драко есть несколько собственных запечатанных."

"Деньги, известность, связи", - сказал Рорк. "Это покупает молчание".

"Ты должен знать". Она сказала это с ухмылкой, затем резко выпрямилась на своем стуле. "Подожди минутку, подожди минутку. Что это? Карли Лэндсдаун опечатана."

"Еще секреты? Снова тишина?"

"Не в этот раз. Я знаю этот код. Это старая история. Он использовался, когда я вошел в систему. Многие дети в домах престарелых штата хотели этого кода больше, чем съесть свой следующий обед. Это код для усыновления. Запечатано ", - добавила она. "С данными биологической матери внутри. Посмотри на дату".

"Восемь месяцев спустя после нападения Стайлза на Драко. Это не будет совпадением ".

"Это играет для меня. От Драко забеременела Аня Карвелл. Она говорит ему, он бросает ее. Жестко бросает ее. Она не выдерживает, пытается покончить с собой, но Стайлз добирается до нее прежде, чем она заканчивает. Она передумала и решает завершить беременность. Отдает ребенка и платит солидный гонорар за печать ".

"Это было бы нелегко".

Глаза Евы потускнели. "Для некоторых это довольно легко. Детей отбрасывают в сторону каждый день ".

Чтобы успокоить ее, он положил руки ей на плечи, потер. "По словам Стайлза, она была влюблена в отца ребенка и чуть не погибла из-за него. И все же она не прервала беременность. Она отдала ребенка, что отличается, Ева, от того, чтобы отдать ребенка. Она заплатила за печать, чтобы защитить ребенка ".

"Это защищает и ее тоже".

"Да, но есть другие способы. Она могла продать ребенка на черном рынке. Никаких вопросов. Она выбрала легальные каналы ".

"Стайлз знал. Она бы проболталась. Нам нужно еще раз поговорить. Теперь давайте посмотрим. Какого судью мне разбудить для получения ордера и разрешения на вскрытие печати?" Она посмотрела на Рорка. "Есть предложения?"

"Лейтенант, я уверен, вам виднее".

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Прежде чем поднять судью с постели и рискнуть вызвать его раздражение, она попыталась связаться с Пибоди через свой коммуникатор.

"Вне службы?" Глаза Евы застыли от шока, когда она увидела мигающий красный огонек на своем карманном устройстве. "Что, черт возьми, это значит?"

"Ну и наглость!" Рорк прищелкнул языком. "Держу пари, у нее какая-то безумная идея, что она имеет право на жизнь".

"Это твоя вина, это твоя вина, это твоя вина", - напевала Ева себе под нос, пока отправляла сообщение на palm 'link Пибоди.

После шести гудков Ева встала и принялась расхаживать. "Если она не ответит, я собираюсь - " Внезапно связь на рабочем столе Евы взорвалась шумом. Ее сердитый визг заставил кошку помчаться обратно на кухню.

"Пибоди! Ради Бога, где ты?"

"Сэр? Сэр, это вы? Я действительно ничего не слышу из-за музыки".

Возможно, в аудиозаписи царил хаос, но видео было четким и дало Еве возможность крупным планом увидеть свою помощницу, с растрепанными волосами, накрашенными губами и сонными глазами.

"Я знала это", - было все, о чем могла подумать Ева. Я просто знал это.

"Ты был пьян".

"У меня есть?" Затуманенные глаза моргнули от этой информации, затем Ева услышала то, что можно было описать только как хихиканье. "Ну, может быть. Парочка. Я нахожусь в клубе, и они здесь выпивают. Действительно зажигательные крикуны. Неужели уже утро?"

"Привет, Даллас!" Лицо Макнаба прижалось к лицу Пибоди, так что они оба, одинаково пораженные происходящим, оказались на одном экране. "Эта группа - лед. Почему бы тебе не взять себя в руки и не спуститься вниз".

"Пибоди, где ты?"

"Я в Нью-Йорке. Я живу здесь ".

Пьян, подумала Ева в отчаянии. Пьян, как колонист станции Каспий. "Неважно. Вынеси это наружу, пока я не оглох ".

"Что? Я тебя не слышу!"

Не обращая внимания на веселый смешок Рорка, Ева наклонилась к своему 'линку. "Офицер Пибоди, выйдите наружу, держите передачу открытой. Мне нужно с тобой поговорить ".

"Ты снаружи? Что ж, черт возьми, заходи".

Ева втянула в себя воздух. "Иди. Вон. На стороне."

"О, хорошо, конечно".

Было много неуклюжих, еще больше хихикающих, неровных взглядов на толпу, которую Ева решила, что это маньяки, прыгающие и вращающиеся, когда группа обрушила шум. К ее огромной боли, она очень отчетливо услышала прошипевшее предложение Макнаба о том, чем было бы весело заняться в одной из комнат уединения клуба.

"Вы должны дать ему очки за воображение", - указал Рорк.

"Я ненавижу тебя за это". Набравшись терпения, Ева держала передачу, пока Пибоди и Макнаб, спотыкаясь, выходили из клуба. Уровень шума снизился, но ненамного. Очевидно, Макнаб выбрал клуб в центре нескончаемого района вечеринок на Бродвее.

"Даллас? Даллас? Где ты?"

"Твоя ссылка, Пибоди. Я на вашей "ссылке".

"О". Она снова подняла его, всмотрелась в экран. "Что ты там делаешь?"

"У тебя в сумке есть что-нибудь отрезвляющее?"

"Держу пари. Ты должен быть готов, верно?"

"Возьми немного. Сейчас."

"О". Ярко накрашенные губы Пибоди надулись. "Я не хочу. Привет, это Рорк. Я слышал Рорка. Привет, Рорк."

Он не смог удержаться и появился в поле зрения. "Привет, Пибоди. Ты выглядишь особенно восхитительно сегодня вечером ".

"Боже, ты симпатичная. Я мог бы просто смотреть на тебя, и смотреть на тебя, и ...

"Протрезвей, Пибоди. Сейчас. Это приказ."

"Черт". Пибоди порылась в своей сумке, достала маленькую жестянку. "Если я должен, ты должен", - сказала она, доставая две таблетки, прежде чем пихнуть банку Макнабу.

"Почему?"

"Потому что".

"О".

"Пибоди, мне нужны все текущие данные об Анже Карвелл, все результаты поиска и сканирования".

"Ладно".

"Пристрелите их к моей машине. Тогда я хочу, чтобы вы встретились со мной, в форме, по адресу Кеннета Стайлза. Тридцать минут. Понял?"

"Да, вроде как... Не могли бы вы повторить вопрос?"

"Это не вопрос. Это приказ, - поправила Ева и повторила это. "Теперь понял?"

"Да. Гм, да, сэр."

"И оставь свою дрессированную обезьянку дома".

"Сэр?"

"Макнаб", - рявкнула Ева и отключила передачу.

"Любитель вечеринок", - пробормотал Рорк.

"Не надо мне дерзить". Она встала, достала из ящика стола ремень безопасности, пристегнула его. "Иди, сделай некоторые финансовые корректировки и анализ по пунктам".

"Дорогая, ты подслушивала".

"Я не смеюсь", - сказала она ему и была раздражена, потому что хотела смеяться. "Держись подальше от неприятностей".

Он только улыбнулся, ожидая, пока не услышал, как она трусцой спускается по лестнице.

Она собиралась облегчить свой путь вокруг печати вместо того, чтобы прорываться через нее, подумал он. Не было причин, по которым у него должны были быть такие же ограничения.

Он прошел по коридору в отдельную палату. Его голос и отпечатки ладоней были проверены и подтверждены. Замки отключены.

"Включить свет", - приказал он. "Полный".

Комната была залита светом, заблокированным снаружи защитными экранами на окнах. Он пересек широкие квадраты плитки, в то время как дверь за ним закрылась, снова запертая.

Только три человека имели доступ в эту комнату. Три человека, которым он безоговорочно доверял. Ева, Соммерсет и он сам.

Гладкая черная панель управления образовала широкую букву U. Оборудование, незарегистрированное и незаконное, тихо гудело в спящем режиме. Широкий глаз CompuGuard не мог ограничить то, чего он не мог видеть.

За эти годы он реструктурировал большую часть своих сомнительных активов. После Евы он избавился от остальных или узаконил их. Но, подумал он, наливая себе бренди, у человека должны быть какие-то маленькие напоминания о прошлом, которые сделали его.

И в его мятежном сердце идея такой системы, как CompuGuard, которая контролировала бы весь компьютерный бизнес, была раздражающим камешком в его ботинке. Он был обязан честью вытрясти это.

Он шагнул к пульту управления, взболтал свой бренди. "Включить систему", - приказал он, и над чернотой расцвела радуга огней. "Теперь, давайте посмотрим".

***

Ева оставила свой автомобиль на парковке второго уровня в половине квартала от квартиры Стайлза. Она прошла половину этого расстояния, когда заметила фигуру, пытающуюся слиться с деревьями на краю парка напротив. "Верное сердце".

"Сэр!" Она услышала писк удивления в его голосе, но к тому времени, как он вышел из тени, он успел придать своему лицу спокойные черты. "Лейтенант".

"Докладывайте".

"Сэр, я установил наблюдение за зданием объекта с момента его возвращения в восемнадцать двадцать три. Мой двойник наблюдает за задним выходом. Мы поддерживали регулярную связь с интервалом в тридцать минут ".

Когда она ничего не сказала, он прочистил горло. "Субъект опустил защитные экраны на всех окнах в восемнадцать тридцать восемь. С тех пор они помолвлены".

"Это хорошо, Trueheart, дает мне действительно ясную картину. Теперь скажи мне, там ли он ".

"Лейтенант, объект не покидал наблюдаемого помещения".

"Прекрасно". Она наблюдала, как быстрое такси свернуло к противоположному тротуару. Пибоди, выглядевшая значительно более официально в полной форме, с прямыми волосами, выбившимися из-под фуражки, вышла. "Приготовьтесь, офицер Трухарт".

"Да, сэр. Сэр? Я хотел бы воспользоваться этой возможностью, чтобы поблагодарить вас за это задание ".

Ева посмотрела в его очень молодое, очень серьезное лицо. "Ты хочешь поблагодарить меня за долг, который заставляет тебя стоять в темноте, на холоде, за ..." Она взглянула на свое наручное устройство. "Примерно на пять с половиной часов?"

"Это расследование убийства", - сказал он с таким почтением, что она чуть не похлопала его по щеке.

"Рада, что тебе это нравится". Она направилась через улицу, где ее ждала Пибоди. "Посмотри мне в глаза", - потребовала Ева.

"Я трезв, сэр".

"Высунь свой язык".

"Почему?"

"Потому что ты этого хочешь. А теперь перестань дуться ". С этими словами Ева направилась к зданию. "И не закатывай глаза на мой затылок".

Глаза Пибоди остановились на середине закатывания. "Должен ли я быть проинформирован о причине, по которой меня отозвали обратно на дежурство?"

"Вы будете проинформированы. Если все твои выжившие мозговые клетки в рабочем состоянии, ты поймешь, к чему клонит, когда я загоню Стайлза в угол. Я заполню пробелы, когда мы закончим ".

Она отдала свой значок и отпечаток ладони ночному охраннику для проверки, получила разрешение. Ева быстро проговорила это по пути наверх.

"Вау, это похоже на один из тех дневных сериалов. Не то чтобы я за ними наблюдала, - быстро сказала Пибоди, когда взгляд Евы холодно скользнул в ее сторону. "Хотя одна из моих сестер зависима. Она полностью подсела на Сердце Желания. Видишь ли, Желание - это маленький и очаровательный приморский городок, но под поверхностью скрывается вся эта интрига и ...

"Не надо. Действительно."

Она поспешила выйти из лифта, чтобы предотвратить любую возможность краткого изложения чего-либо, называемого Сердцем желания. Она нажала на звонок в квартире Стайлза, поднесла свой значок к глазку охраны.

"Может быть, он спит", - сказала Пибоди несколько мгновений спустя.

"У него домашний дроид". Ева снова нажала на звонок и почувствовала, как боль напряжения сжала ее внутренности.

Она поручила новичку, ради всего святого, новичку вести наблюдение за главным подозреваемым в двух убийствах. Потому что она хотела дать ребенку передышку.

Если Стайлз проскользнул мимо него, ей некого было винить, кроме себя.

"Мы входим". Она потянулась к своему мастер-коду.

"Ордер -"

"Он нам не нужен. Субъект - подозреваемый, двойное убийство, также потенциальная жертва. Есть основания полагать, что объект сбежал или находится внутри, неспособный ответить ".

Она обошла замки вместе со своим хозяином. "Достань свое оружие, Пибоди", - приказала она, потянувшись за своим. "Идите выше, направо. Готов?"

Пибоди кивнула. Ее рот, возможно, был ярко накрашен, но он был твердым.

По сигналу Евы они прошли через дверь, направляясь в противоположных направлениях. Ева приказала зажечь свет, прищурилась от внезапной вспышки света, просканировала, заметая, когда она развернулась, чтобы прикрыть спину Пибоди.

"Полиция! Кеннет Стайлз, это лейтенант Даллас, полиция Нью-Йорка. Я вооружен. Вам приказано немедленно выйти в жилую зону ".

Говоря это, она двинулась в сторону спальни, прислушиваясь к любому звуку. "Его здесь нет". Все инстинкты подсказывали ей, что место пусто, но она жестом указала Пибоди на дальнюю сторону комнаты. "Проверьте ту область. Берегись своей спины".

Она пинком открыла дверь, ведомая своим оружием.

Она увидела аккуратно застеленную кровать, прибранную зону отдыха и темное пятно от костюма, в котором Стайлз был на поминальной службе, на полу.

"Дроид здесь, Даллас", - крикнула Пибоди. "Деактивирован. Никаких признаков Стайлза."

"Он превратился в кролика. Черт возьми." Тем не менее, она держала оружие наготове, когда вошла в ванную через смежную дверь.

Одного взгляда на гримерную было достаточно, чтобы она снова укрепилась в этом. "Я думаю, это позволяет Трухарту сорваться с крючка", - сказала она Пибоди, когда к ней присоединился ее помощник. Ева потрогала баночку с тоником для кожи, затем подняла парик. "Стайлз, вероятно, чертовски хорош в этом деле. Назови это, Пибоди. Подозреваемый в бегстве".

***

"Сэр". Трухарт стоял неподвижно, как окаменевшее красное дерево, у входа в гримерную Стайлза. Его лицо было белым, если бы не яркий румянец, выступивший на скулах. "Я беру на себя полную ответственность за провал данного мне задания. Я приму без оговорок любой выговор, который вы сочтете уместным ".

"Во-первых, прекрати говорить так, будто этот дроид Пибоди активизируется. Во-вторых, вы не несете ответственности за бегство этого подозреваемого. Это на моей совести".

"Лейтенант, я ценю, что вы приняли во внимание мою неопытность в неспособности выполнить свой долг и выполнить это задание удовлетворительным образом - "

"Заткнись, Верное Сердце". Господи Иисусе, избавь ее от новичков. "Пибоди! Иди сюда".

"Я почти запустил дроида, Даллас".

"Пибоди, расскажи офицеру Трухарт, как я поступаю с копами, которые проваливают задания или не выполняют их так, как я считаю нужным".

"Сэр, вы безжалостно ломаете им яйца. Наблюдать за этим может быть очень интересно. С осторожного и безопасного расстояния".

"Спасибо тебе, Пибоди. Я горжусь тобой. Верное Сердце, я надрываю тебе яйца?"

Его румянец распространился. "Ах, нет, сэр. Лейтенант."

"Тогда из этого следует, что, по моему мнению, вы не провалили это задание. Если бы мое мнение было иным, вы бы свернулись калачиком на полу, сжимая упомянутые яйца и моля о пощаде, на которую, как лаконично указал офицер Пибоди, у меня нет. Нам все ясно?"

Он колебался. "Да, сэр?"

"Это правильный ответ". Она отвернулась от него, изучая гардеробную. Лес одежды разных стилей и размеров; длинный, широкий прилавок, заставленный бутылочками, тюбиками и спреями. Закутки, забитые шиньонами, париками. Ящики, безжалостно расставленные вместе с другими инструментами ремесла.

"Он может превратиться в кого угодно. Я должен был это учесть. Скажите мне, кого вы видели выходящим из здания между восемнадцатью тридцатью и тем, когда я прибыл на место происшествия. Мы проверим по дискам безопасности у выходов, но будьте внимательны ".

Он кивнул, и его глаза расфокусировались от сосредоточенности. "Пара, мужчина и женщина, белый и белокожий, от тридцати пяти до сорока. Они вызвали "Рапид" и направились на восток. Одинокая женщина, смешанной расы, около двадцати. Она ушла пешком в западном направлении. Двое мужчин, черный и белый, чуть за тридцать. Они вернулись через тридцать минут, неся, по-видимому, упаковку пива на двенадцать бутылок и большую пиццу. Холостой мужчина, смешанной расы, под сорок, немного растительности на лице."

Он остановился, когда Ева подняла руку. Она подняла маленький пакет, чтобы показать ему несколько прядей волос, которые она уже запечатала для улик. "Это совпадение цветов?"

Он открыл рот, затем снова закрыл его, чтобы сжать губы вместе. "Трудно сказать с уверенностью, лейтенант, когда загорелся свет. Но у рассматриваемого субъекта, по-видимому, были темные волосы, очень похожие по оттенку на упакованные улики ".

"Расскажите мне подробности. Рост, вес, стиль одежды, внешний вид."

Она слушала, пытаясь нарисовать картину трансформации из отчета Трухарта.

"Хорошо, кто-нибудь еще?"

Он пробежался по нескольким людям, которые покинули здание, но никто не звонил в колокола так, как одинокий мужчина смешанной расы.

"У него было что-нибудь при себе? Сумка, коробка, посылка?"

"Нет, сэр. У него ничего не было с собой ".

"Хорошо, тогда он, вероятно, все еще убегает с тем же выражением лица. Вызовите это ".

"Сэр?"

"Назови свое описание, Верное Сердце. Добавьте это ко всем пунктам ".

Его лицо озарилось, как праздничная свеча. "Да, сэр!"

***

То, что его заметили, было слепой удачей. Ева думала об этом позже, и еще долгое время после. Слепая удача.

Ирония судьбы заключалась в том, что экспресс, курсирующий в Торонто и обратно, столкнулся с неисправностью по пути на Центральный вокзал. Задержка имела бы все значение.

Но когда наступил перерыв, Ева сунула коммуникатор обратно в карман. "Центральный вокзал. Давайте двигаться".

Она была на полпути к двери квартиры, когда бросила взгляд через плечо. "Верное Сердце, есть ли причина, по которой ты не отстаешь от меня ни на шаг?"

"Сэр?"

"Когда командующий офицер говорит двигаться, ты включаешь свою костлявую задницу и двигаешься".

Он быстро моргнул, затем, казалось, переваривал информацию о том, что она хотела, чтобы он был в команде. Глупая улыбка расплылась по его лицу, когда он бросился к двери. "Да, сэр".

"Транзитные копы блокируют выходы, распространяясь на все выходы. Подкрепление в пути ". Ева передала информацию, когда они спускались на уровень улицы. "Подозреваемый купил экспресс в один конец до Торонто".

"Там, наверху, холодно". Пибоди подняла воротник своего пальто, когда они бежали через квартал к машине Евы. "Если бы я бежал из страны, я бы направился на юг. Я никогда не был на Карибах ".

"Вы можете указать ему на это, когда он будет в карцере. Пристегнись, - предложила она, когда они нырнули внутрь. Она промчалась по пандусу парковки, как ракета, включила сирены и с визгом развернулась на двух колесах за углом.

Плюхнувшись на заднее сиденье, живот на уровне колен, Трухарт был на небесах.

Он преследовал не уличного воришку, не жалкого нарушителя правил дорожного движения, а подозреваемого в убийстве. Он схватился за куриную палочку, чтобы сохранить равновесие, пока Ева быстро и беззаботно лавировала в потоке машин. Он хотел запечатлеть каждую деталь в своем сознании. Дикая скорость, вспышка огней, внезапный толчок в роли его лейтенанта - Боже, разве она не была потрясающей? - направил автомобиль в быстрый вертикальный подъем, чтобы объехать пробку на Лексингтон.

Он слушал ясный, практичный голос Пибоди, когда она координировала действия с резервной копией по своему коммуникатору. К тихому, небрежному ругательству Евы, когда она была вынуждена резко свернуть, чтобы избежать столкновения с парой "гребаных безмозглых дебилов" на скутере.

Она с визгом остановилась на западной стороне транспортного центра. "Пибоди, Верное Сердце, со мной. Давайте посмотрим, что у транзитных парней есть для нас ".

Двое транзитных полицейских перекрыли выход. Оба вытянулись по стойке смирно, когда Ева подняла свой значок. "Статус?"

"Ваш подозреваемый внутри, лейтенант. Второй уровень, зона C. В этом районе находится несколько пассажиров. Билеты на экспресс до Торонто были распроданы. Здесь есть несколько магазинов, закусочных и комнат отдыха. У всех подъемников, трапов и дорожек, ведущих в этот район или из него, дежурят мужчины. Он там, внутри ".

"Приготовьтесь".

Она вошла в великое море шума и движения.

"Лейтенант, Фини и Макнаб приближаются к южной стороне здания".

"Назови им местоположение цели. У нас нет данных об оружии, но мы предполагаем, что он вооружен ". Она пересекла широкое пространство зала, в то время как люди, спешащие домой или прочь, проносились мимо нее. "Сообщите командиру, что мы направляемся вниз".

"Капитан Стюарт, сэр. Канал B на вашем коммуникаторе. Она рядом".

"Капитан Стюарт, лейтенант Даллас".

"Лейтенант, мы установили нашу сеть. Центр управления дорожным движением продолжит сообщать о задержках на двенадцать ноль пять до Торонто ".

"Где мой подозреваемый?"

Лицо Стюарт оставалось пустым и жестким, но ее голос стал жестче. "Мы потеряли прямое представление о предмете. Он не покидал, я повторяю, не покидал патрулируемую зону. Наши камеры наблюдения проводят полную зачистку. Мы заберем его ".

"Свяжитесь со мной, по этому каналу, когда заметите его", - коротко сказала Ева. "Сообщите своим людям, что полиция Нью-Йорка сейчас на месте и берет дело в свои руки. Мы ценим их полное сотрудничество и помощь ".

"Это моя территория, лейтенант. Мой приказ."

"Объект подозревается в двух убийствах на моей территории, капитан. Это переопределение, и мы оба это знаем. Давайте закончим работу. Мы можем устроить соревнование по писанию позже ". Ева немного подождала. "Мы приближаемся ко второму уровню. Пожалуйста, сообщите своим людям. Оружие должно быть запрограммировано на самую низкую настройку и применяться только в экстремальных обстоятельствах и для защиты случайных прохожих. Я хочу чистый отрывок ".

"Я полностью осведомлен о том, как проводить операцию такого рода. Мне сообщили, что цель может быть вооружена ".

"Мы не можем подтвердить. Применяйте осторожность и минимальную силу. Минимальное применение силы, капитан; это приоритет. Район заполнен гражданскими лицами. Я буду поддерживать этот канал для дальнейшей связи".

Ева засунула коммуникатор обратно в карман. "Слышала это, Пибоди?"

"Да, сэр. Она хочет ошейник. "Этим вечером Транспортное управление Нью-Йорка, возглавляемое капитаном Стюартом, захватило в бегах главного подозреваемого в убийстве Ричарда Драко. Фотографии в одиннадцать".

"И какова наша цель?"

"Чтобы идентифицировать, ограничить и заключить в тюрьму цель. В целости и сохранности, и никто из гражданских не пострадал ".

"Ты следишь за этим, Верное Сердце?"

"Да, сэр".

Ева заметила, что сотрудники транспортной службы удерживают периметр зоны С. И поток людей, которые толпились, слонялись без дела или спешили по широкой платформе и по извилистым коридорам, которые вели в магазины и закусочные.

Она почувствовала жирный аромат фаст-фуда, острый запах человечности. Плакали младенцы. Последний городской рок лился из чьей-то музыкальной коробки в прямом нарушении кодекса о шумовом загрязнении. Небольшая группа уличных певцов изо всех сил пыталась конкурировать.

Она увидела усталость, возбуждение, скуку на море лиц. И с легким раздражением она увидела, как прогуливающийся карманник зацепил бумажник.

"Верное Сердце, ты единственный, кто смог взглянуть на него. Держи глаза открытыми. Мы хотим разобраться с этим гладко, но мы не хотим тратить время. Чем дольше задерживается этот экспресс, тем больше нервничает Стайлз ".

"Даллас, Фини и Макнаб в девять часов".

"Да, я вижу их". Она видела их, нарастающий поток гражданских, десятки переулков. "Это место похоже на улей насекомых. Мы собираемся рассредоточиться. Пибоди, троллишь правых. Верное Сердце, поверни налево. Поддерживайте визуальный контакт ".

Она заняла центр, пробираясь сквозь толпу, сканируя глазами. По ту сторону путей поезд, идущий на юг, пронесся по туннелю со свистом горячего воздуха. Попрошайка, его удостоверение нищего было испачкано чем-то неопределимым, обслуживал пассажиров, ожидающих задерживающийся торонтский экспресс.

Она собиралась поравняться с Фини, перевела взгляд на позицию Лок Пибоди, повернула голову, чтобы зафиксировать Трухарта.

Она услышала крик, серию воплей, взрыв стекла, когда панель на одной из оживленных витрин разлетелась вдребезги. Даже когда она развернулась, она увидела, как Стайлз прокладывает себе путь сквозь охваченную паникой толпу, преследуемый транспортным полицейским.

"Прекратить огонь!" Она прокричала это, схватив оружие и коммуникатор. "Стюарт, прикажи своему человеку прекратить огонь! Цель загнана в угол. Не применяйте оружие ".

Она использовала локти, ботинки, колени, чтобы пробиться сквозь поток людей, покидающих этот район. Кто-то упал на нее, все с дикими глазами и хватающими руками. Стиснув зубы, она оттолкнула его, протиснулась через отверстие.

Следующая волна людей роилась, как пчелы, крича, когда витрины магазинов брызгали стеклом. Она почувствовала жар на своем лице, что-то мокрое потекло по ее шее.

Она увидела, как Стайлз перепрыгнул через упавших и съежившихся. Затем она увидела Истинное Сердце.

У него были длинные ноги, и они двигались быстро. Ева использовала свое собственное, вырвалась на свободу. Краем глаза она заметила резкое движение.

"Нет! Не стрелять!" Ее выкрикнутый приказ потонул в хаосе. Как раз в тот момент, когда она прыгнула к транспортному полицейскому, он занял позицию для стрельбы и прицелился. В то же мгновение Трухарт приготовился к прыжку и подкату.

Удар луча поразил его в воздухе, превратив его тело в ракету, которая сильно врезалась в отступающую спину Стайлза. Движущаяся вперед сила сбросила их обоих с платформы на рельсы внизу.

"Нет. Черт возьми. Нет!" Она оттолкнула транзитного полицейского, развернулась в сторону и бросилась к краю платформы. "Задержите все поезда, идущие на север! На трассе есть раненые. Задержите все поезда! О Иисус. О Боже."

Клубок тел, брызги крови. Она спрыгнула на рельсы, чувствуя, как от шока у нее запылали ноги. У нее перехватило дыхание, когда она попыталась нащупать пульс на горле Трухарта.

"Черт возьми. Черт возьми. Офицер ранен!" Ее голос сорвался из пересохшего горла в коммуникатор. "Офицер ранен! Требуется немедленная медицинская помощь, Центральный вокзал, второй уровень, зона С, как в случае с Чарли. Задействуйте медицинские пункты. Офицер и подозреваемый убиты. Держись, Верное Сердце".

Она сорвала с себя куртку, накинула ее ему на грудь, затем руками надавила на длинную рану, спускающуюся по его бедру.

Фини, запыхавшийся и вспотевший, приземлился рядом с ней. "Ах, Христос. Насколько все плохо?"

"Плохо. Он получил удар, прыгнул прямо на гребаную балку." Она опоздала на шаг. На один шаг слишком поздно. "Затем падение. Мы не можем рисковать перевозить его без стабилизаторов. Где МТС? Где эти гребаные МТС?"

"В пути. Вот." Он отстегнул ремень, толкнул ее в бок и наложил жгут. "Стайлз?"

Она приказала себе продолжать, крадучись подошла к тому месту, где лицом вниз лежал Стайлз, проверила пульс. "Живой. Он не уловил удара, и то, как они упали, выглядело так, будто парень перенес самую тяжелую часть своего падения ".

"У тебя по лицу течет кровь, Даллас".

"Я поймал немного стекла, вот и все". Она провела по струйке тыльной стороной ладони, смешивая свою кровь с кровью Трухарта. "Когда я закончу со Стюарт и ее горячими шишками - "

Она замолчала, снова посмотрела на молодое, бледное лицо Трухарта. "Господи, Фини. Он всего лишь ребенок ".

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Ева ворвалась в двери отделения неотложной помощи вслед за каталкой и быстро говорящими телефонами. Слова были как пощечины, твердые и звонкие. Под их шквалом она услышала что-то о повреждениях позвоночника, внутреннем кровотечении.

Когда они подошли к дверям смотровой, огромная медсестра с кожей цвета черного дерева на фоне бледно-голубой туники преградила Еве путь.

"Отойди в сторону, сестра. Там, внизу, мой человек ".

"Нет, ты отойди в сторону, сестра". Медсестра положила руку размером с булыжник на плечо Евы. "Медицинский персонал только после этого момента. У тебя там несколько довольно приличных рваных ран на лице. Сдайте четвертый экзамен. Кто-нибудь будет рядом, чтобы привести тебя в порядок".

"Я могу привести себя в порядок. Этот парень там принадлежит мне. Я его лейтенант".

"Что ж, лейтенант, вам просто придется позволить врачам делать то, что они делают". Она достала доску для заметок. "Вы хотите помочь, дайте мне его личные данные".

Ева локтем оттолкнула медсестру в сторону, подошла к смотровому окну, но больше не пыталась протиснуться. Боже, она ненавидела больницы. Ненавидел их. Все, что она могла видеть, это суматошное движение, зеленые халаты врачей, синие - среднего персонала.

И Трухарт без сознания на столе под резким светом, пока они работали над ним.

"Лейтенант". Голос медсестры смягчился. "Давайте поможем друг другу здесь. Мы оба хотим одного и того же. Дайте мне все, что можете, о пациенте ".

"Верное сердце. Христос, как его первое имя. Пибоди?"

"Трой", - сказала Пибоди у нее за спиной. "Это Трой. Ему двадцать два."

Ева просто прижалась лбом к стеклу, закрыла глаза и рассказала о причине травм.

"Мы позаботимся о нем", - сказала ей медсестра. "Теперь займись четвертым". Она прошла через двери, стала частью сине-зеленой стены.

"Пибоди, найди его семью. Попросите пару консультантов связаться с ними ".

"Да, сэр. Фини и Макнаб следят за Стайлзом. Он в соседней комнате ".

Въезжали все новые и новые каталки. Пострадавшие на Центральном вокзале собирались остаток ночи занимать отделение скорой помощи порезами, ушибами и сломанными костями. "Я проинформирую командира о текущем статусе". Она отступила от зеркала, чтобы она могла дать свой отчет без колебаний.

Закончив, она заняла свое место у дверей и позвонила домой.

"Рорк".

"У тебя идет кровь".

"Я - я в больнице".

"Где? Который из них?"

"Рузвельт. Послушай - "

"Я уже в пути".

"Нет, подожди. Я в порядке. Я уложил человека. Мальчик", - сказала она и чуть не сломалась. "Он чертов мальчишка. Они работают над ним. Мне нужно остаться, пока... Мне нужно остаться ".

"Я уже в пути", - снова сказал он.

Она начала протестовать, затем просто кивнула. "Да. Спасибо ".

Медсестра протиснулась обратно в двери, послав Еве один пылающий взгляд. "Почему ты не в четвертой палате?"

"В каком состоянии Трухарт?"

"Они стабилизируют его состояние. Его скоро отправят в операционную. Операция шестая. Я отведу вас в зону ожидания после того, как вам окажут медицинскую помощь ".

"Я хочу полный отчет о его состоянии".

"Ты хочешь этого, ты это получишь. После того, как тебя вылечат".

***

Ожидание было хуже всего. Это дало ей слишком много времени, чтобы подумать, воспроизвести, передумать. Замечать каждый маленький неверный шаг.

Она не могла сидеть. Она ходила взад-вперед, пила отвратительный кофе и смотрела в окно на стену соседнего крыла.

"Он молод. Здоров, - сказала Пибоди, потому что больше не могла молчать. "Это перевешивает на его сторону".

"Я должен был отправить его домой. Я должен был освободить его. Я не имел права брать новичка на операцию такого рода ".

"Ты хотел дать ему передышку".

"Перерыв?" Она развернулась, и ее глаза были жестокими, блестящими от эмоций. "Я поставил на кон его жизнь, в ситуацию, к которой он не был готов. Он упал. Я несу за это ответственность ".

"Черт бы тебя побрал". Подбородок Пибоди мятежно вздернулся. "Он полицейский. Когда ты надеваешь форму, ты идешь на риск. Он на работе, а это значит, что он каждый день сталкивается с возможностью получить удар при исполнении служебных обязанностей. Если бы я повернул налево, а не направо, я бы сделал в точности то, что сделал Трухарт, и я был бы на операции. И меня бы серьезно разозлило, если бы я знал, что вы стоите здесь и отнимаете у меня действия, которые я предпринимал для выполнения своей работы ".

"Пибоди - " Ева замолчала, покачала головой и вернулась к перегруженной кофеварке.

"Молодец". Рорк подошел и положил руку на плечо Пибоди. "Ты сокровище, Пибоди".

"Это была не ее вина. Я не могу спокойно видеть, как она берет это на себя ".

"Если бы она этого не сделала, она не была бы тем, кто она есть".

"Да, я думаю. Я собираюсь посмотреть, смогу ли я пометить Макнаба и получить обновленную информацию о состоянии Стайлза. Может быть, ты сможешь уговорить ее прогуляться, подышать свежим воздухом ".

"Я посмотрю, что я могу сделать".

Он перешел к Еве. "Если ты продолжишь пить этот кофе, у тебя в желудке появятся дырки, через которые я мог бы просунуть кулак. Вы устали, лейтенант. Сядьте".

"Я не могу". Она обернулась и увидела, что комната на мгновение опустела. Позволила себе сломаться. "О Боже", - пробормотала она, прижавшись лицом к его плечу. "На его лице появилась эта глупая ухмылка, когда я сказал ему, что тащу его с собой. Я думал, что прикрою его, но потом все пошло не так. Люди топчут людей, кричат. Я не смог закончить достаточно быстро. Я не успел добраться до него вовремя ".

Он знал ее достаточно хорошо, чтобы ничего не говорить, просто держаться, пока она не успокоится. "Мне нужно кое-что знать. У тебя здесь есть ниточки, - сказала она, отступая назад. "Вытащи несколько, будь добр, и узнай, что происходит в хирургии".

"Хорошо". Он взял у нее из рук переработанную чашку, отставил ее в сторону. "Присядьте на несколько минут. Я пойду потяну за эти ниточки ".

Она попыталась сесть, ей это удавалось почти целую минуту, прежде чем она встала и снова выпила кофе. Когда она наливала еще чашку, в комнату вошла женщина.

Она была высокой, стройной, и у нее были бесхитростные глаза Трухарта. "Извините меня". Она оглядела комнату, снова посмотрела на Еву. "Я ищу лейтенанта Даллас".

"Я Даллас".

"О да, я должен был догадаться. Трой так много рассказывал мне о тебе. Я Полин Трухарт, мать Троя ".

Ева ожидала паники, горя, гнева, требований, а вместо этого безучастно смотрела, как Полин подошла к ней, протягивая руку. "Ms. Трухарт, я очень сожалею, что ваш сын был ранен при исполнении служебных обязанностей. Я хотел бы, чтобы вы знали, что он выполнил свой долг образцовым образом ".

"Ему было бы так приятно услышать это от вас. Он очень восхищается тобой. На самом деле, я надеюсь, это не смутит тебя, но я думаю, что Трой немного влюблен в тебя ".

Вместо того, чтобы допить кофе, Ева поставила его на стол ".Ms. Верное Сердце, твой сын был под моей рукой, когда его ранили ".

"Да, я знаю. Консультанты объяснили, что произошло. Я уже говорил с отделом по работе с пациентами. Они делают все, что в их силах, чтобы помочь ему. С ним все будет в порядке ".

Она улыбнулась и, все еще держа Еву за руку, повела ее к сиденьям. "В глубине души я бы знал, если бы было иначе. Он - все, что у меня есть, ты видишь ".

Ева села на стол лицом к Полин, когда женщина опустилась на стул. "Он молод и силен".

"О да, и боец. Он хотел быть полицейским, сколько я себя помню. Эта форма так много для него значит. Он замечательный молодой человек, лейтенант, никогда не был для меня ничем иным, кроме радости ". Она посмотрела в сторону дверного проема. "Я ненавижу думать о том, как ему больно".

"Ср. Верное сердце..." Ева нащупала, попробовала снова. "Я не верю, что ему было больно. По крайней мере, он был без сознания, когда я добрался до него ".

"Это хорошо, это помогает. Благодарю вас ".

"Как ты можешь отблагодарить меня? Я поставил его в такое положение".

"Конечно, ты этого не делал". Она снова взяла Еву за руку. "Вы, должно быть, превосходный командир, раз так заботитесь. Мой сын хочет служить. Служить и защищать, разве это не так?"

"Да".

"Я беспокоюсь. Это очень трудно для тех из нас, кто любит тех, кто служит и защищает. Но я верю в Трою. Безусловно. Я уверен, что твоя мать сказала бы то же самое о тебе ".

Ева дернулась назад, подавляя боль, которая сосредоточилась у нее в животе. "У меня нет матери".

"О, мне жаль. Что ж." Она дотронулась до обручального кольца Евы. "Значит, кто-то, кто любит тебя. Он верит в тебя".

"Да". Ева оглянулась, встретилась взглядом с Рорком, когда он вошел. "Я думаю, он знает".

"Ср. Верное сердце". Рорк подошел к ней. "Мне только что сообщили, что вашему сыну скоро сделают операцию".

Ева почувствовала быструю, легкую дрожь пальцев Полин. "Вы врач?"

"Нет. Я муж лейтенанта Даллас."

"Ох. Они сказали вам, каково состояние Троя?"

"Состояние его стабилизировалось. Они очень надеются. Один из хирургов поговорит с вами через некоторое время ".

"Спасибо тебе. Они сказали, что на этом этаже была часовня. Думаю, я посижу там, пока они не будут готовы принять меня. Вы выглядите таким усталым, лейтенант. Трой не возражал бы, если бы ты пошел домой и немного отдохнул ".

Когда она снова осталась наедине с Рорком, Ева просто уперлась локтями в бедра и прижала ладони к глазам. "Скажи мне, чего ты ей не сказал. Расскажи мне все начистоту ".

"Травма позвоночника вызывает у них некоторое беспокойство".

"Он парализован?"

"Они надеются, что это временно, из-за опухоли. Если это окажется более серьезным, существуют методы лечения с высокими показателями успеха ".

"Он должен быть полицейским. Вы можете вызвать специалиста?"

"Я позаботился об этом".

Она оставалась в том же положении, слегка покачиваясь. "Я твой должник".

"Не оскорбляй меня, Ева".

"Вы видели его мать? Видишь, какой она была? Как кто-то может быть таким сильным, таким храбрым?"

Рорк надел наручники на ее запястья, отвел ее руки вниз. "Посмотри в зеркало".

Она покачала головой. "С ней это любовь. Она пожелает, чтобы он был в безопасности, цел и счастлив, потому что она любит его. Я думаю, у нее это тоже получится ".

"Материнская любовь - это яростная и могущественная сила".

Обретя твердость, она расправила ноющие плечи. "Ты когда-нибудь думаешь о своем? Твоя мать?"

Он ответил не сразу, и это колебание заставило ее нахмуриться. "Я собирался сказать "нет", - объяснил он. "Но это был спонтанный поступок. Да, я полагаю, что иногда я это делаю. Время от времени я задаюсь вопросом, что с ней стало ".

"И почему она оставила тебя?"

"Я знаю, почему она оставила меня". Сталь вернулась в его голос, в его глаза. Холодная сталь. "Я не представлял для нее особого интереса".

"Я не знаю, почему мой покинул меня. Я думаю, это самое худшее. Незнание почему. Не помнящий." Она с шипением выдохнула, злясь на себя. "И это бесполезные домыслы.

"Наверное, у меня в мозгу матери. Мне нужно поговорить с Карли о ее смерти ".

Она поднялась на ноги, отбросив усталость. "Я хочу проверить состояние Стайлза, допросить его, если он в сознании. Я собираюсь пойти в Центральное управление, подать свой отчет. Утром первым делом у меня назначена встреча с командиром."

Он тоже воскрес. Ее лицо было бледным, под глазами синяки. Порезы и царапины на ее лице выделялись, как знаки отличия. "Тебе нужно поспать".

"Я перехватлю немного в Центральном. В любом случае, при нынешнем положении дел, все должно завершиться через несколько часов. Я уделю немного личного времени, когда это будет необходимо ".

"Когда это произойдет, давайте подождем несколько дней. Тебе не помешало бы немного солнца ".

"Я подумаю об этом". Поскольку они были одни, она наклонилась вперед, чтобы поцеловать его.

***

В ноль семь десять Ева стояла в кабинете Уитни. У него был ее письменный отчет на диске и печатной копии, он слушал ее устное продолжение.

"Врач, лечащий Стайлза, оценивает время до полудня, прежде чем его можно будет допросить. На данный момент он под действием успокоительного. Его состояние стабильное. Офицер Трухарт остается в тяжелом состоянии. Его нижние конечности еще не реагируют на раздражители, и на данный момент он еще не пришел в полное сознание. Я хотел бы рекомендовать офицера Трухарта для поощрения за его поведение. Его быстрые действия и пренебрежение к личной безопасности были прямой причиной задержания подозреваемого. Травмы, полученные им во время операции, были вызваны небрежностью не с его стороны, а с моей ".

"Так вы заявляете в своем письменном отчете. Я не согласен с вашим анализом ".

"Сэр, офицер Трухарт проявил мужество и ясное мышление в сложных и опасных обстоятельствах".

"Я не сомневаюсь в этом, лейтенант". Он откинулся назад. "Вы превосходно контролируете себя как в своих письменных, так и в устных отчетах. Планируете ли вы обсудить проблемы с операцией лично с капитаном Стюартом? Потому что, если это так, мне придется отдать прямой приказ, чтобы вы не вступали в контакт с капитаном Стюартом. В данный момент она получает выговор от своего начальства. Ты не думаешь, что этого достаточно?" спросил он после минуты звенящей тишины.

"Это не мне говорить".

"Превосходно управляемый", - повторил он. "Она все испортила. Своим пренебрежением к вашей власти, вашим приказам, субординации и всему разумному здравому смыслу она испортила всю ситуацию, несет ответственность за десятки ранений среди гражданского населения, тысячи случаев материального ущерба, предоставила подозреваемому возможность скрыться и отправила одного из моих людей в больницу ".

Он наклонился вперед, проговорил сквозь зубы: "Ты думаешь, я не злюсь?"

"Вы превосходно контролируете себя, сэр".

Он издал короткий звук, который мог быть смехом. "Сообщили ли вы капитану Стюарту, что командуете вы, что вы были на месте происшествия и сказали, что сцена под контролем, что все оружие должно быть установлено на режим слабого оглушения и что его нельзя использовать без чрезвычайных обстоятельств?"

"Да, сэр, я это сделал".

"С капитаном Стюартом разберутся, я обещаю вам. Ей повезет работать в системе контроля, когда внутреннее расследование будет завершено. Будь удовлетворен этим".

"Трухарту двадцать два года". И это давило на нее, как камень на сердце.

"Я осознаю это. Я осознаю, каково это, когда человек гибнет от твоей руки. Прими это, лейтенант, и делай свое дело. Сядьте".

Когда она подчинилась, он отложил ее письменный отчет в сторону. "Когда ты в последний раз хоть немного спал?"

"Со мной все в порядке".

"Когда мы закончим здесь, у тебя будет два часа. Это приказ. Аня Карвелл", - начал он. "Считаете ли вы ее существенным элементом в этом деле?"

"Она - оборванная нить. Любая нить, которая не завязана узлом, является важным элементом ".

"А ее предполагаемые отношения с Кеннетом Стайлзом и Ричардом Драко?"

"Количество пересеченных соединений в этом случае приводит к слишком большому количеству треугольников, чтобы их можно было игнорировать. Похоже, что Стайлз организовал убийство Драко и, как следствие, Лайнуса Кима. Однако есть ряд других, у которых есть мотив и возможность. Не факт, что Стайлз действовал, скорее, что он действовал в одиночку. Прежде чем я двинулся на него, я был готов запросить ордер на снятие печати с усыновления Карли Ландсдоун."

"Потратьте свои два часа, затем обратитесь к судье Левински. Большинство судей неохотно вскрывают печати о частных усыновлениях. Он может быть вашим лучшим выбором, особенно если вы поймаете его после того, как он позавтракает ".

***

Она намеревалась следовать приказам. Найти ровную поверхность и растянуться на ней помогло бы ей очистить разум.

Она закрыла дверь в свой кабинет, заперла ее, затем просто растянулась на полу. Прежде чем она успела закрыть глаза, на ее ладони запищал канал связи.

"Да, что?"

"Доброе утро, лейтенант".

"Без придирок", - пробормотала она и подперла щеку рукой. "Я прямо сейчас лежу".

"Хорошо". Рорк изучал ее лицо. "Хотя тебе было бы лучше в кровати, чем на полу в твоем офисе".

"Ты все знаешь?"

"Я знаю тебя. Вот почему я решил связаться с вами. Я забыл передать кое-какую информацию прошлой ночью. Имя биологической матери в деле Карли Ландсдоун."

"О чем ты говоришь? Я сказал тебе оставить это в покое ".

"Я ослушался. Я буду с нетерпением ждать, когда ты накажешь меня позже. Она указана как Аня Карвелл. Она рожала в частной женской клинике в Швейцарии. Усыновление было предопределено и законно. Ей был предоставлен обязательный двадцатичетырехчасовой период, чтобы отозвать свое решение, она придерживалась его и подписала окончательные документы. Она указала отца как Ричарда Драко и включила, согласно закону, документ под присягой о том, что он был проинформирован о беременности, ее решении завершить его и усыновлении. Документ был подтвержден добровольным тестированием на правдивость ".

"Был ли он уведомлен о живорождении?"

"Да. Досье полное и настолько эффективное, насколько можно ожидать от швейцарца. Он знал, что у него был ребенок, дочь. Обязательный анализ ДНК подтвердил, что он был отцом. Он не возражал против усыновления ".

Она перевернулась на спину, позволяя информации проникнуть в ее мозг. "Приемные родители имеют право на всю эту информацию, за исключением имен. Им предоставляются истории болезни биологических родителей, их культурное и этническое происхождение, интеллектуальные, художественные, технические навыки. Все это может нарисовать довольно ясную картину. Усыновленный также имеет право на получение всех этих данных по запросу, включая официальные имена биологических родителей ".

"Я не нашел никакого запроса на эти данные от усыновленного", - сказал ей Рорк.

"Есть способы обойти это. Карли могла бы знать. Она могла бы собрать все воедино и заподозрить, что Драко был ее отцом. Есть физическое сходство, если вы знаете, что его нужно искать. Как много она знала?"

"Ты узнаешь. Поспи немного".

"Верно. Напомни мне позже отшлепать тебя за электронное вторжение ".

"Я уже взволнован".

Она задремала, думая об отцах и дочерях, об обмане и убийстве.

И проснулась от того, что старый кошмарный вопль вырывался из ее горла, ее кожа была мокрой от пота, а в голове сильно стучало.

Она перевернулась, приподнялась на четвереньки, чтобы побороть тошноту. Ей потребовалось несколько дрожащих секунд, чтобы осознать, что не весь стук был у нее в голове. Кое-что из этого было у ее двери.

"Да. Держись. Черт возьми." Она покачнулась на пятках, заставила себя дышать. Она поднялась на ноги, оперлась рукой о стол, пока ее ноги снова не обрели устойчивость.

Щелкнув замками, она рывком открыла дверь. "Что?"

"Вы не ответили на "ссылку", - сказала Пибоди в спешке. Ее лицо все еще было раскрасневшимся от утренней прохлады. "Я был - с тобой все в порядке? Ты выглядишь- " Затравленным", - подумала она, но последовала инстинкту и исправила слово. "Выйди из этого".

"Я спал".

"О, извините". Пибоди расстегнула пальто. В своей последней попытке похудеть она стала выходить из метро в пяти кварталах от центра. Винтер решил вернуться, чтобы еще раз взбрыкнуть в то утро. "Я только что вошел и столкнулся с командиром, когда он выходил. Он направляется в больницу ".

"Верное сердце?" Она схватила Пибоди за руку. "Мы потеряли его?"

"Нет. Он в сознании. Командир сказал, что он всплыл около двадцати минут назад, и вот лучшая часть, он реагирует на раздражители. Паралича нет, и они перевели его в охраняемое состояние ".

"Хорошо". Облегчение пронеслось по ней, как на крыльях летучей мыши. "Ладно, хорошо. Мы заедем и увидим его, когда пойдем допрашивать Стайлза ".

"Команда скинулась на цветочную композицию. Всем нравится Правдивое сердце ".

"Хорошо, отпусти меня". Она сидела за своим столом. "Принеси мне немного кофе, хорошо? Я энергичный ".

"Ты вообще не пошел домой, не так ли? Ты сказал, когда отсылал меня, что возвращаешься домой ".

"Я солгал. Кофе. Я получил некоторую информацию из анонимного источника. Мы собираемся повторно допросить Карли Ландсдаун ".

Пибоди шмыгнула носом и подошла к автомату. "Я полагаю, ваш помощник не должен спрашивать имя источника?"

"Моя помощница должна была принести мне кофе, прежде чем я перегрызу ей горло".

"Я понимаю", - пробормотала Пибоди. "Почему Карли, на этой стадии расследования?"

"Я только что подтвердил, что Ричард Драко был ее отцом".

"Но они были..." Дюжина эмоций промелькнула на лице Пибоди. "О, гадость".

"Словами из одного слога". Ева схватила кофе. "Я хочу направить судье Левински официальный запрос о взломе печати об усыновлении. Мы должны сделать это официально. Тем временем- - Она замолчала, когда ее настольная ссылка просигналила о входящем.

"Отдел убийств. Даллас."

"Лейтенант Ева Даллас?"

Ева изучала женщину. "Это верно".

"Лейтенант Даллас, меня зовут Аня Карвелл. Я хотел бы поговорить с вами по очень важному вопросу, и как можно скорее ".

"Я искал вас, мисс Карвелл".

"Я думал, что ты можешь быть. Не могли бы вы встретиться со мной в моем отеле? Я остаюсь во дворце ".

"Популярное место. Я буду там. Двадцать минут."

"Спасибо тебе. Я думаю, что могу помочь вам прояснить ряд вопросов ".

"Боже". Пибоди взяла себе кофе, когда Ева прервала передачу. "Мы ищем ее по всему аду и обратно, и здесь она просто падает к нам на колени".

"Да, приятное совпадение". Ева оттолкнулась от стола. "Мне не нравятся совпадения".

***

БУДЕТ ВСКРЫТ В СЛУЧАЕ МОЕЙ СМЕРТИ

Да, это прозвучало красиво, драматично. Никто никогда не хочет терять чувство стиля, даже под давлением. Особенно под давлением. Таблетки находятся там, где их можно легко достать, если они понадобятся. Последнее средство, конечно, но они будут быстрыми. Они будут нежны.

"Не будь нежен в эту спокойную ночь". Ну, что, черт возьми, он знал? Если дело доходит до смерти или тюрьмы, смерть предпочтительнее.

Жизнь - это череда выборов. Одно перетекает в другое, и путь меняется. Это никогда не бывает по-настоящему прямым, если только нет ни радостей, ни печалей. Я бы всегда предпочел дорогу, которая блуждает. Я сделал свой выбор, к лучшему или к худшему, он был моим. Я беру на себя полную ответственность за результаты этого выбора.

Даже Ричард Драко. Нет, особенно Ричард Драко. Его жизнь была не чередой выборов, а совокупностью жестоких поступков, мелких и крупных. Все, к кому он прикасался, были так или иначе повреждены. Его смерть не тяготит мою совесть. То, что он сделал, сознательно, преднамеренно, злобно, заслуживало уничтожения.

Я только хотел бы, чтобы была боль, огромные волны боли, огромные потоки знания, страха, горя в тот момент, прежде чем нож пронзил его сердце.

Но, планируя его казнь, я также имел в виду самосохранение. Полагаю, я все еще верю.

Если бы мне дали возможность сделать это снова, я бы ничего не изменил. Я не буду изображать раскаяние за избавление от пиявки.

Я испытываю некоторое сожаление по поводу того, что заманил Лайнуса Кима на верную смерть. Это было необходимо, и Бог свидетель, он был уродливым, бессердечным человечком. Моим выбором могло быть подкупить его, но шантаж - это своего рода болезнь, не так ли? Как только тело заражено этим, оно распространяется и возвращается в неподходящие моменты. Зачем так рисковать?

И все же мне не доставило удовольствия устроить его смерть. На самом деле, это было необходимо, чтобы успокоить мои нервы и беспокойство. Я убедился, что он не чувствовал ни боли, ни страха, но умер с иллюзией удовольствия.

Но это, я полагаю, не отменяет акта прекращения еще одной жизни.

Я думал, что был таким умным, инсценировав убийство Ричарда на глазах у стольких людей, зная, что у всех, кто его окружал, были причины желать ему зла. Был такой острый трепет при мысли о том, что нож, который Кристин Воул вонзит в черное, несчастное сердце Леонарда Воула, окажется настоящим. Это было так прекрасно уместно.

Я сожалею и приношу извинения за то, что причинил моим друзьям и коллегам какие-либо страдания, поставив их, даже на короткий срок, под какое-либо подозрение. Глупо с моей стороны, глупо было верить, что это никогда не зайдет так далеко.

Никому, сказала я себе, не было дела до Ричарда. Никто из тех, кто его знал, не стал бы оплакивать его смерть, если бы не крокодиловы слезы, которые заблестели на бледных щеках зрителей.

Но я просчитался. Лейтенанту Далласу не все равно. О, возможно, не о Ричарде. К этому времени она, безусловно, раскопала достаточно правды о нем, чтобы вызвать у нее отвращение. Но она заботится о законе. Я верю, что это ее религия, это отстаивание интересов убитых мертвецов.

Я понял это очень скоро, посмотрев в ее глаза. В конце концов, я провел свою жизнь, изучая людей, измеряя их, подражая им.

В конце концов, я сделал то, что намеревался сделать, во что я верю всем сердцем и душой, что должен был сделать. Я, возможно, безжалостно, исправил неисчислимые ошибки.

Разве это не правосудие?

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Аня Карвелл была красивой, с соблазнительным телом, за которое женщины потеют или платят. И мужчины влюбляются в. Ее рот был полным, чувственным и отливал блеском полированной меди. Ее кожа имела нежный блеск золотой пыли, так что с дымчато-рыжими волосами и светло-коричневыми глазами она напоминала пламя, которое едва успели потушить.

Она послала Еве долгий, спокойный взгляд, коротко перевела взгляд на Пибоди, затем отступила, открывая дверь в свой скромный номер.

"Спасибо, что пришли так быстро. После нашего разговора я понял, что мне следовало предложить прийти к тебе ".

"Это не проблема".

"Что ж, надеюсь, вы простите меня за то, что я не знаю надлежащей процедуры в таких делах, как это. Мой опыт общения с людьми вашей профессии сильно ограничен. Я заказал банку шоколада ".

Она указала на гостиную, где на низком столике стояли белый кофейник и две одинаковые чашки. "Не могли бы вы присоединиться ко мне? На улице так холодно и мрачно. Я только принесу еще чашечку для вашего помощника ".

"Не беспокойся". Ева услышала, но проигнорировала, тихий, ветреный вздох Пибоди у себя за спиной. "Ты иди вперед".

"В таком случае, не присесть ли нам?"

Аня прошла к дивану, разгладила свои длинные юбки бронзового цвета, затем подняла кофейник. Играла тихая музыка, что-то похожее на птичью трель пианино. Рядом с лампой стояла приземистая ваза с капустными розами. Их аромат и аромат женщины наполнил комнату.

Это была, подумала Ева, милая и цивилизованная сцена.

"Я приехала в Нью-Йорк только прошлой ночью", - начала Аня. "Я и забыл, как сильно мне нравится город. Порыв и энергия этого. Жар от этого, даже в эту бесконечную зиму. Вы, американцы, заполняете все пробелы и все равно находите больше ".

"Откуда ты пришел?"

"Монреаль". Она отпила шоколад, балансируя чашкой с тем же женским изяществом, которым Ева часто восхищалась в Мире. "Лейтенант, боюсь, Кеннет был не совсем правдив с вами во время вашей беседы с ним. Я надеюсь, вы не будете винить его за это. Он думал обо мне".

"Ср. Карвелл, мне нужно ваше разрешение, чтобы записать этот разговор ".

"О". После одного растерянного моргания, Аня кивнула. "Да, конечно. Я полагаю, это должно быть сделано официально ".

"Запись продолжается, Пибоди". Когда Ева перечислила стандартные права и обязанности, глаза Аньи расширились от удивления, затем снова потеплели от того, что могло быть весельем.

"Значит, я подозреваемый?"

"Это процедура. Для вашей защиты. Вы понимаете права и обязанности, которые я изложил для вас?"

"Да, вы выразились совершенно ясно".

"Ср. Карвелл, зачем вы вчера приехали в Нью-Йорк из Монреаля?"

"Кеннет... Кеннет Стайлз связался со мной. Ему нужно было увидеть меня. Он был совершенно расстроен и встревожен. Он считает, что вы думаете, что он убил Ричарда Драко. Лейтенант Даллас, такое невозможно ".

"И почему это так?"

"Кеннет - добрый и нежный человек".

"Добрый и нежный человек отправил Ричарда Драко в больницу двадцать четыре года назад после жестокого нападения".

Аня издала нетерпеливый звук, и ее чашка со звоном опустилась на блюдце. "Опрометчивость молодости. Должен ли человек подвергаться преследованию из-за одного глупого поступка, совершенного так давно? Акт, совершенный из любви и заботы?"

"Что бы мы ни делали, это следует за нами, мисс Карвелл".

"Я в это не верю. Я - доказательство того, что жизнь можно изменить усилием воли ". Ее рука на мгновение крепко сжалась, словно сжимая волю в кулак. "Лейтенант Даллас, когда я видел Кеннета прошлой ночью, он был напуган и расстроен. Я могу поклясться вам, он никогда бы не позвонил мне, если бы действительно совершил то, что вы подозреваете, что он совершил ".

"Когда вы видели его в последний раз?"

"Около восьми часов. Мы встретились в маленьком клубе. Кажется, это называлось "Бродячий кот".

"Да, я знаю это".

"Мы поговорили за выпивкой. Именно тогда он сказал мне, что дал вам мое имя, чтобы вы искали меня в связи с моими одноразовыми отношениями с Ричардом ".

Ее улыбка расцвела так же красиво, как розы рядом с ней. "Видите ли, он хотел предупредить меня, чтобы я мог спрятаться, избавить себя от дискомфорта от встречи, подобной этой. Я успокоил его, как мог, и сказал ему, что поговорю с вами ".

"Он больше не связывался с вами?"

"Нет. Я надеюсь поговорить с ним после того, как мы закончим здесь, надеюсь, что смогу заверить его, что вы больше не верите, что он мог это сделать ".

"Кеннет Стайлз пытался покинуть город прошлой ночью". Ева внимательно наблюдала за Аней, пока та говорила. "Когда была предпринята попытка задержать его, он сбежал и был ранен во время задержания".

"Нет. Нет, нет." Рука Аньи метнулась вперед, схватив Еву за запястье. "Ранен? Насколько сильно? Куда вы его забрали?"

"Он в больнице. Его состояние стабильное. Его врачи ожидают полного выздоровления. Почему, мисс Карвелл, невинный человек пытается сбежать?"

Она отпустила запястье Евы, встала, чтобы подойти к закрытому окну. Ее рука прижалась к губам, как будто сдерживая слова, затем опустилась, чтобы потеребить верхнюю пуговицу платья. Когда она заговорила снова, ее голос не был таким холодным, не был таким уверенным.

"О, Кеннет. Возможно, вы правы, лейтенант. Возможно, то, что мы делаем, отзывается в нас эхом всей нашей жизни. Он сделал это для меня, понимаете. Как и прежде ". Она повернулась назад, стояла в обрамлении серого неба. В ее глазах блестели слезы, но они не пролились на ее щеки. "Будет ли мне позволено увидеть его?"

"Возможно. Мисс Карвелл, Кеннет Стайлз знал, что вы вынашивали и родили ребенка Ричарда Драко?"

Голова Аньи откинулась назад, как будто ее ударили кулаком Евы, а не ее словами. Она неуверенно рассмеялась. Затем, взяв себя в руки, она вернулась, чтобы сесть. "Я вижу, вы очень внимательны. Да, Кеннет знал. Он помог мне пережить очень сложную ситуацию".

"Знает ли он, что Карли Ландсдоун - это ребенок?"

"У него не было имени, которое дали ей родители ребенка. Файлы были запечатаны. Я никому, кроме адвоката, который оформлял документы, не сказал, куда и с кем был помещен ребенок. В этом смысл закрытых файлов, лейтенант. Какое отношение этот ребенок - нет, сейчас она была бы молодой женщиной - имеет к этому делу?"

"У вас не было контакта с Карли Ландсдоун?"

"Зачем мне это? Ах, ты думаешь, я лжец или хладнокровный."

Аня допила свою чашку шоколада. Но она не пила. Ее единственным внешним признаком страдания были беспокойные пальцы на горле.

"Я думаю, что я ни то, ни другое", - сказала она через мгновение. "Я обнаружила, что беременна. Я был очень молод, очень сильно влюблен, или то, что я воспринимал как любовь. Я отдалась Ричарду Драко. Он был моим первым. Ему нравилось быть первым. Я не был так осторожен с контролем зачатия, как следовало бы ".

Она слегка пожала плечами, откинулась назад. "Будучи молодой и влюбленной, когда я узнала, что ношу ребенка Ричарда, я была взволнована, увлечена романтической идеей о том, что мы поженимся. Вскоре он превратил этот трепет в отчаяние. Не было ни гнева, ни страстной ссоры, и, конечно же, не было ни одного из тех нежных слов и обещаний, которые я с такой радостью приготовила для него, чтобы он сказал мне. Вместо этого он посмотрел на меня без интереса, с легким раздражением ".

Ее глаза ожесточились, рука снова упала на колени. "Я никогда не забуду, как он смотрел на меня. Он сказал мне, что это моя проблема, и что если я ожидаю, что он заплатит за прерывание беременности, мне следует подумать еще раз. Я, конечно, плакал и умолял. Он назвал меня несколькими мерзкими именами, утверждал, что мои сексуальные навыки были в лучшем случае посредственными, и что я ему наскучила. Он оставил меня там, где я был, на коленях. Плач."

Она снова отхлебнула шоколад без видимого огорчения. "Надеюсь, вы можете понять, почему я не оплакиваю его смерть. Он был самым отвратительным человеком, которого я когда-либо знал. К сожалению, в тот момент моей жизни я не видел этого так ясно. Я знала, что он был ущербным ", - продолжила она. "Но со слепым и прекрасным оптимизмом юности я верил, до того момента, когда он отвернулся от меня, что я могу изменить его".

"Потом ты перестал в это верить".

"О да. Я перестал верить, что смогу изменить Ричарда Драко. Но я думал, что, возможно, не смогу жить без него. Я тоже был очень напуган. Едва исполнилось восемнадцать, беременна, одинока. У меня были мечты стать великой актрисой, и они были разбиты. Как я мог продолжать?"

Она сделала паузу на мгновение, как будто оглядываясь назад. "Мы такие драматичные в восемнадцать. Вы помните, когда вам было восемнадцать, лейтенант Даллас, как вы верили, что каким-то образом все было острым, жизненно важным, и мир, конечно же, вращался вокруг вас? Ну что ж."

Она снова пожала плечами. "Я пытался покончить с собой. Слава Богу, я ошибся с этим, хотя, возможно, у меня все получилось бы правильно, если бы Кеннет не пришел. Если бы он не остановил меня, позвал бы на помощь ".

"И все же ты не прервала беременность".

"Нет. У меня было время подумать, успокоиться. Я не думал о ребенке, когда подносил бритву к своим запястьям. Только о себе. Мне казалось, что мне был дан еще один шанс, и единственный способ выжить сейчас - это делать то, что правильно для той жизни, которую я начал внутри себя. Я, возможно, не справился бы с этим без Кеннета ".

Она перевела взгляд, красноречивый взгляд, на Еву. "Он спас мою жизнь и жизнь ребенка. Он помог мне найти клинику в Швейцарии и адвоката по устройству детей. Он одолжил мне денег и поддерживающую руку ".

"Он влюблен в тебя".

"Да". Ее согласие было простым и печальным. "Мое глубочайшее сожаление в том, что я не смогла и не могу любить его в ответ так, как он того заслуживает. Его нападение на Ричарда много лет назад было отклонением от нормы, и оно дорого обошлось Кеннету ".

"И после того, как вы поместили ребенка?"

"Я вернулся к своей жизни. Я никогда больше не лелеяла мечту стать актрисой. У меня больше не хватало духу на это ".

"Как биологическая мать, вы имеете право регулярно наводить справки о ребенке, которого вы отдали".

"Я никогда не казнил их. Я сделал то, что было лучше для нее, лучше для себя. Она больше не была моей. Какой интерес мы могли бы иметь друг к другу?"

"У нее был интерес к Ричарду Драко. Карли Ландсдоун была на сцене в ночь, когда он был убит ".

"Да?" На ее лице промелькнуло удивление, раздумье. "Она актриса? Здесь, в Нью-Йорке? Ну, сколько кругов проходит в пределах круга одной жизни? И она играла в пьесе с Ричардом и Кеннетом. Как странно и как уместно."

Ева ждала. Наблюдал. "Ты не задаешь никаких вопросов о ней".

"Лейтенант, вы хотите, чтобы я изобразил какую-то связь, какую-то духовную связь? Твоя Карли Ландсдоун мне незнакома. Я желаю ей всего наилучшего, конечно. Но связь между нами, слабая и временная, была разорвана много лет назад. Моя единственная связь с теми днями - Кеннет ".

"Были ли вы знакомы с Арееной Мэнсфилд?"

"Немного, да. Она была очень многообещающей, даже так давно. Она неплохо справилась с собой, не так ли? Я полагаю, что Ричард тоже играл с ней в какой-то момент. Почему ты спрашиваешь?"

"Она тоже была в актерском составе. Натали Брукс?"

"Натали Брукс?" Легкая улыбка изогнула ее губы. "Есть имя, которого я не слышал много лет. Да, я помню, что у нее была небольшая роль в пьесе Ричарда, в которой мы с ним были любовниками. Она тоже была очень молода. Симпатичная, свежая в своем роде деревенская девушка. И, конечно, легкая добыча. Он соблазнил ее, когда отвернулся от меня. Возможно, даже раньше. Это трудно понять. Она тоже была в этой пьесе?"

"Нет, но ее сын был дублером Драко".

"Очаровательно". В ее глазах плясали искорки веселья. "Пожалуйста, вы должны сказать мне, кто еще".

"Элиза Ротчайлд".

"Но да! Восхитительная женщина. Такой достойный и язвительный. У нее не было терпимости к Ричарду. Конечно, она была не в его вкусе, и он не прилагал никаких усилий, чтобы скрыть это. Да, это завораживает. Так много призраков прошлого, движущихся, как тени на сцене. И Ричард в центре, где ему это нравилось больше всего.

"Я больше не слежу за театром, но если бы я знал, я мог бы купить билет. Да, я вполне мог бы заплатить, чтобы увидеть это финальное представление ".

"У вас не было контакта ни с кем из этих людей за последние двадцать четыре года?"

"Но для Кеннета, нет, как я уже сказал. Я понимаю, Кеннет сказал вам, что он не видел меня и не говорил со мной все эти годы, не знал, где я был. Ложь была не для себя, а для меня. И теперь, когда вы рассказали мне обо всех, кто был вовлечен, становится еще более ясно, почему он так поступил. Он бы беспокоился, что эти призраки будут преследовать меня. Уверяю вас и заверю его, они этого не делают ".

"Он сказал вам, что Ричард Драко и Карли Ландсдаун были любовниками?"

Чашка дернулась и остановилась, не долетев до ее губ. Не сводя глаз с Евы, она медленно опустила его на стол. "Что ты говоришь?"

"Что ваш бывший любовник и ребенок, которого вы сделали вместе, были близки. У них была сексуальная связь, которая закончилась незадолго до его смерти ".

"Матерь Божья". Аня крепко зажмурила глаза. "Это плата за небольшой грех, совершенный так много лет назад? Вы побеспокоили меня, лейтенант." Она снова открыла глаза, и они были жесткими, блестящими. "Если это было твоей целью, ты преуспел. Конечно, никто из них не знал."

Она встала, прошлась по комнате. "Она молода. Привлекателен?" спросила она, оглядываясь на Еву.

"Да. Очень привлекательный".

"Ему было бы трудно перед ней устоять. Не видел бы причин сопротивляться. И ему всегда удавалось заманивать женщин в постель ".

"Она могла бы заманить его, зная".

"Какая женщина решит переспать со своим собственным отцом?" Аня выстрелила в ответ. Ее руки сжались в кулаки, тело содрогнулось, когда она развернулась. "Почему она должна была знать? Файлы были запечатаны ".

"Печати ломаются", - мягко сказала Ева. "Любая из вовлеченных сторон может запросить файл. Возможно, ей было любопытно, кто ее создал."

"Я был бы проинформирован, если бы запрос был сделан и удовлетворен. Это закон".

"Законы нарушены. Вот почему у меня есть работа. Драко, возможно, сам открыл файл."

На это Аня просто рассмеялась, холодным и ломким звуком. "С какой целью? В то время у него не было никакого интереса. Маловероятно, что он помнил о существовании ребенка после всех этих лет ".

"Было сходство, мисс Карвелл. У нее его цвет лица, форма его глаз, его челюсть ".

"Итак". Она перевела дыхание, кивнула, приказала себе снова сесть. "Он мог бы посмотреть на нее и увидеть себя. Мог бы, - пробормотала она, снова играя с пуговицей. "Мог бы. Затем затащил ее к себе в постель для какого-то нарциссическоговозбуждения. Я не могу сказать. Я не могу тебе сказать. Ричард стал для меня таким же незнакомцем, как и молодая женщина, о которой вы говорите. Я их не знаю".

"Это сделал Кеннет Стайлз".

Ева наблюдала, как осознание и ужас расцветают на лице Аньи. Краска прилила к ее щекам и так же быстро сошла снова. "Нет. Что бы он ни знал или подозревал, он не пошел бы на убийство. Я говорю вам, насилие двадцатичетырехлетней давности было импульсом, яростью момента. Вы сказали, что роман закончился. До того, как Ричард был убит. Кеннет не стал бы укрывать насилие. Он не смог бы сохранить это ".

"Может быть, и нет. Возможно, не без посторонней помощи. Где вы были в ночь на двадцать пятое марта?"

"Ах. Я вижу. Я понимаю, - тихо повторила она и сложила руки. "Я был бы дома. И совершенно одинок".

"Вы никого не видели, ни с кем не разговаривали в тот вечер?"

"Насколько я помню, нет. У меня нет никаких доказательств, которые приходят на ум, что я был там, где говорю, что был ".

"Ваша семья, мисс Карвелл?"

"У меня никого нет. Я могу только поклясться вам, что я не путешествовал из Монреаля в Нью-Йорк и не участвовал в заговоре с целью вызвать смерть Ричарда Драко ". Она воскресла. "Лейтенант, я полагаю, на данном этапе я хотел бы проконсультироваться с адвокатом. Мне больше нечего сказать по любому из этих вопросов, пока я этого не сделаю ".

"Это ваше право. Спасибо за ваше сотрудничество. Запись окончена, Пибоди ".

"Не будете ли вы так любезны сказать мне, в какой больнице ухаживают за Кеннетом? Я хотел бы связаться с ними и узнать о его состоянии ".

"Он в Рузвельте". Ева поднялась на ноги. "Ваш адвокат, когда вы его наймете, может связаться со мной в полицейском управлении".

"Очень хорошо". Аня подошла к двери, открыла ее. "Добрый день, лейтенант". Она сказала это тихо, закрыла дверь, защелкнула замки.

Затем, закрыв лицо руками, она позволила себе заплакать.

***

"Впечатления, Пибоди".

"Она крутая, утонченная, уверенная в себе. Она либо верит, что Стайлз невиновен, либо полна решимости защитить его. Ее беспокойство о нем показалось мне искренним. У нее осталось не так уж много забот о Карли ".

Ева нахмурилась через ветровое стекло, когда скользнула за руль своего автомобиля. "Должна ли она?"

"Ну, мне просто кажется, что должна быть какая-то, знаете, эмоциональная связь".

"Почему? Она зачала, вынашивала, родила. Это девять месяцев из ее жизни. Где в этом эмоциональная связь?"

"Потому что ребенок рос внутри нее. Она почувствовала, как он дернулся и задвигался, и... Я не знаю, Даллас. Я никогда не зачинала, не вынашивала и не принимала роды. Я делюсь с вами своим мнением, вот и все ".

Пибоди беспокойно заерзала, чувствуя себя не в своей тарелке. В воздухе была тьма, клубящаяся вокруг Евы. Она не знала, что с этим делать. Она скосила глаза на Еву, затем снова отвела. Ева все еще смотрела в зеркало, погруженная в раздумья. "Если она расскажет нам все начистоту", - рискнула предположить Пибоди. "Она положила ребенка, затем ушла. Я просто не верю, что это может быть так просто, так просто. Я думал, вы намекаете на то, что она замешана в убийстве."

"Я не сбрасывал это со счетов". Но она что-то проговорилась, потому что ее собственные эмоции были взбудоражены. "Вернитесь, выясните, когда Карвелл зарегистрировалась, забронировала ли она номер заранее и когда она должна уехать".

"Верно". С некоторым облегчением Пибоди выбежала на свежий воздух.

Что за женщина выбирает переспать со своим собственным отцом?

Желудок Евы скрутило узлом с тех пор, как ей задали этот вопрос. Что, если нет выбора? Что тогда? Она откинула голову назад. Был еще один вопрос: что за мужчина выбирает переспать со своей собственной дочерью?

На этот вопрос у нее был ответ. Она знала такого мужчину, и он все еще шептал ей на ухо своим сладким дыханием.

"Что ты делаешь, маленькая девочка?"

Дыхание вырвалось из ее легких. Она жадно втянула его обратно.

Что насчет матери? спросила она себя и вытерла влажные ладони о бедра своих брюк. Что сделало мать? Она не верила, что в животе шевелится большая часть жизни. Ева наклонила голову, посмотрела вверх, на окна, где Аня Карвелл сидела со своим горшком шоколада и своими призраками. Нет, она не верила, что все было так просто.

Это было нечто большее. Должно было быть что-то еще.

Большинство рациональных, порядочных людей инстинктивно защитили бы младенца, беспомощного ребенка. Но необходимость защитить другого взрослого вытекала из долга. Или любви.

Она выпрямилась на своем сиденье, когда Пибоди забралась обратно. "Она выписывается. Звонил вчера, после шести, просил зарезервировать столик. Она вошла в отель незадолго до восьми. Ее отъезд запланирован на завтра, но она договорилась о возможности продления ".

"Мать, отец, преданный друг", - пробормотала Ева. "Давайте перейдем к ребенку".

"Карли. Мы собираемся проехать прямо мимо пары 24/7, пересекающих город. Может быть, мы могли бы остановиться и выпить немного горячего шоколада ".

"То, что они продают в тех местах, - это помои".

"Да, но это шоколадное пойло". Пибоди попыталась изобразить жалкий, умоляющий взгляд. "Ты не позволил бы ей дать нам ничего хорошего".

"Может быть, ты тоже хочешь немного печенья. Или маленькие глазированные пирожные".

"Это было бы здорово. Спасибо, что спросили ".

"Это был сарказм, Пибоди".

"Да, сэр. Я знаю. Ответил тем же ".

Легкий смех заставил черную тучу рассеяться. Потому что это произошло, Ева остановилась на перекрестке 24/7 и ждала, пока Пибоди забежала и загрузила вещи.

"Вы знаете, я действительно пытаюсь сократить этот материал. Но..." Пибоди разорвала упаковку печенья. "Дело в том, что, странно, Макнаб не думает, что я пухлый. И когда парень видит тебя обнаженной, он знает, где находятся дополнительные слои ".

"Пибоди, у тебя есть какое-то заблуждение, что я хочу услышать, как Макнаб видит тебя обнаженной?"

Она хрустнула печеньем. "Я просто говорю. В любом случае, ты знаешь, что мы занимаемся сексом, так что ты, вероятно, пришел к выводу, что мы обнажены, когда занимаемся этим. Ты отличный детектив и все такое."

"Пибоди, в порядке подчинения ты можешь, в редких случаях и из-за моего поразительного добродушия, отвечать на сарказм сарказмом. Вам не позволено руководить этим. Дай мне чертово печенье".

"Это кокосовые крекеры. Ты ненавидишь кокос".

"Тогда зачем ты купил coconut?"

"Чтобы позлить тебя". Теперь уже ухмыляясь, Пибоди достала из сумки еще одну пачку печенья. "Тогда я купил шоколадную крошку, специально для тебя".

"Что ж, тогда отдайте их".

"Ладно, итак..." Пибоди разорвала вторую упаковку, предложила Еве печенье. "В любом случае, у Макнаба маленькая задница и почти нет плеч. И все же - "

"Остановись. Остановись прямо здесь. Если у меня в голове возникнет образ голого Макнаба, ты вернешься к патрулированию дорожного движения ".

Пибоди жевала, напевала, ждала.

"Черт возьми! Вот он".

Заливаясь смехом, Пибоди расправилась с последним печеньем. "Извините. Даллас, мне жаль. Я ничего не мог с этим поделать. Довольно милый, не так ли?"

И, подумала она, это убрало с дороги то, что беспокоило ее лейтенанта.

"Застегнись", - предупредила Ева, но ей пришлось проглотить смешок вместе с печеньем. "Стряхни крошки со своей рубашки и попытайся найти где-нибудь свое достоинство". Она остановилась на обочине перед домом Карли.

Элитный район, эксклюзивное здание, шикарный вестибюль послали Еве теперь другой сигнал. Аня Карвелл выбрала для ребенка состоятельных родителей. Такие родители, которые могли бы гарантировать, что ребенок вырастет в привилегиях, безопасности, роскоши.

Уделяла ли она столько же внимания исследованию того, какими людьми они были? Стабильный, любящий, мудрый, поддерживающий?

"Пибоди, мы проверили историю образования Карли Ландсдоун? Это были частные школы, верно?"

"Да, сэр, я так полагаю". Чтобы убедиться, Пибоди достала свой ПКП, когда они вошли в лифт в вестибюле. "Частный и с самым высоким рейтингом, от дошкольного учреждения до колледжа. Они набросились на кучу дополнений, включая драму, танец, музыку, озвучку. Все частные репетиторы".

"Что делают родители?"

"Отец - врач, микрохирург. Мать - турагент, ее собственная компания. Но она зарегистрировалась как профессиональная мать с 2036 по 2056 год, полных двадцать лет, отведенных на ребенка."

"Нет братьев и сестер?"

"Никто".

"Она выбирала победителей. Она была осторожна. Это имело значение ", - сказала она себе, выходя и направляясь к двери Карли.

Потребовалось два долгих гудка, прежде чем дверь открылась. С отяжелевшими от сна глазами, с растрепанными волосами, Карли небрежно зевнула. "Что теперь?"

"Мгновение твоего времени".

"На рассвете?"

"Уже больше девяти".

"Я повторяю, на рассвете?" Затем она пожала плечами, отступила назад. "Не спрашивай меня ни о чем, пока я не выпью чашечку кофе. Это следует добавить к тем правам и обязанностям, о которых ты так любишь разглагольствовать ".

"Капризная", - прошептала Пибоди, когда Карли зашагала прочь.

Ева оглядела комнату, услышала звуковой сигнал автоматической загрузки, затем попыталась сдержать слюну, когда уловила аромат насыщенного и настоящего кофе.

"Я видела вас вчера на мемориале Ричарда", - сказала Карли, когда вернулась. Ее халат шелковисто соскользнул с одного плеча, когда она сидела, скрестив длинные голые ноги. "Ты действительно передвигаешься".

"Некоторые вопросы, которые я здесь, чтобы обсудить с вами, носят личный характер. Возможно, вы захотите попросить своего спутника уйти."

"Мой спутник?"

"Два бокала вина", - указала Ева, кивнув на низкий столик. "Смятые подушки на краю дивана". Она просунула руку под один из них, вытащила один отрезок черных чулок. "Нижнее белье в необычных местах".

"Итак, твои умные дедуктивные способности приводят тебя к правильному выводу, что прошлой ночью у меня был секс". Она пожала плечами, и ее халат соскользнул немного ниже. "Как ты думаешь, почему он все еще здесь?"

"Потому что ты занимался сексом этим утром, прежде чем я так грубо прервал. Этот маленький брачный укус у тебя на шее очень свежий."

"Ах". Она вздохнула со звуком веселья. "Я полагаю, он чувствовал себя немного игриво. Почему бы тебе не выйти, милая?" Она повысила голос и не сводила глаз с Евы. "Лейтенант Даллас все равно испортил момент".

Дверь со скрипом открылась. На полу были неуверенные шаги босых ног. Помятый и покрасневший, Майкл Проктор вошел в комнату.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

"Ах..." Он прочистил горло, попытался найти какое-нибудь занятие для своих рук, и в итоге позволил им свисать с предплечий по бокам. Он был помят, мятый, и у него была неправильно застегнутая рубашка. "Доброе утро, лейтенант".

Долгий, довольный раскат смеха Карли заполнил комнату. "О, Майкл, сделай лучше. По крайней мере, постарайся выглядеть удовлетворенным и дерзким, а не смущенным и виноватым. Она не полиция нравственности ".

"Карли". Ее имя было вокальным вздрагиванием.

Она махнула рукой. "Сходи налей себе кофе, тебе станет лучше".

"Um... Могу я достать кого-нибудь ... что угодно?"

"Разве он не милый?" Карли просияла, как гордая мать над хорошо воспитанным ребенком. "Продолжай, дорогая".

Она повернулась к Еве, когда Майкл, шаркая, вышел из комнаты. Выражение ее лица преобразилось, словно с нее сняли маску, из шелкового став стальным. "Я верю, что секс между взрослыми по обоюдному согласию является законным в этом штате, так что, может быть, нам двигаться дальше?"

"Как долго вы с Майклом были любовниками?"

Карли осмотрела свои ногти, лениво поковыряла крошечный скол в лаке. "Поскольку ты говоришь мне, что уже больше девяти, примерно двенадцать часов. Боюсь, я не могу назвать вам точное время, когда акт был завершен. На мне не было моего наручного устройства ".

"Вы хотите очки за отношение?" - Спокойно сказала Ева. "Меня это устраивает. Мы можем передать это в Центральное управление и посмотреть, кто самый крутой. Или вы можете дать мне прямые ответы о том, как Майкл Проктор оказался в вашей постели этим утром ".

Губы Карли скривились, но мысль о сеансе в полицейском участке заставила ее взять себя в руки. "Мы столкнулись друг с другом на мемориале, в итоге пошли куда-нибудь выпить, вернулись сюда. Одно очень приятно привело к другому. С этим есть проблема?"

"Похорони одного любовника, найди нового? Для некоторых людей это может быть проблемой ".

Гнев вспыхнул в глазах Карли, но она сохранила свой голос ровным. "Прибереги свой узколобый взгляд для того, кому это интересно. Так получилось, что у нас с Майклом много общего, возникла какая-то химия, и мы действовали в соответствии с ней. Кроме того, он мне очень нравится ".

"Одна из черт, которая у вас есть общего, - это Ричард Драко".

"Достаточно верно. Но Ричард мертв. Мы не такие ".

Майкл медленно вошел обратно. "Карли, ты бы хотела, чтобы я ушел?"

"Не из-за меня". Она похлопала по подушке рядом с собой. "Сядь". Это был такой же вызов, как и просьба. Когда он сел, она с довольной улыбкой взяла его под руку. "Итак, лейтенант, что вы говорили?"

"Майкл, ты не упомянул, что твоя мать знала Ричарда Драко".

Чашка подпрыгнула в его руке, кофе пролился на брюки. "Моя мать? Какое она имеет к этому отношение?"

"Она работала в пьесе с Драко".

"Твоя мать актриса?" Карли наклонила голову.

"Она была. Она вышла на пенсию много лет назад. До того, как я родился ". Он поставил чашку на стол, безрезультатно потер брюки. "Оставь мою мать в покое. Она ничего не сделала ".

"Разве я сказал, что у нее было?" Нервы, подумала Ева. Он не мог держать свои руки неподвижно ради них. "Тогда вы знаете, что одно время она была близка с Драко".

"Это было ничто. Это было много лет назад ".

"Твоя мать и Ричард?" Карли отстранилась, чтобы изучить его лицо. "Ох. Липкий". И в ее глазах было сочувствие. "Не позволяй этому выбить тебя из колеи, милая".

Но это было, очевидно. "Послушай, у нее была небольшая роль, вот и все. Она не была серьезной актрисой. Она рассказала мне. Она и мой отец были вместе с тех пор... Она бы не сказала мне, если бы не знала, что я восхищался им, что я собирался пройти прослушивание на роль его дублера. Он использовал ее. Ему нравилось использовать женщин ".

Теперь он пристально смотрел на Карли. "Она преодолела его. Умные женщины так и делают".

Его мать, решила Ева, или, может быть, женщины вообще, были его слабым местом. "Да, ему нравилось использовать женщин. Молодые, симпатичные женщины. Они были игрушками для него, и ему довольно быстро наскучили его игрушки. Твоя мать отказалась от своей карьеры, от своих надежд на нее, из-за него."

"Возможно". Майкл перевел дыхание. "Возможно, это было частью этого. Но она начала новую жизнь, она счастлива в ней ".

"Он причинил ей боль".

"Да". Его взгляд вспыхнул, наполненный горечью. "Да, он причинил ей боль. Ты хочешь, чтобы я сказал, что ненавидел его за это? Может быть, я так и сделал, на каком-то уровне ".

"Майкл, больше ничего не говори", - предупредила Карли.

"К черту это". В его голосе прозвучали убежденность и гнев. "Она говорит о моей матери. Она не была какой-то дешевой шлюхой, игрушкой, которую он подобрал, а затем отбросил в сторону. Она была милой, наивной девушкой. Он воспользовался этим, ею."

"Он давал ей нелегальные наркотики, Майкл?" Спросила Ева. "Он приучил ее к ним?"

"Нет. Он пытался. Сукин сын".

"Майкл, ты не обязан отвечать на ее вопросы".

"Я собираюсь разобраться с этим прямо сейчас". Жар исходил от него сильными волнами. "Она сказала мне, что вошла в комнату, и он подсыпал что-то в ее напиток. Она спросила его, что это было, и он только рассмеялся. Он сказал ... Моя мать не использует грубых выражений, но она передала мне именно то, что он сказал. Это заставило бы ее трахаться как кролика ".

Мускулы на его челюсти дрогнули, когда он уставился на Еву. "Она даже не знала, что это значит. Но я знал, когда она сказала мне, я знал. Ублюдок пытался подсунуть ей Дикого кролика ".

"Но она не пила это?"

"Нет, это напугало ее. Она сказала ему, что не хочет ничего пить, и вот тогда он разозлился. Он обзывал ее, пытался заставить ее выпить это. Тогда она поняла, что это был за человек, и убежала. Она была раздавлена, разочарована. Она вернулась домой. Она сказала мне, что возвращение домой было лучшим, что с ней когда-либо случалось.

"Он даже не помнил ее", - добавил Майкл. "У него даже не хватило порядочности запомнить ее имя".

"Вы говорили с ним о ней?"

"Я хотел посмотреть, как он отреагирует. Он даже не притворялся, что помнит. Она ничего для него не значила. Никто этого не сделал ".

"Ты сказал ему? Напомнить ему?"

"Нет". Он сдулся, тепло испарилось. "Нет, я не видел в этом смысла. И если бы я настаивал на этом, я бы потерял работу ".

"Не надо. Не позволяй этому ранить тебя ".

Глаза Евы сузились в раздумье, когда Карли обвила его руками, успокаивая. Они оставались прищуренными и холодными, когда Карли бросила на нее горящий взгляд. "Оставь его в покое. Ты получаешь удовольствие, придираясь к людям слабее тебя?"

"Это то, что помогает мне пережить день". Ты не слабак, подумала Ева. Сформировали ли тебя люди, которые тебя создали, задавалась она вопросом. Или люди, которые вырастили тебя?

"Должно быть, тебе было тяжело, Майкл, знать все это и видеть Драко день за днем".

"Мне пришлось выбросить это из головы. Я не мог изменить того, что произошло, не так ли?" Он пожал плечами, пытаясь выглядеть вызывающе. "И что бы я ни мог сделать, это ничего бы не изменило. И однажды я бы вышел на сцену на его месте, и я был бы лучше. Этого было бы достаточно ".

"Теперь у тебя есть этот шанс, не так ли? Шанс стоять в его свете. Шанс быть с одной из его любовниц ".

Его плотно сжатые губы дрогнули. "Карли. Все было не так. Я не хочу, чтобы ты думал - "

"Конечно, это было не так". Она накрыла его руку своей. "У лейтенанта грязные мысли".

"Ср. Ландсдаун."

Карли на мгновение проигнорировала Еву и нежно поцеловала Майкла в обе щеки. "Ты пролил свой кофе. Почему бы тебе не вернуться и не принести нам обоим по свежей чашке?"

"Да. Хорошо." Он поднялся на ноги. "Моя мать - замечательная женщина".

"Конечно, она такая", - ответила Карли.

Когда он вернулся на кухню, она полностью повернулась к Еве лицом. "Мне не нравится видеть, как эксплуатируются уязвимые места Майкла, лейтенант. Предполагается, что сильные должны защищать слабых, а не бить их по лицу ".

"Возможно, вы недостаточно уважаете его за выдержку". Ева подошла, присела на подлокотник кресла. "Он очень хорошо защищал свою мать. Для некоторых семейные узы являются самыми прочными. Вы не упомянули, что вас удочерили, мисс Ландсдаун."

"Что?" Замешательство затуманило ее глаза. "Ради всего святого, почему я должен был? Я не помню этого в половине случаев. Какое тебе до этого дело?"

"Это было частное усыновление при рождении".

"Да. Мои родители никогда не скрывали этого от меня. В нашем доме это также не стало особой проблемой ".

"Они сообщили вам подробности вашего наследия?"

"Подробности? История болезни, этническая принадлежность, конечно. Мне сказали, что моя биологическая мать устроила мое размещение, потому что хотела для меня самого лучшего, и так далее, и тому подобное. Было ли это правдой или нет, никогда не имело значения. У меня была моя мать ".

Она сделала паузу, затем спросила: "Вы предполагаете, что у моей матери когда-то были отношения с Ричардом?" Она раскатисто рассмеялась и отбросила назад облако взъерошенных волос. "Я могу заверить вас, что она этого не делала. Моя мать никогда не встречалась с Ричардом Драко. Она и мой отец были счастливы в браке почти тридцать лет. До моего рождения она была туристическим агентом, а не актрисой ".

"Тебе никогда не было любопытно узнать о женщине, которая тебя бросила?"

"Не особенно. У меня замечательные родители, которых я люблю, и которые любят меня. Почему я должен интересоваться женщиной, которая для меня всего лишь незнакомка?"

Как мать, так и дочь, подумала Ева.

"Многие усыновленные хотят контакта, хотят ответов, даже отношений со своими биологическими родителями".

"Я этого не делал. Не надо. В моей жизни не было дыры, которую можно было бы заполнить. Я уверен, что мои родители помогли бы мне найти ее, если бы я попросил. Если бы мне это было нужно. Я этого не делал. И это причинило бы им боль, - тихо сказала она. "Я бы никогда не причинил им вреда. Какое это имеет отношение?"

"Вам знакомо имя Аня Карвелл?"

"Нет". Она слегка напряглась. "Вы хотите сказать мне, что это имя женщины, которая поместила меня? Я не спрашивал имени. Мне не нужно было имя."

"Вы ничего не знаете, у вас не было контакта с женщиной с таким именем?"

"Нет, и я ничего не хочу". Карли поднялась на ноги. "Ты не имеешь права делать это. Играть со своей жизнью таким образом ".

"Ты никогда не спрашивал о своем биологическом отце".

"Черт возьми, если она для меня ничто, то он меньше, чем ничто. Счастливый сперматозоид. Ты хотел вывести меня из себя, ты его получил. Итак, какое это имеет отношение к смерти Ричарда Драко?"

Ева ничего не сказала, и в наступившей тишине она увидела отрицание, неверие, затем ужас, вспыхнувший в глазах Карли. "Нет, это ложь. Отвратительная, порочная ложь. Ты отвратительная сука".

Она схватила маленький горшочек с фиалками на столе, швырнула их так, что осколки и лепестки посыпались по стене. "Это неправда".

"Это задокументировано", - решительно сказала Ева. "Ричард Драко был твоим биологическим отцом".

"Нет. Нет." Карли бросилась на Еву, грубо толкнула ее к столу и перевернула лампу. Фарфор взорвался, как бомба. Прежде чем Пибоди смогла вмешаться, Ева подала ей знак в спину и получила сильную пощечину, не пытаясь блокировать удар.

"Возьми свои слова обратно! Возьми свои слова обратно!"

Она прокричала это, слезы брызнули из ее глаз. Теперь ее красота была абсолютной, белое лицо, темные глаза. Она схватила Еву за рубашку, встряхнула, затем со стоном рухнула на нее.

"О Боже. О, мой Бог."

"Карли". Майкл ворвался с кухни. Один взгляд на его лицо сказал Еве, что он слушал, он услышал. Когда он бросился к Карли, пытаясь заключить ее в свои объятия, она оттолкнула его, оборонительно скрестив руки на груди.

"Не прикасайся ко мне. Не прикасайся ко мне". Как свеча, догоревшая до воска, она сползла на пол в дрожащую лужицу.

"Пибоди, отведи Майкла обратно на кухню".

Он отступил назад, уставился на Еву. "То, что ты сделал, было жестоко. Жестоко". Он направился на кухню, Пибоди следовала за ним.

Ева присела на корточки. Она все еще чувствовала жар от удара руки Карли по ее лицу. Но ее внутренности были покрыты льдом. "Мне жаль".

"Это ты?"

"Да".

Карли подняла лицо, и ее глаза были опустошены. "Я не знаю, кого я ненавижу больше в этот момент: себя или тебя".

"Если ты не знал о своей кровной связи с ним, тебе не за что себя ненавидеть".

"У меня был с ним секс. Я возлагаю на него свои руки. Позволил ему поставить его на меня. Ты можешь представить, что это заставляет меня чувствовать? Каким грязным это заставляет меня чувствовать себя?"

О Боже, да. Она внезапно почувствовала зверскую усталость. Она поборола своих собственных демонов и посмотрела в глаза Карли. "Он был тебе незнакомцем".

У Карли перехватило дыхание. "Он знал, не так ли? Все это имеет такой ужасный смысл. То, как он преследовал меня, как он смотрел на меня. То, что он сказал. Мы с тобой похожи, сказал он мне и рассмеялся ". Она снова схватила Еву за рубашку. "Знал ли он?"

"Я не могу тебе сказать".

"Я рад, что он мертв. Я хотел бы, чтобы я убил его сам. Молю всемогущего Бога, чтобы на ноже была моя рука. Я никогда не перестану желать этого ".

***

"Без комментариев, Пибоди?"

"Нет, сэр". Они спускались на лифте, Пибоди смотрела прямо перед собой.

Была боль, бурлящая, пульсирующая, набухающая в каждой части ее тела. "Тебе не понравилось, как я с этим справился".

"Это не мне решать, лейтенант".

"К черту это".

"Хорошо. Я не понимаю, почему ты должен был рассказать ей."

"Это имеет отношение к делу", - отрезала Ева. "Важна каждая связь".

"Ты ударил ее этим в живот".

"Итак, теперь это мой метод, который не соответствует вашим стандартам".

"Ты спросил", - парировала Пибоди. "Если ей нужно было сказать, я не понимаю, почему ты сунул это ей в лицо таким образом. Почему ты не мог найти способ смягчить это ".

"Смягчить это? Ее отец трахал ее. Ты скажи мне, как ты смягчаешь это. Ты расскажи мне, как ты положил это в красивую коробку с бантиком на ней ".

Она повернулась к Пибоди, и, как и у Керри, глаза Евы были опустошены. "Что, черт возьми, ты знаешь? Что вы знаете об этом в своей большой, раскидистой, счастливой семье свободного возраста, где все собираются за обеденным столом с чистыми лицами и радостными новостями дня ".

Она не могла дышать, не могла вдохнуть достаточно воздуха. Она была задушена. Но она не могла остановить слова.

"Когда папа пришел поцеловать тебя на ночь, он не залез к тебе в постель, не так ли, и не касался тебя своими потными руками. Отцы не запихивают себя в своих маленьких дочерей в вашем аккуратном мире ".

Она вышла из лифта, прошла через вестибюль и вышла на улицу, в то время как Пибоди стояла, оцепенев от шока.

Ева мерила шагами тротуар, едва сдерживаясь, чтобы не пнуть дуэт белых пуделей и дроида, который их выгуливал. Головная боль была невыносимой, взрыв ракеты, который вопил внутри ее черепа. Она чувствовала, как дрожат ее руки, хотя они были сжаты в кулаки в карманах.

"Даллас".

"Не надо", - предупредила она Пибоди. "Отойди на минутку".

Она могла бы пройти мимо этого, пообещала она себе. Она могла сойти с переднего края ярости, которая заставляла ее хотеть кричать, колотить и рвать. И когда она умерла, все, что осталось, - это головная боль и болезненное страдание глубоко внутри.

Ее лицо было бледным, но спокойным, когда она подошла к Пибоди. "Мои личные замечания перешли все границы. Я приношу извинения за них ".

"В этом нет необходимости".

"Это так. На мой взгляд, там, наверху, тоже было необходимо проявить жестокость. Мне от этого не становится лучше. Но ты здесь не для того, чтобы быть боксерской грушей для моих дурных настроений ".

"Все в порядке. Я вроде как привык к этому ".

Пибоди попыталась улыбнуться, затем разинула рот от ужаса, когда глаза Евы наполнились слезами. "О, боже. Даллас."

"Не надо. Черт. Мне нужно немного времени". Она надавила, пристально вглядываясь в фасад здания. "Я отнимаю у вас пару часов личного времени. Садитесь на какой-нибудь общественный транспорт обратно в Центральный." Ее грудь хотела вздыматься, выплеснуть слезы вверх и наружу. "Встретимся в "Рузвельт" через два часа".

"Хорошо, но - "

"Два часа", - повторила Ева и практически бросилась в машину.

Ей нужно было вернуться домой. Ей нужно было держаться и вернуться домой. Не доверяя себе, она завела машину на автоматический режим и ехала, запрокинув голову и сложив руки на коленях.

С восьми лет она возводила стену, или ее подсознание милосердно воздвигло ее для нее, чтобы отгородиться от уродства, которое с ней произошло. Это оставило пробел, и на этом бланке она создала себя. Кусочек за кусочком, причиняющим боль.

Она знала, каково это - чувствовать, как рушится стена, как образуются трещины, из которых сочится уродство.

Она знала, с чем столкнулась Карли. И через что она прошла бы, чтобы жить с этим.

Головная боль, как торнадо, бушевала внутри ее черепа к тому времени, как она въехала в ворота. Ее глаза остекленели от этого, от жирного комокка тошноты в животе. Она приказала себе держаться, сдержаться и, пошатываясь, поднялась по ступенькам.

"Лейтенант", - начал Соммерсет, когда она, спотыкаясь, вошла внутрь.

"Не морочь мне голову". Она попыталась выпалить это, но ее голос дрогнул. Даже когда она бросилась наверх, он подошел к домофону в доме.

Она хотела лечь. С ней было бы все в порядке, если бы она могла просто прилечь на час. Но взбивание победило ее. Она зашла в ванную, опустилась на колени, и ей стало ужасно плохо.

Когда она была опустошена, слишком слаба, чтобы стоять, она просто свернулась калачиком на плитках.

Она почувствовала руку на своем лбу, прохладную. Благословенно круто. И открыла глаза.

"Рорк. Оставь меня в покое".

"Не в этой жизни".

Она попыталась отвернуться от него, но он просунул руки под нее.

"Болен".

"Да, детка, я знаю". Она чувствовала себя хрупкой, как стекло, когда он поднял ее, отнес в кровать.

Она начала дрожать, когда он снял с нее ботинки, укрыл ее одеялом. "Я хотел вернуться домой".

Он ничего не сказал, только взял влажную тряпку и промокнул ей лицо. Она была слишком бледна, тени под ее глазами были слишком глубокими. Когда он поднес стакан к ее губам, она отвернулась.

"Нет. Никаких успокоительных. Никаких транквилизаторов ".

"Это от тошноты. Здесь и сейчас". Он откинул ее влажные волосы назад и понадеялся, что его не заставят вливать это ей в горло. "Это все. Я обещаю".

Она выпила, потому что ее желудок снова задрожал, а в горле было такое ощущение, будто по нему прошлись когтями. "Я не знал, что ты здесь". Она снова открыла глаза, и слезы, которые жгли ей грудь, хлынули в глаза. "Рорк. О Боже."

Она прижалась к нему. Зарылся в землю. Когда ее тело затряслось, он крепче обнял ее. "Избавься от этого", - пробормотал он. "Что бы это ни было, отпусти это".

"Я ненавижу то, что я сделал. Я ненавижу себя за то, что делаю это ".

"Шшш. Что бы это ни было, у тебя не было бы выбора ".

"Я должен был найти одного". Она повернула голову так, что ее щека прижалась к его плечу, и с закрытыми глазами рассказала ему все.

"Я знаю, что прошло через нее". Сейчас ей было лучше, худшая часть болезни отступила. "Я знаю, что она чувствовала. И я увидел себя в ней, когда она посмотрела на меня ".

"Ева. Никто лучше вас или меня не знает, какая мерзость существует в мире. Ты сделал то, что должен был сделать ".

"Я мог бы -"

"Нет." Он откинулся назад, обхватил ее лицо ладонями так, что их глаза встретились. В его взгляде не было жалости, которую она бы возненавидела. Не было сочувствия, которое ранило бы ее до глубины души.

Было просто понимание.

"Ты не мог бы. Не ты. Ты должен был знать, не так ли? Ты должен был быть уверен, знала ли она, кем он был для нее. Теперь ты это делаешь".

"Да, теперь я знаю. Никто не может быть настолько хорошей актрисой. Она будет видеть себя, снова и снова, вместе с ним. Снова и снова."

"Остановись. Ты не смог бы этого изменить, независимо от того, как она узнала ".

"Может быть, и нет". Она снова закрыла глаза, вздохнула. "Я ударил Пибоди".

"Она это переживет".

"Я был близок к тому, чтобы сорваться, прямо на улице. Я почти - "

"Но ты этого не сделал". Он слегка встряхнул ее, прежде чем она смогла снова заговорить. "Ты раздражаешь меня, Ева. Почему ты должен так себя изводить? Ты не спал более тридцати часов. Вы вступили в фазу этого расследования, которая настолько близка к личному ужасу, что большинство людей убежали бы или разбились вдребезги. Ты не сделал ни того, ни другого ".

"Я сломался".

"Нет, Ева. Ты сломался ". Он прижался губами к ее лбу. "Затем ты вернулся домой. Приляг ненадолго. Закрой глаза. Выключи это ".

"Я не должен был говорить тебе оставить меня в покое. Я не это имел в виду ".

"Вряд ли это имеет значение". Врожденное высокомерие в его голосе почти заставило ее улыбнуться. "Я бы не стал. Я не буду ".

"Я знаю. Я хотел, чтобы ты был здесь ". Она скользнула в него, прежде чем он смог подтолкнуть ее в ответ. "Мне было нужно, чтобы ты был. И ты был." Ее губы повернулись к его губам. Ищу. "Рорк".

"Тебе нужно поспать".

"Я опустошен, и это причиняет боль". Ее руки блуждали по его спине, разминая. "Наполни меня чем-нибудь. Пожалуйста."

Любовь заполнила пустоты, неважно, насколько глубокие, неважно, насколько широкие. Он отдал бы это ей, забрал бы это для себя. С терпением, с нежностью.

Его губы коснулись ее губ, остановились, погрузились, пока он не почувствовал ее тепло и податливость. Обняв ее, он осыпал поцелуями ее лицо, волосы, шею. Сначала для утешения.

Она превратилась в него, предлагая больше. Но его руки были легкими, как крылья, парящие над ней, скользящие под рубашкой к ее телу длинными, медленными движениями. Затем, чтобы успокоить.

И когда она вздохнула, когда ее тело откинулось на подушки, он раздел ее. Его губы проследовали по следам его пальцев, нежно возбуждая пульсацию. Теперь, чтобы пробудиться.

Она открылась для него, как никогда ни для кого другого. Ради него она могла обнажиться. Тело, сердце и разум. И знайте, и доверяйте, он сделал бы то же самое.

Без горячности, требований или срочности он подтолкнул ее вверх, позволил ей задержаться на гребне, скользить по нему, пока ее организм не засиял от удовольствия сопричастности.

Ее сердце забилось сильнее, подстраиваясь под его биение, и ее руки обвились вокруг него, как ленты, притягивая его ближе.

"Я люблю тебя". Он наблюдал за ее лицом, когда скользнул в нее. "Полностью. Бесконечно".

У нее перехватило дыхание, она снова выдохнула. Она закрыла глаза, чтобы удержать красоту момента. И позволь ему привести ее домой.

***

Она крепко прижимала его к себе, нуждаясь еще немного в том, чтобы его тело так интимно прижималось к ее. "Спасибо".

"Я ненавижу констатировать очевидное, но это было для меня удовольствием. Теперь лучше?"

"Много. Рорк - нет, просто побудь так минутку." Она уткнулась лицом в его плечо. "Когда мы вот так вместе, это не похоже на то, что когда-либо было с кем-то еще. Как будто никогда никого другого не было ".

"Для меня тоже".

Она рассмеялась, радуясь, что может. "У тебя было намного больше всяких".

"Кто считает?" Он переместился, перекатившись так, что она нависла над ним. Хрупкость исчезла, отметил он. В ее движениях была плавность и проворство, которые характеризовали ее.

Ее щеки больше не были бледными, но глаза были тяжелыми, покрытыми синяками, измученными. Это заставило его пожалеть, что он все-таки не подсыпал ей транквилизатор.

"Прекрати это". Она откинула волосы назад и почти сумела нахмуриться.

"Вырезать что?"

"Думаешь о том, чтобы хлопотать надо мной. Тебе не нужно заботиться обо мне ". Ей не нужен был веселый блеск в его глазах, чтобы понять, как нелепо это прозвучало при данных обстоятельствах. "Все время", - поправилась она.

"Давай вздремнем".

"Я не могу. Я не думаю, что ты тоже можешь. Я уже испортил тебе день. Вы, вероятно, покупали солнечную систему или что-то в этом роде ".

"Всего лишь маленькая, в основном необитаемая планета. Это никуда не приведет. Мне не помешает перерыв, а тебе нужно поспать ".

"Да, я хочу, но я не могу".

"Ева -"

"Слушай, скоро у меня будет небольшой перерыв. Ты из тех, кто умеет говорить. В последнее время у тебя было не намного больше, чем у меня ".

"Наши двигатели не работают с одинаковой скоростью".

Это остановило ее от сползания с кровати. "Что, черт возьми, это значит?"

"Только это".

Она нахмурилась, обдумывая. "Это звучит как нечто, что должно вывести меня из себя. Но я не могу точно понять, почему. Когда я это сделаю, мне, возможно, придется вколоть тебе одну ".

"Я буду с нетерпением ждать этого. Если не хочешь спать, поешь. Тебе нужно что-нибудь в желудке. И чему ты ухмыляешься?"

"Ты. Ты такая жена", - сказала она, направляясь в душ.

Он минуту сидел, ошеломленный. "Теперь я взбешен".

"Видишь, теперь ты знаешь, каково это. Что ж, закажи мне что-нибудь поесть, - крикнула она. "Вода включена, сто два градуса".

"Укуси меня", - пробормотал он и заказал ей суп с добавкой с высоким содержанием белка.

***

Она съела все до последней капли, как для того, чтобы доставить ему удовольствие, так и для того, чтобы утолить голод. Ее разум снова прояснился, она оделась, пристегнула свое оружие. "Я должен заехать в больницу, посмотреть, что я могу вытянуть из Стайлза".

"Почему? Ты уже понял это ". Когда она просто уставилась на него, он пожал плечами. "Я знаю вас, лейтенант. Вы позволяете этому крутиться вокруг, пока вы ели, оседать на место. Теперь ты набираешь обороты, чтобы закончить это ".

"Я еще не заполнил все пробелы. Я хочу рассказать еще о нескольких основаниях, и мне нужно кое-что проверить у Уитни. Это как бы вовлекает тебя ".

"И что бы это могло быть?"

Она покачала головой. "Если он не оправдается, это не будет иметь значения. Я смогу связаться с тобой, верно? Если мне нужно будет поговорить с тобой, прежде чем я вернусь. "

"Я буду доступен. Я подумала, что испеку немного печенья ".

Сухой тон заставил ее фыркнуть, когда она взяла свою куртку. "Ты сделаешь это, милая". Она повернулась, чтобы поцеловать его, затем вскрикнула, когда он прикрутил мочку ее уха. "Эй!"

"Не слишком усердствуй, дорогая".

"Мужчина". Надув губы, она потерла ухо, направляясь к двери. "Если бы я делал это каждый раз, когда ты употребляешь слово на букву "В", у тебя бы не осталось ушей".

Она остановилась у двери, оглянулась. "Но ты прекрасен, когда злишься", - сказала она и убежала.

***

Пибоди стояла у главных дверей больницы, ссутулив плечи от резкого ветра, нос покраснел от него.

"Какого черта ты не подождал внутри?" Потребовала Ева. "Здесь холодно".

"Я хотел поймать тебя до того, как ты войдешь. Можно нас на минутку?"

Ева изучала застывшее и серьезное лицо Пибоди. Личное дело, решила она, не официальное. Что ж, она это заслужила. "Хорошо. Давай пройдемся, пусть кровь движется". Она направилась прочь от пандусов и трапов, когда сирены возвестили, что еще один незадачливый житель Нью-Йорка собирается воспользоваться удобствами здания.

"Примерно до этого", - начала Пибоди.

"Послушай, я перешел все границы, и ты был ближайшей мишенью. Я сожалею об этом ".

"Нет, это не то, что я имею в виду. Я понял это. Это заняло у меня некоторое время ", - добавила она. "То, что ты сделал, сказав ей так холодно, было потому, что ты должен был увидеть, как она отреагирует. Если она знала, что Драко был ее отцом, что ж, это прояснило ее мотив. В любом случае, если бы она знала это до того, как они... вы знаете, или если она знала это после того, как они начали встречаться, это повлияло на ее настроение ".

Ева смотрела, как мимо пронесся санитарный фургон. "Она не знала".

"Я тоже так не думаю. Если бы вы облегчили ей это, это дало бы ей время подумать, сообразить, как лучше отреагировать, что сказать. Я должен был знать это сразу, вместо того чтобы работать над этим час спустя ".

"Я мог бы ввести тебя в курс дела до того, как мы туда добрались". Покачав головой, она развернулась и пошла обратно. "Я еще не освоился с этим".

"Это было трудно сделать. Не думаю, что у меня хватило бы на это мужества ".

"Это не имеет ничего общего с мужеством".

"Да, это так". Пибоди остановилась, подождала, пока Ева повернется к ней лицом. "Если бы у тебя не было чувств, это было бы несложно. Но ты делаешь. Смелость может быть тем же самым, что и подлость без сострадания. Это было тяжело, но ты все равно это сделал. Лучший полицейский понял бы это быстрее ".

"Я не дал тебе большого шанса, так как был занят, запрыгивая тебе в глотку. Ты разобрался с этим, пришел к этому самостоятельно. Должно быть, я делаю с тобой что-то правильное. Итак, теперь мы в расчете?"

"Да, со всех четырех сторон".

"Хорошо, давайте зайдем внутрь. Я отмораживаю себе задницу ".

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Они зашли, чтобы сначала увидеть Трухарта. По настоянию Пибоди они зашли в торговый центр за подарком на выздоровление.

"Это займет пять минут".

"Мы уже скинулись на цветы". Лес товаров, широкие и извилистые тропы, которые вели к ним, и веселые голоса, объявляющие о распродажах и специальных предложениях, заставили и без того измученный желудок Евы выполнить медленное, тревожное урчание.

Она предпочла бы вступить в рукопашную с трехсотфунтовой склонностью к насилию, чем быть поглощенной морем потребления.

"Это от всех", - терпеливо объяснила Пибоди. "Это будет от нас".

Вопреки себе, Ева остановилась у витрины с тускло-зеленой хирургической одеждой, ярко украшенной логотипом больницы. За дополнительные десять баксов вы могли бы получить один, забрызганный чем-то похожим на артериальную кровь.

"Это больной мир. Просто болен".

"Мы идем не за сувенирами". Хотя она думала, что слишком большие анальные зонды были своего рода шуткой. "Когда парень в больнице, он хочет игрушек".

"Когда парень получает занозу в палец на ноге, он хочет игрушек", - пожаловалась Ева, но последовала за Пибоди в магазин игр и смирилась с тем, что ее чувства нарушены звуковыми сигналами, треском, ревом и взрывами.

Здесь, согласно мигающим указателям, вы можете выбрать из более чем десяти тысяч вариантов для своих развлечений, досуга или образовательных целей. От спорта до программ по квантовой физике и всего, что между ними, вам нужно было только ввести интересующую вас тему, и анимированная карта или один из полностью обученных и дружелюбных партнеров по игре направят вас в нужную область.

Меню магазина вспыхнуло кричащим желтым светом. Ева почувствовала, как ее глаза скосились.

Все прозрачные пробирки в кабинках для пробоотбора были заполнены людьми, пробовавшими демо-версии. Другие троллили сам магазин, их лица сияли от жадности или были пустыми от сенсорной перегрузки.

"Разве у этих людей нет работы?" Ева задумалась.

"Мы подходим к обеденному перерыву".

"Что ж, нам повезло".

Пибоди прямиком направилась в боевую секцию. "Рукопашная", - решила она. "Это заставит его чувствовать себя под контролем. Вау, смотрите! Это новый супер уличный боец. Предполагается, что это будет в основном журнал." Она перевернула противоугонную коробку, слегка поморщилась, увидев цену, затем обратила внимание на производителя.

"Рорк Индастриз". Мы должны получить скидку или что-то в этом роде. Ну что ж, это не так уж плохо, когда ты делишь это пополам. " Она направилась к кассе автоэкспресса, оглянулась на Еву. "Я полагаю, у Рорка целая фабрика, набитая такими штуками, да?"

"Вероятно". Ева достала свою кредитную карточку, провела ею по сканеру, прижала большой палец к идентификационной пластине.

Спасибо тебе за твою покупку, Ева Даллас. Одну минуту, пожалуйста, пока проверяется ваш кредит.

"Я отдам тебе свою половину в день выплаты жалованья, хорошо?"

"Да, неважно. Почему все это занимает так много времени?"

Спасибо, что подождала, Ева Даллас. Стоимость выбранного вами Super Street Fighter в версии PPC составляет сто шестнадцать долларов пятьдесят восемь центов, включая все применимые налоги. Из-за первой авторизации с вашего аккаунта не будет списано средств за этот выбор. Пожалуйста, наслаждайтесь своим днем.

"О чем, черт возьми, ты говоришь? Что такое разрешение номер один?"

Разрешение номер один, "Рорк Индастриз". Этот уровень дает вам право бесплатно выбирать любые товары под брендом этого производителя.

"Вау. Мы можем навести порядок в доме ". Пибоди обратила свои ослепленные глаза к полкам, забитым деликатесами. "Могу я получить одно из них?"

"Заткнись, Пибоди. Послушайте, я плачу за это ", - сказала она машине. "Так что просто обойдите первую авторизацию и списайте деньги с моего счета".

Не в состоянии подчиниться. Не могли бы вы сделать еще один выбор?

"Черт возьми". Она сунула игру Пибоди. "Ему это с рук не сойдет".

У Пибоди хватило ума пропустить коробку через систему безопасности, а затем побежала трусцой, чтобы догнать Еву. "Послушай, раз уж мы все равно здесь, не мог бы я просто попросить одного - "

"Нет".

"Но - "

"Нет". Ева быстро и сердито пнула "глиссер", затем села за руль, чтобы доехать до медицинского уровня.

"Большинство женщин были бы счастливы, если бы их мужья предоставляли им незаполненный кредит на покупки".

"Я не такая, как большинство женщин".

Пибоди закатила глаза. "Ты говоришь мне".

Возможно, Пибоди и обиделась из-за потери собственной коллекции воображаемых игр, но удовольствие Трухарта от подарка перевесило жадность.

"Это здорово. Это просто вырвалось наружу ".

Он повертел коробку в здоровой руке. На его другую руку наложили пластырь, чтобы срастить кость, сломанную при падении.

На его шее был ошейник из того же материала, в запястье стояла капельница, а на плече виднелся жестокий синяк, который казался пурпурно-черным на фоне обвисшей шеи его больничной рубашки. Его левая нога была слегка приподнята, и Ева вспомнила, как его кровь вытекала из глубокой раны там на ее руки.

Вокруг него гудели машины.

Все, о чем Ева могла думать, это то, что если бы она была на его месте, она бы не была такой чертовски веселой.

Она предоставила вести светскую беседу Пибоди. Она никогда не знала, что сказать пациентам больницы.

"Я мало что помню после того, как меня ударили". Он перевел взгляд на Еву. "Коммандер Уитни сказал, что мы его взяли".

"Да". Это, по крайней мере, было ее стихией. "Ты поймал его. Он переведен на следующий уровень пациентов. Мы допросим его после того, как уйдем отсюда. Ты выполнил свою работу, Верное Сердце. Он мог бы пройти мимо нас, если бы вы не отреагировали быстро и не уложили его."

"Командир сказал, что вы представили меня к награде".

"Как я уже сказал, ты выполнил свою работу".

"Я мало что сделал". Он поерзал, пытаясь найти более удобное положение. "Я бы уложил его начисто, если бы этот придурок-транзитник с курок на спусковом крючке не выстрелил".

"Это дух. Этот вечно нажимающий на курок мудак и его дебильный начальник получат по морде вдоволь ".

"Этого бы не случилось, если бы они послушали тебя. У тебя все было под контролем ".

"Если бы у меня все было под контролем, тебя бы здесь не было. Тебя сильно ударили и ты неудачно упал. Если вы чувствуете себя неуверенно из-за этого, вам следует обратиться к консультанту департамента ".

"Я чувствую себя нормально из-за этого. Я хочу вернуться в форму, вернуться к работе. Я надеялся, что, когда вы закроете дело, вы дадите мне знать подробности ".

"Конечно".

"Ах, лейтенант, я знаю, что вам пора идти, но я просто хотел сказать... Я знаю, что ты видел мою мать прошлой ночью ".

"Да, мы столкнулись друг с другом. Она милая женщина ".

"Разве она не великолепна?" Его лицо озарилось. "Она лучшая. Мой старик бросил нас, когда я был ребенком, так что мы всегда, ты знаешь, заботились друг о друге. В общем, она рассказала мне, как ты околачивался поблизости, ждал, пока меня не прооперируют, и все такое."

"Ты погиб под моим присмотром". Твоя кровь была на моих руках, подумала она.

"Ну, для нее много значило, что ты был здесь. Я просто хотел сказать тебе это. Так что спасибо ".

"Просто держитесь подальше от лазерных лучей", - посоветовала она.

***

Внизу, на следующем уровне, Кеннет Стайлз пошевелился в своей постели, взглянул на медсестру, которая проверяла его мониторы. "Я хочу исповедаться".

Она повернулась к нему с яркой профессиональной улыбкой. "Итак, вы проснулись, мистер Стайлз. Тебе сейчас следует немного поесть ".

Он был в сознании в течение значительного периода времени. И мышление. "Я хочу исповедаться", - повторил он.

Она подошла к краю кровати, чтобы похлопать его по руке. "Вам нужен священник?"

"Нет." Он повернул свою руку, сжал ее с силой, которой она не ожидала. "Даллас. Лейтенант Даллас. Скажи ей, что я признаюсь ".

"Ты же не хочешь перевозбуждаться".

"Найдите лейтенанта Даллас и скажите ей".

"Хорошо, не волнуйся. Но пока тебе следует отдохнуть. Ты неудачно упал."

Она разгладила его простыни, удовлетворенная, когда он улегся, закрыл глаза. "Я пойду узнаю о твоих потребностях в питании".

Она сделала пометку в его карте и выскользнула. Она остановилась возле охранника в форме у двери. "Он очнулся".

Из кармана своей униформы она достала свой блокнот и сообщила диетологу, что пациент К. Стайлз, комната 6503, потребовал свой обед в полдень. Когда охранник начал говорить, медсестра подняла руку.

"Одну минуту. Я хочу внести это, чтобы они доставили это сюда до полуночи. Всю неделю мы отставали с питанием ". Поскольку пациент забыл выбрать обед из утвержденного меню, она заказала ему куриную грудку на гриле, рис с брокколи, приготовленной на пару, цельнозерновой рулет с одним кусочком заменителя сливочного масла, обезжиренное молоко и черничное желе.

"Это должно быть сделано в течение часа".

"Кто бы это ни принес, он должен быть оправдан", - сказал ей охранник.

Она слегка раздраженно фыркнула, снова достала записку и сделала необходимые пометки. "О, пациент Стайлз спрашивал о ком-то по имени Даллас. Это что-нибудь значит?"

Охранник кивнул, достал свой коммуникатор.

"У него жажда крови, как у копа", - прокомментировала Пибоди, когда они шли по коридору.

"Сок еще зеленый, но он созреет". Когда ее коммуникатор запищал, она достала его из кармана. "Даллас".

"Лейтенант. Офицер Кларк при исполнении служебных обязанностей, Кеннет Стайлз. Подозреваемый очнулся и спрашивает о вас ".

"Я на один уровень выше и уже в пути".

"Это хорошее время". Пибоди нажала кнопку вызова лифта, затем вздохнула и последовала за Евой к выходу. "Я думаю, мы идем пешком".

"Это уровень одного пациента".

"Один уровень равен трем пролетам".

"Ты отработаешь печенье".

"Они всего лишь приятное воспоминание. Ты думаешь, Стайлз готов к откровенному разговору с нами?"

"Я полагаю, он готов к чему-то". Она толкнула двери на следующий уровень и направилась налево. "Он не знает, что мы нашли Карвелла или что мы опознали Драко как отца Карли. Посмотрим, как он это разыграет, прежде чем мы дадим ему ключ к разгадке ".

Она остановилась у двери. "Кларк".

"Да, сэр".

"У него были посетители?"

"Ни единой души. Он отсыпался еще несколько минут назад. Медсестра сообщила, что он проснулся и спрашивал о вас ".

"Хорошо, сделайте пятнадцатиминутный перерыв".

"Спасибо. Я могу это использовать ".

Ева потянулась к двери, толкнула ее, открывая. Затем, с проклятием, прыгнул внутрь. Она схватила Стайлза за ноги, подтянула и приняла на себя его вес. "Опустите его!"

Пибоди уже карабкалась на кровать, сражаясь с узлом. Кларк ворвался следом за ней.

"Он у меня, лейтенант". Он придвинулся своими широкими плечами и приподнял болтающееся тело Стайлза еще на три дюйма.

Он повесился с помощью петли, сделанной из его собственных простыней.

"Он не дышит", - объявил Кларк, когда тело рухнуло на него. "Я не думаю, что он дышит".

"Позовите врача". Со свирепым лицом Ева оседлала Стайлза, прижала ладони к его сердцу и начала его качать. "Давай, сукин ты сын. Ты будешь дышать". Она наклонилась к его губам, втягивая воздух. Накачанный.

"О, мой Бог. О, мой Бог. Кеннет!" В дверях Арина Мэнсфилд рассыпала охапку цветов, которую несла, у своих ног.

"Отойди! Давай, давай." По лицу Евы начал струиться пот. Она услышала звук бегущих ног, пронзительный сигнал тревоги.

"Отойди в сторону. Отойдите, пожалуйста, в сторону ".

Она отодвинулась, поднялась на ноги и наблюдала, как медицинская бригада работает над ним.

Пульса нет. Ровная линия.

Вернись, приказала Ева. Черт бы тебя побрал, вернись.

Она наблюдала, как небольшая доза адреналина ударила его в грудь.

Ответа нет.

Маленькие диски были смазаны гелем. Были приказы установить, очистить, затем тело Стайлза дернулось, когда диски потрясли его организм. Линия сердца на мониторе оставалась синей и пустой.

Во второй раз диски ударили по нему, во второй раз его тело дернулось, упало. И вот раздался низкий звуковой сигнал, и синяя линия дрогнула и стала красной.

Синусовый ритм. У нас есть пульс.

У двери Ареена закрыла лицо руками.

***

"Назови мне его состояние".

"Он жив". Доктор, мужчина с холодными глазами и шафрановой кожей, продолжал делать заметки. "В результате было кислородное голодание и некоторое минимальное повреждение мозга. Если мы сохраним ему жизнь, это поправимо ".

"Вы собираетесь оставить его в живых?"

"Вот почему мы здесь". Он сунул свой блокнот обратно в карман своего лабораторного халата. "Его шансы высоки. Еще несколько минут, болтаясь там, у него не было бы никаких шансов. Мы прошли долгий путь в медицинской науке, но воскрешение мертвых к жизни все еще ускользает от нас ".

"Когда я смогу с ним поговорить?"

"Я не могу сказать".

"Рискну предположить".

"Возможно, к завтрашнему дню он будет функционировать, но пока мы не завершим тесты, я не могу оценить точную степень повреждения мозга. Может пройти несколько дней или недель, прежде чем он сможет ответить на какие-либо вопросы, кроме самых элементарных. Мозг находит способы обойти повреждение, перенаправить, если хотите, и мы можем помочь этому процессу. Но это требует времени ".

"Я хочу знать, в какую минуту он сможет говорить".

"Я позабочусь о том, чтобы вас проинформировали. Теперь мне нужно осмотреть пациентов ".

"Лейтенант". Кларк выступил вперед. "Это медсестра, которую вы хотели видеть".

"Орманд", - сказала Ева, прочитав идентификационный значок. "Поговори со мной".

"Я понятия не имел, что он намеревался покончить с собой. Я бы не поверил, что он был способен на это, физически, я имею в виду. Он был слаб, как младенец".

"Человек хочет творить сам, он находит способ. Никто тебя не винит".

Она кивнула, расслабив свою защитную стойку. "Я был там для обычной проверки его жизненных показателей. Он был в сознании, и он сказал мне, что хочет признаться. Я думал, он имел в виду священника. Мы получаем много такого, даже от пациентов, которые не являются католиками или эгатарианцами. Но он разволновался и назвал тебя по имени. Сказал, чтобы я передал вам, что он хочет признаться ".

"Чему?"

"Он не сказал. Я думал, что он убил того, другого актера. Ричард Драко." Когда Ева не ответила, медсестра пожала плечами. "Я успокоил его, пообещал найти тебя. Затем я сказал охраннику после того, как договорился о дневном питании пациента. Я больше ничего не знаю ".

"Хорошо". Она отпустила медсестру, повернулась обратно к Кларку. "Мне нужно, чтобы ты был рядом в отделении интенсивной терапии. Я организую замену через час. Есть ли какие-либо изменения в состоянии Стайлза до этого, я хочу знать ".

"Да, сэр. Его собственные простыни, - пробормотал Кларк. "Для этого нужны яйца".

"Это требует чего-то". Ева развернулась на каблуках и зашагала к зоне ожидания, куда Пибоди отвела Арину.

"Кеннет?" Арина неуверенно поднялась на ноги.

"Они переводят его в отделение интенсивной терапии".

"Я думал, что он был... когда я увидел его, я подумал..." Она снова опустилась на свой стул. "О, сколько еще может произойти?"

"Элиза Ротчайлд сказала, что трагедии случаются втроем".

"Суеверие. Я никогда не был чрезмерно суеверен, но теперь... С ним все будет в порядке?"

"Доктор казался оптимистом. Как вы узнали, что Кеннет Стайлз был здесь?"

"Как? Да ведь я слышал это в новостях только сегодня утром. Они говорят, что он был ранен при попытке покинуть город. Что он главный подозреваемый в смерти Ричарда. Я в это не верю. Ни на мгновение. Я хотел увидеть его, чтобы сказать ему это ".

"Почему ты этому не веришь?"

"Потому что Кеннет не способен на убийство. Это хладнокровно и расчетливо. Он ни то, ни другое ".

"Иногда убийство бывает горячим и импульсивным".

"Ты бы знал об этом больше, чем я. Но я знаю Кеннета. Он никого не убивал ".

"Вы знаете женщину по имени Аня Карвелл?"

"Карвелл? Я так не думаю. Должен ли я? Они позволят мне увидеть Кеннета?"

"Я не знаю".

"Я должен попытаться".

Ева поднялась на ноги, когда поднялась Ареена. "Вы понимаете, не так ли, что если Кеннет Стайлз действительно планировал убийство Ричарда Драко, то именно он вложил нож в вашу руку".

Арина вздрогнула, и слабый румянец на ее щеках поблек. "Это всего лишь еще одна причина, по которой я знаю, что это не мог быть Кеннет".

"Почему это?"

"Он слишком джентльмен. Могу я идти, лейтенант?"

"Да, ты можешь идти".

Ареена остановилась в дверях. "Ты боролся, чтобы спасти его жизнь. Я наблюдал за тобой. Вы верите, что он убийца, и все же вы боролись, чтобы спасти его жизнь. Почему?"

"Может быть, я не хотел, чтобы он избежал правосудия".

"Я думаю, что это нечто большее. Но я не уверен, что именно."

"Пока что адский денек", - сказала Пибоди, когда они остались одни.

"Мы только начинаем. Встань и посмотри на них, Пибоди. Нам есть куда пойти".

Она вышла из комнаты и чуть не столкнулась с Надин.

"Скорая помощь преследует?" Мягко сказала Ева. "Я думал, ты слишком важен для этой рутины".

"Ты никогда не был слишком важен для этой рутины. Каков статус дела Кеннета Стайлза?"

"Без комментариев".

"Давай, Даллас. У меня есть источник в больнице. Я слышал, что он пытался повеситься. Он убил Ричарда Драко?"

"Какую часть вы не расслышали, "нет" или комментарий?"

Модные каблуки затрудняли быстрый шаг Надин по коридору, но ей удавалось не отставать от Евы. "Вы обвиняете его в убийстве? Есть ли другие подозреваемые? Вы подтвердите, что Стайлз был ранен во время полета?"

"Средства массовой информации уже передают это".

"Конечно, с утверждениями, которые, как считается, были разбросаны по всем отчетам. Мне нужно подтверждение ".

"Мне нужен отпуск. Ни один из нас, похоже, не получит свое желание в ближайшее время ".

"Даллас". Сдавшись, Надин взяла Еву за руку и отвела ее в сторону, подальше от Пибоди и ее собственного многострадального оператора. "Я должен кое-что знать. Я не могу уснуть. Дайте мне что-нибудь, сделайте это неофициальным. Мне нужно замкнуть этот круг, прежде чем я смогу двигаться дальше ".

"Ты не должен быть в этой истории".

"Я знаю это, и если всплывет, что мы с Ричардом были вовлечены, мне за это достанется немало, как лично, так и профессионально. Но если я просто буду сидеть и ждать, я сойду с ума. С такими вариантами я рискну попасть в переплет ".

"Как много он для тебя значил?"

"Это уж слишком. Это было мертво намного дольше, чем он. Это не значит, что мне не нужно замыкать круг ".

"Встретимся в Центральном, через час. Я дам тебе все, что смогу ".

"Спасибо. Если бы вы могли просто сказать мне, Кеннет ли - "

"Через час, Надин". Ева обошла ее. "Не испытывай свою удачу".

Через двадцать минут они были в номере Анжи Карвелл. От нее не осталось и следа.

"Она прыгнула". Пибоди зашипела на пустой шкаф. Затем она нахмурилась и повернулась, чтобы посмотреть на Еву. "Ты знал, что ее здесь не будет".

"Я не ожидал найти ее. Она умна. Достаточно умен, чтобы знать, что я вернусь ".

"Она убила Драко?"

"Она часть этого". Ева забрела в ванну. Запах Аньи все еще был там, холодный женский.

"Должен ли я связаться с властями в Монреале? Начать подготовку к экстрадиции?"

"Не беспокойся. Она ожидала бы этого. Если бы она когда-либо жила в Монреале, она бы сейчас туда не вернулась. Она пошла ко дну, - пробормотала Ева, - но далеко не уйдет. Итак, мы разыгрываем это. Вызовите уборщиков ".

"Нет ордера?"

"Мой муж - владелец заведения. Позаботься об этом. Я отправляюсь в службу безопасности ".

***

К тому времени, как Ева закончила дела в отеле "Палас", вернулась в "Сентрал" и изложила свое дело Уитни, она опаздывала на встречу с Надин.

Ее, как и всегда, разозлило, что Надин уже в своем кабинете.

"Почему они впускают тебя сюда?"

"Потому что я приношу пончики. Копы были для них слабостью на протяжении поколений ".

"Где мое?"

"Извините, отделение накинулось на них, как на крыс. Я думаю, Бакстер слизал крошки ".

"Он бы сделал". Она села за свой стол. "Где твоя камера?"

"Она снаружи".

"Хорошо, приведите ее сюда. У меня нет времени на весь этот чертов день ".

"Но я думал - "

"Послушай, ты хочешь поговорить один на один или нет?"

"Держу пари, что знаю". Она схватила свой карманный телефон и вызвала камеру. "Ты могла бы нанести несколько слоев консилера на эти большие мешки под глазами". Она порылась в увесистом и хорошо упакованном наборе косметики в своей сумочке. "Попробуй это".

"Держи это дерьмо подальше от меня".

"Как хочешь, но ты выглядишь так, будто не спал несколько дней". Надин открыла зеркало, начала улучшать свое собственное лицо. "Тем не менее, это заставляет тебя выглядеть свирепым и преданным".

"Я жесток и предан".

"И это всегда хорошо смотрится на экране. Отличный свитер, между прочим. Кашемир?"

Сбитая с толку, Ева посмотрела вниз на свою темно-синюю водолазку. "Я не знаю. Он синий. Выйдет ли это в эфир сегодня вечером?"

"Ставлю свою задницу".

"Хорошо". Кто-то, подумала Ева, не собирался хорошо выспаться ночью. И на этот раз это будет не она.

***

Надин повозилась с ракурсами съемки, посмотрела на монитор и приказала отрегулировать освещение.

"Это не чертов конкурс красоты, Надин".

"Показывает, что вы знаете о репортажах в прямом эфире. Вот, это выглядит неплохо. Ты можешь отключить часть этого воздушного движения, Люси? Это как сидеть в транспортном центре ".

"Я отфильтровываю большую часть этого". Оператор повозился еще мгновение, затем кивнул. "Готов, когда будешь готов".

"Мы сделаем бампер обратно в мастерскую. Начинайте запись. Это Надин Ферст с 75 канала ", - начала она, не отрывая глаз от объектива pinpoint. "Репортаж из Центрального полицейского управления и офиса лейтенанта Евы Даллас, главного следователя по делу об убийстве актера Ричарда Драко. Лейтенант." Надин повернулась лицом к Еве. "Можете ли вы сообщить нам последние новости о вашем расследовании?"

"Расследование продолжается. Департамент расследует несколько версий."

"Мистер Драко был убит на сцене, перед битком набитым залом. Ты сам был свидетелем".

"Это верно. Характер преступления, его место и исполнение привели буквально к тысячам интервью и показаниям свидетелей ".

И поскольку всегда лучше платить свои долги, Ева отметила дополнение. "Детектив Бакстер из этого отдела просмотрел большую часть этих показаний и взял на себя трудную задачу по устранению и подтверждению".

"Это правда, не так ли, что люди часто видят одно и то же событие, но видят его по-разному?"

"Это часто верно в отношении гражданских лиц. Полицейских учат видеть."

"Делает ли это вас вашим собственным лучшим свидетелем?"

"В некотором роде".

"Правда ли, что Кеннет Стайлз, коллега и знакомый Драко, который был в актерском составе пьесы, является вашим главным подозреваемым?"

"Этот человек был допрошен, как и все члены актерского состава. Как я уже говорил, мы работаем по нескольким зацепкам, и поскольку фокус расследования сузился, мы ожидаем произвести арест в течение двадцати четырех часов ".

"Арест". Это сбило Надин с толку, но только на один удар. "Можете ли вы назвать нам имя вашего основного подозреваемого?"

"Я не свободен предоставлять эту информацию в данный момент. Я могу сказать вам, что человек, который убил Ричарда Драко, который убил Лайнуса Кима, будет под стражей в течение двадцати четырех часов."

"Кто-"

"Это все, что ты получишь, Надин. Прекрати это ".

Надин могла бы поспорить, но Ева уже поднималась на ноги. "Прекрати это, Люси. Это была настоящая бомба, Даллас. Если бы ты предупредил меня, мы могли бы выйти в прямой эфир ".

"Сегодняшняя ночь наступит достаточно скоро. Ты получила свою историю, Надин. Ты нанесешь удар первым ".

"С этим не поспоришь. Можете ли вы дать мне еще что-нибудь, просто немного наполнителя для продолжения? Процедурные детали, некоторые достоверные данные. Точное количество интервью, количество человеко-часов и тому подобное."

"Вы можете узнать это из отдела по связям со СМИ". Ева взглянула на оператора, указала пальцем, затем ткнула большим пальцем в сторону двери.

Взглянув на Надин в поисках подтверждения, Люси вытащила оборудование.

"Не для протокола, Даллас - "

"Ты узнаешь все, что тебе нужно знать завтра. У меня есть к вам вопрос. Вы не упомянули Рорка в своем отчете, его связь с театром, с пьесой, со мной. Почему?"

"Это было сделано. Перестарался. Я хочу мяса ".

"Не прокатывает, Надин. Имя Рорка повышает рейтинги ".

"Ладно, считай это расплатой". Она пожала плечами и подняла свою сумочку. "Для девичника".

"Хорошо". Ева полезла в задний карман, вытащила запечатанный диск. "Вот".

"Что это?" Но в ту минуту, когда это было в ее руке, Надин поняла. Ее пальцы крепко сомкнулись вокруг него. "Это запись, которую сделал Ричард. Обо мне".

"Это было удалено из протокола вещественных доказательств. Это единственная копия. Я полагаю, это должно замкнуть этот круг ".

Когда ее горло наполнилось противоречивыми эмоциями, Надин уставилась на диск. "Да. Да, это так. Лучше, это все ломает ". Обеими руками она разломила диск надвое.

Ева одобрительно кивнула. "Некоторые женщины не смогли бы удержаться от просмотра этого. Я полагал, что ты умнее этого ".

"Я есть сейчас. Спасибо, Даллас. Я не знаю, как - "

Ева сделала преднамеренный шаг назад. "Даже не думай о том, чтобы поцеловать меня".

С дрожащим смехом Надин засунула сломанный диск в свою сумку. Это вошло бы в первого же чтеца, с которым она столкнулась. "Ладно, никаких небрежностей. Но я твой должник, Даллас ".

"Ты чертовски прав. Так что в следующий раз оставь мне пончик ".

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Она проспала десять часов, практически там, где упала, после того, как сообщила Рорку самые краткие новости. Она проснулась, заряженная энергией, с ясной головой и в одиночестве.

Поскольку его не было рядом, чтобы придраться к ней, она съела на завтрак мороженое, запила его кофе, пока смотрела утренние выпуски новостей на экране. Она прослушала повтор своего тет-а-тет с Надин и, удовлетворенная этим, сочла, что на сегодня все готово.

Она оделась, натянув навозно-коричневые брюки и белую рубашку в узкую коричневую полоску. Она понятия не имела, как долго рубашка пролежала там, но с тех пор, как Рорк начал заполнять ее шкаф, она перестала обращать на это внимание.

Он купил ей смехотворное количество одежды, но это спасло ее от пытки ходить по магазинам.

Поскольку он был на месте, а погода обещала оставаться прохладной, она застегнула жилет длиной до талии, который, казалось, подходил к остальной части сделки.

Она пристегнула свое оружие, затем отправилась на поиски Рорка.

Он уже был в своем кабинете, на одном экране были утренние биржевые сводки, на другом - внебиржевые торги, а на третьем - то, что казалось серьезной математической задачей.

"Как ты можешь разбираться с цифрами первым делом с утра?"

"Я живу ради чисел". Он постучал по клавиатуре, и математическая задача перешла в аккуратные столбцы, которые он, без сомнения, сложил с точностью до наименьшей десятичной запятой. "И так случилось, что я уже некоторое время не сплю. Ты выглядишь отдохнувшей, - сказал он после минутного изучения ее лица. "И к тому же очень хорошо скроенный. Ты жизнерадостное создание, Ева ".

"Я спал как убитый". Она обошла стойку, наклонилась и поцеловала его. "Ты сам провел несколько долгих дней". Она похлопала его по плечу так, что его антенна задрожала. "Может быть, нам нужен небольшой отпуск".

Он отправил цифры на экране своему брокеру для немедленного применения, затем развернулся в своем кресле. "Чего ты хочешь?"

"Просто какое-нибудь тихое время где-нибудь. Ты и я. Мы могли бы провести долгие выходные ".

"Я повторяю". Он взял свой кофе, отхлебнул. "Чего ты хочешь?"

В ее глазах сверкнуло раздражение. "Разве я только что не сказал? Не вешай на меня это дерьмо снова. В прошлый раз тебе пришлось пресмыкаться ".

"На этот раз я не буду. Я выгляжу глупо?" он сказал непринужденным тоном. "Я не гнушаюсь взятками, лейтенант, но мне нравится знать условия сделки. Почему я становлюсь мягче?"

"Я не смог бы размягчить тебя чаном с регенератором кожи. В любом случае, это не взятка. Я, черт возьми, городской чиновник ".

"И они, как мы знаем, совершенно не знакомы со взятками".

"Осторожно, туз. Кто сказал, что я не могу хотеть перерыва? Если я хочу об одолжении, это не обязательно должно быть связано ".

"Я вижу. Что ж, тогда вот что я выношу на обсуждение. Я окажу тебе услугу, какой бы она ни была, в обмен на неделю твоего времени, куда бы я ни захотел пойти ".

"Неделя истекла. У меня есть даты суда, документы. Три дня."

Переговоры, как он думал, были его любимым хобби. "Пять дней сейчас, пять дней в следующем месяце".

"Это десять дней, а не неделя. Даже я могу подсчитать это. Три дня сейчас, два дня в следующем месяце".

"Четыре сейчас, три в следующем месяце".

"Хорошо, хорошо". У нее начала кружиться голова. "Я разберусь с этим".

"Тогда мы заключаем сделку". Он протянул свою руку, сжал ее.

"Итак, мы идем на пляж?"

"Мы можем это сделать. Курортный отель Olympus располагает потрясающим рукотворным пляжем."

"Олимп". Она побледнела. "С другой планеты? Я не собираюсь покидать планету. Это, должно быть, нарушает условия сделки ".

"Сделка заключена. Встряхнись. Итак, в чем заключается услуга?"

Она надулась. Это было редкое для нее отношение, но она была чертовски хороша в этом. "Это даже не большое одолжение".

"Тебе следовало подумать об этом, прежде чем пытаться обмануть меня. Ты мог бы, если бы съел нормальный завтрак вместо мороженого ".

"Как ты - " Она замолчала, и единственное слово прозвучало злобным шипением. "Соммерсет".

"Теперь, когда женщина просит своего мужа об одолжении, будет милым прикосновением, если она сядет к нему на колени". Он похлопал себя по колену.

"У тебя не будет большого количества кругов, если я сломаю тебе обе ноги". Серьезно раздосадованная, она села на стойку. "Послушай, это дело полиции, и ты всегда хочешь сунуть свой нос в любом случае. Я даю тебе шанс ".

"Итак, вот ты где". Наслаждаясь собой, он поднял руку ладонью вверх. "Если бы ты изначально представил это таким образом, поставил меня в положение, когда мне оказывают услугу, а не оказываешь ее, ты бы не заключил то, что ты считаешь плохой сделкой. И ты бы не сердился ".

"Я не сержусь. Ты знаешь, я ненавижу, когда ты говоришь, что я злюсь. И пока я не забыл, что за дело с этим дерьмом с авторизацией?"

"Ты что-нибудь купил?" Он протянул ей остаток своего кофе. "Я должен сделать праздничную пометку в своем календаре. Ева Даллас отправилась за покупками. Начинайте играть в группе".

Она хмуро уставилась в пространство. "Я был в довольно хорошем настроении, прежде чем пришел сюда".

"Видишь, ты злишься. Что касается первого разрешения, какой смысл для вас платить за товары, произведенные одной из моих компаний?"

"В следующий раз я пойду к конкуренту. Если я смогу его найти ". Она тяжело вздохнула, возвращая себя в нужное русло. "Я собираюсь закрыть дело сегодня. Я придумал, как вывести убийцу на чистую воду, добиться признания. Это окольный путь, - пробормотала она. "У меня есть причины не идти по прямой. Мне пришлось станцевать чечетку для Уитни, чтобы очистить его. Если это не сработает ..." Она замолчала.

"Что тебе нужно?"

"Для начала мне нужен ваш театр. И мне нужно, чтобы ты помог мне написать сценарий и спродюсировать небольшое представление ".

***

Час спустя. Ева направлялась в Центральное управление, и Рорк делал первый телефонный звонок.

В своем кабинете Ева загрузила диск с записью пьесы в свой компьютер. Отвлекшись мыслями, она едва заметила, как гладко был принят диск, насколько четкими были аудио и видео. Когда она приказала перемотать фильм к финальной сцене, он сделал это без единого сбоя.

Вот они, подумала она. Драко в роли Воула, беспечно признающийся в убийстве, в котором его больше не могли обвинить. Его лицо было красивым, самодовольным, когда он взял руку Карли, руку Дианы, через свою руку.

И она стояла рядом с ним, красивая и очаровательная, с любящей улыбкой.

Кеннет Стайлз, сварливый и хитрый сэр Уилфред, ошеломленный яростью на своем лице, когда осознал, что его использовали, эксплуатировали, им манипулировали. Суетливая мисс Плимсолл Элизы, стоящая рядом с ним, возмущенная, ее руки вцепились в спинку стула Кеннета так, что побелели костяшки пальцев.

Ареена, прекрасная и многогранная Кристин, которая пожертвовала всем, рисковала тюрьмой, чтобы спасти того, кого любила.

Майкл Проктор, всего лишь тень, наблюдающий из-за кулис, гадающий, когда он выйдет в центр внимания и примерит на себя роль убийцы.

И над всем этим парил призрак Анжи Карвелл.

Ева не дрогнула, наблюдая за совершением убийства, когда нож, который должен был быть безвредным, глубоко вонзился в сердце.

Ну вот, подумала она и заморозила экран. Вот оно.

Десять тысяч свидетелей пропустили бы это.

Не так ли?

Спектакль всей жизни, поняла она. В смерти.

"Завершить программу", - приказала она. "Извлеките диск".

Она упаковала это, собрала другие. Она включила канал связи в своем офисе для межведомственной передачи. " Пибоди, предупреди Фини и Макнаба. Мы съезжаем ".

В последний раз проверив свое оружие, она приготовилась начать собственное представление.

***

Вождение Евы, как Мира наблюдала с заднего сиденья, было зеркальным отражением ее личности. Компетентный, прямой, сосредоточенный. И жестокий. Пока машина мчалась сквозь поток машин, забиваясь в щели, бросая вызов другим бамперам, Мира спокойно проверила натяжение ремня безопасности.

"Ты идешь на риск".

Ева бросила быстрый взгляд в зеркало заднего вида, встретилась глазами с Мирой. "Рассчитанный".

"Я верю..." Мира умолкла, обнаружив, что возвращается к детским молитвам, когда Ева резко взяла вертикаль, сильно вильнула вправо и понеслась поперек по пробке.

"Я верю", - продолжила она, когда к ней вернулось дыхание, "вы правильно оценили ситуацию. Тем не менее, существует большое поле для ошибок, которые вы могли бы устранить, придерживаясь строгой процедуры ".

"Если я ошибаюсь, это моя вина. В любом случае, человек, который убил Драко и Квима, будет под стражей к концу дня."

Машина нырнула в туннель подземной парковки, едва сбавив скорость. Он полетел, как выпущенная из лука стрела, к зарезервированному месту. Рот Миры открылся, она издала какой-то тихий звук, когда они с ревом устремились к баррикаде безопасности. Ева опустила забрало, чтобы показать свой идентификационный пропуск.

Мира могла бы поклясться, что баррикада издала испуганный визг, когда отскочила в сторону. Они поднырнули под него, просунулись в узкую щель.

"Хорошо", - выдавила Мира. "Что ж. Это было захватывающе ".

"А?"

"Мне пришло в голову, Ева, что я никогда не катался вместе с тобой. Я начинаю понимать, почему."

Пибоди фыркнула, распахнула свою дверь. "Поверьте мне на слово, доктор Мира, это была неспешная прогулка по парку".

"Что-то не так с моим вождением?"

"Не то чтобы случай с Зонером не излечил бы", - сказала Пибоди себе под нос.

"В любом случае". Мира вышла из машины, отвлекая внимание Евы от ее помощника. "Я рад, что вы попросили меня быть здесь. Не только потому, что я могу быть полезен, но это дает мне возможность понаблюдать, как вы работаете в этой области ".

"Тебе придется держаться подальше от самой гущи событий". Ева оставила свою машину на охраняемом месте, которое организовал Рорк, и направилась на улицу и в театр.

"Да, но я буду следить".

"У нас есть немного времени до начала шоу". У служебной двери Ева набрала код, который ей дали. "Тебе, скорее всего, станет скучно".

"О, я искренне сомневаюсь в этом".

Они вышли на сцену, где уже шли приготовления.

"Эй, лейтенант! Выше голову, Она-Тело!"

В двадцати футах над головой Макнаб качался на ремнях безопасности. Он пнул ногой в своих блестящих зеленых ботинках и описал очень изящную дугу.

"Прекрати валять дурака". Фини прищурился и поморщился, когда его детектив притворился, что плывет по воздуху.

"Что он там делает наверху?" Потребовала Ева. "Кроме того, что выставил себя полным идиотом".

"Камеры над головой. Нужно быть молодым, чтобы наслаждаться такого рода обязанностями. Большая часть оборудования уже была на месте. Рорк не упустил ни одной уловки. Но он не готовился к полицейской операции. Мы приспосабливаемся. Мы сможем наблюдать за происходящим со всех сторон ".

"Рорк уже на месте?"

"Да, он контролирует ситуацию, показывая паре моих техников больше, чем они когда-либо надеялись узнать. Этот человек - гений в электронике. Чего я не мог сделать с ним в EDD ".

"Сделай мне одолжение и не упоминай об этом. С ним достаточно трудно иметь дело. На всех выходах установлены автоматические замки?"

"Да. Как только все окажутся внутри, никто не выйдет. У нас трое полицейских в форме, два техника, ты, я и Пибоди. И летчик там, наверху. Макнаб, немедленно спускайся оттуда к черту! Ты уверен, что не хочешь команду побольше?"

Ева медленно повернулась, осмотрела театр. "Нам это не понадобится".

"Фини". Рорк вышел из тени на сцену. "Похоже, ваш контроль установлен".

"Я пойду посмотрю это. Макнаб! Не заставляй меня подниматься туда. Господи, сколько раз я говорил это своим детям?" Покачав головой, он ушел со сцены.

"Он собирается причинить себе вред". Разрываясь между весельем и беспокойством, Пибоди толкнула Еву локтем в плечо. "Скажи ему, чтобы спустился, Даллас".

"Почему я?"

"Потому что он боится тебя".

Поскольку мысль об этом была приятной, Ева уперла руки в бедра, нахмурилась и закричала. "Макнаб, прекрати валять дурака и тащи свою задницу сюда".

"Да, сэр".

Он рухнул со свистом, щеки раскраснелись от волнения. "Чувак, ты должен попробовать это. Какой порыв".

"Я рад, что мы смогли немного развлечь вас, детектив. Почему бы нам не повеселиться и не проявить легкомыслие в ходе сложной и дорогостоящей полицейской операции, особенно когда мы используем гражданское оборудование и сооружения стоимостью в несколько миллионов долларов ".

"Эм", было лучшим, что он смог сказать, прежде чем прочистить горло. Ухмылка уже стерлась с его лица. "Камеры над головой установлены и работают, лейтенант. Сэр."

"Тогда, может быть, ты сможешь принести пользу в другом месте. Если вас это не слишком затруднит."

"Нет, сэр. Я просто... уйду". "Где-то", - подумал он и сбежал.

"Это должно привести его в чувство в течение следующих пяти минут". Она повернулась к Рорку.

"Я тебя не боюсь", - сказал он ей. "Но я принес тебе подарок". Он протянул ей мини-пульт. "Вы можете подать сигнал управления", - объяснил он. "Для освещения, звука, изменения декораций. Вы можете вести трансляцию из любого места в театре. Ход игры в твоих руках".

"Вступительный акт зависит от тебя".

"Это уже на месте". Он проверил свое наручное устройство. "У вас осталось чуть больше часа до занавеса".

"Мне нужно проверить все операции. Пибоди, сделай обход. Подтвердите, что все выходы, ведущие ниже, назад или выше сцены, безопасны, затем займите и сохраняйте назначенную вам позицию до дальнейших распоряжений ".

"Да, сэр".

"Рорк, не мог бы ты показать доктору Мире ее зону наблюдения?"

"Конечно".

"Отлично". Она достала свой коммуникатор. "Фини, я хочу, чтобы эти - что это такое - светильники в доме были включены на минуту".

Когда они вспыхнули, освещая театр, она переключила коммуникатор на общую передачу. "Это лейтенант Даллас. Через тридцать минут я хочу, чтобы весь оперативный персонал был на своих местах. Если я хотя бы почувствую запах копа, он или она будут в отчете. Защита гражданского населения является первоочередной задачей. Я повторяю, это приоритет. Оружие должно оставаться наготове и находиться на низком оглушающем уровне. Я не потерплю повторения "Гранд Сентрал" ".

Она убрала коммуникатор в карман. "Рорк, свяжись со мной, когда доктор Мира устроится".

"Конечно. Сломайте ногу, лейтенант."

"Что? Ох. Правильно."

"Она была рождена для этого", - сказала Мира, когда Ева ушла. "Не только для того, чтобы командовать, что подходит ей как кожа, но и для того, чтобы уравновесить ошибки с правами. Кто-то другой, возможно, кто угодно другой, закончил бы это по-другому ".

"Она не могла".

"Нет. Это уже дорого ей обошлось. Ты будешь нужен ей, когда это будет сделано ".

"Мы уезжаем на несколько дней".

Мира наклонила голову. "Как вам удалось убедить ее?"

"Искусство сделки". Он предложил свою руку. "Могу я проводить вас на ваше место, доктор?"

***

"Лейтенант. Макнаб, позиция четыре. Первый субъект приближается к театру, входная дверь на сцену."

"Принято". Ева отвернулась от монитора за сценой к Рорку. "Это твоя реплика. Постарайся не отклоняться от плана, хорошо? Я считаю, что физический риск минимален, но ...

"Доверься мне".

"Я просто хочу перейти к - "

"Лейтенант, вам не приходит в голову, что я могу знать, что делаю?"

"Мне пришло в голову, что ты всегда знаешь, что делаешь".

"Что ж, тогда я повторяю. Доверься мне". С этими словами он ушел, чтобы оставить свой след.

На мониторе она видела, как он вышел на пустую сцену, встал под свет. Она задавалась вопросом, думал ли он когда-нибудь об актерстве. Конечно, он этого не делал, подумала она. Сделки, сомнительные и прочие, были его страстью. Но у него было подходящее для этого лицо и телосложение, присутствие, грация.

И, размышляла она, у него было врожденное умение правдоподобно лгать.

Разве это не было актерством?

"Майкл". Рорк протянул руку, когда вошел Проктор. "Ты расторопен".

"Я не хотел заставлять всех ждать". С легким смешком Майкл огляделся вокруг. "Проблема с оперативностью в том, что ты всегда ждешь всех остальных. Я был действительно рад твоему звонку. Я не был уверен, что копы когда-нибудь позволят кинотеатру снова открыться, по крайней мере, не вовремя, чтобы вы снова запустили "Свидетеля " в производство ".

"Похоже, у них есть все, что им нужно с места происшествия".

"Я хочу поблагодарить вас за то, что дали мне шанс сыграть Воула. Я понимаю, что вы могли бы пригласить другого актера на эту роль ".

"Никаких угрызений совести?" Нет, подумал Рорк, он не видел угрызений совести. Но амбиции. "Учитывая то, что случилось с Драко, я подумал, может быть, ты несколько беспокоишься о том, чтобы войти в эту роль".

"Нет, меня это устраивает. Я не имею в виду "в порядке", - поправил он и имел любезность покраснеть. "То, что случилось с Ричардом, ужасно. Просто ужасно. Но - "

"Шоу должно продолжаться", - спокойно сказал Рорк, затем оглянулся. "Ах, Элиза и Арина. Дамы, спасибо, что пришли ".

"Твой звонок спас меня от скуки и задумчивости". Элиза шагнула вперед, прижалась щекой к щеке Рорка. "Скука бытия между актами. И размышлял о Кеннете. Я все еще не могу поверить в то, что слышу в новостях ".

"Не надо", - сказала Арина. "Это ошибка. Должно быть." Она потерла озябшие руки. "Так странно снова оказаться здесь. Я не возвращался с ... с вечера премьеры ".

"С тобой все будет в порядке с этим?" Рорк взял ее руку, согревая ее в своей.

"Да. Да, я должен быть, не так ли? Ни у кого из нас нет другого выбора, кроме как идти дальше ".

"Почему мы не должны?" Появилась Карли. Преднамеренной. Она наложила эффектный макияж, чтобы сочетаться с платьем цвета электрик, которое открывало грудь, но не доходило до бедер.

Ради власти, сказала она себе. Она, черт возьми, собиралась стать могущественной.

"Никому из нас не было дела до покойного, не оплакиваемого Ричарда Драко".

"Карли", - пробормотала Аринаэто было тихое порицание.

"О, прибереги хрупкие чувства для зрителей. Он всех нас наебал в тот или иной момент. Некоторые из нас в буквальном смысле, - добавила она с натянутой, свирепой улыбкой. "Мы здесь не для того, чтобы посвятить наше следующее выступление его памяти. Мы здесь, потому что хотим вернуться к работе ".

"Возможно, он был незаконнорожденным, дорогой", - мягко сказала Элиза, "но мертвый есть мертвый. И сейчас Кеннет в больнице и под охраной ".

"Кеннету следовало бы дать медаль за избавление мира от Ричарда Драко".

"Они еще не предъявили ему обвинения". Ареена переплела пальцы вместе. "Разве мы не можем просто обсудить пьесу и ненадолго отвлечься от уродства? Это вызов полного состава, Рорк?" Она провела рукой по волосам, огляделась. "Я был уверен, что директор уже будет здесь".

"В данный момент сложно организовать полный набор актеров". Рорк позволил последствиям этого повиснуть в воздухе. "Роль сэра Уилфреда нужно будет переделать".

"Разве мы не могли бы порепетировать с дублером?" Спросил Майкл. "Я никогда не прогонял весь акт с первым актерским составом. Мне было бы полезно сделать это как можно скорее ".

"Вот так, Майкл". Карли рассмеялась. "На тебе не растет мох".

"Вы только что сказали, что мы здесь, чтобы работать", - выпалил он в ответ. "Нет причин нападать на меня".

"Может быть, я чувствую себя ехидно. Ты просто дуешься, потому что я вышвырнул тебя из своей квартиры вместо того, чтобы поплакать у тебя на плече ".

"Я бы помог", - тихо сказал он. "Я бы попытался".

"Мне не нужна твоя помощь. Мне никто не нужен ". Ее глаза сверкали внутренней яростью, которая горела в ее голосе. "Я спал с тобой. Большое дело. Не думай, что ты что-то значишь для меня. Ни один мужчина никогда ничего не будет значить для меня ".

"Секс снова поднимает свою уродливую голову", - пробормотала Элиза. "Неужели у нас вечно должны быть железы, мешающие искусству?"

"Элиза". Арина выступила вперед, положила ладонь на руку Карли. "Карли, пожалуйста. Нам нужно ладить. Нам нужно держаться вместе ". Она попыталась ободряюще улыбнуться. "Что, должно быть, Рорк думает о нас, раз мы так препираемся?"

"Я бы сказал, что вы все находитесь в значительном напряжении". Он сделал паузу, пробегая глазами по лицам, повернутым к нему. "И что, если кто-то или все вы почувствуете, что не в состоянии продолжать спектакль, я бы предпочел узнать об этом раньше, чем позже".

Карли запрокинула голову и рассмеялась. "О, пожалуйста. Каждый из нас продрался бы сквозь битое стекло за шанс выступить в этом. Шумиха будет наполнять этот дом неделями, когда мы снова откроемся, и каждый из нас это знает. Ничто столь раздражающее, как убийство, не встанет у нас на пути ".

Она отбросила волосы назад, вытянув руки, когда пересекала сцену. "Так что пригласите дублера для бесценного сэра Уилфреда, возьмите на роль чертова дроида, все равно это будет только стоячее место".

Она развернулась назад, все еще держа руки поднятыми. "Давай, Рорк, распахни двери. Да начнется пьеса".

По мере того, как шли реплики, Ева поняла, что это было близко к совершенству. "Это никогда не прекращалось", - сказала она и перешла от теней крыла к огням.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

"Лейтенант Даллас". Карли медленно опустила руки, положив одну ладонь на согнутое бедро. "Какой неприятный сюрприз снова тебя видеть".

"О, Карли, перестань разыгрывать примадонну", - раздраженно сказала Элиза. "Ты еще недостаточно взрослый, чтобы провернуть это. Лейтенант, я надеюсь, вы здесь, чтобы сообщить нам, что произвели арест, который обещали. Вы казались очень уверенным в своем интервью на 75 канале ".

"Арест неизбежен".

"Не Кеннет". Ареена прижала руку к сердцу.

"Если это был Кеннет, - вставила Элиза, - я надеюсь, что мы все можем рассчитывать на то, что будем вести себя прилично и поддержим его. Я намерен." Она расправила плечи и величественно заговорила. "Я не бросаю своих друзей".

"Это восхитительно, мисс Ротчайлд". Ева сунула руки в карманы, нащупала пульт. "Но Кеннет Стайлз больше не является главным подозреваемым в этом расследовании. Убийца Ричарда Драко на этой сцене ".

Даже когда она говорила, свет в зале потускнел, огни сцены вспыхнули. И декорации зала суда скользнули в поле зрения. На столе для улик лежал нож с длинным лезвием. Ева подошла к нему, подняла, чтобы взвесить в руке.

"Убийство произошло на этой сцене. И так будет при аресте".

"Что ж, нам придется поставить вам баллы за драматический поворот, лейтенант". Карли подалась вперед, лениво устроилась на свидетельском стуле. "Пожалуйста, продолжайте. Мы все прикованы ".

"Прекрати это, Карли. Это должен был быть Кеннет ". Майкл послал Ареене извиняющийся взгляд. "Мне жаль, Ареена, но это должно было быть. Он пытался убежать, а затем он попытался... что ж, убегай навсегда. Если бы он не был виновен, зачем бы ему все это делать?"

"Чтобы защитить кого-то", - сказала Ева. "Это повторяющаяся тема здесь". Она коснулась кончика ножа пальцем, затем снова положила его. "Мисс Плимсолл хлопочет о сэре Уилфреде, чтобы защитить его здоровье, независимо от того, сколькими различными способами он оскорбляет или избегает ее".

"Действительно, лейтенант, это характер". Элиза надулась, как птица, у которой только что выщипали перья из хвоста. "Конечно же, вы не предполагаете, что я имею к этому какое-либо отношение".

"Все дело в характере". Ева изучала возмущенное лицо Элизы. "Сэр Уилфред, защищая своего клиента, рискуя его здоровьем, только для того, чтобы в конце узнать, что он освободил убийцу. Леонард Воул, притворяющийся, что защищает свою любимую жену, помогающий ей сбежать из рушащейся Германии много лет назад, только для того, чтобы использовать ее снова и снова, чтобы защитить себя. И Кристин". Ева перевела взгляд на Арину. "Рискует своей репутацией, жертвует своей свободой, чтобы прикрыть его. Из любви, которая была брошена ей в лицо самым грубым и неосторожным образом, когда она выполнила свое предназначение ".

"Мы знаем игру", - сказала Карли, изящно зевая. "Я полагаю, вы скажете, что, будучи всего лишь дублером, Майкл сражался с Ричардом, то есть с Воулом".

"Это верно. И когда Драко убирается с дороги, он становится Воулом. Что может быть лучше, чем исправить старую несправедливость, отомстить за честь своей матери?"

"Одну минуту. Этого достаточно. С меня хватит этого. Я не обязан терпеть от тебя такого рода вещи. " Кулаки Майкла сжались по бокам, когда он сделал один угрожающий шаг к Еве.

"Майкл". Голос Рорка был тих. Он переместился так, чтобы заблокировать безрассудное наступление Майкла, и актер столкнулся лицом к лицу с ледяной жестокостью. "Я мог бы причинить тебе боль так, как ты даже представить не можешь".

"Рорк", Ева проклинала бы его за вмешательство, но это изменило бы настроение.

"Отойди, Майкл", - посоветовала Карли, и только хватка ее руки на стуле свидетельствовала о ее беспокойстве. "Ты только поставишь себя в неловкое положение. Вы довольно быстро заканчиваете нашу счастливую труппу, лейтенант."

Карли скрестила ноги, чуть ли не мурлыкая, чтобы переключить внимание на себя. "Но вы не затронули меня или моего персонажа-двойника. Я не верю, что Диана кого-то защищала ".

"Она бы так и сделала". Ева повернулась, медленно подошла к свидетельскому креслу. "Разве она не увидела бы этого после того, как все рухнуло? Что она последовала бы за Кристин, будучи использованной, эксплуатируемой, а затем брошенной, когда он искал более свежую добычу? Я думаю, она бы возненавидела его за это. Ненавидела его", - повторила Ева, положив руки на подлокотники кресла, наклоняясь. "За то, что испортил ее вечеринку, ее прекрасные мечты, за то, что заставил ее увидеть, какой дурой она была, купившись на что-то презренное, отвратительное".

Пульс начал учащенно биться в горле Карли. "Вы придаете персонажу больше глубины, чем она заслуживает".

"Я так не думаю. Я думаю, что Воул недооценил ее. Люди, особенно мужчины, часто недооценивают красивых женщин. Они не смотрят дальше поверхности. Он не знал тебя, не так ли? Не знал, какая сила, страсть и цель живет внутри тебя ".

Вспыхнул прожектор, окутав Карли холодным белым сиянием.

"Вы меня не пугаете, лейтенант".

"Нет, тебя нелегко напугать. И когда кто-то бьет тебя, ты наносишь ответный удар. Сильнее. Я должен уважать это. Он думал, что сможет отбросить тебя в сторону, как LC после истечения часа. Он думал, что может публично унизить тебя, прямо здесь, на этой сцене, перед актерами и съемочной группой. Чтобы они смотрели на тебя с презрением или жалостью. Ты бы не стал, не смог проглотить это. Он должен был заплатить за это ".

"Прекрати преследовать ее". Майкл схватился за край стола для улик. "Оставь ее в покое. Ты знаешь, через что она прошла ".

"Она просто хватается за соломинку". У нее пересохло во рту, но Карли удалось сохранить голос ровным.

"Мужчины не бросают тебя в сторону, не так ли, Карли?" Ева оглянулась на Майкла. "Это запрещено. Недопустимо. Спланировать это было легко, на самом деле. Просто шаг за шагом. И это было так прекрасно сшито по костюму. Он умер бы прямо здесь, почти у твоих ног".

"Мне нужен адвокат".

"У вас может быть целая команда из них". Ева отступила назад, подошла к столу для улик, постучала пальцем по рукоятке ножа. "Было легко достать нож с кухни. Кто заметит пропажу ножа там, где их так много? Вы знали темп пьесы, сколько времени проходит между сменами декораций. Даже если бы кто-то увидел тебя, это не имело бы значения. Ты принадлежал этому месту, как часть декорации или важный реквизит. Засунь подставной нож в рукав, положи орудие убийства и уходи.

"Трудно было ждать?" Она повернула нож в своей руке так, что на нем отразился свет, отблески. "Произносить свои реплики, слушать других, в то время как в своей голове ты мог видеть ту последнюю сцену, то, как в него вонзался нож, шок на его лице, когда он, наконец, был наказан за то, что он сделал с тобой".

"Это нелепо, и ты это знаешь. Вы не можете ничего из этого доказать, потому что это неправда. Ты просто закончишь тем, что будешь выглядеть как дурак ".

"Я рискну этим. Карли Ландсдаун, вы арестованы за убийства Ричарда Драко и Лайнуса Кима. У вас есть право хранить молчание ", - продолжила она, когда Пибоди вышла, направляясь к Карли. "У вас есть право на адвоката и / или представителя по вашему выбору. У тебя есть ... "

"Отойди от нее!" Крик раздался, когда Пибоди приготовилась защелкнуть наручники на запястье Карли. "Не смей прикасаться к ней. Она ничего не сделала!"

Ареена оттолкнула Майкла в сторону, бросилась к столу для улик. Ее лицо было диким от ярости, когда она схватила нож. "Ты не тронешь ее. Ты не сделаешь этого. Будь ты проклят, отправляйся в ад".

Она повернулась к Еве. "Она не убивала Ричарда. Я сделал. Жаль только, что я не сделал этого много лет назад, до того, как он дотронулся до нее своими грязными руками ".

"Я знаю". Ева подошла к ней, не сводя глаз, и взяла безвредный нож из руки Арины. "Я знаю это. Anja."

"Anja? О Боже. Боже мой." Карли скрестила руки на груди, покачиваясь.

"Пибоди, выведи этих людей отсюда. Карли, сядь. Есть история, которую тебе нужно услышать ".

"Отпусти ее". Голос Арины был безумным, когда она встала между Евой и Карли. "Я расскажу тебе все. Разве ты недостаточно заставил ее пройти через это? Я отказываюсь от своих прав. Я понимаю их и отказываюсь от них. Теперь отпусти ее".

"Ты". Глаза Карли, казалось, горели на ее лице. "Ты и Ричард".

"Мне жаль. Мне очень жаль ".

"Ты знал". Собравшись с духом, Карли поднялась на ноги. "Ты знал все это время. И ничего не сделал, когда он..."

"Нет. О, Карли, ты не можешь думать, что я остался бы в стороне. Да, я знал. Когда я увидел тебя, когда тебя выбрали, и я понял, что ты был... кем ты был, я пошел к нему. Ты - это то, чего он так жаждал. Молодая, красивая и свежая. Я сказал ему, кто ты такой, чтобы он не прикасался к тебе таким образом. Это была моя ошибка ".

Она закрыла глаза, приняла вес. "Я никогда не узнаю, стал бы он искать своего удовольствия в другом месте. Я думал, что защищаю тебя, а вместо этого... Вместо этого он соблазнил тебя, зная это. Зная это. Ты не был виноват. Ты никогда не был виноват ".

"Он знал". Карли прижала руку к своему животу. "Вы оба знали".

"Когда я узнал, что он сделал, что он делал, я столкнулся с ним лицом к лицу. Мы спорили. Горько. Я угрожал ему, угрожал разоблачить его, обратиться к прессе с этой историей. Я не мог этого сделать, конечно, я не мог этого сделать из-за того, что это сделало бы с тобой. Он поверил мне, по крайней мере вначале, и порвал с тобой. Он был жесток к тебе, потому что знал, что это причинит мне боль ".

"Откуда ты меня знаешь?"

"Карли, я..." - Арина замолчала, покачав головой. "Я никогда не вмешивался в твою жизнь. Я не имел на это права. Но меня держали в курсе ".

"Почему тебя это волновало?" Потребовала Карли. "Я был не чем иным, как твоей ошибкой".

"Нет. Нет. Ты был подарком, который я не смог сохранить. Я сделал этот подарок твоим родителям, потому что знал, что они будут дорожить тобой. Они защитили бы тебя. Как я и пыталась, - устало сказала она. "Я бы никогда не сказал тебе, Карли. Никогда. Если бы был выбор. Но я не могу позволить им обвинять тебя, не могу позволить им обвинять тебя в том, что я сделал ".

Она повернулась обратно к Еве. "Ты не имел права заставлять ее проходить через это".

"У всех нас есть работа, которую нужно делать".

"Ты так это называешь?" Карли ахнула. "Чтобы выяснить, кто из нас уничтожил таракана и почему. Что ж, ты сделал это. Интересно, как ты спишь по ночам. Я хочу уйти ". Она начала плакать. "Я больше не хочу здесь быть. Я хочу уйти ".

"Доктор Мира?"

"Да". Мира вошла на съемочную площадку, обняла Карли. "Ну же, Карли. Пойдем со мной".

"Я мертв внутри".

"Нет, только оцепенение. Тебе нужно немного отдохнуть ". Мира послала Еве долгий, спокойный взгляд, затем увела Карли прочь.

"Посмотри, что ты с ней сделал. Ты ничем не лучше Ричарда. Издевался над ней, эксплуатировал ее. Вы знаете, какие кошмары будут преследовать ее? Кричать через ее голову?" С мрачным видом Ареена посмотрела на Еву. "Я бы избавил ее от этого. Я мог бы избавить ее от этого ".

"Ты убил его после того, как он перестал издеваться над ней. Почему ты ждал, пока все закончится?"

"Потому что это не было окончено". Ареена вздохнула, подогнула дрожащие ноги и села. "Он пришел навестить меня за несколько дней до того, как мы открылись. Он употреблял. Он всегда был более мерзким, когда использовал. Он угрожал забрать ее обратно. Если бы я хотела, чтобы он держался на расстоянии, мне пришлось бы занять ее место. Так я и сделал. Это был всего лишь секс, он ничего не значил. Ничего".

Но ее рука дрожала, когда она порылась в сумочке и нашла сигарету. "Я должен был притвориться обиженным, возмущенным, напуганным. Эти эмоции стимулировали бы его, удовлетворяли его. Я мог бы заставить его поверить в это. Вместо этого я проявил отвращение и незаинтересованность. Он отомстил, предложив секс втроем, он, я и Карли, после премьеры. Он наслаждался, рассказывая мне обо всем, что он делал с ней, с ней. Как он наслаждался этим, как волнующе было для него вколачиваться в нее, зная, что она была его кровью, его дочерью. Он был монстром, и я казнил его ".

Она поднялась на ноги. "У меня нет угрызений совести, я ни о чем не сожалею. Я мог бы убить его той ночью, когда он стоял в моих комнатах, хвастаясь тем, что он достаточно мужчина, чтобы справиться и с матерью, и с дочерью одновременно ".

Горло Евы покрыла тонкая струйка тошноты. "Почему ты этого не сделал?"

"Я хотел быть уверенным. И я хотел, так или иначе, чтобы это было справедливо. И..." Впервые она улыбнулась. "Я хотел выйти сухим из воды. Я думал, что смогу. Я думал, что у меня есть."

Когда она начала бороться со своей зажигалкой, Рорк подошел к ней, взял зажигалку из ее холодных рук. Ее глаза встретились с его глазами над пламенем. "Спасибо тебе".

Он положил зажигалку обратно в ее ладонь, нежно сомкнув ее пальцы вокруг нее. "Не за что".

С закрытыми глазами Арина сделала свою первую глубокую затяжку. "Из всех моих пристрастий это то, которое я так и не смог победить". Она вздохнула. "Я совершил много непривлекательных поступков в своей жизни, лейтенант. У меня бывали приступы эгоизма, жалости к себе. Но я не использую людей, которые мне небезразличны. Я бы не позволил арестовать Кеннета. Я бы нашел способ обойти это. Но кто бы заподозрил тихую, услужливую Ареину в хладнокровном убийстве? Такой публичный ".

"Это была твоя обложка, ты делал это прямо здесь, на сцене".

"Да, конечно, я бы не совершил убийство на глазах у тысяч свидетелей. Я видел, как меня сразу же исключили из списка подозреваемых. И наивно я полагал, что никто из других, будучи невиновным, не столкнется с чем-то большим, чем неудобство допроса ".

Ей удалось слегка рассмеяться. "И, зная их, я был уверен, что они найдут этот процесс увлекательным. Честно говоря, лейтенант, я не думал, что какой-либо следователь, расследующий жизнь Ричарда, чтобы раскрыть его смерть, будет слишком усердно работать над делом, как только они узнают, каким человеком он был. Я недооценил тебя, так же как Ричард недооценил меня ".

"До того момента, как ты всадил в него нож. Тогда он перестал недооценивать тебя".

"Это верно. Взгляд в его глазах, зарождающееся понимание, стоило каждого момента планирования. Страха. Все произошло во многом так, как ты говорил раньше, только со мной в роли, которую ты выбрал для Карли ".

Она могла воспроизвести это в своей голове, сцену за сценой, ход за ходом. Ее собственная интимная игра. "Однажды я просто взял нож с кухни, когда мы с Элизой спустились попросить бутерброды. Я хранил это у себя в гримерке до премьеры. До смены обстановки. Несколько человек из нас переходили от точки к точке за кулисами, актерский состав и съемочная группа. Я поменяла ножи и добавила штриха, установив реквизит в моей собственной гримерной, когда мой костюмер был повернут спиной. Я подбросил это прямо под ее очень лояльным носом. Еще один умный поворот, подумал я в то время ".

"Это могло бы сработать. Это почти произошло ".

"Почти. Почему почти, лейтенант?"

"Аня Карвелл".

"Ах. Имя из прошлого. Ты знаешь, откуда это берется?"

"Нет. Я задавался вопросом."

"Маленькая, незначительная роль в маленькой незначительной пьесе, которая открылась и закрылась в одну и ту же ночь в захолустном городке в Канаде. Это никогда не было указано ни в моих титрах, ни у Кеннета. Но там мы и встретились. И я поняла несколько лет спустя, что именно там он влюбился в меня. Я только хотел бы быть достаточно мудрым, чтобы полюбить его в ответ. Время от времени он называл меня Аней, своего рода личная связь между той очень юной девушкой и тем очень молодым человеком, которые оба хотели стать великими актерами ".

"Ты использовал это, когда помещал ее".

"Да, из чувства. И чтобы защитить ее, подумал я, если она когда-нибудь попытается найти свою биологическую мать. Я отдал ее хорошим людям. Ландсдауны - очень хорошие люди. Добрый, любящий. Я хотел для нее самого лучшего. Я позаботился о том, чтобы она это получила ".

Да, подумала Ева, ты убедился. Абсолютно уверен. "Ты мог бы отпустить тогда. Почему ты не отпустил?"

"Ты думаешь, что из-за того, что я видел ее только один раз, из-за того, что я обнимал ее только один раз, я не люблю ее?" Голос Арины повысился. Звонил. "Я не ее мать. Я полностью осознаю это. Но за двадцать четыре года не было дня, чтобы я не думал о ней ".

Она остановила себя, казалось, втянулась. "Но я обхожу суть. Я была убедительна, как Аня. Я знаю это".

"Да, очень. Я не узнал тебя, не физически. Эмоции, Ареена. У кого был самый сильный мотив не только убить его, но и заставить его заплатить перед аудиторией? Покончить со своей жизнью так же, как оборвалась жизнь Воула? Кого больше всего предавали, кого больше всего использовали? Как только я устранил Карли, был один ответ: Аня Карвелл ".

"Если вы устранили Карли, почему вы заставили ее пройти через этот ужас?"

"Аня Карвелл", - продолжила Ева, игнорируя вопрос. "Она произвела на меня впечатление сильной, уравновешенной и очень прямой женщины. Но как она поменяла ножи? Я полагаю, она нашла бы способ, и все равно это не совсем сработало. По одной простой причине. Ей пришлось бы самой держать нож, чтобы нанести удар ради ребенка, которого она бросила, чтобы защитить ".

"Да, ты прав. Я бы не доверил это никому другому ".

"Когда я подумал о тебе и о ней, я увидел это. Ты изменил свой внешний вид, свой голос, свое отношение. Но есть вещи, которые ты не изменил или не смог изменить. Вот, - сказала Ева, указывая. "Ты протягиваешь руку, как ты делаешь сейчас, играя с ожерельем - или, как Аня, с верхней пуговицей своего платья, - когда формулируешь, что ты собираешься сказать и как лучше это сказать".

"Такая мелочь".

"Есть и другие. Они складываются. Вы можете изменить цвет, даже форму своих глаз, но не их выражение, когда вы вспыльчивы или вами овладевает горе. Ты не смогла скрыть цель в них, в тот единственный момент, когда ты встретилась взглядом с Ричардом на сцене. За мгновение до того, как ты убил его. Мне стоило только подумать об Ане и тебе, чтобы понять, что вы были одним человеком ".

"Значит, ты перехитрил меня". Ареена поднялась на ноги. "Вы разгадали загадку и поддержали то, что считаете справедливостью. Браво, лейтенант. Я полагаю, что сегодня ночью ты будешь спать сном праведника ".

Ева не сводила глаз с Арины. "Пибоди, проводи мисс Мэнсфилд к черно-белой машине, ожидающей снаружи".

"Да, сэр. Мисс Мэнсфилд?"

"Ева". Рорк пробормотал это, когда их шаги эхом отдавались за сценой.

Она покачала головой, зная, что должна удержать его, взять себя в руки. "Фини, у нас есть полная запись?"

"Ясно как день, Даллас, и полностью приемлемо. Она отказалась от своих прав ".

"Мы закончили здесь. Закрой это".

"Будет сделано. Встретимся в Центральном. Хорошая работа. Чертовски хорошая работа".

"Да". Она зажмурилась, когда Рорк положил руку ей на плечо. "Спасибо за помощь. Мы прошли через это. Никакой суматохи, никакой суеты".

Она сопротивлялась, когда он попытался повернуть ее лицом к себе. Он просто обошел ее. "Не делай этого".

"Я в порядке. Я должен войти, разобраться с этим ".

"Я пойду с тобой". Он усилил хватку, когда она начала качать головой. "Ева, ты думаешь, я оставил бы тебя одну в такое время?"

"Я сказал, что я в порядке".

"Лжец".

Она сдалась, уступила, позволила ему обнять ее. "Я смотрела на нее, я смотрела в ее глаза и задавалась вопросом, что бы я чувствовала, на что это было бы похоже, если бы кто-то так сильно заботился обо мне, кто-то, кто сделал бы все, чтобы спасти меня от него. И затем, глядя на нее, я поймал ее в ловушку, используя то, что она любила больше всего ".

"Нет. Ты спас то, что она любила больше всего. Мы оба это знаем ".

"Неужели я? Нет, это работа Миры." Она глубоко вздохнула. "Я хочу закрыть это дело. Мне нужно покончить с этим ".

***

Оформление документов могло бы стать успокаивающей рутиной. Она использовала это, написав свой отчет с требуемой бесстрастной и жестокой эффективностью. Она подала его, добавив все собранные доказательства.

"Лейтенант?"

"Смена почти закончилась, Пибоди. Иди домой".

"Я буду. Я хотел, чтобы вы знали, что Мэнсфилд закончил бронирование. Она просила о встрече с тобой ".

"Хорошо. Организуйте это, допросите кого-нибудь, если таковой имеется. Тогда уходи ".

"С удовольствием".

Ева повернулась на своем стуле туда, где стоял Рорк, глядя на ее жалкий вид. "Извините. Я должен это сделать. Почему бы тебе не пойти домой?"

"Я буду ждать".

Она ничего не сказала, только встала и направилась вниз, чтобы взять интервью.

Ареена уже была там, тихо сидела за маленьким столиком. Она скривила губы в усмешке. "Не могу сказать, что я высокого мнения о выборе гардероба в этом заведении". Она провела пальцем по обложке тускло-серого государственного номера без воротника.

"Нам нужно нанять нового дизайнера. Запись на - "

"Это необходимо?"

"Да, я обязан записывать любые разговоры с вами. Для твоей и моей защиты. Даллас, лейтенант Ева, в первом интервью с Мэнсфилд, Ариной, по ее просьбе. Мисс Мэнсфилд, вам предоставили ваши права, решаете ли вы воспользоваться какими-либо из них или всеми в данный момент?"

"Нет, я должен тебе кое-что сказать. Ты знал, что это была я, - сказала она, наклоняясь вперед. "Вы прекрасно знали, что это был я, до того, как мы пришли сегодня в театр".

"Мы проходили через это".

"Я спрашиваю вас, были ли у вас какие-либо доказательства до моего признания?"

"Какое это имеет значение? У меня есть твое признание ".

"Ради моего собственного любопытства. Адвокат, которого я намерен нанять, будет иметь право на эту информацию, которая будет передана мне. Избавь нас от посредника".

"Хорошо. Исходя из моих предположений относительно Анжи Карвелл, я заказал анализ отпечатков голоса между вашими показаниями и ее. Хотя вы изменили свой тон, свой ритм, эффективно замаскировав свой голос для невооруженного уха, голосовые отпечатки полностью совпали. Как отпечатки пальцев. Несколько ваших были найдены в комнате, зарегистрированной на Карвелла. В вышеупомянутом номере были найдены пряди волос, как из синтетического парика, соответствующего оттенку, который носил Карвелл, так и вашего оттенка, а также ваша ДНК. Оба также были найдены при санкционированном осмотре вашего пентхауса в том же отеле."

"Я вижу. Я должен был изучить полицейскую процедуру. Я был неосторожен ".

"Нет, ты не был. Ты был человеком, что делает невозможным думать обо всем ".

"Тебе это удалось". Теперь Арина откинулась назад, в ее глазах был оценивающий взгляд, когда она изучала Еву. "У вас было достаточно улик, чтобы вызвать меня сюда на допрос, бросить мой обман мне в лицо, использовать мои отношения с Ричардом, с Карли, чтобы сломать меня. Вместо этого вы решили сделать это в театре. На глазах у Карли".

"Ты мог бы и не сломаться здесь. Я рассчитывал, что это сработает в другую сторону ".

"Нет, ты бы сломал меня. Мы оба знаем это. Я не мог противостоять тебе. Ты сделал это на глазах у Карли по очень конкретной причине. Ты сделал это для нее ".

"Я не знаю, о чем ты говоришь, и у меня закончилась смена".

Прежде чем она смогла подняться, Ареена схватила ее за руку. "Ты сделал это для нее. Она должна жить, зная, на что был способен отец, который создал ее. Что он с ней сделал. Знание того, кем он был, и что то, кем он был, живет внутри нее, могло исказить ее, оставить шрам ".

"Она будет жить с этим". Каждый день, думала Ева. Каждую ночь.

"Да, она будет. Но ты позаботился о том, чтобы она увидела больше, чем это. Ты показал ей, что другая часть, которая создала ее, защитит ее любой ценой. Пожертвовала бы своей свободой, чтобы застраховать свою. Мог бы любить ее так сильно. Ты показал ей, что порядочность, верность и целеустремленность у нее в крови. Однажды, когда она успокоится, когда она выздоровеет, она поймет это. Она может думать обо мне по-доброму. Когда она поймет это, лейтенант Даллас, я надеюсь, у нее хватит мужества поблагодарить вас так, как я благодарю вас сейчас ".

Она крепко зажмурила глаза, глубоко вдохнула. "Можно мне немного воды, пожалуйста?"

Ева подошла, взяла чашку. "Вы оба заплатите за то, что он сделал. Нет способа остановить это ".

"Я знаю". Ареена сделала глоток, охладила горло. "Но она молода и сильна. Она найдет способ вернуть это ".

"Ей помогут. доктор Мира даст ей совет. Она лучшая ".

"Я ценю знание этого. Я был так горд тем, как она сразила тебя сегодня. Она жесткая. И она прелестна, не так ли?"

"Да, очень".

"Я не мог вынести того, что он с ней сделал. Не мог смириться с мыслью, что он может сделать это снова ". Навернулись слезы, с которыми пришлось бороться.

Хрупкий? Ева подумала. Не в этой жизни.

"С Квимом, - продолжила Арина, - мне было трудно. Я боялся. Но он был уродливым человечком, а я был сыт по горло уродливыми человечками. Лейтенант?"

"Да".

"Сможете ли вы, когда я буду в тюрьме, получить обновленную информацию о душевном состоянии Карли, о том, как она? Ничего навязчивого. Просто если есть способ сообщить мне, что с ней все в порядке."

"Я посмотрю, что я могу сделать". Ева поколебалась, выругалась. "Запись выключена", - приказала она и отключила звук и изображение для наблюдения. "Найдите адвоката, который знает, как раскручивать СМИ, а не только того, кто жесток в суде. Лучше, возьми по одному у каждого. Вы хотите повлиять на общественное мнение. Ты хочешь, чтобы люди услышали историю, всю ее, и почувствовали сочувствие к тебе, отвращение к Драко. Прекрати отказываться от своих чертовых прав и больше не разговаривай со мной или любым другим копом без присутствия твоего адвоката ".

Удивленная, Арина подняла брови. "Вы всех спасаете, лейтенант?"

"Заткнись и слушай. Стремитесь к снижению способностей и крайнему эмоциональному расстройству. Даже с учетом преднамеренности, это не такая уж большая натяжка. Вы убили человека, надругавшегося над вашей дочерью, и шантажиста. Если это будет воспроизведено таким образом, это привлечет много средств массовой информации в вашу пользу ". И она могла бы коснуться Надин, чтобы увидеть, что все повернулось именно так. "Окружной прокурор не захочет неразберихи долгого публичного судебного процесса с матерями, пикетирующими у здания суда и мэрии. И они будут. Он предложит тебе сделку. Вы можете провести время в клетке, но если вам повезет, вы получите изрядный срок домашнего заключения с браслетом и еще один срок условно-досрочного освобождения ".

"Почему ты делаешь это для меня?"

"Разве нет какой-нибудь поговорки о том, что дареным коням смотрят в зубы?"

"Да. Совершенно верно". Ареена поднялась на ноги. "Я хотел бы, ну, очевидно, я хотел бы, чтобы мы встретились при других обстоятельствах". Она протянула руку. "До свидания, лейтенант".

Ева сжала ее руку, позволяя пожатию продержаться.

***

Когда она вернулась в свой кабинет, там был Рорк. Она взяла свою куртку, свою сумку. "Что ты скажешь, если мы уберемся отсюда к чертовой матери?"

"Мне нравится эта идея". Но он поймал ее руку, пробежал взглядом по ее лицу. "Вы выглядите светлее, лейтенант".

"Я есть. Значительно".

"А Ареена?"

"Она чертовски хорошая женщина. Это странно ". Размышляя над этим, она присела на край стола. "Впервые за одиннадцать лет работы я сталкиваюсь с убийцей, которым восхищаюсь, и жертвой, которую я не мог ..."

"Волнует", - закончил Рорк.

"Предполагается, что меня не должно волновать то или иное. Я просто должен выполнять свою работу ".

"Но вам не все равно, лейтенант. Жестоко, тебе не все равно. И на этот раз ты столкнулся с тем, за кого ты был обязан заступиться, кто заслужил именно то, что получил ".

"Убийство никогда не бывает заслуженным", - сказала она, затем издала тихий звук нетерпения. "К черту все это. Правосудие свершилось в зале суда. Это могло быть на сцене, но это не было выдумкой. Не было никакого притворства, когда Ареена Мэнсфилд подняла этот нож и вонзила его в сердце, которого у Ричарда Драко не было. И когда она сделала этот шаг, эту позицию, справедливость восторжествовала ".

"Она заставит присяжных есть у нее из рук. Прежде чем все закончится, они скорее канонизируют ее, чем осудят. Ты это знаешь".

"Да. Черт возьми, я на это рассчитываю. Знаешь, что я выяснил, приятель?"

"Скажи мне".

"Ты не можешь вернуться. Не могу починить то, что сломалось. Но ты можешь идти вперед. И каждый шаг имеет значение. Каждый имеет значение ". Она оттолкнулась от стола, обхватила его лицо руками. "С того места, где я стою, ты - лучший шаг, который я когда-либо делал".

"Тогда давайте возьмем следующий и пойдем домой".

Она вышла с ним, и поскольку это соответствовало настроению, взяла его за руку в своей. В ту ночь она будет спать. Она бы спала чистой.

***

Дж. Ди Робб

Месть в смерти

Ева Даллас и ее муж Рорк - #6

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Бизнес убийства требовал времени, терпения, мастерства и терпимости к однообразию. Лейтенант Ева Даллас убила их всех.

Она знала, что акт убийства не требовал ничего из этого. Слишком часто жизнь отнималась импульсивно, в ярости, для развлечения или просто по глупости. По мнению Евы, это было последнее из них, что побудило некоего Джона Генри Боннинга выбросить некоего Чарльза Майкла Ренеки из окна двенадцатого этажа на авеню D.

Она допрашивала Боннинга и подсчитала, что потребуется максимум двадцать минут, чтобы вытрясти из него признание, еще пятнадцать, чтобы арестовать его и подать свой отчет. Возможно, она просто доберется домой вовремя.

"Давай, стояк". Это был ее ветеран-полицейский, разговаривающий с ветераном-плохим парнем. Ровная земля, ее территория. "Сделай себе одолжение. Признание, и вы можете прибегнуть к самообороне и ограниченным возможностям. Мы можем закончить это к ужину. Я слышал, что сегодня вечером в карцере подают пасту-сюрприз ".

"Никогда не прикасался к нему". Боннинг сложил свои огромные губы, постукивая длинными толстыми пальцами. "Ублюдок прыгнул".

Со вздохом Ева села за маленький металлический столик в интервью А. Она не хотела, чтобы Боннинг стал адвокатом и запутал дело. Все, что ей нужно было сделать, это удержать его от произнесения этих слов, направить его в том направлении, в котором она уже двигалась, и у нее была обертка.

Второсортные торговцы химическими препаратами вроде Боннинга неизменно были тугодумами, но рано или поздно он звал представителя. Это была старая уловка, такая же вневременная, как и само убийство. Когда 2058 год, спотыкаясь, подошел к концу, бизнес убийств остался в основном неизменным.

"Он выпрыгнул - быстрый выигрыш - из окна. Итак, зачем он это сделал, Стояк?"

Боннинг наморщил свой лоб размером с обезьяну в глубокой задумчивости. "Потому что он был сумасшедшим ублюдком?"

"Это хорошая догадка, Стояк, но это не даст тебе права на участие во втором раунде нашего розыгрыша "Поставь копов в тупик".

Ему потребовалось около тридцати секунд на размышления, затем его губы растянулись в усмешке. "Забавно. Довольно забавно, Даллас."

"Да, я подумываю о том, чтобы подрабатывать стендапером. Но, возвращаясь к моей повседневной работе, вы двое готовили какую-то эротику в своей переносной лаборатории на авеню D, и Ренеки - будучи сумасшедшим ублюдком - просто отрастил волосы на заднице и выпрыгнул из окна - прямо через стекло - и прыгнул с двенадцатого этажа, отскочил от крыши такси Rapid, напугал до смерти пару туристов из Топики на заднем сиденье, а затем скатился, чтобы выпустить свои мозги на улицу."

"Конечно, отскочил", - сказал Боннинг с тем, что сошло за удивленную улыбку. "Кто бы мог подумать?"

Она не собиралась идти на убийство номер один и полагала, что если она пойдет на убийство номер два, назначенный судом представитель будет торговаться, соглашаясь на непредумышленное убийство. Наркоторговцы, подмазывающие наркоторговцев, не заставили Джастиса поднять повязку на глазах и улыбнуться в предвкушении. Он бы отсидел больше за незаконную атрибутику, чем за убийство. И даже совмещая эти два, было сомнительно, что он проведет в карцере больше трех лет.

Она сложила руки на столе, наклонилась вперед. "Стояк, я выгляжу глупо?"

Приняв вопрос за чистую монету, Боннинг сузил глаза, чтобы внимательно изучить. У нее были большие карие глаза, но они не были мягкими. У нее был красивый, широкий рот, но он не улыбался. "Выглядеть как коп", - решил он.

"Хороший ответ. Не пытайся облить меня здесь из шланга, Стояк. Вы и ваш партнер по бизнесу поссорились, вы разозлились и прекратили ваши профессиональные и личные отношения, выбросив его тупую задницу из окна ". Она подняла руку, прежде чем Боннинг смог снова отрицать. "Вот как я это вижу. Вы ввязались, может быть, поносили друг друга из-за прибыли, методов, женщины. Вы оба разгорячились. Так что, может быть, он нападет на тебя. Ты должен защищать себя, верно?"

"У человека есть право", - согласился Боннинг, быстро кивая, когда история запела для него. "Но мы ни во что не вляпались. Он просто пытался летать ".

"Откуда у тебя окровавленная губа, подбитый глаз? Почему у тебя разодраны костяшки пальцев?"

Боннинг растянул губы в зубастой ухмылке. "Драка в баре".

"Когда? Где?"

"Кто помнит?"

"Тебе лучше. И ты знаешь, что тебе лучше, Стояк, после того, как мы проведем анализ крови, которую мы соскребли с твоих костяшек, и мы обнаружим, что его кровь смешана с твоей. Мы снимем его ДНК с твоих толстых пальцев, я выбираю преднамеренное - максимальное заключение, пожизненное, без права досрочного освобождения ".

Его глаза быстро моргали, как будто его мозг обрабатывал новые и сбивающие с толку данные. "Да ладно, Даллас, это просто чушь собачья. Ты никого не убедишь, что я вошел туда, думая убить старого Чакару. Мы были приятелями".

Не сводя с него глаз, Ева достала свой коммуникатор. "Последний шанс помочь себе. Я звоню своей помощнице, пусть она получит результаты анализов, я обвиняю вас в убийстве номер один ".

"Не было никакого убийства". Он хотел верить, что она блефует. Ты не смог бы прочесть в этих глазах, подумал он, облизывая губы. Не мог прочитать в глазах этого копа. "Это был несчастный случай", - заявил он вдохновенно. Ева только покачала головой. "Да, мы немного пошалили, и он ... споткнулся и вылетел головой вперед из окна".

"Теперь ты оскорбляешь меня. Взрослый мужчина не выпрыгнет из окна, которое находится в трех футах от пола ". Ева включила свой коммуникатор. "Офицер Пибоди".

Через несколько секунд круглое и трезвое лицо Пибоди заполнило экран коммуникатора. "Да, сэр".

"Мне нужны результаты анализа крови Боннинга. Отправь их прямо на собеседование с А - и предупреди ПА, что в первом у меня убийство ".

"Теперь держись, отойди назад, не ходи туда". Боннинг провел тыльной стороной ладони по губам. Он боролся мгновение, говоря себе, что она никогда не поймает его на большом. Но у Далласа была репутация того, кто прижимал к стенке мотыльков пожирнее, чем он.

"У тебя был шанс, Стояк. Пибоди - "

"Он напал на меня, как ты и сказал. Он набросился на меня. Он сошел с ума. Я расскажу тебе, как это произошло, откровенное дерьмо. Я хочу сделать заявление ".

" Пибоди, отложи эти приказы. Сообщите прокурору, что мистер Боннинг делает заявление о чистом дерьме ".

Губы Пибоди ни разу не дрогнули. "Да, сэр".

Ева сунула коммуникатор обратно в карман, затем сложила руки на краю стола и приятно улыбнулась. "Ладно, Стояк, расскажи мне, как все прошло".

***

Пятьдесят минут спустя Ева вошла в свой крошечный офис в полицейском управлении Нью-Йорка. Она действительно выглядела как полицейский - не только в оружейной сбруе, перекинутой через плечо, поношенных ботинках и выцветших джинсах. Полицейский был в ее глазах - глазах, которые мало что упускали. Они были цвета темного виски и редко вздрагивали. Ее лицо было угловатым, с острыми скулами, и его оттеняли удивительно щедрый рот и неглубокая вмятина на подбородке.

Она шла на длинных конечностях, свободной походкой - она никуда не спешила. Довольная собой, она запустила пальцы в свои короткие, небрежно подстриженные каштановые волосы, сидя за своим столом.

Она отправляла свой отчет, рассылая копии всем необходимым сторонам, затем выходила из системы на день. За исчерченным полосами и узким окном позади нее пригородное воздушное движение уже было в замешательстве. Гудки аэробуса и бесконечное щелканье лопастей вертолета не беспокоили ее. В конце концов, это была одна из тематических песен Нью-Йорка.

"Включайся", - приказала она, затем зашипела, когда ее компьютер упрямо оставался пустым. "Черт возьми, не начинай этого. Вступайте в бой. Включайся, ублюдок".

"Ты должен сообщить ему свой личный номер пропуска", - сказала Пибоди, входя внутрь.

"Я думал, что они снова подключены к голосовой идентификации".

"Были. Задетый за живое. Предполагается, что к концу недели все будет в порядке ".

"Заноза в заднице", - пожаловалась Ева. "Сколько чисел мы должны запомнить? Два, пять, ноль, девять." Она выдохнула, когда ее подразделение, кашляя, вернулось к жизни. "Им лучше придумать новую систему, которую они обещали департаменту". Она вставила диск в устройство. "Оставить для Боннинга, Джона Генри, дело No 4572077-H. Скопируйте отчет Уитни, коммандер."

"Отличная, быстрая работа над Боннингом, Даллас".

"У этого человека мозг размером с фисташку. Выбросил своего партнера из окна, потому что они подрались из-за того, кто кому должен вонючие двадцать кредитов. И он пытается сказать мне, что защищался, опасаясь за свою жизнь. Парень, которого он бросил, был на сотню фунтов легче и на шесть дюймов ниже. Мудак, - сказала она со смиренным вздохом. "Можно было подумать, что Бонер состряпал бы, если бы у парня был нож или он замахнулся на него битой".

Она откинулась назад, обвила руками шею, удивленная и довольная тем, что почти не было напряжения, которое можно было бы снять усилием воли. "Они все должны быть такими легкими".

Она вполуха прислушивалась к гулу раннего воздушного движения за окном. Один из пригородных трамваев разглагольствовал об экономичных тарифах и удобстве.

"Доступны еженедельные, ежемесячные, годовые условия! Зарегистрируйтесь в EZ TRAM, вашем дружелюбном и надежном сервисе воздушного транспорта. Начинайте и заканчивайте свой рабочий день стильно".

Если тебе нравится стиль "упаковано-как-потные-сардины", подумала Ева. Из-за холодного ноябрьского дождя, который шел весь день, она представляла, что и воздух, и уличные завалы будут отвратительными. Идеальное завершение дня.

"Вот и все", - сказала она и схватила свою потрепанную кожаную куртку. "Я выбираю время для перемен. Какие-нибудь интересные планы на выходные, Пибоди?"

"Как обычно, отмахиваюсь от мужчин, как от мух, разбиваю сердца, сокрушаю души".

Ева бросила быструю усмешку на серьезное лицо своего помощника. Крепкая Пибоди, подумала она - полицейский от макушки ее темных волос, подстриженных под каре, до блестящих штатских туфель. "Ты такая дикая женщина, Пибоди. Я не знаю, как ты выдерживаешь темп ".

"Да, это я, королева тусовок". С сухой улыбкой Пибоди потянулась к двери как раз в тот момент, когда запищал телефон Евы. Они оба хмуро посмотрели на устройство. "Тридцать секунд, и мы были бы на спуске по скайуокеру".

"Наверное, просто Рорк звонит, чтобы напомнить мне, что мы договорились на званый ужин сегодня вечером". Ева включила устройство. "Отдел убийств, Даллас".

Экран поплыл цветами, темными, уродливыми, конфликтующими цветами. Музыка, низкой октавы, в медленном темпе, полилась из динамика. Автоматически Ева нажала команду для трассировки, наблюдая, как сообщение "Невозможно выполнить" прокручивается в нижней части экрана.

Пибоди выхватила свой порт-линк, отступив в сторону, чтобы связаться с центральным управлением, когда звонивший заговорил.

"Предполагается, что вы лучший, кого может предложить город, лейтенант Даллас. Насколько ты хорош?"

"Неопознанный контакт и / или прерывание передач сотрудникам полиции являются незаконными. Я обязан предупредить вас, что эта передача отслеживается через CompuGuard, и она записывается ".

"Я осознаю это. Поскольку я только что совершил то, что в мирском обществе сочли бы убийством первой степени, я не слишком беспокоюсь о мелких неприятностях, таких как электронные нарушения. Я был благословлен Господом ".

"Ах, да?" Потрясающе, подумала она, как раз то, что ей было нужно.

"Я был призван выполнить Его работу и омылся в крови Его врага".

"У него их много?" Я имею в виду, можно подумать, что Он просто, что, уничтожил бы их сам вместо того, чтобы нанимать тебя для выполнения грязной работы."

Наступила пауза, долгая, во время которой звучала только панихида. "Я должен ожидать, что ты будешь легкомысленным". Теперь голос звучал тверже и раздражительнее. Едва сдерживаемый гнев. "Как один из безбожников, как ты мог понять божественное возмездие? Я отнесу это к твоему уровню. Загадка. Вам нравятся загадки, лейтенант Даллас?"

"Нет". Она перевела взгляд на Пибоди, получила быстрое разочарованное покачивание головой. "Но держу пари, что ты знаешь".

"Они расслабляют разум и успокаивают дух. Название этой маленькой загадки - Месть. Вы найдете первого сына старого дерьма в роскоши, на вершине его серебряной башни, где внизу течет темная река и вода падает с огромной высоты. Он умолял сохранить ему жизнь, а затем о своей смерти. Так и не раскаявшись в своем великом грехе, он уже проклят ".

"Почему ты убил его?"

"Потому что это задача, для которой я был рожден",

"Бог сказал тебе, что ты рожден убивать?" Ева снова подтолкнула Трейса, боролась с разочарованием. "Как он дал тебе знать? Он звонил тебе по твоей ссылке, отправлял факс? Может быть, он встретил тебя в баре?"

"Ты не будешь сомневаться во мне". Звук дыхания становился громче, напряженный, дрожащий. "Ты думаешь, что из-за того, что ты женщина с положением власти, я меньше? Ты больше не будешь сомневаться во мне. Я связался с вами, лейтенант. Помните, что это в моей компетенции. Женщина может направлять и утешать мужчину, но мужчина был создан, чтобы защищать, оберегать, мстить ".

"Бог и это тебе сказал? Я думаю, это доказывает, что Он все-таки мужчина. В основном эго."

"Ты будешь трепетать перед Ним, передо мной".

"Да, верно". Надеясь, что его видео было понятным, Ева осмотрела свои ногти. "Меня уже трясет".

"Моя работа священна. Это ужасно и божественно. Из Притчей, лейтенант, двадцать восемь семнадцать: "Если человек обременен кровью другого, пусть он будет беглецом до самой смерти; пусть никто не помогает ему". Дни этого беглеца сочтены - и никто ему не помог."

"Если ты убил его, кем это делает тебя?"

"Гнев Божий. У тебя есть двадцать четыре часа, чтобы доказать, что ты достоин. Не разочаровывай меня ".

"Я не разочарую тебя, мудак", - пробормотала Ева, когда передача закончилась. "Что-нибудь есть, Пибоди?"

"Ничего. Он заглушил трассеры хорошо и надлежащим образом. Они не могут дать нам так много, как на планете или за ее пределами ".

"Он на планете", - пробормотала она и села. "Он хочет быть достаточно близко, чтобы наблюдать".

"Мог быть чудаком".

"Я так не думаю. Фанатик, но не чудак. Компьютер, управляй зданиями, жилыми и коммерческими, со словом luxury, в Нью-Йорке, с видом на Ист-Ривер или Гудзон ". Она постучала пальцами. "Я ненавижу игры-головоломки".

"Они мне вроде как нравятся". Сдвинув брови, Пибоди склонилась над плечом Евы, когда компьютер приступил к работе.

Роскошное оружие

Безупречная роскошь

Роскошное место

Роскошные башни

Ева набросилась. "Получите доступ к визуальному изображению роскошных башен на экране".

Работает...

Появилось изображение: возвышающееся серебряное копье с отблесками солнечного света на стали, мерцающее на Гудзоне у его основания. На дальнем западном берегу стильный водопад обрушился вниз по сложной системе труб и каналов.

"Попался".

"Не может быть так просто", - возразила Пибоди.

"Он хотел, чтобы все было просто". Потому что, подумала Ева, кто-то уже был мертв. "Он хочет играть, и он хочет прихорашиваться. Не можем сделать ни того, ни другого, пока мы в этом не участвуем. Компьютер, введите имена жильцов на верхнем этаже роскошных башен."

Работает... Пентхаус принадлежит The Brennen Group и является нью-йоркской базой для Томаса X. Бреннена из Дублина, Ирландия, сорока двух лет, женат, трое детей, президент и исполнительный директор The Brennen Group, агентства развлечений и коммуникаций.

"Давай проверим это, Пибоди. Мы уведомим диспетчерскую по пути ".

"Запрашивать подкрепление?"

"Сначала мы разберемся, что к чему". Ева поправила ремень на своей оружейной сбруе и натянула куртку.

***

Движение было таким же ужасным, как она и подозревала, на мокрых улицах тряслись и скрежетали, жужжа над головой, как дезориентированные пчелы. Глайдкарты ютились под широкими зонтиками и не делали ничего, что она могла видеть. Из их грилей поднимался пар, застилая обзор и наполняя воздух зловонием.

"Пусть оператор наберет домашний номер Бреннена, Пибоди. Если это розыгрыш и он жив, было бы неплохо оставить все так, как есть ".

"На нем", - сказала Пибоди и вытащила свой "линк".

Раздраженная задержками на дорогах, Ева включила сирену. У нее была бы такая же реакция, если бы она высунулась из окна и закричала. Машины оставались прижатыми друг к другу, как любовники, не уступая ни дюйма.

"Ответа нет", - сказала ей Пибоди. "Сообщение по голосовой почте сообщает, что он уехал на две недели, начиная с сегодняшнего дня".

"Будем надеяться, что он набил брюхо до паба в Дублине". Она снова просмотрела движение, прикидывая варианты. "Я должен это сделать".

"Ах, лейтенант, не в этой машине".

Затем Пибоди, стойкий полицейский, стиснула зубы и в ужасе зажмурила глаза, когда Ева нажала на кнопку вертикального подъема. Машина содрогнулась, заскрипела и приподнялась на шесть дюймов над землей. Ударь еще раз с глухим стуком, от которого содрогаются кости.

"Чертов кусок собачьего дерьма". На этот раз Ева использовала кулак, ударив по панели управления достаточно сильно, чтобы разбить костяшки пальцев. Они сделали шаткий подъем, покачнулись, затем устремились вперед, когда Ева нажала на акселератор. Она зацепила край зонтика, заставив разносчика глайдкартов взвизгнуть от ярости и броситься в погоню за ней на протяжении половины квартала.

"Чертов лоточник чуть не зацепил бампер". Теперь Ева была скорее поражена, чем разгневана, и покачала головой. "Парень в воздушных ботинках почти обогнал полицейскую машину. К чему катится мир, Пибоди?"

Глаза Пибоди были упрямо закрыты, она не шевельнула ни единым мускулом. "Простите, сэр, вы прерываете мою молитву".

Ева включила сирены, доставив их к главному входу в Роскошные башни. Спуск был достаточно грубым, чтобы она клацнула зубами, но она разминулась с глянцевым крылом кабриолета XRII airstream по крайней мере на дюйм.

Швейцар перелетел через тротуар, как серебряная пуля, на его лице была смесь оскорбления и ужаса, когда он рывком распахнул дверцу ее промышленного бежевого городского драндулета.

"Мадам, вы не можете припарковать эту ... штуковину здесь".

Ева выключила сирену, достала свой значок. "О да, я могу".

Его рот только сильнее напрягся, когда он просмотрел ее удостоверение личности. "Не могли бы вы, пожалуйста, заехать в гараж".

Может быть, это было потому, что он напомнил ей Соммерсета, дворецкого, который пользовался любовью и преданностью Рорка и ее презрением, но она приблизила свое лицо к его лицу, сверкая глазами. "Это остается там, где я это положил, приятель. И если вы не хотите, чтобы я сказал своему помощнику, чтобы он подал на вас в суд за препятствование работе офицера, вы проводите меня внутрь и поднимете в пентхаус Томаса Бреннена."

Он втянул воздух через нос. "Это совершенно невозможно. мистер Бреннен в отъезде".

" Пибоди, пойми это... назовите имя гражданина и идентификационный номер и договоритесь, чтобы его доставили в полицейский участок для оформления заказа ".

"Да, сэр".

"Вы не можете меня арестовать". Его блестящие черные ботинки исполнили быстрый танец на тротуаре. "Я делаю свою работу".

"Ты вмешиваешься в мое дело, и угадай, чью работу судья сочтет более важной?"

Ева наблюдала за тем, как двигались его губы, прежде чем они сложились в тонкую неодобрительную линию. О да, подумала она, он был Соммерсетом до мозга костей, несмотря на то, что был на двадцать фунтов тяжелее и на три дюйма ниже, чем проклятие ее существования.

"Очень хорошо, но вы можете быть уверены, что я свяжусь с начальником полиции и службы безопасности по поводу вашего поведения". Он снова изучил ее значок. "Лейтенант".

"Не стесняйся". Подав сигнал Пибоди, она последовала за напряженной спиной швейцара ко входу, где он активировал своего дроида для охраны поста.

За сияющими серебряными дверями вестибюль роскошных башен представлял собой тропический сад с высокими пальмами, цветущим гибискусом и щебечущими птицами. Большой бассейн окружал бьющий фонтан в форме щедро изогнутой женщины, обнаженной по пояс и держащей золотую рыбку.

Швейцар набрал код на стеклянной трубе, молча жестом пригласил Еву и Пибоди внутрь. Недовольная транспортом, Ева оставалась прикованной к центру, в то время как Пибоди почти прижалась носом к стеклу на подъеме.

Шестьдесят два этажа спустя туннель открылся в меньший вестибюль с садом, не менее богатый. Швейцар остановился у экрана безопасности перед двойными арочными дверями из полированной стали.

"Швейцар Строби, сопровождающий лейтенанта Далласа из полиции Нью-Йорка и помощника".

"Мистера Бреннена в данный момент нет дома", - последовал ответ успокаивающим голосом, музыкальным с ирландскими переливами.

Ева просто оттолкнула Строби локтем в сторону. "Это чрезвычайная ситуация для полиции". Она поднесла свой значок к электронному глазу для проверки. "Вход необходим".

"Одну минуту, лейтенант". Раздался тихий гул, когда сканировали ее лицо и удостоверение личности, затем осторожный щелчок замков. "Вход разрешен, пожалуйста, имейте в виду, что эта резиденция защищена СКАНИРУЮЩИМ ОКОМ".

"Включи диктофон, Пибоди. Отойди, Строби." Ева положила одну руку на дверь, другую на свое оружие, и плечом распахнула ее.

Запах поразил ее первым и заставил выругаться. Она слишком много раз ощущала запах насильственной смерти, чтобы ошибиться.

Синие шелковые стены гостиной были разрисованы кровью - жуткое, непонятное граффити. Она увидела первую работу Томаса Х. Бреннена на мягком, как облако, ковре. Его рука лежала ладонью вверх, пальцы тянулись к ней, словно маня или умоляя. Она была отрезана у запястья.

Она услышала, как Строби за спиной подавился, услышала, как он, спотыкаясь, вернулся в вестибюль на свежий цветочный воздух. Она шагнула в зловоние. Теперь она вытащила свое оружие, обводя им комнату. Ее инстинкты говорили ей, что с тем, что там было сделано, покончено, и кто бы это ни сделал, он был в безопасности, но она придерживалась процедуры, медленно пробираясь по ковру, избегая запекшейся крови, когда могла.

"Если Строби закончит блевать, спроси его, как пройти в хозяйскую спальню".

"По коридору налево", - сказала Пибоди мгновение спустя. "Но его все еще вырывает там".

"Найди ему ведро, затем запри лифт и эту дверь".

Ева пошла по коридору. Запах становился терпче, гуще. Она начала дышать сквозь зубы. Дверь в спальню не была заперта. Сквозь щель пробивался яркий искусственный свет и величественные звуки Моцарта.

То, что осталось от Бреннена, было вытянуто на кровати размером с озеро со стильным зеркальным балдахином. Одна рука была прикована серебряными звеньями к столбику кровати. Ева представила, что они найдут его ноги где-нибудь в просторной квартире.

Несомненно, стены были хорошо звукоизолированы, но, несомненно, мужчина долго и громко кричал перед смертью. Сколько времени это заняло, подумала она, изучая тело. Сколько боли мог вынести человек, прежде чем мозг отключился и тело отказало?

Томас Бреннен знал бы ответ на второй.

Его раздели догола, ампутировали руку и обе ноги. Единственный глаз, который у него остался, в слепом ужасе уставился на зеркальное отражение его собственного изуродованного тела. Он был выпотрошен.

"Милый Иисус Христос", - прошептала Пибоди с порога. "Святая Матерь Божья".

"Мне нужен походный набор. Мы запечатаем, вызовите это. Выясни, где его семья. Передайте это через Эдда, Фини, если он на связи, и пусть он включит медиа-глушитель, прежде чем сообщать какие-либо подробности. Давайте сохраним подробности в тайне как можно дольше ".

Пибоди пришлось дважды с трудом сглотнуть, прежде чем она убедилась, что ее обед не проглотится. "Да, сэр".

"Найдите Строби и задержите его, прежде чем он сможет проболтаться об этом".

Когда Ева повернулась, Пибоди увидела тень жалости в ее глазах, затем она исчезла, и они снова стали плоскими и холодными. "Давайте двигаться. Я хочу поджарить этого сукина сына ".

***

Была почти полночь, когда Ева потащилась вверх по лестнице к собственной входной двери. Ее желудок болел, глаза горели, в голове шумело. Зловоние жестокой смерти не покидало ее, хотя она смыла слой кожи в душе в раздевалке, прежде чем отправиться домой.

Чего она хотела больше всего, так это забвения, и она произнесла одну отчаянную и искреннюю молитву о том, чтобы она не видела обломков Томаса Бреннена, когда закрывала глаза, чтобы уснуть.

Дверь открылась прежде, чем она смогла до нее дотянуться. Соммерсет стоял в ярком свете люстры в фойе позади него, его высокое костлявое тело почти дрожало от неприязни.

"Вы непростительно опоздали, лейтенант. Твои гости готовятся к отъезду ".

Гости? Ее перегруженный разум боролся со словом, прежде чем она вспомнила. Званый ужин? Она должна была заботиться о званом ужине после той ночи, которую она устроила?

"Поцелуй меня в задницу", - пригласила она и пошла мимо него.

Его тонкие пальцы схватили ее за руку. "Как жена Рорка, вы должны выполнять определенные социальные обязанности, такие как помощь ему в организации важного мероприятия, такого как сегодняшний ужин".

Ярость в мгновение ока превзошла усталость. Ее рука сжалась в кулак по бокам. "Отойди, пока я - "

"Ева, дорогая".

Голос Рорка, сумевший передать приветствие, веселье и предостережение в двух словах, остановил ее сжатый кулак от поднятия и продолжения. Нахмурившись, она обернулась и увидела его прямо за дверью гостиной. От него захватывало дух не из-за формального черного цвета. Ева знала, что у него было стройное мускулистое тело, которое могло остановить сердце женщины, независимо от того, что он носил - или не носил. Его волосы струились, темные, как ночь, почти до плеч, обрамляя лицо, которое, как она часто думала, сошло бы с картины эпохи Возрождения. Острые кости, глаза голубее ценного кобальта, рот, созданный для того, чтобы изрекать стихи, отдавать приказы и доводить женщину до безумия.

Менее чем за год он прорвал ее защиту, открыл ее сердце и, что самое удивительное, завоевал не только ее любовь, но и доверие.

И он все еще мог раздражать ее.

Она считала его первым и единственным чудом в своей жизни.

"Я опаздываю. Прости." Это был скорее вызов, чем извинение, доставленное пулей. Он признал это с легкой улыбкой и приподнятой бровью.

"Я уверен, что это было неизбежно". Он протянул руку. Когда она пересекла фойе и взяла его, он нашел ее руку жесткой и холодной. В ее глазах цвета выдержанного виски он увидел одновременно ярость и усталость. Он привык видеть там и то, и другое. Она была бледна, что беспокоило его. Он узнал пятна на ее джинсах как засохшую кровь и надеялся, что это не ее собственная.

Он быстро, интимно сжал ее руку, прежде чем поднести к своим губам, не сводя с нее глаз. "Вы устали, лейтенант", - пробормотал он, в его голосе звучали волшебные ирландские нотки. "Я просто продвигаю их вперед. Еще всего несколько минут, хорошо?"

"Конечно, да. Прекрасно ". Ее характер начал остывать. "Прости, что я все испортил. Я знаю, что это было важно ". За его спиной в прекрасно обставленной гостиной она увидела более дюжины элегантных мужчин и женщин, одетых официально, сверкающих драгоценными камнями, шуршащих шелками. Что-то от ее нежелания, должно быть, отразилось на ее лице, прежде чем она его разгладила, потому что он рассмеялся.

"Пять минут, Ева. Я сомневаюсь, что это может быть так же плохо, как то, с чем ты столкнулся сегодня вечером ".

Он ввел ее в дом, человек, которому богатство и привилегии были так же приятны, как вонь переулков и насилие. Он плавно представил свою жену тем, с кем ей еще предстояло встретиться, назвал ей имена тех, с кем она общалась в другое время, все время подталкивая гостей к выходу.

Ева почувствовала запах дорогих духов и вина, ароматный дым от яблочных поленьев, осторожно тлеющих в камине. Но под всем этим чувственная память сохранила запах крови.

Он задавался вопросом, знала ли она, насколько ошеломляющей она была, стоя там среди блеска в своей поцарапанной куртке и заляпанных джинсах, ее короткие, неопрятные волосы обрамляли бледное лицо, подчеркивая темные, усталые глаза, ее длинное, поджарое тело держалось прямо, несмотря на то, что, как он знал, было актом чистой воли.

Она была, подумал он, мужеством в человеческом обличье.

Но когда они закрыли дверь за последним гостем, она покачала головой. "Соммерсет прав. Я просто не приспособлен для этих штучек с женой Рорка ".

"Ты моя жена".

"Это не значит, что я хорош в этом. Я подвел тебя. Я должен был ... - Она замолчала, потому что его рот был на ее губах, и он был теплым, собственническим, и развязал узлы у нее на затылке. Не осознавая, что она пошевелилась, Ева обхватила его руками за талию и просто держалась.

"Вот", - пробормотал он. "Так-то лучше. Это мое дело ". Он приподнял ее подбородок, проведя пальцем по небольшой вмятине в центре. "Моя работа. Ты получила свое".

"Хотя это было большое дело. Какое-то там слияние."

"Слияние Scottoline - это скорее выкуп акций, на самом деле, и оно должно быть завершено к середине следующей недели. Даже без твоего восхитительного присутствия за обеденным столом. Тем не менее, ты мог бы позвонить. Я волновался ".

"Я забыл. Я не всегда могу помнить. Я не привык к этому ". Она засунула руки в карманы и прошлась по широкому коридору и обратно. "Я не привык к этому. Каждый раз, когда я думаю, что я есть, это не так. Затем я прихожу сюда со всем этим мегаризмом, выглядя как уличный наркоман ".

"Напротив, ты выглядишь как полицейский. Я полагаю, что некоторые из наших гостей были весьма впечатлены проблеском вашего оружия под курткой и следами крови на ваших джинсах. Я так понимаю, это не твое".

"Нет". Внезапно она просто не смогла больше стоять. Она повернулась к ступенькам, поднялась на две и села. Поскольку это был Рорк, она позволила себе закрыть лицо руками.

Он сел рядом с ней, положив руку ей на плечи. "Это было плохо".

"Почти всегда вы можете сказать, что видели что-то плохое, даже хуже. Это почти всегда правда. На этот раз я не могу так сказать ". Ее желудок все еще сжимался и переворачивался. "Я никогда не видел ничего хуже".

Он знал, с чем она жила, многое из этого видел сам. "Ты хочешь мне сказать?"

"Нет, Господи, нет, я не хочу думать об этом несколько часов. Я не хочу ни о чем думать ".

"Я могу помочь тебе в этом".

Впервые за несколько часов она улыбнулась. "Держу пари, ты сможешь".

"Давай начнем с этого". Он поднялся и стащил ее со ступеньки в свои объятия.

"Тебе не обязательно нести меня. Я в порядке ".

Он сверкнул улыбкой в ее сторону, когда начал подниматься. "Может быть, это заставляет меня чувствовать себя мужественным".

"В таком случае..." Она обвила руками его шею, положила голову ему на плечо. Это было приятно. Очень хорошо. "Меньшее, что я могу сделать после того, как подвел тебя сегодня вечером, это заставить тебя почувствовать себя мужественным".

"Самое меньшее", - согласился он.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Небесное окно над кроватью было все еще темным, когда она проснулась. И она проснулась в поту. Образы во сне были путаными и размытыми. Слишком довольная тем, что избежала их, Ева не пыталась прояснить сон.

Поскольку она была одна в большой кровати, она позволила себе одну быструю, сильную дрожь. "Свет", - приказала она. "На низком уровне". Затем вздохнул, когда темнота отступила. Она дала себе время успокоиться, прежде чем посмотреть на время.

Пятнадцать минут шестого утра, потрясающе, подумала она, зная, что теперь возврата ко сну не будет. Не без помощи Рорка, который поможет избавиться от кошмаров. Она задавалась вопросом, перестанет ли она когда-нибудь смущаться того, что стала зависеть от него в таких вещах. Год назад она даже не знала о его существовании. Теперь он был такой же частью ее жизни, как ее собственные руки. Ее собственное сердце.

Она выбралась из кровати, схватив один из шелковых халатов, которые Рорк постоянно покупал ей. Завернувшись в это, она повернулась к настенной панели, включила поиск.

"Где Рорк?"

Рорк находится в зоне бассейна на нижнем уровне.

Искупаться, подумала Ева, было неплохой идеей. Сначала тренировка, решила она, чтобы сгладить перегибы и остатки дурного сна.

С целью избежать встречи с Соммерсетом, она воспользовалась лифтом, а не лестницей. Этот человек был повсюду, выскользнув из тени, всегда готовый нахмуриться или фыркнуть. Продолжение их противостояния прошлой ночью было не тем, с чего она хотела начать свой день.

Тренажерный зал Рорка был полностью оборудован, предоставляя ей все возможности. Она могла бы провести спарринг с дроидом, подкачаться со свободными весами или просто лечь на спину и позволить тренажерам выполнять работу. Она сняла халат и натянула на себя облегающий черный комбинезон. Она хотела пробежаться, долгую пробежку, и после того, как завязала на тонких воздушных подошвах, она запрограммировала видеодорожку.

Пляж, решила она. Это было единственное место, кроме города, где она чувствовала себя как дома. Все сельские пейзажи и виды пустыни, места за пределами планеты, которые предлагало подразделение, вызывали у нее смутный дискомфорт.

Она пустилась легкой рысцой, голубые волны разбивались рядом с ней, отблеск солнца только выглядывал из-за горизонта. Чайки кружили и кричали. Она вдохнула влажный соленый воздух тропиков, и когда ее мышцы начали разогреваться и становиться гибкими, ускорила темп.

Она ускорила шаг на первой миле, и ее разум опустел.

Она была на этом пляже несколько раз с тех пор, как встретила Рорка - в реальности и голографически. До этого самым большим водоемом, который она видела, была река Гудзон.

Жизни изменились, размышляла она. Так же поступила и реальность.

На четвертой миле, когда ее мышцы только начинали петь, она краем глаза уловила движение. Рорк, чьи волосы все еще были влажными после купания, занял место рядом с ней, подстраиваясь под ее темп.

"Бежать туда или прочь?" он спросил.

"Просто убегаю".

"Вы рано встали, лейтенант".

"У меня впереди целый день".

Он приподнял бровь, когда она ускорила шаг. У его жены была здоровая склонность к соперничеству, размышлял он, и она легко подстраивалась под ее походку. "Я думал, ты ушел".

"Я был". Она замедлила шаг, остановилась, затем согнулась в талии, чтобы потянуться. "Теперь я не такой". Она подняла голову, пока ее глаза не встретились с его. Теперь это была не только ее жизнь, вспомнила она, или ее реальность. Это было их. "Я думаю, у тебя были планы".

"Ничего такого, что нельзя было бы исправить". Выходные на Мартинике, которыми он надеялся удивить ее, могли подождать. "Мой календарь свободен на следующие сорок восемь часов, если вы хотите что-нибудь от меня узнать".

Она тяжело вздохнула. Это было еще одно изменение в ее жизни, это разделение ее работы. "Возможно. Я хочу искупаться ".

"Я присоединюсь к тебе".

"Я думал, у тебя был только один".

"Я могу взять две". Он провел большим пальцем по вмятине на ее подбородке. Упражнение придало румянец ее щекам и легкий блеск коже. "Это не незаконно". Он взял ее за руку, чтобы вывести из спортзала в благоухающий цветами воздух бильярдной.

Пальмы и вьющиеся лозы пышно разрослись, окружая бассейн в стиле лагуны с гладкими камнями и журчащими водопадами.

"Мне нужно купить костюм".

Он только улыбнулся и стянул ремни с ее рук. "Почему?" Его изящные руки скользнули по ее грудям, когда он освободил их, и заставили ее приподнять брови.

"Какой вид водного спорта вы имели в виду?"

"Что бы ни сработало". Он обхватил ее лицо ладонями, наклонился, чтобы поцеловать ее. "Я люблю тебя, Ева".

"Я знаю". Она закрыла глаза и прижалась своим лбом к его. "Это так странно".

Обнаженная, она повернулась и нырнула в темную воду. Она оставалась под водой, скользя по дну. Ее губы изогнулись, когда вода стала бледно-голубой. Этот человек знал ее настроение раньше, чем она сама, подумала она. Она сделала двадцать кругов, прежде чем лениво перевернуться на спину. Когда она протянула руку, его пальцы переплелись с ее.

"Я довольно расслаблен".

"Это ты?"

"Да, так расслабился, что, наверное, не смог бы отбиться от какого-нибудь извращенца, который хотел воспользоваться мной".

"Ну что ж". Он схватил ее за талию, поворачивая ее, пока они не оказались лицом к лицу.

"Ну что ж". Она обхватила его ногами и позволила ему удерживать ее на плаву.

Когда их губы встретились, даже шепот напряжения исчез. Она чувствовала себя свободной, текучей и тихо нуждающейся. Скользнув пальцами вверх, она провела ими по его волосам - густым, влажным шелковым. Его тело было твердым и прохладным рядом с ее телом и подходило так, что она почти перестала сомневаться. Она почти замурлыкала, когда его руки скользнули по ней, просто намекая на обладание.

Затем она была под водой, сплетенная с ним в том бледно-голубом мире. Когда его рот сомкнулся на ее груди, она задрожала от трепета ощущений, от шока от невозможности вдохнуть воздух. И его пальцы были на ней, в ней, доводя ее до ошеломляющей кульминации, которая заставляла ее рваться к поверхности.

Она судорожно глотнула воздух, дезориентированная, в бреду, затем почувствовала, как он снова со свистом вырвался из ее легких, когда его умный рот заменил пальцы.

Нападение на ее систему было именно тем, чего она хотела. Ее беспомощность. Его жадность. То, что он знал это, понимал это и отдавал, было тайной, которую ей никогда не разгадать.

Ее голова откинулась назад и безвольно легла на гладкий бортик бассейна, пока она просто купалась в удовольствии, которое он ей предлагал.

Медленно, лукаво его рот прошелся вверх, по ее животу, торсу, грудям, чтобы задержаться на горле, где ее пульс бился сильно и быстро.

"У тебя потрясающий контроль дыхания", - выдавила она, затем задрожала, когда постепенно, дюйм за дюймом, он проскользнул в нее. "О Боже".

Он наблюдал за ее лицом, видел, как пылают ее щеки, как по ним пробегают искорки удовольствия. Ее волосы были зачесаны назад, не обрамляя их. И этот упрямый, часто слишком серьезный рот дрожал за него. Обхватив ее бедра, он приподнял ее, двигаясь глубоко, еще глубже, чтобы заставить ее стонать.

Он потерся своими губами о ее губы, покусывая их, когда начал двигаться с изысканным контролем, который мучил их обоих. "Иди туда, Ева".

Он видел, как глаза этого проницательного полицейского ослепли и затуманились, услышал, как у нее перехватило дыхание, а затем вырвалось что-то вроде всхлипа. Даже когда его кровь горела, он двигался мучительно медленно. Растягивая это, каждое мгновение, каждый дюйм, пока этот всхлип не стал его именем.

Его собственное освобождение было долгим, глубоким и совершенным.

Ей удалось вытащить руки из воды и схватить его за плечи. "Не отпускай меня пока. Я утону, как камень".

Он слабо усмехнулся, прижавшись губами к той стороне ее горла, где все еще бился пульс. "То же самое. Тебе следует почаще вставать пораньше".

"Мы бы убили друг друга. Чудо, что мы не утонули ".

Он вдохнул аромат ее кожи и воды. "Мы еще можем".

"Как ты думаешь, мы сможем добраться до ступеней?"

"Если ты не торопишься".

Они медленно продвигались вперед, пошатываясь, поднимались по каменным ступеням на площадку. "Кофе", - слабо сказала Ева, затем, спотыкаясь, пошла за двумя толстыми махровыми халатами.

Когда она вернулась, неся одну и переложив в другую, Рорк уже запрограммировал автоматическое приготовление на две чашки черного цвета. Солнце окрашивало изогнутое стекло в конце ограждения в бледно-золотой цвет.

"Голоден?"

Она потягивала кофе, напевая, когда богатый кофеин подействовал. "Умираю с голоду. Но я хочу принять душ ".

"Тогда наверх".

Вернувшись в главную спальню, Ева отнесла свой кофе в душ. Когда Рорк ступил с ней под перекрещивающиеся брызги, она прищурилась. "Убавь температуру воды и умри", - предупредила она.

"Холодная вода открывает поры, заставляет соки вытекать".

"Ты уже позаботился об этом". Она поставила кофе на выступ и намылилась, обдав его паром.

Она вышла первой и, ступив в сушильную трубу, покачала головой, когда Рорк приказал сбросить воду на десять градусов. Даже мысль об этом заставляла ее дрожать.

Она знала, что он ждал, когда она расскажет ему о деле, из-за которого ее не пустили прошлой ночью и которое забирало ее обратно в выходной. Она оценила, что он подождал, пока она устроится в гостиной люкса со второй чашкой кофе в руке и тарелкой, на которой лежал омлет с ветчиной и сыром, ожидающий, когда его съедят.

"Я действительно сожалею о том, что не пришел на сделку прошлой ночью".

Рорк попробовал собственные блинчики на пахте. "Мне что, придется извиняться каждый раз, когда меня вызывают по делам, которые влияют на наши личные планы?"

Она открыла рот, снова закрыла его и покачала головой. "Нет. Дело в том, что я направлялся к двери - я не забыл - и поступил этот звонок. Заклинило передачу. Мы не смогли отследить."

"У полиции Нью-Йорка жалкое оборудование".

"Не такая уж жалкая", - пробормотала она. "Этот парень настоящий профи. Возможно, тебе пришлось нелегко из-за этого ".

"Вот это оскорбительно".

Ей пришлось ухмыльнуться. "Что ж, у тебя может появиться шанс добраться до него. Поскольку он отметил меня лично, я бы не преминул, если бы он связался со мной здесь ".

Рорк отложил вилку в сторону, взял свой кофе, оба жеста были небрежными, хотя все его тело напряглось. "Лично?"

"Да, он хотел меня. Сначала ударь меня какой-нибудь ерундой о религиозной миссии. По сути, он выполняет работу Господа, а Большой Парень хочет поиграть с загадками ". Она прогнала передачу для него, наблюдая, как его глаза сужаются, становятся острыми. Рорк действовал быстро, подумала она, увидев, как мрачнеет его рот.

"Ты проверил роскошные башни".

"Правильно, этаж пентхауса. Он оставил часть тела жертвы в жилой зоне. Остальная часть его тела была в спальне ".

Она отодвинула тарелку в сторону и встала, проводя рукой по волосам, пока ходила взад-вперед. "Это было хуже, чем я когда-либо видел, Рорк, порочно. Потому что это было рассчитано на то, чтобы быть уродливым, а не потому, что это было неконтролируемо. Большая часть работы была точной, как хирургия. Предварительное заключение судмедэксперта указывает, что жертва оставалась живой и в сознании во время большей части нанесения увечий. Его накачали нелегалами - достаточно, чтобы поддерживать сознание, не уменьшая остроту боли. И поверьте мне, боль, должно быть, была невыносимой. Он был выпотрошен".

"Иисус Христос". Рорк выдохнул. "Древнее наказание за политические или религиозные преступления. Медленная и отвратительная смерть".

"И чертовски грязная", - вставила она. "Его ноги были отрублены, одной руки не было у запястья. Он был еще жив, когда ему вырезали правый глаз. Это была единственная его часть, которую мы не нашли на месте преступления ".

"Прелестно". Хотя Рорк считал свой желудок крепким, он утратил вкус к завтраку. Поднявшись, он подошел к шкафу. "Око за око".

"Это что-то вроде мести, верно? Из какой-то пьесы ".

"Библия, дорогая. Повелитель всего играет". Он выбрал повседневные брюки в складку с вращающейся вешалки.

"Снова вернемся к Богу. Ладно, игра - это месть. Может быть, это религиозно, может быть, это просто личное. Мы можем сосредоточиться на мотиве, когда закончим обкатку жертвы. У меня отключение от СМИ, по крайней мере, до тех пор, пока я не свяжусь с его семьей ".

Рорк подтянул брюки, потянулся за простой белой льняной рубашкой. "Дети?"

"Да, три".

"У вас отвратительная работа, лейтенант".

"Вот почему я люблю это". Но она потерла руками лицо. "Мы думаем, что его жена и дети в Ирландии. Мне нужно разыскать их сегодня ".

"В Ирландии?"

"Хм. Да, похоже, жертвой был один из ваших бывших соотечественников. Я не думаю, что вы знали некоего Томаса Х. Бреннена, не так ли?" Ее полуулыбка исчезла, когда она увидела, как глаза Рорка потемнели и стали плоскими. "Ты действительно знал его. Я никогда этого не понимал ".

"Чуть за сорок?" Спросил Рорк без интонации. "Примерно пять футов десять дюймов, волосы песочного цвета?"

"Звучит как. Он увлекался коммуникациями и развлечениями ".

"Tommy Brennen." Все еще держа рубашку в руке, Рорк сел на подлокотник кресла. "Сукин сын".

"Мне жаль. Мне и в голову не приходило, что он был другом ".

"Он не был". Рорк тряхнул головой, чтобы отогнать воспоминания. "По крайней мере, не более чем за десятилетие. Я знал его в Дублине. Он занимался компьютерными аферами, пока я разводил. Наши пути несколько раз пересекались, занимались небольшим бизнесом, выпили несколько пинт. Около двенадцати лет назад Томми переспал с молодой женщиной из хорошей семьи. Ирландский кружевной занавес. Он сильно упал и решил идти прямо. До конца, - добавил Рорк с кривой усмешкой. "И он разорвал связи с менее ... желанными элементами своей юности. Я знал, что у него была база здесь, в Нью-Йорке, но мы держались подальше друг от друга. Я полагаю, что его жена ничего не знает о его прошлых начинаниях ".

Ева села на подлокотник напротив него. "Возможно, это было одно из прошлых начинаний и один из тех менее желательных элементов, которые ответственны за то, что с ним случилось. Рорк, я собираюсь копать, и когда я копну, как много о тебе я собираюсь раскрыть?"

Он предположил, что это было беспокойство. Мягкая для него. Но он знал, что это никогда не будет мягко по отношению к ней. "Я заметаю свои следы, лейтенант. И, как я уже сказал, мы не были парой. У меня вообще не было с ним никаких контактов в течение многих лет. Но я помню его. У него был прекрасный тенор, - пробормотал Рорк. "Хороший смех, здравый ум и тоска по семье. Он был быстр с кулаками, но, насколько я помню, никогда не искал неприятностей ".

"Искал или нет, он нашел это. Ты знаешь, где его семья?"

Он покачал головой, поднимаясь. "Но я могу раздобыть эту информацию для тебя достаточно быстро".

"Я был бы признателен". Она встала, когда он натягивал повседневную элегантную рубашку. "Рорк, прости меня за то, кем он был для тебя".

"Возможно, пробный камень. Песня в прокуренном пабе дождливой ночью. Я тоже сожалею. Я буду в своем кабинете. Дай мне десять минут".

"Конечно".

***

Ева не торопилась одеваться. У нее было чувство, что Рорку понадобится больше десяти минут. Не для того, чтобы получить доступ к данным, которые она просила. С его снаряжением и мастерством он справился бы вдвое быстрее. Но она думала, что ему нужно несколько минут побыть одному, чтобы справиться с потерей той песни в прокуренном пабе.

Она никогда не теряла никого, даже отдаленно близкого ей. Может быть, поняла Ева, потому что она была осторожна, позволяя лишь немногим избранным стать достаточно близкими, чтобы иметь значение. Потом был Рорк, и у нее не было выбора. Он вторгся, предположила она, тонко, элегантно, бесспорно. И теперь... она провела большим пальцем по резному золотому обручальному кольцу, которое носила. Теперь он был жизненно необходим.

На этот раз она поднялась по лестнице, петляя по широким коридорам большого, красивого дома. Ей не нужно было стучать в дверь его кабинета, но она сделала это, подождав, пока дверь скользнула в сторону, приглашая.

Щитки на окнах были подняты, чтобы впускать солнце. Небо за обработанным стеклом было мутным, намекая на то, что дождь еще не совсем закончился. Рорк сидел за антикварным столом из блестящего дерева, а не за гладкой консолью. Полы были покрыты великолепными старыми коврами, которые он приобрел во время своих путешествий.

Ева сунула руки в карманы. Она почти привыкла к великолепию, в котором теперь жила, но она не знала, что делать с горем Рорка, с его сдержанной тихой печалью.

"Послушай, Рорк - "

"Я достал тебе печатную копию". Он подтолкнул лист бумаги через стол. "Я думал, так будет проще. Его жена и дети в данный момент находятся в Дублине. Дети несовершеннолетние, два мальчика и девочка. Возраст девять, восемь и шесть."

Слишком взволнованный, чтобы сидеть, он встал и повернулся, чтобы полюбоваться открывшимся ему видом на Нью-Йорк - сейчас тихо, свет все еще тусклый, небо почти неподвижно. Он вспомнил образы семьи Бреннена - хорошенькую женщину с ясными глазами, розовощеких детей. Это встревожило его больше, чем он ожидал.

"Финансово они будут вполне довольны", - сказал он почти самому себе. "Томми позаботился об этом. Очевидно, он стал бы очень хорошим мужем и отцом ".

Она пересекла комнату, подняла руку, чтобы прикоснуться, затем опустила ее. Черт возьми, она не была хороша в этом, подумала она. Бесполезно знать, будет ли утешение приветствоваться или отвергнуто. "Я не знаю, что для тебя сделать", - сказала она наконец.

Когда он повернулся, его глаза были ярко-голубыми, и в них наряду с горем плескалась ярость. "Найди, кто это с ним сделал. Я могу доверять тебе в этом ".

"Да, ты можешь".

Улыбка тронула его губы, изогнула их. "Лейтенант Даллас, как всегда, защищаю мертвых". Он провел рукой по ее волосам, приподняв бровь, когда она поймала его.

"Предоставь это мне, Рорк".

"Разве я говорил иначе?"

"То, что ты не сказал, только начинает доходить до меня". Она знала его, знала его достаточно хорошо, чтобы понимать, что у него будут свои пути, свои средства и, очень вероятно, свои собственные планы. "Если у тебя есть какие-нибудь идеи насчет того, чтобы отправиться куда-нибудь самостоятельно, отправь их спать сейчас. Это мое дело, и я с ним разберусь ".

Он провел руками по ее рукам так, что ее глаза сузились. "Естественно. Но ты будешь держать меня в курсе? И ты знаешь, что я готов оказать любую помощь, которая тебе может потребоваться ".

"Я думаю, что смогу пробиться самостоятельно. И я думаю, было бы лучше, если бы ты сделал шаг назад от этого. Долгий шаг назад".

Он поцеловал кончик ее носа. "Нет", - любезно сказал он.

"Рорк - "

"Ты бы предпочла, чтобы я солгал тебе, Ева?" Он взял распечатку, пока она кипела, и протянул ей. "Иди на работу. Я сделаю несколько звонков. Я думаю, к концу дня у меня должен быть полный список партнеров Томми, профессиональных и личных, его врагов, его друзей, его любовниц, его финансовое положение и так далее ". Говоря это, он вел ее через комнату. "Мне будет легче собрать данные, и это даст вам четкую картину".

Ей удалось устоять на ногах, прежде чем он вытолкнул ее за дверь. "Я не могу помешать вам собирать данные. Но не переступай черту, приятель. Ни на дюйм."

"Ты знаешь, как меня возбуждает, когда ты строг".

Она с трудом сдержала смех и почти справилась со свирепым взглядом. "Заткнись", - пробормотала она, засунула руки в карманы и зашагала прочь.

Он наблюдал за ней, подождал, пока она не скрылась на лестнице. Осторожно, он повернулся к монитору безопасности и заказал просмотр. Смех исчез из его глаз, когда он смотрел, как она трусцой спускается по ступенькам, хватая куртку, которую Соммерсет повесил для нее на стойку перил.

"Ты забываешь зонтик", - пробормотал он и вздохнул, когда она вышла под мелкий моросящий дождь без защиты.

Он не рассказал ей всего. Как он мог? Как он мог быть уверен, что это имело отношение к делу, в любом случае? Ему нужно было больше, прежде чем он рискнет запутать женщину, которую любил, в уродстве собственного прошлого, в своих собственных грехах.

Он вышел из своего кабинета, направляясь в комнату связи, которая была одновременно обширной и незаконной. Приложив ладонь к экрану безопасности, он идентифицировал себя, затем вошел. Здесь оборудование было незарегистрированным, и любая активность не была бы обнаружена всевидящим оком CompuGuard. Ему нужны были подробности, чтобы спланировать свой следующий шаг, и, сидя в глубоком U гладкого черного центра управления, он начал.

Вторжение в систему полиции Нью-Йорка было для него детской забавой. Он послал безмолвные извинения своей жене, когда получил доступ к ее файлам, заглянув в кабинет судмедэксперта.

"Видео с места преступления на первый экран", - приказал Рорк, отступая назад. "Отчет о вскрытии, экран два, отчет главного следователя, экран три".

Ужас того, что было сделано с Бренненом, всплыл на экране, заставив глаза Рорка стать холодными и невыразительными. Мало что осталось от молодого человека, которого он знал всю жизнь до этого в Дублине. Он без эмоций прочитал краткий и формальный отчет Евы, изучил сложные термины предварительного отчета судмедэксперта.

"Скопируйте файлу Бреннен, код Рорка, введите пароль "только мой голос". За кадром ".

Повернувшись, он потянулся к внутренней телефонной линии. "Соммерсет, поднимись, пожалуйста".

"В пути".

Рорк встал, подошел к окну. Прошлое могло вернуться, чтобы преследовать, он знал. Чаще всего она оставалась в каком-нибудь призрачном углу, ожидая удара. Вырвалось ли это, чтобы ударить Томми Бреннена? он задумался. Или это было просто невезение, неподходящее время?

Дверь скользнула в сторону, и Соммерсет, костлявый, в черном, вошел. "Есть проблема?"

"Thomas Brennen."

Тонкие губы Соммерсета нахмурились, затем его глаза прояснились в том, что было почти улыбкой. "Ах да, энергичный молодой хакер с любовью к повстанческим песням и Гиннессу".

"Он был убит".

"Мне жаль это слышать".

"Здесь, в Нью-Йорке", - продолжил Рорк. "Ева первична". Рорк наблюдал, как губы Соммерсета сжались. "Его пытали, оставили в живых из-за боли. Выпотрошенный."

Это заняло мгновение, но и без того бледное лицо Соммерсета побелело еще больше. "Совпадение".

"Возможно, надеюсь". Рорк позволил себе взять тонкую сигарету из японского портсигара и прикурил. "Кто бы это ни сделал, он лично позвонил моей жене, хотел, чтобы она была вовлечена".

"Она коп", - сказал Соммерсет с презрением, накопленным за всю его жизнь, в голосе.

"Она моя жена", - ответил Рорк, и в его голосе прозвучали острые, как скальпель, нотки. "Если окажется, что это не совпадение, я расскажу ей все".

"Ты не можешь так рисковать. Для убийства нет срока давности - даже для оправданного убийства ".

"Это будет зависеть от нее, не так ли?" Рорк глубоко затянулся и сел на край консоли. "Я не позволю ей работать вслепую, Соммерсет. Я не поставлю ее в такое положение. Не за себя, не за тебя." Печаль вернулась в его глаза, когда он посмотрел на пламя на кончике сигареты. "Не ради воспоминаний. Ты должен быть готов ".

"Это не я буду платить, если закон значит для нее больше, чем ты. Ты сделал то, что нужно было сделать, что должно было быть сделано, что следовало было сделать."

"И Ева тоже", - мягко сказал Рорк. "Прежде чем мы начнем проектировать, нам нужно реконструировать. Что ты помнишь о том времени и кто был в этом замешан?"

"Я ничего не забыл".

Рорк изучил напряженную челюсть Соммерсета, жесткий взгляд и кивнул. "Это то, на что я рассчитывал. Тогда давайте приступим к работе ".

***

Огоньки на консоли мерцали, как звезды. Он любил смотреть на них. Не имело значения, что комната была маленькой и без окон, не тогда, когда у него был гул машины, свет этих звезд, чтобы направлять его.

Он был готов перейти к следующему, готов начать следующий раунд. Молодой мальчик, который все еще жил внутри него, наслаждался соревнованием. Мужчина, который сформировался из этого мальчика, готовился к святому делу.

Его инструменты были тщательно разложены. Он открыл флакон с водой, освященной епископом, и благоговейно побрызгал ею на лазер, ножи, молоток, гвозди. Инструменты божественной мести, инструменты возмездия. Позади них была статуя Пресвятой Девы, вырезанная из белого мрамора, чтобы символизировать ее чистоту. Ее руки были раскинуты в благословении, ее лицо было прекрасным и безмятежным в принятии.

Он наклонился, поцеловал белые мраморные ступни.

На мгновение ему показалось, что он увидел отблеск крови на своей руке, и эта рука задрожала.

Но нет, его рука была чистой и белой. Он смыл кровь своего врага. Метка Каина запятнала других, но не его. В конце концов, он был агнцем Божьим.

Скоро, очень скоро он встретится с другим врагом, и он должен быть сильным, чтобы заманить его в ловушку, носить маску дружбы.

Он постился, принес жертву, очистил свое сердце и разум от всего мирского зла. Теперь он окунул пальцы в маленькую чашу со святой водой, прикоснулся пальцами ко лбу, сердцу, левому плечу, затем к правому. Он опустился на колени, накрыв рукой матерчатый наплечник, который носил. Он был благословлен самим папой Римским, и его обещание защиты от зла утешало его.

Он аккуратно засунул его под шелк своей рубашки, где он мог касаться теплой плоти.

Уверенный в себе, он поднял взгляд на распятие, висевшее над прочным столом, на котором хранилось оружие его миссии. Изображение страдающего Христа сверкало серебром на фоне золотого креста. Визуальный помощник богатого человека. Ирония обладания вырезанным из драгоценных металлов изображением человека, который проповедовал смирение, никогда не трогала его.

Он зажег свечи, сложил руки и, склонив голову, помолился со страстью верующего и безумца.

Он молился о благодати и готовился к убийству.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

В отделении по расследованию убийств Центрального полицейского управления пахло кофе дневной выдержки и свежей мочой. Ева пробиралась сквозь заставленные столы, едва улавливая гул болтовни детективов, работающих по своим каналам связи. Обслуживающий дроид деловито оттирал древний линолеум.

Куб Пибоди представлял собой тускло освещенный квадрат в два фута в дальнем углу. Несмотря на свои размеры и местоположение, он был так же безжалостно организован и опрятен, как и сама Пибоди.

"Кто-нибудь забыл, где находятся туалеты?" - Небрежно спросила Ева, и Пибоди отвернулась от своего помятого металлического стола полицейского образца.

"Бейли вызвал спящего на тротуаре для допроса по обвинению в поножовщине. Спящему не понравилось, что его задержали в качестве свидетеля, и он выразил свое недовольство, опорожнив мочевой пузырь на ботинки Бейли. По всем сообщениям, указанный мочевой пузырь был необычно полон ".

"Просто еще один день в раю. Чистильщик уже сообщил о Бреннене?"

"Я просто подтолкнул их. Это должно произойти в ближайшее время ".

"Тогда давайте начнем с дисков безопасности из роскошных башен и квартиры Бреннена".

"Здесь есть проблема, лейтенант".

Ева склонила голову набок. "Ты их не получил?"

"Я получил то, что должен был получить". Пибоди взяла запечатанный пакет, в котором был один диск. "Служба безопасности "Тауэрс", на уровне пентхауса, в течение двенадцатичасового периода до обнаружения тела Бреннена и СКАНИРУЮЩЕГО ГЛАЗА в квартире Бреннена были отключены и пусты".

Ева кивнула и взяла сумку. "Я должен был догадаться, что он не будет настолько глуп. Вы скачали входящие и исходящие звонки с телефона Бреннена?"

"Прямо здесь". Пибоди протянула другой диск с аккуратной надписью.

"Мой офис. Мы проверим их и посмотрим, что у нас есть. Я собираюсь позвонить Фини", - продолжила Ева, когда они выходили из КПЗ. "Нам понадобится отдел электронных расследований для этого".

"Капитан Фини в Мексике, лейтенант. Отпуск?"

Ева остановилась, нахмурилась. "Черт, я забыл. У него есть еще неделя, не так ли?"

"Только за этим. В твоей прекрасной вилле на склоне. На которую еще предстоит пригласить вашего преданного помощника ".

Ева подняла бровь. "У тебя есть желание увидеть Мексику?"

"Я видел Мексику, Даллас, у меня есть желание позволить горячему кабальеро поступать со мной по-своему".

Фыркнув, Ева открыла дверь своего офиса. "Мы завершим это дело вовремя, Пибоди, я посмотрю, смогу ли я это устроить". Она бросила диски на свой и без того беспорядочный стол, затем сбросила куртку. "Нам все еще нужен кто-то из EDD. Посмотрим, кого они смогут пощадить, кто знает свое дело. Мне не нужен какой-то второсортный мастер".

Пибоди достала свой коммуникатор, чтобы сделать запрос, в то время как Ева устроилась за своим столом, вставила диск с сообщениями Бреннена в свой блок.

"Вступайте в бой", - приказала она, вспомнив свой пароль. "Воспроизведение".

Был только один звонок, исходящий за день до убийства Бреннена. Он позвонил своей жене, поговорил со своими детьми. И простая, интимная домашняя болтовня мужчины и семьи, к которой он планировал присоединиться, сделала Еву невыносимо грустной.

"Я должна связаться с женой", - пробормотала Ева. "Адский способ начать день. Лучше сделать это сейчас, пока у нас не произошла утечка в СМИ. Дай мне десять минут, Пибоди."

"Да, сэр. ЭДД посылает детектива Макнаба."

"Прекрасно". Когда за ней закрылась дверь и она осталась одна, Ева глубоко вздохнула. И сделал звонок.

Когда Пибоди вернулась десять минут спустя, Ева пила кофе, стоя и глядя в свое узкое окно. "Эйлин Бреннен возвращается в Нью-Йорк, привозя своих детей. Она настаивает на встрече с ним. Она не развалилась на части. Иногда хуже, когда они не рушатся, когда они держатся. Когда ты видишь в их глазах, они уверены, что каким-то образом ты совершил ошибку ".

Она повела плечами, как будто сбрасывая с плеч тяжесть, затем повернулась. "Давайте посмотрим диск безопасности. Мы могли бы сделать перерыв ".

Пибоди сама распечатала диск и включила его. Секундой позже и она, и Ева смотрели на экран компьютера.

"Что это, черт возьми, такое?" Потребовала Ева.

"Это - я не знаю". Пибоди нахмурилась, глядя на фигуры, движущиеся по экрану. Голоса звучали громко, но торжественно и на иностранном языке. В центре был мужчина в черном, накинутый поверх халата, с двумя маленькими мальчиками в белом рядом с ним. Он держал в руке серебряный кубок, когда стоял перед алтарем, задрапированным черной тканью, белыми цветами и свечами. "Ритуал? Это пьеса?"

"Это похороны", - пробормотала Ева, изучая закрытый и сверкающий гроб под приподнятой платформой. "Заупокойная месса. Я был на одном из них. Я думаю, это католическая традиция. Компьютер, определи церемонию и язык на диске ".

Работает... Церемония - католическая заупокойная месса или заупокойная месса по усопшим. Язык - латынь. В этом разделе изображены заклинания и ритуал, в которых -

"Этого достаточно. Где, черт возьми, ты взяла этот диск, Пибоди?"

"Прямо из комнаты охраны в роскошных башнях, Даллас. Это было закодировано, помечено и с пометкой."

"Он поменял их местами", - пробормотала Ева. "Сукин сын переключил диски на нас. Он все еще играет в игры. И он чертовски хорош в этом. Компьютер, остановить запуск, скопировать диск." Засунув руки в карманы, Ева покачнулась на каблуках. "Он развлекается с нами, Пибоди. Мне придется причинить ему боль за это. Прикажите провести зачистку комнаты охраны и распорядитесь конфисковать все диски за соответствующий период времени ".

"Все диски?"

"Все диски, все этажи, все уровни. И я хочу отчет от полицейских, которые обходили башни от двери к двери." Она положила в карман копию, которую выдал ее компьютер. "И я собираюсь посмотреть, что, черт возьми, хранит первоначальный отчет уборщика".

Она потянулась к своему 'линку как раз в тот момент, когда он запищал. "Даллас".

"Вы действовали быстро, лейтенант. Я впечатлен ".

Еве стоило только моргнуть, чтобы Пибоди заказала отслеживание передачи. Ева слабо улыбнулась цветам, проплывающим по ее экрану. На этот раз музыка была хором голосов на языке, который она теперь узнала как латынь. "Ты неплохо поработал над Бренненом. Похоже, тебе понравилось ".

"О, я сделал, поверь мне, я сделал. Знаешь, Томми был неплохим певцом. Он, конечно, пел для меня. Слушай."

Внезапно комната наполнилась криками, нечеловеческими, плачущими криками, от которых у Евы по спине побежали мурашки.

"Красиво. Он умолял сохранить ему жизнь, затем он умолял меня покончить с этим. Я поддерживал в нем жизнь в течение четырех часов, давая ему время вновь пережить свои прошлые грехи".

"Твоему стилю не хватает утонченности, приятель. И когда я прижму тебя, у меня будет достаточно, чтобы удержать тебя от того, чтобы ты вел себя как умственно неполноценный. Я объясню тебе прямо, и я буду настаивать на клетке на Аттике Два. Тамошние удобства делают клетки на планете похожими на загородные клубы ".

"Они посадили Крестителя в клетку, но он познал славу Небес".

Ева порылась в своей потрепанной памяти библейских историй. "Это тот, кто потерял голову из-за танцующей девушки, верно? Ты готов рискнуть своей ради копа?"

"Она была блудницей". Он пробормотал слова так, что Еве пришлось наклониться поближе, чтобы расслышать. "Зло в прекрасной форме. Таковы многие. Он устоял перед ней, перед ее искушением и принял чистую мученическую смерть".

"Ты хочешь принять мученическую смерть? Умереть за то, что ты называешь своей верой? Я могу помочь тебе с этим. Просто скажи мне, где ты ".

"Вы бросаете мне вызов, лейтенант, таким образом, которого я не ожидал. Сильная духом женщина - одно из величайших удовольствий Бога. И тебя назвали в честь Евы, матери человечества. Если бы только твое сердце было чистым, я мог бы восхищаться тобой ".

"Ты можешь сохранить восхищение".

"Ева также была слаба духом и стала причиной потери Рая для своих детей".

"Да, и Адам был слабаком, который не мог взять на себя ответственность. Час Библии окончен. Давай покончим с этим ".

"Я с нетерпением жду встречи с тобой, хотя это может произойти еще не скоро".

"Раньше, чем ты думаешь".

"Возможно, возможно. Между тем, еще одна загадка. На этот раз гонка. Следующий грешник все еще жив, все еще пребывающий в блаженном неведении о своем наказании. По его словам и Божьему закону он будет осужден. Прислушайся к этому. "Верный человек будет изобиловать благословениями, но тот, кто спешит разбогатеть, не останется безнаказанным". Он достаточно долго оставался безнаказанным ".

"За что?"

"За лживый язык. У вас есть двадцать четыре часа, чтобы спасти жизнь, если на то будет воля Божья. Твоя загадка: у него красивое лицо, и когда-то он жил своим умом. Теперь эти мозги притупились, как у бедного старого Рискового Райли, его взяли на sup. Он живет там, где работает, и работает там, где живет, и всю ночь служит другим тому, чего он жаждет больше всего. Он путешествовал по пене, но заперся в месте, которое напоминает ему о доме. Если ты не найдешь его первым, завтра утром удача покинет его. Лучше поторопиться".

Ева смотрела на экран еще долго после того, как он погас.

"Извини, Даллас, по следу ничего хорошего. Может быть, электронный детектив сможет что-нибудь с этим сделать, когда доберется сюда ".

"Кто, черт возьми, такой Дайси Райли?" Пробормотала Ева. "Что он имеет в виду под "ужином"? Нравится ужин? Может быть, еда. Рестораны. Ирландские рестораны".

"Я думаю, что это оксюморон".

"А?"

"Плохая шутка", - предположила Пибоди с болезненной улыбкой. "Чтобы поднять настроение".

"Правильно". Ева упала на свой стул. "Компьютер, выведи названия и местоположения всех ирландских ресторанов в городе. Печатная копия ". Она повернулась на своем стуле. "Свяжитесь с Твизер - она была уборщицей на Бреннене. Скажи ей, что мне нужно что-нибудь, что угодно. И пусть кто-нибудь в форме отправится в Башни и заберет эти диски службы безопасности. Давайте двигаться".

"Двигаемся", - согласилась Пибоди и направилась к выходу.

***

Час спустя Ева просматривала отчет уборщика. Изучать было практически нечего. "Ублюдок не оставил даже волоска из носа, который можно было бы подобрать". Она потерла глаза. Она решила, что ей нужно вернуться на место происшествия, пройтись по нему, попытаться визуализировать все это. Все, что она могла видеть, была кровь, запекшаяся кровь, отходы.

Ей нужно было прояснить свое видение.

Библейская цитата снова взята из Притчей. Она могла только предположить, что намеченная жертва хотела быть богатой. И это, решила она, сузило круг поисков до каждой отдельной грешной души в Нью-Йорке.

Мотивом была месть. Деньги за предательство? она задумалась. Кто-то связан с Бренненом? Она вызвала списки, к которым Рорк получил доступ и которые передал, просмотрела имена партнеров Томаса Бреннена, друзей.

Никаких любовников, размышляла она. И Рорк нашел бы любого, если бы они существовали. Томас Бреннен был верным мужем, а теперь его жена стала вдовой.

Услышав резкий стук в дверной косяк, она подняла глаза и, рассеянно нахмурившись, посмотрела на ухмыляющегося ей мужчину. Лет двадцати пяти, рассудила она, с симпатичным мальчишеским лицом и любовью к моде.

Он едва перевалил за пять футов восемь дюймов даже в неоново-желтых воздушных ботинках. Поверх них на нем была джинсовая ткань, брюки мешковатые и куртка с потертыми манжетами. Его волосы были ярко-золотистого цвета, недавно отчеканенного, которые собирались в хвост длиной до талии. В мочке левого уха у него было полдюжины маленьких, поблескивающих золотых сережек.

"Ты свернул не туда, приятель. Это убийство".

"И ты был бы Далласом". От его яркой, нетерпеливой улыбки на щеках появились две ямочки. Его глаза были туманно-зелеными. "Я был бы Макнабом, с ЭДДОМ".

Она не застонала. Она хотела, но подавила это в тихом вздохе, когда протянула руку. Боже Милостивый, это было все, о чем она могла думать, когда он взял его пальцами, сверкающими кольцами. "Ты один из Фини".

"Присоединился к его подразделению шесть месяцев назад". Он обвел взглядом ее тусклый, тесный офис. "Вы, ребята, из Отдела убийств, действительно пострадали из-за сокращения бюджета. В EDD у нас есть шкафы побольше этого ".

Он оглянулся, затем просиял свежей улыбкой, когда Пибоди подошла к нему. "Ничто не сравнится с женщиной в форме".

"Пибоди, Макнаб".

Пибоди провела долгое, критическое исследование, просматривая блестки. "Это дресс-код EDD?"

"Сегодня суббота", - непринужденно сказал Макнаб. "Мне позвонили домой, я подумал, что заскочу и посмотрю, в чем дело. И мы немного распущены в EDD ".

"Очевидно". Пибоди начала протискиваться мимо него, сузив глаза, когда он снова ухмыльнулся.

"Когда нас там будет трое, мы будем стоять во грехе. Но я в игре ". Он отодвинулся достаточно, чтобы пропустить ее, затем последовал за ней, позволяя своему взгляду скользнуть вниз, оценивая изгибы.

Неплохо, подумал Макнаб. Совсем неплохо.

Когда он поднял взгляд и встретился с каменным взглядом Евы, он прочистил горло. Он знал репутацию Евы Даллас. Она не терпела ерунды. "Что я могу для вас сделать, лейтенант?"

"У меня есть дело об убийстве, детектив, и, возможно, завтра в это время у меня будет еще одно. Мне нужен след связи. Мне нужно местоположение. Мне нужно выяснить, как, черт возьми, этот придурок глушит наши линии ".

"Тогда я твой мужчина. Звонки поступают в это подразделение?" По кивку Евы он придвинулся ближе. "Не возражаешь, если я займу твое кресло, посмотрим, что я могу сделать?"

"Продолжай". Она встала, отошла в сторону, пропуская его. "Пибоди, мне нужно съездить в морг сегодня днем. Попытайтесь помешать миссис Бреннен, получите показания. Мы собираемся разделить список ресторанов между нами. Мы ищем кого-то, кто работает и живет в этом здании, кого-то, кто эмигрировал в Нью-Йорк, и кого-то, кто, возможно, связан с Томасом Бренненом. У меня есть список ближайших друзей и соратников Бреннена. Сузьте круг поисков, и сузьте быстро ". Она протянула Пибоди печатную копию.

"Да, сэр".

"И тщательно проверь любого по имени Райли - или Дайси".

Макнаб прекратил тихое мурлыканье, которое, казалось, было лейтмотивом каждого знатока электроники, которого знала Ева. "Рисковый Райли?" сказал он и засмеялся.

"Я пропустил шутку, Макнаб?"

"Я не знаю. "Dicey Riley" - песня из ирландского паба ".

"Паб?" Глаза Евы сузились. "Ты ирландец, Макнаб?"

Она уловила легкую вспышку оскорбления, промелькнувшую на его красивом лице. "Я шотландец, лейтенант. Мой дед был горцем."

"Хорошо для него. Что означает песня - о чем она?"

"Это о женщине, которая слишком много пьет".

"Выпивка? Не ест?"

"Пьет", - подтвердил он. "Ирландский вирус".

"Черт. Ну, в любом случае, половина из них - пабы, - сказала Ева, просматривая свой собственный список. "Мы проведем еще одну проверку ирландских баров в городе".

"Вам понадобится оперативная группа из двадцати человек, чтобы нанести удар по всем ирландским пабам в Нью-Йорке", - легко сказал Макнаб, затем вернулся к своей работе.

"Ты просто беспокоишься о следе", - приказала Ева. "Пибоди, проверь названия и местоположения баров. Форма уже вернулась с дисками из "Тауэрс"?"

"Он в пути".

"Отлично, раздели бары географически. Я возьму на себя юг и запад, ты - север и восток." Как только Пибоди ушла, Ева повернулась к Макнабу. "Мне нужно что-нибудь быстрое".

"Это не будет быстро". Теперь его мальчишеское лицо было мрачным и целеустремленным. "Я уже спустился на пару слоев. Там ничего нет. Я отслеживаю рассеянный снимок на последней передаче, которая прошла. Это требует времени, но это лучший способ проследить сквозь завал ".

"Сделай так, чтобы это заняло меньше времени", - отрезала она. "И свяжись со мной, как только прорвешься".

Он закатил глаза за ее спиной, когда она вышла. "Женщины", - пробормотал он. "Всегда хочется чуда".

***

Ева зашла в дюжину баров, пока спускалась к зданию судмедэкспертизы. Она нашла двух владельцев бара и трех членов команды, которые жили выше или позади бизнеса. Когда она загнала свой аппарат на парковку третьего уровня у медэксперта, она позвонила Пибоди.

"Статус?"

"На данный момент у меня есть два варианта, и моя униформа будет пахнуть дымом и виски в течение следующих шести месяцев". Пибоди поморщилась. "Ни один из моих возможных кандидатов не утверждает, что знал Томаса Бреннена или что у него был враг в мире".

"Да, я слышу ту же фразу. Продолжай в том же духе. У нас заканчивается время ".

Ева спустилась по лестнице вниз, затем закодировалась в системе безопасности. Она миновала скромную, уставленную цветами зону ожидания и направилась прямо в морг.

Воздух там был холодным и нес в себе скрытый слой смерти. Двери могли быть стальными и запечатанными, но смерть всегда находила способ заявить о своем присутствии.

Она оставила Бреннена в комнате для вскрытий B, и поскольку было маловероятно, что он куда-то делся, она подошла к панели безопасности, держа свой значок для сканирования.

Проводится вскрытие, Бреннен, Томас Х. Пожалуйста, соблюдайте правила гигиены и безопасности при входе. Вы оправданы, Даллас, лейтенант Ева.

Дверь щелкнула, затем открылась со свистом холодного воздуха. Ева вошла, чтобы увидеть подтянутую фигуру доктора Морриса, судмедэксперта, изящно извлекающего мозг Бреннена из его открытого черепа.

"Извини, что мы здесь не закончили, Даллас. Сегодня утром у нас был поток незарегистрированных регистраций. Люди - ха, ха - умирают, чтобы попасть внутрь ".

"Что ты можешь мне сказать?"

Моррис проверил вес мозга, поместил его в жидкость. Его коса длиной до пояса образовывала извивающуюся линию на спине его белоснежного лабораторного халата. Под ним на нем был кожаный костюм ярко-фиолетового цвета. "Он был здоровым пятидесятидвухлетним мужчиной и однажды перенес перелом большеберцовой кости. Все хорошо зажило. Он наслаждался своей последней трапезой примерно за четыре с половиной часа до смерти. Обед, я бы сказал. Мясной суп, хлеб и кофе. В кофе было подмешано наркотик ".

"С кем?"

"Срединная пустышка. Безрецептурный транквилизатор. Он чувствовал бы себя довольно расслабленным, возможно, с легким кайфом ". Моррис вручную занес данные в свой портативный журнал и поговорил с Евой над белыми и изуродованными останками. "Первой травмой была бы отрубленная рука. Даже с соской в его организме, это вызвало бы шок и быструю, травмирующую потерю крови ".

Ева вспомнила стены квартиры, жуткие брызги крови. Она представила, как перерезанные артерии хлынули и закачались, как из пожарного шланга на полную мощность.

"Тот, кто зарубил его, остановил кровотечение, прижег культю".

"Как?"

"Я предполагаю, что это был бы ручной фонарик". Он поморщился. "Это была грязная работа. Посмотри, где все почерневшее и хрустящее от культи до локтя. Скажи "ой"."

"Ой", - пробормотала Ева и засунула большие пальцы в карманы. "Вы говорите мне, что Бреннен фактически потерял сознание после первого нападения, что объясняет практически полное отсутствие признаков борьбы в квартире".

"Он не смог бы отбиться от пьяного таракана. Жертву удерживали за оставшееся запястье. Применяемые наркотики представляли собой комбинацию адреналина и наперстянки - это поддерживало сердцебиение, мозг в сознании, пока над ним работали ". Моррис выдохнул. "И над ним поработали хорошо. Смерть не пришла быстро или легко к этому ирландскому бродяге ".

Глаза Морриса оставались спокойными за защитными очками. Он указал запечатанной рукой на маленький металлический поднос. "Я нашел это у него в желудке вместе с обедом".

Ева нахмурилась, глядя на поднос. Предмет был размером примерно с пятидолларовый кредит. Он был глянцево-белым с нарисованным на нем ярко-зеленым изображением. На другой стороне была продолговатая форма, которая соединялась на одном конце пересекающимися линиями.

"Четырехлистный клевер", - подсказал Моррис. "Это символ удачи. У вашего убийцы сильное и отвратительное чувство иронии. На спине - эта забавная форма? Твоя догадка так же хороша, как и моя."

"Я заберу это с собой". Ева положила жетон в пакет для улик. "Я намерен попросить доктора Миру проконсультироваться по этому делу. Нам нужен профиль. Она скоро свяжется с тобой ".

"Всегда приятно работать с Мирой и с вами, лейтенант". Браслет связи на его запястье зажужжал. "Дворец смерти. Моррис."

"Прибыла миссис Эйлин Бреннен и просит осмотреть останки ее мужа".

"Отведи ее в мой кабинет. Я скоро буду там ". Он повернулся к Еве. "Нет смысла ей видеть бедного ублюдка таким. Ты хочешь взять у нее интервью?"

"Да".

"Пользуйся моим кабинетом столько, сколько тебе это нужно. Миссис Бреннен сможет осмотреть тело через двадцать минут. К тому времени он будет... презентабельным."

"Спасибо". Она направилась к двери.

"Даллас".

"Да?"

"Зло - это ... ну, это не тот термин, которым я люблю разбрасываться, как конфетами. Немного неловко." Он повел плечами. "Но парень, который сделал это... это единственное подходящее слово, которое приходит мне в голову ".

***

Эти слова прокручивались в голове Евы, когда она столкнулась с Эйлин Бреннен. Женщина была аккуратной. Хотя ее глаза были сухи, лицо было восково-бледным. Ее руки не дрожали, но и не могли оставаться неподвижными. Она потянула за золотой крест, который висел на тонкой цепочке у нее на талии, одернула подол юбки, провела пальцами по своим волнистым светлым волосам.

"Я хочу увидеть тело, которое ты нашел. Я настаиваю на том, чтобы увидеть это. Это мое право ".

"Вы будете, миссис Бреннен. Мы организуем это. Если бы я мог сначала уделить несколько минут вашего времени, это было бы очень полезно ".

"Откуда мне знать, что это он? Откуда мне знать, что это мой Томми, пока я его не увижу?"

Не было смысла предлагать надежду. "Миссис Бреннен, мы установили личность вашего мужа. Отпечатки пальцев, ДНК и визуальный идентификатор швейцара в роскошных башнях. Прости, здесь нет ошибки. Пожалуйста, сядьте. Могу я тебе что-нибудь принести? Немного воды."

"Я ничего не хочу. Ничего." Эйлин села, слегка подергиваясь, ее руки сжимались и разжимались. "Он должен был присоединиться к нам сегодня, в Дублине. Сегодня. Он вернулся в Нью-Йорк только на прошлой неделе, чтобы закончить кое-какие дела. Он должен был приехать сегодня, остановившись в Лондоне сначала прошлой ночью."

"Значит, вы не ожидали его до сегодняшнего дня".

"Нет. Он не позвонил прошлой ночью, он должен был позвонить из Лондона, но иногда он бывает занят." Она расстегнула сумочку, снова закрыла ее, повторяя движение снова и снова. "Я ничего об этом не думал. Я ничего об этом не думала, - повторила она и сжала руку в кулак над крестом, пока закругленные концы не впились в ее ладонь.

"Значит, вы не пытались связаться с ним?"

"Дети и я, мы пошли поужинать и в развлекательный центр. Мы вернулись домой поздно, и Мэйз была сердита. Я уложил ее в постель и пошел спать. Я просто пошел спать, потому что устал, и я даже не подумал о том, что Томми не звонит из Лондона ".

Ева дала ей успокоиться, затем села напротив нее в одно из кресел доктора Морриса, обтянутых мягкой коричневой тканью. "Миссис Бреннен, не могли бы вы рассказать мне о бизнесе, в котором остался ваш муж, в Нью. За Йорком присмотреть?"

"Я не - я не так уж много знаю об этом. Я не понимаю всего этого. Я профессиональная мать. Мне нужно растить детей, управлять тремя домами. У нас есть еще один дом за городом. На западе Ирландии. Я не разбираюсь в бизнесе. Почему я должна?" потребовала она срывающимся голосом.

"Хорошо. Можете ли вы сказать мне, упоминал ли ваш муж кого-нибудь, кто имел к нему отношение? Кто-то, кто угрожал ему или беспокоил его."

"У Томми нет врагов. Он всем нравится. Он справедливый человек, с добрым сердцем. Тебе стоит только спросить любого, кто его знает." Ее глаза, бледно-голубые, снова сфокусировались на лице Евы, и она наклонилась вперед. "Видишь, вот почему ты, должно быть, ошибаешься. Ты, должно быть, совершил ошибку. Никто не причинил бы вреда Томми. И роскошные башни очень безопасны. Вот почему мы выбрали его для нашего дома в Нью-Йорке. В городе столько преступлений, а Томми хотел, чтобы я и дети были в безопасности ".

"Ты встретила своего мужа в Ирландии".

Эйлин моргнула, отвлекшись. "Да, более двенадцати лет назад. В Дублине".

"У него все еще были друзья с того времени, соратники?"

"Я... у него так много друзей. Я... - Она провела рукой по глазам. "Кажется, всегда был бы кто-то, кто поздоровался бы с ним, если бы нас не было дома. И иногда он ходил в маленький паб, когда мы были в Дублине. Я не очень люблю пабы, поэтому не часто туда ходил. Но время от времени его охватывало страстное желание, и он уходил туда на вечер."

"Что это был за паб?"

"Имя? Поросенок Пенни, кажется, это называется." Внезапно Эйлин схватила Еву за руку. "Я должен увидеть его. Я должен."

"Хорошо. Просто дай мне минутку. Я скоро вернусь ". Ева вышла из офиса, достала свой коммуникатор. "Пибоди".

"Лейтенант".

"Копеечный поросенок. Есть ли в твоем списке пабы с таким названием?"

"Секундочку... Нет, сэр. Со свиньей вообще ничего".

"Просто мысль. Продолжай в том же духе. Я буду на связи ". Она перекинулась, связалась с доктором Моррисом. "Ей нужно его увидеть".

"Он настолько хорош, насколько может здесь быть. Я пройду через вас обоих".

Ева открыла дверь офиса. "Миссис Бреннен. Если ты пойдешь со мной сейчас."

"Ты ведешь меня к нему".

"Да".

Ева взяла Эйлин за локоть не столько для поддержки, сколько для руководства. Их шаги эхом отдавались по выложенному белой плиткой коридору. У двери Ева почувствовала, как женщина напряглась и собралась с силами. Услышал, как она сделала вдох и задержала его.

Затем они оказались внутри. Моррис сделал, что мог, но травму было не скрыть. Не было способа смягчить смерть.

Эйлин выдохнула одним сдавленным всхлипом. Только один, затем она втянула его снова и мягко оттолкнула поддерживающую руку Евы в сторону.

"Это мой Томми. Это мой муж ". Она шагнула ближе, приближаясь к фигуре в белом покрывале, как будто он спал. Ева ничего не сказала, когда Эйлин провела кончиками пальцев по щеке своего мужа. "Как я могу сказать нашим детям, Томми? Что я им скажу?"

Она посмотрела на Еву, и хотя ее глаза наполнились слезами, она, казалось, была полна решимости сдержать слезы. "Кто мог сотворить такое с таким хорошим человеком?"

"Это моя работа - выяснить. Я сделаю свою работу, миссис Бреннен. Ты можешь на это положиться ".

"Выяснение этого не вернет Томми ко мне или нашим детям. Выяснять это слишком поздно, не так ли?"

Смерть, подумала Ева, сделала все слишком поздно. "Это все, что у меня есть для вас, миссис Бреннен".

"Я не знаю, может ли этого быть достаточно, лейтенант Даллас. Я не знаю, смогу ли я сделать так, чтобы этого было достаточно ". Она наклонилась и нежно поцеловала мужа в губы. "Я всегда любила тебя, Томми. С самого начала."

"Пойдемте со мной сейчас, миссис Бреннен". Эйлин не сопротивлялась, когда Ева взяла ее за руку. "Выходи наружу. Кого я могу позвать за тебя?" "Я - моя подруга Кэтрин Хастингс. Она живет... у нее есть дом на Пятой авеню, магазин. Заметная женщина".

"Я позвоню. Я попрошу ее приехать и встретиться с тобой здесь ".

"Спасибо тебе. Мне нужен... кто-нибудь."

"Хочешь немного воды сейчас? Кофе?"

"Нет, просто присесть". И она практически рухнула на стул с жесткой спинкой в зоне ожидания. "Просто чтобы сбиться с ног. Со мной все будет в порядке ". Она подняла взгляд, голубые глаза плавали на белом лице. "Со мной все будет в порядке. Видишь ли, у меня есть дети. Со мной должно быть все в порядке ".

Ева поколебалась, затем вытащила пакет с уликами из кармана. "Миссис Бреннен, вы когда-нибудь видели это раньше?"

Эйлин сосредоточилась на жетоне, как будто это было редкое произведение искусства. "Нет. То есть, конечно, я видел трилистник раньше, но не эту маленькую пуговицу ".

"Трилистник?"

"Конечно, так оно и есть. Трилистник."

"Как насчет этого?" Ева перевернула жетон.

"Рыба". Теперь она закрыла глаза. "Символ Церкви. Не могли бы вы позвонить Кэтрин сейчас, пожалуйста? Я больше не хочу здесь быть ".

"Немедленно. Просто сядь и постарайся отдохнуть минутку ".

Ева поспешила позвонить Кэтрин Хастингс, почти ничего не объяснив. Она просматривала распечатанный список пабов, когда делала это. У нее не было ни копейки, ни четырехлистного клевера, ничего с рыбой или церковью. Но у нее было три места с Трилистником в названии.

Она схватила свой коммуникатор. "Пибоди, сосредоточься на местах с названием "Трилистник"".

"Трилистник, лейтенант?"

"Это предчувствие. Просто сделай это ".

***

Ева вошла в "Зеленый трилистник" в три часа дня, она пропустила обеденную толпу - если таковая там была - и обнаружила, что маленький, темный паб почти пуст. Пара посетителей с печальным видом сидели, скрючившись над густо вспененным пивом за дальним столиком, пока они играли в отрывочную игру с джином. Хотя она не увидела на сайте лицензии на азартные игры, она проигнорировала груды кредитов рядом с кружками пива.

Молодая женщина в белом фартуке и с румяными щеками, насвистывая, протирала столы. Она улыбнулась Еве, и когда она заговорила, Ева услышала этот прекрасный напев родной земли Рорка.

"Добрый день вам, мисс. Могу я предложить вам меню? Боюсь, в это время дня это всего лишь бутерброды ".

"Нет, спасибо". В баре никого не было, но Ева скользнула на табурет, прежде чем вытащить свой значок. Она увидела, как расширились глаза молодой официантки.

"Я ничего не сделал. Я законен. У меня есть документы ".

"Я не из иммиграционной службы". По поспешному облегчению на лице девушки Ева предположила, что бумаги все еще влажные и, скорее всего, поддельные. "Есть ли в здании комнаты для аренды? Кто-нибудь из сотрудников или владельца живет на месте?"

"Да, мэм. Здесь три комнаты. Один в задней части и двое наверху. У меня самого есть такой наверху. Это зависит от кодекса ".

"Кто еще здесь живет - как тебя зовут?"

"Я Морин Маллиган".

"Кто еще живет на территории, Морин?"

"Ну, Боб Макбрайд так и делал, пока в прошлом месяце босс не уволил его за лень. Видите ли, Бобу было нелегко поднять пинту, если только она не была поднесена к его собственным губам ". Она снова улыбнулась и начала усердно оттирать стойку бара. "И теперь есть Шон Конрой, который занимает заднюю комнату".

"Был бы он сейчас там?"

"Я просто посмотрел немного назад, и его не было рядом. Он должен быть здесь сейчас, полчаса назад началась его смена."

"Ты не хочешь показать мне его комнату, Морин?"

"У него ведь нет никаких неприятностей, не так ли? Шон немного пьет, но он хороший работник и делает все, что в его силах ".

"Я хочу убедиться, что он не в беде. Ты можешь позвонить своему боссу, Морин, и убрать показанный мне задний ход ".

Морин закусила губу, переминаясь с ноги на ногу. "Ну, тогда мне пришлось бы сказать, что Шон не пришел на свою смену, и тогда пришлось бы чертовски дорого заплатить, не так ли? Я покажу тебе комнату, если ты хочешь ее увидеть. Шон не занимается нелегальным бизнесом, лейтенант, - продолжила она, направляясь к двери рядом с ламинированной стойкой бара. "Босс, он силен против нелегалов и лени. Здесь не так уж много того, что принесет тебе топор, но любой из них сделает это в мгновение ока."

Она отперла дверь старомодным ключом, висевшим на цепочке у нее на поясе.

Там было немного, просто двухъярусная кровать, дешевый комод и зеркало с потеками. Но это было на удивление аккуратно. Быстрый взгляд в шкаф убедил Еву, что отсутствующий Шон не собрал вещи и не уехал.

Она подошла к комоду, лениво открыла ящик. У Шона была одна пара чистого нижнего белья и два разнокалиберных носка. "Как долго он был в США?"

"Шон, ну, по крайней мере, два или три года, я думаю. Он говорит о возвращении в Дублин, но ...

"Так вот откуда он родом?" - Резко спросила Ева. "Он из Дублина?"

"Да, он говорит, что родился и вырос там и приехал в Америку, чтобы разбогатеть. Шон пока не слишком богата, - продолжила она с солнечной улыбкой. Ее взгляд переместился на пустую бутылку из-под пива на тумбочке. "Наверное, поэтому. Выпивка нравится ему немного больше, чем он ей ".

"Да". Ева тоже посмотрела на бутылку, затем ее взгляд заострился на том, что стояло рядом с ней. Ее мускулы напряглись, когда она взяла эмалированный жетон. "Что это, Морин?"

"Я не знаю". Морин наклонила голову и изучила зеленый трилистник на белом фоне. А на спине - рыба. "Счастливый случай, я полагаю".

"Ты видел это раньше?"

"Нет. Выглядит по-новому, не так ли? Это так блестяще. Шон, должно быть, только что подобрал это. Шон всегда ищет удачи ".

"Да". Ева сжала в кулаке жетон. Она очень боялась, что удача отвернулась.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

"Мне нужно, чтобы ты подумала, Морин. Мне нужно, чтобы ты был спокоен и ясен ".

Скорчившись на аккуратно залатанном стуле в своей собственной маленькой комнате над Зеленым трилистником, Морин облизала губы. "Я не собираюсь сесть в тюрьму или быть депортированным?"

"У тебя нет никаких неприятностей. Я обещаю тебе." Ева подалась вперед в своем кресле. "Помоги мне здесь, Морин, помоги Шону, и я потяну за кое-какие ниточки и достану тебе настоящие документы. Вам больше никогда не придется беспокоиться об иммиграции ".

"Я не хочу, чтобы с Шоном что-то случилось, действительно не хочу. Он всегда был добр ко мне." Ее взгляд метнулся туда, где у двери стояла Пибоди. "Я немного нервничаю, понимаете. Копы заставляют меня немного нервничать ".

"Пибоди - кошечка. Не так ли, Пибоди?"

"Ручной, как полосатый кот, лейтенант".

"Помоги нам здесь и сейчас и вспомни прошлое. Когда ты в последний раз видел Шона?"

"Я думаю, это, должно быть, было прошлым вечером, когда я заканчивал свою смену. Видишь ли, как правило, Шон приходит примерно в полдень. Я играю с одиннадцати - тогда мы открываемся - до восьми. У меня два тридцатиминутных перерыва. Шон, он работает почти до половины одиннадцатого вечера. Затем он возвращается в час и работает в нерабочее время - "

Она заткнулась, как моллюск в морской воде.

"Морин", - начала Ева с напряженным терпением. "Я не беспокоюсь о делах после работы. Меня не волнует, останется ли бар открытым сверх установленного лимита ".

"Ну, мы время от времени немного занимаемся делами в нерабочее время". Она начала заламывать руки. "Меня точно уволят, если босс узнает, что я сказал такое копу".

"Нет, если он не получит от этого никакого удовольствия. Итак, ты видел Шона прошлой ночью, перед тем как уйти со смены в восемь."

"Я сделал, да. Когда я закончил, он был за стойкой и сказал что-то вроде: "Морин, дорогая, не позволяй этому молодому самцу украсть ни одного из моих поцелуев ".

Увидев, как Ева приподняла бровь, Морин покраснела. "О, он ничего такого не имел в виду, лейтенант. Он просто пошутил, типа. Шон, ему было сорок лет или больше, и между нами не было ничего подобного. У меня есть что-то вроде молодого человека. Я имею в виду..." Она снова запнулась, нервно посмотрела на молчащую Пибоди. "Он мужчина, молодой человек, и я встречаюсь с ним недавно. Мы узнаем друг друга получше, и Шон, он знал, что прошлой ночью у меня было свидание, поэтому он просто дразнил меня ".

"Хорошо, значит, ты видел Шона, когда уходил в восемь. Тогда - "

"О, подожди!" Морин всплеснула руками. "Я увидел его снова. Я забыл. Ну, не так уж много "видел". Я услышала его, когда вернулась после встречи с Майком - моим молодым человеком, то есть молодым человеком, с которым я встречаюсь в последнее время. Видишь ли, я слышал, как Шон говорил, когда я вошел ".

Она сияла, довольная, как щенок, выполнивший приказ своего хозяина.

"С кем он разговаривал?"

"Я не знаю. Видите ли, я должен пройти мимо его комнаты, чтобы подняться по ступенькам в свою. Было бы около полуночи, и у Шона был бы перерыв перед нерабочей сменой. Здание старое, видите ли, поэтому стены и двери не очень толстые или плохо звукоизолированы. Итак, я слышал, как он и другой мужчина разговаривали в комнате Шона ".

"Ты слышал, что они сказали?"

"Не совсем. Я просто проходил мимо, но помню, что был рад, что Шон казался счастливым. Он смеялся и сказал что-то о том, что это отличная идея, и он наверняка будет там ".

"Вы уверены, что он разговаривал с мужчиной?"

Морин нахмурила брови. "Это было скорее впечатление. Я не слышал слов другого, только рокот голоса. Но глубокая, как у мужчины. Больше я ничего не услышал, потому что поднялся сюда, чтобы приготовиться ко сну. Но я знаю, что это говорил Шон. Это был его смех. У него большой смех, у Шона ".

"Ладно, кто накрывает на столы после твоей смены?"

"О, это Шинейд. Она приходит в шесть, и мы работаем два часа вместе, затем она одна обслуживает столы до закрытия. Шинейд Даггин, и она живет всего в паре кварталов отсюда, на Восемьдесят третьей, я думаю. А бармен, который работает в напряженное время с Шоном, - дроид. Босс, он использует дроида только в напряженные времена. Их содержание обходится дорого ".

"Хорошо, Морин, ты не замечала, чтобы кто-нибудь новый заходил в бар за последнюю неделю или две, завязывал разговор с Шоном?"

"Время от времени к нам приходят новые люди, и некоторые возвращаются. Некоторые из них говорят, а некоторые нет. Большинство будет немного разговаривать с Шоном, потому что он готовит дружеский напиток, понимаете. Но я не помню никого конкретного ".

"Ладно, ты можешь возвращаться к работе. Возможно, мне придется поговорить с тобой снова. Если ты вспомнишь что-нибудь, вообще что угодно или кого угодно, ты свяжешься со мной ".

"Я буду, да. Но Шон не мог сделать ничего действительно плохого, лейтенант, - добавила она, вставая. "Он неплохой парень, просто немного глуповат".

"Глупо", - размышляла Ева, вертя жетон в пальцах, когда Морин поспешила к выходу. "И невезучий. Давайте возьмем форму, чтобы охранять бар на случай, если мы ошибаемся, и Шон весь день проворачивал сделку или занимался любовью с женщиной. Мы пойдем посмотрим, более ли наблюдательна Шинейд Даггин, чем Морин ".

"Парень с загадками, он сказал, что у тебя есть время до завтрашнего утра".

Ева поднялась, убирая жетон. "Я думаю, мы можем с уверенностью предположить, что он жульничает".

***

Шинейд Даггин зажгла тонкую серебристую сигарету, прищурила жесткие зеленые глаза и выпустила дым с ароматом жасмина в лицо Еве. "Мне не нравится разговаривать с копами".

"Мне не нравится разговаривать с придурками", - мягко сказала Ева, "но я трачу на это половину своей жизни. Здесь или в полицейском управлении, Шинейд. Решать тебе".

Шинейд пожала худыми плечами, от этого движения распахнулся усыпанный маком халат, который был на ней. Рассеянно она туго затянула его и, повернувшись, прошлепала босиком в свою тесную однокомнатную квартирку.

Она не была заставлена мебелью. Там была кровать Мерфи, открытая и неубранная, с которой она выползла, когда Ева забарабанила в дверь. Два маленьких стула, два узких стола. Но каждая поверхность, включая подоконники, была забита вещами.

Очевидно, Шинейд все нравилось. Красочные вещи. Миски, тарелки и статуэтки пушистых маленьких собачек и кошек. Кисточки двух торшеров были тяжелыми от пыли. Коврики были разбросаны по полу, как пазлы. Шинейд села на кровати, скрестив ноги, взяла в руки огромную стеклянную пепельницу, из которой мог бы получиться отличный тупой инструмент, и широко зевнула.

"И что?"

"Я ищу Шона Конроя. Когда ты видел его в последний раз?"

"Прошлой ночью. Я работаю по ночам". Она почесала подъем левой ноги. "Я сплю днями".

"С кем он разговаривал? Вы видели его с кем-нибудь конкретным?"

"Как обычно. Люди приходят в поисках бутылки или стакана. Мы с Шоном оказываем им услугу. Это честный труд ".

Ева сбросила со стула одежду, которой хватило на неделю, и села. "Пибоди, открой эти шторы. Давайте внесем сюда немного света ".

"О, Иисус". Шинейд прикрыла глаза, зашипев, когда шторы поднялись и в комнату ворвалось солнце. "Эта дрянь тебя убьет". Затем она испустила долгий вздох. "Послушай, коп, Шон действительно пьяница. Но если это худшее, что можно сказать о теле, то, в конце концов, это прекрасная жизнь ".

"Он вернулся в свою комнату во время перерыва. Кто ушел с ним?"

"Я не видел, чтобы кто-нибудь уходил с ним. Я работал. Я занимаюсь своим делом. Почему тебя это волнует?" Ее глаза медленно прояснились, когда она опустила руку. "Почему тебя это волнует?" - повторила она. "Что-то случилось с Шоном?"

"Это то, что я пытаюсь выяснить".

"Что ж, он был прав, как дождь прошлой ночью, я могу вам это сказать. Достаточно бодрый. Сказал что-то о предстоящем концерте на стороне. Деньги в его руках".

"Что за концерт?"

"Частные вечеринки, классные вещи. У Шона была тяга к стильным вещам". Шинейд затушила сигарету и тут же зажгла другую. "Он вернулся с перерыва, ухмыляясь, как кот с миской, полной канареек. Сказал, что замолвит за меня словечко, если мне будет интересно ".

"Перекинуться парой слов где, с кем?"

"Я не обращал внимания. Шон всегда говорит по-крупному. Он собирался обслуживать бар, подавать лучшие вина и тому подобное на вечеринке для какого-нибудь высокопоставленного лица ".

"Назови мне имя, Шинейд. Он хвастался, был полон собой. Какое имя он назвал?"

"Ну, в аду". Раздраженная, но пришедшая в себя, Шинейд потерла лоб пальцами. "Старый приятель, - сказал он. Кто-то из Дублина, кто добился успеха. Рорк, - сказала она, тыча тлеющей сигаретой. "Конечно. Вот почему я подумал, что Шон просто несет чушь, как обычно. Чего бы такой человек, как Рорк, хотел от таких, как Шон?"

Еве потребовалось все самообладание, чтобы не вскочить со стула. "Он сказал, что разговаривал с Рорком?"

"Господи, мой разум не проснулся". Она снова зевнула, когда за окном пукнул аэробус с неисправным выхлопом. "Нет, я думаю, он сказал... да, он говорил, как Рорк послал своего человека заключить сделку. И плата была хорошей. Он скоро покинет "Трилистник" и окунется в светскую жизнь. Возьми меня с собой в поездку, если я захочу. Мы с Шоном несколько раз сталкивались, когда возникало настроение. Ничего серьезного."

"В котором часу ты закрыл "Трилистник"?" Когда взгляд Шинейд скользнул в сторону, Ева стиснула зубы. "Мне насрать на лицензию на нерабочее время. Мне нужно время, когда ты в последний раз видел Шона, и куда он пошел."

"Было около четырех утра, и он сказал, что идет спать. Сегодня он должен был лично встретиться с этим человеком, и ему нужно было выглядеть презентабельно ".

***

"Он играет со мной". Ева врезалась в свой автомобиль, стукнула кулаком по рулю. "Вот что делает этот ублюдок, играет со мной. Добавляя имя Рорка в эту историю. Черт возьми."

Она подняла руку, прежде чем Пибоди смогла заговорить, затем просто стояла, уставившись в окно. Она знала, что должна была сделать. Ни у кого из них не было выбора. Она набрала номер автомобиля и позвонила домой.

"Резиденция Рорка", - сказал Соммерсет ровным тоном, затем его лицо окаменело. "Лейтенант".

"Соедини его", - потребовала она.

"В данный момент Рорк занят другим звонком".

"Надень его, ты, тощий сукин сын с лягушачьим лицом. Сейчас."

Экран переключился в бледно-голубой режим ожидания. Двадцать секунд спустя Рорк был включен. "Ева". Хотя его рот изогнулся, улыбка не коснулась его глаз. "Проблема?"

"Ты знаешь Шона Конроя?" Она увидела это по его лицу, прежде чем он ответил, просто вспышку в этих темно-синих глазах.

"Я сделал это много лет назад в Дублине. Почему?"

"У вас были какие-либо контакты с ним здесь, в Нью-Йорке?"

"Нет. Я не видел его и не разговаривал с ним около восьми лет ".

Ева сделала успокаивающий вдох. "Скажи мне, что ты не владелец бара под названием "Зеленый трилистник"."

"Хорошо. Я не владелец бара под названием "Зеленый трилистник "." Теперь он действительно улыбнулся. "В самом деле, Ева, стал бы я владеть чем-то настолько шаблонным?"

Облегчение заставило тяжесть спасть с ее живота. "Думаю, нет. Когда-нибудь был там?"

"Что-то не припоминаю".

"Планируете какие-нибудь вечеринки?"

Он наклонил голову. "Не в данный момент. Ева, Шон мертв?"

"Я не знаю. Мне нужен список вашей недвижимости в Нью-Йорке ".

Он моргнул. "Все?"

"Черт". Она ущипнула себя за нос, пытаясь мыслить ясно. "Начните с частных резиденций, в настоящее время незанятых".

"Это должно быть достаточно просто. Пять минут", - пообещал Рорк и прервал передачу.

"Почему частные дома?" Пибоди хотела знать.

"Потому что он хочет, чтобы я нашел это. Он хочет, чтобы я был там. Он быстро продвинулся в этом деле. Зачем возиться с кучей охраны, камер, людей. Вы получаете частный дом, пустой. Ты входишь, делаешь свою работу, убираешься ".

Она переключила свой линк на передачу, когда он подал звуковой сигнал.

"На данный момент только три незанятых", - сказал ей Рорк. "Первая - на Гринпис Парк Драйв. Номер восемьдесят два. Я встречу тебя там".

"Просто оставайся там, где ты есть".

"Я встречу тебя там", - повторил он и прервал передачу.

Ева не стала утруждать себя ругательствами в его адрес, но развернула машину подальше от бордюра. Она опередила его на тридцать секунд, этого времени ей было недостаточно, чтобы обойти замки с помощью своего мастер-кода.

Длинное черное пальто, которое он носил, защищаясь от порывов ветра, струилось, как вода, хлопало, как кнут. Он положил руку ей на плечо и, несмотря на ее хмурый вид, легко поцеловал ее. "У меня есть код", - сказал он и подключил его.

Дом был высоким и узким, чтобы вместить тощих людей. Потолок взлетел. Окна были обработаны, чтобы обеспечить конфиденциальность и блокировать ультрафиолетовые лучи. На данный момент защитные решетки закрывали их так, что солнечный свет падал на отдельные ячейки на полированный кафельный пол.

Ева вытащила свое оружие, жестом указала Пибоди налево. "Ты со мной", - сказала она Рорку и начала подниматься по изогнутой лестнице. "Мы собираемся поговорить об этом позже".

"Конечно, мы такие". И он не упоминал, ни сейчас, ни потом, о незаконном девятимиллиметровом автоматическом пистолете, который был у него в кармане. Зачем расстраивать женщину, которую ты любил, незначительными деталями?

Но он держал руку в этом кармане, крепко сжимая, пока наблюдал, как она обыскивает каждую комнату, наблюдал, как эти холодные глаза сканируют угол за углом.

"Почему такое место, как это, пустует?" она хотела знать после того, как убедилась, что там действительно пусто.

"Это будет не на следующей неделе. Мы сдаем его с мебелью, в основном, на короткий срок инопланетным компаниям, которые не хотят, чтобы их высокопоставленные руководители жили в отелях. Мы предоставим персонал, дроида или человека ".

"Классно".

"Мы пытаемся". Он улыбнулся Пибоди, когда они спускались по лестнице. "Все ясно, офицер?"

"Здесь нет ничего, кроме пары действительно удачливых пауков".

"Пауки?" Приподняв бровь, Рорк достал свою памятку и вставил записку, чтобы связаться с истребителями.

"Где следующее место?" Спросила его Ева.

"Это всего в паре кварталов. Я поведу тебя за собой ".

"Ты мог бы дать мне код и отправиться домой".

Он провел рукой по ее волосам, когда они вышли на улицу. "Нет, я не мог".

Второй дом находился в стороне от улицы, спрятанный за теперь уже безлиственными деревьями. Хотя дома теснились с обеих сторон, жители пожертвовали своими дворами ради уединения. Деревья и кустарники образовывали высокий забор между зданиями.

Ева почувствовала, как ее кровь начала бурлить. Здесь, подумала она, на этой тихой, богатой арене, где дома были звукоизолированы и защищены от посторонних глаз, убийство было бы частным делом.

"Ему бы это понравилось", - сказала она себе под нос. "Это подошло бы ему. Расшифруй это", - сказала она Рорку, затем жестом показала Пибоди двигаться вправо.

Ева переместилась перед Рорком, сама открыла дверь. Это было все, что потребовалось.

Она почувствовала запах свежей смерти.

Удача отвернулась от Шона Конроя в великолепно обставленной гостиной, сразу за небольшим элегантным фойе. Его кровь запятнала дикие розы, вьющиеся по антикварному ковру. Его руки были широко раскинуты, словно в мольбе. Его ладони были пригвождены к полу.

"Ничего не трогай". Она схватила Рорка за руку, прежде чем он успел шагнуть внутрь. "Ты не должен входить. Ты испортишь сцену. Ты даешь мне слово, что не войдешь, или я запру тебя снаружи. Мы с Пибоди должны проверить остальную часть дома ".

"Я не войду". Он повернул голову, и его глаза горели от эмоций, которые она не могла назвать. "Он уйдет".

"Я знаю. Мы все равно проверяем дом. Пибоди, прикрывай тыл. Я сделаю это наверху ".

Не было ничего и никого, чего она и ожидала. Чтобы побыть наедине с Рорком, она отправила Пибоди в подразделение за ее походным снаряжением.

"Он хочет, чтобы это было личным", - начала она.

"Это личное. Я вырос с Шоном. Я знал его семью. Мы с его младшим братом были одного возраста. Мы преследовали одних и тех же девушек на улицах Дублина и заставляли их вздыхать в темных переулках. Он был другом. Целую жизнь назад, но друг."

"Мне жаль. Я опоздал ".

Рорк только покачал головой и пристально посмотрел на человека, который когда-то был мальчиком рядом с ним. Еще один потерянный мальчик, подумал он. Ева отвернулась, достала свой коммуникатор. "У меня есть дело об убийстве", - сказала она.

***

Когда ее руки и ботинки были полностью запечатаны, она опустилась на колени в крови. Она могла видеть, что смерть медленно, непристойно приближалась к Шону Конрою. Его запястья и горло были перерезаны, но не глубоко, не так, чтобы кровь хлестала ручьем и быстро уносила его прочь. Он бы истекал кровью медленно, в течение нескольких часов.

Его разрезали, аккуратно, почти хирургическим путем, от грудины до промежности, опять же, чтобы боль была ужасной, а освобождение - медленным. Его правого глаза не было. Как и его язык.

Ее датчик показал ей, что он был мертв менее двух часов.

Она не сомневалась, что он умер, пытаясь закричать.

Ева стояла в стороне, пока снимались кадры и видео с телом и сценой. Повернувшись, она подобрала брюки, которые были отброшены в сторону. Она отметила, что они были срезаны с него, но бумажник остался в заднем кармане.

"Жертва идентифицирована как Шон Конрой, гражданин Ирландии, сорок один год, место жительства 783 Западная Семьдесят девятая. Содержимое бумажника - грин-карта жертвы и разрешение на работу, двенадцать долларов кредитками, три фотографии."

Она проверила другой карман, нашла карточки-ключи, незакрепленные кредиты в размере трех долларов с четвертью, клочок разорванной бумаги с адресом дома, где он умер. И эмалированный жетон с ярко-зеленым трилистником на одной стороне и линейным рисунком рыбы на другой.

"Лейтенант?" Подошел медик полевой команды. "Вы закончили с телом?"

"Да, прикончи его. Скажите доктору Моррису, что мне нужно его личное внимание по этому делу ". Она сунула бумажник и содержимое кармана в пакет для улик и посмотрела на Рорка. Он ничего не сказал, его лицо ничего не выражало, даже для нее.

Автоматически она потянулась за растворителем, чтобы удалить кровь и герметик со своих рук, затем подошла к нему.

"Ты когда-нибудь видел что-нибудь из этого раньше?"

Он заглянул в сумку, в которой было то, что Шон носил с собой, и увидел жетон. "Нет".

Она в последний раз просмотрела сцену - непристойность посреди величия. Прищурив глаза, она склонила голову набок и задумчиво уставилась на маленькую элегантную статуэтку на пьедестале с вазой из шелковых цветов пастельных тонов.

Женщина, размышляла она, вырезанная из белого камня и одетая в длинное платье и вуаль. Не свадебный костюм, а что-то другое. Поскольку это казалось одновременно неуместным и смутно знакомым, она указала. "Что это такое - вон та маленькая статуэтка?"

"Что?" Отвлекшись, Рорк оглянулся. Озадаченный, он обошел полевого техника и, возможно, подобрал бы его, если бы Ева не схватила его за руку. "BVM. Странно."

"Что?"

Его смех был коротким и далеким от юмора. "Прости. Католическая стенография. Пресвятая Дева Мария".

Удивленная, она нахмурилась, глядя на него. "Вы католик?" И разве она не должна была знать что-то подобное?

"В другой жизни", - сказал он рассеянно. "Так и не добрался до алтарного служки. Этому здесь не место ", - добавил он. "У моей декоративной фирмы нет привычки добавлять религиозные статуи в арендуемые помещения".

Он изучал прекрасное и безмятежное лицо, красиво вырезанное из белого мрамора. "Он положил это туда, повернул именно так".

По холодному взгляду Евы он мог видеть, что она уже пришла к такому же выводу. "Его аудитория", - согласилась она. "Итак, кем он был, типа выпендривался перед ней?"

Возможно, Рорк не считал себя католиком или кем-то еще слишком много лет, чтобы сосчитать, но это вызывало у него отвращение. "Я бы сказал, он хотел, чтобы она благословила его работу. Это более или менее сводится к одному и тому же ".

Ева уже вытаскивала пакет для улик. "Я думаю, что видел еще один точно такой же - у Бреннена. На комоде жены, лицом к кровати. Это не казалось неуместным там, так что я действительно не заметил. Там были те бусинки, которыми ты молишься, голограммы детей, статуэтка вроде этой, щетка для волос с серебряной оправой, гребень, флакон духов из синего стекла ".

"Но ты действительно не заметил", - пробормотал Рорк. Некоторые копы, размышлял он, ничего не упускали.

"Только то, что это было там. Не то чтобы этого не должно было быть. Тяжелая", - прокомментировала она, убирая статуэтку в сумку. "Выглядит дорого". Она нахмурилась, увидев метки на основании. "Что это, итальянец?"

"Ммм. Сделано в Риме".

"Может быть, мы сможем запустить это".

Рорк покачал головой. "Вы обнаружите, что только за последний год были проданы тысячи таких. Магазины рядом с Ватиканом ведут оживленный бизнес на таких вещах. У меня самого есть интересы в нескольких ".

"Мы все равно запустим это". Взяв его за руку, она вывела его на улицу. Ему не помогло бы наблюдать, как тело упаковывают в мешки и готовят к транспортировке. "Тебе здесь нечего делать. Я должен зайти, подать отчет, сделать кое-какую работу. Я буду дома через несколько часов ".

"Я хочу поговорить с его семьей".

"Я не могу позволить тебе сделать это. Пока нет. Не сейчас, - повторила она, когда его глаза сузились и стали холодными. "Дай мне несколько часов. Рорк..." Беспомощно она отступила на стандартную линию. "Я сожалею о вашей потере".

Он удивил ее, притянув к себе, зарывшись лицом в ее волосы и просто держась. Она неловко провела руками по его спине, похлопала по напряженным плечам.

"Впервые с тех пор, как я встретил тебя", - пробормотал он так, что она едва могла расслышать, - "Я бы хотел, чтобы ты не была копом".

Затем он отпустил ее и ушел.

Она стояла на освежающем ветру, чуяла намеки на грядущую зиму и несла на себе жалкий груз вины и неадекватности.

***

Рорк был закрыт в своем кабинете, когда она приехала домой. Только кот приветствовал ее. Галахад нежно извивался между ее ног, пока она сбрасывала куртку, понадежнее закидывая сумку на плечо.

Хорошо, что она была одна, решила Ева. У нее все еще была работа. Поскольку она, очевидно, была жалкой, утешая своего мужа, она была бы копом. Там, по крайней мере, она знала свои ходы.

Галахад последовал за ней, взбегая по ступенькам, несмотря на свой вес, когда она направилась в анфиладу комнат, где она часто работала и иногда спала, когда Рорка не было дома.

Она взяла кофе из автомата и не столько из-за того, что Галахад выглядел таким обнадеживающим, сколько из-за собственного аппетита, заказала сэндвич с тунцом. Она разделила его с котом, который набросился на него так, как будто не ел месяц, затем отнесла свой к столу.

Она изучала дверь, которая соединяла ее кабинет с кабинетом Рорка. Она знала, что ей нужно было только постучать. Вместо этого она сидела за своим собственным столом.

Она не спасла его друга. Не был достаточно быстр или умен, чтобы предотвратить смерть. Она также не смогла бы отстранить Рорка от расследования. Были бы вопросы, которые ей пришлось бы задать, заявления, которые ей пришлось бы принять.

И СМИ узнали бы об этом к утру. Не было никакого способа блокировать их сейчас. Она уже решила позвонить Надин Ферст, своему контакту на 75-м канале. С Надин она получила бы справедливое освещение. Хотя Надин была раздражающе настойчива, она, без сомнения, была точна.

Ева посмотрела на свою ссылку. Она договорилась с Макнабом, чтобы он запрограммировал ее офисную связь на передачу передач на ее домашний компьютер на ночь. Она хотела, чтобы этот ублюдок позвонил.

Как долго он будет ждать? И когда он будет готов сыграть следующий раунд?

Она выпила кофе, приказала своему разуму проясниться. Вернись к началу, сказала она себе. Повтор первого раунда.

Она вставила копию первоначального телефонного звонка в свой автоответчик, прослушала его дважды. У нее был его ритм, подумала она, его тон, его настроение. Он был высокомерным, тщеславным, умным, да, он был умным и умелым. Он выполнял священную миссию. Но тщеславие было его слабым местом. Тщеславие, размышляла она, и его искаженная вера.

Ей нужно было бы использовать это.

Месть, сказал он. Око за око. Месть всегда была личной. Оба человека, которые были мертвы, имели отношение к Рорку. Так, по логике вещей, поступил их убийца. Возможно, старая вендетта.

Да, им с Рорком было что обсудить. Он мог быть целью. От мысли об этом у нее похолодела кровь, участилось сердцебиение, заморозился мозг.

Она отбросила это в сторону. Она не могла позволить себе думать как жена, как любовница. Больше, чем когда-либо, ей нужно было быть чистым копом.

Она отдала Галахаду большую часть второй половины сэндвича, когда он пришел просить милостыню, затем достала копии охранного диска для роскошных башен.

Шаг за шагом, приказала она себе. Каждый диск, каждая область покрыта, независимо от того, сколько времени это заняло. Утром она хотела, чтобы Рорк тоже посмотрел их. Он мог бы узнать кого-нибудь.

Она опрокинула свою кофейную чашку, когда сделала это.

"Остановись", - приказала она. "Повтор с ноль-ноль-пять-шесть. Иисус Христос. Замри, увеличь раздел с пятнадцатого по двадцать второй на тридцать процентов, переключись на замедленную съемку."

Она смотрела, как фигура в элегантном черном костюме и развевающемся пальто увеличивалась в размерах, когда он шел через роскошный вестибюль жилого комплекса. Проверил дорогие часы на своем запястье. Пригладил свои волосы.

И она смотрела, как Соммерсет зашел в лифт и направился вверх.

"Заморозить экран", - отрезала она.

Время внизу значилось двенадцать часов дня, день убийства Томаса X. Бреннена.

Она прокручивала диск с вестибюлем, ускоряя просмотр час за часом. Но она так и не увидела, как он вернулся.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Она не потрудилась постучать, а просто распахнула его дверь. Ее кровь была горячей, а разум холодным.

Рорк мог ясно видеть оба накала в ее глазах. Намеренно и без спешки он вручную перевел свой компьютер в положение hold, закрывая свою работу.

"Ты снова переигрываешь", - легко сказал он, оставаясь на месте, пока она кралась - одинокий отряд приближался к ее мужчине - к его столу. "Усталость всегда крадет краски с твоего лица. Мне не нравится видеть, как ты бледнеешь."

"Я не чувствую себя бледным". Она не была уверена, что чувствовала. Все, в чем она могла быть уверена, это в том, что мужчина, которого она любила, мужчина, которому она научилась доверять, что-то знал. И он не говорил ей. "Вы сказали, что у вас не было никаких контактов с Бренненом или Конроем. Какой-нибудь контакт, Рорк? Даже не через связь?"

Он наклонил голову. Это был не тот трек, который он ожидал. "Нет, я не видел. Томми, потому что он предпочел разорвать связи, а Шон, потому что ... " Он посмотрел вниз на свои руки, растопырил пальцы, сомкнул их. "Я не потрудился поддерживать связь. Я сожалею об этом ".

"Посмотри на меня", - потребовала она, ее голос был резким и пронзительным. "Посмотри мне в лицо, черт возьми". Он посмотрел, поднимаясь, теперь их взгляды были почти на одном уровне. "Я верю тебе". Она отвернулась от него, когда сказала это. "И я не знаю, потому ли это, что это правда, или потому, что мне нужно, чтобы это было так".

Он почувствовал укол ее недоверия на краю своего сердца. "Я не могу помочь тебе с этим. Вы бы предпочли сделать это в интервью?"

"Я бы предпочел вообще этого не делать. И не садись со мной на своего золотого коня, Рорк. Даже не начинай."

Он открыл японскую коробку на своем столе, тщательно выбрал сигарету. "Это было бы слишком круто, лейтенант".

Она сжала кулаки, помолилась о контроле и повернула назад. "Что Соммерсет делал в роскошных башнях в день убийства Томаса Бреннена?"

Возможно, впервые с тех пор, как она встретила его, она увидела Рорка совершенно ошеломленным. Рука, которая только что щелкнула серебряной зажигалкой, застыла в воздухе. Его только начинающие раздражаться голубые глаза стали пустыми. Он один раз тряхнул головой, как бы проясняя ее, затем осторожно положил зажигалку и незажженную сигарету.

"Что?" - это все, что он смог выдавить.

"Ты не знал". Ее конечности обмякли от этого. Она знала, что не всегда было возможно прочитать его мысли. Он был слишком контролируемым, слишком умным, слишком умелым. Но нельзя было ошибиться в простом шоке на его лице. "Ты не был готов к этому. Ты вообще понятия не имел ". Она сделала шаг ближе. "К чему ты был готов? О чем ты ожидал, что я спрошу тебя?"

"Давайте просто придерживаться первоначального вопроса". Внешне его выздоровление было гладким и быстрым. Мышцы его живота, однако, стягивались в маслянистые узлы. "Вы верите, что Соммерсет навещал Томми в день убийства. Это просто невозможно ".

"Почему бы и нет?"

"Потому что он сказал бы мне".

"Он рассказывает тебе все, не так ли?" Она засунула руки в карманы, быстрым, нетерпеливым шагом прошлась по комнате. "Насколько хорошо он знал Бреннена?"

"Совсем не хорошо. Как ты думаешь, почему он был там в тот день?"

"Потому что у меня есть диски безопасности". Теперь она стояла неподвижно, лицом к нему, между ними стол. "В полдень Соммерсет у меня в вестибюле роскошных башен. Я вижу, как он садится в лифт. Я не хочу, чтобы он вернулся. Судмедэксперт определил время смерти Бреннена в четыре пятьдесят вечера, но первоначальная травма, ампутация руки, зафиксирована между двенадцатью пятнадцатью и двенадцатью тридцатью вечера.

Поскольку ему нужно было чем-то занять руки, Рорк подошел и налил бренди. Он постоял мгновение, крутя его. "Он может раздражать тебя, Ева. Возможно, он покажется тебе ... неприятным." Он только выгнул брови, когда Ева фыркнула. "Но вы же не можете всерьез верить, что Соммерсет способен на убийство, потратить несколько часов, мучая другое человеческое существо". Рорк поднял бокал, отпил. "Я могу сказать вам, без единого сомнения, что он не способен на это и никогда не был".

Она не поддалась бы чувствам. "Тогда где был ваш человек, Рорк, с полудня до пяти вечера в день, о котором идет речь?"

"Тебе лучше спросить его". Он протянул руку, нажал кнопку на мониторе, не глядя на нее. "Соммерсет, не могли бы вы подняться в мой кабинет, пожалуйста? У моей жены есть к вам вопрос ".

"Очень хорошо".

"Я знаю этого человека с детства", - сказал Рорк Еве. "Я рассказал тебе большую часть этого, доверил тебе это. Теперь я доверяю его тебе ".

Она почувствовала, как кулак сжался вокруг ее сердца. "Я не могу позволить, чтобы это было личным. Ты не можешь просить этого у меня ".

"Ты не можешь позволить этому быть чем-то другим. Потому что это именно то, что есть. Личное, - продолжил он, подходя к ней. "Интимная". Только кончиками пальцев он провел по ее щеке. "Моя".

Он опустил руку, когда дверь открылась.

Соммерсет вошел внутрь. Его серебристые волосы были идеально уложены, черный костюм безжалостно отглажен, туфли сияли зеркальным блеском.

"Лейтенант", - сказал он, как будто это слово было хоть немного неприятным для его палитры. "Могу ли я вам помочь?"

"Почему вы были в Роскошных башнях вчера в полдень?"

Он уставился на нее, сквозь нее, и его рот сжался в линию, острую, как лезвие. "Это, конечно, не твое дело".

"Неправильно, это именно мое дело. Зачем ты ходил к Томасу Бреннену?"

"Thomas Brennen? Я не видел Томаса Бреннена с тех пор, как мы покинули Ирландию ".

"Тогда что ты делал в Роскошных башнях?"

"Я не вижу, какое отношение одно имеет к другому. Мое свободное время - это ..." Он замолчал, и его глаза, метнувшиеся к Рорку, расширились. "Это там - Томми жил в роскошных башнях?"

"Ты говоришь со мной". Ева встала между ними так, что Соммерсет сосредоточился на ее лице. "Я спрошу тебя снова, что ты делал в Роскошных башнях вчера в полдень?"

"У меня есть знакомый, который живет там. У нас была назначена встреча за ланчем и на дневном представлении ".

"Хорошо". Почувствовав облегчение, Ева достала свой диктофон. "Назови мне ее имя".

"Одри, Одри Моррелл".

"Номер квартиры?"

"Двенадцать восемнадцать".

"И мисс Моррелл подтвердит, что вы встретились в полдень и провели день вместе?"

Его и без того бледное лицо медленно становилось еще белее. "Нет".

"Нет?" Ева подняла глаза и ничего не сказала, когда Рорк принес Соммерсету бокал бренди.

"Одри - мисс Моррелл не было дома, когда я приехал. Я подождал некоторое время, затем понял, что она... Должно быть, что-то произошло ".

"Как долго ты ждал?"

"Тридцать или сорок минут". Теперь на его щеки вернулся какой-то румянец, смущенного вида. "Затем я ушел".

"У выхода из вестибюля".

"Конечно".

"У меня нет тебя на дисках безопасности, которые выходят. Может быть, ты ушел через другой выход."

"Я, конечно, этого не делал".

Ева прикусила язык. Она бросила ему веревку, подумала она, а он не схватился за нее. "Хорошо, ты придерживаешься этого. Что ты сделал потом?"

"Я решил отказаться от дневного спектакля. Я пошел в парк ".

"Парк. Великолепно". Она откинулась на стол Рорка. "Какой парк?"

"Центральный парк. Там была художественная выставка под открытым небом. Я просматривал какое-то время."

"Шел дождь".

"Там были купола с неблагоприятной погодой".

"Как ты добрался из жилого комплекса в парк? Что за транспорт?"

"Я шел".

Ее голова начала пульсировать. "Под дождем?"

"Да". Он произнес это натянуто и отхлебнул бренди.

"Ты говорил с кем-нибудь, встретил кого-нибудь из своих знакомых?"

"Нет".

"Черт". Она вздохнула, затем рассеянно потерла висок. "Где ты был прошлой ночью в полночь?"

"Ева -"

Она оборвала Рорка взглядом. "Это то, что я делаю. Что я должен сделать. Были ли вы в "Зеленом трилистнике" прошлой ночью в полночь?"

"Я был в постели с книгой".

"Какие у вас были отношения с Шоном Конроем?"

Соммерсет поставил бренди на стол, уставился на Рорка через плечо Евы. "Шон Конрой был мальчиком в Дублине много лет назад. Значит, он мертв?"

"Кто-то, утверждающий, что представляет Рорка, заманил его в одно из арендуемых помещений Рорка, пригвоздил его к полу и разорвал на куски. Пусть он истечет кровью до смерти". Она заметила, что на его лице был шок. Хорошо, она хотела, чтобы он был шокирован. "И вам придется предоставить мне надежное алиби, то, что я могу подтвердить, или мне придется пригласить вас на официальное собеседование".

"У меня ее нет".

"Найди кого-нибудь, - предложила она, - до восьми утра завтрашнего дня. Вот тогда я хочу, чтобы ты был в полицейском управлении ".

Его глаза были холодными и горькими, когда они встретились с глазами Евы. "Вам понравится допрашивать меня, не так ли, лейтенант?"

"Задержать тебя по подозрению в паре убийств с применением пыток - это как раз тот шанс, которого я ждал. Тот факт, что к полудню средства массовой информации будут кричать о твоей связи с Рорком, является лишь незначительным неудобством ". Испытывая отвращение, она направилась к двери, которая соединяла ее кабинет с кабинетом Рорка.

"Ева". Голос Рорка был тих. "Мне нужно поговорить с тобой".

"Не сейчас" - это все, что она сказала, закрывая дверь между ними. Рорк услышал раздраженный щелчок открывающихся замков.

"Она уже решила, что я виновен". Соммерсет теперь пил бренди большими глотками.

"Нет". Пока сожаление боролось с раздражением, Рорк изучал панель, которая отделяла его от жены. "Она решила, что у нее нет выбора, кроме как собрать факты". Его взгляд переместился на Соммерсета, задержался на нем. "Она должна знать их всех".

"Это только ухудшило бы ситуацию".

"Она имеет право знать".

Соммерсет поставил бокал, и его голос был таким же твердым, как его позвоночник. "Я вижу, в чем заключается твоя преданность, Рорк".

"А ты?" - Пробормотал Рорк, когда Соммерсет оставил его в покое. "Ты действительно?"

***

Ева спала в своем офисном номере, и спала плохо. Ее не волновало, что ее намеренное избегание Рорка было мелочным. Ей нужна была дистанция. Задолго до восьми она была в полицейском участке. Поиграв с бубликом консистенции картона и кофе, который имел слишком близкие отношения с неочищенными сточными водами, она отправила сообщение Пибоди с приказом явиться в комнату для допросов C.

Проворная, как дворцовый стражник, Пибоди уже была в маленькой комнате, выложенной плиткой, с зеркальными стенами, проверяла записывающее оборудование, когда вошла Ева. "У нас есть подозреваемый?"

"Да, у нас есть один". Ева сама наполнила кувшин из дистиллятора водой. "Давай попробуем придержать это до окончания интервью".

"Конечно, но кто..." Пибоди замолчала, когда полицейский подвел Соммерсета и Рорка к двери. Ее округлившиеся глаза метнулись к Еве. "О".

"Офицер". Ева кивнула полицейскому. "Вы уволены. Рорк, ты можешь подождать снаружи или в моем кабинете."

"Соммерсет имеет право на представительство".

"Ты не юрист".

"Его представитель не обязан быть."

Ей пришлось сознательно разжать челюсти. "Ты делаешь только хуже".

"Возможно". Он сидел, сложив руки на исцарапанном столе, элегантное присутствие в недружелюбной комнате.

Ева повернулась к Соммерсету. "Тебе нужен адвокат", - сказала она, тщательно расставляя слова. "Не друг".

"Я не люблю адвокатов. Почти так же сильно, как я не люблю копов ". Он тоже сел, его костлявые пальцы подтянули колени брюк, чтобы сохранить острые, как нож, складки.

Ева засунула руки в карманы, прежде чем смогла взъерошить волосы. "Запри дверь, Пибоди. Регистратор, включайся ". Сделав глубокий вдох, она начала. "Интервью с Соммерсетом - Пожалуйста, назовите свое полное имя для протокола".

"Лоуренс Чарльз Соммерсет".

"Интервью с Соммерсетом, Лоуренсом Чарльзом по делу No 44591-H, Томасом Х. Бренненом и делу No 44599-H, Шоном Конроем. Убийства. Дата - семнадцатое ноября двадцать пятьдесят восьмого года, время - ох восемьсот целых три десятых часа. Присутствуют субъект; его избранный представитель, Рорк; Пибоди, офицер Делия; и Даллас, лейтенант Ева, проводящие интервью. Субъект пришел на собеседование добровольно ".

Все еще стоя, она процитировала исправленную Миранду. "Вы понимаете свои права и обязанности, Соммерсет?"

"Идеально".

"И вы отказываетесь от юридического представительства в это время?"

"Это верно".

"Какая у вас была связь с Томасом Бренненом и Шоном Конроем?"

Соммерсет моргнул один раз, удивленный, что она выстрелила прямо в сердце. "Я знал их случайно, когда жил в Дублине".

"Когда это было?"

"Более дюжины лет назад".

"И когда вы в последний раз видели Бреннена или говорили с ним?"

"Я не могу сказать точно, но по крайней мере дюжину лет назад".

"И все же ты был в Роскошных башнях всего несколько дней назад, в день убийства Бреннена".

"Совпадение", - заявил Соммерсет, быстро и воинственно подняв плечо. "Я не знал, что он там проживал".

"Что ты там делал?"

"Я уже говорил тебе это".

"Скажи мне еще раз. Для протокола".

Он с шипением выдохнул, твердой рукой налил воды из кувшина в стакан. Ровным тоном он повторил все, что сказал Еве прошлой ночью.

"Подтвердит ли мисс Моррелл вашу встречу с ней?"

"У меня нет причин верить в обратное".

"Может быть, вы сможете объяснить мне, почему камеры наблюдения засняли вас в вестибюле, когда вы шли к лифтам, входили внутрь, и все же нет визуальной записи того, как вы выходили из здания этим маршрутом в то время, когда, по вашим словам, вы уходили. Или, если уж на то пошло, в любое другое время в тот день."

"Я не могу этого объяснить". Он снова сложил свои идеально наманикюренные руки и уставился на нее сверху вниз. "Возможно, вы недостаточно внимательно смотрели".

Ева просмотрела запись шесть раз за ночь. Теперь она пододвинула стул и села. "Как часто вы посещали Роскошные башни?"

"Это был мой первый визит туда".

"Твоя первая", - сказала она с кивком. "У вас не было возможности навестить Бреннена там раньше?"

"У меня никогда не было возможности навестить Бреннена там, поскольку я не знал, что он там жил".

Он ответил хорошо, подумала она, тщательно, как человек, который уже бегло просматривал интервью. Она бросила взгляд на Рорка, который сидел молча. Официальный послужной список Соммерсета был бы ясен, как у младенца, подумала она. Рорк позаботился бы об этом.

"Почему вы ушли через незащищенный выход в день его смерти?"

"Я не уходил через незащищенный выход. Я ушел тем же путем, каким пришел ".

"Запись свидетельствует об обратном. Это ясно показывает, что ты входишь. Нет записей о том, что вы выходили из лифта на уровне, где, как вы утверждаете, живет мисс Моррелл."

Соммерсет взмахнул одной из своих тонких рук. "Это нелепо".

"Пибоди, пожалуйста, задействуй и покажи диск с доказательствами один-BH, раздел двенадцать, для осмотра субъекта".

"Да, сэр". Пибоди вставила диск в слот для воспроизведения. Монитор на стене мигнул.

"Обратите внимание на отображение времени в правом нижнем углу записи", - продолжила Ева, наблюдая, как Соммерсет входит и проходит через привлекательный вестибюль Роскошной башни. "Останови диск", - приказала она, когда двери лифта закрылись за ним. "Продолжайте играть, раздел двадцать два. Обратите внимание на отображение времени, - повторила она, - и на табличку безопасности, которая идентифицирует это место как двенадцатый этаж роскошных башен. Это тот этаж, о котором идет речь?"

"Да". Брови Соммерсета сошлись на переносице, когда он смотрел запись. Двери лифта не открылись, он не вышел. Прохладная струйка пота стекала по его спине с течением времени. "Ты подправил диск. Ты подделал это, чтобы обвинить меня ".

Оскорбительный сукин сын. "О, конечно. Пибоди скажет вам, что я трачу половину своего времени на расследование, подтасовывая улики в свою пользу ". Гнев только начинал закипать, Ева снова поднялась, оперлась на стол. "Проблема с этой теорией, приятель, в том, что это оригинал, прямо из комнаты охраны. Я работал с копией. У меня никогда не было оригинала в руках. Пибоди собрала диски с секретными данными."

"Она полицейский". Соммерсет насмехался над этим. "Она сделала бы то, что ты ей приказал".

"Так что теперь это заговор. Пибоди, слышишь это? Ты и я подделали улики только для того, чтобы усложнить Соммерсету жизнь ".

"Ты бы ничего так не хотел, как посадить меня в клетку".

"В этот конкретный момент ты как нельзя более прав". Затем она отвернулась, пока не убедилась, что быстро растущий гнев не возьмет верх над ее разумом. "Пибоди, отключи диск. Вы знали Томаса Бреннена в Дублине. Какие у вас были отношения?"

"Он был просто одним из многих молодых мужчин и женщин, которых я знал".

"А Шон Конрой?"

"Опять же, он был одним из многих молодых людей, которых я знал в Дублине".

"Когда ты в последний раз был в "Зеленом трилистнике"?"

"Я никогда, насколько мне известно, не покровительствовал этому заведению".

"И я полагаю, вы не знали, что там работал Шон Конрой".

"Я не был. Я не знал, что Шон уехал из Ирландии ".

Она засунула большие пальцы в карманы, немного подождала. "И, естественно, ты не видел Шона Конроя и не разговаривал с ним дюжину лет".

"Это верно, лейтенант".

"Вы знали обеих жертв, вы были на месте первого убийства в день смерти Бреннена, вы до сих пор не представили алиби, которое можно было бы подтвердить на время совершения обоих убийств, и все же вы хотите, чтобы я поверил, что нет никакой связи?"

Его глаза холодно встретились с ее. "Я не ожидаю, что ты поверишь во что-то, кроме того, во что ты хочешь верить".

"Ты не помогаешь себе". В ярости она вытащила из кармана жетон, который нашла на тумбочке Шона Конроя, и бросила его на стол. "В чем значение этого?"

"Понятия не имею".

"Вы католик?"

"Что? Нет". Чистое замешательство сменило холод в его глазах. "Унитарный. Мягко."

"Как много ты знаешь об электронике?"

"Прошу прощения?"

Выбора нет - вот все, о чем она могла думать, и отказывалась смотреть на Рорка. "Каковы ваши обязанности перед вашим работодателем?"

"Они разнообразны".

"И при выполнении этих различных обязанностей, есть ли у вас возможность отправлять и получать передачи?"

"Естественно".

"И вы знаете, что у вашего работодателя очень сложное коммуникационное оборудование".

"Лучшее коммуникационное оборудование на планете или за ее пределами". В его голосе звучали нотки гордости.

"И ты очень хорошо знаком с этим".

"Я есть".

"Достаточно знакомый, достаточно осведомленный, чтобы скрывать или глушить входящие или исходящие передачи?"

"Конечно, я ..." Он остановил себя, стиснул зубы. "Однако у меня не было бы причин для этого".

"Тебе нравятся загадки, Соммерсет?"

"При случае".

"А вы бы считали себя терпеливым человеком?"

Он поднял брови. "Я бы так и сделал".

Она кивнула и, когда ее желудок сжался, отвернулась. Вот какие мысли, беспокойство, горе не давали ей уснуть большую часть ночи. "Ваша дочь была убита, когда она была подростком".

Теперь она не слышала ни звука позади себя, даже дыхания. Но если боль имела вес, то воздух стал тяжелым от нее. "Ваш нынешний работодатель был косвенно ответственен за ее смерть".

"Он был..." Соммерсет прочистил горло. Под столом его руки были сжаты в кулаки на коленях. "Он не был ответственен".

"Ее пытали, ее изнасиловали, ее убили, чтобы преподать Рорку урок, причинить ему боль. Она была не более чем инструментом, это верно?"

Он не мог говорить на мгновение, просто не мог выдавить слова из-за горя, которое так внезапно впилось когтями в его горло. "Она была убита монстрами, которые охотились на невинность". Он сделал один вдох, долгий и глубокий. "Вы, лейтенант, должны понимать такие вещи".

Когда она обернулась, ее глаза были пустыми. Но она была холодна, ужасно холодна, потому что она слишком хорошо понимала такие вещи. "Достаточно ли вы терпеливы, Соммерсет, достаточно ли вы умны и терпеливы, чтобы ждать все эти годы? Установить отношения, доверие, со своим работодателем, получить безоговорочный доступ к его личным и профессиональным отношениям, а затем, используя эти отношения, это доверие, этот доступ, попытаться связать его с убийством?"

Стул Соммерсета врезался в старый линолеум, когда он оттолкнулся от стола и вскочил на ноги. "Ты смеешь говорить мне об использовании. Ты смеешь? Когда ты использовал невинную молодую девушку в этом грязном бизнесе? И ты бы стоял там и показывал пальцем на человека, чье кольцо ты носишь, и говорил, что он был ответственен за те ужасы, которые она пережила? Они были детьми. Дети. Я бы с радостью провел остаток своей жизни в клетке, если это заставит его увидеть тебя таким, какой ты есть ".

"Соммерсет". Рорк остался сидеть, но положил руку на плечо Соммерсета. Его глаза были ровными и холодными, когда они встретились с глазами Евы. "Ему нужно время".

"Прекрасно. На данный момент это интервью прерывается по просьбе представителя субъекта. Запись окончена ".

"Сядь", - пробормотал Рорк, продолжая держать Соммерсета за руку. "Пожалуйста".

"Видишь ли, они одинаковые". Голос Соммерсета дрожал от эмоций, когда он опустился в кресло. "С их значками, их издевательствами и их пустыми сердцами. Все копы одинаковы ".

"Посмотрим", - сказал Рорк, наблюдая за своей женой. "Лейтенант, я хотел бы поговорить с вами неофициально и без вашего помощника".

"Я этого не потерплю", - вспылил Соммерсет.

"Это мой выбор. Если ты извинишь нас, Пибоди." Рорк вежливо улыбнулся и указал на дверь.

Ева стояла там, где была, не сводя глаз с Рорка. "Подожди снаружи, Пибоди. Запри дверь."

"Да, сэр".

"Включите звукоизоляцию". Когда она была наедине с Рорком и Соммерсетом, Ева держала сжатые руки в карманах. "Ты решил рассказать мне", - холодно сказала она. "Ты думал, я не понимаю, что ты знаешь больше, чем говоришь?" Ты думаешь, я гребаный идиот?"

Рорк прочел обиду за вспыльчивостью и подавил вздох. "Мне жаль".

"Ты извинился бы перед ней?" Соммерсет огрызнулся. "После того, что она -"

"Просто заткнись, черт возьми", - приказала Ева, поворачиваясь к нему с оскаленными зубами. "Откуда мне знать, что у меня все было не так, как надо? Оборудование для глушения передач, чтобы обойти CompuGuard, находится прямо там, в доме. Кто знает об этом, кроме нас троих? Первой жертвой был старый личный друг Рорка, второй - другой старый друг, который был убит в одном из владений Рорка. Ты знаешь все, чем он владеет, все, что он делает, и как он это делает. Прошло почти двадцать лет, но это не так долго для тебя, чтобы ждать расплаты, чтобы отомстить за свою дочь. Откуда мне знать, что ты не готов пожертвовать всем, чтобы уничтожить его?"

"Потому что он - это то, что у меня осталось. Потому что он любил ее. Потому что он мой ". На этот раз, когда Соммерсет поднял свой стакан, вода выплеснулась через край на стол.

"Ева". Рорк говорил мягко, хотя чувствовал, как сердитые руки тащат его сердце и его преданность в противоположных направлениях. "Пожалуйста, сядь и послушай".

"Я прекрасно могу слушать стоя".

"Поступай как знаешь". Рорк устало прижал пальцы к глазам. Женщина, которой судьба вручила его сердце, редко была легкой. "Я рассказывал тебе о Марлене. Она была мне как сестра после того, как Соммерсет приютил меня. Но я не был ребенком", - продолжил он, глядя на Соммерсета с веселой привязанностью. "Или невиновен".

"Избит до полусмерти", - пробормотал Соммерсет.

"Я был неосторожен". Рорк пожал плечами. "В любом случае, я остался с ними, работал с ними".

"Беглые мошенники", - сказала она натянуто. "Обчищение карманов".

"Выжить". Рорк снова чуть не улыбнулся. "Я не буду извиняться за это. Я говорил тебе, что Марлена... она была все еще ребенком, на самом деле, но у нее были чувства ко мне, о которых я не подозревал. И однажды ночью она пришла в мою комнату, полная любви и великодушия. Я был жесток к ней. Я не знал, как справиться с ситуацией, поэтому был неуклюж и жесток. Я думал, что поступаю правильно, достойно. Я не мог прикоснуться к ней так, как, по ее мнению, она хотела. Она была такой невинной и такой... милой. Я причинил ей боль, и вместо того, чтобы вернуться в свою комнату и некоторое время ненавидеть меня, как я надеялся - как я думал, что она будет - она ушла. Мужчины, которые искали меня, мужчины, с которыми я был достаточно самонадеян, чтобы поверить, что смогу справиться на своей территории, нашли ее, забрали ее ".

Поскольку часть его все еще скорбела и всегда будет скорбеть, он сделал паузу на мгновение. Когда он продолжил, его голос был тише, а глаза темнее. "Я бы обменял свою жизнь на ее. Я бы сделал все, о чем они просили, чтобы избавить ее хоть на мгновение от страха или боли. Но ничего нельзя было поделать. Ничего из того, что мне было позволено делать. Они выбросили ее на порог после того, как покончили с ней ".

"Она была такой маленькой". Голос Соммерсета был едва слышен как шепот. "Она была похожа на куклу, всю сломанную и изорванную. Они убили моего ребенка. Зарезал ее." Теперь его глаза, яркие и горькие, встретились с глазами Евы. "Копы ничего не сделали. Они отвернулись. Марлена была дочерью нежелательного. Они сказали, что не было свидетелей, никаких доказательств. Они знали, кто это сделал, потому что слово было повсюду на улице. Но они ничего не сделали ".

"Люди, которые убили ее, были могущественны", - продолжил Рорк. "В этом районе Дублина полицейские закрывали глаза и не обращали внимания на определенные действия. Мне потребовалось много времени, чтобы набрать достаточно силы и умения, чтобы выступить против них. Мне потребовалось больше времени, чтобы выследить шестерых мужчин, которые имели отношение к смерти Марлены ".

"Но ты выследил их, и ты убил их. Я знаю это". И она сочла возможным жить с этим. "Какое это имеет отношение к Бреннену и Конрою?" Ее сердце на мгновение замерло. "Они были вовлечены? Они были причастны к смерти Марлены?"

"Нет. Но каждый из них снабжал меня информацией в разное время. Информация, которая помогла мне найти определенного человека в определенном месте. И когда я нашел мужчин, двух мужчин, которые изнасиловали, пытали и убили Марлену, я убил их. Медленно. Мучительно. Первого, - сказал он, не сводя глаз с Евы, - я выпотрошил."

Краска отхлынула от ее лица. "Ты выпотрошил его".

"Это казалось подходящим. Нужно было быть трусливым ублюдком, чтобы сделать то, что было сделано с молодой беспомощной девушкой. Я нашел второго человека через некоторые данные, которые я купил у Шона. Когда он был у меня, я вскрыл его, по одной вене за раз, и позволил ему истечь кровью до смерти ".

Теперь она сидела, прижав пальцы к глазам. "Кто еще помог тебе?"

"Трудно сказать. Я поговорил с десятками людей, собрал данные и слухи и пошел дальше. Там был Робби Браунинг, но я уже проверил его. Он все еще в Ирландии, гостит у правительства еще три-пять лет. Дженни О'Лири, она в Уэксфорде, управляет пансионом типа "постель и завтрак". Я связался с ней вчера, чтобы она была начеку. Джек - "

"Черт возьми". Ева стукнула обоими кулаками по столу. "Ты должен был дать мне список в ту минуту, когда я рассказал тебе о Бреннене. Ты должен был довериться мне ".

"Это не было вопросом доверия".

"Не так ли?"

"Нет". Он схватил ее за руку, прежде чем она смогла оттолкнуть. "Нет, это было не так. Оставалось надеяться, что я ошибаюсь. И вопрос в том, чтобы попытаться не поставить тебя в то самое положение, в которое я тебя только что поставил ".

"Ты думал, что сможешь справиться с этим без меня".

"Я надеялся, что смогу. Но поскольку Соммерсет подставлен, это больше не вариант. Нам нужна ваша помощь ".

"Тебе нужна моя помощь". Она произнесла это медленно, высвобождая свою руку из его. "Тебе нужна моя помощь. Это здорово, это прекрасно ". Она воскресла. "Ты думаешь, что-нибудь из того, что ты только что сказал мне, снимает с него напряжение? Если я воспользуюсь этим, вы оба отправитесь в клетку. Убийство первой степени, несколько обвинений."

"Соммерсет никого не убивал", - сказал Рорк с характерным хладнокровием. "Я сделал".

"Это едва ли снимает напряжение".

"Значит, ты ему веришь?"

Он - все, что у меня осталось. Она позволила словам Соммерсета, страсти, стоящей за ними, прокрутить их в своей голове. "Я верю ему. Он бы никогда не втянул тебя. Он любит тебя".

Рорк начал говорить, закрыл рот и задумчиво уставился на свои руки. Простое заявление, простая правда, стоящая за ним, потрясла его.

"Я не знаю, что я собираюсь делать". Она сказала это больше для себя, просто чтобы услышать слова вслух. "Я должен собрать доказательства, и я должен тщательно следовать правилам. Официально. Если дело дойдет до того, что я предъявлю вам обвинение, - она бросила спокойный взгляд на Соммерсета, - тогда это то, что я собираюсь сделать. Единственный способ помочь себе - это отдать мне все. Ты сдерживаешься, это работает против тебя. Я иду на это со связанными за спиной руками. Мне понадобится твоя, - сказала она Рорку.

"Они у тебя. Всегда."

"Должен ли я?" Она невесело улыбнулась. "Доказательства указывают на обратное. И я чертовски уверен в доказательствах, Рорк." Она подошла к двери, но еще не открыла замки. "Я прочищу твою костлявую задницу, Соммерсет. Потому что это моя работа. Потому что не все копы отворачиваются. И потому что этот коп держит глаза и уши открытыми." Она бросила последний грозный взгляд на Рорка. "Всегда".

Она открыла замки и вышла.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Пибоди знала, когда нужно держать рот на замке, а мысли при себе. Что бы ни было сказано в комнате для допросов неофициально, это не привело ее лейтенанта в веселое расположение духа. Глаза лейтенанта были горячими и задумчивыми, рот мрачным, а плечи напряженными, как доска из черного дуба.

Поскольку Ева в настоящее время ехала в центр города за рулем не совсем надежного транспортного средства - а Пибоди была на пассажирском сиденье - помощник лейтенанта выбрал лучшую часть доблести.

"Идиоты", - пробормотала Ева, и Пибоди была абсолютно уверена, что она имела в виду не поток переходящих улицу туристов, которые едва не были сбиты микроавтобусом.

"Верь, моя задница".

При этих словах Пибоди просто прочистила горло и, нахмурившись, строго посмотрела на затянутый дымом угол Десятой и Сорок первой, где пара глиссеров сражалась за территориальные права. Пибоди поморщилась, когда операторы столкнули свои тележки вместе. Металл пел против металла раз, другой. При третьем прикладе в небо взметнулась воронка пламени. Пешеходы разбежались, как муравьи.

"Упс" - так прокомментировала Пибоди, и она смирилась, когда Ева остановила свой автомобиль у обочины.

Ева вышла в дым, уловила запах горелого мяса. Операторы были слишком заняты, крича друг на друга, чтобы заметить ее, пока она не оттолкнула локтем одного из них в сторону, чтобы дотянуться до штатного огнетушителя, висящего на углу ближайшей тележки.

Был шанс пятьдесят на пятьдесят, что в него попадет что угодно, кроме воздуха, но удача была на ее стороне. Она покрыла обе тележки пеной, потушив огонь и вызвав поток яростной итальянской речи у одного оператора и то, что могло быть китайским наречием у другого.

Они могли бы объединить усилия и напасть на нее, но Пибоди прошла сквозь вонь и дым. Вид полицейского в форме заставил обоих операторов удовлетвориться угрожающими проклятиями и злобными взглядами.

Пибоди оглядела толпу, собравшуюся посмотреть шоу, и нахмурилась. "Двигайся дальше", - приказала она. "Здесь больше не на что смотреть. Я всегда хотела это сказать", - пробормотала она Еве, но не получила быстрой ответной усмешки в ответ.

"Сделай их день идеальным и привлеки их к ответственности за создание общественной опасности".

"Да, сэр". Пибоди вздохнула, когда Ева вернулась к машине.

Десять минут спустя, в тишине, они остановились перед роскошными башнями. Дроид дежурил у двери и только уважительно кивнул, когда Ева показала свой значок и прошла мимо него. Она направилась прямо к лифту и встала прямо в центре стеклянной трубы, пока они поднимались на двенадцатый этаж.

Пибоди хранила молчание, пока Ева нажимала на звонок у белоснежной двери Одри Моррелл. Мгновение спустя ее открыла аккуратная брюнетка с мягкими зелеными глазами и осторожной улыбкой.

"Да, я могу вам помочь?"

"Одри Моррелл?"

"Это верно". Женщина сосредоточилась на Пибоди, униформе, и подняла руку к единственной цепочке белых камней у нее на шее. "Есть проблема?"

"Мы хотели бы задать вам несколько вопросов". Ева достала свой значок, подняла его. "Это не должно занять много времени".

"Конечно. Пожалуйста, входите".

Она вернулась в просторную гостиную, сделанную уютной благодаря мягким пастельным тонам и продуманному расположению зон для бесед. Стены были увешаны картинами мечтательных, кровоточащих цветов.

Она подвела их к трем U-образным стульям, обтянутым синей тканью цвета пасхальных яиц.

"Могу я предложить тебе что-нибудь? Может быть, кофе?"

"Нет, ничего".

"Ну что ж". С неуверенной улыбкой Одри села.

Это был бы тип Соммерсета, была первая мысль Евы. Эта стройная, симпатичная женщина, одетая в классически простое бледно-зеленое платье-футляр. Ее волосы были аккуратно уложены гладкими волнами.

Возраст было трудно определить. Цвет ее лица был кремовым и гладким, руки длинными и узкими, голос тихим и культурным. Ева предположила, что ей за сорок, и потратила кучу денег на уход за телом.

"Мисс Моррелл, вы знакомы с человеком по имени Соммерсет?"

"Лоуренс". Мгновенно зеленые глаза заискрились, а улыбка стала шире и расслабленнее. "Да, конечно".

"Откуда ты его знаешь?"

"Он посещает мой класс акварели. Я преподаю живопись по вторникам вечером в рамках культурного обмена. Лоуренс - один из моих студентов ".

"Он рисует?"

"Тоже неплохо. Прямо сейчас он работает над прекрасной серией натюрмортов, и я... - Она замолчала, и ее рука вернулась, чтобы скрутить нитку с камнями. "У него проблемы? С ним все в порядке? Я был раздражен, когда он пропустил нашу помолвку в субботу, но мне никогда не приходило в голову, что ...

"Суббота? У вас была назначена встреча с ним в субботу?"

"На самом деле, свидание". Одри поерзала и пригладила волосы. "Мы... ну, у нас есть общие интересы".

"Твое свидание не было назначено на пятницу?"

"Субботний полдень. Обед и дневной спектакль ". Она выдохнула, снова изобразила улыбку. "Полагаю, я могу признаться, поскольку мы все женщины. Я потратила немало времени и проблем на свою внешность. И я ужасно нервничал. Мы с Лоуренсом несколько раз видели друг друга вне занятий, но всегда с артом в качестве буфера. Это было бы наше первое настоящее свидание. Видишь ли, я уже некоторое время не ходил на свидания. Я вдова. Я потеряла своего мужа пять лет назад, и... ну. Я был раздавлен, когда он меня подставил. Но я вижу, что у него, должно быть, была веская причина. Ты не можешь сказать мне, в чем дело?"

"Где вы были в пятницу днем, мисс Моррелл?"

"Покупаю свой наряд на субботу. У меня ушла большая часть дня, чтобы найти подходящее платье, туфли, сумку. Затем я пошла в салон на маникюр, покрыть тело лаком." Она снова подняла руку к волосам. "Немного подчеркиваю".

"Соммерсет утверждает, что ваша помолвка была назначена на полдень пятницы".

"Пятница". Одри нахмурилась, покачала головой. "Этого не может быть. Может ли это? О, я перепутал даты?" Очевидно, отвлекшись, она быстро встала и поспешила в другую комнату. Она вернулась через несколько мгновений с тонкой серебристой записной книжкой. Вводя код, она продолжала качать головой. "Я уверен, что мы договорились в субботу. Да, это то, что у меня здесь есть. Суббота, двенадцать часов дня, обед и театр с Лоуренсом. О боже." Она снова посмотрела на Еву, ее лицо было комично расстроенным. "Он приходил в пятницу, когда меня не было дома?" Он, должно быть, подумал, что я его обманула, точно так же, как я ...

Затем она начала смеяться, садясь и скрещивая ноги. "Как абсурдно, и мы двое с нашей раздавленной гордостью и чувствами только потому, что у нас не хватило здравого смысла позвонить и подтвердить. Почему, черт возьми, он хотя бы не оставил сообщение у двери?"

"Я не мог сказать".

"Опять гордыня, я полагаю. И застенчивость. Двум застенчивым людям так трудно справиться ". Ее улыбка медленно исчезла, когда она изучала лицо Евы. "Но, конечно, это не дело полиции".

"Соммерсет вовлечен в расследование. Было бы полезно, если бы мы могли проверить его передвижения в пятницу ".

"Я понимаю. Нет, я не хочу, - поправила Одри. "Я вообще ничего не понимаю".

"На данный момент я не могу предоставить вам много информации, мисс Моррелл. Вы знали некоего Томаса Бреннена?"

"Нет, я так не думаю".

Ты будешь, подумала Ева. К вечерним выпускам новостей все будут знать о Томасе Бреннене и Шоне Конрое. "Кто еще знал о твоем свидании с Соммерсетом?"

Пальцы Одри снова запутались в ее ожерелье. "Я не могу думать ни о ком. Мы оба довольно... закрытые люди. Полагаю, я упоминала своему консультанту по красоте, когда записывалась на прием, что это для особого случая ".

"Что у вас за салон?"

"О, я всегда использую Классику на Мэдисон".

"Я ценю ваше время", - сказала Ева и встала.

"Пожалуйста, конечно. Но - лейтенант, это было?"

"Да. Даллас."

"Лейтенант Даллас, если у Лоуренса какие-то неприятности... Я хотел бы помочь, чем смогу. Он прекрасный человек. Джентльмен".

"Прекрасный мужчина", - пробормотала Ева, когда они направились обратно к лифту. "Джентльмен. Верно. Этаж пентхауса, - приказала она, когда туннель закрыл их. "Я хочу еще раз пройтись по сцене. Установите свой рекордер ".

"Да, сэр". Пибоди ловко прикрепила минирекордер к своему накрахмаленному лацкану.

Ева использовала свой мастер-код, чтобы обойти полицейский блок на двери Бреннена. В квартире было сумрачно, наружный свет был заблокирован экранами безопасности. Она оставила их на месте и приказала включить яркий свет.

"Это началось прямо здесь". Она нахмурилась, глядя на пятна крови на ковре, стенах, и вызвала в своем воображении ужасный образ отрубленной руки. "Почему Бреннен впустил его? Знал ли он его? И почему нападавший отрубил себе руку? Если только..."

Она обошла вокруг, вернулась к двери, посмотрела в направлении спальни. "Может быть, все вышло так: убийца - гений электроники. Он уже испортил камеры. Нельзя допустить, чтобы какой-нибудь скучающий охранник отсканировал диски, прежде чем он сможет выполнить свою работу здесь, а затем вернуться к ним. Итак, он позаботился об этом. Он умен, он осторожен. Он может попасть в это место достаточно легко. Обходите коды, взламывайте замки. Это дало бы ему пинок, не так ли?"

"Ему нравится быть главным", - предположила Пибоди. "Может быть, он не захотел бы просить разрешения войти".

"Именно. Итак, он позволяет себе войти. Какой кайф. Игра вот-вот начнется. Выходит Бреннен, скорее всего, с кухни. Он только что пообедал. Он застигнут врасплох, и он немного вялый из-за транквилизатора. Но он вырос на улицах, он вырос грубым. Ты не забываешь, как позаботиться о себе. Он нападает на злоумышленника, но злоумышленник вооружен. Первая травма, это могло быть не более чем защитным ходом. Незапланированная. Но это останавливает Бреннена, останавливает его хладнокровно. Повсюду кровь. Скорее всего, часть ее попала на злоумышленника. Ему придется прибраться, но об этом он побеспокоится позже. Теперь он хочет сделать то, за чем пришел. Он накачивает Бреннена транквилизаторами поглубже, тащит его в спальню."

Ева шла по следам и лужам засохшей крови, затем стояла в спальне, пристально глядя. Она взяла статуэтку Пресвятой Девы с комода Эйлин, зажав ножницами голову между пальцами, чтобы перевернуть ее и проверить отметки на основании. "То же самое. То же, что и на сцене с Конроем. Забери это."

"Выглядит как-то ... я не знаю - неуважительно", - решила Пибоди, запечатывая мраморное изображение.

"Я думаю, Матерь Божья сочла бы хладнокровное убийство чем-то большим, чем просто неуважение", - сухо сказала Ева.

"Да, я полагаю". Тем не менее, Пибоди сунула запечатанную статуэтку в свою сумку, где ей не нужно было думать об этом.

"Теперь Бреннен у него здесь, на кровати. Он не хочет, чтобы его человек истек кровью до смерти. Он хочет не торопиться. Нужно остановить это кровотечение. Поэтому он прижигает культю, грубо, но это делает свое дело ".

Она обошла кровать, изучая ужасные пятна цвета ржавчины. "Он приступает к работе. Привязывает своего мужчину к столбику кровати, достает его инструменты. Он точен. Может быть, раньше он нервничал, но сейчас с ним все в порядке. Все идет так, как он хочет. Теперь он ставит свою символическую аудиторию на комод, чтобы ей было хорошо видно. Может быть, он произносит молитву к ней ".

Она нахмурилась, снова посмотрела на комод, мысленно поставила статуэтку на место. "Затем он приступает к делу", - продолжила она. "Он говорит Бреннену, что он собирается с ним сделать, и он говорит ему почему. Он хочет, чтобы он знал, он хочет, чтобы он описался от страха, он хочет почувствовать запах боли. Это расплата, и расплата большая. Страсть, жадность, власть - все это часть этого, но месть движет всем этим. Он долго ждал этого момента, и он собирается насладиться им. Каждый раз, когда Бреннен кричит, каждый раз, когда он умоляет, этот парень выходит из себя. Когда это свершится, он улетит. Но он в ужасном состоянии, покрыт кровью ".

Она направилась к примыкающей ванной. Она сверкала, как драгоценные камни, сапфировые стены, рубиновые вставки в плитке, серебряные циферблаты и краны. "Он пришел подготовленным. У него должен был быть какой-то футляр для ножей и веревки. У него там есть смена одежды. Он бы подумал об этом. Поэтому он принимает душ, оттирает себя, как гребаный хирург. Он также моет ванную, каждый дюйм. Он здесь чертов домашний дроид. Он стерилизует это. У него полно времени ".

"Мы не нашли здесь ни единого волоска или клетки кожи", - согласилась Пибоди. "Он был скрупулезен".

Ева отвернулась и пошла обратно в спальню. "Испорченная одежда возвращается в его чемодан вместе со всеми его мерзкими инструментами. Он одевается, глядя, куда ступает. Мы же не хотим запачкать кровью наши блестящие ботинки, не так ли? Может быть, он останавливается здесь, чтобы в последний раз взглянуть на свою работу. Конечно, он хочет забрать этот образ с собой. Произносит ли он еще одну молитву? О да, один для славы. Затем он выходит и вызывает копа ".

"Мы можем просмотреть записи в вестибюле, проверить всех, у кого есть портфели или ранцы".

"В этом здании пять этажей офисов. Каждый второй человек таскает с собой портфель. Здесь пятьдесят два магазина. У каждого третьего человека есть сумки ". Ева повела плечами. "Мы все равно поищем. Соммерсет этого не делал, Пибоди." Когда ее помощница промолчала, Ева нетерпеливо повернулась. "Бреннен был ростом пять футов десять дюймов, но весил сто девяносто фунтов - и большая часть этого веса приходилась на мускулы. Может быть, только может быть, такой тощий, костлявый пердун, как Соммерсет, смог бы застать Бреннена врасплох, но у него не та рука, чтобы одним ударом разрубить плоть и кость. И один удар был тем, что потребовалось. Допустим, ему повезло, и он справился с этим - как, по-вашему, он перетащил мертвый груз отсюда в спальню, а затем сумел перетащить эти почти двести фунтов мертвого веса на два с половиной фута на кровать? Он недостаточно физичен. У него сильные руки, - пробормотала она, хорошо помня, как эти пальцы время от времени сжимали ее руку и оставляли синяки. "Но у него нет ни мускулов, ни рук, и он не привык поднимать что-то большее, чем чайный поднос или свой нос в воздухе".

Теперь она вздохнула. "И вы должны понять, что если он достаточно умен, чтобы играть с нами в электронные игры, возиться с дисками системы безопасности, он поступил бы лучше, чем позволить себе быть замеченным, входя в вестибюль на месте убийства. Почему он не вытер эти диски, пока был там?"

"Я об этом не подумала", - призналась Пибоди.

"Кто-то подставляет его, и они подставляют его, чтобы добраться до Рорка".

"Почему?"

Ева смотрела в глаза Пибоди долгих десять секунд. "Давайте запечатаем это".

"Даллас, я не принесу тебе пользы, если ты наденешь на меня шоры".

"Я знаю. Давайте запечатаем это".

***

"Мне нужен воздух", - сказала Ева, когда они снова вышли на улицу и диктофон Пибоди был спрятан. "И еда. Есть возражения против того, чтобы получить и то, и другое в Центральном парке?"

"Нет".

"Не дуйся, Пибоди", - предупредила Ева, когда они забирались обратно в машину. "Это не привлекательно".

Они ехали в тишине, втиснулись на парковку на уровне улицы и направились к обнаженным деревьям. Ветра было достаточно, чтобы заставить Еву застегнуть куртку, пока они хрустели сухими листьями под ногами. На первом глайдкарте Ева спорила между овощным хэшем и шариком соевого картофеля фри. Она выбрала жир, в то время как Пибоди заказала один полезный фруктовый кебаб.

"Твоя свобода проявляется", - прокомментировала Ева.

"Я не считаю еду религиозным вопросом". Пибоди шмыгнула носом и откусила кусочек ананаса. "Хотя мое тело - храм".

Это заставило Еву улыбнуться. Она собиралась быть прощенной. "Я располагаю определенной информацией, которую, как представитель закона, я обязан доложить своему начальству. У меня нет намерения делать это ".

Пибоди изучила ломтик тепличного персика, сняла его с палочки. "Будет ли эта информация иметь отношение к делу, которое в настоящее время расследуется?"

"Это было бы. Если я поделюсь с вами этой информацией, вы также будете обязаны сообщить об этом. Невыполнение этого сделает тебя соучастником после свершившегося факта. Ты рискуешь своим значком, своей карьерой и, очень вероятно, некоторой частью своей свободы ".

"Это мой значок, моя карьера, моя свобода".

"Да, это так". Ева остановилась, повернулась. Ветер трепал ее волосы, пока она изучала серьезное лицо, трезвые глаза. "Ты хороший полицейский, Пибоди. Ты на пути к тому, чтобы заслужить значок детектива. Я знаю, что это важно для тебя. Я знаю, что моя значила для меня ".

Она отвела взгляд туда, где две няни в униформе наблюдали, как их юные подопечные играют на траве. Неподалеку бегун остановился на тропинке, чтобы размяться и переложить бутылку спрея против грабежей на бедро, когда лицензированный нищий направился в его сторону. Над головой лениво кружил вертолет службы безопасности парка с монотонно стучащими лопастями.

"Эта информация, которой я располагаю, затрагивает меня лично, поэтому я сделал выбор. На тебя это не влияет ".

"При всем уважении, лейтенант, это так. Если ты сомневаешься в моей лояльности - "

"Это не вопрос верности, Пибоди. Это закон, это долг, это..." Тяжело вздохнув, она опустилась на скамейку. "Это бардак".

"Если вы поделитесь со мной этой информацией, поможет ли это мне помочь вам в поимке убийцы Томаса Бреннена и Шона Конроя?"

"Да".

"Ты хочешь, чтобы я дал слово, что упомянутая информация останется между нами?"

"Я должен просить об этом, Пибоди". Она посмотрела на Пибоди, сидевшую рядом с ней. "С сожалением, я должен попросить вас пообещать мне, что вы нарушите свой долг".

"Даю вам слово, лейтенант. Без сожаления".

Ева на мгновение зажмурила глаза. Она поняла, что некоторые узы были сформированы быстро и крепко держались. "Это началось в Дублине", - начала она, - "почти двадцать лет назад. Ее звали Марлена".

Она рассказала все это, тщательно и сжато, используя речь полицейского, которую они оба понимали лучше всего. Когда это было сделано, они продолжали сидеть. Обед Евы лежал нетронутым у нее на коленях. Где-то в глубине парка пели птицы, их голоса соперничали с гулом уличного движения.

"Я никогда не думала, что у Соммерсета может быть дочь", - наконец сказала Пибоди. "Потерять ее вот так. Нет ничего хуже, не так ли?"

"Я полагаю, что нет. Но почему-то всегда приходит что-то худшее. Месть. Марлена - Соммерсету - Рорку. Это сидит как облегающий костюм. Трилистник с одной стороны, Церковь с другой. Игра на удачу, миссия от Бога ".

"Если он подставил Соммерсета, знал, что тот будет в "Тауэрс", подделал диски, он должен был знать о его свидании с Одри Моррелл".

"Да. Люди никогда не бывают такими осторожными, какими они думают, Пибоди. Я предполагаю, что по крайней мере половина класса рисования знала, что они пялятся друг на друга. Итак, мы проверяем студентов-искусствоведов ". Она потерла глаза. "Мне нужен список от Рорка - имена людей, которых он убил. Имена всех, кого он может вспомнить, кто помог ему выследить их."

"Какой список ты хочешь, чтобы я запустил?"

Ева удивилась, почувствовав, как защипало глаза. Переутомилась, сказала она себе и усилием воли сдержала слезы. "Спасибо. Я в большом долгу перед тобой за это ".

"Хорошо. Ты собираешься есть эту картошку фри?"

Усмехнувшись, Ева покачала головой и передала их. "Угощайся сам".

"Даллас, как ты собираешься обойти коммандера?"

"Я работаю над этим". Поскольку от этого у Евы заныло в животе, она рассеянно потерла его. "Прямо сейчас мы должны вернуться в Central и рассказать Макнабу о джемах. Я должен разобраться со средствами массовой информации, прежде чем это взорвется. Мне нужны отчеты уборщика и мои по убийству Конроя, и я должен подраться с Рорком."

"Напряженный день".

"Да, все, что мне нужно сделать, это подогнать командира, и это будет идеально".

"Почему бы мне не пойти преследовать Макнаба, а ты можешь пойти подкупить Надин Ферст?"

"Хорошая мысль".

***

Еве не нужно было искать Надин. Репортер был в офисе Евы, ухмыляясь в центр связи Евы. Внутренности были разбросаны по столу.

"Небольшая электронная вспышка, Даллас?"

"Пибоди, найди Макнаба и убей его".

"Сию минуту, лейтенант".

"Надин, сколько раз я говорил тебе держаться подальше от моего офиса?"

"О, десятки, я полагаю". Все еще ухмыляясь, Надин села и скрестила свои стройные ноги. "Я не знаю, почему ты беспокоишься. Итак, кем был Шон Конрой и почему он был убит в доме Рорка?"

"Это был не дом Рорка, это была одна из владений Рорка, которых у него множество". Она наклонила голову, многозначительно подняв брови. "Я уверен, что это уточнение вы включите в свой отчет".

"Мой эксклюзивный репортаж". Надин улыбнулась своей солнечной улыбкой. "Которая будет включать заявление от основного лица".

"Ты получишь свое заявление и эксклюзивный материал". Ева закрыла дверь, заперла ее.

"Хм". Надин приподняла одну идеально изогнутую бровь. "Это было слишком просто. Чего мне это будет стоить?"

"Пока ничего. Ты ведешь счет. Полиция Нью-Йорка расследует убийство Шона Конроя, гражданина Ирландии, неженатого, сорока одного года от роду, бармена по профессии. Следуя анонимному сообщению, главный фигурант дела - с помощью Рорка - обнаружил жертву в пустующем арендуемом помещении."

"Как он был убит? Я слышал, что это было отвратительно ".

"Подробности преступления на данный момент недоступны средствам массовой информации".

"Давай, Даллас". Надин наклонилась вперед. "Дай мне".

"Нет. Но полиция расследует возможную связь между этим преступлением и убийством в прошлую пятницу магната связи и гражданина Ирландии Томаса Х. Бреннена ".

"Brennen? Иисус. Пятница?" Надин вскочила на ноги. "Бреннен был убит? Боже Всемогущий, он владел контрольным пакетом акций 75-го канала. Святой Боже, как мы это упустили? Как это произошло? Где?"

"Бреннен был убит в своей резиденции в Нью-Йорке. Полиция ищет зацепки ".

"Зацепки? Что ведет? Боже, я знал его ".

Глаза Евы сузились. "Ты действительно?"

"Конечно, я встречал его десятки раз. Функции станции, благотворительные мероприятия. Он даже прислал мне цветы после - после того случая прошлой весной."

"Дело, из-за которого тебе чуть не перерезали горло".

"Да", - отрезала Надин и снова села. "И я не забыл, кто позаботился о том, чтобы я этого не сделал. Он мне нравился, Даллас. Черт возьми, у него есть жена, дети ". Она на мгновение задумалась, постукивая красивыми пальчиками по колену. "Станция будет в смятении, когда это произойдет. И половина средств массовой информации по всему миру. Как это произошло?"

"На данный момент мы считаем, что он застал врасплох злоумышленника".

"Вот тебе и безопасность", - пробормотала она. "Наткнулся на чертову кражу со взломом".

Ева ничего не сказала, довольная тем, что Надин сделала поспешный вывод.

"Связь?" Ее взгляд заострился. "Шон Конрой тоже был ирландцем. Вы верите, что он был причастен к ограблению? Знали ли они друг друга?"

"Мы исследуем этот аспект".

"Рорк - ирландец".

"Так я слышала", - сухо сказала Ева. "Не для протокола", - начала она и дождалась неохотного кивка Надин. "Рорк знал Шона Конроя еще в Ирландии. Возможно - только возможно, - что дом, из которого вывезли Конроя, подвергался обстрелу. Она была обставлена - ну, я уверен, вы можете себе представить, насколько хорошо. И новые жильцы должны были въехать только через пару дней. Пока мы немного не проясним ситуацию, я бы хотел, чтобы имя Рорка не упоминалось в ней или было как можно дальше на заднем плане ".

"На данный момент это не должно быть сложно. Каждая станция, и, конечно же, наша, собирается показать историю Бреннена - тогда мы сделаем много ретроспектив, биографий и тому подобного. Я должен довести это до конца ".

Она снова вскочила. "Цени это".

"Не надо". Ева отперла дверь, открыла ее. "В конце концов, ты заплатишь за это".

И теперь, размышляла Ева, потирая висок, она могла только надеяться, что сможет блефовать и вешать лапшу на уши своему командиру с таким же успехом.

***

"Ваш отчет кажется скудным, лейтенант", - прокомментировала Уитни после того, как Ева закончила подкреплять свой письменный отчет устным.

"На данном этапе нам не с чем работать, коммандер". Она сидела с невозмутимым лицом, мягким голосом, не моргнув, встретив проницательный взгляд темных глаз Уитни. "Макнаб из EDD работает над the jams и trace, но, похоже, он не добивается большого успеха. Фини вернется примерно через неделю ".

"У Макнаба очень хороший послужной список в департаменте".

"Возможно, но пока он в тупике. Его слова, коммандер. Убийца обладает высокими навыками в области электроники и связи. Возможно, это его связь с Бренненом ".

"Это не объясняет Конроя".

"Нет, сэр, но ирландская связь имеет значение. Они знали друг друга, по крайней мере, случайно, в Дублине несколько лет назад. Возможно, они продолжили или возобновили знакомство в Нью-Йорке. Поскольку вы просмотрели запись передач, которые я получил от убийцы, вы знаете, что мотивом является месть. Убийца знал их, скорее всего, в Дублине. Конрой продолжал жить в Дублине до трехлетней давности. У Бреннена там его главная резиденция. В наших интересах было бы заручиться помощью дублинской полиции для расследования этого дела. Что-то, что сделали эти люди, или какая-то сделка, в которой они участвовали в Ирландии за последние несколько лет ".

"У Рорка там тоже есть интересы".

"Да, сэр, но в последнее время он не имел дел ни с Конроем, ни с Бренненом. Я проверил. У него не было деловых или личных контактов с ними более десяти лет ".

"Мести часто требуется время, чтобы остыть". Он сложил пальцы домиком и изучал Еву поверх кончиков. "Вы намерены вернуть Соммерсета на интервью?"

"Я взвешиваю этот вариант, коммандер. Его алиби на момент убийства Бреннена слабое, но правдоподобное. Одри Моррелл подтвердила их свидание. Более чем возможно, что они перепутали времена. Способ смерти Бреннена, а также Конроя, не подходит Соммерсету. Он недостаточно силен, чтобы справиться с этим ".

"Не один".

Ева почувствовала, как ее желудок сжался, но кивнула. "Нет, не один. Командир, я буду искать зацепки. Я проведу расследование в отношении Соммерсета и всех подозреваемых, но я лично убежден, и твердо лично убежден, что Соммерсет не сделал бы ничего, чтобы навредить Рорку или каким-либо образом впутать его в это. Он предан - даже чрезмерно предан. И я верю, коммандер, что Рорк - будущая цель. Он - цель. Вот почему со мной связались ".

Уитни на мгновение замолчал, оценивая Еву. Ее глаза были ясными и прямыми, ее голос был тверд. Он предположил, что она не осознавала, что сцепила пальцы вместе и что костяшки ее пальцев побелели.

"Я согласен с тобой. Я мог бы спросить вас, предпочитаете ли вы отстраниться от дела, но я бы зря потратил время ".

"Да, сэр".

"Ты возьмешь интервью у Рорка". Он сделал паузу, пока она хранила молчание. "И я полагаю, что официального отчета об упомянутом интервью не будет. Будь осторожен, насколько сильно ты нарушаешь правила, Даллас. Я не хочу терять одного из моих лучших офицеров ".

"Командир". Она воскресла. "Его миссия не завершена. Он свяжется со мной снова. У меня уже сложилось о нем представление, типаж, но я хотел бы проконсультироваться с доктором Мирой по поводу профиля как можно скорее ".

"Организуй это".

"И я намерен как можно больше работать вне моего дома. Мое оборудование там ... превосходит то, что доступно мне в полицейском управлении ".

Уитни позволил ухмылке исказить его широкое лицо. "Держу пари, что так и есть. Я собираюсь предоставить тебе столько свободы действий, сколько смогу в этом, так долго, как смогу. Я могу сказать вам, что времени будет мало. Если найдется другое тело, это время будет еще короче ".

"Тогда я буду работать быстро".

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

На полпути к длинной извилистой дороге Ева сидела в своей машине и изучала дом, который построил Рорк. Это было не совсем точно, предположила она. Сооружение простояло бы там более века, готовое для того, чтобы его купил кто-то с деньгами и дальновидностью. У него было и то, и другое, и он отполировал дворец из камня и стекла, который ему прекрасно подходил.

Теперь она была там как дома, или более как дома, чем она когда-либо представляла, что может быть. Там с башнями и турелями, изящными лужайками и очаровательными кустарниками. Она жила среди потрясающего антиквариата, толстых ковров из других стран, богатства и привилегий.

Рорк заслужил это - по-своему. Она не сделала ничего большего, чем просто упала в нее.

Они оба пришли с улиц и страданий и выбрали разные пути, чтобы создать свой собственный. Она нуждалась в законе, порядке, дисциплине, правилах. В ее детстве не было ни одного из них, и ранние годы, которые она так успешно игнорировала так долго, начали обрушиваться на нее, злобно, яростно, в последние месяцы.

Теперь она вспомнила слишком многое, и все же не все.

Рорк, как она воображала, помнил все, в текучих и мельчайших деталях. Он не позволил бы себе забыть, кем он был или откуда он пришел. Он использовал это.

Его отец был пьяницей. И ее тоже. Его отец жестоко обращался с ним. И ее тоже. Их детство было разбито безвозвратно, и поэтому они рано превратились во взрослых: один стоял за закон, а другой танцевал вокруг него.

Теперь они были единым целым, или пытались быть.

Но сколько из того, что она сделала сама, и что он сделал сам, могло смешаться?

Это должно было подвергнуться испытанию, и их брак, все еще такой новый и яркий, такой пугающий и жизненно важный для нее, либо сохранится, либо потерпит крах.

Она проехала остаток пути, припарковавшись у основания старых каменных ступеней. Она оставила свою машину там, где это постоянно раздражало Соммерсета, и отнесла в дом небольшую коробку с дисками.

Соммерсет был в фойе. Он бы узнал момент, когда она въехала в железные ворота, подумала она. И он бы удивился, почему она так долго молчала.

"Есть проблемы с вашей машиной, лейтенант?"

"Не больше, чем обычно". Она сняла куртку и по привычке набросила ее на стойку перил.

"Ты оставил это перед домом".

"Я знаю, где это".

"Здесь есть гараж для хранения транспортных средств".

"Двигай сам. Где Рорк?"

"Рорк в своем офисе на Пятой авеню. Его ожидают дома в течение часа ".

"Отлично, скажи ему, чтобы зашел ко мне в кабинет, когда он приедет".

"Я сообщу ему о твоей просьбе".

"Это была не просьба". Она ухмыльнулась, наблюдая, как Соммерсет двумя неохотными пальцами поднимает ее куртку за воротник. "Не больше, чем это просьба, когда я говорю вам не планировать покидать город до дальнейшего уведомления".

Мускул на его челюсти заметно дернулся. "Вы наслаждаетесь этим, не так ли, лейтенант?"

"О, да, для меня это повод для смеха. Пара мертвых парней, один из них зарезан на территории моего мужа, оба его старые приятели. Я ломал голову над этим весь день ". Когда он шагнул вперед, ее глаза превратились в опасные щелочки. "Не попадайся мне на глаза, старик. Даже не думай об этом ".

Сердцевина его гнева выплеснулась в одном коротком предложении. "Вы допрашивали мисс Моррелл".

"Я пытался подтвердить твое никчемное алиби".

"Ты заставил ее поверить, что я был вовлечен в полицейское расследование".

"Срочная новость: Вы вовлечены в полицейское расследование".

Он шумно втянул воздух носом. "Моя личная жизнь -"

"У тебя нет личной жизни, пока эти дела не будут закрыты". Она могла достаточно ясно прочитать его смущение и сказала себе, что у нее нет на это времени. "Если хочешь оказать себе услугу, делай в точности то, что я тебе говорю. Ты никуда не пойдешь один. Ты должен быть уверен, что можешь отчитываться за каждую минуту своего времени, днем и ночью. Потому что кто-то еще умрет до того, как пройдет гораздо больше времени, если я не смогу это остановить. Он хочет, чтобы палец указывал на тебя, так что убедись, что этого не произойдет ".

"Это ваша работа - защищать невинных".

Она начала подниматься по лестнице, а теперь остановилась, обернулась, пока их глаза не встретились. "Я знаю, в чем заключается моя работа, и я чертовски хорош в ней".

Когда он фыркнул, она спустилась на две ступеньки. Она спускалась медленно, ее движения были обдуманными, потому что ее собственный темперамент был слишком близок к кипению. "Достаточно хорош, чтобы понять, почему ты ненавидишь меня с тех пор, как я впервые вошел в эту дверь. Поскольку ты понял, что у Рорка были чувства ко мне. Часть А была легкой - новичок-первокурсник мог бы зацепиться за нее. Я коп, и этого достаточно, чтобы ты обвинил меня в неуважении ".

Он слабо улыбнулся. "У меня было мало причин восхищаться людьми вашей профессии".

"Часть Б была сложнее". Она спустилась еще на одну ступеньку, так что их глаза оказались на одном уровне. "Я думал, что это я тоже понял, но я не знал, что в части B есть пара этапов. Этап первый: я не одна из гламурных, хорошо воспитанных красавиц, с которыми общался Рорк. У меня нет ни внешности, ни родословной, ни стиля, чтобы подойти тебе ".

Он почувствовал быстрый укол стыда, но склонил голову. "Нет, ты не понимаешь. Он мог заполучить кого угодно, он выбирал сливки общества ".

"Но ты не хотел для него кого попало, Соммерсет. Это вторая стадия, и я понял это только сегодня утром. Ты обижаешься на меня, потому что я не Марлена. Вот кого ты хотел для него, - тихо сказала она, когда краска сошла с его щек. "Ты надеялся, что он найдет кого-то, кто напомнит тебе о ней, вместо этого ты застрял с низшей моделью. Всем не везет".

Она повернулась и пошла прочь, и не видела, как у него подкосились ноги, или как его рука метнулась, чтобы схватиться за стойку перил, когда правда о том, что она бросила ему в лицо, ударила его, как кулак в сердце.

Когда он был уверен, что остался один, он сел на ступеньки и закрыл лицо руками, когда горе, которое, как он думал, он преодолел давным-давно, захлестнуло его, свежее, горячее и горькое.

Когда Рорк вернулся домой двадцать минут спустя, Соммерсет был спокоен. Его руки больше не дрожали, его сердце больше не трепетало. Его обязанности, какими он их видел - такими, какими ему нужно было их видеть, - всегда должны были выполняться гладко и ненавязчиво.

Он взял пальто Рорка, одобряя тонкий и текучий шелк, и перекинул его через руку. "Лейтенант наверху, в своем кабинете. Она хотела бы поговорить с тобой ".

Рорк бросил взгляд на лестницу. Он был уверен, что Ева выразилась не совсем вежливо. "Как долго она была дома?"

"Меньше тридцати минут".

"И она одна?"

"Да. Совершенно один".

Рассеянно он расстегнул две верхние пуговицы своей рубашки. Его дневные встречи были долгими и утомительными. Редкая головная боль напряжения назревала в основании его черепа.

"Регистрируйте все звонки, которые поступают на мое имя. Я не хочу, чтобы меня беспокоили ".

"Ужин?"

Рорк просто покачал головой, когда начал подниматься по лестнице. Ему удавалось сдерживать свой темперамент в течение дня, но сейчас он чувствовал, как он возвращается, черный и горячий. Он знал, что было бы лучше, безусловно, более продуктивно, если бы они могли поговорить спокойно.

Но он продолжал думать о двери, которую она закрыла между ними прошлой ночью. Легкость, с которой она это сделала, и завершенность поступка. Он не знал, сможет ли долго оставаться спокойным.

Она оставила дверь своего офиса открытой. В конце концов, кисло подумал Рорк, она вызвала его, не так ли? Она сидела, хмуро уставившись на экран своего компьютера, как будто информация, которую он предлагал, раздражала ее. У ее локтя стояла кружка с кофе, которая, вероятно, уже остыла. Ее волосы были растрепаны и торчали, без сомнения, потревоженные ее беспокойными руками. Она все еще носила свою оружейную сбрую.

Галахад чувствовал себя как дома, изучая груду бумаг на столе. Он приветственно махнул хвостом, и его двухцветные глаза заблестели безошибочным ликованием. Рорк почти мог слышать кошачьи мысли.

Заходи, начинай. Я ждал шоу.

"Вы хотели меня видеть, лейтенант?"

Ее голова поднялась, повернулась. Он выглядел круто, отметила она, небрежно элегантный в своем темном деловом костюме с расстегнутым воротником рубашки. Но язык тела - вскинутая голова, засунутые в карманы большие пальцы, то, как он балансировал на подушечках ног, - предупредил ее, что перед ней ирландский скандалист, рвущийся в драку.

Прекрасно, решила она. Она была готова к одному.

"Да, я хотел тебя увидеть. Ты хочешь закрыть дверь?"

"Любыми средствами". Он закрыл ее за собой, прежде чем пересечь комнату. И ждал. Он предпочитал, чтобы его противник пролил первую кровь.

Это сделало нанесение ответного удара более приятным.

"Мне нужны имена". Ее голос был отрывистым и оживленным. Она хотела, чтобы они оба знали, что она говорит как полицейский. "Имена людей, которых ты убил. Имена любого - и всех, кого вы можете вспомнить, - с кем вы связывались, чтобы найти этих людей."

"Ты получишь их".

"И мне нужно ваше заявление с подробным описанием того, где вы были и с кем были во время убийств Бреннена и Конроя".

Его глаза вспыхнули, всего на мгновение, а затем превратились в сверкающий голубой лед. "Я подозреваемый? Лейтенант?"

"Нет, и я хочу, чтобы так и оставалось. Устранение тебя с вершины упрощает дело ".

"Во что бы то ни стало давайте сохранять простоту".

"Не соглашайся со мной на эту реплику". Она знала, что он делает, подумала она с нарастающей яростью. О, у нее был его номер, все в порядке, с его холодным и предельно разумным тоном. Будь он проклят, если встряхнет ее. "Чем больше я смогу придерживаться правил в этом, тем лучше для всех, кто в этом замешан. Я бы хотел снабдить Соммерсета браслетом безопасности. Он никогда не согласится, если я попрошу, поэтому я бы хотел, чтобы ты согласилась ".

"Я не буду просить его смириться с таким унижением".

"Смотри". Она медленно поднялась на ноги. "Небольшое унижение могло бы спасти его от клетки".

"Для некоторых достоинство является приоритетом".

"К черту достоинство. У меня и так достаточно проблем, чтобы беспокоиться об этом. Что мне нужно, так это факты, доказательства, преимущество. Если ты продолжишь лгать мне - "

"Я никогда не лгал тебе".

"Вы утаили жизненно важную информацию. Это одно и то же ".

"Нет, это не так". О, у него был ее номер, подумал он, с ее упрямыми, несгибаемыми правилами. Будь я проклят, если она встряхнет его. "Я утаил информацию в надежде, что смогу уберечь тебя от трудного положения".

"Не делай мне никаких одолжений", - отрезала она, когда контроль пошатнулся.

"Я не буду". Он подошел к шкафу с куполообразной крышей, выбрал бутылку виски и налил на три пальца в тяжелый хрустальный бокал. Он подумывал бросить это.

Она услышала ледяную ярость в его тоне, узнала ледяную ярость. Она бы предпочла тепло, что-нибудь горячее и бурлящее, соответствующее ее собственному настроению.

"Великолепно, потрясающе. Ты продолжаешь злиться. У меня двое мертвых парней, и я жду третьего. У меня есть важная информация, информация, жизненно важная для дела, которую я не могу использовать официально, если не хочу навещать вас в федеральном учреждении в течение следующих ста лет ".

Он сделал глоток и обнажил зубы в улыбке. "Не делай мне никаких одолжений".

"Ты можешь просто вытащить эту палку из своей задницы, приятель, потому что у тебя здесь проблемы". Она обнаружила, что ей хочется ударить по чему-нибудь - разбить что угодно - и ограничилась тем, что отодвинула свой стул в сторону. "Ты и этот костлявый дроид, которого ты так чертовски любишь. Если я собираюсь уберечь обе ваши задницы от перевязи, вам лучше быстро изменить свое отношение ".

"До сих пор мне удавалось своими силами уберечь свою задницу от петли". Рорк допил остатки виски, поставил стакан на стол со звоном стекла о дерево. "Ты очень хорошо знаешь, что Соммерсет никого не убивал".

"Неважно, что я знаю, важно, что я могу доказать". Напрягшись, она запустила руки в волосы, сжала их в кулаки на мгновение, пока в голове не начала пульсировать боль. "Не предоставляя мне всех данных, ты оставляешь меня на шаг позади".

"Что бы вы сделали с данными, которые я не делал сам? И, с моими контактами и оборудованием, все получается быстрее и эффективнее?"

Это, подумала она, разорвало его. "Тебе лучше вспомнить, кто здесь коп, туз".

Его глаза сверкнули однажды, как голубая сталь в лунном свете. "Я вряд ли забуду".

"И чья работа заключается в сборе доказательств и информации, в обработке этих доказательств и информации. Чтобы расследовать. Ты делаешь со своим бизнесом все, что угодно, но держись подальше от моей территории, пока я не скажу тебе иначе ".

"Если ты не скажешь мне?" Она увидела быструю и порочную вспышку насилия в его глазах, но устояла на своем, когда он развернулся к ней, когда сжал в кулаке ее рубашку, чтобы поднять ее на цыпочки. "А что, если я не буду делать то, что мне говорят, лейтенант, что мне приказывают? Как ты с этим справляешься? Ты уходишь и снова запираешь дверь?"

"Тебе лучше пошевелить рукой".

Он лишь приподнял ее еще на дюйм. "Я не потерплю запертых дверей. У меня есть свой предел, и ты его достигла. Если ты не хочешь делить с нами постель, если ты не хочешь, чтобы я был рядом с тобой, тогда ты так и скажи. Но будь я проклят, если ты отвернешься и запрешь дверь."

"Это ты облажался", - выпалила она в ответ. "Ты разозлил меня, и я не хотел с тобой разговаривать. Я тот, кому приходится иметь дело с тем, что здесь происходит, с тем, что происходило раньше. Я должен закрыть глаза на законы, которые ты нарушил, вместо того, чтобы отправить тебя в камеру ". Она подняла обе руки, сильно толкнула и была одновременно удивлена и разъярена, когда не сдвинула его ни на дюйм. "И мне приходится заводить разговор за ужином с кучей заносчивых незнакомцев каждый раз, когда я оборачиваюсь, и беспокоиться о том, что, черт возьми, на мне надето, когда я это делаю".

"Ты думаешь, ты единственный, кто внес коррективы?" Взбешенный, он быстро встряхнул ее, затем отпустил, чтобы он мог бродить по комнате. "Ради Христа, я вышла замуж за копа. Трахни меня, копа. Должно быть, это самая большая шутка судьбы ".

"Никто не приставлял нож к твоему горлу". Оскорбленная, она уперла руки в бока. "Ты тот, кто настаивал на этом".

"И ты тот, кто отступил, и все еще отступаешь. Я устал от этого, до смерти устал от этого. Это всегда ты, не так ли, Ева, кто должен внести изменения и уступить?" Ярость мерцала вокруг него почти видимыми волнами, и когда эти волны обрушились на нее, она могла бы поклясться, что они имели вес. "Что ж, я сам вносил изменения и уступал гораздо больше раз, чем могу сосчитать. У тебя может быть твоя личная жизнь, когда тебе это нужно, и твои маленькие невротические придирки, но я не потерплю, чтобы моя жена закрывала двери между нами ".

Маленькие невротические колкости лишили ее дара речи, но моя жена снова развязала ей язык. "Твоя жена, твоя жена. Не смей говорить "моя жена" таким тоном. Не смей говорить обо мне, как об одном из твоих маскарадных костюмов ".

"Не будь смешным".

"Теперь я смешон". Она всплеснула руками. "Я невротичен и смешон".

"Да, часто".

Ее дыхание стало прерывистым. Она действительно могла видеть красное по краям своего зрения. "Ты высокомерный, властный, эгоистичный и презирающий закон".

Он удивленно приподнял бровь. "И ваша точка зрения была бы такой?"

Она не могла вымолвить ни слова. То, что получилось, было чем-то средним между рычанием и криком. Этот звук заставил Галахада спрыгнуть со стола и забиться под него.

"Хорошо сказано", - прокомментировал Рорк и решил выпить еще виски. "За последние месяцы я отказался от ряда предприятий, которые вы сочли бы сомнительными". Он изучал цвет виски в стакане. "Верно, они были больше похожи на хобби, привычки, я полагаю, но я нашел их забавными. И прибыльная."

"Я никогда не просил тебя ни от чего отказываться".

"Дорогая Ева". Он вздохнул, обнаружив, что большая часть его самообладания улетучилась. "Ты просишь просто своим существованием. Я женился на полицейском", - сказал он наполовину самому себе и выпил. "Потому что я любил ее, хотел ее, нуждался в ней. И, к моему удивлению, я восхищался ею. Она очаровывает меня ".

"Не поворачивай это вспять".

"Это просто полный круг. Я не могу изменить то, кто я есть, и то, что я сделал. И не стал бы даже ради тебя." Он поднял свой пристальный взгляд на нее, задержал его там. "Я говорю тебе не запирать дверь".

Она раздраженно пожала плечами. "Я знал, что это выведет тебя из себя".

"Миссия выполнена".

Она обнаружила, что вздыхает, слабый звук, который у нее не было сил ненавидеть. "Это тяжело - видеть, что было сделано с теми людьми, и знать..."

"Что я был способен сделать то же самое". Он снова поставил свой стакан. "Это была справедливость".

Она ощутимо ощущала тяжесть своего значка. Не в ее кармане, а в ее сердце. "Это не тебе было решать".

"Здесь наши пути расходятся. Закон не всегда стоит на стороне невиновных и использованных. Закон не всегда заботится достаточно. Я не буду извиняться за то, что я сделал, Ева, но я извинюсь за то, что поставил тебя в положение выбора между мной и твоим долгом."

Она взяла свой остывший кофе и выпила его, чтобы прочистить горло. "Я должен был рассказать Пибоди. Я должен был привести ее сюда." Она провела рукой по лицу. "Она останется со мной. Она даже не колебалась ".

"Она хороший полицейский. Ты научил меня, что эта фраза не является противоречием в терминах."

"Она нужна мне. Мне нужна вся помощь, которую я могу получить в этом, потому что я боюсь ". Она закрыла глаза, пытаясь успокоиться. "Я боюсь, что если я не буду достаточно осторожен, недостаточно быстр или умен, я выйду на сцену и найду тебя. Я буду слишком поздно, и ты будешь мертв, потому что он хочет тебя. Остальные - просто практика ".

Она почувствовала, как его руки обхватили ее, и придвинулась ближе. Было тепло его тела, линии всего этого, такие знакомые сейчас, такие необходимые сейчас. Его запах, когда она прижимала его к себе, ровное биение его сердца, мягкое прикосновение его губ к ее волосам.

"Я не смогла бы этого вынести". Она усилила хватку."Я не мог. Я знаю, что не могу даже думать об этом, потому что это собьет меня с толку, но я не могу выбросить это из головы. Я не могу остановиться - "

Затем его рот накрыл ее, и поцелуй был грубым и горячим. Он бы знал, что именно такой тон ей нужен, что ей нужны его руки на ней, жесткие, нетерпеливые. И обещания, которые он бормотал, оттягивая ее рубашку в сторону, были для них обоих.

Ее оружие с глухим стуком упало на пол. За ним последовал его прекрасно скроенный пиджак. Она откинула голову назад, чтобы его губы могли пробежаться острыми ощущениями по ее горлу, пока она тянула за его пояс.

Теперь нет слов, когда они поспешили прикоснуться. Маленькими жадными покусываниями они мучили друг друга. Она тяжело дышала, когда он толкнул ее на стол. Бумага шуршала у нее за спиной.

Она потянулась к нему.

"Я не неврастеничка", - сумела сказать она.

Он засмеялся первым, восхищенный ею, сходящий с ума по ней. "Конечно, нет". Он накрыл ее руки своими и вошел в нее.

Он наблюдал, как она кончила при первом толчке, как расплылись эти золотисто-коричневые радужки, как выгнулся стройный торс. Потрясенное удовольствие застряло у нее в горле, а затем вырвалось с содроганием при произнесении его имени.

"Возьми больше". Его руки были менее нежными, чем он намеревался, когда он приподнял ее бедра, вошел глубже. "Возьми меня всего".

Сквозь ошеломляющие волны ощущений она поняла, что он хотел признания, окончательно и бесповоротно, для них обоих.

Она забрала его всего.

***

Позже они разделили суп в ее кабинете. Ко второй миске ее голова была достаточно ясной, чтобы разобраться с текущими делами.

"Я собираюсь поработать здесь по большей части какое-то время".

"Я облегчу свой график, чтобы быть доступным для тебя".

Она разломила булочку, задумчиво намазала ее маслом. "Нам придется связаться с дублинской полицией. Твое имя обязательно всплывет." Она проигнорировала быструю усмешку, которой он одарил ее, и откусила от булочки. "Должен ли я ожидать каких-либо сюрпризов?"

"У них нет больше точных данных обо мне, чем указано в ваших записях".

"Что почти ничего не значит".

"Именно. Наверняка найдется несколько членов гвардии с долгой памятью, но не должно быть ничего слишком смущающего. Я всегда был осторожен ".

"Кто расследовал убийство Марлены?"

Веселье погасло из глаз Рорка. "Это был инспектор Магуайр, но я бы не сказал, что он расследовал. Он действовал по правилам, брал предлагаемые взятки и называл это смертью от несчастного случая ".

"И все же, его записи могли бы принести некоторую пользу".

"Я сомневаюсь, что ты много найдешь, если вообще найдешь. Магуайр был одним из многих копов в кармане картеля, на территорию которого я вторгся." Он забрал вторую половину булочки Евы. "Городские войны начались позже и продолжались дольше в этой части мира. Даже когда я был мальчиком, кое-где это все еще происходило, и, конечно, результаты худшего из этого все еще были налицо ".

Он вспомнил тела, звуки стрельбы, раздающиеся в ночи, вопли раненых и запавшие глаза выживших.

"Те, кто имел, - продолжил он, - имели в избытке. Те, кто этого не сделал, страдали, голодали и собирали мусор. Большинство копов, прошедших через весь этот ад, пошли одним из двух путей. Некоторые посвятили себя поддержанию порядка. Большинство воспользовалось хаосом и извлекло выгоду ".

"Магуайр решил поживиться".

"Вряд ли он был одинок. Я получил множество пинков от патрульного полицейского, если бы у меня не было вознаграждения в кармане. Когда ты дойдешь до своей последней плоскодонки, тебе лучше получить удар и сохранить фунт ".

"Ты брал что-нибудь у Магуайра?"

"Не лично. К тому времени, когда я работал над the grift and the games, он уже сидел за письменным столом. Он использовал форму в качестве своих бегунов и мускулов и собирал с комфортом ". Рорк откинулся на спинку стула со своим кофе. "По большей части я перехитрил его. Я платил за свой шанс, когда не мог обойти его, но обычно я крал его обратно. Копы - легкая добыча. Они не ожидают, что у них обчистят карманы ".

"Хм" было всем, что Ева могла сказать на это. "Почему Магуайр был привлечен к Марлене?"

"Когда она была убита, Соммерсет настоял на том, чтобы вызвать полицию. Он хотел увидеть людей, которые имели... он хотел видеть их наказанными. Он хотел публичного суда. Он хотел справедливости. Вместо этого он получил Магуайра. Этот ублюдок пришел, принюхиваясь, качая головой, прищелкивая языком. "Ну, что ж, - сказал он, - мне кажется, отцу следует повнимательнее присматривать за хорошенькой юной девушкой. Позволить ей вот так разгуляться ".

Когда прежняя фурия вернулась, Рорк оттолкнулся от стола, чтобы встать и расхаживать по комнате. "Я мог бы убить его на месте. Он знал это. Он хотел, чтобы я попробовал это, тогда и там, пока вокруг него было шесть копов, которые разорвали бы меня на куски при первом же движении. Его выводы заключались в том, что она была неисправимой, что в ее организме были нелегалы, и она связалась с плохой компанией, которая запаниковала и убила ее, когда с ней покончили. Две недели спустя он разъезжал на новой машине по Дублину, а его жена сделала новую стрижку, чтобы продемонстрировать свои бриллиантовые серьги ".

Он повернул назад. "И шесть месяцев спустя они выловили его из реки Лиффи с достаточным количеством отверстий в нем, чтобы рыба могла проплыть".

У нее пересохло в горле, но она не отвела взгляда. "Ты убил его?"

"Нет, но только потому, что кто-то опередил меня в этом. Он был последним в моем списке приоритетов ". Рорк вернулся, снова сел. "Ева, Соммерсет не имел отношения к тому, что я сделал. Он даже не знал о том, что я планировал сделать. Это был не его путь - не его путь. Он проверял аферы, обманывал марки, крал кошельки ".

"Тебе не нужно защищать его передо мной. Я сделаю для него все, что в моих силах." Она выдохнула. "Начиная с этого момента, снова игнорируя правила и используя свое незарегистрированное оборудование для проверки имен. Давайте начнем с этих списков ".

Он поднялся на ноги, взял ее руку и поднес к своим губам. "С вами всегда приятно работать, лейтенант".

"Просто помни, кто главный".

"Я не сомневаюсь, что ты мне напомнишь. Регулярно." Он обнял ее за талию, когда она встала. "В следующий раз, когда мы займемся любовью, ты можешь надеть свой значок. На случай, если я забуду, кто главный."

Она пристально посмотрела на него. "Никому не нравятся умники".

"Я верю". Он запечатлел поцелуй между ее хмурыми глазами. "Я люблю одного".

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Ева уставилась на список имен на настенном экране в личной комнате Рорка. Установленное там оборудование было влажной мечтой каждого хакера. Он позволил себе эстетику в остальной части дома, но в этой комнате все было по-деловому.

Незаконный бизнес, подумала она, поскольку все его информационные, исследовательские и коммуникационные устройства не были зарегистрированы в CompuGuard. Ничего из того, что входило или выходило из той комнаты, нельзя было отследить.

Рорк сидел за U-образной консолью, как пират, подумала она, за штурвалом очень шикарного корабля. Он не подключил вспомогательную станцию с ее джазовым лазерным факсом и блоком голограмм. Она предположила, что он не думал, что ему нужна дополнительная застежка-молния, прямо сейчас.

Она засунула руки в карманы, постучала ботинком по глазурованному кафельному полу и зачитала имена погибших.

"Чарльз О'Мэлли. Убийство путем вспарывания живота, 5 августа 2042 года. Нераскрытое. Мэтью Райли. Убийство путем потрошения, 12 ноября 2042 года. Дональд Кэгни. Убийство через повешение, 22 апреля 2043 года. Майкл Роуэн. Убийство путем удушения, 2 декабря 2043 года. Рори Макни, убийство путем утопления, 18 марта 2044 года. Джон Кэлхун, убийство путем отравления, 31 июля 2044 года."

Она глубоко вздохнула. "У тебя было в среднем два раза в год".

"Я не торопился. Не хотели бы вы прочитать их биографии?" Он не вызвал их, просто продолжал сидеть, уставившись на экран просмотра в другом конце комнаты. "Чарльз О'Мэлли, тридцати трех лет, мелкий бандит и сексуальный маньяк. Подозревается в изнасиловании своей сестры и своей матери. Обвинения сняты из-за отсутствия доказательств. Подозреваемый в пытках-убийстве восемнадцатилетнего лицензированного компаньона, чье имя никто не потрудился запомнить. Обвинения сняты из-за отсутствия интереса. Известный вольный взломщик позвоночника и сборщик долгов, который наслаждался своей работой. Его фирменным знаком были раздробленные коленные чашечки. Колени Марлены были сломаны ".

"Хорошо, Рорк". Она подняла руку. "Этого достаточно. Мне нужно, чтобы ты руководил их семьями, друзьями, возлюбленными. Если повезет, мы сможем найти среди них компьютерщика или помешанного на коммуникациях ".

Поскольку он не хотел снова произносить их имена, он ввел запрос вручную. "Это займет несколько минут. Мы откроем список контактов, которые у меня были, на третьем экране просмотра."

"Кто еще знал, что ты делаешь?" спросила она, наблюдая, как имена начинают прокручиваться на экране.

"Я не заскочил в паб после и не хвастался этим за кружкой пива". Он пренебрежительно повел плечами. "Но слова и сплетни распространяются. Я хотел, чтобы это стало известно в любом случае. Я хотел дать им время попотеть ".

"Ты страшный парень, Рорк", - пробормотала она, затем повернулась к нему. "Тогда, как я предполагаю, почти любой в Дублине - черт возьми, во всей известной вселенной - мог пронюхать об этом".

"Я нашел Кэгни в Париже, Роуэна на Тарусе Три, а Калхуна здесь, в Нью-Йорке. Дует ветер, Ева."

"Иисус". Она прижала пальцы к глазам. "Ладно, это не поможет. Нам нужно свести это к заинтересованным сторонам, людям, имеющим отношение к одному или нескольким из ... вашего списка. Люди, затаившие на тебя обиду".

"Многие люди затаивают обиду. Если это касалось лично меня, почему вместо меня подставили Соммерсета?"

"Он - мост. Они переступают через него, чтобы добраться до тебя." Она начала расхаживать, обдумывая это. "Я собираюсь проконсультироваться с Мирой, надеюсь, завтра, но мое мнение таково: если это вернется к Марлене, кто бы ни стоял за этим, он видит в Соммерсете причину. Без него не было Марлены, без Марлены ты бы не играл в мстителя. Так что вам обоим придется заплатить. Он хочет, чтобы ты попотел. Прямое нападение на тебя не приведет к тому, что это произойдет. Он должен знать тебя достаточно хорошо, чтобы понять это. Но преследовать кого-то, кто важен для тебя, - это другое ".

"А если бы Соммерсета исключили из уравнения?"

"Ну, тогда это было бы ..." Она замолчала, сердце подпрыгнуло, когда она развернулась. "Подожди минутку, подожди минутку. Даже не думай об этом." Она хлопнула руками по консоли. "Ты обещаешь мне, ты должен дать мне слово, что не поможешь ему исчезнуть. Это не тот способ разыграть это ".

Он долго молчал. "Я даю тебе слово, что буду разыгрывать это по-своему так долго, как только смогу. Но он не отправится в клетку, Ева, не за то, за что я несу ответственность ".

"Ты должен доверять мне, я не позволю этому случиться. Если ты зайдешь так далеко за пределы закона, Рорк, мне придется пойти за ним. У меня не будет выбора ".

"Тогда нам придется объединить наше мастерство и наши усилия, чтобы убедиться, что ни одному из нас не придется делать выбор. И мы теряем то время, которое у нас есть, обсуждая это ".

Кипя от разочарования, она отвернулась. "Черт возьми, ты делаешь грань, по которой я должен идти, тонкой и шаткой".

"Я знаю об этом". Его голос был напряженным и предупредил ее, что она увидит этот холодный, сдержанный характер на его лице, когда она обернется.

"Я тоже не могу изменить то, кто я есть".

"И ты в первую очередь полицейский. Что ж, лейтенант, изложите мне свой профессиональный взгляд на это." Он развернулся в своем кресле, задействовав вспомогательную станцию. "Покажи изображение файла голограммы, Марлена".

Это сформировало между ними прекрасный смеющийся образ молодой девушки, только что расцветающей в женственность. Ее волосы были длинными и волнистыми, цвета выгоревшей на солнце пшеницы, а глаза - ясной летней голубизны. На ее щеках был румянец жизни и радости.

Она была крошечной, это все, о чем могла думать Ева, идеальная картинка в своем красивом белом платье с кружевным гребешком на подоле. В руке фарфоровой куклы она держала единственный тюльпан, конфетно-розовый и влажный от росы.

"Есть невинность", - тихо сказал Рорк. "Покажите изображение голограммы, полицейское досье. Marlena."

Ужас выплеснулся на пол, почти к ногам Евы. Теперь кукла была сломана, окровавленная, избитая и разорванная. Кожа была серой пастой от смерти и холодной от бесстрастного взгляда полицейской камеры. Они оставили ее обнаженной и беззащитной, и каждая жестокость, которая была с ней совершена, была прискорбно очевидна.

"И это, - сказал Рорк, - крушение невинности".

Сердце Евы содрогалось и разрывалось, но она выглядела так, как смотрела на смерть раньше. В глазах, где даже сейчас остались остатки ужаса и потрясения.

Ребенок, подумала она, переполненная жалостью. Почему это так часто был ребенок?

"Ты высказал свою точку зрения, Рорк. Завершить программу голограммы, - приказала она, и ее голос был тверд. Образы исчезли, оставив ее смотреть в его глаза.

"Я бы сделал это снова", - сказал он ей. "Без колебаний или сожаления. И я бы сделал больше, если бы это избавило ее от того, что она выстрадала ".

"Если ты думаешь, что я не понимаю, ты ошибаешься. Я видел больше этого, чем ты. Я живу с этим днем и ночью. Последствия того, что один человек делает другому. И после того, как я проберусь через кровь и отходы, все, что я могу сделать, это сделать все, что в моих силах ".

Он закрыл глаза и, в редком проявлении усталости, потер руками лицо. "Я сожалею об этом. Это вернуло слишком многое из того, что было раньше. Чувство вины, беспомощность."

"Глупо винить себя, а ты не глупый человек".

Он опустил руки. "Кто еще?"

Она обошла консоль, пока не встала прямо перед ним. "О'Мэлли, Райли, Кэгни, Роуэн, Макни и Калхун". Она бы утешила сейчас, потому что теперь она понимала как. Ева положила руки ему на плечи. "Я скажу это только один раз. Я могу сказать это серьезно только один раз, сейчас, пока ее образ все еще у меня в голове. Ты был прав. То, что ты сделал, было необходимо. Это была справедливость ".

Несказанно тронутый, он положил свои руки на ее, скользя ими вниз, чтобы их пальцы могли соединиться. "Мне нужно было услышать, как ты это говоришь, и иметь это в виду. Даже если только один раз."

Она сжала его руки, затем повернулась к экрану. "Давайте вернемся к работе и победим этого сукина сына в его собственной игре".

***

Было уже за полночь, когда они закрыли его. Ева провалилась в сон, как только ее голова коснулась подушки. Но где-то незадолго до рассвета начались сны.

Когда ее беспокойные движения разбудили его, Рорк потянулся к ней. Она вырывалась, ее дыхание вырывалось быстрыми короткими вздохами. Он знал, что она попала в ловушку кошмара, куда он не мог попасть, не мог остановить возвращение прошлого.

"Все в порядке, Ева". Он прижал ее к себе, даже когда она пыталась вырваться, ее тело содрогалось, дергалось, содрогалось.

"Не надо, не надо, не надо". В ее голосе была мольба, и голос был тонким и беспомощным, детский голос, который разбил его сердце

"Ты в безопасности. Я обещаю". Он гладил ее по спине медленными и успокаивающими движениями, когда, наконец, она повернулась к нему. Превратился в него. "Здесь он не сможет причинить тебе вреда", - пробормотал Рорк, уставившись в темноту. "Он не может прикоснуться к тебе здесь".

Раздался долгий, отрывистый вздох, затем он почувствовал, как напряжение покидает ее тело. Он лежал без сна, обнимая ее, защищаясь от снов, пока свет не начал проникать в окна.

***

Он ушел, когда Ева проснулась, что было обычным делом. Но он не был в гостиной, как обычно по утрам, пил кофе и просматривал биржевые отчеты на мониторе в спальне. Все еще сонная, она скатилась с кровати и пошла в душ. Ее разум медленно прояснялся. Сон вернулся к ней, только когда она вышла из сушильной камеры.

Она встала, одной рукой потянувшись за халатом, когда это вспыхнуло у нее в голове.

Холодная, ужасная маленькая комната с красным светом, мигающим в грязном окне. Голод, сжимающий ее живот. Дверь открывается, и, спотыкаясь, входит ее отец. Пьян, но недостаточно. Нож, который она держала, чтобы срезать плесень с жалкого куска сыра, с грохотом упал на пол.

Боль от того, что эта большая рука ударила ее по лицу. Затем хуже, намного хуже, его тело вдавливает ее в пол. Его пальцы рвут, прощупывают. Но это была не ее борьба. Это была Марлена. Марлена в разорванном белом платье, на ее тонких чертах застыли страх и боль. Изуродованное тело Марлены, распростертое в свежей крови.

Ева смотрит сверху вниз на эту истощенную молодую девушку. Лейтенант Ева Даллас, с ее значком на кармане, еще раз изучает смерть. Тянется за одеялом, тонким, покрытым пятнами одеялом с кровати, чтобы укрыть девушку. Нарушение процедуры, нарушение порядка на месте преступления, но она ничего не могла с собой поделать.

Но когда она повернулась, снова посмотрела вниз с одеялом в руке, это была уже не Марлена. Ева уставилась на себя, в смерти, и позволила одеялу упасть на ее собственное лицо.

Теперь она вздрогнула и быстро закуталась в халат, чтобы прогнать холод. Она должна была убрать это, приказала себе запереть это подальше. Ей нужно было поймать маньяка, жизни которого зависели от того, что она сделает так быстро. Нельзя было позволить прошлому, ее прошлому, всплыть на поверхность и вмешаться.

Она быстро оделась, взяла одну чашку кофе и взяла ее с собой в свой офис.

Дверь между ним и домом Рорка была открыта. Она услышала его голос, только его, и шагнула к дверному проему.

Он был за своим столом, используя связь через гарнитуру, пока вручную вводил данные в свой компьютер. Его лазерный факс отправил сообщение, немедленно сообщив о входящем. Ева потягивала кофе, представляя, как он покупает и продает маленькие галактики, пока он ведет беседу.

"Приятно слышать тебя, Джек. Да, прошло некоторое время." Рорк повернулся к своему факсу, просмотрел его, затем быстро зарегистрировался и отправил ответ. "Женился на Шейле, не так ли? Сколько, ты сказал, детей? Шесть. Христос". Он раскатисто рассмеялся и, вернувшись к своему компьютеру, договорился о покупке львиной доли маленькой, барахтающейся издательской компании. "Слышал это, не так ли? Да, это правда, прошлым летом. Да, она полицейский ". Молниеносная усмешка промелькнула на его лице. "Какое черное прошлое, Джек? Я не понимаю, о чем ты говоришь. Я такой же законопослушный, как приходской священник. Да, она прекрасна. Довольно мило и весьма примечательно".

Рорк отвернулся от своего монитора, проигнорировав низкий звуковой сигнал входящего вызова. "Мне нужно поговорить с тобой, Джек. Вы слышали о Томми Бреннене и Шоне? Да, это тяжелая вещь. Мой коп соединил их, и связь восходит ко мне - к О'Мэлли и остальным, и к тому, что случилось с Марленой ".

Он некоторое время слушал, затем встал и подошел к окну, оставив свой центр связи гудеть и пищать. "Это именно так. Есть идеи по этому поводу? Если вам что-нибудь придет в голову, если вы сможете что-нибудь раскопать, вы можете связаться со мной здесь. Тем временем, я могу организовать для тебя и твоей семьи отъезд на некоторое время. Отведи своих детей на пляж на пару недель. У меня есть место, которое им понравилось бы. Нет, Джек, это моих рук дело, и я не хочу, чтобы на моей совести была еще одна вдова или ребенок без отца."

Он снова рассмеялся, но его глаза оставались трезвыми. "Я уверен, что ты мог бы, совершенно верно, но почему бы нам не оставить эту часть моему полицейскому, а тебе и твоей семье на некоторое время уехать из Дублина. Я пришлю тебе то, что тебе нужно сегодня. Мы поговорим снова. Мои наилучшие пожелания Шейле ".

Ева подождала, пока он снимет наушники, прежде чем заговорить. "Это то, что ты собираешься сделать, отправить на тот свет всех, кто, по твоему мнению, может быть целью?"

Он отложил наушники в сторону, испытывая смутный дискомфорт от того, что она слышала его разговор. "Да. У тебя с этим проблемы?"

"Нет." Она подошла к нему, поставила свой кофе так, чтобы она могла взять его лицо обеими руками. "Я люблю тебя, Рорк".

Для нее все еще было редкостью использовать эти слова. Его сердце екнуло один раз, затем успокоилось. "Я люблю тебя, Ева".

Ее губы изогнулись, слегка коснувшись его губ. "Это то, кем я сейчас являюсь, "твой полицейский"?"

"Ты всегда был моим полицейским - с тех пор, как захотел меня арестовать".

Она наклонила голову. "Знаете ли вы, что когда вы разговаривали со своим дублинским другом, ваш акцент стал сильнее, ритм вашей речи изменился. И ты сказал "да" вместо "да" по крайней мере дважды ".

"Неужели я?" Он совершенно не осознавал этого и не был уверен, как это к нему относится. "Странно".

"Мне понравилось". Руки, которые она держала у его лица, скользнули, чтобы сцепиться у него за шеей. Ее тело столкнулось с его. "Это было... сексуально".

"Было ли это сейчас?" Его руки скользнули вниз, обхватили ее ягодицы. "Что ж, Ева, дорогая моя, если ты после ..." Его пристальный взгляд метнулся через ее плечо, и веселье в них усилилось. "Доброе утро, Пибоди". Ева дернулась, затем выругалась, когда Рорк крепко удержал ее на месте. "Прекрасный день".

"Да, это... Я прошу у вас прощения. Сэр", - добавила она неубедительно, когда Ева обожгла ее взглядом. "Ты сказал ровно в восемь, и внизу никого не было, поэтому я просто поднялся и ... вот я здесь. И, ах, Макнаб - это ... "

"Прямо за ней". Ведущий с ухмылкой, Макнаб вышел в поле зрения. "Прибываю на службу, лейтенант, и могу я сказать, что ваш дом находится... Пресвятая Матерь Божья".

Его глаза стали такими огромными, такими яркими, что Ева инстинктивно потянулась за своим оружием, когда он бросился вперед.

"Не могли бы вы взглянуть на эту установку? Поговорим о сексуальности. Ты, должно быть, Рорк ". Он схватил руку Рорка и с энтузиазмом пожал ее. "Приятно познакомиться с вами. Я работаю над одним из ваших 2000MTS в EDD. Какая прелесть. Мы просим 5000, но бюджет, ну, это отстой. Я восстанавливаю старый мультимедийный блок у себя дома - Platinum 50? Этот ребенок потрясает. Это галактический МТС?"

"Я верю, что это так", - пробормотал Рорк, подняв бровь в сторону Евы, когда Макнаб подбежал, чтобы пускать слюни на систему связи.

"Макнаб, возьми себя в руки", - приказала Ева.

"Да, сэр, но это лед". Его голос дрожал. "Это чертов ледник. Сколько задач одновременно он будет выполнять?"

"Он способен выполнять триста функций одновременно". Рорк подошел поближе, больше для того, чтобы помешать Макнабу поиграть со своим оборудованием, чем для того, чтобы провести экскурсию. "Я почти дошел до этого без каких-либо сбоев".

"Что за время быть живым. Ваше научно-исследовательское подразделение должно быть раем ".

"Ты можешь подать заявление", - сухо сказала Ева. "Поскольку, если ты не тащишь свою задницу туда и не разберешься с моим подразделением, у тебя его не будет в EDD".

"Я ухожу. Ты действительно должен уговорить ее обновить ее домашнюю часть ", - сказал он Рорку. "И та штука, над которой она работает в Central. Это высший пилотаж".

"Я посмотрю, что я могу сделать". Он улыбнулся, когда Макнаб неторопливо вышел. "Интересные у вас товарищи, лейтенант".

"Если Фини в ближайшее время не вернется, я собираюсь застрелиться. Я собираюсь приглядывать за ним ".

"Пибоди", - тихо сказал Рорк, прежде чем она смогла последовать за Евой к выходу. "Мгновение". Он подошел ближе, удовлетворенный, когда услышал, как Ева спорит с Макнабом в соседней комнате. "Я у тебя в долгу".

Она посмотрела ему прямо в глаза. "Я не знаю, о чем ты говоришь. Лейтенант и департамент благодарны вам за помощь в нашем расследовании ".

Тронутый, Рорк взял ее руку, поднес к своим губам. "Пибоди, ты - сокровище".

Она покраснела, и в животе у нее приятно затрепетало. "Да, ну... Ты был единственным ребенком, верно?"

"Да".

"Цифры. Я лучше пойду, удержу Даллас от того, чтобы она набросилась на Макнаба. Не очень хорошо смотрится в межведомственных докладных записках ".

Она едва повернулась, когда связь Евы подала звуковой сигнал - один длинный, два коротких.

"Хорошо". Макнаб начал возиться с управлением маленького портативного устройства слежения. "Это проникает в ваш офис в центре города - в обход главного контроля. Это он, да, это он. Она застряла окончательно ".

"Отмени это", - отрезала Ева. "Быстро". Она потянулась к 'ссылке. "Заблокируйте видео", - приказала она. "Отдел убийств. Даллас."

"Ты был быстр". Раздался голос, в котором слышался намек на очарование, изобилие веселья. "Дорогой старина Шон даже не был холоден, когда ты нашел его. Я так впечатлен ".

"В следующий раз я буду быстрее".

"Если этого пожелает Бог. Я наслаждаюсь соревнованием, лейтенант. И я начинаю восхищаться твоей целеустремленностью. Настолько, что я уже начал следующий этап. Ты готов принять вызов?"

"Почему бы тебе не поиграть со мной напрямую. Сразись со мной, придурок, и посмотрим, кто победит ".

"Я следую плану, данному мне высшей силой".

"Для тебя это просто больная игра. Бог не имеет к этому никакого отношения ".

"Я избранный". Он глубоко вздохнул. "Я надеялся, что ты увидишь, я хотел, чтобы ты увидел, но твои глаза ослеплены этим, потому что ты принял мирское признание и ответственность за духовное".

Она впивалась взглядом в Макнаба, пока он что-то бормотал себе под нос и настраивал циферблаты. "Забавно, я не увидел ничего духовного в том, как ты убил тех двоих мужчин. У меня есть кое-что для тебя. Из Послания к Римлянам, глава вторая, стих третий. "Неужели ты думаешь, о человек, что, когда ты судишь тех, кто совершает подобные поступки, и при этом совершаешь их сам, ты избежишь суда Божьего?"'

"Ты посмеешь использовать Его слово против меня? Я ангел Его правосудия и меч Его ярости. Рожденный и воспитанный, чтобы вынести Свой вердикт. Почему ты отказываешься видеть, признавать?"

"Я точно вижу, кто ты".

"Однажды ты встанешь передо мной на колени и будешь лить кровавые слезы. Ты познаешь горе и отчаяние, которые могут быть знакомы только женщине ".

Ева взглянула на Макнаба, который склонился над своим оборудованием и ругался себе под нос. "Ты думаешь, что сможешь добраться до Рорка? Ты переоцениваешь себя. Он отмахнется от тебя, как от комара. Мы уже посмеялись над этим ".

"Я могу вырвать его сердце в любое время, когда захочу". Голос изменился. В этом была ярость, но ярость была почти воем.

"Докажи это - он встретится с тобой. Назови место."

На долгое мгновение воцарилась тишина. "Ты думаешь, что сможешь выманить меня таким образом? Еще одна Ева, предлагающая запретный плод? Я не овца, а пастух. Я принял задание, я держу посох ".

Голос был не совсем контролируемым. Нет, подумала Ева, это была борьба за контроль. Характер и эго. Это были ее ключи внутри него.

"Я думаю, ты слишком большой трус, чтобы рисковать этим. Ты больной, жалкий трус, который, вероятно, не сможет поднять его, если не воспользуется обеими руками ".

"Сука, шлюха-полицейский. Я знаю, что женщины вашего вида делают с мужчиной. "Ибо блудницу можно нанять за буханку хлеба, но прелюбодейка крадется за самой жизнью мужчины".

"Я кое-что понимаю", - прошептал Макнаб. "Я понимаю. Заставь его говорить ".

"Я не предлагал тебе секс. Я не думаю, что у тебя это получилось бы очень хорошо ".

"Блудница сделала. Она предложила свою честь в обмен на свою жизнь. Но Бог приказал ее казнить. Да свершится Его воля".

У него есть еще одна - это все, о чем могла подумать Ева. Возможно, она уже опоздала. "Ты мне надоедаешь, приятель. Твои загадки наскучили мне. Почему бы нам просто не пойти на главный матч, тебе и мне, и посмотреть, что получится?"

"Пройдет девять лет, прежде чем это свершится". Его голос стал сильнее, как у евангелиста, спасающего души. "Новена возмездия. Пришло не твое время, а ее. Еще одна загадка, лейтенант, для вашего мелочного и светского ума: Хорошенькие девочки вырастают в хорошеньких женщин, но однажды став шлюхой, они навсегда останутся шлюхами. Они прибегают, когда цена правильная. Вы найдете эту на западе, в год ее преступления. Как долго она будет дышать, зависит от нее - и от вас, лейтенант. Но ты действительно хочешь спасти шлюху, которая когда-то раздвигала ноги для мужчины, для которого ты их раздвинул? Твой ход", - сказал он и закончил передачу.

"Он гоняет передачу по всему аду и обратно. Черт возьми." Макнаб запустил руку в волосы и согнул пальцы. "Посадил его на Орион, в Стокгольм, потом в Вегас-два и через Сидней, ради всего святого. Я не могу прижать его. Он обошел меня во всем ".

"Он в Нью-Йорке", - сказал Рорк. "Остальное - дым".

"Да, что ж, это чертовски хороший дым".

Ева проигнорировала Макнаба и сосредоточилась на Рорке. Его лицо было бледным и застывшим, его глаза были ледяного голубого цвета. "Ты знаешь, кто у него есть".

"Да. Дженни. Дженни О'Лири. Я только что говорил с ней два дня назад. Когда-то она была барменшей в Дублине, а теперь управляет пансионом в Уэксфорде ".

"Это на западе Ирландии?" Даже когда Рорк покачал головой, она поднималась, проводя пальцами по волосам. "Он не может хотеть, чтобы мы отправились в Ирландию. Это не может быть правильно. Она у него здесь, он хочет, чтобы мы были здесь. У меня нет никакой власти в Ирландии, и он хочет, чтобы я был главным ".

"Западная сторона", - предположила Пибоди.

"Да, это бы подошло. Вестсайд - в год ее преступления, - добавила она, глядя на Рорка.

"Сорок три. Двадцать сорок три."

"Тогда западная сорок третья. С этого мы и начнем. Давай двигаться, Пибоди".

"Я иду с тобой". Рорк положил руку на плечо Евы, прежде чем она смогла возразить. "Я должен. Макнаб, позвони по этому номеру ". Он отвернулся достаточно надолго, чтобы нацарапать на карточке "серия ссылок". "Попроси Нибба. Скажи ему, чтобы он прислал 60-километровую дорожку и монитор, а также 7500MTS вместе с его лучшим техником, чтобы установить это здесь, в офисе моей жены ".

"Там нет 60 тысяч Т и М", - возразил Макнаб.

"Это произойдет примерно через шесть месяцев. У нас есть несколько тестовых модулей ".

"Святое дерьмо, 60 тысяч". Макнаб почти дрожал от восторга. "Мне не нужен техник. Я могу справиться с этим ".

"Пусть он все равно пришлет кого-нибудь. Скажи ему, что я хочу, чтобы все было готово к полудню ".

Оставшись один, Макнаб посмотрел на карточку и вздохнул. "Деньги не просто говорят. Это поет".

***

Ева села за руль и выехала на подъездную дорожку, как только закрылись двери. "Пибоди, проверь все провалы и LC-гнезда на Западной сорок третьей".

"Лицензированные компаньоны? О, я поняла." Она достала свой персональный компьютер Palm и приступила к работе.

"Он хочет, чтобы она умерла в окружении шлюхи - я думаю, чем грязнее, тем лучше. Рорк, чем ты владеешь на Западной сорок третьей, что соответствует всем требованиям?"

В другой раз он бы обратил это в шутку. Он достал свой собственный ppc и запросил данные. "Я владею двумя зданиями на западной сорок третьей. Один из них - ресторан с апартаментами наверху - апартаменты для одной семьи, заполняемость сто процентов. Другой - небольшой отель с общественным баром, который планируется отремонтировать ".

"Имя?"

"Западная сторона".

"Пибоди?" Ева свернула на Седьмую и направилась в центр. Она проскочила на красный свет, не обращая внимания на гудки и проклятия пешеходов. "Пибоди?" повторила она.

"Работаю над этим. Здесь. Западная сторона - это 522 Западная сорок третья. Разрешено употребление алкоголя на территории отеля, отдельные кабинки для курения. Прилагаемый отель, лицензированный компаньон, одобрен. Бывший владелец, Джей Пи Феликс, арестован в январе 2058 года. Нарушение кодексов 752, 821. Осуществление сексуальных действий в прямом эфире без лицензии. Действующее игорное заведение без лицензии. Имущество конфисковано городом Нью-Йорком и выставлено на аукцион в сентябре 2058 года. Куплен Roarke Industries, и в настоящее время находится в стадии разработки ".

"Пять двадцать две", - пробормотала Ева, взлетая на Сорок третью. "Ты знаешь, что здесь происходит, Рорк?"

"Нет". В своем воображении он мог видеть Дженни такой, какой он когда-то знал ее. Красивая, яркая и смеющаяся. "Один из моих сотрудников по приобретениям просмотрел недвижимость и сделал ставку на нее. Я видел только документы."

Он выглянул в окно, когда маленький мальчик затеял трехкарточную игру монте, в то время как его напарник-подросток искал полицейских и приставучих дроидов. Он надеялся, что они совершили убийство.

"Один из моих архитекторов разрабатывает план реконструкции", - продолжил он. "Я их тоже не видел".

"Не имеет значения". Ева резко остановила машину, дважды припарковавшись перед домом 522. Она включила поворотник полиции Нью-Йорка, что повысило ее шансы найти свой автомобиль в целости, когда она вернется. "Мы проверим на стойке регистрации, посмотрим, что сможет сказать нам клерк".

Она обошла бар, мрачно отметив, что табличка безопасности на двери отеля была сломана. Вестибюль был тусклым, с единственным жалким растением, меняющим цвет с зеленого на болезненно желтый в углу. Толстое безопасное стекло, вставленное в стол, было поцарапано и в ямочках. Входная дверь была широко открыта. Дежурный дроид вышел из строя.

Было легко понять почему, поскольку его тело откинулось на спинку стула, а голова лежала на стойке.

"Черт возьми. Он был здесь. Может быть, он все еще здесь ". Она вытащила свое оружие. "Мы выступаем по очереди, стучим в двери. Если кто-то не отвечает, мы заходим ".

Рорк открыл ящик под головой дроида. "Мастер-код". Он поднял тонкую карточку. "Так будет проще".

"Хорошо. Используй лестницу."

Почти все комнаты на первом этаже были пусты. Они нашли одного LC с затуманенными глазами, отсыпающегося после долгой ночи. Она ничего не слышала и не видела, и сделала очевидным свое недовольство тем, что ее разбудили копы. На втором этаже они нашли остатки дикой вечеринки, в том числе горсть нелегалов, разбросанных по полу, как брошенные игрушки.

На испещренной граффити лестнице, ведущей к третьей, они нашли ребенка.

Ему было, возможно, восемь, худой и бледный, пальцы ног торчали из его рваных кроссовок. У него был свежий синяк под правым глазом, а на коленях лежал потрепанный серый котенок.

"Ты Даллас?" он хотел знать.

"Да. Почему?"

"Этот человек сказал, что я должен дождаться тебя. Он дал мне кредит на два доллара, чтобы я подождал ".

Ее сердце ускорило ритм, когда она присела. Запах там сказал ей, что ребенок не видел воду для купания несколько дней. "Какой человек?"

"Парень, который сказал мне подождать. Он сказал, что ты дашь мне еще две, если я это сделаю, и я рассказал тебе, в чем дело."

"Что за вещь?"

Его глаза лукаво изучали ее лицо. "Он сказал, что ты дашь мне еще две".

"Конечно, хорошо". Ева порылась в кармане, убедившись, что ее тон легок, а улыбка непринужденна. "Итак, в чем дело?" спросила она, когда мальчик взял кредит и зажал его в своей грязной руке.

"Он сказал..." Мальчик закрыл глаза и продекламировал: ""Это третий, но не последний. Ты быстр, но не слишком. Неважно, сколько флэша, неважно, сколько наличных, ни один незаконнорожденный сын Эйре никогда не сможет убежать от своего прошлого. Аминь". Он открыл глаза и усмехнулся. "Я все сделал правильно, сказал ему, что сделаю".

"Молодец для тебя. Ты останешься здесь, и я дам тебе еще две. Пибоди." Она подождала, пока они не достигли лестничной площадки. "Позаботься о ребенке. Позвоните в Службу защиты детей, затем посмотрите, сможете ли вы получить от него какое-либо описание. Рорк, ты со мной. Третья жертва, третий этаж", - сказала она себе. "Третья дверь".

Она повернулась влево, подняв оружие, и сильно постучала. "Это музыка". Она склонила голову набок, пытаясь уловить мелодию.

"Это джига. Танцевальная мелодия. Дженни любила танцевать. Она там, внутри ".

Прежде чем он смог двинуться вперед, Ева вскинула руку, чтобы заблокировать его. "Держитесь подальше. Сделай это." Она открыла замки и спустилась пониже.

Барменша, которая любила танцевать, висела на шнуре, свисавшем с покрытого пятнами потолка. Ее пальцы только что коснулись поверхности шатающегося стула. Пуповина глубоко врезалась в ее горло, так что кровь стекала по ее груди. Оно было все еще достаточно свежим, чтобы нести запах медного гроша, все еще достаточно свежим, чтобы влажно поблескивать на белой коже.

Ее правый глаз отсутствовал, а пальцы, покрытые синяками и кровью от перетягивания шнура, безвольно свисали по бокам.

Играла музыка, яркая и жизнерадостная, с маленького магнитофонного диска под табуреткой. Статуя Пресвятой Девы стояла на полу, ее мраморное лицо было обращено к насильственной смерти.

"Гребаный, грязный ублюдок. Чертов сукин сын шлюхи". В глазах Рорка потемнело от ярости. Он рванулся вперед, оттолкнув Еву в сторону, почти сбив ее с ног, когда она попыталась отбросить его назад. "Убирайся с моего пути". Его глаза были острыми и холодными, как обнаженный меч. "Убирайся к черту с моего пути".

"Нет". Она сделала единственное, что пришло ей в голову, и, противодействуя его весу, отбросила его к стене и ударила локтем в горло. "Ты не можешь прикоснуться к ней. Ты понимаешь меня? Ты не можешь прикоснуться к ней. Она ушла. Ты ничего не можешь сделать. Это для меня. Посмотри на меня, Рорк. Посмотри на меня".

Ее голос едва пробивался сквозь гуло в его голове, но он оторвал взгляд от женщины, висящей в центре комнаты, и уставился в глаза своей жены.

"Ты должен позволить мне попытаться помочь ей сейчас". Она смягчила свой тон, но сохранила его твердым, как и с любой жертвой. Она хотела обнять его, прижаться щекой к его щеке, но вместо этого слегка прижала локоть к его трахее. "Я не могу позволить тебе испортить сцену. Я хочу, чтобы ты сейчас же вышел на улицу ".

Он восстановил дыхание, хотя это и обожгло его легкие. Его зрение прояснилось, хотя по краям оно оставалось темным и тусклым. "Он оставил табуретку там. Он поставил ее на табурет так, чтобы она могла напрячься ровно настолько, чтобы дотянуться до него пальцами ног. Она могла оставаться в живых до тех пор, пока у нее хватало сил дотянуться до табурета. Она бы задыхалась, ее сердце было бы перегружено работой, боль жгла, но она могла оставаться в живых, пока боролась за равновесие. Она бы боролась изо всех сил ".

Ева опустила локоть, положила руки ему на плечи. "Это не твоя вина. Это не твоих рук дело".

Он отвел взгляд от нее, заставил себя посмотреть на старого друга. "Когда-то мы любили друг друга", - тихо сказал он. "По-нашему. Мы поступили неосторожно, но один дал другому то, что было нужно, на какое-то время. Я не прикоснусь к ней. Я буду держаться от тебя подальше ".

Когда Ева отступила, он двинулся к двери. Теперь он говорил, не глядя на нее. "Я не позволю ему жить. Независимо от того, найдете ли вы его или я, я не оставлю его в живых ".

"Рорк".

Он только покачал головой. Его глаза встретились с ее, один раз, и то, что она прочла в них, охладило ее кровь. "Он уже мертв".

Она отпустила его, пообещав себе, что уговорит его успокоиться, как только сможет. С плотно закрытыми глазами, она задрожала один раз, сильно. Затем она достала свой коммуникатор, включила его и подала знак Пибоди принести ее полевой набор.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Когда Рорк вышел из здания, он увидел, что Пибоди одной рукой сжимает полевой набор, а другой - руку парня. Рорк думал, что она поступила мудро, держа его на буксире. Судя по выражению его лица, он вряд ли стал бы околачиваться поблизости теперь, когда у него в кармане было четыре в кредитах. По крайней мере, он вряд ли стал бы тусоваться с полицейским в форме.

Он заставил себя выбросить из головы сцену, которую только что покинул, и сосредоточиться на этой. "У тебя тут дел по горло, Пибоди".

"Да". Она прерывисто выдохнула, отчего ее прямая, как бритва, челка затрепетала. "CPS не славится быстротой на ногах". Она с тоской посмотрела на здание. Если Ева потребовала полевой набор, это означало, что место преступления нужно сохранить и расследовать. И ей пришлось сидеть с ребенком. "Я полагаю, что нецелесообразно возвращать несовершеннолетнюю обратно, так что, если вы не возражаете, отнесите лейтенанту ее снаряжение ..."

"Я присмотрю за мальчиком, Пибоди".

Ее глаза просто светились благодарностью. "Это работает для меня". Скорее поспешно, чем тактично, она передала его. "Не потеряй его", - предупредила она и поспешила внутрь.

Рорк и мальчик смотрели друг на друга с холодным расчетом. "Я быстрее", - сказал Рорк, легко прочитав намерение. "И у меня больше опыта". Присев на корточки, Рорк почесал котенка за ушами. "Как его зовут?"

"Дурачок".

Рорк почувствовал, как улыбка тронула его губы. "Не самый умный из Семи Гномов, но самый чистый сердцем. А что у тебя?"

Мальчик осторожно изучал Рорка. Большинство взрослых в его жизни знали Белоснежку только как незаконный порошок счастья. "Кевин", - сказал он и немного расслабился, когда Чудик сильно и громко замурлыкал под длинными царапающими пальцами мужчины.

"Приятно познакомиться с тобой, Кевин. Я Рорк."

Предложение руки мужчины для пожатия сразу вызвало у Кевина хихиканье. "Познакомься".

Глупый и милый звук быстрого детского хихиканья облегчил его сердце. "Думаешь, Чудик голоден?"

"Возможно".

"В конце квартала есть тележка. Давайте проверим это ".

"Он любит соевые сосиски". Кевин начал скакать рядом с Рорком, невероятно взволнованный своей новой удачей. Новый синяк был темным и уродливым контрастом под светло-серыми глазами.

"Единственный разумный выбор для разборчивого вкуса".

"Ты говоришь причудливо".

"Это прекрасный способ заставить людей поверить, что ты говоришь что-то гораздо более важное, чем ты есть на самом деле".

Он слегка сжал руку мальчика, затем отпустил ее, когда в воздух поднялся дым от глиссера. Кевин радостно помчался вперед, подпрыгивая на цыпочках, когда добежал до тележки, где соевые сосиски и рулетики с индейкой еще дымились.

"Разве я не говорил тебе не появляться здесь?" Оператор начал отталкивать Кевина в сторону, рыча, когда мальчик мастерски отплясывал вне пределов досягаемости. "У меня нет халявы для грязных маленьких мальчиков". Она схватила вилку с двумя зубцами на длинной ручке и ткнула ею. "Продолжай приставать ко мне, и я разрежу этого уродливого кота на куски и поджарю его печень".

"У меня есть деньги". Кевин крепче сжал своего котенка, но стоял на своем. Его желудок сводило от страдания и голода.

"Да, да, и я сру золотыми какашками. Иди просить милостыню куда-нибудь еще, или я подбью тебе второй глаз ".

Рорк подошел, положил руку на плечо Кевина и заставил оператора отпрянуть одним каменным взглядом. "Ты не можешь решить, чего бы ты хотел, Кевин?"

"Она сказала, что собирается поджарить печень Допи".

"Просто пошутил с мальчиком". Оператор широко ухмыльнулся, демонстрируя зубы, которые кричали об отвращении к элементарной гигиене полости рта. "У меня всегда есть шутка и несколько закусок на потом для соседских детей".

"Я полагаю, ты обычная фея-крестная. Положи в коробку полдюжины соевых сосисок, три порции картошки фри, пару фруктовых кебабов, пакетик твистсов с кренделями, два огромных тюбика - Что будешь пить, Кевин?"

"Апельсиновая шипучка высшего качества", - выдавил Кевин, ошеломленный предстоящим угощением.

"Тогда две и горсть шоколадных палочек".

"Да, сэр, сию минуту". Оператор с удвоенной силой принялся за работу, а Кевин уставился на Рорка широко раскрытыми глазами и разинутым ртом.

"Хочешь что-нибудь еще?" - Спросил Рорк, залезая в карман за россыпью кредиток.

Кевин только покачал головой. Он никогда раньше не видел столько еды в одной коробке. Допи, вдохновленный ароматами, издает дикое мяуканье.

"Здесь". Рорк вытащил одну из соевых собачек и протянул ее Кевину. "Почему бы тебе не взять это. Возвращайся к машине лейтенанта - и жди меня".

"Хорошо".

Кевин повернулся, сделал три шага, затем, повернувшись обратно, сделал что-то достаточно детское, чтобы согреть сердце Рорка. Он показал продавцу язык, а затем умчался прочь.

Рорк поднял коробку с едой, игнорируя маслянистую болтовню оператора. Он бросил кредиты на игровое поле, затем уставился сквозь дым. "Я в настроении причинить кому-нибудь боль - слишком сильно в настроении, вот почему ты все еще стоишь. Но если ты когда-нибудь дотронешься до этого мальчика, я услышу об этом. И на гриле окажется не кошачья печень. Понял?"

"Да, сэр. Безусловно. Да." Ее пальцы уже набирали кредиты, но ее глаза настороженно следили за Рорком. "Не знал, что у ребенка был отец. Думал, что он просто еще один уличный мальчишка. Они здесь хуже, чем крысы. Копаться в мусоре, делая жизнь порядочных людей грязной ".

"Давайте сформулируем это таким образом". Рорк сжал руку на запястье женщины. Потребовался весь его контроль, чтобы не поддаться желанию сломать это, как сухую веточку. "Мне потребуется около тридцати секунд, чтобы дойти обратно туда, где ждет мальчик. Когда я доберусь туда, я собираюсь развернуться. Я не хочу видеть тебя здесь ".

"Это мой угол".

"Я бы посоветовал тебе найти другого". Рорк отпустил ее и поднял коробку. Он сделал не более двух шагов, когда услышал металлический лязг передвигаемой тележки. Это было небольшое удовлетворение. Самым большим было видеть Кевина, сидящего на капоте машины Евы, кошку рядом с ним, и каждого из них, пожирающего половину соевого соуса.

Рорк присоединился к ним, поставил коробку между собой и мальчиком. "Копай глубже".

Рука Кевина метнулась к коробке, затем отдернулась, как будто он опасался подвоха. "Я могу получить что угодно?"

"Все, что ты сможешь переварить". Рорк взял себе картошку фри и заметил, что тележка исчезла. "Она всегда такая неприятная?"

"Ага. Большие ребята называют ее сучкой-стукачкой, потому что она всегда натравливает на них патрульного дроида. Она тоже держит в своей тележке зэппер. Тем не менее, она боялась тебя, а ты даже не пытался ничего украсть."

Рорк взял еще картошку фри и лишь приподнял бровь, наблюдая, как Кевин доедает шоколад. Жизнь, подумал он, слишком ненадежна для некоторых, чтобы рисковать, приберегая лучшее напоследок.

"Расскажи мне о человеке, который попросил тебя дождаться лейтенанта Даллас".

"Он был просто парнем". Кевин выкопал еще одну соевую собачку, разделив ее пополам. Мальчик и кошка ели с одинаковой свирепой сосредоточенностью и отсутствием утонченности. Затем Кевин замер, когда двое черно-белых повернули за угол, завывая сиренами. Позади них был фургон полиции Нью-Йорка с места преступления.

"Они не будут приставать к тебе", - тихо сказал Рорк.

"Ты тоже полицейский?"

Громкий, пронзительный смех Рорка заставил Кевина неуверенно ухмыльнуться. Ему хотелось бы снова вложить свою руку в руку Рорка, когда мимо проносились копы, но он боялся, что его сочтут слабаком. Он удовлетворился тем, что придвинулся чуть ближе, и мимолетно подумал, что от этого человека вкусно пахнет, почти так же вкусно, как от еды.

"Мне это было нужно". Тяжело вздохнув, Рорк взъерошил волосы мальчика. "Хороший смех после отвратительного утра. Кто я, Кевин, так это взрослый уличный мальчишка. Вот, выпей немного этого, чтобы запить, пока не подавился ".

"Ладно". Взяв тюбик, Кевин высосал игристый апельсин. "Тот парень, он говорил как ты".

"Как?"

"Знаешь, как пение. То, как слова поднимаются и опускаются ". Он отправил в рот горсть картошки фри.

"Ты можешь вывезти мальчика из Ирландии", - пробормотал Рорк. "Как он выглядел?"

"Не знаю. Возможно, довольно высокий."

"Молодой, старый?"

Ответом Кевина было ворчание и пожатие плечами, за которым последовала счастливая отрыжка. "Должно быть, ему было жарко".

"Почему это?"

"На нем было большое длинное пальто, и шляпа, и шарф, и перчатки. От него действительно пахло потом ". Кевин зажал нос, закатил глаза, затем, хихикая, принялся за еду.

"Закрой глаза", - приказал Рорк и почти улыбнулся скорости, с которой Кевин подчинился. "Какую обувь я ношу? Не подглядывать."

"Черные. Они блестящие и почти не издают шума при ходьбе ".

"Хорошо. Во что он был одет?"

"Тоже черные, с красным рисунком. На высшем уровне, как всегда хотят большие дети. Их немного избили. Они лучше, когда их немного побьют ".

"Хорошо. Какого цвета мои глаза?"

"Они действительно, действительно синие. Как на картинке".

"Какого цвета были его волосы?"

"Я... зеленый, я думаю. Вроде как зеленый, но не как у Допи. Может быть, они были зелеными, но они были злыми. Не такая злая, как твоя, когда ты разговаривал с сучкой-стукачкой. Его больше пугали подлые. Это хуже, потому что они бьют тебя сильнее, когда они напуганы подло ".

"Так они и делают", - пробормотал Рорк и обнял Кевина за плечи. "Это было хорошо сделано. Лейтенант Даллас сказал бы, что из тебя вышел бы хороший полицейский."

Кевин снова рыгнул и покачал головой. "Дерьмовая работа".

"Часто", - согласился Рорк. "Кто подбил тебе глаз, Кевин?"

Он почувствовал, как мальчик отступил, всего на дюйм. "Наткнулся на что-то".

"У меня часто была эта проблема, когда я был в твоем возрасте. Твоя мать будет искать тебя?"

"Не-а. Она работает допоздна, поэтому в основном спит. Она злится, если я рядом, когда она спит ".

Рорк нежно взял мальчика за подбородок, пока их глаза не встретились. Он не спас Дженни, подумал он, и ему придется жить с этим. Но повсюду были потерянные дети.

"Ты хочешь остаться здесь, остаться с ней?"

Кевину лицо этого человека казалось лицом ангела. Однажды он видел такое на экране, когда пробрался в видеодень. "Мне больше некуда идти".

"Это не то, о чем я тебя спрашиваю", - тихо сказал Рорк. "Ты хочешь остаться здесь с ней, или ты хочешь пойти с CPS?"

Кевин тяжело сглотнул. "Роспотребнадзор, они помещают тебя в коробку, а затем продают".

"Нет, они этого не делают". Но, похоже, что так оно и было, Рорк знал. Будучи ребенком, он предпочел кулаки своего отца системе. "Хотели бы вы отправиться куда-нибудь совсем в другое место?"

"Могу я пойти с тобой? Я могу работать на тебя ".

"Возможно, однажды". Рорк провел рукой по волосам мальчика. "Я знаю некоторых людей, которые могли бы тебе понравиться. Если это то, чего ты хочешь, я могу подумать о том, чтобы ты остался с ними. Вам может потребоваться некоторое время, чтобы составить свое мнение друг о друге ".

"Чудик тоже должен уйти". Кевин отказался бы от своей матери с ее несчастными глазами и быстрыми пощечинами, но он не отказался бы от кошки.

"Конечно".

Кевин прикусил губу, повернул голову, чтобы посмотреть на здание. "Мне не обязательно возвращаться туда?"

"Нет". Не до тех пор, пока за деньги можно купить свободу и выбор. "Ты не понимаешь".

***

Когда Ева вышла на улицу, она была удивлена и немного раздражена, увидев, что Рорк и мальчик все еще были там. Они были в нескольких ярдах выше по улице, разговаривая с женщиной. По темно-синему костюму, застежке на рукаве и кислому выражению лица Ева определила ее как социального работника в этой части города.

Почему, черт возьми, она не помогает мальчику? Ева задумалась. Она хотела, чтобы ребенок и Рорк исчезли до того, как тело вынесут и перенесут в морг.

"Все упакованные улики убраны, Даллас". Пибоди встала рядом с ней. "Сейчас они выводят жертву".

"Зайдите и скажите им, чтобы подождали пять минут".

Она направилась к ним, испытав облегчение, когда увидела, как социальный работник уходит с мальчиком. К ее удивлению, парень обернулся, одарил Рорка убийственной улыбкой и помахал рукой.

"CPS не торопились, как обычно".

"Заброшенных детей много - и для некоторых они не более чем рутинная работа". Он повернулся и привел ее в замешательство долгим и глубоким поцелуем. "И некоторые находят свой путь в одиночку".

"Я здесь на дежурстве", - пробормотала она, бросив быстрый взгляд через плечо, чтобы убедиться, что за ними никто не наблюдал. "Тебе следует поймать такси и ехать домой. Я скоро отправлюсь туда, но у меня есть кое-какие вещи ... "

"Я буду ждать".

"Иди домой, Рорк".

"Она уже мертва, Ева. Они принесут в мешке не Дженни, а то, что когда-то содержало ее ".

"Ладно, будь твердолобым". Она вытащила свой коммуникатор. "Продолжайте транспортировку". Тем не менее, она сделала все возможное, чтобы отвлечь его. "Итак, о чем вы спорили с социальным работником?"

"У меня было несколько ... предложений относительно учреждения для приемных родителей Кевина".

"О?"

"Я думал, Ричард Дебласс и Элизабет Барристер с ним справятся". Он увидел, как брови Евы сошлись на переносице. "Прошел почти год с тех пор, как была убита их дочь, с тех пор, как им пришлось бороться с раком, который разъел их семью. Элизабет упомянула мне, что они с Ричардом подумывали об усыновлении."

Это было дело Дебласса, которое впервые свело Еву и Рорка вместе. Она думала об этом сейчас - о потере и приобретении. "Жизненные циклы, я полагаю".

Рорк видел, как команда морга выкатила мешок для тела. "А какой у него есть выбор? Мальчику нужно место. Его мать избивает его, когда она рядом. Ему семь лет - по крайней мере, он думает, что ему семь. Он не знает свой день рождения ".

"Сколько тебе... жертвуешь CPS?" - Сухо спросила Ева и заставила его улыбнуться.

"Достаточно, чтобы гарантировать, что мальчик получит свой шанс". Он коснулся волос Евы. "Есть слишком много детей, которые в конечном итоге ломаются в переулках, Ева. У нас есть личный опыт в этом ".

"Ты ввязываешься, и твое сердце разбивается". Но она вздохнула. "Много хорошего в том, чтобы сказать тебе, когда ты уже принял решение. У него была потрясающая улыбка ", - добавила она.

"Он сделал".

"Мне придется взять у него интервью. Поскольку ты собираешься проследить за тем, чтобы его отправили в Вирджинию, мне лучше поставить это выше в моем списке ".

"Я не думаю, что он тебе понадобится. Он рассказал мне все, что знал ".

"Он сказал тебе?" Ее рот стал мрачным, глаза горячими и жесткими. Ее взгляд полицейского, подумал Рорк с восхищением - и неожиданный порыв чистой похоти. "Ты допрашивал его? Черт возьми, ты допрашивал его о незакрытом деле? Несовершеннолетний, без разрешения родителей или присутствия представителя CPS? О чем, черт возьми, ты думал?"

"Молодой парень - и девушка, которых я когда-то любил".

Ева с шипением выдохнула и попыталась отойти от наихудшей жары. После двух взмахов вверх и вниз по тротуару она почувствовала себя более контролируемой. "Ты чертовски хорошо знаешь, что я не могу воспользоваться тем, что у тебя есть. И если пацан откроет рот, чтобы поговорить с тобой, мы по уши в дерьме. Главный следователь женат на вас, главный подозреваемый работает у вас и пользуется вашей дружбой и преданностью. Все, что ты заставил ребенка сказать, испорчено ".

"И хорошо зная, что вы придерживаетесь именно такой точки зрения, я принял меры предосторожности и записал весь разговор". Он достал из кармана микрорекордер. "Вы можете принять это в качестве доказательства, и вы сами были свидетелями того, что у меня не было времени или возможности обработать это".

"Вы записали свой разговор с несовершеннолетним по открытому делу об убийстве". Она всплеснула руками. "Это все".

"Не за что", - парировал он. "И хотя вы, возможно, неохотно принимаете это в качестве доказательства - хотя я не сомневаюсь, что вы могли бы обойти букву закона там - я не верю, что вы достаточно упрямы, чтобы игнорировать это".

Кипя, она выхватила диктофон у него из рук и сунула его в карман. "При первом удобном случае, который мне представится, при самом первом удобном случае, я направляюсь в Мидтаун и присутствую на одном из ваших заседаний правления".

"Для тебя, дорогая Ева, моя дверь всегда открыта".

"Посмотрим, скажешь ли ты это с улыбкой, когда я провалю одно из твоих слияний стоимостью в миллиард долларов".

"Если бы я мог посмотреть, это стоило бы того". Все еще улыбаясь, он достал что-то еще из кармана и предложил это. "Вот, я оставил тебе шоколадную палочку, что при данных обстоятельствах было нелегкой задачей".

Она нахмурилась, глядя на это. "Ты думаешь, что сможешь подкупить меня конфетами?"

"Я знаю твои слабости".

Она взяла его, сорвала обертку и откусила. "Я все еще зол на тебя".

"Я опустошен".

"О, заткнись. Я забираю тебя домой", - сказала она за следующим кусочком. "А ты держись подальше от меня, пока я разговариваю с Соммерсетом".

"Если вы послушаете запись, вы увидите, что человек, которого описал Кевин, не был Соммерсетом".

"Спасибо за ваш вклад, но я просто буду путаться здесь. Шансы на то, что я заставлю командира поверить слову семилетнего ребенка, от которого, без сомнения, несло шоколадом, по поводу неопровержимых доказательств, лишь немного меньше, чем на то, что я буду танцевать голышом на Таймс-сквер ".

Она пошла размашистым шагом. "Если Таймс-сквер вас пугает", - начал Рорк, - "возможно, вы могли бы попрактиковаться в танцах голышом дома".

"О, укуси меня".

"Дорогая, я бы с удовольствием, но ты на дежурстве".

"Садись в чертову машину". Она ткнула большим пальцем в Пибоди, которая в данный момент изо всех сил притворялась глухой и слепой.

"Пожалуйста, Ева, эти публичные проявления чувств должны прекратиться. У меня есть репутация ".

"Продолжай в том же духе, эйс, и я устрою тебе публичное проявление любви, из-за которого ты будешь хромать неделю".

"Теперь я взволнован". Улыбаясь, Рорк открыл переднюю пассажирскую дверь, жестом пригласил Пибоди.

"Ах, почему бы мне не сесть сзади?" Там безопаснее, подумала она.

"О, нет, я настаиваю. Она, вероятно, не причинит тебе вреда, - пробормотал он на ухо Пибоди, когда она пригнулась перед ним.

"Спасибо. Большое спасибо ".

"Просто будь благодарен, что я не устанавливаю клетку", - огрызнулась Ева, когда Рорк устроился на заднем сиденье.

"Я есть. Постоянно."

"Это была насмешка, Пибоди?" Потребовала Ева, отъезжая от бордюра.

"Нет, сэр. Это, ах, аллергия. У меня аллергия на супружеские споры ".

"Это не супружеский спор. Я дам тебе знать, когда у меня возникнут супружеские разногласия. Здесь." Она сунула Пибоди остатки шоколадной палочки. "Съешь это и держи это застегнутым".

"Еще бы".

Все еще возбужденная, Ева встретилась взглядом с Рорком в зеркале заднего вида. "И тебе лучше надеяться, что у Соммерсета есть алиби на это утро".

***

Он этого не сделал, и все, что Ева могла сделать, это дернуть себя за волосы. "Что вы имеете в виду, когда выходили?"

"Как обычно, я встал в пять утра и вышел на утреннюю пробежку. Поскольку это был базарный день, я вернулся, взял одну из машин и поехал на рынок для фри-эйджеров за свежими продуктами ".

Ева присела на подлокотник кресла в главной гостиной. "Разве я не говорил тебе не выходить из дома, никуда не ходить в одиночку?"

"У меня нет привычки выполнять приказы в моем личном распорядке, лейтенант".

"Твой личный распорядок дня будет включать групповой душ, где даже твоей костлявой заднице будет уделено много внимания, если ты не начнешь меня слушать".

Мышцы его челюсти затрепетали. "Я не ценю твою грубость".

"И я не ценю твою стервозность, но мы оба застряли. Этим утром, примерно в девять утра, было обнаружено тело Дженни О'Лири, повешенной на западной сорок третьей улице."

Яркий румянец, который ярость вызвала на его щеках, исчез. Он вслепую потянулся за поддержкой, когда его колени подогнулись. Сквозь жужжание в голове ему показалось, что он услышал, как кто-то горько выругался. Затем его толкнули на стул и поднесли стакан к его губам.

"Просто выпей", - приказала Ева, тщательно взболтав. "Выпей это, возьми себя в руки, потому что, если ты упадешь в обморок рядом со мной, я оставлю тебя там, где ты упадешь".

Это произвело эффект, как она и надеялась, заставив его отступить. "Я в полном порядке. На мгновение я был просто шокирован ".

"Ты знал ее".

"Конечно, я знал ее. Какое-то время она и Рорк были близки ".

"И теперь она мертва". Голос Евы был ровным, но ее сердце вернулось на место, когда она вгляделась в лицо Соммерсета и решила, что он снова спокоен. "Тебе лучше иметь возможность рассказать мне о каждом шаге - где ты был, что ты делал, кого ты видел, с кем ты говорил, сколько чертовых яблок ты купил. Прямо сейчас я лучший друг, который у тебя есть в мире ".

"Если это так, лейтенант, я полагаю, что хотел бы позвонить своему адвокату".

"Прекрасно, великолепно, ты делаешь это. Почему бы не испоганить все до конца?" Она развернулась и зашагала по комнате. "Ты послушай меня. Я рискую, потому что ты важна для него. Улики против тебя лишь косвенные, но они накапливаются. Будет давление со стороны СМИ, что выражается в давлении на департамент. Окружной прокурор захочет кого-нибудь пометить, а на тебя накопилось достаточно информации, чтобы получить приказ задержать тебя для допроса. Этого недостаточно, чтобы арестовать тебя, пока нет ".

Она сделала паузу, хмуро глядя вдаль. "Но как только на борт поднимется ПА, есть очень большая вероятность, что они меня вытащат. В любом случае, я полагаю, у нас есть максимум еще неделя, чтобы разобраться с этим. После этого вы, вероятно, будете иметь дело с другим полицейским ".

Соммерсет подумал, кивнул. "Лучше тот дьявол, которого ты знаешь".

Кивнув, Ева достала свой диктофон, поставила его на стол между ними, затем села. "Тогда давай сделаем это".

"Кстати, я купил полбушеля яблок". Он почти улыбнулся, заставив Еву удивленно моргнуть. "Мы будем есть пирог".

"Пальчики оближешь", - сказала она.

***

Девяносто минут спустя Ева отнесла свои диски и вопиющую головную боль к себе в офис. Она чуть не застонала, когда заметила Макнаба, развалившегося за ее столом, задрав ноги и скрестив лодыжки, демонстрируя носки с цветочным рисунком.

"Чувствуйте себя как дома, детектив". Чтобы подчеркнуть приглашение, она сильно толкнула его в ноги.

"Извините, лейтенант. Просто делаю небольшой перерыв ".

"Я приперт к стене, Макнаб, что означает, что твоя задница прямо там, рядом с моей. У нас нет времени на маленькие перерывы. Где Пибоди?"

"Она использует одну из других комнат в этом замке, чтобы управлять вашей последней жертвой, и выполняет другие официальные действия. Скажи мне, она действительно вся в правилах, или что-то из этого сходит с ее формы?"

Ева подошла к автомату, заказала кофе, горячий и черный. "Рассматриваете ли вы попытку лишить офицера Пибоди ее формы, Макнаб?"

"Нет. Нет." Он встал так быстро, что квартет серебряных палочек в его ухе музыкально лязгнул. "Нет", - сказал он в третий раз. "Это был вопрос некоторого любопытства. Она не в моем вкусе ".

"Тогда почему бы нам не покончить с неуместной болтовней и не приступить к работе?"

Он закатил глаза за спиной Евы. Насколько он мог судить, обе женщины-офицера были на слуху в правилах. "Оборудование, которое прислал Рорк, не поддается описанию", - начал он. "Потребовалось некоторое время, чтобы установить и запрограммировать его, но я запустил автоматический поиск и отслеживание входящих с сегодняшнего утра. О, чуть не забыл, у тебя была пара передач по "линку", пока ты был в отключке."

Услужливо, он нажал на Отзыв. "Надин Ферст, она хочет встретиться как можно скорее. И Мэвис, фамилия не указана. Она говорит, что придет сегодня вечером ".

"Что ж, спасибо, что проявляете такой интерес к моим личным сообщениям".

Он пропустил сарказм мимо ушей. "Нет проблем. Так эта Мэвис, она твоя подруга, да?"

"И она сожительствует с парнем, который мог бы разорвать тебя на очень маленькие кусочки одной рукой".

"Ну, вычеркни это. Так что, может быть, я мог бы перекусить, пока жду ... - Он замолчал, когда устройство слежения начало посылать высокие звуковые сигналы. "Солидный". Он практически запрыгнул за стол, перебросил свой развевающийся хвост волос через плечо и начал насвистывать, когда бумага высыпалась из машинки. "Умный ублюдок, чертовски умный. Дважды прокатился волнами по всему аду и обратно. Цюрих, Москва, ради бога, Де-Мойн, Шестой регион, станция Утопия, Бирмингем. Мне это должно понравиться ".

Она видела точно такой же обожающий блеск в глазах Фини и поняла, что это побочный эффект работы в EDD. "Меня не волнует, куда это попало, Макнаб, откуда это попало?"

"Это приближается, это приближается. Даже технологии нужна терпеливая рука. НЬЮ-ЙОРК. Берет свое начало в Нью-Йорке. Вы назвали это, лейтенант."

"Разберись с этим. Дай мне адрес ".

"Работаю над этим". Он взмахнул руками за спиной, где парила Ева. "Дай мне немного места здесь, хотя я хотел бы отметить, что ты потрясающе пахнешь. Источник отслеживаемой передачи - Нью-Йорк, зона поиска."

Отслеживание ... Расчетное время до завершения, восемь минут пятнадцать секунд.

"Начинайте. Я бы не отказался от бургера. Есть что-нибудь в запасе?"

Ева изо всех сил пыталась обрести терпение. "Как ты этого хочешь?"

"Редкая. Кусочек проволоне и побольше рулета с горчицей и маком, салат из макарон на гарнир и чашечку этого ужасного кофе ".

Ева сделала вдох, выдохнула. "Что?" - сказала она сладко. "Без десерта?"

"Теперь, когда ты упомянул об этом, как насчет - "

"Лейтенант". Пибоди поспешила в комнату. "У меня есть данные о последней жертве".

"На кухне, Пибоди, я готовлю детективу обед".

Убийственный взгляд Пибоди, направленный на Макнаба, был встречен дерзкой ухмылкой.

"Сколько еще осталось до возвращения Фини?" Пибоди хотела знать.

"Сто два часа двадцать три минуты. Но кто считает время?" Ева запрограммировала автозапуск на выбор Макнаба. "Что у тебя есть?"

"Жертва вылетела из аэропорта Шеннон вчера на транспорте в четыре часа дня. Прибыл в пристройку Кеннеди-Европа в час дня по восточному времени. Она зарегистрировалась во Дворце примерно в два часа, в номере с предоплатой. Это было заказано и оплачено через Roarke Industries ".

"К черту это".

"В четыре жертва покинула отель. Я не смог отследить компанию такси, которая ее забрала. Узнал имя швейцара, который был на дежурстве. Он вернется примерно через час. Жертва оставила ключ от своей комнаты у консьержа. Она так и не взяла его обратно."

"Пусть они заблокируют ее комнату - никто не войдет. Наденьте форму, чтобы она стояла, пока мы не доберемся туда ".

"Уже сделано".

Ева вынесла обед Макнабу. "Возьми себе что-нибудь поесть. Это будет долгий день ".

Пибоди понюхала бургер. "Может быть, у Макнаба есть вкус в чем-то. Я получу одного из них. Хочешь чего-нибудь?"

"Позже". Ева вернулась в офис, бросила тарелку на стол. "Прогресс".

"Поймал зону на крючок, она ищет сектор. Мы приближаемся." Он поднял бургер одной рукой, от души откусил. "Боже, люби нас", - выдавил он с набитым ртом. "От настоящей коровы или я француз. Лучше, чем материнское молоко. Хочешь кусочек?"

"Я пас. Макнаб, разве все эти серьги не тяжелы для мочки? Ты продолжаешь добавлять их, ты начнешь ходить по наклонной ".

"Мода требует высокой цены. Вот она идет. Пятая зона, да, да, сектор А-Б. Рукой, унизанной кольцами, он отодвинул свою тарелку от карты, которую разложил на столе. "Это приводит нас", - его гибкие пальцы прошлись по таблице, остановились, - "примерно сюда. Вот, - сказал он, поднимая взгляд на Еву. "Примерно там, где я сижу и ем этот действительно замечательный коровий бургер".

"Это неправильно".

"Я прогоню это снова, но это говорит мне, что передача произошла в этом доме или на территории. Это место занимает весь этот сектор ".

"Запустите это снова", - приказала она и отвернулась.

"Да, сэр".

"Макнаб, какова вероятность ошибки в этом устройстве?"

Он теребил красную ленту, которую носил вместо галстука. "Менее одного процента".

Она сжала губы и отвернулась. "Я хочу знать, сможешь ли ты похоронить это на некоторое время. Я не хочу, чтобы в Центральный поступал отчет об этих данных, пока я не смогу ... пока я не перейду к другому направлению расследования. Ты способен согласиться с этим?"

Наблюдая за ней, Макнаб откинулся на спинку стула. "Ты главный, Даллас. Я полагаю, это твой выбор. Такого рода данные сложны, их очень легко потерять. Требуется некоторое время, чтобы раскрыть это снова ".

"Я ценю это".

"Я ценю бургер. Я вернусь по ступенькам, посмотрим, что всплывет. Фини говорит, что ты лучший, и он должен знать. Ты считаешь, что что-то не так, может быть, так и есть. И если она есть, я достаточно хорош, чтобы найти ее ".

"Я буду рассчитывать на это. Пибоди?"

"Сэр, уже иду". Нагруженная тарелкой, Пибоди отправилась в путь.

"Возьми это, если ты голоден, и седлай. Мы возвращаемся к расписанию ".

"Просто дай мне ..." Но поскольку она уже разговаривала со спиной Евы, Пибоди поставила тарелку перед Макнабом. "Наслаждайся".

"Я сделаю. Увидимся, Она-Тело". Он пошевелил бровями, когда она повернулась и уставилась на него. И испустил легкий вздох, когда она вышла. "Конечно, построено", - пробормотал он, затем засучил рукава и вернулся к работе.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

"Включи диктофон, Пибоди".

Ева сделала знак полицейскому отойти от двери, затем использовала мастер-код для доступа к замкам. Она вошла в гостиную, пышную и просторную, с кучей свежих цветов в ярких белых и голубых тонах, расставленных под окнами высотой по пояс.

Шпили и копья Нью-Йорка возвышались за ним, с воздушным светофором и извилистыми дорожками. Взрывные рекламные щиты, которыми был заполнен Вест-Сайд, были запрещены здесь, в более престижном районе Верхнего Востока.

Как и большинство вещей, принадлежавших Рорку, гостиничный номер был прекрасно обставлен - толстые подушки, покрытые шелком и парчой драгоценных тонов, тщательно отполированное дерево, ковер, достаточно глубокий, чтобы по нему можно было пробираться. Огромная корзина фруктов и бутылка "совиньон блан", вероятно, главный продукт "Добро пожаловать во дворец", стояли на кофейном столике размером с пруд.

Фрукты были перебраны, вино открыто. У Дженни было несколько мгновений, чтобы насладиться роскошью, подумала Ева, прежде чем ее заманили на верную смерть.

Насколько Ева могла видеть, больше ничего не было нарушено. Центр развлечений и коммуникаций по-прежнему был незаметно спрятан за шелковой ширмой с изображением тропических птиц, а экран настроения, занимающий большую часть одной стены, был пуст.

"Даллас, лейтенанты Ева и Пибоди, офицер Делия начинают обыск номера жертвы О'Лири в отеле "Палас". Мы начнем со спальни, Пибоди."

Ева пересекла улицу и вошла в комнату, где солнечный свет заливал три окна, а павлинье синее покрывало на огромной кровати-платформе было аккуратно застелено на ночь. Мятные конфеты в золотой фольге покоились на пухлых подушках.

"Сделай пометку разыскать горничную, которая дежурила прошлой ночью в этом номере. Посмотри, к чему она прикасалась, что она заметила ". Говоря это, Ева подошла к шкафу. Внутри были три блузки, две пары брюк, однотонное синее хлопчатобумажное платье для дня и коктейльный костюм кремового цвета из недорогой ткани. Две пары туфель были аккуратно выложены внизу.

Ева привычно проверила карманы, внутреннюю часть обуви, провела рукой по верхней полке. "Здесь ничего нет. Ящики комода?"

"Нижнее белье, чулки, хлопчатобумажная ночная рубашка и маленькая черная вечерняя сумочка, расшитая бисером".

"Она принесла свое лучшее вечернее платье". Ева провела рукой по оборчатому подолу коктейльного костюма. "И у меня так и не было шанса надеть это. Она потратила время на распаковку вещей - единственный чемодан в шкафу - взяла с собой достаточно одежды на три или четыре дня. Драгоценности?"

"Я пока ничего не нашел".

"Она могла унести это с собой. У нее было бы что-нибудь особенное для вечернего наряда. Запустите ее ссылку для входящих и исходящих сообщений. Я проверю ванну."

В ванной была гидромассажная ванна, достаточно большая, чтобы в ней можно было веселиться. На губе остался флакон бесплатной пены для ванн отеля. Значит, она воспользовалась ванной, размышляла Ева. Она представила, что было бы трудно сопротивляться, и Дженни ждала контакта.

Нервничаешь? Ева задумалась. Да, она бы немного нервничала. Она не видела Рорка некоторое время. Она бы беспокоилась о том, как она изменилась, постарела, что он увидит, когда они встретятся снова.

Женщина всегда будет беспокоиться о том, что видит такой мужчина, как Рорк, когда смотрит на нее. Они были любовниками, размышляла она, изучая аккуратно расставленные туалетные принадлежности и косметику на раковинно-розовом прилавке. Дженни будет помнить, как он прикасался к ней, какой он был на вкус. Женщина не забыла бы силу такого любовника, как Рорк.

И если бы она была человеком, она бы задавалась вопросом - надеялась, что он прикоснется к ней снова. Неужели она погрузилась в ту ароматную, пенистую воду, воображая это?

Конечно, она это сделала.

Они тоже были друзьями. Делиться смехом, возможно, секретами и мечтами. Они были вместе молоды и глупы вместе. Это была связь, которая никогда не была полностью разорвана.

И он вызвал ее, попросил ее перелететь океан.

Она не колебалась.

Она знала, что были проблемы, но она бросила все и приехала, и ждала. И умер.

"Даллас?"

Ева встряхнулась, повернулась к Пибоди. "Что?"

"Ничего по 'ссылке, но у меня был повтор передачи по факсу. Ты захочешь это увидеть ".

Минифакс был спрятан внутри небольшого стола с наклонной столешницей. Он терпеливо гудел, ожидая следующей команды. Пибоди подобрала единственный лист бумаги, который она рассыпала, и протянула его Еве.

Дженни, моя дорогая,

Рорк хочет передать свою благодарность за то, что вы согласились совершить это неожиданное путешествие. Мы надеемся, что это не причинило вам больших неудобств. Мы верим, что ваши номера удовлетворительные. Если у вас есть какие-либо потребности или желания, которые не были удовлетворены, вам нужно только связаться с консьержем.

Ты знаешь, что Рорк беспокоится о твоем благополучии. Жизненно важно, чтобы он поговорил с тобой наедине, и без ведома женщины, на которой он решил жениться. У него есть информация, которую он хочет передать вам как можно скорее. Тебе обязательно нужно встретиться с ним и никому не говорить, даже тем, кому ты доверяешь, куда ты направляешься. Пожалуйста, подъезжайте к углу Пятой и шестьдесят второй в пять часов вечера, вас встретит черный седан с нью-йоркскими номерами и водитель в форме. Водитель сопроводит вас и получит подробные инструкции.

Прости за интригу, Дженни. Человек в положении Рорка должен быть осмотрительным. Мы просим вас уничтожить это сообщение.

С уважением, Соммерсет

"Умный мальчик", - пробормотала Ева. "Он дает ей достаточно, чтобы быть уверенным, что она пойдет вместе. Он говорит ей избавиться от копии факса, но он не говорит ей вытирать аппарат. Он должен понять, что мы проверим это, и он хочет, чтобы мы нашли это ".

"Это все еще косвенные улики". Пибоди нахмурилась, услышав сообщение. "Любой может отправить факс, поставив на нем любое имя. Он заблокировал код возврата ".

"Да, на бумажном носителе, но я готов поспорить на годовую зарплату, что, когда мы передадим устройство Макнабу, он исправит код, и что код совпадает с одной из строк факса Рорка. Упакуйте это, - приказала она, передавая лист Пибоди. "Наш парень приехал на пикапе, притащил ее прямо в комнату на западной стороне. Затем он расправился с ней, физически или с помощью наркотиков. Я расскажу нам эту часть. Затем он потратил время на ее подготовку. Все, что ему нужно, в машине. Может быть, она принадлежит ему, может быть, он арендовал ее. Маловероятно, что он увеличил ее на день, но мы проверим сообщения об украденных черных седанах ".

Она сделала паузу, снова медленно осмотрела комнату. "Вызывать уборщиков - пустая трата денег налогоплательщиков, но мы будем действовать по правилам. Я вызову его и буду управлять седаном, чего бы это ни стоило. Ты отнесешь минифакс Макнабу в мой домашний офис. Я встречу тебя там, когда смогу ".

"Куда ты идешь?"

"Попросить еще об одном одолжении", - сказала Ева, выходя.

***

Ожидался дождь, и воздух был влажным и прохладным, ветер посвежел. Несколько упрямых мамочек продолжали цвести, добавляя неожиданные всплески цвета и запаха. Там был фонтан, где вода журчала на лепестках и стеблях медных и латунных водяных лилий. Далеко за холмистой лужайкой, укрытый высокими деревьями, стоял большой каменный дом, сияющий в тусклых лучах послеполуденного солнца.

Доктор Мира вздохнула. Такое место было построено для мира и власти, подумала она. Она задавалась вопросом, как часто Ева соглашалась на первое, как часто она позволяла себе наслаждаться этим.

"Я ожидала твоего звонка", - начала она, наблюдая, как Ева уставилась на дом. "Я слышал о третьем убийстве".

"Ее звали Дженни О'Лири. Звучит как песня, не так ли?" Удивленная тем, что она сказала такое, Ева покачала головой. "Она и Рорк были друзьями. Больше, чем друзья когда-то ".

"Я понимаю. А две другие жертвы, они обе были из Ирландии?"

"Он знал их, всех их". Она заставила себя повернуться.

Мира была опрятна, как всегда, хотя ветер развевал ее короткие, мягкие каштановые волосы. Сегодня ее костюм был темно-зеленого цвета, в отличие от обычных спокойных цветов, которые она носила. Ее глаза были терпеливы и полны сострадания. И понимание.

Ева подумала, что здесь, сидя на каменной скамье под обнаженными ветвями дуба, она выглядит ничуть не менее эффективно, чем в своем элегантном офисе. Она была лучшим криминальным психологом и специалистом по поведению, которого мог предложить Нью-Йорк, а возможно, и вся страна.

"Я ценю, что ты согласился встретиться со мной здесь".

"Я помню территорию с твоей свадьбы". Мира улыбнулась. Было трудно подтолкнуть Еву преодолеть это первое препятствие и завоевать доверие. "Это великолепное пространство. Тщательно спланированная, с любовью ухоженная ".

"Я не часто выхожу отсюда, я полагаю". Чувствуя себя неловко, Ева засунула руки в карманы. "Я забываю смотреть в окна, когда я здесь работаю".

"Ты сосредоточенная личность, Ева. Вот почему ты отличный полицейский. Вы не часто бываете здесь, но я не сомневаюсь, что вы могли бы точно описать территорию. Ты наблюдаешь инстинктивно".

"Глаза полицейского". Ева пожала плечами. "Проклятие или благословение, кто знает?"

"У тебя проблемы". Ее чувства к Еве всегда выходили за рамки профессиональных и трогали сердце Миры. "Ты позволишь мне помочь?"

"Это не я. Это не обо мне ".

Но Мира думала, что это было, отчасти. Женщина внутри полицейского была встревожена встречей с мертвецом, с которым Рорк когда-то был близок. "Значит, ты хорошо спишь? Нетронутый."

"В основном". Ева снова отвернулась. Она не хотела углубляться в эту область. Мира была одним из немногих людей, кто знал подробности ее прошлого, воспоминания, которые неожиданно всплывали, кошмары, которые мучили и ужасали. "Давай оставим это в покое, хорошо?"

"Хорошо".

"Я беспокоюсь о Рорке". Она не хотела этого говорить и тут же пожалела об этом. "Это личное", - продолжила она, снова поворачиваясь. "Я просил тебя встретиться со мной не для того, чтобы обсуждать это".

Не так ли? Мира подумала, но только кивнула. "Почему ты попросил меня встретиться с тобой?"

"Мне нужна консультация по этому делу. Мне нужен профиль. Мне нужна помощь ". Неудобство ее положения отразилось в гневе в ее глазах. "Я не хотел делать это в официальной обстановке, потому что я собираюсь попросить вас обойти некоторые правила. Вы не обязаны это делать, и я прекрасно пойму, если вы не только откажетесь, но и решите сообщить об этой просьбе ".

Выражение лица Миры, мягкое и заинтересованное, не изменилось и на мгновение. "Почему бы тебе не объяснить мне ситуацию, Ева, и позволить мне принять собственное решение?"

"Три убийства связаны, и вероятность того, что они связаны с ... серией событий, произошедших несколько лет назад, высока. Мотив - месть. Я считаю, что Рорк - главная цель и что Соммерсета используют, чтобы добраться до него. К каждому убийству прилагаются косвенные улики, указывающие на Соммерсета, и эти улики накапливаются вместе с телами. Если бы я верил, что он несет ответственность, я бы сам закрыл перед ним дверцу клетки без малейшего сожаления, что бы он ни значил для Рорка. Но это подстава, умно спланированная и выполненная, и достаточно очевидная , чтобы быть оскорбительной для моего интеллекта ".

"Вы бы хотели, чтобы я составил профиль убийцы и неофициально обследовал Соммерсета на предмет склонности к насилию".

"Нет, я хочу, чтобы это было официально. Черное и белое, по правилам. Я хочу иметь возможность передать их Уитни. Я не дал ему чертовски многого другого ".

"Я буду счастлив сделать и то, и другое. Вам нужно только согласовать это со своим командиром, достаньте мне данные. Я могу сделать это приоритетом для тебя ".

"Я был бы признателен".

"А остальное?"

Ладони Евы стали влажными. В нетерпении она провела ими по бедрам своих брюк. "У меня есть информация, жизненно важная для расследования, и ваш профиль, который я не могу - нет, не буду - записывать полностью. Я поделюсь с вами этой информацией только в рамках конфиденциальности между врачом и пациентом. Это защищает тебя, не так ли?"

Мира подняла руки, сложила пальцы. "Все, что вы скажете мне как пациенту, является привилегией. Я не могу сообщить об этом ".

"И ты защищен? Лично, профессионально?" Ева настаивала.

"Я такой, да. Скольких людей ты намерена защищать здесь, Ева?"

"Те, кто имеет значение".

Теперь Мира улыбнулась в полном расцвете сил. "Спасибо". Она протянула руку. "Сядь и расскажи мне".

Ева поколебалась, затем взяла руку, предложенную Мирой. "Ты... когда я вспомнил, что случилось со мной в той комнате в Далласе. Когда я вспомнила, как мой отец приходил пьяный, снова насиловал меня, снова причинял мне боль. Когда я вспомнил, как убил его той ночью, и я рассказал тебе, ты сказал, что было бессмысленно, даже неправильно, наказывать ребенка. Ты сказал, - ей пришлось прочистить горло, - ты сказал, что я убила монстра, и что я превратила себя во что-то стоящее, во что-то, что я не имела права уничтожать из-за того, что я сделала раньше."

"Ты все еще сомневаешься в этом?"

Ева покачала головой, хотя были времена, все еще были времена, когда она сомневалась в этом. "Ты это имел в виду? Ты действительно веришь, что бывают времена, есть обстоятельства, когда лишение жизни монстра оправдано?"

"Государство верило в это до тех пор, пока менее двух десятилетий назад смертная казнь в очередной раз не была отменена".

"Я прошу вас, как человека, врача, женщину".

"Да, я верю в это. Чтобы выжить, чтобы защитить свою жизнь или жизнь другого ".

"Только в целях самообороны?" Глаза Евы пристально смотрели на Миру, читая каждое мерцание. "Это единственное оправдание?"

"Я не мог бы обобщать таким образом, Ева. Каждое обстоятельство, каждый человек подходит к определению ситуации ".

"Раньше для меня все было черно-белым", - тихо сказала Ева. "Закон". Она подняла один кулак. "Разрушение этого". Затем другой. Сделав долгий вдох, она соединила два кулака вместе, держа их близко друг к другу. "Сейчас... Мне нужно рассказать тебе о Марлене."

***

Мира не перебивала. Она не задавала вопросов, не делала комментариев. Еве потребовалось двадцать минут, чтобы рассказать все. Она была тщательна и прилагала усилия, чтобы быть бесстрастной. Только факты, без мнений. И когда она закончила, она была истощена.

Они сидели в тишине, пока щебетали несколько птиц, журчал фонтан, а рваные облака закрывали солнце.

"Потерять ребенка таким образом", - наконец прокомментировала Мира. "Нет ничего хуже, с чем можно столкнуться. Я не могу сказать тебе, что мужчины, которые сделали это с ней, заслуживали смерти, Ева. Но я могу сказать вам, как женщина, как мать, что если бы она была моим ребенком, я бы отпраздновала их смерть и поклялась бы в своей благодарности их палачу. Это ненаучно, это не закон. Но это по-человечески".

"Я не знаю, защищаю ли я Рорка, потому что верю, что то, что он сделал, было справедливым, или потому, что я люблю его".

"Почему не может быть и того, и другого? О, ты все усложняешь, Ева."

"Я все усложняю". Она чуть не рассмеялась и оттолкнулась от скамейки. "У меня есть три убийства, которые я не могу расследовать открытым, логичным образом, если не хочу видеть своего мужа запертым до конца этой жизни. Я вовлек своего помощника, электронного детектива, которого я едва знаю, и тебя в это двуличие, и я надрываю свою задницу, чтобы спасти этого идиота Соммерсета от тюрьмы. И я все усложняю ".

"Я не говорю, что обстоятельства не сложны, но у тебя нет причин усваивать так много, как ты это делаешь. Не нужно пытаться отделить свое сердце от своего интеллекта ".

Мира смахнула пылинку со своей юбки и оживленно заговорила. "Теперь, с моей точки зрения, я бы подумал, что будет лучше, если вы подадите официальный запрос на обследование Соммерсета. В моем офисе, завтра, если возможно. Я проведу полное тестирование и скопирую результаты вам и коммандеру Уитни. Если вы сможете раздобыть мне данные - официальные и иные - о вашем убийце, я сразу же начну составлять профиль ".

"Неофициальные данные не могут быть включены в ваше исследование".

"Ева". Теперь Мира рассмеялась легким, музыкальным смехом, таким же чарующим, как журчание фонтана. "Если я недостаточно опытен, чтобы вносить такие вещи в психиатрический профиль, не вдаваясь в подробности, тогда мне лучше сдать свою лицензию на практику. Поверьте мне, у вас будет свой профиль, и, если вы меня простите, маловероятно, что моя работа будет подвергнута сомнению кем-либо ".

"Мне нужно это быстро. Он не ждет долго между раундами ".

"Я передам это тебе как можно быстрее. Точность ничуть не менее важна, чем скорость. Теперь, на личном уровне, вы бы хотели, чтобы я поговорил с Рорком?"

"Рорк?"

"Я могу прочитать даже твои тщательно скрываемые реплики, Ева. Ты беспокоишься о нем. О его эмоциональном состоянии. Ты думаешь, он винит себя."

"Я не знаю, стал бы он говорить с тобой. Я не знаю, как он отнесется к тому факту, что я все это тебе рассказала. Эмоционально он справится ". Она начала крутить обручальное кольцо вокруг пальца большим пальцем. "Моя более насущная забота - его безопасность. Я не могу предсказать, когда наступит последний раунд. Все, что я знаю, это то, что Рорк - финалист ".

Ева отбросила это, зная, что страх затуманит ее мышление. "Если ты зайдешь сейчас, я отдам тебе то, что у меня есть, и завтра мы отправим Соммерсета на тестирование".

"Хорошо". Мира поднялась и, к удивлению Евы, подхватила ее под руку. "И я бы с удовольствием выпил чашечку чая".

"Прости, я должен был подумать. Я никудышная хозяйка ".

"Я надеялся, что мы продвинулись дальше отношений хозяйки и гостя и стали дружбой. Посмотри, разве это не Мэвис и ее нежный великан выходят из такси у твоей входной двери?"

Ева оглянулась. Кто еще, кроме Мэвис Фристоун, был бы одет в розовую кожу и зеленые перья будним вечером? Рядом с ней Леонардо выглядел огромным и великолепным в облегающем платье цвета хорошего бордо. Как бы Ева ни любила их обоих, у нее вырвался вздох.

"Что, черт возьми, я должен с ними делать?"

"Я бы сказал, что ты собираешься сделать небольшой перерыв и развлечься". Со смехом Мира помахала рукой. "Я знаю, что я есть".

***

"Итак, вы знаете, как будто все это настолько фальшиво до крайности". Мэвис налила себе бокал вина и, размахивая им, прошлась по комнате на четырехдюймовых каблуках. Крошечные золотые рыбки плавали внутри их прозрачных шипов. "Леонардо и я, мы поймали большинство событий на экране. Я бы был рядом раньше ". Она глотнула вина, снова сделала жест. "Но у меня запланированы концерты вплотную друг к другу, чтобы подготовиться к записи в следующем месяце".

"Она великолепна". Леонардо просиял, глядя на нее, его широкое золотистое лицо светилось любовью.

"О, Леонардо". Она обвила его руками, насколько они могли зайти. "Ты всегда так говоришь".

"Это всегда правда. Горлица."

Она хихикнула, затем развернулась, перья, украшавшие ее грудь и плечи, затрепетали. "Так или иначе, мы пришли, чтобы оказать Соммерсету нашу моральную поддержку".

"Я уверена, что он ценит это". Поскольку она не видела немедленного выхода, Ева сама потянулась за вином. "Доктор Мира?"

"Я подожду с чаем, спасибо. Мэвис, это на тебе один из рисунков Леонардо?"

"Абсолютно. Холодно, не так ли?" Она размашисто описала круг, и ее нынешние лавандовые локоны подпрыгнули. "Ты бы видел, какие журнальные лохмотья он приготовил к весне. У него скоро концерт в Милане ".

"Я бы хотел показать вам предварительный просмотр моей корпоративной женской линии, доктор Мира", - предложил Леонардо.

"Что ж..." Мира провела языком по зубам, разглядывая перья Мэвис, затем, заметив, как Ева преувеличенно закатила глаза, усмехнулась. "Я не знаю, такая ли я креативная модель, как Мэвис".

"Просто другой стиль". Улыбка Леонардо была милой и бесхитростной. "Вы бы хотели классические линии, холодные цвета. У меня есть чудесное белье темно-розового цвета, которое идеально подойдет тебе ".

"Темно-розовый", - повторила Мира, заинтригованная.

"Леонардо действительно хорошо исполняет консервативный джаз", - вмешалась Мэвис. "Сексуальная леди из поместья, ты знаешь".

"Я могла бы просто взглянуть на это". "Сексуальная леди из поместья", - подумала Мира и улыбнулась.

"Вот он!" Мэвис сделала шаг вперед, когда Соммерсет вкатил тележку, нагруженную чайным сервизом, аккуратными квадратиками яблочного пирога и кругами глазированных пирожных. Он покраснел, когда Мэвис обхватила его руками и своими перьями. "Мы за тобой, Соммерсет. Ни о чем не беспокойся. Ева - лучшее, что есть. Она позаботилась обо всем, когда я был в беде. Она присмотрит за тобой ".

"Я уверен, что лейтенант уладит этот вопрос". Его взгляд метнулся к Еве. "Так или иначе".

"Давай, облегчи ношу". Мэвис сжала его. "Выпей. Хочешь немного вина?"

Его глаза смягчились, когда его взгляд вернулся к нетерпеливому лицу Мэвис. "Спасибо, но у меня есть обязанности".

"Он не знает, хочет ли он погладить ее по голове или попрыгать на ее костях", - пробормотала Ева Мире, заставляя доктора заглушить смех кашлем.

"Рорк на мгновение выйдет из строя", - продолжил Соммерсет. "Он завершает межзвездную передачу".

Мэвис догнала его в холле, тянула за руку, пока он не остановился и не обернулся. "Послушай, я знаю, что ты чувствуешь. Был там, ты знаешь." Она быстро, криво улыбнулась. "Когда я был напуган, когда они посадили меня в клетку, и часть меня думала, что они просто оставят меня там навсегда, ты знаешь, я прошел через это, потому что я знал, что Даллас не позволит этому случиться. Я знал, что она сделает это для меня, чего бы это ни стоило ".

"Ее привязанность к тебе - одно из ее лучших качеств".

"И ты полагаешь, что из-за того, что вы двое не ладите, она пустит все на самотек?" Ее глаза, окрашенные в тон волосам, были круглыми и печальными. "Это идиотское мышление, Соммерсет. Даллас будет работать до упаду, чтобы поступить с тобой правильно, и я полагаю, ты это знаешь. Если бы кто-то пришел за тобой, она бы встала между и приняла удар на себя, потому что она такая. Я полагаю, ты это тоже знаешь."

"Я ничего не сделал". Теперь он говорил натянуто, отказываясь признавать какой-либо стыд. "Я ожидал бы, что эффективный детектив сделает такой вывод, каковы бы ни были ее личные чувства".

"Ты повержен", - мягко сказала Мэвис. "Если захочешь как-нибудь проветриться, просто позвони мне". Она приподнялась на цыпочки, чтобы поцеловать его в щеку. "Я принесу зелье".

"Вашему молодому человеку очень повезло с вами", - сумел выдавить Соммерсет, затем поспешил по коридору и исчез за открытой дверью.

"Это было хорошо сделано. Мэвис." Рорк продолжил спускаться по ступенькам и подошел к ней, чтобы взять ее за руки.

"Он совершенно обескуражен. Кто может винить его?"

"И кто мог бы оставаться спокойным, когда ты рядом?"

"Это как моя миссия - раздувать ситуацию. Давайте посмотрим, что мы можем сделать с группой в гостиной ". Она скользнула к нему улыбкой. "Я остаюсь на ужин?"

"Я бы не хотел, чтобы было по-другому".

Несмотря на компанию, Еве удалось ускользнуть достаточно надолго, чтобы уволить Макнаба и Пибоди, собрать их отчеты и подать их для последующего просмотра. Она загнала Соммерсета в угол и после небольшого неприятного разговора убедила его, что в его интересах явиться в офис доктора Миры в одиннадцать утра для обследования.

В конце концов, ее голова пульсировала достаточно сильно, чтобы она приняла дозу обезболивающего. Рорк нашел ее в ванной, хмуро смотрящей на таблетки, которые она держала в руке.

"Должно быть, это невыносимо, для тебя даже подумать о таблетке".

"Это был долгий день", - сказала она, пожав плечами, и высыпала таблетки обратно в тюбик. "Но я могу с этим справиться".

"Мы нальем ванну. Тебе нужно расслабиться ".

"У меня есть работа".

"Ева". Он решительно взял ее за руки, повернул лицом к себе. "Это та часть твоей работы, которую я ненавижу больше всего. Тени, которые она накладывает на твои глаза, и в них самих."

"У меня не так много времени на это".

"Достаточно времени, чтобы уделить час себе". Все еще наблюдая за ней, он начал растирать узлы на ее плечах.

"Я должен прочитать отчеты, экстраполировать их для официального отчета. Я продолжаю биться о стены ". В ее голосе чувствовались нервы, и слышать их раздражало ее. "Я вообще не смог отследить жетоны, а ты нажал на статую. Тысячи из них доступны в магазинах Бога по всей известной вселенной. Даже по пятьсот кредитов за штуку, она популярная леди ".

Она начала отстраняться, но его руки все еще держали ее. "Я должен кое-что передать Уитни к завтрашнему дню. Я все рассказал Мире ".

Его руки замерли на долю мгновения, затем продолжили разминать ее мышцы. "Я понимаю".

"Возможно, мне следовало сначала спросить тебя, но я сделал то, что считал необходимым".

"Нет необходимости извиняться".

"Я не извиняюсь". На этот раз она отмахнулась от него. "Я говорю". Она прошествовала в спальню. Даже отличный кофе может прожечь дыру в кишечнике. Несмотря на это, Ева заклинила в автозапуске, чтобы запрограммировать кастрюлю. "Я делаю то, что должно быть сделано, и одна из этих обязанностей - посоветовать вам усилить вашу личную безопасность, пока это дело не будет закрыто".

"Я считаю, что моя безопасность более чем достаточна".

"Если бы это было так, этот ублюдок не проскользнул бы через это, чтобы снимать передачи из этого дома, договариваться о номерах в отеле с одним из твоих кредитных счетов, переманить женщину из Ирландии на твое имя".

Рорк наклонил голову, кивнул. "Точка зрения принята. Я лично посмотрю на свою электронную защиту ".

"Отлично, это начало". Она налила кофе в чашку. "Я навешиваю ярлык на Соммерсета".

"Прошу прощения?"

"Я помечаю его". Ярость клокотала, ее невозможно было остановить. "Для его собственного блага. В следующий раз, когда я найду тело, я хочу, чтобы у него было надежное алиби. Я прикрепляю к нему бирку, надеваю на него защитный браслет или сажаю в клетку. Я полагаю, что первое - самый простой выбор ".

"Возможно, так оно и есть". Рорк решил, что бренди будет пить легче, чем кофе. "И вы намерены повесить на меня ярлык, лейтенант?"

"Если бы я думал, что можно придерживаться, черт возьми, я бы так и сделал. Поскольку ты бы снял это в течение часа, это было бы пустой тратой времени ".

"Что ж". Он поднял свой бокал в салюте. "Мы понимаем друг друга".

"Я думаю, что да". Она перевела дыхание. "Я связался со своим врачом. В организме Дженни О'Лири были обнаружены следы транквилизатора ".

Рорк уставился в свой бренди. "Была ли она изнасилована?"

"Нет, не было никаких признаков сексуального насилия, никаких признаков борьбы. Она все еще была под действием транквилизатора, когда он вздернул ее. Но жетон - был еще один жетон - судмедэксперт нашел его у нее во влагалище. Опять же, не было никаких синяков или признаков силы или борьбы. Похоже, что жетон был вставлен, когда она была без сознания. Прости, но я думал, ты захочешь подробностей ".

"Я знаю, да".

"Судмедэксперт сообщает, что вы просили - поскольку у жертвы нет ближайших родственников - передать вам тело, когда оно будет освобождено".

"Она бы хотела вернуться в Ирландию".

"Я полагаю, ты сам заберешь тело обратно".

"Да".

Жжение в ее животе распространилось на сердце. "Я был бы признателен, если бы ты дал мне знать, когда окончательно разработаешь свои планы".

Затем он поднял взгляд, и эмоции, плавающие в этих прекрасных глазах, пронзили ее сердце. "Ты думал, я отправлю ее обратно одну?" Что я бы умыл руки и занялся своим делом?"

"Нет. У меня есть работа ".

"Ради Христа".

Это был тон, нетерпение, разочарование и просто легкий намек на веселье, которые заставили ее повернуться к нему. "Не соглашайся со мной на эту реплику, приятель. Не пытайся заставить меня чувствовать себя идиотом. Ты любил ее. Ладно, прекрасно. Делай то, что ты должен сделать, и я тоже".

Он злобно ругался к тому времени, как поймал ее. Даже намек на веселье исчез. "Да, я любил ее, и то, что у нас когда-то было, было важно для меня. Даже если так, это было даже не тенью того, что я чувствую к тебе. Это то, что ты хочешь услышать?"

Стыд захлестнул ее, подавляя гнев. "Я не знаю, что со мной не так. Все это врезается мне в голову ". Чувствуя себя беспомощной, она подняла пальцы, чтобы надавить на виски. "Никто из остальных не имел значения, потому что... Я не знаю, они просто не имеют значения для меня. Она делает, и я ненавижу себя за то, что ревную, даже на минуту, к мертвой женщине ".

"Ева". Он положил руку ей на щеку. "С первого момента, как я встретил тебя, все остальные женщины бледнели передо мной".

Она только почувствовала себя еще глупее. "Я не нащупывала, просто - "

"Ты все", - пробормотал он, касаясь губами каждого пульсирующего виска по очереди. "Ты всего лишь".

Жжение вокруг ее сердца превратилось в боль, сладкую и сильную. "Ты нужен мне". Ее руки крепко обхватили его, ее рот слился с его. "За так много вещей".

"Слава Богу". Он углубил поцелуй, смягчил его, пока она не вздохнула. "Мы воспользуемся этим часом сейчас. Вместе".

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Она снова могла думать. Пока она не встретила Рорка, Ева не понимала, сколько преимуществ может предложить секс. Чувствуя себя гибкой, сосредоточенной и заряженной, она устроилась в своем кабинете.

Новый компьютер, который Рорк договорился установить тем утром, был прекрасен. Ева баловала себя, восхищаясь этим, подправляя тональность. Ее настроение поднялось еще выше, поскольку она поглощала данные, которые она вводила, как голодный, но хорошо воспитанный волк.

"О, ты, милый", - пробормотала она и погладила его гладкую, стильную черную броню. "Ладно, давай посмотрим, что ты можешь сделать. Запустите вероятностное сканирование, запишите данные. Какова вероятность того, что жертвы Бреннен, Конрой и О'Лири были убиты одним и тем же преступником?"

Работаю, - объявил компьютер сливочным баритоном, оживленным нотками парижского французского. Прежде чем Ева смогла закончить свою усмешку, сканирование было завершено.

Вероятность девяносто девять целых шесть десятых процента.

"Дэнди, оставайся в файле А. Какова вероятность того, что подозреваемый Соммерсет совершил убийства?"

Работает... Вероятность восемьдесят семь целых восемь десятых процента. По текущим данным, рекомендуется ордер на арест за убийство, множественное, первой степени. Пожалуйста, сообщите, желателен ли список доступных судей.

"Нет, спасибо, Бруно, но я ценю совет".

Пожалуйста, сообщите, хотите ли вы связаться с прокуратурой.

"Ева".

Она оглянулась и увидела Рорка в дверном проеме. "Держись, Бруно". Ева откинула волосы назад, расправила плечи. "Я же сказал тебе, что собираюсь работать".

"Да, так ты и сделал". На нем были только джинсы, расстегнутые на талии и, очевидно, натянутые запоздало.

Несмотря на то, что ее кровь все еще была теплой от него, сейчас она накалилась. Она поймала себя на том, что фантазирует о том, как снова стаскивает эти расстегнутые джинсы, а затем, возможно, для пущей убедительности вонзает зубы в его упругую обнаженную задницу.

"А?" - выдавила она, когда его голос пробился сквозь ее фантазии.

"Я сказал..." Он сделал паузу, затем, заметив блеск в ее глазах, выгнул бровь. "Иисус Христос, Ева, ты что, кролик?"

"Я не знаю, что ты имеешь в виду". Она отодвинулась и пристально посмотрела на свой монитор.

"Ты, конечно, хочешь, и я более чем счастлив оказать тебе услугу ... после того, как ты объяснишь, почему ты проверяешь вероятности на Соммерсете. Я думал, вы согласились, что он невиновен."

"Я делаю свою работу, и прежде чем ты начнешь, - продолжила она, подняв руку, - я объясню. Я проверил вероятность из моего файла А, который содержит все данные, все доказательства, которые я могу свободно передать по официальным каналам в это время. Этот анализ показывает, что я отправлю Соммерсета на максимально строгое заключение. Вероятность раскрытия не ниже девяноста процентов, но никто не стал бы спорить с арестом."

Она снова расправила плечи, сдула челку с глаз. "Теперь мы запустим сканирование с использованием файла B, в котором содержится все, что я знаю, все, что у меня есть. Компьютер - "

"Я думал, его зовут Бруно".

"Просто шутка", - пробормотала Ева. "Компьютер, запустите вероятностное сканирование, подозревайте Соммерсета, используя файл B."

Работает... С дополнительными данными индекс вероятности падает до сорока семи целых трех восьми десятых процента. Ордер не рекомендуется выдавать с учетом имеющихся данных.

"Снижает вероятность более чем наполовину. И я бы сказал, что после того, как результаты тестирования Миры будут опубликованы послезавтра, они упадут еще больше. Файл А тоже кое-что потеряет, может быть, ровно столько, чтобы его задница не болталась ".

"Я должен был знать". Рорк подошел к ней сзади, наклонился, чтобы прижаться губами к ее макушке.

"Он еще не ясен. Парень с Богом рассчитывает на то, что я не захочу променять тебя на Соммерсета - и он в этом прав."

"Но он недооценил тебя".

"Чертовски верно. И он переиграл, Рорк, я могу использовать это и с Уитни. Человек, достаточно умный, чтобы провернуть эти убийства, не настолько глуп, чтобы оставить такой очевидный след. Это воняет из-за установки. И он захочет играть снова. Загадки. Игры", - размышляла она, откидываясь на спинку стула. "Ему нравится полагаться на Бога, но ему нравятся его игры. Игры - это для детей ".

"Скажи это полузащитнику "Биг Эппл Арена Бол" и посмотри, к чему это приведет".

Она только пожала плечами. "Итак, мужчины - дети".

Он едва заметно вздохнул. "Большое вам спасибо".

"Мужчинам больше нравятся игрушки, забавы, безделушки как символы статуса. У тебя их полон дом".

Немного озадаченный ее мнением, он сунул руки в карманы. "Прошу прощения?"

"Я имею в виду не только такие игрушки, как видео- и голографические комнаты". Теперь ее лоб был нахмурен, линия между бровями углубилась. "Автомобили, самолеты, развлекательные центры, дроиды spar, оборудование виртуальной реальности, черт возьми, ваш бизнес - это игрушки".

Теперь Рорк покачнулся на каблуках. "Дорогая Ева, если ты хочешь сказать мне, что я поверхностный, не беспокойся о том, чтобы задеть мои чувства".

"Ты не поверхностный", - сказала она с отсутствующим жестом тыльной стороной ладони. "Ты просто балуешься".

Он открыл рот, борясь с оскорблением, и в итоге рассмеялся. "Ева, я обожаю тебя". Он скользнул руками вниз по ее грудям, его рот приник к ее шее. "Давай будем баловать друг друга".

"Прекрати это. Я хочу... - Его пальцы задели ее соски и заставили мышцы бедер напрячься. "Я действительно должен - Господи, ты хорош в этом". Ее голова откинулась назад ровно настолько, чтобы сделать ее рот уязвимым для его.

Раньше это было мягко и непринужденно, им обоим требовалось своего рода исцеление. Это был огонь, горячий и быстрый, и все из-за жадности. Она потянулась вверх, обвивая руками его шею, и открылась для него.

Он быстро расправил ее халат, распахнув его так, чтобы его руки могли блуждать по уже влажной плоти, чтобы он мог спуститься вниз и найти ее, уже влажную. Она кончила с восхитительной легкостью, содрогнувшись, когда почувствовала, как кульминация прокатилась по ней и затопила его руку.

Затем она вырвалась, повернувшись на стуле и встав на колени, чтобы вцепиться в него. "Сейчас, сейчас, сейчас". Она выдыхала это, акцентируя каждое требование покусываниями, когда она дергала за джинсы, сидящие на его бедрах.

Он скользнул в кресло, сжимая ее бедра, когда она оседлала его. И он наблюдал за ее шеей, за ее прекрасным изгибом, за крошечной пульсацией, бьющейся в быстром ритме о плоть, когда ее голова откинулась назад. Она вцепилась в спинку стула, испытывая головокружение, когда он с силой втянул ее грудь в рот, когда стул раскачивался, когда она раскачивалась, мучая их обоих трением.

Темп был ее, и он позволил ей управлять собой, позволил увлечь себя. Его пальцы впились в ее бедра, пока она вела его, в то время как дыхание застряло у него в горле. И когда казалось, что его кровь вырвется из вен подобно пламени, он излил себя в нее.

Ее руки безвольно скользнули по его влажным плечам. Ее сердце все еще бешено колотилось, когда она осыпала быстрыми, безумными поцелуями его шею.

"Иногда мне просто хочется сожрать тебя целиком, съесть живьем. Ты такая великолепная. Ты такая красивая ".

"Что?" Его чувства медленно возвращались, рев в ушах утихал, как прилив.

Она поймала себя на том, что потрясена, унижена. Она действительно сказала это вслух? она задумалась. Была ли она сумасшедшей? "Ничего. Я был..." Она сделала несколько глубоких вдохов, чтобы выровнять свой организм. "Я просто говорил, что всего лишь хотел укусить тебя за задницу".

"Ты хотел укусить меня за задницу". Он тряхнул головой, проясняя ее. "Почему?"

"Потому что это там". Успокоенная, опустошенная, удовлетворенная, она улыбнулась ему. "И в целом это довольно классная задница".

"Я рад, что ты..." Он моргнул, сузил глаза. "Ты сказал, что я была красивой?"

"Дай мне передохнуть". Она фыркнула, затем быстро отстранилась от него. "У тебя, должно быть, галлюцинации. Что ж, веселье есть веселье". Она подняла свой халат, натянула его. "Но я должен вернуться к работе".

"Ммм-хм. Я принесу нам кофе."

"Нет смысла нам обоим оставаться без сна".

Он улыбнулся, провел пальцем по ее обручальному кольцу. "Хочешь немного пирога?"

"Думаю, я мог бы немного подавиться".

***

В течение часа Ева перенесла расследование в личный кабинет Рорка. Списки, которые она будет вести сейчас, не смогут быть просмотрены всевидящим оком CompuGuard.

"Шесть человек", - пробормотала она. "У шестерых, убивших Марлену, только в семье больше пятидесяти человек. Что с вами, ирландцами, неужели вы никогда не слышали о нулевом населении?"

"Мы предпочитаем правило "вперед и размножайся". Рорк задумался над списком, который занимал два экрана. "Я узнаю дюжину или около того. Я мог бы лучше работать с лицами ".

"Что ж, на данный момент мы уничтожим женщин. Барменша в "Трилистнике" сказала, что Шон разговаривал с мужчиной, парнем из Вест-Сайда -

"Его зовут Кевин".

"Да, парень сказал, мужчина. И у подонка, который звонил мне, - даже если он использует изменение голоса, чтобы звучать как мужчина, - в его речи мужской ритм. И типичная мужская реакция на оскорбления и сарказм ".

"Это проливает свет на меня, - сухо сказал Рорк, - узнать ваше захватывающее мнение о моем поле".

"Когда наступает момент толчка, мужчины становятся другими, вот и все. Компьютер, удалите женские имена с экрана." Ева прошлась перед ним, кивая. "Это немного более управляемо. Лучше всего начинать с самого верха. Группа О'Мэлли, отец, два брата ".

"На третьем экране". Командуя теперь вручную, Рорк переместил три имени на следующий экран. "Полные данные, с изображением. Ах, Шеймус О'Мэлли, патриарх, я действительно помню его. У него с моим отцом были совместные дела."

"Похоже на склонность к насилию", - прокомментировала Ева. "Ты можешь видеть это в глазах. Большой шрам на левой щеке, нос, который, судя по его виду, был сломан не один раз. Это делает его семидесятишестилетним, и в настоящее время он является гостем ирландского правительства за нападение первой степени со смертельным исходом."

"Принц из человека".

Ева засунула большие пальцы рук в карманы халата. "Я собираюсь устранить любого, кто отбывает срок. Невозможно сказать, действует ли наш парень в одиночку, но мы сосредоточимся на нем ".

"Хорошо". Рорк нажал несколько клавиш, и исчезло еще десять имен.

"Это стирает улыбку с лица О'Мэлли".

"Они всегда были плохой компанией, и не очень-то это понимали".

"Переходи к следующему".

"Калхауны. Отец, один брат, один сын. Лиам Калхун", - размышлял Рорк. "Он держал небольшой продовольственный магазин. Он был порядочным человеком. Брата и мальчика я совсем не помню ".

"У брата, Джеймса, нет судимости. Парень - врач, прикрепленный к Национальной службе здравоохранения. Сорок семь, один брак, трое детей. Читается как столп общества ".

"Я не помню его. Очевидно, он не вращался в моих кругах ".

"Очевидно", - сказала Ева так сухо, что Рорк рассмеялся. "Сын, тоже Лиам, учится в колледже, похоже, следуя по стопам своего дяди. Молодой Лиам Кэлхун. Симпатичный... девятнадцати лет, холост, входит в десятку лучших в своем классе."

"Я смутно помню мальчика. Неряшливый, тихий." Рорк изучал изображение жизнерадостного лица и трезвых глаз. "Похоже, он делает что-то о себе на основе академических данных".

"Грехи отца не всегда передаются. Тем не менее, медицинские знания пригодились бы в этих конкретных убийствах. Мы оставим этих двоих, но поместим их в конец списка. Приведи следующую группу ".

"Райли. Отец, четверо братьев - "

"Четыре? Боже Всемогущий".

"И все они наводят ужас на порядочных граждан повсюду. Внимательно посмотрите на Брайана Райли. Однажды он проломил мне голову. Конечно, два его брата и близкий друг удерживали меня в то время. Черный Райли, ему нравилось, когда его называли ".

Рорк потянулся за сигаретой, когда старая, глубоко запрятанная горечь вырвалась наружу. "Видите ли, мы одного возраста, и вы могли бы сказать, что Райли испытывал ко мне острую неприязнь".

"И почему это было?"

"Потому что я был быстрее, мои пальцы легче". Он слегка улыбнулся. "И девушки предпочитали меня".

"Ну, твой Черный Райли большую часть своей юной жизни то в клетках, то вне их". Ева наклонила голову. Еще один привлекательный мужчина, размышляла она, со светлыми волосами и угрюмыми зелеными глазами. Ирландия, казалось, была полна красивых мужчин, которые искали неприятностей. "Но он не отбывал никакого срока за последние несколько лет. Послужной список неоднозначный, в основном в качестве стучалки в барах и скин-клубах. Но это интересно. Он работал охранником в электронной фирме почти два года. Он мог бы многое усвоить за это время, если бы у него были мозги ".

"С его мозгом не было ничего плохого, это было его отношение".

"Верно. Ты можешь залезть в его паспорт?"

"Официальное, достаточно простое. Дай мне минуту".

Ева изучала изображение, пока Рорк работал. Зеленые глаза, размышляла она. Парень - Кевин - сказал, что у мужчины, которого он видел, были зеленые глаза. Или он так думал. Конечно, цвет глаз можно изменить так же легко, как ум избалованного ребенка.

"Иммиграционные записи, четвертый экран", - сказал ей Рорк.

"Да, он посещал наш прекрасный город раз или два", - отметила Ева. "Давайте запишем эти даты, и посмотрим, сможем ли мы выяснить, чем он занимался, пока был здесь. Были ли братья близки?"

"Райли были как дикие собаки. Они бы перегрызли друг другу глотки за одну и ту же кость, но они объединились бы против чужака."

"Что ж, давайте хорошенько, поближе взглянем на всех четверых".

К трем часам ночи она теряла самообладание. Данные и изображения на экране начали расплываться и сливаться воедино. Имена и лица, мотивы и убийства. Когда она почувствовала, что засыпает прямо там, где стояла, Ева сильно прижала пальцы к своим горящим глазам.

"Кофе", - пробормотала она, но поймала себя на том, что уставилась на автоповар, не имея понятия, как им управлять.

"Спи". Рорк нажал на механизм, в котором из стены выдвигалась кровать.

"Нет, мне просто нужно обрести второе дыхание. Мы сократили это до десяти возможных вариантов. И я хочу внимательнее присмотреться к тому Фрэнсису Роуэну, который стал священником. Мы можем - "

"Сделай перерыв". Он подошел к ней сзади, подвел ее к кровати. "Мы устали".

"Ладно, мы вздремнем. Через час." Голова и тело, казалось, отделились друг от друга, когда она скользнула на кровать. "Ты тоже ложись".

"Я сделаю". Он лежал рядом с ней, прижимая ее к себе. Он мог чувствовать, как она проваливается в сон, ленивое падение, в результате которого рука, которую она обнимала его за талию, обмякла.

Он еще мгновение смотрел на экраны, в пустоту своего прошлого. Он отделил себя от этого, от них. Мальчик из грустных переулков Дублина стал богатым, успешным, уважаемым, но он никогда не забывал, что значит быть бедным, неудачником и презираемым.

И он знал, лежа в мягкой постели на гладких льняных простынях в великолепном доме в городе, который он сделал своим домом, что ему придется вернуться.

То, что он мог найти там и в самом себе, беспокоило его.

"Отбой", - приказал он и заставил себя последовать за Евой в сон.

***

Это был звуковой сигнал входящего сообщения, который разбудил их обоих три часа спустя. Рорк выругался, когда Ева дернулась вверх и макушкой головы ловко ударила его в челюсть.

"О, прости". Она потерла голову. "Это твое или мое?"

"Моя". Он осторожно повернул челюсть. "Это предупредительный сигнал. У меня назначена телефонная конференция на шесть тридцать."

"Макнаб и Пибоди у меня здесь в семь. Христос". Она провела руками по лицу и, когда ее пальцы опустились под глаза, изучающе посмотрела на него. "Почему ты никогда не выглядишь оборванным по утрам?"

"Просто один из тех маленьких даров от Бога". Он откинул назад волосы, которые выглядели сексуально взъерошенными. "Я приму душ здесь, сэкономлю время. Я должен закончить с этим звонком к тому времени, как Макнаб приедет. Я бы хотел поработать с ним этим утром ".

"Рорк - "

"Передача исходила не из этого дома. Итак, у меня где-то произошла утечка электронных данных. Я знаю, как все устроено здесь, внутри и снаружи. Он этого не делает ". Он добавил немного шарма в свою улыбку. "Я работал с Фини".

"Это другое". Но поскольку она не могла объяснить, чем это отличается, она пожала плечами. "Макнаб должен это прояснить. Я не прикажу ему работать с гражданским ".

"Достаточно справедливо".

***

К восьми Ева устроила Пибоди во временном кабинете дальше по коридору от ее собственного. На самом деле это была небольшая и элегантная гостиная рядом с просторной спальней для гостей, но она была оборудована аккуратным маленьким центром связи и информации для удобства часто навещавших коллег, которые оставались ночевать.

Пибоди разглядывала оригинальные рисунки пером и тушью, покрывавшие стены, ковер ручной вязки, глубокие серебристые подушки, разбросанные по S-образному дивану.

"Довольно большое рабочее пространство".

"Не привыкай к этому", - предупредила Ева. "Я хочу вернуться в Central к следующей неделе. Я хочу, чтобы это было закрыто ".

"Конечно, но я просто буду наслаждаться этим, пока это длится". Она уже присмотрелась к мини-автоповару и размышляла о том, что он может предложить. "Сколько комнат в этом месте?"

"Я не знаю. Иногда я думаю, что они спариваются ночью и делают больше маленьких комнат, которые вырастают в большие комнаты, и спариваются ночью..." Ева остановилась, покачав головой. "Я не выспался. Я напористый. У меня здесь есть данные, которые требуют свежего взгляда и систематизации ".

"Я получил восемь подряд. Мой взгляд свеж".

"Не будь самодовольным". Ева ущипнула себя за переносицу. "Эти данные неофициальные, Пибоди, но я думаю, что наш человек где-то здесь. На этом компьютере установлена временная блокировка, чтобы ваша работа обходила CompuGuard. Я работаю над тем, чтобы обойти это, но пока я не разберусь в этом, нет никакого причудливого способа выразить это. Я прошу тебя нарушить закон ".

Пибоди на мгновение задумалась. "Полностью ли заполнена эта автокефалия?"

Еве пришлось улыбнуться. "Где-то здесь? Они всегда есть. Я должен кое-что передать Уитни к полудню. Я собираю воедино все, что могу. Поскольку этот парень не любит долго ждать между ударами, мы в затруднительном положении ".

"Тогда мне лучше приступить к работе".

Ева оставила ее наедине с этим, но когда она вошла в свой кабинет, она обнаружила Макнаба и Рорка, прижавшихся друг к другу. Шикарная черная броня ее компьютера валялась на полу. Его внутренности были обнажены, его достоинство в руинах. Ссылка на ее рабочий стол была разбита на несколько неидентифицируемых частей.

"Что, черт возьми, вы двое делаете?"

"Мужская работа", - сказал Рорк и одарил ее усмешкой. Его волосы были завязаны сзади, рукава закатаны, и он выглядел так, словно проводил лучшее время в своей жизни.

Она бы упомянула мужчин и их игрушки, но решила, что это будет пустой тратой времени.

"Если ты не разберешься с этим снова, я забираю твой офис".

"Помоги себе сам. Ты видишь это, Йен? Если мы подключим это, это должно открыть всю систему на достаточно долгое время, чтобы мы могли увидеть, есть ли утечка ".

"Разве у тебя нет чего-нибудь, что делает это?" - требовательно спросила она. "Сканер?"

"Это лучший способ скрыть результаты сканирования". Макнаб наградил ее взглядом, который ясно сказал ей, что она была на пути. "Мы можем искать, и никто - особенно наш таинственный абонент - не узнает, что мы ищем".

Заинтригованная Ева придвинулась ближе. "Таким образом, он остается уверенным. Это хорошо. Что это дает?"

"Ничего не трогай". Макнаб чуть не шлепнул ее по руке, прежде чем вспомнил, что она выше его по званию. "Сэр".

"Я не собирался ни к чему прикасаться". Раздраженная, Ева засунула руки в карманы. "Зачем ты разобрал мой "линк" на части?"

"Потому что", - начал Макнаб со вздохом терпения, "именно через это проходят передачи, не так ли?"

"Да, но - "

"Ева. Дорогая." Рорк сделал паузу в своей работе достаточно надолго, чтобы погладить ее по щеке. "Уходи".

"Прекрасно. Я просто пойду поработаю настоящим копом ". Она сохраняла достоинство, пока не хлопнула дверью офиса.

"Ого, она заставит тебя заплатить за это".

"Ты не знаешь и половины всего", - пробормотал Рорк. "Давай проверим это, Йен, на первом уровне. Посмотрим, что мы найдем ".

В одиночку Ева боролась с формулировками и тоном своего официального отчета. Если бы она использовала связь с Марленой, чтобы сообщить Уитни имена мужчин, которые ее убили - оправдать расследование в отношении их семей - она втянула бы в это Рорка.

Все мужчины были убиты, все их дела оставались открытыми. До сих пор даже Международный центр криминальной деятельности не связывал эти убийства. Может ли она использовать их сейчас и убедить Уитни и начальника полиции, средства массовой информации в том, что одно из этих убийств является мотивом для ее текущего расследования?

Возможно, если бы она была достаточно хороша, если бы она могла лгать убедительно и логично.

Шаг первый: Соберите факты и доказательства того, что Соммерсета использовали. Ей нужны были находки Миры, чтобы отшлифовать это.

Шаг второй: Создайте логическую теорию о том, что подстава была мотивирована местью - ошибочно направленной местью. Чтобы сделать это, она должна была привести разумные доводы в пользу того, что шесть погибших мужчин погибли от разных рук, по разным причинам.

Все они были частью преступного сообщества, все были связаны с нежелательными лицами. Их смерти растянулись на три года, и все они были вызваны разными причинами.

Рорк был далеко не глуп, размышляла она. Он не торопился, заметал следы. Все, что ей нужно было сделать сейчас, это проследить, чтобы они оставались прикрытыми.

Если бы у нее сначала был один прорыв, одна надежная, осязаемая улика, указывающая на заговор. Все, что она могла вложить в руки Уитни, чтобы убедить его купить остальное.

Она услышала крик из соседней комнаты и нахмурилась, раздраженная тем, что забыла включить управление звуком. Но когда она поднялась, чтобы сделать это, возбужденные голоса по другую сторону двери заставили ее пройти через это.

"Ладно, в чем, блядь, дело? Вы нашли новый способ играть в Space Marauders?"

"Я нашел эхо". Макнаб почти танцевал, постоянно хлопая Рорка по спине. "Я нашел чертовски красивое эхо".

"Возьми это с собой в Альпы, приятель, и у тебя будет много отголосков".

"Электронное эхо. Ублюдок хорош, но я лучше. Он перехватил передачу из основной системы прямо здесь, в доме, но он не отправлял ее отсюда. Нет, на самом деле он этого не делал, потому что у меня есть гребаное эхо ".

"Хорошая работа, Йен. Вот еще. Видишь это?" Рорк указал на маленький игольчатый датчик, подсоединенный присяжными к "линку". Ева ничего не видела, но Макнаб заулюлюкал.

"Да, детка, именно так. Я могу с этим справиться, ставлю свою задницу, что смогу ".

"Подожди минутку". Ева протиснулась между ними, прежде чем они смогли снова ударить в ответ. "Объясни это в терминах, понятных нормальным людям. Никакой электронной болтовни ".

"Хорошо, попробуй это". Макнаб придвинулся бедром к ее столу. Сегодня у него в ушах были сердечки. Дюжина крошечных красных сердечек, на которых Ева пыталась не сосредотачиваться. "Последнее сообщение от таинственного мальчика, которое вы получили. Я отслеживал это повсюду в этом чертовом месте, и даже здесь. Все указывало на то, что передача исходила из этого здания ".

"Я понял это".

"Но мы не хотим в это верить, поэтому мы открываем систему для element scan. Это как - ты готовишь?"

Рорк только усмехнулся. Ева усмехнулась. "Давай будем серьезны".

"Хорошо, я собирался сказать, как в рецепте, где вы отделяете яйца от сахара и вот так".

"Я не идиот, Макнаб, я могу понять это".

"Хорошо, великолепно. Когда мы берем элементы для нашего торта и проверяем каждый на, скажем, качество, может быть, мы видим, что один из них не подходит, совсем чуть-чуть. Как будто молоко свернулось. Итак, когда мы понимаем, что молоко превратилось, мы хотим знать, почему. Теперь мы обнаружили утечку в нашей холодильной системе. Всего лишь крошечная утечка, микроскопическая, но достаточная, чтобы повлиять на качество, достаточная, чтобы впустить микробы. В вашей домашней системе был зародыш."

"Какое это имеет отношение к отголоскам?"

"Йен". Рорк поднял руку. "Прежде чем ты приготовишь ужин из четырех блюд, позволь мне объяснить это. Электронные сигналы оставляют шаблон", - терпеливо объяснил он Еве. "И этот шаблон можно отследить и смоделировать. Мы проверили закономерности поступлений по этому подразделению за последние шесть недель. Мы также запускали шаблоны для исходящих данных из основной системы в течение того же периода времени. Делая это и проходя через несколько уровней, мы обнаружили сдвиг в схеме на одном входящем. Единственное, что имеет значение. Отголосок - или тень, наложенная поверх последовательного рисунка, - который явно указывает на другой источник ".

"Вы можете доказать, что передача произошла не отсюда?"

"Именно".

"Это то доказательство, которое ты можешь изложить черным по белому, а я могу передать Уитни?"

"Еще бы". Макнаб лучезарно улыбнулся ей. "ЭДД использовал такого рода доказательства в сотнях случаев. Это стандартно. Этот был похоронен глубоко, и рисунок был почти гладким. Но мы нашли ее ".

"Ты нашел ее", - поправил Рорк.

"Я не смог бы сделать это без вашего оборудования и вашей помощи. Я дважды пропустил это ".

"Ты прошел через это".

"Прежде чем я уйду, - перебила Ева, - и оставлю вас, мальчики, греться в лучах взаимного восхищения, не могли бы вы уделить минутку тому, чтобы перевести это доказательство в печатный вид и на диск для моего досадного отчета?"

"Лейтенант". Рорк положил руку на плечо Макнаба. "Ты ставишь нас в неловкое положение своей похвалой и благодарностью".

"Ты хочешь похвалы и благодарности?" Повинуясь импульсу, она обхватила лицо Рорка руками и крепко поцеловала его в губы. Затем - какого черта - она сделала то же самое с Макнабом. "Я хочу получить данные в течение часа", - добавила она, выходя.

"Вау". Макнаб сжал губы, чтобы удержать вкус, затем похлопал рукой по сердцу. "У лейтенанта отличный язык".

"Не заставляй меня причинять тебе боль, Йен, именно тогда, когда у нас начинается такая прекрасная дружба".

"У нее есть сестра? Кузен? Незамужняя тетя?"

"Лейтенант Даллас - единственный в своем роде". Рорк наблюдал, как стрелка сделала еще один, едва заметный рывок. "Йен, давай обработаем эти данные для нее, тогда разве не было бы забавно посмотреть, как далеко мы сможем зайти по этому эхо?"

Макнаб нахмурил брови. "Ты хочешь попытаться отследить такое слабое эхо? Черт возьми, Рорк, требуются дни человеко-часов и первоклассное оборудование, чтобы отследить надежного. Я никогда не слышал, чтобы отслеживалось что-либо ниже пятнадцатой шкалы."

"Всегда бывает в первый раз".

Глаза Макнаба засияли. "Да, парни из EDD преклонились бы передо мной, если бы я справился с этим".

"Я бы сказал, более чем достаточная причина, чтобы двигаться вперед".

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Ева мерила шагами приемную перед офисом Миры. Какого черта так долго, подумала она и еще раз проверила свое наручное устройство. Было двенадцать тридцать. Соммерсет проходил тестирование в течение девяноста минут. У Евы было время до часа, чтобы представить отчеты о проделанной работе своему командиру.

Ей нужны были находки Миры.

Чтобы помочь себе подождать, она практиковала устное подкрепление своих письменных отчетов. Слова, которые она бы использовала, тон, который она бы выбрала. Она чувствовала себя второсортной актрисой, играющей роли за кулисами. Пот выступил у основания ее позвоночника.

В ту минуту, когда дверь открылась, она бросилась на Соммерсета. "В чем дело?"

Его глаза были темными и жесткими на бледном лице, челюсти сжаты, губы тонкие. Унижение жирным комом скрутило его желудок. "Я выполнил ваши приказы, лейтенант, и завершил необходимое тестирование. Я пожертвовал своей личной жизнью и своим достоинством. Я надеюсь, что это удовлетворит тебя ".

Он прошествовал мимо нее и вышел через наружные двери.

"К черту все", - пробормотала Ева и направилась прямо в кабинет Миры.

Мира улыбнулась, отпила чаю. У нее не было проблем с тем, чтобы выслушивать горькие комментарии Соммерсета. "Он сложный человек".

"Он осел, но это не имеет значения. Можете ли вы изложить мне суть дела?"

"Мне потребуется некоторое время, чтобы просмотреть все тесты и завершить свой отчет".

"У меня Уитни через двадцать минут. Я приму все, что ты можешь мне дать ".

"Тогда предварительное мнение". Мира налила еще чашку чая, жестом приглашая Еву сесть. "Он человек, мало уважающий закон и очень уважающий порядок".

Ева взяла чай, но пить не стала. "Что это значит?"

"Ему комфортнее всего, когда все на своих местах, и он несколько одержим тем, чтобы все оставалось на своих местах. Сам закон, законы, которые издает общество, мало что значат для него, поскольку они изменчивы, часто плохо разработаны и довольно часто терпят неудачу. Эстетика также важна для него - его окружение, внешний вид, - поскольку он ценит порядок в красоте. Он - порождение рутины. Это успокаивает его, этот шаблон, эта стабильность. Он встает в определенный час и в определенный час уходит. Его обязанности четко очерчены и соблюдаются. Даже его отдых, его свободное время организовано ".

"Итак, он скупердяй. Я уже знал это ".

"Его способ справиться с ужасами, свидетелями которых он был во время городских войн, нищетой и отчаянием, от которых он сбежал, и потерей своего единственного ребенка - создать определенный приемлемый шаблон, а затем следовать ему. Но ... в неклинических терминах, да, он скупердяй. Каким бы жестким он ни был, как бы сильно он ни глумился над законами общества, он одна из самых ненасильственных личностей, с которыми я сталкивался ".

"Он нанес мне несколько синяков", - пробормотала Ева себе под нос.

"Ты нарушаешь его потребность в порядке", - сказала Мира не без сочувствия. "Но факт в том, что настоящее насилие вызывает у него отвращение. Это оскорбляет его очень жесткое чувство порядка и места. И это расточительно. Он находит средство от отходов. Опять же, я полагаю, потому, что он видел слишком много подобного на протяжении своей жизни. Как я уже сказал, потребуется некоторое время, чтобы просмотреть тесты, но я бы сказал, что на данный момент, по моему мнению, человек с его структурой личности вряд ли совершил преступления, которые вы расследуете ".

Впервые за несколько часов желудок Евы скрутило. "Это выбивает его из списка. Путь вниз. Я ценю, что ты так быстро разобрался с этим ".

"Я всегда рад оказать другу услугу, но после прочтения ваших данных по этому расследованию, это немного больше, чем это. Ева, ты имеешь дело с очень опасным, очень хитрым, очень решительным и тщательным убийцей. Тот, у кого были годы, чтобы подготовиться, и быть готовым. Тот, кто одновременно сосредоточен и нестабилен, и у кого огромное и неустойчивое эго. Социопат со святой миссией, искусный садист. Я боюсь за тебя".

"Я приближаюсь к нему".

"Я надеюсь, что это так, потому что я верю, что он также приближается к тебе. Рорк может быть его главной целью, но ты стоишь между ними. Он хочет, чтобы Рорк истекал кровью, и он хочет, чтобы он страдал. Смерть Рорка кладет конец миссии, а миссия - это его жизнь. Но ты, ты его связь, его конкурент, его аудитория. У него черно-белый взгляд на женщин. Целомудренная или шлюха".

Ева издала короткий смешок. "Ну, я могу понять, где я нахожусь".

"Нет". Обеспокоенная, Мира покачала головой. "С тобой все сложнее. Он восхищается тобой. Ты бросаешь ему вызов. И ты злишь его. Я не верю, что он способен подтолкнуть тебя ни к одной из форм, и это только делает его более сосредоточенным на тебе ".

Ее глаза сверкнули. "Я хочу, чтобы он сосредоточился на мне".

Мира на мгновение подняла руки, чтобы дать себе время собраться с мыслями. "Мне нужно дальнейшее изучение, но в двух словах, его вера, его религия является катализатором - или оправданием, если хотите. Он оставляет знак - веру и удачу - при каждом убийстве. Он оставляет образ Марии как символ ее женской силы и ее уязвимости. Она - его настоящий бог ".

"Я не понимаю тебя".

"Мать. Девственница. Чистая и любящая. Но, тем не менее, авторитетная фигура. Она свидетель его деяний, зритель его миссии. На данный момент я бы должен сказать, что его сформировала женщина. Сильная и жизнерадостная женская фигура, олицетворяющая власть и любовь. Ему нужно ее одобрение, ее руководство. Ему нужно доставить ей удовольствие. Ему нужна ее похвала ".

"Его мать", - пробормотала Ева. "Ты думаешь, она стоит за всем этим?"

"Это возможно. Или, что также возможно, он рассматривает свое нынешнее поведение как своего рода дань уважения ей. Мать, сестра, тетя, жена. Жена маловероятна, - добавила она, слегка покачав головой. "Вероятно, он сексуально подавлен. Бессильный. Его бог - мстительный, который не допускает плотских удовольствий. Если бы он использовал статую, чтобы символизировать свою собственную мать, он рассматривал бы свое зачатие как чудо - безупречное - и считал бы себя неуязвимым ".

"Он сказал, что он ангел. Ангел мести."

"Да, солдат своего бога, неподвластный смертным. Это снова его эго. В чем я уверен, так это в том, что есть женщина - или была женщиной, - которую он стремится задобрить, и которую он считает чистой."

На одно тошнотворное мгновение Ева увидела образ Марлены в своем сознании. Золотистые волосы, невинные глаза и белоснежное платье. Чистая, подумала она. Девственница.

Разве Соммерсет не всегда видел свою дочь-мученицу именно такой?

"Это мог быть ребенок", - тихо сказала она. "Потерянный ребенок".

"Marlena?" Сострадание созрело в слове. "Это очень маловероятно, Ева. Скорбит ли он о ней? Конечно, он это делает, и всегда будет. Но она не символ для него. Для Соммерсета Марлена - его ребенок, которого он не защитил. Для вашего убийцы эта женская фигура является защитником - и карателем. И ты еще одна сильная женская фигура власти. Его тянет к тебе, он хочет твоего восхищения. И он может, в какой-то момент, быть вынужден уничтожить тебя ".

"Я надеюсь, что ты прав". Ева поднялась. "Потому что это игра, которую я хочу закончить лицом к лицу".

***

Ева убедила себя, что была готова к встрече с Уитни. Но она не была готова встретиться лицом к лицу и с ним, и с начальником полиции и службы безопасности. Тиббл, его темное лицо было непроницаемым, руки по-военному сцеплены за спиной, стоял у окна в кабинете Уитни. Уитни остался за своим столом. Их расположение указывало Еве, что это шоу Уитни - пока Тиббл не решил иначе.

"Прежде чем вы начнете свой доклад, лейтенант, я сообщаю вам, что пресс-конференция назначена на четыре часа дня в информационном центре СМИ в Полицейской башне". Уитни склонил голову. "Требуется ваше присутствие и участие".

"Да, сэр".

"До нашего сведения дошло, что представитель прессы получил определенные сообщения, которые ставят под сомнение ваш авторитет как главного фигуранта этого расследования и которые указывают на то, что вы, и, следовательно, департамент, скрываете определенные данные, имеющие отношение к указанному расследованию, данные, которые могли бы обвинить вашего мужа в многочисленных убийствах".

"Это одновременно оскорбительно для меня, департамента и моего мужа и абсурдно". Ее сердце екнуло, но голос остался низким и уверенным. "Если эти сообщения считаются заслуживающими доверия, почему представитель прессы не сообщил о том же самом?"

"Обвинения пока анонимны и необоснованны, и этот конкретный представитель прессы счел, что в его интересах передать эту информацию шефу Тибблу. В ваших же интересах, лейтенант, прояснить это дело сейчас, здесь."

"Вы обвиняете меня в сокрытии улик, коммандер?"

"Я прошу вас подтвердить или опровергнуть это на данный момент".

"Я отрицаю, в это время и в любое другое время, что у меня есть или будут скрываться доказательства, которые привели бы к задержанию преступника или закрытию дела. И я лично обижаюсь на этот вопрос ".

"Оскорбление принято к сведению", - мягко сказала Уитни. "Сядь, Даллас".

Она не подчинилась, но шагнула вперед. "Мой послужной список должен что-то значить. Более десяти лет службы должны перевесить анонимное обвинение, брошенное голодному репортеру ".

"Так принято к сведению, Даллас", - повторила Уитни. "Теперь - "

"Я не закончил, сэр. Я хотел бы высказать здесь свое мнение ".

Он откинулся на спинку стула, и хотя она не сводила с него глаз, она знала, что Тиббл еще не двинулся с места. "Очень хорошо, лейтенант, скажите свое слово".

"Я прекрасно осознаю, что моя личная жизнь, мой брак являются источником спекуляций и интереса в департаменте и у общественности. Я могу жить с этим. Я также осознаю, что бизнес моего мужа и его стиль ведения бизнеса также являются источником спекуляций и интереса. У меня нет особых проблем с этим. Но я очень возмущена тем, что моя репутация и характер моего мужа подвергаются такому сомнению. От средств массовой информации, коммандер, этого следовало ожидать, но не от моего вышестоящего офицера. Не от кого-либо из сотрудников департамента, которому я служил в меру своих возможностей. Я хочу, чтобы вы приняли к сведению, коммандер, что сдать мой значок было бы все равно что отрезать мне руку. Но если дело дойдет до выбора между работой и моим браком, тогда я потеряю руку ".

"Никто не просит вас делать выбор, лейтенант, и я приношу свои личные извинения за любое оскорбление, нанесенное этой ситуацией".

"Лично я ненавижу дерьмовые анонимные источники". Тиббл заговорил впервые, его пристальный взгляд был прикован к лицу Евы. "И я хотел бы видеть, как вы сохраняете этот едва сдерживаемый праведный гнев на пресс-конференции, когда поднимется этот вопрос, лейтенант. Это будет очень хорошо воспроизводиться на экране. Теперь я, например, хотел бы услышать о ходе вашего расследования ".

Гнев помог ей забыть страх и нервозность. Она вошла в ритм, ей было комфортно говорить на языке копов, соблюдать формальности и сленг. Она назвала имена шести человек, ответственных за убийство Марлены, раздала печатные копии данных о них и предложила свою теорию.

"Звонивший заявил, что "месть" - это название его игры. Поэтому я убежден, что, действуя в одиночку или с партнером или партнершами, этот человек мстит за убийство одного или нескольких из этих мужчин. Связь есть. Марлена - Соммерсету, Соммерсет - Рорку. Я прогнал имена и их дела через ICCA ".

Она сказала это бодро, как будто это было не более чем рутиной. И ее желудок подпрыгнул, как пруд с лягушками на спидерах. "Нет никаких доказательств, чтобы связать их убийства с одним человеком. Они были убиты в разное время в течение трехлетнего периода, разными методами и в разных географических районах. Однако все шестеро мужчин были связаны с одной и той же игорной организацией, базирующейся в Дублине, и эта организация не менее двенадцати раз подвергалась расследованию за незаконную деятельность со стороны местных властей и ICCA. Данные подтверждают, что мужчины были убиты по отдельности и по разным мотивам, вероятно, совершенными соперниками или сообщниками ".

"Тогда где связь со смертями Бреннена, Конроя и О'Лири?"

"В сознании убийцы. Доктор Мира работает над профилем, который, я верю, подтвердит мои предположения. Если посмотреть на это с его точки зрения, Марлена была убита этими людьми в назидание Рорку, чтобы отбить у него охоту вторгаться на их территорию ".

"Это не было заключением следователя".

"Нет, сэр, но офицер, проводивший расследование, был не тем полицейским, который, как известно, связан с этой организацией. Он был у них в кармане. Марлена была не более чем ребенком ". Ева достала из сумки две фотографии, по одной все еще сделанные с каждого из голографических изображений. "Это то, что с ней сделали. И следователь потратил ровно четыре с половиной человеко-часа на то, чтобы закрыть ее дело и признать смерть в результате несчастного случая ".

Уитни уставился на кадры, и его глаза стали мрачными. "Несчастный случай, черт возьми. Очевидно, что это убийство с применением пыток ".

"Над одной беззащитной девушкой надругались шестеро мужчин. И им все сошло с рук чисто. Мужчины, которые могут так поступить с ребенком, - это мужчины, которые могли бы этим похвастаться. Я полагаю, что те, кто был близок к ним, знали, и когда они были убиты, один за другим, по крайней мере, один человек решил, что Рорк и Соммерсет были ответственны ".

Тиббл перевернул неподвижное тело Марлены лицом вниз. Он был вдали от улиц достаточно долго, чтобы знать, что его будет преследовать этот образ. "И вы в это не верите, лейтенант? Вы хотите, чтобы мы поверили, что эти шесть смертей не были связаны, но наш нынешний безумец считает иначе. И вы хотите, чтобы мы поверили, что он убивает сейчас, подставляя Соммерсета, и все для того, чтобы отомстить Рорку?"

"Это совершенно верно. Я хочу, чтобы вы поверили, что человек, которого Мира описала мне как садиста-социопата со святой миссией, использует все имеющиеся в его распоряжении навыки, чтобы погубить Рорка. Подставить Соммерсета было просчетом, и вы увидите, когда Мира завершит свои тесты на него. Она сказала мне в предварительном интервью, что Соммерсет не только неспособен на такой диапазон насилия, но и потрясен насилием. Собранные против него косвенные улики достаточно очевидны, чтобы пятилетний косоглазый ребенок увидел их насквозь ".

"Я предпочитаю воздержаться от суждений по этому поводу, пока не увижу завершенную оценку Миры", - сказала ей Уитни.

"Я могу отдать тебе свою", - сказала она и бросила свой вес на чашу весов Соммерсета. "Диски системы безопасности в роскошных башнях были подделаны. Мы знаем это. Однако сектор вестибюля, который ясно показывает вход Соммерсета в здание, остался нетронутым. Почему? У Макнаба есть диск с двенадцатым этажом, который анализируется компьютером EDD. Я уверен, что мы обнаружим вспышку в тот период, когда Соммерсет вышел из лифта и ждал мисс Моррелл. И снова, в секторе вестибюля, где он указал, что покинул здание примерно в двенадцать сорок."

"Масштабы вмешательства, на которые вы указываете, потребовали бы очень специальных навыков и оборудования".

"Да, сэр. То же самое касается глушения передач в полицейском управлении. Религия играет жизненно важную роль в мотиве и методе этих убийств. Свидетельства указывают на сильную, хотя и извращенную, привязанность к католицизму. Соммерсет не католик и не особенно религиозен."

"Вера человека, - вставила Уитни, - часто является частным и интимным делом".

"Не с этим человеком это не так. Для него это движущая сила. У меня есть больше. Этим утром детектив Макнаб, который был приставлен ко мне из EDD, обнаружил то, что он назвал "эхо" в моей передаче по "линку" от преступника. Передача произошла не в моем доме, но кто-то приложил немало усилий, чтобы все выглядело так, как будто это произошло ".

Уитни ничего не сказал, пока не просмотрел отчет, предложенный Евой. "Это хорошая работа".

"Один из братьев Райли работал в службе безопасности крупной электронной фирмы - и он также совершил несколько поездок в Нью-Йорк за последние десять лет. Я бы хотел рассмотреть этот аспект ".

"Вы планируете отправиться в Ирландию, лейтенант?" Тренировки не позволили ей разинуть рот.

"Нет, сэр. Я могу получить доступ к любым необходимым данным отсюда ".

Уитни постучала пальцем по отчетам. "Я бы подумал об этом, серьезно подумал".

***

Пресс-конференции редко приводят Еву в веселое настроение. "Бесплатно для всех" в медиа-центре не стало исключением. Было достаточно плохо, когда ей приказывали стоять перед морем репортеров и отбивать чечетку вокруг того, что было, что должно быть, а чего нет, достаточно сложно, когда вопросы, которые ей задавали, касались ее профессиональной области. Но многие вопросы в течение запланированного часа касались личного характера. Она должна была выставить их быстро, умело и без малейшего пота.

Она чертовски хорошо знала, что репортеры чувствуют запах пота.

"Лейтенант Даллас, как главный следователь, вы допрашивали Рорка в связи с этими убийствами?"

"Рорк сотрудничал с департаментом".

"Было ли его сотрудничество вызвано первичным обвинением или его женой?"

Сукин сын со змеиными глазами и плоским лицом, подумала Ева, пристально глядя на репортера и игнорируя автотронные камеры, которые, как пауки, скользили в ее направлении. "Рорк добровольно предоставил свои показания и свою помощь с момента начала этого расследования".

"Разве это не правда, что ваш главный подозреваемый состоит на службе у Рорка и проживает в вашем доме?"

"На данном этапе расследования у нас нет главного подозреваемого". Это вызвало рычание волчьей стаи, выкрикиваемые вопросы, требования. Она переждала их. "Лоуренс Чарльз Саммерсет прошел официальное собеседование и добровольно прошел тестирование. В результате этого департамент и главное управление сейчас используют другие каналы расследования ".

"Каков ваш ответ на предположение, что Соммерсет убил трех человек по приказу своего работодателя?"

Выкрикнутый вопрос со спины имел эффект заглушения криков. Впервые почти за час воцарилась тишина. Даже когда шеф Тиббл выступил вперед, Ева подняла руку. "Я хотел бы ответить на это". Ярость, возможно, вцепилась ей в горло, но ее голос был холодным и ровным. "Мой ответ заключается в том, что предположениям такого рода не место на этом форуме. Им место в крошечных комнатах, где они могут обсуждаться крошечными умами. Подобное предположение, озвученное публично, особенно представителем средств массовой информации, подпадает под категорию преступной халатности. Такой намек, без каких-либо фактов или свидетельств в его поддержку, является оскорблением не только для вовлеченных людей, но и для мертвых. Мне больше нечего здесь сказать ".

Она обошла Тиббла и сошла с платформы. Она могла слышать вопросы, которые ему выкрикивали, и его спокойный, рассудительный голос, отвечающий. Но у нее была кровь в глазу и горький привкус во рту.

"Даллас! Даллас, держись ". Надин Ферст бросилась за ней, ее оператор по горячим следам преследовал ее. "Дай мне две минуты, давай. Две паршивых минуты".

Ева набросилась на нее, зная, что было бы чудом, если бы она сдержалась хотя бы на две секунды. "Не попадайся мне на глаза здесь, Надин".

"Послушай, тот, последний, перешел черту, без вопросов. Но ты должен ожидать, что здесь тебе достанется немного тепла ".

"Я могу справиться с жаром. Я не понимаю, почему я тоже должен иметь дело с идиотами ".

"Там я с тобой".

"Это ты?" Краем глаза Ева заметила, что оператор ведет запись.

"Позволь мне помочь тебе здесь". Инстинктивно Надин пригладила волосы, застегнула жакет идеальной линией. "Дайте мне заявление, быстрый тет-а-тет, чтобы сбалансировать ситуацию".

"Даю тебе девяностосекундный эксклюзив, ты имеешь в виду, и повышаю твои рейтинговые баллы. Иисус." Ева отвернулась, прежде чем смогла сделать или сказать что-то достойное сожаления.

Затем слова Миры вернулись к ней. Массивное и хрупкое эго убийцы. Его сосредоточенность на ней - потребность в женском одобрении. Она не была уверена, был ли это порыв или инстинкт, но она последовала ему.

Она бы повысила рейтинг Надин, все верно. И она отвесила бы убийце хорошую пощечину. Она надеялась, что он почувствует, что честь обязывает его попытаться вернуть.

"Кем, черт возьми, вы, люди, себя возомнили?" Она развернулась назад, давая выход своему гневу. Она не сомневалась, что это отразится на ее лице, в ее сжатых кулаках. "Используя свои права по Первой поправке, право вашей общественности знать, вмешиваться в расследование убийства".

"Подожди минутку".

"Нет, ты подожди". Ева ткнула пальцем в плечо Надин, отбросив ее на шаг назад. "Три человека мертвы, дети осиротели, женщина овдовела, и все потому, что какой-то эгоцентричный кусок дерьма с комплексом Бога решил поиграть в игры. Вот твоя история, приятель. Какой-то мудак, который думает, что Иисус говорит с ним, играет на средствах массовой информации, как на чертовом банджо. Чем больше эфирного времени вы ему уделяете, тем он счастливее. Он хочет, чтобы мы верили, что у него есть высшая цель, но все, чего он действительно хочет, - это победить. И он этого не сделает. Он не сделает этого, потому что я лучше, чем он. Этот придурок - любитель, которому повезло ненадолго. Если он будет продолжать облажаться, я посажу его в клетку через неделю ".

"И вы будете придерживаться этого, лейтенант Даллас", - холодно сказала Надин. "Вы задержите убийцу в течение недели".

"Ты можешь на это рассчитывать. Он не самый умный, за которым я охотился, он даже не самый жалкий. Он просто еще один крошечный прыщик на заднице общества ".

Она повернулась и зашагала прочь.

"Из этого получится отличный экран, Надин". Оператор чуть ли не танцевал от радости. "Рейтинги зашкаливают".

"Да". Надин смотрела, как Ева врезается в свою машину. "И вот тебе и дружба", - пробормотала она. "Давайте передадим это в сыром виде на станцию. Мы выпустим это в эфир как раз к половине шестого ".

Ева рассчитывала на это. Ее мужчина увидел бы это. Может быть, он был бы взвинчен, может быть, он взорвался бы, но она не сомневалась, что он сделал бы ход. Его эго потребовало бы этого.

И на этот раз он придет за ней.

Она направилась в полицейский участок. Она подумала, что ей пойдет на пользу поработать несколько часов в ее обычной обстановке. Запоздало подумав, она позвонила домой. Когда Рорк ответил сам, брови Евы взлетели вверх.

"Где Соммерсет?"

"В его каюте".

"Дуешься?"

"Живопись, я полагаю. Он думал, что это расслабит его. А где вы, лейтенант?"

"По пути в Центральный на некоторое время. Только что закончилась пресс-конференция."

"И мы знаем, как сильно они тебе нравятся. Я обязательно настроюсь на начало пяти тридцати ".

Она не поморщилась, по крайней мере, не заметно. "Я бы не стал беспокоиться. Это было довольно скучно. Слушай, я думал, ты будешь в своей штаб-квартире. Нет причин приостанавливать работу вашего мира из-за этого ".

"Мой мир продолжает вращаться. Я могу немного дольше разбираться с деталями отсюда. Кроме того, мы с Йеном так хорошо проводим время, играя в наши игрушки ".

"Чего-нибудь добиваешься?"

"Я так думаю. Это медленно".

"Я посмотрю, когда доберусь туда. Через пару часов."

"Прекрасно. Я полагаю, мы будем есть пиццу ".

"Хорошо, сделай мой заряженным. Увидимся".

Она отключила передачу, когда въезжала на подземную стоянку в Центральном. Она потратила минуту, чтобы выругаться, поскольку лейтенант Медавой из отдела по борьбе с преступностью в очередной раз неровно припарковался и вторгся в ее личное пространство. Она втиснулась внутрь, побаловав себя тем, что энергично стукнула дверцей о борт его машины.

К тому же новая, подумала она, отметив, что блестящая поверхность теперь покрыта приятными вмятинами. Где, черт возьми, на борьбу с преступностью берут бюджет?

До эфира осталось пятнадцать минут, отметила она, направляясь на глиссаде в центр Города. Она наливала себе кофе, запирала дверь своего офиса и смотрела шоу.

Она не была разочарована. Ее импровизированное заявление для Надин прозвучало именно так, как задумывалось. Она казалась разъяренной, самоуверенной и безрассудной. Это должно было надрать ему задницу, решила она, и подумала, есть ли у нее время на еще одну чашечку кофе, прежде чем Уитни позовет ее.

У нее не было времени на еще один глоток.

Она приняла ожидаемую взбучку без аргументов или оправданий, согласилась с тем, что ее комментарии были неразумными и чрезмерно эмоциональными.

"Никаких содержательных замечаний, лейтенант?"

"Нет, сэр".

"Что ты здесь делаешь, Даллас?"

Она переключила передачу быстро, плавно, понимая, что была слишком примирительной. "Моя подмышка в этом расследовании, которое вызывает большой стресс в моей личной жизни. Я выпустил пар, и я приношу извинения. Это больше не повторится ".

"Убедитесь, что этого не произойдет, и свяжитесь с мисс Ферст. Я хочу, чтобы ты предложил ей еще один тет-а-тет, на этот раз, когда ты будешь контролировать свои эмоции ".

Еве не нужно было сейчас изображать раздражение. "Я бы хотел в ближайшем будущем избегать средств массовой информации, коммандер. Я думаю- "

"Это была не просьба, лейтенант. Это был приказ. Ты заварил кашу, теперь убирай ее. И быстро."

Ева закрыла рот, сначала зубами, и кивнула.

Следующий час она выходила из себя, разбираясь с бумажной волокитой, а когда это не помогло, связалась с техобслуживанием и ошпарила им уши из-за еще не отремонтированной системы наведения в ее автомобиле. Успокоившись, она набросала электронное сообщение для Надин с предложением еще одного интервью и отправила его, прежде чем та успела подумать об этом.

И на протяжении всего этого она ждала, когда ее 'ссылка подаст звуковой сигнал. Она хотела, чтобы он позвонил, желала, чтобы он позвонил. Чем скорее он сделает свой ход, тем небрежнее он будет.

Кто он? Социопат, садист, эгоист. И все же в нем было что-то слабое, печальное и даже жалкое. Загадки и религия, размышляла она. Что ж, это было не так уж странно. Религия была для нее загадкой. Верьте этому, и только этому, потому что мы так говорим. Если вы этого не сделаете, вы покупаете билет в один конец в вечный ад.

Организованная религия сбивала ее с толку, вызывала смутный дискомфорт. У каждого были последователи, которые были настолько уверены в своей правоте, что их путь был единственным. И на протяжении всей истории они вели войны и проливали океаны крови, чтобы доказать это.

Ева пожала плечами, лениво взяла одну из трех статуэток Мадонны, которые она расставила на своем столе. Ее воспитывало государство, а государственное образование по закону запрещало включать в себя даже намек на религиозное воспитание. Церковные группы постоянно лоббировали, чтобы изменить это, но Ева думала, что у нее все получилось достаточно хорошо. Она сформировала свое собственное мнение. Было правильное и неправильное, закон и хаос, преступление и наказание.

Тем не менее, религия, в лучшем случае, должна была направлять и утешать, не так ли? Она взглянула на стопку дисков, которые накопила за время своих исследований католической веры. Это оставалось для нее загадкой, но она думала, что так и должно было быть. Это было его ядром, тайной, окутанной помпой и зрелищем. И его ритуалы были прекрасны и визуально привлекательны.

Как у Девственницы. Ева повертела статуэтку в руке, изучая ее. Как Рорк назвал ее? BVM. Это заставило ее звучать дружелюбно, доступно, как кого-то, к кому можно обратиться со своими проблемами.

Я не совсем могу разобраться с этим, я спрошу BVM.

И все же она была святейшей из женщин. Идеальная женская фигура. Девственная Мать, которая была призвана родить Сына Божьего, а затем наблюдать, как он умирает за грехи человека.

Теперь был безумец, использующий ее образ, искажающий его, использующий его, чтобы стать свидетелем бесчеловечности человека по отношению к человеку.

Но мать была ключом, не так ли? она размышляла. Его мать или кто-то, кого он считал воплощением любви и авторитета.

Ева не могла вспомнить свою мать. Даже в снах, которые она была бессильна контролировать, не было ничего и никого в этой роли. Ни нежного голоса в колыбельной, ни повышенного в гневе, ни ласкового поглаживания рукой, ни шлепка в раздражении.

Ничего.

И все же кто-то носил ее девять месяцев, выстрелил в нее из утробы в мир. Тогда было - что? Отвернулся, убежал? Умер? Оставил ее одну, чтобы ее избили, сломали и осквернили. Оставил ее дрожать в холодных, грязных комнатах в ожидании следующей ночи боли и издевательств.

Не имеет значения, яростно напомнила себе Ева. Смысл был не в этом. Сейчас имело значение происхождение этого человека, то, что сформировало его.

Ева Даллас сформировала себя.

Она осторожно поставила статуэтку обратно, глядя в это безмятежное и прекрасное лицо. "Просто еще один грех на его совести", пробормотала она, "используя тебя как часть своих непристойностей. Я должен остановить его, прежде чем он сделает это снова. Здесь мне не помешала бы небольшая помощь ".

Ева взяла себя в руки, моргнула в шоке, затем немного рассмеялась, проведя рукой по волосам. Католики были довольно умны, решила она, со своими статуями. Прежде чем ты осознал это, ты уже разговаривал с ними - и это было чертовски похоже на молитву.

Это не молитвы, которые приведут его к гибели, напомнила она себе. Это была полицейская работа, и она была бы более продуктивной дома. Приличная еда, хороший ночной сон придали бы ей сил.

Она обнаружила, что машины Медавоя не было, когда она добралась до гаража, и поскольку к ее лобовому стеклу не было приклеено памятки, она предположила, что он еще не заметил новую вмятину на своей двери со стороны пассажира.

Гараж эхом отдавался вокруг нее. Она услышала вой заводящегося двигателя, быстрое скольжение шин по асфальту. Секундой позже подразделение, отмеченное маркировкой. Вой сирен поразил воздух, когда машина вылетела из гаража в ночь.

Она открыла свои замки, потянулась к ручке. Позади нее послышались шаги. Она развернулась, ее оружие было в руке, ее тело согнулось.

Шаги замедлились, и мужчина вскинул руки. "Вау. По крайней мере, зачитайте мне мои права ".

Она узнала детектива из своего подразделения и убрала оружие в кобуру. "Прости, Бакстер".

"Нервные мы, не так ли, Даллас?"

"Люди не должны прятаться за гаражами".

"Эй, я как раз направляюсь к своей машине". Он подмигнул, когда раскодировал машину через два от ее. "Устроил себе горячее свидание с дерзкой сеньоритой".

"Оле, Бакстер", - пробормотала она и, злясь на себя, скользнула за руль. Потребовалось три попытки, чтобы двигатель заработал. Она решила, что утром лично отправится на техобслуживание и убьет первого механика, который попадется ей на пути.

Регулятор температуры сразу переключился на разогрев, затем переключился на поджаривание. Ева с рычанием приказала прекратить это и приготовилась к позднему ноябрьскому холоду.

Она проехала два квартала, попала в пробку и вздохнула. Какое-то время она просто постукивала пальцами по колесу и изучала новый анимированный рекламный щит над театральным комплексом Громли. Рекламировалась дюжина разных видеороликов. Она наблюдала за воздушной погоней между двумя небесными циклами над Нью-Лос-Анджелесом, которая закончилась очень впечатляющей катастрофой и демонстрацией пламени. Она размышляла о красивой паре, которая каталась по весеннему лугу, одетая в небольшую, но блестящую кожу. Следующим на очереди был последний детский фильм, в котором было трио танцующих пауков, одетых в цилиндры и фраки.

Она медленно продвигалась вперед, игнорируя раздраженные гудки и выкрикиваемые проклятия других водителей, находящихся в аналогичном положении.

Пара подростков, катающаяся тандемом на аэроборде, пронеслась сквозь оживленный транспортный поток в яркой вспышке цвета. Водитель рядом с ней смирилась с долгим ожиданием, включив свою музыкальную систему на оглушительную высоту и подпевая громким, фальшивым голосом.

Над головой прогрохотал аэробус. В этом звуке было что-то самодовольное, подумала Ева. Да, да, размышляла она, хмуро глядя на это, если бы больше людей воспользовалось общественным транспортом, мы бы не оказались в таком затруднительном положении.

Заскучав, Ева достала свой коммуникатор и набрала Пибоди.

"С таким же успехом ты могла бы покончить с этим вечером", - сказала ей Ева. "Я попал в автомобильную пробку, и о моем расчетном времени можно только догадываться".

"Ходят слухи о пицце".

"Ладно, тогда наслаждайся, но если ты все еще будешь там, когда я вернусь, тебе придется предоставить мне полный отчет о проделанной за день работе".

"Ради пиццы, лейтенант, я бы столкнулся с гораздо худшим".

Она наблюдала, как это происходило. Это была идеальная постановка для катастрофы. За три машины до нее два быстрых такси одновременно включили вертикальный подъем. Их крылья соприкоснулись, ударились. Такси дернулось. Как раз в тот момент, когда Ева качала головой над идиотизмом, такси потеряли скорость и с оглушительным стуком вылетели на улицу.

"Ну, черт возьми".

"Проблема, Даллас? Мне показалось, я слышал грохот."

"Да, пара безмозглых таксистов. О да, это поможет. Теперь они сошли со своих аттракционов и орут друг на друга. Это заставит движение двигаться, все в порядке ".

Ее глаза сузились, когда она увидела, как один из таксистов протянул руку через окно и вытащил металлическую биту. "Это разрывает все. Пибоди, вызови пару черно-белых летающих машин, продолжается нападение со смертельным исходом, Десятая авеню между двадцать пятой и шестой. Скажи им, чтобы поторопились, пока у нас не начался бунт. А теперь я собираюсь преподать этим придуркам урок вежливости за рулем ".

"Даллас, может быть, тебе стоит дождаться подкрепления. У меня будет - "

"Забудь об этом. Меня тошнит от идиотов". Она хлопнула дверью, сделала три длинных шага. И мир взорвался.

Она почувствовала, как горячий воздушный кулак ударил ее в спину, подхватил, как куклу, и швырнул вперед. Ее барабанные перепонки пели с силой взрыва, когда она летела. Что-то острое, изогнутое и пылающее пролетело мимо ее головы. Кто-то закричал. Она не думала, что это была она сама, поскольку, казалось, не могла набрать воздуха, чтобы вздохнуть.

Она отскочила головой вперед от капота автомобиля, смутно увидела потрясенное, белое лицо водителя, уставившегося на нее, затем ударилась об улицу достаточно сильно, чтобы оцарапать плоть и загреметь костями.

Что-то горит, что-то горит, подумала она, но не могла точно определить, что именно. Плоть, кожа, топливо. О Боже. С шатким усилием она оттолкнулась руками, сумела поднять голову.

Позади нее люди бросали свои машины, как крысы, бегущие с обреченных кораблей. Кто-то наступил на нее, но она едва почувствовала это. Над головой пролетели вертолеты, чтобы направить лучи безопасности и разнести предупреждения.

Но глаза были ослеплены яростным светом, выстреливающим пламенем, исходящим из ее автомобиля.

Она с хрипом вдохнула, выдохнула. "Сукин сын". И потерял сознание от холода.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Рорк прокладывал себе путь сквозь толпы людей, вереницы машин скорой помощи. Воздушные подъемники зависли над нами, испуская потоки огней на фоне визга сирен. Пахло потом, кровью и гарью. Ребенок кричал долгими, захлебывающимися воплями. Женщина сидела на земле, окруженная сверкающими бриллиантами из дюрагласса размером с кулак, и тихо плакала, закрыв лицо руками.

Он видел почерневшие лица, потрясенные глаза, но он не видел Еву.

Он отказывался позволять себе думать, чувствовать или воображать.

Он был в кабинете Евы, возился с Макнабом, когда поступило сообщение о вызове Пибоди. Он продолжал работать, забавляясь тем, что слушал голос Евы, в котором слышалось раздражение, а затем отвращение, когда она приказала Пибоди вызвать спасателя.

Затем почти женский вопль взрыва заставил коммуникатор подпрыгнуть в руке Пибоди. Он не стал ждать, даже удара сердца, а вышел из комнаты и исчез, даже когда Пибоди отчаянно пыталась снова воскресить Еву.

Он бросил свою машину за целый квартал до дома, но добирался пешком довольно быстро. Одна лишь сила воли заставляла людей убираться с его пути. Или, возможно, это была холодная ярость в его глазах, когда он осматривал лица, формы.

Затем он увидел ее автомобиль - или то, что от него осталось. Искореженный корпус из стали и пластика был отделен и покрыт густой белой пеной. И его сердце остановилось.

Он никогда не узнает, как долго он стоял там, не в силах дышать, его тело сотрясалось от шока. Затем он сломался, двинулся вперед, с какой-то дикой идеей разорвать разбитую машину на куски, чтобы найти ее.

"Черт возьми, я сказал, что не поеду ни в какую больницу. Просто залатай меня, ради Христа, и найди мне гребаный коммуникатор, прежде чем я вышвырну твою жалкую задницу в Ист-Сайд ".

Он развернулся, его голова вскинулась, как у волка, почуявшего свою пару. Она сидела на подножке "медивана", рыча на измученного медицинского техника, который изо всех сил пытался покрыть ее ожоги.

Она была обожжена, истекала кровью, в синяках и, казалось, была жива.

Он не пошел к ней сразу. Ему нужно было мгновение, чтобы его руки перестали дрожать, чтобы сердце перестало колотиться и снова забилось нормально. Облегчение было как наркотик, напиток с добавлением специй, от которого кружилась голова. Он проглотил это, а затем обнаружил, что ухмыляется как идиот, когда она ткнула локтем в живот МТ, чтобы помешать ему дать ей дозу лекарства.

"Держи эту штуку подальше от меня. Я говорил тебе достать мне коммуникатор?"

"Я делаю свою работу, лейтенант. Если бы ты просто сотрудничал - "

"Сотрудничайте с адом. Сотрудничайте с вами, ребята, и я закончу тем, что буду пускать слюни и буду привязан к каталке ".

"Вам нужно обратиться в больницу или медицинский центр. У вас сотрясение мозга, ожоги второй степени, ушибы, рваные раны. Ты в шоке ".

Ева протянула руку и схватила его за воротник форменной куртки. "У одного из нас будет шок, эйс, если ты не достанешь мне чертов коммуникатор".

"Что ж, лейтенант, я вижу, вы в своей обычной форме".

Она оглянулась, подняла глаза и, увидев Рорка, вытерла тыльной стороной ладони свое покрытое синяками и сажей лицо. "Привет. Я просто пытался заставить этого придурка найти мне коммуникатор, чтобы я мог позвонить тебе. Даю тебе знать, что я опоздаю на ужин ".

"Я понял это для себя, когда мы услышали ваш взрыв". Он присел на корточки, пока их глаза не оказались лицом к лицу. На ее лбу была ужасная царапина, из которой все еще сочилась кровь. Ее куртка исчезла, а рубашка, которую она носила, была разорвана и опалена. Рукав ее левой руки был испачкан кровью из шестидюймовой глубокой раны. Ее брюки были буквально изодраны в клочья.

"Дорогая," мягко сказал он, "ты выглядишь не лучшим образом".

"Если бы этот парень просто подлатал меня достаточно, чтобы я мог - эй, эй, эй!" Она дернулась, ударила, но была недостаточно быстра, чтобы предотвратить попадание шприца под давлением в ее руку. "Что это было? Что ты мне дал?"

"Просто обезболивающее. Это причинит кому-то боль ".

"Ах, черт, это сделает меня глупым. Ты знаешь, что все это сводит меня с ума ", - сказала она, обращаясь к Рорку. "Я ненавижу, когда это происходит".

"Я скорее наслаждаюсь этим сам". Он приподнял ее подбородок, когда МТ принялся за ее руку. "Сколько преданных мужей ты видишь?"

"Только ты. У меня нет сотрясения мозга ".

"Да, это так", - весело сказал МТ. "Эта рана довольно грязная - в ней много уличного песка, - но мы ее вымоем и закроем".

"Тогда сделай это быстро". Она начала дрожать - отчасти от холода, отчасти от шока, - но не замечала этого. "Я должен обсудить это с пожарной командой и взрывотехническим подразделением. И где, черт возьми, Пибоди, потому что я... Черт, черт, черт, это происходит. Мой язык становится толстым ". Ее голова откинулась, и она тряхнула ею, возвращая ее на место. Она почувствовала, как нарастает приступ смеха, и попыталась подавить его. "Почему бы им просто не налить тебе пару порций бурбона из Кентукки?"

"Это не рентабельно. И тебе не нравится бурбон ". Рорк сел на подножку рядом с ней, взял ее свободную руку, чтобы самому осмотреть царапины и ожоги.

"Ну да, мне это тоже не нравится. Химикаты делают вас другими ". Она тупо смотрела, как медик водит палочкой для наложения швов по ее разорванной плоти, аккуратно зашивая ее. "Не везите меня в больницу. Я буду действительно взбешен ".

Он нигде не видел ее любимой кожаной куртки и сделал мысленную пометку заменить ее. На данный момент он снял свою и накинул ей на плечи. "Дорогая, примерно через девяносто секунд ты не будешь знать, что я с тобой делаю, или куда я тебя веду".

Ее тело начало прекрасное медленное плавание в никуда. "Я сделаю это, когда выйду из этого. Почему, вот она. Привет, Пибоди. И Макнаб тоже. Разве они не милая пара?"

"Восхитительно. Откинь голову назад, Ева, и позволь милому МТ перевязать ее за тебя ".

"Хорошо, конечно. Привет, Пибоди, вы с Макнабом гуляете по городу?"

"Он накачал ее наркотиками", - объяснил Рорк. "Транквилизаторы всегда так с ней поступают".

"Насколько серьезно ты ранен?" - Побелевшая и потрясенная, Пибоди опустилась на колени. "Даллас, насколько все плохо?"

"О". Она сделала широкий жест и ухитрилась шлепнуть многострадальную гору. "Шишки и все такое. Боже, я летал. Позвольте мне сказать вам, что взлет может быть довольно крутым, но эти посадки - отстой, космическая трата. Бац!" Чтобы продемонстрировать, она попыталась ударить кулаком по колену, промахнулась и попала медику в промежность. "Ой, извини", - сказала она, когда он сложил руки. "Эй, Пибоди, как там моя машина?"

"Это полная потеря".

"Черт. Что ж, спокойной ночи." Она обняла Рорка, прижалась к нему и вздохнула.

МТ задержал дыхание, затем неуверенно поднялся на ноги. "Это лучшее, что я могу сделать для нее здесь. Она вся твоя".

"Действительно, это она. Давай, дорогая, пойдем".

"Ты оставила мне немного пиццы? Я не хочу, чтобы ты нес меня, хорошо? Это смущает. Я прекрасно могу ходить ".

"Конечно, ты можешь", - заверил он ее и поднял на руки.

"Видишь, говорила тебе". Ее голова упала ему на плечо, как налитая свинцом. "Ммм. Ты хорошо пахнешь". Она обнюхала его горло, как щенок. "Разве он не симпатичный?" она сказала, ни к кому конкретно не обращаясь. "Он тоже весь мой. Все мое. Мы идем домой?"

"Ммм-хм". Не было необходимости упоминать, каким окольным путем он намеревался добраться до ближайшей больницы.

"Мне нужно, чтобы Пибоди осталась на... Мне нужно, чтобы она осталась для чего-то. Да, для продолжения, заставь тех парней с бомбами рассказать об этом, Пибоди ".

"Не беспокойся об этом, Даллас. Утром у нас будет для вас полный отчет ".

"Сегодняночью. Это только начало вечера".

"Завтра", - пробормотал Рорк, переводя взгляд с Пибоди на Макнаба. "Я хочу знать все, что только можно знать".

"Ты ее получишь", - пообещал Макнаб. Он подождал, пока Рорк пронес Еву сквозь толпу, затем повернулся, чтобы изучить машину. "Если бы она была внутри, когда все вспыхнуло..."

"Она не была," отрезала Пибоди. "Давайте приступим к работе".

***

Ева проснулась в тишине. У нее было смутное воспоминание о том, как ее тыкали и подталкивали, и о том, как она ругалась на кого-то - на нескольких человек - во время медицинского осмотра. Итак, ее мыслью наяву была паника, смешанная с яростью.

Они ни за что не стали бы держать ее в этой чертовой больнице еще пять минут.

Она подскочила в постели, и ее голова сделала одно долгое, головокружительное движение. Но это было облегчение, которое охватило ее, когда она поняла, что находится в своей собственной постели.

"Куда-то собираешься?" Рорк поднялся из гостиной, где он одним глазом следил за прокручивающимися биржевыми отчетами на мониторе, а другим - за своей спящей женой.

Она не легла на спину. Это был вопрос гордости. "Возможно. Ты отвез меня в больницу ".

"Это моя маленькая традиция. Всякий раз, когда моя жена попадает во взрыв, я предпочитаю быстро съездить в больницу ". Он сел на край кровати, не сводя глаз с ее лица, и поднял три пальца. "Скольких ты видишь?"

Теперь она вспомнила больше - как ее будили полдюжины раз в течение ночи и она видела его лицо, нависшее над ней, когда он задавал тот же вопрос. "Сколько раз ты собираешься спрашивать меня об этом?"

"Теперь это вошло в привычку. Мне потребуется время, чтобы разрушить это. Сколько их?"

"Тридцать шесть". Она слабо улыбнулась, когда он просто продолжал смотреть. "Ладно, три. Теперь убери свои пальцы от моего лица. Я все еще зол на тебя ".

"Теперь я опустошен". Когда она начала превращаться, он положил руку ей на плечо. "Останься".

"На кого я похож, на кокер-спаниеля?"

"На самом деле, есть сходство вокруг глаз". Он твердо держал свою руку на месте. "Ева, ты останешься в постели до утра".

"Я не - "

"Подумай об этом так. Я могу заставить тебя. " Он потянулся, взял ее за подбородок рукой. "Тогда ты был бы унижен. Ты действительно ненавидишь это. Подумай, насколько легче было бы твоей гордости и эго, если бы ты решил остаться в постели еще на пару часов ".

Они были довольно хорошо подобраны физически, и Ева полагала, что они были примерно равны в тейкдаунах. Но в его глазах было выражение, которое предупреждало, что он выполнит свою угрозу. И она чувствовала себя не лучшим образом.

"Может быть, я был бы не против полежать в постели пару часов, если бы выпил немного кофе".

Рука на ее плече скользнула к ее щеке. "Может быть, я достану тебе немного". Он наклонился вперед, чтобы легко поцеловать ее, затем обнаружил, что крепко прижимает ее к себе, зарываясь лицом в ее волосы, раскачиваясь, когда все мысли и страхи, которые он сдерживал ночью, вырвались наружу. "О Боже".

Эмоции, которые излились из него в этих двух словах, захлестнули ее. "Со мной все в порядке. Не волнуйся. Со мной все в порядке ".

Он думал, что справился с этим, думал, что за долгую ночь преодолел это болезненное, дрожащее ощущение в животе. Но сейчас она выстрелила в ответ, невероятно сильно. Его единственной защитой было удержать ее. Просто держись.

"Взрыв прозвучал через коммуникатор Пибоди - громко и отчетливо". Когда его организм снова начал приходить в норму, он прижался своей щекой к ее. "Был долгий, неподвластный времени период слепого ужаса. Добраться туда, затем пробиться сквозь хаос. Кровь, стекло и дым". Он быстро провел руками вверх и вниз по ее рукам, когда отступил. "Затем я услышал, как ты нападаешь на МТ, и жизнь вернулась для меня на место". Теперь он действительно поцеловал ее, легко. "Я принесу тебе кофе".

Ева изучала свои руки, пока Рорк шел через комнату. Царапины и ссадины были обработаны, и обработаны хорошо. От их жестокой встречи с асфальтом почти не осталось следов. "Никто никогда не любил меня до тебя". Она подняла на него взгляд, когда он снова сел на кровать. "Я не думал, что когда-нибудь привыкну к этому, и, возможно, я не привыкну. Но я привык зависеть от этого ".

Она взяла предложенный им кофе, затем его руку. "Я доставлял горе МТ, потому что он не хотел достать мне коммуникатор. Мне нужно было найти кого-нибудь, кто позвонил бы тебе, чтобы сказать, что со мной все в порядке. Это было первое, о чем я подумал, когда пришел в... Рорк. Это было первое, что пришло мне в голову ".

Он поднес их соединенные руки к своим губам. "Мы пошли и сделали это, не так ли?"

"Сделал что?"

"Станьте единым целым".

Это заставило ее улыбнуться. "Я думаю, у нас есть. Теперь у нас все в порядке?"

"У нас все хорошо. В качестве еды при пробуждении были рекомендованы прозрачные жидкости, но, полагаю, нам хотелось бы чего-нибудь более существенного."

"Я мог бы съесть лучшую часть коровы, все еще находящуюся на копыте".

"Я не знаю, есть ли у нас в кладовой это особое лакомство, но я посмотрю, что смогу придумать".

Это было не так уж плохо, решила она, когда за этим ухаживали. Не тогда, когда это включало завтрак в постель. Она расправилась с омлетом с грибами и зеленым луком, приготовленным из яиц, снесенных избалованными коричневыми курами.

"Мне просто нужно было топливо", - выдавила она, откусывая бублик с корицей. "Теперь я чувствую себя прекрасно".

Рорк выбрал одну из ягод малины размером с большой палец с ее подноса для завтрака. "Ты выглядишь удивительно хорошо при данных обстоятельствах. У вас есть какие-нибудь идеи, как бомба была заложена в вашем официальном подразделении?"

"У меня есть пара теорий. Мне нужно... - Она замолчала, слегка нахмурившись, когда раздался стук в дверь.

"Пибоди, я полагаю. Она была бы быстрой." Он сам подошел к двери, чтобы впустить ее.

"Как она?" - прошептала Пибоди. "Я думал, они могли оставить ее на ночь в больнице".

"Они могли бы, но тогда она причинила бы мне боль".

"Не шептаться", - крикнула Ева. "Пибоди, я хочу отчет".

"Да, сэр". Пибоди подошла к кровати, затем ухмыльнулась от уха до уха. Женщина в красной шелковой ночной рубашке, откинувшаяся на гору подушек в огромной кровати, с подносом, уставленным едой на тонком фарфоре, расположившемся у нее на коленях, не была обычным образом Евы Даллас. "Ты выглядишь как персонаж из старого фильма", - начала она. "Ты знаешь, как... Бетт Кроуфорд."

"Это, должно быть, Дэвис", - сказал ей Рорк, после того, как он замаскировал смешок кашлем. "Или Джоан Кроуфорд".

"Неважно. Ты выглядишь вроде как гламурно, Даллас ".

Оскорбленная, Ева выпрямилась. "Я не верю, что я просил отчета о моем внешнем виде, офицер Пибоди".

"Она все еще немного вспыльчива", - прокомментировал Рорк. "Не хочешь ли кофе, Пибоди, что-нибудь на завтрак?"

"У меня было немного..." Ее глаза заблестели. "Это малина? Вау."

"Они свежие. У меня есть агрохолдинг неподалеку. Устраивайся поудобнее".

"Когда вы двое закончите общение, может быть, мы могли бы уделить минутку, чтобы обсудить... о, я не знаю, как насчет автомобильных бомб?"

"У меня есть отчеты". Привлеченная малиной, Пибоди села на край кровати. Она поставила свою блестящую черную туфлю на колено своих накрахмаленных форменных брюк. "Чистильщики и взрывотехники собрали это вместе довольно быстро. Спасибо, это великолепно ", - добавила она, когда Рорк принес ей поднос с ее собственным. "Мы выращивали малину, когда я был ребенком". Она попробовала один и вздохнула. "Возвращает меня назад".

"Постарайся остаться в этом десятилетии, Пибоди".

"Да, сэр. Я... - Она взглянула на три быстрых стука в дверь. "Должно быть, Макнаб".

Макнаб просунул голову в дверь. "Все чисто. Эй, какая-нибудь спальня. Выдающийся. Я чувствую запах кофе? Эй, лейтенант, выглядишь прилично. Что это за ягоды?"

Говоря это, он пересек комнату, кот трусцой влетел за ним. Когда они оба уютно устроились на кровати, Ева просто разинула рот.

"Чувствуй себя как дома, Макнаб".

"Спасибо". Он взял себе ее миску с ягодами. "Вы выглядите уверенным, лейтенант. Рад это видеть ".

"Если кто-нибудь не даст мне чертов отчет, я буду выглядеть более чем уравновешенным. Ты, - решила она, указывая на Пибоди. "Потому что обычно ты не идиот".

"Да, сэр. Взрывное устройство было самодельным "бумером", и тот, кто его собрал, знал свое дело. У него был небольшой радиус действия, классический для автомобильных взрывчатых веществ, вот почему он уничтожил ваш автомобиль, но оказал, условно говоря, незначительное воздействие на окружающую местность. Если бы вы не попали в пробку, машины не были зажаты со всех сторон, в принципе, не было бы никаких внешних повреждений, о которых можно было бы говорить ".

"Были ли смертельные случаи?"

"Нет, сэр. Пострадали транспортные средства по вашему периметру, и было около двадцати травм - только три были серьезными. Остальные прошли лечение и были освобождены. Вы получили серьезные травмы, поскольку находились вне автомобиля и без защиты во время взрыва ".

Ева вспомнила двух подростков, которые прошли мимо всего несколько мгновений назад. Если бы они все еще были в пределах досягаемости... Она приказала себе прогнать этот образ. "Это было по таймеру? Как это было подано?"

"Я возьму это". Макнаб рассеянно погладил Галахада по спине, когда кот свернулся калачиком у ног Евы. "Он выбрал стандартный стиль автомобильного бума - что было его ошибкой. Если бы он использовал таймер, ну, давайте просто скажем, что вы бы не ели ягоды этим утром, лейтенант. Он подключил его к зажиганию, полагая, что оно сработает, когда ты заведешь двигатель. К счастью для нашей стороны, вы управляете - или управляли - ведомственной шуткой. Электрическая система, система наведения, система зажигания, ну, почти каждая чертова система в вашем автомобиле была неисправна. Я предполагаю, что, когда вы запустили его вчера, он несколько раз икал."

"Мне потребовалось три попытки, чтобы это получилось".

"Вот ты где". Макнаб указал ягодой, затем отправил ее в рот. "Это разорвало связь с "бумером", пропустив спусковой крючок. Он был заряжен, мог сработать в любой момент оттуда. Ты въезжаешь в выбоину, резко останавливаешься и бум ".

"Я хлопнула дверью", - пробормотала Ева. "Когда эти идиоты-водители такси разозлили меня, я вышел и хлопнул дверью".

"Скорее всего, именно это и сделало это. С бумером все в порядке. Я сам взглянул на обломки и могу сказать вам, что он использовал высококачественные компоненты. Он просто ждал сигнала, чтобы сработать ".

Ева перевела дыхание. "Итак, вы хотите сказать, что я обязан своей жизнью сокращению бюджета и ремонтной бригаде департамента, у которой есть свои головы в задницах".

"Не мог бы выразить это лучше". Макнаб похлопал ее по колену. "Если бы вы управляли одной из этих ракет, как парни из отдела по борьбе с преступностью, вы бы поднялись в гараж в Центральном районе и стали легендой".

"Гараж. Как, черт возьми, он попал в гараж, чтобы установить это?"

"Я возьму это". Пибоди изо всех сил старалась не говорить сквозь стиснутые зубы. Мало того, что доклад Макнаба был сделан в неподобающе небрежном стиле, но это должен был быть ее чертов отчет. "Я заскочил в Центральное управление и запросил копию диска безопасности за вчерашний день. Уитни оправдалась ".

"У тебя это есть?"

"Да, сэр". Теперь уже самодовольная, Пибоди похлопала по своей сумке. "Прямо здесь".

"Ну, давай... О, ради Христа". Ева выругалась, когда кто-то снова забарабанил в дверь. "Просто заходи, черт возьми. Мы должны продавать билеты ".

"Даллас". Ворвалась Надин, чуть ли не запрыгнула на кровать. Ее обычно проницательные глаза были затуманены слезами. "С тобой все в порядке? С тобой действительно все в порядке. Меня тошнило от беспокойства. Ни один из моих источников не смог получить статус. Соммерсет не сказал бы ничего, кроме того, что ты отдыхала каждый раз, когда я звонил. Я должен был прийти и увидеть все своими глазами ".

"Как вы можете видеть, я денди. Просто устраиваю небольшую вечеринку за завтраком ". Она взяла миску с ягодами, которые Макнаб быстро истощал. "Голоден?"

Надин прижала пальцы к губам, чтобы унять дрожь. "Я знаю, что это моя вина. Я знаю, что тебя могли убить из-за того, что я сделал ".

"Послушай, Надин -"

"Это было достаточно легко собрать воедино", - перебила Надин. "Я выхожу в эфир с этим заявлением, которое я выбил из тебя, и пару часов спустя твоя машина взрывается. Он пришел за тобой, потому что услышал репортаж, потому что я выпустил его в эфир ".

"Это именно то, что я намеревался". Ева снова поставила миску. Последнее, что ей было нужно, чтобы на ее совести был истеричный, виноватый репортер. "Ты ничего не выбил из меня. Я сказал то, что хотел сказать, и то, что я хотел, чтобы вы передали. Мне нужно было, чтобы он сделал шаг, и мне нужно было, чтобы он сделал это в моем направлении ".

"Что ты имеешь в виду, ты ..." Когда это дошло до цели, Надин подняла руку. Потребовалось мгновение, прежде чем она была уверена, что может говорить. "Ты использовал меня?"

"Я бы сказал, что это была услуга за услугу, Надин. Мы использовали друг друга ".

Надин сделала шаг назад. Теперь ее лицо было белым, как кость, глаза сверкали. "Сука. Чертова сука-полицейский".

"Да". Снова устав, Ева потерла глаза. "Подожди минутку. Минутку, - повторила она, прежде чем Надин смогла удалиться. "Не могли бы вы все дать нам с Надин немного пространства здесь? Пибоди, Макнаб, устраивайтесь в моем кабинете. Рорк... пожалуйста."

Пибоди и Макнаб уже были за дверью, когда он подошел к кровати, наклонился поближе. "Я думаю, нам нужно обсудить это последнее событие, лейтенант".

Она решила, что лучше ничего не говорить, и подождала, пока он выйдет и тихо закроет за собой дверь. "Он не поймет", - пробормотала она, затем посмотрела на Надин. "Может быть, ты так и сделаешь".

"О, я понимаю, Даллас. Я понимаю. Вы хотите продвинуть свое расследование, почему бы не подделать заявление заслуживающему доверия репортеру в прямом эфире. Просто используй ее - в конце концов, какое она имеет значение? У нее нет никаких чувств. Она просто еще одна идиотка, читающая новости ".

"Заявление не было подделкой. Это было то, что я хотел сказать ". Ева отставила поднос с завтраком в сторону. Рекомендация врача или нет, она не собиралась вступать в эту конфронтацию, валяясь в постели. "Это было то, что я чувствовал, и то, что при большинстве обстоятельств я бы оставил при себе".

Она отбросила одеяло в сторону, поднялась на ноги. Затем, осознав, что ноги не совсем готовы поддерживать ее, она сменила гордость на достоинство и села на край кровати.

"Это был импульс. Это не оправдание. Я точно знал, что я делаю, и куда ты с этим пойдешь. Но есть одна вещь, Надин. Этого бы не случилось, если бы ты не пришел за мной с камерой ".

"Это моя гребаная работа".

"Да, и это моя гребаная работа - поймать этого парня. Здесь на кону мои жизни, Надин, и одна из них может принадлежать Рорку. Это значит, что я сделаю все, что потребуется. Используй даже друга ".

"Ты мог бы сказать мне".

"Я мог бы. Я этого не делал ". Ее голова начала раскалываться, поэтому она положила ее на руки. Действие лекарств заканчивается, предположила она. Это было так же хорошо. "Ты хочешь, чтобы я сказал тебе что-то по секрету, Надин, я скажу. И куда ты пойдешь с этим - это твой выбор. Я напуган ". Она подняла руки, чтобы закрыть лицо, всего на мгновение. "Я напуган до костей, потому что знаю, что остальные - это просто слои. Он прокладывает себе путь через них, чтобы добраться до сути. И сердцевина - это Рорк ".

Надин уставилась на него. Она никогда не видела Еву по-настоящему уязвимой. Не знал, что она может быть такой. Но женщина, сидевшая на кровати в ночной рубашке, задранной на бедрах, обхватив голову руками, не была полицейским. Не тогда. Она была просто женщиной.

"Итак, ты хотел убедиться, что сначала им придется пройти через тебя".

"Такова была идея".

Смягченное сердце не могло удержать гнев. Она села на кровать рядом с Евой, обняв ее за плечи. "Думаю, я понимаю. И я хотел бы, чтобы я не был таким чертовски ревнивым. Я много рыскал по округе и так и не выяснил, что у вас с Рорком ".

"Я полагаю, что это так не работает. Она находит тебя и хватает за горло, и ты ни черта не можешь с этим поделать." Она прижала ладони к глазам, затем вздохнула. "Но я переступил черту вместе с тобой, и я сожалею".

"Господи, у тебя, должно быть, большой синяк на мозгу, если ты извиняешься передо мной".

"Поскольку здесь больше никого нет, и я думаю, что ты меня жалеешь, я скажу тебе, что чувствую себя так, словно меня переехал флот аэробус".

"Возвращайся в постель, Даллас".

"Не могу". Она сильно потерла руками лицо, расправила ноющие плечи. "Он все еще на шаг или два впереди, и я собираюсь это исправить". Когда эта мысль пришла в голову, она повернула голову и посмотрела на Надин. "Но если бы какой-нибудь отчаянный репортер в прямом эфире передал, что ранения лейтенанта Даллас серьезны, что она поправляется дома и, как ожидается, пролежит пару дней ..."

"Ты хочешь, чтобы я лгал общественности?" Надин выгнула бровь.

"Мои травмы довольно серьезны. Все так говорили, пока я не захотел их наказать. И я восстанавливаю силы дома, не так ли? Ты можешь убедиться в этом сам ".

"И ты будешь прикован к постели, как ты выразился, на пару дней".

"Такое ощущение, что прошло уже несколько дней. Это могло бы выиграть мне время, Надин. Он захочет подождать, пока я снова встану на ноги, прежде чем попытается убить следующего. Он не играет соло. Ему нужен противник ". Она покачала головой. "Нет, он хочет меня. Особенно. Я не смогу играть, если буду лежать на спине и накачанный транквилизаторами ".

"Я сделаю это". Она поднялась, посмотрела на Еву сверху вниз. "И позволь мне сказать тебе, Даллас, я не удивлюсь, если Рорк позаботится о том, чтобы ты лежал на спине и накачанный транквилизаторами в течение следующих нескольких дней". Повесив сумку на руку, Надин улыбнулась. "В любом случае, я рад, что ты не мертв".

"Я тоже".

Когда Надин оставила ее, Еве удалось подняться и медленно пройти в душ. Упершись обеими руками в плитку, она заказала воды, на полную мощность, при ста градусах. Десять минут спустя она почувствовала себя увереннее, и к тому времени, когда она была одета, почти нормально.

Но когда она вошла в свой кабинет, Рорку хватило всего одного долгого взгляда, чтобы заставить ее отступить.

"Я подумал, что просто растянусь в кресле для сна. Я чувствую себя довольно натуралом, - поспешно продолжила она, когда он ничего не сказал. "Я думаю, что остановка в больнице прошлой ночью была хорошим ходом. Я ценю это ".

"Ты думаешь, что сможешь обойти меня таким образом?"

"Это стоило того, чтобы попытаться". Она попыталась улыбнуться, затем отпустила ее. "Послушай, я в порядке. И мне нужно это сделать ".

"Тогда ты сделаешь это, не так ли? Мне нужно кое о чем позаботиться самому ". Он направился к двери своего кабинета, затем бросил взгляд через плечо. "Дайте мне знать, когда у вас будет свободная минутка, лейтенант. По более личным вопросам ".

"Ну, черт", - вздохнула Ева, когда за ним закрылась дверь.

"Никогда не видел, чтобы кто-то парился таким холодным", - прокомментировал Макнаб. "Он даже меня потряс".

"Ты когда-нибудь затыкаешься, Макнаб? Я хочу увидеть диск, служба безопасности гаража ". Обойдя кресло для сна, Ева села за свой стол. "Давай, Пибоди, начинай с тысячи шестисот. Примерно в это время я вошел в Центральный ".

Изо всех сил стараясь не дуться из-за более личных вопросов, Ева не отрывала глаз от монитора, пока включалось изображение. "Держи это на дверях доступа. Он должен был откуда-то взяться ".

Они смотрели, как въезжают и выезжают машины и фургоны. Каждый раз глазок сканера над дверями доступа мигал зеленым, означая "очищено".

"Для него это не было бы проблемой, не так ли, Макнаб? Любой, кто может использовать электронную магию, которую он использовал, мог бы просмотреть глазами службы безопасности уровень гаража ".

"Там усилена охрана. Поскольку бомбы в общественных зданиях были чумой во время городских войн, на всех правительственных и государственных объектах была установлена новая система безопасности во всех зонах доступа." Он кивнул, продолжая наблюдать. "Даже при сокращении бюджета они обслуживаются и модернизируются два раза в год. Это федеральный закон. Специализированное подразделение дроидов регулярно проводит выборочные проверки."

"Мог ли он это сделать?"

"Он мог бы, но это не был бы раунд ракетных гонщиков. И это чертовски рискованнее, чем видеоигра. Если сработает сигнализация, все зоны доступа и выхода автоматически опечатываются. Он был бы в коробке ".

"Он был взбешен, и он самоуверен". Ева откинулась назад. "Он бы рискнул этим - и поскольку он не включил никакой сигнализации, он справился с этим. Он проник в гараж полицейского управления, установил "бумер" и вышел. Это единственное место, где он мог добраться до моей машины за это время. Компьютер, разделенный экран, вторая секция изображения AB, второй уровень. Вот моя машина, в целости и сохранности ".

"Ты не захочешь видеть это сейчас", - прокомментировала Пибоди и сумела подавить дрожь. "Они отнесли это на анализ транспортного средства. Я пропустил автоматическую заявку на новое подразделение."

"Они, вероятно, воткнут в нее пару болтов и будут ожидать, что я справлюсь". Каким бы глупым и сентиментальным это ни было, она почти надеялась, что они это сделали. "Идиоты-бюрократы всегда... подожди, подожди, что это?"

Турбовэн, услужливо подсказал ей компьютер. Модель Jet-stream, выпущена в 2056 году -

"Остановись, заморозь изображение. Посмотри на это." Ева жестом подозвала Пибоди поближе. "Окна затемнены для обеспечения конфиденциальности. Фургонам наблюдения не разрешается иметь такой оттенок в зоне водителя. И эти тарелки, видишь тарелки? Это не идентификатор фургона. Ради бога, это номер такси. Наш мальчик там, Пибоди."

"Хороший улов, Даллас". Впечатленный, Макнаб нажал несколько клавиш и распечатал замороженное изображение на бумажном носителе. "Я проверю номера для тебя".

"Давайте посмотрим, что он сделает", - пробормотала Ева. "Продолжай, компьютер". Они смотрели, как фургон объезжает первый уровень, медленно взбираясь на следующий. И остановись прямо за машиной Евы. "Мы поймали его. Я знал, что он будет неаккуратен ".

Дверь фургона открылась. Человек, который вышел, был закутан в длинное пальто, а его шляпа была низко надвинута. "Полицейский вопрос. Это пальто патрульного полицейского. Это форменная фуражка... Но он неправильно подобрал обувь. На нем пневматические протекторы. Черт возьми, ты не можешь видеть его лица. На нем солнцезащитные очки ".

Затем он повернулся и посмотрел прямо в камеру. Ева мельком увидела белую, очень белую кожу, лишь намек на изгиб щеки. Затем он поднял тонкую палочку, направил ее, и картинка залилась цветом.

"Черт возьми, он заклинил его. Что, черт возьми, было у него в руке? Воспроизведи еще раз ".

"Я никогда не видел подобной глушилки". Макнаб покачал головой одновременно в недоумении и восхищении, когда изображение повторилось и замерло. "Это не более шести дюймов в длину, чуть толще лыжной палки. Ты должен показать это Рорку ".

"Позже". Ева отмахнулась от этого. "У нас есть цвет кожи, у нас есть рост и телосложение. И у нас есть марка фургона. Давайте посмотрим, что мы можем с этим сделать ".

Она продолжала смотреть на экран, как будто могла каким-то образом разглядеть сквозь скрывающие его очки и шляпу его лицо. В его глазах. "Пибоди, проверь марку и модель фургона. Я хочу список всех, у кого он есть. Макнаб, выясни, когда тот таксист потерял свой жетон. И представь себе вот что: он заезжает в гараж в шесть двадцать три - это меньше чем через час после передачи Надин. Возможно, у него уже был готовый "бумер", но ему нужно было время, чтобы приспособить его для транспортировки, разработать план, определить мое местоположение. И ты можешь поспорить на свою задницу, что ему нужно было время, чтобы прийти в себя. Сколько времени он провел в транспо?"

Она снова откинулась на спинку стула и улыбнулась. "Держу пари, он находится в центре города, в радиусе десяти кварталов от полицейского управления. Итак, мы собираемся начать работать на нашем собственном заднем дворе ".

Улыбаясь, она приказала своему компьютеру продолжить. Она хотела посмотреть, сколько времени понадобилось сукиному сыну, чтобы подстроить ее машину.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Ева была не в настроении для очередной супружеской перепалки, но она подумала, что лучше покончить с этим. Ей нужен был глаз Рорка, его контакты - и, поскольку она собиралась последовать просьбе своего командира и отправиться в Ирландию, его опыт в чужой стране.

С тех пор как Пибоди и Макнаб начали нападать друг на друга, как давние сожители, она разлучила их, отправив на разные задания в разные места. Учитывая их нынешний уровень конкуренции, она надеялась получить ответы от них обоих к полудню.

Она остановилась перед дверью кабинета Рорка, сделала глубокий вдох и постучала, как она надеялась, бодро и в какой-то степени по-женски.

Когда она вошла, он поднял палец, давая ей знак подождать, пока он продолжит обращаться к двум голографическим изображениям. "... Пока я не буду свободен, чтобы лично отправиться на курорт, я надеюсь, вы разберетесь с этими относительно незначительными деталями. Я ожидаю, что Olympus полностью заработает к намеченной дате. Понял?"

Когда не последовало никакого ответа, кроме уважительных кивков, он откинулся назад. "Прекратить передачу".

"Проблема?" Спросила Ева, когда голограммы исчезли.

"Горстка незначительных".

"Извините, что прерываю, но у вас есть минутка?"

Он намеренно взглянул на свое наручное устройство. "Или две. Что я могу для вас сделать, лейтенант?"

"Я действительно ненавижу, когда ты говоришь таким тоном".

"А ты? Жалость." Он откинулся назад, сцепив пальцы домиком. "Хочешь знать, что я ненавижу?"

"О, я думаю, ты скажешь мне, но прямо сейчас я в напряжении. Я отправил Макнаба и Пибоди на поиски зацепок. Я заперт здесь, потому что через Надин распространил историю о том, что я разбит и восстанавливаюсь дома ".

"У тебя это хорошо получается. Подбрасывание историй".

Она засунула руки в карманы. "Хорошо, мы пройдемся по этому вопросу и проясним ситуацию. Я сделал заявление, перешел официальную черту, чтобы оскорбить убийцу и бросить ему вызов, чтобы он напал на меня. Я должен служить и защищать, и я должен был сообразить, что если он направит свой прицел в мою сторону, я выиграю время для того, на кого он нацелится следующим. Это сработало, и, как я и рассчитывал, он был достаточно зол, чтобы действовать неаккуратно, так что у нас есть некоторые зацепки, которых у нас не было двадцать четыре часа назад."

Рорк позволил ей закончить. Чтобы дать себе время, он встал, подошел к окну. Он рассеянно поправил оттенок стекла, чтобы пропускать больше света. "Когда ты решил, что я легковерный, или просто глупый, или что мне было бы приятно узнать, что ты использовал себя, чтобы защитить меня?"

Вот и весь осторожный путь, решила она. "Легковерный и глупый - это последнее, чем я тебя считаю. И я не думал о том, будешь ли ты доволен, что я отвлек его внимание от тебя на себя. Достаточно того, что ты жив - даже разозленный и живой меня устраивает ".

"Ты не имел права. Ты не имеешь права стоять передо мной." Теперь он повернулся обратно, его ярко-голубые глаза излучали гнев, который из холодного превратился в пылающий. "Нет гребаного права рисковать собой ради меня".

"О, действительно. Это так?" Она двинулась вперед, пока они не оказались лицом к лицу. "Хорошо, ты скажи мне. Ты продолжаешь смотреть мне прямо в глаза и говоришь, что не поступил бы так же, если бы я был в опасности ".

"Это совершенно другое".

"Почему?" Она вздернула подбородок и сильно ткнула пальцем ему в грудь. "Потому что у тебя есть пенис?"

Он открыл рот, дюжина мерзких и яростных слов обожгла его язык. Это был холодный, абсолютно уверенный блеск в ее глазах, который остановил его. Он отвернулся и уперся обоими кулаками в стол. "Меня не волнует тот факт, что ты прав".

"В таком случае я просто закончу это, чтобы ты мог проглотить все одним куском. Я люблю тебя, и ты нужна мне ничуть не меньше, чем ты любишь и нуждаешься во мне. Может быть, я не говорю это так часто или показываю это так гладко, но это не делает это менее правдивым. Если это задевает твое эго, зная, что я бы защитил тебя, это просто очень плохо ".

Он поднял руки, провел ими по волосам, прежде чем повернуться к ней. "Это чертовски хороший способ разрядить спор".

"Неужели я?"

"Поскольку любой аргумент, который я мог бы привести, выставил бы меня дураком, похоже, у тебя есть".

"Хорошая мысль". Она рискнула улыбнуться ему. "Итак, если ты закончила злиться на меня, могу я обсудить с тобой несколько вопросов?"

"Я не говорил, что закончил злиться, я сказал, что закончил спорить с тобой". Он сел на угол своего стола. "Но да, не стесняйтесь поручать мне несколько вещей".

Удовлетворенная этим, она протянула ему диск. "Вставь это. У меня есть натюрморт с этим, который вы можете спроецировать на экран. Увеличьте ее до полной ".

Он сделал, как она просила, затем изучил изображение. Он мог видеть пальцы руки в перчатке, обхватившие устройство в форме палочки. Рукоять была скрыта от глаз, но рисунок насечек и кнопок на ножке был четким. Огонек на кончике загорелся зеленым.

"Это помеха", - сказал он. "Более утонченный и, безусловно, более компактный, чем все, что я видел на рынке". Он шагнул ближе к экрану. "Идентификатор производителя - если он есть - скорее всего, на рукояти и скрыт его рукой, так что это не поможет. Один из моих отделов исследований и разработок работал над меньшим по размеру, но более мощным глушителем. Я должен проверить статус."

Это застало ее врасплох. "Вы производите такого рода вещи?"

Он уловил тон, слегка улыбнулся. "Рорк Индастриз" выполняет ряд контрактов для правительства - для ряда правительств, как это бывает. Департамент обороны и безопасности всегда ищет новые игрушки, подобные этой. И они хорошо платят ".

"Значит, подобное устройство может быть в разработке в одном из ваших отделов? Бреннен работал в отделе связи. Один из его исследовательских отделов мог бы работать над одним из них ".

"Это достаточно легко выяснить. Я проверю, в какой конкретно из моих армий есть что-то подобное на досках, и попрошу одного из моих "кротов" проверить организацию Бреннена ".

"У тебя есть шпионы?"

"Сборщики данных, дорогая. Они возражают против того, чтобы их называли шпионами. У тебя здесь все, что осталось от твоего человека?"

"Нажмите один раз назад".

"Компьютер, выведи предыдущее изображение на экран".

Рорк нахмурился, глядя на фотографию, и, используя транспортные средства в качестве ориентиров, размышлял. "Около пяти футов десяти дюймов, вероятно, около ста шестидесяти, судя по тому, как на нем сидит пальто. Он очень бледен, судя по тому образцу кожи, который вы видите. Я бы не сказал, что он проводит много времени на свежем воздухе, так что его профессия, если она у него есть, скорее всего, белый воротничок ".

Рорк наклонил голову и продолжил. "Нет способа определить возраст, кроме как он... держится молодо. Вы можете видеть часть его рта. Он улыбается. Самодовольный ублюдок. Его вкус в верхней одежде прискорбно низок ".

"Это пальто патрульного полицейского", - сухо сказала Ева. "Но я склоняюсь к мысли, что у него есть связь с департаментом. Копы не носят пневматические протекторы, и ни у одного патрульного копа не будет доступа к такого рода знаниям или оборудованию, которое есть у этого парня, иначе ЭДД схватил бы его. Вы можете купить одно из этих пальто в паре десятков аутлетов только в Нью-Йорке ". Она немного подождала. "Но мы все равно запустим это".

"Фургон?"

"Мы проверяем. Если он не увеличил это, и это зарегистрировано в штате Нью-Йорк, мы значительно сузим поле ".

"Ты оптимистична, Ева. У меня, наверное, двадцать таких фургонов, зарегистрированных в Нью-Йорке на различные торговые точки. Фургоны доставки, ремонтные подразделения, транспортеры между сотрудниками."

"Это больше, чем мы начинали".

"Да. Компьютер, отключись". Он повернулся к ней. "Пибоди и Макнаб смогут справиться с большой частью работы над этим в течение следующего дня или двух?"

"Конечно. Тогда Фини довольно скоро вернется, и я хватаю его ".

"Они закончили с телом Дженни. Она выходит сегодня днем ".

"О".

"Мне нужно, чтобы ты поехала со мной, Ева, в Ирландию. Я понимаю, что время может быть для тебя неподходящим, но я прошу у тебя два дня ".

"Ну, я - "

"Я не могу уйти без тебя". Нетерпение всплыло на поверхность, светилось в его глазах. "Я не уйду без тебя. Я не могу рисковать, находясь за три тысячи миль отсюда, если этот ублюдок попытается снова добраться до тебя. Мне нужно, чтобы ты был со мной. Я уже принял меры. Мы можем отправиться через час ".

Она подумала, что лучше всего подойти к окну, чтобы он не мог видеть, как она пытается сдержать усмешку. Она полагала, что было нечестно не сказать ему, что она намеревалась попросить его поехать с ней в Дублин в тот же день. Но это была слишком приятная возможность, чтобы ее упустить.

"Это важно для тебя?"

"Да, очень".

Она обернулась, чтобы улыбнуться ему с тем, что, по ее мнению, было восхитительной сдержанностью. "Тогда я пойду собирать вещи".

***

"Мне нужны данные по мере их поступления". Ева мерила шагами салон частного самолета Рорка и смотрела на трезвое лицо Пибоди в линке на ладони. "Отправьте все в отель в Дублине и отправьте в зашифрованном виде".

"Я работаю над фургоном. В Нью-Йорке зарегистрировано более двухсот экземпляров этой марки и модели с оттенком privacy ".

"Уничтожь их. Каждый." Она провела рукой по волосам, решив не упустить ни единой детали. "Туфли выглядели новыми. Компьютер должен быть в состоянии оценить размер. Проверь обувь, Пибоди ".

"Ты хочешь, чтобы я проверил обувь?"

"Это то, что я сказал. Продажи этой марки air tread за последние два - нет, целых три месяца. Нам может повезти".

"Утешительно верить в чудеса, лейтенант".

"Подробности, Пибоди. Тебе лучше верить в детали. Перепроверьте с продажами куртки полицейского, перепроверьте это с продажами статуэтки. Макнаб работает над глушилкой?"

"Он так сказал". Голос Пибоди похолодел. "Я не получал от него известий более двух часов. Предполагается, что он разговаривает со связным, которого Рорк дал ему в отделе исследований и разработок Electronic Future ".

"Для него те же приказы, все данные закодированы по мере доступа".

"Да, сэр. Мэвис звонила пару раз. Соммерсет сказал ей, что вы спокойно отдыхаете и по предписанию врача не можете принимать посетителей. Доктор Мира также звонила и прислала цветы ".

"Да?" Удивленная и смущенная этой идеей, Ева сделала паузу. "Может быть, тебе стоит поблагодарить ее или что-то в этом роде. Черт возьми, насколько я должен быть болен?"

"Довольно больной, Даллас".

"Я ненавижу это. Ублюдок, наверное, празднует. Давайте убедимся, что он не будет долго веселиться. Достань мне данные, Пибоди. Я вернусь в течение сорока восьми часов, и я хочу прижать его ".

"Размахивая молотком, пока мы разговариваем, сэр".

"Не ударяй себя по большому пальцу", - предупредила Ева и закончила передачу. Она сунула ссылку обратно в карман и посмотрела на Рорка. Он был погружен в свои мысли на протяжении всего полета, говорил мало. Ева подумала, не пришло ли время сказать ему, что она уже связалась с дублинской полицией и договорилась о встрече с инспектором Фарреллом.

Она села напротив него, забарабанив пальцами по колену. "Итак ... ты собираешься пригласить меня на экскурсию по любимым местам твоей растраченной впустую юности?"

Он не улыбнулся, как она надеялась, но перевел взгляд с окна на ее лицо. "Они не были бы особенно живописны".

"Возможно, они не входят в число популярных туристических мест, но было бы полезно пообщаться с некоторыми из ваших бывших друзей и компаньонов".

"Трое моих бывших друзей и компаньонов мертвы".

"Рорк - "

"Нет". Разозлившись на себя, он поднял руку. "Размышления не помогают. Я отведу тебя в "Пенни Поросенок".

"Копеечный поросенок"? Она быстро выпрямилась. "Жена Бреннена сказала, что он часто ходил туда. Бар, верно?"

"В пабе". Теперь он действительно улыбнулся. "Социальный и культурный центр расы, которая с молоком матери сразу превращается в крепыша. И ты должен увидеть Графтон-стрит. Я обычно обшаривал там карманы. Затем есть узкие переулки Южного Дублина, где я играл в азартные игры, пока не перенес свое портативное казино в заднюю комнату мясной лавки Джимми О'Нила ".

"Соедини колбасу и заряженные кубики".

"И многое другое. Затем была контрабанда. Авантюрное предприятие и финансовая основа "Рорк Индастриз"." Он наклонился вперед, сам пристегнул ее ремень безопасности. "И даже со всем этим опытом, коп украл мое сердце, и мне пришлось исправиться".

"Некоторые из них".

Он рассмеялся и, выглянув в окно, увидел, как навстречу им поднимается Дублин. "Некоторые из них. Там протекает река Лиффи, и мосты сияют на солнце. Вечерний Дублин - прекрасное место".

Он был прав, решила Ева, когда менее чем через час они были на заднем сиденье лимузина и двигались в потоке машин. Она предполагала, что ожидала, что это будет больше похоже на Нью-Йорк, многолюдный, шумный и нетерпеливый. Там, конечно, было шумно, но за темпом чувствовалось ликование.

Разноцветные двери украсили здания, а арочные мосты добавили очарования. И хотя была середина ноября, цветы цвели в изобилии.

Отель представлял собой величественное каменное сооружение с арочными окнами и атмосферой замка. Она лишь мельком увидела вестибюль с его высоким потолком, царственной мебелью, богатыми темными стенами, прежде чем их провели в их номер.

От таких людей, как Рорк, не ожидали, что они будут суетиться из-за таких надоедливых деталей, как регистрация. Все было готово к их прибытию. Огромные вазы со свежими цветами, массивные вазы с фруктами и щедрый графин отличного ирландского виски ждали их.

И высокие окна мерцали в последних красных лучах заходящего солнца.

"Я думал, ты предпочтешь стоять лицом к улице, чтобы можно было наблюдать за проносящимся мимо городом".

"Я верю". Она уже была у окна, засунув руки в задние карманы. "Это красиво, как... Я не знаю анимированной картины. Ты видел глиссеры? Каждый из них был блестящим, зонтики жесткими и яркими. Даже сточные канавы выглядят так, будто кто-то их только что начисто подмел ".

"В Ирландии все еще вручают премии tidy village awards".

Она рассмеялась над этим, удивленная и тронутая. "Опрятная деревня?"

"Это вопрос гордости и качества жизни, от которого большинство неохотно отказываются. В сельской местности вы все еще увидите каменные заборы и поля, достаточно зеленые, чтобы поражать глаз. Коттеджи и хижины с соломенными крышами. Торфяные костры и цветы во дворе. Ирландцы крепко держат свои традиции".

"Почему ты ушел отсюда?"

"Потому что мои традиции были менее привлекательными и от них было легче отказаться". Он вытащил ярко-желтую маргаритку из композиции и вручил ей. "Я хочу принять душ, тогда я покажу тебе".

Она отвернулась к окну, рассеянно покручивая маргаритку за ее стебель. И она задавалась вопросом, сколько еще она увидит человека, за которого вышла замуж, прежде чем закончится ночь.

***

Были районы Дублина, которые были не такими веселыми, где в переулках стоял тот самый универсальный запах выброшенного мусора, а в тенях прятались тощие кошки. Здесь она видела изнанку любого города, мужчин, идущих быстро, сгорбив плечи, переводящих взгляд направо и налево. Она услышала резкий смех с оттенками отчаяния и плач голодного ребенка.

Она увидела группу мальчиков, самому старшему из них не больше десяти. Они шли небрежно, но Ева уловила хладнокровие. расчетливый блеск в их глазах. Если бы у нее было оружие, ее рука была бы на нем.

Улица была их территорией, и они знали это.

Один из них слегка врезался в Рорка, когда они проходили мимо. "Прошу прощения", - начал он, затем смачно выругался, когда Рорк схватил его за шиворот.

"Следи за руками, парень. Меня не волнует никто, кроме моего собственного в моих карманах ".

"Освободи меня". Он замахнулся, но комично промахнулся наотмашь, поскольку Рорк держал его на расстоянии вытянутой руки. "Кровавый ублюдок, я никогда ничего не крал".

"Только потому, что у тебя толстые руки. Господи, я был лучше тебя, когда мне было шесть." Он быстро встряхнул мальчика, больше раздраженный его неуклюжестью, чем самим поступком. "Пьяный турист из западных графств почувствовал бы это прикосновение. И ты тоже был очевиден ". Он посмотрел в разъяренное лицо мальчика и покачал головой. "Ты бы лучше справился в роли сдающего, чем клеща".

"Это здорово, Рорк, почему бы тебе не преподать ему несколько уроков воровства, пока ты этим занимаешься".

При словах Евы глаза мальчика блеснули и сузились. Он перестал сопротивляться. "Они рассказывают истории о Рорке, который работал на этих улицах. Жил в лачугах и сколотил себе приличное состояние благодаря проворным пальцам и нервам ".

"У тебя есть нервы, но у тебя нет пальцев".

"Они достаточно хорошо действуют на большинство". Теперь, расслабившись, мальчик одарил Рорка быстрой и очаровательной улыбкой. "А если они этого не сделают, я смогу убежать от любого полицейского на двух ногах".

Рорк наклонился, понизив голос. "Это моя жена, ты, болван, и она полицейский".

"Джей-сус".

"Именно". Он полез в карман, вытащил пригоршню монет. "На твоем месте я бы оставил это себе. Твои сообщники разбежались, как крысы. Они не были с тобой и не заслуживают доли ".

"Я не буду после того, как разделю это". Монеты исчезли в его кармане. "Было приятно познакомиться с вами". Он скользнул взглядом по Еве, кивнул с удивительно достоинством. "Миссис", - пробормотал он, затем побежал, как кролик, в темноту.

"Сколько ты ему дал?" Спросила Ева.

"Достаточно, чтобы пощекотать его юмор и не потревожить его гордость". Он обнял ее за талию и снова начал ходить.

"Напоминает тебе кого-то?"

"Действительно, нет", - сказал Рорк с воодушевлением, которого он не ожидал почувствовать. "Я бы никогда не попался так ловко".

"Я не вижу, чем тут можно хвастаться. Кроме того, в наши дни твои пальцы не были бы такими легкими."

"Я уверен, что ты прав. С возрастом человек теряет хватку." Улыбаясь, он протянул значок, который вытащил из ее кармана. "Я думаю, это твое. Лейтенант."

Она схватила его обратно и изо всех сил старалась не быть ни удивленной, ни впечатленной. "Показуха".

"Я едва ли мог позволить тебе порочить мою репутацию. И вот мы здесь ". Он снова остановился, изучая паб. "Копеечный поросенок. Не сильно изменилось. Может быть, немного чище ".

"Возможно, это подготовка к конкурсу на премию "Аккуратная деревня"".

Это не было навязано извне. На зарешеченном окне красовалась картина с изображением белой свиньи с хитрыми глазами. Здесь не цвели цветы, но на стекле не было пятен, а на тротуаре - мусора.

В ту минуту, когда Рорк открыл дверь, она почувствовала прилив тепла, нервный поток голосов и музыки, облако пивных паров и дыма.

Это была одна длинная, узкая комната. Мужчины выстроились в очередь у старого деревянного бара. Других, включая женщин и маленьких детей, усадили на стулья вокруг низких столиков, где все пространство было заставлено стаканами. В дальнем конце за крошечной кабинкой сидели двое мужчин. Один играл на скрипке, другой на маленькой шкатулке, которая выдавливала нервную мелодию.

Высоко на стене был мини-экран с выключенным звуком. На нем мужчина изо всех сил пытался проехать на велосипеде по изрытой дорожке и продолжал кувыркаться. Никто, казалось, не смотрел шоу.

За стойкой работали двое мужчин, разливали вино. Несколько человек оглянулись, когда они вошли, но разговоры не затихали.

Рорк отошел к концу стойки. Он узнал старшего из барменов, мужчину своего возраста, который когда-то был тощим как жердь и полон злого юмора.

Ожидая обслуживания, он поднял руку к плечу Евы и рассеянно потер. Он был благодарен за то, что она была рядом с ним, когда он совершил это короткое путешествие в прошлое.

"Гиннесс, пинту и стакан, пожалуйста".

"В пути".

"Что я буду пить?" Потребовала Ева.

"Сердце королевства", - пробормотал Рорк, наблюдая, как его старый друг готовит напитки с замечательным мастерством. "Это приобретенный вкус. Если тебя это не волнует, мы купим тебе арфу ".

Ева прищурилась от дыма. "Разве они не знают, что табак запрещен в общественных местах?"

"Не в Ирландии этого не произошло, не в пабах".

Бармен вернулся с напитками. Ева подняла свой, чтобы отпить, пока Рорк доставал из кармана еще монет. Ее брови сошлись на переносице после первого глотка, затем она покачала головой после второго. "На вкус как нечто такое, что я должен прожевать".

Рорк усмехнулся, и бармен просиял. "Тогда ты янки. Твой первый Гиннес?"

"Да". Ева нахмурилась, глядя на стакан, медленно поворачивая его, изучая темно-коричневую жидкость с пенистой белой головкой.

"И твоя последняя тоже?"

Она снова отхлебнула, на мгновение задержав пиво во рту, затем проглотила. "Нет. Думаю, мне это нравится ".

"Тогда все в порядке". Бармен широко ухмыльнулся и аккуратно вернул монеты Рорка обратно. "Ты получишь первый удар от меня".

"Это любезно с твоей стороны, Брайан". Рорк наблюдал, как Брайан перестал восхищаться Евой, чтобы изучить его.

"Знаю ли я тебя? В тебе есть что-то знакомое, что я не совсем понимаю."

"Прошло пятнадцать лет, более или менее, так что твоя память может быть тусклой даже после всего, что у нас было. Я узнал тебя достаточно верно, Брайан Келли, хотя ты добавил пару камней. Возможно, три." Рорк сверкнул усмешкой, и это была та самая усмешка, которая сделала это.

"Что ж, черт возьми, заприте своих женщин. Это сам Рорк ". Губы Брайана растянулись в ухмылке шириной в милю, когда он ударил Рорка кулаком в лицо.

"Иисус Христос" было лучшим, что мог сказать Рорк, когда его голова откинулась назад. Он сохранил равновесие, потряс головой, чтобы прояснить ее.

"Потрясающий пунш", - прокомментировала Ева и сделала еще один глоток стаута. "Славные у тебя приятели, Рорк".

"Я был у тебя в долгу". Брайан погрозил пальцем. "Ты так и не вернулся с сотней фунтов, которые были моей справедливой долей денег за груз".

Рорк философски провел тыльной стороной ладони по порезанной губе, чтобы промокнуть кровь. После самой короткой паузы музыка и гул разговоров продолжились. "Мне стоило бы больше сотни фунтов, чтобы вернуться в тот момент, когда гуарда на охоте". Рорк взял свою пинту, отхлебнул, чтобы прочистить рот. "Я думал, что отправил это тебе".

"Черт возьми, ты сделал. Но что такое сотня фунтов между друзьями." С оглушительным смехом Брайан схватил Рорка за плечи, дернул его через стойку и поцеловал прямо в его кровоточащие губы. "Добро пожаловать домой, ты, кровавый ублюдок. Ты там!" Он крикнул музыкантам. "Сыграй "The Wild Rover" для моего старого друга, потому что он всегда был таким. И я слышал, что у него в большом запасе много золота, вполне достаточно, чтобы купить раунд для заведения."

Посетители зааплодировали, и музыка стала оживленной.

"Я постою за заведение еще немного, Брай, если ты уделишь мне и моей жене несколько минут своего времени, чтобы вернуться в уютную обстановку".

"Жена, не так ли?" Он снова взревел и притянул Еву к себе для сердечного поцелуя. "Благословенная Мария, спаси нас всех. Я дам тебе несколько минут и даже больше, потому что теперь это место принадлежит мне. Майкл О'Тул, возвращайся и помоги Джонни со штангой. Мне нужно кое-что наверстать ".

Он нажал кнопку под стойкой бара, и узкая дверь в дальнем конце открылась.

Уютно, как обнаружила Ева, было крошечной отдельной комнатой, оборудованной единственным столом и несколькими стульями. Свет был тусклым, но пол блестел, как зеркало. Из-за закрытой двери доносилась музыка.

"Ты вышла замуж за этого негодяя", - сказал Брайан, вздыхая, когда опустился на стул, который заскрипел под его весом.

"Да, ну, он умолял".

"Ты неплохо устроился здесь, парень. Длинный, с глазами цвета лучших ирландских."

"Она прикончит меня". Рорк достал свои сигареты, предложил одну Брайану.

"Американец". Он закрыл глаза от удовольствия, когда Рорк зажег ее для него. "Нам все еще нелегко доставить это сюда".

"Я пришлю тебе дело, чтобы возместить сотню".

"Я могу продать ящик "Янкс" в десять раз дороже". Брайан ухмыльнулся. "Так что я приму это. Что привело тебя в Penny Pig? Я слышал, ты время от времени приезжаешь в Дублин по делам своего богача, но ты не идешь нашим путем ".

"Нет, я этого не делал". Рорк встретился с ним взглядом. "Призраки".

"Да". Брайан кивнул, прекрасно понимая. "Их много на улицах и переулках. Но теперь ты пришел со своей хорошенькой женой."

"У меня есть. Вы бы слышали о Томми Бреннене и других ".

"Убит". Брайан налил из бутылки виски, которую он достал из-под стойки. "Томми приходил время от времени на протяжении многих лет. Не часто, но время от времени, и у нас получалась песня о нем. Однажды я видел его с женой и детьми, прогуливающимися по Графтон-стрит. Он тоже видел меня, но сейчас было не время разговаривать с такими, как я. Томми, ну, он предпочел сохранить определенные части того, что было от его семьи."

Он поднял свой бокал скорее в знак смирения, чем тоста. "Шон, он был редким парнем. Он отправлял весточку из Нью-Йорка, всегда утверждая, что сколачивает состояние, и когда он заканчивал считать все свои деньги, он возвращался. Прекрасным лжецом был Шон", - сказал он и выпил за него.

"Я привез тело Дженни обратно со мной".

"А ты?" Его широкое и румяное лицо посерьезнело, Брайан кивнул. "Это правильно. Она бы хотела этого. У нее было доброе сердце, у Дженни. Я надеюсь, что они поймают кровавого ублюдка, который убил ее ".

"Это одна из причин, по которой мы здесь, надеясь, что вы сможете помочь".

"Как я мог это сделать, находясь за океаном от того места, где было совершено преступление?"

"Потому что все это началось здесь, с Марлены". Рорк взял Еву за руку. "Я должным образом не представил тебя своей жене, Брайан. Это Ева. Лейтенант Ева Даллас, полиция и служба безопасности Нью-Йорка."

Брайан поперхнулся виски, ударил себя в грудь, чтобы набрать воздуха в легкие. Его глаза увлажнились. "Полицейский? Ты вышла замуж за чертова копа?"

"Я вышла замуж за кровавого преступника", - пробормотала Ева, "но никто никогда не думает об этом".

"Я верю, дорогая". Развеселившись, Рорк поцеловал ей руку. "Постоянно".

Брайан снова разразился своим залихватским смехом и налил еще одну порцию. "Выпьем за вас двоих. И за сосульки, которые образуются в аду ".

***

Ему придется отложить следующую.

Он молился о терпении. В конце концов, он уже так долго ждал. Но это был знак от Бога, он понимал это. Он свернул с пути, действовал по своим собственным желаниям, когда подложил бомбу в ее машину.

Он согрешил и поэтому молился о прощении, а также о терпении. Ему нужно было только прислушаться к направляющей силе. Он знал это и раскаивался. Слезы затуманили его зрение, когда он опустился на колени, принимая свою епитимью, свое наказание за свое тщеславие и высокомерие.

Подобно Моисею, он оступился в своей миссии и испытал Бога.

Четки музыкально позвякивали в его руках, когда он переходил от бусины к бусине, от десятилетия к десятилетию с привычной легкостью и глубокой преданностью.

Радуйся, Мария, исполненная благодати.

Он не использовал подушку для коленей, поскольку его учили, что прощение требует боли. Без этого он чувствовал бы себя нечистым. Свечи по обету, белые для чистоты, мерцали и распространяли слабый запах воска, скапливающегося на воске.

Между ними изображение Пресвятой Девы молча наблюдало за ним. Прощающе.

Его лицо было затенено светом свечи и светилось видениями его собственного спасения.

Благословенна ты среди женщин.

Гимн Деве Матери был его любимой молитвой, и никакой епитимьи вообще. Это было утешением. Завершая пятый из девяти розариев, которые были даны ему в качестве покаяния, он размышлял о Печальных Тайнах. Он очистил свой разум от мирских забот и плотских мыслей.

Как и Мария, он был девственником. Его учили, что его невинность и его чистота были путями к славе. Всякий раз, когда похоть незаметно пробиралась в его сердце, разогревая кровь, увлажняя кожу, он боролся с этим шепчущим демоном изо всех сил. И его тело, хорошо тренированное, и его разум, хорошо отточенный, были посвящены его вере.

И семена его веры были посеяны в крови, укоренились в мести и расцвели со смертью.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Ева могла слышать низкое бормотание международного новостного репортажа с экрана в гостиной, когда она проснулась. Ее биологические часы были в полном замешательстве. Она полагала, что по ее системе все еще была середина ночи, и там, где случайно оказалось ее тело, был приятный дождливый рассвет.

Она не думала, что Рорк спал долго, но признала, что ему нужно меньше сна, чем кому-либо из тех, кого она когда-либо знала. Он не был разговорчив, когда они вернулись из "Пенни Поросенок" прошлой ночью, но он был... голоден.

Он занимался любовью как мужчина, отчаянно желающий что-то найти или потерять, и у нее не было другого выбора, кроме как ухватиться за это и присоединиться к поездке.

Теперь он уже был на ногах и работал, она представила. Просматриваю сводки новостей, биржевые сводки, делаю звонки, нажимаю кнопки. Она решила, что лучше оставить его в покое, пока ее разум не прояснится.

Она с сомнением посмотрела на душ в ванной. Это была трехсторонняя конструкция из белой плитки, которая оставляла задницу пользователя открытой для комнаты. Как она ни искала, она не нашла механизма, который закрыл бы ее и защитил ее частную жизнь.

Он был почти шести футов в длину, с потолочными крышками, наклоненными вниз, чтобы мочить или разбрызгивать. Она пошла за спреем, горячим, и изо всех сил старалась не обращать внимания на отверстие позади нее, пока намыливала и ополаскивала.

Брайан мало чем помог, размышляла она, хотя он обещал сообщить об этом, осторожно, и попытаться собрать любую информацию о семьях мужчин, которые убили Марлену. Некоторых из них он знал лично и смеялся над мыслью, что у кого-то из них хватит мастерства, мозгов или наглости организовать серию убийств в Нью-Йорке.

Ева предпочла просмотреть полицейские записи и запросить мнение коллеги-профессионала. Все, что ей нужно было сделать, это подтолкнуть Рорка в другом направлении, чтобы у нее было свободное утро для мозгового штурма с инспектором Фарреллом.

Уверенная, что для этого потребуется лишь немного маневрирования, она выключила спрей, повернулась, чтобы выйти из душа, и вскрикнула как ошпаренная.

Рорк стоял позади нее, прислонившись спиной к стене, небрежно засунув руки в карманы.

"Что, черт возьми, ты делаешь?"

"Беру тебе полотенце". Улыбаясь, он потянулся за одним из них на подставке для разогрева. Затем держал это вне досягаемости. "Хорошо спалось?"

"Да, достаточно хорошо".

"Я заказал завтрак, когда услышал, как работает душ. Полный ирландский. Тебе это понравится ".

Она убрала с глаз мокрые волосы. "Хорошо. Ты собираешься отдать мне это полотенце?"

"Я думаю об этом. Во сколько у тебя назначена встреча с гардой?"

Она начала тянуться за полотенцем, затем осторожно отстранилась. "Кто?"

"Полиция, дорогая Ева. Дублинские копы. Я полагаю, этим утром. Рано. Через, сколько, девять?"

Она поерзала, скрестила руки на груди, но это не помогло. "Я никогда не говорил, что встречаюсь с кем-то". Когда он только приподнял бровь, она выругалась. "Всезнайки очень раздражают смертных. Отдай мне это чертово полотенце ".

"Я не знаю всего этого, но я знаю тебя. Ты встречаешься с кем-то конкретным?"

"Послушай, я не могу вести этот разговор голым".

"Мне нравится вести беседы, когда ты обнажен".

"Это потому, что ты больной человек, Рорк. Дай мне это полотенце".

Он поднял его двумя пальцами, и его глаза заблестели. "Приди и возьми это".

"Ты просто собираешься попытаться затащить меня обратно в постель".

Теперь его улыбка стала шире, и он двинулся к ней. "Я не думал о кровати".

"Отойди". Она подняла руку, сделала ложный выпад вправо. "Я сделаю тебе больно".

"Боже, я люблю, когда ты угрожаешь мне. Это волнует меня ".

"Я доставлю тебе удовольствие", - пообещала она. Она только что оценила свои шансы пройти мимо него и выйти за дверь, сочла их приемлемыми, когда он бросил полотенце в ее сторону. Когда она схватилась за него, он схватил ее за талию и прижал к стене, прежде чем она смогла решить, смеяться ей или ругаться.

"Я не собираюсь драться с тобой здесь". Она подула на свои мокрые волосы. "Всем известно, что большинство несчастных случаев на дому, связанных с травмами, происходят в ванной. Это смертельная ловушка".

"Нам придется рискнуть". Медленно он поднял ее руки над головой, затем провел зубами по ее горлу. "Ты мокрая, и ты теплая, и ты вкусная".

Ее кровь загорелась, мышцы расслабились. Какого черта, подумала она, у нее было по крайней мере два часа в запасе. Она повернула голову и поймала его рот своим. "Ты одет", - пробормотала она. Молниеносным движением она перенесла свой вес, переместилась и поменяла их позиции. Ее глаза смеялись в его. "Просто позволь мне исправить это для тебя".

Дикий вертикальный секс был довольно хорошим способом начать день, решила Ева, и когда за ним последовало то, что ирландцы называют завтраком, это была нирвана.

Яичница-болтунья со сливками, картофель, обжаренный с луком, сосисками и беконом, толстые ломти хлеба, намазанные свежим сливочным маслом, и все это с галлоном кофе.

"Эм", - выдавила она, прокладывая себе путь. "Не могу".

"Не могу что?"

"Не могу есть так каждый день. Вся страна ковыляла бы навстречу их смерти".

Ему постоянно доставляло удовольствие наблюдать, как она ест, видеть, как она накаляет это стройное тело, которое сжигало топливо нервами и энергией. "Это случается время от времени. Поблажка на выходные ".

"Хорошо. Ммм. Что в этом мясном фарше?"

Рорк посмотрел на кровавый пудинг, которым она зачерпнула, и покачал головой. "Ты поблагодаришь меня за то, что я не сказал тебе. Просто наслаждайся этим ".

"Хорошо". Она сделала паузу, чтобы перевести дыхание, бросила на него быстрый взгляд. Вздохнул. "В девять у меня встреча с инспектором Фарреллом. Думаю, я должен был сказать тебе."

"Ты говоришь мне сейчас", - отметил он и взглянул на свой наручный прибор, показывающий время. "Это даст мне достаточно времени, чтобы уладить несколько деталей, прежде чем мы уйдем".

"Мы?" Ева отложила вилку, прежде чем съела еще кусочек и нанесла непоправимый ущерб. "Фаррелл встречается со мной - как со мной - из профессиональной вежливости. И знаешь что? Бьюсь об заклад, она не приводит с собой своего мужа ".

Он достал свой ежедневник, проверяя встречи, и взглянул на него с легкой улыбкой. "Это была попытка поставить меня на место?"

"Разберись с этим".

"Хорошо, и ты прикинь это". Не торопясь, он наполнил обе их кофейные чашки. "Вы можете продолжать это расследование по-своему". Его пристальный взгляд метнулся к ней, замерцал там. "И я могу отстаивать свои интересы в этом вопросе по-своему. Ты готов рискнуть, чтобы я нашел его первым?"

Он мог быть жестким, она знала. И безжалостная. Он был, несомненно, умен. "У тебя есть двадцать минут, чтобы разобраться с твоими деталями, прежде чем мы уйдем".

"Я буду готов".

***

Инспектор Кэтрин Фаррелл была поразительной женщиной. Возможно, ей было сорок пять, у нее были ярко-рыжие волосы, аккуратно уложенные на затылке на длинной, стройной шее. Ее глаза были цвета мха, а кожа цвета ирландских сливок. На ней был элегантный серый костюм в стиле милитари, который подчеркивал красивые ноги. Она предложила Еве и Рорку свою руку и чашку чая.

"Значит, это будет ваша первая поездка в Ирландию, лейтенант Даллас?"

"Да".

Хотя в ее опрятном кабинете была установлена кофеварка, Фаррелл налила чай из белого фарфорового чайника. Это было одним из ее маленьких удовольствий. И это дало ей время оценить и осудить полицейского-янки и человека, известного только как Рорк. "Я надеюсь, у тебя будет время посмотреть кое-что из страны, пока ты здесь".

"Не в этом путешествии".

"Жалость". Она повернулась, с чашками в руках, с улыбкой на губах. Она нашла Еву и меньше, и больше, чем ожидала. Менее хрупкая, чем она предпочитала думать об американской полиции. И более жесткую, чем она ожидала, найти женщину, которая вышла замуж за человека с репутацией Рорка. "И ты родом из Дублина", - сказала она Рорку.

Он узнал размышление в ее глазах и знание. Возможно, у него и не было судимости - официально, - но у него была репутация. И воспоминания были долгими. "Я вырос в трущобах на юге Дублина".

"Трудная область, даже сейчас". Она села, скрестив свои эффектные ноги. "И у вас все еще есть бизнес - ах, предприятия, так сказать, здесь".

"Несколько".

"Это хорошо для экономики. Вы привезли тело Дженни О'Лири обратно, чтобы его разбудили и похоронили ".

"У меня есть. Мы разбудим ее сегодня ночью ".

Фаррелл кивнула, деликатно отпив глоток чая. "У меня есть двоюродная сестра, которая однажды останавливалась в отеле типа "постель и завтрак", которым она управляла в Уэксфорде. Мне говорили, что это было прекрасное место. Ты был там?"

"Нет". Он наклонил голову, понимая вопрос между вопросами. "Я не видел Дженни более двенадцати лет".

"Но ты связался с ней как раз перед тем, как она отправилась в Нью-Йорк и была убита".

Ева отставила свою чашку в сторону, фарфор звякнул о дерево. "Инспектор Фаррелл, это убийство и другие находятся под моей юрисдикцией. У вас нет полномочий допрашивать Рорка по этому вопросу ".

Жестко, снова подумал Фаррелл. И территориальный. Что ж, я тоже "Все трое ваших погибших были гражданами Ирландии. У нас есть интерес, острый интерес, в вашем расследовании ".

"На это достаточно просто ответить", - вставил Рорк, прежде чем Ева смогла снова вспылить. "Я связался с Дженни после того, как был убит Шон Конрой. Я беспокоился за ее безопасность ".

"Ее в частности?"

"Ее и нескольких других, с которыми я был близок, когда жил в Дублине".

"Давай просто выложим это на стол". Ева вернула внимание Фаррелла к себе, где она хотела его удержать. "Я получил передачу, искусно заглушенную и пока не поддающуюся отслеживанию, от человека, который утверждал, что его игра была vengeance, санкционированной Богом, и он выбрал меня своим противником. Он дал мне цитату из Библии и загадку, и, следуя им, я обнаружил изуродованное тело Томаса Бреннена в его нью-йоркской резиденции. Впоследствии я узнал, что Рорк был знаком с Томасом Бренненом, когда они оба жили в Дублине ".

"Я сам разговаривал с его вдовой", - вставил Фаррелл. "Она сказала, что ты был добр к ней".

Ева подняла брови. "Мы почти никогда больше не пинаем вдов в морге. Это плохо для связей с общественностью ".

Фаррелл перевела дыхание и смотрела, как два туристических трамвая, ярко раскрашенных в зеленый и белый цвета, проезжают мимо ее окон. "Замечание принято, лейтенант".

"Хорошо. На следующий день я получил другое сообщение, другой набор подсказок, и обнаружил тело Шона Конроя. Эта схема, а также тот факт, что второе убийство произошло в одном из пустующих арендуемых помещений Рорка, указывали на то, что существовала связь с Рорком ".

"И после этого вы проследили путь из еще одной передачи и обнаружили тело Дженни О'Лири в отеле, которым также владеет Рорк".

"Это верно. Детектив из нашего отдела электроники впоследствии проследил за отказом передачи, охватив несколько моментов, один из которых изначально указывал на то, что передача произошла в нашем доме. Однако было эхо, которое доказало, что это ложь. В настоящее время мы анализируем эхо и уверены, что сможем точно определить источник ".

"И на данный момент ваш главный подозреваемый - человек на службе у Рорка, человек, который также одно время жил в Дублине. Соммерсет, - продолжила она, слабо улыбнувшись Рорку. "Мы смогли получить доступ к очень небольшой справочной информации о нем".

"Вы немного отстали, инспектор", - сухо сказала Ева. "После дальнейшего расследования и личностного тестирования Соммерсет больше не является праймом. Имеются признаки того, что его использовали, чтобы ввести в заблуждение следствие ".

"И все же направление всего указывает на Дублин, вот почему ты здесь".

"Я получил сотрудничество от Рорка и Соммерсета. Я полагаю, что мотивы этих преступлений уходят корнями в изнасилование / убийство несовершеннолетней дочери Соммерсета, Марлены, почти двадцать лет назад. Она была похищена и удерживалась группой мужчин, которые угрожали причинить ей вред, если Рорк не согласится на их требования. Однако его согласие было проигнорировано, и ее тело было брошено у входной двери резиденции, где жили Рорк, Соммерсет и Марлена ".

"Это произошло здесь, в Дублине?"

"Кровь лилась и остается пролитой", - холодно сказал Рорк, - "даже на ваших опрятных улицах, инспектор".

Взгляд Фаррелл ожесточился, когда она повернулась к своему компьютеру. "Когда?"

Это был Рорк, который назвал ей год, месяц, день, а затем и час.

"Марлена Соммерсет".

"Нет. Колчек. Ее звали Марлена Колчек". Как и у Соммерсета в тот период, подумал Рорк, но никаких записей о Бэзиле Колчеке не существует. Больше нет. Соммерсет появился на свет всего через несколько недель после смерти Марлены. "Не все дети носят фамилию своего отца".

Фаррелл послал ему один спокойный взгляд, затем потребовал файл.

"Это дело было расследовано и вынесло решение о смерти в результате несчастного случая. Следователь..." Она замолчала, вздохнула. "Инспектор Магуайр. Ты знал его? - спросила она Рорка.

"Да, я знал его".

"Я этого не делал, не лично. Но его репутация не из тех, которыми гордится этот департамент. Вы знали людей, которые убили эту девушку."

"Я знал их. Они мертвы ".

"Я понимаю". Ее взгляд дрогнул. "Их имена, пожалуйста".

Пока Рорк перечислял каждое из них, Фаррелл достал файлы, просмотрел их.

"Они не были безупречными гражданами нашего города", - пробормотала она. "И они умерли ужасно. Можно было бы сказать ... мстительно."

"Можно", - согласился Рорк.

"Мужчины, которые выбирают такой образ жизни, часто умирают плохо", - вставила Ева. "Я полагаю, что из-за связи с убийством Марлены этот убийца вознамерился отомстить за одну или более их смертей, ошибочно полагая, что ответственность за это несет Рорк. Те, кто умер в Нью-Йорке, также знали Марлену и истинные обстоятельства ее смерти. Соммерсет был ее отцом и поддерживает тесные личные отношения с Рорком. Я отвлек его на мгновение, но у нас есть в лучшем случае еще день или два, прежде чем он убьет следующего."

"У тебя есть какие-нибудь идеи, кто будет следующим?"

- Девятнадцать лет, инспектор, - ответил Рорк. "Я связался со всеми, о ком могу вспомнить, кто мог быть целью. Но даже это не помогло Дженни ".

"Я могу получить доступ к официальным данным о семьях этих мужчин", - начала Ева, "но этого недостаточно. Мне нужен личный взгляд профессионала. Мне нужен взгляд копа, копа, который знает их, их стиль, их умы. Мне нужен работоспособный список подозреваемых."

"У тебя есть профиль на твоего мужчину?"

"Я верю".

Фаррелл кивнул. "Тогда давайте приступим к работе".

***

"Профессиональные преступники", - прокомментировал Фаррелл, постукивая тонкой черной указкой по ее ладони. Они переместились в маленький конференц-зал без окон с тремя настенными экранами. Она указала на первое изображение. "Райан здесь, плохой парень, я сам привлек его к уголовной ответственности пять лет назад за вооруженное ограбление и нападение. Он порочен, но скорее хулиган, чем лидер. Он отсутствовал шесть месяцев, но сомнительно, что он таким и останется. Он не подходит под твой профиль ". В другом конце комнаты Ева прикрепила фотографии к широкой доске, жертвы с одной стороны, возможные подозреваемые с другой. Поверив Фарреллу на слово, она устранила Райана.

"О'Мэлли, Майкл".

"Он был в системе в ночь, когда был убит Конрой". Ева нахмурилась, глядя на данные рядом с изображением. "Вождение в нетрезвом виде".

"Похоже, у него проблемы с бутылкой". Фаррелл прокрутил страницу вниз, отметил десятки нарушений за пьянство и нарушение общественного порядка, вождение в состоянии алкогольного опьянения, нарушение общественного порядка. "И еще избивающий жену. Дорогой мужчина".

"Он обычно выходил из себя, а потом обхаживал девушку, за которой ухаживал. Кажется, ее звали Энни."

"Энни Мерфи. И она вышла за него замуж, и ее до сих пор избивают ". Фаррелл вздохнул.

"Подонок, но не убийца". Ева опустила его стоп-кадр. "Как насчет заклинателя номер три".

"Теперь вот вероятный вариант. У меня были дела с Джейми Роуэном, и он не тупица. Умный, самодовольный. Семья его матери получила деньги, которые позволили ему получить прекрасное образование. У него есть вкус к светской жизни".

"Красивый сукин сын", - прокомментировала Ева.

"Так оно и есть, и он хорошо осознает свое очарование. Джейми азартный человек, и когда те, кто проигрывает, не платят достаточно быстро, он приглашает одного из своих крутых парней нанести визит. Мы допрашивали нашего мальчика здесь на предмет соучастия в убийстве только в прошлом году. Это был один из его людей, совершенно верно, тот, кто совершил это деяние по его приказу. Но мы не смогли этого вынести ".

"Он когда-нибудь сам ломал шипы?"

"Мы этого никогда не доказывали".

"Мы будем поддерживать его, но, на мой взгляд, он выглядит слишком круто, скорее нажимает на кнопки. Ты знал его, Рорк?"

"Достаточно хорошо, чтобы разбить ему глаз и выбить несколько зубов". Рорк улыбнулся и закурил сигарету. "Нам было бы около двенадцати. Он пытался сбить меня с толку. Не сработало ".

"Это последние три из твоих основных возможных вариантов. Итак, теперь мы дошли до - чего?" Фаррелл быстро пересчитал кадры. "Ровно дюжина. Я склоняюсь к Роуэну здесь, или Черному Райли. Самый умный из всех."

"Тогда мы поместим их на первое место. Но дело не только в мозгах", - продолжила Ева, обходя стол переговоров. "Это темперамент, и это терпение. И эго. И это, безусловно, его личная религия ".

"Шансы на католика, если он из одной из этих семей. Большинство из них - прихожане церкви, посещающие мессу, как благочестивые воскресным утром, после того как делали все, что им заблагорассудится в субботу вечером ".

"Я не очень разбираюсь в религии, католической или какой-либо другой, но одно из отправленных им сообщений было идентифицировано как католическая заупокойная месса, и статуи, которые он оставляет на месте происшествия, изображают Марию, так что это мое мнение ". Ева рассеянно нащупала жетон в кармане, вытащила его. "Это что-то значит для него".

"Удачи", - сказал Фаррелл. "Плохо или хорошо. У нас есть местная художница, которая использует трилистник в качестве подписи на своих картинах ". Фаррелл нахмурился, когда она перевернула его. "И христианский символ. Рыба. Ну, я бы сказал, что перед вами человек, который думает по-ирландски. Молитесь Богу и надейтесь на удачу".

Ева сунула жетон обратно в карман. "Насколько вам повезет, если вы привлекете этих двенадцать к чему-то для допроса?"

Фаррелл коротко рассмеялся. "С этой партией, если их не приводят раз в месяц или около того, они чувствуют себя заброшенными. Если хочешь, можешь пойти перекусить, и мы начнем сбор ".

"Я был бы признателен за это. Вы позволите мне посмотреть интервью?"

"Наблюдайте, лейтенант, но не участвуйте".

"Достаточно справедливо".

"Я не могу распространить это на гражданских", - сказала она Рорку. "Возможно, ты сочтешь день более полезным, если встретишься со своими старыми друзьями и предложишь им пинту пива".

"Понятно. Спасибо, что уделили мне время ".

Она взяла предложенную Рорком руку, подержала ее мгновение, глядя ему в глаза. "Однажды я ущипнул твоего отца, когда был новичком. Он сильно возражал, когда его арестовала женщина - это был самый мягкий термин, который он использовал в отношении меня. Я был зеленым, и он умудрился разбить мне губу, прежде чем я удержал его ".

Глаза Рорка стали холодными и пустыми. Он высвободил руку. "Я сожалею об этом".

"Насколько я помню, тебя там не было", - мягко сказал Фаррелл. "Новички редко забывают свои первые ошибки, поэтому я помню его довольно хорошо. Я ожидал увидеть в тебе что-то от него. Но я этого не делаю. Ни капельки. Хорошего дня тебе, Рорк".

"Хорошего вам дня, инспектор".

***

К тому времени, как Ева вернулась в отель, обед закончился, и смена часовых поясов затуманила ее разум. Она обнаружила, что номер пуст, но на автоответчике ждало с полдюжины закодированных факсов. Она добавила еще кофе в свой перегруженный организм, пока просматривала их.

Она зевнула так, что хрустнула челюсть, затем перешла по телефонной линии Пибоди.

"Пибоди".

"Даллас. Я только что поступил. Чистильщики закончили с белым фургоном, найденным брошенным в центре города?"

"Да, сэр. Неверный след. Этот фургон был использован при ограблении в Джерси и сброшен на канал. Я все еще преследую эту зацепку, но на ликвидацию транспортных средств уйдет больше времени. Таксист был ничтожеством. Он даже не знал, что с него сняли ярлыки ".

"Макнаб добился каких-нибудь успехов с глушилкой?"

Пибоди фыркнула, затем посерьезнела. "Он утверждает, что добивается некоторого прогресса, хотя он формулирует все это в электро-ese, и я не могу разобрать. Он отлично провел время с каким-то электронным жокеем Рорка. Я думаю, что они влюблены ".

"Твоя сопливая сторона проявляется, Пибоди".

"Не так сильно, как могло бы быть. Никаких сообщений не поступало, так что наш мальчик решил отдохнуть от хаоса. Макнаб останется здесь, в твоем домашнем офисе, сегодня вечером на случай, если придет сообщение. Я тоже остаюсь ".

"Вы с Макнабом остаетесь в моем офисе сегодня вечером?"

Ее рот переместился в опасной близости к надутым губам. "Если он остается, я остаюсь. Кроме того, еда превосходна."

"Постарайтесь не убивать друг друга".

"Я проявляю восхитительную сдержанность в этой конкретной области, сэр".

"Верно. Соммерсет хорошо себя ведет?"

"Он пошел на какой-то урок рисования, затем на кофе и бренди со своей подругой. Я следил за ним. Согласно отчету, все было очень достойно. Он вернулся около двадцати минут назад."

"Проследи, чтобы он остался".

"Я позабочусь об этом. Есть какой-нибудь прогресс?"

"Это спорно. У нас есть список потенциальных клиентов, который был сокращен наполовину во время интервью. Я собираюсь поближе взглянуть на шестую, - сказала она, потирая усталые глаза. "Один в Нью-Йорке, а другой должен быть в Бостоне. Я просмотрю их, когда вернусь завтра. Мы должны вернуться к полудню ".

"Мы будем поддерживать огонь в доме, лейтенант".

"Найди этот чертов фургон, Пибоди". Она отключила связь и приказала себе не задаваться вопросом или беспокоиться о том, где может быть Рорк.

***

Он знал, что лучше не возвращаться домой. Это было глупо, бесплодно и непреодолимо. Лачуги мало изменились с тех пор, как он был мальчиком, пытающимся выползти из них. Здания были построены дешево, с провисшими крышами, разбитыми окнами. Редко можно было увидеть, как здесь распускается цветок, но несколько полных надежд душ разбили сад размером с почтовую марку у порога шестиквартирного дома, где он когда-то жил.

Но цветы, какими бы яркими они ни были, не могли перебороть запах мочи и рвоты. И они не могли разрядить атмосферу, которая была пропитана отчаянием.

Он не знал, зачем вошел, но обнаружил, что стоит в тусклом вестибюле с липкими полами и облупившейся краской. И там была лестница, с которой его отец однажды столкнул его вниз, потому что он не выполнил свою норму, поднимая кошельки.

О, но я должен был, подумал теперь Рорк. Что было ударом ноги по сравнению с килограммами, которые он сбросил? Старик был слишком пьян, и часто слишком глуп, чтобы заподозрить своего мальчика для битья в утаивании какой-либо добычи.

Рорк всегда сдерживался. Фунт здесь, фунт там может составить кругленькую сумму для решительного парня, готового принять его удары.

"Он бы в любом случае дал мне кулаком в лицо", - пробормотал он и посмотрел на эти разбитые ступени.

Он мог слышать, как кто-то проклинает, кто-то еще плачет. Вы всегда услышите проклятия и плач в таких местах. Запах вареной капусты был сильным и выворачивал его желудок, поэтому он снова вышел на свежий воздух снаружи.

Он увидел подростка в обтягивающих черных брюках и копной светлых волос, хладнокровно наблюдающего за ним с обочины. На другой стороне улицы пара девушек, которые рисовали мелом потрескавшийся тротуар для классиков, остановились посмотреть. Он прошел мимо них, осознавая, что за ним следят другие глаза, выглядывающие из окон и дверных проемов.

Незнакомец в хорошей обуви был одновременно любопытен и оскорбителен.

Мальчик выкрикнул что-то мерзкое на гэльском. Рорк повернулся, встретился с насмешливым взглядом мальчика. "Я возвращаюсь в переулок", - сказал он, используя тот же язык, и обнаружил, что это слетело с его губ легче, чем он ожидал, - "если ты не против попытать счастья со мной. Я в настроении причинить кому-нибудь боль. С таким же успехом это можешь быть ты, как и другой ".

"В том переулке погибли люди. С таким же успехом это можешь быть ты, как и другой ".

"Тогда давай". И Рорк улыбнулся. "Некоторые говорят, что я убил там своего отца, когда был вдвое моложе тебя, воткнув нож ему в горло так, как ты зарезал бы свинью".

Мальчик переместил свой вес, и его глаза изменились. Глумливое неповиновение сменилось уважением. "Тогда ты был бы Рорком".

"Я бы. Держись от меня подальше сегодня и доживи до того, чтобы увидеть своих детей ".

"Я выберусь", - крикнул мальчик ему вслед. "Я выберусь так же, как ты, и однажды я буду ходить в хороших туфлях. Будь я проклят, если вернусь".

"Так я и думал", - вздохнул Рорк и шагнул в вонючий переулок между узкими зданиями.

Был сломан утилизатор. Был сломлен, сколько он себя помнил. Мусор, как всегда, был разбросан по изрытому асфальту. Ветер трепал его пальто, его волосы, когда он стоял, уставившись в землю, на место, где был найден мертвым его отец.

Он не всаживал в него нож. О, он мечтал убить этого человека; каждый раз, когда его били эти злобные руки, он думал о том, чтобы нанести ответный удар. Но ему было всего двенадцать или около того, когда его отец встретился с ножом, и ему еще предстояло убить человека.

Он выполз из этого места, из этой ямы. Он выжил, даже одержал победу. И теперь, возможно, впервые, он понял, что изменился.

Он никогда больше не будет похож на зеркальное отражение самого себя, который бросил ему вызов с обочины. Он был мужчиной, превратившимся в того, кем он решил быть. Он наслаждался жизнью, которую построил для себя сейчас, а не просто из-за ее противоположности тому, что было.

В его сердце была любовь, горячая любовь к женщине, которая никогда бы не пустила корни, если бы почва оставалась каменистой.

После всех этих лет он обнаружил, что возвращение не разбудило призраков, а усыпило их.

"Пошел ты, кровавый ублюдок", - пробормотал он, но с возмутительным облегчением. "В конце концов, ты не смог прикончить меня".

Он отвернулся от того, что было, определил свое направление на то, что было, и на то, что грядет. Теперь он шел, довольный, под дождем, который начал падать тихо, как слезы.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Ева никогда раньше не была на поминках, и ее удивило, что, учитывая обычный стиль ведения дел Рорка, он решил провести их в Penny Pig.

Паб был закрыт для уличного движения, но все равно был переполнен. Казалось, что Дженни оставила позади много друзей, если не семью.

Ирландские поминки, как предстояло выяснить Еве, означали примерно то же, что и ирландский паб. Музыка, разговоры и употребление большого количества ликера и пива.

Это заставило ее вспомнить о просмотре, который она посетила всего месяц назад, который привел к еще большему количеству смертей и насилия. Там мертвые были уложены в прозрачный гроб, видимый сбоку, и комната была завешена тяжелыми красными драпировками и цветами. Настроение было печальным, голоса приглушенными.

Здесь мертвых вспоминали по-другому.

"Прекрасной девушкой была Дженни". Мужчина за стойкой поднял свой бокал, и его голос перекрыл шум толпы. "Никогда не разбавлял виски и не жадничал, наливая его. И ее улыбка была такой же теплой, как и то, что она подала тебе ".

"Тогда за Дженни", - было решено, и тост был выпит.

Рассказывались истории, часто переходящие от какой-нибудь добродетели дорогого усопшего к шутке над кем-нибудь из присутствующих. Рорк был излюбленной мишенью.

"Я помню одну ночь", - начал Брайан, - "Это было много лет назад, когда наша Дженни была просто девушкой - и она была замечательной фигурой, - когда она подавала пиво и портер. Это было, когда заведением владел Мэлони - упокой господи его вороватую душу - а я обслуживал бар за гроши."

Он сделал паузу, сделал глоток, затем затянулся одной из сигар, предоставленных Рорком. "Я положил глаз на Дженни - и какой здравомыслящий молодой человек не положил бы - но у нее не было ничего для меня. Она охотилась за Рорком. В тот вечер у нас собралась изрядная толпа, и все молодые парни надеялись получить подмигивание от юной Дженни. Я одаривал ее всеми своими лучшими взглядами, полными любви ".

Он продемонстрировал это, приложив руку к сердцу и тяжело вздохнув, так что его аудитория заулюлюкала от смеха и подбадривала его.

"Но на меня она вообще не обращала внимания, поскольку все ее внимание было приковано к Рорку. И там сидел он сам, возможно, за столом, за которым он сидит, где он находится сегодня вечером. Хотя он был одет не так хорошо, как сегодня, и я бы поставил плоскодонку против пенни, что от него тоже пахло не так свежо. Хотя Дженни проносилась мимо него дюжину раз или больше и наклонялась, о, наклонялась так близко, что мое сердце бешено колотилось, желая, чтобы я оказался на виду у такого прекрасного вида, и она так мило спрашивала, не может ли она принести ему еще пинту. "

Он снова вздохнул, промочил горло и продолжил. "Но Рорк, он был слеп к сигналам, которые она посылала, глух к приглашению, прозвучавшему в этом теплом голосе. Там он сидел с девушкой моей мечты, предлагавшей ему славу, и продолжал отмечать цифры в потрепанной книжечке, складывая их, подсчитывая свою прибыль. Для бизнесмена, которым он когда-либо был. Затем Дженни, ибо она была решительной девушкой, когда ее решение было принято, и оно было направлено на Рорка, попросила его, пожалуйста, не мог бы он на минутку помочь ей в задней комнате, потому что она не могла достать то, что ей было нужно на верхней полке. И он, будучи таким высоким и сильным, мог бы он снять это для нее ".

Брайан закатил глаза, услышав это, в то время как одна из женщин наклонилась над кабинкой, где Рорк сидел с Евой, и добродушно ущипнула его за бицепс. "Ну, парень не был хамом, несмотря на все его порочные привычки", - продолжил Брайан, - "и он убрал свою книгу в карман и ушел с ней на задний двор. После того, как я сказал тебе, что они отсутствовали ужасно долго, мое сердце было разбито вдребезги за баром Мэлони. Когда они вышли, с растрепанными волосами, в перекошенной одежде и с сияющими глазами, я понял, что Дженни потеряна для меня. За то, что он ни черта не принес для нее с верхней полки в задней комнате. Все, что он сделал, это снова сел, одарил ее злобной, быстрой усмешкой ... и достал свою книгу и подсчитал свою прибыль.

"Нам было по шестнадцать лет, нам троим, и мы все еще мечтали о том, какой могла бы быть наша жизнь. Теперь паб Мэлони мой, прибыли Рорка так велики, что не сосчитать, а Дженни, милая Дженни, с ангелами ".

В конце было несколько слез, и разговор снова начался шепотом. Взяв свой бокал, Брайан подошел и сел напротив Рорка. "Ты помнишь ту ночь?"

"Я верю. Это хорошее воспоминание, которое ты вернул ".

"Возможно, это было невоспитанно с моей стороны. Я надеюсь, ты не обиделась на это, Ева."

"Для этого мне понадобилось бы каменное сердце". Может быть, дело было в воздухе, или музыке, или голосах, но они сделали ее сентиментальной. "Она знала, что ты чувствовал к ней?"

"Тогда, нет". Брайан покачал головой, и в его глазах появился теплый блеск. "И позже, мы были слишком большими друзьями для всего остального. Мое сердце всегда тянулось к ней, но со временем все изменилось. Это была мысль о ней, которую я любил ".

Казалось, он встряхнулся, затем постучал пальцем по бокалу Рорка. "Ну, теперь ты почти не пьешь. Ты потерял голову из-за хорошего ирландского виски, живя среди янки?"

"Моя голова всегда была лучше твоей, где бы я ни жил".

"У тебя был хороший бой", - признал Брайан. "Но я помню одну ночь. О, это было после того, как вы распродали партию прекрасного французского бордо, которое контрабандой ввезли из Кале - прошу прощения, дорогой лейтенант. Ты помнишь это, Рорк?"

Губы Рорка растянулись в ухмылке, и его рука скользнула по волосам Евы. "За свою карьеру я провозил контрабандой более одной партии французского вина".

"О, без сомнения, без сомнения, но этой ночью, в частности, ты не выпил полдюжины бутылок и был в легком и деловом расположении духа. Ты собрал игру - дружескую для разнообразия - и мы сели и выпили все до капли. Ты, и я, и Джек Бодин, и этот чертов дурак Мик Коннелли, которого убили в поножовщине в Ливерпуле несколько лет назад. Позвольте мне сказать вам, лейтенант, дорогой, этот ваш человек напился в порту, как шестеро матросов, и все равно выиграл все наши деньги."

Теперь Рорк поднял свой бокал и с наслаждением отпил глоток. "Я помню, что на следующее утро, когда я проснулся, у меня было немного легче на душе".

"Что ж". Брайан широко улыбнулся. "Напейся с ворами, и что это тебе даст? Но это было хорошее вино, Рорк. Это было чертовски хорошее вино. Я попрошу их сыграть одну из старых мелодий. "Black Velvet Band". Ты будешь петь?"

"Нет".

"Петь?" Ева села. "Он поет?"

"Нет", - сказал Рорк снова, определенно, в то время как Брайан рассмеялся.

"Подтолкни его как следует и держи его стакан полным, и ты бы вытянул из него мелодию".

"Он почти даже не поет в душе". Она задумчиво посмотрела на Рорка. "Ты поешь?"

Борясь между весельем и смущением, он покачал головой и поднял свой бокал. "Нет", - снова сказал он. "И я не планирую напиваться настолько, чтобы доказать, что я лжец".

"Что ж, мы немного поработаем над этим". Брайан подмигнул и поднялся. "А пока я собираюсь попросить их прокрутить ролик. Ты потанцуешь со мной, Ева?"

"Я мог бы". Она смотрела, как он уходит, чтобы оживить музыку. "Напиваться, петь в пабах и щекотать барменш в задней комнате. Хммм." Она бросила долгий, задумчивый взгляд на мужчину, за которого вышла замуж. "Это очень интересно".

"Ты делаешь первое, остальные даются легко".

"Возможно, я хотел бы увидеть тебя пьяным". Она положила руку на его щеку, радуясь, что печаль исчезла из его глаз. Куда бы он ни пошел в тот день, это была его тайна, и она была удовлетворена тем, что это пошло ему на пользу.

Он наклонился вперед, чтобы прикоснуться своими губами к ее. "Чтобы я мог пощекотать тебя в задней комнате? Вот твой ролик ", - добавил он, когда музыка заиграла ярче.

Ева оглянулась и увидела Брайана, возвращающегося к ней аккуратными, подпрыгивающими маленькими шажками. "Он мне нравится".

"Я тоже. Я и забыл, насколько сильно."

***

Солнечный свет и дождь упали вместе и превратили свет в жемчужину. На церковном дворе стояли древние каменные кресты, изъеденные временем и ветром. Мертвые покоились близко друг к другу, как близкие родственники судьбы. Шум моря доносился из-за скалистых утесов постоянным приглушенным ревом, который доказывал, что время продолжается даже здесь.

Не было ни одного аэроцикла или трамвая, которые могли бы испортить небо, где облака покрывали синеву, как свернутые серые одеяла. И трава, покрывавшая холмы, которые поднимались к тому небу, была темно-изумрудной, как надежды и мечты.

Это навело Еву на мысль о старом видео или голографической программе.

Священник был одет в длинные традиционные одежды и говорил по-гэльски. Погребение мертвых было ритуалом, который могли позволить себе только богатые. Это было редкое зрелище, и толпа, собравшаяся за воротами, соответственно молчала, когда гроб опускали в свежую яму.

Рорк прижался щекой к макушке Евы, обретая утешение, когда скорбящие осенили себя крестным знамением. Он предавал земле больше, чем друга, и знал это. Он вкладывал часть себя, часть, которую, как он думал, уже давно похоронил.

"Мне нужно минутку поговорить со священником".

Она подняла руку к той, которую он положил ей на плечо. "Я буду ждать здесь".

Когда он уходил, Брайан подошел к ней. "Дженни хорошо справилась с ним. Она отдохнет здесь - летом в тени ясеня". Удобно уперев руки в бока, он посмотрел на церковный двор. "И они все еще звонят в колокола на колокольне воскресным утром. Не запись, а сами колокола. Это прекрасное звучание".

"Он любил ее".

"Нет ничего более сладкого, чем первая любовь молодого и одинокого. Ты помнишь свою возлюбленную детства?"

"У меня ее не было. Но я понимаю это".

Брайан положил руку ей на плечо, быстро сжал его. "Он не смог бы добиться большего успеха, чем ты, даже если бы ты совершил досадную ошибку, став полицейским. Ты хороший стрелок, лейтенант, дорогой?"

"Да". Что-то в том, как он спросил, заставило ее обернуться, посмотреть ему в лицо. "Это то, что у меня получается лучше всего".

Он кивнул, и его мысли, казалось, рассеялись, когда он перевел взгляд. "Одному Богу известно, сколько денег Рорк передает священнику в этом конверте".

"Тебя это возмущает? Его деньги?"

"Действительно, нет". И он немного рассмеялся. "Не то чтобы я не хотел, чтобы у меня тоже это было. Он заслужил это. Всегда была следующая игра, следующая сделка с нашим парнем Рорком. Все, чего я хотел, это паб, и поскольку у меня есть заветное желание, полагаю, я тоже богат ".

Брайан опустил взгляд на простую черную юбку ее костюма, черные туфли-лодочки без украшений, которые были на Еве. "Ты одета не для прогулки по скалам, но не могла бы ты взять меня за руку и прогуляться со мной по этому пути?"

"Хорошо". У него что-то было на уме, подумала она, и решила, что он хочет уединения, чтобы поделиться этим.

"Знаешь, я никогда не был за тем морем в Англии", - начал Брайан, медленно ступая по неровной земле. "Никогда не было такого желания. Человек может отправиться куда угодно, на планету или за ее пределы, и за меньшее время, чем требуется, чтобы подумать об этом, но я никогда не покидал этот остров. Ты видишь те лодки там, внизу?"

Ева посмотрела поверх утесов, вниз, на беспокойное море. Гидропарки сновали взад и вперед, скользя по волнам, как красивые камешки. "Пассажиры пригородных поездов и туристы?"

"Да, спешу в Англию, спешу сюда. День за днем, год за годом. Ирландия все еще бедна по сравнению со своими соседями, поэтому амбициозный чернорабочий может устроиться там на работу, кататься на пристанях или аэробус, если у него в кармане побольше. Это будет стоить ему десяти процентов от его зарплаты за привилегию жить в одной стране и работать в другой, поскольку правительства всегда находят способ залезть в карман человека, не так ли. Ночью он возвращается. И к чему это его приводит, эта спешка снова и снова, снова и снова большую часть его жизни?" Он пожал плечами. "Что касается меня, я бы предпочел остаться на одном месте и посмотреть парад".

"Что у тебя на уме, Брайан?"

"Многое, дорогой лейтенант. Множество вещей."

Направляясь к ним, Рорк вспомнил, что в первый раз, когда он увидел Еву, они были на похоронах. Еще одна женщина, у которой украли жизнь. Было холодно, и Ева забыла свои перчатки. На ней был отвратительный серый костюм с оторвавшейся пуговицей на пиджаке. Теперь он сунул руку в карман, лениво теребя пуговицу, которая отвалилась от мешковатого серого пиджака.

"Ты флиртуешь с моей женой, Брайан?"

"Я бы сделал это, если бы думал, что у меня есть шанс с ней. Дело в том, что у меня есть кое-что, что заинтересует вас обоих. Сегодня рано утром мне позвонил Соммерсет."

"Зачем ему звонить тебе?" - Потребовал Рорк.

"Сказать мне, что ты хотел, чтобы я срочно приехал в Нью-Йорк и за твой счет".

"Когда это пришло?" Ева уже вытаскивала ссылку на свой palm, чтобы связаться с Пибоди.

"Восемь часов. Это вопрос чрезвычайной важности, который нельзя разглашать, кроме как при личной встрече. Я должен прилететь в этот же день и зарегистрироваться в отеле Central Park Arms, где у меня будет номер люкс, и ждать, пока со мной свяжутся ".

"Откуда ты знаешь, что это был Соммерсет?" - Спросил Рорк.

"Клянусь Богом, Рорк, это было похоже на него, звучало как он. Жестче, старше, но я бы не стал сомневаться в этом. Хотя он не захотел поддерживать разговор и резко прервал звонок, когда я надавил на него ".

***

"Пибоди. Заставь себя проснуться там ".

"Что?" Пибоди, взъерошенная, с опухшими глазами, зевнула. "Извините, сэр. Да, сэр. Проснись."

"Вышвырни Макнаба из любой кровати, в которой он лежит, и пусть он проверит мейнфрейм по 'линкам. Мне нужно знать, была ли передача в Ирландию - это было бы в, черт возьми, какая здесь разница во времени? - примерно в три часа ночи".

"Немедленно вышвырните его из постели, лейтенант".

"И свяжитесь со мной, как только получите ответ. Мне нужно использовать твой "журнал ссылок в качестве доказательства", - сказала она Брайану, засовывая ссылку palm обратно в карман. "Мы подделаем это для инспектора Фаррелла, но мне нужен оригинал".

"Ну, я подумал, что ты мог бы". Брайан достал диск. "Предвидя это, я принес это с собой".

"Хорошая мысль. Что ты сказал человеку, который позвонил тебе?"

"О, что у меня был бизнес, которым нужно было управлять, что я не мог просто тащиться через Атлантику по прихоти. Я пытался выманить его, спрашивал здесь о Рорке. Он только настоял на том, чтобы я приехала, сразу, и Рорк сделает так, что это того стоит." Он слабо улыбнулся. "Заманчивое предложение. Первоклассный транспорт и размещение, и двадцать тысяч фунтов в день, пока я вдали от дома. Человек должен быть сумасшедшим, чтобы сказать "нет" этому ".

"Ты останешься в Дублине". Голос Рорка был резким, на грани ярости, и поддержал Брайана.

"Может быть, я подумываю поехать в Нью-Йорк и дать этому ублюдку-убийце почувствовать вкус Брайана Келли".

"Ты останешься в Дублине", - повторил Рорк, его глаза сузились и стали холодными, кулаки сжаты наготове. "Если сначала мне придется избить тебя до потери сознания, тогда все в порядке".

"Ты думаешь, что сможешь победить меня, не так ли?" Настроенный на драку, Брайан начал снимать пальто. "Давай вернемся назад".

"Прекратите это, вы, идиоты". Ева встала между ними, готовая уложить обоих, если потребуется. "Ты остаешься в Дублине, Брайан, потому что единственное, что этот ублюдок почувствовал на вкус, - это я. Я заблокирую твою туристическую визу, и если ты попытаешься покинуть страну, то проведешь некоторое время в тюрьме ".

"К черту туристическую визу - "

"Заткнись. И ты, - продолжила она, поворачиваясь к Рорку. "Шаг назад. Никто никого не избивает до потери сознания, если только это не я. Пара дней в Ирландии, и все, о чем ты можешь думать, это ударить кого-нибудь. Должно быть, это воздух ".

Ее "линк" запищал. "Это Пибоди. Теперь, вы двое, помните: с людьми, которые ведут себя как придурки, обращаются как с придурками ".

Она отошла, чтобы ответить на звонок. Лицо Брайана расплылось в широкой улыбке, когда он хлопнул Рорка по спине. "Это женщина, не так ли?"

"Нежная, как роза, моя Ева. Хрупкая и тихая натура". Он сам усмехнулся, когда услышал ее ругательство, громкое и злобное. "Голос, подобный флейте".

"И ты неряшливо влюблен в нее".

"Прискорбно". Он помолчал мгновение, затем тихо заговорил. "Оставайся в Дублине, Брайан. Я знаю, что вы можете обойти заблокированную визу так же легко, как перейти Главную улицу, но я прошу вас сделать это. Прошло слишком много времени после похорон Дженни, чтобы я рисковал потерять еще одного друга ".

Брайан тяжело вздохнул. "Я не думал идти, пока ты не приказал мне не делать этого".

"Сукин сын прислал мне цветы", - кипела Ева, отступая назад. "Привет". Когда Рорк схватил ее за лацканы пиджака, она шлепнула его по рукам и нахмурилась.

"Объясни".

"Только что прибыла пара дюжин роз - с запиской, в которой выражается надежда, что я скоро встану на ноги и буду готов к следующему матчу. Что-то насчет отсутствия вены - что бы это ни было - также сказано от моего имени для моего полного и скорейшего выздоровления. Пибоди вызвала взрывотехническую группу, на всякий случай, и она держит мальчика-разносчика, но он выглядит настоящим. Сегодня утром не было прямой передачи по нашим каналам связи. Макнабу нужен диск Брайана, чтобы запустить его для рикошетов ". Когда его руки слегка расслабились, она накрыла их своими. "Я должен вернуться... Сейчас."

"Да, мы сразу же вернемся. Тебя подбросить обратно в Дублин, Брайан?"

"Нет, продолжай. У меня есть свой собственный аттракцион. Будь осторожен, Рорк, - сказал он и обнял его. "И вернись".

"Я сделаю".

"И приведи свою любимую жену". Пока Ева удивленно моргала, Брайан заключил ее в медвежьи объятия, а затем поцеловал долго и щедро. "Счастливого пути, дорогой лейтенант, и вы удерживаете нашего парня здесь на узком, если не сказать прямом пути".

"Будь осторожен, Брайан", - крикнул Рорк, когда они уходили.

"И остальная часть меня тоже", - пообещал Брайан, затем повернулся, чтобы посмотреть, как быстрые лодки проносятся по воде.

***

На Восточном побережье едва пробило восемь утра, когда Ева устроилась в своем офисе. Она холодно смотрела на молодого неуклюжего мальчика-разносчика, пока он ерзал на стуле напротив ее стола.

"Тебе звонят, чтобы доставить розы до шести утра, и тебе это не кажется странным, Бобби?"

"Что ж, мэм - сэр-лейтенант, иногда с нами такое случается. Мы создали эту круглосуточную службу доставки, потому что люди хотят удобства. Однажды я доставил папоротник в Ист-Сайд в три часа ночи, этот парень, понимаете, он забыл о дне рождения своей дамы, и она огорчила его, и поэтому он ...

"Да, да". Ева отмахнулась от этого. "Расскажи мне еще раз об ордене".

"Хорошо, конечно. Нет проблем ". Его голос подпрыгивал вверх и вниз, как пробка на неспокойном море. "Видишь ли, я дежурю в смену с полуночи до восьми. Что происходит, так это то, что любой, кто звонит в магазин, переводит сообщение на мой пейджер. Я читаю приказ на экране, затем я должен зайти, составить приказ и довести его до конца. У меня есть мастер для цветочного магазина, так что я могу зайти, когда он закрыт. Моя тетя владеет заведением, так что она, типа, доверяет мне, и я хожу в школу с трехдневной рабочей неделей, так что это дает мне некоторый кредит на карманные расходы ".

"У офицера Пибоди ваш пейджер".

"Да, я передал это. Без пота, без споров. Ты хочешь этого, ты это получишь ".

"И ты лично положишь цветы в коробку".

"О да. Это не возглас. Вы просто добавляете немного зелени, пару веточек тех маленьких белых цветов, затем кладете на розы. Моя тетя хранит коробки, салфетки и ленты все вместе, чтобы мы могли быстро выполнять заказы. Офицер, она, типа, позвонила моей тете и подтвердила. Нужен ли мне адвокат?"

"Нет, Бобби, тебе не нужен адвокат. Я ценю, что ты подождал, пока я смогу поговорить с тобой ".

"Так что, типа, я мог бы пойти".

"Да, ты можешь идти".

Он встал, неуверенно улыбаясь. "Я никогда по-настоящему, типа, не разговаривал с полицейским раньше. Это не так уж плохо ".

"В наши дни мы почти никогда не пытаем наших свидетелей".

Он побледнел, затем рассмеялся. "Это, типа, шутка, да?"

"Еще бы. Проваливай, Бобби ".

Ева покачала головой, затем подала знак Пибоди войти. "Макнаб получил что-нибудь от пейджера?"

"Приказ был передан по общедоступному каналу связи с Центрального вокзала. Это было введено с помощью ключа, без отпечатка голоса - и заказ был оплачен электронным переводом наличных в зашифрованном виде. Мы не смогли бы отследить это с флотом дроидов-ищеек."

"Я не думал, что он снова оступится, не так скоро. Фургон?"

"Пока ничего существенного. Я тоже работаю над обувью. Компьютер оценивает восьмой размер. Это маловато для мужского ботинка. Этот стиль появился на рынке всего шесть месяцев назад - ценовой диапазон высокого класса. Это воплощение воздушной поступи для стильного спортсмена. На данный момент в городе продано всего шестьсот пар восьмого размера."

"Продолжай запускать это. А пальто?"

"У меня всего около тридцати покупок за тот же трехмесячный период. Совпадений пока нет. И ни одного на статуе."

"Макнаб?"

Секундой позже он просунул голову в дверной проем. "Йоу".

"Полный отчет о прогрессе и статусе".

"Давайте начнем с палочки". Он чувствовал себя как дома, сидя на столе Евы. "Мне нравятся наши шансы там. Этот киберспортсмен Рорка знает свое дело. В Trident Security and Communications - это подразделение Рорка - они работали над глушилкой такого стиля и мощности больше года. A. A. говорит, что они почти разобрались с ошибками ".

"А.А.?"

"Это спортсмен. Там полно клеток мозга. В любом случае, он прогнозирует, что у них будет модель в тайне в течение шести месяцев - четырех, если им повезет. Ходят слухи, что несколько других электронных фирм работают над той же сделкой. Одна из таких фирм принадлежит Бреннену. Преимущество людей, занимающихся промышленным шпионажем, в том, что Бреннен - ближайший конкурент ".

"У кого-нибудь есть прототип?"

"А.А. показало мне одного. Он довольно ледяной, но на данный момент попадает в цель только с предельно близкого расстояния. Возможность дистанционного управления доставляет им некоторое огорчение. В нем все еще есть некоторые значительные колебания мощности ".

"Так как же наш человек заполучил в свои руки то, что не причиняет ему горя?"

"Хороший вопрос. Я думаю, что он сам потратил некоторое время на исследования и разработки ".

"Да, я бы согласился с этим. Мы проверим шесть наиболее вероятных случаев вымогательства со стороны инспектора Фаррелла и посмотрим, всплывет ли кто-нибудь из них ".

"И я задаюсь вопросом, является ли оружие, которое он использовал, одноразовым".

Ева сузила глаза. "Годится только для одного варенья за раз? Что бы ты сделал, перезаряди его? Выбросить это? Перенастроить?"

"Перезарядка или разведка, я бы сказал. Я работаю с АА над этим ".

"Хорошо, продолжай в том же духе. Есть успехи с эхо?"

"Я не могу ее запереть. Сводит меня с ума. Но я соскреб слои с диска, который ты привез с Изумрудного острова. Спроецированное изображение. Голограмма."

"Голограмма? Ты уверен?"

"Разве я не выгляжу уверенным?" Он позволил своей дерзкой улыбке исчезнуть, когда Ева только холодно посмотрела на него. "Да, это была голограмма. Чертовски хорошая, но я улучшил, провел тестирование на нагреве и освещении. Изображение было спроецировано ".

"Хорошо". Это был еще один камень на стороне Соммерсета. "Есть какие-нибудь результаты анализа дисков системы безопасности в роскошных башнях?"

"Они скулят в EDD. Отставание. Я использовал твое имя и заставил их пообещать, что у нас будут результаты в течение следующих сорока восьми."

Фини, подумала Ева, где ты, черт возьми? "Что еще у тебя есть?"

"У передачи было такое же эхо, как и у других. Точное совпадение".

"Еще лучше. Теперь найди источник." Она воскресла. "Для меня пришло время появиться на публике. Давайте разберемся с этим придурком теперь, когда я готов к следующему раунду. Пибоди, ты со мной ".

"Мое любимое место. Лейтенант."

"Подлизывание отмечено". В начале она нажала на ссылку на ладони, закодированную для Надин Ферст на канале 75.

"Эй, Даллас, ты неплохо выглядишь для инвалида".

"Получи это. Лейтенант Ева Даллас оправилась от полученных травм и возвращается к исполнению своих обязанностей. Она остается ответственной за расследование убийств Бреннена, Конроя и О'Лири. Она уверена, что подозреваемый вскоре будет взят под стражу ".

"Подожди, дай мне взять мой диктофон".

"Это все, что ты получишь, приятель. Надень это ". Она отключилась, сбегая трусцой вниз по лестнице. Там, перекинутая через стойку перил, была новая кожаная куртка золотисто-коричневого цвета, гладкая, как сливочное масло. "Он ничего не упускает", - пробормотала Ева, поднимая его.

"Чувак, о, чувак". Не в силах сопротивляться, Пибоди провела рукой по рукаву, когда Ева влезла в него. "Как попка младенца".

"Она должна была стоить в десять раз дороже, чем моя старая, и я приведу ее в порядок через неделю. Я не знаю, почему он - Черт, где Рорк?" Она повернулась к домашнему компьютеру. "Найдите Рорка".

В это время Рорка нет на месте.

"Ну и черт", - пробормотала Ева. "Куда, черт возьми, он так быстро подевался? Ему, черт возьми, лучше бы сейчас покупать какую-нибудь страну и не совать нос в это дело ".

"Он действительно покупает страны?" - Хотела знать Пибоди, выбегая на улицу вслед за Евой.

"Откуда, черт возьми, я знаю? Я не лезу в его дела, это больше, чем он делает для меня. Оружие Центрального парка". Она выругалась, внезапно уверившись, что он ушел именно туда. Затем она остановилась, уставившись на пустое пространство перед ступеньками. "У меня нет машины", - вспомнила она. "Черт возьми, меня никто не подвезет".

"Автоматическая заявка не поступила. Вы можете сделать личный заказ ".

"О да, это займет всего неделю или две. Черт. Засунув руки в новые, шелковистые карманы, она побежала трусцой в конец дома.

Пристройка к гаражу срослась с основной конструкцией. Массивные двери были деревянными с толстой латунной фурнитурой. Окна, арочные и величественные, были защищены солнцезащитным кремом, чтобы уберечь отделку размещенных там автомобилей от выцветания. Температура внутри будет поддерживаться круглый год на комфортных семидесяти двух градусах.

Ева вскрыла замки, идентифицировала себя по голосу и отпечатку ладони. Двери грациозно распахнулись.

То же самое сделал рот Пибоди. "Святая корова".

"Это чрезмерно", - сказала Ева, шмыгая носом. "Это нелепо и такой избитый мужской поступок".

"Это холодно", - благоговейно сказала Пибоди.

Транспортные средства размещались в отдельных отсеках на двух уровнях. Спортивные автомобили, лимузины, аэроциклы, внедорожники, степенные седаны и лощеные соло-райдеры. Цвета варьировались от ярких неоновых оттенков до классического черного. Пибоди мечтательно смотрела на воздушный цикл в стиле тандема и представляла себя летящей по небу, с ветром в волосах, с каким-нибудь мускулистым парнем за спиной.

Она пришла в себя, когда увидела Еву, направляющуюся к неброской компактной модели индустриально-серого цвета.

"Даллас, как насчет этого?" Надеюсь, Пибоди показала на шикарный электрический синий спортстер, его серебристые колеса сверкали, а узкая решетка радиатора была произведением автомобильного искусства.

"Это долбаная машина, и ты это знаешь".

"Ну, да, возможно, но это должно быть быстро и действительно эффективно. Это тоже было бы заряжено ". Она победоносно улыбнулась.

"Здесь все заряжено".

Пибоди рванулась вперед, когда Ева потянулась к кнопке, чтобы отпустить седан. "Давай, Даллас, поживи немного. Разве ты не хочешь увидеть, как она двигается? И это только временно. Ты вернешься в какой-нибудь ведомственный драндулет, прежде чем осознаешь это. Это 6000XX." Ее голос был опасно близок к хныканью. "Большинство людей проживают всю свою жизнь, даже не прикоснувшись ни к одному. Всего одна поездка. Чему это может повредить?"

"Не умоляй", - пробормотала Ева. "Иисус". Но она сдалась и опустила Sportster на вымытый кафельный пол.

"О, посмотри на интерьер. Это настоящая кожа, не так ли? Белая кожа." Не в силах контролировать себя, Пибоди открыла дверцу машины и глубоко вздохнула. "Просто понюхай это. О, о, проверь управление. У него даже есть датчик воздушной струи. Мы могли бы быть на пляже в Нью-Лос-Анджелесе менее чем через три часа на этом малыше ".

"Возьми себя в руки, Пибоди, или это возвращение к седану".

"Ни за что". Пибоди почти нырнула внутрь. "Ты не вытащишь меня с помощью гидроподъемника, пока меня не подвезут".

"Я бы не подумал, что женщина, воспитанная вольноотпущенниками, может быть такой мелкой и материалистичной".

"Мне пришлось поработать над этим, но я почти закончил". Она счастливо улыбнулась, когда Ева скользнула рядом с ней. "Даллас, это потрясающе. Могу я попробовать музыкальную систему?"

"Нет. Пристегнись. Мы поищем твое достоинство позже ". Но поскольку этого требовала машина, Ева включила зажигание и рванула с места, как ракета.

Потребовалось меньше десяти минут, чтобы добраться до Централ Парк Армс.

"Ты видел, как эта милашка справлялась с поворотами? Ты принял это последнее в шестьдесят, и там даже не было шимми. Представь, что бы она делала в воздухе. Почему бы нам не попробовать это, когда мы уйдем. Чувак, я думаю, что у меня был оргазм примерно на шестьдесят второй."

"Мне не нужно знать об этом". Ева вышла, бросила свой кодовый ключ швейцару. Когда она показала свой значок, рука, которую он протянул за чаевыми, отступила. "Я хочу, чтобы эта машина была рядом. Я не хочу ждать этого больше тридцати секунд, когда выйду."

Не дожидаясь ответа, она прошла через автоматические двери и пересекла выложенный мозаикой вестибюль к массивной стойке регистрации.

"Ваш номер зарегистрирован на имя Брайана Келли", - сказала она, показывая свой значок.

"Да, лейтенант, прибытие и заселение запланировано на сегодня днем. Пентхаус В, уровень башни."

"Очисти меня".

"Я полагаю, что в данный момент этот номер занят. Однако, если ты хочешь подождать, пока ...

"Очисти меня", - повторила она. "Сейчас".

"Немедленно. Частный лифт находится в конце этого коридора и налево. Это четко обозначено. Ваш кодовый ключ откроет доступ как к лифту, так и к дверям гостиной и спальни."

"Любые передачи, сообщения, доставки, поступающие в этот номер, отправляйте их прямо наверх".

"Конечно".

Клерк поморщился, когда она зашагала прочь, затем быстро позвонил в Penthouse B. "Прошу прощения, сэр, но лейтенант Даллас и офицер в форме поднимаются наверх. Прошу прощения? Ах, да, сэр, конечно. Я займусь этим прямо сейчас ".

Сбитый с толку портье повесил трубку, затем связался с обслуживанием номеров и заказал кофе, пирожные к чаю и свежие фрукты на троих.

Возле пентхауса Б Ева вытащила оружие. По ее сигналу Пибоди встала с противоположной стороны двери. Ева подвинула свой кодовый ключ к замку, быстро кивнув своему помощнику.

Они шли низко и быстро.

Она зашипела на Рорка, который продолжал улыбаться и нежиться на обитом шелком диване. "Я не думаю, что оружие необходимо, дорогая. Я заказал кофе, и обслуживание здесь очень быстрое и эффективное ".

"Я должен дать тебе встряску, просто так, черт возьми".

"Ты бы потом пожалел. Привет, Пибоди, ты выглядишь немного обветренной. Очень привлекательно".

Покраснев, она пригладила свои прямые черные волосы. "Ну, я на минуту опустил крышу Sky на XX".

"Сексуальная маленькая поездка, не так ли? Что ж, обсудим, как расставить ловушку сейчас, или подождем кофе?"

Смирившись, Ева засунула свое оружие обратно в кобуру.

"Мы подождем кофе".

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

"Мы почти добрались сюда, коммандер. Если он позовет, мы будем готовы ".

"Если он позвонит, лейтенант, и если он последует той же схеме, которую использовал для похищения О'Лири".

"Он использовал ту же схему, когда связывался с Брайаном Келли этим утром". Находясь в зоне действия монитора связи, она дернула рукой, чтобы Макнаб прекратил болтовню. Господи, этот человек разевал рот со скоростью света. "Мы можем схватить его здесь, коммандер. Все, что ему нужно сделать, это двигаться в этом направлении ".

"Тебе лучше надеяться, что он это сделает, и быстро, Даллас, или нам обоим подпалят задницы".

"Я подбросил наживку. Он примет это ".

"Свяжись со мной, как только получишь от него известие".

"Ты будешь первым", - пробормотала она, когда экран погас. "Вы, ребята, не хотите потише? Это не чертов номер для вечеринок ".

Макнаб и два дрона EDD чирикали вдали, устанавливая оборудование в спальне, которая была временным командным центром. Ева беспокоилась, что она собрала эту оперативную группу слишком быстро, но время было врагом. Там были трассировщики и обходные устройства, три комплекта портов, все с наушниками и глушителями голоса. Записывающие устройства были настроены на включение с первым звуковым сигналом первой 'ссылки. Макнаб уже подключил это к ее офисному устройству.

Все оборудование было доставлено из Центра в фургоне для доставки. Если бы ее мужчина держал отель под наблюдением, все, что он увидел бы, это еще один коммерческий автомобиль, въезжающий в заднюю часть отеля.

Никакой униформы, никакого черно-белого.

Шестеро полицейских вели наблюдение в вестибюле, выдавая себя за коридорных, клерков, обслуживающий персонал. Детектив из ее отдела заменил швейцара. У нее было еще двое на кухне в качестве линейных поваров, еще двое занимали этаж в пентхаусе в качестве обслуживающего персонала.

Людские ресурсы и оборудование проедали дыру размером с луну в бюджете департамента. Если бы что-то пошло не так, расплата была бы адской, и она была бы той, кто заплатит за это.

Она не собиралась позволить, чтобы все пошло не так.

Обеспокоенная, она вышла в просторную гостиную. Ряд окон был защищен от посторонних глаз, как и окна спальни. Только Рорк, как владелец отеля, и его менеджер были осведомлены о проникновении полиции. В два часа дня, через час после того, как рейс из Дублина приземлился в аэропорту Кеннеди, другой полицейский зарегистрировался в отеле как Брайан Келли.

Это должно было сработать. Все, что ему нужно было сделать, это вызвать "линк" Евы.

Какого черта он не позвонил?

Рорк вошел из второй спальни и увидел, что она хмуро смотрит на зашторенные окна. "Ты предусмотрела все детали, Ева".

"Я повторял это снова и снова. Он не может долго ждать, чтобы перейти к Брайану. Он не рискнет, чтобы Брайан связался с тобой сам и узнал, что все это мошенничество. Во время своего звонка Дженни он заставил ее пообещать, что она не будет пытаться ни с кем связаться, что она ни с кем не будет разговаривать, если это не поступит через тебя. Но Брайан не стал бы связывать себя обязательствами, не стал бы ничего обещать ".

"И если наш человек вообще его знает, он бы знал, что Брайан склонен поступать так, как ему заблагорассудится".

"Это верно, так что он быстро организует встречу. У него уже есть место, где он его убьет, оборудованное. И он не захочет рисковать. Брайан - крепкий, мускулистый мужчина в расцвете сил. И он ловок на улице. Он бы устроил адскую драку ".

"Его нужно было бы застать врасплох, - согласился Рорк, - застать врасплох".

"Именно. Я предполагаю, что он планирует сделать все это прямо здесь. Брайан будет ожидать водителя, посыльного, посредника для тебя, так что он откроет дверь. Ему пришлось бы вколоть транквилизатор прямо здесь и сейчас, быстро и тихо ".

"Лейтенант", - сказал Рорк и протянул руку, и когда Ева автоматически вложила в нее свою, он улыбнулся и сжал. "Если бы у меня в руке был мини-пистолет, ты был бы накачан транквилизаторами так же быстро и легко. Они были популярны в некоторых неспокойных районах в двадцатые годы, только чаще всего в них добавляли стрихнин, а не бульдозер. Рукопожатие стало совершенно немодным в течение нескольких лет".

"Ты кладезь самых тревожных мелочей".

"Замечательный ледокол на вечеринках".

"Он уже должен был позвонить". Она развернулась, чтобы расхаживать по комнате. "С каждым случаем он сокращал время между убийством и самой ранней возможностью обнаружения. Он хочет, чтобы я сблизился, действительно сблизился. Это заставляет его чувствовать себя более превосходящим. Это больше похоже на порыв, когда он знает, что я прямо за ним, пока кровь еще свежа ".

"Возможно, он планирует сделать колл отсюда, как только запрется со своей добычей в этом раунде".

"Я думал об этом. Это не будет иметь значения. Мы все равно доберемся до него. Ему придется позвонить в эту комнату. Полицейский, который выдает себя за Брайана при регистрации, хорошо подходит по окрасу и телосложению. Макнаб уже добавил джаз, чтобы перевести голос в тон Брайана по 'линку. И у него видео нечеткое. Но он не сдвинется с места, пока не позовет меня. Он хочет убедиться, что я готов ".

Она посмотрела на свое наручное устройство, выругалась. "Джекисон зарегистрируется как Брайан через пятнадцать минут. Где этот сукин- "

В ту секунду, когда запищал сигнал связи со спальней, она ворвалась внутрь. "Отойди", - приказала она. "Все переходы в соседнюю комнату. Никакой болтовни. Фон для голограммы, Макнаб."

"Помолвлена". Он кивнул, когда изображение ее офиса вспыхнуло вокруг нее. "Красиво сидишь, Даллас".

"Выследи этого ублюдка", - приказала она и ответила. "Даллас, отдел убийств".

"Так рад, что вы чувствуете себя лучше, лейтенант".

Это был тот же голос, те же плавающие цвета на экране. "Ты скучал по мне? Послать мне цветы было таким милым штрихом, тем более что взорвать меня у тебя не совсем получилось ".

"Вы были так ... невежливы в своем заявлении для прессы. Я нахожу твое отсутствие манер очень грубым ".

"Знаешь, что я нахожу грубым, приятель? Забирать чью-то жизнь до того, как они закончат ее использовать. Такого рода вещи действительно выводят меня из себя ".

"Я уверен, что мы могли бы обсуждать ценность наших личных неприятностей довольно долго, но я знаю, как отчаянно вы пытаетесь записать эту передачу на пленку с вашим плохим оборудованием и вашими недостаточно образованными техниками".

"Я знаю пару электронных детективов, которые сочли бы это заявление очень грубым".

Из динамика донесся его смех, искренний и веселый. И, подумала она, насторожив ухо, молодой.

"О, при других обстоятельствах я уверен, что мог бы очень любить вас, лейтенант. Если бы не твое прискорбное отсутствие вкуса. Что ты видишь в той ирландской уличной крысе, за которую вышла замуж?"

"Он великолепен в постели". Надеясь, что у него есть четкое видео, она откинулась назад и улыбнулась. "У меня здесь есть профиль эксперта, в котором говорится, что вам, вероятно, не хватает мастерства в этой области. Может быть, тебе стоит попробовать какое-нибудь бодрствование. Это доступно в вашей местной аптеке повсюду ".

В динамиках отчетливо послышалось его прерывистое дыхание. "Я чист сердцем и телом, освящен".

"Это другое слово, обозначающее импотента?"

"Ты сука. Ты ничего не знаешь обо мне. Ты думаешь, я хочу лечь с тобой, не так ли? Может быть, я сделаю это, когда все закончится, может быть, Бог потребует этого. "Лучше пролить семя в живот шлюхи, чем на землю".

"У тебя тоже проблемы с дрочкой? Это грубо. Может быть, если бы ты попытался выбросить свою мать из головы, когда работаешь над собой, ты бы покончил с этим и стал более жизнерадостным человеком ".

"Не смей говорить о моей матери". Его голос стал хриплым и тонким, дрогнув на высокой ноте.

Бинго, подумала Ева. Мамочка равна женской авторитетной фигуре.

"Какая она из себя? Она все еще дергает тебя за цепочку, приятель, или она дома, поддерживает свет, не имея понятия, как ты проводишь свое свободное время?" Она подумала о ритуале, свидетелем которого стала только этим утром в маленькой церкви возле утесов. "Ты все еще ходишь с ней на мессу каждое воскресенье? Это туда ты идешь, чтобы найти своего мстительного бога?"

"Кровь моих врагов льется, как испорченное вино, в ад. Ты познаешь такую боль, прежде чем я убью тебя ".

"Ты уже пытался однажды. Ты промахнулся. Почему бы тебе не подойти ближе. Сразись со мной, один на один. У тебя хватит смелости для этого?"

"Когда придет время. Я не позволю словам блудницы соблазнить меня и сбить с пути".

Его голос сорвался, задрожал, заставив Еву наклонить голову, как будто пытаясь уловить нюанс. Он плакал?

"Нет времени лучше настоящего".

"Моя миссия не завершена. Это не конец. Я говорю, когда, я говорю тебе, когда. Четвертая проклятая душа предстает сегодня перед Божьим судом. Два часа." Он испустил долгий, прерывистый вздох. "Два часа - это все, что у тебя есть, чтобы найти свинью и спасти ее от бойни. "Своими собственными беззакониями нечестивый человек будет пойман, в сетях своего собственного греха он будет крепко удержан; Он умрет от недостатка дисциплины, из-за величия своего безумия он будет потерян".

"Опять притчи? С тобой никогда не бывает разнообразия".

"Все, что необходимо для жизни, содержится в Библии. Он идет в мои объятия, визжащей свиньей в страну холеных и избалованных собак и низкооплачиваемых нянь ".

"Это не такая уж большая зацепка. Я подобрался слишком близко, чтобы ты мог вести честную игру?"

"Игра достаточно честная, но вот еще: Солнце садится позади, и прежде чем наступит ночь, следующий Иуда дорого заплатит за свое предательство. Два часа. Начиная с этого момента ".

"Дай мне хорошие новости, Макнаб". потребовала Ева, когда передача закончилась.

Макнаб поднял взгляд, его зеленые глаза сияли. "Я достал его".

Ева медленно поднялась, сама отключая голограмму. "Не играй со мной, Макнаб".

"Источник передачи - сектор D, сеть пятьдесят четыре".

Ева подошла к карте, быстро просмотрела. "Сукин сын, Роскошные башни находятся в этой сетке. Ублюдок внутри. Он работает вне здания, где совершил первое убийство ".

"Мы двинемся на него там?" Потребовала Пибоди.

Ева подняла руку, чтобы остановить вопросы, пока она не сможет все обдумать. "Он сказал, что у меня было меньше двух часов. Он не торопится с работой, так что он захочет провести здесь хотя бы один из этих часов. Он свяжется с этой комнатой в любую минуту. Джекисон попал внутрь?"

"Он в соседней комнате".

"Хорошо, давайте дадим нашему мальчику немного времени. Он уже упаковал свои инструменты. Он ничего не оставляет на последнюю минуту. Он получит свой транспорт, и он не нарушит никаких правил дорожного движения, добираясь сюда. Он действует по расписанию. Нам нужна вторая команда в Luxury Towers, но я не хочу, чтобы они переезжали. Если он работает с кем-то, и они остаются позади, они могут предупредить его ".

Она достала свой коммуникатор, связываясь с Уитни, чтобы сообщить и наметить стратегию для следующего этапа. Ее кровь была холодной, разум ясным, когда она начала отдавать приказы.

Она замолчала, когда в номере запищал факс. "Он вступил в контакт, коммандер. Я читаю это сейчас. Он дает указания "Марку" ожидать водителя в форме в течение пятнадцати минут. Он хочет, чтобы метка подождала в комнате. Это указывает на то, что удар должен быть нанесен здесь, как и ожидалось. Марка просят отпустить лифт, когда он получает сигнал по 'ссылке из вестибюля. Три звуковых сигнала. Передача закончена. Сейчас он будет двигаться ".

"Вторая команда будет охранять роскошные башни. Я могу выделить вам двух детективов из отдела по расследованию убийств и трех офицеров."

"В гражданской одежде, коммандер. И мне нужен по крайней мере один человек из EDD, чтобы провести проверку следов."

"У тебя там уже есть трое, Даллас. Ты истощаешь ресурсы ".

Она стиснула зубы, отчаянно желая быть в двух местах одновременно. "Я пошлю Макнаба координировать действия со второй командой".

"Я раздобуду фургон с необходимым оборудованием. Держите эту частоту открытой". ' "Да, сэр. Макнаб."

От него исходило оскорбление. "Ты пинаешь меня сейчас, когда это происходит?"

"Мне нужно, чтобы ты нашел его. дыра."

"Он идет сюда. Мы можем забрать его ".

"Мне нужно, чтобы ты нашел его нору, - повторила она, - потому что да поможет нам Бог, если он пройдет мимо нас и уползет обратно в нее. Найди это, Макнаб, и заблокируй это. Это приказ, детектив."

Дымясь, он схватил свое пальто. "Отдел убийств считает, что все, на что годен ЭДД, - это работа с призраками. Прекрасно, когда у тебя нет ответов, но когда ты это делаешь, это возвращается к записывающим устройствам ".

"У меня нет времени на истерики. Проследи, чтобы другие присутствующие здесь электронщики были полностью проинструктированы, затем передай это. " Она прошла мимо него в гостиную. "Все вон из этой комнаты, кроме Джекисона. Займите свои позиции. Оружие на низком оглушающем уровне. Мы хотим, чтобы он был в здравом уме ".

Она подняла брови, глядя на Рорка. "Гражданские, в комнате для гостей". Она взяла в руки один из удаленных мониторов. "Ты можешь посмотреть".

"Я уверен, это было бы забавно. Лейтенант, вы только что закоротили одного электронного человека. Я займу его место. Немного наруши правила, - сказал он, прежде чем она смогла возразить. "Это принесет тебе больше пользы, чем заставлять меня вертеть большими пальцами". У нее были причины знать, что он лучше управлялся с оборудованием, чем двое мужчин, которых она оставила. "Первая спальня", - решила она. "В любом случае, тебе лучше там, где я могу присматривать за тобой. Джекисон, держись подальше от двери. Когда он позвонит, жди моего сигнала, чтобы ответить. Пибоди, я хочу, чтобы ты стояла у двери второй спальни. Используй сигнал безопасности. Будь начеку".

Она говорила в свой коммуникатор, когда возвращалась в диспетчерскую. "Команда А, на позиции. Команда B. Команда C. Это происходит здесь. Наблюдайте, но не приближайтесь и не задерживайте водителей в форме. Подозреваемый по прибытии воспользуется связью house или palm ' и воспользуется лифтом в пентхаусе. Повторяю, только наблюдайте. Никто не нападает на него. Мы хотим, чтобы он был здесь. Когда он будет боксировать, ты получишь мой сигнал и приблизишься к этому сектору ".

"Мне нравится, когда ты говоришь о полицейском", - прошептал Рорк ей на ухо.

"Никакой гражданской болтовни". Ева встала перед мониторами, просматривая каждый, чтобы убедиться, что все ее войска были на позициях. "Он приближается", - пробормотала она. "С минуты на минуту. Давай, ты, маленький засранец, иди в мои объятия ".

Она увидела, как Макнаб выходит из лифта в вестибюль. Все еще кипит, подумала она, отметив его мрачное лицо и напряженную позу. Ему предстояло узнать ценность командной работы. Она наблюдала, как он осматривает вестибюль, и сделала то же самое сама.

Дроид вел пару шелковистых длинношерстных собак по разноцветным плиткам. Женщина в строгом черном деловом костюме сидела на круглой скамейке, окружающей центральный фонтан, и рычала в пальмовую ветвь. Посыльный направил электрическую тележку, нагруженную багажом, к главным дверям. Через них прошла женщина, ведя игрушечного пуделя на серебряном поводке. И женщина, и собака были безупречно ухожены, с соответствующими серебряными бантами, украшающими их волосы. Позади нее появился домашний дроид, нагруженный пакетами и коробками для покупок.

Богатый турист, подумала Ева. Ранние покупки к Рождеству.

Затем она увидела его. Он вошел прямо за дроидом, одетый в длинное темное пальто, низко надвинутую шоферскую фуражку, солнцезащитные очки, скрывающие его глаза. "Он внутри". Она едва выдохнула это. "Возможная цель, входящая через главные двери. Мужчина, рост пять футов десять дюймов, черное пальто, серая шляпа, солнцезащитные очки. Он несет черный саквояж. Руководители команд поняли?"

"Принято, лейтенант. В поле зрения. Подозреваемый достает из левого кармана пальто пальмовое звено, сейчас движется влево от фонтана ".

Потом все пошло не так. Пудель начал это. Ева убедилась в этом сама. Маленькая собачка начала маниакально лаять, вырвалась от своей хозяйки и понеслась, тявкая и рыча, к паре афганцев.

Последовала небольшая жестокая битва, полная шума и ярости. В спешке, чтобы спасти своего пуделя, женщина с серебряными лентами пробежала по плиткам и оттолкнула бизнесвумен, которая поднялась, чтобы посмотреть на переполох, чуть не отправив ее в фонтан.

Звено на ладони бизнесвумен отлетело и треснуло прямо между удивленных глаз полицейского в форме беллмана. Он рухнул, как срубленное дерево.

Раздались крики и проклятия, сильный грохот, когда один из участников протаранил стол, на котором стоял дуэт хрустальных ваз. Трое коридорных бросились на помощь, первый, кто прибыл, получил несколько клыков за свои хлопоты. Один из афганцев вырвался и помчался к главным дверям и выходу.

Собака схватила Макнаба сзади за колени и швырнула его головой в дверь, к которой он только что приближался. Снаружи Ева увидела, как один из ее людей полез под куртку швейцара за оружием.

"Держите свое оружие вне поля зрения. Черт возьми, не доставайте оружие. Это гребаный воздушный бой".

Но она видела, потому что ее внимание было сосредоточено на цели на протяжении всего тридцать второго боя, в тот самый момент, когда они были сделаны. Пальмовое звено было засунуто обратно в карман, его поза застыла от шока, и он убежал.

"Он создал нас. Подозреваемый направляется пешком к южному входу. Заблокируйте южный вход, - приказала она, выбегая из номера и направляясь к лифту. "Повторяю. Заблокируйте южный вход. Подозреваемый травит кролика, считайте его вооруженным и опасным ". Она не потрудилась оглянуться, когда Рорк протиснулся с ней в лифт.

"Он почти у дверей", - сказал ей Рорк, и теперь она увидела, что у него хватило предусмотрительности схватить один из мини-мониторов.

"Эллсворт, у тебя отличное местоположение".

"Я вижу его, Даллас. Он у меня в руках ".

В тот момент, когда двери лифта открылись, она неслась через вестибюль. Эллсворт был внутри южных дверей и без сознания. "Накачал его транквилизаторами. Иисус." Она вытащила свое оружие и прошла через двери.

"Подозреваемый находится вне контролируемой зоны. У меня офицер внизу, у южного входа. Подозреваемый идет пешком - "

Она услышала крик, когда бежала к углу. Он вытаскивал женщину из машины. Даже когда Ева достигла бордюра и подняла оружие, он вышвырнул ее на улицу и нырнул за руль.

Развернувшись, она направилась к спортстеру, который припарковала у входа.

"Я поведу". Рорк на шаг опередил ее до машины. "Я знаю машину лучше".

Не имея времени на споры, она прыгнула на пассажирское сиденье. "Подозреваемый угнал автомобиль, направляется на восток по семьдесят четвертой в белом миниджете, номерной знак N-Y-C, C-H-A-R-L-I-E. Это Чарльз Абель, Роджер, Проигравший, даже ледяной. Это Даллас в погоне. Мне нужна наземная и воздушная поддержка. У него преимущество в четыре квартала, сейчас он приближается к Лексу ".

Рорк включил турбонаддув Sportster и рванул с места.

"Пройди эти три квартала", - пробормотала она, глядя прямо перед собой, когда они объезжали пригородный трамвай с запасным слоем краски.

"Он не разгонял улитку", - прокомментировал Рорк, зигзагообразно проносясь сквозь поток машин без единого нажатия на тормоза. "У этого миниджета есть мускулы, если он знает, как ими пользоваться. Но он не должен быть в состоянии обогнать нас в долгосрочной перспективе ".

Приближаясь к красному светофору, Рорк рассчитал время, нажал на газ и пронесся сквозь встречный поток машин, оставляя за собой визг шин и гудки клаксонов.

"Нет, если мы переживем это. Подозреваемый поворачивает на юг по Лексингтон, направляясь в центр. Где моя чертова поддержка с воздуха?" - рявкнула она в коммуникатор.

"Развертывается поддержка с воздуха". Слова Уитни резали, как осколки стекла. "Наземные подразделения, направляющиеся с востока и запада, должны присоединиться к вашему преследованию на углу Сорок пятой и Лекс-стрит".

"Я на гражданском автомобиле, коммандер", - сказала она ему, затем закончила описанием. "Мы отстаем от него меньше чем на два квартала и приближаемся. Подозреваемый пересекает пятидесятую."

Она едва зашипела, когда им навстречу с грохотом проехал автобус макси. Рорк ударил по вертикали, отправляя машину в длинный стремительный подъем, от которого у Евы скрутило живот. Они перепрыгнули через автобус и нырнули на улицу.

Но автобус закрывал им обзор достаточно долго. "Он отключен. Черт возьми. В какую сторону?"

"Верно", - решил Рорк. "Он перестраивался на правую полосу перед гребаным автобусом".

"Подозреваемый, как полагают, в настоящее время направляется на запад по сорок девятой. Наземная и воздушная поддержка корректируют направление для преследования."

Свет изменился, когда они дошли до угла. Рорк приготовился нанести удар хлыстом для терна. Будучи жителями Нью-Йорка, пешеходы хлынули вперед на улицу, когда загорелся желтый свет, и, вопреки летящей на них электрической синей пуле, не отступали ни на дюйм.

"Идиоты, засранцы". Ева едва успела закончить мысль, прежде чем Рорк снова взлетел в воздух и заскользил по тротуару. "Не убивай никого, ради Христа".

Он чуть не откусил внешний край зонтика от глайдкарта, терроризировал троицу евреев-хасидов, несших свои портфели с драгоценностями на рынок. Груша Bosc, поднятая оператором тележки, проплыла мимо окна Евы.

Она заметила заднюю часть миниджета с рыбьим хвостом, когда он заворачивал за угол на Пятой авеню. Глайдкарту на том повороте повезло меньше. Она увидела, как устройство перевернулось, а оператор растянулся на земле.

"Мы теряем здесь почву под ногами. Сейчас он на пятом месте ". Она посмотрела на небо и заскрежетала зубами, когда заметила коптеры СМИ, а не копов. "Коммандер, мне нужна поддержка с воздуха".

"Заминка с контролем. Поддержка отложена. Развертывание через пять минут".

"Слишком поздно, слишком, черт возьми, поздно", - пробормотала она и почувствовала небольшое удовлетворение, когда услышала приближающийся сзади вой сирен.

"Мы рискнем", - решил Рорк. Его улыбка была острой и смертоносной, как лазер, когда он резко перевел Sportster в вертикальное положение, на полной скорости задрав нос, отчего кровь отхлынула от лица Евы, а ее пальцы с силой впились в маслянистую кожу сиденья.

"О Боже, я ненавижу это".

"Просто держись. Мы пойдем вверх и по диагонали, мы сократим его отрыв ".

И более чем двадцатиэтажные здания со скоростью примерно сто миль в час.

Улица исчезла, когда они поднялись на арену туристических дирижаблей и пассажиров воздушного трамвая. Еве удалось гораздо ближе рассмотреть гордость и радость Совета по туризму Нью-Йорка, чем ей хотелось. Монотонная запись, рекламирующая радости Алмазного квартала, гремела у нее в ушах.

"Вот!" Ей пришлось перекрикивать шум, указывая точно на запад. "Синий миниджет. Он попал в пробку на Пятой, между сорок шестой и сорок пятой." Затем она заметила другую, на полквартала впереди первой. "Черт, их двое. Останови нас, припаркуй на тротуаре, если придется. Всем подразделениям, два синих миниджета на пятом, оба остановлены. Один между сорок шестым и сорок пятым, второй между сорок пятым и сорок четвертым. Перекройте движение в южном направлении на пятой у сорок третьей."

Желудок подкатил к горлу, когда Рорк увлек их в пикирование. Он выровнялся на высоте десяти футов над уровнем улицы, едва заметно покачиваясь, приземлился на полосе для маршрутных автобусов прямо напротив самого северного миниджета.

Ева выпрыгнула, направив свое оружие на водителя. "Полиция Нью-Йорка. Выйди из машины, держи руки так, чтобы я мог их видеть ".

Водителем был мужчина, лет двадцати пяти. На нем была светло-зеленая куртка Day-Glo и брюки в тон. По его лицу струился пот, когда он выходил из машины. "Не оглушай меня, ради Бога, я просто бегун, вот и все. Просто зарабатываю на жизнь ".

"В положении". Она протянула руку, развернула его. "Руки на крышу машины".

"Я не хочу, чтобы моя жена знала об этом. Мне нужен адвокат, - потребовал он, когда она обыскала его. "Я занимаюсь пробежками всего шесть месяцев. Дай мне гребаный перерыв ".

Она вытащила свои наручники из кармана, завела его руки за спину. Даже когда она надевала их, она знала, что он не ее мужчина.

"Сдвинься на дюйм с этого места, и я оглушу тебя, потеряв сознание".

Она перешла на бег трусцой, затем замедлила шаг, наблюдая, как Рорк возвращается к ней из другой машины. "Все, что у меня есть, это нелегальный агент с мозгами поганки".

"Другая машина пуста", - сказал он ей. "Он бросил это". Сжав челюсти, он осмотрел улицу, запруженную машинами и пешеходами. Три пересекающихся небесных трапа были забиты людьми. Центральный вокзал находился в квартале через весь город. "Мы потеряли его".

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Два часа спустя Ева была в Башне, объясняя провал операции шефу Тибблу.

"Я беру на себя полную ответственность за неудовлетворительный исход операции, сэр. Нельзя винить офицеров, участвовавших в работе оперативной группы ".

"Гребаный цирк". Тиббл легонько постучал огромным кулаком по поверхности своего стола. "Воздушные бои, раненые гражданские лица, старший офицер, носящийся по городу на суперсовременном спортивном самолете стоимостью в двести тысяч долларов. Чертовы журналисты застукали тебя в нем, когда ты стрелял через весь город. Это будет выглядеть просто шикарно для образа департамента на экране ".

"Извините меня, сэр", - натянуто сказала Ева. "Мое подразделение, отвечающее за отдел, было недавно уничтожено и до сих пор не заменено. Я решил использовать личный автомобиль, пока не будет выдано мое новое подразделение. Ведомственная процедура допускает этот непредвиденный случай ".

Его кулак перестал колотить, когда он, прищурившись, посмотрел на нее. "Почему, черт возьми, твое подразделение не заменили?"

"Автоматическая заявка не была обработана по причинам, которые я не могу объяснить, шеф Тиббл. Мой помощник сегодня снова подал заявку на замену, и ему сказали, что потребуется примерно неделя, чтобы никогда ".

Он глубоко вздохнул. "Идиотские продавцы газет. Вы получите замену к восьмистам часам, лейтенант."

"Благодарю вас, сэр. Нет сомнений в том, что сегодняшняя операция была неудовлетворительной. Однако детектив Макнаб точно определил Роскошные башни как источник сегодняшней передачи. Я хотел бы присоединиться к команде зачистки и поиска, развернутой там ".

"Сколькими аспектами этого расследования вы намерены заниматься лично, лейтенант?"

"Все они, сэр".

"А вы думали о том, что ваша объективность может быть под вопросом в этом вопросе? Что ты начал противопоставлять свое эго убийце. Вы расследуете серию убийств, лейтенант, или играете в его игры?"

Она приняла пощечину, согласилась, что заслужила это, но она не отступит. "На данный момент, сэр, я не верю, что могу сделать одно, не делая другого. Я понимаю, что мои действия в этом вопросе были некачественными. Так больше не будет ".

"Я хотел бы знать, как, черт возьми, я должен задать тебе взбучку, когда ты продолжаешь опережать меня в этом". Он оттолкнулся от стола и поднялся. "Считай, что тебе официально ударили по запястью. Лично я скажу вам, что не нахожу вашу работу в этом вопросе некачественной. Я просмотрел записи операции. Вы хорошо командуете, лейтенант, авторитетно и без колебаний. Ваша стратегия по заманиванию преступника в ловушку не может быть ошибочной. Чертов пудель, - пробормотал он себе под нос. "И вам было отказано в поддержке с воздуха из-за какой-то неполадки в управлении - неполадки, которая будет полностью расследована. Считайте, что вас официально поддержали.

"Теперь..." Он поднял маленький прозрачный шарик, наполненный сверкающей голубой жидкостью, повернул его так, что крошечное замкнутое море вздымалось и растекалось. "Средства массовой информации, без сомнения, насладятся нашим сегодняшним замешательством. Мы просто примем это за чистую монету. Свяжется ли он с вами снова?"

"Он не сможет остановить себя. Вероятно, у него будет период молчания. Он будет дуться, у него будет припадок гнева, и он попытается найти какой-нибудь способ причинить мне физический вред. Я бы сказал, что он посчитает, что я жульничал, и это его игра. Измена была бы грехом, и он захочет, чтобы Бог наказал меня. Он будет напуган, но и взбешен тоже ".

Она поколебалась, затем решила изложить свои мысли. "Я не верю, что он вернется в Роскошные башни. Кем бы он ни был, шеф, он умен. Он поймет, что если мы смогли подобраться так близко, как сегодня, то, скорее всего, начали отслеживать его передачи. Он заставил нас сегодня в вестибюле, так что у него обостренное чутье, когда дело касается копов. Он наткнулся на нас в отеле, и мы все испортили. Но если мы сможем найти его снаряжение, если мы сможем найти его нору, мы найдем его ".

"Тогда найди его нору, Даллас, и закопай ее".

***

Она заскочила в свой офис, чтобы сделать копии всех аудио- и видеодисков с неудавшейся операции. Она намеревалась изучить каждую секунду каждого диска.

"Я сказала тебе идти домой", - сказала она, увидев, что Рорк ждет ее.

Он встал, подошел и провел костяшками пальцев по ее щеке. "Сколько кожи Тиббл оставил на твоей шкуре?"

"Учитывая, что он почти ничего не лишил".

"Это была не твоя вина".

"Вина не имеет значения, имеет значение ответственность. И это было моим ".

Понимая, он погладил ее по плечам. "Хочешь выйти и надрать пару пуделей?"

Она издала короткий смешок. "Может быть, позже. Мне нужно забрать копии своих записей, а затем я направляюсь присоединиться к команде поиска и зачистки ".

"Ты не ела несколько часов", - указал он.

"Я возьму что-нибудь в супермаркете". Испытывая отвращение, она провела руками по лицу. "Черт возьми, Рорк, мы были в нескольких дюймах от этого. Дюймы. Он видел, как Бакстер пошел за своим оружием через дверь? Кто-нибудь из команды слишком пристально посмотрел в его сторону? Он только что почуял нас?"

"Почему бы вам не позволить мне взглянуть на записи глазами опытного полицейского-наводчика?"

"Это не могло повредить". Она повернулась к своему компьютеру, приказала удалить все оперативные файлы. "У нас должно быть много его полных снимков в файле лобби. От его лица мало что осталось, но, возможно, вы заметите что-то, что зацепит. Ты должен узнать его, Рорк."

"Я сделаю все, что смогу".

"Я не знаю, когда я буду дома". Она протянула ему копии. "Но не жди меня".

***

Она купила сырное филло и энергетический батончик в магазине быстрого питания и предпочла их печально известному ядовитому кофе "Пепси". Она унесла жалкую еду с собой в конференц-зал на втором этаже, где Макнаб возглавлял электронную зачистку.

"Что-нибудь?"

"Множество обращений по мега-ссылкам, лазерные факсы. Здание напичкано высококлассной электроникой. Мы проверяем этаж за этажом, но там нет ничего подобного тому, с чем играет наш парень ".

Ева поставила сумку на землю, затем протянула руку и повернула лицо Макнаба к себе, дотронувшись большим пальцем до его подбородка. У него на лбу была синячная шишка и длинный тонкий порез прямо над правым глазом. "Заставить МТС взглянуть на твое уродливое лицо?"

"Просто удар. Проклятый пес набросился на меня, как мяч на арене в подкате ". Он поерзал на стуле так, что золотые кольца в его ушах зазвенели. "Я хотел бы извиниться за свое неподчинение во время операции, лейтенант".

"Нет, ты бы не стал. Ты был взбешен и все еще злишься ". Она вытащила свой тюбик Пепси, сломала предохранительную пломбу. "Ты был неправ, и ты все еще ошибаешься. Так что готовь извинения. Никогда не подвергай сомнению приказ вышестоящего офицера во время операции, Макнаб, или ты закончишь тем, что будешь прятаться в какой-нибудь маленькой темной комнате, слушая звуки секса для взлома частной службы безопасности, вместо того, чтобы продвигаться по служебной лестнице в прославленном EDD ".

Пока его гнев поднимался и опускался, он тщательно манипулировал своим сканером, отмечая расположение двойного коммуникационного блока на восемнадцатом этаже.

"Ладно, может быть, я все еще немного взвинчен, и, может быть, я знаю, что перешел черту. Мне повезет, если я буду выбираться из своего кубика в Централе раз в месяц. Это было самое близкое, к чему я пришел, действие, затем ты дернул меня ".

Глядя на него, на это молодое, гладкое, нетерпеливое лицо, она чувствовала себя невероятно старой и измученной. "Макнаб, ты когда-нибудь участвовал в рукопашной, кроме как на тренировках?"

"Нет, но - "

"Вы когда-нибудь стреляли из своего оружия во что-нибудь другое, кроме тепловой мишени?"

Его рот надулся. "Нет. Итак, я не воин ".

"Твои сильные стороны прямо здесь". Она постучала пальцем по его сканеру, затем достала свой энергетический батончик. "Вы не хуже меня знаете, сколько претендентов выбывают из программы EDD каждый год. Они берут только верх. И ты хорош. Я работала с лучшими, - сказала она, думая о Фини, - так что я знаю. Здесь мне нужно, чтобы ты уложил этого ублюдка ".

Затем не слишком нежно она постучала пальцем по распухшему синяку у него на лбу. "И действие в основном просто причиняет боль, как сука".

"Парни будут издеваться надо мной неделями. Быть сбитым собакой ".

"Это была довольно большая собака". Теперь, проникнувшись сочувствием, Ева достала филло и отдала ему. "Действительно большие зубы. Лоримар укусил его за лодыжку."

"Да?" Несколько приободрившись, Макнаб откусил от хлеба с сыром. "Я не слышал". Серия звуковых сигналов заставила его, нахмурившись, посмотреть на сканер. "Много вкусностей на девятнадцатой, квартира в восточном крыле". Он переключился на свой коммуникатор. "Синяя команда, проверьте девятнадцать двадцать три. Это похоже на развлекательный центр какого-нибудь богатого ребенка, но он заряжен ".

"Я пойду проверю, как обстоят дела от двери к двери", - сказала Ева. "У тебя есть какие-нибудь интересные хиты, передай их мне".

"Ты первый, Даллас. Спасибо за еду. Скажи, а, где Пибоди?"

Ева подняла бровь, когда оглянулась через плечо. "Наблюдаю за поломкой оборудования в пентхаусе в the Arms. Ты ей не нравишься, Макнаб."

"Я знаю". Он сверкнул усмешкой. "Я нахожу это действительно привлекательным в женщине". Он вернулся к своему сканеру, напевая, пока выполнял сложную задачу разделения звуковых сигналов на известные компоненты.

***

В полночь она заказала новую команду, отправила Макнаба домой на восемь часов отпуска и упаковала все это. Она не удивилась, обнаружив Рорка в его кабинете, наслаждающегося бокалом вина и изучающего записи.

"Я заказал первую команду на ночь. Они становились напористыми ".

"Вы сами выглядите немного напористым, лейтенант. Налить тебе бокал вина?"

"Нет, я ничего не хочу". Она подошла, заметила, что он остановил запись в том месте, где Макнаб резко коснулся неподвижной панели главных дверей. "Я не думаю, что он счел бы это подходящим для подставы".

"Не удалось подключиться к его коммуникационному центру?"

"Макнаб беспокоится, что он закрыл это". Она потерла затекшую шею у основания. "Я тоже Он мог сделать это удаленно, пока был в бегах, или связаться с кем-то, с кем он работает. Профиль Миры указывает на то, что он хотел бы постоянной похвалы и внимания во время игры, так что, возможно, у него есть партнер - скорее всего, женщина, сильная личность. Авторитетная фигура ".

"Мать?"

"Это было бы моим первым предположением. Но дистанционное управление так же вероятно, как и то, что рядом с ним будет мамочка. Он хочет верить, что он заправляет шоу, поэтому у него, вероятно, есть свое собственное место ".

Она шагнула вперед, ближе к экрану, пристально вглядываясь в изображение мужчины в длинном пальто и шоферской фуражке. "Это как костюм", - пробормотала она. "Еще одна часть игры. Он переодевается. Это скрывает, но это также, я не знаю, драматично. Как в пьесе, и он звезда. Но прямо здесь вы можете видеть, что мы подали ему сигнал, которого он не ожидал. Посмотрите на шок, панику на языке тела. Его вес потерял равновесие, потому что он сделал шаг назад. Инстинктивное отступление. Его свободная рука поднимается в защитном жесте. Бьюсь об заклад, его глаза за солнцезащитными козырьками широко раскрыты от шока."

Что-то поймало ее, заставило нахмуриться и подойти еще ближе. "Не могу понять, на что, черт возьми, он смотрит. Вы не можете видеть, на чем сфокусирован его взгляд. Просто наклон его головы. Смотрит ли он на Бакстера, который тянется за своим оружием по ту сторону стекла? Или он смотрит на то, как Макнаб врезается головой в панель?"

"С его точки зрения, вы бы увидели и то, и другое".

"Да. Бакстер похож на копа, который тянется за своим парализатором, по-твоему? Не мог ли он быть швейцаром, встревоженным суматохой и потянувшимся к своему пейджеру службы безопасности?"

"Я бы пошел в копы", - сказал ей Рорк. "Посмотри, как он двигается". Он приказал магнитофону перемотать тридцать секунд назад, затем воспроизвести. Комната наполнилась шумом, поэтому он приглушил звук. "Смотрите - это хрестоматийный полицейский прием. Поворот, колени согнуты, тело напряжено, правая рука скользит под пальто подмышкой. Швейцары носят пейджеры на поясах, так что его хватка слишком высока для этого ".

"Но это произошло быстро, посмотри, как быстро".

"Если он знает копов, имел с ними много дел, этого могло быть достаточно. Макнаб совсем не похож на копа, не двигается как таковой. Единственный способ, который мог бы его насторожить, - это если бы он узнал Йена, узнал, что он полицейский ".

"Макнаб не так много работает в полевых условиях, как он жаловался мне сегодня вечером. Но они оба любители электроники, так что не исключено, что они сталкивались друг с другом. Черт возьми, я должен был подумать об этом до того, как отправил его на тот свет."

"В понедельник утром ты будешь квотербеком, дорогая Ева".

"Что?"

"Мы действительно должны что-то сделать с твоим отсутствием интереса к другим видам спорта, кроме бейсбола. Здесь бесполезно сомневаться в себе. Я наблюдал, как ты руководил той операцией, и ты сделал это холодной и твердой рукой ".

"Я все еще колебался". Она слабо улыбнулась. "Как это относится к спорту?"

"Толстой леди еще предстоит петь", - сказал он и рассмеялся над ее растерянным взглядом. "Это означает, что игра не окончена. Но сегодня это. Ты идешь спать."

Она собиралась сказать то же самое, но всегда было трудно удержаться от спора. "Кто сказал?"

"Мужчина, за которого ты вышла замуж ради секса".

Она провела языком по зубам, засунув большие пальцы в передние карманы. "Я просто сказал это, чтобы уколоть сексуально подавленного маньяка-убийцу".

"Я понимаю. Значит, ты женился на мне не ради секса."

"Секс - это элемент развлечения".

"Элемент, который ты слишком устал, чтобы исследовать сегодня вечером".

Поскольку ее глаза были опущены, она сузила их. "Кто сказал?"

Он не мог не рассмеяться, обнимая ее за талию, чтобы проводить до лифта, чтобы ей не пришлось подниматься по лестнице. "Дорогая Ева, ты бы поспорила с самим дьяволом".

"Я думал, что был". Она зевнула, позволила себе немного опереться на него. В спальне она разделась, оставив свою одежду лежать там, где она упала. "Они проводят полное сканирование машины, которую он оставил перед отелем", - пробормотала она, забираясь в постель. "Это арендная плата, списанная со вторичного кредитного счета Соммерсета".

"Я сменил все свои счета и номера". Он лежал рядом с ней. "Я прослежу, чтобы то же самое было сделано с Соммерсетом утром. Теперь ему будет не так легко получить к ней доступ ".

"Пока никаких скрытых данных на сканировании. Перчатки. Смахнул несколько прядей волос. Может быть его. Пара иностранных волокон ковра. Мог бы снять с него ботинки. Управляю ими ".

"Это прекрасно". Он погладил ее по волосам. "Выключи это сейчас".

"Он поменяет цели. Не заработал сегодня свои очки ". Когда ее голос охрип, он повернулся, чтобы она могла прижаться к нему. "Это будет скоро".

Рорк думал, что она была права. Но целью будет не она, не сейчас. Сейчас она тепло свернулась калачиком рядом с ним и спала.

***

Патрик Мюррей был пьянее, чем обычно. При обычном порядке вещей он избегал трезвости, но не заботился о том, чтобы споткнуться или помочиться на руки. Но сегодня вечером, когда клуб "Русалка" закрыл свои двери в три часа ночи, он сделал и то, и другое, и не один раз.

Его жена ушла от него. Снова.

Он любил свою Лоретту с редкой страстью, но мог признать, что слишком часто больше любил уютную бутылочку Jamison's. Он встретил свою любимую в этом самом клубе пять лет назад. Она была обнажена, как ветер, и плавала, как рыба, в водном шоу на полу, которым славился клуб, но это была - для Пэт - любовь с первого взгляда.

Он подумал об этом сейчас, когда споткнулся о стул, который собирался опрокинуть на стол прямо перед собой. Слишком много глотков виски затуманивали его зрение и мешали ему выполнять обязанности по техническому обслуживанию. Его уделом в жизни было вытирать пролитый ликер и телесные жидкости, мыть туалеты и раковины, следить за тем, чтобы комнаты для уединения проветривались, чтобы на следующий день от них не пахло, как от чужого туалета.

Он нанялся в клуб, чтобы сделать именно это пять лет и два месяца назад, и был поражен стрелой Купидона, когда увидел, как Лоретта выполняет водяной пируэт в шоу-танке.

Ее кожа, цвета выдержанного в бочках виски, блестела такой влажной. Ее извилистые локоны эбеновых волос струились по ядовито окрашенной голубой воде. Ее глаза за защитными линзами блестели ярко-лавандовым цветом.

Пэт выпрямился и на стуле, прежде чем полез в карман за мини-бутылочкой виски. Он осушил ее одним глотком, и хотя его шатало, он аккуратно засунул ее в ближайшее отделение для утилизации.

Ему было двадцать семь, когда он впервые увидел великолепную Лоретту, и это был всего лишь второй день его пребывания в Америке. Он был вынужден в спешке покинуть Ирландию из-за небольшой путаницы с законом и определенных разногласий по поводу некоторых карточных долгов. Но он нашел свою судьбу в городе Нью-Йорке.

Пять лет спустя он отскребал тот же пол от неприличных веществ, прикарманивал кредиты, оброненные посетителями, которые часто были более пьяны, чем сам Пэт, и в очередной раз оплакивал потерю своей Лоретты.

Он должен был признать, что у нее не было особой терпимости к мужчине, который любил выпивать литрами.

Она была тем, что некоторые назвали бы гигантским размером экономики. При росте пять футов десять дюймов и весе в двести фунтов она превзошла Патрика Мюррея почти в два раза. Он был плотным мужчиной, который когда-то мечтал соревноваться с чистокровными скакунами на равнине, но он, как правило, пропускал слишком много утренних упражнений из-за неудобств, связанных с раскалывающейся головой. Ему было едва пять футов пять дюймов, не более ста двадцати фунтов, даже после купания в аквариуме на выставочном этаже.

Его волосы были оранжевыми, как свежая морковь, лицо усыпано россыпью веснушек того же оттенка. И Лоретта часто говорила ему, что именно его грустные и мальчишеские голубые глаза покорили ее сердце.

Естественно, он заплатил ей за секс в первый раз. В конце концов, это была ее жизнь. Во второй раз, когда он платил ей гонорар, он спросил, не могла бы она отведать кусок пирога и немного поболтать.

Она взяла с него плату и за это, за потраченные два часа, но он не возражал. И в третий раз он принес ей двухфунтовую коробку почти шоколадных конфет, и она отдала ему секс просто так.

Несколько недель спустя они поженились. Он оставался почти трезвым в течение трех месяцев. Затем фургон накренился, он упал, и Лоретта опустила стрелу.

Так оно и было, в том фургоне и вне его, в течение пяти лет. Он пообещал ей, что примет лекарство - тренировочный бокс и уколы в клинике по борьбе с наркоманией в Ист-Сайде. И он собирался. Но он немного напился и вместо этого отправился на трек.

Он все еще любил лошадей.

Теперь она говорила о разводе, и его сердце было разбито. Пэт оперся на свою швабру и вздохнул, глядя на блестящую воду в пустом баке.

Сегодня вечером Лоретта отыграла два концерта. Она была карьеристкой, и он уважал это. Он преодолел свой первоначальный дискомфорт, когда она настояла на том, чтобы ее секс-лицензия была актуальной. Секс оплачивался лучше, чем уборка, даже лучше, чем развлечение, и они иногда говорили о покупке дома в пригороде.

Она не разговаривала с ним в тот вечер, независимо от того, как он пытался выманить ее. Когда шоу закончилось, она спустилась по лестнице, завернулась в полосатый халат, который он подарил ей на прошлый день рождения, и умчалась с другими водными красавицами.

Она выгнала его из их квартиры, из своей жизни и, как он боялся, из своего сердца.

Когда раздался звонок от входа для доставки, он печально покачал головой. "Куда ушло время?" он задумался. "Уже утро".

Он с трудом пробрался на заднее сиденье, дважды повозился с кодом, прежде чем набрал его правильно, и распахнул усиленную сталью дверь. Он на мгновение задумался, стоя там в рамке, с сигнальной лампочкой безопасности и фигурой в черном пальто, улыбающейся ему.

"Все еще темно, не так ли?" Сказал Пэт.

"Так говорят, перед рассветом всегда темнее всего". Он шагнул вперед, протягивая руку в перчатке. "Ты помнишь меня, Пэдди?"

"Знаю ли я тебя? Ты из дома?" Пэт взял предложенную руку и даже не почувствовал легкого щипка, когда наклонился вперед.

"О, я из дома, Пэдди, и я отправлю тебя туда". Он позволил мужчине без сознания соскользнуть на пол, прежде чем повернуться и осторожно переустановить замки.

Было достаточно легко перетащить человека такого роста, как Пэт, из задней комнаты в главный холл. Оказавшись там, он поставил свой саквояж на стол, аккуратно распаковал то, что ему могло понадобиться.

Он проверил лазер - один быстрый выстрел в потолок - и одобрительно улыбнулся. Кандалы были легкими и изготовлены из материала, одобренного NASA II. "Линк" был тяжелее, заряженный, как и раньше, своей макси-батареей и встроенным глушителем. Он нашел удобное место за барной стойкой и быстро наладил связь.

Слегка напевая, он переключил систему слива из бака. Это звучало как один огромный и слегка засоренный слив в туалете, подумал он, забавляясь, затем отошел назад, чтобы резко пнуть Пэта под ребра.

Ни шевеления, ни хныканья.

Со вздохом он наклонился, эффективно проверяя жизненные показатели. Мужчина был вонюч пьяный, понял он. И он использовал слишком много транквилизатора. Слегка раздраженный просчетом, он взял шприц, наполненный амфетамином, и воткнул его в безвольную руку Пэт.

Было едва слышно шевеление, едва слышно хныканье.

Гнев нарастал быстро, пока он не затрясся от него. "Проснись, ублюдок". Отступив назад, он ударил Пэта по лицу передней рукой, затем задней, снова и снова. Он хотел, чтобы он проснулся и осознавал все это. Когда пощечины не подействовали, он использовал кулаки, колотя до тех пор, пока не брызнула кровь и не пропитала его перчатки.

Пэт только застонал.

Теперь его дыхание было неровным, глаза начало щипать от слез. У него было всего два часа, ради Бога. Предполагалось, что он будет творить чудеса? Он должен был подумать обо всем?

Неужели Бог все-таки оставил его из-за его неудач?

Если бы не Даллас, он бы уже покончил со свиньей Брайаном, а Пэт подождал бы еще день или два. Еще день или два, чтобы более внимательно понаблюдать за его привычками и поведением, и он бы не так спешил усыплять его.

Он услышал треск, тупо моргнул. Он понял, что швырнул стул и разбил зеркало за стойкой.

Ну и что? Это был просто грязный секс-клуб в грязном городе. Он хотел бы уничтожить это, разбить все стекла, поджечь это, смотреть, как это горит.

Сам Христос уничтожил рыночную площадь, не так ли? В праведном гневе на ростовщиков, блудниц и грешников.

Но не было времени. Это не было его миссией.

Пэт Мюррей была его миссией сегодня вечером.

Смирившись, он взял лазер. Ему просто пришлось бы удалить глаз, пока Пэт была без сознания. Это не имело значения, решил он и склонился к своей работе. После этого было бы много веселья. Развлечений более чем достаточно.

Ему понравилось, что он удалил глаз так аккуратно, так эффективно. Как хирург. В первый раз он был неаккуратен. Теперь он мог признать это. Его рука дрожала, а нервы были на пределе. И все же он сделал это, не так ли, как ему было велено. Он закончил то, что начал. И он покончит со всем этим. Прикончи их всех.

Он воспользовался моментом, чтобы поместить орган в маленькую бутылочку с прозрачной жидкостью. Конечно, ему придется оставить это позади. Он принял и это тоже. Если бы план состоял в том, чтобы двигаться вперед, он не смог бы добавить глаз Пэта Мюррея в свою коллекцию.

Было достаточно принять это. Око за око.

Пэт снова начал стонать, пока он тащил его к резервуару. "Ах, теперь ты просыпаешься, пьяный грешник". Тяжело дыша, он перекинул Пэта через плечо и, с кандалами, болтающимися у него на руке, взобрался по лестнице.

Он гордился тем, что был достаточно силен, чтобы сделать это, нести взрослого мужчину на своей спине. Он не всегда был в такой форме. Он был болезненным ребенком, тщедушным и слабым. Но у него была мотивация изменить это. Он выслушал то, что ему сказали, сделал то, что было необходимо. Он упражнял и тело, и разум, пока не был готов. Пока он не стал совершенным. Пока не пришло время.

Внутри пустого бака он уложил Пэта, достал из кармана маленькую алмазную дрель. Он напевал любимый гимн, пробивая маленькие отверстия в днище резервуара. Он закрепил кандалы на зажимах, проверил их, встав и потянув изо всех сил. Удовлетворенный тем, что они не уступят, он повернулся, чтобы снять с Пэт одежду.

"Голыми мы рождаемся и голыми умираем", - весело сказал он, затем защелкнул кандалы на тонких лодыжках Пэт. Он изучил избитое лицо, отметил легкое подрагивание века. "Интересно, как громко ты будешь молить о пощаде?"

Он вытащил из кармана жетон, затем со звоном уронил его на пол резервуара. Статую Девы-Матери благоговейно поцеловали, а затем прикрепили к полу лицом к грешнику.

"Ты помнишь меня, Пэдди?"

Была раскаленная боль и тошнотворные спазмы в животе, когда Пэт приходила в сознание. Он застонал от этого, захныкал, затем закричал.

"О Иисус, сладкий Иисус, что это?"

"Возмездие".

Всхлипывая, Пэт прижал руку к лицу, пытаясь скрыть худшую часть агонии. И он обнаружил, что с ним сделали, и заплакал. "Боже мой, мой глаз, Боже мой, я потерял свой глаз".

"Еще не все потеряно". Теперь он смеялся, смеялся так сильно, что ему пришлось схватиться за бока. "Это там, на столе".

"Что происходит? Что сделано?" Отчаявшийся и трезвый как стеклышко, Пэт потянул за кандалы. Боль кипела в нем, как кислота. "Вы хотите денег, но они ничего не оставляют после закрытия. У меня нет кода от сейфа с замком. Я всего лишь уборщик ".

"Мне не нужны деньги".

"Чего ты хочешь? Что ты со мной сделал? О, сладкая Мэри. Чего ты хочешь?"

"Не используй ее имя". Выстрелив еще раз, он сильно ударил Пэта сжатым кулаком в лицо. "Я не хочу, чтобы ее имя звучало на твоем грязном языке. Используй это еще раз, и я вырежу это из твоего грешного рта ".

"Я не понимаю". Пэт выплакала это. Удар сбил его с ног. На колени. "Чего ты хочешь от меня?"

"Твоя жизнь. Я хочу забрать твою жизнь. Я ждал пятнадцать лет, и это произойдет сегодня вечером ".

Слезы хлынули из глаза, который он оставил, и боль была отвратительной. Но он все равно качнулся, попытался схватить за ногу. Когда его пальцы коснулись воздуха, он попытался снова, теперь проклиная, угрожая, плача.

"Это было бы весело, но у меня расписание". Он подошел к лестнице, проворно взобрался по ней, в то время как мольбы и угрозы Пэт эхом доносились до него. "Потребуется почти час, чтобы вода покрыла твою голову с той скоростью, которую я использую. Час, - повторил он, ухмыляясь Пэту через стеклянную стену, когда спускался вниз. "К тому времени ты будешь почти сумасшедшим. Вода будет подниматься дюйм за дюймом. Лодыжки, колени, талия. Ты будешь вырываться из кандалов, пока твои лодыжки не ободраются, не начнут кровоточить и гореть, но это не поможет. Талия, грудь, шея."

Все еще улыбаясь, он повернулся к панели управления, регулируя, пока вода не полилась через боковые каналы.

"Зачем ты это делаешь, кровавый ублюдок?"

"У тебя есть почти час, чтобы подумать об этом".

Он опустился на колени, перекрестился, сложил руки и вознес молитву празднования и благодарности.

"Ты молишься? Ты молишься?" Изо всех сил пытаясь сосредоточиться, Пэт уставилась на статую Пресвятой Девы, когда вода поднялась над ее одеждой. "Матерь Божья", - прошептал он. "Дорогая Матерь Божья". И он молился сам, так яростно, так рьяно, как никогда в своей жизни. Если бы она вступилась за него, он бы поклялся ее милосердием никогда больше не подносить бутылку к губам.

В течение пяти минут молчания мольбы, одна в резервуаре, другая снаружи, отражали друг друга.

Затем один легко поднялся и улыбнулся. "Слишком поздно для молитв. Ты был проклят с тех пор, как продал жизнь дьяволу ради наживы ".

"Я никогда этого не делал. Я тебя не знаю". Вода хитро лизнула его колени, побуждая Пэта подняться. "Вы взяли не того человека".

"Нет, ты просто на один опережаешь график". Поскольку у него было время до того, как ему нужно было сделать необходимые звонки, он зашел за барную стойку и налил себе безалкогольный напиток, пока Пэт кричал и молил о пощаде. Никакие духи никогда не слетали с его губ.

"Я надеюсь, ты вспомнишь меня, прежде чем умрешь, Пэт. Я надеюсь, ты помнишь, кто я и от кого я происхожу ".

Он сломал печать на тюбике, носил его по бару. Снова напевая, он поставил стул прямо перед резервуаром и занял свое место. И, потягивая, смотрел шоу.

***

Было ровно пять утра, когда 'линк разбудил ее. Она вскочила, полностью насторожившись, сердце бешено колотилось в груди. Потребовалось всего мгновение, чтобы понять, что ее пульс участился не из-за сигнала "линк", а из-за прерванного им сна.

И она знала, что это был он.

"Заблокируйте видео, установите трассировку". Она завела руку за спину, чтобы подтолкнуть Рорка назад. "Даллас".

"Ты думал, что сможешь победить, обманув, но ты ошибался. Все, что ты сделал, это отсрочил судьбу. Я все равно убью Брайана Келли. Другое время, другое место."

"Ты облажался, приятель. Я видел, как ты вспотел, когда понял, что мы тебя ждали. Мы точно знали, что вы собирались сделать, и как вы планировали это сделать ".

"Ты не остановил меня. Ты не мог приблизиться ко мне ".

"Мы так близко, что ты чувствуешь наше дыхание на своем затылке".

"Не так близко. "Кто кричит? Кто кричит? У кого раздор? У кого есть беспокойство? У кого раны напрасны? У кого черные глаза? Те, кто подолгу засиживаются за вином, те, кто пускается в путь за купажированным вином.' Я наблюдаю, как умирает человек. Он умирает сейчас. Ты хочешь услышать, кто кричит и визжит?"

Он быстро выключил фильтр и открыл ссылку на комнату.

Крики и рыдания вырвались из динамика Евы и заморозили ее кровь. "Кто теперь жульничает?" - потребовала она. "Ты собираешься убить его, тогда дай мне подсказку. Это то, что ты сделал с Бренненом. Что это за игра, если ты ничем не рискуешь?"

"Он еще не умер. Я думаю, у тебя почти, почти достаточно времени ".

Она уже встала с кровати и натягивала одежду. "Где ключ к разгадке?"

"Я даже собираюсь облегчить это для тебя. Поужинайте, потанцуйте и понаблюдайте за обнаженными русалками. Уже позднее время, но заходи. Вода прекрасна. Он начинает булькать, лейтенант. Не тяни слишком долго."

Он ей надоел, она сама отключила передачу. "Это дубинка", - сказала она Рорку, пристегивая свой оружейный ремень.

"Клуб русалок. Обнаженные танцовщицы в воде".

"Тогда это наш лучший шанс". Она вошла в лифт вместе с ним. "Он собирается утопить этого". Она посмотрела на Рорка, вытаскивая коммуникатор, чтобы позвонить. "Ты ведь не владелец Клуба Русалок, не так ли?"

"Нет". Его взгляд был жестким. "Но я привык".

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Солнце вставало над Ист-Ривер, когда они мчались на юг через все еще спящий верхний город. Облака лениво скользили по свету, придавая ему густой цвет пудры.

Рорк решил держать машину на ручном управлении и избегал Бродвея с его нескончаемой вечеринкой и недружелюбным движением. Он мог чувствовать разочарование Евы, едущей с ними, как третий пассажир, переполняющий машину.

"Невозможно перехитрить безумца".

"У него есть схема, но она разваливается. Я не могу уловить нити этого. " Думай, думай, думай", - приказала она себе, пока они пробирались через пробки из-за пересменки в центре города. "Ты знаешь, кому принадлежит клуб "Русалка"?"

"Не лично. Это было то, чему я научился много лет назад. Один из моих первых объектов недвижимости в центре города. На самом деле я выиграл его в кости, хранил пару лет, а затем продал с кругленькой прибылью ". Заметив загруженный пригородный трамвай, остановившийся на Седьмой, он повернул на запад и направился через город.

"Должен быть владелец или кто-то, кто там работает". Ева достала свой персональный компьютер palm. Ее зубы щелкнули друг о друга, когда Рорк попал в одну из выбоин, которыми пренебрегли городские дорожные службы и службы инфраструктуры. "Сайлас Тикиника? Тебе что-нибудь напоминает?"

"Нет".

"Тогда он, вероятно, мирно спит сегодня ночью. Я буду управлять сотрудниками ".

"Мы почти на месте", - сказал ей Рорк. "Мы узнаем достаточно скоро".

Анимированная русалка, обнаженная, если не считать ее блестящего зеленого хвоста, была темной и неподвижной над безопасным решетчатым окном. Он остановился у почти пустого тротуара. Редко у людей в этом уродливом маленьком районе города был личный транспорт. Без автоматической защиты на машине Рорка, она бы не ждала, когда он выйдет.

Он мельком увидел пару уличных призраков, зависших в дверном проеме двумя зданиями ниже. Они выплыли в туманном рассвете, затем исчезли обратно при вое приближающихся сирен.

"Я не жду подкрепления", - сказала она Рорку, вытаскивая и свое оружие, и свой мастер-код. Затем она наклонилась, вытащила парализатор из своего ботинка. "Возьми мой клинч и убедись, что он исчезнет, когда сюда прибудут полицейские". Ее глаза встретились с его на одно короткое мгновение. "Ты берешь налево".

Дикий свет и еще более дикая музыка встретили их, когда они вошли в дверь. Ева размахнулась вправо, размашисто. Затем рванулся вперед с предупреждающим криком в адрес человека, цепляющегося за лестницу сбоку демонстрационного резервуара.

"Остановись! Держи свои руки так, чтобы я мог их видеть ".

"Я должен вытащить его". Костяшки пальцев Соммерсета царапнули по металлу, когда он соскользнул со ступеньки. "Он тонет".

"Убирайся к черту с моего пути". Она практически стащила его с лестницы и швырнула в Рорка. "Ради бога, найди выключатель слива. Поторопись". Затем она карабкалась вверх и ныряла внутрь.

Струйки крови плавали в воде, как экзотические рыбы. У человека, который был привинчен ко дну резервуара, губы были синими, его единственный глаз был открыт и пристально смотрел. Она могла видеть, что его пальцы и лодыжки были ободраны от борьбы с кандалами. Она схватила его избитое лицо, прижалась губами к его рту и вдохнула в него свое дыхание.

Легкие горели, она оттолкнулась, пробилась к поверхности и втянула побольше воздуха. Не тратя дыхание на слова, она снова нырнула. Ее взгляд на мгновение метнулся к лицу Мадонны, ее вырезанные глаза наблюдали за мучительной смертью с абсолютной безмятежностью.

Ева содрогнулась один раз, затем боролась за жизнь.

Во время третьего подъема ей показалось, что поверхность ближе, и, плывя вниз, она повернула голову и увидела подернутого водой Рорка, поднимающегося по лестнице.

Ему потребовалось время, чтобы снять ботинки и куртку. Когда он достиг дна резервуара, он дернул ее за руку, показав большим пальцем, чтобы она поднималась. Итак, они работали в тандеме, один втягивал воздух, другой отдавал его, пока вода, кружась, стекала вниз.

Когда она смогла стоять, подняв голову над водой, она сильно закашлялась. "Соммерсет", - выдавила она.

"Он никуда не денется. Ради Бога, Ева."

"У меня нет времени спорить об этом. Ты можешь взломать замки на наручниках?"

Мокрый, все еще хватающий ртом воздух, он уставился на нее. Затем он полез в карман за перочинным ножом. "Сюда идут твои люди".

"Я разберусь с ними. Посмотрим, что ты сможешь сделать там, внизу ".

Она откинула мокрые волосы с глаз, когда четверо полицейских ворвались в клуб. "Даллас", - крикнула она. "Лейтенант Ева. Приведите сюда несколько медтехников, быстро. Оборудование для реанимации. Жертва утопления. Я не знаю, как долго он был под воздействием, но пульса нет. И кто-нибудь, выключите эту чертову музыку. Надень перчатки. Я хочу, чтобы эта сцена сохранилась как можно дольше ".

Вода уже доходила ей до колен, и воздух заставлял ее дрожать в мокрой одежде. Ее мышцы болели от того, что она поддерживала мертвый вес жертвы. Она увидела, как Рорк справился с замком на первой скобе и повернулся, чтобы отрегулировать.

В ту минуту, когда вторая лодыжка была свободна, она опустила тело в несколько оставшихся дюймов воды и, оседлав его, начала качать его грудь.

"Мне нужен набор для искусственного дыхания здесь, несколько одеял". Последнее слово отозвалось эхом, когда музыка резко оборвалась. Теперь она могла слышать, как звенит у нее в ушах. "Давай, давай, вернись", - задыхаясь, произнесла она, затем наклонилась вперед и с силой вдохнула ему в рот.

"Позволь мне сделать это". Рорк опустился на колени рядом с ней. "Вам нужно обезопасить место преступления".

"МТС". Она продолжала считать удары в груди у себя в голове. "Они будут здесь с минуты на минуту. Ты не можешь остановиться, пока они не доберутся сюда ".

"Я не остановлюсь".

Когда она кивнула, он положил свои руки поверх ее, подхватывая ее ритм. "Кто он, Рорк?"

"Я не знаю". Он мельком взглянул вверх, когда Ева поднялась на ноги. "Я просто не знаю".

Ева поняла, что выбраться из резервуара было намного сложнее, чем в него попасть. Она запыхалась к тому времени, как добралась до края. Она воспользовалась моментом, чтобы перевести дыхание, втянуть его в легкие, которые казались обожженными и исцарапанными. Затем она перекинула ногу и начала спускаться.

Пибоди ждала внизу. "МТС были прямо за мной, Даллас".

"Он довольно далеко зашел. Не знаю, смогут ли они вернуть его ". Она посмотрела через стекло, наблюдая, как Рорк уверенно работает. "Возьмите форму. Сформируйте две команды и проведите поиск. Ты не найдешь его, но все равно ищи. Заприте все двери. Задействуйте записывающие устройства ".

Пибоди посмотрела через плечо Евы туда, где Соммерсет стоял, уперев руки в бока, наблюдая за Рорком с дальнего конца резервуара. "Что ты собираешься делать?"

"Моя работа. Ты делаешь свое. Я хочу, чтобы это место было зафиксировано и была вызвана команда зачистки. У тебя есть с собой походный комплект?"

"У меня нет набора детектива, только моя сумка для улицы и места преступления".

"Я воспользуюсь этим". Она взяла пакет, предложенный Пибоди. "Начинайте", - приказала она, затем подала сигнал бригаде скорой медицинской помощи, которая примчалась. "Внутри резервуара. Утопающая жертва, пульса нет. Искусственное дыхание продолжается примерно десять минут."

Она отвернулась, зная, что больше ничего не сможет там сделать. Вода хлюпала в ее ботинках, капала с волос и лица, когда она подошла к Соммерсету. Поскольку кожаная куртка давила на нее, как камень, она сняла ее и швырнула на стол.

"Черт возьми, Соммерсет, вы арестованы. Подозрение в покушении на убийство. У тебя есть право на - "

"Он был жив, когда я добрался сюда. Я почти уверен, что он был жив ". Его голос звучал тонко и задумчиво. Ева распознала симптомы шока в нем и в его остекленевших глазах. "Мне показалось, я видел, как он двигался".

"Было бы разумно с вашей стороны подождать, пока я не расскажу вам о ваших правах и обязанностях, прежде чем делать какие-либо заявления". Она понизила голос. "Ты был бы очень умен, если бы ничего не говорил, ни хрена не говорил, пока Рорк не наймет тебе своих модных адвокатов. А теперь будь умницей и заткнись ".

***

Но он отказался от адвокатов. Когда Ева вошла в комнату для допросов, где его охранял полицейский, Соммерсет сидел напряженно и продолжал смотреть прямо перед собой. "Ты мне не понадобишься", - сказала она охраннику. Она обошла стол и села, когда охранник вышел из комнаты. Ей потребовалось время, чтобы переодеться в сухую одежду, разогреть организм кофе; и она проконсультировалась с медицинской бригадой, которая вернула к жизни мужчину, идентифицированного как Патрик Мюррей, и врачами, которые боролись за то, чтобы сохранить его в таком состоянии.

"Это все еще покушение на убийство", - сказала она непринужденно. "Они вернули Мюррея из мертвых, но он в коме, и если он выживет, у него может быть повреждение мозга".

"Мюррей?"

"Патрик Мюррей, еще один парень из Дублина".

"Я не помню Патрика Мюррея". Его костлявые пальцы перебирали растрепанные волосы. Его глаза слепо осматривали комнату. "Я бы - я бы хотел немного воды".

"Конечно, прекрасно". Она встала, чтобы наполнить кувшин. "Почему ты не позволяешь Рорку нанимать адвокатов?"

"Это не его рук дело. И мне нечего скрывать".

"Ты идиот". Она со стуком поставила кувшин перед ним. "Ты не представляешь, как все может быть плохо, когда я включаю диктофон и начинаю с тебя. Ты был на месте покушения на убийство, тебя поймал главный следователь, когда ты выбирался из ...

"Внутрь", - отрезал он. Ее тон рассеял туман, который продолжал окутывать его разум. "Я собирался залезть в резервуар".

"Тебе придется это доказать. Я первый, кого тебе придется убедить ". Она запустила обе руки в волосы жестом усталости и разочарования, который заставил Соммерсета нахмуриться. Ее глаза, как он заметил, покраснели от воды и были под глубокими тенями.

"На этот раз я не могу сдерживаться с тобой", - предупредила она его.

"Я ничего не ожидаю от тебя".

"Хорошо. Тогда мы начнем квиты. Включите запись. Интервью с субъектом Соммерсетом, Лоуренсом Чарльзом, по делу о покушении на убийство Патрика Мюррея в этот день. Интервью, проведенное начальником начальной школы Далласа, лейтенантом Евой. Начало в восемь пятнадцать. Субъект был прославлен и на данный момент отказался от адвоката и представительства. Это верно?"

"Это верно".

"Что ты делал в клубе "Русалка" в шесть тридцать утра?"

"Я получил сообщение примерно в шесть пятнадцать. Звонивший не представился. Он сказал мне отправиться туда, немедленно и одному ".

"И ты всегда ходишь в секс-клубы, когда какой-то анонимный парень звонит тебе на рассвете и говорит тебе?"

Соммерсет послал ей уничтожающий взгляд, который немного приободрил ее. Он еще не повержен, решила она.

"Мне сказали, что там содержится моя подруга, и что ей причинят вред, если я не подчинюсь инструкциям".

"Какой друг?"

Теперь он налил воды, отпил один маленький глоток. "Одри Моррелл".

"Да, она была твоим алиби на время убийства Бреннена. Для тебя это вышло не слишком хорошо. Уверен, что хочешь использовать ее снова?"

"Не нужно сарказма, лейтенант. Пришло сообщение. Это будет занесено в протокол ".

"И мы это проверим. Итак, этот анонимный звонивший сказал тебе ехать в клуб "Русалка" - ты знал, где это было?"

"Нет, я этого не делал. У меня нет привычки покровительствовать подобным заведениям, - сказал он так чопорно, что ей пришлось подавить фырканье. "Он сообщил адрес".

"Чертовски тактично с его стороны. Он говорит тебе добраться туда, или твоя девушка окажется в тяжелом положении ".

"Он сказал - он указал, что сделает с ней то, что было сделано с Марленой".

Волна жалости, понимания, великого сожаления пронзила ее. Но она не могла предложить этого. "Хорошо, у вас в доме коп, но вы не потрудились сообщить этому копу о возможном похищении и / или нападении".

Его глаза смотрели на нее темными и холодными, но она видела страх, скрывающийся за гордостью. "У меня нет привычки зависеть от полицейского управления".

"Если ваша история чиста, вы бы не сидели здесь, если бы это было так". Их взгляды встретились, когда она наклонилась вперед. "Вы знаете, что произошло три убийства и что вы находились под подозрением в этих трех убийствах. Хотя улики косвенные, и результаты вашего тестирования были отрицательными, вы не сидели там на садовой скамейке ".

Она хотела встряхнуть его за глупость, за то, что он так сильно ее невзлюбил, что не попросил о помощи, даже когда у нее не было другого выбора, кроме как оказать ее. "Итак, вы утверждаете, что получили анонимный звонок и оказались на месте покушения на убийство".

"Это не утверждение, это факт. Я не мог рисковать тем, что пострадает кто-то еще, кто мне дорог ". Это было все, что он мог вынести, чтобы дать, это единственное напоминание о его дочери. "Я бы не стал так рисковать. Когда передача прошла, я действовал так, как, по моему мнению, должен был действовать ".

Было бы легче, если бы она не поняла. Она снова отстранилась. "Место и метод этого покушения на убийство соответствуют той же схеме, что и три более успешных убийства".

Она полезла в сумку, которую принесла с собой, и достала маленькую стеклянную баночку. В нем плавал не глаз Патрика Мюррея. У хирургов была надежда, что они смогут снова прикрепить его. Но симуляция оказала такое же воздействие.

Она наблюдала, как Соммерсет уставился на маленький плавающий орган, затем отвернул ее голову.

"Ты веришь в "око за око"?"

"Я думал, что сделал". Его голос дрожал, затем он успокоил его. "Я не знаю, во что я верю".

Ничего не говоря, она снова наклонилась и взяла статуэтку Мадонны. "Девственница. Марлена была невиновна. Она была чиста".

"Ей было четырнадцать. Всего четырнадцать." Слезы наполнили его глаза, причиняя боль им обоим. "Я должен верить, что она обрела покой. Чтобы выжить, я должен верить. Ты думаешь, я мог бы сделать то, что было сделано здесь, во имя нее?" Он закрыл глаза, отчаянно пытаясь взять себя в руки. "Она была нежной и неиспорченной. Я больше не буду отвечать ни на какие вопросы о ней. Не для тебя."

Она кивнула и поднялась. Но прежде чем она повернулась, он уловил жалость, темную и глубокую в ее глазах. Он открыл рот, не имея ни малейшего представления, что скажет, когда она заговорила снова.

"Знаете ли вы, что электроника играет первостепенную роль в указанных преступлениях, и что ваш входящий журнал заслуживает внимания?"

Он снова открыл рот, снова закрыл его. Что это была за женщина, подумал он, которая могла в мгновение ока перейти от тающего сострадания к хлесткому удару. На этот раз он сделал глоток поглубже. "Передача пришла, как я и сказал".

Ева снова успокоилась, вернулась, села. Образ Марлены был безжалостно изгнан из ее сознания. "Вы пытались связаться с Одри Моррелл и получить доступ к ее статусу?"

"Нет, я - "

"Как ты попал в клуб "Русалка"?"

"Я взял свой личный автомобиль и, следуя полученным инструкциям, припарковался возле бокового входа в клуб на Пятнадцатой улице".

"Как ты сюда попал?"

"Боковая дверь была не заперта".

"Что произошло потом?"

" - Крикнул я. Никто не ответил, но музыка была очень громкой. Все огни были включены. Я пошел в гостиную. Я сразу увидел его, в танке. Он - я думаю, он двигался. Мне показалось, что я видел, как шевелятся его губы. Его глаз - его глаза не было, а лицо было разбито ".

Он начал бледнеть, пока говорил, поскольку изображение снова прокручивалось в его голове. "Вода все еще поступала в бак. Я не знал, как отключить это. Я начал подниматься по лестнице, думая, что смогу вытащить его. Затем появился ты".

"Как ты собирался вытаскивать его, когда он был прикован наручниками к полу резервуара?"

"Я этого не видел. Я не видел. Я видел только его лицо ".

"Вы знали Патрика Мюррея в Дублине?"

"Я знал многих людей. Я не помню Патрика Мюррея ".

"Хорошо, давай попробуем это снова".

***

Она обрабатывала его в течение двух часов, и обрабатывала его усердно. Его история не сдвинулась ни на дюйм. Когда она вышла из интервью, она подала знак Пибоди. "Проверь, проехала ли моя новая машина и в какой щели я ее найду. Дай мне знать, затем встретимся там через пять минут ".

"Да, сэр. Он выдержал ", - прокомментировала она. "Если бы меня так сильно избили на собеседовании, я бы, наверное, признался, просто чтобы немного успокоиться".

Он держался, подумала она, но он выглядел на десять лет старше, когда она закончила с ним. Старая, больная и хрупкая. Ее желудок скрутило от чувства вины. "Единственное, что он сделал этим утром, это выиграл приз за глупость", - пробормотала Ева, шагая по коридору.

Она нашла Рорка, как и ожидала, ожидающим в ее кабинете. "Я даю тебе десять минут с ним. Уговори его позволить тебе стать его адвокатом. Мне все равно, как ты это сделаешь ".

"Что случилось? Что он там делал?"

"У меня нет времени. Он скажет тебе. Мне нужно немного поработать, это займет не больше часа. Потом я иду домой, с Пибоди. Мы должны провести поиск. Технически, мне не нужен ордер на зачистку его квартиры, поскольку она находится на вашей территории. Но ты мог бы сделать это липким ".

"У меня нет намерения усложнять ситуацию. Я хочу убрать это так же сильно, как и ты ".

"Тогда сделай нам всем одолжение - держись подальше от дома и проследи, чтобы он не появлялся, как только твои адвокаты внесут залог, до трех часов дня".

"Хорошо. У вас есть идентификационные данные жертвы?"

"Он жив, еле-еле, и его зовут Патрик Мюррей. Он был скребком для пола в клубе. Я должен связаться с его женой ".

"Пэт Мюррей. Господи, я не узнал его".

"Но ты знал его".

"Скорее профессионально, чем лично. Он любил играть, я обеспечивал игры ". Его воспоминания были смутными и туманными. "Он дал мне наводку на то, где я мог бы найти Рори Макни. Он, должно быть, кому-то рассказал об этом. Я, конечно, этого не делал, и мы не были друзьями. Факт в том, что он часто выполнял номера и мелкие поручения для О'Мэлли и других. Я никогда не думал о нем." Он поднял руку, позволил ей упасть. "Подсказка была тупиковой, поэтому я никогда не думал о нем".

"Кто-то сделал. Не имеет значения, был ли наконечник поддельным или нет. Он продал это тебе, и это делает его предателем. Что делает его мишенью." Ее коммуникатор запищал. "Даллас".

"Ваша машина у меня, лейтенант, гаражная секция D, третий уровень, слот 101".

"В пути. Я должна идти", - сказала она Рорку. "Позвони адвокатам".

Ему удалось слегка улыбнуться. "Я сделал это час назад. Они должны сейчас убеждать судью выпустить под залог ".

Поскольку она спешила, Ева поехала на моторном глайдере в секцию D - или до секции C, где он сломался. Она спрыгнула, не потрудившись выругаться, и быстро преодолела следующий уровень. Она нашла слот 101 и обнаружила, что Пибоди таращится на новенький Sunspot с наклонным капотом, откидной крышей и дефлекторами спереди и сзади.

"Я думал, ты сказал 101".

"Я сделал".

"Где мой запасной автомобиль?"

"Вот оно." Пибоди обернулась с широко раскрытыми глазами. "Прямо здесь. Этот."

Ева только фыркнула. "Никто в отделе убийств не получает такой работы мускулами - даже капитаны".

"Серийные номера совпадают. Я проверил код ключа." Она протянула тонкую металлическую пластинку, которой мог воспользоваться оператор, если забудет код. "Это работает. Я начал звонить в службу реквизиции транспортных средств, потом понял, зачем быть глупым ".

"Что ж". Ева поджала губы, слегка присвистнула. Цвет, возможно, и был неудачным зеленым в горошек, но все остальное в нем было первоклассным. "Вау. Кто-то облажался, но мы можем наслаждаться этим, пока можем. Залезай."

"Тебе не обязательно выкручивать мне руку". Пибоди проскользнула под открывающейся вверх дверью и съехала вниз, пока ее задница не устроилась поудобнее. "Хорошие места. Вы можете запрограммировать инициалы для своего голосового отпечатка ".

"Мы поиграем с этим позже". Ева включила зажигание вручную и одобрительно приподняла бровь, услышав громкое кошачье мурлыканье двигателя. "Ни единого шипения или икания. Это могло бы стать началом прекрасного нового партнерства. Я надеюсь, что защитный экран и домкратные дефлекторы в рабочем состоянии ".

"Есть какая-то особая причина?"

"Да". Ева попятилась, развернулась и направилась вниз по уровням. "Мы возвращаемся в клуб "Русалка", чтобы поискать пару уличных призраков, которых я заметил этим утром. Такая машина - с полицейскими номерами или без - кто-нибудь попытается ее раскрутить ".

"Он поставляется с полными щитами, дефлекторами и средством устрашения от воровства - окончательным поражением электрическим током".

"Это должно сработать", - размышляла Ева. Когда она потянулась к кнопке вызова своей машины, Пибоди покачала головой.

"Это громкая связь. Вы просто нажимаете вторую кнопку на штоке вашего колеса, чтобы вступить в бой.

"Я люблю технологии". Ева сделала это и наблюдала, как экран "ссылка" переходит в режим ожидания синего цвета. "Одри Моррелл, "Роскошные башни", Нью-Йорк. Найдите номер телефона и контакт."

Поиск... Номер находится в общедоступном списке. Контакт...

Спустя два эффективных звуковых сигнала на экране появилось лицо Одри. На ее правой щеке был мазок ярко-желтой краски и рассеянный взгляд. "Лейтенант Даллас, мисс Моррелл".

"О, да, лейтенант". Одри подняла руку, усеянную лазурно-голубыми пятнами, к своим волосам. "Что я могу для тебя сделать?"

"Не могли бы вы сказать мне, где вы были между пятью и семью часами утра этим утром?"

"Здесь, здесь, в моей квартире. Я встал только после семи часов. Я все утро был на работе. Почему?"

"Просто рутина. Я хотел бы организовать последующее интервью с вами. Завтра утром, в твоей резиденции, если это удобно ".

"Ну, я, да, я полагаю, что так. В девять, если это не займет больше часа. У меня здесь частный урок в десять тридцать."

"Девять - это нормально. Спасибо. Передача завершена ". Ева притормозила в конце полосы движения, ожидая светофора. "Кто бы ни звонил Соммерсету этим утром, он должен был знать, что у него что-то есть к Вычурной Одри - как бы тяжело ни было представить, что у этой высохшей палки есть что-то к кому-то".

"Я об этом немного подумал".

"И?"

"Это не может быть один человек, действующий в одиночку - по крайней мере, если мы исходим из убеждения, что Соммерсет невиновен. Дело не только в убийствах, но и в подставе. Убийца должен знать распорядок Соммерсета, и он должен быть уверен, что не отклонится от него. Кто-то должен следить за ним, следить за ним, пока убийца действует. И убийца, согласно профилю, требует похвалы, внимания и вознаграждений. Кто-то должен давать их ему ".

"Это хорошо, Пибоди".

Пибоди на мгновение замолчала, затем вздохнула. "Но ты уже знал все это".

"Это не имеет значения. Это хорошо. Половина детективной работы - следовать логике, и вы ей следовали."

"Какова вторая половина?"

"Следуя нелогичности". Она остановилась перед клубом "Русалка", заметила, что полицейская печать на двери мигает красным, а защитные решетки на окнах все еще опущены и заперты.

"Уличные призраки не часто разгуливают при дневном свете", - прокомментировала Пибоди.

"Машина выманит их". Ева вышла на улицу, подождала, пока Пибоди встанет на тротуар. "Задействуйте все дефлекторы для взлома и меры безопасности".

Едва замки захлопнулись, как она уловила легкое движение в дверном проеме прямо напротив нее. "Я получу пятьдесят кредитов за информацию", - сказала она, не потрудившись повысить голос. Уличные призраки услышали все, что хотели услышать. "Если я получу это, моему помощнику и мне не придется выполнять полученную нами информацию о том, что в здании находятся запрещенные вещества".

"Это двадцать кредитов, просто чтобы попросить. Еще тридцать за ответ."

"Достаточно справедливо". Она порылась в кармане, вытащила единственную двадцатку.

Фигура, которая приближалась к ней, была серой. Кожа, волосы, глаза - все того же оттенка пыли, что и пальто уличного подметала, которое он носил. Его голос был мягким, как шепот, и пальцы, которые забрали кредитку с ладони Евы, сделали это, не касаясь плоти.

"Ты знаешь Патрика Мюррея, скребка для пола?"

"Видел его, слышал его, не знаю его. Но теперь мертв".

"Нет, он не совсем мертв". Как и ты, подумала она, он в каком-то полумире. Но у Патрика все еще был шанс пройти весь путь назад. "Вы видели, чтобы кто-нибудь заходил в клуб в нерабочее время этим утром?"

"Видел его". Серые губы призрака раздвинулись, обнажив серые зубы в ужасной улыбке. "Слышал его. Не знаю его ".

"Во сколько?"

"Времени нет. Просто день, просто ночь. Один пришел, когда было больше ночи, чем дня. Один пришел, когда было больше дня, чем ночи."

"Двое?" Ее взгляд заострился. "Вы видели, как вошли два разных человека в два разных времени".

"Первый позвонил, второй нет".

"Как выглядел первый?"

"Одна голова, две руки, две ноги. Для меня все выглядят одинаково. Хорошее пальто. Густой и черный."

"Был ли он все еще здесь, когда пришел второй человек?"

"Они прошли как призраки". Он снова улыбнулся. "Один выходит, другой входит. Затем ты пришел".

"У тебя там свой гроб?" - Она ткнула большим пальцем в здание.

"Я должен быть в этом сейчас. На улице слишком жарко".

"Ты оставляешь это там". Она передала ему еще тридцать кредитов. "Если ты мне понадобишься и я вернусь, для тебя будет еще пятьдесят".

"Легкие деньги", - сказал он и отступил.

"Найди мне его имя, Пибоди. Управляй зданием для арендаторов ".

"Да, сэр". Она забралась обратно в машину. "Двое мужчин. Это подтверждает историю Соммерсета ".

"Наш убийца недостаточно знает о призраках, чтобы прикрываться ими. Все, что ему нужно было сделать, это передать деньги и пообещать больше ".

"От этих типов у меня мурашки по коже". Пибоди ввела запрос, подождала, пока ее КПП выполнит поиск и найдет. "Можно подумать, что они могут проходить сквозь стены, судя по тому, как они выглядят".

"Если бы ты зациклился на Спокойствии на несколько лет, ты бы выглядел так же. Запишите все имена на случай, если наш призрак решит погрузить свой гроб и найти другое кладбище. Тогда свяжись с Макнабом, пусть он встретит нас в доме."

"Макнаб?"

"Не злись", - приказала Ева, включая дворники, когда начал падать тонкий, мокрый снег. "Мне нужно проверить логи ссылок Соммерсета". Она снова подключилась к автосвязи и связалась с больницей, чтобы узнать последние новости о Мюррее.

"Он мог бы выкарабкаться из этого", - сказала она, проезжая через ворота своего дома. "Активность мозговых волн усилилась, и он отреагировал на стимул виртуальной реальности. С ним его жена ".

Она едва остановила машину, когда заметила другой автомобиль, едущий по подъездной дорожке позади нее. Ее первоначальное раздражение из-за того, что ее прервали, исчезло, когда она узнала машину.

"Фини".

Он вышел из своей машины, его кожа порозовела от мексиканского солнца, одежда помята, жесткие рыжие волосы увенчаны невероятно глупой соломенной шляпой.

"Привет, парень". Он вытащил коробку из машины и, почти пошатываясь под ее весом, понес к ней. "Только что вернулся, и жена хотела, чтобы я передал вам небольшую благодарность за то, что вы предоставили нам это место. В каком-нибудь месте."

Он закатил глаза. "Пибоди, ты должна провести там пару недель в Далласе. Это чертов мексиканский дворец прямо на чертовой скале. Вы можете лежать в постели, высунуться в окно и сорвать манго прямо с дерева. Есть бассейн размером с озеро и дроид, который делает все, кроме того, чтобы застегивать ширинку по утрам. Ты собираешься впустить меня? Эта штука весит пятьдесят фунтов, если не больше унции."

"Конечно. Я не думал, что ты вернешься, пока..." Она замолчала, когда дошла до двери и поняла, что сегодня был день, когда он должен был вернуться. "Я потерял след".

Он бросил коробку на стол в фойе, расправил плечи. "Итак, что нового?"

"Ничего особенного. У меня три убийства и покушение, связанные. Увечья. Парень связался со мной лично, настроил это как игру с религиозным подтекстом. Последняя жертва в коме, но, вероятно, выкарабкается. Рорк знал всех жертв еще в Дублине, и Соммерсет только что возглавил список подозреваемых ".

Фини покачал головой. "Никогда не меняется. Говорю тебе, я две недели не включал экран ни для чего, кроме спорта и - - Он замолчал, и его запавшие глаза расширились. "Соммерсет?"

"Я введу вас в курс дела, пока мы будем вести поиски. Макнаб уже в пути ".

"Макнаб". Фини танцевал за ней, на ходу сбрасывая свою соломенную шляпу и отпускное настроение. "ЭДД работает с тобой над этим?"

"Наш парень - гений электроники и коммуникаций. Среди его игрушек есть глушилка высокого класса. Макнаб прорезал слои, и ему удалось вычислить источник. Но мы не нашли его нору ".

"Макнаб. Мальчик хороший. Я брал его с собой ".

"Вы сможете поговорить о техно-джазе, когда он приедет. Прямо сейчас у меня есть прямой поиск - и "журнал ссылок для проверки ". Она остановилась у входа в апартаменты Соммерсета. "Ты хочешь присоединиться или хочешь вернуться и найти свою праздничную шляпу?"

"Я просто позвоню жене и скажу ей, что меня не будет дома к ужину".

Ева усмехнулась. "Я скучал по тебе, Фини. Будь я проклят, если я этого не сделал ".

Он злобно ухмыльнулся. "Жена сняла шесть часов видео. Она хочет, чтобы вы с Рорком пришли на ужин на следующей неделе и на шоу. " Пошевелив бровями, он повернулся к Пибоди. "Ты тоже приходи".

"О, ну, капитан, я бы не хотел вмешиваться в - "

"Прекрати это, Пибоди. Если я должен страдать, ты тоже должен страдать. Такова субординация ".

"Еще один стимул, - решила Пибоди, - для повышения моего ранга. Спасибо вам, лейтенант."

"Нет проблем. Диктофон включен. Даллас, лейтенант Ева; Фини, капитан Райан; Пибоди, офицер Делия, входящая в помещение Соммерсета, Лоуренс Чарльз, стандартный поиск улик."

Она никогда не была на частной территории Соммерсета. Это был просто еще один сюрприз. Там, где она ожидала строгости и утилитарности, прямых линий и минималистичного стиля, оказалась прекрасная гостиная с мягкими, сочетающимися тонами синего и зеленого, милыми безделушками на столах из дерева медового оттенка, щедрыми подушками и атмосферой гостеприимства.

"Кто бы мог подумать?" Ева покачала головой. "Ты смотришь на это и представляешь парня, который наслаждается жизнью, у которого даже есть друзья. Фини, захвати центр связи, будь добр. Пибоди - Это, должно быть, Макнаб", - сказала она, когда раздалось жужжание встроенного домашнего монитора на южной стене. "Очисти его, Пибоди, затем я хочу, чтобы ты начала отсюда. Я займу спальню."

Четыре комнаты расходятся от жилой зоны, как ребра веера. Первым был эффективный офис и центр управления, где Фини потирал руки и копался в оборудовании. Напротив была не менее эффективная кухня, которую Ева пока проигнорировала.

Две спальни смотрели друг на друга, но одна теперь удваивалась как студия художника. Ева поджала губы, изучая акварельный натюрморт в процессе работы на мольберте. Она знала, что это были фрукты, потому что увидела огромную миску с переполненным виноградом и глянцевыми яблоками на столе под окном. На холсте, однако, у фруктов был очень неудачный сезон.

"Не бросай свою дневную работу", - пробормотала она и повернулась к его спальне.

Кровать была большой, с искусно сделанным оловянным изголовьем, которое обвивали виноградные лозы и серебристые листья. Пуховое одеяло было толстым и аккуратно застелено на матрасе без единой морщинки. В шкафу было две дюжины костюмов, все черные, все настолько похожие по стилю, что их можно было клонировать. Туфли, опять же черные, были помещены в прозрачные защитные коробки и безжалостно отполированы.

С этого она и начала, проверяя карманы, в поисках чего-нибудь, что могло бы сигнализировать о фальшивой стене.

Когда она вышла пятнадцать минут спустя, она могла слышать, как Фини и Макнаб радостно щебечут о мэйнфреймах и сигнальных конденсаторах. Она перебрала ящик за ящиком в бюро и подавила любую угрожающую дрожь, которую вызывало то, что она рылась в нижнем белье Соммерсета.

Она занималась этим целый час и как раз собиралась позвать Пибоди, чтобы та помогла ей перевернуть матрас, когда взглянула на единственную акварель над столом, украшенным оранжерейными розами.

Странно, подумала она, все остальные картины - а у мужчины был запас их в арт-хаусе - были расположены группами на стенах. Этот стоял один. Это была хорошая работа, предположила она, придвигаясь ближе, чтобы изучить мягкие мазки, мечтательные цвета. Центральным элементом был маленький мальчик с ангельским лицом, озарившимся улыбками, и руками, полными цветов. Дикие цветы, которые рассыпались по земле.

Почему ребенок на картине должен выглядеть знакомым? она задумалась. Что-то в глазах. Она придвинулась еще ближе, вглядываясь в это мягко накрашенное лицо. Кто ты, черт возьми, такой? - тихо спросила она. И что ты делаешь на стене Соммерсета?

Это не могло быть работой Соммерсета, не после полотна, которое она видела в его студии. У этого художника был талант и стиль. И знал ребенка. Ева была почти уверена в этом.

Чтобы получше рассмотреть, она сняла его со стены и поднесла к окну. Внизу, в углу, она заметила размашистый почерк. Одри.

Девушка, размышляла она. Она предположила, что именно поэтому он повесил его отдельно, посадив под ним свежие розы. Господи, этот человек на самом деле был поражен любовью.

Она чуть не повесила картину заново, но вместо этого положила ее на кровать. Что-то в этом мальчике, снова подумала она, и ее сердце ускорило ритм. Где я его видел? Зачем мне было его видеть? Глаза. Черт возьми.

Расстроенная, она перевернула картину и начала вытаскивать ее из позолоченной рамы.

"Нашел что-нибудь, Даллас?" Спросила Пибоди с порога.

"Нет- я не знаю. Что-то в этой картине. Этот ребенок. Одри. Я хочу посмотреть, есть ли название - имя на обратной стороне холста. Черт с ней ". Раздраженная, она протянула руку, чтобы оторвать подложку.

"Подожди. У меня есть перочинный нож." Пибоди поспешила к нему. "Если вы просто перережете здесь заднюю панель, вы сможете снова ее запечатать. Это хорошая, профессиональная работа." Она просунула кончик ножа под тонкую белую бумагу, осторожно приподняла ее. "Раньше я делал обложки для своего двоюродного брата. Она умела рисовать, но не могла повернуть шуруп лазерной дрелью. Я могу исправить это, когда - "

"Остановись". Ева сжала руку на запястье Пибоди, когда заметила крошечный серебряный диск под подложкой. "Позовите Фини и Макнаба. Чертова картина прослушивается ".

Оставшись одна, Ева вынула картину из рамы и, повернув ее, посмотрела в угол подписи. Под именем Одри, глубоко в углу, который был закрыт рамкой, был зеленый трилистник.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

"Они могли бы присматривать за ним в его личное время", - сказала Ева, пока ехала к "Роскошным башням". "Скорее всего, Фини и Макнаб найдут еще пару ее картин в его квартире, wired".

"Разве пожиратели жуков Рорка не должны были поймать их?"

"Фини выяснит, почему они остались незамеченными. У тебя уже есть что-нибудь на нее?"

"Нет, сэр. Все, что я понял из пробега, это то, что ей сорок семь, родилась в Коннектикуте. Она училась в Джульярде, отучилась три года в Сорбонне в Париже, еще два года в художественной колонии на станции Рембрандт. Она преподает частным образом и жертвует время на обучение в Culture Exchange. Она прожила в Нью-Йорке четыре года ".

"Она связана. Он покопался в ее записях. Я съем уродливую новую шляпу Фини, если она из Коннектикута. Запустите женщин по ирландской ссылке. Все родственницы шестерых мужчин, которые убили Марлену. Выведи это на монитор, чтобы я мог видеть ".

"Подожди минутку". Пибоди открыла файл Евы, нашла диск с надписью и вставила его. "Показывайте только женщин, с полными данными".

Ева притормозила в квартале от роскошных башен, когда начали появляться лица. "Нет". Она покачала головой, давая Пибоди знак переходить к следующему, и к следующему. Она выругалась себе под нос, зарычала на оператора глайдкарты, который подъехал, чтобы попытаться продать свой товар. "Нет, черт возьми. Она здесь, я это знаю. Подожди, держись, вернись на один ".

"Мэри Патриция Кэлхун", - зачитала Пибоди. "Урожденная Макнелли, вдова Лиама Калхуна. Проживает в Дулине, Ирландия. Художник. Ее номер, освобожденный от уплаты налогов, актуален. Сорок шесть лет, один сын, тоже Лиам, студент."

"Это глаза, совсем как у ребенка на картине. Она сменила прическу с каштановой на светлую, немного подправила лицо. Нос стал длиннее, тоньше, больше скул, меньше подбородка, но это она. Разделите экран, отобразите изображение Лиама Кэлхуна, сына."

Выскочила картинка, соединяющая мать и сына. "Это он, с картины". Она пристально посмотрела в постаревшее и не менее ангельское лицо, в яркие, сверкающие зеленые глаза. "Попался, ублюдок", - пробормотала она, затем снова влилась в поток машин.

Швейцар из их первого визита побледнел, когда увидел их. Еве потребовался всего лишь рывок большого пальца, чтобы он отодвинулся в сторону.

"Они, должно быть, планировали это годами, начиная с нее". Ева шагнула в центр стеклянного лифта. "Ему было бы около пяти, когда умер его отец".

"До наступления эры разума", - прокомментировала Пибоди.

"Верно. И она бы назвала ему причину. Она дала ему миссию, мотив. Она превратила его в убийцу. Ее единственный сын. Возможно, склонности были там, наследственность и генетика, но она эксплуатировала их, использовала их. Доминировала над ним. Это то, что сказала Мира. Доминирующая женская авторитетная фигура. Добавь религию и склони ее к мести, добавь хорошие мозги для электроники и тренировки, ты можешь сделать из себя монстра ".

Ева позвонила в колокольчик, затем положила руку на рукоятку своего оружия. Одри открыла дверь, неуверенно улыбнувшись. "Лейтенант. Я думал, мы договорились о завтрашнем утре. Я снова перепутал времена?"

"Нет, план меняется". Она вошла, осторожно закрыв за собой дверь, пока осматривала гостиную. "У нас есть к вам несколько вопросов, вдова Кэлхун".

Глаза Одри сверкнули, затем стали мертвенно холодными, но ее голос оставался ровным. "Прошу прощения?"

"Этот раунд мой. Мы создали тебя и твоего единородного сына".

"Что ты сделал с Лиамом?" Одри сжала руки в когти и прыгнула вперед, целясь в глаза. Ева нырнула под удар, развернулась и крепко обхватила Одри рукой за шею. Она была вдвое меньше Евы и не могла сравниться с удушающим приемом.

"Ее ирландский на высоте, Пибоди? Ты слышал это? Коннектикут, моя задница". Свободной рукой Ева потянулась в задний карман за ремнями безопасности. "Это музыкальный акцент, не так ли?"

"Мое личное любимое". Она взяла Одри за руку, как только Ева защелкнула наручники.

"У нас будет приятная долгая беседа, Мэри Пэт, об убийстве, о нанесении увечий, о материнстве. Три буквы "М", понимаешь?"

"Если ты тронул хоть волос с головы моего мальчика, я вырву твое сердце и съем его".

"Если я причинила ему вред". Ева подняла брови, и под ними ее глаза были ледяными. "Ты обрек его в первый раз, когда уложил спать сказкой о мести".

Испытывая отвращение, она отвернулась, достала свой коммуникатор. "Коммандер, в деле произошел прорыв. Я требую ордер на обыск и конфискацию помещений и личных вещей Одри Моррелл ". Она сделала паузу. "Также известна как Мэри Патриция Калхун".

***

Они нашли нору Лиама за фальшивой стеной в переоборудованной кладовке. Рядом с оборудованием был маленький столик, покрытый скатертью из белого ирландского кружева. На нем стояли свечи, окружавшие великолепно вылепленную мраморную статую Божьей Матери. Над ней на золотом кресте висел ее Сын.

Так ли она хотела, чтобы Лиам видел их самих? Ева задумалась. Как святые и страдальцы? Как божественная мать и освященное дитя? И сама Одри как нетронутая, мудрая, избранная.

"Держу пари, она принесла бы ему чашку хорошего чая и бутерброд с срезанной корочкой, пока он расставлял здесь ловушки. Тогда помолись вместе с ним, прежде чем она отправила его убивать ".

Фини едва расслышал комментарий Евы, когда он благоговейно пробежал руками по оборудованию. "Ты когда-нибудь видел подобное этому, Иэн Макнаб? Этот генератор? Какая красота. И перекрестный передатчик с возможностью многозадачности. Ничего подобного на рынке нет ".

"Будет к следующей весне", - сказал ему Макнаб. "Я видел это подразделение в научно-исследовательском отделе Рорка. Более половины этих компонентов принадлежат ему, и почти половина из них еще не поступила в продажу ".

Ева схватила его за руку. "С кем ты разговаривал у Рорка? С кем ты работал. Каждое имя, Макнаб."

"Только три техника. Рорк держал это в секрете, не хотел, чтобы весь департамент знал, что коп что-то вынюхивает. Суван-Ли, Биллингс Нибб и А. А. Диллард."

"Суван, женщина?"

"Да, вкусное маленькое восточное блюдо. Она была- "

"Нибб?"

"Электронная жизнь. Знает все. Команды шутят, что он был рядом, когда Белл позвонил Уотсону ".

"Диллард?"

"Умный. Я рассказывал тебе о нем. У меня отличные руки ".

"Блондинка с зелеными глазами, примерно двадцати пяти футов десяти дюймов, ста шестидесяти?"

"Да, как ты -"

"Господи, Рорк платил этому сукиному сыну. Фини, ты можешь запустить это оборудование, провести полный анализ?"

"Еще бы".

"Пойдем, Пибоди".

"Мы собираемся взять интервью у Мэри Кэлхун?"

"Достаточно скоро. Прямо сейчас мы собираемся дать А.А. Дилларду его гребаный розовый ускользнуть ".

***

А.А. пропустил свою смену. Это был первый подобный инцидент, как ей рассказал Нибб, менеджер отдела. А.А. была образцовым сотрудником, расторопным, эффективным, готовым к сотрудничеству и творческим.

"Мне нужно увидеть все его файлы, персонал, выполненные работы, незавершенное производство, отчеты о состоянии, весь снимок".

Нибб, который был недостаточно стар, чтобы знать А. Г. Белла, но который прошлым летом отпраздновал свое столетие, скрестил руки на груди. За густыми седыми усами его рот сжался.

"Большая часть этих записей включает конфиденциальный материал. Исследования и разработки в области электроники отличаются высокой конкурентоспособностью. Головорез. Одна утечка и - "

"Это расследование убийства, Нибб. И я вряд ли собираюсь продавать данные конкурентам моего мужа ".

"Тем не менее, лейтенант, я не могу предоставить вам файлы о текущих работах без личного согласия босса".

"У тебя это есть", - сказал Рорк, подходя.

"Что ты здесь делаешь?" Потребовала Ева.

"Следуя моему нюху - правильно, я вижу. Нибб, достань лейтенанту все, что она просила, - добавил он, затем отвел Еву в сторону. "Я еще раз просмотрел запись драки в вестибюле the Arms, затем прогнал ее через процедуру анализа, над которой мы здесь работаем. Не вдаваясь в технические подробности, он оценивал углы, расстояния и так далее. Коэффициент вероятности того, что убийца был нацелен на Макнаба, а не на полицейского снаружи, был очень высок ".

"Итак, вы спросили себя, кто может быть связан с вами на каком-то уровне, кто сделал бы Макнаба полицейским".

"И ответ был кем-то из этого отдела. Я только что провел сканирование персонала. А. А. наиболее точно соответствует физическому описанию ".

"Из тебя вышел бы наполовину приличный полицейский".

"Я не вижу причин оскорблять меня. Я только что получил доступ к домашнему адресу А.А., когда пришло сообщение, что копы что-то вынюхивают. Я предполагаю, что наши носы уловили один и тот же запах ".

"Какой адрес? Я хочу, чтобы кто-нибудь в форме забрал его ".

"Собор Святого Патрика. Сомневаюсь, что вы застанете его там за поеданием своего обеда ".

"Это небрежно со стороны вашего отдела кадров, Рорк".

Его улыбка не была веселой. "Поверь мне, они будут очень информированы. Что у тебя есть?"

"Он Лиам Калхун, сын. И у меня есть его королева, Рорк. У меня его мама ". Она ввела его в курс дела, наблюдая, как его глаза стали темнее, холоднее. "Фини и Макнаб работают над оборудованием, которое мы нашли в квартире Одри. И они проанализируют жучки, которые мы забрали из квартиры Соммерсета. Где он сейчас? Соммерсет."

"Дом. Залог был установлен и выплачен". Его челюсть сжата. "Они надели на него браслет".

"Обвинения будут сняты - и это снимется. Я позабочусь об этом, как только доберусь до Центра. Уитни встречается со мной, чтобы посмотреть интервью с матерью ".

"Я полагаю, вы обнаружите, что мы производим жучки здесь, и мы тестируем новое защитное покрытие, которое защищает их от обнаружения с помощью предлагаемых в настоящее время сканеров. Я все это время финансировал его игру. Удивительно иронично ".

"Мы поймали его, Рорк. Даже если его каким-то образом предупредили и он бежит, мы его поймаем. У нас его мать. Все указывает на то, что он не может и не будет функционировать без нее. Он останется рядом. Я заберу данные отсюда обратно в Центральный и введу их только под своим именем и именем Фини. У вас есть право на такую защиту в соответствии с законом ". Она выдохнула. "Я отправляюсь прямо на интервью, и, скорее всего, это будет долгий путь. Я вернусь домой поздно ".

"Очевидно, что у меня здесь довольно много работы. Я, вероятно, буду позже. Я говорил с главой медицинской бригады Пэта Мюррея. Он пришел в сознание. На данный момент он не в состоянии говорить или двигать ногами, но они верят, что при надлежащем лечении он полностью выздоровеет ".

Она знала, что Рорк заплатит за это надлежащее лечение, и коротко коснулась его руки. "У меня в его комнате двое полицейских в форме. Я сам отправлюсь туда завтра ".

"Мы пойдем". Он заметил Нибба, приносящего коробку с файлами на дисках. "Удачной охоты, лейтенант".

***

На пятом часу интервью с Одри Ева перешла с кофе на воду. Имитированный кофеин, который в участке предлагали усталым полицейским, имел тенденцию разъедать слизистую оболочку желудка при продолжительном употреблении.

Одри галлоном настаивала на чае, и хотя она час за часом деликатно потягивала его маленькими глотками, ее лоск был на исходе. Ее волосы теряли свою форму и начинали лохматиться. На висках было влажно и липко от пота. Косметика выцветала, делая ее кожу чрезмерно бледной, рот тонким и жестким, без смягчающего цвета. Белки ее глаз начали наливаться красным.

"Почему бы мне не инкапсулировать для этого сеанса? Когда ваш муж был убит - "

"Был убит", - перебила Одри. "Хладнокровно убит этим уличным ублюдком Рорком, убит из-за маленькой шлюшки, так что я осталась вдовой, а мой сын всю свою жизнь прожил без отца".

"Итак, вы хотели, чтобы ваш сын поверил. Ты кормила его этим день за днем, год за годом, искажая его разум, омрачая его сердце. Он должен был стать твоим инструментом для мести ".

"Я не говорил ему ничего, кроме Божьей правды, со дня его рождения. Я должна была стать монахиней, прожить свою жизнь, не зная ни одного мужчины. Но Лиам Кэлхун был послан ко мне. Ангел призвал меня к себе, и поэтому я легла с ним и зачала сына ".

"Ангел", - повторила Ева и откинулась назад.

"Яркий свет", - сказала она, ее глаза заблестели. "Золотой свет. Итак, я вышла замуж за мужчину, который был всего лишь инструментом для создания мальчика. Затем он был убит, его жизнь отнята, и я понял цель его сына. Он был рожден не для того, чтобы умереть за грехи, но чтобы отомстить за них ".

"Ты научил его этому. Что его целью в жизни было убивать ".

"Забрать то, что было отнято. Чтобы уравновесить чаши весов. Он был болезненным мальчиком. Он страдал, чтобы очиститься для своей миссии. Я посвятила ему свою жизнь, его обучению." Ее губы изогнулись. "И я хорошо его обучил. Ты никогда не найдешь его. Он слишком умен. У моего мальчика прекрасный ум. Он гений, он есть. И душа белая, как свежевыпавший снег. Мы, - сказала она с леденящей улыбкой, - выше тебя".

"Ваш сын - убийца, социопат с комплексом бога. И ты позаботился о том, чтобы он получил хорошее образование в той области, которая, по твоему мнению, была бы наиболее полезной ".

"Его разум был его мечом".

А что с его душой? Ева задумалась. Если такие вещи существовали, что она сделала с его душой? "Тебе потребовалось почти пятнадцать лет, чтобы обучить его, сформировать его, прежде чем ты выпустил его на свободу. Ты сама умная женщина, Мэри Пэт."

"Одри, теперь меня зовут Одри. Так написано во всех моих записях ".

"Он и это устроил для тебя тоже. Создал Одри для тебя. У тебя были деньги, их было много, чтобы вложить в твой проект. И у тебя было терпение, достаточно терпения, чтобы ждать, планировать, уточнять детали. У него не так много терпения, как у тебя, Одри. Как ты думаешь, что он будет делать теперь, без тебя, чтобы направлять его?"

"С ним все будет в порядке. Он завершит то, что начал. Он был рожден для этого".

"Ты думаешь, что так хорошо его запрограммировал? Я надеюсь, что ты прав, потому что, когда он выйдет в следующий раунд, я сломаю его. У него припрятано больше снаряжения, не так ли? Недалеко отсюда."

Одри улыбнулась, отпив глоток чая. "Ты никогда не найдешь его в своем большом, грязном городе. Ваш Содом и Гоморра. Но он будет знать, где ты, ты и твой любовник с окровавленными руками. Я выполнил свою часть, Бог тому свидетель. Я пожертвовал, я предложил все это, когда позволил этому дураку Соммерсету прикоснуться ко мне. Не слишком трогательно, потому что Одри достойная женщина, и я хотел, чтобы мужчина продолжал возвращаться. Он хотел меня, о да, хотел. Тихие вечера в его покоях, слушание музыки и рисования ".

"И ты сажаешь жуков".

"Достаточно просто, он был слеп, когда дело касалось меня. Я сказал ему, что картина, которую я ему подарил, должна висеть на той стене в спальне, и поэтому он повесил ее туда. И мы могли бы наблюдать за ним, знать, что он сделал и когда он это сделал. Он стал прекрасной пешкой для моего Лиама ".

"Это ты сказал Лиаму подогнать мою машину?" Ева улыбнулась, когда увидела, как сжались губы Одри. "Я так не думал. Ты слишком утончен для таких вещей, и ты не хотел, чтобы меня убрали так рано. Он сделал это сам. У него есть спусковой крючок, который срабатывает, если ты не рядом, чтобы это контролировать. Тебя сейчас там нет ".

"Он совершил покаяние за это. Он больше не собьется с пути ".

"Не так ли? Или он сейчас облажается, попадет прямо в мои руки? Это может стать ужасно, Одри. Его могли убить. Ты можешь потерять его. Если ты скажешь мне, где он, я смогу взять его живым. Я могу обещать тебе, что он не пострадает ".

"Ты думаешь, я хочу, чтобы он доживал свой век в клетке, в исправительном учреждении?" Она поднялась со своего места, наклонившись вперед. "Я бы предпочел, чтобы он умер, как мужчина, мученик, с праведной местью в сердце, с кровью своего отца, наконец, обретя покой. Почитай своих отца и мать. Мудрейшая из заповедей, ибо они приносят тебе жизнь. Он этого не забудет. Он этого не забудет, я обещаю тебе. Он будет думать об этом, когда закончит то, что начал ".

"Ее никуда не сдвинуть", - сказала Ева Уитни, когда Одри перевели в камеру. "Она не отдаст его даже для того, чтобы спасти, и она обрадуется, если он умрет, завершая то, что она начала".

"Она пройдет тестирование, скорее всего, проживет свою жизнь в учреждении для людей с склонностью к насилию и психическими отклонениями".

"Она не такая сумасшедшая, как притворяется, и этого недостаточно. У парня, возможно, был шанс. Ты никогда не знаешь, он мог бы стать кем-то другим без ее уродливой материнской заботы ".

"Прошлого не изменить. Иди домой, Даллас. Ты сделал все, что мог, сегодня вечером ".

"Я только сначала свяжусь с Фини".

"Нет необходимости. Они с Макнабом держат ситуацию под контролем. Если они прорвутся и обнаружат другой его тайник с оборудованием, они свяжутся с вами. Идите домой, лейтенант, - повторил он, прежде чем она смогла придумать оправдание. "Ты, должно быть, уже бежишь на пустом месте. Заправься, утром снова стартуй".

"Да, сэр". В любом случае, было уже больше девяти вечера, подумала она, направляясь к гаражу. Она пойдет домой, поест, выяснит, что Рорк раскопал со своей стороны. Возможно, если бы они еще раз проверили имена с помощью оборудования Рорка, они нашли бы несколько вероятных мест.

Это был большой город для того, кто хотел спрятаться. И если он еще не знал о своей матери... Ева включила 'связь. "Надин Ферст, 75 канал".

"Это Надин Ферст, я не в этом месте, пожалуйста, оставьте сообщение или свяжитесь со мной по электронной почте или факсу".

"Переведите вызов на домашний адрес. Черт возьми, Надин, что ты делаешь, взяв отгул на ночь?"

"Привет. Это Надин. Прямо сейчас я недоступен. Если бы ты - "

"Черт. Надин, если ты на просмотре, возьми трубку. У меня есть для тебя повышение рейтинга ".

"Почему ты так и не сказал?" На экране появилось лицо Надин. "Работаешь допоздна, Даллас?"

"Позже, чем ты".

"Эй, люди иногда берут выходной".

"Мы говорим о репортерах, а не о людях. Вы захотите, чтобы это прозвучало в эфире сегодня вечером. Полиция произвела арест по делу о недавней серии убийств. Мэри Патрисия Калхун, также известная как Одри Моррелл, сегодня вечером взята под стражу как соучастница убийств Томаса Х. Бреннена, Шона Конроя и Дженни О'Лири. Она также обвиняется в соучастии до и после совершения покушения на убийство Патрика Мюррея ".

"Погоди, погоди, у меня едва работает мой диктофон".

"Первый и последний шанс", - сказала Ева без сочувствия. "Власти разыскивают ее сына, Лиама Калхуна, в связи с этими преступлениями. Позвоните в Отдел по связям с общественностью Полицейского управления, если хотите фотографии предполагаемых убийц ".

"Я сделаю. Я хочу поговорить с матерью один на один сегодня вечером ".

"Продолжай верить в чудеса, Надин. Это действительно мило ".

"Даллас -"

Ева закончила передачу и улыбнулась в темноту. Если бы Надин была на высоте, трансляция шла бы в течение тридцати минут.

К тому времени, когда она проехала через ворота и направилась к дому, ее глаза горели от усталости, но ее организм был подключен. Она могла бы потратить еще пару часов на достоверные данные, решила она. Просто нужно было немного поесть, может быть, быстро принять душ, самое большее, вздремнуть.

Она оставила свою машину у входа и, разминая затекшие шею и плечи, поднялась по ступенькам. В фойе она сняла куртку, бросила ее на стойку перил. И вздохнул. Она предпочла бы избегать Соммерсета, но он заслуживал знать, что полностью сорвался с крючка. Обычно он бы просто материализовался, сначала нахмурившись. "Дуется где-то", - пробормотала Ева и повернулась к домашнему инспектору. "Найдите Соммерсета".

Соммерсет в главной гостиной.

"Дуться - это нормально". Она выдохнула. "Ты слышал, как я вошел, костлявая задница. Как бы я ни предпочитала холодный прием твоему обычному потоку жалоб ... " - начала она, направляясь в гостиную.

Затем она остановилась. Рука, которая жаждала ее оружия, медленно поднялась вверх, пока она не выставила оба на вид, ладонями наружу.

"Самодостаточный человек. Я ценю это." Лиам улыбнулся из-за кресла, где Соммерсет был привязан шнуром. "Ты знаешь, что это такое?" - спросил он, перемещая тонкий серебряный инструмент, который держал на волосок от правого глаза Соммерсета.

"Нет, но это выглядит эффективным".

"Лазерный скальпель. Один из лучших медицинских инструментов, используемых в настоящее время. Мне достаточно задействовать его, чтобы уничтожить его глаз. И с ним, распутником, я бы продолжал, пока не пронзил бы мозг насквозь ".

"Я не знаю, Лиам, его мозг довольно маленький. Ты можешь пропустить это ".

"Он тебе даже не нравится". Его ухмылка стала шире, когда Соммерсет просто закрыл глаза. На мгновение он был молодым, привлекательным мужчиной со сверкающими глазами и улыбкой, полной очарования и обещания. "Это было частью веселья, которое мне понравилось больше всего. Ты так усердно трудился ради него, и ты, должно быть, ненавидишь его так же сильно, как и я ".

"Не-а. Я более амбивалентен, на самом деле. Почему бы тебе не ослабить действие лазера? В наши дни действительно трудно найти хороших помощников, если вы не увлекаетесь дроидами ".

"Мне нужно, чтобы вы достали свое оружие, лейтенант, используя большой и указательный пальцы. Положите это на пол, двигаясь очень осторожно, затем пните это сюда. Я вижу, что ты колеблешься ", - добавил он. "Я должен сказать вам, что я настроил этот конкретный инструмент. Ее диапазон расширен". Забавляясь, он повернул его, нацелив ей в голову. "Это достигнет тебя, я обещаю, и пройдет через твой мозг вместо этого".

"Я ненавижу врачей". Она достала свое оружие. Но когда она присела, словно собираясь положить его на пол, она подбросила его в руке. Луч вырвался из скальпеля, посылая огненную линию, обжигающую ее бицепсы. Ее пальцы онемели, и парализатор с грохотом упал на пол.

"Боюсь, я предвидел это. Я действительно хорошо тебя знаю ". Говоря это, он пересек комнату, поднимая ее оружие, пока Ева пыталась преодолеть боль и сосредоточиться. "Мне сказали, что боль от лазерного разреза невыносима. Мы рекомендуем анестезию". Он рассмеялся и отступил назад. "Но ты будешь жить. Возможно, вы захотите перевязать эту руку. У тебя кровь по всему полу ". Желая угодить, он наклонился и, оторвав рукав от ее рубашки, бросил его ей на колени. "Попробуй это".

Он наблюдал, как она неловко перевязывает им рану. Слушал ее затрудненное дыхание, пока она пыталась завязать его одной рукой и зубами. "Вы упорный противник, лейтенант, и довольно умный. Но ты потерпел неудачу. Ты был обречен на неудачу с самого начала. Торжествуют только праведники".

"Избавь меня от религиозного дерьма, Лиам. Несмотря на все эти святые речи, для тебя это всего лишь игра ".

"Издайте радостный звук, лейтенант. Наслаждаться Божьей работой - это дань уважения Его силам, а не грех ".

"И тебе это понравилось".

"Очень нравится. Каждый твой шаг, каждое твое движение привело нас сюда, сегодня вечером, где мне всегда было предназначено быть. Божья воля".

"Твой бог - мудак".

Он ударил ее по лицу тыльной стороной руки. "Не смей богохульствовать. Никогда не смей высмеивать Бога в моем присутствии, шлюха". Он оставил ее свернувшейся калачиком на полу и взял бокал вина, который налил, пока ждал ее. "Иисус пил виноградный плод, сидя среди своих врагов". Он пригубил, успокоенный. "Когда прибудет Рорк, круг замкнется. В моих руках сила Господа". Он усмехнулся, глядя на два оружия. "И технология веков".

"Он не придет". Голос Соммерсета был невнятным из-за наркотиков, которыми его накачал Лиам. "Я говорил тебе, что он не придет".

"Он будет здесь. Он не может держаться подальше от своей блудницы ".

Ева подавила боль и сумела подняться на колени. Когда она посмотрела в лицо Лиама, она поняла, что для него было слишком поздно. Безумие, которое его мать посеяла в ребенке, глубоко укоренилось в мужчине.

"Как, черт возьми, ты впустил этого библейского долбоеба в наш дом?"

"Ты хочешь, чтобы я снова причинил тебе боль?" Потребовал Лиам. "Ты хочешь еще боли?"

"Я не с тобой разговаривал".

"Я думал, он из полиции", - устало сказал Соммерсет. "Он был за рулем патрульной машины, одетый в форму. Он сказал, что ты послал его."

"Ты не смог бы взломать поле безопасности здесь, не так ли, Лиам. Просто немного выше твоей головы ".

"Со временем я бы так и сделал". Его лицо стало угрюмым, как у ребенка, которому отказали в любимом угощении. "Нет ничего, чего я не мог бы сделать. Но я устал ждать ".

"Ты пропустил последние два раза, не так ли?" Ева заставила себя подняться на ноги, стиснув зубы, когда боль пронзила ее. "Ты не заполучил Брайана, и ты не прикончил Пэта Мюррея. Он собирается полностью восстановиться, и он будет указывать на вас через зал суда на вашем процессе ".

"Это были просто испытания моей приверженности. Бог всегда испытывает Своих учеников". Но он прижал пальцы к губам, потер их там. "Теперь все почти закончилось. Это последний раунд, и ты проигрываешь ". Глаза яркие, как у птицы, он склонил голову набок. "Возможно, вы захотите присесть, лейтенант. Ты потерял немного крови и выглядишь очень бледным."

"Я буду стоять. Ты не собираешься рассказать мне о своем плане игры? Вот как это работает. Какой смысл заканчивать это, если ты сначала не похвастаешься?"

"Я не считаю это хвастовством. Я чту своего отца, мщу за его смерть. Пункт за кровавым пунктом. Когда я закончу здесь, я вернусь за Келли и Мюрреем и еще за одним. Удушение, утопление, затем яд. Шесть грешников на шестерых замученных, и трое, чтобы было девять для новены. После этого он упокоится с миром ".

Он отложил лазер, чтобы провести пальцем по складкам покрова Пресвятой Богородицы, который он положил на стол. "Порядок изменился, но Бог понимает. Сегодня ночью Рорк отправится в свой собственный личный ад. Его давний компаньон, его верный друг мертв. Его шлюха, его шлюха-коп, мертва. Это будет выглядеть так, как будто они покончили друг с другом. Ужасная битва прямо здесь, в его собственном доме, битва не на жизнь, а на смерть. На мгновение, только на мгновение, он поверит в это ".

Он улыбнулся Еве. "Тогда я выйду, и он узнает правду. Тогда боль будет еще сильнее, невыносимая, мучительная. Он узнает, что значит потерять, когда у него украли все, что имеет значение. Он будет знать, что своим собственным злом он привел ангела смерти в этот дом. Меч возмездия".

"Ангел. Ангел мщения". Ей пришлось рискнуть, сыграть на его безумии. "А.А.? Так вот откуда у тебя это прикрытие? Мы знаем о тебе все. Все. Как ты проник в компанию Рорка, работал над его оборудованием. Украла у него." Она подошла ближе, не сводя с него глаз. "Мы знаем, откуда ты пришел, где ты был. Мы нашли твою нору. Твое фото прямо сейчас в новостях. Прямо рядом с твоей матерью".

"Ты лжешь. Лживая шлюха".

"Откуда мне знать, кто ты? Откуда я знаю об А.А.? И об убогой маленькой комнате в квартире твоей матери, где ты хранил свое оборудование. И в другом месте, в центре города." Это должно быть в центре города, сказала она себе. "Жучки, которые твоя мать установила в комнатах Соммерсета. Мы играли в игру, Лиам, и мы победили тебя. То, что мы не выяснили, дополнила Одри. Прямо перед тем, как я запер ее в клетке ".

"Ты лжешь!" Он прокричал это и бросился на нее.

Собранная и готовая, Ева встретила атаку, используя свою неповрежденную руку, чтобы блокировать удар, ее локоть ткнулся ему в живот. Она подставила под него ногу, вложила в движение весь свой вес, и они оба повалились на пол. Она проигнорировала обжигающую глаза боль, когда он упал на ее раненую руку; ударив кулаком вверх, она попала в кость. Но она просчиталась в силе, которую принесет ему ярость.

Это она закричала, когда он вонзил пальцы в ее рану, и комната погрузилась во тьму. Когда ее зрение прояснилось, он приставил ее оружие к ее горлу, где выстрел даже в середине установки мог быть смертельным.

"Ты, лживая сучья пизда. Я отрежу твой язык за твою ложь".

"Включи экран". Она хотела свернуться калачиком, спрятаться от агонии, кричащей в ее руке. "Посмотри сам. Давай, Лиам, включи это. 75 канал."

Когда он ослабил хватку на ее руке, ей пришлось проглотить рыдание. Он спрыгнул с нее и помчался к встроенному устройству. "Она лжет, она лжет. Она ничего не знает ". Он говорил сам с собой нараспев, когда включил экран просмотра. "Радуйся, Мария, полная благодати. Она собирается умереть. Они все умрут. Долина смертной тени, но они будут бояться. Бог уничтожит их, всех их, через меня. Это для меня ".

"Ты должен остановить это". Соммерсет напрягся в своих оковах, когда Ева подползла к нему. "Убирайся. Он безумен. Ты можешь выйти, пока он занят экраном. Он даже не знает, где он сейчас. Ты можешь выбраться. Он убьет тебя, если ты этого не сделаешь ".

"Я бы никогда не добрался до двери". Ее рана снова кровоточила, капая через самодельную повязку. "Я должен держать его сосредоточенным на себе. Пока это так, ты его не интересуешь. Я должна занять его, отвлечь, и он может не услышать, как вошел Рорк." Она поднялась на колени. "Если он не услышит Рорка, у него будет шанс".

"Одри - его мать?"

"Да". Она встала на ноги. "Она ответственна за все это". Она посмотрела, как Лиам кричал на изображения на экране. "За все. За него." Она взяла себя в руки, отступая, когда колени угрожали подогнуться под ней. "Лиам, я отведу тебя к ней. Ты хочешь увидеть свою мать, не так ли? Она просила о встрече с тобой. Ты хочешь увидеть ее, не так ли? Я возьму тебя".

"Ты причинил ей боль?" Из его глаз потекли слезы.

"Нет, конечно, нет". Она сделала неуверенный шаг вперед. "Она в порядке. Она ждет тебя. Она скажет тебе, что делать дальше. Она всегда говорит тебе, что делать, не так ли?"

"Она всегда знает. Бог говорит через нее". Он начал опускать оружие, как будто о нем забыли. "Она благословенна", - прошептал он. "И я ее единственный сын. Я - свет".

"Она хочет тебя сейчас". Еще один шаг, подумала Ева. Еще только один. Ей нужно было только отобрать у него парализатор.

"Она рассказала мне о Божьем плане". Оружие появилось снова, и Ева застыла. "Чтобы убить тебя. Бог требует жертвы. Сначала он, - сказал он с хитрой улыбкой, направляя оружие на Соммерсета.

"Подожди..." Ева инстинктивно встала между ними и приняла удар на себя.

Толчок, пронзивший ее нервную систему, свалил ее. Ее тело забыло, как дышать, ее глаза забыли, как видеть. Даже боль ушла. Она никогда не чувствовала, как он пинал ее, ломая ребра, когда он кричал, проклинал и метался по комнате.

"Ты пытаешься все испортить. Все!" Он разглагольствовал, опрокидывая стол и его прекрасную старинную вазу эпохи Мин. "Мошенник. Шлюха. Грешник. Даже твое оружие хуже. Посмотри на это - жалкое зрелище. Вы должны вручную увеличить мощность. Так же хорошо, так же хорошо, зачем убивать вас всех сразу?"

"Ей нужен врач", - сказал Соммерсет. Его дыхание было неровным, руки и запястья ободраны и дрожали от борьбы с его путами. "Ей нужна медицинская помощь".

"Я мог бы стать врачом, как хотел мой дядя, но это не было Божьим планом. Моя мать знала это. Она знала это. Мой отец любил меня, он обеспечивал меня. Затем его забрали у нас. Отмщение мое, говорит Господь. Я - его месть".

Содрогаясь от боли, Ева перекатилась на бок. Если бы ей суждено было умереть, клянусь Христом, последнее слово было бы за ней. "Ты не что иное, как жалкий и ущербный инструмент, используемый женщиной, которая заботилась о себе больше, чем о собственном сыне. Теперь вы оба собираетесь провести остаток своих жизней в клетке ".

"Бог покажет мне знамение. Он укажет мой путь." Лиам подошел и встал над ней, оружие направлено вниз и на полную мощность. "Как только я отправлю тебя в ад".

Ева держала глаза открытыми и пнула вверх со всей силой, которая у нее осталась. Удар пришелся ему по коленям, отбросив его назад, шатаясь. Она заставила себя подняться, надеясь в последний раз схватиться за оружие. Но из дверного проема донесся вой парализатора, отбросивший Лиама к стене.

Его тело задрожало в смертельном танце, который она видела раньше. Нервная система перешла в режим перегрузки, заставила умирающее тело трястись, как марионетку, а затем отключилась.

Он соскальзывал на пол, когда Рорк бросился через комнату.

"Игра окончена", - тупо сказала Ева. "Аминь".

"О Боже, Ева, посмотри на себя. Ты в полном беспорядке ".

Маленькие белые точки кружились перед ее глазами, так что она едва видела лицо Рорка, когда он упал рядом с ней. "Я почти добился его".

"Конечно". Даже когда он поднял ее, укачивая, она потеряла сознание. "Конечно, ты сделал".

Когда она пришла в себя, она была на диване, а Соммерсет умело лечил ее руку. "Убирайся к черту от меня".

"За этим нужно присматривать. Ты тяжело ранен, но Рорк, кажется, верит, что здесь ты будешь более сговорчивым, чем в медицинском центре."

"Я должен сообщить об этом".

"Еще несколько мгновений не будут иметь значения. Мальчик не станет менее мертвым ".

Она закрыла глаза, слишком уставшая и разбитая, чтобы спорить. Ее бок кричал, и что бы Соммерсет ни делал с ее рукой, это была просто еще одна маленькая пытка.

Его руки были нежны, как у матери с младенцем, но он знал, что причинил ей боль. "Ты спас мне жизнь. Ты встал передо мной. Почему?"

"Это моя работа, не принимай это на свой счет. В любом случае, он не был включен на полную мощность. О черт." Стон вырвался из ее стиснутых зубов. "Десять лет я был полицейским. Впервые я получил удар из парализатора в полную силу. Господи, это действительно больно, везде, все сразу. Где Рорк?"

"Он будет прямо здесь". Инстинктивно он отвел волосы с ее влажного лица. "Не извивайся. Это только причинит тебе еще больший дискомфорт ".

"Ничто не могло". Она снова открыла глаза, посмотрела в его. "Я выстрелил из оружия, которым был убит Лиам Кэлхун. Я выстрелил из него до того, как вошел Рорк. Ты понимаешь?"

Соммерсет изучал ее долгое мгновение. В ее глазах плескалась боль, должно быть, она кричала в ее организме. Но она думала о Рорке. "Да, лейтенант. Я понимаю."

"Нет, ты не убивал его", - поправил Рорк. "Соммерсет, я ожидаю от вас четкого и правдивого заявления. Ты не проходишь испытания ради этого, Ева. Не за это. Вот, тебе нужно немного посидеть, чтобы выпить это ".

"У тебя не должно было быть оружия. Это усложнит - Где ты взял оружие?"

"Ты дал это мне". Он улыбнулся, помогая ей подняться, его рука поддерживала ее шею. "Твоя решающая фигура. Я так и не вернул его ".

"Я забыл".

"Я вряд ли думаю, что власти собираются создавать мне какие-либо проблемы по этому поводу. Выпей это".

"Что это? Я этого не хочу ".

"Не будь таким ребенком. Это просто успокоительное - мягкое, я обещаю. Это облегчит боль ".

"Нет, я ..." Она слегка поперхнулась, когда Рорк просто влил немного транквилизатора ей в горло. "Я должен сообщить об этом".

Рорк вздохнул. "Соммерсет, не могли бы вы связаться с коммандером Уитни и рассказать ему, что здесь произошло сегодня вечером?"

"Да". Он поколебался, затем подобрал окровавленную ткань. "Я очень обязан вам, лейтенант, и сожалею, что вы были ранены, выполняя свои обязанности".

Когда он вышел, она поджала губы. "Мне придется чаще попадать под пули. Он даже не насмехался надо мной ".

"Он рассказал мне, что произошло. И что ты самая смелая и глупая женщина, которую он когда-либо знал. На данный момент я должен согласиться ".

"Да, ну, мы выжили. Я приму остаток этой пустышки теперь, когда его больше нет. Рука немного лучше, но мой бок убивает меня ".

"Ты получил удар". Рорк осторожно приподнял ее повыше, чтобы он мог сесть так, чтобы она прислонилась к нему. "Мой храбрый и глупый полицейский. Я люблю тебя".

"Я знаю. Ему было всего девятнадцать."

"Зло - это не исключительная территория взрослых".

"Нет". Она закрыла глаза, когда боль отступила, превратившись в онемение. "Я хотел взять его живым. Ты хотел его смерти. Он изменил ход событий в твою пользу ". Она повернула голову. "Ты бы все равно убил его".

"Ты хочешь, чтобы я это отрицал?" Он опустил губы к ее брови. "Правосудие, Ева, слабо и ненадежно без подкрепления возмездием".

Она вздохнула, опустила голову, снова закрыла глаза. "Какого черта мы вообще делаем вместе?"

"Вести жизни, которые часто слишком интересны. Дорогая Ева, я бы не стал менять ни минуты ".

Она оглядела разгром в прекрасной комнате, на истощенного мальчика на полу. И почувствовала, как губы Рорка коснулись ее волос. "Я тоже".

***

Дж.Ди Робб

Предательство в смерти

Ева Даллас и ее муж Рорк #40

В природе человека нет такой вещи, как твердая и полная решимость к добру или злу, за исключением самого момента казни.

-НАТАНИЭЛЬ ХОТОРН

Лелея свой гнев, чтобы согреть его.

-РОБЕРТ БЕРНС

Один

СТАРИК ЛЕЖАЛ МЕРТВЫЙ НА РАЗБРОСАННОЙ КУЧЕ шоколадных батончиков и жевательной резинки. Треснувшие тюбики с безалкогольными напитками, энергетическими напитками, спортивными напитками разноцветными реками вылились из разбитого стекла их холодильника. Изодранные пакеты с соевыми чипсами разбросаны по полу маленького рынка, раздавлены в кашицу.

На стене за прилавком висела фотография в рамке, на которой были изображены гораздо более молодая версия мертвого мужчины и женщина, которую Ева приняла за его вдову, стоящие рука об руку перед рынком. Их лица светились гордостью, юмором и всеми возможностями будущего.

Будущее этого молодого, счастливого человека закончилось сегодня, подумала она, в луже крови и закусочных.

Посреди смерти и разрушений лейтенант Ева Даллас стояла, изучая тело, пока первый прибывший на место происшествия офицер вводил ее в курс дела.

"Он Чарли Очи. Он и его жена управляли этим рынком почти пятьдесят лет, черт возьми."

Прыгающий мускул на его челюсти сказал Еве, что он знал жертву.

"Миссис Очи сзади, с ней МТС ". Мышца дернулась снова. "Вдобавок ко всему они ее немного поколотили".

"Они"?

"Три, - сказала она. Трое мужчин, немного за двадцать. Она сказала, что один белый, другой черный, а третий азиат. Они приходили раньше, их прогоняли за магазинную кражу. У них было какое-то самодельное устройство, лучшее, что она может сказать. Заклинило им камеру безопасности ".

Он дернул подбородком в сторону камеры. "Обдолбанные до бесчувствия, - думает она, смеясь, как гиены, распихивающие шоколадные батончики по карманам. Ударили ее каким-то соком, когда она попыталась их остановить. Потом вышел старик, они ударили его, но он продолжал нападать на них. Один из них вонзил устройство ему в грудь. Миссис Очи сказала, что он упал как камень. Они схватили кучу дерьма - конфет, чипсов и тому подобного, - все время смеясь, немного разгромили заведение и выбежали ".

"Она дала тебе описание?"

"Тоже неплохо. Более того, у нас есть свидетель, который видел, как они выбегали, который узнал одного из них. Брустер Лоу - уходит в занос. Сказали, что они ушли на юг, пешком. Юрий Дрю из Wit. Мы держим его снаружи. Он призвал это ".

"Хорошо, приготовьтесь, офицер". Ева повернулась к своему партнеру. "Как ты хочешь это осуществить?" Когда Пибоди моргнула своими темными глазами, Ева сказала ей: "Ты берешь это на себя. Как ты хочешь это провернуть?"

"Хорошо". Детективный щит Пибоди не шлепал, но все равно был довольно блестящим. Ева позволила ей воспользоваться моментом, привести в порядок свои мысли.

"Давайте проверим Лоу, узнаем адрес, листок, если он у него есть. Мы могли бы обзавестись известными компаньонами. Нам нужно опубликовать описания сейчас, добавить имена, когда и если. Я хочу, чтобы этих придурков схватили быстро-быстро ".

Ева наблюдала, как ее бывший помощник и нынешний партнер обретают уверенность по мере того, как она уходила.

"Нам здесь нужны чистильщики. Эти придурки, вероятно, оставили отпечатки и следы повсюду. Мы посмотрим, что у нас есть по системе безопасности, прежде чем они ее отключат, остальное предоставьте EDD ".

Пибоди, темные волосы которой были собраны с квадратного лица в короткий упругий хвост, посмотрела на тело. "Лучше назови цифры, подтверди его личность".

"На этом", - сказала Ева, и Пибоди снова моргнула.

"Неужели?"

"Ты главный". Вытянув длинные ноги, Ева читала с экрана своего КПП. "Лоу, Брустер, он же Скид, европеец, двадцати трех лет. Текущего адреса нет. Последнее известное место на авеню Б - дом его матери. Получил справку и незапечатанное досье на малолетку. Незаконное хранение, злонамеренное хулиганство, магазинная кража, уничтожение частной собственности, угон автомобиля, бла-бла-бла."

"Перекрестная ссылка для-"

"Сделано. Ты не единственная, кто может проделать одну из этих вещей", - напомнила ей Ева. "Перекрестные аресты позволяют установить, что Леон Слэттер, он же Слэш, мужчина смешанной расы, двадцати двух лет, и Джимми К. Роган, он же Смэш, чернокожий мужчина, двадцати трех лет, являются наиболее вероятными сообщниками, которые могут быть причастны".

"Это действительно хорошо. Адреса?"

"У Слэттера есть один, на Четвертой Западной".

"Превосходно. Офицер, возьмите данные у лейтенанта. Я хочу, чтобы этих троих задержали. Мы с напарником поможем в поисках, когда закончим здесь, но давайте начнем ".

"Ты получил это".

"Я возьму остроумие", - сказала Пибоди Еве. "Ты берешь жену. Понятно?"

"Ты-"

"Первичный. Понял. Спасибо, Даллас".

Чертовски приятно, когда тебя благодарят за передачу мертвого тела, подумала Ева, присев на корточки, чтобы подтвердить личность своим блокнотом. Но, в конце концов, они были полицейскими-убийцами.

Она потратила еще несколько минут, осматривая тело - синяки на виске, руках. Она не сомневалась, что судмедэксперт подтвердит, что ни одно из них не было смертельным. Но самодельный электронный глушитель, вставленный в грудную клетку, скорее всего, вызвал у Очи толчок, который остановил его восьмидесятичетырехлетнее сердце.

Она встала, еще раз оглядела бесполезное разрушение. Они управляли хорошим местом, насколько она могла видеть. Полы, окно, стойка сверкали чистотой под пролитыми напитками, брызгами крови. Запасы, которые не были выброшены или разбиты, аккуратно лежали на полках.

Пятьдесят лет, сказала первая на сцене, подумала она, занимаясь бизнесом, оказывая услуги, живя своей жизнью, пока трио придурков не решили разрушить все это ради кучи шоколадных батончиков и соевых чипсов.

После дюжины лет работы в полиции ничто из того, что люди делали другим людям, не удивляло ее. Но расточительство и небрежность этого все еще бесили ее.

Она прошла в заднюю часть, в небольшой офис, совмещенный со складом. Медтехник собирал свое снаряжение.

"Вы действительно должны позволить нам принять вас, миссис Очи".

Женщина покачала головой. "Мои дети, мои внуки идут. Я жду своих детей".

"После того, как они доберутся сюда, тебе нужно пойти в медицинский центр, чтобы тебя осмотрели". Его тон, добрый и мягкий, соответствовал руке, которую он нежно положил на ее плечо. "Хорошо? Мне действительно жаль, мэм."

"Спасибо". Она перевела взгляд, ярко-зеленый на лице, изборожденном временем и синяками, и встретилась с глазами Евы. "Они убили Чарли", - просто сказала она.

"Да, мэм. Я сожалею о вашей потере ".

"Все такие. Те трое, кто убил его, они тоже пожалеют. Если бы я мог, я бы заставил их пожалеть своими собственными руками ".

"Мы позаботимся об этом за тебя. Я лейтенант Даллас. Мне нужно задать тебе несколько вопросов ".

"Я знаю тебя". Миссис Очи подняла руку, постучала пальцем в воздухе. "Я видел тебя на экране, сейчас . Я видел тебя с Надин Ферст. Нам с Чарли нравится смотреть ее шоу. Мы собирались прочитать ту книгу, которую она написала о тебе ".

"Это действительно не обо мне". Но Ева пропустила это мимо ушей, поскольку были более важные темы для разговора - и потому что это немного смутило ее. "Почему бы вам не рассказать мне, что произошло, миссис Очи?"

"Я сказал другому полицейскому, и я скажу тебе. Я был за стойкой, а Чарли был здесь, когда они вошли. Мы сказали им больше не приходить, потому что они воруют, ломают вещи, оскорбляют нас и наших клиентов. Они - проблема, эти трое. Панки. Белый парень, он направляет то, что у него было, на камеру, и монитор на стойке становится статичным ".

Ее голос отбивал слова, как молоток по камню, а глаза оставались жестокими и сухими. Никаких слез, подумала Ева, пока нет. Только холодное пламя гнева, которое по-настоящему знал только выживший.

"Они смеются, " продолжала миссис Очи, " хлопают друг друга по спинам, стукаются кулаками, а черный говорит: "Что ты теперь собираешься делать, старая сука", - и хватает кучу конфет. Я крикнул им, чтобы они убирались с моего места, а другой - азиатская смесь - он бьет меня чем-то. Я увидел звезды и попытался подойти сзади, к Чарли, но он снова ударил меня, и я упал. Они продолжали смеяться. Под кайфом ", - сказала она. "Я знаю, как выглядит обдолбанный. Чарли вышел. Микс, я думаю, он собирается ударить меня снова, когда я окажусь на полу, но Чарли бьет его, отбрасывает назад. Я пытался встать, чтобы помочь, но..."

Теперь ее голос сорвался, и часть ярости ушла в чувство вины.

"Вы были ранены, миссис Очи".

"Черный, он ударил Чарли так же, как микс ударил меня, но Чарли не упал. Он не такой большой, Чарли, не такой молодой, как те убийцы, но он сильный. Он всегда был сильным ".

Она сделала глубокий вдох, немного успокоившись. "Он нанес ответный удар. Я попытался встать, и я попытался найти что-нибудь, чтобы ударить их. Тогда белый, он сказал: "Пошел ты, старый хрен", и он засунул эту штуку - глушитель, или парализатор, или что бы это ни было - в Чарли ... здесь."

Она положила руку на свое сердце.

"Это издавало звук, электрический звук - как статика, если вы понимаете, что я имею в виду. И он щелкнул, и когда это произошло, Чарли упал. Он прижал руку к сердцу, он сказал "Ката", он произнес мое имя ". Ее губы задрожали, но она снова их сжала. "Он сказал: "Ката", затем он упал. Я подполз к нему. Они продолжали смеяться и кричать, ломать вещи, топтать их. Один из них, я не знаю, который, пнул меня в бок, и они выбежали ".

Миссис Очи на мгновение закрыла глаза. "Они кончились, а потом, скоро -через минуту?" Может быть, меньше, Юрий вбежал. Он пытался помочь Чарли, пытался запустить его сердце. Он хороший мальчик, Юрий - его отец работал на нас давным-давно - но он не смог помочь Чарли. Он вызвал полицию и скорую помощь, и он достал лед из морозилки для моей головы. Он сидел со мной, со мной и Чарли, пока не приехала полиция ".

Теперь она наклонилась вперед. "Они не важные люди. Мы тоже не важны, не из тех важных людей, о которых вы говорите в "Сейчас" с Надин Ферст. Но ты не позволишь им выйти сухими из воды с этим?"

"Вы важны для полиции Нью-Йорка, миссис Очи. Вы и мистер Очи важны для меня, для моего партнера, для каждого полицейского, работающего над этим ".

"Я верю тебе, когда ты это говоришь, потому что ты сам в это веришь".

"Я знаю это. Мы уже ищем их, и мы их найдем. Было бы полезно, если бы у меня был ваш диск с записями наблюдения. Если они не заглушили это до того, как пришли, мы запишем их на запись. И у нас есть ты, у нас есть Юрий. Им это с рук не сойдет".

"В коробке под прилавком есть наличные. Немного - мы не храним много, но им не нужны были деньги. Конфеты, безалкогольные напитки, чипсы. На самом деле они тоже этого не хотели. Они просто хотели ломать и причинять боль, разрывать и терзать. Что превращает мальчиков в животных? Ты знаешь?"

Ева наблюдала, как семья миссис Очи грузила ее в машину, чтобы отвезти к врачу, и наблюдала, как тело мистера Очи загружали для транспортировки в морг.

Лето 2060 года было жарким, и, похоже, в ближайшее время это не изменится. Она стояла на жаре, запустив руку в короткую стрижку каштановых волос, мечтая о ветерке. Ей пришлось пару раз сдержать порыв, чтобы подтолкнуть Пибоди вперед, направить, приказать.

Тщательность - это хорошо, напомнила она себе, и фотографии подозреваемых уже ходили по кругу, копы уже стучались в двери.

Она запоздало вспомнила о своих солнцезащитных очках и была слегка удивлена, обнаружив их у себя в кармане. Она надела их, убрала блеск, который сиял в ее глазах цвета виски, и продолжала стоять, длинная и худощавая, в коричневой куртке и темных брюках, потертых ботинках, пока Пибоди не подошла к ней.

"Ни по одному из адресов, которые у нас есть, никого нет дома, и мать Брустера говорит, что не видела своего сына неделями - и скатертью дорога. Но один из соседей Слэттера утверждает, что видел, как все трое уходили этим утром. Он говорит, что они все барахтаются там, были в течение последних двух недель ".

"Они придурки", - заключила Ева. "Они вернутся в свою нору".

"Я положил на это глаз - на данный момент двое мужчин. Остряк - Юрий Дрю - как раз переходил улицу, когда увидел, что они выбегают. Узнал Брустера, потому что у них была пара стычек во время баскетбольных матчей в "Хупс" недалеко отсюда - и он однажды был в магазине, когда наша жертва прогнала их. Узнал всех троих, но знал только Брустера по имени. Гай дважды срывался, давая мне свои показания ", - добавила Пибоди. "Его отец имел обыкновение-"

"Работай на них", - закончила Ева. "Я понял это".

"Он посмотрел на фотографии. Я принес образец на свой ПКП, и он, не колеблясь, выбрал все три из них из общей массы. Он не только будет свидетельствовать против них, он стремится это сделать. Ты отдал мне это, потому что это верный ход?"

"В ту минуту, когда ты думаешь о слэм-данке, мяч отскакивает от бортика".

Теперь Пибоди надела темные очки, и Ева обнаружила, что смотрит на свое отражение в зеркальных линзах радужного цвета. "Как, черт возьми, ты видишь из этого? Все похоже на долбаную сказку?"

"Ты не смотришь сквозь радугу - все остальные смотрят в нее. Совершенно волшебно".

Совершенно не похоже на людей, по мнению Евы, но она только пожала плечами. "Что ты хочешь делать сейчас?"

"Вероятно, нам следует пойти поговорить с матерью, с соседями, посмотреть, сможем ли мы раскопать каких-либо других известных сообщников. Но я подумал, что мы могли бы сделать это в порядке обхода. Они были под кайфом, купили перекусить, зашли в магазин. Теперь они говорят о том, как истерически забавно было разгромить это место и поколотить пожилую пару. Может быть, они знают, что Очи мертв, а может быть, и нет ".

По крайней мере, тени не превратили ее мозг в радугу, решила Ева. Пибоди мыслил как полицейский. "Держу пари, что нет, и что они достаточно глупы, чтобы тусоваться, может быть, попытаться набрать еще немного барахла".

"У меня есть несколько обычных тусовок от the wit, от the mother. Множество полицейских ищут их, но ...

"Итак, что значит еще двое? Кто за рулем?"

"Серьезно?" Теперь у Пибоди отвисла челюсть.

"Ты первичен".

"Ладно, ура. Я за рулем". Взволнованная, Пибоди плюхнулась за руль. "Я хотел сделать это с тех пор, как Рорк дал это тебе. Это выглядит дерьмово, но, о, детка, она заряжена по полной ".

Она была, согласилась Ева. Ее муж никогда ничего не упускал из виду, плюс он просто любил дарить ей подарки. Один из его первых, бриллиант в форме слезы, в два раза больше ее большого пальца, был спрятан у нее под рубашкой.

Это было красиво, изысканно и, вероятно, стоило больше, чем валовой национальный продукт маленькой страны. Но если бы ей пришлось выбирать между этим и дерьмово выглядящим транспортным средством, дерьмо победило бы, опустив руки.

"У меня есть секс-бар, игровой зал, пиццерия и общественная площадка для игры в мяч", - начала Пибоди. "Я мог бы проложить маршрут в навигацию, который провел бы нас мимо всех них в наиболее эффективные временные рамки".

"Звучит как план".

"Но? Давай. Я даю тебе информацию, когда ты главный ".

"Они выбежали, нагруженные нездоровой пищей, так зачем же тусоваться в пиццерии, особенно когда они с соком? Секс-клуб, возможно, если они хотят перепихнуться."

"Но?" Повторила Пибоди.

"Они только что сбили с ног пару стариков. Вряд ли они знают, что убили одного из них. Это все забавы и игры. Они не брали никаких денег, не крали обручальные кольца Ochis, их наручные устройства, бумажник DB ".

"И секс-клуб стоит того", - заключила Пибоди. "Взрыв стоит дороже".

"Они набросились на нездоровую пищу и доказали, какие они холодные. Когда ты под кайфом, думаешь, что ты хладнокровен, и так чертовски хорошо проводишь время, что хочешь похвастаться, может быть, размозжить еще пару голов ".

"Игровой зал или баскетбол. Я понимаю. Мы попробуем их первыми. Если мы не нанесем удар, то обойдем остальных ".

Ева одобрительно кивнула. "План получше".

Пибоди ввела координаты. "Ты действительно думаешь, что они не знают, что Очи мертв?"

"Они обкуренные, они тупые, они большие засранцы. Но ни у кого из них за плечами убийство. Они выбежали, смеясь, давая пять. Скорее всего, если бы они знали, что совершили убийство, они бы прикончили жену, поговорили, признали факт убийства. Они этого не сделали ".

Сначала они зашли в игровой зал, нашли его переполненным. "Прохладнее, чем снаружи", - подумала Ева, но какофония колоколов, свистков, криков, рева, взрывов и вращающихся, мигающих лампочек заставила ее задуматься, зачем кому-то понадобилось проводить летний день, приклеившись к машине.

Пухлый служащий с бледным лицом у входа взглянул на снимки, удостоверяющие личность.

"Да, верно. Они играют регулярно. Пару дней назад Слэш получил высокий балл по убийцам. Все еще стоит. Собираюсь перейти на личности, когда у меня будет свободное время" потому что он придурок ".

"Они были здесь сегодня?" Спросила его Пибоди.

"Неправда. В основном ночные игроки. Каменные головы, когда они могут это получить." Он пожал плечами. "Что делать?"

"Нам нужно поговорить с ними". Пибоди достала визитку. "Если они войдут, свяжитесь со мной. Что является главным в "Разоблачении"?"

Его внимание сосредоточилось. "Ты играешь?"

"Настоящая стервочка. Убила туза на Bust It." Она подняла три пальца. "Тройное".

"Крупные взлеты", - сказал он с уважением. "Хочешь покружиться?"

"В движении, но, может быть, вернемся".

"Сразимся с тобой", - сказал он с усмешкой.

"Набор. Вытаскиваю это ", - добавила она. "Если они развернутся, пометьте меня".

Он провел пальцем по сердцу и положил ее карточку в карман.

"Что, " требовательно спросила Ева, " это было?"

"Возможно, он бы отметил нас, но шансы против, потому что на самом деле ему было насрать, и я подумал, что он может просто бросить карту. Так я завоевал его внимание, его уважение. Игрок-боп. Это отчасти глупо, но это сработало ".

"Верно", - сказала Ева и заставила Пибоди рассмеяться.

Они пробирались сквозь пробки, мимо разрисованных граффити сборных домов, разбросанных после городских войн, где мужчины от нечего делать сидели на ветхих ступеньках, высасывая пиво и гниль из бутылок, завернутых в коричневую бумагу.

Уличные бандиты стояли небольшими группами, большинство из них в облегающих майках, чтобы продемонстрировать множество татуировок и потные мышцы.

Ржавое ограждение окружало потрескавшийся и выцветший асфальтовый корт. Кто-то взял на себя труд отодвинуть или подмести кучи мусора к линии забора, где битое стекло блестело, как потерянные бриллианты.

Группа мужчин - от поздних подростков до чуть за двадцать - играли в рубашки и скины. И некоторые шкуры были поцарапаны и в синяках. Зрители прислонились или сели к забору, и, за исключением пары подростков, в настоящее время пытающихся дотянуться до пупков друг друга изнутри своими языками, они кричали на игроков, оскорбляли их и выступали с речами.

Пибоди остановилась за оболочкой урезанного компакт-диска.

Кто-то нарисовал FUK U на помятом багажнике.

"Что это говорит об уровне грамотности, когда ты даже не можешь написать fuck . Это печально", - решила Ева.

"Брустер", - сказала Пибоди, подняв подбородок в сторону суда.

"Да, я видел его и его придурковатых товарищей".

"Я вызову подкрепление".

"Ага".

Ева наблюдала мгновение. Они пришли в рубашках, и эти рубашки приклеились к их торсам от пота. Джимми К. закатал свои мешковатые штаны выше узловатых коленей, и по его ритму, по его движениям Ева заключила, что он немного поиграл. Возможно, у него было бы больше, если бы в данный момент он не падал с высоты и не потел, как свинья на жаре.

Лицо Брустера было красным, как у омара, и с него капала вода, и, судя по ярости на нем, она ожидала, что скины надерут задницу. Леон задыхался, как собака, когда бежал через корт. Даже с расстояния она могла видеть, как его грудь вздымается и опускается.

"Они приготовлены", - сказала Ева. "Опускаюсь до дна, запыхался. Они не смогли бы убежать от одноногого малыша ".

"Подкрепление, четыре минуты". Когда Ева только кивнула, Пибоди поерзала на своем месте. "Ладно, давайте возьмем этих засранцев".

"С нетерпением жду этого".

Ева вышла из машины. Несколько сидельцев на заборе сделали их копами на другой стороне улицы. Некоторые усмехались, некоторые выглядели нервными, другие пытались изобразить отсутствующий взгляд, который, как она предполагала, означал попытку быть невидимым.

На корте Брустер украл мяч, пробив локтем в живот соперника. Короткая, жестокая война, которая разразилась, дала Еве и Пибоди время перейти улицу, проскользнуть через калитку в заборе.

Ева легонько пнула ногой щекотунью в пупке. "Убей это". Она похлопала по оружию под курткой, чтобы добавить стимула. Они вскарабкались и выбрались наружу, и избавились, подумала она, от любого потенциального вреда.

Она проигнорировала остальных, которые внезапно решили, что у них есть места получше, и бочком вышли за ворота. Она сосредоточилась на Брастере, но воспользовалась возможностью, чтобы наступить ботинком на грудь Слэттеру, где он лежал, хрипя и истекая кровью, на земле.

"Оставайся на месте. Вставай, попробуй убежать, я оглушу тебя достаточно, чтобы ты упал, достаточно, чтобы ты описался в штаны ". Чтобы подчеркнуть это, она вытащила свое оружие и наблюдала, как Пибоди пытается избежать ударов локтями и кулаками от бойцов, все еще лежащих на земле, и протягивает руку, чтобы схватить Брустера.

Джимми Кей сидел на земле, нянча разбитую губу. "Мы ничего не сделали. Маленький белый ублюдок там, внутри, ударил меня ".

"Да?" Он забыл, заключила она, все об Очи, о рынке. Жизни, которые он разбил на мелкие кусочки. "Сядь, останься", - сказала она ему.

Но Брустер не забыл. Она видела, как загорелись его глаза, когда Пибоди оттащила его от ребенка, которого он в данный момент избивал. Она увернулась от замаха, избежала удара, все это время пытаясь представиться офицером полиции.

Слэттер попытался выкатиться из-под ее ботинка. Ева просто усилила давление. "Я могу сломать пару ребер, " сказала она ему, - и сказать, что это произошло во время игры. Подумай об этом".

Вместо того, чтобы вытащить оружие, Пибоди блокировала удар. Кое-что из этого дошло до нее, скользнуло мимо ее плеча, и продолжение было связано, довольно прочно, по мнению Евы, с ее слухом.

Радужные очки скользнули, криво сдвинутые на ее лице.

Пибоди удалось нанести слабый удар, от которого Ева покачала головой.

Тяжело на ногах, отметила она, телеграфируя свои движения.

Когда Брустер выхватил из кармана глушитель, Ева подняла свое оружие, готовясь выстрелить. И Пибоди сказала: "О, к черту это!" и пнула его по яйцам.

Глушилка выпала из его руки, когда он упал, корчась от рвоты. Ева наградила Пибоди рефлекторными баллами за то, что сумела поймать это на лету.

"Вы полностью арестованы". Пибоди упала, перевернула Брустера и защелкнула ремни безопасности. "Хочешь немного этого?" - крикнула она, когда Джимми К. начал пятиться назад, как краб.

Он замер. "Не-а. Давай, чувак. Просто игра в бейсбол. Сделки нет".

"Ставлю свою задницу на то, что сделки не будет". Она поднялась, посмотрела, как Ева надевает наручники на Слэттера. "На лицо", - приказала она и закончила работу с Джимми К., когда их подкрепление закричало.

"Вызовите автобус", - приказала Пибоди первому офицеру, который добрался до них. "Паре этих парней нужна медицинская помощь. Узнай имена ", - добавила она. "Мы добавим к этому нападение на этих кровопийц. И достань фургон для этих троих ".

"Да, сэр".

Пибоди взглянула на Еву, усмехнулась. Она одними губами произнесла: "Он назвал меня "сэр"." Затем прочистила горло. "Лейтенант, вы проинформируете этих придурков об обвинениях и зачитаете им их права?"

"Абсолютно. Брустер Лоу, Леон Слэттер, Джимми К. Роган, вы арестованы за убийство -"

"Мы не совершали никакого убийства!" Джимми Кей почти закричал, когда двое полицейских подняли его. "Ты взял не тех парней, чувак. Мы играем в бейсбол".

"Дополнительные обвинения включают покушение на убийство, нападение, уничтожение имущества, кражу, а в случае Брустера сопротивление аресту и нападение на сотрудника полиции. Возможно, мы сможем обвинить это дело, просто ради забавы, в покушении на убийство офицера полиции ".

Когда это было сделано, и трое мужчин были погружены в фургон, Пибоди провела руками по лицу. "Это была хорошая, отменная работа. Но ой!"Она похлопала рукой по уху.

"Ты тяжело стоишь на ногах".

"Эй, без жирных комментариев, пока я главный".

"Не твой вес, Пибоди - за исключением того, что ты слишком много держишь на ногах. И ты колеблешься. Хорошие рефлексы, но твои движения медленны. Тебе нужно отточить навыки рукопашного боя".

"Поскольку у меня все еще звенит в ушах, я не могу спорить. Я буду работать над этим ".

"Но ты уложил его, так что да, это хорошая работа". Ева резко обернулась на пронзительный вой автомобильной сигнализации.

Она наблюдала, как обнадеженный бустер приземлился на задницу посреди улицы, когда сработал предупредительный заряд. Его поппер для блокировки скатился в канаву.

"Это работает. Приятно знать".

Она отошла назад, позволив бустеру захромать прочь, считая это усвоенным ценным уроком.

"Я хочу пить. Я хочу шипучку ". Пибоди скользнула взглядом по Еве. "Я останавливаюсь по дороге в Централ, чтобы выпить чего-нибудь шипучего. Я все равно хочу дать им немного времени попотеть. Я сказал полицейским держать их порознь и зарезервировать комнаты для допросов. Джимми Кей - слабое звено, верно? Я думал, мы возьмем его первым ".

"Работает на меня".

"Я хочу быть плохим полицейским".

Ева повернулась, чтобы посмотреть на своего партнера - полицейского с радугами в глазах. "Я беспокоюсь о тебе, Пибоди".

"Я никогда не стану плохим полицейским. Я хочу быть &# 252; настоящей сукой, а ты будь сочувствующей. Он рыдал, когда его грузили. Мне даже не обязательно быть настолько плохим. Кроме того, - пробормотала она, " я главная."

"Прекрасно". Ева откинулась назад. "Ты платишь за выпивку".

Джимми Кей все еще рыдал, когда они пришли на собеседование. Пибоди нахмурилась на него. "Пибоди, детектив Делия, и Даллас, лейтенант Ева, в интервью с Роганом, Джимми К., по делу об убийстве Очи, Чарли, и связанных с этим обвинениях".

"Я никого не убивал!" Это вопил Джимми К.

"О, заткнись нахуй". Пибоди швырнула папку на стол, достала фотографию мертвеца, положила ее сверху. "Видишь это, Роган? Это то, что ты и твои друзья сделали ".

"Не сделал. Не сделал."

"И это". Она разложила фотографии миссис Очи, крупные планы ее кровоточащей головы, подбитый глаз, распухшая челюсть. "Полагаю, тебе нравится избивать бабушек, придурок".

"Я этого не делал".

Пибоди начала вскакивать со стула.

"Держись, держись". Играя свою роль, Ева положила руку на плечо своего партнера. "Дай ему шанс, хорошо? Он выглядит довольно шатким. Я принес тебе холодный напиток, Джимми К. Хочешь тюбик кока-колы?"

"Да, чувак, да". Он взял бокал у нее, проглотил его залпом. "Я никого не убивал, ни за что".

"У нас есть свидетели, ты, придурок".

"Не-а". Джимми К. покачал головой, глядя на Пибоди. "Когда мы вошли, там никого не было, и Скид нажал на кулачок. Так что ты этого не сделаешь ".

Боже, подумала Ева, какая идиотка. "Ты был сегодня на рынке Очи?" - спросила она его. "С Брустером Лоу-Скидом и Леоном Слэттером-Слэшем?"

"Хорошо, да. Мы хотели немного перекусить, понимаете? Итак, мы идем туда, чтобы получить немного ".

"Ты всегда нажимаешь на кулачок, когда идешь перекусить?" Потребовала Пибоди.

"Мы просто играем, понимаешь?"

"Играешь?" Пибоди взревела и сунула фотографию Очи в лицо Джимми К. "Это что, игра вокруг да около?"

"Нет, парень, нет, сэр. Я никогда этого не делал ".

"Расслабься, Джимми К.", - сказала ему Ева и убедилась, что он видел, как она бросила на Пибоди неодобрительный взгляд. "Ты знаешь, что глушилки запрещены, даже самодельные".

"Да". Он выдохнул это. "Но видишь ли, я просто экспериментировал, типа. Иногда я подхватываю какую-нибудь зацепку, работая в интернет-магазине, и ты ничему не учишься. Образовательное дерьмо. Я сказал чувакам, что могу сделать глушилку из того дерьма, что у нас есть, а они все: "Херня, ты можешь, ублюдок", вот так. Так я показал им. Я работал над этим, наверное, несколько часов, чувак. У нас начинается кайф. Ты знаешь, каково это, когда тебя вешают ".

"Да". Ева кивнула. "Конечно".

"Мы попробовали это, и это здорово трахнуло Слэша. Это какая-то забавная хрень, чувак. Мы со Скидом надорвали кишки. Слэш был немного взбешен, и поэтому он начал вырывать его у меня, а я пытался удержать его, и я, типа, нажал на контроль. Его ударило пулей. Господи, видели бы вы, как он прыгнул. Мы смеялись до земли . Мы просто дурачились, несколько раз ударили друг друга, сделали еще несколько взлетов. И вы знаете, мы проголодались и решили, черт возьми, сходить в "Очи", перекусить, поиграть с зипзапом. Так мы это назвали. Зипзап. Я сделал это сам ".

Он сказал это с немалой гордостью, и Ева могла видеть, что Пибоди стало жаль его.

"Это настоящий талант, Джимми К.", - сказала Ева и пнула Пибоди под столом.

"Ты мудак". Лицо Пибоди посуровело. "Вы отправились на рынок Очи, чтобы обокрасть их, разгромить их заведение, арестовать их с незаконным устройством, которое глушило систему безопасности и излучало электронный заряд? Носишь наркотики?"

"Хорошо, слушай, хорошо, просто слушай". Он похлопал ладонями по воздуху. "Мы жужжали, закусывали. У Очи вкусная еда, и этот старик, он всегда прогоняет нас, однажды даже отправил копов в заведение старой леди Скид только потому, что мы перевернули несколько вещей. Мы просто хотели перекусить и показать им, чтобы они не продолжали издеваться над нами. Просто напугай их, понял меня?"

"Значит, это было просто ограбление", - сказала Ева, подбирая ритм. "Вы трое взяли свои зипцапы, соски, и вошли, намереваясь украсть, запугать, может быть, если они причинили вам огорчение, немного помучить их, сломать несколько вещей".

"Да, это оно. Мы были в восторге, чувак. Мы действительно здорово повеселились. У Скида был зипзап. Настала его очередь, и эй, старик натравил на него копов и все такое. Тоже неплохо приложился к камере. Старая леди, она получила все, ты знаешь, так что Слэш немного подрезал ее ".

"Леон Слэттер - Слэш - ударил ее дубинкой", - подбодрила Ева, "потому что она кричала на тебя, чтобы ты остановился".

"Вот и все. Она кричала и командовала, поэтому Слэш слегка ударил ее, чтобы она заткнулась. Я, у меня есть немного конфет, чипсов и прочего дерьма, а старик выходит наполовину сумасшедшим. Он, типа, напал на меня, так что я просто защищался и ударил его. И он преследует Скида, и он кричит, как безумное дерьмо, так что Скид, он дал ему затрещину. Мы шумели и все такое, поэтому разгромили это место, а потом ушли. Видишь? Мы никого не убивали".

Пибоди вытащила документ из папки. "Это отчет о вскрытии Очи. Ты знаешь, что такое вскрытие, придурок?"

Он облизнул губы. "Это похоже на то, когда они режут мертвых людей. Отстой, чувак ".

"И когда они разрезали этого мертвеца, оказалось, что он умер от остановки сердца. Его сердце остановилось".

"Видишь, как я уже сказал, мы его не убивали".

"Это прекратилось из-за удара электрическим током, который также оставил электрические ожоги на его груди. Твой гребаный зипзап - орудие убийства ".

Глаза Джимми К. выпучились. "Нет. Черт, нет."

"Черт, да".

"Это был несчастный случай, чувак. Несчастный случай, верно?" сказал он, умоляя, Еву.

Она устала от хорошего полицейского. "Вы пришли на рынок Очи, намереваясь ограбить, уничтожить имущество, запугать и причинить физический вред Очи и всем, кто еще мог присутствовать. Вы пришли с незаконным устройством, которое, как вы знали, причиняло физический вред, и утяжеленными сумками, сделанными из сапа. Вы действительно ограбили, уничтожили имущество и причинили физический вред по вашему собственному признанию. Вот что происходит, когда смерть наступает в результате преступления или в ходе совершения преступления. Это доводит дело до убийства".

"Не может быть".

"О," заверила его Ева, "так и будет".

Двое

ЕВА ПОЗВОЛИЛА ПИБОДИ ЗАДАВАТЬ ТЕМП. ЭТО ЗАНЯЛО НЕМНОГО больше времени, чем могло бы, но она не могла сказать, что интервью не были тщательными. В конце долгого процесса три опасных идиота оказались в клетках, где, она не сомневалась, они проведут многие десятилетия своих идиотских жизней.

В своем кабинете она указала на свой автоповар. "У меня нет кофе", - сказала она, как будто слегка озадаченная. "Когда ты исправишь эту ситуацию, ты сможешь получить ее для себя".

Пибоди запрограммировала две чашки, одну отдала.

"Хорошая работа", - сказала ей Ева, постукивая по кружкам.

"Это был в значительной степени верняк".

"Если это и было, то это потому, что ты захлопнул его. Вы получили детали и информацию от остроумца, объединили это с информацией, которую я получил от жены жертвы, с тем, что мы наблюдали и собрали с места происшествия ".

Ева села, закинув ноги в ботинках на стол. "С этого момента вы последовали инстинкту и определили местонахождение подозреваемых, хотя могли бы оставить эту часть дела офицерам, уже находящимся в поиске".

Пибоди опустилась на тонкий стул для посетителей. "Ты бы надрал мне задницу, если бы я это сделал. Наше дело, наша жертва, наши подозреваемые."

"Ты не ошибаешься. Вы, на мой взгляд, правильно определили слабую сестру и сыграли с ним первой, сыграли хорошо, запугав его, чтобы он выболтал признание и рассказал конкретные детали. Кто что сделал, когда, как. У тебя было намерение, и это было ключевым. Вы поняли, что нужно усилить давление на Слэттера, потому что он жестче Рогана ".

"Картофельное пюре покруче Рогана, но не останавливайся сейчас. Пожалуйста, продолжайте говорить мне, что я маг-следователь ".

"Ты не облажалась", - сказала Ева и заставила Пибоди улыбнуться за своим обычным кофе. "Ты поджарил Слэттера, потому что он был достаточно зол на Рогана Роллинга - и знал, что Роган был, потому что ты выложил детали, - чтобы попытаться сильнее надавить на его приятелей. Он решил, что, поскольку Роган изготовил орудие убийства, а Лоу пришла в голову блестящая идея сходить на рынок, Лоу использовал это на Очи, он будет чем-то вроде невинного свидетеля. Ты позволяешь ему так думать."

"Да. Ты привел его туда с услужливым добрым полицейским. Маг-следователь должен использовать командную работу."

"У тебя есть еще несколько минут, чтобы доить его", - решила Ева.

"Ура. Мы работали с Лоу, как с ломовой лошадью ".

"Если ты так говоришь. Было умно пойти с издевкой, это уже в кармане, мудак, угол. Сарказм и уродливое развлечение вместо угроз и запугивания. У него почти половина мозга, и, возможно, он стал бы адвокатом, если бы ты поддал жару. Холод подействовал на него".

"Я думаю, на каком-то уровне он знал, что Очи мертв, когда выбегал из магазина, и на каком-то уровне он прижал это устройство к сердцу старика, потому что знал, что это нанесет серьезный ущерб ".

Не только инстинкт, не только командная работа, подумала Ева, но и проницательность были важным инструментом маг-исследователя.

И практичность тоже.

"Я не спорю, но мы никогда не собирались привлекать их к делу об убийстве номер один. Ты получила то, что мы могли получить, и, добавляя нападение на полицейских - покушение на тебя Лоу, они пришиты, Пибоди. Они пробудут в клетке дольше, чем были живы. Миссис Очи не вернет своего мужа, но когда вы свяжетесь с ней, она будет знать, что люди, ответственные за это, уже начинают расплачиваться ".

"Я думаю, ты должен сказать ей. Ты говорил с ней - она знает тебя - и, вероятно, это значило бы больше, если бы ты сказал ей, что они у нас ".

"Хорошо".

"Я свяжусь с уитом". Пибоди выдохнула. "Мне нравилось быть плохим полицейским - на самом деле, очень. Но ... у меня от этого немного разболелась голова ".

"Потому что это неестественно для тебя. Ваша естественная техника - изощряться, устанавливать связь и использовать это, чтобы заставить подозреваемого установить связь с вами. Это хорошая черта, Пибоди. Ты можешь выставить свою шикарную задницу напоказ, когда тебе нужно, но ты лучше справляешься со смазкой. Теперь запишите это ".

"Я первичен. Разве я не должен сказать тебе, чтобы ты написал об этом?"

"Я выше тебя по званию - и время дойки прошло. Я соберу свои заметки воедино, отправлю их тебе. Обратитесь к своему уиту, напишите отчет, затем отправляйтесь домой ".

Пибоди кивнула, поднялась с паршивого стула для посетителей Евы. "Это был хороший день. Не для Очи, - сказала она, слегка поморщившись, " но ... ты знаешь. Я чувствую себя накачанным. Может быть, когда я вернусь домой, я поиграю в плохого полицейского с Макнабом ".

Ева прижала пальцы к уголку глаза, когда тот дернулся. "Как ты думаешь, почему я хочу знать о твоих извращенных сексуальных играх с Макнабом?"

"На самом деле, я думал о том, чтобы практиковать методы расследования, но теперь, когда вы упомянули об этом -"

"Вон".

"Выход. Спасибо, Даллас".

Оставшись одна, Ева посидела еще минуту со своим кофе, задрав ноги. Она делала свои заметки, и она бы написала сильную оценку работы Пибоди по делу для своего досье.

Затем она отправлялась домой, что действительно делало этот день хорошим.

Она взглянула на свое наручное устройство, тихо выругалась. Она уже серьезно опаздывала. Согласно правилам брака, ей нужно было связаться с Рорком, сообщить ему свое расчетное время прибытия.

Даже когда она повернулась к своей настольной связи, он подал сигнал.

"Отдел убийств. Даллас."

"Лейтенант". На экране появилась миссис Очи. "Извините, что прерываю ваш вечер, но я хотел бы знать, есть ли у вас ... если у тебя есть для меня какие-нибудь новости."

"Все в порядке, миссис Очи. Я как раз собирался связаться с тобой. У нас есть все трое из них. У нас есть признания. Сейчас они у нас за решеткой, и прокурор уверен, что добьется обвинительного приговора, который продержит их там очень долго ".

"Ты поймал их".

"Да, мэм".

Эти свирепые зеленые глаза наполнились слезами, прежде чем миссис Очи закрыла лицо руками. "Спасибо тебе". Она начала рыдать, раскачиваться. "Спасибо тебе".

Ева позволила ей поплакать, и когда сын и дочь этой женщины появились на экране, обняв ее по бокам, Ева ответила на их вопросы.

К тому времени, когда она закончила, ее разум был сосредоточен на завершении работы, а не на правилах брака. Когда она закончила, она вышла, через КПЗ, где сгорбилась Пибоди, сосредоточенная на работе.

"Увидимся завтра".

"Да, ча", - пробормотала Пибоди.

Макнабу придется какое-то время самому поиграть в плохого полицейского, подумала Ева, отправляясь в путь, а затем, моля Бога, чтобы эта мысль не пришла ей в голову. Вслед за этим она вспомнила, что не позвонила домой.

"Черт". Она потянулась за карманным линком.

"Лейтенант!" детектив Кармайкл поспешил за ней. "Сантьяго и я работаем над утопленником. Я хотел обсудить с тобой пару вопросов ".

"Иди и разговаривай, я ухожу".

Она слушала, задавала вопросы, обдумывала, спускаясь по рельсам, а не на лифте, чтобы дать своему детективу больше времени. Они остановились на одном уровне, и Кармайкл потянула ее за ухо.

"Мы готовы к сверхурочной работе, чтобы продолжить это сегодня вечером?"

"Я проясню это. Настаивай ".

"Спасибо, лейтенант".

"Как у тебя дела с новым парнем?"

"С Сантьяго все в порядке. У меня хороший нюх. Мы набираем ритм ".

"Приятно знать. Удачной охоты, Кармайкл."

Остаток пути до гаража Ева проделала на лифте, думая о поплавке Кармайкла, the angles, разрешающем ОТ.

Она какое-то время ползла в пробке, играла в маленькую игру, чтобы перехитрить других водителей, пару раз меняя маршруты. К тому времени, когда она снова вспомнила о правилах брака, она была почти дома.

Сейчас нет смысла, решила она. Она бы просто... загладила вину перед Рорком. Он бы работал, пока ждал ее, подумала она, так что теперь они могли бы приятно поужинать вместе. Она даже запрограммировала бы это сама - одна из тех суетных, причудливых сделок, которые ему нравились - открыть бутылку вина.

Расслабься, зависни. Может быть, она предложила бы им посмотреть одно из тех старых видео, которые ему нравились. Очень женатый вечер дома, подумала она, за которым последует очень женатый секс.

Никаких убийств, никакого увечья, никакой работы, никакого давления. Только они двое. Черт возьми, она могла бы даже выкопать один из этих сексуальных нарядов для соблазнения партнера, просто в довершение всего.

Она могла бы запрограммировать какую-нибудь музыку-включи полноценный роман.

Довольная планом, она пронеслась через ворота дома. Ее настроение поднялось еще на одну или две ступени, когда она смотрела, как во множестве окон великолепного каменного дома загорается свет. Они могли бы поесть снаружи, решила она, на одной из террас. Она смотрела вверх, пока вела машину, рассматривая башни. Может быть, терраса на крыше с маленьким бассейном и потрясающим видом на город.

Чертовски идеально.

Она оставила свой автомобиль у входа и, сказав себе, что у нее слишком хорошее настроение, чтобы беспокоиться о Соммерсете, притаившемся в фойе и готовом насмехаться над ней за опоздание, она побежала внутрь.

Фойе было пусто, и она на мгновение замедлила шаг.

Никакого Соммерсета?

"Не сомневайся в своей удаче", - сказала она себе и продолжила свой бег трусцой наверх.

Сначала она заскочила в кабинет Рорка, удивленная, что не застала его там, проворачивающего какую-то сделку, вычисляющего какое-то сложное уравнение.

Нахмурившись, она повернулась к домашнему монитору. "Где Рорк?" - требовательно спросила она.

Дорогая Ева, Рорк на террасе, главный уровень, задняя часть, секция два.

"У нас есть разделы? Которое-"

Местоположение выделено .

"Хорошо". Она поджала губы, изучая карту дома и мигающий огонек. "Понял".

Она направилась вниз. Что он там делал? она задумалась. Может быть, выпить с Соммерсетом - что ответило бы на другой вопрос. Разговоры о старых временах, невыполненных заданиях, украденной добыче, совершенных кражах со взломом.

Такого рода вещью это не было ... вежливо предаваться воспоминаниям в присутствии полицейского.

Время покончить с ностальгией и-

Она резко остановилась, когда вышла. Рорк действительно был с Соммерсетом, но они не пили - или не только - и они были не одни.

Два человека, которых она никогда в жизни не видела, сидели с ними за столом, накрытым белой драпировкой, с красиво мерцающими свечами на фоне позднего летнего вечера, очевидно, наслаждаясь очень изысканным ужином.

Среди незнакомцев, пары, которую она оценила в возрасте шестидесяти пяти лет, была женщина с волосами цвета золотой монеты, образующими короткую прямую рамку для лица с большими круглыми глазами, и мужчина с аккуратной козлиной бородкой, которая подчеркивала его угловатое, несколько ученое лицо.

Все оглушительно смеялись.

Она почувствовала, как напряглись ее плечи, даже когда Рорк поднял свой бокал. Он выглядел расслабленным, счастливым, эти четко очерченные губы изогнулись, когда он слушал что-то, что совершенно незнакомая женщина говорила группе в целом с акцентом тони брит.

Его пышные волосы цвета полуночи блестели в свете свечей почти до плеч пиджака. Она услышала его ответ - богатство и теплота Ирландии, как струйки дыма в его голосе.

Затем его глаза, злобно-голубые, встретились с ее.

"А, а вот и Ева". Он отодвинул свой стул, встал, длинный и долговязый, и протянул ей руку. "Дорогая, иди познакомься с Джудит и Оливером".

Она не хотела встречаться с Джудит и Оливером. Она не хотела разговаривать с незнакомцами с акцентом Тони брит, или чтобы все внимание было приковано к тому, что она поздно возвращается домой, вероятно, потная и с асфальтовой грязью на коленях брюк после ссоры с тремя придурками.

Но она вряд ли могла просто стоять там.

"Привет. Извините, что прерываю."

Прежде чем она успела подумать о том, чтобы сунуть его в карман, Рорк схватил ее за руку и подтянул еще на одну ногу к столу. "Джудит и Оливер Уотерстоун, моя жена, Ева Даллас".

"Мы так надеялись встретиться с тобой". Джудит послала ей улыбку, солнечную и яркую, как ее волосы. "Мы так много слышали о вас".

"Джудит и Оливер - старые друзья Соммерсета. Они пробудут в Нью-Йорке пару дней, прежде чем отправятся обратно в Англию ".

"Вы работаете над делами об убийствах здесь, в Нью-Йорке", - начал Оливер. "Это, должно быть, увлекательная и трудная работа".

"Это может быть и то, и другое".

"Я достану другую обстановку". Соммерсет начал подниматься, но Ева покачала головой.

"Нет, не беспокойся об этом. Мне нужно разобраться с несколькими вещами ". Они, насколько она могла судить, почти закончили с ужином, так какой смысл было втискивать ее на вечеринку? "Я просто хотел сообщить вам, что я вернулся. Итак ... было приятно познакомиться с вами. Приятного ужина".

Ей удалось отступить внутрь, прежде чем Рорк догнал ее. "Ева". Он снова схватил ее за руку и на этот раз притянул к себе для приветственного поцелуя. "Если ты подхватил что-то горячее, я могу извиниться и подняться".

"Нет". Тот факт, что он сделал бы это, заставил ее чувствовать себя ничтожнее и капризнее. "Ничего особенного. Просто-"

"Что ж, тогда выходи и отведай чего-нибудь поесть, немного вина. Тебе понравятся эти люди".

Она не хотела нравиться этим людям. В ее жизни уже было больше людей, чем она могла поддерживать.

"Послушай, это был долгий день, и вдобавок ко всему я грязный и потный. Я сказал, что мне нужно разобраться с некоторыми вещами, так что возвращайся на свой маленький званый ужин и позволь мне разобраться с ними ".

Она зашагала прочь, раздражение вибрировало от каждого шага. Рорк наблюдал за ней. "Ну что ж", - пробормотал он и вернулся к своим гостям.

В Центральном управлении Пибоди закончила и подала свой отчет, заполнила список убийств - и слегка похлопала по нему.

Дело закрыто, подумала она. Она уже позвонила Макнабу, сказала ему, что опоздает, поэтому потратила несколько минут, чтобы организовать свое рабочее место так, как ей нравилось, когда у нее было время.

Приводя в порядок свое пространство, она прокручивала в голове этапы расследования, вполне удовлетворенная и немного самодовольная. Пока она не вспомнила удары, нанесенные Лоу, и критику Евы в ее рукопашной.

"Она тоже права", - признала Пибоди, нежно потирая больное ухо. "Определенно нужно отточиться в этой области". Она подумывала сменить плохого полицейского с Макнабом на рукопашную.

Но в итоге они просто становились горячими, потными и занимались сексом. Что было бы хорошо - действительно хорошо - но не в том случае, если бы она всерьез собиралась обостриться.

Она проводила час в тренировочной зоне, прямо там, в Центре. Установите программу, которая выявила бы ее слабые места, помогла бы ей улучшить их. Тогда она могла бы принять душ, переодеться и быть такой свежей и сияющей, когда вернется домой.

За действительно хороший секс.

Она направилась к своему шкафчику и, запихнув сменную одежду и тренировочное снаряжение в сумку, сделала пометку напомнить себе, что нужно принести новую мелочь взамен того, что она взяла.

Новый курс, сказала она себе. Час в спортзале каждый день - хорошо, этого бы никогда не случилось. Три раза в неделю.

Она могла заниматься этим три раза в неделю. И держать это при себе, или при себе и Макнабе. Затем, возможно, через месяц, ослепи Даллас своими легкими ногами и молниеносными рефлексами.

Она пошла в спортзал, который обслуживал ее сектор Централ, но, уже переступив порог, заметила полдюжины копов - опытных копов, которые качались, бегали, спарринговали.

Она подумала о своем тренировочном снаряжении, мешковатых шортах, уродливом спортивном лифчике, который она купила, потому что он был дешевым. Она подумала о размере своей задницы. И снова отступил.

Она просто не могла пойти туда, особенно не с копами, которых она знала, и раздеться таким образом, пыхтя и потея со всеми этими подтянутыми, накачанными, легконогими телами.

И выглядеть толстым и глупым.

Вот почему, напомнила она себе, она никогда не посещала сверкающий тренажерный зал в Central и не записывалась в фитнес-клуб. Вот почему у нее была слишком большая задница, решила она, и почему, следуя законам гравитации, она переносила слишком большой вес на ноги.

Она приказала себе смириться с этим, начала смахивать свою карточку и заходить, затем вспомнила о старом, далеко не блестящем спортзале двумя уровнями ниже.

Никто этим не воспользовался, подумала она, торопливо уходя. Или почти никто. Потому что оборудование было старым, шкафчики убогими, а в душе едва текла струйка.

Но это вполне устроило бы ее и ее новый курс.

Она обнаружила, что панель безопасности деактивирована, и вошла в пустую комнату. Свет вспыхнул, когда она вошла, потускнел, снова вспыхнул, затем погас. Ходили слухи о реабилитации этого района, но она вроде как надеялась, что они оставят все как есть. Это может быть убого, но это могло бы послужить ее личным тренажерным залом.

По крайней мере, до тех пор, пока ее не разорвали, она была легка на подъем и ей подрезали задницу.

Она заглянула в раздевалку, прислушалась. Улыбнулся. Да, ее личный тренажерный зал, подумала она и, выбрав шкафчик наугад, переоделась в свою уродливую - и скоро подлежащую замене - экипировку. Она умудрилась запихнуть все остальное в шкафчик размером с хлебницу и, чувствуя себя праведницей, вышла, чтобы установить свою программу.

Это был первый день в жизни новой худощавой и подлой Пибоди.

Час спустя она лежала на грязном полу, хрипя, как умирающая. Ее квадрицепсы и подколенные сухожилия горели, ягодичные мышцы ныли, а руки не могли перестать звать маму.

"Никогда больше так не поступлю", - объявила она. "Да, это ты", - поправила она. "Не могу. Умирающий. Может. Воля. Помогите мне, я думаю, что я сломал свою задницу. Слабак, киска. Заткнись".

Она захрипела еще немного, затем перевернулась, поднялась на четвереньки.

"Следовало начинать медленнее, на более низком уровне. Я знал это. Самоуверенная сука". Она стиснула зубы, решив не ползти в раздевалку и душевые.

Но она действительно хромала.

Она сняла, стянула и боролась с липким спортивным бюстгальтером со своего липкого тела, бросила его на пол. Затем закатила глаза, потому что голос ее матери отчетливо прозвучал у нее в ухе - Уважай то, что тебе принадлежит, Ди, - она наклонилась и снова подняла это. Она засунула пропотевший лифчик, шорты, туфли во второй шкафчик, схватила одно из тонких полотенец размером с салфетку, потому что боялась, что ее убьет током, если она рискнет воспользоваться древней сушильной трубкой, - и вошла в одну из узких душевых кабинок.

Она вышла снова, когда обнаружила, что дозатор мыла пуст, и продвигалась по очереди, пока не нашла тот, в котором оставалось примерно пол чайной ложки зеленой слизи.

Возможно, вода была холодной, и больше походила на капельницу из протекающего крана, чем на настоящую струю, но она не собиралась жаловаться. Вместо этого она поворачивалась направо, налево, назад, вперед, пока ей не удалось смыть большую часть пота.

К тому времени, как она намылилась и ополоснулась, она снова почувствовала себя ближе к человеку и начала подумывать о том, чтобы потратить деньги и купить немного мороженого по дороге домой. Не настоящая сделка - такого рода вещи были не в ее моде. Но недалеко от квартиры было заведение, где подавали немолочный замороженный десерт, который был чертовски вкусным.

И она заслужила это, подумала она, закрывая краны. Блин, она это заслужила. Она схватила полотенце, вытерла им волосы.

Она похлопала себя по лицу, плечам и начала выходить, где у нее было немного места, чтобы обсохнуть, когда услышала повышенные голоса. И дверь раздевалки захлопнулась.

"Не говори мне, блядь, что ты не облажалась, Гарнет, когда ты, черт возьми, это сделала!" Женский голос, горячий и взбешенный, отразился от старых плиток.

Пибоди открыла рот, чтобы предупредить, кто бы там ни был, что у них компания, когда услышала ответ и мужской голос - такой же горячий и взбешенный.

"Не вини меня, когда позволишь этому выйти из-под контроля".

Пибоди посмотрела вниз на свое обнаженное тело, под предлогом полотенца, и просто протиснулась в дальний угол душа.

"Я позволил этому выйти из-под контроля? Ну, может быть, я сделал это, доверив тебе справиться с этим, разобраться с Кинером. Вместо этого он сорвался с твоего поводка и стоил нам десяти К."

"Ты та, кто сказала, что с ним не будет проблем, Рене, кто подтолкнул его к доставке продукта, когда ты знала, что он умеет готовить кролика".

"И я сказал тебе поработать с ним. Я должен был сделать это сам ".

"Не спорю".

"Черт возьми".

Кто-то - вероятно, женщина - ударил кулаком в дверь душевой. Пибоди услышала, как он ударился о боковую стенку. И просто перестал дышать.

"Я руководил этой операцией шесть лет. Тебе лучше помнить об этом, Гарнет, тебе лучше помнить, что может случиться, если ты надавишь на меня."

"Не угрожай мне".

"Я предупреждаю тебя. Я главный, и со мной во главе вы вдоволь награбили за последние несколько лет. Подумай о своем милом доме на островах, обо всех игрушках, с которыми тебе нравится играть, о женщинах, которых тебе нравится покупать, и помни, что ты не получил бы ничего из этого на зарплату полицейского. У вас не было бы ни одного из них, если бы я не руководил этим шоу ".

"Я не забываю, и не забывай, что тебе достается больший кусок от каждого пирога".

"Я заслужил это. Я привел тебя сюда, и я сделал тебя богатым человеком. Хочешь остаться, подумай дважды, прежде чем тащить меня в какую-нибудь заплесневелую раздевалку, чтобы показывать пальцем ".

"Сюда никто не заходит". Другая дверь душа, теперь ближе, с грохотом распахнулась, и Пибоди почувствовала, как у нее на лбу выступил свежий пот.

Обнаженный, оружие в шкафчике. Никакой защиты, кроме ее кулаков. И она прижала их к себе.

Если Макнаб пометил ее, если ее "линк подал сигнал, она облажалась. Если бы кто-нибудь из людей, находящихся всего в нескольких дюймах за дверью, в гневе распахнул ее, почувствовал ее, услышал ее, унюхал ее, она была бы в ловушке, прижатая спиной к стене. Спасения нет.

Плохие копы. Серьезно плохие копы. Рене, Гарнет. Не забывай, не забывай. Острее. Запомни все детали, на случай, если ты переживешь это.Она подняла глаза и с ужасом увидела, как из насадки для душа размером с кулак стекают капли воды.

Горло захлопнулось, она протянула руку ладонью вверх и поймала крошечную каплю. Интересно, был ли звук, с которым он соприкоснулся с ее ладонью, на самом деле таким же громким, как удар молотка.

Но они продолжали спорить, пока женщина - Рене, Рене - не вздохнула. "Это ни к чему нас не приведет. Мы команда, Гарнет, но у команды есть лидер. Это я. Может быть, это проблема для тебя, может быть, это потому, что мы привыкли спать вместе ".

"Ты тот, кто отменил это".

"Потому что теперь это бизнес. Мы продолжаем заниматься этим бизнесом, мы продолжаем богатеть. И когда я стану капитаном, что ж, мы собираемся расширяться. Между тем, нет смысла спорить о Кинере. Я позаботился об этом ".

"Черт возьми, Оберман. Какого хрена ты сразу не сказал?"

Оберман, подумала Пибоди. Рене Оберман . Имеет звание, приближающееся к капитану.

"Потому что ты раздражал меня. Я поручил это нашему мальчику, и дело сделано ".

"Ты уверен?"

"Ты знаешь, насколько он хорош, и я сказал, что дело сделано. Когда его найдут, это будет выглядеть как передозировка. Просто еще один химик, который накачал слишком много мусора. Никому не будет дела до того, чтобы копаться в этом. Тебе просто повезло, что Кинер не ушел далеко, и у него все еще были десять К. "

"Ты, блядь, издеваешься надо мной".

Смех был ярким и острым, как сталь. "Я не шучу насчет денег. Я беру десять процентов твоей доли в качестве бонуса для нашего мальчика ".

"Какого черта ты-"

"Будь благодарен, что хоть что-то из этого получаешь". Слова хлестали сильно и предупреждали о худшем. "Кинер был ценным инструментом, когда работал правильно. Теперь мы должны заменить его. Тем временем... "

Пибоди услышала легкое похлопывание по двери кабинки, увидела, как она приоткрылась. Пот на ее коже превратился в лед, и она снова сжала кулаки.

Сквозь щель она увидела часть руки, блеск красных туфель на высоких каблуках и вспышку светлых волос.

"Больше никаких собраний в раздевалке", - сказала Рене, теперь уже холодным, четким тоном. Командующий. "Не теряй голову, Гарнет, и ты будешь продолжать наслаждаться этим островным бризом. Итак, у меня горячее свидание, а из-за тебя я опоздал. Проводи меня, как хороший мальчик ".

"Ты - произведение искусства, Рене".

"Я есть. Я - одно прекрасное творение." Ее смех затих, отозвался эхом, затих.

И Пибоди закрыла глаза, осталась там, где была, заставила себя медленно сосчитать до ста. В своем воображении она реконструировала раздевалку, прикинула расстояние до шкафчика, где она хранила свое оружие.

Она приоткрыла дверь, осмотрелась, задержала дыхание и бросилась к шкафчику. Она не переводила дыхание, пока оружие не оказалось в ее руке.

Все еще обнаженная, она подошла к двери, ведущей в спортзал, приоткрыла ее на дюйм.

Темно, отметила она. Свет выключался, когда комната пустела больше минуты. Она все еще искала, заставляла себя быть уверенной, прежде чем отступить.

Она держала оружие в руке, когда вытаскивала свой "линк.

"Эй, Она-Тело!" Макнаб ухмыльнулся ей, затем бросил на нее хитрый взгляд зеленых глаз. "Эй, ты голый и такой, такой отлично сложенный".

"Заткнись". Началась дрожь; она не могла ее сдержать. "Мне нужно, чтобы ты приехал, встретимся в Центральном. Снаружи южного входа. Приезжай на такси, Макнаб, и оставь это себе. Сделай это быстро ".

Он не ухмылялся, не плотоядничал. Его взгляд переместился с любовника на полицейского. "Что случилось?"

"Тогда скажу тебе. Я должен выбираться отсюда. Сделай это быстро ".

"Детка, я практически на месте".

Три

РОРК ДАЛ ЕВЕ ВРЕМЯ НАСТОЯТЬСЯ, ПОСКОЛЬКУ было очевидно, что именно к этому она была настроена. Он наслаждался остатком ужина, компанией, разговором.

Ему очень нравилось слушать истории о прошлом Соммерсета, узнавать о них со всех сторон и в деталях от старых друзей человека, который стал ему отцом. И ему было приятно наблюдать, как Соммерсет общается с ними, смеется вместе с ними. Помни вместе с ними.

Сколько бы они ни знали друг друга, сколько бы у них ни было общего с тех пор, как Соммерсет приютил избитого, полуголодного мальчика, Рорку еще многому предстояло научиться.

Он позволил себе кофе с бренди, немного десерта, прежде чем пожелать спокойной ночи.

Домоуправ сказал ему, что он найдет ее в спальне.

Она переоделась в хлопковые брюки и майку, которые предпочитала во время простоя. Он почувствовал запах ее душа, когда наклонился, чтобы поцеловать ее в макушку. Она сидела, размышляя над куском пиццы.

"Ты пропустила прекрасный ужин", - сказал он ей и снял пиджак. "И поистине восхитительная компания".

"У меня были вещи".

"Ммм-хм". Он ослабил галстук, снял его. "Так ты сказал в своем тридцать втором появлении".

"Послушай, это был долгий день, и я не ожидал, что вернусь домой на званый ужин. Никто не сказал мне об этом ".

"Это было под влиянием момента. Прости, " продолжил он с жестокой любезностью, - я должен посоветоваться с тобой, прежде чем присоединюсь к Соммерсету и паре его старых друзей за ужином?"

"Я этого не говорила". Она недовольно откусила кусок пиццы. "Я сказал, что не знал об этом".

"Что ж, тогда, возможно, если бы ты связался со мной, дал мне знать, что очень поздно вернешься домой, я бы тебя проинформировал".

"Я был занят. Мы раскрыли дело".

"Потрясающая новость".

"Из-за чего ты такой злой?" - требовательно спросила она. "Я тот, кто пришел домой и обнаружил, что вечеринка продолжается".

Он сел, чтобы снять обувь. "Должно быть, это был настоящий шок - духовой оркестр, пьяные гуляки. Но такого рода безумие случается, когда взрослые оставляют детей одних ".

"Ты хочешь разозлиться на меня, прекрасно. Будь взбешен ". Она оттолкнула пиццу. "Я был не в настроении общаться с парой незнакомцев".

"Ты совершенно ясно дал это понять".

"Я не знаю их". Она вскочила на ноги, вскинула руки. "Я только что провел большую часть дня, разбираясь с тремя придурками, которые убили какого-то старикашку за кучу чертовых шоколадных батончиков. Будь я проклят, если хочу прийти домой и сидеть за ужином с Соммерсетом и его старыми приятелями и слушать, как они рассказывают о старых временах, когда они мошенничали с марками и обчищали толстые карманы. Я провожу весь день с преступниками, и я не хочу провести вечер, прося их передать гребаную соль ".

Он на мгновение замолчал. "Я жду следствия, где ты напомнишь мне, что вышла замуж за преступника. Но мы можем считать это недосказанным ".

Она начала говорить, но ледяное негодование в его голосе, в этих блестящих голубых глазах встало между ними.

"Джудит - нейрохирург, фактически, главный хирург в одной из лучших лондонских больниц. Оливер - историк и писатель. Если бы вы потрудились потратить на них пять своих драгоценных минут, вы бы узнали, что они встретились и работали с Соммерсетом в качестве медиков в конце урбанов, когда были всего лишь подростками ".

Она засунула руки в карманы. "Ты хочешь, чтобы я чувствовал себя дерьмово, что ж, я не собираюсь этого делать". Но, конечно, она так и сделала, что только придушило ее негодование, вспыхнувшее против его льда.

"Я не знал, что происходит, потому что мне никто не сказал. Вы могли бы отметить меня, тогда я бы знал, что наткнусь на вас, ребята, посреди изысканного ужина, когда я грязный вернусь с работы ".

"Когда ты не удосуживаешься сообщить кому-либо, когда вернешься домой, я должен предположить, что ты чем-то связан. И будь я проклят, Ева, если начну приставать к тебе с вопросами, что ты делаешь, когда возвращаешься домой, как какой-нибудь ворчливый супруг."

"Я хотел связаться с тобой. Я начал - дважды, - но оба раза меня прерывали. К концу перерыва я забыл. Я просто забыл, хорошо? Достань веревку. Ты та, кто вышла замуж за полицейского, так что тебе одной приходится с этим разбираться ".

Он встал, подошел к ней, пока она продолжала разглагольствовать.

"Запереть плохих парней немного важнее, чем вовремя прийти домой, чтобы поужинать с парой людей, которых я все равно не знаю".

Не сводя с нее глаз, он дернул ее за плечо. У нее отвисла челюсть.

Она начала топать по полу.

"Что, во имя всего святого, ты делаешь?" он потребовал.

"Пытался убить гигантского тарантула, потому что единственная причина, по которой я могу предположить, что ты просто, блядь, щелкнул меня, это то, что у меня на плече был большой, жирный паук".

"На самом деле, я выбивал фишку, которая была там сбалансирована. Это выглядело ужасно тяжелым ".

Она ушла от него, прежде чем совершила что-то жестокое. Она посмотрела на автоповар. "Как ты программируешь эту штуку на дымящуюся чашку "Пошел ты"?"

"Дети", - сказал Соммерсет с порога.

Они оба повернулись к нему, оба зарычали, "Что?"

"Извините, что прерываю вашу игру, и могу посоветовать, чтобы в следующий раз, когда вы захотите вести себя как пара идиотов, вы закрыли дверь, поскольку я мог слышать ваши умные подшучивания на полпути по коридору. Однако детективы Пибоди и Макнаб находятся внизу. Она кажется очень расстроенной и сообщает мне, что ей нужно поговорить с вами. Срочно."

"Дерьмо". Ева поспешила к своему шкафу за обувью, пока она просматривала расследование, которое они только что завершили. Они что-то упустили?

"Они ждут в гостиной. Кстати, Джудит и Оливер просили передать тебе "До свидания", и они надеются увидеть тебя снова, когда у тебя будет больше времени ".

Она поймала холодный взгляд, прежде чем он растаял, и решила, что, вероятно, почувствовала бы себя двумя большими кусками дерьма. Но позже.

"Тебе не обязательно спускаться", - натянуто сказала она Рорку. "Я могу справиться с этим".

"Я сделаю больше, чем просто щелкну тебя через минуту". Он вышел впереди нее.

Они сохраняли гневное молчание всю дорогу вниз и в гостиную с ее богатыми цветами и сверкающим антиквариатом. Среди потрясающего искусства, в блеске хрусталя, Пибоди сидела, бледная как полотно, а рука Макнаба крепко обнимала ее.

"Даллас". Пибоди поднялась на ноги.

"Какого черта, Пибоди? Эти три идиота совершили побег из тюрьмы?"

Вместо того, чтобы улыбнуться, Пибоди вздрогнула. "Хотел бы я, чтобы это было так просто".

Когда Пибоди снова опустилась, Ева перешла на другую сторону. Она села на стол, чтобы они были лицом к лицу, глаза в глаза. "У тебя неприятности?"

"Не сейчас. Я был. Я должен был прийти, чтобы сказать тебе. Я не уверен, что делать ".

"О чем?"

"Расскажи это с самого начала", - предложил Макнаб. "Ты не будешь так много прыгать. Просто начни с самого верха".

"Да, хорошо. Я-а-Ладно. После того, как я закончил с оформлением документов, я решил часок позаниматься в тренажерном зале, потренироваться в рукопашной. Ты сказал, что это слабое место. Я спустился на второй уровень."

"Иисус, почему? Это яма".

"Да". Как она и надеялась, комментарий заставил Пибоди перевести дух. "Это действительно так, поэтому им никто особо не пользуется, а мое снаряжение старое и уродливое, и я просто не хотел потеть и возиться с твердыми телами в новом пространстве. Я потратил час, перестарался ".

Пибоди провела рукой по волосам, которые она не потрудилась расчесать. "Ты знаешь, я был пьян. Пошел в душ. Я распихал свои вещи по нескольким шкафчикам. Я только закончил, начал вытираться в кабинке, когда дверь раздевалки с грохотом распахивается, и входят двое спорящих людей ".

"Здесь". Рорк сунул ей в руку бокал вина. "Выпей немного".

"О, мальчик, спасибо", - сказала она, когда он предложил Макнабу любимое пиво e-man'а. Пибоди сделала глоток, вдохнула. "Женщина, серьезно разозленная. Я начал кричать, чтобы они знали, что я там, чтобы они перенесли бой в другое место, затем раздался второй выстрел. Самец. Я в этой чертовой кабинке, и у меня нет ничего, кроме полотенца, которым не накрыли бы и пуделя из чайной чашки, так что я вроде как забиваюсь обратно в угол и надеюсь, что они уйдут. Но они этого не сделали, и я слышу, как они говорят об операции, которой она руководит, о том, как он облажался и стоил им десяти тысяч, Боже."

"Притормози немного, Ди". Макнаб пробормотал это, потирая рукой ее бедро.

"Хорошо. Да. Итак, они пристают друг к другу, и я понимаю, что они говорят не о полицейской операции, а о побочной. Продолжительное, Даллас. У меня пара грязных копов прямо за дверью душа, они говорят о продукте и прибыли, о домах на островах. И убийство.

"Я голый и в ловушке, и мое оружие в шкафчике. Как и моя ссылка, и они открывают двери душа, в котором я был бы, если бы там было хоть немного чертового мыла ".

Рорк встал позади нее и, наклонившись, положил руки ей на плечи и начал растирать. Сделав еще один вдох, она откинулась назад.

"Мне и раньше было страшно. Ты должен бояться попадать в некоторые ситуации, иначе ты просто глуп. Но это ... Когда ссора утихает, и они снова берут себя в руки, она, типа, хлопает по двери моей душевой, и, Господи, она немного приоткрывается. Я вижу ее руку, ее платье, ее туфли. Все, что ей нужно сделать, это сдвинуться на дюйм, и я возвращен в угол кабинки ни с чем ".

Рядом с ней Макнаб продолжал гладить ее бедро, но его красивое узкое лицо застыло как камень.

"Я не могу дышать, не могу двигаться, не могу рисковать этим, потому что я знаю, что если они увидят меня, я мертв. От этого никуда не деться. Но они уходят, они никогда не видели меня. Я вышел, попросил Макнаба поймать такси и встретить меня, чтобы я мог приехать сюда. Чтобы я мог рассказать тебе."

"Имена?" Потребовала Ева, и Пибоди сделала еще один вздох.

"Гранат - она назвала мужчину Гранатом. Он назвал ее Рене. Оберман. Рене Оберман. Она была главной".

"Рене Оберман и Гарнет. Описание?"

"Я не разглядел его как следует, но она блондинка, между пятью четырьмя и пятьюдесятью пятью, я думаю. Она была на каблуках, но это примерно так. Кавказец. Сильный голос - по крайней мере, когда она злится ".

"Они когда-нибудь использовали свои звания?"

"Нет, но она сказала, что когда ее назначат капитаном, они собираются расширить бизнес. Она несколько раз говорила об этом как о бизнесе. А раньше они были любовниками".

"Ты проверил имена?" она спросила Макнаба.

"Пока нет. Пибоди была изрядно потрясена ".

"Она убила кого-то по имени Кинер - сказала, что поручила их парню позаботиться об этом, и что это будет выглядеть как передозировка. Кинер - химик, и один из их инструментов, контакты. Он попытался подловить их с помощью этой десятки К. Предполагалось, что Гарнет будет держать его на поводке, но он поскользнулся. Вот из-за чего они сражались. Они тоже получили десять тысяч - она сообщила об этом Гарнет после того, как уложила его. И она забирала десять процентов его доли в качестве бонуса для мальчика, убийцы. Это была деловая встреча ".

"У вас сложилось впечатление, что они часто использовали это место для встреч?"

"Нет. Нет, наоборот. Она была действительно раздражена, что он затащил ее туда, дал ему понять, что там больше не будет встреч. Шесть лет", - вспоминала Пибоди. "Она сказала, что управляла бизнесом в течение шести лет. И то, как она говорила о "мальчике", было ясно, что этот Кинер был не первым убийцей, на которого она его повесила ".

"Кто-нибудь видел, как вы входили в это заведение или выходили из него?"

"Нет". Пибоди сделала паузу, обдумывая это. "Нет, я действительно так не думаю. Там, внизу, как в могиле ".

"Хорошо".

"Дерьмовый отчет", - добавила Пибоди. "Прости. Я запутался ".

"У вас есть имена, частичное описание, подробности о копах, устраивающих побочное представление - звучит как нелегалы - и заказывающих убийства. Макнаб, оторвись от Пибоди и проверь эти имена. Сначала попробуй Отдел нелегалов из Централа. Ты найдешь там Оберман, лейтенанта Рене - я знаю, кто она, но приколи его. И приколи этот гранат".

"Ты знаешь ее?" Потребовала Пибоди.

"Я знаю, кто она, и я знаю обермана ее отца, коммандера Маркуса. В отставке".

"Иисус, Иисус, святой Оберман? Он руководил центральным управлением до Уитни ". Последние остатки краски отхлынули от щек Пибоди. "О Боже, во что я вляпался?"

"Что бы это ни было, это большая, беспорядочная куча, поэтому мы действуем медленно и спокойно, и по номерам".

"Гарнет, детектив Уильям". Макнаб поднял взгляд от своего ПК. "Второклассник, последние четыре года служил в нелегалах, из Центра, под командованием Обермана, лейтенант Рене".

"Хорошо, давайте отнесем это наверх. Макнаб, ты сделаешь мне снимки для опознания и любые данные об этих двоих, которые сможешь получить, не посылая флаг. Пибоди, ты предоставишь мне полный, связный и подробный отчет, под запись. Этот Кинер, вероятно, начинал как ласка либо у Гарнет, либо у Обермана. Мы находим его".

"Что нам с этим делать?" Спросила ее Пибоди.

Ева посмотрела своему мертвецу в глаза, по-своему ровная и невозмутимая. "Мы собрали это в очень аккуратную упаковку и отнесли Уитни и в IAB. Кроме этого, никто за пределами этой комнаты не услышит даже шепота об этом, пока мы не получим иного указания ".

"Коммандер Оберман. Он как легенда. Как у бога".

"Меня не волнует, даже если он второе пришествие Иисуса. Дочь грязная. Она не тот полицейский, Пибоди, и синяя линия обрывается для не тех копов. Давайте начнем".

"Ты ничего не ела", - прервал его Рорк, приглаживая рукой волосы Пибоди.

"Нет, думаю, что нет".

"Она справится лучше, если в ней будет немного еды", - сказал он Еве.

"Ты прав". Она похоронила нетерпение, как похоронила бушующую ярость во время доклада Пибоди. "Мы раздобудем немного топлива, а потом все выложим".

"Меня затрясло", - призналась Пибоди. "После. Они продолжают хотеть вернуться, но так лучше. Я должен отметить свою маму, поблагодарить ее ".

"За что?"

"Я уронил свое потное барахло на пол в раздевалке и оставил бы его там, если бы не услышал ее голос в своей голове, говорящий мне уважать то, что принадлежит мне. Если бы я оставила этот уродливый спортивный лифчик на полу, они бы это увидели. Они бы нашли меня. И я бы не был здесь, говоря вам, что дочь Сент-Обермана - неправильный полицейский ".

"Поблагодари ее утром", - приказала Ева. "Давайте приступим к работе".

Теперь Рорк обнял Пибоди за плечи, когда она поднялась. "Как насчет стейка?"

"Неужели?"

Он поцеловал ее в макушку, заставив ее покраснеть. "Предоставь меню мне. Ты храбрая душа, Пибоди ".

"Моя душа была напугана до смерти".

Он снова поцеловал ее. "Ты же не хочешь спорить с человеком, который собирается приготовить тебе стейк".

В своем домашнем кабинете Ева установила доску для рассмотрения дел, пока Пибоди и Макнаб ели. Рорк был прав насчет еды, вина, массажа плеча - всего этого. В таких вещах он обычно попадал в цель.

И было лучше дать Пибоди небольшую передышку, прежде чем открыть дверь к тому, что было бы уродливым и трудным процессом.

"Она привлекательна", - прокомментировал Рорк, изучая идентификационный снимок Обермана на доске.

"Да, и у нее репутация за то, что она использует это - и использует репутацию своего отца. Просто шепот - ничего не сказано слишком громко. Я..."

Ева покачала головой, затем вышла из комнаты.

"Что?" Спросил Рорк, когда последовал за ней.

Она понизила голос. "Если бы они нашли ее, они бы убили ее. От этого никуда не деться. Она была права насчет этого ".

"Должно быть, это было жестоко - оказаться в такой ловушке, как она".

"Сегодня у нас была потасовка с этими тремя придурками, и один из них нанес ей пару довольно хороших ударов. Я сказал ей, что у нее тяжелые ноги, ей нужно поработать над своей техникой, так что же она делает? Она спускается в эту пустую дыру спортзала. Если бы все повернулось в другую сторону, именно там они нашли бы ее тело. Она получает удар в ухо, и я не могу просто сказать, что каждый получает удар? Я должен сказать ей, чтобы она работала над этим, делала лучше ".

"Потому что в следующий раз она может получить нож в ухо. Ты не просто ее партнер, Ева, ты все еще тренируешь ее. И, на мой взгляд, ты пока проделал с этим чертовски блестящую работу. Она опустилась, потому что хочет исправиться, и да, потому что она хочет соответствовать вашим стандартам. По-другому не получилось, - напомнил он ей. "И если бы это было так, хотя мне так же тошно, как и тебе, думать об этом, это было бы на совести этих придурков, оправдывающих копов. Ты знаешь это".

Она втянула воздух. "Ты все еще злишься на меня".

"Да, и ты все еще злишься на меня. Но мы оба понимаем, что в данный момент есть более важные вещи ".

В этом они могли рассчитывать друг на друга, подумала она. Рассчитывайте друг на друга, чтобы удержать оборону, когда это необходимо. "Итак, перемирие".

"Согласен. Она тоже дорога мне ".

Поскольку у нее защипало глаза, Ева прижала к ним пальцы. "Не ласкай меня", - сказала она, предвосхищая его. "Мне нужно держать себя в руках". Ева опустила руки. "Она рассчитывает на то, что я справлюсь".

"Так и будет". Он все равно погладил ее, просто провел рукой по ее волосам. Затем он схватил одну из коротких прядей, сильно дернул.

"Привет. Перемирие".

"Видишь, ты снова немного разозлился. Ты будешь работать лучше ". Он неторопливо вернулся в офис.

Она держала себя в руках, и вскоре это не потребовало никаких усилий. Она просто попала в ритм работы.

"Мы не можем взглянуть на их финансовые показатели, даже первого уровня, без того, чтобы не поднять флаг. Тем более копаться в поисках зарытых счетов и недвижимости ".

Она поймала взгляд Рорка, поняла, что он рассматривает свое незаконное и незарегистрированное оборудование. Там нет флагов. Но она послала ему едва заметное покачивание головой. Она должна была соблюдать каждый дюйм границы в этом.

"Если мы пойдем с этим в ОВР, " начала Пибоди, " с тем, что у нас есть, чего, когда я смотрю на все это разложенным по полочкам, на самом деле не так уж много, это может лопнуть. Это могло бы дать Рене - я не могу называть ее Оберман, потому что это заставляет меня думать о ее отце. Это могло бы дать ей и остальным время спрятаться или сбежать. У них должны быть планы на случай непредвиденных обстоятельств, пути отхода ".

"Я могу с этим справиться. Я собираюсь связаться с Вебстером ". Она снова поймала взгляд Рорка, изгиб его брови. Она предположила, что имя Вебстера не могло всплыть в этой конкретной комнате без того, чтобы они оба не увидели, как Рорк избивает его до полусмерти.

"Я скормлю это ему, но с условиями", - продолжила она. "Я могу с этим справиться, особенно если Уитни прибавит в весе. Мы хотим, чтобы это дело оставалось закрытым как можно дольше ".

"Острее!" Макнаб ударил кулаком в воздух, слегка крутанулся на стуле Евы, отчего его длинный светлый хвост развевался. Затем он указал указательными пальцами обеих рук на ее компьютер. "Нашел его. Я сделал несколько зачеркиваний в некоторых из ее закрытых дел, перемешал в других кое-где для прикрытия, просматривая списки свидетелей и подозреваемых, как при стандартном поиске ...

"Просто дай мне Острее, Макнаб".

"Острее, Рики. Название улицы Сочное. Я не могу покопаться, указан ли он как хорек без флага, но у него длинный список. Хранение, хранение с намерением распространения, прочая мелкая хрень, и его поймали за то, что он продал первый ящик разнообразных упаковок паре агентов под прикрытием. Одна из них, указанная как офицер, производивший арест, - наша девушка Рене ".

"Выведи данные на экран", - приказала Ева и просканировала их. "Смотрите, он получает испытательный срок, общественные работы, обязательную консультацию. Там происходит сделка, она превращает его в ласку в качестве карты для выхода из тюрьмы. С его судимостями он должен был отсидеть как минимум три солидных срока. Но он получит срок? Шесть лет назад."

"Именно столько, по ее словам, она занималась бизнесом", - вставила Пибоди.

"Итак, этот Кинер мог бы стать ее трамплином. Ее путь внутрь ".

Она расхаживала перед экраном. "Он что-то знает. У него есть больше, он предлагает это. Эй, я могу дать тебе то и это, но ты должен вытащить меня из этого. С другой стороны, она уже ищет, уже начинает действовать и видит в нем преимущество. В любом случае, это поворот ".

"Он мертв. Она действительно ясно дала это понять ", - добавила Пибоди.

"Итак, мы находим тело. Если "ее мальчик" нашел его живым, мы можем найти его мертвым ".

Она прошлась еще немного. "Не в его провале. Он собирался сбежать с деньгами. У него была другая дыра, которую он считал безопасной, секретная. Возьмите места его провалов, его провала, места его разнообразной и дерьмовой работы. Согласно заявлению Пибоди, Рене сказал, что он не ушел далеко. Давайте нанесем на карту его территорию, проверим некоторые вероятности наиболее вероятных местоположений его норы."

"Мы хотим найти тело, " начала Пибоди, - потому что вы думаете, что парень, которого она натравила на Кинера, мог оставить какие-то улики?"

"Это возможно. Маловероятно, но возможно. Мы хотим найти тело, мы хотим раскрыть это дело, потому что Кинер теперь наш проныра ".

"Мошенничество, Пибоди", - сказал ей Рорк. "У тебя есть дело, у тебя есть контроль. И то, на что они делают ставку как на передозировку, становится расследованием убийства ".

"Если я смогу это сделать", - согласилась Ева. "В любом случае, ей придется признаться и идентифицировать его как своего информатора - такова процедура. Если она этого не сделает, мы можем дать ей хорошую пощечину за это. И мы можем быть стервозными, просто приверженцами книги и настаивать на деталях их общения, информации, времени, датах - все это должно быть в ее файлах. Черт возьми, мы пытаемся выяснить, кто убил этого мудака. ДБ - это ДБ в моем отделе убийств."

"Ты хочешь разозлить ее".

"Я рассчитываю на это, и я собираюсь наслаждаться этим. Дай мне вероятности, Макнаб, затем мы отправляемся на охоту на хорька ".

"Тебе нужно тело, прежде чем ты отправишься к Уитни и Вебстеру".

Ева кивнула на Пибоди. "Теперь ты понимаешь это. Кинер осязаем, и мертвый он подтвердит ваше заявление. Поскольку арест связан с Рене, у нас есть еще кое-что. Она награжденный офицер. Она босс и уважаемая, черт возьми, почитаемая дочь бывшего командира. За ее плечами восемнадцать лет службы в полиции без единого изъяна."

"И если я просто донесу на нее, ОВР может в конечном итоге начать расследование в отношении меня".

"Ты не волнуйся об этом", - сказала ей Ева.

"Я не буду. Теперь я выровнялся, и теперь я действительно хочу отплатить ей за каждую секунду, проведенную в том долбаном душе. Я имею в виду, помимо привлечения грязного полицейского к ответственности ".

"Голая в душе", - напомнила ей Ева.

"И ничего не остается, как сердито шлепнуть их полотенцем, если они хлопнут дверью".

"Мы отплатим им", - пообещала Ева и посмотрела туда, где Рорк и Макнаб работали вместе. Рорк в сшитой на заказ рубашке и брюках, Макнаб в розовых шортах до колен с множеством карманов и лютиково-желтой майке, на которой кричащими красными буквами на его тощей груди красовался E-DICK.

Выродки есть выродки, подумала Ева, каким бы ни был гардероб.

"Ваша карта", - объявил Рорк, кивая на настенный экран. "И ваши наиболее вероятные кандидаты".

"Неплохо. Его тип, как правило, придерживается определенного района, чтобы вести свои дела в пределах нескольких кварталов, где они знают счет, маршруты, точки уклонения ".

"Если бы он собирался играть в кролика, разве он не вышел бы за пределы своей обычной территории?"

Она покачала головой, взглянула на Макнаба. "Посмотрите на временную линию из разговора, который подслушала Пибоди. Накал страстей нарастает, и это говорит о том, что эта ошибка была свежей. Убийство, недавно заказанное и приведенное в исполнение. Гарнет даже не знала об этом. Добавь к этому десять тысяч на кону. Это должно было произойти быстро. Судя по рассказам Кинера, он не яркий свет. Достаточно умен, чтобы не идти домой, но, скорее всего, недостаточно умен, чтобы выйти за пределы своей зоны комфорта. Он еще не переиграл кролика, так что не закончил приводить себя в порядок. Мы собираемся найти его в этом районе, точно так же, как это сделал его убийца ".

Она изучала карту чуть дольше. "Устрани все, за что ему пришлось бы заплатить. Никаких съемных квартир."

Карта скорректирована по команде Рорка.

Она достаточно хорошо знала этот район, с его спящими на тротуарах, дешевыми арендаторами на улице, фанк-торчками, призраками, использованными химикалиями. Даже бандиты отказались от этого, посчитав, что это не стоит таких хлопот.

"Мне нравятся эти пять локаций. Команды из двух человек. Мы достанем вам транспортное средство. Неописуемое, - добавила она, увидев, как просветлело лицо Макнаба.

Он пожал плечами. "Я думаю, так и должно быть".

"Это так. Мы с Рорком возьмем этих двоих, Пибоди и Макнаб - этих двоих. Если мы обнулим, мы сойдемся на пятой локации. Мы ничего не получим, мы снова расширим карту. У кого-нибудь из вас есть с собой клатч?"

Услышав отрицательный ответ, Ева закатила глаза. "Мы достанем тебе и это тоже. В этом секторе есть некоторые люди, которые просто не очень хорошие.

"Мы запечатаем. Я не хочу оставлять никаких следов, что мы были там. Сведите к минимуму любые беспорядки на местах и ни с кем не разговаривайте. Не задавай вопросов. Входи, проходи сквозь, выходи ".

"Если мы найдем тело?" Спросила Пибоди.

"Убирайся, подай мне сигнал и убирайся. Мы встретимся здесь, где я получу раздражающую анонимную наводку о мертвом парне. Записи включены, мальчики и девочки, постоянно, так что тоже потише с болтовней. Записи будут переданы командованию и IAB ".

Она выдохнула, изучая Макнаба. "Ты не пойдешь на тайную операцию в этом наряде. Рорк, у нас есть что-нибудь, что мы можем поставить на этого выродка?"

"На самом деле, ты больше его размера".

Ева закрыла глаза. "Иисус. Думаю, так и есть ".

Она нашла джинсы и черную футболку и, бросив их Макнабу, закрыла дверь спальни, чтобы они с Рорком могли переодеться.

"Я частично сожалею", - сказала она.

"О?"

"Я частично сожалею, потому что я действительно начал критиковать тебя за то, что ты так поздно, затем был прерван и забыл. Но я почти всегда помню, так что, думаю, я мог бы, черт возьми, пройти мимо этого ".

"Я не был зол, и я не сержусь из-за того, что ты не позвонил - особенно. Я не причиняю тебе огорчений из-за такого рода вещей, Ева."

"Нет, ты не понимаешь, но я чувствую себя виноватым из-за этого, потому что ты не понимаешь".

"Ах, опять я виноват".

"О, заткнись".

"Вот и заканчивается перемирие".

"Ты мог бы частично сожалеть".

"Но я ни капельки не за то, чтобы насладиться вечером с Соммерсетом и его очень интересными друзьями, которых я тоже никогда раньше не встречал".

"У тебя это получается лучше, чем у меня. И я просто говорю, что если бы я знал, я бы не вернулся домой с этим другим планом, а потом не пришлось бы разбираться с этим ".

"Какой другой план?"

"Я просто..." Теперь она чувствовала себя глупо из-за этого и натянула перевязь с оружием. "Я просто подумал, что мы поужинаем, что ты подождал бы меня, потому что это то, что ты обычно делаешь. И я собирался выбрать это и починить ".

"Были ли вы?" - пробормотал он.

"В последние пару недель у нас было не так много простоев, и у меня возникла идея, что мы могли бы поужинать на террасе на крыше - работа, понимаете? Вино, свечи и только мы. Тогда мы могли бы посмотреть одно из тех старых видео, которые тебе нравятся, только я бы надел сексуальную одежду и соблазнил тебя ".

"Я вижу".

"Потом я прихожу домой, а ты уже пьешь вино при свечах и ужинаешь на террасе - не на крыше, но все же. И это не только мы, и у меня в штанах асфальтовое дерьмо, и бывшие преступники в моем доме - я понял. Нескольким людям Соммерсет, вероятно, уже сказал, что я отстой в вопросах брака и в половине случаев прихожу домой в грязной одежде или со следами крови. И я не хотел, чтобы мне пришлось протискиваться внутрь и заканчивать допросом ".

"Во-первых, ты не отстой в вопросах брака, и Соммерсет никогда не говорил ничего подобного. На самом деле, он упомянул им за ужином, когда было ясно, что вы опоздаете, что вы были первым полицейским, с которым у него был контакт, который так неустанно работал или так заботился о реальном правосудии ".

Теперь он подошел к ней, обхватил ладонями ее лицо. "Во-вторых, это был прекрасный план, который у тебя был, и мне бы он очень понравился. И теперь я частично сожалею ".

Она коснулась его запястья. "Если бы мы собрали все это вместе, это было бы одно сплошное сожаление".

"Было бы, и это сделка".

Она поцеловала его, чтобы скрепить это, затем постояла мгновение, уютно устроившись в его объятиях. "Это хорошая сделка", - решила она. "А теперь пойдем поищем мертвого наркомана".

Четыре

ЕВА СЕЛА ЗА РУЛЬ, ЧТОБЫ РОРК МОГ провести дополнительные исследования со своим ПКП.

"Позволь мне спросить тебя вот о чем", - начал он. "Сколько сделок у вас было с лейтенантом Оберманом?"

"На самом деле, никакого. Я знаю о ней, но у нас не было ни одного случая пересечения, поэтому я никогда с ней не работал. У нелегалов своя уникальная установка. Существует много работы под прикрытием, часть из них глубокая, часть сменяющаяся. У вас есть отряды, которые полностью сосредоточены на большой игре - импорте / экспорте, организованной преступности. Другие придерживаются в основном уличных сделок, другие занимаются производством и дистрибуцией. Вот так."

"Должно быть совпадение".

"Да, и каждое отделение устроено вроде как - как они это называют - вотчины?"

"Я вижу, со своей собственной культурой и иерархией".

"Вот так", - согласилась она. "Униформа и детективы подчиняются лейтенанту, возглавляющему это отделение, а эти лейтенанты подчиняются меньшей группе капитанов".

"Что означает большую политику", - предположил Рорк. "А когда у вас есть политика, у вас есть коррупция".

"Возможно. Вероятно, " поправила она. "Есть система сдержек и противовесов, есть цепочка командования. Скрининг - регулярный скрининг не только на предмет выгорания, но и на предмет употребления и зависимости. Многие агенты под прикрытием сгорают, добиваются успеха или слишком увлекаются товаром ".

"И имел бы довольно легкий доступ к товарам", - заключил Рорк.

Это задело ее за живое, не само заявление, а то, что он, казалось, ожидал и принимал копов с поличным. Она знала, что это произошло. Но она не приняла, не захотела принять это.

"У копов есть доступ ко многим вещам. Украденный товар, конфискованные средства, оружие. Копам, которые не могут устоять перед искушением, не место в полиции ".

"Я бы сказал, что есть серая зона, но как только вы ступаете в серость, это короткий путь к черноте. Тем не менее, легкий доступ, " повторил он. "Коп арестовывает уличного торговца, прикарманивает половину заначки. Дилер не собирается спорить о том, какой вес он нес."

"Для этого и существует лейтенант. Знать своих мужчин, контролировать, оценивать. Это ее работа - ее долг - оставаться на высоте. Вместо этого она это организует ".

"С вашей точки зрения, она предала своих людей, а также свой значок, департамент".

"На мой взгляд, она вероломная сука". Ева отмахнулась от этого, но это жгло ей живот. "Что касается конфискованного товара, к нелегалам прикреплено бухгалтерское подразделение, которое должно отслеживать его, принадлежности, полезную нагрузку - по мере поступления, использования в суде и последующего уничтожения. У них есть своя комната собственности, чтобы справиться с этим ".

"И такая умная, амбициозная женщина, как Рене, могла бы нанять кого-нибудь из этого отдела бухгалтерского учета, чтобы помочь ей сэкономить. Используя это, свой собственный отдел, связи своего отца, чтобы обчистить карманы департамента. Перепродайте товар, указанный как уничтоженный ".

"Это один из способов. Другой вариант - иметь дело напрямую с поставщиками, производителями, даже уличными торговцами - договариваться о гонораре, чтобы их бизнес шел гладко.

"Приходится выбирать", - подумала Ева. "Ты не получишь звания, даже с повышением в должности, если не закроешь дела, не посадишь нескольких плохих парней. Она должна поддерживать свой процент - аресты, которые приводят к осуждению ".

Она затормозила на светофоре. "Как бы ты это устроил?"

"Что ж, я не так хорошо разбираюсь в управлении подразделением или командой, как ты".

"Вы управляете половиной промышленно развитого мира".

"Ах, если бы только. Но как бы то ни было, если бы я искал долгосрочную прибыль - не быстрый захват, а создание стабильного прибыльного бизнеса в этой области, я бы брал понемногу с каждого уровня. Уличные сделки - это быстро и легко, и при правильном давлении и стимулах вы могли бы добиться достаточной лояльности и гонораров у низкоуровневых участников, чтобы финансировать и установить следующий уровень. Бегуны получают свое барахло откуда-то еще, если только они не уверены в себе. И даже большинству из них приходится работать в рамках системы - бороться за свою территорию или платить гонорар тому, кто управляет этой территорией ".

"Вам понадобились бы солдаты, чтобы выйти, установить эту лояльность и страх. Переговорщики, чтобы поднять это на более высокий уровень. Шесть лет?" Ева покачала головой. "У нее есть сеть. Копы и мошенники. Несколько адвокатов, которых она может подставить, если кто-то из ее команды попадет в затруднительное положение, возможно, кто-то в офисе окружного прокурора, по крайней мере, один судья ".

"Ей нужна казна", - добавил Рорк. "Было бы чем смазать ладони, другие расходы".

"Дело не только в деньгах. Вряд ли дело когда-либо только в деньгах", - решила Ева. "Ей это должно понравиться. Удар, сила, грязь, преимущество. Она искажает и унижает все, за что выступал ее отец. Обозначает."

"Возможно, в этом и есть часть смысла".

"Проблемы с отцом? Бу-у-у. Папа был так занят, будучи полицейским, что не уделял мне достаточно внимания, или он был слишком строг, ожидал слишком многого. Неважно. Так что теперь я возьму свой собственный значок и вымазаю его дерьмом. Это послужит ему уроком".

"Я полагаю, у нас с тобой не хватает терпения или сочувствия к проблемам отца, которые не связаны с насилием или настоящим надругательством". В знак понимания он коротко накрыл ее руку своей. "Но это может быть частью этого, и может быть чем-то, с чем ты можешь работать".

"Как только я сообщу командиру и ОВР, я, возможно, выйду из игры".

"В свином глазу".

Она не могла не рассмеяться. "Хорошо, я намерен бороться - жестко и грязно, если необходимо, - за участие в расследовании. Мне понадобится Мира", - размышляла она, думая о главном психиатре департамента. "Ее допуск позволит ей попасть на борт, и я хочу Фини. Нам нужен EDD. Макнаб уже в этом замешан, но ему понадобится Фини не только для того, чтобы дать ему время и пространство для работы над этим, но и для того, чтобы помочь ".

Теперь она шла по грязным улицам, где уличные фонари - когда они работали - освещали маслянистые кучи мусора, а сделки по сексу и наркотикам процветали в тени.

"Это будет гребаный беспорядок, Рорк. Не только расследование, но и последствия для СМИ, когда это произойдет. Но последствия? Им придется пересмотреть каждое из ее дел, и дела тех, кого она втянула в это. Пересмотр дела или просто превращение в смирительную рубашку для появления плохих парней из-за старого плода с отравленного дерева. Уничтожить ее и ее сеть означает открыть клетки. С этим ничего не поделаешь. Я мог бы надрать ей задницу только за это - после того, как сдеру с нее кожу для Пибоди ".

Она съехала на обочину. Парковка здесь не была проблемой. Если бы у вас не было веса в этом секторе, ваша машина либо исчезла бы, либо была бы разобрана до костей, если бы вы оставили ее на пять минут.

"О, забыл. Сигнализация работает отлично", - сказала она ему. "Какой-то придурок попытался усилить это - когда я был всего в пятидесяти футах от него. Приземлился на задницу и захромал прочь без своих инструментов ".

Как и она, он вглядывался в тени, в глубокие ямы тьмы. "Приятно знать, что отсюда мы не пойдем домой пешком".

"Запечатай". Ева бросила Рорку банку с герметиком, включила свой диктофон.

"Даллас, лейтенант Ева и Рорк", - начала она и перечислила адрес. "Дата и время отмечены в записи".

Здание, вероятно, когда-то было небольшим складом или фабрикой, и его достроили в помешанных на реабилитации предгородках. С тех пор это место могло служить жалким убежищем для странствующих или аптекой - вероятно, и тем, и другим одновременно.

Ржавая и сломанная цепь и висячий замок, свисающий с двери, доказывали, что меры безопасности были наполовину приняты с самого начала и уже давно нарушены.

Но блестящий новый замок привлек ее внимание.

"Дыра холодной погоды", - сказала Ева. "Никому особо не хочется находиться в грязи и вони в разгар лета. И все же..." Она кивнула на замок. "Кто-то недавно надел это". Она двинулась вперед, выкапывая своего хозяина.

Человек, который выскочил из тени, мог похвастаться половиной акра широких плеч. Он обнажил зубы в уродливой ухмылке, демонстрирующей, что гигиена зубов не была первой в списке его приоритетов.

Ева предположила, что это была его шестидюймовая наклейка и то, что он принял за пару легких отметин, которые вызвали ухмылку на его лице.

"Позаботься об этом, ладно?" - попросила она Рорка.

"Конечно, дорогая". Он одарил мужчину, игриво тыкающего в него клинком, приятной улыбкой. "Я могу что-нибудь для тебя сделать?"

"Собираюсь разболтать свои кишки по всей улице, затем я трахну твою женщину. Дай мне бумажник, наручное устройство. Кольцо тоже."

"Я собираюсь оказать тебе услугу, так как даже если бы тебе удалось разбрызгать мои кишки по всей улице - а шансы против тебя - если бы ты попытался прикоснуться к моей женщине, она бы отломила твой член, как прутик, а затем засунула его тебе в задницу".

"Буду истекать кровью".

Когда мужчина сделал выпад, Рорк легко уклонился в сторону, развернулся и нанес удар локтем по почкам. Ответное уфф!получилось кольцо неожиданности, но нападавший развернулся и нанес жестокий удар, от которого Рорк уклонился другим разворотом. Он последовал за этим, ударив ногой по коленной чашечке здоровяка.

"Прекрати играть с ним", - крикнула Ева.

"Она склонна быть строгой", - прокомментировал Рорк, и когда мужчина - теперь уже с гримасой - снова сделал выпад, он пнул руку с ножом, острую в локте. Даже головорезы могут кричать, подумал он и поймал нож, вылетевший из дрожащей руки мужчины.

"А вот и услуга". Больше не приятный, больше не улыбающийся, ледяной взгляд Рорка встретился с глазами мужчины, полными боли. "Беги".

Когда шаги зашлепали по тротуару, Ева увидела, как Рорк нажал на механизм на наклейке, чтобы убрать лезвие.

"Если ты думаешь оставить это, тебе лучше при первой возможности выбросить это в автоклав. Готов?"

Рорк сунул нож в карман, кивнул и присоединился к ней у двери.

Она вытащила свое оружие, положила его поперек фонарика, отвернувшись, чтобы запись не показала, что Рорк делает то же самое.

Они прошли через дверь, метнулись влево, вправо.

Она отшвырнула мусор, чтобы расчистить путь. Плесень, приправленная несвежей мочой и более свежей рвотой, пропитала воздух. Она определила основной источник как груду одеял, жестких, как картон, и слишком отвратительных, чтобы соблазнить даже спящего на тротуаре.

"Очистить уровень".

Они двинулись вперед, размахивая огнями, оружием. Двери, проводка, секции половиц и ступени лестницы - все, что можно было использовать или продать, - было вырвано, снесено и утащено прочь, оставляя сырые дыры, зияющие щели.

Она изучала открытую шахту лифта. "Как, черт возьми, они вытащили отсюда дверь лифта и что они с ней сделали?"

"Смотри под ноги", - сказал Рорк, когда она начала подниматься по лестнице, перешагивая через широкие ямы.

На втором уровне она осветила своим светом сломанные шприцы, осколки посуды и кастрюли, проеденные химикатами и высокой температурой. Она рассматривала расколотый табурет, крошечный, обгоревший столик, разбитое стекло и звездочки ожогов на полу, стенах.

"У кого-то произошел небольшой несчастный случай в лаборатории", - прокомментировала она.

Она дернула подбородком в сторону голых матрасов, испачканных веществами, о которых ей не особенно хотелось думать. Остатки контейнеров из-под фаст-фуда были разбросаны там, где, по ее предположению, их обглодали двуногие и четвероногие паразиты.

"Какое-то время жили там, где они работали".

Рорк изучал грязь. "Я не могу сказать, что мне нравится то, что они сделали с этим местом".

Она ткнула пальцем в выброшенный китайский контейнер из-под еды навынос. "Кто-то ел здесь за последние пару дней. То, что осталось в этом, еще не заплесневело ".

"Все еще достаточно, чтобы отвлечь тебя от твоего мычания".

"Я думаю, раньше это был чоу мейн".

Она последовала на удивительную вонь в то, что когда-то было ванной. Кто бы ни пытался вырвать унитаз, он пал жертвой нетерпения или некомпетентности, поэтому разбитый унитаз бесполезно лежал на боку. С раковиной им повезло больше, и какая-то предприимчивая душа проломила стену и сумела вырезать большую часть медных труб.

Они не позаботились о ванне, возможно, испугавшись веса и объема древнего чугуна. Потрескавшийся, покрытый пятнами и узкий, он служил смертным одром для некоего Рики Кинера.

Он лежал, свернувшись в нем, подтянув колени к костлявой груди, покрытой его собственной рвотой. Шприц, пара флаконов и остальные его работы лежали на краю подоконника.

"Жертва соответствует описанию и фотографии, удостоверяющей личность Рики Кинера, он же Джуси". Она вытащила блокнот для распечатки из кармана, убрала оружие в кобуру. Подойдя к нему, она осторожно прижала подушечку к его указательному пальцу правой руки. "Идентификация подтверждена", - сказала она, когда блокнот подтвердил идентификацию. "Рорк, свяжись с Пибоди. Скажи им, чтобы прекратили. Он у нас в руках".

Она стояла там, где была, дыша сквозь зубы, позволяя своему свету пробегать по телу. "Это подтверждает заявление детектива Пибоди относительно à- подслушанного разговора в раздевалке второго сектора. Визуальный осмотр показывает незначительные кровоподтеки на руках, ногах. Правый локоть поцарапан. С более детальным изучением придется подождать, пока командование не прояснит этот вопрос. Мое решение на данный момент подтверждается только записью. Чтобы сохранить ясность расследования в отношении Обермана, Рене и Гарнета, Уильям, я не могу обеспечить безопасность этого места происшествия, но вместо этого установлю записывающее устройство для целей мониторинга ".

Она повернулась к Рорку. "Ты можешь повесить это над дверным проемом?"

"Уже сделано. Если кто-нибудь пройдет здесь, ваш компьютер и КПП подадут сигнал. Вы сможете наблюдать за происходящим из любого выбранного вами места, пока официально не начнете расследование ".

"Это сработает". Она оглянулась на мертвых. "Давай выбираться отсюда".

На улице она сделала пару вдохов, чтобы избавиться от сильнейшей вони, затем посмотрела на время. "Место происшествия настолько безопасно, насколько мы можем это сделать, и нет смысла связываться с командиром в этот час. Лучше поспать пару часов и начать процесс утром. Даллас и Рорк покидают контролируемое место ", - сказала она на диктофон, затем выключила его.

"Черт". Она выдохнула это.

"Ты думал, мы его не найдем?"

"Нет, я знал, что мы найдем его, но, как я уже сказал, тело осязаемо. Теперь от этого никуда не деться. Это не остановить. Мы должны уничтожить ее ".

Она села на пассажирское сиденье, чтобы Рорк мог сесть за руль. Он дал ей несколько мгновений наедине с ее мыслями, пока прокладывал маршрут обратно в центр города.

"Ты решила, как ты структурируешь это для Уитни?"

"Прямо, от начала до конца. Как только Пибоди остыла, ее изложение событий было связным, так что у нас это есть в записи. К завтрашнему дню она еще больше успокоится и встанет, когда Уитни будет задавать ей вопросы ".

"Значит, ты тратишь на это пару часов меньше, чем на то, чтобы дать своему командиру выспаться всю ночь".

"Может быть. Да", - признала она. "Не для протокола. Мы расскажем о шагах, которые мы предприняли, чтобы найти Кинера, и покажем Уитни запись об обнаружении. Что будет дальше, зависит от него, но я смогу представить ему наиболее логичный и практичный план. Мы должны вести расследование напряженно. Это не просто коррупция, это убийство. И Кинер не первый ".

"Тебе тяжело преследовать одного из своих".

"Она перестала быть одной из моих в ту минуту, когда начала брать деньги". Ева намеренно расслабила плечи. "Я не знаю, насколько близка Уитни может быть с коммандером Оберманом. Я знаю, что он служил под его началом, и он занял кресло, когда Оберман ушел в отставку. Это что-то значит, передача командования. Рене Оберман служил под началом Уитни, и это тоже кое-что значит ".

Теперь она вздохнула. "Мы все знаем, что нам, возможно, удастся скрыть расследование, но когда оно будет завершено, когда мы его раскроем, крышка снимется. СМИ вцепятся в это, как шакалы в свежую добычу. Я даже не могу их винить ".

"Когда это огорчит вас или обескуражит, а это так и будет, этот процесс, как вы его называете, подумайте о Пибоди в душевой кабинке, пойманной в ловушку, в то время как два человека, которые воспользовались своими значками, чтобы набить собственные карманы, обсуждают бизнес убийства".

Она просидела в тишине пару кварталов. "Это было хорошо сказано", - сказала она через некоторое время. "Лаконично, и все такое. И хороший совет. Тогда есть Острее. Возможно, он был придурком, почти наверняка очень плохим парнем, но теперь он мой. И полицейский, который оставил его захлебывающимся собственной блевотиной в той грязной ванне? Он тоже будет моим, вплоть до того момента, пока я не захлопну за ним дверцу клетки ".

Едва Рорк затормозил перед домом, как из него выбежала Пибоди.

"Ты нашел его".

"Первая остановка", - подтвердила Ева. "Жребий выпал удачный. Все зафиксировано, и место происшествия контролируется ".

"Устроено как передозировка?"

"Да. Это подтверждает ваше заявление ".

"Я не знаю, испытывать облегчение или сожаление", - сказала Пибоди, когда Макнаб провел рукой по ее спине. Напряжение затуманило ее глаза, лишило ее цвета.

"Не будь ни тем, ни другим. Признай это, затем двигайся дальше. Утром у нас будет с чем разобраться. Немного поспи. Займите комнату, которую вы обычно занимаете, когда проигрываете здесь."

"Ты не собираешься связаться с Уитни?"

"Уже почти три часа ночи, но ты можешь разбудить его сейчас, если торопишься".

"Нет, все в порядке. Ha. Немного сна было бы неплохо".

"Тогда иди и возьми немного". Чтобы подчеркнуть свою точку зрения, Ева начала подниматься по лестнице.

"Тебе что-нибудь нужно сегодня вечером?" Спросил их Рорк.

"Нет". Макнаб взял руку Пибоди, сжал ее. "Мы готовы".

Рорк наклонился, поцеловал Пибоди в лоб. "Тогда спи спокойно".

Он последовал за Евой в спальню, закрыл дверь, когда она снимала оружейный ремень. Напряжение проявлялось в ней, отметил он, как и в Пибоди. Погладить по спине, подержать за руку может немного помочь. Но он знал, что заставит ее передумать, по крайней мере, ненадолго.

"Ты должен мне секс с косметикой, но я с радостью возьму твой маркер".

Как он и ожидал, она хмуро посмотрела на него. "Почему я обязан гриму сексом?"

"Потому что сначала ты частично пожалел".

Она сузила глаза, когда села, чтобы снять ботинки. "Это просто означает, что ты отстал в своих частичных извинениях. Я думаю, это означает, что ты у меня в долгу. Я заберу твой маркер".

"Я мог бы согласиться с этим, при условии, что ваша часть упомянутого соглашения включает в себя широко известную сексуальную одежду". Он наблюдал, как она натягивает через голову слишком большую футболку NYPSD. "Я надеюсь, что это не так".

"Я могу согласиться на эти условия". Она забралась в постель.

"Тогда это свидание". Он скользнул рядом с ней, прижал ее к себе.

"Я должен запрограммировать сигнализацию".

"Во сколько?"

"Ах, я собираюсь связаться с Уитни ровно в шестьсот. Вероятно, мне следует дать себе час на подготовку ".

"Тогда пять. Не волнуйся. Я разбужу тебя".

Веря, что он это сделает, она закрыла глаза.

Она могла бы поклясться, что прошло пять минут, когда она проснулась от соблазнительного запаха кофе. Она приоткрыла глаза и увидела его.

Он сидел на краю кровати, держа огромную кружку кофе в нескольких дюймах от ее носа. Он приказал включить свет, примерно на двадцать процентов, рассудила она, поэтому в комнате царил мягкий рассветный свет.

"Ты принес мне кофе в постель?"

"Ты мог бы считать меня принцем мужей - или просто тем, что я проснулся раньше тебя. Только что пробило пять ", - добавил он.

"Уф". Она заставила себя подняться, пробормотала благодарность, затем взяла кружку и сделала глоток. Затем она закрыла глаза и позволила красоте кофеина проникнуть в ее организм. "Хорошо". Выпил еще немного. "Душ". Она выползла из кровати, сказала: "Еще", и осушила кружку, прежде чем сунуть ее обратно в его руки.

На полпути к ванной она оглянулась через плечо. Согнул палец. И, сняв футболку, позволила ей упасть на пол, пока она проходила остаток пути обнаженной.

Рорк поставил пустую кружку на тумбочку. "Кто я такой, чтобы отказываться от такого любезного приглашения?"

Она заказала, чтобы форсунки включили на полную, и, конечно, зверски горячую. Он никогда не привыкнет к ее любви кипятить себя, а зачастую и себя тоже, в душе. Закачался пар, размывая стекло большой открытой площадки. Она стояла, гладкая и мокрая, подняв лицо, с закрытыми глазами.

"Принц, вероятно, вымыл бы мне спину".

Подчиняясь, Рорк постучал по панели и, когда она открылась, сложил ладонь чашечкой, чтобы поймать сливочную каплю мыла. "Я так понимаю, ты хорошо спал".

"Мммм".

Ее спина, узкая и гладкая, с легким намеком на позолоту после их недавних каникул, проведенных на солнце, выгнулась - совсем чуть-чуть - от скольжения его мыльных рук.

Ему нравилось это ощущение, нежность кожи превыше прочности на растяжение. Длинная юбка сужалась к талии, затем уступила место изящному изгибу бедер.

Худощавый и угловатый, его полицейский, созданный для скорости и выносливости. И все же он знал ее уязвимые места, где прикосновение - его прикосновение - могло ослабить или подстрекнуть.

Изящный изгиб ее шеи сзади, небольшая впадина у основания позвоночника.

Он продолжил спускаться, скользя, обводя шелковистую жидкость по стройным, сильно мускулистым бедрам. Снова вверх, пальцы дразнят, наступают и отступают, в ленивом соблазнении.

Она обвила рукой его шею, выгибая спину. И, гибко изогнувшись от этой узкой талии, повернул ее голову, пока ее губы не нашли его губы, пока они не разошлись для долгого, глубокого слияния языков.

Она обернулась, ее глаза мерцали, как полированное золото, сквозь воду.

"Ты пропустил несколько моментов".

"Неосторожно с моей стороны". Он наполнил ладонь мылом, нанес его на ее плечи, груди, торс, живот.

Каждый дюйм ее тела тосковал здесь, в жаре и паре, под стук и пульсацию воды о кафель, о плоть. Его руки были волшебны на ее теле, пробуждая потребности, будоражащие ощущения, находя - владея - ее секретами. Его рот, когда он использовал его на ней, наполнил ее тело тысячей приступов удовольствия.

Его пальцы нашли ее, раскрыли и, влажное к влажному, погладили ее, несмотря на эту боль и за ее пределами.

Она обвилась вокруг него, гладкая, ароматная лоза, ее руки запутались в его волосах, ее рот жадно впился в его. Ее сердце билось дико и сильно в его груди быстрыми, похотливыми ударами. И она намылила руки, провела ими по его спине, бедрам, скользнула ими между их скользкими телами, чтобы взять его в свои шелковистые объятия.

Чтобы уничтожить его.

Он почти услышал, как свинец сломался под его контролем, и погрузился в нее. Прижимая ее к мокрым плиткам, ловя ее крики, даже когда ее руки обвились вокруг его шеи.

Горячие струи воды били по их соединенным телам. Капли блестели на коже, в воздухе. Пар поднялся и распространился, чтобы размыть их в одну отчаянную форму в этом последнем безумном порыве.

Она обмякла в его руках. Это был момент, который он любил, когда наслаждение переполняло ее, оставляло слабой. Просто это мгновение полной капитуляции перед ним, но больше - перед ними.

Наслаждаясь этим, она положила голову ему на плечо, пока он не поднял ее лицо и не коснулся губами ее губ. Теперь мягко и сладко.

Он видел, как прояснились ее глаза, видел, как они улыбнулись. "Это был не секс под макияж".

"Конечно, нет".

"Просто подтверждаю".

"Но это была превосходная прелюдия".

"Сработало для меня. Кофе в постель, секс в душе - отличное сочетание для пробуждения".

Она потерлась носом еще мгновение, затем исчезла - вышла и вошла в сушильную трубу.

Пока воздух кружился вокруг нее, он приказал снизить температуру воды на пять цивилизованных градусов.

Когда он вошел в спальню с полотенцем, обернутым вокруг талии, она стояла в коротком халатике, делая то, что он редко, если вообще когда-либо видел, чтобы она делала. Активно изучаю содержимое ее шкафа.

"Это странно, " сказала она, " но мне нужно... Выбери мне что-нибудь из одежды, ладно? Мне нужно выглядеть контролируемым, авторитетным, серьезным. Серьезно ответственный ".

Разочарованная, она обвела руками воздух. "Но не выглядя спланированным или изученным. Я не хочу, чтобы это выглядело как наряд, но...

"Я понимаю тебя". Он вошел, сначала изучил куртки. Он выбрал каждую из них сам, поскольку гардероб - не говоря уже о покупке гардероба - занимал последнее место в ее списке приоритетов.

"Это".

"Красный? Но-"

"Не красное, а бордовое. Оно не яркое, не смелое, но глубокое и серьезное - и передает авторитет, особенно в этом очень скроенном крое. С этими брюками - серьезного серого цвета оружейной стали и этим топом чуть более мягкого серого цвета - без суеты, без украшений. Серые ботинки, поскольку они дадут вам длинную очередь, с пиджаком в качестве подсознательного элемента авторитета ".

Она надула щеки, выдохнула воздух. "Хорошо. Ты эксперт".

Как только она оделась, ей пришлось признать, что была причина, по которой он был экспертом. Она выглядела собранной, но не - как бы она это выразилась - изученной. И красное - извините, бордовое - действительно выглядело сильно.

К тому же, если на нем окажется ее кровь, это может быть незаметно. Многое.

"Надень это".

Она нахмурилась, глядя на маленькие серебряные запонки, которые он протянул. "Я почти никогда не надеваю серьги на работу. Они-"

"В данном случае, просто немного полировки. Простое и утонченное."

Она пожала плечами, затем надела их. Закончив, она стояла, изучая себя в зеркале, потягивая еще одну чашку кофе.

"Ты уделяешь столько внимания своему гардеробу не ради Уитни", - сказал Рорк. "По крайней мере, не особенно. Это правда, эта старая поговорка. Женщины одеваются для других женщин. Это в пользу Рене Оберман ".

"Если все пойдет так, как я, черт возьми, собираюсь в этом убедиться, у нас сегодня будет наша первая встреча лицом к лицу. Это то, на что она обратила бы внимание. Она поймет, что на всех уровнях, с которыми я могу справиться, она имеет дело с властью ".

"Ты хочешь бросить ей вызов".

"Я брошу ей вызов. Но это на потом". Она взглянула на время. "Я должен сделать следующий шаг, связаться с Уитни. Господи, я надеюсь, что его жена не ответит на "ссылку".

Ева взяла свою с комода, расправила плечи. "Поехали".

Широкое лицо коммандера Уитни появилось на экране после второго сигнала. У нее был момент, чтобы почувствовать облегчение, что он не заблокировал видео, что означало, что вряд ли она разбудила его. Тем не менее, она была почти уверена, что это была складка от сна на его левой щеке, а не новая линия, проложенная временем и давлением власти, так что она не сильно промахнулась.

"Лейтенант". Он говорил оживленно, темные глаза казались трезвыми на его смуглом лице.

Она соответствовала его тону. "Коммандер, я приношу извинения за ранний час. У нас ситуация ".

Она изложила это с военной точностью, которой восхищался Рорк. В другом конце комнаты он, одетый по-дневному, слушал, как Уитни засыпает Еву вопросами. Рорк думал, что нужно знать этого человека и очень хорошо слушать, чтобы почувствовать потрясение, но оно было там.

"Я хочу просмотреть заявление Пибоди, поговорить с ней лично и просмотреть ваши записи".

"Да, сэр. Коммандер, могу ли я предложить провести этот первоначальный обзор здесь, а не в Центре? Детективы Пибоди и Макнаб находятся в этом месте в это время, и мы были бы уверены в конфиденциальности, пока вы не примете решения ".

Он на мгновение задумался, затем: "В пути", - и отключился.

"На твоей территории", - прокомментировал Рорк.

"Это важный фактор, но он знает, что разумнее начать это снаружи, а не с важной встречи в его офисе. Я собираюсь подготовиться к этому ".

"Я полагаю, у него будет ко мне несколько вопросов, поэтому я посмотрю, смогу ли я быть доступен. У меня голоконференция через десять минут. Я должен закончить это к семи или около того. Ты хорошо справился", - добавил он.

"Это только начало".

Пять

ЕВА ПОДГОТОВИЛА ПАКЕТ ДЛЯ СВОЕГО КОМАНДИРА с копиями всех данных, записей, заявлений и заметок. Пока она работала, она мысленно продумывала шаги, которые она надеялась предпринять дальше, свои причины для каждого из них, свои оправдания для привлечения Фини и Миры и соединения с Вебстером для аспекта IAB.

Тон, стратегия, логика, уверенность. Они понадобятся ей все, и в неразрывном сочетании, чтобы удержать в своих руках контроль над тем, что станет расследованием из двух пунктов - тем, которое поставит дочь Маркуса Обермана под прицел там, где они встретились.

Она подняла глаза, когда вошел Макнаб. Он носил свою собственную одежду - возможно, к лучшему. Увидев его в обычной одежде, они могут шокировать своего командира до потери сознания.

"Пибоди задержится еще на несколько минут", - сказал он Еве. "Я думаю, она просто хотела немного побыть одна".

"Каков ее статус?"

"Она довольно солидная. Я думал, может быть, ей будут сниться кошмары, но, думаю, она была слишком измотана ".

Уничтоженный - так бы она описала его сейчас. Яркая одежда, блеск сережек в мочке уха не скрывали напряжения и беспокойства, омрачавших его лицо.

"Ах, ты смотри ... Я думаю, это слово внушительное. В стиле стиля", - добавил он.

Очко в пользу Рорка, подумала она.

"Я могу что-нибудь сделать?" - спросил он ее.

"Это произойдет, но пока мы ждем. Я проверил монитор. Там все пять на пять. Выпей кофе, - сказала она, когда он просто встал перед установленной ею доской, позвякивая всем, что было у него во множестве карманов. Затем она вспомнила, с кем разговаривала. "И немного еды".

"Может быть, я что-нибудь придумаю для Пибоди". Он направился к кухне, затем остановился перед ее столом. Его зеленые глаза горели холодом. "Я хочу крови. Я знаю, что должен преодолеть, должен исправиться, но к черту это, Даллас, это то, чего я хочу. Это не потому, что - или просто потому, - что она была в ситуации. Работа ставит тебя в ситуации, вот что это такое. Но это не должно исходить от других копов ".

"Значок не делает тебя копом. Преодолей, исправься, Макнаб." Она уже говорила себе то же самое. "Вот как мы все исправим".

Пока он возился у нее на кухне, Ева встала, чтобы еще раз проверить доску, чтобы убедиться, что она ничего не забыла. Она услышала, как Пибоди вошла позади нее. "Макнаб готовит еду. Иди, возьми немного ".

"Желудок немного нервничает. Идея пройти через это с Уитни ".

Ева обратилась. Не совсем солидно, отметила она. "Вы доверяете своему командиру, детектив?"

"Да, сэр. Безоговорочно".

Она использовала тот же резкий тон, которым разговаривала с Макнабом, когда указала в сторону кухни. "Тогда поешь, сбрось нервы, делай свое дело".

Отвернувшись, она снова проверила монитор - без необходимости, она знала, и записала время, когда Пибоди проходила мимо нее.

Мгновением позже она услышала голос Макнаба. Она не могла разобрать слов, но тон был лукавым, поддразнивающим. И Пибоди рассмеялась. Ева почувствовала, как напряжение в ее собственных плечах ослабло.

Чтобы удовлетворить свои собственные потребности, она заказала идентификационную фотографию Рене Оберман и данные на экране своего компьютера для еще одного длительного изучения.

Возраст сорок два, блондин с голубыми волосами, пять футов четыре дюйма, сто двадцать фунтов. Привлекательная, как сказал Рорк. Безупречная кожа цвета слоновой кости с оттенком роз, классический овал лица с четко очерченными бровями, на несколько тонов темнее ее волос.

Темные брови, отметила Ева, и темный лес ресниц - что, вероятно, означало, что у Рене была умелая рука с усовершенствованиями лица. Она оставила лицо без рамки, откинув волосы назад для своей официальной фотографии, но Ева изучала другие с длинными, прямыми, как дождь, прядями, спадающими на плечи.

Тщеславие, подумала Ева. Может быть, еще одна область для использования.

Единственный ребенок Маркуса и Вайолет Оберман, которые были женаты сорок девять лет. Отец, начальник полиции (в отставке), проработавший пятьдесят лет. Мать, официантка, шесть лет проработала профессиональной матерью после рождения дочери, затем нашла работу менеджера по продажам в элитном женском бутике до выхода на пенсию.

Рене Оберман, один брак, который длился два года, один развод. Потомства нет. Перекрестная ссылка показала ей, что Ноэль Райт женился вторично, и второй, шестилетний союз произвел на свет двоих отпрысков, мальчика пяти лет и девочку трех лет. Бывший владел баром в Вест-Виллидж и управлял им.

Она все это отложила. Никогда не знаешь, что может оказаться полезным, подумала она.

"Лейтенант", - объявил Соммерсет по внутренней связи. "Коммандер Уитни только что пропустили через ворота".

Она уже решила не спускаться вниз, чтобы встретить его, проводить его наверх, чтобы это больше походило на дом, меньше на рабочее место. "Отправьте его прямо сюда. Макнаб! Запрограммируйте кофейник. Командир на месте."

Но она встала, намеренно прикрывая Пибоди с Макнабом по бокам, когда вошла Уитни.

Он нес командование, подумала она, в его широких плечах, на его жестком лице, в холодном блеске его глаз.

Он остановился у ее доски. Она расположила это так, чтобы он сразу это увидел, так что лица Рене Оберман, Гарнет, Кинер, место преступления располагались вместе, были связаны.

И она увидела быструю вспышку тепла, пробившуюся сквозь холод.

Не спрашивая, Ева налила ему кофе, подошла, чтобы предложить его. "Я ценю ваше быстрое внимание к этому вопросу, коммандер".

"Оставь это". Он прошел мимо нее, нацелившись на Пибоди. "Детектив, я рассмотрю ваше заявление в протоколе, но на данный момент я хочу услышать это от вас".

"Да, сэр". Инстинктивно Пибоди переключилась на внимание. "Коммандер, примерно в две тысячи ноль-ноль я вошел в тренировочный зал во втором секторе".

Уитни набросилась на нее жестко, достаточно сильно, чтобы заставить Еву отступить, достаточно сильно, чтобы ей пришлось бросить на Макнаба предупреждающий взгляд, когда она увидела, как его лицо озарилось гневом.

Уитни безжалостно допрашивала ее, прерывая, требуя, заставляя ее отступать, повторять, накладываться.

Хотя она побледнела, и Ева ясно услышала, как заныли нервы при этих словах, она никогда не колебалась, никогда не меняла ни единой детали.

"Вы не смогли произвести визуальную идентификацию ни одного человека?"

"Я не был, сэр. Хотя я ясно слышал, как субъект мужского пола называл женщину Рене и Оберманом, и слышал, как она называла его Гарнет, я не мог ясно видеть ни то, ни другое. Субъект женского пола, упомянутая как Рене Оберман, ясно дала понять в своем разговоре, что субъект мужского пола был ее подчиненным. В какой-то момент я смог увидеть часть ее профиля, цвет волос, цвет кожи. Я смог определить ее приблизительный рост. С помощью этой информации мы идентифицировали этих людей как Обермана, лейтенанта Рене и Гарнета, детектива Уильяма, из отдела нелегалов Центрального управления."

"Вам известно, что лейтенант Оберман - награжденный офицер с почти восемнадцатилетним стажем в департаменте".

"Да, сэр".

"Вам также известно, что она дочь бывшего коммандера Маркуса Обермана".

"Да, сэр".

"И вы готовы подтвердить эти заявления во время внутреннего расследования в отношении этих офицеров, возможно, в рамках уголовного процесса?"

"Да, сэр. Я желаю и стремлюсь сделать это ".

"Нетерпеливый, детектив?"

"Стремлюсь выполнить свой долг как члена полиции Нью-Йорка, как офицера, который поклялся защищать и служить. Я полагаю - поправка, сэр - я знаю, что эти люди использовали свое положение и власть, использовали свои значки неэтично, аморально и незаконно, и я горю желанием, коммандер, сделать все, что в моих силах, чтобы остановить их от продолжения этого ".

Он больше ничего не сказал на мгновение, затем - очень тихо - вздохнул. "Садитесь, детектив. Оставь ее в покое", - приказал он Макнабу, когда электронщик направился к ней. "Ей не нужно, чтобы ты вертелся рядом и кудахтал, как наседка. Она коп, и она чертовски уверена, что доказала это.

"Лейтенант".

Теперь Ева стояла по стойке смирно. "Сэр".

"Вы ждали почти восемь часов, чтобы доложить об этом командованию".

Она ожидала этого, у нее был готов ответ. "Шесть, сэр, поскольку потребовалось время, чтобы получить полные и подробные показания детектива Пибоди и установить, что люди, которых она подслушала, на самом деле были офицерами полиции Нью-Йорка. В то время я пришел к выводу, что для решения этого вопроса лучше всего попытаться подтвердить это заявление и эти детали, разыскав Кинера и собрав всю возможную информацию, чтобы представить ее вам ".

Она сделала паузу на мгновение, не колебание, а такт, чтобы поставить точку. "Мой детектив сообщил мне о возможном убийстве. Я чувствовал, что мне необходимо проверить ".

"Это могло бы сработать", - пробормотала Уитни.

"Бы", - мысленно поправила она себя. Она, черт возьми, заставит это сработать.

"Все действия занесены в протокол, сэр, для вашего ознакомления. Я также решил после того, как тело Рики Кинера было обнаружено, место происшествия и тело были проверены, подождать примерно около трех часов, прежде чем сообщить вам об этом, а не связываться с вами с этой информацией через триста часов. Это деликатный и тревожный процесс, коммандер. Я не чувствовал, что с этим можно или нужно торопиться ".

Он кивнул, затем он тоже сел. "Спокойно, Даллас, ради Бога". Он наморщил лоб, затем опустил руки. "Маркус Оберман - один из лучших полицейских, с которыми я когда-либо служил. Этот процесс, как вы это называете, запятнает его послужной список, его репутацию и его имя. И, скорее всего, разобьет его сердце ".

И вот здесь, подумала она, , возможно, самый острый из камней преткновения."Я сожалею об этом, сэр. Мы все пожалеем об этом. Однако дочь - это не отец." Вся ее жизнь, во многих отношениях, выросла на этом единственном факте.

"Я в курсе этого, лейтенант. Я знаю об этом, поскольку Рене Оберман служила под моим началом несколько лет. Она не такой полицейский, каким был ее отец, но немногие таковыми являются. Ее послужной список, до сих пор, был превосходным, а ее работа вполне приемлемой. Ее сильные стороны включают в себя сильную личность, способность выбирать правильного человека для правильной работы, и она искусна в доступе к деталям ситуации и упорядочивании их в логическую схему. Я чувствую, что она лучше подходит для административных и надзорных обязанностей, чем улица, и - фактически - предпочитает эти обязанности. Она руководит своим отрядом твердой рукой и добивается результатов ".

"Лейтенант, командующий отделением, должен выполнять работу, которая более чем приемлема. По моему мнению, сэр."

Он почти улыбнулся. "Ты бы вернулся домой. В отделе такого размера и масштаба, как Полиция Нью-Йорка, часто необходимо принимать приемлемое. Не было никаких признаков, никаких предупреждений, никаких ведущих индикаторов этой коррупции. Лейтенант Оберман амбициозна и выстроила свою карьеру, поставив себя на путь к званию капитана. Я не сомневаюсь, что она положила глаз на мое место, и, скорее всего, у нее есть график, когда она опустит на него свою задницу ".

"Она будет разочарована".

Теперь он действительно улыбнулся, издав смешок. "Даже до этого я бы сделал все, что мог, чтобы удержать ее подальше от командирского кресла. У нее не тот темперамент для этого. Для политики, для рукопожатий и ухмылок, для бумажной работы и связей с общественностью, да. У нее бы все получилось. Но ей не хватает сострадания, и она рассматривает своих людей как инструменты, а работу как средство достижения цели ".

Она ему не нравится, поняла Ева и задалась вопросом, сделало ли это его участие в ситуации проще или сложнее.

"Все это говорит о том, - продолжил он, - что у нас взрывоопасная ситуация, и фитиль уже зажжен". Он оглянулся, когда Рорк вошел в комнату.

"Джек", - сказал Рорк, кивнув.

"На данный момент только пять человек в этой комнате осведомлены об этой ситуации. Верно?"

"Да, сэр", - согласилась Ева. "В это время".

"Покажи мне тело. Подробнее."

"Монитор на экране", - приказала Ева, и изображение вспыхнуло.

Уитни откинулась назад, изучая. "Вы решили не устанавливать ТОД и не собирать никаких доказательств".

"Только удостоверение личности, коммандер. Мои мысли были-"

"Я знаю, каковы были твои мысли", - прервал он. "Запустите запись, от начала до конца, в этом месте".

Ева выполняла приказы, ее лицо было бесстрастным, когда оно появлялось на экране. Ее диктофон запечатлел часть потасовки между Рорком и уличным бандитом.

"Отличный ход!" Энтузиазм Макнаба взял верх над ним. "Извините, сэр".

"Нет необходимости. Это был отличный ход ". Уитни кивнула на Рорка. "Ты сломал этот локоть?"

"Вывихнут, я думаю".

"Иногда я скучаю по улицам". Запись переместилась внутрь, в грязь. "Иногда я этого не делаю".

Он погрузился в молчание, наблюдая за остальными. Когда это было сделано, на несколько мгновений воцарилась тишина. "Я рассмотрю остальное, но, предполагая, что вы уже рассказали мне об этом, каков ваш следующий шаг? У тебя есть следующий ход, Даллас ", - добавил он. "У тебя было достаточно времени, чтобы просчитать несколько следующих ходов".

"Моим первым приоритетом было бы официально обнаружить тело и начать расследование. По наводке одного из моих CI, или мы запустим это так, чтобы запись, которую она увидит, воспроизводила это. Я считаю, что это менее сложно и может быть более полезным, чем стандартные каналы. Она не будет знать, кто связался со мной, и я не буду обязан сообщать ей. На самом деле, для меня было бы нормой защищать свою собственную ласку. Она верит, что смерть Кинера будет воспринята как случайный передоз. Этого не будет. Я буду действовать жестко, дам ей повод для беспокойства. Или просто разозлиться из-за. Я буду перед ее лицом, и таким образом у меня будет возможность наблюдать за ней, за ее командой ".

"Сколько из них замешано в этом?" Уитни кивнула. "Это не просто Гарнет".

"Нет, сэр, это было бы маловероятно. Одновременно с этим было бы проведено внутреннее расследование. С вашего разрешения, сэр, я бы проинформировал и полностью ввел в курс дела лейтенанта Вебстера. Я работал с ним раньше, и он знает Пибоди. Это соединение сэкономило бы время и должно упростить процесс ".

"И вы верите, что сможете убедить его, что вам и вашей команде нужно играть активную роль не только в убийстве, но и во внутреннем расследовании?"

"Без Пибоди не было бы внутреннего расследования, и очень вероятно, что смерть Кинера была бы списана на передозировку".

"Тебе не нужно убеждать меня. Я также поговорю с лейтенантом Вебстером ".

"Мне также нужно проинформировать доктора Миру. Ее проницательность, мнения и оценки были бы необходимы ".

"Да, согласен".

"И мне нужен Фини. Мне нужен ЭДД".

"У IAB есть свои собственные электронные люди".

"Нам нужны наши. Макнаб уже замешан в этом, и его капитан должен быть в курсе. Каждая моя встреча с Рене Оберман должна, по возможности, записываться. ОВР будет следить за ней, сэр, но если у нее есть какие-то инстинкты, ей не потребуется много времени, чтобы учуять крыс. Она не зашла бы так далеко без хороших инстинктов, без принятия мер предосторожности ".

"Фини и Мира. Ваша часть этого расследования должна будет проводиться, по большей части, из этого места. Мы не знаем, как далеко простираются ее щупальца через департамент. Через мой дом". Уитни снова посмотрела на Рорка. "Ваш только что стал главным штабом".

"Очевидно".

"Ты терпимый человек".

"Не совсем. У меня был, можно сказать, некоторый опыт общения с полицейскими, такими как лейтенант Оберман. Если использование моего дома поможет удалить ее из вашего, моя дверь открыта ".

Уитни кивнул, поднялся на ноги. Его взгляд прошелся по всем в комнате. "Давайте прикончим эту сучку".

Когда брифинг закончился, Ева повернулась к Рорку. "Мне нужен этот совет ласки, и он должен выглядеть законным на случай, если Рене удастся заполучить журнал в свои руки".

"Я могу это сделать, но сначала мне нужно всего одно мгновение твоего времени". Он вернулся в свой кабинет.

"У меня действительно здесь время поджимает", - начала она.

"Понял, и вы получите вашу подсказку - переведенную на ваш "линк" из вашего офисного подразделения - как можно скорее. Я хотел сказать вам, что только что говорил с Дарсией - шефом Анджело, Олимп."

"Хорошо".

"Она на планете, в отпуске. У нас была назначена встреча на следующую неделю до ее возвращения, но она приехала в Нью-Йорк раньше. Она хотела бы видеть центральное полицейское управление и тебя."

"Я сейчас немного напряжен".

"И я вряд ли мог сказать ей, что ты занят началом расследования в отношении шайки грязных копов, не так ли?"

Ева засунула руки в карманы. "Нет. Думаю, что нет ".

"Ее главный план - провести более длительный отпуск в Нью-Йорке. Я встречусь с ней, приглашу ее на ланч или выпить. Но для нее естественно хотеть взглянуть на твой дом и восстановить с тобой связь. Вы действительно работали вместе, и достаточно хорошо, во время нашей маленькой интерлюдии на Олимпе ".

"Да, да. Ладно." Она подумала, взвесила, затем кивнула. "Может быть, я смогу использовать это в своих интересах. Как только это прокатится, никто из тех, кто пронюхает, не подумает, что я проводил бы время, проводя экскурсии и болтая с девушкой-полицейским, если бы был вовлечен во внутреннее расследование ".

"Я полагаю, когда все будет сказано и сделано, она будет рада, что была полезной. Я позабочусь о чаевых. Пять минут".

"Достаточно хорошо". Она вернулась в свой кабинет. "У нас будет подсказка через пять минут", - сказала она Пибоди. "Я отмечу тебя по твоей ссылке, скажу, что заеду за тобой домой, чтобы проверить информацию. Может быть, ничего особенного, поэтому мы пока не будем информировать Dispatch. Макнаб, тебе нужно добраться до Центра своими обычными средствами. К тому времени, как ты это сделаешь, Уитни уже проинформирует Фини. Я хочу фильтры на всю нашу электронику. Что-то, что не только покажет, если кто-то попытается взломать, но и предотвратит это ".

"Мы можем это сделать", - заверил ее Макнаб. "Я бы сказал, что у Рорка уже есть фильтры и щиты на всем, что здесь есть. Пара минут в компьютерной лаборатории Рорка, и я смогу починить твою карманную связь и связь Пибоди ".

"Мы вернемся к этому после подсказки. Кстати об этом", - сказала она, когда ее голос подал сигнал. "Он быстр, ты должен отдать ему должное". Она подняла палец, призывая к тишине. "Даллас".

"Не используй мое имя! Понял меня?" Голос был искаженным, срывающимся, и его никогда бы не спутали с голосом Рорка.

"Я держу тебя".

"Кто-то прикончил его. Старый сочный. Сделал ему плохо, чувак, оставил его купаться в блевотине ".

"Кто сочный?"

"Джуси никогда бы не стал играть тяжелую музыку, чувак. Они прикончили его. Те, кого он боялся. Ублюдок мертв".

"Ты под кайфом, придурок. Не трать мое время ".

"Накурился за Джуси. Ты должен добраться до него, Даллас, понимаешь? Это неправильно. Запихнул его в гребаную ванну. Я не просто подлизываюсь к тебе, Даллас. Это для Джуси ".

Запись показала бы ее хмурый вид, повторила бы предупреждение в ее голосе. "Скажи мне где, но если я не найду тело, я выслежу тебя и надеру тебе задницу".

"Ты найдешь его". Голос пробормотал адрес. "Бедный старина Джуси. Ты принесешь мне мою двадцатку, верно? Я получаю свою двадцатку".

"Если я найду тело, ты получишь свою двадцатку. Если я этого не сделаю, лучше найди дыру ". Она отключилась, затем подошла к двери, соединяющей ее кабинет с кабинетом Рорка. "Как ты это сделал?"

"О, просто небольшая программа обмена голосами, над которой я работал. Я использовал двух актеров в паре фильмов о наркотиках ". Он ухмыльнулся, показывая ей, что получил удовольствие. "Интересно, не правда ли?"

"Хм. Ты готова, Пибоди", - сказала Ева и перешла ко второму шагу.

"Это кажется немного глупым, когда я стою прямо здесь".

"Судя по цифрам".

После краткого обмена репликами Ева скинула свою ссылку Макнабу. "Делай свое дурацкое дело, затем спускайся в Центр - все как обычно".

"Я могу подвезти тебя до половины, Йен", - сказал Рорк с порога.

"Покрытый льдом. Сначала встряхни меня".

"Я пойду с тобой", - сказала ему Пибоди, "забери звенья, когда сотворишь свою магию. Встретимся внизу, Даллас. Спасибо за все, Рорк. Абсолютно все".

"Не принимай его до конца", - начала Ева, когда Пибоди последовала за Макнабом из комнаты.

"Я не в первый раз веду себя подло". Рорк шагнул к ней, чтобы провести пальцем по вмятине на ее подбородке. "Я мог бы победить тебя в подлом противостоянии".

"Возможно".

"Его уважение к своему предшественнику давит на вашего командира".

"Да, я понял это. Но ему не нравится дочь. Даже раньше этого не было. Иногда эта история с яблоком и деревом? Иногда это случается. Упасть далеко."

Понимая, что она думает о себе и, возможно, о нем также, как и о Рене Оберман, он обхватил ладонями ее лицо, прикоснулся губами к ее губам. "Иногда яблоко делает осознанный выбор упасть как можно дальше. Хорошо это или плохо, Ева."

"И иногда оно прогнивало до того, как падало. И хватит о фруктах. Я должен пойти и найти мертвого наркомана ".

"К счастью, на этот раз я этого не делаю". Он снова поцеловал ее. "Берегись живых".

"Может быть, я попробую твой главный ход". И она ушла, вроде как надеясь, что сможет.

Как только они оказались в ее машине, Ева еще раз повторила это с Пибоди. "Мы действуем по правилам. Запечатано, запись включена. Следуя подсказке. Мы очистим первый уровень, прежде чем двигаться дальше. Мы знаем жертву только по имени Джуси, пока не опознаем его. Убери от меня свой диктофон, когда я удалю глаза, которые Рорк повесил над дверным проемом ванной ".

"Понял".

"Мы работаем с телом и местом преступления точно так же, как работали бы с любым другим телом и местом преступления, и именно поэтому мы собираемся придать некоторый вес отделу убийств. В любом случае, это подозрительная смерть, оставленная без присмотра, и в моем отделе мы не отмахиваемся от этого, потому что жертва - неудачник, накрытый простыней ".

"Чертовски верно. Я нервничал из-за командира."

"Он набросился на тебя жестко, потому что ОВР будет действовать жестко, и когда мы ее уничтожим, защите придется туго".

"Это я тоже понял". Пибоди поиграла со своими радужными солнцезащитными очками, но не надела их. "И я понял, что будут другие копы, которые будут смотреть на меня как на предателя".

"Она предательница, Пибоди".

"Я знаю. Но я должен быть готов к этому. Поэтому, когда бы это ни случилось со мной, я буду видеть себя в той душевой кабинке и буду думать: "Пошел ты ".

"Это хорошая мысль. Время сделать следующий шаг ". Она использовала свою карманную ссылку, чтобы связаться с Вебстером.

"Что ж, доброе утро, Даллас".

Пока его привлекательное лицо заполняло экран, она услышала звуки уличного движения. "Где ты?"

"Иду на работу в этот прекрасный летний день. Почему?"

"Есть компания?"

"Несколько миллионов жителей Нью-Йорка". Он отпил кофе из одноразовой чашки, но она увидела, как изменился его взгляд. Расплющить. "Без компании".

"Мне нужна встреча. Помнишь, где мы встретились во время небольшого федерального дела?"

"Я помню".

"Вот. Через два часа. Тебе нужно отнестись к этому как к личному разговору ".

"У меня есть босс, Даллас".

"Он тоже, и его босс тоже. Это исходит от большого кресла, Вебстер. Если ты этого не хочешь, я пометлю другую крысу ".

"Забавно. Два часа." Он отключился.

"Пометьте Крэк", - приказала Ева Пибоди. "Скажи ему, что мне нужно, чтобы он открыл свое заведение через пару часов".

"Ты хочешь, чтобы я пометил владельца секс-клуба "Гигант" в этот утренний час, зная, что я его разбужу?"

"Найди свой стержень, Пибоди", - предложила Ева.

При дневном свете окрестности выглядели еще хуже, решила Ева, когда каждое пятно, каждый мазок были видны с резким рельефом. Унылый магазинчик, покосившийся на углу, оклеенный предупреждениями.

В ПОМЕЩЕНИИ НЕТ НАЛИЧНЫХ!

Под НАБЛЮДЕНИЕМ "На СТРАЖЕ"!

ТОЛЬКО ДЛЯ ОПЕРАТОРОВ ДРОИДОВ!

Горстка людей двигалась по тротуару, опустив головы, занимаясь своими делами, в то время как большинству головорезов, хулиганов и нарушителей спокойствия было еще слишком рано приставать к ним.

"Здесь тяжелая жизнь", - прокомментировала Пибоди. "В паре кварталов отсюда все по-другому, но здесь это тяжело и подло. Если ты родился здесь, как тебе выбраться?"

Ева подумала о Рорке, ребенке, идущем по жестоким дублинским переулкам - дорогам, где жестокость и подлость были бы праздником. "Всеми правдами и неправдами", - пробормотала она.

Припарковавшись, включив все сигнализации и включив дежурный свет, Ева достала из багажника свой полевой набор. "Поднимите занавес. Запись включена. Давай запечатаем. " Она бросила Пибоди банку "Seal-It". "На случай, если это окажется чем-то иным, чем пустой тратой времени".

Пибоди подчинилась, бросила банку обратно. "Мы могли бы попросить кого-нибудь из полицейских проверить это".

"Мой совет. Нет смысла тратить ресурсы, пока мы не посмотрим." Она вытащила своего мастера, когда они приблизились к зданию. "Не похоже, что кто-то жил в этом месте в течение этого столетия, но посмотрите сюда - это новый замок. Никто еще не потрудился разоблачить это ".

"Похоже, это все для безопасности. Никаких кулачков, никаких прокладок ".

"Если они и были у него, то их давно нет. Даллас, лейтенант Ева, и Пибоди, детектив Делия, минуя блокировку, проникают в помещение, чтобы подтвердить или опровергнуть сообщение конфиденциального информатора о теле."

Она обошла, вытащила свое оружие. Затем приоткрыл дверь. "Вот это прелестное зловоние. Если это полет дикого гуся, то этот хорек получит серьезный выговор. Оружие и свет, Пибоди. Давайте начнем расчистку".

Как и за несколько часов до этого с Рорком, она преодолела первый уровень.

"Вероятно, когда-то это было милое местечко", - прокомментировала Пибоди. "Вы можете увидеть некоторые оригинальные полы и штукатурку".

"Конечно. Это настоящий ремонт. Первый уровень чист", - сказала она для протокола. "Черт, этим ступеням лучше держаться. Если ты провалишься, я не буду тебя вытаскивать ".

"Я полагаю, что это комментарий к моему весу. Я могу подать официальную жалобу ".

Ева фыркнула от смеха. "Ты делаешь это. Боже, запах становится только лучше. Это как надушенный букет из дерьмовой кучи ... дерьмо".

"Дерьмо есть дерьмо".

"Ради Бога, Пибоди, ты достаточно долго проработала в отделе убийств, чтобы даже через это чувствовать запах DB. Хорек сказал в ванне. Убирайте по мере продвижения, " приказала она и, подметая места, вернулась в разрушенную ванную. "Это, должно быть, пикантно".

"Полагаю, ты должен извиниться перед хорьком".

"Он получит свою двадцатку". Ева подошла к ванне. "Купание в блевотине. Преувеличение, но достаточно близко. Давайте установим его личность, вызовем полицию ".

"Даллас, здесь плохо. Если мы не хотим провести час в дезинфицирующем средстве, нам следует надеть защитное снаряжение ".

"В чем-то прав". Ева отступила назад, и когда Пибоди наклонилась, чтобы снять маскировку с набора, потянулась вверх и за ее спину за камерой, которую установил Рорк. Она сунула его в карман, отключила, затем достала свой коммуникатор.

"Даллас, лейтенант Ева".

Отправка, Даллас признал.

Она сообщила о теле, местонахождении, ситуации, попросила униформу оказать помощь. Закончив, она распечатала защитную пленку, которую предложила ей Пибоди.

Как и прежде, Ева использовала свой блокнот для идентификации. "Жертва идентифицирована как Кинер, Рики, двадцати семи лет. Мужчина смешанной расы, пять футов и девять дюймов, сто тридцать фунтов. Коричневый и коричневая. Вик свернулся калачиком в разбитой ванне, пустой шприц с иглой находится в ванне с ним. Другие принадлежности нелегалов также в качестве доказательства ".

"Вчера ТОД прибывает в ноль четыреста, Даллас. Это приблизительное значение из-за временной задержки и условий окружающей среды ".

"Я, чтобы подтвердить ТОД".

Пибоди сказала то, что, по ее мнению, сказала бы, если бы они наткнулись на тело по наводке. "Это похоже на передозировку. Вы можете видеть его следы. Он прошел старую школу, но это не первая его поездка в Неверленд."

"Почему ванна? В соседней комнате был матрас, который условно можно было назвать кроватью. У него синяки, поцарапанный локоть ".

"Он мог бы вызвать эти судороги, стучать по ванне. Я думаю, что это отлито из железа ".

"Да. У него есть простыня, и он не был новичком в нелегалах. Может быть, он облажался со своей попсой, или, может быть, он получил что-то более горячее, чем он думал ". Она покачала головой. "У него есть записанный адрес, и это не он. Так почему здесь?"

"Может быть, он пришел с кем-то пострелять, передозировка, и этот кто-то поместил его сюда и стал кроликом".

"Это вопросы и возможности. Что ж, Джуси теперь наш. Итак, мы должны получить ответы. МЕНЯ определит COD, но пока это подозрительная смерть, и наш случай. Давайте приступим к работе".

Шесть

ОНА УЛОВИЛА ГРИМАСЫ, КОГДА ПОСЫЛАЛА полицейских опрашивать и стучать в двери. Это был не тот район, где полицейских встречали предложением кофе или даже притворным уважением. Также было маловероятно, что кто-то признался бы, что видел что-либо или кого-либо, даже если бы они были волшебной мухой на стене места преступления.

Но это должно было быть сделано.

Когда прибыли чистильщики, она разыскала главного криминалиста. "Я собираюсь провести зачистку на полном уровне, на всех трех уровнях".

У Евы глаз-бусинка. "Это шутка?"

"Нет. И я пометил замок на входной двери. Мне нужна марка, модель и анализ того, когда она была установлена ".

"Петри подговорил тебя на это, не так ли? У него извращенное чувство юмора ".

"У тебя есть проблемы с тщательностью, Курц?"

Женщина закатила глаза за защитными очками. "Следующее, что ты мне скажешь, это то, что это не какой-нибудь мертвый химик, а принц Монако или что-то в этом роде".

"Нет, я почти уверен, что он какой-то мертвый химик. Он также мой покойник, и мне нужно то, что мне нужно ".

"Ты получишь то, что тебе нужно, но было бы лучше для всех просто сжечь все здесь. Очистись".

"Не зажигай спичку до окончания зачистки".

Это, по крайней мере, заставило Курца улыбнуться, прежде чем Ева передала место происшествия уборщикам, а тело команде морга.

Уходя, она отправила сообщение Моррису, главному судебно-медицинскомуэксперту, с просьбой, чтобы он сам забрал тело.

"Будут какие-то разговоры о том, что нужно действовать на высшем уровне", - прокомментировала Пибоди, как только они вышли на улицу, выключив магнитолы.

"Именно это я и имел в виду".

Она села за руль и отправилась в секс-клуб, чтобы сдать Рене Оберман.

Когда она вошла в The Down and Dirty, Крэк стоял огромным за стойкой бара. Его бритая голова блестела, как полированный оникс, а грудь, мускулистые руки, обнаженные, если не считать жилета без рукавов, были покрыты татуировками.

Он бросил на нее стальной взгляд. "Ты испортила мой прекрасный сон, белая девочка".

"Черный человек, насколько ты хочешь быть красивее?"

"Умный ответ". Он наклонил голову в сторону углового столика. "В доме завелась крыса".

"Да". Она уже заметила Вебстера. "У меня есть причины. Я у тебя в долгу, Крэк. Я буду у тебя в долгу, если ты будешь держать это место закрытым, пока я не закончу."

"В это время суток это не имеет значения. Цифра полторы. Хочешь кофе?"

Опыт подсказывал ей, что кофе здесь был таким же смертоносным, как и выпивка. "Может быть, вода?"

Он фыркнул, но вытащил две бутылки из-под стойки, затем после секундного колебания добавил третью. "Крысы тоже испытывают жажду".

"Ценю это". Ева передала бутылку Пибоди, а две другие отнесла через комнату Вебстеру.

"Слишком рано для развлечений", - прокомментировал он.

Она посмотрела в сторону сцены. Через пару часов голобэнд задал бы ритм для стриптизерш на ранней смене, а разбежавшиеся клиенты оскорбили бы их ухудшающиеся слизистые оболочки желудка крепкими напитками и дешевым самогоном.

К полуночи это место было бы задницей к заднице и локтем к локтю под кружащимися огнями. Наверху, в комнатах уединения, люди - многие из тех, кто только что познакомился, - набрасывались бы друг на друга, как обезумевшие кролики.

"Я мог бы попросить Крэк поставить пару виртуальных стриптизерш, но я думаю, то, что у нас есть для вас, достаточно занимательно".

"Лучше бы так и было. Как дела, Пибоди?"

"Я думаю, мы собираемся это выяснить".

"Мы здесь с полного ведома и разрешения командующего, и с его распоряжением, чтобы в это время информация, которую мы собираемся вам предоставить, не была доведена до сведения кого-либо еще".

"Мы не одинокие волки в ОВР, Даллас".

Она решила, что у него включен диктофон. А также подумала, что если он не согласится на условия, она ничего не даст ему для записи.

"Да, я понимаю, что Бюро - это сокращение от бюрократия, но такова директива".

"Мой капитан-"

"В данный момент об этом не следует сообщать".

Он откинулся назад, симпатичный мужчина даже с глазами копа, подумала Ева, если бы он променял улицы на внутреннее вынюхивание. Он думал, что когда-то любил ее, что было неловкой и ... чреватой последствиями ситуацией.

Но в данный момент он изучал ее с холодным нетерпением.

"Даже командир не может диктовать процедуру ОВР".

"Ты не хочешь играть, Вебстер, я найду кого-нибудь, кто хочет. На то есть причины", - добавила она, наклоняясь вперед. "И если бы ты вытащил бюрократическую ленту из своей задницы, согласился и выслушал, ты бы понял директиву".

"Попробуй это. Я соглашусь, и я буду слушать. Затем я приму решение относительно того, выполняется ли это указание ".

Она откинулась на спинку стула.

"Даллас, может быть, нам стоит просто подождать, пока-"

Ева прервала Пибоди, покачав головой. Иногда, решила она, нужно доверять.

Кроме того, если толчок встретит толчок, она заберет у него диктофон.

"Я собираюсь подвести итог для вас. У меня есть копия протокола показаний моего партнера, и у меня будут копии всех данных, относящихся к убийству, которые касаются. Ты получишь эти записи, Вебстер, когда и если дашь слово придерживаться указаний Уитни. Для начала, " сказала она и выложила это.

Она бесстрастно провела его через это, наблюдая за его реакцией. Он сыграл приличную комбинацию в покер, вспомнила она, но она распознала его потрясение, расчет.

Его взгляд переместился на Пибоди и обратно, но он не перебивал.

"Это в двух словах", - заключила Ева. "Твой мяч, Вебстер".

"Рене Оберман. Малышка Сент-Обермана."

"Это тот самый".

Он сделал большой глоток из бутылки с водой. "Вам придется туго, детектив", - сказал он Пибоди.

"Это был момент".

"Вы официально подтвердили эти утверждения?"

"Я официально изложил эти факты".

"И это был ваш выбор, чтобы после этого инцидента сообщить вашей сожительнице, затем вашему партнеру - и ее гражданскому мужу, затем, по прошествии значительного времени, вашему командиру. Все это до передачи этой информации во внутренние дела ".

Ева открыла рот, закрыла его снова. Пибоди пришлось бы столкнуться с чем-то большим, чем просто преднамеренная травля.

"Это был мой выбор - убраться к черту из ситуации как можно быстрее без обнаружения. Я верил и продолжаю верить, что если бы меня обнаружили, я бы не смог никому сообщить, потому что был бы мертв. Мой сожитель тоже полицейский, и я твердо верил, что нуждаюсь в помощи. Мой партнер также является моим непосредственным начальником, которому я безоговорочно доверяю и на чьи инстинкты и опыт я полагаюсь. Ее муж также часто является экспертом-консультантом департамента ".

Она сделала вдох. "Это было наше решение определить, существовал ли Кинер, о котором упоминали Оберман и Гарнет, и если да, то был ли он жив или мертв. Он мертв, и, как утверждал лейтенант Оберман в разговоре, который я слышал, его смерть была инсценирована как передозировка. Я поднялся по служебной лестнице, лейтенант Вебстер, и с помощью этой цепочки собрал и подтвердил факты, о которых сейчас сообщается представителю внутренних расследований. Вы можете критиковать мои решения, но я поступил с этим так, как считал лучшим. И поступил бы точно так же снова ".

"Тогда ладно". Он потер заднюю часть шеи. "Рене Оберман, ради всего святого. Каковы шансы на то, что вы докажете, что Кинер был убит?"

"Мы докажем это", - сказала ему Ева, "потому что он был, на самом деле, убит".

"Я всегда восхищался твоей уверенностью, Даллас. У нее что, команда из десяти человек?"

"Двенадцать".

"Если она заказала это убийство, согласно заявлению Пибоди, это мог быть любой из них, кроме Гарнет".

"Их мальчик", - напомнила ему Ева. "Двое из отряда - женщины. Остается девять. В ее распоряжении также есть смена формы, которая добавляет. Также возможно, даже вероятно, что ее завербовали не только в ее собственном отряде. Мы разберемся с убийством, Вебстер, но я могу получить доступ только к основным данным о ней, о ее команде или о ком-либо еще, кто может привлечь мое внимание, не подавая сигнала тревоги. Я собираюсь отвлечь ее с помощью Кинера, сосредоточить ее внимание и заботу на мне, но я не хочу, чтобы она нервничала, не сразу, думая, что я смотрю на нее, конкретно, или на кого-либо из ее людей из-за этого ".

"У нас есть способы копать без флагов, но это рискованно без одобрения моего капитана".

"Вам придется обойти это - и вы не можете использовать своих собственных электронщиков", - добавила она. "Тебе придется работать с Фини и Макнабом".

"И ты полагаешь, все решат, что я околачиваюсь возле Эдда ради кофе и пончиков?"

"Там есть еще шипучки и батончики PowerBar. Мое место - главный штаб по этому делу. У нас есть компьютерная лаборатория, оснащенная так же хорошо, как у ЭДДА, и моего домашнего офиса достаточно для наших целей ".

"Да, я помню твой домашний офис".

Она спокойно встретила его взгляд. "Тогда у тебя не будет проблем с его поиском".

"Этот процесс продвигался бы более эффективно с использованием всех ресурсов IAB".

"Вы так уверены, что все в ОВР или связанные с ним чисты, Вебстер? Ты когда-нибудь раньше вынюхивал о Рене - и поскольку, судя по твоей реакции, держу пари, что ответ отрицательный, можешь ли ты гарантировать, что у нее внутри нет кого-то, кто заботится о ее интересах? "

"Ничто не гарантировано, но я знаю людей, с которыми я тесно сотрудничал, и это не оставляет тени для моего капитана".

"Я их не знаю. Если вы поделитесь записью этого разговора, которую вы сделали, и она дойдет до Рене или Гарнет, вы подставите задницу Пибоди под удар ".

Она немного подождала, и теперь ее голос был холодно-деловым. "Я сломаю тебе руку, если ты попытаешься выйти отсюда с записывающим устройством, которое у тебя при себе, если у меня не будет твоего слова по этому поводу. Если ты отнесешь эту сломанную руку своему капитану или кому-нибудь еще и повторишь этот разговор, если ты сделаешь что-нибудь, что поставит под угрозу моего детектива, моего партнера, я похороню тебя. Ты знаешь, что я говорю серьезно ".

Его пристальный взгляд встретился с ее; он сделал еще глоток воды. "Да, Даллас, я знаю, что ты это серьезно. И я имею в виду вот что. Я не подставляю задницу хорошего копа под удар ".

"Тогда дай мне свое слово. Я возьму это, и мы уйдем отсюда. В противном случае я отмечаю Уитни прямо сейчас. Возможно, у него нет полномочий напрямую вмешиваться в процедуру ОВР, но он, черт возьми, может наверняка перевести тебя в Управление дорожного движения в гребаном Квинсе ".

Он поставил воду на стол, наклонился вперед, чтобы занять ее место. "Не угрожай мне, Даллас".

Она повторила его движение. "Слишком поздно".

Он оттолкнулся от стола и направился к бару, где сидел Крэк, молча работая в блокноте. Через мгновение Вебстер вернулся с кружкой кофе, который, Ева знала, подействует и обожжет, как горячая аккумуляторная кислота.

"Даю тебе слово, не потому, что ты меня беспокоишь, а потому, что, повторяю, я не больше твоего желаю подставлять задницу хорошего полицейского под удар".

"Сказал, что задница ценит это", - пробормотала Пибоди.

Вебстер отпил немного кофе, зашипел и выругался. "Господи, это плохо. Мне нужны копии каждого байта данных, которые вы получили, получите или надеетесь получить ".

"Ты это получишь".

"Каждый брифинг занесен в файлы ОВР".

"Нет. Я не могу согласиться с этим, Вебстер, - сказала она, прежде чем он смог возразить. "Все результаты, все оперативные планы и расследования будут составлены и зафиксированы, но я не хочу, чтобы мои люди подвергали цензуре каждое слово или рисковали получить тычок от ОВР. Мои контакты и беседы с Рене Оберман, Уильямом Гарнетом и всеми остальными, кто, по моему мнению, потенциально связан, будут записаны и скопированы вам для IAB. Я буду на проводе, как и Пибоди ".

"Ты собираешься встретиться с Кинером лицом к лицу".

"Я собираюсь залезть к ней в задницу с Кинером".

"Как?"

Ладно, подумала Ева, теперь он у нее в руках. Вложенный, он не только помогал, но и прикрывал ее команду от любой внутренней реакции.

"Я пришел к выводу, что он был ее пронырой, прочитав его досье - что, оказывается, правда. Плюс, мой мифический хорек знал его. Я знаю, как справиться с этим концом ".

"И я знаю, как справиться со своей. Я должен кое-что сказать моему капитану. Итак ... У меня есть возможная версия чего-то важного, но мне нужно некоторое время, чтобы разобраться в этом дальше, прежде чем привлекать Бюро. Он немного надавит на меня, но не загонит в угол, если я скажу ему, что мне нужна комната ".

Она немного поспорила для проформы. "Сколько места он собирается предоставить тебе после того, как ты намекнешь на что-то важное у него под носом?"

"Хватит. Я не буду лгать своему капитану Далласу - и не только - сообщая ему об этом, это ставит мою часть расследования в известность. Это будет иметь значение, когда мы прижмем ее и ее веселых людей ".

"Хорошо".

"Теперь, поскольку этот кофе меня не убил, я собираюсь начать".

"Тысяча шестьсот, ШТАБ", - сказала ему Ева.

"Я буду там". Он встал. "Ты поступила правильно, Пибоди. В конечном счете, ты поступил правильно. Это тоже будет иметь значение ".

Пибоди посидела еще мгновение после того, как Вебстер вышел. "Боже, я рад, что эта часть закончилась. Даллас, ты бы действительно сломал ему руку? Или пометил Уитни и попытался добиться перевода Вебстера в Квинс?"

"Да, может быть, я бы выбрал его нос и Йонкерс". Она пожала плечами. "Но я бы немного пожалел об этом".

Вернувшись в Центр, она сказала Пибоди создать доску и заказать книгу о Кинере. "Я иду в EDD, подключусь, затем нанесу визит Рене".

"Разве я не должен пойти с тобой?"

"Мы собираемся инициировать это как своего рода визит вежливости - от лейтенанта к лейтенанту, от ласки к ласке. Я хочу, чтобы она знала, что мы прилагаем к делу все усилия, и мой детектив закладывает фундамент, прежде чем мы отправимся в морг ".

"Ты думаешь, она уже знает, что мы нашли его?"

"Это будет интересно выяснить. Начинай, Пибоди, затем сделай один из своих маленьких "перерывов" с Макнабом и подключись ".

Сама невинность, Пибоди широко раскрыла глаза. "Какие маленькие перерывы?"

"Вы действительно думаете, что я не знаю, что происходит в моем собственном отделе?"

Ева отделилась, направилась к ЭДДУ.

Она изо всех сил игнорировала шум, обжигающие глаза цвета, непрерывное движение и нырнула в блаженно нормальный офис Фини.

Он сидел за своим столом, удобно помятый, сутулый, попеременно постукивая пальцами по экрану и проводя ими по своей копне жестких рыжевато-рыжих волос.

Его глаза бассет-хаунда встретились с ее.

"Я должен заглушить этот шум. Как, черт возьми, ты это терпишь?" Она закрыла дверь, и мгновение оба молчали.

Его лицо, такое же удобно помятое, как и рубашка, стало мрачным. "Это адская штука".

"Да".

"Я много раз пересекался с дочерью Обермана. ЭДД нужен всем. Я бы этого не понял ".

"Ты не одинок".

"Я взглянул на нее, когда она вышла из Академии. У нее там блестящий послужной список, так что я подумал о том, чтобы спросить, не хочет ли она работать в отделе убийств, хотела бы, чтобы я ее обучал ".

Связи, подумала Ева. Ты никогда не знал, откуда они взялись. "Почему ты этого не сделал?"

"Просто не казалось подходящим. Я не могу указать пальцем на это, даже сейчас, за исключением того, что ты узнаешь, когда узнаешь. Как будто я посмотрел на кого-то другого, кто вышел из Академии с блестящим послужным списком несколько лет спустя, и понял ". Его обвисшее лицо расплылось в улыбке. "Это было довольно хорошее совпадение".

И если бы он забрал Рене, забрал бы он ее до сих пор? Судьба, решила она, ты тоже никогда не знаешь, откуда это взялось.

"Ты бы до сих пор руководил Отделом убийств, если бы не перешел на темную сторону".

"Я обучал тебя управлять этим". Он ткнул пальцем в воздух в ее сторону. "Кроме того, ты никогда не понимал и не ценил силу выродка".

"Достаточно, чтобы знать, когда их использовать". Она присела на край его стола, опустив руку в блюдо с засахаренным миндалем. "Черт возьми, Фини, я только что уложил нас в постель с ОВР".

"Нет выбора, малыш". Он открыл ящик. "И никаких сожалений. У меня здесь твои глаза и уши. Высший сорт. Они не будут видны при сканировании или развертке. Используя подобную сеть, она, вероятно, подключена к сканированию. Ты должен быть осторожен с этим. Они стоят вдвое больше, чем мы зарабатываем за месяц, вместе взятые ".

Он поднялся, выдохнул. И его уши слегка пощипало. "Ты должен снять пиджак и рубашку".

"Да, да". Они избегали смотреть друг на друга, как это делала она.

"И это тоже".

"Господи, Фини, я здесь голый. Это танк поддержки ".

Его краска распространилась от ушей к щекам; его взгляд оставался прикованным к ее плечу. "Я не хочу видеть твои сиськи больше, чем ты хочешь ими блеснуть, но это должно идти вразрез с кожей. Так что тебе следовало подумать об этом и надеть что-нибудь из тех других вещей ".

"Мужчина". Униженная, она разделась догола, спрятала бриллиант, который носила, за спину.

"Ты немного загорел".

"Господи, Фини".

"Я просто говорю, потому что мне нужно настроить тон, смешать его. Я могу сделать это чертовски почти невидимым, даже когда ты голый. Перестань ерзать. Поговорим об убийстве ".

Она вернула себя в грязную ванную, что было почему-то лучше, чем думать о том, чтобы стоять полуголой в EDD.

"Я думаю, убийца установил новый замок на входную дверь. Зачем Кинеру это делать? Новые замки просто заставляют какого-нибудь мудака взломать их и посмотреть, что стоит запереть внутри ".

"Хотел, чтобы его нашли".

"Да. Не так быстро, но да. Если бы какой-нибудь мудак нашел его, вполне вероятно, что они бы перепутали место преступления, порылись в барахле Кинера. У него была кое-какая одежда, немного наличных, ссылка на выброс в комнате, в которой он завалился. И обувь. Они всегда берут обувь. Если бы все пошло именно так, нам пришлось бы меньше работать. У меня есть источник, который я выдумал, говорящий мне, что у Кинера не было бы передозировки. Я ставлю это против его послужного списка, его опыта с его любимым развлечением ".

"Как ты собираешься с ней работать?"

"У меня есть несколько идей, но мне нужно встретиться лицом к лицу, чтобы уточнить их. И мне нужно поговорить с Мирой. Я должен установить первый контакт сейчас, но я хочу поговорить с Мирой ".

"Сделано". Он немедленно отвернулся. "Надень что-нибудь, ради Христа". Он взял наушник размером с горошину. "Когда и если тебе это понадобится, один из нас сможет связаться с тобой через это".

"Как мне включать и выключать диктофон?"

"Я подберу для тебя ключевые фразы, какие захочешь".

"Ах. Пончики с корицей. Я пропустила завтрак", - сказала она ему. "Я мог бы съесть пончик с корицей".

Он сел, набрал фразу на панели управления. "Началось. Я бы и сам мог съесть пончик с корицей ".

"Кто не смог?"

"И это читается пять на пять. Неуместная фраза?"

"Дальше по кварталу".

Он включил это, проверил это. "Эти фразы отпечатаны твоим голосом. Это начало. Это войдет в это ". Он постучал по мини-монитору. "Я отнесу это в лабораторию Рорка. Мы установим еще один в вашем офисе. Пибоди будет настроена на то же самое. Ребенок в порядке?"

"Да. Можешь попросить Макнаба подключить ее? Они могут воспользоваться одним из своих тайных шкафов для свиданий, и все просто подумают, что они действуют ощупью ".

"Мне нравится притворяться, что я ничего не знаю о шкафах и ощупывании. Да, я расскажу мальчику ".

Она кивнула. "Тысяча шестьсот, ШТАБ, первоначальный полный инструктаж".

"Я скажу жене, чтобы она не задерживала ужин".

Она начала, заколебалась. "Ты всегда помнишь? Рассказать ей?"

"Она не жалуется, если мне приходится работать по семьдесят два часа подряд, если я заваливаюсь спать в кроватке, потому что слишком устал, чтобы добраться домой. Она жена чертовски хорошего полицейского. Но если я не скажу ей, что опаздываю на ужин, моя жизнь не стоит того, чтобы жить ".

"Я думаю, это справедливо. Итак, мы обеспечим вас едой ".

"Это тоже справедливо", - сказал ей Фини.

Она вышла и направилась в отдел нелегалов.

Она ускорила шаги, проходя через лабиринт и направляясь к отряду Рене Оберман. Включил диктофон. Она осмотрела комнату отдела, отметила доску с делами, перечисленные задания, открытые дела, закрытые.

Как и в любом другом отделении, здесь были шум и движение, постукивание пальцев, писк линков, но это было приглушенно - по ее мнению, больше похоже на офисный пул дроидов, чем на полицейскую контору. И в отличие от ее отдела, каждый полицейский за столом был в костюме. Никто не работал в рубашке с короткими рукавами, и каждый мужчина носил галстук. Запах тоже пропал, решила она. Никакого намека на обработанный сахар или жженый кофе.

Никакого личного беспорядка вперемешку с файлами и дисками, памятными кубиками - даже в кубиках, где работала пара полицейских в форме.

Женщина-детектив с короткой стрижкой кудряшек и кожей цвета ириски повернулась в кресле. "Ищете кого-нибудь?"

"Твой босс. Лейтенант Даллас, Отдел убийств. Мне нужно поговорить с лейтенантом Оберманом ".

"У нее кто-то есть с ней. Не должно быть долгим." Детектив указал большим пальцем на широкое окно и дверь - обе с опущенными и закрытыми жалюзи.

"Я могу подождать. Какие-нибудь проблемы с тем, чтобы сообщить ей, что я здесь?"

"Нет, мэм".

"Это сэр из моего подразделения".

"Сэр. Держись ". Вместо того, чтобы идти в офис, женщина постучала по клавишам своего межофисного компьютера - добавила, отметила Ева, режим конфиденциальности. "Лейтенант, простите, что прерываю. К вам пришел лейтенант Даллас из отдела по расследованию убийств. Да, мэм. Одну минуту", - сказала она Даллас. "Кофе в комнате отдыха, если хочешь".

"Я в порядке, но спасибо, детектив -"

"Сильный".

"Здесь тихо", - прокомментировала Ева. "И чистый".

"Лейтенант Оберман командует упорядоченным пространством". Детектив добавила легкую, невеселую улыбку, затем вернулась к работе над своим компьютером.

Мгновение спустя дверь кабинета открылась. Ева узнала Гарнета, когда он вышел. "Ты можешь войти прямо", - сказал он ей. "Бикс, мы снимаемся".

Пересекая комнату, Ева заметила, как крупный блондин встает из-за стола, поправляет узел галстука, прежде чем последовать за Гарнет к выходу.

Затем она вошла в святилище.

Это было слово, которое пришло на ум. Стол был из дерева, с глубокой зернистостью, тщательно отполированного. В нем находился первоклассный центр обработки данных и связи, выгравированная табличка с именем и маленькая белая ваза с розовыми и белыми цветами. Зеркало в тонкой раме и картина - какой-то мрачный морской пейзаж - висели на стенах в пространстве, которое утроило офис Евы.

И над всем этим на стене напротив стола возвышался портрет коммандера Маркуса Обермана в полный рост, стоящего по-военному прямо в синей форме.

Еве стало интересно, каково это, когда он следит за каждым ее движением - и почему она выбрала это.

Рене Роуз - накрахмаленная белая рубашка под приталенным жакетом в мелкую черно-белую клетку, блестящие светлые волосы зачесаны назад и собраны в замысловатый узел на затылке. Свисали серьги из гагата, а один из розово-белых цветов украшал лацкан ее пиджака. Когда она обходила стол, чтобы поприветствовать ее, Ева заметила, что Рене была на высоких черных каблуках.

"Лейтенант Даллас, приятно наконец познакомиться с вами". Рене протянула руку, ее ярко-голубые глаза улыбались. "Я уверен, ты знаешь, что твоя репутация приносит тебе пользу".

"Взаимно, лейтенант".

"Пожалуйста, присаживайтесь". Она указала на одно из двух плюшевых черных кресел для посетителей. "Могу я предложить вам кофе или что-нибудь холодное?"

"Нет, спасибо. Хотел бы я быть здесь при лучших обстоятельствах, лейтенант, но я должен сообщить вам, что один из ваших подчиненных мертв."

"Один из моих?"

"Из того, что я нашел в его досье, я должен предположить, что Рики Кинер, он же Джуси, был твоим".

Ева оставила это в покое, в то время как Рене вернулась за свой стол, села. Расчетливо, подумала Ева, но она должна была понять, что разумнее признать это, признать это.

"Да, уже несколько лет. Как он умер?"

"Мы работаем над этим. Вы знали, что он использовал отверстие у канала?"

Наклонив голову, Рене нахмурилась. "Нет. Это его территория, но не его провал. Это там, где он был убит?"

"Выглядит именно так, и похоже, что он отсиживался там. Ты знаешь какую-нибудь причину, по которой он мог залечь на дно?"

"Он был наркоманом". Откинувшись на спинку рабочего кресла, Рене слегка повернулась из стороны в сторону. "Многие СНГ - это когда ты работаешь нелегалами. Возможно, у него были какие-то проблемы на улице, с поставщиком, клиентом ".

"Он все еще торговал?"

"Мелочь. В основном зонер, и притом низкого пошиба. Это то, что мы должны компенсировать потенциальной информацией с помощью ресурса. Ты знаешь, как это бывает."

"Да, я знаю. Когда вы в последний раз общались с ним?"

"Позвольте мне проверить мой журнал". Она повернулась к своему компьютеру, начала отстукивать, пока говорила. "У вас нет ТРЕСКИ?"

"Он в морге, и я скоро отправлюсь туда".

"Я был бы признателен, если бы вы могли высказать мне свое мнение или основные факты. В конце концов, он был моим ".

"Понял. Это выглядело как передозировка ".

Рене сжала губы. "То, к чему мы здесь всегда готовы".

"Но я на это не куплюсь".

Постукивание прекратилось; бровь изогнулась. "О? Почему?"

"Некоторые переменные. Несколько деталей, на которые я хочу взглянуть поближе ".

"Вы думаете, его убили?"

"На мой взгляд, на данный момент это большая вероятность. Ты получил тот последний контакт?"

"Да, извините. Я говорил с ним по ссылке восьмого июля с четырнадцати десяти до четырнадцати четырнадцати по поводу наводки на кухню Zeus на авеню D. Это были хорошие данные. Мы закрыли его две недели назад ".

"Могло ли это быть возможной местью за передачу информации?"

Словно размышляя, Рене откинулась назад, снова повернувшись на стуле. "В последние пару месяцев у меня были некоторые опасения, что он употребляет более тяжелые наркотики, и когда он зашел слишком далеко, у него пропал фильтр. Он бы хвастался. Если выяснится, что это был не передоз, возможно, он сказал не то не тому человеку ".

"Ты не заплатил ему? По наводке?"

"Он еще не связался со мной по поводу оплаты. Что, да, было необычно. Обычно он жаждал расплаты. Не могу сказать, что я об этом много думал. Мы здесь всегда заняты, и выплата ему не была главной в моем списке дел, пока он не вышел на контакт ".

"Ты сказал, что он в основном имел дело с зонером. Что он обычно использовал?"

"Все, что попадалось под руку. Ему понравилась игла". Бровь Рене нахмурилась, ее пальцы забарабанили по столу. "Если он залег на дно, он либо над чем-то работал, либо заполучил в свои руки что-то первоклассное и не хотел, чтобы кто-то пытался получить долю, пока ему не надоест. Как ты его нашел?"

"У меня есть свои ласки. Один из них знал его, и информация, которую я получил, указывает на то, что Кинер не совершал ту последнюю попытку самостоятельно. Мне пригодилась бы любая информация, которую вы можете мне дать о нем ".

"Конечно. Но вы понимаете, я бы хотел повременить с предоставлением вам его информационного досье, пока судмедэксперт не определит причину. Я не хочу нарушать конфиденциальность или какие-либо текущие расследования, если выяснится, что это был передоз ".

"Этого не было", - решительно сказала Ева. "Если вы подготовите данные, я буду ожидать их, как только получу COD".

Голубые глаза застыли от беззаботного тона Евы. "Вы очень уверены в своем информаторе".

"Я уверен в своей интуиции, и моя интуиция говорит, что Кинер перешел дорогу кому-то, кому не понравилось, что ему перешли дорогу". Ева вскочила на ноги. "Я найду их. Спасибо, что уделили время, лейтенант. Я буду на связи ".

Она вышла. Жесткая улыбка не распространялась, пока она не вышла из нелегалов и не вернулась на свою территорию.

Начинай выкручиваться, сука, подумала она, потому что теперь у меня есть твой номер.

Семь

ЕВА ОТПРАВИЛАСЬ ПРЯМО В ОФИС МИРЫ. Время, подумала она, добраться до сути патологии. Понимание врага может быть, по мнению Евы, таким же смертоносным оружием, как полностью заряженный бластер.

Она задержалась в приемной, чтобы собраться с духом перед ожидаемой конфронтацией с драконом Миры в виде администратора.

"Мне нужно ее увидеть".

"Да. Один момент." Женщина постучала по наушнику, надетому на ухо. "Лейтенант Даллас здесь. Да ... Безусловно." Она постучала по нему снова. "Она готова для тебя".

"Ты говоришь мне, что я могу войти прямо?"

Администратор наклонила голову, заставив Еву задуматься, как ей вообще удалось сдвинуть ее под впечатляющим шлемом волос. "Это верно".

"Серьезно?"

"Лейтенант, доктор Мира ждет вас. Ее время ценно, а ты тратишь его, допрашивая меня."

"Ладно, это больше соответствует действительности". Удовлетворенная, Ева коротко постучала в дверь и вошла.

Мира надела один из своих симпатичных летних костюмов, холодный, как кувшин лимонада. Она заколола волосы темно-синей заколкой в тон туфлям на каблуках с ремешками, из-под которых выглядывали пальцы, выкрашенные в темно-золотой цвет. Она стояла у автомата, спиной к Еве-программируя, Ева не сомневалась, чашки с травяным чаем, который она любила.

Когда она повернулась, Ева увидела, что она позволила нескольким прядям своих темно-каштановых волос упасть вокруг ее лица. И было напряжение в изгибе ее челюсти, в поджатых губах.

"Присаживайтесь", - пригласила она. "Я ждал тебя".

Ничего не сказав - позволив ей взять инициативу в свои руки - Ева опустилась в одно из синих кресел Миры. Она взяла чай, который на самом деле ей не понравился, и стала ждать.

"Командир проинформировал меня о ситуации, и я просмотрел досье на лейтенанта Обермана и детектива Гарнет". Балансируя своей изящной чашкой и блюдцем, Мира села, скрестив ноги.

"Хорошо".

"Невозможно вести с вами эту дискуссию, не сказав, что я знаю и уважаю Маркуса Обермана".

"Присоединяйся к толпе".

Мира вздохнула, сделала глоток. "Это сложно. Это сложно. Я чувствую, что это уважение и проистекающее из него предвзятое мнение, возможно, повлияли на меня в отношении показа Рене Оберман. Я спрашиваю себя, Ева, если бы она была кем-то другим, стал бы я давить сильнее, стал бы я смотреть глубже, приняла бы моя оценка другой тон ".

"Каков твой ответ?"

"Я боюсь, оглядываясь назад, что это да". Мягкие голубые глаза Миры встретились с глазами Евы. "И это очень сложно. Если бы на меня не повлияло то, кем она была, чьей дочерью она была, она, возможно, не была бы допущена к командованию. Возможно, она сейчас не в том положении власти, которое у нее есть ".

Ева нахмурилась, кивнула. "Таким образом, мы можем обвинить вас - и командира, наблюдательный совет, всех ее непосредственных руководителей на этом пути за то, что они повысили ее в званиях".

Мира слегка улыбнулась. "Я осознаю, что не несу ответственности - исключительно ответственности - за ее положение в департаменте. Но спасибо тебе за это ".

"Она хороша. Она закрыла изрядное количество дел и теперь руководит группой, которая занимается тем же. У нее нет шишек, это все равно видно. Это сразу о чем-то говорит мне, потому что, если ты коп, проработавший восемнадцать лет, и у тебя нет ни единой шишки, ты не выполняешь свою работу. Ты манипулируешь работой, своим послужным списком, обходишь сложные моменты, сдерживаешься. Или смазывание правильных ладоней.

"Но на бумаге, " заключила Ева, " она хороша".

"Я согласен. Можно сказать, что она использует интеллект, запугивание и обольщение - чего бы ни требовала ситуация - в качестве своих основных инструментов. И это ценные инструменты в работе полиции. Она никогда не ранила и не увольняла подозреваемого или любого другого человека на работе. Следовательно, она никогда не проходила тестирование, обязательное для любого офицера, который увольняется ".

"Но она прошла проверку, и она прошла необходимые психологические тесты".

"Да. Я провел ее первоначальный скрининг и провел несколько ее ежегодных оценок. В последние несколько лет ее оценки проводились доктором Аддамсом ".

"Почему?"

"Практически говоря, размер отделения требует привлечения множества психиатров, психологов, профайлеров и так далее. В то время я ничего не думал об этом. На самом деле, не заметил. Я вижу очень много офицеров, техников и персонала департамента по разным причинам ".

"Я понимаю это. Я спрашиваю, почему она решила променять лучшего, руководителя линии, на кого-то ниже по служебной лестнице ".

Мира воспользовалась моментом, чтобы выпить и, как подумала Ева, обдумать свой ответ. "Я могу предположить, что ей не понравились мои анализы, мои вопросы, мой стиль. Я могу также предположить, что она предпочла мужчину ".

"Потому что она верит, что ей легче манипулировать, оказывать влияние или обманывать мужчин".

"Да. Она рассматривает свою сексуальность как инструмент. Опять же, оно может быть одним, полезным. Женщины - это угроза, соперницы. Она предпочитает компанию мужчин ".

"Никакого преступления".

"Нет. Никакого преступления, " повторила Мира, - но, возможно, сигнал, к которому мне следовало прислушаться более внимательно. Поскольку она замешана в коррупции, незаконной деятельности и убийстве, я могу предоставить вам мнения, профиль, широкий анализ. Я не могу, однако, сообщить вам конкретные детали, почерпнутые из сеансов ".

Ева отставила чай в сторону, постучала пальцами по колену. "Позволь мне попробовать это. Гипотетически, ребенок, особенно единственный ребенок, отца которого почитают в его профессии. Требовательная, отнимающая много времени профессия. Он, в самом прямом смысле, золотой стандарт в своей области. Этот ребенок мог бы почувствовать себя обязанным пойти по его стопам ".

"Да". Немного расслабившись, Мира откинулась на спинку стула. "Любовь к родителям и гордость за них, целая жизнь, посвященная совершенству. Потребность чувствовать любовь и гордость, отражающиеся от родителя ".

"С другой стороны, некоторые могут чувствовать себя вынужденными поступить с точностью до наоборот. Допустим, родитель был чрезвычайно успешным бизнесменом. Тот, кто приобрел богатство и положение тяжелым, честным трудом, долгими часами, мастерством и преданностью. Ребенок может решить отсиживать свою ленивую задницу или присоединиться к коммуне Фри-эйджеров и выращивать помидоры ".

Мира снова улыбнулась. "Да. Давление с целью добиться успеха, побуждение ребенка восстать против родительских ожиданий и авторитета, желание проложить свой собственный путь ".

"И другим выбором может быть пойти по тому же пути, но без тех же навыков, той же чистоты цели, скажем, той же врожденной преданности, или чего бы это ни стоило, ребенок может выбрать несколько коротких путей. Все еще хочет гордости, славы, статуса, но не может добиться этого папиным способом. Или просто не особенно хочет. Жить в соответствии со святыми может быть трудно. Трудно достичь золотых стандартов. Это свинство. Но есть способы получить то, что вы хотите, способы завоевать авторитет, использовать этот золотой стандарт в качестве закуски, даже щита, при этом очерняя его ".

Теперь Ева наклонилась вперед, ударяя в точку. "В этом есть некоторое удовлетворение, потому что с этим ублюдком не должно быть так сложно смириться. Или не должен был ожидать, требовать так много от ребенка. У тебя святой вместо отца? Почему бы не быть грешником, не пожинать плоды, следуя тем же путем и оставаясь сияющим снаружи ".

"Это отличный ноготь на большом пальце", - сказала Мира через мгновение. "Конечно, под поверхностью было бы нечто большее, уходящее корнями в детство, в динамику, в расположение. Некоторые, согласно этой гипотетической теории, будут одновременно почитать и ненавидеть источник - отца. Некоторые жаждали бы власти и положения, а также власти и привилегий - уважения, - которые приходят с этим. Даже будьте готовы, возможно, жаждете, потратить время и усилия, чтобы достичь этого. По-своему."

"Хорошо". Ева положила руки на колени. "Давайте приступим к делу. Она грязная. Папа - это оправдание. Ты можешь придумать причину, если хочешь ", - сказала она, прежде чем Мира прервала. "Я это вижу не так. Может быть, она начала использовать его имя, используя свой стиль манипулирования, потратив время, пока просчитывала углы, искала лазейки. Подлизываться или отсасывать у того, кто был более полезен ".

Мира слегка поперхнулась чаем. "Говоря прямо", - выдавила она.

"Сексуальность как инструмент предпочитает компанию мужчин. Она носит девчачий костюм, который демонстрирует ее сиськи, каблуки высотой в милю, чтобы показать ее ноги. Работать".

Мира слегка отряхнула юбку своего девчачьего костюма. "Хммм".

"Ты не коп", - ответила Ева. "Крайне маловероятно, что вы будете вовлечены в забег сегодня. И ладно, она тоже, потому что она придерживается своего стола. Она над улицами в своем большом, идеальном офисе, закрытая от своей пугающе упорядоченной команды ".

"Пугающе приказано?" Мира повторила.

"Все в костюмах. Никто не снимает куртку. Каждый из мужчин носит галстук - и ни один из них не ослаблен. Она сияет, волосы причесаны. Как будто в любую минуту кто-то должен прийти, чтобы сфотографировать отряд.

"Стол, куб или рабочая станция каждого человека находятся в идеальном порядке. Ни у кого нет никакого хлама, валяющегося вокруг, или личного беспорядка. Ни фотографий, ни игрушек, ни пустых кофейных чашек. Полных тоже нет. И никакой болтовни. Никто не орет через всю комнату, никто никого не дразнит. Я никогда не видел, чтобы в дежурной части было так чисто, или чтобы копы были так напряжены, так тихи ".

Она вскочила на ноги. "Вы могли бы списать это на стиль босса, конечно. Она любит порядок и ожидает, что ее копы выйдут в костюмах. Нелегальные копы, ради Бога, которые в какой-то момент выйдут и будут давить на химиков и дилеров. Но их обувь хороша и начищена. Еще."

Ева взглянула на Миру.

"Да, продолжай".

"Она опускает шторы в своем офисе. Большое окно, большая дверь, с опущенными и закрытыми жалюзи. Она одевается как генеральный директор, та, которая втайне была бы не прочь потрахаться во время обеденного перерыва. На ее столе чисто, и на нем стоит свежая ваза с цветами. Цветы, для ..."

Она заметила цветы на столе Миры.

"Ты не коп", - повторила она. "И на вашем столе прибрано, но не чисто. У вас есть семейные фотографии и всякие мелочи, разбросанные повсюду. В вашем пространстве есть что-то особенное. Это гостеприимно, комфортно. Так и должно быть, конечно, учитывая, что вы должны успокаивать людей. Но это также и то, кто ты есть.

"И мне, вероятно, следует подумать о том, что говорит обо мне мой офис, но это не важно".

"Я могла бы сказать тебе", - пробормотала Мира, но Ева уже шла дальше.

"У нее есть картина на стене, хорошая. Я должен признать, что мне это понравилось. Все угрюмо, пляж и океан. У нее есть зеркало. Полицейский с зеркалом на стене ее офиса? Говорит мне тщеславие. И большая фотография ее отца - полная форма синего цвета, звание командира. Формальный выстрел".

"Где находится фотография?"

Ева улыбнулась, кивнула. "Хороший вопрос. На стене напротив ее стола".

"Я вижу". Мира кивнула. "Использует свой статус, чтобы любой, кто войдет в ее офис, почувствовал связь. И она может поднять глаза, увидеть его. Чтобы он мог, символически, увидеть ее. Что она делает, как она это делает ".

"Посмотри на меня. Я тоже босс - и совсем скоро у меня будут капитанские планки. Как тебе это нравится, папа? О, извините меня на минутку, я должен приказать одному из моих людей пойти и убить жалкого наркомана, который пытался обмануть. Засунь это себе в идеальную задницу, командир."

"Я не возражаю ни с чем из того, что ты только что сказал". Мира сжала кулак на коленях, мгновение смотрела на него. "Я так зол. Я так чертовски зол, что не увидел, что я должен был иметь в ней. Что я позволил манипулировать собой и влиять на себя, поэтому я отбросил мелкие сомнения. Поэтому я сказал себе, что это потому, что я придерживался более высоких стандартов из-за ее отца, и это было несправедливо и непрофессионально ".

"Ну, я думаю, твоя задница не идеальна".

Мира отставила свою чашку в сторону. "Это очень утешительно слышать прямо сейчас". Вздохнув, Мира расправила плечи. "Принимая во внимание заявление Пибоди, ваши впечатления, мой собственный запоздалый анализ, я бы пришел к выводу, что Рене Оберман - очень организованная женщина, умеющая разделять все на части. Она руководит своим отрядом твердой рукой и настаивает, чтобы они соответствовали ее личным стандартам во внешнем виде ".

"Плюнь и отполируй. Прижатый и сияющий".

"Да", - согласилась Мира. "Важно произвести впечатление. Также важно, чтобы тебе подчинялись, даже в мельчайших деталях. Она одновременно руководит тем, что считается полномасштабной и незаконной операцией, в которой задействована, по крайней мере, часть ее команды, по крайней мере, некоторые из их уличных контактов и СНГ. Она, безусловно, главная и контролирует обоих. На меньшее она не согласна. Когда ей угрожают, она без колебаний принимает меры, вплоть до заговора с целью убийства.

"Деньги, как и фотография ее отца, являются символом", - продолжила Мира. "Это олицетворяет власть и успех. Без сомнения, ей нравится приобретать то, что ей нравится, но я бы предположил, что она копит большую часть того, что заработала незаконным путем ".

Брови Евы приподнялись. "Почему?"

"Потому что приобретение - с помощью выбранного ею метода - обладание - это успех. Это цель".

"Она разозлилась из-за десяти К", - вспоминала Ева. "Так же, как и все остальное. Кинер и десять К, это мелочь. Да, обладание, деньги и послушание. Я понимаю это".

"Она очень умна, досконально разбирается в работе, политике, иерархической структуре полиции Нью-Йорка. Я полагаю, она сосредоточилась на нелегалах, потому что это область, изобилующая потенциалом коррупции, слабостями, закулисными сделками, всеми которыми она может воспользоваться. Она стремится добиться успеха на работе, чтобы угодить своему отцу, и занимается своим преступным бизнесом, чтобы наказать его ".

Проблемы с папой, снова подумала Ева. Бу, блядь, ху.

"Она тщеславна", - продолжила Мира, - "она уверена в себе, она очень умна, и она безжалостна. Она рассматривает свое имя как свое наследие и свое право, как ступеньку, которой она без колебаний пользуется, когда ей это удобно. А также как тянущийся груз на ее шее".

"Я могу использовать все это".

"Ты ей не понравишься. Даже вне этой ситуации ты бы ей не понравился. Ты - все, чем она не является, а также привлекательная -молодая- женщина у власти. Это делает тебя угрозой. Она склонна устранять или сокрушать тех, кто угрожает ей ".

"Я надеюсь, что она попытается. Сосредоточившись на мне, она с меньшей вероятностью услышит шумиху о внутреннем расследовании. Прямо сейчас, это все обо мне и отделе убийств. Она беспокоится об этом. Я думаю, она знала, что мы нашли Кинера, еще до того, как я сказал ей, и, я бы сказал, уже обсуждала это с Гарнет. Ей приходилось думать на ходу, когда я разговаривал с ней, потому что она была уверена, что это выдадут за передозировку. Быстрый просмотр, кого это волнует, закончен. Теперь ей стоит беспокоиться, потому что я ясно дал понять, что чую убийство, и я собираюсь настаивать на этом ".

"Она не нападет на тебя напрямую, пока нет", - сказала Мира. "Ей нужно взвесить ситуацию, тебя, посмотреть, что ты делаешь, на какие кнопки нажимаешь, какие двери открываешь, если таковые имеются. Но не заблуждайся, Ева, если она решит, что ты стоишь у нее на пути, ты слишком большая угроза, она попытается убрать тебя."

"Да, наверное, с этим большим светловолосым детективом. Мне нужно проверить, как он." Она взглянула на свое наручное устройство. День пролетал чертовски быстро. "Но теперь я должен ехать в морг".

"Не недооценивай ее, Ева".

"Я не собираюсь. У меня брифинг в моем домашнем офисе - тысяча шестьсот."

"Ты хочешь, чтобы я был там?"

"Я могу познакомить команду с профилем Рене, но вы были бы ценны. Нам придется поработать с ее командой, так что любая информация, которую вы получите о ком-либо из них, поможет ".

"Я буду там".

"Спасибо". Ева подошла к двери, помедлила, обернулась. "Она должна быть хорошим копом. У нее есть основа, ресурсы, мозги, подготовка. Никто, кроме нее, не виноват в том, как она решила их использовать ".

День движется, снова подумала Ева, быстро возвращаясь в Отдел убийств. Несколько вещей были проверены, и это было хорошо. Но она хотела выкроить время, чтобы изучить доску убийств, которую Пибоди должна была установить в своем офисе, время, чтобы заглянуть в данные о членах команды Рене.

И, может быть, позволить этому проявиться, подумала она. Да, может быть, послать туда флаг или два. Дай ей пищу для размышлений.

Она остановилась у КПЗ, внимательно осмотрелась вокруг.

Уровень шума достиг где-то между ЭДДОМ и отрядом Рене, что она оценила как нормальное. Копы работали в рубашках с короткими рукавами, и было много жестких ботинок, демонстрирующих износ. Пахло действительно ужасным кофе, легким привкусом пота и чьим-то вегетарианским хэшем. Что означало, что Рейнеке, вероятно, снова села на диету.

Столы не были особенно аккуратными, фотографии, распечатки - некоторые из них, вероятно, были плохими или непристойными шутками - оклеивали кубики и рабочие станции.

Джейкобсон сидел, откинувшись на спинку стула, и жонглировал тремя цветными шариками - она знала, как он мыслит. Кто-то недавно повесил резиновую курицу над столом новичка, что означало, что он - Сантьяго - постепенно вливался в команду и ритм.

По ее мнению, это выглядело, звучало, пахло и ощущалось как полицейский.

Она вошла в свой кабинет, кивнула на доску объявлений об убийствах, нажала на автоповарку для кофе.

Узкое окно - она думала, что уборщики время от времени протирали его. Перегруженный стол - но она разберется с бумагами. Древний картотечный шкаф, потому что ей понравилась резервная копия - плюс это было отличное место для укрытия. Старый автоповар, который все еще выполнял свою работу, довольно новый C & D, который еще не доставлял ей огорчений. Утилизатор работал, и, насколько она знала, он все еще был удачным тайником для ее личного запаса конфет.

У нее был ее список, ротация, статус дела на настенной доске, потому что ей нравилось иметь возможность быстро просмотреть его, а не вызывать на компьютере каждый раз, когда ей приходилось что-то менять, проверять или подстраивать.

Намеренно ужасное кресло для посетителей, потому что у кого вообще было время на разговоры? Ее рабочий стол был старым, поцарапанным и пригодным для использования, и, подобно Джейкобсону, ей нравилось думать с поднятыми ботинками.

Офис открывался не в КПЗ - сначала была небольшая пробежка. Но если она не ловила момент простоя, растянувшись на полу, или не нуждалась в абсолютном уединении, ее дверь всегда была открыта.

Она нашла время, чтобы выпить кофе, изучить свою доску убийств, обдумать свои следующие шаги. Перед тем, как забрать их, она написала Рорку, вместо того, чтобы отмечать его в середине рабочего дня.

Брифинг в штабе, 16.00. Обещанная еда. ХОРОШО?

Она подумала, что это касается правил брака, плюс переложило на Рорка - она надеялась - обязанность информировать Соммерсета, что он будет кормить кучу копов.

"Пибоди, " сказала она, снова пересекая КПЗ, " со мной".

Пибоди бросилась догонять Еву, когда та вошла в скольжение. "Книга убийств и доска объявлений в вашем офисе".

"Я видел. Я сообщил лейтенанту Оберман о смерти ее проныры."

"Как она это восприняла?"

"Всегда тяжело терять осведомителя. Она передаст мне все данные о жертве, после того, как мы проверим COD. Она не купится на убийство ". Ева небрежно пожала плечами, чтобы какие-нибудь глаза и уши могли уловить любую часть разговора. "Опять же, она канцелярский работник, который не занимается убийствами".

"А мы крутые копы-убийцы".

"Мы есть. Посмотрим, что скажет судмедэксперт. Нам может повезти, и мы обнаружим, что отчет "чистильщиков" ждет нас, когда мы вернемся ".

"Я восхищаюсь вашим оптимизмом".

Они говорили о делах в общих чертах, пока не оказались в гараже, в машине и не выехали.

"Тебя прослушивали?" Ева спросила ее.

"Да, я настроен. А как же Рене, на самом деле?"

"Она гладкая, жесткая, холодная. И она быстра. Она должна была решить на месте, признать ли, что Кинер был ее пронырой, затем, как сыграть со мной, когда я сказал, что смотрю на убийство, а не на передозировку. Ее комната в отделе выглядит как приемная в офисе большой шишки, а ее офис - это большая шишка. Мы обсудим все это на брифинге, включая анализ и оценку Миры, но в итоге она - каменная стерва с проблемами папочки и жаждой власти, статуса и денег ".

"Я взял роль каменной сучки из раздевалки".

"Был детектив, которого Гарнет взял с собой сразу после того, как он вышел со встречи с Рене - в ее большом, модном кабинете с закрытыми ставнями, - это было сразу после того, как ей сказали, что я был там, чтобы увидеть ее. Блондин с голубыми волосами, лет тридцати с небольшим, примерно шесть четыре, возможно, два тридцать. Гарнет назвала его Биксом. Посмотри, что ты можешь получить ".

"Повсюду. Ты думаешь, что он ее мускул."

"Шансы таковы. Была еще одна, женщина, смешанной расы, тоже немного за тридцать. Детектив Стронг. Мне показалось, что она не большая поклонница своего босса ".

Может быть, удастся использовать это, подумала Ева, обратить это.

"Бикс", - объявила Пибоди, - "Детектив Карл, тридцать два года - рост у вас тот же, что и у всех, вес на два фунта меньше. Десять лет в полиции, вне армии, где он служил с восемнадцати до двадцати двух лет. Родился в Токио, где в то время служили его родители - оба также военнослужащие. У него есть сиб, брат, на четыре года старше. Назначен нелегалом под командованием лейтенанта Обермана на последние четыре года. Отсидел год в отделе нравов после того, как стал детективом. Мне пришлось бы пойти глубже, чтобы получить больше ", - сказала ей Пибоди.

"Пока воздержись от этого. Армейский мальчишка, старший брат, четыре года в армии. Привык выполнять приказы своего начальства. Боевая подготовка, работал на улицах, если у него было время в отделе нравов и нелегалов ".

"Сильная, детектив Лайла", - продолжила Пибоди, когда Ева припарковалась у морга. "Возраст тридцать три, пять футов шесть дюймов, сто двадцать два. Родился на Ямайке, в Квинсе, у матери-одиночки. Нет сведений об отце. Два родных брата, старший брат, младшая сестра. Брат указан как мертвый, 2045 год - семнадцатилетний. Частичная стипендия, предоставленная при содействии образованию в Нью-Йоркском университете. Основные правоохранительные органы. Десять лет на работе, семь - нелегалы. Недавно переведен из сто шесть три в Центральный, и лейтенант Оберман. Примерно шесть месяцев назад".

"Тогда новое. Да, возможно, это преимущество. Как умер брат?"

"Ах, подожди". Пибоди проверила это, пока они шли по знакомому белому туннелю. "Убит во время того, что выглядит как неудачная сделка с наркотиками. Множественные ножевые ранения. У него закрытая колония для несовершеннолетних".

"Торговать или покупать барахло", - заключила Ева. "Скорее всего, пользователь, и мертв до того, как сможет проголосовать. Сестра превращает это в карьеру, работая против того, что убило ее брата. Да, если это сработает, она могла бы стать ценным приобретением ".

Она протиснулась в номер Морриса.

В руке у него был лазерный скальпель, на защитном плаще была кровь, и он все еще умудрялся выглядеть стильно в костюме темно-синего цвета без воротника, а его волосы были заплетены в петляющую косичку.

"У нас распродажа по цене два за одного", - сказал он ей. "Твой прямо там". Он поднял подбородок в сторону тела с аккуратно закрытым Y-образным порезом. "Просто позволь мне закончить удаление этого мозга, и я буду рядом с тобой".

"Без проблем". Ева подошла к Кинеру.

Они вымыли его, так что на плите он выглядел лучше, чем в ванне. Старые следы от гусениц багровели на обеих руках, опоясывали лодыжки. Для сравнения, синяки, которые он получил, были незначительными.

Ева надела защитные очки и начала обыскивать тело в поисках каких-либо следов от парализатора, шприца под давлением. Но были и другие способы, множество способов, которыми человек, обученный бою, мог вывести из строя человека, весившего больше сотни фунтов.

Она сжала руки и исследовала его голову, его скальп, не обращая внимания на то, где Моррис или один из его техников сшивали его обратно.

"Сейчас делаю свою работу?"

"Прости". Ева оглянулась. "Вот здесь сзади, прямо за его левым ухом, есть шишка".

"Да". Моррис взвесил мозг, записал это, затем подошел к раковине, чтобы умыться. "У него несколько синяков, несколько узлов, как ты говоришь. Он бы ухватился за это многое в нем. Его система была загружена тем, что они называют "Облажайся". Ты слышал о таком?"

"Лошадиная основа с транквилизаторами, верно?"

"Да, и у него было достаточно сил, чтобы уложить четырехсотфунтового жеребца. И, черт возьми, шнуровка Zeus была едва сдвинута. Комбинация была абсолютно смертельной - как мы все можем ясно видеть ".

"Этот узел. Если бы он получил удар здесь, от кого-то, кто знал, как и где, это свалило бы его, вывело из строя ".

Моррис поднял брови. "Это могло бы быть сделано должным образом. Ты предпочитаешь убийство передозировке."

Она хотела бы, чтобы она могла выложить это ему. "У меня есть вопросы, да. Почему ванна? Ты сказал, что в нем было достаточно силы, чтобы убить его пару раз. Посмотри на его следы. Он наркоман, но наркоман со стажем. Зачем брать на себя так много такого рискованного - и даже если ты идиот, разве ты не хотел бы разделить кайф? Он не на своем провале, а вместо этого заперт в этой дыре, и, похоже, он устроил там себе небольшой лагерь. И это говорит о том, что он скрывается. Так что, возможно, кто-то нашел его ".

"Возможно. Он съел достаточно приличную еду около полуночи. Пицца с сардинами".

"Ты называешь это порядочным?"

Моррис улыбнулся. "Скажем так, он сытно поел и запил это парой кружек пива".

"На месте происшествия не было коробок из-под пиццы навынос или бутылок из-под пива. Может быть, он поел вне дома. Мы можем с этим справиться. Интересно, почему он плотно поел, а потом пару часов спустя забился в нору, заполз в грязную ванну и вколол себе то, что, учитывая его историю, должно было быть смертельной дозой ".

"Так отмечено. Я еще не определился, так что остается, что причиной передозировки является ТРЕСКА - все остальные травмы были несмертельными. Но на данный момент я не могу с этими данными определить несчастный случай, самоубийство или убийство ".

"Именно то, что я хотел услышать".

"Я полагаю, мне нужно будет провести дальнейший анализ раны под его левым ухом".

"Не могло повредить".

"У тебя что-то припрятано в рукаве. Могу добавить, что сегодня довольно хороший рукав ".

"Просто делаю работу. Мы позволим тебе вернуться к твоему мозгу ".

Восемь

"ВОТ ЧТО МЫ СОБИРАЕМСЯ СДЕЛАТЬ". Ева вырулила перед такси "Рапид", проехала на желтый свет - и Пибоди схватила куриную палочку. "Мы делаем это в спешке?"

"Что? У меня было достаточно места. Мы собираемся дополнить книгу предварительными выводами Морриса, скопировать командира, как обычно. Ты свяжешься с Рене и проинформируешь ее об этих находках, а также скажешь, что мне нужны данные и файлы, которые мы обсуждали, как можно скорее ".

Пибоди побледнела, все еще сжимая в руке куриную палочку. "Я собираюсь поговорить с ней?"

"Я слишком занят и важен, чтобы утруждать себя такого рода продолжением. Вот как она думает. Я собираюсь посмотреть, не завалялся ли у Морриса где-нибудь запасной корешок, который ты могла бы одолжить, если боишься заговорить с этой надменной сукой на высоких каблуках Пибоди ".

"Не испугался. Непросто. Признаюсь, мне нелегко." Чтобы доказать себе, что у нее уже есть этот стержень, она ослабила хватку на палке. "Итак, я говорю ей, что главный судебно-медицинский эксперт определил ХПК, но в настоящее время не может определить самоубийство, случайную передозировку или убийство. Поэтому лейтенант Даллас просит -"

"Требует", - поправила Ева.

"Лейтенанту Даллас требуются данные и досье на жертву, как обсуждалось. Что, если она откажется?"

"Вы вежливо сообщаете ей, что коммандер Уитни, согласно процедуре, была скопирована во всех записях и файлах, включая уведомление вашего лейтенанта ей, куратору жертвы, и требование о предоставлении данных".

Пибоди обдумала это. "Вежливо добавляет остроту".

"Держу пари, что так и есть. Если она будет придираться после этого, я разберусь с ней. Но она этого не сделает", - добавила Ева. "Она хочет, чтобы это ушло, и потенциальная возможность того, что я обойду ее стороной и более полно доведу это до сведения Уитни, освещает ее".

"Лучше сотрудничать и держать это на низком уровне". Пальцы Пибоди поползли обратно к рычагу, когда Ева объезжала медленно движущийся автобус maxibus.

"Вот как бы я сыграл это на ее месте. Далее мы получаем все, что нам нужно для брифинга, и тратим на это немного времени. Если она что-то прощупывает, а она, черт возьми, уверена, что делает, я хочу, чтобы меня видели за этим занятием. Мы зайдем на флоп жертвы по дороге в штаб ".

"Почему мы не делаем этого сейчас?"

"Хочу быть замеченной - и я хочу убедиться, что у ее собак было время пройти мимо, покопаться, поискать что-нибудь, что могло бы их связать". Она оглянулась. "Если Гарнет и Бикс не направлялись на провал Кинера, когда покидали комнату охраны, вы можете поспорить на свою задницу, что она пометила их и отправила туда после моего разговора с ней".

"Но ... Если бы там что-то было, они бы от этого избавились".

"Может быть, и было - маловероятно, поскольку Бикс уже должен был сыграть на флопе и сбросить все, что было связано. Но может быть." Ева пожала плечами. "Меня больше интересует идти по их следам". Она заехала в гараж на Центральной. "Тебе следует, как всегда в КПЗ, поболтать об этом деле".

Пибоди напустила на себя слегка обиженный вид. "Я не жалуюсь. Я со всем уважением возражаю против термина "болтовня " .

"Все вы вопите, вот как это делается". Ева заняла свое место. "Ныть и скулить, и с помощью нытья и скулежа вы обыгрываете друг друга. Ты справляешься с этим с остальными мужчинами, как обычно. Если ты будешь молчать, уклоняться, они что-то почуют. Кучка копов учуяла запах, они не могут не начать копать в поисках источника. И нет ничего плохого в том, чтобы упомянуть, что наша жертва была лаской Рене Оберман. У кого-то может быть какое-то блюдо на ее счет, мнение, интересный анекдот ".

"Так что я бы на самом деле занялся раскопками. Это как шпионские штучки ".

"Это как работа полицейского", - поправила Ева и вышла из машины.

"Интересно насчет этого рубца за ухом жертвы". Пибоди оглядела гараж, пока они шли к лифту, понизила голос. "Нормально ли говорить об этом?"

Ева просто кивнула. "Меня поражает, что, учитывая расположение и угол раны, она могла быть нанесена ударом. Кто-нибудь, кто знает, что делает, или кому повезет, ударит его в это место, сбоку от кисти ".

"Как удар карате", - сказала Пибоди, когда они загрузились, другие копы загрузились.

"И это кажется слишком хорошим, чтобы быть удачей. Если бы ты не знал, что делаешь, ты бы использовал дубинку или биту. Любой из них причинил бы больше вреда ".

"Не было никаких признаков того, что жертва участвовала в драке".

"Именно". Когда лифт остановился, ввалилось еще больше копов, Ева вышла. "Удар сзади - сильный и увесистый, и довольно точный. Остальные царапины и ушибы незначительны ", - добавила она, запрыгивая на глиссаду. "Могло произойти, когда жертву бросили в ванну, могло произойти, когда у жертвы случился приступ передозировки. Если бы он перенес этот удар, если бы он вырубил его или даже оглушил, это дало бы убийце - если бы был один раз - возможность ввести смертельную дозу. Вик сейчас летит, беспомощный. Бросьте его в ванну, подготовьте остальные работы. Теперь похоже, что у жертвы были галлюцинации, как у вас на ранних стадиях "Трахни меня", и она решила принять хорошую ванну ".

"Почему бы не оставить его на матрасе?"

"Ванна более унизительна, и это говорит о том, что жертва и убийца были ранее знакомы. Это своего рода изощренность, " решила Ева, " а изощренность всегда является ошибкой в убийстве".

Она сошла с глиссады, сделала поворот, чтобы взять следующий. И заметила Вебстера, идущего к ней. "Черт возьми", - пробормотала она себе под нос.

"Лейтенант, детектив. Как дела?"

"Достаточно хорошо, до сих пор".

"Всегда приятно. Мы движемся в одном направлении". Он ступил на глиссаду вместе с ней.

Она направила свое раздражение. "Если крысиный отдел собирается взяться за расследование убийств, я ожидаю, что меня проинформируют".

"Это не убийство, так что расслабься". Но он сошел с трапа вместе с ней.

"Ради Бога, Вебстер", - сказала она себе под нос.

"Расслабься", - сказал он снова, тем же вполголоса. "У меня есть кое-какие дела на этом уровне, затем встреча с командиром. Я слышал, ты недавно взял небольшой отпуск."

Она остановилась на Вендинге. "Хорошо, что у ОВР есть время поболтать".

"Так же, как это делают копы-убийцы. Соблюдай чистоту, Даллас ". Он начал пятиться, затем его лицо изменилось, когда он посмотрел в конец коридора. На мгновение он выглядел... благоговейным, подумала Ева.

И он сказал - благоговейно: "О, да".

Она последовала за ним и заметила Дарсию Анджело. На ней было летнее платье, легкое, с ярко-розовыми цветами, открывавшее сильные золотистые плечи и много гладкой кожи. Ее масса черных волос упала на золотистые плечи, дико завиваясь вокруг лица. Темные, страстные глаза потеплели, когда она увидела Еву, а широкий рот с тяжелым дном изогнулся в улыбке.

Ева предположила, что высокие, тонкие, как иголки, каблуки, дополняющие и без того статную фигуру, заставляли бедра покачиваться, словно в такт внутреннему ритму.

А может и нет.

"Даллас! Так приятно видеть тебя снова. И Пибоди -детектив Пибоди с тех пор, как я видел тебя в последний раз. Поздравляю".

"Спасибо. Я не знал, что вы были на планете, а тем более в городе, шеф Анджело."

"Немного отдыха, немного бизнеса". Она обратила эту улыбку, эти глаза на Вебстера, который просто стоял и смотрел, как будто он только что стал свидетелем чуда. "Привет".

"Да, шеф Анджело, полиция Олимпуса; лейтенант Вебстер, ОВР", - подсказала Ева.

"Отдел внутренних расследований?" Дарсия протянула руку. "А их там много?"

"Достаточно, чтобы занять нас. Ты впервые в Нью-Йорке?"

"Первый за все время отпуска. Я обедала с вашим мужем", - сказала она Еве. "И поскольку я был в центре города, я не мог удержаться, чтобы не зайти и не посмотреть, как здесь все делается. Судя по тому, что я видел, это впечатляющее заведение ".

Двое полицейских вели по коридору тощего, сопротивляющегося мужчину.

"Я просто пытался привлечь его внимание!" мужчина протестовал во всю мощь своих легких. "Если бы он послушался, мне бы не пришлось его колотить".

"И полно таких интересных людей", - добавила Дарсия.

"Да, мы при деньгах. Мой офис в этой стороне, " начала Ева.

"Эй, лейтенант!" Джейкобсон окликнул ее с порога КПЗ. "Есть минутка?"

Она просигналила утвердительно. "Я покажу тебе все", - сказала она Дарсии.

"Я бы с удовольствием. Иди вперед и поговори со своим мужчиной. Я просто собираюсь выпить чего-нибудь холодного. Там ужасно жарко. Я скоро буду ".

"Достаточно хорошо. Пибоди, сделай этот тэг. Мне нужны эти данные как можно скорее ".

"Да, сэр. Приятно было повидаться, шеф. Наслаждайся Нью-Йорком".

"Я намереваюсь". Дарсия слегка тряхнула волосами, когда Ева и Пибоди ушли, затем повернулась, чтобы изучить подношения. "Хммм".

"Угостить тебя выпивкой?" Предложил Вебстер, и она улыбнулась.

"Да, пожалуйста".

"Итак, шеф Анджело..."

"Дарсия. Я не при исполнении ".

"Дарсия. Я должен был знать, что название подойдет. Что ты будешь есть?"

"Удиви меня".

В КПЗ Ева слушала, как Джейкобсон излагал углы, которые он придумал с помощью жонглирования. Она сама немного жонглировала, удерживая шары убийства, Рене, Дарсию Анджело, а теперь и мозговой штурм Джейкобсона в воздухе.

Когда она закончила с Джейкобсоном, она была наполовину склонна выйти и посмотреть, не заблудилась ли Дарсия по короткой дороге в Отдел убийств.

Затем появился начальник полиции Олимпа.

Ева отчетливо услышала слова Бакстера - слова снова были благоговейными - "О, мама", когда она проходила мимо его стола.

"Не пускай слюни на эти пятерки", - пробормотала Ева и подошла к Дарсии. "Наш КПЗ. То, как сейчас устроено подразделение, детективы работают с постоянным партнером или помощником, за подготовку которого они отвечают, или они могут раздобыть одну из униформ, закрепленных за подразделением. Доска объявлений, закрытая красным, открытая зеленым. Есть оправдание для комнаты отдыха в задней части. Я не хожу туда без крайней необходимости. Иногда кто-нибудь может пригласить туда вита, если хочет серьезно уединиться, но более обычно проводить собеседование прямо за стойкой, если вит приходит , или в lounge - общей комнате отдыха для уровня. Шкафчики и душевые через этот путь ".

"Эффективное пространство", - прокомментировала Дарсия. "И занятой".

Ева заметила, как Бакстер поднялся со стула. Она послала ему предупреждающий взгляд, который заставил его вздохнуть и снова сесть. "Имеется в виду переполненность и перегруженность работой, и да, так оно и есть. Это хороший отряд. Мой офис находится здесь, внизу."

Она сделала поворот, впустила Дарсию.

"Это отдельно?"

"Таков расклад, и я предпочитаю его. Когда пространство LT ограничено, окно, дверь ведут в КПЗ, это похоже на то, что босс следит за каждым их движением. Парень не может даже почесать свои яйца в комфорте. Дверь открыта, если мне не нужно, чтобы она была закрыта. Они знают, где меня найти ".

"Ты тоже предпочитаешь маленькое пространство, иначе у тебя было бы больше. И это тебе подходит", - решила Дарсия, описывая узкий круг. "Щадящий, тощий, несентиментальный". Она подняла подбородок в сторону доски для убийств. "И ты сейчас над чем-то работаешь".

"Поймал это сегодня утром. Вик - давний химик и проныра лейтенанта нелегалов. Найден в разбитой ванне в заброшенном здании - не его личный провал. Похоже, у него передозировка от огромной дозы того, что на улице называют "Трахни тебя".

"Я слышал об этом". Возможно, она была одета как на модном показе, но шеф Olympus тщательно и хладнокровно изучил фотографии смерти. "И поскольку ты говоришь "похоже", ты не думаешь, что у него был передоз по собственной воле".

"Есть смягчающие обстоятельства".

Она смотрела, как Дарсия отпивает что-то похожее на лимонную шипучку и просматривает доску. "Уродливый. Тяжело и уродливо. Этого было так много, когда я был на работе в Колумбии ".

"А теперь?"

"Теперь я наслаждаюсь блеском и новизной Олимпа". Дарсия подошла к окну Евы. "Но это, этот город. Это так многослойно и разнообразно, так захватывающе, так полно энергии, страстей. Я собираюсь побаловать себя и побродить, и купить себе несколько легкомысленных вещей ".

"Как далеко ты сможешь зайти в этих туфлях, прежде чем заплачешь, как ребенок?"

Дарсия засмеялась и повернулась назад. "Я сильнее этого, и мне понравилось надевать красивое платье, чтобы пообедать с твоим очень красивым, очень обаятельным мужем. Может быть, прежде чем я вернусь домой, мы с тобой могли бы выпить, поговорить о делах."

"Я бы хотела этого", - сказала Ева, понимая, что она действительно хотела бы.

"Тогда мы сделаем так, чтобы это произошло. Я собираюсь позволить тебе вернуться к работе, а сам пойду поищу что-нибудь легкомысленное, на что можно потратить свои деньги ".

"Есть это место". Ева прокрутила местоположение в голове, передала простые указания. "Глупо дорогие сумочки и обувь. Вот так."

"Звучит идеально - и совсем не в твоем стиле".

"Я разнял там кошачью драку, когда две женщины вывалились на улицу к моим ногам. Они были готовы убить друг друга из-за какого-то кошелька".

"Это звучит в твоем стиле - и это будет моей первой остановкой. Я скоро поговорю с тобой ".

"Хорошо проведите время - и остерегайтесь дергателей за волосы".

Со смехом Дарсия вышла.

Ева проверила время, затем начала собирать файлы, фотографии, отчеты, которые она скопировала, чтобы забрать домой. К тому времени, как она закончила, ее входящий просигналил. Она удовлетворенно кивнула, прочитав название файла и краткое сопроводительное сообщение.

Лейтенанту Даллас, Отдел убийств

От лейтенанта Обермана, Нелегалы

Конфиденциальные данные острее, Рики

Как и просили.

Бьюсь об заклад, это больно, " пробормотала Ева, затем скопировала и сохранила файл.

Пибоди уже вставала из-за своего стола, когда Ева вышла. "Я просто зашел, чтобы проверить, не -"

"Понял. Давайте двигаться".

"Эй, эй, эй!" Бакстер вскочил. "Ты должна рассказать мне об удивительной юбке".

"Она сошла с орбиты, Бакстер. Буквально."

"Я скажу - наилучшим из всех способов. Кто-"

Она продолжала идти. "И она выше тебя по званию".

"Ты думаешь, такие женщины такими рождаются?" Начала Пибоди. "Шеф Анджело. Я имею в виду, то есть они излучают горячность и сексуальность с каждым вдохом, но по-настоящему стильно?"

"Вероятно, существуют учебные курсы".

"Запишите меня".

"Если ты не возражаешь отложить свои горячие устремления, мы могли бы сосредоточиться на нашем текущем расследовании. Просто ради удовольствия".

"Я думаю, что у каждого есть горячие и сексуальные стремления, " размышляла Пибоди, " кроме тех, которые уже есть. Но я полностью сосредоточен на нашем текущем расследовании. Я полагаю, лейтенант Оберман отправил вам требуемые данные."

"Она сделала".

"Я не думаю, что она была слишком рада этому". Пибоди пожала плечами. "Я предполагаю, что некоторые обработчики довольно территориально относятся к своим хорькам, даже когда ласка мертва".

"Может быть, даже больше. Лаборатория идентифицировала этот замок?"

"У меня есть марка и модель. В отчете говорится, что оно было установлено не более пары дней назад. На самом деле это набор внутренних замков - дешевый и доступный практически в любом месте, где торгуют замками. Это не было выбрано или подделано ", - продолжила Пибоди. "У меня есть полный отчет".

"Чистильщики, интерьер?"

"Еще не пришло. Ты просил о втором уровне."

"Верно. Насколько взбешенной была Рене?" Спросила Ева, когда они сели в машину.

"Я собираюсь сказать, контролируемая ярость. Ей не понравилось, когда ее подталкивали, и, на мой взгляд, еще меньше понравилось, когда ее подталкивал твой подчиненный. Что ей действительно не понравилось, так это мое очень вежливое - в соответствии с указаниями - заявление о том, что вы скопировали и проинформировали командира."

"Хорошо". На самом деле, идеально. "Какое-то время она будет переживать из-за этого".

Довольная этой идеей, Ева проехала сквозь густеющий поток машин к уродливой громаде здания, примостившегося между дешевым секс-клубом и баром без окон.

"Не намного лучше, чем дыра, в которой он умер", - решила она. "И менее чем в трех кварталах отсюда. Не яркая лампочка, наш Сочный, даже когда он дышал".

Замок на входе в здание был все еще цел. Нет смысла ломать это, подумала она. Кому захочется вламываться в место, где все равно ни у кого ничего нет?

Она заставила ее открыться, начала подниматься по лестнице прямо напротив двери.

Все таблички на стенах были связаны с сексом или наркотиками, а висящий в перегретом воздухе аромат отдавал и тем, и другим, с липкой примесью старого мусора. Чей-то выбор музыки стучал по стенам, как молотки по чьему-то выбору кричащего игрового шоу. На втором уровне растянулся тощий, как жердь, кот, размером едва ли больше крысы.

"О, бедный маленький котенок". Как только Пибоди протянула руку, кот вскочил на лапы, выгнул спину, оскалил зубы с хриплым шипением.

Пибоди не хватало того, чтобы ее рука была разрублена до кости на несколько дюймов.

"Иисус. Злобный маленький ублюдок".

"Это научит тебя быть таким мягкосердечным и дружелюбным".

Ева поднялась на третий уровень, по грязному коридору, не торопясь, чтобы кто-нибудь мог заглянуть в глазок.

"Запись включена". Она обошла замки Кинера.

Его провал произошел в нескольких шатких шагах от места его последнего упокоения. Но даже это было огромным улучшением. Воняло потом, обдавало жарой и несло добавками духов из почти пустых коробок из-под еды навынос.

"Китайская, тайская кухня, пицца и то, что, как я думаю, раньше было гироскопом. Обычный набор отвратительной, невскрытой еды. Джуси был свиньей". Она посмотрела на неубранную кушетку. "И все же это выглядит удобнее, чем потрепанный матрас в его норе, так что он определенно пошел на некоторые жертвы, чтобы спрятаться".

Отдельная комната, подумала Ева, не больше ее кабинета. Ни автокефали, ни холодильника, ни смежной ванной - что означало, что провал и все или большинство других на уровне разделяли одну, вероятно, в конце коридора.

У него все еще было восемь замков и засовов на двери, еще один набор на единственном окне.

"Ладно, давай бросим это".

"Фу" - таково было мнение Пибоди.

"Бьюсь об заклад, вы не первый коп, присутствующий здесь сегодня с подобными чувствами".

Они нашли древнее нижнее белье, один из пары дырявых и удивительно вонючих носков, несколько фунтов пыли, достаточно грязи, чтобы посадить розы, пустые бутылки из-под пива, сломанные шприцы, порванные пустые пакеты, в которых торговцы хранили свой товар.

"Здесь ничего нет". Пибоди вытерла пот. "Если он собирался скрыться, он, должно быть, забрал с собой все, что у него было - за исключением грязного нижнего белья".

"Я расскажу тебе, что мы нашли", - поправила Ева. "Рики жил как бешеная крыса. Жил с этим запахом, а не выбрасывал свой мусор. Вероятно, потому, что он оставался под кайфом, насколько это было возможно. Замки внутри двери не новые, так что он, вероятно, хранил здесь кое-что из своего барахла, все, что нажил на торговле людьми и ласке. И он придерживался своей территории. Также интересно, чего мы не нашли ни здесь, ни в его норе ".

"Минимальный уровень гигиены?"

"Этого не хватает, как и любой клиентской книги, записной книжки - ничего подобного на его одноразовой "ссылке. Возможно, он имел дело с низшими уровнями, но у него были связи. Он был пронырой, а проныра бесполезен без них. Я не покупаюсь, что он держал имена, местоположения, номера в своей бешеной крысиной голове ".

"Черт. Я ненавижу, когда я пропускаю что-то подобное. Он бы забрал это с собой ".

"Для него это ценнее, чем чистое белье, я гарантирую. И Бикс избавил его от этого. Он и Гарнет должны были прийти сюда сегодня, просто чтобы убедиться, что Бикс ничего не упустил после того, как я немного поторопил сделку. Мы собираемся исправить эту их ошибку ".

"Мы?"

"Давайте постучимся в двери". Она вышла, постучала в дверь напротив. Ответа не последовало, что не было неожиданностью, даже если бы внутри была толпа из двенадцати человек. Но она не услышала ни звука.

Подразделение меломана было другим делом. Она колотила, затем колотила и пинала, пока, наконец, не заглушила грохот барабанов.

Человек, который ответил, не мог дожить до своего двадцать пятого дня рождения. У него был бледно-бледный цвет лица заключенного, покрытого оспой и шрамами от угревой сыпи. Тонкие пряди волос свисали до плеч поверх футболки без рукавов, которая, возможно, когда-то была белой. Вместе с ним на нем была пара нижнего белья, не намного более приличного, чем те, что были выброшены в квартире Кинера.

"Зуп", - сказал он с блаженной улыбкой и стеклянными глазами серьезно обкуренного. Ева чувствовала запах дыма zoner - черт возьми, она могла видеть, как он висит в воздухе.

Она показала свой значок.

Он некоторое время улыбался этому, затем до него дошел некоторый уровень его смысла. "О, да ладно. Просто получаю кайф. Никому не причиняя вреда, проверил?"

"Это то, что ты сказал двум другим полицейским, которые приходили сегодня?"

"Не видел никаких копов, кроме тебя. Просто включаю музыку и жужжу. Слишком горячо для другого ".

"Ты знаешь Джуси?"

"Конечно, чувак, он скажет тебе, что я не сделка".

"Когда ты видел его в последний раз?"

"Не знаю. Жарко, чувак. Каждый день жарко. Все равно."

"Да". Это было, когда ты был в постоянном состоянии глупости.

Она услышала приближающиеся шаги и, обернувшись, увидела мужчину, идущего по коридору, опустив голову и щелкая пальцами. У двери напротив Кинера он достал связку ключей.

Она встала на его пути. Он увидел ее, создал ее в мгновение ока. И повернулся, чтобы убежать.

Идеально, подумала она и бросилась за ним. "Полиция! Остановись!" Она оценила расстояние, согнула колени и, подпрыгнув, приняла его в подкате в середину тела.

"Ты думаешь, я хочу преследовать тебя в такую жару?"

"Я ничего не делал". Он горбился под ней. "Отвали от меня!"

"Почему ты сбежал?"

"Я... кое-что забыл".

"Верно. Я собираюсь отпустить тебя, чтобы мы могли вести цивилизованный разговор. Когда я это сделаю, если ты побежишь, я тебя поймаю - и я буду действительно несчастен, когда я это сделаю. Понимаешь?"

"Да, да. Я ничего не делал. Копы не могут просто так сбивать людей с ног ".

"Подайте жалобу". Она отступила, кивнув, когда Пибоди встала так, чтобы загородить лестницу. "Имя?"

"Джуби, не то чтобы это тебя касалось".

"Пибоди, в соревновании по разбиванию мячей между мной и мудаком Джуби, на кого ты ставишь?"

"Вы, сэр, но я видел вашу работу и множество сломанных мячей в результате этого".

"Верно. Где ты был, Джуби?"

"Послушай, я просто вышел, чтобы забрать упаковку трав". Он продолжал целиться в оскорбленного, убирая волосы с глаз, но нервы натянулись до предела. "Травы все еще легальны в собственном доме парня".

"Значит, сегодня утром ты был у себя дома".

"Да, ну и что? Что с вами, копами, сегодня, ползающие повсюду. Моя губа кровоточит". Он провел по нему тыльной стороной ладони. "Я разбил себе губу, когда ты сбил меня с ног".

"Подайте еще одну жалобу. Расскажи мне о других копах."

Он скрестил руки на груди, подчеркивая свой отвисший маленький животик. "Не обязательно говорить тебе, Дик".

"Что ж, это правда". Ева согласно кивнула. "Точно так же, как мне не нужно говорить тебе занять позицию, чтобы я мог тебя обыскать, поскольку я подозреваю, что ты перевозишь запрещенные вещества - поскольку я, блядь, вижу пакет, торчащий у тебя из кармана".

Он поспешно оттолкнулся от нее. "Какая сумка?"

"Джуби, Джуби, давай забудем о прошлом. Ты рассказываешь мне о других копах, я ухожу, а ты наслаждаешься своими травами, поскольку мы их так называем, в тишине и уединении ".

Его глаза сузились, переместились. "Откуда мне знать, что ты не устраиваешь какую-нибудь провокацию?"

"Ты смотришь слишком много полицейских шоу. Копы, Джуби, где они были?"

Он перенес свой вес с ноги на ногу. "Хорошо, но если ты будешь издеваться надо мной, я знаю адвоката".

"Боже, это определенно вселяет страх в мое сердце. Ты слышала это, Пибоди, Джуби знает адвоката."

"Я чувствую, как дрожат мои ноги в ботинках".

Он сердито посмотрел на них обоих, но, должно быть, подумывал о том, чтобы надавить на это и быть втянутым. "Пара парней в строгих костюмах. Один из них действительно большой парень. Они пошли вместо Джуси. Вот."

Он указал через зал.

"Даже не потрудился постучать. Гребаные копы. Я услышал, как они поднимаются по лестнице, выглянул в глазок на случай, если Джуси возвращается ".

"Джуси" обычно снабжает тебя травами?"

"Может быть. Итак, я превращаю их в копов, и они идут прямо на это. Это нарушение гражданских прав ".

"Ваше знание закона поражает и производит впечатление. Опиши их."

"Как я уже сказал, один - большой парень. У меня светлые волосы. У другого темные волосы. Я не делал долбанную фотографию. Пробыл там около получаса, может быть, и вышел весь потный, выглядя взбешенным. Вот и все".

"Пибоди, не могла бы ты, пожалуйста, показать этому джентльмену подборку долбаных снимков, поскольку он не сделал ни одного".

"С радостью". Пибоди достала из сумки несколько копий снимков, удостоверяющих личность, и смешала с ними снимки Бикса и Гарнет. "Если бы вы взглянули на это, мистер Джуби, и дали нам знать, узнаете ли вы кого-нибудь из этих людей".

"Ради Бога, вы, копы, что, не знаете друг друга? Он. Он. Это те, кто вломился в заведение Джуси и нарушил его гражданские права ".

"Ты уверен?"

"Я так и сказал, не так ли?"

"Когда ты в последний раз видел Джуси?"

"Пару дней назад. Может быть, три. Кто следит?"

"Хорошо. Благодарю вас за сотрудничество ".

Прежде чем она смогла передумать, он вставил свой ключ в замок и сделал быстрый разворот в свой провал.

"Поймал их", - пробормотала Ева. "Еще одна остановка. Пицца".

"Я редко говорю, но я действительно не голоден. Между этим провалом и этой жарой еда не привлекает ".

"Мы не будем есть. Мы собираемся посетить место последнего ужина Джуси ".

"Ох. Слушай, когда мы закончим, ничего, если я пойду к себе, приму душ и переоденусь? Даже перед тем веселым поиском в мусорном аду я чувствовал себя немного паршиво ".

"Будь в моем домашнем офисе к тысяче шестьсот тридцати, чем раньше, тем лучше".

"Нет проблем. И... " Пибоди стянула липкую рубашку с груди. "Я думаю, все будут вам благодарны".

По сути, пиццерия находилась на территории Кинера - и, фактически, между его лункой и его флопом.

"Разве я сказал "не самая яркая лампочка"? Этот на какое-то время сгорел ".

Прилавки занимали одну стену и окно размером с коробку. Пара человек, наслаждавшихся ломтиком, закатили глаза в ее сторону, а затем поспешно отвернулись. Она почти могла слышать облегчение, исходящее от них, когда она проходила мимо.

"Что это будет?" Женщина за стеклянным прилавком повела плечами, словно пытаясь избавиться от боли. Она была чернокожей, с тонкими, крепкими на вид руками, ее волосы были завязаны сзади синей косынкой, а в левой брови красовался единственный обруч.

"Вопросы". Ева показала свой значок.

"Послушай, я не хочу неприятностей, поэтому я держусь подальше от этого. Я чист. У меня дома ребенок, и я должен работать, чтобы платить за квартиру ".

"У меня нет для тебя проблем. Ты знаешь Рики Кинера? Сочный?"

"Все знают Джуси".

"Кто был на стойке прошлой ночью?"

"Я был". Она посмотрела назад с выражением жадной неприязни. "Джи заставил меня работать в позднюю смену, хотя он знает, что мне нужно нанять няню, это стоит больше, чем я зарабатываю, когда работаю по ночам".

"Джуси был внутри?"

"Да, он вошел. Получил целый чертов пирог - с сардинами. Это его обычное дело - начинка, а не весь пирог. Целый пирог, пара порций пива, так что он должен был быть румяным ". Она вытащила другой платок из кармана фартука, промокнула вспотевшее горло. "И в действительно хорошем настроении тоже".

"Это так?"

"Он дал мне чаевые. Я получаю чаевые примерно раз в десять голубых лун, но он положил пятерку на прилавок и сказал: "Это для тебя, Лу". Говорит, что сводит счеты, закрывает магазин и отправляется туда, где дует прохладный морской бриз. Полная чушь".

Затем она пожала плечами, засунула платок обратно в карман. "Я думаю, ты знаешь, что он делает, но он всегда был вежлив со мной. Всегда говорил спасибо - и он никогда не занимался здесь бизнесом. Я думаю, он в беде ".

"Он мертв, Лу".

"О". Лу покачала головой, на мгновение опустив глаза. "Я думаю, трудно удивляться, когда кто-то живет такой жизнью".

"Как насчет этого парня?" Она жестом попросила Пибоди показать выстрел Бикса.

"Не видел его здесь. Он бы выделялся, это точно. Большой, здоровый белый парень. Возможно, видел его где-то. Возможно ... да, я думаю, я видел его - во всяком случае, кого-то большого и белого, ошивающегося в конце квартала, когда я шел домой ".

"Во сколько ты вышел?"

"Не раньше, чем в три, черт возьми. Половина уличных фонарей погашена, и я не прогуливаюсь, если ты меня понимаешь, когда мне приходится идти домой в такое время ночи. Я уловил проблеск, потому что держу глаза открытыми. В основном придурки оставляют меня в покое, потому что они здесь едят, но никогда не знаешь наверняка. Итак, я уловил проблеск, как я уже сказал. На его месте мог быть этот парень ".

"Достаточно хорошо. Спасибо тебе".

"Я сожалею о Джуси. Мне не нравилось, как он прокладывал свой путь, но он никогда не причинил мне никакого вреда ".

Неплохая эпитафия для наркоманки, подумала Ева, уходя.

Девять

ЕВА ПОДСЧИТАЛА, ЧТО У НЕЕ БЫЛО ВРЕМЯ БЫСТРО ПРИНЯТЬ душ и переодеться. Она почувствовала бы себя лучше и смогла бы прокрутить в уме все данные, утверждения и наблюдения, пока соскребала гранж с флопа мертвеца.

Она начала переворачивать их, как только вошла в дом, в прохладу, под пристальными взглядами Соммерсета и кота.

"Я пропустил национальный праздник? На улицах, должно быть, празднуют, чтобы вы были дома в этот час дня ".

"Я называю это Днем, когда Соммерсет замолкает. Город сошел с ума от радости." Она направилась к лестнице, остановилась. "У меня есть команда, которая прибывает на брифинг".

"Так мне сообщили. Вам подадут барбекю из тушеной свинины, холодный салат из макарон, свежие помидоры с моцареллой и зеленую фасоль с миндалем."

"О".

"За ним следует персиковый пирог à по-модному и несколько маленьких фуршетов".

"Мы никогда не избавимся от них".

"Как поживает детектив Пибоди?" спросил он, когда она начала подниматься по ступенькам.

Она остановилась, плечи напряглись. "Почему?"

"Я не слепой и не бесчувственный, лейтенант. Она была совершенно очевидно потрясена, когда она и детектив Макнаб прибыли прошлой ночью ".

"Она устойчива. Она в порядке. Я также полагаю, что вы знаете, что происходит в этом доме, так что вы знаете, что мы все вышли, на двух разных машинах, и вернулись поздно. Ты знаешь, что Пибоди и Макнаб оставались здесь, ты знаешь, что Уитни была здесь рано утром. Цепи замкнуты на этом, замкнуты наглухо ".

Возможно, она была на ступеньках выше него, но Соммерсет сумел встретиться с ней взглядом и передать впечатление, что он смотрит свысока.

"Я не обсуждаю ваши профессиональные или личные дела".

Она приказала себе сдержаться. Она знала, что он не сплетничал. Вряд ли он был бы тем человеком, которому Рорк доверял, ну, во всем, если бы он был болтуном.

"Я знаю это. Это чрезвычайно деликатное и многоуровневое расследование ".

"С участием детектива Пибоди".

"Можно сказать. И это все, что я могу сказать ".

"Не могли бы вы сказать мне, если она в беде? Она мне очень нравится".

Она тоже это знала - и на этот раз не нужно было приказывать себе сдерживаться. "Нет, она не в беде. Она хороший полицейский. Вот почему она замешана ". Дерьмо. Теперь она чувствовала себя обязанной. "Послушай, мне жаль, что я не смог провести больше времени с твоими друзьями прошлой ночью".

Его брови приподнялись, совсем чуть-чуть. "Возможно, это национальный праздник".

"В любом случае". Оставив все как есть, она продолжила подниматься наверх.

"Продолжай", - сказал Соммерсет коту. "Я думаю, ей понравилась бы компания, знает она об этом или нет".

Галахад двинулся, настолько быстро, насколько позволяла его масса, вслед за Евой.

В спальне он наткнулся на ее ноги, когда она снимала куртку. Поэтому она присела, чтобы потереть его, отчего его двухцветные глаза расширились в экстазе.

"Я собираюсь завернуть ее", - сказала ему Ева. "Заверни ее, как вонючую рыбу. Заверните ее, положите в коробку и завяжите крышку. Посадите ее в клетку, ее и каждого из ее убивающих, обманывающих, лживых, коррумпированных копов. Господи, я в бешенстве ".

Она сделала вдох, другой, поскольку неприкрытый гнев, который ей удавалось держать в клетке весь день, угрожал вырваться на свободу.

"Вероломная шлюха-пизда, использующая все и вся для удовлетворения своих собственных жалких потребностей. Злоупотребление тем, что она обещала соблюдать. Изворачивая все, что ей было дано, все, что ей доверили, чтобы она могла погладить свой банковский счет и свое чертово больное эго ".

Она сделала еще пару вдохов. "Действительно взбешена", - призналась она, - "и это не поможет. Я должен быть больше похож на тебя, больше на моего кота. Хладнокровный и подлый."

Она в последний раз похлопала его, затем сняла оружие и остальную одежду. В душе она позволила своему разуму опустеть, просто опустошиться. И в этом более спокойном пространстве начал проверять детали, рассчитывать углы, расставлять шаги.

Хладнокровный и подлый, снова подумала она. Хорошие инструменты, когда вы планируете уничтожить весь или большую часть полицейского отряда.

Как только она оделась, она пристегнула свое оружие обратно. Вряд ли это необходимо в ее собственном доме, но носить это было бы более официально. Еще один символ, предположила она. И, возможно, как бы глупо это ни звучало, это компенсировало небрежный тон peach pie &# 224; la mode.

Она взяла свою сумку с документами и направилась в свой офис.

Дверь в кабинет Рорка была открыта. Она услышала его голос, двинулась к дверному проему. С кем бы он ни разговаривал, и о чем бы они ни говорили, он использовал короткое слово о высоких технологиях, которое ускользало от нее. Это было, подумала она, как слушать разговор на венерианском.

Что бы это ни было, это имело отношение, как она предположила, к странным схемам, мелькающим на экране - и если она следила за венерианцем, к изменениям, которые хотел внести в них Рорк.

"Поместите их и проведите новый анализ. Я хочу увидеть результаты завтра днем ".

"Я не знала, что ты здесь", - сказала Ева, когда он закончил. "Что это была за штука?"

"Какой будет прачечная нового поколения".

Она нахмурилась, глядя на него. "Как для стирки белья?"

"Это сделает немного больше, чем это. Один автономный блок с несколькими отделениями." В своем прекрасно сшитом костюме он откинулся на спинку своего стола, изучая схемы с явным удовлетворением.

"Это должно делать все, кроме того, чтобы засунуть вашу одежду в ваши ящики и повесить ее в вашем шкафу. И если вы тоже этого хотите, вы могли бы приобрести приставку к дроиду ".

"Хорошо. Я думаю, для тебя это кажется немного обыденным ".

"Ты бы так не говорил, если бы у тебя закончилось чистое белье". Он подошел к ней, легко поцеловал в знак приветствия. "И людям нужно обыденное каждый день".

"Я обычно относила все свои вещи к мистеру Пингу за углом от моей квартиры", - вспоминала она. "Он был хорош в выведении пятен крови".

"Важная услуга в вашей работе. Сегодня я не вижу ни одного ".

"День еще не закончен. Мне нужно подготовиться к брифингу. События развиваются".

"Мне нужно закончить несколько дел, затем ты можешь ввести меня в курс дела".

"Хорошо". Она остановилась в дверях. "Знаешь, я думаю, несколько сотен лет назад был кто-то, кто бил грязной рубашкой о камень в быстром ручье, кто думал, что просто должен быть способ получше, черт возьми. Если бы он не нашел это, мы бы все переходили вброд реки в день стирки. В словах Мандейна есть смысл".

Она переехала в свой офис. Она организовала две доски, одну для убийства, другую для расследования операции Рене Оберман, добавив данные о каждом полицейском в отделе Рене, которые она приобрела в ходе низкоуровневых рейдов.

Она схватила отчет "чистильщиков", как только он поступил, изучила его и результаты лабораторного анализа нелегалов, взятых с места преступления.

Маленькие кусочки, подумала она. Крошечные кусочки - можно сказать, обыденные.

Как только она ввела все данные в свой компьютер, она откинулась на спинку стула с чашкой кофе и обдумала свой подход.

Когда Рорк вошел, он подошел к ее доскам. "Ты добился значительного прогресса".

"Я знаю, что она делает. У меня есть несколько идей о том, почему. Я даже знаю, как в какой-то степени. Я знаю некоторых других игроков, но не всех. Я знаю, кто убил Кинера, почему, как и когда. Но этого недостаточно. Пока. Сегодня у меня было с ней время встретиться лицом к лицу, пришлось с ней немного потрахаться ".

"Я полагаю, тебе это понравилось".

"Мне бы больше понравилось врезать кулаком ей по лицу, но да, это было неплохо".

Он подошел к ее столу, взял ее кофе, отпил немного. "Иногда нам просто приходится обходиться".

"Я попросил Пибоди связаться с ней, потрахаться с ней еще немного. Не только потому, что это хорошая стратегия, но ... "

"Ты не сможешь победить монстра в шкафу, пока не откроешь дверь. Теперь эта женщина не будет так нервировать нашу Пибоди ".

"Плюс Рене проиграла тот раунд, так что даже лучше. Рене переигрывает, но не знает об этом ".

Ева снова посмотрела на доску и снова подумала: маленькие фигуры .

"Я собираюсь сказать это первым, покончи с этим, пока мы вдвоем".

"Хорошо".

"Я испытываю к ней эту ужасную ненависть - так много уровней ненависти. Это Пибоди, это Уитни, даже Мира после того, как я увидел ее сегодня. Это департамент, и это значок, и все, что он означает ".

"Я знаю. И это нечто большее".

Он бы знал, подумала она. Он бы увидел. "Дочь полицейского. Может быть жестоким, я полагаю. Но к черту это. У нее было двое родителей, приличный дом. Никакого намека на что-либо под этим, и вы не сможете стать командиром полиции Нью-Йорка, не нажив врагов. Если бы там что-то было, кто-нибудь бы это нашел ".

"Я бы согласился с этим. И я полагаю, что вы потратили некоторое время сегодня на поиски любого намека на это ".

"Да, это так", - призналась она. "Никаких травм, ни одной, которая бросалась бы в глаза - и я думаю, что к настоящему моменту, особенно с учетом того, что Мира внимательно присмотрелась, это было бы заметно. Нормальное - это то, что у нее было. Что ж, в доме полицейского, вероятно, есть своя норма, но ...

"Ее приютили, накормили, дали образование, скорее всего, любили, за ней определенно ухаживали", - продолжил Рорк. "Ее отец подал пример, придерживаясь кодекса. Он не запирал ее в темных комнатах ".

Рорк коснулся щеки Евы, просто прикосновением кончиков пальцев. "Он не бил ее, не насиловал, не терроризировал беспомощного ребенка ночь за ночью, год за годом. Вместо того, чтобы ценить то, что ей было дано, она предпочла обесчестить это. Она сделала выбор, и этот выбор предает все, во что ты веришь, все, что ты сделал сам ".

"Это засело во мне. Мне нужно пережить это ".

"Нет. Ты ошибаешься. Ты должен использовать это. И когда ты покончишь с этим, ты поймешь, что то, что ты сделал из кошмара, превосходит то, что она сделала из себя нормальной. Более того, Ева, ты поймешь, что именно поэтому ты победила ее ".

"Возможно". Она положила ладонь на его руку. "Может быть. Но прямо сейчас я чувствую себя лучше, просто услышав это. Итак."

На этот раз, когда она сделала вдох, это сработало. "На самом деле она не беспокоится обо мне, а скорее злится. Больше раздражена из-за неудобств, из-за того, что я сталкиваюсь с ее авторитетом. Она передала мне это убийство, потому что была неаккуратна, потому что окружила себя людьми без этики, без всякого уважения к работе ".

"Это было бы ключом". Рорк сделал еще глоток ее кофе. "Чтобы вести успешный бизнес, выгодно нанимать людей с похожим видением или, по крайней мере, способных адаптироваться к вашему видению".

"Да, я думаю, она поняла это. Но когда твой бизнес - жить во лжи, ты должен брать то, что получаешь. Горячие головы вроде Гарнет, скоты вроде Бикса. Плюс, ее эго - проблема. Она ищет не самых умных, а самых податливых, которых легче всего развратить. Для нее важнее всего оставаться на вершине, быть главной. Что касается ее образа мышления, то, как я ее вижу, если она наберет лучших и сообразительных, кто-нибудь может перехитрить ее, перехитрить ее, может быть, сообразить, почему я должен ее слушать ? "

"Если она не может понять или принять, что не обязательно быть самым умным человеком в комнате, но быть уверенной, что самый умный человек в комнате работает на тебя, ей было суждено потерпеть неудачу".

"До сих пор у нее была хорошая пробежка". Ева забрала кофе обратно. "Она точно управляет своим отрядом - доминирует, запрещая любую индивидуальность. Никаких личных вещей, никаких подлинных партнерских отношений. Каждый сам за себя, " пробормотала Ева. "Это то, что я чувствовал там".

Она встала, чтобы подойти к доске и постучать пальцем по фотографии Бикса. "Она завербовала его, и я готов поспорить, что она помогла добиться его перевода в свое подразделение - из-за его набора навыков. Военный, прошедший боевую подготовку. Оба родителя тоже военные. Он выполняет приказы, он убьет по команде. Он ее пес ".

"Как она обращает его?"

"Я хочу, чтобы Мира взяла, но я вижу, что это можно сделать несколькими способами. Возможно, он был хорошим солдатом, а хорошим солдатам часто приказывают совершать жестокие поступки ради общего блага, или хорошей, или нет, миссии. Нелегалы - это бесконечная война. Она могла бы убедить его, что это другой способ бороться с этим. Или она распознала в нем потребность, склонность причинять боль, калечить, убивать и направила это на удовлетворение своих потребностей."

"Легко может быть и то, и другое".

"Да, могло. Гранат? Она использовала секс и жадность и, вероятно, апеллировала к Почему, черт возьми, мы не должны получить свое?Я думаю, во многом это ее игра, с вариациями на тему Какого черта мы должны делать то, что мы делаем, рисковать тем, чем мы рискуем, вмешиваться в то, во что мы вмешиваемся, и довольствоваться паршивой зарплатой полицейского? Мы те, кто держит оборону. Мы заслуживаем большего"

"Она не смогла бы играть на слабостях, если бы их не было".

"У каждого есть слабости. Ты уступаешь им, ты переходишь черту и делаешь именно то, что поклялся остановить?"

Гнев снова вскипел, его горячая волна.

"Ты не заслуживаешь быть полицейским, и тебя нужно наказать сильнее, чем тех придурков, которыми остальные из нас рискуют, чтобы остановить. Я уже сталкивался с неправильными копами раньше. Что-то размером с полицию Нью-Йорка? Это неизбежно. Но она нечто большее ".

Ева ткнула пальцем в фотографию Рене. "Она хуже. Выбор, ты сказал, и это, черт возьми, в яблочко. Дело не в том, что она слаба, не в том, что она жадная или нуждающаяся - или не просто. Она выбрала быть копом, затем она выбрала быть грязной. Чтобы сделать из этого гребаный бизнес. Преднамеренное. Рассчитано.

"Я хочу причинить ей боль за это. Я хочу сделать выбор - столь же обдуманный, столь же просчитанный - сжечь ее за это ".

Он улыбнулся ей. "И это, лейтенант, то, как вы используете это, чтобы победить ее".

Пибоди и Макнаб прибыли первыми.

Она передала несколько новых серий Пибоди, дала Макнабу те же имена.

"Мне нужен поиск недвижимости - тот, который еще не показан. Просто стандартная проверка инвентаря. То, что вы ищете, - это регистрация этих нелегалов. Я хочу знать, кто был в отделе недвижимости, кто составлял для них счета. Я хочу, чтобы те пересеклись с офицерами, которые конфисковали, и с их отчетами. Пока это главное. Мы сосредоточимся на этом ".

"Что я могу для вас сделать, лейтенант?" Спросил ее Рорк.

"Гранат обладает свойствами в тропиках, которые охватывают большую территорию. Мне нужно найти это. Мне нужно найти это, не поднимая никаких флагов - и не используя незарегистрированное оборудование ", - добавила она, понизив голос. "Я полагаю, что если у вас есть хорошая пляжная недвижимость, вы ездите туда, когда у вас есть возможность управлять ею, что означает, что вам приходится пользоваться транспортом".

"Ты бы сделал, да. Это довольно интересная головоломка. Я верю, что мне это понравится ".

"У него будет транспортное средство в этом месте - что-нибудь высококлассное. Вероятно, лодка. И почти наверняка альтернативное удостоверение личности, чтобы скрыть все это. Я полагаю, что это долгосрочный проект, выбирающий булавку в довольно большом стоге сена ...

"Это была бы игла".

"Неважно. Это было бы хорошей информацией, которую можно было бы получить в какой-то момент ".

"Я начну".

"Остальные должны быть здесь примерно через двадцать. Думаю, сначала я заставлю их перекусить, чтобы они не отвлекались на мысли о еде. С таким же успехом можно было бы временно отвлечь их настоящей едой ".

Поскольку Пибоди и Макнаб были на ее компьютере и вспомогательном оборудовании, она пошла на кухню и использовала мини на стойке, чтобы проверить несколько вероятностей.

Подлый, расчетливый, обдуманный. Могла ли она быть всем этим, задавалась она вопросом, и довести это до конца с этим огнем ярости и отвращения, горящим в ее животе?

"Я думаю, мы узнаем", - пробормотала она.

Когда она услышала голоса, она снова вышла.

Пора начинать вечеринку.

"Чертовски вкусная похлебка", - прокомментировал Фини и вгрызся в сэндвич с тушеной свининой. "Я слышал, там есть пирог".

Она задавалась вопросом, был ли во вселенной полицейский, включая ее саму, который не питал слабости к пирогам. "Пирог будет после официального инструктажа".

Он бросил на нее печальный взгляд. "Это жестоко, малыш".

"Да, да". Она прошла в переднюю часть комнаты. "Я собираюсь начать, пока все вы дочиста вылизываете свои тарелки. Прошу вас обратить ваше внимание на доски и два отдельных, но связанных дела."

Это было недолгим, так как большая часть команды уже была проинформирована о шагах и прогрессе. Она попросила Миру представить личные характеристики Рене Оберман, Уильяма Гарнета, Карла Бикса и жертвы.

"Каково ваше мнение, доктор Мира, при определении того, является ли случай Киниера убийством, несчастным случаем или самоубийством?"

"Самоустранение не согласуется ни с одним из действий жертвы. Он перевез себя и свое имущество в другое место. В ночь своей смерти он поел и поговорил со своим официантом. Согласно ее заявлению, его настроение было приятным, даже экспансивным, и он говорил о переезде.

"Случайная передозировка - это всегда риск для наркомана", - продолжила Мира. "Однако введенная огромная доза не соответствует предыдущим привычкам жертвы. По моему мнению, основанному на фактах, заявлениях и личности, это было убийство ".

"Рене будет трудно спорить с этим", - вставил Фини.

"Таков план. Я собираюсь спросить ее мнение о том, как ее проныра, уличный торговец дешевой арендной платой, заполучил в свои руки такое количество высококачественного нелегального вещества. И я собираюсь узнать, кто имеет дело с этим веществом. Мне нужно поговорить с кем-нибудь в ее отделе - затем в департаменте, - кто совершил облаву с использованием этого вещества.

"Что приводит нас к собственности. Макнаб."

Он проглотил макароны. "По указанию лейтенанта я инициировал инвентаризацию определенных нелегальных счетов в отделе имущества Централа. Ты хочешь увидеть работу или только результаты?" он спросил ее.

"Работа войдет в файл, будет скопирована всем членам команды. Давайте получим результаты здесь и сейчас ".

"Отряд нелегалов под командованием лейтенанта Хэррода. У детективов Петрова и Роджера был довольно приятный арест около шести недель назад. Они конфисковали ряд нелегалов, в том числе большую партию street name FYU. Я должен добавить, что детектив Роджер и два офицера в форме были ранены во время задержания. В отчете детектива Петрова он оценил FYU в тридцать баллов. Это уличная стоимость около двухсот пятидесяти тысяч. Они также упаковали то, что, по его оценкам, составляло девяносто ключей Пыли и пятьсот капсул Экзотики.

"Сначала я выбрал майоров, лейтенант", - объяснил Макнаб. "У меня не было времени тщательно все осмотреть. Петров проверил конфискованные вещества на предмет собственности для взвешивания, регистрации и выставления счета. Оценки на месте в большинстве случаев завышены. Они просто пялятся на них, и, ну, кому не нравятся большие цифры? Официальный подсчет после регистрации составил двадцать два ключа от FYU, восемьдесят четыре от Dust и три семьдесят пять колпачков от Exotica."

"Это большое несоответствие".

"Да, сэр, это так. Роджера везли в больницу, поэтому Петров не стал дожидаться взвешивания ".

"Кто получал и взвешивал указанные вещества?"

"Ранч, сержант Уолтер".

"Компьютер, выведи на экран данные о Ранче, сержант Уолтер. Я провела стандартную проверку и провела анализ сотрудников службы собственности, " продолжила Ева, когда появились данные. "Ей нужен мужчина за письменным столом, иначе она ограничится своими людьми и будет наблюдать, как вся эта прибыль проплывает мимо нее. Анализ Ранча за два года и четыре месяца, которые он провел на рабочем месте, показывает, что его взвешивания регулярно занижают оценку - его процент этих расхождений увеличивается, когда указанная оценка выходит за рамки команды Рене ".

"Когда полицейский на задержании - один из ее людей, " вставил Фини, " он снимает вес с оценки перед взвешиванием".

"Это то, что играет", - согласилась Ева. "Не каждый раз, даже не большую часть времени, но с регулярностью и особенно когда имеешь дело с крупными провалами.

"Как вы видите, Ранч был переведен в собственность после того, как получил штраф за то, что разгромил стойку бара, избивая до полусмерти своего букмекера после того, как он проиграл пять крупных с разницей в три очка на "Арене Болл". У Ранча небольшие проблемы с азартными играми, и ему была предоставлена возможность проконсультироваться и переназначиться, на что он согласился ".

Ева взяла фотографию, которую она уже распечатала, добавила ее на доску Обермана.

"Он уже был у вас?" - спросил Макнаб.

"У меня была вероятность. Ты натягиваешь на это лук. Что у IAB есть на Ранча? " - спросила она Вебстера.

"Я с ним не работал, но если есть что-то еще, я узнаю. Я брал интервью у ее детектива Марселла по поводу увольнения. Он и детектив Страмб, оба под командованием лейтенанта Обермана, прикрывали детектива Фримена, работавшего под прикрытием. Фримен выступал в качестве покупателя, работал над этой сделкой пару недель, и она должна была сорваться. Это должно было быть игрой за игрой, но все пошло наперекосяк. Дилер приводит с собой свои мускулы и свою женщину. Женщина делает Фримена, кричит, что он коп, что он арестовал ее за хранение. Все отступают, Марселл и Страмб выдвигаются, чтобы помочь. Фримен ранен, Страмб и дилер в конечном итоге мертвы. По словам Фримена и Марселла, Мускул ранен, но ему и женщине удалось сесть в машину и скрыться - с деньгами и товаром ".

"Удобно", - прокомментировала Ева.

"Это складывалось. Заявления Фримена и Марселла совпадают. Фримен опознал женщину, и он арестовал ее за хранение за шесть месяцев до этого. Реконструкция места преступления прошла так, как сообщили офицеры. Марселл признал, что уволил дилера, сославшись на самозащиту и защиту своего партнера, поскольку Страмб был ранен. Он прошел тестирование, и результаты подтвердились ".

"Что ты думал?"

"Я подумал, что он, вероятно, уволил дилера из мести за своего партнера, но у меня на него этого не было. Три дня спустя тела мускула и женщины были найдены в мотеле у автострады с перерезанным горлом. Нет денег, нет товара. И я подумал, что он, возможно, пошел за ними. Мы проверили его на предмет этого, но у него было надежное алиби. Он был со своим лейтенантом, детективами Гарнет и Фрименом в TOD, в задней комнате бара, устраивал частные поминки по своему павшему товарищу ".

Вебстер кивнул на экран. "Сопоставь это с тем, что мы знаем сейчас? Это воняет".

"Пибоди, сгенерируй идентификационные снимки Фримена и Марселла, размести их. Это четверо в ее отделе, один в комнате имущества. Создайте детектива лейтенанта Хэррода Роджера".

"Раненый офицер?" Спросила Пибоди.

"Мне интересно, была бы оценка так далека от оценки при взвешивании, если бы он не был ранен и, следовательно, не смог провести оценку сам. Он возможен. У нее есть больше", - добавила Ева. "Взвесив личностный профиль Миры, я проанализировал ее историю в качестве босса отделения. В течение шести месяцев после ее назначения три офицера были переведены в другие подразделения. В двух случаях Рене смогла попросить конкретных детективов заменить их. Одним из них был Фримен, другим детектив Арманд, который пришел из полиции Бруклина, где он работал в их отделе Е."

Ева добавила его идентификационный снимок. "Ей нужен электронный мужчина. Третий детектив перевелся менее чем через год, как и другой из первоначального состава. Одна из более поздних замен, перешедшая в команду, женщина - погибла в результате краха нескольких отделений через восемь месяцев после вступления в отделение. Другой остается под ее командованием. Детектив Палмер ранее три года проработал в отделе по борьбе с организованной преступностью. Ей нужны контакты", - сказала Ева и добавила его фотографию.

"На скольких ты смотришь?" Потребовала Уитни. "Сколько человек из этого отряда?"

"Это будут не все из них, коммандер. Ей нужны козлы отпущения, неудачники, жертвы - как может оказаться, и Страмб, и женский перевод были. У нее должен быть хотя бы один мужчина в бухгалтерии, по той же причине, по которой ей нужен мужчина в собственности. Цифры должны складываться, чтобы держать ее отряд в поле зрения. Вероятно, у нее есть по крайней мере один в другом отделении - и я смотрю на Роджера - или есть кто-то, кого она воспитывала, кто просто сплетничает - кто-то, кто передает информацию о расследованиях, планируемых операциях ".

Она взглянула на Миру. "Я добавляю доктора Аддамса, поскольку она попросила его пройти курс психотерапии, и мой чек показывает, что вся ее команда теперь использует его.

"Расследование убийства оказывает на нее давление, и это приводит ее в ярость. Кинер должен был быть пылинкой, которую она стряхнула с рукава. Теперь он - камень в ее ботинке. Я собираюсь настаивать, поскольку это мое право как главного, на том, чтобы опросить всех в ее отделе. Я ожидаю, что она подаст жалобу командованию."

"Да", - согласилась Уитни. "Я ожидаю, что она это сделает".

"Я прошу разрешения, в связи с собранными на данный момент доказательствами, для ЭДД установить отслеживающее устройство и записывающее устройство на ее транспортном средстве. Это проблема департамента, сэр, а не ее личная собственность."

"Таким образом, мы обходим необходимость в ордере".

"Промах - подходящее слово", - вставил Вебстер. "Она может огорчить тебя из-за этого в конце дня. Это сомнительно, а юристы любят сомнительные."

"Как насчет этого? Ее нынешний автомобиль испытывает некоторые механические проблемы. Она должна потребовать замену. Когда она принимает указанную замену, она подписывает отказ. Кто читает эти вещи? Мы скрываем это - тщательно - и если она подпишет, она согласна принять указанное транспортное средство по мере его поступления к ней ".

"Это сработает".

"Фини, кому ты можешь помочь в автопарке, чтобы узнать, что для нее предназначено?"

"У меня есть пара парней. Это не проблема ".

"Можете ли вы с Макнабом добраться до машины, подключить ее так, чтобы ее не было видно при стандартном осмотре?"

Он наклонил голову, сузив на нее глаза. "Я оскорблен, что ты вообще спрашиваешь".

"Прекрасно. Пибоди, оформи стандартный отказ от транспортных средств, и мы внесем несколько поправок."

"Как вы собираетесь вывести из эксплуатации ее транспортное средство?" Вебстер потребовал. "Не говоря уже о том, чтобы подсунуть ей измененную форму?"

"Я позабочусь об этом", - сказала ему Ева, стараясь даже не смотреть на Рорка. "Фини, просто дай мне знать, как можно скорее, когда прибьешь машину - и ты мог бы использовать свою компьютерную магию, чтобы указать мне точное местоположение ее старой машины".

Ему нравилось наблюдать, как она вот так работает, подумал Рорк. Как она все разложила по полочкам, прогнала, рассчитала время - вплоть до того, что дала добро на пирог, чтобы немного снять напряжение в комнате.

Сейчас он смотрел на ее доску, думал о том, как намеренно она добавляла по одному имени, по одному изображению за раз, чтобы каждое имело свой особый эффект. Так что каждое имело такое же значение, как и следующее. Не одна объединенная группа плохих полицейских, а отдельные люди.

Теперь, когда пирог придавал менее формальное настроение, она втянула его в это. Умная девочка.

"Из подслушанного разговора между Рене и Гарнет Пибоди мы знаем, что Гарнет владеет собственностью - тропической, пляжной. Я попросил Рорка, как эксперта-консультанта, гражданского, попытаться определить местонахождение этого объекта. Если Гарнет владеет маленьким тропическим раем и пошел на все, возможно, противозаконно, чтобы скрыть это владение, это поможет его разоблачить. Это может помочь перевербовать его, если и когда нам понадобится, чтобы кто-то из ее команды перевербовал ее."

"Не то чтобы я не думал, что это плохая идея, " начал Вебстер, " но все, что слишком глубоко затрагивает его финансы, его активы - без фильтра санкционированного обыска или статуса IAB, насторожит его. Даже с ними, если он примет меры предосторожности, он может уловить запах."

"Вот почему мне придется об этом помалкивать", - ответил Рорк.

"Послушайте, если вы получаете какие-либо данные сомнительными способами, данные становятся сомнительными, когда за это берутся юристы".

"Я в курсе этого". Рорк наклонил голову. "Я замужем за полицейским. Хотите, я расскажу вам, как это можно сделать, детектив?"

"Продолжай".

"Кто-то мог бы, особенно будучи бизнесменом с многочисленными интересами и инвестициями в транспорт, провести своего рода опрос. И в качестве примера мы могли бы собрать данные о том, сколько мужчин с определенной демографической группой путешествуют из Нью-Йорка в тропическое место более трех раз в год - в одно и то же место. Возможно, нам стоило бы увеличить наши транспортные услуги в этих местах и предложить стимулы для этой конкретной демографической группы ".

"Да". Вебстер начал улыбаться. "Я мог видеть, что это возможно".

"Поскольку наши услуги включают частный транспорт, и всегда выгодно предлагать льготы тем, кто в любом случае может себе это позволить, мы бы присмотрелись к этим людям, особенно если бы обнаружили, что они владеют собственностью. Люди, которые владеют несколькими домами и могут позволить себе регулярно посещать их, являются отличными клиентами ".

"Держу пари, так и есть. Это хороший ракурс. Если ты получишь попадание, дай мне знать. Я мог бы поработать с фильтром оттуда, чтобы вы могли понизить его на несколько уровней ". Когда Рорк приподнял бровь, Вебстер кивнул. "Фильтр, санкционированный IAB, предотвращает превращение этого в сомнительное".

"Понял".

"Если это все на сегодня, мне нужно уходить". Вебстер поднялся на ноги. "Я кое с кем встречаюсь".

"Как это относится к этому?" Потребовала Ева.

"Нет, as к этому не относится". Он быстро ухмыльнулся Рорку. "Спасибо за пирог".

"Я тоже буду тебе благодарен". Мира подошла, когда Вебстер ушел. "У меня будут досье на других офицеров, передам их вам завтра. Я бы посоветовал вам найти способ поговорить с членами отделения до того, как Рене начнет командовать там, получить от них представление."

"Это у меня на доске почета", - сказала ей Ева.

Когда комната, наконец, опустела от копов, Рорк откинулся на стол Евы. "Наконец-то я один. И я полагаю, мы скоро уедем, чтобы я мог вывести из эксплуатации служебный автомобиль Рене ".

"Я думал, тебе это понравится. Навевает ностальгию".

"Было бы приятнее ностальгировать, если бы я украл это".

Она действительно задумалась об этом на мгновение. "Нет, лучше просто убрать это. Но вам нужно сделать это так, чтобы это выглядело как обычная, но серьезная механическая проблема, а не как вмешательство. Я не хочу, чтобы она могла пользоваться им, скажем, неделю - и я хочу, чтобы диагностика определила это как обычную поломку ".

"Что ж, тогда, по крайней мере, в этом есть небольшой вызов. Мне нужно измениться. Пока я это делаю, ты можешь рассказать мне, как ты планируешь все исправить, чтобы Рене подписала твой фальшивый отказ ".

"Вы должны знать, что когда вам нужно провернуть аферу, вы нанимаете мошенника".

Десять

МАНИПУЛЯЦИИ С ТРАНСПОРТНЫМИ СРЕДСТВАМИ НЕ были тем, ЧТО она делала каждый день, особенно с ведомственного одобрения. Она задавалась вопросом, как бы она описала это в своем отчете.

Назначен эксперт-консультант, гражданское лицо (бывший вор), чтобы вывести из строя служебный автомобиль высокопоставленного офицера полиции Нью-Йорка.

Возможно, не совсем так.

"Она не заслуживает быть высокопоставленным офицером полиции Нью-Йорка", - пробормотала Ева.

Рорк оглянулся, когда вел машину. "Ты на самом деле не чувствуешь себя виноватым из-за этого?"

"Невиновен. Неудобно", - решила она. "Это была моя идея, и это хороший шаг. Это собственность департамента, поэтому командир может приказать или одобрить указанный шаг, и у нас есть негласная санкция ОВР с привязанностью Вебстера. Но я все еще коп, намеренно и скрытно выводящий из строя машину другого копа. Поэтому я должен напомнить себе, что она не заслуживает быть полицейским ".

"Что бы тебе ни пришлось пережить, дорогая. Ты могла бы попытаться насладиться этим, как я и намереваюсь." Он сверкнул ей улыбкой, игриво ткнул пальцем в ребра. "Преступная деятельность действительно имеет свою привлекательность. Иначе не было бы так много преступников".

"Это не преступная деятельность. Это санкционировано департаментом ".

"Притворяйся".

Она только закатила глаза. "В здании - как и следовало ожидать от полицейского, причем грязного, - надежная охрана. Для арендаторов выделена подземная парковка -"

"О котором ты мне уже говорил, и это причина, по которой я немного прошелся по записям для упомянутого гаража и определил ее слот. Второй уровень, слот двадцать три."

"Я просто обдумываю это". Потому что, как она призналась, это сделало это менее преступным. "Парковка для посетителей ограничена третьим уровнем. Посетители должны пройти охрану гаража. Самый простой способ - ввести имя и соответствующую квартиру."

Он бросил на нее взгляд, быстрый и полный юмора. "Нет, есть вещи попроще".

"Которое у меня здесь, " добавила она, намеренно игнорируя его, " из вашего небольшого обзора. Квартира 1020, Фрэнсис и Уиллоу Мартин. У входа в гараж и на всех уровнях будут камеры ".

"Ммм-хм".

"Они задокументируют транспортное средство и отметят въезд и выезд", - продолжила она. "Но у Рене не будет причин, если вы все сделаете правильно, подозревать подделку и требовать проверки дисков".

"Я часто задавался вопросом, каким бы партнером в преступлении ты стал, если бы мы встретились раньше. Теперь я вижу, к сожалению, что это никогда бы не сработало. Боюсь, дорогая Ева, ты слишком зажата."

"Я принимаю это как комплимент", - процедила она сквозь зубы.

"Что доказывает суть".

"Послушай, умник, я не хочу давать ей повод сомневаться в аттракционе для инвалидов или слишком пристально присматриваться к новому".

"Доверься мне", - просто сказал он и повернулся к закрытым дверям гаража.

"Квартира 1020", - напомнила она ему.

Он сказал: "Ммм-хмм", даже когда ворота поднялись.

"Как, черт возьми, ты это сделал?"

"Я мог бы сослаться на профессиональную тайну, но поскольку я среди друзей, я активировал глушитель непосредственно перед тем, как подъехать. Он отпустил затвор, одновременно ненадолго отключив камеру. У них будет небольшая проблема с видео - какое-то время камеры будут щелкать. На пути вниз", - продолжил он, преодолевая нисходящую кривую. "Потом, когда мы закончим, по пути наверх".

Ловко, подумала она. Чертовски ловко. Но все же. "Я не знаю, почему это проще, чем просто ввести некоторые данные".

"Ну, теперь мы не знаем Фрэнсиса и Уиллоу, не так ли? Перекрыли ли они блок для посетителей или уехали на Сен-Мартен, чтобы заняться безумным сексом на пляже ".

"Я проверил их данные - я не идиот. Она акушер, и завтра у нее обычные рабочие часы. Они не в долбаном Сен-Мартене занимаются каким-либо сексом ".

"Больше жалости к ним. Может быть, они ушли на вечер. Возможно, пока мы разговариваем, она принимает роды, и, воспользовавшись ее отсутствием, Фрэнсис ускользнул, чтобы навестить свою молодую, вступающую в половую связь любовницу, чтобы немного позаниматься этим безумным сексом ".

Он остановил машину, направил свой КПП в окно. "Суть в том, что мы не знаем, что задумали Фрэнсис и Уиллоу, так зачем рисковать?"

"Что ты делаешь?"

"Одну минуту".

Она поерзала на своем стуле. Он снова завязал волосы - рабочий режим - и вводил серию цифр, букв - кто бы мог сказать - в свой карманный компьютер. На его лице была полуулыбка, но она знала эти глаза. Он был сосредоточен на том, что, черт возьми, он делал.

"Это должно позаботиться об этом".

"В чем?"

"В течение следующих пяти минут камеры на этом уровне будут записывать местность такой, какая она есть сейчас - без нас". Он поехал дальше. "Это не Королевский музей, но все равно было бы неловко, если бы охранник решил проверить гараж и увидел, как я возился с машиной Рене".

Он долго тянулся за ней. "Это не займет много времени", - сказал он ей, выходя.

Нахмурившись, Ева распахнула пассажирскую дверь. Она последовала за ним до самого капота. Она начала напоминать ему, что капюшон будет закреплен, но была рада, что сберегла дыхание. Он открыл ее за считанные секунды.

"Как ты отключил сигнализацию без-"

"Тихо".

Он достал из кармана еще одну из своих маленьких игрушек, прикрепил ее к чему-то под капотом тонкой проволокой. Он ввел команду, цифры и символы которой замигали красным на миниэкране. Он наблюдал за ними, затем поставил последовательность на паузу. Он ввел другую команду, сгенерировал другую серию кодов.

Улыбаясь, он протянул устройство. "Вот, нажми ENTER".

"Почему?"

"Соучастники преступления".

"Дерьмо". Она нажала ENTER и отчетливо услышала несколько резких электрических щелчков.

"Отлично сработано. Ты прирожденный."

"Укуси меня".

"Одно из моих любимых занятий". Он ввел еще одну серию, другую команду, затем отсоединил устройство. Снял капюшон.

"И это все?"

"Это так. Я устанавливаю дополнительное время блокировки камер на случай, если вы захотите обыскать автомобиль. Хочешь, я проведу тебя внутрь?"

Она бы. О боже, хотела бы она. "Я не получил разрешения на это".

"Приверженец - что почти то же самое, что и прижимистый". Он ждал, наблюдая, как она ведет свою внутреннюю битву.

"Нет. Если мне нужно отказаться от ее поездки, я сделаю новую. С ордером или по распоряжению командования. Поехали".

"Это было весело". Рорк вернулся за руль, сделал поворот к съезду. "Но смутно неудовлетворяющий".

"Что ты с ним сделал?"

"Идентифицирован, скопирован, затем отменен системный код мэйнфрейма с помощью несовместимой команды, выданной диагностическим клоном, отправляющим данные непосредственно в ..." Он замолчал, улыбаясь ей. "Мне действительно нравится, когда у тебя остекленевшие глаза из-за технологий. Это не совсем отличается от того, когда ты приходишь ".

"О, пожалуйста". Она намеренно затемнила взгляд хмурым взглядом.

"Мне выпала честь смотреть в эти твои глаза в такие моменты. В общем, я поджарил несколько чипсов, которые выведут из строя стартер. Я отдал вторую команду, поэтому, когда она сядет и попытается завести его, действие вызовет дальнейшую реакцию и, по сути, полностью выведет двигатель из строя ".

"Хорошо. Это хорошо. Пройдет ли это диагностику?"

Он вздохнул, долго, глубоко, преувеличенно. "Интересно, почему я терплю такое насилие и цинизм? Ах да, это те стеклянные глаза. Это будет восприниматься как дефект стартера, который, в свою очередь, поставил под угрозу двигатель ".

"Это идеально. Спасибо ".

"С удовольствием. Переходим к нашему любимому мошеннику?"

"Да. Они ожидают нас ".

Лейтенант Рене Оберман ворвалась в дежурную часть в очень плохом настроении.

"Лейтенант", - начал детектив Стронг, и получил яростный взгляд "заткнись нахуй".

"Офицер Хейзер, свяжитесь с отделом заявок и скажите им, что я хочу получить чертовы документы на мою машину как можно скорее".

"Да, мэм".

"И я не хочу снова видеть этот кусок дерьма, который они вытащили из моего гаража этим утром. Если они заменят это подобным куском дерьма, я превращу их жизни в сущий ад ".

"Да, мэм", - повторил он, даже когда она ворвалась в свой кабинет. Рене резко остановилась, когда увидела Еву в одном из кресел для посетителей.

"Лейтенант. Хорошие часы вы проводите здесь, в нелегалах ".

"Не начинай с меня". Рене обошла свой стол, открыла нижний ящик, бросила сумочку внутрь. "Моя машина перевернулась и заглохла этим утром".

"Сочувствую", - сказала Ева без всякой искренности. "Они дерьмо".

"Теперь я имею дело с теми идиотами из отдела реквизиций и автопарка".

"Заноза в заднице", - согласилась Ева. "Я здесь, чтобы подарить тебе нечто большее".

"Послушай, Даллас, ты загнал меня в угол относительно конфиденциальных данных и файлов, созданных с использованием моего информатора".

"Твой мертвый информатор".

"Живые или мертвые, эти данные остаются конфиденциальными. По нескольким из этих дел либо проводятся судебные разбирательства, либо им еще предстоит предстать перед судом. Если информация будет скомпрометирована, эти испытания могут быть скомпрометированы ".

Лицо Евы окаменело. "Вы намекаете, лейтенант, на то, что я мог бы ознакомить ответчика или юридического представителя указанного ответчика с этими данными?"

"Я ни на что не намекаю, я констатирую факт. Я не знаю, как вы управляете своим подразделением, у которого теперь может быть доступ к этим данным. Но ты не оставил мне выбора. Теперь у тебя это есть, и, насколько я понимаю, это конец ".

"Ты был бы неправ. Начнем с того, что в "ТРЕСКЕ Кинера" была передозировка ФЮ, подслащенная едва отжатым Зевсом. Мне интересно, как низкоуровневый химик, который занимался в основном zoner, справился с этим ".

"Я говорила тебе". Рене говорила обдуманно, словно с ребенком. "Он использовал все, что мог достать".

"Да, и мне интересно, как ему удалось получить высокую оценку. Мне нужно знать, кто в вашей команде работал над чем-либо, связанным с FYU, кого они поймали на этом, и так далее. Мне понадобятся эти файлы ".

"Это чушь собачья! Вы стоите там, в моем офисе, подразумевая, что один из моих людей передал мою "ласку" высококлассным нелегалам?"

Идеально, подумала Ева. Просто идеально. "Я не на это намекал. Должен ли я быть? На самом деле, учитывая мой следующий порядок ведения дел с вами, это очень интересный ракурс ".

Рене хлопнула ладонями по столу. "Теперь ты послушай меня -"

"Вздор". Миниатюрная женщина с волосами цвета обуви, заплетенными в косички крючком, просунула голову внутрь. Она щелкнула ярко-розовой жвачкой и бросила на двух лейтенантов скучающий взгляд шоколадно-карих глаз. "Кто-нибудь из вас лейтенант Рене Оберман?" Бруклин пропитал ее голос.

Рене быстро оглядела женщину, начиная с косичек, заканчивая дешевой белой рубашкой поло, мешковатыми брюками, тускло-серыми кроссовками. "Я лейтенант Оберман".

"Конфеты, реквизиции". Идентификационный значок Кэнди подпрыгивал между огромными грудями, когда она шла к столу.

"Самое время".

"Да, ну, ты знаешь, нас поддерживают. Копы жестоки в своих действиях. Получил отшлепку-новый торрент. Это обновление, как и просили. Здесь твои коды и еще много чего ".

Рене протянула руку. "Ну?"

"Боже, я не могу отдать их, пока ты не подпишешь. Что ты думаешь? Мы просто раздаем аттракционы? Подпись, дата, инициалы на обеих страницах - это в dupe ". Кэнди разложила бланки на столе, постучала по ним ярко-розовым ногтем с обломками. "Сказал, что ты чертовски спешишь, поэтому они послали меня наверх. Хороший офис".

"Просто дайте мне коды", - отрезала Рене, ставя свою подпись на бланках.

"Не нужно обижаться на это". Кэнди передала ей запечатанную карточку. "Вы хотите изменить коды, вы должны уведомить -в поездке - так что у нас это записано".

"Прекрасно. Это будет все ".

"Нет. Вы должны подписать мой скрин здесь, подтверждая принятие нового транспортного средства и кодов. Если вы не подтвердите, кто-нибудь может сказать, что я увеличил скорость, вырулил на улицу ".

Рене схватила маленький экран, нацарапала на нем свое имя прилагаемым стилусом. "Убирайся".

"Боже". Кэнди собрала бланки, понюхала. "Пожалуйста, черт возьми".

"Неудивительно, что они там такие неорганизованные", - сказала Рене, когда Кэнди вышла. "Нанимать таких людей".

"Ты получил свой новый аттракцион, Оберман. Теперь, если у вас все готово, почему бы нам не продолжить эту увлекательную дискуссию, и вы не расскажете мне, почему два ваших детектива были вчера в квартире моей жертвы?"

"Прошу прощения?"

"Нет, я не прощу тебя. Что я сделаю, так это подам официальную жалобу на вас, ваших детективов и этот отдел за вмешательство в расследование убийства и потенциальную угрозу ему ".

Глаза Рене горели огнем, когда она сделала два вызывающих шага к Еве. "Ты думаешь, что можешь прийти в мой отдел, в мой офис и угрожать мне и моим людям?"

"Да, потому что это именно то, что я делаю". Ради всего святого, Ева сократила дистанцию, пока они не оказались почти нос к носу. "И я, я обещаю вам, доведу дело до конца, если меня не удовлетворит ваше объяснение, почему детективы Гарнет и Бикс вчера проникли на флоп Кинера без моего разрешения. Я сделаю больше, чем просто прослежу, если узнаю, что один из них или оба связали мою жертву с нелегалами ".

"И я требую знать, на каком основании вы делаете это утверждение".

Ева скривила губы в усмешке. "Я не обязан тебе ничего рассказывать. Это мое дело, мое расследование, моя жертва. И мне просто интересно, почему ты пытаешься остановить это, вмешаться в это, скомпрометировать это ".

"Это смешно и оскорбительно. Я не отношусь к такого рода обвинениям легкомысленно, так что поверьте мне, я продолжу расследование ".

"Я не отношусь легкомысленно к тому, что пара ваших людей рыщет по провалу моей жертвы, подтасовывая потенциальные улики и подрывая мой авторитет и расследование в процессе. На самом деле я, блядь, вообще этого не принимаю. Ты не хочешь говорить со мной, нет проблем. Мы оба поговорим с Уитни ".

"Вот как вы решаете проблемы, лейтенант? Прыгнуть к командиру?"

"Когда это оправдано, ты ставишь свою задницу". Ева намеренно бросила взгляд через плечо на портрет коммандера Обермана. "Я думал, ты поймешь и будешь уважать это, особенно с тех пор, как папа раньше держал стул".

"Ты не хочешь втягивать в это моего отца".

Больное место, горячая кнопка, подумала Ева, когда голос Рене завибрировал. "Ты не хочешь отгораживаться от меня. Я могу, и я запишу обоих ваших людей за это, потащу обоих ваших людей на официальное собеседование. Я могу и предъявлю им обвинения в незаконном проникновении, воспрепятствовании правосудию - для начала, - если я не получу ответы на некоторые вопросы ".

Рене развернулась, чтобы встать за своим столом. "Я поговорю с моими детективами по этому вопросу и сообщу вам о своих выводах".

О, ты взбешен, подумала Ева, и пытаешься убедить нас обоих, что ты главный. "Ты не понимаешь меня, Оберман. Вы поговорите со своими людьми, в моем присутствии, сейчас, или они будут говорить со мной в моей комнате для допросов, под запись. Сделай выбор и перестань тратить мое время ".

В момент напряженной тишины Ева подумала, что если бы Рене верила, что ей сойдет с рук применение оружия против коллеги-офицера, она бы выхватила и выстрелила.

Вместо этого она включила ком в своей дежурной части. "Детективы Гарнет и Бикс. Мой офис. Немедленно. Я не позволю вам беспокоить моих людей, лейтенант."

"Преследование - это наименьшее, что я имею в виду".

Гарнет оказался на шаг впереди Бикса. Оба были в темных костюмах, с тщательно завязанными галстуками и зеркально начищенными ботинками.

Это копы или федералы?Ева задумалась и получила жесткий, холодный взгляд от Гарнет.

"Закройте дверь, детектив Бикс. Лейтенант Даллас, детективы, пожалуйста, сядьте."

"Нет. Спасибо", - добавила Ева после паузы.

"Поступай как знаешь". Рене сидела за своим столом в том положении, которое, как предположила Ева, она считала своим авторитетом. Плечи расправлены, руки сцеплены вместе, лицо суровое. "Детективы, лейтенант Даллас утверждает, что вы двое вчера в какой-то момент вошли в резиденцию Рики Кинера, ныне покойного. Лейтенант играет главную роль в расследовании смерти Кинера."

"Убийство", - поправила Ева. "Это расследование убийства".

"Лейтенант Даллас рассматривает это как таковое, хотя судмедэксперт еще не определил убийство, самоликвидацию или смерть в результате несчастного случая".

"Вы отстали от жизни, лейтенант Оберман, поскольку судмедэксперт определил убийство по состоянию на сегодняшнее утро. Но дело не в этом".

"Это дело было признано убийством?" - Потребовала Рене. "Я хочу увидеть отчет судмедэксперта".

"Я здесь не для того, чтобы дать вам информацию, а для того, чтобы получить ее. Эти двое мужчин вошли на флоп Кинера вчера, между тем, как я сообщил вам о смерти вашего информатора, и тем, как мы с моим партнером отправились к Кинеру. Что означает, лейтенант, что вы знали о его смерти и моем расследовании, когда ваши люди таким образом вошли - в нарушение процедуры, в нарушение моих полномочий."

Рене подняла палец. "Верны ли утверждения лейтенанта Даллас?" - спросила она мужчин. "Вы, на самом деле, ходили в резиденцию Кинера и вошли туда же?"

Не собираюсь покрывать их, ты, бесхребетная, расчетливая сука, подумала Ева. Собираюсь позволить им покачаться за это .

Гарнет не сводил глаз с Рене. "Могу я минутку поговорить с тобой наедине, лейтенант?"

"Этого не случится", - сказал ему Даллас, прежде чем Рене смогла заговорить. "Я слышу это сейчас, от вас, или я предъявляю обвинение вам обоим - как я уже сообщил вашему лейтенанту. И я проинформирую командование ".

"Детективы, я знаю, что вы были сосредоточены на расследовании дела Джеральди. Я не понимаю, как это приведет вас к резиденции Кинера, если информация лейтенанта действительно верна."

"У нас была кое-какая информация. У нас была наводка." Гарнет взглянула на Еву, затем снова на Рене. "Лейтенант, расследование находится на деликатном этапе".

"Я понимаю это, но расследование застопорится или, что еще хуже, сорвется, если лейтенант подаст жалобу или, что еще хуже, обвинения. Ради бога, детектив, вы заходили к Кинеру?"

"Мы пронюхали, что у него был какой-то сок на -" Он замолчал, снова взглянул на Еву. "Некоторая информация о человеке, имеющем отношение к нашему расследованию. Итак, мы подошли, чтобы поговорить с ним. В то время мы не знали, что он был мертв. Мы не нашли его на его обычных местах, поэтому мы отправились на его флоп. Он не ответил. Все знают, что Juicy любит свой собственный продукт и имеет привычку выделяться ".

Она бросила им крючок с этим углом Джеральди, заключила Ева. Теперь Гарнет плел свою линию из этого.

"Допустим, - продолжил он, - если мы собираемся сделать это официальным, нам показалось, что мы почувствовали запах запрещенного вещества, исходящий из резиденции. Бикс не был уверен, было ли это запрещенное вещество или дым. Бикс?"

"Подтверждаю. Возможно, это был дым ".

"Таким образом, мы получили разрешение на въезд, чтобы определить, нуждался ли обитатель в помощи".

"Это твоя история?" Спросила Ева.

"Так оно и было", - настаивала Гарнет.

"И вам потребовалось тридцать минут, чтобы определить, что провал размером с подсобный шкаф был пуст, не было дыма ни от запрещенного вещества, ни от огня?"

"Ты хочешь жестко кончить, потому что мы осмотрелись? Мы не знали, что маленький засранец мертв, и у нас серьезное расследование, приближающееся к flashpoint. Возможно, у него что-то было на это. Я не знаю, как вы работаете в отделе убийств, но ...

"Очевидно, что нет. Вы или ваш коллега-офицер вывезли что-нибудь из этого района?"

"Там ничего нет, кроме мусора. Он жил как свинья, и, насколько я слышал, умер так же ".

"Маленький засранец, который жил как свинья, - моя жертва", - холодно сказала Ева. "И, нарушив процедуру, вы вполне могли скомпрометировать цепочку доказательств, необходимых для привлечения его убийцы к ответственности".

"Я слышала, у него был ПЕРЕДОЗ". Гарнет пожала плечами. "Ни у кого нет причин убивать маленького засранца".

"Неужели? Даже если у маленького засранца была информация о человеке, связанном с крупным расследованием, которое находится на грани срыва?"

Пойманный в эту маленькую дыру в паутине лжи, Гарнет закрыл рот. Ева повернулась обратно к Рене. "В дополнение к другим уже требуемым данным, мне понадобится копия всех файлов и данных по расследованию дела Джеральди".

Теперь Гарнет вскочил на ноги, и его лицо покрылось пятнами гнева. "Ты, блядь, ни за что не станешь совать свой нос в мое дело. Ты хочешь надрать нам яйца из-за какой-то дохлой ласки, потому что у тебя больше ничего нет ".

"Вам лучше отойти, детектив", - предупредила Ева.

"Пошел ты!" Он прорычал это, даже когда Рене произнесла его имя. "Трахни ее". Он повернулся к Рене. "Она не придет сюда, рассказывая мне, как вести дело, портя мою работу из-за какого-то бесполезного мертвого наркомана. Тебе лучше поддержать меня в этом, черт возьми, или...

"Детектив Гарнет!" Голос Рене прорезал воздух, оборвал его слова, так что его дыхание участилось.

"Тебе лучше поддержать меня", - повторил он.

"Я собираюсь получить эти данные в соответствии с процедурой, детектив. Смирись с этим." Ева подошла немного ближе, наклонилась, подняла руку. "Ты уже перешел к неподчинению, так что -"

Он развернулся, и, как она и надеялась, его предплечье резко ударило ее. Чтобы сделать это немного драматичнее, она отступила на шаг.

"Отстань от меня. Ты здесь не главный ".

"С того места, где я стою, никто не является". Ева бросила на Рене короткий, полный отвращения взгляд. "А вы, детектив Гарнет, только что заработали себе тридцатидневный перерыв. Еще одно слово сорвется с твоих уст, и тебе будет шестьдесят, " предупредила она, затем холодно посмотрела на Бикса, когда он медленно поднялся на ноги. "Садитесь, детектив Бикс, если вы не хотите того же".

"Бикс". Рене тихо заговорила, когда он не пошевелился. "Займи свое место".

Хороший пес, подумала Ева, когда он подчинился.

"Детектив Гарнет, сядьте и успокойтесь. Больше ни слова", - добавила Рене. "Лейтенант Даллас, очевидно, что мы столкнулись с ситуацией, когда эмоции накалились. Мои детективы ведут сложное расследование, которое, похоже, столкнулось с вашим. Нет причин, по которым мы не могли бы разобраться с этим разумно и без какого-либо неоправданного вмешательства в любое расследование, прямо здесь, в этом офисе ".

"Ты хочешь от меня услуги?" Ева выглядела изумленной. "Ты собираешься стоять там и просить меня оказать тебе услугу, когда ты не смог контролировать своего собственного детектива, когда ты не предпринял никаких действий, когда он говорил со мной с крайним неуважением, даже после того, как я предупредил его. Когда он возложил на меня руки?"

"В пылу момента-"

"Моя задница. Я напишу о нем, потому что, честно говоря, я не доверяю тебе в этом. Я также напишу об инциденте, касающемся места жительства моей жертвы. Я поговорю с любым членом вашего отделения, который замешан в этом деле Джеральди. Далее, как уже подробно описано, мне нужны все данные о любых арестах или расследованиях, связанных с веществом, известным как FYU ".

"Это абсолютно-"

Ева подошла ближе, позволяя проявиться ее собственному пылу. "Ты не знаешь, как мы делаем вещи в моем подразделении? Я скажу вам вот что, если бы один из моих людей проявил такое крайнее неуважение к вышестоящему офицеру, я был бы тем, кто его уничтожил. Потому что это мой приказ. Мне нужны данные и файлы по расследованию в течение часа ".

Ева вышла, довольная тем, что все глаза в заведении провожают ее - и насладилась слабой ухмылкой, которую детектив Стронг не совсем замаскировал.

Часть ее хотела разразиться песней, но она сохраняла холодную, контролируемую ярость на лице, когда ворвалась обратно на свой уровень, в свой собственный КПЗ.

"Reineke!"

Его голова вскинулась, глаза расширились от тона. "Сэр!"

"Что произойдет, если ты скажешь "пошел ты" вышестоящему офицеру в моем присутствии?"

"Если бы я сказал это в своей голове или вслух?"

"Вслух".

"Моя задница была бы чрезвычайно разболелась от многократного и сильного прикладывания к ней твоего ботинка".

"Гребаный А. Пибоди, мой офис". Она сохраняла этот взбешенный вид, пока не вошла Пибоди, повинуясь сигналу Евы закрыть дверь. "Смотри на это, потому что ты не часто это увидишь".

Ева крутанула бедрами, взмахнула руками в воздухе.

"Это был бы ваш счастливый танец, сэр?"

"Это сдержанно, я знаю, но это серьезное дело и требует некоторой сдержанности. Я только что взбесил Рене, смутил ее, вывел из себя и подорвал ее командование - и в качестве бонуса заставил Гарнета вести себя так, что он получил тридцатидневный перерыв. О чем я немедленно напишу".

"Ты сделал все это без меня?"

"Я не знал, что, входя, сорву джекпот. Мне нужно написать о нем, оформить копию. Я должен сделать это как можно скорее, в своей праведной ярости и все такое. Я введу вас в курс дела как можно скорее. Тем временем я ожидаю материалы дела от наших приятелей по нелегалам - блайнд, который Гарнет пытался использовать, чтобы оправдать выход на флоп ".

"Они признали это?"

"Пришлось. Расследование Джеральди - это то, что он использовал, чтобы оправдать провал. Я хочу, чтобы вы просмотрели файл. Скорее всего, они планируют снять хорошую пленку, когда все закончится. Давайте посмотрим, кого и что мы можем использовать ".

"Ты напугал ее? Я хорошо отношусь к смущенным, разозленным и подорванным, но мне бы действительно хотелось, чтобы она была напугана ".

Улыбка Евы стала шире, хотя ее глаза горели. "Пибоди, я вселил в нее страх Божий".

"Хорошо. Хорошо. Ребята собираются спросить, что с тобой ".

"И ты скажешь им - осторожно, - что один из детективов лейтенанта Обермана влез мне в лицо, использовал непристойности и ударил меня".

Глаза Пибоди расширились, округлились, почти остекленели. "Он ударил тебя?"

"Ну, технически, я позаботился о том, чтобы моя рука оказалась на пути, когда он яростно развернулся ко мне, но контакт был. Рене стояла там безрезультатно - передай это дальше - затем попыталась уговорить меня отпустить это. Этого достаточно, чтобы оно выросло на Центральной виноградной лозе ".

"Я скажу". Подражая Еве, Пибоди покрутила бедрами, потрясла руками, а затем вышла.

Час спустя Ева ответила на вызов в офис Уитни.

Он откинулся на спинку стула. "У меня только что был долгий разговор с лейтенантом Оберманом".

"Я не удивлен, сэр".

"Она хотела, чтобы я отменил ваше тридцатидневное отстранение от должности детектива Гарнет. Я читал ваш отчет о нем. Как тебе удалось подстрекнуть его к ... фактически сказать тебе трахнуться и вступить в физический контакт?"

"Это было на удивление легко. У него вспыльчивый характер, и как только нажимаются нужные кнопки, он чувствует себя вправе использовать его. Бикс более сдержан, сэр, и мне показалось интересным, что ее тон с ним почти материнский. Гарнет говорит, Бикс слушает. Бикс немедленно подчиняется приказу, Гарнет игнорирует их, по крайней мере, когда ему жарко ".

"Лейтенант Оберман ссылается на текущее расследование, в котором участвуют и Гарнет, и Бикс, как на необходимость для меня отменить приказ или, если это не удастся, отложить разрыв".

"Дело Джеральди. Мое мнение, сэр?" Она подождала его кивка. "Рене вытащила это из воздуха, и они попытались сбежать с этим. Но без времени на планирование и координацию это сбило их с толку ".

"Она рассказала о том, что произошло - ее версию того, что произошло за то время, пока вы были в ее офисе, уверяет меня, что она приструнит своих детективов и прикажет Гарнет принести вам извинения".

"Не принято".

"Я бы на твоем месте тоже не согласился. Но... " Он поднял свои большие руки. "Не думаете ли вы, что для расследования было бы полезнее, если бы Гарнет остался на действительной службе?"

"Он на волосок от смерти, коммандер. Он уже накинулся на Рене, уже подвергает сомнению - даже игнорирует ее авторитет, ее стратегии. Теперь он получил этот удар, а она его не исправила. Его недовольство существующим положением вещей только возросло. Он найдет проблемы в своем нынешнем настроении и ситуации ".

"Там есть трещина", - сказала Уитни, кивнув, " и ты используешь его, чтобы расширить ее".

"Я думаю, он бы разрушил это. Когда мы схватим его, он набросится на нее. Несмотря на то, что заключение сделки с ним оставляет дурной привкус, коммандер, Гарнет бросит их всех ради достойной сделки. Бикс не сдастся. Он лоялен. Но я могу перевернуть Гранат ".

"Компромисс, даже с дурным вкусом, - это то, что командование обычно проглатывает. Хорошо, лейтенант, отстранение остается в силе. Рене копировала тебя в расследовании?"

"Данные поступили прямо перед тем, как я получил ваш запрос о встрече, сэр. Я заставил Пибоди пройти через это, и я сделаю это сам ".

"Как и я. Ты нажил в ней врага, Даллас".

"Она всегда была такой, коммандер. Она просто не знала этого ".

Одиннадцать

ЕВА СОХРАНЯЛА КАМЕННОЕ ВЫРАЖЕНИЕ ЛИЦА, КОГДА ВОЗВРАЩАЛАСЬ в свое подразделение. Судя по нескольким взглядам, брошенным в ее сторону, случайному шепоту, она была уверена, что сплетни распространяет Центральная лоза.

Ей нужно было на некоторое время закрыться в своем кабинете, прикинуть некоторые вероятности и использовать свои инстинкты, чтобы выбрать следующий шаг.

Пибоди начала окликать ее, но Ева покачала головой и продолжила идти. Она услышала визг, когда была в нескольких шагах от своей двери.

Там была малышка Белла, разодетая, как нарцисс, со своими солнечными кудряшками, ее пухлое тело было облачено в ярко-желтый сарафан, украшенный розовыми конфетными сердечками.

Сердца соответствовали волосам ее матери. Мэвис Фристоун качала свою малышку и хихикала от восторженных визгов. Она собрала волосы в три уложенных хвостика. То, что было от ее летнего платья, взорвалось переплетающимися кругами ярко-фиолетового и розового цветов.

Зеленые глаза заискрились смехом на ее красивом лице, когда Белла хлопнула в ладоши.

"Аплодисменты, аплодисменты!" Мэвис булькнула, и малышка снова хлопнула в ладоши. "Теперь возьми свой лук!"

По сигналу - и как, черт возьми, такой крошечный мозг узнал об этом - Белла оттолкнулась ногами - в блестящих розовых сандалиях, которые были мини-версией маминых - и поднялась, чтобы встать на колени Мэвис. Она опустила подбородок на грудь.

"Целую толпу!" Мэвис переместила свою ручку на талию Беллы, чтобы малышка могла прижать ее ладошку к губам, а затем помахать ею.

Еве пришлось признать, что это была довольно хорошая рутина.

"Ты принес ребенка в полицейский участок?"

Мать и дочь одновременно повернулись, и на их лицах расплылись широкие счастливые улыбки. "Она хотела навестить".

Белла всплеснула руками, пролепетала.

Ева медленно отступила. "Чего она хочет?"

"Ты. И это здорово." - всплыла Мэвис. "Потому что мне обязательно нужно в туалет. БРБ, " добавила она и сунула ребенка Еве.

"Эй! Эй!" Но блестящие розовые сандалии Мэвис уже скользили прочь. "Иисус Христос".

Белла хихикнула, похлопала своими покрытыми слюной руками по щекам Евы, затем вцепилась Геркулесовой хваткой в ее волосы. Она потянула, а затем прильнула влажными губами к щеке Евы.

"Слух!"

"Да, да, я помню". Поцелуй, подумала Ева и посмотрела на губы Беллы - и еще больше слюны. "В рот?"

"Слух!" Белла поджимала губы, как гуппи, и издавала звуки поцелуя.

"Прекрасно, прекрасно". Ева слегка чмокнула ее, затем посмотрела в ее большие голубые глаза. "И что теперь?"

Белла расширила глаза и выглядела, по мнению Евы, очень серьезной, когда она что-то бормотала и путалась, поворачивая голову из стороны в сторону, маленькая попка подпрыгивала на предплечье Евы.

"Никто этого не понимает. Любой, кто говорит тебе, что они это делают, просто обманывает тебя, парень ".

Она решила сесть - безопаснее и ближе к полу, если ребенок вырвется. Плюс, возможно, она могла бы начать с вероятностей. Но в ту минуту, когда они упали, Белла поднялась.

"Боже! Я бы хотел, чтобы ты этого не делал. Садись."

В ответ Белла задвигала ногами и станцевала на коленях Евы. Она ухмыльнулась, как маньяк, и завизжала: "Дас!"

"Конечно, конечно". Ева посмотрела на огромную фиолетовую сумку, занимающую большую часть ее стола. "Вероятно, там есть что-то, чем ты можешь занять себя. Одна из этих пробок, что-то в этом роде". Обхватив Беллу рукой за талию, она наугад вытаскивала предметы - трясла ими, что-то пищало, что-то пело.

Но все, что парень хотел делать, это танцевать.

Она вытащила коробку, на которой было изображено херувимское личико младенца. Белла танцевала сильнее, воскликнула: "Пальчики оближешь!" и попыталась схватить его.

"Держи это, держи это". Это была борьба, но Еве удалось удержать коробку вне досягаемости и заглянуть внутрь того, что оказалось толстыми полумесяцами черствого хлеба.

"Они выглядят отвратительно".

Белла сузила свои большие голубые глаза, в них появилось выражение, подозрительно похожее на предупреждение. "Пальчики оближешь!"

"Это угроза? Ты видишь, насколько я больше тебя? Ты действительно думаешь, что это сработает?"

Теперь маленький рот задрожал, а большие голубые глаза наполнились слезами. "Пальчики оближешь", - шмыгнула она носом. Одна толстая капля скатилась по розовой щеке.

"Хорошо, это работает". Ева откопала одного. На коробке не было бы ребенка, если бы она не была для младенцев, рассуждала она.

Белла схватила его и поднесла печенье и руку Евы ко рту, чтобы разгрызть. Слезы чудесным образом растворились в солнечной улыбке.

"Пальчики оближешь!"

"Ты игрок, не так ли? Я должен восхищаться этим. Но включить водопровод, чтобы получить то, что ты хочешь? Это слабо. Эффективно, но слабо".

Все еще улыбаясь, Белла вытащила изо рта надкусанное печенье и сунула его Еве.

"Нет. Спасибо. О, Боже, это отвратительно".

"Пальчики оближешь", - настаивала Белла, затем плюхнулась задницей на стол Евы и с удовольствием принялась за еду.

Ева быстро огляделась, когда вошла Мэвис. "Если у нее не должно было быть этой вещи, тебе не следовало оставлять ее здесь".

"Ничего особенного, это ее вкусняшки".

"Так она мне сказала - я полагаю".

Мэвис вытащила из сумки нагрудник с сердечком, повязала его Белле на шею. "Они немного неряшливы".

"Ты сделал это нарочно, не так ли? Бросил ее мне на колени и свалил ".

Мэвис хихикнула, приподняв плечи. "Разоблачен. Но я действительно писала ".

"Почему?"

"Потому что мой мочевой пузырь попросил меня об этом".

"Мэвис".

"Потому что она любит тебя, и потому что ты в значительной степени перестал держать ее на расстоянии вытянутой руки, как будто она бумер, полный дерьма".

"Иногда замешаны какашки".

"Верно". Мэвис быстро принюхалась. "Но не сейчас. Она может произнести твое имя." Чтобы доказать это, Мэвис поцеловала Еву в щеку. "Даллас".

"Дас!" - взвизгнула Белла и погладила липкую руку, которую поцеловала ее мать.

Издав сдавленный звук, Ева начала смахивать слизь тыльной стороной ладони, но Мэвис вытащила влажную салфетку из пакета.

"Это мое имя?"

"Это самое близкое, что она может сейчас сделать в Далласе. Она не может справиться с Пибоди, но у нее есть Макнаб ".

"Наб!" Белла победоносно помахала своим истекающим печеньем.

"И у нее есть Рорк".

"Орк!"

"Орк". Это вызвало смех у Евы, и этот звук заставил ребенка издать заклинание.

"Орк! Орк! Орк!" Тогда будь я проклят, если парень не поклонился.

"Господи, Мэвис, она - это ты во всем".

"С милым, нежным сердцем ее папочки". Мэвис вытащила радужное одеяло из, казалось бы, бездонной сумки. Разложив это на полу, она взяла Беллу, усадила ее на это.

"Ничего, если я закрою дверь? На случай, если она заведет мотор."

"Хорошая идея".

Мэвис закрыла дверь, затем опустилась в кресло для посетителей Евы. Держа ребенка у своих ног, она скрестила ноги. "Итак, как я справился?"

"Хорошая работа, Кэнди".

"Не слишком ОТТ? Выше всяких похвал", - перевела Мэвис. "Я решил подключить "Бруклин" и "сиськи ", когда собирал это вместе этим утром. Просто немного джаза".

"Оба были впечатляющими. Я сам едва узнал тебя. Ты не утратил своих навыков".

"Фелт мэг тоже должен признаться. Скольжение назад и обман цели. Временно, " добавила она, " и ради праведного дела".

"Проверка".

"Полагаю, ты все еще не можешь сказать мне, что такое праведное дело?"

"Пока нет".

"Не имеет значения, потому что мне совершенно не понравилась метка. Напористый ублюдок. Жесткая задница, и не в хорошем или ледяном смысле ".

"Ты сейчас действительно произносишь ругательства по буквам? Ребенок даже не слушает ".

"Ты никогда не знаешь. Этот Оберман - это слово на букву "б", слово "а" и целая вселенная других слов, которые я не хочу произносить в присутствии моей Белламины. И, Даллас, она хотела бы вырвать твое сердце из груди голыми руками ".

"Я дал ей повод. Это часть всего ".

"Просто следи за своей личностью. Я снова был в шкуре мошенника, знаете, и, блин, те еще вибрации. Холод и тьма. Белль и я хотим, чтобы наш Дас оставался в безопасности, и отбросить сами-знаете-что на букву "б" ".

"Я планирую сделать и то, и другое".

После того, как Белла помахала на прощание, Ева взяла кофе, уселась, чтобы просмотреть данные, к которым она уже получила доступ о детективах, перешедших из отдела Рене, сопоставила это с тем, что Бакстер раскопал для нее.

Она изучила их записи до, во время и после командования Рене, их записи после перевода и в одном случае отставки.

Она пристально посмотрела на детектива-сержанта Сэмюэля Алло. Прошло тридцать пять лет до того, как он сдал свои бумаги - тридцать один год и пять месяцев из них до того, как командование перешло к Рене. До Рене он работал в нелегалах целых семнадцать лет, и последний из своих тридцати пяти лет он тоже проработал в нелегалах, только в шестидесяти восьми из Бронкса.

Она сопоставила его с парой других, которые казались ей сильными, проверила множество вероятностей. В конце концов, она удовлетворилась тем, что компьютер согласился с ее интуицией.

Она вышла в КПЗ. Прежде чем она смогла подать сигнал Пибоди, Кармайкл подошел с маленькой коробкой. "У меня есть кое-что для вас, лейтенант".

Заметив, что копы на столах наблюдают, она открыла коробку.

"Хорошо. Почему ты даешь мне печенье в форме - это собака?"

"Да. Смотри, здесь написано "Вожак". Моя сестра работает в пекарне, поэтому она это приготовила ".

"Мило. Потому что?"

"Маленький знак за то, что снял Гарнет с крючка. Некоторое время назад у меня были разногласия с одним из него ", - объяснил Кармайкл. "Он мудак".

"Я могу подтвердить эту оценку. Почему ты так говоришь?"

"Напыщенность", - сказала она с легкой насмешкой. "Мне не нравятся напыщенные люди. Любит давить на окружающих и вести себя так, будто делает тебе большое одолжение, делясь информацией, когда вы работаете над одним и тем же делом. Также не любит пачкать свои красивые костюмы. Поджарил форму ладьи перед Богом и всеми за то, что задал вопрос, а когда я возразила, он сказал мне перестать быть маленькой девочкой ".

"Как долго он хромал?"

Кармайкл улыбнулся. "Я испытывал искушение надрать ему яйца, но счел более уместным обезопасить место преступления, сохранить улики. Итак, в духе того, что происходит вокруг, подарок Главарю за то, что он сейчас надрывает себе яйца ".

"Счастлив так разориться. Спасибо. Пибоди, со мной." Ева откусила собаке голову, когда выходила, затем оглянулась на своих людей. "Вкусно".

Когда Ева жевала собаку, Пибоди послала ей щенячий взгляд.

"Иисус, здесь". Она отломила переднюю лапу, передала ее.

"Спасибо. Это вкусно. С командиром все в порядке?"

"Полностью. Я хочу повторно осмотреть территорию вокруг места преступления, попытаться зацепить моего хорька, посмотреть, может, у него есть еще что-нибудь, что я могу из него выжать ".

Поскольку в этом деле не было никакой ласки, Пибоди просто кивнула. "Он был довольно взволнован тем, что случилось с Кинером. Возможно, он на какое-то время ушел под воду ".

"Тогда нам придется его выкопать".

Когда они были в машине, Пибоди спросила: "Куда мы на самом деле направляемся?"

"Мы пройдемся по сцене. Может быть, мы сможем выжать больше сока из Juicy. После этого мы отправляемся в Бронкс ".

"Я думаю, это будет не для того, чтобы посмотреть игру "Янкиз"".

"Сержант Сэмюэль Алло, в отставке. Все данные указывают на то, что он был надежным полицейским. Вероятность подтверждает мой анализ с вероятностью девяносто четыре целых и семь десятых."

"Я узнаю это имя. Он был в команде до того, как Рене получила повышение. Он перевелся ".

"Примерно через семь месяцев после того, как она приняла командование", - подтвердила Ева. "Из ее отделения и из Центра. Он поставил еще три с плюсом с Бронксом PSD. Отсидел тридцать пять. У него есть несколько шишек и намного больше благодарностей. Одно очко - при Рене - за неподчинение. Ее оценки его за семимесячный период не были блестящими. Плывет по течению, утверждала она, просто выжидает время. Подвергает сомнению ее авторитет, отказывается делать что-либо, когда считает это необходимым.

"Как ни странно, его оценки и записи в отделе шесть-восемь в Бронксе не отражали мнения его предыдущего лейтенанта".

"Она выдавила его".

"Это мое мнение. Меня интересует его."

У детектива-сержанта Алло был скромный дом в районе скромных домов. И на короткой подъездной дорожке стояла огромная лодка.

Алло стоял на палубе - на носу, подумала Ева, - протирая обшивку тряпкой. Он долго смотрел, когда они подъезжали, затем положил тряпку на поручень.

У него было крепкое, широкоплечее телосложение и небольшой дополнительный вес в середине. Он носил бейсболку цвета "Янки блю" задом наперед поверх волос, которые он отпустил седым.

В отставке или нет, у него были глаза полицейского, и он окинул Еву и Пибоди внимательным взглядом, когда спускался с лодки, а они выходили из машины.

"Детективы, по соседству какие-то проблемы?"

"Насколько я знаю, нет. Лейтенант Даллас, детектив Пибоди. Есть минутка, детектив-сержант?"

"Получил их много с тех пор, как вышел на пенсию. Вложи много этого в этого ребенка ". Он ласково похлопал по корпусу. "Теперь у меня есть ты", - добавил он с кивком. "Из Центра. Убийство. Кто-то умер, кого я знаю?"

"Опять же, насколько мне известно, нет. Вы были приписаны к нелегалам из Централа на несколько лет, и несколько месяцев из них под командованием лейтенанта Рене Оберман."

"Это факт".

"Не могли бы вы рассказать нам, почему вы перевелись оттуда и попали в шесть-восемь?"

Его глаза остановились на Еве. "Не могу сказать, почему это должно интересовать Отдел убийств. У нашего сына родился второй ребенок, он переехал сюда. Мы с женой решили, что хотим быть рядом, наслаждаться внуками. Мы купили себе это место. Шесть-восемь намного ближе к дому, чем Центральная."

"Милый дом", - прокомментировала Ева. "Большая лодка".

Он усмехнулся этому, очень похоже на то, как Мэвис усмехнулась Белле. "Я всегда хотел лодку. Я освещаю ее. В эти выходные мы собираемся всей семьей куда-нибудь съездить ".

"Должно быть, за это неплохо. Будет ли справедливо сказать, детектив-сержант, что вы с лейтенантом Оберманом не очень ладили?"

Его лицо вернулось к нейтральному. "Это было бы справедливо".

"Лейтенант Оберман отмечает в вашем досье, что у вас были трудности с ее властью, с выполнением приказов от женщины-начальника".

Его челюсть сжалась. "По какой причине вы должны проверять мои служебные записи?"

"Они представляют для меня интерес".

Его поза изменилась, теперь он был воинственным. "Я прослужил тридцать пять лет, и я горжусь каждым днем, проведенным на работе. Мне не нравится, когда лейтенант, которого я никогда не встречал, приходит ко мне домой и ставит под сомнение мой послужной список ".

"Речь идет не о твоем послужном списке".

Его челюсть оставалась сжатой, но глаза сузились в раздумье. "Вы хотите, чтобы я облил грязью лейтенанта Обермана? Мне тоже не очень нравится, что ты приходишь ко мне домой из-за этого ".

Она была бы разочарована, если бы он начал серию жалоб, и доверяла бы ему больше, когда он этого не делал.

"Я спрашиваю твое мнение. Тридцать пять лет на работе, солидный послужной список - и ни одного промаха. Под командованием Обермана. У меня есть причины прийти к вам домой, причины спросить вас о лейтенанте Обермане."

"Кто они?"

"На данный момент я не могу предоставить вам эту информацию, но могу сказать, что мы ведем активное расследование".

"Что, ты думаешь, она кого-то убила?" Когда Ева ничего не сказала, он глубоко вздохнул. Уперев руки в бока, он отвернулся, просто отвел взгляд на некоторое время. "Это адская штука", - пробормотал он. "Адская штука. Присаживайтесь на крыльцо. Моя жена ушла с какими-то подружками. Я посмотрю, что у нас есть холодного на выпивку".

Он пил чай со льдом, холодный и сладкий. Они сидели в тени маленькой крытой веранды и пили.

"Я поддерживаю связь", - начал Алло. "Поговори или свяжись с некоторыми парнями, с которыми я работал. И я в курсе того, что происходит. Я знаю вашу репутацию, лейтенант. И ваше тоже, детектив."

Он сделал паузу, снова выпил. "Давайте внесем ясность. У меня никогда не было проблем с работой с женщиной-офицером или выполнением приказов от того, кто выше меня по званию. Последние три года я отсидел с чертовски хорошим детективом, который оказался женщиной. Я все еще зол из-за этого разрыва ", - признался он. "Все это время, и это все еще гложет меня. Неподчинение, черт возьми ".

Он переместился, повернувшись более прямо к Еве. "Я спорил с ней, конечно. Но я никогда не проявлял к ней неуважения. Она говорит, что мы все должны носить костюмы и галстуки, даже на рабочем столе я надеваю костюм и галстук. Она хочет, чтобы мы убрали наши личные вещи, даже семейные фотографии. Я избавляюсь от них. Это ее команда. Мне это не нравится - и я не единственный, - но это ее команда ".

Он на мгновение задумался. "Ее отряд, вот в чем дело. Когда у вас новый босс, вы ожидаете перемен. В том, как все делается, в тоне. У каждого босса есть стиль, и так оно и есть ".

"Тебе не понравилось ее," подсказала Ева.

"Холодный, придирчивый. Не собирание гнид во время расследования, а твоя гребаная чистка обуви, твоя стрижка. У нее были фавориты. Если ты был внизу в ее списке, ты получал дерьмовые задания. Каждый раз. Ночные слежки в середине зимы, потому что кто-то получил наводку, возможно, что-то должно было произойти. Но тот, кто мог бы стать одним из избранных, был слишком занят чем-то другим, чтобы сидеть и отмораживать свою задницу всю ночь ".

Он надул щеки, выпустил воздух. "Может быть, все это тоже звучит как собирание гнид".

"Я так не думаю".

"У каждого босса есть стиль", - прокомментировал он и посмотрел на Пибоди. "Мы перенимаем стиль, учимся с ним работать, чтобы каждый выполнял свою работу".

"Вот как я это вижу", - согласилась Пибоди. "Главное - это работа".

"Главное - это работа". Он кивнул. "Но она поставила бы под сомнение направление расследования, отстранила бы тебя от одного и втянула в другое. Свалить на тебя чье-то мелкое дело. Это случилось со мной дважды. Я так близок к тому, чтобы разориться, а она втягивает меня, переназначает. Когда я спорю с этим, она сидит там за своим модным столом и говорит мне, что она недовольна качеством моей работы или моим отношением ".

"Это не стиль", - вставила Пибоди. "Это не делает работу главной".

"Чертовски уверен, что нет".

"Ты жаловался по цепочке?" Спросила его Ева, хотя у нее был ответ в файле.

"Нет. Я так не работаю. Босс есть босс, и, черт возьми, команда закрывала дела. Плюс это дочь Сент-Обермана, и когда она стала боссом, она была золотой девочкой ".

"И она повесила в кабинете портрет своего отца в натуральную величину, на случай, если кто-то из вас забыл".

Алло улыбнулся Еве. "Ты чертовски уверен, что не мог пропустить это. Любой, кто обращал внимание, мог видеть, что она выпалывала старое, сеяла новое. Выбирала, когда могла ".

Он пожал плечами. "Привилегия босса. Но дошло до того, что я возненавидел ходить на работу, ненавидел знать, что буду сидеть в той дежурке. Это изматывает тебя, с тобой трудно жить. Достаточно тяжело жить с полицейским, верно?"

"Не спорю".

"Это измотало меня. Она измотала меня. Я знал, что она хотела от меня избавиться, и я знал - после разрыва - она собиралась найти способ. Я не собирался уходить таким образом. Я не собирался позволять ей ставить еще одну отметку в моем послужном списке. Босс есть босс, " снова сказал он, " но будь я проклят. С таким же успехом я мог бы добавить, что моя жена уперлась, и я не могу ее винить. Итак, я подал заявку на перевод. У меня было еще три года с хорошей командой, хорошим боссом. И когда я сдавал свои документы, лейтенант, это был мой выбор."

"Я собираюсь спросить вас кое о чем, детектив-сержант".

"Алло", - сказал он. "Просто Алло".

"Была ли она на взятке?"

Он откинулся на спинку стула, покачал головой из стороны в сторону. "Я знал, что это произойдет. Черт возьми." Он провел рукой по лицу, снова покачал головой. "Ты видел название моей лодки?"

"Да, я сделал. Синяя линия ".

"Отставка не меняет границ".

"С моей точки зрения, эта грань обрывается для неправильного полицейского, или это ничего не значит. Для полицейского, который использует свой значок, свою власть, чтобы набить собственные карманы, и, что еще хуже, грань нарушается ".

Он не отрывал пристального взгляда от ее лица. "И если я скажу, черт возьми, да, ты поверишь мне после всего, что я тебе только что сказал?"

"Да, это я. Я пришел к тебе, потому что верю, что ты хороший полицейский - к черту пенсию, Алло, ты все еще полицейский. Ты всегда будешь копом. Я пришел к вам, потому что верю, что вы уважаете значок, и потому что я верю, что могу поверить вашему слову, даже вашему мнению, в банке ".

Он сделал большой глоток, глубоко вздохнул. "Я собираюсь сказать, черт возьми, да, но я не смог этого доказать, не смог предоставить вам ни одного веского доказательства. Не тогда, не сейчас. Ей нравились встречи за закрытыми дверями с немногими избранными. И я чертовски хорошо знаю, что с парой бюстов, которые мне удалось прилепить, кто-то промахнулся. Я ни в коем случае не недооцениваю мусор по количеству, в которое он вернулся после взвешивания. Моя ошибка была в том, что я обратился к ней именно по этому поводу. Говорю боссу, что подозреваю, что кто-то снял кое-что с верха. Вот тогда для меня все стало плохо. Или хуже, я думаю, ты бы сказал."

Он пожал плечами. "Совпадение? Возможно, если вы верите в совпадения. Я никогда этого не делал".

"Я тоже Держу пари, у тебя все еще есть твои записные книжки. Бьюсь об заклад, у вас все еще есть записи о расследованиях и задержаниях, в которых вы принимали участие под командованием лейтенанта Обермана."

"Ты бы выиграл это пари".

"Я доверяю тебе, Алло, оставь все сказанное здесь при себе. Не делиться этим в это время с друзьями, с которыми ты общаешься, перепихиваешься. Я не собираюсь оскорблять вас, говоря, что если вы сделаете это, если вы доверите мне эти записи, я позабочусь о том, чтобы rip был удален из вашей записи. Но я скажу тебе, каким бы путем ты ни пошел, я собираюсь разобраться в этом ".

"Я не прошу об одолжении, но я не откажусь от этого". Он посидел еще минуту. "Она тоже совершила убийство?"

"Ее руки в крови".

"Мне жаль это слышать, жаль из-за ее старика. Ты собираешься уничтожить ее ".

Это был не вопрос, но Ева все равно ответила. "На землю".

Он кивнул, поднялся. "Я заберу свои книги".

Он остановился у двери, обернулся. "Был офицер - женщина-офицер, которая погибла в строю под командованием Обермана".

"Детектив Гейл Девин".

Он кивнул. "Она была хорошим копом. Она была дочерью моего старого друга. Мой самый старый друг. Мы вместе ходили в школу в старом районе. У нее были некоторые опасения по поводу Обермана, и она пришла с ними ко мне ".

"Что беспокоит?"

"Как Оберман имел тенденцию регулярно встречаться за закрытыми дверями с некоторыми членами команды. Как счета за конфискованные нелегалы и наличные обычно были занижены по смете. То же, что и я. Я изучил это после того, как это случилось, как мог. Это выглядело чисто, но я всегда задавался вопросом. Во мне было место, которое задавалось вопросом, и это все еще происходит. Если вы разберетесь в этом, лейтенант, если вы разберетесь в том, что случилось с Гейл, вы можете забыть о разрыве."

"Я буду рассматривать оба случая".

Возвращаясь на Манхэттен, Ева обдумывала ракурсы, подходы, время.

"Я хочу, чтобы ты взял на себя инициативу в отношении Девина".

"Взять на себя инициативу?"

"Подходишь к этому как к нераскрытому делу. Покопайся в файлах. Попросите Макнаба и / или Вебстера помочь вам, если вам нужно перелопатить что-нибудь, что может вызвать у Рене подозрение. Она не думает о Дэвине - для нее это старое, устоявшееся дело ".

"Вы думаете, что детектива Дэвина убила Рене?"

"Факт: Девин не был одним из избранников Рене. Она была новоиспеченным детективом, и, согласно нашему источнику - сержанту Алло, который кажется мне очень приземленным, - она была надежной. При моем просмотре ее записей ее оценки были такими же. Твердый. Пока не был назначен в Рене, где они окунулись ".

"И это типично для Рене".

"Добавьте профиль Миры, в котором говорится, что у Рене проблемы с женщинами. В заключение приведу еще один факт. Менее чем через год под командованием Рене Девин погибает во время рейда. Единственный офицер, который пойдет ко дну ".

"Как она погибла?"

"В официальном отчете говорится, что она отделилась от своей команды во время неразберихи и была найдена со сломанной шеей. Прочитайте файл, изучите доказательства. Копай. Тогда я хочу, чтобы ты сказал мне, убила ли Рене Девина ".

"Это мог быть я. Если бы они нашли меня в той душевой кабинке."

"И вы должны отложить это в сторону и изучать, получать доступ, расследовать объективно. Если было сокрытие, ты его раскрываешь ".

Ева включила свой "линк и связалась с Вебстером.

Двенадцать

ВЕБСТЕР ОТКЛЮЧИЛ ссылку, КОТОРУЮ ОН УСТАНОВИЛ В режиме конфиденциальности, и посмотрел через стол, где он наслаждался поздним обедом. "Сожалею об этом".

"Это не проблема". Дарсия улыбнулась ему. "Тебе обязательно идти?"

"Скоро". Он потянулся, взял ее за руку. "Я бы предпочел остаться".

"Вот и сегодняшняя ночь. Если ты свободен и заинтересован."

"Я и то, и другое. Чем бы ты хотел заняться?"

"Так случилось, что у меня есть два места в оркестре для спектакля - мюзикла. Бродвейский мюзикл в моем нью-йоркском списке ". Она подняла бокал шампанского, которым потчевала себя. "Ты не был. Но я сделал дополнение ".

"Самый счастливый день в моей жизни". Он все еще был на волне этого. "Если бы я должен был посетить Олимп, что мне следует занести в свой контрольный список?"

"Хммм, пьет на крыше башни Аполлона. Вид потрясающий. Верховая езда вдоль озера Афина с пикником в молодом лесу. Я. Ты посетишь Олимп?"

"Ты выпьешь со мной на крыше, прокатишься со мной вдоль озера, устроишь пикник со мной в лесу?"

"Я сделаю".

"У меня впереди еще какое-то время. Сначала я должен кое с чем покончить. Как только я это сделаю, я приложу к этому руку ".

"Тогда я покажу тебе мой мир". Она посмотрела вниз на их соединенные руки. "Дон, это глупо, то, что мы здесь делаем, что мы, возможно, начинаем здесь?"

"Возможно". Он крепче сжал ее руку. "Мне все равно, Дарсия".

"Я тоже". Усмехнувшись, она покачала головой. "Это так на меня не похоже. Я практичная женщина ".

"И самая красивая женщина, которую я когда-либо видел".

Она рассмеялась полно, восхищенно. "Твои глаза ослеплены - полагаю, мои тоже. Я сижу здесь, в этом прекрасном ресторане, в этом захватывающем городе, и все, о чем я могу думать, это то, что я сижу здесь с этим красивым мужчиной, который не может отвести от меня глаз ".

"Нет ничего, на что я предпочел бы взглянуть".

"Красивый, обаятельный мужчина", - добавила она. "Но внешность, даже очарование, - это только поверхность".

"У тебя потрясающая внешность, и мне нравится все, что я пока нашел под ней".

"Это всего лишь наше второе свидание", - напомнила она ему, и ее глаза заискрились, как ее вино. "Это еще не все".

"Я с нетерпением жду возможности познакомиться с тобой, Дарсия. Нам не нужно торопить события. В любом случае, трудно торопиться, когда через несколько дней мы будем на двух разных планетах - или планете и спутнике."

"Я люблю действовать медленно, осторожно. Работа, как вы знаете, может быть трудной, требовательной, поэтому в своей личной жизни я предпочитаю незамысловатое ".

Она снова подняла бокал с шампанским, улыбаясь ему поверх бледно-золотых пузырьков. "Я не приглашал тебя в свой гостиничный номер прошлой ночью, потому что это - ты и я - это будет сложно".

"Я решил отдохнуть от сложностей с самим собой в личном кабинете. Но я хочу увидеть тебя снова, провести с тобой время. Я хочу посмотреть, что будет дальше ".

"Я немного подумал о том, что будет дальше. И поскольку я знаю, чего бы я хотел, чтобы это было, я приглашаю тебя в свою комнату сегодня вечером ".

Он улыбнулся ей в ответ. "Я надеялся, что ты это сделаешь".

С данными, которые передал ей Вебстер, Ева провела анализ бухгалтерии для команды Рене. Затем анализ анализа. Поток цифр, путаница в процентах вызывали у нее головную боль. И все же она не могла разглядеть четкой закономерности. Она не могла видеть достаточно, чтобы указать пальцем на кого-либо, отвечающего за счета.

Она отвлеклась от этого - возможно, если она оставит цифры в покое, они будут иметь для нее больше смысла - и провела еще одну проверку в отделении Рене. Она полагала, что увидела там закономерность, в которой детектив Лайла Стронг, новичок в форме, и два других детектива были ненормальными.

Ей нужны чистые копы, подсчитала Ева. Разбираться с мелочами, сдавать законные отчеты - и как влюбленные парни, когда они ей нужны. Используй их, а затем потеряй. Так или иначе.

Она подумала о Гейл Девин, взглянула на Пибоди.

Ева знала, что ее партнер увяз по уши и будет держаться, сколько бы времени это ни заняло, сколько бы слоев ни пришлось преодолеть.

Она посмотрела на свою доску.

С одной стороны, Рики Кинер. Неудачник, преступник, наркоман, подлая свинья. Но теперь он принадлежал ей.

С другой стороны, детектив Гейл Девин, по всем сведениям, хороший полицейский с хорошими инстинктами - и с моральным кодексом, позволяющим поговорить о своих опасениях по поводу своего босса со старшим, опытным полицейским, которого она уважала.

Две стороны весов, решила Ева, но она знала - она знала, что, хотя Рене, возможно, и не погружала шприц и не сворачивала шею, она убила их обоих.

Если добавить на одну сторону этой шкалы, детектив Гарольд Страмб был зарезан в переулке, в то время как его напарник и товарищ по отделению ушли целыми и невредимыми.

Они были бы не единственными. И если Рене не погибнет, они не будут последними.

Она открыла записи по делу Алло, начала читать.

Ей нравился его стиль - лаконичный, даже емкий, но основательный. Она отметила, что он регулярно подвергал сомнению счета сержанта Ранча. И когда она просмотрела досье Алло под командованием Рене, она обнаружила, что в записях лейтенанта говорится, что он симулирует или конфликтует с коллегами-офицерами.

Ева завела свое собственное досье по делам Алло за семимесячный период, счета, оценки. Не желая беспокоить Пибоди, она отправила ей записку с просьбой проделать то же самое с Девином и следовать ей, как она поступила с Алло, с анализом вероятности.

Пока он шел, она начала изучать файлы Джеральди, которые она заставила Рене отправить ей.

Она отложила это, когда вошел Вебстер.

"У тебя что-то есть?" она потребовала.

"Ничего особенного. Почему?"

"Ты выглядишь так, будто у тебя что-то есть. Ты выглядишь счастливым".

"Я счастливый парень".

Она отмахнулась от этого. "Тогда что у тебя есть такого незначительного?"

"Марселл - партнер Страмба, тот, кто потерпел поражение. У ОВР есть на него досье ".

"Из-за Страмба?"

"Нет. Разбирается с тем, что было до этого. Они допросили его и провели расследование в связи с сомнительным увольнением - пять лет назад. Были сообщения свидетелей, утверждающих, что Марселл дважды выстрелил в полную силу после того, как подозреваемый бросил оружие и сдался."

"Решимость?"

"Оправдал его. Свидетелями были два других дилера, поэтому их показаниям придали правдоподобность. У подозреваемого действительно было незаконное оружие, и он разрядил его. Марселл придерживался своей истории. Подозреваемый оставался вооруженным и снова готовился к выстрелу. Реконструкция не смогла опровергнуть. Однако в файле есть заметка - та, которую мне пришлось удалить без уведомления. Большой, жирный вопросительный знак. Обновлено после того, как оба разума встретили жестокий конец ".

"Как Страмб и эти остряки".

"Да. У Марселла было алиби в обоих случаях. Твердый."

"Для остряков Страмба, да", - согласилась Ева. "Надежный, но поддельный. Что он использовал против остроумия в старой сделке?"

"Он был в засаде с другим офицером. Фримен, по случайному совпадению."

Вебстер упал в кресло. "Я знаю, что он неправ - и Фримен тоже. Ты это знаешь. Шаблон говорит, что они неправы большими блестящими буквами. Но мы еще не достигли этого ".

"Там нас больше, чем было двадцать четыре часа назад".

"Не могу спорить. Из других новостей. Я завел собственное досье на всех, кто в настоящее время находится в отряде Рене, включая ее саму. Там полно теней, Даллас. Если бы я мог донести это до своего босса, мы бы раскрыли это, и мы, черт возьми, были бы там ".

"Люди выскальзывают из теней, Вебстер, совсем как Марселл. Я не рискую захлопнуть эту крышку, чтобы IAB смог устроить большой взрыв ".

"Мне насрать на взрыв, Даллас".

"Я бы не спросил тебя, если бы думал, что ты это сделал. Я связался и поговорил с сержантом Алло, и у меня есть его записи по делу за те семь месяцев, что он был в отделении под ее началом. Неудивительно, что ей было нужно, чтобы он ушел. Он ничего не упускает ".

"Ты привел его сюда?"

"Я принял решение. Он знал, что Ранч снимал деньги, и сообщил об этом своему лейтенанту ".

"Он документировал?"

"У него есть подробные записи, время, даты. Я сомневаюсь, что мы найдем их подтверждение в ее файлах. То, что он получил взамен, было первым разрывом в его тридцатилетней карьере. Он подозревал Рене. Я записал свой разговор с ним, и у меня есть копия для вас. К нему прилагается досье на Гейл Девин ".

"Другой офицер из ее отделения, который погиб".

"Алло знал ее, и она пришла к нему с беспокойством об их лейтенанте и отделении, которое отражало его. Но, я думаю, вместо того, чтобы перевестись, она не только застряла, но, возможно, и подтолкнула это. Она поговорила с кем-то еще или начала что-то документировать, и они ее убрали ".

"Если ты прав, и, черт возьми, Даллас, это кажется правильным, то получается, что она убила двух полицейских".

"Я ставлю больше. Пибоди прорабатывает версию Девина. Она скопирует вас в том, что найдет или к чему придет. Свяжитесь с вами, если ей понадобится какое-либо прикрытие для раскопок ".

Он кивнул. "Итак... сегодня ты провел раунд с Гарнетом, и он проиграл. Ты его подставил или он просто поддался на это?"

"Немного того и другого. Он пытался скрыть, почему он и Бикс получили доступ к провалу моей жертвы, какой-то ерундой о связи с крупным расследованием, над которым они работают. Это был глупый шаг, потому что он передал мне файлы. Дело в том, что файлы не полные. Она кое-что удалила, переставила. Здесь что-то не так. К настоящему времени я прочитал достаточно ее отчетов, ее стиль там, чтобы знать, что она все подстроила. То, что она не хотела, чтобы я видел ".

"Вы хотите, чтобы я нашел точку зрения ОВР на расследование?"

"Пока нет. У меня есть способ обойти ее игру. Но легкий намек на то, что IAB вынюхивает что-то вокруг Гарнет, не повредил бы ".

"Больше давления на него".

"Это верно. Он взорвется. Если я смогу впустить его, он предаст ее, чтобы спасти свою задницу. И последнее, я бы хотел, чтобы вы покопались, посмотрели, был ли какой-нибудь компромат или обвинение в компромате на Стронга, детектива Лайлу, из отделения Рене. Она там новенькая, и ее послужной список солидный. И я читаю о ней так, что ей не нравится босс или обстановка ".

"Чистый полицейский, женщина-полицейский". Вебстер взвесил это. "Ты ищешь крота".

"Если я использую ее, если она чиста и согласна, я хочу, чтобы она была защищена от удара IAB, если ей нужно сделать или заявить, что она готова сделать то, что могло бы ее заслужить ".

"Я посмотрю на нее, и если это пройдет, я задокументирую все это. Она под прикрытием, санкционирована. Уитни должна подписать контракт ".

"Это не будет проблемой". Она подняла палец, когда ее "линк подал сигнал. "Это Фини. Что у тебя есть?" - ответила она.

Тонкая улыбка осветила его похмельное лицо. "Я думал, тебе понравится это услышать. Рене в своей машине, и у нее только что состоялся разговор по "линку".

"Выкатывай это".

"Одну секунду. Исправляю запись ".

"Какого черта", - решила Ева. "Входящая" передача по каналу связи на настенном экране." Она оглянулась, увидела усмешку Пибоди.

"Спасибо".

Сначала она увидела Рене, сидящую за рулем, постукивающую пальцами, покачивающую плечами в такт выбранной ею музыке.

"Нравится ее новый аттракцион", - пробормотала Ева. "Хороший апгрейд".

Когда "линк" Рене подал сигнал, она опустила глаза - отображение на приборной панели, заключила Ева. Ее лицо стало жестким. "Черт возьми. Переведите передачу на карманное "звено два". Она схватила его, сунула в щель на приборной панели. "Гранат".

Угол загораживал экран карманной связи, но его голос доносился громко и ясно.

"Ты сказал, что собираешься это исправить. К черту это, Оберман. Я не собираюсь тридцать дней отрываться от этой пизды, потому что ты не можешь придумать, как отшлепать ее ".

"Успокойся. И не связывайтесь со мной по этому поводу или чему-либо еще, если это не по безопасной ссылке. Ты знаешь, что я чувствую по этому поводу ".

"Я успокоюсь, когда ты сделаешь то, что должен сделать. Тебе лучше прикроет мою спину в этом ".

"Билл, я пошел прямо к Уитни от твоего имени. Я объяснил ситуацию, что, на мой взгляд, это была просто жаркая перепалка между вами и лейтенантом. Что вы, что вполне понятно, защищали расследование, на которое вы потратили значительное количество человеко-часов, обдуманные усилия - и которое находится на переломном этапе. Я пошел на битву за тебя, Билл, как и обещал. И поскольку я это сделал, Уитни позвонила ей. Она не сдвинется с места".

"Я сдвину с места эту гребаную шлюху".

"Ты послушай меня. Ты послушай меня", - сказала Рене с хлыстом в голосе. "Я с ней разберусь. Я собираюсь попробовать другой подход. Ты держись подальше, ты меня слышишь? Если тебе придется смириться с этим, я заглажу свою вину. Господи, Гарнет, если это не пройдет, считай это месячным отпуском. Иди на пляж. Ты знаешь, как ты любишь пляж ".

"К черту это, и пошел ты, если думаешь, что я позволю этому выбить меня из сделки с Джеральди".

"Никто ни от чего тебя не отстраняет. Если бы ты взял себя в руки, черт возьми, мы бы не оказались в такой ситуации ".

Тон дрожал от гнева, обвинения. Не так, подумала Ева, правильно обращаться с человеком, у которого фитиль уже зажжен и работает.

"Проклятого Далласа не было бы ни у тебя, ни у меня перед носом, если бы ты с самого начала не облажался. И тебе не грозил бы разрыв, если бы ты держал себя в руках. Ради всего святого, ты набросился на нее в моем офисе, под моим носом. Ты вступил в физический контакт ".

"Она встала у меня на гребаном пути".

"И ты лезешь в мою. Я рискую собой ради тебя, и мне не нравится рисковать собой. Помни это".

"И ты помнишь, что я могу сделать, если ты попытаешься меня облапошить. Помните, кто знает, где похоронены тела, где хранится грязь. Если ты хочешь сохранить то, что у тебя есть, Рене, милая, будь чертовски уверена, что я сохраню свое ".

"Мудак!" - выпалила она, ударив кулаком по рулю, когда у него сломалась передача.

Фини вернулся на сцену. "Красиво, да? После того, как она заехала в свой гараж. Какое-то время сидела, тушуясь в своей машине. Больше не вступал ни в какие контакты ".

"Очень мило. Никаких фактических признаний в проступках, но много инсинуаций. У него течка, и она это знает ".

"Он все еще полезен ей, " вставил Вебстер, " поэтому она хочет оставить его".

"Определенно", согласилась Ева, "но более того, он работает на нее, она приняла его, и ей чертовски нужно, чтобы он помнил, кто ... главный пес".

"Она теряет самообладание, когда ее авторитет ставится под сомнение или ей угрожают". Пибоди дождалась кивка Евы. "Под этим, я не думаю, что она так уверена, как хочет быть, даже думает, что она есть. Она боится потерять контроль, потому что удержание контроля - это то, что для нее важнее всего ".

"Я верю, что ты заставила бы Миру гордиться этим анализом", - сказала ей Ева.

"Страх делает ее опасной".

"Тогда мы собираемся сделать ее очень, очень опасной". И, подумала Ева, она лично насладилась бы этим. "Мы должны увидеть, как она намерена обращаться со мной. Что касается расследования Джиральди, согласно досье, Гарнет и Бикс отслеживали отправку, поступившую в течение следующих двух недель для семьи Джиральди - в частности, для Энтони Дж. Она кое-что изменила в досье, но я собираюсь позаботиться об этом. Мое исследование показывает, что Энтони Джиральди занимается в основном Зевсом и жесткими сексуальными наркотиками, такими как шлюха и кролик ".

Она нахмурилась, когда ее "линк просигналил о еще одном входящем. "О, посмотри сюда. Это милая Рене. Оставайся на связи, Фини, отвечай как переговорщик, закрывая входящий доступ к текущему контакту.

"Даллас", - ответила она с ноткой нетерпения.

"Лейтенант". Рене бросила на нее трезвый взгляд через экран. "Я понимаю, что в данный момент я тебе не самый любимый человек".

"Ты попал в конец списка".

"Я думаю, мы начали не с той ноги, и это только усугубилось тем, что произошло сегодня в моем офисе. Я надеюсь, мы сможем прийти к соглашению, найти золотую середину. Я хотел бы угостить тебя выпивкой, извиниться и все обсудить. Лейтенант лейтенанту."

"Я работаю над делом, Оберман".

"Мы обе занятые женщины. Это трение между нами разрушительно. Я пытаюсь достучаться до тебя, Даллас, чтобы мы могли все уладить и оба делали свою работу ".

Ева откинулась назад, как будто раздумывая. "Не хочешь угостить меня выпивкой? Прекрасно. Паб О'Райли, Верхний Запад, Седьмая авеню. Через час".

"Это идеально. Увидимся там".

"Это могло быть подстроено", - сказала Пибоди сразу после того, как Рене отключилась. "Она могла бы приказать Биксу или другой из ее горилл подстеречь тебя".

"Она не может позволить себе убрать меня сейчас. Не тогда, когда у нас возникают эти "трения". Когда все в Центральном говорят о том, что мы бодаемся лбами. Сияет другой свет, и она хочет затемнить его ".

"Она могла бы сообщить Гарнет, где ты будешь и когда", - вставил Фини. "Расшевели его, чтобы он пошел на тебя. Все это падает на него".

"Если бы это случилось, он бы начал говорить, и она это знает".

"Он не сможет говорить, если она уберет его. Он идет за тобой, выводит тебя из строя или, по крайней мере, усыпляет. И она спешит на помощь, должна уничтожить одного из своих офицеров в твою защиту. Это была бы хорошая пьеса ".

Еве пришлось согласиться. "Да, но я не думаю, что она такая же умная, как ты, Фини, или у нее есть время все подстроить. Она еще не отчаялась. Она взбешена и выведена из равновесия ".

"Я иду с тобой", - настаивала Пибоди. "Я поддержу тебя".

"Пибоди, она исследовала меня, поэтому она знает, кто ты, знает, что ты мой партнер. Если она заметит тебя, все может развалиться ".

"Я сделаю это". Вебстер взглянул на свое наручное устройство. "Она не знает меня - и в любом случае, IAB хорош в смешении. Она не заставит меня ".

"Она не собирается пытаться ради меня. Это не ее игра, не сейчас ".

"Несмотря ни на что, я прикрываю".

"Поддержка для чего?" - Спросил Рорк, входя.

"Мне это ни к чему. Я пью с Рене, по ее просьбе. Я сказал ей "У О'Райли", через час. Сегодня я немного накалил обстановку, и она хочет остудить ее ".

"Она уже убила - или приказала убить двух полицейских", - сказал ему Вебстер. "О котором мы знаем. Иногда ты знаешь то, чего пока не можешь доказать, - сказал он, прежде чем Ева смогла заговорить. "Я собираюсь поддержать ее. У меня в машине есть мягкая одежда ", - сказал он Еве. "Она не заставит меня".

"Я буду поддерживать лейтенанта", - сказал Рорк. "Или я должен сказать, что мы с Вебстером это сделаем".

"Она знает Даллас", - указал Вебстер, - "так что она чертовски уверена, что знает тебя и то, что ты женат. Она не будет разговаривать с тобой рядом ".

"Она не увидит меня, не так ли? Расскажите Вебстеру, почему вы выбрали O'Riley's ".

"Потому что это близко, и потому что это принадлежит ему".

"За стойкой есть уютное местечко. Комната, " объяснил Рорк. "Мы можем следить за ними оттуда".

"За мной уже следят". Ева постучала себя по груди. "Ты надел на меня эту чертову штуку этим утром".

"Так я и сделал", - согласился Рорк. "И это была очень приятная обязанность. Мы будем следить с места. Вы все еще хотели бы измениться, детектив?"

"Да. На случай, если мне понадобится выйти из задней комнаты по какой-либо причине ".

"Тогда Соммерсет может показать вам комнату для этого".

"Я займусь этим".

"Это уже чересчур", - настаивала Ева, когда Вебстер вышел.

"Она убийца копов. Ты полицейский." Рорк постучал ее по подбородку. "Ты мой полицейский".

"Если ты собираешься раскиснуть, я закрываюсь", - сказал Фини. "Мы прикроем тебя отсюда, Даллас".

"Я собираюсь быть настолько прикрытым, что с тем же успехом могу задохнуться".

"Я чувствую себя лучше", - прокомментировала Пибоди.

"Ну что ж, тогда все это того стоит".

"Пока ты будешь пить, я собираюсь попросить Макнаба зайти, поработать со мной с этого момента".

Все еще обиженная, Ева пожала плечами.

"Ты можешь подвезти меня", - сказал Рорк. "Когда ты будешь на месте, я заберу Вебстера через заднюю дверь "укромного уголка". И по пути мы можем рассказать друг другу о том, как мы провели наши дни ".

"Ты мог бы с таким же успехом поехать с нами", - сказала Ева Вебстеру.

"Вообще-то, мне нужно будет уехать после встречи - если все будет чисто. У меня есть жизнь вне работы, Даллас, " добавил он, когда она нахмурилась, глядя на него. "И я собираюсь вернуться к этому, как только мы закончим встречу".

"Прекрасно. Поступай как знаешь".

Рорк скользнул на пассажирское сиденье. "Итак, что ты сделал сегодня, что убедило Рене, что ей нужно купить тебе выпить?"

"Я вынудил Гарнет к тридцатидневному перерыву, который не занял много времени, - и чтобы выговориться в ее кабинете, у нее на глазах. Так что это выставляет ее в плохом свете - как будто она не может контролировать своих мужчин ".

"Должно быть, это было приятно".

"О, да. Среди прочего, что я сделал сегодня, я поехал в Бронкс ".

Она рассказала ему о разговоре с Алло, пока вела машину.

"Вы дали Пибоди такой угол зрения на расследование из-за ее опыта в раздевалке".

"Отчасти. Она хороша в мельчайших деталях, и я хочу получить ответы на Девин, но прямо сейчас у меня нет времени копаться. Не то, чего заслуживает Дэвин. И если Пибоди сможет собрать улики, указывающие на Рене или ее команду, в отношении этого офицера, это перевесит тот случай в раздевалке. Это не расплата. Это правосудие. Она поможет добиться справедливости для другого полицейского, и это будет иметь для нее большое значение ".

"Что показывает, моя дорогая Ева, разницу между сильным, умным и - хотя тебе не понравится это слово-чувствительным лидером и тем, кто стремится руководить только ради выгоды".

Она предпочла бы интуитивное восприятию, но оставим это.

"Как все это пропустили, Рорк? Начни с ее отца - но я думаю, что бывают моменты, когда отец не видит или должен притворяться, что не видит. Ее тренер. Я посмотрел на него. Безупречный послужной список, обученные хорошие копы. Мне кажется, что ее отец приложил руку к тому, чтобы выбрать его для нее - они были партнерами восемь лет - примерно одного возраста. Мира пропустила это, Уитни пропустила это, ее капитан, ее предыдущие LTS. Она проскользнула прямо сквозь ".

"Она не всегда была грязной".

"Черт возьми, она не была такой", - сказала Ева с некоторой силой. "Возможно, она начала свой "бизнес" всего несколько лет назад, но она всегда была грязной. Некоторым копам, которые работают под ее началом, она доставляет удовольствие, и по крайней мере двое из них оказываются мертвы.

"Ты знаешь, почему она не встала сегодня между мной и Гарнет - и это именно то, что она должна была сделать, чисто или грязно. Почему она не двигалась, чтобы контролировать его достаточно быстро? Потому что то, что он набросился на меня, вызвало у нее приятное покалывание. Ей это понравилось, и я чертовски уверен, что ей бы понравилось, если бы он избил меня до крови у нее на глазах. У нее хватило ума понять, что она не может этого допустить, должна была поддерживать, но у нее есть мужество для этого. Я испортил ее аккуратную стопку, так что ей понравится смотреть, как я истекаю кровью ".

"И тебе не нужна была подмога?"

"Ей бы это понравилось", - сказала ему Ева, "но она не может себе этого позволить. Пока нет ".

Она нашла местечко в квартале от паба, заняла его. "Поскольку у Вебстера есть жизнь, тебе нужно подождать, пока он найдет место, провести его".

"Я провожу свою жену первой - или, по крайней мере, до того момента, когда смогу наблюдать, как она войдет. Для тебя приготовлен угловой столик".

"Ты вложил туда мускулы?"

"Дорогая". Он коснулся ее подбородка. "У меня всегда есть мускулы там. В конце концов, это ирландский паб".

Ее "линк" снова подал сигнал. "Это Дарсия. Вы можете наблюдать за мной отсюда, а я буду разговаривать с другим полицейским, пока пройду полквартала. Я думаю, что меня прикроют, если какой-нибудь плохой парень выскочит, и я упаду в обморок от страха ".

Ему пришлось усмехнуться ей, когда он смотрел, как она уходит.

"Даллас".

"Привет. Я надеялся, что мы сможем хорошо заработать на этом напитке ".

"На самом деле, прямо сейчас ... было бы неплохо", - решила она. "Или, скажем, через тридцать? Паб О'Райли", - сказала Ева и дала Дарсии адрес. "Ты можешь добраться сюда?"

"Мне нравится передвигаться по Нью-Йорку".

"Отлично. Слушай, я на самом деле сейчас захожу в это место. У меня встреча с другим полицейским. Ты мог бы оказать мне услугу ".

"Конечно".

"Не подходи к столу, пока я не подам тебе сигнал. Если я этого не сделаю, мне все равно придется немного поработать над этим. Когда я это сделаю, ты можешь подойти. Как будто ты только что вошел и заметил меня - но у нас была назначена встреча ".

"Нет проблем. Ты собираешься сказать мне, почему?"

"На днях".

"Тогда ладно, полчаса".

"Шеф Анджело?" Название заставило Дарсию улыбнуться. "С тобой легче работать, чем я помню".

"Но я ведь не работаю, не так ли?"

Ева убрала свой линк подальше и зашла в O'Riley's.

Из динамиков лилась скрипичная музыка, служившая фоном для разговоров среди толпы, собравшейся выпить после работы. Она знала, что через несколько часов музыканты расположатся в одной из кабинок со своими инструментами, пинтами наготове и наполнят зал яркими барабанами и грустными песнями. Бармены суетились, доставая пинты, разливая по бокалам для толпы, которая неизменно набивалась.

Маленькая рыжеволосая помахала ей рукой, указывая на столик на двоих. Ева помнила ее с тех пор, как она присоединилась к Рорку и паре его деловых партнеров из другого города, которые хотели попробовать ирландский паб в нью-йоркском стиле.

"Принести вам что-нибудь выпить, лейтенант?" - спросила рыжеволосая и поставила поднос на бедро.

"Пока нет, спасибо".

"Просто дай мне знак, когда будешь готов".

Ева села спиной к стене, оглядела посетителей. Коллеги заканчивают, несколько туристов, парень, делающий все возможное, чтобы приударить за парой двадцатилетних с чем-то, которые водили его за нос.

Полицейский не появлялся на ее радаре.

И вошла Рене.

Она сменила свой силовой костюм на маленький черный номер, который демонстрировал ее тело, оставляя обнаженными загорелые руки. Она сочетала его с ярко-красными каблуками, чтобы ее пальцы, выкрашенные в тот же цвет, могли играть в прятки, и оставила свой светлый дождь распущенным. Сложная серия сверкающих звеньев на ее шее удерживала круглую красную подвеску.

Ева отметила, что она провела собственное сканирование, медленный осмотр с глазами, умело затененными и размытыми. Затем послал Еве дружелюбную улыбку, когда она шла к столу.

Ей нравится знать, что она привлекла внимание, подумала Ева, что мужчины разглядывают ее, а женщины интересуются, кто она такая.

"Спасибо, что встретились со мной". Рене скользнула на свой стул. "Надеюсь, я не опоздал".

"Нет".

"Ты часто сюда приходишь? Это выглядит как милое, дружелюбное место. Непритязательный. Бар для рабочих".

Еве стало интересно, какой могла бы быть реакция, если бы она назначила встречу в непристойном месте. "Время от времени", - сказала она и поймала взгляд официантки. "Хороший наряд", - прокомментировала она. "Тебе не обязательно было наряжаться для меня".

"Вообще-то, я встречаюсь со своими родителями за ужином позже. Ты -"

Она замолчала, когда рыжеволосая подошла к столу. "Что я могу вам предложить, дамы?"

"Пепси со льдом", - сказала ей Ева.

"О, давай, Даллас, поживи немного". С яркой, сияющей улыбкой Рене отбросила назад волосы. "Мы не на службе, не так ли? И я покупаю".

"Пепси", - повторила Ева, - со льдом".

"Ну, я не при исполнении. Я буду мартини с водкой, неразбавленный, с двумя оливками."

"Я принесу это прямо к вам". Официантка поставила на стол миску с крендельками на закуску, затем пошла делать заказ.

"Я собирался спросить, встречались ли вы когда-нибудь с моим отцом".

"Формально нет".

"Когда-нибудь мне придется вас познакомить. Я уверена, вы бы понравились друг другу." Рене взяла крендель из миски, разломила его пополам, откусила. "Мы должны поужинать. Ты, твой муж, мой отец и я. Рорк, безусловно, мужчина, с которым я хотела бы встретиться ".

"Почему?"

"Как и у моего отца, у него прочная репутация и, похоже, дар командовать. Он должен был бы, чтобы достичь своего уровня успеха. Должно быть, это захватывающе - быть замужем за человеком, обладающим такой властью, со столькими разнообразными... интересами. Я слышал, ты отдыхал в Европе этим летом ".

"Ты хочешь поговорить о моих летних каникулах?"

"Я не вижу никаких причин, по которым мы с тобой не можем быть дружелюбны, не так ли?"

"Тебе нужен список?"

Рене вздохнула, откинулась на спинку стула и продолжила откусывать крошечный кусочек кренделя. "Мы действительно начали не с той ноги, и я готов взять на себя ответственность за многое из этого. Я был расстроен из-за Кинера, и я признаю, что он был территориальным. Итак, мы столкнулись лбами, когда было бы эффективнее и, безусловно, продуктивнее работать в тандеме ".

Она снова сделала паузу, когда официантка вернулась с их напитками. "Что-нибудь еще, что я могу для тебя сделать сейчас?"

"У нас все хорошо", - сказала ей Ева. "Спасибо".

Рене подняла свой бокал. "Почему бы нам не выпить за новое начало?"

Ева оставила свой стакан там, где он был. "Почему бы тебе не дать определение новому началу?"

Устроившись поудобнее, Вебстер наблюдал за обменом репликами. "Она надирает задницу Рене".

"Она хороша в этом", - согласился Рорк. "Она заведет ее. Чем больше Ева отвергает увертюры, тем больше Рене будет настаивать ".

"Это хорошая пьеса. Гарнет бьет ее с одной стороны, Даллас блокирует ее с другой. Ты знаешь, что Даллас пытается заставить Рене прийти к ней - натравить на нее Бикса ".

"Я очень хорошо знаю свою жену".

Слабый акцент на моей жене заставил Вебстера засунуть руки в карманы. "Я думал, у нас с тобой все улажено".

"Трудно удержаться от того, чтобы время от времени не уколоть тебя иглой. Посмотри на язык тела там", - указал Рорк. "Ева, ссутулившись, откинулась назад. Бескорыстно. Рене немного наклонилась вперед. Усердно работаю, чтобы вовлечь. Но ее нога постукивает под столом - жесткий ритм. Она в гневе".

Рорк оглянулся и улыбнулся Вебстеру. "Хочешь пива?"

"Да, но пока это не будет сделано, я в деле. Ты иди вперед".

"Ну что ж, мы подождем с этим".

За столом Рене потягивала свой мартини. "Я приношу извинения за то, что не оказал вам полного содействия в деле Кинера. Он долгое время был моим информатором, и хотя я не часто пользовался его услугами в последние несколько лет, у нас была общая история. Я с самого начала чувствовал, что ты отгораживаешься от меня. Я отреагировал на это. У нас с тобой разные стили, Даллас, очевидно. И они столкнулись. Я бы хотел оставить это позади ".

Ева пожала плечами и, наконец, взяла свой бокал. "Мое расследование убийства Кинера может потребовать от вас дополнительной информации, может потребовать от меня допросить членов вашего отделения, которые знали его, имели с ним дело".

"Понял. Но я могу сказать вам, что ни я, ни кто-либо другой в отряде особо не пользовался Кинером. Время от времени он давал мне какую-нибудь мелочь, и я видел, что он получал двадцатку. Но я сохранил его в качестве информатора в основном из сентиментальности. Он использовал больше, чем следовало, и его информация становилась все менее и менее надежной. У него больше не было надежных контактов ".

"Тогда почему кто-то убил его и приложил столько усилий, чтобы инсценировать это как передозировку?"

"Я не могу ответить на это. Надеюсь, у вашего собственного информатора есть какая-то информация, которая подскажет вам несколько строк там. Я прошу, чтобы мы сотрудничали друг с другом в этом. Я дам вам все, что смогу, чтобы помочь вашему расследованию. Я хочу быть в курсе. Я хочу знать, что у тебя есть ".

"Я скопирую тебе все данные, которые сочту подходящими".

"Это начало". Очевидно, довольная этим, Рене изобразила серьезность. "Теперь о моем детективе. Даллас, я хочу, чтобы ты понял, когда Бикс и Гарнет потерпели неудачу ... это было просто неподходящее время. Если бы они знали, что он мертв, что вы вели расследование, я обещаю вам, они бы пришли к вам с полной информацией ".

"Мне любопытно. Если у Кинера не было надежных контактов, он только скармливал вам мелочь и так далее, почему ваш детектив почувствовал, что у него есть какая-то связь или информация по делу Джиральди? И чувствуешь себя настолько сильным, чтобы незаконно проникнуть в его резиденцию? Я так и не получил ответа на этот вопрос ".

"Они последовали подсказке, и, честно говоря, я думаю, что это было вслепую. Я согласен, что они действовали поспешно, и я говорил с ними обоими об этом. Если бы они сообщили мне, прежде чем последовать совету, я мог бы сказать им, что Кинер мертв. Мы бы избежали всего этого. Я обещаю тебе, что это больше не повторится.

"О Гарнет-"

"Ты не хочешь идти туда".

"Я должна". Рене умоляюще развела руками. "Я его лейтенант. Он был абсолютно и бесповоротно неправ. Этому нет оправдания".

"Хорошо, мы согласны. Тема закрыта ".

"Ты когда-нибудь прогибаешься?" Рене огрызнулась. "Он вышел из себя. Ты был у него перед лицом, и он потерял самообладание. Он вложил много сил в расследование, проделал огромную работу. Он был на грани, и конфронтация с тобой подтолкнула его к этому ".

"Он, черт возьми, чуть не сбил меня с ног", - напомнила ей Ева.

"И это достойно сожаления. У вас есть мое досье, и вы знаете, как он важен для закрытия этого дела. Я прошу вас о небольшом внимании. Я прошу тебя позволить мне дисциплинировать моего собственного мужчину, по-своему. Ты не можешь сказать мне, что кто-то из твоих никогда не огрызался на тебя или другого вышестоящего офицера."

"Если бы один из моих людей повел себя так, как сегодня ваш, я бы сам написал на него. И я бы не стал его оправдывать, а тем более ныть о том, что он нужен для расследования, он, очевидно, слишком взвинчен, чтобы работать эффективно ".

Ева наблюдала, как Дарсия вошла в паб, когда рука Рене сжалась в кулак на столе.

"Ну и дерьмо", - пробормотал Вебстер, когда Дарсия переместилась в зону действия монитора. "Каковы шансы?"

Рорк выгнул бровь, наблюдая за реакцией Вебстера. "Очень привлекательная, не так ли? Знойная брюнетка. Она Дарсия Анджело, шеф полиции Олимпа ".

"Да. Мы встретились".

"Неужели?" Улыбка Рорка медленно расплылась по лицу, когда он сложил два и два к четырем. "Это становится все более и более интересным".

"Христос" - таково было мнение Вебстера. "Я действительно собираюсь захотеть этого пива".

В пабе Дарсия подошла к бару, покачала головой официанту и уселась наблюдать за столом.

"Я беру на себя ответственность", - начала Рене.

"Немного поздновато для этого".

"Черт возьми. Мне действительно нужен Гранат. Ты толкнул. Он оттолкнул. Он был неправ, и он заслужил за это хорошую пощечину. Я дам ему один. Две недели без оплаты после окончания расследования, и ему придется просидеть за столом еще две. Я просто прошу тебя потянуть время ".

Теперь Ева сдвинулась, подалась вперед. "У тебя хватает наглости требовать от меня солидности, когда ты стояла там, ничего не делая, в то время как твой мужчина оскорблял меня, в то время как он угрожал мне, в то время как он ударил меня. И ты хочешь дать ему пощечину за это - когда тебе будет удобно? Ты предлагаешь мне поужинать с отцом, чтобы проложить путь, как будто я сяду и скажу "да, пожалуйста". Твой мужчина - горячая голова, не уважающая власть. Включая твою. Никто не разговаривает со мной так, как сегодня, и не уходит, улыбаясь. Если бы он был моим, он бы получил пинка ".

"Он не твой".

"Именно". Ева пожала плечами, послав тонкий сигнал Дарсии. "Он - твоя проблема".

Тринадцать

"КОМАНДИР НЕ ЕДИНСТВЕННЫЙ, с кем я МОГУ поговорить об этом", - сказала Рене.

"Говори с кем хочешь". Ева добавила, пожав плечами и скучающе взглянув на свои часы. "Гарнет заслужил разрыв. Оно остается. Привет, Дарсия."

"Даллас". Дарсия остановилась у стола, сияя улыбкой. "Извините, я рано? Я перебиваю."

"Нет, ты пришел как раз вовремя. Шеф Анджело, лейтенант Оберман. С лейтенантом и мной покончено".

"На данный момент". Ее ярость была ощутима, Рене оттолкнулась от стола. Она повернулась спиной, не обращая внимания на Дарсию, и выбежала, взмахнув волосами и сердито щелкнув каблуками.

"Боже мой, боже мой". Проследив за драмой ухода, Дарсия повернулась обратно к Еве, захлопав ресницами. "Я что-то сказал?"

"Нет, это за мой счет - и, по-видимому, за счет ее напитка. Присаживайтесь. Дай мне секунду". Ева достала свой ком, отметила Фини. "Она вернется к тебе. Возможно, вы захотите уменьшить громкость на несколько ступеней, избавьте свои уши от шума."

"Принято".

Ева снова спрятала свой коммуникатор, улыбнулась, сказала: "Итак".

"Действительно так. Ты очень разозлил ее, а затем добавил немного шика, заставив ее думать, что у тебя двойной заказ ".

"Последнее было просто капризом судьбы, когда ты связался по поводу выпивки".

"И она даже не закончила свою".

"Да, давайте позаботимся об этом". Ева начала подавать сигнал официантке, заметила Рорка и Вебстера, выходящих из кафе. "Я думаю, нам нужен стол побольше".

"О?" Дарсия оглянулась через плечо. "О", - сказала она снова, но с каким-то мурлыканьем, от которого антенны Евы затрепетали. "Рорк". Она протянула руку. "Разве это не весело? Детектив."

"Вождь".

Ева перевела взгляд с Вебстера на Дарсию и обратно. На этот раз она сказала: "О".

"У них есть для нас столик побольше", - объявил Рорк с блеском в глазах человека, предвкушающего интересное времяпрепровождение. "Ты можешь взять это пиво, Вебстер, если ты настроен на это, но я думаю, что это требует бутылки вина, которую я взял на себя смелость заказать".

"Я бы с удовольствием". Дарсия встала, повернувшись к Вебстеру. "Давайте посмотрим, лейтенант полиции Нью-Йорка, находящийся под наблюдением EDD, и IAB на месте происшествия. Похоже, капризы судьбы заставили меня прийти по какому-то вашему официальному делу. Я надеюсь, что это не проблема ".

"Нет. Нет проблем". Он отодвинул ее стул за столом на четверых.

"Нам понравилось шоу", - прокомментировал Рорк, сидя рядом с Евой.

"Я появился только в финале, но я верю, что следую сюжетной линии. Вы подозреваете этого лейтенанта Обермана в чем-то - и поскольку Даллас замешан, что-то должно включать убийство." Она склонила голову набок. "Я бы проголосовал за мертвого наркомана. Поскольку Дон здесь, это также предполагает внутреннее расследование ".

Не, подумала Ева. Христос.

"Мы не можем по-настоящему вникать в это", - сказала ей Ева.

"Понял. Но, очевидно, она нам не нравится. Хотя мне действительно понравились ее туфли. Кстати, я купила три пары в том сказочном маленьком бутике, в который ты меня вчера отправил, Даллас."

"Почему?" Ева наклонилась вперед. "Искренне. Я всегда хотел знать, почему кто-то покупает несколько пар обуви одновременно."

"Если мне придется это объяснять, радость потеряна".

"И как ты провел сегодняшний день?" - Спросил ее Рорк, когда официантка принесла на стол четыре бокала и бутылку красного.

"Шоппинг-я не могу остановиться - и я провела замечательные два часа в музее Метрополитен. Был поздний обед." Она улыбнулась Вебстеру, когда сказала это.

Горячий луч улыбки, подумала Ева. Как тропическое солнце.

Рорк попробовал вино, одобрил. "Планы на вечер?"

"Театр. Мой первый бродвейский мюзикл. Я с нетерпением жду этого. За все это, - добавила она, затем подняла бокал с вином. "Поскольку мы собираемся насладиться этим прекрасным вином, я полагаю, оба лейтенанта не при исполнении".

"Похоже на то", - пробормотала Ева. "На данный момент".

"Хорошо". Дарсия наклонилась, наклонилась и поцеловала Вебстера - легко, нежно, как тропическое солнце сквозь пальмовые листья. "Привет".

Он ухмыльнулся как идиот - по мнению Евы. "Привет".

Ева провела рукой по волосам. "Это просто странно".

"Я думаю, это восхитительно". Рорк поднял свой бокал. "За новых друзей".

Рорк сел за руль, чтобы ехать домой. "Ты дуешься, дорогая?"

"Я не дуюсь. Я думаю. У меня много чего на уме". Дуется, подумала она. Что за чушь. И, кстати, о черепках. "О чем, черт возьми, они думают, затевая это? Они даже не живут на одной планете".

"Любовь находит способ".

"Любовь? Господи, они встретились пять минут назад."

"Немного дольше, чем это, очевидно".

"Как день. И теперь у всех у них блестят глаза, они поздно обедают, собираются в театр, и если они еще не трахнули друг друга, это главное блюдо в меню после театра ".

Он с трудом подавил смешок и послал ей псевдосочувствующий взгляд. "Ты немного ревнуешь, не так ли, наблюдая, как прежнее пламя разгорается для кого-то другого?"

"Я не ревную! Во мне не было никакого пламени. В нем было пламя, а я никогда не хотел, чтобы в нем было хоть какое-то пламя. Ты чертовски хорошо знаешь, что я не- " Она замолчала, и звук, который она издала, был почти рычанием. "Ты сделал это нарочно, чтобы подставить мне подножку".

"Неотразимый. Я подумал, что они прекрасно смотрелись вместе - и были счастливы ".

"Беззаботный, не в этом дело. Мне нужно, чтобы Вебстер сосредоточился. Все это дело развалится, и скоро. И он занят тем, что влюбляется в кого-то - в кого-то совершенно неподходящего, учитывая их ситуацию ".

"Ах, это возвращает меня в прошлое".

"Что?"

"Как два других человека, которых можно было бы считать совершенно неподходящими друг другу, учитывая их ситуацию, полюбили друг друга, когда вам нужно было сосредоточиться на сложном расследовании".

Теперь он взял ее руку, поднес к своим губам. "Любовь нашла способ. И справедливость восторжествовала".

С ним было трудно спорить - и старый резерв, который был другим, звучал глупо даже в ее голове. "Ты должен думать, что это странно".

"Я думаю, возможности часто приходят неожиданно, и то, что вы делаете с ними, насколько вы готовы рисковать ради них, может изменить вашу жизнь и сделать ее лучше, чем вы когда-либо могли себе представить. Ты изменил мое".

"Это не о нас".

"Если бы ты следовал логике, гриха, если бы ты следовал той части своего разума, которая говорила "нет", это неуместно и невозможно, ты бы никогда не впустил меня".

"Ты бы вломился", - пробормотала она.

"Я бы, да, сходил по тебе с ума с первого мгновения. Но мне интересно, было бы так, как между тобой и мной, если бы ты закрыл свое сердце и слушал только свой разум ".

Он снова поцеловал ее руку, повернув ладонь к своим губам.

"Мы нашли друг друга. Мы узнали друг друга - наши две потерянные души, - когда логика говорит, что мы не должны были этого делать. Выбор, который мы однажды сделали, привел нас сюда ".

И здесь, даже сейчас, подумала она, его прикосновение, звук его голоса могли превратить ее внутренности в желе.

"Они оба мне нравятся. И ладно, может быть, у меня есть небольшая доля вины перед Вебстером, потому что я не видел этого проклятого пламени, пока он практически не опалил меня им, а ты последовал за этим, надрав ему задницу ".

"Ах, хорошие времена".

Она подняла глаза к потолку и действительно попыталась не улыбнуться. "Дело в том, что я не вижу, как это может сработать. Если бы они просто хотели потрахаться, повеселиться на каникулах, прекрасно. Но это не то, на что я смотрел через стол ".

"А кто не наслаждается праздничным возгласом? И нет, это не то, что это такое - или в этом нет его потенциала. Они взрослые, Ева, и они разберутся с этим, так или иначе. Тем временем я наслаждался нашей маленькой интерлюдией - и наблюдал, как они наслаждаются друг другом ".

"И теперь он уходит смотреть, как люди поют и танцуют, а я возвращаюсь к работе".

"Ты думаешь, он пренебрегает своими обязанностями?"

"Нет". Она глубоко вздохнула. "Нет, я знаю, что он на высоте. И я знаю, когда я раздражаюсь ".

Он повернул к дому. "Поможет ли вам, если я расскажу вам, как очень забавно - даже возбуждающе - для меня было наблюдать, как вы метафорически превращаете Рене в дымящуюся пыль под мелодию "Виски в банке".

"Может быть. Это было весело ". Она пожала плечами. "Это было приятно. Веселее, больше удовлетворения, когда это перестает быть метафорой, но чертовски занимательно ".

"И возбуждающий?"

Она одарила его быстрой, дерзкой усмешкой. "Возможно".

Они вышли из машины, и он поймал ее за руку, прежде чем она смогла начать подниматься по ступенькам. "Пойдем со мной".

"Нет, ты не понимаешь. Я должен-"

"Прогуляйся со мной этим ярким летним вечером. Любовь витает в воздухе, лейтенант."

"Ты имеешь в виду, что наблюдение за тем, как я веду себя как стерва, возбудило тебя".

"Это произошло. О, это произошло ". Он легко коснулся ее руки своей. "Когда мы войдем внутрь, мы будем работать. Но только сейчас? Наконец-то подул легкий ветерок, и он колышется в садах, и женщина, которую я люблю, держит свою руку в моей ".

Он сорвал цветок с куста - она не смогла бы назвать его - и заправил ей за ухо.

Это было не глупо, а мило. Поэтому она оставила это там и пошла с ним.

Они на мгновение остановились у молодого вишневого дерева, которое она помогла ему посадить в память о его матери.

"Выглядит неплохо", - прокомментировала она.

"Это так. Сильный и здоровый. И следующей весной оно снова расцветет - мы будем наблюдать, как оно снова расцветает, ты и я. Это очень много значит".

"Я знаю".

"Она думает, что ты вышла за меня ради власти", - сказал он, когда они шли дальше. "Рене. Поскольку это то, что она бы сделала. Власть и деньги для нее - одно и то же ".

"Она неправа. Я женился на тебе ради секса".

Он ухмыльнулся. "Я настолько уверен в этом, что усердно работаю, чтобы выполнить свою часть этого".

Они забрели в небольшой фруктовый сад, где росло около дюжины деревьев с тяжелыми от персиков ветвями.

"Соммерсет действительно использует это для приготовления пирога?"

"Он традиционалист". Рорк отыскал тот, который выглядел спелым, вытащил его. "Попробуй".

"Это хорошо. Мило", - сказала она, когда закончила.

"Он хочет добавить несколько вишневых деревьев".

"Я люблю вишневый пирог".

Рорк рассмеялся, откусил кусочек персика, когда она предложила. "Я дам ему ход".

Пахло летом, спелыми фруктами и цветами, и зеленой, зеленой травой. Прогулка в тепле и аромате, ее рука в его руке напомнили ей, что у нее было то, чему она завидовала в детстве Рене.

У нее была своя норма.

"Видишь вон то место?" Рорк указал на сверкающий зеленый рулет. "Я поиграл с идеей создания небольшого пруда. Совсем маленький, может быть, шести футов в диаметре. Водяные лилии и ивы".

"Хорошо".

"Нет". Он провел рукой по ее спине. "Что ты думаешь? Тебе бы это понравилось? Это твой дом, Ева ".

Она изучала пространство - думала, что оно и так прекрасно. Ей было не так легко представить маленькие пруды и водяные лилии, как ему. "С этими странными рыбами внутри?"

"Ты имеешь в виду карпа. Мы могли бы, да ".

"Они немного жутковатые, но интересные". Теперь она смотрела на него. "Ты остаешься дома больше, чем раньше. Не путешествуй так много, как раньше. Вероятно, вам было бы проще разобраться с некоторыми вещами на месте - где бы то ни было, - но вы не делаете этого, если только не вынуждены. "

"У меня больше причин быть дома, чем когда-то было. Я рад этому. Я радуюсь этому каждый день".

"Я изменил твою жизнь". Она посмотрела на персик, который они разделили. "Ты изменил мое. Я рад этому". И возвращаюсь назад, в его глаза. "Каждый день я рад этому. Я бы хотел небольшой пруд и, может быть, что-нибудь, на чем можно посидеть, чтобы мы могли наблюдать за жуткими, интересными рыбками ".

"Это бы меня очень устроило".

Она обвила руками его шею, прижалась щекой к его. Любовь находит способ, подумала она.

"Я не следовала логике", - пробормотала она. "Даже когда я говорил себе, что это неуместно, это было невозможно. Я не мог. Все внутри меня нуждалось в тебе, как в дыхании. Что бы я ни говорил себе, я должен был дышать. Меня любили раньше. Вебстер думал, что сделал это, даже если я не осознавал этого, даже если я не мог вернуть это. И у меня была любовь другого рода с Мэвис, с Фини. Я любил их. У меня было достаточно сил для этого, и я могу оглянуться назад на то, кем я был, и быть благодарным, что я это сделал ".

Она закрыла глаза, привлекая его к себе. Как дыхание. "Но я не знал, как много там было, что там могло быть. Кем я мог быть до тебя.

"До тебя не было никого, с кем я хотел бы гулять. Никто, с кем я хотел бы посидеть у маленького пруда. Никто, " повторила она снова, отстраняясь, чтобы посмотреть ему в лицо, " до тебя.

Он нежно завладел ее губами, позволяя им обоим утонуть в поцелуе, в этом моменте. В нежность.

Сладкое, как персик, который выкатился у нее из рук, когда они опускались на землю - и тихое, как воздух, который шептал вокруг них ароматами созревших персиков, летних цветов, зеленой-зеленой травы.

Она положила руку на его щеку, проводя вниз по сильной линии его подбородка. Его лицо, подумала она, такое дорогое для нее. Каждый взгляд, каждая усмешка, каждый хмурый взгляд. Когда она впервые увидела это, что-то изменилось в ней. И все, что она закрывала, возможно, чтобы дожить до этого момента, начало пробиваться наружу.

Любовь мерцала в ней, и радость последовала за ней.

Она отдавала, предлагая ему свое сердце, свое тело, двигаясь с ним так же элегантно, как в вальсе. Сегодня не воин, подумал он, а всего лишь женщина. Та, с цветком в волосах и сердцем, которое она предложила, в ее глазах.

И эта женщина растрогала его, невыносимо.

"A grha" . Его губы блуждали по ее лицу, в то время как слова, которые он бормотал, проходили через его собственное сердце, через его кровь, на ирландском. Глупые слова, нежные слова, которые она бы не поняла, а только почувствовала.

"Да", - сказала она, когда их губы снова встретились. "Да. И ты мой".

Она прикоснулась к нему, сдвинув его пиджак в сторону, ослабив галстук. И улыбнулся. "Всегда так много одежды".

Он также снял с нее куртку, отстегнул ремень безопасности с оружием. "Всегда вооружен".

"Разоружи меня". В жесте капитуляции она подняла руки над головой.

Он наблюдал за ней, когда отбросил ее оружие в сторону, когда стянул с нее рубашку, майку через голову и обнажил ее под лучами вечернего солнца.

Смотрела, как его руки скользили по ее коже, как он обхватил ими упругие груди. Она вздохнула от удовольствия, когда ее веки отяжелели. Затем он опустил голову, попробовал ее, насладился ею. Возбудило ее до стонов, когда он провел языком по ее торсу.

Она почувствовала, как эти проворные пальцы расстегнули ее ремень, и ее дыхание участилось от их прикосновения, в предвкушении большего. Он раздевал ее дюйм за дюймом, используя эти проворные пальцы, свои губы, свой язык, чтобы насытить ее ощущениями - медленными, устойчивыми волнами, которые накатывали на нее, проходили сквозь нее, пока она не промокла насквозь.

Ослепленная, ошеломленная, она потянулась к нему, снова нашла его губы своими. Изо всех сил стараясь не торопиться, как и он, она прикоснулась и обнажилась. Она попробовала и насладилась.

Уничтожило его, подумал он. Она уничтожила его. Она всегда могла. Она могла заставить его почувствовать себя слабым, как вода, сильным, как бог, одновременно, и большим мужчиной, чем он когда-либо надеялся быть. С ней это было больше, чем трепет плоти к плоти, больше, чем жар и биение в крови.

Любовь была общим даром.

Когда он вошел в нее, подарок был сладким и нежным. И снова ее рука легла на его щеку. И снова он увидел, как сердце наполнило ее глаза. Наблюдал, пока его собственная не полетела в них.

Она некоторое время лежала тихо, поглаживая его волосы, довольная тем, что остается придавленной его весом.

"Это была действительно приятная прогулка", - сказала она наконец.

"Хорошее, полезное упражнение, ходьба".

Она рассмеялась. "Сейчас я чувствую себя вполне здоровым. Я тоже голоден".

"Там я с тобой". Он расслабился, улыбнулся ей сверху вниз. "Ты выглядишь здоровой, моя дорогая Ева, лежа обнаженной на солнце".

"Если бы ты предположил пару часов назад, что я буду лежать голым на солнце, я бы назвал это чушью собачьей. Но я больше не чувствую себя взбешенным, так что, думаю, это было здорово ".

Она села, потянулась за своим баллоном, затем ее глаза расширились, когда она постучала рукой по проводу, замаскированному между ее грудями. "Я забыл о проводе".

"Что ж, остается надеяться, что это отменено, или мы устроили Фини и / или Макнабу какое-нибудь незапланированное развлечение".

"Это отменяется - я подал сигнал в пабе. Но, Иисус, я не должен забывать, что оно есть ".

"Ты была занята ходьбой", - сказал он, когда она натянула баллон на голову.

"Чертовски хорошо, что я не потребовал пончиков с корицей, пока ты была занята прогулкой со мной".

После того, как они оделись, он взял ее за руку, как делал раньше, слегка покачав ее своей. "Я ожидаю, что ты приготовишь пиццу на ужин".

"Это было бы легко. Мне нужно кое-что раскопать, и мне нужно проверить прогресс Пибоди в ее деле. Плюс ты не сообщил мне последние новости о своих финансах."

"Мы доберемся до этого".

"Проблема?"

Он повернул обратно через сад. "Этого бы не было, если бы ты немного уступил, дал мне возможность взглянуть на это по-своему. У меня есть кое-какая поверхность, но я не могу проникнуть под слои со скованными руками, Ева."

"И если вы воспользуетесь незарегистрированным, у меня будут данные, но я не смогу ими воспользоваться".

"Незарегистрированный упростил бы это".

"Наверное, я не понимал, что ты можешь делать только простое".

Он остановился, бросив на нее прищуренный, разочарованный взгляд. "Я чертовски хорошо знаю, что ты целишься в мое эго, и хорошо сыграл. Я могу сделать это без незарегистрированных. Есть способы, но это все еще мои способы. Если я сделаю это твоим, это может занять недели. Я думаю, вы могли бы доверять мне в том, что я знаю, как далеко я могу зайти и сохранить данные в чистоте. В противном случае, ты должен сделать это сам ".

Она скорчила грубую гримасу за его спиной, когда он открыл дверь. Ребячество, она знала, но это было приятно. "Если я смогу получить доказательства того, что у Рене есть секретные счета, что у Гарнет есть или Бикс, я смогу убедить Вебстера открыть эту часть дела ОВР. У него тоже подрезаны сухожилия ".

"Тогда развяжи нас, черт возьми".

"Ты не должен злиться из-за этого", - сказала она, когда они оба прошли мимо Соммерсета и поднялись по ступенькам.

"Я не коп", - напомнил ей Рорк.

"Предупредите СМИ".

"Берегите себя, лейтенант. Я не коп, - повторил он, - и меня раздражает, когда меня просят творить маленькие чудеса, придерживаясь установленной тобой линии".

Настала ее очередь быть расстроенной и вспыльчивой. "Я много раз его перемещал, и ты это знаешь".

"Так что двигай еще раз".

"Каждый раз, когда я это делаю, я беспокоюсь, что не вспомню, где я это оставил".

"Ты не смог бы забыть это, даже если бы у тебя была амнезия. Добавленное к этому, я знаю где. Я могу не согласиться, но я знаю, к чему ты клонишь, и как далеко ты можешь зайти в этом вопросе и чувствовать, что поступил правильно. Ты должен знать то же самое обо мне ".

Она открыла рот, готовясь нанести ответный удар, затем снова закрыла его. "Я верю", - осознала она. "Думаю, что да. Это ... ситуация. Если бы у меня были данные, я мог бы официально передать их Вебстеру для ОВР. Если бы ОВР могло официально начать расследование, они бы нашли эти чертовы данные. Я пытаюсь найти путь между, и то, что я слышу, это то, что вы не можете получить это с тем, как я это устроил. Я не понимаю почему, но -"

"Я, черт возьми, могу это сделать".

В его глазах вспыхнула обида. Не просто оскорбление, решила она. Оскорбление выродка.

"Но это займет больше времени - значительного времени". Он приподнял брови, его голос был холодно-приятным. "Хотите, я объясню все технические причины, препятствия, предохранители и так далее, почему?"

"На самом деле, нет. Я не понимаю, почему, " снова начала она, " но если ты говоришь мне, что не можешь сделать это таким образом своевременно, это не может быть сделано таким образом своевременно. По-моему, " поправила она. "Так сделай это своим. Я имею в виду, не совсем так, как твое. Не незарегистрированный на это, Рорк."

"Я понимаю это. Я буду работать так близко к вашей линии, как только смогу. Все в порядке?"

"Да".

Он покачался на каблуках, изучая ее. "Это была быстрая размолвка".

"Наверное, потому что все еще есть немного сексуального тумана".

"Ты не ошибешься. Начинайте копать. Я возьму пиццу ".

Сначала она подошла к своей доске, обвела ее, изучила. Она переставила пару фотографий, веером рассыпавшихся от Рене, склонила голову набок и задумалась.

"Мне нужно выйти", - сказала она ему, когда он вернулся с блюдом. Она подошла, взяла кусочек пирога. "Ой. Горячо."

Он покачал головой, когда она перекладывала ломтик из руки в руку. "Попробуй это", - предложил он, протягивая ей тарелку. "Куда мы идем?"

"Не мы. Мне нужно поговорить с полицейским - женщиной-полицейским из отряда Рене. Вероятность того, что она замешана в этом, минимальна. Рене не работает с женщинами. Она запугивает или устраняет".

"Ей не удалось запугать тебя".

"Да, и это выводит ее из себя. Она столкнется с чем-то большим, когда ей не повезет устранить меня. Сильный, детектив Лайла", - сказала ему Ева. "У меня было предчувствие относительно нее, когда я впервые вошел в ту комнату отдела, и мне нужно следовать своей интуиции в отношении нее. И это должно быть один на один ".

"Ты мог бы пометить Пибоди, а не действовать в одиночку".

"Тогда это объединение. Я не хочу запугивать ее - в основном потому, что это не сработало бы, если бы я не приложил к этому много усилий. Что мне нужно сделать, так это дать ей шанс. Это даст тебе время поиграть в свои дурацкие игры без того, чтобы я доставал тебя ".

"Это есть. Ты включишь свой провод ".

"Да. Все записано. Она новенькая, - размышляла Ева, - но через шесть месяцев, если она хоть какой-то коп, она поймет или почувствует, что что-то не так. Я собираюсь дать ей шанс и причину поговорить об этом ".

"А если она не воспользуется этим шансом?"

"Я потратил впустую некоторое время. Но у меня есть предчувствие."

"Тогда лучше следовать ему".

И вернись, подумал он. Для меня.

"Пара часов, максимум", - сказала она. Она быстро поцеловала его, и он мог видеть, что ее мысли уже были о ее приближении, когда она уходила.

Он постоял мгновение, изучая лучшую часть пиццы, и поиграл с пуговицей, которую всегда носил в кармане. Доверие, напомнил он себе, было улицей с двусторонним движением. Чтобы он доверил ей делать ее работу, ее способом. И он пошел бы делать то, за что согласился взяться, в своем.

Ева добралась до хвоста менее чем за пять кварталов.

Они, конечно, были немного неаккуратны, но у нее было преимущество в виде превосходной системы камер, встроенной в автомобиль, который Рорк спроектировал для нее.

Хвост использовала стандартную чехарду из двух транспортных средств, которая сказала ей две вещи. Во-первых, она беспокоила - или просто разозлила - Рене настолько, что женщина приказала двум мужчинам сесть на нее. И, во-вторых, Рене не была настолько обеспокоена или разозлена, чтобы делегировать более эффективную тень.

Ева включила свой диктофон. "У меня есть хвост, двухточечное отключение. Проблемы обоих департаментов - ради Бога, они что, считают меня идиотом?"

Действительно, это было немного оскорбительно.

Она зачитала марки, модели, лицензии, затем приказала своим камерам увеличить каждую для документирования, прежде чем запросить стандартный запуск оператора.

Автомобиль, который в настоящее время находится в двух кварталах позади нее, был приписан к детективу Фримену. Тот, кто пронесся мимо нее, чтобы обогнуть квартал и снова зайти в тыл, был назначен детективом Айвеном Манфордом.

"Мы добавим тебя в список, Иван. А теперь давайте поиграем".

Она свернула на Пятую, продолжила движение в центр, намеренно попадая в небольшой узел движения. Она инсценировала пару попыток прорваться, наблюдая, как мимо проезжает машина Фримена. Рассчитав время, она протиснулась между Быстрым такси и сверкающим лимузином, пронеслась мимо и проскочила на красный свет.

Она знала, что Манфорд передаст ее Фримену, пока тот не сможет вернуться на позицию. Но это было бы проблемой, поскольку Фримен свернул на запад. Ева нажала на вертикаль, пронеслась по переулку и под музыку сердито ревущих клаксонов помчалась на восток, чтобы сыграть свою собственную чехарду, проскочив перед неуклюжим грузовиком, водитель которого показал средний палец.

Она действительно не могла винить его.

Она свернула в центр на Лексе, врезала по нему, наслаждаясь скоростью и случайным вертикальным подъемом, пока снова не направилась на запад, прокладывая себе путь через город.

"Теперь гоняйся за своими собственными хвостами", - пробормотала она и, хотя предпочитала парковаться на улице, остановила свой выбор на завышенной парковке в двух кварталах от здания Стронга.

Она втиснула свой автомобиль между парой громоздких внедорожников, задействовала свою охрану.

Рене, думала она, прогуливаясь теплой летней ночью, была бы очень недовольна.

Район рабочего класса, отметила она, с множеством людей, также вышедших прогуляться или зависающих за одним из крошечных столиков, втиснутых перед крошечными кафе или сэндвич-барами. Мимо с грохотом проезжали машины, направляясь куда-то в другое место. Некоторые магазины оставались открытыми, надеясь привлечь к торговле местных жителей, которые были слишком заняты зарабатыванием на жизнь, чтобы тратить свою зарплату в течение дня.

Она последовала за китайским курьером прямо в здание Стронга, поймав дверь на замахе. Он свернул на втором этаже без лифта, но запах цыпленка ком пао задержался, пока Ева поднималась на третий.

За дверью квартиры Стронга Ева уловила звук, похожий на автомобильную погоню на высокой скорости. Наблюдая за каким-то экраном, она сделала вывод. Укрытый на ночь, индикатор безопасности постоянно горит красным. Она подняла взгляд, заметила темный глаз миникамеры.

Настолько строги были меры безопасности, что, по мнению Евы, детектив была достаточно умна, чтобы охранять свою собственную.

Теперь, она предполагала, что увидит, каким копом оказалась Лайла Стронг.

Она подняла кулак и постучала.

Четырнадцать

ОНА УСЛЫШАЛА ТЯВКАНЬЕ, ПОХОЖЕЕ на тявканье маленького клыка, затем лязг засова, щелчок открывающихся замков.

Человек, открывший дверь, был большим -большой игрок в мяч на Арене - с массивными плечами, ногами как ствол дерева и бицепсами каменщика.

Он дружелюбно улыбнулся ей, когда встал, загораживая своим телом весь дверной проем.

"Привет. Что я могу для тебя сделать?"

"Я ищу детектива Стронга". Она перевела взгляд вниз, на паффболла с зубами, танцующего у его ног. "Лейтенант Даллас, полиция Нью-Йорка".

"Она не кусается", - сказал он. "Она просто хочет, чтобы ты думал, что она жестокая". Наклонившись, он сгреб шарик в ладонь и издал успокаивающий звук. "Лайла! Полицейский у двери".

"Да? Какой полицейский?"

Стронг оглядела мужскую массу, и ее брови удивленно приподнялись. "Лейтенант Даллас".

"Детектив. Могу я войти?"

"Ах, конечно ..." Явно застигнутый врасплох, Стронг оглядел комнату так, как это делают люди, когда неожиданная компания заставляет их задуматься о том, какой большой беспорядок у них вокруг.

В случае Стронга оно было минимальным в просто обставленной гостиной, созданной для комфорта.

"Тик, это лейтенант Даллас, отдел убийств, из Центрального. Тик Уэндалл".

Тик протянул руку размером с мясное блюдо, и то, как осторожно он взял ее руку, заставило ее подумать о Леонардо Мэвис. Большие мужчины с мягкими манерами.

"Приятно познакомиться".

"То же самое. Извините, что прерываю ваш вечер. Детектив, я хотел бы поговорить с вами несколько минут."

"Почему бы мне не предоставить вам, леди, комнату, - начал Тик, - и не вывести Рапунцель на прогулку?"

При слове "гуляй" собака дернулась в захвате Тика и сделала все возможное, чтобы содрать кожу с его лица. Он отпустил собаку. "Возьми свой поводок, девочка".

По команде крошечная собачка умчалась в буре восторга.

"Спасибо, Тик".

"Нет проблем". Он достал пакет с кормом из коробки возле двери, и когда собака вернулась с ярко-розовым поводком, зажатым в крошечных зубах, он пристегнул его к ее украшенному драгоценными камнями ошейнику.

"Скоро вернусь", - сказал он Стронгу и поцеловал ее так, что Ева поняла: они были вместе достаточно долго, чтобы быть случайными.

Ева подождала, пока за ними не закрылась дверь. "У вас есть собака по кличке Рапунцель, которая размером с упитанную крысу?"

"Собака у Тика. Она вся покрыта волосами, так что она Рапунцель. Он берет ее с собой повсюду - даже на работу ".

"Что он сделал?"

"Он юрист - налоговый поверенный".

"Я представлял его Мячом на Арене, вспахивающим поле".

"Тику не хватает инстинкта убийцы. Самый милый мужчина, которого я встречала за всю свою жизнь, и я не думаю, что ты пришел сюда говорить о моем парне ".

"Нет. Мы можем сесть?"

"Хорошо". Стронг выключил экран, указал на стул. "Тик готовит немного домашнего пива", - сказала она, кивая на бутылки на кофейном столике. "Ты хочешь одного?"

"Не сказала бы "нет"", - сказала ей Ева, зная, что пара коротких коктейлей указывает на то, что визит не был официальным.

Она заняла свое место, затем предложила бутылку Крепкого. Она сделала глоток. "Хорошо. Гладко."

"У него есть сноровка". Стронг опустился на диван, но не расслабился. "Чего вы добиваетесь, лейтенант?"

"Вы знаете, я расследую убийство, которое пересекается с вашим отделением".

"Это не секрет".

"Ты когда-нибудь встречал мою жертву? Острее?"

"Никогда не имел удовольствия".

"Команда дала ему пространство, потому что он был пронырой босса?"

"Возможно". Стронг глотнул пива. "Лично у меня никогда не было причин будить его".

"Сейчас ты в основном сидишь за письменным столом".

Ее лицо оставалось абсолютно нейтральным. "Много работы делается за письменным столом".

"Это может. Вы уличный коп, детектив, и ваш предыдущий послужной список на улице солидный. Это заставляет меня задуматься, почему ваш лейтенант поручил вам следить за ситуацией и писать отчеты."

"Тебе придется спросить ее".

"Я спрашиваю тебя".

Стронг покачала головой. "Если ты думаешь, что я буду ныть и скулить по поводу моего лейтенанта, ты будешь разочарован. Также не секрет, сэр, что вы с Оберманом бодаетесь лбами. Хочешь блюдо? Я этому не служу".

"Тебе не нравится, как она руководит отрядом. Тебе не нужно ничего говорить ". Ева небрежно махнула бутылкой с пивом. "Я просто излагаю свои личные наблюдения. Тебе не нравится сидеть за столом, когда ты чертовски хорошо знаешь, что принес бы больше пользы на улице. Вы думаете, что это чушь собачья - костюмы и галстуки, блестящие ботинки - и тон команды, который всегда отражает босса, исключает какую-либо индивидуальность, какое-либо чувство партнерства. Вам не нравятся закрытые собрания за ставнями, или ее ежедневный парад мод, или тот факт, что она ведет себя как генеральный директор, а не полицейский. Это не команда, это ее личное королевство - и ее следующая ступенька к капитанским планкам ".

Когда Стронг ничего не сказал, Ева кивнула и откинулась на спинку стула. "Я знаю кое-что еще. Если бы другой коп ударил меня подобным образом одному из моих людей, в моем подразделении не нашлось бы ни одного, кто сидел бы там и ничего не говорил ".

Стронг пожал плечами. "Держу пари, в городе есть целая куча людей, которым не особенно нравится их босс".

"Нравится" не значит "хуй". Уважение имеет значение, а ты не уважаешь ее. Оказывать ей уважение, - продолжила Ева, - это не то же самое, что чувствовать это. Она знает, что ты этого не делаешь. Это только одна из причин, по которой твои оценки снизились с тех пор, как ты присоединился к отряду."

Первые признаки гнева пробежали по лицу Лайлы. "Откуда ты знаешь о моих оценках?"

"Я много чего знаю. Я знаю, что Оберман не просто паршивый полицейский. Я знаю, что она грязная".

Стронг покачала головой, свирепо глядя через комнату.

"Твоя интуиция говорит тебе то же самое", - продолжила Ева. "Ты слишком хорош, чтобы не уловить дуновения. Слишком хорошо, чтобы не удивляться, почему так много взвешиваний происходит на свету ".

"Если бы была проблема с взвешиванием, были бы вопросы по очереди".

"Не тогда, когда у нее есть кто-то, кто прикрывает цифры в собственности, в бухгалтерии. У тебя есть опыт, контакты - ценные. Но кому достаются тяжелые случаи? Бикс? Гранат? Марселл? Манфорд? Манфорд и Фримен пытались проследить за мной здесь сегодня вечером ".

Взгляд Стронга вернулся к Еве.

"Я лучше, чем они", - сказала ей Ева. "Не беспокойся. Они пытались, потому что ранее сегодня Оберман наконец понял, что я не собираюсь играть в мяч. Отгородиться от меня не сработало. Она должна подумать о том, чтобы закрыть меня, должна выяснить, куда я иду и почему я туда иду ".

Ева достала свой PPC, вызвала файл - затем передала его Стронгу. "Это моя жертва".

Лайла изучала снимок с места преступления. "Это плохой конец".

"Бикс прикончил его по приказу Обермана".

С некоторой силой Лайла пихнула КПП обратно в Еву, поднялась на ноги, чтобы отойти. "Черт возьми. Черт возьми."

"Я знаю это как факт. У меня есть свидетель, который слышал, как Оберман говорил Гарнет именно это, который слышал, как она обсуждала бизнес, грязные деньги ".

"Черт, черт, черт". Лайла оперлась руками на узкую кухонную стойку, которая отделяла жилое пространство от кухоньки.

"Она годами создавала свою организацию". Ева тоже воскресла. "Использование имени ее отца, секс, подкуп, угрозы, коварство - чего бы это ни стоило. Включая убийство других полицейских ".

При этом заявлении лицо Лайлы стало пустым.

"Не она сама - я не знаю, хватит ли у нее духу на это. Бикс, похоже, ее главное оружие. Но у нее есть другие. Марселл и Фримен убили старого партнера Марселла. Детектив Гарольд Страмб. Я пытаюсь доказать, что она также была ответственна за смерть детектива Гейл Девин, которая недолго служила под ее началом. Послужной список Девин, ее стиль - очень похож на ваш. Если она не может отсеять копов, которые ей бесполезны, или которые начинают присматриваться слишком пристально, она устраняет их ".

"Ты не можешь ничего из этого доказать". У Лайлы перехватило горло, когда она сглотнула. "Если бы ты мог, она была бы сейчас в клетке".

"Я докажу это. Рассчитывай на это. Ты не с ней, детектив. Я не ошибаюсь на этот счет. У нее подразделение из двенадцати человек. Гарнет, Бикс, Фримен, Марселл, Палмер, Мэнфорд, Арман. Это семеро из двенадцати, которых я знаю или чертовски близок к тому, чтобы знать, которые берут - и хуже - с ней. Я отправил тебя на другую сторону. Что насчет остальных четырех?"

"Ты хочешь, чтобы я выставил свою команду сутенером, мой босс?"

"Сколько еще копов должно умереть, прежде чем кто-нибудь встанет и прикончит ее?" Теперь ярость прорвалась наружу, ее невозможно было сдержать. "Ты знаешь, что она грязная, Лайла. Ты был разгорячен, когда я сказал это, но ты не был удивлен ".

"Я ничего не могу доказать. Нет, мне не нравится, как она руководит отрядом. Есть многое, что мне не нравится. Но я усердно работал, чтобы попасть в Central. Это то, где я хочу работать. Еще через шесть месяцев я собираюсь подать заявление о переводе в другой отряд. Если я сделаю это сейчас, похоже, я не выдержу ".

Лайла взяла свой напиток, протерла охлажденной бутылкой лоб, как будто хотела остудить его. "Я хочу выполнить работу. Мне нужно вернуться и выполнить работу, чтобы я знал, что важно, встану ли я утром. Она дает мне несколько замечаний в моих оценках, я могу это вынести. Я могу сидеть за письменным столом год, если буду знать, что в конце его я вернусь к тому, чему меня учили. Кто будет работать со мной, лейтенант? Кто будет доверять мне, если я предам себя?"

"Хорошо. Я ценю потраченное время ".

"И это все?" Потребовала Лайла. "Ты приходишь сюда, возлагаешь все это на меня, тогда ты ценишь время".

"Я не собираюсь пытаться уговорить тебя на то, что противоречит твоим инстинктам. Моя привела меня сюда. Если они ошибаются, и все, что я здесь сказал, дойдет до Обермана, я буду знать, откуда это взялось. В остальном у меня с тобой нет проблем. Возможно, я не согласен с вашей позицией, детектив, но я это понимаю. Я ни черта не могу тебе обещать. Я не могу сказать вам, что если вы будете сотрудничать здесь, все будет в розах, когда это будет сделано. Я не могу обещать, что другие копы похлопают тебя по спине ".

"Мне насрать на это".

"Да, это так. Мы все это делаем. Потому что, если мы не можем рассчитывать друг на друга, мы не можем рассчитывать ни на кого и ни на что. И одно это делает Рене Оберман худшей из худших.

"Спасибо за напиток".

"Ассертон тут ни при чем".

Ева остановилась у двери, обернулась. "Почему?"

"Она дает ему в основном дерьмовые задания - это больше, чем она обычно дает мне. Заставляет его много пиариться в школах, изображая дружелюбие к офицерам. Он уличный полицейский. Он переживает это. Его жена родила ребенка несколько месяцев назад, и задания, часы работы облегчают работу. Но у него начинается зуд. Я знаю, что он думает о переводе из отряда в нелегалы.

"Он тайком приносит фотографии своего ребенка, чтобы показать мне. Он ненавидит Обермана до глубины души".

"Хорошо".

"Если Манфорд в деле, то и Тулис тоже". Вздохнув, Лайла прижала пальцы к виску. "Они практически срослись бедрами. Тулис любит приставать к уличным журналистам, чтобы те давали ему бесплатные образцы. Он пытался пощупать меня в комнате отдыха ".

"Как скоро он снова сможет использовать свою руку?" Ева задумалась.

Улыбка Лайлы дрогнула, но погасла. "Я ударил его по лицу и немедленно сообщил об инциденте Оберману. В результате Манфорд поклялся, что он тоже был там, а Тьюлис никогда не прикасался ко мне, только рассказал грязную шутку, и я слишком остро отреагировал ".

"Тулис составляет восемь".

"Бринкер спит, пока не получит свою двадцатку. Он ищет частную охрану, чтобы он мог проспать свой путь через это. Я бы сказал, что установка Обермана требует от него слишком больших усилий. Слоан, она держит голову опущенной, а рот закрытым. Она хочет стол. Ей здорово досталось во время ссоры с парой дилеров в прошлом году. Факт в том, лейтенант, что Слоан потеряла живот из-за улицы."

"Это случается", - согласилась Ева.

"Может быть, она знает или подозревает, но я не думаю, что она была бы замешана. Я не думаю, что Оберман стал бы ей доверять ".

"Я согласен. Все это приятно знать".

Лайла села, потерла лицо руками. "Она носит одноразовую ссылку. Однажды я открыл ее дверь, просунул голову внутрь, не дожидаясь ее приглашения, и она была на месте. Она обвинила меня - можно было подумать, что я застал ее за сексом с командиром."

Лайла опустила руки. "Я думаю, она спряталась в своем кабинете".

Интересно, подумала Ева, поскольку она подозревала то же самое. "Почему ты так думаешь?"

"Большую часть времени она держит это место запертым, как крепость. Единственная причина, по которой я мог сунуть голову в тот день, заключалась в том, что Гарнет только что вышла, и она снова не заперла дверь. Эта дверь скорее заперта, чем нет, и жалюзи всегда закрыты. Всегда. Но я думаю, может быть, у нее есть глаза и уши в отделе."

Шторы опущены, чтобы ее не было видно, размышляла Ева, но хочет держать соколиный глаз на своих людях.

"Когда я только перевелась, - сказала ей Лайла, - я получила пару отличных советов. Прежде чем я смог двинуться на них, она свалила на меня дерьмовое задание. Оба раза я говорил ей, что у меня есть что-нибудь горячее, и она приказывала мне передать Гарнет это горячее. Один раз? Возможно. Не дважды.

"Та же сделка для Ассертона", - добавила она. "Она втянула его во что-то дерьмовое как раз тогда, когда он приударил за горячим. Я почти уверен, что комната отдыха тоже прикрыта. Ассертон показал мне фотографию своего ребенка там, сразу после его рождения. Десять минут спустя Оберман вызывает его, чтобы напомнить о своей политике в отношении личных вещей в отделении."

"Будет ли он говорить со мной? Ассертон?"

"Я думаю, что так и будет. Но ... Я знаю, что он поговорит со мной. Иногда мы вместе обедаем. Он единственный в команде, с кем я чувствую связь ".

"Ты будь уверен, абсолютно уверен, прежде чем сделать. Ты не разговариваешь в дежурной части или в Центральном отделе. Вы не общаетесь по "ссылке или электронной почте. Лицом к лицу, где ты можешь быть уверен, что тебя никто не подслушивает ".

"Ты уже понял, что он к этому не причастен. Ты бы не дал мне такого хода только по моей просьбе ".

"Он был моей следующей остановкой, если ты скажешь "нет". Но ты подтвердил мое мнение о нем. Не будь так уверен, что Бринкер спит - он все еще неизвестен для меня. Люди, которые выглядят так, будто они не обращают внимания, часто являются теми, кто таковыми являются ".

"Я бы не поместил его с ней. Я не могу этого видеть ".

"Может, он и не такой", - сказала Ева. "Но он был в отряде почти столько же, сколько она командовала. Никто не продержится так долго, если только они сами в этом не участвуют, или у нее есть для них другое применение. Слоан, она, вероятно, внесет ясность, потому что Оберман не любит работать с женщинами - но мы и туда пока не двигаемся. Слоан получил сильный удар. Сильные удары могут убедить людей согласиться ".

"Ты можешь сказать мне, как далеко ты зашел в этом?"

"Я надеюсь получить доступ к некоторым данным сегодня вечером, самое позднее завтра, которые придадут им серьезный вес - так что вы могли бы подождать еще двадцать четыре, прежде чем обращаться в Ассертон".

"Да, я бы предпочел подождать. Это многое, что нужно преодолеть ". Страдание на ее лице, Лайла прижала руку к животу. "У него новый ребенок. Это могло бы продержаться, возможно, до тех пор, пока ты не наберешь такой серьезный вес ".

"Используй свое лучшее суждение", - сказала ей Ева. "Когда я буду уверен, что у нас есть этот вес, я уведомлю ОВР".

"Ах, черт".

"Они захотят поговорить с тобой".

Лайла закрыла глаза, кивнула. "Я хотел быть полицейским с детства. Мой брат... " Она снова открыла глаза. "Полагаю, вы читали мое досье, так что знаете".

"Да".

"Я хотел этого, и я работал ради этого. Я хотел что-то сделать - возможно, сделать что-то, чтобы чье-то сердце не было разбито чьей-то матери, чья-то сестра не спрашивала себя снова и снова, могла ли она сделать больше, могла ли она остановить это, спасти его ".

Глаза Лайлы наполнились яростью, которая напомнила Еве миссис Очи.

"Каждый раз, когда я беру свой значок, вот почему. Даже если я не думаю об этом, вот почему."

"Почему" - это большая часть того, что делает нас такими полицейскими, какими мы в конечном итоге становимся".

"Возможно". Лайла выдохнула. "Это не то, на что я подписывался, лейтенант. Сидеть сложа руки в грязном отряде - это не то, на что я подписывался ".

"Она эксплуатирует чью-то мать, чью-то сестру, чьего-то брата каждый раз, когда она берет - барахло, деньги - каждый раз, когда она заключает сделку. Я могу обещать вам, детектив, она думает о том, сколько она собирается заработать, каждый гребаный раз, когда берет свой значок ".

"Если я смогу помочь тебе уничтожить ее и остальных вместе с ней, я это сделаю".

"Я прошу вас быть моими глазами и ушами внутри. Смотри, слушай". Ева достала карточку. "Если вам нужно или вы хотите связаться со мной, используйте одноразовую или общедоступную ссылку. Нет смысла рисковать. Там мой личный номер ".

"Лейтенант?" Сказала Лайла, когда Ева открыла дверь. "Я знал - по крайней мере, кое-что из этого. Я знал это нутром, но я ничего не сделал ".

"Теперь это так", - просто сказала Ева и закрыла дверь.

Довольная прогрессом, Ева пошла зигзагообразным путем домой, высматривая тени. Никто не последовал за ней, но когда она приблизилась к воротам, она поняла, что кто-то ждал ее.

Машина пронеслась поперек дороги, прямо на ее пути, и развернулась боком, чтобы заблокировать ворота, когда она нажала на тормоза.

Сначала пришла ярость, но она включила свой диктофон, наблюдая, как Гарнет вылетает со стороны водителя.

Никто с ним, отметила она, используя свои камеры, чтобы убедиться, что другие транспортные средства не предприняли никаких действий, чтобы загнать ее в угол. Она была бы проклята, если бы оказалась в ловушке у ворот собственного дома. Ее собственная норма.

Гарнет хотела еще одной конфронтации? она подумала. Это может оказаться интересным.

Она вылетела из собственного автомобиля.

"Ты не приходишь в мой дом, Гарнет. Сделай себе одолжение. Убирайте свой автомобиль и продолжайте движение ".

"Кем, черт возьми, ты себя возомнил? Ты думаешь, что можешь прийти в мой отряд и помыкать мной? Ты думаешь, что можешь натравить на меня ОВР?"

Значит, Вебстер позволил ему понюхать, подумала Ева. Топливо в огонь, который она разожгла.

"Я думаю, что я твой начальник". Она сказала это хладнокровно, готовясь защититься от того, что, как она видела, было не просто проявлением гнева, а небольшой химической помощью для увеличения скорости.

"Ты ничто. Любой может жениться на деньгах и использовать их для восхождения. Ты просто еще одна шлюха со значком ".

"Я все еще выше тебя по званию, Гарнет. И ты собираешься удвоить этот тридцатидневный перерыв."

"Здесь нет никого, кроме тебя и меня, сука". Он слегка дразняще толкнул ее обеими руками в плечи. "Ты узнаешь, что ранг не означает член".

"Прикоснись ко мне снова, Гарнет". Она знала, что сейчас дразнит его. Она хотела. "Дотронься до меня еще раз, и ты навсегда потеряешь свой значок. Ты использовал. Вы столкнулись с вышестоящим офицером, угрожали ему и напали на него - снова. Садись в свою машину и уезжай, или я провожу тебя до конца ".

"Пошла ты". Он ударил ее тыльной стороной ладони; она позволила ему. Она приняла удар, позволила ему развернуть себя, когда он двинулся вперед с поднятыми кулаками.

Она ударила своим ему в лицо. "Нет, пожалуйста. Пошел ты".

Неожиданный удар отбросил его на шаг назад, из уголка рта потекла струйка крови.

"Теперь, отойди", - предупредила она, но он атаковал.

Его кулак скользнул по ее плечу, но его хватило, чтобы прожечь ее руку. И все же в тот момент она знала, что может справиться с ним один на один. Он был крупнее, у него было больше возможностей, но он был поглощен своей яростью и неаккуратно с ней обращался.

Она блокировала удар и снова нанесла ему сильный удар короткой рукой в лицо. "Отвали нахуй!"

Позади себя она услышала рев двигателя и поняла, что Рорк мчится по подъездной дорожке. Пора покончить с этим, подумала она, пока кто-нибудь серьезно не пострадал.

Даже когда она подумала об этом, она увидела движение. Повинуясь инстинкту, она ударила ногой, сильно, так что ее ботинок соприкоснулся с предплечьем Гарнет. Оружие, которое он выхватил, вылетело из его руки, звякнув о железные ворота.

"Ты сошел с ума". В ее голосе был оттенок неподдельного удивления. "Ты полностью потерял свой гребаный разум".

Словно для того, чтобы доказать это, он направился к ней. Затем ворота распахнулись. Как и она, он мог слышать хлопок двери, торопливые шаги.

"У меня есть это", - сказала Ева Рорку, когда он наклонился, чтобы поднять оружие Гарнет. "У меня есть это".

Его глаза горели так же холодно, как и его голос. "Тогда тебе лучше избавиться от этого прежде, чем это сделаю я".

Гранат, рот в крови, левый глаз уже заплыл, переводил взгляд с одного на другого. "Это еще не конец". Он бросился обратно к своей машине, рывком распахнул дверцу. "Я похороню тебя, сука!" - крикнул он, прежде чем прыгнуть в машину и умчаться прочь.

"Ты отпускаешь его?"

"На сегодняшнюю ночь". Ева повела плечом в том месте, куда попал кулак Гарнет. "Я хочу увидеть, что он делает. Он чертовски уверен, что сорвался с поводка. Я сообщу об этом - и это записано, мой провод, ваше наблюдение. Все идет как надо, они могут забрать его завтра, предъявить ему обвинение в нападении, нападении со смертельным исходом. Я думаю, для него было бы достаточно поторговаться, чтобы заставить Рене заключить сделку ".

"Вы могли бы забрать его сейчас, результат тот же". Рорк передал ей оружие. "Ты не хочешь сделки".

"Ты чертовски прав, я не хочу. Я хочу их всех, полностью - и, возможно, к завтрашнему дню у меня будет достаточно для этого ". Она согнула пальцы, пожала плечами из-за ободранных костяшек. "Но ударить его пару раз по лицу не было отстойно".

Рорк приподнял ее лицо, нежно прикоснулся к губе кончиком пальца. "У тебя кровоточит губа".

Она отключила свой диктофон. "Я позволил ему нанести удар. У ублюдка может быть репутация из всех возможных, но эта запись, на которой видно, как он бьет меня, проливает первую кровь, приближается, чтобы пролить еще? Крыса в ловушке, и из нее нет выхода ".

"Я бы хотел, чтобы ты не так часто использовал свое лицо в качестве инструмента расследования. Мне это очень нравится".

Она усмехнулась, затем поморщилась от боли. "Ты должен был бы привыкнуть к этому. В любом случае, спасибо, что приехал на помощь. Тебе нужна белая шляпа. Хорошие парни носят белое, верно?"

"В черном я выгляжу лучше".

"Давайте продолжим. Я должен сообщить о мошенническом полицейском - и я готов поспорить, что это его незарегистрированное оружие ".

"Это превращается в настоящий день", - прокомментировал Рорк.

Это ни для кого не было концом.

Последнее, в чем нуждалась Рене Оберман после бесконечного ужина, который включал лекцию ее отца, - это обнаружить Билла Гарнета, расхаживающего возле ее квартиры.

Один взгляд на его лицо сказал ей, что он искал неприятности и нашел их, и он привел их к ее двери.

"Иди домой, Билл, и приложи пакет со льдом к лицу".

Он схватил ее за руку, когда она вставляла свою карточку-ключ в щель. Она ожидала этого, но это не сделало ее рывок менее раздражительным.

"Я не в настроении для этого".

"Мне насрать, на что ты в настроении". Он распахнул дверь, втолкнул ее внутрь.

Она развернулась, возмущенная, шокированная. "Не смей никогда прикасаться ко мне снова".

"Я прикоснусь к тебе не только своими руками. С меня хватит, Рене, хватит поступать по-твоему. Из-за твоего поведения меня отстранили ".

"Ты сам себя отстранил. Ты вышел из-под контроля, и то, как ты ведешь себя прямо сейчас, только доказывает это. Я говорил тебе, что разберусь с разрывом."

"Тогда, блядь, разберись с этим". Под синяками его лицо горело, красное и мертвенно-бледное.

Не просто сорваться с поводка, поняла Рене. Он сломал его. Она пыталась добиться сочетания понимания и усталости. "Я делаю все, что в моих силах. Ради Христа, я лично пошел к этой суке, чтобы изложить твое дело. И сегодня вечером мне пришлось смириться и попросить моего отца вмешаться ".

"И он это сделает?"

"Он поговорит с Уитни завтра". Но она знала, что не станет вмешиваться в решение командования. Святой Оберман создал этот кристалл.

Она отвернулась, направляясь к своей кухне. Она достала бутылку виски из буфета, два коротких стакана из другого - и налила в каждый на два пальца.

Ее отец не поддержал бы ее, и она задавалась вопросом, почему она продолжала позволять себе думать, что он поддержит. Не идеальный коммандер Оберман, о нет. Не по гребаной книге Оберман.

Но она придала лицу невозмутимое выражение, когда повернулась с биноклями. Нет смысла сообщать Гарнету счет, пока он был в ярости.

"Выпей и успокойся, черт возьми".

"Я не собираюсь проглатывать дисквалификацию, и я не собираюсь отказываться от сделки с Джиральди. Я тебя облажаю, Рене".

"Понял. Итак ... кто тебя ударил?"

Он залпом выпил виски. "Гребаная сука".

Она опустила свой бокал, ей пришлось поставить его, потому что рука, державшая его, дрожала от ярости. "Ты хочешь сказать, что у тебя были отношения с Далласом? Ты хочешь сказать мне, черт возьми, Гарнет, что ты выследила ее и применила физическое насилие? Опять?"

"Она заслужила это. ОВР вынюхивает что-то вокруг меня - я получил известие об этом. Эта шлюха натравила их на меня, и она получит больше того, что я дал ей сегодня вечером, прежде чем я закончу с ней ".

IAB - это была пощечина ей и особая угроза ее бизнесу.

Проклятый Гарнет. Проклятый Даллас.

"Во имя гребаного Бога! Я окружен идиотами. Я посадил Фримена и Мэнфорда на стандартный хвост, и она выходит, и они теряют ее через пять чертовых минут. Затем ты идешь за ней? Как, черт возьми, ты ... " Фьюри хотел задушить ее. "Фримен сказал тебе. Ты заставил Фримена сказать тебе, что она ушла. Что, черт возьми, ты натворил, Билл? Только не говори мне, гребаный Христос, что ты ходил к ней домой?"

"Дом, в котором, как всем известно, она распутничала". Костяшки его пальцев на стакане побелели, когда он залпом допил остатки виски. "Ну и что? Ее слово против моего, и Фримен поддержит меня. Он поклянется, что я был с ним сегодня вечером, и даже близко не подходил к этой пизде ".

Все вокруг нее разваливалось на части, подумала она. Мужчины. Проклятые мужчины. Будь она проклята, если позволит кому-либо из них лишить ее того, что принадлежало ей, ради чего она работала. То, что она построила.

То, чем она владела .

Она снова отвернулась, пытаясь взять себя в руки. И, снова взяв свой бокал, ее мозг похолодел.

"Хорошо. Мы разберемся с этим. Мы разберемся с ней. Она слишком часто становилась на пути ".

"Самое гребаное время".

"Мне нужно это устроить. Иди, свяжись с Фрименом, убедись, что тебя заметили. Тогда иди домой, жди. Возможно, я смогу что-нибудь придумать сегодня вечером, чтобы избавить ее от нас. До конца."

"Я хочу это сделать. Я хочу заняться ею ".

"Хорошо, но мне потребуется некоторое время, чтобы разобраться с этим. Пару часов, может быть, три. Иди, перепихнись с Фрименом, выпей пару стаканчиков, сделай это достоянием общественности. Тогда иди домой, Билл, и жди ".

"Если мы не уберем это сегодня вечером, я позабочусь об этом сам. Мой путь".

"В этом не будет необходимости". Она взяла его стакан. "Убирайся".

"Ты собираешься отдать мне слишком много приказов, Рене, и пожалеешь об этом".

Но он выбрался.

Она отнесла стакан на кухню, намеренно и злобно разбила его в раковине. "Гребаный мудак!"

Все, что пошло не так в последние несколько дней, началось с него. Кинер снимает ошейник с 10 тысяч? Прямая линия к провалу Гарнет. Если бы не это, у нее не было бы Даллас за спиной, перед ее лицом, в ее команде. Не пришлось бы смириться с отказом командира вытолкать эту сучку. Не пришлось бы унижаться перед своим упрямым, несгибаемым отцом.

Он стал бы обузой. Успокоившись, она налила себе еще немного виски. Обязательства необходимо было исправить, а если исправление оказалось невозможным, устранить.

Размышляя, она обвела взглядом жилую площадь квартиры, которую обставила с особой тщательностью, с некоторым стилем и в рамках строгого бюджета.

Она не была дурой, как многие, кто работал на нее.

Ее дом на Сардинии, вот это было совсем другое дело. Там она могла предаваться буйству. Она могла покупать произведения искусства, украшения, одежду - все, что хотела. И держите в штате самых высококлассных дроидов, чтобы поддерживать дом и территорию в безукоризненном состоянии.

Никто не мог отнять это у нее, тем более у бывшего любовника, который потерял свою остроту и всю свою привлекательность.

Время исправить это, раз и навсегда.

Она открыла свою сумочку, достала одноразовый мини-линк и связалась с Биксом по его.

"Ты один?" - спросила она его.

"Да, мэм".

"Хорошо. Бикс, боюсь, у меня серьезная проблема, и ты единственный, кто может справиться с ней так, как это необходимо."

Мгновение он ничего не говорил, просто смотрел ей в глаза. "Что вам нужно, чтобы я сделал, лейтенант?"

Пятнадцать

КОГДА ЕВА ЗАКОНЧИЛА СВОЙ УСТНЫЙ ОТЧЕТ С Уитни об инциденте с Гарнет, она решила записать его, приложив протокол.

"Возможно, когда ты закончишь, тебе будет интересно услышать, чего я добился, пока ты участвовал в кулачных боях".

"Он ждал меня, когда..." Она оттолкнулась, ткнув пальцем в Рорка. "Ты заполучил ее".

"Не совсем, но я приближаюсь к этому. Мне нужно еще немного времени, чтобы завязать этот узел. Но у меня есть Гарнет, и я могу подать его тебе - или IAB, я полагаю - на блюде."

Она села, усмехнулась - и ее губа снова запульсировала. "Я люблю тебя".

"Отличные новости. Ты можешь доказать это большим количеством секса ".

"У нас был секс несколько часов назад".

"Нет, мы занимались любовью несколько часов назад - ангелы, несомненно, плакали. Я хочу секса для этой работы, так как у меня из-за этого чертовски болит голова, когда я пытаюсь оседлать вашу знаменитую линию. Я хочу безумного секса, с костюмами - возможно, реквизитом - и интригующей сюжетной линией ".

"Доить его, приятель".

"Пока все не иссякнет". Он бросил ей диск. "Он владеет собственностью на Канарских островах под именем Гарнет Джейкоби - Джейкоби - девичья фамилия его бабушки по материнской линии. Любитель".

"Какого рода собственность?"

"Дом для начала, с двух акров. Оно оценивается в пять с половиной миллионов, с некоторыми изменениями. Джейкоби заплатил наличными. В его удостоверении личности он указан как предприниматель с британским гражданством. Он также владеет двумя транспортными средствами, хранящимися там, и лодкой. Можно сказать, яхта. Джейкоби на несколько лет моложе Гарнет, у него зеленые глаза, а не карие, и он потерял свою первую и единственную жену в результате трагического несчастного случая при восхождении."

"Это очень печально".

"У него есть исправный счет на это имя и еще один, поменьше - я бы сказал, резервный - на имя Джейкоби Люцерна, на улице, где он жил ребенком. Люцерн - австралийский. Между тремя - Гарнет, Джейкоби, Люцерн - они стоят около шестидесяти миллионов. Неплохо для зарплаты полицейского ".

"И он назвал меня шлюхой", - пробормотала она.

Рорк опустился на ее стол. "Мне было бы очень жаль, если бы это причинило тебе боль".

"Это не причиняет мне боли. Это свинство библейских масштабов, когда этот ублюдок называет тебя шлюхой ".

"Тогда все в порядке".

"Рене?"

"Еще немного времени там. Она умнее, и намного умнее Гарнет. Я думаю, что она у меня, но я хочу закончить проверку и собрать все воедино. Ты не собираешься спрашивать, откуда у меня данные на этом диске?"

"Нет. Ты сказал мне, что переступил черту, значит, ты переступил ее. Извините за головную боль ".

"Для этого и существуют блокираторы. У меня также есть Bix на диске. Это потребовало некоторой подготовки, и я действительно собираюсь захотеть костюмы. Он не обязательно умнее Гарнета, но его задница, несомненно, была более прикрыта ".

"Это интересно".

"Это так. На самом деле он не тратит деньги, а откладывает их. Несколько аккаунтов, разные имена, национальности. У него есть небольшое поместье в Монтане. Хижина, действительно, стоит ничтожной доли дома его партнера вдали от дома. И вездеход. Собирает оружие под несколькими своими псевдонимами, так что ни один из них не вызывает особого резонанса. В совокупности это целый арсенал. Тем не менее, ничего кричащего для Бикса ".

"Для него дело не в деньгах. Все дело в субординации ".

"Я начал с других, сегодня вечером добился значительно большего прогресса. Но я подумал, что тебя больше всего заинтересуют эти трое."

"Ты был бы прав. Есть что-нибудь о Бринкере?"

"Бринкер". Глаза Рорка задумчиво сузились. "Ах, да. Он - маленький замок в Баден-Бадене - я бы сказал, возвращающийся к своим корням - особняку в Суррее и трем любовницам ".

"Трое? Неудивительно, что он спит за своим столом ". Итак, инстинкты Лайлы тут не сработали. "Ассертон или Слоан?"

"Нет, пока ничего - и поскольку у меня не было ни одного попадания ни в то, ни в другое, скорее всего, не будет".

"Соглашайся. Сдвиньте их, оттолкните остальных. Завтра мы отправим Гарнета в ОВР, предъявив ему обвинения, вытекающие из сегодняшней вспышки гнева со мной. Он поджарен. Что у тебя есть? Это соус".

"Умная кулинарная аналогия не отвлекает меня от того факта, что вы не хотите подавать его в одиночестве. Ты хочешь, чтобы Рене разделила блюдо."

"Будь вкуснее", - признала она, затем махнула рукой. "Мы должны отказаться от продуктов питания. Я бы предпочел, чтобы ее прибили, прежде чем я возьмусь за Гарнет. Она и остальные. Но это не абсолют. Он взбесится, если мне нужно, чтобы он взбесился, и все равно уйдет надолго. Если ты закончил с этим на ночь, никаких проблем ".

"И я выгляжу как слабая сестра?"

"Не заставляй меня снова улыбаться. Это больно ".

"Я закончу это. Если я продвинусь дальше, я смогу запрограммировать его на выполнение задачи, пока мы оба немного поспим ".

"Мне нужно связаться с Вебстером".

"Ева", - сказал Рорк, когда она потянулась к своему "линку". "Он с Дарсией".

"Да, и что? Ему нужно... " Она замолчала, поморщившись, как раньше, когда у нее запульсировала губа. "Ты думаешь, они занимаются сексом?"

"О, наугад, что, черт возьми, за догадка? ДА. Очень вероятно".

"Я не могу думать об этом. Я не хочу знать этого. Я знаю, как он выглядит, когда занимается сексом ".

Рорк щелкнул пальцем по ее макушке. "Интересно, почему мне нужно напоминать об этом".

На этот раз она прижала пальцы к губе, чтобы удержать ее, когда она запульсировала, так как она не могла полностью проглотить смех. "Я просто говорю. Мне больше нравится, как ты выглядишь во время секса ".

"Дорогая, как мило с твоей стороны".

"Мне нужно соскрести сарказм, которым ты только что обрушил на меня, затем я свяжусь с ним - но сразу с сообщением. Я хочу, чтобы он и остальные были здесь к семистам часам".

Бикс забрал Гарнет в час ночи.

"Самое гребаное время", - сказал Гарнет.

"Лейтенанту потребовалось некоторое время, чтобы все наладить. Никто не хочет никаких ошибок в этом. Как она сказала, у вас с Даллас была конфронтация. Не хочу, чтобы это отразилось на тебе ".

"Фримен меня прикроет". Негодование сочилось из его пор. "Если бы Оберман выполнил эту чертову работу, мне не нужно было бы прикрываться".

Бикс ничего не сказал, затем оглянулся. "Даллас сделал это с твоим лицом?"

Краска - гнев и унижение - окрасила щеки Гарнет. "Она тоже не выглядит такой уж красивой. Пиздатый молокосос ударил меня ". Ложь вышла так легко, как и тогда, когда он сказал то же самое Фримену, он сам почти поверил в это. "Направляет свое оружие на меня. Говорит, что собирается забрать мой значок. Может быть, следующим пойдет Оберман ", - добавил он, зная преданность Бикса. "Она ревнует к лейтенанту, вот что это такое. Сучка хочет ее уничтожить, причинить неприятности. Если она причинит достаточно, все это рухнет. Тогда мы все по уши в дерьме, Бикс ".

"Думаю, да".

"Каков план? Ты не выложил это раньше ".

"Босс использует подставного хорька, чтобы подсунуть Далласу чаевые. Большое, имеет дело с Кинером. Босс говорит, как Даллас страстно желает закрыть Кинер, действительно хочет связать это, чтобы использовать это, чтобы дискредитировать ее. Итак, мы привлекаем ее сегодня вечером, возвращая на сцену ".

"Это хорошо". Гарнет кивнул, высыпал немного своего пороха на ладонь, вдохнул его. Он хотел кайфа, свежего и нарастающего, когда он разрежет сучку на куски. "Какой совет?"

"Я не спрашивал; мне не нужно знать. Лейтенант сказала, что она доставит Даллас туда, она доставит ее туда. Мы заботимся о бизнесе, и это все ".

"Она может вызвать это". Гарнет попытался просчитать все в суматохе в своей голове. "Все равно пометьте ее партнера".

"Ну и что, если она это сделает?"

"Да. Мы делаем и то, и другое". Он жаждал этого. "Может быть, так будет лучше. Еще лучше, если у нас будет на кого это повесить. Все дело в Кинере и двух сучках".

"Босс работает над этим", - просто сказал Бикс и съехал на обочину.

"Даллас мой". Гарнет похлопал по ножнам на своем поясе. "Ты помнишь это".

"Если ты этого так хочешь".

"Ты принес мне кусочек? Сука забрала мое ".

"Мы позаботимся об этом внутри".

Бикс не произнес ни слова, пока они шли короткое расстояние до заброшенного здания. Он знал, что, вероятно, кто-то следил за ними - за двумя мужчинами в черном, - но было маловероятно, что к ним обратятся. Люди редко обращались к нему в поисках неприятностей. Его размеры заставили их отступить.

Если бы кто-то это сделал, что ж, он сделал бы то, что нужно было сделать. У него были приказы, у него была миссия. Он выполнит приказ и выполнит свою миссию.

Он открыл дверь, открыл замки.

"Здесь темно, как в могиле. Пахнет еще хуже". Гарнет полез в карман за фонариком. "Это хорошее место для нее, чтобы умереть".

Он обвел светом разрушенное пространство, рассчитывая лучшее место для убийства. "Я хочу, чтобы она увидела, как я это делаю. Я хочу, чтобы она видела меня, когда я порежу ее ".

Бикс ничего не сказал. Он просто дернул голову Гарнет за волосы назад и провел острием своего ножа по горлу Гарнет.

И это было сделано.

Он воспользовался моментом, чтобы пожалеть, когда Гарнет упала на пол, булькая кровью и дыханием. Ему не нравился этот человек, не особенно, но они были партнерами. Поэтому он воспользовался моментом, чтобы немного пожалеть.

Затем он вложил в руку Гарнет мастер, который использовал для вскрытия дверей, и сунул его в карман Гарнет. Забрал одноразовый телефон Гарнета, его бумажник, положил их в сумку вместе с ножом, которым он пользовался. Он избавился бы от них в другом месте.

Он вытащил пакетик с порошком, который слишком полюбил Гранат, окунул в него большой и указательный пальцы мертвеца, чтобы оставить больше следов, затем добавил его в пакет для утилизации.

Это выглядело бы, в некотором смысле, очень похоже на то, что было. Гарнет приехала на место происшествия для встречи, и встреча сорвалась. Его убийца забрал все ценное с трупа и оставил это лежать.

Бикс выпрямился, вытер кровь со своих запечатанных рук. Он повернулся и ушел, оставив дверь открытой, как мог бы человек, убегающий от убийства.

Вернувшись в машину, он поехал на север, преодолев некоторое расстояние, прежде чем связаться со своим лейтенантом. "У нас все чисто, лейтенант".

Ее признание - кивок, как будто она ожидала не меньшего, - вознаградило его. "Спасибо вам, детектив. Не забудьте избавиться от оружия, прежде чем идти к Гарнет, и убрать все, что нуждается в удалении ".

"Да, мэм".

Пока Бикс кружил вокруг, чтобы выбросить содержимое сумки в реку, Рорк вошел в кабинет Евы.

Он отметил, что она начала увядать. И он представил, что если взять у нее кровь и пропустить ее через анализатор, то там будет зафиксирован возмутительный уровень кофеина.

"Марсия Энбром".

Ева подняла глаза, моргнула. "Кто?"

Да, действительно, быстро исчезает. "Воспользуйся моментом", - предложил он.

"Кто, черт возьми, такая Марсия Энбром? Мне просто нужно закончить это отступление от- Дерьма. Она у тебя?"

И она вернулась, подумал Рорк. "Я хочу украсить это бантиком, поэтому я включил автоматическое завязывание ленты, но я бы сказал, что она у меня - или у нас - есть".

"Анбром-это - как это - анаграмма. Оберман, Анбром. Марсия-Маркус. Это чертово завещание, или палец в глаз, для ее отца ".

"И я полагаю, что Мире будет что сказать по этому поводу". Он подошел, сам поставил ее текущую работу на авто, качая головой, даже когда она начала протестовать. "У вас брифинг менее чем через шесть часов. У нее есть дом на Сардинии, " продолжил он, поднимая Еву на ноги. "И квартира в Риме. У нее швейцарский паспорт. Между прочим, это отличные рекомендации, - добавил он, ведя ее в спальню. "Она, должно быть, заплатила за них изрядную сумму. Я нашел недвижимость и счета на сумму свыше двухсот миллионов. Я думаю, что здесь и там спрятано немного больше ".

"Я этого не понимаю. Если она накопила так много, какого черта она не купается в этом на Сардинии? Почему она все еще прокладывает себе дорогу в департаменте, целясь в капитана - и, возможно, командира? Почему она все еще на работе, когда могла бы лежать на пляже, обмахиваясь собственными грязными деньгами?"

"Наверное, я не тот, кого нужно спрашивать".

"Нет, ты совершенно правильный". Она села на подлокотник дивана в спальне, стянула сапоги. "И я знаю ответ. Это спешка, вызов, бизнес. И, черт возьми, если ты можешь заработать пару сотен миллионов, ты можешь заработать четыреста. Она никогда не откажется от этого. Дело не только в том, что она делает, дело в том, кто она есть ".

"Поскольку я выбрал свой путь в ее жизни - я должен сказать, жизнях - я бы согласился. Она проводит время как Марсия. У нее частный шаттл в Балтиморе, летает раз или два в месяц, в зависимости. Обычно она проводит там продолжительное время зимой, иногда и летом. Но она проводит гораздо больше времени здесь, управляя этим бизнесом.

"И здесь, - сказал он Еве, - она живет точно по средствам. Немного слишком точно. Каждый счет оплачивается при получении, и никаких покупок - которые показывают - что это могло бы сократить ее очень строгий бюджет. Никакой роскоши, никакой. Поэтому я бы сказал, что когда она потакает себе, это за наличные ".

"У нее все точно, а это значит, что бухгалтерские книги для ее бизнеса будут очень точными, очень подробными. Стронг думает, что в офисе есть тайник. Держу пари, у нее есть копия там, еще одна у нее дома. Это контроль. Это значит иметь возможность открыть их и злорадствовать над всеми этими аккуратными колонками, в то время как ее отец наблюдает за ней со стены ".

Натянув ночную рубашку, она легла в постель. "Это все одно и то же. Деньги - это власть, власть - это деньги, контроль поддерживает и то, и другое, а командование открывает двери для большего. Секс и командование - это инструменты для создания большего количества денег и власти, а значок? Это врата. Убийство? Просто издержки ведения бизнеса".

"Есть другие, подобные ей". Скользнув рядом с ней, Рорк привлек ее ближе. "Я знал их. Даже использовал их, когда это казалось целесообразным, хотя до недавнего времени предпочитал вообще избегать копов ".

"Нас больше, чем их. Я должен в это верить ".

"Поскольку я познакомился с тем, как работают настоящие копы, подумал, чем они рискнут и чем пожертвуют, я могу сказать, что один из вас больше, чем дюжина таких, как они. Отпусти это сейчас ". Он провел губами по ее губам. "Разумнее идти в бой отдохнувшим".

"Ты отказался от этого ради меня. Ты был в основном не в этом бизнесе, когда мы собрались вместе, но ты отказался от всего остального ради меня ".

"Остальное к тому моменту было скорее хобби. Как коллекционирование монет ".

Она знала лучше. "Я этого не забываю", - сказала она ему и закрыла глаза, чтобы уснуть.

Ее коммуникатор подал сигнал в четыре двадцать, и, чертыхаясь, она нащупала его.

"Даллас".

"Лейтенант. Детектив Джанберри из сто шестой. Извини, что разбудил тебя ".

"Тогда почему ты?"

"Ну, у меня здесь мертвое тело, на вашем месте преступления. Твое имя на печати".

"Вне канала?"

"Это тот самый. Я в курсе дела, лейтенант, но хотел предупредить вас. Особенно с учетом того, что жертва была на работе ".

Ее живот сжался. "Удостоверение личности?" - требовательно спросила она, но уже знала.

"Гарнет, детектив Уильям. Нелегалы из Центра."

"Мне нужно, чтобы ты подержал это, пока я не доберусь туда. Я уже в пути. Не перевозите DB ".

"Я могу удержать это. Я главный в этом, лейтенант. Я не говорил тебе передавать этот мяч ".

"Понял, и метка оценена, детектив. Я в пути ".

Она отбросила ком, вскочила с кровати, чтобы дергать себя за волосы, ходить взад и вперед, ругаться. "Я подставил его; она убрала его. Черт возьми, черт возьми. Я мог бы взять его к себе. Я мог бы запереть его в клетке, оказать давление тем, что у меня было. Но я хотел большего. Я хотел заставить их попотеть. Я хотел больше времени, чтобы собрать все воедино, посмотреть, что она предпримет дальше. Теперь он мертв ".

"Не смей стоять здесь и брать на себя вину за то, что один грязный коп убил другого".

"Я сделал выбор. Выбор убил его".

"Чушь собачья, Ева". Рорк сказал это достаточно резко, чтобы остановить ее, заставить обернуться. "Его выбор и выбор Рене убили его. Ты думаешь, она не могла добраться до него в клетке, покончить с ним?"

"Теперь я никогда не узнаю. Я просчитался. Я не думал, что она рискнет привлечь к отделу такое внимание, добавив еще один путь расследования. Она переиграла меня в этом ".

"Я не согласен. Ты зол и глупо виноват, поэтому ты не обдумываешь это до конца ".

"Я обдумываю это - Гарнет мертва".

"Да, и для его убийства требуется еще одна история. Больше лжи, больше сокрытия. Если бы она хорошенько все обдумала, она бы нашла способ успокоить его, держать на уровне. Если это не удастся, убейте его, конечно, но избавьтесь от тела, проложите путь, который укажет, что он собрал вещи и уехал ".

Она перестала одеваться, чтобы хмуро посмотреть на него. "Хм".

"Хм? Его отстранили, и после сегодняшней ночи он потеряет свой значок. Он был бы опозорен. Господи, я могу написать сценарий сам. Устрани его, уничтожь тело. Тем временем, зайди в его квартиру, собери то, что мог бы собрать человек, который зол, который сыт по горло, который унижен. Бросьте несколько вещей вокруг - характер, вспыльчивость - и так далее. Примерно через день коснитесь его аккаунта, воспользуйтесь его кредитом - отправьте сообщение его лейтенанту, возможно, вам, с просьбой послать всех вас к черту. Ты можешь оставить окровавленный значок. Он покончил с этим, с тобой, с Нью-Йорком ".

"Хорошо, я понимаю, как это могло бы сработать. Немного нервирует то, как легко ты к этому пришел, но я это вижу ".

И, успокоившись, Ева ясно увидела это.

"Продолжай нажимать на аккаунт", - подумала она, - "нажимай на кредит некоторое время, делая вид, что он путешествует или отправился в Вегас II, что угодно. Затем переведи деньги ".

"В основном. Несколько более тонких деталей, чтобы связать это, но в основном. Он не мертв. Он просто ушел ".

"Но она не подумала об этом - а должна была подумать. Черт возьми, я должен был. Но она хотела, чтобы он умер и ушел. Она пошла на это импульсивно - возможно, она не видит это таким образом, но так оно и было. И чего я не ожидал. Она пошла на это, руководствуясь импульсом, а не планированием. Так что там будут ошибки. Одна из них не договорилась о том, чтобы кто-то из ее команды узнал об этом. Джанберри ни за что не свяжется со мной так рано, если он с ней ".

"Теперь ты думаешь. Я поведу".

"Нет. Я был бы признателен за другую пару глаз и устрашающий ум, но если я завис, ты нужен мне здесь, чтобы начать инструктаж команды ".

Эти сказочные глаза смотрели прямо сквозь нее. "Вы хотите, чтобы я проинформировал комнату копов? Это ужасно, Ева, на очень многих уровнях ".

"Никто не знает, как провести собрание так хорошо, как ты. Я постараюсь вернуться, но я должен довести это до конца ".

"Я определенно собираюсь захотеть костюмы. Возможно, я создал их для тебя".

"Один из нас стоит дюжины таких", - сказала она, повторяя его слова. "Ты один из нас".

"Я понимаю, ты воспринимаешь это как комплимент, но ... " Он замолчал, вздохнул. "Спасибо тебе".

"Я вернусь, как только смогу".

Рорк посмотрел, как она выбежала, и снова вздохнул. "Кровавый ад".

Поскольку он был на ногах, он успевал кое-что сделать - по своему усмотрению, спасибо - до того, как копы приходили к нему в дверь.

Она пошла по горячим следам. Она не хотела давать Джанберри время передумать, и по дороге быстро подбежала к нему.

Он выглядел солидным. Четырнадцать лет на работе, уже десятый в качестве детектива - и недавно переведен во второй класс. Ему было тридцать семь, он был женат во второй раз - четыре года спустя - с двухлетним ребенком.

Хороший послужной список, насколько она могла видеть. Ни больших взлетов, ни больших падений. Она немного знала его лейтенанта. Она могла бы потянуть за некоторые ниточки, если бы ей понадобилось.

Во-первых, она увидит, как Джанберри хотел это сыграть.

Она спряталась за черно-белым, засунув свой значок в нагрудный карман куртки.

Много полицейских, отметила она, коснувшись своего значка, прежде чем нырнуть под баррикаду. Вот как это было, когда распространился слух, что один из их собственных погиб.

Интересно, сколько здесь людей, подумала она, сочли бы Гарнет своей, если бы знали?

Джанберри вышел, когда она приблизилась.

У него было сильное, смуглое лицо, с темно-коричневой кожей, натянутой на твердые кости, темно-карие глаза. Глаза полицейского, подумала она и протянула руку. "Детектив Джанберри, я снова ценю, что вы обратились ко мне".

"Лейтенант. Это была твоя сцена первой. Мертвый наркоман. Моя жертва работала на нелегалов. В моей книге один и один складываются в два ".

"Да, мое тоже. Ты не против, если я взгляну, прежде чем ты введешь меня в курс дела?"

"Конечно".

"Мой полевой набор все еще в моей машине. Могу я позаимствовать какую-нибудь печать?"

Он кивнул, и она увидела, что он понял, что она не собиралась наступать ему на пятки. "Привет, Дельфино. Брось мне какую-нибудь печать".

Он поймал банку, бросил ей.

"Во сколько вы получили депешу?" - спросила она, запечатывая руки и ботинки.

"Это поступило в три пятьдесят. Мы с напарником прибыли на место происшествия в четыреста ноль-ноль. Патрульные, проезжавшие мимо, увидели сломанную пломбу - дверь открыта - и провели расследование. К тому времени, как мы добрались сюда, они оцепили место преступления ".

"Это хорошо".

Она вошла внутрь, в яркий свет полицейских фар.

Он не ушел далеко, отметила Ева. Может быть, в шести шагах от двери. Он упал на спину, так что лежал лицом вверх, раскинув руки и ноги. Из длинного разреза на его горле вытекла кровь, которая пропитала его куртку, рубашку, растеклась озером по грязному полу.

Она заметила нож и ножны на его поясе и отсутствие оружия. Его фонарик лежал в нескольких футах от него, его луч все еще сиял, как маленький белый глаз.

"Что у тебя есть на данный момент?" - спросила она Джанберри.

"Ни денег, ни документов. Мы проверили его отпечатки пальцев и установили его личность. Мой партнер - Дельфино!"

Его напарница, маленькая, худощавая женщина с вьющимися темными волосами, собранными в хвост, двинулась, чтобы присоединиться к ним. Она кивнула Еве.

"Детектив Дельфино руководил жертвой, пока я работал с телом".

Дельфино подхватил ритм, который подсказал Еве, что они хорошо сработались вместе. "Я связался с его командой, с его командиром, и он только сегодня днем получил взбучку. По вашему приказу, лейтенант."

"Это верно. Твоей жертве не понравился мой стиль расследования дела Рики Кинера. Кинер был пронырой Гарнет, и мне было необходимо ... обсудить эти отношения и любые дела, связанные с моей жертвой, с лейтенантом Оберманом. Однако Гарнет и его партнер взяли на себя смелость получить доступ к флопу моей жертвы без разрешения. Узнав об этом, я еще раз поговорил с лейтенантом Оберманом и детективами Гарнет и Биксом. Во время обсуждения Гарнет использовала оскорбительные выражения, угрожала и даже после предупреждения вступила в физический контакт ".

Дельфино взглянул вниз на Гарнет. "Это было не очень умно".

"С его стороны было менее разумно приставать ко мне перед моим домом сегодня вечером. Вы можете подозревать, что синяки на лице вашей жертвы являются результатом ссоры с его убийцей. Я отправил их туда".

Джанберри поджал губы, совсем чуть-чуть. "Это так?"

"Гарнет устроил засаду, заблокировал вход в мой дом своим автомобилем. Впоследствии он снова угрожал мне, снова вступил в физический контакт. Я ответил на это взаимностью. В это время Гарнет вытащил свое оружие, которое, как оказалось, не зарегистрировано. Я обезоружил его. Все это записано, как на моей домашней системе безопасности, так и на моем диктофоне, который я включил перед выходом из машины. И обо всем этом было немедленно доложено коммандеру Уитни. Я позабочусь о том, чтобы ты получил копии всего для своего дела ".

"Это было бы хорошо".

"Лейтенант". Дельфино бросил на нее ясный взгляд. "Я должен сказать, что если какой-то парень попытается напасть на меня дважды за один день, нападет на меня, я, возможно, захочу сделать больше, чем поставить ему синяк под глазом".

"Я могу дать вам показания о моем местонахождении в TOD, если вы скажете мне, когда был TOD".

"Сразу после сто девятого".

"Хорошо. Я был дома, на ногах и все еще работал. Запись об этом будет на моем компьютере. На данный момент я не могу изложить вам содержание работы. Я могу сказать вам, что с Гарнет собирались разобраться завтра - сегодня, " поправила она. "Он собирался потерять свой значок и столкнуться с уголовными обвинениями. Вы можете подтвердить это с помощью command. Я хотел этого намного больше, чем я хотел его смерти ".

"Да", - сказал Дельфино через мгновение. "Мне бы самому это понравилось больше. У Жертвы есть какой-то интересный след на большом и указательном пальцах правой руки ".

"Я полагаю, что он использовал продукт, который был обязан убрать с улиц по долгу службы. Я полагаю, что мог бы привести доводы по этому поводу. Я верю, что он был неправильным полицейским - я знаю, что так оно и было. Но кем бы он ни был, он твоя жертва, и тот, кто перерезал ему горло, должен заплатить за это. Я дам вам всю информацию, которую я уполномочен предоставить, поскольку я уполномочен ее предоставить ".

"Он связан с твоей жертвой? Кинеру?" Спросил Джанберри.

"Короткий ответ - да. Я не волен рассказывать тебе длинную историю. Я не блокирую тебя в этом. Это все, что я могу сказать тебе на данный момент ".

"В доме есть крысы?"

Ева кивнула Джанберри, признавая причастность ОВР.

Он выдохнул, сказал: "Черт. Мы все еще не передаем мяч ".

"Понял. Если у меня есть хоть какое-то влияние на это дело, я сделаю все, что потребуется, чтобы удержать мяч в твоих руках ".

Она наблюдала за взглядом, которым обменялись партнеры, и увидела молчаливое согласие.

"Это звучит так, как будто жертва вошла, используя мастера. Это было у него в кармане. Мы восстановим время, когда печать была сломана, но на данный момент, учитывая, что чтение настолько близко к TOD, что они наступают друг на друга, мы бы сказали, что жертва и убийца вошли вместе. Убийца напал на него сзади - быстро и грязно ".

"Он стоял спиной к убийце", - сказала Ева.

"Вот как это читается. Кто-то ударил меня по лицу несколько часов назад, я не поворачиваюсь к ним спиной. Вдобавок ко всему, вы высокая женщина, лейтенант, но недостаточно высокая, чтобы нанести эту рану под таким углом, если только вы не стояли на ящике. Мы возьмем компьютерный журнал, запись и так далее, но я могу сказать, что Дельфино и я смотрим на тебя не из-за этого ".

"Всегда хорошие новости. Было ли у него при себе что-нибудь еще?"

"Нож -все еще в ножнах. Незаконная длина лезвия. У меня не было с собой ни связи, ни наручного устройства, ни записной книжки, ни бумажника. Глядя на это, вы можете подумать, что это была какая-то сделка, которая сорвалась. Убийца расправился с ним, забрал все, что мог использовать или продать, и скрылся с места преступления. Оставил дверь открытой".

"Можно подумать", - согласилась Ева.

"Мне было бы интересно, что ты думаешь", - сказал ей Джанберри.

Ева присела, чтобы поближе рассмотреть тело. Никаких защитных ран, отметила она - и она почувствовала исходящий от него запах выпивки. Она подняла его правую руку - теперь в мешке - за запястье. Ни один пользователь не оставил бы столько конфет на своих пальцах. Это, подумала она, было чересчур.

"Я думаю, что он и его убийца вошли вместе. Почему, я не могу сказать, но готов поспорить на свою задницу, Гарнет верила, что они здесь, чтобы напакостить мне или моему расследованию. Он не только знал своего убийцу, но и доверял ему. Вошел впереди него, достал свой фонарь, включил его. Такой кусок, как этот?"

Она хотела бы, чтобы у нее был свой калибр, но обратила на это внимание.

"Я полагаю, убийца откинул голову Гарнета назад, обнажив область - это дает ему широкую, четкую цель, делает широкий, чистый разрез. Убийца пришел сюда с этой целью, а затем забрал удостоверение личности и все остальное, чтобы это могло показаться неудачной встречей, за которой последовало лишение возможности.

"Передозировка Кинера была инсценирована", - продолжила она. "Это больше похоже на то же самое".

Джанберри присел на корточки, понизив голос. "Ты думаешь, это сделал другой полицейский".

"Я думаю, что люди, которые убивают из соображений целесообразности, ради прибыли, по любой другой причине, кроме самообороны или в защиту другого, не являются полицейскими. У них просто значок в кармане ".

"В какую грязь мы вляпываемся?"

"Я не могу сказать тебе - пока - но я бы захватил запасные ботинки".

Шестнадцать

КОГДА ПИБОДИ И МАКНАБ ВОШЛИ В домашний офис ЕВЫ, сердце, разум и тело Макнаба устремились прямо к завтраку "шведский стол".

"Утро пожирает! Я же говорил."

"Я просто сказала, что тебе не стоит на это рассчитывать". Пибоди переложила свою папку с документами и пожалела, что аромат жареного бекона не обволакивает ее организм, как любовник.

Но поскольку это произошло, она бросила пакет и поддалась искушению, вгрызаясь в первый ломтик, когда вошел Рорк.

"Доброе утро", - выдавила она. "Лучшие брифинги в истории".

"Нет смысла раскрывать убийства на пустой желудок. Ты выглядишь розовой этим утром, Пибоди."

"Это бекон".

"Вау! Французский тост." Макнаб ухмыльнулся, когда Рорк налил себе кофе. "Спасибо за распространение".

"Кормление копов имеет свои награды".

И у этого, предположил Рорк, метаболизм безумного бурундука, который ест так, как он, и остается тонким, как вафля.

"Мы приехали сюда немного раньше, " сказал ему Макнаб, " чтобы Пибоди могла помочь Далласу подготовиться".

"И я хочу обсудить с ней некоторые моменты в расследовании дела Девина".

"Пока они за этим", - продолжил Макнаб, накладывая себе на тарелку, - "Я хотел подбросить тебе эту идею. Мы с Фини немного поболтали об этом прошлой ночью ".

"Отскакивай".

"Я думаю, мы могли бы использовать жучки, которые мы установили в машине Оберман, чтобы сузить частоту ее одноразовых устройств. Нам нужно было бы настроить и усилить пульт, сузить фокус до сигнала одноразового устройства, когда она на нем. Потребуется некоторая удача, чтобы зафиксировать это, но если бы мы могли, мы смогли бы использовать это для триангуляции ".

"Координируйте установки и пульт, повышая мощность при одновременном сужении диапазона, перенаправляйте и перехватывайте ее сигнал. Заманите его в ловушку, " заинтригованный Рорк задумался, " и клонируйте.

"Да. Если бы мы справились с этим, мы могли бы - теоретически - использовать клона, чтобы перехватывать ее сигналы и разговоры, когда и где бы она ни использовала одноразовые. "

"Как конференц-связь", - задумчиво произнес Рорк. "Интересно".

"Теоретически".

"Увеличивая силу, вы рискуете, что она подхватит ошибку при полной проверке, особенно во время триангуляции. Но в правильное время и с правильными настройками это может сработать ".

"Если ты хочешь поиграть с этой идеей, " перебила Пибоди, " я могла бы подключить Даллас со своей стороны".

"Она еще не вернулась". Рорк взглянул на время. "Она отреагировала на второе убийство на вашем первоначальном месте. Гарнет мертва".

"Черт, это все портит". Макнаб отправил в рот кусочек французского тоста, с которого капал сироп. "Мы с Фини собирались сегодня заняться его электроникой, и если у нас будет возможность, проскользнуть к нему домой и подключить ее. Сейчас нет смысла".

"Почему она не пометила меня?" Потребовала Пибоди. "Если Гарнет упал, я должен был получить ярлык".

"Это не ее дело - твое дело", - поправил Рорк. "Главный по этому делу связался с ней рано утром, я бы сказал, из вежливости, и, вероятно, потому, что надеялся, что она даст ему зацепку".

"Это должно быть нашим", - начала Пибоди, затем успокоилась, пошла на попятный. "Нет, это не может быть нашим. Вчера у нее было две стычки с ним. Макнаб наблюдал, когда этот засранец попытался напасть на нее прямо здесь, у входа. Мы не можем вести это дело. Вы знаете, кто главный? Как много она собирается ему рассказать?"

"Детектив Джанберри, но что касается остального, я не могу сказать".

"Рене сделал это, потому что он вышел за рамки, стал негативным фактором. Я должен управлять этим Джанберри ". Пибоди забыла о своей любовной связи с беконом и ушла.

"Гарнет сделал несколько плохих ходов", - прокомментировал Макнаб. "Жаль, что он мертв, потому что он заработал долгий срок в клетке. Но... " Пожав плечами, Макнаб положил еще еды. "Как он на это купился?"

"Этого я тоже не знаю. Она надеялась вернуться, чтобы провести брифинг ". Христос знал, что он надеялся на это. "Если у нее не получится, а она подходит к этому вплотную, я начну все сначала".

"Твердый".

Вошел Фини, улыбнулся буфету. "Я сказал жене, что буду вдоволь наедаться самым важным блюдом дня. Мальчик рассказал тебе о своем мозговом штурме?"

"Да", - ответил Рорк. "Было бы интересно программировать".

"Я играл с этим - в своей голове", - сказал Фини, наполняя тарелку. "Все сведется к тому, чтобы ловить волны".

В течение следующих десяти минут они обсуждали варианты, альтернативы, возможности.

"Всем доброе утро". Вошел Вебстер, выглядевший расслабленным и с немного сонными глазами. "Чувак, мне бы не помешало немного топлива, и это выглядит превосходно".

"Я полагаю, тебе это могло бы пригодиться", - мягко сказал Рорк, когда Вебстер подошел к буфету, и не мог не насладиться ленивой ухмылкой Вебстера. "Как прошла пьеса?"

"Незабываемый".

"Дарсия скоро вернется".

"Еще пара дней. У меня впереди какое-то время ". Вебстер положил яичницу на свою тарелку и небрежно произнес: "Я собираюсь лично осмотреть этот ваш внеземной курорт".

"У вас не могло быть лучшего проводника, чем начальник полиции".

Мира и Уитни вошли вместе. Уитни оглядела комнату, затем сосредоточилась на Рорке. "Она еще не вернулась?"

"Нет. Она попросила меня начать брифинг, если она задержится. Вы можете взять слово, если предпочитаете ".

"Нет, мы будем следовать линии Далласа". Он налил кофе, но отказался от еды.

"Ты выглядишь усталой, Шарлотта", - сказал Рорк Мире.

"Я маленький. Долгая ночь".

"Поешь немного. Наберись энергии".

"Я не думаю, что это поможет. Очевидно, что мой коллега замешан в этом. Человек, с которым я работал, человек, которому я доверял ".

"Мне жаль". Рорк коснулся рукой ее плеча. "Это более глубокий вид предательства, не так ли, когда есть доверие?"

"Когда я думаю, сколько полицейских доверили ему свои секреты, свои страхи, свои чувства, да, это очень глубокий вид предательства. Все это так, не так ли?" Она посмотрела на доску. "На самом глубоком уровне. Врач пациенту, полицейский полицейскому, обществу, дочь отцу ".

"Вы остановите это, все вы. Предательство процветает только в темноте. Ты вынесешь это на свет божий".

"Это давит на него". Мира взглянула на Уитни, когда он садился наедине со своим кофе. "На всех нас, но это его приказ. И то, что этот небольшой и, да, вероломный процент всех хороших мужчин и женщин, которые работают, рискуют и сражаются каждый божий день, сделал, чтобы уменьшить эту работу, этот риск, эту борьбу, - это тяжкий груз."

Она подошла, чтобы занять место рядом с Уитни.

Итак, подумал Рорк, он не мог больше откладывать это.

Он прошел в переднюю часть комнаты. "Лейтенант задерживается".

"Далласа здесь нет?" Вебстер прервал. "Где, черт возьми, она?"

"На месте преступления или, надеюсь, на обратном пути с места преступления, где была убита Гарнет".

"Гранат? Что за- " Вебстер замолчал, и расслабленное тело, сонные глаза исчезли. "Когда, черт возьми, это произошло, и почему меня не предупредили? Она не может расследовать убийство Гарнет. Командир-"

"Если бы вы заняли свое место". Рорк справился со вспышкой гнева, как он справился бы на любом собрании, которое он проводил. Хладнокровно. "Вы будете подробно проинформированы по этому вопросу и всем другим, имеющим отношение к этим расследованиям. Лейтенант не назначен на это последнее убийство, но консультируется с офицерами, которые - по их просьбе.

"Теперь, когда у меня есть слово, мы начнем с некоторого прогресса, которого я добился в отношении финансов трех испытуемых. Данные номер один на экране", - приказал он, и на экране появилось изображение паспорта Гарнет с фотографией.

"Как вы видите, это детектив Уильям Гарнет, он же Гарнет Джейкоби. Хотя они оба сейчас мертвы, представляет интерес тот факт, что Гарнет под этим вымышленным именем накопила более тридцати пяти миллионов долларов наличными, акциями, облигациями и собственностью. У него довольно милый дом на Канарских островах. Имел, то есть. Данные два с изображением на экране".

"Как ты это раскопал?" Вебстер спросил его. "Ты никогда не помечал меня для фильтра".

"Осторожно, нудно и в рамках закона. Едва, " добавил Рорк, " но в пределах, как лейтенант приказал и ожидал."

"Мы могли бы повесить его на этом, чтобы он просох", - пробормотал Вебстер, пока его сердитый взгляд сканировал экран, изображение роскошного дома, цифры. "Вышел сухим из воды".

"Немного запоздал с этим. Однако, если вы предпочитаете, чтобы мы могли двигаться дальше, вернитесь к этому. Возможно, вам улучшит настроение просмотр другого потока данных. Один-А, на экране. Познакомьтесь с Марсией Анбром, в настоящее время проживающей на Сардинии, Италия."

"О да". Хотя он сказал это сквозь зубы, и его лицо еще больше посуровело, Вебстер кивнул. "Это улучшает мое настроение".

"Может быть, идея привлечь ее к ответственности за взяточничество, за коррупцию украсит ваш день, лейтенант", - сказала Пибоди, поворачиваясь. "Но она убивала копов. Не все они были похожи на Гарнет. Они мертвы, потому что не были похожи на Гарнет ".

"Понял, детектив. Мы все хотим здесь одного и того же".

"Детектив Пибоди". Тон Рорка был более мягким, чем тот, которым он разговаривал с Вебстером. "Я понимаю, что вы проводите дополнительное расследование смерти детектива Гейл Девин. Возможно, вам поможет в расследовании информация о том, что Рене Оберман - в роли Марсии Энбром - перевела два с половиной миллиона долларов на свой счет через два дня после операции, в ходе которой был убит Девин. В то же время Гранат также внес крупный депозит. Один и целых два десятых. Как и Бикс, под его предполагаемым именем ".

К черту экран, подумал Рорк. Все это было у него в голове. "Как Джон Барри, Бикс имеет счета в Монтане, где он также приобрел коттедж и пятьдесят акров земли, на Филиппинах, где он когда-то служил в армии, и в Токио, где он родился. Хотя мы начали с этих троих, мы работаем по всему отделению. У меня есть Фримен, Палмер и Марселл в полном составе. Остальные будут у меня в течение нескольких часов".

"Вам нужно добавить доктора Аддамса в свой список". Мира сидела, сложив руки на коленях. "Как я уже проинформировал командира, при просмотре всех материалов дела, результатов тестирования, оценок и истории болезни каждого члена отделения лейтенанта Обермана, я обнаружил тревожные несоответствия, и то, что при более тщательном изучении представляется исправленными результатами в отношении тех членов отделения, которых доктор Аддамс осматривал, тестировал или лечил".

"Конечно". Нет смысла говорить ей, что он уже добавил ее коллегу, уже нашел несколько горшков, которые закопал этот человек.

"Детектив Пибоди", - продолжила Мира. "Вам следует знать, что за несколько недель до смерти детектива Девин лейтенант Оберман, согласно записям доктора Аддамс, выразила обеспокоенность состоянием ума Девин, сославшись на то, что детективу было трудно сосредоточиться на своей работе, придерживаться процедуры, отнимала слишком много личного времени. Аддамс организовал сеансы с детективом Девином. Он виделся с ней дважды в неделю в течение семи недель, до момента ее смерти ".

"Она бы доверилась ему".

"Да, возможно, она пришла в себя", - согласилась Мира.

"Если бы она это сделала, она могла бы сказать ему, что, по ее мнению, в отряде что-то не так, и почему. Что она собиралась с этим делать."

"Это возможно". Усталость на лице Миры усилилась. "Если она это сделала, я верю, что Аддамс определенно был замешан в ее смерти".

Вошла Ева, ее шаги были длинными и быстрыми. "Прошу прощения за задержку". Она взглянула на экран, кивнула. "Я вижу, вас проинформировали о финансовых аспектах. Это дает нам доказательство того, что Рене, Гарнет и Бикс раздобыли фальшивые удостоверения личности и с их помощью спрятали имущество и средства ".

"Добавь Фримена, Палмера и Марселла", - сказал ей Рорк. "Другие придут".

"Хорошо. Одного этого достаточно, чтобы отстранить их от службы, арестовать их, предъявить им обвинения, судить и признать виновными. Мы должны исключить Гарнета из этого процесса, поскольку я только что закончил осмотр его тела, но данные о нем влияют на всех участников ".

"Я хотел бы получить отчет об убийстве Гарнет", - сказал Уитни.

"Сэр. Детектив Джанберри играет главную роль и вместе со своим партнером, детективом Дельфино, ведет расследование. Детектив связался со мной, пустил меня на место происшествия. В это время я дал им показания относительно обеих моих ссор с жертвой ".

"Что вы имеете в виду под "обоими"?" - Спросил Вебстер.

"Второе произошло примерно в две тысячи двести прошлой ночью, когда Гарнет столкнулся со мной за воротами моего дома, где он подстерегал моего возвращения. Я предполагаю, что он был проинформирован о том, что я покинул резиденцию детективом Манфордом и / или Фрименом, которые пытались установить за мной слежку в двух точках примерно девяносто минут назад."

"Что, черт возьми, это такое, Даллас? Почему меня не проинформировали?"

"Ты был занят", - огрызнулась она на Вебстера. "И ты такой информированный. Моя стычка с Гарнет зафиксирована, и эта запись и мой отчет о ней были переданы моему командиру ".

Она сделала паузу на мгновение. "Двигаемся дальше. Детектив Гарнет вошла в здание, где был убит Кинер, в час ночи, взломав печать, минуя замки. Или его убийца сделал это и оставил мастера на нем. Примерно в шести шагах от двери на Гарнет напали сзади. Его горло было перерезано. Не было никаких других видимых повреждений, кроме синяков, которые я нанес ему на лицо примерно в две тысячи двести."

"Иисус Христос".

"Прочтите отчет, Вебстер. Посмотрите запись. Ценные вещи Гарнета были изъяты - за исключением ножа, который он прикрепил к поясу в ножнах. Детективы согласились держать меня в курсе своих успехов ".

"Что ты должен был дать им за это?" Вебстер потребовал.

Теперь она набросилась на него, такая же злая, как и он. "Не все сводится к оплате, к услуге за услугу. У меня есть интерес к их делу - их жертва связана с моей и была убита в том же месте. Поскольку они копы с мозгами, они могут следовать точкам. Я сказал им, что на данный момент не могу поделиться с ними некоторыми деталями и областями моего собственного расследования. Что, опять же, поскольку они копы с мозгами, говорит им, что это нечто большее, чем мертвый наркоман. Которое они были достаточно умны, чтобы уже понять. Решение о том, будут ли офицеры, расследующие убийство Гарнета, проинформированы об этом, будет принимать командир ".

"Я пересмотрю это", - сказала ей Уитни.

"Да, сэр. Судя по моему собственному осмотру, судя по углу раны, убийца был выше жертвы. Жертва была шести футов ростом. Его также сняли сзади, что указывает на то, что он вошел раньше своего убийцы, стоял спиной к своему убийце. Указывает на то, что это был кто-то, кого он знал, кому доверял. Я полагаю, что Бикс убил Гарнета, и, учитывая его патологию и профиль, он сделал это по приказу своего лейтенанта."

"Небольшая уборка в доме", - сказал Фини.

"Да, Гарнет наводила порядок на своем участке. Я подозреваю, что в период между его ссорой со мной и его смертью он связался с ней или пошел к ней. Он знал, что ОВР что-то вынюхивает ", - добавила она, кивнув Вебстеру.

"Я выпустил след, как и договаривались".

"Это сработало. Он уже нападал на нее раньше, давил на нее в ту ночь, когда Пибоди подслушала их разговор. Он дважды терял контроль со мной. Вчера в своем офисе она не могла контролировать его - и она знала это. Ее попытки прибраться за ним ни к чему не привели и усугубили ее смущение. Прошлой ночью он снова набросился на меня и из-за этого лишился бы своего значка. Он был не только бесполезен для нее, но и представлял угрозу. Она действовала быстро - слишком быстро, я думаю. Сгоряча. Более хладнокровный человек нашел бы другой, более тихий способ избавиться от него ".

"Да, я согласна", - сказала Мира, когда Ева посмотрела в ее сторону. "Гарнет и Рене когда-то были любовниками. Она лишила его какой бы то ни было власти в отношениях, прекратив сексуальную связь ".

"Вероятно, поэтому она начала и закончила это", - предположила Ева.

"Очень вероятно. Он выполнял ее приказы на двух уровнях, и делал это потому, что это было выгодно, и потому, что она продолжала видеть, что у него были значимые задания на обоих уровнях. Она сделала ему выговор и наказала за любую ошибку, которую он совершил с Кинером. Затем он столкнулся с другой женщиной-начальницей, той, которая не проявила к нему должного уважения, которое он считал для себя должным, и не успокоила его, как сделала бы Рене. Теперь он снова наказан, ему снова сделали выговор. И срывается.

"Оберман не может контролировать его, что плохо отражается на ней, опять же на обоих уровнях. Его действия требуют, чтобы она сделала это, и поскольку она не может, она устраняет его. Абсолютный контроль, доказывающий, что она главная. Доказывая это, " добавила Мира, - самой себе, а также тем, кто находится под ее командованием."

"И это для нее приоритет", - вставила Ева. "Быть на вершине, командовать, отвечать".

Мира кивнула. "Если она не главная, она ничто. Не более чем дочь важного, почитаемого человека, которому она никоим образом не может соответствовать. Кроме как вероломством и обманом. Она действовала быстро, решительно, потому что воспринимала это как приказ. Когда, на самом деле, это были страх и отвращение ".

"Почему именно это место?" Спросила Ева.

"Я подозреваю, что ты знаешь. Это не только послужило бы местом, куда отправилась бы Гарнет, если ее должным образом соблазнить, это пощечина вам. Вот еще одно тело, когда первое едва остыло. Это был способ использовать его против тебя, особенно если она знала, что ты дрался с ним ранее, и результаты этого были бы очевидны."

"Да, я оставила на нем несколько отметин", - согласилась Ева.

"Это была твоя сцена. У вас с жертвой была ссора ранее в тот же день. Она никак не могла знать, что вы записали и сообщили о втором инциденте, но можете быть уверены, что офицеры, проводящие расследование, будут обязаны допросить вас относительно Гарнет.

"Она должна доказать, что она лучше тебя. Ты поколебал ее командование и ее уверенность в нем. Она не может этого вынести ".

"Ей придется терпеть намного больше, прежде чем это будет сделано. Есть что-нибудь свежее от ЭДДА?" - спросила она Фини.

"Теперь, когда ты упомянул об этом".

Прежде чем он смог продолжить, Вебстер встал. "Теперь это ОВР. Я обязан сообщить об этом своему капитану и начать официальное расследование. Финансовых данных и фальсифицированных документов достаточно, чтобы похоронить их ".

"Есть небольшое дело об убийстве", - напомнила ему Ева.

"Которым мы также займемся".

"ОВР не берется за мое дело. Кинер мой".

"Убийство Кинера - прямое следствие внутренней коррупции и должностных преступлений, в которое вовлечены все или большая часть команды и которое выходит за рамки".

"О котором ОВР ничего бы не знало, если бы я не привлек тебя к делу. Почему это, Вебстер? Просто почему крысиный отряд не натравил всю хуйню на Рене и ее команду?"

"Я не знаю. Но теперь оно у нас есть ".

"А если у нее есть человек внутри ОВР, и он даст ей знать, что надвигается буря? Она сдохнет. У нее есть средства, чтобы сделать это стильно. Или она найдет способ повернуть это так, чтобы молния ударила в другую голову. Она не зашла так далеко, будучи глупой ".

"На плите лежит еще одно тело, Даллас. Грязный коп или нет, он мертв, и она несет за это ответственность. Ее нужно закрыть, прежде чем она снова решит навести порядок в доме ".

"Он прав". Уитни заговорила прежде, чем Ева смогла зарычать на Вебстера. "И ты тоже, Даллас. Я хочу, чтобы вы оба и ваш капитан Вебстер были в моем кабинете в одиннадцать ноль-ноль. Затем он будет полностью проинформирован по этому вопросу. И мы, черт возьми, разберемся с этим. Что касается двух убийств, о которых теперь известно, что они замешаны, ОВР придется действовать через меня, чтобы отстранить их от их нынешних сотрудников, ведущих расследование. Было бы неразумно брать меня на себя, лейтенант."

Он кивнул, когда Вебстер покачал головой.

"Я связался с шефом Тибблом и полностью проинформировал его по всем вопросам. Я попрошу его тоже присутствовать. Лейтенант Даллас, вы будете нужны мне в моем кабинете в десять ноль-ноль. Коммандер Оберман попросил уделить мне сегодня немного времени, а также попросил встретиться с вами ".

"Рене попросила его вмешаться. Командир-"

"Вмешательство вряд ли поможет Гарнет сейчас", - перебила Уитни. "Если он попросит меня повлиять на вас или приказать вам смягчить наказание его дочери в связи с убийством Кинера, он будет разочарован".

Уитни поднялся на ноги. "Десять сотен, лейтенант".

"Да, сэр".

Он снова посмотрел на экран. "Вы все проделали хорошую работу", - сказал он. "Хорошая работа над отвратительным делом".

Мира поднялась. "Не могли бы вы подвезти меня?"

"Конечно".

Она беспокоится о нем, подумала Ева. И она не единственная.

Она снова повернулась лицом к комнате. "Уволен".

"Подожди, подожди". Явно испытывая отвращение, Вебстер покачал головой. "Ты думаешь, что сможешь вытолкнуть меня? Убери меня с дороги, пока твоя команда EDD и твой партнер не проинформировали тебя?"

"Им не о чем сообщить мне. Это верно?"

"Ничего особенного", - легко ответил Фини.

"Они устраивают распродажу кашемировых свитеров", - объявила Пибоди. "В любом случае, я не могу себе этого позволить. Naturale-все локации. Но это, вероятно, не то, что вы имели в виду под обновлением ".

Ева холодно посмотрела на Вебстера. "Кажется, мы закончили".

Он просто снова покачал головой, скрестив руки.

"Если вы извините нас, лейтенанту Вебстеру и мне нужно несколько минут".

Шаркающие ноги. А Рорк продолжал прислоняться к стене. Ева послала ему взгляд, который умудрялся быть извиняющимся и раздраженным одновременно. Рорк оттолкнулся от стены.

"Следи за своими руками, парень", - пробормотал он, проходя мимо Вебстера. "В противном случае, в этом раунде я позволю ей напасть на тебя. И она подлее, чем я ".

Вебстер снова поднялся, нахмурившись. Но засунул руки в карманы.

"Ты не отстраняешь меня от этого, Даллас".

"Я, вырезающий тебя? Ты просто стоял там и пытался отобрать у меня дело ".

"Плохие копы попадают под IAB".

"Не вешай мне свою бюрократическую лапшу на уши. Если бы я не ожидал и полностью не понимал, что ОВР должен приложить к этому руку, я бы не просил вас о помощи, и вы бы все еще знали сквота ".

"В тот раз я поступил по-вашему, вместо того чтобы немедленно сообщить своему капитану. Мне до смерти надоело это отношение, что мы не копы, не настоящие ".

"Я никогда не говорил, что ты не полицейский. Но ты, черт возьми, точно не из Отдела убийств, больше нет. Ты сделал свой выбор там, Вебстер. У тебя есть работа, которую нужно делать. Принято. Я тоже, и вы не собираетесь вмешиваться в мое расследование ".

"Тебе нужен ошейник? Нет проблем. Я позабочусь о том, чтобы тебе воздали должное".

"Я должен надрать тебе задницу за это". Действительно, ее руки сжались в кулаки по бокам. "Пошел ты. Пошел ты нахуй, если думаешь, что это из-за ошейника, из-за кредита. Если ты думаешь-"

"Я не знаю. Я не хочу, " повторил он и потер рукой заднюю часть шеи. "И это был дешевый ход, прошу прощения".

Она снова выругалась и зашагала прочь. "Я мог бы сделать это без тебя".

"Да, и такое чувство, что так оно и есть. Поддерживайте крысу на словах, но не кормите ее новым сыром ".

Она повернула назад. "Что?"

"Почему я до сегодняшнего утра не слышал, что Гарнет пришла за тобой? Я не слышал, что у него был шанс, потому что ты пошел поговорить с одним из людей Рене."

"Лайла Стронг не из ее народа".

"Она в отделе, - напомнил он ей, - и со мной должны были посоветоваться по этому поводу. Я не слышал до сегодняшнего утра, что за тобой следят. Я не слышал о Гарнет ".

"Я проинформировала командира", - начала она.

"Теперь кто несет чушь?"

"Это не чушь собачья. Это мой первый долг. И я не связывался с тобой на каждом шагу, потому что ты был... вовлечен в это дело. Дарсия."

"Теперь у тебя проблемы со мной и Дарсией?"

"Нет. Бог". Расстроенная, она провела рукой по волосам. "Я ничего от тебя не скрывал. Я не связался со своим собственным партнером, потому что не счел это необходимым. Я не связался с тобой по той же причине, а также потому, что думал, что оказываю тебе услугу. Даю тебе ночь, чтобы ... пойти в театр. Музыкальный театр."

Он мгновение смотрел на нее, затем его тело утратило боевую стойку. "Я думаю, ты был, оказывая мне такую поддержку. Это ценится. Но я коп, как и Дарсия. Ты знаешь, что перерывы в ... музыкальном театре являются частью сделки ".

"Что бы вы сделали или могли бы сделать со всем этим, если бы вам так помешали?"

"Ничего, на самом деле. Но я бы лучше продумал это в своей голове, яснее представлял ситуацию ".

"Хорошо, я перебью тебя в следующий раз. И если ты окажешься в середине большого производственного номера, это будет твоя собственная вина ".

Он рассмеялся. "Я всегда был неравнодушен к тебе".

"О, ради-"

"Не так, не так". Он осторожно сделал шаг назад. "Не бейте меня и не вызывайте собак. Я работал с тобой несколько раз, и мне нравится, как работает твой разум. Даже когда я не согласен. Мне нравится, как ты можешь вгрызаться в дело, пока не выплюнешь его по-своему. Ты жестокая задница, Даллас, но это одна из причин всего этого. Ты не был командным игроком в те пару раз, когда мы работали над одними и теми же делами ".

Может быть, и нет, подумала она. Нет, определенно нет. "Я не командовал. Командование меняет дело, потому что ваши люди зависят от того, что вы возглавляете эту команду. Я не был ... многое по множеству причин".

Она подумала о прогулке с Рорком летним вечером. "Я уже не тот человек, которым был тогда".

"Нет. Думаю, я тоже не такой ". Он протянул руку. "В прошлом?"

"Это зависит". Она взяла его за руку. "Если ты займешься моим делом, я снова возьмусь за эту руку. И я разорву его на запястье".

Он усмехнулся ей. "Вперед, команда".

"Я собираюсь доверять тебе, потому что я уже проходил с тобой через двери раньше. Если вы хотите остаться до конца брифинга, присаживайтесь. Я скоро вернусь".

"Нет, но я ценю это. Мне нужно кое-что сделать до того, как мы встретимся с командующим."

"Тогда увидимся".

Она подошла к кабинету Рорка, открыла дверь, закрыла ее за собой. "Спасибо за пространство".

"Пожалуйста. И?"

"Мы разобрались с этим. В основном это сочетание параллельных, но не совсем совпадающих целей и непонимание мотиваций ". Она пошла в его автомастерскую выпить кофе. Закрыла глаза, потерла пространство между бровями.

"Подожди минутку, Ева. Присядь".

"Лучше не надо. Мне нужно закончить этот брифинг, отключиться на некоторое время для размышлений. Тогда готовьтесь к этим встречам. Христос-Оберман, Тиббл и ОВР." Она снова открыла глаза. "Утро обещает быть тяжелым".

"У тебя уже было одно". Он придвинулся к ней, чтобы самому нежно потереть это место между ее бровями.

"Вскрыл его от уха до уха. Он был мертв до того, как упал на пол. Быстрый, скорый путь, и он заслужил медленный и болезненный, в моей книге. И даже в этом случае не ей решать, кому жить, а кому умереть. Как. Когда. Это не ее призвание ".

Поскольку она была не той, кем была раньше, она положила свой ноющий лоб ему на плечо. "Он, вероятно, сделал бы то же самое - с Рене, со мной, с кем угодно. Скорее всего, он вошел туда, думая, что откроет меня от уха до уха. Он был открытой, гноящейся раной для департамента ".

Она снова выпрямилась.

"А острее? Может быть, безвреден в большой схеме, может быть, он дал официанту пиццы хорошие чаевые, когда был на мели. Но он прожил свою жизнь на барахле и торговал им. Я не думаю, что у него были бы придирки, если бы покупателю было двенадцать, при условии, что у ребенка была царапина. Он был свиньей, ищущей легкий путь внутрь и легкий выход ".

Она отпила немного кофе, отставила его в сторону. "Но все это не имеет значения. Гноящаяся рана, свинья, не ей решать."

Рорк обхватил ладонями ее лицо. "Он бы убил тебя, если бы мог, и наслаждался этим. Другой коп может быть главным в его убийстве, но Гарнет теперь твой ".

"Так оно и есть".

"Для тебя, да. Вот почему Рене Оберман никогда не поймет тебя ".

"Я понимаю ее".

"Да, я знаю, что это так". Он легко поцеловал ее. "Давайте покончим с этим".

Кивнув, она направилась к двери, соединяющей их офисы.

Семнадцать

ЕВА СЛУШАЛА, КАК ЕЕ ЭЛЕКТРОНЩИКИ ПО-своему ОБЪЯСНЯЮТ идею Макнаба о прослушивании и отслеживании. Она слушала, пока у нее не зазвенело в ушах.

Она взмахнула рукой в воздухе, прерывая гик-фест. "Итог. Если бы вы могли это сделать, у нас были бы записи о одноразовых поступлениях и расходах Рене ".

"Итог", - согласился Фини. "Но это не делает чести концепции или исполнению - а в этом фильме они есть".

"Слава всем вокруг. Если вы можете довести это от концепции до исполнения, нам нужен ордер ".

Фини надул щеки. "Да, это была бы небольшая заминка. У нас достаточно для одного, Даллас, начиная с заявления Пибоди, проходя прямо через твою встречу с Рене, финансовые отчеты, хвост прошлой ночью до смерти Гарнет. Тебе решать, пойдем ли мы туда. ОВР мог бы сработать один ".

Ее призыв, думала она, и каждое решение отклонялось от другого пути. "Я получу ордер и проинформирую ОВР - после того, как вы осуществите свою пикантную концепцию. Мне нужно встретиться с Рео", - сказала она, думая об АДЕ, которой она доверяла. "И прежде чем я снова встречусь с командующим. Встреться с ней наедине. Пибоди-"

"О, чувак, ты хочешь, чтобы я снова пометил Крэк".

"Он, затем Рео. Скажи ей, чтобы встретила меня там через тридцать. Скажи, что это срочно и конфиденциально. Ты знаешь, что делать ".

"Да", - сказала Пибоди со вздохом.

"Рорк, Пибоди понадобится машина".

"Я есть? Разве я не с тобой? Я нужен тебе для Reo, тогда, Даллас, я должен быть с тобой на встрече с коммандером Оберманом, чтобы подтолкнуть тебя к IAB ".

"Нет. У меня есть твое заявление для Рео. Иметь дело с коммандером Оберманом и ОВР, это моя работа. Вам нужно продолжить свое расследование. Ты должна поддержать детектива Девина, Пибоди. Тебе нужно добиться справедливости для нее, и это то, что ты сделаешь. Я абсолютно уверен, что именно это ты и сделаешь ".

"Я даже не уверена, что иду по правильному пути", - начала Пибоди.

"Ты узнаешь". Она взглянула на Рорка, и он кивнул.

"Я позабочусь о машине. Фини, почему бы мне не встретиться с тобой и Макнабом здесь, в лаборатории? Я скоро буду ".

Макнаб быстро, ободряюще сжал плечо Пибоди, прежде чем тот вышел со своим капитаном.

"Не давай ей ничего броского", - крикнула Ева Рорку.

"Может быть, просто... " Пибоди подняла большой и указательный пальцы на расстоянии полудюйма друг от друга.

Рорк подмигнул ей и оставил их наедине.

Ева указала Пибоди на стул, затем подошла к буфету, налила кофе.

"Ты принес мне кофе".

"Не привыкай к этому".

"Обычно это моя работа".

"Потому что я лейтенант". Ева села. "Я втянул тебя в Отдел убийств, потому что посмотрел на тебя и подумал: "это полицейский". Твердый, немного зеленый, но твердый. И я мог бы помочь ей стать лучшим копом. У меня есть."

Пибоди уставилась в свой кофе, ничего не сказав.

"Тебе предстоит выполнить полицейскую работу для Дэвина. Я отдаю это в твои руки, потому что, ну, я лейтенант. Я должен знать своих людей - их сильные и слабые стороны, стиль. Я должен знать их, и я должен доверять им, чтобы они выполнили свою работу. Или я не сделал своего."

Ева отхлебнула кофе, обдумывая свои слова. "Встречи, как я договорился? Это тоже полицейская работа, но это бремя командования, Пибоди. Это политика и заключение сделок, дерьмовые состязания. Это должно быть сделано, и я должен это сделать ".

"Потому что ты лейтенант".

"Чертовски верно. Я много думал о том, что значит командовать, иметь ранг со времен Рене Оберман. Не только о том, что значит быть полицейским, но и быть боссом. Ответственность и влияние, обязательства перед значком, перед общественностью, перед мужчинами и женщинами, находящимися под вашим командованием. Я хотел этого, и я работал ради этого. Я должен был быть копом. Это все, чем я мог быть. Я был жертвой, поэтому я знал, что могу остаться сломленным, или я мог бороться. Я мог бы учиться, тренироваться и работать до тех пор, пока не смог бы вступиться за жертву. У всех нас есть свои причины быть полицейским ".

"Я так сильно хотел стать детективом. Быть копом ... это означало, что я мог помогать людям, которые в этом нуждались, и это было важно. Стать детективом, ну, для меня это означало, что я был хорош, и я буду становиться лучше. Ты меня туда привел ".

"Я помогла привести тебя туда", - поправила Ева. "Я не хотел звания ради должности, ради повышения зарплаты".

"У тебя один из самых дерьмовых офисов в Центре", - сказала ей Пибоди. "Это заставляет нас гордиться".

"Серьезно?" Удивленная, затем глупо довольная, Ева покачала головой.

"Тебя не волнуют фантазии, тебя волнует работа. И твои люди. Все это знают".

И это, поняла Ева, не просто радовало. Это согревало ее в глубине души.

"В любом случае," продолжила Ева, "я хотела этого, потому что знала, что смогу это сделать. Я знал, что у меня все будет хорошо, и я стану лучше. Я знаю, что когда я войду в эту тюрьму, я могу положиться на каждого человека там. Но не менее важно, может быть, даже больше, что каждый мужчина там знает, что он может на меня положиться. Что я буду стоять за них и с ними, и, если необходимо, перед ними. Если они не знают этого, имеют абсолютную веру в это, в меня, я потерпел неудачу ".

"Ты не потерпел неудачу". Пибоди слегка шмыгнула носом. "У нас, черт возьми, лучшее подразделение в Центральной".

"Так случилось, что я согласен. Отчасти это я, и я возьму на себя ответственность за это. Я чертовски хороший босс, а босс задает уровень. Рене установила свою, Пибоди, и какой-то коп, который, может быть - может быть - выполнил бы свою работу, уважал бы значок, решил использовать его и опозорить, потому что человек, ответственный за них, сказал, что это нормально. Потому что человек, ответственный за них, выкапывал слабость и сжимал ее ".

"Я никогда не думал об этом, или думал об этом таким образом, я полагаю".

"Другие копы, хорошие копы, такие как Девин, погибли, потому что человек, ответственный за нее, человек, которому она должна была абсолютно доверять, сделал этот звонок.

"Ты собираешься похоронить ее за это".

Пибоди снова подняла глаза, моргнув от внезапной ярости в тоне Евы.

"Я лейтенант, и я говорю вам, что вы будете защищать детектива Гейл Девин, и вы добьетесь ее правосудия".

"Да, сэр".

"Теперь, организуй встречу с Рео".

"Могу я просто обсудить с тобой пару вопросов по тем направлениям, по которым я иду?" Пибоди слегка улыбнулась. "Потому что ты лейтенант".

"Сделай это быстро. У меня на доске политика и дерьмовые соревнования ".

"Вы посоветовали мне относиться к этому как к нераскрытому делу, поэтому я изучил досье, отчеты, показания свидетелей. Расследование было минимальным, потому что были заявления копов - копов Рене, - что Девин сбежала во время рейда, потеряла свое прикрытие. И в это время подвергся нападению и был убит. Она отключила несколько стримов, уложила пару плохих парней, прежде чем упасть ".

"И?" Ева подсказала.

"Это читается как обложка, Даллас. Очевидное прикрытие. Как будто она облажалась, но ее команда избежала этого, чтобы она получила посмертную награду. Написано "Синяя линия". Нет смысла записывать, что она облажалась, в ее послужной список, поскольку она мертва - но это есть, понимаешь? "

"Да".

"Я не могу повторно опросить уитов, не предупредив их и Рене. Итак, я повторно опрашиваю жертву ".

Ева сдержала улыбку внутри. "Хорошо".

"Ее послужной список до командования Рене, ее инструкторы в Академии, копы, с которыми она работала, когда была в форме, после того, как стала детективом. Ее семья, друзья, сержант Алло. Я работаю над этим. Я сказал им, что, за исключением Алло, я работаю над чем-то, что пересекается с рейдом, так что я просто перепроверяю ".

"Хорошо".

"Она не была придурком, и, услышав, что Мира сказала на брифинге, я могу понять, как они обставили ее, чтобы выглядеть таковой".

"Куда ты направляешься отсюда?"

"Я хотела поговорить с ее матерью, " сказала ей Пибоди, " но ее мать не хочет говорить со мной. Она не хочет возвращаться, и у нее серьезная эрекция по отношению к полицейским. У нее был нервный срыв после того, как это случилось, и, насколько я знаю, она так и не прошла весь путь обратно. Они были близки. Я думаю, у нее могло что-то быть, но она не знала об этом. Что-то, что сказал или сделал Дэвин, что могло бы подтолкнуть меня к следующему шагу. Я не знаю, насколько сильно давить."

"Если твое нутро подсказывает тебе, что у нее что-то есть, ты нажимаешь. Ты находишь способ. Ты знаешь, как работать с людьми, Пибоди, как общаться, сопереживать, немного вжиться в их кожу. Ваши свидетели - лжецы, поэтому вы ищете людей, у которых нет причин лгать. Это хорошая стратегия ".

"Я пойду к ней сегодня утром. Но ... возможно, что если мы сможем перевербовать этого доктора, оказать некоторое давление на полицейских во время рейда, мы могли бы выдать ее за Гейл Девин без чего-либо еще ".

"Возможно. Ты хочешь возможного?" Потребовала Ева. "Послушай, возможно, ты не сможешь довести это до конца, но продолжай, и ты поймешь, что сделал для нее все, что мог. Это то, чего она заслуживает, это то, чего я ожидаю, и это то, что ты сможешь сказать себе, когда это будет сделано. Так или иначе. Теперь организуй мою чертову встречу ".

"Повсюду". Пибоди поднялась. "Ты был моим героем".

"О, Иисус".

"Когда я был в Академии, когда я надевал форму, я изучал вас, ваши дела, как будто вы были какой-то мифической фигурой, и я был на задании. Я хотел быть похожим на тебя. Когда ты взял меня в помощники, я был так счастлив, и я был так чертовски напуган ".

Вспомнив, Пибоди издала смешок.

"Вот это были дни", - сказала Ева и заставила Пибоди расхохотаться.

"Мне не потребовалось много времени, чтобы понять, что ты не был мифической фигурой или героем того типа, от которого отскакивают оглушающие потоки. Ты истекаешь кровью, как и все мы, но все равно проходишь через дверь. Это делает вас и остальных из нас, кто делает то же самое, чертовски хорошими полицейскими. Я понял, что предпочел бы быть чертовски хорошим полицейским, чем героем. Я понял, что не хочу быть таким, как ты. Ты научил меня хотеть быть собой. Ты научил меня и помог стать чертовски хорошим полицейским, потому что ты лейтенант ".

Пибоди достала свою ссылку, чтобы назначить встречу.

Вскоре Ева стояла снаружи, изучая изящную маленькую пудреницу сапфирово-синего цвета.

"Какую часть "не кричащего" ты пропустил?" - спросила она Рорка, когда Пибоди издала счастливый возглас .

"Ты считаешь все, что находится по эту сторону уродства, кричащим. Этот автомобиль исправен, очень хорошо управляется и оснащен отличным комплектом электроники, который может пригодиться Пибоди ".

"У-у-у!" Пибоди сказала снова. "Это uptown mag! К исправному транспортному средству я буду относиться с большим уважением ", - добавила она.

"Подождите десять минут после того, как я пройду через ворота, прежде чем выходить", - сказала она Пибоди. "Если они установили хвост, они последуют за мной, и ты будешь чист".

"Ты думаешь, я не могу поджать хвост?"

"Сколько раз ты делал это?"

"Ладно, но всегда бывает в первый раз. Но не в этот раз, " продолжила Пибоди, " из-за деликатности расследования".

"Это было бы правильно. Сообщи мне, когда у тебя будет что рассказать. Я благодарна за то, что одолжила моему партнеру, - сказала Ева Рорку, - и приношу извинения, если она пустит слюни на обивку".

"Иди за своим ордером". Он легко поцеловал ее. "Я хочу пойти поиграть со своими друзьями".

"Что ж, наслаждайся". Она села в свою машину, покачала головой, когда Пибоди погладила блестящее синее крыло и замурлыкала. "Мне мой нравится больше", - пробормотала она и уехала в своем уродливом, но загруженном DLE.

Когда Ева вошла в секс-клуб, Крэк одарил ее тем, что она могла интерпретировать только как вонючий взгляд. Рео сидела в баре, болтая с ним, выглядя как потерянный лучик солнца в полумраке.

"Прости". Ева поставила коробку, которую взяла с буфетного стола в своем кабинете. "Я принес тебе выпечку - и настоящий кофе".

Крэк открыл крышку, изучил содержимое. "Неплохая награда, белая девочка. Плюс, к счастью для тебя, мне нравится компания Блонди. Оставлю тебе немного места." Он поставил еще одну бутылку воды на стойку и переложил свою коробку с выигрышами на другой конец.

"Я не получу пирожных?" - Потребовал Рео.

"Может быть, он поделится. Прости, я немного опоздал. Я повесился ".

"Лучше бы все было хорошо. Мне пришлось перенести встречу на девять часов. Итак, что срочного и конфиденциального?"

Ева открыла свои воды. Рео была соблазнительной маленькой блондинкой с южными нотками в голосе. Она выглядела и говорила как легковес, и этот факт она умело использовала, чтобы обезоружить, а затем пронзить насквозь адвокатов защиты, обвиняемых и свидетелей противоположной стороны.

"Если ты не можешь следовать тому, что я тебе говорю, уважая эту срочность и сохраняя конфиденциальность, я не могу тебе сказать".

"Я не могу подлизываться к срочному и конфиденциальному, если не знаю, к чему подлизываюсь".

"Да, в этом весь фокус, не так ли? Дай мне это. Доверяете ли вы своему боссу безоговорочно, без колебаний?"

"Да. Он хороший помощник прокурора, хороший адвокат и хороший человек. Согласен ли я с ним на сто процентов? Нет. Но если бы я это сделал, это мало что сказало бы о нас обоих ".

"Это хороший ответ". На самом деле, решила Ева, она не могла придумать лучшего. "Если я спрошу тебя, не будешь ли ты говорить ни с кем, кроме него, о том, что я собираюсь тебе сказать, что мне нужно от тебя, ты сможешь согласиться на это?"

"Да. Но я не могу обещать согласиться с тем, что вам нужно, или рекомендовать ему, чтобы он согласился ".

"Ты будешь". Ева сделала большой глоток воды, затем выложила все, от начала до конца.

Это заняло время. Ева знала, что когда имеешь дело с адвокатом, все переплетается с вопросами, аргументами, пунктами закона. Рео достала свою книгу, сделала пометки, потребовала, чтобы Ева вернулась назад и пошла по уже пройденному пути.

И все это убедило Еву, что она обратилась к нужному человеку.

"Это будет бойня", - пробормотал Рео. "И кровь, которая окрашивает землю, впитается глубоко. Все, к чему она прикасалась, Даллас, все, к чему прикасался ее отряд, будет покрыто этим пятном. Юридические последствия ... аресты, признания, сделки о признании вины, приговоры. Каждый отправится в канализацию".

"Я знаю это".

"О, она идет ко дну. Мы собираемся жестко расправиться с ней. Я вызывал ее для дачи показаний. Она, Гарнет, Бикс, некоторые другие. Вызвал их в качестве свидетелей обвинения. Я отправил за решетку людей, которые, черт возьми, вполне заслуживали того, чтобы уйти, и из-за этого перед этими людьми открылась дверь. Она идет ко дну", - повторила Рео, ее глаза были как голубая сталь. "Как вы подозреваете, скольких полицейских она казнила?"

"Если ты считаешь Гарнет-"

"Я не знаю", - отрезала Рео.

"Хорошо, тогда в двух я уверен. У меня есть то, что у нас есть для тебя." Она подтолкнула диск через стойку. "Вы здесь не только потому, что электронные фанаты хотят попробовать что-то новое, и нам нужен ордер. Ты здесь, потому что я хотел, чтобы ты был готов, чтобы у тебя было время начать составлять свою часть этого вместе ".

"Поверь мне, мы это сделаем".

"Рео, я не пытаюсь указывать тебе, как делать твою работу, но я должен это сказать. Вы должны быть абсолютно, бесспорно уверены в судье, к которому вы обращаетесь по этому поводу. У нее могло быть такое в кармане или быть приставом, клерком. У нее мог быть кто-то в твоем офисе ".

"Боже, это выводит меня из себя. Меня бесит, что это заставляет меня беспокоиться, что это может быть правдой. Я пойду к своему боссу, и мы во всем разберемся. Это должно быть сделано в первую очередь, поэтому потребуется некоторое время, чтобы получить этот ордер ".

"Электронная работа, вероятно, все равно не из легких".

"Я вернусь к тебе".

Оставшись одна, Ева минуту посидела у бара, вращая бутылку с водой по кругу. Крэк спустился обратно, долго смотрел на нее.

"Все еще работаю изо всех сил".

"Да. Я хочу быть взбешенным - по большей части так и есть. Но время от времени я теряю это преимущество, и тогда мне просто становится плохо ".

"Может быть, я говорю что-то, что выводит тебя из себя. Верну тебе преимущество".

Она покачала головой, слегка улыбнувшись. "Нет. Я уже должен тебе три с половиной."

"Друзья не ведут счет. Не тогда, когда это имеет значение ". Он положил свою огромную руку поверх ее руки на стойке бара, похлопал по ней. "Хочешь пирожное?"

На этот раз она рассмеялась. "Нет, спасибо. Я должен вернуться к трудному ".

Пибоди с трепетом приблизилась к маленькому дому в Бронксе. Она не боялась, что уйдет с пустыми руками - хотя это было возможно. Она больше боялась, что пойдет неверным путем и сломает то, что, по ее мнению, было хрупкой основой выживания.

Она подумала о своей собственной матери, на что было бы похоже для нее, если бы ей сказали, что ее дочь мертва. Мертва, потому что она сделала выбор стать полицейским. Мертва, потому что ей приказали подвергнуть себя риску, и она это сделала.

Ее мать была сильной, подумала Пибоди, но это оставило бы в ней трещины. Это нанесло бы ущерб, и появились бы трещины, которые никогда полностью не закрылись бы снова.

Так она думала о своей собственной матери, когда постучала в дверь маленького домика в Бронксе.

Женщина, которая открыла его, была слишком худой - снова хрупкой - с волосами, собранными сзади в хвост. На ней были обрезанные спортивные штаны и футболка, и она с раздражением изучала Пибоди затуманенными глазами.

"Миссис Дэвин-"

"Я сказал тебе вчера, когда ты дозвонился до меня по "линку, мне нечего тебе сказать. Любому копу о Гейл ".

"Миссис Дэвин, если бы ты мог просто выслушать меня. Тебе не нужно ничего говорить. Просто выслушай меня. Я бы не беспокоил тебя, если бы это не было важно ".

"Важно для кого? Ты? Меня не волнует то, что важно для тебя. Ты очищаешь свои файлы? Это все, что она для тебя, досье. Просто имя в файле ".

"Нет, мэм, это не так. Нет, мэм. " Эмоции в ее сердце, в ее животе ясно звучали в ее голосе. "Я прошу прощения больше, чем могу выразить словами, если у вас создалось такое впечатление. Я немного узнал Гейл. Я знаю, что она любила петь, и у нее был сильный альт. Я знаю, что ее отец научил ее ловить рыбу, и хотя ей это не очень нравилось, она пошла с ним, потому что им нравилось проводить время вместе. Я знаю, что у вас с ней были крепкие и любящие отношения. Я знаю, что даже после того, как она переехала на Манхэттен, вы двое встречались каждую неделю. Для девчачьего времени. Обед, ужин, просмотр фильма, салон красоты, шопинг. Это не имело значения ".

Желудок Пибоди сжался, когда слезы покатились по щекам женщины. Но она не остановилась. "Она назвала тебя своим лучшим другом. Ты не хотел, чтобы она была полицейским, но ты не стоял у нее на пути. Ты гордился ею, когда она с отличием окончила Академию. Когда она стала детективом, вы устроили вечеринку в ее честь. Она знала, что ты гордился ею. Я думаю, для нее много значило знать, что ты был."

"Зачем ты это делаешь?"

Слезы горели в глазах Пибоди. Она не позволила им упасть, но ей не было стыдно показывать их. Не здесь, не с матерью мертвого полицейского.

"Потому что у меня есть мать, миссис Девин, и она на самом деле не хотела, чтобы я был полицейским. Я знаю, что она гордится мной, и это много значит. Я так сильно люблю ее. И в некоторые дни, поскольку она живет на Западе, я скучаю по ней до боли ".

"Почему ты сделал это тогда, почему ты оставил ее и сделал это?"

"Потому что я полицейский. Это то, кем я являюсь, в той же степени, что и то, что я делаю. Гейл была копом. Она была твоей дочерью, и она любила тебя. Она была полицейским, и она пыталась сделать все лучше ".

"Это убило ее".

"Я знаю". Пибоди позволила немного проявиться сдерживаемому внутри нее гневу, пусть он смешается с сочувствием. "Когда я шел сюда, я думал о своей маме и о том, что с ней будет, если она потеряет меня. Я бы хотел, чтобы ради нее я мог быть кем-то другим. Но я не могу. Ты гордился Гейл. Я был бы горд познакомиться с ней ".

"Чего ты хочешь от меня?"

"Могу я войти, пожалуйста?"

"О, какое это имеет значение?"

Когда женщина отвернулась, оставив дверь открытой, Пибоди вошла внутрь. Она заметила беспорядок на столе - предметы, которые, очевидно, были на полках, уловила запах чистящего средства, полироли.

"Прости, что я так сильно расстроил тебя вчера. Ты мало спал прошлой ночью. Теперь очищающий запой, который поможет тебе справиться с этим ". Она попыталась слегка улыбнуться. "Моя мама делает то же самое".

Это было не совсем правдой, поскольку этим путем воспользовался ее отец, но оставаться с матерями казалось лучшим - и не совсем ложью.

"Спрашивай, о чем хочешь спросить, и уходи. Я хочу вернуться к своей домашней работе ".

Она долго не протянет, подсчитала Пибоди, и пропустила работу, которую намеревалась заложить. "У Гейл был хороший послужной список. Ее оценки от ее руководителей были превосходными. В ее личном деле за период, когда она служила под командованием лейтенанта Рене Оберман, были некоторые записи, указывающие на то, что у нее были трудные времена."

"Ну и что?" Негодование, инстинктивная защита ее ребенка вырвались наружу. "Это трудная работа, и она усердно работала. Слишком тяжело. Она почти ничем не занималась, кроме работы, в те последние недели ".

"Вы видели ее в тот период, в течение тех последних недель?"

"Конечно, я это сделал".

"Она говорила вам, почему у нее был стресс, или над чем она работала, что было особенно сложным?"

"Нет. Мы не говорили о ее работе. Она знала, что мне это не нравится. Гордость за своего ребенка не означает, что вы хотите, чтобы вам напоминали, какую опасную работу они выбрали. Я знаю, что она была напряжена. На грани. Она похудела".

"Ты беспокоился о ней".

"Я попросил ее взять небольшой отпуск. Сказал, что мы совершим небольшое путешествие, несколько дней на берегу. Она сказала, что хотела бы этого, могла бы это использовать. Но сначала ей нужно было кое-что закончить. Закончи что-нибудь важное, тогда она действительно захотела бы уехать на некоторое время. Это была работа. Если бы это был мужчина или кто-то другой, она бы мне сказала."

"Есть ли кто-нибудь еще, кому она бы рассказала?"

"Один из вас. Копы разговаривают с другими копами ".

Пибоди кивнула, чувствуя, как все ускользает. "Вела ли она записную книжку, дневник, какой-нибудь дневник?"

"Нет".

"Ты уверен?"

"Конечно, я уверен". Гнев снова пробился сквозь горе. "И если бы она сохранила один, я бы не позволил тебе его увидеть. Это было бы личным. Но она не вела дневник. У меня есть все ее вещи, и нет ничего подобного этому ".

"У тебя есть ее вещи?" Маленький пузырек возбуждения, надежды открылся в горле Пибоди. "Могу я увидеть их?"

"Почему я должен-"

"Пожалуйста, миссис Девин. Я не могу всего объяснить, но я обещаю тебе, что хочу поступить правильно по отношению к Гейл. Я клянусь тебе, это моя единственная цель быть здесь, просить тебя ".

"Ты как собака с костью". Женщина повернулась спиной, прошла через гостиную в обеденный уголок, через него в комнату рядом с кухней, которая блестела и пахла лимоном.

Это было похоже на маленькую спальню без кровати. Одежда аккуратно висела в шкафу - Пибоди представляла, что в маленьком комоде было аккуратно сложено больше. Кусочки Гейл Девин лежали тут и там. Всякие коробки, шарфы, ярко-розовая ваза. Фотографии, плакаты в рамках, трофей Малой лиги, удочка.

В тонком футляре хранились диски. Музыкальные диски, музыкальные видео, отметила Пибоди. Все расположены по категориям, в алфавитном порядке.

Она получила небольшой кайф.

"Это хорошая коллекция".

"Это было то, как она расслабилась, дала волю чувствам".

Теперь я знаю ее, подумала Пибоди. Она была умной и решительной. Хороший полицейский. Где бы умный, решительный и хороший полицейский спрятал запись, которую она хотела сохранить под рукой, в безопасности?

"Миссис Дэвин, я должен попросить тебя позволить мне позаимствовать музыкальную коллекцию Гейл ".

Ярко-розовый цвет окрасил щеки, уже мокрые от слез. "Ты думаешь, я бы отдал то, что принадлежало Гейл, одну из ее самых важных вещей, незнакомцу?"

"Она мне не чужая". Пибоди посмотрела в глаза миссис Девин и повторила: "Я хочу поступить правильно по отношению к Гейл. Если бы она стояла перед моей матерью, я знаю, она сделала бы то же самое для меня ".

На обратном пути в Манхэттен Пибоди пришлось съехать на обочину, положить голову на руль.

"Пожалуйста, Боже", - пробормотала она. "Позволь мне найти что-нибудь. Не позволяй мне напрасно поступить так с той бедной женщиной ".

Восемнадцать

У ЕВЫ БЫЛО КОРОТКОЕ ОКНО, ЧТОБЫ ПООБЩАТЬСЯ Со своими людьми, поэтому она отправилась в КПЗ между встречами. После быстрого просмотра она указала на Верное Сердце.

"Мой офис".

Она вошла, взяла кофе, выпила половину.

"Где Бакстер?" спросила она, когда вмешался Трухарт.

"Он отрабатывает остроумие в гостиной, лейтенант. Я проверяю некоторую информацию по "ссылке. Мы-"

"Есть причина, по которой мне нужно знать, над чем ты работаешь?" она прервала. "Какие-нибудь кочки, выпуклости, проблемы, вопросы?"

"Нет, сэр. Не в это время."

"Хорошо. Есть ли у кого-нибудь что-нибудь, что требует меня? Будь внимателен, Верное Сердце, - сказала она, когда он заколебался. "Ты знаешь, что там происходит. У меня нет времени на краткое изложение, если только мне не нужно краткое изложение."

"Эм, нет, сэр. Я не думаю, что ваше внимание требуется к чему-то текущему ".

"Распространите слово. Если я понадоблюсь, оставьте записку. Если это срочно, свяжитесь через "ссылку".

"Да, сэр".

Она присела на угол своего стола, преднамеренный шаг, чтобы убрать часть формальности из обмена мнениями. "Что там за шумиха, Верное Сердце?"

Он посмотрел на нее, элегантную в своей униформе. "Сэр?"

"Иисус, Верное сердце. Я чертовски хорошо знаю, что Бакстер срезал с тебя немного зеленых, и, как я уже говорил ранее, ты должен быть внимателен. Ты знаешь, о чем говорят. Давайте послушаем это ".

"Ну, эм. Все знают, что что-то происходит, и это нечто большее, чем мертвый наркоман. Ходят слухи, что один из людей лейтенанта Обермана погиб на том же месте."

"И будучи полицейскими, они спекулируют", - добавила Ева. "И выкладывание денег на различные сценарии".

Он слегка покраснел. "Это очень возможно, лейтенант".

"Пусть все узнают, я считаю спекуляцию естественным порядком вещей и был бы шокирован, офицер, шокирован и потрясен, узнав, что в моей тюрьме происходили азартные игры".

Он сдержанно кивнул ей, немного испорченный своей попыткой сдержать усмешку. "Да, сэр, лейтенант".

"Со мной можно связаться, но только по срочным вопросам, в течение следующих двух часов. Понял?"

"Да, сэр".

"Уволен".

Оставшись одна, она немного постояла, допивая кофе и изучая свою доску. Когда ее "линк подал сигнал, она увидела Пибоди на дисплее.

"Даллас".

"Я думаю, у меня, возможно, что-то есть", - начала Пибоди.

Ева переключила ее в режим конфиденциальности и прослушала сообщение по дороге в офис Уитни.

Уитни лично открыла дверь. Она отметила, что на его лице появились новые морщины, в волосах пробилось больше седины, чем было даже несколько дней назад.

Командование, подумала она, может быть суровым хозяином.

"Лейтенант".

"Сэр".

Он жестом пригласил ее в свой кабинет с широкими окнами на город, который он поклялся защищать.

Коммандер Маркус Оберман стоял перед одним из них - высокий, крепкий в своем строгом сером костюме и стально-синем галстуке. Он позволил своим волосам поседеть, держал их коротко подстриженными в стиле милитари. Командование наложило свой отпечаток и на него, но он оставался красивым мужчиной, эффектным и подтянутым в свои восемьдесят шесть.

"Коммандер Оберман", - сказала Уитни, - "Лейтенант Даллас".

"Лейтенант". Оберман протянул руку. "Я ценю, что вы нашли время прийти на встречу со мной. Я понимаю ценность вашего времени ".

"Это честь, коммандер".

"И для меня. У вас впечатляющая репутация. Ваш командир высоко отзывается о вас ".

"Благодарю вас, сэр".

"Мы можем сесть?" - Спросил Оберман, обращаясь к Уитни.

"Пожалуйста". Уитни указала на стулья.

Оберман забрал одного. "Вы едва закончили Академию, когда я ушел в отставку с этого поста, - начал Оберман, - но я следил за некоторыми вашими расследованиями в средствах массовой информации и слышал шумиху у кормушки, где мы, старые боевые кони, собираемся".

Он улыбнулся, когда сказал это, яркие голубые глаза, которые он передал своей дочери, дружелюбно смотрели на нее. Но Ева чувствовала, что ее подводят итог.

У нее не было возражений по этому поводу, поскольку она сделала то же самое с ним.

"Конечно, теперь, с успехом книги Надин Ферст, ваша работа по делу Icove хорошо документирована. Это пошло на пользу департаменту, ты согласен, Джек, такой интерес к этому делу? Как оно преследовалось, расследовалось и было закрыто?"

"Я бы так и сделал".

"Из того, что мне сказали и что я наблюдал, лейтенант, вы сталкивались лбами с коллегами-офицерами в ходе расследований".

"Я уверен, что это точно, коммандер".

Его улыбка стала шире. "Если вы время от времени не бодаетесь головами, вы не справляетесь с работой - на мой взгляд".

Он откинулся на спинку стула. Отбросив формальность, Ева рассудила, как и в случае с Trueheart.

"Требуется уверенность, даже упрямство, а также подготовка, талант, самоотверженность, чтобы придерживаться работы и продвигаться по служебной лестнице. Я понимаю, что в данный момент вы с моей дочерью бодаетесь лбами ".

"Я сожалею, если лейтенант Оберман видит это таким образом".

Он кивнул, его пристальный взгляд был прикован к ней. Все еще глаза полицейского, подумала Ева. Проницательный, прозорливый, из тех, кто мог снять слои и обнажить то, что скрывалось под ними.

"Ваш командир подтвердит тот факт, что у меня нет привычки вмешиваться в дела департамента. У меня больше нет кресла, и я не испытываю ничего, кроме уважения к человеку, который его занимает ".

"Да, сэр, как и я".

"Но отец есть отец, лейтенант, и с этой работы никто не уходит в отставку. Я ожидаю, что между вами и лейтенантом Оберманом возникнут определенные трения, поскольку вы разных типов, у вас разные стили работы. Но вы оба все еще высокопоставленные офицеры полиции Нью-Йорка."

"Абсолютно понял, коммандер".

"Я никоим образом не намеревался ввязываться в эту ситуацию". Он поднял руки, развел их. "Даже когда у меня было кресло председателя, я верил, что мои офицеры должны сами улаживать свои разногласия".

Папа отказывается смазывать колеса? Подумала Ева. Это должно было надрать задницу Рене. "Да, сэр. Я согласен".

"Я пересмотрел это только после того, как сегодня рано утром узнал, что один из людей моей дочери погиб. Офицер, который был в центре трений ".

"Очень жаль, что детектив Гарнет лишился жизни, сэр".

"Каждый потерянный человек может повлиять и влияет на всех нас, но особенно на его командиров. Вы потеряли людей под своим командованием, лейтенант."

"Да, сэр". Она могла бы перечислить их имена. Она знала их лица.

"Я надеюсь, лейтенант, что, учитывая эти новые и трагические обстоятельства, вы согласитесь стереть отметку, которую вы поставили в послужном списке павшего офицера. Заслуженное место", - добавил он. "Но я бы обратился к вам сейчас по этому поводу, ради лейтенанта Оберман и ее человека".

"Нет, сэр. Я сожалею, что не могу помочь вам в этом вопросе ".

Он откинулся назад, очевидно, захваченный врасплох. "Для вас так важно, лейтенант, чтобы этот разрыв остался в силе? На мертвом человеке?"

"Живой или мертвый, он заслужил это. Я приношу извинения отцу, сэр, но надеюсь, что командир, который занимал это кресло и который с честью служил в этом департаменте больше лет, чем я был жив, примет мою позицию, когда я скажу, что лейтенант детектива Гарнет, присутствовавший во время этого инцидента, не вмешивался. Не контролировал ситуацию".

"Вы направляете удар на Гарнета или его лейтенанта?"

"Я не в том положении, чтобы наказывать его лейтенанта. При всем уважении, сэр, я не буду отменять его отстранение. И фактически уже начались процедуры, которые, я полагаю, приведут к его исключению из полиции. Посмертно".

"Это жесткая позиция. Жесткая линия."

"Да, сэр, это так. Возможно, вы не в курсе, коммандер, что прошлым вечером детектив Гарнет приходил ко мне домой, фактически подстерегал у моего дома. Он пытался напасть на меня. На самом деле, вступил в физический контакт. На самом деле, он вытащил свое оружие ".

"Нет". Лицо Обермана окаменело. "Я не знал. Я не был в курсе ".

"Инцидент зафиксирован, сэр, и о нем сообщили сразу после того, как он произошел. Я полагаю, лейтенант Оберман был поставлен в известность об этом ".

Она подождала всего мгновение, чтобы позволить этому маленькому камню засиять.

"Смерть детектива Гарнета достойна сожаления, коммандер, но, по моему мнению, он не заслужил своего звания, своего значка. Я буду продолжать делать все, что в моих силах, чтобы увидеть, что он лишен их. Его смерть не делает его менее плохим полицейским ".

"Нет, это не так. Я отзываю свою просьбу, лейтенант Даллас. И я прошу прощения за то, что сделал это ".

"Не нужно извинений, сэр".

Ева воскресла, как и он.

"Я позволяю вам, вам обоим, вернуться к вашей работе. Спасибо вам, коммандер Уитни, за то, что уделили мне время. И вы, лейтенант."

"Для меня было честью встретиться с вами, сэр".

Когда Уитни повела Обермана к двери, бывший командир остановился и повернулся к Еве. "Вы верите, что смерть Гарнет наступила в результате убийства этого Кинера?"

"Я не работаю над делом Гарнета, сэр, но сотрудничаю и буду продолжать в полной мере сотрудничать с офицерами, назначенными для этого расследования".

"Я вижу". Он долго смотрел на нее, затем вышел, не сказав больше ни слова.

"Он смущен". Уитни закрыла дверь. "Зол и смущен тем, что поставил себя в такое положение. И сейчас в нем есть место, которое переворачивается внутри, когда он задается вопросом, беспокоится, рассматривает, в каком положении может оказаться его дочь ".

"Да, сэр", - согласилась Ева. "Для него будет хуже, и скоро".

И когда Уитни подошел к окну, чтобы посмотреть на свой город, Ева поняла, что он тоже был зол и смущен.

"Все годы он отдавал этой работе, этому городу. Все годы, что он командовал. Вся работа, которую он вложил, помогая восстановить и реформировать этот департамент после урбанов? И его имя всегда будет носить это."

"Ее имя".

Уитни покачал головой, поворачиваясь обратно. "У тебя нет детей, Даллас. Это всегда будет его именем. И это всегда будет его позором".

Она подождала, пока Уитни вернется к своему столу, тяжело уселась за него.

"Разрешите говорить свободно, сэр".

"Так дано".

"Я не могу и не буду говорить, что ничего из этого не падет на тебя. Ты командуешь, так и будет. Но я могу и скажу, что ты не несешь ответственности ".

"Командование делает меня ответственным".

"Нет, сэр. Брать на себя ответственность и быть ответственным - не всегда одно и то же. Ты примешь это, потому что иначе бы никогда не поступил. Но Рене Оберман несет ответственность, и в каком-то смысле это глубоко несправедливо, так же как и ее отец. Его имя и его репутация, благоговейный трепет, который он внушает, позволили ей простор, склонили некоторых закрыть на это глаза, повлияли на других, чтобы они согласились ".

"Включая меня?"

"Я не могу ответить на это, коммандер. Но я знаю, когда я принес это тебе, ты не закрывал на это глаза и не уступал ей место. Ты действовал как командир, потому что ты никогда бы не поступил иначе. И ты действовал, прекрасно зная, что обрушится на тебя. Ты мог бы сделать это по-другому ".

Явно заинтригованный, он откинулся на спинку стула. "Как же так?"

"Ты мог бы найти способ уволить ее с работы. Ты мог бы найти способ надавить на нее, сохранить это внутри, отсеять ее команду. И, сэр, вы могли бы скрыть это. Держал это внутри, позвонил по синей линии. Мертвец - просто наркоман. Конечно, копы мертвы, но вы не можете их вернуть ".

Она сделала паузу на мгновение, наблюдая за его лицом. "Вы, вероятно, обдумывали это, взвешивали это около пяти минут. Ты мог бы заставить это сработать - я вижу, как ты мог бы заставить это сработать. Но ты никогда не избавишься от этого. Потому что ты командуешь. Потому что вы коп, сэр, и вы никогда не будете никем другим."

Он сложил ладони вместе, постучал указательными пальцами по подбородку. "Вы полагаете, что знаете меня, лейтенант".

"Я действительно знаю вас, коммандер". Она подумала о том, что сказала ей Пибоди. "У меня была возможность изучить некоторые из ваших работ в качестве детектива, поскольку вы продвигались по служебной лестнице. Я изучал и наблюдал за вашими методами и манерами с тех пор, как служил под вашим началом. Я уважаю то, как ты сидишь на стуле ".

"Рассматриваете ли вы, как вы могли бы сделать то же самое? Как ты мог бы однажды сесть на этот стул?"

"Это ужасающая мысль".

Она заставила его смеяться. Он встал, подошел к автомату. И вздохнул. "Господи, как бы я хотел выпить немного твоего кофе".

"Я могу попросить, чтобы мне кое-что прислали наверх".

Он покачал головой, довольствовался тем, что у него было, затем принес ей чашку, еще раз напомнив ей о ее предыдущем сеансе с Пибоди.

"Сядь, Даллас. Тиббл будет здесь с минуты на минуту, и ОВР будет прямо за ним. Мы собираемся придерживаться этого, ты и я, не только в вашей личной роли в убийстве Кинера, но и в вашей неотъемлемой роли в расследовании дела Обермана. Я верю, что Тиббл согласится. Если нет, мы убедим его ".

"Да, сэр, мы сделаем это. Коммандер ... свяжитесь с Надин Ферст ".

Он поднял брови, ничего не сказал.

"Она согласится и будет действовать в соответствии с условиями времени, неофициальными заявлениями, конфиденциальностью. Она ничего не выпустит, пока ты не дашь ей зеленый ".

"Ты хочешь, чтобы я использовал ее, чтобы спихнуть это на меня?"

"Не совсем, сэр, нет. Надин любит впиваться зубами в красное мясо не меньше, чем любой репортер. Она просто лучше видит реальную историю, а не только джаз, который поднимает рейтинги. Вот почему, я думаю, она тянет их. Она ищет правду, а не только сок. Я знаю, что у нас есть свои пиарщики, представители СМИ, рупоры, но, по моему мнению, она стоит десяти из них ".

Он медленно кивнул, наблюдая за ней сейчас. "Продолжай".

"Сэр. Действия Рене Оберман нанесут ущерб департаменту, как только они станут достоянием общественности. Более того, они причинят вред публике, поскольку двери клетки наверняка откроются. Я вижу ценность в использовании всего, что есть в нашем распоряжении, чтобы минимизировать этот ущерб. С правдой. Коррупция существовала. Когда оно было раскрыто, оно было безжалостно, систематически и без колебаний вырезано ".

"Я подумаю об этом".

"Сэр..."

"Ты все еще в зоне свободной речи, Даллас".

"Сходи на ее шоу. Ты, шеф, если он согласится. Я, Пибоди. Особенно Пибоди. Ситуация, в которой она была, действия, которые она предприняла, кто она есть, сыграют хорошо." Ева надавила, сильно, удивляя себя, насколько яростно она хотела убедить его. "Хороший полицейский - молодая женщина-детектив, попавшая в смертельно опасную ситуацию, - которая изменила ситуацию и возглавила разоблачение коррупции, убийств и предательства.

"Мы - синяя линия, сэр, и это найдет отклик на экране. Но Пибоди - это лицо, сама человеческая составляющая. И она символизировала бы то, кто мы есть, резко контрастируя с тем, кем является Рене Оберман ".

Он потер подбородок, и его губы слегка изогнулись над пальцами. "Ты можешь выбрать такой угол, превосходный угол, и поверить, что мысль о твоей заднице в кресле, когда-нибудь в будущем, ужасает?" Он отмахнулся от ее ответа, прежде чем она смогла его произнести. "Я должен был подумать об этом сам, должен был продумать это именно таким образом. Я свяжусь с Ферстом ".

Что-то внутри нее развязалось. "Благодарю вас, сэр".

"Не благодари меня. Я удивляюсь, почему я не назначил тебя в Медиа и ПИАР ".

"Потому что, сэр, я надеюсь, что не сделал ничего, чтобы заслужить такое наказание".

И он, и Ева поднялись, когда администратор Уитни объявил шефа Тиббла.

Он был темноволос, высок и худощав, и хорошо носил костюм. Ева знала, что это хороший образ для пресс-конференций и экранного времени. Но под поверхностью было значительно больше.

Он мгновение изучал Еву, затем обратился непосредственно к ней. "Эта лавина была спровоцирована мертвым наркоманом в ванне".

"Нет, сэр, эта лавина была спровоцирована коррумпированным и незаконным использованием Рене Оберман своего значка, своего имени, своего ранга и этого отдела".

"Мысль хорошо понята и хорошо выражена. Но я говорил не о том чертовом дерьме, которое катится с проклятого холма, а о том, что вызвало этот крен ".

"Технически, сэр, это был бы мертвый наркоман в ванне".

"Мы собираемся использовать его, все и вся, что было до и после него, чтобы похоронить ее в этом. Когда мы это сделаем, департамент встанет на вершину этой кучи дерьма и заявит о победе. Мы собираемся поработать над этим, Джек ".

"Лейтенант только что дал мне основательное предложение именно по этому поводу".

"Мы поговорим об этом после того, как закончим с IAB. Мы поговорим об этом, поработаем над этим, и мы, черт возьми, разберемся с этим, потому что она не собирается забирать с собой какую-либо часть этого отдела. Ты уничтожаешь ее", - сказал он Еве тоном, который сказал ей, что он предпочел бы сделать это сам. Голыми руками.

"Ты жестоко расправляешься с ней. Достаточно тяжело, чтобы она не смогла снова подняться. Я не хочу, чтобы она, хромая, уходила от этого, поворачивая дело так, чтобы департамент получил больше ударов ".

"Таково мое намерение, шеф Тиббл".

"Сделай это своей миссией в жизни", - отрезал он, затем повернулся к Уитни. "Мы разберемся с последствиями. Черт возьми, Джек, как, черт возьми, такая женщина, как эта, получает звание, получает власть, получает бесплатный гребаный пропуск?"

Прежде чем Уитни смогла заговорить, Тиббл взмахнул рукой в воздухе и отвернулся. Он подошел к окну, встал, глядя наружу, сцепив руки за спиной.

"Я должен знать. Она была у меня в кабинете. Я развлекал ее вместе с ее родителями в моем собственном доме. Мой собственный дом, " сказал он более спокойно. "Возможно, я сам дал ей несколько таких бесплатных проходов. Черт возьми. Лейтенант Даллас, отдавала ли Рене Оберман приказ об убийстве офицеров полиции?"

"Я полагаю, что она это сделала, сэр".

Он развернулся, ведя за собой с абсолютной яростью. "Мне не нужны твои убеждения. Ты доказываешь это. Вы докажете это, чтобы окружной прокурор мог передать дело присяжным без обоснованных сомнений. Ваши убеждения ничего не значат в суде, и без...

"Шеф Тиббл". Уитни двигался, пока не встал между Евой и шефом. "Рене Оберман находится под моим командованием, и ее действия происходили под моим наблюдением".

"Когда я захочу, чтобы ты бросился на свой меч, я скажу тебе. Этот департамент не может позволить себе потерять вас, и будь я проклят, если Рене Оберман заставит нас пролить еще больше крови. Но я знаю, что потребовался лейтенант Отдела по расследованию убийств и мертвый наркоман, чтобы пролить свет на это тебе и мне, ОВР и Самому Богу. Это адская штука ".

"Шеф Тиббл", - начала Ева, - "на самом деле, это был мой напарник, подслушавший проклятый разговор между -"

"Не перебивайте меня, когда я хвалю вашу работу, лейтенант, и выпускаю пар, который мне нужно выпустить, прежде чем иметь дело с ОВР".

"Сэр".

Он на мгновение прижал пальцы к глазам. "Ваш напарник поступил хорошо, лейтенант, как и вы. Как и у вас, коммандер. В конце концов, мы собираемся чертовски убедиться, что это уравновесит коррумпированного полицейского и несовершенный отряд ".

Он остановился, когда было объявлено о прибытии IAB.

"Давай придерживаться иерархической структуры, Джек. Позволь мне сначала сесть за руль. Лейтенант, присаживайтесь."

Очевидно, подумала Ева, пар рассеялся, поскольку теперь Тиббл стоял, спокойный и сдержанный, когда вошли Вебстер и его капитан.

"Капитан, лейтенант. Садитесь. Вот, - сказал он, когда они закончили, - вот как мы хотим, чтобы все прошло".

Он изложил это кратко, разумно и таким тоном, который говорил, что это уже было так. Ева восхищалась стилем, особенно с тех пор, как ее только что опалило взрывом его темперамента.

Она продолжала бы возглавлять расследование смерти Кинера, предоставляя отчеты и данные в IAB, которые, в свою очередь, держали бы ее в курсе всех действий и прогресса в своих внутренних расследованиях, касающихся Обермана.

Были дебаты, разногласия, но Еве было ясно, что Тиббл контролирует ситуацию. Хороший генерал, подумала она, смотрит на поле боя в целом - и на землю за ним, - затем выбирает, где и как сражаться.

"Расследование ОВР в отношении Рене Оберман и других лиц, связанных с ней, остается важным, и мы будем рассчитывать на всяческую помощь, всяческое сотрудничество со стороны моего офиса, командующего, лейтенанта Даллас и ее людей. Но убийство полицейских и гражданских лиц перевешивает даже это ".

"Убийство сотрудников полиции является частью расследования IAB", - указал Вебстер.

"Вот почему это должны быть скоординированные усилия. Вы согласны, коммандер?"

"Несомненно".

"Лейтенант Даллас?" - Спросил Тиббл.

"Совершенно верно, сэр. Дело в том, что моя команда и наше расследование добились значительного прогресса в расследовании убийств, совершенных офицерами. Я получил обновленную информацию от моего партнера на этот счет некоторое время назад, но еще не ввел в курс дела командира и не передал эту информацию в ОВР. Я хотел бы получить разрешение сделать это, если мы все согласны с тем, как будут развиваться эти вопросы. В противном случае я был бы обязан следовать букве процедуры, докладывая только своему командиру и оставляя ему ту информацию, которую он сочтет уместной, относящейся к внутренним делам ".

"Не становись скользким, Даллас", - предупредил Вебстер.

"Не жадничай, Вебстер".

Прежде чем он смог огрызнуться на нее, его капитан бросил на него предупреждающий взгляд. "Повсюду есть точки. Хотя мы, возможно, не на одной странице, я думаю, мы все хотим, чтобы эта книга завершилась одинаково. ОВР будет сотрудничать, оговаривая, что если какая-либо информация, касающаяся любого другого офицера, будет раскрыта во время внешнего расследования, нам будет предоставлена эта информация. Никакая слежка, никакой электронный след, никакие встречи с участием любого из этих подразделений не проводятся без ведома IAB ".

Тиббл, сохраняя нейтральное выражение лица, повернулся к Уитни. "Командир?"

"Согласен. Лейтенант Даллас, ваш отчет."

"Детектив Пибоди сегодня утром допросила мать детектива Гейл Девин. Миссис Девин отказалась разговаривать с полицией по любому вопросу, и особенно о смерти своей дочери при исполнении служебных обязанностей. Как вы знаете, коммандер, Пибоди умеет смягчать жесткие линии. Благодаря ее усилиям миссис Девин позволила Пибоди забрать коллекцию того, что кажется музыкальными дисками. Все имущество Девин сейчас у ее матери и хранилось там. Мы знаем, что Девин подозревала своего лейтенанта в чем-то из предыдущих заявлений, которыми уже поделились с ОВР через лейтенанта Вебстера. По оценке Пибоди, Девин была организованным полицейским, детализировавшим детали, проницательным наблюдателем - что, как мы полагаем, привело к приказу о ее казни. Пибоди считает, и я согласен, что очень вероятно, что Девин вела записи наблюдений, записи, которые у нее хватило бы ума скрывать до тех пор, пока она не почувствовала бы себя вправе сообщить об этих наблюдениях или не доказала бы свои подозрения ".

"Музыкальные диски?" Вебстер повторил, но Ева видела, что он рассчитывает.

"Лейтенант Оберман послала двух человек разгромить заведение Кинера на следующее утро после его смерти, когда узнала, что дело перешло ко мне и ведется расследование. Если она достаточно беспокоилась о Девине, чтобы заказать убийство, она, черт возьми, наверняка нашла способ обыскать квартиру Девин, ее электронику."

"И вполне мог найти, изъять и уничтожить какие-либо документы или файлы", - прокомментировал капитан IAB.

"Может быть. Но Пибоди считает, что Девин была достаточно умна, чтобы ничего не иметь на ее компьютере, по ее ссылке, в очевидном файле. Коллекция музыкальных дисков, заказанных и лежащих на виду, могла быть легко проигнорирована. Может быть, ты проверишь парочку, а затем пойдешь дальше. Пибоди перевезла их - или к настоящему моменту перевезла - в мой домашний офис, который используется как штаб-квартира - для изучения и анализа ".

"Даже если Девин сделала секретную запись о своих подозрениях, они все равно остаются подозрениями", - указал Вебстер.

"Это относится к образцу, к мотиву. Предоставьте расследование убийства мне. Это то, что я делаю. Мы можем и будем возбуждать дело против нее, против Девина, против Страмба, против Кинера, даже против Гарнет ".

Ева переместилась, чтобы говорить более непосредственно с Уитни. "Коммандер, по моему мнению, все это время в ее маленьком предприятии все шло относительно гладко. Ей чертовски повезло, и у нее есть навыки наряду с властью имени ее отца. И она стала дерзкой - она неправильно обращалась с Гарнетом, и уже некоторое время неправильно обращалась с ним. Она неправильно сыграла с ним, потому что просто привыкла заставлять его танцевать, когда она говорила "танцуй". Она скорее удачлива, чем умна", - продолжила Ева. "Умный полицейский", - поправила она. "Она ездит на папочкиных фалдах, когда это возможно, и это то, что ее возмущает. Она делает это, возмущается этим, поэтому она должна продолжать стремиться к большему. Ты получил ее от Миры, вот как она создана.

"Гарнет не только нанес ответный удар по ее авторитету, он набросился на нее, и это привело ее в замешательство, заставило ее проиграть раунд со мной. Она приказала ему уйти, как из гордости и мести, так и из соображений целесообразности ".

"Как это связано с Дэвином?" Вебстер настаивал.

"Господи, Вебстер, ты не так давно завязал с убийствами".

Пылающее нетерпение только добавило убедительности ее теории.

"Так она поступает, когда хочет избавиться от проблемы - и когда проблема затрагивает что-то личное. Девин, женщина, допрашивает ее - или задает вопросы о ней. Давить туда, куда Рене не хотела, чтобы она давила. Наставник Девина - ветеринар, полицейский в отставке, который был в команде, когда Рене возглавила ее. Она ему не понравилась, и он перевелся."

"Алло", - сказал Вебстер. "Детектив-сержант Сэмюэль".

"Да. Она бы знала, что Дэвин разговаривал с ним. Проблема Девина в том, что он не укладывается в рамки и не переводится даже с поддельными дерьмовыми оценками. Пибоди может найти больше, что-то конкретное, шерсть на спине верблюда ...

"Солома". Вебстер слегка улыбнулся. "Это соломинка, которая сломала спину верблюду".

"Что бы верблюд сделал с соломинкой? Неважно. Рене нужно было, чтобы Девин ушла, она заставила ее уйти. Мы обнаружим то же самое со Страмбом. Это закономерность. Она приказала Биксу сделать Кинер. Могло бы отпугнуть такого проныру, как он, но для нее этого недостаточно. Мертвый означает безопасный. И он не может обмануть ее, ее планы, ее аккуратную систему. Мертвые, они вне уравнения ".

Ева поднялась на ноги. "Коммандер, я хотел бы вернуться к работе, с вашего разрешения, и доверяю вам проработать любые дальнейшие детали по координации с отделом внутренних расследований. Я полагаю, у коммандера Обермана было достаточно времени, чтобы поговорить с ней."

"Коммандер Оберман", - начал Вебстер.

"Минутку, лейтенант, и вы будете в курсе. Разрешение получено, лейтенант Даллас."

"Благодарю вас, сэр. Шеф, капитан, лейтенант."

"Позволительно ли спрашивать, куда ты направляешься?" - Спросил Вебстер.

"Я собираюсь бросить еще больше грязи в лицо Рене Оберман", - сказала ему Ева. "Это забавная часть работы".

И, предвкушая это, она вышла, закрыв дверь.

Девятнадцать

В отделении лейтенанта Обермана ОНИ НОСИЛИ ЧЕРНЫЕ НАРУКАВНЫЕ ПОВЯЗКИ. В остальном, насколько Ева могла видеть, все было как обычно. С другой стороны, настроение здесь в любом случае показалось ей удручающим.

Как обычно, жалюзи Рене закрывали ее окно и стекло закрытой двери.

Взгляд Евы скользнул по Лайле Стронг, достаточно долго, чтобы их глаза встретились. Затем она направилась прямо к двери лейтенанта.

"Босс недоступен".

Ева повернулась к Биксу. Она надеялась на конфронтацию там, но не ожидала, что это будет так легко. "Вы говорили со мной, детектив?"

"Лейтенант недоступен".

"Поскольку вы обращаетесь к начальству, детектив, это было бы: "Лейтенант недоступен, сэр".

"Сэр". Он остался на своем месте, его глаза были холодны, как у акулы. "Лейтенант Оберман приказал, чтобы ее в это время не беспокоили. Прошлой ночью мы потеряли одного из наших ".

"Я осознаю потерю, детектив-Бикс, не так ли?"

"Это верно".

"Так точно, сэр".

"Сэр".

"Вы были партнером детектива Гарнет?"

"Когда это поручено моим лейтенантом".

Ева немного подождала. "И, похоже, вы разделяете его трудности с проявлением должного уважения к начальству. Или это тема, которая проходит через весь этот отряд? Поскольку я придерживаюсь мнения, что тон задает босс, это дает мне повод задуматься, испытывает ли лейтенант Оберман трудности с проявлением уважения к начальству ".

"Ты не ее начальник".

Ева сделала шаг ближе к его столу, прекрасно понимая, что внимание присутствующих сузилось до них. "Ты хочешь посоревноваться со мной в писании, Бикс? Тогда встань на ноги ради этого. На ноги, детектив, - приказала она, когда он не пошевелился.

Он начал медленно подниматься. Его лицо никогда не менялось - холодные глаза, твердая челюсть. Она задавалась вопросом, что нужно сделать, чтобы подтолкнуть его к выстрелу в нее. Всего один выстрел, подумала она, и она заберет его значок, пригрозит Рене полным дисциплинарным разбором и погрузит ее команду в хаос.

Дверь позади нее распахнулась - и сказала ей одну из вещей, которые она хотела знать. Рене контролировала помещение отдела из своего кабинета.

"Даллас. Мне не нравится, что ты приходишь в мой отряд и беспокоишь моих людей ".

"Это то, что я делаю?" Ева не сводила глаз с Бикса, пока говорила. "Считаете ли вы домогательством ожидать и требовать уважения должного ранга? Твои люди - позор".

"В моем кабинете!"

Теперь Ева повернулась, и ее тон принес в комнату зиму. "Я не подчиняюсь твоим приказам, Оберман. Вы на грани того, чтобы заставить меня подать официальную жалобу на вас, на этого детектива, и потребовать полного пересмотра вашего командования."

Краска гнева выступила на скулах Рене. "Я бы предпочел обсудить ваши жалобы в уединении моего кабинета".

"Конечно", - сказала Ева и вошла внутрь. Ей пришлось подавить довольную улыбку, когда хлопнула дверь.

И было просто забавно видеть, что даже на каблуках, которые носила Рене, она сохранила преимущество в росте. Она попыталась взглянуть на себя свысока в стиле Соммерсета.

"Кем, черт возьми, ты себя возомнил? Врываться в мой s двор, угрожать мне, оскорблять моих людей? Ты думаешь, раз ты золотая девочка Централа, ты можешь прийти сюда, прицелиться и выстрелить в меня? Сегодня из всех дней. Ты, сука, прошлой ночью я потерял мужчину - и ты хочешь поговорить со мной об уважении? Где, черт возьми, твоя?"

"Ты закончил?" Мягко сказала Ева. "Или у тебя есть что-то еще?"

"Ты мне не нравишься".

"Ой".

"Мне не нравится ваше отношение, ваше вмешательство или ваша привычка действовать по моей команде. Вы не единственный, кто может подать официальную жалобу ".

"Будь моим гостем. Я думаю, мы оба знаем, особенно с тех пор, как папы больше нет на этом посту, который был бы лучшим в этом вопросе. Говоря о твоем отце..." Ева взглянула на портрет. "Было приятно встретиться с ним ранее".

"Пошел ты".

На этот раз она не потрудилась контролировать это, а просто рассмеялась. "Вау! Это действительно больно. Итак, ты хочешь продолжать стрелять своими плевками или хочешь приступить к делу?"

"Я уже потратил на тебя более чем достаточно времени".

"О, парень, я должен ответить тебе тем же. Однако, на самом деле, я взял за правило выполнять свою работу, даже когда это раздражает. Я здесь по поводу Гарнет. Я вижу, вам сообщили о его смерти, поскольку вы одеты в траурное черное. Хороший костюм, между прочим."

Испепеляющий взгляд Рене только порадовал сердце Евы. "Я буду документировать ваш сарказм и неуважение к павшему офицеру".

"Задокументируйте свою задницу. Еще предстоит определить, опустился ли он в очереди, и на самом деле сильно склоняется в противном случае. И это не учитывая, что на момент смерти он был временно отстранен от работы. Это также не учитывая, что он, безусловно, потерял бы свой значок и столкнулся с уголовными обвинениями, если бы был жив ".

"О чем, черт возьми, ты говоришь?"

"Ну и дела, я бы сказал, что, полагаю, ты не получил памятку, за исключением того, что мы оба знаем обратное". Ева вытащила диск из кармана, бросила его на стол Рене. "Это запись, сделанная службой безопасности моего дома, на которой четко видно, как Гарнет подстерегает меня у ворот моего дома, угрожает мне, бьет меня и направляет на меня свое оружие с явным намерением.

"Твой мужчина был бешеным и негодяем, Рене, факт, который, я не сомневаюсь, вы с твоим отцом обсуждали совсем недавно. Неудивительно, что ты в таком плохом настроении ".

"То, что мы с моим отцом обсуждаем, не твое дело".

"Напротив, ты сделал это моим. Ты пошла плакаться папочке о старом подлом лейтенанте Далласе, и это обернулось против тебя. Вместо того, чтобы наказать вашего детектива за его поведение, вы предприняли шаги, чтобы попытаться скрыть это под ковром. И этот детектив, полностью осознавая, что вы не хотели и не наказали бы его, перерос в нападение на коллегу-офицера - с незарегистрированным оружием. Он употреблял, когда делал это, и, скорее всего, будет установлено, что он употреблял, когда умер ".

"Я-"

"Я не закончила", - отрезала Ева. "Если вы немедленно не запросите и не порекомендуете провести выборочную проверку вашего отряда на нелегалов, я сделаю это - имея на то причины".

"Что ты знаешь о нелегальной работе?" - Потребовала Рене. "Последние недели Гарнет находился под большим давлением. Он работал над зацепкой по делу Джиральди, и она сорвалась у него. Он работал, чтобы возродить это, когда ты появился здесь, давя на всех своим весом."

"Я не могу понять, как мой приход к тебе через твою мертвую ласку каким-то образом подтолкнул Гарнет к насилию над нелегалами, угрозам мне и в конечном итоге к смерти".

"Он был на грани. Я был полностью осведомлен о его проблемах и обсуждал их с ним. Я хотел, чтобы он взял небольшой отпуск, сходил к психологу - и он попросил больше времени, попросил провести еще пару недель с Джиральди. Я дал это ему, и я верю, что он добивался прогресса в этом и в решении своих личных проблем, пока ты не настоял на отстранении ".

"Это удивительно", - сказала Ева с искренним удивлением. "На самом деле, это так. Вы можете оправдать возмутительное, даже преступное поведение вашего детектива и рассматривать мои ответные действия не только как несправедливые, но и как способствующий фактор. Твой человек был придурком, опасным придурком. Теперь он мертвый долбоеб. Вы несете на себе определенный вес, и то, как вы справляетесь с этим, зависит от вас.

"Одна вещь, которую я знаю", - продолжила Ева, "это то, что за пару дней ты потерял хорька и детектива. Поскольку я знаю, как работает Отдел убийств, я буду активно искать эту связь ".

"Очевидно, что Билл использовал Кинера", - устало сказала Рене. "Я не знаю, почему он не сказал мне. Я знаю, что он хотел проявить себя передо мной, поскольку я высказал свои опасения, и он был предупрежден. Все, что он смог вытянуть из Кинера, или того, кого Кинер пытался вытянуть, Кинер убил. Билл продолжил это, обыскав провал Кинера, затем - это, конечно, кажется очевидным - договорившись о встрече в том месте, где Кинер залег на дно, умер. И это стоило Биллу его жизни ".

"Это было бы мило и аккуратно. За исключением того факта, что у вас был детектив, который искал зацепки, предпринимал действия, которые не указаны в его отчетах или файлах дела - или в файлах детектива, работающего с ним по делу. Или в твоей."

"Ты сам это сказал. Он стал изгоем ".

Легко было бросить его под поезд-беглец, подумала Ева, поскольку он был уже мертв. Но у нее был другой, живой. "Мне нужно будет взять интервью у Бикса".

"Черт возьми, ты только что сказал, что в записях или отчетах Бикса ничего нет. Гарнет пошла на это волком-одиночкой - это ясно. Бикс никогда не встречался с Кинером."

"Откуда тебе знать?" Ева вложила насмешку в вопрос, наблюдая, как Рене стиснула челюсти. "Если бы у вас был один детектив, пишущий свой собственный сценарий, у вас могло бы быть два". Она взглянула на свое наручное устройство. "Теперь у меня есть время".

"Я не собираюсь позволять тебе-"

"Ты не позволяешь мне", - прервала Ева. "Я занимаюсь расследованием активного убийства и консультирую по второму, предположительно связанному с убийством, в котором замешан офицер полиции. Бикс имеет право на свою репутацию или адвоката, но я приглашу его на собеседование ".

Ева вытащила свой ком из кармана. "Это Даллас, лейтенант Ева, Отдел убийств, запрашивает комнату для допросов -"

"Вы можете взять у него интервью здесь, в моем кабинете", - возразила Рене. "Нет необходимости посвящать его в формальности".

"Чем злее ты становишься, тем злее я становлюсь", - ответила Ева. "Интервью Б", - подтвердила она и закрыла ком. "Пусть он доложит в течение пятнадцати минут. Мой отдел, Интервью Б."

"Я иду с ним".

"Вы можете наблюдать со стороны". Она направилась к двери, остановилась. "Знаешь, это странно. Я думаю, что ты, Бикс, каждый в отделе не только был бы готов, но и стремился бы сотрудничать на всех уровнях с расследованием, которое может привести к идентификации, задержанию и аресту лица, ответственного за убийство Гарнет.

"Но..." Ева пожала плечами. "Это всего лишь я".

Она вышла из дежурной комнаты так же, как и вошла. И считала, что ей улыбнулась удача, когда она столкнулась с Джанберри и Дельфино по пути сюда.

"Детективы".

"Лейтенант", - признал Джанберри.

"Я только что закончил встречу с лейтенантом Оберманом. Я уверен, что она проинформирует вас, как проинформировала меня, о своих действиях в отношении незаконного употребления Гарнетом наркотиков и о его явном подрабатывании в ходе расследования, об использовании им - по ее мнению - ее информатора Кинера в качестве информатора. Я скопирую вам эти детали из моего отчета, на случай, если лейтенант что-то пропустит в своем обсуждении с вами ".

"Мы ценим это, лейтенант". Брови Дельфино приподнялись, всего на волосок. "Лейтенант Оберман утверждает, что она знала, что Гарнет использовала?"

"И предприняла действия - или не предприняла их - так, как считала нужным. Я собираюсь взять интервью у детектива Бикса из ее отдела, поскольку он был самым обычным напарником Гарнет и участвовал в этом расследовании. У него может быть дополнительная информация, которая может оказаться полезной в вашем случае и в моем. Вы можете наблюдать ".

"Это очень любезно с вашей стороны", - прокомментировал Джанберри.

"Я в сильном настроении сотрудничать. Мой отдел, Интервью Б, примерно через пятнадцать."

"В отделе "око за око", - добавил Джанберри, - Токсикологический анализ Гарнета подтверждает, что он употреблял запрещенные вещества и алкоголь. Факт употребления алкоголя подтверждается детективом Фрименом, также из этого отдела, который утверждает, что он и Гарнет были вместе примерно между десятью и полуночью в баре "Файв-О". Подробности также будут в нашем отчете, который мы скопируем для вас, но Фримен утверждает, что Гарнет была в возбужденном и раздражительном настроении - и могла сказать о вас немало нелестных вещей ".

"О, боже".

Джанберри ухмыльнулся. "Он также утверждает, что Гарнет получил ярлык на свой "линк" примерно в ту полночь, когда он вышел на улицу, прежде чем вернуться, чтобы допить свой напиток и сказать Фримену, что у него есть свежая реплика ".

"Но, несмотря на то, что он пьян, возбудим, нервничает и находится под кайфом, держу пари, он не рассказал своему приятелю никаких подробностей об упомянутой фразе".

"Ни одного".

"Нет". Теперь Ева усмехнулась. "Мне это нравится. Ни одного."

"Он много читает", - добавил Дельфино. "Учитывая свежие реплики и возбужденные настроения, просто поразительно, что Гарнет, в свою очередь, не пометил своего партнера в этом расследовании. С другой стороны, может быть, он был эгоистичным ублюдком или думал, что его партнер придурок ".

"Может быть. Посмотрим, что Бикс скажет по этому поводу ".

"С нетерпением жду этого. Ну что, будем продолжать?" Сказал Джанберри своему партнеру.

"Видишь? Много читает ".

Наслаждаясь их ритмом, Ева отделилась, чтобы подготовиться к интервью.

В своем кабинете она собрала все, что ей было нужно, затем отправила служебные записки Уитни и Вебстеру, предоставив им информировать свое начальство об интервью, которое она запланировала. Она попросила Миру понаблюдать, если возможно.

Затем она пометила Фини.

"Прогресс?"

"Никто не любит придирок".

"Эй, прошло уже несколько часов".

"Не в электронном времени. Мы приближаемся к этому. Мы близки ". Он с хрустом проглотил один из своих обычных миндальных орешков. "Знаешь, это не похоже на замену материнской платы".

"Прекрасно. Ты должен знать, что я только что разозлил Рене, добавив еще немного давления. Она сказала, что я ей не нравлюсь ".

"Это, должно быть, задело твои чувства".

"Они в синяках. Я настучал на нее ее старику из-за истерики Гарнет прошлой ночью, и если он не спустится туда и не отшлепает ее, я неделю буду одеваться как Макнаб. Она назвала меня сукой, прямо в лицо ".

"Я шокирован тем, что она использует грубые выражения".

"Я едва мог скрыть свою боль и смущение. Я также подправил ее сына, Бикса, и назначил ему интервью через несколько минут, относительно возможного использования Гарнет проныры Рене, ныне покойного Кинера, поскольку Рене любезно открыла эту дверь ".

"Она захочет сделать больше, чем использовать грубые выражения по отношению к тебе".

"Ты думаешь? Каков статус Пибоди?"

"Она спряталась здесь, в вашем офисе. Это все, что я знаю ".

"Рорк?"

"Что я такое? Долбаный дежурный по коридору?" Экран заполнило его обиженное лицо. "Он занимается дерьмом богатого, важного парня. Он входит и выходит ".

"Хорошо. Держите меня в курсе. Только смс ".

"Когда мы добьемся этого, ты узнаешь. В противном случае, не беспокойте меня ".

"Боже", - пробормотала она, когда он отключился. "Темпераментный выродок".

Она направилась вниз, чтобы взять интервью, и заметила Бакстера в торговом центре.

"Ты закрыл остроумие?"

"Это риторический вопрос?" Он выбрал батончик с кокосовым кремом, от которого у нее скрутило желудок. "Ты хочешь?" - предложил он, очевидно, в великодушном настроении.

"Нет, если бы я был пойман в ловушку под обломками рухнувшего здания в течение пяти дней, и это было моим единственным возможным средством к существованию".

"Они мне нравятся". Чтобы доказать это, он разорвал обертку и откусил кусочек. "Мы с Трухартом проводим допрос подозреваемого. Мы берем перерыв, чтобы он мог надуться и поразмыслить над ошибками своего поведения. Забавно, когда я вышел, я увидел, как детектив-нелегал входит в Б. Бикс ".

"Ты знаешь Бикса?"

"Нет, я не имел такого удовольствия. Итак, как я узнал, что это Бикс, можете спросить вы."

"Я могу".

"Я называю это полицейским любопытством". Он откусил еще кусочек, прожевал. "Мой лейтенант бодается с нелегалами лейтенант Оберман, мне просто нужно узнать немного больше об оппозиции и ее команде. Отсюда мое признание Бикса ".

"Следовательно", - повторила она. "Ты, должно быть, много читаешь".

"Известно, что я взломал книгу. Теперь мое полицейское любопытство распространяется на Бикса на собеседовании, возможно, дуется ".

"Возможно". Она засунула большой палец в карман. "Я не могу сказать тебе, Бакстер".

"Что ж". Он кусал, пережевывал. "Если и когда, я бы хотел войти".

"Почему?"

"Это еще один риторический вопрос?"

Она хотела рассмеяться, но покачала головой. "Надвигается буря".

"Как опытный наблюдатель с немалым полицейским любопытством, я уже понял это. Если тебе понадобится еще один зонтик, просто дай мне знать ".

"Так принято к сведению".

"Между тем, это может представлять для вас интерес, а может и нет, но ходят слухи, что вы охотитесь за Оберман, потому что она на быстром пути к капитану, или потому что у нее большие сиськи. Или потому, что она отвергла твои сексуальные домогательства ".

"Ты выдумал это последнее".

"На самом деле я этого не делал, но хотел бы, чтобы это было так. Эти разговоры не заходят далеко, поскольку их заглушают более громкие разговоры о том, что Гарнет был мудаком, а Оберман не смог его обуздать. Или что ты отверг ее сексуальные домогательства. В основном другие муттеры не закрепились, потому что люди боятся тебя больше, чем Обермана ".

"Мне нравится страх. Это многогранно".

"В умелых руках".

Она оставила его размышлять о том, как запить кокосовый крем, и пошла на Собеседование, где заставила Бикса ждать.

"Запись продолжается. Даллас, лейтенант Ева, вступает в беседу с Биксом, детективом Карлом. Детектив, я формализирую это, поскольку в нашем обсуждении будет участвовать другой полицейский, смерть которого была признана убийством и расследуется другими детективами. Ты понимаешь и согласен?"

"Да".

"Я собираюсь заверить вас, что это интервью будет официальным и вы будете придерживаться буквы процедуры". Она прочитала ему исправленную "Миранду". "Понимаете ли вы свои права и обязанности в этом вопросе?"

Его челюсть дернулась, совсем чуть-чуть. "Я полицейский. Я знаю, что значит быть прославленным ".

"Превосходно. Детектив, ваш непосредственный начальник - лейтенант Рене Оберман, Нелегалы, верно?"

"Да".

"Под началом лейтенанта Обермана вы часто были партнером детектива Билла Гарнета из того же отдела".

"Да".

"Совсем недавно вы и детектив Гарнет были назначены ведущими следователями по делу Джиральди. По моей информации, детектив Гарнет считал, что дело вот-вот раскроется."

"Мы проводили несколько направлений расследования".

Ева открыла файл, пролистала его, как будто искала конкретные данные. "Проводилось ли какое-либо из этих направлений расследования на основании информации, полученной от информатора вашего лейтенанта, Рики Кинера, ныне покойного?"

"Насколько мне известно, нет".

Она подняла брови. "Вы не запрашивали информацию из этого источника?"

"Нет".

"Был ли Гарнет?"

"Насколько мне известно, нет".

"Существует очень высокая вероятность, детектив, что, поскольку и Кинер, и Гарнет были убиты в одном и том же месте, их убийства связаны, либо преступник, либо цель, либо и то, и другое".

"Я не верю, что Кинер был убит. Я думаю, у него передозировка, как это часто бывает с такими, как он ".

"Это решение принимать не вам, детектив. Это зависит от МЕНЯ, от меня, от улик, которые все указывают на убийство ".

Она закрыла файл, открыла другой, показывая фотографии Кинера с места преступления, затем вытащила одну из фотографий Гарнет и положила их рядом.

"Было бы очень странным совпадением, если бы детектив Гарнет был убит в том же месте и его смерть не имела никакого отношения к смерти Кинера. Вдобавок к этому, вы с Гарнет проникли в резиденцию Кинера после его смерти и произвели незаконный обыск."

"Мы верили, что у нас была причина, и не знали - в то время - что Кинер мертв".

"Причиной является возможная связь с вашим расследованием".

"Это верно".

"Но вы не обращались к Кинеру приору".

"Я этого не делал. Я сказал, что не знаю, знал ли Гарнет. Он сказал, что у него есть предчувствие, что нам нужно встряхнуть Кинера ".

"Что это было за предчувствие? Какова была цель встряски?"

"Я не знаю".

Она откинулась назад. "Вы с Гарнет работали над тем, что вы считаете важным делом, которое, как вы верили, вскоре раскроется. У него есть предчувствие, и вы оба попадаете в лапы информатора вашего лейтенанта. Но вы не спрашиваете, почему или что вы ищете, когда проводите незаконный обыск, вы не спрашиваете, как Кинер может быть связан с вашим расследованием ".

Бикс пожал плечами, первое движение, которое он сделал с тех пор, как она вошла в комнату. "Гарнет хотела встряхнуть его. Я поддержал его ".

"У тебя не слишком развито полицейское любопытство, не так ли, Бикс?"

"Я делаю свою работу".

"Ты выполняешь приказы. Вы считали Гарнет партнером или старшим детективом?"

"Он был и тем, и другим. Теперь он ни то, ни другое ".

"Вы ладили с ним?"

"У меня не было с ним никаких проблем".

"Вы были дружелюбны?"

"У меня не было с ним проблем", - повторил Бикс.

"У вас не было проблем с тем фактом, что ваш партнер и напарник по отделению употребляли запрещенные вещества? Те же вещества, которые вам предписано убрать с улиц ".

"Я ничего об этом не знаю".

"Ничего не знаю об этом", - повторила Ева. "Ты либо лжешь, либо глуп. Я собираюсь солгать, поскольку никто, достаточно глупый, чтобы не распознать, когда подъезжает их напарник, не дослужился бы до детектива, и уж точно, черт возьми, не дослужился бы до нелегалов ".

"Думай, что хочешь".

"О, я верю. Я думаю, что Гарнет в последнее время облажалась. Я думаю, он надавил на Кинера ". Она подтолкнула фотографии через стол. Бикс едва удостоил их взглядом. "Должно было стать причиной, по которой Кинер покинул свой флоп и отправился в лунку. У кого-то должна была быть причина выкапывать его достаточно долго, чтобы убить. Это полный провал, терять ласку таким образом, особенно ласку босса. Затем он облажается и незаконно проникает на флоп Кинера, проводит - вместе с вами - незаконный обыск. Когда его к этому призывают, он срывается на вышестоящих, ставя в неловкое положение своих и зарабатывая взбучку. Но он еще не закончил облажаться. Затем он накуривается и преследует меня до такой степени, что вытаскивает свое оружие.

"Тогда, должно быть, знает, что его поджарили", - добавила Ева. "Итак, он находит собутыльника - другого товарища по отделению, но не своего напарника. Затем он возвращается на место моего преступления, ломает мою печать, входит и заканчивает тем, что ему перерезают горло ".

Бикс ничего не сказал.

"Я думаю, когда кто-то так сильно облажается за такой короткий промежуток времени, человек, который работает с ним, что-то знает об этом. Я думаю, когда у партнера полицейского развивается незаконная привычка, партнер - который, как предполагается, обучен распознавать это - что-то знает об этом.

"Что твой партнер знал об убийстве Кинера, Бикс?"

"Ты мог бы спросить его". Крошечный намек на ухмылку тронул его губы. "Но он мертв".

"Удобно. Ты был военным, верно, Бикс? " спросила она, открывая другой файл.

"Я служил".

"Оружие подготовлено, боевые навыки подготовлены. Ты знаешь, как обращаться с ножом. Быстрые, бесшумные убийства - это важный навык ". Она подняла глаза. "Твои родители тоже были военными, и твой старший брат все еще военный. Это ваше наследие, поэтому вы понимаете важность выполнения приказов. Когда ваш лейтенант отдает вам приказ, вы выполняете его, детектив?"

"Да".

"Все без исключения? Без вопросов?"

"Да".

"Вы уважаете своего лейтенанта?"

"Да".

"И ты верен ей?"

"Да".

"Поведение Гарнета, его действия, его недисциплинированность, недостаток уважения плохо отражаются на лейтенанте Обермане".

"Гарнет отвечал за себя".

"Ты знаешь, как работает субординация, Бикс. Ты прожил в этом свою жизнь. Гарнет был неудачником, и это делает лейтенанта Обермана неудачником ".

Это зажгло первый огонь в его глазах. "Она вдвое больше, чем ты когда-либо будешь".

"Я восхищаюсь верностью, даже неуместной. Действия и поведение Гарнет выставили вашего лейтенанта неумелой, выставили ее дурочкой, показали, что ей не хватает силы командования, чтобы контролировать своего человека или дисциплинировать его. Ее собственный отец разочарован отсутствием у нее лидерства ".

"Время коммандера Обермана прошло. Лейтенант Оберман руководит сплоченным и эффективным подразделением."

"Гарнет убивает своего третьего мужчину с тех пор, как приняла командование. В моей книге об этом не так уж много говорится ".

"Отдел убийств приходит после того, как это сделано. Нелегалы работают на улице".

"Оберман сидит за столом", - поправила Ева, затем пожала плечами. "Гарнет когда-нибудь хвастался, как он трахался с боссом?"

Его глаза оставались холодными, почти пустыми, но его руки сжались в кулаки на столе между ними. "Ты заслуживаешь большего, чем пара пощечин, которые дала тебе Гарнет".

"Хочешь попробовать свои силы в этом? Он смутил ее, он унизил ее, он проигнорировал ее указания и поставил ее в положение самозащиты, своего командования. Он поставил под угрозу твой отряд, Бикс. Что вы делаете, когда ваше подразделение в опасности?" Она проглотила слова, выплюнула их. "Что вы делаете, когда ваш лейтенант находится под огнем? Что ты делаешь?"

"Что нужно сделать".

"Где ты был в часу сто девятом, когда упал Гарнет?"

"Дом".

"Где вы были в ночь, когда был убит Кинер?"

"Дом".

"Каков ваш ответ, когда и если ваш лейтенант прикажет вам устранить угрозу?"

"Да, мэм". Его голос прозвучал как приветствие. "Когда и как?"

"И если этот приказ включает убийство, вы подвергаете это сомнению? Ты колеблешься?"

"Я этого не делаю".

"Что было у Кинера, что он знал, что он сделал, чтобы сделать его обузой? Почему его нужно было устранить?"

Бикс открыл рот, снова закрыл его. Он расправил плечи. "Мне больше нечего тебе сказать. Если вы захотите допросить меня дальше, это будет в присутствии представителя моего департамента ".

"Это твое право. Позвольте отметить, что ни разу во время этого интервью детектив Бикс не обращался ко мне "сэр" или по моему званию. Это неуважение будет включено в его досье. Просто маленькая глазурь на торте, который я пеку ", - сказала она Биксу, затем поднялась. "Интервью окончено".

Двадцать

ЕЕ ЛЕЙТЕНАНТ И БИКС ОТСУТСТВОВАЛИ около десяти минут, когда Лайла увидела свое окно. Четверо из отделения были на поле боя, Бринкер отправился в один из своих многочисленных длительных походов в торговый центр или в туалет. Слоан и Ассертон сидели за своими столами, погруженные в бумажную работу. Фримен и Марселл только что зашли в комнату отдыха.

Лайла взяла отчет со своего стола, быстро подошла к двери Рене, сунула мастера, которого она подсунула, в щель и вынула из нее. И вошел внутрь. В ту минуту, когда за ней закрылась дверь, она сунула отчет в задний карман.

Пять минут, сказала она себе. Верх. Фримен и Марселл были обречены так долго нести чушь в комнате отдыха.

Она первой ударилась о стол, присев на корточки к запертому нижнему ящику. И используя умение, которому она научилась у своего обреченного брата, открыла замок.

Ее не должно было удивить, что она нашла так много личных вещей, которых не было у остальной части отряда. Высококлассные усовершенствования лица, первоклассное устройство виртуальной реальности с набором программ для релаксации и секса.

Она уже считала Рене бесполезной и тщеславной.

Она запустила пальцы под ящики, вдоль их боковин, проверила, нет ли фальшивых низов. Она нашла немного наличных, но ничего сверх нормы.

Она закрыла ящик, снова заперла его. Осторожно, чтобы не нарушить первозданную организацию Рене, она просмотрела другие. Пролистал диски с файлами, открыл и просмотрел записную книжку, записную книжку для встреч, прежде чем перейти к мебели, прилавкам, окнам.

Она знала, что Рене пряталась там. Знал, что это скрывает нечто большее, чем дорогая краска для губ и тени для век, нечто большее, чем модные импортные духи, которые продавались по чеку за унцию.

Внутреннее чутье подсказывало ей, что пришло время уходить - пот начал стекать по центру спины.

Еще одна минута, сказала она себе, снимая морской пейзаж со стены, чтобы заглянуть за него, осмотреть его оборотную сторону, раму.

В ту минуту, когда она вернула его на место, аккуратно подогнав так, чтобы оно висело идеально ровно, это поразило ее.

"Ты идиот", - пробормотала она. "Ты зря потратил эти курсы психологии".

Она посмотрела на портрет коммандера Маркуса Обермана в парадной синей форме.

Слишком тяжелая, чтобы самостоятельно снять стену, рассудила она. Нет, если только она не оттащила стол под ним в сторону, чтобы получить больше рычагов воздействия и лучший угол обзора.

Ей удалось просунуть руку за раму, на дюйм отодвинуть ее - и проклинала себя за то, что не догадалась захватить фонарик.

Она обхватила портрет одной рукой, другой завела за него, пытаясь наклонить голову, чтобы видеть. Приподнял его еще на дюйм, молясь, чтобы она не оторвала его от опоры.

Ее ищущая рука наткнулась на что-то, и от неожиданности она коротким рывком подняла нижнюю часть портрета. У нее перехватило дыхание, когда он продолжил плавно подниматься, замирая на вершине. И раскрытие сейфа за этим.

Она схватила свой линк, использовала его камеру, чтобы сделать несколько снимков. Даже если бы у нее было время, она была готова рискнуть временем, ее воровские навыки ограничивались взломом простых замков, а не взломом того, что выглядело как сложный стенной сейф.

Не торопясь, она привела портрет в порядок. Отступил назад, проверил выравнивание, позицию. Вытерла влажные ладони о бедра. У двери она слегка наклонила одну из жалюзи.

Ассертон и Слоан все еще за своими столами. Бринкер по-прежнему там, куда Бринкер ходил по дюжине раз в день. Фримен и Марселл все еще в комнате отдыха. Все ясно.

Двигайся, приказала она себе. Уходи сейчас.

Она вытащила папку из кармана, вышла, закрыла дверь. Быстрым движением мастера замок снова защелкнулся. Услышав тихий щелчок, она быстро подошла к своему столу. Она была на полпути к цели, когда дверь комнаты отдыха открылась. Она села, устремив взгляд на свой экран, как будто проверяя свои данные. И обдумала свои варианты.

Обычное дело, напомнила она себе. Голова опущена, задница в кресле. И когда ее смена заканчивалась, она использовала общедоступную ссылку по дороге домой, чтобы связаться с Далласом.

Когда Ева вернулась в свой кабинет, Мира отвернулась от окна.

"О, хорошо. Я не знал, удалось ли тебе спуститься, чтобы понаблюдать. Ты думаешь-"

"Что ты делаешь?" Мира прервала.

Ева увидела, что она пропустила на собеседовании high. Доктор был взбешен.

"О чем?"

"Почему вы намеренно травите человека, который, по вашему мнению, уже убил по меньшей мере двух человек в течение нескольких дней? Человек, у которого нет чувства срочности, нервов или сожалений по поводу тех убийств? Мужчина, у которого есть все основания видеть в тебе препятствие и угрозу для себя, но, что более важно, для женщины, за которой он следует с абсолютной преданностью, при этом зная, что у этой женщины есть все мотивы, и она без угрызений совести приказала бы ему устранить тебя."

"Потому что это моя работа".

"Не используй это против меня. Я знаю тебя. Безусловно, есть другие способы построить и закрыть это дело, способы, которые, я не сомневаюсь, вы используете. Тебе нравилось дразнить его. Ты хочешь, чтобы он - через Рене Оберман - попытался убить тебя ".

"Хорошо". Ева перешла к автоматическому приготовлению, запрограммировала немного травяного чая, который выпила Мира. "Я думаю, тебе это могло бы пригодиться".

"Не смей пытаться отмахнуться от меня".

"Я не такой". Ева поставила чай на свой стол, запрограммировала кофе для себя. "Я не такая", - повторила она. "Ты не ошибаешься. Ты редко ошибаешься. Мне это действительно понравилось. Черт возьми, я наслаждался этим. И я действительно хочу, чтобы он пришел ко мне. Но я тоже не ошибаюсь. Все это является моей работой. Ладно, может быть, не в восторге, но я имею право на некоторые льготы ".

"Это не шутка, Ева".

"Ты чертовски ебанутый скиппи, это не так. Они копы, доктор Мира, а копы так просто не сдаются. Бикс чертовски уверен, что не собирается нападать на Рене из-за того, что я вежливо прошу или прокурор предлагает ему выгодную сделку. Она его непосредственный начальник - его командир. Она дала ему миссию, сделала его важным для нее - сделала его своей правой рукой, и это сильное обольщение. Она создала атмосферу, в которой они выше остальных. Элита. Нравится... как Спецназ, в который он подал заявку и не смог попасть. Они делают то, что должно быть сделано - и его командир решает, что это такое. Выполнение приказов - часть его кодекса, а его кодекс - это его бог ".

"Ты не можешь сказать мне, что единственный способ остановить их, их всех, - это сделать себя неотразимой мишенью".

"Не единственный способ, нет, но это верный способ не только остановить их, но и вырезать их из этого отдела, полностью сокрушить их. Чтобы убедиться, что Рене, Бикс, Фримен - каждый из них - заплатит самую высокую цену, разрешенную законом. Каждое из них, потому что, поверьте мне, я отсею и искореню каждое из них ".

Ева подняла руку, прежде чем Мира смогла заговорить. "Я тоже подчиняюсь приказам. Шеф Тиббл приказал мне жестко наказать Рене Оберман и каждого полицейского из ее сети. Бикс не единственный, кто серьезно относится к приказам. Я уничтожу их, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы минимизировать ущерб этому отделу, когда я это сделаю ".

Ева снова взяла чай. Мира была не просто взбешена, как она заметила, она была уставшей и... грустной.

"Вот. Может быть, вы могли бы присесть."

Мира взяла чай, села. "Я так зол на тебя".

"Так отмечено. У нее есть за что дергать. У нее должен быть судья, возможно, пара политиков. У нее есть очереди в судах, в департаменте, может быть, в лаборатории, может быть, в морге. Я ставлю это против нее и остальных, но я должен сопоставить это с ее репликами. Она могла бы выкрутиться из этого - улики теряются, результаты анализов подделываются, подано неправильное ходатайство, разум исчезает или отказывается ".

"Все это расследование началось из-за заявления, которое, мы бы согласились, является превосходным свидетелем".

Изо всех сил стараясь не раздражаться - она рассказала Мире, как выполнять ее работу?-Ева поставила галочки на своих пальцах.

"Пибоди никогда ее не видела. Имя Бикса никогда не упоминалось. Гарнет мертва. А если это не будет закрыто гвоздями к тому времени, когда станет известно, что она видела и слышала?" Ева покачала головой. "Я ее лейтенант. Я ее партнер. Ты думаешь, я бы оставил ее задницу болтаться с мишенью на ней?"

"Нет". Мира, наконец, отпила свой чай. "Нет, я знаю, что ты бы не стал".

"Бикс приставил бы свой бластер к уху и выстрелил, прежде чем повернуться к Рене. Я ошибаюсь?"

"Нет. Я верю, что он пожертвовал бы собой и счел бы это честью, чтобы защитить ее. Что означает, что если он попытается убить тебя - и ты выживешь - у тебя есть только он."

"У меня припасено несколько придурков в рукаве, но даже без этого его арест пробивает большую брешь в ее стене. Она опозорена, ее карьере нанесен удар, от которого она не может оправиться. И мы открываем шлюзы для денег. Гарнет, Бикса, ее, остальных. Объясни это, сука. Она бы боролась. Более того, я думаю, что я заставил Бикс бросить на нее суровую тень ".

Успокоившись, Мира снова сделала глоток. "Вы показали ему, его собственными словами и поведением, что он солдат - тот, кто беспрекословно выполняет приказы, тот, кто беззаветно предан Рене. Не тот человек, который выходит за пределы своего командования, который ломает ряды и действует по собственной воле ".

"Так что у меня также припасен главный эксперт в рукаве, потому что ты бы засвидетельствовал это действительно громкими, причудливыми словами. Джанберри и Дельфино, копы по делу Гарнет, они выйдут на Бикса. Если Бикс бросится на меня, он окажется лицом на тротуаре, а сапог копа на его шее. Я надеюсь, что это мое, но я соглашусь на сапог любого копа ".

"Я знаю, что она тоже наблюдала. Ты хотел, чтобы она так могла дать ей понять, что ты смотришь в ее сторону. Ты сделал это, потому что это расстроит ее, разозлит и - ты надеешься - подтолкнет ее к тому, чтобы дать Биксу зеленый свет. Но ты также сделала это, Ева, потому что это личное."

"Это абсолютно, блядь, личное до мозга костей". И с облегчением это говорю. Чертовски волнительно говорить это. "Она плюнула на все, что я ценю, на все, чем я являюсь. На всем, что я сотворил сам из кошмара, который она даже представить себе не может. Это имеет значение".

"Да", - пробормотала Мира. "Да, это так".

"Когда я уничтожаю ее, я делаю это ради себя, ради значка, ради человека, который тренировал меня, наставлял меня, который помог сделать меня тем, кто заслуживает носить его. Но это только часть всего. Я делаю это для тебя, черт возьми ".

"Ева-"

"Замолчите", - приказала она и оглушила их обоих. Она должна была вытащить это наружу, поняла она. Пришлось, здесь и сейчас, позволить этому порочному клубку эмоций, бурлящему у нее внутри, выплеснуться наружу.

"Я делаю это для Уитни, для Пибоди, для каждого мужчины и женщины в моей тюрьме. Я делаю это за каждого убитого ею полицейского и мертвого наркомана. Я делаю это для каждого полицейского, который заслуживает носить значок. И хотя я сделаю все, что в моих силах, чтобы уничтожить их всех, я делаю это для каждого полицейского, которого она опозорила ".

Она остановила себя, сделала вдох. "Если ты знаешь меня, я думаю, ты должен это знать".

"Я верю. Я знаю это очень хорошо. Я тоже позволяю этому быть личным. Ты лично для меня ".

Ева почувствовала легкий укол под сердцем. "У нас все хорошо?"

"Я не могу не желать, чтобы ты так хорошо изложил свое дело; тогда я все еще мог бы злиться". Мира поднялась. "Я не собираюсь утруждать себя тем, чтобы говорить тебе быть осторожным. Мне не нужно говорить тебе быть умным. У тебя есть вопросы ко мне?"

"Ты уже ответил на один из них. Только еще один. Я полагаю, что знаю ответ, но это никогда не причиняет боли. Знает ли она, что я вызываю ее натравить на меня свою собаку?"

"Хотя теперь она знает, что ты смотришь на нее, и смотришь пристально, она никогда бы не подвергла свою жизнь риску. Я не верю, что она может представить, как ты это делаешь, не ради чего-то столь незначительного для нее, как справедливость, честь. Если она натравит на тебя свою собаку, она поверит, что это ее идея. И это должно произойти скоро ".

"Хорошо". Чем скорее, тем лучше.

"Тебе снятся кошмары, Ева? Воспоминания?"

"Нет. Не совсем. Не скоро. Кажется, что все, в основном, сделано. Это никогда не делается до конца ". Все еще там, внизу, подумала она, в глубине, но... "Кажется, что почти все сделано".

"Хорошо". Мира взяла руку Евы в свою, чтобы сжать. "Спасибо за чай".

Оставшись одна, Ева начала выяснять отношения с Пибоди, затем Джанберри постучал в ее дверь.

"Вам ясно, лейтенант?"

"Да. Прости, ты ждал?"

"Нет проблем. Могло бы быть небольшое, если бы тебе удалось добиться признания от нашего мертвого парня."

"Над этим придется еще немного поработать. Я просто организовал игру, передал тебе мяч. Не могли бы вы закрыть дверь, детектив Дельфино?"

После того, как она закончила, Дельфино прислонилась к нему спиной. "Рене Оберман", - сказала она. "Малышка коммандера Обермана".

"Ты так это читаешь?"

"Он читатель". Она ткнула большим пальцем в своего партнера. "Я? Я чувствую это, как дерьмо и кровь в воде".

"У нее есть описательная идиома", - прокомментировал Джанберри. "Я хотел бы спросить, можем ли мы позаимствовать у вас домашнее задание, лейтенант, учитывая, что мы пропустили пару дней занятий из-за этого".

"Мне не дали полного разрешения, но я могу сказать вам, что мы оба смотрим в одном направлении. Я могла бы подарить тебе это." Она достала диск из кармана. "Это сэкономило бы тебе немного времени. Но прежде чем я это сделаю, давай заключим сделку ".

"Мы слушаем", - сказал ей Джанберри.

"Ты можешь забрать Бикса, когда придет время вытаскивать его из дерьма и крови в воде, но Рене моя. Не потому, что она - большая добыча. Можно просто сказать, что это личное. Остальные, что ж, делитесь и разделяйте одинаково ".

"Сколько там покоя?"

"Все еще работаю над этим. Мы договорились?"

Партнеры обменялись взглядом. "Существует ли секретное рукопожатие?" Спросил Джанберри.

"Мы довольствуемся обычным". После того, как они пожали друг другу руки, Ева предложила диск. "Вы найдете множество фальшивых удостоверений личности, множество секретных счетов и значительную недвижимость, отследленную до Рене, Бикс, Гарнет и других, кого мы поймали".

"Насколько в этом замешано ОВР?" Дельфино хотел знать.

"Тщательно. Лейтенант Вебстер является там главным, но его капитан был проинструктирован, как и коммандер Уитни и шеф Тиббл. Это NTK. Больше никому не нужно знать, пока мы их не уничтожим ".

"Кровь и дерьмо в воде", - повторил Дельфино. "Вот как пахнут грязные копы. Копы, которые убивают копов? От этого у них особый смрад".

"Он собирается прийти за тобой". Джанберри изучал Еву. "Ты знаешь это".

"Я рассчитываю на это".

"Тебе нужно прикрытие?"

"Я понял, спасибо. Но я свяжусь с тобой, если и когда. Кто бы ни схватил его, он твой ошейник. Таков уговор ".

Когда ее кабинет снова опустел, Ева щелкнула замком. Она заслужила небольшую награду, небольшой стимул, прежде чем вернуться к делу.

Она взяла инструмент со своего стола и присела на корточки рядом со своим утилизатором. Но когда она сняла панель, ее не ждал запечатанный пакет с шоколадом для улик.

"Черт возьми! Это ударяет. Это серьезный удар".

Дуясь, оплакивая потерю, она смотрела на то, что считала великолепным укрытием. Она признала, что ее ошибкой было оставить свой тайник на месте, пока она была в отпуске.

Она дала презренному Похитителю конфет слишком много времени и возможностей для поиска и потребления.

Теперь она не только не получит свою награду, свой стимул, но ей придется найти другое укрытие.

Она вернула панель на место, бросила инструмент обратно в ящик стола. Она дала себе еще тридцать секунд, чтобы надуться, прежде чем связаться с Пибоди.

"Статус?"

"Я прошел чуть больше половины. У Дэвина была отличная коллекция. Может быть, это тупик. Если она хранила документацию или заметки, кто-то из команды Рене, вероятно, нашел их и уничтожил ".

"Продолжай в том же духе. Доведи это до конца. Если они не нашли и не уничтожили это, то это потому, что она хорошо это спрятала." Ева бросила на своего переработчика неприязненный взгляд. "У меня есть кое-какие дела, которые мне нужно закончить и связать здесь, после чего я приду. Как насчет электронной команды? Они- Подожди", - приказала она, когда услышала слабый щелчок в свою дверь.

Поднявшись, она вытащила свое оружие.

Рорк открыл дверь, склонил голову набок. "Что ж, это не то приветствие, на которое я надеялся".

Она выдохнула, убрала оружие в кобуру. "Продолжай в том же духе, Пибоди", - сказала она. "Пометьте меня, если что-нибудь найдете. В противном случае я увижу тебя, когда доберусь туда ". Она прервала передачу.

"Та дверь была заперта".

"И к чему ты клонишь?" Он подошел и крепко поцеловал ее. "Я не постучал, так как думал, что ты, возможно, дремлешь, растянувшись на полу без сознания".

"Может быть, мне нужен замок получше. Может быть, мне нужно начать запирать его чаще ". Она упала в свое кресло. "Не то, чтобы это остановило Похитителя Конфет. Моя заначка пропала ".

"Ты собирался оглушить своего похитителя конфет?"

"Я мог бы, придет день. Но нет, я подумала, что Рене могла сорваться и послать Бикса вниз, чтобы он попытался выкинуть меня из окна моего собственного офиса. Я дал ей достаточный стимул, когда у меня был Бикс на собеседовании, и я хотел награды. Я хочу конфетку".

"У меня ничего нет с собой. Купи что-нибудь у продавца".

"Я хочу свою конфету".

Он подавил смешок. "Там, там".

"Укуси меня". Но она стряхнула это. "Почему ты здесь? Почему все сегодня в моем офисе?"

"Я здесь, потому что тоже заслуживаю награды. Как и Фини и Макнаб ".

"Ты справился с этим".

"Мы сделали. По большей части так и было, но мне удалось несколько раз преуспеть ".

"Нам нужно это организовать, нужно подключить ОВР".

"Фини справляется с этим. В конце концов, это его ребенок. Или еще больше смерти Макнаба. Йен сегодня блеснул каким-то блеском. И чем вы занимались, лейтенант?"

"Слишком много встреч. Я бы сошел с ума, если бы мне пришлось проводить дни, заполненные встречами. В них все эти люди".

"Как правило, да".

Она быстро ввела его в курс дела, но остановилась, когда перешла к интервью с Биксом - и когда Рорк подошел к ее окну и выглянул наружу.

Как сделала Мира.

"Я обсуждал свою стратегию, цели, рассуждения с Мирой, которая после не была от меня в восторге. Пока я не выложил это. Я должен выложить это тебе?"

"Нет. Я понимаю вашу стратегию, цели, рассуждения. Я полагаю, что Мира сделала то же самое. Но нужно немного, чтобы пройти через это и принять их ".

"Рорк, я так прикрыт, что практически ношу взрывозащищенную перчатку для тела".

"Я знаю это". Он повернулся к ней. "Но для этого нужно немного. Знаешь, ты худая, дорогая, но кому-то потребовалось бы немало усилий, чтобы выбросить тебя из окна такого размера."

Она улыбнулась и, понимая, что ему это нужно, наклонилась к нему, когда он подошел, чтобы провести рукой по ее волосам.

"Но поскольку ты у меня худощавый, я пока буду держаться рядом. Мне нужно кое о чем позаботиться. Я собираюсь найти место, чтобы присмотреть за ними ".

"Я должен написать пару отчетов, обновить свою доску и книгу. Вы можете воспользоваться зоной для посетителей ".

Он посмотрел на жалкое кресло. "Ты действительно называешь это зоной?"

"Нет".

"Я найду свободное место".

Лайла продолжала сидеть с опущенной головой и задницей в кресле, когда Рене и Бикс вернулись - и когда Рене с грозным выражением лица закрылась с ним в своем кабинете.

Почти конец смены, подумала она. Осталось недолго. Она подумывала о том, чтобы попросить немного личного времени и уйти пораньше. Но ее лейтенант неодобрительно отнесся к подобным просьбам, и в ее нынешнем настроении это могло стать проблемой.

Лучше просто ехать по дороге.

Она ничего не сказала, когда Манфорд и Тьюлис вернулись с поля, и Тьюлис бросил папки на ее стол.

Она знала, что это было ожидаемо, что она напишет пятерки, очистит отчет, подшьет его. Лейтенант считала своих полевых людей слишком ценными, чтобы потеть над бумажной волокитой.

Она приступила к этому, говоря себе, что это займет ее, отвлечет от наблюдения за временем. Она исчерпала то время, когда Рене вышла и направилась прямо к столу Лайлы.

Хотя ее сердце упало, Лайла спокойно посмотрела вверх. "Да, мэм?"

"Ты с Биксом", - быстро сказала Рене.

"С Биксом, лейтенант?"

"Как я уже сказал. Нам не хватает человека, если вы забыли, один из вашего отделения погиб. У вас проблемы с оперативной работой, детектив? У меня создалось впечатление, что вы стремились оторваться от своего рабочего места ".

"Да, мэм!" Она наполнила свой голос энтузиазмом. "Спасибо, лейтенант".

"Бикс сообщит вам подробности по пути. Ты допущен к ОТ, если это будет необходимо ".

Бикс встал, глядя на Лайлу своим невыразительным взглядом. "Давайте сделаем это".

Это чушь собачья, подумала Лайла, заставляя себя идти в ногу с ним. Она оставила какую-то подсказку, или кто-то из других видел, как она входила, выходила, подал сигнал тревоги. Или. . .

Не важно как, подумала она. Она была создана.

"Куда мы идем?"

"Магазин кулинарии на одного человека на авеню D. Мы собираемся найти шеф-повара, оказать на него некоторое давление, посмотрим, к чему это приведет".

Чушь собачья, чушь собачья, снова подумала Лайла.

"Над чем-то, над чем вы с Гарнет работали? Послушай, я сожалею о Гарнет. Я знаю, что вы двое работали довольно близко ".

"Он знал счет". Бикс вошел в лифт, и поскольку он был переполнен полицейскими, Лайла поладила с ним.

Будь она проклята, если ее поведут, как агнца на заклание, и каждый инстинкт подсказывал ей, что ее должны были усыпить.

Она быстро прокрутила в памяти каждую минуту, проведенную в кабинете Рене, каждое сделанное движение. Она оставила все в точности таким, каким оно было. Кроме того, если что-то было не в порядке, Рене не могла знать, кто ...

Если только она не следила за дежурной частью, и не только когда была в своем кабинете. И если бы она контролировала дежурную часть, она могла бы контролировать свой офис. Она могла видеть все.

Глупо. Глупо. Глупо.

"Вы раньше имели дело с шеф-поваром?" Задавая этот вопрос, Лайла потянула за вырез своего топа, как будто страдала от жары. Это не было большой натяжкой.

"Да. Я разберусь с ним. Ты здесь в качестве балласта." Он опустил взгляд на нее, когда она начала учащенно дышать. "Что с тобой не так?"

"Прости. Клаустрофобия. Я... " Она выскочила из лифта, расталкивая копов, когда двери открылись. Тогда она бы убежала, но Бикс был прямо рядом с ней. Вместо этого она опустила голову между колен. "Не мог дышать".

"Как, черт возьми, ты попал в полицию?"

Она позволила его отвращению перекатиться через ее спину. Тем лучше, если бы он считал ее слабой и бесполезной. "Послушай, я хороший полицейский. У меня просто проблемы с ограниченным пространством. Я сяду на глиссер, встретимся в гараже".

"Мы воспользуемся скольжениями". Он сжал ее руку, направляя ее к скольжению вниз.

Нырни в ванную, подумала она, вызови подкрепление. И если бы он последовал за ней, он бы поймал ее в ловушку. Она дернула рукой, но его хватка только усилилась. "Руки прочь, Бикс. Я могу стоять на своем ".

"Вероятно, упаду в обморок при виде крови".

"Поднимай свое". Лайла локтями прокладывала себе путь вниз по трапу, пытаясь увеличить расстояние между ними. Бикс прилипла к ней, как липучка.

По ее подсчетам, скоро им придется переключиться на один из гаражных лифтов. Или на лестнице. Где он планировал это сделать? Не в Центральной. Но однажды он вытащил ее...

Поэтому она не позволила ему вытащить ее.

"Привет". Она повернулась к нему. "Убери свои руки от моей задницы".

"Я никогда-"

Она дала ему пощечину, достаточно сильную, чтобы треск плоти о плоть привлек столько же внимания, сколько и ее крик протеста. "Чертов мудак!" Было много ухмылок, когда она нажала на спуск.

Он попытался схватить ее, возможно, оттащил бы назад, но пара полицейских - одна в женской форме, которая выглядела так, будто могла выжимать штангу максибуса лежа - преградили ему путь.

Она услышала крики, проклятия позади себя, оглянулась. Его глаза были абсолютно спокойны, когда он прокладывал себе путь и сокращал дистанцию, которую она преодолела.

Она подчинилась инстинкту и убежала.

Она прыгнула на следующий рейс, скользя и извиваясь среди других пассажиров, как змея. Потеряй его, потеряй, найди дыру, позови на помощь. Переходи сразу на следующий уровень, сказала она себе. Она всегда была быстрой.

Когда другой чек позади сказал ей, что и он тоже, она сдвинулась, чтобы протолкнуться. Она вырвалась, потребовался один быстрый удар сердца, чтобы выбрать наилучшее направление. Рев позади нее раздался за мгновение до того, как кто-то врезался в нее, подталкиваемый яростным продвижением Бикса вперед. Лайла выбросила руку, чтобы удержаться, но ноги подкосились под ней.

Одну секунду, затаив дыхание, она смотрела, как тускло-серебристая сталь "глайда" несется к ней. Она вскинула руки в инстинктивной попытке защитить лицо, но первый жестокий удар пришелся по ее плечу. На мгновение мир закружился - от потолка до пола, - затем он взорвался, когда ее голова ударилась о ребристую сталь.

Она упала, кувыркаясь, без костей, на неумолимый нижний этаж.

Почти готовая закрыть его в Центре, Ева схватилась за свою сигнальную линию. Она надеялась, что Пибоди, боролась с раздражением, когда увидела Вебстера на экране.

"Даллас".

"Детектив Стронг только что получил удар головой при скольжении вниз между тремя и четырьмя".

Ева вскочила на ноги. "Как?"

"Пока не установлено, но Бикс задержан".

"Он, блядь, толкнул ее - в Центральном?"

"Еще не определено. Противоречивые свидетельства ".

"Она жива?"

"Без сознания, избит при падении. На пути к Ангелу. ОВР получает шанс на Бикса. Рене уже вмешивается. Мы просмотрим записи с камер безопасности, пока держите его в секрете ".

"Сильный прикрыт?"

"Она была в автобусе и уехала, прежде чем я получил известие".

"Я прикрою ее". Ева вылетела из офиса, нацелившись на Бакстера. "Я хочу, чтобы ты и Верное Сердце были у Ангела десять минут назад. Вы покрываете детектива Лайлу Стронг, которую везут туда с травмами от падения. Ты покрываешь ее, как кожа на кости. Никаких медиков наедине с ней, никаких других копов рядом с ней. Это прямой приказ, и меня не волнует, если Сам Бог отменит его, вы последуете ему ".

"Да, сэр".

"Иди сейчас. Я буду прямо за тобой".

Возвращаясь в свой кабинет, чтобы взять куртку, которую сняла во время работы, она пометила Рорка. "Гараж. Поторопись". Она отключилась, затем позвонила другу.

"Даллас". Доктор Луиза Диматто лучезарно улыбнулась ей. "Как-"

Натягивая куртку, Ева переложила свой "линк из руки в руку. "Ты нужен мне в больнице Ангела как можно скорее. Поступающий пациент, доставленный из центра, детектив Лайла Стронг. Травмы от падения".

"Как-"

"Я не знаю ее состояния. Мне нужно, чтобы ты добралась туда, Луиза, и забрала ее. Ее жизнь на кону. Мне нужно, чтобы ты явился как ее врач, и мне нужно, чтобы ты вылечил ее. Я не хочу, чтобы рядом с ней был кто-то, кого ты не знаешь, и кому ты доверяешь свою жизнь. Ни одному другому врачу, медсестре, санитару, ни одному судну рядом с ней вы не доверяете. Бакстер и Трухарт сейчас на пути туда. Ни один другой полицейский не приблизится к ней без моего разрешения. Никаких."

"Я в пути. Я позвоню заранее, договоримся ".

"Спасибо".

Она бросилась с этажа на глиссаду, с глиссады на лифт и через гараж, где ждал Рорк.

"Как быстро вы можете доставить нас в больницу Ангела?"

"Очень. Пристегнись ".

Двадцать один

ЗАВЫЛИ СИРЕНЫ, РОРК ВЗЛЕТЕЛ В воздух в тот момент, когда они вылетели из гаража. Он приземлился, врезался в нее, чтобы пропахать поле движения, развернул ее двумя колесами на углу. Он проскользнул на пару слоев краски между такси и степенным таункаром, затем резко развернулся и пролетел над головами пешеходов, переходящих пешеходный переход, несмотря на вой сирен и мигалки.

"Стронг повержен", - сказала ему Ева. "Я не знаю, насколько плохо".

Он просто кивнул и провел линию через городские каньоны. Когда он свернул на пандус скорой помощи, он сказал: "Поезжай".

Она уже щелкала ремнем безопасности, открывая дверь. Она ворвалась в двери отделения скорой помощи, заметила, как медики вкатывают каталку за угол приемного покоя, а Бакстер и Трухарт следуют за ними, как сторожевые псы.

"Статус! Каков ее статус?"

Кровь из ран на голове, рваные раны на лице пропитали одежду Лайлы. Ева увидела шину, удерживающую ее правую руку, другую, охватывающую ногу, скобу, охватывающую шею.

MTS извергали череду медицинских терминов в адрес мужчины в медицинской форме, который выглядел недостаточно взрослым, чтобы заказать пиво. Он, в свою очередь, отдавал приказы, пока они проталкивали каталку через другие двери.

Он отдал Еве еще один приказ. "Ты должен держаться подальше".

"Ее врач уже в пути. Луиза Диматто. Она главная".

"Прямо сейчас я главный". Он сосчитал до трех, и они подняли окровавленное, изломанное тело Лайлы, привязанное к стабилизатору, с каталки на стол.

При этом движении Лайла застонала. Ее веки дрогнули. Врач приподнял веко, чтобы осмотреть ее зрачок, в то время как другой медик разрезал ее брюки, чтобы показать неприятный перелом под шиной.

Еве удалось проскользнуть, схватить Лайлу за руку, пока команда работала вокруг нее. "Докладывайте, детектив. Дайте мне отчет ".

Глаза Лайлы, ослепшие от шока и боли, распахнулись. "Что?"

"Детектив Стронг!" Ева увидела, как глаза расширились, совсем чуть-чуть. "Мне нужен твой отчет".

"Убил меня".

"Нет, они этого не сделали. Почему они пытались?"

"Оберман. За спиной Обермана". Слова искажались, когда пальцы Лайлы слабо шевельнулись в пальцах Евы. "Моя мать. Нервный тик".

"Я достану твою мать. У меня будет тик".

"Напуган".

Новая боль пронзила ее тело, в глазах отразилась дрожь. Ева заставила себя смотреть прямо в них. "Я тебя прикрою. Я поймал тебя, детектив."

"Оберман". Ева могла чувствовать, как Лайла борется за слова. "В безопасности. Бикс. Все испортил".

"Нет, ты этого не делал. Я понял это".

"Мама. Нервный тик".

"Я достану их".

Ева наклонилась, когда глаза Лайлы снова закрылись, когда машины запищали, когда молодой доктор рявкнул на нее, чтобы она отступила, пригрозил вызвать охрану.

"Вы не умрете у меня на руках, детектив. Это чертов приказ ".

Позади себя Ева услышала голос Луизы - спокойный, оживленный, полный власти. Она отступила назад, наблюдая, как ее подруга засовывает руки в защитный плащ.

"Верное Сердце, останься с ней. Бакстер, со мной."

Ева протиснулась в двери. "Она говорила что-нибудь еще до того, как я пришел сюда?" Потребовала Ева.

"Вы отстали от нас примерно на тридцать секунд. Она пришла в себя на несколько секунд, когда ее выгружали, но она не сказала ничего, что я мог разобрать ".

"Один или оба из вас остаются с ней до конца. Никто не доберется до нее. Никто не тронет ее, пока Луиза не оправдает их ".

"Кто-нибудь помог ей упасть с той горки, Даллас?"

"Не определено, но вероятно. Если для этого была причина, есть причина напасть на нее снова ".

"Они не пройдут через нас". Его взгляд метнулся к двери, затем вернулся к Еве. "Она одна из Оберманов?"

"Больше нет. Она одна из моих ".

Луиза оттолкнула Еву, пока та расхаживала по коридору.

"Мы забираем ее, готовим к операции. Ей нужен хирург-ортопед, пластический хирург, нейрохирург. У них здесь есть хорошие друзья, " сказала Луиза, прежде чем Ева смогла ответить. "Я знаю их. У нее внутренние повреждения, и я возьму их на себя. Если она справится, и ее шансы в этой команде будут приличными, ей потребуется больше работы. И у нее будет адская дорога назад ".

"Она справится. Один из моих людей должен быть с ней каждую секунду. Мне нужно, чтобы ты лично отобрал каждого врача, медсестру, санитара, который приблизится к ней, передай их данные Бакстеру ".

"ИЛИ пять", - сказала Луиза. "Мне нужно идти приводить себя в порядок. Ты можешь посвятить меня в это позже ".

"Луиза... " Ева зашагала к лифту вместе с ней. "Насколько порядочный?"

"Насколько она крутая?"

"Довольно жестко, я думаю".

"Это помогает. Доверьте нам сделать остальное ".

Не имея выбора, Ева отступила назад, наблюдая, как они катят Лайлу к лифту, наблюдала, как Бакстер и Трухарт снова упали на фланговую позицию.

"Мы будем присматривать за ней, лейтенант". Трухарт положил руку на боковое ограждение каталки, и Ева кивнула, когда двери закрылись.

"Как она?" - Спросил Рорк.

Она на мгновение закрыла глаза, пока ее разум воспроизводил весь хаос смотровой.

"Сломанная рука, включая раздробленный локоть. Сложный перелом ноги, треснувший череп, поврежденные селезенка и почка, серьезные рваные раны на лице. Это основные моменты ".

Ей нужно было сдержать свой гнев. Гнев может подождать.

Во время более спокойной поездки обратно в Центр Ева связалась с Фини. "Ты можешь запустить свою новую игрушку из конференц-зала в моем подразделении?"

"Мы можем это устроить".

"Мне нужно, чтобы ты сделал это сейчас и на предельной скорости. Поскольку ее мальчик снова в корзине, ей придется начать пререкания. И у меня есть кое-что еще."

"Насколько невозможно на этот раз?"

"Ты скажи мне. У нее должны быть глаза, может быть, и уши, в ее отделе, в ее собственном офисе. Она, должно быть, следит или проверяет на месте. Возможно, у нее в офисе установлено что-то вроде сигнализации, чтобы она знала, если кто-нибудь войдет, когда ее нет рядом. Можете ли вы подключиться к этому, дать нам канал? "

"Ну, ради Христа. Не зная системы, расположения, ключей или характеристик оповещения?" Он одарил ее долгим, печальным взглядом. "Черт возьми, почему бы и нет? Какое еще чертово чудо сегодня?"

"Ты можешь сделать это действительно быстро?"

"Не так быстро, как я бы надрал тебе задницу, если ты окажешься в пределах досягаемости".

"Я приведу своего придурка, чтобы он помог тебе".

"Пошли его. Ты держись подальше ".

Ева нахмурилась, когда он прервал ее, затем повернулась к Рорку. "Ты можешь сделать это действительно быстро?"

"Подключиться и перенаправить неизвестную и на данный момент теоретическую систему с потенциальными и неопознанными ключами и предохранителями? Я бы сам не прочь надрать тебе задницу. Да, - сказал он, прежде чем она смогла заговорить. "Потому что ты собираешься вывести ее из кабинета и очистить ее комнату для дежурств на время, достаточное для того, чтобы я смог войти, запустить и просканировать, найти и идентифицировать, и снова выйти".

"Как я должен очистить ее комнату для дежурств?"

"Это, лейтенант, можно отнести к категории ваших проблем. Мне нужно пять минут".

"Если я смогу дать тебе пятнадцать, я хочу, чтобы ты сделал кое-что еще, пока ты там".

"И что бы это могло быть?"

"Это включает в себя воровство".

Его лицо просветлело. "Мне это уже нравится".

"Просто позволь мне привлечь Пибоди, а потом я все тебе выложу". Прежде чем она успела заказать код, в ее руке засигналило соединение.

"Даллас, я понял!" Пибоди почти спела это. "Я понял! Более трех месяцев записей, времени, мест, подслушанных обрывков разговоров. Имена - она тщательно копала и перечислила имена, которые, по ее мнению, были связаны с сетью Рене, - и она подкрепила это большим количеством документации ".

"Принеси это".

"Ты не придешь сюда?"

"Там планы изменились. Скопируй это, внеси это ".

"Я в пути. Боже, Даллас, я почти пропустил это. Она прикрыла это слоем джок-шоковой музыки. Анализ диска едва дал мне представление - и тогда это выглядит как стандартное переопределение - прежде чем я -"

"Объясню позже. Мы разберем это сегодня вечером. Я хочу, чтобы ты вошел ".

"Сегодняночью? Я еще больше продвинулся в своем пути ".

"Это хорошая работа", - прокомментировал Рорк Еве. "Если диск был многослойным и замаскирован под переопределение, это была хорошая работа со стороны Девина и Пибоди".

"Я похлопаю ее по спине позже". Она взглянула на время, подсчитала. "Вот что мне нужно, чтобы ты сделал, как только я разберусь с этим - и очисти помещение отдела".

"Я так понимаю, ты понял, как это сделать".

"Один коп на скамье подсудимых, другой в операционной, а третьего допрашивает ОВР? Это четверть ее команды прямо здесь. Я бы сказал, что Рене и ее люди заслужили хороший разговор ".

Она начала готовить это, пока Рорк заканчивал поездку в Центральный.

"Командир и Мира", - прокомментировал Рорк. "То, что вы назвали бы командным выступлением. Беспокойство, немного сурового неодобрения с примесью групповой терапии ".

"Она не может сказать "нет". Я сообщу вам, как только получу сообщение, что они в конференц-зале. Если тебе нужно больше времени или просто не можешь с этим справиться, дай мне знать как можно скорее ".

"Ты только что заработал еще один пинок под зад за то, что оскорбил меня".

Они выехали на лифте из гаража, затем вышли, чтобы прокатиться на глиссерах, как это было ее привычкой. Намеренно она перешла между тремя и четырьмя в сектор, где упала Лайла.

Они заблокировали движение вниз и будут удерживать его заблокированным, пока IAB не примет своего решения. Она представила, что Вебстер вытянет это, даже если диски не покажут вины Бикса.

"Она держалась Крепко, прикованная к тому столу, но сегодня она отправляет ее в поле? И с Биксом. У него были приказы о казни. Если бы он вытащил ее отсюда, она была бы мертва, а не в операционной. Стронг подозревала, что за комнатой дежурного следили, но она все равно вошла."

"Она пошла на риск. Все вы принимаете их каждый день ".

"Я знал, что за этим следили после моей последней поездки туда. Я знал, что Бринкер был грязным. Но я не передал ей ни слова. Не вовремя. Я увидел возможность заполучить человека внутри, поэтому я воспользовался этим, втянул ее в это ".

"И, похоже, она увидела возможность и воспользовалась ею. Риск и возможность, Ева. Все это часть этого".

"Луиза исправит ее. Черт возьми, она исправит ее, потому что эта сука не уберет еще одного копа ". Она подошла, встала на скольжение вверх.

Ее коммуникатор подал сигнал, не хватило трех. Она проверила это, отсканировала код. "Уитни созвала собрание".

"Думаю, я подойду, займу позицию поближе, пока они будут выходить".

"Твое лицо здесь довольно знакомое. Не позволяй никому из них увидеть тебя ".

"Оскорбление за оскорблением". Покачав головой, он удалился.

Ева свернула, чтобы встретиться с Вебстером, как она и договаривалась.

"У меня их пять", - сказал он ей, когда она проскользнула в его кабинет. "У нас Бикс на медленном огне. Его лейтенант только что прервал жаркую перепалку с моим капитаном. Приказ явиться с докладом от командира ". Вебстер постучал себя по виску в знак приветствия. "Удачное время, Даллас".

"Что на дисках?"

"Он не толкал ее, но, несомненно, преследовал. Они оба пихались, убегали, расталкивали людей в стороны. Кто-то упал между ними, и они упали, как костяшки домино. Нам повезло, что она единственная, кто принял тяжелое падение. Она потеряла равновесие, бежала изо всех сил и не могла удержаться ".

"Как он на это отвечает? Почему он преследовал коллегу-офицера?"

"Он говорит, что она начала кричать и ударила его, затем начала бегать по глиссадам, подвергая опасности других. Он преследовал инстинктивно, и потому что боялся, что она навредит себе или другим. Это достаточно близко к тому, что произошло, нам было бы трудно повесить это на него без ее заявления. Он не отклоняется от сюжета ни на единое слово ".

"Я хочу увидеть бег".

"Понял". Он достал диск из кармана. "Если вы хотите поджарить его, да, вы могли бы интерпретировать это как то, что он пробил нужное место в нужное время, рассчитал углы и вызвал ее падение. Но это не выдержало бы само по себе. Рене играет разъяренного босса, но мы часто сталкиваемся с этим здесь. Как мы можем допрашивать ее мужчину, когда это, очевидно, был ужасный несчастный случай, и, похоже, его спровоцировал раненый офицер, который демонстрировал некоторое нестабильное поведение? Как отмечено в ее оценках ".

"Тогда она должна объяснить, почему она отправляла офицера, которого считала неуравновешенным, на поле боя".

"У нее не хватает рук. Прошлой ночью она потеряла мужчину. У нее на все есть ответ. Они шаткие, если разобраться, и вы знаете то, что знаем мы, но это ответы ".

"У нее вот-вот закончатся ответы". Ева сунула диск в карман. "Не выпускай его отсюда, Вебстер. Не раньше, чем через тридцать. Я собираюсь связаться с Джанберри и Дельфино, поднять их по тревоге. Возможно, они скоро захотят провести с ним раунд ".

"О, мы можем занять его еще какое-то время. Каков статус Стронга?"

"Она выстоит". Ева проверила время. "Я должен двигаться. У меня есть свои костяшки домино, которыми нужно щелкать ".

Она направилась прямо в конференц-зал, где находились Фини и Макнаб. Фини послал ей укоризненный взгляд. "Ты знаешь, насколько это было бы проще, если бы мы могли управлять этим из EDD? И в этом нет ничего легкого".

"ЭДД повсюду, но если я буду ошиваться рядом с ЭДД, то кто-то, о ком мы не хотим знать, может заинтересоваться. Мы боксируем с ней, Фини. Я хочу, чтобы эта сторона коробки была твердой. У Рорка было около пяти минут с тех пор, как мы покинули помещение отдела. Если ему повезет, остальная часть работы должна быть легче ".

Она подключила диск к комнатному компьютеру, просмотрела последовательность. Она ожесточилась, когда наблюдала за падением Лайлы, а затем приземлением.

"Она знала, что была в беде", - пробормотала Ева. "Она выслеживает, ищет выход. Он держит ее рядом, даже хватает за нее. Она сыграла это чертовски хорошо, до самого конца. У нее почти получилось ".

"Он толкнул ее. Он не поднимал на нее руку", - сказал Макнаб, когда Ева оглянулась. "Но он толкнул ее. Посмотри на него. Даже не вспотел. Пробираясь сквозь людей, уворачиваясь, изворачиваясь - и он не сводит с нее глаз. Как гончая перед кроликом".

"Ты был бы прав. У него был приказ. Если бы он мог добраться до нее после падения, он бы прикончил ее - если бы он мог найти способ, он бы убил ее прямо в Центре."

Она повернулась, желая кофе, повернулась обратно, когда услышала, как открывается дверь.

"Ты не мог бы войти?" - начала она.

"На самом деле, это чертова череда оскорблений". Рорк бросил небольшую сумку на стол для совещаний. "Я позаимствовал сумку в одной из ваших кладовых. Я надеюсь, что меня не арестуют ".

"Ты зашел, закончил, выходишь и возвращаешься сюда через десять?"

"Ну, мне действительно пришлось остановиться, чтобы забрать сумку. И просканировать ее систему безопасности." Он бросил диск Макнабу. "Это должно ускорить события".

"Да, детка!"

"Хотите посмотреть, что в сумке, лейтенант?" - Спросил Рорк. "Что было в безопасности за Оберманом?"

Ева открыла сумку. "Ее набор для бега - удостоверение личности, кредит, наличные - около двухсот тысяч?"

"О, двести пятьдесят, тогда есть еще сотня крупных в евро".

"Чистое звено, чистое оружие, КПП- и диски".

"Ее книги", - подсказал Рорк. "Ее зарплата, операционные расходы, доход - все очень аккуратно. У меня было немного времени, поэтому я бросил быстрый взгляд ".

"Скажи аллилуйя", - выдохнула Ева.

"Если хочешь. Я не просматривал их все - достаточно, чтобы убедиться. Они, конечно, зашифрованы, но довольно просто. Я бы сказал, что она была уверена, что никто не собирался подглядывать. Ее безопасность более сложна. Если бы она включила сигнализацию перед уходом из своего офиса, она сработала бы в ту минуту, когда Стронг вошел. Тихая тревога, которая включит камеры. Рене увидела бы это, когда вошла бы сама и отключила сигнализацию ".

"Но она не опустошает сейф. По крайней мере, пока. Нет реального времени для этого", - заключила Ева. "Она должна устранить Стронга. Если она не сможет добраться до Стронга, ей придется ответить на множество смущающих вопросов. Она может очистить сейф, положить внутрь что-нибудь не компрометирующее."

"Стронг получил сильный удар по голове -есть и был явно сбит с толку". Рорк кивнул. "Есть много способов обойти это, но устранение Сильного - это точно, и это аккуратно".

"Ей нравится аккуратность, и она не знает, что у меня двое мужчин на Strong. Она еще не могла знать. Черт, я забыл об Уитни и Мире." Она достала свой коммуникатор, сигнализируя Уитни, что все чисто.

"Помоги моему мальчику, ладно?" - Спросил Фини у Рорка, затем мотнул головой, чтобы Ева последовала за ним в другой конец комнаты.

"Она у тебя в этом ящике, Даллас. Со всем, что мы собрали вместе, с тем, что, по словам мальчика, принесет Пибоди. Добавьте к этому небольшое ограбление, которое только что провернул Рорк, и с ней покончено ".

"Может быть. Может быть, если мы просмотрим ее диски и обнаружим, что она написала главы и стихи о своей операции, о своих приказах убивать копов, Кинера, кого бы еще она ни совершила ".

"Ей придется объяснить, откуда удостоверение личности, деньги".

"Взяточничество, коррупция, фальсификация документов - это не убийство".

"Ты и я знаем, что в то время как Бикс может стоять как скала, другие свернут. Нужен только один, чтобы вызвать лавину. Ты заключаешь сделку с одним из ее людей, лавина превратит ее в пыль ".

"Вот как бы ты справился с этим?"

"Я говорю, что ты мог бы выйти прямо отсюда и надеть на нее наручники".

Она повернулась, сделала пару шагов в сторону, чтобы попытаться успокоиться. Повернулась и отступила назад, когда решила, что не хочет, чтобы это улаживалось.

"Заключить сделку с одним или двумя грязными полицейскими, чтобы они отрубили голову? К черту это. К черту это, Фини. Никаких сделок. Никаких сделок, если мне придется сидеть с папой, пока он не заплачет по своей мамочке. Я не хочу заключать сделку, чтобы уничтожить ее. Я собираюсь пойти с ней своим путем. Я собираюсь играть на ней, как на чертовом пианино ".

Он начал ухмыляться при первом трахании с этим, а затем фыркнул. "Ты не умеешь играть на пианино".

"Но я могу разбить одного в щепки кувалдой".

"Это хороший выбор. Я просто проверял."

Она выдохнула, почувствовав, что самообладание угасло. "Ты бы пошел кувалдой?"

"Может быть, цепная пила. Я должен думать о своей спине ".

Она посмотрела на Рорка и Макнаба. "Ты доставляешь мне корм. Я возьму молоток и пилу".

Она ходила взад и вперед, пока они работали. Она задавалась вопросом, почему все всегда занимает больше времени, чем ты хочешь, чтобы это заняло, если только ты не хочешь, чтобы это заняло намного больше времени - тогда это и близко не занимает достаточно много времени.

Время засасывало.

Вошла Пибоди.

"Выведи данные", - приказала Ева. "Мне нужно это увидеть".

"Да, сэр".

"Хорошая работа, Пибоди. Ты хорошо поработал сегодня ".

"Мне это было нужно". Пибоди оглянулась, устанавливая диск. "Я хочу иметь возможность вернуться к ее маме и сказать ей, что детектив Гейл Девин помогла раскрыть это дело. Даллас, ты можешь объявить ей благодарность? Сверху? Не могли бы вы назначить ей свидание с командиром?"

"Я могу. Я сделаю. Но я верю, что командующий выдаст его без моей просьбы ".

Ева встала, изучая данные. "Боже, она была основательной. Посмотри на это. Время, даты, продолжительность, участники закрытых заседаний в офисе Рене. Координация их с провалившимися арестами или операциями - или когда прибыль от ареста оказалась значительно ниже ожиданий и информации. Изменения в счете - она регистрировала их всякий раз, когда обнаруживала хоть одно. Регистрируются встречи Рене и Денниса Дайсона из бухгалтерии, которые проводятся раз в неделю. Вот еще один, который появляется регулярно, каждые пару недель, и обычно после значительного провала. Из записей.

"Заметки о несоответствиях в файлах, в отчетах. Вот полицейский, который покопался в ее исследованиях ".

"Она строила довольно хорошее дело", - добавила Пибоди. "У нее есть записи уличных контактов, которые она начала налаживать самостоятельно. Она просматривала судебные документы, проверяя остроумие, проводила последующие расследования. Она пошла посмотреть на торговцев в их клетках. Она начала сильно давить, тогда... "

"Толкнул не в ту сторону, и Рене уловила запах". Ева приказала передать данные на общий экран с экраном Рене. Подало им сигнал.

"У нас здесь совпадают имена. Многие ее имена совпадают с тем, что выглядит как платежная ведомость Рене ".

"Ты получил платежную ведомость?"

"Я введу тебя в курс дела. Фини! Я начинаю уставать держать этот молоток ".

"Тогда отложи это на чертову минуту".

"Посмотри на все эти деньги". Пибоди уставилась на открытую сумку. "И ... паспорт, удостоверение личности. Ты нашел ее дыру? Ты нашел ее нору без меня?"

"Ты был занят, выполняя хорошую работу".

"Теперь ты можешь сказать "аллилуйя"". Рорк повернулся к ней. "Вы подключены, лейтенант".

"Она еще не вернулась в свой офис". Ева наблюдала за изображением на экране офиса Рене, сузив глаза. "Вернулась в IAB, чтобы попытаться вытащить своего мальчика. Ладно." Ева пожала плечами. "Время поиграть".

Двадцать два

В СВОЕМ КАБИНЕТЕ РЕНЕ СОБРАЛАСЬ С СИЛАМИ.

"Мы собираемся навести порядок в этом беспорядке сегодня вечером".

Она встала из-за своего стола, встретилась взглядом с каждым подчиненным - этому она научилась у своего отца. Она говорила отрывистым, уверенным тоном.

"Не будет свободных концов. Ошибок не будет. Фримен, отправляйся в больницу. Если Стронг выживет после операции, с ней нужно будет разобраться. Вы на удержании, пока я не свяжусь с вами. Делай то, что ты делаешь - сливайся".

"Ты понял, лейтенант".

"Иди сейчас. А Фримен? Если и когда? Не оставляй никаких следов ".

"Ты знаешь меня. Я призрак".

"Марселл", - продолжила она, когда дверь за Фрименом закрылась, - "вы с Палмером разберетесь с Далласом. С ней покончено ".

"Как ты хочешь, чтобы это было сделано?" - Спросил Марселл.

"Я об этом немного подумал. Мы возвращаем это Кинеру ". Полный круг, подсчитала она. Закрыто и заперто. "Она так влюблена в маленького ублюдка, что это кажется уместным. Ты отвезешь ее в гараж, когда она будет уезжать. Арман, тебе нужно сообщить нам о сбое в системе безопасности."

"Могу сделать".

"Это должно быть быстро и чисто. Подождите, пока она не доберется до своей машины. Я не хочу, чтобы ты давал ей пространство для маневра. Оглуши ее. Затем отвезите ее и ее машину в убежище Кинера. Как только вы доставите ее и обезопасите, делайте это, как хотите, но будьте чертовски уверены, что она мертва. Возьми у нее все, что химиоголовый отдал бы в ломбард за скретч. Мы подбросим что-нибудь из этого позже, чтобы дать Отделу по расследованию убийств нашего козла отпущения. Когда закончишь, свяжись с Манфордом. Он заберет тебя ".

"Что, если она не одна в гараже?" - Спросил Палмер.

"Если она со своим партнером или одним из своих мужчин, ты забираешь их обоих. Тулис присмотрит за ней, свяжется с Армандом, когда она отправится вниз."

Она посмотрела на Тьюлиса, получила его кивок.

"Арман разберется с камерами и лифтами. Он даст тебе окно, тебе лучше, черт возьми, заглянуть в него. До тех пор держись от нее подальше. Нет контакта, нет связи".

"Считай, что это сделано".

"Когда это произойдет, сходи к Сэмюэлсу в пять ноль-ноль. Он прикроет тебя. Он закрыл это место, чтобы вы могли провести бдение в честь Стронга, Уэйк Гарнет ". Она проверила свое наручное устройство. "Мои источники говорят, что Даллас редко, если вообще когда-либо, уходит в конце смены, что облегчает схватку с ней в одиночку. У тебя есть немного времени, и я подброшу ей что-нибудь, чтобы повесить ее здесь, чтобы убедиться в этом ".

"А как же Бикс?" - спросил ее Марселл.

"Арманд собирается взломать ее компьютер, вставить какие-то данные, которые снимут напряжение с Бикс, дадут понять, что эта сучка затеяла что-то вроде вендетты против меня и моих".

Разрушение ее безупречной репутации, а также ее жизни, по мнению Рене, почти компенсировало бы проблемы, которые она причинила.

"Тем временем, у IAB есть Бикс, так что он будет вне подозрений, когда Стронг и Даллас потерпят поражение. Когда она и Стронг убираются с дороги, все возвращается на круги своя. Мы почтили минутой молчания наших павших товарищей. Через неделю мы раскроем дело Джиральди и получим хорошую зарплату.

"Сейчас". Она сделала паузу, улыбнулась. "Я займусь тем, что Даллас станет суперкопом, затем нанесу еще один визит в IAB, чтобы выразить возмущение этим делом с Биксом, прежде чем отправиться проведать Стронга и выразить там свою глубокую озабоченность. Каждый делает свою работу, это заканчивается сегодня вечером, и мы двигаемся дальше ".

Они работали над уточнением деталей, согласовывая время. После, оставшись одна за своим столом, Рене села, уставилась на портрет своего отца, моргала, пока у нее не заслезились глаза. Затем воспользовался ее ссылкой.

"Папа". Она сжала губы, как будто изо всех сил пыталась контролировать себя. "Я знаю, ты разочарован во мне".

"Рене-"

"Нет, я знаю, что подвел тебя. Подвел себя. Я никогда не должен был позволять ситуации с Гарнет выйти из-под контроля. Я должен был быть сильнее. И я собираюсь быть. Мне нужно поговорить с тобой, папа, спросить твоего совета. Я должен заехать в больницу и проверить одного из моих людей. Сегодня с ней произошел несчастный случай. После этого, могу я прийти и увидеть тебя?"

"Конечно".

"Спасибо, папа. Я знаю, что позволяю своим личным чувствам мешать моей работе, моим обязанностям. Мои чувства к Гарнет, и к Далласу тоже. Теперь я это понимаю. Она гораздо больше похожа на ту дочь, которую ты хотел. Я злился на нее за это ".

"Она не моя дочь, Рене. Ты есть".

"Я знаю. Я знаю, папа. Скоро увидимся".

Она отключилась, уставилась ледяными глазами на портрет. "Я твоя дочь?" Как плохо для нас обоих, что ты хотел сына, не так ли? Чертовски жаль, что я никогда не мог соответствовать твоим высоким стандартам. Ты бы гордился мной, ублюдок, если бы знал, насколько я командую?"

"Проблемы с папой", - прокомментировала Ева, наблюдая за монитором. "Определенные проблемы с папочкой".

"Это одна холодная, испорченная женщина". Фини покачал головой. "Коп, инструктирующий других копов о том, как убивать копов".

"Я начал беспокоиться, что она не пойдет за мной. Я бы не хотел упускать такую возможность ".

"Она планирует устранить тебя, потому что ты представляешь угрозу". Мира вошла, чтобы понаблюдать, и теперь посмотрела на Еву. "Но только отчасти. То, что она сказала своему отцу, было правдой, как она ее видит. Ты больше подходишь для того, чтобы он хотел видеть в дочери, чем она. И это такая же мотивация для того, чтобы устранить тебя ".

"Мы побеспокоимся о ее мотивах позже. Мне понадобится электронная команда, чтобы разобраться со сбоем, который она планирует. Они должны думать, что это сработало. Пибоди, проверь Стронга. Мне нужно поговорить с Луизой, как только она освободится. Я не хочу, чтобы Луиза или кто-либо из докторов разговаривали с кем-либо еще, даже с матерью Стронга, его парнем. Никто."

"Я позабочусь об этом".

"Что ты делаешь?" - Спросил Рорк, когда Ева достала свой собственный линк.

"Начинаю свою контроперацию. Я переписываюсь с Джейкобсон, потом мне нужно пойти показаться ее мужчине. Мы хотим, чтобы ее план продвигался вперед ".

"Вы строите коробку побольше", - сказал Фини с некоторой гордостью.

"Огромных размеров. И когда мы закончим, там все еще будет многолюдно. О, смотрите. Я полагаю, что получаю анонимную подсказку по незарегистрированной ссылке. Проверьте записи и отчеты для Гарнет, подписанные Стронгом, включая все расходы. Пруф Гранат и Стронг стали острее.

"Настрой их на Кинера". Фини поджал губы. "Будучи мертвыми, они не могут спорить об этом".

"Она выдержит удар Гарнет, но у нее все записи и оценки на Стронг. Это неплохо для тех, кто сидит в штанах", - решила Ева. "И этого достаточно, чтобы я был занят здесь до конца смены. Ты можешь перенаправить этот взлом, который они собираются применить к моему компьютеру?"

"Перенаправь", - сказал ей Рорк, - "проследи до источника и разберись с этой кипучей работой с записями и сообщи о поисках, чтобы источник подтвердил, что ты заглотила наживку".

"И все это?" Ева улыбнулась ему. "Удобно. У меня есть время пометить Джанберри и Дельфино, посадить их на Бикса, чтобы они могли завернуть его. Им нужно будет рассчитать время ".

"Он не предаст ее", - вставила Мира.

"Ему не придется. Она предаст его. Они получат свой ошейник, а Гарнет получит больше справедливости, чем он заслуживает. Я должен пойти и быть видимым. Я буду поддерживать связь через "link. Пибоди, дай мне две минуты, затем отправляйся в КПЗ. Я хочу, чтобы ты сидел за своим столом до конца смены ".

"Сейчас мы приближаемся к этому".

"Две минуты", - повторила Ева, но когда она подошла к двери, Рорк положил руку ей на плечо. "Мне действительно нужно взяться за это. Время имеет решающее значение ".

"Я им здесь не нужен. Я бы предпочел быть в гараже ".

"Ты нужен мне здесь, потому что все, что они могут сделать, ты можешь сделать быстрее". Теперь она положила руку на его. "Я собираюсь укрыться в гараже. Я доверяю своим людям, каждому из них ".

"Твое против ее". О да, он понимал свою жену, своего полицейского. "Другая форма тебя против нее".

"Может быть. В этом есть смысл. Это выдвигает такую точку зрения, которая найдет отклик в департаменте, в средствах массовой информации. Это вопрос политики и морали, и эти вещи имеют значение. Но также важно, чтобы мы без тени сомнения показали, что не только она отдавала приказы, но и те, кто был под ее началом, без угрызений совести выполняли их ".

"Ты очень крут для той, кто только что услышала свой смертный приговор".

"Потому что мои люди лучше, чем у нее. Всеми возможными способами. Если ты доверяешь мне, ты доверяешь им ".

Он коснулся ее щеки. "Выпивка за мой счет, за дом, когда все это закончится".

"Бесплатная выпивка? Это гарантирует безотказность. Я буду оставаться на связи ".

Она вышла, ускорив шаг. Полицейский в спешке, подумала она. Записи для проверки. Когда она вошла в КПЗ, Джейкобсон окликнул ее.

"Лейтенант, можно вас на минутку?"

"Я выгляжу так, будто у меня есть минута?" Затем она выругалась, пожала плечами. "Мой офис". Она вошла, подождала, пока он последует за ней, затем закрыла дверь.

"Хорошо, я прервал тебя. Почему я прерываю тебя?"

"Долгая история, все подробности следуют", - сказала ему Ева. "На данный момент..." Она повернулась к своему компьютеру, вызвала фотографии и данные о Марселле Палмере. "Эти двое мужчин планируют устроить мне засаду в гараже через пару часов. Им приказано оглушить меня, бросить в мою же машину, отвезти на место преступления и убить очень жестоко ".

Когда Джейкобсон изучал изображения, его глаза стали твердыми как камень. "Это, блядь, так?"

"Это так".

"Скоро у них будет действительно плохой день".

"Да, это так. Лейтенант Рене Оберман отдала им этот приказ и приказала этому человеку - Тулису - присматривать за мной, а этому, Арману, " добавила она, выводя на экран следующее изображение, " взломать мой компьютер, чтобы обеспечить их прикрытие для охраны гаража".

Тогда он посмотрел на нее. Она все еще могла видеть этот камень, но с ним было что-то вроде горя. "Сколько в нем человек, Даллас?"

"Одного слишком много, и их намного больше, чем один. Ваше внимание будет сосредоточено на Палмере и Марселле, а не на том, чтобы предупредить Тьюлиса. e-boys позаботятся об Арманде. С другими разбираются или будут разбираться".

"Как ты хочешь, чтобы это было сделано?"

Она поняла, что его слова, обращенные к ней, повторили слова Марселла, обращенные к Рене. И какой мир различий в значении.

Она сказала ему, как она хотела, чтобы это было сделано.

Когда он вышел, она написала Пибоди, обновила электронную команду. Когда ее "линк подал сигнал, она увидела Луизу на экране.

"Она жива?"

"Она такая", - сказала ей Луиза, и эти красивые карие глаза опустились от усталости. "И ее шансы остаться такой хороши. Они заканчивают ортопедическую операцию - это был самый обширный ущерб - затем мы переведем ее на восстановление и в отделение интенсивной терапии. Ее выздоровление будет в значительной степени зависеть от того, насколько сильна Сильная. Физподготовка будет обширной, долгой и болезненной.

"Теперь скажи мне, почему Пибоди просила никого не сообщать ее семье".

"Я доберусь до этого, но мне нужно, чтобы ты проинформировал кое-кого еще, но с несколькими вариациями. Ты сохранила ей жизнь в этой части, Луиза. Помоги мне сохранить ей жизнь в следующем ".

В течение следующего часа Ева узнала, что ей не очень нравится проводить операцию через "link. Она предпочитала смотреть в глаза мужчинам, которых координировала, видеть на их лицах их решимость, их юмор, их готовность поставить все на карту.

Когда пришел и ушел конец смены, она начала отсчет времени.

Шаг первый, подумала она. Луиза.

Рене, с лицом, покрытым усталостью и беспокойством, поспешила к хирургическому столу. "Я лейтенант Оберман", - сказала она старшей медсестре. "Я здесь, чтобы проверить одного из моих людей, Лайлу Стронг".

"Лейтенант?" Луиза, все еще в своей медицинской форме, шагнула вперед. "Я доктор Диматто, один из хирургической бригады. Почему бы тебе не пойти со мной?"

"Она после операции?"

"Да". Луиза продолжала идти. "Почему бы нам не зайти сюда и не присесть?"

"О Боже. Она не выжила? Мне сказали, что она была очень тяжело ранена, но я надеялся ".

"Она прошла через это очень хорошо". Луиза жестом пригласила Рене в маленький кабинет, закрыла дверь. "Ее возраст и физическое состояние были на ее стороне. Нет причин, по которым она не должна полностью восстановиться ".

"Слава Богу". Рене закрыла глаза, села. "Мы все были так обеспокоены. Я надеялся добраться сюда раньше, но ... это не имеет значения. Могу я увидеть ее?"

"Мне жаль. В это время у нее не может быть посетителей. Даже не семья. Существует серьезный риск заражения, поэтому нам пришлось поместить ее в карантин. В любом случае, она в искусственной коме. Она действительно перенесла очень тяжелую травму, и мы хотим дать ее телу время на исцеление. Она у нас в Восточном крыле, на восьмом этаже. Здесь тихо и закрыто от остального крыла. На данный момент инфекция - ее враг ".

"Я понимаю. Но есть ли кто-нибудь с ней? Если она проснется-"

"Мы надеемся попытаться вывести ее из комы примерно через двадцать четыре часа. Тем временем медсестра отделения интенсивной терапии будет проверять ее жизненные показатели и прогресс каждые тридцать минут. Покой, тишина - вот что ей сейчас нужно больше всего. Она должна быть в состоянии принимать посетителей завтра в это время или на следующее утро."

"Номер ее комнаты? Я хочу рассказать ее товарищам по отделению. И посылай цветы, когда она сможет их получить ".

"Конечно. Она в Восьмом-C. Я был бы рад связаться с вами, когда она будет допущена к посещениям ".

"Я был бы вам очень признателен". Рене Роуз. "Спасибо вам за все, что вы сделали. Поверьте мне, выздоровление детектива Стронга вызывает у меня глубокую озабоченность ".

"Я понимаю. Я провожу тебя до лифта".

Луиза проводила ее, подождала, пока закроются двери лифта, затем достала свой "линк. "Хорошо", - сказала она Еве, "я закончила свою смесь лжи и правды для этого лейтенанта Обермана. Если вы закончили со мной, я бы хотел пойти проверить своего пациента ".

"Спасибо, Луиза". Ева отключилась, обновила свою команду. И подумал: Шаг второй. Рене - Фримену.

С кошачьей улыбкой удовлетворения Рене скользнула в свою машину. Когда она была в квартале от больницы, она подключилась по своей незарегистрированной ссылке. "Она в восемь-С, Восточное крыло. Помещен в карантин, каждые тридцать осматривается медсестрой отделения интенсивной терапии. Критическое состояние, искусственная кома, прогноз оптимистичный ".

"Ненадолго".

"Закончи то, что начала Бикс, и убери ее быстро и тихо, Фримен. Я хочу, чтобы это выглядело как осложнения от ее травм ".

"У меня кое-что есть со мной. Я уже осмотрел раздевалку. Я могу войти как врач, добавить этот сок ей в капельницу. Она просто пойдет ко дну. Все равно что усыпить больную собаку ".

"Сделай это, затем переходи к Файв-О. Я хочу, чтобы у всех было алиби, на всякий случай ".

"Просто нужно отвлечь внимание, чтобы я мог появиться там призраком. Если я смогу разобраться с этим достаточно быстро, я мог бы вернуться, помочь с Далласом ".

"Нет, делай то, что я тебе говорю. Ни больше, ни меньше. Марселл и Палмер захватили Даллас. Они должны скоро напасть на нее. Свяжитесь со мной, когда это будет сделано. Только текстовое сообщение. Я не хочу отвечать на звонки по "линку", когда я со своим отцом ".

"Как скажете, лейтенант".

Мыненавидим все, что ты говоришь, подумала Ева, следя за разговором через свой канал. Добавь еще одно обвинение в заговоре с целью убийства на свою тарелку, Рене. "Ты слышишь это, Даллас?" - Спросил Фини ей на ухо.

"Каждое слово. Я собираюсь здесь закрыться, начать следующий этап ".

"Прикрывайте свою задницу, лейтенант". Теперь голос Рорка звучал у нее в ухе. "Мне это нравится".

"Я тоже".

Она выключила компьютер, расправила плечи. Теперь она должна играть. Шаг третий, из Далласа в гараж.

"В движении", - сказала она в свой микрофон.

Она вышла из своего кабинета, прошла через КПЗ, где Кармайкл и двое полицейских в форме подняли глаза.

"Спокойной ночи, лейтенант".

"Спокойной ночи, детектив. Офицеры."

Она воспользовалась скольжением, давая Кармайклу и полицейским время занять позиции, время для ее тени сообщить, что она в пути.

Она переключилась на лифт, чтобы спуститься под землю, послушала Фини.

"Они переделали другие машины, так что они остановятся двумя этажами выше вашего уровня. Любому, кто планирует спуститься к вам, придется подождать или подняться по лестнице. Мы нашли источник. Рорк перенаправляет сбой. Арман собирается действовать вслепую, держаться, пока Марселл или Палмер не дадут ему добро. Но ты будешь с нами здесь ".

Она кивнула и вошла в гараж, когда открылись двери.

Они не могли двинуться с места, пока она не добралась до своей машины, не вскрыла замки. Затем они ударили бы ее сзади. Если бы она была неправа в чем-то из этого, она приняла бы удар на себя.

Черт возьми, она, вероятно, приняла бы его в любом случае.

Ее шаги отдавались эхом, когда она шла к своей машине, вводила код.

Сзади, подумала она снова, когда услышала слабый, едва различимый звук. Окно опускается, автомобиль сзади и чуть правее.

Это произошло быстро. Все произошло гладко, и именно так, как она надеялась.

Ее люди высыпали отовсюду, обнажив оружие. Теперь голоса, а также шаги отдавались эхом. Она приняла удар - вероятно, в такой же степени рефлекторно, как и намеренно со стороны стрелявшего, - и почувствовала распространение тепла, слабое, но раздражающее жало через защитный жилет под курткой.

Ее собственное оружие было наготове, когда она повернулась и увидела, как Джейкобсон вонзил правую руку в ухо Марселла.

"Брось гребаное оружие, ты, гребаный ублюдок, или я, блядь, вышибу твои гребаные мозги. Руки вверх! Руки так, чтобы я, блядь, мог их видеть, ты, гребаный хуесос. Ты, блядь, неправильно дышишь, ты, блядь, неправильно моргаешь, и я тебя выебу ".

Пока Рейнеке и Пибоди вытаскивали Палмера с другой стороны, Ева отступила, предоставив Джейкобсону разбираться с Марселлом.

"Это было очень творческое и разнообразное использование слова "трахаться", детектив".

"Ублюдок". Джейкобсон прорычал это, когда толкнул Марселла на землю. "На твоем гребаном лице, ты, гребаный дерьмовый трус. Стримить моему лейтенанту в гребаную спину? Пошел ты".

Раздался характерный щелчок, за которым последовал крик.

"Кажется, я неверно оценил свой шаг, лейтенант, и наступил на один из пальцев этого ублюдка. Я верю, что оно сломано ".

"Это могло случиться с кем угодно". Она присела, когда Джейкобсон заломил руки Марселла за спину и сковал их. "Твой собственный партнер. Детектив Джейкобсон уже красноречиво выразил мои чувства. Я не могу придумать, что еще сказать полицейскому, который принимал участие в убийстве собственного напарника ".

"Я хочу сделки". пот струился по лицу Марселл, когда она лишала его значка, коммуникатора, "линка" - и одноразового.

"Держу пари, что так и есть". Сначала я увижу тебя в аду, подумала Ева. "Ты набросишься на Рене ради меня, Марселл? Кататься, как послушный пес? Уберите его с моих глаз. Они оба в отдельных клетках, без контакта. Зачитайте им их права. Обратитесь к врачу, чтобы он обработал палец этого мудака ". Она встала, заставила себя сделать успокаивающий вдох, затем посмотрела на своих мужчин, установила зрительный контакт с каждым.

"Спасибо тебе. Хорошая работа." Она прислонилась к своей машине, пока ее люди уводили Марселла и Палмера, и Пибоди присоединилась к ней.

"Ты в порядке?" Спросила ее Пибоди. "Я слышал, что поток парализующего может пробить бронежилет".

"Он был на высоте. Это добавит удар через жилетку прямо к обвинениям против него. Фини, прикажи своей команде схватить Арманда. Здесь все ясно".

"Они сейчас въезжают".

"Понял. Марселю пора сообщить своему боссу последние новости ".

"Мы сделаем это здесь", - сказал ей Рорк.

"Тогда мы отправимся наверх. Давай включим остальное в игру ".

Шаг четвертый, подумала она. Свободный человек.

В медицинской форме и удостоверении личности, которые он взял из шкафчика, Фримен проскользнул по лестнице на восьмой этаж. Он гордился своей способностью сливаться с толпой, считал себя человеком-хамелеоном.

Он приоткрыл дверь, осмотрел направо и налево, затем проскользнул в коридор и в комнату напротив.

Машины пищали и гудели, отслеживая, какой бы бедняга ни лежал в постели. Оставаясь вне зоны действия камеры, он скользнул вдоль стены, пока не смог прицелиться из глушилки, которую носил с собой.

Даже когда прозвучал сигнал тревоги, он вышел в соседнюю палату до того, как прибежала команда отделения интенсивной терапии. Он повторил процесс, ухмыляясь, когда мимо пробегали медики. Он на всякий случай нанес третий удар, затем сделал рывок к 8-C.

К тому времени, когда они определят, что это электронный сбой, перезагрузятся, сделают все, что они сделали для бедняг в постелях, он сделает то, зачем пришел, и уйдет.

Он переехал в 8-C. Они оставили свет приглушенным, отметил он. Отдых и тишина были в порядке дня. Что ж, она получит много того и другого там, куда он ее отправлял. Он подошел к кровати, вытащил пузырек из кармана.

"Надо было не совать свой нос в наши дела, тупая сука".

Бакстер выступил из тени, приставил оружие к голове Фримена.

"Кто теперь эта сука?" Сказал Бакстер, когда Трухарт встал между Фрименом и Стронгом. "Кто теперь эта сука?"

"Фримен в безопасности", - сообщила Ева.

"У них есть Ранч", - сказала ей Пибоди. "И бухгалтер, Тулис, Аддамс. Они окружают ее людей, как уток в пруду ".

"Поскольку Джанберри и Дельфино проводят некоторое время с Биксом, я бы сказал, что пришло время для финала".

Рене сидела в кабинете своего отца, любя его с каждым вдохом. Ненавидя его с каждым вздохом.

"Ты не знаешь, каково это - работать нелегалами сегодня", - настаивала она, но сохранила свой тон, выражение лица уважительное. "Я не могу позволить себе бросить человека на съедение крысам из-за промаха. И сначала я думал, что это то, что происходит с Биллом Гарнетом ".

"Рене, когда один из твоих людей использует то, против чего ты борешься, ты должна принять меры. Ты несешь ответственность за кодекс своего отряда ".

Продолжай, подумала она, прочитай мне лекцию о стандартах Маркуса Обермана . Я слышал все это раньше.

"Я это прекрасно знаю. Верность жизненно важна, ты это тоже знаешь. Я поговорил с Гарнетом, не сообщил об этом в его досье, но я приказал ему войти в программу. Только несколько дней назад я начал подозревать его и одного из других моих детективов . , , Папа, у меня есть основания полагать, что двое из моих людей использовали моего информатора для получения товара - для использования и получения прибыли. У меня есть основания полагать, что они убили моего информатора до того, как он смог связаться со мной ".

"Бикс".

"Нет, не Бикс. Гарнет использовала Бикса для прикрытия. Я думаю, он, возможно, пытался подстроить падение Бикса. Лайла Стронг." Она поднялась, чтобы ходить. "Она, должно быть, поняла, что я был близок. Должно быть, поэтому она пыталась сбежать сегодня. Двое моих людей, папа, предали свой отряд, департамент, меня. Их значки".

Она хотела, чтобы слезы заблестели в ее глазах. "Это моя вина".

"Вина и ответственность не всегда одно и то же. Рене, если ты верила в это, если у тебя были какие-либо доказательства, почему ты не сообщила лейтенанту Даллас?"

"Я сделал". Она развернулась. "Только сегодня. Она отмахнулась от меня, просто отмахнулась. Она так сосредоточена на Биксе - и на мне. Она такая чертовски самоуверенная ".

"Она хороший полицейский, Рене".

Теперь она мертвый коп, подумала Рене. "Лучше, чем я, я полагаю".

"Это не то, что я сказал или имел в виду. Вы должны передать эту информацию своему командиру. Ты уже должен был это сделать. Тебе нужно связаться с ним и попросить о встрече, включая Далласа, и рассказать им все, что ты знаешь, все, что у тебя есть по этому делу ".

"Я хотел убедиться, прежде чем я... Я работал над этим сам. Моя ответственность", - напомнила она ему, поскольку это было одно из его любимых слов.

"Папа, я думаю, они увязли глубже, чем Кинер. Он был просто пронырой. Я думаю, они продвинулись, и это убило Гарнет. У меня есть реплика на этот счет. Я хотел довести это до конца. Я знаю, что это дело Далласа, но ради Бога, папа -Гарнет, Сильные, даже Острее, они мои, и я хотел с этим разобраться ".

"Я понимаю это. Командовать может быть одиноко, Рене, и это может быть тяжело. Но ты часть целого, часть системы. Вы не можете выйти за пределы этого целого, этой системы, для своих собственных нужд. Вы обязаны ради своих людей показать им истинное лидерство. Двое из твоих людей стали плохими. Теперь покажи остальным, что нет терпимости, никаких полумер ".

"Ты прав. Конечно, ты прав. Я свяжусь с командующим, попрошу о встрече ".

"Ты хочешь, чтобы я был там?"

Она покачала головой. "Мне нужно сделать это самому. Я не должен был втягивать тебя в это. Мне нужно идти, нужно собраться с мыслями. Спасибо, что выслушали меня. Я все исправлю ".

"Я верю, что ты это сделаешь".

"Я верю, что ты справишься", - пробормотала она, захлопывая дверцу своей машины. Это было так похоже на него - читать лекции и разглагольствовать, бросать на нее неодобрительный взгляд, потому что она не пошла прямым путем Сент-Обермана.

Он никогда не узнает, как далеко она заблудилась, или как широко она проложила свой собственный путь. Но теперь он снова был полезным инструментом.

Когда они нашли тело Даллас, когда Стронг скончалась от полученных травм, и она сказала Уитни то, во что хотела, чтобы он поверил, дорогой папа подтвердил бы, что она рассказала ему все это. Что она указала Далласу на Стронга и получила отпор.

Все аккуратно становилось на свои места.

Она достала свой линк, радуясь видеть транс от Фримена. Однако через несколько секунд она резко остановила свой автомобиль на обочине дороги, чтобы еще раз прочитать текст.

Не могу добраться до нее. Не могу приблизиться к ней. В окружении врачей. Вывожу ее из комы сегодня ночью. Приказы?

"Проклятая некомпетентность. Должен ли я все делать сам?" Она била кулаками по рулю, пока не смогла думать.

Прервать, приказала она.

Не имеет значения, выживет Стронг или нет, сказала она себе. Она была бы дискредитирована. Кто поверит детективу третьего класса - и с подброшенными уликами и сомнениями - против ее лейтенанта? Против дочери Святого Обермана?

Никто.

Конечно, им пришлось бы взглянуть на сейф, когда эта вероломная сука рассказала им об этом. Рене выехала обратно на дорогу. Им пришлось бы проверить то, что рассказала им эта любопытная сука. Поэтому она очистила сейф, положила туда копии отчетов, которые она составила вместе со своими подозрениями и доказательствами, связывающими Гарнет, Стронга и Кинера.

Она просто уберет оставшуюся часть этого беспорядка сама, а затем, подумала она, через пару недель отправится в заслуженный отпуск.

Двадцать три

РЕНЕ ПРОШЛА Через ЦЕНТРАЛЬНЫЙ, чтобы разобраться с делами. Она хотела принять долгую горячую ванну с маслами, которые купила во время своей последней поездки в Италию. И одна из ее бутылок вина с виноградника, в который она вложила деньги.

Она могла отмокать, поднимая тост за позор Стронга и возможное тюремное заключение - и, что самое важное, что наиболее отрадно, за кончину лейтенанта Евы Даллас.

Сентиментальная стерва носила обручальное кольцо, вспоминала она. Интересная вещь, уникальный дизайн. Это был бы идеальный предмет для передачи козлу отпущения, которого она имела в виду, - особо жестокому химику, который заложил бы его при первой возможности.

Было бы легко повесить убийство Далласа на него и Гарнет.

"Концы с концами оборваны", - подумала она, выходя из лифта на своем этаже. Лучше бы она нашла способ стать стрелой, которая укажет следователям на козла отпущения. Это стерло бы любой затяжной оттенок проблемы Гранат / Стронг и, весьма вероятно, дало бы ей небольшой толчок к этим капитанским планкам.

На самом деле, все складывалось даже лучше, чем она планировала.

Она пронеслась сквозь ночное освещение дежурной части, отперла свой кабинет. Она потребовала света и направилась прямо к портрету.

"Пошел ты и все, за что ты выступаешь".

Она подняла раму, затем обернулась на звук позади нее.

Ева развернула кресло, улыбнулась. "Это не самый приятный способ разговаривать со своим отцом, Рене. Боже, ты выглядишь так, будто увидел привидение ".

"Что ты делаешь в моем кабинете? Мой запертый кабинет? Ты не имеешь права-"

"Ты быстро встаешь на ноги. Я дам тебе это. Быстрее, чем собаки, которых ты натравил на меня ".

"Я не понимаю, о чем ты говоришь".

"Пожалуйста, Рене, они набросились на тебя. Марселл умолял о сделке, прежде чем мы надели на него наручники, и Палмер не сильно отставал. И даже без этого?" Ева протянула руку, нажала на свой диктофон.

Голос Рене заполнил комнату, подготавливая смерть Евы, Лайлы.

"Детектив Стронг, кстати, в порядке. Свободный человек? Не совсем. Прямо сейчас он обдумывает варианты выхода из клетки, как та жалкая парочка, которой ты приказал убить меня. Как и Арман, Бикс, Манфорд, и, наконец, насчитайте еще пятерых из вашей разношерстной команды. Ты в полной заднице ".

"Ты блефуешь, иначе ты не был бы здесь один. Так что, я полагаю, я просто свяжусь с ..."

Ева вытащила свое оружие, нацелила его на среднюю пуговицу пиджака Рене от пафосного костюма. "Тебе захочется вытащить этот кусочек очень медленно, затем положить его на стол и отойти. Я знаю, что ты никогда никого не увольнял. Никогда даже не стрелял из этого оружия в вашей сумке или любого другого - по крайней мере, не зафиксировано. У меня есть, и поверь мне, когда я говорю, что без колебаний отправил бы тебя на землю ".

Рене бросила сумочку на стол. "Ты думаешь, что выиграл это? Ты думаешь, я не могу это исправить?"

"Это верно. Я думаю, что я выиграл это. Я думаю, ты не можешь это исправить ".

"Ты этого не сделал, а я сделаю. Полетит твоя голова".

Не запаниковал, отметила Ева. Взбешенный. Надеясь придать своему характеру новый импульс, Ева изобразила смех на лице.

"Неужели? Ты дважды пытался стать сильным, один раз с Биксом, затем с Фрименом. Не очень хорошо получилось, не так ли? Теперь ты думаешь, что сможешь победить меня?"

"Ей повезло с Биксом. Он никогда не промахивается ".

"Он убил Кинера - но Кинер был слабым наркоманом. И Гранат. Но Гарнет была его партнером и доверяла ему. Я бы сказал, что это делает Бикса счастливчиком. Они все доверяли тебе, не так ли, Рене? Настолько, насколько любой из их типа может доверять. Ты так уверен, что Бикс сделает то, что ты ему скажешь, когда он смотрит на жизнь в бетонной клетке?"

"Он будет делать в точности то, что я ему скажу, и говорить в точности то, что я ему скажу. Вот как ты командуешь людьми ".

"Да, нужно быть очень смелым, чтобы приказать такому человеку, как Бикс, перерезать горло собственному партнеру, подсыпать яд в руку наркоману".

"Требуется дальновидность, видение, мозги, чтобы развить кого-то вроде Бикса, чтобы он делал именно это по команде. Никто из твоих людей не сделал бы для тебя того, что Бикс сделал и сделает для меня ".

"Насчет этого ты прав".

"Это делает тебя слабым. Направив это оружие на меня, ты тоже становишься слабым ".

"Так ли это?"

"У тебя хватит смелости, Даллас?" Рене соскользнула с каблуков. "Давайте действительно посмотрим, кто здесь главный".

"Ты серьезно?" Из всех ответов это был последний, которого Ева ожидала. Сияющий пузырь чистой радости поднялся в ней. "Ты хочешь потанцевать со мной?"

"Слабый. И трус."

"Ой, оскорбления. Жало. Что за черт. Я действительно тоже этого хочу ". Ева отложила оружие, сбросила куртку.

Обойдя стол, Рене приняла боевую стойку.

"Эй". Ева склонила голову набок, указывая. "Ты брал уроки?"

"С тех пор, как мне было пять. Ты будешь истекать кровью ".

"Это было бы не в первый раз".

Она заняла свою позицию, и они обошли друг друга. Она позволила Рене подойти к ней, заблокировала удар, продолжение, удар слева.

Там была сила, рассудила она, и стиль, и мастерство. Рене не сдалась бы легко; она не сдалась бы быстро.

Тем лучше.

Она отбила кулак Рене в сторону, нанесла сильный удар, отразила его. И получила удар в середину тела, который обжег ей живот. Следующий удар пришелся ей в плечо, боль пронеслась по руке. Она пошла на это, использовала инерцию в своем вращении, ударила ботинком в грудь Рене с силой, которая отбросила ее противника назад, в кресло, и упала.

Ева с кулаками наготове прыгнула вперед, но Рене вскочила, ударила Еву ногой в колено, которая выбила ее ноги из-под нее. Теперь она почувствовала вкус крови, сказала себе, что это разбудило ее, и когда Рене приготовилась наступить на ее поврежденное колено, Ева выбросила ногу.

На этот раз, когда ее противница упала, раздался приятный хруст, когда стол под ней рухнул.

Они оба вскочили на ноги и бросились друг на друга.

Теперь это было что-то вроде ликования, которое взметнулось вверх по руке Евы, когда ее кулак врезался в лицо Рене, и ее кровь застучала в такт крику боли и ярости. Она получила удар по собственному лицу, от которого у нее перед глазами взорвались звезды. Летя на них, она изогнулась, низко опустилась, чтобы ударить локтем в живот Рене, дернула предплечьем, чтобы нанести ответный удар кулаком в подбородок Рене.

"Ты истекаешь кровью, сука", - сказала ей Ева и, поймав ногу Рене для удара, отбросила назад.

Рене упала, перекатилась, подняла ноги ножницами вверх, дважды ударила Еву ногой в бедро, прежде чем встать на ноги.

Жажда крови. Ева чувствовала, как это пульсирует и пульсирует в ней, вся первобытная ярость, которая была каким-то извращенным удовольствием. Кружение, вращение, нанесен удар, нанесен другой. Пот заливал ей глаза, стекал по спине - и она увидела, как он смешивается с кровью, размазанной по лицу Рене.

Ева знала, что сейчас они были в том же месте, где победа была всем, и вкус крови был сладким на языке. Место, она знала, где этот вкус пробуждал жажду большего.

Она сказала себе покончить с этим, снова переступить черту.

"С тобой покончено", - сказала она. "Это свершилось".

"Я скажу, когда это будет сделано!" Рене бросилась на нее; Ева развернулась, чтобы отразить атаку. Они врезались в дверь, как пушечное ядро, и ворвались в комнату отдела в тесном клубке насилия. Они покатились, тыча кулаками, ударились о край стола с треском, подобным раскату грома.

Ева остановила палец, нацеленный ей в глаз, схватив запястье Рене и вывернув его. С криком боли Рене схватила Еву за волосы, впиваясь ногтями в кожу головы, и яростно дернула.

Еще больше звезд взорвалось на поле, красном, как кровь.

"Трахни меня! Дергать за волосы? Вот оно!" Она вывернула запястье Рене назад, наслаждаясь визгом - и с воплем головы перевернула Рене на спину. "Киска". Она сжала кулак, ударила им раз, другой в лицо Рене, замахнулась для третьего удара, но резко остановилась, когда хватка на ее волосах ослабла, когда глаза, смотревшие на нее, остекленели.

"Я согласен, когда это будет сделано". Ева вытерла кровь изо рта. "И это свершилось. Иисус Христос, это свершилось ". Она скатилась, села на пол, пытаясь замедлить хрипящий поток воздуха в ее горящие легкие. "Пибоди!"

"Сэр!" Пибоди выступила вперед из толпы копов - и одного гражданского, - которые уже перешли в дежурную часть.

На этот раз Ева провела пальцем у нее под носом, затем осторожно нажала на него. Не сломленный, определила она, просто окровавленный. "Она твоя".

"А?"

"Ради Бога, это у меня звенит в ушах. Я сказал, что она твоя. Твой ошейник. Возьми ее".

"Но, Даллас, ты-"

Хотя, как она обнаружила, было больно практически везде, Ева поднялась на ноги. Она задавалась вопросом, раздулось ли ее поврежденное колено до размеров баскетбольного мяча или просто так казалось.

"Детектив, я только что дал вам указание. Я ожидаю, что вы последуете этому без каких-либо возражений и арестуете эту особу, которая позорит свой значок, свою родословную и свой чертов пол. Средство для удаления волос, " сказала Ева с отвращением и провела рукой по своей нежной коже головы.

"Да, сэр".

"Одну минуту". Ева присела, превозмогая боль, наклонилась близко к лицу Рене и заговорила только за них двоих. "Ты видишь того копа, Рене? Тот, кто собирается забрать тебя? Она - причина. Она - причина, по которой ты упал и выбыл. Она больше полицейский, больше женщина, больше человек, чем ты когда-либо был. И она мой партнер ".

Ева выпрямилась, с усилием и со значительным дискомфортом. "Убери ее", - сказала она Пибоди.

"С удовольствием, лейтенант. Рене Оберман, - начала она, наклонившись, чтобы надеть наручники на заключенную, " вы арестованы."

Пибоди перечислила обвинения, поднимая Рене на ноги. Когда Ева дернула головой, Макнаб подошел и взял Рене за другую руку. Пибоди продекламировала исправленную Миранду, когда они выводили ее из тюрьмы.

"Лейтенант".

Ева изо всех сил старалась не морщиться, когда вытянулась по стойке "смирно". "Да, сэр, коммандер".

"Не было необходимости вступать в физический контакт с подозреваемым, нарушать процедуру и откладывать оружие, и делать это, когда вы явно контролировали подозреваемого".

"Да, сэр".

"Ненужное, " повторил он, " но справедливое. И я верю, что испытать это было так же приятно, как и наблюдать. Я предлагаю вам посетить лазарет и пройти очистку и лечение. Моей печальной обязанностью будет сообщить коммандеру Оберману об аресте его дочери ".

"Сэр, как глава следственной группы и партнер офицера, производящего арест, я чувствую, что это должно быть моим долгом".

"Ты знаешь командование лучше, чем это, Даллас. Это мое, чтобы поднять. Ты хорошо справился". Он повернулся, осмотрел копов в комнате. "Вы все хорошо справились".

И, взяв на себя командование, он вышел.

Рорк подошел, протянул ей оружие и полотенце. Она не знала, где, черт возьми, он раздобыл полотенце, но оно выглядело чистым. Она вытерла немного крови со своего лица.

"Я бы надрал тебе задницу за то, что ты опустил оружие", - пробормотал он, "за исключением того, что, как я уже говорил ранее, мне это нравится. И потому что в глубине души я согласен с Уитни. Кроме того, - он взял полотенце, сам промокнул ей лицо, " я снял пятьдесят с нового парня."

"Что? Сантьяго?"

"Я поспорил с ним, что ты втянешь ее в драку, чтобы немного поколотить. Он был единственным, кто взял ". Он наклонился, мягко, нежно поцеловал ее припухший рот. "Но он не знает тебя так хорошо, как остальные. Пока."

Она могла бы улыбнуться, но знала, что это причинит боль. "Ну, он новенький. Я должен..." Она замолчала, отметив, что в комнате все еще полно полицейских. Думая о поцелуе, она бы нахмурилась, но это тоже было бы больно.

"Что вы все еще здесь делаете? Разве у вас нет домов? Уволен".

К ее крайнему шоку, Бакстер вытянулся по стойке смирно, отдал честь и удержал ее. "Лейтенант", - сказал он, и каждый полицейский в комнате последовал его примеру.

Она забыла о каждой боли, о каждом ушибе и порезе. Там не было места для гордости.

"Хорошая работа. Все вы. Хорошая работа." Она ответила на приветствие. "Уволен".

Когда они выходили, Фини подошел к ней. Он положил руку ей на плечо и кивнул. "Неплохо", - сказал он. "Совсем неплохо".

Когда он уходил, это была уверенная походка.

Ева выдохнула. "Мне нужно присесть на минутку". Она подчинилась, затем опустила голову на руки. "Боже. О, Боже."

Услышав слезы в ее голосе, Рорк опустился на колени. "Тебе больно. Детка, позволь мне отвезти тебя в больницу ".

"Дело не в этом. Или да, это немного так. Но это в основном... " Она уронила голову ему на плечо, размазывая кровь по его прекрасно сшитому пиджаку. "То, что они сделали. Все они. Как они выстояли. Все они. Зная, что у меня в них есть. Я не могу... Я не знаю, как это сказать ".

"Ты не обязан. Думаю, я знаю."

"Они - все, чем она не является. Все, чем она злоупотребляла, насиловала, убивала, эксплуатировала. Они причина, по которой я ... не причина, по которой я это делаю, но причина, по которой я могу." Она подняла голову, вытерла слезы и кровь. "Ты купишь этот напиток на дом?"

"Я сделаю, да. Дорогая Ева." Он коснулся губами ее щеки. "Мой полицейский".

"Рорк". Слезы давили и жгли снова. Она отпустила некоторых, просто позволила им упасть. Она могла позволить им погибнуть вместе с ним. Она схватила его за лацкан, пролила еще больше крови, когда посмотрела ему в глаза.

"Я хочу пойти домой, хорошо? Мне просто нужно сейчас пойти домой. Ты можешь устроить меня там. Это не так уж плохо. Ты можешь отвезти меня домой и привести в порядок. Потому что, в конце концов, ты - это то, что делает. Ты - то, что меня исправляет".

"Ева." Он прижался губами к ее лбу, задержавшись там на мгновение. Просто удерживаемый. "Тогда все в порядке. Я отвезу тебя домой и приведу в порядок".

"Спасибо". Когда он помог ей подняться на ноги, она прислонилась к нему. "Ты тоже причина. Почему я могу это сделать ".

"Тогда я приведу тебя в порядок, чтобы ты мог сделать это в другой раз".

Когда они выходили из комнаты, она прошипела. "Черт! Это довольно плохо. Все еще территория "иди домой и приведи меня в порядок", но, Господи, она могла бороться. По крайней мере, до инцидента с выдергиванием волос ".

"Ты немного сдерживался".

Она нахмурилась. "Кто сказал?"

"Кто тебя знает?"

Поэтому она вздохнула и снова прислонилась к нему. "Может быть, я немного сдерживался, пока -"

"Инцидент с выдергиванием волос".

"Это было оскорбительно и действительно унижало момент".

Он рассмеялся и принял на себя ее вес. Она доковыляла до лифта, чтобы он мог отвезти ее домой, привести в порядок. Чтобы она могла сделать все это в другой раз.

Джей Ди Робб, Патрисия Гаффни, Мэри Блейни, Райан Лэнган

Потерянный

Пропавший без вести в смерти Дж. Ди Робба

В день, нежно поцелованный летом, три тысячи семьсот шестьдесят один пассажир совершил круиз по Нью-Йоркской гавани на пароме Стейтен-Айленд. У двоих из них на уме было убийство.

Остальные три тысячи семьсот пятьдесят человек, находившихся на борту ярко-оранжевого парома, получившего название "Хиллари Родэм Клинтон", просто были готовы к поездке. Большинство из них были туристами, которые с радостью фотографировали удаляющийся горизонт Манхэттена или этот культовый символ свободы - Статую Свободы.

Даже в 2060 году, почти через два столетия после того, как она впервые поприветствовала подающих надежды иммигрантов в новом мире, никто не превзошел "Леди".

Те, кто боролся за лучшие виды, жевали соевые чипсы, потягивали безалкогольные напитки из тюбиков в закусочных, пока паром безмятежно покачивался на спокойных водах под нежно-голубым небом.

Когда ярко светило солнце, запах солнцезащитного крема смешивался с ароматом воды, у многих были забиты палубы на время двадцатипятимесячной поездки из Нижнего Манхэттена на Стейтен-Айленд. Турбонаддув занял бы половину времени, но паром был не о целесообразности. Речь шла о традиции.

Большинство планировало выйти в Сент-Джордж, заблокировать терминал, а затем просто снова загрузиться, чтобы совершить поездку туда и обратно. Это было бесплатно, было лето, это был прекрасный способ провести час.

Некоторые пассажиры пригородных поездов в полдень, избегая мостов, турбомоторов или воздушных трамваев, сидели внутри, в стороне от самой большой толпы, и коротали время со своими PPC или "links.

Лето означало больше детей. Младенцы плакали или спали, малыши хныкали или хихикали, а родители пытались отвлечь скучающих или капризных, показывая на гранд-леди или проплывающую лодку.

Для Кэроли Гроган из Спрингфилда, штат Миссури, поездка на пароме отметила еще один пункт в ее списке обязательных дел на семейном отдыхе, который она лоббировала. Другие обязательные посещения включали крышу Эмпайр-стейт-билдинг, зоопарк Центрального парка, Музей естественной истории, Собор Святой Пэт, Музей искусств Метрополитен (хотя она не была уверена, что ей удастся убедить в этом своего мужа и десятилетних и семилетних сыновей), остров Эллис, Мемориальный парк, бродвейское шоу - ей было все равно, какое именно - и шопинг на Пятой авеню.

В духе справедливости она добавила игру в мяч на стадионе "Янки" и полностью смирилась с тем, что ей придется бродить по собору Тиффани в одиночестве, пока ее банда будет наслаждаться видео-раем на Таймс-сквер.

В сорок три Кэроли жила давней мечтой. Она наконец-то оттолкнула, пихнула и придиралась к своему мужу к востоку от Миссисипи.

Может ли Европа быть далеко позади?

Когда она начала фотографировать своих "мальчиков", как она называла Стива и их сыновей, мужчина, стоявший неподалеку, предложил сделать снимок одной из всей семьи. Кэроли радостно перевернула свою камеру, позируя со своими мальчиками на фоне величественной леди Либерти позади них.

"Смотри". Она ткнула мужа локтем, когда они вернулись к созерцанию воды. "Он был милым. Не все жители Нью-Йорка грубы и противны ".

"Кэроли, он был туристом, как и мы. Он, вероятно, из Толедо или откуда-то еще ". Но он улыбнулся, когда сказал это. Было веселее дергать ее за цепочку, чем признавать, что он неплохо проводит время.

"Я собираюсь спросить его".

Стив только покачал головой, когда его жена подошла поболтать с фотографом. Это было так Кэроли. Она могла - и говорила - с кем угодно, где угодно, о чем угодно.

Когда она вернулась, она одарила Стива самодовольной улыбкой. "Он из Мэриленда, но, " добавила она, быстро ткнув пальцем, " он жил в Нью-Йорке почти десять лет. Он едет на Стейтен-Айленд навестить свою дочь. У нее только что родился ребенок. Девушка. Его жена гостила у них последние несколько дней, чтобы помочь, и она встречает его в терминале. Это их первый внук ".

"Вы выяснили, как долго он женат, где и как он познакомился со своей женой, за кого он голосовал на последних выборах?"

Она засмеялась и ткнула Стива еще раз.

"Я хочу пить".

Она посмотрела вниз на своего младшего. "Ты знаешь, я тоже. Почему бы нам с тобой не пойти и не принести всем чего-нибудь выпить ". Она схватила его за руку и пробралась сквозь людей, столпившихся на палубе. "Ты хорошо проводишь время, Пит?"

"Это довольно мило, но я действительно хочу пойти посмотреть на пингвинов".

"Завтра, первым делом".

"Можем ли мы купить соевую собачку?"

"Куда ты их складываешь? У тебя был один час назад."

"Они вкусно пахнут".

Отпуск означал потворство своим желаниям, решила она. "Это соевые доги".

"Но мне нужно в туалет".

"Хорошо". Как мать-ветеран, она проверила туалеты, когда они поднимались на борт парома. Теперь она сделала крюк, чтобы направить их к ближайшим объектам.

И, конечно, поскольку Пит упомянул об этом, теперь ей захотелось в туалет. Она указала в сторону мужского туалета. "Если ты выйдешь первым, ты встанешь прямо здесь. Ты помнишь, как выглядит персонал парома, его униформу? Если тебе нужна помощь, иди прямо к одному из них ".

"Мам, я просто собираюсь пописать".

"Ну, я тоже. Ты жди меня здесь, если выйдешь первым ".

Она смотрела, как он входит, прекрасно зная, что он закатил глаза, как только оказался к ней спиной. Это позабавило ее, когда она повернулась к женскому туалету.

И увидел табличку "Не в порядке".

"Стреляй".

Она взвесила свои варианты. Подержи это, пока не выйдет Пит, затем подержи еще немного, пока они достанут собак и напитки - потому что иначе он будет скулить и дуться, - затем направилась в другой туалет.

Или ... может быть, она могла бы просто заглянуть внутрь. Конечно, не все кабинки были выведены из строя. Ей нужен был только один.

Она толкнула дверь и поспешила внутрь. Она не хотела оставлять Пита одного надолго.

Она свернула к линии раковин, думая о том, чтобы взять провизию и протиснуться обратно к перилам, чтобы посмотреть, как появляется Стейтен-Айленд.

Она остановилась как вкопанная, ее конечности застыли в шоке.

Кровь, подумала она, могла только думать, так много крови. Женщина на полу, казалось, купалась в этом.

Мужчина, стоявший над телом, держал в одной руке все еще истекающий кровью нож, а в другой - парализатор.

"Мне жаль", - сказал он - и, на ее потрясенный взгляд, прозвучало искренне.

Даже когда Кэроли втянула воздух, чтобы закричать, сделала первый спотыкающийся шаг назад, он активировал парализатор.

"Действительно, очень жаль", - сказал он, когда Кэроли упала на пол.

Гонка через Нью-Йоркскую гавань на турбомоторе была не тем, как лейтенант Ева Даллас ожидала провести свой день. В то утро она сыграла вторую роль после главной роли своего партнера в несчастной кончине Вики Трендор, третьей жены нераскаявшегося Алана Трендора, который размозжил ей череп бутылкой некачественного калифорнийского шардоне.

По словам нового вдовца, было бы неверно говорить, что он вышиб ей мозги, когда у нее просто не было мозгов с самого начала.

Пока прокурор и адвокат защиты договаривались о признании вины, Ева пробила брешь в своих бумагах, обсудила стратегию с двумя своими детективами по текущему делу и поздравила другого с закрытием одного.

Довольно хороший день, по ее оценке.

Теперь она и Пибоди, ее партнер, мчались по воде на лодке, которая, по ее мнению, была размером с доску для серфинга, к оранжевому остову парома, застрявшего на полпути между Манхэттеном и Стейтен-Айлендом.

"Это просто волшебно!" Пибоди стояла на носу, ее лицо с квадратной челюстью было поднято навстречу ветру, короткие растрепанные волосы развевались.

"Почему?"

"Боже, Даллас!" Пибоди опустила темные очки на нос, обнажив восхищенные карие глаза. "Мы собираемся покататься на лодке. Мы на воде. В половине случаев ты можешь забыть, что Манхэттен - это остров ".

"Вот что мне в этом нравится. Здесь, это заставляет задуматься, как получилось, что он не тонет? Весь этот вес - здания, улицы, люди. Это должно упасть камнем ".

"Давай". Со смехом Пибоди вернула очки на место. "Статуя Свободы", - указала она. "Она лучшая".

Ева не стала бы спорить. Она была близка к смерти внутри "лэндмарка", сражаясь с радикальными террористами, намеревавшимися взорвать его. Даже сейчас она могла смотреть на его линии, на его величие и видеть своего мужа, истекающего кровью, цепляющегося за выступ за гордым лицом.

Они пережили это, размышляла она, и Рорк обезвредил бомбу, спас положение. Символы имели значение, и, поскольку они сражались и проливали кровь, люди могли каждый день проплывать мимо на пароме и фотографировать свободу.

Это было прекрасно, такова была работа. Чего она не поняла, так это почему отделу убийств пришлось срочно покинуть остров, потому что копы Департамента транспорта не смогли найти пассажира.

Кровь по всей ванной и пропавшая женщина. Интересно, конечно, решила она, но на самом деле это не ее сфера. На самом деле, это была вовсе не территория. Это была вода. Это была большая оранжевая лодка на воде.

Почему лодки не тонули? Блуждающая мысль напомнила ей, что иногда они это делали, и она решила не зацикливаться на этом.

Когда турбо приблизился к той большой оранжевой лодке, она заметила людей, выстроившихся вдоль поручней на ярусах палуб. Некоторые из них помахали.

Стоявшая рядом с ней Пибоди помахала в ответ.

"Прекрати это", - приказала Ева.

"Прости. Это коленный рефлекс. Похоже, ДОТ выслала подкрепление, - прокомментировала она, кивая в сторону турбин у основания парома с логотипом Министерства транспорта, красующимся на корпусе. "Надеюсь, она не упала. Или прыгни. Но кто-нибудь бы это заметил, верно?"

"Более вероятно, что она отошла от пассажирских зон, заблудилась и в настоящее время пытается вернуться".

"Кровь", - напомнила ей Пибоди, и Ева пожала плечами.

"Давай просто подождем и посмотрим".

Это тоже было частью работы - ждать и видеть. Она была полицейским дюжину лет и знала, как опасно делать поспешные выводы.

Она переместила свой вес, когда турбо замедлился, опираясь на длинные ноги, пока она осматривала рельсы, лица, открытые пространства. Ее короткие волосы развевались вокруг лица, в то время как эти глаза - золотисто-карие, удлиненные и невыразительные, как у полицейского, - изучали то, что могло быть, а могло и не быть местом преступления.

Когда турбо был закреплен, она сошла.

Она оценила мужчину, который шагнул вперед, чтобы предложить руку, лет под тридцать. Он был одет в повседневные летние брюки цвета хаки и светло-голубую рубашку с эмблемой в горошек. Выгоревшие на солнце волосы развевались вокруг лица, загорелого от солнца или дизайна. Бледно-зеленые глаза контрастировали с более глубоким тоном и добавляли интенсивности.

"Лейтенант, детектив, я инспектор Уоррен. Я рад, что ты здесь ".

"Вы не нашли своего пассажира, инспектор?"

"Нет. Поиски все еще продолжаются." Он жестом пригласил их следовать за ним. "Мы добавили дюжину офицеров к команде DOT на борту, чтобы завершить поиски и обезопасить район, где в последний раз видели пропавшую женщину".

Они начали подниматься по лестнице.

"Сколько пассажиров на борту?"

"Табло насчитало три тысячи семьсот шестьдесят одну посадку в Уайтхолле".

"Инспектор, было бы не по правилам сообщать в Отдел убийств о пропавшем пассажире".

"Нет, но ничто из этого не задевает СОП. Я должен сказать вам, лейтенант, это не имеет смысла ". Он поднялся на следующий лестничный пролет, оглядываясь на людей, обнимающих перила. "Я не против признать, что эта ситуация выше моего уровня оплаты. И прямо сейчас большинство пассажиров проявляют терпение. В основном это туристы, и это своего рода приключение. Но если мы задержим паром здесь намного дольше, это не будет красиво ".

Ева ступила на следующую палубу, где чиновники DOT перекрыли путь. "Почему бы вам не рассказать мне вкратце, инспектор?"

"Пропавшая женщина - Кэроли Гроган, туристка из Миссури, находившаяся на борту со своим мужем и двумя сыновьями. Возраст сорок три. У меня есть ее описание и фотография, сделанная на борту сегодня днем. Она и ее младшенький пошли за напитками, сначала зашли в "Джонс". Он зашел в мужское отделение, а она собиралась в женское. Сказала ему ждать ее прямо снаружи, если он выйдет первым. Он ждал, а она не выходила."

Уоррен остановился за пределами туалета, кивнул другому сотруднику DOT у двери женского туалета. "Больше никто не входил и не выходил тоже. Через несколько минут он позвонил ей по своей "ссылке. Она не ответила. Он позвонил своему отцу, и отец с другим сыном подошли. Отец, Стивен Гроган, спросил женщину - ах, Сару Ханнинг, - не зайдет ли она проведать его жену."

Уоррен открыл дверь. "И это то, что она нашла внутри".

Ева вошла следом за Уорреном. Она сразу почувствовала запах крови. У копа из отдела убийств нюх на это. Он испортил цитрусовый / стерилизованный запах воздуха в черно-белом помещении со стальными раковинами и разделяющими перегородками в кабинках с белыми дверцами.

Он растекся по полу, растекаясь темной лужей, которая змеилась по белому полу, размазывалась по дверям кабинок, противоположной стене, как абстрактные граффити.

"Если это Гроган", - сказала Ева, - "вы не ищете пропавшего пассажира. Ты ищешь мертвого ".

Двое

"Включи пластинку, Пибоди". Ева включила свою собственную. "Даллас, лейтенант Ева; Пибоди, детектив Делия; Уоррен, инспектор ДОТ ..."

"Джейк", - подсказал он.

"На месте происшествия на борту парома Стейтен-Айленд".

"Это Хиллари Родэм Клинтон", - добавил он. "Вторая палуба, левый борт, женский туалет".

Она приподняла бровь, кивнула. "Реагируя на сообщение о пропавшем пассажире, Гроган, Кэроли, в последний раз видели входящей в этот район. Пибоди, возьми образец крови. Нам нужно убедиться, что это человеческое имя, затем напечатать его ".

Она открыла полевой набор, в который не до конца верила, что он ей понадобится, чтобы запечатать его. "Сколько людей входило и выходило отсюда с тех пор, как пропал Гроган?"

"С тех пор, как я на борту, только я. Ранее, насколько мне известно, на борту находились Сара Ханнинг, Стивен Гроган и два офицера парома ".

"На двери табличка "Не работает"."

"Да".

"Но она все равно вошла".

"Никто, с кем мы говорили, не может абсолютно подтвердить. Она сказала парню, что собирается войти."

Запечатанная, Ева вошла в первую из четырех кабинок, провела рукой над сенсором. В туалете эффективно спустили воду. Она повторила жест в трех других кабинках, с тем же результатом.

"Кажется, все в порядке".

"Это человек", - сказала ей Пибоди, показывая свой датчик. "Введите отрицательный".

"Несколько пятен, но никаких следов волочения", - пробормотала Ева. Она указала на узкий подсобный шкаф. "Кто открыл это?"

"Я сделал", - сказал ей Джейк. "На тот случай, если она - или ее тело - было там. Она была заперта."

"Есть только один способ войти и выйти". Пибоди обошла комнату и подошла к раковине. "Окон нет. Если это кровь Кэроли Гроган, то она не вставала и не уходила отсюда ".

Ева стояла на краю лужи крови. "Как вы вытащили мертвое тело из общественного туалета, на пароме посреди гавани, под носом у более чем трех тысяч человек? И почему, черт возьми, ты не оставишь это там, где оно упало в первую очередь?"

"Это не ответ на этот вопрос, " начал Джейк, " но это туристическое судно. Здесь нет никаких транспортных средств, есть дополнительные концессионные зоны. Люди склонны прижиматься к перилам и выглядывать наружу или зависать в кафе и перекусывать, наблюдая за окнами. Тем не менее, потребовалась бы большая удача и огромные нервы, чтобы протащить окровавленное тело по палубе ".

"Может быть, и дерзко, но никому так не везет. Мне нужно, чтобы эта комната была опечатана, инспектор. И я хочу поговорить с семьей пропавшей женщины и свидетелем. Пибоди, давай позовем сюда уборщиков. Я хочу, чтобы каждый дюйм этой комнаты был осмотрен ".

Ева подумала о предусмотрительности Джейка, когда семью Гроган изолировали в одном из корпусов столовой. Это держало их подальше от других пассажиров, давало им места и доступ к еде и напиткам. Она предположила, что это успокоило детей.

Достаточно спокойный, отметила она, для того, чтобы младший из двух мальчиков свернулся калачиком на узком сиденье кабинки, положив голову на колени отца.

Мужчина продолжал гладить мальчика по волосам, и его лицо было одновременно бледным и испуганным, когда Ева подошла к нему.

"Мистер Гроган, я лейтенант Даллас, из Департамента полиции и безопасности города Нью-Йорка. Это детектив Пибоди."

"Ты нашел ее. Ты нашел Кэроли. Она..."

"Мы еще не нашли вашу жену".

"Она сказала мне подождать". Мальчик, положивший голову Стиву на колени, открыл глаза. "Я сделал. Но она не вернулась ".

"Вы видели, как она заходила в другую ванную?"

"Не-а, но она сказала, что собирается, а потом мы собирались купить собак и выпивку. И она дала мне рутину ".

"Рутина?"

Он сел, но прислонился к боку своего отца. "Как я должен был ждать прямо там, и как, если мне что-нибудь понадобится, я должен был позвать одного из парней, которые работают на лодке. Парни в форме."

"Ладно. Затем ты пошел в мужской туалет."

"Это было всего на минуту. Я просто должен был... ты знаешь. Затем я вышел и стал ждать, как она сказала. Девушкам всегда требуется больше времени. Но это было действительно долго, и я хотел пить. Я воспользовался своей "ссылкой". Он скользнул взглядом по своему отцу. "Нам разрешено использовать их, только если это действительно важно, но я хотел пить".

"Все в порядке, Пит. Она не ответила, поэтому Пит пометил меня, и мы с Уиллом направились туда, где он ждал. К тому времени они ушли по меньшей мере на десять минут. На двери была табличка "Не работает", поэтому я подумал, что она, возможно, воспользовалась другим туалетом. За исключением того, что она не стала бы. Она бы не оставила Пита. Итак, я спросил эту женщину, не хочет ли она просто заглянуть внутрь. И тогда..."

Он покачал головой.

"Она сказала, что там была кровь". Старший мальчик тяжело сглотнул. "Леди выбежала, крича, что там была кровь".

"Я вошел". Стив потер глаза. "Я подумал, может быть, она упала, ударилась головой или... Но ее там не было ".

"Там была кровь", - снова сказал Уилл.

"Твоей мамы там не было", - твердо сказал Стив. "Она где-то в другом месте".

"Где?" Потребовал Пит голосом, опасно близким к рыданию. "Куда она пошла?"

"Это то, что мы собираемся выяснить". Пибоди говорила с непринужденной уверенностью. "Пит, Уилл, почему бы вам не помочь мне раздобыть напитки для всех? Инспектор Уоррен, ничего, если мы поищем здесь?"

"Еще бы. Я протяну тебе руку помощи". Он добавил теплую улыбку. "И пусть это будет Джейк".

Ева скользнула в кабинку. "Мне нужно задать тебе несколько вопросов".

"Было слишком много крови", - сказал он мягким голосом, голосом, который не донесся бы до его детей. "Смертельная потеря крови. Я врач. Я врач скорой помощи, и такая большая потеря крови без немедленной медицинской помощи... Ради бога, что случилось с Кэроли?"

"Вы знаете ее группу крови, доктор Гроган?"

"Да, конечно. Она О позитивна ".

"Ты уверен?"

"Да, я уверен. Она и Пит О позитивны. Я позитивен, Уилл тоже ".

"Это была не ее кровь. Кровь в туалете была не ее."

"Не ее". Он дрожал, и она смотрела, как он пытается обрести самообладание, но в его глазах стояли слезы. "Не ее кровь. Не кровь Кэроли".

"Зачем ты собирался на Стейтен-Айленд?"

"Что? Мы не были. Я имею в виду..." Он снова прижал руки к лицу, вздохнул, затем опустил их. Крепкие нервы, подумала Ева. Она представила, что они нужны доктору скорой помощи. "Мы ехали туда, а потом собирались ехать обратно. Просто ради опыта. Мы в отпуске. Это наш второй день в отпуске ".

"Знает ли она кого-нибудь в Нью-Йорке?"

"Нет". Он медленно покачал головой. "Ее там не было. Но она бы не оставила Пита. Это не имеет смысла. Она не отвечает на свою ссылку. Я пробовал это снова и снова ". Он толкнул свой через стол. "Она не отвечает".

Он взглянул в сторону концессии, где Пибоди и Джейк занимали детей, затем наклонился ближе к Еве. "Она бы никогда не оставила нашего мальчика, по крайней мере, добровольно. Что-то произошло в той комнате. Кто-то умер в той комнате. Если бы она увидела, что произошло ..."

"Давайте не будем забегать вперед. Мы все еще в поисках. Я собираюсь проверить статус ".

Поднявшись, она подала знак Пибоди. "Это не ее кровь. Это не тот типаж ".

"Это уже что-то. Они действительно милые дети. Они напуганы ".

"Они в отпуске. По словам мужа, я никого не знаю в Нью-Йорке, и он обращается прямо ко мне. Что не укладывается в голове, так это то, как могло исчезнуть тело, могла исчезнуть женщина, которая, как мы предполагаем на данный момент, жива, и потенциально мог исчезнуть убийца / похититель. Они где-то здесь. Получите заявление wit, хотя я не думаю, что это что-то добавит. Я вызываю больше офицеров, наших и ДОТ. Нам нужно собрать данные, заявления и провести обыск каждого человека на этом чертовом пароме, прежде чем мы кого-либо отпустим ".

"Я позабочусь о нашем конце, прежде чем поговорю с женщиной. Ах, он вроде как флиртует со мной ".

"Что? Кто?"

"Очаровательный инспектор".

"Пожалуйста".

"Нет, серьезно. За меня говорят, " добавила Пибоди, взмахнув ресницами, " но все равно лестно, когда милые парни флиртуют".

"Делай свою работу, Пибоди".

Покачав головой, когда ее партнер вышел, чтобы сделать именно это, Ева указала на Джейка. "Нам понадобится больше людей. Я не могу никого отпустить, пока мы не подтвердим личности, не допросим и не обыщем ".

"Более трех тысяч человек?" Он тихо присвистнул. "У вас будет восстание".

"Что у меня есть, так это пропавшая женщина и, весьма вероятно, мертвое тело где-то на этом судне. У меня также есть убийца. Я хочу, чтобы кто-нибудь был здесь с ними ", - добавила она. "Я хочу взглянуть на все диски системы безопасности, камеры, мониторы".

"Это не проблема".

"Нам нужен e-m an, чтобы попытаться триангулировать сигнал по каналу связи Грогана. Если он все еще у нее, возможно, мы сможем ее найти. Во сколько она пропала?"

"Настолько близко, насколько мы можем определить, примерно в час тридцать".

Ева взглянула на свое наручное устройство. "Прошло уже больше часа. Я хочу..."

Она услышала грохот, треск выстрелов, крики. Перед следующим взрывом она выбежала через дверь на палубу.

Пассажиры свистели, топали, приветствовали, когда впечатляющий цветной ливень взорвался в небе.

"Фейерверк? Ради Христа. Все еще светло."

"Ничего не запланировано", - сказал ей Джейк.

"Отвлекающий маневр", - пробормотала она и начала проталкиваться в противоположном направлении от шоу. "Пусть кто-нибудь найдет источник, остановит это".

"Я уже этим занимаюсь", - сказал Джейк и прокричал в свой коммуникатор. "Куда мы направляемся?"

"Место преступления".

"Что? Я ни черта не слышу. Скажи еще раз", - прокричал он в свой коммуникатор. "Скажи еще раз".

Ева прорвалась сквозь празднующую толпу, нырнула под баррикаду.

Она остановилась, увидев, что женщина отчаянно спорит с офицером ДОТ, охраняющим дверь туалета.

"Кэроли!" - позвала она, и женщина обернулась. Ее лицо было мертвенно-бледным с яркими пятнами на щеках и багровым узлом на лбу.

"Что? Что это? Я не могу найти своего мальчика. Я не могу найти своего сына ".

Глаза были не те, подумала Ева. Немного стеклянный, немного шокированный. "Все в порядке. Я знаю, где он. Я отведу тебя к нему".

"С ним все в порядке? Ты... Кто ты?"

"Лейтенант Даллас". Ева наблюдала за глазами Кэроли, когда та доставала свой значок. "Я из полиции".

"Ладно. Ладно. Он хороший мальчик, но он знает лучше, чем это. Он должен был ждать прямо здесь. Мне жаль, что доставляю столько хлопот ".

"Куда ты ходила, Кэроли?"

"Я просто..." Она замолчала. "Я пошел в туалет. Не так ли? Мне жаль. У меня болит голова. Я так волновалась за Пита. Подожди, просто подожди, пока я..." Она вошла в закусочную, когда Ева открыла дверь. Затем хлопнула себя руками по бедрам.

"Питер Джеймс Гроган! У тебя столько неприятностей ".

Мальчик, его брат, его отец двигались как единое целое, пробегая через комнату. "Разве я специально не говорил тебе не..."

На этот раз слова были отброшены назад, когда трое ее мальчиков схватили ее в неистовые объятия. "Ну, ради всего святого. Если ты думаешь, что это смягчит меня после того, как ты ослушался меня, то это не так. Или только немного." Она погладила мальчика по волосам, когда он прильнул к ее ногам. "Стив? Стив? Ты дрожишь. Что это? Что случилось?"

Он отстранился, чтобы поцеловать ее, ее рот, ее щеки. "Ты-ты ранен. Ты ударился головой ".

"Я..." Она подняла пальцы, чтобы коснуться бугорка. "Ой. Как я это сделал? Я чувствую себя не совсем в порядке ".

"Садись. Пит, Уилл, оставь своей матери немного места. Садись сюда, Кэроли, дай мне взглянуть на тебя ".

Когда она это сделала, он взял ее руки, прижал их к своим губам. "Теперь все в порядке. Теперь все в порядке ".

Но это было не для всех, подумала Ева, не для всех.

Кто-то был мертв. Кто-то был причиной этой смерти.

Они оба пропали без вести.

Трое

"Инспектор, мне нужно, чтобы вы определили источник этих взрывчатых веществ, затем я хочу, чтобы этот район был оцеплен. Я хочу получить полный список сотрудников DOT и ferry, включая любых независимых подрядчиков, находящихся на борту в это время. Я хочу эти диски безопасности. Когда прибудут сотрудники полиции Нью-Йорка, они поддержат эти назначения. Пибоди, сделай так, чтобы это произошло. Сейчас."

Она посмотрела в сторону семьи Гроган. Она могла бы уделить их воссоединению еще одну минуту. "На этой лодке есть спасательные шлюпки, устройства для экстренной эвакуации?"

"Конечно".

"Их нужно проверить, и их нужно охранять. Если кто-то из них был использован, мне нужно знать. Немедленно. Я хочу поговорить с охранником, с которым разговаривала миссис Гроган, когда она ... вернулась. А пока запиши его показания ".

"Нет проблем. Лейтенант, нам придется разобраться с освобождением этих людей, по крайней мере, некоторых из этих людей ".

"Я работаю над этим. Взрывчатка, сотрудники, диски, экстренная эвакуация, охраняемые территории. Давайте займемся этим".

Она отвернулась и направилась туда, где Кэроли все еще сидела в окружении своей семьи.

"Миссис Гроган, мне нужно с тобой поговорить ".

"Я бы хотел обработать ее рану на голове". Стив защищающе обнимал свою жену. "И проверь ее более тщательно. Если здесь есть аптечка, я мог бы ею воспользоваться ".

"Я найду одного", - сказала ему Пибоди, затем взглянула на Еву. "Наши ребята будут на борту через пару минут".

"Ладно. Найди набор. Организуйте команду. Я хочу еще раз обыскать каждый квадратный дюйм этого парома. Я хочу, чтобы подметальные машины были в той ванной. Я хочу, чтобы это было вычищено. Посмотри, сможешь ли ты выяснить, не объявлялся ли кто-нибудь еще пропавшим без вести ".

"Да, сэр".

Когда Пибоди ушла, Кэроли покачала головой. "Прости, я немного сбит с толку. Напомни, кто ты такой?"

"Лейтенант Даллас, полиция Нью-Йорка".

"Полиция", - медленно произнесла Кэроли. "Тебе нужно поговорить со мной? Я знаю, что немного расстроился из-за охранника, но я беспокоился о Пите. Я не мог найти своего мальчика ".

"Понял. Миссис..."

"Если вы из полиции, у вас есть взрыватель?" Очевидно, довольный тем, что его мать была там, где ей было место, Пит с любопытством покосился на Еву.

"Не перебивай", - предостерегла Кэроли.

"Миссис Гроган, " снова начала Ева, но приподняла куртку, чтобы показать свой пистолет - и парень одарил ее усмешкой. "Можете ли вы рассказать мне, что произошло после того, как вы с сыном пошли в туалет?"

"Вообще-то, мы собирались выпить, потом Питу нужно было идти, поэтому мы свернули туда. Я сказал ему подождать, оставаться прямо там, если он выйдет раньше меня ".

"Но, мама..."

"Мы поговорим об этом позже", - сказала она тоном, который предупреждал о лекции, и парень резко опустился на свое место.

"И потом", - подсказала Ева.

"Затем я подождала минуту, смотрела, как Пит входит, и я..." Ее лицо на мгновение стало пустым. "Это забавно". Она озадаченно улыбнулась. "Я не совсем уверен. Должно быть, я ударился головой. Может быть, я поскользнулся?"

"Внутри ванной?"

"Я... Это глупо, но я просто не помню".

"Не помнишь, как ударился головой или пошел в ванную?"

"Либо", - призналась она. "Должно быть, я действительно стукнулась". Она постучала пальцами по шишке, поморщилась. "Мне бы не помешал блокиратор".

"Я не хочу ничего тебе давать, пока не проверю тебя еще немного", - сказал ей Стив.

"Ты доктор".

Ева подумала об одном случае, произошедшем не так давно, когда были утеряны воспоминания. Или украденный. "Насколько сильна головная боль?"

"Между дерьмовым и вшивым".

"Если ты пытаешься вспомнить, усиливается ли боль?"

"Помнишь, как ударил по нему?" Кэроли закрыла глаза, сжала их, концентрируясь. "Нет. Это остается между дерьмовым и вшивым ".

"Есть тошнота, детка, или затуманенное зрение?" Стив посветил фонариком ей в глаза, чтобы проверить реакцию зрачков.

"Нет. У меня такое чувство, будто я налетел на стену или что-то вроде того и ударился головой. Вот и все ".

"На двери была табличка "Не работает", - напомнила ей Ева.

"Там... Это верно!" Глаза Кэроли заблестели. "Я действительно помню это. Так что я ... Но я бы не стал - я знаю, что не пошел ни в один из других туалетов. Я бы не бросил Пита. Должно быть, я зашел внутрь. Должно быть, потому что мне пришлось снова выйти, верно? Он не был там, ожидая. Должно быть, я поскользнулся и ударился головой, и я просто немного не уверен в деталях. Я не уверен, что понимаю, почему это имеет значение для полиции ".

"Миссис Гроган, ты отсутствовал больше часа."

"Я? Пропал без вести? Это безумие. Я просто..." Но она взглянула на свое наручное устройство и побелела как полотно. "Но этого не может быть. Это не может быть подходящим временем. Нас не было всего несколько минут. Поездка на пароме занимает меньше получаса, а мы едва начали. Это не может быть правдой ".

"Никто не мог тебя найти. Мы не смогли тебя найти", - сказал Стив. "Мы были так напуганы".

"Ну, Боже". Она уставилась на своего мужа, запустив руку в волосы, которые начали тонуть. "Я сбился с пути? Ударился головой и ушел? Может быть, у меня сотрясение мозга. Я побрел прочь ". Она посмотрела вниз на Пита. "А потом я наорал на тебя, когда был тем самым. Прости меня, малыш. Действительно."

"Мы думали, ты мертв, потому что там была кровь". Мальчик прижался лицом к груди Кэроли и начал плакать.

"Кровь?"

"Миссис Гроган, представители DOT уведомили полицию Нью-Йорка не только потому, что ты, по-видимому, пропал, но и потому, что в помещениях, в которые, по их мнению, ты вошел, на полу было значительное количество крови, а также брызги на стенах и дверях кабинок."

"Но..." Ее дыхание стало прерывистым, когда Кэроли уставилась на Еву. "Это не мое. Я в порядке".

"Это не твое. Ты зашел в ванную, - подсказала Ева, - несмотря на табличку "Не работает".

"Я не могу вспомнить. Здесь просто пусто. Как будто это было стерто. Я помню, как смотрел, как Пит заходит в комнату для мальчиков, и я ... я помню, что видел табличку, но тогда я не могу. Я бы вошла, " пробормотала она. "Да, это то, что я бы сделал, просто чтобы проверить, потому что это было прямо там, и почему бы не посмотреть? Я не мог оставить Пита. Но я не помню, как входил или... выходил. Но я не мог войти, иначе я бы вышел. Наверное, закричал бы, если бы увидел повсюду кровь. Это не имеет смысла ".

"Нет," согласилась Ева, "это не так".

"Я никому не причинил вреда. Я бы не стал ".

"Я не думаю, что ты кому-то причинил боль".

"Час. Я потерял час. Как это может быть?"

"Ты когда-нибудь раньше терял время?"

"Нет. Никогда. Я имею в виду, я потерял счет времени, понимаешь? Но это другое".

"Уилл, как насчет того, чтобы угостить твою маму выпивкой?" Стив послал своему старшему сыну легкую улыбку. "Держу пари, она немного обезвожена".

"На самом деле..." Кэроли немного слабо рассмеялась. "Мне действительно не помешал бы туалет".

"Хорошо". Ева наблюдала, как Пибоди вернулась с аптечкой. "Всего секунду". Она подошла, чтобы подстеречь своего партнера. "Иди вперед и отдай аптечку Грогану, а женщину отведи в сортир. Оставайся с ней ".

"Конечно. Мы на борту, и мы ведем поиск палуба за палубой. Должен сказать, местные жители становятся немного беспокойными ".

"Верно. Им придется продержаться еще немного ".

"Интересно, может быть, все это не какая-то глупая шутка. Кто-то выливает кучу крови в эту ванную, вешает табличку, сидит сложа руки и ждет, когда кто-нибудь войдет ".

"Тогда зачем вешать табличку?"

"Ладно, это недостаток в сценарии, но ..."

"И как они перевезли пару кварт человеческой крови?" И куда миссис Гроган ушла на час?"

"Несколько недостатков".

"Оставайся с ней", - повторила Ева. "Узнай их нью-йоркский адрес. Давай договоримся, чтобы их забрали обратно, чтобы она могла пройти полное обследование в медицинском центре, и я хочу, чтобы за ними присмотрели." Она оглянулась. "Если она видела что-то, кого-то, возможно, тот, кто несет ответственность за кровь, начнет беспокоиться о ней".

"Я позабочусь о том, чтобы ее прикрыли. Милая семья, " добавила Пибоди, изучая группу.

"Да. Добро пожаловать в Нью-Йорк".

Ева выследила Джейка.

"Все устройства аварийной эвакуации учтены". Он передал ей папку с дисками безопасности. "Это снимки со всех камер на борту. Список сотрудников, должностных лиц DOT, помечен."

"Хорошо. Откуда, черт возьми, взялись эти фейерверки?"

"Что ж". Он почесал затылок. "Похоже, что они были запущены с правого борта, вероятно, с кормы. Это из расчета базовой траектории, полученной от свидетелей. Но у нас нет никаких физических доказательств. Нет пепла, нет механизма. Пока ничего, так что я не уверен, что они были отправлены с лодки ".

"Хм". Ева задумалась и посмотрела на широкую гавань.

"Полиция Нью-Йорка рыщет повсюду, и ваша команда осведомителей осматривает место преступления. Если это один", - добавил он. "Мы отчитались о каждом сотруднике DOT на борту, и между вашими людьми и моими, мы опросили пассажиров, сосредоточив внимание на тех, кто находится в районах происшествия. Пока что никто из них ничего не видел. И ты должен признать, что перетаскивание тела привлекло бы некоторое внимание ".

"Можно подумать".

"Что нам теперь делать?"

Насколько Ева могла определить, было два варианта. Убийца - если действительно имело место убийство - каким-то образом сошел с парома. Или убийце все еще нужно было выйти сухим из воды.

"Похоже, мы направляемся на Стейтен-Айленд. Вот как мы с этим справимся ".

Это займет время и много терпения, но почти четыре тысячи пассажиров будут опознаны, обысканы и допрошены, прежде чем им разрешат сойти на терминале Сент-Джордж. К счастью, значительную часть этого числа составляли дети. Ева не думала - хотя, по ее мнению, дети были странными и часто жестокими существами, - что лужа крови была делом рук какого-то малыша-маньяка.

"На самом деле все продвигается нормально", - сообщила Пибоди и получила ворчание от Евы.

"Поиски продолжаются", - продолжила Пибоди. "Пока что ни оружия, ни тела, ни злобного убийцы, прячущегося в кладовке".

Ева продолжила просматривать диск безопасности при посадке на свой КПП. "Тело к настоящему времени выброшено".

"Как?"

"Я не знаю как, но это выброшено или перевезено. Два обыска, и этот с детекторами трупов. Он, или сообщник, использовал фейерверк как отвлекающий маневр. Привлекайте всеобщее внимание в одном направлении, делайте то, что вам нужно, в другом. Должен быть."

"Это не объясняет, как он вынес DB из ванной".

"Нет".

"Ну, если это не было розыгрышем, может быть, это вихрь".

Ева подняла взгляд, одарила Пибоди пятисекундным жалостливым взглядом.

"Здесь свободная юрта, помни. Я вырос на вихрях. Это лучшая теория, чем абракадабра ". Вздохнув, Пибоди изучала ярких тропических рыб, плавающих за стеклом огромного аквариума.

"Он не выбрасывал тело за борт, затем не нырял и не уплывал", - указала Пибоди. "Как рыба". Заметив задумчивое выражение лица Евы, Пибоди всплеснула руками. "Давай, Даллас. Из ванной нет выхода, не пройдя перед десятками и дюжинами людей ".

"В основном сзади, потому что они будут смотреть на воду. Если окажется, что кровь, которую в настоящее время срочно доставляют в лабораторию, взята из теплого тела - которое мы надеемся идентифицировать с помощью сопоставления ДНК, - должен быть выход, и способ скрыться, потому что он им воспользовался ".

"Параллельная вселенная. Есть несколько научных теорий, которые поддерживают такую возможность."

"Бьюсь об заклад, те же самые, которые поддерживают блестящих крылатых фей, скачущих по лесу".

"Насмешник". Пибоди погрозила пальцем. "Вот кто ты есть, Даллас. Насмешник".

"В моем мире мы называем это нормальным".

Джейк присоединился к ним. "Мы примерно на полпути. Может быть, чуть больше."

"Нашли какие-нибудь вихри, параллельные вселенные или сверкающих крылатых фей?" Ева спросила его.

"Пересмешник", - повторила Пибоди.

"Ах... не так далеко". Он предложил им обоим по чашечке кофе. "Ни оружия, ни крови, ни трупов тоже нет, и пока что все, кто прошел через тикер и станцию для интервью, живы".

"Я возвращаюсь на борт", - сказала ему Ева. "Если мы получим попадание - любое попадание - свяжитесь со мной. Пибоди, со мной".

"Привет". Джейк похлопал Пибоди по руке, когда она начала уходить с Евой. "Вероятно, мы собираемся вставить здесь длинную песню. Может быть, мы могли бы выпить после того, как закончим. Ты знаешь, расслабься ".

Взволнованная, она почувствовала, как к ее щекам приливает жар, который был головокружительной смесью удовольствия и смущения. "Ну что ж. Um. Это мило - я имею в виду, приятно спрашивать и все такое. Я живу с кем-то. Парень. Электронный парень. Мы... ты знаешь. Вместе."

"Ему повезло", - сказал Джейк, и ее румянец усилился. "Может быть, когда-нибудь мы сможем выпить пива, просто по-дружески".

"Конечно. Может быть. Ах... " Она сверкнула улыбкой, затем бросилась вслед за Евой.

"Ты забыл, что значит "с"?"

"Нет. На самом деле, я точно помнил, что я с Макнабом. Я помнила даже тогда, когда Джейк приставал ко мне ".

"О, это совсем другое". Ева озарилась солнечной улыбкой, от которой у Пибоди скрутило живот. "Позвольте мне извиниться за то, что прерываю. Может быть, вы двое хотите сделать перерыв, пойти выпить, узнать друг друга получше. Мы всегда можем разобраться, есть ли у нас недостающая база данных и убийца позже. Мы бы не хотели, чтобы потенциальное расследование убийства встало на пути потенциального романа, не так ли?"

"Я свободно говорю с сарказмом. Тем не менее, он пригласил меня куда-нибудь выпить ".

"Должен ли я отметить это в своей записной книжке на сегодняшнюю дату?"

"Боже". Угрюмость боролась с самодовольством, когда Пибоди садилась на паром с Евой. "Я просто говорю. Плюс я получаю двойные баллы. Во-первых, я получаю удовлетворение от того, что ко мне пристал сексуальный инспектор по точкам, а во-вторых, я получаю лояльную и настоящую благодарность за то, что отказала ему, потому что у меня есть мой личный сексуальный ботаник. Ко мне почти никогда не пристают, если не считать Макнаба - чего на самом деле не происходит с тех пор, как мы сожительствуем, - так что это заслуживает внимания ".

"Прекрасно, так принято к сведению. Можем ли мы двигаться дальше?"

"Я должен получить хотя бы пять минут ухаживания. Ладно, " пробормотала она под испепеляющим взглядом Евы. "Я запишу оставшееся время ухаживания на свой счет".

Покачав головой, Ева пересекла площадку, теперь пустую, если не считать копов и уборщиков, чтобы поговорить со следователем на месте преступления.

"Шуман, что у тебя есть?"

Она знала, что он был твердолобым, повидавшим все на своем веку типом, которому было так же комфортно в лаборатории, как и на сцене. Он снял свой защитный костюм и ботинки и стоял, разворачивая жвачку из обертки. "То, что у нас есть, - это примерно две кварты крови и жидкостей организма, много брызг. Получил немного плоти и волокон, и практически дерьмовую кучу отпечатков. Мы хотим отправить ее на полное обследование, но при осмотре на месте мы обнаружили, что ваша группа крови отрицательная, а выборочные пробы указывают на то, что все это от одного и того же человека. Кто бы это ни был, он был бы мертв, как мой дядя Боб, кончина которого не оплакивалась всеми, кто его знал ".

Он вытащил жвачку, задумчиво пожевал. "Я могу сказать тебе, чего у нас нет. Это было бы тело или кровавый след, или, на данный момент, одно долбаное представление о том, как упомянутое тело выбралось к чертовой матери из этого джона ". Он улыбнулся. "Это интересно".

"Как скоро вы сможете сказать мне, вытекла ли кровь из теплого тела или из проклятого ведра?"

"Мы посмотрим на это. Было бы не так весело, но ведро имело бы больше смысла. Проблема в том, что брызги соответствуют травмам на месте происшествия ". Явно заинтригованный, он прожевал и улыбнулся. "Там чертовски похоже на видео из слэшера. Кто бы ни вошел живым, его разрезали на куски, проткнули и выпотрошили. Тогда, ты должен сказать, что это интересно, пошло прахом!"

"Интересно", - повторила Ева. "Там чисто, чтобы войти?"

"Все сметено. Помоги себе сам".

Он зашел с ней внутрь, где пара уборщиков осматривала раковины, трубы.

"Мы смотрим на все", - сказал он Еве. "Но тебе понадобилась бы волшебная таблетка, уменьшающая размер, чтобы выбраться отсюда через водопровод. Мы собираемся заняться вентиляционными отверстиями, полами, стенами, потолками ".

Она подняла лицо вверх, сама изучая потолок. "Убийце пришлось бы перевозить себя, тело и взрослую женщину. Может быть, больше, чем один убийца ".

Она переместилась, чтобы изучить брызги на стойлах, стенах. "Жертва, стоящая где-то там. Убийца сначала перережет ей горло ; это то, что я бы сделал. Она не может позвать. Мы получаем эти крупные брызги из раны на яремной вене, частично заблокированной телом убийцы."

Ева повернулась, прижала руку к горлу. "Она хватается за горло, кровь просачивается сквозь пальцы, там еще больше брызг, но она не падает, пока. Она падает к стене - мы получаем пятна крови - пытается развернуться, еще больше пятен. Он снова порезал ее, так что у нас есть брызги на соседней кабинке там, и ниже на стене здесь, так что он, вероятно, ударил ее, и она, спотыкаясь, вернулась сюда." Ева отступила назад. "Может быть, пытается добраться до двери, но он на ней. Ломти и кости, и она идет ко дну. Истекает кровью там, где она падает ".

"Мы запустим это, как я уже сказал, но это то, как я это прочитал".

"Он был бы весь в крови".

"Если он и мыл посуду в какой-либо из раковин, " вставил Шуман, " он не оставил никаких следов, ни в мисках, ни в ловушках".

"Защитная одежда? Перчатки?" Предложила Пибоди.

"Может быть. Вероятно. Но если он сможет вытащить отсюда DB, я думаю, он мог бы выйти весь в крови. Никаких следов, " повторила Ева. "Следов волочения нет. Даже если бы он просто поднял его и вынес, остался бы кровавый след. Он должен был покончить с этим. Если мы идем с защитным снаряжением и мешком для трупов или чем-то в этом роде, он спланировал это, пришел подготовленным, и у него, черт возьми, был план отхода. Кэроли был переменчивым, но и здесь у него не было особых проблем. Он справился с этим ".

"Но он не убивал ее. На самом деле он не причинил ей вреда", - отметила Пибоди.

"Да". Этот момент был чем-то, над чем Ева ломала голову. "И он мог бы это сделать, достаточно легко. Дверь не запирается. Правила безопасности запрещают замки на дверях общественных туалетов с несколькими кабинками. Он обходится знаком, хотя это должно было занять несколько минут. Убийство, зачистка, транспортировка. И Кэроли отсутствовала больше часа, поэтому, куда бы он ни пошел, куда бы он ее ни забрал, ему требовалось время ".

"На этой лодке много мест. Вентиляционные отверстия, инфраструктура, хранилища. У вас есть отличные воздуховоды для обогрева и охлаждения внутренних помещений салона ", - сказал ей Шуман. "У вас есть ваши санитарные резервуары, склад вашего оборудования, зоны технического обслуживания. Мы проходим здесь, но это не показывает, как, черт возьми, он выбрался из этой комнаты ".

"Итак, давайте выясним, куда он ушел, и поработаем в обратном направлении. И нам нужно выяснить, кем была жертва, и почему ее порезали на пароме Стейтен-Айленд. Это должно было быть конкретно, иначе кровь Кэроли Гроган была бы по всей этой комнате тоже ".

На данный момент, подумала Ева, лучшее, что она могла сделать, это предоставить это чистильщикам.

Четыре

"Почему он не убил Кэроли?" Пибоди задумалась, когда они вернутся на палубу. "Это было бы проще. Просто перережь ей горло и возвращайся к делу. Не то чтобы он беспокоился о сокрытии преступления. Вся эта кровь была довольно важной уликой, указывающей на то, что преступление было совершено ".

Ева направилась к корме, пытаясь восстановить сцену, которая не имела смысла. "Я с нетерпением жду возможности спросить его. Я не думаю, что она не помнит только о его везении. Давайте посмотрим, к какому выводу придет медицинское обследование после того, как она там закончит. Но главный вопрос в том, да, зачем утруждать себя подавлением ее памяти? И зачем убийце иметь при себе что-то, что могло бы?"

"Гипноз?"

"Я этого не исключаю". Она прислонилась спиной к перилам, посмотрела на две дымовые трубы. "Они не настоящие. Они - шоу. Просто чтобы паром выглядел по-старинному. Большой. Достаточно большой, чтобы кто-то мог спрятать тело и женщину без сознания."

"Конечно, если бы у него были блестящие крылья феи и щит-невидимка".

Еве пришлось рассмеяться. "Точка. В любом случае, давайте убедимся, что их проверят ". Она обернулась, когда Джейк направился к ним.

"Мы пропустили последних пассажиров через кассу. Два коротких. Мы посчитались со всеми: пассажирами, экипажем, концессией. Два человека, которые вошли, не вышли ".

"Они просто сошли до того, как мы вошли в порт", - поправила Ева. "Этот паром выведен из эксплуатации до дальнейшего уведомления. Он запечатан по приказу полиции Нью-Йорка. Охранники на двадцать пятом нашем/ семь. Место преступления еще не закончено и будет продолжаться до тех пор, пока они не осмотрят каждый дюйм, включая эти ", - добавила она, указывая на дымовые трубы.

Джейк поднял взгляд, чтобы проследить за жестом. "Что ж. Это должно быть весело ".

"Что-то такого размера, с такой планировкой? Есть места, где можно спрятаться, утаить. Он должен был знать лодку, планировку, по крайней мере, до некоторой степени ".

"Наличие места, где можно спрятаться, не объясняет, как он выбрался из ванной так, чтобы его никто не увидел. Если только у него нет плаща-невидимки."

Замечание Джейка вызвало короткий смешок у Пибоди и холодный взгляд Евы.

"Мы работаем с умом и доказательствами. Мы будем на связи, инспектор ".

"Ты уходишь?"

"Мы будем следить за дисками безопасности, Кэроли Гроган и лабораторией. Чем скорее мы установим личность жертвы, если жертва там есть, тем скорее мы сможем выйти на убийцу. Возможно, вы захотите, чтобы несколько ваших людей поддержали моих на посту охраны. Я не хочу, чтобы кто-либо садился на этот паром без разрешения ".

"Все в порядке".

"Давай двигаться, Пибоди".

"А, детектив? Если ваша ситуация изменится ..."

Пибоди почувствовала, как к ее щекам снова приливает жар. "Вряд ли это произойдет, но спасибо". Она изо всех сил старалась не отставать от широких шагов Евы. "Он снова приставал ко мне".

"Я запишу это при первой возможности".

"Это примечательно", - пробормотала Пибоди. "Действительно". Она рискнула оглянуться через плечо, прежде чем они сели в турбо. "Я полагал, что мы останемся, снова пройдемся по лодке".

"У нас достаточно людей для этого". Ева собралась с духом, когда турбо понесся по воде. "Вот вопрос - или несколько. Зачем убивать в общественном туалете на пароме посреди воды? Легкого пути нет. Почему бы не оставить тело? Зачем, если тебя прервал случайный прохожий, щадить жизнь этого случайного прохожего? И, по-видимому, потрудился утаить ее на час?"

"Хорошо, но даже если мы найдем ответ на любое из "почему", мы не ответим на "как"."

"Следующая колонка. Как была выбрана жертва? Как был выбран метод убийства? Как Кэроли Гроган была перемещена с места преступления в другое место? И, оседлав колонны, почему она не помнит? Как было вывезено тело - если оно было - если оно было? Все это возвращается к одному вопросу. Кто был жертвой? Это центр. Остальное исходит оттуда".

"Жертва, вероятно, женщина. Или убийца. По крайней мере, одна из них, вероятно, женщина. Это имеет больше смысла, учитывая место убийства ".

"Согласен, и компьютер соглашается. Я проверил вероятность. Середина восьмидесятых для женщины-жертвы или убийцы ". Она вытащила свой линк, когда он подал сигнал, увидела личный код Рорка на дисплее. "Привет".

"Привет, вернулись". Его лицо - красота падшего ангела - заполнило экран, темные брови приподнялись над смелыми голубыми глазами. "Ты в гавани? Инцидент на пароме?"

"Черт. Сколько утечек?"

"Не так уж много. Определенно ничего, что говорило бы об убийстве ". Его голос, шепчущий по-ирландски, повторял слова, пока она мчалась обратно к Манхэттену. "Тогда кто мертв?"

"Это вопрос. Я надеюсь, что лаборатория сможет мне сказать. Я направляюсь туда, и в зависимости от ответа, я могу опоздать домой ".

"Так получилось, что я в центре города и надеялся пригласить свою жену на ужин. Почему бы мне не встретиться с тобой в лаборатории, тогда, в зависимости от ответа, который ты получишь, мы начнем оттуда?"

Она не могла придумать причины против этого, и фактически, рассчитала возможность провести все это через него. Свежий взгляд мог бы дать ей несколько новых ракурсов. "Ладно. Будет удобно, если ты будешь рядом, если мне придется подкупить Придурка, чтобы он протолкнул документы ".

"Всегда рад подкупить местных чиновников. Я скоро увижу тебя".

"Это мило, не так ли?" - Спросила Пибоди, когда Ева сунула линк обратно в карман. "Иметь парня".

Ева начала отмахиваться от этого, затем решила, что турбо-пилот их не слышит. Кроме того, не было причин не потратить несколько минут на ерунду. "Это не отстой".

"На самом деле это не так. То, что такой действительно милый парень, как Джейк, флиртует со мной, немного мороз по коже, но знать, что сегодня вечером я буду в обнимку с Макнабом? Это лед".

"Почему ты всегда помещаешь в мою голову тебя, Макнаба и секс? Это приносит боль, которую не вылечит ни один блокатор ".

"Прижиматься - это не секс. Это до или после секса. Мне особенно нравятся объятия после секса, когда вы все теплые и расслабленные, как пара сонных щенков ". Она склонила голову набок. "Я начинаю возбуждаться".

"Так рад, что ты поделился этим со мной. Давай попробуем покончить с этим надоедливым расследованием, чтобы ты мог пойти и потискать своего щенка ".

"Ты знаешь, у меня есть новый наряд, который я приберегала для ночи, когда ..."

"Не ходи туда. Не делай этого", - предупредила Ева. "Клянусь всем, что свято, я выброшу тебя за борт, а затем прикажу турбонаддуву проехаться по тебе, пока ты барахтаешься в воде".

"Суровый. В любом случае, возможно, именно это и сделали убийцы, просто сбросили жертву в воду, а затем прыгнули за телом в снаряжении для подводного плавания ".

"Если он собирался бросить тело, зачем вообще его перевозить? Он хотел не просто убить, он хотел тело ".

"Фу-у-у. Я знаю, полицейский детектив не должен говорить "фу-у-у". Но зачем ему понадобилось тело?"

"Трофей". Ева сузила глаза.

"Я не говорю "фу-у-у". "

"Ты думаешь об этом. Доказательство, - добавила она, - которое кажется мне более вероятным, чем трофей. Тело - неопровержимое доказательство смерти. Которого, на данный момент, у нас нет. Он делает. Что подводит нас к другому "почему". Зачем ему нужны доказательства?"

"Оплата?" По кивку Евы Пибоди подняла руки. "Но для хита это было грязно и сложно. Профессионалом тут и не пахнет".

"Нет, это не так. Если только ты не добавишь остальное. Пропавшее тело, публичная сцена, два человека, исчезающие как дым. Это кажется мне очень профессиональным ".

Это занимало ее мысли по дороге в лабораторию. И, по крайней мере, она двигалась по твердой земле, а не по воде. Нью-Йорк, казалось, распахнулся навстречу лету, и из его укромных уголков и щелей хлынули туристы и уличные воры, которые зависели от них. Тележки Glida оживленно торговали холодными напитками и мороженым, в то время как продавцы портативных подделок продавали дешевые сувениры, наручные устройства, которые могли работать, пока покупатель не вернется в свой отель, разноцветные "шелковые" шарфы, модные очки и сумочки, которые можно было принять за дизайнерские аналоги, если находиться в полуквартале отсюда и закрыть один глаз.

Но это также привлекло внимание уличных флористов с их щедростью цветов и ароматов и посетителей, ужинающих на свежем воздухе, наслаждающихся солнцем за бокалами вина или чашечкой эспрессо.

Это добавило уличного и воздушного движения, загромоздило салоны и тротуары, и все же, подумала Ева, все это мчалось и ревело именно так, как и должно было.

Она заметила Рорка перед тем, как припарковаться, он стоял возле серого здания, в котором размещался оживленный улей лаборатории и криминалистов. Темно-угольный костюм идеально сидел на его худощавой фигуре и был слегка расклешен галстуком, почти такого же ярко-синего цвета, как и его глаза.

Черные волосы гривой спадали вокруг этого поразительного лица, темные очки скрывали эти потрясающие глаза, когда он сунул КПП, над которым работал, в карман и направился к ней.

Она думала, что он выглядит как какая-нибудь элегантная городская звезда видео, только с легким акцентом. И она предположила, что это подходило ему как одному из самых богатых и влиятельных людей в мире - и на его спутниках, - который всеми правдами и неправдами выбрался из грязи дублинских переулков.

"Проверь, как Кэроли", - сказала она Пибоди. "Посмотри, закончили ли они медицинское обследование, есть ли какие-нибудь результаты".

Она наблюдала, как губы Рорка изогнулись, когда они шли навстречу друг другу. Ей не нужно было видеть его глаза, чтобы знать, что в них отражалась эта улыбка. И ее сердце сделало быстрый, головокружительный скачок. Ей пришлось признать, что Пибоди была права. Было приятно иметь парня.

"Лейтенант". Он взял ее за руку и, хотя она опустила брови, чтобы отговорить его, наклонился, чтобы слегка коснуться этими изогнутыми губами ее губ. "Привет, Пибоди. Ты выглядишь соблазнительно обветренной."

"Да". Она безуспешно провела рукой по волосам. "Прогулка на лодке".

"Так я слышал".

"Проверь остроумие, Пибоди", - повторила Ева, направляясь внутрь.

"Что было засвидетельствовано?" Рорк задумался.

"Скажи мне, что говорят СМИ. Я не потрудился настроиться ".

"Я уловил обрывки по дороге в центр города на свою встречу, затем еще немного после. Женщина, по-видимому, потерялась на пароме, а затем найдена. Или нет, в зависимости от отчета. Возможно, кто-то был ранен или упал за борт."

Он продолжил, пока Ева вела их по лабиринту, подписывала и пропускала через систему безопасности.

"Основная идея, по-видимому, заключается в том, что сотрудники DOT и полиции Нью-Йорка задержали паром более чем на два часа, а затем еще некоторое время проводили досмотр пассажиров, когда они высаживались. Несколько пассажиров отправили в различные СМИ несколько видеороликов или заявлений. Так что, можете себе представить, это повсеместно ".

"Прекрасно". Ева выбрала скольжение вниз, а не лифт. "Так будет лучше".

"Кого-то не хватает? Или мертвый?"

"Кто-то пропал без вести, но теперь ее нет. Кто-то может быть мертв, но тела нет. При высадке количество пассажиров уменьшилось на двух ".

"Что может равняться жертве и убийце. Как они сошли с парома?"

"Это другой вопрос". Она сошла с трапа. "Во-первых, у меня есть пара кварт крови в общественном туалете на пароме. Мне нужно выяснить, кому это принадлежало ".

Пять

Она петляла по лабиринту, разделенному пополам стеклянными стенами. За ними техники работали с оптическими прицелами и голограммами, дроидами-криминалистами, крошечными пробирками и таинственными растворами.

Воздух гудел смесью машинного и человеческого голосов, слившихся в единый голос, который Еве показался слегка жутковатым. Она никогда бы не поняла, как люди работают день за днем в огромном пространстве без единого окна.

Она нашла главного лаборанта Дика Беренски, который бесшумно передвигал свой табурет вдоль длинной белой стойки, командуя различными командами. Придурок был раздражителем, камешком в ботинке на личном уровне, но она не могла отрицать его почти сверхъестественное умение обращаться с доказательствами.

Он поднял глаза, склонив яйцевидную голову, когда она приблизилась, и от нее не ускользнул огонек в его глазах, когда он узнал Рорка.

"Найди себе сегодня окружение, Даллас".

"Не думайте о том, чтобы попытаться выманить у гражданского выпивку, билеты на спортивные мероприятия или наличные".

"Эй". Придурок не мог до конца изобразить обиду.

"Давай поговорим о крови".

"Получил достаточно этого. Я получил первоначальный образец пару часов назад, и они привезут остальное. Мы также проведем тесты на образцах этого. Может быть более одного источника. Парень из отдела моей крови реконструирует сцену, лужу и брызги, по записи. Это гребаный бокал крови".

"Свежий или замороженный?"

Он издал короткий смешок. "Свежий". Он нажал на несколько клавиш, и на экране компьютера появились закорючки и завитки, выделенные жирными красными, желтыми, синими тонами. "Нет указаний на то, что образец хранился в холодильнике, подвергался мгновенному розжигу, размораживанию или регидратации".

Он нажал еще раз, вызвав другой экран с формами и цветами. "Скорость свертывания и температура говорят, что он попал в воздух примерно за два часа - может быть, чуть больше - до того, как я его протестировал. Это соответствует времени, которое потребовалось, чтобы добраться сюда ".

"Заключаю, что образец был взят у живого человека и был взят у упомянутого человека между часом и двумя сегодня днем".

"То, что я сказал. Отрицательный результат, человеческая кровь, здоровые тромбоциты, холестерин, нет ЗППП. Мы отфильтровали незначительные части других жидкостей организма и плоти. Двойные Х-хромосомы".

"Женщина".

"Еще бы. Мы продолжим отделять другие жидкости организма, когда у нас будут более крупные образцы, и чистильщики сказали мне, что у них там есть немного волос. Мы сможем рассказать вам практически все. Жидкости, плоть и волосы." Он широко ухмыльнулся. "Я мог бы, черт возьми, восстановить ее с помощью таких сэмплов".

"Хорошая мысль. ДНК."

"Я прогоняю это до конца. Требуется некоторое время, и нет никакой гарантии, что она в сети. Может обзавестись родственником. Я запрограммирован на полное совпадение и кровное родство ".

Тщательно, подумала Ева. Когда Придурок вонзал во что-нибудь свои странные маленькие зубки, он был скрупулезен. "Там были волокна".

"Как я уже сказал, мы разделим и отфильтруем. Я отдам волосы и волокна Харпо. Она королева. Но я не могу вытащить удостоверение личности жертвы из своей задницы. Она либо в сети, либо - Эй!" Он развернулся, подскочил, когда дальний компьютер издал звуковой сигнал. "Сукин сын, у нас есть совпадение. Я так чертовски хорош ".

Ева обошла стойку, чтобы самой изучить фотографию и данные удостоверения личности. "Скопируйте в мое подразделение", - приказала она. "И я хочу распечатку. Дана Бакли, сорок один год, родилась в Су-Сити, почему ты мертва?"

"Симпатичная юбка", - прокомментировал Беренски, но Ева проигнорировала его.

Голубоглазая блондинка, подумала она, бледная кожа, симпатичная в каком-то кукурузном роде. Пять-шесть, сто тридцать восемь, родители умерли, братьев и сестер нет, потомства нет, в браке или сожительстве не зарегистрировано. "Текущее место работы, внештатный консультант. Что говорят нам эти личные данные, умные следователи, детектив?"

"У покойного нет семейных связей, нет работодателя, который мог бы подтвердить личность или предоставить дополнительные данные об упомянутом покойном. Что заставляет умного следователя хмыкнуть."

"Это действительно так. Она указывает домашний адрес и адрес офиса здесь, в Нью-Йорке. Парк-авеню. Пибоди, запиши это".

"Это Уолдорф", - сказал Рорк у нее за спиной.

"Как в "Астории"?" Ева оглянулась, поймала его кивок и выражение его глаз, когда они встретились с ее.

Она подумала, дерьмо, но ничего не сказала. Пока нет.

"Проверь, зарегистрировали ли они ее", - сказала она Пибоди. "И возьмите копию удостоверения личности, покажите его дежурному, чтобы узнать, выдадут ли они ее. Быстрая работа, Беренски."

"После быстрой работы я люблю расслабиться с бутылочкой-другой хорошего вина".

Она взяла распечатку и ушла, даже не взглянув на меня.

"Стоит попробовать", - сказал Беренски ей в спину.

"В отеле Waldorf нет никого по имени Дана Бакли", - сказала ей Пибоди, догоняя Еву. "Нет информации от обслуживающего персонала. Эти новые данные оцениваются в секунду, хммм."

"Возвращайся в Центр, проверь ее по полной программе. Вы можете начать с дисков безопасности. Отправьте копии в мое домашнее подразделение. Я собираюсь заскочить, повторно опросить Кэроли, показать ей распечатку. Может быть, она вспомнит, что видела жертву."

"Нам повезло, что мы так быстро получили совпадение ДНК. Я отмечу тебя, если раскопаю что-нибудь о ней ". Она послала быструю улыбку Рорку. "Увидимся позже".

Ева подождала, пока они с Рорком сядут в ее машину, и села за руль. "Ты знал ее".

"Не совсем. О ней, конечно. Это сложно".

"Есть ли какой-нибудь способ, которым вы могли бы быть связаны с этим?"

"Нет. То есть у меня нет с ней никакой связи ".

Ева почувствовала, как узел в ее животе начал ослабевать. "Откуда ты знаешь ее или о ней?"

"Я впервые услышал о ней несколько лет назад. Мы работали над прототипом для какой-то - на тот момент - новой голографической технологии. Это было почти украдено, или было бы украдено, если бы мы не внедрили несколько уровней безопасности. Как бы то ни было, она справилась с несколькими, прежде чем настал красный флаг ".

"Корпоративный и /или технологический шпионаж".

"Да. Я знал ее не как Дану Бакли, а как Кэт Эрин Делотер. Я ожидаю, что вы найдете любое количество удостоверений личности, прежде чем закончите."

"На кого она работает?"

Он дернул плечом в пренебрежительном, хотя и элегантном пожатии плечами. "Тот, кто предложит самую высокую цену. Она подумала, что я могу быть заинтересован в ее услугах, и договорилась о встрече со мной. Это было семь или восемь лет назад ".

"Ты нанял ее?"

Он взглянул на Еву с легким раздражением. "Зачем мне это? Мне не нужно красть - и если бы я это сделал, я мог бы сделать это сам, в конце концов. Я не был заинтересован в ее услугах и ясно дал это понять. Не только потому, что я не краду - и никогда не крал - идеи. Это низко и распространено".

Ева покачала головой. "Твой моральный компас продолжает сбивать меня с толку".

"Как и твой делает меня. Разве мы не пара? Но я предупредил ее не только из-за этого, но и потому, что она была известна - и мои собственные исследования подтвердили - не только как шпионка, но и как убийца.

Ева быстро оглянулась, прежде чем пробиться сквозь поток машин. "Корпоративный убийца?"

"Это будет зависеть от того, кто предложит самую высокую цену, из того, что я узнал. Она по найму, или, по-видимому, была, и не побоялась испачкать руки в крови. Пибоди не найдет ничего из этого в своем беге. Большая часть ее работы, если верить слухам, была выполнена для различных правительств. Платят довольно хорошо, особенно если ты не возражаешь против того, чтобы тебе перерезали горло ".

"Техношпион, увлеченный мокрой работой, отправляется на паром. И в итоге оказывается не просто мертвым, но и пропавшим без вести. Конкурент? Еще одно заказное убийство? Это показалось мне профессиональной работой, даже - может быть, потому, что - это было так чертовски грязно и сложно. Он получит кучу носителей, когда остальные данные утекут. Кто бы этого хотел?"

"Доказанная точка зрения?" Он снова пожал плечами. "Я не мог сказать. Было ли тело сброшено с парома?"

"Я так не думаю". Она ввела его в курс дела, пока пробивалась к Ист-Сайду, извиваясь и издеваясь. "Итак, насколько я могу судить, он двигал телом и умом на виду у десятков, может быть, сотен людей. И никто ничего не видел. Остроумный ничего не помнит ".

"Я должен спросить об очевидном. Ты уверен, что в комнате не было путей к отступлению?"

"Если только у нас нет убийцы, который может уменьшиться до размеров крысы и проскользнуть по трубе, мы никого не нашли. Может быть, он попал в водоворот."

Рорк повернулся, ухмыльнулся. "Неужели?"

Ева отмахнулась от этого. " Пибоди на свободе - дурацкое предложение. Черт возьми, может быть, он взмахнул своей волшебной палочкой и сказал: "Фокус-покус". Что? " спросила она, когда Рорк нахмурился.

"Что-то... в глубине моего сознания. Дай мне подумать об этом ".

"Прежде чем ты слишком сильно подумаешь?" Она свернула на стоянку медицинского центра. "Просто позвольте мне указать, что не существует волшебной палочки, или кролика в шляпе, или альтернативной реальности".

"Ну, в этой реальности большинство людей замечают, когда у них под носом выставляют напоказ мертвое тело".

"Может быть, это и не выглядело таковым. У них на борту есть пара корзин для технического обслуживания. Убийца заносит тело внутрь, вывозит его, как будто это обычное дело. И нет, мы не нашли никаких пропавших корзин или каких-либо следов пары на борту. Но это логичный подход ".

"Достаточно верно". Как только она припарковалась, он вышел из машины вместе с ней. "Опять же, логика подсказала бы не убивать в комнате, где есть только один выход, и в публичной, не забирать тело и не оставлять свидетеля. Таким образом, может быть трудно придерживаться одной логической линии, когда остальные сильно потерты ".

"Это всего лишь потрепанная логика, пока ты не найдешь причину и мотив". Ева достала свой значок, когда они вошли в медицинский центр.

Гроганы столпились в крошечной комнатке, где Кэроли сидела на кровати с букетом веселых цветов на коленях. Она выглядела усталой, подумала Ева, и показала напряжение и смирение, когда увидела вошедшую Еву.

"Лейтенант. Меня тыкали и подталкивали, проверяли, сканировали и оценивали. Все из-за шишки на голове. Я знаю, случилось что-то плохое, что-то ужасное, но это действительно не имеет ко мне никакого отношения ".

"Ты все еще ничего не помнишь?"

"Нет. Очевидно, я ударился головой, и, должно быть, какое-то время был ошеломлен ". Ее рука выскользнула из-под цветов, чтобы дотянуться до руки мужа. "Сейчас я в порядке, правда. Сейчас я чувствую себя прекрасно. Я не хочу, чтобы мальчики проводили свои каникулы в больничной палате ".

"Это всего на несколько часов", - заверил ее Стив. Самый младший, которого звали Пит, вспомнила Ева, заполз на кровать, чтобы сесть рядом с матерью.

"Все еще. Мне жаль, что кто-то пострадал. Кто-то, должно быть, пострадал, судя по тому, что сказал Стив. Я хотел бы помочь, я действительно хочу. Но я ничего не знаю ".

"Как голова?"

"Это немного давит".

"У меня есть фотография, которую я хотела бы тебе показать". Ева протянула распечатку Даны Бакли. "Ты узнаешь ее? Кто-то, кого вы, возможно, видели на пароме."

"Я не думаю..." Она подняла руку, чтобы потрогать повязку на лбу. "Я не думаю..."

"Там было много людей". Стив наклонил голову, чтобы посмотреть на фотографию. "Большую часть времени мы смотрели на воду". Он с беспокойством взглянул на монитор, когда частота пульса его жены подскочила. "Ладно, милая, успокойся".

"Я не помню. Это пугает меня. Почему это меня пугает?"

"Не смотри на это больше". Уилл выхватил фотографию. "Не смотри на это, мам. Не пугай ее больше ". Он сунул фотографию обратно Еве. "Она была на фотографии".

"Прости?"

"Леди. Здесь." Он вытащил камеру из кармана. "Мы сделали снимки. Папа позволил мне взять немного. Она есть на картинке ". Он включил камеру, прокрутил кадры назад. "Мы многое забрали. Я просмотрела их, когда маму увезли на анализы. Она есть на картинке. Видишь?"

Ева взяла камеру и посмотрела на снимок толпы, плохо обрезанный, с Даной Бакли, сидящей на скамейке и потягивающей кофе из стаканчика. С портфелем на коленях.

"Да, я понимаю. Мне нужно сохранить это на некоторое время, хорошо? Я верну это тебе ".

"Ты можешь оставить это себе, мне все равно. Только не пугай мою маму ".

"Я не хочу пугать твою мать. Я здесь не для этого", - сказала Ева, обращаясь непосредственно к Кэроли.

"Я знаю. Я знаю. Она - это та, кто пострадала?"

"Да. Тебя расстраивает ее фотография."

"Приводит меня в ужас. Я не знаю почему. Там есть свет", - сказала она после некоторого колебания.

"Свет?"

"Яркая вспышка. Белая вспышка. После того, как я вижу ее фотографию, и мне страшно, так страшно. Белая вспышка, и я ничего не вижу. Ослеп на минуту. Я... Это звучит безумно. Я не сумасшедший ".

"Тсс". Пит начал гладить ее по волосам. "Тсс".

"Я собираюсь поговорить с доктором. Если с Кэроли все в порядке, я хочу вернуть ее и наших парней в отель. Подальше от этого. Мы закажем обслуживание в номер". Стив подмигнул Уиллу. "Фильмы в номере".

"Боже, да", - выдохнула Кэроли. "Я почувствую себя лучше, как только мы выберемся отсюда".

"Пойдем найдем доктора", - предложила Ева и бросила взгляд на Рорка. Он кивнул и отошел к изножью кровати, когда Стив вышел с Евой.

"Итак, миссис Гроган, где бы вы остановились здесь, в Нью-Йорке?"

Это заняло еще тридцать минут, но Рорк не задавал вопросов, пока они не вышли из медицинского центра. "И так, как поживает леди?"

"Я попросил доктора заглушить это для меня. Он давал это мужу - он тоже врач - в более причудливых выражениях ".

"Ты можешь приглушить это для меня".

"Она в порядке", - сказала ему Ева, "никаких серьезных или долговременных повреждений. Контузия, легкое сотрясение мозга, и самое интересное, что он списал на "пятно" на ее зрительных нервах - обоих глазах. Казалось, он настаивал на другом тестировании, но он уже провел перепроверку, и поскольку пятно уже рассеивалось, я не думаю, что Стив пойдет на это. Добавлено к этому, сканирование мозга показало что-то шаткое в разделе памяти - вспышка, но это тоже устраняется при повторном тестировании. Ее токсикоз чист ", - добавила Ева, возвращаясь в машину. "Никаких следов чего-либо, что чертовски плохо, поскольку именно к этому меня вела логика".

"Подавитель памяти был бы логичен. И, возможно, еще будет." Он покачал головой под ее взглядом. "Нам нужно будет кое-что проверить, когда мы вернемся домой. Тебе, вероятно, придется продолжить с Гроганами?"

"Да".

"Тогда ты найдешь их во Дворце. Они переедут туда сегодня вечером ".

"Твой отель?"

"Кажется, в данный момент они немного стеснены в пространстве, и мне пришло в голову, что им не помешало бы немного обновить свои проблемы. К тому же там лучше охрана. Значительно."

"Я устанавливаю за ними наблюдение", - начала Ева, затем пожала плечами. "Так лучше". Она воспользовалась "ссылкой, чтобы проинформировать своих людей об изменениях. "Давай пойдем домой и начнем "регистрироваться". "

Шесть

Соммерсет, человек Рорка во всем, не прятался в большом фойе, когда вошла Ева. Она заметила толстого кота Галахада, взгромоздившегося на стойку перил, как пушистая горгулья. Он дважды моргнул своими двухцветными глазами, затем с глухим стуком спрыгнул вниз, чтобы неторопливо подойти и потереться о ее ноги.

"Где мистер Макабр?" - Спросила Ева, почесывая кошку между ушами.

"Остановись". Рорк даже не потрудился вздохнуть. Щипки и тычки между его женой и суррогатным отцом вряд ли закончатся в ближайшее время. "Соммерсет наводит порядок в моем личном кабинете. Нам нужно использовать незарегистрированное оборудование, - продолжил он, когда она нахмурилась. "Любое серьезное копание в вашей жертве вызовет подозрения у определенных сторон. И это еще не все ".

Он взял ее за руку, чтобы повести вверх по ступенькам.

"Если я не докопаюсь до жертвы по надлежащим каналам, это будет выглядеть очень странно".

"У тебя есть Пибоди по этому поводу", - напомнил он ей. "И ты можешь сделать что-нибудь свое, для проформы. Но вы не найдете то, что вам нужно, по законным каналам. Подготовьте свои пробежки по Бакли, the Grogans, возможным причинам этого оптического пятна. Все то, что ты обычно делаешь. Тогда поднимайся и встреться со мной".

Он поднял ее руку, чтобы поцеловать пальцы. "И мы проведем настоящие раскопки. Ева - независимый шпион и убийца, которая работает за самую высокую цену или по прихоти. Эта работа определенно включала бы определенные сферы деятельности правительства США. Ты не уйдешь далеко своим путем".

"Что значит "больше"?" Она ненавидела это дерьмо с плащом и кинжалом. "Ты сказал, что есть еще?"

Но он покачал головой. "Начинайте свои пробежки. Мы обсудим то, что я слышал, знаю, подозреваю ".

Поскольку не было смысла тратить время, Ева вошла в свой домашний офис, чтобы настроить многочисленные прогоны и поиски. Она отправила электронное письмо доктору Мире, ведущему профайлеру и психиатру полиции Нью-Йорка, с вопросом о действенности массового гипноза. Это заставило ее почувствовать себя глупо, но она хотела услышать твердое мнение от источника, который она уважала.

Прежде чем составлять и обновлять свои заметки, она связалась с Пибоди и прочитала все первоначальные отчеты лаборатории и чистильщиков. Ни один свидетель не заявил, что видел что-либо необычное, включая любого человека, перевозившего мертвое тело. Что было очень плохо, размышляла она. Также в слишком плохом отделе был отчет о том, что трубы и вентиляционные отверстия на месте преступления были чертовски малы, чтобы служить путем отхода.

Сплошные стены, без окон, одна дверь, решила она. И это означало, как ни невероятно, что и убийца, и жертва вышли через дверь.

Он не шагнул в водоворот Пибоди, не использовал инопланетный транспортный луч и не взмахивал волшебной палочкой. Он воспользовался этой чертовой дверью. Ей просто нужно было выяснить, как.

Она направилась к личному кабинету Рорка, использовала клавиатуру на ладони и распознавание голоса, чтобы войти. Он сидел за U-образной консолью, на гладкой черной поверхности которой мерцали кнопки и элементы управления, переливающиеся драгоценными камнями. Защитные экраны на окнах позволили вечернему солнечному свету проникать в комнату бледно-золотым оттенком. Маленький столик стоял у этих окон, уставленный серебряными тарелками в форме куполов, открытой бутылкой вина, блеском хрусталя.

Его идея рабочего ужина, размышляла она.

Он уже завязал волосы сзади - режим серьезной работы - и быстрыми движениями управлял клавиатурой и сенсорными экранами.

"Во что ты взламываешь?" - спросила она.

"Различные агентства. ЦРУ, Национальная безопасность, Интерпол, МИ-5, Глобал, ЕвроКом и тому подобное ".

"И это все?" Она прижала пальцы к глазам. "Я собирался остановиться на кофе, но теперь, думаю, мне нужно выпить".

"Налей мне еще. И после того, как я загружу это в автоматический поиск, я расскажу тебе историю за ужином ".

Она налила два, довольная, что вино было красным, что снизило шансы на что-нибудь полезное, например, рыбу с тушеными овощами на тарелках. Она заглянула под серебряную обложку и сразу же обрадовалась. "Привет, лазанья!" Затем, при более тщательном изучении. "Что это за зеленая дрянь там внутри?"

"Молодец для тебя".

"Почему для тебя полезен в основном зеленый цвет? Почему они не могут сделать так, чтобы это было похоже на конфеты или хотя бы на пиццу?"

"Я собираюсь правильно провести свои исследования по этому вопросу. И мы собираемся поговорить об исследованиях и разработках, как это происходит. Ну вот. " Он откинулся на спинку стула, кивнул на свои экраны. "Мы увидим то, что мы видим". Он встал, подошел к ней. Взяв свой бокал, он постучал им по ее бокалу, затем улыбнулся. "Думаю, я возьму еще один такой", - решил он и взял ее за подбородок, прежде чем завладеть ее ртом своим.

"Не отвлекаться на вино и конфеты для губ", - приказала она. "Я хочу докопаться до сути этого. Все дело в том,... раздражает."

"Я полагаю, что это так, для человека с твоими логическими наклонностями". Он жестом пригласил ее сесть, затем сел напротив нее. "Ваша жертва, " начал он, " была опасной женщиной. Не в достойном восхищения смысле. Не такие, как ты, например. Она ни за что не сражалась, ни за что не боролась, кроме своей собственной выгоды ".

"Ты сказал, что на самом деле не знал ее".

"Это все, что я знаю о ней. Я не в первый раз присматриваюсь к ней, что немного облегчит сегодняшнюю работу на этот счет. Информация о ней, естественно, отрывочна, но я полагаю, что она родилась в Албании в результате связи между ее матерью-американкой и неизвестным отцом. Ее мать служила в дипломатическом корпусе США. Она много путешествовала со своей матерью, увидела и узнала довольно много о мире. Кажется, она была завербована в юном возрасте тайной группой, Всемирной разведывательной сетью."

"ПОБЕДИТЬ?"

"Что и было в точности их целью. Завоевать данные, средства, территории, политические позиции - однако это было наиболее целесообразно. Они продержались всего десять лет. Но в то десятилетие они обучали ее, и поскольку она, очевидно, продемонстрировала значительные способности и отсутствие особой совести, использовали ее в своем секторе Черной Луны ".

"Мокрая работа".

"Да". Он разломил ломоть хлеба надвое, передал ей часть. "В какой-то момент она решила стать фрилансером. Это более прибыльно, и она бы увидела, что Уин распадается на части. Она склонна устраиваться на дорогостоящую работу, частную или государственную. Как я уже сказал, у меня была с ней размолвка несколько лет назад. Я полагаю, что через два года после этого она убила троих моих людей в попытке получить данные и исследования по новому термоядерному топливу, которое мы разрабатывали ".

Ева ела медленно. "Она нацелилась на тебя? Был ли ты мишенью?"

"Нет. Обычно считается, что я более полезен живым, чем мертвым, даже для конкурентов или ... заинтересованных сторон. Я могу финансировать исследования и разработки, науку, производство, и другие могут надеяться украсть это. Нечего украсть, если отрубить голову".

"Это утешает".

Он потянулся к ее руке. "Я забочусь о себе, лейтенант. Теперь, в зависимости от источника, вашей жертве приписывается, так сказать, от пятидесяти до двухсот пятидесяти смертей. Некоторые были в игре, некоторые просто стояли на пути ".

"Ты не смог найти ее". Ева наблюдала за ним, пока ела. "Ты думал, что она убила троих твоих людей, так что ты бы попытался".

"Нет, я не смог ее найти. Она пошла ко дну, значительно ко дну. Я думал, что она, возможно, мертва, поскольку не смогла обеспечить то, для чего ее наняли ". Он изучал вино в своем бокале. "Очевидно, я был неправ".

"До сих пор. Маловероятно, что она была на том пароме, направлявшемся в достопримечательности."

"Очень. Возможно, это была встреча или цель, но, скорее всего, это был бизнес ".

"Двойной крест. Но кто-то вроде этого, опытный, как она может быть застигнута врасплох и выведена из себя? Кто-то, кого она знала? Может быть, кто-то, кому она доверяла или недооценивала? Еще один призрак? Еще один убийца?" Она почувствовала, как разочарование снова нарастает, как паводковая вода за плотиной. "Почему так чертовски публично?"

"Я даже не мог предположить. Скажи мне, что ты думаешь об этом пятне, об этой вспышке света ".

Она выдохнула. "Я оставил сообщение для Миры, спрашивая ее о возможности массового гипноза. И это звучит безумно, когда я слышу, как я говорю это вслух. Не такие безумные, как вихри или плащи-невидимки, но в этой смеси орехов. Тем не менее, мы уже имели дело с манипуляцией сознанием раньше. Крошечный ожог в коре головного мозга, обнаруженный при вскрытии после самоубийств, обработанный вашей подругой Рианной Отт."

"Как оказалось, вряд ли это мой приятель". Но он кивнул, чтобы показать, что они были на одной волне. "Манипуляция, в таком случае, осуществляется с помощью звука".

"Итак, возможная манипуляция, выполненная оптически", - закончила Ева. "Тот, который влияет на память. Но это должно сделать больше. Я почти готов поверить, что люди не помнят, как кто-то вытаскивал мертвое тело, но я должен понимать, что они бы просто не пропустили его в первую очередь. И Кэроли, была ли она в сознании или без сознания, ее ребенок не стал бы просто стоять там, где он был, не так ли, если бы увидел, как она выходит? Итак, может быть, мы имеем дело с устройством, которое может манипулировать поведением, зрением и памятью? Это большой скачок. Массовый гипноз внезапно перестает казаться таким безумным ".

"В подполье и в мире технологий ходили слухи о разрабатываемом устройстве. Своего рода потрясающее зрелище".

"Ах. У меня есть одно из таких." Ева похлопала по оружию на боку, которое она еще не сняла.

"Не ваш обычный парализатор, а тот, который выводит цель из строя с помощью оптического сигнала, а не нервной системы. Он посылает сигнал посредством света, который отключает определенные базовые функции. По сути, в теории, не так уж далекой от вашего массового гипноза, это вводит цель в своего рода транс. Фокус-покус". Он поднял свой бокал в полупоклоне. "Это часто называют так, что навело меня на мысль об этом, когда ты использовал этот термин. Слухи в основном опровергнуты, но не полностью ".

"Мы говорим о десятках людей", - возразила Ева. "Потенциально сотни".

"И идея, что это устройство существует и имеет возможность для такого диапазона, является ... захватывающей. И используется как оружие? Разрушительный".

Ева встала из-за стола и принялась расхаживать по комнате. "Я ненавижу такого рода дерьмо. Почему это не может быть просто обычным дерьмом плохого парня? У тебя есть деньги, я хочу их, я убью тебя. Ты трахал мою жену, это выводит меня из себя, я вырезал твое сердце. Нет, я должен беспокоиться об исчезающих телах и оружии, предназначенном для уничтожения масс людей. Дерьмо."

"Это постоянно меняющийся мир", - беспечно сказал Рорк.

Она фыркнула. "Насколько вы и ваши специалисты по исследованиям и разработкам верите в это устройство?"

"Достаточно, чтобы работать над чем-то подобным - и контрприбором. Хотя оба все еще находятся на теоретической стадии. Я собираю данные для вас, " добавил он, указывая на консоль.

Она снова села, побарабанила пальцами по столу. "Хорошо, допустим, это устройство существует и использовалось сегодня. Допустим, его существование объясняет, почему Бакли была на том пароме, либо с устройством, находящимся в ее распоряжении, либо с надеждой сделать это так. Это все еще не объясняет, почему она была убита таким образом, или почему ее тело сняли с парома. Украсть или получить устройство, даже убить Бакли, чтобы получить его, это бизнес. Фактически обескровив ее и забрав то, что осталось? Это личное".

"Я бы не стал спорить, но бизнес и личное часто пересекаются".

"Хорошо". Она подняла руки и провела ими в воздухе, как будто очищая доску. "Зачем убирать тело? Возможно, чтобы доказать факт убийства, если его наняли. Может быть, потому что ты больной ублюдок. Или, может быть, чтобы выиграть время. Мне нравится эта, потому что она странно логична. Это останавливает процесс идентификации. Мы должны полагаться на поиск ДНК и совпадение. И затем мы получаем, казалось бы, безобидную жертву, женщину-консультанта, уроженку Айовы, выращивающую кукурузу. Возможно, при наличии некоторого времени мы бы покопались в этом, у нас возникли бы некоторые вопросы. Но большей загадкой, по крайней мере на начальном этапе, оставалось бы "как", а не "кто ", поскольку у нас был "кто ".

"Но, поскольку я хотел провести немного больше времени со своей женой, я случайно оказался там, когда ее опознавали".

"Да. Ты узнал ее, и это переменная, которую убийца не мог учесть."

"Достаточно логично", - согласился Рорк. "Но выиграть время для чего?"

"Чтобы скрыться, доставить устройство и /или тело. Уничтожить тело, конечно, чтобы убраться подальше от места преступления. Эти шпионские штучки работают не так, как на работе. Это запутанно, покрыто серыми областями и лежащими в основе мотивациями. Но когда вы стираете все это, у вас все еще есть убийца, жертва, мотив. Мы вычеркиваем наугад, потому что это невозможно. Это был не импульс ".

"Потому что?" Он знал ответ, или думал, что знал, но ему нравилось наблюдать за ее работой.

"Табличка на двери, бегство. Это было жестоко - все эти брызги. Профессионал не стал бы тратить на это время. Перерезать горло, проткнуть сердце, задеть большую артерию на бедре. Выбери одного и двигайся дальше. Но кровь не врет, и брызги ясно говорят о том, что это был срез, взлом, разрыв ".

Свет смягчился, пока они говорили, и он подумал, сколько пар могли бы сидеть при вечернем освещении за едой и говорить о брызгах крови и обескровливании.

Очень немногие, предположил он.

"Вы уверены, что кровь не принадлежала убийце?"

Она кивнула. Это был хороший вопрос, подумала она, и только одна из причин, по которой ей нравилось обсуждать с ним это дело. "Только что поступили отчеты о взятии образцов с каждого участка брызг и нескольких из бассейна, подтверждающие, что все это принадлежало Бакли".

"Тогда она была серьезно застигнута врасплох".

"Я скажу. Итак, конкретная цель, конкретное место и время, личные и профессиональные связи. Добавьте еще один элемент, и я думаю, это имеет значение. Кто бы ни убил Бакли, он не убил Кэроли Гроган, когда это было бы проще, целесообразнее и даже в его или ее интересах сделать это."

"Оставляя ее тело позади. Еще больше путаницы, " согласился Рорк. "Более длительное время идентификации по луже крови. Убийца с сердцем?"

Она допила остатки своего вина. "Это больше, чем то, что многие люди с сердцем убивают".

"Моя циничная дорогая".

Она закатила глаза. "Давайте посмотрим, что у нас есть на данный момент". Она ткнула большим пальцем в сторону консоли.

Рорк вернулся за командный центр, сел. Затем, улыбнувшись Еве, похлопала его по колену.

"Пожалуйста".

"И спасибо тебе", - сказал он, хватая ее и стаскивая вниз. "Ну вот, теперь здесь уютно".

"Это убийство".

"Да, да, на ежедневной основе. Теперь, смотри сюда, мы прошли несколько уровней на HSO, но, с другой стороны, я уже проходил через эту дверь раньше ". Он провел губами по ее щеке. "И добиваюсь некоторого прогресса в других. Они, должно быть, немного изменили код и провели уборку со времени моих последних посещений, но, видите ли, мы меняем маршрут вместе с ними ".

"Я вижу кучу тарабарщины, цифр и символов, мелькающих мимо".

"Именно. Давайте посмотрим, сможем ли мы продвинуть это ". Он потянулся к ней, начал нажимать на клавиши. "Существуют всевозможные уловки", - продолжил он, пока коды проносились на экранах. "Перестройки, брандмауэры, предохранители, лазейки и черные ходы. Но мы продолжаем обновлять вместе с ними ".

"Почему? Серьезно, зачем тебе нужен доступ к этому материалу?"

"Каждому нужно хобби. Что нам здесь нужно, так это личные дела персонала, доступные только для посторонних глаз, их консультантов по тайным операциям. И проверка, действительно ли устройство, о котором ходят слухи, существует. Снова только глаза, но хитрость заключалась бы в том, чтобы найти, где это может быть спрятано и кем. Ну что ж, к черту это. Давай попробуем этот способ".

Предполагая из клятвы и его усиленного постукивания, что он натолкнулся на препятствие, Ева увернулась. "Я пью кофе и собираюсь запустить кое-какие собственные данные".

Когда его ответом было ворчание, она поняла, что время игр закончилось. Пришло время для серьезной работы.

Семь

Используя вспомогательный компьютер, Ева начала свой собственный поиск любого упоминания об устройстве, подобном описанному Рорком. Она нашла несколько статей на медицинских сайтах, в которых подробно описываются препараты для подавления памяти и инструменты, используемые во время обычных операций, другие, приближающиеся к гипнотерапии как в медицинских исследованиях, так и в играх.

Она также нашла множество маргинальных блогов, в которых говорилось о правительственном контроле над разумом, порабощении масс и постоянно популярных предупреждениях о конце света. Нация дроидов-людей, принудительные эксперименты, кража личности и фермы по разведению людей были в их первой десятке списка предсказанных мерзостей. Это привело ее к другим утверждениям, что она была похищена инопланетянами в союзе с теневыми силами правительства.

"Я удивлен, что у правительства есть время, знаете, управлять, когда они так заняты работой с инопланетянами и их анальными зондами или выполнением своей миссии по превращению населения планеты в безмозглых секс-дроидов".

"Хм, " сказал Рорк, " есть правительство, значит, есть правительство".

Она посмотрела туда, где он сидел, пальцы летали, глаза были полны решимости. "Ты на самом деле не веришь в эту чушь? Инопланетные вторжения, секретные бункеры в Антарктиде для экспериментов на человеческих морских свинках."

Он поднял взгляд вверх. "Ледяная любовь".

"Это было... Ладно." Трудно спорить, когда они оба чуть не погибли при ликвидации подрывной и незаконной организации по клонированию человека. "Но инопланетяне?"

"Это большая вселенная. Тебе следует почаще выходить в свет ".

"Мне очень нравится one planet".

"В любом случае, у меня есть твоя жертва. Нет, не вставай." Он махнул ей в ответ. "Я выведу это на экран. Данные, первый настенный экран. Это от HSO, но данные совпадают с тем, что я получил из других источников."

"Дана Бакли", - прочитала Ева. "С ее тремя наиболее распространенными псевдонимами. Того же возраста, что и ее текущее удостоверение личности. Но с теми биографическими данными, которые у тебя были."

"Теперь в нем перечислены ее активы. Языки, на которых она говорила, уровень ее электронных навыков, оружие, на которое у нее был допуск. В ее досье включен этот список ". Он прокрутил страницу вниз. "Имена, национальности, звания, если применимо, даты".

"Ее список жертв", - пробормотала Ева. "Они знают или верят, что она убила этих людей, но они позволяют ей разгуливать".

"Несомненно, она убила некоторых из этих людей для этих агентств. Они до сих пор позволяют ей разгуливать, потому что она им полезна ".

Ева каждый день сталкивалась с убийствами, и все же это оскорбляло и беспокоило ее на каком-то глубинном уровне, который она не была уверена, что могла бы сформулировать.

"Так не должно быть. Вы не можете просто убить или отдать приказ о чьей-то смерти, потому что это целесообразно. Нам удалось практически запретить пытки и казни; если полицейский замыкает очередь, он должен пройти тестирование, чтобы убедиться, что была необходима высшая сила. Но все еще есть люди, предположительно на нашей стороне, которые использовали бы кого-то вроде нее для выполнения своей грязной работы ".

"Люди, которые используют кого-то вроде нее, редко, если вообще когда-либо, пачкают руки".

"Она была психопаткой. Посмотри на ее психологический профиль, ради Бога." Ева махнула рукой в сторону экрана. "Ее следовало упрятать за решетку, точно так же, как нужно было упрятать человека, который ее убил".

Он наблюдал за ней, пока она считывала данные на экране. "У тебя меньше серой зоны, чем у большинства".

"Ты думаешь, это приемлемо? Иисус, прочитай список. Некоторые из них - дети".

"Я полагаю, сопутствующий ущерб. И нет, " добавил он, когда она обернулась, ее глаза горели. "Я не думаю, что приемлемо убивать за деньги, ради острых ощущений или целесообразности. Возможно, в моем мире больше серости, чем в твоем, когда дело доходит до убийства за правое дело, но это не то, что она сделала. Это было выгодно и, я полагаю, для развлечения. И я подозреваю, что если бы Бакли стоял в той комнате, когда вошла Кэроли, эти мальчики сегодня вечером горевали бы по своей матери вместо того, чтобы обниматься с ней и смотреть фильмы в комнате ".

"Не все убийцы созданы равными?" Успокоившись, она наклонила голову, изучая экран. "Нам нужно взглянуть на этот список, посмотреть, можем ли мы связать какое-либо из этих имен с кем-то из того же бизнеса. Кто-то достаточно опытный, чтобы напасть на нее."

"Я все устрою. Между тем, на устройстве есть интересные данные. Эта записка была выпущена два дня назад." Он снова упорядочил данные на экране.

"Потерянный задерживается. Сова, чтобы начать новую серию испытаний в Двенадцатом секторе. Запрос Совы на семьдесят два и затемнение одобрено ". Ева на мгновение задумалась над этим. "Она не Сова. Кто мог дать кодовое имя женщине-убийце - молодой, привлекательной - Сова?"

"Мы можем просмотреть более ранние заметки, но я бы сказал, что Owl будет отвечать за разработку устройства".

"Потерянный. Ты теряешь время, себя, свою память о том, что произошло, когда ты ... уходишь. Итак, если он был у этой Совы или у кого-то под его началом, возможно, это был обмен. Нет, нет, это была подстава. Это было запланировано. Он должен был как-то выбраться с этого проклятого парома, так что ничего из этого не было спонтанным. Откладывается? Но если им пользовались, то оно было законченным ".

"Это был бы не первый случай, когда член команды решил стать свободным агентом".

"Имитируй задержку, чтобы ты мог ее продать, но ты ее не продаешь. Ты уходишь с тем, что было у нее в портфеле, и устройством. Двоечник. Если это последняя заметка в файле, HSO еще не знает, что у них проблема ".

"Еще одна причина забрать тело", - указал Рорк. "Выигрывает то время, о котором ты говорил. Может быть, у него было другое предложение. Или хочет пересмотреть условия оплаты из безопасного места ".

"Дело было не в деньгах", - пробормотала Ева. "дело не только в деньгах. Выигрывая время, да, это играет. Она не будет официально опознана для СМИ до завтрашнего дня ".

"Это еще не все. Фотографии некоторых ее работ. Изображения на экране, методом слайд-шоу", - приказал он.

Она видела смерть во всех ее проявлениях слишком много раз, чтобы сосчитать. Она смотрела это сейчас, прокатившись по настенному экрану. Разорванная плоть, пролитая кровь, обугленные остовы.

"Некоторые из них, конечно, были очень плохими людьми. Другие, очень плохие люди хотели убрать с дороги. Похоже, она не делала различий. Она последовала за деньгами. Кто-то может возразить, что тот, кто ее убил, оказал миру услугу."

"И что делает его лучше, чем она?" - Потребовала Ева.

Он только пожал плечами, зная, что по некоторым пунктам они никогда не согласятся. "Некоторые бы утверждали обратное".

"Да, некоторые бы так и сделали. Давай найдем Сову." Она запустила руки в волосы. "И я должен придумать логический способ объяснить, как я получил все, что мы получим из этого сегодня вечером".

"Всегда популярный анонимный источник".

"Да, это одурачит всех, кто нас знает".

Он инициировал серию поисков, затем изучал ее, пока она стояла неподвижно, наблюдая, как смерть прокручивается мимо. "Сложнее, когда жертва вызывает у тебя отвращение".

Ева покачала головой. "Мне не позволено решать, стоит ли поддерживать жертву убийства. Я стою за них ".

Он встал, подошел к ней. "Но это сложнее, когда у этой жертвы так много жертв. Так много крови на ее руках".

"Это сложнее", - призналась она. "Это не всегда может быть легким выбором. Это просто единственный выбор ".

"Для тебя". Он поцеловал ее в лоб, затем обхватил ладонями ее лицо, приподнял его и нежно прикоснулся губами к ее губам.

Когда она вздохнула и наклонилась к нему, он нажал кнопку на ее оружейном ремне.

"Работаю", - сказала она напротив его рта.

"Я, конечно, надеюсь на это".

Она рассмеялась, когда он стянул ремни безопасности с ее плеч. "Нет, у меня работа".

"Поиски займут некоторое время". Он обошел ее кругом, протянув руку, чтобы нажать на кнопку управления на своей консоли. Кровать выдвинулась из панели в стене.

"И ты думаешь, секс поднимет мне настроение?"

"Я надеюсь, что это побочный эффект, чтобы подбодрить меня".

Он снова сделал круг, затем бросил их обоих к кровати. Она ударилась с глухим стуком, отскочила и, какого черта, позволила ему придавить себя.

"Грубый материал".

Он ухмыльнулся. "Если хочешь".

Он стянул ее рубашку через голову, позволил ей взлететь, когда он опустил свой рот с намеком на зубы к ее груди.

Она выгнулась, подстегивая его. Насилие здесь, такое полное тепла и надежды, помогло стереть все эти образы крови и потерь. И помогли ей вспомнить, что независимо от того, насколько они могли расходиться по какому-либо вопросу, даже по идеологии, любовь была, всегда.

И похоть.

Она могла бы взять - пригоршню этих черных шелковых волос, пульсацию мышц, когда она, в свою очередь, потянула за его рубашку. Она могла чувствовать биение своего сердца и его, когда они катались по кровати в битве, которую они оба выиграют.

Он заставил ее рассмеяться, у нее перехватило дыхание. Он заставил ее кожу мерцать, а кровь плыть. И когда она обернулась вокруг него, снова нашла его рот своим, она почувствовала вкус потока любви, вожделения и тоски.

Такой сильный, такой сладкий. Ее тело двигалось под ним, поверх его, проворное и быстрое. Шум работы, которая вернет их обоих назад, утонул в биении его собственного пульса, когда его руки коснулись ее. Изгиб и угол, мягкий и твердый. Влажный и теплый.

Она снова выгнулась, поднимаясь туда, куда он вел ее, чтобы сломаться, а затем собраться снова. Откройся для большего, для него.

Когда он заполнил ее, когда они поднимались и опускались, поднимались и опускались, чтобы разорваться вместе, это доставляло ей не только удовольствие. Это давало ей покой.

Свернувшись калачиком рядом с ним, теплая, обнаженная и насытившаяся, ей пришло в голову, что Пибоди снова была права. Объятия после секса были очень, очень приятными.

"Тебе следует поспать". Он тихо говорил, поглаживая ее по спине. "Уже поздно, и в этом нет никакой срочности".

"Я не знаю. Разве там нет?" Она подумала, как прекрасно было бы просто закрыть глаза, уплыть с его ароматом, исходящим от нее. "Закрываем дело, возможно, это не так срочно на техническом уровне. Но если у убийцы действительно была эта вещь, это оружие, и оно все еще у него, готовое продать его одному Богу известно, разве это не делает его поиски, его остановку тоже частью работы?"

"Закрыть дело, спасти мир?"

Она подняла голову, пока их глаза не встретились. "Вы сказали, что у вас есть люди, которые пытаются разработать эту вещь. Почему?"

"Лучше тебе сделать это раньше, чем это сделает другой. Самосохранение."

"Я понимаю это. Так будет всегда. У плохого парня палка, у тебя нож. У него нож, у тебя парализатор. Ставка продолжает расти. Так оно и есть. Итак, должны быть правила и законы, и даже когда граница размывается, мы должны быть в состоянии знать, кто такие хорошие парни. Если у меня будет шанс найти этого парня, остановить его, прежде чем он продаст эту вещь, возможно, мы отложим все это на другой день ".

"Компьютер подаст сигнал, когда у нас будут экстраполированные данные. Поспи немного, а потом мы подумаем о спасении мира ".

Это звучало разумно.

Следующее, что она помнила, это как запищал компьютер, и она вскочила в постели - одна.

"Что? Утро?"

"Почти". Рорк стоял позади командного центра, без рубашки, в низко сидящих на бедрах брюках. "И твоя сова вылетела".

"Ты нашел его-ее?"

"Он", - сказал Рорк, когда она вскочила с кровати. Он оглянулся, улыбнулся. "Подойди сюда, и я покажу тебе".

"Держу пари". Она схватила свою рубашку, свои брюки.

"Кайфоломщик. Ну, по крайней мере, принеси нам обоим кофе ".

"Кто он?" - требовательно спросила она, натягивая одежду.

"Это зависит. Он, как и его жертва, известен более чем под одним именем. В этих данных указано, что он Иван Драски, шестидесяти двух лет, родился на Украине. Другие данные, которые на первый взгляд кажутся столь же достоверными, указывают на него как на Джависа Дринкла, шестидесятилетнего, родившегося в Польше. Будучи Драски, он работал на Freedom Republic, в андеграунде, в конце Urbans, в сфере коммуникаций и технологического развития. Он ученый ".

Она принесла кофе, отпила немного, пока читала данные.

"Завербован European Watch Network, techno research and development", - продолжила Ева. "Любитель гаджетов".

"Изобретатель, да. Он делает игрушки ".

"Внутренний парень", - размышляла Ева. "Конечно, здесь есть время на выезд, но в основном во время городских занятий. Это в первую очередь наука в ту эпоху и после нее ".

"Нанотех", - начал Рорк. "Гиперпространственная наука, бионика, псионика и так далее. Он работал над всем этим. Мне кажется, согласно этим данным, ты обязан своим потрясателем, среди прочего, его работе. И все же я никогда о нем не слышал. Они десятилетиями держали его в ежовых рукавицах ".

"Может быть, он решил, что пришло время для повышения зарплаты и некоторого кредита". Она пыталась найти в этом смысл. "Итак, его переманили из EWN в HSO почти двадцать лет назад. И все же, я не вижу здесь мокрой работы. Он техно-гик ".

"Блестящий вариант. Нет. Никаких тайных операций или мокрой работы в списке. Но посмотри туда, его жена и дочь были убиты двадцать лет назад в жестокой бойне ".

"Это интересное время", - сказала Ева.

"Не так ли? Официально вторжение в дом. Неофициально, маргинальное крыло EWN, которое нацелилось на него за его знания и доступ к секретным материалам."

"Они едят своих". Когда он переключился на фотографии с места преступления, Ева с шипением выдохнула. "Иисус".

"Изуродованный, изрубленный на куски". Голос Рорка напрягся от отвращения. "Девочке было всего двенадцать. Жена была агентом низкого уровня, едва ли выше клерка. Я полагаю, у вас более высокий допуск."

"Надпись там, на стене. Ты перевел?"

"Компьютер распознает это как украинское слово, означающее "предатель" и "шлюха". Ни EWN, ни какое-либо другое официальное досье по этому вопросу не претендует на признание или ответственность за убийства ".

"Они были в ее списке. В списке обращений Бакли в банках данных HSO." Она вызвала компьютер, чтобы запустить список на другом экране для проверки. "Они есть в ее списке, но работодатель не указан. Никто не присвоил себе заслугу ".

"Если и есть данные об этом, то они находятся в другой области. Если есть еще какие-либо данные об этом попадании, они были стерты или помещены в коробку. Даже я не могу добраться до этого отсюда, или, конечно, не быстро. Ты должен был бы быть внутри, чтобы добраться до этого ".

"Он внутри; он нашел это". Был мотив, подумала Ева. Там было личное. "Какого черта они не уничтожили файл, если продолжали использовать ее, а он числился в платежной ведомости?"

"Я бы сказал, кто-то облажался, но по сути HSO - это бюрократия, а бюрократии нравится бумажная волокита".

"У него есть постоянный адрес?"

"Прямо здесь, в Нью-Йорке".

Она оглянулась на него через плечо. "Это, блядь, слишком просто".

"Верхний Ист-Сайд, в городском доме, которым он владеет под именем Фрэнк Плутц".

"Плуц? Серьезно?"

"Фрэнк Дж. Плутц, нанятый HSO, который указан в их официальном досье как супервайзер отдела технических исследований и разработок в США. Что, конечно, полная чушь. Он, черт возьми, намного больше ".

Теперь Ева изучала фотографию мужчины средних лет с редеющей копной седых волос, круглым лицом, немного тяжелым подбородком и мягкими голубыми глазами, который сдержанно улыбался с настенного экрана.

"Боже. Он выглядит безобидным ".

"Он пережил городские войны в подполье, работал по крайней мере на две разведывательные организации, ни одна из которых не слишком беспокоится о пролитой крови. Я бы сказал, что внешность обманчива."

"Мне нужно собрать команду и навестить обманчиво безобидного мистера Плутца".

"Я хочу играть. И я очень хочу встретиться с этим человеком".

"Я думаю, ты это заслужил".

Его глаза заблестели. "Если вы не посадите его в клетку, интересно, что я могу предложить ему за переход в частный сектор".

Восемь

Поскольку обезвреживание шпиона не было ее обычной работой, Ева выбрала небольшую, сплоченную команду. У нее было два офицера в мягкой одежде, размещенных в задней части аккуратного городского дома в Верхнем Ист-Сайде, Макнаб управлял коммуникатором вместе с Рорком в фургоне без опознавательных знаков. Она, вместе с Пибоди, выйдет вперед.

Ей показалось, что это немного чересчур для одного человека, но она должна была учитывать, что один человек имел более чем сорокалетний опыт шпионской деятельности и сумел ускользнуть с парома, на борту которого находилось более трех тысяч человек, с мертвым телом.

В фургоне она проверила запись с камеры наблюдения на транспортной станции. "Вот он, выглядит безобидно. Компьютер, увеличьте шестой сегмент на тридцать процентов."

Человек, в настоящее время известный как Фрэнк Дж. Плутц, увеличивался на экране, когда он перебирал свой путь через тикер. "Анонимный бизнесмен, в комплекте с чем-то похожим на потрепанный портфель и небольшую сумку для переноски. Слегка полноватый, слегка лысеющий, немного отвисший подбородок."

"И это тот парень, который зарезал убийцу высокого уровня, а затем свалил с ней". Макнаб, его солнечные волосы были зачесаны назад в гладкий хвост, мочки ушей утяжелены полудюжиной разноцветных шпилек каждая, покачал головой. "Он немного похож на моего дядю Джако. В нашей семье он знаменит тем, что выращивает огромную репу ".

"Он делает!" Пибоди похлопала любовь всей своей жизни по плечу. "Я встретил его на прошлый День благодарения, когда мы ездили в Шотландию. Он восхитителен".

"Да, я уверен, что этот такой же очаровательный, как дядя Джако. В духе "оставляя после себя большую, грязную лужу крови". Он получил оружие - как мы предполагаем - через сканеры без сучка и задоринки. Что, к сожалению, не так сложно, как должно быть. Что более важно, из моего источника, он возглавлял или был вовлечен в изобретение и разработку всевозможных высокотехнологичных устройств, в частности оружия и средств связи ".

"Рад с ним познакомиться", - сказал Макнаб и получил быструю усмешку от Рорка.

"Прямо с тобой".

"Надеюсь, вы, гики, скоро сможете по-настоящему мило поболтать". Ева перевела взгляд на другой монитор. "Я не вижу там никакого источника тепла".

"Это было бы потому, что его нет". Рорк продолжил сканирование дома. "Я сделал три сканирования, каждое по теплу, по движению. Там внутри никого нет ".

"Лишает этого удовольствия. Что ж, у нас есть ордер. Пойдем, Пибоди. Макнаб, не спускай глаз с улицы. Если он вернется домой, я хочу знать об этом ".

"Берегите спину, лейтенант", - сказал Рорк, когда она вылезала. "Их не просто так называют призраками".

"Я не верю в привидения".

"Держу пари, они верят в тебя". Пибоди спрыгнула на землю рядом с ней.

Осматривая здание, Ева вытащила своего мастера, когда они подошли к двери. "Мы заходим так, как зашли бы, если бы у нас внутри был подозреваемый. И мы очищаем территорию, комнату за комнатой ".

Пибоди кивнула. "Парень, который может исчезать, вероятно, мог бы превзойти датчик температуры и движения".

Ева только покачала головой, затем постучала кулаком в дверь. "Это полиция". Она использовала своего мастера, чтобы отпереть дверь, заметила, что стандартный индикатор безопасности сменил цвет с запертого красного на открытый зеленый. "У него здесь камеры. Я не могу их видеть, но они у него есть. Тем не менее, на замках нет резервных копий, и накладка на ладонь не активирована."

"Это как приглашение".

"Мы принимаем. Мы идем внутрь", - сказала Ева, чтобы предупредить остальных членов команды.

Она вытащила свое оружие, кивнула Пибоди. Они ломятся в дверь, Пибоди на взводе, Ева на взводе. Осмотрел короткое фойе с железной подставкой для зонтиков и вешалкой для одежды и узкий коридор с потертой синей дорожкой. По жесту Евы они снялись с места, очистив первый этаж, перейдя на второй, затем на третий.

"У нас все чисто". Ева изучила данные и коммуникационное оборудование, оборудование для наблюдения и безопасности, расставленное по скромной комнате на третьем этаже. "Синяя команда, займите первый этаж. Рорк, Макнаб, вы можете пригодиться нам на третьем этаже ".

"Ты думаешь, он вернется?" Пибоди задумалась.

"Это так много, что приходится оставлять позади. Я гарантирую, что все это не зарегистрировано, откалибровано так, чтобы скрываться от радаров CompuGuard. Но нет, он закончил здесь. С ним покончено".

"Его жена и ребенок?" Пибоди указала на фотографию в рамке на консоли.

"Да". Ева подошла, открыла мини-холодильник. "Вода и энергетические напитки". Она нажала меню автозапуска. "Быстрые, легкие блюда". Такой, подумала она, был бы у нее в собственном мини-холодильнике - если бы она не забывала запастись им - до того, как вышла замуж за Рорка. "Диван с подушкой, одеялом, настенный экран, прилегающий к Джону. Он проводил большую часть своего времени здесь, наверху. Остальная часть дома, это просто пространство ".

"Все выглядит таким аккуратным, вроде как домашним и опрятным".

Ева издала звук согласия, когда повернула в соседнюю комнату. "Виртуальная подгонка. Это хороший отряд. Он хотел поддерживать форму. Тренажер для поднятия тяжестей, мячи для мышц, дроид для спарринга. Женщина, и, по предположению, примерно такого же роста и веса, как Бакли."

Ева изучала привлекательного светловолосого дроида, в данный момент отключенного и прислоненного к стене в углу. "Он практиковал здесь". Она прошла через комнату, открыла дверцы встроенного шкафа. "Вау, сундук с игрушками".

"Срань господня". Пибоди уставилась на выставку оружия. "В конце концов, не так уж и похож на дядю Джако".

Ножи, биты, парализаторы, бластеры, дубинки, короткие мечи, пистолеты, метательные диски - все блестело в аккуратном строю.

"Парочки не хватает", - отметила Ева, постукивая по пустым держателям. "Судя по форме, он взял пару ножей и парализатор. В одной из его ручных кладей, при нем."

"Это тоже многое, что нужно оставить позади", - прокомментировала Пибоди.

"Он сделал то, что намеревался сделать. Они ему больше не нужны ". Она обернулась, когда Рорк вошел с Макнабом, и уловила блеск в глазах Рорка, когда он направился к оружейному сундуку. "Не прикасайся".

Едва заметная морщинка раздражения омрачила его лоб, но он сунул руки в карманы. "Милая маленькая коллекция".

"Не бери в голову никаких идей", - пробормотала она себе под нос. "Это по соседству, ты можешь быть полезен". Она шла впереди и услышала, как Рорк и Макнаб замычали от удовольствия, как некоторые мужчины при виде хорошенькой женщины.

"Рай для гиков", - предположила она. "Запечатай, затем посмотри, что ты сможешь найти обо всем этом. Пибоди, давай поднимемся на второй этаж."

"Ты хочешь, чтобы я отправил кого-нибудь взять на себя уличное наблюдение?" - Спросил Макнаб.

"Он не вернется. Он не возвращался с тех пор, как достал оружие из сундука. Ему больше не нужно это место ".

"В шкафу все еще есть одежда", - заметила Пибоди, когда они начали спускаться. "Я видел их, когда мы убирали спальню".

"Я скажу тебе, чего мы не найдем. Мы не найдем ни одного из его удостоверений личности, ни одной из его наличных на случай непредвиденных обстоятельств, ни одной кредитной карточки, паспорта ".

Она переехала в спальню, где обстановка была спартанской по опрятности и домашней из-за толстых подушек и потертых тканей. Она открыла шкаф.

"Три костюма - черный, серый, коричневый. Видишь, как они расположены, промежутки между ними? Вероятно, было еще трое. То же самое с рубашками, запасными брюками. Он взял то, что ему было нужно ". Она присела, подняла пару крепких черных туфель, перевернула их, чтобы показать стоптанные каблуки и потертые подошвы. "Скромный. Жили осторожно, комфортно, но без каких-либо излишеств. Бьюсь об заклад, соседи будут говорить, каким милым, обходительным человеком он был. Тихий, но дружелюбный."

"У него есть перегородки для ящиков. Ячейки для носков, боксеров, майок. И да, " добавила Пибоди, " похоже, не хватает нескольких пар. Во втором ящике спортивная одежда. Футболки, спортивные костюмы, спортивные носки."

"Продолжай в том же духе. Я займу вторую спальню."

Через холл, в комнате поменьше, превращенной в подобие кабинета, Ева открыла другой шкаф. Она нашла парики, подносы с косметикой, шпаклевку для лица, прозрачные коробки с различными прическами на лице, формами тела.

Она увидела свое отражение, спереди и сзади, в зеркальных дверях.

Она начала систематический обыск комнаты, затем ванной. Он многое оставил позади, подумала она. Обычные части человека. Расческа, зубная щетка, одежда, книги и музыкальные диски, пара ухоженных комнатных растений.

Всем хорошо пользовались, подумала она, за всем хорошо ухаживали. Очень чистый, упорядоченный, без навязчивости.

Еда в автокефале, тапочки у кровати. Все это создавало впечатление дома, в который кто-то скоро вернется. Пока ты не заметил, не было ничего важного. Ничего, что нельзя было бы легко заменить.

Кроме фотографии над его рабочим местом, размышляла она. Но у него были бы копии этого. Конечно, у него были копии того образа, который им двигал. Она снова изучила парики и другие усовершенствования.

Он оставил все это, а также оружие, электронику. Оставил того, кем был все эти годы? она задумалась. Он сделал то, что намеревался сделать, так что теперь ничто из этого не имело для него значения.

Вошла Пибоди. "Я нашел сейф, открытый и пустой".

"Один и здесь тоже".

"И кусочки клея за ящиками, за изголовьем кровати".

Ева кивнула. "Под раковинами в ванной, за унитазом. Он осторожный парень. Я бы сказал, что он хранил оружие, документы для побега в нескольких местах по всему дому, на случай, если ему придется быстро убираться. "

"Мы не собираемся его искать, Даллас. Он в ветре. Это то, что он делает ".

"Что он сделал. Я бы сказал, что с ним покончено, так что это зависит от того, что он решил делать дальше. Проверь на первом этаже, хорошо?"

Ева поднялась наверх и обнаружила Рорка и Макнаба, склонившихся над электроникой. На четырех маленьких мониторах она видела различные помещения дома - Пибоди, спускающуюся по ступенькам, двух ее мужчин, обыскивающих пустую кухню, вид на улицу с фасада дома. Каждые десять секунд изображение менялось на другое местоположение.

"Парень дважды прикрыл свою задницу", - сказал ей Макнаб. "Это место подключено к сети, ни один трюк не пропущен. Движение, тепло, свет, вес. У него повсюду, черт возьми, датчики "жучков". И проверь это".

Он щелкнул выключателем, и в стене рядом с ней открылась панель. Она заглянула внутрь, осмотрела лестницу и оружие, прикрепленное к стене. "Экстренная эвакуация".

"Ледяной. Плюс, он мог бы закрыть и запереть эту дверь прямо отсюда ".

"Он взрывозащищенный", - добавил Рорк. "Его C и D похоронены здесь, но мы их выкапываем. Я должен был бы сказать, что это не так хорошо защищено, как я ожидал, если учесть остальную безопасность ".

Макнаб пожал плечами. "Может быть, он решил, что ему не нужно беспокоиться о том, что кто-то зайдет так далеко".

"Или его не особенно заботило, что они найдут в этот момент".

Она снова взглянула на фотографию. "Возможно. Похоже, с ним покончено, и с плащом-невидимкой или без нее он исчез. Нет причин оставаться в Нью-Йорке. Он устранил свою цель. Мы копаем здесь, надеясь найти какую-нибудь связь с тем, куда он мог пойти. Если мы не найдем это, нам придется связаться с HSO ".

Рорк одарил ее долгим, холодным взглядом. "Я не вижу в этом ценности".

"Это не вопрос ценности. Это подлость. Он их оперативник. Если он стал кроликом или мошенником и у него есть устройство, столь же опасное, каким может быть это, нам понадобятся их ресурсы ".

"Оставь нас на минутку, не мог бы ты, Йен?"

Макнаб взглянул на Рорка, затем на Еву. Ему не нужен был датчик, чтобы чувствовать вспышки напряжения и неприятностей. "Ах, конечно. Я... ах, посмотрим, смогу ли я помочь ей ".

"Это моя работа", - начала она, как только они остались одни. "Когда я доложу о том, что у нас здесь есть, Уитни прикажет мне связаться с Министерством внутренних дел и передать им то, что у меня есть".

"У вас нет ничего, " сказал он ровным голосом, " кроме туманной связи некоего Фрэнка Плутца, по словам "анонимного источника", связывающего его с HSO и Бакли".

"У меня есть он, садящийся на паром и не сходящий с него, что обеспечило ордер больше, чем источник. У меня есть то, что мы нашли здесь ".

"И что вы нашли здесь, что подтверждает, что он оперативник HSO, или что он нацелился на Бакли и убил его?"

Она почувствовала, как задрожали мышцы ее живота, даже когда ее позвоночник напрягся. "Мы знаем, что у него есть потенциально опасное оружие. Возможно, он намеревается продать это оружие. В чужих руках ..."

"Родина не в чужих руках?" - Потребовал Рорк. "Можешь ли ты стоять там и говорить мне, что они ничуть не такие безжалостные и смертоносные, как любое иностранное пугало, которое ты можешь назвать? После того, что они с тобой сделали? Что они позволяли делать с тобой, когда ты был ребенком? Стоять рядом, слушать, ради всего Святого, пока твой отец бил тебя и насиловал, и все в надежде, что они смогут использовать его, чтобы поймать монстра покрупнее?"

Дрожь в ее животе превратилась в бурю. "Одно не имеет ничего общего с другим".

"Чушь собачья. Вы пытались "работать" с ними раньше, не так давно. И когда ты обнаружил убийство и коррупцию, они попытались погубить тебя. Чтобы убить тебя".

"Я знаю, что они сделали. Черт возьми, это была не организация, как бы я ее ни презирал, а отдельные люди внутри нее. Иван Драски, вероятно, сейчас за тысячи миль отсюда. Я не могу преследовать его за пределами Нью-Йорка. Я не знаю, где он может попытаться продать эту вещь ".

"Я займусь этим".

"Рорк..."

"Черт возьми, Ева, ты же не собираешься просить меня быть рядом во второй раз. Я сделал то, о чем ты просил раньше. Я отпустил это. Я отпускаю тех, кто был причастен к тому, что тебя оскорбляли и мучили ".

Теперь это было ее сердце, сжимающееся в кулак от напряжения. "Я знаю, что ты сделал для меня. Я знаю, чего тебе стоило это сделать. У меня не будет выбора. Это национальная безопасность. Ради бога, Рорк, я не хочу привлекать их к делу. Я не хочу иметь с ними ничего общего. Меня от этого тошнит. Но это не обо мне, или о тебе, или о том, что случилось, когда мне было восемь ".

"Ты дашь мне двадцать пять наших часов. Я не спрашиваю, - сказал он, прежде чем она смогла заговорить. "Не в этот раз. Ты дашь мне двадцать f наших часов, чтобы выследить его."

Здесь был холод и безжалостность, которые скрывались под цивилизованностью. Она знала это, понимала это, даже принимала это. "Я могу тянуть так долго. В двадцать пять минут нашего времени и одну минуту я должен его перевернуть ".

"Тогда я буду на связи". Он начал проходить мимо нее, остановился, посмотрел ей в глаза. "Мне будет жаль, если у нас возникнут разногласия по этому поводу".

"Я тоже".

Но когда он ушел, она поняла, что иногда сожалеть - это все, на что ты способен.

Девять

Когда след простыл, эмпирическим правилом Евы было вернуться к началу. Во второй раз она стояла на палубе парома под голубым летним небом.

"Согласно дискам службы безопасности, жертва поднялась на борт первой". Ева изучила маршрут от транспортной станции до палубы. "Он был легко на сотню пассажиров позади нее. Отстал от нее на несколько минут".

"Не похоже, что он мог держать ее в поле зрения", - прокомментировала Пибоди. "И, судя по записи, не похоже, что он пытался".

"Два вероятных сценария. Ему удалось установить на нее маячок, или он назначил эту встречу заранее. Поскольку я не могу придумать ни одной причины, по которой он стал бы рисковать или ставить на шансы, ставлю на то, что он сделал и то, и другое ".

"Мы не обнаружили ничего, что указывало бы на то, что она встречалась с третьим лицом на Стейтен-Айленде".

Ева тяжело вздохнула. "Я бы сказал, что мы многого не выяснили. Пока." Она начала подниматься на вторую палубу. "Она поднялась сюда. Мы получили это из камеры парня Грогана. Поездка занимает меньше получаса, так что, если бы у нее была встреча, и если бы она планировала совершить обмен, она бы не стала ждать слишком долго, как только они покинули порт. Насколько мы можем судить, Кэроли зашла в туалет менее чем на полпути к выходу. Примерно через десять минут."

"Но поскольку она не помнит, и у нас нет тела, чтобы вычислить ТОД, мы не знаем, был ли Бакли уже мертв, когда Кэроли вошла".

"Шансы таковы". Ева стояла у поручней, представляя качку и гул парома, толпы, вид. "Много волнения, когда люди садятся на борт, верно? Толпы счастливых туристов отправляются в приключение. Люди занимали бы свои места у перил, перекусывали, фотографировались. Если я Бакли, я занимаю свою позицию, оцениваю ее ".

Она села на скамейку. "Сидя здесь, и вы можете поспорить, что она сидела здесь раньше, иначе она никогда бы не выбрала или не согласилась с местом, она может судить о толпе, движении, времени. Если я Бакли, я переезжаю на место встречи как можно ближе к выходу из порта."

Поднявшись, Ева побрела в направлении туалета. "Это было примерно за десять минут до того, как вошел Гроган. Уйма времени для убийства. Если Гроган вошла до нападения, почему бы не позволить ей закончить, убраться? Если бы она вошла во время, она должна была быть в состоянии окликнуть или выйти и поднять тревогу. Она упала в точке, разделяющей кабинки и раковины. Там уборщики нашли следы ее крови и кожи от удара головой об пол. Она только что отвернулась к стене. И получил представление ".

"Как ты думаешь, Мира может помочь ей вспомнить?"

"Я думаю, это стоит попробовать. Тем временем..." Ева свернула в сторону концессии. "На глазах у всех Кэроли и ребенка..."

"Пит".

"Верно. Они направляются к зоне концессии, затем сворачивают к туалетам." Ева следовала наиболее логичным маршрутом. "Встаньте здесь, обсудите. Подожди меня, бла-бла-бла. Кэроли смотрит, как парень входит, затем замечает табличку на двери. Обсуждает, затем решает все-таки попробовать. И после этого ничего не помнит. Итак, мы восстанавливаем. Исходя из теории, что встреча была назначена заранее, а убийство было преднамеренным, Драски должен был войти первым. Это женский туалет; он парень ".

"Верно. Ну, он мог проскользнуть, когда большинство людей сосредоточено на просмотре, но знак "Не в порядке". Ему было бы умнее войти, выглядя как обслуживающий персонал. Униформа."

"В который он мог проскользнуть прямо по соседству". Ева указала в сторону другого туалета. "Если мы имеем дело с преднамеренным убийством и необходимостью спрятать или перевезти тело, ему понадобятся средства. Никто не стал бы допрашивать парня из обслуживающего персонала, который заходит в неисправную ванную комнату и толкает перед собой корзину ".

"Ни одна из корзин не пропала".

"У него был час, чтобы положить это обратно. Он выходит оттуда" - Ева указала в сторону мужского туалета - "идет сюда. Кто замечает? Очевидно, никто. Внутри, чтобы дождаться Бакли ".

Ева толкнула дверь. "Я сомневаюсь, что он потратил много времени, когда она вошла".

"Невозможно было запереть дверь изнутри, " начала Пибоди, - и невозможно было подстроить ее закрытие, потому что ему нужен был Бакли, чтобы войти".

"Да, чтобы он не тратил много времени. Он хотел бы убедиться, что у нее есть платеж, она хотела бы убедиться, что у него есть устройство. Просто бизнес".

Застывшая лужа крови, размазанная теперь по нескольким образцам, говорила о природе этого дела. Как и легкий запах химикатов, слабый слой пыли, оставленный подметальными машинами, говорил о результатах этого бизнеса.

Как и нож с длинным лезвием на полу.

"Включить запись", - приказала Ева, затем, избегая крови, все еще остававшейся на полу, приблизилась к ножу.

"Но... как, черт возьми, это сюда попало?" - Потребовала Пибоди. "У нас весь паром окружен охраной".

"Долбаный плащ-невидимка", - пробормотала Ева, - "отвечает на этот вопрос. Итак, первый вопрос: почему это здесь?" Она изучила его там, где он лежал. "В стиле кинжала, лезвие примерно шестидюймовое. Это похоже на кость. Это объяснило бы, как он пронес это через сканеры безопасности. Натуральный материал прошел бы, и, вероятно, у него была безопасная щель в том портфеле, который он носил с собой. Некоторая защита от сканера формы, веса."

Она покрыла руки перед тем, как поднять нож. "Хороший вес. Хорошая хватка." Проверяя, она повернулась, рубанула воздух. "Хороший охват. Тебе не нужно подходить близко. Расстояние вытянутой руки плюс шесть. Что касается меня, я бы использовал спусковой крючок на запястье. Щелчок, он у тебя в руке, проведите пальцем, перережьте горло ".

Пибоди потерла свои собственные. "Ты когда-нибудь думал о том, чтобы вступить в игру "Убийство"?"

"Убивать ради бизнеса, ради прибыли, это была ее линия поведения, не его. Это было личное. Хотя, конечно, это заняло у него достаточно много времени." Она оценила брызги, лужу, провела второй раз, покружила, уколола, разрезала.

"И теперь он берет на себя труд вложить оружие в наши руки, чтобы мы могли увидеть, что и как".

"Возможно, хвастаюсь".

Ева повернула лезвие, изучила пятна крови. "Это не похоже на хвастовство". Она достала пакет для улик, запечатала оружие внутри, пометила его. Держа его, она посмотрела в сторону двери. "Если бы Кэроли вошла сейчас, она увидела бы его, увидела тело, как только повернулась к партеру. Это значит, что между ними примерно десять футов, а она находится менее чем в двух шагах от двери. Что бы сделало большинство людей, когда они становятся свидетелями убийства?"

"Кричи и беги", - подсказала Пибоди. "И она должна была сделать это, или, по крайней мере, подобраться близко. Плюс, если бы он пошел за ней вот так, можно подумать, что он наступил бы в кровь. Она могла упасть в обморок. Просто отключился от холода. Ударилась головой об пол ".

"Да, или он мог бы оглушить ее. Бросил ее. Низкая настройка. Это дало бы ему немного времени, чтобы разобраться, как обращаться с переменной. Он должен вынести тело, но он бы подготовился к этому. Может быть, выстелил корзину для белья, конечно, мешок для трупов. Загрузите это - вместе с униформой. Он должен был быть запятнан кровью ".

"Тогда он использовал бы бластер памяти на Кэроли, когда она приходила в себя".

Ева подняла брови при слове "разрушитель памяти". "Когда она под кайфом, он говорит ей, что она собирается помочь ему. Он вышел бы первым ".

"Вдохнови людей в этом секторе палубы. Он мог сделать это, когда пробирался туда, куда хотел попасть. Это одна морозная игрушка ".

"Это не игрушка. Это смертельно. Если это делает то, что задумано, это лишает тебя твоей воли. Ты теряешь, кто и что ты есть ". Хуже смерти для нее была потеря себя. "Ты всего лишь дроид, пока эффект не пройдет". Она снова изучила нож. "Палки, камни, ножи, пистолеты, бластеры, бомбы. Кто-то всегда ищет что-нибудь более сочное. Это." Она снова нащупала нож в пакете для улик. "Это может лишить тебя жизни. Эта другая вещь, она занимает твой разум. Я бы предпочел встретиться лицом к лицу с клинком ".

Она взглянула на свое наручное устройство. Двадцать пять наших часов Рорка сократились до двадцати, и мы считаем. Чего бы ей это ни стоило, она не могла уделить ему ни минуты больше.

Маленькая пекарня с ее солнечными двумя столешницами и витринами с глянцевой выпечкой могла показаться странным местом для встречи с торговцем оружием, но Рорк знал склонности Джулиана Шамейна.

Он также знал, что пекарню, которой управляла племянница Шамейна, дважды в день проверяли на наличие подслушивающих устройств, а стены и окна были защищены от электронных глаз и ушей.

Что было сказано там, там и осталось.

Шамейн, крупный мужчина, чье широкое лицо и широкий живот свидетельствовали о его любви к кулинарным способностям племянницы, тепло пожал Рорку руку, затем указал на место через стол.

"Прошло некоторое время", - сказал Шамейн с намеком на его родную страну в словах. "Уже четыре, пять лет".

"Да. Ты хорошо выглядишь ".

Шамейн рассмеялся громким басовитым смехом, похлопывая себя по огромному животу. "Действительно, сытый. А, вот и дочь моей племянницы, Марианна." Шамейн улыбнулся молодой женщине, когда она подавала кофе и тарелку с маленькими пирожными. "Это мой старый друг".

"Рад с вами познакомиться. Только двое, дядя Джулиан." Она погрозила пальцем. " - сказала мама. Наслаждайся", - добавила она Рорку и поспешила прочь.

"Попробуй éклер", - сказал Шамейн Рорку. "Простой, но изысканный. Итак, брак - это хорошо?"

"Очень. А твоя жена, твои дети?"

"Процветающий. Сейчас у меня шестеро внуков. Награда за старость. Тебе следует создать семью. Дети - это самое настоящее наследие мужчины ".

"В конце концов". Понимая свою роль, Рорк попробовал éclair. "Ты прав. Превосходно. Это красивое место, Джулиан. Веселый и хорошо бегающий. Наследие другого рода".

"Это радует меня. Осязаемое, каждый день, немного сладкого ". Шамейн отправил в рот крошечную слойку с кремом и закрыл глаза от удовольствия. "Любовь хорошей женщины. Я думаю о том, чтобы уйти на покой и наслаждаться всем этим больше. Я слышал, вы продолжаете заниматься, но также ушли с некоторых предприятий ".

"Любовь хорошей женщины", - повторил Рорк.

"Итак, нам обоим здесь повезло. Интересно, почему ты попросил встретиться со мной и разделить выпечку и кофе."

"Иногда мы были партнерами или дружелюбными конкурентами. В любом случае, мы честно относились друг к другу. Мы всегда могли обсудить бизнес и важные товары. Я чувствую, что мы потеряли время ".

Он увидел, как брови Шамейна приподнялись, прежде чем мужчина поднял свой кофе и сделал долгий, медленный глоток. "Время - ценный товар. Если бы это можно было купить и продать, торги были бы очень высокими. Время побеждает в войнах не меньше, чем кровь. Какой человек не хотел бы, чтобы его враг терял время?"

"Если бы существовало оружие, способное вызвать подобное, оно стоило бы очень дорого на рынке".

"Очень многое. Такое оружие и технология для создания других, подобных ему, потребовали бы миллиардов. Будет пролита кровь, а также потрачены состояния, чтобы обладать этим. Играли в опасные игры".

"Сколько бы вы были готовы заплатить, если бы такая вещь существовала?"

Шамейн улыбнулся, выбрал другое пирожное. "Что касается меня, я старомоден и близок к выходу на пенсию. Если бы я был моложе, я бы искал партнеров, создавал союзы и участвовал в торгах. Возможно, человек вашего возраста, вашего положения задумывался о такой вещи ".

"Нет. Это не тот товар, который соответствует моим текущим интересам. В любом случае, я бы подумал, что торги будут закрыты в этот день ".

"Окно закрывается в полночь. Игры, друг мой, опасные игры." Он испустил долгий вздох. "Это заставляет меня пожалеть, что я не был моложе, но за некоторыми играми лучше наблюдать со стороны, особенно когда поле в крови".

"Интересно, знают ли люди дома об игре, о ее текущем статусе".

"Люди дома, похоже, недооценили игру и игроков. Можно сказать, близорукие, и их уши не так близко к земле, как могли бы быть. Женщины - безжалостные создания и превосходны в бизнесе. Убедительный."

Рорк на мгновение замолчал. "Если бы я был игроком, делающим ставки, и находился в стороне, мне было бы интересно узнать, что ключевой игрок выбыл, и его больше нет на поле".

"Это так?" Шамейн поджал губы, услышав эту информацию, затем кивнул. "Ах, ну, как я уже сказал, опасная игра. Попробуй наполеон".

В течение часа, вооруженный загадочными произведениями, предложенными Шамейном, Рорк сидел в своем личном кабинете. Очевидно, Бакли намеревался обменять устройство - или, что более вероятно, убить мальчика-разносчика и уйти с ним. Жадность и высокомерие убили не меньше, чем клинок. Было ли это самозащитой с самого начала или подставой для мести?

Это была не его проблема, а Евы, подумал он. Его задачей было бы выследить Ивана Драски и устройство. Она сдержит свое слово в течение двадцати четырех часов, точно так же, как он сдержал свое, не стремясь отомстить оперативникам, которые были причастны к тому, что ее мучили и насиловали в детстве, которые позволили этому ребенку бродить по улицам, сломленному и ошеломленному, после того, как она убила, чтобы спасти себя.

Он уничтожил данные об этих мужчинах, ради нее. Но их имена были запечатлены в его памяти. Итак, он начал процесс взлома своего пути через агентство и к тем людям. Во время вторичного поиска он начал охоту за Иваном Драски и потерял время.

Полностью погрузившись в свои дела, он взглянул на дисплей своего карманного линка, когда тот подал сигнал.

"Да, Йен".

"Как и обещал, я отмечаю тебя первым и молюсь, чтобы Даллас не содрал с меня шкуру за это".

"Я бы не волновался".

"Не твоя задница", - ответил Макнаб. "Я прошел через щиты и предохранители. Этот парень мега- еще более мега, потому что едва заметно, что он снял некоторые из этих щитов и предохранителей, чтобы кто-то с солидными навыками мог пройти ".

"Это так?" Прокомментировал Рорк.

"Это мое мнение. Я говорю, что у меня есть серьезные навыки, но это должно было занять у меня пару дней, а не пару часов ".

"Что означает, что он хотел, чтобы информация была найдена". Рорк просмотрел свои собственные данные, перемешал информацию и теории вместе. "Интересно. Что ты нашел?"

"У него есть мегабайты на эту Дану Бакли, огромное досье на нее, в комплекте с наблюдением - глаза и уши. Я просмотрел, и если половина этого материала правда, она была ужасной сукой ".

"И он следил за ней и документировал".

"Веду учет наверняка, назад, похоже, около шести месяцев. Дело в том, что данные получены за многие годы и из различных источников. Но он начал собирать это здесь только примерно шесть месяцев назад. Много всякой всячины высокого уровня. Возможно, у меня нет допуска к просмотру, но, эй, я просто делаю свою работу. Но вот что на самом деле является инеем на льду".

"Он проводит аукцион".

"Черт". На экране лицо Макнаба вытянулось. "Почему я проработал свою персональную материнскую плату до предела? Но ты понял это правильно лишь отчасти. Она руководит аукционом, что чертовски сложно, учитывая, что она мертва ".

"Ах". Рорк откинулся на спинку стула, когда для него все встало на свои места. "Да, это умно".

"Он заканчивается в удаленном месте. Он скачет по всему аду и обратно, искажая сигнал. Я бы не нашел источник, если бы не был прямо в эпицентре событий. И, что ж, надо быть честным, если бы он не оставил хлебных крошек. Адрес в Верхнем Ист-Сайде. Шикарно. Когда я запускаю его, я узнаю, что он принадлежит Долорес Грегори. Это один из псевдонимов Бакли ".

"Так оно и есть. Это хорошие данные. Теперь тебе лучше позвонить своему лейтенанту ".

Десять

Используя своего мастера, Ева открыла замки и отключила систему безопасности в квартире в Верхнем Ист-Сайде. "Это было слишком просто", - сказала она Пибоди. "Совсем как городской дом в Плутце. Мы действуем по горячим следам ".

Она вытащила свое оружие, прошла через дверь для первого удара.

Тихо, думала она, пока работала направо, а Пибоди налево. Много дорогого пространства, заполненного дорогими вещами. Стена из окон вела на террасу, достаточно высокую, чтобы обеспечить вид на реку. Внутри богатые ткани подчеркивали блестящее дерево, а на стенах преобладали произведения искусства. То же самое было верно и в главной спальне, где в шкафу хранился целый лес одежды.

"Кое-что проясняется", - прокомментировала Пибоди. "Я думаю, что некоторые из этих картин - оригиналы. Я полагаю, что убийцы высокооплачиваемы."

"Это полная противоположность Драски. Она жила высоко, он жил низко. Легко недооценивать того, кто живет спокойной жизнью ".

"Легко стать самоуверенным, " добавила Пибоди, " когда живешь на взводе".

"Да, это так". Ева указала на панель безопасности на дверном проеме второй спальни. Он мигнул открытым зеленым.

"Боже, это было неосторожно с ее стороны".

"Не она. Он положил эти хлебные крошки, он снизил уровень безопасности. Мы именно там, где он хочет, чтобы мы были." Она толкнула дверь, подмела ее, затем убрала оружие в кобуру.

В комнате было холодно, почти фригидно. Способ сохранить тело как можно более свежим, подумала она, изучая Дану Бакли. Он расположил ее окровавленную оболочку на стуле под углом к фотографии жены и дочери в рамке и единственной розе, которую он поставил рядом с ней.

"Что ж". Пибоди с шипением выдохнула. "Она больше не потеряна".

"Вызови его. Тебе лучше пойти за полевыми аптечками ".

Пока она ждала, Ева изучала комнату. Ее логово, подумала она. Она ожидала, что они найдут оборудование незарегистрированным, и большая часть данных на нем незаконно взломана. Не так уж сильно отличается от своего убийцы, подумала она, вплоть до фотографии.

На настенном экране отображался текущий статус торгов. До нашего миллиарда четыре с половиной десятых, размышляла она, осталось еще несколько часов.

Он не забрал тело в качестве доказательства. Не ради трофея, а лишь отчасти, чтобы выиграть это время. В конце концов, он принес это сюда, чтобы, пока ее жадность бежала за ее спиной, она невидяще смотрела на невинных, которых убила.

Он забрал тело, подумала она, чтобы отдать дань уважения своей семье.

"У нас есть электронная команда и уборщики в пути". Пибоди открыла походный набор, передала Еве запечатанный пакет.

Ева кивнула и подумала, что они не найдут ничего такого, чего он не хотел бы, чтобы они нашли. "Я хочу, чтобы все найденные данные были скопированы. Нам придется передать это любому агентству, которому прикажет командир, но у нас будет подкрепление ". Она повернулась к своему партнеру. "Я думаю, мы только что возглавили срыв целой группы действительно плохих парней. Такого рода вещи просачиваются в СМИ ".

"Я не знаю, радоваться мне или бояться".

"Будь доволен. Теперь давайте сделаем работу и разберемся с ней. Запись включена".

Рорк откинулся на спинку стула, переваривая данные, которые он только что обнаружил. Странно, подумал он, мир был очень странным и по иронии судьбы маленьким местом. И люди в нем никогда не были полностью предсказуемы. Он сохранил и скопировал данные, сунул копию в карман.

Он подошел к домашнему монитору. "Где Соммерсет?"

Соммерсет в гостиной, на главном уровне.

"Тогда ладно, прекрасное место для беседы".

Спускаясь по лестнице, он услышал голоса и раскаты веселого смеха Соммерсета. Для Соммерсета не было чем-то необычным присутствие компании в доме, но это определенно не было обычным.

Заинтересованный, он вошел. Затем остановился и покачал головой. "Да, непредсказуемый".

"Рорк, я рад, что ты спустился. Я не хотел вас беспокоить, но я рад представить вас старому другу. Иван Драски."

Когда мужчина поднялся, Рорк пересек комнату, чтобы пожать руку нынешней жертве своей жены.

"Иван и я работали вместе в очень темные времена. Он был едва ли старше мальчика, но сделал себя незаменимым. Мы не видели друг друга годами, так что мы вспоминали старые времена и новые ".

"Неужели?" Рорк сунул руки в карманы, где диск наткнулся на серую кнопку, которую он носил на удачу и по любви. "Насколько новый?"

"Мы не совсем догнали настоящее". Иван слегка улыбнулся. "Я подумал, что с этим следует подождать, пока твоя жена не вернется домой. Я верю, что у нее будет интерес ".

"Я принесу еще чашек для кофе". Соммерсет коротко положил руку на плечо Айвена, прежде чем покинуть комнату.

"Ты вооружен?" - Спросил Рорк.

"Нет". Иван поднял руки, приглашая к поиску. "Я здесь не для того, чтобы причинить кому-либо вред".

"Тогда присаживайся, и, может быть, тебе стоит ввести Соммерсета и меня в курс дела".

Иван сел, и мгновением позже Галахад прыгнул к нему на колени. "Он хороший кот".

"Он нам нравится".

"Я не держу домашних животных", - продолжил Айвен, поглаживая Галахада по всей длине. "Я не мог смириться с мыслью, что от меня снова зависит живое существо. А дроиды, ну, это не одно и то же, не так ли? Я не хочу приносить неприятности в ваш дом или расстраивать моего старого друга. Если бы в этом был замешан кто угодно, кроме вашей жены, я думаю, я был бы где-нибудь в другом месте ".

"Почему моя жена?"

"Я хотел бы сказать ей", - сказал Айвен, когда Соммерсет вернулся.

"Лейтенант прошел через ворота". Он поставил чашку, чтобы налить.

"Это должно быть интересно", - пробормотал Рорк. Он отказался от кофе, предложенного Соммерсетом, решив, что ему могут понадобиться обе руки.

Ева вошла в дом и нахмурилась. Редко можно было не застать Соммерсета, притаившегося в фойе, с котом, следовавшим за ним по пятам. Она услышала звон фарфора из гостиной, помедлила у основания лестницы.

Рорк подошел к двери и произнес ее имя.

"Хорошо, что ты здесь. Нам нужно поговорить. Ситуация изменилась".

"О, так и есть, да".

"Мы могли бы также обсудить это, прежде чем я ..." Она замолчала в дверях гостиной, когда заметила мужчину, на которого она охотилась, уютно сидящего в кресле со своей кошкой на коленях. Она вытащила свое оружие. "Сукин сын".

"Ты что, с ума сошел?" Соммерсет взорвалась, когда она пронеслась через комнату.

"Уйди с дороги, или я сначала оглушу тебя".

Он стоял на своем, в то время как шок и ярость исходили от него. "Я не потерплю, чтобы гостю и дорогому другу угрожали в нашем доме".

"Друг?" Она бросила разгоряченный взгляд в сторону Рорка.

"Не трать на меня свои взгляды. Я сам только что сюда попал ". Но он дотронулся рукой до ее руки. "Тебе это не нужно".

"Мой главный подозреваемый сидит в моем доме, гладит мою кошку, а вы все пьете кофе? Отойди в сторону, " холодно сказала она Соммерсету, " или, клянусь Богом...

Иван говорил на языке, которого она не понимала. Соммерсет резко обернулся, уставился. Его ответ был таким же невразумительным и с ноткой недоверия.

"Прости, это грубо". Иван держал свои руки на виду. "Я только что сказал своему другу, что убил женщину. Он не знал. Я надеюсь, у него не будет проблем из-за этого. Я надеюсь, что смогу объяснить. Ты позволишь мне объяснить? Здесь, простым способом, с другом. После я пойду с тобой, если таково твое решение ".

Ева обогнула Соммерсет. Она опустила свое оружие, но держала его наготове. "Что ты здесь делаешь?"

"Жду тебя".

"Для меня?"

"Я чувствую, тебе нужно объяснение. Тебе нужна информация. Я не буду пытаться причинить вред вам, никому из вас. Этот человек?" Он указал на Соммерсета. "Я обязан ему своей жизнью. То, что принадлежит ему, для меня свято".

"Я думаю, бренди". Рорк протянул Соммерсету бокал, который сам наполнил. "Вместо кофе". И отдал другой Ивану.

"Спасибо тебе. Вы очень добры. Я убил женщину, называющую себя Даной Бакли. Вы это уже знаете, и, я думаю, кое-что о том, как. Я много читал о вас ночью, лейтенант. Ты умный и сообразительный, хорош в своей работе. Но "почему" имеет значение, это должно быть, когда речь идет о жизни и смерти. Ты знаешь это", - сказал он, изучая ее лицо. "Я думаю, ты веришь в это".

"Она убила твою жену и дочь".

Его глаза расширились от удивления. "Ты работаешь быстро. Они были прекрасны и невинны. Я не защитил их. Я любил свою работу у себя на родине". Он взглянул на Соммерсета. "Цель, вызов, глубокая вера в то, что можно что-то изменить".

"Ты был - есть - ученым", - перебила Ева. "Я прочитал ваше досье".

"Тогда ты действительно очень хорош. Ты нашел остальное?"

"Да. Совсем недавно, " ответил Рорк. "Мне очень жаль. Хоумленд хотел завербовать его", - сказал он Еве, "возможно, использовать его как крота или просто привести его".

"Я был счастлив там, где я был. Я верил в то, что я делал ".

"Они рассматривали различные варианты", - продолжил Рорк. "Похищают его, пытают, похищают его ребенка, дискредитируют его. Было принято решение, поскольку время имело определенное значение, разорвать с ним его связи и предложить ему не только убежище, но и месть ".

"Они послали эту женщину убить мою жену, моего ребенка, чтобы все выглядело так, будто это приказали мои собственные люди. Они показали мне документацию, дали мне имена убийц, приказ уничтожить меня и мою семью. Видите ли, я должен был быть дома, но у меня были проблемы с машиной, которые задержали меня. Они, конечно, все подстроили, но я им поверил. Я из всех людей должен был знать, как эти вещи могут быть подделаны, но я горевал, я был вне себя от горя, и я верил. Я предавал хороших мужчин и женщин, потому что верил в ложь и был счастлив забрать свой фунт плоти. И я стал одним из них. Все, что я делал в течение этих двадцати лет, было на крови моей жены и ребенка. Они убили их, чтобы использовать меня ".

"Почему сейчас?" - Потребовала Ева. "Зачем казнить ее сейчас, и с такой театральностью?"

"Шесть месяцев назад я нашел файл. Я искал некоторые старые данные и нашел это. Человек, который заказал убийства, давно мертв, так что, возможно, это была неосторожность. Или, возможно, кто-то хотел, чтобы я нашел это. Мы живем в скользком мире".

Он методично гладил кошку. "Я думал о многих способах убить ее". Он вздохнул. "Я был одним из сотрудников лаборатории очень долгое время, но я начал тренироваться. Мое тело, с оружием. Я тренировался каждый день, как в старые добрые времена ", - сказал он с улыбкой Соммерсету. "У меня снова была цель. Я нашел свой путь с потерянным временем. Так уместно, не так ли? Все время, которое я терял. Время, которого она мне стоила, украла у моей жены, моего ребенка ".

"Мне жаль, Иван". Соммерсет успокаивающе положил руку на плечо своего друга. "Я знаю, что значит потерять ребенка".

"Она была такой яркой, этот свет... доказательство света после всех этих темных времен. И эта женщина прикончила ее из-за денег. Если вы читали ее досье, вы знаете, кем она была ".

Он сделал паузу, отхлебнул бренди, снова устроился поудобнее. "Я разработал план. Ты помнишь, я всегда был хорош в тактике и стратегии ".

"Да, я помню", - согласился Соммерсет.

"Мне пришлось действовать быстро, передать ей данные, нарисовать картину, что я недоволен своим положением, своей оплатой и, возможно, готов поторговаться за лучшее".

"Ты позволил ей подойти, позволил ей выбрать время и место, чтобы она поверила, что у нее есть преимущество".

Теперь он улыбнулся Еве. "Она не была такой умной, как ты. Когда-то, возможно, но она была высокомерной и жадной. Она никогда не собиралась платить мне за устройство и файлы, которые я украл. Она убила бы меня, забрала бы устройство и все записи на нем, в то время как другие соревновались. Видите ли, у нее не было преданности ни одному человеку, агентству, какой-либо причине. Ей нравилось убивать. Это есть в ее личном деле."

Ева кивнула. "Я прочитал это".

Его глаза снова расширились, прежде чем он взглянул на Рорка. "Я думаю, ты можешь быть даже лучше, чем слухи. Как бы я хотел поговорить с тобой ".

"Я думал о том же".

"В моем бизнесе нет закона, как в вашем", - сказал Иван Еве. "Никакой полиции, так сказать, куда я мог бы пойти и сказать, что эта женщина убила мою семью. Ей заплатили за это. Это ... бизнес, так что нет ни наказания, ни справедливости. Я планировал, я исследовал и я получил доступ к ее компьютерам. Я тоже очень хорош в своей работе. Я знал, прежде чем она договорилась о встрече, что она задумала. Чтобы забрать деньги, вывести из строя или убить меня, тогда... " Он указал на чемоданчик рядом со своим креслом. "Можно мне?"

"Нет. У нее было это, - сказала Ева, вставая, чтобы забрать чемодан, - когда она садилась на паром."

"Это бомба. Инвалид, " быстро сказал он. "Это настроено внутри компьютера. Он довольно маленький, но мощный. Это нанесло бы значительный ущерб той части парома. Там было так много людей. Дети. Их жизни ничего не значили для нее. Они были бы отвлекающим маневром ".

"Как фейерверк?"

"Безвредный". Он снова улыбнулся.

"Позволь мне забрать это". Рорк взглянул на Соммерсета, получил кивок и забрал кейс у Евы. И открыл его.

"Подожди. Иисус!"

"Инвалид", - заверил он Еву после первого взгляда. "Я видел эту систему раньше.

"Знаешь, я думаю о том, как мы встретились. Место было ее выбором ", - добавил Иван. "Она думала обо мне как о старом, безобидном человеке, который, скажем так, создает гаджеты, а не о том, кто бы ими пользовался. Но старые навыки могут вернуться".

"Шесть месяцев, чтобы усовершенствовать свои навыки", сказала Ева, "и расставить ловушку".

"Возможно, было холодное безумие в планировании, в моей преданности ему. Несмотря на это, я не сожалею. Я думал сделать это быстро. Перережь ей горло. Положи ее в корзину для белья. Я бы воспользовался устройством, чтобы сбежать ".

"Как?" - Потребовала Ева. "Как ты выбрался с этого проклятого парома?"

"Ох. У меня была с собой надувная лодка с мотором." Он повернулся к Рорку, когда говорил сейчас, и его лицо оживилось. "Это намного меньше, чем что-либо, используемое на данный момент в военном или частном секторах. В нерабочем состоянии он размером с набор туалетных принадлежностей, который вы могли бы использовать в путешествиях. И сам двигатель..."

"Хорошо". Ева прервала его. "Я понимаю это".

"Да, хорошо". Иван глубоко вздохнул. "Я думал, что сделаю то, что намеревался сделать быстро, а потом исчезну. Но я... Я даже не могу вспомнить, неясно, после того, как я посмотрел в ее глаза, увидел ее шок, увидел ее смерть. Я не могу вспомнить. Я думаю, что когда-нибудь я это сделаю, и это будет очень тяжело ".

В его глазах блестели слезы, а рука слегка дрожала, когда он пил еще бренди. "Но я посмотрел вниз на то, что я сделал. Так много крови. То, как я нашел свою жену и дочь, в таком количестве крови. На полу валялся парализатор. Должно быть, она пыталась остановить меня, я не уверен. Я подобрал это. Затем вошла женщина."

"Ты не убил ее, когда у тебя был шанс".

Он бросил на Еву потрясенный взгляд. "Нет. Нет, конечно, нет. Она ничего не сделала. Тем не менее, я не мог позволить ей просто... Это произошло так быстро. Я применил к ней оружие, и она упала. Я помню, как подумал, что это очень неудачно, очень неудачный поворот событий. В старые времена ты думал, что встанешь на ноги или умрешь. Или это сделал кто-то другой ".

"Ты использовал устройство на ней, когда она пришла в себя, и забрал ее с собой", - подсказала Ева.

"Да. Я сказал ей спрятаться. Ты можешь влиять на людей, когда они под. Она должна была прятаться, пока не услышит сигнал тревоги. Я установил его на ее запястье. Затем она должна была вернуться туда, откуда она пришла. Она бы не вспомнила. Она выглядела такой испуганной, когда вошла и увидела, что я сделал. Я не хотел, чтобы она помнила. Я видел ее с детьми, когда мы поднимались на борт. Прекрасная семья. Я надеюсь, с ней все в порядке ".

"С ней все в порядке. Зачем фейерверк?"

"Хороший отвлекающий маневр. Можно подумать, я использовал их, чтобы сбежать, но я бы уже был далеко. И моя маленькая девочка любила фейерверки. Остальное, я думаю, ты знаешь. Ты взломал мою домашнюю систему и ее. У вас очень хорошая электронная команда ".

"Зачем ты пришел сюда?" Спросила Ева. "Ты мог бы быть за тысячи миль отсюда".

"Чтобы увидеть старого друга". Он взглянул на Соммерсета. "Потому что ты был вовлечен".

"Какая разница, кто руководил расследованием?"

"Все", - просто сказал он. "Это был своего рода знак, связь, которую я не мог игнорировать". Тогда он посмотрел на Еву с пониманием и печалью одновременно. "Я знаю, что они сделали с тобой. Они проигнорировали крики ребенка, над которым издевались. Они убили моего ребенка, который, должно быть, звал меня от страха и боли. Один и тот же человек заказал оба. Убийство моей семьи, а за несколько лет до этого принесение в жертву тела и разума ребенка ".

Он вздохнул, когда Ева ничего не сказала. "Я не мог игнорировать это. Это казалось слишком важным. Ты и Майлия были бы сейчас в возрасте, если бы она была жива. Ты выжил, и ты часть семьи моего старого друга. Как я мог игнорировать это?"

"Откуда у тебя эта информация?" Спросила Ева, ее голос был ровным.

"Я ... получил доступ к нему, когда ты женился. Из-за моего друга. Я не смог связаться с вами", - сказал он Соммерсету. "Это может доставить тебе неприятности, но я хотел познакомиться с твоей семьей. Итак, я искал, и я нашел. Я сожалею о том, что с тобой сделали. Он мертв, тот, кто приказал посту прослушивания не предпринимать никаких действий, чтобы помешать. Много лет назад", - добавил Иван. "Я не знаю, утешает ли это тебя. Это утешает меня, потому что я верю, что убил бы его, убил снова, если бы он не был мертв ".

"Это не имеет значения. Это свершилось ".

Он кивнул. "Так и это. В недрах организации есть грязные карманы. Она, эта женщина, была одной из тех тварей, которые ползали по этим карманам. Но все равно, я забрал ее жизнь, и это не уравновесило чаши весов, как я думал. Ничто не может. Эти люди сформировали наши жизни, кусочки наших жизней, не оставив нам выбора. Они забрали у нас что-то глубоко личное. Итак, когда я узнал, что это ты меня ищешь, мне пришлось прийти. Если позволите?"

Он поднял два пальца, указывая ими на карман своего пиджака. По ее кивку он осторожно просунул руку внутрь и вытащил то, что выглядело как слишком большое звено.

"Это всего лишь оболочка", - сказал он, когда Ева и Рорк бросились за ней. "Я разобрал и уничтожил остальное. И все относящиеся к нему данные ".

Рорк перевел дыхание. "Ну и черт с ним".

Иван засмеялся, затем удивленно моргнул, услышав этот звук. "Это нужно было сделать, хотя я признаю, что это было трудно. Так много работы." Он вздохнул над этим. "Если меня арестуют, они придут за мной. Или придут другие, подобные им. У меня есть знания и умения. Ваш закон, ваши правила, даже ваше усердие не остановят их. Я говорю это не для того, чтобы спасти себя, " мягко сказал он. "Но потому что я знаю, что они найдут способ заставить меня использовать мои знания и умения для них".

"Он спас жизни, невинные жизни, на том пароме", - сказал Соммерсет. "Он, безусловно, спас других, возможно, десятки других, уничтожив эту штуку".

"Я пошел туда не за этим. Я пошел убивать. Лейтенант знает это. Остальное - обстоятельства. Я доволен тем, что оставляю это в ее руках. Доволен тем, что предстал перед правосудием ".

"Правосудие?" Соммерсет зарычал на это слово. "Как это справедливо?" Он поднялся, повернулся к Еве. "Как ты можешь даже рассматривать..."

"Выключи это. Не надо, - добавила она, обращаясь к Рорку, прежде чем он смог заговорить. Она отошла, чтобы встать у окна и ждать, когда война внутри нее объявит о победе.

"Я видел ее файлы, как, я уверен, ты и хотел, когда мы нашли ее тело. Она хранила отчеты и фотографии своих убийств, как альбом для вырезок. Она - то, против чего я работаю каждый день. Как и то, что ты сделал на том пароме ".

"Да", - тихо сказал Иван. "Я знаю".

"Они придут за тобой, и какие бы препятствия я ни воздвиг на их пути, чтобы ты мог предстать перед правосудием, их будет недостаточно, чтобы остановить. Я считаю, что это дело вне моей юрисдикции, и, безусловно, мне скажут то же самое, когда я свяжусь с HSO, чтобы сообщить, что я узнал до того момента, как вошел в этот дом ".

Она повернулась назад, быстро заговорила. "Это внутреннее дело HSO, касающееся одного из их людей и наемного убийцы, которого они ранее нанимали. Возможно, это вопрос национальной безопасности, и я бы нарушил свой долг, если бы не сообщил, что выяснило мое расследование. Я собираюсь подняться в свой кабинет, сообщить моему командиру о своих находках и следовать его указаниям. Тебе лучше попрощаться со своим другом ", - сказала она Соммерсету.

Она повернулась к Ивану, к его приятному лицу и мягким глазам. "Исчезни. У тебя, вероятно, есть час, от силы два, чтобы потеряться. Не возвращайся сюда ".

"Лейтенант", - начал Иван, но она повернулась спиной и вышла из комнаты.

Эпилог

Рорк нашел ее в ее кабинете, расхаживающей, как кошка в клетке. "Ева".

"Я не хочу никакого чертова кофе. Я хочу чертовски выпить ".

"Я куплю нам обоим по одной". Он коснулся панели на стене и выбрал бутылку вина изнутри. "Он говорил правду. Я проник достаточно глубоко, чтобы найти значительную информацию о нем, о его работе до "Хоумленд", о решении убить его семью и подбросить улики, которые привели к его собственной организации ".

Он вытащил диск из кармана. "Я сделал тебе копию". Он протянул ей вино, положил диск на ее стол. "И он говорил правду, когда сказал, что они или другие, подобные им, придут за ним. Он бы покончил с собой, прежде чем снова работать на кого-то вроде них ".

"Я знаю это. Я видел это ".

"Я знаю, что подобное решение дается тебе с трудом. Мучительно. Так же, как ты знаешь, я стою по ту сторону черты, так что для меня это не было бы трудно. Мне жаль."

"Это не мне должно быть решать. Это не мое место, это не моя работа. Вот почему существует система, и в основном система работает ".

"Это не твоя система, Ева. У этих вещей свои законы, своя система, и слишком много таких карманов внутри них не придираются к тому, что позволяют пытать ребенка, не теряют сон из-за приказа убить ребенка, чтобы достичь цели момента ".

Она сделала большой глоток. "Я могу оправдать это. Я могу оправдать то, что я только что сделал, потому что я знаю, что это правда. Это не моя система. Я могу оправдать это тем, что знаю, если бы Бакли вчера одержал верх, Кэроли Гроган была бы мертва, а тот ребенок, который ждал свою мать за дверью, был бы разорван на куски вместе с десятками других. Я могу оправдать это, зная, что если бы я арестовал его, я бы убил его ".

Она взяла диск со своего стола и, вспомнив, что он когда-то сделал для нее, разломила его надвое. "Не позволяй ему приходить сюда снова".

Он покачал головой, затем обхватил ее лицо руками и поцеловал. "На мой взгляд, чтобы стать хорошим полицейским, требуется нечто большее, чем умение и долг. Для этого требуется неизменное чувство правильного и неправильного ".

"Это чертовски намного проще, когда они не пересекаются. Я должен составить свой отчет и связаться с командиром. И, ради Бога, убери этого бумера из дома. Меня не волнует, если это рассеется ".

"Я позабочусь об этом".

Оставшись одна, она села, чтобы упорядочить свои заметки в связный отчет. Она оглянулась, когда вошел кот, а за ним Соммерсет.

"Работаю", - коротко ответила она, затем нахмурилась, когда он поставил тарелку с огромным шоколадным печеньем на ее стол. "Что это?"

"Печенье, как мог бы понять любой дурак. Это испортит твой ужин, но..." Он пожал плечами и направился к выходу. Он остановился у двери, не оборачиваясь. "Он был героем в то время, когда мир отчаянно нуждался в них. Он был бы мертв еще до окончания ночи, если бы ты взял его к себе. Я хочу, чтобы ты знал это. Знать, что сегодня ты спас жизнь ".

Она откинулась назад, уставившись на пустой дверной проем, когда он оставил ее. Затем она просмотрела свои записи, отчет на экране, фотографии погибших. Они были потерянными, не так ли? Все эти отнятые жизни. Может быть, таким образом, что это подтолкнуло к той грани между правильным и неправильным, она выступала за потерянных.

Она должна была надеяться на это.

Отломив кусок печенья, она вернулась к работе.

"Собачьи дни Лори Саммер" Патрисии Гаффни

Для Джолин,

кому всегда позволено

на мебели

До

Я хочу рассказать странную историю.

Жаль, что некому это рассказать. Нет реального способа рассказать об этом, и на данный момент, также нет веских причин для этого. Все еще. Я чувствую необходимость снять груз с моей груди. Это уже начинает расплываться по краям, стираться в моем сознании, как сон утром. Если я вообще собираюсь это рассказывать, то лучше рассказать побыстрее.

Вот что я тогда сделаю: я расскажу эту историю самому себе.

С чего начать? С моим детством? Когда я вышла замуж за Сэма и у нас родился Бенни? Когда я получил работу брокера в Shanahan & Lewis? Но все это были обычные этапы, ничем не примечательные. Они следовали приемлемым образцам; их следовало ожидать.

Лучше начинать, когда все начало сбиваться с пути. Быстрее, интереснее. Ну, это просто - это был бы день, когда я утонул. В первый раз.

Тоже такой хороший день. Начало июня, ближе к вечеру, наши первые полноценные выходные в домике Сэма на реке. Наш домик, но я думала о нем как о доме Сэма - он был тем, кто нашел его, мечтал восстановить и вообще тосковал по нему, пока я не удивила его на его тридцать восьмой день рождения и не купила его для него. США. Потребовалось огромное количество работы, но он был едва пригоден для жилья, и хотя это не было моим представлением о рае, я должен был признать, что в тот день он действительно выглядел очаровательно: окна горели оранжевым, низкое солнце отбрасывало тени деревьев на грубые доски и грязно-белые щели. Мы смотрели его с алюминиевых шезлонгов на быстротекущем мелководье Шенандоа, Бенни растянулся у меня на коленях, полусонный после долгого дня. "За тебя", - я подняла тост за Сэма последним глотком вина. "Вашему проекту на следующие десять или двадцать лет".

"За нас", - Сэм поднял тост в ответ со своим пивом, и я надеялся, что это не означало, что он думал, что я собираюсь помочь с ремонтом. Мне понравилась идея о том, что они с Бенни проводят здесь выходные, будучи разнорабочими, пока мама остается в городе и выполняет свою работу. Который должен был принести домой бекон.

Сэм выглядел красивым прошлой ночью в своем смокинге для фокусов, но сейчас он выглядел еще лучше в выцветших обрезанных брюках и дырявой футболке. Ммм, вся эта загорелая кожа и мягкие светлые волосы. Я с нетерпением ждал того, что будет позже, после того, как мы уложим Бенни спать. Наш первый раз в новом домике.

"Но в основном тебе, Лори, - сказал он, - за то, что ты великолепна".

"Спасибо", - сказал я с притворной скромностью. Издеваться, да. Прошлой ночью я получил награду Shanahan & Lewis "Лучший специалист по заключению крупных сделок года", а этим утром Ронни Льюис повысил меня до старшего портфельного менеджера. Можно сказать, что я был на высоте. Можно сказать, что я гордился собой - за исключением, конечно, того, что гордость предшествует падению, и то, что произошло дальше, делает это слишком смехотворно буквальным.

Значит, я полон собой. Я был чертовски доволен собой.

"Похоже, кто-то готов ко сну".

Я думал, Сэм имел в виду меня, и он читал мои мысли, навык, которым он только притворяется в своем магическом действии. Но потом Бенни заерзал у меня на коленях и пробормотал, что ему не хочется спать. "Мама", - сказал он четко, ни с того ни с сего, - "мы можем завести собаку?"

Это что-нибудь значит? Или мой отказ - это что-нибудь значит? Я сказал: "Нет, милая, мы не можем", без колебаний, потому что об этом не могло быть и речи. Мы никак не могли завести собаку; мы все были слишком заняты, и, кроме того, у меня была аллергия.

Но теперь я задаюсь вопросом. Это было последнее, о чем спросил меня мой милый пятилетний сын.

С другой стороны, последнее, о чем меня попросил Сэм, было принести мое кресло, и я вернулась не в виде шезлонга.

Зазвонил мой мобильный телефон.

"Не отвечай".

Я проверил экран. "Я должен. Это Ронни".

Сэм скорчил гримасу, которую я видела (и игнорировала) много раз раньше, и начал вставать, вытягивая свои длинные руки над головой, шлепая босыми ногами по воде. "Ладно, приятель", - сказал он Бенни, и они потянулись друг к другу. Он сунул свой складной стул под одну руку, другой посадил Бенни к себе на бедро. "Что это? Ты сейчас пьешь?" Обе руки были заняты, и каким-то образом он вытащил свою пустую банку из-под пива из-за уха Бенни.

И Бенни услужливо хихикнул, всегда рад быть одураченным. Лучшая аудитория папы.

"Привет, Рон", - сказал я в тот же момент, когда Сэм в шутку сказал мне: "Не забудь свой стул". Я улыбнулся, наблюдая, как он прокладывает себе путь через покрытую рябью реку глубиной по щиколотку к берегу. Затем Рон упомянул о новой разработке Потомак Эйри, и я перестал смотреть. Это был мой последний взгляд на мою семью: Сэм опускает Бенни на твердую землю и позволяет ему бежать вперед по заросшей сорняками тропинке к хижине. Я был захвачен предстоящим совещанием по предварительному дизайну, технико-экономическому обоснованию, финансированию и разработке приложений.

Кое-что еще, что я хотел бы вернуть и переделать.

Рон - болтун; наш разговор продолжался добрых пятнадцать минут. Более или менее - примерно сейчас все начинает расплываться. Я помню, как решил не утруждать себя надеванием водных сандалий, чтобы пройти двадцать ярдов до берега реки. Я помню, как встал и сложил свой стул. Должно быть, у меня в одной руке были мои сандалии, пустой бокал из-под вина и сотовый телефон, в другой - стул. Почему я не положил телефон в карман? Мой спасательный круг, мой краеугольный камень, мой... Мне не хватает слов. Бьющееся сердце моей профессиональной жизни. Почему я не положил это в карман?

Я этого не сделал, и он выскользнул у меня из рук, как живая рыба.

Думаю, я рванулся к этому. Не помню, но это то, что я бы сделал. Наверное, сначала я подбросил в воздух все остальное: обувь, стул, стакан. Кто знает? Если бы я нес Бенни, я, возможно, подбросил бы его тоже в воздух.

Ладно, нет.

У меня осталось последнее тактильное воспоминание, довольно яркое и отчетливое: мгновенное, но почему-то неуловимое ощущение, как моя нога скользит по скользкому камню. После этого - ноль.

Во время

Надолго ли? С тех пор прошло два месяца, я слышал, но это не так. Какое-то время это был ноль, буквально ничто, но потом - неделю спустя? три недели? пять?- на матово-черном занавесе стали видны разрывы, как разница между толстой повязкой на глазах и тонкой. Нет, это тоже неправильно, потому что первым чувством, которое ко мне вернулось, был слух, а не видение. Итак, в чем разница между набором наушников Bose и фланелевыми наушниками Бенни.

Звук вместо тишины. Такое благословение, как быть спасенным. Сначала фрагменты слов. Вы знаете, как, когда вы закрываете книгу, выключаете свет и готовитесь ко сну, фрагменты авторского синтаксиса и ритма некоторое время всплывают у вас в голове, прежде чем вы отключаетесь? Но если вы когда-нибудь проснетесь настолько, чтобы сосредоточиться на одном из фрагментов, которые вы вспоминаете, это окажется бессмыслицей? Вот так.

Фрагменты музыки тоже перемешаны, неузнаваемы, как если слишком быстро крутить ручку радиоприемника. И голоса. Чужие, а затем, к счастью, и Сэма. Это был момент, когда я начал исцеляться. Или надежда, что одно и то же. Я не всегда понимал, о чем он говорит, особенно в начале, когда он с таким же успехом мог говорить по-итальянски, но это не имело значения. Только его голос. Веревка тонущей женщине.

Следующим было прикосновение. Невыразимое утешение от этого. Кожа на разумной коже, и не имело значения, чья тогда, просто почти невыносимое облегчение от того, что я больше не одинок. Для медсестер, помощников и реабилитантов это, должно быть, было похоже на массаж трупа, но я не мог насытиться наклонами, поглаживаниями, манипуляциями. Мне даже нравилось, когда мне закапывали капли в глаза. Сэм обычно втирал лосьон в мои руки, и я погружалась во что-то вроде нирваны...

Зрение было последним. "Она может открыть глаза", - сказал кто-то, и я помню, как почувствовал прилив детской гордости, как у малыша, которого похвалили за то, что он произнес свое первое законченное предложение. Это был узкий прицел, просто то, на что я смотрел, все остальное волнистое, как старое стекло.

Проблема была в том, что никто ничего об этом не знал, кроме меня. И не то чтобы я пыхтел изо всех сил - это было не так, как в кино, когда какому-то парню вводят наркотик, который парализует его тело, но его мозг все еще работает нормально. Мой мозг был губчатым, испещренным кратерами и дырами, как луна. Но я прогрессировал, в этом суть, и никто не знал этого, кроме меня. Я не мог им сказать. Разочарование! В больницах всегда просят оценить вашу боль по шкале от одного до десяти. Если бы они попросили меня оценить мое одиночество, я бы сказал, сто пятьдесят.

Затем настал день, когда я подумал, что смогу прорваться, наконец, проделать достаточно большую дыру в вуали, чтобы просунуть голову и крикнуть: "Смотрите! Это я!"

Этого не произошло, но произошло что-то другое. Такого рода вещи, которые, скажем так, внушают недоверие. Ха-ха! Я люблю недосказанность. Также из-за чего можно было бы вернуться в неврологию для оценки, если бы кто-то рассказал об этом кому угодно.

Еще одна причина не рассказывать эту историю никому, кроме себя.

***

"Теперь нам придется вернуть ее внутрь. ДАВЛЕНИЕ повышается. Боюсь, немного слишком сильное возбуждение ".

Боже, как я ненавидел эти слова. Они означали, что моя семья собиралась покинуть меня. Самое худшее в пребывании в коме - это не неспособность говорить, двигаться, есть, чтобы тебя понимали - ничего из этого. Это когда тебя оставляют в покое.

Бенни ерзал в ногах моей раскладушки - мягкого кресла с откидной спинкой, которое я любила, потому что теперь в погожие дни меня могли выкатить на несколько минут на улицу, все мои трубки и провода все еще были подключены к пищащим аппаратам внутри. Бенни был вне поля моего зрения там, внизу, но время от времени какая-нибудь часть его дорогого, дергающегося тела касалась моих укрытых одеялом ног, и каждый раз это небрежное прикосновение наполняло меня теплой, тающей любовью. "Она худая" - это все, что он хотел сказать мне сегодня, и "У нее слишком длинные волосы." Когда медсестра заговорила, он спрыгнул с края кресла, как гонщик , который только и ждал стартового пистолета. Я мог чувствовать, как на его сердце становится легче. Я мог чувствовать, как мой тонет.

"Позволь мне сделать это". голос Сэма. Потяни за кресло, и драгоценное голубое небо начало исчезать из виду. Удар, когда мы пересекли порог, и вот мы снова в комнате, ужасной комнате. Моя серая тюрьма.

"Сегодня она казалась лучше". В голосе Сэма звучала та отчаянная надежда вопреки всему, которую он использовал перед Бенни. Я ненавидел это. "Я думаю, что был достигнут реальный прогресс".

Медсестрой в тот день была Хэтти, моя любимая. Очень нежные руки, и она никогда не преувеличивала, как некоторые из них, как будто их пациенты были не только коматозниками, но и идиотами. "Ну, никаких фактических изменений, тем не менее, не в тестовой шкале. Но нет, я понимаю, что ты имеешь в виду, она была довольно бдительной сегодня, " быстро добавила Хэтти, доброжелательно. "Иногда отслеживает движения глазами..."

"Она смотрела прямо мне в глаза". Мой муж навис надо мной, поворачивая голову, пока мы не оказались взгляд к взгляду. Он выглядел таким усталым, его глаза были такими грустными. Не уходи, я умоляла его. Останься со мной. "Она не может быть полностью без сознания, если может открыть глаза. Верно?"

"Существует так много степеней сознания", - начала говорить Хэтти, и что-то насчет метаболической и анатомической комы, каждый случай индивидуален, вы должны сбалансировать надежду с практичностью - я оставила попытки следовать. Слишком тяжело. Я был мумией, завернутой в марлю. Если бы я мог издать хоть один дикий рык, поднять одну страшную, обернутую руку ... Но все было так утомительно. У меня хватило сил только на то, чтобы снова посмотреть в глаза Сэму.

Он прижался своей щекой к моей. О. О. Его запах. Он прошептал, что любит меня. Плакал ли я? Если бы я могла плакать - он бы знал. Я пристально, очень пристально смотрела на прядь его волос, которая щекотала мое лицо, сосредоточившись, широко раскрыв глаза.

Сухая редакция.

"Увидимся, детка", - пробормотал он. "Не бойся. Все в порядке. Скоро увидимся, милая ".

У меня не было чувства времени. Скоро. Для меня это было то же самое, что и позже. Или никогда.

"Бенни? Приходи попрощаться со своей мамой. Ben? Давай, парень. Привет, Бенни!"

Сэм исчез.

Если бы я не мог плакать сейчас, я бы никогда не стал. Какой смысл пытаться выздороветь, если твой сын тебя боится? С таким же успехом ты мог бы быть мертв. Таким мертвым, каким я, должно быть, выгляжу для Бенни в этом дурацком кресле, эти дурацкие трубы и трубопроводы наполняют и истощают меня, удерживая в этой уродливой серой сумеречной тюрьме, из которой я не мог вырваться, не мог проникнуть, не мог пробить себе путь наружу-

"Вот так, приятель. Поцелуй мамочку".

О, Сэм, не заставляй его. Он обнимал Бенни за талию, поддерживая его, прижимая ко мне. Бедный Бенни! Его лицо покрылось пятнами от горя. Он крепко зажмурил глаза.

"Все в порядке, это просто мама. Давай, приятель".

Не надо, Сэм. О, но я тоже этого хотела. Если бы Бенни посмотрел на меня, по-настоящему посмотрел, я поверил бы, что смогу сделать так, чтобы это произошло - чудо. Посмотри, дорогая. Это мамочка. Пожалуйста, милая, открой глаза. Он должен был увидеть меня; иначе я действительно был бы никем. Я бы исчез. Бенни, посмотри на меня, увидь меня! Открой свои глаза!

Вот тогда это и случилось.

Что случилось? Сначала, период чистого ничто. Такой чистый, если бы мой мозг работал, я бы подумал, что исчез. Но больше не было никакого "я", некому было думать. На этот раз нет времени, нет пространства и даже нет тьмы. Звук, может быть, низкий гул, успокаивающее жужжание или гудение ... но опять же, может быть, и нет. Это предполагало бы, что у кого-то были уши, чтобы услышать это, а я говорю, что меня там не было. Лори Саммер: ушла.

"Папа, она умерла? Пожалуйста, не умирай. Она мертва?"

Бенни! Его красивые, широко открытые карие глаза смотрели в мои. "Я не умер", - я пытался сказать ему, но ничего не вышло, кроме какого-то... тявканья. Но я мог двигать ногами! Это причиняло боль, но они двигались, и они... они...

Они были покрыты волосами?

"Осторожно, не прикасайся к ней. Ей больно, она может тебя укусить ".

Я мог бы что? У склонившегося надо мной Сэма было жалостливое, но рассеянное выражение лица. Не так я представлял наше чудесное воссоединение.

"Мы должны отвести ее к врачу, папа. Мы должны привести ее в порядок ".

Боже, больше никаких врачей. На чем мы остановились? У меня болели уши; все было так громко. И запах был потрясающий. Запахи, скорее, их миллионы, все сильные и невероятно интересные. Мимо проносились машины - вот из-за чего был весь шум. Почему мы были снаружи, на улице? Тоже знакомая улочка. Разве мы не были на Олд-Джорджтаун-роуд? В Бетесде?

"Давай, приятель, возвращайся в машину. Здесь опасно".

Сэм и Бенни встали и оставили меня на дороге.

В последнее время со мной случилось много плохого, очень плохого, но я могу без колебаний сказать, что это было худшим.

Затем Сэм вернулся. Счастье! Радость! Он нес вонючее фланелевое одеяло, которое мы держали на заднем сиденье машины, чтобы сажать растения, или мокрые купальники, или что-нибудь грязное или неприглядное, чтобы защитить обивку.

Он завернул меня в одеяло, с ворчанием поднял и посадил на заднее сиденье.

Теперь у меня появилось подозрение, ощущение, как будто ты краем глаза видишь что-то, что раскрывает все, но слишком диковинно, чтобы поверить. Возможно, мне следовало понять это раньше - доказательства были практически повсюду - но давайте не будем забывать, что я был не в своем уме. Я был в коме, вызванной тем, что я чуть не утонул, в течение восьми недель. И тогда, если это была межвидовая метаморфоза, имело смысл, что мой обычно острый аналитический ум уже был притуплен чем-то более мягким и принимающим. Я говорю, что у меня проснулись инстинкты ретривера.

Сэм завел машину и влился в поток машин. Бенни, пристегнутый спереди, вытянул шею, чтобы посмотреть на меня. Его копна каштановых кудрей нуждалась в стрижке. Я хотела облизать его веснушчатое лицо. Вот мы и снова были все вместе. Семья. "Сэм, Бенни, Сэм, Бенни!" Сказал я, ошеломленный этим чудом. У него вырвалось: "Арр! Урра! Арр! Урра!"

Еще одна подсказка.

В машине пахло чудесно, как будто Сэм и Бенни умножили на сто. И много других блюд, особенно McDonald's, этот потрясающий запах жирных гамбургеров.

Поездка была короткой. Как только Сэм припарковался, Бенни отстегнулся, распахнул дверцу машины и убежал. "Подожди..." - нерешительно позвал Сэм. Он вздохнул, затем очень нежно вытащил меня и понес к низкому кирпичному зданию. Внутри преобладающим запахом была паника.

Бенни уже прыгал вверх-вниз перед прилавком, вопя: "Мы сбили собаку! Мы сбили собаку!"

Собака.

Я был собакой.

Как я уже сказал, подсказок было предостаточно, но только когда Бенни произнес настоящее слово, до него дошла правда. Меня начало трясти.

Ничто так не выбивает из тебя дурь, как осмотр ветеринара на холодном металлическом столе. Я считаю, что это значительно сократило то, что в противном случае было бы долгим и утомительным периодом "Нет, это невозможно!" Как это может быть? Я не верю в это! Это сон? Et cetera, et cetera. Я не говорю, что я принял то, что, казалось, произошло со мной за полчаса. Но в ректальном измерении температуры есть что-то такое, что действительно возвращает вас к реальности.

Была пролита кровь. Были сделаны рентгеновские снимки. Меня тыкали, подталкивали, выслушивали, ощупывали, и, в конце концов, доктор, от которого пахло ядом для клещей, сказал то, с чем я мог согласиться лишь частично.

"Это чудо".

"С ней ничего не случилось?" - Спросил Сэм.

"Ничего серьезного. В основном синяки и царапины, которые вы можете видеть. Но никаких сломанных костей или внутренних повреждений, и это довольно удивительно, если вы ехали так быстро, как говорите ".

"Можем ли мы оставить ее?"

"Я ехал на предельной скорости".

"И ударить ее в лоб и отбросить ее так далеко, как это сделал ты - это просто потрясающе".

"Можем ли мы оставить ее?"

"Она должна кому-то принадлежать", - сказал Сэм. "Что она за собака?"

"Ни ошейника, " сказал ветеринар, " ни удостоверения личности. Хм ... я думаю, какая-то лабораторно-золотистая смесь. И, возможно, что-то еще поменьше - она весит всего около шестидесяти фунтов. Я бы сказал, что ей четыре или пять лет ".

Это было полезно. Все, что я видел о себе до сих пор, в основном, были мои ноги. Приятно знать, кем я был. Большая дворняга средних лет.

"Так мы можем оставить ее?"

"Она должна кому-то принадлежать", Сэм попробовал снова. "Я уверен, что кто-то..."

"Нет, папочка, они поместят ее в приют, а потом усыпят! Они убьют ее!"

Это верно. Прошлой весной я читал Бенни историю о собаке без ошейника, которую забрали в приют и почти подвергли эвтаназии, прежде чем пришел маленький мальчик и спас его. Ты скажи ему, детка.

"Они не убьют ее", - сказал Сэм, положив руку на макушку Бенни. "Хм, что здесь происходит, доктор? Вы расклеиваете листовки или что-то в этом роде, держите собаку, пока на нее не заявят права ..."

"К сожалению, у нас нет для этого возможностей. Нет, она отправится в гуманную службу спасения, и они оставят ее там. Так долго, как они могут ".

"Тогда они убьют ее!" Бенни вырвался из рук Сэма и подбежал ко мне. Я все еще была на металлическом столе - ему пришлось встать на цыпочки, чтобы обнять меня за шею. "Пожалуйста, можем ли мы оставить ее? Пожалуйста?"

"Бенни, ты знаешь, что твоя мать никогда не хотела..." Сэм замолчал, выглядя огорченным.

Бенни забрал слова из моего рта. "Но, папа, ее здесь нет".

Я не знаю, почему я волновался. Мое сердце бешено колотилось, я неудержимо дрожал, во рту было больше слюны, чем я мог проглотить. "Фунт" не был абстрактным понятием; я знал, что, вероятно, произойдет со мной там. Но это было не то, чего я боялся. Заброшенность была.

Это я, Сэм! Это Лори!

Все болит - чудо это или нет, но когда тебя подбрасывает машиной на двадцать футов в воздух, поверь мне, все болит, - но когда Бенни отпустил мою шею, я подобрала все четыре скользящие лапы под себя и сделала выпад к Сэму.

У которого хорошие рефлексы. Он в шоке отступил в сторону.

К счастью, ветеринары были еще лучше. Он поймал меня - иначе я бы влетел в стену. "Вау", - сказал он без удивления и спокойно поставил меня на пол. "Похоже, этот действительно хочет пойти с тобой домой".

Теперь я понимаю, что у Сэма никогда не было шанса, но в то время это было похоже на прикосновение и уход. У меня хватило здравого смысла не двигаться, не набрасываться на него снова, и позволить Бенни обвить меня руками. Как мы, должно быть, выглядели, щека к щеке, четыре карих глаза, устремленных на него снизу вверх. "Пожалуйста, папочка?" Бил зебуб не смог бы устоять перед этой мольбой. Я повторил это с певучим: "Арроооо?"

Ветеринар рассмеялся.

Сэм положил руки на макушку своей головы. "Хорошо, хорошо, хорошо. Но ее придется стерилизовать ".

Дом!

Мой дом, о, мой дом. Я не мог насытиться этим. Мои мышцы все еще болели, но я забежал в каждую комнату; Я все обнюхал; Я помочился в фойе-

Боже мой!

Никто не видел. О, слава богу, они не видели, и на темной части Ориентала это даже не было заметно. В любом случае, это было просто немного мочи, всего лишь капля, на самом деле. От волнения.

Веди себя прилично, подумал я, позволяя Бенни поймать меня. Мы боролись на ковре в гостиной - "Нежно", - продолжал повторять Сэм, - и это было чистое блаженство, абсолютное удовлетворение. Если бы я был самим собой, мне было бы очень больно из-за аварии, но как собака я не мог оставаться сосредоточенным на своем теле достаточно долго, чтобы заботиться. В моей голове не было ни единой мысли. Всякий раз, когда Бенни смеялся, я вилял хвостом - или, скорее, мой хвост вилял, совершенно непроизвольная реакция, как плач, когда плачет кто-то другой. Мы лежали на спинах, тяжело дыша и ухмыляясь Сэму, чей настороженный взгляд медленно поблек и превратился в улыбку.

Он хочет убедиться, что я не опасен, я понял. Убедившись, что я не причиню вреда Бенни. Хорошо; я бы сделал то же самое. Я повернул голову и очень нежно лизнул Бенни в лицо, ради Сэма. Поиграй с нами! Подумала я, но он уже направлялся на кухню, бормоча что-то насчет ужина.

"Эй, пес. Привет, девочка. Тебе здесь нравится, не так ли?" Бенни похлопал меня по макушке, похлопал, похлопал, заставив меня моргнуть. Я зевнул в знак согласия. "Хочешь посмотреть мою комнату?"

Мы побежали наверх.

Потрясающая комната, подумал я, и затем, Боже милостивый, где уборщица? Но так много вещей, которые можно понюхать и попробовать, в которых можно поваляться, игрушки, одежда и еда, шведский стол для чувств.

Кроме зрения. Самое странное, но это было все равно, что увидеть сепию в синем цвете вместо коричневого. Я не мог видеть красного, и все было приглушенным, как в прекраснейших сумерках. Кроме синего. Со вспышками желтого. Сложно описать, но мне это понравилось. Я нашел это очень ... успокаивающим.

Бенни показал мне свою напольную головоломку с динозаврами и свой новый бэтмобиль, который светился, издавал звуки и стрелял из оружия. Он показал мне все свои самосвалы и бульдозеры. Я слышал о его лучшем друге Мо, его второй лучшей подруге Дженни; скоро шел первый класс; Папа построил ему самый крутой игровой домик на заднем дворе; подожди, я его увижу. У него был новый велосипед; он мог написать весь алфавит и сосчитать до "миллиарда". У него было два шатающихся зуба. "И мой папа может передать свой голос". Музыка для моих ушей, каждое слово, даже когда мое внимание рассеяно. "И моя мама в больнице" вернула это обратно.

Я вытащил нос из старой теннисной туфли и присоединился к Бенни на неубранной кровати.

"Она упала в реку, ушибла голову и не могла дышать. Она не утонула, но теперь у нее кома. Это как спать очень долго, очень долго и не просыпаться ".

Я толкала его головой, пока она не оказалась у него под мышкой. Мы посидели так некоторое время.

"Папа говорит, что она проснется. Он обещал. Мы совершаем молитвы по ночам. Мы идем посмотреть на нее. Он притворяется, что она слышит, и читает ей всякую всячину ". Он плюхнулся на спину. "Она не может двигаться или что-то в этом роде".

Он вытянул руки вверх и поиграл пальцами. Дорогие, короткие, грязные пальчики маленького мальчика. "Она много работала, но мы привыкли кататься на велосипедах. И убегать, и все такое. Мы играли в игры. Она много говорила. Спагетти!" Он вскочил и сполз с кровати.

Я тоже чувствовал этот запах. "Он делает это постоянно, " сказал Бенни, " но это вкусно". Его настроение снова изменилось, и он неподвижно стоял в своей разрушенной комнате, уставившись в пространство. Он вырос за два месяца, или, может быть, из-за вьющихся волос он казался выше. Но именно его лицо разбило мое сердце. Не такой круглый, кости более выпуклые. И это новое молчание. Сколько раз я хотела, чтобы он заткнул это дело пробкой, мой безостановочный собеседник, мой милый, Если-я-думаю-что-я-должен-сказать-я, сын.

"Бенни!" Я сказал. "Черт возьми!"

"Давай поедим", - сказал он, и мы побежали вниз ужинать.

"Как насчет жвачки?"

"Жвачка!" Истерический смех.

"Или... Фалафель?"

Бенни выдул молоко из носа.

"Полегче", - сказал Сэм, посмеиваясь, протягивая ему салфетку. "Эй, я знаю. Она прилипает к тебе - мы могли бы назвать ее липучкой ".

Еще один приступ смеха. "Или склеить!" Бенни забарабанил ногами по своему стулу.

Под столом я испытывал смешанные чувства. С одной стороны, было приятно быть в центре внимания, плюс время от времени Бенни ронял на пол кусочек французского хлеба; гораздо лучше, чем корм для собак Purina. Но, с другой стороны, эти предложения по названию были нелепыми. Блюда Бенни были хуже, чем у Сэма - Иезавель, Карамба, Маффин, колбаса. Будьте серьезны! Я хотел сказать им. Я не хочу проходить через жизнь под названием Hairy-et.

Бенни отвлекся и начал рассказывать Сэму о школьных принадлежностях, которые ему понадобятся в первый день первого класса, какие мелки, какие цветные карандаши. Я с нетерпением ждала этого похода по магазинам с весны. Теперь я бы даже не смог отвести его в школу. Однако вскоре разговор вернулся к тому, как назвать собаку.

"Мушкетон", - фыркнул Бенни, покачиваясь на своем месте, пораженный его умом. "Ослепительный блеск. Бладдабладда. Блиддаблидда. Блиддабладдаблиддабл..."

"Эй, у меня есть идея", - серьезно сказал Сэм. Самое время ему пристроить Бенни. Если его заводили так близко ко сну, он не мог заснуть часами. "Как насчет того, если мы назовем ее Сонома?"

Сонома. Я вылез из-под стола. Это неплохо.

"Сонома?" Сказал Бенни. "Почему?"

"Потому что именно там мы были, когда сбили ее. Джорджтаун и Сонома-роуд."

Они смотрели на меня. Я посмотрел на них. "Сонома", - сказали они вместе. "Тебе это нравится?" - Спросил Сэм.

"Да", - сказал Бенни.

Я тоже.

Хорошо, что они не подбили меня на Рузвельта.

"Еще один, папа, пожалуйста? Еще только один, я обещаю ".

Это то, что он сказал после последней истории. Это было новое поведение; Бенни довольно хорошо спал, редко устраивал театральные сцены перед сном, часто засыпал в середине первой главы. Со своего места в изножье кровати я видела, что он был измотан, слышала это по его хриплому голосу.

Сэм вздохнул. "Привет, приятель", - мягко сказал он, закрывая книгу. "Мы говорили об этом раньше, помнишь? О чем мы говорили?"

"Да".

"Что мы сказали?"

"Я могу пойти спать".

"Ты можешь идти спать ... И что?"

"Проснись".

"Это верно".

"Не такой, как мама".

О, нет.

"Верно. Ты можешь позволить себе уснуть, а утром ты проснешься - что?"

"Больше, лучше и сильнее".

"Это верно. Совершенно новый день". Он нежно поцеловал Бенни в лоб. "Хорошо?"

"Хорошо".

"Ладно. Крепко спи, Бенстер. Люблю тебя".

"Люблю тебя. Может ли Сонома остаться со мной?"

"Нет". Сэм встал и хлопнул себя по бедру - мой сигнал уходить. Я обдумал свои варианты. Спрыгнул с кровати.

"Оставь свет включенным, хорошо? И дверь открыта!"

"Разве я не всегда?"

Этот ритуал был мне знаком: свет в коридоре включен, дверь спальни приоткрыта; Бенни боялся темноты. Боится заснуть, потому что он может не проснуться? Это убило меня. Я хотела заплакать, но все, что вышло, был высокий, скулящий звук в глубине моего горла, когда я следовала за Сэмом вниз по ступенькам. Он подумал, что это означало, что мне нужно в туалет, и вывел меня на улицу.

Красный нейлоновый поводок не только раздражал меня - куда, по его мнению, я собирался пойти?- это также усложнило ведение моих дел в частном порядке. Глупо, может быть, но я не собиралась приседать перед своим мужем. Я справился, проскользнув бочком через брешь в живой изгороди из бирючины Хортонов по соседству, вне поля зрения. Особенно удачное место, потому что оно находилось между двумя уличными фонарями и поэтому было темным, или таким темным, каким когда-либо был наш пригородный район Бетесда.

Как чудесно вернуться, даже в этих, самых необычных обстоятельствах, которые только можно вообразить. Я чувствовал некое волнение, которое выходило за рамки того факта, что я снова был дома. Запахи! Я даже мог видеть лучше, чем обычно, что было странно, учитывая, что при дневном свете я видел немного хуже. Может быть, это потому, что у меня были такие большие зрачки. Неважно - все было невероятно острым и интересным, и я не мог насытиться запахами. Дикий, мускусный, дымный, пыльный - мой словарный запас иссякнет прежде, чем я смогу назвать их все. В любом случае, не имело значения, нюхал ли я "белку"; я мог сосредоточиться только на этом пряно-грязном запахе, сути "белки". Я мог бы раздувать ноздри, вдыхать и ощущать его вкус на небе, на задней части языка, на всем пути вниз по горлу и в жизненно важные органы. И это было захватывающе.

Телефон звонил, когда мы вернулись домой.

"Привет, Делия", - сказал Сэм, и я резко остановилась по пути на кухню, чтобы выпить воды. Моя сестра! "Мы ходили сегодня днем, да. Ну... думаю, не так уж много изменилось. Нет. Хотя иногда, я клянусь, она меня слышит."

Сэм отнес телефон к дивану в гостиной и сел. "Верно. Я знаю... Правильно."

Эти долгие паузы, пока Делия говорила, сводили меня с ума. Что она говорит? Я вскочил рядом с Сэмом, который отреагировал так, как будто меня вырвало на него, вскочив на ноги, сметая меня на пол одной рукой. Блин.

"Ну, мы просто продолжаем надеяться. Сегодня медсестра сказала, что на весах изменений нет. Они называют это шкалой комы Глазго. Он оценивает... Правильно. Так что, по-видимому, там нет ничего нового, на что вы могли бы взглянуть... Верно, именно."

Снова тишина на стороне Сэма. Разочарование! Я положил руки - я имею в виду передние лапы - на подлокотник дивана и медленно, медленно приподнялся. Однако он прижимал телефон к другому уху; я могла слышать голос Делии, но не ее слова.

"Я сыграл это для нее сегодня. Что ж..." Он рассмеялся. "Нет, э-э, не невооруженным глазом. Я уверен, однако, что глубоко внутри она издевалась ".

Запись микса Делии. Теперь я вспомнил; я слышал обрывки этого, но думал, что мне это снится. Наши любимые песни из средней школы - "Love Shack", "Vogue", "Теряю свою религию". Милая Делия.

Она живет в Филадельфии со своей растущей семьей. Должно быть, она навещала меня в больнице и на реабилитации, и все же я не мог точно вспомнить это. Так много того времени прошло в состоянии сна, в какой-то серой сумеречной зоне между бытием и небытием. Я видел себя как бы с большой высоты, и связь между двумя мной в одно мгновение была сильной, а в следующее - тонкой, как цепочка из скрепок.

"Эй, это было бы здорово. Конечно, любой уик-энд подойдет. Как вам будет лучше, ребята. Ты всегда можешь остаться здесь, ты знаешь. Много места; здесь только ... мы вдвоем. Ну, что бы ни было проще. Это прекрасно ".

Еще поговорим с ее стороны. Когда она должна была прийти?

"Я в порядке. Ты знаешь. Да. Что ж, и это тоже. Я выставил домик на продажу ".

Что? О, нет.

"Да, это ужасное время, но я не видел выбора. Счета... ты не можешь поверить. Страховка, конечно, но недостаточная. Нигде рядом. Спасибо. Спасибо, но у нас все в порядке ".

О, Сэм. Не хижина. И не сейчас, сразу после того, как мы его купили. Вы потеряете все расходы на закрытие сделки, плату за ипотеку - слава богу, не было штрафа за предоплату - и вам придется оплачивать их снова, расходы покупателя и продавца на закрытие сделки. О, это было ужасно.

"Я ищу сейчас. Я уже начал", - говорил Сэм. Что ищешь? "На самом деле, завтра у меня есть... Да. О, что-нибудь обязательно подвернется. Хм, в принципе, с ним все в порядке. Нет, я не говорю ему этого. Нет, я сохраню это... Верно, очень обнадеживающий. Но чем дольше это продолжается, тем меньше шансов..." Сэм потер глаза свободной рукой. "Он начинает ходить в школу через три недели, так что... Да. Хорошее развлечение. О, ему бы это понравилось, спасибо, Делия. А как у тебя дела? А Джерри и дети...?"

Еще больше разочаровывающих пауз. Я металась по комнате, не в силах успокоиться, пока Сэм не повесил трубку. Затем я сел у его ног, идеальная собака. Прошли минуты, прежде чем он даже увидел меня. "Я забыл рассказать ей о тебе".

Я заметил.

Слегка улыбаясь, он положил руку мне под подбородок. Я повернула голову и прижалась щекой к его ладони. С закрытыми глазами мне казалось, что я впитываю его печаль, унося ее в то место в себе, где это не могло причинить ему такой боли. Было ли это тем, что делали собаки? И то, что я отдал взамен, на что я обменял его печаль, была просто любовь.

Он убрал руку и уставился. Его глаза были настороженными, озадаченными.

Сэм. Сэм, это я, Лори. Я кладу лапу ему на колено, не позволяя отвести взгляд. Ты видишь меня? Помоги мне. Спаси меня. На мгновение, я клянусь, он понял.

Но затем время сдвинулось, "реальность" вернулась, и он засмеялся - неловко - и потянул меня за ухо. "Давай, Сонома. Пора спать".

На кухне? Я не мог в это поверить. Он хотел, чтобы я легла на совершенно новую, обтянутую вельветом собачью подстилку, которую он купил по дороге домой от ветеринара и которая все еще пахла полиэтиленовой упаковкой, в которой ее привезли. Скамья. Он несколько раз дружески похлопал меня по плечу и встал. Я тоже. Мы проходили через это несколько раз - "Нет, ложись, приляг. Вот и все. Хорошая девочка" - пока я не сдался. А потом, потом он выключил свет и закрыл вращающуюся кухонную дверь. Даже не оставил радио включенным для меня.

Я прождал около получаса, слушая, как Сэм наверху в ванной, затем стихли скрипы и потрескивания в доме, сосед выкурил последнюю сигарету на своем крыльце с сеткой, время от времени мимо урчала машина. Я даже слышал, как Сэм выключил прикроватную лампу - потрясающе. Он хорошо спит и быстро отключается; я подождал еще десять минут. Затем я носом открыл дверь и сбежал.

Быстро ступаю по коврам, осторожно по твердой древесине, чтобы ногти на ногах не хрустели. Пробудились новые инстинкты. Я чувствовала себя охотницей.

Этот землистый, влажный запах маленького мальчика в комнате Бенни был сильнее, чем когда-либо, как будто он бродил в темноте. Согласно режиму Сэма, время принятия ванны должно быть утром. Я отправился к источнику, забравшись на низкую кровать моего сына с такой грацией и точностью, что он даже не пошевелился. Как обычно, он сбросил с себя одеяло. Он лежал на животе, раскинув руки, как будто летел. Мягкий, быстрый звук его дыхания совпадал с биением моего сердца. Я хотела попробовать его на вкус, облизать всю кожу, которую обнажала его задранная пижама, но ограничилась тихим сопением, глубокими, тихими вдохами его икр, ступней, восхитительного затылка. Я устроилась по всей длине его ноги, прикасаясь к нему как можно большей частью себя, насколько это было возможно. И охранял его.

Прошло время - я не знал, сколько. Цифры на часах Бенни "Паук-М" шли вместе; я не мог в них разобраться. Где-то глубокой ночью я в последний раз погладила его по носу и выскользнула из его комнаты.

К Сэму. Где запахи были намного тоньше, но не менее интригующими. Более того, по-своему. Наша кровать была выше, чем у Бенни. Я положила передние лапы на изножье матраса и осторожно приподнялась, чтобы видеть Сэма. Долгое время я просто наблюдал за ним, спящим на спине, прикрыв одной рукой глаза. Простыня прикрывала половину его обнаженной груди; под ней на нем были шорты для бега - его летняя пижама. В свете уличного фонаря его кожа выглядела твердой и голубовато-бледной, как мрамор. Боже, я скучал по нему. Я скучал по нему прямо сейчас. Тихо, как ниндзя, я забралась всеми четырьмя ногами на кровать и свернулась на своей широкой, пустой стороне в самый маленький комочек, на который только была способна. И провалился во второй по глубине сон в моей жизни.

Я заперт в ледяной воде, стараясь не дышать. Если я буду дышать, я умру. Тьма надвигается. Я могу видеть только через сужающийся туннель. Я размахиваю конечностями, зная, что это бесполезно, неразумно, но страх слишком силен. Помоги мне! (Это произошло? Это реально?) Когда я больше не могу этого выносить, мой рот открывается, и я втягиваю воду. Паника пожирает меня. Я кричу, но не слышно ни звука, потому что нет дыхания. У меня есть последняя четкая мысль: это так глупо. Последняя эмоция - ярость - я пинаю, я пробиваю, я толкаю-

"Что за черт?"

Я просыпаюсь.

Возвращаемся на кухню. Я не протестовал. Плохой пес, пойманный с поличным. Сэм был таким сонным, я не мог сказать, был ли он зол или забавлялся, потому что его новая собака разбудила его пинком. Кроме "Какого черта?", ему нечего было сказать. Но он высказал свою точку зрения, когда, закрыв за мной кухонную дверь, придвинул к ней стул из столовой.

Теперь я вижу, что какая-то часть меня все еще верила, что все это было галлюцинацией. Он умер трагической смертью, когда Сэм подтащил этот стул к двери. Это больше не смешно, подумал я. Я должен выбраться из этого. Тот факт, что я понятия не имел, что такое "это", меня не пугал. Я провел свой первый и последний день в качестве собаки. Завтра: освобождение.

Я понял, куда мы направлялись на нашей прогулке, когда мы дошли до конца Йорк-лейн и повернули направо, на Кастер-роуд. Дом Моники Карр. Бенни и ее близнецы были одного возраста, и они хорошо играли вместе. Когда я работал (что было большую часть времени), а у Сэма были какие-то срочные дела (что случалось не очень часто), Моника была добра взять Бенни, даже на короткое время. Моника была довольно хороша во всем, честно говоря. Мне было бы неприятно думать, что именно поэтому она мне никогда особо не нравилась.

"Доброе утро!" - крикнула она с порога отремонтированного двухэтажного кирпичного дома в колониальном стиле, который ей достался после развода, помахала рукой, вытирая руки кухонным полотенцем. "Боже мой, кто это?" Она имела в виду меня. Бенни выпустил руку Сэм и побежал к ней, уже пустившись в сложные объяснения происхождения своей новой собаки. "Итан, Джастин, Бенни здесь!" Моника позвонила обратно в дом. А потом она присела на корточки в своих облегающих велосипедных шортах, обняла Бенни и поцеловала его, и он замолчал достаточно надолго, чтобы обнять ее в ответ.

Что? Что?

Итан и Джастин были очаровательны, два светловолосых ангела с озорным чувством юмора и веселым смехом. Когда они увидели меня, они набросились на меня, взволнованные и бесстрашные. Какими веселыми были дети! Человеческие игрушки. Бенни снова начал сагу о Сономе для их же блага. Итан и Джастин всегда заставляли меня смягчаться по отношению к Монике; я думаю, она, должно быть, делает что-то правильно, обычно после какой-нибудь менее благотворительной оценки. Но правда была в том, что Моника почти все делала правильно, а я просто никогда не был достаточно святым, чтобы находить это милым.

"Привет".

"Привет".

Их интонации, Сэма и Моники, заставили меня замолчать. Я прекратил драку с мальчиками и подошел ближе на поводке.

"Как у тебя дела, Сэм?" Она вложила столько сочувствия в этот простой вопрос; это прозвучало как ласка. Дополнительная ласка в дополнение к заботливой руке, которую она держала на его руке. "Как ты держишься?" Она тряхнула головой, чтобы убрать с глаз блестящую черную челку. От нее пахло нежным потом, если такое вообще существовало, а также корицей, дрожжами, чем-то фруктовым... Маффины с изюмом, вот и все. Конечно, с нуля, вероятно, с очень высоким содержанием клетчатки, и она готовила их либо до, либо после своей пятимесячной утренней пробежки. Сколько было времени, восемь? "У тебя есть минутка, чтобы зайти?" У меня есть кофейный пирог, готовый к выпеканию из духовки."

Кофейный кекс, то же самое. Сэм сказал, что хотел бы, но он немного торопился, не хотел опаздывать на встречу. Нет, нет, согласилась она, не годится опаздывать на это. Какая встреча? Никто мне ничего не сказал.

Моника предложила оставить меня, а также Бенни, но Сэм сказал "нет", спасибо; это было мило с ее стороны, но Бенни ей будет достаточно, чтобы справиться. Все трое мальчиков застонали от разочарования. Я тоже чувствовала себя разочарованной; я с нетерпением ждала возможности побыть наедине с Сэмом, но если он все равно собирался куда-то пойти, я бы предпочла остаться у Моники с Бенни. Впрочем, вот и все, чего я хотел. "Это собачья жизнь" - я никогда не был уверен, означало ли это, что тебе было тяжело или тебе было легко. Но это ни то, ни другое. Это значит, что ты раб, без прав, без привилегий. Почему собаки не восстают и не бунтуют? Вместо этого они любят нас - это все, что они делают. Это тайна.

Я не мог в это поверить, когда Сэм выгнал меня из ванной, пока сам принимал душ. Что-то еще, чего я с нетерпением ждала, так это увидеть его обнаженным, хотя я не совсем осознавала это, пока не была упущена возможность. По крайней мере, он вышел в своих шортах, с чистой кожей и влажными волосами, пахнущий мылом, кремом для бритья, дезодорантом, зубной пастой. И, по крайней мере, он позволил мне посмотреть, как он одевается. Десять лет назад, когда мы только поженились, у него было много костюмов, и он надевал их на работу актуарием в крупной страховой компании в центре города. В эти дни он ограничивался одним костюмом и несколькими спортивными куртками, и он редко надевал что-либо из них. В этом не было необходимости, когда его основной работой было заботиться о Бенни, а другая требовала смокинга.

Он натянул футболку, затем влез в брюки своего темно-синего костюма и застегнул молнию. Следующая светло-голубая рубашка (я предположила; мне она показалась серой), за ней его темно-синий галстук в пейсли. Его лучший черный пояс. Что это была за "встреча", на которую ему нужно было принарядиться? Он зачесал пробор на бок в своих длинноватых светлых волосах с прядями, и это был намек на то, что, куда бы он ни направлялся, это не имело никакого отношения к магии. Майло Марвелл зачесывал волосы назад с красивого лба, подчеркивая его резкие, драматические черты. Сэм Саммер был хорошим человеком, но Майло Марвелл был мастером загадок.

Он продолжал поглядывать на свои часы. Когда он нервничал, у него была привычка поджимать губы и вдувать воздух через щеки. Он рассовал бумажник, мелочь, расческу и носовой платок по разным карманам, затем долго и хмуро разглядывал себя в зеркале над бюро. "Миллион баксов", - я так сильно хотела сказать ему. Это было то, что мы говорили друг другу всякий раз, когда наряжались для чего-то особенного. "Дорогая, ты выглядишь на миллион долларов". Сэм глубоко вздохнул, сказал "Хорошо" зеркалу, всего одно слово ободряющей речи, и вышел.

Он снова запер меня на кухне. "Только пока мы не будем уверены, что она прикована к дому", - объяснил он прошлой ночью Бенни. Что, я еще не проявил себя? Что я должен был сделать? Взорваться? "Будь умницей", - сказал он, взъерошив волосы у меня за ухом. Ты тоже. Я лизнула его запястье. Удачи. Веди машину осторожно. Я убрала дурацкий стул из столовой и открыла дверь, прежде чем услышала, как завелась его машина.

Я никогда раньше не замечал, но в моей гостиной не было удобного кресла. Ни один. Я выбрал модерн, когда мы покупали дом, довольный новым блеском кожи, металла и стекла. Современный был утонченным; современный означал профессионала, контролирующего себя и идущего вверх. Может быть и так, но где ты растягиваешься? Неудивительно, что Сэму и Бенни больше всего понравилась берлога (или "комната отдыха", как мы говорим в сфере недвижимости). Я обычно закрывал дверь в логово, когда у нас была компания, как будто прятал сумасшедшего родственника. Теперь это было то место, куда я отправился после того, как попробовал все отборочные из скользкой кожи и пугающее кресло Eames с откидной спинкой в гостиной. В логове даже пахло лучше. Как люди.

В углу гудел мой компьютер. В спящем режиме, но он был включен, что стало облегчением; кнопка, которая его активировала, находилась сзади, на одном уровне с монитором, и я не был уверен, что смог бы ткнуть в нее носом. Все, что мне нужно было сделать, это нажать пробел и ... вуаля. Синий экран.

Что теперь? Как я мог написать сообщение Сэму? Первым делом, устраиваюсь в офисном кресле, чтобы я мог дотянуться до ключей. Это заняло больше времени, чем я ожидал, из-за того, что кресло вращалось и стояло на колесиках. Я напомнил себе тюленя, балансирующего на пляжном мяче. Но это было ничто по сравнению с попытками перевести компьютер в режим обработки текста. Я несколько раз неловко падал на пол и в конце концов все равно потерпел неудачу, потому что я просто не мог подвести курсор мыши к Word и удерживать его там, щелкая левой кнопкой мыши подбородком.

Даже если бы я мог, как бы я набрал буквы? Мои ноги были слишком большими. И мой язык - я уже заметил это - был действительно неуклюжим и неэффективным; он не двигался вбок, не мог указывать или расплющиваться; все, что он мог делать, это входить и выходить, входить и выходить.

Обескураженный, я спрыгнул со стула на диван. Диван Сэма; мне он никогда не нравился, но это потому, что я не знала, насколько приятной будет ворсистая ткань, чтобы не царапать мое лицо. И верхушка моего носа, между глаз, те места, до которых я сам не мог дотянуться. Я свернулась калачиком в лучах солнца, проникающих через окно, положив подбородок на подлокотник дивана. Чтобы я мог лучше думать.

Меня разбудил телефон. Чарли, отец Сэма, оставил сообщение на автоответчике, в котором говорилось, что он зайдет в субботу вечером около половины девятого, если не возражаете, как раз вовремя, чтобы пожелать Бенни спокойной ночи.

Может быть, я мог бы написать сообщение Сэму от руки. Конечно! Взять блокнот со стола было просто; я просто провел по нему носом в сторону. То же самое с чашкой, полной шариковых ручек и карандашей. Жаль, что на верхнем листе блокнота была надпись. Я не мог разобрать, что там было написано; мои глаза не могли сфокусироваться так близко. Что ж, что бы это ни было, мне нужно было написать кое-что гораздо более важное. Используя язык, зубы и нижнюю губу, я оторвал эту страницу и выплюнул ее на пол кусочками.

Я не буду перечислять, сколько раз я пытался нажать на шариковую ручку, просто скажу, что мне это не удалось. Карандашей было три, и первые два сломались пополам у меня во рту. Я зажал последний между коренными зубами, что было нелегко, поскольку у меня было всего около двух третей от того количества зубов, которое у меня было раньше. Теперь, что написать? О словах не могло быть и речи, я понял это полтора карандаша назад. Значит, это символ. Сердце.

Дерьмо, дерьмо, дерьмо. Я не мог контролировать давление. Я проткнул карандашом дырку в бумаге, и в итоге все, что у меня получилось, - это дрожащий ромбоид со слюнями на нем.

Мне нужны были средства массовой информации большего размера. Подумай. Если бы я была женщиной, которая держит много подушек на мебели - скажем, кем-то вроде Моники Карр, - я могла бы что-нибудь написать, разложив их на полу. Но я не был, поэтому я не мог.

Поднявшись наверх, я, наконец, нашла коробку цветных карандашей в развалинах комнаты Бенни. Нет смысла придумывать способ использовать их здесь; я мог бы написать Геттисбергскую речь на стене пальчиковыми красками, и никто бы не заметил в течение нескольких дней. Возвращаемся в логово.

Как и язык, пальцы на ногах у собаки вытягиваются и втягиваются. Вот и все. Я оставил попытки написать что-нибудь карандашами Бенни и вместо этого сосредоточился на том, чтобы придать им какую-то форму. Мои инициалы! Если бы я мог сделать буквы "L" из цветных карандашей, разве это не сказало бы что-нибудь Сэму?

Мне пришлось съесть часть коробки, чтобы достать карандаши, но это было нормально. У картона был приятный древесный вкус; на самом деле, я был бы не прочь съесть его целиком. Сколько цветных карандашей было в этой коробке? Восемь, десять, что-то в этом роде; точный подсчет больше не был одной из моих сильных сторон. Я ткнула двумя мелками в букву "Л", но это выглядело случайным, бессмысленным. Двое на стороне, это было лучше, большая буква L. Хорошо. Теперь для S.

Сложно создавать кривые с прямыми краями. Я продолжал получать 5, когда у меня не было свастики. (Я мог только слышать Сэма: "Ты Гитлер? Я знаю - Ева Браун!") Я делал все, что мог, пока голод не отвлек меня. Этот картон, он был как закуска. Я побежал на кухню.

Вчера вечером Сэм подал смесь консервированного и сухого корма для собак - на удивление вкусного, - но сегодня это была просто миска с сухим кормом. Скучно, но неплохо, и хруст был удовлетворительным. Я съел все это целиком.

Я сидел в холле, почесывая зуд под воротником, когда шум на крыльце привел меня в полную боевую готовность. Шаги. Я издал низкий, предупреждающий лай, но это прозвучало застенчиво, отрепетировано. Как то, что я должен был сделать. Затем сетчатая дверь со скрипом открылась. Лай! Так было лучше. Через щель в двери хлынул каскад конвертов и журналов. Лай, лай! Лай, лай, лай, лай, лай!

Раньше мне нравился почтальон, славный парень по имени Брайан, но теперь я его ненавидел. Как весело! Лай был таким бодрящим, чистым самовыражением, как будто ты пел во всю мощь своих легких. Я продолжал в том же духе, пока Брайан не превратился в едва заметное воспоминание; затем я вернулся в кабинет и прилег вздремнуть.

Меня разбудил ключ во входной двери. Сэм! Я подбежал к двери, сердце воспарило. Сэм был дома! Радость! Блаженство! Я высоко подпрыгнул, пытаясь лизнуть его лицо, хвост летает, лает, крутится, не писает, не писает-

"Ложись!"

Где он был? Я чувствовал запах пластика... выхлопных газов автомобилей, людей ... Какой-то химический запах, как от нового ковра-

"Ложись! Черт возьми, пес." Он не был так рад видеть меня, как я был рад видеть его. Он выглядел усталым и напряженным одновременно. О, детка, подумала я, быстро протрезвев, и последовала за ним на кухню. Он увидел стул, дверь. "О, из любви к... Как, черт возьми, ты..." Его плечи поникли. Мой тоже. Он достал пиво из холодильника и отнес его в кабинет.

Хочешь пива? В котором часу это было? Часы мне больше ничего не говорили. Впрочем, слишком рано для пива, я понял это по солнцу. Когда Сэм начал пить днем?

"О, боже. Что ты сделал?"

Остановись! Не надо, не надо-

Слишком поздно. Он даже не читал это. Он просто наклонился, собрал все мои аккуратно разложенные мелки вместе со сломанными карандашами и шариковыми ручками, порванной бумагой и остатками коробки для карандашей. Черт возьми, Сэм, ты знаешь, как усердно я работал над этим?

"Плохая собака! Плохая Сонома!" Он сунул улику мне под нос. "Как тебе не стыдно. Плохая собака".

Ладно, ладно, я понял. Я ложусь и закрываю уши лапами. Я всегда ненавидел критику.

Я услышала тяжелый, безнадежный звук падения Сэма на диван. Вздох. Глоток пива. Когда я украдкой взглянула на него, он качал головой, глядя на меня. Но улыбающийся. Совсем чуть-чуть.

Я хотела быть незаметной, но мое сердце вывернулось наизнанку от радости, и я набросилась на него вместо того, чтобы улизнуть. Я не вскочил рядом с ним - у меня было достаточно самообладания, чтобы не допустить этого. Я сел у его ног, и через несколько минут Сэм положил свою руку мне на макушку и просто держал ее там, тяжелую и доверчивую, и мы оставались так, пока не пришло время идти за Бенни.

К концу недели я управлял домом. Сэм решил, что инцидент с карандашами и бумагами был аномалией, вызванной страхом разлуки. С тех пор я вел себя как Идеальная собака, и на третью ночь он перенес мою кровать в холл наверху. Больше никаких закрытых кухонных дверей для меня. Впрочем, это не имело значения; как только они засыпали, я пробирался в комнату Бенни, затем Сэма. Я спал чутко, и меня больше никогда не поймали.

В субботу был день уборки. Раньше был вторник, когда приходила уборщица, но, очевидно, те дни прошли. Теперь это был просто Сэм, с "помощью" Бенни, пытающийся навести порядок в недельной жизни в условиях невмешательства - это мягко сказано. Комнату Бенни было не разгрести лопатой; что им было нужно, так это экскаватор. Как мог один пятилетний мальчик устроить такой беспорядок всего за семь дней?

Я не был полностью невиновен в том, что касалось создания беспорядка. Я должен был чувствовать себя виноватым, но этого больше не было во мне. И подумать только, раньше я был таким привередливым человеком. "Привередливый", - назвал меня Сэм. У меня тоже было отвращение к еде; я был придирчив к текстурам, запахам, определенным вкусам. Ha! Сейчас я бы съел что угодно. Что угодно. Если я испытывал сильную жажду, унитаз не был выключен- я имитирую. Когда у меня зачесалась задница, я протащил ее по ковру. Повсюду собачья шерсть? Пфф, жизнь была слишком короткой, чтобы зацикливаться на таких мелочах.

Мы с Бенни вышли на улицу, когда Сэм начал пылесосить. Что за дьявольская машина; один только шум причинял боль, но было что-то угрожающее в ее движениях, в этих хищных движениях взад-вперед. Я хотел уйти от этого так же сильно, как хотел разорвать его на металлические кусочки.

Сэм начал строить форт для Бенни прошлой весной. Когда я видел это в последний раз, перед аварией, это был трехсторонний фанерный навес, примыкающий к дубу в глубине нашего заднего двора. За последние два месяца Сэм обнес четвертую сторону, вставил дверь и окно и покрасил ее в серо-голубой цвет с белой отделкой. Театр мечты и, само собой разумеется, любимое место Бенни. Я не был удивлен, когда он направился прямо к нему после того, как Сэм сказал: "Спасибо, приятель, хорошая работа", и освободил его от обязанностей по дому.

"Послушай, Сонома. Это место, где я храню вещи ".

Форт был примерно пятифутовым кубом, пахнущим деревом и землей. Бенни открыл пластиковый ящик в углу куба и показал мне свои игрушки. "Загадка бронтозавра. Смотри, смотри. Я могу сделать это быстро ". Действительно; он собрал динозавра примерно за одну минуту. "Затем он возвращается в это яйцо, видишь?" Он разобрал его на части и убрал в пластиковый стаканчик. "У меня в комнате завелся хищный богомол, но он возвращается в коробке, а не в яйце. Посмотри на это ". Он показал мне свой пластиковый бульдозер и свою волшебную колоду карт. Его особый мрамор, его львиная маска.

"Ладно, теперь", - сказал он другим голосом, наклоняясь к коробке с игрушками и вытаскивая металлическую коробку поменьше: старую жестянку из-под печенья. Я подошел ближе.

Он прошептал: "Видишь это, Сонома?" Он протянул мне предмет, который я сначала не узнала. "Он принадлежал моей маме. Это секрет. Я взял это из ее машины. Это для кофе, ты добавляешь кофе, а затем пьешь его, когда ведешь машину. Едешь на работу в своей машине, и она не прольется ". Он продемонстрировал, как пить из моей старой кофейной чашки.

"Здесь прямо написано название ее работы". РИЭЛТОРЫ ШАНАХАН И ЛЬЮИС. "Она ходила каждый день. Они продают дома людям. Она получала награды, потому что была хорошей. Она была лучшей ".

Что ж. Я был, но я не знал, что Бенни знал это. Я чувствовала гордость, но также и то, что меня могли застать за чем-то слегка постыдным. Хвастовство.

"Это ее коврик для мыши". Он снова шептал. Он проделал ту восхитительную вещь, которую проделывал со своим лицом, когда напряженно думал: он нахмурился, поджал губы и сморщил нос. Я точно знал, о чем он думал: как мне объяснить моей собаке, что такое коврик для мыши? В конце концов он решил не заморачиваться. "На нем есть наша фотография, которую сделал папа, я и мама, затем он велел поместить ее на эту штуку. Это мы катимся на санках по Йорк-Лейн. Я был маленьким мальчиком. Я пока не мог идти сам. Это мама, а это я ".

Мне понравилась эта фотография. Трехлетний Бенни сидел передо мной на санках, мы оба раскраснелись от холода и смеялись, как сумасшедшие. На нем был серебристый зимний костюм, тот самый, в котором он в том году надевал на Рождество, чтобы посидеть на коленях у Санты. Давно перерос.

Он поднес фотографию с ковриком для мыши ближе к моему лицу. "Похоже, что у нас волосы одного цвета, но это не так". Нет, мы сделали - он забыл. Его волосы потемнели за последние два года, а мои остались прежними. Он просто забыл.

Коврик для мыши вернулся в коробку; оттуда появилось что-то завернутое в кусок ткани. Что-то особенное, я могла сказать по тому, как он это держал.

"Смотри", - сказал он и открыл последнее сокровище.

Серьги. Дешевые металлические сердечки с выгравированной МАМОЙ на каждом - они с Сэмом купили их в прошлый День матери в киоске в торговом центре. "Они ей очень понравились. Она сказала, что они были прекрасны. Когда она проснется, я снова отдам их ей. Как только она проснется." Я навалилась на него всем своим весом; он обнял меня за шею. "Я рассказала папе, и он сказал, что она, возможно, не помнит. Что я отдал их ей раньше, но я думаю, она так и сделает. Не так ли?"

Он не плакал, но я лизнула его в щеку. Я знаю, что она будет.

Мне всегда нравился отец Сэма, даже несмотря на то, что он был настолько непохож на своего единственного сына, насколько это возможно. В то время как Сэм был тихим человеком, непритязательным и добрым, часто замкнутым с незнакомцами, Чарли был из тех парней, для которых была придумана фраза "хорошо провести время". Он продавал страховки перед тем, как уйти на пенсию несколько лет назад, и мне нравилось представлять, какой приятный сюрприз ждал людей, пригласивших его обсудить страховые взносы за всю свою жизнь. Чего я не знал, так это того, насколько он был веселым, если ты оказался собакой.

Притворяться рычащим тоже было очень весело, вроде как постоянно полоскать горло. Чарли играл в перетягивание каната со мной и моим игрушечным фазаном почти столько, сколько я хотел. Почти. Мы играли на кухне, пока он не вытащил меня из дома за свою половинку игрушки и не рухнул на ступеньку крыльца. Я позволяю ему открыть мой рот, надеясь, что он вышвырнет птицу в темный передний двор. Он сделал; затем он сделал это снова, и еще раз, но недостаточно. Он устал - они всегда так делают. Я мог бы добывать этого фазана всю ночь.

Сэм вышел с парой банок пива, протянул одну своему отцу. "Жарко", - сказал он. "Мы можем посидеть внутри, если ты предпочитаешь. В кондиционере прохладнее".

"Не я, мне это нравится. Ужасные дни. Бенни ложится спать?"

"Наконец-то".

"Мне кажется, у него все довольно хорошо получается".

"Ты подбодри его, пап. Я думаю, он слишком тихий ".

"Ты был таким". Чарли сделал глоток пива, а затем несколько раз тихонько рыгнул. У него все еще была густая шевелюра песочного цвета, но он стал мягким и округлым во всех тех местах, где Сэм был твердым и угловатым. "Ты был тихим ребенком. Всегда думал, что именно поэтому ты занялся магией."

"Но Бенни - болтун".

"Это точно. Без остановки. Но с ним все будет в порядке. Он будет таким, Сэм ".

"Конечно, я знаю".

"Эй, завести эту собаку было отличной идеей".

"Что ж..."

Ну и что?

"Без поводка - ты не боишься, что она убежит?"

"Ни за что. Она пристает к нам, как тень ".

"А как насчет того, когда вас с Бенни не будет весь день? Он в школе, ты на работе?"

Я перестал обнюхивать траву и подбежал. Какая работа? У Сэма была работа?

"Она прикована к дому", - сказал Сэм.

"Да, но сидеть весь день взаперти в доме - это не жизнь для большой собаки".

Я думал о себе как о медиуме.

"Я бы сам взял ее для тебя, но у них есть ограничение по весу для домашних животных". Чарли жил в доме престарелых в Силвер-Спринг. Но какое милое предложение. Я ткнулась носом в его руку в знак благодарности.

"Я больше беспокоюсь о Бенни, чем о собаке". Сэм поставил свое пиво на ступеньку и достал колоду карт, которую всегда держал в кармане. "Я ненавижу то, что меня не будет здесь, когда он вернется домой из школы".

"Так что ты будешь делать?"

"Есть сосед, который предложил оставить его у себя. У нее двое мальчиков его возраста, так что все должно получиться ".

Моника? "Mupf?"

"Тише, не сейчас", - сказал Сэм, думая, что я хочу поиграть.

"Что ж, это хорошо. Да, звучит так, что все будет хорошо. Дети приспосабливаются", - начал говорить Чарли. "Когда они маленькие, они могут приспособиться практически ко всему ..." И так далее, и тому подобное. Я перестал слушать. Моника Карр собиралась каждый день забирать моего ребенка после школы? Почему? Где должен был быть Сэм?

"Пиковая дама".

"Итак, расскажи мне о своей новой работе", - сказал Чарли, вытаскивая наугад карту из расклешенной колоды, которую протянул ему Сэм. "Пиковая дама", - подтвердил он без удивления и вернул ее.

"Это не то, чего я хотел. Я надеялся на что-нибудь на полставки, но это был тупик. С тех пор, как я ушел с поля, произошло много сокращений и слияний. Я должен был взять то, что мог достать. Двойка треф."

Чарли взял карту и кивнул. "Двойка треф. Но ты ненавидишь эту работу ".

"Нет, пап. Не говори так." Он слабо рассмеялся и сосредоточился на своем ударе сверху. "В любом случае, это не имеет значения. Я должен заработать немного денег ".

"Мне было очень жаль услышать о домике".

Сэм кивнул, пожал плечами.

"Я знаю, у тебя были большие надежды", - мягко сказал Чарли. "Проводи больше времени с Лори и все такое".

Неужели? Я пыталась прочитать выражение лица Сэма в полумраке. Это было не то, почему он хотел эту хижину. Было ли это?

Чарли похлопал его по колену. Когда я подошел, он начал трепать меня за уши и дуть мне в лицо. Я завилял хвостом, готовый к игре. "Довольно иронично", - сказал он.

"Как же так?"

"Лори всегда хотела, чтобы ты вернулся к работе".

Я отъехала подальше, вне досягаемости Чарли. Это неправда. Даже если это и было, Чарли никогда об этом не знал. Сэм никогда не знал этого - потому что я никогда не говорил этого. Не вслух. Я посмотрела на Сэма, ожидая, что он будет это отрицать.

"Лори..." - сказал он и остановился.

Да? Что?

"Она думала, что выходит замуж за актуария. Это не ее вина, что она оказалась с фокусником, работающим неполный рабочий день."

"О, да?" Чарли выпрямился. "Ну, насколько я помню, ты не думал, что выходишь замуж ..."

"Эй, сейчас, пап".

" - типичный трудоголик, добивающийся успеха, который ..."

"Хлоп"."

" - жил ради зарабатывания денег и установления рекордов продаж. Ладно, ладно. Извините. Но если она была разочарована в тебе, я говорю, что это пошло двумя путями ".

Чарли! Я думал, ты любишь меня!

О, это было так несправедливо. Я прокрался дальше во двор, за пределы круга света на крыльце. Если бы я только мог исчезнуть. Я нашла участок, заросший пахнущим пылью плющом, и зарылась в него.

Что было плохого в том, что тебе нравилась твоя работа? Я не был трудоголиком. Чарли был прав в одном - когда я встретил Сэма, он работал в одной из крупнейших страховых компаний в стране, поднимался по карьерной лестнице актуария, сдавал экзамены на квалификацию, сдав с поразительной легкостью. Помешанный на математике. Как оказалось, он ненавидел математику, но я этого не знал. Но это не имело значения! Мы были рады поменяться гендерными ролями, особенно когда моя зарплата утроилась и учетверилась во время бума недвижимости. Когда все лопнуло - ладно, это было тогда, когда я, возможно, сказал что-то Сэму. Впрочем, не придираюсь; скорее указываю на очевидное. Тактично. С любовью и поддержкой.

Затем я приобрел недвижимость на О-стрит в Джорджтауне и продал ее китайскому бизнесмену, который заплатил запрашиваемую цену наличными. Огромные комиссионные, лучшая сделка года, продвижение по службе -Sam's cabin on the river. Во время худшего спада на рынке жилья в новейшей истории я был непобедим.

Потом я утонул.

Теперь Сэму пришлось вернуться к работе, которую он ненавидел. Бенни пришлось пойти в первый класс без матери, а после школы ему пришлось пойти в дом Моники Карр. Сэму пришлось продать свой прекрасный домик, чтобы оплатить страховые счета. Все катилось к чертям, и это была моя вина.

С таким же успехом я мог бы лечь на улице и попасть под другую машину.

Я бы так и сделал, но в этот момент Сэм сказал: "Завтра приезжает Делия, и мы все собираемся в Хоуп Спрингс навестить Лори. Ты можешь пойти со мной, Пап, но ты не обязан. Я знаю, это трудно..."

"Нет, я бы хотел прийти. Спасибо, Сэм. За то, что включили меня. Мне жаль, что я не навещал ее чаще ".

Я вообще не мог вспомнить, чтобы Чарли навещал меня. Но это было здорово! "Все", должно быть, означает всю семью - Сэм взял бы меня тоже. Они поощряли домашних животных в таких местах, как Хоуп Спрингс - мы были терапевтическими!

Боже мой, это было оно. Ответ, ключ. Завтра все изменится. Я не знал как - я просто знал, что так и будет. Все, чего я хотел, это вернуть свою семью, и в некотором смысле, самым необычным образом, я это получил. Пришло время вернуть себя.

Они не забрали меня.

Мне потребовалась последняя секунда, чтобы понять это, когда Сэм поставил ногу мне на грудь и сказал: "Нет, Сонома, ты останешься здесь. Останься, девочка, мы вернемся. Охраняй дом", - и захлопнул входную дверь у меня перед носом.

Невероятно. Все мои надежды рухнули в одно мгновение. Капризность, абсолютная тирания людей над собаками никогда раньше меня не поражали. Если бы я не знал, что от этого станет только хуже, я бы бросал свое шестидесятифунтовое тело снова и снова на эту упрямо закрытую дверь, пока один из нас не сломался. Теперь я бы даже не увидел свою сестру!

Но хуже, намного хуже, я бы не увидел себя. И после того, как у меня возникла идея, я только еще больше уверился, что это был единственный выход. Как именно это будет работать, я понятия не имел - да и как я мог, когда я вообще не знал, как начался этот странный бизнес?-Я просто знал, что должен был попытаться. Чтобы воссоединиться. Чтобы вернуть себя.

Что означало, что я должен был сбежать.

Стратфорд-роуд, наша улица длиной в один квартал в пригороде Бетесды, была таким безопасным, милым районом, что иногда мы даже не запирали двери. Мы с Сэмом говорили, что должны что-то сделать с подвальными окнами, которые были маленькими, с потрепанными створками, расположенными высоко в стенах, грязными и затянутыми паутиной, большинство из них были заржавлены, если не сказать больше, - но у нас так и не дошли руки до этого. Я знал, какой из них наиболее уязвим: тот, что в топочном отделении над топливным баком. Прошлой весной два парня из нефтяной компании пришли обслуживать печь, и в процессе они открыли это окно, чтобы передавать инструменты туда и обратно.

Самым сложным было забраться на топливный бак, скользкий, вонючий, ржавый, пыльный металл, высотой в четыре фута, но там, где есть желание, есть способ. Какая удача, что окно открылось наружу на своих петлях. Все, что мне нужно было сделать, это нажать зубами на рычаг и надавить на стекло головой. "Все", - говорю я; Я чуть не сломал зуб, и щель, которую я, наконец, раздвинул, была такой узкой, что я поцарапал позвоночник, протискиваясь через нее. Но я выбрался. Я стоял на горячем асфальте подъездной дорожки, торжествующий, и встряхнулся. Зовите меня Макгайвер.

Хоуп-Спрингс находился в Олни, технически другом пригороде Вашингтона, но действительно далеком, примерно в двадцати милях вверх по Джорджия-авеню от границы округа. Лучше всего было бы свернуть с Джорджтаун-роуд на I-2 70, выехать на кольцевую автостраду, следовать по ней до Джорджии, направиться на север. В машине это, наверное, полчаса. Пешком...

Что ж, нет смысла думать об этом. Просто поставь одну лапу перед другой. Собаки могут преодолевать невероятные расстояния - вы слышите это постоянно - и им остается полагаться только на свои чувства. У меня были чувства и чрезвычайно четкая и живая мысленная карта округа Монтгомери, приобретенная за годы поездок клиентов по объектам недвижимости. Поговорим о стартовой форе. Я отправился уверенным шагом.

Однако на углу Йорк-стрит и Кастер-стрит я остановился. Машина, спускающаяся с холма, засигналила; я юркнул направо, во двор со стороны Гивенсов. Что-то заставляло меня бездельничать там вместо того, чтобы повернуть налево - мой маршрут, мой выход. Какая-то ноющая мелочь, которую я не смог идентифицировать. Нет, пока я не повернул направо, не пробежал немного по тротуару и не обнаружил себя - эй, как это случилось?- перед домом Моники Карр.

И говорите о дьяволе. Разве ты не знаешь? В воскресенье у Гилберта, бывшего мужа, родились близнецы, так что же делала Моника в свой единственный выходной, единственный бездетный день недели, когда она могла делать все, что ей заблагорассудится? Ходила ли она по магазинам? Прокатиться, сходить в музей, кино, навестить друзей, сходить на свидание? Нет. Она осталась дома и довела до совершенства свой и без того идеальный многолетний сад перед домом. Это были одни цветы, никакой травы - она вырастила изумрудно-зеленый ковер на заднем дворе - и это было красиво. Я хотел бы сказать, что сад Моники был драгоценным и слишком спланированным, или слишком искусственно деревенским, или слишком застенчивым и самодовольным, но это было ни то, ни другое. Журнал выходил почти одиннадцать месяцев в году, и в нерабочий месяц у него был "зимний интерес".

Вот она была, возглавляющая рудбекию. В шортах цвета хаки и топе без рукавов, который подчеркивал ее загар и подтянутое тело бегуньи. Я сидел на тротуаре и наблюдал за ней через спицы кованого забора, окружавшего сад, удивленный, когда рычание, низкое, но определенное, завибрировало в глубине моего горла. Мог ли я быть жестокой собакой? Как интересно. Я приподнял губы и обнажил зубы, демонстрируя. Вау. Всплеск агрессии!

Я услышал телефонный звонок в доме раньше, чем Моника. Она бросила свои ножницы и убежала внутрь, и тогда я решил, что это мой шанс. Что делать? Сильная сторона собаки - не планировать наперед.

Войти было просто - ворота были открыты. Внутри ничем особенно интересным не пахло; белки и бурундуки, вероятно, взглянули на все это первозданное великолепие и отправились в соседнюю дверь. У Моники было все: цветы, которые вы ожидаете увидеть в конце августа, гайярдия, маргаритки, астры, шалфей, космос, а затем еще десятки, для которых у вас не было названия, все красиво уложено, сгруппировано и согласовано по цвету, все пышное и живое. Меня привлекла идеальная гармония низкой вербены и перистого кореопсиса, темно-фиолетового и масляно-желтого цветов. Так просто, так мило. Я должен был убить это.

Заросшая сорняками почва была, как и следовало ожидать, богатой, мягкой и суглинистой, и копать - я был собакой уже почти неделю: Как несравненная, неподражаемая радость копания в грязи ускользнула от меня? Это было всеобъемлющее чувство, как только ты начал действовать, как только ты понял, насколько эффективнее и приятнее использовать все свои конечности, все четыре лапы и морду. Волнующе, на самом деле, и так приятно видеть, как высокие кучи земли, стеблей и цветов выросли позади меня, засоряя кирпичную дорожку, скрывая ее изящный узор в елочку. Зачем останавливаться на сочетании вербены и кореопсиса ? Прямо рядом с ним была полоса папоротников и хосты для рельефа, а затем появились брызги высокой фонтанной травы - это было бы непросто. Волнение наполнило меня. Первое растение хоста появилось так легко, что я совершил ошибку, облаяв его. Возьми это! Мертв, как дверной гвоздь. Я начал с его соседа, одного из самых разнообразных видов, которые мне все равно никогда не нравились. И это! Умри, ты, глупое растение, умри, как... как-

"Эй!"

Откуда она взялась? Телефон был у Моники в руке. Она приложила трубку к уху, сказала: "Я тебе перезвоню. У меня во дворе есть собака, она... " Она прищурилась. "Сонома?"

Разорен.

Она побежала за мной - я отпрыгнул вне пределов досягаемости. Она попыталась сделать еще один выпад, выводящий из равновесия; я увернулся в другую сторону. Отличное развлечение. Она выглядела так глупо, а я была грацией на четырех лапах, перемещающейся и делающей ложный выпад в последнюю секунду. Неудачник, - поддразнил я, отскакивая за пределы досягаемости, прежде чем она смогла схватить меня за воротник. Затем она попыталась преследовать меня, протягивая руку, уговаривая голосом. "Здесь, девочка, все в порядке, давай, Сонома, давай, девочка". Поднимай свой.

Мы кружили друг вокруг друга среди мусора на тротуаре. Затем - слишком поздно - я увидел, что она встала между мной и воротами. Секунду спустя она протянула руку назад и захлопнула его.

В ловушке.

Пошел ты, я перепрыгну через забор. Посмотри на это.

Но он был высотой в четыре фута, и у него были стойки в форме стрел, острые стойки в форме стрел, между каждым железным столбом. Я представил себя наполовину внутри, наполовину снаружи, пронзенным посередине.

Ладно, ты меня поймала, сказал я Монике и лег на горячую кирпичную дорожку. Теперь, что ты собираешься со мной делать?

Она отвела меня в ванную. Я не знаю, почему я позволил ей. Отчасти изнеможение, но также растущее подозрение, что я вовсе не был жестокой собакой, что рычание было всем моим арсеналом, после которого у меня ничего не было. Ну, лай и немного быстрой работы ног, но это было все. Я даже не спускал глаз с икры Моники, пока она вела меня в дом, представляя, как мои зубы погружаются в ее загорелую упругость - ее крик боли - вкус крови. Но я не мог этого сделать. Кем я был, вампиром? Нет, я был ретривером.

"Сэм? Это Моника." Она была на кухне, но я отчетливо слышал ее через закрытую дверь ванной. "Я только что звонил тебе домой, но, думаю, ты ... О. О, мне жаль. Я не буду вас задерживать; я просто хотел, чтобы вы знали, что Сонома здесь. Сонома. Нет, здесь. Ну, я думаю, она выбралась ". Легкий смех.

Я ждал, когда опустится топор.

"Понятия не имею; может быть, ты оставил... О, она в порядке, ничуть не изношена. Я не знаю. Я знаю, это так... Без проблем, я здесь весь день, просто забирай ее, когда захочешь... Конечно, это прекрасно. Ладно, Сэм, мы будем... Не за что, скоро увидимся. О, пожалуйста, не думай об этом. Пока-пока".

Она принесла мне миску с водой. Она принесла мне половину тоста с арахисовым маслом. Через час она меня выпустила.

О, такая прозрачная манипуляция. Я не был одурачен ни на секунду. Я немного пошнырял по дому, затем улегся на удобный диван в гостиной, грязные лапы и все такое. Что ты собираешься с этим делать? Она положила руки на бедра и покачала головой в милой, раздраженной манере. Оставшись без оружия, я свернулась в клубок и вздремнула.

Когда я проснулся, она была вся благоухающая, в чистой одежде и со свежим макияжем, протирала мебель тряпкой из перьев. Метелка из перьев. Я прекращаю свое дело. Вся стена гостиной была увешана фотографиями в рамках, в основном близнецов. Она тоже была фотографом? Она посмотрела на часы как раз в тот момент, когда раздался звонок в дверь. Я спрыгнул с дивана.

Бенни! Сэм! Бенни! Сэм! Радостный писк, восторженное кружение. Они пахли как Источники Надежды, но также и как Делия. И пицца! Я сел, когда Сэм сказал "Сядь", и не ткнулся носом в его промежность, и я не лизнул Бенни в губы, еще один запрет. Возможно, сейчас не имело смысла вести себя наилучшим образом, но это была единственная защита, которая у меня была. Я понял это в ванной: Моника не рассказала Сэму по телефону о моих приключениях в саду, потому что не хотела расстраивать его, пока он навещал свою жену, находящуюся в коматозном состоянии. Впрочем, она бы сказала ему сейчас.

Но это был Сэм, а не Моника, которая сказала: "Бенни, почему бы тебе не отвести Сономуу к машине? Нам с Моникой нужно кое о чем поговорить ".

"Хорошо", - прощебетал Бенни и похлопал себя по бедру, призывая меня кончить, как это делал его отец. "Давай, Сонома!"

Я не хотел уходить. Инстинкт подсказал мне, что было бы лучше быть там, когда Моника опустит стрелу. С другой стороны, быстрое, добровольное повиновение было всем, что мне оставалось, поэтому я выбежал на улицу вслед за Бенни.

Аккуратный пустой прямоугольник кисло пахнущей мульчи заменил уничтоженные цветы и хосту, а выложенная кирпичом дорожка была чисто подметена, аккуратная, как одна из столешниц Моники. Мило с ее стороны привести в порядок место преступления, угрюмо подумала я. У нее, вероятно, было ОКР.

Я хотел услышать все о посещении Хоуп Спрингс. Каким я был? Каким был мой прогноз на эту неделю? Бенни плакал? Был ли он печален? Но на этот раз мой сын был в спокойном настроении. Мы сидели на заднем сиденье машины с открытой дверцей, впуская ветерок. Несмотря на то, что было жарко, Бенни не возражал, когда я придвинулась ближе и прижалась щекой к его груди. Бум-бум заходилось его сердце, лучший звук. Любовь наполнила меня. Как чудесно снова вернуться к своей семье.

Но что так долго занимало Сэма и Монику? Мне не понравился их вид, они стояли слишком близко в дверном проеме, говорили серьезными голосами, слишком тихими, чтобы их можно было расслышать. Хотя в какой-то момент Моника захлопала в ладоши на какой-то комментарий Сэма и отчетливо сказала: "О, это было бы здорово". Что бы? Усыпляешь меня?

Наконец Сэм повернулся и направился к машине. Что ж, это было оно. Момент истины. Я искала на его лице гнев, негодование, но он улыбался, без сомнения, наслаждаясь какой-то приятной шуткой Моники. Которая в этот момент подумала о чем-то еще, что она должна сказать ему, и тоже побежала к машине.

"О, Сэм, не забудь, эм..." Внезапно у нее заплетался язык. Сэм закончил пристегивать ремень безопасности Бенни, вышел задним ходом и закрыл дверь. "Тот, эм, ты знаешь". Она сделала жест руками, но Сэм двинулся, и его тело заблокировало ее. Я не смог расшифровать это.

"Я не буду", - сказал он.

"Не забыть что?" - спросил насторожившийся Бенни через открытое окно.

"Не забывай... рассказать мне, как Сонома выбралась, " сказала Моника, явно импровизируя. Она протянула руку, чтобы взъерошить волосы Бенни. "У тебя очень умная собака".

"Она действительно, действительно умна", - согласился он.

Моника посмотрела на меня и приподняла одну бровь. Она не пыталась общаться - посылать ироничные сигналы собаке было последним, о чем она думала. Но для меня эта уединенная приподнятая бровь была так же хороша, как подмигивание.

Она не настучала на меня.

Что ж, отлично. Просто великолепно. Что я должен был сделать, поблагодарить ее? И на секунду в моем сердце ретривера вспыхнула настоящая благодарность. Я зевнул, глядя на нее. Я усмехнулся. Я облизал губы.

Тогда я взял себя в руки. Что такое naïveté. Как я мог попасться на такой ловкий трюк? Я не был одним из тех псов, которых можно шлепнуть, а потом дать кость, и все было бы отлично. Прощать и забывать - это то, что делают собаки, но я все еще была Лори. Если я хотел сохранить свою семью, я должен был держаться за то, что я знал: Моника Карр не была моим другом.

"Интересно, почему она приехала к тебе домой", - сказал Сэм, устраиваясь за рулем. "Хотя я рад, что она это сделала - она могла попасть под машину на Уилсон-лейн".

"Может быть, у нее течка", - предположила Моника. "Тебе следует подумать о том, чтобы стерилизовать ее".

"Я собираюсь. Я просто был слишком занят. Я позвоню и договорюсь о встрече завтра ".

"Ah-r oooooo!" О, неееет!

Моника думала, что это был бунт. "Ha ha ha! Она как будто услышала тебя!"

Дома кто-то просунул большой белый конверт через почтовую щель в двери. Я почувствовала знакомый запах, и как раз перед тем, как Сэм схватил его, я узнала заранее напечатанный логотип в обратном адресе: S & L. Конечно, знакомый запах исходил от Рона, моего босса в Shanahan & Lewis. Забавно, до этого момента я даже не знал, что у Рона был запах.

Обычно я бы пошла с Бенни, когда он побежал наверх в свою комнату, но что-то в Сэме, новое уныние, которое я могла почувствовать, хотя он не сказал ни слова, даже не вздохнул, заставило меня захотеть остаться с ним. Когда он вошел в кабинет, я последовал за ним.

Он вытаскивал из конверта страницы с вырезками, когда его взгляд уловил мигание огонька автоответчика. Он бросил бумаги на диван и нажал на кнопку.

Голос Рона. "Привет, Сэм, это Ронни. Прости, что я скучал по тебе сегодня днем. Я должен был сначала позвонить, но ты был прямо по дороге домой, так что я рискнул и зашел. В любом случае, хорошие новости - мы получили предложение на коттедж. Как вы можете видеть из предложения там, это не запрашиваемая цена, но она близка. Это не оскорбление. Так что подумай об этом и дай мне знать. Я думаю, мы можем поднять наш счетчик на десять или пятнадцать процентов. Этот парень - лоббист. Он живет в Вашингтоне, хочет домик для охоты по выходным с клиентами. Он говорит, что нанял бы кого-нибудь для реабилитации, не сделал бы это сам - не так, как сделали бы вы, и это позор, но... В любом случае, он кажется довольно уверенным в себе человеком, никаких, эм, финансовых обязательств или чего-то подобного, очевидно. Итак, у вас есть заявка и чек на депозит, так что теперь подумайте об этом и просто дайте мне знать. Надеюсь, у вас с Бенни все хорошо. Мы думаем о тебе. Все в офисе - ну, мы просто чертовски скучаем по ней. Ладно, скоро поговорим с тобой ".

Какой мужчина. В конце голос Ронни слегка дрогнул, и у меня от этого тоже встал комок в горле. Сэм опустился в рабочее кресло и положил голову на руки. Я не могла видеть его лица, но мне и не нужно было. Что бы ни случилось сегодня в Хоуп Спрингс, что не могло быть хорошим, это только сделало все хуже. Прекрасная хижина Сэма досталась какому-то богатому парню, который хотел использовать ее как базу для охоты на наших оленей, наших птиц.

Я кладу голову ему на колено. Сэм. Я толкнула его локтем, так что ему пришлось открыть лицо и посмотреть на меня. О, Сэм, мне так жаль. Он одарил меня кривой улыбкой любви, сначала рассеянной, но постепенно сосредоточившейся. "Ты", - сказал он - и мое сердце остановилось. Он видел меня? Знал ли он меня? Сэм. Он наклонился ближе, вглядываясь пристальнее. "Как, черт возьми, ты выбрался?"

Говорят, ты не знаешь, что у тебя есть, пока не потеряешь это. В тот момент я узнал, что это включает в себя способность плакать.

Сэм похлопал меня по голове и медленно встал, его плечи поникли. "Голоден?" сказал он и направился на кухню, чтобы приготовить ужин.

Я последовал за ним несколько минут спустя. Не совсем так голоден, как я был.

"Папа, что значит "стерилизованный"?"

Мы были в моем любимом месте, в мое любимое время дня: на диване после ужина, когда Сэм читал газету, а Бенни полчаса смотрел телевизор, если шло что-нибудь подходящее. Сегодня было воскресенье, так что это были Симпсоны. Который мог подойти, а мог и не подойти, но поскольку у меня больше не было права голоса, я старался не выносить суждений. Я просто наслаждался.

Забавно, когда я был самим собой, я обычно использовал этот промежуток между ужином и отходом Бенни ко сну, чтобы закончить кое-какую работу, позвонить клиентам, назначить встречи, сделать небольшую бумажную волокиту. Я думал об этом как о времени Сэма с Бенни. Теперь я понял, что в этом не было особого смысла, поскольку Бенни весь день был у Сэма, пока я ходил на работу.

Технически мне не разрешалось ложиться на диван, но я довел до совершенства искусство скрытного подкрадывания, осторожного, мучительно медленного продвижения, ключевым элементом которого является терпение. Это почти всегда срабатывало, и иногда, когда он замечал, что это происходит, это даже заставляло Сэма смеяться. Сегодня вечером я добился особого успеха, оказавшись между ним и Бенни, а не свернувшись в самый маленький комочек, который я мог сделать на дальней стороне от Бенни, для невидимости. Ах. Такова была жизнь. Все соприкасаются. Беспокойный Бенни с одной стороны, теплый, уравновешенный Сэм с другой.

Сэм пропустил много времени, не ответив на вопрос Бенни. Что-то в газете, казалось, привело его в восторг. Неужели он думал, что Бенни забудет? Какой мечтатель.

"Папа, что значит "стерилизованный"?"

Сэм отложил газету. "Кастрируй. Это операция, которую они делают собаке-девочке, чтобы она не могла иметь детей. Любые щенки."

"Почему?"

"Что "Почему"?"

"Почему у нее не может быть щенков?"

"Потому что они исправляют ее так, что она не может. Они связывают все в ее животе. Никакие щенки не могут появиться. Скажи, сколько еще дней до твоего дня рождения?"

"Тебе больно?"

"Нет".

"Но из Сономы получились бы хорошие щенки. Из нее получились бы отличные щенки. Как она выбралась?" Бенни сменил тему, опустив вопрос о щенке. "Как она выбралась из дома?"

"Я думаю, она вышла, когда мы уезжали этим утром. Это все, что я могу понять - она выскользнула за дверь, а мы не заметили. С этого момента нам придется быть более осторожными ".

Сэм проверил каждое окно и дверь в доме - я пошел с ним. Он нашел открытое створчатое окно над масляным баком и закрыл его, но ему ни разу не пришло в голову, что это могло быть моим путем к отступлению. Ни одна собака не может быть такой умной или ловкой, думал он. Я чувствовал такую гордость.

Вернемся к щенкам. "Что, если у Сономы в животе было так много щенков, и они не могли выйти, и она взорвалась! Она могла взорваться. Она могла бы - тьфу!"

"Нет, этого бы не случилось. Ты начинаешь волноваться? Большая шестерка в следующее воскресенье ".

"Почему бы и нет?"

"Потому что этого просто не было бы. Они связывают вещи так, что у нее даже щенков не получается ".

Ого, мы вступаем на опасную территорию. Я навострил уши.

Но для разнообразия Бенни пропустил замечание взрослого и вернулся к "Почему?"

"Потому что... лучше иметь только одну собаку, чем шесть или семь собак ".

"Почему? Нет, это не так ".

"Потому что о шести или семи собаках было бы слишком тяжело заботиться".

"Я бы позаботился о них!"

"Итак, мы должны сделать так, чтобы Сонома стала нашей единственной собакой, нашей главной собакой. Она получает всю любовь и внимание ". О, очень мило. Но потом Сэм зашел слишком далеко. "Как единственный ребенок".

"Как я?"

"Правильно".

"Но я не хочу быть единственным ребенком в семье!"

Сэм побледнел, но я не знаю, кому это причинило боль больше, ему или мне. "У собак все по-другому", - попытался он. "Сонома будет счастлива только с нами. У нее будет хорошая жизнь, намного лучшая жизнь, если она будет нашей единственной собакой ".

"Сколько ей будет лет?"

"Я не знаю. Правда, довольно старая. Мы надеемся".

"Она умрет?"

"Когда-нибудь. Мы надеемся, что пройдет много времени с этого момента ".

Мой сын очень нежно положил руку мне на шею. Сэм нежно погладил меня по спине. По крайней мере, разговоры о моей возможной кончине отвлекли их от темы щенков. Я представила облегчение Сэма.

Я кладу голову ему на бедро. Мы часто говорили о том, чтобы завести еще одного ребенка. Мы оба хотели одного, и тогда... Я не знаю, что произошло. Он время от времени поднимал эту тему, и я тянул время. "О, я не могу прямо сейчас уйти с работы, чтобы завести ребенка, рынок слишком хорош" или "рынок слишком плох". Я бы сказал: "Тебе не нравятся вещи такими, какие они есть прямо сейчас? Мне всего тридцать два", или тридцать три, или тридцать пять наших. Что ж, сейчас мне тридцать пять (пять собачьих лет). Что бы я сказал Сэму, если бы он поднял вопрос о ребенке сегодня? Мои доводы всегда звучали разумно, но, возможно, я просто был эгоистом. Я знал, что это было там, но я никогда не позволял себе чувствовать разочарование Сэма. И теперь это было намного яснее - как будто я мог видеть его сквозь его кожу. Или как будто я убрала себя со снимка, чтобы увидеть Сэма в идеальном фокусе. Непредвзятый. Мои мотивы, амбиции и тщеславие больше не мешают.

Должно быть, собаки видели нас такими все время.

О чем я только думал? Конечно, я хотела еще детей! Я любила детей. В мгновение ока - это было очень необычно и мощно для того момента, когда это длилось, - я представила себя лежащей на боку, кормящей грудью шестерых или семерых одновременно. Изображение и близко не такое тревожное, как могло бы быть, и это прояснило мою голову.

Вернуть себя было сейчас важнее, чем когда-либо, и это должно было произойти как можно скорее. Скоро, до того, как Сэм договорился о встрече с ветеринаром.

После того, как он уложил Бенни спать, Сэм пошел в кабинет и позвонил Ронни Льюису.

"Я смотрю на предложение, Рон, и я думаю, мы должны принять его".

Я знал это! Он так наивен в отношении денег. Он мечтатель, а не интриган. Прекрасно, мне это в нем нравится - но Сэм, ради бога, не соглашайся на первое предложение!

Рон сказал ему то же самое.

"Я знаю, Рон, но я не хочу лишних хлопот. Я не могу справиться с этим прямо сейчас. Давай просто примем это и покончим с этим. Я думал об этом, и это то, что я хочу сделать ".

Ронни говорил какое-то время.

"Ладно, все это звучит прекрасно. Одна вещь, Рон - ты сказал, что с этим товаром был чек? Деньги из рук в руки?" Он развернул веером конверт и бумаги, лежащие перед ним на столе. "Эм, ну, нет, я посмотрел, и этого здесь нет". Голос Рона стал выше; я почти мог слышать его слова. Конечно, в этом не было необходимости; я легко мог представить их. "Нет, я смотрел", - снова сказал Сэм. "Ну, я думаю, я не знаю; может быть, это зацепило - может быть, тебя... Нет, не здесь. Да, я думаю, тебе лучше позвонить ему и узнать, если... Ладно. Я здесь. Я буду сидеть тихо ".

Сэм повесил трубку. Я почувствовала на себе его взгляд и притворилась спящей.

Могу я просто сказать, что побег через высокое окно подвала - детская забава по сравнению с тем, чтобы вытащить чек из скрепки на трехстраничном документе, скрепленном степлером, не испортив бумаги и не оставив слюней. Съесть чек было еще сложнее, потому что по какой-то причине он был на вкус как бензин. Но собака делает то, что она должна делать.

Мне было жаль Рона. Вы не могли потерять депозитный чек на десять тысяч долларов без серьезного нарушения сделки, даже если покупатель был разумным, а этот, похоже, таковым не был. Откуда я знал? Инстинкт и опыт. К счастью, Рон был боссом, так что, по крайней мере, никто не мог его уволить.

Он перезвонил быстрее, чем я ожидала. Говорил очень тихо, я ничего не мог расслышать. Сэм продолжал извиняться, пытаясь заставить его чувствовать себя лучше. "Боже, мне жаль. Я не знаю, как это могло случиться. Так что, даже если он мог бы приостановить выплату, он не ...? Клянусь Богом, этого здесь нет. Я просмотрел несколько раз, прошел через весь... Ну, черт возьми, это не твоя вина. Не беспокойся об этом, серьезно. Все в порядке, мы просто начнем сначала. Забудь об этом, Рон, я серьезно. Это просто одна из тех вещей. Это тайна".

Может быть, это была моя нечистая совесть, но после того, как он повесил трубку, мне показалось, что Сэм странно посмотрел на меня. Подозрительно. Я завиляла хвостом и ухмыльнулась ему. У нас было соревнование в гляделки, взгляд Сэма был прищуренным и ищущим, мой - сонным и невинным. Я победил.

"Пойдем прогуляемся", - сказал он, вставая. "Хочешь пойти прогуляться?"

Выйдя на улицу, я заметил новую пружинистость в его походке, легкость на его конце поводка. Это не будет длиться вечно - Рон Льюис был слишком хорошим продавцом, - но на данный момент у Сэма стало бы на одну вещь меньше поводов для грусти. Из-за меня.

Хорошая собака.

На следующей неделе побег был последним, о чем я думал. Вместо этого я был образцом вежливости и приличия. Я садился, ложился и трясся по команде, я приходил, когда меня звали, и у всех открытых дверей останавливался, демонстративно ожидая приглашения продолжить. Масло не таяло у меня во рту. К воскресенью доверие Сэма восстановилось настолько, что он, не раздумывая, предоставил мне то, чего я хотела больше всего: разрешение посетить вечеринку по случаю дня рождения Бенни. Свободный, развязанный, разгуливающий по двору, как еще один гость. Только пушистый и с лучшим поведением.

День был идеальным. Хорошая вещь, потому что восемь насыщенных сахаром шестилеток, застрявших в нашей маленькой гостиной в дождливый день, были бы катастрофой. (Мы узнали об этом в прошлом году, на пятый день рождения Бенни.) Темой были безумные шляпы - каждый должен был носить безумные шляпы, а sweet Benny's - дымоход в красно-белую полоску от Dr. Сьюза. Он выглядел восхитительно глупым. Он был - и у меня не было ни капли предубеждения - абсолютно милейшим, очаровательным ребенком на вечеринке. Но, как ни странно - они мне нравились, конечно, но я никогда не был без ума от чужих детей без разбора - как ни странно, в этот день я обнаружил, что влюблен во всех них. Я могу сказать, что мне никогда в жизни не было так весело, как бегать, гоняться, резвиться и играть с Бенни и его друзьями. Мне нравилось, когда меня терзали, хватали, дергали, на мне ездили. Как будто нас было всех шестеро. Или все собаки. Я не знаю, но я никогда не чувствовал такого чистого смешения существ, просто видовых существ, не стремящихся ни к чему, кроме восторга.

Обед за столом для пикника представлял собой разумное сочетание здоровой пищи, замаскированной под мусор, а игры после него были веселыми, но в то же время продуманными и творческими, о которых вы читаете в журналах для родителей, но никогда не справляетесь в реальной жизни. Сэм заслуживал некоторой похвалы, но мне было ясно, кто был настоящим мозгом этой вечеринки. Не то чтобы нужно было быть гением, чтобы понять это. Моника приехала на час раньше с пакетами со вкусом подобранных украшений для вечеринки и самодельным - чем же еще?-трехлитровый айер-желтый торт с шоколадным ганашем и ирисными чипсами с надписью "БЕННИ". Сэм накрыл на стол, а мать Брайана Киммела осталась, чтобы помочь с открытием подарка, но на вечеринке по случаю шестого дня рождения моего сына Моника Карр, очевидно, была соведущей. И официальный фотограф.

"Мальчики и девочки! Могу я привлечь ваше внимание? Давайте к порядку, люди!" Это не сработало, поэтому она взяла свисток, висевший у нее на шее, и дунула в него. "Все, нам нужно снова занять свои места за столом! Итак, шоу может начаться!"

Шоу? Ах, так вот что это была за штука с занавесом - я думал, это для какой-то новой обучающей игры. Это было круглое вертикальное приспособление, похожее на очень маленькую душевую кабину, окруженное красочной занавеской с рисунком, сделанной из простыни. Был ли Сэм там? Я не чувствовала его запаха, но мои чувства были перегружены. Он исчез в доме несколько минут назад, так что я действительно должна была знать.

Хм. Это была хорошая идея? Бенни больше не было пяти. Что, если вместо того, чтобы заставить его гордиться, его отец-волшебник поставил его в неловкое положение? И Сэм всегда говорил, что магия - это на 10 процентов техника, на 90 процентов презентация - как он собирался представить себя кем-то иным, кроме соседского парня, которого большинство этих детей знали всю свою жизнь? Как он мог сотворить волшебство из того, кем он всегда был для них: отцом Бенни?

Моника была ведущей. После того, как она всех устроила, что само по себе было волшебным трюком, она начала воодушевляющее вступление, чтобы вызвать волнение, закончив словами: "А теперь... Я представляю тебе... удивительный... невероятный... Великий Самбини!"

Она размашистым движением отдернула занавеску, чтобы показать - ничего. Она ахнула, выглядела испуганной, попробовала еще раз. "Великий... Самбини!" Ничего. Третий раз - это прелесть, и я должен был признать, что к этому времени она уже собрала детей - обеспокоенная, но не слишком. "Великий... Самбини!"

Облачко дыма, и появился Сэм - как я предположил, из-за второй простыни с цветным рисунком, но эффект был слишком быстрым, чтобы разглядеть. Он вышел, кашляя и отмахиваясь руками от дыма. Он не был похож на себя. Он собрал свои волосы в тревожные пучки и шипы, которые торчали повсюду, придавая ему более эксцентричный, возможно, безумный вид. На нем были брюки в бирюзовую и золотую полоску, золотистый жилет, кроссовки с высоким берцем и галстук в горошек. Один край рубашки болтался под жилетом, а очки в роговой оправе постоянно сползали с его носа. Ладно, он был своего рода волшебником-ботаником, но образ не закрепился. Он все еще был Сэмом, пока не начал говорить.

"Ммм, добрый день, дамы и микробы", - прозвучало в виде носового, аденоидального гула, за которым последовало еще больше кашля и глупых звуков вроде "Бле! Хоу. Брак." "Аллергия", - объяснил он, вытаскивая из кармана желтый носовой платок и размахивая им от дыма. "Я мм понимаю, что это чей-то день рождения? Кто бы это мог быть? У кого сегодня день рождения?" он задавался вопросом своим теноровым голосом ботаника, нервным и сладким, звук, который я никогда раньше не слышала из его уст.

"Я". Бенни поднял руку, улыбаясь и краснея.

"Я? Нет, о, нет, мой в апреле, я почти уверен ".

"Нет!" - сказал Бенни, смеясь вместе с остальными. "Это мой день рождения".

"Ах, ты. Что ж, я знал это - я, ммм, Великий Самбини! Только не говори мне, что тебя зовут ммм..."

"Бенни!" - закричали дети.

"Нет, нет, начинается с Q. Ммм, я имею в виду J, начинается на букву J. Это... Хоакин?"

"Нет, Бенни!"

"Нет, нет, дело не в этом. Не говори мне; Великий Самбини знает все. Ммм, тебя зовут..." Он прижал кулак ко лбу. "Монтегю".

"Нет, " кричали они, " это Бенни!", хихикая, но как зачарованные. Как и я, они знали, что это Сэм, и все же это был не Сэм. Не повредило то, что, пока он говорил, он продолжал прилагать дикие усилия, чтобы избавиться от шарфа, но тот, казалось, был приклеен сначала к одной руке, затем к другой.

"Бенни? Неужели? Ммм, если ты так говоришь. С днем рождения, Бенни. Каково это - быть тридцатилетним?"

"Шесть".

"Шесть!" Великий Самбини подошел ближе, прищурившись на Бенни сквозь роговые очки. "Вот, подержи это". Бенни взялся за один конец шарфа, и когда Сэм отступил, за ним последовала еще дюжина, похожая на связку желтых сосисок в их руках. "Эй, " воскликнул Сэм, " как ты это сделал?"

"Ты сделал это!" - кричали дети.

"Я сделал это? О, я серьезно сомневаюсь в этом. Вот, я, ммм, возьму их ". Он смотал шелка обратно, сунул их в одну сжатую ладонь и, открыв ее, с еще большим изумлением обнаружил, что они исчезли. "Да что ты, ты, похититель шарфов", - бушевал он. "К счастью, Великий Самбини знает, где ты их спрятал. Ага!" Маленький Джастин Карр подпрыгнул от восторга, когда Сэм вытащил еще один длинный ряд шарфов из его ушей. "Воры и карманники, ммм, цок-цок-цок, чему они учат нашу молодежь в эти дни?" Он продолжал запихивать шарфы в карман своих штанов - но, конечно, чем больше он запихивал, тем длиннее становился шнурок. "Прекрати это", - приказал он Джастину. "Прекрати это, я говорю", что взбесило ребят. Его раздражение из-за суетливости щекотало их, и им нравилось подшучивать над тем, что его некомпетентность была притворной. Они знали, что были, в буквальном смысле, в хороших руках.

Сэм заставлял все больше шарфов появляться и исчезать, множиться и делиться, он превращал сине-белый шарф в шарф в сине-белую полоску, снова и снова, и каким-то образом каждый трюк был заговором против него. Ими занимались дети, а не Великий Самбини, который все больше и больше распалялся. Внезапно его раздраженное лицо прояснилось. "Неудивительно! Конечно!" Он хлопнул себя по лбу. "Я забыл свою волшебную шляпу! Без этого ничего не могу сделать".

Из внутреннего кармана достался плоский красный диск. Он глубоко вздохнул. "Волшебный воздух", - пропищал он писклявым голосом, затем подул на диск. Он раздулся в красную фетровую хомбургу. Который свалился с его остроконечной головы, как только он его надел. Последовало много веселых шляпных трюков, вдохновленных Чаплином, и трюков с палочкой-тросточкой, которые я никогда раньше у него не видел.

На самом деле, все это действо было новым для меня. Сэм выступал на выставках, вечеринках для взрослых, однажды побывал на круизном лайнере, где он появлялся в разных ролях: Сэм Саммер, фокусник; Майло Марвелл, Мастер мистерий; Потрясающий Престо, Принц престижности ("но вы можете называть меня просто Ваше превосходительство"). Я видел отрывки из всех них, а иногда и целое выступление перед живой аудиторией. И я никогда по-настоящему этого не понимал. Магия была глупой, не так ли? Потому что такого понятия не существует. Не то чтобы Сэм не был хорош. Просперо, принц Магии, был мягким, обходительным, сексуальным, уверенным в себе, всем, что вы могли желать от волшебника - если вы хотели волшебника. У меня никогда не было.

Теперь я начинал понимать это. Он не выбирал образ хвастуна, или клоуна, или простофили для этих детей. Он был скорее недовольным Питером Пэном, взрослым ребенком, очарованным, несмотря на раздражение, чудесными вещами, которые он мог делать такими, какие они были. По ходу действия изменилось даже его лицо, пропали годы, напряжение, а его тело, казалось, стало более гибким. В результате восемь шестилетних детей стали восторженными и послушными, без насмешек и злословия, ни одного умника. Просто смех и удивление.

Я не мог смеяться, но я мог вилять хвостом, когда Сэм провалил исчезновение монеты, и особенно исчезающего яйца. Дети так сильно смеялись, что Кайла Логан упала со своего места. Однако я перестал вилять, когда Сэм вытащил из кармана два куска шнура длиной в ярд и объявил, что ему нужны два добровольца для его последнего и чрезвычайно сложного трюка "Волшебные наручники".

Он выбрал Аллена Хансена и Итана Карра, близнеца Джастина. "Смотри внимательно! Не моргай!" - инструктировал он, завязывая узлы на веревках вокруг четырех маленьких запястий, при этом соединяя веревки вместе, так что, когда он закончил, веревка Аллена свободно обвивалась вокруг Итана.

"Ты застрял? Постарайтесь уйти друг от друга. Нет, они застряли. Но! Ммм. Если у них есть магия, ммм, моджо, они чудесным образом вырвутся на свободу! Мы дадим им одну минуту! У вас есть одна минута, чтобы освободиться. Ты можешь делать что угодно, но ты не можешь развязать узлы. Готов? Одна минута, начинаем... сейчас. Вперед!"

Они начинали застенчиво, проверяя веревки пробными движениями, например, обнимая друг друга сзади, спереди. Но разочарование, смех толпы и постоянный обратный отсчет Сэма - "Еще тридцать секунд! Двадцать пять! Двадцать пять наших!" - вскоре они свалились в кучу на земле, мечась и борясь, как котята, перепутав руки и ноги. Аллен потерял туфлю. Все думали, что это был бунт, все, кроме меня. Я знал, к чему это ведет.

"Время!"

Опустошенные, мальчики лежали плашмя на траве, покрасневшие и все еще хихикающие, пока Сэм развязывал узлы на их запястьях.

"Жаль, хорошая попытка, но сейчас я, Великий Самбини, продемонстрирую перед вашими изумленными глазами тайну Волшебных наручников. Для этого сложного трюка мне понадобится партнер ммм. Волшебный партнер, это само собой разумеется, ммм говоря. Кто-нибудь?" Все руки взметнулись вверх. Сэм прикрыл глаза и указал на, сюрприз, сюрприз, Монику. "Великолепная Моника!"

"Я?" Такая милая скромность. Дети даже не были разочарованы тем, что их не выбрали. Они любили миссис Карр. И они почувствовали, что для этого трюка, последнего трюка Великого Самбини, нужен знающий помощник.

Это, безусловно, произошло. Сэм никогда не просил напрямую, но раз или два, много лет назад, он намекнул, что был бы рад, если бы я помог ему в его выступлении. Конечно, я сказал "нет". Не раздумывая ни секунды. Какой абсурд. Нелепо и немыслимо, как просить его провести закрытие сделки по недвижимости для меня. Тем не менее, просто ради забавы, иногда он приглашал меня помочь с трюками, для которых требовались два человека, трюками, которые он не мог выполнить на сцене - без ассистента, - но которые ему просто нравились, и он хотел попробовать. Как волшебные наручники.

Итак, я знал, как это сделать. Вы позволяете людям из зала завязывать узлы, сколько угодно или как угодно сложно - только не слишком туго. "Не отсекай мою кровь!" вы говорите (если вы ассистент), потому что жизненно важно, чтобы одна веревка на запястье была немного ослаблена. Совсем немного. Чтобы фокусник мог просунуть свой шнур под него, а затем поверх вашей руки. Та-да, ты свободен.

Остальное - игра. Переигрывая, когда вы оба корчитесь и боретесь, боретесь и корчитесь, выполняя волшебную часть на земле и вне поля зрения - в идеале, под собой. Так что это похоже на Twister, только более интимно. Один или два раза Сэм уговаривал меня попробовать это с ним, и нам это очень нравилось. Очень много.

Он ни за что не собирался играть в "Волшебные наручники" с Моникой Карр.

Может быть, если бы на ней было больше одежды, а не сарафан без рукавов и сандалии с ремешками. Может быть, если бы она не выглядела так мило, или не пахла так сладко. Может быть, если бы она была чуть менее идеальной. Может быть, если бы она была в этой стране по визе, срок действия которой вот-вот истечет. Тогда я мог бы вести себя прилично.

Нетерпеливые добровольцы связали одно из запястий Моники, прежде чем я сделал свой ход. Я все еще пытался быть хорошим. Но мои лучшие намерения были подорваны постоянным видением Сэма и Моники, сцепившихся в неприличных объятиях. И затем, когда меня осенило - Боже мой!-они, должно быть, практиковали этот трюк раньше, я потерял всякую сдержанность.

Рорррр!

Не всякая сдержанность; я никого не кусал. Но я был во власти самого примитивного гнева, который я когда-либо испытывал, и Моника была не единственной целью. Сэм тоже приводил меня в бешенство. Я хотел, но не укусил их, только из-за близости стольких детей. Один бродячий клык - об этом невыносимо было думать. Я прыгнул между Сэмом и Моникой и делал все остальное, хотя - я рычал, угрожал, загонял, бодал головой. Моника, я всем телом повалился на землю ей на зад.

Сэм не мог поверить своим глазам. "Сонома!" - продолжал кричать он, раз за разом хватая меня за воротник. "Что за черт? Нет! Сонома, нет!" Один конец веревки все еще был у него в руке. Я позволил ему подойти ближе, еще ближе - затем прыгнул, схватил веревку зубами и рванулся прочь.

Что теперь? Еще один проклятый огороженный двор, проклятие моей жизни. Я бегал круг за кругом по периметру, преследуемый двумя взрослыми и восемью детьми. Когда мне показалось, что они загнали меня в угол, я ворвался в игровой дом Бенни. Спрячь веревку, спрячь веревку. Где? В его сундуке с игрушками?

Слишком поздно, нет времени. Я не сбежал. Я был в ловушке. По крайней мере, трюк был испорчен - Великий Самбини вряд ли мог начать все сначала после всего этого хаоса. Я разрушил чары. Миссия выполнена.

"Отличная вечеринка, Сэм".

"Это было. Само собой разумеется, я не смог бы сделать это без тебя ".

"О, конечно, ты мог бы. Вау, волшебное шоу было фантастическим ".

"Пока все не полетело к черту". Сэм и Моника скорчили одинаковую гримасу отвращения, когда посмотрели на меня через кухонную дверь. Бенни и близнецы были наверху, играя с новой машинкой Бенни по изготовлению радуги; Сэм и Моника заканчивали уборку. Я старался не привлекать к себе внимания в самом безопасном месте, какое только мог придумать: под обеденным столом.

"Как ты думаешь, что ее вывело из себя?" Сэм взял у Моники горсть вымытых стаканов и поставил их на верхнюю полку шкафа - слишком высоко, чтобы она могла дотянуться.

"Я не могу себе представить".

Услышал ли он те же нотки в ее голосе, что и я? Было ли это моим воображением, или Моника просто послала мне взгляд? Нет, смешно; она ничего не знала. Она не могла. За исключением того, что она мне не нравилась - это уже должно было быть совершенно ясно.

"Я понятия не имела, что ты так хорош", - сказала она Сэму. "Я должен был. Я имею в виду, ты делаешь это профессионально ...

"Сделал".

"Но я просто никогда не осознавал. Ты бы никогда не сказал, и из того, что я всегда узнавал от Лори ...

"Что?"

"Ничего, я просто ... предположил, что это было скорее хобби, вот и все. Но, Сэм, ты молодец. Действительно хорошо."

О, заткнись. Однако она не льстила ему; она говорила серьезно. И Сэм просиял от удовольствия. Так несправедливо - я хотел сказать это ему. Я хотела заставить его улыбнуться, покраснеть и выглядеть довольным.

Почему я никогда не говорила Сэму, что он хорош?

Они закончили на кухне и прошли мимо меня - я смотрел на их ноги - в холл. "Устин и Джетан!" - позвала Моника; семейная шутка. "Пора возвращаться домой!"

Сэм снова начал благодарить ее. Она прервала его, чтобы спросить: "Как у тебя дела, Сэм? У меня не было возможности со всеми этими делами по случаю дня рождения, чтобы по-настоящему поговорить с тобой, уже несколько дней ".

Дни, подумаешь.

"С нами все в порядке", - сказал Сэм. "У нас все хорошо. День за днем."

"Но ты. Как у тебя дела?"

Он еще не расчесал свои великолепные волосы Самбини. Освещенный сзади в открытой двери, он выглядел как панк-ангел. "Начать новую работу будет неплохо", - сказал он без энтузиазма. "Отвлеки мой разум от всего этого".

"Есть что-нибудь новое с Лори?" Мягко спросила Моника. Кстати о вещах.

"Не совсем. Мы пойдем навестить ее завтра вечером. Обычно я беру Бенни по воскресеньям, но..."

Поскольку это был его день рождения, он получил отсрочку. Я закрываю глаза лапами, желая, чтобы я мог исчезнуть. Перестают существовать. Подумайте, насколько лучше было бы всем.

Когда я поднял глаза, Моника держала руку на руке Сэма, успокаивающе поглаживая ее, в то время как ее тающие глаза светились сочувствием. Мгновенно я был на ногах, рычал, крался вперед, пригибаясь к земле, как волк.

Кто знает, что могло бы случиться, если бы Бенни и близнецы как раз в этот момент не скатились по ступенькам, ссорящиеся и перевозбужденные, за несколько минут до срыва. Всеобщее внимание переключилось на них, включая мое. Хорошая вещь, потому что в тот момент дерзкая маленькая попка Моники никогда не выглядела более, как бы это сказать, аппетитной.

Мне тоже разрешили пойти, когда все вышли на улицу к машине - Моника приехала на машине вместо того, чтобы идти пешком. Складывание близнецов и праздничных принадлежностей заняло некоторое время. Когда это было сделано, она обхватила ладонями затылок Бенни и поцеловала его в лоб. "С днем рождения, мистер".

Он обнял ее за талию - она присела перед ним на корточки. "Скажи Монике..." - начал Сэм, но Бенни не нуждался в напоминании. "Спасибо тебе", - сказал он, и она ответила: "Всегда пожалуйста", - и заключила его в крепкие объятия. Я сделала два шага к ним, напряженная, волосы встали дыбом. У меня потекли слюнки.

Моника похлопала Бенни по плечу и начала садиться на пятки, но он удержался. Он держался. Я видела его плотно закрытые глаза, его сморщенные губы. Потребность и пустое удовлетворение на его лице.

Я мог бы съесть целую семью - я мог бы искалечить игровую площадку, полную детей. Боже! Я хотел что-нибудь зажать между зубами, чтобы перемалывать и трясти, пока оно не заглохнет. Но я и пальцем не мог пошевелить, чтобы прервать несколько секунд счастья для Бенни, даже если бы это произошло в объятиях моего смертельного врага.

Я обошел дом сбоку, и меня вырвало.

После этого дела пошли под откос.

На следующий день после вечеринки Бенни пошел в первый класс, а Сэм приступил к своей новой работе. Сэм подвозил Бенни к школе по пути на работу, а во второй половине дня Моника оставляла Бенни у себя дома, пока Сэм его не забирал. Я никогда не встречал учителя Бенни. Я никогда не видел его классную комнату. Сэм уронил меню на обед первой недели на пол, и я разобрала "биточки из говядины терияки" и "бургер из кафе с печеной фасолью", прежде чем он взял это в руки. По вечерам я мог бы услышать ценный лакомый кусочек о новом друге Бенни, запутанном задании, забавной вещи, которая произошла в тот день. Но он рассказал Сэму все хорошее, как только увидел его; к тому времени, когда они вернулись домой, все, что у меня было, - это объедки.

Что касается работы Сэма, он никогда не упоминал о ней.

Один день длился год. Я знаю, почему собаки так много спят - им больше нечем заняться. Самым ярким событием для меня стало то, что мистер Хортон, наш ближайший сосед, пришел в полдень, чтобы выпустить меня на задний двор на десять минут. Сэм сказал ему, чтобы он обязательно поменял мне воду и оставил мне жевательную резинку из сырой кожи, но чаще всего мистер Хортон, которому было девяносто, забывал.

Единственный способ, которым я когда-либо узнавал что-либо важное, имея в виду взросление, был прослушиванием телефонных разговоров Сэма, особенно с моей сестрой Делией. Теперь, когда он каждый день работал в офисе, такие случаи прекратились. Однако однажды ночью позвонил Ронни Льюис, и я услышал плохие новости: у него появился другой покупатель на коттедж.

Он подумал, что предложение было слишком низким, и хотел, чтобы Сэм выступил против. Я затаил дыхание, пока они спорили, Сэм говорил "нет", давай возьмем это, Рон пытался отговорить его от этого. Ты с ума сошел? Я так сильно хотела сказать своему мужу. Я никогда не слышал реальных цифр, но мне и не нужно было. Даже на этом паршивом рынке только придурок согласился бы на первое предложение. Но дело было даже не в этом. Сэм, держись! Не продавайте! Когда это закончится? От скольких мечтаний ему пришлось отказаться ради меня?

Но в следующий воскресный день: чудо. Это произошло так быстро - только что я дулась под пианино, готовясь к еженедельному забросу в Хоуп Спрингс; в следующее мгновение Сэм натягивал на меня поводок и говорил: "Давай, девочка, хочешь прокатиться? Хочешь поехать на машине?" Они забирали меня с собой!

Такой прекрасный день. Последний день августа, но для разнообразия ясный и голубой, не душный, в воздухе даже чувствуется привкус осени. Это наполнило меня новой надеждой, такой, какой я так давно не испытывал, это привело меня в эйфорию. Сэм продолжал говорить мне успокоиться, успокоиться, но было невозможно не броситься от одного окна заднего сиденья к другому, делая глубокие глотки воздуха и наблюдая за пролетающим мимо миром.

И все же, чем ближе мы становились, тем спокойнее я становился. Или, если не спокойнее, более вдумчивый. У меня все еще не было плана, никакой реальной идеи о том, что я буду делать, когда увижу себя - воссоединюсь с самим собой. Это не казалось необходимым; какая-то странная вера сказала мне, что это просто произойдет. Все, что должно было случиться, случится. Какая бы сила, мутация или сбой реальности не превратили меня в Соному, так же внезапно и необъяснимо превратят меня обратно в Лори. Потому что, по крайней мере, Вселенная все еще была упорядоченным местом - так я всегда верил - и ей нравилось равновесие. Странные аномалии в конце концов были исправлены. Инь и ян. Сегодня был день, когда я должен был внести свой вклад, чтобы все исправить.

Бедный Бенни. Он откинулся на спинку стула, взволнованный визитом к маме так же, как и визитом к педиатру. В меньшей степени. Сэм заставил его принести из школы одну из его книг, чтобы показать мне, как хорошо он умеет читать. Все будет хорошо, - сказала я Бенни, уткнувшись носом в солоновато-сладкий затылок. За исключением собачьих лап (по крайней мере, моих), ничто не пахло лучше, чем волосы Бенни. Я лизнула его в ухо, что вызвало у него смех. Не волнуйся, детка. Мамочка возвращается домой. Он потрепал меня по морде и поцеловал в нос.

Итак, это были источники надежды извне. Симпатичный. Долгая извилистая поездка через лес к обширному комплексу старых, новых зданий и зданий среднего возраста. ЦЕНТР СЕСТРИНСКОГО УХОДА И РЕАБИЛИТАЦИИ В ХОУП-СПРИНГС, гласила одна вывеска; другая: "ДОМ ПРЕСТАРЕЛЫХ В ХОУП-СПРИНГС". Значит, это многофункциональное место; что-то для всех. Все, кто был немощен. Но я должен был признать, что там было красиво, чисто и тихо, за ним хорошо ухаживали, все, о чем можно было мечтать. Это, должно быть, стоило Сэму целого состояния.

Он припарковался в тенистом месте на одной из огромных парковок.

"Нам не обязательно оставаться здесь надолго", - пробормотал Бенни, возясь с ремнем безопасности. "Я голоден".

"Ты только что поел".

"У меня болит живот. Я не чувствую себя хорошо. У меня есть условие ".

"Ben."

"У меня болезнь, папа. Мне нехорошо."

Сэм нахмурился. Затем вздохнул. Затем взъерошил волосы Бенни. "Ладно, приятель, мы не останемся надолго".

Ну, подожди, сейчас.

"Ты можешь рассказать маме все о своем дне рождения - как тебе это? Они, вероятно, выведут ее сегодня на улицу. Если хочешь, можешь поиграть у пруда с лилиями..."

"Хорошо!"

"После того, как ты поговоришь с ней и скажешь, что любишь ее и все такое".

"Хорошо". Он снова обмяк. Ненадолго, милый, сказала я ему, когда он открыл свою дверь и захлопнул ее. Сэм вышел и захлопнул свою дверь. Я ждал у своих, задрав хвост, дрожа от предвкушения.

"Веди себя хорошо", - сказал Сэм через четырехугольную щель в моем окне. "Мы вернемся. Будь хорошей девочкой ".

Что? Что это было? Я недоверчиво наблюдал, как Сэм и Бенни идут по широкой, обсаженной тисом дорожке к низкому кирпичному зданию со стеклянными дверями. И исчезаю внутри.

Нет. Нет. Я прокричал это, но никто не услышал. Я бушевал, пока у меня не заболело горло, но никому не было дела. О чем я только думал? Вселенная не была упорядоченным местом. Ужасным судебным ошибкам было позволено продолжаться, и никакая мудрая рука не уравновесила ужасное, неестественное неравенство. Я был потерян.

Я никогда не думал, что все может стать хуже.

"Привет, да, я хотел бы записаться на прием, чтобы мою собаку стерилизовали".

За стулом Сэма я подавилась куском пустой коробки из-под творога из мусорки.

"Вторник? Это так скоро, как ты можешь это сделать? Верно, праздничные выходные... Хорошо, тогда в следующий вторник. Восемь утра, это нормально ".

Я обежал вокруг кресла, положил лапы ему на колени. Нет! Я так сильно покачал головой, что попал себе ухом в глаз. Он продолжал говорить - я начал лаять. Нет! Нет!

Он рассмеялся. "Да, это Сонома", - сказал он в трубку. "Я знаю. Она как будто услышала нас ".

Последующие дни были необычными. Я лежал ночью наверху лестницы, охраняя дом, и думал: "Ну вот, еще один день прошел, а я не убежал". Я мог бы: окно в подвале все еще было не заперто. Каждый день я был один дома, и ничто не могло помешать мне сделать перерыв. Но я не пошел. Человеческий мир разваливался вокруг меня. Сбежать и воссоединиться - каким-то образом - с настоящей собой было моим единственным шансом, но я осталась.

Почему? Шансы на то, что мы действительно добьемся успеха, были крошечными - это одно. Тот раз, когда Сэм позволил мне поехать с ними в Хоуп-Спрингс, открыл мне глаза на то, что на самом деле будет связано с расстоянием, опасностью, машинами, движущимися со скоростью шестьдесят пять миль в час. Это может занять недели, а не дни. Я был напуган.

Кроме того, трудно описать, насколько соблазнительно быть собакой. Как заманчиво было сдаться. Забудь, кем я был раньше, и погрузись в это новое "я", "я", границами которого, казалось, не было ничего, кроме любви. Дарить любовь и получать любовь - вот к чему сводились мои потребности. Я чувствовал, как это усиливается с каждым днем. Дружба, нежность, игры, общение - за исключением злой Моники, это было все, о чем я заботился. Уходят, уходят, почти исчезли все чувства по поводу справедливости, беспристрастности, зуб за зуб - и не говоря уже о гневе, разочаровании, обиде, гордости, эго, неодобрении. Ревность - она у меня все еще была. Я хотел всей любви, которая была у моих близких. И это был недостаток, но я знал, что никогда его не преодолею. Это получилось слишком естественно.

И это просто так чертовски приятно быть собакой. Я не могу переоценить удовольствие от погружения в легкую дремоту примерно пять раз в час. Засыпаю ... просыпаюсь... засыпаю ... мечтаю... просыпаясь... Вы попадаете в режим сна и бодрствования, который со временем в среднем превращается в почти постоянный полусон (или полубодрствование), и это очень ... приятно.

Еще один пример, просто мелочь, но - игра в носок. Перетягивание каната, я бы сказал, но Сэм и Бенни назвали это "sock", как в "Хочешь поиграть в sock? Сонома! Достань носок!" Я пытался напомнить себе, что теннис - лучшая игра - Теннис, Лори! Ты хорош в этом, помнишь? Теннис - лучший!-но это было тяжело. И признай это: я получил от носка гораздо больше радости, чем когда-либо получал от тенниса.

В любом случае, я не уходил. Дни пролетали в приятной дымке, долгие периоды комфортного безделья перемежались вспышками крайнего возбуждения - они дома!- и глубокое удовлетворение. Я волновался, и иногда мне снились плохие сны, но время шло, и становилось все более очевидным, что собачья сторона меня побеждала.

В четверг директор школы Бенни оставил сообщение на автоответчике о том, что он подрался. Она отправляла записку домой с ним. Она хотела поговорить с Сэмом об этом как можно скорее.

Бенни в драке? Невозможно. Что за бой? Был ли он ранен? Нет, иначе она бы сказала, или в ее голосе было бы что-то помимо спокойного профессионализма. Остаток дня я ходил взад-вперед вместо того, чтобы вздремнуть.

Мистер Хортон приходил дважды, чтобы выпустить меня, второй раз ближе к вечеру, в пять или шесть, что-то в этом роде. Поразительное количество людей разговаривают вслух с собаками - вы не можете поверить в то, что они говорят, - но мистер Хортон не был одним из них. Где Сэм? Где Бенни? Почему они так опаздывают? Я спросил его со своим лучшим выражением лица просителя, но все, что я получил, было обычным: "Давай, пес" и "Займись делом".

Уже темнело, когда подъехала машина. Конечно, звук двигателя не изменился, и, конечно, хлопанье дверей было просто хлопаньем дверей - но я знал еще до того, как услышал медленные, волочащиеся шаги Сэма и Бенни, что что-то не так. Мое шестое чувство. И как только я почувствовал их запах, я понял, что это было. Я. Запах Хоуп Спрингс был повсюду вокруг них.

Сэм позволил Бенни выпить стакан молока на кухне. Я думал, они заговорят, но они этого не сделали. Каким я был? Хуже - должно быть, я. Или точно такой же; это было бы так же плохо. Так что это взаимное уныние, которое висело в воздухе, как дым от костра, было только потому, что они увидели меня. Это было все. Никаких изменений. Просто еще один душераздирающий визит к Лори.

Бенни замешкался со своим молоком, но не стал спорить, когда Сэм сказал ему идти наверх и готовиться ко сну, было уже поздно. В такие моменты я обычно ходил с Бенни, из-за близости. Мой маленький мальчик никогда не был таким моим маленьким мальчиком, как тогда, когда он надевал свою чудесно пахнущую пижаму, или мочился в унитаз (и на пол), или вставал у раковины на цыпочки, чтобы почистить зубы. Но теперь я остался с Сэмом, последовал за ним, когда он вошел в логово. Я хотел увидеть его реакцию на сообщение директора.

Он сыграл это дважды. Его лицо было отвернуто, но все остальное в нем отвечало на мой вопрос. Это было первое, что он услышал.

Его шаги на лестнице звучали для меня как приговор; я мог представить, как они звучали для Бенни. Я хотел подставить Сэму подножку, заблокировать его у двери, сделать что-нибудь, чтобы защитить Бенни, но инстинкт противостоять ему был так же силен. Мы с Сэмом бок о бок зашли в комнату нашего сына.

Он сидел на своей кровати, решая головоломку. Он не поднял глаз, даже когда Сэм сел рядом с ним. "Ben."

Ответа нет. Пристальное изучение головоломки.

"Есть ли что-то, что ты должен мне сказать?"

Качаю головой.

"Бенни".

Тишина.

"Есть ли что-то, что ты должен мне показать?"

Долгая пауза, затем Бенни встал с кровати, нашел свою сумку с книгами на полу, рылся в ней около часа, извлек запечатанный конверт. Безмолвно передал его Сэму и вернулся в кровать.

Сэм некоторое время смотрел на конверт, прежде чем открыть его. Не для того, чтобы продлить ожидание, просто чтобы отложить события еще на несколько секунд. Я сочувствовал.

Наклонившись, я попыталась прочитать через его плечо, но шрифт был слишком мелким. Письмо было не очень длинным, один или два абзаца, подписано чернилами. Сэм вздохнул, когда сложил его и положил обратно в конверт. "Ладно. Расскажи мне об этом ".

Бессловесный и угрюмый, Бенни усердно складывал деревянные кусочки головоломки вместе.

"Мы никогда раньше не говорили о драках, не так много, ты и я. Ты злился на этого мальчика, на этого ... Дага? Злиться на людей - это нормально, ты это знаешь. Это то, что ты делаешь с ..."

"Он придурок. Он простофиля. Он... " Бенни оторвал взгляд от головоломки, прямо в глаза Сэму. "Он мудак".

"Эй, теперь..."

"Он есть".

"Почему?"

Бенни не ответил.

"Что он сделал? Он ударил тебя первым? Это..."

"Нет".

"Хорошо".

"Я ударил его".

"Ладно. Почему? Он что-то сказал?"

"Он сказал... он сказал..." Слезы навернулись и пролились. "Он с-сказал..."

"Что он сказал?" Очень нежно Сэм заключил Бенни в свои объятия. Я бочком подобрался поближе, прижимаясь своим боком к ним обоим.

"Он сказал, мамочка..."

"Что?"

"Это..."

"Что?"

"Овощ".

Я издала сдавленный звук, самый близкий к рыданию, на какой только была способна. Они меня не слышали; Бенни плакал, а Сэм напевал что-то утешительное. Они были переплетением рук и прижатых друг к другу лиц, и все, что я мог сделать, это ткнуться мордой в те места, где я мог найти кожу.

"Ладно, слушай. Этот парень был неправ ". Он приподнял подбородок Бенни, чтобы тот мог посмотреть на него. "И ты был прав - он мудак".

"Я знаю". Бенни вытер свое скользкое лицо о простыню. "Я же говорил тебе".

"Но мы не используем это слово, верно? Ну, кроме нас, тебя и меня. В редких случаях. Мы можем сказать это друг другу, но больше никому. Как насчет этого?"

"Хорошо". Улыбка прорвалась на его лице. Как здорово перекинуться тайным ругательством с папой. Я не был уверен, что одобряю.

"И мы не бьем людей, когда они говорят глупости. Потому что им это позволено, это не противозаконно. Люди могут быть настолько глупы, насколько хотят, а мы просто игнорируем их. Мы можем сказать: "Ты неправ", или, может быть, "Ты идиот", но это все. Мы не бьем их, мы просто игнорируем их. Верно?"

"Хорошо". Но затем лицо Бенни снова сморщилось. "Это она?" спросил он тихим голосом, опустив голову, играя с пуговицей на рубашке Сэма. "Мама - это..."

"Нет, Бен, нет. Она не такая".

"Но она просто лежит там".

"Она спит".

"Но что, если она никогда не встанет?"

"Она будет".

"Но что, если она этого не сделает? Что, если она останется такой навсегда? Я бы хотел, чтобы она вернулась домой! Почему она не может проснуться? Почему!"

"Я думаю, она согласится". Он взял Бенни за плечи, прежде чем слезы могли хлынуть снова. "Я действительно думаю, что она согласится, но это может занять еще некоторое время".

"Как долго?"

"Я не знаю. Но мы ее семья, ты и я..."

"И тетя Делия".

"И тетя Делия, и все, что мы можем сделать, это продолжать думать о ней, и молиться за нее, и ходить к ней, и говорить ей, что мы ее любим. Потому что она ничего не может с этим поделать - ты же знаешь, что она вернулась бы, если бы могла, верно? Ты знаешь это, не так ли?"

"Да".

"Она пытается, но это очень тяжело. Она хочет быть с нами так же сильно, как мы хотим, чтобы она была. Мы просто должны продолжать ждать. И надеющийся, и не теряющий веру. А тем временем, мы есть друг у друга ".

"Я знаю".

"Ты знаешь". Сэм долго обнимал его. "У нас все будет хорошо", - шептал он снова и снова, пока тело Бенни, наконец, не начало обвисать от сонливости. "Ты и я, приятель. С нами все будет в порядке ".

Итак, я знал, что я должен был сделать. И не завтра: сегодня вечером. Больше никаких проволочек. Я чувствовал себя так, как будто проснулся после невыносимо долгого сна. Почему я ждал так долго? Лень, отрицание, трусость - каким-то ретривером я был. Но не более. Сегодня вечером я бы начал путешествие обратно. Для себя. Если бы у меня ничего не вышло - а все препятствия между мной и Хоуп Спрингс никогда не выглядели такими устрашающими - по крайней мере, я бы воспользовался шансом. По крайней мере, я бы попытался собрать свою семью обратно вместе.

Я остался с Бенни после того, как он уснул, вытянувшись рядом с ним, положив голову ему на плечо. Стук его сердца и ритм его дыхания проникали прямо в меня, сливались с моим сердцем и дыханием. Было трудно оставить его, самая трудная вещь, которую я когда-либо делал. Я не хотела его будить, поэтому не поцеловала его на прощание. Я уткнулась своим теплым носом в ложбинку у него на шее и вдохнула его.

Внизу стояла мертвая тишина. Я нашел Сэма по запаху - на диване в кабинете, он что-то сжимал, глядя на это у себя на коленях. Я не хотел, но пришло время попрощаться и с ним тоже.

Когда я вскочил рядом с ним, он едва заметил, и его "Даун" был таким нерешительным, что мы оба проигнорировали это.

Моя фотография. Это было то, что он держал в руках.

О, Сэм. Не грусти.

И тогда я увидел то, чего никогда раньше не видел. Сэм плачет.

Это было хуже всего на свете. Я лизнула его в щеку, и когда он отвернулся, я взвыла. Тихо; больше похоже на скулеж, действительно трагический звук. Это привлекло его внимание. Он сделал то, чего никогда раньше не делал: он обнял меня обеими руками и уткнулся лицом в мою шею.

И я поднялся на задние лапы и обнял его в ответ. Это было... божественно. Мы никогда не были так близки, с тех пор, как я изменился. Я бы осталась там на всю ночь, но Сэм слишком быстро взял себя в руки и оттолкнул меня.

Снова неполноценный, лишенный чего-либо, я наблюдал, как он достал из кармана потрепанный бумажный носовой платок и вытер лицо. Его кривая улыбка была самой печальной вещью, которую я когда-либо видел. Он редко разговаривал со мной, но сейчас он сказал: "Забавный пес. Ты забавный старый пес. Что с тобой такое?" Так много раз я пытался ответить на это. Теперь я просто покачал головой. Когда он гладил меня, я закрыла глаза и наслаждалась этим, хотя мое сердце разрывалось. Пока, Сэм. Не волнуйся больше. Я собираюсь это исправить. Я так сильно люблю тебя.

Зазвонил телефон.

"Алло? О, привет, Моника."

Я почти ушел тогда. Что бы случилось, если бы я это сделал? Я часто задавался вопросом.

"Мы вернулись примерно час назад, полтора. Прекрасно. Я имею в виду, ты знаешь, это было то же самое. Нет, никаких изменений".

Бла-бла-бла. Я не хотел это слышать.

"Послушай, Бенни ничего не говорил тебе о драке, не так ли? В школе? Когда он был там сегодня днем, он не... Я так не думал. Я бы не узнал себя, если бы... Нет, он в порядке; с ним все в порядке. Какой-то парень по имени Даг. Очевидно, он что-то сказал ..."

Не говори ей! Не смей говорить ей!

"Детские штучки, ничего особенного... Да. Я знаю. Верно, я уверен, что он сдерживает много гнева и разочарования... Правильно. Правильно."

Верно, верно. Заткнись, Моника, никто не хочет слушать твою любительскую детскую психологию.

Наконец-то она добралась до сути. "На пикник?" Сказал Сэм, немного оживляясь. "Звучит заманчиво, мы свободны все выходные. Что для тебя лучше? Значит, в воскресенье народу меньше, чем в День труда, да. Хорошо. Сонома тоже? Отлично, ей это понравится ".

Спасибо, что думаешь обо мне.

"Хорошо, ты принесешь это. Я могу сделать-Правильно, напитки, закуски ..."

Еще бла-бла-бла о переносном гриле, чей холодильник был больше, они хотели лимонад или шипучку, или и то, и другое. Я заставила себя не представлять это, не резвиться с Бенни и близнецами в каком-нибудь прекрасном лесистом, луговом месте, в каком-нибудь лесном уголке, населенном белками и бурундуками, может быть, на озере или ручье. Отлично проведите время. Без меня. В негативном смысле жалость к себе очень мотивирует. Пока. Я прокрался к двери.

" Парк Патуксент-Хиллз? Нет, мы никогда там не были. Звучит неплохо ".

Парк Патуксент-Хиллз? Парк Патуксент-Хиллз? Я продал дом неподалеку оттуда, в Бруквилле, к югу, немного дальше по шоссе 97. Парк находится всего в миле от Хоуп Спрингс! Когда ворона летит-когда собака гуляет, это, вероятно, два. Две мили! Через леса, сельские переулки и сонные жилые комплексы высокого класса. С тротуарами!

О, слава Богу, слава Богу, слава Богу, слава Богу. Я рухнула к ногам Сэма - мои колени были слишком слабы, чтобы держать меня. Благодарность превратила мои кости в желе. Я перевернулась и показала ему свой живот.

Все, что мне нужно было сделать, это дождаться воскресенья. День воссоединения.

СОБАКИ ВСЕГДА ДОЛЖНЫ БЫТЬ НА ПОВОДКЕ

Почему все никогда не могло быть просто? Никаких алкогольных напитков, никакого демпинга, никакой громкой музыки, мы закрываемся на закате - я мог бы с этим смириться, но ПОСТОЯННО быть на поводке было бы проблемой.

Как и грязь, хотя и не для меня. Солнце уже выглядывало из-за облаков, но с четверга каждый день шел дождь, и парк был переполнен, даже столики для пикника под деревянными павильонами. Они могли отложить до завтра - я боялся, что так и сделают, - но дети были так взвинчены, что взорвались бы, если бы взрослые отменили встречу. Сэм сказал, что небольшой дождь еще никому не повредил, и вот мы здесь.

Первым делом, после того как мы заняли один из множества свободных столиков и расставили все принадлежности для пикника, была прогулка. Это был мой шанс - за исключением того, что человеком на другом конце поводка был Сэм, а не Бенни или один из близнецов. Или, лучше всего, Моника, от которой у меня не было бы чувства вины за то, что я сбежал, предпочтительно с применением насилия. Сэм был другой историей. С одной стороны, он был сильным, но также - это трудно объяснить - как вожак стаи, он был тем, кого мне было трудно ослушаться. Хотите верьте, хотите нет. Я всегда думал о нас как о равных, или, если кто-то из нас был немного выше, это был я. Неправда, как человек и собака. Сэм был альфой.

Река здесь была узкой, больше похожей на ручей, и вздулась от дождя. Этот маленький парк расположен в заливе, который река сделала на своем пути на северо-запад, разделив пополам два округа. Главная тропа уходила влево, а более грубая, второстепенная - вправо, следуя изгибам воды. Мы выбрали главную, потому что она была шире и не такая каменистая, но даже в этом случае иногда нам приходилось сворачивать в лес, огибая лужи или участки грязи. Я хотела убежать вперед с детьми, но я застряла с Сэмом и Моникой. Тащись, тащись, остановись и посмотри на это, тащись еще немного, крикни детям, чтобы они прекратили делать то или иное, тащись, тащись, остановись и посмотри на это. Совсем не весело. Однажды мы столкнулись с двумя парнями, идущими в другую сторону, и мне пришлось сесть, чтобы избежать грубого внимания их раздражающего самца Ши-тцу. Иногда, честно говоря, я не возражал против такого рода вещей, но сегодня был не тот случай.

Настал момент, когда я подумал, что у меня есть шанс.

"Смотри!" Сказала Моника, останавливаясь, указывая вверх. "Видишь это? Рыжеволосый дятел."

"Где?"

"Прямо здесь. Три, четыре-пять ветвей вверх, с левой стороны, у того клена."

Сэм разбирался в птицах; они стали его хобби, когда мы купили коттедж. "Я думаю, что это краснобрюхий дятел".

"Но у него рыжая голова".

"У него красная корона. Голова рыжего дятла полностью красная ".

"Но где же его красное брюшко?"

"Это трудно увидеть; ты должен быть ближе". Его рука ослабла во время этого увлекательного разговора, его внимание полностью сосредоточилось на птице. Я отпустил поводок, чтобы еще больше смягчить его, затем подобрал ноги под себя и прыгнул.

И почти вытащил руку Сэма из сустава.

"Эй!"

Я тоже чуть не задушил себя, но у меня хватило ума разразиться лаем, притворившись, что я увидел что-то невероятно захватывающее, кролика, оленя, слона. Когда Сэм сказал мне остыть, успокоиться, я немедленно подчинился. "Хорошая девочка", - вынужден был признать он.

"Так и есть", - удивленно согласилась Моника.

"Я действительно думаю, что до нее начинает доходить".

Что касается побега, то обеденное время провалилось, потому что Сэм обмотал поводок вокруг одной ножки стола для пикника. Ничего не остается, кроме как лежать и быть паинькой, и жевать лакомые кусочки, которые Бенни и близнецы время от времени роняют.

Сэм спросил Монику, может ли Бенни задержаться у нее дома в четверг, и я узнал кое-что, чего не знал. "Мы переносим закрытие салона", - сказал Сэм. "Парень решил заплатить наличными, так что нет причин ждать".

"О", - сказала Моника. "Что ж". А потом, когда дети разговаривали, она сказала: "Мне жаль", достаточно громко, чтобы Сэм (и я) услышали.

"Нет, это хорошо. Действительно. Деньги прибудут как раз вовремя ".

Ну, разве это только что не связало все. Еще одна причина, как будто их и так недостаточно, действовать быстро. Что еще может пойти не так в человеческом мире?

После обеда Сэм проделал свой трюк с исчезновением солонки. Я всегда знал, что это каким-то образом должно было оказаться у него на коленях, но я никогда не мог понять, как. Новая перспектива меняет все.

"Ты выступал в каких-нибудь магических шоу в последнее время?" Спросила Моника, отрезая большие куски слоеного торта для всех. Самодельный, естественно. Какой идеальной семьей мы, должно быть, выглядели для всех остальных в парке. Мама, папа, трое детей, верный пес.

"Нет, нет". Я узнала фальшиво-беспечный голос Сэма. "Это все... Я больше этим не занимаюсь. Нет времени".

"Ах", - тихо сказала Моника. "Очень жаль. Но я думаю, с новой работой и всем остальным ..."

"Правильно".

"Ты все еще..." Ненавижу это, она собиралась сказать. Но она изменила это на "Становится ли лучше?", хотя Бенни не слушал - слишком занятый сравнением своего выпавшего зуба с Итаном.

"Это работа. Я не в том положении, чтобы жаловаться ".

"Ты не жалуешься".

"Это просто... ну, ты знаешь."

"Это то, что есть".

Такой глубокий.

Но немного позже я подумал, может быть, Бенни обратил внимание, по крайней мере, на тон голоса своего отца - оптимистичный, но напряженный, мир недовольства под поверхностью. Потому что Бенни потянул Сэма за рукав, прерывая что-то, что говорила Моника, и рассказал ему о динозаврах троодон. "Самец сидит на яйцах и охраняет гнездо, папа. Я читал об этом. Он - мама. Она уходит и что-то делает, а он остается и обеспечивает безопасность гнезда и согревает детенышей ".

Все, что сказал Сэм, было: "Как насчет этого", но он обнял Бенни за талию и прижал его ближе.

О, Бенни. Свет моей жизни.

Моника решила, что трава теперь достаточно сухая, чтобы на ней можно было играть в игры, что мальчики и сделали с Сэмом. Я должен был оставаться там, где был, и смотреть, как Моника наводит порядок.

В меня закрадывалось отчаяние. Как, черт возьми, я собирался это провернуть? Быть так близко и все равно потерпеть неудачу - я не мог думать об этом. Может быть, если я...

"Что, Сонома? Тебе обязательно идти? Тебе обязательно заниматься бизнесом?"

Бинго. Отчасти это был высокий стон, отчасти проникновенный взгляд. Они никогда не подводили меня.

"Я беру Соному на прогулку", - крикнула Моника Сэму, который помахал рукой и вернулся к игре с детьми в статуэтки.

На этот раз она выбрала второстепенную тропу, ту, что вилась на восток, под цементным мостом и за поворотом - вне поля зрения. Идеально, идеально. Здесь никого не было; тропинка была слишком узкой и заболоченной для сегодняшних туристов и слишком близко к грохочущей реке. Этот звук и запах мокрой земли наполнили мою голову, опьяняя. Солнечный свет превратил голубые кристаллы на влажных листьях деревьев. Все было прекрасно, но потеряно для меня. Я вспомнил бы это позже - или нет.

Моника шла мучительно медленно, когда ее не останавливали как вкопанную, любуясь природой. Она взяла с собой дорогую камеру. Она остановилась на берегу, чтобы сфотографировать пятнистый свет на воде. Был ли это мой шанс? Я бы получил только один. Если я потерплю неудачу, она будет настороже с этого момента. Я предпочитал ненасилие, но только в качестве первого средства. Я бы сражался, если бы пришлось.

Я собрался с духом. Не заставляй меня причинять тебе боль.

Хотя поводок был обмотан вокруг ее запястья. Лучше подождать, пока он не освободится в ее руке. Тогда я мог бы просто взять и убежать.

"Давай, Сонома. Тебе не нужно в туалет? Я верю", - сказала она, смеясь, и я надеялся, что она согласится, прямо тогда и там. Поговорим об отвлечении. Но нет, в ней слишком много от леди. Мы тащились дальше.

Толстая сосна сломалась у основания и наполовину упала в реку, судя по виду, много лет назад. "Как красиво", - сказала Моника, снова включая камеру. Это действительно выглядело живописно, редкие, потемневшие от дождя ветви, протянутые над бурлящей водой. Она сделала несколько снимков. Затем: "О, смотри, Сонома, паутина. Видишь это?"

Я видел это в развилке сухой ветки на конце дерева, как раз перед тем, как оно погрузилось в реку. Он был бы невидим, если бы не блестел от высыхающих капель дождя. Да, очень симпатичный. Почему бы тебе не пойти туда и не сфотографировать это?

И это именно то, что она сделала.

Что за идиот. Ты с ума сошел? Я думал, прежде чем опомнился. Будьте такими глупыми; идите дальше с фотоаппаратом в одной руке, собачьим поводком в другой, с бегущей коричневой рекой под вами. Пожалуйста, после тебя.

Но она была такой спортивной и уверенной в себе, что даже не пошатнулась. И она была не настолько глупа, чтобы дойти до конца, только до половины, когда я был примерно в четырех футах от нее, на длину поводка, всего в одном длинном прыжке к берегу. У дорогой камеры был телеобъектив. Я услышал, как он с жужжанием заработал, и увидел, как Моника одной рукой просматривает свое изображение в виде паутины на ЖК-дисплее. Меня начало трясти. От предвкушения, подумал я, но потом понял - это я был тем, кто испугался. Журчание реки, сильный запах воды и влажный воздух были последними хорошими воспоминаниями, которые у меня остались о моем человеческом "я". То, что произошло дальше, было сплошным кошмаром. Я ненавидел реки.

Все еще пребывая в растерянности, Моника сделала пару снимков, затем наклонила камеру на девяносто градусов для вертикали. Сейчас или никогда. Я вонзил ногти на ногах в кору и дернул головой, всем телом, в сторону так сильно, как только мог.

Она взвизгнула, когда поводок вылетел у нее из рук, а я развернулся и прыгнул на берег.

Всплеск, который трудно расслышать из-за отбивной. Я оглянулся назад. О, из любви к-

Моника распласталась в воде, вцепившись в ветку одной рукой, высоко подняв камеру в другой, пытаясь держать ее над напитком. Отпусти это, идиот - но я видел себя в другой реке, карикатурно прыгающим за скользким мобильным телефоном, и я знал, что она этого не сделает.

Течение было достаточно сильным, чтобы ее ноги болтались на вершине позади нее. Я не знал, что лаю, пока мне не пришлось остановиться, чтобы услышать, что она кричит. "Помогите! Я не умею плавать!" Она издала сердитый вопль и уронила камеру - чтобы она тоже могла ухватиться за ветку этой рукой. Трещина. Ветка сломалась, и вода унесла ее.

Все должно было быть наоборот, но в тот момент моя жизнь пронеслась перед моими глазами. Я видел все это в мельчайших деталях, цветной фильм о взлетах и падениях в жизни Лори Саммер. Взглянув на это в целом, я увидел, что это не удалось в важном отделе, в том самом, в котором собака Сонома преуспела. Отдел любви и ненаглядных. Единственный, кто имел для нее значение, и действительно единственный, кто имел значение - я увидел это в этот экстремальный момент с совершенной ясностью - точка.

Нет смысла прыгать в воду здесь - я бы быстрее догнал Монику, если бы побежал. Грязь летела у меня под ногами, когда я мчался вдоль берега, уворачиваясь от камней, деревьев, кустарников, зарослей. Моника плыла вниз по реке, как на байдарке, ее темная головка то появлялась, то исчезала из виду. Я догнал ее, когда она врезалась в кучу дерева и мусора, кружащуюся посреди ручья. Она схватилась за ветку, но ее хватка ослабла. Я с разбегу прыгнул с выступа берега и приземлился в той же ревущей волне, которая снова унесла ее вниз.

Потрясающе! Одна из них рассекла мне бок, другая треснула меня по лбу. Я скорее распознал боль, чем почувствовал ее. Течение перевернуло меня; я наглотался воды. Сквозь суматоху я услышал крики, мужской голос. Сэма? Слышал ли он мой лай? Моника увидела меня впервые и протянула руку - чтобы спасти себя или меня, я никогда не узнаю. Она промахнулась, но мы махались бок о бок достаточно долго, чтобы я смог схватить зубами плечо ее блузки. Мы сильно врезались во что-то твердое и неподвижное. Еще одно упавшее дерево, привязанное к берегу. Хватай это, сказал я ей, но она была слишком ошеломлена; она просто безвольно повисла между мной и деревом.

Да, это был Сэм; я узнал его голос, выкрикивающий ее имя. Все, что удерживало меня на плаву, - это сила воды, которая била меня о Монику. Возьми что-нибудь, - умолял я ее, вытряхивая комок влажной ваты изо рта. Было трудно дышать. Я снова встряхнул ее. Ее глаза оставались закрытыми, но она дотянулась до бревна и повисла на нем.

Теперь я мог выплюнуть тряпку и перевести дух. Сэм был в сорока футах от нас, бежал к нам по илистому берегу. "Держись!" - продолжал кричать он. Вот только я не мог - без рук. Моника начала кашлять и позывать на рвоту, приходя в себя. Единственная лапа, которую я мог держать на стволе дерева, внезапно почувствовала, как он вибрирует. Сэм пытался пройти по нему, раскинув руки для равновесия. Он поскользнулся и упал на колени. Но он продолжал приближаться ползком.

В конце концов, он вытянулся во весь рост, хлопнул ладонью по руке Моники, и она была в безопасности.

Я больше ни за что не мог держаться. Я проскользнул под бревном, вынырнул с другой стороны. Сопротивление течения ощущалось как тяжелые, уговаривающие руки, тянущие меня вниз. Я боролся с искушением отпустить так долго, как только мог. Прощай. Прощай. Это было не столько печально, сколько неизбежно. Последнее, что я видел Сэма, это то, что он одной рукой обнимал Монику, а другую протягивал ко мне. Это так глупо, была моя последняя мысль, когда это случилось со мной в первый раз. На этот раз это было "Я так сильно тебя люблю".

То же небо, другие деревья. На чем я остановился? Этот вид сверху выглядел знакомым, до боли знакомым, но когда я повернул голову в сторону, я ничего не узнал. Разбросанные скамейки, аккуратные дорожки, подстриженные живые изгороди. Кирпичное здание. Институциональная опрятность.

Подожди минутку.

"Что она сказала?" - спросил напряженный женский голос позади меня.

Ответил другой напряженный женский голос. "Я думаю, она сказала - я думаю, она сказала - "Я люблю тебя". "

Этот голос я узнала. "Хэтти?" - Спросил я хриплым голосом.

Медсестра нависла надо мной, разинув рот, белки ее глаз затмевали радужки. "Лори?"

Я кивнул. "Я действительно люблю тебя, но" - мне пришлось прочистить горло - " Я думал о Сэме. Не могли бы вы позвонить ему? На его мобильном - его нет дома ".

Другая женщина, должно быть, помощница; на ее бейджике с именем было написано "Виктория". Они с Хэтти схватили друг друга за руки и заплакали. Конечно, я тоже так думал.

Хэтти первой взяла себя в руки. "Да, позвони", - сказала она Виктории. "Позвони мужу. И сходи за доктором Лэзенби. И доктор Пей. Поторопись!"

После этого не так много времени на размышления. Я думаю, в домах престарелых для неизлечимо коматозных не так часто происходят чудесные пробуждения. Для меня Хоуп Спрингс тихо сошла с ума. Врачи и медсестры окружили меня, затем помощники, персонал, социальные работники, опекуны, даже другие пациенты - можно подумать, что для таких случаев, какими бы редкими они ни были, должен быть протокол. Но, казалось, никто не был главным, и все были так счастливы. доктор Лэзенби сам отвез меня обратно в мою палату, так что толпе пришлось разойтись. "Продолжай говорить", - сказал он мне, водя напильником или чем-то вроде того вверх и вниз по подошвам моих ног. "Как ты себя чувствуешь? Каково твое полное имя?"

"Лора Клэр Мари О'Данн. Лето. Я чувствую... проснись. Где Сэм? А Бенни? Ты звонил?"

"В пути". Он заглянул в мой правый глаз с помощью подсвеченного оптического прицела. "Сосчитайте в обратном порядке от двадцати, пожалуйста".

Во время затишья в волнении я сам немного всплакнул. "Это естественно", - заверила меня Хэтти. "Сильная эмоция очень часто может следовать за длительным периодом полу- или бессознательного состояния. Это облегчение, замешательство, стресс - или вообще ничего. Ты просто идешь вперед и плачешь ".

Такая милая женщина. Я действительно любил ее. Но я плакала не от облегчения, стресса или замешательства; я плакала по Сономе.

Она отдала свою жизнь за меня. Вот как я себя чувствовал, хотя в другом смысле можно сказать, что я пожертвовал своей жизнью ради себя. Какой-то лучший я. И Моника была почти неуместна, можно также сказать, просто средством передвижения - но опять же, попытка спасти ее была тем самым, что вернуло меня к самому себе, этот поступок. Не так ли?

Так запутанно. Хэтти, возможно, права - эти слезы были просто от стресса.

Нет, они были для Сономы. Когда она утонула, я потерял лучшее в себе. Но я бы потратил остаток своей жизни, пытаясь найти ее снова. Во мне.

Сэм увидел меня раньше, чем я увидела его. Хэтти поднимала кровать и взбивала подушки, когда я услышала звук и посмотрела за ее спину. Он стоял в дверном проеме, слегка разведя руки в стороны, согнув колени. Его лицо выглядело нежным и ошарашенным, его тело было готово к полету.

"Привет", - сказала Хэтти с широкой улыбкой. "Ну, я просто закончу с этим позже, не так ли?" Бьюсь об заклад, она была любимой медсестрой Сэма тоже. "Они готовятся провести множество тестов, так что этот визит должен быть быстрым. Впрочем, много времени спустя. Уйма времени."

Она обняла Сэма по пути к выходу, но я не уверен, что он заметил. Казалось, он не мог пошевелиться. Даже когда я протянула руку, он подошел только на шаг ближе. Потребовался мой голос, чтобы вырвать его с корнем.

"Это я, Сэм. Я вернулся. Я вернулся к тебе ".

Затем он был у меня, крепко в моих объятиях, держал меня, теплый, дышащий и живой. Мой Сэм. Мы оба смеялись, плакали, говорили: "Слава Богу", и "Я люблю тебя", и "Я скучал по тебе", и другие вещи, которые имели смысл только для нас. Мы начали целоваться повсюду, как будто приветствуя возвращение друг друга по частям. Затем мы отдохнули, просто держась и дыша вместе. Затем мы снова поцеловались.

"Бенни?" Я сказал, и Сэм ответил: "Он здесь". И вот он был там, застенчивый, как олененок, держа Хэтти за руку в дверях. Но в отличие от своего отца, он пришел ко мне сам.

"Привет, мам", - сказал он комично, как ни в чем не бывало; я подумала, что он мог бы пожать руку. Но что-то, может быть, мои слезы и елейное "О, Бенни!" треснуло в его застенчивом панцире, и он приземлился рядом со мной связанным, весь в руках, утыкаясь носом в голову и острые плечи. Прямо под моей радостью и острой потребностью прижать его ближе, крепче, промелькнула странная мысль: я не чувствую его запаха. Даже когда я зарылась носом в его волосы, я не смогла полностью ощутить тот дымно-сладкий аромат, который я так любила. Ну что ж. У меня был Бенни.

"Ты проснулся! Я знал, что ты это сделаешь. Папа говорил и говорил, и сначала я подумала, что ты можешь не делать этого, но потом я знала, что ты сделаешь ".

"Это было умно с твоей стороны".

"Что ты делал? О чем ты думал?"

"Умм..."

"Где ты был? Ты знал, когда я был здесь? Я часто кончал ".

"Я действительно знал. Иногда, во всяком случае."

"Но ты не мог проснуться до этого момента?"

"Не до сих пор".

"Потому что это было тяжело".

"Это было так тяжело".

"И у тебя болела голова".

"Ну, поначалу. Но потом этого не произошло, и я просто спал ".

"Ты мог слышать наш разговор? Мы сделали. Мы все время разговаривали. Папа... Папа, в основном. Иногда, мамочка." Он пробормотал это мне в шею. "Иногда... Я просто играл ".

"О, но это нормально - я всегда знал, что ты здесь. Я хотел, чтобы ты просто играл ".

Совершенно правильные слова, потому что Бенни испустил самый глубокий вздох и положил голову мне на грудь, его облегчение было тяжелым, как зимнее одеяло.

Сэм целовал мою руку, каждый из моих пальцев. "Ты все еще мокрый", - заметила я, похлопывая его по влажному рукаву. Его приподнятые брови сказали мне, что он подумал, что это странная конструкция предложения. Это был момент, когда меня впервые осенило: я хочу рассказать странную историю. И, вероятно, сейчас было не время рассказывать об этом.

"Это потому, что у нас было небольшое приключение", - начал Сэм. "Мы..."

"Мы отправились на пикник, и Моника чуть не утонула! Но папа забрал ее вовремя, и с ней все в порядке, и она в гостиной с Джастином и Этаном. Они поехали с нами, но им придется вернуться и забрать все наши вещи, потому что они все еще там, потому что мы ничего не забрали. Мы просто сбежали! Папа прибавил скорость."

Мы с Сэмом улыбнулись друг другу, и я почувствовала, как мир немного изменился. Возвращайся к нормальной жизни. Я определенно был дома.

Я погладил дорогую, бугристую спинку Бенни, утешая его. Конечно, ему приятно вернуть свою маму, но как ужасно, ужасно грустно терять свою собаку. "У нас будет еще один, милая", - вертелось у меня на кончике языка, когда он внезапно выпрямился и сказал: "Мама! У нас есть собака!"

"О, детка, я так..."

"Она девушка - Сонома - она действительно хорошая и умная, она может пожимать руки, открывать двери и все такое. Мы переехали ее! Но потом мы спасли ее, и теперь она наша. Она тебе понравится, мам, она действительно, действительно хороша ".

Я посмотрела на Сэма в тревоге. Разве Бенни не знал?

Сэм скорчил гримасу. "Ну, я не знаю, насколько она хороша, но она определенно наша собака. Она где-то в машине. Может быть, они позволят тебе увидеть ее позже, завтра или ...

" Сонома в машине? Сонома здесь?"

"Да". Сэм снова странно посмотрел на меня. "Однако сейчас она в ужасном состоянии, побывала в реке, получила несколько царапин и ушибов ..."

"Моника сказала, что она спасла ее! Моника сказала, что она прыгнула и схватила ее за рубашку! Потом она чуть не утонула, но оказалась на камне, и теперь с ней все в порядке, если не считать шишки на голове. Моника сказала, что мы должны отвезти ее к ветеринару ".

"Не стерилизуй ее", - сказал я. На случай, если меня не будет дома ко вторнику.

Они оба странно посмотрели на меня.

"Я имею в виду, если бы ты собирался, ты знаешь. Просто подожди, пока мы не поговорим об этом, вот и все. Ладно?"

"Конечно", - сказал Сэм. Он выглядел сбитым с толку. "Нет проблем".

"Значит, мы можем оставить ее?" Бенни спросил очень мягким голосом, также искаженным из-за двух пальцев, которые он держал во рту. Как будто он на самом деле не хотел, чтобы я слышал. Как будто никакой ответ не будет равен разрешению.

Тот факт, что он вообще волновался, просто убивал меня. "Эй, ты шутишь? Конечно, мы можем оставить ее. Она наша собака ".

По крайней мере.

Я не мог дождаться встречи с ней.

После

"Дерьмо!" Сэм изящно хватает своего пикового валета, но река слишком стремительна. Карта уплывает прежде, чем он успевает ее поймать.

"Мне было интересно, когда это произойдет", - заставляю я себя сказать. Он делает безупречную причудливую перетасовку пять минут подряд. Что-то нужно было отдать.

"Ты сказал чушь".

"Меня спровоцировали".

"Дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо..."

"Бенни. Задуши."

Мой сын хихикает и возвращается к подаче резинового мяча Сономе на мелководье. Удар снизу, высоко и прямо ей в рот. Пребывание в реке должно было добавить новый уровень сложности, но они усовершенствовали эту игру давным-давно.

Итак, вот мы и вернулись к тому, с чего начали. Глядя на нас, если бы вы не знали, вы бы подумали, что мы та же Летняя семья, что и раньше, только на год старше и с собакой. Ты был бы прав, если бы не все способы, в которых ты был бы неправ.

"Во сколько они придут завтра?" - Спрашивает Сэм, пряча колоду карт в карман.

"Второй-я ш. Что означает ровно два, " говорю я посреди широко раскрытого зевка. Время для моего сна. Я люблю вздремнуть.

Вот в чем разница - старая Лори заподозрила бы какой-нибудь ужасный кризис со здоровьем, если бы ей когда-нибудь захотелось чего-то столь бессмысленного и расточительного, как сон.

Еще одно отличие - моя дружба с мисс пунктуальностью: Моникой Карр. Она и близнецы приедут в коттедж завтра днем. Сэм возьмет мальчиков на рыбалку или в поход, пока мы с Моникой будем сидеть в креслах у реки - как сейчас - и болтать, и болтать, и потом мы все пойдем и съедим любую вкусную и полезную еду, которую она приготовила заранее и принесла с собой. Я не почувствую ни капли обиды. Я замечу все, в чем она лучшая мать, друг и вообще человек, чем я, но вместо того, чтобы чувствовать себя циничной или превосходящей, я просто буду благодарна. Что я нравлюсь ей так же сильно, как она мне.

Она, вероятно, принесет свою новую камеру и сделает много снимков. Она никогда не говорила старому Лори, что ее тайной мечтой было стать фотографом природы - зачем ей это? Мне все равно было бы неинтересно - но она боялась попробовать. Что, если бы она не была хороша? она волновалась. Что, если это заняло слишком много времени вдали от Джастина и Итана? Что, если это было непрактично или, о ужас, эгоистично?

Мне нравится думать, что я помог ей разобраться в этом. Если вы можете найти способ зарабатывать на жизнь, занимаясь любимым делом, добро пожаловать в элитную группу самых благословенных людей в мире. Я в этой группе - я вернулся в Shannon & Lewis на полный рабочий день в январе. Сэм в этой группе - он уволился с ненавистной работы актуария в феврале, и теперь он дает концерты Magic почти каждые выходные. Почему Моника не должна быть в этой группе? Я рад, что она последовала моему совету и записалась на курсы ночной фотографии в Мэрилендском институте. Мы оставляем близнецов.

Я думаю о той фотографии в паутине, которую она сделала в журнале. Держу пари, это было здорово. Жаль, что он лежит на дне Патуксента.

Шенандоа сегодня ярко-голубая, в ней отражается июньское небо. "Слушай, приятель", - обращается Сэм к Бенни, - "Не хочешь сходить в барак и раздобыть немного еды для старушки?"

Кто мог устоять перед таким приглашением. "Что мы приготовим?" Спрашивает Бенни, плюхаясь на наши стулья. Он вырос на дюйм с тех пор, как закончилась школа, клянусь. Через два месяца ему будет семь. Я хочу замедлить время, сделать так, чтобы это лето длилось вечно. Шестилетний Бенни слишком дорог, чтобы его терять, поэтому я держусь крепко.

"Как насчет говяжьего гарнира, фасолевого пюре и порции вяленого мяса?" Я говорю. Бенни в своей фазе ковбоя; он находится между космонавтом и тем, что, я предсказываю, все время будет сплошным футболом.

Он обнимает меня, промокая мою рубашку. Тем не менее, это хорошее объятие, спонтанное и веселое. Какое-то время в прошлом году объятия Бенни были нуждающимися и цепкими, и он был моим слишком постоянным спутником. Я просыпался ночью с ощущением, что за мной наблюдают, открывал глаза и видел Бенни в двух дюймах от себя. "Привет", - говорил он, смотрел, пока я не говорила "Привет" в ответ, и возвращался в постель.

Мы оставили все как есть, не отвели его к психиатру или что-то в этом роде. Я позволила ему иметь всю его мать, которую он хотел, каждую последнюю секунду, которую я могла уделить, все свое внимание и всю свою любовь - иногда я думала, что сойду с ума - и через некоторое время он перестал следить за мной. Конечно, сейчас я скучаю по нему.

"Или мы могли бы просто разогреть ботинок". Сэм наклоняется, чтобы поцеловать меня. "У тебя есть какие-нибудь старые ботинки, приятель?"

"Только ты, Хопалонг".

"Уверен, что не хочешь приехать на ранчо и помочь? Мы с Беном, нам захотелось твоей крупы ".

"Почему это звучит..."

"Можем мы просто сделать несколько сэндвичей?" Бенни говорит со взрослым нетерпением. Мы с Сэмом смотрим друг на друга и вздыхаем. Мы чувствуем себя плохо. Ничто так быстро не выводит Бенни из фазы, как наше принятие этого.

"Так ты в порядке?" Спрашивает Сэм, проводя пальцами по моим волосам. Слава богу, вопрос всего лишь риторический, но потребовалось много выходных, чтобы дойти до этого момента - оставить маму одну в реке. После того, как я проснулся, я прошел через длительный период головокружения, который теперь полностью прошел, и более короткий период "замешательства". Я бы сказал что-нибудь странное, например, что-нибудь, что могла знать только Сонома, а потом попал бы в беду, возвращаясь назад.

Как в ту ночь, когда я сказал Бенни: "Не корми ее этим, она не переносит жирной пищи", - когда он собирался тайком отнести остатки своего десерта Сономе под столом.

"Да, она может".

"Нет, она не может. Помнишь тот раз, когда ее вырвало по всей столовой после ..." Упс. "Нет, подожди, это была какая-то другая собака".

"Какая собака?" - Заинтересованно спросил Сэм. "Потому что Сонома сделал это ..."

"Нет, нет, какая-то другая собака. Собака Хэтти, она однажды рассказала мне о ней. У нее большой..."

"Не-а, у Хэтти есть кошки".

"Только не Хэтти. Я сказал "Хэтти"? Карла, другая, у нее какая-то большая собака, которую вырвало в ..."

"Когда она сказала тебе это?"

"Ну, не тогда, когда я спал, очевидно, ха-ха!"

"Итак..."

"Потом, я полагаю, я имею в виду, когда еще? Если только это была не Карла - подождите, нет, это была миссис Спикмен, дама напротив Моники. У нее немецкая овчарка Труди, ее вырвало в столовой. После того, как она съела пирог. Она съела пирог с кухонного окна, как в сказке, и - Кто хочет кофе? Сэм? Я имею в виду, Сэм, ты хочешь кофе?"

Я хотел сказать им правду. Дюжину раз я начинал рассказывать им, или, по крайней мере, Сэму, но я слушал предложение, готовое сорваться с моих губ, и передумывал. "Вы никогда не догадаетесь, где я на самом деле был все то время, когда вы думали, что я был в коме". Или "Я знаю, вы, ребята, думаете, что сбили Сономув тот день на Джорджтаун-роуд, но знаете что, вы действительно сбили меня!"

Давайте посмотрим правде в глаза, даже Бенни мне бы не поверил. Даже если я расскажу Сэму все, что произошло, то, что могли знать только он и собака, он найдет способ объяснить это. Я бы тоже - кто бы не стал? "О, ты просто вспоминаешь кое-что, что я сказал тебе, пока ты спала", - говорил он. Он нашел бы оправдание, как мы поступаем с людьми, которые видели призраков, или НЛО, или религиозные чудеса. Что бы они ни говорили, каким-то образом мы всегда находим способ объяснить это.

Кроме того, иногда я думаю, что этого не могло быть; должно быть, это был сон. Люди не возвращаются собаками. Я даже не могу больше это доказать, потому что Бенни вернул мне накопленные сокровища, которые должны были стать моим козырем в рукаве, секрет, который я не мог знать, потому что никто не знал этого, кроме него и Сономы. Но я был недостаточно быстр. В тот день, когда я вернулся домой из Хоуп Спрингс, Бенни свалил мою кофейную кружку, коврик для мыши и серьги на кровать. "Посмотри, мамочка. Я берег их для тебя ". После того, как я хорошенько выплакалась, мы долго обнимались.

"Поднимайся скорее", - говорит Сэм, и я отвечаю: "Я поднимусь, еще пять минут", пока они с Бенни собирают свои вещи и направляются к домику. Я случайно знаю, что Сонома повсюду следовала за Бенни, когда она не следовала за Сэмом повсюду, но теперь она остается со мной. Она моя собака. Чувства Бенни не были задеты - он воспринял это как нечто само собой разумеющееся. Сэм тоже. Единственный, у кого были проблемы с ее мгновенной преданностью, был я.

Она плещется и садится рядом со мной, ее зад в воде, подбородок на ручке моего шезлонга. "Привет, детка", - говорю я, нежно сжимая одно толстое, шелковистое ухо. Она меньше, чем я думал. Скорее, меньше, чем я чувствовал. Она достигает чуть выше моего колена, идеальная высота для поглаживания, когда она грациозно проходит мимо. У нее мягкие, проникновенные светло-карие глаза. Ей нравится скрещивать ноги спереди, когда она ложится, очень женственно. У нас волосы того же цвета, рыжевато-каштановые, но у нее более прямые. Я восхищаюсь ее подтянутой талией. Когда я веду ее на бейсбольную площадку в парке и спускаю с поводка (незаконно), она гоняется за низко летающими амбарными ласточками, пока не устает настолько, что у нее высовывается язык. Я мог бы смотреть, как она убегает, вечно.

Теперь она кладет свою лапу мне на колени, чтобы я пожал ее, что я и делаю, но этого никогда не бывает достаточно. Она меняет лапки, я пожимаю эту, она меняет в ответ. Это почти нервный тик. "Чего ты хочешь, милая?" Она никогда не отвечает, но иногда я думаю, что это для того, чтобы обнять меня. Просто подойди ближе.

Сначала она напугала меня. Я, конечно, был в восторге, когда услышал, что она не утонула, но когда меня привезли домой и первое, что она сделала, это запрыгнула рядом со мной на кровать и пристально посмотрела мне в глаза, я был, честно говоря, ошарашен. "Кто ты такой?" Я прошептал -когда мы были одни. "Ты - это я? Кивни головой в знак согласия ".

Ничего.

С тех пор я перепробовал множество других способов общения ("Моргни глазами". "Подними одну лапу". "Виляй хвостом". "Гавкни дважды".), но ничего не сработало. Либо я еще не нашел ключ, что кажется все более маловероятным, либо Сонома - просто собака ("просто"; не "просто"). Восхитительный, красивый, умный, ласковый пес, да, но не более того, никто не спрятался или не попал в ловушку внутри, пытаясь выбраться. Очевидно.

Итак, я не знаю, что со мной случилось. Иногда я представляю, что все собаки время от времени тайно становятся людьми, и существует некий глобальный заговор, чтобы держать это в секрете, чтобы тех из нас, кто пережил это, не отправили в приюты. Иногда я думаю, ну, почему только собаки? Почему не кошки тоже? Или птицы? Белки, киты, ежи? Возможно, происходит постоянная смена телами видов, но никто не говорит об этом, кроме как в детских книжках и научной фантастике.

В других случаях я почти уверен, что все это мне приснилось.

Верно одно: то, что я был собакой, изменило меня. Я стал вьючным животным. Семья - это все: Сэм и Бенни не только дополняют меня; в каком-то глубинном смысле они и есть я. И не только они. Вся концепция семьи простирается все дальше, дальше, планеты вокруг Солнца. Сюда входят все мои друзья, Делия и ее семья, Чарли и Моника, Ронни Льюис, соседи, сообщество, все, кого я люблю, даже мистер Хортон - мы все стая. С моей маленькой, непосредственной стаей, Сэмом и Бенни, у меня все еще есть слабое, но неоспоримое желание поваляться на полу, но со второстепенными и третичными участниками я в основном просто хочу иметь постоянную доброжелательность и сотрудничество. Который, хотите верьте, хотите нет, хорошо работает в бизнесе недвижимости. Ронни говорит, что я лучше, чем был раньше, и, при всей скромности, это о чем-то говорит. Оказывается, что честность, надежность, прозрачность и доброта делают не только хороших ретриверов, но и хороших продавцов жилья. Новость для меня. Я думал, что моя профессия - собакоедство.

"Не зайти ли нам внутрь?"

Сонома пятится в воде, виляя хвостом. Она любит переходы, все новое. Я был таким же. Я складываю свой стул, засовываю телефон в карман, контракт на недвижимость, который я читал, у меня под мышкой. Надень мои водные сандалии. Сегодня такой чудесный день. Может быть, мы отправимся в поход сегодня днем - Национальный парк Шенандоа - это наш задний двор. "Готов?" Мы с Сономой отправляемся в путь по каменистым отмелям, и, конечно, я очень бдителен, осторожно ставлю каждую ногу, опасаясь поскользнуться. Мы достигаем берега без происшествий.

Иногда я пытаюсь застать ее врасплох.

"Кто спас Монику, Сонома? Хм? Кто спас ее, девочка, ты или я?"

Ее уши дергаются от ее имени и моего вопросительного тона. Она смотрит на меня в счастливой пустоте.

Мы начинаем подъем к хижине. Я думаю о другом трюке.

"Привет, Сонома! Как бы ты хотел, чтобы тебя стерилизовали? Да? Ты хочешь, чтобы тебя стерилизовали?"

Я не могу поверить своим глазам! Ее хвост обвисает, уши прижимаются.

"Нет?" Мое сердце пропускает удар или два. "Ты не хочешь, чтобы тебя стерилизовали?"

Она так яростно трясет головой, что в ушах у нее звучит, как перетасовка карт.

"Хорошо", - говорю я дрожащим голосом. "Тогда ладно. Не волнуйся; мы не будем ".

Что теперь? Это только что произошло?

"На самом деле у меня такая же дилемма", - говорю я ей, когда мы поднимаемся по тропинке. "Не стерилизоваться - забеременеть. Сэм и я, мы говорим об этом. Он за это, но, знаете, пытается казаться нейтральным. Что ты думаешь?"

Но она закончила общаться. Она уткнулась носом во что-то вонючее на покрытом папоротником деревянном полу. Когда она заканчивает нюхать его, она мочится на него.

Итак, мне снова остается представить, что думает моя собака. Это не так приятно, как знать наверняка, но поскольку она лучшая во мне, я никогда не могу сильно ошибиться - в этических затруднениях, трудных решениях, каверзных ситуациях. Я просто спрашиваю себя: "Что бы сделала Сонома?"

"Затерянные в раю" Мэри Блейни

Один

ЛЕТО 2009

ИСЛА ЗА ДИДУ

МАЛЫЕ АНТИЛЬСКИЕ ОСТРОВА

"Нам не следовало приходить. Проклятие никогда не умрет ". Отец Жубей благословлял себя, говоря это.

"Проклятие? Какое проклятие?" С чего бы это ему так говорить? Изабель задумалась. Это был великолепный день. Лодка, пыхтя, прокладывала себе путь по спокойной воде к морскому дну, наполненному рыбой и морской травой.

Небо впереди было таким голубым, каким только может быть небо, остров, на который они направлялись, был таким пышным, как и ожидалось на Карибах. Воздух был теплым. Старый форт, который возвышался над заливом, был единственной вещью, которая не давала берегу выглядеть как изображение тропического рая на открытке. Дом таинственного Себастьяна Душейна. Человек, который владел островом и жил в роскоши. Но человек, о котором Google никогда не слышал.

Когда Изабель Рено повернулась, чтобы задать вопрос отцу Жубе, она увидела, что он не смотрел на пункт назначения, но был загипнотизирован чем-то позади них.

Изабель посмотрела в кильватер лодки и резко выдохнула от потрясения. Небо на дальнем горизонте темнело с поразительной скоростью. Пока она смотрела, быстро сгущающиеся тучи затмили послеполуденный свет.

"Как может быть шторм с запада? Погода здесь никогда не приходит с запада ". Изабель сложила руки перед сердцем. "Это всего лишь шквал".

Лодка потеряла плавный ход. Двигатель по-прежнему работал стабильно, но все более порывистые волны делали движение затрудненным.

"Шквалы проходят быстро". Пожалуйста, Боже. Изабель выдохнула молитву, когда волны вокруг них выросли.

"Мы оторвемся от него", - крикнул им в ответ капитан, когда маленькая лодка заметно ускорилась. Молния осветила грозовые тучи, и дюжина лучей света погналась за ними.

"Мы не можем убежать от этого", - сказал отец Жубе, и Изабель согласилась с ним. Это правда, что ни один из них не был экспертом по погоде. Они, однако, были реалистами.

Изабель отвернулась от шторма, чтобы посмотреть на землю, ухватившись за распорку, которая поддерживала навес над машинным отделением.

Волны превратились из неспокойных в злобные. Не только стоять было непросто, но и волны были такими высокими, что Изабель не могла видеть береговую линию или деревья, только форт, возвышающийся над гаванью. Это было больше угрозой, чем утешением, несмотря на огни, которые мерцали в темноте.

Начался дождь, подгоняемый ветром, так что он падал, как иголки. Изабель и отец Жубе перебрались в частичное укрытие хижины без окон, прислонившись к деревянным стенам, которые давали слабую защиту.

Были ли там какие-нибудь спасательные жилеты? она задумалась.

Капитан крикнул им в ответ: "Спасательные жилеты в закрытом контейнере".

Изабель нашла только двоих. Оранжевый капок был старше ее и кишел насекомыми, но все же лучше, чем ничего. "Ты берешь это. Ты и капитан. Я умею плавать".

"Нет!" Жубей закричал и подтолкнул спасательный жилет обратно к ней, как будто он был слишком горячим, чтобы с ним можно было обращаться. "На этот раз я сделаю правильный выбор. Это мое спасение!" Отец Жубей бросил другой спасательный жилет капитану, который проигнорировал его.

Сильная волна окатила их еще большим количеством воды, и их отбросило на другую сторону убежища. Отец Жубе упал на палубу, и Изабель скользнула вниз, чтобы сесть рядом с ним.

"Ты ранен?"

"Нет, нет, Изабель". Он потянулся за шляпой, но вода смыла ее. "Да поможет тебе Бог, дитя. Что касается меня, я приветствую смерть, но я молюсь всем сердцем, чтобы ты выжил, даже если это место проклято ".

"Какое проклятие?" - спросила она снова, многозначительно. "Отец, ты знаешь, что такой вещи, как проклятие, не существует".

"Моя дорогая, ты думаешь, что только Бог может творить чудеса? Так может и дьявол, ибо это и есть проклятие. Чудо дьявола".

Изабель не увидела страха в его глазах, даже когда дождь и ветер усилились, белые гребни волн теперь были выше лодки.

"Скажи мне, что ты имеешь в виду", - настаивала она и изо всех сил старалась игнорировать страх. Она полагалась на Божью мудрость и свою собственную изобретательность.

"Рано или поздно ты узнаешь, Изабель. Сейчас недостаточно времени".

Она встала, чтобы посмотреть, сможет ли лодка достичь берега до того, как развалится на части, но она не могла видеть берег. Волны и дождь определили их мир.

Лодку подняло высоко, очень высоко, и прежде чем она врезалась в гребень волны, она увидела огни над ними, теперь гораздо ближе, но все еще слишком далеко, чтобы лодка могла пристать к берегу до того, как их настигнет самый сильный шторм.

Деревянный траулер поднимался и опускался, содрогаясь и гремя, когда доски расшатывались и вода просачивалась сквозь швы. Изабель с трудом поднялась на ноги и помогла отцу Жубе встать, когда вода собралась вокруг их ног.

Еще одно содрогание, и крыша кабины слетела. Когда шторм разбивал лодку на части, они могли переждать волны на одном из больших кусков. Вода была достаточно теплой, чтобы они могли выживать в течение нескольких часов.

"Изабель, послушай", - прокричал отец Жубей, перекрывая шум бури. Он взял ее за руку, потянув за собой под стену рулевой рубки, чтобы она могла слышать его. "Когда Себастьян Дюшейн разрешил нам приехать на его остров на год медицинской и миссионерской помощи?"

"Да?" Поторопись, подумала она. У нас не так много времени.

"Есть две вещи, которые ты должна знать, Изабель. Один довольно странный."

"Странно?" - подсказала она, беспокоясь, что он не закончит до того, как волны затопят лодку.

"Во-первых, островной целитель не будет сотрудничать с вами, а Душейн настоял, чтобы я привел врача, который умел петь".

Петь? Доктор, который умел петь? Это было абсурдно. И, кроме того, "Я не умею петь, и я медсестра, а не врач".

"Ты так же хороша, как врач, Изабель, и у тебя прекрасный голос".

"Но это только в церкви. Я знаю только гимны".

Он резко покачал головой, когда волны взяли под контроль их жизни. Он кричал: "Себастьян любит музыку, особенно музыку, которую поют. Казалось, я не прошу слишком многого. И если этому суждено было случиться, я знал, что появится поющий доктор, и ты появился. Я не думаю, что сейчас это будет иметь значение. Встань на колени".

Отец Жубей положил руку ей на голову и начал молиться за нее. "Храни тебя Господь в безопасности, Изабель. Покажи Ему, что твоя любовь истинна, чиста и свободна".

Покажи Ему, что твоя любовь настоящая. Это то, что сказал отец Жубей? Бог знал ее сердце лучше, чем кто-либо.

Изабель почувствовала, как лодку снова занесло на волнах, но на этот раз вместо того, чтобы карабкаться по водной горе, она барахталась во впадинах.

Визжащий ветер сделал дальнейший разговор невозможным. Его губы шевелились, но Изабель не могла расслышать, что он сказал. Молитвы, конечно. Они держались друг за друга, и, когда гигантская стена воды обрушилась на них, она прошептала: "Да благословит и тебя Бог, отец".

Шторм налетел с такой силой, что Себастьяну Душейну пришлось собраться с силами, чтобы стоять у открытого окна и смотреть на гавань, его прищуренные глаза были единственной уступкой хлеставшему его дождю.

Гнев пульсировал в нем, его ярость соответствовала погоде вокруг него. Себастьян знал, что лодка будет потеряна в тот момент, когда облака закрыли солнце и слуги начали зажигать свечи.

Проклятие не позволило тем, кто был на борту островного траулера, добраться до берега. Жубей и доктор умрут вместе с дураком, который позволил деньгам убедить себя, что его лодка может победить ярость проклятия.

Шторм принес ранние сумерки, но Себастьян мог видеть лодку, которая боролась на волнах с отчаянием, которое он мог чувствовать даже на таком расстоянии.

Жубе молился бы. Себастьян знал, что лучше этого не делать. Богу здесь не было места. Это была игровая площадка дьявола. Звуки веселья в соседней комнате доказывали это. Божьи приспешники не были желанными гостями и продержались ровно столько, сколько потребовалось, чтобы соблазнить их жизненными удовольствиями.

Лодка исчезла из виду, и слова проклятия всплыли в памяти Себастьяна так ясно, как будто это было вчера. Жубей, из-за того, что ты любишь этот остров, я изгоняю тебя. Если ты осмелишься вернуться, ты умрешь.

Даже если бы Жубей вернулся с решением проблемы проклятия, оно умерло бы вместе с ним. Себастьян пожалел, что никогда не верил, даже на мгновение, что у него был шанс сбежать с этого острова, своей тюрьмы. Он продолжал смотреть на бурлящую гавань. Внезапно вокруг него воцарилась тишина, как будто щит тишины удерживал его между его миром и каким-то другим местом.

Две эфемерные фигуры поднялись из воды, окутанные дождем, но поднимающиеся, поднимающиеся, поднимающиеся, скрываясь из виду, когда эхом отозвалась песня, исполненная прекрасным голосом, больше похожим на альт, но не совсем сопрано. "Я всегда буду с тобой в свете и любви. Мой свет окружает вас любовью свыше". Песня закончилась, кокон исчез, и ветер вернулся с новой силой.

Выругавшись, Себастьян закрыл ставни, изо всех сил защищаясь от трепавшего их восточного ветра.

Он вернулся в большой салон, где веселились остальные, все они не подозревали, что люди умирали в пределах видимости этой комнаты. Зачем говорить им, подумал он. Они были туристами, приехавшими сюда для развлечения, чтобы ощутить вкус другого времени, как если бы человек жил лучше или полнее в 1810 году.

Если бы он рассказал этой группе, что происходит, они были бы шокированы, и это испортило бы настроение.

Себастьян так долго наблюдал, как умирают люди, что привык к этому. Он затащил бы одну из женщин в постель и позволил бы ей помочь ему забыть то, чему он был свидетелем.

Самая красивая в этой компании, он был совершенно уверен, что ее зовут Женетта, потянулась за единственным оставшимся кремовым тортом и с пьяной жадностью допила остатки шампанского.

Никто не жаловался. Группе уже наскучила иллюзия жизни девятнадцатого века, созданная для их развлечения, и они были увлечены плотскими утехами, которые выходили за рамки времени и места.

Дженетта посмотрела на него, провокационно надув губы, и он кивнул. Она была бы единственной. Ее золотисто-светлые волосы были натуральными; ее тело не было слишком мускулистым, как у многих других женщин в наши дни. Но Себастьян уже знал, на что будет похож секс с ней.

Она была бы менее занимательной, чем большинство. Не злой, совсем нет, но мелкий и самодовольный. И не очень креативный.

Пообещав принести еще шампанского, Себастьян покинул салон и направился в открытый двор, внутреннюю часть этой бывшей крепости.

Когда он пересекал мокрый камень, шквал уже проходил. Последние капли дождя упали в виде мягкого тумана.

Себастьян открыл маленькую дверцу в гигантских железных воротах, выходящих на море. Он увидел плавающие обломки, случайные куски дерева, корабельный штурвал и среди обломков тело в черном с раскинутыми руками.

Себастьян Душейн жил под проклятием, созданным им самим. Он не сомневался, что проведет вечность, проживая это, но меньшее, что он мог сделать, это послать весточку в деревню и заказать достойные похороны.

Двое

Изабель задавалась вопросом, было ли это раем, и она отдыхала на облаке. Невозможно. Она была уверена, что рай - это нечто большее, чем ее представление об идеальной кровати.

Кроме того, Изабель знала, что она жива. Ее грудь поднималась и опускалась с каждым вдохом, когда боль пронизывала каждый дюйм ее тела.

Где были отец Жубей и капитан траулера? Открыв глаза, Изабель надеялась найти их лежащими рядом с ней, но все, что она могла видеть, была корона массивной кровати с балдахином и мягкий свет свечей на столе рядом.

Изабель повернула голову к свету, и иллюзия благополучия исчезла. Мужчина стоял рядом с кроватью, окруженный темнотой. Как он мог быть в тени, когда комнату освещало столько свечей? Ее сердце учащенно забилось, а в животе скрутилась тревога.

Он был невысокого роста, но мощного телосложения, но это было все, что она могла видеть. Изабель хотела, чтобы он что-нибудь сказал. Даже когда у нее возникла эта мысль, она поняла, что его тело говорит на своем собственном языке. От него исходил гнев.

Может быть, я тот, кто должен что-то сказать. Но она слишком устала, чтобы говорить; слишком устала, чтобы делать что-либо, кроме как смотреть на него и желать утешения.

"Спи пока. Ты был почти мертв, но ты будешь жить ".

Изабель слегка кивнула и закрыла глаза. Засыпая, она дала мужчине имя. Себастьян Душейн.

Сон поначалу был идеальным спасением. Затем кошмар кораблекрушения захлестнул ее. Она была в воде, ее швыряло волнами, как кусок плавника, ее удерживало какое-то течение, пока ее легкие не разорвались, затем ее освободили и позволили сделать еще один вдох.

Боролась, боролась, чтобы добраться до берега, пока это не стало слишком большим усилием, сдалась и плыла, пока, наконец, ее не выбросило на берег, как обломки.

Она почувствовала руку на своей голове, услышала шепчущий голос. "Ты будешь жить. Ты в безопасности. Ты выжил".

Должно быть, он произнес эти слова. Она определенно слышала их, но комфорт его руки, поглаживающей ее волосы, был тем, что убедило ее. Если бы у нее был глоток воды, возможно, она смогла бы говорить, могла бы спросить его, выжили ли остальные.

Следующее, что она осознала, он убирал волосы с ее лица, скользил рукой под ее шеей, приподнимая ее, как будто знал, насколько даже это небольшое движение причинит боль.

Его руки были прохладными, но они вызвали у нее шок от тепла. Шок, который пересилил дискомфорт от ее израненного тела. Чувство было таким желанным, что она уткнулась лицом в его плечо.

"Выпей немного". Себастьян Душейн поднес стакан к ее губам, и она выпила, не отрывая от него глаз, хотя он смотрел на стакан и воду и ни на что больше.

Он был красив и неулыбчив, с прямым носом, довольно тонкими губами и вмятиной на подбородке. Она подумала, что у него могут появляться ямочки на щеках, когда он улыбается. Если он вообще когда-нибудь улыбался.

Уложив ее обратно на подушки, он налил еще воды. "Через несколько минут ты сможешь выпить еще".

Себастьян Душейн кое-что знал о травматологической помощи, подумала она. Иногда даже немного воды было больше, чем желудок мог вынести.

Он придвинул стул и сел. Теперь он действительно посмотрел ей в глаза. Его карие глаза были совсем не дружелюбны. Она не увидела ни капли тепла или уюта, которые чувствовала, когда он прикасался к ней. Она собралась с духом.

"Жубей пропал. Как и лодка и ее владелец ".

К горлу Изабель подступили слезы. Она знала, что это правда, хотя ее сердце молило сохранить им жизни.

Он дал ей носовой платок и встал.

"Вы врач?"

"Медсестра", - ответила она хриплым голосом.

"Вряд ли имеет значение, какой. Ты женщина. Жубе знает, что я не позволю женщине жить здесь. Теперь никто из нас не может спросить его, о чем он думал ".

"Я хочу телефон. Мне нужно организовать их похороны ".

"Сначала ты должен восстановить свои силы. Затем мы поговорим о том, что вы можете и чего не можете делать ".

Куда подевалась доброта? она задумалась.

"Я хочу ответы". Она прочистила горло, надеясь, что ее голос звучит решительно.

"Сегодня у тебя их не будет". Он встал, как будто собирался уйти, не сказав больше ни слова.

"Отец сказал, что было проклятие. Что он имел в виду?"

"Жубе жил дураком и умер дураком". Себастьян Душейн действительно ушел, но остановился в дверях и спросил: "Ты умеешь петь?"

Если бы отец Жубе не предупредил ее, она подумала бы, что он сошел с ума, задав такой вопрос. "Я могу только петь гимны". Судя по тому, как сейчас болело ее горло, она сомневалась, что сможет спеть "Греби, греби, греби на своей лодке".

Его смех был циничным и совсем не привлекательным. "Конечно, ты поешь гимны. Затем ты скажешь мне, что ты девственница с сердцем чистым, как снег".

Изабель хотела знать, откуда взялся этот цинизм, но он не дал ей шанса заговорить. "Мне все равно, что ты поешь. Прошло много лет с тех пор, как я слышал новый голос, новые песни. Возможно, ваши гимны обратят меня".

Прежде чем Изабель смогла согласиться, поспорить или попросить еще воды, он вышел из комнаты.

Она заснула почти сразу, ее сны были такой смесью кошмара и горя, что проснуться было облегчением.

Душейн снова была там, и она не теряла времени даром, полная решимости двигаться, говорить и найти ответы на некоторые вопросы. Она с трудом выпрямилась в постели, затем поняла, что она голая, и натянула простыню, чтобы прикрыть грудь. Он не отвернулся, но наблюдал за ней с незаинтересованностью, которая сказала ей, что она была единственной, кто был смущен.

Изабель потянулась за водой и застонала, когда боль в поврежденных мышцах распространилась от пальцев к шее. Заставив себя выпить воду, она поблагодарила Бога за ощущение, как она стекает по ее горлу, освобождая голос.

"Ты Себастьян Душейн".

"Да, а ты кто?"

"Isabelle Reynaud."

Он поклонился со старомодной учтивостью. "Как поживаете, госпожа Рено".

"Я не женат".

"Да, я знаю, но "госпожа" - это термин, который мы используем для обозначения каждой взрослой женщины".

"Где я?"

"Ты находишься в Кастильо-де-Геррерос на острове Пердида".

"Замок воинов на Затерянном острове?"

Душейн кивнул, и Изабель задумалась, что потребуется, чтобы получить от него больше, чем простые ответы.

"Деревенская целительница прислала немного своей мази, чтобы облегчить твои синяки и боль в мышцах. Сядь, и я положу немного тебе на спину, туда, куда ты не сможешь дотянуться ".

Изабель хотела сказать "нет", но она также знала, что отказ от его помощи пошлет неверные сигналы ему, целителю, даже слугам. Она могла видеть, как один из них выглядывает из-за угла двери. "Позволь слуге сделать это".

"Ты боишься, что я соблазню тебя?" Неподдельный юмор заставил ее покраснеть. "Поверьте мне, госпожа Рено, меня ни в малейшей степени не интересует женщина с телом, которое представляет собой не более чем синяки, а в волосах все еще полно песка и водорослей".

Несмотря на то, что ее рука вспыхнула от боли при этом действии, Изабель подняла руку к голове. Ее волосы на ощупь напоминали использованную рафию. Кто знал, что было в нем, кроме песка. "Мне нужно это постирать. Я ненавижу песок. Я хочу постирать это прямо сейчас ".

"Да, я пришлю свою экономку помочь тебе. Но сначала бальзам. Так будет намного легче двигаться ". Он добавил "Пожалуйста", как будто это был какой-то пароль, и Изабель слегка кивнула и отвела взгляд от его улыбки. У него действительно были ямочки на щеках.

Она наклонилась вперед. Даже это причиняло боль. Она сдержала стон и держала простыню перед собой. Ее спина ощущала тепло воздуха, и она ждала еще более теплого прикосновения его руки.

Изабель не могла видеть его лица, но видела, как он зачерпнул порцию мази из каменного блюда и растер руки друг о друга. Это были сильные руки хорошей формы, загорелые, с длинными пальцами и тупо обрезанными ногтями, с ярко выраженным изгибом белой кутикулы. На костяшке одного пальца был шрам, его белизна контрастировала с теплым загаром его кожи. Шрам не выглядел очень старым.

Он поднял руки к ее спине, и Изабель уставилась в окно на воду, которая сегодня выглядела такой же мягкой, как детская ванночка.

Себастьян Душейн размазал крем, согретый его руками, от задней части ее шеи по всему позвоночнику, затем начал втирать его с самым чувственным нажимом, не слишком мягким и не достаточно твердым, чтобы причинить боль, но достаточно твердым, чтобы заставить ее чувствовать себя прекрасно. Возможно, он и не был заинтересован в ее соблазнении, но это не означало, что она не обращала на это внимания.

Душейн очень медленно провел руками по внешней стороне ее рук, а затем, еще медленнее, вверх по внутренней стороне ее рук, так что кончики его пальцев коснулись края ее грудей.

Она инстинктивно выпрямилась, но ничего не сказала, задаваясь вопросом, не слишком ли остро она реагирует, решив, что так оно и было, когда он отступил на мгновение, чтобы добавить бальзама.

Душейн обеими руками втирала крем в поясницу, ощущение было настолько расслабляющим, что Изабель опустила голову, ее длинные волосы рассыпались по лицу, рассыпавшиеся кристаллики песка рассыпались по простыне.

Проведя руками по ее бедрам, он обхватил ее ягодицы, и она задалась вопросом, было ли волшебство в мази или в его руках.

"Этого вполне достаточно". Изабель использовала настолько твердый голос, насколько могла командовать, такой, каким она разговаривала с детьми, которые маркерами делали татуировки друг на друге.

Душейн резко прекратил лечение. Следующее, что она почувствовала, было его дыхание возле ее уха. "Нет", - прошептал он. "Не лги. Этого и близко недостаточно, и мы оба это знаем ".

Изабель не лгала. Этого было недостаточно для удовольствия, но соблазна было вполне достаточно. Она обернулась, чтобы сказать ему это, и увидела, что дверь закрывается.

Как она могла даже думать о чем-то настолько физическом, когда ей все еще было больно, когда ее друг был мертв, когда сам Себастьян Душейн был таким неизвестным?

Сейчас все, чего она хотела, это спать. Аромат мази был частью ее силы, она была уверена, такой успокаивающий.

Она натянула простыню до шеи и молилась о силе, чтобы сопротивляться, и попыталась вспомнить все вопросы, которые все еще оставались без ответа.

Себастьян тихо закрыл дверь.

"Садись сюда", - сказал он слуге, указывая на стул возле двери. "Приди ко мне за помощью, если она расстроена или ей снятся кошмары". Слуга кивнул, и Себастьян направился к пляжу. Ему нужна была женщина или искупаться в холодной воде, и прямо сейчас была только одна женщина, которую он хотел.

Изабель Рено была сладким лакомством. Миниатюрная, не столько короткая, сколько тонкокостная и идеально пропорциональная, то, что человек эпохи Регентства назвал бы "Карманной Венерой". Ее волосы были такими темными и такими длинными, что он удивился, как ее шея могла выдержать их тяжесть. Он едва мог дождаться, когда почувствует эти вымытые волосы, попробует ее на вкус, станет ее частью.

Но женщине нужно было бы немного погоревать. Он понимал это, даже если смерть больше не трогала его.

Предвкушение сделало бы ее капитуляцию еще более приятной. Он мог бы неделями обучать ее тонкостям эротического удовольствия.

Какой приятный сюрприз приготовил для него Жубей. Себастьян решил, что она предназначена в качестве утешения, если идея Жубэ снять проклятие не сработает.

Черт, черт, черт. Старик теперь был свободен. Что еще хуже, без него в мире, ищущего решение, не было никакой надежды положить этому конец. Дюжина женщин была недостаточным утешением.

Сбросив одежду, Себастьян зашел в воду, нырнул в небольшую волну и поплыл в более глубокую и прохладную часть гавани.

Трое

Изабель закрыла глаза и помолилась за отца Жубея, владельца судна, за себя и Себастьяна Душейна. Она не была уверена, кто из них нуждался в этом больше.

На этот раз ее сны были полны горя: мертвые, раздутые тела отца Жубэ, капитана и некоего Себастьяна Душейна, которому было все равно, полакомятся ими птицы или нет. Как раз в тот момент, когда сон граничил с кошмаром, отец Жубей поднялся из воды и прошел по ней к берегу, выглядя как обычный смертный. "Не горюй. Мы похоронены, и наши души отправились к Богу".

Она заснула еще крепче, уверенная, что чувствует руку отца Жубэ, успокаивающую ее.

"Ты помнишь тот момент в Новом Орлеане?" он спросил. "Как я выбросил свою подготовленную проповедь и говорил о том, как много помощи требовалось на этом маленьком Карибском острове?"

"Конечно, я знаю. Как ни у кого не было самых обычных прививок, а здравоохранение устарело на столетия ".

"Церковь потерянных душ была наполнена людьми, которые понимали, которые прошли через Катрину".

Их взгляды встретились, как вспомнила Изабель, когда Жубей объявил, что ищет кого-то, обученного медицине, желающего сопровождать его и быть волонтером в течение года. Изабель улыбнулась, и отец Жубей улыбнулся в ответ, и их договор был заключен.

"Дорогая Изабель", - отец Жубей говорил с некоторой настойчивостью, в то время как его тело начало исчезать и дрейфовать вверх. "Не отказывайся от своего обязательства. Не горюйте, или, еще лучше, позвольте горю подпитывать ваши добрые дела. Здесь так много нужды, и ты - ключ к ней ".

Хорошо, решила Изабель, когда отец исчез в облаках. Пусть ее горе подпитывает ее добрые дела. Она останется на год, который обещала. Она пела гимны, как того требовал Себастьян Дюшейн. Она сделала бы все возможное, чтобы обновить медицинское обслуживание, ввести обычные прививки и установить стандарт, который мог бы спасти жизни. Это было то, о чем ее просил отец Жубей. Именно поэтому она пришла.

По своему собственному опыту она знала, что если бы Бог захотел, чтобы она сделала что-то еще, она бы знала.

Наконец-то, наконец-то, сон Изабель был таким же чистым, как ее тело, и таким же сладким, как ее сердце.

Когда она проснулась в третий раз, Изабель понятия не имела, какое сейчас время суток и даже был ли это тот же самый день. Она действительно чувствовала себя на сто процентов лучше и решила, что целебную мазь стоит изучить.

Светило солнце, поэтому она поднялась с кровати, обернула простыню вокруг своей наготы и подошла к окну.

Проход выходил на деревню, которая находилась в нескольких сотнях ярдов от замка, или это был форт? Единственная главная улица была тихой, только женщина и девочка прогуливались по ней.

Это означало, что, вероятно, был полдень. В этой части света все еще понимали преимущества сиесты, хотя больше сна было последним, в чем сейчас нуждалась Изабель.

Если бы она могла найти какую-нибудь одежду, она попросила бы кого-нибудь показать ей коттедж, который должен был стать ее клиникой и домом.

Раздался робкий стук в дверь, и Изабель отвернулась от окна как раз в тот момент, когда в комнату вошла женщина, неся сверток с аккуратно сложенной одеждой.

"Добрый день, госпожа доктор. Удивительно видеть, что ты на ногах. Ты чувствуешь себя намного лучше?"

"Да, спасибо, удивительно лучше. Что это за мазь, которую дал мне мистер Душейн?"

"Мазь?" На мгновение она казалась неуверенной. "О, да, это лечебный крем, который делает целитель. Это все, что нужно большинству из нас ".

Изабель услышала оборонительный тон в последнем предложении и вспомнила слова отца Жубэ "Они не хотят тебя". Что ж, она сталкивалась с этим раньше в стольких разных ипостасях, что не была удивлена.

"Я понимаю, почему ты считаешь крем незаменимым. Это действительно сработало. Я с таким нетерпением жду встречи с заслуженным целителем ".

Женщина захихикала. "Она почитаема не больше, чем знахарь. Она слишком много пьет, требует самых изысканных кусочков рыбы и проявляет наилучший уход к тем, кто приносит ей все, что блестит ". Женщина подняла указательный палец, ставя последнюю точку. "Но она знает, как исцелить почти все, и это заставляет нас терпеть ее недостатки".

"Спасибо тебе за понимание". Она почтительно кивнула женщине, скорее всего, экономке. Изабель могла судить сама, но любая информация была полезной, поэтому она сказала себе, что это не сплетни. "Меня зовут Изабель Рено. И я не полностью обученный врач, а ассистент врача ".

Женщина пожала плечами, как будто это не имело никакого значения. "Я Вермиль, госпожа экономка кастильо. Вы можете называть меня госпожой Вермиль. Я отведу тебя в ванную комнату и дам тебе эту одежду ". Она подняла сложенную одежду. "Все твои вещи были потеряны или испорчены во время шторма, но это тебе подойдет. Мастер послал за ними в отель, и он очень хорошо оценивает размер, который носит женщина ".

"Спасибо вам, госпожа Экономка", - сказала Изабель, даже когда она съежилась от использования слова "хозяин" для описания Себастьяна Душейна. Его мир был маленьким, но он действительно контролировал все это.

"Я бы с удовольствием вымыла голову. После того, как я приму ванну и оденусь, не могли бы вы выделить кого-нибудь, чтобы показать мне коттедж в деревне, где будет моя клиника?"

"Да", - сказала она прямо. "Пойдем со мной". Госпожа Вермиль не стала ждать, а вышла из комнаты. Изабель последовала за ней, чувствуя себя глупо, используя простыню в качестве халата, но проход был пуст, так что это действительно не имело значения.

"Когда вы оденетесь, следуйте по проходу и при каждой возможности поворачивайте направо".

С этими словами госпожа Вермиль оставила ее у двери того, что она называла "ванной комнатой".

Ванна не поддавалась общепринятому описанию. Туалет был не более чем отверстием в скале, в нем не было ни душа, ни раковины, но ванна больше походила на маленький бассейн, достаточно большой, чтобы в нем можно было свободно плавать. На стене были крючки, очень удобный шезлонг и зеркало, которое было больше, чем она сама.

В комнате было три окна, ставни в данный момент были закрыты, и пространство было освещено свечами. Восторг сибарита. Изабель никогда не была гедонисткой, никогда не могла позволить себе жить как одна из них, но думала, что приспособиться будет несложно.

Она обошла ванну и обнаружила несколько ступенек в дальнем конце. Вода была теплой, комфортной, но не такой горячей, как ей бы хотелось. На ощупь он был как шелк, жидкий шелк, и она наслаждалась его чувственностью не меньше, чем ощущением чистоты.

Там было пять элегантных каменных емкостей с различными видами мыла, все с разными ароматами. Она выбрала тот, который пах жасмином. Мыть ее волосы было раем.

Опыт был бы идеальным, если бы на двери был замок. Этого не произошло, и все время, пока она купалась, она знала, что кто угодно может войти. Единственным "кем-либо", о ком она беспокоилась, был мастер, Себастьян Душейн. Эта ванна определенно была достаточно большой для двоих, и она подозревала, что он без колебаний пригласил бы себя разделить ее с ней.

И, поскольку честность была такой фундаментальной частью ее натуры, Изабель признала, что ей это могло бы понравиться. Ее воображение направилось по этому своенравному пути, и было нетрудно представить его обнаженным. На самом деле, слишком просто. Широкие плечи, сильные руки, мощные ноги. Она поспешила выйти из ванны, прежде чем смогла представить себе еще что-нибудь о его теле, и оставила образ позади, кружась в глубокой части воды.

Полотенце отличалось от того, к которому она привыкла. Больше похоже на впитывающее белье, чем на пушистый хлопок.

Уложив волосы в один из пучков, она оделась так быстро, как только могла. Изабель никогда раньше не носила стринги и нашла их более удобными, чем она думала. Бюстгальтер представлял собой полоску кружева, которая была скорее сексуальной, чем полезной. Она никогда не могла решить, к счастью или несчастью, что ей не нужна большая поддержка, но в данном случае это было хорошо.

Добавьте к этому хлопчатобумажную рубашку без рукавов и капри с бело-голубым принтом, и она была одета идеально для теплой погоды. Туфли были не такими, какие она выбрала бы. Какой-то синтетический материал с закрытым носком, похожий на кроссовки, похожие на старые изношенные дизели, которые она носила в клинике в Новом Орлеане.

Было очень странно осознавать, что у нее нет ничего, кроме того, что она носила, и даже это было подарком. Изабель утешала себя предостережением Иисуса своим ученикам не брать с собой ничего, кроме одежды на их спинах. Она думала, что это была правильная фраза. Если бы она могла найти где-нибудь Библию, она бы посмотрела ее.

Развернув белье, она взяла расческу и провела ею по волосам. В корзинке у входа лежали ленты, и Изабель взяла одну и завязала волосы сзади.

Глубоко вздохнув и помолившись о мудрости, Изабель открыла дверь, прошла по коридору, поворачивая направо при каждой возможности.

Замок был огромен и все еще казался заброшенным. Спустившись по закрытой винтовой лестнице, Изабель вышла во что-то похожее на внутренний двор, окруженный со всех четырех сторон крытым переходом, поддерживаемым элегантными арками, которые шли квадратом. Единственная передышка была там, где большие железные двери были плотно закрыты от жалкой деревни сразу за воротами.

Двери и окна, расположенные в небольших арках, располагались вдоль стен по другую сторону прохода. Скамейки из какого-то темного, потертого дерева свидетельствовали о том, что временами во дворе собиралась толпа.

Изабель подошла к гигантской двери, по крайней мере, двадцати футов в высоту и почти такой же ширины, и была перед ней, когда увидела маленькую дверь, установленную в стене неподалеку, открытую с другой стороны.

Во двор вошел мальчик, не старше десяти лет, самоуверенный и добродушный. "Доброго вам дня, госпожа. Госпожа Вермиль сказала, что я должен отвести тебя к госпоже Эсмé, целительнице."

"Спасибо тебе. Но сначала мне нужно посмотреть, где находится мой коттедж."

"Нет, нет. Мне жаль, госпожа, но сначала вы должны увидеть целителя. У тебя нет выбора".

Изабель не была удивлена и лишь немного раздражена таким командным выступлением. Очевидно, что силовые игры существовали и на маленьких островах Карибского моря. Она не могла придумать никакой другой причины, по которой целительница настаивала на встрече с ней еще до того, как она переступила порог своего коттеджа.

Изабель последовала за мальчиком, который сказал, что его зовут Кортес. Он указал на наиболее значимые места деревни, которые представляли собой коттеджи, которые все выглядели одинаково для Изабель.

Побеленный, с крышами из пальмового дерева, ухоженный и такой маленький, что трудно было поверить, что в одном из них располагались парикмахерская и салон красоты, в другом - галантерейный магазин, а в третьем - продуктовый. Она почувствовала запах бананов и поняла, что ничего не ела с тех пор, как приехала сюда.

"Кортес, мы можем остановиться здесь, чтобы я мог купить банан, пожалуйста?"

"Нет, нет, ты не можешь купить".

Как раз перед тем, как она потеряла контроль над собой, мальчик достал монету. "Я куплю тебе самый лучший и самый большой банан, какой только есть". Он заскочил в магазин и через минуту вышел с прекрасным, твердым, желтым бананом, достаточно большим для двоих. Действительно, Изабель отломила четвертак и поделилась им с ним, и они продолжили идти по улице в дружеском молчании.

Кортес взял кожуру, а Изабель вытерла руки о штаны, как раз когда они подошли к дому, который стоял в стороне от улицы. Больше остальных, в нем была настоящая дверь и два окна.

Кортесу не нужно было говорить ей, что это был дом целительницы, госпожи Эсм é. Женщина подошла ко входу, когда Кортес нажал на звонок. Она одарила Изабель долгим взглядом, который заставил ее почувствовать себя грязной и необразованной.

"Я Есмь Эсмé, целительница, а ты медсестра".

"Изабель Рено", - ответила Изабель, хотя в устах Эсмé слово "медсестра" прозвучало как непристойный жест.

"Я говорила тебе, учитель, она вообще не подойдет", - крикнула Эсм é через плечо. "В нашей деревне нет места для медсестры. Что она может сделать такого, чего не могу я?"

Изабель прошла мимо женщины в прихожую, сталкиваясь с этим предубеждением раньше и решив доказать свою ценность. Она резко остановилась, когда поняла, что Себастьян Душейн растянулся на кровати, без рубашки, его руки лежали у изголовья.

Четыре

Себастьян Дюшейн рассмеялся над смятением, которое он увидел на лице госпожи Изабель Рено. Эта женщина, должно быть, вышла из монастыря, если была так шокирована видом мужчины без рубашки. Он надеялся, что соблазнение ее, введение ее в мир плотских удовольствий заняло очень много времени. Трудно было сказать с невинными. Для некоторых их наивность é была лишь поверхностной; для других это был образ жизни.

Отпустив столбики кровати, он сел прямо. "Ради Бога, Целитель, закончи это, или я буду страдать весь день".

"Тебе не следовало идти купаться сегодня. Вы знаете, что после шторма огненные черви обнаруживаются в самых неожиданных местах."

"Да, да, теперь подойди и закончи вынимать щетину. Они причиняют адскую боль ".

"Как ты с ними обращаешься?" Спросила Изабель, подходя ближе к нему, выражение ее лица теперь было очень серьезным. Она больше не видела в нем мужчину, подумал он, а пациента.

"Я удаляю щетину пинцетом, а затем натираю участок папайей, чтобы облегчить дискомфорт. При укусах морских обитателей разумнее всего некоторое время оставаться неподвижным, чтобы быть уверенным, что болезнь не достигла других частей тела. Были случаи смерти от самых страшных укусов. Конечно, Себастьяну не нужно беспокоиться об этом, хотя я говорю ему, что он может потерять руку. Обычно я могу найти способ удержать его в постели ".

Теперь Эсм é пыталась шокировать девушку. Они были ближе к врагам, чем к любовникам, и ее идея излечения от любого из его недугов обычно включала в себя столько боли, сколько она могла причинить.

"Это звучит как превосходное лечение, Целитель".

Себастьян наблюдал за поведением Изабель, стоявшей в стороне, ведя себя так, как будто она была на тренировке, а не той, кто должен был преподавать. Он мог сказать, что ей было нелегко быть такой услужливой. Где-то она научилась самодисциплине.

Жжение вдоль правой стороны грудной клетки заставило его выругаться. "Дайте мне папайю, если вы двое собираетесь разговаривать весь день".

На завершение процедуры ушло менее пяти минут. Он стянул свою хлопчатобумажную рубашку через голову, но оставил пуговицы расстегнутыми. По каменному выражению лица целительницы он мог сказать, что она собиралась уволить Изабель, как только он уйдет. "Я знаю, о чем ты думаешь, Эсм é, и я говорю тебе, что ты должна работать с ней".

Прежде чем он смог выйти за дверь, Изабель возразила. "Мистер Душейн, целительница будет работать со мной, когда сможет доверять мне, и ни мгновением раньше. Она обосновалась здесь, а я новичок. Почему она должна верить, что мои пути превосходны? На самом деле, это не всегда так".

Себастьян покачал головой. "Как пожелаешь. Но такое поведение будет расценено как слабость. Не забывайте, что вы здесь также для того, чтобы петь. Приходите во внутренний двор кастильо перед последней трапезой дня ". На этот раз он ушел до того, как кто-либо из них смог возразить.

Изабель скорчила злобную гримасу в его удаляющуюся спину, а затем закрыла глаза и помолилась о самообладании. Ее вспыльчивость была одной из ее самых больших слабостей. Один из многих.

Теперь ей нужно было решить, что важнее, убедить женщину, Эсм é, что ее не интересует Себастьян Душейн или убедить целительницу, Эсм é, что она не собирается с ней соревноваться.

"Мастер хочет тебя".

Изабель, возможно, действительно устала от этого термина для их босса, но заявление Эсм действительно выбрало тему для нее. "Может быть, и так, но я не хочу его".

"Ты лжешь".

"Нет", - сказала она, понимая недоразумение. "Я вижу, что это звучит именно так. Он очень привлекательный. Кто бы не хотел его? Его глаза требуют всего, что у тебя есть, и он устало относится к миру, что заставляет женщину думать, что она нужна ему. Конечно, я хочу его ".

"Тогда почему ты говоришь, что нет?"

"Потому что, госпожа Целительница, я не хочу его на его условиях. Я тоже хочу любви. Я хочу получать столько же, сколько отдаю. Я хочу по-настоящему делиться. И ясно, что он не знает значения этого слова".

"Хм. Я думаю, ты хочешь слишком многого ".

"Мне уже говорили это раньше". Изабель неустрашимо пожала плечами.

"Зови меня Эсмé или просто Целитель. И я буду звать тебя Изабель. Следующего человека, который войдет в дверь, ты будешь лечить, а я решу, останешься ли ты ".

Не успели быть произнесены эти слова, как в дверь вприпрыжку влетел мальчик, изо всех сил стараясь не расплакаться.

Изабель обратилась к Эсмé за разрешением. Женщина кивнула с улыбкой, которая, как надеялась Изабель, была удовольствием от ее заискивания, но боялась, была удовлетворением от вероятного провала Изабель.

Терпение, напомнила она себе. Притворись, что Эсм &# 233; - это версия монахини на этом острове, которая является главной.

После его собственного вопросительного взгляда на целителя и второго кивка, мальчик плюхнулся в кресло и закинул ногу на табурет.

"Я вижу, у тебя заноза", - сказала Изабель, осмотрев ступню, фактически не прикасаясь к ней. Помимо грязности, подошвы его ног выглядели мозолистыми. Никто из детей не носил обувь?

"Осколок. Да." Мальчик кивнул.

"Расскажи нам, как это произошло". Мальчик объяснил, и со своей обычной молитвой о руководстве Изабель прошла через процесс изъятия. Она ни разу не обратилась к Эсм é за помощью, но всегда включала ее в объяснение того, что она делала. Удаление занозы не заняло много времени. Он был вставлен довольно глубоко, но состоял из одного куска хорошего размера. Мальчик прикусил губу и не показал, что ему больно.

Когда заноза была извлечена, его палец на ноге начал кровоточить.

"Останови кровотечение", - потребовала Эсмé.

"Нет, я думаю, что нет, госпожа Целительница". Изабель думала, что заслужила очки за свое образцовое поведение. "Кровь очищает место раны и выталкивает все, что может вызвать инфекцию. Мы должны держать его здесь, пока это не прекратится, что произойдет в любой момент ".

Как только она произнесла эти слова, кровотечение прекратилось и начал образовываться струп.

Все они уставились на пятно, а затем Изабель сказала: "Как правило, я предпочитаю, чтобы до него доходил воздух, но поскольку пятно у него на пальце ноги, а он не носит обувь, я думаю, его следует прикрыть".

"Я согласен". Эсмé вручила ей большой бинт, Изабель закончила работу, и мальчик убежал с улыбкой и кусочком сладости, которую Эсмé дала ему за то, что "не плакал, как младенец".

Изабель убрала рабочую зону и сделала все возможное, чтобы оценить, куда все девалось, когда не использовалось.

Эсм&# 233; обошла комнату, заложив руки за спину, что стало испытанием для гордости Изабель до предела. "Очень хорошо, Изабель. Ты можешь остаться до конца дня, а потом я приму решение ".

"Нет, госпожа Целительница", Изабель говорила твердо, но с уважением и поблагодарила свой многолетний опыт. "Ты должен решить сейчас. Я знаю, что я хорош в этой работе. У вас есть преимущество в том, что вы на годы больше разбираетесь в здешних болезнях, но я могу обеспечить островитянам защиту от болезней, о которых вы ничего не знаете. Мы одинаково подходим друг другу и могли бы дополнять друг друга. Я готов. Это зависит от тебя".

"Все в порядке". Целительница пожала плечами, что заставило Изабель почувствовать, что она выдвинула ультиматум, в котором не было необходимости, что означало, что целительница все еще одерживала верх. Здоровье островитян - вот почему вы здесь. Изабель выбросила гордое тщеславие из головы.

Эсмé могла слишком много пить, быть тщеславной и жадной, но она была верна своему слову. К середине дня они обработали еще одну простую рану и поговорили с двумя беременными женщинами, на самом деле девочками. Очевидно, что у них здесь были маленькие дети.

К тому времени, когда Эсмé проводила Изабель в ее коттедж, "имея два часа на отдых, прежде чем ты запоешь", у них установились теплые рабочие отношения. Несмотря на это, Изабель сомневалась, что они когда-нибудь станут друзьями.

Это был очень обыденный день. Возможно, ее призвание здесь - помогать жителям деревни, но Изабель не думала, что им нужны ее медицинские знания. У них был превосходный уход в лице госпожи Целительницы, и ее способности как акушерки были впечатляющими.

Изабель надеялась, что почувствует себя более полезной, когда начнет программу прививок, хотя вероятность заражения детей корью и свинкой была удивительно низкой. Согласно Esm é, вы могли покинуть остров, но однажды человек это сделал, он никогда не возвращался. И все посетители, которые приходили из отеля, приходили вечером и никогда не видели никого, кроме хозяина и нескольких слуг, которые жили в кастильо. Подверженность заболеванию была ограниченной, но, помня босые ноги мальчика, прививки от столбняка были необходимы.

Ее коттедж был похож на другие, с такой же плетеной из пальм дверью и крышей. Внутри она обнаружила одну большую комнату с очень примитивной ванной и без возможности что-либо приготовить. Комната была заставлена коробками, в которых она узнала припасы, присланные ею из Нового Орлеана.

На небольшом пространстве, выдавленном со стороны коттеджа, была ниша для сна, окруженная с трех сторон стенами. Небольшие отверстия окружали комнату там, где стена встречалась с потолком, умный способ впустить ветерок и свет и при этом сохранить конфиденциальность.

Кровать была недавно застелена. Там была занавеска, которую днем можно было задергивать, чтобы комната больше походила на гостиную или рабочее место, чем на спальню, или могла использоваться ночью для уединения.

Как всегда, работа заряжала ее энергией весь день, но как только она увидела кровать, ее охватила усталость.

Она упала бы на простыни полностью одетая, если бы Эсмé не настояла, чтобы она разделась и надела ночную рубашку, которая висела на ближайшем к кровати крючке. Изабель подчинилась, слишком уставшая, чтобы смущаться своего нелепого лифчика и стрингов.

Она знала о том, что Эсм é вешала ее одежду на крючки, но заснула до того, как целительница покинула коттедж. Ее сон был избавлен от кошмаров, хотя приснившийся ей сон о Душейне, наблюдающем за ее купанием, заставил ее чувствовать беспокойство. Было нетрудно догадаться почему.

"Госпожа медсестра, вас хочет видеть хозяин".

Она услышала голос, и в ее сне стало очень ясно, что мастер хотел ее. Он вытащил ее из воды, уложил на шезлонг и начал вытирать одним из кусков льна. Его прикосновения к ее груди, животу и между ног заставляли ее извиваться во сне, одновременно разочаровываясь и желая большего.

"Госпожа медсестра". Голос был ближе и настойчивее. "Ты должен петь".

Изабель открыла глаза и увидела обеспокоенный взгляд Кортеса.

"Ты стонал. Ты болен?"

"Нет, нет. Просто очень устал". Изабель закрыла глаза. Это не было ложью. Она не была больна, и она была уставшей.

"Да, госпожа. Уже поздно. Я буду снаружи, пока ты одеваешься ".

Изабель поспешила одеться, решив никогда не называть Себастьяна Душейна "хозяином". Это было унизительное, деморализующее название. Это напомнило ей обо всем ужасном в том, как мужчина обращается с женщинами и слугами, как будто он превосходит их самой своей мужественностью. Это была устаревшая концепция, везде, но не здесь, в уголке мира Себастьяна Дюшейна.

Она толкнула дверь palm и пошла в ногу с Кортесом. Как бы ни звали Себастьяна Дюшейна, она пообещала отцу Жубе, что споет для него.

К тому времени, как она вышла на улицу, ее раздражение требованиями Себастьяна Душейна прошло. К тому времени, как она дошла до двери в кастильо, от нервов у нее подкашивались ноги. К тому времени, когда она достигла центра внутреннего двора замка, она молилась о помощи и вдохновении.

Оба появились в песне, которую она начала петь. Внутренний двор усиливал ее слова, заставляя ее звучать как дива на сцене, и она достаточно расслабилась, чтобы наслаждаться собой и думать о словах, когда она их пела. "Не бойся, я всегда иду впереди тебя. Приходи, следуй за мной, и я подарю тебе жизнь".

Когда слова знакомого гимна поплыли вверх, Изабель повернулась кругом, напевая пустым дверям и окнам, которые выходили во внутренний двор, а затем посмотрела на небеса. Тонкий срез молодой луны осветил свой уголок западного неба, и какая-то планета послала яркий свет во вселенную.

Изабель любила ночное небо и улыбнулась, когда дошла до конца гимна. Это было, когда она увидела Себастьяна Душейна, затененного в одном из верхних окон, освещенного сзади, так что она не могла прочитать выражение его лица. Она слегка наклонила голову, ожидая комментария. Он не двигался, но снова его тело говорило за него. Он выглядел уязвленным, как будто ее присутствие было для него невыносимым.

Ее сердце забилось в два раза быстрее, когда правда поразила ее.

Себастьян Душейн - вот почему я здесь.

Осознание пришло к ней так внезапно и с такой уверенностью, Изабель не сомневалась, что это была космическая истина, а не ее эго.

Именно этот мужчина нуждался в ней, а не жители деревни. Его темное присутствие было таким же сильным, как шторм, который изменил ее жизнь.

Проклятие. Темная тень вокруг него напомнила Изабель, что она совершенно забыла спросить об этом. Спросите кого, мальчика или целительницу, которым она не понравилась? Или Себастьян Душейн.

Пока она думала о его имени, он отошел от окна и исчез в темноте позади себя.

Да, он бы просто предпочел сохранить проклятие, каким бы оно ни было, в секрете. Кто знает, как долго она смотрела бы на закрытое окно, если бы голос не отвлек ее?

"Ужин готов. Госпожа Эсмé говорит, что ты должен поесть ".

В животе у Изабель заурчало, и она поняла, что Эсм é была права. Она подняла глаза на пустое окно, отвесила глубокий поклон и ушла, задаваясь вопросом, знал ли отец Жубей, зачем она понадобилась Себастьяну Дюшейну, и умер ли он прежде, чем смог ей сказать.

Себастьян шагнул обратно в комнату и прислонился к стене. Боль в его сердце заставила бы его опасаться апоплексического удара, если бы он мог страдать от чего-то столь человеческого. Он закрыл глаза, и калейдоскоп картинок пронесся у него в голове, как будто впервые за двести лет его память открылась.

Себастьян увидел свою жену, свой гнев, ее упрямство, его настойчивость и бурю, унесшую ее жизнь, когда она делала все возможное, чтобы послушаться его и вернуться домой.

В этих снах, даже грезах наяву, не было ничего нового. Но боль, которая пришла с ними, была такой мучительной, какую только мог придумать садист. Гнев, вина, душевная боль поставили его на колени, даже когда он вспомнил, как сильно любил Анжелику, как сильно он не мог вынести их разлуки, как он хотел, чтобы она спала рядом с ним каждую ночь.

Как могли бессмысленные слова того гимна сотворить с ним такое? Он боялся Бога или жизни, что бы это ни было, не больше, чем беспризорной женщины, поющей со двора, как будто от этого зависела ее жизнь.

Себастьян подумал, что было бы забавно пригласить кого-то нового спеть. Что года будет как раз достаточно, чтобы насладиться новым голосом, прежде чем наступит скука. Ему уже было скучно. Он посылал за певицей из отеля, даже несмотря на то, что ее голос подводил, а песни были слишком современными на его вкус. Тогда он сказал бы этой любительнице, что больше никогда не хотел ее видеть.

Пять

Изабель не была удивлена, когда Эсмé пропустила работу на следующие три дня без объяснения причин. Было ли отсутствие целителя очередным испытанием или результатом слишком большого количества алкоголя, вряд ли имело значение.

Что действительно удивило Изабель, так это сообщение, которое принес Кортез, сообщив ей, что от нее больше не ожидают, что она будет петь. Она чистила зубы на второй вечер, когда поняла, что ее голос, должно быть, разочаровал Душейна, и именно поэтому у него не было желания слышать ее снова. Она съежилась от смущения, хотя была одна.

Третий день был самым напряженным из всех, и тогда Изабель поняла, что именно любопытство привело многих к труднодиагностируемым головным болям и расстройству желудка.

Уже почти стемнело, когда к ней подбежал Кортес. "Ты должен прийти. Ты должен прийти. Один из слуг хозяина ранен и нуждается в помощи. Это Рионо, и у него сильное кровотечение. Ты должна прийти сейчас, госпожа медсестра".

Изабель схватила свою сумку и убежала.

Рионо лежал на кухонном полу с кровавой раной на руке, кухонный нож все еще был у него в руке. Лучевая артерия, мгновенно решила Изабель. Она вытащила шнур из своей сумки и сделала жгут.

"Будет ли он жить?"

Она снова села на колени и посмотрела на группу людей, пытаясь найти того, кто задал вопрос. Себастьян Душейн стоял среди них, слуги оставили пространство между ними и ним.

Он наблюдал с отстраненным интересом, который напомнил ей доктора, который руководил ее клинической работой. Изабель ненавидела этого человека, пока не поняла, что после многих лет наблюдения за приходящими и уходящими студентами его незаинтересованность была единственным способом защитить свои эмоции. Было слишком тяжело прощаться снова и снова. Слуги Себастьяна Душейна приходили и уходили с такой же регулярностью?

"Со временем с Рионо все будет в порядке". Она кивнула Душейну, но обратилась ко всем собравшимся вокруг них. "Мне придется промыть и зашить рану. Целитель сегодня нездоров, но нельзя терять время."

"Не в порядке?" Себастьян сложил руки на груди и не скрывал своего цинизма. "Это не заняло много времени".

Не отвечая Душайне, Изабель попросила помочь перенести мужчину. Наконец они устроили Рионо на столе, придвинутом к раковине.

Она объяснила процедуру пациенту и Душейн, которая настояла на наблюдении, несмотря на то, что она попросила всех уйти. "Мне придется промывать рану не менее двадцати минут, и это будет больно, но очень важно удалить всю грязь с лезвия ножа. После этого у меня есть лекарство, спрей, который снимет боль, но вы все равно почувствуете, как швы проходят через вашу кожу ".

Глаза Рионо расширились от шока, но он кивнул. "Я слышал, как ты пел прошлой ночью, и не могу забыть, как это было прекрасно. Можешь спеть, пока моешь мне руку, госпожа медсестра? Это поможет мне думать о других вещах ".

"Да, если ты хочешь", - ответила Изабель, не глядя на Душейна в поисках одобрения. Если мужчина не хотел ее слышать, он мог уйти.

Изабель включила насос и позволила воде промыть рану. Рионо ахнул, и Душейн взял его за руку. "Подумай о своей женщине в родах". Гримаса Рионо могла быть улыбкой.

Изабель не подняла глаз, но была поражена противоречиями в этом человеке. Наблюдая за уборкой, она позволила своим мыслям блуждать.

Дурное настроение Себастьяна Дюшейна соседствовало с присущей ей добротой, которая выбивала ее из колеи, заставляя сомневаться, позволить ли себе полюбить его или держать на расстоянии, и тогда она поняла, что неопределенность - это именно то, чего он хотел.

Когда рана очистилась, она обрызгала область докаином li и, наложив первый шов, начала петь. "Я живу, чтобы служить, я живу, чтобы любить, я живу, чтобы заботиться, как однажды показал Христос".

Себастьян поморщился, когда игла вонзилась в руку Рионо, но мужчина лежал и смотрел на Изабель, не дрогнув и, казалось, даже не заметив ничего, кроме безвкусных слов, которые она пела.

"Позволь мне разделить твою боль. Позволь мне разделить твою радость. Давайте делиться солнцем и дождем, Пока наши жизни вскоре не наполнятся и мы снова не перейдем к Богу ".

Когда она пропела последнюю фразу, Изабель подняла на него глаза, искренность звучала в каждом слове. Ее доброта была больше, чем Себастьян мог вынести. Это ранило его, как обоюдоострый меч. Это было все, что он мог сделать, чтобы не молить о прощении, и она даже не была той, кому он причинил боль.

Пришло время показать ей, насколько переоценена добродетель. Как только доброта перестанет исходить от нее, его боль ослабнет. "Завтра возвращайся в кастильо после наступления темноты, Изабель. Платье для вечеринки. Я устраиваю вечеринку для туристов, и я думаю, вам это понравится ".

"Спасибо". Она не улыбнулась, но казалась довольной.

О, ты поблагодаришь меня, подумал он. Завтра ночью он узнает, насколько глубока ее добродетель.

Конечно, идеальное платье висело на крючке в ее спальне. Это было платье с прозрачным цветочным принтом, прозрачными рукавами и кружащейся юбкой, в котором она чувствовала себя сказочной и женственной. Мужчина, безусловно, знал, как выбрать одежду, которая понравилась бы женщине.

Обувь оказалась не совсем такой удачной. Она никак не могла дойти до замка на каблуках в четыре дюйма, которые были единственным возможным выбором.

Она почти решила пойти босиком, когда кто-то дернул за шнурок звонка у ее двери.

Эсм &# 233; стояла там, держа в руках пару босоножек, намного, намного лучше, чем высокие каблуки, которые держала в руке Изабель. Целительница подтолкнула их к ней, а затем встала, уперев руки в бедра. "Говорю тебе, девочка, я узнаю, осквернена ли твоя душа Себастьяном Душейном или кем-либо из его гостей. Тебе здесь не будут рады, когда это произойдет ".

"Ты можешь сказать даже это. Как интригующе. Ты думаешь, мое разложение неизбежно?"

"Да", - твердо сказала Эсмé.

Изабель обдумывала дискуссию, но подозревала, что это было бы бессмысленно. "Спасибо тебе за туфли. Они идеальны".

"Конечно, они такие". Она ушла без дальнейших объяснений.

Изабель медленно поднималась к замку. Она действительно понятия не имела, чего ожидать. Кортес сказал ей, что у хозяина бывают гости по крайней мере раз в неделю и что некоторые гости остаются дольше. Никогда одна и та же группа, и никто никогда не оставался дольше недели. По определению Кортеса, это была шумная вечеринка с бесконечной выпивкой и танцами, пока люди не начинали играть в игры друг с другом или расходиться по спальням спать.

Изабель вошла на вечеринку, которая хорошо началась. Мужчины и женщины были одеты в одежду, которая очень подходила для двадцать первого века, но во всем остальном на собрании чувствовалась атмосфера старого света. Даже музыка была исполнена группой из трех человек.

Еда не была типичной островной, но выглядела так, как будто она лучше подошла бы для европейской столовой. Там были столы для карт и других видов азартных игр, но прямо сейчас почти все собрались вокруг женщины, одетой как цыганка, которая предсказывала судьбу, сопровождаемая смехом и грубыми комментариями.

"Люди всех возрастов любят слушать истории о себе".

Она почувствовала его рядом с собой, прежде чем он заговорил. Душейн был одет в сказочный костюм, и она улыбнулась ему, совершенно очарованная картиной, которую он создал в одежде начала девятнадцатого века. Он напомнил ей лихого Дарси, не внешностью, а стилем, и определенно тем, как он демонстрировал гордость и предубеждение.

"Как это весело. Это как шаг назад во времени. Хотел бы я, чтобы у меня было платье, подходящее к тому, что на тебе надето. Что-нибудь с завышенной талией и вышивкой по краям."

"В следующий раз", - сказал он с удовлетворенной улыбкой. И да, на щеках были ямочки. "В следующий раз все будет лучше, Изабель".

"Я надеюсь, что это обещание". Она действительно не была большой любительницей флирта, но у нее было отчаянное желание узнать этого мужчину лучше, понять его, заставить его улыбаться.

"Действительно, это так". Душейн поднял ее руку и поцеловал ее, а затем взял ее под свою руку. "Давай посмотрим, что гадалка скажет о тебе".

"Ты попросишь ее предсказать твою судьбу? Или "мастер", - она постаралась, чтобы слова прозвучали так же претенциозно, как и были, - выше подобных вещей?

"Никогда бы не подумал, что ты такая дразнилка. Соблазнительница, да, но не дразнилка."

"И я бы никогда не подумал, что тебе не понравится небольшой флирт". Изабель отказывалась смущаться его оскорбительного тона, почти уверенная, что он пытался заставить ее чувствовать себя неловко, чтобы одержать верх. Или, подумала она, это ему было не по себе?

Ни один из них не произнес ни слова, пока они шли через салон. Изабель задавалась вопросом, почему он мог чувствовать даже небольшую угрозу в ее присутствии. Он был тем, кто разрешил ей приехать вместе с отцом Жубеем. Так что его расстраивало не ее присутствие как врача, а что-то в самой Изабель Рено, что беспокоило его.

Могло ли это быть то же самое, что беспокоило ее: влечение к человеку, в котором он даже не был уверен, что ему нравится?

Толпа, собравшаяся вокруг гадалки, освободила место для хозяина и с любопытством посмотрела на Изабель. Гадалка сидела за круглым столом. Место напротив нее было пустым, и она жестом пригласила Изабель занять его.

"Могу я взять вас за руки, пожалуйста?" - спросила гадалка.

Женщина была сильно накрашена и одета в традиционную цыганскую одежду, но по голосу можно было определить, что она одна из островитянок.

Изабель улыбнулась и положила руки на стол. Женщина взяла их; затем она вскинула голову, чтобы посмотреть в глаза Изабель. Между их соприкасающимися руками и пристально смотрящими глазами связь между ними была настолько сильной, что приходилось прилагать усилия, чтобы продолжать улыбаться.

Женщина улыбнулась ей и отпустила ее руки. "Вы проживете долгую и счастливую жизнь, ибо вы были благословлены оптимизмом и жаждой приключений. Ты найдешь любовь; ты познаешь ее глубочайший смысл, но ты также познаешь боль и потерю ".

Гадалка сжала губы, как будто хотела сказать что-то еще, но потом передумала. Наклонившись вперед, она прошептала: "Будь осторожен. Под угрозой не только твое сердце".

Изабель закрыла глаза. Да, она знала это. Знала это с того самого момента, как впервые спела Себастьяну Душейну. Изабель пожала женщине руку. "Спасибо тебе. Я действительно понимаю."

Когда она встала, другая женщина мгновенно заняла ее место. "Расскажи мне что-нибудь полезное", - потребовала она.

Гадалка рассмеялась. "Если ты не будешь осторожен, ты потеряешь в этой поездке больше, чем свои деньги".

"Что это значит?" - требовательно спросила женщина.

Изабель отошла от группы, прежде чем цыганка ответила. Она понятия не имела, что имела в виду гадалка, но была также уверена, что женщине не понравятся подробности. Себастьяна нигде не было видно, поэтому она взяла бокал шампанского у одного из слуг и начала кружить по комнате.

Следующий час прошел в тумане имен и забавных разговоров. Несколько мужчин и одна женщина изо всех сил пытались загнать ее в угол не только для разговора. Изабель могла выглядеть невинной, могла на самом деле быть таковой, но она встречалась с достаточным количеством людей и работала в некоторых трудных местах. С флиртом на вечеринке было достаточно легко справиться.

Себастьян Душейн нашел ее в углу с одним из мужчин, которые не принимали "нет" в качестве ответа. Изабель только что вылила свой бокал шампанского на рубашку мужчины, когда Себастьян вытащил ее из укромного уголка и повел на танцпол.

"Это ролик. Популярный танец эпохи регентства. Следуйте примеру людей в костюмах. Этому не трудно научиться".

Это было весело. Это напомнило Изабель кадриль, но было выполнено более элегантно. К тому времени, как танцоры отвесили друг другу последний поклон, все немного запыхались и смеялись.

Следующая мелодия полностью изменила настроение. "Вальс, " сказал ей Себастьян, " но вальс эпохи регентства. Гораздо более благопристойный, чем венский вальс, но для людей начала девятнадцатого века это было очень рискованно é."

Держа ее на расстоянии вытянутой руки, Себастьян положил руку ей на плечо, а другую - на талию. Они начали подниматься по ступенькам, и через минуту Изабель почувствовала, что вокруг них ничего нет, только они двое в объятиях друг друга.

Подойдя ближе к Себастьяну, Изабель использовала свое тело, чтобы сказать ему, что она никуда не денется, что это именно то место, где она хотела быть. Она увидела приятное удивление в глазах Себастьяна, но он все еще держал ее, как будто боялся, что она убежит.

Наконец он расслабился и вздохнул, легкий вздох, который она поняла как благодарность за сладчайшее из удовольствий. Закрыв глаза, она нарисовала мысленную картину их двоих наедине, танцующих среди облаков, установленных на темном бархатном небе, усыпанном бриллиантоподобными звездами, сверкающими вокруг них. Заглянуть в рай, решила она, или настолько близко, насколько она могла себе представить. Да, она могла бы продолжать в том же духе вечно.

"Навсегда?" - Сказал Себастьян, и Изабель поняла, что последнее она произнесла вслух. "Не навсегда, только до тех пор, пока длится трепет от этого. Позволь мне показать тебе ".

Изабель открыла глаза как раз в тот момент, когда Себастьян поцеловал ее. О, это рай. Быть так тесно связанным с кем-то, кого ты любишь или мог бы полюбить. Как приглашение на лучшую вечеринку, которую только можно вообразить.

Затем все мысли испарились в порыве эмоций, ощущений, которые привязали ее к нему сильнее, чем прикосновение его рта к ее. Ее душа открылась ему, ее сердце умоляло его, и она отдалась ему так полно, как только могла, своим ртом и руками, и каждой частью своего тела, которая прикасалась к нему. Это было не клеймо, а подарок, подаренный с радостью.

Себастьян не сдавался так легко. Изабель поняла это, когда поцелуй закончился. Он выпрямился, шок в его взгляде сменился страхом, или это была боль? Он толкнул ее в объятия одного из других мужчин.

"Возьми ее, Лео. Этот более чем готов к быстрому траху. Тебе даже не нужно будет снимать одежду ".

Лео схватил Изабель сзади, его руки легли на ее груди, его возбуждение прижалось к ее ягодицам. Она почувствовала запах скотча в его дыхании, когда он уткнулся носом ей в ухо. Высвободив руки, она локтями ударила его в живот и была более чем удовлетворена, когда он отшатнулся, ругаясь.

"Быстрый трах? Это то, что ты сказал?" Изабель почувствовала, что ее самообладание вышло из-под контроля. "Ты отвратительное подобие джентльмена".

"И ты напрашиваешься на неприятности".

"Ты меня не пугаешь". Она доказала это, сократив расстояние между ними. Она могла чувствовать гнев, страсть, даже страх, мерцающий вокруг него. Чего он боялся?

Он схватил ее за плечи и слегка встряхнул. "Я должен был бы пугать тебя".

"Но ты этого не делаешь", - мягко сказала она, ее гнев угас, когда она поняла, о чем он беспокоился. "Вовсе нет".

"Если бы я забрал тебя, ты бы никогда не был прежним". Он умолял ее. Она не услышала гордости в его голосе. "Ты была бы не более чем шлюхой, потому что ты никогда не нашла бы такого удовлетворения ни с кем другим".

"Но тогда и ты бы не стал, потому что то, что есть между нами, - это нечто большее, чем секс. Если ты боишься... " Она подчеркнула это слово и сделала паузу. "Если ты боишься отдать больше, чем свое тело, тогда мы никогда не будем вместе".

Себастьяну Душейну нечего было сказать. В тишине она почувствовала, как его страх исчез вместе с его гневом и почти всей его страстью. "Время покажет, моя маленькая монашка".

"Почему ты меня так называешь?" Описание заставило ее защищаться сильнее, чем все остальное, что он сказал, и она поняла, что именно поэтому он использовал это слово.

"Кто еще, кроме монахини, не знал бы ничего, кроме гимнов, и носил бы свою добродетель так, словно это ее самое дорогое достояние?"

"Какая потеря. У нее заоблачный потенциал шлюхи, и она монахиня?"

Слова ближайшего мужчины напомнили Изабель, что у них есть зрители.

"Нет, она теперь не монахиня", - сказал Себастьян, глядя ей в глаза, как будто мог прочитать ее душу. "Я полагаю, они уволили ее за флирт со священником".

Изабель почувствовала, как краска отхлынула от ее лица. "И ты полон презрения, потому что боишься, что если тебе понравится другая женщина, она бросит тебя точно так же, как первая".

Если можно было ранить человека словами, Изабель поняла, что каждый из них нанес другому почти смертельный удар.

Она не была уверена, что чувствовал Себастьян, раскрывая чью-то глубочайшую тайну, но его шок и огорчение от ее обвинения заставили ее почувствовать себя такой же грешной, как Иуда, когда он предал Иисуса. "Мне жаль", - прошептала она и выбежала из комнаты, пока они не причинили друг другу еще больше боли, чем уже причинили.

Шесть

Оказавшись за пределами кастильо, Изабель замедлила шаг и попыталась успокоиться. Слезы потекли по ее щекам. Она сожалела, что не смогла контролировать свой характер, что его оскорбление заставило ее ответить тем же. Это было так подло с ее стороны, худший из всех ее недостатков, насколько она была обеспокоена. Извинения ничего бы не изменили, но это было больше, чем он ей предложил.

На улицах было тихо. Дом целителя, единственный, в котором все еще горит свет. Открытая дверь показала людей внутри. Думая, что произошел несчастный случай, Изабель отодвинула душевную боль в сторону, пробежала по короткой тропинке и вошла внутрь.

Собравшиеся люди не были пациентами. Они играли в какую-то игру в домино, и хотя для этого, возможно, не требовался алкоголь, каждый из пяти игроков сделал глоток чего-нибудь после своей очереди играть.

"Ага!" - воскликнула Эсмé. "Тот, кого мы так долго ждали. Подойди сюда".

Изабель сделала, как просили, уверенная, что Эсмé была пьяна и завтра ничего из этого не вспомнит. Но Эсм é удивила ее. В ее кружке отчетливо пахло чаем "Эрл Грей", в котором, казалось, не было ничего, кроме сахара.

"И молоко, если у меня есть", - согласилась Эсмé, как будто Изабель говорила вслух. "Но на острове нет молока до завтра, поэтому я довольствуюсь дополнительным количеством меда". Она указала на стул, а затем хлопнула в ладоши.

"Друзья мои, вы достаточно выпили моего спиртного. Я ценю, что вы провели со мной вечер, и увидимся завтра, если вам понадобится лекарство от головной боли ".

Никто не возражал. Все допили остатки своих напитков и, пошатываясь, вышли из дома с хором "Наилучшие пожелания хозяйке этого дома".

Эсмé почти минуту смотрела на Изабель. "Ты возвращаешься ко мне с чистым духом. Я не буду спрашивать, как это может быть, или сомневаться в моей проницательности. Если бы я пил со своими друзьями, я бы не был так уверен, но я воздержался, намереваясь дискредитировать тебя. Теперь кажется, что это была пустая трата сдержанности ".

"Я не могу сказать, что сожалею о том, что разочаровала тебя, - ответила Изабель, - только испытала облегчение от того, что ты такой проницательный. И честный".

"Немногие понимают, насколько дорогой может быть честность".

"Я уважаю твою работу, Целитель, и никогда не сделаю ничего, что могло бы подорвать твою мудрость, если только я не буду знать, что чья-то жизнь в опасности". Изабель сделала паузу и, когда Эсмé неохотно кивнула, продолжила. "Да, я знаю, какой дорогой может быть честность".

Эсмé встала и налила еще чая себе и кружку Изабель. К каждому она добавила немного спиртного из глиняного кувшина и поставила оба на стол.

"Он ранил твое сердце", - заявила Эсмé.

"Почему он такой жесткий? Почему он так одинок? В нем есть огромная доброта. Я видел это, чувствовал это. Почему, если у него доброе сердце, он думает, что похоть, пьянство и наркотики - это ответ на что угодно? Почему он остается здесь, когда он так явно несчастен?"

"Выпей свой чай и завернись в шаль. Это долгая история, и она проверит вашу веру в мою честность ".

Изабель взяла шаль, которую ей протянула Эсмé, и, хотя вечер был не особенно прохладным, обернула ее легкой, как паутинка, тканью вокруг своих плеч.

"Себастьян Душейн был назначен сюда солдатом, когда в кастильо еще размещались воины, хотя это были английские солдаты, а не испанцы, которые первыми построили его. Капитан Душейн влюбился в местную девушку. Ее мать была деревенской целительницей. Не я", - поспешила добавить Эсмé. "Несмотря на опасения матери, которые были гораздо более проницательными, чем у большинства людей, она позволила своей дочери Анжелике выйти замуж за Себастьяна".

Эсмé отпила чаю и добавила еще крепкого.

"Себастьян Дюшейн хотел Анжелику. Он сказал, что любит ее, но ему нужна ее красота, ее нежность, ее чистое сердце. И это был прекрасный матч. Ее доброта умерила его плотские желания, а его властное присутствие заставило Анжелику осознать ценность сильной личности ".

Изабель откинулась на подушки дивана, чтобы найти утешение там, где она могла. У этой истории не было счастливого конца.

"После того, как сильный шторм пронесся по региону, Анжелика сказала своему мужу, что должна отправиться помогать своей сестре на другой остров. Себастьян позволил это, но настоял, чтобы она поскорее вернулась, боясь, что разлука станет слишком серьезным испытанием для его клятв. Видишь ли ты, что его любовь была смешана со слишком большой потребностью контролировать?"

Изабель все еще видела это в нем. То, как он говорил людям, что делать, никогда не задавал вопросов, скорее требовал, чем предлагал.

"Наконец, когда ее не было слишком долго, Себастьян Дюшейн настоял, чтобы его жена вернулась. Несмотря на то, что это был месяц самых сильных штормов в году, Анжелика попыталась подчиниться ему и пропала в море. Из сорока человек выжили только три женщины и один Божий человек".

"Человек Божий?" Изабель выпрямилась.

"Да". Эсмé кивнула. "Отец Жубей занял место в шлюпке. Если бы он отдал место Анжелике, она была бы жива ".

"О, дорогой Боже". Изабель поднесла руку ко рту.

"Целительница прокляла и Жубея, и Себастьяна Душейна на вечные страдания за то, что они стали причиной смерти ее любимого ребенка. Жубе было запрещено находиться на острове, единственном месте, где он хотел жить больше, чем где-либо еще, пока он не сможет исправить свою ошибку. Душайну был предоставлен полный контроль над этим островом, но только над этим островом. Он был обречен жить здесь, не имея возможности покинуть остров, столько, сколько ему потребовалось, чтобы завоевать любовь другой женщины, такой же чистой сердцем, как Анжелика ".

"Это правда? Ты клянешься в этом?" Даже если бы Эсмé поклялась, Изабель не была уверена, что поверила бы этому.

"Да, Изабель, я клянусь своим мастерством целителя. И в то, что я тебе рассказала, поверить даже не самое сложное." Эсмé отодвинула свой чай и на мгновение закрыла глаза.

"Это случилось осенью 1810 года. Себастьян жил здесь, застывший в возрасте и времени, почти двести лет".

Изабель встала, опрокинув кружку. "Этого не может быть".

"Да, это так. Я клянусь в этом на могиле Анжелики. Себастьян может использовать современную версию всего, что уже было изобретено в 1810 году. Он может читать любую книгу по своему выбору и носить одежду любого стиля, который он предпочитает, но он не может пользоваться электричеством, телефоном или любым другим современным удобством ".

"Что произойдет, если он попытается?"

"Что бы это ни было, оно не работает, или вспыхивает пламенем, или распадается".

Изабель позволила себе поверить в это на мгновение. Кастильо был освещен свечами. Она не видела никаких признаков компьютера или телефона. Там не было ни радиоприемников на батарейках, ни даже старомодного бумбокса, и это было странно для человека, который любил петь.

"Но хуже всего, Изабель, Себастьян Душейн не может покинуть этот остров даже на мгновение. На протяжении многих лет полоса земли, соединяющая форт с основной частью острова, была размыта штормами, так что теперь даже островитяне могут покинуть его только во время отлива ".

"Но люди могут приезжать сюда из большого отеля на главном острове?"

"Да, Себастьян устраивает свою версию званого вечера девятнадцатого века, который привлекает туристов в кастильо, и они только рады удовлетворить его потребности. Он мужчина с широкими сексуальными вкусами и очень заинтересован в экспериментах ".

"Остановись!" Изабель настаивала. "Я не хочу больше ничего слышать. Я тебе не верю. Ты сумасшедший или пытаешься манипулировать мной ".

"Думай, что хочешь, невинный", - сказала Эсмé пожав плечами. "Но ты не можешь оставаться чистым сердцем рядом с кем-то вроде того человека, которым он стал, и именно таким ты должен быть, чтобы спасти его. Головоломка, не так ли?"

Встав, Эсм é проигнорировала пролитый чай и взяла Изабель за руку. "Подумай об этом, дорогая девочка; спи и молись своему Богу. Жубе нашел свой ответ в тебе. Кто знает? Возможно, я ошибаюсь. Если это так, а я ошибаюсь, мы станем врагами. Моя миссия в жизни, как потомка целителя, состоит в том, чтобы проследить, чтобы Себастьян Душейн был наказан навечно ".

Изабель, должно быть, выглядела такой же ошеломленной, какой себя чувствовала. "Ты бы убил меня?"

"Убить тебя?" Потрясение Эсм было искренним. "Никогда. Но есть и другие способы сделать тебя здесь нежеланным гостем. Пожалуйста, не допусти, чтобы до этого дошло. Избегай его. Он заслуживает своих страданий". Целительница похлопала ее по руке, провожая к двери. "В течение двухсот лет. Это продолжается уже двести лет. Ты не первая невинная и не будешь последней ". Эсм é мягким толчком вытолкнула ее за дверь и захлопнула ее.

Дом был через пять дверей, и хотя Изабель шла очень медленно, этого было недостаточно, чтобы разобраться в правдивости истории целительницы.

Повесив платье на один из крючков, она без особого энтузиазма почистила зубы и забралась в постель. Уснуть было невозможно, но Изабель чувствовала себя в безопасности в своей уютной кровати, заправленной в альков.

Простыни были мягкими после многих стирок и такими белыми, какими их могли сделать островное солнце и лимон.

Немного расслабившись, Изабель начала молиться. Если она на самом деле и не заснула, то начала видеть сны. Отец Жубей подошел к ней и сел на край ее кровати, которая внезапно оказалась на борту корабля, швыряемого в безумном море.

"Мы в безопасности", - заверил он ее. "Он единственный в опасности".

На пути снов она могла видеть мужчину, плывущего, борющегося с волнами, но уплывающего от них, а не к ним.

"На самом деле не должно быть трудно поверить, что проклятие дьявола могло держать этого человека и этот участок земли в рабстве". Он взял деревянный крест с полки в изголовье ее кровати и прижал его к своему сердцу. "Изабель, ты веришь в чудеса, которые есть в Библии".

Она кивнула, и отец Жубе продолжил, используя свое преимущество. "Вы видели чудеса в своей работе. Почему труднее поверить в проклятие зла?"

"Ты назвал это чудом дьявола".

"Да. Как самолеты, которые разрушили Всемирный торговый центр. Как кошмар рабства в Америке или дети, которые уничтожили невинность в средней школе Колумбайн. Это были катастрофические события, и миллионы людей ощутили их влияние.

"Но есть много других проклятий, подобных тому, которое должен вынести Себастьян, проклятий, которые не влияют на весь мир". Он взял ее за руку. "Мы могли бы избежать всех этих событий, больших и малых, если бы один человек поступил правильно".

"Что правильно?"

"Только Бог знает, кто или что привело бы к другому финалу этих трагедий, но всегда есть кто-то, кто мог бы изменить то, что произошло".

"Но никто не остановил взрыв в Оклахома-Сити или Холокост".

"Это правда. Но кто-то изменил сердце человека, который мог разрушить мост через залив Сан-Франциско, и люди приступили к уничтожению водоснабжения Токио. Прекрасный восход солнца убедил твою мать не делать тебе аборт."

"Да, я знаю эту историю, но не другие".

"Никто не знает о тех, других, потому что их никогда не было и никогда не будет. Доброта в той или иной форме изменила сердце и изгнала из них все мысли о ненависти. И ты, Изабель, единственная, кто может изменить жизнь Себастьяна Душейна ".

"Ты требуешь от меня слишком многого".

Отец Жубе хранил молчание, и Изабель знала, чего он ждет.

"Я жила такой защищенной жизнью, по крайней мере, она была защищенной, пока я не стала медсестрой. И даже с тех пор у меня никогда не было серьезного парня. Как я могу помочь человеку, столь погрязшему в распутстве, как Себастьян Дюшейн?" Спросила Изабель, убирая свою руку из его и скрещивая руки.

"Потому что, несмотря на его образ жизни, вы можете видеть в нем хорошее. Потому что ты освободил меня от проклятия. Потому что в твоем сердце есть запас любви. Когда наши глаза встретились в церкви в тот день, я никогда не чувствовал такой надежды. Это было так, как будто ты понял ".

"Это абсурд, и это всего лишь сон". Она забрала у него крест и положила его обратно на полку. "Это способ моего разума придать этому смысл".

"Изабель, не позволяй ученому в тебе отвергать то, во что верит женщина веры. Оглянитесь вокруг и убедитесь, что целитель говорит правду ". Отец Жубей говорил с упорством, которое противоречило нежности, с которой он похлопал ее по руке.

Пропел петух, и Изабель проснулась, образ мужчины исчез вместе со штормом и яростным морем.

Небо сегодня было свинцовым, как будто дождь был неизбежен. Взяв страницу из книги целителя, Изабель оставила записку под своей дверью, в которой говорилось, что она берет выходной. Затем она отправилась в кастильо, позволив ученому в ней править днем.

Она посетила кухню, массивный свод помещения, в котором сохранялась прохлада, потому что он находился в основном под землей. Ряд окон окружал потолок, впуская свет.

Вся домашняя работа выполнялась вручную, и даже утром пять человек уже были заняты приготовлением главного блюда дня. Персонал был приветлив, шеф-повара раздражало, что его отвлекают. Сочетание жизни двадцать первого века с обычаями девятнадцатого века приводило в замешательство.

Были современные часы, но не было таймеров. Ложки всех видов, кроме пластиковых, но никаких проволочных венчиков или взбивателей для яиц. У камина была печь для выпечки сбоку, но не было никаких признаков микроволновой печи или обычной плиты для приготовления пищи. Огромные фарфоровые раковины выглядели современно, но ручной насос - нет.

Изабель бродила по кастильо, наконец, получая представление о месте, каким оно было до того, как стало тюрьмой для одного человека. Когда-то здесь, должно быть, размещались сотни солдат, и строительство того времени было впечатляющим.

Кастильо де Геррерос было сотни лет, но на нем было мало признаков разрушения.

Изабель нашла комнату, в которой она очнулась после кораблекрушения. Кровать с занавеской и свечи теперь имели больше смысла.

Окно, выходящее на гавань, было открыто, и она могла слышать крики с пляжа.

Группа мужчин и мальчиков постарше играли в какую-то игру. Но именно Себастьян привлек ее внимание. Раздетый до странного нижнего белья, нечто среднее между боксерами и трусами, он представлял собой великолепный контраст с более темными, низкорослыми островитянами, с которыми он играл.

Игра включала в себя бег и удары ногами, некую комбинированную версию футбола и кикбола, по-видимому, островного происхождения. Периодически игра останавливалась, все они пили что-то из разных кружек, смеялись и шутили, а затем начинали снова.

Себастьян был в таком хорошем настроении, что Изабель с трудом узнала мужчину, который был так ужасен с ней прошлой ночью. Ей нравилось наблюдать за тем, как он контролирует свое тело, как перекатываются мышцы, как изгибаются его ягодицы, когда он бьет по мячу, как ловко он избегает соперников, которые хотят остановить его прогресс, как он наклоняется, кладя руки на колени, чтобы перевести дыхание.

Игра становилась все более накаленной, и один из молодых игроков нарушил правила игры и нанес удар мальчику с противоположной стороны.

Игра остановилась, и Себастьян поменялся ролями, с игрока на тренера. Обняв молодого человека за плечи, он отвел его в местечко в тени, и они поговорили. Ну, оказалось, что Себастьян в основном слушал, пока мальчик говорил.

Остальные проигнорировали дискуссию, выпили или нашли тенистое местечко, чтобы остыть. Несколько минут спустя Себастьян и мальчик вернулись в команду, мальчик что-то сказал парню, которого он ударил, и игра возобновилась, вся неприязнь ушла.

Соревнование закончилось несколькими минутами позже под бурные аплодисменты и хлопки по спине. Затем мужчины сорвали с себя одежду и бросились в воду. Когда он был по пояс в воде, Себастьян поднял голову и помахал ей.

Изабель подняла руку, приветствуя его, но скрылась из виду, когда остальные попытались выяснить, кому он машет.

Эти несколько минут рассказали ей о Себастьяне Душейне столько, сколько она узнала из всех их бесед. Он был прирожденным лидером, уважаемым своими собратьями-островитянами, способным быть командным игроком или миротворцем, когда это было необходимо. Он находил удовольствие в физическом, и это значило больше, чем секс. И, о, да, у него было потрясающее тело.

Жаль, что таланты этого человека так долго были ограничены этим маленьким миром. Если бы у нее был хоть какой-то шанс освободить его, она бы это сделала. С этой мыслью Изабель поняла, что действительно верит в то, что Себастьян Дюшейн и отец Жубей были прокляты. В течение двухсот лет.

Не было никаких научных доказательств. Это были человек и место, аура, которая окружала обоих. Несмотря на его молодость и крепкое здоровье, то, как все называли его "мастер", олицетворяло ощущение, что Себастьян Душейн не был частью этого мира.

Но хотеть помочь ему и действовать в соответствии с этим, не унижая себя, - это две разные вещи. Изабель понятия не имела, как она могла это сделать, и молилась всем сердцем, чтобы был способ.

Есть. Эти два слова донеслись до нее шепотом, тихим, как дождевая капля.

Она снова помолилась, чтобы Себастьян поверил. Ни одно тихое слово не убедило ее в том, что он это сделает.

Семь

По мере того, как дни превращались в недели, Изабель задавалась вопросом, могла ли она ошибаться относительно причины своего пребывания на острове Пердида. Неужели ее увлечение Себастьяном Дюшейном ввело ее в заблуждение? Его измученный мир, его раненое сердце, его неотразимая сексуальность преследовали ее, но она не видела никаких признаков его присутствия почти три недели.

Ее работа с Esm é и the villagers была полезной. Целительница была открыта для идеи, чтобы Изабель начала процесс прививки как детей, так и взрослых от наиболее распространенных заболеваний.

Изабель инициировала программу-прототип, используемую большинством всемирных организаций здравоохранения. Частью процесса была инициатива по ведению записей, которая позволила бы выявлять и отслеживать обычное лечение, а также чрезвычайные потребности деревни.

Запись истории болезни сама по себе была огромной рутиной, такой же важной, как убеждение жителей деревни в том, что прививки будут препятствовать, а не поощрять болезни. Изабель обнаружила, что жители деревни не желают помогать ей с письменной работой по десятку причин, вплоть до того факта, что они никогда раньше не вели записей.

Эсм é была превосходной акушеркой, и здоровье новорожденных деревенских женщин впечатляло. Большинство девушек находили себе партнеров к тому времени, когда им исполнялось шестнадцать, и матерей в течение года.

Управление деревней было очень похоже на классическую коммуну с небольшим вмешательством извне. Трапезы были общими в общей столовой, и те немногие, кто не работал на Себастьяна Душейна, ловили рыбу и выращивали фрукты и овощи для всей деревни.

Никто не пересекал затопленную приливом полосу суши, чтобы ежедневно работать в отеле. Те, кто это сделал, так и не вернулись. В этом не было ничего мистического. ДВАДЦАТЬ первый век был слишком сильной ничьей.

В то время как работа Изабель с жителями деревни приносила пользу, ее контакт с замком отсутствовал. Каждый вечер она ходила петь, и каждый вечер ее прогонял один из слуг, который говорил ей, что Себастьян развлекается в частном порядке и не желает ее слушать.

На четвертую неделю ее работы Себастьян приехал в деревню сразу после завтрака, когда Изабель возвращалась в свой коттедж.

Волнение жителей деревни было ощутимым, когда учитель остановился у столовой, теперь пустой, если не считать детей, которые лениво поглощали фрукты и овсянку.

Мальчики и девочки окружили его, когда он занял место на одной из скамеек рядом со столовой. Изабель наблюдала, как Себастьян слушает истории, восхищается игрушками и предлагает встретиться на пляже позже.

"Да! Да!" - хором ответили дети. "Пойдем сейчас!"

"После школы", - настаивал он.

"Ооооо", - стонали они.

"Может быть, если ты сегодня будешь усердно работать, госпожа учительница отпустит тебя пораньше. Я буду ждать, где бы ни было солнце, когда ты будешь свободен ".

Как один, группа детей - Изабель предположила, что всего их было пятнадцать - вскочила и помчалась в классную комнату, где ждала Учительница-хозяйка. Она помахала Себастьяну, качая при этом головой, затем последовала за детьми внутрь.

На улице было тихо.

"Я подозреваю, что для нее это будет трудный день, чтобы привлечь их внимание". Изабель подошла к нему и, когда он вздрогнул от неожиданности, она протянула руку и коснулась его плеча.

"Мне жаль, что я ..." - начала Изабель, но остановилась, увидев гнев, который она увидела. "Что это?"

"Вы заключили соглашение, госпожа медсестра. Ты должен приходить петь в замок каждую ночь. И ты не навещал меня три недели. Ты думаешь наказать меня за то, что я не заинтересован в получении какого-либо удовольствия от твоего тела?"

"Ты говоришь так, как будто мое тело существует для твоего пользования". Она изо всех сил старалась казаться разумной, даже несмотря на то, что ее гнев кипел. "В наши дни мужчины не такие сексисты, и я не так представляю секс. Это способ выразить привязанность, поделиться любовью физическим способом. Это касается ума и сердца в той же степени, что и тела ".

"Изабель, каждый из нас существует для "использования" другого, как ты это называешь. Позвольте мне продемонстрировать ". Он затащил ее в прихожую столовой, прижал к стене и поцеловал. Его губы коснулись ее шеи ниже уха. Изабель подняла руки, чтобы оттолкнуть его, но поцелуй очаровал ее, и вместо этого она обняла его за шею.

Это больше, чем похоть, больше, чем желание; это глубочайшее из чувств. Изабель пыталась убедить его, когда его рот встретился с ее, и она открылась ему. Открылась больше, чем ее губы, открыла ее тело, ее разум, ее сердце, как она сделала в первый раз, когда Себастьян поцеловал ее.

Он резко прервал поцелуй. Его твердость прижималась к ней, возбуждая ее, несмотря на то, что они оба были полностью одеты.

"Это не разум и сердце, ты, простодушная девственница. Это похоть в ее самом сильном проявлении. Если вы думаете, что это окончательное разделение, то вы удивительно необразованны. Это только начало, хотя мне интересно, освободишь ли ты когда-нибудь распутницу, которая прячется внутри тебя."

Щеки Изабель горели, и не только потому, что она знала, на что способна, мечтала о них двоих вместе, что было очень творчески и немного шокирующе.

Было физически больно отталкивать его, отказывать себе в том, что она хотела дать, а он хотел взять - по совершенно неправильным причинам.

"Ты действительно умеешь обращаться со словами, Себастьян. Все ли мужчины были такими оскорбительными в 1810 году? Или ты настолько привык к тому, что тебя называют "мастером", что считаешь себя выше всех остальных?"

"Ты меня раздражаешь".

Это было констатацией очевидного, подумала Изабель. Он выглядел как наказанный школьник, притворяющийся, что не влюблен в девушку, но она напомнила себе, что он определенно не школьник, а глубина его чувств к предмету похоти и любви делала саму идею влюбленности смехотворной.

"Твои разговоры о любви и союзе - это фантазия". Он стоял, уперев руки в бедра, не сердясь на нее, она видела, но очень, очень расстроенный. Это сделало их двумя.

"Нет, любовь - это не фантазия", - настаивала Изабель. "Я знаю, что буду твоим, так же как знаю, какой сегодня день, но ты будешь моим, Себастьян Душейн, и это меняет все в мире".

Изабель поправила брюки и рубашку на месте и отошла от него. "Я прихожу в кастильо каждый вечер с тех пор, как видел тебя в последний раз, и каждый вечер мне говорят, что ты "развлекаешься в частном порядке" и не хочешь, чтобы я пел".

Себастьян ответил ей не более чем прищуренными глазами, поэтому она вышла из столовой и быстрым шагом направилась в свою клинику, чтобы собрать припасы на день.

"Подожди!"

"Я уже опаздываю", - сказала она, не сбавляя шага.

Себастьян шел в ногу с ней, теперь улыбаясь. "Ты был очень занят. Кортес сказал мне, что программа иммунизации началась ".

"Да, я был очень рад, что госпожа Эсмé была так восприимчива к этой идее".

"Я уверен, что она была".

Услышав его циничный тон, Изабель замедлила шаг и посмотрела на него. "Почему ты так это говоришь?"

"Изабель, моя милая, я никогда не оставлял слов о том, что тебя следует выгнать из кастильо".

Теперь она полностью перестала ходить. "Ты этого не сделал? Но тогда почему они сказали мне уйти?" У нее было неприятное чувство, что она знала ответ.

"Ты знаешь почему. Потому что Esm é не хочет, чтобы мы были вместе. Я могу предположить, что она сказала привратнику отослать тебя. Она заставляет тебя быть занятым, а меня отвлекать ".

"Значит, ты развлекаешься в частном порядке?" Изабель не хотела показаться застенчивой, но это был такой нежный способ спросить, занимался ли он сексом с кем-то еще.

"Каждую ночь", - сказал он с печальным кивком. "Esm é имеет давнюю и глубокую связь с консьержем в отеле. Женщина на столе - ее двоюродная сестра, а мужчина - ее внук. Они всегда в поиске гостей, которые соответствуют моему вкусу ".

Изабель старалась не показывать своего отвращения.

Он рассмеялся. "Ваше стремление к святости столь же забавно, сколь и очевидно. Решайся, Изабель. Ты можешь быть святой или женщиной. Не оба сразу."

"Тогда ты вообще не понимаешь веру или Бога".

"О, для меня будет радостью, если ты будешь обучать меня".

"Да, так и будет". Изабель ни разу не слышала, чтобы он использовал слово "радость". Это был самый маленький, крошечный шаг в правильном направлении.

"Приходи сегодня вечером, Изабель".

"Да, я так и сделаю".

Себастьян смотрел, как она уходит. Ее жизнерадостность была подкупающей. Ее честность удивительна и забавна. Он не спешил заняться с ней сексом. Танец, который они разделяли, был намного менее предсказуем, чем то, что произошло в постели.

К тому времени, как он посетил всех жителей деревни, прозвенел полуденный колокол, призывающий к полуденной трапезе, когда он проходил через ворота замка. Хотя у него не было потребности в еде, ему нравился послеобеденный отдых, который был частью жизни на острове. Он немного поспит, а затем отправится на пляж, чтобы провести время с детьми.

Пока он дремал, к нему подошел Жубей и сел рядом с ним на огромный камень, который был самым тенистым местом на западном пляже. Они не смотрели друг на друга, но наблюдали за приближением парусника, оба они были напуганы, оба притворялись, что это не так.

"Итак, Эсм &# 233; взялась за свои старые трюки", - начал Жубей.

Себастьян не слышал его голоса двести лет, но узнал хриплый звук, который исходил от слишком большого количества табака.

"Делает все возможное, чтобы держать Изабель Рено подальше от меня". Себастьян бросил камень в воду, мягко шлепнув по выступу под их ногами. "Действительно ли целитель думает, что девушка представляет угрозу проклятию?"

"Да, я действительно так считаю".

"Никогда не могло быть другой такой чистой сердцем, такой щедрой, такой уступчивой, какой была Анжелика". Он почувствовал, как ветер усилился, и страх превратился в ужас. "Моя любовь к ней стала причиной ее смерти, и я заслуживаю каждый год этого проклятия. Знаешь, не все так плохо".

"Чушь. Ты не можешь лгать мне. Секс - это бесконечный поиск того, что потеряно. Ты знаешь так же хорошо, как и я, что один секс - это не выход."

"Не проповедуй мне. Ты не соблюдал целибат двести лет."

"За большее, чем ты думаешь. Разница между нами в том, что я знал, что это не было ответом ". Жубе поднял голову, когда бриз превратился в ветер и с запада наползли первые облака. "И у меня была вера, что я смогу найти искупление. У меня есть, и я, наконец, обрел покой. Нужно ли мне напоминать тебе, что Изабель была ключом?"

"Я не собираюсь смотреть это снова, Жубе". Небо темнело. Себастьян чувствовал дождь в воздухе.

"Тогда проснись и перестань мучить себя". Теперь Жубе приходилось кричать, когда вокруг них бушевал ветер. "Себастьян, дай женщине то, что она дает тебе, и посмотри, что произойдет. Это не может ранить сильнее, чем тебе сейчас больно ".

Себастьян проснулся от звука чего-то падающего на пол и приглушенного проклятия слуги. Встав, он стряхнул остатки сна и приготовился к вечеру с единственными по-настоящему невинными людьми на острове.

Восемь

Дети всегда освежали Себастьяна телом и духом. Их учительница была по-настоящему одаренной женщиной, и они с самого начала усвоили, что делиться - это само по себе награда. Одна маленькая слепая девочка никогда не испытывала недостатка в ком-то, кто помогал ей спускаться по дорожкам или читал ей арифметические задачи.

К тому времени, как на кастильо опустились сумерки, он смыл соль и песок и оделся, готовый к приему следующего гостя. Сидя в кресле у камина с самым маленьким пламенем, совершенно ненужным, но очень успокаивающим, Себастьян думал о том, что сказал Жубе во сне. Или, возможно, что часть детской невинности тронула его сердце. Прежде чем он смог принять решение, он услышал голос Изабель и направился к двери, а затем вышел в коридор, который выходил во внутренний двор.

"Я приду к тебе, когда ты будешь нуждаться во мне. Я освобожу тебя от всего твоего страха. Все, что ты должен сделать, это принять меня и поверить, что я всегда рядом ".

Он почувствовал влагу на своей руке и смахнул еще одну слезу со своего лица. Когда она закончила песню, слова, которые тронули его, эхом прозвучали в его голове. "Я освобожу тебя от всего твоего страха. Все, что ты должен сделать, это принять меня ".

Никто никогда раньше не называл это "страхом". Себастьян понял, что он даже не думал об этом в таком ключе до того момента, как эти слова слетели с губ Изабель.

Страх. Он боялся, боялся сотни вещей.

Боялся, что если он полюбит снова, то умрет. Не то чтобы смерть пугала его, но это означало бы, что у него никогда не будет шанса сделать так много.

Он хотел бы получить шанс вернуть нечто большее, чем свой островной дом. Видеть, что мир так долго отказывал ему. Встретить мужчин и женщин, похожих на его односельчан. Люди, которые думали больше о других, чем о себе.

Страх преследовал его. Страх, что он не знал, как любить. Любовь была такой же несовершенной, как и возлюбленный. Его способ любить стоил Анжелике жизни. Был ли страх потерять другую возлюбленную тем, что удерживало его от того, чтобы найти кого-то за двести лет? Он никогда не мог решить, было ли это частью проклятия или его собственной неудачей.

Самым большим страхом из всех было то, что Изабель умрет, если он хотя бы попытается полюбить снова. Он положил голову на руку и позволил слезам течь. Страх ослабил его настолько, что Себастьян обхватил голову руками и заплакал, как ребенок.

Изабель покинула кастильо, раздосадованная тем, что мастер не появился, когда она закончила свою песню. Он нашел время, чтобы подбодрить всех остальных в мире, всех, кроме нее.

Она искала место, которое называла своим, маленькую рощицу очень старых пальм, в которой чувствовалось святое место. Она села на один из пней и пожелала с кем-нибудь поговорить.

Пальмы шелестели на легком вечернем ветерке. Изабель не думала, что это было божественное послание. Не больше, чем был шум прибоя или ночи. Но это действительно вдохновило ее посидеть в тишине и вознести свое сердце в молитве, стать частью природы, как природа была частью ее. Она пыталась убедить себя, что она не одинока.

Удивительно яркая падающая звезда осветила небо, и Изабель рассмеялась. "Да, я знаю, что мне стоит только сказать от всего сердца, и я буду услышан. Я знаю один гимн, который учит этой истине. Но в этот конкретный момент я хотел бы с кем-нибудь поговорить ".

"Ты могла бы поговорить со мной, Изабель". Себастьян вышел из тени и сел напротив нее на ствол пальмы, упавшей во время какого-то шторма много веков назад.

"Где ты был сегодня вечером?" спросила она с надрывом в голосе.

"Ты пел "Будь спокоен и знай, что я здесь". Разве это не относится и к тебе тоже?"

"Да", - сказала она, что показало, насколько хороша она была в проповеди, но не в том, чтобы жить так, как она проповедовала. "Одно дело произносить слова, а другое - жить ими".

"Мне потребовалось некоторое время, чтобы справиться со своим страхом".

"Какой страх?"

"Список занял бы слишком много времени. Но самый большой страх в том, что я потеряю то, что люблю больше всего ".

"Это неизбежно, Себастьян. Мы все сталкиваемся с этим страхом ".

"Да, но не все мы несем смерть, как я".

"Ты действительно считаешь себя "мастером", не так ли? Это произошло по сотне причин, дорогой человек, и одна из них заключалась в том, чтобы свести нас двоих вместе. Как еще сопоставить две обреченные души, рожденные с разницей почти в двести лет?"

"Так вот, это фантазия".

Она рассмеялась. "Не более чем быть потерянным в раю на двести лет".

"Так ты думаешь, что предопределение свело нас вместе?"

"Ни на минуту. Я думаю, что сотня вещей могла бы разлучить нас. Но каким-то чудом я оказался здесь, и ты выслушал ". Слезы наполнили ее глаза и потекли по щекам, не слезы печали, а переполнение такой глубокой верой, что она не могла их сдержать.

"Отец Жубей назвал ваше проклятие чудом, сотворенным дьяволом. Я думаю, что он неправ. Это чудо высочайшего порядка".

"Чудо как пытка?" он спросил, и ей пришлось согласиться, что для него это было нелегко.

"Может быть, вся душевная боль - это замаскированный дар. Может быть, за всеми хорошими событиями скрывается какая-то тьма ".

Она подошла к нему, слезы высохли, и посмотрела ему в лицо, потрясенная наилучшим из возможных способов его физической силой и присутствием. "Себастьян, может быть, в мире нет чистого добра и зла, но есть одно грандиозное приглашение для нас жить полной жизнью".

Он улыбнулся, не совсем показывая свои ямочки, и поцеловал ее, как будто это был единственный ответ, который он мог дать. Этот поцелуй, наполненный сладостью, которую она никогда раньше не чувствовала, дал ей надежду. Он откинулся назад, и теперь на его щеках появились ямочки. "Для меня в этом слишком много теологии. Я пришел пригласить вас посмотреть со мной на восход луны".

"Все в порядке". Действительно, она сказала вполне достаточно. "Я полагаю, ты знаешь идеальное место".

"Я верю". Он слегка поклонился и предложил свою руку.

Она взяла его за руку. Это поразило его, и она решила, что это будет вечер открытий для них обоих. "Это далеко?"

"На вершине форта".

"Давайте поторопимся. Я не хочу упустить ни одного момента ".

Изабель крепко держалась за его руку, когда они спешили вверх по пандусу, чтобы убрать оружие, сказал он. Они бросились вокруг внешней стены, где стояли пустые орудийные установки, и поднялись по трем лестницам. На самой вершине кастильо был длинный ряд караульных помещений, которые отмечали ту сторону крепости, которая была обращена к гавани.

Все это время они держались за руки. Его объятие было неловким, и она любила его за это еще больше.

Изабель отпустила его руку, подошла к стене и посмотрела на гавань.

Она любила его.

Конечно, она это сделала. Глупая девчонка, упрекнула она себя. Как еще могла разыграться эта история? Она вряд ли смогла бы отдаться мужчине без любви. На самом деле немного беспокоился об этом, зная, как сильно она хотела его. Теперь ей больше не нужно было беспокоиться об этом. Для нее это была самая полная жизнь. У нее не было сомнений.

Изабель развернулась, откинулась на камень и мгновенно почувствовала, как камень поддается. Она задохнулась от крика, когда падала, ее колени ударились о сломанную часть стены и отправили ее в черную ночь.

"Нет!" Себастьян взревел. Он схватил ее за руку, притягивая в свои объятия. Они упали на колени. Изабель держалась за него так, как будто он был единственной реальной защитой в ее мире. Она уткнулась лицом ему в грудь, услышав, как отломанный кусок стены отскочил от другого вала и упал в море.

"Я собиралась рассказать тебе, каким идеальным было это место", - прошептала Изабель. "Но это место, где твои руки обнимают меня, еще лучше".

Себастьян откинулся назад и взял ее лицо в свои руки. "Не умирай, ты слышишь меня? На моей совести не может быть другой жизни ".

"Я в порядке".

Себастьян поцеловал ее, как будто прикосновение его губ могло обеспечить ей безопасность. Она снова почувствовала сладость и желание. Стоя на коленях, его губы молили о принятии, и когда она дала ему это, он углубил поцелуй. Это было все, чего она хотела. Поцелуй закончился, или, по крайней мере, он коснулся губами ее волос, и то, как он покачивался, прижимая ее к себе, было столь же волнующим, сколь и успокаивающим.

Она коснулась губами места под его ухом и прошептала: "Мы пропустили восход луны или ты думаешь, что луна подождет нас?" Изабель надеялась, что он рассмеется, но когда она подняла голову, чтобы посмотреть ему в лицо, она увидела, что ей придется довольствоваться улыбкой.

Себастьян встал и взял ее за руку. "Иди сюда. И не подходи слишком близко к стене".

"Хорошо", - сказала она и позволила ему вести. Изабель подняла глаза и увидела, что звезды, казалось, были всего лишь на расстоянии ее досягаемости. "Это одно из самых совершенных мест на земле".

Себастьян прижал ее пальцы к своим губам и повернул лицом к востоку, где луна только что появилась над горизонтом. Его руки обвились вокруг нее, а ее руки поверх его, они смотрели, как луна грациозно поднимается. Он был лимонно-желтым и огромным, хотя становился все меньше по мере того, как находил свое место на небесах, окруженный звездами, которые манили и мерцали.

Что луна увидела в них? Изабель задумалась. Два человека из совершенно противоположных времен и мест, которые нашли друг друга. Которые вместе собирались покончить с проклятием с помощью чуда любви, которое было Божьим даром человечеству.

Себастьян подвел ее к скамейке, точно такой же, как те, что стояли вдоль стен во внутреннем дворе замка. Этот был более выдержанным, все еще достаточно удобным, если они сидели очень близко друг к другу.

Себастьян играл с ее волосами. "У тебя такие густые волосы, что я не могу поверить, что ты можешь высоко держать голову. Но когда я прикасаюсь к нему, он ощущается как шелк тончайшей пряжи ". Они целовались, и целовались снова.

"Расскажи мне о монастыре, Изабель".

Слезы наполнили ее глаза, когда она сжала его руку, прежде чем убрать свою. Она закрыла глаза, но кивнула, и Себастьян откинулся назад, скрестив руки на груди, ожидая с терпением человека, испытавшего эту добродетель до предела.

Так зародилось доверие. Изабель знала, что ей придется отдать первой. Это было нечто большее, чем то, как был создан человек. Этот человек давным-давно забыл, как доверять.

Но он действительно спросил, заботился достаточно, чтобы хотеть знать, как она стала тем, кем она была.

Закрыв глаза, Изабель представила огромный монастырь, ставший слишком большим для своей маленькой общины, с гулкими залами и звуками гимнов в любое время суток. Воспоминание все еще касалось той ее части, которая жаждала быть ближе к Богу.

"Я ушла в монастырь сразу после окончания средней школы. Я из Небраски ". Она взглянула на него. "Ты знаешь, где находится Небраска?"

"Где-то в американском миделе", - предположил он без особой уверенности.

"На Среднем Западе, да. У моих родителей была ферма, которая находилась в пятидесяти милях от всех остальных. Итак, они отправили меня в школу-интернат для девочек, которой управляет очень прогрессивный орден монахинь. Затем мои мама и папа умерли, когда я учился на втором курсе средней школы, и следующие два года я проводил каникулы с родственниками, которые на самом деле не хотели меня ".

"Мне так жаль, хотя мне трудно представить, что кто-то не хочет тебя". Он поцеловал ее в макушку. "Здесь этого бы никогда не случилось".

"Да, Кортес объяснил ваш способ ухода за детьми", - сказала Изабель, делая вид, что не понимает, что он имеет в виду. "Ваше сообщество здесь впечатляет, Себастьян, но оно работает только в небольших масштабах с просвещенным человеком во главе".

"Да, я думаю, что термин "деспот". "

Она сжала правую руку в кулак и легонько ударила его по левой руке.

"Ты так стараешься заставить меня видеть в тебе рассеянного, загубленного человека". Она выпрямилась и подняла один палец, чтобы он понял, что она говорит серьезно. "Говорю тебе, Себастьян, мужчина, с которым я начинаю знакомиться, - это тот, кого я видела сегодня на пляже с детьми. Тот, кто взвалил слепую девочку себе на спину и сделал ее лидером группы. Тот, кто позволил похоронить себя в песке". Она сложила руки на коленях и демонстративно ждала, когда он ответит.

"Да, госпожа няня, я знаю, вы хотите думать обо мне хорошо, и мне жаль, что приходится объяснять такой высокопоставленной особе, как вы, что я играю с детьми, чтобы, когда они вырастут, они были преданы мне; они останутся и будут служить мне, как их родители".

"О, чепуха. Ты играешь с ними, потому что они напоминают тебе о том, чего тебе больше всего не хватает ".

Он рассмеялся. "Тебя никто не обескураживает".

"О, да, есть. Я столкнулся со своей долей разочарований в своей жизни ".

"И жизнь в монастыре была одной из них?"

"Да". Она вздохнула и взяла его за руку. "Мне так повезло, что у меня была мать-настоятельница, которая понимала меня. Когда меня не раз обвиняли в неподобающем поведении, она отводила меня в сторону и давала советы ".

Изабель прислонила голову к стене и задумалась, что бы теперь подумала о ней мать. "Она знала, что я не флиртовал сексуально, но священники, в конце концов, были мужчинами. В конце концов, она заставила меня увидеть, что я не столько хотела быть монахиней, сколько хотела чувства общности, места, к которому я могла бы принадлежать, места, где я значила бы для людей так же, как для своих родителей ".

О, до сих пор больно говорить об этом и вспоминать тот день, когда она взяла свой единственный маленький чемодан и ушла из очередного дома. На ее руку упала слеза, и Себастьян вытер ее одним из своих пальцев.

"Мы все хотим принадлежать, Изабель".

"Я полагаю, что да, и я искал это не в том месте. В этом у нас есть кое-что общее, Себастьян ".

Он не клюнул на наживку, но спросил: "Как долго вы были в монастыре?"

"Три года. Орден помог мне найти стипендию для обучения в школе медсестер, к чему у меня были способности и склонность. Я закончила обучение на медсестру, пошла на работу и нашла организацию, которая подготовила бы меня как помощника врача, если бы я два года проработала в их группе помощи. Я закончил ту работу с клиникой в Новом Орлеане после урагана "Катрина".

"Две недели спустя я был в церкви, когда отец Жубей попросил волонтера приехать сюда на год, и вот я здесь, сижу рядом с вами в великолепную ночь, желая говорить о чем угодно, только не о своем прошлом".

"Это такая яркая жизнь".

"Я не уверен, шутишь ты или нет. Но с тех пор, как я покинул Небраску, это было одно приключение за другим ". Изабелла выпрямилась и убедилась, что завладела его вниманием.

О, она, конечно, любила.

Себастьян наблюдал за ней так, как ребенок смотрит на угощение, до которого он не может дотянуться, или акула, выжидающая своего часа, чтобы наброситься. Она отвела взгляд, прежде чем список сравнений стал еще более угрожающим.

"Я работал с проститутками в Мексике и с бездомными в Таиланде после цунами. Я лечил детей-солдат в Африке и видел, как святой принял мученическую смерть ".

Слезы снова подступили к горлу, но Изабель была сыта ими по горло, и она молилась, но не за Джозефа, своего друга-мученика, а за потерянные души, за людей, которые убили его.

"Я видел, как люди умирали из-за отсутствия самых простых вещей, и видел удивительные случаи выздоровления. Бог действует вокруг нас, через нас и в нас все время. Я знаю это так же хорошо, как знаю гимны, которые пою ".

Когда Изабель замолчала, она испугалась, что он уснул. "Прости, но ты действительно спросил".

"И, несмотря на все это, ты все еще девственница?"

"Да, и если это единственное, что тебя волнует, тогда мне жаль, что я рассказал тебе эту историю". Она была более чем немного раздражена его вопросом. "Я думаю, у тебя какая-то сексуальная зависимость. Знаешь, сейчас это считается болезнью".

"О, то, что у меня есть, еще хуже, чем это. Намного хуже". Он подхватил ее на руки и поставил на ноги. "Я не понимаю, как любой человек в здравом уме не мог бы преследовать тебя".

"У них есть. Но я решил, что подожду, пока это не станет значить для меня больше, чем другой способ чувствовать себя хорошо ". Она подумала о чем-то другом. "Себастьян, в 2009 году у женщины было право сказать "нет", и ее уважали за это решение".

Они молча смотрели друг на друга. Наконец Себастьян сказал: "Но ты не говоришь мне "нет". Ты бы не рассказал мне свою историю, если бы не хотел быть ближе, не так ли? И я бы не просил, если бы не хотел быть ближе к тебе ".

Точно, подумала она.

"Здесь становится прохладно, Изабель. Приходите и выпейте немного чая или вина". Он направился к лестнице.

"Себастьян, здесь почти никогда не бывает прохладно".

Он оглянулся через плечо и показал свои ямочки на щеках. "Притворись, Изабель".

Когда они дошли до его гостиной, он остановился, прежде чем открыть дверь.

"Да", - сказала Изабель, глядя на него с сердцем в глазах. "Чай, я думаю".

Его улыбка исчезла, и он поклонился ей, как будто она только что преподнесла ему величайший подарок.

Девять

Себастьян мог сказать по ее улыбке, что Изабель только что сделала ему величайший подарок, на который только была способна. Не ее девственность, но ее сердце. Ее улыбка сказала все. Как он любил эту улыбку. Игнорируя ужас, который сопровождал слово "любовь", он поклонился ей, следуя за ней в свою спальню.

Изабель проигнорировала длинный диван и подошла к кровати. "Чай, позже". Она наполовину спросила, наполовину предложила, и он точно знал, что она умеет читать мысли.

Себастьян наблюдал, как она снимает туфли, отряхивает песок с ног. Ее пальчики на ногах были такими же сладкими, как и все остальное в ней, и он понял, что она ничего не знала о соблазнении.

"Изабель, я должен помочь тебе раздеться".

Она вывернулась из штанов и стрингов и оказалась обнаженной ниже пояса. "О, нет, правда?" сказала она тоном, который сказал ему, что она точно знала, что делает. "Позволь мне сначала помочь тебе раздеться".

Она забралась на кровать, открывая ему возбуждающий вид на свой зад, от талии ниже, а затем повернулась к нему лицом, встав на колени так, чтобы они были одного роста.

"Я надеялся, что ты наденешь тот костюм эпохи регентства, который был на прошлой ночи. Распутать этот галстук было бы забавно, и мы могли бы использовать его для многих других целей ".

Она расстегнула его рубашку. Планка заканчивалась посередине, поэтому она стянула ее через голову. Когда они снова оказались лицом к лицу, она прижалась губами к его губам.

Этот поцелуй был больше, чем Себастьян мог вынести. Он толкнул ее обратно на кровать, и она позволила ему, смеясь и дергая за ширинку хлопчатобумажных штанов, которые он носил. Они боролись, как щенки, когда раздевались, помогая, мешая и дразня. Они собрались вместе, как будто другой был всем прикрытием, которое им когда-либо понадобится.

Он должен действовать медленно, напомнил себе Себастьян. Она была необразованной, нетронутой.

Когда он оторвался от ее губ, чтобы поцеловать шею и поласкать грудь, она вздохнула с таким предвкушением, что он понял: медлительность - это не то, чего она хотела. В бессловесном общении, которого он никогда раньше не испытывал, Себастьян знал, чего она хочет, когда, где, как. Ее первый оргазм наступил, когда он коснулся ее между ног, обхватив ладонью и лаская ее шелковистость.

Она раскинула руки, а затем обняла его, притягивая ближе, чтобы его мужское достоинство могло почувствовать ее тепло. "Не останавливайся".

Повинуясь ей, Себастьян толкнулся в нее, не так нежно, как мог бы, и она выгнулась под ним. Они двигались вместе, и когда его семя излилось в нее, она крепко прижалась к нему, как будто ей нужно было все, что он мог дать.

Они играли, спали и занимались любовью, когда луна прошла мимо их окна, и ночь пошла на убыль. Когда солнце начало освещать небо, постельное белье было скомкано, подушки давно исчезли. Себастьян задернул занавески вокруг кровати, пока Изабель спала, чтобы дать им немного уединения, когда слуги принесут горячую воду.

Себастьян наблюдал за рассветом и задавался вопросом, что значит любовь.

Он почувствовал ее руку на своей спине, а затем ее губы там, где касались ее пальцы. "Я чувствую, что мы находимся в нашем собственном Эдеме. Приди, мой Адам", - она подняла руки, предлагая ему себя, - "помоги своей Еве встретить этот день".

Занятия любовью придали ей сияния, которое сделало ее более женственной, чем двенадцать часов назад, но Изабель Рено была такой же свежей и милой, как всегда.

Его мир тоже не изменился. Часы на батарейках на его прикроватной тумбочке по-прежнему показывали полночь, как и в течение пятидесяти лет. Если он питал хоть малейшую надежду, что по-настоящему заняться любовью с кем-то таким щедрым и нетронутым изменит его жизнь, то он был разочарован. Он не смел надеяться, что Изабель проведет с ним всю свою жизнь. Было слишком много сил, которые не позволили бы ему такого счастья, "жить полной жизнью", как она сказала.

Когда он наклонился, чтобы поцеловать ее, Себастьян подумал, был ли он Адамом для ее Евы, которая собиралась сыграть змея?

Когда Себастьян пригласил ее разделить с ним завтрак, Изабель согласилась, надеясь, молясь, чтобы это было началом целой жизни, полной дней и ночей вместе, но сначала она должна была сказать ему правду.

"Себастьян, я знаю о проклятии. Esm é сообщила мне подробности несколько недель назад ".

Он ответил не более чем медленным, обдуманным кивком, наливая ей кофе. Изабель не могла сказать, что он чувствовал по поводу ее заявления.

Она попробовала свой кофе и обнаружила, что напиток, на ее вкус, слишком крепкий. После добавления достаточного количества молока, чтобы смягчить вкус, кофе стал скорее белым, чем коричневым.

"Анжелика пила свой таким же образом". Глаза Себастьяна прожигали ее, пока он говорил. "Но это единственное, в чем вы двое похожи".

"Хорошо, " сказала Изабель, " потому что я не верю в реинкарнацию".

"Анжелика была высокой и, я думаю, вы бы сказали, пышнотелой, но в 1810 году ее размер означал, что она была здоровой и состоятельной. У нее была кремово-коричневая кожа, и она была красива так, как только могут быть красивы дети смешанной расы. Ее голубые глаза были поразительными, а зубы такими белыми и здоровыми, что казались ненастоящими. Она была совершенством ".

"У вас нет ее портрета?" Изабель напомнила себе, что Анжелика была воспоминанием двухсотлетней давности, и сделала все возможное, чтобы не обращать внимания на укол ревности.

"Нет, у меня нет картины". Его голос был полон сожаления. "Художники здесь были не очень искусны. Я не хотел тратить свои деньги на второсортный имидж, когда рядом со мной все время была настоящая женщина ".

Они выпили еще кофе, и Изабель съела немного хлеба, хотя бы для того, чтобы притвориться, что все в порядке.

"Какую версию истории рассказала тебе Эсмé?"

Изабель пересказала разговор настолько точно, насколько смогла вспомнить.

"Эсм é честна; я отдам ей должное в этом. Это правда или настолько близко, насколько это не имеет значения ". Он пожал плечами, не очень успешно скрывая страдание, о котором напоминала история. "По сей день мне снится, как Анжелика тонет, ее тяжелый плащ и юбки тянут ее ко дну, она борется, борется, чтобы остаться на плаву, остаться в живых".

"Остановись. Прекрати это, Себастьян. Тебе не идет на пользу заново переживать то, над чем ты не имел никакого контроля ". Что за любовь они разделили, что он все еще может чувствовать эту боль двести лет спустя?

"Ты думаешь, у меня не было контроля? Я мог бы сказать ей подождать, пока закончится сезон штормов. Я мог бы приложить больше усилий, чтобы контролировать свою похоть. Я мог бы молиться, а не проклинать, когда она сказала мне, что хочет остаться подольше ".

"Ты скучал по ней". Она тяжело сглотнула. "Ты любил ее. Это совершенно понятно".

"Я не знаю, так ли это. Я скучал не столько по ней, сколько по комфорту ее тела, по тому, как она боготворила меня и все, что я делал. Для тебя это звучит как любовь?"

Изабель не ответила.

"Нет, Изабель, это была не большая любовь, чем то, что ты чувствуешь ко мне".

"И как бы вы это определили?"

"Любопытство. Ты нормальная, здоровая женщина и слишком старая, чтобы быть девственницей. Ты щедрая женщина и думаешь, что если ты достаточно поделишься со мной собой, то все мои проблемы будут решены. Ты ошибаешься".

"Нет, " медленно сказала она, " я думаю, что если ты будешь любить меня достаточно сильно, то все твои проблемы будут решены".

"После двухсот лет попыток, я подозреваю, что любовь выше моих сил".

"Только потому, что ты путаешь похоть с любовью". Ее рука дрожала, когда она поставила чашку.

"Не играй словами", - сказал он, впервые с начала обсуждения проявив гнев. "Любовь и похоть - это не одно и то же, и я знаю разницу".

"Но они не являются эксклюзивными", - сказала она с жаром в голосе. Не то, чтобы гнев заставил его слушать ее. "Я думаю, что похоть - это стремление тела к любви. Похоть и любовь в сочетании - это самая совершенная близость, на которую способны мужчина и женщина ".

Резким движением руки он сменил тему, вставая. Он отвел от нее взгляд, выражение его лица было скорее расстроенным, чем раздраженным.

Изабель тоже встала. Потребовалось много доверия, чтобы спорить, и они довели доверие до предела на сегодняшний день. Она обняла его и прижалась щекой к его спине.

"Я должен работать. Я вернусь, чтобы спеть этим вечером ".

Она почувствовала, как он расслабился. Потому что она перестала расспрашивать его? Потому что она сказала, что вернется? Потому что она оставила выбор относительно их будущего за ним? Потому что она не сказала "Я люблю тебя"? Возможно, все они.

"Я провожу тебя до ворот". На этот раз он взял ее руку и обернул вокруг своей. "Держаться за руки - это для детей. Это гораздо более интимно ". То, как его рука коснулась ее груди, было достаточным доказательством.

Они прошли половину двора в тишине. Изабель вдохнула утренний воздух, живя настоящим моментом, зная, что это еще не все. "Это так прекрасно - никуда не спешить. Жизнь в Штатах проходит в ускоренном темпе. Я предпочитаю это ".

"Двести лет такой тишины - это больше, чем кому-либо нужно".

"Ты хочешь, чтобы ты мог умереть?" Вопрос вырвался до того, как Изабель вспомнила, что не собирается больше докучать ему самокопанием.

"Изабель, если бы я знал ответ на этот вопрос, я не уверен, что сказал бы тебе". Он помолчал еще мгновение, а затем сказал ей: "Я не думаю, что смогу. Я пытался утопиться до того, как на меня наложили проклятие на шесть месяцев. Но кто-то спас меня. Я заплатил кое-кому, чтобы он проткнул меня мечом, но вместо этого он упал и покончил с собой. Я вбежал в горящий коттедж, чтобы спасти ребенка, надеясь, что сам погибну. Я получил ужасные ожоги на своих руках. Потребовалось два года, чтобы полностью восстановиться ".

"Я полагаю, что после этого ты сдался".

"Да. И прежде чем ты сможешь спросить, я пытался уйти в последний раз около двадцати лет назад. Я не могу. Нет способа объяснить силу, которая удерживает меня здесь, но это не человек и не человекомудрие. И на данный момент существует целая деревня людей, которые зависят от меня в своих средствах к существованию ".

Он был благороднее, чем сам о себе думал.

"Женщина, перестань смотреть на меня так, как будто я принадлежу к числу твоих святых-мучеников. Уходи сейчас. Я увижу тебя этим вечером".

Она поцеловала его, быстрый поцелуй обещания и прощания. Если бы она знала, что за этим последует, она бы превратила поцелуй в прощальное объятие, которое он никогда не забудет.

Изабель была предана своей работе. Это всегда было тем, что стояло на первом месте в ее жизни. Прошлая ночь все изменила. Она едва могла дождаться, когда снова увидит Себастьяна, чтобы делать все, что он захочет, вплоть до того, чтобы снова заниматься любовью всю ночь напролет.

Она не была уверена, любил ли Себастьян ее помимо забавной привязанности и страсти, но она любила его. Их будущее было в лучшем случае неопределенным, но их настоящее было наполнено надеждой.

Изабель переоделась и вымылась так быстро, как только могла, и поспешила в дом целительницы. Эсм é выглядела ужасно, как будто она выпила и выкурила все, что могла придумать. Почему она была на работе, если чувствовала себя так плохо?

"Ты сука!" Целитель взвыл и попытался дать ей пощечину. Изабель знала, как защитить себя, и менее чем через минуту Эсм é была на полу, а Изабель сидела у нее на спине.

"Почему ты обзываешь меня?"

"Ты спала с ним". С этими словами ярость Эсм исчезла. Казалось, что она была воздушным шариком, из которого вышел весь воздух. Изабель отодвинулась от нее и села на пол рядом с ней.

"Да, я остался на ночь. Почему это тебя расстраивает?"

"Ты все еще так же чист, как и вчера. Он любит тебя?"

"Я не знаю!" Неуверенность Изабель переросла в гнев, она глубоко вздохнула и попыталась снова. "Он не сказал нужных слов, но я люблю его, и я думаю, что это то, что имеет значение".

"Как ты можешь любить того, кого едва знаешь?"

"Я никогда не думал, что любить кого-то - это значит время, а значит связь, которую ты чувствуешь с ними. Ты знаешь, о чем я говорю, хотя бы потому, что у нас с тобой этого нет ".

"Ты ненавидишь меня".

Вечеринка жалости, вызванная похмельем, была неизбежна. Изабель встала и пошла искать чайник. "Ты мне нравишься, и я безмерно уважаю твою работу, Эсм é. Но чего-то не хватает. Или что-то настолько важное для вас, что это не позволит нам быть ближе, чем профессиональным коллегам. Если дружба важна для тебя, тогда ты скажешь мне, что это такое ".

"Нет". Эсмé с трудом поднялась на ноги. "Но я могу сказать тебе, что я больше не могу с тобой работать. Покинь этот дом и найди какой-нибудь другой способ развлечь себя ". Эсмé выхватила чашку из рук Изабеллы и подтолкнула ее к двери. "И перестань быть дураком. Конечно, это имеет значение, любит ли он тебя. Если он этого не сделает, тебя отошлют в тот момент, когда ты ему надоешь или когда ты начнешь требовать слишком многого. В конце концов, он просто мужчина ".

Десять

Прежде чем Изабель смогла ответить, возразить или уйти, в дверь вошли мужчина и женщина, неся мальчика, нога которого была покрыта пропитанным кровью бельем. Она не могла вспомнить их имена, но помнила, что они были одними из первых, кто пришел за прививками.

"Он играл со своим братом", - начала его мать, но тут же расплакалась.

Отец мальчика неловко похлопал ее по плечу и продолжил рассказ. "Предполагалось, что они будут собирать кокосы, но им это надоело, и они начали использовать мачете как игрушку. Херрео порезал ногу, и я думаю, что он отрезал пальцы на ногах ".

Мальчик был в шоке. Когда Эсм &# 233; развернула белье и обнажила рану, с облегчением увидела, что пальцы на ногах у Херрео все еще были целы, хотя они выглядели серьезно поврежденными. Какое облегчение, что один из уколов, на который они согласились, был против столбняка.

Целитель начал процесс очистки раны. Изабель осталась в углу комнаты, наблюдая. Она прикусила губу, чтобы промолчать, но когда Эсм&# 233; перестала промывать рану водой менее чем через пять минут, Изабель пришлось заговорить. "Целитель, я наберу еще воды, если ты будешь промывать это в течение по крайней мере сорока минут".

"Чушь. Пресная вода здесь слишком ценна. Рана чистая ".

"Эсмé -" Начала Изабель.

Целитель прервал ее взглядом, полным чистой ненависти. "Я промывал раны дольше, чем ты был жив. Уходи сейчас. Тебе здесь не рады".

Спор только расстроил бы всех, поэтому Изабель сделала, как было приказано, решив навестить семью позже, чтобы посмотреть, сможет ли она убедить их позволить ей лечить мальчика дальше. Действительно, рану следует обрабатывать в стерильной среде. В больнице.

Вернувшись в свой коттедж, Изабель задумалась о бумажной работе, которая была частью любой бюрократии, какой бы отдаленной она ни была. Ее финансирование зависело от заполнения форм, и она взялась за проект, хотя ее отвлекало беспокойство за мальчика. Иногда она ловила себя на том, что смотрит в пространство с сочной улыбкой. Улыбка не имела ничего общего с ее беспокойством о Херрео.

Мать-настоятельница всегда настаивала на том, что Божья воля заключается в том, чтобы каждый мужчина и женщина были счастливы и реализовались. Что ж, если это было правдой, то Изабель знала, что она на правильном пути, что бы там ни говорила Эсмé. Ее путешествие не было завершено, но с того места, где она сидела, даже в окружении раздражающих форм, она была уверена, что движется в правильном направлении.

После борьбы с бумагами большую часть дня, Изабель отложила их, привела себя в порядок и пошла на край деревни, чтобы увидеть мальчика. Семья приветствовала ее. К счастью, они были одними из первых адаптеров, которых вы могли найти в любой культуре, своего рода естественными лидерами, которые были восприимчивы к новым идеям.

Херрео был на своей койке, с чашкой сока под рукой и целебной мазью неподалеку. Изабель подняла постельное белье, чтобы взглянуть на рану, и почувствовала физическую боль. Esm &# 233; зашила его наглухо, а не правильный курс действий для "грязного" пореза.

"Что вы думаете, госпожа медсестра?" Спросила мать Херрео.

"Пожалуйста, позволь мне разрезать швы. Рану следует очистить. Пожалуйста, госпожа Мать."

Мать Херрео посмотрела на своего мужа.

"Если ты не позволишь этого", - Изабель говорила тихо, чтобы Херрео не услышал, "в рану попадет инфекция. Даже сейчас ему следует обратиться в больницу, чтобы с этим обращались должным образом ".

"Если он отправится на главный остров, он не вернется", - сказала его мать.

"Я думаю, он вернется. Он молод, и он хочет, чтобы его мать и отец были больше, чем он хочет удовольствий главного острова ". Изабель посмотрела на отца Херрео. "Ты бы предпочел, чтобы он умер здесь или жил там?"

"Он может уйти, если мастер даст разрешение". Эсмé сделала свое объявление от двери коттеджа. "Иди и спроси его сейчас".

"Ты наблюдал за мной?" Изабель не волновало, что ее возмущение было заметно.

"Не льсти себе. Я шел сказать тебе, что мастер хочет поговорить с тобой, и увидел, как ты идешь сюда ".

"Все в порядке". Она немного успокоилась. "Я пойду спрошу его, но позволь мне сначала разрезать швы".

"Нет. Иди к мастеру".

Спорить в присутствии родителей пациента было наихудшим нарушением медицинского протокола, поэтому Изабель поспешила в замок, задаваясь вопросом, почему Себастьян отправил свое сообщение через Esm &# 233;, когда он обычно использовал Кортеса в качестве курьера.

В "Кастильо" служанка была приветлива, но когда она спросила Себастьяна, мужчина покачал головой. "Он сейчас занят, госпожа. Ты можешь петь, но он занят ".

"Я должен увидеть его. Прямо сейчас. Это чрезвычайная ситуация".

"Чрезвычайная ситуация?" мужчина сказал так, как будто он не знал этого слова.

"Кто-то может умереть, если я не поговорю с ним быстро". Это была ложь. Пройдут дни, прежде чем травма Херрео станет опасной для жизни. Позже она попросит прощения за свою нечестность.

С обеспокоенным кивком слуга впустил ее, и, несмотря на его настойчивые просьбы "привести хозяина вниз", Изабель побежала к лестнице и поднялась в покои Себастьяна.

Она постучала в дверь его кабинета и стала ждать. Никто не ответил. Она открыла дверь и позвала: "Себастьян. Где ты? Это важно".

Затем он вышел из своей спальни, босиком, в расстегнутой рубашке и расстегнутых брюках, как будто собирался раздеться. "Что такого срочного, что ты должен меня прерывать?"

Он мог бы ударить ее с меньшим оскорблением. Ибо, как он и просил, из его спальни вышла женщина. Она была полностью одета, но было что-то собственническое в том, как она положила руку ему на плечо. "В чем дело, Себастьян?"

Изабель хотелось кричать, вопить и кидаться вещами. Приложив величайшие усилия, она помолилась о мудрости и сосредоточилась на своем поручении. Она могла бы разобраться с этим оскорблением позже. "Херрео тяжело ранен и должен отправиться в больницу. Эсм é сказала, что если я получу твое разрешение, я могу забрать его ".

Сначала он никак не отреагировал, но затем кивнул. "У тебя есть мое разрешение. Уходи, и, Изабель, я не хочу, чтобы ты возвращалась ".

Этот словесный удар пришелся ей по тому месту, где было больнее всего. Он говорил таким повелительным тоном, что она поняла, что он серьезен. Если она не вернется, она оставит ему последнюю правду. "Знаешь, Себастьян, ты можешь заниматься сексом с дюжиной женщин, но ни одна из них не будет мной".

"Я благодарю Бога за это", - выпалил он в ответ. "Мне не нужно твое сердце, и ты не можешь получить мое. Я действительно предпочитаю разнообразие. Я думал, что ясно дал это понять ".

Ошеломленная, Изабель вышла из его комнаты, неспособная придумать что-либо, что могло бы убедить его. Ее пациент был ее первоочередной задачей, но когда она дошла до внутреннего двора, до нее донесся гимн, который суммировал все тоску, которую она чувствовала. Повинуясь импульсу, Изабель Рено спела Себастьяну Дюшейну в последний раз.

"Вернись ко мне всем своим сердцем. Не позволяй страху разлучать нас. Я долго ждал, когда ты вернешься домой, ко мне, и будешь полноценно жить нашей новой жизнью".

Песня Осии всегда была одной из ее любимых. Это было правдой на очень многих уровнях. От Бога к его потерянным детям, от пары, которая отдалилась друг от друга, хотя им было предназначено быть вместе, к семье, тоскующей по своему блудному сыну. Посвящается Себастьяну Душейну. Она хотела, чтобы он был счастлив и реализовался, но когда она отпустила свое эго и гордость, Изабель поняла, что его выбор был не в ее власти.

Отец Жубей сказал, что один человек может изменить судьбу мира. Изабелла восприняла это как означающее, что одна доброта сделает перемены возможными. Но за этим стояло нечто большее. Тот, кто испытывает боль, должен был принять этот поступок, принять любовь и опираться на нее. Она отдала все, что могла, но Себастьян отверг это.

Изабель покинула двор, желая еще раз увидеть Себастьяна перед тем, как отправиться в больницу, хотя бы в последний раз.

Себастьян дал женщине пригоршню монет и отошел от нее как можно дальше. "Возьми это и отдай Эсмé ее долю". Он чувствовал, как нарастает гнев, и ему было все равно, какую историю эта женщина унесла с собой. "Я знаю, что она послала тебя сюда, чтобы дискредитировать меня с Изабель. И я позволил это по своим собственным причинам ". Что возмездие будет, он не сказал.

Испуг женщины проявился в том, что она поспешила покинуть комнату, и Себастьян понял, что ни разу не видел страха на лице Изабель. Несмотря на всю его жестокость по отношению к ней, она никогда не боялась и почти всегда умудрялась замаскировать свою боль. Он не знал, было ли это слабостью или достоинством.

Запрет на ее возвращение был самым бескорыстным действием, которое он когда-либо предпринимал. Его любовь к ней сделала ее хрупкой, как орхидея. Если она вернется, она наверняка умрет, ее заберут у него, как когда-то Анжелику. Лучше отослать ее подальше, чем так рисковать.

Усталость лишила его сил, и он опустился на диван, задаваясь вопросом, послушает ли его Бог Изабель. Защити ее, молился он, чувствуя себя неловко и глупо. Пожалуйста. "Я умоляю". Он громко закричал, а затем прошептал: "Я люблю ее".

Гимн Изабеллы донесся до него как раз в тот момент, когда он услышал голос, прошептавший: "Скажи ей".

"Вернись ко мне всем своим сердцем. Не позволяй страху разлучать нас. Я долго ждал, когда ты вернешься домой, ко мне, и будешь полноценно жить нашей новой жизнью".

Себастьян с трудом влез в ботинки и выбежал из кастильо. Вереница людей следовала за ним. Мастер никогда никуда не спешил, если это не было очень важно.

"Кто умирает?" - спросил один.

"Он что-то нашел?" - поинтересовался другой.

"Он не может далеко убежать", - заметила женщина.

Он нашел Эсмé в ее доме с бутылкой в руке.

"Она уже отправилась в дом Херрео. Она сказала, что уходит, и сказала мне, что я построил всю свою жизнь вокруг мести, и чтобы проклятие прекратилось, и ты, и я должны сделать правильный выбор. Изабель настаивает, что я страдал так же сильно, как и ты ".

Эсмé посмотрела на спиртное в своей кружке. "Она права. Я целитель. Делать все возможное, чтобы видеть твою боль, - это тоже разрушает меня ".

Она вылила бутылку спиртного на песок.

"Вернется ли она целой и невредимой, если я скажу ей, что люблю ее?"

"Вижу ли я, как мастер задает вопрос?"

"Да, ты ядовитая женщина. Если ты обрел мудрость, перестань подкалывать меня и дай мне ответ ".

"Ты глупый человек. Покончи с проклятием. Следуй за ней. Твоя любовь к ней и ее любовь к тебе приведут тебя в безопасность ".

Он нашел Изабель на полпути через полоску земли, которая соединяла Кастильо с главным островом. Отец Херрео нес его, а мать быстро шла, чтобы не отставать от них.

"Изабель!" - позвал он.

Она обернулась и, когда увидела его, перекинувшись парой слов с родителями Херрео, побежала обратно к нему.

Изабель прыгнула в его протянутые руки, и он закружил ее вокруг себя. "Я люблю тебя", - прокричал он.

"И я люблю тебя". Она отодвинулась от него, чтобы встать как можно ближе. "Может ли что-нибудь быть более совершенным? Я обещаю, что вернусь, как только они устроятся в больнице ".

"Никто не вернет тебя, Изабель. После того, что случилось, когда ты пришел, никто не станет рисковать. Я пойду с тобой. Эсм é согласна с вами, что любовь - это ключ, который снимет проклятие ".

"Целитель? Она сказала мне, что ее миссия в жизни - увидеть, что ты проклят навечно. Как ты можешь верить тому, что она говорит?"

Себастьян взял ее за руку и начал перебираться на большой остров. "Глупая женщина. Ты тот, кто научил меня, что ты должен научиться доверять ".

Эпилог

НЕСКОЛЬКО ЛЕТ В БУДУЩЕМ

ISLA PERDIDA

МАЛЫЕ АНТИЛЬСКИЕ ОСТРОВА

"Клянусь, этот остров никогда не изменится". Себастьян стоял у входа в кастильо, спиной к двери, и наблюдал, как жители деревни возвращаются к работе после оказанного им восторженного приема.

"Это никогда не меняется, потому что ты так хочешь".

Себастьян признал очко, едва заметно кивнув. "Должно быть одно место, где я все еще являюсь хозяином".

"Единственное место", - напомнила ему Изабель.

"Признайся, дорогая жена, ты не больше, чем я, хочешь, чтобы в каждом коттедже были компьютеры, а генераторы загрязняли здешний воздух".

"Нет, я думаю, это наш побег от реальности".

"Или наше возвращение к нему".

Они вошли в кастильо и обнаружили, что внутренний двор превратился в оживленный улей. На вечер было запланировано обычное празднование "Добро пожаловать", и пространство заполнили скамейки и столы.

Все остановились, чтобы поприветствовать их возвращение, спросить, где дети, и пообещать вечеринку, "еще лучшую, чем предыдущая".

"Где мальчики?" Себастьян спросил их мать.

"Хотела бы я знать", - возразила Изабель и направилась обратно к выходу.

"Мама! Папа! Мы не можем дождаться, когда отправимся на пляж ".

Взглянув на Себастьяна, Изабель ответила: "Хорошо, но возьми с собой взрослого".

Херрео появился позади них, его застенчивая приветственная улыбка всегда была одной из их любимых. "Достаточно ли я взрослый, госпожа?"

Он был высоким и сильным и одним из их самых дорогих друзей.

"Да, Herreo, и спасибо тебе. Увидим ли мы твоих родителей сегодня вечером?"

"Конечно. Госпожа Целительница тоже идет. С ней будет ее новая медсестра ".

Были времена, когда Эсм é не приходила, и времена, когда она не могла оставаться в стороне. Изабель была рада, что у них будет шанс увидеть ее.

"Мы не можем ждать, Herreo", - кричали мальчики. "Мы не можем дождаться, когда отправимся на пляж". Они потянули Херрео за руку и вышли через боковую дверь, прежде чем кто-либо смог попрощаться.

Себастьян повернулся к своей жене. С возрастом его ямочки на щеках углубились, в волосах появилась легкая седина, а морщинки от улыбки вокруг глаз были более заметны, чем когда-либо. Он часто говорил ей, что чувствует себя прекрасно для мужчины старше двухсот лет, и она заверяла его, что он тоже выглядит замечательно.

"Я тоже не могу дождаться", - сказала она, потянув его за руку, как маленькую девочку.

"Пойти на пляж?" - спросил он, поддразнивая ее.

"Нет", - ответила она, смеясь. "Если ты пойдешь со мной, учитель, я напомню тебе, почему это наш собственный уголок рая".

Примечание автора

Мое первоначальное намерение использовать пение в качестве ключевой части истории состояло в том, чтобы включить слова из гимнов, которые я регулярно пою в церкви. Я подумал, что это проиллюстрирует, что послание любви в гимнах имеет значение вне их духовного контекста.

Когда стало ясно, что использовать большинство гимнов, которые я выбрал, будет невозможно, я написал свои собственные слова, за исключением использования одной строки гимна "Не бойся", с разрешения OCP, и слов из гимна "Осия", которые взяты из Библии и, следовательно, не подлежат авторскому праву.

Если вы уделите минутку, чтобы прочитать слова гимнов, которые вы поете, я знаю, вы увидите, как и я, что многие из них о любви. Хотя композитор, безусловно, имел в виду духовные взгляды, смысл песен можно расширить, включив в них ту любовь, с которой мы сталкиваемся, общаясь и с самыми близкими нам людьми, с которыми мы встречаемся случайно, и с друзьями.

В основе "Затерянных в раю" лежит моя вера в то, что любовь - это то, ради чего мы здесь, и принятие любви может искупить даже самые ожесточенные сердца. Изабель убеждает Себастьяна принять любовь и освобождает его от проклятия. Я надеюсь, что они убедят вас.

Наследие Рут Райан Ланган

Тем, кто все еще ищет семью.

И для Тома, нашего сердца и души.

Один

"Мисс О'Мара?" Голос молодого человека был хриплым с ирландским акцентом.

"Да". Эйдан О'Мара наблюдал, как он снимает кепку.

"Машина ждет. Прямо сюда. Я возьму твой багаж". Его большая рука сжала ручку ее дорожной сумки, и он сунул ее под мышку, как будто это была игрушка. Он прокладывал себе путь через толпу в аэропорту Дублина, замедляя шаг всякий раз, когда она отставала.

"Вот мы и пришли". Он помог ей забраться на заднее сиденье транспортного средства размером с небольшую лодку, прежде чем уложить ее сумку.

Заводя машину, он оглянулся через плечо. "Если хочешь, есть бутылка воды. У нас впереди небольшая поездка ".

"Спасибо". Эйдан наблюдал за потоком машин, за проплывающим пейзажем с восхищением человека, который никогда раньше не был в Ирландии. Она не только впервые оказалась за пределами своей страны, но и совершенно не в своей стихии.

Как это было возможно, что всего неделю назад она похоронила свою мать и наблюдала, как рушится весь ее мир? И все же она была здесь, за океаном от всего, что было знакомо, ее перевозил в винтажном "Роллс-ройсе" рыжеволосый веснушчатый парень в щегольской кепке, похожий на модель для туристического буклета, на пути к встрече с совершенным незнакомцем, который намекнул на секреты из прошлого ее семьи.

Она была такой уставшей, как физически, так и эмоционально. Так много всего произошло с ней за последние несколько дней. Слишком много для нее, чтобы принять. Постоянный поток транспорта, движущаяся человеческая река, медленно движущаяся по улицам Дублина, превратилась в размытое пятно.

Опустошенная, она откинула голову назад и закрыла глаза, позволяя себе погрузиться в прошлое.

"Эйдан. Я сожалею о вашей потере ". Отец Дэвис вручил молодой женщине маленький деревянный крестик из гроба ее матери, прежде чем отвернуться от могилы. Он сделал паузу. "Вы, конечно, знаете, что наша церковная кладовая может помочь вам с некоторыми блюдами, пока вы не встанете на ноги. Если тебе вообще что-нибудь понадобится..."

"Благодарю тебя, отец. Со мной все будет в порядке ". Она чувствовала на себе взгляды тех, кто стоял поблизости, и слышала их комментарии шепотом о продолжительной болезни ее матери и истощении ее финансов.

Она поблагодарила друзей и соседей, которые пришли выразить свои соболезнования, держа себя в руках исключительно усилием воли.

Она испытала странное чувство облегчения, когда наконец осталась одна. Опустившись на колени, она испустила долгий, глубокий вздох и посмотрела на надгробия членов своей семьи, которые окружали свежую могилу ее матери. К счастью, ее родители купили эти места много лет назад, чтобы быть похороненными рядом со своими родителями. Если бы Эйдан была вынуждена купить участок на кладбище вместе со всеми остальными расходами на похороны, она никогда не смогла бы себе этого позволить.

Эти последние месяцы были такими тяжелыми. Поначалу ей удавалось совмещать работу в банке и заботу о матери. По мере прогрессирования болезни и усложнения положения сосед предложил частное учреждение для престарелых. Эйдан изучила это, только чтобы узнать, что цена была больше, чем она могла себе позволить. Она поговорила со своим начальником на работе, надеясь на отпуск, но в этом было отказано. В конечном счете, вынужденная выбирать между увольнением с работы и помещением матери в государственное учреждение, она осталась дома и ухаживала за матерью до конца.

Она надеялась, что все эти месяцы спустя ее должность в банке все еще будет доступна. Ее скудные сбережения теперь были исчерпаны.

Поскольку она продала свою машину, она прошла пешком шесть кварталов до аккуратного дома, который она делила со своей матерью, после того как отказалась от своей квартиры. Войдя, она взяла почту и отнесла ее на кухню. Она приготовила чашку чая и села за стол, аккуратно вскрывая каждый конверт и добавляя к стопке неоплаченных счетов. Медицинские счета были достаточно тяжелыми, но неуплаченные налоги означали, что она скоро увидит, как ее семейный дом будет выставлен на аукцион.

"О, мама". Она закрыла лицо руками, отказываясь поддаваться желанию разрыдаться.

Как ее жизнь приняла такой оборот? Она выросла в прекрасной семье среднего класса, получила хорошее образование и прекрасную трудовую этику. Хотя это было правдой, что ее дедушка растратил значительную часть своих сбережений на спекуляции землей, которые не окупились, мать и бабушка Эйдана собрали осколки и выплатили его долги. Ее отец скопил достаточно для достойной пенсии, по крайней мере, до тех пор, пока продолжительная болезнь не истощила его доход. Из-за болезни ее матери, последовавшей за его смертью, сбережения Эйдана также быстро иссякли.

Ее пальцы двигались над калькулятором, подсчитывая долг на данный момент. Она изучила свой отрицательный банковский баланс и почувствовала внезапную панику. По роду своей работы в банке она консультировала многих людей, которые были на волосок от финансовой катастрофы. В отличие от них, у нее не было зарплаты, от которой она могла бы зависеть. Она уже была разрушена.

Она взглянула на часы. Слишком поздно звонить ее бывшему начальнику сейчас. Но завтра первым делом она сделает этот звонок. Мистеру Сондерсу пришлось нанять ее обратно. Пришлось.

Когда раздался звонок в дверь, она подумала о том, чтобы проигнорировать его. Она была слишком истощена, чтобы иметь дело с доброжелательными соседями. Но хорошие манеры заставляли ее поступать правильно, независимо от ее чувств. Она открыла дверь и заставила себя улыбнуться.

"Эйдан О'Мара?"

Мужчина был одет в безупречный костюм и галстук, и в руках у него был специальный кейс. Он протянул ей визитную карточку. "Филип Барлоу, с Патнэмом, Шоу и Форестом".

При упоминании одной из самых известных юридических фирм в городе ее улыбка исчезла. Кто из ее кредиторов передал ее долг юридической фирме?

"Я Эйдан О'Мара". Она расправила плечи, чтобы скрыть чувство страха перед тем, что должно было произойти. Судебный процесс в довершение ко всему остальному был бы последним унижением.

"Ср. О'Мара, я сожалею о времени моего визита. Но меня сюда привел некролог твоей матери в газете. Ты указан как ее ближайший родственник ".

Эйдан кивнул. "Ее единственный родственник".

"Может быть, и нет". При его словах ее голова резко поднялась.

"С моей фирмой связалась юридическая фирма в Ирландии. Мистер Каллен Глин из города Глинкилли, графство Керри, Ирландия, потратил годы на поиски своего долгожданного ребенка. У нас есть основания полагать, что ваша мать была его дочерью ".

Хотя Эйдан почувствовала облегчение, узнав, что его визит был не из-за долга, она уже качала головой. "Мне жаль. Ты ошибаешься. Родители моей матери жили прямо здесь, в городе. Я знал их всю свою жизнь".

"Я уверен, что у тебя есть. Но показания мистера Глина под присягой говорят об обратном. Есть ... смягчающие обстоятельства, которые поставят под сомнение определенные утверждения, которые вы принимали как факт на протяжении всей жизни ".

"Но я..."

"Мистер Аргументы Глина очень убедительны ". Молодой адвокат оглядел маленькое фойе, отметив потертый ковер, выцветшие драпировки. "Когда я связался по телефону с его адвокатом, мне было поручено передать его просьбу о том, чтобы вы вылетели в Ирландию и встретились с его клиентом лицом к лицу. Если после этой встречи кто-либо из вас не будет убежден в ваших отношениях, ваш визит будет немедленно прекращен ". Видя, что она собирается отказаться, он добавил: "Само собой разумеется, все ваши расходы будут покрыты, и вам будет выплачено щедрое пособие за причиненные неудобства".

На мгновение она была захвачена таким удивлением, что не смогла обрести дар речи. Наконец она выдавила: "Все это очень заманчиво, но я знаю, не видя твоего мистера Глина, что мы никак не можем быть родственниками".

Он просто улыбнулся. "Тогда рассматривай это предложение как подарок для себя. Шанс уйти от своей привычной жизни и провести несколько приятных дней в Ирландии ".

"Прости..." Ее рука потянулась к двери.

"Прежде чем ты откажешься, возможно, тебе следует прочитать это". Он полез в свой портфель и достал пачку бумаг. "У тебя есть моя визитка. Позвони мне, когда примешь решение ".

Она смотрела, как он повернулся и пошел по тротуару к своей машине. Она закрыла дверь и отнесла документы к столу, где отхлебнула уже остывшего чая и начала читать.

Закончив, она уставилась в пространство, пытаясь найти в этом смысл.

Там были подробные отчеты о семье по фамилии Фитцгиббон, которая эмигрировала из Ирландии пятьдесят пять лет назад, в тот же год, когда родилась ее мать. Там была карта города Глинкилли в Ирландии, где родились Хью и Кейтлин Фитцгиббон, дата их свадьбы и рождения их единственной дочери Мойры, а также название корабля, который доставил их в Соединенные Штаты, и порт, где они сошли на берег. Казалось бы, их жизни были тщательно задокументированы, но, насколько она могла видеть, ничто из этого не могло быть использовано, чтобы связать этих незнакомцев с ней или, в свою очередь, связать ее с этим незнакомцем, Калленом Глином.

Эйдан подумала о матери своей матери, Морин Гиббонс, милой, тихой, немного грустной женщине, которая была замужем за суровым Эдвардом Мартином более сорока лет до своей смерти. Она редко говорила о себе, предпочитая говорить о своей прекрасной дочери Клэр, в которой души не чаяла.

Мать Эйдана, Клэр, была единственным ребенком Морин и Эдварда. Других не было. В их семейной Библии не было записано даже о мертворождении. Каллен Глин не имел на нее никаких прав. Как ни заманчиво было подумать о поездке в Ирландию с оплатой всех расходов и чеком на кругленькую сумму за причиненные неудобства, ее совесть не позволяла этого. Она не имела права вести какого-то отчаявшегося старика в его поисках своего потерянного ребенка. Его время было бы лучше потратить на поиски его истинных наследников.

Она позвонит мистеру Барлоу утром, сразу после того, как позвонит в банк, чтобы восстановить свою работу.

Тот утренний звонок, однако, все изменил.

"Ну, Эйдан". Уолтер Сондерс, ее бывший руководитель, использовал свой лучший голос по работе с клиентами по телефону. "Рад тебя слышать. Я сожалею о твоей матери. Все присутствующие в First City выражают свои соболезнования ".

"Спасибо вам, мистер Сондерс". Эйдан видела и слышала своего руководителя в действии, используя этот о-о-такой-теплый голос, глядя вдаль абсолютно без эмоций вообще.

Она перевела дыхание. "Теперь, когда я свободен для работы, я надеялся, что смогу вернуться".

Последовала мгновенная пауза. "Ты был прекрасным работником, Эйдан. Самый лучший".

Она ждала. Когда он больше ничего не сказал, она вмешалась, чтобы заполнить тишину. "Если это проблема, я был бы готов начать с уменьшенной зарплаты. Я понимаю, что я не соответствовал бы той шкале оплаты, которой я достиг перед уходом. Или выгоды." Теперь она что-то лепетала, но, казалось, не могла остановиться. "Я не прошу о полном пособии, только о том, чтобы помочь в любых медицинских ситуациях, которые могут возникнуть. Как вы можете себе представить, в данный момент я чувствую себя подавленным медицинскими кризисами ".

Тишина.

Она закрыла глаза, надеясь, что он не мог услышать отчаяние, которое прокралось в ее тон. Она ненавидела то, что умоляла. "Мне нужна эта работа, мистер Сондерс".

"Да. Что ж." Его тон стал резким. "Боюсь, у нас сейчас нет вакансий, Эйдан. Вы понимаете, что мы должны были занять ваше место как можно быстрее. Ты не оставил нам другого выбора ".

"Я предупредил тебя за две недели. Я думал, этого будет достаточно, чтобы подготовить мою замену ".

"И ты действительно тренировал ее. Очень хорошо, я мог бы добавить. Она стала ценным сотрудником ". Он прочистил горло. "У меня есть ваше личное дело. Если что-нибудь станет доступно, я обязательно свяжусь с вами ".

"У тебя сейчас ничего нет?"

"Ничего. Как вы хорошо знаете, сейчас трудные времена в банковской отрасли ".

Оцепенев, Эйдан услышала, как телефон отключился, пока она бормотала: "Спасибо вам, мистер Сондерс. И хорошего дня".

Затем, поскольку она возлагала все свои надежды на этот звонок, она разрыдалась. Когда слезы, которые она сдерживала в течение нескольких дней, недель, вырвались наружу, они беспрепятственно потекли по ее щекам, пропитывая рубашку спереди.

Она не осознавала, как отчаянно нуждалась в этой работе. Теперь, когда ей было отказано в этом, она, казалось, не могла думать дальше этого. Что бы она сделала? Что она могла сделать?

Без быстрого вливания наличных она потеряла бы свой семейный дом и оказалась бы на улице.

Увидев бумаги, оставленные адвокатом, она взяла его визитку и, не задумываясь о последствиях, набрала номер. Когда она услышала его голос, она заговорила быстро, чтобы не потерять самообладание.

"Мистер Барлоу? Эйдан О'Мара. Когда ты сможешь забронировать билет на самолет в Ирландию?"

"Ты немного вздремнул, не так ли?" Голос молодого парня заставил ее поднять глаза и увидеть, что он наблюдает за ней в зеркало заднего вида. "Мы проезжаем через Глинкилли". Нотка гордости прокралась в его тон. "Наш маленький городок был построен рядом с местом древнего аббатства, которое датируется двенадцатым веком".

"Такой красивый городок". И это был он, с его аккуратными домами и чистыми улицами. Витрины магазинов пестрели товарами, а прохаживающиеся люди выглядели дружелюбными и процветающими.

"Скоро ты впервые увидишь Глин Лодж".

Они оставили город позади и двинулись по прекрасной проселочной дороге, достаточно широкой для проезда только одного автомобиля за раз. По обе стороны от машины были живые изгороди из темно-розовых цветов, такие густые, что Эйдан не мог видеть за ними.

Живые изгороди уступили место извилистой каменной стене с редкими дверями, выкрашенными в ярко-красный, небесно-голубой или солнечно-желтый цвета. Она задавалась вопросом, куда ведут двери, но стена была слишком высокой, чтобы заглянуть поверх.

Машина взбиралась, взбиралась, как будто взбиралась на гору. Когда они достигли вершины холма и свернули на широкую, изгибающуюся ленту дороги, она увидела акры идеально ухоженной территории. Древние цветущие деревья с ветвями, которые касались травы, прежде чем подняться высоко в воздух. Фонтаны, расположенные среди прекрасных розовых садов, с каменными скамейками, расставленными для наслаждения видом. Овцы усеяли отдаленный склон холма, дополняя пасторальную обстановку.

Они завернули за поворот, и у Эйдана отвисла челюсть при виде каменного особняка, сверкающего в лучах послеполуденного солнца.

"А вот и Глин Лодж, мисс".

"Это то место, где живет мистер Глин?"

"Да. Действительно." Он бросил на нее взгляд в зеркало и улыбнулся выражению ее лица.

Слово "домик" создало в ее сознании образ, далекий от этого. Она ожидала увидеть деревенский дом с несколькими сараями и пристройками. Эйдану никогда не приходило в голову, что Каллен Глин жил в такой роскоши. Домик на самом деле был особняком. Такое место она видела только в книгах.

Они проехали мимо зеркального пруда, где кружила пара черных лебедей, оставляя за собой едва заметную рябь.

Когда они свернули на кольцевую подъездную дорожку и остановились у подножия высоких каменных ступеней, пара массивных ирландских волкодавов подбежала, вызвав хор лая.

Парень обошел машину и открыл пассажирскую дверь. Когда Эйдан заколебался, он широко улыбнулся ей. "Они большие и шумные, но они не кусаются".

Он помог ей выйти из машины. Прежде чем он смог предостеречь собак, к ним сзади подъехал человек на лошади.

Когда он спешился, низкий голос мужчины позвал: "Мит. Mayo."

Две собаки сидели, помахивая хвостами, высунув языки. Эйдан мог бы поклясться, что они ухмылялись.

Она повернулась, чтобы получше рассмотреть мужчину.

На нем была темно-коричневая куртка и джинсы, заправленные в высокие кожаные ботинки. Его темные волосы развевались на ветру, его глаза были темно-синими и пронзительными, когда они смело изучали ее. Хотя он и не был красив в классическом смысле этого слова, его суровая внешность и непринужденная элегантность придавали ему командный вид. Он был похож на героя всех классических романов, которые она когда-либо читала. От его вида у нее перехватило дыхание.

Сначала он заговорил с водителем. "Шон, ты можешь отнести багаж леди внутрь. Миссис Мерфи скажет тебе, куда это положить ".

Когда парень поспешил прочь, незнакомец повернулся к Эйдану. "Ты была бы мисс О'Мара".

"Эйдан О'Мара. А ты кто такой?"

"Росс Делани, адвокат мистера Глина". Он окинул ее оценивающим взглядом. "Твои фотографии не отдавали тебе должного".

"Картинки?"

"Как вы можете себе представить, мистеру Глину было более чем немного любопытно посмотреть, как вы выглядите. Он не будет разочарован ". Он взглянул в сторону верхнего окна. "Я уверен, что к этому времени он уже услышал шумиху и ему не терпится познакомиться с тобой. Приди." Поддерживая ее под локоть, он поднялся рядом с ней по каменным ступеням.

Эйдан почувствовал покалывание тепла там, где их тела соприкоснулись. Она бросила на него косой взгляд и увидела только строгий, красивый профиль, который казался высеченным из камня.

Двойные двери открыла пожилая женщина, на которой был безупречно чистый фартук поверх черного платья, ниспадавшего до лодыжек. Седые волосы были собраны сзади в строгий пучок на затылке. Маленькие завитки выскользнули и влажно обвились вокруг ее пухлых щек. Женщина казалась рассеянной и слегка запыхавшейся, как будто она только что пробежала марафон, но когда она улыбнулась, все ее лицо засияло, как солнце.

"Бриджит, это мисс О'Мара, дочь мистера Глина... гость."

Эйдан бросил на него быстрый взгляд. Было ли это ее воображением, или он запнулся на том, какой термин ему следует использовать, чтобы описать ее?

Времени на раздумья не было, поскольку он продолжил. "Здесь, в Глин Лодж, Бриджит Мерфи - экономка и универсальный чудотворец. Если тебе что-нибудь понадобится, просто попроси Бриджит ".

"О, продолжай с тобой сейчас". Пожилая женщина положительно засияла от его похвалы.

А почему бы и нет? Такому плавному обаянию он, вероятно, научился на коленях у матери. Без сомнения, он использовал это на женщинах всех возрастов.

Эйдан изобразил улыбку. "Приятно познакомиться с тобой, Бриджит".

"Как вы можете себе представить, мы все тоже были рады приветствовать вас, мисс". Женщина перевела дыхание, прежде чем повернуться и коротко кивнуть. "Если вы последуете за мной, я покажу вам ваши комнаты".

Росс Делани остался у двери, наблюдая за ней с более чем небрежным интересом.

Когда Эйдан отошел и начал подниматься вслед за Бриджит по лестнице, она чувствовала, что этот холодный голубой взгляд следит за ней. Это дало ей ощущение осознания. Подобно the hounds, Мясу и майонезу, ей хотелось извиваться от восторга, и она уже ругала себя за такую глупость.

Двое

Поднявшись на второй этаж, Бриджит открыла двойные двери и отступила в сторону. "Это будут ваши комнаты, мисс О'Мара".

У Эйдан перехватило дыхание от роскошной обстановки. Она стояла в гостиной, которая была больше" чем весь дом ее родителей. Пол был выложен белым мрамором с золотыми прожилками, смягченный ковром в белых, золотых и бледно-зеленых тонах. В одном углу стоял рояль. В камине горел огонь, камин был отделан тем же мрамором, по бокам стояли два золотых кресла и белый диван. На двух скамеечках для ног были брошены накидки, расшитые золотым гербом с орлом и переплетенной монограммой с буквами C и M.

Она прошла в спальню, которая была такой же элегантной, как и гостиная, с кроватью королевских размеров, покрытой белым стеганым одеялом с тем же гербом.

Девочка-подросток, одетая в выцветшие джинсы и футболку, была занята тем, что развешивала одежду Эйдана в шкафу. Она повернулась, когда вошли Эйдан и Бриджит.

"Мисс О'Мара, если вам что-нибудь понадобится, просто дайте Черити О'Мэлли знать, что вам приятно". Измотанная экономка бросила на маленькую горничную многозначительный взгляд. "Ты не будешь бездельничать, девочка. Кэтлин нужна твоя помощь на кухне, как только ты закончишь здесь."

"Конечно". Чарити, казалось, совершенно не смутила попытка пожилой женщины быть строгой. С улыбкой она достала из чемодана еще один предмет одежды и убрала его в шкаф.

"Вот чай". Экономка кивнула в сторону серебряного чайного сервиза на большом подносе, установленного на письменном столе в другом конце комнаты. "Учитывая долгое путешествие, вам захочется немного поспать перед ужином. Он сам хотел ворваться и встретиться с тобой прямо сию минуту, но я сказал ему, что путешествия истощают организм ".

"Сам?"

"Каллен Глин. Твой..." Пожилая женщина остановилась, затем пробормотала: "Он расхаживает по своей комнате, как тигр в клетке. Я сказал ему, что ему просто придется подождать, пока ты вздремнешь. Мало-помалу он с тобой встретится. Теперь ты отдыхаешь. Я попрошу Черити разбудить тебя, когда придет время ужинать ".

"Спасибо вам, миссис Мерфи".

"Это Бриджит, дорогая. Все здесь зовут меня Бриджит ".

"Спасибо тебе, Бриджит". Эйдан оставил попытки следовать словам старой женщины. Они были сказаны без остановки, и у нее закружилась голова. Но это то, что она уловила. Бриджит, и, вероятно, все остальные, кто здесь работал, знали, почему она здесь. И у меня уже сложилось мнение о ней.

Взгляд на кровать заставил ее задуматься, как она могла заставить себя нарушить эту идеальную картину с горой подушек и кремово-белым постельным бельем. Она посмотрела на мягкое сиденье у окна под высокими окнами в свинцовых переплетах, думая, что могла бы свернуться там калачиком и немного вздремнуть.

Когда экономка ушла, Эйдан налил чашку чая и откусил кусочек печенья, спрятанного под льняной салфеткой. Слоеное печенье таяло у нее во рту.

"Ты здесь живешь, Черити?"

Девушка едва сделала паузу в своей работе, продолжая развешивать каждый предмет с дотошной тщательностью. "О нет, мисс. Я живу в Глинкилли, чуть дальше по дороге."

"Шон указал на ваш город, когда мы проезжали через него. Это прекрасно".

"Это так, да. Мы все очень гордимся Глинкилли. Мы с Шоном старые школьные приятели ".

"Как долго ты здесь работаешь?"

"Это мой второй год. Я надеюсь накопить достаточно, чтобы поступить в университет через два года ".

"Что ты надеешься изучать?"

"Медицина. Две мои старшие сестры, Фейт и Хоуп, обе учатся на врачей ".

Вера, надежда и милосердие. Эйдан не смог сдержать ухмылки. "Как грандиозно. Это прекрасная цель. Твой отец врач?"

"Он фермер. Он сказал, что устал потакать капризам природы и хочет лучшего для своих детей ".

Это заставило Эйдана громко рассмеяться. "Мудрый человек. Я вижу, ты прислушался к его совету ".

"Пока. Конечно, он тоже хочет, чтобы мы все вышли замуж за богатых мужчин, но, как говорит наша мама, любовь за деньги не купишь ".

Эйдан молча потягивала свой чай. Было время, когда она согласилась бы с матерью Черити. Теперь она не была так уверена. Может быть, если бы человек был в достаточно отчаянии, он даже променял бы любовь на шанс избежать бремени долга.

"Не то чтобы я не поддался бы искушению, если бы богач оказался похож на Росса Делани".

Услышав слова Черити, Эйдан вытянулся по стойке смирно.

Горничная приложила руку к сердцу. "Теперь есть мужчина, который может заставить сердце девушки биться быстрее одним взглядом или улыбкой".

"Я уверен", - сухо заметил Эйдан, "он знает, как использовать этот вид очарования".

"Тогда я бы хотела, чтобы он использовал немного этого на мне". Черити прикрыла рот рукой, чтобы заглушить рвущийся наружу смех. "Мои старшие сестры рассказывали мне, что они делали все, кроме танцев голышом перед ним, когда работали здесь, а он ни разу их не заметил". Она сморщила нос. "Женщина не была рождена, чтобы подходить Россу Делани. Говорят, он никогда не женится. Все, о чем он думает, это угодить старику. Я думаю, если бы Каллен Глин попросил его лечь перед движущимся поездом, он бы это сделал ".

"Такая преданность. Ему, должно быть, очень хорошо заплатили за его услуги".

"Я не думаю, что он делает это ради денег. Те, кто его знает, а их действительно немного, говорят, что он искренне любит старика. Но кто на самом деле знает? Росс Делани - это немного загадка ". Черити понизила голос. "Что-то произошло между ним и стариком много лет назад. Хотя существует дюжина вариантов этой истории, никто не знает наверняка. Что бы это ни было, старик относится к нему скорее как к своему сыну, чем к своему адвокату."

"Говоря о сыновьях, у Каллена Глина есть дети?"

Черити закрыла чемодан и убрала его в шкаф. "Он никогда не был женат. Он живет совсем один в этом особняке, который мой отец называет мавзолеем. Конечно, если бы у меня были его деньги, и я мог бы жить в такой берлоге, я уверен, что смог бы пережить немного одиночества. Или купи любую компанию, которой я жаждал ".

"Разве Росс Делани не живет здесь с ним?"

"С таким же успехом он может жить здесь, все то время, что он проводит, выполняя приказы старика. Но он называет гостевой коттедж дальше по переулку своим домом. По словам Бриджит, он сказал старику, что ему нужно собственное пространство." Она сухо рассмеялась. "Его собственное пространство. Ты можешь себе представить? Половина нашего города могла бы жить здесь, и все равно было бы не так многолюдно ".

Она оглянулась и увидела, что Эйдан подавляет зевок. "О, вот я и болтаю обо всех этих глупостях, когда ты, вероятно, еле держишься на ногах". Девушка достала халат из шкафа, прежде чем откинуть элегантное одеяло, чтобы показать белоснежные простыни. "Сейчас я оставлю тебя в покое и дам тебе немного поспать. Я прослежу, чтобы ты проснулась и у тебя было достаточно времени, чтобы переодеться к ужину ".

"Спасибо тебе за все, Чарити".

Девушка ушла, закрыв за собой дверь. Мгновение спустя Эйдан услышал, как закрылись двери гостиной.

Выскользнув из джинсов и свитера, Эйдан взяла халат. Это было тихо, как шепот. Взгляд на этикетку подтвердил, что это был кашемир. Со вздохом она надела его и завязала поясом, прежде чем босиком подойти к окну, чтобы посмотреть на сцену внизу. Вокруг были акры сочной зеленой лужайки, усеянной розовыми садами, скульптурами, дикой природой. Райский сад.

Все это казалось слишком хорошим, чтобы быть правдой.

Разве в раю не всегда была змея?

Она забралась в постель, надеясь, что сможет отключить свои мысли и просто расслабиться. Но она продолжала думать обо всем, что узнала. Богатый старик, который жил здесь совсем один и считал ее мать своей давней дочерью. Это сделало бы его ее дедушкой.

Конечно, это было невозможно. Но что, если...?

А потом был Росс Делани, человек-загадка. Когда они впервые встретились, он изучал ее слишком внимательно. Если бы любой другой мужчина посмотрел на нее так, она бы почувствовала себя изнасилованной. Но нельзя было отрицать, что в его присутствии она чувствовала что-то совсем другое.

Она почувствовала его любопытство и что-то большее. Если бы она не знала лучше, она бы подумала, что это мгновенное влечение.

Женщина не была рождена, чтобы подходить Россу Делани. Говорят, он никогда не женится. Старик относится к нему как к сыну.

Вероятно, ему было просто любопытно узнать о ней и защитить свою территорию. Не то чтобы это имело значение. Как только они с Калленом Глином встретятся, она будет на пути домой с чеком на крупную сумму, который, как мы надеемся, покроет самый большой из ее долгов.

Цепляясь за эту мысль, она погрузилась в сон.

"Мисс О'Мара".

Сильный акцент проник в сознание Эйдан, и она открыла глаза, чтобы увидеть Черити, стоящую рядом с кроватью.

Она села, чувствуя себя так, словно ее накачали наркотиками. Вялый и слегка дезориентированный. "Как долго я спал?"

"Всего час или около того. Бриджит послала меня за тобой. Уже шесть часов. Она сказала, что ужин будет в семь."

"Спасибо тебе".

"Тебе нужна помощь? Я могла бы наполнить твою ванну ".

"Спасибо, но, думаю, я просто быстренько приму душ. Как я найду столовую?"

"Не нужно беспокоиться". Черити понизила голос для драматического акцента. "Росс Делани сам скоро поднимется, чтобы отвести вас туда".

"Здесь, наверху?" Эйдан огляделся вокруг.

"Не здесь. За соседней дверью, в гостиной."

"О". Она разделила смех с девушкой. "Хорошо. Думаю, мне лучше подготовиться, чтобы не заставлять его ждать ".

Как только Черити ушла, Эйдан поспешил в душ. Полчаса спустя, со свежевысушенными темными волосами, которые падали длинными и прямыми на плечи, и нанесенным макияжем, она стояла перед открытыми дверцами шкафа, пытаясь выбрать подходящий наряд. Она перепаковала вещи на одну ночь, но не была уверена, чего именно от нее ожидают. И, конечно, приходилось бороться с переменчивой ирландской погодой. После долгих колебаний она взяла один из своих старых деловых костюмов, платье, которое, по ее мнению, подошло бы для теплой или прохладной погоды, а также удобные джинсы и свитер, которые она надевала во время полета.

Поскольку они будут ужинать здесь, ей не нужно было беспокоиться о погоде. Она остановилась на своем единственном платье из шелка цвета морской волны с узкой прямой юбкой, квадратным вырезом и длинными рукавами. Она добавила маленькие жемчужные серьги своей бабушки и пару босоножек на высоком каблуке с ремешками.

Бросив последний взгляд на свое отражение в зеркале во всю ширину, она вошла в гостиную.

"О". Она остановилась на полпути, когда заметила Росса, стоящего у камина. "Я не знал, что ты был здесь".

"Прости". Казалось, он с усилием отодвинулся от каких-то мрачных мыслей, которые заставили его нахмуриться. "Я постучал, прежде чем войти. Я услышал, как работает душ, и решил устроиться поудобнее." Он взял хрустальный рифленый бокал. "Шампанское?"

"Да, спасибо". Хотя ее раздражало, что он был здесь без ее ведома, она заставила себя отложить это в сторону. В конце концов, у него было гораздо больше прав чувствовать себя здесь как дома, чем у нее. Тем не менее, это раздражало, что он все это время находился рядом с ее спальней, слушая, как она сладко проводила время, готовясь.

Он протянул ей стакан.

Она заметила, что он пил воду из хрустального бокала. "Ты не любишь шампанское?"

"Нет. Что ты думаешь о своем первом знакомстве с Ирландией?"

У него была определенная манера менять тему, когда это было ему удобно.

Она подняла глаза. "Откуда ты знаешь, что это моя первая поездка сюда?"

Его губы изогнулись в слабом намеке на улыбку. "Это моя работа - узнать о тебе как можно больше".

"И ты очень хорош в своей работе".

"Я есть. Да."

Его акцент был не таким выраженным, как у других, с которыми она сталкивалась, но он был в этой простой фразе.

"Тогда ты знаешь, что этот визит закончится так же быстро, как и начался".

"Это твой план?"

Она отпила шампанского, избегая его взгляда. "Я пришел сюда, чтобы удовлетворить любопытство старика относительно меня. И, положа руку на сердце, чтобы удовлетворить мое собственное любопытство относительно него. Но более того, я пришел сюда за обещанным чеком за причиненные неудобства. Как только я встречусь с Калленом Глином и услышу, что он хочет сказать, утром я отправлюсь в путь ".

"Я бы не был так уверен".

Она оглянулась. Он не улыбался. В его тоне не было и намека на шутку. И все же... Ее тон стал резче. "Если, как ты говоришь, ты провел обо мне тщательное расследование, ты должен знать, что я не тот, за кого он меня принимает".

"Я знаю только, что Каллен Глин потратил годы на поиски своей долгожданной дочери".

"Мне жаль его. Я буду рад встретиться с ним, а затем приму его чек за причиненные неудобства. Но я не буду притворяться тем, кем он хочет, чтобы я был ".

"И он бы не спросил об этом". Тон Росса оставался обманчиво ровным. "Если ты допил свой напиток, я отведу тебя к нему, и ты сможешь рассказать ему то, что только что сказал мне".

Она протянула ему свой пустой бокал, и он поставил его рядом со своим на буфет.

Когда они вышли в коридор и начали спускаться по лестнице, Росс понизил голос. "Я очень надеюсь, что ты будешь вежлив с Калленом и, по крайней мере, выразишь свою благодарность за эту возможность. Кроме того, я был бы признателен, если бы вы позаботились о том, чтобы не утомлять его. Это чрезвычайно эмоциональное время для него ".

"Для него?" Эйдан чувствовал, как в ней закипает гнев. "А как насчет моих эмоций? Если ты знаешь все, что, по твоим словам, знаешь, тогда ты понимаешь, что я только что похоронил свою мать, я проехал полмира, и мне читают лекцию о том, как вести себя с незнакомцем, который хочет превратить меня в того, кем я не являюсь ".

Он сделал паузу, чтобы положить руку ей на плечо. "Я всего лишь пытаюсь помочь тебе пережить неловкую встречу".

Она отстранилась, как будто обожглась. "Я буду вести себя так, как мне, черт возьми, заблагорассудится, мистер Делани. И когда эта встреча закончится, я буду более чем счастлив оставить тебя наедине со стариком, которого ты так стараешься защитить от большого, плохого американца ".

Мгновение он просто смотрел на нее. Затем, неожиданно, он рассмеялся.

Это была самая удивительная трансформация. Его лицо, которое несколько мгновений назад казалось высеченным из камня, теперь светилось оживлением. Его глаза, которые, она могла поклясться, были льдисто-голубыми, теперь искрились юмором. Его голос, такой строгий и самодовольный, теперь смягчился от веселья.

"Я вижу, у вас вспыльчивый характер, мисс О'Мара. Действительно, очень хороший знак".

Он сделал паузу, прежде чем протянуть руку к богато украшенной дверной ручке. Наклонившись ближе, он добавил: "Я молю тебя держать это под контролем до конца вечера. В противном случае, ты можешь найти в Каллене Глине равного ему."

Прежде чем она смогла сформулировать возражение, дверь открылась, и я услышала, как он говорит ясным голосом: "Сэр, я с удовольствием представляю Эйдана О'Мару. Эйдан, твой... ведущий, Каллен Глин."

Трое

Раздражительность Эйдан была забыта, когда она с удивлением уставилась на мужчину, стоящего перед ней. Она ожидала встретить немощного старика, возможно, в инвалидном кресле, с коленями, укрытыми одеялом. Это было ее последнее воспоминание о ее суровом дедушке за годы до его кончины.

В мужчине, который пересек комнату и предложил крепкое рукопожатие, не было ничего хрупкого. Если уж на то пошло, он напоминал стареющего льва с гривой седых волос, красивым ирландским лицом и властной осанкой. В свое время, решил Эйдан, Каллен Глин легко соперничал бы с Россом Делани в качестве самого красивого мужчины на любом сборище.

"Эйдан. Добро пожаловать в мой дом. Прости меня за то, что я пялюсь ". Ему потребовалось мгновение, чтобы взять себя в руки. "Я надеюсь, ты простишь мне отсутствие манер. Я на мгновение отвлекся. Ты намного красивее, чем на своих фотографиях ".

"Спасибо". Она обнаружила, что начинает расслабляться в присутствии этого мужчины. "Ваш дом впечатляет. При первом взгляде на это у меня перехватило дыхание ".

"Как освежающе". Он посмотрел поверх нее, чтобы улыбнуться Россу. "Разве она не восхитительна?" Не дожидаясь ответа, он одарил ее своей очаровательной улыбкой. "Как твои комнаты, моя дорогая?"

"Они великолепны. И, о, этот вид на сады. Я мог бы сидеть и смотреть на них часами ".

"Они были на высоте в этом сезоне. Я надеюсь, вы смогли отдохнуть после этого долгого перелета".

"Я не могу вспомнить, когда в последний раз я так крепко спал".

"Хорошо. Хорошо." Взяв ее под локоть, он повел ее через комнату к мебели, расставленной так, чтобы воспользоваться преимуществами уютного огня в камине.

Как и ее анфилада комнат, столовая была похожа на пещеру, со столом, за которым легко могли разместиться тридцать или более человек, и хрустальной люстрой над ним, мерцающей сотнями огоньков. Полы из красного дерева были отполированы до блеска и смягчены огромным ковром изумрудных, рубиновых и золотых тонов.

Несмотря на размер, это было легко и комфортно. Как мужчина в доме, подумал Эйдан, который казался больше жизни.

Вошла Бриджит, неся серебряный поднос, на котором стояли хрустальный графин и три бокала. Каллен протянул одну Эйдану и взял одну для себя, прежде чем передать Россу стакан с водой.

"Прежде чем мы начнем ужин, я хотел бы предложить тост, моя дорогая. Тебе, за то, что потакаешь старику ". Он прикоснулся своим бокалом к ее, а затем к Россу. "И, как всегда, тем, кого мы любили и потеряли".

Эйдан был застигнут врасплох глубиной боли, которую она могла услышать в его словах, и внезапным блеском в его глазах.

Ее собственная потеря была все еще слишком свежа, слишком глубока. Она подумала о своей матери и о том, как бы ей это понравилось.

Чтобы скрыть свою боль, она сделала глоток и отвернулась. Когда она подняла глаза, он пристально наблюдал за ней.

"Я был опустошен, узнав, что ты только что похоронил свою мать и что ты был ее единственным опекуном во время ее болезни".

Она кивнула, не в силах говорить из-за внезапного комка, который застрял у нее в горле.

"Слава богу, у нее был ты. Ничто так не помогает нам в трудные времена, как семья ". Он взглянул на Росса, который изучал Эйдана прищуренными глазами. "Те из нас, кто не благословлен кровным родством, создают свои собственные семьи. Возьми Росса. Он так же дорог мне, как и любой другой сын ".

"Тогда тебе повезло, что он у тебя есть". Не в силах отвернуться от этого ледяного взгляда, Эйдан бросил на Росса вызывающий взгляд.

Прочитав ее раздражение, его губы изогнулись в намеке на улыбку, еще больше раздражая ее.

"Садись сюда, у огня, и наслаждайся своим напитком, моя дорогая". Каллен указал на удобный шезлонг и подождал, пока она сядет, прежде чем выбрать стул рядом с ней.

Росс подошел к очагу, чтобы поворошить огонь, прежде чем повернуться к ним лицом. Его рука лежала на каминной полке, привлекая внимание Эйдана к изысканным деталям скульптуры из белого мрамора.

"Этот камин потрясающий, мистер Глин".

"Пожалуйста, зовите меня Каллен".

Она отпила шампанского. "Ваша семья жила здесь на протяжении поколений?"

Это вызвало смех как у Каллена, так и у Росса.

Увидев ее изогнутую бровь, старик объяснил. "В юности меня считали аутсайдером, несмотря на мое имя, потому что я вырос в беднейшей части города. В Глинкилли сотни глинов. В те дни Глин Лодж лежал в руинах, как и большая часть города и древнее аббатство Глин. Если вы выглянете из окон своей спальни, за садами, вы увидите руины аббатства, которое первоначально было построено в пятнадцатом веке. Если я проживу достаточно долго, я надеюсь восстановить его, как я восстановил это место ".

"Ты сделал все это сам?"

Он улыбнулся. "Я хотел бы присвоить себе все заслуги, но сотням торговцев потребовались сотни часов, чтобы превратить это в место, которое вы сейчас видите. Все, что я сделал, это нанял хороших людей ".

"Не говоря уже о том, что мы потратили значительное состояние", - добавил Росс.

"Деньги потрачены не зря. Я был рад внести свой вклад в экономику города, поскольку взял за правило нанимать как можно больше местных рабочих. Теперь жители Глинкилли могут гордиться тем, чего они достигли, наслаждаясь при этом зарплатой, которую они получают ".

"Что побудило тебя сделать все это?"

Он наклонил голову и молча потягивал шампанское. Когда он поднял глаза, его улыбка вернулась. "Росс заставил меня осознать, что необходимо восстановить не только мою землю, но и мое имя. Оба пошли прахом, и мне стало стыдно ".

Он оглянулся, когда вошла Бриджит, сопровождаемая Черити, толкающей тележку для сервировки. "А, вот и наш ужин".

Вместо большого стола в центре комнаты, Каллен подвел ее к маленькому круглому столику в углу, накрытому белоснежными скатертями и прекрасным серебром и хрусталем.

Старик держал ее стул. "Я думал, здесь будет уютнее".

"Это идеально". Она улыбнулась Черити, когда девушка остановилась рядом с ней, предлагая поднос с нежными ломтиками ростбифа и множеством овощей. Она взяла себе и подождала, пока Каллен и Росс сделают то же самое.

Бриджит поставила серебряную корзиночку с содовым хлебом на середину стола вместе с блюдом с различными сырами.

"Я надеюсь, вы попробуете сыр". Каллен положил несколько ломтиков на свою тарелку. "Все они сделаны фермерами здесь, в Глинкилли".

Она попробовала сначала один, потом другой, прежде чем кивнуть. "Замечательно. Они, должно быть, очень гордятся ".

"И хорошо, что они должны быть. С тех пор как мы сделали их доступными по всей стране, они стали одним из самых популярных молочных продуктов в Ирландии ".

"Вижу ли я и в этом твою руку?"

"Именно Росс распознал товар, пользующийся высоким спросом, и предложил нам сначала попробовать его упаковку в небольших масштабах, чтобы прощупать почву. Как только потребители начали массово покупать, я понял, что у нас есть победитель. Остальное зависело от наших местных фермеров, которые доказали, что более чем справляются с этой задачей ".

"Вы владеете компанией, которая продает сыр?"

Он решительно покачал головой. "Я предложил фермерам создать кооператив. Получив от меня немного начальных денег, они полностью взяли верх. Они разводят дойных коров, делают сыр, продают его под своим собственным брендом, и все участники делятся прибылью ".

"Неудивительно, что город выглядел таким процветающим".

Он улыбнулся. "Действительно, высокий комплимент. Несколько лет назад вы бы подумали, что Глинкилли - самое бедное место во всей Ирландии."

"И теперь, благодаря тебе, он процветает".

Его тон понизился. "Пусть это продолжается, в хорошие и плохие времена". Он просиял. "Как твой ужин?"

Эйдан рассмеялся. "То немногое, что я попробовал, превосходно. Боюсь, я слишком увлекся вашим повествованием, чтобы отдать ему должное ".

"Тебе лучше поесть, или Кэтлин, которая следит за нашей кухней, подумает, что сделала ужасный выбор, и, вероятно, получит головы Бриджит и Черити в придачу".

"Мы не можем этого допустить". Эйдан откусила еще кусочек говядины, который почти таял у нее во рту.

К тому времени, как они закончили трапезу, Бриджит и Черити вернулись, на этот раз с кофе и подносом ассорти из вишневых и черничных тарталеток.

Каллен расправился с каждым из них, прежде чем со вздохом откинуться на спинку стула. "Идеальное завершение идеального ужина. Бриджит, не забудь передать мои комплименты Кэтлин ".

Она улыбнулась и ушла, пропустив Черити вперед себя.

На другом конце стола Росс отказался от десерта и потягивал кофе. Эйдану пришло в голову, что он ничего не сказал добровольно во время их ужина. Возможно, он был на задании проследить, чтобы она не оскорбила своего хозяина. Или, может быть, подумала она, он находил ее компанию слишком скучной, чтобы беспокоиться о чем-то столь бессмысленном, как светская беседа.

И все же, несмотря на его молчание, она остро осознавала, что он наблюдает, слушает, изучает ее, как образец, подлежащий препарированию. Это вызвало у нее неприятное чувство. Если Каллен Глин был теплее, чем она ожидала, его адвокат вел себя как телохранитель, следящий за обученным убийцей.

Ему не нужно беспокоиться, что она попытается втереться в жизнь этого очень богатого человека под тем или иным предлогом. У нее были все намерения сообщить Каллену о его ошибке, приведшей ее сюда. Но не сегодня вечером, внезапно решила она. Сегодня вечером, видя нетерпение в глазах старика, слыша это в его голосе, она позволит ему еще немного пофантазировать.

Она потягивала кофе, согретая вкусной едой и огнем в очаге, а также искренним удовольствием от очаровательной личности хозяина.

Только на эту ночь она притворится, что она просто гостья в этом прекрасном особняке, приглашенная насладиться всеми удовольствиями, которые может предоставить такое место.

Завтра будет достаточно скоро, чтобы разобраться с неприятными реалиями ее положения. Завтра она твердо, не оставляя места для сомнений, сообщит Каллену Глину, что она та, кем всегда считала себя, дочь Джона и Клэр О'Мара и внучка Морин и Эдварда Мартина.

Каллину Глину пришлось бы искать своих давно потерянных родственников в другом месте.

"Пойдем", - сказал старик, внезапно поднимаясь на ноги. "Теперь, когда мы подкрепились прекрасной едой Кэтлин, пришло время вам совершить экскурсию по моему скромному жилищу".

"И это когда-то было библиотекой. Теперь это мой офис ".

Их первой остановкой была официальная гостиная, украшенная прекрасным сочетанием антиквариата, спасенного из оригинального коттеджа, и удобных предметов, собранных местным декоратором.

Эта комната, однако, казалась идеально подходящей для ее хозяина. Полки от пола до потолка были заставлены книгами в кожаных переплетах. Каменный камин поднимался на галерею второго этажа, которая окружала две стены, демонстрируя больше книжных полок. Массивный письменный стол располагался перед французскими дверями, которые выходили на вымощенный кирпичом внутренний дворик и сады за ним.

"Боюсь, именно здесь мы с Россом проводим большую часть нашего времени". Взяв Эйдан под локоть, Каллен повел ее через зал.

"Это прекрасная комната".

Росс подошел к боковому столику и налил кофейный ликер в два маленьких стаканчика. Когда он протянул ей один, она поблагодарила его, прежде чем кивнуть в сторону патио. "Хотя я думаю, что у меня было бы больше соблазна поработать там, под пение птиц и аромат всех этих роз".

"Совсем не способствует работе. Я сомневаюсь, что мы бы там много чего сделали ". Каллен улыбнулся, когда Росс протянул ему такой же стакан.

Эйдан прошелся по комнате, водя пальцем по гладкому дереву своего стола, остановившись, чтобы изучить сделанный ручкой рисунок города Глинкилли в рамке, который висел на стене.

Подпись художника привлекла ее внимание. "Ты сделал это, Каллен?"

Он кивнул.

"Это превосходно".

Он не мог скрыть своего удовольствия. "В моей растраченной впустую юности я забавлялся идеей стать художником. Затем меня убедили отбросить глупые мечты и заняться бизнесом по зарабатыванию денег ".

Она обернулась. "Что ты делаешь, когда не работаешь?"

Он взглянул на Росса. "Итак, есть вопрос, который мне раньше не задавали. За те годы, что ты меня знаешь, можешь вспомнить что-нибудь, чем я занимался, кроме работы?"

Росс покачал головой. "Насколько мне известно, нет".

Двое мужчин рассмеялись.

"Чем это ты занимаешься?"

"Я изучаю электронные таблицы, анализ затрат, отчеты о прибылях и убытках. Я покупаю и продаю компании, зарабатываю деньги для инвесторов, сижу в советах директоров нескольких корпораций ".

Эйдан просто уставился на него. "Это звучит... сложный. Тебе нравится твоя работа?"

Он воспользовался моментом, чтобы пригубить свой послеобеденный напиток. "В той растраченной впустую юности, о которой я говорил, я был чернорабочим. И у меня болели мышцы, чтобы доказать это. Мне потребовалось некоторое время, чтобы раскрыть этот другой талант, но я более чем наверстал упущенное. Итак, ответ на твой вопрос - да. Мне очень нравится моя работа ".

"Я уверен, что жители Глинкилли тоже рады, поскольку они были бенефициарами".

"Это то, что есть. Мне доставляет удовольствие улучшать их жизнь, особенно когда я вижу, как усердно они готовы работать, чтобы продолжать расти и процветать. Еще долго после того, как меня не станет, их дети и внуки будут продолжать наследие ".

"И наследие имеет значение для тебя".

Он встретил ее взгляд. "Это так, да".

Он увидел, как она подавила зевок, и сразу же раскаялся. "Я так хорошо провел время, показывая вам свой дом, что забыл, каким утомительным может быть путешествие. Пожалуйста, моя дорогая, иди сейчас к себе в постель, а утром мы нанесем еще один визит ".

Эйдан отставила свой бокал. "Ты прав. Сейчас мне действительно нужно поспать. Я боюсь, что перелет и смена времени побеждают меня ".

Он подошел, чтобы сжать ее руку обеими своими. "Я надеюсь, ты хорошо выспишься и допоздна. В какое бы время ты ни проснулся, мы разделим с тобой один из прекрасных сытных завтраков Кэтлин ".

"Спасибо тебе, Каллен". Она посмотрела мимо него туда, где Росс стоял, молча и наблюдая. "Спокойной ночи, Росс".

"Росс проводит тебя до твоего номера".

"В этом нет необходимости".

Каллен проигнорировал ее протест. "Я настаиваю".

Пожелав хозяину спокойной ночи, Росс последовал за Эйданом из комнаты и вверх по лестнице.

Поскольку он оставался на шаг позади нее, она не могла видеть его лица. Но покалывающее ощущение вдоль позвоночника заставило ее болезненно осознать, что эти стальные глаза наблюдают за ней.

Наверху лестницы Эйдан отступил назад, пока Росс открывала дверь в свои покои.

Она послала ему усталую улыбку. "Спокойной ночи, Росс".

"Я хотел бы поговорить с тобой". Видя, что она собирается протестовать, он вошел в комнату и закрыл за собой дверь. "Всего лишь слово. Больше нет".

Она вздохнула. "Что случилось? Разве я недостаточно тщательно следовал вашим инструкциям? Я сказал слишком много? Слишком мало? Неужели я не давал старому немощному Каллену спать дольше положенного времени? Или ты решил, что я недостаточно благодарен за эту прекрасную возможность взглянуть на хорошую жизнь?"

Полуулыбка тронула его губы, когда он прислонился спиной к закрытой двери, скрестив руки на груди, рассматривая ее. "Ах. Опять этот прекрасный ирландский темперамент".

"Я устал. У меня был долгий день и еще более длинная неделя. Скажи то, зачем ты пришел сюда, и позволь мне лечь спать ".

"Я хочу поблагодарить тебя".

Неожиданные слова заставили ее глаза округлиться от удивления. "Для чего?"

"За то, что использовал это заклинание на старике. Я годами не видел его таким оживленным ".

"Ты думал, я притворялся? Что я прислушивался к твоему совету?"

"Разве ты не был?"

Ее тон понизился от чувства. "Мне не нужно было притворяться очарованным. Я честно отвечал на теплоту и доброту Каллена ".

"Он тебе нравился".

Она кивнула. "Как я мог не?"

"Более того, ты ему нравишься. Я могу сказать, что ты такой, каким он надеялся тебя увидеть ".

"Боюсь, не все". Она вздернула подбородок. "Он надеется на кровного родственника, внучку, а это то, чем я никогда не смогу стать".

"Ты не знаешь..."

Она подняла руку. "Уже поздно, я устал, и это ни к чему не приведет".

Когда она направилась прочь, он положил руку ей на плечо и повернул ее лицом к себе. "Я просто хотел сказать..."

На ее лице промелькнуло изумление, прежде чем оно сменилось гневом. "Убери от меня свою руку. Никогда не смей поднимать на меня руку без разрешения ".

Он поднял обе руки в знак капитуляции. "Прости. Рефлекс."

"Как и пощечина по лицу, которую ты получишь, если когда-нибудь осмелишься сделать это снова". Она сделала шаг назад. "Спокойной ночи, Росс".

Опасная улыбка дразнила его губы и прищуривала глаза, что только разжигало ее гнев.

Прежде чем она смогла сказать хоть слово, его рука метнулась вперед. Улыбка не сходила с лица, когда он коснулся пальцем ее щеки. Всего лишь прикосновение, но она почувствовала жар от него до кончиков пальцев ног.

"У тебя очень нежная кожа, Эйдан О'Мара".

Она собиралась резко ответить, когда он наклонил голову и накрыл ее рот своим.

У нее было полное намерение влепить пощечину его высокомерному лицу. Но все ее благие намерения улетучились в тот момент, когда их губы соединились. Она была загипнотизирована ощущением его губ на своих. Голодом в его поцелуе, который говорил о подобном голоде в ней. Руками, сильными и уверенными, которые двигались вверх и вниз по ее позвоночнику, прижимая ее к нему по всей длине, проверяя, измеряя. Медленным жаром, который нарастал и нарастал, пока она не почувствовала, как он пульсирует в ее венах, как жидкая лава.

Когда, наконец, он поднял голову, она стояла очень тихо, пытаясь сориентироваться. У нее кружилась голова, и она могла бы поклясться, что пол действительно накренился.

Он выглядел таким же ошеломленным и твердо держал руки на ее плечах, как будто становился на якорь, пока внутри него бушевал шторм. Через несколько мгновений он сделал шаг назад.

Его глубокий, насыщенный голос, с едва заметным акцентом, окутал ее. "Спокойной ночи, Эйдан. Приятных снов".

Она молча наблюдала, как он открыл дверь, вышел из комнаты и закрыл дверь, даже не оглянувшись.

Она прислушалась к звуку его шагов по коридору.

Только когда его шаги стихли, она на дрожащих ногах направилась в спальню.

Она разделась и выключила свет, прежде чем подойти к окнам. Опустившись на сиденье у окна, она уставилась вниз на сады, посеребренные росой в лунном свете.

Она подтянула колени, когда сидела, глубоко задумавшись. Во что она себя втянула? Ничто здесь не было знакомым. И все же ничего не казалось странным.

Она должна была бы чувствовать себя в затруднительном положении, и все же она испытывала странное чувство покоя, как будто вернулась домой.

Главная. Так вот, это была шутка.

Это была вся эта роскошь, ругала она себя. Было бы очень легко привыкнуть к такой легкой жизни и повернуться спиной к проблемам, которые она оставила позади. Но долги все еще были бы там, когда она вернулась. Как и неоплаченные налоги и страховка, и медицинские счета, на оплату которых, вероятно, ушла бы вся жизнь.

Заметив движение в саду, она наблюдала, как два волкодава выскочили из тени и помчались по тропинке. Позади медленно следовала высокая фигура.

Хотя она все еще оставалась в тени, она сразу узнала его.

Пока она смотрела, Росс остановился возле каменной скамьи и повернулся, чтобы посмотреть на ее окно. Даже при том, что она знала, что он не мог видеть ее в темноте комнаты, она опустила голову. Мгновение спустя, чувствуя себя глупо, она выглянула в окно, но он исчез.

Она пересекла комнату и забралась в постель, полная решимости выкинуть его из головы. Но как она ни старалась, он был там, с этой насмешливой улыбкой, с этими пронзительными голубыми глазами. Прикосновение его руки к ее плечу вызвало прилив гнева. Но тот поцелуй, от которого замирало сердце, погубил ее, послав по телу ударные волны.

Был ли это спонтанный жест? Или это было рассчитано, чтобы вызвать именно те эмоции, которые она испытывала?

У нее было чувство, что в Россе Делани не было ничего невинного. От его намеренной отчужденности до того, как он, казалось, постоянно изучал ее, он казался до мозга костей мирским человеком. Без сомнения, он принимал эту роскошную жизнь как должное и чувствовал, что это его заслуга. Такого мужчину, как он, вероятно, позабавила бы ее реакция провинциалки на образ жизни Каллена. Не говоря уже о ее реакции на его поцелуй.

И все же, мирской или нет, он не имел права вторгаться в ее личную жизнь и даже в ее сон. Черт бы побрал Росса Делани, сердито подумала она. Он, конечно, делал все, что мог, чтобы это не было легким.

Она представляла себе быструю поездку в Ирландию, ночевку в деревенском домике и дряхлого старика, который принес бы свои извинения за то, что отнял у нее время, и вручил бы ей чек на сумму, достаточную для погашения ее растущей горы долгов.

Теперь ей придется иметь дело с успешным, проницательным пожилым бизнесменом, который, казалось, искренне любил ее, даже если его смущало ее происхождение.

Не говоря уже о том, что пришлось иметь дело с очень красивым, очень раздражающим самозваным телохранителем, который вел себя так, как будто она намеренно пришла сюда, чтобы разбить сердце старика.

Она прикоснулась пальцем к губам. Она все еще чувствовала его вкус. Все еще чувствовала толчок, когда он положил на нее руки, как будто она упала с края мира в какое-то странное новое царство.

Она поймала себя на том, что задается вопросом, была ли его реакция такой же непредсказуемой, как у нее. Если так, то должен был произойти сильный взрыв катастрофических масштабов, прежде чем она покинула это место.

Четыре

Эйдан плохо спал. Еще одна причина, подумала она, негодовать на Росса Делани. Не то чтобы это была полностью его вина, но его прикосновение оставило ее слишком выбитой из колеи. К этому добавились странные сны. Мечтает о своей матери и бабушке в детстве, танцующих на садовой дорожке с волкодавами, Меатом и Майо. Они были близко друг к другу, склонив головы, делясь секретами, а когда она попыталась расслышать, они забрались на спины собак и исчезли высоко в ветвях деревьев. Но они были такими реальными, что она очнулась ото сна и обнаружила, что неистово плачет , потому что она так скучала по ним.

В последние дни было слишком много слез. Время, подумала она, закалиться и начать жить дальше.

Принимая душ и одеваясь, она вновь подтвердила свою решимость быть предельно честной с Калленом Глином. Он был таким очаровательным хозяином, она многим ему обязана. Это будет нелегко, поняла она. Она начала заботиться о нем, и ненавидела мысль о том, чтобы причинить ему еще больше боли.

Боль. Она видела это в его глазах. Услышала это в его голосе, когда он говорил о том, что у него нет родственников. И все же, она не была ответственна за его боль. Ей нужно было разобраться со своими собственными.

Сегодня не было бы танцев вокруг правды. Ей нужно было быть откровенной и признать, что она пришла сюда из любопытства и за обещанных денег, из-за долгов, возникших во время продолжительной болезни ее матери. Не нужно приукрашивать правду.

Поскольку она намеревалась вести себя по-деловому сегодня, она надела свой темно-серый деловой костюм и простую белую блузку. Она не торопилась с макияжем и прической и заметила, что ее руки не так устойчивы, как ей хотелось бы. Неважно. Пришло время для полной честности.

Она спустилась по лестнице и пошла на звук голосов, пока не оказалась в залитом солнцем зале для завтраков с окнами во всю стену, выходящими в сады. Вдоль одной стены располагался буфет с несколькими паровыми столами. От запаха кофе, бекона и свежеиспеченного хлеба у нее потекли слюнки.

Черити болтала с Бриджит, снова и снова рассказывая о своем отце.

"Ох. Доброе утро." Черити поставила миску со свежим львиным зевом в центр стола. "Мистер Делани велел нам сегодня вести себя тихо, как мыши. Он думал, что ты будешь спать до полудня. Мы тебя разбудили?"

"Вовсе нет. Я просто проснулся и понял, что проспал достаточно долго ". Эйдан сделал паузу. "Я случайно не расслышал, ты говорил, что у твоего отца были проблемы с бухгалтерскими книгами?"

"Ты сделал". Девушка покраснела. "Как член Фермерского кооператива, он обязан вести бухгалтерский баланс, но у бедняжки случаются припадки из-за всех цифр. Он сказал, что лучше перевернет сотню прилавков, чем подсчитает еще какие-то цифры ".

Эйдан поделился смехом с девушкой. "Хотел бы я пробыть здесь достаточно долго, чтобы протянуть руку помощи".

"Ты хорошо разбираешься в цифрах?"

"Это была моя работа, когда я работал в банке. Я люблю балансировать книги ".

"О, боже". Черити приложила руку к своему сердцу. "Если бы ты мог пробыть здесь достаточно долго, чтобы помочь моему бедному отцу, он навеки благословил бы твое имя". Она прижала руку ко рту. "Здесь я болтаю без умолку и забываю о своих обязанностях".

Эйдан наблюдал, как молодая женщина, танцуя, ушла, вернувшись мгновением позже, в сопровождении Каллена и Росса.

"Доброе утро, моя дорогая". Каллен приветствовал ее улыбкой. "Я проинструктировал Черити дать мне знать, как только ты спустишься вниз".

"Я не хочу отрывать тебя от работы".

"Я могу работать в любое время. Прямо сейчас мы с Россом присоединимся к вам за завтраком." Он кивнул в сторону паровых столов. "Ветчина и бекон уже приготовлены. Кэтлин приготовит любые яйца, которые вы предпочитаете. И она уже испекла свежие булочки ".

"Я начну с кофе. Не хотите ли немного?"

"Я предпочитаю чай по утрам, но я уверен, что Росс не отказался бы от еще одной чашки. Росс?" Он повернулся, и молодой человек кивнул.

Эйдан наполнила две чашки и передала одну Россу, прежде чем поднести другую ко рту и сделать большой глоток.

Каллен придержал ее стул, затем занял свое место во главе стола, с Россом слева от него и Эйданом справа от него.

Черити остановилась рядом с ним. "Что вам угодно, мистер Глин?"

"Только бекон и несколько прекрасных булочек Кэтлин".

"Мисс О'Мара?" Она остановилась рядом с Эйданом.

"Я верю, что у меня будет то же самое".

Черити взглянула на Росса. "Мистер Дилейни?"

"Ничего, спасибо. Я просто выпью свой кофе ".

Через несколько минут Эйдан и Каллен наслаждались едой, в то время как Росс, как обычно, молча наблюдал и слушал.

Когда, наконец, Эйдан откинулся на спинку стула, потягивая вторую чашку кофе, Каллен сложил салфетку. "Я не хотел давить на тебя прошлой ночью, потому что знал, что ты, должно быть, чувствовала себя несколько подавленной стрессом от перелета, но я надеюсь, что теперь, когда у тебя была возможность отдохнуть, ты будешь откровенно говорить о своих бабушке и матери".

"Я был бы счастлив. Что бы вы хотели знать о них?"

"Какой была жизнь вашей бабушки в Америке?"

"Насколько я могу вспомнить, она жила обычной жизнью в Лэндсдауне". Эйдан оглянулся. "Это маленький городок на севере штата Нью-Йорк".

"Я знаю об этом", - просто сказал Каллен.

"Конечно. Ты исследовал это в поисках тех документов, которые мне дали."

"Они были тщательно изучены не только Россом и американской юридической фирмой, но и мной".

"Тогда ты поймешь мое нежелание давать тебе хоть какую-то надежду на то, что мы могли бы быть родственниками. Есть вопрос о разных именах..."

Она сделала паузу, когда Каллен поднял руку. "Мы доберемся до этого. Пожалуйста, расскажи мне о жизни твоей бабушки в Америке ".

Эйдан перевел дыхание. "Она была замужем за моим дедом, Эдвардом Мартином, более сорока лет, прежде чем он умер после долгой борьбы от инсульта. Большинство моих воспоминаний о нем связаны с инвалидным креслом ".

"Он был богатым человеком?"

Эйдан тщательно подбирала слова. "Он происходил из богатой семьи и унаследовал огромное состояние благодаря семейному бизнесу. Но он был небрежен в бизнесе и сделал несколько неразумных инвестиций, потеряв почти все. Если бы не усердие моей бабушки, они остались бы ни с чем".

Каллен выглядел удивленным. "Твоя бабушка стала бизнесвумен?"

"По необходимости. Она возглавила его компанию, выплатила его долги, затем завладела бухгалтерскими книгами и заработала достаточно денег, чтобы им было комфортно в старости. Конечно, мой дедушка не дожил до старости."

"Что она делала после его смерти?" Каллен сидел очень тихо, как и Росс.

"Она бесконечно рассказывала о поездке в Ирландию. Казалось, это было смыслом ее жизни ".

Каллен сел немного прямее на своем стуле, его пристальный взгляд был прикован к лицу Эйдана.

На его невысказанный вопрос она объяснила. "Но потом она заболела, и о поездке не могло быть и речи. В течение года она была мертва ".

Он долго смотрел на свои руки. Наконец он поднял глаза. "А твоя мать? Что с ее жизнью?"

Эйдан улыбнулся. "Она вышла замуж за моего отца, Джона О'Мара, когда ей было двадцать девять".

Каллен выгнул бровь. "Такой старый".

Это заставило Эйдана усмехнуться. "Полагаю, что да, хотя мне двадцать пять, и я пока не чувствую себя старой девой".

"Я не имел в виду..." Он развел руками. "Твоей бабушке было всего семнадцать".

Эйдан пристально посмотрел на него. "Я никогда не упоминал ее возраст. Это было в документах, которые вы мне прислали?"

Он пожал плечами. "Неважно. Расскажи мне о своей матери."

"Они с папой были женаты двадцать лет, когда он скончался. Его болезнь съела сбережения моей матери, но мы все еще сводили концы с концами, пока она не заболела ".

"Я понимаю, ты бросил свою работу, чтобы заботиться о ней".

Эйдан отставила свою чашку. Когда она подняла взгляд, ее глаза были устремлены на него. "Я потратил все наши сбережения. Продал свою машину, отказался от квартиры и переехал к моей матери. Я не горжусь тем фактом, что я в долгах, но и не стыжусь этого. Это то, что есть, и я разберусь, что делать дальше. Но это все, что я знаю. Вы отчаянно хотите найти свою дочь, и мне жаль, что моя мать не может быть той, кого вы ищете. Как я уже говорил вам, ее родителями были Морин и Эдвард Мартин. У меня есть копия их свидетельства о браке и копия свидетельства о рождении моей матери . Теперь, я надеюсь, это положит конец твоему утверждению, что мы можем быть как-то связаны. Очевидно, что вы не можете быть отцом моей матери, когда эта честь принадлежала моему деду, Эдварду Мартину ".

Когда он начал говорить, она покачала головой. "Подожди. Позволь мне закончить. Мне нелегко это говорить, но я должна это сказать." Она перевела взгляд с Каллена, который никак не отреагировал, на Росса, который хмурился на нее, как будто она наставляла пистолет. "Я пришел сюда только по двум причинам. Чтобы удовлетворить мое любопытство по поводу человека, который доставил незнакомца самолетом в Ирландию, и получить чек, который вы обещали мне за причиненные неудобства. Я не горжусь этим, но я по уши в долгах, и я увидел в этом решение своих проблем ".

Опустошенная, она откинулась назад, готовая к любой его взрывной реакции.

Вместо ожидаемого гнева или разочарования, он просто наклонился вперед и накрыл ее руку своей. "Мне больно слышать о твоем долге, хотя это, безусловно, было вне твоего контроля. Ты сказал свое слово, Эйдан. Теперь порадуй меня, когда я расскажу тебе свою историю ".

Она кивнула, затем целенаправленно убрала свою руку из его хватки и откинулась на спинку стула. Она не хотела никакой связи с ним, пока он говорил. Ей нужно было сделать это быстро и безболезненно. Или, по крайней мере, настолько безболезненно, насколько это возможно.

Лицо Каллена оживилось. "Когда мне было всего семнадцать, я встретил великую любовь всей моей жизни. Ее звали Мойра Фитцгиббон, и она жила в городке Глинкилли. Она была самой красивой девушкой, которую я когда-либо видел, с кожей цвета молока, сверкающими зелеными глазами и волосами, темными, как полночь ". Он одарил Эйдана улыбкой. "Ты выглядишь так же, как она".

"Это невозможно, потому что..."

Прежде чем она смогла сказать больше, он перебил ее. "Отец Мойры считал меня ниже ее, потому что я был простым рабочим, в то время как ее отец зарабатывал на жизнь как землевладелец, владевший большим количеством земли в этом районе, которую он сдавал в аренду фермерам-арендаторам. Мы с Мойрой были молоды, глупы и безумно влюблены, и мы сделали то, что молодые влюбленные делали с незапамятных времен ". Он немного подождал, прежде чем добавить: "Когда Мойра пришла ко мне и сказала, что ждет ребенка, я пошел к ее отцу и попросил ее руки".

Эйдан взглянул на Росса, который, несомненно, знал все это. Но он наблюдал за стариком с яростной интенсивностью, которая заставила ее отвернуться, чтобы смотреть и слушать в тишине.

"Хью Фитцгиббон сказал, что я ограбил его дочь, и что он скорее увидит ее мертвой, чем женится на такой, как я".

Хотя она надеялась слушать в тишине, Эйдан был захвачен повествованием. Не задумываясь, она спросила: "О, это ужасно. Что ты сделал?"

"Я пошел к нашему приходскому священнику здесь, в Глинкилли, и умолял его передать мое дело Хью Фитцгиббону. Я сказал, что сделаю все, что потребуется. Я пообещал работать на трех работах всю жизнь, если это необходимо, чтобы содержать Мойру и малыша. Священник согласился поговорить с Хью Фитцгиббоном после воскресной мессы. Я помню, как думал, что следующие несколько дней были самыми длинными в моей жизни. Я и не подозревал, " размышлял он почти про себя, " что остаток моей жизни будет еще длиннее".

"Значит, он отказал священнику?"

"Хуже. В воскресенье вечером отец Райан пришел сказать мне, что дом Фитцгиббонов был спешно освобожден. Хью и его жена ночью увезли свою дочь в Дублин, а оттуда в Америку, где, как они поклялись, я больше никогда не увижу мою Мойру ".

"Ты пытался последовать за ней?"

"Как я мог? У меня не было двух монет на мое имя. Хью был прав. Я был чернорабочим. Но не обычный. Вовсе нет. Я провел остаток своей жизни, накапливая состояние, которое мне понадобится, чтобы найти мою Мойру и нашего ребенка и вернуть их мне. Но Хью был на шаг впереди меня всю дорогу. Когда они приземлились в Америке, Хью сменил фамилию на Гиббонс и взял второе имя, Фрэнсис. Годами я искал Хью Фитцгиббона и проверил почти дюжину или больше, но ничего не нашел. Что касается Мойры, которая теперь была Морин Гиббонс, она вышла замуж за американца почти сразу, как только сошла с корабля в Нью-Йорке. Тебе это не кажется странным?"

"Вовсе нет. Ты сказал, что твоя Мойра была прекрасна. Если, и это большая натяжка предположить, что моя бабушка Морин каким-то образом твоя Мойра, но если бы это было правдой, то почему Эдвард Мартин не был бы в равной степени поражен ее красотой? Не звучит странно, что они встретились, полюбили друг друга и быстро поженились ".

"И менее чем через семь месяцев родилась твоя мать".

Эйдан поджала губы, нахмурившись. "Не превращай это в нечто большее, чем это было. Мне сказали, что моя мать была недоношенной и очень хрупкой при рождении ".

Он усмехнулся. "Так много младенцев приходят в этот мир до достижения полных девяти месяцев. Не все из них хрупкие. Говорят, что половина населения не была запланирована. Многие из нас - случайности рождения". Он оглянулся. "Ваш дедушка произвел на вас впечатление импульсивного человека, который женился бы на девушке, с которой познакомился всего через несколько дней после ее прибытия в Америку?"

Эйдан рассмеялся. "Совсем наоборот. Он был очень строгим, дисциплинированным человеком. Но я не знал его в юности. Возможно, на склоне лет он был вынужден преодолеть импульсивный характер".

"Или его убедили жениться на обесчещенной молодой женщине, которая нуждалась в муже, чтобы скрыть свой позор. Зная ярость Хью Фитцгиббона, он был бы не прочь предложить неплохое приданое за подходящим мужчиной, который забрал бы у него из рук его позорную, своевольную дочь и избавил его и его жену от смущения из-за внука без отца ".

Эйдан решительно покачала головой. "Я просто не могу принять ничего из этого. Я знаю то, что знаю, и это то, что Эдвард Мартин был моим дедушкой, а его жена Морин - моей бабушкой. Их дочерью была моя мать, которую я любил больше жизни. Я не готов признать, что вся их жизнь была ложью ".

"Это не ложь, Эйдан. Возможно, результат сложных обстоятельств. Мы делаем то, что должны, чтобы выжить. Твоя бабушка ничем не отличалась."

"Но никогда не говорить моей матери..." Она развела руками. "Они были слишком близко. Было много времени для откровенности, прежде чем она умерла. Ей пришлось бы рассказать правду о своем происхождении моей матери ".

"Возможно, она знала, и твоя мать решила не делиться этим с тобой". Пока Эйдан отрицательно качала головой, он добавил: "Еще кое-что о твоей матери. Тебе еще предстоит произнести ее имя." Он наклонился вперед.

"Ее звали Клэр".

"Я говорил тебе имя моей матери?" Он сделал драматическую паузу, прежде чем сказать: "Это была Клэр".

Эйдан сглотнул. "Совпадение".

"Возможно".

"Или, возможно, ты все это выдумываешь".

"Я мог бы быть. Но есть документы, подтверждающие то, что я говорю. Моя мать, Клэр, " добавил он выразительно, " любила Мойру как дочь и горевала вместе со мной, когда мою большую любовь увезли в Америку, чтобы мы никогда больше не видели. Представьте, как моя дорогая мать жаждала увидеть своего единственного внука. Но в этом ей было отказано. И все же, хотя Мойра была вынуждена сменить имя, жить во лжи и выйти замуж за другого, она все равно позаботилась о том, чтобы ее дочь носила имя Клэр, в честь женщины, которую ее тезка никогда не узнает."

Эйдан прижала пальцы к вискам, где начала пульсировать головная боль. "Мне жаль. Все это так сложно воспринять".

"Я знаю". Его тон смягчился. "Я понимаю все, что ты чувствуешь, потому что я боролся со всеми возможными эмоциями. На протяжении многих лет я был зол, печален, побежден, полон решимости, надежды и, временами, отчаянно несчастен. После целой жизни поисков я наконец узнал имя человека, за которого вышла замуж Мойра, и смог сложить все кусочки вместе. Я не верю, что я когда-либо был таким радостным, таким наполненным надеждой. Затем, как раз когда моя команда юристов приблизилась к тому, кого я искал, мне сказали, что и Мойра, и ребенок мертвы." Его глаза были горячими и свирепыми. "Но ты жив, Эйдан. Дочь моей дочери. Разве ты не видишь? Поиски всей моей жизни не были напрасными ".

Эйдан вскочила на ноги, в спешке чуть не опрокинув стул. "Я не могу принять это без доказательств. То, что вы мне предложили, - это печальная история, несколько совпадений. Мне нужно больше ".

"Очень хорошо". Старик взглянул на Росса в поисках подтверждения. "Мы подумали, что тебя нужно будет убедить. И ради судов нам понадобится больше. Росс?"

Поняв намек, Росс продолжил разговор. "С вашего разрешения, Каллен хотел бы заказать генетический тест. Это достаточно просто. Техник из нашей местной больницы может быть здесь в течение часа, чтобы взять мазки с обоих ваших ртов. В течение сорока восьми часов тест ДНК предоставит неоспоримое доказательство того, есть ли у вас двоих кровное родство."

"Сорок восемь часов". Эйдан пожевала внутреннюю часть своего рта, размышляя. "Я надеялся быть в самолете сегодня позже".

"Конечно, " добавил Росс, " если тесты окажутся отрицательными, Каллен сдержит свое обещание отправить вас домой с авиабилетом первого класса и щедрой компенсацией за причиненные неудобства".

Эйдан рассмотрел предложение со всех сторон. Она могла бы уйти сейчас и всегда задаваться вопросом, была ли Мойра Каллена ее бабушкой. Или она могла отложить свое возвращение еще на два дня и знать без сомнения.

Еще два дня в этой прекрасной обстановке и щедрый чек за потраченное время.

Она перевела взгляд с Каллена на Росса. "Я думаю, что это отличная идея. И, как вы сказали, это устранит любые сомнения. Ты сейчас позвонишь в больницу?"

Росс кивнул.

"Тогда, если ты меня извинишь, я бы хотел пойти в свою комнату".

Каллен встал. "Росс проводит тебя наверх".

"Нет". На поверхности и так уже бурлило слишком много эмоций. Она была не в состоянии справиться с совершенно разными эмоциями, которые Росс вызывал каждый раз, когда оказывался рядом с ней.

Она попятилась. "Я привык заботиться о себе сам. Просто дай мне знать, когда прибудет техник ".

Прежде чем Каллен или Росс смогли отреагировать, она быстро вышла из комнаты и поспешила вверх по лестнице, стремясь обдумать все, что услышала.

Пять

Эйдан прошлась по комнате и обратно, ее мысли были в смятении. Дело было не столько в том, что ее разум отказывался принимать историю, рассказанную Калленом, сколько в том, что ему удалось посеять семя сомнения.

Что, если его Мойра действительно была ее бабушкой Морин? Что, если бы ребенок, которого она родила, был не от Эдварда Мартина, а на самом деле от Каллена?

"О, мама". Эйдан изо всех сил старалась сохранить образ своей милой, стойкой бабушки, которую она носила с собой, погружаясь в тонкости бизнеса своего мужа, предотвращая банкротство одной лишь силой своей воли.

Все, кто знал Морин Гиббонс, были поражены ее силой. На протяжении всего своего брака она всегда полагалась на Эдварда. Именно он выбирал их мебель, каждую новую машину, даже ее гардероб. Хотя он и не относился к той же категории, что и тиран, он определенно играл доминирующую роль в их браке.

Был ли он выбран не ею, а ее отцом? Был ли их брак только по расчету, чтобы скрыть позор, который она навлекла на своих родителей? Это многое объяснило бы в их отдаленных отношениях. Эйдан попыталась вспомнить, видела ли она когда-нибудь проявление нежности между своими бабушкой и дедушкой.

Услышав стук в дверь гостиной, она подняла глаза. "Милосердие?"

Снова раздался стук, за которым последовал звук открываемой двери.

Раздраженная, Эйдан прошла в смежную ванную и плеснула холодной водой на лицо, прежде чем поспешить в гостиную.

"Мне жаль". Увидев ее встревоженный взгляд, Росс остановился в дверном проеме. "Я предложил дать тебе больше времени, чтобы собраться с мыслями, но Каллен отказался ждать еще минуту. Он вне себя и послал меня извиниться за то, что расстроил тебя. Он умоляет вас взглянуть на некоторые вещи, которые он сохранил ".

"Я не могу. Я не готов..."

Он поднял руку. "За все годы, что я знаю Каллена Глина, я никогда не видел, чтобы он умолял. Это значит для него очень много. Ты, " сказал он для пущей убедительности, " и твое мнение о нем начали значить для него очень много.

"Я не тот, кем он хочет меня видеть".

"Так ты сказал. Но вы слышали его историю."

"И он услышал мой. То, что он хочет, чтобы моя бабушка была великой любовью всей его жизни, не делает это таковой ".

"У него есть документы..."

"Я тоже. Свидетельство о рождении, свидетельство о браке..."

", Который мог быть заполнен любым именем, особенно иммигрантами, которые отчаянно хотели скрыть свою личность. Ты знаешь, что это так, Эйдан."

"Мои родители, бабушка и дедушка жили обычной жизнью".

"Как и тысячи людей, которые хотят слиться с толпой".

"Остановись". Она потерла виски. "В твоих устах мои предки звучат как преступники".

"Они были хорошими людьми, которые считали, что ребенок, зачатый вне брака, является чем-то постыдным. Они пытались защитить не только свою репутацию, но и репутацию своей дочери. Ты слышал Каллена. Они считали его недостойным своего единственного ребенка. Итак, они начали новую жизнь в новой стране и убедили Мойру сделать то же самое. Может быть, она хотела начать все сначала. Может быть, она не любила Каллена так сильно, как он любил ее. Или, может быть, ее верность родителям была сильнее, чем слабая любовь к импульсивному молодому человеку. По какой бы причине, была ли она убеждена или вынуждена, что сделано, то сделано. Пути назад нет. Но, по крайней мере, пока вы ждете больничного техника, прочтите письма, которые Каллен писал своей Мойре на протяжении многих лет. Ни один из них так и не добрался до нее. Но он сохранил их, надеясь, что однажды сможет подарить их ей в доказательство своей любви. Это его самое заветное желание, чтобы вы прочитали его письма и просмотрели горы документов, которые он собирал годами в поисках любви всей своей жизни. А затем прислушайся к своему сердцу".

Она уставилась на стопку бумаг, которую он положил на кофейный столик. "Что ты получаешь от всего этого, Росс?"

Он выпрямился. "Я вижу, что человек, которого я люблю и уважаю, наконец-то получает шанс осуществить свою мечту".

Слова были сказаны так просто, она знала, что они исходили из его сердца.

Когда он направился к двери, она тихо сказала: "Хорошо. Я прочитаю его письма и документы. Но я ничего не могу обещать ".

К тому времени, как Росс спустился по лестнице, она уже устроилась на подоконнике, погрузившись в признания молодого Каллена Глина женщине, которую он любил и потерял.

Эйдан оторвала взгляд от последнего письма, ее глаза увлажнились. На что это было бы похоже, подумала она, любить кого-то так сильно, а затем столкнуться с потерей этой любви на всю жизнь?

Каллен излил все свои чувства на страницах своих писем. Опустошила его сердце и душу, пока она не задалась вопросом, осталась ли в нем хоть капля страсти. И все же он отказался прекратить поиски своей Мойры. Было множество запросов на информацию об иммигрантах из Ирландии по фамилии Фитцгиббон. Толстая папка, составленная частным детективным агентством в штате Нью-Йорк, документирующая каждого Фитцгиббона, который легально въехал в страну, и некоторых, кто нашел свой путь по незаконным каналам. И, наконец, она нашла текущий файл с некрологом своей матери из местной газеты.

Поиски всей жизни закончились смертью.

Эйдан встала, разминая затекшие мышцы, как раз в тот момент, когда раздался стук в дверь гостиной.

Она открыла ее и обнаружила Черити, готовую постучать снова.

"О". Девушка хихикнула. "Я думал, ты, возможно, дремлешь. Бриджит послала меня за тобой. В библиотеке есть больничный техник, ожидающий, чтобы провести тест."

"Спасибо, Черити". Эйдан последовал за девушкой вниз по лестнице, осознавая, что все, кто работал в ложе, знали, что происходит. Здесь не было никаких секретов.

В дверях библиотеки она остановилась. Каллен сидел за своим столом. Росс и незнакомец стояли у окна и разговаривали.

Они все обернулись, когда она вошла в комнату.

Каллен обошел свой стол, чтобы встать рядом с ней. Как будто, подумала она, чтобы защитить ее.

"Самый легкий тест, который я когда-либо проходил", - сказал он с усмешкой. "Быстро расчеши мою щеку, в трех экземплярах, просто чтобы быть уверенным, и мы закончили с этим". Он повернулся к молодому человеку в латексных перчатках. "Патрик, это Эйдан О'Мара. Эйдан, Патрик в больнице Святого Брендана. Он проведет тест ДНК ".

"Мисс О'Мара". Молодой человек протянул ей длинную пластиковую палочку с чем-то, напоминающим крошечную расческу на конце. "Если ты будешь так любезен, причеши рот на целую минуту и опусти расческу в этот флакон, пожалуйста".

"Расческа? Я думал, что буду вытирать рот тампоном ".

"Это то же самое. Мы называем это расчесыванием". Он взглянул на крошечную расческу. "Я уверен, ты можешь понять почему".

Она сделала, как он велел, довольная тем, что крошечная расческа легко отделилась от ручки, когда она опускала ее во флакон. Передав флакон, он запечатал его в пластиковый пакет, который тщательно пометил ручкой.

"А теперь еще раз", - сказал он, протягивая ей второй.

Она протерла другой участок рта, прежде чем опустить крошечную расческу в другой флакон.

Техник проделал ту же процедуру и вручил ей третий.

Когда она закончила, он повернулся к Каллену. "Результаты будут отправлены курьером в течение сорока восьми часов, мистер Глин, а возможно, и раньше. Как вы и просили, мы уделим этому первостепенное внимание ".

"Спасибо тебе, Патрик".

Когда он ушел, Эйдан коснулась рукой ее живота и удивилась чувствам, бурлящим внутри нее. Она должна испытывать облегчение. Теперь решение было не в ее руках и передано в умелые, безошибочные руки науки. Так или иначе, она и Каллен скоро узнают правду.

Старик дотронулся рукой до ее плеча, и она задалась вопросом, хотел ли он успокоить ее или себя. "Это было не так уж плохо, не так ли?"

"Нет". Она заставила себя улыбнуться. "Проще простого".

"Действительно". Он отвернулся. "Я приказал Шону пригнать машину, чтобы он отвез меня в Глинкилли. Не хотели бы вы пойти с нами?"

Она уже собиралась отказаться, когда ей в голову пришла мысль. "Я бы хотел этого. Я сказал Черити, что помогу ее отцу с цифрами для бухгалтерских книг Фермерского кооператива, если останусь здесь достаточно долго. Кажется, он чувствует себя подавленным. И поскольку у меня теперь есть сорок восемь часов, чтобы делать все, что мне заблагорассудится, это меньшее, что я могу для нее сделать."

Каллен выгнул бровь. "Ты хорошо разбираешься в цифрах?"

"Это то, что я сделал в банке. Я надеюсь, ты не возражаешь."

"Вовсе нет". Каллен повернулся к Россу. "Не хотели бы вы присоединиться к нам?"

"Прости". Росс направился к двери. "У меня здесь есть дела, которыми нужно заняться".

"Я только возьму свою сумочку и встретимся снаружи". Эйдан ушел.

"А вот и новое крыло школы". Каллен с гордостью указал на Академию Глинкилли, носящую его имя, где каменщики идеально подобрали новый камень к оригиналу, так что было невозможно отличить новое крыло от старого.

"И это то место, где собирается Фермерский кооператив". Он перевел взгляд с Эйдана на Черити, которая вызвалась прийти и представить их гостя своему отцу.

Машина остановилась, и Шон поспешил обойти, чтобы открыть пассажирскую дверь. Эйдан и Черити вышли.

Эйдан обернулся. "Сколько у меня есть времени?"

"Час или два. Этого будет достаточно?"

Она рассмеялась. "Я понятия не имею, в каком состоянии бухгалтерские книги, но я буду готов уйти, когда ты скажешь".

"Мисс О'Мара, ваша машина здесь".

Прошло почти три часа, прежде чем древний "Роллс-ройс" подъехал к дверям фермерского кооператива. Прежде чем он успел поспешить внутрь, чтобы забрать Эйдана и Черити, две молодые женщины вышли на солнечный свет в сопровождении четырех мужчин, которые все улыбались.

Пока Шон открывал пассажирскую дверь, каждый мужчина пожал Эйдан руку и поблагодарил ее за работу, которую она проделала от их имени.

"Если у вас будет возможность навестить нас снова, мисс", - сказал отец Черити с сильным акцентом, - "для нас было бы честью пригласить вас на ужин".

"Спасибо тебе. Если я когда-нибудь вернусь в ваш прекрасный город, для меня будет честью принять приглашение ".

Один из мужчин повернулся к Каллену и приподнял шляпу. "Она такая прекрасная молодая леди, сэр".

Остальные кивнули.

"Она сделала все это так просто. Она волшебница с числами, и теперь, когда столбцы цифр должным образом подсчитаны, мы не забудем, чему она научила нас в этот день ".

Эйдан обнял Черити, которая предпочла пойти домой пешком со своим отцом и остальными, а не возвращаться в сторожку.

Когда машина тронулась с места, мужчины все еще улыбались и махали.

"Что ж". Каллен повернулся, чтобы изучить молодую женщину рядом с ним. "Кажется, ты произвел на парней неплохое впечатление".

"На самом деле все было очень просто. Просто столбцы цифр. Я показал им несколько приемов, чтобы они не расстраивались, когда цифры не совпадают ".

"Это было великодушно с твоей стороны, Эйдан".

Она покачала головой. "Мне это понравилось. Было приятно снова окунуть руку в работу. Я скучал по этому ".

Каллен замолчал, пока машина двигалась по знакомым проселочным дорогам. Затем, играя роль радушного хозяина, он начал указывать на интересные вещи, пока они снова не оказались дома.

"Если ты не возражаешь, моя дорогая, мне нужно закончить кое-какую работу в моем офисе".

"Я ничуть не возражаю".

Когда она уходила, в ее походке чувствовалась пружинистость. Она не была до конца честна с Калленом. Ей не просто нравилось работать с фермерами в городе; она была на седьмом небе от счастья от возможности снова работать.

Эйдан сидел на каменной скамье, наблюдая за птицами, плещущимися в фонтане. Журчание воды и аромат роз вокруг нее приносили ощущение покоя. Теперь она была рада, что искала уединения в саду. Это был идеальный контрапункт хаосу в ее душе.

Так много сомнений. Так много вещей, которые она всю жизнь считала само собой разумеющимися, теперь оказались под вопросом с тех пор, как приехала сюда.

С одной стороны, она хотела забыть все, что услышала этим утром. Образ испуганной молодой женщины, насильно разлученной со всем, что было утешительным и знакомым, только для того, чтобы оказаться в новом и неизведанном существовании, был слишком болезненным, чтобы размышлять. С другой стороны, это объяснило бы отсутствие нежности между ее бабушкой и дедушкой и яростную преданность ее бабушки своему единственному ребенку.

Была ли ее мать ребенком любви Мойры и Каллена? Как бы ей ни хотелось отрицать это, она обнаружила, что не может полностью отвергнуть эту идею. Она поймала себя на том, что сравнивает улыбку своей матери с улыбкой Каллена. Форма этой полной нижней губы, едва заметный намек на ямочку на левой щеке, изгиб брови. Несмотря на то, что у ее бабушки и дедушки были темные волосы с едва заметной проседью, ее мать преждевременно поседела. Теперь, когда она встретила Каллена, она поняла, что белые волосы ее матери были так похожи на его серебряную гриву.

Менее чем через сорок восемь часов она узнает правду.

Слишком взволнованная, чтобы сидеть дальше, она встала и пошла по извилистой тропинке, которая вела из розового сада в лесистую часть.

Когда она обогнула очередной поворот тропинки, она обнаружила, что стоит перед гостевым коттеджем.

Изнутри волкодавы подняли хор лая. Дверь открылась, и Росс приветствовал ее улыбкой. "Я вижу, ты решил немного осмотреться. Не хотели бы вы зайти?"

"Спасибо тебе".

Он придержал дверь, и она прошла мимо него в самый очаровательный коттедж.

Собаки окружили ее, принюхиваясь и любопытствуя. С тихим словом, сказанным Россом, они отступили в дальний конец комнаты.

Пятнистый солнечный свет лился через широкие окна, образуя узоры света и тени на блестящих паркетных полах.

"О, это прекрасно". Эйдан с интересом огляделся вокруг.

Открытые деревянные балки пересекали потолок, придавая помещению деревенский вид. Светлые оштукатуренные стены добавили ощущения света. Удобная мягкая мебель обладала определенной мужской привлекательностью. Стена книжных полок была заставлена томами в кожаных переплетах.

"Ваша юридическая библиотека?"

Он кивнул. "Кое-что из этого. У меня также есть офис в Дублине ". Он повел ее к маленькой кухне со стеклянной стеной, выходящей на вымощенный кирпичом внутренний дворик.

"Я как раз собирался налить себе чай со льдом". Он указал на кувшин на стойке. "Ты присоединишься ко мне?"

"Да. Спасибо тебе ".

Пока он наполнял два бокала, она огляделась. Комната, хотя и небольшая, была прекрасно обставлена: пол выложен испанской плиткой, столешницы из мрамора, круглый стеклянный стол и стулья, которые уютно вписываются в эркерное окно.

Он протянул ей запотевший бокал, прежде чем схватить кувшин. "Давай посидим во внутреннем дворике и насладимся солнечным светом, пока он не погас".

Она открыла французские двери и вышла, Росс последовал за ней. По его слову собаки выскочили наружу и убежали.

Несколько глубоких мягких кресел были расставлены для непринужденной беседы. Синий цвет подушек соответствовал синему цвету керамических горшков с красными розами и вьющимся плющом.

"Я вижу, что тебе нравятся красивые вещи".

Его глаза не отрывались от ее. "Я понимаю, да. Вот почему я, кажется, не могу перестать смотреть на тебя ".

Она слегка покраснела и заставила себя оглядеться. "Легко понять, почему ты предпочитаешь это ложе".

"Большинство людей сочли бы меня дураком за то, что я пренебрегаю роскошью ради простоты".

"Это не так просто. Это очаровательно".

Он просто улыбнулся и пригубил свой напиток. "Ты читал письма и документы Каллена?"

Она кивнула.

"Они ответили на какие-нибудь из твоих вопросов?"

Она сухо рассмеялась. "Если уж на то пошло, они просто вызвали еще больше вопросов. Я пытался выбросить из головы все эти новые подробности, но перестать думать о них невозможно. Каждый вопрос ведет к другому ".

"Например, как?" Он пристально наблюдал за ней.

"Почему моя бабушка казалась другой после смерти моего дедушки".

"Каким образом?"

Эйдан пожал плечами. "Она казалась... Бесплатно. Все эти разговоры о грандиозной поездке в Ирландию. Она была похожа на девушку, планирующую свой первый танец. И потом, есть моя мать. Почему она не была похожа ни на одного из своих родителей? Не только ее лицо или тип телосложения, хотя и это было. Но также и факт ее преждевременно поседевших волос. Оба ее родителя были едва седыми, когда умерли, с несколькими серебряными нитями. Она поседела в свои сорок, и к моменту смерти у нее была серебряная грива ".

"Как у Каллена". Он улыбнулся.

"Ты думаешь, это смешно".

Он покачал головой. "Я думаю, это семейная черта, и хотя ты пытаешься это отрицать, ты начинаешь верить".

"Может быть". Обеспокоенная, она отставила свой бокал на боковой столик. "Но потребовалось бы нечто большее, чем седые волосы или несколько старых любовных писем, чтобы убедить меня, что все, что я всю жизнь считал правдой, - ложь".

"Это случается чаще, чем ты думаешь. Взрослым детям после смерти родителя говорят, что они были усыновлены, или узнают, что женщина, которую они называли матерью, на самом деле была их биологической бабушкой, покрывая ошибку слишком юной дочери. Хотя мы можем желать иного, в жизни не все чисто и опрятно."

"Знание того, что это случается с другими, ничуть не облегчает принятие. Интересно, были бы вы столь же философичны, если бы это происходило с вами. Как бы ты отнесся к тому, чтобы уличить свою мать во лжи?"

Его улыбка осталась на месте, хотя в глазах промелькнули эмоции. "Я должен был бы знать свою мать, чтобы уличить ее во лжи. И поскольку она исчезла из моей жизни до того, как я стал достаточно взрослым, чтобы говорить, это было невозможно ".

Эйдан почувствовал прилив раскаяния. "Мне жаль. Я не имел права..."

Он посмотрел мимо нее и, казалось, почувствовал почти облегчение, когда поднялся на ноги. "Каллен. Мы с Эйданом пьем чай со льдом. Ты присоединишься к нам?"

"Я буду. Спасибо. Мужчина постарше удобно устроился на стуле рядом с ней и начал гладить двух собак, которые подбежали, чтобы поприветствовать его.

Росс вернулся со стаканом и налил ему выпить.

Каллен сделал глоток. "Тебе понравились сады, моя дорогая?"

"У меня есть. Почти так же, как мне нравится коттедж Росса ".

Каллен широко улыбнулся. "Мы с ним наслаждались многими ночами жарких дебатов здесь. Хотя я должен признаться, что с моей стороны жар, возможно, исходил от бутылки Bushmill's finest ".

"И много головной боли по утрам, как ты любишь мне говорить". Росс рассмеялся.

Она могла представить, как Росс и Каллен часто сидели здесь, обсуждая бизнес, политику или мировые дела.

Эйдан перевел взгляд с Каллена на Росса. "Кто чаще всего побеждает в дебатах?"

"Победителей не бывает", - твердо заявил Каллен. "Быть ирландцем - значит понимать, что радость дебатов заключается не в победе или поражении, а в самом споре".

"Ах. Так вот откуда это взялось. Мой отец часто обвинял меня в том, что я слишком наслаждаюсь хорошим спором. Теперь я узнаю, что это ирландец во мне ".

Каллен все еще улыбался, но его взгляд стал острее, и у нее создалось отчетливое впечатление, что он искал в ее лице частички себя. Разве она не была виновна в том, что делала то же самое, когда думала, что он не заметит?

Росс наблюдал за ними обоими и держал свои мысли при себе.

"Что еще тебе нравится, моя дорогая?" Каллен потягивал чай со льдом и продолжал изучать ее.

"Хорошие книги".

"Вымысел или нет?"

Не задумываясь, она сказала: "Научная литература. Обычно. Я поглощаю биографии".

Они с Россом обменялись взглядами. "А какой у тебя вкус в музыке?"

"Я люблю все это, я полагаю. Но особенно классический. В частности, оперы."

Он выгнул бровь. "У тебя есть любимый?"

"Мне нравится все, что я видел. Но я всегда плачу по мадам Баттерфляй ".

Он улыбнулся на это. "Ты играешь на каком-нибудь инструменте?"

"У меня никогда не было уроков, поэтому я играю не очень хорошо, но я играю на пианино для собственного развлечения. И я был известен тем, что брал скрипку и играл пару мелодий ".

"Есть еще какая-нибудь великая любовь?" Он сделал паузу. Улыбнулся. "Я должен прояснить это. О ком ты можешь говорить?"

Она засмеялась, наслаждаясь поддразниванием. "Никакого особенного мужчины, если это то, о чем ты спрашиваешь. Но я действительно люблю заниматься садом. Это то, что разделяли мы с моей матерью ".

Он наклонился вперед. "Твоей матери дали подходящее имя. У ее тезки, моей матери, был сад, которым восхищались все в нашем округе. Клянусь, она могла бы воткнуть в землю сухую ветку, и она расцвела бы для нее ".

Он увидел, как улыбка Эйдана исчезла. "Прости меня, моя дорогая. Я не хотел давить. Это просто..." Он развел руками. "Когда я слышу, как ты говоришь, мне кажется, что я знаю тебя всю жизнь. Я забываю, что для тебя все это ново и неловко ".

Она удивила саму себя, потянувшись, чтобы взять его за руку. "Ты добрый человек, Каллен Глин, и я не хочу причинять тебе боль еще больше, чем тебе уже причинили. Я признаю, что я озадачен всеми сходствами между моей семьей и той, которую вы искали. Но я не могу отбросить свои убеждения всей жизни из-за нескольких совпадений ".

Держа ее руку в своей, он осушил свой бокал и поднялся на ноги. "Ты прав, конечно. Прости нетерпение старика. Мы получим наши ответы достаточно скоро. Почему бы нам не подняться в лодж и не посмотреть, что Кэтлин приготовила нам на ужин?"

Он повернулся к Россу. "Ты присоединишься к нам?"

Росс быстро покачал головой. "Не сегодня. У меня есть кое-какая работа, о которой нужно позаботиться ".

"Ты можешь сделать это позже. Приди. Присоединяйтесь к нам".

Росс мягко улыбнулся старику. "Я подозреваю, что вам с Эйданом найдется о чем поговорить. Может быть, я зайду позже выпить кофе ".

"Твоя потеря". Каллен положил руку Эйдана на сгиб своей руки. "По дороге в домик я покажу тебе мои любимые розы. Мы с Мойрой когда-то планировали заселить ими наш двор ".

Росс смотрела, как они уходят, затем откинулась на спинку стула, лениво почесывая за ушами Майо, пока Мит не оттолкнула ее в сторону. "Ревнуешь, да?" Он взглянул на старика и молодую женщину, идущих по тропинке рука об руку. "Я бы знал кое-что об этом".

Шесть

"Бриджит". Каллен откинулся назад, когда пожилая женщина убрала его тарелку. "Не забудь сказать Кэтлин, что это был самый вкусный лосось, который я когда-либо пробовал". Он взглянул на Эйдана. "Что ты об этом думаешь, моя дорогая?"

"Я согласен". Она вздохнула. "И эти крошечные картофелины и морковки прямо с грядки. Вы бы потратили целое состояние на что-нибудь настолько свежее в ресторане ".

В очередной раз они отказались от стола размером с банкетный в пользу маленького круглого стола, установленного в углу комнаты возле ряда окон, выходящих в сады. В течение последнего часа они говорили о книгах и музыке, обнаружив, что каждому из них нравятся одни и те же авторы, и они даже описали одни и те же сцены из нескольких своих любимых опер.

В то время как Каллен, казалось, наслаждался каждым новым открытием, для Эйдана было жутким чувством иметь такую близкую связь с незнакомцем. За исключением того, что чем больше времени она проводила с Калленом Глином, тем менее чужим он казался.

"Почему бы нам не выпить кофе с десертом в библиотеке?"

Она кивнула. "Но только кофе. Боюсь, у меня нет места для десерта после этого замечательного ужина ".

Он с улыбкой повернулся к Бриджит. "Просто кофе, Бриджит. Мы будем в библиотеке".

Оказавшись там, Каллен наблюдал, как Эйдан изучал фотографии, разложенные на боковом столике.

"Твоя мать?" Она указала на пухлую женщину, обнимавшую молодого Каллена.

"Да". Он подошел и встал рядом с ней. "Ты бы полюбил ее".

Эйдан услышал привязанность в его голосе.

"Это Росс?" Она подняла фотографию в рамке, чтобы получше рассмотреть.

"Действительно. Это было сделано, когда он впервые переехал жить ко мне ".

"Такой молодой?" Она удивленно подняла глаза. "Я имею в виду... Я думал, он просто твой адвокат."

"Он есть. Сейчас считается одним из лучших в стране. После университета здесь он учился в Оксфорде, а затем в вашей стране, в Гарварде."

Она вгляделась в фотографию. "Но вот он..."

"Шестнадцать". Каллен усмехнулся. "Вам было бы трудно распознать в этом неотесанном юноше того же самого лощеного мужчину, который убедил судей и присяжных по всей Ирландии в пользу своих клиентов".

Они оба подняли глаза, когда Бриджит внесла серебряный кофейный сервиз и наполнила две чашки, прежде чем уйти.

Эйдан и Каллен устроились в креслах, придвинутых к камину.

Каллен размешал сахар в своем кофе. "Что ты думаешь о Россе?"

Эйдан пожала плечами, желая, чтобы она могла уклониться от вопроса. "Он очаровательный, умный и забавный. И, без сомнения, предан тебе".

Каллен рассеянно кивнул. "Не больше, чем я для него".

"И все же вы не родственник?"

Он поднял взгляд. "Ни в каком юридическом смысле. Но без Росса Делани, я сомневаюсь, что сидел бы здесь ".

"Что это значит?"

"Много лет назад Росс спас мне жизнь. Я был в Дублине по делам и встретил старого друга в пабе. Мы немного перебрали с выпивкой, и когда я уходил, я свернул не туда и оказался в незнакомом районе. Я был идеальной мишенью для панков, и пара из них напала на меня." Он покачал головой. "Я воображал себя довольно хорошим бойцом, но я не мог сравниться с теми уличными хулиганами. Мне надрали шкуру, когда внезапно один панк упал, другой вскрикнул, и все они с визгом, как баньши, убежали в ночь ".

"Росс?"

Он кивнул. "Он появился из ниоткуда и отбивался от них, как одержимый. Я был окровавлен с головы до ног, и этот жилистый парень, который выглядел так, словно не мог поднять мешок картошки, отнес меня в отель, оттащил в мою комнату и вымыл меня, прежде чем уложить в постель и вызвать домашнего врача ". Он нахмурился, вспоминая. "Утром я был один. Я шел по той же улице, давая его описание всем, кого мог найти. Никто не утверждал, что знает, кем был этот парень. Но в конце концов девушка, которая занималась своим ремеслом на улицах, сказала, что это, должно быть, Росс Делани. Она показала мне , где он проводил большинство ночей, и, конечно же, он был там, спал в дверях заброшенной фабрики, моя кровь все еще была на его одежде ".

"Он спал на улице?"

"Он был, да".

Она подумала о том, что сказал ей Росс. Его мать ушла прежде, чем он смог заговорить. "Где была его семья? Кто его вырастил?"

"Из того, что я узнал, он в значительной степени поднял себя. Он жил со своим отцом примерно до восьмилетнего возраста, когда, будучи избитым почти до бесчувствия в пьяной ярости, Росс ушел."

Эйдан подумала о том факте, что она никогда не видела, чтобы Росс пил алкоголь. Теперь она поняла почему.

"Он просто ушел? В восемь? Куда вообще мог пойти мальчик в таком возрасте? Как он мог выжить?"

"Он прятался на улицах Дублина. Узнал от других парней, где можно найти лучшие остатки еды и где безопасно спать ".

"А как же школа?"

"Он почти не учился, когда я впервые встретил его. Я предложил ему деньги за спасение моей жизни. Он отказался от моих денег, хотя я видел, что он отчаянно в них нуждался." Каллен уставился в свой кофе. "В этом парне было что-то настолько благородное, что меня потянуло к нему. К тому времени я приобрел огромное богатство, и не с кем было им поделиться. Мои поиски Мойры продвигались плохо, и мне нужно было на чем-то или ком-то сосредоточиться. Вытащить парня из этого жалкого существования стало моей миссией ".

"Как ты убедил его доверять тебе?"

Каллен улыбнулся. "Это заняло некоторое время, но я могу быть очень убедительным, когда у меня есть желание. Я привел его сюда и нанял наставников, чтобы посмотреть, на что он способен. К их и моему изумлению, мы обнаружили, что у него был прекрасный ум и любознательная натура, а поскольку он так долго был предоставлен самому себе, он намного превосходил большинство парней своего возраста. Вскоре он стал преуспевать в учебе, и я понял, что он может делать все, что ему взбредет в голову ".

"А как насчет его семьи? Он когда-нибудь пытался связаться с ними?"

Каллен быстро покачал головой. "Они надругались над ним и бросили его задолго до того, как он бросил их. Зачем ему вообще оглядываться назад?"

Действительно, почему? Она обдумала все, что ей только что рассказали об очаровательном Россе Делани.

"И вот, по какому-то странному повороту судьбы, уличная драка подарила мне сына, которого у меня никогда не было. И как настоящий сын, он теперь разделяет мою жизнь ".

"Это великодушно с твоей стороны".

"Вовсе нет. Он на самом деле спас тонущего человека. Я тонул в жалости к себе. Несмотря на то, что я уже сколотил состояние, я сильно пил, и моя жизнь не имела направления. Сначала я думал, что оказываю услугу этому бедному парню, оказавшемуся в нужде. Но, в конце концов, именно Росс помогал мне, учил меня. Услышав о жестоком обращении его отца, я бросил пить. Теперь, в тех немногих случаях, когда я позволяю себе это, мне стоит только подумать о том, через что прошли некоторые из-за чужого пьянства, и это мгновенно отрезвляет меня. Именно Росс указал на бедность городка Глинкилли и на то, как можно использовать мое состояние, чтобы что-то изменить. Я был слишком эгоцентричен, чтобы думать о чем-то, кроме собственной боли, пока Росс не указал мне путь. Итак, ты видишь, моя дорогая, его любовь и верность вознаградили меня много раз. И это был Росс, который, поскольку он отказался прекратить мои поиски, наконец-то нашел твою мать, а через ее смерть - тебя."

"Какой удивительный поворот событий..."

Они оба подняли глаза, когда Росс в сопровождении Мита и Майо вошел в комнату. Его волосы были взъерошены ветром; его щеки раскраснелись от ночного воздуха. Он выглядел грубым и опасным, и его глаза, когда он смотрел на Эйдана, были бурными.

"Бриджит сказала, что я найду тебя здесь".

"Ах, Росс". Каллен указал на стул рядом с Эйданом. "Иди погрейся у огня. Почему бы тебе не занять то кресло рядом с Эйданом."

Было ли это ее воображением, или хитрый старик, казалось, сводил их вместе при каждой возможности?

"У нас с девушкой была прекрасная беседа. Я уверен, вас это не удивит, но мы обнаружили, что у нас много общего ".

Включая сильные чувства к некоему загадочному мужчине.

Эта мысль поразила Эйдан, и она поймала себя на том, что переводит взгляд со старика на молодого.

Ее тянуло к Россу Делани. И, как она полагала, его в равной степени тянуло к ней, или настолько сильно, насколько такой мужчина, как он, мог быть.

Но это не означало, что они должны были действовать в соответствии со своими чувствами. В течение сорока восьми часов она должна была лететь обратно в Америку.

Почему этот факт внезапно заставил ее похолодеть?

"... не так ли, моя дорогая?"

Она оглянулась. "Прости. Кажется, я сплю ".

Она заметила, что Росс наблюдает за ней чересчур внимательно, и почувствовала, как краснеют ее щеки.

"Не извиняйся. Это был непростой день для нас обоих." Каллен нежно улыбнулся ей. "Нам обоим нужно хорошенько выспаться ночью".

Она кивнула. "Ты прав. А теперь я пожелаю тебе спокойной ночи".

"Спокойной ночи, моя дорогая. Я с нетерпением жду утра. Росс, почему бы тебе не проводить Эйдан в ее комнату?"

"Нет". Она быстро заговорила, прежде чем повернуться к Россу. "Пожалуйста, останься и навестикуллена. Спокойной ночи."

Она отвернулась, желая убежать от темного, опасного приглашения в его глазах, которое говорило о подобной потребности в ее сердце.

Ее ноги действительно дрожали, когда она поднималась по лестнице и бежала в безопасность своей комнаты.

Эйдан стоял у окна и смотрел вниз на сады, которые выглядели так, как будто были залиты жидким лунным светом. Ветерок доносил аромат роз, дразня все ее чувства.

Она должна быть уставшей. Вместо этого она чувствовала странный прилив энергии. Она хотела списать это на возбуждение, которое испытывала, работая над бухгалтерскими книгами фермерского кооператива, но это было бы ложью. Это правда, что она скучала по своей работе. Пропустил острые ощущения от добавления столбцов цифр и удовлетворение от того, что все они сбалансированы. Но в данном случае причиной этого беспокойства была не работа, а мужчина.

Росс.

Она скучала по нему за ужином. Гораздо больше, чем она хотела признать. Скучала по нему, как по боли в сердце, которую невозможно унять. И позже, когда он вошел в библиотеку, она сбежала, как трус, вместо того, чтобы остаться и встретиться с ним лицом к лицу.

Она хотела остаться. Слушать этот глубокий, сочный голос и нежиться в сиянии этого знойного голубого взгляда. Вместо этого она сбежала.

И все потому, что она хотела его. Хотела почувствовать его рот на своем, его руки на ней. Хотела этого с того самого момента, как впервые увидела его. И когда он осмелился прикоснуться к ней, поцеловать ее, внутри нее разразилась буря, которая угрожала утопить ее.

Она вздрогнула. В ее жизни были мужчины. Друзья, коллеги, возлюбленные. Никто и никогда не возбуждал ее так, как этот мужчина, одним лишь взглядом. Ни один из них никогда не касался чего-то глубоко внутри нее, как ему казалось, даже при том, что они разделили всего один краткий поцелуй.

Она прошлась по комнате, затем вернулась, чувствуя себя странно разбитой. У нее снова появилось чувство, что она теряет контроль. Как будто что-то извне манипулировало ею, как если бы она была марионеткой, и она была беспомощна что-либо сделать, кроме как идти вместе.

Не думая о последствиях, она выскользнула из ночной сорочки и надела платье из шелка цвета морской волны. Чтобы согреться, она взяла со скамеечки для ног одно из кашемировых покрывал и накинула его на плечи, прежде чем спуститься по лестнице.

Оказавшись в саду, она прошла по освещенной луной дорожке и вдохнула порыв холодного свежего воздуха, надеясь прочистить голову. Вместо этого, это только усилило ее потребность поторопиться. Поторопись.

Ее шаги были быстрыми, сердце бешено колотилось. Она отказывалась думать о том, что собиралась сделать. Может быть, это слишком смело, но было так мало времени. И она хотела, отчаянно нуждалась, добраться до Росса.

Когда она приблизилась к его коттеджу, две собаки поднялись из темноты и приветственно залаяли. Так же быстро они упали и замолчали.

Эйдан огляделся вокруг. Хотя она не слышала голоса Росса, она знала, что именно он отдал команду Мит и Майо.

И затем она увидела его. Он стоял в тени, все еще одетый так, как был в библиотеке, его волосы были взъерошены ветром, глаза полны ярости.

Ее голос звучал задыхающимся. "Я боялся, что ты будешь спать".

"Я не мог уснуть. Я ждал тебя." Он подошел ближе и взял ее за руку, привлекая к себе.

"Ты знал, что я приду?"

"Я почувствовал это. Я молился, чтобы ты сделал это ".

"А если бы я этого не сделал?"

"Я бы пришел к тебе". Он пригладил рукой ее волосы, все это время глядя ей в глаза. "Я изо всех сил пытался отрицать это с тех пор, как впервые увидел тебя. Борюсь с потребностью в тебе".

"Мы даже не знаем друг друга".

"Верно. Но невозможно отрицать то, что мы чувствуем ".

"Мы не обязаны действовать в соответствии с этим".

Он просто улыбнулся, той опасной улыбкой, от которой ее сердце бешено колотилось в висках.

"Росс, я..."

"Шшш". Он прикоснулся пальцем к ее губам и увлек ее внутрь коттеджа.

Одним плавным движением он развернул ее в своих объятиях, крепко прижимая к закрытой двери.

И затем его руки оказались в ее волосах, его рот слился с ее ртом, его поцелуй был таким горячим, таким голодным, он почти поглощал ее. Его тело было так плотно прижато к ее телу, что она могла чувствовать его каждой частичкой своего существа. Его грудь поднимается и опускается с каждым затрудненным вдохом. Его бешеное сердце бьется в такт с ее собственным. Его рот, этот умный, невероятный рот, двигался по ее губам, вознося ее выше, чем она когда-либо была, одним поцелуем.

Ее шаль упала на пол к их ногам, забытая в спешке. Когда его руки переместились к молнии на спине ее платья, она ахнула и отступила.

"Я не могу остаться. Это безумие".

"Не оставляй меня, Эйдан". Его рот проложил дорожку горячих, влажных поцелуев вниз по ее шее к ключице.

Она была ошеломлена потоком ощущений, которые пронзили ее.

Жар. Ей было так жарко, что, казалось, она не могла отдышаться.

Свет. За ее закрытыми веками калейдоскоп огней бил по ее чувствам.

Нуждающийся. Отчаянная, непреодолимая потребность охватила ее, и она знала, что должна бежать. Сейчас. В эту минуту. Или было бы слишком поздно.

"Я не могу этого сделать. Я не знаю, что на меня нашло, но ты должен поверить, что я чувствую, будто сбился с пути ".

Он прижался своим лбом к ее, борясь за дыхание. "Я действительно верю тебе, Эйдан. Для меня это то же самое. Я хожу по очень тонкой грани, и только что я почти пересек ее ".

Он открыл дверь. "Иди сейчас. И что бы ты ни делал, не оглядывайся назад ".

Она бежала по дорожке, ведущей к особняку. В спешке она даже не заметила, что забыла кашемировый плед.

Росс поднял его и зарылся в него лицом, вдыхая аромат ее одеколона, запах ее кожи и желая, больше всего на свете, побежать за ней.

Потребовалась вся его сила воли, чтобы оставаться там, где он был.

Семь

Эйдан вошел в солнечную столовую и наблюдал, как Каллен и Бриджит, склонив головы, быстро посмотрели на нее и отошли в сторону.

"Доброе утро, моя дорогая". Каллен подошел, чтобы поцеловать ее в щеку. "Как тебе спалось?"

"Прекрасно". Она задавалась вопросом, мог ли он вблизи увидеть недостаток сна в ее глазах. Она мерила шагами комнату, пока под утро, наконец, не провалилась в утомленный сон. Час спустя она проснулась с таким чувством, как будто пробежала много миль по чужому ландшафту. Но она задавалась вопросом, бежала ли она от чего-то или к чему-то? "И как тебе спалось?"

"Как ребенок". Он поднял глаза и увидел Росса в дверном проеме. "Ах, Росс. Доброе утро."

"Доброеутро".

Эйдан знал, что она пялится, но она, казалось, ничего не могла с собой поделать. На нем были выцветшие джинсы и черная водолазка. На его темных волосах блестели капли утреннего душа. Он был похож на гладкую, неугомонную пантеру, готовую наброситься на ничего не подозревающую добычу.

Она хотела быть этой добычей.

Каллен прочистил горло. "Боюсь, у меня плохие новости".

Эйдан и Росс разорвали зрительный контакт и посмотрели друг на друга.

"Фермерский кооператив проводит свое ежегодное собрание. Со всем этим волнением здесь, я чуть не забыл. Я не могу пропустить это ".

Росс был первым, кто пришел в себя. "Конечно, ты не можешь. Почему это проблема?"

Каллен пожал плечами. "Я надеялся устроить Эйдану экскурсию по собственности. Но теперь никто не знает, как долго я буду занят." Он сделал паузу, прежде чем добавить: "Ты не мог бы заменить меня, Росс?"

"Вовсе нет".

Каллен поймал руки Эйдана. "Я надеюсь, ты не возражаешь, моя дорогая. Уверяю вас, Росс будет таким же тщательным гидом, как и я ".

"Конечно, он будет. У нас все будет хорошо, Каллен. Но мне жаль, что ты не можешь быть с нами ".

"Ничего не поделаешь. Что ж, тогда." Он отвернулся. "Я попросил Шона пригнать машину. Меня, вероятно, не будет большую часть дня ".

Он подмигнул Бриджит, прежде чем крикнуть через плечо: "Я надеюсь, вы двое сможете извлечь из этого максимум пользы".

"Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы спасти этот день". Росс смотрел, как он идет к двери.

Когда Каллен ушел, Бриджит вытерла руки о фартук, выглядя взволнованной, как всегда. "Надеюсь, вы не возражаете, но Кэтлин решила приготовить омлет и тосты с деревенской ветчиной, чтобы у вас обоих было время осмотреть поместье. Она сказала, что была бы счастлива приготовить для тебя что-нибудь еще, если ты захочешь ".

Эйдан был занят тем, что разливал кофе в две чашки. "Завтрак, который Кэтлин уже приготовила, звучит превосходно, Бриджит. Она как будто прочитала мои мысли ".

Пожилая женщина кашлянула.

Эйдан заняла место за столом, и Росс сел рядом с ней. Они старательно избегали прикосновений, сидели скованно и выглядели крайне неуютно.

"А ты, Росс?" Пожилая женщина остановилась рядом с ним. "Вы хотели бы чего-нибудь еще?"

"Ничего. Спасибо тебе, Бриджит."

Эйдан оглянулся. "Где Чарити этим утром?"

"Сам дал ей выходной на выходные". Напевая какую-то мелодию, экономка вышла из комнаты и вернулась с их завтраком. Покончив с этим, она не появлялась до тех пор, пока Эйдан и Росс не закончили есть.

Убирая со стола, Бриджит выглянула в окно. "Если вы надеетесь провести для девушки экскурсию по поместью, вам следует подумать о том, чтобы сделать это как можно скорее, пока не начался дождь".

"Дождь?" Росс поднял глаза. "На небе ни облачка".

"Пока нет. Но поверь мне. Будет дождь".

Росс встал и придержал стул Эйдана. "Я планировал покататься этим утром. Как ты относишься к тому, чтобы осмотреть сельскую местность верхом на лошади?"

"О, могли бы мы?" Эйдан не смогла скрыть волнения в своем голосе. "Я не садился на лошадь с тех пор, как был ребенком".

Когда эти двое поспешили прочь, Бриджит наблюдала за ними с мечтательной улыбкой на губах, прежде чем вернуться к своим обязанностям по дому.

"Все это так прекрасно, Росс". Эйдан осадила своего скакуна на вершине холма и уставилась вниз на сцену внизу.

Раскинувшийся особняк напоминал замок, с его изогнутыми крышами, сверкающими на солнце. Вокруг него был изящный дендрарий, зеленые поля с овцами и крупным рогатым скотом и даже пчеловодческая ферма на соседнем склоне. "Я не знаю, как ты вообще можешь покидать это место хотя бы на день".

"Это прекрасно, не так ли?" Росс подвел свою лошадь рядом с ее. "Однажды я обвинил Каллена в том, что он волшебник. Когда он впервые начал реконструкцию, домик лежал в руинах, река была загрязнена старой фабрикой, а поля вокруг были под паром. Деревня Глинкилли была настолько бедна, что, казалось, не было никакой надежды когда-либо вернуть ее к жизни. И все же это здесь, все это выглядит как сверкающий драгоценный камень ".

Он посмотрел на начинающие сгущаться тучи. "Похоже на шторм, который предсказала Бриджит. Это быстро приближается. Нам лучше вернуться в конюшню".

"Я буду соревноваться с тобой". Эйдан одарила его усмешкой, прежде чем подтолкнуть своего скакуна к бегу.

Росс разразился смехом и присоединился к гонке.

К тому времени, как они загнали лошадей в стойла и вышли из конюшни, они почувствовали первые капли дождя.

"Как раз вовремя". Росс схватил ее за руку. "Я не думаю, что мы сможем сделать это до большого дома".

Они развернулись и помчались под дождем к его коттеджу.

Оказавшись внутри, они услышали раскаты грома. Несколько минут спустя небеса разверзлись, и шторм разразился по-настоящему.

Они вместе стояли у окон, наблюдая, как ветер кружит деревья в бешеном танце.

Долгие минуты они стояли и смотрели, каждый болезненно осознавая присутствие другого. Минуты шли, а шторм становился все сильнее, Эйдан повернулась к двери, потирая руки.

"Думаю, я выдержу дождь и вернусь в дом".

"Не уходи". Слова были вырваны из его горла.

"Росс, если я останусь..."

Он быстрыми шагами подошел к ней и прижал ее к себе.

"Мне жаль". Росс прижался ртом к пряди волос у ее виска.

"Что... о чем ты сожалеешь?"

"Это. Я думала, что смогу побороть это, но это слишком, Эйдан. Я хочу тебя слишком сильно. Здесь есть что-то более глубокое, сильное, чем просто моя воля ".

Она испустила долгий, глубокий вздох. "Я знаю. Я тоже это чувствую ".

Он уставился на нее сверху вниз, его взгляд был таким свирепым, что она на самом деле задрожала. А затем его губы накрыли ее, и она растворилась в поцелуе.

Когда они вынырнули, чтобы глотнуть воздуха, она прикоснулась пальцем к его губам. "Я пытался бороться, но правда в том, что я хочу тебя, Росс".

Это было правдой. Она должна была заполучить этого мужчину. Она на самом деле дрожала от потребности в нем.

"Я тоже хочу тебя, Эйдан".

А потом не было нужды в словах, когда они сошлись в буре страсти. С каждым прикосновением его губ, его языка, его умелых пальцев она чувствовала, что становится все горячее и горячее, пока ее не охватил огонь.

Поскольку ее ноги стали резиновыми, она схватилась за его талию для поддержки и наверняка упала бы, если бы он крепко не прижал ее к прохладному дереву двери.

Его руки нащупали молнию на ее платье, и он спустил его с ее плеч. Оно собралось у их ног, когда его ловкие пальцы расстались с кружевом, прикрывавшим ее груди.

Она не знала, как отчаянно хотела, чтобы его руки коснулись ее. Его рот последовал за ней, поднимая ее еще выше.

Когда он поднял голову, чтобы перевести дыхание, она воспользовалась этим моментом, чтобы разорвать на нем рубашку. Она услышала, как хлопнули пуговицы и покатились по полу, когда она отбросила его в сторону и потянулась к застежкам на его талии.

С его помощью его одежда вскоре присоединилась к ее одежде на полу вокруг них. Одним быстрым движением ее трусики-бикини были сорваны в сторону.

Теперь они могли свободно пировать. И сделал.

Она провела руками по мускулистым очертаниям его груди и плеч, затем проследовала ртом и затрепетала от его низкого рычания удовольствия.

"Кровать". Ей удалось произнести слова, несмотря на то, что горло сжалось от желания.

"Слишком далеко". Он приподнял ее, его рот все еще наслаждался ее ртом, пока он не врезался в мягкий диван.

Он притянул ее к себе, прежде чем растянуться рядом с ней. Наконец-то освободившись от каких-либо ограничений, они сошлись в огненной буре желания, которая потрясла их обоих.

Она вздрогнула, когда его руки и губы прошлись по ней, увлекая ее в дикую, головокружительную поездку, от которой у нее закружилась голова, в голове стало пусто.

"Я знал", - прошептал он ей на ухо. "Когда я впервые увидел тебя, я знал, что ты будешь здесь, со мной".

"Хотя я пытался отрицать это, я знал..." Прежде чем она смогла закончить, его рот накрыл ее в поцелуе, таком горячем, что она почувствовала, как тают ее кости.

Никто никогда не возбуждал ее так, как это. Темнота, опасность, исходящая от этого мужчины, разжигали жар, пока он не угрожал задушить ее.

В отчаянии она обвила руками его шею, притягивая его голову к себе для долгого, одурманивающего поцелуя.

Напротив его рта она прошептала: "Я хочу тебя, Росс. Сейчас".

"И я хочу тебя". Он поднял голову. "Посмотри на меня, Эйдан". Его голос был хриплым от желания.

Из-за накала страсти, который затуманивал ее зрение, она изо всех сил пыталась сосредоточиться. Его глаза были горячими и яростными и не отрывались от нее, когда он вошел в нее и начал двигаться.

С невероятной силой она соответствовала его ритму, двигаясь вместе с ним, поднимаясь вместе с ним.

Жар поднимался между ними, обжигая их плоть, увлажняя волосы, пока они напрягались, чтобы достичь самой вершины высокого, отвесного утеса.

На одно драгоценное мгновение они, казалось, зависли в воздухе. Затем, не отводя глаз, с колотящимися сердцами, они сделали этот последний шаг в космос.

"Росс". Его имя сорвалось с ее губ, когда она почувствовала, что взлетает высоко, затем еще выше, прежде чем разбиться вдребезги.

"Эйдан".

Она услышала, как он произносит ее имя, словно в молитве, когда она медленно возвращалась на землю.

Все еще соединенные, они лежали безвольной кучей рук и ног на узком, продавленном диване.

Росс прижался губами к ее лбу. "Что только что произошло?"

Ей удалось рассмеяться. "Я думаю, мы попали в шторм".

"Прости, я был так груб. С тобой все в порядке?"

"Я думаю, да. У меня все еще кружится голова. Ты?"

Он возвышался над ней. "Я не уверен. Думаю, мне лучше проверить ". Он коснулся поцелуем ее губ. "Хм. Это работает ". Он провел рукой вниз по ее боку, затем снова вверх, задержавшись на выпуклости ее груди. "Все по-прежнему работает просто отлично". Он поцеловал ее снова, медленно.

Прижавшись к ее губам, он прошептал: "Эта буря нарастала с тех пор, как ты вышла из машины Каллина. Но, может быть, теперь, когда мы покончили с этим, мы действительно можем подумать и поговорить ".

Она не смогла удержаться от ухмылки. "Ты хочешь поговорить?"

Его улыбка соответствовала ее. "Не совсем. Но я думал, что покажу тебе, что я могу быть цивилизованным ".

"Я понимаю. Цивилизованные. Я думаю, что немного поздновато для этого ".

Он запрокинул голову и зарычал. "Я думаю, ты прав. Хорошо, тогда, что бы ты подумал о том, чтобы присоединиться ко мне в моей постели?"

"Он больше, чем этот диван?"

"Многое".

"Хорошо". Она начала вставать.

Когда она поднялась на ноги, он подхватил ее на руки и вышел из комнаты, положив на середину своей большой кровати.

"Намного лучше". Она села и смотрела, как он устроился рядом с ней. "Итак, о чем бы ты хотел поговорить?"

"Давай оставим это на потом". Он одарил ее волчьей ухмылкой. "Я думал, что покажу тебе, что я не всегда так спешу".

"У тебя есть другая скорость?"

"Я знаю. Да. Просто наблюдай за мной." Он привлек ее к себе среди постельного белья и начал медленное, неторопливое исследование ее тела своим языком.

"Как ты думаешь, куда ты направляешься?" Росс схватил ее за запястье, когда она начала соскальзывать с кровати.

Они часами разговаривали, смеялись, любили друг друга, пока оба не насытились. Теперь, когда дождь закончился и вечерние тени легли пятнами на лужайку за окном, Эйдан наклонился, чтобы запечатлеть поцелуй на губах, и позволил ее свободной руке погладить его по щеке.

"Чтобы принять душ и одеться. Каллен вернется. Может оказаться неудобным объяснять Бриджит и Каллену, почему я пробираюсь сюда с опозданием и в беспорядке ".

"Чтобы сохранить лицо, вы намерены оставить меня в одиночестве и обделенности? Я вижу, в чем заключаются ваши приоритеты ".

Выражение его лица заставило ее сердце учащенно забиться. Он выглядел таким привлекательным, с растрепанными волосами и глазами, полными страсти. Как человек, которого всецело любили.

Своим самым надменным тоном она сказала: "Я живу для того, чтобы разбивать мужские сердца. Теперь, как Золушка, я боюсь часа колдовства. Я должен бежать, пока меня не обнаружили, босой и в лохмотьях".

"Даже в лохмотьях, Эйдан, я бы хотел тебя".

Ее сердце дрогнуло. Чтобы все было как можно проще, она просто улыбнулась. "Легко тебе. Тебе не обязательно сталкиваться с гневом Бриджит ".

Когда она двинулась прочь, он притянул ее обратно. "Ты не можешь оставить меня без поцелуя".

Она коснулась своими губами его губ и была поражена, когда он притянул ее ближе и терзал ее рот, пока ее сердце не начало биться чаще.

"Останься, Эйдан. Я покажу тебе все чудеса мира".

"Я думал, ты это уже сделал".

"О, но их так много больше".

Она отстранилась. "Ты делаешь это слишком заманчивым". Она отступила и на этот раз сумела пересечь комнату.

"Все в порядке". Он выскользнул из кровати и последовал за ней. "Меньшее, что я могу сделать, это потереть тебе спину".

Все еще смеясь, они вместе приняли душ.

Когда они одевались, Эйдан заметил кашемировый плед, который был аккуратно сложен на спинке стула.

Она выгнула бровь. "Я совсем забыл об этом".

Он просто улыбнулся. "Как хрустальная туфелька Золушки, она осталась после того, как ты сбежал. Мне понравилось, что это было здесь ". Его тон стал более глубоким. "Я скучал по тебе в ту минуту, когда ты вышел за дверь. Вот почему..." Он переплел свои пальцы с ее и придержал дверь. "На этот раз я не собираюсь выпускать тебя из виду".

Его слова тронули ее сердце и сделали ее такой невероятно счастливой, что она не могла перестать улыбаться, когда они рука об руку выходили из коттеджа и направлялись к домику.

Когда на землю опустились сумерки, шторм утих, оставив сады свежими и блестящими от дождевых капель.

Эйдан и Росс отошли друг от друга, прежде чем войти в библиотеку.

Каллен и Бриджит тихо беседовали, прижавшись друг к другу, перед ревущим огнем.

Старик поднял глаза с улыбкой и протянул Эйдану бокал шампанского в форме тюльпана. "Я надеюсь, ты нашла, чем заняться, пока меня не было, моя дорогая".

Она взяла стакан и сделала глоток. "У меня была прекрасная экскурсия по сельской местности верхом".

"Превосходно". Он протянул Россу стакан воды со льдом. "Спасибо, что заступился за меня, парень".

"Это было для меня удовольствием. Тебе пришлось ехать через настоящий шторм".

"Шторм?" На мгновение пожилой мужчина казался озадаченным. Затем широкая улыбка растянула его губы. "О. ДА. Шторм. Полагаю, в городе не так свирепо, как здесь. Вы двое ужинали?"

Эйдан кивнул. "А ты?"

"О, боже, да. Мы ужинали в пабе после нашей встречи. Вот, моя дорогая." Он указал на группу стульев перед камином. "Согрейся".

Каллен устроился рядом с Эйдан, в то время как Росс предпочла встать перед камином, откуда он мог наблюдать за ее выразительным лицом.

"Фермеры были впечатлены точностью ваших цифр. Они утверждали, что без вашей помощи им пришлось бы нанять фирму из Дублина, которая обошлась бы им в целое состояние. Благодаря тебе, Эйдан, они показывают самую большую прибыль за всю историю ".

"Я так рад". Эйдан отпила шампанского и бросила быстрый взгляд на Росса, который откровенно пялился, как будто не мог насытиться ее видом.

"Кооператив хотел бы заплатить вам за ваши услуги".

Эйдан покраснел. "Пожалуйста, поблагодарите их от меня и объясните, почему я должен отказаться от их щедрого предложения. Для меня было таким удовольствием иметь возможность делать что-то, что мне нравится, зная при этом, что я помогаю им. Для меня это достаточная награда ".

"Действительно". Ее ответ, казалось, чрезвычайно обрадовал Каллена. "У тебя великодушное сердце, моя дорогая. Но тогда я никогда в этом не сомневался. Ты происходишь из длинной череды щедрых душ".

Менее чем через час приятной беседы Каллен подавил зевок. "Боюсь, этот день меня измотал. Прости старику его усталость". Он поднялся на ноги. "Вы двое, оставайтесь и наслаждайтесь огнем".

Росс быстро покачал головой. "Я подумала, что могла бы устроить Эйдану экскурсию по садам при лунном свете. Ты присоединишься к нам?"

"Не сегодня. Я отправляюсь в свою постель ". Каллен наклонился, чтобы поцеловать Эйдана в щеку. "Я полагаю, курьер должен быть здесь к тому времени, как мы закончим наш завтрак".

"Так скоро?" Сердце Эйдан сжалось, и она оглянулась" чтобы увидеть, как Росс слегка нахмурился.

"Это положит конец неизвестности для тебя. Для нас обоих ", - добавил он, подумав. "Спокойной ночи, моя дорогая". Он выпрямился и подошел к Россу, положив руку на плечо молодого человека. "Спокойной ночи, сынок".

"Спокойной ночи, Каллен"."

Эйдан был тронут привязанностью между двумя мужчинами. Это согревало ее больше, чем огонь.

Росс открыл французские двери, ведущие в сады. Когда она собиралась последовать за ним, она обернулась и увидела Каллена и Бриджит, снова склонивших головы в тихой беседе.

В тот момент, когда она вышла на улицу, Росс схватил ее за руку и увлек глубже в тень.

"Это то, чего я хотел". Он притянул ее к себе, чтобы запечатлеть мягкие поцелуи от виска к подбородку, прежде чем завладеть ее ртом. "Только это".

Когда они отошли друг от друга, он повел ее по тропинке к своему коттеджу.

Она сдерживалась. "Я думал, ты собирался показать мне сады при лунном свете".

"И я так и сделаю". Он одарил ее злой усмешкой. "Посмотри скорее. Впитывай все это, проходя через это. Как только мы доберемся до моего дома, я не намерен снова выпускать тебя из своих объятий до утра ".

Их смех музыкой разнесся в ночном воздухе и донесся до библиотеки, где старик и женщина обменялись заговорщическими улыбками.

Восемь

Эйдан прокрался в домик и поднялся по лестнице. В уединении своей комнаты она разделась и встала под душ. Когда она вышла, завернутая в огромную банную простыню, она села за богато украшенный туалетный столик и высушила волосы, прежде чем одеться на день.

Она никогда не чувствовала себя такой живой. Такой наполненный радостью. Так сильно любимый.

И все из-за Росса Делани. Ей казалось, что она ждала этого мужчину всю свою жизнь. Он был веселым и забавным. Утонченный, но такой же приземленный, как любой мужчина, которого она когда-либо знала. У него была мягкая манера поддразнивать, вызывать у нее смех даже в разгар серьезного разговора.

Ее родственная душа.

Он был намного больше, чем она ожидала. Теплый и сентиментальный. И чертовски сексуальный.

Любовь с первого взгляда. Это была концепция, которую она долгое время презирала. Но нельзя было отрицать, что это случилось с ней. У нее кружилась голова, как у девушки на первом свидании. Легкие как воздух, счастливые и дико, безумно, глубоко влюбленные.

Глупо, конечно. Для Росса она была бы не более чем безобидным увлечением.

Женщина не была рождена, чтобы подходить Россу Делани. Говорят, он никогда не женится.

Эйдан утешала себя тем, что это не имело значения. Того, что она чувствовала к Россу, было достаточно для них обоих. И он никогда не узнает, потому что она никогда не призналась бы в своих глупых чувствах. Любовь, которую она испытывала к нему, будет ее тайной.

Услышав стук в дверь гостиной, она поспешила туда и увидела Бриджит с серебряным чайным сервизом в руках.

"Доброе утро, мисс. Я подумал, раз уж я услышал, что ты встал так рано, возможно, ты захочешь чашечку чая, прежде чем спуститься к завтраку."

"Спасибо тебе, Бриджит. Это так заботливо ". Она смотрела, как экономка ставит поднос на боковой столик. "У тебя есть время присоединиться ко мне?"

Пожилая женщина улыбнулась неожиданному жесту. Не то чтобы она была удивлена. За то короткое время, что Ласси была здесь, она доказала, что добра и внимательна ко всем, от Него самого до персонала и незнакомцев в фермерском кооперативе.

"Боюсь, что нет. Мне нужно заняться своими утренними делами." Бриджит уставилась прямо на Эйдана. "И, как вы можете себе представить, я буду присматривать за курьером".

Рука Эйдана потянулась к ее сердцу, когда оно быстро опустилось.

Бриджит налила чашку чая. "Каллен Глин - самый прекрасный мужчина, которого я когда-либо знала. Моему сердцу приятно видеть его таким счастливым, надеющимся, что, возможно, именно сегодня он узнает, что он дедушка. Просто подумай, после сегодняшнего все это могло бы стать твоим ". Она поставила чайник и протянула дымящуюся чашку Эйдану. "Конечно, это будет означать, что ему придется изменить свое завещание".

"Его воля?" Голова Эйдана резко вскинулась.

"Когда он попросил своих адвокатов составить его первоначальное завещание, он планировал оставить все молодому человеку, который спас ему жизнь. Наличие кровного родственника меняет все. Не то чтобы Росс был хоть сколько-нибудь против. Его любовь и верность Каллену Глину искренни и глубоки, и никогда не были связаны с состоянием или статусом. Тем не менее, это, несомненно, изменит отношения между ними ".

Увидев ошеломленный взгляд Эйдана, Бриджит зажала рот рукой. "Ну вот, я иду. Снова сбегаю в рот. Говорим о вещах, которые меня не касаются. Это всегда было моим самым большим недостатком ". Она отвернулась. "А теперь просто забудьте все, что я сказал, мисс, и наслаждайтесь своим чаем".

Она почти выбежала из комнаты в спешке, чтобы сбежать.

Когда дверь за ней закрылась, Эйдан сидел, уставившись в пространство. Через открытые окна она могла слышать успокаивающий шум фонтанов и ощущать чудесный аромат роз.

Разве не она назвала это раем?

И это было. Это было почти слишком идеально, чтобы быть реальным. Это все могло бы принадлежать ей. Если она действительно была внучкой Каллена, как он надеялся, ее жизнь, какой она ее знала, навсегда изменилась бы. Все ее долги были бы стерты. Дом ее детства можно было спасти или продать, в зависимости от ее прихотей. Ее будущее обеспечено навсегда.

Разве не этого хотел бы любой здравомыслящий человек? Почему же тогда ее сердце внезапно стало тяжелым, как камень, в груди?

Росс.

По праву все это должно принадлежать ему. Его имущество. Его состояние. Его наследие. Без Росса Каллен умер бы той ночью на улицах Дублина. Без Росса, который продолжил поиски, Каллен никогда бы не нашел свою потерянную любовь и дочь, которую он никогда не знал. Без Росса Эйдан не была бы здесь, не пробовала бы жизнь, настолько чуждую ей, что это было за пределами ее самого дикого воображения.

И теперь, вместо награды, которую Росс заслужил за годы любви и верности, все это может быть отнято. Если тесты ДНК покажут, что она внучка Каллена, Росс утратит все права на все это.

Мужчина, которого она полюбила, потеряет все, что принадлежало ему по праву, и все из-за нее.

Она встала так быстро, что чай выплеснулся через край ее чашки, обжигая пальцы. Она не обратила внимания, когда поспешила в спальню.

В глубине души она знала, что должна была сделать. И она должна действовать быстро, пока Каллен не проснулся и не прибыл курьер с информацией, которая может навсегда изменить их жизни.

Росс поднял глаза, когда Мит и Майо залаяли. Секундой позже раздался стук в дверь коттеджа. Он заставил собак замолчать, затем поспешил к Бриджит, которая выглядела запыхавшейся, ее волосы выбились из аккуратного узла, глаза были широко раскрыты и встревожены.

"Доброе утро, Бриджит. Что случилось?"

"Мисс О'Мара сказала, чтобы я передал вам это". Она протянула ему сложенную записку. "Это, должно быть, важно, потому что она сказала, чтобы я не отдавал это тебе, пока она не уйдет".

"Ушел? Ушел куда?"

Пожилая женщина пожала плечами. "Она звонила Шону, чтобы тот пригнал машину".

"Машина?" Он выглядел совершенно сбитым с толку. "Для чего?"

Пожилая женщина теребила край своего фартука, избегая его взгляда. "Я полагаю, она планирует отправиться в аэропорт. Я видел, как ее чемодан был собран."

"Уходишь? Итак, что все это значит?" С хмурым видом он прошел мимо нее.

"Ох. Когда ты увидишь ее, обязательно передай ей это ". Бриджит полезла в карман и достала толстый конверт. "Курьер только что доставил это, когда я шел искать тебя".

Он уставился на конверт, затем хлопнул им по раскрытой ладони, прежде чем удалиться.

Экономка смотрела ему вслед.

Как только он скрылся из виду, измотанный взгляд в ее глазах сменился широкой, довольной улыбкой.

Останавливаясь, чтобы почесать за ушами у каждой собаки, она сказала со вздохом: "Вы тоже можете пойти и посмотреть на фейерверк. Как бы все это ни обернулось, это должно оказаться действительно захватывающим, когда Он Сам, как всегда, дергает за все ниточки ".

Не потрудившись постучать в дверь гостиной, Росс распахнул ее и прошел через комнату в спальню. Чемодан Эйдана был закрыт и лежал на кровати. Она стояла у окна, высматривая машину.

Он пересек комнату, встал рядом с ней и бросил ее записку на подушку кресла у окна. "Что, черт возьми, ты думаешь, ты делаешь?"

Она закрыла глаза, проклиная его выбор времени. Еще несколько минут, и она могла бы избежать этой сцены. "Только то, что было сказано в моей записке, Росс. Я ухожу".

"Я умею читать. Ты не потрудился сказать мне, почему."

"Я понял, что последние несколько дней жил в мире грез. Это не мое право по рождению, Росс. Мне здесь не место ".

"Разве это решение тебе не следует обсудить с Калленом?"

"Он ослеплен потерей своей возлюбленной Мойры. Он так сильно хочет верить, что потерял всякую реальность ".

"О, ты хочешь реальности?" Он передал конверт курьера. "Прочти это".

"Так скоро? Я надеялся..." Она уставилась на это с выражением ужаса. "Ты не читал это?"

"Это не мое, чтобы читать. Это твое. Твои и Каллена. Продолжай, Эйдан. Прочти это".

Вместо того, чтобы открыть его, она потрясла его до глубины души, разорвав на мелкие кусочки.

Он с шипением выдохнул и попытался остановить ее. "Ты с ума сошел?"

Она отстранилась, порвав последний из документов. "Я думаю, что был, в течение нескольких дней".

"В твоих словах нет никакого смысла, Эйдан".

Она выбросила клочки бумаги в корзину для мусора, прежде чем повернуться к нему. Хотя ей очень хотелось протянуть руку и прикоснуться к нему, она не осмеливалась, боясь потерять то немногое мужество, которое у нее еще оставалось. "Послушай меня, Росс. Вы с Калленом любите друг друга. А почему бы и нет? Ты его истинный сын".

"И он для меня больше отец, чем когда-либо был мой собственный".

"Без тебя Каллен никогда бы не стал тем, кем он является сегодня".

Росс качал головой. "Ты все неправильно понял. Без Каллена я все еще был бы уличным крутым парнем, возможно, доживающим свои годы в тюрьме. Может быть, мне следует рассказать тебе, какую жизнь я вела до того, как Каллен приютил меня."

"В этом нет необходимости. Он сказал мне."

"Но ты не..."

Она приложила палец к его губам, чтобы остановить его слова. Тепло его кожи под кончиком ее пальца вызвало легкую дрожь, пробежавшую вдоль ее позвоночника. "Я знаю, что благодаря Каллену ты стал лучшим человеком. И из-за тебя он тоже погиб. Ты стал для него смыслом жизни, для роста как личности. Это то, что семья делает для семьи. Родственница я или нет, я никогда не смогу любить Каллена так, как любишь ты. Я никогда не смогу повлиять на жизнь Каллена так, как ты ".

"И ради этого ты бы просто ушел?"

"Это не поэтому". Она покачала головой. "Почему я должен претендовать на его имущество? Есть ли смысл передавать все это мне из-за ошибки, которая была допущена два поколения назад? Разве ты не видишь? Ты должен отпустить меня ".

"Здесь происходит что-то еще". Росс выделял каждое слово для акцента. "То, что ты планируешь, эгоистично и жестоко, и теперь, когда я знаю тебя так хорошо, я знаю, что это не то, на что ты способен. Ты добрый, вдумчивый и щедрый, но никогда не был жестоким ".

Она отвела взгляд, задаваясь вопросом, как заставить его понять. "Было бы еще более эгоистично претендовать на то, что мне не принадлежит. Я не могу быть тем, кем хочет меня видеть Каллен. Я не могу здесь оставаться. Я не могу претендовать ни на что из этого, когда это по праву принадлежит тебе. Если я уйду, все между тобой и Калленом останется так, как было ".

Долгое мгновение он просто смотрел на нее, пока до него доходила правда ее слов. Она отворачивалась от всего этого из-за него.

Росс почувствовал, как в его сердце расцветает волна такой ослепляющей любви, что она схватила его за горло так, что он едва мог отдышаться.

Она любила его. Она делала все это, потому что любила его. Полностью. Бескорыстно.

Разве он действительно не верил, что такая любовь невозможна в этом мире?

Он боролся, чтобы заговорить сквозь камень, который образовался у него в горле, угрожая задушить его. "Эйдан, все это принадлежит Каллену. Делать с ним все, что ему заблагорассудится".

"Но он оставил это тебе. Сын, которого он всегда хотел ". Она почувствовала, как слезы защипали ей глаза, и яростно заморгала, чтобы не разрыдаться. "А теперь появился я и все испортил. Это все большая ошибка ".

"Ошибка?" Его глаза были горячими и свирепыми. "Была ли любовь, которую мы разделили прошлой ночью, ошибкой? А как насчет чувств, которые мы испытываем друг к другу? Ты хочешь сказать, что это тоже ошибка?"

Когда она не ответила, он сжал руки по бокам. Он хотел трясти ее, пока она не придет в себя.

Он хотел обнять ее. Просто обними ее. Но не сейчас. Не сейчас. Им нужно было вытащить все это наружу и оставить позади.

"Все это..." Она взмахнула рукой. "Ирландия. Это прекрасное поместье. Этот сказочный город, наполненный хорошими, трудолюбивыми людьми... Это все прекрасный сон, но для меня это всего лишь так. Сон. Теперь пришло время для правды ".

"Да. Истина." Он старался сохранять ровный тон. "Думаешь, ты справишься с этим?"

Когда она ничего не сказала, он продолжил. "Я хочу, чтобы ты остался, Эйдан. Не для Каллена, а для меня ".

"Я не могу остаться. Я говорил тебе, я..."

"Я знаю. Преисполненные решимости совершить благородный поступок и отойти в сторону, чтобы все это могло принадлежать мне ". Он боролся с диким водоворотом эмоций, угрожавших захлестнуть его. Он мог бы поклясться, что слышал, как играет музыка. Оркестр, звук нарастает, набухает в его сердце. Сердце, которое было разбито гневом и недоверием, и крепко закрыто от любого намека на доверие или нежность на протяжении всей его взрослой жизни. "Правда в том, что ты любишь меня. Ты готов отойти в сторону, потому что хочешь для меня лучшего ".

Эйдан отказывался смотреть на него.

"Мне нужно услышать слова, Эйдан. Скажи, что любишь меня".

Она посмотрела на свои руки и помолилась, чтобы ее голос не дрожал. "Может быть, я знаю. Но..."

"Ты действительно любишь меня". Он, наконец, смог улыбнуться. "Это было не так уж трудно, не так ли?"

Она все еще отказывалась смотреть на него. "Но я должен идти".

"Ты должен остаться".

"Почему?"

"Потому что я тоже люблю тебя, маленькая дурочка".

Любовь. От одного этого слова весь воздух покинул ее легкие. Она едва могла дышать. "Но имущество Каллена..."

"Находится в руках Каллена. Скажи мне, имеет ли значение, наследует один из нас или нет? Ты был бы готов жениться на мне, даже если бы у меня не было ни пенни?"

"Жениться? Я думал..." Она сглотнула и попробовала снова. "Мне сказали, что Росс Делани не из тех, кто женится".

"Я не был. До сих пор."

"А теперь? Что случилось, чтобы изменить твое мнение?"

"Ты. И это твое чертовски благородное сердце. У меня нет никакой защиты от этого ".

О, как ее бедное сердце забилось в груди. "Но что насчет Каллена?"

"Он должен найти свою собственную женщину".

Это заставило их обоих рассмеяться, разрушив ужасное напряжение, нарастающее между ними.

Наконец-то, с теплотой смеха, он смог заключить ее в свои объятия. Прикоснись к ней. Обними ее.

Он прижался губами к ее виску и зарычал. "Эйдан, я хочу, чтобы все это было с тобой. Любовь. Брак. Навсегда-после. Я не соглашусь на меньшее. Начинаем прямо сейчас. Сегодня. Сию минуту".

Когда его слова нахлынули на нее, и реальность того, что он сказал, начала доходить до нее, слезы наполнили ее глаза, и она с ужасом почувствовала, как они текут по ее щекам. "О, Росс. Ты любишь меня. По-настоящему люби меня".

"Я знаю. Да".

"И я люблю тебя. Искренне люблю тебя".

Он прижал ее ближе, нуждаясь почувствовать биение ее сердца в своей груди, в такт своему. "Слава небесам. Наконец-то мы можем говорить правду. Итак, вот моя правда, Эйдан. Когда я впервые увидел тебя, я почувствовал что-то настолько сильное, настолько могущественное, что не знал, как с этим справиться. Я знал только, что должен быть рядом с тобой. Видеть тебя, прикасаться к тебе. Чтобы иметь тебя. Я даже не знаю, когда похоть превратилась в любовь. Я люблю тебя так сильно, что не могу ни спать, ни есть, ни составить связное предложение. Теперь, наконец, я понимаю, через что прошел Каллен. Если бы ты бросил меня, мне пришлось бы провести остаток своей жизни в поисках тебя. Разве ты не видишь? Мы должны быть вместе. Я не смог бы вынести потери тебя ".

Эйдан удивлялся, что ее бедное сердце не просто разорвалось от счастья. Она сделала долгий, прерывистый вдох. "Я не жалею, что порвал результаты анализа ДНК. Но как это влияет на поиски Калленом семьи?"

"Я не уверен. Это будет полностью между тобой и Калленом ".

"А его имущество?"

"Это его дело - сохранить или отдать. Это не моя забота, и не твоя ".

"Но ты думаешь...?

"Тсс. Не думай." Он коснулся губами ее рта, чтобы не задавать дальнейших вопросов. Напротив ее рта он пробормотал: "Сейчас просто позволь мне обнять тебя, любовь моя".

Любовь. О, она никогда не слышала более сладкого, более прекрасного слова. Это наполняло ее до тех пор, пока она не взорвалась от радости, когда отдалась его поцелую.

Каллен и Бриджит стояли в гостиной, выглядывая из-за открытой двери, прислушиваясь к каждому слову. Когда молодая пара обнялась, они повернулись друг к другу с одинаковыми восторженными улыбками.

Бриджит покачала головой и прошептала: "Я бы не поверила в это, если бы не видела и не слышала это сама. Я действительно боялся, что ее не удастся отговорить от ухода. Но ты снова был прав ".

"Нет ничего лучше, чем быть молодым и безумно влюбленным". Каллен приложил руку к сердцу. "Я никогда не забуду это чувство".

Он бесшумно выскользнул из гостиной, сопровождаемый экономкой, и они вместе спустились по лестнице в его библиотеку.

Мит и Майо подняли глаза от ковра перед камином.

Каллен подошел к своему столу и долго и пристально смотрел на конверт, доставленный курьером. Он был идентичен тому, что был дан Эйдану.

Бриджит сцепила руки вместе. "Наконец-то у тебя есть научное доказательство того, является ли эта девушка твоей родственницей".

Он кивнул, но по-прежнему не сделал ни малейшего движения, чтобы открыть конверт.

Бриджит сцепила руки, ее брови нахмурились в замешательстве.

После очередной долгой паузы Каллен схватил конверт и подошел к камину, где бросил его в пламя.

У Бриджит перехватило дыхание. "О, нет! Что ты наделал?"

Он просто улыбнулся. "Мне не нужны научные доказательства, чтобы сказать мне то, что уже знает мое сердце. Я сделал мудрый выбор, ты не согласен? Я знал, что девушка была бескорыстной, видя, как она пожертвовала всем, чтобы заботиться о своей матери. Я знал, что у нее мудрое, сострадательное сердце, когда она согласилась на тест ДНК ради меня. И когда ты "случайно" сказал ей, что Росс будет лишен наследства в ее пользу, она отреагировала именно так, как я и предсказывал."

Бриджит вспыхнула от гордости. "В юности я была настоящей актрисой".

"И ты не потеряла хватку, старушка".

Она выгнула бровь. "Но вы сами сказали, что вам понадобятся результаты теста для суда".

Он покачал головой. "Я могу делать со своим состоянием все, что мне заблагорассудится. Мне не нужен суд закона. Мое сердце знает правду. И теперь у меня есть даже больше, чем я надеялся. Сын, которого я всегда хотел, отчаянно влюбленный в того, кого я знаю как своего собственного ". Его глаза искрились юмором. "О, я сделал мудрый выбор. Она единственная, кто достаточно хорош для Росса. Единственный, кому он мог бы достаточно доверять со своим хрупким, поврежденным сердцем. И Росс - единственный, кто заслуживает девушку с такой добротой, с такой порядочностью. Каждый из них заслуживал того, чтобы найти лучшую из возможных родственных душ ".

Пожилая женщина вытерла слезу со своего глаза. "Они действительно составляют идеальную пару".

Он усмехнулся. "Что они и делают. И вместе они дадут мне такую прекрасную семью, чтобы продолжить это наследие. Я бы сказал, что мое поместье, мой город и мой мир будут в очень хороших руках, когда я покину их ".

Когда он последовал за экономкой из комнаты, конверт и его драгоценные документы стали ослепительно белыми, рассыпав сноп сверкающих искр, которые заставили собак отступить.

Каллен обернулся. Вместо того, чтобы сгореть дотла, края бумаги свернулись в форме идеального сердца. В течение долгих мгновений он раскалялся докрасна, как будто был живым и пульсировал, прежде чем вылетел прямо в дымоход.

Старик улыбнулся. Он был волшебником, не так ли? Может быть. Может быть, и нет. Но в одном я был уверен. Он был человеком, который всю жизнь искал совершенную любовь. И разве не было великолепно, что теперь, после всего этого времени, это было прямо здесь, в этом самом месте?

Он не мог дождаться, когда увидит этот старый домик, до самых стропил наполненный любовью и смехом. И дети. О, так вот, это был действительно прекрасный план.

Эта мысль заставила его смеяться как сумасшедшего и потирать руки в предвкушении всего, что прекрасное, светлое будущее собиралось принести всем им.

***

Дж. Ди Робб

Выживший в смерти

Никаких романов. Никаких криминальных связей. ДНК отсутствует. Никаких зацепок. Ева Даллас, возможно, лучший полицейский в городе - не говоря уже о том, что в ее распоряжении щедрые ресурсы ее мужа, Рорка, - но дело Свишера ставит ее в тупик. Члены семьи были убиты в своих постелях с жестокой, военной точностью. Система безопасности по последнему слову техники была взломана, и убийцы использовали приборы ночного видения, чтобы найти дорогу в доме представителей высшего среднего класса. Очевидно, Даллас имеет дело с профессионалами. Единственной ошибкой, которую они допустили, было не заметить девятилетнюю девочку, съежившуюся в темноте кухни...

Теперь Никси Свишер сирота - и единственный свидетель, казалось бы, необъяснимого преступления. Дети - не сильная сторона Далласа. Но Никси нужно безопасное место для проживания, а Даллас должен раскрыть это дело. Не только из-за обещания, которое она дала Никси. Не только ради справедливости. Но также и для того, чтобы развеять некоторые из ее собственных самых мрачных воспоминаний - и глубочайших страхов. Со своим напарником Пибоди на работе и прикрывающим ее - и с Рорком, оказывающим такую помощь, которую только он может оказать - лейтенант Ева Даллас гоняется за тенями и твердо намерена выяснить, кто за ними стоит.

Ева Даллас и ее муж Рорк #23

Так будешь ты питаться Смертью, которая питается людьми,

А Смерть, однажды умершая, больше не умирает.

УИЛЬЯМ ШЕКСПИР

Все счастливые семьи похожи друг на друга; каждая несчастливая семья несчастлива по-своему.

LEO NIKOLAEVICH TOLSTOI

ПРОЛОГ

Поздним ВЕЧЕРОМ ЖЕЛАНИЕ ВЫПИТЬ АПЕЛЬСИНОВОЙ ШИПУЧКИ СПАСЛО НИКСИ жизнь. Когда она проснулась, по светящемуся циферблату наручного устройства jelly-roll, с которым она никогда не расставалась, она увидела, что было больше двух часов ночи.

Ей не разрешалось перекусывать между приемами пищи, за исключением продуктов из утвержденного матерью списка. И два часа ночи были где-то посередине.

Но она умирала от желания апельсиновой шипучки.

Она перевернулась и прошептала своей лучшей подруге во всей галактике Линни Дайсон. У них была вечеринка с ночевкой в школе, потому что мама и папа Линни отмечали свою годовщину в каком-то модном отеле.

Чтобы они могли заняться сексом. Мама и миссис Дайсон сказали, что это для того, чтобы они могли вкусно поужинать, потанцевать и все такое прочее, но это было ради секса. Джи-зус, ей и Линни было девять, а не двое. Они знали, что есть что-о.

Кроме того, как будто им было наплевать. Все это означало, что мама - Монстр правил - нарушила правила о школьных вечерах. Даже если бы им пришлось выключить свет в половине десятого - их было двое?-они с Линни отлично провели время.

До школы оставалось еще несколько часов, и она хотела пить. Поэтому она ткнула Линни в бок и снова прошептала.

"Проснись!"

"Не-а. Не утро. Все еще темно."

"Уже утро. Сейчас два часа ночи". Вот почему было так морозно. "Я хочу апельсиновую шипучку. Давайте спустимся и возьмем одного. Мы можем разделить это ".

Линни только хрюкала, что-то бормоча, откатилась в сторону и натянула одеяло почти на голову.

"Ну, я ухожу", - сказала Никси тем же шипящим шепотом.

Ей было не так весело одной, но теперь она уже никогда не сможет снова уснуть, думая о Шипучке. Ей пришлось пройти весь путь до кухни, потому что ее мать не разрешала ей держать в своей комнате автоповарку. С таким же успехом мог бы быть в тюрьме, подумала Никси, выбираясь из кровати. С таким же успехом она могла бы оказаться в тюрьме в 1950 году или что-то в этом роде, а не в собственном доме в 2059 году.

Мама даже установила детские коды на все домашние автозамены, так что единственное, что могли запрограммировать Никси или ее брат Койл, - это "осадок здоровья".

С таким же успехом можно есть грязь.

Ее отец сказал: "Правила есть правила". Ему очень нравилось это говорить. Но иногда он подмигивал ей или Койлу, когда их матери не было дома, и заказывал мороженое или картофельные чипсы.

Никси вроде как думала, что ее мама знала, и делала вид, что не знает.

Она на цыпочках вышла из своей комнаты, симпатичная маленькая девочка, только что ставшая долговязой, с волнистой массой платиновых светлых волос. Ее глаза, бледно-бледно-голубые, уже привыкли к темноте.

Тем не менее, ее родители всегда приглушали свет в ванной в конце коридора, на случай, если кому-нибудь понадобится встать и пописать или что-то еще.

Она затаила дыхание, проходя мимо комнаты своего брата. Если бы он очнулся, он мог бы рассказать. Он мог бы быть настоящей занозой в заднице. С другой стороны, иногда он мог быть довольно холодным. На мгновение она заколебалась, подумывая о том, чтобы пробраться внутрь, разбудить его и уговорить составить ей компанию в этом приключении.

Не-а. Было довольно пикантно ползать по дому в одиночестве. Она снова затаила дыхание, проходя мимо комнаты своих родителей, надеясь, что сможет остаться - на этот раз - в поле зрения своей матери.

Ничто и никто не пошевелился, когда она кралась вниз по лестнице.

Но даже когда она спустилась вниз, она была тихой, как мышка. Ей все еще приходилось обходиться без Инги, их домработницы, у которой были комнаты прямо рядом с кухней. Точно в цель. Инга была в основном в порядке, но она никогда бы не позволила ей уйти с апельсиновой газировкой посреди ночи.

Правила есть правила.

Поэтому она не стала включать свет и пробралась через комнаты в большую кухню, как вор. Это только добавило острых ощущений. Никакая апельсиновая шипучка никогда не была бы такой холодной на вкус, как эта, подумала она.

Она осторожно открыла холодильник. Внезапно ей пришло в голову, что, возможно, ее мать считала подобные вещи. Возможно, она вела своего рода учет безалкогольных напитков и закусок.

Но она прошла точку невозврата. Если бы ей пришлось заплатить определенную цену за приз, она бы побеспокоилась о том, чтобы заплатить его позже.

С поставленной целью в руках она прошаркала в дальний конец кухни, откуда могла следить за дверью в комнаты Инги и, если понадобится, нырнуть за кухонный стол.

В тени она сломала печать на тюбике, сделала первый запрещенный глоток.

Это так понравилось ей, что она скользнула на скамейку в том, что ее мать называла зоной для завтрака, и приготовилась наслаждаться каждой каплей.

Она как раз устраивалась, когда услышала шум и нырнула вниз, чтобы лечь на скамейку. Из-под него она увидела движение и подумала: попался!

Но тень скользнула вдоль дальнего прилавка, к двери комнаты Инги, и внутрь.

Мужчина. Никси пришлось зажать рот рукой, чтобы подавить смешок. У Инги был приятель по буги-вуги! И она была такой старой - должно быть, ей было по меньшей мере сорок. Похоже, мистер и миссис Дайсон были не единственными, кто занимался сексом сегодня вечером.

Не в силах сопротивляться, она оставила апельсиновую газировку на скамейке и выскользнула. Она просто должна была посмотреть, просто должна была увидеть. Поэтому она подкралась к открытой двери, тихонько вошла в маленькую гостиную Инги и направилась к открытой двери спальни. Она присела на четвереньки, просунула голову в отверстие.

Подожди, пока она не рассказала Линни! Линни была бы так ревнива.

Снова зажав рот рукой, с глазами, блестящими от смеха, Никси отодвинулась, наклонив голову.

И увидел, как мужчина перерезал Инге горло.

Она увидела кровь, ее дикий поток. Услышал ужасный, булькающий хрип. Глаза остекленели, она отшатнулась, ее дыхание с шипением вырывалось в ладонь. Не в силах пошевелиться, она сидела, прижавшись спиной к стене, и ее сердце бешено колотилось в груди.

Он вышел, прошел прямо мимо нее и вышел в открытую дверь.

Слезы потекли из ее глаз, стекая по растопыренным пальцам. Каждая частичка ее тела дрожала, когда она подползла, используя стул как щит, и потянулась к столу за карманным линком Инги.

Она зашипела на экстренный случай.

"Он убил ее, он убил ее. Ты должен прийти ". Она прошептала слова, игнорируя вопросы, которые произносил голос. "Прямо сейчас. Приезжайте прямо сейчас". И назвал адрес.

Она оставила 'link на полу, продолжая ползти, пока не достигла узких ступенек, которые вели из гостиной Инги на второй уровень.

Она хотела свою мамочку.

Она не убежала, не посмела. Она не встала. Ее ноги казались странными, пустыми, как будто кости в них расплавились. Она начала ползти на животе по коридору, рыдания застряли у нее в горле. И, к своему ужасу, она увидела тень - теперь две тени. Один вошел в ее комнату, другой - в комнату Койла.

Она хныкала, когда протаскивала свое тело через дверной проем спальни своих родителей. Она услышала звук, похожий на глухой удар, и прижалась лицом к ковру, в то время как ее желудок скрутило.

Она увидела тени, промелькнувшие в дверном проеме, увидела их. Слышал их. Хотя они двигались так, как будто это то, кем они были. Только тени.

Дрожа, она продолжала ползти мимо кресла в спальне своей матери, мимо маленького столика с разноцветной лампой. И ее рука скользнула по чему-то теплому, чему-то влажному.

Приподнявшись, она уставилась на кровать. На свою мать, на своего отца. На кровь, которая покрывала их.

1

УБИЙСТВО ВСЕГДА БЫЛО ОСКОРБЛЕНИЕМ, и так было с тех пор, как первая человеческая рука разбила камень о первый человеческий череп. Но убийство, кровавое и жестокое, целой семьи в их собственном доме, в их собственных постелях, было другой формой зла.

Ева Даллас, отдел по расследованию убийств полиции Нью-Йорка, размышляла над этим, стоя и изучая Ингу Снуд, сорокадвухлетнюю женщину. Семейный, разведен. Мертв.

Брызги крови и сама сцена рассказали ей, как это должно было быть. Убийца Снуд вошел в дверь, подошел к кровати, дернул голову Снуд вверх - вероятно, за светлые волосы средней длины, аккуратно провел лезвием - слева направо - поперек ее горла, перерезав яремную вену.

Относительно аккуратно, определенно быстро. Вероятно, тихий. Маловероятно, что у жертвы было время осознать, что происходит. Никаких ранений, полученных при обороне, никаких других травм, никаких признаков борьбы. Только кровь и мертвецы. Ева опередила и своего партнера, и место преступления до дома. Сообщение девять-один-один поступило в службу экстренной помощи, переданное черно-белому патрулю по соседству. Полицейские позвонили в отдел убийств, и она получила жетон незадолго до трех часов ночи.

У нее все еще были остальные мертвецы, остальные сцены, которые нужно было изучить. Она отступила назад, взглянула на униформу на посту в кухне.

"Сохраняйте эту сцену в тайне".

"Да, сэр, лейтенант".

Она прошла через кухню в разделенное пополам пространство - гостиная с одной стороны, столовая с другой. Доход выше среднего, проживание на одну семью. Хороший район Верхнего Вест-Сайда. Приличная охрана, которая не принесла ни Свишерам, ни их домашним ни капли пользы.

Хорошая мебель - подобранная со вкусом, предположила она. Все аккуратно и на своих местах, казалось бы. Никакой кражи со взломом, по крайней мере, с большим количеством легко транспортируемой электроники.

Она поднялась наверх, сначала зашла в комнату родителей. Кили и Грант Свишер, в возрасте тридцати восьми и сорока лет соответственно. Как и в случае с их экономкой, не было никаких признаков борьбы. Просто два человека, которые спали в своей постели, а теперь были мертвы.

Она окинула комнату быстрым взглядом, заметила дорогое мужское наручное устройство на комоде, пару женских золотых сережек на другом.

Нет, не кража со взломом.

Она отступила назад как раз в тот момент, когда ее напарница, детектив Делия Пибоди, поднималась по ступенькам. Хромает - совсем немного.

Не слишком ли рано она вернула Пибоди к активной деятельности? Ева задумалась. Ее партнер подвергся серьезному избиению всего три недели назад после того, как попал в засаду в нескольких шагах от ее собственного жилого дома. И Ева все еще представляла себе стойкую Пибоди, избитую, сломленную, без сознания на больничной койке.

Лучше всего отложить образ и чувство вины в сторону. Лучше вспомнить, как она сама ненавидела быть на медицинском, и что работа иногда была лучше, чем вынужденный отдых.

"Пятеро погибших? Вторжение в дом?" Слегка пыхтя, Пибоди указала вниз по ступенькам. "Униформа на двери заставила меня быстро убежать".

"Похоже, но мы пока не называем это. Прислуга внизу, комнаты рядом с кухней. Получил это в постели, с перерезанным горлом. Там хозяева. Та же схема. Двое детей, девочка и мальчик, в других комнатах на этом уровне."

"Дети? Иисус."

"Первый на месте происшествия указал, что это был мальчик". Ева подошла к следующей двери, попросила включить свет.

"Записи ИДЕНТИФИЦИРУЮТ двенадцатилетнего Койла Свишера". На его стенах были спортивные плакаты в рамках. Бейсбол выходит вперед. Часть его крови попала на туловище нынешнего левого полевого игрока "Янкиз".

Хотя на полу, на столе и комоде были останки подростка, она не увидела никаких признаков того, что Койл был предупрежден больше, чем его родители.

Пибоди сжала губы, прочистила горло. "Быстро, эффективно", - сказала она ровным тоном.

"Никакого взлома. Никаких сигналов тревоги не сработало. Либо Свишеры забыли их установить - и я бы не стал на это ставить - либо у кого-то были свои коды или хороший глушитель. Девушка должна быть здесь, внизу ".

"Хорошо". Пибоди расправила плечи. "Это сложнее, когда это дети".

"Так и должно было быть". Ева вышла в соседнюю комнату, включила свет и изучила пушистую бело-розовую кровать, маленькую девочку со спутанными от крови светлыми волосами. "Девятилетняя Никси Свишер, согласно записям".

"Практически младенец".

"Да". Ева осмотрела комнату, и ее голова склонилась набок. "Что ты видишь, Пибоди?"

"Какой-то бедный ребенок, у которого никогда не будет шанса повзрослеть".

"Две пары обуви вон там".

"Дети, особенно состоятельные, плавают в обуви".

"Две из тех сделок с рюкзаками, в которых дети таскают свои вещи. Ты уже запечатался?"

"Нет, я просто..."

"У меня есть". Ева вошла на место преступления, протянула запечатанную руку и подняла туфли. "Разных размеров. Иди и первым прибудь на место происшествия ".

Все еще держа туфли в руке, Ева повернулась обратно к кровати, к ребенку, когда Пибоди поспешила к выходу. Затем она отложила их в сторону, достала идентификационную карту из своего полевого набора.

Да, это было тяжелее, когда он был ребенком. Было тяжело взять такую маленькую ручку в свою. Такая маленькая, безжизненная рука, смотреть сверху вниз на молодых, у которых отняли столько лет, и все радости, всю боль, которые были с ними связаны.

Она прижала пальцы к блокноту, ожидая результатов.

"Офицер Граймс, лейтенант", - сказала Пибоди с порога. "Первый на месте происшествия".

"Кто вызвал это, Граймс?" Спросила Ева, не оборачиваясь.

"Сэр, неопознанная женщина".

"И где эта неопознанная женщина?"

"Я... Лейтенант, я предположил, что это был один из соперников."

Теперь она оглянулась, и Граймс увидел высокую худощавую женщину в мужских брюках и потрепанной кожаной куртке. Холодные карие глаза, плоские глаза полицейского, на лице с резкими чертами. Ее волосы были каштановыми, как и ее глаза, короткими, скорее порывистыми, чем гладкими.

У нее была репутация, и когда этот ледяной взгляд пригвоздил его к месту, он понял, что она это заслужила.

"Значит, наша девять-один-один заявляет об убийстве, а затем прыгает в постель, чтобы ей перерезали горло?"

"Ах..." Он был патрульным полицейским, за плечами которого было два года. Он не был в рейтинге убийств. "Этот парень, возможно, назвал это, лейтенант, а затем попытался спрятаться в кровати".

"Как долго у тебя был значок, Граймс?"

"Два года - в январе, лейтенант".

"Я знаю гражданских, у которых лучшее представление о месте преступления, чем у вас. Пятая жертва, идентифицирована как Линни Дайсон, девяти лет, которая, блядь, не проживает по этому гребаному адресу. Который не является Никси Свишер. Пибоди, начинай обыск в доме. Мы ищем еще одну девятилетнюю девочку, живую или мертвую. Граймс, ты идиот, объявляй янтарную тревогу. Возможно, она была причиной этого. Возможно похищение. Двигайся!"

Пибоди достала из своего набора баллончик с герметиком, поспешно опрыскала обувь и руки.

"Она могла прятаться. Если парень сообщил об этом, Даллас, она могла скрываться. Возможно, она боится выходить, или у нее шок. Она могла быть жива ".

"Начинай с первого этажа". Ева опустилась на четвереньки, чтобы заглянуть под кровать. "Выясни, какое подразделение, какое 'звено разместило девять-один-один".

"На этом".

Ева подошла к шкафу, обыскала его, протиснулась в любую часть комнаты, где мог спрятаться ребенок. Она начала, направляясь к комнате мальчика, затем остановилась.

Ты была маленькой девочкой, с тем, что казалось хорошей семьей. Куда ты пошел, когда все стало плохо?

Где-то, подумала Ева, ей самой никогда не приходилось бывать. Потому что, когда ей стало плохо, причиной была семья.

Но она обошла другие комнаты и вернулась в главную спальню.

"Никси", - тихо сказала она, пока ее глаза сканировали. "Я лейтенант Даллас, из полиции. Я здесь, чтобы помочь тебе. Ты звонишь в полицию, Никси?"

Похищение, снова подумала она. Но зачем убивать всю семью, чтобы похитить маленькую девочку? Легче забрать ее где-нибудь на улице, даже прийти, накачать ее транквилизаторами, вынести ее. Более вероятно, что они нашли ее, пытающуюся спрятаться, и она была бы где-нибудь, свернувшись калачиком, мертва, как и остальные.

Она потребовала включить свет на полную мощность и увидела пятна крови на ковре с дальней стороны кровати. Маленький кровавый отпечаток ладони, еще один и красный след, ведущий к главной ванной.

Необязательно, чтобы это была кровь ребенка. Скорее всего, родители. Более вероятно, но этого было чертовски много. Полз по крови, подумала Ева.

Ванна была большой и сексуальной, двойные раковины на длинной стойке персикового цвета и небольшой шкафчик для туалета.

Смазанный кровавый след запятнал красивые плитки пола пастельных тонов.

"Черт возьми", - пробормотала Ева и пошла по следу к толстым стенам из зеленого стекла душевой.

Она ожидала найти окровавленное тело маленькой мертвой девочки.

Вместо этого она нашла дрожащую форму живого.

У нее на руках, на ночной рубашке, на лице была кровь.

На мгновение, одно ужасное мгновение, Ева уставилась на ребенка и увидела себя. Кровь на ее руках, рубашке, лице, съежившаяся в морозильной камере. В этот момент она увидела нож, с которого все еще капала вода, в своей руке, и тело - мужчину, - которого она разрубила на куски, лежащее на полу.

"Иисус. О, Иисус." Она сделала спотыкающийся шаг назад, готовая бежать, кричать. И ребенок поднял ее голову, встретился с ней остекленевшими глазами и захныкал.

Она вернулась, сильно, как будто кто-то дал ей пощечину. Не я, сказала она себе, пытаясь выровнять дыхание. Ничего похожего на меня.

Никси Свишер. У нее есть имя. Никси Свишер.

"Никси Свишер". Ева произнесла это вслух и почувствовала, что успокаивается. Парень был жив, и у него была работа, которую нужно было сделать.

Один быстрый осмотр показал Еве, что кровь не принадлежала ребенку.

Даже с чувством облегчения, с напрягшимся позвоночником, она желала Пибоди. Дети не были ее сильной стороной.

"Привет". Она присела, осторожно постучала по значку, который прикрепила к поясу, пальцем, который теперь почти не дрожал. "Я Даллас. Я полицейский. Ты позвала нас, Никси ".

Глаза ребенка были широко раскрыты и остекленели. Ее зубы стучали.

"Мне нужно, чтобы ты пошла со мной, чтобы я мог тебе помочь". Она протянула руку, но девушка отпрянула и издала звук, похожий на загнанное животное.

Знаю, что ты чувствуешь, малыш. Просто как.

"Тебе не нужно бояться. Никто не причинит тебе вреда. " Держа одну руку поднятой, она другой полезла в карман за коммуникатором. " Пибоди, она у меня. Мастер ванны. Поднимайся сюда".

Ломая голову, Ева пыталась придумать правильный подход. "Ты позвала нас, Никси. Это было умно, это было храбро. Я знаю, ты напуган, но мы позаботимся о тебе ".

"Они убивали, они убивали, они убивали..."

"Они?"

Ее голова затряслась, как у разбитой параличом старухи. "Они убили, они убили мою маму. Я видел, я видел. Они убили мою маму, моего отца. Они убили..."

"Я знаю. Мне жаль."

"Я ползал по крови". Глаза огромные и стеклянные, она протянула свои измазанные руки. "Кровь".

"Ты ранен, Никси? Они видели тебя? Они причинили тебе боль?"

"Они убили, они убили ..." Когда Пибоди повернулась в комнату, Никси закричала так, как будто ее ударили ножом. И бросилась в объятия Евы.

Пибоди резко остановилась, ее голос звучал очень спокойно, очень тихо. "Я позвоню в Службу защиты детей. Она ранена?"

"Не то, что я могу видеть. Хотя и шокирующе."

Было неловко держать ребенка, но Ева обняла Никси и поднялась на ноги. "Она видела это. У нас есть не только выживший, но и очевидец ".

"У нас есть девятилетний ребенок, который видел ..." - Пибоди говорила вполголоса, когда Никси заплакала на плече Евы и мотнула головой в сторону спальни.

"Я знаю. Вот, возьми ее и ..." Но когда Ева попыталась оторвать Никси от себя, ребенок только сильнее прижался к ней.

"Я думаю, тебе придется".

"Ад. Вызовите GPS, вызовите кого-нибудь сюда. Начните запись, комната за комнатой. Я вернусь через минуту ".

Она надеялась передать ребенка одному из полицейских в форме, но Никси, казалось, приклеилась к ней сейчас. Смирившись и насторожившись, она отвела Никси на первый этаж, поискала нейтральное место и остановилась на том, что выглядело как игровая комната.

"Я хочу к своей маме. Я хочу свою маму ".

"Да, я понял это. Но вот в чем дело: ты должен отпустить. Я не собираюсь оставлять тебя, но ты должен ослабить хватку ".

"Они ушли?" Никси уткнулась лицом в плечо Евы. "Тени ушли?"

"Да. Ты должен отпустить, сядь здесь. Я должен сделать пару вещей. Мне нужно с тобой поговорить ".

"Что, если они вернутся?"

"Я им не позволю. Я знаю, это тяжело. Самое трудное ". В конце концов, она села на пол, а Никси все еще цеплялась за нее. "Мне нужно выполнить работу, вот как я могу помочь. Мне нужно..." Иисус. "Мне нужно взять образец с твоей руки, и тогда ты сможешь все вымыть. Ты бы почувствовал себя лучше, если бы тебя привели в порядок, верно?"

"Я получил их кровь..."

"Я знаю. Вот, это мой походный набор. Я просто собираюсь взять мазок для доказательства. И мне нужно сделать запись. Тогда ты можешь пойти в туалет вон там и привести себя в порядок. Запись включена", - тихо сказала Ева, затем отпустила Никси назад. "Ты Никси Свишер, верно? Ты живешь здесь?"

"Да, я хочу..."

"А я лейтенант Даллас. Я собираюсь протереть твою руку вот здесь, чтобы ты мог помыться. Это не будет больно ".

"Они убили моих маму и папу".

"Я знаю. Мне жаль. Ты видел, кем они были? Сколько их было?"

"На мне их кровь".

Запечатав тампон, Ева посмотрела на ребенка. Она вспомнила, каково это - быть маленькой девочкой, покрытой чужой кровью. "Как насчет того, чтобы помыться?"

"Я не могу".

"Я помогу тебе. Может быть, ты хочешь выпить или что-нибудь еще. Я могу..." И когда Никси разрыдалась, у Евы заболели глаза.

"Что? Что?"

"Апельсиновая шипучка".

"Хорошо, я посмотрю, если ..."

"Нет, я спустился, чтобы взять один. Я не должен был, но я спустился, чтобы взять одну, а Линни не хотела просыпаться и приходить. Я спустился на кухню и увидел."

Теперь, когда они оба были в крови, Ева решила, что с мытьем посуды придется подождать. "Что ты видела, Никси?"

"Тень, мужчина, который вошел в комнату Инги. Я думал... Я собирался посмотреть, всего на минуту, собирались ли они это сделать, вы знаете ".

"Сделать что?"

"Секс. Я не должен был, но я сделал, и я увидел!"

Теперь на лице парня были слезы и сопли, а также кровь. Не имея под рукой ничего другого, Ева вытащила тряпку для вытирания из своего полевого набора и передала ее.

"Что ты видел?"

"У него был большой нож, и он порезал ее, он сильно порезал ее". Она закрыла собственную руку на своем горле. "И там была кровь".

"Можете ли вы рассказать мне, что произошло потом?"

Когда хлынули слезы, она потерла салфетку и свои руки по щекам, пачкая их кровью. "Он ушел. Он не видел меня, и он ушел, а я подключился к связи Инги и вызвал скорую помощь ".

"Это стоячее мышление, Никси. Это было действительно умно ".

"Но я хотела маму". Ее голос надломился от слез и вытекающей слизи. "Я хотел папу, и я пошел через черный ход, через дорогу Инги, и я увидел их. Их двое. Они собирались войти в мою комнату и в комнату Койла, и я знала, что они сделают, но я хотела к своей маме, и я заползла, и на мне была их кровь, и я увидела их. Они были мертвы. Они все мертвы, не так ли? Все. Я не мог пойти посмотреть. Я пошел прятаться ".

"Ты поступил правильно. Ты поступил совершенно правильно. Посмотри на меня. Никси". Она ждала, пока эти мокрые глаза не встретились с ее. "Ты жив, и ты все сделал правильно. Поскольку ты это сделал, это поможет мне найти людей, которые это сделали, и заставить их заплатить ".

"Моя мама умерла". Забравшись на колени Евы, она плакала, плакала и плакала.

Было почти пять утра, прежде чем Ева смогла вернуться к Пибоди и работе.

"Как ребенок?"

"Не лучше, чем ты ожидал. С ней были социальный работник и врач. Приводил ее в порядок, проводил медосмотр. Мне пришлось поклясться, что я не выйду из дома, пока она сама не отстегнется ".

"Ты нашел ее, пришел, когда она позвала на помощь, что-то вроде этого".

"Она набрала девять-один-один по ссылке "Карман экономки", оттуда". Она познакомила Пибоди с расписанием Никси.

"Из того, что она смогла мне рассказать на данный момент, это соответствует тому, как это выглядит для меня - эффективная профессиональная работа. Входите. Обходите или глушите сигнализацию и систему безопасности. Одна из них - экономка. Это первое попадание. Она изолирована, на другом этаже, и сначала им нужно разобраться с ней, убедиться, что она не проснется, уловить запах и вызвать полицию. Другой парень, вероятно, наверху, готов действовать, если кто-нибудь там проснется. Затем они вместе убивают родителей ".

"По одному на каждого", - согласилась Пибоди. "Никакого шума, никакой борьбы. Сначала разберись со взрослыми. Дети не вызывают большого беспокойства ".

"Один забирает мальчика, другой забирает девочку. Они ожидают одного мальчика, одну девочку. Было темно, поэтому тот факт, что они убили не того ребенка, не обязательно означает, что они не знали семью лично. Они ожидали найти одну маленькую светловолосую девочку, и они нашли. Работа выполнена, и они уходят ".

"Никаких следов крови, ведущих из дома".

"Наденьте защитное снаряжение, снимите его, когда закончите. Никакой суматохи, никакой суеты. У вас есть время смертей?"

"О, два пятнадцать на экономку. Может быть, через три минуты после папы, мама сразу после. Еще минута или около того на каждого ребенка. Все заняло пять-шесть минут. Холодный и чистый".

"Не так чисто. Они оставили свидетеля. У ребенка сейчас проблемы, но я думаю, мы добьемся от нее большего. У нее есть мозг, и у нее есть позвоночник. Не кричит, когда видит, как ее домработнице перерезают горло ".

Она перевоплотилась в ребенка, представила те несколько минут, когда убийство тихо пронеслось по дому.

"В ужасе, она должна быть в ужасе, но она не убегает, чтобы ее поймали и зарубили. Она молчит и звонит девять-один-один. Бесстрашный."

"Что с ней теперь происходит?"

"Безопасное место, закрытое досье, охрана в форме, представитель Службы защиты детей". Холодные ступени, безличные стадии. Жизнь ребенка, какой она ее знала, закончилась примерно в два пятнадцать. "Нам нужно посмотреть, есть ли у нее другая семья, или есть законная опека. Позже сегодня мы снова поговорим с ней, посмотрим, что еще мы сможем выжать. Я хочу, чтобы этот дом был запечатан, как биодом, и мы начнем состязания для взрослых ".

"Папа был юристом - семейное право - Мама была диетологом. Частная практика, в основном из офисного помещения на нижнем уровне. Эти замки все еще на месте, и, похоже, в этой области ничего не было нарушено ".

"Мы смотрим на их работу, их клиентов, их личные данные. Такого рода хиты, они профессиональные, и они тщательные. Возможно, у одного из них или у обоих - или у домработницы - была побочная линия, связанная с организованной преступностью. Диетолог, может быть прикрытием для нелегалов. Поддерживайте клиента в тонусе и счастье простым способом ".

"Есть простой способ? Способ, который включает в себя неограниченные порции пиццы и никаких отвратительных похрустываний в животе?"

"Немного фанка, немного азарта как часть ваших основных групп питания". Ева повела плечом. "Возможно, она облажалась со своим поставщиком. Возможно, у одного из них был роман с неправильным номером, который плохо закончился. Ты собираешься уничтожить целую семью, у тебя чертовски хорошая мотивация. Посмотрим, обнаружат ли чистильщики что-нибудь на месте происшествия. Тем временем я хочу еще раз осмотреть каждую комнату самостоятельно. Я не получил многого от ..."

Она замолчала, услышав ровный стук обуви, и, обернувшись, увидела социального работника, с заспанными глазами, но опрятного, как церковь, входящего в комнату. Ньюман, вспомнила Ева. Беспилотник с GPS, и, судя по ее виду, она не слишком довольна ранним звонком.

"Лейтенант, врач не обнаружил никаких физических повреждений. Было бы лучше, если бы мы перевезли второстепенный объект сейчас ".

"Дай мне несколько минут, чтобы организовать охрану. Мой партнер может подняться наверх, собрать кое-какие вещи для нее. Я хочу..."

Она снова замолчала. На этот раз это был не постоянный перестук ботинок, а бег босиком. Все еще одетая в окровавленную ночную рубашку, вбежала Никси и бросилась на Еву.

"Ты сказал, что не уйдешь".

"Эй, стоящий прямо здесь".

"Не позволяй им забрать меня. Они сказали, что собираются забрать меня. Не позволяй им ".

"Ты не можешь оставаться здесь". Она оторвала пальцы Никси от своих ног, присела на корточки, пока их глаза не оказались лицом к лицу. "Ты знаешь, что не можешь".

"Не позволяй им забрать меня. Я не хочу идти с ней. Она не из полиции ".

"Я собираюсь послать полицию с вами и остаться с вами".

"Ты должен. Ты должен."

"Я не могу. Я должен работать. Я должен сделать то, что правильно для твоих мамы и папы, для твоего брата и твоего друга. Для Инги".

"Я не пойду с ней. Ты не можешь заставить меня пойти с ней ".

"Никси"...

"Привет". Приятным голосом, с не угрожающей улыбкой на лице, вмешалась Пибоди. "Никси, мне нужно минутку поговорить с лейтенантом - вон там. Пока никто никуда не денется, хорошо. Мне просто нужно поговорить с ней. Даллас?" Пибоди отошла в дальний конец комнаты, где они все еще находились в поле зрения Никси.

Даллас присоединился к ней.

"Что? Могу ли я сделать перерыв для этого?"

"Ты должен забрать ее".

"Пибоди, мне нужно провести более тщательный осмотр места происшествия".

"Я сделал одно, и ты можешь вернуться и сделать свое собственное".

"Значит, я поеду с ней в безопасное место? Потом она издевается надо мной, когда мне приходится оставлять ее с униформой. В чем смысл?"

"Я не имею в виду отвезти ее в безопасное место. Отведи ее домой. Нет более безопасного места в городе - возможно, на планете - чем твое жилище ".

Ева ничего не говорила целых десять секунд. "Ты что, с ума сошел?"

"Нет, и просто послушай сначала. Она доверяет тебе. Она знает, что ты главный, и она доверяет тебе обеспечивать ее безопасность. Она очевидец, и она травмированный ребенок. Мы вытянем из нее больше, обязательно вытянем, если она будет чувствовать себя в безопасности, если она устроится, по крайней мере, настолько, насколько это возможно. Несколько дней, как переходный период, прежде чем она попадет в систему. Поставь себя на ее место, Даллас. Вы бы чувствовали себя лучше рядом с ледяным, крутым полицейским или со скучающим, перегруженным работой GPS-дроном?"

"Я не могу нянчиться с ребенком. Я не экипирован ".

"У вас есть все необходимое, чтобы вытянуть информацию из свидетеля, и это дало бы вам полный доступ. Вам не пришлось бы проходить через неприятности с разрешением от GPS каждый раз, когда вы хотите допросить ее ".

Теперь Ева задумчиво оглянулась на Никси. "Вероятно, это займет всего день, максимум два. Соммерсет знает о детях. Даже если он мудак. Насколько еще большую травму она могла получить, глядя на его уродливое лицо, учитывая? В принципе, я бы предоставил жилье свидетелю. Большой дом".

"Это дух".

Ева нахмурилась, изучая лицо Пибоди. "Довольно умно для того, кто вернулся к работе всего на пару дней".

"Возможно, я еще не готов преследовать подозреваемых пешком, но мой разум? Острый, как всегда ".

"Очень плохо. Я надеялся, что сотрясение мозга и кома, возможно, повлияли на эту область, но вы получаете то, что получаете ".

"Подлый".

"Я мог бы быть злее, но сейчас пять утра, и я не выпил достаточно кофе. Я должен сделать звонок ".

Она отступила и краем глаза заметила, как напряглась Никси. Ева просто покачала головой и достала свою карманную ссылку.

Пять минут спустя она сигналила социальному работнику.

"Об этом не может быть и речи", - сказала женщина. "У вас нет квалификации или разрешения на перевозку ребенка. Я обязан сопровождать ..."

"То, что я делаю, - это беру свидетеля под стражу для защиты. Ты ей не нравишься, и мне нужно, чтобы она успокоилась, чтобы взять у нее более тщательное интервью ".

"Второстепенный субъект ..."

"У ребенка на глазах убили ее семью. Она хочет меня. Я говорю, что она получает то, что хочет, и как высокопоставленный сотрудник полиции и Департамента безопасности Нью-Йорка, я слежу за тем, чтобы ее отвезли в безопасное место и держали в безопасности до тех пор, пока ее безопасность не перестанет быть проблемой или не будут приняты другие меры. Ты можешь обмануть меня в этом, но зачем тебе это?"

"Я обязан учитывать, что в наилучших интересах ..."

"Второстепенная тема", - заключила Ева. "Тогда вы знаете, что в ее интересах чувствовать себя в безопасности, избегать более стрессовых ситуаций. Она напугана до смерти. Зачем добавлять?"

Женщина оглянулась. "Моему начальнику это не понравится".

"Ваш начальник может иметь дело со мной. Я забираю ребенка. Иди и подай рапорт ".

"Мне нужно местоположение, ситуация, в которой..."

"Я дам тебе знать. Пибоди? Возьми то, что, по твоему мнению, нужно Никси ".

Она вернулась к Никси. "Ты знаешь, что больше не можешь здесь оставаться".

"Я не хочу идти с ней. Я не хочу..."

"И сегодня вечером тебе действительно сильно досталось от того, что ты не всегда можешь иметь то, что хочешь. Но прямо сейчас ты можешь пойти со мной ".

"С тобой?"

Пока Ньюман удалялся, Ева увлекла Никси через комнату. "Это верно. Я не могу остаться с тобой, потому что мне нужно работать. Но там будут люди, которые присмотрят за тобой. Люди, которым я доверяю, поэтому вы тоже можете им доверять ".

"Но ты будешь там? Ты вернешься?"

"Я там живу".

"Хорошо". Никси взяла Еву за руку. "Я пойду с тобой".

2

При ПРОЧИХ РАВНЫХ УСЛОВИЯХ ЕВА ПРЕДПОЧЛА бы перевозить трехсотфунтового психа, запрыгнувшего на Зевса, на заднем сиденье своего полицейского удостоверения, чем маленькую девочку. Она знала, как справиться с одержимым химией убийцей.

Но это была короткая поездка, и она смогла бы передать ребенка достаточно скоро и вернуться к работе.

"После того, как мы уведомим..." Ева посмотрела в зеркало заднего вида, и хотя глаза Никси были опущены, она не упомянула ближайших родственников. "Мы устроимся в моем домашнем офисе. Я вернусь к этой сцене позже. А пока мы поработаем с твоим послужным списком ".

"ЭДД проверяет все домашние и личные связи и компы, и они проведут проверку системы безопасности дома". Пибоди переместилась, чтобы краем глаза видеть Никси. "Может быть, у них что-нибудь будет к тому времени, когда мы сделаем второй заход на сцену".

Пришлось вернуться на поле боя, подумала Ева. Нужно работать. Интервью, отчеты, прогоны. Ей нужно было вернуться на место происшествия. Ее сосредоточенность была нарушена обнаружением ребенка. Ей нужно было вернуться туда, проникнуться атмосферой.

Вошел в парадную дверь, подумала она, прокручивая в голове. Парень был на кухне, увидел бы, если бы кто-то вошел сзади. Через фронт, через охрану, как будто ее там не было. Один наверху, один внизу. Быстро и эффективно.

Сначала экономка. Но она не была целью, она не была целью. Иначе зачем вообще подниматься наверх? Целью была семья. Родители и дети. Даже не отклоняйтесь ни на секунду и не хватайте дорогое наручное устройство, лежащее на виду.

Прямое попадание, подумала она. Безличный. Никаких пыток, никаких разговоров, никаких увечий.

Просто работа, так что-

"Ты живешь здесь?"

Сонный вопрос Никси нарушил ритм Евы, когда она проезжала через ворота по направлению к дому.

"Да".

"В замке?"

"Это не замок". Ладно, возможно, это выглядело так, признала она. Его необъятность, камни, сверкающие в раннем свете, со всеми этими выступами и башнями, все это зеленое пространство и деревья, мерцающие в последних искрах осени.

Но для тебя таким был Рорк. Он поступил необычно.

"Это просто действительно большой дом".

"Это волшебный дом", - добавила Пибоди, улыбнувшись Никси. "Множество комнат, тонны настенных экранов и игр, даже бассейн".

"В доме?"

"Да. Ты умеешь плавать?"

"Папа научил нас. После Рождества мы отправляемся в отпуск на неделю в этот отель в Майами. Есть океан, и есть бассейн, и мы собираемся ..."

Она замолчала, прослезившись, когда вспомнила, что после Рождества семейных каникул не будет. Больше никаких семейных каникул.

"Было больно, когда они умерли?"

"Нет", - мягко сказала Пибоди.

"Неужели это?" Неудовлетворенный, Никси пристально посмотрел Еве в затылок.

Ева припарковалась перед домом. "Нет".

"Откуда ты знаешь? Ты никогда раньше не умирал. Ты никогда не видел, чтобы кто-то брал большой нож и перерезал тебе горло. Откуда ты знаешь..."

"Потому что это моя работа". Ева говорила быстро, когда голос Никси поднялся до уровня истерики. Она пошевелилась, оглянулась на ребенка. "Они даже не проснулись, и все было кончено за секунду. Это было не больно ".

"Но они все еще мертвы, не так ли? Они все еще мертвы ".

"Да, это так, и это большой удар". Типично, подумала Ева, позволяя ярости захлестнуть ее. Гнев обычно держался за руки с горем. "Ты не можешь вернуть их. Но я собираюсь выяснить, кто это сделал, и посадить их ".

"Ты мог бы убить их".

"Это не моя работа".

Ева вышла из машины, открыла заднее сиденье. "Поехали".

Как раз в тот момент, когда она протянула руку к руке Никси, Рорк открыл входную дверь и вышел. Пальцы Никси переплелись с ее пальцами, как маленькие проволочки.

"Он принц?" прошептала она.

Поскольку дом выглядел как замок, Ева предположила, что человек, который его построил, выглядел как его принц. Высокий и худощавый, темноволосый и великолепный. Поток черных волос вокруг лица, созданный для того, чтобы заставить женщину хныкать от вожделения. Крепкие, острые кости, полный, твердый рот и глаза смелого и ярко-синего цвета.

"Он Рорк", - ответила Ева. "Он просто парень".

Ложь, конечно. Рорк был не просто кем-то. Но он принадлежал ей.

"Лейтенант". В его голосе звучала Ирландия, когда он спустился по ступенькам и направился к ним. "Детектив". Он присел. Ева отметила, что, когда он посмотрел в глаза Никси, он не улыбнулся.

Он увидел хорошенькую, бледную маленькую девочку с засохшей кровью в ее солнечно-светлых волосах и синяками от усталости и горя под спокойными голубыми глазами.

"Ты была бы Никси. Я Рорк. Мне жаль, что мы встретились при таких ужасных обстоятельствах ".

"Они убили всех".

"Да, я знаю. Лейтенант Даллас и детектив Пибоди найдут тех, кто совершил эту ужасную вещь, и проследят, чтобы они были наказаны за это ".

"Откуда ты знаешь?"

"Это то, что они делают, что у них получается лучше, чем у кого-либо. Не зайдешь ли ты сейчас внутрь?"

Никси потянула Еву за руку, продолжала тянуть, пока Ева не закатила глаза и не наклонилась. "Что?"

"Почему он так говорит?"

"Он родом не отсюда".

"Я родился за морем, в Ирландии". Теперь он действительно улыбнулся, совсем чуть-чуть. "Я так и не избавился от акцента".

Рорк жестом пригласил их войти в просторное фойе, где стоял Соммерсет с толстым котом, растянувшимся у его ног. "Никси, это Соммерсет", - сказал Рорк. "Он управляет домом. Он будет присматривать за тобой, по большей части ".

"Я его не знаю". И, посмотрев на Соммерсета, Никси снова прижалась к Еве.

"Я верю". Это была большая чашка желчи, которую пришлось проглотить, но Ева проглотила ее. "С ним все в порядке".

"Добро пожаловать, мисс Никси". Как и у Рорка, его лицо было трезвым. Ева должна была отдать им обоим должное за то, что они не натянули на себя те широкие, пугающие улыбки, которые взрослые часто надевают на уязвимых детей. "Хочешь, я покажу тебе, где ты будешь спать?"

"Я не знаю".

Он наклонился, поднял кошку. "Возможно, вы хотели бы сначала немного подкрепиться. Галахад составил бы тебе компанию ".

"У нас был кот. Он был стар и он умер. Следующим мы собираемся завести котенка ..."

"Галахад был бы рад завести нового друга". Соммерсет снова усадил кошку, ожидая, пока Никси ослабит хватку на руке Евы и придвинется ближе. Когда кот ткнулся головой ей в ногу, тень улыбки дрогнула на ее губах. Она села на пол, зарывшись лицом в его мех.

"Цени это", - сказала Ева Рорку вполголоса. "Я знаю, что это майор".

"Это не так". На ней тоже была кровь. И слабый запах смерти. "Мы поговорим об этом позже".

"Мне нужно идти. Прости, что сваливаю это на тебя ".

"Я буду работать здесь большую часть утра. Мы с Соммерсетом справимся достаточно хорошо ".

"Полная безопасность".

"Без вопросов".

"Я вернусь, как только смогу, работаю вне дома как можно больше. Прямо сейчас нам нужно пойти и уведомить родителей о нападении несовершеннолетней женщины. Пибоди, у тебя есть адрес Дайсонов?"

"Их нет дома". Никси заговорила приглушенным голосом из-за меха Галахада.

"С твоим слухом все в порядке", - прокомментировала Ева и прошла через фойе. "Где они?"

"Они отправились в большой отель на свою годовщину. Вот почему мы могли бы устроить вечеринку с ночевкой в школьный вечер, я и Линни. Теперь ты должен сказать им, что она мертва вместо меня ".

"Не вместо. Если бы вы были в комнате, вы оба были бы мертвы. К чему это тебя приводит?"

"Лейтенант". Раздраженный шок в голосе Соммерсета заставил ее всего лишь поднять руку, чтобы ткнуть в него пальцем, требуя тишины.

"Она не мертва, потому что ты не мертв. Это будет тяжело для Дайсонов, так же как и для вас. Но ты знаешь, кто виноват в том, что произошло ".

Теперь Никси подняла взгляд, и эти спокойные голубые глаза затвердели, как стекло. "Люди с ножами".

"Да. Ты знаешь, в каком отеле?"

"Дворец, потому что он лучший. мистер Дайсон сказал".

"Хорошо". Это было лучшее, подумала Ева, потому что это было одно из тех, что принадлежали Рорку. Она бросила на него взгляд, получила кивок.

"Я расчищу путь".

"Спасибо. Я должна идти", - сказала она Никси. "Ты будешь тусоваться с Соммерсетом".

"Люди с ножами могут прийти за мной".

"Я так не думаю, но если они это сделают, они не смогут войти. Там есть ворота, и они защищены, и дом в безопасности. А Соммерсет? Я знаю, что он выглядит как костлявый, уродливый старик, но он крепкий, и с ним ты в безопасности. Это сделка, если ты остаешься здесь ", - добавила она, вставая. "Это лучшее, что у меня есть".

"Ты возвращаешься".

"Я живу здесь, помнишь? Пибоди, со мной ".

"Ее сумка прямо здесь". Пибоди указала на сумку, которую она упаковала. "Никси, если я забыл что-нибудь, что ты хочешь, или тебе нужно что-то еще, ты можешь попросить Соммерсета связаться со мной. Мы достанем это для тебя ".

Последний взгляд Евы был на ребенка, сидящего на полу между двумя мужчинами и ищущего утешения у кошки.

В ту минуту, когда она была снаружи, Ева расправила плечи, сбросила вес. "Иисус" - это все, что она сказала.

"Я не могу представить, что происходит внутри этого ребенка".

"Я могу. Я одинок, мне страшно и больно, и ничто не имеет смысла. И я окружен незнакомцами ". От этого ее затошнило, совсем немного затошнило, но она справилась с этим. "Свяжись с ЭДД, узнай, где они".

Возвращаясь к воротам, Ева воспользовалась связью dash, чтобы связаться с доктором Шарлоттой Мира, которая была дома.

"Прости. Я знаю, что еще рано ".

"Нет, я был на ногах".

На экране Ева могла видеть, как Мира промокает белым полотенцем свои мягкие волосы цвета соболя. На ее лице была роса - то ли пот, то ли вода.

"Занимаюсь утренней йогой. В чем дело?"

"Множественное убийство- вторжение в дом. Целая семья, спасите девятилетнюю дочь. Друг с ночевкой убит из-за ошибочного удостоверения личности. Парень - свидетель. Она спрятана у меня дома ".

"Твой?"

"Расскажу тебе позже, но так оно и есть. Я направляюсь, чтобы сообщить ближайшим родственникам о друге дочери ".

"Божья милость".

"Я знаю, у вас, вероятно, есть полная информация, но мне нужно будет сегодня взять интервью у этого парня. Мне понадобится психиатр - извините."

"Нет проблем".

"Мне понадобится психиатр под рукой, тот, у кого есть опыт работы с детьми и полицейскими процедурами".

"Во сколько я тебе нужен?"

"Спасибо". И облегчение накатило там, где скатился груз. "Я бы предпочел тебя, но если ты будешь в затруднительном положении, я воспользуюсь твоей лучшей рекомендацией".

"Я освобожу место".

"Ах". Ева проверила свое наручное устройство, пытаясь определить время. "Сможем ли мы дотянуть до полудня? До этого мне нужно многое пережить ".

"Полдень". Мира начала делать заметки в мини-блокноте. "Каково ее состояние?"

"Она не была ранена".

"Эмоциональное состояние".

"Ах, я думаю, она справедлива".

"Она способна общаться?"

"Да. Мне понадобится оценка для Служб защиты детей. Мне понадобится много вещей для бригады бюрократов. Я нахожусь здесь в долгу с тех пор, как переступил через голову представителя. Должен уведомить тамошнего супервайзера. Скоро."

"Тогда я позволю тебе приступить к этому, и увидимся в полдень".

"ЭДД на месте", - сказала Пибоди, когда Ева закончила передачу. "Их команда проверяет систему безопасности и каналы связи и центры обработки данных на месте. Они доставят подразделения в Центр ".

"Хорошо. Ближайшие родственники в других состязаниях?"

"Родители Гранта Свишера развелись. Местонахождение отца в настоящее время неизвестно. Мать снова вышла замуж - в третий раз - и живет на Вегасе II. Работает дилером в блэкджеке. Родители Кили Свишер умерли, когда ей было шесть. Приемная семья и государственные школы".

И это, Ева знала, было просто невероятно весело. "Когда мы поговорим с Дайсонами, свяжитесь с ближайшими родственниками Гранта Свишера и сообщите. У нее может быть законное опекунство над ребенком, и нам нужно с этим разобраться. У тебя есть информация о юридической фирме Свишера?"

"Свишер и Рэнгл, на Западной шестьдесят первой".

"Недалеко от отеля. Мы отправимся туда после Дайсонов. Посмотрите, как это происходит, и сделайте еще один заход на сцену, если это подойдет ".

Она знала, как это сделать, каким бы трудным это ни было. Разрушать жизни тех, кто остался позади, было работой, которую она выполняла слишком часто. Рорк, как и обещал, расчистил путь. Поскольку ее ждали, она избежала обычной перепалки со швейцаром, отнимающей много времени беседы с портье и охраной отеля.

Она почти пропустила это.

Но ее и Пибоди оперативно сопроводили к лифтам и дали номер комнаты Дайсонов.

"Единственный ребенок, верно?"

"Да, просто Линни. Он тоже юрист, корпоративный. Она педиатр. Проживайте примерно в двух кварталах к югу от Свишеров. Дочери ходят в одну школу, в один класс."

"Ты был занят", - прокомментировала Ева, когда они поднимались на сорок второй этаж.

"Какое-то время ты был увлечен ребенком. Мы, детективы, делаем, что можем ".

Краем глаза Ева увидела, как Пибоди сменила позу, чуть поморщившись. Ребра все еще беспокоят ее, подумала она. Должно было потребоваться еще несколько дней лечения. Но она пропустила это мимо ушей.

"Есть какие-нибудь финансовые данные о Свишерах?"

"Пока нет. Мы, детективы, не являемся чудотворцами ".

"Бездельник". Ева вышла, направилась прямо к 4215. Она не позволяла себе думать, чувствовать. Что хорошего это дало бы?

Она нажала на звонок, поднесла свой значок к глазку системы безопасности. Ждал.

Мужчина, который ответил, был закутан в плюшевый гостиничный халат. Его копна темно-каштановых волос, торчащих дикими пучками, и квадратное привлекательное лицо хранили сонный, удовлетворенный вид человека, который только что насладился каким-то ранним утренним закутком.

"Офицер?"

"Лейтенант Даллас. Мэтью Дайсон?"

"Да. Извините, мы еще не встали ". Он прикрыл ладонью огромный зевок. "Который час?"

"Сразу после семи. Мистер Дайсон..."

"В отеле какие-то проблемы?"

"Можем ли мы войти, мистер Дайсон, поговорить с вами и вашей женой?"

"Дженни все еще в постели". Сонный вид сменялся легким раздражением. "В чем проблема?"

"Мы хотели бы войти, мистер Дайсон".

"Хорошо, хорошо. Ад." Он отступил назад, махнул им, чтобы они закрыли дверь.

Они выбрали номер люкс - один из мечтательных, романтических, с вазами с настоящими цветами, настоящими свечами, камином, глубокими диванами. На кофейном столике в серебряном ведерке стояла перевернутая бутылка шампанского. Два флейты, и она заметила, какая-то кружевная часть женского белья, висевшая, как флаг, на спинке дивана.

"Не могли бы вы позвать свою жену, мистер Дайсон?"

Его глаза были карими, как и его волосы. И в них вспыхнуло раздражение. "Смотри, она спит. Это наша годовщина - или была вчера - и мы праздновали. Моя жена врач, и она работает долгие часы. Ей никогда не удается выспаться. Так скажи мне, какого черта ты хочешь ".

"Извините, нам нужно поговорить с вами обоими".

"Если возникнут проблемы с отелем ..."

"Мэтт?" Женщина открыла дверь спальни. Она была взъерошена со сна и одета в мантию, и улыбалась, проводя рукой по своим коротким, беспорядочным светлым кудрям. "О, я думал, ты, должно быть, заказал доставку еды и напитков в номер. Я слышал голоса ".

"Миссис Дайсон, я лейтенант Даллас, полиция Нью-Йорка. Это мой напарник, детектив Пибоди."

"Полиция". Ее улыбка стала неуверенной, когда она подошла к мужу и взяла его под руку. "Прошлой ночью мы не были такими шумными".

"Мне жаль. Сегодня рано утром у Свишеров произошел инцидент."

"Кили и Грант?" Мэтт Дайсон стал жестким и прямым. "Что за инцидент? Все в порядке? Линни. Что-то случилось с Линни?"

Быстро, Ева поняла. Как удар короткой рукой в лицо. "Мне жаль сообщать вам, что ваша дочь была убита".

В то время как глаза Дженни стали пустыми и застывшими, Мэтт вспыхнул от ярости. "Это смешно. Что это, какая-то больная шутка? Я хочу, чтобы ты убрался отсюда, я хочу, чтобы ты убрался ".

"Линни? Линни?" Дженни покачала головой. "Это не может быть правдой. Это не может быть правдой. Кили и Грант слишком осторожны. Они любят ее как свою собственную. Они бы никогда не позволили, чтобы с ней что-нибудь случилось. Мне нужно позвонить Кили."

"Миссис Свишер мертв", - решительно сказала Ева. "Прошлой ночью неизвестные проникли в резиденцию. мистер и миссис Свишер, их экономка, их сын Койл, ваша дочь были убиты. Их дочь Никси была замечена и сейчас находится под защитой ".

"Это ошибка".

Дженни сжала руку своего мужа, когда он начал дрожать. "Но у них есть безопасность. У них хорошая охрана ".

"Это было скомпрометировано. Мы расследуем. Я сожалею о вашей потере. Я чрезвычайно сожалею ".

"Не мой ребенок". Это был не столько крик, сколько вопль, когда Мэтт Дайсон рухнул, повернувшись к своей жене и рухнув на нее. "Не наш ребенок".

"Она всего лишь маленькая девочка". Дженни качало, ее саму, ее мужа, когда ее разбитые глаза не отрывались от Евы. "Кто мог причинить вред невинной маленькой девочке?"

"Я намерен выяснить. Пибоди."

Как по команде, Пибоди выступила вперед. "Почему бы нам не сесть? Могу я тебе что-нибудь принести. Вода? Чай?"

"Ничего, ничего". Все еще обнимая мужа одной рукой, Дженни опустилась рядом с ним на диван. "Ты уверен, что это была моя Линни? Может быть..."

"Ее опознали. Ошибки нет. Я сожалею, что вынужден вторгнуться в это время, но мне нужно задать вам несколько вопросов. Ты хорошо знал Свишеров?"

"Мы... О Боже, мертв?" Шквал шока превратил кожу в клейстер. "Все?"

"Вы были друзьями?"

"Боже, мы были как семья. Мы ... Кили и я делили пациентов, и мы... мы все... девочки, девочки как сестры, и мы - Мэтт ". Она обняла его, снова покачала. Повторяла его имя снова и снова.

"Можете ли вы вспомнить кого-нибудь, кто желал им зла? Кто желал кому-либо из членов семьи зла?"

"Нет. Нет. Нет".

"Кто-нибудь из них упоминал, что беспокоился о чем-нибудь? О том, что тебе кто-то угрожает или беспокоит ".

"Нет. Я не могу думать. Нет. О Боже, мой малыш."

"Был ли у кого-нибудь из них роман с кем-то вне брака?"

"Я не знаю, что ты... Ох. " Она закрыла глаза, пока ее муж продолжал рыдать у нее на плече. "Нет. У них был хороший брак. Они любили друг друга, наслаждались друг другом. Их дети. Койл. Боже мой. Никси".

"С ней все в порядке. Она в безопасности ".

"Как? Как ей удалось сбежать?"

"Она спустилась вниз выпить. Во время убийств ее не было в постели. Я не верю, что ее видели ".

"Ее не было в постели", - тихо сказала Дженни. "Но моя Линни была. Мой ребенок был." Слезы залили ее щеки. "Я не понимаю. Я не могу понять. Нам нужно... Где Линни?"

"Она с судебно-медицинским экспертом. Я устрою, чтобы тебя отвезли к ней, когда ты будешь готов ".

"Мне нужно знать, но я не могу". Она повернула голову так, чтобы ее плечо покоилось на плече мужа, а его - на ее. "Сейчас нам нужно побыть наедине".

Ева достала визитку из кармана, положила ее на кофейный столик. "Свяжитесь со мной, когда будете готовы. Остальное я устрою ".

Она ушла от их горя, и они с Пибоди спустились в вестибюль в тишине.

Адвокатские конторы могли похвастаться удобной зоной ожидания, разделенной по тематике, а не стенами на отдельные части. Детский уголок с мини-компьютером и множеством ярких игрушек перетек в секцию, разработанную, как представляла Ева, с учетом интересов ребенка постарше. Магнитные ролики, головоломки, модные компьютерные игры. В другом конце комнаты взрослые могли ждать своей очереди на стульях пастельных тонов и смотреть видео о воспитании детей, спорте, моде или изысканной кулинарии.

Администратор была молода, с жизнерадостной улыбкой и проницательным взглядом. Она носила свои рыжие с золотыми прядями волосы, которые Ева приняла за стильную челку разной длины.

"Никакой встречи, но копам она обычно и не нужна". Она сделала их копами до того, как были показаны значки, и наклонила голову. "Что случилось?"

"Нам нужно поговорить с Рэнглом", - сказала Ева и достала свой значок для проформы.

"Дэйв еще не пришел. Он в беде?"

"Когда вы ожидаете его?"

"Он может появиться в любую минуту. Ранняя пташка. Мы не работаем до девяти ". Она сделала многозначительный жест в сторону часов. "Все еще почти час промедления".

"Это тоже делает тебя ранней пташкой".

Женщина улыбнулась, обнажив зубы. "Мне нравится приходить пораньше, когда тихо. Я многое успеваю ".

"Что ты здесь делаешь?"

"Лично я? Управляйте офисом, помогайте. Я помощник юриста. Что случилось с Дэйвом?"

"Мы будем ждать его".

"Поступай как знаешь. У него назначена встреча в ..." Она повернулась к блоку данных, постучала по экрану короткими ногтями квадратной формы, выкрашенными в золотой цвет, как пряди в ее волосах. "Девять тридцать. Но ему нравится приходить сюда, выстраивать своих уток заранее, как и мне. Скоро должен появиться ".

"Прекрасно". Поскольку она хотела, чтобы Пибоди сбилась с ног, Ева жестом указала своему партнеру на стулья, затем небрежно облокотилась на стойку регистрации. "А ты был бы?"

"Сейд Талли".

"У тебя наметанный глаз на копов, Сейд?"

"Мать на работе".

"Это так? Где?"

" Трентон. Она сержант, городской патруль. Мой дедушка тоже. И его папочка до него. Я, я нарушил традицию. Серьезно, у Дейва проблемы?"

"Насколько я знаю, нет. Кто-нибудь еще здесь, в офисе?"

"Ассистент Дэйва придет не раньше десяти. Медицинский прием. Секретарь в приемной обычно заходит примерно без четверти девять. Грант Свишер, напарник Дейва, должен появиться довольно скоро. Грант между ассистентами, так что я заполняю это место. У нас есть дроид-клерк, но я еще не активировал его сегодня. Студент юридического факультета приходит сегодня около полудня - после занятий -. Ну, если ты собираешься повеситься, хочешь кофе?"

"Я бы так и сделал. Мы бы хотели, " поправила Ева. "Спасибо".

"Без проблем". Шаде выскочил, сделал два шага к автомату. "Как ты это воспринимаешь?"

"Черный для меня, сладкий и светлый для моего партнера". Пока она говорила, Ева бродила, давая себе возможность изучить обстановку. Дружелюбнее, чем в большинстве юридических контор, решила она. Маленькие штрихи домашнего уюта в игрушках, настенные рисунки с городским пейзажем. "Как долго твоя мать работает?"

"Восемнадцать. Ей это чертовски нравится, за исключением тех случаев, когда она это ненавидит ".

"Да, именно так".

Ева обернулась, когда открылась внешняя дверь.

Вошедший мужчина был чернокожим и подтянутым, в модном костюме ржаво-коричневого цвета с лацканами в тонкую, как карандаш, полоску и кричащим галстуком. В одной руке он держал огромную чашку кофе навынос и откусывал от бублика с начинкой.

Он издал звук "ммм", кивнул Еве и Пибоди, подмигнул Сейду. "Минутку", - выдавил он с набитым ртом, затем сглотнул. "Доброе утро".

"Копы, Дэйв. Хочу поговорить с тобой ".

"Конечно. Хорошо. Хочешь вернуться?"

"Мы бы. Шаде, не присоединишься ли ты к нам?"

"Я?" Помощник юриста моргнула, затем что-то появилось в ее глазах. Знание о неприятностях, серьезных неприятностях. Возможно, она нарушила традицию, подумала Ева, но коп у нее в крови. "Кое-что произошло. Что-то случилось с Грантом?"

Нет смысла возвращаться в офис, решила Ева. "Пибоди, в дверь".

"Да, сэр".

"Мне жаль, Грант Свишер мертв. Он, его жена и его сын были убиты прошлой ночью ".

Кофе выплеснулся из чашки Дэйва, когда она опрокинулась в его руке, и лужей пролился на фирменный ковер. "Что? Что?"

"Несчастный случай?" - Потребовал Сад. "Они попали в аварию?"

"Нет. Они были убиты вместе с их экономкой и молодой девушкой по имени Линни Дайсон."

"Линни, о Боже. Никси". Сейд в мгновение ока оказался за прилавком и схватил Еву за руку. "Где Никси?"

"В безопасности".

"Матерь Божья". Дэйв, пошатываясь, подошел к дивану, опустился на него, перекрестился. "Милосердный Иисус. Что произошло?"

"Мы расследуем. Как долго ты работаешь со Свишером?"

"Эм, Боже. Ах, пять лет. Двое в качестве партнера".

"Давайте покончим с этим. Можете ли вы сообщить мне о своем местонахождении между полуночью и тремя часами ночи?"

"Черт. Черт. Главная. Ну, я вернулся домой сразу после полуночи ".

"Один?"

"Нет. Ночной гость. Я назову тебе ее имя. Мы были на ногах и ... заняты примерно до двух. Она ушла около восьми сегодня утром." Его глаза были темными, и когда они снова встретились с глазами Евы, они были разбиты. "Он был не просто моим напарником".

Шаде села рядом с ним, взяла его за руку. "Это как раз то, о чем она должна спросить, Дэйв. Ты знаешь. Никто не думает, что ты причинишь вред Гранту или его семье. Я был дома. У меня есть соседка по комнате, " добавила она, " но ее не было дома прошлой ночью. Я разговаривал с другом по 'ссылке сразу после полуночи. У нее проблемы с мужчиной. Вы можете проверить мою машину ".

"Ценю это. Мне нужно имя вашего ночного гостя, мистер Рэнгл. Это рутина. Мисс Талли, вы сказали, что мистер Свишер был между ассистентами. Что случилось с его помощником?"

"Она только в прошлом месяце родила ребенка. Она забеременела, но планировала вернуться, поэтому мы решили временно. Но несколько дней назад она выбрала статус профессиональной матери. Не было никаких трений, если это то, что вам нужно. Боже, я должен буду сказать ей ".

"Мне понадобится ее имя и имена всего персонала. Просто рутина", - добавила Ева. "Теперь я хочу, чтобы вы подумали, скажите мне, знаете ли вы кого-нибудь, кто желал бы мистеру Свишеру или его семье зла. Мистер Рэнгл?"

"Мне не нужно думать. Я не знаю ".

"Клиент, которого он разозлил?"

"Клянусь Богом, я не могу вспомнить никого, кто когда-либо входил в эту дверь, кто мог бы сделать что-то подобное. Его ребенок? Койл? Боже мой." Слезы навернулись на его глаза. "Я играл в софтбол с Койлом. Парень любил бейсбол. Это было похоже на его религию ".

"Свишер когда-нибудь изменял своей жене?"

"Привет". Когда Дэйв начал подниматься, Шаде положила руку ему на бедро.

"Ты никогда не можешь сказать на сто процентов, ты это знаешь. Но я бы дал вам девяносто девять целых девять десятых процента "нет", и это относится и к ней тоже.

Они были дружны, они были счастливы. Они верили в семью, поскольку ни у кого из них ее не было до того, как они сошлись. И они работали, чтобы сохранить это вместе ".

Шаде сделал успокаивающий вдох. "Вы работаете так же тесно, как и мы в этой фирме, вы знаете такие вещи. Ты улавливаешь вибрации. Грант любил свою жену ".

"Хорошо. Мне нужен доступ к его офису, его файлам, списку его клиентов, стенограммам судебных заседаний, к работам."

"Не заставляй ее получать ордер, Дэйв", - тихо сказал Шаде. "Грант не стал бы, если бы это был один из нас. Он бы сотрудничал. Он бы помог ".

Он кивнул. "Ты сказал, что Никси в безопасности. Она не пострадала ".

"Нет. Она не пострадала, и она находится под защитой ".

"Но Линни..." Он провел рукой по лицу. "Ты сказал Дайсонам?"

"Да. Ты их знаешь?"

"Да, Боже, да. Вечеринки у Гранта, выходные в этом месте, которое они устраивают в Хэмптоне на тайм-шаре. Грант, Мэтт и я играли в гольф пару раз в месяц. Шаде, ты можешь позвонить, закрыть дела на день?"

"Конечно. Не волнуйся ".

"Я покажу вам кабинет Гранта - извините, я не могу вспомнить, запомнил ли я ваше имя".

"Даллас, лейтенант Даллас".

"Ну, у них не было близких родственников. Договоренности... Сможем ли мы договориться?"

"Посмотрим, смогу ли я прояснить это для тебя".

Когда они вернулись в свою машину, у них была коробка, полная дисков, несколько папок с печатными копиями, офисный календарь Свишера, адрес и записные книжки.

Пибоди попала в ловушку. "Картина проясняется: хорошая, счастливая семья, хорошо обеспеченная финансово, хороший круг друзей, тесные отношения с коллегами, удовлетворяющая карьера. Не из тех, кого ты ожидаешь убить в их постелях ".

"Множество слоев, через которые нужно пройти. Многие семьи могут внешне выглядеть счастливыми, даже для друзей и коллег. И наедине они ненавидят друг друга, как яд".

"Веселая мысль". Пибоди поджала губы. "Это делает тебя циничным полицейским, а меня наивным".

"Это примерно так".

3

ОНА ЧУВСТВОВАЛА, ЧТО ВРЕМЯ ПОДЖИМАЕТ, НО вернуться к сцене, пройти через это, чувствуя, что это важно.

Симпатичный трехэтажный дом на одну семью, подумала она, столкнулся с другими симпатичными двух- или трехэтажными одно- или несколькими семьями в тонюсеньком районе Вест-Сайд.

Скорее солидный, чем броский.

Дети ходили в частные школы, один жил в домашней. Две карьеры с полной занятостью, одна вне дома, другая в ИТ. Два парадных входа, один задний.

Система безопасности, отметила она, на всех дверях и окнах, с добавлением декоративных, но эффективных защитных решеток на нижнем уровне улицы, где Кили Свишер разместила свой офис.

"Они вошли не снизу", - отметила Ева, осматривая дом с тротуара. "Охрана была активна у входа в офис и с тыла". Она повернулась, осмотрела улицу, бордюры. "Парковка - это сука в таких районах, как этот. Вам нужно разрешение, сканеры на обочине проверяют. Если вы паркуетесь у обочины без него, это автоматический штраф. Мы проверим, но я не вижу, чтобы эти парни так уж легко нам помогали. Либо они шли из другого пункта, либо у них было разрешение. Или они живут прямо здесь.

"Шел, скорее всего, шел пешком. Квартал или два в любом случае, " сказала она, пересекая улицу, открыла бесполезную маленькую железную калитку и подошла к двери. "Подошел к входной двери. Отключил систему безопасности, сигнализацию, камеры, идентификационные панели с помощью пульта дистанционного управления, прежде чем они приблизились на расстояние сканирования. Имел коды или знал, как быстро обойти блокировки."

Она использовала своего начальника полиции, чтобы деактивировать печать, открыть замки. "Не так много людей на улице в это ночное время, но некоторые. Ты мог бы взять немного. Выгуливает собаку, выходит на прогулку, возвращается домой с ночной прогулки. Люди наблюдают за людьми в такого рода местах. Нужно было быть ловким, двигаться быстро и небрежно ".

Она вошла в узкий коридор, который отделял гостиную от столовой. "Что у тебя? Вероятно, пара сумок. Ничего большого или смелого. Мягкие черные сумки, вероятно, для ношения оружия, глушилок, защитного снаряжения. Не смог выбраться наружу, слишком рискованно. Держу пари, прямо здесь, сразу за дверью. Натягиваем снаряжение, разделяемся. Один наверху, один сразу к экономке. Никаких разговоров, только бизнес ".

"Возможно, это сигналы рукой", - предположила Пибоди. "Прибор ночного видения".

"Да. Инструменты в сумке, но ты знаешь маршрут, рутину. Вы делали симов. Держу пари на свою задницу, что ты делал симов ". Она пошла обратно на кухню, представляя темноту, абсолютную тишину. Прямо назад, подумала она. Бывал здесь раньше или имел план. Она бросила взгляд в сторону стола и скамеек, где только что была Никси.

"Не увидел бы ребенка, не стал бы смотреть".

Она присела на корточки, и ей пришлось наклонить свое тело, чтобы увидеть полицейский знак, где была найдена содовая Никси. "И даже если бы вы оглянулись, вы бы не увидели маленькую девочку, лежащую на скамейке. Внимание сюда, к комнатам экономки."

Инга была аккуратной, как и следовало ожидать от человека, который зарабатывал на жизнь уборкой чужого мусора. Она могла видеть порядок под беспорядком, вызванным чистильщиками. Уловите свежие ароматы и запахи смерти под слоем химикатов. И она представила, как Никси подкрадывается с волнением ребенка, надеющегося застать взрослых за запрещенным действием.

В спальне кровь покрывала стены, прикроватный столик и лампу, растекалась по простыням, капала на пол.

"Ей понравилась правая сторона кровати, вероятно, для сна на боку. Видишь?" Ева вошла в зону убийства, указала на рисунок брызг.

"Он подходит с этой стороны, должен - или хочет - поднять ее голову. Брызги показывают, что ее голова была немного повернута, поэтому ее тело лежит на левом боку, отвернувшись от кровати - в том виде, в каком он оставил ее после того, как перерезал ей горло. Теперь на нем ее кровь, но он не беспокоится об этом. Позаботься об этом, прежде чем он уйдет. Снова выходит, проходит прямо мимо ребенка ".

Иллюстрируя, Ева поворачивается и направляется к выходу. "Должно быть, прошел в нескольких дюймах от нее. Умный ребенок, напуганный ребенок. Она не издает ни звука ".

Снова повернувшись, она осмотрела спальню. "Ничего необычного. Он не прикасается ни к чему, кроме нее. Не интересуется ничем, кроме нее и остальной части миссии ".

"Вот как ты это видишь? Миссия?"

"Что еще?" Ева пожала плечами. "Листья, работа здесь закончена. Почему он не отступает?"

"Ах..." Пибоди сосредоточенно нахмурилась, посмотрела на макет. "Позиционирование? Главная спальня на самом деле ближе к главной лестнице. Вероятно, там находился его напарник. Совершает еще одну зачистку, обходя таким образом ".

"Взрослые должны быть на первом месте, все должно быть сделано в одно и то же время". Ева кивнула, когда они совершали поездку по кругу. "Вероятно, у него есть способ сообщить своему партнеру, что первая волна завершена и он в пути".

Она взглянула на кровь, случайные капли которой пачкали пол или ковер, ступени лестницы. "Он оставляет небольшой след, но не большой. Это ее кровь, не его. Вот это внизу, справа, все будет принадлежать экономке. Они сняли окровавленное снаряжение, засунули его в сумки, прежде чем спуститься снова ".

"Холодно", - прокомментировала Пибоди. "Никаких хлопков по рукам, никакой хорошей работы. Порежьте пятерых человек, снимите снаряжение и двигайтесь дальше ".

"Прямо вверх, прямо внутрь, пока парень соберется с силами настолько, чтобы достать карманную связь и позвонить девять-один-один. Вы идите сюда, в главную спальню, по одному с каждой стороны кровати. Та же схема, что и у экономки. У них сбился ритм. Уничтожьте цели, отходите и двигайтесь дальше ".

"Они спали спина к спине", - отметила Пибоди. "Прижиматься задницей к заднице. В основном этим занимаемся мы с Макнабом ".

Ева видела их, мужа и жену, мать и отца, спящими бок о бок на большой кровати с простынями цвета морской волны и пуховым одеялом. Спит в опрятной комнате для отдыха, окна которой выходят на задний дворик. Он в черных боксерах, она в белой ночной рубашке.

"Поднимите голову, обнажите горло. Режь, бросай, уходи. Никакой болтовни. Они выходят и направляются в две другие спальни, когда ребенок поднимается по лестнице. Они уже определили, кто какую комнату займет. Отделился. Один берет мальчика- входит, когда Никси ползет по коридору позади них."

Ева вышла, говоря это, и вошла в комнату Койла. "Парень растянулся, лежит на спине, покрывала сброшены. Не обязательно прикасаться к этому, чтобы выполнить работу. Вытащите его, пока он распластан ".

Она видела это в своей голове, холодный ужас этого, когда она шла через холл в другую спальню. "Комната девушки, девушка в постели. Слишком уверен в себе, чтобы думать дважды. Слишком погружен в рутину, чтобы отклоняться. Просто перейди. Почему вы обратили внимание на обувь, дополнительный рюкзак? Ты не смотришь ни на что, кроме цели. Она в основном похоронена под одеялом - спит на животе. Поднимите ее, возможно, за волосы. Много светлых волос, как и рекламировалось. Перережь ей горло, сбрось ее обратно, уходи ".

"Здесь не так много брызг", - прокомментировала Пибоди. "Он, вероятно, принял большую часть этого на себя, а остальное попало на кровать и покрывала".

"Выходит в коридор, координируя действия со своим партнером. Посмотри на кровь в этом месте. С их снаряжения стекает вода, когда они его снимают. Засунь это в пакеты с ножами. Спустись вниз и выйди, приберись. Уходи. Миссия выполнена".

"За исключением того, что этого не было".

Ева кивнула. "За исключением того, что это было не так. И если бы они потратили еще несколько минут, всего несколько, если бы они потратили время на то, чтобы купить несколько вкусностей по пути к выходу или задержаться на работе, черно-белая машина подъехала бы до того, как они вышли. Как бы то ни было, это было близко. Парень действовал быстро, но они действовали быстрее ".

"Зачем убивать детей?" Спросила Пибоди. "Какую угрозу они представляли?" "Все, что мы знаем на данный момент, один или оба ребенка были главной целью. Что-то видел, что-то слышал, что-то знал - был чем-то увлечен. Мы не можем предположить, что взрослые были главными. Дело в том, что им всем пришлось уйти, всей семье. С этого мы и начнем ".

Она опоздала к Мире, но с этим ничего нельзя было поделать. Ева нашла ее сидящей в гостиной, пьющей чай и работающей над своим PPC.

"Прости. Я повесил трубку ".

"Все в порядке". Мира отложила КПП в сторону. На ней был костюм простого покроя дымчатого цвета, который был не совсем синим, не совсем серым. Каким-то образом ее туфли умудрились быть точно такого же промежуточного тона. В ее ушах были серебряные кольца, а на шее - три цепочки толщиной с волос.

Ева задавалась вопросом, должна ли она выработать стратегию, чтобы собраться с таким элегантным совершенством, или это пришло само собой.

"Она спит. Ребенок", - сказала Мира. "Соммерсет держит ее на контроле".

"О, хорошо. Хорошо. Послушай, мне нужно выпить настоящего кофе, иначе мой мозг расплавится. Ты в порядке?"

"Отлично, спасибо".

Ева подошла к настенной панели и, открыв ее, показала мини-автоповар. "Вы получили отчет".

"Да, это то, над чем я размышлял, когда ты пришел сюда".

"Это пока схематично, но у меня не было времени, чтобы заполнить мелкие моменты. Пибоди получает допуск к данным о несовершеннолетних жертвах - направляемся в их школы, посмотрим, что мы сможем там найти ".

"Вы ожидаете найти там что-нибудь? Вы думаете, что целью были дети?"

Ева приподняла плечо, затем закрыла глаза и позволила кофе сделать свое дело. "Мальчик был достаточно взрослым, конечно, чтобы быть вовлеченным в нелегалы, банды и все виды плохого поведения. Не могу сбрасывать это со счетов. Или возможность того, что он и / или его сестра были свидетелями чего-то или им сказали что-то, что потребовало их прекращения. Вероятность того, что это был кто-то из взрослых, выше, но уверенности в этом нет, особенно на таком раннем этапе ".

"Не было никакого дополнительного насилия, никакого уничтожения имущества".

"Нет, и если что-то было взято из помещения, мы пока об этом не знаем. Выбор времени был быстрым и ловким. Командная работа, расписание. Чертовски хорошая работа ".

"От любого другого я бы сказал, что это было холодное и бессердечное замечание".

Глаза Евы потемнели. "С их точки зрения, это было. Холодный, бессердечный и чертовски хорошая работа. За исключением того, что они промахнулись. Они скоро поймут, что промахнулись, как только об этом заговорят СМИ ".

"И они могут попытаться закончить работу", - сказала Мира, кивнув. "Итак, ты привел ребенка сюда".

"Одна из причин. Это место - гребаный форт. И если я буду держать GPS на расстоянии, у меня будет неограниченный доступ к очевидцу. Плюс, парень взбесился от идеи пойти с социальным работником. Она не принесет мне пользы, если будет в истерике ".

"Помни, с кем ты разговариваешь", - мягко сказала Мира. "Вы бы обеспечили полный доступ, даже если бы ее поместили под наблюдение GPS и поместили в безопасное место. Чувства к ней не делают тебя меньшим копом ".

Ева сунула руку в карман. "Она позвонила девять-один-один. Она ползла по крови своих родителей. Да, я ей сочувствую. Я также знаю ребенка, который может это сделать, может противостоять тому, что будет дальше ".

Она села напротив Миры. "Я не хочу нажимать на нее не на те кнопки. Я мог бы это сделать, и если я это сделаю, она остановится, закроется. Но мне нужны подробности от нее, информация от нее. Все, что я могу получить. Мне нужна твоя помощь ".

"И я это сделаю". Она отпила чаю. "Мой предварительный портрет ваших убийц таков, что они действительно были командой. Вероятно, работали вместе раньше, и, безусловно, убивали раньше. Они были бы зрелыми и, вероятно, прошли бы некоторую подготовку. Военная или военизированная, или организованная преступность. В этом акте не было ничего личного, но убийство детей - семьи как единого целого - безусловно, личное. Я уверен, что это не было убийством ради острых ощущений, и в нем не было ничего сексуального ".

"Ради выгоды?"

"Очень возможно, или потому, что им был отдан приказ, или просто потому, что это должно было быть сделано. Мотив?" Она задумчиво потягивала чай. "Нам понадобится больше информации о жертвах, чтобы размышлять о причинах. Но кто? У них будет опыт, и они будут доверять друг другу. Они организованы и уверены в себе ".

"Это была операция. Вот как это было для меня. Операция, спланированная и отработанная."

"Вы думаете, у них был доступ в дом до прошлой ночи?" Спросила Мира.

"Возможно. В любом случае, они знали планировку, где все спали. Если домработница была главной, не было причин занимать второй этаж и наоборот. Так что это была чистая зачистка ".

Ева проверила свое наручное устройство. "Как долго, по-твоему, она будет в отключке? Ребенок?"

"Я не мог сказать".

"Я не хочу тебя задерживать".

"И тебе не терпится самому взяться за работу".

"Я не разговаривал со специалистом, не закончил свой отчет, не беспокоил лабораторию и не кричал на уборщиков. Люди подумают, что я в отпуске ".

Мира с улыбкой поднялась. "Почему бы тебе не связаться со мной, когда... Ах, - добавила она, когда Соммерсет переступил порог.

"Лейтенант, ваш юный подопечный очнулся".

"Ох. Верно. Прекрасно. У тебя еще есть время начать это сейчас?" - спросила она Миру.

"Да. Где бы вы хотели с ней поговорить?"

"Я подумал о своем офисе".

"Почему бы тебе не привести ее сюда? Это приятное, комфортное пространство, и оно может помочь ей почувствовать себя непринужденно ".

"Я приведу ее вниз". Соммерсет исчез в дверном проеме, оставив Еву хмуриться.

"Я буду должна ему за это?" - подумала она. "Для, знаете, верховой езды, или как бы вы это ни назвали. Потому что я бы действительно возненавидел это ".

"Я думаю, вам повезло, что у вас есть кто-то, кто хочет и способен позаботиться о молодой, травмированной девушке".

"Да, черт." Ева вздохнула. "Я этого боялся".

"Это могло бы помочь помнить, что благополучие и душевное состояние ребенка являются приоритетом".

"Регулярный взгляд на него может снова повергнуть ее в шок".

Но когда Никси вошла, кошка следовала за ней по пятам, она крепко держала свою руку в костлявой руке Соммерсета, отпустив ее только тогда, когда увидела Еву. Никси направилась прямо к ней. "Ты нашел их?"

"Работаю над этим. Это доктор Мира. Она собирается помочь ..."

"Я уже был у врача. Я не хочу обращаться к врачу ". Голос Никси начал повышаться. "Я не хочу..."

"Сбрось газ", - приказала Ева. "Мира - моя подруга, и она не только врач, она работает с копами".

Никси перевела взгляд на Миру. "Она не похожа на полицейского".

"Я работаю с полицией", - сказала Мира спокойным тоном. "Я пытаюсь помочь им понять людей, которые совершают преступления. Я довольно давно знаю лейтенанта Даллас. Я хочу помочь ей и тебе найти людей, которые причинили боль твоей семье ".

"Они не причинили им вреда, они убили их. Они все мертвы ".

"Да, я знаю. Это ужасно. " Взгляд Миры и ее тон оставались ровными. "Худшее, что может случиться".

"Я бы хотел, чтобы этого не произошло".

"Я тоже. Я думаю, если мы сядем и поговорим, мы могли бы помочь ".

"Они убили Линни". Нижняя губа Никси начала дрожать. "Они думали, что она - это я, а теперь она мертва. Я не должен был спускаться вниз ".

"Мы все иногда делаем то, чего на самом деле не должны".

"Но Линни этого не сделала. Я был плохим, а она нет. И она мертва ".

"Не так уж и плохо", - мягко сказала Мира и, взяв Никси за руку, подвела ее к стулу. "Зачем ты спустился вниз?"

"Я хотел апельсиновую шипучку. Я не должен иметь их без разрешения. Мне не положено перекусывать ночью. Моя мама... " она замолчала, опустив глаза.

"Твоя мама сказала бы "нет ", так что да, с твоей стороны было неправильно действовать за ее спиной. Но она была бы очень рада, что ты не пострадал, не так ли? Она была бы счастлива, что на этот раз ты нарушил правила ".

"Я полагаю". Галахад прыгнул к ней на колени, и Никси погладила его широкую спину. "Но Линни..."

"Это была не твоя вина. В том, что произошло, не было твоей вины. Ты не был причиной этого, и ты не смог бы это остановить ".

Никси подняла глаза. "Может быть, если бы я кричал действительно громко, я бы всех разбудил. Мой отец мог бы сразиться с плохими парнями ".

"У вашего отца было оружие?" Потребовала Ева, прежде чем Мира смогла заговорить.

"Нет, но..."

"Двое мужчин с ножами, а он безоружен. Может быть, если бы ты закричал, он бы проснулся. И он все равно был бы мертв. Разница лишь в том, что они узнали бы, что в доме был кто-то еще, выследили бы тебя и тоже убили."

Мира бросила на Еву предупреждающий взгляд и снова обратила свое внимание на Никси. "Лейтенант Даллас сказал мне, что вы были очень храбрым и очень сильным. Поскольку в ней есть и то, и другое, я знаю, что она говорит правду ".

"Она нашла меня. Я прятался ".

"Хорошо, что ты спрятался. Хорошо, что она нашла тебя. Я знаю, вам тяжело слышать то, что только что сказала лейтенант Даллас, но она права. Прошлой ночью ты больше ничего не мог сделать, чтобы помочь своей семье. Но есть вещи, которые ты можешь сделать сейчас." Мира взглянула на Еву, подавая ей знак.

"Послушай, Никси", - сказала Ева, "это тяжело, но чем больше ты можешь мне рассказать, тем больше я знаю. Это мой диктофон ". Она поставила его на стол, села напротив Миры и ребенка. "Я собираюсь задать вам несколько вопросов. Даллас, лейтенант Ева, в интервью со Свишером, Никси, несовершеннолетней женщиной, при участии Миры, доктора Шарлотты. Хорошо, Никси?"

"Хорошо".

"Вы знаете, примерно в какое время вы встали с постели?"

"Было больше двух часов. Примерно через десять минут. Я ел свой Джелли-Ролл ".

"Устройство на запястье", - перевела Мира.

"Что ты делал, когда встал? Именно."

"Я спустился вниз - действительно тихо. Я подумал, на минуту, раз Линни не хотела просыпаться, я позову Койла. Но, может быть, он бы рассказал, а мне нравилось быть одному. Я пошел на кухню и достал апельсиновую шипучку из холодильника, хотя мне и не полагалось этого делать. И я пошел, чтобы сесть и выпить его в зале для завтрака ".

"Что произошло потом?"

"Я видел, как вошла тень, но она не видела меня. Я опустился на скамейку. Оно попало в комнату Инги ".

"Как выглядела тень?"

"Я думаю, это было похоже на мужчину. Было темно".

"Он был высоким или низким?"

"Такой же высокий, как лейтенант?" Мира подсказала и жестом велела Еве встать.

"Выше, наверное. Я не знаю ".

"Во что он был одет?"

"Темная штука".

"Что насчет его волос?" Ева потянула за свою. "Короткий, длинный?"

Коротко вздохнув, Никси ткнулась носом в кошку. "Должно быть, это было коротко, потому что я не мог толком разглядеть это. Это было... это было ... прикрыто. Как." Она сделала жест, как будто натягивала что-то через голову. "Это накрыло его. Все его лицо и глаза были черными и блестящими ".

Защитное снаряжение, предположила Ева. Очки ночного видения. "Ты слышал, как он что-нибудь говорил?"

"Нет. Он убил ее ножом. Он убил ее, и там была кровь. И он ничего не сказал ".

"Где ты был?"

"На полу, у двери. Я хотел заглянуть внутрь и увидеть..."

"Было темно. Как ты мог видеть?"

Ее брови на мгновение сошлись вместе. "Из окна. Уличный свет в окне. У него был свет ".

"Как фонарик?"

"Нет, маленькая точка, маленький зеленый огонек. Он мигал. На его руке. На его... вот." Она сомкнула пальцы вокруг своего запястья.

"Хорошо, что произошло потом?"

"Я прижался к стене. Я думаю. Я был так напуган. Он убил Ингу, и у него был нож, и я была так напугана ".

"Тебе не нужно бояться сейчас", - сказала Мира. "Теперь ты в безопасности".

"Он не видел меня, как будто меня там не было. Как в прятки, но он не искал меня. Я получил ссылку и позвонил. Папа говорит, что если ты видишь, что кто-то ранен, ты вызываешь скорую помощь, и полиция приедет и поможет. Ты должен позвонить, ты должен быть хорошим соседом. Мой отец... " Она замолчала, склонила голову, по щекам текли слезы.

"Он бы очень гордился тобой". Мира потянулась к своей сумке, достала из нее салфетку. "Очень горжусь тем, что ты делал именно то, чему он тебя учил, даже когда тебе было страшно".

"Я хотел сказать ему, сказать ему и маме. Я хотел маму. Но они были мертвы ".

"Вы снова видели этого человека и кого-то еще", - подсказала Ева, "когда поднимались наверх. Ты поднялся через черный ход ".

"Человек, который убил Ингу, направлялся в комнату Койла".

"Откуда ты знаешь? Никси, откуда ты знаешь, что это был мужчина из комнаты Инги, который зашел к Койлу?"

"Потому что..." Она снова подняла глаза, моргая от слез. "Свет. Зеленый свет. У другого его не было ".

"Хорошо. Что еще было по-другому?"

"Тот, кто убил Ингу, был крупнее".

"Выше?"

"Немного, но больше". Она согнула руки, показывая мускулы.

"Они разговаривали друг с другом?"

"Они ничего не сказали. Они не производили никакого шума. Я ничего не мог слышать. Я хотел маму ".

Ее глаза снова потускнели, и дрожь сотрясла ее голос. "Я знал, что они собирались сделать, и я хотел маму и папу, но... И там была кровь, и она попала на меня. Я спрятался в ванной и не выходил. Я слышал, как люди входили, но я не выходил. Ты пришел".

"Хорошо. Ты помнишь, прежде чем что-либо из этого случилось, говорили ли твои родители что-нибудь о том, что они обеспокоены, о ком-то, кто был зол на них, или если они видели кого-то, ошивающегося поблизости, кому не следовало этого делать? "

"Папа сказал, что Дэйв сказал, что собирается избить его до потери сознания своим железом nine, потому что он выиграл игру в гольф".

"Они часто ссорились, твой отец и Дэйв?"

"Не-а, не по-настоящему". Она прикрыла глаза костяшками пальцев. "Просто разрывает".

"Был ли кто-нибудь, с кем он дрался? Не просто разрывать?"

"Нет. Я не знаю ".

"Или твоя мама?" Когда Никси покачала головой, Ева попала в опасную зону. "Твои мама и папа ссорились друг с другом?"

"Иногда, но не так уж плохо. Мама и папа Джемми постоянно орали друг на друга, и Джемми сказала, что они кидались вещами. И они развелись, потому что ее отец не мог держать штаны застегнутыми. Это значит, что он облажался ".

"Понял. Но твои родители так не ссорились ".

"Они этого не сделали, и они тоже не дурачились. Они танцевали на пляже".

"Прости?"

"Летом, когда мы поехали на пляж и купили дом. Иногда они выходили гулять ночью, и я мог видеть их из своего окна. Они танцевали на пляже. Они не собирались разводиться ".

"Хорошо иметь такие воспоминания", - сказала Мира. "Когда тебе становится слишком грустно или страшно, ты можешь попробовать увидеть, как они танцуют на пляже. Ты очень хорошо справился. Я хотел бы вернуться и поговорить с вами снова когда-нибудь ".

"Я думаю, все в порядке. Я не знаю, что мне теперь делать ".

"Я думаю, тебе стоит перекусить. Мне скоро нужно идти, но лейтенант Даллас будет здесь, работает наверху, в своем кабинете. Ты знаешь, где находится кухня?"

"Нет, дом слишком большой".

"Расскажи мне об этом", - пробормотала Ева.

Мира поднялась, протянула руку. "Я отвезу тебя обратно, и, возможно, ты сможешь помочь Соммерсету на некоторое время. Я вернусь через минуту", - сказала она Еве.

Оставшись одна, Ева прошлась к окнам, к камину, обратно к окнам. Она хотела добраться до этого, запустить процесс. Ей нужно было настроить свою доску, выполнить прогоны, написать свой отчет и подать его. Нужно позвонить, повидаться с людьми, подумала она, позвякивая монетами в кармане.

Черт, как она собиралась разобраться с этим ребенком?

Она задавалась вопросом, были ли копы, которым пришлось допрашивать ее много лет назад, так же неуверенны в своих силах.

"Она справляется очень хорошо". Мира вернулась в комнату. "Лучше, чем большинство. Но вам следует ожидать перепадов настроения, слез, гнева, проблем со сном. Ей понадобится консультация ".

"Ты сможешь с этим справиться?"

"На данный момент, и мы посмотрим, как все пойдет. Ей может потребоваться специалист, обученный в основном работе с детьми. Я разберусь с этим ".

"Спасибо. Я подумал, что мне следует проверить департамент по делам молодежи, найти пару офицеров, которых я мог бы приставить к ней ".

"Не торопись. Она имеет дело со множеством незнакомцев одновременно ". Она коснулась руки Евы, затем взяла свою сумку. "Ты справишься с этим".

Возможно, подумала Ева, когда Мира ушла. Надеюсь. Но в тот момент у нее было много сомнений. Она направилась наверх, свернула в кабинет Рорка.

Он сидел за своим столом, на трех настенных экранах которого прокручивались различные данные, а его настольный компьютер гудел. "Приостановите операции", - сказал он и улыбнулся. "Лейтенант, вы выглядите избитым".

"Чувствуй себя так. Послушай, у меня не было возможности по-настоящему обсудить все это с тобой. Я знаю, что я просто более или менее свалил на тебя какого-то незнакомого парня и сдулся ".

"Она в сознании?"

"Да. Она с Соммерсетом. Я взял у нее второе интервью, при этом присутствовала Мира. Она держится довольно хорошо. Я имею в виду ребенка."

"У меня были новости. Имена пока не разглашаются ".

"Я заблокировал это - на данный момент. Это скоро сломается ".

Зная свою жену, он подошел к автомату, запрограммировал два вида кофе, черного. "Почему бы тебе не запустить это для меня сейчас?"

"Краткая версия, потому что я отстаю".

Она рассказала ему подробности, кратко и категорично.

"Бедное дитя. Пока нет доказательств, что кто-либо в семье был вовлечен во что-то, что могло привести к такого рода расплате?"

"Пока нет. Но еще рано".

"Профессионал, как, я уверен, вы уже пришли к выводу. Кто-то, обученный мокрой работе. Зеленый свет, который она увидела, скорее всего, был глушилкой - зеленый означал "Вперед", поскольку система безопасности была обойдена. "

"Понял. На первый взгляд, эти люди кажутся обычными, заурядной семьей. Прямые стрелы. Но мы еще не слишком продвинулись по этой поверхности ".

"Сложная электроника, вторжение типа спецназа, быстрые, чистые попадания". Потягивая кофе, он проигнорировал звуковой сигнал своего лазерного факса. "Входит и выходит ... Через сколько, десять или пятнадцать минут? Это не что-то просто так. Домашний терроризм оставил бы след, и цели были бы более заметными. На поверхности", - добавил он.

"У тебя все еще есть кое-какие связи в организованной преступности".

Призрачная улыбка появилась на его губах. "Должен ли я?"

"Ты знаешь людей, которые знают людей, которые знают отбросов общества".

Он постучал кончиком пальца по вмятине у нее на подбородке. "Разве так можно говорить о моих друзьях и деловых партнерах? Бывший."

"Чертовски верно. Вы могли бы навести кое-какие справки ".

"Я могу, и я сделаю это. Но я могу сказать вам, что я никогда не общался с детоубийцами. Или любой, кто убил бы семью во сне ".

"Не говорю. Я имею в виду это. Но мне нужны все точки зрения на это. Маленькая девочка? Тот, кого он убил вместо парня внизу? На ней была маленькая розовая ночная рубашка с - как вы это называете - оборками вокруг шеи. Я мог видеть, что снизу он был розовым. Остальное было красным, насквозь пропитанным кровью. Он перерезал бы ей горло, как будто это было яблоко ".

Он поставил свой кофе, подошел к ней. Он положил руки ей на бедра, прижался лбом к ее лбу. "Я сделаю все, что в моих силах".

"Это заставляет задуматься. У нас с тобой было худшее, что может быть у большинства детей. Жестокое обращение, пренебрежение, изнасилование, избиения, ненависть. У этих детей было то, что и должно было быть в идеальном мире: хорошие дома, родители, которые любили их, заботились о них ".

"Мы выжили", - закончил он. "Они этого не сделали. За исключением того, кто внизу."

"Однажды, когда она оглянется назад на это, я хочу, чтобы она знала, что люди, которые сделали это, находятся в клетке. Это лучшее, что я могу сделать. Это все, что я могу сделать ".

Она отстранилась. "Итак, мне лучше приступить к работе".

4

ЕЕ ПЕРВЫМ ШАГОМ БЫЛО СВЯЗАТЬСЯ С ФИНИ, капитаном отдела электронных детективов. Он появился на ее экране связи: жесткие рыжие волосы с проседью, обвисшее лицо, мятая рубашка.

Для нее было облегчением, что недавняя попытка его жены приукрасить его сногсшибательными костюмами провалилась.

"Я наверстываю упущенное", - быстро сказала она. "У тебя есть новости по делу Свишера, о вторжении в дом?"

"Двое детей". Его лицо, уютно угрюмое, ожесточилось. "Когда я пронюхал, я сам отправился на место происшествия. У меня есть команда, работающая над "каналами связи и центрами обработки данных". Я лично обеспечиваю безопасность ".

"Мне нравится получать лучшее. Что ты можешь мне сказать?".

"Хорошая, надежная домашняя система. Превосходно. Потребовалось некоторое ноу-хау, чтобы обойти. Камера показывает приседание через сто пятьдесят восемь часов. Дистанционный глушитель помех, со вторичным замятием, поскольку в системе было автоматическое резервное копирование."

Он потянул себя за мочку уха, считывая данные с другого экрана. "Система визуальной безопасности отключается, в течение десяти секунд появляется резервная копия, с сигнализацией как внутри компании, так и в центре безопасности. Скомпрометировал работы ".

"Они знали систему".

"О да, они знали систему. Отключена сигнализация камеры, блокировки, движения. Я собираюсь закрепить это за вами, но в моем предварительном отчете указано, что вход произошел через десять минут после отключения камеры, через четыре минуты после вторичного затора."

"Десять минут? Это большой промежуток времени. Возможно, сработала страховка, система не подала сигнал, внутренний, в охранную компанию. Четыре после попадания во второстепенную. Это так ловко, как я думаю?"

"Достаточно ловко. Они сработали быстро ".

"Они знали код?"

"Пока не могу тебе этого сказать". Он поднес к губам кружку, на которой было написано "МОЕ" убийственно-красным. "Либо знал это, либо имел первоклассный взломщик кодов. Пара детей, которым небезопасно в их собственной постели, Даллас, это испорченный мир ".

"Это всегда был испорченный мир. Мне понадобятся все передачи, входящие и исходящие, личные и бытовые. Все диски безопасности".

"Они у тебя будут. Я придаю этому значение. У меня внуки такого возраста, ради всего святого. Все, что тебе нужно в этом деле, у тебя это есть ".

"Спасибо". Ее глаза сузились, когда он снова сделал глоток. "Это настоящий кофе?"

Он моргнул, убрал кружку с глаз долой. "Почему?"

"Потому что я вижу это на твоем лице. Я вижу это в твоих глазах".

"Что, если это так?"

"Где ты это взял?"

Он изменился. Даже с ее видом на экран она могла сказать, что он скривился. "Может быть, я заскочил в твой офис, чтобы сообщить тебе новости, а тебя там не было. И, может быть, поскольку у тебя чертовски неограниченный запас этого пойла, я взял себе одну паршивую кружку. Не понимаю, почему ты должен быть таким скупым, когда ты..."

"Ты помогал себе чем-нибудь еще, пока был там? Например, конфеты?"

"Какие конфеты? У тебя там есть конфетки? Какого рода?"

"Это мне нужно знать, а тебе - держать свои руки подальше. Я вернусь к тебе ".

Мысль о кофе и конфетах напомнила ей, что она пропустила завтрак и обед. Она заказала данные о Гранте Свишере, затем прошла на кухню своего офиса, чтобы взять нутрибар и еще одну порцию кофеина.

Устроившись, она вывела данные на настенный экран и просканировала.

Свишер, Грант Эдвард, 2 марта 2019 года. Резиденция 310 Запад Восемьдесят первая, Нью-Йорк, с 22 сентября 2051 года по настоящее время. Женился на Гетце, Кили Роуз, 6 мая 2046 года. Двое детей от брака: Койл Эдвард, родился 15 августа 2047 года, мужчина. Никси Фрэн, родилась 21 февраля 2050 года, женщина.

Трое из этих имен к концу дня будут занесены в записи актов гражданского состояния как умершие, подумала она.

Она прочитала основные данные, запросила все криминальные досье и получила срок за хранение Зонера, когда Гранту Свишеру было девятнадцать. Медицинская помощь была такой же обычной.

Она покопалась в финансах.

Он молодец. По семейному праву выплачено достаточно, чтобы погасить ипотеку на дом, место на время в Хэмптоне, частные школы для обоих детей. С учетом дохода жены у вас был уютный буфер для проживания в семье, семейного отдыха, ресторанов и других развлекательных мероприятий, включая солидный счет за гольф, и достаточно остатков для разумных сбережений или счета на случай непредвиденных обстоятельств.

Ничего сверх меры, размышляла она. Судя по всему, под столом ничего нет.

Кили Свишер, на два года моложе своего мужа, не преступница, стандартная медицинская, имела степень магистра в области питания и здоровья. Она использовала это до появления детей, получив должность в штате элитного городского спа-центра. После рождения первого ребенка она в течение года была профессиональной матерью, а затем вернулась к той же работе. Повторил процедуру с ребенком номер два, но вместо того, чтобы вернуться в качестве наемного работника, она открыла свой собственный бизнес.

Жить хорошо, размышляла Ева. Не очень похоже на питание, но, должно быть, это сработало. Она отслеживала бизнес, первый год был шатким, второй - средним. Но к третьему году у Кили Свишер появилась солидная клиентура, и она была в разъездах.

Она прогнала мальчика. Ни преступника, ни ведьмы для закрытых записей несовершеннолетних. В медицинской карте нет отметок, указывающих на насилие или издевательства, хотя были некоторые шишки, некоторые переломы. По словам врачей, это связано со спортом. И это соответствовало.

У него был собственный банковский счет, на котором были указаны его родители. Она поджала губы, вспомнив регулярные ежемесячные депозиты, но этих сумм было недостаточно, чтобы направить их на нелегальные продажи или криминальную прибыль.

Она обнаружила ту же схему, только с меньшими суммами, на счете Никси.

Она размышляла об этом, когда вошла Пибоди с белой сумкой, испачканной жиром и пахнущей славой. "Подобрал пару гироскопов. Съел мой, так что, если ты не хочешь свой, я буду счастлив забрать его из твоих рук ".

"Я хочу этого, и никто не должен есть два гироскопа".

"Эй, я похудел на пять фунтов, когда проходил лечение. Ладно, я снова поставил три, но по чьим-либо подсчетам это все равно два ". Она бросила сумку на стол Евы. "Где Никси?"

"Соммерсет". Ева бросила батончик, который еще не открывала, в ящик своего стола и достала гироскутер. Она откусила огромный кусок и пробормотала что-то похожее на "Слоул ресса".

"У меня есть школьные записи на обоих". Переведя, Пибоди вытащила два диска. "Руководство их школы было довольно расстроено, когда я уведомил. Хорошие школы. Койл хорошо справился, никаких подозрительных падений в оценках или посещаемости. А Никси? Этот парень - клинок. Побеждает на всем пути. Оба набрали высокие баллы по тестам IQ, но она на уровень выше своего брата и использует это по максимуму. Дисциплинарных проблем ни у того, ни у другого нет. Пара предупреждений о разговорах в классе или тайном просмотре игровых видео, но ничего серьезного. Койл играл в софтбол и баскетбол. Никси увлекается школьными постановками, освещает их в школьных СМИ, школьная группа- играет на пикколо."

"Что это, черт возьми, такое?"

"Это духовой инструмент. Что-то вроде флейты. У этих детей много внеклассных, хороших оценок. На мой взгляд, у него не было времени на неприятности ".

"У них обоих есть собственные банковские счета, и они делают регулярные ежемесячные депозиты. Где дети получают до ста долларов в месяц?"

Пибоди повернулась к настенному экрану, просмотрела данные. "Пособие".

"Пособие на что?"

Она оглянулась назад, покачала головой Еве. "Их родители, вероятно, давали им еженедельное пособие на расходы, откладывали деньги и тому подобное".

Ева проглотила еще гироскопа. "Им платят за то, что они дети?"

"Более или менее".

"Отличная работа, если ты можешь ее выполнить".

"При таком домашнем хозяйстве, как это складывается, у детей, вероятно, были регулярные обязанности по дому, даже с полной занятостью домашней прислугой. Поддерживать чистоту в своих комнатах, убирать со стола, загружать утилизатор. Затем вы получили деньги на свой день рождения или праздник, деньги за школьный отчет. Будучи вольнонаемными, мы больше обменивали, чем платили, но в итоге получилось то же самое ".

"Итак, если бы все оставались детьми, никому не пришлось бы устраиваться на работу. Они могли что-то увидеть в школе ", - продолжила она, прежде чем Пибоди смогла прокомментировать. "Что-то слышал. Что-то не так. Мы посмотрим на учителей и персонал. Мы можем управлять деловыми партнерами и клиентами взрослых, распространяясь оттуда на друзей, соседей, социальных знакомых. Эти люди не были выбраны из ничего ".

"Не похоже на это, но можем ли мы сбрасывать со счетов обычный городской терроризм?"

"Слишком чисто". На этот счет Рорк был прав, подумала она. "Ты хочешь терроризировать, ты неряха. Сначала убивают семью, насилуют и пытают, разрушают дом, режут на куски их маленькую собачку".

"У них не было маленькой собачки, но я понимаю тебя. И если бы это был терроризм, какая-нибудь чокнутая группировка уже присвоила бы себе все заслуги. Поступали ли к нам какие-нибудь сообщения? ЭДД, метельщики, Я?"

"Я разговаривал с Фини. Он этим занимается. Введу тебя в курс дела по дороге."

"Кому?"

"Морг, затем Центральный". Она поднялась, запихивая в рот остатки гироскопа.

"Хочешь, я сообщу Соммерсету, что мы уезжаем?"

"Почему? Ох. Ад. Да, сделай это." Она подошла к двери, соединяющей ее кабинет с кабинетом Рорка. "Привет".

Он поднимался из-за стола, надевая один из своих темных пиджаков.

"Я ухожу", - сказала она ему.

"Я тоже Я перестроил несколько вещей. Должен вернуться не позже семи ".

"Я не знаю, когда". Она прислонилась к косяку, хмуро глядя на него. "Я должен поместить ребенка в безопасный дом".

"Этот дом в безопасности, и ей хорошо с Соммерсетом. Вышел более подробный информационный бюллетень для СМИ. В нем пока не указаны имена, но сообщается об одной семье из Вест-Сайда, в том числе двух детях, убитых рано утром в своем доме. Перечисляет вас как основного. Подробности ниже".

"Мне придется с этим смириться".

"И так и будет". Он подошел к ней, взял в ладони ее лицо, поцеловал ее. "Ты сделаешь свою работу, а мы разберемся с остальным. Позаботься о моем полицейском ".

Как она и ожидала, главный судебно-медицинский эксперт взял на себя ответственность за убийства Свишеров. Это была не та деталь, которую Моррис передал бы кому-то другому, каким бы квалифицированным он ни был.

Ева нашла его, одетого в скафандр, над телом Линни Дайсон. "Я отобрал их в порядке смерти". За его микрощурками его темные глаза были холодными и жесткими.

Играла музыка. Моррис редко работал без этого, но этот был мрачным, похоронным. Один из тех композиторов, представила она, которые носили белые парики.

"Я заказал анализы на токсины для всех жертв. Причина смерти у всех одна и та же. Вторичных ранений или увечий нет, хотя у несовершеннолетнего мужчины-участника драки было несколько старых ушибов, два свежих, с небольшими рваными ранами - длинными кровоподтеками на правом бедре и верхней части бедра. Его правый указательный палец был сломан, вправлен и зажил в какой-то момент в течение последних двух лет. Все травмы, на мой взгляд, соответствуют травмам маленького мальчика, который занимался спортом ".

"Софтбол в первую очередь. Свежая сделка, похоже, он добился того, что она сдвинулась с мертвой точки ".

"Да, это подходит".

Он посмотрел вниз на маленькую девочку, на длинный разрез в ее горле. "Оба несовершеннолетних соперника были здоровы. Примерно в семь часов вечера все гости поужинали белой рыбой, коричневым рисом, зеленой фасолью и хлебом из смешанных злаков. На десерт было блюдо из яблок с пшеничной посыпкой и коричневым сахаром. Взрослые выпили по бокалу белого вина, дети - соевого молока".

"Мать, вторая взрослая женщина, была диетологом".

"Практиковал то, что она проповедовала. У мальчика где-то был тайник, " добавил Моррис со слабой улыбкой. "Он съел две унции красной лакрицы примерно в десять вечера".

Почему-то ее приободрило это осознание. По крайней мере, ребенок в последний раз попробовал сладкое. "Орудия убийства?"

"Идентично. Скорее всего, десятидюймовое лезвие. Смотри сюда".

Он указал на экран, увеличил рану на горле ребенка. "Видишь зазубрины? Там, на краю диагонали. Проведите пальцем вниз, слева от него направо. Не полностью гладкое лезвие или полностью зазубренное. Три зубца, выступающие из рукояти, остальные с гладким лезвием."

"Звучит как боевой нож".

"Это было бы мое мнение. Он был нанят правшой".

"Их было двое".

"Так мне сказали. Глядя на это, я бы сказал, что смертельные удары наносила одна и та же рука, но, как вы можете видеть ... " Он повернулся к другому экрану, вызвал фотографии, разделил экран на Гранта и Кили Свишер. Увеличил раны.

"Есть небольшие отклонения. Рана жертвы-мужчины глубже, больше похожа на режущее движение, более зазубренная, в то время как у женщины она скорее тянется поперек. Когда все пятеро будут выставлены ..." Он кивнул, когда экран переместился, чтобы показать пять ранений в горле. "Вы можете видеть, что у экономки, отца и мальчика одинаковые режущие раны, в то время как у матери и девочки более горизонтальный рисунок поперек. Вы захотите, чтобы лаборатория провела некоторые реконструкции, но это будет десятидюймовое лезвие, максимум двенадцатидюймовое, с тремя зубьями возле рукояти."

"Стиль милитари", - заявила она. "Не то чтобы вы должны быть военным, чтобы получить его. Но это всего лишь еще одна часть операции. Военная тактика, снаряжение и оружие. Никто из взрослых не отбывал срок в армии и, похоже, не имел никакого отношения к военным. На данный момент не могу связать ни одно из них с военизированными формированиями или играми ".

С другой стороны, подумала она, иногда уютная семья была идеальным прикрытием для тайных или темных дел.

"Я очистил Дайсонов". Ева оглянулась на Линни. "Они ее уже видели?"

"Да. Час назад. Это было... отвратительно. Посмотри на нее", - убеждал он. "Такой маленький. Нас становится меньше, конечно. Младенцы, едва вышедшие из утробы матери. Удивительно, что мы, просвещенные взрослые, можем сделать для тех, кто нуждается в нас больше всего ".

"У тебя ведь нет детей, верно?" Спросила Ева.

"Нет, ни цыпленок, ни ребенок. Когда-то была женщина, и мы были вместе достаточно долго, чтобы обдумать это. Но это было ... давно."

Она изучала его лицо, изящно обрамленное черными волосами, аккуратно собранными сзади в один гладкий хвост, который был перевязан перекрещивающейся серебристой бечевкой. Под прозрачным защитным костюмом, теперь испачканным жидкостями организма, его рубашка тоже была серебристой.

"У меня есть ребенок, которого они не получили. Я не знаю, что с ней делать ".

"Сохрани ей жизнь. Я бы подумал, что это было бы приоритетом ".

"Я разобрался с этой частью. Мне понадобятся эти токсикологические отчеты и все, что всплывет, как только."

"Они у тебя будут. Они носили обручальные кольца".

"Прости?"

"Родители. Не все делают это в наши дни." Моррис кивнул в сторону резинки с надписью, которую Ева носила на безымянном пальце левой руки. "Это не очень модно. Носить их - это заявление. Я принадлежу. Они занимались любовью примерно за три часа до смерти. Они использовали спермицид, а не долгосрочный или постоянный контроль над рождаемостью, что говорит мне о том, что они не исключали возможности появления новых детей в будущем. Это и кольца, Даллас? Я нахожу, что это одновременно и утешает, и злит меня ".

"Гнев лучше. Делает тебя острее ".

Когда она шла к отделу по расследованию убийств в огромном улье полицейского управления, она заметила детектива Бакстера в торговом автомате, который покупал то, что сошло за кофе. Она достала титры, скинула их ему. "Тюбик Пепси".

"Все еще избегаешь контактов с торговыми автоматами?"

"Это работает. Они не выводят меня из себя, я не превращаю их в щебень ".

"Слышал о вашем деле", - сказал он, вводя ее титры. "И то же самое сделали все репортеры в городе. Из-за тебя большинство из них пристает к связям со СМИ и добивается интервью с главным редактором."

"Репортеры в данный момент не входят в мой список дел". Она взяла предложенный им тюбик Пепси, нахмурилась. "Ты сказал "большинство". Почему Надин Ферст с 75 канала даже сейчас сидит на своей подтянутой заднице в моем офисе?"

"Откуда ты знаешь? Не о заднице, любой мог видеть, что у Ферста отличная задница ".

"У тебя крошки от печенья на рубашке, придурок. Ты впустил ее в мой офис ".

С некоторым достоинством он отряхнул рубашку. "Хотел бы я посмотреть, как ты откажешься от взятки в виде чипсов "Хунка-Чунка". У каждого человека есть свои слабости, Даллас."

"Да, да. Я надеру твою подтянутую задницу позже ".

"Милая, ты заметила".

"Укуси меня". Но она изучала его, пока ломала пробирку. "Слушай, как у тебя дела?"

"Ну, поскольку ты мой лейтенант, я должен сказать, что я смехотворно перегружен работой. Я как раз возвращался из суда, когда меня отвлекли задница Ферста и печенье ".

Введя свой код, он заказал в автомате бутылку имбирного эля. "Мой мальчик записывает троих на одного, которого мы поймали прошлой ночью. Двойное D, которое вышло отвратительным. Парень пил и распутничал, по словам супруги. Они поссорились, когда он приполз домой, избили друг друга - как обычно, согласно соседям и предыдущим сообщениям. Но на этот раз она дождалась, пока он отключится, а затем отрезала ему член ножницами."

"Ой".

"Гребаный Э", - согласился Бакстер и сделал большой глоток. "Парень истек кровью до того, как туда добрались медики. Чертовски уродливый беспорядок, позвольте мне сказать вам. А член этого парня? Она засунула его в утилизатор, просто чтобы убедиться, что с ним больше не будет проблем ".

"Тщательность окупается".

"Вы, женщины, холодные и ужасающие создания. Этот? Она этим чертовски гордится. Говорит, что она собирается стать героем для неофемов по всей нашей прекрасной стране. Может быть, и так ".

"Ты закрыл это. Что-нибудь еще горячее?"

"У нас не больше активов, чем мы можем осилить прямо сейчас".

"Есть что-нибудь, от чего тебе неудобно отказаться?"

"Ты хочешь, чтобы я свалил свои дела на кого-то другого. Я твой мальчик".

"Я хочу, чтобы ты и Трухарт были свидетелями. Моя резиденция".

"Когда?"

"Сейчас".

"Я заберу своего мальчика. Они убили двоих детей?" Его лицо посерьезнело, когда они шли к загону для быков. "Сделал их, пока они спали?"

"Было бы хуже, если бы они не спали. Ты и Трухарт нянчитесь с очевидцем. Девятилетняя девочка. Пока не заноси это в журнал. Я все еще должен отчитаться перед Уитни ".

Она прошла через загон для скота, затем в прославленный чулан, который был ее кабинетом.

Как и было предсказано, Надин Ферст, ведущая эфира 75 канала, сидела в потрепанном рабочем кресле Евы. Она была идеально ухожена, ее светлые волосы с прядями были зачесаны назад с лисьего личика. Ее куртка и брюки были цвета спелой тыквы, под ними была ярко-белая рубашка, которая каким-то образом делала весь наряд более женственным.

Она перестала записывать заметки в свою записную книжку, когда вошла Ева. "Не делай мне больно. Я оставила тебе печенье ".

Ничего не сказав, Ева показала большой палец, затем заняла стул, который освободила Надин. Когда повисла тишина, Надин склонила голову набок. "Разве я не выслушаю лекцию? Ты не собираешься наорать на меня? Ты не хочешь свое печенье?"

"Я только что пришел из морга. На плите лежит маленькая девочка. Ее горло перерезано отсюда примерно до этого." Ева постучала пальцем по обеим сторонам своего собственного горла.

"Я знаю". Надин села в единственное кресло для посетителей. "Или я знаю кое-что из этого. Целая семья, Даллас. Какими бы жесткими ни были наши с тобой отношения, это проходит. И при таком домашнем вторжении общественности нужны некоторые подробности, чтобы они могли защитить себя ".

Ева ничего не сказала, просто подняла брови.

"Это часть всего", - настаивала Надин. "Я не говорю, что рейтинги не имеют отношения, или я не хочу, чтобы мои журналистские зубы были в чем-то таком пикантном. Но святость дома должна что-то значить. Важно обеспечить безопасность своих детей ".

"Посмотрите на связь со СМИ".

"У ML нет приседаний".

"Должен тебе кое-что сказать, Надин". Ева подняла руку, прежде чем Надин смогла что-то сказать. "То, что у меня есть на данный момент, не поможет публике, и я не склонен давать вам преимущество изнутри. Если только..."

Надин откинулась назад, скрестив свои исключительные ноги. "Назови условия".

Ева потянулась, захлопнув дверь, затем повернулась на своем стуле так, что они с Надин оказались лицом к лицу. "Ты знаешь, как искажать репортажи, как раскручивать истории, чтобы повлиять на публику, которая, как ты любишь утверждать, имеет право знать".

"Извините меня, объективный репортер".

"Чушь собачья. СМИ не более объективны, чем последние рейтинги. Вам нужны подробности, вам нужен внутренний ход, личные встречи и другие пункты из списка вашего репортера? Я накормлю тебя. И когда это произойдет, и я их получу - а я их получу - я хочу, чтобы вы облили их кровью в средствах массовой информации. Я хочу, чтобы вы исказили истории так, чтобы эти ублюдки были монстрами, на которых жители деревни нападают с топорами и факелами ".

"Вы хотите, чтобы их судили в прессе".

"Нет". Это не была улыбка, которая скользнула по лицу Евы. Ничто из того, что дико, нельзя было назвать улыбкой. "Я хочу, чтобы их повесили за это. Ты моя второстепенная линия, если система дает им лазейку, даже аноректичному мотылю будет трудно протиснуться. Да или нет."

"Да. Имело ли место сексуальное насилие над кем-либо или всеми жертвами?"

"Ни одного".

"Пытки? Нанесение увечий?"

"Нет. Прямые убийства. Чистый."

"Профессионал?"

"Возможно. Двое убийц".

"Двое?" Возбуждение от охоты вспыхнуло на щеках Надин. "Откуда ты знаешь?"

"Мне платят за то, чтобы я знал. Двое, " повторила Ева. "Никакого вандализма, уничтожения имущества, никакой кражи со взломом, которые могут быть установлены на данный момент. И на данный момент первичный следователь придерживается мнения, что рассматриваемая семья была конкретной целью. Мне нужно написать отчет, и я должен поговорить со своим командиром. Я готовлюсь поспать три часа. Уходи, Надин ".

"Подозреваемые, зацепки?"

"В это время мы преследуем любую чушь, бла, бла. Ты знаешь правила. Исчезни сейчас".

Надин Роуз. "Посмотрите мой вечерний репортаж. Я начну поливать их кровью прямо сейчас ".

"Хорошо. А Надин?" Сказала Ева, когда Надин открыла дверь офиса. "Спасибо за печенье".

Она установила в своем офисе доску для рассмотрения дел, написала свой отчет, прочитала представленные EDD и Crime Scene. Она выпила еще кофе, затем закрыла глаза и еще раз мысленно прокрутила эту сцену.

"Компьютер. Вероятностный анализ, множественные убийства, файл дела H-226989SD, " приказала Ева.

Подтверждаю.

"Вероятность, учитывая известные данные, что убийцы были известны одной или нескольким жертвам".

Работает... Вероятность того, что одна или несколько жертв знали одного или нескольких убийц, составляет 88,32 процента.

"Вероятность того, что убийцы были профессиональными ассасинами".

Работает... Вероятность того, что убийцы были профессионалами и /или обучены, составляет 96,93 процента.

"Да, в этом я с тобой. Вероятность того, что убийцы были наняты или назначены для убийства жертв другим источником."

Работает... Полностью спекулятивное расследование с недостаточными данными для прогнозирования.

"Давай попробуем это. Учитывая текущие известные данные обо всех жертвах, какова вероятность того, что кто-то или все будут помечены как профессиональные убийцы?"

Работает ... Вероятность 100 процентов, поскольку жертвы были убиты.

"Работай со мной здесь, ты, идиот. Предположение. Жертвы еще не были убиты. Учитывая текущие известные данные - удаление любых данных после полуночи - какова вероятность того, что кто-то или все члены семьи Свишер будут отмечены за профессиональное убийство?"

Работает... Вероятность составляет менее пяти процентов, и поэтому эти предметы не были бы так отмечены.

"Да, я тоже так думаю. Так чего же мы не знаем об этой милой семье?" Она повернулась к доске. "Потому что ты мертв, не так ли?" Она вставила другой диск в гнездо для данных. "Компьютер, выполните сортировку и запустите последующие данные, относящиеся к Swisher, Grant, списку клиентов. Выполните сортировку и запустите Swisher, Keelie, список клиентов. Выделите все предметы с криминальными или психологическими оценками, выделите все предметы с военной или военизированной подготовкой. Скопируйте результаты на мой домашний компьютер после завершения."

Подтверждаю. Работает...

"Да, ты продолжаешь это делать". Она встала и вышла.

"Пибоди". Она дала отмашку, из-за которой Пибоди оттолкнулась от своего стола в загоне для скота.

"У меня жалоба. Почему Бакстер и большинство других парней всегда получают хорошие взятки? Почему, будучи твоим партнером, я получаю удовольствие от вкусностей?"

"Цена, которую ты платишь. Мы направляемся к Уитни. Есть ли у вас что-нибудь новое, о чем я должен знать, прежде чем мы сообщим?"

"Я разговаривал с Макнабом. Чисто профессионально, " быстро добавила Пибоди. "Мы почти не издавали звуков поцелуя. Фини подключил его к домашним каналам связи и отделам d и c, а также к подразделениям Гранта Свишера из его офиса. Он прослушивает все передачи за последние тридцать дней. Пока ничего не всплывает. Ты видел отчет "чистильщиков"?"

"Да. Ничего. Не клетка кожи, не фолликул."

"Я устраиваю облавы на школьный персонал", - продолжила Пибоди, когда они протискивались в лифт. "Вытаскиваю все, что подмигивает".

"Винки?"

"Знаешь, не совсем так. Обе школы довольно жесткие. Ты должен быть практически достаточно чист, чтобы там сработал статус святого, но тут произошло несколько маленьких промахов. На данный момент ничего серьезного ".

"Отбросьте военное, военизированное прошлое. Даже те - кто они?- боевые лагеря. Те места отдыха, где вы платите за то, чтобы побегать, играя в войну. Внимательно посмотрите на преподавателей электронных факультетов."

Ева потерла висок, когда они вышли из лифта. "Экономка была разведена. Давайте посмотрим на бывшего. Мы узнаем имена приятелей детей. Посмотри, не следует ли проверить кого-нибудь из этих членов семьи ".

"Он ждет тебя". Администратор Уитни сделала жест, даже когда Ева направилась к своему столу. "Детектив Пибоди, хорошо, что ты вернулся. Как ты себя чувствуешь?"

"Хорошо, спасибо".

Но она сделала глубокий вдох, прежде чем они вошли в кабинет Уитни. Командир все еще запугивал ее.

Он сидел, крупный мужчина за большим письменным столом, его лицо цвета какао, его коротко подстриженные черные волосы щедро поседели. Пибоди знала, что он отсидел на улицах почти столько же, сколько она была жива. И он сидел за своим столом с тем же рвением и мастерством.

"Лейтенант. Детектив, рад видеть вас снова на работе ".

"Благодарю вас, сэр. Приятно вернуться ".

"У меня есть твои записи. Лейтенант, вы переходите тонкую грань, беря под свою опеку несовершеннолетнего свидетеля."

"Я знаю самое безопасное место, коммандер. И несовершеннолетний был эмоционально подавлен. Тем более от перспективы использования GPS. Поскольку она наш единственный свидетель, я счел за лучшее держать ее рядом, следить за ней и пытаться поддерживать ее эмоциональную стабильность, чтобы получить от нее больше информации. Я перевел детектива Бакстера и офицера Трухарт в программу защиты свидетелей, неофициально."

"Бакстер и Верное Сердце".

"Опыт Бакстера, молодость Трухарта. В Трухарте есть что-то вроде офицерского дружелюбия, и Бакстер не упустит деталей ".

"Согласен. Почему не в журнале?"

"На данный момент СМИ не знают, что был выживший. Это не займет много времени, но это дает нам больше возможностей. Как только они узнают, узнают и убийцы. Эти люди обучены и опытны. Весьма возможно, что это была операция, выполнявшаяся по приказу ".

"У вас есть доказательства этого?"

"Нет, сэр. И обратного тоже нет. На данный момент нет четкого мотива ".

Это должно было быть "почему", подумала Ева, которое привело к "кто".

"Ничего, что всплывало бы в данных или биографических данных жертв", - добавила она. "Мы начинаем дальнейшие проверки, и я продолжу опрашивать свидетеля. Мира согласилась руководить и консультировать."

"Ничто в вашем отчете не указывает на то, что это было массовое убийство или домашний терроризм".

"Нет, сэр. Мы просматриваем IRCCA как crimes, но ничего не нашли в этих деталях ".

"Я хочу, чтобы ваш свидетель находился под наблюдением двадцать четыре / семь".

"Дело сделано, сэр".

"Имя Миры будет иметь значительный вес в системе GPS. Я добавлю свое." Стул заскрипел, когда он откинулся назад. "А как насчет законных опекунов?" Сэр?

"Несовершеннолетний. Кто ее законные опекуны?"

"Дайсоны, коммандер", - сказала Пибоди, когда Ева заколебалась. "Родители несовершеннолетней женщины, которая была убита".

"Иисус. Что ж, они вряд ли доставят нам какие-либо проблемы из-за сложившейся ситуации, но вам лучше получить их официальное разрешение. Разве у ребенка не осталось семьи?"

"Бабушка и дедушка. Тот со стороны отца, кто живет за пределами планеты. Бабушка и дедушка по материнской линии мертвы. Ни братьев, ни сестер с обеих сторон."

"Малышка не может передохнуть, не так ли?" Пробормотала Уитни.

Она поймала одного, подумала Ева. Она жила. "Детектив Пибоди? Ты говорил с бабушкой."

"Да, лейтенант. Я уведомил ближайших родственников. В то время мне сказали, что бабушка по отцовской линии не является законным опекуном в случае смерти или инвалидности родителей. И, честно говоря, будучи шокированной и расстроенной, она не сделала никаких заявлений, указывающих на то, что она намеревалась приехать сюда и попытаться взять под опеку несовершеннолетнего ".

"Тогда все в порядке. Даллас, поговори с Дайсонами при первой возможности и приведи это в порядок. Держите меня в курсе ".

"Да, сэр".

Когда они шли обратно к лифту, Пибоди покачала головой. "Я не думаю, что сейчас лучшее время - для Дайсонов. Я бы все равно пропустил это еще на двадцать четыре."

Чем дольше, тем лучше, подумала Ева.

5

ОХРАНА И УЛИЧНЫЕ ФОНАРИ ВКЛЮЧИЛИСЬ к тому времени, как Ева направилась обратно в центр города из центра. Обычно ужасное движение дало бы ей множество причин рычать и скулить, но сегодня она была благодарна за отвлечение внимания и дополнительное время в дороге.

Для нее это было как загустение.

Она могла видеть метод, тип убийц. Она могла снова и снова прокручивать эту сцену в уме и следовать инструкциям. Но она не смогла найти мотив.

Она села в пробке за раздутым автобусом maxibus и снова объехала вокруг дела. Насилие без страсти. Убийство без ярости.

Куда был нанесен удар? В чем выгода? Причина?

Повинуясь инстинкту, она вызвала личную связь Рорка на своем приборном щитке.

"Лейтенант".

"Каков ваш статус?" она спросила его.

"Здоровый, богатый и мудрый. А что у тебя?"

"Ha. Подлый, коварный и грубый ".

Его смех заполнил ее машину и заставил ее чувствовать себя немного менее раздражительной. "Именно такой ты мне нравишься больше всего".

"Местонахождение, Рорк?"

"Лавирую в этом чертовом потоке машин к очагу и дому. Я надеюсь, что ты делаешь то же самое ".

"Как это происходит. Как насчет обхода?"

"Это будет включать еду и секс?" Его улыбка была медленной и немного порочной. "Я действительно надеюсь на оба".

Странно, чертовски странно, подумала она, что после почти двух лет, проведенных с ним, эта улыбка все еще могла заставить ее сердце трепетать. "Возможно, позже, но первым в нашем списке - множественное убийство".

"Научи меня выходить замуж за полицейского".

"Что я тебе говорил? Подожди минутку". Она высунулась из окна, накричала на курьера, который чуть не задел ее машину своим джетбордом. "Собственность полиции, придурок. Если бы у меня было время, я бы выследил тебя и использовал эту доску, чтобы выбить твои шары черными ".

"Дорогая Ева, ты знаешь, как меня волнуют подобные разговоры. Как мне теперь отвлечься от секса?"

Ева втянула голову обратно, посмотрела на экран. "Думай чистыми мыслями. Мне нужно еще раз осмотреть место преступления. Я был бы не прочь иметь еще одну пару глаз ".

"Работа полицейского никогда не заканчивается, как и работа человека, которому посчастливилось назвать ее своей. Какой адрес?"

Она дала это ему. "Увидимся там. И если ты опередишь меня на месте преступления, ради Бога, не трогай печать. Просто подожди. О, черт, парковка. Вам нужно разрешение. Я буду..."

"Пожалуйста" - это все, что он сказал, и отключился.

"Хорошо", - сказала она dead air. "На минуту забыл, с кем я разговаривал".

Она не знала, как Рорк обходился без таких надоедливых деталей, как разрешения на парковку, и на самом деле не хотела. Он как раз выходил на тротуар, когда она появилась. Она остановилась позади его машины, включила свой дежурный свет.

"Красивая улица", - сказал он. "Особенно в это время года, когда повсюду разбросаны листья". Он кивнул в сторону дома Свишеров. "Первоклассная собственность. Если бы у них была хоть какая-то доля в этом, по крайней мере, ребенок не остался бы ни без гроша, ни сиротой ".

"У них был кусок, плюс стандартная жизненная политика, некоторые сбережения, инвестиции. С ней все будет в порядке. На самом деле, это одна из сделок. Она будет настроена довольно хорошо, войдет в основной состав, когда ей исполнится двадцать один. У них обоих были завещания. Сделка с трастовым фондом для детей под присмотром законных опекунов и финансовой фирмы. Это не мега-бабки, но люди убивают за кредиты subway ".

"Предусмотрели ли они непредвиденные расходы для альтернативных бенефициаров, если что-то случится и с детьми?"

"Да". Ее мысли тоже были там. Уничтожить семью, загрести немного легких денег. "Благотворительные организации. Приюты, педиатрические центры. Выкладывай и это тоже. Никому не достается слишком большой кусок пирога. И ни один человек не может быть намного выше Джека ".

"Юридическая фирма?"

"Рэнгл, партнер, получает удар там. У него надежное алиби. И если у него хватит связей или смелости заказать подобное убийство, я поджарю свой значок на завтрак. Эта семья была уничтожена не из-за денег. Не то, что я могу видеть ".

Он стоял на тротуаре, изучая дом, как и она. Старое дерево перед домом, деловито сбрасывающее листья на внутренний дворик размером с марку, привлекательные городские очертания, крепкий горшок, наполненный тем, что он принял за герань, у двери.

Все выглядело тихим, устоявшимся и комфортным. Пока вы не увидели маленькие красные глазки полицейской печати, ее резкую желтую полоску, украшающую входные двери.

"Если бы это были деньги, " добавил он, - можно было бы подумать, что потребовался бы большой чан, чтобы заставить кого-либо сделать то, что было сделано здесь. Уничтожение, как ты выразился, целой семьи ".

Он проводил ее до главного входа. "Приложил ухо к земле, как просили. Нет никакой шумихи по поводу контракта на этих людей ".

Ева покачала головой. "Нет. Они не были связаны. Но хорошо бы вычеркнуть это из списка, по крайней мере, вероятность этого. У них не было связей ни с одним уровнем преступного мира. Или правительственные учреждения. Я поиграл с идеей, что у одного из них была двойная жизнь, думая о том, с чем столкнулась Рива пару месяцев назад ". Рива Юинг, одна из сотрудниц Рорка, имела несчастье быть замужем за двойным агентом, который подставил ее по обвинению в двойном убийстве. "Просто не скользит. Никаких чрезмерных поездок; совсем немного путешествий без детей. Ничего, что поднимало бы флаг на их "ссылках" или компах. Эти люди жили по расписанию. Работа, дом, семья, друзья. У них не было времени возиться. Plus..."

Она остановилась, покачав головой. "Нет. Я позволю тебе составить собственное впечатление ".

"Хорошо. Кстати, я договорился, чтобы за мной заехали. Таким образом, я могу попросить свою любимую жену отвезти меня домой ".

"Мы в десяти минутах от наших собственных ворот".

"Каждая минута с тобой, дорогая Ева, - это минута, которой нужно дорожить".

Она скользнула взглядом в его сторону, когда расшифровывала печать. "Ты действительно хочешь секса".

"Я все еще дышу, так что это было бы да".

Он вошел внутрь вместе с ней, осматриваясь, когда она попросила включить свет. "По-домашнему", - решил он. "Со вкусом так. Задумчиво. Приятные цвета, приятное пространство. Городской семейный стиль".

"Они вошли в эту дверь".

Он кивнул. "Это чертовски хорошая система. Потребовался некоторый навык, чтобы обойти, не отключая резервные копии и автосигнализации."

"Это один из твоих?"

"Это так, да. Сколько времени им потребовалось, чтобы попасть внутрь?"

"Минуты. Фини считает, что их около четырех."

"Они знали систему, возможно, коды, но, безусловно, саму систему. И о чем они были, " добавил он, изучая панель сигнализации. "Это сложная задача, для которой понадобятся хорошие, хладнокровные руки и просто подходящее оборудование. Видите ли, резервные копии предназначены для почти мгновенного включения в случае любого вмешательства. Они должны были знать, что они там, и иметь с ними дело одновременно, даже до того, как они прочитают или введут коды ".

"Тогда за".

"Ну, это определенно был не первый их рабочий день. Вероятно, у них была идентичная система для работы. Это потребовало бы времени, денег, планирования ". Он отступил от панели, пытаясь игнорировать возмущение, которое он испытывал из-за того, что один из его дизайнов не сработал. "Но ты никогда не предполагал, что это было случайно".

"Нет. Что я собрал воедино с места происшествия и из показаний свидетеля, так это то, что один поднялся наверх - или, по крайней мере, остался там, - в то время как другой прошел сюда. "

Она указала путь, направляясь прямо на кухню. "Было темно - в окна лился свет от охраны и уличных фонарей, - но у них было ночное видение. Пришлось. Плюс свидетель описал пустые, блестящие глаза ".

"Что могло быть плодом детского воображения. Глаза монстра. Но, " добавил он, еще раз кивнув, - скорее всего, ночное зрение. Где она была?"

"Вон там, лежит на скамейке". Ева сделала жест рукой. "Если бы он посмотрел, потратил достаточно времени, чтобы прочесать кухню, он бы увидел ее. По ее словам, он просто направился прямо к двери прислуги ".

"Значит, он знал, куда идет. Знал планировку или бывал здесь когда-то."

"Проверяю, как идет ремонт в доме, доставка, но что-то не похоже на это. Как вы получите планировку всего дома, если вы, что, установите новый автоповар или почините туалет? Откуда вы знаете планировку комнат прислуги?"

"Кто-то, связанный с домашней прислугой?"

"Она ни с кем не встречалась, не встречалась уже несколько месяцев. Несколько друзей вне семьи, но у них все получается. Пока."

"Ты же не думаешь, что она была главной целью".

"Не могу этого исключать, но нет. Он двинулся прямо", - повторила она и сделала это. "Запечатан полностью. Должен был быть. Чистильщики не нашли ни одной гребаной клетки кожи, которая не была бы учтена. Свидетель сказал, что он не производил никакого шума, так что я думаю о обуви-невидимке. Подошел прямо к кровати, быстро дернул голову вверх за волосы, рубанул вниз правой рукой ".

Рорк наблюдал, как она имитирует движения, быстрые и уверенные, взгляд копа безучастный.

"Боевой нож из отчета Морриса-лаборатория должна иметь возможность реконструировать. Затем он отпускает ее, поворачивается и уходит. Свидетель там, сразу за дверью, на полу, спиной к стене. Если он смотрит, он видит. Но он этого не делает ".

"Уверенный или беспечный?" - Спросил Рорк.

"Я бы выбрал первое. Вдобавок ко всему, он не смотрит, потому что ничего не ожидает увидеть ". Она сделала паузу на мгновение. "Почему он ничего не ожидает увидеть?"

"Зачем ему это?"

"Люди не всегда остаются укрытыми одеялом на ночь. Они встают со свистом или потому, что беспокоятся о своей работе и не могут уснуть. Или потому, что они хотят чертову апельсиновую шипучку. Как получилось, что ты такой тщательный, такой настоящий профессионал, но ты не подметаешь территорию, когда входишь?"

Нахмурившись, Рорк задумался, снова изучил макет. Да, подумал он, представляя себя идущим по дому в темноте. Он бы так и сделал. Да, и так было в тех случаях, когда он вскрывал замки и сам добирался до того, что находилось за ними.

"Хороший вопрос, теперь, когда ты его задал. Он - они - ожидает, что все, каждый на своем месте, потому что так это работает в их мире?"

"Это теория. Выходит, " продолжила она, " возвращается к главной лестнице и поднимается наверх. Почему? Зачем, когда есть задняя лестница прямо вон там."

Она указала на дверь. "Вот как свидетель поднялся на второй этаж. Задняя лестница. Идея Пибоди заключалась в том, что парадные ступеньки были ближе к комнате для взрослых, и в этом нет ничего невероятного. Но знаете что, это пустая трата времени, шагов и усилий ".

"И они ничего не потратили впустую. Они не знали, что был второй набор шагов ".

"Да. Но как они упустили эту деталь, когда знали все остальное?"

Рорк подошел к двери, провел рукой по косяку, осмотрел ступеньки. "Ну, они не оригинальны".

"Откуда ты знаешь?"

"Дом конца девятнадцатого века, со значительными восстановительными работами. Но они новее. Вот этот рельс, это искусственный материал. Материал двадцать первого века". Он присел на корточки. "Как и ступени. И качество изготовления немного дрянное. Я бы не удивился, если бы это была работа на дому - что-то, что они добавили сами без всех разрешений, и что у вас есть. Без оформления работы, чтобы это не отразилось ни на одной записи, ни на одном плане, который могли изучить ваши убийцы."

"Насколько ты умен? Ты прав. Их нет на чертежах в файле. Я проверил. Тем не менее, это не означает, что одного или обоих убийц не было в доме, они даже не были друзьями или соседями. Это комната прислуги и ее лестница."

"Это, однако, привело бы к дальнейшему устранению экономки как основной цели. И было бы менее вероятно, что убийцы были ее близкими знакомыми или посвященными в ее жилище."

"Она была избытком. Это была семья, которая имела значение ".

"Не один из них, " вставил он, " а все".

"Если это было не все, зачем убивать всех?"

Она провела его обратно, следуя предполагаемым путем известного убийцы. "Кровавый след от домашней прислуги, вот здесь, вверх по правой стороне лестницы. Здесь более концентрированный рисунок крови, видите?"

"И никто не спускался обратно по лестнице. Снимаю защитное снаряжение здесь, перед спуском."

"Еще одно очко в пользу гражданского".

"Я думаю, вам следует придумать для меня другой термин. Штатский такой обычный, и просто немного язвительный, когда ты это говоришь. Что-то вроде "специалист по всем вопросам, не относящийся к полиции".

"Да, конечно, мой личный NPS. Сосредоточься, туз. Они занимались взрослыми до того, как свидетель поднялся до этого уровня. Она видела, как они выходили из этой комнаты, затем отделились. По одному в каждой из других спален. Здесь, наверху, еще две комнаты - одна служит домашним офисом, другая - игровой комнатой. Детская ванная в конце коридора. Но они направились прямо к спальням. Вы не могли бы на сто процентов точно определить, какая комната была здесь, наверху ".

"Нет". Чтобы удовлетворить свое любопытство, он подошел и заглянул в одну из комнат. Домашний офис -рабочее место, мини-холодильник, полки с оборудованием, пылеуловители, семейные фотографии. Маленькая кушетка, теперь вся покрытая остатками уборки.

"Это, безусловно, достаточно большое помещение, чтобы его можно было использовать как спальню".

Она позволила ему побродить, наблюдала, как он подошел к двери в комнату мальчика, и увидела, как его лицо окаменело. Брызги крови на спортивных плакатах, подумала она, кровь, окрашивающая матрас.

"Сколько лет было мальчику?" он спросил.

"Двенадцать".

"Где мы были в том возрасте, Ева? Не в милой комнате, в окружении наших маленьких сокровищ, это уж точно, черт возьми. Но Иисус Христос, что нужно, чтобы войти в комнату, подобную этой, и прикончить какого-то спящего мальчика?"

"Я собираюсь выяснить".

"Ты будешь, да. Что ж." Он отступил назад. Он видел кровь раньше, проливал ее. Он стоял и изучал убийство, когда оно было остывшим. Но это, стоя в этом доме, где семья жила своей обычной жизнью, видя комнату маленького мальчика, где была отнята такая нежная жизнь, вызвало у него отвращение и потрясение.

Поэтому он отвернулся от этого. "В офисе столько же места, сколько в этой спальне. Мальчик легко мог находиться в другом конце коридора ".

"Таким образом, они должны были наблюдать за домом - или знать его изнутри, достаточно, чтобы знать, кто где спал. Если бы они проверяли это снаружи, им нужно было бы следить за закономерностями. Какие огни загорелись, в какое время. Приборы ночного видения и наблюдения, и они могли достаточно легко видеть сквозь занавески ".

Она переехала в главную спальню. "Моррис говорит мне, что та же рука, которая убила домашнюю, убила обоих мужчин. Другой забрал женщин. Таким образом, они заранее разработали свои индивидуальные цели. Никаких разговоров, никакой болтовни, никаких лишних движений. Подумал о дроидах, дроидах-убийцах."

"Очень дорого", - сказал ей Рорк. "И ненадежен в подобной ситуации. И зачем удваивать стоимость и детализацию программирования, когда все это можно сделать одному? Это если у вас были средства и навыки, чтобы получить доступ к нелегальному дроиду и запрограммировать его на обход системы безопасности и уничтожение нескольких объектов."

"Я не думаю, что это были дроиды". Она вышла, вошла в спальню маленькой девочки. "Я думаю, это сделали человеческие руки. И не важно, как это выглядит на первый взгляд, не важно, насколько холодно и эффективно, это было личное. Это было чертовски личное. Вы не перережете горло ребенку, если в этом нет ничего личного ".

"Очень личное". Он положил руку ей на спину, нежно погладил ее вверх и вниз. "Спящие дети не представляли для них угрозы". Теперь в этом доме были демоны, подумал он. Их жестокие призраки с детской кровью, пачкающей их руки. Скрывающиеся в нем и в ней, которые бормотали, постоянно бормотали, об ужасах, которые они пережили.

"Возможно, целью были дети. Или есть вероятность, что у одного или нескольких членов семьи была какая-то информация, которая представляла угрозу, поэтому им всем пришлось уйти в случае, если этой информацией поделились ".

"Нет".

"Нет". Она вздохнула, покачав головой. "Если убийцы боялись информации или познаний, им нужно было бы путем запугивания, угроз или пыток удостовериться, что информация не была передана за пределы семьи. Им нужно было бы проверить центры обработки данных, весь чертов дом, чтобы быть уверенными, что такая информация где-то не была зарегистрирована. Сжатые сроки - вход, убийства, выход - не оставляют места для того, чтобы они что-то искали. Это сделано для того, чтобы выглядеть как бизнес. Но это личное ".

"Не так умен, как они думают", - прокомментировал Рорк.

"Потому что?"

"Разумнее было забрать ценности, немного разгромив дом. Весь этот ужас скорее указывает на кражу со взломом. Или расправлялся с жертвами, чтобы все выглядело как психопат, или кража со взломом прошла очень неудачно ".

Она издала смешок. "Знаешь, ты прав. Ты чертовски прав. И почему они этого не сделали? Гордость. Гордость за свою работу. Это хорошо, именно так, потому что это что-то, а у меня ничего нет. Гребаный бупку. Я знал, что была причина, по которой мне нравилось, что ты рядом ".

"Любая мелочь, которую я могу сделать". Он взял ее за руку, когда они начали спускаться по лестнице. "И это неправда, что у тебя ничего нет. У вас есть ваши инстинкты, ваше мастерство, ваша решимость. И свидетель ".

"Да, да". Она пока не хотела думать о своем свидетеле. "Зачем тебе уничтожать целую семью? Не ты - ты, но гипотетически."

"Я ценю твою квалификацию. Потому что они вмешались в мои, были или являлись угрозой тому, что принадлежит мне ".

"Свишер был адвокатом. Семейное право ".

Рорк наклонил голову, когда они выходили через парадную дверь. "Это интересно, не так ли?"

"И она была диетологом, обслуживала множество семей или имела клиентов с семьями. Так что, возможно, Свишер проиграл дело - или выиграл одно, - которое вывело из себя одного из его клиентов или оппонентов. Или она нажала не на те кнопки на чьем-то толстом ребенке, или из-за нее умер клиент. И дети ходили в частные школы. Возможно, один из детей облажался с чьим-то другим ребенком ".

"Много путей".

"Просто нужно найти подходящего".

"У одного из взрослых, возможно, был роман с чьим-то другим супругом. Известно, что это раздражает ".

"Смотрю туда". Она скользнула за руль своего автомобиля. "Но это не укрепляется. У этих двоих, похоже, был довольно крепкий брак, и они уделяли много внимания семье. Вместе совершали поездки, выходили вместе. Как группа. Картина, которую я получаю, не оставляет много времени для внебрачных связей. А секс требует времени".

"Сделано хорошо, конечно".

"Я не нашел ничего в их данных, их имуществе, их расписаниях, что указывало бы на интрижку. По крайней мере, пока. Опрос соседей ничего не прояснил ", - добавила она, отъезжая от тротуара. "Никто ничего не видел. Я полагаю, что один из них живет в этом районе, или у них было поддельное разрешение, или - Господи - они сели в чертово метро, поймали такси в паре кварталов отсюда. Я не могу ничего из этого зафиксировать ".

"Ева, прошло меньше двадцати четырех часов".

Она посмотрела в зеркало заднего вида, подумала о тихом доме на тихой улице. "Кажется дольше".

По мнению Евы, всегда было странно, когда Соммерсет материализовывался в фойе, как повторяющийся кошмар, в ту минуту, когда она входила в дверь, но еще более странно было видеть его там, рядом с маленькой светловолосой девушкой.

Волосы парня были блестящими, волнистыми светлыми, как будто их только что вымыли и расчесали. Кто это сделал? Ева задумалась. Девочка сама справилась со своими волосами, или это сделал Соммерсет? И от мысли об этом у нее мурашки побежали по коже.

Но девочка выглядела достаточно комфортно с ним, даже держала свою руку в его, и кошка у ее ног.

"Разве это не прекрасный прием?" Рорк сбросил пальто. "Как дела, Никси?"

Она посмотрела на него - сплошные голубые глаза - и почти улыбнулась. "Хорошо. Мы испекли яблочный пирог ".

"Сделал ли ты это сейчас?" Рорк наклонился, чтобы поднять кошку, когда Галахад подполз, чтобы потереться о его ноги. "Это мое любимое блюдо".

"Ты можешь приготовить что-нибудь маленькое из остатков. Это то, что я сделал ". Затем эти глаза, большие и голубые, впились лазером в Еву. "Ты их уже поймал?"

"Нет". Ева набросила куртку на стойку перил, и на этот раз Соммерсет не фыркнул и не насмехался над этой привычкой. "Расследования, подобные этому, требуют некоторого времени".

"Почему? Экранные шоу с участием полицейских не занимают много времени ".

"Это не видео". Она хотела подняться наверх, очистить свой разум на пять минут, затем вернуться к делу, пункт за пунктом. Но эти глаза оставались на ее лице, одновременно обвиняющие и умоляющие.

"Я сказал тебе, что достану их, и я это сделаю".

"Когда?"

Она начала ругаться, возможно, вовремя не сдержалась, но Рорк нежно провел ладонью по ее руке и заговорил первым. "Ты знаешь, Никси, что лейтенант Даллас - лучший полицейский в городе?"

Что-то, возможно, это было предположение, промелькнуло на лице Никси. "Почему?"

"Потому что она не остановится. Поскольку для нее так много значит то, что она заботится о людях, которые пострадали, она не может остановиться. Если бы кто-то из моих был ранен, я бы хотел, чтобы она была главной ".

"Бакстер говорит, что она большой любитель надрать задницу".

"Ну что ж". Теперь Рорк улыбнулся по-настоящему. "Он был бы прав".

"Где они?" Спросила Ева. "Бакстер и Трухарт?"

"В вашем кабинете", - сказал ей Соммерсет. "Ужин будет подан через пятнадцать минут. Никси, нам нужно накрыть на стол ".

"Я просто собираюсь..."

На этот раз Рорк взял Еву за руку, сжал. "Мы будем внизу".

"У меня есть работа", - начала Ева, когда они поднимались по лестнице. "У меня нет времени на..."

"Я думаю, нам нужно найти время. Час не повредит, Ева, и я бы сказал, что этому ребенку нужно столько нормальной жизни, сколько мы можем обеспечить. Ужин за столом - это нормально ".

"Я не понимаю, что более нормально в том, чтобы загребать еду с большой плоской поверхности, чем загребать ее за своим столом. Это многозадачность. Это эффективно ".

"Она пугает тебя".

Она остановилась как вкопанная, и ее глаза превратились в смертельные щелочки. "Какого черта ты это говоришь?"

"Потому что она меня тоже пугает".

На мгновение на ее лице промелькнуло раздражение, затем все расслабилось. "Неужели? Неужели? Ты не просто так это говоришь?"

"Эти большие глаза, полные мужества, ужаса и горя. Что может быть более пугающим? Вот она стоит, такая маленькая, со всеми этими красивыми волосами, аккуратными джинсами и джемпером-свитером, - поправил он. "И эта потребность просто излучается из нее. Предполагается, что у нас должны быть ответы, а у нас их нет ".

Ева выдохнула, оглядываясь в сторону лестницы. "Я даже не разобрался со всеми вопросами".

"Итак, мы поужинаем с ней и сделаем все возможное, чтобы показать ей, что в мире еще остались нормальность и порядочность".

"Хорошо, хорошо, но мне нужно опросить моих людей".

"Я встречу тебя внизу. Пятнадцать минут."

Она нашла нормала в своем кабинете, где пара копов, которые, очевидно, совершили налет на ее автофургон, поглощали пищу, изучая убийство. На ее настенных экранах была показана каждая спальня Свишеров, каждая жертва, пока Бакстер и Трухарт жевали коровье мясо.

"Стейк". Бакстер подцепил вилкой еще кусочек. "Ты знаешь, когда в последний раз у меня была настоящая корова? Я бы поцеловал тебя, Даллас, но у меня полон рот ".

"Соммерсет сказал, что все в порядке". Трухарт, молодой и свежий в своей униформе, одарил ее обнадеживающей улыбкой.

Она просто пожала плечами, затем повернулась так, чтобы ей тоже было хорошо видно экраны. "Что ты думаешь?"

"Большая красная галочка всему в твоем отчете". Бакстер продолжал есть, но выражение его лица теперь было трезвым. "Ловкая работа. И подлый. Даже без очевидца, я бы сказал, что двое или больше, чтобы провернуть это, и даже тогда все произошло чертовски быстро. Токсин поступил от меня. Ни в одном из них нет нелегалов, никаких наркотиков любого рода. Никаких нелегалов на территории. Даже обезболивающие средства были растительными и целостными ".

"Соответствует выбору карьеры взрослой женщины", - пробормотала Ева. "Никакой защиты, никакой борьбы, никаких пропавших ценностей".

"Никаких следов", - добавила она. "Чистильщики получили молнию. Ты сбрасываешь свои потоки?"

"С удовольствием". Бакстер воткнул вилку в очередной кусок стейка. "Кармайкл Теперь ненавидит меня, как больной остроконечными кондиломами. Сделал мой день ".

"Вы двое испытываете здесь облегчение. Доложите о результатах в восемьсот ноль-ноль. Двойная обязанность. Ты присматриваешь за ребенком и начинаешь проверять имена, которые я вытащил из списков клиентов Свишеров. Любой, кто хотя бы раз нарушил правила парковки, получает более глубокий взгляд. Мы смотрим на них, их семью, их друзей и соратников, их ближайших соседей и их маленьких питомцев. Мы ищем, пока не найдем ".

"Экономка?" - Спросил Бакстер.

"Я разделаюсь с ней сегодня вечером. Мы смотрим на них всех, включая детей. Школа, занятия, соседи, где они делали покупки, где они ели, где они работали, где они играли. Прежде чем мы закончим, мы узнаем этих людей лучше, чем они знали самих себя ".

"Много имен", - прокомментировал Бакстер.

"Это займет всего одного".

Хотя сейчас у нее на уме были стейк и убийство, Ева ела жареного цыпленка и пыталась увести разговор подальше от расследования. Но о чем, черт возьми, ты должен был говорить с ребенком за ужином?

Они не часто пользовались столовой - ну, она не пользовалась, она призналась. Намного проще захватить что-нибудь наверху. Но она не могла назвать это трудностью - сидеть за большим, сверкающим столом, с огнем, тлеющим в камине, с ароматом еды и свечей в воздухе.

"Почему ты так вкусно ешь?" Никси хотела знать.

"Не спрашивай меня". Ева ткнула вилкой в сторону Рорка. "Это его дом".

"Обязательно ли мне завтра идти в школу?"

Ева дважды моргнула, затем поняла, что вопрос был адресован ей, и Рорк не вмешивался, чтобы передать мяч.

"Нет".

"Когда я вернусь в школу?"

Ева почувствовала, как у нее начинает болеть затылок. "Я не знаю".

"Но если я не буду делать свою работу, я останусь позади. Если ты отстанешь, ты не сможешь играть ни в группе, ни в спектаклях ". Слезы начали мерцать.

"Ох. Что ж." Черт.

"Мы можем устроить так, чтобы ты пока выполнял свою школьную работу здесь".

Рорк говорил как ни в чем не бывало. Как будто, подумала Ева, он родился, отвечая на острые вопросы. "Тебе нравится школа?"

"В основном. Кто поможет мне с моей работой? Папа всегда так делал ".

Нет, подумала Ева. Абсолютно нет. Она не переехала бы в этот район, если бы кто-то подсунул ей "бумер" под задницу.

"Лейтенант и я не были лучшими учениками. Но Соммерсет мог бы помочь тебе, на данный момент."

"Я никогда больше не смогу вернуться домой. Или увидеть своих маму и папу, или Койла, или Линни. Я не хочу, чтобы они были мертвы ".

Ладно, решила Ева. Может, она и была ребенком, но она все еще была умницей. Коробка вернулась на стол вместе с курицей.

Слава Богу.

"Расскажите мне, что все делали. За целый день до того, как это случилось ". Когда Рорк начал возражать, Ева только покачала головой. "Все, что ты помнишь".

"Папе пришлось накричать на Койла, потому что он поздно встал. Он всегда поздно встает, тогда всем приходится спешить. Мама злится, если ты торопишься с завтраком, потому что важно, чтобы ты правильно питался ".

"Что ты ел?"

"У нас на кухне были фрукты и хлопья". Никси аккуратно нарезала ломтик спаржи и съела без жалоб. "Инга исправляет это. И сок. Папа пил кофе, потому что ему полагается всего одна чашка. И Койл хотел новые кроссовки, а мама сказала "нет", и он сказал, что это отстой, и она посмотрела на него, потому что ты не должен говорить "отстой", особенно за столом. Затем мы собрали наши вещи и отправились в школу ".

"Кто-нибудь пользовался ссылкой?"

"Нет".

"Кто-нибудь подходил к двери?"

Она съела кусочек курицы таким же аккуратным способом. Прожевала и проглотила, прежде чем ответить. "Нет".

"Как ты добрался до школы?"

"Папа проводил нас, потому что было не слишком холодно. Если слишком холодно, мы можем взять такси. Затем он идет на работу. Мама спускается вниз на работу. И Инга собиралась пройтись по магазинам, потому что Линни должна была прийти после школы, а мама хотела еще свежих фруктов ".

"Ваши мать или отец, казалось, были чем-то расстроены?"

"Койл сказал "отсоси" и не допил свой сок, так что мама набросилась на него. Могу ли я увидеть их, даже если они мертвы?" Ее губы дрожали. "Могу ли я?"

Ева знала, что это была человеческая потребность. Почему у ребенка должно быть по-другому? "Я это устрою. Это может занять некоторое время. У тебя все хорошо сегодня с Бакстером и Трухартом?"

"Бакстер забавный, а Трухарт милый. Он знает, как играть во множество игр. Когда вы поймаете плохих парней, могу я тоже их увидеть?"

"Да".

"Хорошо". Никси снова посмотрела на свою тарелку, медленно кивнула. "Хорошо".

Я чувствую себя так, словно побывал на собеседовании, где профи заставлял меня потеть. Ева расправила плечи, когда вошла в свой офис.

"Ты справился с этим, и очень хорошо. Я думал, ты переступил черту, когда попросил ее рассказать о событиях за день до убийств, но ты был прав. Ей нужно будет поговорить об этом. Все это."

"Она все равно подумает об этом. Она заговорит, может быть, она что-нибудь вспомнит ". Она села за свой стол, задумалась на минуту. "Теперь вот что, я никогда не думал, что это сорвется с моих губ - и если ты когда-нибудь это повторишь, я скручу твой язык в квадратный узел, но, слава Богу, Соммерсет рядом".

Он ухмыльнулся, когда оперся бедром на угол ее стола. "Извините, мне кажется, я не совсем расслышал это".

Ее взгляд, ее голос потемнели. "Я имел в виду именно это насчет квадратного узла. Я просто говорю, что с ребенком легко, и он, кажется, знает, что с ней делать ".

"Ну, он вырастил одного из своих, а затем взял меня к себе, кроме того. У него слабость к трудным детям ".

"У него вообще нет слабых мест, но он хорош с ребенком. Так что ура. " Она провела рукой по волосам. "Завтра я снова поговорю с Дайсонами. В зависимости от того, как пойдут дела, мы могли бы перевезти ее в безопасное место с ними через день или два. Сегодня вечером я собираюсь сосредоточиться на экономке, посмотрим, к чему это меня приведет. Нужно отправить памятку всем ", - вспомнила она. "Она уже побывала в школе, так что она может заскочить туда утром, забрать работу для ребенка и все такое. Послушай, позволь мне спросить тебя, почему ты хочешь, я имею в виду, на самом деле хочешь заниматься школьными делами, если у тебя есть запасной выход? "

"Об этом я не имею абсолютно никакого представления. Может быть, это похоже на то, что твоя работа для тебя, моя для меня. Каким-то образом необходимый ".

"Это школа. Это как тюрьма ".

"Я тоже всегда так думал. Может быть, мы ошибаемся ". Он наклонился, провел пальцем по вмятине на ее подбородке. "Хочешь немного помочь с этим?"

"У тебя что, нет работы?"

"Немного этого, немного того, но ничего такого, чего я не мог бы сделать, помогая лучшему полицейскому Нью-Йорка".

"Да, это была хорошая шутка. Вы знаете охрану на месте происшествия. Может быть, вы могли бы пометить Фини дома, обменяться данными. Посмотрим, сможешь ли ты выяснить, какое оборудование этим ублюдкам понадобилось обойти. И откуда они могли это получить ".

"Хорошо". На этот раз он коснулся ее щеки. "У тебя и так выдался долгий день".

"У меня есть еще пара часов в запасе".

"Оставь немного для меня", - сказал он и прошел в свой кабинет.

Оставшись одна, она установила вторую доску убийств, запрограммировала небольшую порцию кофе, затем вывела данные Инги на экран.

Она изучила фотографию удостоверения личности. Привлекательный, но в некотором роде не угрожающий, домашний. Она задавалась вопросом, уточнил ли Свишер, что это не угроза, ничего слишком молодого и симпатичного, чтобы соблазнить ее мужа.

Какими бы ни были требования, совпадение, похоже, сработало. Инга провела много лет в Swishers. Достаточно, отметила Ева, чтобы увидеть, как растут дети.

Никого из своих Ева не видела. Один брак, один развод, полный рабочий день в качестве домашней прислуги с тех пор, как ей перевалило за двадцать. Хотя Ева не могла понять, почему кто-то добровольно вызвался убирать за кем-то другим, она предположила, что это требовало всех видов.

Ее финансовые показатели были стабильными, разумными, учитывая ее род занятий, и ее расходы в пределах нормы.

Нормально, нормально, нормально, подумала Ева. Что ж, Инга, давай копнем глубже.

Час спустя она кружила вокруг своей доски.

Ничего, подумала она. Если и были потайные карманы, то они были умело спрятаны. Жизнь Инги была настолько совершенно нормальной, что граничила со скукой. Она работала, ходила по магазинам, брала два отпуска в год - один с семьей, в которой работала, а другой, по крайней мере, в течение последних пяти лет, с парой других женщин посещала тот же спа-центр для релаксации в штате Нью-Йорк.

Она проверяла у других женщин, но когда она просматривала их данные, на них ничего не всплыло.

Бывший жил в Чикаго, повторно женился и имел одного отпрыска, мужчину. Он был беспилотником в компании по снабжению ресторанов и за последние семь лет не совершал ни одной зарегистрированной поездки в Нью-Йорк.

Мысль о том, что домработница услышала или увидела что-то ужасное, покупая сливы или чистящие средства, казалась просто нелепой.

Но жизнь была полна нелепостей, которые закончились кровавым убийством.

Она узнала Рорка, когда он вошел. "Ничто не звенит в моем колокольчике на этот раз". Она кивнула в сторону экрана. "Все еще предстоит много работы, чтобы разобраться в основаниях, но я думаю, что она погибнет как невинный свидетель".

"Мы с Фини придерживаемся одинакового мнения относительно оборудования для обхода. Это могло быть сделано кем-то, кто был экспертом в этой области, с доступом к первоклассным материалам. Если это было приобретено, оно должно было поступить из военных, полицейских или охранных источников. Или на черном рынке. Это не то, что вы найдете в местном магазине электроники ".

"Не сильно сужает поле, но это вяжется".

"Давайте выключим это на ночь".

"Я больше ничего не могу сделать". Она приказала своей машине сохранить, запилить, закрыть. "Я собираюсь начать здесь завтра, затем оставлю Бакстера и Трухарта на дежурстве по остроумию".

"Завтра я расскажу об этом кое-кому из моих сотрудников по исследованиям и разработкам, посмотрим, не предложит ли кто-нибудь из моего мозгового треста что-нибудь более конкретное по системе безопасности".

"Ни у кого из vies не было военной подготовки или подготовки в области безопасности - или, насколько я выяснил, каких-либо связей с ними". Она прокручивала это в голове, пока они шли к своей спальне. "Я не могу найти никакой связи с организованной преступностью, с военизированными формированиями. Насколько показывают мои данные, они не играли в азартные игры, не дурачились, не были чрезмерно политизированы. Самое близкое к одержимости, на что я способен, - это преданность женщины правильному питанию ".

"Возможно, что-то попало в их распоряжение, даже случайно, что нужно было вернуть".

"Тогда, если ты так чертовски хорош в B & E, ты заходишь, когда дом пуст, и забираешь его. Если ты не войдешь, убей всех. Единственное, что забрали из дома, - это жизни. Свишеры мертвы, потому что кто-то хотел их смерти ".

"Согласен. Что ты скажешь, если мы выпьем по бокалу вина и немного расслабимся?"

Она почти отказалась. Она могла просто подумать, позволить всему этому прокрутиться у нее в голове некоторое время. Двигайся и не мешай игре, пока что-нибудь не сотрясется, или она была слишком чертовски измотана, чтобы делать что-либо, кроме как отключиться на несколько часов.

Их жизни никогда не были бы такими, как у Свишеров. Она не хотела, чтобы они были такими, не думала, что сможет справиться с попытками разобраться в чем-то настолько простом. Но у них действительно была жизнь. И жизни заслуживали внимания.

"Я бы сказал, что у тебя есть довольно хорошая идея. Я должен дать этому закипеть ". Она постучала себя по затылку. "Поскольку предварительное кипячение не делает своей работы".

"Как насчет этого для лучшей идеи?" Он переместился так, что они оказались лицом друг к другу, и наклонив голову, его зубы слегка сомкнулись на ее челюсти.

"Раздеть меня - твоя обычная идея".

"Но с вариациями, и это ключ".

Это заставило ее рассмеяться. "Рано или поздно даже у тебя заканчиваются варианты".

"Теперь это вызов. Почему бы нам не выпить вина в бассейне и не заняться водными видами спорта?"

"Я бы сказал, что твои идеи становятся лучше и ..." Она замолчала и побежала, когда услышала крик Никси.

6

ОНА НЕ ЗНАЛА, В КАКОЙ КОМНАТЕ, ПОЭТОМУ МОГЛА ТОЛЬКО мчаться на звуки детского крика. На повороте коридора мимо нее прошел Рорк. Она ударила ногой, и они вместе вылетели через открытую дверь.

Спальня была залита мягким светом. Кровать была с балдахином, горой подушек и белым кружевным покрывалом. Кто-то - Соммерсет, как она предположила, - поставил желтые цветы, веселые и яркие, на столик у окна. Вбегая, Ева чуть не споткнулась о кошку, которая либо отступала, либо была начеку.

Посреди роскошной кровати сидела маленькая девочка, ее руки были подняты и скрещены на лице, когда она кричала, как будто кто-то бил по ней молотком.

Рорк добрался до Никси первым. Позже Ева будет думать, что это потому, что он привык иметь дело с женщиной, охваченной кошмарами, в то время как она просто привыкла к ним.

Он поднял Никси прямо к себе на руки, держа ее, поглаживая и повторяя ее имя, даже когда она сопротивлялась и била его.

Ева еще не успела ничего сказать или решить, что лучше сделать, когда лифт у дальней стены со свистом открылся, и Соммерсет вышел.

"Естественно", - сказал он. "Ожидаемо".

"Мамочка". Измученная битвой, Никси уронила голову на плечо Рорка. "Я хочу к своей мамочке".

"Я знаю, да, я знаю. Мне жаль."

Ева увидела, как он повернул голову, чтобы коснуться губами волос Никси. Это тоже казалось естественным. Ожидаемо.

"Они идут, чтобы забрать меня. Они идут, чтобы убить меня ".

"Это не так. Это был сон." Рорк сел, Никси свернулась калачиком у него на коленях. "Очень плохой сон. Но здесь ты в безопасности, как видишь. Со мной, и лейтенантом, и Соммерсетом."

Он похлопал по кровати, и кот собрался с силами и проворно вскочил. "И здесь, здесь тоже Галахад".

"Я видел кровь. Это из-за меня?"

"Нет".

"Мы дадим ей успокоительное". Открыв настенную панель, Соммерсет нажал кнопки на мини-автоповаре. "Ей от этого будет только лучше. Вот теперь, Никси, ты выпьешь это за меня, не так ли?"

Она уткнулась лицом в плечо Рорка. "Я боюсь в темноте".

"Здесь не очень темно, и у нас будет больше света, если хотите". Рорк приказал увеличить их еще на десять процентов. "Значит, так лучше?"

"Я думаю, они в шкафу", - прошептала она, и ее пальцы впились в его рубашку. "Я думаю, они прячутся в шкафу".

Ева подумала, что это было то, что она могла бы сделать. Она направилась прямо к шкафу, открыла его, произвела полный обыск, пока Никси наблюдала за ней.

"Никто не может попасть в это место", - ровным голосом произнесла она. "Никто не может пройти мимо нас. Так оно и есть. Это моя работа - защищать тебя. Это то, что я сделаю ".

"Что, если они убьют тебя?"

"Многие люди пытались. Я им не позволяю ".

"Потому что ты большой любитель подзатыльников".

"Ставлю свою задницу. Выпей успокоительное ".

Она ждала, наблюдала, пока Никси пила, пока Соммерсет брал верх. Он сидел на кровати, разговаривая с ребенком тихим голосом, пока ее глаза не начали закрываться.

И, ожидая, наблюдая, Ева чувствовала себя ободранной изнутри. Она знала, каково это - быть прикованным к кошмарам, когда нечто невыразимое приходит за тобой. Боль и кровь, страх и агония.

Даже после того, как все закончилось, остатки этого запятнали края твоего разума.

Соммерсет поднялся, отошел от кровати. "Это должно помочь ей. У меня на мониторе ее комната, если она снова проснется. На данный момент сон - это лучшее, что для нее есть ".

"Самое лучшее, что я могу сделать, это найти того, кто это сделал", - заявила Ева. "Да, ее родители все еще будут мертвы, но она будет знать почему, и она будет знать, что люди, которые это сделали, находятся в клетке. Такое случается, это будет лучше, чем пустышка ".

Она вышла, прямиком в свою спальню. Ругаясь, она села на подлокотник дивана в гостиной, чтобы стащить ботинки. Это немного сняло напряжение, когда я швырнул их через всю комнату.

Тем не менее, она свирепо смотрела на них, когда вошел Рорк.

"Они будут у нее всю жизнь?" Ева оттолкнулась от дивана. "Будет ли она переживать это в своих снах всю свою жизнь? Сможешь ли ты когда-нибудь избавиться от образов? Ты можешь вырезать их из своей головы, как гребаную опухоль?"

"Я не знаю".

"Я не хотел прикасаться к ней. Что это говорит обо мне? Ради Бога, Рорк, маленький ребенок, кричал, и я не хотел прикасаться к ней, поэтому я колебался. Всего на минуту, но я заколебался, потому что знал, что было в ее голове, и, зная это, вложил его в свою ". Она сорвала с себя оружейный ремень, отбросила его в сторону. "Итак, я стою там, смотрю на нее и вижу своего отца и кровь. Весь на мне".

"Я прикоснулся к ней, и ты показал ей, что в шкафу не было монстров. Каждый из нас делает то, что делает, Ева. Зачем просить себя о большем, чем ты можешь сделать?"

"Черт возьми, Рорк". Она развернулась, подгоняемая своими собственными демонами. "Я могу стоять над телом и не моргать. Я могу допрашивать свидетелей, подозреваемых и не сбиваться с шага. Я могу пробираться сквозь кровь, чтобы добраться туда, куда мне нужно. Но я не мог пересечь комнату, чтобы разобраться с этим ребенком ". Это сидело у нее в животе, как свинец. "Мне холодно? Боже, неужели я настолько холоден?"

"Холодно? Боже милостивый, Ева, ты совсем не такая ". Он подошел к ней, положив руки ей на плечи. Усилил хватку, когда она начала отмахиваться от него. "Ты чувствуешь слишком много, так много, что я удивляюсь, как ты это выдерживаешь. И если вам приходится закрываться от определенных вещей в определенное время, это не холодность. Это не недостаток. Это выживание".

"Мира сказала... не так давно она сказала мне, что однажды - до того, как я встретил тебя - она считала, что у меня осталось года три, прежде чем я перегорю. До того, как я больше не мог выполнять эту работу ".

"Почему?"

"Потому что работа была такой. Это..." Она подняла руки, опустила их. "Это было все, что у меня было в центре всего этого. Я не впускал - возможно, не мог - ничего другого. И, может быть, неважно, как сильно я себя чувствовал, в этом было слишком много холода. Если бы все продолжалось таким образом - я думаю, я был бы более чем холоден... Я бы сейчас был хрупким. Я должен делать то, что я делаю, Рорк, иначе я не смог бы выжить. Ты должен быть со мной, иначе я бы не хотел выживать ".

"Для меня это ничем не отличается". Он прижался губами к ее лбу. "Победа была моим богом, до тебя. Победа, чего бы это ни стоило. И не важно, сколько прибыли вы кладете в свой карман, в нем все еще остаются пустые места. Ты заполнил их для меня. Две потерянные души. Теперь мы найдены ".

"Я не хочу вина". Страстно желая установить связь, она обхватила его руками. "Или в бассейне". Прижался губами к ее губам. "Только ты. Только ты ".

"У тебя есть я". Он подхватил ее на руки. "Сейчас и всегда".

"Быстро", - сказала она, уже расстегивая пуговицы на его рубашке, когда он нес ее в постель. "Быстро, грубо и реально".

Он взобрался на платформу и не столько уложил ее, сколько упал вместе с ней, придавив ее руки, когда они упали в море постели. "Тогда возьми то, что я тебе даю".

Его рот накрыл ее грудь поверх рубашки, прикусывая зубами так, что жар пронзил ее насквозь. Заполнил все холодные, темные углы.

Она встала на дыбы, прижалась к нему, позволила себя одолеть. На мгновение, на дрожащий миг, это страстное отчаяние затопило ее, смывая все сомнения, страхи, пятна прошедшего дня. Теперь только ее тело и его, твердые и нетерпеливые, сильные и горячие.

Когда он освободил ее руки, чтобы взять ее больше, она запуталась пальцами в его волосах, подняла его голову так, что ее рот настойчиво приник к его.

Там был его вкус, эти твердые, полные губы, этот быстрый и ловкий язык. Скрежет его зубов, маленькие, эротичные укусы, которые прекращались без боли.

Почувствуй меня, попробуй меня. Я с тобой.

Ее руки были теперь более нетерпеливыми, жадными, когда они тянули его за рубашку. Когда он потянул за ее руку.

Ее кожа была как в лихорадке, а сердце - грохочущей бурей под его руками, его губами. Демоны, которые преследовали ее, те монстры, которые, как они оба знали, вечно прятались в шкафах, были изгнаны страстью. На данный момент, до тех пор, пока они были друг у друга.

Ярость ее потребности хлестала по его собственной, обжигая, как искрящийся провод в крови.

Он потащил ее вверх, впиваясь зубами в ее плечо, срывая то, что осталось от ее рубашки. Она носила его бриллиант, сверкающую слезинку на цепочке вокруг шеи. Даже в темноте он мог видеть его огонь. Так же, как он мог видеть блеск ее глаз.

В его голове промелькнула мысль, что он отдал бы все, что у него было - жизнь и душу, - чтобы заставить ее смотреть на него всей душой в этих сильных карих глазах.

Она притянула его к себе, так что теперь они катались потным клубком по полуночному океану кровати.

Она обхватила его ногами, посмотрела ему в глаза. "Сейчас", - сказала она. "Сейчас. Жестко и быстро и... ДА. О Боже."

Он вошел в нее, почувствовал, как она обхватила его влажными бархатными тисками, когда кончила. Почувствовал, как это длинное, худощавое тело содрогается, когда он погружался. Ее бедра все еще двигались, вбирая его глубже, жестоко толкая вперед.

"Не закрывай глаза. Не надо." Его голос был хриплым. "Ева".

Она подняла руки, и хотя они дрожали, они обхватили его лицо. "Я вижу тебя. Я вижу тебя. Рорк."

И ее глаза были открыты, на его, когда они упали.

Утром она почувствовала облегчение от того, что в списке "обычных" не значилось позавтракать с Никси. Возможно, это было мелко, даже трусливо, но Ева не думала, что сможет выдержать вопросы или эти пристальные, ищущие глаза, не выпив предварительно пару кварт кофе.

Вместо этого она сделала то, что было для нее обычным делом: приняла обжигающий душ и быстро прокрутилась в сушилке, пока Рорк, как обычно, просматривал биржевые отчеты на экране в спальне.

Допив первую чашку кофе, она открыла свой шкаф и достала пару брюк.

"Съешь немного яиц", - приказал Рорк.

"Я собираюсь просмотреть кое-какие данные в своем кабинете, прежде чем сюда прибудет остальная команда".

"Сначала съешь яичницу", - повторил он и заставил ее закатить глаза, когда она натягивала рубашку.

Она подошла, взяла его тарелку и двумя вилками наколола омлет.

"Я не имел в виду свою".

"Тогда будь более конкретным", - сказала она с набитым ртом. "Где кот?"

"Держу пари, с девушкой. Галахад достаточно умен, чтобы понять, что она с большей вероятностью разделит свой завтрак с ним, чем с нами." Чтобы доказать это, Рорк забрал тарелку обратно. "Возьми свои собственные яйца".

"Я больше ничего не хочу". Но она отщипнула кусочек его бекона с тарелки. "Я рассчитываю провести в поле большую часть дня. Возможно, мне придется сменить Бакстера и Трухарта, взять пару полицейских в форме. Это проблема для тебя?"

"Иметь полный дом полицейских? Почему это должно быть проблемой для меня?"

Сухой тон заставил ее улыбнуться. "Я собираюсь увидеть Дайсонов. Может быть, мы перевезем ее к вечеру или завтра в любом случае."

"Ребенку рады столько, сколько потребуется, так что это касается того, кто вам нужен, чтобы присматривать за ней. Я имею в виду это ".

"Я знаю. Ты лучше меня." Она наклонилась, поцеловала его. "Я имею в виду это".

Она потянулась к своему оружию, пристегнула его. "С Дайсонами в качестве законных опекунов я могу обойти Защиту детей и перевести их в безопасный дом без какого-либо информационного следа".

"Ты обеспокоен тем, что тот, кто сделал это с ее семьей, захочет покончить с этим".

"Это хорошая ставка. Так что ее местонахождение будет необходимо знать, без каких-либо документов ".

"Ты сказал ей, что устроишь ей встречу с семьей. Разумно ли это?"

Ева подобрала ботинки, которые она выбросила в порыве гнева прошлой ночью. "Ей нужно будет. Выжившие после жестоких преступлений должны видеть мертвых. Ей придется подождать, пока это не станет безопасным, и пока Мира не прояснит это, тогда ей придется смириться. Теперь это ее реальность ".

"Ты прав, я знаю. Прошлой ночью она выглядела такой маленькой в этой постели. Я впервые сталкиваюсь с этим, в частности. Ребенок, который так много потерял. Для тебя это было бы не первым ".

Натянув ботинки, она осталась сидеть на подлокотнике дивана. "В моей линии осталось не так много новичков. Вы видели это в Дочасе ", - сказала она, думая о приюте, который построил Рорк. "И хуже, чем это. Вот почему ты создал это место ".

"Не совсем так лично. Ты бы хотел, чтобы Луиза помогла в этом?"

Луиза Диматто, крестоносец и доктор, глава Dochas - она была бы плюсом, подумала Ева, но покачала головой. "Я не хочу втягивать в это кого-либо еще, по крайней мере, на данном этапе. Особенно гражданский. Мне нужно подготовиться, пока не приехали остальные. Если узнаешь что-нибудь о системе безопасности, дай мне знать ".

"Я сделаю".

Она наклонилась, коснулась его губ своими. "Увидимся, ас".

Она была увлечена работой, готовая делать то, что она знала, как делать. Пока Бакстер и Трухарт занимались какой-то работой с беспилотниками, Фини, его команда EDD - вместе с их гражданским экспертом - настаивали на аспекте безопасности, она и Пибоди продолжили процесс собеседования.

Вполне вероятно, подумала она, что убийцы были наняты и даже сейчас находятся за пределами города. Даже за пределами планеты. Но как только она находила корень, она прокладывала себе путь вверх по стеблю, затем обламывала эти ветви.

И этот корень был похоронен где-то в жизни обычной семьи.

"Обычная семья", - сказала она, когда вошла Пибоди. "Мать, отец, сестра, брат. Ты знаешь об этом ".

"И тебе тоже доброго утра". Пибоди почти спела ее. "Сегодня прекрасный осенний день. Просто немного оживленный, с деревьями в вашем прекрасном личном парке, просто - что это такое - отполированными этим последним остатком цвета. И ты что-то говорил?"

"Господи, какой счастливый жук запрыгнул тебе в задницу?"

"Я начал свой день с того, что вы могли бы назвать взрывом". Она показала свои зубы. "Если ты понимаешь, что я имею в виду".

"Я действительно не хочу знать. На самом деле нет ". Ева прижала тыльную сторону ладони к своему левому глазу, когда тот задергался. "Зачем ты это делаешь? Почему ты настаиваешь на том, чтобы я увидел, как вы с Макнабом занимаетесь сексом?"

Пибоди только сверкнула широкой улыбкой. "Придает моему дню дополнительный импульс. В общем, я на минутку увидел Никси внизу. Как она провела прошлую ночь?"

"Приснился кошмар, принял пустышку. Не хотели бы вы также обсудить моду или какие-либо текущие события, пока мы болтаем?"

"Никакого счастливого жука в твоей заднице", - проворчала Пибоди. "Итак," сказала она, когда Ева просто изучала ее стальным взглядом, "ты что-то говорила о семьях".

"О, я вижу, теперь мы готовы работать". Ева указала на доску, где, в дополнение к снимкам с места происшествия, она прикрепила фотографии семьи, живой и улыбающейся в камеру. "Рутина, в семьях есть рутина. Я попросил Никси рассказать мне об утре перед убийством, так что у меня сложилось их представление: совместный завтрак, приставания к детям, отец провожает их в школу по пути на работу и так далее ".

"Хорошо".

"Итак, кто-нибудь, наблюдающий за ними, тоже получил бы хорошее представление об их распорядке дня. Достаточно легко схватить одного из них, если проблема в одном из них. Немного убеждения, и вы узнаете, есть ли у вас проблема. Говорит мне, что проблема была во всей семье. Это первое."

Она отступила от доски. "Во-вторых, они контактируют со многими людьми в ходе этой рутины: клиентами, коллегами, соседями, продавцами, друзьями, учителями. Где один или несколько из них пересекаются с кем-то, кто не только хочет их смерти, но и имеет для этого средства?"

"Хорошо, из того, что мы знаем, никто в семье не чувствовал угрозы или беспокойства. Из этого мы можем сделать вывод, что ни один опасный тип не подошел к одному из них и не сказал: "Я собираюсь убить тебя и всю твою семью за это". Или что-то в этом роде. Судя по профилю этой семьи, если бы они были напуганы, они бы написали заявление. Они были законопослушными. Законопослушные люди обычно верят в систему и в то, что система найдет способ защитить вас от вреда ".

"Хорошо. Таким образом, хотя, возможно, имел место спор или разногласие, никто из взрослых в семье не отнесся к этому достаточно серьезно, чтобы предпринять эти шаги. Или это случилось достаточно давно, они больше не чувствовали угрозы ".

"Ох. Возможно, была предыдущая угроза, предыдущий отчет ", - ответила Пибоди.

"Начинай искать". Она повернулась, когда вошли Бакстер и Трухарт.

В течение часа ее команда выполнила соответствующие задания и выезжала за ворота. "Сначала Дайсоны", - сказала она Пибоди. "Я хочу разобраться с этим, затем мы проведем официальные собеседования с соседями".

"Я не нахожу никаких официальных жалоб, поданных кем-либо из Swishers или домашней прислугой. Не за последние два года ".

"Продолжай. У того, кто смог бы это сделать, было бы много терпения ".

У Дайсонов была двухуровневая квартира в тщательно охраняемом здании на Верхнем Вест-Сайде. Еще до того, как Ева свернула к обочине, она заметила пару фургонов ПРЕССЫ.

"Чертовы утечки", - пробормотала она и вышла, оставив Пибоди включать дежурный свет.

Швейцар вызвал резервистов - умный ход, подумала Ева, - и два дюжих типа помогли ему сдержать репортеров.

Она показала свой значок, увидела облегчение на лице швейцара. Необычная реакция. "Офицер".

В ту минуту, когда он это сказал, голодная орда набросилась на нее. Вопросы посыпались, как лазерные лучи, и были проигнорированы.

"Пресс-конференция будет запланирована позже сегодня, в Центральном. Представитель по связям предоставит вам подробности по этому поводу. Тем временем, вы уберетесь с этого входа, или я прикажу арестовать многих из вас за создание помех общественному порядку ".

"Это правда, что Линни Дайсон была убита по ошибке?"

Ева обуздала свой темперамент. "На мой взгляд, убийство девятилетнего ребенка - это всегда ошибка. Мое единственное заявление на данный момент заключается в том, что все ресурсы полиции Нью-Йорка будут использованы для установления лиц, ответственных за смерть этого ребенка. Это дело открыто и активно, и мы расследуем все возможные версии. Следующий, кто задаст мне вопрос, " продолжила она, когда в нее бросили их, " будет отстранен от участия в официальной пресс-конференции. Более того, вас обвинят в препятствовании правосудию и бросят в тюрьму, если вы не уберетесь к чертовой матери с моего пути, чтобы я мог выполнять свою работу ".

Она шагнула вперед; они отпрянули назад. Когда швейцар открыл перед ней дверь, он пробормотал: "Хорошая работа".

Он вошел следом за ней, оставив двух широкоплечих мужчин разбираться с любой праздношатающейся прессой.

"Ты захочешь увидеть Дайсонов", - начал он. "Они просили, чтобы их не беспокоили".

"Мне жаль. Они должны быть такими ".

"Я понимаю. Я был бы признателен, если бы вы позволили мне сначала позвонить, сообщить им, что вы здесь. Дайте им пару минут, чтобы... Матерь Божья". Его глаза наполнились слезами. "Та маленькая девочка. Я видел ее каждый день. Она была милой. Я не могу поверить... Прости."

Ева подождала, пока он достал тряпку, вытер его лицо.

"Ты знал ее и девчонку Свишер. Никси".

"Никси Пикси". Он скомкал тряпку в руке. "Я иногда называл ее так, когда она приходила навестить. Эти дети были как сестры. В утренних отчетах говорится, что с ней все в порядке. Эта Никси, она жива ".

Она оценила его рост в шесть футов и в боевой форме. "Как тебя зовут?"

"Спрингер. Кирк Спрингер."

"Я не могу дать тебе никакой информации прямо сейчас, Спрингер. Это противоречит процедуре. Вы видите множество людей, входящих и выходящих отсюда, множество людей проходит по улице. Вы заметили кого-нибудь, слоняющегося поблизости, возможно, незнакомый автомобиль, который был припаркован поблизости?"

"Нет". Он прочистил горло. "На входе в здание установлены камеры слежения. Я могу получить разрешение, достать вам копии дисков ".

"Я был бы признателен".

"Все, что я могу сделать. Этот ребенок, она была милой. Извините, я позвоню наверх ". Он сделал паузу. "Офицер?"

"Лейтенант".

"Лейтенант. Дайсоны, они хорошие люди. Всегда найдется для тебя словечко, понимаешь? Не забываю тебя в твой день рождения или Рождество. Так что я могу сделать все, что в моих силах ".

"Спасибо тебе, Спрингер". Когда он отошел, чтобы позвонить, Ева сказала: "Проверь его".

"Сэр, вы же не думаете ..."

"Нет, но все равно прогони его. Узнай имена других швейцаров и сотрудников службы безопасности, управляющего зданием, обслуживающего персонала. Руководи работами ".

"Это 6-Б, лейтенант". Глаза Спрингера все еще были полны слез, когда он вернулся. "Налево от лифта. миссис Дайсон ждет вас. Еще раз, ценю, что ты разогнал там гончих. Эти люди заслуживают уединения ".

"Нет проблем. Спрингер, если вспомнишь что-нибудь, предупреди меня в Центральном отделе ".

Когда они вошли в лифт, Пибоди прочитала со своего карманного устройства. "Он женат, двое детей, Верхний Западный Сидер. Преступника нет. Работал здесь последние девять лет."

"Военная или полицейская подготовка?"

"Нет. Но он должен иметь представление о безопасности - личной и здания - чтобы оценить концерт в таком здании ".

Кивнув, Ева вышла и повернула налево. Дверь в 6-Б открылась до того, как она позвонила.

Дженни Дайсон выглядела старше, чем накануне. Постаревший, бледный, с тем отстраненным взглядом, который Ева видела у жертв несчастных случаев, борющихся между шоком и болью.

"Миссис Дайсон, спасибо, что принял нас ".

"Ты нашел его. Ты нашел человека, который убил мою Линни."

"Нет, мэм. Мы можем зайти внутрь?"

"Я думал, ты придешь, чтобы рассказать нам. Я думал... Да, входи." Она отступила назад, оглядела свое собственное жилое пространство, как будто оно было ей не совсем знакомо. "Мой муж, он спит. Под действием успокоительного. Он не может... Они были так близки, понимаете. Линни, она папина дочка ". Она прижала руку ко рту, покачала головой.

"Миссис Дайсон, почему бы нам не присесть?" Пибоди взяла ее за руку и подвела к длинному дивану, выдержанному в ярких красных тонах.

Комната была смелой, ярких цветов, больших форм. Огромная картина, которая, как показалось Еве, изображала какой-то набухший закат в оттенках жгучего красного, золотого и ярко-оранжевого, доминировала на стене за диваном.

Там был настенный экран и экран настроения, оба выключены, столы в прозрачно-глянцево-белых тонах и высокое тройное окно с плотно задернутыми красными шторами.

На фоне возбужденных приветствий зала Дженни Дайсон казалась только еще более бледной. Скорее выцветший контур женщины, чем плоть и кровь.

"Я ничего не брал. Доктор сказал, что я могу, вероятно, должен, но я этого не сделал ". Ее пальцы работали, пока она говорила, соединяясь вместе, разъединяясь. "Если бы я это сделал, я бы не чувствовал, не так ли? Что мне нужно чувствовать. Мы пошли навестить ее ".

"Да, я знаю". Ева села напротив нее в кресло ярко-фиолетового цвета.

"Доктор сказал, что она бы не пострадала".

"Нет. Я понимаю, что это очень трудное время - "

"У вас есть дети?"

"Нет".

"Я не думаю, что ты можешь понять, я действительно не понимаю". В тоне был намек на гнев - как-ты-смеешь-предполагать-понимать. Затем это снова превратилось в тупую печаль. "Она пришла от меня, от нас. И она была такой красивой. Милый и забавный. Счастлив. Мы вырастили такого счастливого ребенка. Но мы потерпели неудачу. Как видишь, я потерпел неудачу. Я не защитил ее. Я не уберег ее. Я ее мать, и я не уберегла ее ".

"Миссис Дайсон." Почувствовав, что ситуация накаляется, Ева резко заговорила. Дженни вскинула голову. "Ты прав, я не могу понять, не совсем, что ты чувствуешь, через что ты проходишь, с чем тебе приходится сталкиваться. Но я действительно знаю это. Ты слушаешь?"

"Да".

"Дело не в том, что ты сделал или не сделал, чтобы защитить Линни. Это не твоя неудача, ни в каком смысле. Это было вне вашего контроля, вне контроля вашего мужа, вне контроля кого бы то ни было, кроме людей, которые это сделали. Они ответственны, и никто другой. И это я понимаю так, как ты не можешь, по крайней мере, не сейчас. Линни теперь тоже наша. Мы не можем защитить ее сейчас, но мы будем служить ей. Мы будем стоять за нее. Ты должен сделать то же самое ".

"Что я могу сделать?" Ее пальцы продолжали двигаться. Вместе, порознь. Вместе, порознь.

"Ты дружил со Свишерами".

"Да. Хорошие друзья. Да."

"Кто-нибудь из них говорил вам что-нибудь о том, что он обеспокоен, даже неловок, в отношении их безопасности".

"Нет. Ну, иногда мы с Кили говорили о том, каким сумасшедшим домом может быть город. Все меры предосторожности, которые вы должны предпринять, чтобы жить здесь. Но там не было ничего конкретного ".

"А как насчет их брака?"

"Прошу прощения?"

"Вы были друзьями. Сказала бы она вам, если бы у нее были отношения вне брака, или если бы она подозревала, что это сделал ее муж?"

"Они- они любили друг друга. Кили бы никогда." Дженни коснулась рукой своего лица - виска, щеки, подбородка, - как будто убеждаясь, что она все еще там. "Нет, Кили не интересовался никем другим, и она доверяла Гранту. Они были очень уравновешенными, ориентированными на семью людьми. Как и мы. Мы были друзьями, потому что у нас было много общего ".

"У них обоих были клиенты. Есть какие-нибудь проблемы?"

"Конечно, были раздражения. Некоторые трудности. Некоторые люди приходили к Кили в поисках чудес или мгновенного удовлетворения. Или они записывались к ней, когда им было бы лучше просто пойти к скульптору по телу, потому что они не хотели менять свой образ жизни. Философия Кили была о здоровье и образе жизни. Грант вел несколько дел об опеке, которые не всегда были приятными."

"Какие-нибудь угрозы?"

"Нет, ничего серьезного". Она смотрела мимо Евы на красную стену из занавесок. "Клиент, требующий у Кили вернуть свои деньги или подающий иск, потому что они не получили желаемых результатов, когда набивали свои лица соевыми чипсами. И Грант испытал бы возмущение или злость, с которыми имеют дело юристы, потому что они юристы. Но по большей части их клиенты были удовлетворены. Они оба создали прочную базу благодаря рекомендациям и сарафанному радио. Они нравились людям ".

"Были ли они когда-либо вовлечены во что-либо или с кем-либо незаконным? Речь идет не о том, чтобы защитить их ", - добавила Ева.

"Они верили в то, что поступают правильно, подавая пример своим детям. Грант обычно шутил о своих бурных студенческих днях и о том, как однажды его арестовали за хранение какого-то наркотика Zoner. Как это напугало его настолько, что он пришел в себя ".

Она поджала ноги так, что Ева поняла: этот жест был привычным, бездумным. "У них не было прочной семейной базы, ни у кого из них. Для них было важно создать его и воспитывать своих собственных детей на этой основе. Ближе всего любой из них подошел бы к тому, чтобы совершить что-то противозаконное, если бы переходил улицу или слишком громко аплодировал на одной из игр Койла ".

"Как ты договорился, чтобы Линни осталась на ночь в их доме?"

Дженни вздрогнула один раз. Она распрямила ноги, села очень прямо, крепко сцепив напряженные пальцы на коленях. "Я... Я спросил Кили, сможет ли она пригласить Линни после школы, оставить ее у себя на ночь. Школьный вечер. Обычно она не разрешала оставаться с ночевкой в школьные вечера. Но она была счастлива сделать это, довольна тем, что мы с Мэттом смогли снять люкс и отпраздновать годовщину ".

"Как давно ты это организовал?"

"О, шесть, семь недель. Мы не действуем под влиянием момента. Но мы не говорили девочкам до предыдущей ночи, на случай, если что-то всплывет. Они были так взволнованы. О Боже." Она схватилась за живот и начала раскачиваться. "Линни сказала, она сказала, что для нее это тоже было как подарок".

"Никси тоже часто приходила сюда".

"Да, да". Она продолжала раскачиваться. "Даты игр, учебы, ночевки".

"Как бы она сюда попала?"

"Как?" Она моргнула. "Один из них привел бы ее, или один из нас подобрал бы ее".

"Они с Линни когда-нибудь выходили куда-нибудь вдвоем?"

"Нет". Теперь ее глаза были влажными, и Дженни вытерла их тем же отсутствующим тоном, каким она поджимала ноги на подушке. "Линни иногда жаловалась, потому что многим ее одноклассникам разрешалось ходить в парк одним, или на просмотры фильмов, или в игровые автоматы. Но Мэтт и я чувствовали, что она была слишком молода, чтобы быть сама по себе ".

"Свишеры, с Никси?"

"То же самое. У нас было много общего ".

"С Койлом?"

"Он был старше и мальчиком. Я знаю, что это сексизм, но так оно и есть. Они держали его в ежовых рукавицах, но он мог гулять со своими друзьями, один, если они знали, куда. И ему пришлось носить с собой карманный линк, чтобы они могли проверить его ".

"У него когда-нибудь были какие-нибудь неприятности?"

"Он был хорошим парнем". Ее губы дрожали. "Очень хороший парень. Его самым большим бунтом, о котором я знаю, было тайное употребление нездоровой пищи, и Кили все равно знала об этом. Он был помешан на спорте, и если бы он облажался, они ограничили бы его деятельность. Койл не стал бы рисковать, не имея возможности играть в мяч ".

Когда Ева откинулась на спинку стула, Пибоди тронула Дженни за руку. "Есть ли кто-нибудь, кому мы можем позвонить вместо тебя? Кто-то, кого ты хотел бы видеть здесь, с тобой?"

"Моя мать идет. Я сказал ей не делать этого, но потом перезвонил ей. Моя мать идет ".

"Миссис Дайсон, нам нужно будет поговорить об условиях для Никси ".

"Никси?"

"Вы и ваш муж являетесь ее законными опекунами".

"Да". Она провела рукой по волосам. "Мы-они хотели убедиться, что Никси и Койл были... Я не могу, я не могу думать..." Она вскочила с дивана, когда ее муж спустился по изогнутой лестнице, как призрак.

Его тело покачивалось; его лицо было вялым от наркотиков. На нем была только пара белых боксеров. "Дженни?"

"Да, детка, прямо здесь". Она бросилась к лестнице, чтобы заключить его в объятия.

"Мне приснился сон, ужасный сон. Линни."

"Шшш. Шшш." Она гладила его волосы, его спину, глядя через его плечо на Еву, когда он склонился к ней всем телом. "Я не могу. Я не могу. Пожалуйста, ты не можешь уйти сейчас? Ты можешь идти?"

7

БРАК, ПО МНЕНИЮ ЕВЫ, БЫЛ СВОЕГО РОДА полосой препятствий. Ты должен был научиться, когда перепрыгивать, когда ложиться на живот, а когда останавливать движение вперед и менять направление.

У нее была работа, и в данный момент она предпочла бы двигаться вперед. Но подумал, что когда ты бросаешь незнакомого ребенка супругу, ты должен хотя бы предупредить его, когда кажется, что пребывание может быть продлено.

Она уделила пять минут личному общению - настолько личному, насколько она могла позволить себе по карманной связи, стоя на тротуаре.

Она была удивлена, что он ответил сам, и почувствовала себя виноватой, когда уловила вспышку раздражения в его глазах из-за того, что его прервали.

"Извини, я могу перезвонить тебе позже".

"Нет, я между - но просто. Есть ли проблема?"

"Возможно. Я не знаю. Просто интуиция подсказала, и я подумал, что должен сообщить тебе, что парень, возможно, пробудет здесь немного дольше, чем я ожидал ".

"Я сказал тебе, что ей рады, пока ..." Он отвел взгляд от экрана, и она увидела, как он поднял руку. "Дай мне минутку здесь, Каро".

"Послушай, это может подождать".

"Закончи это. Почему ты думаешь, что она не будет с Дайсонами примерно через день?"

"Они в плохой форме, и мой расчет времени не помог. В основном, это внутреннее чувство. Я подумываю о том, чтобы связаться с - как ее - бабушкой?-когда я нахожу минутку. И где-то рядом с ним есть сводная сестра. Просто запасной вариант. Возможно, временная сделка, пока Дайсоны не будут ... лучше оснащены или что-то в этом роде ".

"Это прекрасно, но пока с ней все в порядке там, где она есть". Он нахмурился. "Вы думаете, что может пройти значительное время, прежде чем они смогут забрать ее. Недели?"

"Возможно. Член семьи должен взять на себя временное управление. Я мог бы подключить GPS, но я не хочу. Нет, если я смогу избежать этого. Возможно, я неправильно прочитал Дайсонов, но я подумал, что вам следует знать, что парень может пробыть здесь дольше, чем мы думали ".

"Мы разберемся с этим".

"Хорошо. Извините, что задержал вас ".

"Нет проблем. Увидимся дома ".

Но когда он отключился, он продолжал хмуриться. Он подумал о ребенке в своем доме и о погибших. У него было полдюжины человек, ожидающих встречи, и он решил, что они могут подождать несколько минут. Что хорошего в силе, если ты время от времени не напрягаешь ее мускулы?

Он вызвал файл Евы на Свишеров из ее домашнего подразделения и просмотрел имена родственников.

Они начали стучаться в двери, прокладывая себе путь на восток, затем на запад от дома Свишеров. Многие двери оставались неоткрытыми, люди в рабочей силе. Но те, что открылись, не пролили никакого света.

Ничего не видел. Ужасная вещь. Трагедия. Ничего не слышал. Эта бедная семья. Ничего не знай.

"Что ты видишь, Пибоди?"

"Сильный шок, смятение - подспудное облегчение, что это были не они. И хорошая доза страха ".

"Все это. И что эти люди говорят нам о жертвах?"

"Хорошая семья, дружелюбная. Хорошо воспитанные дети".

"Не наш обычный забег, не так ли? Это как шагнуть в другое измерение, где люди пекут печенье и раздают его незнакомцам на улице ".

"Я бы не отказался от печенья".

Ева подошла к следующему зданию, указанному в ее записях как многоквартирный. "Тогда есть соседство. Семьи, прежде всего, с двойным доходом. Такие люди собираются отправляться спать в два часа ночи в будний день ".

Она воспользовалась еще одним моментом, чтобы посмотреть вверх и вниз по улице. Даже в середине дня движение было довольно слабым. В два часа ночи ей показалось, что на улице тихо, как в могиле.

"Может быть, у тебя перерыв, а у кого-то бессонница, и он выглядывает в окно как раз в нужное время. Или решил немного прогуляться. Но они собираются сообщить копам, если те что-нибудь заметили. В твоем квартале уничтожают семью, ты напуган. Хочешь чувствовать себя в безопасности, скажи копам, если ты что-то видел ".

Она позвонила в звонок. Из переговорного устройства донесся царапающий звук, когда кто-то внутри прочистил горло.

"Кто ты?"

"Полиция Нью-Йорка". Ева поднесла свой значок к сигналу безопасности. "Лейтенант Даллас и детектив Пибоди".

"Откуда мне знать это наверняка?"

"Мэм, вы смотрите на мой значок".

"У меня тоже мог бы быть значок, и я не из полиции".

"Это привело меня туда. Ты видишь номер значка?"

"Я ведь не слепой, правда?"

"Поскольку я стою здесь, это невозможно проверить. Но вы можете подтвердить мое удостоверение личности, если свяжетесь с центральным полицейским управлением и дадите им номер моего значка ".

"Может быть, ты украл значок у настоящей полиции. Людей убивают в их собственных постелях ".

"Да, мэм, именно поэтому мы здесь. Мы хотели бы поговорить с вами о the Swishers."

"Откуда мне знать, что вы не те, кто их убил?"

"Прошу прощения?"

Ева, на лице которой читалось разочарование, повернулась, чтобы посмотреть на женщину на тротуаре. Она несла рыночную сумку, на ней было много рыжих волос с золотыми прожилками, зеленый облегающий костюм и мешковатая куртка.

"Вы пытаетесь поговорить с миссис Гренц?"

"Пытаюсь быть оперативником. Полиция."

"Да, поняла". Она взбежала вверх по лестнице. "Привет, миссис Гренц, это Хильди. Я принес твои бублики ".

"Почему ты сразу этого не сказал?"

Было много щелчков, затем дверь открылась. Ева значительно посмотрела вниз. Женщина была едва пяти футов ростом, тощая, как палка, и старая, как само время. На ее голове был надет плохо сидящий черный парик, лишь оттенками темнее ее морщинистой кожи.

"Я тоже привела копов", - весело сказала ей Хильди.

"Вы арестованы?"

"Нет, они просто хотят поговорить. О том, что случилось со Свишерами."

"Тогда все в порядке". Она махнула рукой, как будто отгоняла мух, и начала уходить.

"Моя квартирная хозяйка", - сказала им Хильди. "Я живу внизу. С ней все в порядке, за исключением того, что она, как сказал бы мой старик, сумасшедшая, как крыса сортира. Ты должен зайти и посидеть, пока она в настроении. Я собираюсь разломать ее рогалики ".

"Спасибо".

Место было забито вещами. Дорогие вещи, отметила Ева, пробираясь между столами, стульями, лампами, картинами, которые были наклонены и сложены у стен.

В воздухе стоял тот старушечий запах, который казался сочетанием пудры, возраста и цветов, превращающихся в пыль.

Миссис Гренц теперь сидела в кресле, положив свои крошечные ножки на крошечную подушечку и скрестив руки на несуществующей груди. "Целая семья, убитая во сне".

"Ты знал Свишеров?"

"Конечно, я знал Свишеров. Прожил здесь последние восемьдесят восемь лет, не так ли? Все это видел, все это слышал."

"Что ты видел?"

"Мир катится к чертям собачьим". Она опустила подбородок, разжала одну из своих костлявых рук, чтобы хлопнуть скрюченной ладонью по подлокотнику кресла. "Секс и насилие, секс и насилие. На этот раз не будет никакого соляного столпа. Весь дом и все, что в нем находится, будет гореть. Получи то, о чем просишь. Пожинай то, что посеял".

"Хорошо. Можете ли вы сказать мне, слышали или видели ли вы что-нибудь необычное в ночь убийства Свишеров?"

"Я починил уши, настроил зрение. Я прекрасно вижу и слышу ". Она наклонилась вперед, настроенные глаза были жадными. "Я знаю, кто убил тех людей".

"Кто их убил?"

"Французы".

"Откуда вы это знаете, миссис Гренц?"

"Потому что они французы". Чтобы подчеркнуть свою точку зрения, она хлопнула рукой по своей ноге. "Их выгнали из эфиров в прошлый раз, когда они доставляли неприятности, не так ли? И поверьте мне, с тех пор они планировали расплату. Если кого-то убивают в собственной постели, то это сделали французы. Ты можешь отнести это в банк ".

Ева не была уверена, что тихий звук, изданный Пибоди, был смешком или вздохом, но она проигнорировала его. "Я ценю информацию", - начала Ева и начала подниматься.

"Вы слышали, как кто-то говорил по-французски в ночь убийств?"

На вопрос Пибоди Ева послала ей жалостливый взгляд.

"Ты их не слышишь, девочка. Тихий, как змея, так по-французски вас называют".

"Спасибо вам, миссис Гренц, вы были очень полезны". Ева поднялась на ноги.

"Не могу доверять людям, которые едят улиток".

"Нет, мэм. Мы сами себя выпустим ".

Хильди стояла прямо за дверью, ухмыляясь. "Глючно, но в чем-то увлекательно, правда? Миссис Гренц?" Она повысила голос, шагнула в дверной проем. "Я продолжаю падать".

"Ты получишь мои рогалики?"

"Всех убрали. Увидимся. Продолжай идти, " проинструктировала она Еву, " и не оглядывайся. Никогда не знаешь, что еще взбредет ей в голову ".

"У тебя есть несколько минут, чтобы поговорить с нами, Хильди?"

"Конечно". Все еще неся рыночную сумку, Хильди вышла первой, спустилась по лестнице и обогнула дом к своему собственному входу. "На самом деле она моя двоюродная бабушка - по линии замужества, - но ей нравится, когда ее называют миссис Гренц. Мистер мертв тридцать лет. Сам никогда не заводил знакомства ".

Несмотря на то, что квартира находилась ниже уровня улицы, она была светлой и жизнерадостной, со множеством плакатов без рамок, прикрепленных к стенам, и радужной россыпью ковриков на полу. "Я снимаю у нее квартиру - ну, ее сын платит за квартиру. Я своего рода неофициальный смотритель - за ней и за этим местом. Ты видел наверху? Это ничего. Она при деньгах. Хочешь присесть?"

"Спасибо".

"Серьезно загружен, как миллионы, поэтому я здесь, чтобы убедиться, что система безопасности всегда включена, и что она не будет беспомощно валяться рядом, если споткнется о какую-нибудь мебель и сломает ногу. У нее включена эта сигнализация." Хильди вытащила из кармана маленький приемник. "Она падает, или, если ее жизненные показатели становятся шаткими, это подает звуковой сигнал. Я занимаюсь для нее кое-каким маркетингом, иногда слушаю ее "краб". Это довольно выгодная сделка для раскопок. И она в порядке, в основном, немного забавная ".

"Как долго у вас это место?"

"Шесть месяцев, уже почти семь. Я писатель - ну, работаю над этим, - так что для меня это хорошая установка. Ребята, хотите чего-нибудь выпить или что-нибудь еще?"

"Нет, но спасибо. Ты знал Свишеров?"

"Примерно так, как это бывает, когда видишь одних и тех же людей все время. Я знал родителей, которым нужно кивать, вот так. На самом деле мы были не на одной волне ".

"Что это значит?"

"Они были абсолютно линейными, вы знаете. Переведи мошенничество в консервативное русло. Неплохо. Действительно мило. Если они провожали меня, они всегда спрашивали о миссис Гренц, и все ли у меня в порядке. Не всех это волнует. Я знал детей немного больше ".

Она подняла руку, на минуту закрыла глаза. "Я пытаюсь расставить все по своим местам, чтобы понять, что "они там, куда привела их судьба", в том месте. Но Иисус!" Ее глаза снова открылись, на мгновение поплыли. "Они были просто детьми. А Койл? Я думаю, он был немного влюблен в меня. Это было действительно мило ".

"Значит, ты видел их по соседству".

"Конечно. В основном, Койл. Они не позволяли маленькой девочке так много бегать. Он вызывался сбегать на рынок или прогуляться со мной там. Или я видел, как он садился с друзьями, и махал рукой или выходил поговорить ".

"Вы когда-нибудь видели его с кем-нибудь из соседей, кого вы не узнали?"

"Не совсем. Он был хорошим парнем. Старомодно, по крайней мере, судя по тому, как меня воспитали. Действительно вежливый, немного застенчивый, по крайней мере, со мной. Путь в спорт ".

"Как насчет приездов и уходов? Писатели замечают разные вещи, не так ли?"

"Важно наблюдать за вещами, записывать их. Никогда не знаешь наверняка." Хильди накрутила прядь своих разноцветных волос на палец. "И я действительно подумал о том, чего не помнил раньше, когда другие копы приходили расспрашивать. Просто ... я ничего не мог удержать в голове, когда услышал об этом. Ты знаешь?"

"Конечно. Что ты сейчас помнишь?"

"Я не знаю, имеет ли это значение, но я начал думать об этом сегодня утром. Той ночью..." Она пошевелилась, слабо улыбнулась Еве. "Послушай, если я расскажу тебе о том, что я сделал, что не на сто процентов законно, у меня будут проблемы?"

"Мы здесь не для того, чтобы доставать тебя, Хильди. Мы здесь о пяти людях, которые были убиты в своих постелях ".

"Хорошо". Она глубоко вздохнула. "Хорошо. Иногда, если я допоздна засиживаюсь за писанием, или если миссис Гренц причинила мне особую боль - я имею в виду, у вас все в порядке? Она забавная, но иногда она изнашивается ".

"Хорошо".

"Иногда я поднимаюсь на крышу". Она указала пальцем на потолок. "Там, наверху, есть милое местечко, где можно потусоваться, осмотреться, посидеть и подумать. Иногда я поднимаюсь туда, чтобы, знаете, немного покурить "Зонер". Я не могу сделать это здесь. Если бы миссис Гренц спустилась вниз - а она иногда так и делает - и учуяла это - у нее нюх, как у ищейки, - она бы парировала. Так что, если я в настроении затянуться, не как каждый вечер или что-то в этом роде ..."

"Мы не нелегалы, и нас не беспокоит, что у вас был небольшой развлекательный забег".

"Верно. Итак, я был там, наверху. Было поздно, потому что книга уже запыхалась. Я как раз вешал трубку, почти готовый отключиться, потому что долгая ночь плюс Зонер нагнали на меня сонливость. Я просто вроде как огляделся, как и вы, и я вижу этих двух парней. Хорошая сборка - вот что я подумал, вы знаете. Первоклассное мясо. Я не придал этому особого значения, даже когда приехали копы и я услышал о Свишерах, но я вспомнил прошлое и я вспомнил ".

"Ты видел, как они выглядели?"

"Не так уж и много. За исключением того, что они оба были белыми парнями. Я мог видеть их руки и немного их лиц, и они были белыми. Я на самом деле не видел лиц, не мог со стороны там, наверху. Но я вспомнил, как подумал: "Посмотри на говядину", и как они шли бок о бок, почти как на марше. Не разговаривая или что-то в этом роде, как ты делаешь, если гуляешь с приятелем поздно ночью. Всего один, два, три, четыре, до самого угла".

"В каком углу?"

"Хм, на запад, в сторону противоположной стороны".

"Во что они были одеты?"

"Хорошо, я думал об этом, действительно серьезно. Черный, с головы до пят, с - как они называют эти шерстяные шапочки, которые ты натягиваешь на голову?"

"Следи за кэпом?"

"Да, да! Вот так. И у каждого из них была сумка на длинном ремне через плечо. Мне нравится наблюдать за людьми, особенно если они не знают. И они действительно были построены ".

"Сколько им было лет?"

"Я не знаю. Честно. Я не видел их лиц. Они сняли эти колпачки, и, черт возьми, я проверял корпуса. Но о чем еще я подумал позже? Я никогда их не слышал. Я имею в виду, они не просто не разговаривали, я не слышал их шагов. Если бы я не подошел к перилам как раз в тот момент, когда они проходили внизу, я бы никогда не узнал, что они были там ".

"Давай поднимемся на крышу, Хильди". Ева поднялась на ноги. "Проведи нас через это снова".

Это прорыв, " сказала Пибоди, когда они снова вышли на тротуар. Ева смотрела на крышу. "Не так много, но прорыв".

"Это детали. И детали важны". Она вернулась к дому Свишеров, посмотрела на крышу, где они недавно стояли с Хильди. "Вероятно, увидели бы ее, если бы посмотрели. Видел ее, стоящую там, или ее силуэт, когда они подошли ближе. Но они были законченными, уверенными. Возможно, осматривал улицу, но старался держаться подальше от ярких лучей охранных фонарей. Шел-маршировал. Не спеша, но дисциплинированно - до угла противоположной стороны. Куда-то подвозили, держу пари, что подвозили. Законно припаркованный на улице или стоянке. Улица лучше, никакой бумажной волокиты, если ты займешь место на улице, но ты не можешь рассчитывать на то, что найдешь свободное место, так что, возможно, много ".

"Украденный аттракцион?" Предположила Пибоди.

"Будь глупым. Глупо, потому что это оставляет след. Ты что-то крадешь, владелец разозлится и сообщит об этом. Может быть, забрать где-нибудь транспортное средство из долгосрочной аренды, поставить его обратно. Но почему? У вас есть все это оборудование, дорогое оборудование. У тебя есть деньги или поддержка. У тебя есть собственная поездка. Это не будет чем-то броским ". Она раскачивалась взад-вперед на каблуках. "Ничего, что бросалось бы в глаза, и водитель соблюдает все правила дорожного движения".

Она шла на запад, когда представляла это. "Делай свою работу, уходи, уходи прочь. Никакой спешки, никакого шума. Взгляд, направленный влево и вправо - это тренировка. Однако не думайте поднимать глаза, и это неаккуратно. Просто немного неряшлив или самоуверен. Или под ней, они были возбуждены от убийства. Профессионал ты или нет, тебе нужно немного взбодриться. Иди прямо вниз, без разговоров. Отправляйся прямо в путь, никаких обходных путей. Уберите сумки для последующей чистки или уничтожения. Возвращаемся в штаб ".

"Штаб-квартира?"

"Держу пари, что именно так они это называли. Где-нибудь, чтобы выслушать доклад или обменяться историями о войне, попрактиковаться, привести себя в порядок. И я готов поспорить, что все улажено ".

У нее был их запах. Она знала, что это не логичный термин, но это был правильный термин. У нее был их запах, и она будет отслеживать его, пока не доберется до них.

Она стояла на углу Восемьдесят первой и Версайд, глядя на север, и на юг, и дальше на запад. Как далеко они ушли? она задумалась. Сколько людей видели, как они выходили из того дома смерти со свежей кровью в сумках?

Просто пара парней, направляющихся домой после короткой ночной работы.

"Пометьте Бакстера", - приказала Ева. "Я хочу несколько имен".

Ее звали Мередит Ньюман, и она была перегружена работой и ей недоплачивали. Она была бы счастлива сказать вам об этом, будь у нее такая возможность. Хотя ей нравилось думать о себе как о современной мученице, долго страдающей и проливающей кровь за правое дело.

Когда-то, в дни своей молодости, она представляла себя крестоносцем и работала и училась с пылом обращенного. Но затем год на работе превратился в два, а два - в пять, и количество дел, их нищета и бесполезность взяли свое.

В ее личных фантазиях она встречала красивого, сексуального мужчину, купающегося в деньгах. Она бы уволилась. Никогда не придется тащиться через бесконечную бумажную волокиту, приводящие в уныние проверки на дому. Никогда больше не придется видеть избитую женщину или ребенка.

Но до того прекрасного дня все шло как обычно.

Теперь она направлялась на обычную проверку дома, где она полностью ожидала найти двух грязных детей, мать под кайфом или на пути к забвению. Она потеряла надежду, что когда-нибудь все будет по-другому. Она потеряла волю к заботе. По ее оценке, число людей, которые в конечном итоге изменили себя и стали достойными членами общества, вносящими свой вклад, составляло примерно один к пятидесяти.

И, казалось, она всегда справлялась с остальными сорока девятью.

У нее болели ноги, потому что она была настолько глупа, что купила пару новых туфель, которые не могла себе позволить. Не на ее зарплату. Она была в депрессии, потому что мужчина, с которым она встречалась время от времени в течение пяти недель, сказал ей, что она его угнетает, и порвал с ним.

Ей было тридцать три года, она была одинока, без парня, была посмешищем в общественной жизни и так устала от своей работы, что хотела покончить с собой.

Она шла, опустив голову, как это было ее привычкой, потому что она не хотела видеть грязь, копоть, людей.

Она ненавидела Alphabetcity, ненавидела мужчин, которые слонялись в дверных проемах и потирали промежности, когда она проходила мимо. Она ненавидела запах мусора - городских духов - и шум. Двигатели, гудки, голоса, механизмы - все это пульсирует в ее барабанных перепонках.

Ее отпуск не был запланирован на восемь недель, три дня и двенадцать часов. Она не знала, сможет ли она это сделать. Черт возьми, до ее следующего выходного оставалось три дня, и она не знала, сможет ли она это сделать.

Она бы не стала.

Она не обратила никакого внимания на визг тормозов, только на какофонию города, который она стала ненавидеть, как изнуряющую болезнь.

Небольшой удар плечом был просто еще одним раздражением, просто еще одним проявлением врожденной грубости, которая заразила всех, кто жил в этой дыре дерьма.

Затем у нее закружилась голова, и в глазах потемнело. Она почувствовала, словно во сне, ощущение, что ее оторвало от земли и швырнуло. Даже когда она приземлилась в задней части фургона, с заклеенным скотчем лицом и глазами, это казалось нереальным. Ее тело едва успело осознать потребность закричать, когда слабый толчок шприца заставил ее погрузиться в сон.

К середине дня Ева и Пибоди поговорили с тремя клиентами Кили Свишер и двумя клиентами ее мужа. Они работали географически и забрали еще одного следующего Кили.

Ян Угер была дородной женщиной, которая выкурила три таблетки трав во время их двадцатиминутного интервью. Когда она не пыхтела, она сосала одну из ярких леденцов в тарелке рядом с ее стулом.

Ее волосы были собраны в огромный блестящий шар, как будто кто-то зализал их наверх, вокруг, а затем сбрыз силиконом. У нее были длинные щеки, три подбородка, желтоватая кожа. И отвратительное отношение.

"Шарлатанка". Она затянулась, уколола своей дымящейся травой. "Вот кем она была. Сказала, что не сможет мне помочь, если я не буду соблюдать режим. Кто я, в учебном лагере Кристинга?"

"Когда-то ты был таким", - подсказала Ева.

"Отсидел три года в регулярной армии. Где я встретил своего Стю. Он положил пятнадцать, служа нашей стране. Я провела эти годы, будучи хорошей армейской женой и воспитывая двоих детей. Было то, что дети давили на меня", - заявила она и выбрала еще одну конфету. "Я пробовал диеты, но у меня заболевание".

Что было, решила Ева, неспособностью перестать класть что-либо в рот.

"Наша страховка не покрывает скульптуру тела". Она повертела конфету во рту, пару раз хорошенько надкусила. "Скряги. За исключением условий, при которых вы посещаете лицензированного диетолога в течение шести месяцев, и они подписываются за вас. Итак, вот что я сделал, пошел к той шарлатанке, выслушал ее бред. И что произошло?"

В ярости она так сильно сосала конфету, что Ева удивилась, как она не застряла у нее в горле и не задушила ее до смерти.

"Я расскажу тебе, что произошло. Я набрал четыре фунта за два месяца. Не то, чтобы Стью возражал. Больше любить, вот что он говорит. Но я выполнил упражнение, и она бы согласилась? Нет, она бы не стала!"

"У тебя была проблема с этим".

"Чертовски верно. Она сказала, что я не соответствую требованиям. Кто она такая, чтобы говорить? Чего стоит содрать кожу с ее носа, чтобы подписать эту чертову бумагу, чтобы моя страховка оплатила счет? От таких людей меня тошнит".

Она зажгла еще одну сигарету, хмуро глядя сквозь дым, пахнущий горелой мятой.

"Вы поссорились с миссис Свишер?"

"Сказал ей все, что я думаю о ней и ее режиме крещения, и сказал, что собираюсь подать в суд. Мог бы, но ее муж чертов адвокат, так в чем смысл? Все знают, что они держатся вместе, как куча дерьма. Хотя жаль, что они мертвы ", - добавила она, подумав.

"Ваш муж сейчас военный в отставке и работает в ..." Ева притворилась, что проверяет свои записи.

"Он работает охранником в Sky Mall. Тяжело жить на пенсию, плюс мой студент, он любит выходить на улицу и делать работу. Там тоже лучшая страховка. Он работает там еще восемнадцать месяцев, и я могу получить скульптуру для них ".

Продолжай есть, сестра, и для этого потребуется нечто большее, чем создание скульптуры. Потребуется воздушный взрыв, чтобы уничтожить тебя. "Между тем, вы оба были очень недовольны миссис Свишер".

"Конечно, мы были. Она взяла наши с трудом заработанные деньги и ничего не сделала для этого ".

"Это расстраивает, и, чувствуя себя неспособным успешно подать в суд, вы, должно быть, хотели получить компенсацию каким-то другим способом".

"Говорила всем, что знала, что она шарлатанка Кристинг". Ее тройные подбородки удовлетворенно покачивались. "У меня много друзей, и у Стю тоже".

"Если бы это был я, я бы хотел чего-то более личного, более осязаемого. Возможно, вы и ваш муж пошли к мистеру или миссис Свишер, чтобы пожаловаться, потребовать свои деньги обратно ".

"Нет смысла".

"Был ли ваш муж прошлой ночью дома? Между часом и тремя ночи?"

"Где еще он мог быть в час ночи?" - горячо спросила она. "Что это?"

"Расследование убийства. В военном досье вашего мужа указано, что он был MR."

"Восемь лет. Ну и что?"

"Интересно, когда он пожаловался своим приятелям на обращение миссис Свишер с тобой, они, должно быть, разозлились - из-за тебя".

"Можно подумать, не так ли? Можно подумать. Но люди не испытывают особого сочувствия к женщине с моим состоянием ".

"Это позор. У вас нет друзей или родственников, которые могли бы передать вам деньги за работу с телом?"

"Черт". Она выпустила дым, потянулась за другой конфетой. "Кого мы узнаем с такими деньгами? Я был армейским мальчишкой, и мой отец погиб, служа своей стране, когда мне было шестнадцать. Семья Стю в основном состоит из фабричных рабочих в Инохио. Ты знаешь, сколько стоит скульптура?" она потребовала. Затем она окинула Еву пристальным взглядом, скривив губы. "Во сколько тебе это обошлось?"

Ева остановилась у здания. "Ты думаешь, я должен был оскорбиться?" она задумалась. "Сколько это тебе стоило" - это крэк?"

"Вероятно, она имела в виду это как своего рода комплимент. Но все же, у меня есть двоюродная бабушка, которая наполовину француженка, и я был немного оскорблен французскими колкостями миссис Гренц ". Она скользнула в машину. "Этот получает отметку".

"Да. Ни в коем случае она не достаточно умна, ни в коем случае у них нет ресурсов. Военное досье мужа чистое, и даже служба в полиции не дала бы ему той подготовки, которую мы ищем. И он слишком стар, слишком весом, судя по его идентификационным данным ".

"Возможно, просто дергал за ниточки, но ..."

"Верно. Трудно поверить, что кто-то, женатый на ней, живущий в месте, полном дыма и сладостей, достаточно дисциплинирован и умен, чтобы спланировать операцию, подобную этой ".

"Или работал дроном-охранником в торговом центре, в основном отгоняя детей. Сквернословие и жалобы, вот что делают эти люди ".

"И они не убивают целую семью, потому что они на кого-то разозлились. Нет", - согласилась Ева. "Она была раздражающей, и он, вероятно, такой же, но они не вдохновители или хладнокровные убийцы детей".

"Знаешь, что еще? Я не думаю, что тот, кто это сделал или стоит за этим, производил какой-либо шум. Я имею в виду, ничего из этого, я подам в суд на твое шарлатанское дело. Я знаю, что мы должны это проверить, но это не станет хитом." Ева держала свое внимание на дороге, пока вела машину. "Почему?" "Потому что он должен думать наперед, верно? Должен контролироваться и организовываться. Всякий раз, когда это случалось - я имею в виду, что бы это ни было, что заставляло его нападать на этих людей, - ему приходилось вытаскивать это. Потому что он бы думал о расплате. Когда-нибудь, так или иначе. Но ты не оставляешь следов." Теперь Ева повернула голову. "Моя гордость за тебя переполняет мое сердце. Если только это не та соевая собака, о которой ты говорил мне ранее."

"Боже, Даллас, румянец приливает к моим щекам. Если только это тоже не соевый дог ". Она стукнула себя кулаком в грудь, издала небольшую, почему-то женственную отрыжку. "Думаю, это была собака".

"Теперь, когда мы установили это, давайте перейдем к следующему в списке". Пибоди вызвала список, следующее имя, местоположение и указания из меню панели. Затем наклонился вперед, поглаживая приборную панель и напевая. "Хорошая машина, симпатичная машина. Умный автомобиль ". Она скользнула взглядом к Еве. "И кто достал для нас хороший, симпатичный, умный автомобиль?" "Ты уже подоила этого, Пибоди". "Да, но - ого, и смотри, посмотри на его маленький звуковой сигнал "линк"". Покачав головой, Ева ответила на звуковой сигнал. "Даллас". "Немного око за око на твоем пути, - сказала Надин, - так что не забывай об этом. Сканер зафиксировал сообщение о похищении. Женщина на авеню Б, брошенная в кузов фургона в мгновение ока." "Если она не мертва, она не мой столик. Прости." "Холодный, жестокий, правдивый. Дело в том, что один из свидетелей узнал ее и даже потрудился сказать об этом патрульным, которые пришли на вызов. Сказала, что она социальный работник по имени Мередит Ньюман. Я слышу об этом и думаю, эй, разве это не название ..."

"Беспилотник GPS в деле Свишера".

"Я направляюсь туда, чтобы дать несколько интервью. Подумал, что ты захочешь знать ".

"Мы в пути. Не разговаривай ни с кем на месте происшествия, Надин. Сначала мне нужен укол. Ты собираешься показать мне сиськи ", - добавила она, когда рот Надин открылся. "Не скупись на это".

Она прервалась, завернула за угол и направилась на юг.

8

ЕВА ЗАМЕТИЛА ФУРГОН 75-го канала, ПРИПАРКОВАННЫЙ В зоне погрузки на авеню Б. Она проехала мимо него, затем дважды припарковалась рядом с черно-белым, уже у обочины.

Она тоже заметила Надин - было трудно не заметить, когда идеально уложенные волосы и ярко-синий костюм репортера для эфира выделялись, как экзотический цветок, на фоне выцветшего леса грязных рубашек и грязного бетона.

Она была в дружеских отношениях с троицей the daily doorway lurkers, но отдалилась от Евы.

"Я никогда не говорила, что не буду задавать вопросов", - немедленно ответила Надин. "Но я не стал записывать это. На данный момент. Ваша униформа внутри с женщиной, которая утверждает, что видела похищение и узнала грабителя. Привет, Пибоди. Как ты себя чувствуешь?"

"Все лучше и лучше, спасибо".

Ева бросила тяжелый взгляд на фургон. "Выключите камеры".

"Общественная улица", - начала Надин. "Публичный..."

"Надин, ты знаешь, почему я часто рассказываю тебе о внутренней стороне дела? Потому что это не просто история с тобой. На самом деле вы уделяете людям в истории больше, чем мимолетную мысль. И ты бы не стал, даже ради рейтингов, жертвовать этими людьми, чтобы твое милое личико появилось в эфире ".

Надин глубоко вздохнула. "Черт".

"Выключите камеры", - повторила Ева и зашагала к задержавшимся зрителям. "Что ты видел?" - начала она. "Что ты знаешь?"

Самый худой из всех, палка смешанной расы с изрытым кожей, ухмыльнулся - иллюстрируя, что его уход за зубами был немного ниже стандарта ухода за кожей - и потер большой и указательный пальцы вместе.

"Детектив Пибоди". Ева говорила мягким тоном, ее глаза были холодны, как у акулы. "По вашему профессиональному мнению, этот человек, который, возможно, был свидетелем преступления, просто вымогал у сотрудника полиции Нью-Йорка взятку в обмен на информацию об этом преступлении?"

"Похоже, что это действительно так, лейтенант".

"Мне и моим друзьям нужен джек. Ты отдаешь, ты получаешь ".

"И, детектив, каким был бы мой самый обычный ответ на такое домогательство?"

"Вашим ответом, лейтенант, было бы доставить указанного человека и, возможно, его сообщников в Центральный отдел, возможно, по обвинению в препятствовании правосудию и препятствованию полицейскому расследованию. Вы также должны определить, были ли у субъекта и / или его сообщников простыни. Если это так, то вы потратили бы значительное время, разрушая их день и потенциально превращая их жизни, по крайней мере на короткий срок, в вонючий ад ".

"Совершенно верно, детектив. Спасибо. Ты что-нибудь из этого уловил, придурок?"

Он действительно выглядел обиженным. "Нет Джека?"

"Это тоже совершенно верно. Теперь я повторю: что ты видел, что ты знаешь?"

"Ты собираешься принять меня, если я не скажу?"

"Два правильных ответа подряд. Хочешь попробовать за троих?"

"Ну, черт. Я видел, как большой нос шаркает ногами, приближаясь с таким видом, будто она чувствует запах чего-то, что ей не нравится. Не стоит двух взглядов, но мы просто зависаем, поэтому я начинаю наносить ей удар. Затем эта штука с фургоном, он взлетает. Быстрее! И два чувака, они выскакивают из задней части. Получил по одному на каждого сида нее. Поднимает ее, швыряет внутрь, хлоп, бам, пропал. Мы и мои соратники, мы бы справились с ними, но они были быстры, как крысы, чувак. Ты получаешь?"

"Да, я понимаю. Как они выглядели? Люди, которые выскочили через черный ход?"

"Как ниндзя, чувак". Он посмотрел на каждого из своих приятелей, ожидая кивков согласия. "Как пара крутых парней-ниндзя в черных нитках с маской".

"Как насчет фургона?"

"Тоже черный".

"Марка, модель, номерной знак?"

"Черт возьми, что я знаю? Я не вожу фургон. Большой и черный, и двигался скользко, как гусиное дерьмо. Должно быть, впереди был чувак, но я ничего не видел. Не смотрел. А большой нос? Она даже не пискнула. Ее схватили и спрятали так быстро, что она даже не пискнула. Теперь мы расслабляемся?"

"Да, теперь мы расслабились. Имя?"

"Мужчина". Он переступил с ноги на ногу. "Рамон. Рамон Паскуэлл. Я получил законное условно-досрочное освобождение, чувак. Я сейчас ищу работу, но я стою здесь и разыгрываю тебя ".

"Верно. Рамон, если ты или твои помощники вспомните что-нибудь еще, ты можешь связаться со мной в Центре. " Она протянула ему карточку и двадцатку.

"Эй!" Никакая радость, освещавшая его лицо, не могла сделать его менее уродливым. "У тебя, холодильник, слишком большой нос".

"Милый собеседник", - сказала она и вошла в здание.

"У тебя не такой большой нос", - заметила Пибоди. "На самом деле, его можно было бы назвать узким и элегантным".

"С большим носом-любопытные копы, GPS, сотрудники службы пробации и так далее. Мы все большие носы для хандр вроде Рамона ".

"Ах, я понял. В отчете есть свидетель на третьем этаже. Телеграфируй, Минни ".

Достаточно было одного взгляда на грязную, помятую дверь единственного узкого лифта, чтобы Ева вместо этого поднялась по грязной лестнице. У нее было мгновение, чтобы задаться вопросом, почему вонь мочи и блевотины, казалось, всегда пропитывает стены в таких местах, когда из двери на третьем этаже вышел полицейский в форме.

Она заметила, что он принял их за полицейских еще до того, как увидел значок, который она прицепила к поясу. "Лейтенант, вы быстры. Я только что вызвал детективов."

"Отложите это, офицер. Этот инцидент может быть связан с одним из наших дел. Она собирается дать мне что-нибудь стоящее?"

"Видел все это. Она возбудима, но она видела, как ее схватили, узнала жертву. Мередит Ньюман. Защита детей. Я связался с GPS, и он проверяет. Ньюман должен был приехать для проверки состояния дома."

"Хорошо. Отмените запрос на детектива. Я свяжусь с Центром после того, как поговорю с уитом. Я бы хотел, чтобы ты подождал внизу. Я в любом случае упаковал твое подразделение. Мне нужен ваш отчет, когда я закончу здесь."

"Да, сэр".

Когда он падал, Ева взглянула на Пибоди, заметив капли пота на лице своего партнера. Стоило рискнуть лифтом, подумала она. "Ты держишься, Пибоди?"

"Да, я в порядке". Она достала салфетку, вытерла лицо. "Все еще немного запыхался, но упражнение полезно для меня. Я в порядке ".

"Я хочу знать, что ты не такой. Не валяй дурака ". Ева подошла к двери, постучала. Она уже могла слышать крики, плач, голоса. Три голоса, если она не ошиблась. И двое из них дети.

Казалось, это была ее неделя для детей.

"Полиция, мисс Кейбл".

"Я только что говорил с полицией". Женщина, выглядящая измученной - а кто бы не стал, когда один ребенок на бедре, а другой тянет тебя за ногу?- открыл дверь. Ее волосы были короткими, колючими светлыми, ее телосложение приближалось к полноте. И у ее глаз был кроличий розовый оттенок, как у обалдевшей наркоманки.

"Лейтенант Даллас, детектив Пибоди. Мы хотели бы войти ".

"Я рассказал другому парню, как все устроено. Боже, Ло-Ло, ты бы не мог остановиться на две секунды. Извините, дети взбешены ".

"Эта Ло-Ло?" Пибоди улыбнулась. "Привет, Ло-Ло, почему бы тебе не подойти ко мне".

Дети откликнулись на все, отметила Ева. А эта, миниатюрная девочка с волосами такими же светлыми и колючими, как у ее матери, оторвала ногу своей матери, вложила свою руку в руку Пибоди и ушла, что-то бормоча.

Идти было недалеко. Комната была маленькой L, а кухня образовывала зазубрину. Но вокруг было разбросано несколько игрушек, и девочка стрелой метнулась к куче, чтобы поделиться ими со своим новым приятелем.

"Я видела из окна, вон там". Минни указала, перемещая ребенка поменьше у себя на бедре. У этого были глаза, большие и немигающие, как у совы, и копна дымчато-каштановых кудрей. "Я наблюдал за ней, за мисс Ньюман. Она не... не думала, что я буду убираться, она не думала, что я начну паниковать. Но я выжил. Уже шесть месяцев как завязал ".

"Хорошо". И если бы она не занималась этим слишком долго, ее глаза могли бы однажды потерять красные ободки и розоватые белки.

"Они собирались забрать моих детей. Я должен был убраться за своими детьми, что я и сделал. Не их вина, что я облажался. Я не в шоке, и я хожу на собрания. Меня проверяют на месте, и я чист. Мне нужно, чтобы мисс Ньюман сказала, что я могу сохранить свой временный статус профессиональной матери. У меня должны быть деньги, я должен платить за квартиру и еду, и..."

"Я свяжусь с GPS и скажу им, что я был здесь, видел, что вы были чисты, и о ваших детях заботились. У тебя дома чисто, " добавила она.

"Я убедился. Это становится грязным, с детьми, но я не позволяю этому становиться грязным. Я соберу еще немного денег, я собираюсь переехать с нами в лучший район. Но это лучшее, что я могу сейчас сделать. Я не хочу портить жизнь своим детям".

"Я могу это видеть. GPS пришлет другого представителя. Вы не потеряете свой статус из-за этих обстоятельств ".

"Хорошо". Она уткнулась лицом в шею малышки. "Прости. Я знаю, что не должен так сильно переживать из-за того, что со мной происходит, когда эту леди вот так схватили. Но я не хочу терять своих детей ".

"Расскажи мне, что ты видел".

"Я стоял там, у окна. Я нервничал, потому что я ей не нравился. Это неправильно", - поправила она. "Ей было все равно. Мне было наплевать на засохшее дерьмо ". Она вздрогнула, посмотрела на свою старшую девочку. "Я стараюсь не использовать плохие выражения при детях, но я забываю".

"Не беспокойся об этом". Ева подошла к окну. Оттуда была хорошо видна улица. Она могла видеть черно-белое и свой собственный автомобиль. И трясущиеся кулаки водителей, которые боролись с пробкой, вызванной двойной парковкой. "Здесь?"

"Да. Я стою там, с осколками на бедре, как сейчас. Я говорю ей и Ло-Ло, что они должны быть хорошими. Мои глаза." Она коснулась пальцем чуть ниже левой. "Ты был в панике, даже когда ты ненадолго отключился, они усиливаются, когда ты нервничаешь, или расстроен, или просто устал. Думаю, я был всем. Я видел, как она приближалась, шла с той стороны ".

Подойдя ближе, Минни указала. "Ее голова была опущена, поэтому сначала я не увидел ее лица. Но я знал, что это была она. Я собирался вернуться - чтобы на случай, если она поднимет глаза, она не увидела, что я наблюдаю, - но я увидел фургон. Это просто взлетело, понимаешь? Очень быстро. Визжал, когда это прекратилось. Эти двое парней выскочили с заднего сиденья, и они были на ней так быстро. Бах! Схватил ее, прямо у нее на ногах. Тогда я увидел ее лицо, всего на секунду. Она вряд ли выглядела удивленной, но это было... " Она щелкнула пальцем. "Вышвырнул ее через открытые двери, запрыгнул за ней и уехал.

"Я сразу же позвонил. Возможно, это заняло у меня всего минуту, потому что я был так удивлен. Я имею в виду, это было так быстро, а потом как будто ничего и не было. Но это произошло. Я позвонил девять-один-один и рассказал о том, что видел. Они же не подумают, что я имею к этому какое-то отношение, правда? Потому что она приходила сюда, а я наркоман?"

"По-моему, ты не похожа на наркоманку, Минни".

В ее покрасневших глазах загорелась улыбка.

"Милые дети", - прокомментировала Пибоди по пути вниз. "Похоже, эта женщина борется с трудностями. Хороший шанс, что она выживет ".

Ева кивнула. Наркоманы, которых она знала, включая смутные воспоминания о ее собственной матери, больше заботились о следующей дозе, чем любой ребенок. У Минни был шанс.

Она вышла обратно на улицу, подала знак Надин. "Проводите свои интервью. Но не разглашайте наши имена. Я не хочу, чтобы тот, кто это сделал, знал, что мы подозреваем связь с убийствами Свишера ".

"И ты делаешь".

Ева хотела сказать "не для записи", но решила, что при данных обстоятельствах это было бы оскорблением. "Нет. Я знаю, что есть. Но мы делаем это известным, Ньюман мертв. Вероятно, так или иначе, но это скрепило бы сделку. И не помешало бы подогреть интерес людей к Минни Кейбл - выздоравливающей фанк-наркоманке, старающейся оставаться чистой и поступать правильно по отношению к своим детям, и так далее. Она встала, позвала этого. Но проясни, Надин, как и Кристал, что она не смогла дать никакого описания преступников ".

"Была ли она?"

"Нет. Пара парней, одетых в черное. В маске, двигался быстро. Она не могла определить рост, возраст, вес, расу, ничего. Просто разъясни это в прямом эфире ".

"Понял. Эй!" Она зашагала, цокая высокими каблуками, когда Ева уходила. "И это все, что я получаю?"

"Все, что есть на данный момент. Надин?" Она остановилась достаточно надолго, чтобы оглядеться. "Ваше предупреждение принято к сведению и ценится. Офицер, " продолжила она, подходя к полицейскому в форме. "Дайте мне ваш отчет".

Ева сидела в кубе двойной ширины в Центре защиты детей и изо всех сил старалась не корчиться. Она ненавидела подобные места. Атавистическое отвращение с беспричинным потоком страха пронеслось через нее. Она знала, что это было неразумно, знала, что его корни были в монстре, рассказывающем страшилки, чтобы заставить ее поверить, что он меньшее из зол.

Ложь, конечно, жестокая ложь, чтобы держать ее под контролем.

Сколько времени потребовалось, чтобы сбросить шкуру страха детства?

Мы когда-нибудь?

Женщина, сидевшая за рабочим местом в кубе, не была похожа на монстра. Они бросят тебя в яму, маленькая девочка. Черный, глубокий и полный пауков. Она была похожа на чью-то пухлую и уютную бабушку. По крайней мере, так Ева представляла пухлых и удобных бабушек. Ее волосы были собраны в аккуратный круг вокруг круглого розовощекого лица, и на ней было длинное бесформенное платье с принтом. Она пахла ягодами. Малина, подумала Ева.

Но когда вы смотрели в ее глаза, уютной бабули нигде не было видно. Они были темными и проницательными, усталыми и обеспокоенными.

"Она не зарегистрировалась и не отвечает на свою ссылку". Ренни Таунстон, начальник Ньюмана, хмуро посмотрел на Еву. "Всем нашим представителям - мужчинам и женщинам - объявлена тревога. Они часто посещают суровые районы и еще более суровые предметы. Они проходят стандартную подготовку по защите и обязаны ежегодно обновлять эту подготовку, наряду с другими их должностными квалификациями. Мередит знала, как позаботиться о себе. Она не новичок. На самом деле..."

"На самом деле", - подсказала Ева.

"По моему мнению, она на грани срыва. Год, может быть, два, которые у нее остались для этой работы. Она выполняет свою работу, лейтенант, но она потеряла сердце. Большинство выживают через несколько лет. Через шесть месяцев, если ничего не изменится, все, что она будет делать, это тянуть время. Факт в том, что..."

"Факт в том, что?"

"Она никогда не должна была позволять тебе переигрывать ее в деле Свишера. Никогда не позволяла вам забирать этого ребенка из-под ее опеки или надзора. Она даже не потребовала указать местоположение и едва продолжила расследование на следующее утро ".

"Я довольно сильно надавил".

"И она не устояла перед этим, перед тобой. По крайней мере, она должна была пойти с вами и ребенком, сообщила В. Вместо этого она отправилась домой и не подавала отчет до утра ".

Раздражение, затем беспокойство, поджал губы Таунстон. "Теперь, я боюсь, что один из ее клиентов схватил ее. Они обвиняют нас, знаете ли, так же, как обвиняют вас, копов, в своих собственных промахах ".

"Как насчет ее личной жизни?"

"Я мало что знаю об этом. Она не из тех, кто любит поболтать в комнате отдыха. Я знаю, что она недавно встречалась с кем-то некоторое время, но это закончилось. Она одиночка, что является частью проблемы. Без внешней жизни ты не доживешь до пенсионного возраста ".

Хотя она знала, что это пустая трата времени, это была обычная трата, поэтому Ева взяла данные из досье Ньюмана. Она взяла имена, адреса. И вместе с Пибоди отправились в соседнюю квартиру Ньюмана.

Гостиная / кухня была больше, чем у Минни Кейбл, но в ней не было цвета и живого беспорядка. Он был чистым на грани стерильности с его пустыми белыми стенами, включенными экранами для уединения, диваном с прямой подкладкой и единственным креслом.

На рабочей станции в спальне был блок данных - аккуратно застеленная кровать - и две коробки дисков с четкими этикетками.

"Немного грустно, не так ли?"Пибоди огляделась. "Думаю о разных местах, в которых мы были сегодня. Скажем, безумная сокровищница миссис Гренц, дикое пространство, где внизу живет Хильди. Даже жалкие комнатушки Минни Кейбл. Вы могли видеть, что там жили люди. Там кое-что произошло. Это похоже на видеозапись. Одинокая профессиональная женщина без жизни ".

"Почему они не забрали ее сюда, Пибоди? Зачем рисковать уличным захватом, когда они могут проникнуть в охраняемое семейное жилище и убить пятерых человек за меньшее время, чем требуется для доставки пиццы?"

"Um. Они бы торопились. Они захотят схватить ее быстро, посмотреть, что она знает ".

"Часть этого. Да, часть этого. Может быть, это место выглядит мертвым, ощущается мертвым, но она была достаточно умна, достаточно осторожна, чтобы снять квартиру в здании с хорошей охраной. Тем не менее, никаких реальных проблем для наших мальчиков. Но они не стали ждать, пока она вернется домой, не привезли ее сюда. Они хотят ее ненадолго. Это то, чего я бы хотел. Хочу убедиться, что они вытянут из нее все, а это может занять некоторое время. Уединитесь. И это еще не все ".

Она повернулась кругом, размышляя. "Потому что они могут. Они знают, как быстро двигаться, чтобы выполнить такую работу быстро, так что любые потенциальные свидетели видят в основном размытое пятно. Пара парней в черном, большой черный фургон. Бах, бах. Возможно, я и не предполагал, что в этом районе кто-то сделает больше, чем просто поцарапает и плюнет на это. Никто не сообщает, кому-либо требуется больше времени, чтобы понять, что Ньюман среди пропавших без вести. Еще больше времени, чтобы установить какую-либо связь с убийствами Свишера."

Ева посмотрела на пустые стены, одинокую, аккуратно застеленную кровать. "Они где-то держат ее, прямо сейчас. Когда они закончат с ней, она будет такой же мертвой, как эта комната ".

Ева вытащила свой коммуникатор. Когда Бакстер вышел на связь, она рявкнула: "Личное сообщение. Отправляйтесь в безопасное место или переходите только к текстовым сообщениям ".

"Здесь только я и Верное Сердце, Даллас. Парень внизу. Мы видим ее на мониторе ".

"Социальный работник, занимавшийся ее делом, был схвачен. Субъекты соответствуют описанию наших подозреваемых. Я не хочу, чтобы этот остряк терял тебя из виду ".

"Ее нет и не будет. Ты ожидаешь, что они придут за ней?"

"Если они смогут узнать, где она, они попытаются. Я хочу, чтобы она была внутри, все время. Оставайся на этом до следующего звонка от меня ".

Она отключилась, позвонила Рорку. "У них есть социальный работник", - сказала она, когда он ушел в частную. "Она не знает местоположения, и это большой скачок. Но я предупредил Бакстера ".

"Понял. Я передам это Соммерсету, " добавил он тоном, который говорил ей, что он был на совещании. "Я сам могу быть там через тридцать минут".

"Я не думаю, что они могут двигаться быстрее - и Ньюман просто знал, что я забрал ее, не то чтобы я отвез ее домой, но берегите спину. Они оставили ребенка со мной, они оставили тебя со мной. О другом захвате не может быть и речи ".

"Я дам вам тот же совет и скажу, что в обоих случаях в нем нет необходимости".

На этот раз передачу прервал Рорк.

"Собери ее диски, записные книжки, блокноты. Свяжитесь с ЭДД, чтобы забрать ее снаряжение. Давайте сделаем это по правилам ".

"Как ты думаешь, сколько ей осталось?"

Ева оглядела пустую, бездушную комнату. "Недостаточно долго".

Когда Мередит всплыла, ей показалось, что прямо в центре ее лба находится ледоруб, от которого исходят острые осколки боли. Головная боль была настолько ослепляющей, что сначала она предположила, что это и было причиной того, что она ничего не видела.

Ее желудок немного скрутило, как будто она съела что-то с просроченным сроком годности, но когда она попыталась прижать к нему руку, ее рука не двигалась.

Откуда-то издалека она услышала голоса. Водянистое эхо голосов.

Затем она вспомнила. Она шла по авеню Б, направляясь на проверку дома, и что-то ... кто-то...

Страх пришел быстро, пронзая боль. Когда она попыталась закричать, единственным звуком, который она смогла издать, был дикий, хныкающий стон.

Она была в темноте, неспособная пошевелить руками, ногами, головой. Неспособная видеть или говорить, и когда что-то коснулось ее щеки, ее сердце ударилось о ребра, как кулак.

"Субъект в сознании. Мередит Ньюман, вы находитесь в охраняемом месте. Вам будут задавать вопросы. Если вы ответите на эти вопросы, вам не причинят вреда. В это время я собираюсь снять скотч с твоего рта. Как только я это сделаю, скажи мне, понимаешь ли ты ".

Срывание ленты в кромешной тьме вызвало крик, который был скорее от крайнего ужаса, чем от боли. Ее ударили открытой ладонью по одной щеке, за чем последовал быстрый ответный удар слева по другой.

"Я сказал, скажи мне, если ты понимаешь".

"Нет. Я не знаю. Я не понимаю. В чем дело? Кто ты? Что... " Она снова закричала, ее тело напряглось в оковах, когда взорвалась боль. Как будто тысячи раскаленных игл вонзились в ее кости.

"Мне будет больно каждый раз, когда ты отказываешься отвечать, каждый раз, когда ты лжешь, каждый раз, когда ты не делаешь то, что тебе говорят". Голос был тихим, ровным. "Ты понимаешь?"

"Да. ДА. Пожалуйста, не делай мне больно ".

"У нас не будет причин причинять вам боль, если вы ответите на наши вопросы. Ты боишься, Мередит?"

"Да. Да, я боюсь ".

"Хорошо. Ты сказал правду ".

Она не могла видеть, но она могла слышать. Она услышала тихие гудки и пинг, его дыхание - ровное. Нет, кто-то другой тоже. Она могла слышать, как ей казалось, движение, но не там, где было дыхание. Их двое. Их было двое.

"Чего ты хочешь? Пожалуйста, скажи мне, чего ты хочешь ".

Последовал еще один толчок, шокирующий, более быстрый, от которого у нее перехватило дыхание. Ей показалось, что она почувствовала запах чего-то горелого, похожего на сырое мясо. И подумала, что сквозь шокирующую боль она услышала женский смех.

"Ты не задаешь вопросов".

Второй голос. Немного глубже, немного жестче, чем первый. Не женщина. Должно быть, вообразил. Какое это имеет значение?

Боже, о Боже, помоги мне.

Ее глаза повернулись, и она увидела слабый свет, просто полоску света слева от нее. Не в темноте. Слава Богу, не в темноте. Ее глаза были заклеены скотчем, как и рот.

Они не хотели, чтобы она их видела. Не хотел, чтобы она могла их опознать. Слава Богу, слава Богу. Они не собирались ее убивать.

Но они причинили бы ей боль.

"Я не буду. Я отвечу. Я отвечу ".

"Где Никси Свишер?"

"Кто?"

Боль ударила, как раскаленный топор, рассекая ее по центру. Ее крики разнеслись в воздухе, и слезы потрясения потекли по ее щекам. Ее кишечник превратился в воду.

"Пожалуйста, пожалуйста".

"Пожалуйста, пожалуйста". Это был женский голос, насмешливая имитация ее собственного. "Господи, она обосралась. Киска".

Мередит снова закричала, когда на нее обрушилась ледяная вода. Теперь она начала плакать, густыми, влажными рыданиями, когда поняла, что она голая, мокрая, перепачканная.

"Где Никси Свишер?"

"Я не знаю, кто это".

И, рыдая, она приготовилась к агонии, которая так и не наступила. Теперь ее дыхание участилось, ее глаза блуждали взад и вперед, от темноты к полоске света, к темноте, к свету.

"Тебя зовут Мередит Ньюман".

"Да. Да. Да." Ее кожа горела, кости были как лед. "Боже. Бог."

"Является ли Никси Свишер одним из ваших случаев, как сотрудника Службы защиты детей?"

"Я-я-я получаю так много. Их так много. Я не могу вспомнить. Пожалуйста, не делай мне больно, пожалуйста, я не могу вспомнить ".

"Синий регистр", - сказал один из них позади нее.

"Переутомилась, Мередит?"

"Да".

"Я понимаю это. Система высасывает тебя, высасывает досуха. Колесо этого наезжает и раздавливает то, что от тебя осталось. Революция приходит из-за всего, что она сокрушает. Ты устал от колеса, не так ли?"

"Да. Да."

"Но с тобой это еще не закончено. Скажи мне, Мередит, сколько семей ты разрушила?"

"Я..." Слезы потекли у нее изо рта. Она проглотила их соль. "Я пытаюсь помочь".

Невозможная, невыразимая боль пронзила ее. Ее крики были бессмысленными мольбами о пощаде.

"Ты - винтик в этом колесе. Шестеренка в колесе, которая вытесняет жизненную силу. Но теперь это разворачивается, чтобы раздавить тебя, не так ли? Ты хочешь сбежать, Мередит?"

Она почувствовала вкус рвоты на языке, в горле. "Да. Больше не надо, пожалуйста, больше не надо ".

"Никси Свишер. Позвольте мне освежить вас. Девушка, молодая девушка, которая не была в своей постели, как ей было сказано. Непослушный ребенок. Непослушные дети должны быть наказаны. Разве это не так?"

Она неуверенно открыла рот. "Да", - сказала она, молясь, чтобы это был ответ, которого он хотел.

"Ты помнишь ее сейчас? Ты помнишь маленькую девочку, которой не было в ее постели? Грант и Кили Свишер, умершие. Казнен за отвратительные деяния. Им перерезали горло, Мередит. Теперь ты вспоминаешь?"

Его голос изменился, совсем немного. В нем был пыл, которого раньше не было. Часть ее мозга зарегистрировала этот факт, в то время как остальная часть бормотала от страха. "Да. Да, я помню ".

"Где она?"

"Я не знаю. Клянусь, я не знаю ".

"В синеве", - сообщил другой голос.

"Толчок".

Она кричала, и кричала, и кричала, когда боль пронзила ее.

"Вы сообщили в резиденцию Свишеров в ночь, когда они были казнены".

Ее тело продолжало содрогаться. Слюна стекала по ее подбородку.

"Ты говорил с Никси Свишер?"

"Интервью, экзамен. Экзамен, собеседование. Стандарт. Никаких травм, никакого домогательства. Потрясающе".

"Что она видела?"

"Я ничего не вижу".

"Что видела Никси Свишер?"

"Мужчины. Двое мужчин. Ножи, перерезанные глотки. Кровь. Теперь мы спрячемся. Прячься и будь в безопасности ".

"Теряю ее".

"Стимулятор".

Она снова заплакала, заплакала, потому что вернулась, осознала, проснулась, и остатки боли все еще жили в ней. "Хватит, пожалуйста. Больше нет ".

"Был выживший после казни Свишера. Что она тебе сказала?"

"Она сказала..." Мередит рассказала им все, что знала.

"Это очень хорошо, Мередит. Очень лаконично. Итак, где Никси Свишер?"

"Они мне не сказали. Полицейский забрал ее. Вопреки процедуре, но у нее был вес."

"Как ее соцработник, вы должны быть проинформированы о ее местонахождении. Ты должен присматривать за ней ".

"Над моей головой. Под столом. Я не знаю. Ее забрал полицейский. Защита полиции ".

Теперь она потеряла счет боли, тем временам, когда она пронзала ее, как горящие стрелы. Потеряла счет временам, когда они возвращали ее с края забвения, забрасывали вопросами.

"Очень хорошо, Мередит. Мне понадобятся адреса всех конспиративных квартир, которые ты знаешь. Каждая потайная нора, которую роет система."

"Я не могу - я попытаюсь", - закричала она, преодолевая следующую волну агонии. "Я постараюсь вспомнить". Она выпаливала адреса между рыданиями и всхлипами. "Я не знаю их всех, я не знаю всех. Только то, что они мне говорят. Я здесь не главный ".

"Просто винтик в колесе. Кто похитил Никси Свишер?"

"Полицейский. Полицейский из отдела убийств. Даллас. Лейтенант Даллас."

"Да, конечно. Лейтенант Даллас. Это очень хорошо, Мередит ".

"Я рассказал тебе все. Все, что я знаю. Ты собираешься меня отпустить?"

"Да, мы такие. Очень скоро".

"Воды, пожалуйста. Можно мне немного воды?"

"Лейтенант Даллас указала, куда она могла отвезти Никси Свишер?"

"Нет, нет. Я клянусь, я клянусь. Под ее опеку. Не по правилам, но она прошла через это. Я хотел попасть домой. Это было плохое место для жизни. Я хотел выбраться. Предполагалось, что мы с объектом отправимся на конспиративную квартиру, но Даллас меня отстранил. Я позволил ей ".

"Вы поддерживали контакт с лейтенантом Даллас с той ночи?"

"Нет. Боссы взяли это на себя. Они не говорят мне. Это громкое дело. Это чувствительно. Я просто..."

"Винтик в колесе".

"Я ничего не знаю. Ты позволишь мне уйти сейчас?"

"Да. Теперь ты можешь идти ".

Нож полоснул ее по горлу так быстро, так чисто, что она даже не почувствовала этого.

9

ЕВА ВОШЛА В СВОЙ СОБСТВЕННЫЙ ДОМ, КАК будто ОНА шла на операцию. "Никто не входит, никто не выходит", - резко сказала она Соммерсету, "без моего разрешения. Здравый смысл?"

"Конечно".

"Где ребенок?"

"В игровой комнате с офицером Трухарт". Соммерсет оттянул манжету своего черного пиджака, обнажив наручный прибор. Не временной отрезок, отметила Ева, а монитор. На нем она увидела, как Трухарт и Никси сражаются на одном из классических автоматов Рорка для игры в пинбол.

"Я принял меры предосторожности, приколов гомера к ее свитеру", - добавил он. "Если она перемещается из одного места в другое, это подает сигнал".

Несмотря на себя, Ева была впечатлена. "Милый".

"Они не поднимут руку на этого ребенка".

Она посмотрела на него. Он потерял ребенка, дочь, не намного старше, на самом деле, чем эта. Что бы она еще о нем ни думала, она понимала, что он будет щитом Никси.

"Нет, они не будут. Рорк?"

"Он здесь. В своем личном кабинете".

"Правильно". Офис, где он хранил свое незарегистрированное - и, следовательно, незаконное - оборудование. Как бы сильно она ни доверяла Пибоди, были границы. "Подними голову, будь добр", - сказала она Пибоди. "Дай Бакстеру ток. Я собираюсь проинформировать Рорка, затем мы проведем конференцию. Мой офис".

Когда ее партнер начал подниматься по ступенькам, Ева вышла из фойе и направилась к лифту. Тут она сделала паузу. "Они нужны мне живыми", - сказала она Соммерсету. "Наилучший сценарий".

"Один из них живой подошел бы".

Она повернула назад. "Она будет защищена. При необходимости будут применены крайние меры, включая увольнение. Но подумай вот о чем, прежде чем наберешься сил. Двое мужчин схватили Мередит Ньюман на улице - и один за рулем, так что получается трое. Их может быть больше. У меня нет ни одной здоровой, чтобы я мог попотеть, она никогда не может быть в безопасности. Чем больше из них я вылечу, тем больше у меня шансов вылечить их всех. Чтобы понять, почему. Без объяснения причин она никогда не сможет быть в безопасности. И она никогда не узнает. Ты не знаешь почему, ты не всегда исцеляешься ".

Хотя его лицо оставалось непроницаемым, Соммерсет кивнул. "Вы совершенно правы, лейтенант".

Она вошла в лифт, заказала личный кабинет Рорка.

Он знал, когда она прошла через врата, и что она поднимется намного раньше. Итак, он закрыл файл, вернулся к оценке своей безопасности.

Он не думал, что в данный момент уместно говорить ей, что одной из задач, которую он выбрал для отмены регистрации, была тщательная - и технически незаконная - проверка всех семейных связей Никси.

Бабушки не было дома. У нее было несколько обвинений в незаконных действиях, сколько угодно сожительств, и у нее была лицензированная компаньонка на неполный рабочий день.

Возможно, моральное осуждение было ироничным, поскольку в настоящее время он был официальным опекуном ребенка и поступал хуже. Значительно хуже.

Но, тем не менее, он делал это. Он не хотел видеть, как ребенка передают женщине такого сорта. Она заслуживала лучшего.

Он нашел биологического отца Гранта Свишера. Это заняло немного времени, но моральное суждение пришло быстро.

Мужчина редко нанимался на работу, один раз отсидел за мелкую кражу, а другой - за угон транспортных средств.

Сводная сестра выглядела более многообещающе. Она была замужем, корпоративный юрист из Филадельфии. Бездетный. На учете не числился преступник, и финансово платежеспособен. Она была замужем за другим адвокатом в течение семи лет.

У ребенка мог бы быть дом с ней, временно, даже постоянно, если это станет необходимым. Хороший дом, подумал он, с кем-то, кто знал ее родителей, кто чувствовал какую-то связь.

Он откинулся на спинку стула. Это было не его дело. Ни капли этого.

Черт возьми, это было не так. Теперь он был ответственен за этого ребенка, хотел он того или нет. Хотел он того или нет.

Он стоял возле ее спальни, видел, что с ней чуть не сделали.

Он стоял возле комнаты ее брата, видел, что было сделано. Кровь маленького мальчика, засыхающая до ржавчины на простынях, стенах.

Почему, увидев это, он увидел свою собственную? Он не думал о тех днях, или так редко, что это не считалось. Его не преследовали - и не будут преследовать - кошмары, как Еву. Он покончил с теми днями и с тем, что было.

Но он думал о них сейчас, думал о них слишком много раз с тех пор, как побывал в доме Свишеров.

Он вспомнил, что видел свою собственную кровь. С трудом прихожу в себя. Непристойная боль пронзила его, когда он уставился на собственную кровь на грязной земле переулка после того, как его отец избил его до полусмерти.

Если уж на то пошло, больше половины.

Хотел ли он убить его? Почему он никогда не задавался этим вопросом раньше? Он убивал раньше.

Рорк посмотрел на фотографию своей матери, на себя в младенчестве. Какое у нее было молодое, красивое лицо, подумал он. Даже побитая кулаками ублюдка, у нее было симпатичное личико.

Пока Патрик Рорк не разрушил это, пока он не убил ее собственными руками и не выбросил в реку, как нечистоты. И теперь ее сын не мог вспомнить ее. Он никогда не вспомнит ее голос или ее запах. И с этим ничего нельзя было поделать.

Она хотела его, эта симпатичная девушка с разбитым лицом. Она умерла, потому что хотела дать своему сыну семью.

Те несколько лет спустя, собирался ли Патрик Рорк, разрази его Гром, оставить своего собственного сына умирать, или он просто использовал кулаки и ноги, как обычно?

Урок для тебя, мальчик-о. Жизнь полна тяжелых уроков.

Рорк запустил руки в волосы, прижал их к вискам. Господи, он мог слышать голос хуесоса, а это никогда бы не подошло. Ему захотелось выпить, и он почти встал, чтобы налить себе виски, просто чтобы снять напряжение.

Но это была слабость - пить, потому что ты хотел притупить остроту. Разве он не доказывал каждый день, каждый кровавый день данной ему жизни, что он не будет слабым?

Он не умер в том переулке, как бедный юный Койл умер в своей постели. Он выжил, потому что Соммерсет нашел его, заботился достаточно, чтобы приютить сломленного мальчика - к тому же мерзкого маленького сукина сына.

Он приютил его и ухаживал за ним. И дал ему дом.

В человеческом мире, даже в мире убийств и крови, разве такая невинная девушка, как Никси Свишер, не заслуживала этого? Заслуживает большего, чем ему было дано?

Он бы помог ей получить это, ради нее - и ради себя. До того, как голос его отца стал слишком громким в его голове.

Он не получил виски. Вместо этого он отодвинул воспоминания, вопросы и столько душевной боли, сколько смог справиться, и стал ждать, когда его жена войдет в комнату.

Комната была полна света, широкие окна были открыты. Она знала, что никакое устройство наблюдения не сможет проникнуть через защитные экраны на них. Если только он не построил их сам, подумала она. Тогда бы он соорудил экраны получше.

Он сидел за широкой черной буквой U на консоли управления, сбросив куртку, с закатанными рукавами, шелковые волосы были стянуты сзади шнурком.

Рабочий режим.

Консоль всегда казалась ей немного футуристичной, точно так же, как человек, который ее пилотировал, мог напомнить ей пирата за штурвалом космического корабля.

Огни вспыхивали на глянцево-черном, как драгоценные камни, когда он управлял приборами вручную и с помощью голоса.

На настенных экранах были показаны различные области его владений, и различные компьютерные ответы выдавали краткие отчеты.

"Лейтенант".

"Я сожалею об этом. Я сожалею о том, что, возможно, привожу сюда ".

Он прекратил то, что делал. "Приостановите операции. Ты расстроен", - сказал он так же хладнокровно, как разговаривал с оборудованием. "Так что я прощаю это оскорбительное замечание".

"Рорк..."

"Ева". Он поднялся, пересек широкий черный пол по направлению к ней. "Являемся ли мы единым целым, ты и я?"

"Кажется, нет никакого способа обойти это".

"Или через это". Он взял ее за руки, и это прикосновение придало ему уверенности. "Или под ней, над ней. Не извиняйся передо мной за то, что сделал то, что, по твоему мнению, было правильным для этого ребенка ".

"Я мог бы отвезти ее в безопасное место. Сегодня я сомневался в этом полдюжины раз. Если бы я это сделал, Ньюман знал бы некоторые места. Если они вытащат их из нее ... Черт, не если, а когда. Прямо сейчас полицейские пытаются вывезти людей из того, что должно быть безопасным местом. На всякий случай."

Что-то промелькнуло в его глазах. "Минутку". Он быстро вернулся к консоли, включил 'связь. "Дочас", - резко бросил он. "Красный код, немедленно и до дальнейшего уведомления".

"О Боже".

"С этим разобрались", - сказал он, отворачиваясь от "линка". "У меня есть встроенные процедуры как раз для такого рода вещей. Вряд ли они поверят, что ты отвезешь ее туда - со столькими другими. Еще менее вероятно, что они смогут это найти. Но с этим можно справиться. Так же, как и это ".

Он отступил к ней, кивнул в сторону экранов. "Я охраняю каждый дюйм стены и ворот".

"Однажды подросток перестал пользоваться самодельным глушилкой".

Тот факт, что он выглядел на мгновение встревоженным воспоминанием, облегчил ее бремя. "Джейми не обычный подросток. Он также не смог пройти через второстепенных. И с тех пор я обновился. Поверь мне, Ева, они не войдут ".

"Я верю тебе". Тем не менее она подошла к окну, чтобы выглянуть наружу, увидеть стены своими глазами. "Ньюман не знает, что я привел сюда ребенка. Переиграл ее в этом и не сказал ей, в основном потому, что она меня раздражала. Просто небольшая пощечина. Мои яйца больше, чем твои, что-то вроде этого. Мелочный."

"Мелочность - и мне это в тебе нравится - добавила Никси еще один уровень защиты".

"Глупая удача. Но зачем спорить с тупой удачей? Я приказал забрать ее руководителя, поместить под охрану. Все документы были похоронены ". Она тяжело вздохнула. "Мира тоже у меня под замком, на случай, если о ее причастности просочится информация. Она недовольна мной ".

"Ее безопасность важнее, чем ее счастье".

"Установите наблюдение за домом Пибоди. Она моя, так что они могут пойти за ней ".

"Она и Макнаб могут остаться здесь".

"Одна большая, счастливая семья. Нет. Мы слишком сильно отклоняемся от рутины, они поймут, что мы ждем, когда они сделают ход ".

"Ева. Мы с тобой оба знаем, что они вряд ли переедут в этот дом сегодня вечером, даже если поверят, что ребенок здесь. Они осторожны, они организованы. Они под контролем. Им пришлось бы получить или смоделировать мою систему. Поверьте мне, когда я говорю, что одно это заняло бы у них недели. Тогда им пришлось бы находить щели - которых здесь нет - им пришлось бы практиковаться. Если бы вы не проверили вероятность этого, как это сделал я, я был бы очень удивлен ".

"Чуть больше двенадцати процентов". Она повернулась к нему, обрамленная теперь широким, очень широким стеклом. "Но мы не рискуем".

"И какова вероятность, что они попытаются добраться до тебя?" Он поднял брови, когда она ничего не сказала, когда он увидел легкое раздражение на ее лице. "Девяносто шесть".

"Ты прямо позади меня, приятель, в девяносто один".

"Чертовски раздражает, что ты обошел меня на пять процентов. Ты готовился попросить меня - и я использую этот глагол насмешливо - запереться здесь. Мы собираемся спорить об этом, чтобы мне пришлось бросить тебе в лицо эту пятипроцентную вероятность?"

Она задумчиво покачалась взад-вперед на каблуках. "У меня был выработан довольно хороший аргумент".

"Почему бы тебе не приберечь это для другого раза?"

"Я могу это сделать".

Внутренняя связь подала сигнал. "Это Рорк", - сказал он с того места, где стоял, его внимание все еще было приковано к Еве.

"Согласно ее инструкциям, я информирую лейтенанта, что капитан Фини и детектив Макнаб просят разрешения пройти через ворота".

"Вы подтверждаете личность визуально и по голосовому отпечатку?" она спросила Соммерсета.

"Конечно".

"Им разрешено пройти. Я хочу пойти поговорить со своей командой ", - сказала она Рорку. "Хорошо, если это касается и тебя?"

"Я бы не хотел, чтобы было по-другому. Дай мне пару минут, чтобы закончить здесь. Я буду рядом ".

Она подошла к лифту, постояла, глядя на дверь, когда та открылась по ее команде. "Рорк? Дело в вероятностях, они не всегда учитывают каждый элемент. Они не могут полностью и успешно анализировать каждую человеческую эмоцию. Компьютер не учитывает, что если кто-то доберется до тебя, это уничтожит меня. Если бы они использовали тебя, выторговали твою жизнь, я бы многого не сделал, чтобы вернуть тебя. Итак, ты учитываешь это, и я полагаю, что ты намного опередил меня по шкале вероятности ".

Она быстро вошла в лифт и закрыла дверь, прежде чем он смог ответить.

Ева позволила им сначала освоиться, пройти через болтовню, жадность к еде. Она даже проигнорировала воркующий флирт между своим партнером и ЭДД эйсом Иэном Макнабом, недавними сожителями.

Дело в том, что цвет лица Пибоди был бледным с тех пор, как они поднялись по ступенькам, чтобы взять интервью у Минни. Воркование, каким бы неприличным оно ни было, снова раззадорило ее.

И пока они устраивались, Ева организовала конференцию в своей голове.

"Ладно, мальчики и девочки". Она осталась стоять. Она лучше справлялась с такими встречами на ногах. "Если все уже позавтракали, может быть, мы сможем начать".

"Городская жратва". Макнаб подхватил остатки яблочного пирога.

Его худощавое тело было украшено гирляндами - Ева решила, что это подходящее слово для этого - в неоново-оранжевой майке с шипящими синими штанами, у которых были какие-то серебряные зажимы, идущие по внешней стороне каждой ноги. Верхняя рубашка представляла собой головную боль в горошек, уступающую только светящимся клеткам на его воздушных ботинках.

Его блестящие светлые волосы были откинуты назад с худого, симпатичного лица. Чтобы лучше подчеркнуть три оранжевых и синих кольца, украшающих каждое ухо.

"Я рад, что вы одобряете, детектив. Теперь, может быть, вы сможете дать свой отчет. Если, конечно, вы не хотите секундантов ".

Сарказм, даже произнесенный мягким тоном, может ударить как молоток. Он быстро проглотил последний кусок пирога. "Нет, сэр. Наша команда просмотрела и выполнила поиск и сканирование по всем ссылкам, всем d и c, принадлежащим или используемым всеми участниками vies и выжившим. Мы не нашли никаких передач по каналам связи, кроме обычных сообщений от Свишеров и их домашних. Хотя за последние тридцать дней было множество передач, они проверяют. Друзья, клиенты, друг с другом, личные и деловые переписки. Список всех с расшифровкой теперь на диске для вашего файла ".

"Тридцать дней?"

"Свишеры очищали свои звенья каждые тридцать. Это обычное дело. Мы копаем глубже и восстановим удаленные передачи до тридцатого. Что касается центров обработки данных, файлы в значительной степени соответствуют вашим ожиданиям."

"Чего я мог ожидать, детектив?"

Она могла видеть, что он согревался, теряя скованность, вызванную ее выговором. Он поудобнее устроился в кресле и начал жестикулировать, когда говорил. "Ты знаешь, Даллас, игры, списки дел, планирование питания, встречи, напоминания о днях рождения. Семейные дела, школьные дела, данные о предстоящих каникулах. Получил досье от каждого из бизнес-подразделений взрослого, комментарии, отчеты, финансовые отчеты. Ничего не всплывает. Если у них были проблемы или они подозревали, что у них могут быть проблемы, они не делали записи об этом. Они ни с кем не обсуждали это по "ссылке".

Он взглянул на доску убийств, фотографии смерти, и его глаза - туманно-зеленые - посуровели. "Последние несколько дней я проводил много времени с этой семьей. Мое мнение - судя по их электронным записям и передачам - они не имели ни малейшего понятия ".

Она кивнула и повернулась к Фини. Рядом с модным Макнабом он выглядел благословенно скучным. "Безопасность".

"Обойден и закрыт. Удаленно и на месте. Диагностическое сканирование не смогло обнаружить источник, но когда мы разобрали систему на части, мы обнаружили микроскопические частицы - волоконно-оптические следы. Они подключились - скорее всего, портативный взломщик кодов. Должно было быть первоклассное оборудование, чтобы прочитать код, пройти через предохранители, не включив никакой сигнализации. Оборудование и оператор должны были быть первоклассными, чтобы выполнить это в те сроки, с которыми мы работаем. Мы ищем по крайней мере одного подозреваемого, который обладает превосходными знаниями и умением обращаться с электроникой и соответствующим оборудованием ".

Поскольку Фини посмотрел на него в ожидании подтверждения, Рорк кивнул. "Их снаряжение должно было быть небольшим, возможно, размером с ладонь. Из вашего описания, лейтенант, мужчин, которых видели уходящими с места убийств."

"У каждого из них было по сумке, но нет, " подтвердила она, " ничего большого".

"Ваш обычный, даже лучше среднего, специалист по Би и Е, вряд ли будет иметь доступ к выключателю размером с ладонь, способному считывать информацию с этой системы, и уж точно не с такой скоростью. Поскольку система не показала признаков взлома, люди, которых вы ищете, вероятно, не обладали навыками взлома, чтобы действовать вручную."

"Это значит, что они должны были полагаться на оборудование, а не ..." Она подняла руки, пошевелила пальцами. И заставила его улыбнуться.

"Именно. Оборудование также должно быть адаптировано специально для этой системы. Временные рамки означают, что это было сделано до их прибытия ".

"Подтверждение того, что они знали систему, знали, что найдут, и изучили ее, либо дублируя, либо покупая ту же систему, либо проводя время на месте".

"Единственный способ, которым они могли изучить это на месте достаточно тщательно, чтобы провернуть это, означает, что у них было значительное время - часы - как внутри дома, так и снаружи, когда их никто не допрашивал ".

Ева поджала губы, глядя на Рорка. "Часов?"

"Это надежная система, Даллас", - прокомментировал Фини. "Они не прошли через это, наблюдая за этим".

"Тогда маловероятно, что они запускали suns с помощью реальной системы Swisher. Пибоди, ты проверила покупки этой системы безопасности?"

"Да, сэр, и это огромный список. Я начал с этого, разделив его на город, за городом, за пределами штата, за пределами страны и за пределами планеты. Затем я исключил покупки, сделанные до того, как Swishers получили свою систему. Я запустил пробеги по покупкам в сити и сократил примерно еще шесть процентов ".

"Благодаря какому процессу?"

"Ну, путем выделения одиноких покупательниц женского пола и состоящих в браке с семьей, затем проверки их, чтобы определить, проводили ли они какое-либо техническое обслуживание и ремонт системы с даты покупки. Профиль указывает на то, что убийцы не являются семейными людьми, и анализ вероятности показал мне в девяностых, что этот процесс был наиболее эффективным. В это время."

"Вы запускали те приобретенные системы, которые не были установлены компанией?"

Пибоди открыла рот, затем закрыла его достаточно надолго, чтобы прочистить горло. "Нет, сэр. Я так и сделаю".

"Разделите список между всеми членами этой команды. Вероятность или нет, не устраняйте - на данный момент - семьи или одиноких женщин. Возможно, у одного из них есть девушка или сообщница. Возможно, он лицензированный установщик. Может быть, он просто услужливый сосед, который говорит: "Эй, я позабочусь об этом для тебя и сэкономлю тебе немного денег". Это системы домашней безопасности, но нет закона, запрещающего бизнесу приобретать их. Давайте займемся этим ".

Она прислонилась спиной к своему столу, вспомнив о кофе, который налила перед тем, как начать. Она подняла бокал, выпила его тепловатым. "Бакстер. Списки клиентов."

"У обоих Свишеров все шло хорошо. Успешный в своей профессии. Семейная юридическая фирма была занята, и у Свишера был хороший процент выигрышей. Его нагрузка тяжким бременем ложится на защиту прав детей, иски об опеке, развод, в то время как его партнеру приходится чаще сталкиваться с прямым насилием, палимонией, расторжением совместного проживания и прочими вопросами, связанными с компетентностью. Но у них обоих есть сочетание, и у обоих хороший процент работы на общественных началах ".

Он закинул лодыжку на колено, разгладил линию брюк своего хорошо скроенного костюма. "Она тоже не была сутулой. Множество обращений. Любил заниматься семьями или парами, но не отвергал отдельного человека. Она также будет работать по скользящей шкале, соотношению гонорара к доходу. Не только толстяки ", - добавил он. "Углубился в различные расстройства пищевого поведения, состояния здоровья. Консультировалась с медицинским работником своего клиента и выезжала на дом ".

"Вызовы на дом?"

"Она посещала дом и рабочее место клиента. Проведите исследование их образа жизни, порекомендуйте изменения не только в привычках питания, но и в физических упражнениях, развлечениях, уровне стресса, работе. Такое лечение обходилось недешево, но, как я уже сказал, у нее было много направлений. Довольные клиенты. Ты тоже получил свое недовольство, с обеих сторон ".

"Проведите перекрестную проверку. Посмотрите, сколько раз их клиенты переходили границу. Сделай еще один, посмотри, над какими делами работала фирма Свишера, где Мередит Ньюман числилась представителем GPS. Это могли бы быть интересные данные. Верное сердце".

"Сэр". Длинный и долговязый, и почти нежно юный в своей форме, он вытянулся по стойке смирно.

"Ты проводил время со свидетелем".

"Она хороший ребенок, лейтенант".

"Есть еще какие-нибудь данные от нее?"

"Сэр, она мало говорит об этом. Она пару раз срывалась. Не впадает в истерику, просто садится и плачет. Я пытаюсь занять ее. Кажется, ей комфортно со мной и с Соммерсетом, хотя она спрашивает о тебе."

"Спрашивает о чем?"

"Когда ты вернешься, что ты делаешь. Когда ты собираешься отвезти ее к родителям и брату. Если вы уже поймали плохих парней. Я не очень разбираюсь в, ну, я думаю, вы бы сказали, детской психологии, но я бы сказал, что она держится за себя, пока вы этого не сделаете. Поймай их. На сегодняшний день она не сказала ничего, что могло бы дополнить ее предыдущие заявления ".

"Хорошо. Перейдем к Мередит Ньюман. Представители GPS в подобных случаях держатся в секрете. Однако получить доступ к данным не так уж и сложно. Любой, у кого есть серьезный интерес и разумные хакерские возможности, мог бы проскользнуть в файлы GPS, как змея сквозь траву. Фини, я хочу, чтобы ваш отдел проверил d и c на наличие любых доказательств взлома. Может быть, мы добьемся успеха. Объект был похищен с тротуара на авеню Б, при дневном свете, при свидетелях. Скорость и успех захвата указывают на то, что подозреваемые имеют некоторый опыт похищений при дневном свете. Это также указывает на то, что их было трое. Маловероятно, что эти двое доверили бы свой автомобиль авто при данных обстоятельствах. Мы должны предположить, что связь Ньюмана с Никси Свишер была мотивом для захвата. Мы должны предположить, что преступники имели опыт в совершении захватов такого рода, в электронике и безопасности, в тайных убийствах ".

"Военный или пара", - сказал Фини. "Шпионаж или силы специального назначения. Обычные граждане - нет ".

"Если они были военными, скорее всего, мы обнаружим, что они выбыли из игры - или были повышены до гребаного генерала из-за их особых навыков. Так или иначе, эти люди были в поле, и они промокли. Они тоже не заржавели, так что они остались в игре ".

"Военизированные формирования кажутся более вероятными", - прокомментировал Рорк. "В обычных вооруженных силах проводится тестирование, которое ставит под сомнение тип личности или склонность к убийству ради личной выгоды или удовлетворения - особенно детей".

"Наемники убивают ради личной выгоды и часто привлекаются к военным операциям".

"Достаточно верно". Но он покачал головой, глядя на Еву. "Чаще всего это денежные средства. Где здесь денежная выгода?"

"Возможно, мы еще не нашли это, но, допустим, я согласен. И я согласен, что нужен определенный тип личности, чтобы перерезать горло ребенку, пока она спит. Это террористическая тактика, и притом граничащая с ней. Я думаю, что именно туда укажет эта стрела ".

"Тогда еще одна перекрестная проверка", - вставил Бакстер. "Известные террористы или члены маргинальных организаций".

"Ищите команды. Двое или более, которые, как известно, работают вместе или, как известно, обучались вместе. Тогда нам нужно поместить хотя бы одного из них в Нью-Йорк за последние несколько лет ".

"Могли быть наемники", - указал Бакстер. "Приехал в Нью-Йорк, чтобы выполнить эту работу".

"Низкие шансы. Наемники превратились бы в дым через час после попадания "Свишера". Но они все еще в Нью-Йорке, все еще здесь, чтобы схватить Ньюмана. Один или оба из них нацелились на Свишеров, и на то была причина. Это означает, что в какой-то момент пути одного или нескольких из них пересеклись с одним или несколькими Мошенниками. Охрана и мокрая работа, и они в форме. Никаких офисных жокеев или сборщиков данных. Это оперативники на местах. Мужчины, от тридцати до шестидесяти для начала. Белые или светлокожие мужчины. Либо у них, либо у их организации глубокие карманы. Ищите деньги ".

Она потерла затылок, допила остывший кофе. "У них есть место в городе или рядом с ним. Штаб-квартира. Им нужно что-то местное, и им нужно что-то личное. Единственным логичным мотивом для захвата Ньюмана была бы информация о Никси Свишер. Им нужно было бы место, куда они могли бы ее отвезти, чтобы с ней разобраться ".

"Мы будем перепроверять, пока кровь не потечет у нас из ушей. Не жалуюсь, лейтенант, " быстро сказал Макнаб. "Ты не можешь смотреть на эту доску и жаловаться. Просто такое чувство, что время утекает ".

"Тогда тебе лучше заняться делом". Она проверила свое наручное устройство. "Бакстер, с тобой все в порядке там, где мы тебя поселили?"

"Это превосходно".

"Верное Сердце, может быть, ты мог бы записать Соммерсета со свидетелем на пятнадцать. Мира скоро должна приехать, тогда она заберет ее. Работай с Бакстером, когда у тебя нет обязанностей няни. Фини, вы с Макнабом можете работать здесь, в компьютерном классе?"

"Нет проблем".

"Я присоединюсь к вам", - сказал им Рорк. "Но сначала, лейтенант, уделите мне минуту вашего времени".

"Это, пожалуй, все, что у меня есть в запасе. Пибоди?"

"Я поеду с Трухартом, передай привет Никси".

Затем, обращаясь к Рорку, она сказала: "Я должна связаться с командиром, передать ему отчет, так что это должно быть быстро".

Он просто подошел к двери, закрыл ее за Пибоди.

"Что?" Руки Евы автоматически опустились в карманы. "Ты из-за чего-то разозлился?"

"Нет". Не сводя с нее своих глаз, глубоких и синих, он подошел к ней. "Нет", - повторил он и, взяв ее лицо в ладони, поцеловал ее. Долгий, глубокий, нежный.

"Иисус". Ей потребовалось больше времени, чем следовало, чтобы вытащить руки из карманов и подтолкнуть его в ответ. "Я не могу сейчас играть с тобой в "сомкни губы"".

"Тихо". Он взял ее за руки, и выражение его лица, такое сильное, такое серьезное, заставило ее успокоиться. "Я ценю свою шкуру - очень много. Я сделаю все возможное, чтобы защитить это. Я сделаю еще больше, я обещаю вам, чтобы защитить это, чтобы вы не отвлекались от этого беспокойством за меня. Я люблю тебя, Ева. Я буду в безопасности, потому что я люблю тебя ".

"Мне не следовало вешать это на тебя. Я-"

"Тихо", - повторил он. "Я не закончил. Ты будешь беречь себя настолько, насколько сможешь. Ты смелый, но не безрассудный. Я знаю. Так же, как я знаю, что вы пойдете на риск, на риск, на который вы почувствуете себя обязанным пойти. Не скрывай их от меня. Когда ты найдешь способ использовать себя в качестве приманки, я хочу знать об этом ".

Он знал ее, подумала она. Знал ее, понимал ее, принимал и любил в любом случае. Ты не мог просить большего. "Я бы не стал делать ничего подобного, не сказав тебе". Когда его взгляд остался твердым, она пожала плечами. "Я бы подумал о том, чтобы сделать это, не сказав тебе, но потом я бы сдался. Я ничего не буду предпринимать с этой точки зрения, пока не буду абсолютно уверен, что они меня не достанут. Потому что, если они доберутся до меня, у них будет больше шансов заполучить ее. И потому, что я тоже люблю тебя: я убеждаюсь, решаю что-то попробовать, я скажу тебе первой ".

"Тогда достаточно хорошо. Я не спрашивал раньше, и я знаю, что сейчас на тебя давят, но ты смог поговорить с Дайсонами о Никси?"

"Ей. Он был не в себе. Она не в лучшей форме. Я собираюсь дать им еще пару дней. Я знаю, это неудобно, но ..."

"Это не так. Я просто предполагаю, что она чувствовала бы себя спокойнее, если бы у нее были эти знакомые лица, если бы она могла иметь с собой родителей своей подруги ". Он подумывал рассказать ей, что он раскопал относительно оставшейся семьи Никси, затем отпустил это. У нее было достаточно забот. И по причинам, которые он не мог объяснить даже самому себе, он хотел разобраться с этой частью этого. "Соммерсет рассказал мне в основном то, что Трухарт сказал тебе. Она держится, она ломается и держится снова. Она скорбит, и здесь нет никого, кто мог бы скорбеть вместе с ней, кто знал ее семью ".

"Я поговорю об этом с Мирой. Может быть, она сможет поговорить с Дайсонами. Может быть, лучше исходить от нее, чем от меня ".

"Возможно. Я пойду к ребятам из EDD и оставлю тебя с твоим командиром. Возьмите nutribar, по крайней мере, со следующим галлоном кофе, который выпьете ".

"Ворчи, ворчи, ворчи", - сказала она, когда он вышел за дверь. Но она достала нутрибар из ящика своего стола.

10

ПОСЛЕ того, как МИРУ И ЕЕ ОХРАНУ пропустили через ворота, Ева встретила ее у двери. Поскольку у нее были дополнительные люди, она приказала охране провести патрулирование территории с электронной зачисткой.

"Ты очень осторожен", - прокомментировала Мира. "Вы действительно ожидаете, что они попытаются вторгнуться в этот дом?"

"Ньюман не знает, куда я забрал ребенка, так что попытка нанести удар здесь - не следующий логичный шаг". Она окинула взглядом коридор. Трухарт держал Никси в игровой комнате, но это не означало, что ребенок не мог выйти прогуляться. "Почему бы нам не выйти на минутку?"

Ева провела нас через гостиную и двери на боковую террасу. У нее была мгновенная пауза, когда она увидела маленького серебристого дроида, низкую блестящую коробку, деловито собиравшую опавшие листья. "Ха, как насчет этого". Услышав ее голос, он соскользнул с террасы и заскользил по одной из дорожек в сад. "Интересно, что это с ними делает, когда засасывает их".

"Я думаю, что это измельчает их в своего рода мульчу или компост. Деннис говорит о том, чтобы получить что-то подобное, а затем этого не делает. Я думаю, ему втайне нравится сгребать листья вручную ".

Ева подумала о доброглазом, рассеянном муже Миры. "Почему?"

"Бессмысленная работа, которая выводит его на улицу. Конечно, если бы у нас были столь обширные основания для рассмотрения, это была бы совсем другая история. Здесь чудесно, не правда ли, даже в такое позднее время года, когда большая часть садов увядает к зиме ".

Ева посмотрела на сады, сквозь декоративные и тенистые деревья, мимо беседок и фонтанов к толстым каменным стенам. "Много путей внутрь, много путей наружу, но настолько безопасных, насколько это возможно".

"И все еще твой дом. Это усложняет задачу ".

"Я сделал звонок. Слушай, здесь прохладнее, чем я думал. Ты в порядке, можно тебя на минутку?"

"Я в порядке". Мира была одета в куртку, а Ева в данный момент была в рубашке с короткими рукавами. "Должно быть, неудобно, когда в твоем доме так много людей".

"Это место начинает пахнуть как "Сентрал". В любом случае, если они кликнут на идею, что Никси здесь, они могут воспринять это как вызов, проникнуться идеей. Чем масштабнее миссия, тем больше выигрыш ".

"Но ты же не думаешь, что они знают, что Никси здесь".

"Я думаю, что ваш среднестатистический представитель GPS выплеснул бы данные, как фонтанирующая труба под пыткой. И я бы не держал на нее зла за это. Лучшее, что я могу предположить, это то, что она не знает, что свидетель здесь, но знает, что я похитил ее и обошел правила. Они могли бы собрать это воедино. Я бы так и сделал ".

"Приведение гражданского свидетеля в ваше личное жилище не является обычной или даже стандартной процедурой. Но да, они могли бы собрать это воедино. И вы также предполагаете, что под крайним давлением я бы тоже изливался, как лопнувшая труба ".

"Это не отражается на ваших стандартах или вашей честности".

"Нет." Мира откинула назад волну волос, которую ветерок обдувал ее щеку. "И я не воспринимаю это как таковое. Полагаю, ты прав. Хотя мне хотелось бы думать, что я бы перенес пытки и мучительную смерть, чтобы защитить другого, гораздо более вероятно, что я бы поддался. Итак, я и мой дом у вас под наблюдением и охраной. Разумно с вашей стороны, и я приношу извинения за возражения ".

"Ты раньше был у меня под охраной, и Палмер добрался до тебя".

Мира как психолог и профайлер и Ева как главная помогли упрятать Палмера. Его жажда мести после побега из тюрьмы прошлой зимой едва не стоила Мире жизни. Это могло стоить им обоим, вспомнила Ева, когда он похитил Миру и запер ее в подвале, чтобы заманить Еву на его больничное празднование Нового года.

"Он также не устроил тебе чаепитие, и ты встал".

"Он просто хотел, чтобы я страдал и умер. В этом случае... где Никси?"

"Я заставляю Верное Сердце управлять ею. Я не знал, где ты хотел с ней поселиться ".

"Как ты думаешь, где ей удобнее всего?"

Ева смотрела, ничего не понимая. "Ах, я не знаю. В прошлый раз у нее все было хорошо в гостиной ".

"Потрясающая комната, и, безусловно, удобная. Но, возможно, немного пугающе для ребенка, привыкшего к меньшей роскоши. Где она проводит большую часть своего времени?"

"Этого я тоже точно не знаю. Она часто зависает с Соммерсетом, но он повсюду в этом чертовом доме. Как термиты. Она и Трухарт до этого тусовались в игровой комнате."

"Игровая комната?"

"У Рорка, черт возьми, есть место для всего. Модные игрушки, знаете, аркадные штучки ". Она пожала плечами, хотя должна была признать, в частном порядке, что получила выгоду от сделки. "Много классического игрового материала".

"Значит, подходит для детей. Звучит очень хорошо ".

"Хорошо".

Когда Ева не повернулась к двери, Мира спросила: "Как, по-твоему, она справляется?"

"Прошлой ночью мне приснился кошмар. Настоящий крикун. Думала, что они придут за ней, пряталась в шкафу, под кроватью ".

"Вполне естественно. Я был бы более обеспокоен, если бы она не боялась. Если она подавляла."

"Как и я".

"Ты справилась по-своему". И поскольку за последние два года они прошли довольно большое расстояние, Мира дотронулась рукой до руки Евы. "И все еще делаю. У этого ребенка есть прочный фундамент, который был выбит из-под нее. Но этот фундамент будет означать, что ей, скорее всего, будет легче восстановиться. С консультированием, заботой и возвращением к нормальной жизни ".

Ева взяла себя в руки. "Есть одна вещь. Ситуация, в которой она оказалась, и та, в которой был я, они совсем не похожи. Даже близко. Но..."

"Маленький травмированный ребенок".

"Вокруг нее совершались убийства. Я совершил убийство".

"Почему вы называете это убийством?" Голос Миры заострился. "Ты очень хорошо знаешь, что ничего подобного не было. Ты был ребенком, который боролся за свою жизнь. Если бы один из этих людей нашел Никси, и каким-то чудом она смогла бы убить его, спасти себя, вы бы назвали это убийством? Лейтенант."

"Нет". Ева закрыла глаза, напряглась, прежде чем смог сформироваться образ. "Нет. Я знаю, что сделал то, что должен был, как и она сделала то, что должна была. Я убивал, она пряталась ".

"Ева". Теперь ее тон был нежным, Мира положила руку на щеку Евы. "Ева. Тебе негде было спрятаться ".

"Нет, мне некуда было идти". Она должна была отстраниться от этого прикосновения, от этого тихого понимания или раствориться. "Это хорошо, что она сделала. Хорошо, она была достаточно умна, чтобы сделать то, что сделала, достаточно сильна, чтобы проползти сквозь кровь, чтобы выжить ".

"И ты тоже, ты был достаточно умен и силен. И достаточно напуганный. Ты не можешь не видеть себя таким, каким ты был, когда имеешь дело с ней ".

"Я действительно видел себя. Когда я нашел ее, съежившуюся в той ванной, вся в крови. На минуту я увидел себя в той гребаной морозильной комнате в Алласе. И я почти ушел от нее. Черт возьми, я чуть не убежал от нее ".

"Но ты этого не сделал. И то, что ты чувствовал, нормально. Какое сходство ты видишь ..."

"Я проецирую. Я знаю этот термин." Она почувствовала, как в ней поднимается гнев, и подавила его. "Я справляюсь с этим. Я говорю тебе, потому что полагаю, ты должен знать, что есть кое-что. Время от времени."

"И я ожидаю, что ты скажешь мне, если это станет невыносимым. Ради тебя, а также ради нее. На данный момент я верю, что ваше сочувствие к ней полезно - для нее. Она чувствует это, и это усиливает ее чувство безопасности. Ты не просто авторитетная фигура. Ты ее спаситель".

Ева повернулась к двери, открыла ее. "Она спасла себя".

Вернувшись внутрь, Еве пришлось на мгновение остановиться, сориентироваться и вспомнить расположение игровой комнаты.

"Если тебе нужно поговорить об этом дальше ..."

"Я дам тебе знать". Она закрыла за собой дверь. "Сюда. Мы держим ее под наблюдением. У нее есть гомер на нее ".

"На мой взгляд, не стоит переусердствовать с предосторожностями".

"Что касается авторитетных лиц, я поговорил с ее законными опекунами. Родители Линни Дайсон. Они все еще довольно разорваны. Я подумал, что если ты поговоришь с ними, это может оказаться проще, чем снова иметь полицейского на пороге ".

"Я сделаю все, что смогу. Конечно, Никси было бы полезно увидеть их, поговорить с ними. И это также помогло бы им ".

Ева сделала паузу. Она могла слышать гудки и звонки машин. Они оставили дверь в игровую комнату открытой. "Послушай, прежде чем ты войдешь. Вот так хватать Ньюмана. Это было прикрытие задницы, и логичный шаг. Но это тоже было напыщенно. При дневном свете, на глазах у свидетелей. Если ты решишься на что-то настолько рискованное, это взбодрит тебя. Хладнокровные, организованные планировщики, конечно, но вы почувствуете сок ".

"Те, кто даже регулярно работает в рискованных профессиях или ситуациях, получают заряд адреналина. Это одна из причин, по которой они делают то, что они делают ".

"И чем больше они узнают от Ньюмана, тем больше спешки".

"Да".

Ева глубоко вздохнула. "Она мертва, не так ли? Как только они решат, что вытянули из нее всю информацию, нет причин оставлять ее в живых ".

"К сожалению, я согласен. Ты не смог бы спасти ее ".

"Я мог бы подумать наперед. Я мог бы раньше распорядиться о карантине для всех связанных сторон. Но я этого не сделал ". Она беспокойно повела плечами. "Оглядываясь назад, ничего не изменишь, поэтому сейчас я подумаю о будущем".

Она указала на комнату. "Они там, внутри. Это видно по безумию шума".

"Ты должен пойти со мной. Ей нужно регулярно тебя видеть ", - продолжила Мира, когда Ева инстинктивно отступила. "Чтобы помнить меня в связи с тобой, чтобы ей было комфортно со мной. Как только она увидит тебя, ты сможешь уйти ".

"Хорошо. Боже."

Никси стояла на табурете и нажимала кнопки для ласт на автомате для игры в пинбол. Тот, отметила Ева, с копами и грабителями - особенно любимый Рорком.

Трухарт подбадривал ее и выглядел примерно на два года старше своей подопечной.

"Теперь ты понял, ты понял! Разрази их гром хорошенько, Никс. В погоне, вооруженные подозреваемые! Ты зажигаешь".

Едва заметная улыбка тронула ее щеки, но ее глаза были сосредоточены, брови нахмурены в яростной концентрации.

Ева почувствовала запах попкорна и увидела миску с ним на одном из столов. Настенный экран был включен, громкость была увеличена до крика, с одним из видеороликов Мэвис. Сама Мэвис Фристоун, чуть больше, чем в блеске краски, скакала на этом экране с тем, что выглядело как несколько в основном обнаженных пиратов. В мире Мэвис черные повязки носили не только на глазу, заметила Ева.

Она, так сказать, узнала песню. Что-то о том, что твое сердце утонуло, а твоя любовь потерпела кораблекрушение.

"Я не уверен, что это видео, каким бы интересным оно ни было, подходит для девочки возраста Никси".

"А?" Ева оглянулась на Миру. "О, ну и черт. Я должен выключить это?"

"Неважно". Мира похлопала Еву по руке и подождала, пока Никси не потеряла мяч.

"Я все еще не получил высокий балл".

"Надери с меня штаны", - напомнил ей Трухарт.

"Но я не могу победить Рорка. Может быть, он жульничает ".

"Не стала бы сбрасывать это со счетов", - сказала Ева. "Но я наблюдал за ним на этой штуке. Ты просто не можешь победить его ".

Она надеялась, что непринужденный, несколько жизнерадостный тон поможет Никси настроиться на игру. Но как только девочка спустилась со стула, она уставилась на Еву, в ее взгляде ясно читался вопрос.

"Нет". Ева говорила теперь кратко. "Пока нет. Когда я получу их, ты будешь первым, кто узнает ".

"Привет, Никси". Мира подошла к аппарату. "Возможно, ты не получил высокого балла, но для меня это выглядит очень впечатляюще".

"Этого недостаточно".

"Когда это лучшее, что ты можешь сделать, этого достаточно. Но, может быть, Рорк когда-нибудь сыграет это с тобой. Может быть, он покажет тебе несколько своих трюков ".

Искра интереса осветила ее лицо. "Ты думаешь?"

"Ты можешь спросить его и посмотреть. Здравствуйте, офицер Трухарт."

"Доктор Мира. Рад тебя видеть ".

"Ты знаешь всю полицию?" Никси хотела знать.

"Нет, не все. Но их довольно много. Я хотел бы поговорить с тобой снова, Никси, но сначала я хотел бы спросить, не могла бы ты показать мне, как играть на этой машине. Это выглядит забавно ".

"Я думаю. Если хочешь."

"Я верю. Сначала мне нужно выключить экран ".

"Но это Мэвис. Она - ульт ".

"О, я тоже так думаю". Мира улыбнулась холодному подозрению в глазах Никси. "У меня самого есть довольно много ее дисков. Знаете ли вы, что лейтенант Даллас и Мэвис - подруги? Очень хорошие друзья ".

"Вернись!" Затем она прикусила губу. "Извините, я не должен дерзить взрослым".

"Все в порядке. Ты был просто удивлен. Ева?"

"А?" Она задавалась вопросом, почему видеть почти голую Мэвис и компанию на экране было неуместно для ребенка, который видел убийство близко и лично. "О, да. Да, мы с Мэвис приятели ".

"Ты разговаривал с ней лично?"

"Ну, конечно".

"Она когда-нибудь приходит сюда, прямо в дом?"

"Все время". Ева снова встретилась с этим долгим, немигающим взглядом. Изменила позу. Подумал о безопасности и процедуре. Почувствовала, как ее кости начинают гореть под этим взглядом. "Послушай, если я смогу провернуть это, и она не будет занята, я посмотрю, сможет ли она как-нибудь зайти. Ты можешь встретиться с ней и ... что угодно."

"По-настоящему?"

"Нет, за ложь. Господи, малыш."

"Ты не должна ругаться при мне". Никси сообщила ей об этом довольно чопорно.

"Тогда повернись, чтобы я мог поклясться позади тебя. Ты прямо сейчас здесь?" - Спросила Ева, немного отчаянно, у Миры. "У меня есть работа".

"У нас все в порядке".

"Верное сердце, со мной".

"Да, сэр. Увидимся позже, Никси ".

Но прежде чем она добралась до двери, Никси подбежала к ней сзади. "Даллас. Они все называют тебя Алласом", - сказала она, когда Ева оглянулась. "Кроме нее. Для доктора ".

"Да, и что?"

"Ты уходишь на работу?"

"Нет, я собираюсь поработать здесь некоторое время".

"Хорошо". Она вернулась к Мире. "Сейчас я покажу тебе, как играть".

"Некоторое время" длилось несколько часов. Макнаб, возможно, преувеличил насчет кровоточащих ушей, но Ева подумала, что ее глаза могли. Она запускала поиск за поиском, ожидая, что имена пересекутся. Когда солнце село и свет в ее офисе потускнел, она запрограммировала еще кофе и продолжила.

"Еда". Вошел Рорк. "Вы отправили свою команду домой за едой, для подзарядки, для отдыха. Сделай то же самое для себя ".

"Будет матч. Должен быть."

"И компьютер может продолжать прогоны, пока вы едите. Мы спускаемся вниз ".

"Почему даун-о". Она провела руками по лицу. "Верно. О чем нам теперь с ней говорить?"

"Я уверен, мы что-нибудь придумаем".

"Знаешь что? Она немного пугающая. Я думаю, что все из этой породы такие. Я имею в виду детей. Как будто они знают то, что ты забыл, но они все еще забивают тебя вопросами. Однако, она была потрясена, когда Мира сказала ей, что я дружил с Мэвис ".

"Ах". Он сел на угол стола. "Фанат Мэвис. Там будет добыт важный разговор ".

"И она хочет, чтобы ты сыграл с ней в пинбол. Похоже, у нее склонность к соперничеству. Она немного не в себе, она не может соответствовать твоим оценкам ".

"Неужели?" Его улыбка расцвела. "Мне бы это понравилось. Я отведу ее вниз ненадолго после ужина. Хорошая практика, когда у нас есть собственный выводок ".

Она не побледнела, но ее глаза действительно остекленели. "Ты пытаешься надуть меня?"

"Это довольно неотразимо. Давай." Он протянул руку. "Будь хорошей девочкой и приходи на ужин".

Прежде чем она смогла подняться, ее "линк" подал звуковой сигнал. "Минутку", - сказала она и отметила домашние данные командира на идентификаторе. "Это Уитни". Не думая об этом, она выпрямилась в кресле, расправила плечи. "Даллас".

"Лейтенант. На конспиративную квартиру на Девяносто второй был нанесен удар ".

"Девяносто второй". Не доверяя своему ментальному файлу, она провела пальцами по клавиатуре, чтобы вызвать данные. "Престон и Найт".

"Они оба ранены".

Теперь она действительно побледнела. "Ранен, сэр?"

"ДОС". Его лицо было мрачным, голос ровным. "Безопасность была нарушена. Оба офицера были уволены. Немедленно явитесь на место происшествия ".

"Да, сэр. Командир, другие локации ..."

"Были отправлены дополнительные подразделения. Поступают сообщения. Встретимся на месте".

Когда экран погас, она сидела так же, как и была. Сидела точно так же, как сидела, когда Рорк обошел стол, чтобы положить руку ей на плечо.

"Я сам их выбирал. Престон и Найт. Потому что они были хорошими, солидными полицейскими. Хорошие инстинкты. Если на одном из мест должно было произойти нападение, я хотел, чтобы их прикрывали надежные копы с хорошим чутьем ".

"Мне жаль, Ева".

"Мне не пришлось ни на йоту сдвигать остроумие с того места. Там никого не было, но это был один из адресов, который Ньюман должен был знать, так что его нужно было прикрыть. К настоящему времени она тоже мертва. Каменно-мертвый. Число дошло до восьми".

Затем она поднялась, проверила свою оружейную сбрую. "Два хороших копа. Я собираюсь затравить их, как собак ".

Она не спорила, когда он сказал, что идет с ней. Она хотела, чтобы он сел за руль, пока она не будет более уверена в своем контроле.

Когда она трусцой спускалась по лестнице, натягивая куртку, Никси вышла в фойе. "Ты должен был сейчас прийти на ужин".

"Мы должны выйти". В голове Евы бушевал огненный шторм, который она все еще не могла отключить от cold.

"Куда-нибудь на ужин?"

"Нет". Рорк шагнул к Никси, легко провел рукой по ее волосам. "У лейтенанта есть работа. Я собираюсь помочь, но мы вернемся, как только сможем ".

Она посмотрела на него, затем сосредоточилась на Еве. "Кто-то еще мертв?"

Она начала выкручиваться, даже лгать, но остановилась на правде. "Да".

"Что, если они придут, пока тебя не будет? Что, если плохие парни придут, когда тебя здесь не будет? Что..."

"Они не могут войти". Рорк сказал это так просто, что это можно было принять за факт. "И посмотри сюда". Он достал из кармана маленькую линку и присел на корточки, чтобы оказаться на ее уровне. "Ты оставишь это себе. Если вы боитесь, вам следует рассказать Соммерсету или кому-нибудь из полиции, которые у нас в доме. Но если ты не можешь сказать им, ты настаиваешь на этом. Ты видишь?"

Она придвинулась ближе, ее светлые волосы коснулись его черных. "Что это делает?"

"Это подаст мне сигнал. Ты можешь нажать на это, и моя ссылка дважды подаст звуковой сигнал, и я буду знать, что это ты, и ты напуган. Но не используйте это, если вам действительно не нужно. Все в порядке?"

"Могу я нажать на это сейчас, чтобы посмотреть, работает ли это?"

Он повернул голову, чтобы улыбнуться ей. "Очень хорошая идея. Продолжай ".

Она нажала пальцем на кнопку, которую он ей показал, и "линк", все еще находившийся у него в кармане, дважды пискнул. "Это работает".

"Это так, да. Это поместится прямо у тебя в кармане. Вот." Он вставил это для нее, затем выпрямился. "Мы вернемся, как только сможем".

Соммерсет, конечно, был там, маячил в нескольких футах позади в холле. Рорк послал ему их собственный сигнал, когда надевал пальто. "Лейтенант", - сказал он, поворачиваясь. "Я с тобой".

Когда Соммерсет шагнул вперед, чтобы взять Никси за руку, она подождала, пока закроется дверь. "Почему он называет ее "лейтенант"? Почему он не называет ее "Даллас", как большинство других?"

"Это своего рода ласковое обращение между ними". Он слегка сжал руку Никси. "Почему бы нам не поесть сегодня вечером на кухне?"

Это была не ярость. Ева не была уверена, что существует слово, обозначающее то, что сжимает горло, живот, голову, внутренности, когда ты смотришь сверху вниз на бойню людей, которых ты отправил в бой. Люди, которых ты отправил на верную смерть. Спуститься вниз в очереди было риском, на который они все пошли. Но знание этого не ослабило хватку, не тогда, когда именно она отдавала им последние приказы.

Другие копы были тихи, безмолвная стена. Место происшествия было оцеплено. Теперь все зависело от нее.

Безопасный дом был построен после городских войн. Дешевый, никогда не предназначавшийся на длительный срок. Но он устоял, узкая двухэтажная коробка, прижатая к нескольким более узким коробкам, которые казались карликами и превосходили их по прочности зданий, переживших войны, и изяществу тех, что были построены после поспешных последствий.

Она знала, что город купил это и другие по дешевке. Поддерживал их на пределе. Но охрана была более чем приличной, с камерами полного обзора, сигнализациями, подкрепленными сигнализациями.

Тем не менее, они вошли. Не только проник внутрь, но и уложил двух опытных копов.

Оружие Найта все еще было в кобуре, но оружие Престона было вытащено, бесполезно валяясь у основания лестницы, в то время как он был распростерт на них и окровавлен.

Тело Найта лежало лицом вниз, в шаге от кухни. Разбитая тарелка, пролитый кофе, вегетарианская ветчина с ржаным хлебом были разбросаны перед ним.

Скупой развлекательный экран показывал игру с мячом на арене. Экран системы безопасности был черным как смерть.

"Сначала взял Найта". Ее голос был слегка хриплым, но она продолжала записывать сцену и свои впечатления. "Застал его выходящим из кухни. Удивил его. Если бы они взяли Престона, Найт вышел бы с обнаженным оружием. Престон наклоняет голову, готовый, но они забирают его ".

Она присела, подобрала оружие. "Получил пулю, по крайней мере, одну, прежде чем упал. Офицер, начните опрос. Я хочу знать, слышал ли кто-нибудь стрельбу из оружия. Если бы они услышали крики. Если бы они увидели, как гребаный таракан проходит этим путем ".

"Лейтенант..."

Она просто повернула голову, и выражение ее лица было обычным кивком. "Да, сэр".

"Перерезать им глотки - их любимая игра. Но они не перерезали горло двум полицейским без боя. Пришлось сначала вывести из строя. Парализаторы дальнего действия, " сказала она, изучая слабый подпал на рубашке Престона. "Это то, что у них было. На этот раз шансов нет. Не просто убивающий маленьких детей. Итак, они идут впереди. Черт возьми, как они прошли через это? Как им удалось так быстро скомпрометировать эту систему, что двое полицейских были пойманы со спущенными штанами?"

"Это стандартная полицейская система", - тихо сказал Рорк, потому что услышал в ее голосе нечто большее, чем ярость. Он услышал боль. "Хорошая система, но стандартная проблема для полицейских участков. Если бы у них были такие знания, как мы верим, они могли бы подготовиться к этому, устранить это, пройти через дверь менее чем за две минуты. Очень вероятно, что значительно меньше двух минут с тем оборудованием, которое они должны иметь в своем распоряжении ".

"Это были хорошие копы", - напомнила она ему. "Слишком хорош, чтобы сидеть на месте из-за такого нарушения. Найт на чертовой кухне делает сэндвич. Там есть монитор системы безопасности. Наверху есть мониторы службы безопасности. Экран гаснет, вы сразу переходите к красному коду. Так что это не погасло. Не сразу. Почему Найт наверху?"

Она перешагнула через тело, через кровь и поднялась на второй этаж.

Там было две спальни, одна ванная. Все окна были закрыты сетками, зарешечены и замурованы. Она посмотрела на 'ссылку в первой спальне, перешла к ней и воспроизвела последнее поступившее сообщение.

Это был только звук, и это был ее голос.

"Даллас, лейтенант Ева. Подозреваемые задержаны. Повторяю, подозреваемые задержаны и перевозятся. Отойдите и доложите в Центр ".

"Чертов А." - пробормотала Ева.

"Лейтенант?" В голосе Престона было недоумение, но никакой тревоги. "Ты на связи с домом".

"Я в курсе этого. Ты скопировал свои приказы?"

"Да, сэр, но ..."

"Далласаут".

"Ну и дерьмо". Голос Престона теперь был встревоженным, и он не сразу закончил передачу на своем конце. "Эй, рыцарь! Даллас схватил ублюдков... Откуда, черт возьми, я знаю, она была, как обычно, разговорчивой. Сделай из меня чертов песок ..."

Раздался взрывной звук, крик, затем звук бегущих ног.

"Имитатор голоса", - сказал Рорк у нее за спиной. "В этом было что-то жесткое и отсутствие интонации в твоем тоне. Я подозреваю, что если бы у него была еще минута или две, он бы подумал об этом и связался с вами ".

"Один работает на симуляторе, двое заходят. Вызови одного из них сюда с помощью вызова "линк", занимай его достаточно долго. Хорошее оборудование для наблюдения, возможно, датчики температуры тела. Знал, где они были. Один наверху, один внизу. Снял Найта, прежде чем он успел моргнуть, но у Престона отключился поток. Однако они нацелились на него, так что он упал прежде, чем смог подать сигнал о беде ".

"Если бы у них были сенсоры, они бы знали, что здесь было только два человека. Оба взрослые."

Она отметила "ссылка для EDD. "В некоторых конспиративных квартирах есть холодильные камеры, просто чтобы покончить с такого рода наблюдением. Объект, находящийся под защитой, может находиться в холодильной камере. Нет смысла не проверять это, раз у вас есть местоположения ".

Она направилась к выходу и вниз. Уитни вышла вперед, когда достигла основания лестницы.

"Командир".

"Лейтенант". Он кивнул Рорку, затем подошел к первому телу. Он ничего не сказал. Затем, продолжая смотреть на своих павших людей, заговорил опасно мягким голосом. "Они еще не знают гнева. Но они будут. Докладывайте ".

Она прошла через этапы, сообщая, записывая, собирая и подавляя бурю внутри. Она стояла над Моррисом, когда он проводил осмотр на месте происшествия. "Сначала ошеломлен. Средняя часть тела попала в обоих."

"Престон был бы на четыре или пять ступеней ниже. Он вышел из потока ", - добавила Ева. "Возможно, я поймал одного из них. На стенах нигде в комнате нет следов попадания. На месте преступления наткнулся на это. Без остатка. Здесь нет потраченных впустую выстрелов ", - отметила она. "Каждый, кто стрелял, попадал во что-то, во что целился".

"Я предполагаю, что он скорее рассыпался, чем упал. Я узнаю больше, когда доставлю его, но синяки, положение тела указывают на то, что его отбросило назад потоком, затем он согнулся, соскользнул. Ему перерезали горло там, где он лежал ".

"Им пришлось приподнять голову Найта, чтобы порезать его. Отброшенный назад, тарелка и чашка летят. Падает на пол и катится лицом вниз."

Она вернулась к входной двери. "Пришли вместе, один высокий, другой низкий. Это лоу Гай, который берет Найта, с точки зрения угла удара. Высокий хит-парад. Двигаемся быстро, двигаемся плавно ".

Она симулировала, обнажив оружие, направляясь вперед. "Нужен рыцарь". Похолодев от крови, она двинулась прямо к телу, приподняла голову за волосы, изобразив, как проводит ножом по горлу. "На этот раз левша. Разносторонние ублюдки. Справа у него были парализаторы, слева - ножи."

Моррис ничего не сказал, только наблюдал.

"Второй движется прямо к Престону, наклоняется, режет. Боевая хватка, один быстрый удар. Затем он направляется наверх, его напарник занимает первый этаж. Место такого размера, они могут подтвердить, что оно пусто менее чем за девяносто секунд."

"Ты уже справился с этим?"

"Да, я прошел через это. Они внутри, они снаружи. Три минуты. Кровь на полу здесь, внизу, на кухне и в туалете, вероятно, принадлежит Найту. Наверху будет ресторан "У Престона". Снимаю ножи, снимаю снаряжение. Этот след, схема, показывает, что они двигались быстро. Смотри, смотри".

Она шагнула к кухонной двери, взмахнула оружием вправо, влево. "Видишь там кровь? Сделайте паузу, осмотрите комнату, входите ".

Она оглянулась на лестницу. "Престон не должен был вот так упасть, беззащитным. Две секунды, когда он действует, прежде чем подумать - он думает о своем напарнике, а не руководствуется инстинктом полицейского, - и он мертв ".

Она опустила оружие, убрала его в кобуру. "Черт".

"Более правдивые слова. Теперь я позабочусь о них, Даллас ". Он не прикасался к ней - его руки были измазаны кровью, - но взгляд его глаз был таким же твердым, как пожатие руки.

"Мы собираемся похоронить их за это, Моррис".

"Да. Да, мы такие ".

Она вышла на улицу. Большинство собравшихся репортеров разбежались после того, как Уитни сделала им краткое заявление. Истории, которые нужно записать, подумала она.

Но она видела Надин с Рорком возле ее машины. Часть гнева, его холодные твердые кончики, пробились наружу. Она шагнула к ним, готовая окровавить репортера - и оставить несколько ударов для своего мужа, - когда Надин обернулась.

Ее лицо было залито слезами.

"Я знала их", - сказала она, прежде чем Ева смогла заговорить. "Я знал их".

"Хорошо". Гнев отступил, по пути зацепив острыми кончиками ее собственный живот. "Хорошо".

"Рыцарь... Раньше мы флиртовали. Ничего серьезного, ничего такого, что кто-либо из нас собирался куда-то девать, но мы танцевали ". Ее голос сорвался. "Престон хотел похвастаться фотографиями своего ребенка. У него маленький мальчик ".

"Я знаю. Тебе следует немного отдохнуть, Надин. Пару дней."

"После того, как ты их получишь." Она провела пальцами по щекам. "Я не знаю, почему это так поразило меня. Это не первый раз, когда кто-то, кого я знаю ..."

"Престон, возможно, ударил одного из них. Я говорю это как друг другу, а не полицейский репортеру. Потому что ты знал их. Потому что я знал их, и мысль, что он мог ударить одного из них, помогает мне ".

"Спасибо".

"Я должна пойти закончить здесь, запечатать место происшествия, затем войти", - сказала Ева Рорку. "Я не знаю, когда я буду дома".

"Позвони, пожалуйста, когда закончишь?"

"Конечно". Она подумала о том, что он сказал ранее о рисках, на которые ей пришлось пойти. И каково это было бы для него - видеть других копов, окровавленных и мертвых.

Итак, несмотря на Надин, несмотря на других копов, техников, нескольких зевак, которых еще не подтолкнули на их пути, она шагнула к нему, вошла в него. Положила руки ему на лицо, прижалась губами к его губам.

"Я могу подвезти тебя на одном из черно-белых".

Он улыбнулся ей. "Нет ничего, чего бы я хотел меньше. Я сам позабочусь о своем транспорте. Надин, я тебя подвезу".

"Если бы у меня был такой поцелуй, меня бы подняли на орбиту. Но я соглашусь на поездку на станцию. Даллас, если тебе нужны какие-то исследования на стороне, еще одна пара рук или глаз, мои - твои. На этот раз никаких условий ".

"Я буду иметь это в виду. Позже". Она зашагала обратно по тротуару и вернулась в узкую коробку, где пахло смертью.

11

СЛУХ БЫСТРО РАСПРОСТРАНИЛСЯ, КОГДА полицейские были убиты. К тому времени, как Ева добралась до Центра, это слово разнеслось по лабиринту, проникло в кубики и офисы, и воздух в них был пропитан яростью.

Она вошла в загон для быков, остановилась. Она была не слишком склонна к речам. Она предпочитала брифинги или приказы. Но она была здесь высокого ранга, и мужчины заслуживали услышать ее.

Они сидели за столами, в кубиках, отвечали на ссылки, писали отчеты. Пара брала показания у гражданских лиц, которые либо стали жертвами, либо преследовали кого-то другого.

Пахло плохим поддельным кофе, отвратительным заменителем сахара, потом и чьим-то жирным ужином. И под этим скрывалась ярость, зрелый, насыщенный, опасный запах.

Большая часть шума прекратилась, когда она вошла, но один из гражданских продолжал тихо, прерывисто всхлипывать. 'Ссылки запищали, и на данный момент были проигнорированы.

Она знала, что на ней была кровь, и она знала, что каждый полицейский в комнате видел это и думал о том, откуда это взялось.

"Детективы Оуэн Найт и Джеймс Престон скончались в очереди примерно в двадцать пятнадцать этим вечером. Они были убиты во время выполнения задания. Детектив Найт оставляет мать, отца и сестру. Детектив Престон оставляет жену, трехлетнего сына, своих родителей, бабушку и дедушку. Пожертвования в Фонд выживших могут быть сделаны от их имени. Детектив Дженнсон, " сказала Ева, " вы будете координировать?"

Женщина кивнула. "Да, сэр. Вы можете сообщить нам статус, лейтенант?"

"Мы считаем, что сегодняшние события связаны с убийствами Свишеров. Пятеро гражданских лиц, двое из которых несовершеннолетние, были убиты. Престон и Найт, и каждый из нас, призваны защищать жителей Нью-Йорка и служить им, заботиться об их безопасности. Те из нас, кто находится здесь, в Отделе по расследованию убийств, в равной степени призваны служить тем, чьи жизни были отняты, разыскивать и задерживать тех, кто отнимает жизни. Мы закрываем дела здесь, и мы закроем это. За тех пятерых гражданских лиц, двое из которых несовершеннолетние, и людей, которых они оставили позади. Теперь они забрали двоих наших, и мы разыщем их и задержим ".

Она подождала немного, и была только тишина. "До этого времени все просьбы о личном времени, отпуске, отпуске по болезни должны удовлетворяться мной или старшим офицером смены. Вы будете работать над этим делом в дополнение к своим текущим отчетам, которые будут подаваться ежедневно. Никаких исключений. При смене явитесь в дежурную часть для получения полного инструктажа и заданий. Мы собираемся выследить их, и мы собираемся покончить с ними. Вот и все ".

Она не услышала жалоб на дополнительную нагрузку, когда вошла в свой кабинет и закрыла дверь.

Она взяла кофе, потом просто села.

Представитель полиции и консультант департамента к настоящему времени должны были бы сообщить эту новость семьям погибших. Итак, она была избавлена от этого. Она должна была бы поговорить с ними у мемориалов, сказать несколько слов.

Она хотела, чтобы слова включали: "Мы поймали сукиных сынов, которые это сделали". Кто оставил тебя вдовой, кто убил твоего сына, твоего брата. Который оставил тебя без отца.

Она ущипнула себя за переносицу, затем встала, чтобы прикрепить кадры со сцены к своей доске.

Затем она села писать свой отчет.

Ни одно из других безопасных мест не пострадало. Не попал в них, подумала она, потому что знал, что цели там нет. Понял это, когда обнаружил двух вооруженных копов, охраняющих пустой дом.

Убивать их было модно, решила она. Послание. Нет необходимости добивать их, когда они были повержены. Впрочем, я уже решил это сделать. Часть миссии. Уничтожьте всех внутри, еще одна зачистка.

И в чем послание? Зачем добавлять к этому убийство полицейского, когда это обрушивает всю мощь полиции Нью-Йорка? Потому что ты думаешь, что ты лучше - умнее, ловчее, лучше экипирован. И ты знаешь, что мы установили связь. Ты знаешь, что у нас есть ребенок, и ты хочешь ее.

Ньюман сказал бы тебе, что парень не может тебя опознать. Но она деталь, она мисс, и ты не можешь так рисковать.

Я бы не стала, подумала Ева. Нет, я бы не рискнул оставить эту ниточку оборванной, когда я был так осторожен. Это не согласовано, и это немного оскорбительно. Какой-то сопливый мальчишка ускользает у тебя из-под носа?

Гордость за свою работу. Она немного отклонилась назад, расправила плечи. Нужно гордиться своей работой, чтобы быть настолько чертовски хорош в ней. И миссия не была выполнена, не будет завершена до тех пор, пока Никси Свишер не умрет.

"Итак, что ты будешь делать дальше?" - Спросила Ева вслух. "Что ты будешь делать?"

Раздался резкий стук в ее дверь, затем Пибоди распахнула ее. "Ты не позвал меня. Я слышал это на чертовом экране ".

"Ты нужен мне завтра. Ты нужен мне свежим".

"Чушь собачья".

Ева сидела там, где была, хотя низкая вибрация начала гудеть в ее крови. "Переступаете черту, детектив".

"Я твой партнер. Это дело тоже мое. Я знал этих парней ".

"Я также твой лейтенант, и тебе стоит быть осторожным, прежде чем в твоем личном деле появится нарушение субординации".

"К черту мое досье. И пошел ты тоже, если думаешь, что меня это волнует".

Ева медленно поднялась со своего стула. Подбородок Пибоди выпятился, челюсти сжались - так же, как и ее кулаки. "Собираешься выстрелить в меня, детектив? Ты будешь на заднице и в крови, прежде чем закончишь замах ".

"Возможно".

За все время, что они работали вместе, Ева видела Пибоди взбешенной, обиженной, грустной и готовой разозлиться. Но она никогда не видела, чтобы она кипела от всего этого. Выбор должен был быть сделан, и быстро. Врезайся, сделай шаг назад.

И так же быстро Ева решила не делать ни того, ни другого. Ее взгляд оставался твердым, ее поза была наготове. "Ты прекрасен, когда злишься".

Последовало мгновение, затем два. "Даллас..."

"Весь горячий и дымящийся. Если бы я увлекался девушками, я бы набросился на тебя прямо сейчас ".

Вдоль челюсти прошла дрожь, которая растянулась в неохотной улыбке. И вот так кризис миновал.

"Я вызвал тебя не по причинам, о которых только что рассказал. Плюс этот ". Ее рука взметнулась, быстро, как взмах кнута, и соединилась с ребрами Пибоди.

У Пибоди перехватило дыхание, и ее лицо потеряло весь цвет - пока не вернулось со слабым зеленоватым оттенком. "Это было просто подло. Даже для тебя ".

"Да, и красноречивый. Ты еще не на сто процентов. Ты не получаешь простоя, ты мне не нужен." Ева подошла к автомату, заказала бутылку воды, пока Пибоди прислонялась к столу и восстанавливала дыхание. "Я не могу позволить себе беспокоиться о тебе, а я беспокоюсь. Мне не нравится видеть, как тебе больно ".

"Это почти компенсирует удар по ребрам".

"Тот факт, что ты назвал это касание ударом, должен тебе кое о чем сказать". Она протянула Пибоди воду. "Ты чуть не умер".

"Ну, господи, Даллас".

"Ты чуть не умер", - повторила Ева, и теперь это был партнер партнеру, единство более крепкое, чем в большинстве браков. "Я боялся, что ты это сделаешь. Болен и напуган ".

"Я знаю", - ответила Пибоди. "Я понимаю это".

"Я разрешил тебе вернуться, потому что врачи сказали, что ты можешь выполнять легкие обязанности. Это не оказывается легким делом. Я не отстраняю тебя от этого дела, потому что знаю, будь я на твоем месте - чего никогда бы не случилось, поскольку меня пришлось бы избить до потери сознания, прежде чем ты надел бы мне на ноги эти розовые резиновые сапоги - "

Губы Пибоди дрогнули. "Лосось".

"Что, ты голоден?"

"Нет". Пибоди сделала еще глоток воды и рассмеялась, затем поморщилась и потерла ребра. "Туфли. Цвет - лососевый".

"Еще одна причина. Я действительно собираюсь надеть рыбьи туфли. Итак, Боже, о чем я говорил?"

"Ты не увольняешь меня, потому что..."

"Потому что, если бы это был я, работа отвлекла бы меня от того факта, что меня чуть не убрали".

"Это так. За последние недели я несколько раз просыпался в поту, что не имеет никакого отношения к танцам на матрасе с Макнабом. Но становится лучше. Мне становится лучше. Мне нужно работать ".

"Согласен. В дополнение к вышеуказанным причинам, я не позвал тебя сегодня вечером, потому что ..."

Она прошла мимо Пибоди, чтобы закрыть дверь. "... Я отправил их туда. Рыцарь и престон. Я тоже знал их, и я отправил их туда, и теперь они мертвы. Сначала мне пришлось разобраться с этим самому. Теперь у меня есть, так что давайте приступим к работе ".

Пибодисат. "Я не злился на тебя. Ну, да, я был, но было легче злиться на тебя, позволить этому сконцентрироваться там, чем ..."

"Я тоже это знаю. Выпей немного кофе ".

"Эй, ты на самом деле предложил мне кофе".

"Я имел в виду, приготовь кофе для меня, но ты тоже можешь выпить немного".

Пибоди разогнался, пошел к автозаводу. Пока она программировала, она изучала доску. "Что у нас есть?"

Не потребовалось много времени, чтобы ввести ее в курс дела.

"У вас есть копия "передачи по ссылке"? Я хотел бы это услышать ".

Ева достала диск, вставила его в розетку, вызвала запись.

Пока играла музыка, Пибоди потягивала кофе. "Это не так - совсем немного, но близко. То, как он говорит: "Я в курсе этого", когда он задает вопросы, когда вы связываетесь с ним по ссылке "Дом". Я бы знал, что это не ты, но он не разговаривает с тобой каждый день, так что да, он бы купился на это. Изначально. Затем дайте ему еще десять секунд, и он подумает: заблокированное видео, вы никогда не обращались к нему по имени или званию, и вы не работаете с беспилотниками. Ты не был бы тем, кто связался бы со всеми заводами и сообщил. Вы были бы слишком заняты подозреваемыми ".

"У него не было дополнительных десяти секунд. Он поднимается, чтобы ответить на звонок. Единственная связь с домом в этом месте и в этой комнате, потому что эта комната охраняется, для полиции только тогда, когда в помещении есть свидетель. Хорошее шпионское оборудование, они могут его обнаружить, и это хорошо для них. Раздели их двоих. Вверх и вниз, удерживая одного на 'связи достаточно долго, чтобы закончить обход. Он даже не закончил передачу, когда они вошли ".

"Кто вызвал это? Кто вызвал офицера полиции?"

"Они не прошли требуемую почасовую регистрацию заезда. Посланная команда поддержки обнаружила их. Опрос пока ничего не дал."

"Эти помещения звукоизолированы. Никто бы не услышал выстрелов из оружия ".

"Это на уровне улицы, им пришлось закрыть за собой дверь. Не упустите ни одного подвоха. В, один из них дает ему пинка. Найт выходит, выкрикивает предупреждение, и он падает, прежде чем успевает выхватить оружие. Престон отвечает, выключает один поток, и он падает. Прикончите их, проведите быстрый поиск - на этот раз ничего не пропустите. Затем они выходят ".

"Где-то должен был быть автомобиль, обеспечивающий наблюдение, электронику".

"Третий человек, по крайней мере, еще один. Возможно, уже двое. Один за рулем, другой за оборудованием. Внутренние ребята сообщают, что цели там нет, машина направляется к месту сбора или просто обратно в штаб. Эти парни уходят. Уходите с места происшествия, потому что кто-нибудь может заметить и вспомнить, как двое парней садились в фургон возле места, где двум полицейским перерезали горло. Слишком много людей вокруг, гуляющих, бегающих по магазинам, вызывающих такси. Это не такая яма, как та, где они схватили Ньюмана ".

"Кто-нибудь, возможно, заметил двух парней, входящих на место происшествия и покидающих его".

"Да, и мы будем надеяться на это, но это меньший риск. Пара пешеходов, в отличие от двух мужчин, запрыгивающих в кузов фургона - тем более, что сообщения о том, как был похищен Ньюман, по всему экрану. Лучше все перепутать, чем сформировать слишком узнаваемый шаблон ".

"И мы до сих пор не знаем почему".

"Мы работаем с тем, что знаем. Невероятные познания в электронике и наблюдении, хиты в стиле коммандос. Множество участников. Это команда, и хорошо смазанная. Эта команда или ее член приказал или запросил нанести удар по Свишерам. И есть хороший шанс, что они... Что? " крикнула она, раздраженная стуком в ее дверь.

"Извините, лейтенант". Дженнсон стояла в дверном проеме.

"В чем дело, детектив?"

"Я начал совершать обходы для Фонда помощи пострадавшим".

"Нам придется обсудить это позже".

"Нет, сэр. Я был внизу, в резервации, и когда один из полицейских выкапывал пожертвование, он сказал, что у них в танке был лейтенант, который болтал о том, что что-то знает о случившемся. Он разозлился из-за этого, из-за униформы, потому что она обычная посетительница уличного уровня. Всегда ищущий ракурс, в основном, полный им. Он подумал, что она слышала, как кто-то из мужчин говорил о Найте и Престоне, и хочет немного внимания, немного славы. В остальном это рискованно, но я не хотел, чтобы это упускали из виду. Лейтенант, ее подобрали на западной восемьдесят девятой. Всего в нескольких кварталах от места происшествия ".

"Пригласи ее на собеседование. Мы возьмем ее на прогулку. Проверьте, какая комната свободна."

"Я уже сделал. Допрос А закончен."

"Приведи ее сюда. Ты хочешь присоединиться?"

Дженнсон колебалась, и Ева могла видеть борьбу на ее лице. "Нас там трое, мы слишком много показываем ей. Я займу комнату наблюдения."

"Пусть Букинг снимет ее простыню. Отличный улов, Дженнсон ".

Офелия Уошберн была более чем изношена по краям. Она направлялась в тэттердед. Она была чернокожей женщиной с широкими бедрами и грудью такого размера, какого не даровал ни один ангел Божий. Ее топ был усыпан блестками и перьями и сильно натянут, чтобы удержать эти горы на месте.

Ее волосы были огромной копной седых волос. Еву всегда интересовало, почему жители улиц считают, что пышные волосы - это такая же привлекательная фишка, как и огромные груди. И зачем было нужно то или другое, когда большинство клиентов хотели либо быстрого перепихона, либо быстрого минета.

Ее губы были полными, крупными и накрашены в тон верхней части. Между ними сверкал золотой глазной зуб, в то время как остальная часть ее лица была раскрашена и намазана таким образом, что кричала: "Шлюха здесь! Узнайте о расценках."

Но вся краска и лоск не скрывали того факта, что Офелия была в расцвете сил. Хромая к пятидесяти, на десять лет старше возраста, в котором большинство уличных уровней перегорали и брались за работу раздражительных официанток или наездниц в секс-клубах. Может быть, кусал актеров в порнофильмах.

"Офелия". Ева сохраняла свой голос легким, даже дружелюбным. "Я вижу, вы работаете по приостановленной лицензии и за последние восемнадцать месяцев совершили три других нарушения".

"Нет, понимаете, в том-то и дело. Тот коп, он сказал, что я перевозил нелегалы, и я сказал ему, что Джон, должно быть, навел их на меня. Ты не можешь доверять Джону, поверь мне. Но они не обращают внимания, и моя лицензия приостанавливается. Как же мне теперь зарабатывать на жизнь, которую я не могу обмануть? Кому я там причиняю боль? Я регулярно проверяю свое здоровье. Вы можете увидеть это в моем досье. Я чист ".

"Здесь также говорится, что ваш тест на Экзотику и Go дал положительный результат".

"Ну, должно быть, это была ошибка, или какой-то Джон, он подсунул мне немного. Некоторые натирают свои члены. Сделай минет, и вот ты где ".

Ева склонила голову набок, как будто она нашла эту информацию захватывающей. "Ты знаешь, что с этим последним арестом они собираются навсегда лишить тебя лицензии".

"Ты можешь это исправить. Ты можешь исправить это для меня, потому что у меня есть кое-что для тебя ".

"Что у тебя есть для меня, Офелия?"

"Сначала ты это исправишь".

"Пибоди, я выгляжу так, как будто большую часть моего мозга недавно удалили хирургическим путем?"

"Нет. Вы, конечно, не выглядите настолько тупым, чтобы исправить лист такой длины, не получив сначала существенной информации ".

Офелия послала Пибоди хмурый взгляд. "Что она имела в виду, заметный?"

"Офелия, двое полицейских мертвы". Легкий, дружелюбный тон стал холодным, как Плутон. "Ты слышал об этом. Если ты используешь это, если ты разыгрываешь меня с этим, чтобы лишить тебя лицензии, я лично прослежу, чтобы ее не только отняли, но и чтобы тебя преследовали копы до такой степени, что ты не сможешь делать минет в память о старых временах ".

"Не нужно злиться". Большие губы Офелии, казалось, набрали вес, надув губы. "Просто пытаюсь помочь нам обоим покончить с джемом из лавы".

"Тогда ты расскажешь мне, что ты знаешь, и, если это поможет, ты уйдешь".

"С лицензией?"

"С лицензией".

"Фат. Итак, вот что. Я совершаю прогулку по Девяносто второй. Моя обычная сфера деятельности - центр города, но с моей нынешней ситуацией я изменился. И на Верхнем Западе ты получаешь трюки получше. В это время дня многие с девяти до пяти отправляются домой после небольшой выпивки. В довершение всего я даю им отсос, может быть, быстрый трах ".

"На улице".

"Что ж... Видишь ли, я договорился с парнем, у которого есть гастроном с подсобкой. Он получает долю, и у меня есть немного уединения для моего бизнеса ".

"Хорошо. Продолжай идти ".

Офелия, явно обрадованная тем фактом, что ее не собираются шлепать за очередное нарушение, просияла. "Итак, я начинаю прогулку. Сделал один быстрый секс, так что я чувствую себя довольно хорошо. Приятный вечер, люди гуляют. Множество возможностей, понимаешь? И я вижу этих двоих. Ммммммм. Большие, красивые парни. Выгляди грубым, выгляди крутым. Думаю, может быть, я смогу достать себе двойку. Я раскачиваюсь наравне с ними, лидируя среди здешних чемпионов ". Она положила руки на свои груди, сжала их. "И я говорю, как насчет того, чтобы вы, джентльмены, и я устроили себе вечеринку. Предложите им специальную цену. Я стою перед ними. Ты должен притормозить джона, продемонстрировать товар, у тебя будет шанс. И этот смотрит на меня, пристально. Но не так, как будто он думает о том, чтобы заняться мной, а как будто он думает о том, чтобы надрать мою сладкую задницу и растоптать ее. Ты в этой жизни столько же, сколько и я, ты знаешь этот взгляд. Они ничего не говорят, просто расходятся и проходят по обе стороны от меня. Вот тогда я это почувствовал ".

"Почуял что".

"Кровь. Свежо. Так что вам лучше поверить, что пока они идут этим путем, я иду быстро-преспокойно и тороплюсь в другую сторону. Это потому, что я немного потрясен, что в итоге я предлагаю повеселиться с копом в мягкой одежде, и он просит показать мои права. И я оказываюсь в "танке", где слышу разговоры о двух полицейских, погибших на девяносто второй. И я говорю, откуда у меня информация, но ..."

"Давайте вернемся на минуту назад. Вы видели кровь на этих людях?"

"Нет, почувствовал это".

"Как ты узнал, что это была кровь?"

"Ну, черт, ты когда-нибудь нюхал это? Особенно когда это свежо. Ты почти чувствуешь это на вкус, как будто высосал старый кредит. У моего дедушки есть небольшая ферма в Кентукки. Разводит свиней. Я провел там некоторое время в качестве забойщика свиней. Я знаю, как пахнет кровь. И те парни были в крови, вы можете отнести это в банк ".

Ева почувствовала, как у нее закипает кровь, но сохранила ровный тон. "Как они выглядели?"

"Большой, сложенный. Белые мальчики. Пришлось посмотреть на них снизу вверх, но у меня небольшой рост, даже в моей рабочей обуви. Но они выглядели большими, потому что были прочными, понимаешь?"

"Красивый, ты сказал".

"Да, красавчики, насколько я мог видеть. В солнцезащитных очках и кепках. Я не видел глаз, но когда они смотрят на тебя таким взглядом, тебе и не нужно. Я думаю, они были похожи, но они были белыми парнями, и иногда они просто похожи ".

"Во что они были одеты?"

"Темно". Она повела плечом. "Не обратил особого внимания, но они выглядели как хорошие вещи - качественные, - поэтому я подумал, что за них полагается гонорар и чаевые. У него тоже были сумки на длинных ремнях". Она развела руки примерно на фут друг от друга. "Насчет этого большого. Теперь я думаю, что одна из сумок задела меня, когда они проходили мимо. Почувствовал себя крепким, и вот тогда я почувствовал запах крови ".

"В какую сторону они шли, на запад или на восток?"

"На запад, направляюсь дальше в сторону Бродвея. У одного из них была заминка в походке ".

"Что это значит?"

"Слабак. Немного прихрамывает. Как будто у него болела нога или туфли были ему не по размеру ".

Достал одного из них, Престон, подумала Ева. Причинил им немного боли. "Цвет волос, отличительные знаки, что-нибудь еще?"

"Я не знаю".

Ева отстранилась. Если она будет давить слишком сильно, женщина может начать что-то выдумывать, просто чтобы заполнить пробелы. "Как ты думаешь, ты узнал бы их, если бы увидел снова?"

"Возможно".

"Я бы хотел, чтобы ты поработал с полицейским художником".

"Ни хрена. Никогда не делал этого раньше. Должно быть, я дал тебе хорошую дрянь ".

"Возможно. Достаточно хорошо, я исправлю твою лицензию ".

"Ты стоячий. Как правило, я не трахаюсь с девушками, но если ты захочешь как-нибудь потрахаться, я дам тебе халяву ".

"Я буду иметь это в виду. Тем временем, мне нужно, чтобы ты оставался здесь, пока я договариваюсь с художником ".

"Я не должен возвращаться в резервуар?"

"Нет". Поднимаясь, Ева решила, что могла бы сделать что-нибудь получше. "Награда еще не объявлена, но к утру будет объявлена. В случаях убийства полицейского предусмотрена стандартная награда. Если эта информация, которую вы нам предоставили, приведет к аресту, я прослежу, чтобы вы ее получили ".

На этот раз у Офелии отвисла челюсть. "Ты издеваешься надо мной".

"Мы ценим ваше сотрудничество".

В ту минуту, когда они вышли, Пибоди схватила Еву за руки. "Это реальная сделка, Даллас. Она видела их ".

"Да, она это сделала. Чертова уличная проститутка. Просто никогда не знаешь наверняка." Ева кивнула, когда Дженнсон вышла из смотровой. "Отличная работа, детектив".

"Возвращаюсь к вам, сэр. Ты вытянул это из нее, как будто это была конфета, привязанная к веревочке. Я могу договориться с художником ".

"Отмечайте Янси, он лучший. Позови его. Я пока не хочу, чтобы это просочилось в СМИ. И имя LC теперь Джейн Доу на всех без исключения записях ".

"На этом".

Ева превратилась в рабыню. "Я хочу, чтобы она осталась в Центре. Я не хочу, чтобы она снова оказалась на улице. Они пронюхают, они найдут ее. Она выйдет, она расскажет всем, кто будет слушать. Никаких конспиративных квартир. Мы поместили ее в одну из здешних колыбелей. Дай ей все, что она захочет, в разумных пределах. Давайте сделаем ее счастливой ".

"На этом", - сказала Пибоди и вернулась в комнату для допросов.

Направляясь в свой офис, Ева вытащила из кармана линк. Лицо Рорка заполнило экран так быстро, что она поняла, что он ждал.

"Возможно, я какое-то время не доберусь домой. Я кое-что понял ".

"Что ты можешь мне сказать?"

"Уличный полицейский, пытался приставать к ним в паре кварталов от места происшествия. Я введу вас в курс дела позже, но она у меня здесь, я привлекаю Янси, чтобы он работал с ней. Я собираюсь придерживаться, посмотрим, сможем ли мы получить хорошую картинку ".

"Что я могу сделать?"

"Забавно, что вы спросили". На этот раз она прошла прямо через загон, игнорируя вопросительные взгляды, в свой кабинет и закрыла дверь.

"Ты готов поработать дроном?"

"Я предпочитаю называть это экспертным компьютерным заданием. У вас есть выражение глаз, лейтенант, которое я очень рад видеть ".

"Я на них". Офелия почувствовала запах крови, подумала она. И теперь, она тоже. "Я тут подумал и собирался выдвинуть теорию о том, что Свишеры, возможно, были не первыми. Это своего рода крещендо - разве не так ты это называешь, когда таскаешь меня на симфонии и прочее дерьмо?"

"Это, моя дорогая, некультурная Ева".

"Крещендо, большой шум. Но в основном, ты ведешь к этому, выстраиваешь это. Так что, возможно, они были не единственными. И, возможно, не первый."

"И вы, и Фини руководили IRCCA за похожие преступления".

"Не похоже - не обязательно вторжение в дом с резней. Но связанный. Итак, вот теория. Если кто-то был достаточно зол или беспокоился об одном или нескольких членах семьи Свишер, чтобы уничтожить их, возможно, есть один или несколько человек, на которых этот член зол или беспокоится. Итак, нам нужно вернуться назад, нам нужно провести поиск логических связей - по крайней мере, для начала мы будем придерживаться логики. Школьный персонал - любой, кто был связан со школой, кто умер или исчез в течение, скажем, последних трех лет. Эти парни терпеливы, но они слишком самоуверенны, горды. Они не стали бы распространяться об этом намного дольше ".

"Затем есть работники здравоохранения и врачи, с которыми работали Кили или Грант Свишер".

"Ты действительно соединяешь точки. Адвокаты, которые выступили против Свишера в суде, председательствующие судьи, социальные работники. Клиенты по обоим - мертвы или пропали без вести."

"Тот же период времени?"

"Да, черт возьми, пусть будет шесть лет. Лучше иметь буфер. Если я прав и "Свишеры" должны были стать главным финишем, мы что-нибудь придумаем. То, что произошло с тех пор, - это очистка из-за одной маленькой ошибки. Мы связываем что-то, что будет связано с чем-то другим. Тогда я заверну их и придушу этим ".

"Сексуальный разговор".

"Найди мне что-нибудь, это станет сексуальнее. В этом деле ты хитрее меня ".

"Дорогая, ты амазонка в постели".

"Работа беспилотника, ас". Теперь она могла чувствовать, как соки бурлят внутри. "Я выберу школьный вариант, потому что это наименее вероятно. Что-нибудь всплывет, что угодно, отмечайте меня ".

Она подошла к автомату, затем отступила. Она была слишком возбуждена, чтобы пить еще кофе. Лучше смыть часть этого. Вместо этого она взяла воду, прежде чем приготовить все необходимое для комнаты отдыха.

Она открыла свою дверь и остановилась, прежде чем войти в Уитни.

"Сэр. Я не знал, что ты был в доме ".

"Я только что вернулся после того, как выразил соболезнования семьям Найта и Престона". Он посмотрел вниз на бутылку в ее руке. "Кофе теперь поставляется в чистом виде и в бутылках?"

"Это вода, сэр".

"И ад замерз, а я не получил отчета?"

"Прости, я не... О." Она слегка нахмурилась, глядя на бутылку. "Я подумал, что должен компенсировать потребление кофеина".

"Я, с другой стороны, мог бы использовать встряску".

"Да, сэр". Она сложила свои вещи, подошла к автомату.

"Я знаю, что у вас через минуту брифинг. Это сохранится. Я также знаю, что к вам приезжает художник, чтобы поработать с потенциальным свидетелем ".

"Я думаю, она надежна, коммандер. Я запросил детектива Янси. Я еще не написал свой отчет об интервью."

Он принял кофе. "Я видел тело детектива Пи, так что у меня есть основные моменты. Я буду присутствовать на вашем брифинге и ожидаю, что в это время меня введут в курс дела более полно. Но сначала нам нужно обсудить кое-что еще ".

Когда он закрыл дверь, ее плечи расправились. Когда она поняла это, она напомнила себе о Трухарте.

"Садитесь, лейтенант".

Она заняла стул для посетителей, оставив ему стул покрепче за столом. Но он не сел, просто стоял с кофе в руке.

"Трудно терять мужчин. Трудно смириться с тем, что ваши приказы подвергают их опасности ". Он посмотрел на ее доску, на фотографии двух полицейских. "Это не первые люди, которых кто-либо из нас потерял".

"Нет, сэр".

"Но каждый похож на первый. Каждый из них труден. Выполнять приказы - меньшее бремя, чем отдавать их. Тебе нужно взвалить на себя этот груз и перестать спрашивать себя, не следовало ли тебе поступить как-то по-другому. Ты сделал то, что должен был сделать, точно так же, как твои люди сделали то, что они должны были сделать. Мы можем потерять больше в погоне за подонками, которые сделали это, и вам не позволено колебаться, отдавая приказы, вам не позволено сомневаться в том, что, как вы знаете, должно быть сделано ".

"Я справился с этим, коммандер".

"Ты начал. Это вернется к тебе, когда ты остановишься, когда ты будешь далеко отсюда и от работы. Это вернется к тебе, и тебе придется покончить с этим. И убери это. Если у вас возникнут трудности с этим, поговорите с Мирой или одним из консультантов департамента ".

"Я уберу это. В моем подразделении или в этом департаменте нет ни одного офицера, который мог бы доверять мне, если я не могу. Или не делай этого. Я понял, что столкнусь с этим, когда принял повышение до лейтенанта. Я понимаю, что я снова буду здесь, с лицами людей, которых я знаю, на моей доске ".

"Ты должна быть капитаном", - сказал он, и она ничего не сказала. "Ты знаешь, что есть причины, в основном политические, почему тебе до сих пор не предложили возможность пройти тестирование на звание капитана".

"Я знаю причины, сэр, и принимаю их".

"Ты не знаешь их всех. Я мог бы поднажать, надавить на шефа, указать на какие-нибудь ориентиры ".

"Я не хочу, чтобы маркеры вызывались из-за моего аккаунта".

Он слегка улыбнулся. "Маркеры созданы для того, чтобы их вызывали. Но я этого не делаю - пока нет - потому что, честно говоря, Даллас, я не готов к тому, чтобы один из моих лучших уличных копов сидел за столом. И ты не готов с комфортом прокатиться на нем ".

"Нет, сэр. Я не такой".

"Мы оба узнаем, когда ты. Хороший кофе, " сказал он и сделал еще глоток. "Увидимся в дежурной части".

12

В СВОЕМ КАБИНЕТЕ РОРК ПРИГОТОВИЛСЯ К ВЫПОЛНЕНИЮ ЗАДАНИЯ. Его продолжало удивлять, насколько ему нравилось выполнять полицейскую работу. Большая часть его жизни была потрачена на то, чтобы избегать копов, ускользать от них или перехитрить их.

Теперь он был не только женат на одной из них, до смешного влюблен в одну из них, но и проводил большую часть своего времени в качестве консультанта полиции Нью-Йорка.

Жизнь была чертовски странной игрой.

С другой стороны, возможно, именно игра в it составляла часть развлечения. Головоломка, которую нужно было разгадать с помощью фактов, улик и инстинкта.

Они были хорошей командой, он и его полицейский, подумал он, наливая себе бренди, прежде чем приступить к делу. Она с ее укоренившимися чувствами копа, он с его укоренившимися чувствами преступника.

То, что он отошел от более темных аспектов закона, не означало, что инстинкты больше не гудели.

Он убивал. Жестоко, хладнокровно, кровожадно. Он знал, что значит отнять жизнь, и что может заставить одного человека прекратить существование другого.

Она приняла это в нем, его ищущую справедливости Еву. Может быть, не простил, но принял. Эвен понял, и это было одним из его чудес.

Но даже в худшем случае он никогда не убивал невинных. Никогда не прерывал жизнь ребенка. Тем не менее, он мог понять это, как могла Ева. Они оба знали, что зло не только существовало, оно процветало и жирело, и оно упивалось преследованием слабых и невинных.

У него возник резкий и кристально ясный образ самого себя - грязная рубашка, окровавленный нос, жесткий и вызывающий взгляд - стоящего на верхней ступеньке лестницы в вонючей помойке, где он когда-то жил в Дублине.

И там был его отец - большой, рослый Патрик Рорк, - которого немного шатало от слишком большого количества выпитого.

Ты, надеюсь, сможешь выдать пару тонких кошельков за дневную выручку? Я добьюсь всего остального, ты, чертов маленький ублюдок.

Он помнил приближающийся удар ботинком - он помнил это до сих пор - и его быстрое уклонение. Однако недостаточно быстро, не в тот раз. Сейчас он чувствовал то же, что и тогда, тошнотворное ощущение падения, осознание того, что это будет плохо. Он кричал? Странно, что он не мог вспомнить. Кричал ли он в шоке, проклинал в ярости или просто скатился по ступенькам, стуча костями?

Что он мог вспомнить, и разве это не было сукой, так это смех его отца, когда мальчик, которым он был, скатился с лестницы. Сколько ему было лет тогда? Пять? Шесть? Неважно.

И, черт возьми, он сдерживался, не так ли? И посчитал, что порезы и синяки стоят тех десяти фунтов, которые он припрятал.

Никси никогда не была сброшена с лестницы пьяным ублюдком, в жилах которого случайно оказалась ее кровь.

И все же ребенок тоже понял бы, что такое зло и жестокость. Бедный маленький кусочек.

Он взглянул на свой монитор, где он мог видеть ее, свернувшуюся калачиком под одеялом на кровати, которую они ей дали, в комнате, предоставленной незнакомцами, с приглушенным светом.

Она бы пришла к пониманию этого. Теперь были только боль, смятение и горе. Но она придет в себя и сделает свой выбор, чтобы восстановить свою жизнь на этой разрушенной почве.

Он добился своего и не жалел о них. Он не мог сожалеть ни о чем, что привело его туда, где он был, что привело его к Еве. Но он не желал того же этому маленькому, хрупкому выжившему.

Лучшее, что можно было сделать, это добиться для нее какого-то правосудия.

Он начал серию одновременных поисков. По одному на каждого из взрослых Свишеров, еще один проверяет наличие дубликатов имен. Тогда еще один о Дайсонах. Он сомневался, что Ева одобрила бы это, но это были люди, которые вмешались бы, чтобы вырастить ребенка. И ребенок спал в его доме, доверяя ему свою безопасность. Он хотел убедиться, что они были чистыми.

В то же время он продолжал поиск имен известных террористов, членов военизированных или маргинальных военных группировок.

Он намеревался сделать еще одно, но для этого понадобился бы незарегистрированный. Даже с этим, это было бы сложно - что ему понравилось. Ему нужны были имена секретных агентов и операторов сил специального назначения - военных и правительственных учреждений, которые специализировались на мокрой работе и электронике. Когда они у него были, он проверил еще одну перекрестную ссылку на Свишеров.

Он намеревался оставить свою более стандартную работу запущенной, пока он заберет себя и свой план в свой личный кабинет. Но он снова взглянул на монитор и увидел, что Никси шевелится в своей постели.

Он наблюдал, надеясь, что ее подсознание не настраивает ее на очередной кошмар. И подумал, не совершил ли он ошибку, настояв на том, чтобы он взял ночную смену из Соммерсета. Ночные кошмары, возможно, стали его прерогативой, но когда дело касалось детей, он был жалким новичком.

Но в следующий момент она села в постели. Она достала из-под подушки ссылку, которую он ей дал, изучила ее, провела по ней пальцами. Затем она обвела взглядом комнату, выглядя такой маленькой, такой потерянной и печальной, что это разбило его сердце.

Он подумал, что должен пойти к ней, попытаться хотя бы успокоить ее, чтобы она снова уснула, но она вылезла из кровати. Ему просто нужно в туалет или выпить воды, решил он. С такими вещами девушка ее возраста могла бы справиться самостоятельно. Он надеялся.

Но вместо того, чтобы пойти в ванную, она направилась к домашнему сканеру.

"Даллас здесь?"

В ее голосе была жалобная нотка, которая тронула его, даже когда он подумал: "Умная девочка".

Даллас, лейтенанта Евы, в данный момент нет в помещении.

Никси зажмурила глаза, шмыгнула носом, и он снова подумал, что должен подойти к ней.

"Рорк здесь?"

Рорк в своем главном офисе.

"Я не знаю, где это. Ты должен сказать мне." Рорк поднялся, затем сел обратно, пока компьютер передавал местоположение и указания. Пусть она придет к нему, решил он. Почему-то это казалось более нормальным, чем позволить ему перехватить ее, дать ей понять - хотя она была достаточно умна, чтобы все равно это понимать, - что за ней следят, даже когда она спит.

Он посмотрел на работу, которую еще предстояло сделать, потер заднюю часть шеи. "Компьютер, продолжить поиск, только в текстовом режиме, внутреннее сохранение. На данный момент показа нет ".

Подтверждаю.

Он открыл другую работу, свою собственную, и начал уточнять планы строительства в другом секторе курорта Олимп, пока Никси пробивалась к нему.

Он поднял взгляд, приподнял бровь, изобразил улыбку, когда Никси вошла в его дверь. "Привет, Никси. Поздновато для тебя, не так ли?"

"Я проснулся. Где Даллас?"

"Она все еще работает. Не хотели бы вы зайти?"

"Я не должен бодрствовать по ночам". Ее голос дрожал, и он представил, что она думает о том, что случилось, когда она в последний раз бродила ночью.

"Я бы не возражал против компании, раз уж ты встал. Или я могу проводить тебя обратно в твою комнату, если ты предпочитаешь."

Она подошла к его столу в своей бледно-розовой пижаме. "Она с мертвыми людьми?"

"Нет. Она работает на них ".

"Но мои мама и папа, и Койл, и Линни, и Инга, они умерли первыми. Она сказала, что выяснит, кто. Она сказала, что она..."

"Так и есть". Вне моей сферы, подумал он. Вон из моей чертовой солнечной системы. "Выяснить, кто является ее приоритетом. Это самое важное, что она делает. И она будет продолжать делать это, пока не узнает ".

"Что, если на это уйдут годы?"

"Она никогда не остановится".

"Мне приснилось, что они не были мертвы". Слезы хлынули, заскользили по ее щекам. "Они не были мертвы, и мы все были там, как и должны были быть, а мама и Инга разговаривали на кухне, а папа пытался стащить что-нибудь перекусить и рассмешил ее. Мы с Линни играли в переодевания, а Койл дразнил нас. И они не были мертвы, пока я не проснулся. Я не хочу, чтобы они были мертвы. Они оставили меня в покое, и это несправедливо ".

"Это не так, нет. Это совсем не справедливо ". Он подошел, поднял ее, чтобы она могла положить голову ему на плечо, пока плакала. Это, подумал он, было тем, что мог сделать мужчина. Он мог держать ребенка, пока она плакала, пока она горевала. И позже он мог бы сделать все, что в его силах, чтобы помочь собрать воедино ее разбитую жизнь.

"Они оставили меня в покое".

"Они не хотели. И все же, я полагаю, все они так рады, что ты не пострадал ".

"Как они могут радоваться, когда они мертвы?"

Ужасающая логика, подумал он и, обойдя ее вокруг стола, усадил к себе на колени. "Тебе не кажется, что когда ты умрешь, ты можешь отправиться в другое место?"

"Как на небесах".

"Да, вот так".

"Я не знаю. Возможно. " Она повернула голову, вздохнула. "Но я не хочу, чтобы они были там. Я хочу, чтобы они вернулись, как в моем сне ".

"Я знаю. У меня никогда не было брата. На что это похоже?"

"Иногда они могут быть злыми, особенно если они крупнее тебя. Но ты можешь быть злым в ответ. Но иногда с ними весело, они играют с тобой и рассказывают анекдоты. Койл играл в бейсбол, и мне нравится ходить на игры и смотреть. Есть ли бейсбол на небесах?"

"Я думаю, что должно быть. Это вряд ли могло бы быть раем, если бы не было весело ".

"Если бы я был в постели, я был бы на небесах с ними. Я хотел бы..."

"Ты не должен". Он притянул ее к себе, чтобы она могла видеть его лицо. "Ты не должен желать этого, и они не хотели бы, чтобы ты желал этого. Была причина, по которой ты не пошел с ними. Как бы это ни было тяжело, ты должен прожить свою жизнь и узнать, что это такое. Быть одному больно, я знаю ".

Ее лицо сжалось, как кулак. "Ты не понимаешь. Ты не такой".

"Было время, когда я был. Кто-то забрал у меня мою мать до того, как я стал достаточно взрослым, чтобы узнать ее ".

"Она на небесах?"

"Я уверен, что это так".

"Это тоже несправедливо". Она снова положила голову ему на грудь, погладила его рукой в жесте утешения, который удивительно тронул его. Она могла бы предложить ему утешение, подумал Рорк. Даже сейчас у нее хватило духу дать утешение. Как она к этому пришла? Это родилось в ней или было привито ее родителями?

"Я не скажу тебе, что знаю, что ты чувствуешь, но я скажу тебе, что знаю, что это такое - быть одиноким, злым и напуганным. И я скажу тебе, что все наладится, как бы сильно ты так не думал, все наладится ".

"Когда?"

"Понемногу". Он прикоснулся губами к ее голове.

Она снова вздохнула, затем повернула голову, чтобы изучить картину на стене. Он переместил ее, изучил это сам. Он и Ева, под цветущей беседкой в день их свадьбы.

"Она там не похожа на полицейского".

"Во всяком случае, не снаружи. Она подарила это мне на нашу годовщину. Это здесь, в саду, в день нашей свадьбы. Я повесил его там, хотя это немного эгоистично с моей стороны, так что я мог бы смотреть на него всякий раз, когда я здесь работаю. Я могу видеть ее, когда мне ее не хватает ".

"У нас дома есть фотографии".

"Не хотели бы вы, чтобы кто-нибудь принес вам несколько фотографий?"

"Я мог бы посмотреть на них".

"Тогда я позабочусь об этом".

"Могу я остаться здесь на некоторое время, с тобой?"

"Ты можешь. Хочешь посмотреть, что я здесь делаю?" Он повернулся, чтобы они оба могли смотреть на настенный экран. "Это планы некоторых разработок на внеземном курорте и жилой колонии, в которой я заинтересован".

"Здесь написано Olympus Resort. Я слышал об этом. Там есть большие отели и парки развлечений, пляж и аркады. Возможно, мы собирались однажды отправиться туда. Возможно."

"Это для сектора, отличающегося от того, что было сделано до сих пор. Видишь первый экран? Это планы вилл, вилл для отдыха. Мы собираемся пустить реку ".

"Вы строите реки?"

Он улыбнулся. "Я собираюсь построить это".

"Как ты?"

"Ну, почему бы мне не показать тебе, что я имею в виду?"

Пока Рорк показывал Никси, как в внеземной колонии была построена река, Ева встретилась с Янси. "Сообщи мне хорошие новости". "Как насчет "осторожно хорошо"?" Он был молод, и то, что Пибоди назвала бы милашкой. И он был лучшим художником-идентификатором в городе. Ева разыскала его в его владениях, просторном кубе, заполненном компьютерными экранами, портативными устройствами, бумажными блокнотами для рисования и карандашами.

"Насколько осторожно?"

"Твое остроумие исполнено энтузиазма, а у нее наметанный глаз. Наша милость. Она также склонна к тому, что я называю драматизацией. Она зажигает от драмы и использует свое воображение, чтобы оживить все это. Я могу работать с этим, и мы добиваемся прогресса ".

"Где она?"

"В кроватке. Привет, Пибоди."

"Только что устроил ее", - сказала Пибоди, присоединившись к ним. "Купил ей развлекательный экран, дополнительные подушки, еду, пиво".

"Пиво?" Потребовала Ева.

"Ты сказала, в пределах разумного", - напомнила ей Пибоди. "Не в рамках правил. Она счастлива, хотя и немного поворчала о том, что ей пришлось отказаться от своей карманной ссылки и не иметь доступа к другой. В любом случае, она слегла, и со мной нянчится Инвански ".

"Интересно - просто мысль, которая приходит мне в голову, - почему наш ум смотрит на экран и пьет пиво вместо того, чтобы показать нам пару каменных убийц".

"Мой звонок, лейтенант". Янси поднял руку. "Ее прослушивали всю ночь. Она дала нам хорошее начало, но она начала преувеличивать. Она возвращается к тому, что у нас есть свежим, так что больше шансов, что ей расскажут другие подробности ".

"Хорошо, хорошо". Ева запустила обе руки в волосы, борясь с собственным нетерпением. "Покажи мне, на что ты способен".

"Раздели экран", - приказал он, придвигаясь. "Текущие изображения".

Ева просмотрела грубые наброски - более грубые, как она отметила, чем обычно при работе с Янси. Оба были мужчинами с квадратными лицами и челюстями, которых она определила бы на возраст от сорока до пятидесяти. Брови были прямыми и бледными, губы мрачными, но чувственно полными. Темные кепи часовых были низко надвинуты на оба лба, и большая часть верхней части их лиц была скрыта ими и темными, облегающими очками.

"Ты должен избавиться от теней. Мне нужна максимальная вероятность для глаз ".

"Я сделаю. Я собираюсь поработать с некоторыми из них, но у меня больше шансов подойти к этому ближе после того, как я проведу еще один сеанс с Офелией ".

"Я не могу пойти на это, Янси".

"Дай мне время до завтра. У нее наметанный глаз, как я уже сказал, но это более импрессионистично, более масштабная картина. Мне потребуется еще немного поработать, чтобы выудить из нее подробности ".

"Как много она собирается забыть, пока прихлебывает пиво и смотрит видео? У меня двое копов в гребаном морге".

"Я знаю, что я делаю". Впервые на ее памяти Янси толкнул ее прямо в лицо. "То, что я никогда не работал с Найтом Орпрестоном, не означает, что я все усложняю. Хочешь результатов, отвали от моей задницы ".

Она могла бы отшлепать его за это. Почти сделал. Бог знал, что она хотела замахнуться на кого-нибудь. Сомкните ряды, подумала она, и иногда вы заканчиваете тем, что откусываете от кого-то из своих.

"Отойдите, детектив".

Он завибрировал, мышцы его челюсти дернулись, но он отступил.

"Ты прав", - сказала Ева. "Ты знаешь, что делаешь, и я держу тебя за задницу. Мы все на взводе из-за этого. Я попросил тебя, потому что считаю тебя лучшим, что у нас есть. Я также знаю, что ты был не на дежурстве и пришел в свое время ".

"Ни у кого из нас сейчас нет свободного времени". Его плечи расслабились. "Извини за выплескивание, Даллас. Меня расстраивает, что я не могу собрать это воедино быстрее. Я давил на нее немного дольше, чем следовало на первом сеансе. Теперь я должен отступить ".

"Насколько вы уверены в структуре лица на этих снимках?"

"Уверен, что понимаю. У нее есть этот стиль большой картины. Я бы сказал, что форма лиц попала в цель - по крайней мере, для одного. Если она права в отношении обоих, эти парни могут быть братьями или кузенами. Отец и сын."

"Сними мне копии, ладно? Я начну с того, что у тебя есть, и постараюсь держаться подальше от твоей задницы, пока у тебя не будет больше ".

Он слегка улыбнулся. "Ценю это".

В доме было тихо, когда она вошла. Она чуть не попала в Центральную больницу, так бы и было, если бы в ее доме не было девятилетнего свидетеля. У нее было трое полицейских, патрулирующих территорию, еще трое внутри - ситуация, которую, по ее мнению, Рорк ненавидел больше, чем биржевой крах.

Он мог бы построить себе крепость, но ему было бы все равно находиться в осаде.

Она справилась со всеми ночными дежурствами и получила разрешение, прежде чем подняться наверх.

Она думала, что он будет в постели - время приближалось к трем утра, - но сканирование ее дома показало, что он еще в своем кабинете. Она зашла к себе, сбросила несколько файлов, затем открыла дверь, соединяющую его комнату.

Она не совсем была уверена, что и думать, когда увидела ребенка, свернувшегося калачиком на запасной кровати, которую Рорк, должно быть, достал из-за панели, - и самого мужчину, сидящего рядом с ней с закрытыми глазами.

Она редко видела его спящим - он так часто вставал раньше нее, - но она не понимала, как такое положение, когда он прислоняется спиной к стене, может быть удобным.

Пока она размышляла, он заговорил. Глаза все еще закрыты. "Она была беспокойной. Я заступил на ночную смену и позволил ей прийти за мной, когда она проснулась ".

"Кошмар?"

"На самом деле, хуже. Она сказала, что ей приснилось, что они все еще живы. Проснулся, а их не было ". Теперь он открыл глаза, тяжелые и синие. "Она немного посидела со мной, но так беспокоилась о возвращении в свою комнату, что я поместил ее сюда. Она спросила, не могу ли я посидеть с ней. Очевидно, мы оба задремали. У меня были поиски, которые проходили беззвучно, я не смог их проверить ".

"Утро достаточно хорошее, так как до него всего пара часов. Что нам с ней делать? Не могу оставить ее здесь ".

"Ну..." Он оглянулся, изучая Никси. "Я мог бы попробовать отнести ее обратно. Если она очнется, настанет твоя очередь ".

"Черт. Убедись, что она не проснется ".

Он соскользнул с кровати. "Обычно с тобой это срабатывает". Он просунул руки под нее, приподнял. Никси застонала, пошевелилась, и они посмотрели друг на друга в легкой панике. Затем ее голова упала ему на плечо.

"Не дыши", - сказала Ева шепотом. "Не разговаривай. И, может быть, ты мог бы как бы скользить, а не ходить ".

Он просто склонил голову набок, затем наклонил ее в сторону лифта.

Она использовала руководство вместо голоса, задерживала дыхание, пока они не закончили поездку, и он не уложил Никси в постель. Они вместе вышли из комнаты, как будто в кровати лежал самодельный бумер.

"Когда Соммерсет вступит во владение?"

"Шесть".

"Три часа. Тогда у нас все должно быть в порядке ".

"Я искренне надеюсь на это. Мне нужно поспать, и тебе тоже." Он потер большим пальцем круги у нее под глазами. "Есть что-нибудь новое?"

"Янси работает над эскизом, но он хочет вернуться к нему утром". В их спальне она сбросила куртку, затем сбрую. "Мне самому нужно отдохнуть несколько часов. Мозг размягчен. Я хочу вернуться в Центр около семисот ноль-ноль. Если у вас есть какие-нибудь имена, которые выглядят хорошо, вы можете отправить их мне туда ".

Она сбросила ботинки, свою одежду. "Ты достаточно устал, чтобы не спорить, если я попрошу тебя поработать завтра отсюда?"

"На данный момент. Но я могу воскреснуть к восходу солнца".

"Тогда мы поспорим".

Они забрались в постель, его рука обняла ее, прижала спиной к себе. "Это свидание".

Он не проснулся раньше нее - еще один сюрприз. Низкий звуковой сигнал с монитора на другом конце комнаты разбудил ее, и проверка ее наручного устройства подтвердила, что прошло шестьсот часов.

В комнате все еще было темно, но она могла видеть его, его очертания. Линия щеки и подбородка, взмах волос. Она повернулась к нему лицом как-то во время этого короткого отдыха. В поисках... что, подумала она. Связь, утешение, тепло.

На мгновение ей захотелось снова просто закрыть глаза, прижаться теснее, убежать от всего, кроме него, в тишине сна. Ее тело, ее мозг были такими тяжелыми от усталости. Ей придется копать, копать глубоко, чтобы найти энергию и цель, которые ей понадобятся, чтобы встретить этот день.

Когда ее глаза привыкли к темноте, она смогла разглядеть его получше. Плоскость его носа, его щеки, изгиб его рта. Красивые. И каждая плоскость, каждая линия, каждый дюйм принадлежали ей.

Это заставляло ее чувствовать себя легче, телом и разумом, просто смотреть на него.

"Я чувствую, как ты смотришь". Его голос был сонным бормотанием, но большой и указательный пальцы руки, лежащей на ее ягодице, резко ущипнули ее.

"Почему ты не зарабатываешь еще миллион и вообще не опустошаешь мир бизнеса?"

"Потому что я сплю. Я заработаю еще миллион позже, и пусть кто-нибудь другой начнет день с опустошения ".

Да, подумала она, все легче и легче.

"Почему ты устал?"

"Потому что кто-то не заткнется и не даст мне поспать".

"Батарейки садятся, да? Может быть, тебе нужна подзарядка ". Она обхватила его пальцами, сжала и усмехнулась, когда он затвердел. "По-видимому, не слишком истощен".

"Резервы. Ты знаешь, что происходит с сексуальными хищниками?"

"Еще бы. Я полицейский ". Она навалилась на него сверху. "Мои биты тоже на низком уровне. Нужна встряска. Ты знаешь, как секс может тебя взбодрить?"

"До меня доходили слухи". Его рука гладила ее волосы, пока она спускалась вниз - и его тело полностью проснулось, когда ее рот заменил пальцы. "Я не думаю, что это не совсем честная игра, но продолжай в том же духе".

Она засмеялась и укусила его за бедро. "Продолжать в том же духе никогда не было твоей проблемой".

"У тебя умный язык". У него перехватило дыхание, когда она использовала это снова. "Сделай это блестяще".

Она проложила себе путь наверх, переместилась, чтобы оседлать его. И с другого конца комнаты детский голос спросил: "Где Даллас?"

"Черт! Нагадил кирпичом!" Ева развернулась, инстинктивно потянувшись за своим оружием и хлопнув себя по обнаженному боку. На мониторе она увидела Никси, стоящую в комнате для гостей у домашнего сканера. "Господи, она когда-нибудь спит?"

"Соммерсет пойдет и успокоит ее". Но он сидел в теплой постели со своей обнаженной женой и наблюдал за ребенком.

"Мы не можем прямо здесь заняться сочным сексом с ребенком. Это ... извращено ".

"Я не возражаю против извращений. То, что это такое, пугает. Не похоже, что она может видеть или слышать или... просто она здесь. А теперь еще и Соммерсет ". Он вздохнул, откинул назад волосы, наблюдая, как его мажордом заходит в комнату Никси. "К черту это. Давай попробуем принять душ. Это могло бы сработать в душе, вы знаете, с закрытой дверью, текущей водой ".

"Это выбило меня из колеи сейчас, его так же сильно, как и ее. Я должен взять себя в руки и приступить к работе. Возвращайся ко сну ".

Он откинулся на подушки, когда она вскочила с кровати и бросилась к ванной. "Верно. Это произойдет ".

Она была достаточно умна, чтобы в мгновение ока войти в душ и выйти из него, зная, что он может попытаться уговорить их обоих на быструю игру в воде. Она закрывала дверцу сушильной камеры, когда он вошел.

"Она хочет фотографии", - сказал он. "Фотографии ее семьи. Можешь принести немного для нее?"

"Я позабочусь об этом. Нужно кое-что проверить в моем кабинете ", - добавила она. "Посмотри, не поступало ли чего-нибудь, пока мы спали. Тогда мне нужно возвращаться в центр ".

"Я проверю результаты поиска для тебя, прежде чем ты уйдешь - при условии, что ты позавтракаешь".

Она смотрела, как он - у мужчины была лучшая задница на планете - зашел в душ. "Возьми что-нибудь в офисе". Она вышла из трубы, провела пальцами по волосам и потянулась за халатом. "Если хочешь, введу тебя в курс дела".

"Я поднимусь, как только оденусь. Мы позавтракаем, пока ты это делаешь ".

"Договорились". Она пошла в спальню, достала нижнее белье, схватила брюки, потянулась за рубашкой. Она натягивала его, когда запищал внутренний канал связи.

"Видео выключено. Что?"

"Пока ты не спишь, Никси хотела бы поговорить с тобой", - сказал Соммерсет.

"Через минуту я направляюсь в свой офис".

"Поскольку никто из вас не завтракал, возможно, она могла бы присоединиться к вам".

Поставь меня прямо в тот угол, подумала Ева, рыча на "линка". "Я все еще..."

"Я могу запрограммировать кофе". Донесся голос Никси. "Я знаю как".

"Хорошо, прекрасно, конечно. Сделай это. Я буду там через минуту ".

Она застегнула рубашку, натянула ботинки и пробормотала себе под нос о необходимости поговорить со свидетелями, прежде чем она выпьет свой кофе. Секс мог бы дать ей заряд, рассеять паутину, но нет. Парень должен начать придираться к ней, прежде чем она встанет с чертовой кровати.

Она пристегнула ремень безопасности с оружием, подошла к шкафу за курткой. У нее была работа, которую нужно было сделать, черт возьми. Серьезная, сосредоточенная работа, и что должно было произойти? Парень собирался начать день с одного из тех долгих, проникновенных взглядов. И ей пришлось бы в сотый раз говорить ей, что нет, она не поймала ублюдков-убийц, которые вырезали ее семью.

"О, гребаное дерьмо!"

Доска убийств, подумала Ева, стоя на виду в своем кабинете. Она выбежала из комнаты, наткнулась на ту, которую использовала Никси. Когда она обнаружила, что там пусто, она бросилась к своему офису.

Все еще в своей розовой пижаме, девочка стояла, глядя на суровые картины убийства и смерти. Проклиная себя, проклиная Соммерсета, Ева пересекла комнату, встав прямо между Никси и доской.

"Это не для тебя".

"Я видел их раньше. Я видел их по-настоящему. Мои мама и папа. Я видел их раньше. Ты сказал, что я могу увидеть их снова ".

"Не такой". Ее глаза были огромными, подумала Ева. Такой большой на ее лице, что казалось, они проглотят его целиком.

"Это мои мама и папа. Они не твои ". Она пыталась оттолкнуть проходящую Еву.

Повинуясь инстинкту, Ева подняла Никси, развернулась. "Видеть их такими не помогает. Это не поможет ни им, ни тебе ".

"Тогда почему ты?" Никси толкала, отталкивала. Пнул. "Почему у вас есть их фотографии? Почему ты можешь смотреть на них?"

"Потому что это моя работа. Вот и все. Тебе придется с этим смириться. Прекрати это. Я сказал, остановись! Посмотри на меня ". Когда Никси обмякла, Ева усилила хватку. Она отчаянно желала Рорка, Пибоди, даже - Боже - Соммерсета. Затем она вернулась к тренировкам. Она знала, как обращаться с человеком, пережившим насильственную смерть.

"Посмотри на меня, Никси". Она подождала, пока ребенок не поднял голову, пока эти мокрые глаза не встретились с ее. "Ты хочешь быть сумасшедшим, будь сумасшедшим. Они украли у тебя твою семью. Будь взбешен. Будь печален, сожалеешь и возмущен. Они не имели права. Ублюдки не имели права делать это ".

Никси слегка дрожала. "Но они это сделали".

"Но они сделали. И прошлой ночью они убили двух мужчин, которых я знал, людей, которые работали на меня. Так что я тоже взбешен ".

"Ты убьешь их сейчас? Когда ты найдешь их, ты убьешь ублюдков, потому что они убили твоих друзей?"

"Я захочу. Часть меня захочет, но это не моя работа. Если моя жизнь или жизнь кого-то еще не в опасности, если я убиваю их, потому что я просто зол, мне грустно и жаль, это ставит меня в то же положение, что и их. Ты должен предоставить это мне ".

"Если они попытаются убить меня, ты убьешь их первым?"

"Да".

Никси посмотрела в глаза Евы, серьезно кивнула. "Я могу приготовить кофе. Я знаю как ".

"Это было бы хорошо. Я беру свое черное".

Когда Никси вошла на кухню, Ева схватила одеяло со своего спального кресла, перебросила его через доску. Затем она прижала руки к лицу.

День, подумала она, и так был отстойным.

13

"Это было просто странно". Ева направилась прямо к своему столу, чтобы проверить все поступления в ту же минуту

Соммерсет вывел Никси из офиса.

Рорк вылил остатки кофе из кофейника в свою чашку, прежде чем встать. "Провести двадцать минут за завтраком считается вполне нормальным в некоторых примитивных обществах".

"И теперь я отстал". Она просмотрела отчеты судмедэкспертов о Найте и Престоне, предварительные данные о безопасности и электронике на конспиративной квартире. "Я должен выбраться отсюда".

"Сначала дай мне посмотреть, что у меня есть для тебя".

"Рорк? Она увидела доску."

"Черт возьми. Когда..."

"Я сказал Соммерсету отправить ее наверх, так что я даже не могу винить его. Я не думал - просто был немного раздражен, что мне придется иметь с ней дело до того, как я приступлю к работе. А потом... " Она покачала головой. "К тому времени, как я додумался до этого, притащил сюда свою задницу, было слишком поздно".

Он поставил кофе на стол, забыв о нем. "Как она с этим справилась?"

"У нее больше мужества, чем можно ожидать от ребенка. Но она этого не забудет - никогда. Мне нужно будет рассказать Мире ". Не имея под рукой другой цели, она пнула свой стол. "Черт, черт, черт! Как я мог быть таким глупым?"

Не нужно спрашивать, как Ева справлялась с этим, подумал он. "Это не твоя вина, или не исключительно. Это на всех нас. Мы не привыкли иметь ребенка в доме. Я тоже об этом не думал. Возможно, она забрела сюда прошлой ночью, когда поднималась ко мне. Я никогда об этом не задумывался ".

"Предполагается, что мы должны быть умнее этого, не так ли? Понимаешь, ответственный?"

"Я полагаю, что так и есть". И он подумал, насколько сильно он бы пинал себя, если бы Никси прошла через офис Евы, чтобы прийти к нему прошлой ночью. "Все равно это немного похоже на ныряние прямо в бассейн, не научившись сначала плавать кровавым гребком".

"Нам нужно свести ее с Дайсонами, с людьми, которые знают, что они делают с девятилетней девочкой. У нее уже есть целый корабль проблем, с которыми ей придется разобраться. Я не хочу добавлять к ним ничего ".

"Ты захочешь, чтобы они были здесь, и это прекрасно", - сказал он, прежде чем она смогла заговорить. "Чем скорее, тем лучше, я бы сказал, ради нее".

"Я позвоню им, попрошу встретиться со мной в Центральном управлении".

"Позвольте мне предоставить вам результаты поиска за прошлую ночь".

Он перешел в свой кабинет, запросил результаты на экране и на диске. "Девятнадцать имен", - задумчиво произнес он. "Думаю, больше, чем ты мог ожидать. Естественные причины значительно сократили бы это, но ... "

"Много имен". Она повернулась, чтобы изучить настенный экран. "Пятеро, которые пересекаются с ними обоими. Свишеры были не первыми ", - снова сказала она. "Я ни за что на это не куплюсь. Я возьму их на себя, устрою им пробежку ".

"Я могу помочь тебе в ... позже", - решил он, когда посмотрел на время. "Я отстал от самого себя. У меня есть работа, на которую я должен добраться сюда, затем у меня несколько встреч в центре города, которые начинаются в девять ".

"Ты сказал, что будешь работать отсюда".

"Нет, я сказал, что мы поспорим об этом сегодня утром". Он протянул руку, провел пальцем по ее подбородку. "Моя работа не может остановиться больше, чем ваша, лейтенант - и если кто-то обращает внимание, они могут задаться вопросом, почему я сижу здесь на корточках, когда я должен быть на свободе. Я обещаю тебе быть осторожным, очень. Никаких ненужных шансов ".

"У нас могут быть разные определения ненужных шансов".

"Не так уж и много. Иди сюда".

"Я здесь".

"Немного ближе, чем это". Со смехом он дернул ее вперед, в свои объятия. "Я буду беспокоиться о тебе, ты волнуйся обо мне". Он потерся своей щекой о ее. "И мы квиты".

"Если позволишь чему-нибудь случиться с собой, я надеру тебе задницу".

"То же самое".

Поскольку ей пришлось этим удовлетвориться, Ева боролась с пробками в центре города. Даже небо казалось более переполненным этим утром, забитым небесными трамваями, аэробусами и транспортными вертолетами, которые изо всех сил пытались поддерживать движение.

Как бы они ни утверждали, что быстрее было воспользоваться воздушными маршрутами, она придерживалась мерзости и вони улиц.

Она пробилась вниз по Колумбусу и угодила прямо в новую пробку, образовавшуюся из-за опрокинувшейся на улицу тележки-глиссера. Несколько пешеходов помогали себе тюбиками и запасами еды, которые катались по асфальту, в то время как оператор прыгал вверх-вниз, как человек на пружинах.

На мгновение она пожалела, что у нее не было времени вмешаться в потенциальный бунт. Это был бы интересный способ начать день. Вместо этого она сообщила об инциденте и решила свою собственную дилемму с поездкой на работу, включив сирены - вау! посмотри, как эти придурки карабкаются - и включи вертикальный режим.

Ладно, она призналась, что ей понравился ее новый аттракцион.

Она быстро преодолела пробку - мельком увидела, как оператор глайдкарта потрясает кулаком в воздухе, - затем вернулась на три квартала южнее в относительно умеренном движении. Она решила доверять авто достаточно долго, чтобы совершать звонки из своего списка. Она оставила сообщения для Дайсонов, для Миры, зарезервировала конференц-зал на десять человек и оставила дополнительные голосовые сообщения для каждого члена команды, которого хотела видеть присутствующим.

И подумала, как многого из этой работы с беспилотниками ей удалось избежать, когда Пибоди была ее помощницей, а не напарницей.

Когда она добралась до Центра, прямо у загона для скота была Пибоди, подходившая к Макнабу так, словно они были двумя частями какой-то странной и извращенной головоломки.

"Я действительно завтракал этим утром". Ева остановилась рядом с ними. "Это то, что может заставить меня загрузиться".

"Просто целую моего дорогого на прощание", - сказала Пибоди и издала преувеличенные звуки поцелуя в губы Макнабу.

"Определенно загрузочный материал. Это полицейская контора, а не секс-клуб. Прибереги это для последующей смены".

"До смены еще две минуты". Макнаб сжал задницу Пибоди. "Увидимся позже, Она-Тело".

"Пока, жеребец-детектив".

"О, пожалуйста". Ева прижала руку к своему беспокойному животу. "Я хочу, чтобы вафли не съедались".

"Вафли?"Пибоди развернулась на каблуках своих клетчатых кроссовок. "У тебя были вафли. По какому случаю?"

"Просто еще один день в парадизе. Мой офис".

"Расскажи мне о вафлях", - умоляла Пибоди, поспешая за Евой. "Были ли они из тех, что были покрыты клубникой и взбитыми сливками, или из тех, которые просто заливают сиропом? Я вроде как на диете. На завтрак у меня был низкокалорийный питательный напиток. Это отвратительно, но это не увеличит мою задницу ".

"Пибоди, я заметил - неохотно и с немалым сожалением, - что человек, с которым ты решила сожительствовать, похоже, испытывает почти противоестественную нежность к твоей заднице".

"Да". Она мечтательно улыбнулась. "Он это делает, не так ли?"

"Так почему же, - спрашиваю я неохотно и с некоторым сожалением, - ты так одержим размером и формой этой конкретной части своей анатомии?"

"У меня такой тип телосложения и метаболизм, что я должен следить за этим, иначе вы сможете приготовить ужин из пяти блюд, приготовленных с полки для этой конкретной части моей анатомии. Это вопрос гордости. Не всем из нас предназначено идти по жизни худыми, как змея ".

"Теперь, когда мы с этим разобрались, я хочу кофе".

Она планировала подождать пару ударов, а затем придать Пибоди уничтожающий вид. Но ее партнер перешел непосредственно к автоповару и запрограммировал. "Я думаю, то, что произошло прошлой ночью с Найтом и Престоном, заставило нас с Макнабом задуматься и просто оценить то, что у нас есть. Знание того, что может произойти, делает момент более напряженным. Обычно он не провожает меня в Отдел ".

Она протянула кофе Еве, взяла один для себя. "Мы просто хотели еще несколько минут".

"Понял". И поскольку это было так, Ева указала на стул, прежде чем прислониться к своему столу. "Я оставил тебе сообщение, а также оставляю одно для остальной команды. Конференц-зал С, тысяча девятьсот. Мы будем вкратце, и надеемся, что у Янси есть лучшее представление о наших подозреваемых. Тем временем, у меня есть несколько имен, которые нужно проверить. Потенциальные возможности. Моррис работал над Найтом и Престоном прошлой ночью. Ничего нового или неожиданного там нет. Оглушение уложило их, нож достал их. Токсикоз был ясен. Я жду, когда лаборатория подтвердит, что из оружия Престона стреляли до того, как он упал ".

"Надеюсь, он вышел из хорошей игры".

"Офелия сказала, что один из них хромал. Я бы сказал, что Престон сделал кое-что свое до конца. EDD не дает нам ничего нового, но устанавливает закономерности. Давайте посмотрим, сможем ли мы найти это снова с помощью каких-либо имен из списка людей, которых знали Свишеры, которые сейчас пропали без вести или мертвы ".

"Я начну".

"Ваша часть списка прикреплена к голосовому сообщению, которое я отправил вам. Ты получишь какое-нибудь кольцо, мне нужно знать ".

"Я там". Она начала, сделала паузу. "Вафли. Давай, Даллас, обмазанный взбитыми сливками или плавающий в сиропе?"

"Сироп, тонущий".

"Ммммм".

Пибоди слегка вздохнула и вышла. Чтобы удовлетворить свое любопытство, Ева заглянула в дверь и посмотрела, как она уходит. Она не слишком задумывалась о женских задницах, но "у Пибоди", на ее взгляд, выглядела прекрасно.

Она села, вызвала свой собственный список.

Бренеган, Джейнин, 35 лет в ТОД, 10 февраля 2055 года. Врач неотложной помощи. Убит множественными ножевыми ранениями при попытке ограбления на парковке мемориальной больницы Западной стороны. Подозреваемый опознан, задержан, результат теста на Зевс положительный. В настоящее время отбывает наказание от двадцати пяти до пожизненного, Райкерс.

Бренеган лечил Койла Свишера от перелома руки - спортивной травмы - и давал показания по делу об опеке Свишера "Вемер против Трента" в мае 2055 года и "Киркендалл против Киркендалла" в сентябре 2053 года.

Дополнение было сделано Рорком, отметила она. Парень был ничем иным, как тщательностью.

Она бы взглянула на Вемир, Трента и Киркендалла, и пока оставила Бренегана в активном списке. Она тоже была основательной.

Крус, Педро, 72 года. Судебный репортер. Умер от сердечного приступа 22 октября 2058 года. Медицинские документы подтверждают.

Круз был репортером на нескольких судебных процессах Свишера в суде по семейным делам и консультировал Свишера по вопросам питания.

Маловероятно, решила Ева и добавила его в список.

Хилл, Линди и Эстер, 32 и 29 лет соответственно. Однополые супруги. Погиб в автомобильной аварии 2 августа 2057 года. Виноват водитель, Фейн, Кирк, обвиняемый в ДТП, превышении скорости, двух случаях непредумышленного убийства в автомобиле. Отбывает срок в реабилитационном комплексе Вайцт.

Да, подумала она, убей пару женщин, потому что ты пьяна и глупа, и отбывай наказание в загородном клубе в течение десяти лет.

Хиллс наняли Свишера и Рэнгла, чтобы они помогли им в их планах усыновить ребенка. Это было в процессе, когда они были убиты. Обе женщины также были клиентками Кили Свишер.

Нет мотива, подумала Ева и вычеркнула их.

Мурленд, Эмити, 28 лет в ТОД, 17 мая 2059 года. Танцор. Убит бывшим партнером по совместному проживанию в результате изнасилования / убийства. Лоуренс, Джез, осуждены. Отбывает пожизненное заключение, Аттика.

Мурленд нанял Свишер, чтобы расторгнуть с ней совместное проживание и подать в суд на Лоренса за потерю заработной платы из-за травм. Она консультировалась с Кили Свишер по вопросам питания и здоровья во время ее реабилитации после травм и продолжала консультироваться до самой ее смерти.

Лоуренс, Джез, выдержал бы еще один взгляд. Мурленд остался в списке.

Мосс, Томас. Возраст 52 в TOD, 6 сентября 2057 года. Судья Суда по семейным делам. Погиб вместе с сыном Моссом Эваном, 14 лет, при взрыве заминированного автомобиля.

"Кольцо", - пробормотала Ева.

Мосс был судьей на нескольких процессах Свишера. Его жена Сюзанна консультировалась с Кили Свишер. Дела об убийствах остаются открытыми.

"Компьютер, найдите и составьте список всех судебных дел, в которых Свишер, Грант, был адвокатом при председательствующем судье Томасе Моссе.

Временные рамки для поиска?

"Во всех случаях".

Подтверждаю. Работает...

Она оттолкнулась, прошлась. Заминированный автомобиль. Не тот шаблон, не такой близкий и личный, как нож к горлу. Но военная техника убийства. Тактика террористов. Итак, в пределах параметров профиля.

В тот раз тоже забрал ребенка. Благодаря плану или обстоятельствам?

Она вернулась к компьютеру, рассматривая другие виды здоровья, которые могли быть в списке. Затем отступил. Ее подразделение пошатнулось, даже несмотря на то, что Макнаб подстроил это под присяжных. Она не доверяла ему выполнять сложные многозадачности.

"Даллас". Пибоди подошла к двери. "Я получил щелчок. Я думаю. Социальный работник, связанный с некоторыми делами Свишера. Задушена в своей постели в прошлом году. Следователи пристально посмотрели на парня, у них были некоторые проблемы, но не смогли его вычислить. Дело все еще открыто. В ее квартире не было никаких признаков взлома. Ни сексуального насилия, ни доказательств кражи со взломом. Ручное удушение. Никаких следов присутствия кого-либо, кроме соперницы, парня и коллеги, у которых обоих было алиби."

"Кто это сделал?"

"Ах..." Она подняла свою записную книжку. "Детективы Говард и Литтл из шести-два".

"Пометьте их, получите все, что у них есть. И проверьте данные жертвы. Узнай, была ли она на одном из дел Свишера с судьей Моссом, Томасом, на скамье подсудимых."

"Ты тоже получил удар".

"Это выглядит именно так".

Поиск завершен.

Ева повернулась к своему экрану. "Показ. Ладно, у Мосса и Свишера было много совместных дел. Мы пересечем это с вашей борьбой. Как это называется?"

"Карин Дюберри, 35 лет, TOD, не замужем, детей нет".

"Лейтенант? Прости." Один из ее детективов подошел к двери. "У вас пара посетителей. Миссис Дайсон и адвокат."

Ева подобрала свои волосы. Она была разгорячена, подумала она, но не могла отложить это. "Отнеси их в гостиную. Я буду там. Пибоди, перекрестись. Обработайте этот список на предмет имен, имеющих подготовку или связи, которые мы ищем. Я вернусь, как только разберусь с этим ".

Она позвонила в офис Миры, оставила сообщение ее администратору, когда сказала, что доктор на приеме. Стиснув зубы, Ева решила, что ей придется справиться с этим в одиночку.

Она нашла Дайсона в том, что центральные копы с любовью - или саркастически - называли гостиной. Это был шаг вперед по сравнению с закусочной в том, что касается фактора шума, и шаг вниз по выбору блюд. Что, учитывая закусочную, мало о чем говорило.

Дайсон сидела за одним из круглых столов, склонив голову близко к голове Дейва Рэнгла. Они оба выглядели так, словно знавали гораздо лучшие дни.

"Миссис Дайсон, мистер Рэнгл. Я ценю, что вы нашли время прийти ".

Дженни Дайсон села прямо. "Я планировал прийти сегодня, еще до того, как получил твое сообщение. Сначала я хотел бы спросить вас, есть ли какой-либо прогресс в расследовании."

"У нас есть, как мы полагаем, пара хороших зацепок. Мы преследуем их. На самом деле, мистер Рэнгл..."

"Дэйв", - сказал он ей.

"Дэйв, если бы я мог поговорить с тобой несколько минут, когда мы закончим здесь, я был бы признателен".

"Конечно".

Ева села. "Вы здесь как законный представитель миссис Дайсон или как партнер мистера Свишера?"

"Оба. Я в курсе, как и вы, что Дженни и Мэтт были назначены законными опекунами Койла и Никси, если что-то случится с Грантом и Кили. Я... " Он покачал головой. "Как у нее дела? Как дела у Никси? Ты знаешь?"

"Она торгует. Она консультируется. Она в безопасности ".

"Если бы ты мог каким-то образом сообщить ей, что она в моих мыслях. Мой и всех в офисе. Мы... " Он замолчал, когда Дженни накрыла его руку своей. "Я вернусь к этому позже. Мы здесь в это время, чтобы обсудить опекунство ".

"Мы не можем забрать ее", - выпалила Дженни.

"Ради ее собственной безопасности, а также безопасности этого расследования, я бы не смог передать ее вам в настоящее время. Однако..."

"Никогда".

"Мне жаль. Что?"

"Дженни". Дэйв говорил с ней мягко, и когда его взгляд вернулся к

Ева, это было полно печали и сожаления. "Дженни попросила меня представлять ее интересы при расторжении опеки. Она и Мэтт чувствуют, что не могут выполнить условия. Я согласился начать процесс и сегодня подам заявление в суд по семейным делам ".

"У нее никого нет".

"Мой ребенок мертв". Дыхание Дженни вырвалось наружу, ворвалось внутрь. "Мой ребенок мертв. Мой муж опустошен настолько, что я не могу выразить это словами. Сегодня мы хороним ее, нашу Линни, и я не уверен, что он продержится до конца службы ".

"Миссис Дайсон."

"Нет. Нет! Ты послушай."

Ее голос повысился так, что другие копы в комнате оглянулись, взвешивая ситуацию.

"Мы не можем забрать ее. Этого не должно было случиться. Если бы произошел несчастный случай, мы бы вмешались, мы бы забрали Никси и Койла ".

"Но это было убийство, так что ты не будешь?"

"Лейтенант", - начал Дейв, и его снова заставили замолчать.

"Не могу. Мы не способны на это. Мой ребенок мертв ". Она прижала обе руки ко рту. "Мы любили Кили и Гранта, этих детей. Мы были почти как семья ".

"Осколки семьи, которые оставила Никси Свишер, не проявляют интереса к обеспечению ее благосостояния", - вставила Ева. "Была причина, по которой вас назвали хранителями".

"Ты думаешь, я этого не знаю?" Слова вырвались сами собой. "Что я ничего не чувствую к этому ребенку, даже несмотря на мое собственное горе? Часть меня хочет подойти к ней, заключить ее в свои объятия и держаться за нее. В этой части меня мои руки болят от желания обнять ее. Но другая часть едва может произнести ее имя. Не могу вынести мысли о том, чтобы увидеть ее, прикоснуться к ней ".

Слезы потекли по ее щекам. "Часть меня не может перестать думать, что это должна была быть она, а не мой ребенок. Сегодня мы должны были хоронить ее, а не мою Линни. Я могу ненавидеть эту часть себя, лейтенант, но она есть." Она прерывисто вздохнула. "Это всегда будет здесь. Я никогда не смогу смотреть на нее, не задаваясь вопросом, почему, без желания. И мой муж... Я думаю, это свело бы его с ума ".

"Ничто из того, что произошло той ночью, не является ее виной".

"О, я знаю это. Я знаю это. Но мне интересно, сколько времени, если бы я сделал то, о чем просили Кили и Грант, мне потребовалось бы, чтобы заставить ее винить себя. Я должна идти." Она поднялась на ноги. "Я нужна моему мужу".

"Дженни, не могла бы ты уделить мне несколько минут с лейтенантом".

"Потратьте столько времени, сколько вам нужно. Я сам доберусь домой. Прямо сейчас я хочу побыть один. Я просто хочу побыть сам по себе ".

"Я не знаю, должна ли она быть такой". Дейв попытался встать, когда она поспешила к выходу.

"Подождите". Она достала свой коммуникатор, назвала имя Дайсона, описание, свое текущее местоположение и попросила команду в штатском следовать за ней, чтобы убедиться, что она благополучно добралась до дома.

"Она хороший человек, лейтенант. Я знаю, как это, должно быть, вам кажется, но ей стоит отказаться от этого ".

"Так и должно быть. Разве ваши иски в суде по семейным делам не защищают права ребенка?"

"Ради семьи - и ради того, что в наилучших интересах. После разговора с Дженни, после встречи с Мэттом, я не могу утверждать, что пытаться заставить их соблюдать соглашение в наилучших интересах Никси ".

"Вы могли бы подождать несколько дней, посмотреть, передумают ли они".

"Я должен подать документы по ее просьбе. Но я могу немного замедлить ход событий. И я это сделаю. Но я могу сказать вам, что они не изменят своего мнения. Они покидают город после похорон. Они уже договорились о переезде на север штата вместе с ее семьей. Мэтту дали отпуск, и она закрыла свою практику. Это..."

Он поднял руки, позволил им снова упасть, когда он откинулся назад. "Жизни, которые у них были, разрушены. Они могут построить еще один - я надеюсь, что они это сделают. Но это уже никогда не будет прежним. Никси - часть того, что они потеряли. У них не может - не будет - такого напоминания. Я сделаю для Никси все, что смогу. Я, вероятно, смогу добиться временной опеки. Я поговорю с кровным родственником, который у нее остался, посмотрим, правильное ли это направление ".

"Мне нужно, чтобы вы держали меня в курсе любого движения или прогресса в разрешении вопроса об опекунстве".

"Я сделаю. Боже мой, мне жаль. Болен и сочувствую всем. Слушай, могу я тебе что-нибудь принести? Мне нужно немного воды. Нужно включить блокиратор. У меня начинается головная боль ".

Разве не все мы, подумала она. "Нет, я в порядке. Продолжай ".

Он встал, подошел к автомату за бутылкой воды. Когда он вернулся, он проглотил маленькую таблетку, запил ее.

"Лейтенант, Дайсоны - хорошие люди. Дженни дорого обходится уход от Никси, от обещания, которое она дала людям, которых любила. Она никогда не простит себя за это, но у нее просто ничего не осталось. А Мэтт, он разбит на куски. Мне самому нелегко держать себя в руках ".

"Мне нужно, чтобы ты сделал именно это. Мне нужно спросить вас о некоторых делах Гранта Свишера."

"Все, что я могу тебе сказать". Он выпил еще воды, закрыл бутылку пробкой. "Если я не могу, Шаде может. У нее мозг, как материнская плата ".

"Дела, в которых председательствовал судья Т. Мосс".

"Судья Мосс? Он был убит несколько лет назад. Ужасная трагедия. И его мальчик тоже. Заминированный автомобиль. Они так и не поймали того, кто это сделал ".

"Я в курсе этого. Можете ли вы вспомнить какие-либо дела, что-нибудь, что выделяется, где Свишер был официальным адвокатом, Мосс на скамье подсудимых, а соцработник по имени Карин Дуберри была вовлечена?"

"Дюберри". Он потер заднюю часть шеи, сосредоточившись. "Что-то смутно знакомое, но я не знаю никого с таким именем. Держись".

Он потянулся к своей карманной ссылке. Через несколько секунд Шаде появился на экране. "Грант работал с представителем GPS, Карин Дюберри?"

"Тот, кого задушили в прошлом году?"

"Я не..." Он посмотрел на Еву, получил кивок. "Да".

"Конечно. Они были на делах - одной стороны и противоположных. Почему?"

"Как насчет того, чтобы они оба предстали перед судьей Моссом?"

"Должен был, я бы подумал. Шансы в пользу. В чем дело, Дэйв?"

"Я не знаю".

"Возражаешь?" Спросила Ева, и прежде чем он смог ответить, сама перешла на 'связь. "Лейтенант Даллас. Помните ли вы какие-либо угрозы со стороны кого-либо из участников дела, в котором были замешаны Мосс, Дуберри и Свишер?"

"Ничто не рождается. У вас есть копии материалов дела. Там были бы заметки. Господи, это как-то связано? Вы думаете, что люди, которые убили Гранта, взорвали судью Мосс, убили соцработника?"

"Я изучаю это. Ты будешь рядом, если мне снова понадобится с тобой поговорить."

"Ты можешь на это рассчитывать".

Ева вернула ссылку обратно.

"Спасибо, Шаде. Я заеду за тобой в два тридцать." Он отключил 'связь. "Мы идем на похороны вместе. Послушайте, лейтенант, я могу сам просмотреть материалы дела. Посмотри, не вспомнит ли кто-нибудь из них о какой-нибудь болтовне во время кофе-брейка. Мы с Грантом много ворчали друг на друга. Вы знаете, партнеры ".

"Да, я знаю партнеров. Если вспомните что-нибудь, свяжитесь с нами ".

"Я сделаю. Я подумал, прежде чем уйти... Я подумал, не могли бы вы подсказать мне, когда я мог бы провести мемориал? Я думал, что как партнер Гранта, как их друг, я все устрою. Я бы хотел поговорить с Никси, убедиться, что мы сделаем это так, чтобы ей было как можно проще ".

"Тебе нужно немного повременить. Я не могу позволить ей присутствовать на похоронах, пока мы не убедимся, что ей больше ничего не угрожает ".

"Хорошо, но не могли бы вы просто..." Он поднял свой портфель, открыл его. "Это фотография, которую Грант держал на своем столе. Я думаю, она бы этого хотела ".

Ева посмотрела вниз на четыре улыбающихся лица, семья, сгруппированная вместе на, казалось бы, обычной фотографии на пляже. Рука отца обвилась вокруг плеча сына - рука тянется, чтобы положить на руку жены, другой он притягивает дочь обратно к себе. Мать, обнимающая сына за талию - пальцы зацепились за шлевки джинсов ее мужа. Другой рукой она держит свою дочь.

Счастливый, подумала она, беззаботный летний день.

"На самом деле, я взял это. Это был один из тех выходных, которые они проводили на пляже. Помню, я сказал: "Эй, дай мне опробовать мою новую камеру. Вы, ребята, соберитесь вместе". Они двигались вместе просто так. Широко улыбается". Он прочистил горло. "Это были хорошие выходные, и Гранту действительно понравилась эта картина. Господи, я скучаю по нему ".

Он замолчал, покачав головой. "Никси, я думаю, Никси хотела бы это иметь".

"Я позабочусь, чтобы она это получила".

Когда он ушел, она сидела там, любуясь летним моментом, этим замороженным кусочком беззаботного семейного веселья. Они не знали, что другого лета не будет.

Каково это - иметь такого рода связь? Такая солнечная непринужденность, как в семье? Расти, зная, что рядом были люди, которые могли положить руку тебе на плечо, дотянуться до твоей руки. Оберегать тебя?

Она никогда этого не знала. Вместо этого она выросла, зная, что есть люди, которые причинят тебе боль, просто ради спортивного интереса. Избивал тебя, насиловал тебя, ломал тебя, потому что ты был слабее.

Пока ты не стал сильнее, пока не наступил тот безумный момент, когда нож оказался в твоей руке. И ты использовал это, пока твоя кожа, твое лицо, твои руки не стали скользкими от крови.

"Ева".

Она вздрогнула, уронила фотографию и уставилась на Миру. Мира села, повертела фотографию на столе, чтобы изучить ее. "Прекрасная семья. Посмотри на язык тела. Любящая и прекрасная семья ".

"Больше нет".

"Нет, ты ошибаешься. Они всегда будут семьей, и такие моменты, как этот, продлевают это. Это утешит Никси ".

"Это принес партнер отца вместе с Дженни Дайсон. Она и ее муж расторгают опекунство. Они не заберут ее ".

"Ах". Звук вышел как вздох, когда Мира откинулась на спинку стула. "Я этого боялся".

"Ты предполагал что-то вроде этого?"

"Боялась, " повторила она, " что они могут почувствовать себя неспособными, не желающими принимать Никси в свой дом. Она слишком сильное напоминание об их потере ".

"Что, черт возьми, ей теперь делать? Оказаться в системе, потому что какой-то сукин сын решил расправиться с ее семьей?"

Мира накрыла рукой кулак, который Ева сжала на столе. "Возможно, в наилучших интересах Никси отдать ее в приемную семью или к родственнику, если это возможно. Хотя она является напоминанием о потере для Дайсонов, они также были бы напоминанием для нее. Она все еще переживает чувство вины выжившего, а также свой шок, свое горе, свои страхи ".

"Брось ее с незнакомцами, а потом крути колесо", - с горечью сказала Ева. "Посмотрим, повезет ли ей и заполучит ли она кого-нибудь, кому действительно пофиг, или не так повезет и она заполучит того, кто занимается этим просто ради гонорара".

"Она - это не ты, Ева".

"Нет, она, клянусь Богом, не такая. Это даже не близко. Может быть, ей приходится хуже, чем мне ".

"Как?"

"Потому что у нее было это". Ева положила руку на фотографию. "А теперь она этого не делает. Ты пришел со дна ямы, и нет другого места, кроме как подняться. Ей предстоит долгий путь, по которому она может спуститься ".

"Я помогу. Что касается процесса ее устройства, поиска подходящей семейной ситуации для нее, я приложу все усилия. Твоей тоже не повредило бы ".

"Да". Она откинула голову назад и на мгновение, всего на мгновение, закрыла глаза. "Я не могу думать об этом сейчас. У нас есть несколько зацепок, которые могут сработать ".

"Было ли что-то еще, о чем тебе нужно было поговорить со мной?"

"Нужно пройтись и поговорить". Она поднялась и рассказала Мире об инциденте с Никси и комиссией по расследованию убийств.

"Мы поговорим об этом на нашей следующей сессии".

"Прекрасно, хорошо. Мне нужно пойти и расспросить Янси о фотороботе ".

"Удачи".

Ей бы не помешало немного, подумала Ева, поймав скольжение. Пришло время, когда немного удачи улыбнулось ей.

14

ОНА НАШЛА ЯНСИ В МАЛЕНЬКОМ СТЕКЛЯННОМ КОНФЕРЕНЦ-зале в его секторе, где он пил станционный кофе с Офелией. ЛК носил те же перья и раскраску, что и предыдущей ночью. В резком освещении она выглядела так, как, по мнению Евы, всегда выглядели танцовщицы при дневном свете - немного поношенно, немного безвкусно и не особенно привлекательно.

Но Янси болтал с ней, флиртовал.

"Итак, мудак говорит мне, что хочет, чтобы я спел. Говорит, что это единственный способ, которым он может наломать дров. Хочет, чтобы я спел "Боже, благослови Америку". Ты можешь считать?"

"Что ты сделал?"

"Что ты думаешь? Я пою. Мелодия у меня в порядке, но в основном мне нужно придумать слова. Даю ему подрочить, и он поет со мной, подправляя слова. Вот мы и здесь, зажатые в дверном проеме, танцуем дуэтом ".

"Что случилось?"

"Он встал, сел и, примерно в третий раз отыграв мелодию, вышел. После этого стал постоянным посетителем. Каждый вечер вторника мы устраивали себе представление. Я тоже купил себе красно-бело-синюю форму. Дай ему еще немного взбучки за его деньги ".

"В вашей работе вы видите много персонажей".

"Милая, ты была на прогулке столько же, сколько и я, нет ничего, чего бы ты не видела. Почему только на прошлой неделе ..."

"Извините меня". Голос Евы был твердым, как обожженная земля. "Извините, что прерываю вашу беседу, но мне нужно на минутку увидеть детектива Янси. Детектив?"

"Скоро вернусь, Офелия".

"Ооо, она выглядит достаточно злобно, чтобы грызть камни и плевать камешками тебе в глаза". Офелия, понизив голос, подмигнула Янси. "Ты следи за своей прекрасной задницей".

В ту минуту, когда они были снаружи, дверь за ними закрылась, Ева ворвалась внутрь. "Какого черта ты делаешь? Пьет кофе, болтает о своих подвигах на прогулке."

"Я согреваю ее".

"У нее была кровать, ее еда, ее развлечения, любезно предоставленные полицией Нью-Йорка. Если вы спросите меня, она сейчас достаточно теплая, чтобы вспотеть. Мне нужны результаты, детектив, а не забавные анекдоты для вашего досье."

"Я знаю, что я делаю, ты нет. И если ты собираешься сорвать мне новый, подожди, пока я не закончу ".

"Я назначу это - как только ты скажешь мне, когда, черт возьми, ты собираешься закончить".

"Если у меня не будет чего-то, что ты сможешь использовать через час, у меня это вообще не будет".

"Сделай это. Пойми это. Принесите это в конференц-зал C."

Они отвернулись друг от друга. Ева ушла, игнорируя заинтересованные стороны за партами и кубиками.

Когда она сама прибыла в конференц-зал, Пибоди уже была там, готовилась. По крайней мере, она не забыла об обязанностях помощника.

"У меня есть для тебя три имени, Даллас, которые соответствуют параметрам нашего профиля".

"По крайней мере, кто-то сегодня делает то, что должен".

Пибоди немного прихорашивалась, расставляя диски с надписями. "Один все еще живет в городе, другой все еще активен и базируется в Фортдраме в Бруклине. Последний является совладельцем студии боевых искусств inQueens, и она указана как деловая и личная."

"Все по-прежнему в Нью-Йорке. Удобно. Что у них было за дело со Свишером?"

"Первый, сержант в отставке, был клиентом - разведенный, с детьми. Свишер заключил с ним достаточно приличную сделку, по крайней мере, если смотреть со стороны. Разумный раздел имущества супругов, свободное посещение несовершеннолетними детьми."

"А где жена?"

"Вестчестер. Снова женился. Супруг был клиентом второго. Сделка по опеке. Она заявила об эмоциональном и физическом насилии, и Свишер обвинил его в этом. Супруг получил полную опеку и жалящий процент от ежемесячного содержания парня на ребенка. Она переехала в Филадельфию, статус одинокого родителя."

"Потерял жену и детей, и должен был за это заплатить. Это тебя разозлит. Последний?"

"Аналогичная сделка, как и во втором случае, с женой - клиенткой Свишера - дающей показания тайно. Регулярное и последовательное насилие, о котором заявляли в течение двенадцати лет. Двое несовершеннолетних детей. Ее документация была шаткой, но Свишер справился с этим. И она ушла в ветер".

"Она пропала?"

"Никаких записей о ней или детях на следующий день после того, как суд вынес решение в ее пользу. У меня пока нет всех подробностей, но, похоже, она сбежала. Или..."

"Он добрался до нее. Какие-нибудь документы на нее?"

"Сестра подала заявление о пропаже человека. Активно преследуемый. Сестра и семья переехали в Эбраску ".

"Небраска? Кто живет в Эбраске?"

"Очевидно, они это делают".

"Да, с коровами и овцами".

"Родители тоже живут там. Пропавшая женщина и родители ее сестры. Не коровы и овцы - хотя я уверен, что в Эбраске есть много родительских сельскохозяйственных животных ".

Эта мысль на самом деле вызвала дрожь. "Мне не нравится думать об этих вещах. Коровы, бьющие друг друга в поле. Странно."

"Что ж, если они этого не сделают, все, что у нас есть, создано человеком ..."

"Не ходи туда. Это почти хуже. Какой-то ученый создает их в лаборатории." Ее голос потемнел. "Однажды они совершат ошибку - большую ошибку - и коровы-клоны-мутанты взбунтуются и начнут поедать людей. Подожди и увидишь".

"Однажды я видел это видео, где эти свиньи-клоны развили интеллект и начали нападать на людей".

"Видишь?" Она ткнула пальцем в воздух. "От видео к реальности - один маленький, скользкий шаг. Молю Бога, чтобы мне не пришлось ехать в Эбраску ".

"Я был там. На самом деле это очень мило. Несколько хороших городов, и сельская местность интересная. Все эти кукурузные поля".

"Кукурузные поля? Кукурузные поля? Знаете ли вы, что может скрываться на кукурузных полях - что может скрываться в кукурузе? Ты думал об этом?"

"Нет, но я сделаю это сейчас".

"Найди мне хороший темный переулок. Ладно." Она отбросила это, посмотрела на доску убийств, которую Пибоди установила для брифинга. "Мы поговорили со всеми тремя парнями, которых ты прикончил. Мы посещаем следователей по делам Дюберри и судьи Мосса, и мы просматриваем отчет о пропаже людей и это досье. Я хочу поговорить с главным по делу об убийстве с целью ограбления. Доктор скорой помощи, вывезена на парковку ее больницы. У них за это есть парень, но она тоже согласилась на сделку с Киркендаллом по опеке. Мы повторно допрашиваем всех свидетелей по этим делам, recanvass. И если мы когда-нибудь получим чертов фоторобот Янси, мы найдем совпадение ".

"Эскизы Янси - золото", - напомнила ей Пибоди. "Если он вытащит приличное описание из LC, мы сможем запустить его через систему, ввести имя".

"Шаг за шагом". Она оглянулась, когда вошли Фини с Макнабом. Она поймала многозначительный взгляд, который Макнаб послал Пибоди, и попыталась проигнорировать его. Они были на стадии объятий в своих отношениях - новые сожители. Она не была уверена, что это говорило о ней, зная, что она почувствует облегчение, когда они вернутся к нападкам друг на друга.

"Дотронься своими руками или своим большим, глупым ртом до моего партнера в этой комнате, Макнаб, я вырву эти дурацкие обручи из твоих ушей, чтобы кровавые полоски от мочки разлетелись по комнате".

Рефлекторно он поднес руку к уху и увидел квартет ярко-синих колец.

Фини покачал головой, что-то тихо сказал Еве. "Сейчас, спросите вы меня, возбужденнее, чем до того, как они стали жить вместе. Хотел бы я, чтобы они начали бить друг друга, как раньше. Это дерьмо становится жутким ".

Это было хорошо, подумала Ева, иметь в команде кого-то, кто проявил здравый смысл. В знак солидарности она хлопнула его по одному из сутулых плеч.

Когда Бакстер и Трухарт прибыли, им принесли кофе и обновленные файлы.

"Детектив Янси должен скоро присоединиться к нам", - начала Ева. "Если остроумие проявится, у нас будут лица. Между тем, мы нашли связи ".

Используя доску и экран, Ева проинформировала команду о потенциальных связях между Свишерами и двумя другими жертвами.

"Если этот же человек или люди убили или организовали убийство Мосса, Дуберри и семьи Свишер, мы можем видеть по временным рамкам, что эти убийства не только тщательно спланированы, но и что человек или люди, стоящие за ними, контролируются, терпеливы, осторожны. Это не загулявший психопат, а целеустремленный человек, выполняющий миссию. Тот, у кого есть собственные связи, навыки и / или деньги или ресурсы, чтобы нанять тех, у кого есть навыки. Он работает не в одиночку, а в составе хорошо отточенной команды ".

"Убийцы полицейских", - сказал Бакстер без всякого своего обычного юмора.

"Убийцы копов", - подтвердила Ева. "Но тот факт, что они были полицейскими, не имел значения. Они были препятствиями, не более того ".

"Но не сопутствующий ущерб". Трухарт выглядел удивленным, даже слегка смущенным, осознав, что произнес это вслух. "Я имею в виду, лейтенант, что детективы Найт и Престон не были случайными свидетелями или невинными жертвами с точки зрения убийц. Они были тем, кого, я думаю, мы могли бы назвать вражеской охраной?"

"Согласен. Это маленькая, очень личная война. С очень конкретными целями. Одна из этих целей не была достигнута. Никси Свишер." Она вывела на экран идентификационное изображение ребенка.

"Учитывая то, что мы знаем, мы можем предположить, что выживший не представляет для них угрозы. Она ребенок, который не видел ничего, что могло бы привести к установлению личности людей, убивших семью. В любом случае, о том, что она видела, что она знала, уже сообщалось. Ее смерть ничего не дает. Вероятно, они похитили Мередит Ньюман, вероятно, они допрашивали ее под давлением и выяснили, что выжившая ничего не знала, что привело бы нас к их личности."

"Но они не придали этому значения". Бакстер изучал ребенка. "Они не двигаются дальше, считайте, что это сделано. Они проводят другую операцию, чтобы попытаться найти и устранить ее, а вместо этого убивают двух полицейских ".

"Миссия не завершена, следовательно, миссия не была успешной. Чего они хотели от Свишеров?"

"Их жизни", - ответил Бакстер.

"Их семья. Разрушение их семьи. Ты забираешь мое, я заберу твое. Таким образом, они продолжают охотиться за последним оставшимся участником, иллюстрируя потребность в завершении, в совершенстве, в выполнении работы. С убийством Найта и Престона было отправлено сообщение. Они вступят в бой с врагом, они устранят препятствия. Они завершат свою миссию ".

"Черта с два они это сделают", - озвучил Фини.

"Черт возьми, они это сделают. Детектив Пибоди?"

Пибоди вздрогнула, моргнула, глядя на Еву. "Сэр?"

"Проинформируйте остальных членов команды о результатах вашего недавнего поиска".

"Аааа". Она прочистила горло и поднялась. "По приказу лейтенанта Даллас я провел поиск любых лиц, соответствующих нашему текущему профилю, которые были вовлечены в судебный процесс или дело, в которое входили Свишер, Мосс и Дуберри. В результате поиска были обнаружены три человека. Первый, Дональдсон, Джон Джей, сержант морской пехоты США, в отставке."

Она вызвала изображение и данные на экран и передала подробности дела о разводе.

"Выглядит как моряк". Бакстер пожал плечами, когда Ева нахмурилась, глядя на него. "Так мой дедушка называл морских пехотинцев. Он служил в регулярной армии во время Урбанов."

"Ты и Трухарт возьмете на себя руководство. Возможно, он не был удовлетворен решением суда. Пибоди, следующая."

"Следующий - Глик, Виктор, полковник-лейтенант армии США, действующий и базирующийся в Фортхамилтоне, Бруклин".

Когда Пибоди закончила с данными, Ева указала на Фини. "Вы с Макнабом собираетесь на какую-нибудь полевую работу в Бруклине?"

"Может сделать. Я собираюсь с удовольствием посмотреть, что армия сделает с нашей модной табличкой E-Division ".

"Мы с Пибоди возьмем последнее. Пибоди?"

"Киркендалл, Роджер, сержант армии США, в отставке".

Когда данные были получены, она села с явным облегчением.

"Киркендалл", - продолжила Ева, - "также имеет связь с бренеганкой Джейнин, которая была зарезана на парковке возле медицинского центра, где она работала врачом скорой помощи. Для этого у них есть парень, но на это стоит посмотреть. Бакстер, свяжись с расследователями по этому поводу. Посмотрим, зазвенит ли что-нибудь".

"Ты думаешь, они наняли кого-то, чтобы напасть на доктора?"

"Нет. Они слишком умны, чтобы нанять какого-то наркомана и оставить его в живых после. Просто покрываю всю землю. Нам понадобится разрешение, чтобы получить полные военные записи этих трех человек ", - добавила Ева. "Что, давайте посмотрим правде в глаза, будет непросто. Я начну пробиваться через бюрократическую волокиту там. Пока я не разберусь с этим сам, я хочу, чтобы ты поговорил с главным по делу Дуберри."

Она остановилась, когда вошел Янси.

"Лейтенант". Он подошел, протянул ей диск. "Как приказано".

"Присаживайтесь, детектив. Расскажи нам вкратце ".

Она сама подключила диск, вызвала изображения на два экрана.

На каждом экране появилось почти одинаковое лицо. Прямые, жесткие, светлые брови, коротко подстриженные волосы. Губы были твердыми, носы резко очерчены.

Уши прижаты к голове, отметила она. Глаза холодные и бледные. По ее оценке, им обоим было чуть за пятьдесят.

"Свидетель был готов сотрудничать и хорошо рассмотрел обоих мужчин крупным планом. Однако у нее, по крайней мере вначале, " добавил Янси, бросив быстрый взгляд на Еву, " были проблемы с деталями. Оба мужчины были в защитных кепках и солнцезащитных очках, которые можно увидеть на следующем рисунке. Но, работая со свидетелем и добавляя вероятность определенных деталей, то есть естественного цвета глаз, учитывая светлоту бровей, формы глаз, учитывая структуру лица, мы можем предположить ".

"Насколько близко предположение?"

"Так близко, как только могу подобраться. Я проверил вероятности на них, используя данные, полученные от wit. Дело доходит до девяноста шести и перемен. Я также смог получить полнометражные композиции. Свидетель подробно вспомнил типы телосложения. Следующий набросок ".

Теперь Ева изучала двух мускулистых, хорошо сложенных мужчин, широких в плечах, узких в бедрах. Оба были одеты в черную рубашку с высоким воротом, свободные прямые брюки, спортивные ботинки и несли сумки через плечо. Янси добавил прогнозируемый рост и вес.

Рост шесть футов один дюйм и от ста девяноста до двухсот у подозреваемого номер один, пять футов одиннадцать дюймов, тот же диапазон веса у подозреваемого номер два.

"Вы уверены в этом, детектив?"

"Да, это я, сэр".

"Ни один из них не соответствует тем мужчинам, которых откопал Пибоди", - сказал Макнаб. "Тип телосложения достаточно похож на ее первого парня и на ее последнего, но лица - нет".

"Нет, это не так". И это было жестоким разочарованием. "Но это не исключает возможности того, что это были солдаты - наемники или по приказу - и что один из найденных нами людей занимает командную должность. Мы пропустим эти изображения и данные через систему, посмотрим, что мы найдем ".

Она ненадолго заколебалась. "Ты можешь принять это, Янси. У тебя был бы лучший глаз для этого ".

Окоченение спало с его плеч. "Конечно".

"Тогда давайте начнем. Ты хорошо работаешь, Янси, даже когда имеешь дело с занозой в заднице ".

"Это будет мой свидетель, сэр, или вы?" "Сделай свой выбор".

Сначала она обошла это Уитни, собрав копии всех данных вместе со своим устным. "Я сделал первый запрос в оба военных отделения для полного раскрытия записей, и, как и ожидалось при первом обращении, запрос был отклонен. Я прокладываю себе путь ко второму ".

"Предоставь это мне", - сказала ей Уитни. Он изучал эскизы. "Ты должен был бы сказать "братья". В остальном сходство слишком велико. Или ваш свидетель спроецировал сходство."

"Янси был скрупулезен. Он поддерживает композиты. "Братья" не так уж далеки от цели, сэр, учитывая слаженность командной работы. Близнецы, какими они кажутся, часто имеют тесную, почти сверхъестественную связь ".

"Мы предоставим им соседние клетки, когда вы их привезете".

Они были братьями, единым целым по убеждениям, желаниям и обучению. Машины. Хотя они были людьми, хотя они питались кровью, человечность в них была утрачена.

Одержимость одного была одержимостью другого.

Они вставали в один и тот же час каждый день, в один и тот же час уходили спать в своих одинаковых комнатах. Они ели одну и ту же пищу, поклонялись одним и тем же богам, соблюдая дисциплину и объективность.

Они разделяли одну и ту же холодную, суровую любовь друг к другу, которую каждый назвал бы верностью.

Теперь, когда один работал, пот струился по его лицу, пока он выполнял изощренные приседания и выпады на поврежденной ноге, другой сидел за командной консолью, бледные глаза следили за экранами. В комнате, где они работали, не было окон и единственной двери. В нем находился аварийный подземный выход и возможность самоуничтожения в случае угрозы их безопасности.

В нем было достаточно припасов, чтобы хватило двум мужчинам на целый год. Когда-то они планировали использовать его и как убежище, и как командный пункт, когда основное видение организации, которой они оба служили, было выполнено, и город наверху был в их руках.

Теперь это было убежище и командный пункт для более личного видения.

Они работали вместе ради более масштабного дела почти десять лет, а это более личное дело - шесть лет. Они видели, как более крупные были раздроблены, рассеяны. Но чем меньше, тем личностнее они были бы завершены. Чего бы это ни стоило.

Один остановился, с него все еще капал пот, когда он потянулся за кувшином с фильтрованной водой и электролитами.

"Как нога?" спросил его брат.

"Восемьдесят процентов. К завтрашнему дню их будет сто. Ублюдочный полицейский был быстр ".

"Теперь он мертв. Мы уничтожим больше, нанесем удары по другим локациям, но это может подождать, пока мы не поразим основную цель ".

На одном из экранов юное лицо Никси улыбалось спартанской комнате и двум мужчинам, которые хотели ее жизни.

"Они могли вывезти ее из города".

Его брат покачал головой. "Даллас хотел бы, чтобы она была рядом. Все вероятности указывают на то, что она все еще в городе. Копы приходят и уходят из дома Даллас, но вероятность того, что она приведет туда цель, невелика. Но она будет рядом ".

"Мы приводим Даллас, выясняем местоположение цели".

"Она будет готова к этому, будет ждать этого. Мы не можем торопить события. Служба безопасности и разведки Рорка может быть не хуже нашей. Так может быть лучше. Его карманы стали глубже, даже с нашими резервными фондами ".

"У них нет ничего, что привело бы к нам. Это дает нам время. Это был бы переворот, такой, который поднял бы боевой дух и вернул бы основную миссию на место, если бы местонахождение дома Рорка было нарушено, если бы его прикончили в его собственной постели, а полицейского забрали. У нас было бы послание, необходимое для перегруппировки наших членов, и информация, необходимая для завершения нашей миссии здесь ".

Человек за пультом повернулся. "Мы начнем с тактики".

Студия боевых искусств inQueens, по мнению Евы, была больше похожа на дворец. Или храм.

Вход был оформлен в сдержанном, но почему-то блестящем стиле - азиатский колорит с японскими песчаными садами, которые она никогда не понимала, гонги, аромат благовоний, глянцевый красный потолок на фоне прохладных белых стен и пола.

Столы были низкими, а сиденья - красными подушками, украшенными золотой нитью, образующей символы.

Дверные проемы были бумажными ширмами, которые она видела в азиатских ресторанах.

Женщина, которая сидела, скрестив ноги, на подушке возле аккуратного и крошечного рабочего места, кивнула, сложила ладони вместе и поклонилась.

"Чем я могу служить тебе?"

На ней была красная мантия с черным драконом, летящим по низу. Ее голова была чисто выбрита, форма черепа почему-то была такой же опрятной и блестящей, как и комната.

"Роджер Киркендалл". Ева показала свой значок.

Она улыбнулась, показав белые, ровные зубы. "Извините, мистера Киркендалла с нами нет. Могу я поинтересоваться природой вашего бизнеса?"

"Нет. Где он?"

"Я полагаю, мистер Киркендалл путешествует". Несмотря на отрывистый ответ, тон женщины не изменился. "Возможно, вы хотели бы поговорить с мистером Лу, его партнером. Должен ли я сообщить мистеру Лу, что вы хотели бы поговорить с ним?"

"Сделай это". Она повернулась, повторно осмотрела комнату. "Хорошенький удар для додзе. Должно быть, чертовски хорошо работает. Неплохо для бывшей армии ".

"Мистер Лу выйдет и сопроводит тебя. Могу я предложить вам что-нибудь перекусить? Зеленый чай, родниковая вода?"

"Нет, у нас все хорошо. Как долго вы здесь работаете?"

"Я работаю в этом качестве в течение трех лет".

"Так ты знаешь Киркендалла".

"Я не имел удовольствия встречаться с ним".

Один из экранов скользнул в сторону. Мужчина, который вышел, был одет в черную форму с черным поясом вокруг нее, набранным таким образом, что сказал Еве, что он мастер.

В его босых ногах было не больше пяти футов восьми дюймов. Как и у женщины, его голова была безволосой. И, как и она, он сложил ладони вместе и поклонился.

"Добро пожаловать сюда. Вы спрашиваете о мистере Киркендалле. Вам требуется уединение?"

"Никогда не болит".

"Тогда, пожалуйста". Он указал на отверстие. "Мы поговорим в моем кабинете. Я - Лу", - сказал он им, провожая их по узкому белому коридору.

"Даллас, лейтенант. Пибоди, детектив. Полиция Нью-Йорка. Что это за комнаты?"

"Мы предлагаем уединенные комнаты для медитации". Он поклонился мужчине в белом, который нес на подносе белый чайник с чаем и две чашки без ручек.

Ева наблюдала, как мужчина проскользнул через одну из раздвижных ширм и закрыл ее за собой.

Она уловила звуки рукопашной впереди. Шлепок плоти, глухой удар тел, шипение дыхания. Ничего не сказав, она прошла мимо Лу и направилась к другому отверстию.

Студия разбита на разделы. В одном она увидела группу из шести человек, выполняющих резкие, бесшумные движения сложной и грациозной ката. В другом несколько студентов разного ранга сражались под руководством другого обладателя черного пояса.

"Мы обучаем тайцзи, карате, тайквондо, айкидо", - начал Лу. "А также другие формы и методы. Мы предлагаем обучение новичкам и продолжение обучения и практики для опытных ".

"Вы предлагаете что-нибудь, кроме чая и медитации в этой уединенной комнате?"

"Да. Мы предлагаем родниковую воду". Он не улыбнулся и, казалось, не был оскорблен вопросом. "Если вы хотели бы осмотреть одну из наших комнат для медитации, которая в настоящее время не используется, я бы только попросил вас снять ботинки перед входом".

"Мы пока оставим это".

Он провел ее через другую дверь в небольшой, эффективный и привлекательный офис. Еще более низкие столики и подушки. Раскрашенные ширмы на стенах, одинокая белая орхидея, кланяющаяся из красного горшка.

Пространство на его рабочем столе было строго упорядочено благодаря компактному блоку d и c и миниатюрному "линку".

"Не могли бы вы присесть?"

"Стоять - это нормально. Мне нужно поговорить с Киркендаллом ".

"Он путешествует".

"Где?"

"Я не могу тебе сказать. Насколько мне известно, он много путешествует ".

"Ты не знаешь, как связаться со своим партнером?"

"Боюсь, что нет. Есть ли проблема, связанная с моим бизнесом?"

"Он указывает это как свой адрес в своих официальных данных".

"Он не живет по этому адресу". Голос Лу оставался ровным и невозмутимым. "Здесь нет места жительства. Я боюсь, что здесь какая-то ошибка ".

"Когда ты в последний раз разговаривал с ним?"

"Шесть лет назад".

"Шесть лет? Ты не разговаривал со своим партнером шесть лет."

"Это верно. Мистер Киркендалл обратился ко мне с бизнес-предложением, которое я счел интересным. В то время у меня было небольшое додзе в Инокинаве. Я получил это благодаря некоторым успехам в турнирах и дискам с инструкциями ".

"Лу. Дракон. Я узнал тебя".

На его лице была едва заметная улыбка, едва заметный поклон. "Для меня большая честь".

"Ты надрал серьезную задницу некоторым. Трехкратный золотой призер Олимпийских игр, обладатель мирового рекорда. Они используют некоторые из твоих видео в Академии ".

"Вы интересуетесь искусством?"

"Да, особенно когда это исполняет мастер. Ты был непобедим, мастер Лу."

"Боги благоволили ко мне".

"Твой фирменный удар с разворота тоже не причинил боли".

Искорка юмора засветилась в его глазах. "Иногда это причиняло боль моему противнику".

"Держу пари. Какую бизнес-возможность предоставил вам Киркендалл?"

"Партнерство со значительными средствами, это местоположение и свобода лично управлять этой школой. Его деньги, мой опыт и репутация. Я согласился ".

"Тебе не кажется странным, что он не приходил проведать тебя за шесть лет?"

"Он хотел путешествовать и не быть обремененным делами. Он, я полагаю, эксцентричен ".

"Как он получает свою долю?"

"Деловые отчеты и цифры отправляются ему в электронном виде, как и его доля прибыли, которая поступает на счет в Zurich. Мне отправлено подтверждение о получении этого. Были ли какие-либо трудности со средствами и их переводом?"

"Насколько я знаю, нет. И это все?" Спросила Ева. "Вы вообще с ним не разговариваете, не общаетесь через посредника, представителя?"

"Он был конкретен в своих требованиях к этой договоренности. Поскольку это приносит пользу мне и никому не вредит, я согласился на это ".

"Мне понадобятся документы, информация обо всех электронных переводах и коммуникациях".

"Я должен спросить о причине, прежде чем соглашаться или отказываться".

"Его имя всплыло в ходе расследования нескольких убийств".

"Но он путешествует".

"Возможно, или, может быть, он намного ближе к дому. Пибоди, покажи Лу фотографии."

Пибоди достала их из своей сумки с документами, предложила им. "Мистер Лу, ты узнаешь кого-нибудь из этих мужчин?"

"Они кажутся близнецами. И нет, они мне не знакомы ". Первый признак расстройства проявился в его значительном спокойствии. "Кто они? Что они сделали?"

"Они разыскиваются для допроса по делу о семи убийствах, включая двух детей".

Лу сделал глубокий вдох. "Трагедия, семья, несколько дней назад. Я слышал об этом. Дети. У меня есть ребенок, лейтенант. Моя жена, которая приветствовала тебя, у нас есть ребенок. Ему четыре." Теперь его глаза не были спокойными, и в них не было страдания. Они были просто холодными. "Средства массовой информации сообщают, что эта семья была у себя дома, в своих кроватях, спала. Они были безоружны, они были беззащитны. И горло этих беззащитных детей было перерезано. Это правда?"

"Да, это правда".

"Нет наказания, которое уравновесило бы эту чашу весов. Даже не в смерти."

"Правосудие не всегда уравновешивает чашу весов, мастер Лу, но это лучшее, что у нас есть".

"Да". Он на мгновение замер очень неподвижно. "Вы верите, что человек, которого я называю партнером, может быть каким-то образом причастен к этим смертям?"

"Это возможно".

"Я дам тебе все, что ты потребуешь. Делай все, что можно сделать. Мгновение." Он подошел к своему столу, отдал своему подразделению несколько команд на языке, который Ева приняла за японский.

"Когда Киркендалл ожидает услышать от вас снова, получить отчет или выплату?"

"Не раньше декабря и последнего квартала этого года".

"Вы когда-нибудь контактировали с ним иным образом? С вопросом, проблемой?"

"Это необычно, но случай был".

"Может быть, мы сможем с этим поработать. Я хотел бы послать кого-нибудь из нашего электронного отдела, чтобы он провел сканирование вашего подразделения, любого устройства, которое вы могли использовать для отправки сообщений в Киркендалл."

"Только этот, и вы можете послать офицера. Или ты можешь забрать это с собой. Я прошу прощения, что это займет несколько минут. Я распорядился о всех коммуникациях и передачах с начала партнерства ".

"Нет проблем". Он был расстроен, подумала Ева. Сдерживаясь, но борясь с эмоциями от осознания того, что он, возможно, вел бизнес, долгие годы бизнеса, с убийцей. Его сотрудничество вполне может привести их к закрытию дела.

"Мастер Лу". Она говорила с уважением, и он поднял на нее глаза. "Требуется нечто большее, чем мастерство - даже вашего уровня, - требуется нечто большее, чем тренировка и дисциплина, чтобы остаться непобежденным, добиться того, что у вас есть, ни разу не уступив противнику. Как ты это сделал?"

"Тренировка, да, навык, выработанный благодаря этой тренировке и дисциплине - как физической, так и умственной. Духовный, если хотите. И с этим - инстинкт. Предвосхищение противника и вера в то, что ты можешь, действительно должен, победить ".

Теперь он улыбнулся, быстро, очаровательно. "И мне нравится побеждать".

"Да". Ева улыбнулась ему в ответ. "Я тоже".

15

ПОЕЗДКА НА ШАТТЛЕ В ФИЛАДЕЛЬФИЮ СОВЕРШЕННО не соответствовала расписанию Рорка. Ему просто пришлось бы провести несколько долгих часов, возможно, совершить несколько поездок за город, чтобы компенсировать это. С этим ничего нельзя было поделать.

Он не мог - не стал бы - обсуждать ситуацию Никси, ее опеку, ее жизнь по 'линку или голограмме. В любом случае, он хотел встретиться лицом к лицу с Лизой Кордей, личной встречи, которая дала бы ему представление о ней, а не просто прямые справочные данные.

Его имя расчистило путь, позволив ему немедленно встретиться с ней. Он предположил, что она подумала, что он рассматривает возможность перевода ее и ее фирмы на аванс. Это можно было бы устроить.

Для него было бы достаточно просто передать часть своего бизнеса ей в качестве поддержки Никси. В конце концов, у денег есть свое применение.

У фирмы была надежная репутация - он проверил и это. И хотя характер его бизнеса был неизвестен, ему было оказано то, что он назвал VIP-обслуживанием, когда помощник Корде встретил его в черно-серебристом вестибюле, провел по мраморному полу к частному лифту.

Помощник - молодой мужчина в консервативном сером костюме - предложил ему кофе, чай, любые напитки. Рорк воображал, что ему поручили организовать доставку этого - и всего остального - тремя LC, если об этом попросят.

Это был тип поджимания носа, который его раздражал.

Офисный уровень Corday был выдержан в ярко-красных тонах и с пенящимися сливками. Множество полупрозрачных автоматических дверей и одно массивное рабочее место, укомплектованное еще пятью помощниками.

Его провели через множество дверей в то, что он признал одним из центров власти. Корде еще не добралась до углового офиса, но она была следующей на очереди.

И ждала его, стоя - стратегическая позиция - за своим L-образным черным столом, за которым виднелся городской пейзаж позади нее.

Ее фотография на удостоверении личности была хорошей, отражающей женщину. Он знал, что ей тридцать восемь. Он знал, где она делала прическу и где купила черный костюм в тонкую полоску, который был на ней надет.

Он знал, что она была бы финансово в состоянии нанять хороших поставщиков услуг по уходу за детьми, позволить себе хорошие школы. И если бы ей нужен был небольшой стимул, он предложил бы создать трастовый фонд для ухода за Никси и ее образования.

Он был готов к переговорам.

У нее было привлекательное лицо с мягкими чертами, которое она заострила с помощью незаметных улучшений. Ее волосы были светло-каштанового цвета, коротко подстриженные, с чем-то вроде треугольника на затылке.

Костюм подчеркивал хорошую фигуру, когда она обошла стол, чтобы предложить руку и приветливо улыбнуться. "Мистер Рорк. Я надеюсь, что ваша поездка прошла без происшествий ".

"Это было".

"Что мы можем вам предложить? Кофе?"

"Спасибо, если ты выпьешь немного".

"Дэвид?" Она отвернулась от ассистента, очевидно, ожидая, что он начнет действовать.

Очко в ее пользу, по мнению Рорка.

Она указала на зону отдыха, подождала, пока он выберет одно из широких черных кресел.

"Я ценю, что вы приняли меня так быстро", - начал он.

"Для меня это удовольствие. У тебя есть другие дела в Филадельфии?"

"Не сегодня".

Ассистентка поспешила к нему с подносом, на котором были кофейник, чашки и блюдца, маленькая вазочка с кусочками сахара и маленький кувшинчик с тем, что могло быть настоящими сливками.

"Спасибо тебе, Дэвид. Отвечайте на мои звонки. Итак, как бы ты отнесся к своему кофе?"

"Просто черный, спасибо. Мисс Корде, я понимаю, что ваше время ценно".

Ее улыбка была непринужденной, когда она скрестила ноги. "Я рад вложить в это столько, сколько вам нужно".

"Ценю". Он принял кофе и отказался от удобств. "На самом деле я здесь по личному вопросу. Я здесь от имени вашей племянницы ".

Ее глаза, такие же спокойные карие, как и ее волосы, встретились с его. Брови над ними поднялись в недоумении. "Моя племянница? У меня нет племянницы ".

"Никси, дочь твоего сводного брата".

"Мой сводный брат? Я полагаю, вы говорите о ..." Он почти мог видеть, как она листает свои файлы в поисках имени. "Даруй. Мой отец был женат на его матери короткое время. Боюсь, я не считаю его своим сводным братом ".

"Вы знаете, что он, его жена и его сын были недавно убиты?"

"Нет". Она поставила свой кофе. "Нет. Боже, это ужасно. Как?"

"При вторжении в дом. Они были убиты вместе с молодой девушкой, которая провела ночь с их дочерью, с Никси. Никси была не в своей спальне, а в другой части дома и выжила ".

"Мне очень, очень жаль это слышать. Чрезвычайно сожалею. Я кое-что слышал в средствах массовой информации об этих убийствах. Боюсь, я не собрал это воедино. Я не видел Гранта и не контактировал с ним годами. Это шокирует ".

"Мне жаль говорить вам это таким образом, но сейчас я беспокоюсь о Никси".

"Я немного сбит с толку". Она покачала головой, прикоснулась пальцами к мелкому жемчугу у себя на шее. "Вы знали Гранта?"

"Я этого не делал, нет. Мое участие во всем этом произошло после убийств ".

"Я понимаю". Эти спокойные глаза заострились. "Ваша жена работает в полиции Нью-Йорка, не так ли?"

"Она такая, да. Это ее случай ". Он немного подождал, но она не спросила, каков статус этого дела. "На данный момент Никси находится в неизвестном месте, под охраной. Она не может оставаться там бесконечно ".

"Конечно, защита детей ..."

"Ваш сводный брат и его жена назначили законных опекунов, но обстоятельства не позволяют этим опекунам выполнить соглашение. В результате у этого ребенка нет никого, кто знал бы ее семью, никого, кто был бы связан с ними, с ней, чтобы заботиться о ней. Я здесь, чтобы попросить вас подумать об этом ".

"Я?" Ее голова откинулась назад, как будто он дал ей пощечину. "Это невозможно. Об этом не может быть и речи ".

"Ср. Корде, ты самое близкое, что у нее есть к семье на планете ".

"Вряд ли это семья".

"Тогда ладно. Связь с семьей. И ее семья была убита, практически у нее на глазах. Она ребенок, скорбящий, испуганный и невинный ".

"И я сожалею, искренне сожалею о том, что произошло. Но это не моя ответственность. Я за нее не отвечаю ".

"Тогда чей?"

"Для подобных обстоятельств не просто так существует система. Честно говоря, я не понимаю вашего участия или почему вы пришли сюда, ожидая, что я возьму на воспитание ребенка, которого я даже никогда не видел ".

Он знал, когда сделка сорвалась, и когда лучше всего было с ней расстаться. Но он не мог заставить себя. "Твой сводный брат..."

"Почему ты настаиваешь на том, чтобы называть его так?" Раздражение прорвалось в ее голосе. "Мой отец был связан со своей матерью менее двух лет. Я едва знал этого человека. Мне не было интересно знать ни его, ни его семью ".

"У нее никого нет".

"Это не моя вина".

"Нет. Это вина мужчин, которые вошли в ее дом, перерезали горло ее родителям, ее брату, ее юной подруге. Так что теперь у нее нет дома ".

"Это трагедия", - согласился Корде без эмоций. "Тем не менее, я не заинтересован вмешиваться, чтобы спасти положение - даже ради возможности "Рорк Индастриз" стать клиентом, и я возмущен тем, что вы приходите сюда, навязывая это мне".

"Так я вижу. Ты даже не спросил, пострадала ли она."

"Мне все равно". Гнев или, возможно, просто намек на смущение окрасил ее щеки. "У меня есть моя жизнь, у меня есть моя карьера. Если бы я хотел детей, у меня были бы свои. У меня нет намерения опекать кого-то другого ".

"Тогда я совершил ошибку". Он поднялся на ноги. "Я отнял у вас слишком много времени и впустую потратил свое".

"Мать Гранта выгнала моего отца, когда мне было десять, и она была всего лишь одной из многих. По какой возможной причине я должен был бы взять на себя ответственность за его дочь?"

"По-видимому, вообще никакого".

Он вышел, больше злясь на себя, чем на нее.

Ева вышла из додзе, осмотрела улицу, отслеживая глазами припаркованные автомобили, пешеходов, уличное движение.

"Маловероятно, что они смогли бы выследить нас здесь", - сказала Пибоди у нее за спиной. "Даже если бы у них было оборудование и достаточно людей, чтобы вести круглосуточное наблюдение за центральным, они должны были бы быть действительно хорошими или действительно удачливыми, чтобы попасть в наше подразделение ".

"До сих пор они были действительно хороши и им действительно везло. В этом случае мы не играем на шансы ". Она вытащила сканер из кармана. "Это не стандартная проблема".

"Нет, это проблема Рорка. Проблема с полицией была бы тем, чего они ожидали, и они могли бы установить любое количество устройств с учетом этого ".

"Даллас, ты заставляешь меня чувствовать себя в безопасности и уюте. И голодный. Прямо по соседству есть гастроном".

"Я на некоторое время ухожу из гастронома. Мне всегда будет интересно, получает ли кто-нибудь минет в задней комнате с добавлением вегетарианского хэша ".

"О, что ж, спасибо. Теперь я отказываюсь от деликатесов, и сегодня утром у меня не было вафель. Китайская закусочная через дорогу. Как насчет яичного рулета?"

"Хорошо, только сделай это быстро".

Она провела сканирование на предмет взрывчатых веществ, устройств наведения, в то время как Пибоди поторопилась с этим. Она дернула плечом - легкий бронежилет раздражал ее, - затем скользнула в машину, когда Пибоди бросился назад.

"У меня не было Пепси".

"Что?" Ева уставилась на пакет с едой навынос. "Это Америка? Неужели я перешел на какой-то темный континент, в какую-то альтернативную вселенную?"

"Прости. Принес тебе лимонную шипучку ".

"Это просто неправильно". Ева отъехала от обочины. "Должно быть незаконно управлять предприятием общественного питания и не предлагать пепси".

"Говоря об операциях общественного питания, вы знаете, что Офелия сказала мне, что она собирается сделать с вознаграждением?"

"Если она это получит".

"Если. В любом случае, она и продавец из гастронома говорили о том, чтобы пойти туда вместе, если она когда-нибудь получит достаточно царапин. Итак, с наградой она была бы солидной. Они хотят открыть секс-клуб ".

"О, как будто в Нью-Йорке их недостаточно".

"Да, но в гастрономе секс-клуба. Это довольно инновационно. Приготовьте свою колбасу твердой, приготовьте свою жесткую колбасу, и все это в одном месте ".

"Господи, я больше никогда не буду есть в гастрономе".

"Я думаю, это может быть интересно. В любом случае."Пибоди приготовила мини-яичный рулет. "Ты хочешь, чтобы я пометил Фини, чтобы он начал пытаться отследить передачи?"

"Нет. Я возьму это. Пометьте Бакстера, скажите ему, чтобы он уделил приоритетное внимание делу Бренегана. И свяжись с командиром, узнай, удалось ли ему преодолеть бюрократическую волокиту. Сообщите ему, что Киркендалл теперь главный, и мы поручили Бакстеру расследовать закрытое дело, которое может быть связано. Нет, не "ссылка", - добавила она. "Давайте перепутаем устройства связи. Используй для этого свой личный. Затем свяжись с остальными членами команды, используя свой коммуникатор."

"Ты думаешь, они могут попытаться определить наше местоположение с помощью связи?"

"Я думаю, мы будем осторожны". Ева использовала приборную панель для обозначения домашнего адреса Сейда Талли. Ее следующая остановка.

Это было скромное здание, в нескольких минутах ходьбы от юридической фирмы. Никакого швейцара, отметила Ева. Уровень безопасности средний. Сканирование ее значка помогло им пройти - и она представила, что пара гудков на домофонах в разных квартирах сделали бы то же самое. В узком вестибюле она нажала кнопку этажа Сейда и изучила настройку.

Двойные камеры слежения - которые могли работать, а могли и не работать. Пожарная дверь, ведущая к лестнице. В единственном лифте была еще одна камера, и стандартный набор из них на противоположных сторонах этажа Сейда.

Дверь квартиры была оборудована электронным сигнализатором и надежным полицейским замком. Ева нажала на кнопку, увидела, как несколько мгновений спустя включился хевен. Щелкнули замки, и Шаде открыла дверь.

"Что-то случилось? О, Иисус, что-то случилось с Дэйвом?"

"Нет. Извините, что потревожил вас. Мы можем войти?"

"Да, да". Она провела рукой по волосам. "Думаю, я на грани. Собираюсь с силами для похорон Линни. Я никогда не был на таком в детстве. Тебе никогда не нужно было идти в один из них ради ребенка. Мы закрыли офис на день. Дэйв скоро заедет за мной ".

Квартира была красивой и светлой, модный гелевый диван, выполненный в мерцающих оттенках синего и зеленого, с небольшой обеденной зоной, установленной перед парой окон, обрамленных тканью. Недорогие плакаты с изображением некоторых достопримечательностей города украшали стены.

"Дэйв говорит, у тебя хорошая память на имена, на детали".

"Вот почему они платят мне большие деньги. Хочешь присесть? Ты хочешь... Боже, я не знаю, что у меня есть. Я не был на рынке с тех пор, как..."

"Все в порядке, у нас все хорошо".Пибоди перешла в режим комфорта. "Это милое место. Отличный диван ".

"Мне это нравится. Я имею в виду весь кадр. Это тихое здание, недалеко от работы. И когда я хочу поиграть, я могу пробежать полквартала до метро и направиться к месту действия ".

"Полноценная квартира в этом районе обходится недешево", - прокомментировала Ева.

"Нет. У меня есть сосед по комнате. Имел", - поправила она. "Джилли - стюардесса, в основном обслуживает второй маршрут Нью-Йорк-Вегас. Она ушла так надолго, что мы не стоим друг у друга на пути и не действуем друг другу на нервы ".

"Имел?" Ева подсказала.

"Она вышла на связь пару дней назад. Теперь она собирается основываться на Вегасе II, так что ... " Шаде пожал плечами. "Ничего особенного для меня. Я могу оплатить аренду сейчас на свою зарплату. Грант и Дэйв -ад. Дэйв не скупой. Я получал прибавки по ходу дела ".

Она посмотрела на себя сверху вниз. "Как ты думаешь, это правильная вещь для ношения? Может быть, это слишком болезненно. Черный костюм. Я имею в виду, похороны - это болезненно, но, может быть ...

"Я думаю, это очень уместно", - сказала ей Пибоди. "Уважительно".

"Хорошо. Хорошо. Я знаю, что беспокоиться об этом глупо. Какого черта их должно волновать, во что я одет, когда... Я пойду за водой. Хочешь немного воды?"

"Нет, продолжай". Но Ева поднялась и побрела в сторону аккуратной кухни-камбуза. "Шаде, ты помнишь дело, над которым работал Грант? Киркендалл. Его клиенткой была Диан."

"Дай мне секунду". Она достала бутылку воды из мини-холодильника, откинулась на красную от помады стойку. "Сделка о разводе и опеке. Парень избивал ее повсюду. Парень из армии - ну, к тому времени он был в отставке. Но один подлый сукин сын. У них была пара детей - мальчик и девочка. Диан наконец-то включила свою задницу, когда он занялся детьми. Ну, не сразу."

Она открыла бутылку, задумчиво отхлебнула. "Кажется, он руководил шоу, как будто он был генералом. Скорее тиран. Расписание, приказы, дисциплина. Они трое были довольно хорошо запуганы. Наконец-то она попала в приют, и один из тех, кто им управлял, порекомендовал нашу фирму. Женщина была в ужасе, серьезно в ужасе. Мы видим это иногда. Слишком много раз."

"Суд вынес решение в ее пользу".

"До конца. Грант усердно работал над этим делом." Ее глаза заблестели, и она сделала паузу, чтобы сделать большой глоток, сдерживая слезы. "Она довольно хорошо облажалась на этом пути, как и многие из них. Не вызывать полицию или говорить им, что не было бы никаких проблем, если бы им позвонил кто-то другой. Хожу по разным клиникам, чтобы она не подняла тревогу. Но Грант, он потратил много времени - тоже на общественных началах - на поиски врачей, медтехников, на психологическую экспертизу. У парня было несколько ловких адвокатов. Пытался представить это так, будто Диан была неуравновешенной, что ее травмы были вызваны как ею самой, так и результатом романов с жестокими мужчинами. Это было неуместно, особенно когда Грант вызвал Джейнин для дачи показаний ".

"Джейнин Бренеган?"

"Да". Шаде нахмурился. "Ты знал ее?"

"Почему ее показания были важны?"

"Эксперт по травмам - и она только что вывела адвокатов этого ублюдка из себя. Дал понять, что ее осмотр Диан показал постоянное и длительное физическое насилие, которое невозможно было причинить самому. Они не могли поколебать ее, и это была одна из вещей, которая действительно изменила ситуацию. Она была убита два, нет, должно быть, три года назад. Какой-то чертов наркоман пырнул ее ножом после смены. Ублюдок утверждал, что нашел ее мертвой, просто помог себе завладеть ее деньгами, но они надрали ему задницу ".

"Дайан Киркендалл получила полную опеку".

"Правильно, с ежемесячными посещениями под наблюдением. У него никогда не было шанса сделать это. Она почувствовала запах через день или два. Грант был болен из-за этого, мы все были больны. Беспокоилась, что он мог как-то добраться до нее."

"Вы полагали, что он мог совершить над ней насилие".

"Грант сделал. Копы так и не нашли никаких следов ни ее, ни детей ".

"Киркендалл угрожал чем-либо ей или Гранту?"

"Он был слишком крут для этого. Как Арктика. Никогда не вспотел, никогда не сказал ни слова, которое вы могли бы истолковать как угрозу. Но, поверьте мне, вы могли видеть, что в нем это было ".

Ева кивнула Пибоди, которая достала эскизы из своей сумки. "Вы узнаете этих людей?"

Шаде поставил бутылку на стол, внимательно посмотрел. "Нет. И я бы запомнил, если бы увидел их. Страшно. Это те люди, которые... " Она замолчала. "Киркендалл? Вы думаете, он имел какое-то отношение к тому, что случилось с Грантом и его семьей? Этот ублюдочный сукин сын!"

"У нас есть вопросы, которые мы хотели бы ему задать".

"Он мог бы это сделать", - тихо сказала она. "Он способный. Вы знаете, как вы видите кого-то или сталкиваетесь с ним на улице, и все в вас замирает? В этом его особенность. Заставляет твою кровь стыть в жилах. Но, Господи, это было так давно. Это было много лет назад. Я только начал работать в фирме, жил в однокомнатной коробке на сто седьмой улице."

"Мы проверяем несколько версий", - сказала Ева. "Спасибо за подробности по этому поводу. О, просто любопытно. Как ты нашел это место, сосед по комнате?"

"В общем, они нашли меня. Я встретил Джилли в клубе, в котором раньше зависал. Друг друга друга, что-то в этомроде. Мы поладили. Потом она сказала мне, что у нее есть это место, она искала соседку по комнате, так как ее так долго не было. Просто хотел, чтобы кто-нибудь был рядом, понимаете, чтобы в половине случаев там не было пусто. Я сломал его ".

"И это было после суда?"

"Сразу после, теперь, когда ты упомянул об этом. Всего пару недель." Рука Сейд немного дрожала, когда она потянулась за своей водой. "Почему?"

"Ты когда-нибудь говорил с Джилли о работе? О случаях? Подробности."

"Ничего конфиденциального, но да. О, черт, да. Просто широкие штрихи чего-нибудь горячего или забавного. Я говорил о деле Киркендалла - без имен. Просто о том, как усердно Грант работал над этим, как сильно он хотел получить то, что было правильным для этой бедной женщины и ее детей. О Боже, о Боже. Но мы жили здесь вместе шесть лет. Почти шесть лет."

"Я бы хотел узнать ее полное имя".

"Джилли Айзенберри", - тупо сказал Шаде. "Она пошла со мной к Гранту домой. Я не знаю, сколько раз. Она ходила туда на вечеринки, на барбекю. Она ужинала за их столом. Я связался с ней, когда это случилось, и она плакала. Она плакала, но она не вернется. Я привел ее в их дом ".

"Ты не несешь ответственности. Возможно, это ничего не значит, но если это не так, вы все равно не несете ответственности. То, что вы только что рассказали нам, может помочь нам найти людей, которые ".

Ева отступила назад, вывела Шаде из кухни. "Сядь. Расскажи нам о ней больше ".

Симпатичная женщина", - прокомментировала Пибоди. Она вывела данные и изображение Джилли Айзенберри на приборный экран, чтобы Ева могла видеть. "Тридцать восемь, смешанной расы, холост. В записях нет брака или сожительства. Работает стюардессой в орбитальном транспорте с 2053 года. Предыдущее место работы указано как-хо-хо-"

Ева, борясь с пробками, только нахмурила брови. "Хоу-хоу?"

"Я думаю, это военное восклицание. Возможно. Что соответствует, поскольку до ее работы в Orbital она была капралом Айзенберри в армии США. Отсидел двенадцать лет. Можно подумать, что из дюжины у нее получится больше, чем капрал."

"И можно подумать, дюжина лет в качестве солдата подтолкнула бы ее к чему-то другому, чем разносить напитки и раздавать видео всяким прохиндеям, направляющимся в мир азартных игр".

"Ага?"

"Еще один военный термин. Мы получаем военные записи, вы можете поспорить, что она служила с Киркендаллом где-то, когда-то."

"И такого рода совпадения..."

"Это не так. Она не меняла свои данные, не меняла свое имя, ничего. Они думали, что их не будет к тому времени, как мы зайдем так далеко, если мы вообще зайдем так далеко. У нас есть наш кто, у нас есть наше почему. Теперь мы нашли сукина сына. Даллас", - сказала она в свой коммуникатор, когда он подал сигнал.

"Юридический адъютант военной службы просит о встрече", - проинформировала ее Уитни. "Мой офис. Как МОЖНО СКОРЕЕ".

"Сейчас направляюсь к Центру, сэр".

Ева оценила движение, расстояние, затем включила сирены и поехала по горячим следам.

Пибоди все еще переводила дыхание, когда они скользнули на этаж Уитни. "Мои глаза снова опущены туда, где им положено быть? Я не люблю приходить на собрание, когда они завернуты в белое. Выглядит плохо ".

Ради всего святого, Ева хлопнула ее по спине достаточно сильно, чтобы Пибоди чуть не выкатило из глиссады. "Вот. Они вернулись ".

"Я не думаю, что это было смешно. Я не думаю, что это было смешно, особенно после того, как ты трижды чуть не убил нас, когда мы летели сюда ".

"Это было дважды, и на самом деле, он был только искалечен. Люди не уважают сирены в этом городе, вот в чем проблема. Они просто продолжают ля, ля, ля, когда машине скорой помощи нужно убраться к чертовой матери туда, куда она направляется ".

"Быстрое такси, которое ты чуть не раздавил, не ехало "ля, ля, ля". Это был скорее крик крайнего ужаса ".

"Да". Ева улыбнулась, вспомнив это. "Значит, ему следовало убраться с моего пути ко всем чертям". Она пару раз дернула плечами. "Знаешь, эта маленькая поездка меня взбодрила. Почти так же хорош, как кофе ".

Их пропустили прямо в кабинет Уитни, где ее командир и остальная команда уже были на месте. Вместе с голопроекцией женщины в белом платье.

Принарядился для этого, подумала Ева, но не мог побеспокоиться о том, чтобы присутствовать здесь лично.

"Лейтенант Даллас, детектив Пибоди, майор Фойер, Вооруженные Силы Соединенных Штатов, юридическое отделение. Майору Фойеру требуется дополнительный стимул для публикации полных военных досье на лиц, которых мы запросили ".

"Эти записи являются собственностью правительства США", - сказал Фойер отрывистым тоном. "Наш долг - защищать мужчин и женщин, которые служат".

"И у нас есть обязанность защищать граждан этого города", - вставила Ева. "В ходе расследования нескольких убийств в мои руки попала информация, которая наводит меня на мысль, что к этому причастен Киркендалл, Роджер, бывший сержант армии США".

"Раскрытие такого рода требует большего, чем вера офицера гражданского сектора, лейтенант. Пересмотренный Патриотический акт, раздел 3, принятый в 2040 году, в частности..."

"Дает правительству карт-бланш требовать и получать личные данные о любом гражданине, в то же время скрывая данные самостоятельно. Я знаю, как это работает. Однако, когда военнослужащий находится под подозрением в действиях против правительства или его граждан, эти записи могут быть переданы как военным, так и гражданским властям ".

"Ваших подозрений, лейтенант, недостаточно. Доказательства -"

"Коммандер, с вашего разрешения?"

Он поднял бровь, когда Ева шагнула к его компьютеру, затем кивнул.

Ева заказала досье на Свишеров. "Изображения жертв, места преступления, на экране".

Они вспыхнули, суровые и кровавые. "Он сделал это".

"Ты веришь..."

"Я знаю", - поправила Ева. Она заказала изображения Найта и Престона на экране. "Он сделал это. Ты обучал его, но это не в твоей власти. Он исказил свое обучение. Но это ваша вина, если вы не будете сотрудничать, если вы не поможете этому департаменту, этому расследованию. Если ты каким-либо образом помешаешь нашему преследованию Роджера Киркендалла, то следующий, кого он убьет, будет на твоей совести ".

"Ваши доказательства далеки от убедительности на данном этапе вашего расследования".

"Позволь мне рассказать тебе еще кое-что. И поскольку ты выглядишь как женщина, которая делает свою работу, не многое из того, что я собираюсь сообщить тебе, является новостью. Он владеет частью успешного бизнеса inQueens, но его партнер не видел его шесть лет. Грант Свишер представлял интересы своей жены в иске об опеке - и выиграл. Председательствующий судья Мосс был убит вместе со своим четырнадцатилетним сыном в результате взрыва заминированного автомобиля два года назад. Карин Дюберри, судебный исполнитель из Службы защиты детей, была задушена в своей квартире в прошлом году. Я полагаю, что когда я завершу расследование ножевого ранения медицинского представителя, который давал показания в пользу миссис Киркендалл, мы обнаружим, что Киркендалл также был ответственен за эту смерть ".

"Косвенные обстоятельства".

"Чушь собачья, майор. Джилли Айзенберри, бывший капрал армии США, до недавнего времени была соседкой по комнате Сейда Талли, помощника юриста в офисе Свишера. Айзенберри проводил время в доме Свишеров, считался другом. Айзенберри договорился встретиться с Талли вскоре после суда над Киркендалом), по счастливому совпадению, в хорошей квартире в нескольких минутах ходьбы от офиса Свишера. Она, как и Киркендалл, похоже, много путешествует. И я ставлю свою зарплату за следующий месяц против вашей, что Киркендалл и Айзенберри не только знали друг друга, но и служили вместе ".

"Одну минуту, лейтенант". Голограмма исчезла.

"Проверяешь это сейчас, не так ли? Узколобая сучка". Ева взяла себя в руки, повернулась к Уитни. "Прошу прощения, коммандер".

"В этом нет необходимости".

"Ты был занят", - сказал Фини. "Хорошая работа, парень".

"Мы снимаемся. На данный момент нам не нужны военные подробности, но я не собираюсь позволять ей препятствовать нам. Я хочу их ".

"Дыры в деле врача скорой помощи", - вставил Бакстер. "Если ты смотришь на них. Парень, который пошел на это, утверждал, что нашел ее таким образом, просто решил ограбить тело - и был пойман с ее кошельком и личными вещами, прежде чем он ушел со стоянки. Он весь в ее крови. Но они так и не нашли орудие убийства ".

"Что-нибудь в его заявлении? Он утверждает, что видел что-нибудь?"

"Он был в ударе. У него в кармане был самодельный парализатор. Нет доказательств, что Вик был оглушен. У него уже была простыня. Он сидел за нелегалов, и за нападение, и за грабеж. Копы находят его в сотне футов от мертвого тела, на нем вещи мертвеца и кровь, они не искали в другом месте ".

"Мне нужны копии материалов дела, заключение судмедэксперта, весь снимок".

"Уже сделано".

Голограмма снова засветилась. "Запрошенные записи будут предоставлены вам".

"Добавь Айзенберри".

"Вместе с бывшим капралом Айзенберри. Эти офицеры больше не находятся под военной юрисдикцией. Если кто-то из них или оба ответственны за эти смерти, я надеюсь, вы их поймаете ".

"Спасибо, майор". Уитни кивнула голограмме в знак признательности. "Мой департамент и город Нью-Йорк ценят вашу помощь в этом вопросе".

"Командир. Лейтенант." Голограмма исчезла.

Уитни снова уселся за свой стол. "Я хотел бы получить обновленную информацию, пока мы ждем данных".

Ева прошла через это ради него, ради команды.

"Терпеливый - это не то слово". Бакстер тяжело вздохнул. "Пациент - это кошка у мышиной норы. Этот парень похож на паука, который годами будет работать, чтобы сплести паутину от Бронкса до Бауэри. Наш отставной морской пехотинец казался чистым. Его не было в городе в ночь убийств Свишеров. Турнир по гольфу в Палм-Спрингс. Транспо выписался из отеля, и у него полно свидетелей."

"Наши проводили учения по ночному маневрированию ночью". Макнаб развел руками. "У него есть целый взвод, чтобы поддержать его. Возможно, они были твердыми, потому что их нужно было прикрывать, но они казались прямыми ".

"Это наш человек". Ева снова подключилась к компьютеру Уитни и вывела на экран изображение Киркендалла. "Помощь Свишера стоила ему жены и детей. И эта жена, эти дети пропали без вести сразу после суда ".

"Он достал их".

"Возможно. Возможно. Но тогда зачем тратить годы на планирование и исполнение убийств тех, кого он винил в потере? Возможно, расплата за потраченное время и проблемы, но если вы вернули их или наказали, зачем создавать группу с помощником юриста Свишера? В течение шести лет".

"Потому что они сбежали от него", - вставила Пибоди. "Фыркнул. Исчез".

"Я думаю, они сделали именно это. Она, вероятно, планировала уйти, независимо от того, как закончится суд. Так что это отстой. Она не только получает опеку, она уходит с его детьми. Он теряет над ними контроль. Итак, сведи кого-нибудь с Талли, и, возможно, она расскажет о том, куда они пошли. За исключением того, что она не знала, она считает, что они мертвы. Единственное, что осталось сделать, это уничтожить врага. Люди, которые выступили против него и победили ".

"Данные поступают". Уитни проверил свое устройство. Он удалил изображения, которые в данный момент были на экране, заменив их новыми данными.

"Прошло восемнадцать лет", - прочитала Ева. "Поступил свежий молодой парень. Почему он не отсидел свои двадцать? Да, да, вот оно. Силы специального назначения, тайные операции. Оценка -пять баллов".

"Это было бы высшей оценкой". Бакстер повел плечом. "Мой дедушка много треплется по этому поводу. Уровень завершения в невоенное время. Означает, что вы можете убить кого-то за пределами заявленной ситуации. Вам могут приказать уничтожать цели."

"Продолжайте, лейтенант. Разделенный экран, данные Isenberry."

"Они служили вместе. Служил в том же подразделении в Багдаде. Он числится ее сержантом во время ее тайной подготовки. Держу пари, они были хорошими приятелями. Боевые приятели. Джилли и старый добрый сержант. Они оба тоже сменили форму примерно в одно и то же время ".

"У них обоих есть пара неподобающих поступков", - отметил Фини.

"Даллас", - перебила Пибоди. "В данных Киркендалла нет братьев и сестер. Никаких кузенов мужского пола ".

"Нам нужно будет изучить это дальше. Я должен посмотреть, что у Янси есть для нас, и у меня назначена встреча ". Ева проверила свое наручное устройство. "Фини, я получил от Талли разрешение ЭДД проверить все ее коммуникационное оборудование дома. Случайно Айзенберри мог использовать это, чтобы связаться с кем-то, кто замешан в этом. Кроме того, я попросил эксперта-консультанта, гражданского, поработать над другими электронными следами ".

"Если это ваш обычный ECC, возражений нет".

"Бакстер, Трухарт, скоро начнутся похороны Линни Дайсон. Приходите в качестве представителей департамента и держите ухо востро ".

"Похороны ребенка". Бакстер покачал головой. "Мы получаем задания на выбор".

Ничего, " сказал ей Янси. "Пока ничего, кроме семидесятидвухпроцентного совпадения. У меня есть еще час или два, чтобы бежать, но я прошел IRCCA - так что никаких криминальных совпадений ".

"Мы заручились сотрудничеством со стороны военных. Попросите Уитни связаться с ними, они проводят поиск совпадений с членами любого из подразделений Киркендалла во время его службы. Парни с такой же подготовкой, как у него. Ах, начни с неактивных и вышедших на пенсию. У этих двоих нет времени отвечать на подъем."

"Хорошо. Но я тут подумал. Такого рода поиск дает вам достаточно времени, чтобы подумать, порассуждать. Посмотри на этих парней еще раз ".

Он вывел их на дополнительный экран. "Эти лица так близки. Близнецы рядом ".

"Мы договорились об этом. Скорее всего, братья, но у Киркендалла нет брата. Возможно, наемники." Но ей это не понравилось. К чему была спешка, если вы заплатили кому-то за выполнение работы?

"Ну, мыслящие близнецы, одинаковые лица, но не одинакового роста. Это не преувеличение, но чего ты не видишь, когда смотришь на них?"

"Человечество".

"Кроме того. Я провожу большую часть своего времени с лицами. Чего ты не видишь, Даллас, так это линий или шрамов, неровностей, изъянов. Вы сказали, что у них была сильная физическая подготовка, скорее всего, военная. Видел действие. Но вы не видите действия на их лицах. Вы не видите износа. Она бы отдала это мне", - сказал он почти самому себе. "Офелия бы так и сделала, потому что ты инстинктивно подталкиваешь их к этому. Вам нужны опознавательные знаки, когда вы можете их получить. Но за исключением того, что пострадала его нога, они были идеальными ".

"Я рассматривал дроидов, но вероятность мала. Две штуки такого калибра будут стоить дорого, а одну сложно запрограммировать для мокрой работы, для тайных операций и убийств. Вот почему военные не используют их для сложной работы ".

"Я не думаю о дроидах. Я думаю о скульптуре, хирургии. Они могли бы выглядеть так похоже, без опознавательных знаков и идентично, если бы заплатили за это ".

"Черт. Черт, рост и вес первого совпадают с данными Киркендалла. Окраска близка."

"Лицо - нет", - продолжил Янси. "Но если он построил это здесь ..." Он достал копию идентификационной фотографии Киркендалла и начал менять ее. "Расширьте, выровняйте челюсть, выровняйте нос. Увеличьте нижнюю губу. Для этого потребовался бы лучший парень, Мучо динеро, но ты мог бы это сделать. Я знаю, что глаза не совпадают, но ..."

"Они были в темных очках, ты исходил из вероятностей".

"Ты также можешь изменить форму и цвет".

"У меня есть подруга, которая меняет цвет глаз так же часто, как меняет нижнее белье". Она шагнула прочь, шагнула обратно. "Для меня это имеет больше смысла. Зачем проходить через все годы планирования, совершенствования, предвкушения, тогда не участвовать в убийстве?"

"Если мы правы, кто тот, другой?"

Ева изучала изображения-близнецы. "Хороший вопрос".

16

ЛИСТЬЯ, ХРУСТЯ, РАССЫПАЛИСЬ По подъездной дорожке, когда Ева въезжала в ворота.

Новые наборы возможностей, вероятностей и действий, необходимых для обоих, кружились в ее голове.

"Поднимается ветер", - заметила Пибоди. "Надвигается дождь".

"Спасибо за прогноз".

"Это собирается сорвать деревья. Мне всегда неприятно видеть, как это происходит. Тогда они все будут там голыми, по крайней мере, до тех пор, пока не выпадет первый снег ".

"Ты так волнуешься, может быть, ты и кто-нибудь из твоих родственников свободного возраста сможете связать им несколько свитеров".

"У меня лучше получается ткать".Голос Пибоди оставался спокойным, пока Ева парковалась перед домом. "Давненько не брался за ткацкий станок, но держу пари, что мог бы взяться за него снова. Я должен подумать об этом, ведь Рождество не за горами ".

"О, прекрати. Сейчас гребаный октябрь ".

"Почти ноябрь. Я не позволю этому уйти от меня в этом году. Я уже начал собирать подарки. Сейчас это легче себе позволить, потому что ... Эй, я стал детективом ".

"Факт, о котором ты никогда не забываешь напоминать мне и всем, кто находится в пределах слышимости".

"Я добавил время из-за травмы в очереди. Тем не менее, я сократил это до одного или двух раз в неделю ". Она выбралась наружу, сделала глубокий вдох. "Разве тебе не нравится, как это пахнет?"

"Чем пахнет?"

"Воздух, Даллас. Уже-почти-ноябрь-и-по-городу-льет-дождь. Все оживленное и влажное. И у тебя вон там собираются те мамы и астры - просто немного пикантно. Мне хочется сгрести большую кучу листьев и запрыгнуть в них ".

Это сбило Еву с шага, достаточно, чтобы она остановилась и уставилась. "Христос" было всем, о чем она могла думать, и она шагнула к двери и вошла.

Соммерсет был там, призрак фойе, в своем строгом черном костюме и худом, неодобрительном лице.

"Я вижу, ты решил появиться".

"Да. И в моем следующем действии я пинком уберу твою уродливую задницу с моего пути ".

"Вы привели в этот дом ребенка, который нуждается в вашем времени и внимании и ожидает их".

"Я привел в этот дом несовершеннолетнюю свидетельницу, которая нуждается во мне и ожидает, что я выясню, кто убил ее семью. Если ты не сможешь разобраться с ней, пока я этим занимаюсь, я приведу дроида по уходу за детьми, чтобы он справился с этим ".

"Это все, что она для тебя значит?" Его голос был как лезвие, резкое и режущее. "Свидетель, несовершеннолетний. У дроида больше чувств. Она ребенок, которому не исполнилось и десяти лет, который пережил невыразимый ужас и понес невыразимую потерю. И тобой нужно манипулировать, чтобы ты провел с ней несколько свободных минут за утренним ужином ".

"Я точно знаю, что она вынесла и настрадалась". Она подражала ему тон в тон, даже когда ее пальцы с силой впились в стойку перил. "Я тот, кто прошел по крови, которую они оставили позади. Так что не лезь мне в лицо из-за этого. Ты сукин сын". Она начала подниматься по лестнице, остановилась, посмотрела на него сверху вниз. "Она не твоя. Тебе лучше запомнить это ".

Пибоди на мгновение застыла на месте, вдыхая воздух, который больше не был резким и влажным, а был густым и бурлящим. "Ты был не в себе". Она сказала это тихо, привлекая к себе пристальный взгляд Соммерсета. "Я придерживаюсь политики держаться подальше от вас двоих. Но ты был не в себе. Ее мысли об этом ребенке, так или иначе, каждую минуту, каждый день ".

Она подошла к лестнице, последовала за Евой наверх.

Длинными, сердитыми шагами Ева дошла до своего кабинета и сделала один оборот вокруг него, когда вошла Пибоди.

"Даллас..."

"Не разговаривай со мной".

"Он был неправ. Я собираюсь это сказать ".

"Просто не разговаривай со мной минуту".

Она должна была сжечь это - гнев, оскорбление и прокравшееся под ними подозрение, что он был прав.

Она сделала этот шаг назад, шаг, необходимый для сохранения профессиональной объективности. Она не стала бы извиняться за это. Но она сделала еще один шаг назад, личный. Тот, в ком она нуждалась, чтобы не проецировать себя, не видеть слишком много себя в девушке, которую ей нужно было защитить. Потерянный, одинокий, напуганный, поврежденный.

Это было по-другому, по-другому, по-другому, повторяла Ева про себя, расхаживая по комнате. Когда она сорвала с себя куртку, швырнула ее на стул. Но результаты, разве они не были до ужаса одинаковыми?

Они бросили бы ее в систему, как бросили ее саму. Может быть, ей повезет. Может, она бы и не стала. И, возможно, она проведет остаток своей жизни, заново переживая то, что Соммерсет назвал невыразимым в ночных кошмарах.

Она подошла к окну и, выглянув наружу, не увидела листьев, танцующих на усиливающемся ветру, или блестящего осеннего цвета, который уже начал тускнеть в ноябре. Она увидела лицо полицейского, который стоял над ее больничной койкой, когда ей было восемь.

Кто причинил тебе боль? Как тебя зовут? Где твои мама и папа?

Изложи мне факты, подумала она сейчас. Дайте мне некоторые данные, чтобы я мог вам помочь. Я не собираюсь испытывать слишком сильных чувств, стоя здесь над этим сломленным ребенком, потому что я должен выполнять свою работу.

Она на мгновение закрыла глаза и втянула их обратно. Так что ей пришлось выполнить эту работу.

"Начинай искать в Киркендалле известных партнеров, других членов семьи", - сказала она, не оборачиваясь. "Проделайте то же самое с Айзенберри. Вы получаете любого, кто переходит дорогу, мы подталкиваем его ".

"Да, сэр. Хочешь кофе?"

"Да, я хочу кофе, поскольку я все еще среди живых. Спасибо ".

Она повернулась как раз в тот момент, когда Рорк вошел в комнату. Должно быть, что-то все еще отразилось на ее лице, когда он остановился, нахмурившись. "Что случилось?"

"Груда мертвых тел в морге. Все то же старое, все то же старое".

"Ева".

"Оставь это, ладно?"

Он снова начал говорить, она могла видеть борьбу. Затем он быстро кивнул. "Хорошо. Где мне записаться на мое задание?"

"Ты прикрываешь прямо здесь. Подозреваемый, Киркендалл, Роджер, бывший военный, звание сержанта. Свишер подал на супругу в суд за опеку, выиграл. Председательствующего судью ударили пару лет назад. Взрывное устройство в автомобиле. Представитель GPS был задушен в своей постели. Опытный врач нанес удар ножом, и, похоже, мудак, за которого они его ущипнули, мог просто оказаться не в том месте, не в то время ".

"Похоже, ты нашел своего мужчину".

"Он еще не в клетке. Он совладелец инквизиционного додзе. Потрясающее место с мастером Лу, его партнером."

"Дракон Лу?"

"Да". Теперь она была в состоянии улыбаться, хотя это не совсем отразилось в ее глазах. "Кто сказал, что у нас нет ничего общего? Ты застал его вытирающим пол с корейцем, чтобы взять свое третье олимпийское золото?"

"Я сделал, да. Первый ряд".

"Ладно, не так уж много общего, поскольку я уловил это на экране в баре "Адской кухни". В любом случае, Лу выходит сухим из воды. Он имеет дело с Киркендаллом с помощью магии Е. Отправляет необходимые документы и прибыль в электронном виде. Говорит, что не видел своего партнера шесть лет. Я верю ему ".

"И вы хотели бы, чтобы я отследил передачи и депозиты".

"Проверьте. Оборудование Лу в твоей компьютерной лаборатории. Сотрудник службы доставки подтвердил его доставку ".

"Я начну". Но он первым подошел к ней, провел пальцами по ее щеке. "Мне не нравится видеть тебя грустным".

"У меня на лице будет широкая зубастая улыбка, когда я закрою это дело".

Он легко поцеловал ее. "Я буду настаивать на этом, лейтенант".

Пибоди осторожно подождала, пока он уйдет, прежде чем выйти с кофе. "Ты хочешь, чтобы я настроился на твой вспомогательный модуль?"

"Да". Ева взяла кофе. "Я собираюсь проверить теорию Янси. Если бы Киркендаллу сделали серьезную пластику лица, разве он не доверился бы - в первую очередь - военному хирургу? Парень проводит почти двадцать в, не похоже, что он пошел бы к гражданскому. "

"Такого рода изменения должны быть зафиксированы", - указала Пибоди. "Вы не можете радикально изменить свою внешность, не оформив новое удостоверение личности. Если бы Янси был прав, а он был прав, мы бы не искали хирурга в срочном порядке ".

"Тайные операции, ребята, работа сделана. Временный и постоянный. Посмотрим, были ли у него такие раньше и кому он доверял выполнять эту работу ".

Она села за свой стол, вызвала военные данные Киркендалла. И Мира вошла.

"Простите, что прерываю вас".

"Да, да, да". Стиснув зубы от разочарования, Ева откинулась назад, подняла руки. "Что?"

"Мне нужно поговорить с тобой о Никси".

"Послушай, ты отвечаешь за ее консультирование. Хочешь провести сеанс, выбери свое место. До тех пор, пока это не здесь ".

"У нас была сессия. У нее был трудный день ".

"Она должна встать в очередь". Ева.

"Я делаю то, что мне нужно". Ее прежний гнев начал возвращаться. "И я не могу этого сделать, если кто-то вечно у меня перед носом говорит мне, что я должен пойти погладить ребенка по голове и сказать ей "Там, там ". Я не могу..."

"Лейтенант".

В безопасном конце комнаты Пибоди ссутулила плечи. Это был тот же тон, который использовала ее собственная мать, чтобы остановить любого из своих детей на их пути.

"Прекрасно. Что? Я слушаю. Я весь обращен в слух ".

И это, подумала Пибоди, сползая еще на дюйм в своем кресле, был тон, который привел бы к немедленному уничтожению, если бы она или брат или сестра осмелились его использовать.

"Я надеюсь, ты найдешь для себя облегчением выместить на мне свое разочарование".

Если бы она была уверена, что никто не заметит, Пибоди выбрала бы этот момент, чтобы выскользнуть из комнаты.

"Однако", - продолжила Мира голосом, достаточно холодным, чтобы покрыть инеем окна, "мы обсуждаем ребенка, находящегося на нашей попечении, а не ваши плохие манеры".

"Ну, Господи, я просто..."

"Что касается этого ребенка", - прервала Мира. "Ей нужно увидеть свою семью".

"Ее семья в чертовом морге".

"Я знаю об этом, и она тоже. Ей нужно увидеть их, чтобы начать прощаться. Мы с вами оба осознаем важность этого шага для выживших. Стадии ее горя требуют этого ".

"Я сказал ей, что исправлю это, чтобы она их увидела. Но, ради Христа, не так. Ты хочешь отвезти ребенка в морг, чтобы она могла увидеть, как ее семью вытаскивают из ящиков для хранения?"

"Да".

"С перерезанным горлом".

Нетерпение пробежало рябью по лицу Миры. "Я говорил со МНОЙ, Моррис. Есть способы, которые вы очень хорошо знаете, лечить раны на мертвых, чтобы спасти их близких. Он согласился сделать это. У нее нет возможности посетить какую-либо службу или поминальную церемонию в память о своей семье, пока это дело не будет закрыто и ее безопасность не будет застрахована. Ей нужно их увидеть ".

"Я держу ее здесь в карантине не просто так". Ева провела руками по волосам, когда Мира только встала, ее взгляд был холодным и ровным. "Ладно, прекрасно. Я могу обеспечить вам безопасную транспортировку туда и обратно. Мне нужно согласовать это с Моррисом. Мы забираем ее у двери доставки - ни записей, ни сканирований личности. Он очищает территорию, чтобы вы могли отвести ее прямо в комнату просмотра. Выйти тем же путем. Это должно быть быстро. Десять минут."

"Это приемлемо. Ты будешь нужен ей там ".

"Подожди минутку, подожди минутку".

"Нравится тебе это или нет, ты ее пробный камень. Ты был там, когда она видела их в последний раз. Она верит, что ты тот, кто найдет виновных. Ей нужно, чтобы ты был рядом, чтобы чувствовать себя в безопасности. Мы будем готовы отправиться, как только вы организуете безопасную транспортировку ".

Ева сидела, слишком ошеломленная, чтобы посмотреть на нее, когда Мира вышла.

Она остановила свой выбор на реактивном вертолете Рорка. Это было бы быстро, и для него не было ничего необычного в том, чтобы отправиться в нем на встречу. Это означало, что ей пришлось увести его со следа, поскольку она не доверяла никому другому доставить их туда и обратно без происшествий. Не только из-за инцидентов, на которых она пыталась не зацикливаться, когда проносилась на пару сотен футов над уровнем улицы, но и из-за инцидента с нападением, которому она рисковала, следуя указу Миры.

"Риски минимальны", - сказал он ей, когда вертолет грациозно приземлился на лужайке. "Мы задействуем защитные экраны конфиденциальности и антисканирующее оборудование. Даже если они наблюдают, они не смогут отключить - за то время, которое нам понадобится, - чтобы обнаружить ее на борту."

Ева пессимистично нахмурилась, глядя на небо, которое начинало покрываться синяками от предсказанного Пибоди дождя. "Может быть, они просто уничтожат нас в воздухе".

Он улыбнулся ее суровому тону. "Если бы ты думал, что это возможно, ты бы не отправлял ее наверх".

"Ладно, нет. Я просто хочу, чтобы это, черт возьми, закончилось ".

"Я буду делать свои собственные снимки. Я буду знать, если кто-нибудь попытается отследить нас или заглушить оборудование. Мы должны быть в состоянии сделать это за тридцать минут. Незначительная задержка в вашем расписании ".

"Тогда давай сделаем это". Она подала знак Мире вывести Никси, пока Рорк быстро перекинулся парой слов с пилотом, а затем сам взялся за управление.

"Я никогда не летала на вертолете", - сказала Никси. "Это мэг". Но ее рука скользнула по сиденью, нашла руку Миры.

Рорк оглянулся через плечо, улыбнулся ей. "Готов?"

Когда она кивнула, он взлетел.

Более гладко, отметила Ева, чем у него, когда она была единственным пассажиром. Ему нравилось играть по-ковбойски, набирать скорость, быстро спускаться - просто чтобы свести ее с ума. Но на этот раз он пилотировал вертолет с осторожностью и изяществом, несмотря на скорость, человека, перевозящего ценный груз.

Он бы подумал об этом, поняла она. Мелочи. Это то, чего ей не хватало, способности проявлять сострадание, потому что она была так сосредоточена на жестокости?

Трухарт играл с ней, Бакстер шутил с ней. У Пибоди не было проблем с поиском правильных слов, правильного тона. Соммерсет-демон с лягушачьим лицом из ада - он полностью заботился о ней и кормил без единого ушиба.

И Рорк оставался Рорком - что бы он ни говорил о том, что парень был пугающим. Он общался с ней так же гладко, как управлял чертовым вертолетом.

И Ева признала, что каждый раз, когда она оказывалась в пяти футах от ребенка, ей хотелось уйти в другую сторону. Она не знала, как обращаться с сущностью ребенка. Просто у него не было инстинктов.

И просто не смогла - в конечном счете - закрыть ужас своих собственных воспоминаний, которые ребенок втолкнул ей в голову.

Она посмотрела вниз, увидела, что Никси наблюдает за ней.

"Мира говорит, что они должны быть в местах, где холодно".

"Да".

"Но они больше не чувствуют холода, так что все в порядке".

Ева начала кивать, отмахиваясь от этого. Господи, подумала она, дай ей что-нибудь. "Моррис - доктор Моррис," поправила Ева, "заботился о них. Нет никого лучше доктора Морриса. Так что да, все в порядке ".

"Выслеживает нас", - тихо сказал Рорк, и она повернулась к нему.

"Что?"

"Выслеживание". Он постучал по индикатору, разделенному пополам зеленой и красной линиями. "Или - точнее - пытающийся. Не могу получить блокировку. Ах, это, должно быть, расстраивает ".

Она изучала приборные панели, пытаясь расшифровать символы. "Вы можете отследить это до источника?"

"Возможно. Я включил оборудование слежения перед тем, как мы взлетели, так что оно работает над этим. Это мобильно, я могу вам это сказать ".

"Земля или воздух?"

"Земля. Умный. Они пытаются клонировать мой сигнал. И да, обнаружил, что я делаю точно то же самое с их. Они закрыли это. Тогда назовем это ничьей ".

И все же он сделал крюк, потратил несколько минут на то, чтобы посмотреть, не попытаются ли они проследить еще раз. Его оборудование продолжало сигнализировать, что все чисто, когда он приземлился на крыше морга.

Как и договаривались, двери доставки по воздуху открыл сам Моррис. Закрывал и защелкивал их, когда все были внутри.

"Никси". Он протянул свою руку. "Я доктор Моррис. Я очень сожалею о вашей семье ".

"Ты не причинил им вреда".

"Нет, я этого не делал. Я отведу тебя к ним сейчас. Уровень В", - приказал он, и широкий лифт начал свой спуск. "Я знаю, доктор Мира и лейтенант Даллас объяснили вам кое-что из этого, но если у вас есть какие-либо вопросы, вы можете задать их мне".

"Я смотрю шоу о человеке, который работает с мертвыми телами. На самом деле я не должен этого делать, но Койл может, и иногда я пробираюсь украдкой ".

"Доктор Смерть? Я сам иногда наблюдаю это ". Двери открылись в длинный, прохладный белый коридор. "Это немного более занимательно, чем точно. Я, например, не преследую плохих парней - я оставляю это в умелых руках полиции, таких как лейтенант Даллас ".

"Иногда их приходится вскрывать".

"Да. Я пытаюсь найти что-нибудь, что поможет полиции ".

"Ты нашел что-нибудь с моими мамой и папой, с моим братом?"

"Все, что сделал Моррис, помогло", - сказала Ева.

Они остановились у двойных дверей, их маленькие круглые смотровые окна теперь были закрыты. Никси потянулась к руке Евы, но они были засунуты в карманы. Она остановилась на смерти Миры. "Они там?"

"Да". Моррис снова сделал паузу. "Ты готов войти?"

Она только кивнула.

Она, конечно, почувствовала бы это, подумала Ева. Независимо от того, какой стерилизатор они использовали, он никогда полностью не маскировал запах смерти, жидкостей и плоти.

Она почувствует это и никогда этого не забудет.

"Могу я сначала увидеть своего папу? Пожалуйста."

Ее голос немного дрожал, и когда Ева посмотрела вниз, она увидела, что Никси была бледна, но ее лицо выражало сосредоточенную решимость.

Так что и она этого не забудет, подумала Ева. Она никогда не забудет такого рода мужество, какое потребовалось ребенку, чтобы выстоять, подождать, пока ее отца - не монстра, а отца - вытащат из стального ящика.

Моррис замаскировал рану на горле магией своих усилителей. Он накрыл тело чистой белой простыней. Но мертвый был мертвым.

"Могу я прикоснуться к нему?"

"Да". Моррис поставил табурет у ящика, помог ей взобраться на него и встал рядом, слегка положив руку ей на плечо. Она провела пальцами - легко, как желание, - по щеке своего отца.

"У него колючее лицо. Иногда он трется об меня, чтобы рассмешить. В ящике темно".

"Я знаю, но я думаю, что там, где он сейчас, это не так".

Она кивнула, тихие слезы текли по ее лицу. "Он должен был попасть на небеса, хотя и не хотел". И когда она наклонилась, прикоснулась губами к щеке отца, Ева почувствовала горячий комок слез у себя в животе.

"Теперь ты можешь вернуть его обратно". Она поднялась со стула, взяла салфетку, которую Мира предложила ей. "Может быть, теперь я смогу увидеть Койла".

Она коснулась волос своего брата, изучая его лицо таким образом, что Ева подумала, что она пытается снова увидеть его живым. "Может быть, теперь он сможет играть в бейсбол все время. Ему больше всего нравится бейсбол ".

Она спросила об Инге, также коснулась ее волос. "Иногда она пекла печенье - то, что с сахаром. Она притворялась, что это секрет, но я знал, что мама сказала ей, что все в порядке ".

Она снова сошла с табурета. Ее лицо теперь не было бледным, оно покраснело от слез. Ева могла видеть, как ее грудь дрожит от усилий сдержать их.

"Линни здесь нет. Они уже забрали ее. Они не позволили мне увидеть ее или попрощаться. Я знаю, что они злятся на меня ".

"Они не такие". Ева посмотрела вниз, когда Никси повернулась к ней. "Сегодня я видел мать Линни, и она на тебя не злится. Она расстроена, как и ты. Она печальна и расстроена, но она не злится на тебя. Она спрашивала о тебе. Она хотела убедиться, что с тобой все в порядке ".

"Она не сумасшедшая? Ты клянешься?"

Ее живот скрутило, но она не отвела взгляда. Если ребенок мог поддерживать, клянусь Богом, она тоже могла. "Она не сумасшедшая. Я клянусь. Я не мог позволить тебе уйти, попрощаться с Линни, так что это моя вина. Это было небезопасно, и это был мой призыв ".

"Из-за плохих парней?"

"Да".

"Тогда это на их совести", - просто сказала Никси. "Я хочу увидеть свою мать сейчас. Ты пойдешь со мной?"

О Боже, подумала Ева, но она взяла Никси за руку и шагнула к ящику, который выдвинул Моррис.

Теперь Ева хорошо знала это лицо. Симпатичная женщина, которая передала форму своего рта своей дочери. Теперь белый, как воск, с этим слабым оттенком неземной синевы, и мягкий, как воск, так становятся мягкими мертвецы.

Пальцы Никси задрожали в ее руках, когда девушка наклонилась, чтобы коснуться этого мягкого, белого лица. И звук, который она издала, когда положила голову на простыню на груди своей матери, был низким, болезненным стоном.

Когда всхлипы стихли, Мира шагнула вперед, провела рукой по волосам Никси. "Она была бы рада, что ты пришел повидаться с ней, гордилась тем, что ты смог. Ты можешь попрощаться с ней, Никси?"

"Я не хочу".

"О, детка, я знаю, и она тоже. Так трудно сказать "прощай"."

"Ее сердце не бьется. Если бы я сел к ней на колени и склонил сюда голову, я мог бы услышать, как бьется ее сердце. Но теперь это не так ". Она подняла голову, прошептала "До свидания" и в последний раз сошла с табурета.

"Спасибо, что заботишься о них", - сказала она Моррису.

Он просто кивнул, затем подошел к двери, чтобы придержать ее открытой. Когда Ева проходила позади Миры и Никси, он пробормотал ей: "Ты думаешь, что сможешь справиться с чем угодно на этой работе". Его голос был хриплым и грубым. "Выдержи что угодно, выстои чему угодно. Но, Боже мой, этот ребенок чуть не повалил меня на пол ".

"Благодать была во всех ее шагах, небеса в ее глазах, В каждом жесте достоинство и любовь".

Глядя сейчас на Рорка, Моррис выдавил слабую улыбку. "Хорошо сказано. Я вытащу тебя ".

"От чего это было?" Спросила Ева. "То, что ты только что сказал".

"Потерянный рай. Написано поэтом по имени Милтон. Это показалось подходящим, поскольку то, чему мы только что были свидетелями, было мучительной формой поэзии ".

Она сделала вдох. "Давайте вернем ее".

Когда они вернулись, Мира отправила Никси наверх с Соммерсетом и обещанием подняться через минуту.

Оценив обстановку, Рорк извинился и вернулся к работе.

"Я знаю, это было трудно для тебя", - начала Мира. "Это не обо мне".

"Каждое дело в какой-то степени касается тебя, иначе ты не смог бы делать то, что у тебя так хорошо получается. У тебя есть дар сочетать свою объективность с состраданием ".

"Я не так это понимаю".

"Ей нужно было то, что ты ей дал. Она исцелится. Она слишком сильна, чтобы не. Но ей нужно было это, чтобы начать ".

"Ей понадобится намного больше, так как Дайсоны ее не заберут".

"Я надеялся... что ж, это может быть к лучшему со всех сторон. Она напомнила бы им об их потере, а они - о ее ".

"Для нее не лучше оказаться под опекой суда. У меня может быть другая возможность. Я знаю нескольких людей, которые могли бы справиться с ней. Я подумал, может быть, мы могли бы связаться с Ричардом Деблассом и Элизабет Барристер."

"Это хорошая мысль".

"Они забрали того ребенка, мальчика, которого мы нашли на месте убийства в прошлом году". Ева поерзала, не совсем довольная ролью планировщика семьи. "Я полагаю, они решили взять его на воспитание, потому что их дочь была убита. Хотя она была взрослой, и...

"Твой ребенок всегда остается твоим ребенком. Возраст не имеет значения ".

"Если ты так говоришь. В любом случае, я думаю, они хотели получить еще один шанс, чтобы... неважно. Я знаю, что Рорк вошел в воду с тем парнем, ах, Кевином. Слегка подтолкнул их, чтобы они приняли его. Из того, что я знаю, все получилось хорошо, и, как я уже сказал, они квалифицированы. Может быть, они подумали бы о том, чтобы взять другого ".

"Я думаю, что это очень хорошая идея. Ты поговоришь с ними ".

Болотистая местность, подумала Ева. "Ах... Мне нужно поговорить с Рорком, потому что он знает их лучше. Я коп, который закрыл дело об убийстве их дочери - и раскрыл несколько неприглядных семейных секретов. Он их друг. Но если это сработает, мне нужно, чтобы ты добавил свой вес с помощью GPS ".

"Вы об этом серьезно подумали".

"Нет, но это лучшая мысль, которая пришла мне в голову с тех пор, как миссис Дайсон сбросила на меня "Бумер" этим утром. Ее достаточно пинали. Я не хочу, чтобы ее пинала система, которая должна ее защищать ".

"Как только поговоришь с Рорком, дай мне знать. Мы будем работать, чтобы сделать все возможное для Никси. Я должен подойти к ней сейчас ".

"Ах, еще кое-что". Ева достала фотографию, которую дал ей Дейв Рэнгл. "Партнер ее отца прислал это для нее. Свишер держал это у себя на столе. Его напарник решил, что Никси этого захочет."

"Какая прекрасная семья", - сказала Мира, делая снимок. "Да, она захочет этого. И это не могло прийти в лучшее время. Она увидит это, запомнит это и представит их такими, а не такими, какими они были в морге ".

Она оглянулась на Еву. "Не хотели бы вы сами подарить это ей?" Когда Ева только покачала головой, Мира кивнула. "Тогда ладно. Я отнесу это ей ".

Мира повернулась к ступеням, остановилась у основания. "Она не знает, как тяжело это было для тебя - стоять рядом с ней, когда она прощалась со своей семьей. Но я выживаю".

Наверху Соммерсет сидел с Никси на коленях. "Они не выглядели так, будто спали", - сказала она, положив голову ему на грудь, его сердце билось у нее в ухе. "Я думал, может быть, они это сделают, но вы могли бы сказать, что это не так".

Его длинные, тонкие пальцы перебирали ее волосы. "Некоторые люди, как и я, верят, что когда мы умираем, у нашей сущности - духа или души - есть выбор".

"Какого рода?"

"Некоторые из этих решений могут зависеть от того, как мы прожили наши жизни. Если бы мы постарались сделать все, что в наших силах, мы могли бы тогда решить отправиться в место мира ".

"Как ангелы на облаке".

"Возможно". Он продолжал гладить ее по волосам, когда кошка прошмыгнула в комнату, затем вскочила, чтобы присоединиться к ним на ручке кресла. "Или как сад, где мы можем гулять или играть, где мы видим других, которые сделали тот же выбор до нас".

Никси протянула руку, погладила широкий бок Галахада. "Где Койл может играть в бейсбол?"

"Да. Или мы могли бы решить вернуться, жить заново, начать новую жизнь в самом ее начале, в утробе матери. Мы можем решить сделать это, потому что хотим добиться большего, чем делали раньше, или исправить какую-то ошибку, которую, возможно, совершили. Или просто потому, что мы не совсем готовы отправиться в это место мира ".

"Так, может быть, они решат вернуться, как младенцы?" Эта мысль заставила ее слегка улыбнуться. "Узнал бы я их, если бы когда-нибудь встретился с ними?"

"Я думаю, ты бы так и сделал, в какой-то части своего сердца. Даже если вы не осознаете этого, вы признаете в своем сердце. Ты понимаешь?"

"Я думаю. Я так думаю. Вы когда-нибудь узнавали кого-нибудь, кому приходилось умирать раньше?"

"Я думаю, что да. Но я продолжаю надеяться, что однажды смогу узнать одного ". Он подумал о своей дочери, своей прекрасной, потерянной Марлене. "Я еще не нашел ее".

"Может быть, она сделала выбор пойти в сад".

Он наклонился, чтобы коснуться губами волос Никси. "Возможно, она так и сделала".

Соммерсет ждал почти час, наблюдая за кабинетом Евы, пока не увидел, как Пибоди выходит из комнаты. Он надеялся, что какое бы задание ее ни послали выполнить, ему потребовалось достаточно времени, чтобы закончить то, что он должен был сделать.

Когда он вошел в кабинет Евы, она как раз выходила из кухни с очередной кружкой кофе. Ее рука слегка дернулась, выплескивая горячую жидкость через край.

"О, трахни меня. Считай, что этот район принадлежит полиции и предназначен только для тугодумов, которых я не хочу видеть рядом. То есть ты ".

"Мне нужно всего лишь мгновение твоего времени. Я бы извинился ".

"Ты бы что?"

Его голос был таким же жестким, как и у нее, и только стал еще более жестким. "Я хотел бы извиниться за свои замечания ранее. Они были неверны ".

"Насколько я понимаю, ваши замечания всегда неверны. Так прекрасно. Теперь оставляйте следы. Я работаю ".

Он бы, черт возьми, закончил проглатывать эту отвратительную ворону. "Вы привезли ребенка сюда на хранение, и вы убедились, что она в безопасности. Я знаю, что вы усердно работаете, чтобы идентифицировать и поймать людей, которые убили ее семью. Совершенно очевидно, что вы уделяете этому значительное время и прилагаете усилия, поскольку у вас круги под глазами, а ваше настроение еще более неприятное, чем обычно, из-за отсутствия надлежащего отдыха и питания ".

"Укуси меня".

"И в результате страдает твой умный ответ".

"Как тебе такой умный ответ?" Она ткнула средним пальцем в воздух.

"Типично". Он чуть не повернулся и не ушел. Почти. Но он не мог забыть, что Никси сказала ему, что Ева была с ней, когда она прощалась со своей матерью.

"У нее был очень тяжелый день, лейтенант. Скорбящий. И когда я уговорил ее вздремнуть, ей приснился еще один кошмар. Она просила о тебе, и ты не хотел ... не мог, " поправил он, " быть здесь. Я был слишком взволнован, когда вы прибыли, и я был неправ."

"Хорошо. Забудь об этом ".

Когда он повернулся, чтобы уйти, она глубоко вздохнула. Она не возражала против того, чтобы выкладываться как можно лучше, когда дело доходило до дешевых снимков. Было труднее делать добро, когда это было примирительно. Но если бы она этого не сделала, это вызвало бы у нее зуд и отвлекло бы ее от работы.

"Привет". Он остановился, обернулся. "Я привел ее сюда, потому что решил, что это самое безопасное место для нее. И потому что я подумал, что у меня на месте есть кто-то, кто знает, как позаботиться о девятилетней девочке. Знание того, что ей комфортно с тобой, дает мне пространство, в котором я нуждаюсь, чтобы сделать то, что я должен сделать ".

"Понял. Я оставляю тебя делать это ".

Самое время кому-нибудь это сделать, подумала Ева, когда он уходил. Затем она села, положила ноги на стол, отхлебнула кофе. И изучал ее доску убийств, пока компьютер запускал следующий поиск.

17

ЕВА ДЕЛАЛА ЗАМЕТКИ Из РЕЗУЛЬТАТОВ ПОИСКА, ПРОВЕРЯЛА вероятности, продолжала свои заметки. Она устала сидеть за столом из-за этого. Она хотела действий. Нужно было двигаться.

Вместо этого она расправила плечи и вернулась к своим заметкам.

Киркендалл против Киркендалла Моссу.

Посвящается Дюберри. К, скорее всего, Бренегану.

Свишеру, Свишеру, Свишеру, Дайсону и Снуду.

Посвящается Ньюмену.

Посвящается Найту и Престону.

Киркендалл - Айзенберри.

Айзенберри - Талли, а Талли - Рэнглу.

Никакого вреда Талли или Рэнглу, с бесчисленными возможностями.

Конкретная цель.

И все возвращается к делу Киркендалл против Кирдендалла.

"Который час в Иннебраске?"

"Ах". Пибоди моргнула уставшими глазами, потерла их. "Давайте посмотрим, здесь сейчас пять двадцать, так что, я думаю, там на час раньше? Они переходят на летнее время? Я думаю. Час. Вероятно."

"Почему это должно быть на час раньше там или на час позже здесь? Почему все не могут просто бежать в одно и то же время и положить конец безумию?"

"Это связано с тем, что земля поворачивается вокруг своей оси по мере обращения вокруг Солнца и ..." Она замолчала, поймав прищуренный взгляд Евы. "Ты прав. Все должны бежать в одно и то же время. Время Далласа. Я бы проголосовал за это. Мы едем в Эбраску?"

"Я собираюсь сделать все, что в моих силах, чтобы избежать этого". Выход в поле не означал, что она хотела выходить в настоящие поля. С сеном, травой или жуткой кукурузой. "Давайте сначала попробуем чудо "связи"".

Она открыла файл Дайан Киркендалл, нашла данные ее сестры. "Тернбилл, Роксана. Возраст сорок три. Замужем за Джошуа, матерью Вениамина и Самуила. Статус профессиональной матери. Ладно, Роксана, давай посмотрим, что ты знаешь о своем шурине."

Лицо, которое появилось на ее экране, было детским - мальчиком, подумала Ева, несмотря на солнечный ореол волос. У него было большое, широко открытое лицо с ослепительными зелеными глазами. "Привет, привет, это Бен. Кто ты?"

"Твоя мать или твой отец" - или любой разумный взрослый - "дома?"

"Моя мама здесь, но предполагается, что ты должен сказать, кто это, а затем скажи, можешь ли ты... Если можешь, " поправил он, " поговори с кем-нибудь".

Теперь дети читали ей лекцию о хороших манерах. Что случилось с ее миром? "Это Даллас. Могу я поговорить с твоей матерью?"

"Хорошо". На экране было размытое изображение и неразбериха, затем раздался пронзительный крик. "Мама! Даллас зовет тебя. Можно мне сейчас печенье?"

"Одно печенье, Бен. И не кричи возле "ссылки. Это грубо ". У матери были кудри сына, но темно-коричневого цвета. Ее улыбка была не такой открытой, но вежливой и лишь немного раздраженной по краям. "Могу ли я вам помочь?"

"Миссис Тернбилл?"

"Да. Послушайте, мы заблокировали запросы, так что извините, но если вы ... "

"Я лейтенант Даллас из Департамента полиции и безопасности Нью-Йорка".

"О". Даже эта вежливая улыбка исчезла. "Что это?"

"Я звоню по поводу вашего бывшего шурина, Роджера Киркендалла".

"Он мертв?"

"Нет, насколько мне известно, нет. Я пытаюсь найти его для допроса в связи с одним делом. У вас есть какая-либо информация о его местонахождении?"

"Нет. Я не могу тебе помочь. Я очень занят, так что ..."

"Миссис Тернбилл, очень важно, чтобы я нашел мистера Киркендалла. Если бы вы могли сказать мне, был ли у вас какой-либо контакт ..."

"У меня нет, и я не хочу никакого контакта с ним". Ее голос был напряженным, как туго натянутый провод. "Откуда мне знать, что ты тот, за кого себя выдаешь?"

Ева поднесла свой значок к экрану. "Вы можете прочитать мое удостоверение личности и номер моего значка?"

"Конечно, я могу, но ..."

"Вы можете проверить, связавшись с центральным полицейским управлением Манхэттена. Я могу дать тебе контактный номер, который не будет стоить ..."

"Я узнаю номер. Тебе придется потерпеть ".

"Осторожно", - заметила Пибоди, когда экран переключился на удерживающий синий. "И немного раздраженный".

"Не просто осторожный, не просто раздраженный. Вдобавок ко всему немного напуган. " Пока она ждала, Ева размышляла. Она начала подсчитывать, сколько времени может занять поездка туда и обратно в Эбраску, включая время интервью.

Роксана вернулась на экран. "Хорошо, лейтенант, я проверил вашу информацию". Теперь ее лицо было бледным. "Вы из Отдела по расследованию убийств".

"Это верно".

"Он кого-то убил. Диан... " Она замолчала, прикусив губу, как будто не хотела произносить ни слова. "Кого он убил?"

"Он разыскивается для допроса по делу об убийствах по меньшей мере семи человек, включая двух полицейских".

"В Нью-Йорке", - сказала она осторожно. "Он убивал людей в Нью-Йорке?"

"Он разыскивается для допроса по делу об убийствах, которые произошли в Нью-Йорке".

"Я понимаю. Мне жаль. Мне очень жаль. Я не знаю, где он, я не знаю, что он делает. Честно говоря, я не хочу знать. Если бы я знал, если бы я что-нибудь знал, я бы тебе рассказал. Я не могу тебе помочь, и это не то, что я хочу обсуждать. Я должен вернуться к своим детям ".

Экран потемнел.

"Она все еще боится его", - прокомментировала Пибоди.

"Да. И ее сестра все еще жива. Это то, о чем она подумала, всего на мгновение. О Боже, он наконец-то добрался до Диан. Возможно, она знает больше, чем осознает. Ей нужен разговор лицом к лицу ".

"Мы едем в Эбраску?"

"Нет, но ты есть".

"Я? Только я? Там, в пустыне?"

"Возьми Макнаба. Поддержка и балласт". И, подумала Ева, как человек, который удержит Пипнабоди от переусердствования. "Я хочу, чтобы ты был там и вернулся сегодня вечером. У тебя лучше получится с типом матери, семейным типом, чем я бы сделал с первого выстрела. Она быстрее тебе доверится ".

Ева воспользовалась связью с домом, прервала Рорка в компьютерном классе.

"Мне нужна быстрая и безопасная транспортировка".

"Куда мы направляемся?"

"Не мы - Пибоди. Небраска. Я отправляю с ней Макнаба, так что что-нибудь, что выдержит двоих. Но быстрый и маленький. Им не нужно находиться там больше пары часов. У меня есть точное местоположение."

"Хорошо, я это устрою. Дай мне минуту".

"Вау, вот так просто". Пибоди слегка вздохнула. "Каково это - быть с парнем, который может щелкнуть пальцами и достать тебе практически все, что тебе нужно?"

"Удобно. Используй сестру на ней, если понадобится. Покажи ей мертвых детей ".

"Господи, Даллас".

"У нее есть дети. Это поможет разоблачить ее, если она что-то скрывает. Мы не можем играть по-хорошему. Пусть Макнаб возьмет верх, если тебе это нужно. Сможет ли он справиться с плохим полицейским?"

"Он делает это действительно хорошо во время личных ролевых игр, когда я невольный свидетель".

"Вот дерьмо". Ева прижала пальцы к глазам и молилась, чтобы изображение не сформировалось. "Просто обработай ее, Пибоди. Она должна знать, где найти сестру. Бывший Киркендалл был бы ценным инструментом в этом расследовании ".

Вошел Рорк и вручил Пибоди памятный кубик. "Вот твой транспорт. Пилот будет ждать тебя ".

"Спасибо". Она собрала свою сумку с документами. "Я свяжусь с Макнабом, попрошу его встретиться со мной там".

"Я хочу знать, когда ты приедешь, когда уйдешь и когда вернешься", - сказала ей Ева.

"Да, сэр".

"Счастливого пути", - сказал Рорк, затем повернулся к Еве, когда Пибоди направилась к выходу. "У меня есть кое-какие фрагменты, но мне понадобятся незарегистрированные, чтобы собрать их воедино".

"Покажи мне, на что ты способен".

"Давайте разберемся с этим там". Он провел рукой по ее руке, пока они шли. "Вы устали, лейтенант".

"Некоторые".

"Это был напряженный, эмоциональный день".

Она дернула плечом, когда он открыл свой личный кабинет с помощью palm и voice ID.

"А Никси?"

"Мира зашла по пути к выходу. Она сказала, что ребенку стало немного лучше. Это поездка в морг... Иисус." Она закрыла лицо руками. "Боже, я не думал, что смогу сдержаться там".

"Я знаю".

Она покачала головой, даже сейчас пытаясь сохранить. "То, как она смотрела на своего отца, трогало его. Что было в ее глазах, когда она это сделала. Печаль, что-то за пределами печали. И вы знали, видя это, как сильно она любила его. Что она никогда не боялась его, никогда не беспокоилась, не причинил ли он ей боль. Мы не знаем, на что это похоже. Мы не можем. Я могу найти человека, который это сделал, но я не могу понять, что она чувствует. И если я не могу понять, как я могу все исправить?"

"Неправда". Он провел пальцами по ее лицу, смахивая слезы. "О ком ты плачешь, если не о ней?"

"Я не знаю. Я не знаю. Она не знает, чем я занимаюсь, но она переживает это. Я не могу знать, что знает она. Такого рода связь? Это отличается от того, что у нас есть. Это должно быть. Ребенок к родителю, родитель к ребенку. Это было отнято у нее ".

Она протянула свои собственные руки, вытерла слезы. "Я стоял над своим отцом, весь в его крови. Я действительно не могу вспомнить, что я чувствовал. Облегчение, удовольствие, ужас - все это, ничего из этого. Он возвращается, в моей голове, в моих снах, и он говорит мне, что это не конец. Он прав. Это не конец. Этого никогда не будет. Она заставляет меня увидеть это ".

"Я знаю". Он большим пальцем стер непрошеную слезу. "Да, я знаю. Это сказывается на тебе, я тоже это вижу. Кажется, никто из нас ничего не может с этим поделать. Вы не передадите это дело кому-то другому ". Он приподнял ее подбородок рукой, прежде чем она смогла ответить. "Ты этого не сделаешь, и я бы не хотел, чтобы ты это делал. Ты никогда не простишь себя за то, что отошел в сторону из-за личных переживаний. И ты никогда больше не будешь доверять себе, не полностью, не так, как тебе нужно ".

"Я видел себя, когда нашел ее. Вместо нее увидел себя, сжавшегося в комочек, покрытого кровью. Не просто подумал об этом, но увидел это. Просто вспышка, всего на мгновение ".

"И все же ты привел ее сюда. Ты смотришь правде в глаза. Дорогая Ева." Его голос был как бальзам на ожог. "Ребенок не единственный, кто проявляет изящество в своих шагах".

"Благодать - это не проблема. Рорк." Она могла бы сказать ему, сказать это ему. "В такие дни, как этот, часть меня хочет вернуться туда, в ту комнату в Алласе. Просто чтобы я мог снова стоять над ним, с его кровью на мне и ножом в моей руке ".

Она сжала кулак, как будто держала рукоять. "Просто чтобы убить его снова, но на этот раз, чтобы знать, что я чувствую, когда делаю это, чувствовать это, потому что, может быть, тогда это будет сделано. Даже если это не так, почувствовать тот момент, когда я разрезал его на куски. Я не знаю, кем это делает меня ".

"В такие дни, как этот, вся моя душа хочет быть той, кто вернется в ту комнату в Алласе. Быть в его крови на мне и с ножом в моих руках. Я точно знаю, что бы я чувствовал. И это делает нас, Ева, теми, кто мы есть ".

Она глубоко вздохнула. "Я не знаю, почему это помогает, когда это, вероятно, должно меня пугать. Она не будет так себя чувствовать, потому что у нее была эта основа. Потому что она могла положить голову на мертвое сердце своей матери и поплакать. У нее будет печаль и ночи, когда она будет бояться, но она будет помнить, почему она смогла коснуться лица своего отца, волос своего брата и поплакать на груди своей матери ".

"Она будет помнить полицейского, который стоял рядом с ней и держал ее за руку, когда она это делала".

"Они собираются выбросить ее в систему, Рорк. Иногда это спасение, иногда это хорошо, но не для нее. Я не хочу, чтобы она стала еще одним файлом по делу. Пройти через это, как я прошел. У меня есть идея, что можно было бы сделать, но я хотел, чтобы этим занялись вы ".

Его лицо стало абсолютно неподвижным, абсолютно пустым. "Что?"

"Я подумал, что мы могли бы обратиться к Ричарду Деблассу и Элизабет Барристер".

"О". На этот раз именно Рорк испустил долгий вздох. "Конечно. Ричард и Бет, хорошая мысль ". Он отвернулся, отошел от нее, чтобы посмотреть в окно.

"Если это хорошая идея, почему ты расстроен?"

"Я не такой". Кем он был? У него не было названия для этого. "Я должен был подумать о них сам. Я должен был мыслить более ясно ".

"Ты не можешь думать обо всем".

"По-видимому, нет".

"Что-то не так".

Он начал отрицать это, отталкивать это в сторону. И должен был признать, что это было бы просто еще одной ошибкой. "Я не могу выбросить из головы ребенка. Нет, дело не в этом, не совсем. Я не могу выбросить это из головы, все это, с тех пор, как мы с тобой пошли в тот дом. Стоял и смотрел на те комнаты, где спали те дети ".

"Это тяжелее, когда это дети. Мне следовало подумать об этом до того, как я попросил вас сделать пошаговое руководство."

"Я не зеленый". Он развернулся, его лицо светилось яростью. "Я не настолько мягкотел, чтобы не... Ах, трахни меня." Он замолчал, провел руками по волосам.

"Эй, эй, эй". Явно встревоженная, она быстро подошла и погладила его по спине. "Что это дает?"

"Они спали". Иисус Христос, всегда ли эта единственная вещь вызывала у него наибольшее отвращение? "Они были невиновны. У них было то, что должно быть у детей. Любовь, комфорт и защищенность. И я заглянул в те комнаты, увидел их кровь, и это разрывает меня на части. У меня внутри все разрывается. Слезы по поводу прошедших лет. Я никогда не думаю об этом. Почему я должен, черт возьми."

Она не спрашивала о чем, не тогда, когда могла видеть это на его лице. Разве совсем недавно он говорил ей, что ненавидит видеть ее грустной? Как она могла рассказать ему, что с ней творилось, когда она видела, как он выглядит опустошенным?

"Может быть, нам стоит присесть на минутку".

"Черт возьми. Чертов чертов ад". Он прошествовал к двери, пинком закрыл ее. "Ты не можешь забыть это, но ты можешь жить с этим. И у меня есть. Я верю. Это не бьет по мне так, как по тебе ".

"Так что, может быть, когда это произойдет, будет еще хуже".

Он прислонился спиной к двери, уставился на нее. "Я вижу себя лежащим в луже собственной крови, блевающим и мочащимся после того, как он избил меня до потери сознания. И все же я здесь, не так ли? Чертовски хороший костюм, большой дом, жена, которую я люблю больше жизни. Он оставил меня там, вероятно, приняв за мертвого. Даже не потрудился выбросить меня, как выбросил мою мать. Я не стоил таких хлопот. Почему я должен беспокоиться об этом сейчас? Но мне интересно, какова, во имя Бога, цель, Ева? Какова цель, когда я прихожу к этому, а те дети мертвы? Когда у того, кто остался, нет ничего и никого?"

"Ты не сдаешь карты", - осторожно сказала она. "Ты просто играешь в них. Не делай этого с собой ".

"Я обманывал, воровал и попустительствовал тому, что у меня есть, или, во всяком случае, основам этого. В том переулке лежал не невинный человек ".

"Чушь собачья. Это просто чушь собачья ".

"Я бы убил его". Теперь в его глазах была не опустошенность, а зимний холод. "Если бы кто-то не сделал этого до меня, когда я был старше и сильнее, я бы пошел за ним. Я бы прикончил его. Этого тоже не изменишь. Что ж." Он тяжело вздохнул. "Это бесполезно".

"Это не так. Ты не думаешь, что это бесполезно, когда я обрушиваю это на тебя. Мне нравится твой член, Рорк, нравится отлично. Но это раздражает, когда ты думаешь об этом ".

Он открыл рот, с шипением выдохнул за мгновение до сдавленного смеха. "Раздражает, когда ты указываешь на это. Хорошо, тогда давай закончим на этом, когда я скажу тебе, что сегодня ездил в Гиладельфию ".

"Какого черта?" Она вырвалась. "Я сказал тебе, что мне нужно было знать, где ты".

"Я не собирался упоминать об этом, и не для того, чтобы избавить себя от вашего гнева, лейтенант. Я не собирался упоминать об этом, потому что это была пустая трата времени. Я думал, что смогу это исправить - я хорош в починке или откупаюсь, если починка не сработает. Я пошел навестить сводную сестру Гранта Свишера. Поговорить с ней о том, чтобы заступиться за Никси, теперь, когда законное опекунство аннулировано. Она не могла быть менее заинтересована ".

Теперь он сидел на ручке кресла. "Я решил сделать все это своей заботой. Великодушно с моей стороны".

"Заткнись. Никто не обижается на тебя, кроме меня." Она шагнула к нему, взяла его лицо в свои руки, поцеловала его. "И я не потому, что - даже будучи взбешенным из-за того, что ты отправился в незапланированную поездку - я горжусь тем, что ты попытался помочь. Я бы никогда не подумал об этом ".

"Я бы откупился от нее, если бы это было возможно. Деньги решают всевозможные проблемы, и зачем их так чертовски много, если ты не можешь купить то, что тебе нравится? Например, хорошая семья для маленькой девочки. Я уже устранил бабушку с дедушкой - кстати, нашел дедушку - по своим высоким моральным соображениям. Но тот, что остался, тот, который я выбрал вручную, не попал бы в нее ".

"Если она не хочет ребенка, ребенку лучше быть где-нибудь в другом месте".

"Я знаю это. Возможно, мне была отвратительна бессердечность этой женщины, но я был зол на себя за то, что предположил, что могу просто щелкнуть пальцами и привести все в порядок. И в ярости, что я не смог. Если бы все было аккуратно, я бы не чувствовал себя виноватым, не так ли?"

"О чем?"

"О том, что не рассматривал, не мог рассматривать возможность оставить ее с нами".

"Мы? Здесь? Мы?"

Он снова засмеялся, но звук получился усталым. "Ну, в любом случае, мы на одной волне. Мы не можем этого сделать. Мы не подходим для этого - для нее. Большой дом, все деньги, это ни черта не значит, когда мы не те люди ".

"Все на той же странице".

Он улыбнулся ей. "Я задавался вопросом, буду ли я хорошим отцом. Я думаю, что был бы. Я думаю, у нас бы это хорошо получилось, несмотря на то, или благодаря тому, откуда мы пришли. Может быть, и то, и другое. Но это не сейчас. Дело не в этом ребенке. Это будет тогда, когда мы будем знать, что у нас это хорошо получится ".

"Тут не за что чувствовать себя виноватым".

"Чем это отличает меня от Лизы Корде? Сводная сестра Свишера?"

"Потому что ты пытался все исправить. Ты поможешь все исправить ".

"Ты поддерживаешь меня", - пробормотал он. "Я даже не знал, насколько сильно потерял равновесие, и вот ты поддерживаешь меня". Он взял ее руки, поцеловал их. "Я хочу от тебя детей, Ева".

Звук, который она издала, вызвал быструю и легкую усмешку. "Не нужно делать паническое лицо, дорогая. Я не имею в виду сегодня, или завтра, или девять месяцев спустя. Присутствие Никси рядом было значительным образованием. Дети - это большая кровавая работа, не так ли?"

"Здорово".

"Эмоциональная, физическая, отнимающая много времени работа. С несомненно удивительными наградами. Та связь, о которой ты говорил, мы заслуживаем того, чтобы она была. Сделать это, когда мы будем готовы. Но мы, ни один из нас, не готовы. И мы не подготовлены к воспитанию девочки почти десяти лет. Это было бы похоже - по крайней мере, для нас - на начало выполнения извилистой, трудоемкой, увлекательной задачи где-то посередине, без какого-либо времени на обучение ".

Он снова шагнул к ней, коснулся губами ее лба. "Но я хочу детей от тебя, моя прекрасная Ева. Однажды."

"Однажды, это будет далеко-далеко в будущем. Например, я не знаю, скажем, десятилетие, когда... Держись. Дети - это множественное число ".

Он отстранился, усмехнулся. "Почему это так - ничто не ускользает от моего хитрого полицейского".

"Ты действительно думаешь, что если я когда-нибудь позволю тебе что-то внедрить в меня - они там как инопланетяне, отращивают маленькие ручки и ножки". Она вздрогнула. "Жутко. Если бы я когда-нибудь сделал это, вытащил ребенка - что, я думаю, вероятно, такой же приятный процесс, как прокалывание глазных яблок горящими ядовитыми палочками, я бы сказал: "Упс, давай сделаем это снова?" Вы недавно перенесли травму головы? "

"Насколько мне известно, нет".

"Может быть, приближается. В любую секунду ".

Он засмеялся, поцеловал ее. "Я действительно люблю тебя, а все остальное - в смутном будущем. В любом случае, мы говорим об этом ребенке. Я думаю, Ричард и Бет - прекрасная мысль ".

Она заперла остальное подальше - где, надеюсь, оно останется в каком-нибудь глубоком, темном хранилище разума. "Они забрали того парня в прошлом году".

"Кевин. Да, они недавно завершили процесс усыновления."

"Да, ты упоминал об этом. Парню пришлось нелегко - несмотря на все это, он был бодрым, но ему пришлось нелегко. Наркоман LC матери, которая избивала его, оставила его одного. Они должны знать, как обращаться с детьми с багажом, так что ..."

"Они могут быть хорошим выбором для Никси. Я поговорю с ними, сегодня вечером, если у меня получится. Им нужно будет встретиться с ней, а ей с ними ".

"Ты мог бы дать этому толчок. С уходом Дайсонов, GPS довольно скоро начнет кричать о воспитании. Хорошо. Давайте приступим к делу. Что у тебя есть для меня?"

"Я разыскал несколько имен, которые так или иначе пересекаются с Киркендаллом и Айзенберри". Говоря это, он подошел к своей консоли. "Некоторые связаны с ЦРУ, некоторые с национальной безопасностью". Он взглянул на нее и подумал, что это будет еще одним ударом по ее психике. "С тобой все будет в порядке с этим?"

"Это ты?"

"Я смирился с этим, насколько мог. Они наблюдали, как невинный, отчаявшийся ребенок страдал за то, что они считали более важным делом. Я не забываю этого, но я смирился с этим ".

"Я не забываю этого", - тихо сказала она. Ева знала, что это из любви к ней он отказался от мести оперативникам HSO, которые были свидетелями ее жестокого обращения много лет назад в Алласе - они были свидетелями того, как мужчина избивал и жестоко обращался со своей собственной дочерью, и ничего не сделали, чтобы остановить это. "Я не забываю, что ты сделал для меня".

"Точнее, не сделал. В любом случае, чтобы продвинуть это дальше, чтобы получить доступ к данным об этих людях через эти организации, мне понадобится это. Рорк, " сказал он, кладя руку на подставку для ладони. "Открытые операции".

Рорк, личность подтверждена, командование принято.

Консоль ожила, загорелись индикаторы, оборудование издало низкий, затихающий гул. Она обошла консоль, чтобы встать рядом с ним. И увидел фотографию в рамке, которую он держал здесь. Малышка с ярко-голубыми глазами и темными густыми волосами прижималась к молодой матери с разбитым лицом и забинтованной рукой.

Это тоже было личным, подумала она, и почему он хранил это здесь, в этой комнате. Что-то еще, с чем он смирился.

"Еще одна вещь, которая показалась мне интересной", - сказал он ей. "Взгляни".

Он заказал изображение на настенный экран.

"Клинтон, Айзек П., армия США, в отставке. Сержант. Похож на Киркендалла ", - прокомментировала она. "Вокруг глаз, рта. Тот же окрас ".

"Да, это меня тоже зацепило. Особенно когда я обратил внимание на дату рождения ". Он вызвал изображение и данные Киркендалла.

"Та же дата. Тот же медицинский центр. Сукин сын. Указаны разные родители. Но если записи были изменены. Если..."

"Я думаю, кто-то был непослушен и решил, что стоит немного покопаться в записях медицинского центра".

"Незаконное усыновление? Близнецы, разделенные при рождении. Может ли это быть настолько странным?"

"Странно, " согласился Рорк, " но при всем этом логично".

"Они должны знать. Они оказываются в одном полку, проходят одинаковую подготовку. У парня твое лицо - или достаточно близко, чтобы люди заметили - ты будешь задавать вопросы ".

"Я так понимаю, вы хотели бы этого в первую очередь".

"Иди".

"Это не займет много времени".

Он сел, начал работать по голосовым командам и вручную, пока она ходила взад и вперед.

Братья, подумала она. Командная работа. Близнецы, разлученные, затем снова собранные вместе. По воле судьбы? Удача? Порочное чувство юмора высшей силы?

Была бы связь сильнее тогда, каким-то образом? Гнев глубже. И убийства еще более личные. Лишенный своей законной семьи при рождении. Суд отказал кому-либо в праве на семью.

Жизнь - сука, поэтому ты убиваешь.

"Был ли Тисклинтон когда-либо женат?"

"Тихо", - был ответ Рорка, поэтому она посмотрела сама.

"Здесь много зеркал", - отметила она. "Он был женат - в том же году, что и Киркендалл. Один ребенок для него, мужчина. Оба сына и жена числятся пропавшими без вести за год до того, как боксерская груша Киркендалла и дети пропали без вести. Они взлетают?" - удивилась она. "Или не воспользоваться шансом?"

"Данные о родах матерей в больничных картах такие же, как и в более поздних данных", - сказал Рорк во время работы.

"Покопайся, найди других в списке на тот же день. Мальчики-близнецы, умерли."

"Уже там, лейтенант. Еще один момент. И вот. На экране. Смит, Джейн-мальчики-близнецы, родившиеся мертвыми в оригинале. Я полагаю, что медицинский центр и лечащий врач получили за это солидный гонорар ".

"Продал их. Да, держу пари, это то, что она сделала. Это случилось. Случается, " поправила она, - даже с учетом того, что законы обрушиваются на женщин, которые сами себя оплодотворяют и вынашивают зародыши за большие, жирные гонорары, это случается ".

"Целевые пары - при наличии на это средств - могут указать физические характеристики, которые они хотели бы иметь, этническую принадлежность и так далее, обходя обычные маршруты с их проверками и правилами ". Рорк кивнул. "Да, здоровые новорожденные всегда являются ходовым товаром на черном рынке".

"И эта Джейн Смит сорвала джекпот, выпустив близнецов. Киркендаллы, Клинтоны, уходят с попрыгунчиками, а их младший брокер собирает комиссионные, делит остальные акции. Я передам эти данные кому-нибудь в Службе защиты детей. Они захотят покопаться в этом, посмотреть, смогут ли они найти биологическую мать, посредников. Рискованный шаг, поскольку мы говорим о пятидесяти годах, и я не могу взять тайм-аут для этого, если это не приведет к Киркендаллу. Продажа детей. Довольно низкий."

"Может быть, лучше быть желанным, даже купленным и оплаченным, чем быть нежеланным, отвергнутым".

"Есть законные агентства, которые занимаются этим делом. Даже способы забеременеть - если это то, чего вы хотите - если у вас есть физические ограничения. Такие люди хотят срезать углы, хотят игнорировать закон и существующую систему, чтобы защитить ребенка ".

"Я согласен с тобой. И я бы сказал, что в этих случаях те, кого разыскивали, кого купили и за кого заплатили, узнав об этом, отреагировали плохо ".

Она ходила взад и вперед. "У меня был брат, и ты украл его у меня. Я жил во лжи, которая была вне моего контроля. Я возьму на себя ответственность. Итак, у нас есть пара взбешенных парней, которых за наши налоговые деньги научили убивать. Братья, братская верность вместе с семперфи".

"Я думаю, что это корпус морской пехоты, а не армия".

"Неважно. В какой-то момент они встречаются, выясняют это. Или один из них понимает это и ищет другого. В итоге вы получите две половинки одной монеты, и тем хуже для этого. Они изменили свои лица. Не только для того, чтобы избежать обнаружения, но и для того, чтобы быть более похожим, для чего, уважать их связь? Не просто разнояйцевые близнецы, идентичные. Или настолько близко, насколько это возможно, к идентичному. Два тела, один разум. Вот как это выглядит для меня ".

"В обоих их файлах, а также в нескольких других, которые я нашел, указаны задания как от ЦРУ, так и от Министерства внутренних дел, а также специальные операции".

Теперь я вижу тебя, подумала Ева. Теперь я знаю тебя. Я найду тебя сейчас. "Сколько времени тебе потребуется, чтобы войти, вытащить это?"

"Немного. Вы беспокойны, лейтенант."

"Мне нужно..." Она пожала плечами. "Что-то физическое. Хорошая тренировка. Не справлялся ни с одним за несколько дней. Более того, я просто хочу немного постучать по чему-нибудь. Что-то, что наносит ответный удар ".

"Я могу помочь тебе с этим".

Она подняла сжатые в кулаки руки. "Хочешь пройти раунд, туз?"

"Вообще-то, нет, но дай мне минуту, чтобы это настроить". Он отдавал машинам приказы, которые Ева никогда не могла полностью перевести на электронном языке. "Это может начаться без меня, потом я вернусь, чтобы закончить это. Пойдем со мной".

"Все прошло бы быстрее, если бы ты этим занимался".

"Час или около того не будет иметь большого значения". Он затащил ее в лифт. "Голокомната".

"Голографическая комната? Для чего?"

"Небольшая программа, с которой я играл. Я думаю, тебе это понравится. Особенно учитывая наш недавний разговор о мастере Лу и наше взаимное восхищение его мастерством ".

Он шагнул с ней в пустой квадрат голографической комнаты. "Инициируй программу боевых искусств 5А", - сказал он с улыбкой, скользнувшей по его губам. "Ева Даллас как противник".

"Я думал, ты сказал, что не хочешь ..."

Комната замерцала, поплыла и превратилась в додзе, со стеной оружия и глянцевым деревянным брусом. Она посмотрела на себя сверху вниз, изучила традиционную черную форму солдата.

"Ледяной" было все, что она могла придумать, чтобы сказать.

"Сколько тренировок ты хочешь?"

Она перекатилась на носки своих ног, снова на пятки. "Твердый и потный".

"У меня есть как раз то, что нужно. Тройная угроза, " приказал он. "Полный цикл. Веселись", - добавил он Еве, когда появились три фигуры.

Двое мужчин, заметила Ева, одна женщина. Женщина была невысокой, с сиренево-рыжими волосами, собранными сзади в гладкий хвост, чтобы не было видно ее потрясающего лица. Один самец был черным, значительно выше шести футов, крепкая мускулатура, хорошая длина руки. Второй был азиатом, с черными, как мрамор, глазами и гибким телосложением, которое подсказало ей, что он будет быстрым и проворным, как ящерица.

Они подождали, пока она выйдет вперед, затем, щелкнув пальцами, поклонились. Она повторила жест, затем плавно перешла в боевую стойку, когда они начали кружить.

Женщина пришла первой, изящный взмах руки, за которым последовал ножницеобразный удар, просвистевший рядом с лицом Евы. Для контратаки Ева нырнула, выбросила ноги и нанесла первый удар по азиатке. Встала на ноги в броске, заблокированная предплечьем.

И почувствовал вибрацию от соприкосновения плоти с плотью.

Сначала пробуем приемы: удар слева, удар в прыжке, разворот, удар кулаком.

Она парировала, уловила движение краем глаза и развернулась, чтобы встретить женщину ударом ноги в подъем, сильным ударом локтя в челюсть.

"Отлично сработано", - крикнул Рорк и прислонился к стене, чтобы посмотреть.

Она приняла удар, который сбил ее с ног, использовала свои руки и квадрицепсы, чтобы перевернуться назад, прежде чем приземлился следующий. И азиат развернулся, поймал ее летящим ударом ноги по почкам, от которого она покатилась по полу на животе.

"Ой". Рорк поморщился. "Это немного задело".

"Разбудил меня, вот и все". Дыша сквозь зубы, она приподнялась на руках, ударила ногой в ответ и уложила чернокожего парня двумя сильными ударами каблуков в пах.

"Это задело сильнее", - решил Рорк и заказал себе бокал каберне из автомата.

Он задумчиво потягивал, наблюдая за сражением своей женщины. В меньшинстве, а в двух случаях с большим перевесом. Но держащаяся особняком. И она нуждалась в этом, в этом тяжелом физическом испытании. Чтобы помочь выпустить наружу некоторые из тех жестких, эмоциональных кулаков, бьющихся внутри нее.

Тем не менее, он сочувственно зашипел, когда она получила сокрушительный удар по лицу.

Что ж, подумал он, она более или менее держалась самостоятельно.

Они набросились на нее одновременно, и она блокировала одного, перевернув его через спину, от другого уклонилась ловким броском плечом, но третий поймал ее резким ударом назад, который снова отправил ее в нокдаун.

"Почему бы мне немного не смягчить это", - предложил Рорк.

Она встала на ноги, кровь теперь у нее в глазу. "Ты сделаешь, и я надеру тебе задницу, когда закончу с этим".

Он пожал плечами, сделал глоток. "Твой звонок, дорогая".

"Хорошо". Она потрясла руками, описывая круги, как они это делали, отметив, что самка теперь предпочитает свою левую ногу, а черный самец запыхался. "Давай закончим с этим".

Она набросилась на черного парня. Возможно, он был самым крупным, но удар в пах был болезненным. Используя женщину в качестве приманки, Ева совершила двойное вращение, резкий боковой удар, легко блокировала и использовала инерцию, чтобы развернуть ее, толкнуть вперед так, чтобы ее верхняя часть тела, голова и кулаки соприкоснулись с промежностью чернокожего мужчины.

На этот раз он упал и остался лежать.

Она блокировала удары предплечьями, плечами, оценивая свою позицию, занимая оборону и сближая обоих своих противников.

Удар короткой руки в челюсть откинул голову женщины назад, а локоть, который Ева ткнула ей в горло, вывел ее из строя.

Ева схватила свое падающее тело и толкнула его в своего последнего противника.

Ему пришлось отвернуться, но он вернулся к ней. Теперь они оба пыхтели, и пот заливал ей глаза. Она согнулась пополам, когда его нога угодила ей в живот. И он был быстр - но не настолько, чтобы отдернуть ногу назад, прежде чем она схватит его за лодыжку и дернет.

Он использовал движение, чтобы перенести себя в сальто, ударил по приземлению с грацией, которой она восхищалась. Даже когда она бросалась на него, подскакивая для летящего удара ногой. Ее каблук приземлился на его переносицу, и она услышала удовлетворяющий хруст.

"Это игра", - сказал Рорк. "Завершить программу".

Фигуры исчезли, как и додзе. Она стояла, теперь в своей рабочей одежде, переводя дыхание. "Хороший бой", - выдавила она.

"Неплохо. Ты покончил с ними за ... двадцать одну минуту сорок секунд."

"Время летит, когда ты... ой". Она потерла внутреннюю поверхность правого бедра. "Что я получаю за то, что не разогреваюсь".

"Ты что-то вытягиваешь?"

"Нет". Она наклонилась, чтобы растянуть его. "Просто немного нежный". Она сдула волосы с прищуренных глаз и посмотрела на Рорка. "Двадцать минут?"

"Двадцать один сорок. Не совсем высокий балл. Я сделал это в тысяча девятьсот двадцать третьем."

Она подняла голову, прищурилась на него и потянулась, подтягивая пятку правой ноги к ягодицам. "Меньше двадцати первого раза?"

"Ладно, нет, не в первый раз. На это у меня ушло двадцать с мелочью."

"Насколько сильно изменились?"

Он рассмеялся. "Пятьдесят восемь".

"Я бы сказал, что разница сведена на нет, поскольку вы запрограммировали игру. Дай мне глоток этого ".

Он предложил ей стакан. "Чувствуешь себя лучше?"

"Да. Ничто так не скрашивает день, как удар кулаком в лицо. Я тоже не знаю, что это говорит обо мне, но мне все равно ".

"Тогда у нас будет другая игра. Час отдыха еще не закончился, - сказал он, прежде чем она смогла возразить. "Инициирую программу "Остров-3".

Они были на пляже с белым песком, который переходил в кристально-голубую воду. Вдоль береговой линии были разбросаны цветы - розовые, белые, розово-красные. Птицы цвета драгоценных камней взмыли в небо, чистое и голубое, как стеклянная чаша.

По морю мягко плыла широкая белая кровать.

"На воде есть кровать".

"Я никогда не занимался с тобой любовью на воде. В ней, отчасти под ней, но никогда на ней. Тебе нравится пляж." Он поднес ее руку к своим губам. "Мне нравится идея уплыть с тобой".

Она посмотрела на него. Теперь на нем была тонкая белая рубашка, расстегнутая так, что она колыхалась на ветру, и свободные черные брюки. Его ноги были босыми, как и у нее.

Она отметила, что он также запрограммировал ее на белый цвет. Развевающееся белое платье на тонких бретелях. В ее волосах были цветы. Долгий путь от черного солдата и летающих кулаков. "От боя к роману?"

"Можете ли вы придумать что-нибудь, что подходит нам больше?"

Она рассмеялась. "Думаю, нет. Я бы не смог вот так отойти на час, не пару лет назад. Я надеюсь, что мне от этого станет лучше, всем вокруг ".

Она взяла его за руку, вошла с ним в теплую, чистую воду. И смеялся, когда они перекатились на кровать. "Это похоже на действительно сексуальный плот".

"И бесконечно более комфортно". Он провел губами по ее губам. "Я отступал, когда хотел. Но я никогда не был способен уйти от себя, как я могу с тобой. Я знаю, что мне от этого лучше ".

В другом мире были смерть и боль, горе и ярость. И здесь была любовь. Белый песок и голубая вода могли быть фантазией, но этот мир был таким же реальным, как и другой. Поскольку он был реальным, они были реальными.

"Тогда давайте уйдем отсюда сами. Уплыви".

Она привлекла его к себе, рот к рту, сердце к сердцу. Кровать мягко опустилась на голубую воду, и беспокойство внутри нее ослабло.

Она попробовала его вино, насыщенное, и почувствовала, как теплый, влажный воздух омывает ее кожу, когда он прикасался к ней.

Сейчас время мечтаний, подумала она. Без жесткого блеска того, другого мира. Без боли, крови и непрекращающегося насилия повседневной жизни. Успокаивающий, своего рода легкое возбуждение, которое успокаивало сердце и питало душу.

Когда она держала его вот так, когда ее губы были на его губах в долгом-долгом поцелуе, она могла забыть, что значит быть голодной и страдать. Находясь в таких объятиях, она знала, что может вернуться к более сильной боли.

Она стянула рубашку с его плеч, позволила своим рукам исследовать теплую кожу, крепкие мышцы, позволила себе плыть, как плыла кровать, когда он спустил эти тонкие бретельки с ее рук.

Воин принадлежал ему. Женщина, которая всего несколько мгновений назад вела бой, побеждала врагов концентрированным и устрашающим насилием, была мягкой под ним, податливой, нетерпеливой и невероятно сладкой.

Она будет сражаться снова и снова, проливать кровь и проливать ее. И все же, чудесным образом, она возвращалась к нему снова и снова. Мягкий, податливый и нетерпеливый.

Он пробормотал по-ирландски. Любовь моя. И прошелся поцелуями по этим сильным плечам, по этим длинным рукам, где мышцы были словно вырезаны из алебастра. Он вытащил цветок из ее волос. Проводя им по ней, даже когда его губы прослеживали. Заставляя ее дрожать.

"Это что-то особенное".

"Цветок?"

"Цветок, да. Дополнительно." Он покрутил его на ножке, наблюдая за ней. "Ты будешь мне доверять?"

"Я всегда доверяю тебе".

"Я хочу подарить тебе это. Чтобы подарить это нам обоим ".

Он провел лепестками по ее груди. И своим языком он попробовал их и ее.

Она выгнулась дугой, все еще паря, все еще паря, но теперь выше, как будто волна тепла подняла ее. Желание струилось по ней, как вино. Она могла слышать пение птиц, какую-то экзотическую, эротическую музыку с тихим плеском воды о берег. Она могла слышать его голос, его музыку, когда он снимал белое платье.

Солнце, его руки, его губы, все на ее коже - как ее губы были на его. Кровать покачивалась на воде, успокаивая, как колыбельная.

Затем он положил цветок ей между ног.

Ощущение заставило ее пальцы впиться в него. "Бог".

Он наблюдал за ней, наблюдал, как на ее лице промелькнуло смущенное удовольствие. Его полицейский, его воин, и все еще странно невинна в своих собственных удовольствиях.

"Это называется Венерианский цветок и выращивается в колонии на Грин-Уан. Гибридизованный, " сказал он, проводя им по ней, наблюдая, как ее глаза затуманиваются, - с определенными свойствами, которые усиливают ощущения."

В ее груди покалывало от этого, как будто нервы были натянуты и обнажены. И когда его рот накрыл ее, его зубы слегка прикусили ее сосок, от шока она вскрикнула. Он прижал цветок к ней, пока сосал.

Ее тело взорвалось.

Она сошла с ума. Было невозможно думать из-за шквала ощущений, невыразимого удовольствия. Шок от этого заставил ее тело пульсировать, погружаясь, когда оргазм захлестнул ее.

"Когда я внутри тебя..." Теперь его голос был ирландским, а глаза дикими и синими. "Когда я буду в тебе, Ева, это сделает то же самое со мной. Попробуй это". Его рот прижался к ее рту, его язык проник внутрь. "Почувствуй это". Он прижал цветок к ней. "Приди снова, я хочу, чтобы ты пришел снова, пока я наблюдаю за тобой".

Она взбрыкнула, преодолевая шторм, прекрасно осознавая каждую клеточку своего тела и затопившее их наслаждение. "Я хочу, чтобы ты был внутри меня". Она схватила его за волосы, притянула его рот обратно к своему. "Почувствуй то, что чувствую я".

Он вошел в нее медленно, так медленно, что она поняла по дрожи в его теле, как жестко он себя контролировал. Затем у него перехватило дыхание, и его глаза, его прекрасные глаза, ослепли. "Христос".

"Я не знаю, переживем ли мы это", - выдавила она и обхватила его ногами. "Давайте выясним. Не сдерживайся ".

Он не был уверен, что смог бы, не сейчас, не с охватившими его ощущениями, не с ее безрассудными словами, звенящими в его ушах. Он позволил цепи порваться и прокатился по ней вместе с ней, волна за горячей, вздымающейся волной.

Когда последнее захлестнуло его, оно захлестнуло их обоих.

Она не была уверена, что когда-нибудь сможет восстановить дыхание или полностью использовать свои конечности. Ее руки безвольно соскользнули с него, пока ее пальцы не оказались в воде.

"Это законно?"

Он распластался на ней, дыша как человек, который взобрался на гору или упал с нее. И его смех грохотал по ее коже. "Боже, только ты".

"Серьезно".

"Нам действительно нужно, чтобы Трина навсегда вытатуировала этот чертов значок у тебя на груди. ДА. Это было протестировано, одобрено и лицензировано. Пока его немного сложно приобрести. И, как вы можете видеть, его последствия преходящи ".

"Хорошая вещь. Порочный эффект".

"Эротичный, возбуждающий, усиливающий, не лишая воли или выбора". Он поднял цветок, покрутил его, затем бросил в воду, где он плавал. "И симпатичный".

"Все они такие?"

"Нет, только один". Он снова поцеловал ее, наслаждаясь угасающим жаром ее губ. "Но я могу получить больше".

"Держу пари". Она начала потягиваться и нахмурилась при звуке звукового сигнала.

"Ах. Похоже, мы прошли первые уровни, и требуется мое внимание ".

Она села, откинула волосы. Она бросила последний взгляд на голубую воду, белый песок и цветы, усыпавшие береговую линию, словно драгоценные камни. "Время игр закончилось".

Он кивнул. "Завершить программу".

18

ЕВА СИДЕЛА На ОДНОЙ ИЗ ПОДСТАНЦИЙ РОРКА И начала прокладывать свой путь через жизни Киркендалла и Клинтона. Им нужна была операционная база, место для размещения, хранения оборудования, планирования стратегий и создания симуляторов.

Место, куда можно привести кого-то вроде Мередит Ньюман.

Она начала с детства-Киркендалл в Нью-Джерси, Клинтон в Миссури. Киркендалл переезжает в Нью-Йорк с опекуном в возрасте двенадцати лет. Клинтон часто делает то же самое, Тухио, в своем возрасте. И оба завербовались в армию в восемнадцать. Оба были завербованы в спецназ в двадцать лет.

Капралы Киркендалл и Клинтон оба проходили подготовку в Кэмппоуэлле, Майами.

"Это как зеркало", - сказала Ева. "Нет, как магниты. Они просто продолжали дублировать движения друг друга, пока не столкнулись ".

"Никаких разговоров".

Ева нахмурилась, глядя на него. Закатав рукава, убрав волосы назад, он одной рукой стучал по клавиатуре, а другой нажимал на значки на панели просмотра. И последние десять минут он бормотал на стильном сочетании гэльского - как она предположила - и странного ирландского сленга, на который он переходил, когда заводился.

Трахни это, чушь собачья, трахнись, окровавленный, и обильное количество трахов, которые звучали все больше и больше как "парень", когда он настраивался.

"Ты говоришь".

"Вздохни, сделай тоин фейн!" Он проговорил это, откинулся на мгновение назад и изучил свою доску. "Что? Я не разговариваю, я приобщаюсь. Ах да, вот ты где, сучка ".

Причащаюсь, подумала она, когда он склонился над клавишами. Достань его. Но она вернулась к своей собственной работе. Если бы она не была осторожна, она бы увязла, наблюдая за ним. Он создал адскую картину, когда был в зоне.

Армия - как и положено армии - перетасовала их в течение следующих нескольких лет. Они жили в военном жилье, даже после того, как поженились каждый за своего - с разницей в три месяца друг от друга. И когда они решили уволиться из армии, чтобы купить дома, они оказались в том же районе.

Она переключалась между локациями, финансовыми показателями, добавила в микс Айзенберри. И скользнула в свою собственную зону.

Когда рядом с ней запищал внутренний канал связи, она пожалела, что не может выругаться по-гэльски.

"Детектив Бакстер и офицер Трухарт прибыли и хотели бы поговорить с вами".

"Пусть они подождут в моем кабинете". Она отключилась, затем перенесла данные и заметки, над которыми работала, на свой офисный блок. "У меня есть кое-какие вещи", - сказала она Рорку.

"Я тоже. Прямо сейчас я нахожусь в досье Киркендалла на ЦРУ. Занятый, занятой мальчик".

"Скажи мне одну вещь. Платят ли подобные агентства комиссионные - внешние сборы - за мокрую работу? Для особых заданий?"

"По-видимому. Я нахожу в его досье сумму, указанную как "гонорар за операцию". Его максимальная сумма, кажется, составляет полтора миллиона долларов - за ликвидацию ученого в Белинграде. Он работал довольно дешево ".

"Как нам удается жить в одном мире, когда на самом деле ты существуешь в самолете, где полмиллиона - это дешево?"

"Настоящая любовь приковывает нас к одному и тому же столбу. Фрилансеры могут получить вдвое больше за убийство. Легко." Он оторвал взгляд от своей работы. "Однажды, в нежном двадцатилетнем возрасте, мне предложили это - покончить с деловым конкурентом торговца оружием. Немного сложно отказаться от этого - быстрые деньги, - но убийство за плату всегда казалось мне безвкусным ".

"Безвкусный".

Он просто улыбнулся ей. "Я сейчас в деле, так что я продолжу в том же духе и пройдусь по делам Клинтона и Айзенберри. Теперь это не займет много времени, поскольку я уже пробил ".

"Я буду в своем кабинете. Просто из любопытства, что делает ..." Она сделала паузу, вспомнила гэльскую фразу и исказила ее, повторяя.

Удивление промелькнуло на его лице, когда он наклонил голову. "Где ты это услышал?"

"Из твоих уст некоторое время назад".

"Я это сказал?" Он выглядел слегка шокированным - и, если она не ошибалась, немного смущенным. "Ну, что же возвращается к тебе. Просто вспышка из моей юности. Очень грубый ".

"О, тогда, как полицейский, который работал на опрятных и благопристойных улицах Нью-Йорка одиннадцать лет и считая, я был бы шокирован грубыми выражениями".

"Очень грубо", - повторил он. Затем пожал плечами. "По сути, это значит трахнуть себя в собственную задницу".

"Да?" Она просияла. "Как бы тебе сказать это еще раз - правильно? Я мог бы использовать это на Соммерсете ".

Он рассмеялся и покачал головой. "Иди на работу".

Она вышла, бормоча фразу.

И вошла в свой офис как раз вовремя, чтобы увидеть, как Бакстер откусывает большой кусок от бургера с начинкой. Поскольку не было видно пакетов с едой навынос, а запах был настоящим мясом, она сделала вывод, что он доносился с ее собственной кухни.

"Помоги себе сам".

"Спасибо". Он ухмыльнулся, прожевал и указал на Трухарта, который жевал точно такое же блюдо - по крайней мере, с изяществом, позволяющим выглядеть слегка пристыженным. "Мы не останавливались для заправки. Еда здесь лучше ".

"Я передам ваши комплименты шеф-повару. Ты собираешься сообщать или просто запихнешь в рот дохлую корову?"

"Оба. Связался с главным по Моссу и Дуберри. Команда, работающая с Моссом, они закрыли все люки. Не за что было браться. Никаких конкретных угроз не поступало. Мосс ничего не говорил своей жене, своим коллегам, друзьям, соседям о каких-либо угрозах. Он и его сын ездили на север штата в этот коттедж, которым он владел, на выходные в месяц. Время как мужчина мужчине. Рыбалка и прочее дерьмо. Автомобиль был припаркован в частном гараже - полное видеонаблюдение, охрана с дроидами. Дроид не показал никаких изменений, но у него был тридцатиминутный перерыв в работе над диском. То же самое с камерами наблюдения ".

"Что это за хижина?"

Бакстер кивнул, взял одну из картошек фри, которые он заказал вместе с бургером. "Мы думали так же. Зачем проходить через все это, когда было бы проще убить его в домике на севере штата. Троя?"

Трухарт поспешно сглотнул. "Коттедж находится в закрытом рекреационном районе, и безопасность здесь хорошая. Следователи полагали, что из-за природы взрывного устройства и способности нарушить безопасность стоянки, вероятность городского терроризма была высока. Несколько других транспортных средств были уничтожены, и стоянка получила некоторые структурные повреждения ".

"Да", - пробормотала она. "Умнее. Добавьте элемент городского терроризма, чтобы омрачить обстановку ".

"Не было никаких доказательств, позволяющих заключить, что Мосс был конкретной целью, но если это так, они пришли к выводу, что это потому, что он был судьей, а не из-за какого-то конкретного дела. К Моссу также обращались как к возможному кандидату в мэры, поэтому команда принимала во внимание политику ".

Он прочистил горло и продолжил, когда никто не прокомментировал. "У них не было ни доказательств, ни причин смотреть на Киркендалла в то время. Он не угрожал, и его дело было урегулировано примерно за три года до инцидента. Учитывая, ах, то, что у нас есть сейчас, мы можем взглянуть на Киркендалла, его поведение и патологию, и сделать вывод, что он сбил Мосса в городе, а не в хижине, потому что это, гм, замутнило воду. И это было скорее вызовом. Больше похоже на заявление ".

"Согласна", - сказала Ева и увидела, как Трухарт облегченно вздохнул. "Что насчет устройства?"

"Что ж, это довольно интересно". Бакстер сделал жест своим бургером. "И еще одна причина, по которой основной и команда пришли к выводу о городском терроризме. То, что они смогли убрать со сцены, а затем с сима, указывало на устройство военного образца. Это был не самодельный бумер, который какой-то yahoo сколотил у себя в подвале, потому что его разозлил какой-то судья, заставивший его платить алименты. Ребята из лаборатории поработали над этим - слова первичного - на пластоновой основе, и это недешево, электронный спусковой механизм, предназначенный для срабатывания при включении двигателя, и ... " Он сделал широкий жест, разведя руки в стороны ".... взорвитесь наружу для получения дополнительного урона ".

Что-то промелькнуло в ее сознании. "Хорошо, как они могли быть уверены, что Мосс будет тем, кто включит двигатель? Что насчет жены?"

"Не был за рулем".

"Недостаточно хорош. Даже частные участки могут внести несколько дополнительных сборов, сдавая транспортное средство в аренду. Ты должен это учитывать. И Киркендалл хотел бы стопроцентного успеха. Я хочу, чтобы лаборатория еще раз взглянула. Держу пари, что на нем была защита от сбоев. Что он контролировал ситуацию и мог при необходимости дистанционно взорвать или прервать ее. Клинтон - их человек E и B ", - заявила она. "Это особенность, которая всплывает из его данных, но Киркендалл хотел бы получить контроль".

"Я подтолкну лабораторию", - согласился Бакстер. "Мы также поговорили с основным участником по поводу убийства Дюберри. Теперь есть парень, который окопался ".

"Что это значит?"

"Он подумал о бывшем парне. Он все еще думает о бывшем парне. Я не собираюсь говорить, что он что-то упустил в расследовании, но я сам еще раз все повторю. Он нацелился на этого парня, и все ".

"У парня алиби?"

"Правильно и плотно. Получи это ". Он помахал перед ней картошкой, разорвал ее надвое. "Он дома один, а камеры сканирования здания - дерьмо. Так что да, вы можете подумать, эй, он мог бы улизнуть, заключить сделку, ускользнуть обратно, ничего особенного. Но в квартире над ним есть парень с огромной водяной кроватью. Протащил это в прошлых правилах построения. Весит чертову тонну. В довершение всего, он любит вечеринки. Нашел себе двух дам эконом-класса для секса втроем. И пока они занимаются серфингом, они проявляют немалый энтузиазм. Кровать хлопает, и ты получаешь чертов океан. Вода хлещет сквозь потолок и почти топит парня внизу. Крупная ссора между верхним и нижним этажами, свидетелями которой были соседи, и которая произошла в то время, когда Дюберри был задушен ".

"Ха". Ева подошла, стащила у Бакстера картошку фри.

"Первичный отдел уверен, что за этим стоял тот парень. Перед вами женщина, у которой нет известных врагов, обычная жизнь. У вас нет ни сексуального насилия, ни кражи со взломом, так что вы должны разобраться с личным. "

"Бывший парень собирается изнасиловать ее - высокая вероятность", - вставила Ева. "Также повредите немного ее лицо. Это личное ".

"Да, но, по предварительным данным, он нанял кого-то, чтобы убить ее. Но у парня нет финансовых средств на убийство. Он едва зарабатывает на аренду. И это был главный хит. У него нет судимостей, никаких известных связей с темной стороной. Парень тут ни при чем, Даллас. Мы снова начали интервью. Никто не выдвигает никаких мотивов, никто не помнит, чтобы соперник говорил о каких-либо тревогах. Ее оборудование для связи и передачи данных давно исчезло, но ЭДД сделал сканирование и нашел zip."

"Ладно, заканчивай на ночь. Пибоди и Макнаб разговаривают с бывшей невесткой Киркендалла. Мы кратко расскажем здесь, о восемьсот."

"Достаточно хорошо. Слушай, мы с Трухартом подумали, что могли бы взять ночную смену на ребенка. Мы можем переночевать здесь ". Он пожал плечами, когда Ева нахмурилась, глядя на него. "Она милашка. Достает тебя. Тяжелый день для нее. Мы могли бы немного потусоваться с ней, отвлечь ее от этого ".

"Поговори с Соммерсетом о том, где тебе следует переночевать. Я ценю дополнительную обязанность ".

"Нет проблем". Он снова поднес бургер ко рту, затем сделал паузу. "Куда направилась Пибоди, чтобы взять интервью у невестки?"

"Небраска".

"Небраска". Он откусил, задумчиво прожевал. "Действительно ли там живут люди? Я думал, это один из тех мифов. Знаешь, как в Айдахо ".

"В Айдахо тоже живут люди, сэр", - сказал ему Трухарт.

"Выходи". Бакстер рассмеялся и полил картофель фри кетчупом. "То, чему ты учишься".

Шаттл с двумя пассажирами приземлился на небольшой грузовой станции в Норт-Платте. Согласно записке Рорка, там был автомобиль, ожидающий последнего этапа поездки.

Пибоди и Макнаб стояли на холодном вечернем воздухе, глядя на гладкий черный драгоценный камень.

"О, мой бог. Я думал, что шаттл был магнитным." Сердце екнуло, Пибоди обошла вокруг. "Ты знаешь, кресла для сна, компьютерные станции, меню в автомате".

"Скорость", - добавил Макнаб с дурацкой усмешкой.

Пибоди отправила ему один ответ. "Да. Далеко в центре города. Но это..."

"Это зверь". Макнаб провел пальцами по капоту. "Чувак, у этого ребенка должно быть крыло".

"Ставлю свою задницу".

Но когда она начала открывать дверь со стороны водителя, он взял ее за руку. "Подожди. Кто сказал, что ты будешь пилотом?"

"Мой партнер - главный".

"Недостаточно хорош".

"Ее муж обеспечил транспортировку".

"Даже нет", - сказал он, покачав головой. "Я поставил тебе оценку, детектив, детка".

"Я хочу".

Он рассмеялся и полез в один из многочисленных красных карманов на своих мешковатых штанах. "Я говорю, что мы должны за это взяться".

"Дай мне сначала взглянуть на этот кредит".

"Такой уровень доверия печален", - сказал он, но передал его.

Она изучала его, переворачивая и обратно. "Хорошо, ты звонишь, я переключаю".

"Решка, из-за того, как сильно мне нравится твоя".

"Хорошо, я снесу головы из-за того, что твоя такая пустая". Она подбросила кредитку, поймала ее в воздухе и хлопнула ею по тыльной стороне ладони. "Черт возьми!"

"Ву-ви! Пристегнись, Женское тело, потому что мы выходим на орбиту ".

Она надулась, когда обошла машину, чтобы устроиться на пассажирском сиденье. Не то чтобы это не было дерзко, даже в таком положении. Сиденье, отлитое в хвост, которым восхищался Макнаб, было похоже на руки любовника, а приборная панель представляла собой сверкающий изгиб, оснащенный достаточным количеством датчиков, чтобы его заявление о выходе на орбиту не выходило за рамки реальности.

Все еще надувшись, она включила карту, запрограммировав желаемое местоположение. И мелодичным мужским голосом компьютера ему был указан самый прямой маршрут, учитывая расчетное время прибытия в двадцать минут при установленных ограничениях скорости.

Рядом с ней Макнаб надел солнцезащитные очки в черной оправе с ярко-красными линзами. "Мы собираемся покончить с этим без промедления".

Он был прав, подумала она. Зверь взмахнул крыльями. Волнение от этого заразило ее настолько, что она приказала открыть небесную крышу.

"Ты выбираешь мелодии", - прокричал Макнаб сквозь рев двигателя и ветра. "И подкачай это!"

Она выбрала трэш-рок - он, казалось, подходил - и кричала вместе с песней, когда они рвались на юг.

Безумие, которым был Макнаб, сократило время в пути почти вдвое. Она потратила часть сэкономленного времени на то, чтобы разгрести то, что теперь было птичьим гнездом у нее на голове, и приручить его до своей обычной прямой стрижки под миску. Макнаб вытащил складную щетку из другого кармана и похлопал по своему завязанному в узел хвосту.

"Милое местечко", - прокомментировал он, оглядывая двор, кукурузное поле, которое тянулось вдоль него. "Если ты предпочитаешь сельскую местность".

"Я верю. Все равно навестить." Она изучала аккуратно выкрашенный в красный цвет сарай, небольшую, аккуратную пристройку и пастбище, где паслись несколько пятнистых коров. "Кто-то хорошо об этом заботится".

Она вышла, посмотрела на узкий участок газона, упорядоченные клумбы с увядающими осенними цветами, которые вели к двухэтажному белому дому с крытой верандой.

На ступеньках стояли праздничные тыквы, две с вырезанными ухмыляющимися лицами, напоминая ей, что до Хэллоуина осталось всего несколько дней.

"Приготовьте немного молочных продуктов", - заметила она. "Несколько пропашных культур. Наверное, завел несколько цыплят на заднем дворе ".

"Откуда ты знаешь?"

"Это то, что я знаю. Ферма моей сестры больше, чем эта, и у нее все в порядке. Тяжелая работа, я думаю, ее нужно любить, чтобы делать это. Место вроде этого небольшое, но хорошо управляемое. В основном они обеспечивают себя сами, продают часть урожая и побочных продуктов на местном рынке для транспортировки. Может быть, у них тоже есть гидростанция на заднем дворе, чтобы они могли расти всю зиму. Но это дорого стоит ".

Он был не в своей тарелке. "Хорошо".

"Она была исполнительным директором в одной из ведущих коммуникационных компаний Нью-Йорка. Ускоренный процесс. Муж был продюсером -дневная драма. По отдельности они снижали вдвое наши совокупные зарплаты ".

"Сейчас они работают на ферме в Небраске". Он кивнул. "Я понимаю тебя".

"Кто-то уже знает, что мы здесь".

"Да". За шторами его взгляд остановился на желтой точке, мигающей над входной дверью. "У них есть движение и камеры, держу пари, что это сканирование с разрешением три шестьдесят. Еще больше на линии ограждения, на востоке и западе. Большая безопасность для маленькой фермы в Западном Бумфаке, Небраска ".

Они подошли к двери, постучали. Усиленный сталью, подумал Макнаб и заметил мерцание на окнах. Тревога карантина.

"Да?" Голос по внутренней связи был женским и твердым.

"Миссис Тернбилл? Мы - полиция. Детективы Пибоди и Макнаб из полиции и Департамента безопасности Нью-Йорка."

"Это не полицейская машина".

"Нет, мэм, это личное". Пибоди показала свой значок. "Мы хотели бы поговорить с вами и подождем, пока вы не подтвердите наши удостоверения личности".

"Я не..."

"Вы говорили с моим напарником, лейтенантом Далласом, ранее сегодня. Я понимаю вашу осторожность в данных обстоятельствах, миссис Тернбилл, но нам важно поговорить с тобой. Если вы откажетесь, мы свяжемся с местными властями и оформим ордер. Я не хочу этого делать. Мы приложили немало усилий, чтобы сохранить этот визит в тайне, чтобы обеспечить вашу безопасность ".

"Подожди".

Как и Пибоди, Макнаб держал свой значок наготове и наблюдал, как гаснет тонкий красный огонек, сканируя обоих. Кто-то, подумал он, не просто осторожен, но и напуган. Прямо в кишечник.

Дверь открылась. "Я поговорю с вами, но я не могу сказать вам больше, чем сказал лейтенанту Даллас". Пока она говорила, со второго этажа спустился мужчина. Его лицо было мрачным, глаза холодными.

"Почему вы, люди, не можете оставить нас в покое?"

"Дети?" его жена спросила его.

"Прекрасно. Я сказал им оставаться наверху ".

Он был коренастым, что говорило Пибоди о том, что он регулярно занимался физическим трудом. Его лицо было загорелым, вокруг глаз прорезались морщинки, волосы выгорели на солнце.

Шесть лет, подумала она, сделали его скорее фермером, чем горожанином. И то, как он держал одну руку в кармане своих рабочих штанов, предупредило ее, что у него при себе.

"Мистер Тернбилл, мы прошли долгий путь, и не для того, чтобы беспокоить тебя. Роджер Киркендалл разыскивается в связи с семью убийствами ".

"Всего семь". Его губы скривились. "Ты далек от истины".

"Возможно, но в данный момент нас беспокоят эти семь".

Следуя его примеру, Макнаб сохранил свой голос таким же ломким, как у Тернбилла, и достал из своей полевой сумки фотографии с места преступления. "Вот пара для начала".

Он пошел прямо к детям и увидел по тому, как побледнела Роксана, что это был правильный ход. "Они спали, когда он перерезал им горло. Я думаю, это милосердие ".

"О Боже". Роксана обхватила руками живот. "О, мой бог".

"У тебя нет права приходить сюда и делать это".

"О да". Глаза Макнаба были безжалостны, когда они встретились с глазами Тернбилла. "Мы делаем".

"Макнаб". Пибоди пробормотала это, намеренно протянула руку и вытащила фотографии. "Мне жаль. Извините, что побеспокоил вас, извините, что расстроил вас. Нам нужна ваша помощь ".

"Мы ничего не знаем". Тернбилл обнял свою жену за плечи. "Мы просто хотим, чтобы нас оставили в покое".

"Ты оставил влиятельную, высокооплачиваемую работу шесть лет назад", - начал Макнаб. "Почему?"

"Это не твое..."

"Джошуа". Роксана покачала головой. "Мне нужно сесть. Давайте просто присядем".

Она превратилась в гостиную, демонстрирующую хаотичные останки маленьких детей, удобную одежду семьи. Роксана села, сжав руку мужа. "Откуда ты знаешь, что он это сделал? Ему так много сходило с рук так долго, откуда ты знаешь?"

"У нас есть доказательства, связывающие его с преступлениями. Эти дети, их родители и домашняя прислуга были убиты в своих постелях. Грант Свишер был адвокатом вашей сестры в ее деле о разводе и опеке."

"Шесть лет назад", - ответила она. "Да, он мог ждать шесть лет. Он мог подождать шестьдесят."

"У тебя есть какие-нибудь идеи, где он?"

"Нет. Теперь он оставляет нас в покое. Он оставляет нас в покое. Мы больше не важны. Мы не хотим быть ".

"Где твоя сестра?" Потребовал Макнаб, и Роксанна дернулась.

"Она мертва. Он убил ее ".

"Мы верим, что он способен на это". Пибоди не сводила глаз с Роксанны. "Но он этого не сделал. Пока нет. Что, если он найдет ее раньше, чем мы найдем его? Что, если у вас есть какая-то информация и вы откажетесь сотрудничать с нами, будете препятствовать нашему расследованию достаточно долго, чтобы он смог выследить ее?"

"Я не знаю, где она". Глаза Роксаны наполнились слезами усталости. "Она, мой племянник, моя племянница. Я не видел их шесть лет ".

"Но ты знаешь, что она жива. Ты знаешь, что она сбежала от него ".

"Я думал, что она мертва. В течение двух лет. Я пошел в полицию, но они не смогли помочь. Я думал, что он убил их. И тогда..."

"Ты не обязана этого делать, Рокси". Ее муж притянул ее ближе. "Тебе не обязательно проходить через это снова".

"Я не знаю, что делать. Что, если он придет сюда? Что, если он выживет, спустя столько времени? Наши дети, Джошуа".

"Здесь мы в безопасности".

"У вас хорошая система безопасности". Макнаб снова привлек к себе внимание Тернбилла. "То же самое сделали Свишеры. Он убил милую семью в Верхнем Вест-Сайде. Их хорошая система безопасности им не помогла ".

"Мы поможем вам", - заверила их Пибоди. "Мы организуем полицейскую защиту для вас, для вашей семьи. Мы вывезли частный транспорт из Нью-Йорка незаметно. Он не знает, что мы здесь. На данный момент он не знает, что мы его ищем. Чем больше времени потребуется, чтобы найти его, тем больше шансов, что он узнает ".

"Когда это закончится?"

"Когда мы найдем его". Макнаб отключил сострадание, когда слезы потекли по щекам Роксанны. "С вашей помощью мы найдем его быстрее".

"Джошуа. Пожалуйста, не могли бы вы принести мне немного воды?"

Он изучал ее лицо, затем кивнул. "Ты уверен?" спросил он, поднимаясь. "Рокси, ты уверена?"

"Нет, но я знаю, что не хочу так жить". Она сделала медленный вдох, когда он вышел из комнаты. "Я думаю, для него это хуже. Хуже. Он так усердно работает ради такой малости. Мы были счастливы в Нью-Йорке. Такой захватывающий город, полный такой энергии. У нас обоих была карьера, которую мы любили, в которой мы были хороши. Мы только что купили таунхаус. Потому что я была беременна. Моя сестра..."

Она замолчала, выдавив улыбку, когда ее муж вошел со стаканом воды. "Спасибо, милая. Можно сказать, что моя сестра была ранена. Он причинил ей вред. Годы насилия, физического, эмоционального, умственного. Я пытался заставить ее уйти, позвать на помощь. Я бы поговорил с ней, но она была слишком напугана или слишком укоренилась, а я была младшей сестрой, которая не понимала. Понимаете, это была ее вина. В те дни я много изучал синдром избитого. Я уверен, что ты видел свою долю этого ".

"Слишком много", - согласилась Пибоди.

"Он был хуже, чем что-либо, чем кто-либо. Не только потому, что она была моей сестрой. Дело не в том, что ему нравится причинять боль, причинять вред. Дело в том, что для него это ничего не значит. Он мог бы сломать ей кость в пальце за то, что ужин появился на столе на две минуты позже - согласно его расписанию, - а затем сесть и съесть горячую еду без единого проблеска эмоций. Ты можешь представить себе такую жизнь?"

"Нет, мэм. Нет, " повторила Пибоди, " я не могу."

"Она была собственностью для него, Диан и детей. Именно тогда, когда он начал причинять боль детям, она смогла вытащить его из трясины. Он тоже уже причинил им вред, но она думала, что защищает их, сохраняя семью вместе. Он жестоко обращался с ними, применял наказания, свой тип дисциплины. Одиночное заключение, как он это называл, или он заставлял их стоять под холодным душем в течение часа, отказывал им в еде в течение двух дней. Однажды он отрезал все волосы моей племяннице, потому что сказал, что она слишком долго их расчесывала. Но потом он начал избивать Джека, моего племянника. Закалите его, как он утверждал. Однажды, когда Роджера не было дома, она нашла своего сына с армейским станнером Роджера. Он включил это на полную, он держал это здесь ... "

Она прижала пальцы к пульсу на своем горле. "Он собирался покончить с собой. Этот восьмилетний мальчик собирался покончить с собой, чем провести еще один день с этим монстром. Это разбудило ее. Она ушла. Она забрала детей, больше ничего. Она даже не собрала сумку. Там были убежища, о которых я ей рассказывал, и она побежала в одно из них ".

Роксана закрыла глаза и сделала большой глоток. "Я не знаю, прошла бы она через это, за исключением детей. Но как только она это сделала, это было похоже на чудо. Она вернула себе себя. И несколько недель спустя она наняла адвоката. Это было ужасно, проходить через испытание, но она сделала это. Она противостояла ему, и она победила ".

"Она никогда не собиралась соблюдать условия, оставаться в Нью-Йорке, позволять ему снова видеться с детьми", - сказала Пибоди.

"Я не знаю. Она никогда не говорила мне, даже не намекала, но нет, я думаю, что нет. Я думаю, она, должно быть, планировала сбежать с самого начала. Я не знаю, как еще ей удалось бы сбежать от него ".

"Для людей в ее ситуации есть подземелья".

"Да. Тогда я не знал. Когда она исчезла, я был уверен, что он убил ее и детей. Он не только способен, но у него есть средства, подготовка. Даже когда он забрал меня, я думал ..."

"Он похитил тебя?"

"Я ехал в метро, возвращаясь домой, и почувствовал легкую боль". Она обхватила ладонью свои бицепсы. "Я почувствовал тошноту и головокружение - и я не помню. Я помню, как проснулся, все еще больной. Это была комната, большая комната. Никаких окон и только этот уродливый зеленоватый свет. Он забрал мою одежду, всю мою одежду ".

Она сжала губы так, что они побелели, и вслепую потянулась к руке мужа. "Я был на полу, мои руки были связаны. И когда я проснулся, меня подняло каким-то блоком, так что я стоял, пришлось встать на цыпочки. Я была на шестом месяце беременности Беном ".

Тернбилл уткнулся лицом в плечо жены, и Пибоди теперь могла видеть, что он плакал.

"Он встал передо мной. У него был какой-то стержень. Он спросил: "Где моя жена?" Еще до того, как я смог ответить, он нажал на кончик стержня вот здесь ". Она положила руку между грудей. "Ужасная боль, электрический шок. Он сказал мне, очень спокойно, что у него был стержень на низком уровне и увеличивал мощность каждый раз, когда я лгал.

"Я сказал ему, что знаю, что он убил ее, и он снова шокировал меня. И снова, и снова. Я умоляла, я кричала, я умоляла за себя, за моего ребенка. Он оставил меня там, я не знаю, надолго ли, затем он вернулся и сделал все это снова ".

"Она была у него более двенадцати часов". Тернбилл втянул воздух, игнорируя слезы на своем лице. "Полиция - вы не можете подать заявление о пропаже человека так скоро. Я пытался, но, когда я позвонил, они сказали, что времени недостаточно. Но это была целая жизнь, для нас обоих. Это было чудо, что у нее не случился выкидыш. Когда он закончил с ней, он бросил ее на тротуаре на Таймс-сквер ".

"Наконец-то он мне поверил. Он, должно быть, знал, что я бы рассказала ему все, что угодно, лишь бы остановить боль. Итак, он поверил мне, и перед тем, как снова вырубить меня, он сказал мне, что если я пойду в полицию - если я каким-либо образом замешаю его - он найдет меня снова. Он бы вырезал отродье из моего живота и перерезал ему горло ".

"Роксана". Пибоди тихо заговорила. "Я знаю, тебе очень тяжело об этом говорить. Но мне нужно знать: Киркендалл был один, когда держал тебя?"

"Нет. С ним был этот ублюдок. Они были соединены бедром, утверждали, что они братья. Айзек, Айзек Клинтон. Они вместе служили в армии. Он... он сидел за какой-то консолью, органами управления. Я не знаю. Я думаю, он изучал какие-то показания. У них была какая-то связь со мной, как в больнице. Он сидел, все время, пока Роджер пытал меня, и он так и не произнес ни слова. Ни единого слова. По крайней мере, не тогда, когда я был в сознании ".

"Был ли там кто-нибудь еще?"

"Я не уверен. Иногда мне казалось, что я слышу голоса, возможно, женские. Но я был не в своем уме. Я больше никого не видел, и я был без сознания, когда они вытащили меня, когда они выбросили меня на улицу ".

"Вы не сказали полиции, что знали своих похитителей?"

"Когда я ... когда я пришел в себя, я был в больнице. Я боялся за свою жизнь, за жизнь моего ребенка. Поэтому я ничего не сказал. Я сказал им, что ничего не могу вспомнить ".

"Чего ты ожидал..." - начал Тернбилл, но Пибоди посмотрела на него с таким сочувствием, что у него сорвался голос.

"Я думаю, что поступила бы точно так же", - сказала она ему. "Я ожидаю, что моей единственной ясной мыслью было бы защитить моего ребенка, моего мужа, саму себя".

"Мы ничего не сказали", - продолжила Роксанна, ее голос немного окреп.

"Мы уехали из Нью-Йорка, мы оставили там наши жизни и приехали сюда. Мои родители живут неподалеку. Я понял, что она сбежала -Диан, - но я думал, что он найдет ее. Убей ее. Два года я был уверен, что она ушла. Затем я ответил на "ссылку. Она заблокировала видео, но произнесла мое имя. Она произнесла мое имя, и мы в безопасности. Вот и все. Она разорвала связь. Я получаю эти звонки каждые несколько месяцев, иногда с промежутком больше года. Это все, что она когда-либо говорит ".

"Когда она в последний раз связывалась с тобой?"

"Три недели назад. Я не знаю, где она, а если бы и знал, то не сказал бы тебе по тем же причинам, по которым ничего не сказал после похищения. Мы создали здесь жизнь. Теперь у нас двое сыновей, и они счастливы. Это их дом. И все же, мы живем в тюрьме из-за этого одного человека. Я боюсь каждый день, каждый божий день ".

"Мы собираемся найти его, Роксана, и когда мы это сделаем, тебе больше не придется бояться. Расскажи мне о комнате, где тебя держали", - попросила Пибоди. "Ты помнишь каждую деталь".

19

ЕВА ВЕРНУЛАСЬ ЗА СВОЙ СТОЛ, КОГДА РОРК ВОШЕЛ в ее кабинет. Он немедленно понюхал воздух.

"Ты ел бургер?"

"Что? Нет. Бакстер, Верное Сердце. Пусть копы разгуливают рядом с едой, это бесплатно. Они бы хотели иметь место в городе, не так ли?"

"Бакстер и Трухарт? Есть ли что-то в их отношениях, что я пропустил?"

"Что?"

"Ты продолжаешь это говорить. Тебе нужно поесть ".

Ее разум немного прояснился, когда он вошел в кухню. "Я не говорю о Бакстере и Трухарте".

"Я прекрасно осознаю это. И да, я согласен. Киркендалл и партнеры хотели бы иметь место в городе. Зачем рисковать, сталкиваясь с надоедливым пригородным движением или надоедливыми дорожными полицейскими?"

"Держу пари, это Верхний Запад".

"Мы снова согласны". Он вернулся с двумя тарелками, и на этот раз Ева понюхала воздух. "Что это?"

"Лазанья". Вегетарианская лазанья, подумал он. Один из самых простых способов получить в ее организме что-то зеленое, что не было леденцом, - замаскировать это под макароны.

"Почему ты соглашаешься? О Верхнем Западе?"

Он поставил одну из тарелок перед ней, другую через стол. Затем пошел за стулом и двумя бокалами вина. Когда мужчина хотел поужинать со своей женой, а его женой была Ева, подумал Рорк, мужчина научился вносить коррективы.

"Значительное время и усилия были потрачены на то, чтобы отделить собственность Swisher. Не только электроника, но и стиль жизни. Они знали, куда идти и когда идти. Так что..."

Он поставил ее вино на стол, постучал по нему своим бокалом, затем сел. "Более эффективно иметь местоположение рядом с целевой точкой. Вы можете совершать поездки, обходы, тестировать свои глушилки и так далее на их системе. И ты бы хотел посмотреть на них ".

Она наблюдала за ним, пока нарезала лазанью. "Потому что ты хотел бы увидеть их живыми, прежде чем ты увидишь их мертвыми".

"О да. Это личное. Итак, хотя убийство чистое и быстрое, вам бы хотелось поторопиться заранее. Посмотри на них, они не знают, что у меня есть сила покончить с ними. Когда и как мне нравится ".

"Немного странно быть связанным с кем-то, кто может мыслить так же, как убийца".

Он поднял свой бокал за нее. "Я скажу точно то же самое. И заключаю солидную пари, что твои мысли были параллельны моим."

"Да, ты победил". Она попробовала лазанью. Что-то там было на вкус как шпинат. Но это было не так уж и плохо. "Ты придумал что-нибудь для меня?"

"Мне немного обидно, что тебе пришлось спросить. Сначала поешь. Ты что-нибудь слышал от Пибоди?"

"Они возвращаются. Хотите услышать обзор?"

"Конечно".

Она рассказала ему, пока они ели.

"Пытают беременную женщину", - прокомментировал Рорк. "Все ниже и ниже. Но он должен был убить ее, оглядываясь назад. Похоже, его многострадальная жена научилась у него достаточно, чтобы скрывать от всех свое местоположение - более вероятные местоположения, поскольку ей было бы разумнее переезжать по крайней мере каждые несколько месяцев. Он сохранил сестре жизнь, предполагая, что его жена в какой-то момент сбежит к своей семье ".

"Тогда все они были бы необязательны. Я действительно хочу этого парня ".

На этот раз Рорк потянулся и положил ладонь на ее руку. "Я знаю".

"А ты? Он не похож на моего отца. Есть огромная разница, но каким-то образом они абсолютно одинаковы ".

"Жестоко обращается со своими детьми день за днем. Тренирует их в своей собственной извращенной манере. Ломающий их дух, разрушающий их невинность, заставляющий маленького мальчика размышлять о самоубийстве. Разница между ним и твоим отцом, Ева, в том, что у Киркендалла больше навыков, больше подготовки и более острый ум. Но внутри они не могли быть более похожи ".

Помогло то, что он увидел это и понял, почему ее разум продолжал крутиться вокруг этого. "Я должен пройти через это, или я все испорчу. Местоположение." Она кивнула в сторону карты на своем экране. "Много первоклассной недвижимости на Верхнем Западе. Приходится жить в одиночку. Он может себе это позволить. Все эти огромные гонорары в сочетании с огромными гонорарами его брата - и, возможно, Айзенберри. Такие инвестиции, как додзе, показывают мне, что ему нравится бизнес, делать деньги из денег. Да, он шикарный. Тебе как-нибудь повезло с деньгами?"

"И снова мои чувствительные чувства задеты".

"Ты можешь выдержать удар, туз. Позволь мне забрать это ".

Он просто бросил многозначительный взгляд на еду, все еще лежащую на ее тарелке.

"Боже". Она отломила вилкой огромный кусок, запихнула его внутрь. "Разливай".

"У него есть то, что мы назовем его демпинговым счетом, который координируется с прибылью от додзе. Солидно, но недостаточно для финансирования операции такого рода ".

"Значит, у него есть другие аккаунты".

"Должен. Он не лезет в это дело, просто сбрасывает средства, и его личные данные на нем ведут в юридическую фирму из Эдема ".

"Eden? Как тебе его сад?"

"Основан на. Искусственный остров в южной части Тихого океана, созданный якобы для отдыха, а на самом деле для уклонения от уплаты налогов, отмывания денег. Требуется немало усилий, чтобы преодолеть юридические барьеры там, чтобы получить информацию. И требуются значительные средства, чтобы открыть там счета или воспользоваться какой-либо их юридической защитой ".

"Ты использовал это".

"На самом деле, я помогал создавать это. До того, как я увидел свет истины и справедливости ". Он усмехнулся, когда она просто уставилась на него. "Я продал свои интересы там до того, как мы поженились. Однако, поскольку я принимал некоторое участие в разработке, у меня есть способы получить информацию. Киркендалл очень хорошо прикрылся. Его юридическая фирма там ведет к внеземной финансовой фирме, которая ведет - Вы хотите все это услышать?"

"Подведи итоги на данный момент".

"Все это возвращается к другим номерным счетам. Пять. Все действительно очень шикарно, и все под разными псевдонимами. Самый интересный - это тот, у кого один депозит составляет чуть меньше двадцати миллионов."

"Это миллион? Два-ноль."

"Немного под. Но, если подсчитать, это намного больше любых зарегистрированных сборов, которые я нашел на данный момент, включая другие счета, которые соответствуют этим сборам и расходам ".

"Он нанимался не только в санкционированные агентства США".

"Будут и другие аккаунты, я еще не проверил их все. Это займет некоторое время. Но этот аккаунт интересен по нескольким причинам. Единовременный взнос, для одного. Взгляните на это ".

Он вытащил диск из кармана, сам подключил его к ее устройству. "Данные на экране".

Ева просмотрела данные - еще одно досье ЦРУ на Киркендалла. "Объект считается небезопасным. Достань их, " пробормотала она. "Обучите себя убийце, тогда упс, он больше не в безопасности. Последняя психологическая оценка восемнадцать месяцев назад. Социопатические тенденции - еще один огромный сюрприз. Подозреваемая связь с Судным днем - и большие сюрпризы продолжают преподноситься. Подозреваемые связи с... Кассандра."

Группа судного дня, подумала она. Техно-террористическая организация, с которой она столкнулась, по умолчанию, в недавнем деле. Но, Кассандра, они были более гибкими в террористической игре, и ее участие в них годом ранее было гораздо более личным.

Они чуть не убили ее и Рорка в своем стремлении уничтожить достопримечательности Нью-Йорка. Она с некоторой горечью вспоминала, что тоже нокаутировала парочку, прежде чем нанести удар лидерам ринга.

"И звенит звонок. Они поддерживали его активность как для того, чтобы наблюдать за ним, так и для того, чтобы использовать его навыки. Посмотри на даты ". Рорк взмахнул вилкой. "Когда они потеряли его. Когда он стал изгоем, согласно как этому файлу, так и тому, который я откопал в Хоумлэнде, который также совпадает с теми же записями в файлах его брата и Айзенберри."

"Сентябрь прошлого года. Всего за несколько месяцев до того, как мы получили первое письмо Кассандры. До того, как в городе все начало взрываться."

"И дату внесения солидного депозита".

"После того, как мы сломали им хребет. Мы прикончили большинство из них - я думал, мы прикончили большинство из них, но вы никогда не поймаете всех крыс, уползающих с тонущего корабля. Мы также получили большую часть денег, но они были хорошо финансируемой террористической организацией ".

"И, похоже, Киркендалл забрал часть средств или получил их на хранение".

"Еще одна причина убрать его. Мне не нравится оставлять крыс вне клетки ".

"Он стал разбойником", - указал Рорк. "Все трое находятся в списках различных агентств. Хотя, опять же, вы можете видеть по файлу, что статус был понижен после того, как Кассандра рассеялась. И нет никаких признаков того, что он перенес какую-либо операцию на лице ".

"У нас были врачи на Кассандре. Я открою этот файл, начну просматривать их. Он оставил след. Это случается со всеми ". Когда Рорк мягко прочистил горло, она перевела взгляд в его сторону. "Даже ты, туз. Если бы я хотел найти твою, я бы просто назначил тебя консультантом ".

Это заставило его рассмеяться. "Я полагаю, что мог бы найти себя, если бы достаточно сильно постарался. Я вернусь к этому. Я должен сказать, что все входы и выходы довольно увлекательны ".

"Если вы найдете любую связь со зданием в городе - особенно на Верхнем Западе - с любым из этих псевдонимов или жалюзи, вы получите большой бонус".

Эти голубые глаза стали злыми. "По моему выбору".

"Извращенец". Она повернулась обратно к своему компьютеру.

"Я приготовил еду, ты разбирайся с посудой". Он поднялся, затем подождал, когда запищит ее коммуникатор.

"Даллас".

Диспетчер, Даллас, лейтенант Ева. Обнаружено тело женщины, идентифицированной как Ньюман, Мередит. Сообщите, что Бродвей и Фордхэм являются основными. Место происшествия охраняется.

"Принято. Даллас вышел. До одиннадцати-двенадцати, если мы добавим Джейнин Бренеган, - сказала она, вставая. "Это почти до Бронкса".

"Я пойду с тобой".

"Нет. Она найдена, потому что он хотел, чтобы ее нашли. Отвлекает рабочую силу от дела Свишера. Ничего особенного, если мы установим эту связь, потому что это не связывает его с Моссом, Дуберри или Бренеганом. Так он думает. Ты нужен мне здесь, делая то, что ты делаешь. Я возьму Верное Сердце. Это хорошая тренировка для него. Я бы предпочел, чтобы Бакстер был здесь на "малыше "."

"Он знает, что они втянут тебя в это. Главная у Свишер, она соцработник у Никси. Он мог бы ждать тебя ".

Она подошла к шкафу, достала жилет. Она сняла свою рубашку, надела ее. "Я надеюсь на это. Я не буду действовать вслепую ", - добавила она, возвращая рубашку на место.

Она подошла к своему столу, достала свой клатч и пристегнула кобуру на лодыжке. "Я знаю, он надеется выстрелить в меня".

"Тогда убедись, что он ее не получит". Он подошел, сам застегнул ее рубашку. "И убедись, что ты вернешься домой".

"Я вернусь". Она застегнула оружейный ремень, махнула в сторону своего стола. "Тебе не повезло. Ты застрял с посудой ".

У тебя хорошее зрение", - сказала Ева Трухарту. "Используй их. Подозреваемые могут наблюдать за происходящим. Они могут быть смешаны с lookieloos или базироваться дальше, используя дальнобойность. Ты замечаешь все, что вызывает у тебя трепет, я слышу об этом ".

Она вышла из своего автомобиля, посмотрела на него поверх крыши. "В этот момент Бакстер добавил бы: "Особенно если покалывание возникает при виде разгуливающей поблизости сексуальной юбки, которая выглядит так, будто готова сразиться с парой переутомленных копов".

Она немного подождала, пока лицо Трухарта покраснело.

"Меня, однако, не интересует такого рода покалывание".

"Да, сэр. Я имею в виду, нет, сэр."

Она увидела, что место происшествия было ограждено полицейскими баррикадами. И это, как и ожидалось, собралась обычная банда зевак. Это был тот район, подумала она, осматривая улицу, тротуар, окна, крыши, где хороший процент зевак были бы карманниками, а другой хороший процент отправился бы домой с аккуратно опустошенными карманами.

Их проблема.

Она прикрепила свой значок к поясу и направилась внутрь.

"Костюм здесь", - крикнул один из полицейских, и она остановилась как вкопанная.

Она повернулась, очень медленно, поймала его в перекрестье своего холодного взгляда. "Никогда не называй меня костюмом".

Она оставила его, иссохшего, и направилась к скрюченному телу Мередит Ньюман. "Первым на месте преступления?" она спросила полицейского, стоявшего рядом.

"Да, сэр. Мы с напарником ответили на звонок из этого места, сообщив о теле в переулке между зданиями. Одна из владелиц ресторана вышла в переулок во время перерыва и заметила нечто, похожее на тело. После ответа мы..."

"Я понял. Вы обеспечили безопасность свидетеля?"

"Да, сэр, вместе с другим кухонным персоналом, который также прибыл на место происшествия в ответ на крики первого свидетеля".

Ева надула щеки, когда оглядела переулок. "Сколько людей побывало на моей сцене?"

"По меньшей мере шестеро, лейтенант. Прошу прощения, они уже вышли, осмотрелись - и унесли тело - к тому времени, как мы прибыли. Мы вернули гражданских в ресторан и оцепили место происшествия ".

"Хорошо". Она провела еще одно исследование переулка. Короткий и узкий, заканчивающийся тупиком на разрисованной граффити стене другого. Уверенность, снова высокомерие, решила она. Они могли бросить ее где угодно или просто уничтожить тело.

Тем не менее, здесь не было никакой безопасности. Ни на одной из выходных дверей нет камер. Втягивайся, сбрасывай, вытаскивай. И ждать, пока кто-нибудь споткнется о то, что от нее осталось.

"Запечатывай, Верное Сердце", - приказала она и продолжила осматривать тело, пока доставала свою собственную банку с "Запечатанным". "Запись включена. Что ты видишь?"

"Женщина, чуть за тридцать, одежда снята".

"Можно сказать, обнаженное, истинное сердце. Ты совершеннолетний".

"Да, сэр. Следы от перевязки, запястья, лодыжки. То, что выглядит как следы ожогов на плечах, туловище, руках, ногах, указывает на пытки. Горло было глубоко перерезано. Крови нет. Ее не вырезали здесь, но убили в другом месте и поместили сюда ".

Ева присела, повернула одну из мертвых рук у запястья. "Она холодная. Это как мясо, которое кладут в холодильник, чтобы оно оставалось свежим. Они уложили ее. Она была мертва с того дня, как они схватили ее ".

Но она достала свой датчик, чтобы оценить время смерти, и подтвердила. "Следы ожогов также на ее спине и ягодицах. Синяки могут быть от захвата. Ссадины соответствуют тому, что тело ударилось об асфальт, покатилось. Путь посмертный".

Она надела защитные очки, осмотрела область вокруг рта и глаз. "Похоже, они связали ее скотчем. Кожа здесь покраснела, виден рисунок, который мог бы соответствовать клейкой ленте, но следов нет ".

Она присела на корточки.

"Что еще ты видишь, Верное Сердце?"

"Местоположение..."

"Нет, тело. Сосредоточься на ней. Она мертва уже несколько дней. Есть свидетельства жестоких пыток. У нее было перерезано горло, и, следуя предыдущей схеме, она была жива, когда в нее вошел нож. Что ты видишь?"

Сосредоточенность отразилась на его лице. Затем он покачал головой. "Я сожалею, сэр".

"Она чистая, верное сердце. Что вы делаете, когда кто-то наносит вам ожоги, достаточно сильные, чтобы опалить плоть? Нельзя просто кричать во все горло и молить о пощаде. Ты описываешься, ты пачкаешься, тебя тошнит. Твое тело извергается, и оно опустошается. Но она чиста. Кто-то вымыл ее, даже удалив остатки того, что они использовали, чтобы завязать ей глаза и заткнуть рот кляпом. Мы не найдем на ней никаких следов ".

Она наклонилась ближе, понюхала кожу. "Пахнет больницей. Антисептик. Может быть, ребята из лаборатории смогут дать нам больше там. Чего бы это ни стоило. Она прокусила собственную губу, " заметила Ева, затем поднялась на ноги.

Она положила руки на бедра, изучая переулок. Обычные переработчики, перегруженные работой, но в переулках тоже было чисто. Несколько граффити - довольно вычурных, но ни одного отвратительного мусора, оставленного спящими на тротуарах или наркоманами, даже уличными журналистами и их клиентами.

Она повернулась к первому, кто был на месте происшествия. "Что ты знаешь об этом месте - об этом ресторане здесь, об этом бизнесе по соседству".

"На самом деле, это центр для взрослых свободного возраста - занятия, поделки, тому подобное. И рестораном управляет группа. Выращивайте много этого растения в парке Гринпис, привозите его из некоторых их коммун. Поддерживайте чистоту в заведении, даже если это в основном здоровая пища ".

"Беги также по чистым переулкам".

"Да. Я имею в виду, да, сэр. Нам сюда не часто звонят ".

"Женщина, которая нашла ее, как ее зовут?"

Ему пришлось обратиться к своей книге. "Лия Реймс".

"Верное Сердце, оставайся здесь, уборщики должны быть на месте сию минуту".

Ева вошла в кладовую, бросила быстрый взгляд на аккуратные полки с припасами и перешла на кухню за ней.

Аккуратность и здесь была лозунгом. На плите что-то дымилось, но эта плита была огромной и вычищенной до блеска. Прилавки были простыми белыми, покрытыми признаками процесса приготовления пищи. Кто знал, что для приготовления еды требуется столько всего? Там были холодильники и морозильные камеры, что-то вроде гигантской духовки, и ни одного цивилизованного автореферата в поле зрения.

Несколько человек, все в длинных белых фартуках, сидели на табуретах вокруг островной стойки. Некоторые из них кромсали предметы зловещего вида ножами. Другие просто сидели. И все посмотрели на нее, когда она вошла.

"Лия Реймс?"

Женщина, лет сорока пяти, худощавая, с длинными волосами песочного цвета, заплетенными в толстую косу, подняла руку, как школьница. Ее лицо было молочно-белым.

"Я Лия. Ты знаешь, что случилось с той бедной женщиной?"

Рана на горле должна была послужить подсказкой, но что-то в серьезном вопросе и серьезной обстановке кухни поглотило сарказм Евы.

"Я лейтенант Даллас, из Отдела по расследованию убийств. Я главный в этом вопросе ".

"Ты босс-партнер Ди", - поправила Лия, пытаясь улыбнуться. "Она с тобой?"

"Нет, она на другом задании. Вы знаете детектива Пибоди?"

"Да, и ее семья. Мы с моим спутником жизни жили рядом с Пибоди, пока не переехали сюда." Она потянулась, чтобы положить свою руку на руку мужчины, который сидел рядом с ней.

"Мы открыли наш центр и ресторан около восьми месяцев назад. Пибоди и ее молодой человек приходили на ужин раз или два. Можете ли вы рассказать нам, что произошло? Мы знаем всех в этом районе. Мы придали этому значение. Я знаю, что есть несколько грубых персонажей, но я не могу поверить, что кто-то, кто приходит сюда, мог сделать это ".

"У вас нет охраны на выходах из вашего переулка".

"Нет". Теперь заговорил мужчина. "Мы верим в доверие. И в том, чтобы воздавать ".

"И в отношениях с обществом", - добавила Лия. "Мы раздаем еду в переулке после закрытия каждый вечер. Мы распространили слух, что будем предоставлять эту услугу до тех пор, пока переулок поддерживается в чистоте, что никто не использует его для совершения незаконных действий, причинения вреда кому-либо еще или замусоривания. Первые несколько недель все шло своим чередом, в основном уходили, но в конце концов еда, которую давали бесплатно, изменила ситуацию. И теперь..."

"Почему ты вышел в переулок?"

"Мне показалось, я что-то слышал. Как глухой удар. Я был на складе за кое-какими припасами. Иногда люди приходят, стучат в дверь рано. Я открыл дверь, думая, что если они, похоже, не будут в крайней нужде, я скажу им вернуться к закрытию. Она была прямо там, прямо у двери. Она была обнажена и лежала лицом вниз. Я подумал, клянусь богиней, кто-то изнасиловал эту бедную женщину. Я наклонился, я заговорил с ней... Я прикоснулся к ней, кажется, к ее плечу, я не уверен. Я дотронулся до нее, и она была такой холодной. Я не думал, что мертв, не сразу. Я просто подумал, о, бедняжка, бедняжка, она такая холодная, и я перевернул ее, вызывая Дженоа ".

"Она звонила". Спутник жизни продолжил рассказ. "Я мог сказать, что что-то было не так, по тону, и я прекратил то, что я здесь делал. Она начала кричать до того, как я добрался до склада. Несколько из нас выбежали тогда. Я подумал, что она ранена - эта женщина - и попытался поднять ее. Затем я увидел, что она мертва. Мы вызвали полицию. Я оставался с ней, с той женщиной, пока они не пришли. Я подумал, что кто-то должен."

"Ты видел кого-нибудь еще в переулке? Видите какой-нибудь автомобиль или человека, выезжающего из переулка?" она спросила Лию.

"Я увидел, всего на секунду, задние фонари. Они исчезли так быстро, я просто видел их целыми блоками ".

"Блоки?"

"Как строительные блоки. Три красных квадрата, один поверх другого по обе стороны. Это был всего лишь проблеск, прости. Я бы не увидел даже этого, если бы сначала посмотрел вниз, а не поверх ".

"Ты слышал, как они въезжали, выезжали?"

"Я мог бы. Я не уверен. У нас здесь играет музыка, пока мы работаем. Я был на складе всего минуту или около того, и я напевал. Оттуда слышен шум уличного движения, но ты не обращаешь на это внимания. Ты понимаешь? Ты слышишь это, но не понимаешь. Я думаю - хотел бы я быть уверен, - но я думаю, что, возможно, услышал двигатель в переулке до того, как услышал глухой удар, а затем звук отъезжающей машины. Я почти уверен, теперь, когда я вернулся туда, почти уверен ".

"Вы когда-нибудь видели этого человека?" Ева предложила композицию Киркендалла.

"Нет, мне жаль. Он ..."

"Передавайте это по кругу", - прервала Ева. "Посмотри, узнает ли его кто-нибудь еще. Или она." Она вручила Лии копию фотографии Айзенберри, удостоверяющей личность.

Когда она вышла, Ева указала на Трухарта. "Есть покалывания?"

"Нет, сэр. Пока что опрос не выявил никого, кто видел, как автомобиль въезжал в переулок или выезжал из него ".

"Свидетель слышал, как упало тело, и мельком увидел задние фары в начале переулка. Три вертикальных квадрата с каждой стороны. Маленькие кусочки. Если бы свидетельница не была почти на вершине выходной двери, когда она ударилась, никто бы не увидел даже этого ".

"Им не повезло", - сказал Трухарт.

"Да, им не повезло. Мы позволим криминалистам и чистильщикам делать свое дело, чего бы это ни стоило, и напишем это из моего домашнего офиса. У нас есть еще одно лицо, которое можно приколоть к нашей доске, Трухарт ".

Она посмотрела на черный мешок, который загружали в фургон морга. "Ей не повезло".

"Я не имел в виду никакого неуважения ранее, лейтенант, относительно комментария о невезении".

"Я не слышал никакого неуважения". Когда она шла обратно к своей машине, она сканировала, как и раньше. Улица, тротуары, окна, крыши, лица. "Мередит Ньюман была мертва в ту минуту, когда они подняли на нее руки. Мы ничего не могли для нее сделать. То же самое мы делаем для нее сейчас ".

"Я не должен был пропустить моменты на сцене. Тот факт, что тело было продезинфицировано ".

"Нет, тебе не следовало этого делать. В следующий раз ты этого не сделаешь ". Она ехала на юг, не торопясь. "Ты чему-нибудь научился, работая под руководством Бакстера?"

"Он вдается в детали, и он терпелив. Я благодарен, что вы дали мне шанс поработать в отделе убийств, лейтенант, и обучаться у Бакстера ".

"Он еще не развратил тебя". Она повернула на восток, совершила круиз.

"Он говорит, что работает над этим", - сказал Трухарт с быстрой улыбкой. "Он высоко отзывается о вас, лейтенант. Я знаю, что он дурачится, это его способ. Но он не испытывает к вам ничего, кроме величайшего уважения как к офицеру полиции ".

"Он этого не сделал, он не был бы в этой следственной группе". Она посмотрела в зеркало заднего вида, сбоку, снова вперед. Она снова повернула на юг. "И если бы я не испытывал к нему того же, его бы не было в этой команде".

Она остановилась у винного магазина, достала кредиты. "Забеги, будь добр, принеси мне тюбик Пепси. Что бы ты ни пил ".

Тот факт, что он, похоже, не счел просьбу странной, подсказал ей, что Бакстер регулярно отправлял парня с подобными поручениями. Пока он выбегал в магазин, Ева сидела, наблюдала, слегка постукивая пальцами по рукояти своего оружия.

Трухарт вышел со своей пепси и вишневой шипучкой для себя, она подождала, пока он пристегнется, затем отправилась в круиз, как и раньше.

"Нам нужно сделать еще одну остановку, сэр?" - спросил он несколько мгновений спустя.

"Почему ты спрашиваешь?"

"Сейчас ты далеко к востоку от своего дома".

"Это верно. Продолжай пить это шипучее, Верное сердце, продолжай смотреть вперед. Но посмотри в боковое зеркало. Видишь тот черный фургон с панелями примерно в пяти машинах позади?"

Он сделал, как было приказано. "Да, сэр".

"То же самое было с нами с тех пор, как мы покинули сцену. Не все время, нас не подбирали, пока мы не были примерно в четырех кварталах к югу, но он продолжает приближаться, четыре, пять, шесть назад. Дал им шанс напасть на меня, когда я послал тебя за освежающими напитками ".

"Сэр!"

"Они не забрали это. Они просто наблюдают некоторое время. Просто наблюдаю, может быть, пытаюсь поймать передачу, может быть, думаю, что я могу привести их туда, где у нас спрятан ребенок. Осторожно, осторожно, осторожно. Что касается меня, то я немного устал наблюдать ".

"Я сообщу об этом".

"Нет! Они достаточно близко, возможно, они могут отслеживать передачи. Ты ничего не сообщаешь, пока я не скажу по-другому. Ты пристегнулся как следует, Верное Сердце?"

"Да, сэр".

"Хорошо. Держись за свою шипучку ".

Она проехала на восток до второго места, а теперь на перекрестке крутанула руль, ворвалась в крутой вертикальный подъем и быстро развила скорость в три шестьдесят.

"Включи сирены", - рявкнула она Трухарту. "Вызови это сейчас! Поддержка с улицы и воздуха. Черный фургон с панелями, нью-йоркские номера. Абель-Абель-Дельта-4-6-1-3 . И они поднимаются".

Фургон встал вертикально, затем взорвался, как пушечный выстрел, сбил второго. Белый свет взорвался перед лобовым стеклом Евы и потряс воздух, как гром.

"Дерьмо на палочке. У них лазерные винтовки. Чертовски вооружен и чертовски опасен, направляется на юг по второй на семьдесят восьмой. Поверните на запад по Семьдесят седьмой, приближаясь к парку. Посмотри на это ублюдочное движение ".

"В ударе". Голос Трухарта был ровным, когда он говорил, когда он быстро докладывал диспетчеру об их направлении. Но он поднялся на целую октаву.

Фургон произвел еще один взрыв, затем снизился до уровня улицы, набирая скорость в снопе искр, когда они выехали на Пятую улицу и направились на юг.

Она видела, как два черно-белых самолета прорвались с запада на шестьдесят пятой, двигаясь на перехват. Пешеходы разбежались, и некоторые из них взлетели в воздух, когда прогремел следующий взрыв. Одного из черно-белых подбросило в воздух, и он закрутился, как волчок.

Ева была вынуждена снова нажать на вертикаль, чтобы избежать столкновения и напугать мирных жителей. Она проехала почти полквартала, прежде чем смогла приземлиться и увеличить скорость. Затем она закричала в центр города, увидев красные квадраты задних фонарей фургона, разбросанные по зданиям.

Еще один взрыв отбросил ее назад, заставив бороться за сохранение контроля. Ледяная красная жидкость разлилась по приборной панели. Она набирала силу. Магазины Мидтауна казались разноцветным пятном, когда она мчалась на юг. Огни и анимированные рекламные щиты были ничем иным, как блеском.

Над головой один из рекламных дирижаблей громыхнул о осенней распродаже зимних пальто "покупай один, получай половину".

Она не отставала от него, петляя, уклоняясь, подбирая маневр к маневру, когда он снова повернул на запад. Она услышала вой сирен, ее собственных и других.

Позже она говорила себе, что должна была предвидеть, должна была предвидеть, как это произойдет.

Maxibus неуклюже двигался по правой полосе. Взрывная волна из фургона прокатила его, как черепаху, по улице. Даже когда она переключилась на прямой подъем, вращение maxi поймало Быстрое такси, подбросив его в воздух, как большой желтый мяч.

Поклявшись, Ева резко повернула направо, нырнула вниз, сумела протиснуться между автобусом, такси и группой людей на тротуаре, которые стояли с широко открытыми глазами и ртами на бесплатном шоу.

"Отменить стандартные факторы безопасности!" - крикнула она и помолилась, чтобы компьютер отреагировал достаточно быстро. "Отмените действие амортизирующего геля, черт возьми!" Мгновение спустя она приземлилась с хрустящим шлепком шин по асфальту.

Сработали факторы безопасности. Пожалуйста, перезагрузите.

Она была слишком занята ругательствами, включив задний ход. Но когда она выехала на седьмом, она не увидела ничего, кроме хаоса. И никаких признаков фургона.

Она выдернула ремни безопасности, оттолкнулась от двери и стукнула кулаком по крыше. "Сукин сын! Скажи мне, что воздушная поддержка все еще с ним. Скажи мне, что он все еще у кого-то из черно-белых ".

"Это отрицательный результат, сэр".

Она изучала перевернутый автобус, разбитые машины, все еще кричащих пешеходов. За это пришлось бы адски поплатиться.

Она посмотрела на Трухарта, и на мгновение ее сердце остановилось. Его лицо, форменная куртка, волосы были покрыты красным.

Затем она выдохнула. "Я же говорил тебе придержать эту чертову шипучку".

20

СОММЕРСЕТ ОТОРВАЛ ВЗГЛЯД ОТ СВОЕЙ КНИГИ, КОГДА Рорк постучал по косяку открытой двери его гостиной. Рорк редко заходил в свои личные покои, поэтому он отложил книгу в сторону и поднялся.

"Нет, не вставай. Я... у тебя есть минутка?"

"Конечно". Он посмотрел на монитор, увидел, что Никси в постели, спит. "Я как раз собирался взять бренди. Не хотите ли одну?"

"Да. Я бы хотел, да ".

Поднимая графин, Соммерсет размышлял над тем фактом, что Рорк продолжал стоять, на его лице было написано беспокойство. "Что-то не так?"

"Нет. Да. Нет". Рорк издал разочарованный смешок. "Что ж, в последние дни я довольно часто наступаю на собственные ноги. Я хочу тебе кое-что сказать, но я не совсем уверен, с чего это начать ".

Соммерсет, теперь уже чопорно, протянул Рорку бокал бренди. "Я понимаю, что у нас с лейтенантом был ряд трудностей. Однако..."

"Господи, нет, это не имеет к этому никакого отношения. Если бы я приходил каждый раз, когда вы двое сцеплялись рогами, я бы вставил чертову вращающуюся дверь ". Он на мгновение уставился на бренди, решив, что, возможно, будет лучше закончить сидя.

Он сел на стул, взболтал бренди, пока Соммерсет делал то же самое. И молчание затянулось.

"Ну что ж". Его раздражало, что ему приходилось прочищать горло. "Эти убийства. Этот ребенок - дети - они заставили меня задуматься о вещах, о которых я бы предпочел не думать. Вещи, о которых я стараюсь не думать. Мой отец, мои собственные ранние годы ".

"Я сам несколько раз возвращался назад".

"Ты думаешь о Марлене". О дочери, молодой, симпатичной девушке, которая была убита. Изнасилованный, замученный, убитый. "Я сказал Никси, что боль уменьшается. Я думаю, что так и должно быть. Но это никогда не проходит бесследно, не так ли?"

"Должно ли это быть?"

"Я не знаю. Я все еще скорблю по своей матери. Я даже не знал ее, и я все еще скорблю, когда думал, что со мной покончено. Интересно, как долго эта маленькая девочка будет горевать о своей."

"В какой-то части ее, всегда, но она будет продолжать".

Она потеряла больше, чем я когда-либо имел. Думать об этом унизительно. Я не знаю, как... Ты спас мне жизнь", - выпалил Рорк. "Нет, ничего не говори, пока я не разберусь с этим. Я мог бы пережить это избиение, то, которое он мне устроил, прежде чем ты нашел меня. Я мог бы пережить это физически. Но ты спас меня в тот день и дни после. Ты приютил меня и заботился обо мне. Ты дал мне дом, когда у тебя не было никаких обязательств. Я никому не был нужен, а потом... Ты сделал. Я благодарен ".

"Если и был долг, то он был выплачен давным-давно".

"Это никогда не может быть оплачено. Я мог бы пережить это избиение, и следующее, и все, что было после. Но я не был бы тем человеком, который я есть, сидя здесь сейчас. Это долг, который я не собираюсь выплачивать, или который вы хотите взыскать ".

Соммерсет отпил бренди, двумя медленными глотками. "Я был бы потерян без тебя, после Марлены. Это еще один долг, который не требует оплаты ".

"Внутри меня был какой-то груз", - тихо сказал Рорк. "С тех пор, как это началось, с тех пор, как я столкнулся с кровью детей, которых я не знал. Я мог отбросить это в сторону, делать все, что мне было нужно, но это продолжало накатывать на меня. Я думаю, что, как и горе, это может остаться там на некоторое время. Но сейчас это меньше ".

Он допил бренди, поднялся на ноги. "Спокойной ночи".

"Спокойной ночи". Оставшись один, Соммерсет пошел в свою спальню, открыл ящик стола и достал фотографию, сделанную целую жизнь назад.

Марлена, свежая и милая, улыбается ему. Рорк, молодой и крепкий, обнимающий ее за плечи, с дерзкой ухмылкой на лице.

Некоторых детей ты мог бы спасти, ты мог бы сохранить, подумал он. А некоторые ты не смог.

Она вернулась домой достаточно поздно, чтобы подумать о том, чтобы просто подняться и полностью одетым упасть на кровать. Головная боль сдавила заднюю часть ее шеи, впиваясь своими горячими пальцами в основание черепа. Чтобы не усугублять ситуацию явным раздражением, она толкнула Трухарта к Соммерсету, как только они вошли в дверь.

"Сделай что-нибудь с его формой", - сказала она, уже направляясь вверх по лестнице. "И уложи его в постель. Я хочу, чтобы он был свежим на семьсот долларов ".

"Ваш китель, лейтенант".

Она сняла его, все еще продолжая идти, и перебросила через плечо. Вероятно, у него была какая-то бытовая магия, которая сделала кожу вишневой шипучкой.

Она направилась прямо в спальню, затем просто встала, потирая заднюю часть шеи, пытаясь растворить камни, которые образовывали небольшую горную цепь от этой точки и до ее плеч. Кровать была пуста. Если бы он все еще работал, и, вероятно, от ее имени, она вряд ли смогла бы заползти в постель и натянуть одеяло на голову до утра.

Она повернулась, ее рука автоматически потянулась к оружию, когда она увидела движение позади нее.

"Христос на воздушных коньках, малыш. Что это с тобой и что ты прячешься в темноте?"

"Я слышала, как ты вошла". Никси встала, на этот раз в желтой ночной рубашке, уставившись своими изголодавшимися по сну глазами на лицо Евы.

"Нет, пока нет". Ева наблюдала, как взгляд опустился на пол, и не знала, ругаться ей или вздыхать. "Но я знаю, кто они".

Глаза Никси снова вспыхнули. "Кто?"

"Ты их не знаешь. Я знаю, кто они. И я знаю почему ".

"Почему?"

"Потому что твой отец был хорошим человеком, который делал хорошую работу. Поскольку он был хорошим, а эти люди нет, они хотели причинить боль ему и всем, кого он любил ".

"Я этого не понимаю".

Она выглядела, подумала Ева, как раненый ангел со всеми этими спутанными светлыми волосами, обрамляющими лицо, измученное усталостью, и даже хуже. "Ты не должен этого понимать. Никто не должен понимать, почему некоторые люди решают лишать жизни вместо того, чтобы жить достойно самостоятельно. Но так оно и есть. Ты должен понимать, что твой отец был хорошим человеком, твоя семья была хорошей семьей. И люди, которые сделали это с ними, с тобой, неправильные люди. Ты должен понимать, что я найду их и посажу в чертову клетку, где они проведут то, что осталось от их жалких, эгоистичных жизней. Этого должно быть достаточно, потому что это все, что у нас есть ".

"Это будет скоро?"

"Скорее, если я буду работать, а не стоять здесь, в этом чертовом коридоре, и разговаривать с тобой".

Слабое подобие улыбки изогнуло губы Никси. "Ты на самом деле не злой".

Ева засунула большие пальцы рук в передние карманы. "Я тоже. Злобный, как плевок, и не забывай об этом ".

"Не являются. Бакстер говорит, что ты крутой, и иногда ты пугаешь, но это потому, что ты заботишься о помощи людям, даже когда они мертвы ".

"Да? Ну, что он знает? Возвращайся в постель ".

Никси направилась к своей комнате, затем остановилась. "Я думаю, когда вы их поймаете, когда вы посадите их в чертову клетку, моих папу и маму, и Койла, и Ингу, и Линни, я думаю, с ними все будет в порядке. Вот что я думаю ".

"Тогда мне лучше начать работать над этим".

Она подождала, пока Никси вернется в свою комнату, затем ушла.

Она обнаружила, что Рорк все еще работает с незарегистрированными, и, едва пробормотав приветствие, подошла, чтобы взять кофе, который стоял у него на пульте, и отхлебнуть немного.

Секунду спустя она закашлялась и сунула его обратно в его руку. "О, черт возьми. Бренди."

"Если бы ты спросил, я бы предупредил тебя, что в нем был бренди. Вы выглядите немного потрепанным, лейтенант. Бренди может быть хорошей идеей ".

Она покачала головой и взяла себе чашку, крепкую, черную и без добавок. "Как у вас тут дела?"

"Он очень хорош - или один из них очень хорош. Каждая нить, за которую я дергаю, ведет к другому узлу, который ведет к другому набору нитей. Я распутаю это - теперь я чертовски полон решимости, - но это будет не быстро. Но пока я разбирал эти нити, мне пришла в голову одна мысль. Интересно, что бы он чувствовал, если бы его средства были заморожены ".

"У меня нет результатов судебной экспертизы, ничего, что связывало бы его с убийствами. Лучшее, что у меня есть, - это фоторобот с точки зрения уличного журналиста, который совсем на него не похож. Я знаю, что это он, но я никогда не добьюсь разрешения заморозить его активы, основываясь только на своей интуиции ".

"На данный момент для меня было бы довольно простым делом снять значительную сумму с этих счетов".

"Укради деньги".

"Допустим, переведите деньги. Украсть - это такое ... Ну, это прекрасное слово, не так ли? Но перевод был бы тебе больше по вкусу ".

Она обдумала это. Заманчиво, заманчиво, заманчиво. Тем не менее, это было не только не по правилам, это полностью взорвало книгу. "Никси перехватила меня, для разнообразия. Она сказала, что думает, что с ее семьей все будет в порядке, как только я поймаю этих парней, как только я посажу их в чертову клетку ".

"Я понимаю".

"Ей, наверное, не стоит ругаться, я плохо влияю. Отшлепай меня. Но... " Она замолчала, увидев широкую ухмылку, расплывшуюся по его лицу, и обнаружила, что смеется. Она закрыла лицо руками, потерла его. "Просто остановись. В любом случае, такого рода вещи подталкивают меня к тому, чтобы выйти за рамки дозволенного - еще больше выйти за рамки дозволенного, " добавила она, оглядывая комнату. "Но скажи, что ты это сделал. Скажи, что это выводит его из себя настолько, что он совершает ошибку, которая открывает его для меня. Да здравствует наша сторона. Но это могло, учитывая его профиль, разозлить его настолько, что сначала он расправился с парой швейцарских банкиров или адвокатом в - как это было? Eden. Так что давайте просто придержим это в резерве ".

"В твоих словах есть смысл".

"Знаешь, этот день был просто дерьмовым". Она развалилась в кресле, вытянув ноги. "Я чувствую прогресс, но в целом он был отягощен большими кучами дерьма. И я закончил это грузовым кораблем дерьма ".

"Это как-то связано с кровью на твоих брюках?"

Она посмотрела вниз, увидела полосы и брызги красного. "Это не кровь. Это вишневая шипучка ".

Она выпила свой кофе и начала рассказывать ему о случившемся. "Итак, когда я их приготовил, я остановился на двадцать четыре / семь, послал Трухарта внутрь за напитками и ..."

"Держись". Он поднял руку. "Вы поняли, что один или несколько из этих людей, людей, ответственных за несколько убийств и которые, весьма вероятно, надеются добраться до вас, следили за вами, и вы послали подкрепление за газировкой?"

Она не поежилась под его пристальным взглядом, который, как она предполагала, он был направлен на подчиненных, которые провернули какую-то сделку и вот-вот будут уничтожены его ледяным гневом.

Но это было близко.

"Я хотел посмотреть, что они будут делать".

"Ты надеялся, что они нападут на тебя, и убрал Трухарта с дороги".

"Не совсем. Близко, но..."

"Я спросил об одной вещи, Ева. Что, когда ты решишь использовать себя в качестве приманки, ты скажешь мне."

"Я не был ... это было своего рода немедленным..." Она замолчала, когда головная боль переместилась от основания черепа к макушке. "Теперь ты злишься на меня".

"Что дало тебе первую подсказку?"

"Тогда тебе придется разозлиться". Она вскочила на ноги, чтобы пройтись. "Тебе просто придется разозлиться, потому что я не могу остановиться и сверять с тобой каждое движение, когда я там. Я не могу остановиться и сказать: "Хм, одобрил бы Рорк это действие, или, черт возьми, мне пометить Рорка и передать это ему?""

"Не отмахивайся от моих забот, как от мошек у себя в ушах". Он тоже поднялся на ноги. "Не смей относиться к ним легкомысленно, Ева, или каково мне сидеть и ждать".

"Я не такой". Но, конечно, она была, инстинктивный защитный механизм. Прежде чем она смогла сказать что-нибудь еще, он продолжил.

"Я каждый чертов день хороню свои собственные инстинкты, чтобы не путаться у тебя под ногами так сильно, как это делаю я. Не позволять себе думать, что каждую минуту каждого чертового дня ты где-то там, если сегодня та самая ночь, когда ты не вернешься ".

"Ты не можешь так думать. Ты вышла замуж за полицейского, ты взяла посылку ".

"Я сделал, и я делаю".

Она отметила, что в его глазах не было льда. Это был огонь, сильный и синий. И это было как-то хуже. "Тогда..."

"Разве я просил тебя изменить то, кто ты есть, что ты делаешь? Жаловался ли я, когда тебя вызывали посреди ночи или когда ты приходил домой, пахнущий смертью?"

"Нет. У тебя это получается лучше, чем у меня. Медиа-вспышка ".

"Чушь собачья. Нам обоим удалось нащупать свой путь на протяжении почти двух лет друг с другом, и довольно неплохо. Но когда ты даешь мне свое слово, я ожидаю, что ты его сдержишь ".

Головная боль теперь проникла за ее глаза, колющие пальцы радостно тыкали. "Я думаю, что этот грузовой корабль еще не совсем закончил вываливать на меня дерьмо сегодня. И ты прав. Я нарушил свое слово. Это не было преднамеренным. Это был момент. И это было неправильно. Я позволил этому добраться до меня. Ребенок, тело в переулке, мертвые копы, дети, убитые в своих кроватях. Я позволяю этому комок в горле, и я знаю лучше ".

Она прижала ладони к вискам в отчаянной попытке ослабить давление. "Это стоило шанса, я верю, что это стоило шанса, но оказалось, что это был неправильный выбор. Ты не первый, кто расспрашивает меня об этом сегодня вечером. Уитни уже сняла несколько слоев кожи ".

Ничего не говоря, он вернулся за свою консоль, нажал кнопку. Он достал маленькую бутылочку из ящика стола, высыпал две маленькие синие таблетки себе на ладонь. Затем он достал маленькую бутылочку воды из холодильника за панелью.

"Возьми блокираторы. Не спорь, - отрезал он, когда она открыла рот. "Я вижу, как колотится чертова головная боль, когда я стою здесь".

"Головная боль прошла. Такое чувство, что мои мозги выдавливаются из ушей ". Она приняла блокаторы, откинулась на спинку стула и уронила голову на руки. "Я облажался. Чертово скопление людей. Копы и мирные жители в больнице, частному и городскому имуществу наносится страшный ущерб. Трое подозреваемых в убийстве все еще на свободе. Потому что я принял неверное решение ".

"Я думаю, именно поэтому они называют тебя лейтенантом, а не Богом. Теперь сядьте поудобнее, расслабьтесь на минутку ".

"Не нянчись со мной. Я этого не заслуживаю. Я не хочу этого. Они были слишком близко. Должен был сообразить, что они будут держаться так близко, потому что пытались отслеживать любые сообщения. В автомобиле есть экраны, но у них есть выбор игрушек, так что я должен был понять, что они были в пределах видимости по какой-то причине. Если они могли выследить меня или следить за мной, им нужно было быть рядом. Я не хотел рисковать, заявляя об этом ".

"Это кажется разумным. Логично."

"Да, кажется. Я вызываю это, они ловят сигнал, они пуф. Итак, я съехал на обочину, отправил Трухарта на двадцать четыре / семь, чтобы все выглядело так, как будто у меня была причина, чтобы это выглядело буднично. Чтобы увидеть, что они сделали. Они проехали мимо, покружили вокруг и снова подобрали меня. И тогда я думаю, что переключу это на них. Встаньте у них за спиной, вызовите поддержку, следите за ними, пока мы не сможем окружить их, уничтожить. Но Иисус Христос, этот фургон двигался. Я не знаю, как они это подправили, но я засек время в сто двадцать шесть, в воздухе. Потом были лазерные винтовки, и Бог знает. Они уничтожили пару черно-белых автомобилей, несколько гражданских машин и автобус maxibus. И я потерял их ".

"Совсем один?"

"Это был мой призыв. Неправильный звонок. Лучшее, что у меня есть, это марка и модель фургона. И тарелка. Оказывается, номерной знак принадлежит черному фургону той марки и модели, но не этому фургону. Поддельные номера, и они были достаточно умны, чтобы подделать их с автомобиля того же типа. Парень, который владеет легальным фургоном, который был законно припаркован у его офиса, имеет лицензию home handy. Он чист, и он был дома, смотрел "Экран " со своей женой ".

Она сделала глоток воды. "Итак, мы получили травмы, уничтожение имущества, возможные - черт возьми, вероятные - гражданские иски против департамента, и подозреваемые знают, что я их подвез".

"И Уитни одела тебя правильно".

"Привет, парень".

"Я сомневаюсь, что он поступил бы иначе, чем ты, при тех же обстоятельствах".

"Может быть, и нет. Вероятно, нет. Все еще неправильный звонок. И мэр проглотит шефа, шеф проглотит командира, и вплоть до меня. Никто ниже меня в этой конкретной цепочке кормления. Средства массовой информации будут охвачены безумием кормления ".

"Итак, тебе немного надрали задницу. Небольшой пинок под зад время от времени закаляет характер ".

"Черт возьми, это так. Это приводит к боли в заднице ". Она вздохнула. "У меня есть данные обо всех покупках этой марки и модели. Популярные. Я оставил цвет открытым. Подумал, что это будет легко нарисовать. Я не ожидаю, что по этому поводу зазвонят колокола. Если бы это был я, я бы купил его за городом. Или подрочил на какой-нибудь стоянке за пределами Нью-Йорка. Не будет записи, не будет купчей ".

"Ты обескуражен". И ему было неприятно это видеть. "Ты не должен быть таким".

"Нет, просто чувствую себя немного разбитым сегодня вечером. Прости за мою жалкую сущность ".

"Так что немного поспи. С утра начни с чистого листа".

"Ты не такой".

"На самом деле, я так и сделаю". Он отдавал команды на сохранение, блокировку и выключение.

"Завтра у тебя своя работа".

"Я перенес некоторые дела". Он проводил ее, запер двери. "Я говорил с Ричардом и Бет. Они придут завтра, чтобы встретиться с Никси ".

"Завтра? Я просил быстро, но не ожидал немедленного."

"На самом деле, они говорили о том, чтобы забрать еще одного ребенка. Только что подал заявки. И Ричард сказал мне, что Бет надеялась на девочку в этот раз. Они оба видят в этом своего рода знак".

Он положил руку на основание ее шеи, когда они шли в спальню, и потер то, что она считала его волшебными пальцами, притупляя боль. "Судьба - непостоянная и часто бесчувственная сука, не так ли?" - прокомментировал он. "И все же, бывают моменты, когда ты видишь работу. Если бы их дочь не была убита, они бы никогда не захотели взять ребенка в свой дом. Если бы моего друга не постигла та же участь, я бы не встретил этого маленького мальчика и не обратил на него внимания, не подумал о том, чтобы предложить им приютить его ".

"Если бы Грант Свишер не помог Дайан Киркендалл, он и его семья все еще были бы живы".

"Бесчувственный, да. Тем не менее, теперь у Никси будет шанс на жизнь с Ричардом и Бет. Она вырастет, зная, что в мире есть люди, которые пытаются уравновесить чаши весов ".

"Ты не говоришь, что если бы Шэрон Дебласс не была убита, мы с тобой вообще бы не встретились".

"Потому что мы бы так и сделали. В другое время, в другом месте. Каждый шаг моей жизни приводил меня к тебе." Он повернул ее, поцеловал в лоб. "Даже те, кто на самом темном пути".

"Смерть привела нас сюда".

"Нет. Это говорит разочарование. Это любовь привела нас сюда ". Он сам расстегнул ее оружейный ремень. "Ну же, ты спишь на ногах. В постель."

Она разделась, поднялась на платформу, скользнула внутрь. И когда его рука обняла ее, она закрыла глаза. "Я бы нашла тебя", - пробормотала она, - "даже на самой темной дороге".

Кошмар прокрался, крадущиеся ноги на цыпочках проникли в ее разум. Она увидела себя, маленького, окровавленного ребенка, запертую в ослепительно белой комнате с другими маленькими, окровавленными детьми. Страх и отчаяние, боль и усталость сгустились в комнате, заполняя ее, как еще больше маленьких, окровавленных детей.

Никто не говорил, никто не плакал. Они просто стояли, ушибленное плечо к ушибленному плечу. В ожидании своей судьбы.

Одного за другим их уводили взрослые с каменными лицами и мертвыми глазами. Уводят без протеста, без скулежа, как уводят больных собак те, кому поручено положить конец их страданиям.

Она видела это и ждала своей очереди.

Но никто не пришел за ней. Она стояла одна в белой комнате, с кровью, которая покрывала ее лицо, ее руки, ее предплечья, почти музыкально капая на пол.

Ее не удивило, когда он вошел в комнату. Он всегда приходил, этот человек, которого она убила. Мужчина, который сломал ее, растерзал и превратил в дрожащее животное.

Он улыбнулся, и она почувствовала исходящий от него запах. Виски и конфеты.

Им нужны хорошенькие, сказал он ей. Хорошие, милые. Они оставляют таких, как ты, ради меня. Ты никому никогда не будешь нужен. Тебе интересно, куда они идут, когда уходят?

Она не хотела знать. Слезы потекли вниз, смешиваясь с кровью. Но она не издала ни звука. Если бы она была тихой, очень тихой, возможно, он ушел бы и пришел кто-то другой. Любой другой.

Они забирают их в яму, разве я тебе не говорил? Разве я не предупреждал тебя, что если ты будешь приставать ко мне, они бросят тебя в яму с пауками и змеями? Они говорят: О, позволь мне помочь тебе, маленькая девочка. Но то, что они делают, это съедают тебя заживо, кусочек за кусочком. Но ты им не нужен. Ты слишком тощий для них, слишком костлявый. Ты думаешь, они не знают, что ты сделал?

Он подошел ближе, и теперь она почувствовала запах чего-то еще. Гниль. И ее дыхание стало прерывистым, даже когда она пыталась сдержать его.

Убийца. Убийца. И они оставляют тебя мне.

Когда он упал на нее, она закричала.

"Нет. Ева, нет. ТССС."

Борясь за дыхание, она обхватила его руками. "Держись. Просто держись за меня. "У меня есть ты". Он прижался своей щекой к ее. "Теперь полегче. Я не отпущу ".

"Они оставили меня в покое, и он пришел за мной".

"Ты не одинок. Я не оставлю тебя одного ".

"Я был им не нужен. Никто никогда этого не делал. Он сделал."

"Я хочу тебя". Он гладил ее волосы, спину, успокаивая дрожь. "С первого момента, как я увидел тебя, я хотел тебя".

"Там было так много других детей". Она ослабила хватку, позволила ему уложить ее на спину, прижать к себе. "Тогда только я и я знали, что он придет. Почему он не оставит меня в покое?"

"Он не вернется сегодня вечером". Рорк взял ее руку, прижал к своей груди, чтобы она могла почувствовать, как бьется его сердце. "Он не вернется, потому что здесь мы оба, и он слишком труслив".

"Мы оба", - повторила она и оставила свою руку на его сердце, пока спала.

Он был на ногах и одет, когда она проснулась, и следил за биржевыми отчетами на экране в гостиной за чашкой кофе. Он повернулся, когда она скатилась с кровати. "Как ты?"

"Примерно половина", - сказала она. "Думаю, я смогу сделать три четверти после душа".

Она начала идти к ванне, затем остановилась, изменила направление и подошла к нему. Она наклонилась, прикоснулась губами к его лбу в простом жесте привязанности, который тронул его и озадачил.

"Ты там, со мной, даже когда тебя нет. Так что спасибо ".

"Всегда пожалуйста".

Она подошла к ванной, оглянулась через плечо. "Иногда твое присутствие там раздражает. Но в основном это не так ".

Беспокойство в его собственном разуме рассеялось. Со смехом он вернулся к финансовым новостям и допил свой кофе.

Незадолго до семи Ева открыла дверь своего кабинета и обнаружила Бакстера за своим столом, наслаждающегося тем, что казалось плотным завтраком.

"Детектив Бакстер, ваша задница, похоже, каким-то образом оказалась на моем стуле. Я бы хотел, чтобы это немедленно убрали, чтобы я мог пнуть каждый дюйм этого ".

"Как только я закончу. Это настоящая ветчина в настоящих яйцах ". Он дернул подбородком в сторону настенного экрана, где отображались обновленные отчеты. "Ты мало спишь, не так ли, Даллас? Чертовски напряженная ночь. Я вижу, ты здорово покатал моего мальчика ".

"Твой мальчик жалуется?"

"Эй, Трухарт не нытик".

Его инстинктивная защита своего помощника охладила пыл Евы. "Ах да. Должно быть, я перепутал его с тобой ".

"Должно быть, это был какой-то полет".

"Да, весело, пока это продолжалось". Поскольку он был достаточно вежлив - или жаден - чтобы запрограммировать целый кофейник кофе, она налила себе чашку. "Уитни наклеила мне поверх нее новую".

"Он долгое время не был на улице. Тебе нужно было позвонить, и ты сделал это ".

Она дернула плечом. "Возможно, он поступил бы так же, и, возможно, он знает, что я поступил бы так же снова, при тех же обстоятельствах. Но это был адский провал, и справедливый разрыв. Это не падет на Верное Сердце ".

"Он бы справился с этим, если бы мог. Ценю, что ты видишь, что это не так. Какой сильный удар ты собираешься выдержать?"

"Письменные и устные отчеты для наблюдательного совета. Черт. Возможно, получу порицание департамента в моем личном деле. Я могу подтвердить свои действия, оправдать вызов, но им это не понравится, и понравится еще меньше, когда начнут накапливаться гражданские иски ".

"Вы арестовываете трех террористов-наемников, ответственных за смерть двенадцати человек, включая полицейских, и накал страстей значительно снижается".

"Да. Точно так же, если я не получу их в ближайшее время, накал страстей продолжает расти. Я справлюсь с этим; я тоже не нытик. Но я хочу этих гребаных парней, Бакстер ".

Она повернулась к двери, когда начали прибывать остальные члены команды. "Если ты собираешься есть, возьми это и проглоти побыстрее", - приказала она. "Нам нужно многое пережить за короткий промежуток времени".

Брифинги и отчеты, болтовня полицейских и кофе. И болтовня оборвалась, как будто ее разрезали ножом, когда вошел Дон Вебстер, сотрудник Бюро внутренних расследований.

"Доброе утро, мальчики и девочки. Даллас, тебе следовало продать билеты на это шоу прошлой ночью ".

"Я думал, этот брифинг предназначен для настоящих копов".

Услышав комментарий Бакстера, Ева предупреждающе покачала головой. Она ожидала, что ОВР сунет свой острый нос. Если это должно было быть ОВР, Вебстер был разношерстной личностью. Она доверяла ему, как никому другому в этом секторе. Но у них была непростая личная история, и ей не нужно было, чтобы бывший любовник и Рорк снова столкнулись лбами.

"По этому делу есть данные, которые необходимо знать", - начала она.

"Башня", - сказал он, имея в виду офис начальника полиции Тибби, - "решила, что мне нужно знать. У вас на это есть значительная сумма, множественные ранения гражданских лиц и департамента, материальный ущерб. У вас множество погибших гражданских и два мертвых копа."

Он подождал мгновение, вглядываясь в лица в комнате. "Вы допрашивали офицеров, ведущих следствие по другим делам, одно из которых закрыто. ОВР должен знать. И я собираюсь сказать это здесь и сейчас, всем вам, прежде чем запись продолжится, что я здесь не для того, чтобы надавать кому-то по яйцам за то, что он делает то, что должно быть сделано, чтобы привлечь ублюдков к ответственности за Найта и Престона. Я нажал на некоторые рычаги, чтобы получить эту обязанность. Я работал в отделе убийств. Я работал с тобой", - сказал он Еве. "Это я или кто-то другой, кто не выжил".

"Дьявол, которого мы знаем", - сказала Ева.

"Это верно".

"Найдите место. Тебе придется наверстать упущенное".

Она продолжила инструктаж, теперь тщательно просматривая данные, полученные Рорком. "Мы считаем, что Киркендалл, Клинтон и Айзенберри казнили людей на внештатной основе для различных тайных агентств. У нас есть основания полагать, что они были связаны с террористической группой "Кассандра "."

"Как ты к этому пришел?" - Спросил Вебстер.

Она почти не колебалась, когда Фини заговорил. "Это данные, которые мы смогли экстраполировать из предоставленных военных файлов", - спокойно сказал он. "EDD знает, как выполнять свою работу, и эта команда знает, как собрать дело воедино".

"Благодаря связи с Кассандрой", - продолжила Ева, - "эти люди имели доступ к оружию, электронике и средствам. Философия этой группы - мировой порядок по их образу и подобию - соотносится с личной философией, демонстрируемой Киркендаллом. Его семья была вынуждена выполнять его требования, его приказы или была соответственно наказана. Мы знаем из заявления, данного детективам Пибоди и Макнабу Роксанной Тернбилл, что она была похищена и подвергнута пыткам Киркендаллом после исчезновения его жены. Прошедшее время делает вероятным, что ее доставили в место в городе или недалеко от него. Кассандра оперировала и имела базу в Нью-Йорке в прошлом году."

"Нынешние убийства, похоже, не являются частью террористической угрозы", - вставил Вебстер.

"Нет, они личные. Издевайся надо мной, я не просто издеваюсь над тобой - я убиваю тебя и всю твою семью. Это не месть. Это гордость. Кто оскорбил его гордость?"

"Все, кого он убил, принимали в этом участие", - прокомментировала Пибоди.

"Нет, не все".

"Ну, парень". Макнаб взглянул на дверь, как будто она могла подслушивать с другой стороны.

"Нет. Он хочет ее смерти, потому что его миссия не завершена до этого времени. Его жена. Это его жена, которая осмелилась противостоять ему, осмелилась не только уйти с его детьми, но и помогла ему пройти через неловкость судебного разбирательства по поводу опеки. Кто победил. И который вышел сухим из воды".

"Он не может ее найти". Пибоди развела руками. "Мы тоже не можем".

Ева подумала о Рорке. Он мог, учитывая время, он мог. Но она не собиралась подвергать опасности другую семью. "Мы можем заставить его думать, что она у нас. На подготовку потребуется время. Найдите женщину-полицейского, которая сможет с этим справиться, близкую к ней по комплекции. Мы можем использовать некоторые улучшения, но она не обязательно должна выглядеть идентично. Если бы он мог сделать пластику лица, он бы купил, что она тоже может. Нам пришлось бы слить это, чтобы он не заподозрил, что это утечка. И до сих пор мы были чертовски осторожны, так что нам нужно было бы просочиться ".

"Нужно указать местоположение". Фини прикусил губу, когда до него дошла эта мысль. "В безопасности, чтобы он поверил, что мы ее удерживаем. Заманите его, загоните в угол, отключите. С оборудованием и ноу-хау, которые у него есть, у тебя в руках чертовски хитрый трюк, Даллас ".

"Мы собрали это воедино. Я хочу, чтобы все было готово в течение тридцати шести часов, еще двенадцать для симов. Когда мы расставим эту ловушку, я хочу, чтобы она захлопнулась прямо у них на шее. Фини, вы с Макнабом берете на себя компьютерную лабораторию."

"Мы займемся этим".

"Остальные, дайте мне пять минут поговорить с лейтенантом Вебстером".

Она подождала, пока комната опустеет и дверь со щелчком закроется. "Это расследование и события прошлой ночи - моя ответственность. Начальник ОВР или Сам Бог хочет подать жалобу, это на меня ".

"Так отмечено. Я сказал, что я здесь не для того, чтобы бить по яйцам, и я это имел в виду. Дело Дюберри, я просмотрел файлы. Хотя я бы не назвал расследование неаккуратным, я бы назвал его узким. Бренеган? Это выглядело как справедливый арест, который привел к праведному осуждению. Но эти данные ставят это под сомнение ".

"Копы по этим делам жаловались в ОВР?"

"Копы не жалуются в ОВР", - ответил он с легкой усмешкой. "Ты избегаешь нас, как случай с хлопком. Но до нас доносится ветер. Факт в том, Даллас, что если бы основное расследование по делу Дуберри провело более тщательную работу, вычеркнуло эту связь с Моссом, а затем вернулось к Бренегану, эта охота могла начаться год назад."

"Установить связь между удушением и заминированным автомобилем - это большая натяжка".

"Ты преодолел дистанцию".

"У меня было больше. Если ты ищешь от меня топлива против другого полицейского на этом, ты его не получишь ".

"Это зависит от его начальства, а не от ОВР. Что касается средств массовой информации, которые собираются... инцидент прошлой ночью уже начал вызывать бурю восторга, вы правильно его раскручиваете - и у вас отличные связи со СМИ - вы можете превратить это в позитив. Героический полицейский рискует жизнью, чтобы защитить город от детоубийц ".

"О, к черту это".

"Не думай, что Тибби повернет дело не только так. Не только твоя задница окажется на перевязи, если ты не проявишь немного блеска в этом. Повернись, покажи это сексуальное лицо со свирепым взглядом на камеру. Избавься от этого, чтобы ты мог вернуться к работе ".

"Я возвращаюсь к работе". Но она подумала. "Раскрутка снизила накал страстей среди остальной команды, в расследовании?"

"Это не повредит. Не повредит, если ты скажешь остальной части своей команды, чтобы они дали мне серьезную поблажку. Я был хорошим полицейским-убийцей ".

"Да, очень жаль, что ты не придерживался этого".

"Ваше мнение. Я могу помочь, и именно поэтому я здесь. Не для того, чтобы тебя разбудить, и не потому, что у меня все еще горит огонь. Может быть, просто немного тлеет время от времени ", - добавил он с легкой улыбкой.

"Прекрати это".

Дверь между кабинетами открылась. Хотя Рорк прислонился к косяку, он выглядел примерно так же лениво, как волк, разглядывающий добычу. "Вебстер", - сказал он самым холодным тоном.

У Евы мелькнула картина, как они вдвоем выбивают дерьмо друг из друга прямо там, где она сейчас стояла. Она почувствовала першение, которое могло быть вызвано паникой, в задней части ее горла, когда она встала между ними.

"Лейтенант Вебстер находится здесь - по указанию шефа Тибби - в качестве представителя ОВР и в целях..."

"Господи, Даллас, я могу говорить за себя". И он поднял руки вверх, ладонями наружу. "Никогда не прикасался к ней, и не собираюсь".

"Хорошо. Она ведет сложное расследование, как, я уверен, вы знаете. Вряд ли ей нужно, чтобы кто-то из нас все усложнял ".

"Я здесь не для того, чтобы усложнять ситуацию для нее или для тебя".

"Стоящий прямо здесь", - резко сказала Ева. "Ты можешь перестать болтать при мне".

"Просто проясняю ситуацию, лейтенант". Рорк кивнул ей, Вебстеру. "Я позволю тебе вернуться к работе".

"Минутку", - пробормотала она и прошествовала в кабинет следом за Рорком, закрыв дверь с решительным щелчком. "Послушай..."

Он прервал ее, прижавшись губами к ее губам, затем отстранился. "Мне нравится заводить его - и тебя тоже. Это мало с моей стороны, но ты есть. Я прекрасно знаю, что он не нападет на тебя, и если бы он сошел с ума и сделал это, ты бы пустил ему кровь. Ну, если только я не доберусь туда первым, на что я искренне надеюсь, так и будет. На самом деле, как я уже говорил вам раньше, он мне нравится ".

"Он тебе нравится".

"Да. У него превосходный вкус в отношении женщин и довольно хороший удар слева ".

"Отлично. Хорошо ". Она покачала головой. Ты полагал, что знаешь, что заводит мужчин, подумала она. Но ты никогда этого не делал. "Я возвращаюсь к работе".

21

С ХМУРЫМ ВЫРАЖЕНИЕМ НА ЛИЦЕ ЕВА ОСМОТРЕЛА компьютерную лабораторию Рорка. Несколько устройств были запущены, на нескольких экранах были слова, коды, странные символы, которые с таким же успехом могли быть иероглифами, проносящимися над ними. Компьютеризированные голоса произносили нараспев непонятные утверждения, вопросы, комментарии.

И помятый Фини, неоновый Макнаб, катался на стульях на колесиках, каким-то чудом избегая столкновений с рабочими местами и друг с другом, как пара детей в странной, непривычной игре.

Войти в эту комнату было для нее все равно что войти в альтернативную вселенную.

"Йоу". Фини указал на нее пальцем, затем постучал по значкам на экране, который выдвинулся из стойки. "Что-то происходит".

"Хорошо. Я предполагаю, что это не максимальная сила 2200."

"Привет". Макнаб оглянулся. "Ты путешествуешь по MF?"

"Нет". Ну, может быть, она играла в нее пару раз, но просто чтобы проверить свои навыки игры на компьютере. "Что происходит?"

"То, что у нас здесь, - это диагностика системы безопасности Swisher. Мы проверили это по всем стандартам, раздели ее догола. Отличная система, между прочим."

"Мы уже знаем, что он был заблокирован, дистанционно. Обошел средства защиты и резервные копии."

"Да, да, но не как, не что они использовали. Мы понимаем это. Ты отталкиваешься от системы, код за кодом, сигнал за сигналом, и, возможно, ты собираешь воедино, код за кодом, сигнал за сигналом, устройство, которое это провернуло ".

"Они должны были где-то это достать". Ева кивнула. "Даже если они перенастроили, добавили изюминку, они должны были где-то раздобыть базовое устройство".

"Да. И что у нас там происходит, так это система безопасности на больничной стоянке, куда была доставлена Джейнин Бренеган, и система в квартире, где была убита Карин Дюберри. Поразительные корреляции. Это будет то же самое устройство, или настроенное таким же образом. Когда ты их получишь, это поможет их сжечь ".

"У вас есть место для еще одной сделки?"

"Стреляй".

"Мне нужно, чтобы ты изменил мой коммуникатор. Ошибка, но ничего такого, что я бы разумно заметил как полицейский, не работающий в EDD. Просто вспышка, чтобы кто-то, кто пытается отслеживать связь, мог дозвониться, поймать передачу ".

"Вы хотите утечку данных?"

"Как только мы это установим, выберем наше местоположение, проведем операцию вместе, я хочу, чтобы они могли отслеживать мой коммуникатор. Может быть, это нечетко, но они должны узнать подробности. Как будто у меня портится коммуникатор. Как будто щит истончается. Это случается, верно?"

"Да, но есть предупреждение по умолчанию".

"Это не первый случай, когда оборудование департамента выходит из строя. Видел бы ты мой чертов компьютер ".

"Все еще причиняю тебе горе?" Спросил Макнаб.

"Это держится. Я не получил никакого иностранного порно, когда попросил файл. В последнее время."

"Отдай это". Фини поднял ладонь. "Мы поиграем с этим. У тебя есть подкрепление?"

"Да". Она вытащила оба из своего кармана. "Просто выпей с тем единственным. Можете ли вы сделать так, чтобы сигнал, поступающий на него, по-прежнему экранировался? Значит, они получают только фрагменты того, что я передаю?"

"Мы тебя прикроем".

В доме было достаточно комнат, чтобы разместить военный батальон. Было рискованно оставлять Вебстера с Бакстером, но она не хотела, чтобы ОВР разгуливал по ее офису. Он хотел понаблюдать, подумала она, он мог бы понаблюдать за Бакстером и Трухартом. Прежде чем арестовать Пибоди, Ева проскользнула в ее спальню, чтобы сделать частный звонок.

"Как насчет еще немного око за око?" - спросила она, когда Надин появилась на экране. "По-видимому, мне нужно развеяться. Инцидент прошлой ночью ..."

"Ваше авиашоу в центре города?" Надин издала злобный смешок. "У нас есть несколько экстремальных кадров по этому поводу. Купил его у туриста из Токио. Сегодня утром это выходило в эфир дважды ".

"Отлично".

"Ты принимаешь это близко к сердцу? Я никогда не знал, чтобы ты беспокоился из-за небольшого пота ".

"Они натравили на меня ОВР, и это может помешать расследованию. Верное Сердце было со мной, и дерьмо просачивается, даже если перекрыть плотину. Мне посоветовали развернуть это так, чтобы это был отважный полицейский в погоне за убийцами детей. Рискуя жизнью и конечностями, чтобы задержать убийц полицейских и защитить известную вселенную ".

"Мальчик, это убивает тебя". Но Надин наклонила голову. "Это то, что ты делал, не так ли?"

"Суть в том, что такого рода вещи не лучшим образом отражаются на департаменте".

"И департамент пойдет на жертву, если сочтет это необходимым".

"Это будет Искреннее сердце, Надин. Они дадут мне пощечину, может быть, пятном на моем послужном списке, но если им придется кого-то поджарить, то это будет он. Он более одноразовый. Я поставил его на кон ".

"Итак, вы просите меня раскрутить историю, чтобы это дерьмо не затормозило ход вашего расследования, и чтобы милашке не поджарили его маленькую тугую задницу".

"В этом и заключается идея. И в ответ..."

"Нет, не говори мне". Надин откинулась назад, подняла обе руки. "Потому что это убьет меня, если я откажусь от этого".

"Послушай, Надин, это не такой уж большой поворот".

"Очевидно, вы не расслышали мой емкий и проницательный утренний отчет. Вращение уже началось. Хладнокровный, бесстрастный лейтенант Даллас и молодой, преданный офицер Трухарт, рискующие своими жизнями в погоне за жестокими убийцами детей и их сослуживцев-офицеров. Убийцы, которые разряжают оружие, не думая о благополучии невинных незнакомцев - мужчин, женщин и детей, которые живут в нашем великом городе или посещают его. И так далее".

"Хорошо. У тебя есть еще одна долговая расписка ".

"План ясен. Это сработало лучше - и на видео были видны взрывы, исходящие из того фургона. Большинство соревнований работали под тем же углом зрения, но все еще есть некоторый накал, какое-то помешивание в котле городского терроризма и почему мы не в безопасности, гуляя по улицам, в наших собственных домах ".

"Это хороший вопрос. Может быть, это потому, что часть общества отстой?"

"Могу я процитировать вас? Лучше, как насчет быстрой говорящей головы, пока ты это повторяешь?"

Ева задумалась. "Как насчет того, чтобы вы сказали: "Когда с вами связались, лейтенант Даллас заявил, что каждый сотрудник полиции Нью-Йорка будет усердно работать, чтобы идентифицировать и задержать тех, кто несет ответственность за смерть своих коллег-офицеров, за Гранта, Кили и Койла Свишера, за Ингу Снуд, за Линни Дайсон. Мы служим им, мы служим Нью-Йорку. Мы служим Никси Свишер, потому что пережить жестокость, которая была принесена в ее дом, недостаточно. Она заслуживает справедливости, и мы добьемся этого для нее ".

"Хорошо. Понял. Что касается другой расписки, поднимаешь тост за этих ублюдков с моей точки зрения СМИ? Я бы сделал это сейчас в любом случае. Я бы сделал это ради Найта и Престона. Оба их мемориала завтра ".

"Увидимся там". Ева колебалась. "Неназванный источник в Центральном полицейском управлении подтвердил, что похищение и убийство Мередит Ньюман было связано с недавним вторжением в дом и убийством пяти человек, включая двух детей, в Верхнем Вест-Сайде. Мередит Ньюман, соцработница Службы защиты детей, была похищена - допишите остальное ".

"Могу ли я сказать, что Ньюман был назначен к выжившей после вторжения девятилетней Никси Свишер?"

"Да, сделай это там. И что множественные предсмертные ожоги на теле Ньюман указывают на то, что ее пытали, прежде чем перерезать ей горло тем же способом, что и членам семьи Свишер. Тело мисс Ньюман было обнаружено в переулке -"

"У нас все это есть".

"Скажи это снова. Скажи это снова - ее обнаженное тело, покрытое электрическими ожогами, с перерезанным горлом, было обнаружено после того, как его выбросили в переулке. Свидетели видели черный фургон FourStar с поддельными нью-йоркскими номерами AAD-4613, выезжавший из переулка за несколько секунд до того, как было обнаружено тело. Лейтенант Ева Даллас, начальная группа, и офицер Трой Трухарт, действующий в качестве помощника, столкнулись с фургоном, похожим на это описание, когда покидали место происшествия."

"И преследуемый", - закончила Надин. ", Которая ведет прямо к летному шоу. Хорошо. Твердый. Спасибо. Сколько свидетелей?"

Один, подумала Ева, и только на задних фонарях. Но зачем придираться. "Когда с ним связались, лейтенант Даллас не подтвердил и не опроверг сообщение".

"Формальный тет-а-тет был бы приятным завершением этого".

"Я отказываюсь от сладостей. Позже".

Перебирая планы в голове, Ева направилась в свой кабинет, затем свернула к Рорку. Она быстро постучала, открыла дверь. И поморщился.

Там было полно людей. Или, если быть более точным, там было полно Рорка и голограмм. Его администратор, Каро, сидела в своей опрятной позе, сложив руки на коленях. Двое мужчин в квадратных пиджаках без воротничков и три женщины в аналогичной консервативной корпоративной одежде изучали еще одну голограмму какого-то сложного проекта, дополненную извилистой рекой и отвесной башней, окруженной спускающимися людьми.

"Прости". Она начала отступать, но Рорк поднял руку.

"Леди, джентльмены, моя жена".

Они все посмотрели на нее. Она достаточно ясно видела оценку женщин - и реакции озадаченности, даже веселья. И она могла это понять. Там был Рорк, поджарый и потрясающий в своем темном костюме, сила, подобная ауре, окружала его.

И вот она здесь, в поношенных ботинках, с волосами, которые она не могла точно вспомнить, расчесывала ли она хотя бы пальцами в то утро, и с оружейным ремнем поверх рубашки.

"Мы просто заканчиваем", - сказал он Еве, затем повернулся обратно к группе. "Если у вас есть какие-либо дополнительные вопросы, передайте их через Каро. Я хочу, чтобы изменения были обсуждены и внедрены к этому времени завтрашнего дня. Спасибо. Каро, останься на минутку."

Голограммы, за исключением Каро, погасли. Каро Роуз. "Лейтенант Даллас. Рад тебя видеть ".

"Я тоже рад тебя видеть". Теперь, подумала Ева, ей придется завязать разговор. "А, как Рива?"

"С ней все в порядке. Она вернулась в город ".

"Ну, хорошо. Передай ей привет ".

Каро повернулась к Рорку. "В одиннадцать у тебя снова конференция с инженерами по проекту. И проведите час с Юлом Хайзером, который мы переключили на 'link. Твой второй час - Ава Маккой и ее команда. Тогда ты свободен на свои пять часов. Совещание по коммуникациям Fitch предварительно запланировано на девять вечера, по голограмме."

"Спасибо тебе, Каро. Если что-нибудь срочное, ты знаешь, где со мной связаться ".

Она кивнула. "Лейтенант", - сказала она и, подмигнув, исчезла.

"Кто были эти костюмы?" Спросила Ева.

"Архитекторы. Я все еще вношу некоторые усовершенствования в новую разработку Olympus ".

"Шесть архитекторов для одного проекта".

"Довольно большой и сложный - и это включает в себя здания, ландшафт, воду, интерьеры... И тебе все равно".

Она почувствовала легкий укол вины, прямо между лопаток. "Не очень, но это не то же самое, что не быть заинтересованным. Кем я и являюсь, в некотором роде поддерживая ".

Он усмехнулся. "Что тебе нужно?"

Теперь раздражение пересилило чувство вины. "Только потому, что я сказал, что заинтересован и поддерживаю, не означает, что мне что-то нужно от тебя".

"Это не так, нет". Он откинулся на спинку своего стола. "Но ты пришел сюда, потому что ты это сделал. Не нужно чувствовать себя виноватым из-за этого или начинать беспокоиться о том, что я трачу свое рабочее время, чтобы помочь вам. Я бы не стал, если бы не хотел этого делать ".

"Ну, как ты относишься к тому, чтобы предоставить мне здание в центре города?"

"Что бы ты хотел?"

На этот раз она усмехнулась. "Показуха. У тебя есть что-нибудь незанятое? Что-то, что мы можем закрепить и подключить в течение двадцати четырех?"

"Я полагаю, мы можем что-нибудь придумать. Это твоя ловушка. Почему в центре?"

"Потому что я знаю, что они базируются в верхней части города. Потому что, когда это произойдет, я хочу, чтобы это было как можно дальше от ребенка и я остался в городе. Мне нужно место, где я мог бы разместить внутри до дюжины человек, где я мог бы разместить снайперов и технику реагирования в избранных местах. Мне нужно, чтобы это выглядело как конспиративная квартира - полицейская охрана на дверях и окнах. И мне нужно иметь возможность плотно запереть это место, как только они окажутся внутри ".

"Я предоставлю тебе несколько возможностей к сегодняшнему вечеру. Это достаточно скоро?"

"Хорошо. Есть еще кое-что. Я сделаю это быстро. Ты сказал, что Ричард и Элизабет приедут сегодня."

"Да, в четыре. Я позабочусь об этом ".

"Как бы мне ни хотелось позволить тебе, это неправильно". Ей не нужно было объяснять, что встречи, на которых выступал Каро, были не всем, что у него было на большом блестящем столе "Рорк Индастриз". "Я бросил ее здесь, я должен внести свою лепту в это. Я полагаю, ты разобрался с их безопасностью."

"Это сделано".

"Я приведу Мэвис".

"Прошу прощения?"

"Парень - большой фанат. Она просветлела, когда услышала, что я знал Мэвис, и, прежде чем я осознал это, я сказал что-то о том, что да, она могла бы встретиться с ней. В любом случае, похоже, что если бы я пригласил Мэвис войти, Мира - нам нужно, чтобы Мира высказала мнение о реакции ребенка на усыновление - это выглядело бы более причинно. Как будто у нас в гостях ".

Его система связи пищала и жужжала, индикаторы сигнализировали о поступающих данных. Она задавалась вопросом, как он выдерживал все эти помехи. Из которых, она знала, она была одной.

"В реальном мире добра и зла у добрых нет вечеринки, если у них есть причина думать, что зло может попытаться потерпеть крах".

Он слегка кивнул ей. "Тем самым создавая впечатление, что здесь определенно нет молодой девушки, к которой зло могло бы захотеть прибрать к рукам".

"Это как бы размозжило голову множеству зайцев одним выстрелом. Леонардо в Милане, или Париже, или где-то там ". Она неопределенно махнула рукой туда, где, возможно, было направление Европы. "Так что, если я приведу ее сюда, было бы лучше оставить ее здесь. На всякий случай."

"Я бы сказал, чем больше, тем веселее - и, как правило, веселее, когда Мэвис рядом, - но это не совсем та фраза, которая приходит на ум, когда в доме полно полицейских".

Чувство вины появилось снова, с большим энтузиазмом. "Я вытащу их всех, как только смогу".

"Поддерживаю тебя в этом. О, я поймал ваше выступление на пресс-конференции прямо перед моей встречей ".

"Да. Слышал, что это получило экранное время ".

"Несколько впечатляющих маневров, как в воздухе, так и на земле. И все же тебе повезло, что ты не швырнул свой новый полицейский выпуск в стену здания ".

"Я не мог. Я скоро сорву еще одну поездку, даже если Пибоди предложит множество извращенных, возможно, незаконных сексуальных услуг, мне повезет, если я получу воздушный щит из заявок ".

"Предложение разнообразных извращенных, возможно, незаконных сексуальных услуг дало бы вам от меня любую возможность, которая вам может понравиться".

" Пибоди не нуждается в стимуле. Она уже хочет наброситься на тебя ".

"Лестно. Но на самом деле я думал о тебе в связи с этими услугами. Но я уверен, что мы с Пибоди сможем что-нибудь придумать ".

"Мне бы не хотелось так скоро возвращать ее в больницу. Увидимся в четыре ".

С Пибоди Ева взяла за правило возвращаться к каждому месту преступления, которое она приписывала Киркендаллу. Она стояла на тротуаре, изучая здание, где когда-то жили судья Мосс и его семья. В красивом особняке сейчас жила другая семья.

Думали ли они об этом? Поговорим об этом? Развлечь своих друзей страшилкой?

"Бакстер и Трухарт повторно прошли здесь проверку", - прокомментировала Пибоди. "Продемонстрировал фоторобот и фотографии военного удостоверения. Никто не помнит, чтобы видел их поблизости. Прошло два года с тех пор ", - добавила она. "Это был рискованный шаг".

"Он не преследовал жену в этом деле. Можно предположить, что он был больше сосредоточен на судье. Или что он решил оставить ее в живых, чтобы она страдала. Но он знал рутину, поэтому наблюдал за ними." Она сделала круг. "Здесь много мест, которые парень мог бы арендовать или купить, обосноваться, застолбить. Айзенберри, вероятно, справился с этим концом. Умнее. Вероятно, первоначальный опрос брал у нее интервью. Мы пересмотрим отчеты, посмотрим, увидим ли мы что-нибудь по этому поводу ".

Она вернулась в машину, поехала в сторону "Свишера". "Недвижимость в окрестностях - хорошая инвестиция. Он любит хорошие инвестиции. Возможно, он купил дом где-то рядом с резиденцией Мосс, сохранил его, сдает в аренду. Он сотрудничает с Мастером Лу ради инвестиций, ради дохода. Почему бы не заняться недвижимостью?"

"Измените свое портфолио".

"Давайте потянем за эту ниточку. Посмотрим, сможем ли мы найти недвижимость, купленную после суда, до взрыва. Возможно, это не приведет нас к нему, но это создает доказательства. Когда эти ублюдки предстанут перед судом, я собираюсь зашить их в титановый саван. Черт возьми!" Она нажала на акселератор, когда показался дом Свишеров. "Посмотри на этих детей-идиотов".

Троица - подростки, по ее предположению - столпились у полицейской печати на главном входе. Их наблюдатель, соблазнительная маленькая фигурка в черном облегающем костюме и темных очках, издала крик и взлетела на серебристом аэроборде.

Дети разбежались, прыгая поодиночке или в тандеме на другие доски, продираясь сквозь кустарник, на тротуар, на улицу между машинами, которые визжали и сигналили.

Ева услышала сумасшедший смех, когда они завернули за угол.

"Ты не собираешься преследовать их?" - Спросила Пибоди, когда Ева подъехала к тротуару. "Раздавить их, как жуков?"

"Нет. С той же вероятностью, что одного из них в конечном итоге раздавит такси, пока я буду за ними гоняться. Уколы." Она выскочила, побежала ко входу, чтобы проверить печать. "Повозился с этим, не прошел достаточно далеко, чтобы сработала сигнализация. Все равно надень что-нибудь новенькое, Пибоди. Дети-засранцы. Что они планировали сделать, вломиться и устроить вечеринку в доме смерти? Почему они не в школе, а еще лучше в колонии для несовершеннолетних?"

"Суббота".

"В какой день?"

"Сегодня суббота, Даллас. Никаких занятий по выходным ".

"Должно быть", - мрачно сказала она. "Здесь должна быть школа двадцать четыре / семь для таких маленьких неуважительных уродов, как этот. Дай им выходной, все, что они делают, это создают проблемы ".

"Ты бы чувствовал себя лучше, если бы пошел за ними и раздавил их".

"Да". Она выдохнула. "В следующий раз". Она заставила себя отложить это в сторону. "Реканвасс и здесь был зипом. Но мы знаем, что Айзенберри использовал помощника юриста, чтобы проникнуть внутрь, сблизиться с семьей. Мы знаем, что убийцы ушли, направились вниз по кварталу, а не в соседнее здание. Тем не менее, мы попробуем тот же инвестиционный подход и здесь. Возможно, они купили один, арендовали его, использовали для слежки ранее ".

Ее последней остановкой была больничная парковка. "Здесь не просто быстрый кусочек. Множественные ножевые ранения, раны, нанесенные при обороне. Она сопротивлялась, или пыталась сопротивляться. Поиграл с ней немного. Удар здесь, удар там. Я думаю, это была девушка с девушкой. Они позволили Айзенберри сделать это. В ее досье сказано, что она любит все смешивать. Клинтон, он любит тихое убийство - ручное удушение - его специальность. Киркендалл позволил своему брату взять здесь верх. Но другие убийства были его. Холодный и чистый. Но все были в крови. Ты больше доверяешь своим товарищам, когда они вместе с тобой попадают в переделку ".

"Легче всего взять его здесь". Пибоди хмуро посмотрела на стоянку, на медицинский центр. "Ты либо взломаешь, узнаешь ее расписание, либо будешь болтаться поблизости - кто заметит?-почувствуй. Вероятно, и то, и другое. Ты делаешь это в конце смены, поздно. И да, если это другая женщина, идущая по твоему пути, ты не получаешь тревожных звоночков. Легкий дружеский кивок, или Айзенберри останавливает ее, спрашивает дорогу. Как мне добраться до хирургического отделения? Вик поворачивается, выхватывает нож. Ударяет сюда, вик пытается блокировать или убежать, наносит ей еще один удар. Работает спиной, подальше от здания. Некоторые раны были неглубокими, просто маленькие неприятные уколы. Прикончил ее. Свидание, и ты ушел ".

Да, подумала Ева, это был путь. "Они бы посмотрели. Киркендалл и Клинтон. Достаточно близко для визуального наблюдения, или Айзенберри носил диктофон. Ты не участвуешь в убийстве, пока не увидишь убийство. Мы найдем их базу, мы собираемся найти видео каждого убийства. Они бы изучали их, как игроки с мячом на арене изучают видео игры. Ищу недостатки, ходы, способы улучшения ".

"Болен. Даллас, счет идет на полторы тысячи."

"И?"

"Мы должны получить Мэвис за полторы тысячи".

"Верно. Я получил этот кайф ". Она покачалась на каблуках, изучая место, где много лет назад было найдено тело Бренегана. "Я знаю, что мы близки. Мы нажимаем на нужные кнопки, мы нажимаем на них, и они исчезают. Они умны, они коварны, но они уязвимы, потому что они не уйдут, пока не закончат. Они скорее потерпят неудачу, чем уйдут, не выполнив миссию ".

"Трудно остановиться, сменить направление и заняться другими областями".

"Да, это действительно дерьмо. Пойдем за Мэвис ".

Ева была на некоторых концертах Мэвис. Она была за кулисами и наблюдала за обожающими фанатами, которым посчастливилось попасть на концерт. Но она никогда не видела, чтобы девятилетняя девочка теряла дар речи при одном виде своей подруги.

Не то чтобы это зрелище не могло лишить кого-либо дара речи. Мэвис заплетала волосы в сотни локонов, ярко-золотых и мерцающе-зеленых, которые рассыпались вокруг ее лица, как какая-то электрическая швабра. Сегодня ее глаза тоже были золотыми, обрамленные зелеными ресницами. На ней было темно-фиолетовое пальто до икр, которое она сняла, войдя в дом, чтобы показать платье длиной до промежности с пурпурными и золотыми завитками. Ее зеленые колготки были подчеркнуты блестящими браслетами на коленях и лодыжках и парой золотых туфель на прозрачных каблуках, украшенных такими же разноцветными завитушками.

Ее беременность зашла достаточно далеко, чтобы ее живот выпятился из водоворотов маленьким аккуратным комочком.

Ее браслеты - на колене, лодыжке, запястье - звенели, как колокольчики, когда она танцевала по полу к Никси с отвисшей челюстью.

"Привет! Я Мэвис."

Никси только кивнула, ее голова была как у марионетки на веревочке.

"Даллас говорит, тебе нравится моя музыка".

При следующем кивке Мэвис усмехнулась. "Я подумал, может быть, тебе понравится это". Очевидно, где-то в головокружительных завихрениях был карман, когда Мэвис вытащила диск. "Это мое новое видео для "Inside Out Over You". Оно выйдет в прокат только в следующем месяце".

"Я могу это забрать?"

"Конечно. Хочешь посмотреть это? Ничего, если мы подключим его, Даллас?"

"Продолжай".

"Это ульт", - воскликнула Никси. "Серьезный ульт. Линни и я... " Она замолчала, пристально глядя на диск. "Линни - моя лучшая подруга, и мы постоянно смотрим твои видео. Но она..."

"Я знаю". Голос Мэвис смягчился. "Мне действительно жаль. Даллас - мой лучший друг. Мне было бы так плохо, если бы с ней что-нибудь случилось. Это будет больно долгое время. Думаю, мне нужно было бы думать о том, как нам было весело вместе, когда я мог, чтобы это было не так больно ".

Она кивнула. "У тебя будет ребенок. Могу я потрогать это?"

"Еще бы. Иногда там что-то колотится, и кажется, что там действительно морозно ". Мэвис положила свою руку поверх руки Никси. "Нужно еще немного повариться. На новом видео у меня происходит совершенно волшебная роспись живота. Почему бы тебе не пойти и не вставить диск в розетку. Я приду посмотреть это с тобой ".

"Хорошо, спасибо". Никси посмотрела на Еву. "Ты сказал, что приведешь ее, и ты привел. Спасибо ".

Когда Никси умчалась в гостиную, Ева подошла и положила руку на плечо Мэвис. "Я ценю это".

"Бедный ребенок. Чувак, это заставляет тебя задуматься ". Она положила руку на живот, моргнула изумрудными ресницами. "Послушай, если я смогу подарить ей пару часов веселья, вот в чем суть. Эй! Удар!" Она схватила Еву за руку, хлопнула ею себя по животу.

"Иисус, не надо! Вау!" Она дернулась, когда что-то ударило ее по ладони.

"Это в верхней части города или как?"

"Или что".

Но любопытство заставило ее поглядеть на округлость живота Мэвис, пока продолжались маленькие пинки. Это было вроде... она не была уверена. Немного веселый ритм, и далеко не такой жуткий, как она ожидала. "Что, черт возьми, оно там делает, танцует?"

"Это плавание, растяжение и перекатывание. Я так взвинчен, что теперь у него открываются ноздри, и у него есть эти маленькие воздушные мешочки ..."

Ева высвободила руку, надежно спрятав ее за спину, когда Мэвис рассмеялась. И ее собственные руки нежно поглаживали ее живот, когда она смотрела в сторону лестницы. "Привет, доктор Мира".

"Мэвис. Я бы сказал, что ты сияешь, но я никогда не знал тебя другим. Я скажу, что ты выглядишь удивительно здоровой ".

"Чувствую себя синицей в эти дни. Полностью в гармонии ".

"Я не знала, что ты уже был здесь", - сказала Ева.

"За несколько минут до тебя. Я был наверху, разговаривал с Рорком. Он сейчас спустится. Мисс Барристер, мистер Дебласс и их сын только что прошли через ворота."

"Я пойду развлекать Никси". Мэвис ободряюще похлопала Еву по руке и вихрем направилась в гостиную. "Бей, Никс!" - крикнула она, и раздался взрыв того, что в некоторых культурах можно было бы назвать музыкой.

"Я думаю, это время шоу", - объявила Ева и направилась к входной двери.

22

ЭТО БЫЛА СТРАННАЯ ГРУППА При ЛЮБЫХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ, предположила Ева. Еще более странно, когда она пыталась обращать внимание на болтовню, наблюдать за реакцией ребенка, планировать крупную операцию, координировать свою команду и играть в хозяйку.

Ричард и Элизабет пережили шторм убийств, скандалов и ужасов и выглядели от этого еще более сильными. Она наблюдала, как они оба вовлекали Никси в разговор, вместе и по отдельности. Ребенок был вежлив и достаточно отвлечен, подумала Ева, как Мэвис, так и ребенком примерно ее возраста, чтобы повеселиться.

Это была странная группа. Но, судя по разговору, Ева, казалось, была единственной, кто так думал.

Она ускользнула достаточно надолго, чтобы проверить, как продвигается дело Пибоди с недвижимостью, и подумала, что это проявление силы характера - оставить комфортную полицейскую работу и вернуться на светский час.

Элизабет Барристер подстерегла ее в фойе. "Она прекрасный ребенок".

"У нее есть выдержка".

"Она должна, и со временем это ей понадобится. Горе накатывает волнами. Как раз в тот момент, когда ты думаешь, что выдержал одно, другое снова захлестывает тебя ".

Элизабет Барристер, подумала Ева, много знала о горе. "Это слишком много для тебя, учитывая твое положение".

Элизабет покачала головой, бросив взгляд в сторону гостиной. "Мы совершали ошибки, Ричард и я. Так много. Слишком много. И мы смирились с тем, что наша дочь заплатила за них ".

"Сенатор Дебласс был ответственен".

"С твоей позиции", - согласилась Элизабет. "Но она была нашим ребенком, и мы совершали ошибки. Нам с Кевином дали еще один шанс. Он осветил наши жизни ".

В этом не было сомнений, отметила Ева, когда просто произнесла его имя, осветив лицо Элизабет.

"Мы бы дали Никси дом, если она этого хочет. Дай ей шанс исцелиться. Я думаю, мы были бы хороши для нее. Кевин, конечно, смог бы. Они уже заводят друзей. Она рассказывала ему об игровой комнате, которая, по-видимому, является ультом. Интересно, смогу ли я приютить их на некоторое время ".

"Конечно. Я покажу тебе, где это ".

Ева помнила Кевина тощим ребенком лет шести в рваной одежде и с костлявой кошкой на буксире. Он пополнел, очистился, подрос на пару дюймов и продемонстрировал щербатую ухмылку, когда сжимал в объятиях пухлого Галахада.

"Он толстый", - весело сказал Кевин. "Но он мягкий".

"Да, ну..." Галахад направил свои двухцветные глаза на Еву таким образом, что это обещало расплату за унижение. "Тебе не обязательно нести его".

"Мне нравится. У меня есть кот по имени Чудик, а теперь у меня еще и щенок по имени Бутч. Я хожу в школу и ем как лошадь ".

Позади них Элизабет рассмеялась. "Он, конечно, делает".

"Если бы у меня была лошадь". То, как Кевин лукаво скосил глаза в сторону матери, сказало Еве, что он знает, где лучше намазывать масло. "Я бы скакал на нем, как ковбой".

"Шаг за шагом, маленький человек. Посмотрим, как ты справишься с Бутчем. Ты любишь лошадей, Никси?"

"Я погладил ту, которая катает коляску по парку. Это было приятно ".

Впервые увидев нирвану игровой комнаты Рорка, Кевин издал крик, бросил Галахада на пол и помчался к ближайшей аркадной игре.

"Дальше я сама", - сказала Элизабет Еве. "Я стал экспертом в этой области".

С заметным облегчением Ева оставила ее наедине с этим. И воспользовался возможностью, чтобы вернуться наверх.

На этот раз Вебстер склонился над плечом Пибоди.

"Прекрати давить на моего партнера", - отрезала Ева.

Вебстер выпрямился, но не сдвинулся с места. "Я должен вскоре отправиться в центр города, предоставить свой отчет".

"Не позволяй двери ударить тебя по заднице на выходе. Что у тебя есть? - спросила она Пибоди.

"Похоже, ты наткнулся на что-то со свойствами. У меня есть то, что вы называете городским камнем в квартале Мосса. Приобретен через три месяца после принятия решения об опеке на имя Triangle Group. Финансирования нет, поэтому они сократили весь - значительный- бросок. Никаких доходов в течение шести недель после смерти Мосс. После этого поступила аренда. Насколько я могу судить, жильцы чисты и не связаны между собой. Triangle Group также владеет, с марта 2054 года, зданием на две семьи в двух кварталах к югу от больницы, где был убит Бренеган. Жильцы приходят и уходят, каждые шесть месяцев, как по маслу. Я думаю, мы могли бы найти здесь некоторые имена из "Кассандры" или "Судного дня "."

"Киркендалл, Клинтон, Айзенберри. Треугольная группа. Милые. Мы привязываем их к этому ".

"Это запутанный вопрос, Даллас".

Она шагнула прочь, шагнула обратно. Вебстер был надежным полицейским, она знала. Но он все еще был IAB. Сверхурочные набирали обороты, и ничто так не раздражало комиссию по проверке, начальство, орехокрушателей, как несанкционированный доступ.

Но были способы обойти это.

"Ты закончила смену", - сказала она Пибоди. "Ты и остальная часть команды. Время истекло ".

"Но у нас есть..."

"У тебя выходной". Она слегка улыбнулась Вебстеру, когда говорила. "То, что вы делаете со своим собственным временем, в своем собственном доме, не мое дело. Или департамента. Ты хочешь сделать что-то полезное ", - сказала Ева Вебстеру. "Иди и подай свой отчет. Убери их от меня на следующие сорок восемь."

"Я могу это сделать. Отдавай детективу ее приказы. Я внезапно и странно оглох ".

"Отправьте это на свой пульт и спускайтесь в центральную".

"Вы хотите поселиться в этих зданиях?"

"Завтра. Постарайтесь отдохнуть хотя бы шесть часов. Мы собираемся привести это в действие завтра. Мы переводим эту команду обратно в Центр, избегая расспросов ОВР о том, какого черта мы здесь делаем. Забронируй конференц-зал на семьсот завтра. Скажите остальным членам команды, чтобы они делали то же самое или работали из дома ".

Она могла видеть это, и в ее голове уже намечалась стратегия.

"Начните искать другие объекты недвижимости с таким названием или похожие. Под именами любого из жильцов, которые жили в здании рядом с больницей. Мне нужна их база. Мы получаем их базу, мы меняем эту операцию, и вот где мы двинемся на них ".

"Ты будешь работать отсюда?"

"Я буду использовать те же данные. Я хочу, чтобы ваше подразделение поговорило с моим. Что-то сломается, я приеду в центр. Все это понял?"

"Понял".

"Тогда уберите всех этих копов из моего дома".

"Даллас". Вебстер остановил ее, когда она повернулась к двери. "Никого не касается и то, чем я занимаюсь в свободное время. Если бы мне посчастливилось получить копии этих данных, которыми обработала детектив Пибоди, я мог бы развлечь себя, посмотрев, смогу ли я опередить ее или тебя в остальном."

"Пибоди, у тебя есть какие-нибудь проблемы с тем, чтобы участвовать в гонках в костюме IAB?"

"Я преуспеваю в конкуренции".

"Вот так. Надери ему задницу ".

Еще лучше, подумала она, выходя. Она заставила бы Рорка работать над распутыванием. И она работала с ним, и они звонили в чертов колокол. В этом чертовом доме должно было быть достаточно гражданских, чтобы управлять парой детей, пока она работала.

Она заскочила в компьютерную лабораторию и гостиную, где Бакстер и Трухарт были настроены для передачи данных. "Проверь владельцев перед покупкой", - приказала она. "Посмотрите, есть ли связь - военные, военизированные - братья и сестры, супруги, отпрыски в одном лице. Получите текущий статус. Давайте посмотрим, сможем ли мы выдавить из себя ласку. Но сделай это из дома. Ты официально освобожден от работы ".

Она свернула, чтобы начать спускаться по лестнице, но Соммерсет перехватил ее.

"Лейтенант, ваши гости требуют вашего внимания".

"Запомни урок этикета. Скажи Рорку, что я работаю в его офисе и мне требуется немного его внимания. Сейчас."

Довольная тем, что сэкономила время и смогла сказать Соммерсету, чтобы он что-нибудь записывал, она вернулась и села за стол Рорка.

"Задействуйте компьютер".

Одну минуту, пожалуйста, чтобы подтвердить авторизацию с помощью голосового сканирования. Подтверждено, дорогая Ева. Помолвлен.

"Господи, что, если кто-нибудь это услышит? Разве ты не знаешь, что здесь повсюду копы, черт возьми? Просматривайте все данные, группа "Треугольник"."

В поисках... Triangle Group, лицензированная брокерская компания по недвижимости, дочерняя компания корпорации Five-By.

"Местоположение или местоположения офисов Triangle Group или штаб-квартиры компании".

Работает... Triangle Group зарегистрирована как электронная компания с базовым офисом 1700 на Пенсильвания-авеню, Восточный Вашингтон.

"Покажите карту Восточного Вашингтона. Выделите указанный адрес ".

Отображается карта. Выделенное местоположение - Белый дом.

"Да, даже я знал это. Небольшое энергетическое путешествие. Ищите данные о пяти корпорациях."

Она откинулась назад, пока компьютер вводил ее данные, затем взглянула на вошедшего Рорка.

"Тебе что-то было нужно?"

"Киркендалл приобрел недвижимость рядом с двумя целями. Отличный материал, хорошая инвестиция. Похоже, он сохранил их. Используя пару блайндов, или пару, которые у нас есть на данный момент. Треугольная группа из пяти - По корпорации."

"Треугольник". Он двинулся к ней, стряхнул ее со стула. "Логично. Пять на? Означает ли это, что в этом деле участвуют еще два главных игрока?"

"Пять на пять".

"Неужели двадцать пять?"

"Нет, не математика. Военный термин."

"У тебя есть преимущество передо мной".

"Это звучит громко и ясно. Как будто я тебя прекрасно слышу. Все надежно. Вот так."

"Ах". Он посмотрел на то, что она уже сделала. "Белый дом. Разве мы не слишком высокого мнения о себе? И головная организация якобы размещена в Пентагоне и ООН, и я полагаю, что это Букингемский дворец. Какими бы грандиозными ни были их заблуждения, они не производят большого впечатления в мире бизнеса. Я никогда не слышал ни об одной из этих компаний. Давайте просто посмотрим, что мы видим ".

"Могу я оставить тебя на минутку? Мне нужно сообщить командиру. Это могло бы удержать их подальше от моей задницы еще какое-то время ".

"Продолжай, но заскочи вниз и посмотри, все ли в порядке, ладно? Я оставил Мэвис исполняющей обязанности ведущей, и одному Богу известно, что она может придумать ".

Она позвонила и отложила свои социальные обязательства достаточно надолго, чтобы заглянуть к Фини, когда он заканчивал.

Как только она спустилась, она нашла всех взрослых, включая Элизабет, в гостиной.

"С ними все в порядке", - сказала ей Элизабет. "Они так хорошо проводили время, что я подумал, что позволю им немного побыть вместе, как говорит Кевин".

"Хорошо. Хорошо. Прекрасно ".

"Не беспокойся о нас", - сказала ей Мира. "Очевидно, у тебя что-то случилось. Мы можем легко развлечь себя на некоторое время ".

"Так даже лучше".

В игровой комнате Никси и Кевин решили отдохнуть от автоматов. Ей нравилось, что рядом был еще один ребенок, даже если он был мальчиком. И его мать и отец казались милыми. Его мать даже играла с ними в Межгалактическую войну. И тоже почти победил.

Но она была рада, что уехала на некоторое время. Были вещи, которые нельзя было говорить, когда рядом взрослые.

"Почему ты говоришь не так, как твои мама и папа?" Никси хотела знать.

"Я говорю как все".

"Нет, у них что-то вроде акцента. Это другое. Почему ты этого не делаешь?"

"Может быть, потому, что они не были моими мамой и папой все это время. Но они есть сейчас ".

"Они, типа, усыновили тебя?"

"У нас была вечеринка, когда они это сделали. Почти как день рождения. Там был шоколадный торт ".

"Это мило". Она думала, что это так, но в животе у нее возникло неприятное чувство. "Кто-то убил твоих настоящих маму и папу?"

"Моя другая мама", - поправил он. "Потому что у меня есть настоящая мама. Ты становишься настоящим, когда тебя усыновляют ".

"Я имею в виду твоего другого. Ее кто-то убил?"

"Не-а". Он начал гладить Галахада, который соизволил остаться и ему почесали живот. "Иногда она уходила, а я проголодался. Иногда она была милой, а иногда била меня. "Выбью из тебя все дерьмо, маленький ублюдок". Он ухмыльнулся, когда сказал это, но выражение его лица было неприятным. "Вот как выглядело ее лицо, когда она ударилась. Но моя мама сейчас, она никогда не бьет, и у нее никогда не бывает такого лица. Мой отец тоже. Иногда они получают вот это ".

Он сдвинул брови и попытался выглядеть суровым. "Но в основном они этого не делают. И они не уходят, и я не испытываю голода, не как раньше ".

"Как они тебя нашли?"

"Они пришли и забрали меня из того места, куда ты должен отправиться, если у тебя нет мамы или чего-то в этом роде. Там можно поесть, и у них есть игры, но я не хотел там оставаться - и я не хотел очень долго. Потом они пришли, и нам пришлось уехать жить в Вирджинию. У нас большой дом. Не такой большой, как этот ", - сказал он предельно честно. "Но он большой, и у меня есть своя комната, и Чудик поехал с нами".

Никси облизала губы. "Они собираются отвезти меня в Вирджинию?" Она знала, где это было, вроде как. Она знала, что столицей был Ричмонд, потому что в школе ей пришлось выучить все штаты и их столицы. Но это был не Нью-Йорк. Этого здесь не было. Это был не дом.

"Я не знаю". Явно заинтригованный, Кевин склонил голову набок и изучающе посмотрел на нее. "Разве ты не здесь живешь?"

"Нет. Я нигде не живу. Люди пришли в наш дом и убили моих маму и папу ".

"Убил их насмерть?" Глаза Кевина широко распахнулись. "Как так получилось?"

"Потому что мой отец был хорошим, а они были неправильными людьми. Это то, что сказал Даллас ".

"Это судьба". Он похлопал ее, как когда-то Галахада. "Тебе было страшно?"

"Что ты думаешь?" - огрызнулась она в ответ, но сочувствие на лице Кевина не исчезло.

"Думаю, я был бы так напуган, что даже не смог бы дышать"

Небольшая вспышка гнева прошла. "Я был. Они убили их, и они не убили меня, и я должен остаться здесь для защиты. Даллас собирается найти их и посадить в чертову клетку ".

Он прикрыл рот рукой и перевел взгляд на дверь.

"Ты не должен говорить "черт возьми", - прошептал он. "У мамы появляется такое выражение лица, если ты забываешься и говоришь это".

"Она не моя мама".

Когда на глазах заблестели слезы, Кевин подвинулся и обнял ее. "Все в порядке. Она тоже может быть твоей мамой, если хочешь ".

"Я хочу свою собственную маму".

"Она умерла".

Никси уронила голову на подтянутые колени. "Они не позволят мне вернуться в мой дом. Они не разрешают мне ходить в школу. И я точно не знаю, где находится Вирджиния ".

"У нас большой двор, и у нас есть щенок. Иногда он мочится на пол. Это довольно забавно ".

Она вздохнула, положив щеку на колени. "Я хочу спросить Даллас, нужно ли мне ехать в Вирджинию". Она провела пальцем по щекам, встала и воспользовалась домашним сканером. "Где находится Даллас?"

Даллас в кабинете Рорка.

"Ты должен сохранить это". Осторожно она отколола Гомера от своей рубашки, приколола его к рубашке Кевина. "Так Соммерсет знает, где я нахожусь. Я просто хочу поговорить с Далласом и ни с кем другим, так что тебе придется остаться здесь и играть в игры, пока я не вернусь ".

"Хорошо. Когда ты вернешься, мы сможем посмотреть Вирджинию на карте, тогда ты сможешь увидеть ".

"Возможно".

Она знала дом, или, по крайней мере, те его части, которые ей показывал Соммерсет. Чтобы избежать гостиной, она поднялась на лифте на этаж выше, затем бросилась по коридору и воспользовалась ступеньками.

Часть ее хотела убежать. Но куда бы она пошла? Она не хотела быть одна. Она знала, что дети иногда были. Койл рассказывал ей, что есть места вроде Тротуарного города, где дети, которые никому не нужны, живут в коробках и вынуждены выпрашивать еду. Она не хотела жить в коробке, но это было неправильно, это было несправедливо, что они собирались отослать ее прочь. Никто даже не спросил.

Прокрадываясь мимо двери, она остановилась, чтобы прислушаться.

Она ничего не слышала внутри, поэтому расслабилась, чтобы посмотреть. Это был офис Далласа, и там никого не было.

Она подкралась к следующей двери.

"Собираюсь прижать этих сукиных детей. Посмотри на список жильцов в двух кварталах от места убийства Бренегана, и у нас там чертова вращающаяся дверь ".

В голосе Далласа было что-то странное, подумала Никси. Отчасти подлый, и отчасти взволнованный тоже. Как будто она слышала, как один из старших детей говорил в свободное время в школе, когда он говорил о том, чтобы ударить другого ребенка.

"Два из этих имен являются известными псевдонимами для Cassandra disciples. И один из них - скульптор лица - мертвый. Держу пари на свою отличную задницу, что это он поработал над Киркендаллом и Клинтоном. Другой находится за пределами планеты, занимаясь пожизненным. Мне придется пойти и прижать его, и я ненавижу покидать планету ".

"Нам здесь повезло, тебе не придется. Каждая собственность или компания, которую я нахожу, находится на расстоянии вытянутой руки от закрепления их базы. Просто дайте нам немного места, лейтенант."

"Верно, верно".

Никси услышала шаги, присела.

"И перестань расхаживать по комнате. Это раздражает. Почему бы тебе не оставить меня наедине с этим на полчаса, спуститься вниз - или, по крайней мере, пойти кого-нибудь разыскать."

"Я отправил свою команду домой. Ты - то, что мне осталось преследовать ".

"Просто мой счастливый день".

Раздался звуковой сигнал, ругательство, из-за которого Никси была бы наказана на месяц, если бы она только подумала об этом.

"Даллас".

Диспетчер, Даллас, лейтенант Ева. Взломанная полицейская печать, главный вход, место убийства Свишера.

"Чертовы дети".

Патруль отправлен. Признайте, что вы были проинформированы о компромиссе.

"Принято. Пусть патруль задержится на месте. В качестве меры предосторожности оденьте офицеров в легкую броню. Я хочу проверить это сам. Расчетное время прибытия - десять минут."

Подтверждаю. Печать требует замены. Уничтожьте.

"Если туда направляется патруль, вам, кажется, нет необходимости идти вместе с ним".

"Ранее я прогнал группу детей. Следовало бы надрать кому-нибудь задницу, но я не хотел рисковать еще одной погоней. Если они внутри, я хочу лично исправить эту ошибку в суждении. Если они поблизости, я собираюсь потратить несколько минут своего времени, чтобы собрать их и надрать упомянутым задницам ".

"Тогда я пойду с тобой".

"Господи, Рорк, это деталь, позволяющая надрать задницу ребенку. Я справлюсь с этим ". Последовала долгая пауза, дыхание с шипением. "Хорошо, хорошо, без ненужного риска. Я поймаю Бакстера, заберу его с собой. Мне нужно, чтобы ты продолжал заниматься этим и координировал действия с Пибоди, как только она доберется до Центра. "

"Надень свой жилет".

"О Боже!" Раздался резкий стук, как будто что-то пнули. "Да, мамочка".

"И позже, когда я сниму это с тебя, ты будешь называть меня как-то совершенно по-другому".

"Ха-ха. Десять минут туда, десять обратно, десять на то, чтобы надрать подросткам задницы. Вернусь через тридцать."

В коридоре Никси умчалась прочь. С бешено колотящимся сердцем она сбежала вниз по лестнице, нашла лифт и приказала ему доставить ее в библиотеку на первом этаже.

Там была наружная дверь, и она знала, на какой машине ездил Даллас.

Ева поймала Бакстера на лестнице. "Мне нужно, чтобы ты поехал со мной. Сил скомпрометирован в доме Свишеров. Сегодня днем я прогнал оттуда группу подростков. Похоже, они вернулись. Верное Сердце, возьми машину. Я посажу твоего напарника в такси, когда мы закончим шлепать по кучке детей ". Она бросила Бакстеру жилет. "Одевайся. Я не рискую ".

Он начал снимать куртку.

"Наверху. Господи, ты думаешь, я хочу видеть то, что ты называешь своей мужественной грудью?" Она достала из кармана маленький пульт дистанционного управления, набрала код.

"Что это?"

Она почувствовала, как жар поднимается вверх по задней части шеи. "Это пульт дистанционного управления, который позволяет мне ездить на авто".

"Мило. Позволь мне..."

Она сунула его обратно в карман. "Просто надень костюм, Бакстер. Я бы хотел завершить эту досадную маленькую деталь, чтобы я мог вернуться к работе ".

Ей потребовалось достаточно времени, чтобы подать Мэвис знак выйти из гостиной. "Послушай, мне нужно отлучиться ненадолго, и я, возможно, буду изрядно занят, когда вернусь. Можешь ли ты сделать всех счастливыми?"

"Это то, что у меня получается лучше всего. Эй, может быть, я позову всех к бассейну, прежде чем мы поедим. Тебе так холодно?"

"Это здорово". Она попыталась представить Мэвис, прыгающую в воде с Элизабет и Мирой. "Ах... Но надень костюм, хорошо?"

Выйдя на улицу, Никси бросилась за дерево, когда услышала шум двигателя. Она наблюдала, дыша часто и прерывисто, как машина Далласа выехала из гаража и направилась к фасаду дома. Она смотрела, как это остановилось, услышала щелчок замков.

Это было неправильно. Она не должна этого делать. Но она хотела вернуться домой. Даже на короткое время. До того, как они отослали ее, до того, как они заставили ее завести других маму и папу.

Она бросила последний взгляд в сторону дома, затем побежала к машине и заползла на пол заднего сиденья. Она захлопнула дверь всего за мгновение до того, как дверь дома открылась. И она лежала там, зажмурив глаза.

"На этот раз ты отличился довольно гладко, Даллас".

Бакстер. Он был милым, забавным. Он не был бы слишком зол, если бы они нашли ее.

"Не играй с моими элементами управления. Когда мы закончим с этим, мне нужно, чтобы ты связался с Пибоди, продолжай обсуждать вопрос собственности. Мы собираемся найти их на Верхнем Западе. Черт, они могут быть в гребаном квартале отсюда ".

"Вот и весь район. Мы разбегаемся на ночь из-за собаки ОВР?"

"Вебстер в порядке, но если моя команда официально работает круглосуточно и работает у меня дома, это серая зона. Политики ворчат, и им не нравится серый цвет, если они его не красят. У нас есть мертвые копы, у нас есть раненые копы, мы копаемся в делах других копов - одно из них закрыто, и парень отбывает за это срок в тюрьме. И я не закрываю это достаточно быстро, чтобы удовлетворить их. Я не собираюсь давать им повод отстранить меня ".

"То, что ты взял ребенка к себе, открыло тебе это".

"Я знаю это".

"Это был правильный поступок, Даллас. То, что нужно для нее. Ребенку не просто нужна была защита. Она нуждалась... утешение".

"Я нужен ей, чтобы закрыть это дело, а я не смогу, если меня завалят всякой ерундой. Итак, мы переступаем черту, и Вебстер будет держать начальство подальше от нашей задницы, пока мы этого не сделаем. Есть черно-белое. Давайте покончим с этим ".

Ева шагнула к двум полицейским. "Кто-нибудь из вас зайдет внутрь?"

"Нет, сэр. Нам было приказано держаться. Свет горел там, наверху, в правом переднем окне, на втором этаже." Один из них кивнул в сторону дома. "Выключился, когда мы подъехали. Никто не вышел ".

"Ты проверил заднюю дверь?"

"Нам сказали держаться".

"Господи, неужели ни у кого из вас сегодня нет мозгов? Дети, наверное, перепились. Бакстер, обойди сзади. Я выйду вперед. Вы двое стоите здесь и делаете вид, что вы полицейские ".

Она подошла к главному входу, осмотрела печать и замок. Оба были зарублены и искалечены. Это кричали дети, но она последовала подсказке о покалывании в основании позвоночника и вытащила оружие, прежде чем захлопнуть дверь.

Она сделала взмах, в центр, вправо, влево, обратно в центр. Потребовал света и прислушался. Вокруг были разбросаны какие-то обломки. Бутылки из-под домашнего пива, пакеты с соевыми чипсами. На полу валялись закуски, которые были раздавлены ногами. Все это говорило о детях, неуважении, вечеринке.

Когда она услышала тихий скрип над головой, она направилась к лестнице.

Поскольку она ничего не могла слышать, Никси рискнула приподнять голову и выглянуть в окно. Она увидела двух полицейских и прикусила губу, когда ее глаза наполнились слезами. Они не позволили бы ей войти внутрь. Если бы она попыталась, они бы ее увидели.

Как только она подумала об этом, раздались две яркие вспышки, и полицейские отлетели назад и скатились по ступенькам в кабинет ее матери. Так быстро, что это казалось притворством, две фигуры в черном перебежали тротуар и вошли в ее дом.

Тени.

Она хотела кричать, кричать так громко, но из ее горла ничего не вырвалось, когда она снова прижалась всем телом к полу. Тени убьют Далласа и Бакстера, точно так же, как они убили всех. Пока она пряталась. Они бы порезали их, пока она пряталась.

Затем она вспомнила, что было у нее в кармане, и нащупала ссылку, которую дал ей Рорк. Она сильно нажала на кнопку и начала плакать, выползая из машины. "Ты должен прийти, ты должен помочь. Они здесь! Они собираются убить Далласа. Поторопись и приходи".

Затем она побежала домой.

За своим столом Рорк испытывал холодное удовлетворение от того, что перехитрил врага. Он снимал слои. У него еще не было ядра, пока нет, но это был только вопрос времени. Копайте достаточно глубоко, и под грязью всегда будут следы. Теперь он мог последовать за ними. "Треугольник" - пять на пять, "Пять на пять" - к совместным действиям - еще один военный термин. И все перекрещивающиеся нити между. Он наткнулся на имя Клариссы Брэнсон, зарегистрированное как президент Unified. Толчок из прошлого, подумал он. Один из оперативников Кассандры высшего уровня.

Ева поймала ее, вспомнил он, прежде чем сумасшедшая сука смогла убить их обоих и взорвать Статую Свободы для пущей убедительности. Кларисса и Уильям Хенсон, человек, который обучал ее. Теперь оба мертвы. Но...

Он запустил другую программу и заказал поиск недвижимости в Нью-Йорке на имя Клариссы Брэнсон, Уильяма Хенсона или любой их комбинации.

Он проверил время, рассудив, что Ева должна была прибыть в дом Свишеров. Нет смысла прерывать ее веселье, решил он. Чего бы она ни добилась, что бы она ни сказала, обрушившись на кучку глупых детей.

"Ах, ну вот и вы, трахающиеся ублюдки. Брэнсон Уильямс, Западная Семьдесят третья. Мой полицейский снова прав. В конце концов, лучше прервать ее."

"Рорк". Соммерсет, обычно самый сдержанный из мужчин, ворвался в кабинет без стука. "Никси пропала".

"Будь конкретен".

"Ее нет в доме. Она сняла Гомера, надела его на мальчика. Она сказала ему, что хочет поговорить с лейтенантом, и оставила его в игровой комнате. Я проверил сканеры. Ее нет в доме ".

"Ну, она вряд ли могла покинуть территорию. Вероятно, она просто..." Он подумал о Еве, уходящей с Бакстером. "О, черт возьми".

Когда он повернулся к своему настольному линку, тот, что был у него в кармане, подал сигнал. Он выдернул его, услышал голос ребенка.

"Вызови подкрепление", - выпалил он и открыл ящик с кодом. "Свяжитесь с Пибоди и остальными, изложите им ситуацию".

"Я сделаю это по дороге. Я иду с тобой. Этот ребенок был моей ответственностью ".

Вместо того, чтобы спорить, Рорк проверил оружие, которое он достал, бросил его Соммерсету и выбрал другое. "Тебе придется не отставать".

23

КОГДА ОНА ДОСТИГЛА СТУПЕНЕК, ЕВА ВЫТАЩИЛА СВОЙ коммуникатор из кармана. Она ввела код, приказывая Бакстеру прибыть в качестве подкрепления. Когда ответа не последовало, она позволила проклятиям прокручиваться у нее в голове. Она подключилась к диспетчерской, набрала запрос "офицеру нужна помощь". Если бы наверху дети играли в прятки, она бы пережила это унижение.

Она отступила, тихо направилась к задней части дома. Она снова позвонит Бакстеру и воспользуется услугами домашней прислуги.

Она добралась до кухни, когда выключился свет.

Она скорчилась в темноте, и хотя ее сердце трижды сильно стукнуло, разум оставался хладнокровным. Они расставили ловушку раньше, чем она, но это не означало, что она не забрала бы сыр и не ушла.

Она снова включила свой коммуникатор, намереваясь отдать приказ о вооруженном реагировании, и обнаружила, что он мертв в ее руке.

Заклинило всю электронику. Умный. Чертовски умный. Тем не менее, они должны были найти ее прежде, чем она нашла их. Она мельком подумала о Бакстере и заблокировала эмоции. Он был повержен, без вопросов. Копы у входа тоже.

Тогда только я и ты. Давайте посмотрим, кто принесет это первым.

Она пригнулась и, пока ее глаза привыкали к темноте, проскользнула к комнатам прислуги. Движение сзади заставило ее развернуться, ее палец дрожал на спусковом крючке.

Она узнала Никси по запаху почти до того, как узнала маленькую фигурку девушки. Проглотив проклятия, она зажала Никси рот рукой и потащила ее в гостиную Инги.

"Ты, блядь, с ума сошел?" Прошептала Ева.

"Я видел их, я видел их. Они вошли в дом. Они поднялись по лестнице".

Нет времени на вопросы. "Ты послушай меня. Ты прячешься здесь, ты хорошо прячешься. Ты не издаешь ни звука, ни единого гребаного звука. Ты не выйдешь, пока я не скажу ".

"Я позвонил Рорку. Я вызвал его по "линку".

О Боже, во что он ввязался? "Прекрасно. Не выходи, пока один из нас этого не скажет. Они не знают, что ты здесь. Они не найдут тебя. Я должен подняться ".

"Ты не можешь. Они убьют тебя ".

"Они не будут. Я должен подняться, потому что мой друг ранен ". Или мертвый. "Потому что это моя работа. Ты делаешь то, что я тебе говорю, и ты делаешь это сейчас ".

Она наполовину пронесла Никси через комнату, затолкала ее под диван. "Оставайся там. Молчи, или я выбью из тебя все дерьмо ".

Ева осторожно открыла дверь на лестницу, восстановив дыхание, когда обнаружила, что экономка хорошо смазала петли. Отнеси это на второй этаж, подумала она. Подальше от ребенка. Отнеси это им.

Рорк получит подкрепление, в этом она могла ему доверять. Так же, как она могла доверять, он уже был в пути - борясь с беспокойством за нее. И он может недостаточно хорошо отбиваться.

Она проскользнула по ступенькам, как тень, и прислушалась у двери.

Ни звука, ни вздоха. Ночное зрение, конечно. Теперь они рассредоточились, разыскивая ее. Прикройте выходы, зачистите комнату за комнатой. Она солгала Никси. Они бы нашли ее. Они нашли бы ее, потому что искали полицейского, и они искали бы повсюду.

Если только она не покажется.

Они думали, что она искала детей, поэтому они не ожидали, что у нее будет оружие - или даже если так, что она будет заряжена.

Время, когда она преподнесла им сюрприз.

Она расправила плечи и, обрушивая поток направо и налево, прошла через дверь.

Слева от нее открылся ответный огонь, но он был высоко, и она уже упала и покатилась. Она неслась в направлении возвращающегося потока.

Она увидела тень, услышала глухой удар, когда взрыв отбросил ее к стене.

Она прыгнула вперед. Один из мужчин - она не могла сказать, кто именно. Хороший и ошеломленный. Она сорвала с него очки ночного видения, схватила оба его бластера и боевой нож. И бежал в укрытие, когда на лестнице раздались шаги.

Она надела защитные очки, и это был свет, тот слабый зеленый оттенок, который придавал всему сюрреалистичный вид. Она сунула нож за пояс, схватила оба бластера и открыла огонь.

Она едва сделала движение позади себя, смогла развернуться, но недостаточно быстро, чтобы избежать удара ножом. Пуля прорезала кожу ее куртки, не задев жилет, и вонзилась в плечо.

Используя инерцию и боль, она размахнулась, отвела кулак назад и услышала удовлетворяющий хруст хряща.

Она снова рванулась к главной лестнице - держи его подальше от меня!- когда нападавший снова прыгнул на нее.

Удар пришелся Еве в грудину, у нее перехватило дыхание, и бластеры брызнули из ее пальцев, как мыло.

Она могла видеть Айзенберри, у нее из носа текла кровь, она ухмылялась. Ее бластер был в кобуре, нож в боевой рукоятке.

Любит веселиться, подумала она. Любит играть.

"Недружелюбные приближаются!" Группа Айзенберри кричала снизу. "Отбой!"

"Как в аду. Она у меня ". Ухмылка стала шире. "Я с нетерпением ждал этого. Вставай, сука".

Вытащив нож из-за пояса, Ева преодолела боль и поднялась. "Лейтенант сука. Я сломал твой гребаный нос, Джилли ".

"Теперь я собираюсь заплатить за это".

Она нанесла удар, развернулась и промахнулась мимо лица Евы жестоким ударом в спину на расстоянии вдоха. Нож полоснул по груди Евы, разорвал ткань и скользнул по щиту.

"Бронежилет?" Айзенберри развернулась назад, расставила ноги. "Знал, что ты слабак".

Ева сделала ложный выпад, нанесла удар, затем врезала кулаком в ухмылку Айзенберри. "Палки и камни".

В ярости Айзенберри потянулась за своим бластером. Ева приподнялась на цыпочки, чтобы прыгнуть. И вспыхнул свет, ослепив их обоих.

Рорк молниеносно выскочил вперед, перекатился влево за мгновение до взрыва - за два мгновения до того, как Соммерсет включил свет.

Он увидел, как мужчина срывает защитные очки, поворачиваясь за дверным проемом.

Он мог слышать звуки боя на лестнице. Она была жива, и она боролась. Холодный страх, сжимавший его сердце, ослаб. Он выпустил еще один заряд, откатившись в противоположном направлении.

"Присмотри за Евой!" - приказал он Соммерсету и выскочил в дверной проем, чтобы перехватить свою жертву.

Теперь свет был ярким, и он прислушивался к любому звуку. Возможно, там были сирены, пока еще далеко. Он знал, что желать для них было лучшим. Но в нем был тот холодный, жесткий центр, который хотел борьбы и крови.

Размахивая оружием, он начал сворачивать за угол, когда крик, звук падающих тел на мгновение нарушил его концентрацию.

В этот момент взрыв опалил верхнюю часть его плеча, опалив кожу, причиняя разрывающую боль. Он почувствовал запах крови, горелой плоти и - теперь сжимая оружие в левой руке - выпустил потоки, кувыркаясь под ними.

Стекло взорвалось. Полетели осколки. Он увидел, как взрывная волна отбросила его противника назад, и набросился на него, как собака.

Ева лежала у подножия лестницы в гостиной Инги, тело вибрировало от боли, руки были скользкими от крови. Нож все еще был в ее руке, сжатой так, словно ее пальцы срослись вокруг него. Айзенберри была под ней, их лица были так близко, что Ева могла видеть, как жизнь покидает ее глаза.

Она слышала, как ребенок под диваном хныкал, но это было похоже на сон. Кровь, смерть, горячий нож в ее руке.

Она услышала торопливые шаги вниз по лестнице и заставила себя скатиться с Айзенберри.

Боль пронзила ее руку, плечо, так что зрение помутилось. Она увидела комнату, залитую красным светом, услышала свою мольбу о пощаде.

"Лейтенант". Соммерсет присел на корточки, пока она не увидела его лицо. "Позволь мне посмотреть, где ты ранен".

"Не прикасайся ко мне". Она подняла нож, показала ему лезвие. "Не прикасайся ко мне".

Она увидела ребенка, съежившегося под диваном, с белым лицом. Белый, так что часть крови, пролившейся при падении, усеяла его красными веснушками.

Она увидела глаза, остекленевшие от шока. Каким-то образом это были ее собственные глаза.

Она заставила себя подняться, заковыляла на кухню.

Он был жив. На нем тоже кровь. Ну, кровь была всегда. Но Рорк был жив, сейчас он стоял, поворачиваясь к ней.

Она покачала головой, упала на колени, когда у нее закружилась голова и задрожали ноги. И прополз последние несколько футов туда, где распростерся Киркендалл.

На нем тоже кровь. Но он не был мертв. Пока нет. Пока нет. Она повернула нож в руке, держа его лезвием вниз.

Была ли у нее сломана рука? Слышала ли она, как он щелкнул? Боль была там, но это было как воспоминание. Если бы она воткнула в него нож, если бы она вонзила его в него снова и снова, зная, что она сделала, чувствуя то, что она сделала, ушла бы боль?

Она смотрела, как кровь капает с ее пальцев, и знала, что сможет это сделать. Она могла, и, возможно, это закончилось бы.

Убийца детей, насильник слабых. Почему клетка была достаточно хороша?

Она приложила острие к его сердцу, и ее рука задрожала. Это трясло до тех пор, пока у нее не задрожала рука, пока не затряслось сердце. Затем она вытащила его обратно.

Приподнявшись на колени, она сумела засунуть нож за пояс. "У меня есть раненые. Нам нужны MTS ".

"Ева".

"Не сейчас". Из ее горла вырвался всхлип - или, возможно, это был крик, - пытающийся вырваться наружу. "Бакстер обошел дом сзади. Он повержен. Я не знаю, жив ли он еще ".

"Копы у входа были ошеломлены. Я не знаю, насколько все плохо, но они были живы ".

"Мне нужно проверить Бакстера".

"Через минуту. Ты истекаешь кровью ".

"Он-" Нет, нет, не он. "Она меня немного зацепила. Падение было хуже. Кажется, я вывихнул плечо ".

"Давайте посмотрим". Он был нежен, помогая ей подняться на ноги, и все равно она побледнела.

"Держись крепче", - сказала она ему.

"Детка, тебе бы лучше сначала использовать блокиратор".

Она покачала головой. "Держись как следует". Она тоже крепко вцепилась в него, с шипением выдохнув три раза, готовясь к вдоху, и посмотрела ему в глаза.

Дикие голубые глаза, сосредоточься.

И рывком, от которого ее желудок подкатил к основанию горла, а в глазах стало ярко-белым, он вернул плечо на место.

"Черт. Черт. Черт." У нее перехватило дыхание, она почти кивнула и была благодарна, что он держал ее прямо. "Хорошо. Все в порядке. Так лучше".

И она подумала, что ей нужна была встряска не только для того, чтобы притупить боль в плече, но и для того, чтобы полностью вернуть ее туда, где она была.

"Ребенок", - начала она.

"Соммерсет".

Он вышел с Никси, цепляющейся за его шею. "Она не пострадала". В его голосе слышалась едва заметная дрожь. "Только испуганный. Ее нужно забрать отсюда ".

"Я хочу увидеть его". Голос Никси был хриплым, когда она оторвала лицо от шеи Соммерсета. Ее щеки были мокрыми, из глаз все еще текли слезы. Но они встретились с Евой. "Я хочу увидеть, кто убил мою семью. Даллас сказал, что я могу ".

"Приведи ее сюда".

"Я не думаю ..."

"Я не прошу тебя думать". Ева перекрестила себя, и когда она опустилась, взяла одну из рук Никси в свою окровавленную. "Женщина мертва", - сказала она категорично. "Шея сломалась, когда мы катили его головой вниз по ступенькам".

Не моя рука, подумала Ева, хотя она болела, как гнилой зуб.

"Наверху есть еще один".

"Он без сознания, безоружен и связан", - сказал Соммерсет.

"Этот сильно ранен", - продолжила Ева. "Но он будет жить. Он будет жить долго - чем дольше, тем лучше - потому что он никогда больше не будет свободным. Он будет есть, мочиться и спать там, где и когда ему скажут. Куда он направляется... ты слышишь это, Киркендалл? " требовательно спросила она. "То, куда он направляется, похоже на смерть. Только ты переживаешь это, день за днем, за днем."

Никси посмотрела вниз, и ее пальцы сжались на руке Евы. "Она собирается посадить тебя в чертову клетку", - сказала она, теперь отчетливо. "Тогда, когда ты умрешь, ты попадешь в ад".

"Это совершенно верно". Соммерсет снова подошел к Никси, поднял ее. "Теперь давайте выйдем на улицу и позволим лейтенанту делать ее работу".

Пибоди ворвалась внутрь, на несколько шагов опередив армию полицейских. "Иисус, любящий Христа".

"Бакстер ранен. Скорее всего, в подсобке. Посмотри, жив ли он ". Она повернулась к полицейскому в форме, когда Пибоди выбежала. "Один подозреваемый внизу, на втором этаже, без сознания и связанный. Второй в той комнате, вон там, мертв. Этот один составляет троих. Я хочу, чтобы MTS, криминалисты, судмедэксперты, чистильщики и капитан Фини из EDD ".

"Сэр, вы сами не очень хорошо выглядите".

"Продолжай в том же духе, я буду беспокоиться о том, как я выгляжу". Она начала выходить, чтобы самой проверить Бакстера, и увидела, как Пибоди помогает ему дойти до дома.

Ее колени задрожали от облегчения. "Должен был знать, что больной ублюдок не был бы мертв. Где, черт возьми, было мое прикрытие, Бакстер?"

"Заставил меня умереть в щите. Должно быть." Он прижал руку к затылку, показал пятно крови. "Дал мне потрясающий пинок. Треснулся головой о чертов патио. Получил мать всех головных болей ".

"Сотрясение мозга", - сказала Пибоди. "Нуждается в медицинском центре".

"Смотри, чтобы его перевезли".

"Что, черт возьми, здесь произошло? Кто-нибудь умер?"

"Один из них", - сказала ему Ева.

"Тогда ладно. Расскажешь мне позже. Пибоди, красавица моя, достань мне наркотики ".

Рорк легонько коснулся ее спины. "Тогда давайте взглянем на эту руку и на остальных вас".

"Получил пару ударов мимо моей защиты. Я всадил в нее пару палок. Око за гребаное око".

"У тебя из носа идет кровь".

Ева провела по нему пальцем. "Я сломал ее. Посмотрим, кто теперь слабак. Вышвырнул ее задницу прямо за дверь, но она оказалась достаточно расторопной, чтобы прокатить меня с ней по тому лестничному пролету. Падение - я думаю, это было падение - сломало ей шею. Она была мертва, когда мы приземлились ".

Она обернула руку вокруг своего окровавленного плеча, повернулась к нему. И действительно увидел его впервые. "Ты ранен. Насколько все плохо?"

"Он пропустил пару потоков мимо моей охраны", - сказал он и улыбнулся. "Тоже чертовски больно".

Она коснулась его щеки своими окровавленными пальцами. "У меня появляется синяк под глазом".

"Ему стало хуже. Почему бы нам не... О, ну что ж, это уже крайность, - сказал он, когда она оторвала изодранный рукав его рубашки.

"Это все равно было разгромлено". Она ткнула пальцем в его рану и заставила его выругаться на двух языках. "Плечо отвратительное".

"Как и твой". Он приподнял брови, когда появились два MTS. "Сначала дамы".

"Гражданские в первую очередь. И я никакая не леди ".

Он рассмеялся и крепко поцеловал ее в губы. "Ты мой. Но мы будем страдать, оказывая первую помощь вместе ".

Это казалось достаточно справедливым, и она могла ругаться на МТС, угрожать им насилием, если они только подумают о том, чтобы накачать ее транквилизаторами. Она могла координировать различные команды, записать свой отчет и наблюдать, как трех убийц - двух живых, одного мертвого - увозят.

Утром она нанесет удар по живым.

"Я пойду, разберусь с бумагами", - сказала ей Пибоди. "Слишком много полицейских вызвались разобраться с этим. Кто-нибудь из них обязательно попытается нанести несколько ударов Найту и Престону ".

"Завтра мы проведем с ними отдельные собеседования".

"Возможно, вы захотите отправить команду, чтобы обеспечить безопасность по этому адресу сегодня вечером. Один на Западной семьдесят третьей." Рорк вручил ей записку. "Я верю, что вы найдете их штаб".

Она взяла записку и, стоя сейчас в окровавленной рубашке с короткими рукавами, ухмыльнулась. "Я это новый. Пибоди, найди полицейских, которым ты можешь доверять, и пусть они присматривают за Киркендаллом и Клинтоном. Вызывай команду и к черту ОФ. Мы продолжим это сегодня вечером ".

"Черт возьми!"

"Электронные люди прежде всего", - добавила она. "И я хочу, дайте мне подумать, я хочу Джулса и Бринкмана из "Бомб и взрывчатых веществ". Мы не знаем, как они могли заминировать это место, или какие мины-ловушки они могли установить внутри. Я хочу, чтобы на всех были бронежилеты, полное боевое снаряжение. Эти трое могут быть не такими. Я свяжусь с командиром и проясню это ".

Она повернулась к Рорку. "Ты в деле, если хочешь этого".

"Я не могу придумать более занимательного способа провести вечер".

"Дай мне пять". Она ушла, вытаскивая свой коммуникатор. "Это мое оружие, придурок", - огрызнулась она на одного из криминалистов, когда он упаковывал его в пакет. "Отдай это обратно".

"Извините, сэр, это должно войти".

"Черт возьми, вы знаете, сколько времени требуется, чтобы получить... Коммандер, у нас двое подозреваемых под стражей и один подозреваемый ДОС".

"Сейчас я направляюсь к месту происшествия. Мне сказали, что четверо офицеров, включая вас, ранены ".

"МТС оказана медицинская помощь на месте, трое из них доставлены в больницу. Подозреваемые взяты под стражу. У нас есть то, что, как мы полагаем, является местоположением их операционной базы. Я вызвал свою команду, а также двух членов B и E. Поскольку это более эффективно расположено как к месту происшествия, так и к предполагаемой базе, я буду координировать маневр из своего домашнего офиса. С разрешения, сэр."

"Я встречу тебя там. Насколько обширны ваши ранения, лейтенант?"

"Я сделаю, сэр".

"Да, ты будешь".

"Тогда ладно", - пробормотала она, когда он отключился. "Я хочу, чтобы доказательства с этой сцены были настолько чистыми, что я мог бы съесть их", - сказала она любому из криминалистов в пределах слышимости. "Я хочу, чтобы эта сцена была закреплена так крепко, что гребаная блоха не смогла бы протиснуться под дверной проем. Любые промахи, я буду есть задницы на завтрак ".

Она кивнула Рорку, который пристроился рядом с ней. "Я люблю, когда ты рычишь. Это заводит меня ".

"Ты будешь достаточно возбужден, прежде чем закончится ночь". Она вышла, удивленная, когда он накинул ей на плечи ее испорченный жакет.

И улыбка исчезла, когда она увидела Соммерсета, сидящего в одной из машин Рорка с Никси на руках. Окно опустилось, когда она приблизилась.

"Я должен был пообещать, что мы не уйдем, пока она не поговорит с тобой".

"У меня нет времени на ..." Она замолчала, когда Никси подняла голову. "Что?"

"Могу я поговорить с тобой, только с тобой, минутку? Пожалуйста."

"Шестьдесят секунд и отсчет идет. Тогда давай".

Когда Никси выбралась из машины, Ева начала спускаться по тротуару. Зарычала так, как понравилось бы Рорку, когда она смотрела на зевак, уже прижатых к баррикадам. Она подошла к своей машине, жестом пригласила Никси садиться.

"Ты прятался на заднем сиденье?"

"Ага".

"Я должен растереть каждый квадратный дюйм тебя. Я не буду, потому что моя рука все еще болит, и потому что - возможно - будучи тупой задницей, ты помог. Я мог бы справиться с ними троими." Она прижала руку к пульсирующему плечу. "Но было удобно, что Рорк снял третьего".

"Я хотел вернуться домой".

Ева откинула голову на спинку сиденья. Расправиться с тремя вооруженными и опасными людьми было проще, чем пробираться по минному полю эмоций ребенка.

"Ты сделал. Что ты там нашел? Это отстой, самый широкий, но это больше не дом ".

"Я хотел увидеть это снова".

"Я понимаю это. Это просто дом, строительные материалы. Важно то, что у тебя было до того, как случилось что-то плохое. Вот как я это вижу ".

"Ты собираешься отослать меня прочь".

"Я собираюсь дать тебе шанс, лучшее, что я могу предложить". Она подняла голову, поерзала на сиденье. "Тебя сильно ударили. Ты можешь встать, или ты можешь остаться лежать. Я говорю, что ты собираешься встать. Элизабет и Ричард - хорошие люди. Они знают о том, как сильно их пинают. Они хотят дать тебе место, дать тебе семью. Это никогда не будет тем, что было, но это может быть что-то другое. Ты можешь сделать это как-то по-другому и никогда не забывать, на что это было похоже в том доме, до того, как случилось что-то плохое ".

"Я боюсь".

"Тогда ты не такой тупой осел, как я думал. Еще одна вещь, которой ты не являешься, - это трус. Ты должен дать этому шанс, посмотрим, что из этого выйдет ".

"Вирджиния действительно далеко?"

"Не так уж и много".

"Могу я иногда видеть тебя, Рорка и Соммерсета?"

"Да, я думаю. Если ты действительно хочешь снова увидеть уродливое лицо Соммерсета."

"Если ты обещаешь, я знаю, что ты это серьезно. Ты сказал, что найдешь их, и ты нашел. Ты держишь обещания ".

"Тогда я обещаю. Я должен идти, закончить это ".

Никси встала коленями на сиденье, наклонилась и поцеловала Еву в щеку. Затем она положила голову на здоровое плечо Евы, вздохнула один раз. "Мне жаль, что ты пострадал, помогая мне".

"Ничего особенного". Она обнаружила, что ее рука поднимается, чтобы погладить мягкие, светлые волосы. "Просто часть работы".

Она сидела там, где была, когда Никси вышла. Сидел и смотрел, как маленькая девочка подошла к Рорку, а он наклонился, когда они разговаривали. То, как он обнял ребенка, когда она поцеловала его.

Соммерсет посадил ее в машину, сам закрепил ее, нежно провел костлявыми пальцами по ее щеке. Когда они отъезжали, Рорк сел рядом с Евой.

"Все в порядке?"

Она покачала головой. "Нужна еще минута".

"Возьми все, что тебе нужно".

"С ней все будет в порядке. У нее есть мужество и сердце. Напугала меня на десять лет раньше, когда она прибежала, но у нее есть мужество ".

"Она любит тебя".

"О, Иисус".

"Ты нашел ее, ты защитил ее, ты спас ее. Она будет любить тебя за это еще больше, когда ее жизнь заживет. Ты был прав, позволив ей увидеть его лицо."

"Я надеюсь, потому что я еще не совсем ясно мыслил. Падение с лестницы... " Она замолчала, прошипела. "Не просто падение. Кровь, нож, боль. Я услышал, как хрустнула ее шея, и это было как эхо в моей голове. Когда я вышел и увидел тебя, это было тупое облегчение. Далекий, в другой части меня ".

Она глубоко вздохнула. "Ты бы позволил мне сделать это. Ты бы отошел в сторону и позволил мне всадить в него этот нож ".

"Да. Я бы отошел в сторону и позволил тебе сделать то, что тебе было нужно ".

"Даже хладнокровное убийство".

"В этом нет ничего хладнокровного, Ева". Он коснулся ее лица, повернул его к своему. Его глаза теперь не были дикими и синими, подумала она, а спокойными, глубокими и уверенными. "Ты не мог этого сделать".

"Я почти сделал это, я мог чувствовать, как это пробило его тело".

"Почти сделал. И если бы что-то настолько надломилось внутри тебя, мы бы с этим разобрались. Но то, что внутри тебя, кем ты являешься до мозга костей, не допустило бы этого. Тебе нужно было встать там на колени с этим ножом в руке и знать это ".

"Думаю, я так и сделал".

"Завтра ты встретишься с ним, с ними обоими, на собеседовании. То, что ты сделаешь, будет для него хуже, чем нож в сердце. Ты победил его, ты остановил его, ты посадил его в клетку ".

"Посадите еговклетку, и другой выползет из-под следующего камня". Она нажала на плечо, проверяя свою руку. "Так что, думаю, мне лучше вернуться в форму, чтобы я мог заняться следующим".

"Я люблю тебя, безумно".

"Да, это так". Она улыбнулась и, молясь, чтобы никто не видел, прикоснулась губами к его обожженному плечу. "Пойдем приведем себя в порядок и вернемся к работе".

Она бросила взгляд в зеркало заднего вида, когда они отъезжали. Просто дом, подумала она. Они бы смыли кровь, изгладили смерть. Другая семья переехала бы к нам.

Она надеялась, что у них была хорошая жизнь.

***

Дж. Ди Робб

Незнакомцы в смерти

Ева Даллас и ее муж Рорк - #31

У греха много инструментов, но ложь - это ручка, которая подходит для них всех.

- ОЛИВЕР УЭНДЕЛЛ ХОЛМС

Нельзя быть в двух местах одновременно.

- ПОСЛОВИЦА СЕМНАДЦАТОГО ВЕКА

1

В УБИЙСТВЕ НЕ БЫЛО НИ ФАНАТИЗМА, НИ ПРЕДВЗЯТОСТИ. ЭТО не подчинялось классовой системе. Своим ликующим, смертоносным и окончательно продуманным способом убийство закрывало глаза на расу, вероисповедание, пол и социальный слой. Когда лейтенант Ева Даллас стояла в роскошной спальне недавно ушедшего из жизни Томаса А. Андерса, она размышляла об этом.

Только прошлой ночью она поймала - и закрыла - дело об убийстве двадцатилетней женщины, которую задушили, избили, а затем выбросили из окна ее девятиэтажного дома.

Провал с арендой по неделям, размышляла Ева, где парень жертвы утверждал, что спал во время ее кончины, пахло несвежим сексом, несвежим zoner и действительно плохой китайской едой. Андерс? В его спальне на Парк-авеню пахло тюльпанами цвета конфет, прохладой, чистым богатством и мертвым телом. Смерть пришла к нему на роскошных простынях его массивной кровати с шелковым балдахином. И к Тише Браун это пришло на испачканном матрасе, брошенном на пол в бараке наркомана. Заголовок на тротуар был просто украшением.

Смысл был в том, предположила Ева, кем бы ты ни был - пола, расы, налоговой категории - смерть все это уравняла. Будучи полицейским-убийцей, проработавшим дюжину лет в полиции Нью-Йорка, она видела все это раньше.

Едва пробило семь утра, и она была наедине с мертвецом. Она отправила первых полицейских на место происшествия внизу с экономкой, которая позвонила в девять-один-один. С запечатанными руками и ботинками она ходила по краям комнаты, пока ее диктофон записывал.

"Жертва идентифицирована как Андерс, Томас Аурелиус, проживающий по этому адресу. Мужчина, белая кожа, возраст шестьдесят один. Вик женат. Сообщается, что супруга нет в городе, и он был уведомлен Горовиц, Гретой, домашней прислугой, которая обнаружила тело примерно в ноль шестьсот и определила девять-один-один в ноль шесть двенадцать."

Ева склонила голову набок. Ее волосы были короткими, несколько лохматыми каштановыми вокруг лица, состоящего из углов и плоскостей. Ее глаза, на несколько тонов светлее волос, были проницательными, циничными и холодными, как у копа, когда они изучали мертвеца на большой, причудливой кровати.

"Считалось, что Андерс был один в доме. Есть два домашних дроида, оба из которых были отключены. При беглом осмотре нет признаков взлома, нет следов взлома, нет следов борьбы."

На длинных ногах она подошла к кровати. На ее худощавом теле были грубые брюки, простая хлопчатобумажная рубашка и длинное пальто из черной кожи. Позади нее, над газовым камином, в котором тлело золотисто-красное пламя, включился обзорный экран.

Доброе утро, мистер Андерс!

Прищурившись, Ева повернулась, чтобы посмотреть на экран. Компьютеризированный женский голос показался ей раздражающе дерзким, и цвета восхода солнца, заливающие экран, не были бы ее выбором для пробуждения.

Сейчас семь пятнадцать, вторник, восемнадцатое марта, двадцать шестьдесят. У тебя в десять часов матч в клубе с Эдмондом Люсом.

Пока компьютер чириканьем напоминал Андерсу, что он заказал на завтрак, Ева подумала: Сегодня утром для тебя не будет омлета из яичных белков, Том.

В другом конце комнаты, в богато украшенной гостиной, миниавточеф с блестящей латунной фурнитурой дважды издал звуковой сигнал.

Ваш кофе готов! Приятного дня!

"Не так уж и много", - пробормотала Ева.

Экран переключился на утренний выпуск новостей, который вела женщина, лишь немного менее самоуверенная, чем компьютер. Ева отключилась от нее.

Изголовье кровати тоже сверкало латунью - все его гладкие, блестящие перекладины. Черные бархатные веревки привязали запястья Андерса к двум из них, в то время как еще две веревки привязали его лодыжки на длину до подножки. К четырем соответствующим веревкам присоединилась пятая, которая обвилась вокруг горла Андерса, отрывая его голову от подушек. Его глаза были широко раскрыты, а рот приоткрыт, как будто он был очень удивлен, обнаружив себя в своем нынешнем положении.

На столике рядом с кроватью лежало несколько секс-игрушек. Анальный зонд, вибратор, разноцветные кольца для члена, скользящие и согревающие лосьоны и смазки. Обычные подозреваемые, подумала Ева. Наклонившись, она изучила, понюхала худую, обнаженную грудь Андерса. Киви, подумала она и наклонила голову, чтобы прочитать этикетки на лосьонах.

Определенно киви. Это требовало всех видов.

Заметив кое-что еще, она подняла пуховое одеяло с того места, где оно собралось на талии Андерса. Под ним на впечатляющей эрекции красовались три неоновых (возможно, светящихся в темноте) кольца для члена.

"Неплохо для мертвеца".

Ева осторожно выдвинула ящик в тумбочке. Внутри, как она и подозревала, была экономичная упаковка самого продаваемого усилителя эрекции Stay-Up. "Адская реклама продукта".

Она начала открывать свой полевой набор, затем остановилась, когда услышала приближающиеся шаги. Она узнала топот ботинок своего партнера, который пинал ее в дерьмо. Что бы ни говорил календарь о приближении весны, в Нью-Йорке это была большая, жирная ложь. Как бы в доказательство этого, детектив Делия Пибоди вошла в дверь в огромном - и пышном -фиолетовом пальто, с длинным полосатым шарфом, который, казалось, был трижды обернут вокруг ее шеи. Из-за этого и шапочки, натянутой на уши, были видны только ее глаза и переносица.

"Здесь чертовски пять градусов", - сказал кто-то, кто мог быть Пибоди из-за кучей шарфа.

"Я знаю".

"С ветряной мельницей, они сказали, что там, типа, долбаные минус десять".

"Я это слышал".

"Сейчас долбаный март, три дня до весны. Это неправильно ".

"Разберись с ними".

"Кто?"

"Они, которым приходится разглагольствовать о том, что сейчас чертовски минус десять. Ты холоднее и раздражительнее, потому что им приходится болтать об этом. Сними немного этого дерьма. Ты выглядишь нелепо ".

"Даже мои зубы замерзли".

Но Пибоди начала снимать многочисленные слои, покрывающие ее крепкое тело. Шарф, пальто, перчатки, утепленная куртка zippy. Ева задавалась вопросом, как, черт возьми, ей удавалось идти, когда все это давило на нее. Когда шляпа была отброшена, темные волосы Пибоди с дерзким зачесом на затылке, казалось, обрамляли ее квадратное лицо. У нее все еще был розовый от холода кончик носа.

"Полицейский у двери сказал, что это выглядело как неудачные сексуальные игры".

"Могло быть. Жена уехала из города ".

"Плохой мальчик". Вплоть до своей уличной одежды, запечатанной, Пибоди отнесла свой походный набор к кровати. Осмотрел тумбочку. "Очень плохой мальчик".

"Давайте проверим личность, приведем ТОДА". Ева осмотрела одну из безвольных рук. "Похоже, у него недавно был красивый маникюр. Ногти короткие, чистые и отполированные ". Она наклонила голову. "Ни царапин, ни синяков, никаких видимых травм, кроме горла. И..." Она снова приподняла одеяло.

Темно-карие глаза Пибоди округлились. "Вау!"

"Да, полностью заряжен. В таком месте, как это, должна быть хорошая охрана, так что мы это проверим. Два домашних дроида - мы проверим их повтор. Взгляните на его домашние ссылки, карманныессылки, памятки, даты, адресные книги. У Тома была компания. Он не поднимал себя вот так ".

"Cherchez la femme.Это по-французски означает ...

"Я знаю, что это по-французски. Мы также могли бы быть черчез, или ... как там по-французски "парень" ".

"Ох. Да."

"Заканчивай с телом", - приказала Ева. "Я займу комнату".

Это была адская комната, если вы предпочитали много золотых акцентов, блестящих деталей, завитушек. Кроме большой кровати, на которой, по-видимому, умер Андерс, здесь были диван, пара огромных кресел и кресло для сна с полным набором услуг, где можно было вытянуться. В дополнение к автокефалию в спальне имелись латунный холодильник, бар для приготовления напитков и развлекательный блок. В его и ее ванных комнатах на их впечатляющей площади были установлены гидромассажные ванны, душевые кабины, сушильные трубки, развлекательные и коммуникационные центры. Пространство продолжили двумя трехуровневыми шкафами с пристроенными к ним гардеробными зонами.

Ева задавалась вопросом, зачем им понадобилась остальная часть дома.

Она должна говорить, признала она. Жить с Рорком означало жить в достаточном пространстве, чтобы вместить небольшой город со всеми прибамбасами, которые можно было купить за большие деньги. У него был лучший вкус - слава Богу - чем у Андерсов. Она не была полностью уверена, что смогла бы влюбиться в него, а тем более выйти за него замуж, если бы он окружил себя золотом, блестками и кисточками, и Христос знал.

Но сколько бы материала ни было втиснуто в пространство, все это looked...in место, решила она. Никаких признаков или смыслов, через которые что-либо проходило. Она нашла сейф в каждом шкафу, спрятанный так, что десятилетний ребенок с грязью в обоих глазах мог бы их найти. Она бы посоветовалась об этом с женой, но она не чувствовала запаха воровства или взлома.

Снова выйдя в главную спальню, она еще раз внимательно огляделась.

"Отпечатки подтверждают личность Андерса, Томаса А., с этого адреса", - начала Пибоди. "По моим данным, время смерти - три тридцать две. Уже действительно поздно или действительно рано играть в игры "свяжи меня", "свяжи меня".

"Если убийца и жертва поднялись сюда вместе, где его одежда?"

Пибоди повернулась к своему лейтенанту, поджала губы. "Учитывая, что ты замужем за самым горячим парнем на планете или за ее пределами, мне не нужно говорить тебе, что смысл игры "Свяжи меня где угодно" в том, чтобы быть обнаженной, пока ты это делаешь".

"Еще один момент - это раздеть друг друга. Если они пришли сюда вместе", - размышляла Ева, "если они пришли сюда поиграть, собирается ли он раздеться, затем повесить свою одежду или выбросить шорты в корзину? У тебя это есть в меню", - она указала на секс-игрушки, - "ты не думаешь об аккуратности. Одежду тянут, дергают, рвут, срывают - она падает на пол. Даже если это старая игра с обычным товарищем по играм, не могли бы вы просто бросить свою рубашку на стул?"

"Я вешаю свою одежду. Иногда." Теперь Пибоди пожала плечами. Она наклонила голову, чтобы еще раз изучить сцену, рассеянно откинула волосы, упавшие ей на щеку. "Но, да, это произойдет, когда я не буду думать о том, чтобы прыгнуть на Макнаба, или он уже не прыгает на меня. Здесь все выглядит довольно аккуратно, и в остальной части дома, которую я осмотрел по пути наверх. Вик мог бы быть помешанным на чистоте ".

"Мог. Убийца мог войти, когда он уже был в постели. Три часа ночи, сюрприз, неожиданность. Затем все вышло из-под контроля - случайно или намеренно. Входит убийца - высока вероятность, что жертва или другой член семьи знали убийцу. Никаких признаков взлома, и здесь установлена высококлассная система безопасности. Возможно, это еще одна часть игры. Приходит после того, как он уснет. Удивляет его. Будит его. Связывает его, обрабатывает его. Игрушки и игры".

"И зашли слишком далеко".

Ева покачала головой. "Это зашло настолько далеко, насколько он или она хотели, чтобы это зашло. Эротическая асфиксия "упс" не играет."

"Но..." Пибоди снова изучила тело, сцену, и пожалела, что не может увидеть то, что смогла Ева. "Почему?"

"Если все это было забавой, а пошло не так, почему убийца оставил петлю на шее Андерса? Несчастный случай, но вы не ослабляете его, пытаетесь привести в чувство, когда он начинает задыхаться, биться в конвульсиях?"

"Может быть, в муках...Ладно, это натяжка, но если это произошло быстро, и она или он запаниковали ... "

"В любом случае, у нас есть труп, у нас есть дело. Посмотрим, что медэксперт думает о несчастном случае. Мы пойдем побеседуем с экономкой, впусти сюда уборщиков ".

Джи рета Горовиц была крепкой женщиной с вытянутым прямоугольным лицом и деловым видом, который Ева ценила. Она предложила кофе в большой серебристо-черной кухне, затем подала его твердыми руками и с сухими глазами. С ее сильным голосом с немецким акцентом, прямыми голубыми глазами и телосложением валькирии Ева предположила, что Грета справилась с тем, что выпало на ее долю.

"Как долго вы здесь, мисс Горовиц?"

"Я девять лет на этой работе и в этой стране".

"Вы приехали в США из ..."

" Berlin."

"Как получилось, что вы нанялись к Андерсам?"

"Через агентство по трудоустройству. Вы хотите знать, как я попал сюда и почему. Это просто, и тогда мы сможем говорить о том, что важно. Мой муж был военным. Он был убит двенадцать лет назад. У нас не было детей. Я опытен в ведении домашнего хозяйства, и для работы я подписал контракт с агентством в Германии. Я пришел, чтобы пожелать прийти сюда. Жена солдата видит многое в мире, но я никогда не видела Нью-Йорк. Я подал заявку на эту должность и после нескольких собеседований через "link и holo был принят на работу ".

"Спасибо тебе. Прежде чем мы перейдем к тому, что важно, вы знаете, почему Андерсам понадобилась экономка-немка, в частности?"

"Я управляющий домом".

"Управляющий домом".

"Мистер Бабушка Андерса была из Германии, и в детстве у него была няня-немка."

"Хорошо. Во сколько вы прибыли этим утром?"

"Шесть. Точно. Я прихожу ровно в шесть каждое утро, кроме воскресенья, в которое у меня полный выходной. Я ухожу ровно в четыре, но по вторникам и четвергам, когда я ухожу в час. Мое расписание может быть скорректировано по мере необходимости и с достаточным уведомлением ".

"Когда вы прибыли ровно в шесть утра, что вы делали? Точно?"

Губы Греты дрогнули, совсем чуть-чуть. Возможно, это был юмор. "Точно, я снял пальто, шляпу, шарф, перчатки и убрал их в шкаф. Затем я включил внутренние камеры слежения. Мистер Андерс отключает их каждый вечер перед отходом ко сну. Ему не нравится ощущение, что за ним наблюдают, даже если в доме никого нет. Моя первая обязанность утром - снова включить их. После этого я зашел сюда. По своей привычке я включил новости, затем проверил систему связи. Мои работодатели чаще всего оставляют свои заказы на завтрак накануне вечером. Они предпочитают, чтобы я готовил их, а не использовал автокефал. Мистер Андерс заказал нарезанную дыню, омлет из яичных белков с укропом и два ломтика пшеничного тоста с маслом и апельсиновым джемом. Кофе - он берет свой со сливками и одним кусочком сахара - и стакан томатного сока."

"Вы знаете, в какое время он отдал заказ?"

"Да. В двадцать два семнадцать."

"Так ты готовил завтрак?"

"Я этого не делал. Мистер Андерс позавтракал бы сегодня в восемь пятнадцать. Моей обязанностью на следующее утро было бы снова подключить двух домашних дроидов, поскольку они отключаются каждый вечер перед уходом мистера и миссис Андерс на покой, и сообщить им расписание работы на день. Дроиды хранятся в комнате охраны, там." Она сделала жест. "Я вошел, чтобы разобраться с ними, но я заметил экраны безопасности - внутренние. Я видел, что дверь спальни мистера Андерса была открыта. Мистер Андерс никогда не оставляет свою дверь открытой. Если он внутри комнаты или вышел из комнаты, дверь закрыта. Если мне нужно быть в комнате, я должен оставить дверь открытой, пока я внутри, а затем снова закрыть ее, когда я уйду. То же самое касается домашней прислуги ".

"Почему?"

"Не мое дело спрашивать".

Это мое место, подумала Ева. "Вы видели, что дверь была открыта, но вы не заметили мертвеца в постели?"

"Камера в спальне отображает только зону отдыха. мистер Андерс запрограммировал ее таким образом".

"Может быть, небольшая фобия?"

"Возможно. Я скажу, что он очень скрытный человек ".

"Значит, его дверь была открыта".

"Девять лет", - продолжила Грета. "Дверь никогда не была открыта, когда я приезжал утром, если только моих работодателей не было дома. Я был обеспокоен, поэтому поднялся наверх, не включая дроидов. Когда я добрался до спальни, я увидел огонь в камине. Мистер Андерс не разрешает разводить огонь, когда он спит или когда его нет в комнате. Я был более обеспокоен, поэтому я вошел в комнату. Я увидел его сразу. Я подошел к кровати и увидел, что ничем не могу ему помочь. Я снова спустился вниз, очень быстро, и позвонил девять-один-один."

"Почему внизу?"

Грета выглядела озадаченной. "Я думал, из книг, пьес и видео, что я не должен был ни к чему прикасаться в комнате. Это неправильно?"

"Нет, это совершенно верно. Ты поступил совершенно правильно ".

"Хорошо". Грета коротко кивнула, поздравляя саму себя. "Затем я связался с миссис Андерс и стал ждать приезда полиции. Они пришли, возможно, через пять или шесть минут. Я отвел двух полицейских наверх, затем один из них отвел меня обратно на кухню и ждал здесь со мной, пока вы не вошли."

"Я ценю детали. Можете ли вы сказать мне, у кого есть коды безопасности в доме?"

"Мистер и миссис Андерс и я. Коды меняются каждые десять дней ".

"Ни у кого больше нет кодов? Хороший друг, другой сотрудник, родственник?"

Грета решительно покачала головой. "Ни у кого больше нет кодов".

"Миссис Андерс в отъезде ".

"Да. Она уехала в пятницу на неделю в Сент-Люсию с несколькими подругами. Это ежегодное путешествие, хотя они не обязательно отправляются в одно и то же место ".

"Ты связался с ней".

"Да". Грета слегка пошевелилась. "Поразмыслив более ясно, я понимаю, что мне следовало подождать, и полиция уведомила бы миссис Андерс. Но... они мои работодатели ".

"Как ты с ней связался?"

"Через курорт. Когда она уезжает в отпуск, она часто отключает свой карманный "линк ".

"И ее реакция?"

"Я сказал ей, что произошел несчастный случай, что мистер Андерс мертв. Я не думаю, что она поверила мне или поняла меня изначально. Мне пришлось повторить это дважды, и я почувствовал, что при данных обстоятельствах не смогу сказать ей, когда она спросила, что за несчастный случай. Она сказала, что немедленно вернется домой ".

"Ладно, Грета. У тебя хорошие отношения с Андерсами?"

"Они очень хорошие работодатели. Очень справедливо, очень корректно".

"Как насчет их отношений друг с другом? Это не сплетни", - сказала Ева, прекрасно понимая Грету. "Это очень справедливо, и это очень "правильно" с вашей стороны - рассказать мне все, что вы можете, что может помочь мне выяснить, что случилось с мистером Андерсом".

"Они показались мне очень довольными, очень хорошо подходили друг другу. У меня сложилось впечатление, что они наслаждались друг другом и своей совместной жизнью ".

Наслаждаться друг другом - это не то, что передало место преступления, подумала Ева. "Были ли у кого-нибудь из них, или у обоих, отношения вне брака?"

"Ты имеешь в виду сексуальные. Я не мог сказать. Я управляю домом. Я никогда не видел в доме ничего, что навело бы меня на мысль, что кто-то из них, или оба, занимались супружеской неверностью ".

"Можете ли вы вспомнить кого-нибудь, кто хотел бы его смерти?"

"Нет". Грета медленно отодвинулась. "Я думал - я предположил, - что кто-то проник, чтобы украсть, и что мистер Андерс был убит вором".

"Вы заметили, чего-нибудь не хватает или не на своем месте?"

"Нет. Нет. Но я не смотрел ".

"Я собираюсь попросить тебя сделать это сейчас. Один из офицеров проведет вас по округе ". Она оглянулась, когда вошла Пибоди. " Пибоди, принеси одну из униформ. Я хочу, чтобы миссис Горовиц сопровождали, пока она осматривает дом. После этого ты свободна уйти", - сказала Ева Грете. "Не могли бы вы дать моему партнеру или мне контактную информацию, где вы будете".

"Я предпочитаю остаться, пока не приедет миссис Андерс, если это разрешено. Возможно, я ей понадоблюсь ".

"Тогда ладно." Ева поднялась, давая понять, что первоначальное интервью заканчивается. "Спасибо за ваше сотрудничество".

Когда Грета вышла, Ева прошла в комнату рядом с кухней. Внутри стояли два дроида, отключенные друг от друга. Один мужчина, одна женщина, оба в форме и достойной внешности. Экраны безопасности, о которых говорила Грета, располагались вдоль стены, и, как она заявила, камера в главной спальне показывала только зону отдыха.

"Даллас?"

"А?"

"Охрана дома была отключена в два двадцать восемь, повторно включена в три двадцать шесть".

Ева повернулась и хмуро посмотрела на Пибоди. "Возобновили отношения до ТОДА?"

"Да. Все диски безопасности за двадцатичетырехчасовой период, предшествовавший сбросу защиты, пропали ".

"Почему, я в шоке. Мы вызовем сюда ЭДДА, чтобы посмотреть, смогут ли они что-нибудь раскопать. Итак, ночной посетитель Андерса оставил его повешенным и все еще живым. Это не похоже на то, что сексуальные игры пошли не так ".

"Нет", - согласилась Пибоди. "Звучит как убийство".

Ева вытащила свой коммуникатор, когда он подал сигнал. "Даллас".

"Сэр, миссис Андерс только что приехала. Должен ли я привести ее сюда?"

"Отведите ее прямо обратно на кухню". Ева отключилась. "Хорошо, давайте посмотрим, что скажет вдова".

Повернувшись обратно к экранам, она смотрела, как Ава Андерс проносится через парадную дверь, ее соболиная шубка развевается на стройном теле, одетом в темно-синее. Ее волосы, нежные светлые, были строго зачесаны назад с лица высоких форм. Крупные жемчужные капли повисли у нее в ушах, затемненные очки скрывали ее глаза, когда она пересекала широкое мраморное фойе, через богато украшенные арки, в сапогах на узком каблуке и в форме на боку.

Ева вернулась на кухню, заняла свое место в залитом солнцем уголке для завтрака за несколько секунд до того, как вошла Ава. "Ты главный?" Она указала пальцем на Еву. "Ты тот, кто главный? Я требую знать, что происходит. Кто ты, черт возьми, такой?"

"Лейтенант Даллас, полиция Нью-Йорка. Отдел убийств".

"Отдел убийств? Что вы имеете в виду под "Отделом убийств"?" Она сняла солнцезащитные очки, обнажив глаза, такие же синие и глубокие, как ее костюм, и бросила их на стойку. "Грета сказала, что произошел несчастный случай. Томми попал в аварию. Где мой муж? Где Грета?"

Ева поднялась на ноги. "Миссис Андерс, мне жаль сообщать тебе, что твой муж был убит этим утром."

Ава стояла там, где была, ее брови сошлись на переносице, дыхание вырывалось короткими рывками. "Убит. Грета сказала... Но я думал." Она оперлась рукой о стойку, затем медленно подошла, чтобы сесть. "Как? Он ... он упал? Он заболел, или ..."

Всегда лучше наносить быстрый и чистый удар, подумала Ева. "Он был задушен в своей постели".

Ава подняла руку, прижала ее ко рту. Поднял другую, чтобы перекинуть ее через первую. Эти темно-синие глаза наполнились слезами, когда она покачала головой.

"Извините, но мне нужно задать вам несколько вопросов".

"Где Томми?"

"Сейчас мы заботимся о нем, миссис Андерс". Пибоди подошла, предложила стакан воды.

Она взяла воду, и когда одна рука задрожала, сжала стакан обеими. "Кто-то вломился? Я не понимаю, как это может быть. Мы в безопасности, мы здесь в полной безопасности. Пятнадцать лет. Мы здесь уже пятнадцать лет. У нас никогда не было взлома ".

"Не было никаких признаков взлома".

"Я не понимаю".

"Тот, кто убил вашего мужа, либо знал код безопасности, либо имел доступ в дом".

"Этого не может быть". Ава махнула рукой, быстро отмахиваясь. "Ни у кого, кроме Томми, меня и Греты, нет кода. Конечно, ты не предполагаешь, что Грета ..."

"Я не такой, нет". Хотя она бы тщательно проверила управляющего домом. "Не было никакого взлома, миссис Андерс. Пока что нет никаких признаков того, что что-то в доме было украдено или потревожено ".

Ава положила руку между грудей, где покоилась нитка светящихся жемчужин. "Ты говоришь, что Томми впустил кого-то, и они убили его. Но это не имеет смысла ".

"Миссис Андерс, был ли у вашего мужа с кем-то сексуальный или романтический роман?"

Она немедленно отвернулась, сначала лицом, затем телом. "Я не хочу говорить об этом сейчас. Я не собираюсь говорить об этом сейчас. Мой муж мертв ".

"Если вы знаете кого-нибудь, кто мог получить доступ в дом, в его спальню - пока вас не было в стране, - это могло бы рассказать нам, кто убил вашего мужа и почему".

"Я не знаю. Я не знаю. И я не могу думать о чем-то подобном ". Гнев выплеснулся на Еву. "Я хочу, чтобы ты оставил меня в покое. Я хочу, чтобы ты убрался из моего дома ".

"Этого не произойдет. Пока мы не разберемся с этим, этот дом является частью расследования убийства. Спальня вашего мужа - место преступления. Я предлагаю вам принять меры, чтобы на некоторое время остановиться в другом месте и оставаться доступным. Если ты не хочешь заканчивать это сейчас, мы закончим это позже ".

"Я хочу увидеть своего мужа. Я хочу увидеть Томми ".

"Мы организуем это как можно скорее. Вы хотите, чтобы мы связались с кем-нибудь от вашего имени?"

"Нет". Ава выглянула в залитое солнцем окно. "Мне никто не нужен. Мне сейчас никто не нужен ".

О кстати, Ева села за руль, а Пибоди села с дробовиком. "Грубо", - прокомментировала Пибоди. "Ты наслаждаешься тропическими напитками и лучами в одну минуту, а в следующую твой муж мертв".

"Она знает, что он крутил с кем попало. Она что-то знает об этом ".

"Я думаю, они, вероятно, всегда так делают. Супруг, я имею в виду, развратника. И я думаю, что часто они могут просто блокировать это, притворяться, что этого не происходит, достаточно усердно, чтобы они начали в это верить ".

"Ты бы проливал слезы над мертвым телом Макнаба, если бы он над тобой издевался?"

Пибоди поджала губы. "Ну, поскольку я был бы тем, кто убил его, я бы, вероятно, проливал слезы по себе, потому что вы бы меня арестовали. И это действительно огорчило бы меня. Достаточно легко проверить, что Ава Андерс была за пределами страны, когда Андерс умер."

"Да, сделай это. И мы проверим ее финансовые показатели. У них много теста, которое нужно раскатать. Может быть, она отрезала несколько, чтобы нанять кого-нибудь убить его. Заплатил своему приятелю по играм, чтобы тот сделал это ".

"Чувак, насколько это было бы холодно?"

"Мы будем управлять друзьями, деловыми партнерами, партнерами по гольфу ..."

"Гольф?"

"На это утро у него была запланирована игра в гольф с неким Эдмоном Люсом. Может быть, мы вытрясем что-нибудь о том, с кем он играл в другие игры, когда жена была с девочками ".

"Разве тебе не хотелось бы это сделать? Отправиться в путешествие с девушкой?"

"Нет".

"Ах, да ладно тебе, Даллас". Сама идея оживила голос Пибоди. "Сходите куда-нибудь с подружками, потусите, выпейте много вина или других сладких напитков, сходите на процедуры по уходу за лицом и спа-процедуры или поваляйтесь на пляже и полночи болтайте о всякой всячине".

Ева оглянулась. "Я бы предпочел, чтобы меня тащили голым по зазубренному стеклу".

"Ну, я думаю, мы должны сделать это когда-нибудь. Ты, я, Мэвис, может быть, Надин и Луиза. И Трина - она могла бы сделать нам прически и ...

"Если Трина появится в этом мифическом кошмаре, я протащу ее голой по зазубренному стеклу. Это мой итог ".

"Ты бы повеселился", - пробормотала Пибоди.

"Я бы, я, вероятно, так и сделал. Мне было бы стыдно тащить ее по осколкам стекла десять или двадцать лет спустя, но в то время мне было бы весело ".

Сдавшись, Пибоди тяжело вздохнула, достала свой PPC и начала выполнять проверки и прогоны.

2

БЫЛО ИНТЕРЕСНО, НО НЕ УДИВИТЕЛЬНО, ЧТО штаб-квартира Anders Worldwide в Нью-Йорке располагалась в элегантной черной башне на пятой авеню. Штаб-квартира Roarke Enterprises в Нью-Йорке также разместила там свою базу и владела каждым дюймом этой изящной черной башни.

"Не хочешь зайти и посмотреть..."

"Нет".

Пибоди закатила глаза, глядя в спину Евы, когда они вошли в огромный глянцевый вестибюль с реками цветов, движущимися картами, оживленными магазинами. "Я просто подумал, раз уж мы были прямо здесь ..."

"Почему мы здесь, Пибоди? И если ты еще раз закатишь глаза у меня за спиной, я собираюсь выколоть их палкой ".

"У тебя нет палки".

"Вон там есть дерево. Я достану одного ".

Пибоди вздохнула. "Мы здесь, потому что расследуем убийство".

"И мы думаем, что Рорк убил Андерса?"

"Нет".

Ева остановилась у службы безопасности, начала показывать значок дежурному охраннику. И он широко улыбнулся. "Лейтенант Даллас. Ты можешь идти прямо наверх ".

"Я не собираюсь туда. Андерс по всему миру".

Он постучал по экрану своего компьютера. "Двадцать первый и второй этажи. Прием на двадцать первом. Вам понадобится первый ряд лифтов. Ты хочешь, чтобы я позвонил?"

"Нет, спасибо".

Ева вызвала машину, вошла в нее, заказала двадцать первый этаж.

"Вы думаете, Рорк знал Андерса?"

"Возможно".

"Могло бы пригодиться".

"Возможно". Ева почти достигла той точки, когда то, что Рорк знал так много чертовых людей, не было совершенно раздражающим. "The run сказал, что состояние Андерса составляет около полумиллиарда, включая его контрольный пакет акций в Anders Worldwide". Засунув большие пальцы в карманы, Ева постукивала пальцами по бедрам. "Это множество мотивов для убийства. Добавьте секс, у вас почти все есть. Жадность, ревность, выгода, месть."

"Парень практически напрашивался на это".

Ева усмехнулась. "Давайте выясним". Ее лицо снова стало серьезным, она вошла в открытые двери лифта.

За длинной красной стойкой трое администраторов были в наушниках и казались очень занятыми. Несмотря на это, центральная, темнокожая брюнетка, одарила его лучезарной улыбкой. "Доброе утро! Чем я могу вам помочь?"

"Мне нужно увидеть того, кто здесь главный".

"В каком отделе вы ... О." Она замолчала, быстро моргнув при виде значка Евы, который шлепнулся на гладкую красную стойку.

"Все они. Кто главный под руководством Томаса А. Андерса?"

"Это моя первая неделя. Я не знаю, что я должен делать. Фрэнки!"

"В чем дело, Сил?" Мужчина слева от нее оглянулся, затем опустил взгляд на значок. "Могу ли я вам чем-нибудь помочь, ах..."

"Лейтенант. Мне нужно поговорить с заместителем Томаса Андерса, или с кем-то еще, кто сейчас занимает самое высокое положение в иерархии и в компании ".

"Это, должно быть, мистер Форрест. Бенедикт Форрест. Он на собрании, но..."

"Больше нет".

"Верно. Если бы вы могли уделить мне минуту, чтобы связаться с его администратором. Он спустится и проводит тебя наверх ".

"Я могу подняться наверх сам. Скажите администратору, чтобы он убрал Форреста с собрания ". Ева вернулась в лифт, расправила плечи. "Это было весело".

"Довольно стервозная".

"Вот что в этом было забавного".

Когда Ева снова сошла, из-за стеклянных дверей выскочила тонкая, как палка, женщина на высоких каблуках. "А, офицеры! Если бы ты пошел со мной."

"Вы администратор?"

"Нет, я член анонимных алкоголиков. Помощник администратора. Я отведу вас в офис мистера Уолша ".

"Который был бы помощником администратора, а не помощником администратора".

"Именно".

"Как кому-то удается вести бизнес, когда им приходится переводить все эти названия?"

"Ах, мистер Уолш сообщает мистеру Форресту, что вы здесь. Очевидно, на приеме не поняли сути дела, которое вы здесь обсуждаете ".

"Нет, они этого не делали".

Член АА открыла рот, очевидно, передумала и закрыла его. Они пробирались через оживленный улей офисов и кубов, затем повернули на сорок пять градусов в рабочее помещение - его имя было выгравировано на маленькой табличке из оникса рядом с дверью - Леопольда Уолша.

Его рабочее место представляло собой длинную отдельно стоящую стойку гладкого черного цвета, на которой находились обычные предметы первой необходимости - компьютер, блок передачи данных и связи и немногое другое. Вторая стойка тянулась вдоль стены для поддержки лазерного факса, дополнительного компьютера. Третий прилавок служил центром закусок с автокефом и фригги. Три стула для посетителей, расставленные вместе, кубики без спинок девственно белого цвета.

Единственным цветом в комнате было эффектное растение с его ярко-красными цветами, растущими на среднем подоконнике из большого тройного стекла.

Припасы, предположила она, и любые необходимые документы будут спрятаны в шкафчике, встроенном в стену.

В целом она предпочитала скудное пространство и потрепанный стиль своего офиса в Central.

"Если вы хотите присесть, мистер Уолш должен быть ..." Член Ассоциации анонимных алкоголиков взглянула на дверь с явным облегчением, осветившим ее лицо. "Мистер Уолш."

"Спасибо тебе, Делли". Он вошел, импозантный мужчина с темно-шоколадной кожей в костюме в тонкую полоску. Его волосы образовывали тюбетейку, которая подчеркивала поразительные черты лица с острыми углами. Глубоко посаженные глаза цвета хорошего, крепкого кофе скользнули по Пибоди, остановившись на Еве. "Леопольд Уолш. Лейтенант..."

"Даллас". Для проформы Ева снова предъявила свой значок. "И детектив Пибоди. Мы здесь, чтобы увидеть Бенедикта Форреста ".

"Так мне сказали". Он вернул ей ее значок. "Как вам сказали, мистер Форрест на совещании".

"Значок важнее встречи".

"Было бы полезно, если бы вы рассказали мне, в связи с чем это".

"Было бы полезно, если бы я рассказал мистеру Форресту, в связи с чем это".

Он хотел отгородиться - она могла это видеть. И не могла винить его, поскольку сама хотела бы сделать то же самое.

"Мистер Форрест... " Он замолчал, подняв руку, когда наушник, который он носил, мигнул синим." "Да, сэр. Конечно. Мистер Форрест, " начал он снова, " доступен. Сюда, пожалуйста".

Офис Бенедикта Форреста находился всего в нескольких шагах от кабинета его администратора, но в целом мире от него по стилю. Здесь на рабочей станции было все необходимое и эффективное, заставленное тем, что Ева считала мужскими игрушками - бейсбольный мяч с автографом на подставке, портативная игра в гольф, пара трофеев, игрушечный футбольный мяч весом с губку. Фотографии и постеры спортивных деятелей или спортивных товаров жонглировали пространством вдоль стены.

Кресла были кожаными, глубокими и выглядели удобно потертыми.

Сам Форрест был примерно на три дюйма ниже роста своего администратора. На нем была рубашка с расстегнутым воротом, повседневные брюки цвета хаки и модные гелевые ползунки. У него был дружелюбный вид "просто одного-из-парней" с его взъерошенными песочного цвета волосами, легкой улыбкой, веселыми карими глазами.

"Ты ждал. Извините. Мне нужно было все уладить. Бен Форрест." Говоря это, он пересек офис и протянул руку. Ева вздрогнула, изучая его, когда он протянул руку Пибоди.

"Лейтенант Даллас, детектив Пибоди".

"Присаживайтесь. Что мы можем вам предложить? Кофе, вода в бутылках, спортивный напиток?"

"У нас все хорошо. Мы рады поговорить с вами о Томасе Андерсе ".

На выразительном лице Форреста промелькнул юмор. "Только не говори мне, что дядя Томми в беде".

"Дядя?"

"Брат моей матери. Пожалуйста, сядьте". Он махнул рукой, затем опустился на стул. "На самом деле, даже больше, поскольку он фактически вырастил меня после смерти моей матери".

"Как она умерла?"

"Съеденный акулой".

Заинтригованная, Ева села. "Неужели?"

Его ухмылка сверкнула. "Да, действительно. Мне было около шести, и я не очень хорошо ее помню, так что для меня это скорее интересно, чем трагично. Погружение с аквалангом у берегов Мадагаскара. В любом случае, что насчет моего дяди?"

Теперь липко, подумала Ева. "С сожалением вынужден сообщить вам, что мистер Андерс был убит этим утром".

Веселье сменилось шоком, который смыл здоровый румянец с его лица. "Что? Убиты? Как? Ты уверен? Подождите. " Он поднялся, достал из кармана "линк".

"Мистер Форрест, мы только что покинули дом твоего дяди и его вдовы."

"Но... мы идем на игру "Никс" сегодня вечером. Мы-мы играли в гольф в воскресенье. Он..."

"Бен". Леопольд пересек комнату. Забрав "линк из рук Бена, он положил руку Бену на плечо, усадил его в кресло. "Мне очень жаль. Так что очень сожалею. Я собираюсь отменить остальные ваши встречи на этот день ". Он подошел к шкафу, постучал в дверь. Когда она открылась, он достал охлажденную бутылку воды, отвинтил крышку. "Выпейте немного воды".

Бен повиновался, как марионетка. Ева не возражала, когда Леопольд встал, как страж, за стулом Бена.

"Что случилось?"

"Он был задушен".

"Это не может быть правдой". Бен медленно покачал головой из стороны в сторону. "Это просто не может быть правильным".

"Вы знаете кого-нибудь, кто желал ему зла?"

"Нет. Нет".

"Где вы были этим утром между часом и четырьмя ночи?"

"Иисус. Главная. Дома, в постели ".

"Одни?"

"Нет. У меня был... друг ". Он провел холодной бутылкой по лицу. "Гэтч Брукс. Она была там всю ночь. Мы встали около шести, позанимались вместе. Она ушла - мы оба ушли около восьми. Ты можешь проверить. Просто проверь. Я бы не причинил вреда дяде Томми. Он мне как отец ".

"Ты был близок. Как бы вы описали отношения мистера Андерса с его женой?"

"Отлично. Хорошо. Ава ... Ты сказал, что разговаривал с ней. Рассказал ей. Бог. Леопольд, узнай номер, где она остановилась. Мне нужно..."

"Она дома, мистер Форрест", - сказала ему Пибоди.

"Она... О, она вернулась домой. Она вернулась домой, когда ты сказал ей ..." Бен прижал пальцы к глазам. "Я не могу ясно мыслить. Мне нужно добраться до дома, к Аве. Мне нужно - Где он? Он все еще дома, или..."

"Его увезли в морг". Он не потрудился сдержать слезы, отметила Ева. Он позволил им прийти. "Вы - ваша семья - сможете принять меры, как только мы закончим наше обследование".

"Хорошо". Теперь он прижал ладони к глазам, наклонившись вперед, чтобы упереться локтями в бедра. "Хорошо".

"С кем у вашего дяди были сексуальные отношения?"

"Ха". Глаза Бена, уже обведенные красным, поднялись на лицо Евы. "Ну, Господи, Ава. Я имею в виду, что они были женаты ради Христа ".

"Вне брака".

"Никто". Гнев и оскорбление прорвались сквозь горе, вернули румянец на лицо Бена. "Это чертовски странные слова. Он не обманывал. Он не был мошенником. Ты не знаешь, каким человеком он был. Он верил в честность, в хорошее спортивное мастерство, в игру на победу, но играл честно ".

"Кто выиграет от его смерти?"

"Никто", - ответил Бен. "Его смерть уменьшает всех нас. Ты имеешь в виду финансовые. Я бы, Ава бы ". Он глубоко вздохнул. "Я не знаю, как все было устроено. Вероятно, есть благотворительные организации, там было бы что-нибудь для Греты - управляющей домом. Но то, о чем ты говоришь, это были бы я и Ава. Мне нужно попасть туда ".

Даже когда он поднялся, связь, которую Леопольд все еще держал, подала сигнал. Бросив взгляд на дисплей, Леопольд предложил его. "Это миссис Андерс".

Бен схватился за "линк, повернулся спиной. "Режим секретности", - приказал он. "Ава. Боже, Ава, я только что услышал...Я знаю. Я знаю. Все в порядке. Да, полиция здесь. Да, это верно. Я сейчас подойду. Я... " Его голос дрогнул, затем снова стал твердым. "Я не могу поверить, что он ушел. Я не могу этого принять. Я буду там, как только смогу ".

Закончив передачу, Бен снова повернулся к Еве. Выражение его лица было просто потрясенным. "Ей нужна семья. Я должен идти сейчас ".

"Нам нужно увидеть офис мистера Андерса", - сказала ему Ева. "И нам понадобится доступ к его электронике".

"Хорошо. Да, все верно. Я должен идти. Лео, все, что им нужно."

Мы подождали, пока они спустятся. "Забавно, не правда ли, что офис Андерса - как и у его племянника - весь обычный, даже немного похож на пещеру человека с трофеями и спортивным инвентарем повсюду. Ничего изысканного, модного или острого. Ничто не сравнится с тем, где он живет ".

"Ну, он продает спортивные товары. И множество домов больше отражают вкус женщины, чем парня. Или предпочтения одного партнера над вкусом другого ".

Она подумала о себе и Рорке. Когда дело дошло до декора, она ... призналась, что никогда об этом не задумывалась. Тем не менее, у нее был свой домашний офис, ее несколько потрепанный - по сравнению с остальными - домашний офис, который соответствовал тому, что можно было бы назвать ее стилем.

"Не заметила, чтобы в доме была пещера человека", - прокомментировала она и пожала плечами. "Как Форрест играл для тебя, Пибоди?"

"Форрест получил премию "Актер века", или он был искренне потрясен, когда вы сказали ему, что его дядя мертв, и был искренне и глубоко разбит. Там просто не было фальшивой ноты. Я верю ему".

"Казалось достаточно прямым. Мы проверим его алиби. Если Андерс был папой с тех пор, как Форресту исполнилось шесть, то это двадцать пять лет или около того. Забавно, что Ава сказала, что у них не было детей ".

"Ну, они этого не сделали".

"Она даже не упоминала о нем и не звонила, чтобы сообщить ему в течение нескольких часов после того, как управляющий домом уведомил ее. Может быть, фальшивая нота, " предположила Ева, " может быть, просто шок и замешательство. Форрест производит впечатление хорошего парня - и притом хорошего, состоятельного. Теперь он действительно богатый парень ".

"Я начну преследование его. Ты не упомянул действительно симпатичного парня, " добавила Пибоди, когда они спускались в подземный гараж. "У него было это добродушное, спортивное поведение. Но администратор?" Пибоди со свистом выпустила воздух сквозь зубы. "Обжигающий".

"Конечно, если ты другой парень".

"А?"

"Гей, Пибоди".

"Не-а. Почему?"

"Может быть би". Еще раз пожав плечами, Ева прислонилась к стене. "В любом случае, он серьезно влюблен в своего босса".

"Я этого не понял. Я этого не понял ".

"Потому что ты был слишком занят тем, что тебя обжигали. Сам я был практически похоронен в вибрациях безответной любви / похоти. Шипящий Леопольд держал их в узде, пока Форрест не развалился на части. Должно быть, это тяжело ".

"Может быть, любовь / вожделение не безответны?"

Ева покачала головой. "Форрест понятия не имеет об этой части этого. Даже не заметил, как Леопольд вздрогнул, когда упомянул, что спал с алиби. Давайте тоже запустим the sizzler ". Она оттолкнулась от стены, когда двери открылись. "Любовь заставляет тебя совершать безумные поступки".

Да, действительно, так оно и было, подумала она мгновение спустя, когда увидела Рорка, небрежно прислонившегося к ее бюджетной полицейской машине. Высокий, худощавый, с гривой черных волос, обрамляющих лицо, благословленное богами, он перевел на нее свои убийственные голубые глаза. Это было нелепо, подумала она, чувствовать это жжение в животе, этот стук сердца от одного взгляда - но не более нелепо, чем человек, которому принадлежит жирный кусок известной Вселенной, проводящий время за своим ПК, пока он слоняется без дела в гараже.

Он сунул КПП в карман, улыбнулся. "Лейтенант. Привет, Пибоди."

"Разве ты не должен быть наверху, покупая Аляску?"

"Я сделал это на прошлой неделе. Я пронюхал, что в доме были копы. Что я могу сделать для полиции Нью-Йорка, чего я еще не сделал?"

О да, подумала она, голос был еще одним убийцей, намекающим на туманные зеленые холмы Ирландии. И она предположила, что должна была знать, что он пронюхает . Рорк ничего не добился.

"Это не на вас, поскольку у вас алиби на рассматриваемое время".

"Довольно солидно, " вставила Пибоди, " спит с главным". Под холодным взглядом Евы Пибоди сгорбилась. "Просто говорю".

Рорк усмехнулся ей. "И основной состав встал рано, как того требовал долг". Он оглянулся на Еву. "Так кто же тогда мертв?"

"Томас А. Андерс из компании Anders Worldwide".

Ухмылка исчезла. "Это он? Что ж, это позор ".

"Ты знал его?"

"Немного. Понравилось то, что я знал достаточно хорошо. Значит, вы были в его кабинете, видели Бена-Бенедикта Форреста."

"Очки в твою пользу. Насколько хорошо вы знаете Форреста?"

"Случайно. Он обычный человек. Приятный и умнее, чем многие думают о нем ".

"Как насчет вдовы?"

Рорк склонил голову набок. "Кажется, мы все-таки проводим собеседование с самими собой. Тебе следовало подойти, и мы бы сделали это в более приятной обстановке ".

"Мне нужно попасть в морг".

"Интересно, сколько мужчин женаты на женщинах, которые постоянно так говорят? Что ж." Он взглянул на свое наручное устройство. "Так получилось, что у меня есть кое-какие дела в центре. Ты мог бы подвезти меня и по пути безжалостно допрашивать ".

Идея имела свои достоинства. Ева расшифровала машину. "Ты можешь доехать до морга, а дальше ты сам по себе".

"Еще раз, скольким из них повезло так же, как мне?" Он открыл дверь для Пибоди, но она махнула ему, чтобы он проходил.

"Я займу заднюю часть. У меня все равно есть работа ".

"Сначала выясни алиби Форреста", - приказала Ева, затем села за руль.

"Как был убит Андерс?" Спросил ее Рорк.

"Сначала дайте мне впечатления. Жертва, вдова, любой другой, кто обратится ".

"Андерс был бы вторым поколением компании, унаследовав ее от своего отца, который, как я полагаю, умер год назад или около того. Может быть, чуть дольше. Это довольно хорошо, продукты хорошего качества по разумной цене ".

"Не то дело", - сказала Ева, петляя по гаражу. "Не сейчас".

"Одно влияет на другое. Я полагаю, жили довольно тихо. Помешанные на спорте - и он, и Бен, - что согласуется с тем фактом, что они продают и разрабатывают спортивное оборудование. Я полагаю, что ему особенно нравился гольф и различные другие игры, в которых фигурирует отбивание или швыряние мяча. Я полагаю, он предпочитал, когда это было возможно, вести свои дела на каком-нибудь корте или лужайке, а не в офисе. У меня сложилось впечатление, что он наслаждался своей работой и был хорош в ней ".

Ева неслась сквозь пробки, подрезая автобус maxibus, затем начала прокладывать себе путь через весь город. "Как насчет супруга?"

"Привлекательный, с хорошей речью. Ах, вовлечены в какую-то благотворительную деятельность, мне кажется. Андерс спонсирует спортивные лагеря для детей из малообеспеченных семей. Я верю, что она бьет в барабан, требуя финансирования. Я не могу сказать, что видел их вместе больше нескольких раз, но у него была репутация человека, избегающего социальных scene...as некоторые так и делают".

Она скользнула взглядом в его направлении. "Я хожу на всякую всячину. Впечатления об их отношениях?"

"Трудно сказать, поскольку мы не были друзьями. Они поразили меня как команда, казались ласковыми. Полагаю, я бы сказал, синхронно ".

"Что-нибудь бормочут о том, что он с ней флиртует?"

Брови Рорка приподнялись. "Я ничего такого не слышал, хотя в любом случае не знаю, хотел бы я этого. Это элементарный полицейский цинизм, или у вас есть основания полагать, что он изменял своей жене?"

"В момент смерти жены не было в городе. Это подтверждено. Экономка Андерса - управляющий домом, - поправила Ева, - нашла его этим утром, сразу после шести. Обнаженные, руки и ноги связаны черной бархатной веревкой. Те, что продаются в магазинах бондажа у ярда. Еще один отрезок был обернут вокруг его шеи во время того, что могло показаться неудачным сеансом эротического шарфа. На ночном столике было множество секс-принадлежностей и игрушек, а у трупа все еще был впечатляющий стояк, когда первичка начала свое расследование. На теле не было никаких признаков взлома, никаких следов борьбы, никаких дополнительных видимых признаков травмы или насилия ".

Рорк на мгновение замолчал. "У людей есть свои секреты и аппетиты, которые они скрывают от остальных. И все же, я бы не подумал, что он подходит для такого рода развлечений. Это такие непристойные подробности, от которых у СМИ потекут слюнки. Тяжело для семьи, которую он покидает ".

"Вы можете вспомнить кого-нибудь, кто мог бы захотеть прикончить его и обставить это так, чтобы у СМИ потекли слюнки?"

"С какой целью? Если вы думаете о конкуренте, то убийство Андерса не убивает и не наносит ущерба компании. И такой скандал, как этот? Это не повредило бы запасам или продажам - незначительно. На самом деле, это могло бы дать им временный толчок. Люди - странные существа. Можно сказать, мне нужна новая пара спортивных ботинок. Думаю, я куплю что-нибудь у того парня, который умер со стояком ".

"Если он продержался, то продержатся и они".

"Именно. Они могли бы использовать это как кровавый лозунг ".

"Алиби Форреста проверяется", - сказала Пибоди с заднего сиденья. "Я пометил EDD, и у них на месте команда гиков. Другой будет перевозить офисную электронику Андерса. Первый отчет подтверждает мои выводы. Система безопасности отключилась в два двадцать восемь, перезагрузилась в три тридцать шесть. Служба безопасности была отключена почти на час ".

"Должно было быть на расстоянии". Ева взглянула на Рорка. "Должен быть пароль или системные спецификации, чтобы избежать автоматической сигнализации".

"Есть способы. Всегда есть способы."

"Вам не понадобились бы способы, если бы это не было преднамеренным. Рэнди Том собирается развлекать, ему не нужно отключать свою охрану. Его жены нет в стране, и еще несколько дней. Итак, он впускает их, или он дает им пароль. Таким образом? Это слишком продуманно, это слишком, блядь, осторожно " .

"С некоторой подлостью", - добавил Рорк. "Всегда есть способы убить человека. Почему решили убивать таким способом? Интимно и таким образом, который порочит жертву и его семью?"

"Мы узнаем. Первая остановка." Ева притормозила на дабл-парк напротив морга. "Пибоди, я возьму это. Возвращайтесь в Центральный, начинайте пробежки. Посмотри, сможешь ли ты найти партнера жертвы по гольфу и прогнать его. Я хочу, чтобы EDD начал оценку того, какой тип пульта был использован. Давайте начнем хронологию со вчерашнего дня жертвы."

Не обращая внимания на яростный звук клаксонов, она повернулась к Рорку. "Это твоя остановка, эйс".

Он взглянул через окно на морг. "Надеюсь, не в ближайшее время. Удачи, Пибоди, - добавил он, выскользнув из машины, чтобы присоединиться к Еве на тротуаре. "Я мог бы навести кое-какие справки. Я знаю людей, которые знали его, людей, которые вели с ним дела ".

"Ты мог". Размышляя об этом, Ева засунула руки в карманы и удивилась сама себе, обнаружив в них перчатки. "Слухи уже распространяются, так что это не повредит. У тебя действительно есть дела в центре?"

"Я верю. Но даже если бы я этого не сделал, поездка стоила бы того ".

Она смотрела на него сквозь упрямо холодный, дующий ветер. "Разговоры об убийстве оправдывают поездку?"

"Как бы это ни было неизменно забавно, нет. Это сделало бы поездку стоящей ".

Он схватил ее - она должна была предвидеть это - и его рот накрыл ее. Мгновенный всплеск тепла пробил брешь в таких вещах, как поздние зимние заморозки и факторы ветряной мельницы. Внезапная сила и порыв поцелуя заставили ее покачнуться на пятках и задуматься, не вырвались ли маленькие солнечные лучи из кончиков ее пальцев.

Он взял ее за подбородок рукой, улыбнулся ей сверху вниз. "Определенно, оно того стоит".

"Прекрати это".

"Отличная работа, жеребец".

Они оба посмотрели на спящего на тротуаре, свернувшегося калачиком в соседнем дверном проеме. Женщина - или Ева думала, что это была женщина, поскольку она была укутана в такое количество слоев, что напоминала маленькую гору лоскутного одеяла - улыбнулась и подняла большой палец.

Ева ткнула пальцем в грудь Рорка, чтобы отбросить всякую мысль о вызове на бис. "Уходите сейчас".

"Поездка того стоила. Удачной охоты, лейтенант."

Он зашагал прочь, а она направилась ко входу в морг. Но когда она не смогла удержаться и оглянулась на него, она увидела, как он остановился и присел на корточки, чтобы поговорить со спящим на тротуаре. Заинтригованная, она замедлила шаг, чтобы еще немного подержать его в поле зрения, и не удивилась, увидев, как он достал что-то из кармана и протянул ей.

Кредиты, предположила она, и, вероятно, больше, чем спящий обычно получал за неделю. Она, вероятно, купила бы на это пиво вместо того, чтобы лечь в постель от холода, подумала Ева. Он должен был знать это, и все еще...

И все же, подумала она, приятно любить мужчину, который бросил бы горсть кредитов в пустоту, на всякий случай. Думая об этом, она вошла в дом, где у смерти всегда была комната.

3

В КОМНАТЕ С БЕЛЫМ КАФЕЛЕМ И БЛЕСТЯЩЕЙ СТАЛЬЮ главный судебно-медицинский эксперт Моррис невозмутимо и стильно склонился над трупом Томаса Андерса. Он сочетал рубашку цвета ржавчины с рубашкой тускло-золотого цвета и отражал эти тона тонкой веревкой, пропущенной через его длинную темную косу. Его умное лицо с продолговатыми глазами и жесткими чертами было наполовину закрыто защитными очками, в то время как умелые пальцы осторожно извлекали печень, в которой Андерс больше не нуждался.

Он отложил орган в сторону на весах, затем приветливо улыбнулся Еве. "Путник останавливается у фермерского дома, чтобы попросить приюта на ночь".

"Почему?"

Моррис погрозил окровавленным пальцем. "Фермер говорит путешественнику, что он может разделить комнату с дочерью фермера, если тот будет держать свои руки при себе. Путешественник соглашается, входит в комнату и в темноте проскальзывает в постель рядом с дочерью фермера. И, конечно, нарушает свое слово. Утром, виноватый, путешественник предлагает заплатить фермеру за гостеприимство, но фермер отмахивается. Итак, путешественник говорит, что надеется, что не потревожил дочь ночью. "Маловероятно, " отвечает фермер, - поскольку мы хороним ее сегодня".

Ева фыркнула. "Извращенный юмор смерти".

"Фирменное блюдо заведения. И это казалось подходящим при данных обстоятельствах ". Он указал на упрямую эрекцию Андерса.

"Да, как насчет этого?"

"Как-то грустно и завидно одновременно. Я проверяю токсины, но если ваш покойник не является медицинским чудом, мы можем предположить, что он был под завязку накачан "Спид Хэппи Хок". Затем, после того, как он добился взлета, стратегически расположенные кольца перекрыли кровоснабжение в "точке застоя ".

"Ну и дела, Моррис, я всего лишь полицейский. Ты сбиваешь меня с толку всеми этими сложными медицинскими терминами ".

Он рассмеялся, затем удалил тонкий срез печени. "Мы довольно часто наблюдаем предсмертную эрекцию, особенно при удушении или повешении, поскольку кровь в туловище пытается подчиниться законам гравитации и движется вниз. Эректильная ткань наполняется им и расширяется. Но как только тело перемещают, как это было с телом нашего друга, оно рассеивается ".

"Да, и люди замечали, что у парней был стояк, когда их публично вешали, еще в старые добрые времена, и думали: эй, может быть, если я задушу себя во время секса, из меня получится действительно хорошая древесина. Люди действительно глупы ".

"С этим трудно спорить, поскольку мы с вами часто видим их в наиболее неизлечимо глупом состоянии. Итак, что касается нашего нынешнего гостя: Эротическое - или аутоэротическое, если вы собираетесь в одиночку - удушение уменьшает количество кислорода и накачивает эндорфины для усиления сексуального удовольствия. Ежегодно это приводит к значительному количеству смертей в результате несчастных случаев, и многие смерти официально квалифицируются как самоубийства ".

"Это не было самоубийством".

"Действительно, нет". Моррис посмотрел на Андерса сверху вниз. "Я полагаю, ему потребовалось от пятнадцати до двадцати минут, чтобы умереть, медленно задыхаясь. Тем не менее, на его запястьях или лодыжках нет синяков. Какой бы мягкой ни была веревка, когда человек медленно задыхается, он будет бороться, он будет сопротивляться, и бархатные оковы или нет, останутся следы от перевязки. Даже здесь." Он снова сделал жест, затем предложил Еве пару микрогогглов. "Здесь, где веревка натянулась, врезалась, перекрыла ему кислород, нет никаких доказательств, что он боролся с этим, корчился, напрягался. Синяки здесь почти одинаковы ".

"Итак, он просто лежал там и умер".

"По сути".

"Даже если парень хочет покончить с собой, тело борется с этим".

"Именно так. Если только..."

"Это не может. Как долго будет действовать токсин?"

"Я отметил это. Но я могу дать тебе кое-что сейчас. Посмотри сюда".

Она снова склонилась над Андерсом, рассматривая синяк под правым ухом, пока не увидела его. Слабая круглая отметина была почти скрыта более травматичным кровоподтеком. "Шприц под давлением".

"Да, мой смышленый юный ученик. Странное место для самолечения - особенно для правши, которым он был ".

Надев очки, Ева вернулась в спальню Андерса. "Входит убийца, подходит к кровати. Запечатаны, все запечатано, на ногах пинетки, чтобы заглушить любой звук. В любом случае, много толстого ковра. Колет Андерсу транквилизаторы, пока он спит. Быстро, чисто. Парень мог проспать все это время - даже если бы он начал просыпаться, хороший транквилизатор усыпил бы его за считанные секунды. Затем вы связываете его, устраиваете сцену, уходите и оставляете его умирать. Возьмите диски безопасности. Вы уже отключили систему, но забираете диски. Вы либо задрот, либо надеетесь, что мы просто невероятно глупы, и это собьет нас с толку и заставит думать, что это был несчастный случай ".

"Мы не невероятно глупы".

"В любом случае, он мертв". Она зашагала прочь, среди стали и композиций, обратно. "Если ты идешь туда, чтобы прикончить парня, зачем просто накачивать его транквилизаторами? Почему бы не накачать его, чтобы он умер от передозировки? Ладно, ты не перерезаешь ему горло и не забиваешь его до смерти битой, потому что, возможно, ты брезглив или предпочитаешь более пассивные методы. Но к чему все это изощренное и унизительное, когда смертельная доза колкостей, яда или любого другого количества веществ сделала бы свое дело?"

"Это было слишком личным для этого".

Она кивнула, оценив единомыслие, и ее усмешка была жестокой. "Видишь? Мы не невероятно глупы. Как только тебе вернут токсин, Моррис."

"Как только".

Когда Ева вошла в отдел убийств Центрального полицейского управления, Ева увидела, как Пибоди, работая за своим столом, что-то пьет из кружки размером с Индийский океан. Это напомнило Еве, что у нее, вероятно, осталось около кварты кофе. Она подала знак своему напарнику, ткнула большим пальцем в сторону своего кабинета и, повернувшись, чуть не врезалась в одного из своих детективов.

"Сделай дыру, Бакстер".

"Нужна секунда".

"Тогда становись в очередь". Она прошла в свой кабинет с единственным узким окном, обшарпанным столом и продавленным стулом для посетителей. И зайди в автозавод, чтобы выпить кофе.

Сделав первый глоток, она изучала Бакстера поверх ободка. Он был ловок, сообразителен и достаточно умен, чтобы дождаться своего слова, пока она добавит немного кофеина. "Что у тебя за дело?"

"Дело, которым я занимался около пары месяцев назад, застопорилось".

"Освежи меня".

"Парню перерезают горло, а его работы крадут в барах с почасовой оплатой на авеню D."

"Да". Она пролистала файлы в своей голове. "Пришел с женщиной, которую никто не помнит, и никто не помнит, чтобы видел, как эта женщина уходила".

"Служба горничной, и я использую этот термин в широком смысле, нашла его на следующее утро. Кастер, Нед, тридцати восьми лет, работал в отделе технического обслуживания офисного здания в центре города. Парень оставил жену и двоих детей."

"Cherchez la femme", сказала Ева, думая о комментарии Пибоди тем утром.

"Я черчес трахал эту чертову женщину. Получил молнию. Никто ее не помнит - неясно. Мы покопались, нашли бар - используя этот термин тоже в широком смысле, где они перепихнулись, но кроме того, что она была рыжей и чувствовала себя профи, никто не может нарисовать ее портрет. Парень был игроком. Небольшое давление на его друзей и соратников привело к тому, что он многого добился. Он регулярно облажался, раз или два в неделю посещал бары и клубы, чтобы заработать очки, - обычно платя за это. Парень и я, " продолжил он, говоря о своем помощнике, офицере Трое Трухарте, " мы потратили часы на троллинг, исследуя свалки, притоны и беззакония. Мы зашли в тупик, Даллас. Все становится ледяным".

"А как насчет жены? Знала ли она, что он был очень странным?"

"Да". Бакстер шумно выдохнул. "Потребовалось не больше, чем тычок, чтобы заставить ее смириться с этим. И признать, что они боролись из-за этого. Он тоже время от времени настраивал ее. Она согласилась с этим, и соседи подтвердили ".

"Может, ей следовало отрезать ему член".

"Да, да, женщины всегда тянутся к драгоценностям. Но она этого не сделала. Когда он не вернулся домой к полуночи, она попробовала его ссылку, оставляла сообщения почти до трех. ТОДУ было около половины второго, и у нас есть данные, что она связалась с ним из своего дома в пятнадцать минут первого, снова в сорок минут второго. Взбешена, плачет, и нигде рядом с авеню D. Ей лучше, как мне кажется. Но я ненавижу терять одного ".

"Еще раз ударь по флопу, подтолкни уличных игроков, которые им пользуются, или работай в барах по соседству. Как насчет транспо?"

"В этом квартале не было такси, сдающих билеты, и ничего не попало на видеонаблюдение в метро. Мы решили, что они упустили это, и вот как мы нацелились на бар ".

"Сделай еще один обход, стань злее. Есть шанс, что он увлекался чем-то более отвратительным, чем трахаться со стрендж?"

"Ничего не выскочило. Мудак из "синих воротничков", спускающий все на дешевое пиво и распущенных женщин с милой женой и парой милых детишек дома. Дело в том, Даллас, что это было хладнокровное убийство. Один кусочек". Бакстер изобразил, как перерезает себе горло. "Сзади. Затем ублюдок падает, но он все еще жив, по словам медэксперта, когда она отрезает ему член. Она, должно быть, была чертовски покрыта кровью, но нет никаких следов, ни за дверью, ни в окне, ни на пожарной лестнице. Ни капли".

"Убирали после".

"Никакой крови в раковине, никаких следов в кране, трубах. Это читается так, как будто она пришла подготовленной, как будто она, возможно, запечатана или изменена. Как будто она имела это в виду с самого прыжка. Я стучал к женщинам, с которыми он, как известно, флиртовал, которые могли бы разозлиться, но этого нигде нет ".

"Подтолкни это еще раз. Я взгляну на файл, как только у меня будет возможность. Свежий взгляд".

"Ценю это".

Когда он ушел, Ева подошла к своему столу. Ее ссылка указывала, что у нее было восемь сообщений. Она знала, что часть из них будет от медиа-гончих. Богатый парень покупает это в свой собственный дом, из-за этого потек ручеек, который часто становился наводнением. И подробности того, как произойдет утечка, она тоже знала. Ни у кого не хватило пальца, чтобы заткнуть дыру в дамбе, когда наводнение было таким сильным.

"Все ясно?" Спросила Пибоди с порога.

"Да".

"Бакстер хотел поговорить о деле на авеню Д? Трухарт проведет кое-что из этого со мной ", - продолжила Пибоди. "Ничего не клеится".

"Они вернутся, поработают снова. Что у тебя есть для меня?"

"Бенедикт Форрест - чья мать действительно была съедена акулой. Или жестоко обглоданные одним из них. В то время ему было шесть лет, и он жил в Нью-Йорке под присмотром няни и многочисленных слуг. Мать была настоящей адреналиновой наркоманкой, судя по тому, что я знаю. Назовите опасное для жизни занятие, она закрутила его. Тридцать пять на момент смерти, дважды разведен, один ребенок. Когда она стала основным блюдом в "Челюстях", Андерс подал заявку на опеку, и поскольку биологический отец не оспаривал, то же самое было удовлетворено ".

"Сколько Андерс заплатил ему? Биологический отец?"

"По-видимому, пять миллионов. Парень проводит большую часть своего времени, разъезжая по горячим точкам Европы, не видел ребенка с момента развода - четыре с лишним года до смерти матери. С тех пор он был женат три раза и в настоящее время живет на юге Франции. Просто не похоже, что он играет во всем этом ".

"Какой финансовый интерес имела мать в компании?"

"Никто. Она взяла выкуп у своего отца вместо. И она была достаточно умна - или достаточно мстительна - чтобы организовать свое доверие и активы таким образом, что даже если отец заберет ребенка, после ее смерти он не сможет взять ни пенни из того, что достанется ребенку. Андерс забрал ребенка, поддержал, дал образование и приютил его на свои собственные деньги ".

Сделав паузу, Пибоди взглянула на свои записи. "Форрест здорово изменился, когда ему исполнился двадцать один год, еще немного - в двадцать пять, еще один - в тридцать. У него степень MBA в Гарварде, где он также играл в бейсбол и лакросс. Он прошел путь вверх по служебной лестнице в Anders от младшего исполнительного директора до своей нынешней должности главного операционного директора."

"Какой-нибудь преступник?"

"Nada. Довольно регулярные наезды за превышение скорости и дохрена штрафов за парковку, все оплачено."

Ева откинулась назад, развернувшись на своем рабочем стуле. "Отдай мне жену".

"Ава Монтгомери Андерс, которая, как я подтвердил, находилась в своем гостиничном номере на Сент-Люсии, когда позвонили по поводу проблем дома. Она заказала трансфер после передачи. Нет записей о том, что она покидала остров каким-либо способом ранее. Родился в Портленде, штат Орегон, в 2008 году, полностью принадлежал к верхушке среднего класса. Предыдущий брак с неким Дирком Бронсоном в 2032 году закончился разводом в 2035 году. Потомства нет. Получила дипломы по бизнесу и связям с общественностью в Brown-scholarship, которые она использовала в качестве представителя по связям с общественностью базы Anders Worldwide в Чикаго, куда она переехала после развода. Затем она перевелась в нью-йоркский офис в 2041 году. Они с Андерсом поженились в 44-м. В настоящее время она является послом доброй воли компании, входя в совет директоров Everybody Plays, организации, основанной Андерсом Уорлдуайд для предоставления помещений, обучения и оборудования для детей, ах, по всему миру. И также выступаю в качестве председателя Moms, программы, которая предлагает образовательные семинары, практикумы, возможности для общения и так далее матерям детей из Everybody Plays. На ней тоже нет криминала, и она сама по себе стоит около десяти миллионов."

Пибоди опустила свой блокнот. "Я мог бы привести вам Грету Горовиц, но все, что она нам рассказала, соответствует действительности. Я собирался начать с Леопольда Уолша, но я должен найти еду. Я тоже могу найти тебе еду ". Пибоди широко улыбнулась. "Как насчет хорошего сэндвича?"

"Как насчет того, чтобы выяснить, где, черт возьми, находятся некоторые отчеты, и почему их нет на моем столе? Я хочу..." Ева замолчала, когда ее компьютер просигналил о входящем. "Моррис приходит в себя", - пробормотала она.

"И пока ты поешь дифирамбы нашему МНЕ, я пойду охотиться и собирать".

"Компьютер, выведи входящие сообщения на экран, скопируй в открытый файл и распечатай".

Многозадачность подтверждена. Работаем...

Пока компьютер гудел, Ева просмотрела отчет токсиколога. "Господи, Томми, " заявила она, " у тебя не было ни единого шанса, как у снежка, не так ли?"

Пока это печаталось, она включила свою "ссылку, чтобы побеспокоить чистильщиков для предварительной проверки, и поскольку ее мысли были в другом месте, ответила на ее " ссылку, когда она сигнализировала несколько минут спустя.

"Даллас".

"Ты не звонишь, ты не пишешь".

"Надин". Ева не потрудилась проклинать себя, когда уставилась в острые зеленые глаза самого горячего репортера города. Тот факт, что они были друзьями, делал это удобным - или неудобным, в зависимости от обстоятельств. "Боже, я бы просто хотел поболтать, но я собираюсь готовить обед. Тогда, может быть, я сделаю маникюр ".

"Это так мило. Ты попался на горячем, Даллас, как раз из тех случаев, на которых мы сейчас любим заострять внимание . Завтра ночью. Ты будешь вести, полный десятиминутный отрезок ".

"Опять, черт возьми, но завтра вечером мне придется выколоть глаза раскаленной кочергой. Иначе..."

"Убийство Томаса Андерса - это большая новость, Даллас".

"Мы не определили и не объявили смерть убийством".

"Это не то, что я слышу. Задушен в постели, со значительным изломом. Если не убийство, то была ли это случайная смерть во время сексуальных игр?"

Итак, ручеек уже был потоком, подумала Ева. "Тебе виднее, Надин".

"Девушка должна попытаться. Он был хорошим парнем, Даллас. Я хотел бы осветить это правильно ".

"Ты знал его?"

"За эти годы я сделал несколько репортажей о нем, его жене, его племяннике. На самом деле это не значит знать кого-то, но то, что я знал, мне нравилось. Бульварные СМИ - и множество других СМИ - будут раздувать секс, ты это знаешь. Я не могу избежать этого, но я хочу быть беспристрастным. Так помоги мне".

"Не в этот раз. Но я дам тебе Пибоди. Ты не облажаешься с ней или с расследованием. И ей нужно развить свои навыки работы с МЕДИА. Так что ты помоги ей ".

"Договорились. Я попрошу своих людей связаться с ней, но скажите ей, что она нужна мне здесь, в студии, завтра к пяти ".

"Надин, в пяти словах или меньше, изложи свой взгляд на отношения между Андерсом и его женой, а также Андерсом и его племянником".

"С женой, любящей и гордой. То же самое для племянника, но даже в большей степени. Я помню, как спросил Андерса, что он считает своим лучшим достижением. Он перевернул фотографию, которую держал на своем столе, - фотографию своего племянника. "Ты смотришь на него", - вот что он сказал. Этим я закончил пьесу ".

"Спасибо". Ева отключилась, оглянулась, когда Пибоди вошла с охапкой еды.

"У нас есть для вас обертки из индейки "притворись мной", соевые чипсы и эти милые маленькие баночки с овощным хэшем. Я купил тебе тюбик Пепси ".

Ева наблюдала, как Пибоди расставляет еду на ее столе, аккуратно раскладывая мусор, чтобы освободить место. "Чего ты добиваешься, Пибоди?"

"Ловишь рыбу? Просто хочу убедиться, что ты не забыл поесть. Ты всегда забываешь поесть, вот почему ты тощий, как змея. Которые тебе отлично идут. " Взгляд Пибоди метнулся вверх и в сторону, пока она добавляла салфетку и пластиковую вилку. Затем у нее перехватило дыхание, когда Ева продолжила смотреть на нее рыбьим взглядом. "Хорошо, хорошо. Может быть, я надеялся, что если мы не на хвосте у какой-нибудь горячей зацепки или чего-то еще, ты сможешь найти в своем большом, щедром сердце...

"Хватит нести чушь".

"Я хочу уйти пораньше, уделить час личного времени. У нас с Макнабом свидание ".

"Вы с Макнабом живете вместе".

"Да, ну, видишь, в этом-то и смысл". Пибоди подтащила стул для посетителей, взяла свою накидку и принялась за еду. "Мы поняли, что не хотим, чтобы сожительство лишало романтики происходящее. Искра. Итак, мы учредили ночь свиданий. Сегодня первый вечер, так что я действительно хочу вернуться домой вовремя, чтобы привести себя в порядок. Особенный, понимаешь? Специально пни его по яйцам".

"Если ты хочешь пнуть его по яйцам - а я часто хочу этого сам - тебе следует остаться дома".

"Даллас".

"Да, да, да. Улучи момент, отполируй, пни его по яйцам ".

"Спасибо. Мы идем в этот клуб, а не в одно из этих забегаловок, " добавила Пибоди, показывая соевым чипсом, прежде чем отправить его в рот и похрустеть. "Но куда вы на самом деле ходите, чтобы послушать музыку, потанцевать друг с другом и все такое. Я действительно хочу выглядеть экстремально, так что, знаете, мне нужен этот час ".

"Прекрасно. Ты придумаешь это завтра. Вам нужно явиться в студию Надин на 75-м канале в тысячу семьсот."

"Что?" - Спросила Пибоди с полным ртом вегетарианского хэша.

"Она возьмет у тебя интервью по делу Андерса, так что убедись, что ты..."

"Что? В эфире? Я?" Она поперхнулась, со свистом выдохнула, пока ее глаза вращались, затем проглотила диетическую пепси. "Нет".

"Ты будешь представлять департамент и это подразделение, так что не облажайся".

"Но... Но люди сейчас смотрят. Практически все. Я не могу..."

"Облажайся. Именно." Это было мелко, это было подло, но Ева не могла отрицать, что реакция Пибоди сделала притворную индейку почти вкусной. "Надин уважает копов и процесс, но она все еще репортер. Она подлая. Не забывай об этом. Ты излагаешь факты, которые я разрешаю тебе излагать, и ощущения, которые ты сам принимаешь, но когда она давит на тебя - а она будет - по поводу деталей расследования, ты блокируешь. Стандарт, я не на свободе ".

Слегка позеленевшая теперь, Пибоди прижала руку к животу. "Я думаю, меня сейчас стошнит".

"Если ты наступишь ногой на мой стол, я выброшу твое рвотное тело в окно. Вам не придется беспокоиться о том, чтобы попасть на экран ".

"Ты не можешь этого сделать? Ты к этому привык".

"Нет, я не могу этого сделать, и тебе нужно привыкнуть к этому".

"Я не знаю, что надеть".

"О, милый, страдающий Христос". Ева прижала пальцы к подергивающемуся мускулу возле глаза. "Окно, Пибоди. Головой вперед".

"Ты не смог бы протащить меня через это дурацкое окно".

"Давайте выясним".

"Хорошо, хорошо, хорошо. Теперь у меня в голове все перепуталось ".

"Открути это. У нас есть несколько дел, чуть более важных, чем твое свидание и дебют в эфире. Жертве дважды давали транквилизатор ."

"Что-кто. Подожди. Закрыв глаза, Пибоди сделала несколько глубоких вдохов. "Андерс. Ладно, я вернулся. Андерс был накачан транквилизаторами?"

"Шприц под давлением". Ева постучала пальцем по своей шее сбоку. "Большая доза колкостей, достаточная, чтобы свалить лошадь. Там также были следы снотворного, стандартного безрецептурного средства. Предварительный вывод - это было проглочено, вероятно, за три-четыре часа до смерти. Комбо выбило его из игры. Убийца мог бы сделать ему операцию на мозге, и Андерс бы этого не заметил."

"Почему бы просто не дать ему смертельную дозу? К чему это большое шоу?"

"Хороший вопрос, и это одна из причин, по которой я еще не выбросил тебя головой вперед из окна. Шоу было таким же важным, как и убийство. Позор? Месть? Отвергнутый любовник, который хотел, чтобы он заплатил? Это умно или неаккуратно?"

Пибоди обдумала это вместо очередной фишки. "Если вы хотели, чтобы все выглядело так, как это выглядит на первый взгляд - случайная смерть из-за эротической асфиксии, - вы не забрасываете его колкостями. Может быть, легкий транквилизатор, конечно, чтобы дезориентировать его, пока ты будешь связывать. После этого не торопитесь, подготовьте сцену, дайте транквилизатору немного подействовать. Если ты собираешься пойти на все эти неприятности, похоже, ты хочешь, чтобы он страдал. Если ты хочешь, чтобы он страдал, зачем вырубать его, чтобы он не мог?"

"Еще хорошие вопросы. Ты искупаешь свою вину. Я собираюсь отправить файл доктору Мире. Мне бы хотелось узнать ее профиль и мнение по этому поводу. Возможно, убийца перестарался с колкостями. У него там тоже была огромная доза эректильного усилителя.

"Это кажется личным, но давайте проверим это через IRCCA на предмет подобных преступлений. Мы начнем пытаться избавиться от ограничений, от транквилизатора. И мы проведем второй уровень по финансовым показателям. Форрест и вдова, скорее всего, получат финансовую выгоду. У них обоих есть надежная опора сами по себе, но кому не нравится больше? И давайте поищем старых и нынешних любовников. Парень ждет, пока ему перевалит за сорок, чтобы решиться на женитьбу, он, вероятно, не сказал "Я согласен ", не переспав сначала с несколькими потенциальными клиентами ".

"Я могу дать ЭДДУ еще одного гуся, посмотрим, есть ли у нас там что-нибудь".

"Мне нужны копии любых сообщений между жертвой и его женой, его племянником. Пусть они соберут ссылки из его офиса ".

"Лейтенант?" Трухарт, молодой и прилежный помощник Бакстера, легонько постучал по дверному косяку. "Извините, что прерываю ваш обед, но здесь есть Эдмонд Люс. Он хочет поговорить с вами о деле Андерса. Кажется довольно взвинченным и ... во многом британским ".

Ева вывалила остатки своей обертки на тарелку Пибоди, а свою сунула в утилизатор. "Дай мне минуту, затем отправь его обратно".

"Да, сэр".

"Выброси это вещество, Пибоди, затем убери Эдда и отдай одно в лабораторию, пока ты этим занимаешься. Как минимум, я хочу отчет обо всех без исключения лекарствах и улучшениях, взятых с места происшествия ".

"На этом". Собрав остальные останки, Пибоди направилась к выходу.

"Компьютерная, стандартная биография Люси, Эдмонда, британца, имеющего деловые или личные связи с Андерсом, Томасом А., из "Андерс Уорлдуайд". Только показ."

Принято. Работаем...

Пока она ждала, Ева отправила файл с делом и краткую записку доктору Шарлотте Мире, ведущему профайлеру департамента.

Задание выполнено. Отображаются данные.

Ева быстро просмотрела, ища краткий обзор. Люси, родившейся в Лондоне, было семьдесят шесть лет, она занимала пост генерального директора Anders Worldwide в Великобритании. Образование в Оксфорде, дома в Лондоне и в Нью-Йорке. Женат, с одним предыдущим разводом, трое детей. Один из них от первого брака.

"Скопируйте данные в файл", - приказала она, когда услышала приближающиеся шаги. "Конец демонстрации".

Принято. Задания выполнены.

Она повернулась лицом к дверному проему, когда он был заполнен большим, дородным мужчиной, похожим на медведя, с копной волос цвета хорошего стерлинга и почти черными глазами, в которых вспыхнуло что-то похожее на ярость.

На нем были брюки цвета хаки со складками, достаточно острыми, чтобы выступила кровь, и темно-синий V-образный вырез поверх белой рубашки. Высококлассная одежда для гольфа, решила Ева. Андерс пропустил тайм-аут.

"Вы лейтенант Даллас?"

"Верно. Мистер Люс, что я могу для вас сделать?"

"Ты можешь сказать мне, какого черта, черт возьми, ты порочишь репутацию хорошего человека. Почему ты распространяешь эту непристойную и скандальную ложь о Томми. Человек мертв, черт бы все это побрал, и не может защититься от этой клеветы ".

"Мистер Люси, я могу заверить тебя, что я еще не давал никаких заявлений, официально или неофициально, средствам массовой информации относительно расследования смерти мистера Андерса. И я никого не уполномочивал на это ".

"Тогда какого черта это все на чертовом экране?"

Ева откинулась назад. "Я не несу ответственности за то, что СМИ выкапывают и предпочитают показывать. Это может вывести меня из себя, но я не несу ответственности. Вы понесли внезапную и шокирующую потерю, поэтому я собираюсь сделать вам перерыв за то, что пришли в мой офис и выпустили пар. Теперь, когда у вас есть, садитесь. У меня есть несколько вопросов ".

"Я предлагаю вам ответить на ваши вопросы и ..."

"Осторожно", - сказала Ева с достаточным количеством стали в слове, чтобы заставить Люси сделать паузу, сузив эти яростные глаза на ее лице.

"Что ты собираешься делать? Запереть меня?"

Ева небрежно покачалась взад-вперед на своем стуле. "Мне нравится слово "задерживать себя". Хотели бы вы, мистер Люс, чтобы полиция Нью-Йорка задержала вас за отказ отвечать на вопросы в ходе расследования убийства? Я был бы счастлив поместить вас под стражу до приезда вашего адвоката. В противном случае, вы можете сесть и успокоиться. Я полагаю, вы с Андерсом были больше, чем деловыми партнерами. Вы могли бы быть расстроены, опечалены, удивлены его смертью, если это все, чем вы были. Возможно, вы снова будете удивлены и шокированы, очарованы или рассержены вниманием средств массовой информации. Но ярость и горе происходят из более личных ассоциаций. Итак, это ваш второй и последний перерыв. Достаточно ясно?"

Он повернулся и пошел прочь, но к ее окну, а не к двери. Она ничего не сказала, пока он стоял там, повернувшись к ней неподвижной спиной. "Я не могу остепениться. Как я мог остепениться? Томми... Мы были друзьями почти пятьдесят лет. Он крестный отец моего сына. Я вступился за него, когда он женился на Аве. Он был моим младшим братом во всех отношениях, кроме крови ".

"Я очень сожалею, мистер Люс, о вашей потере".

Он оглянулся на нее. "Сколько раз ты говорил это кому-то, незнакомцам?"

"Слишком много. Слишком много. Это не делает это менее правдивым ".

Теперь он повернулся, прижав пальцы к глазам. "Этим утром мы должны были играть в гольф. Девятка в закрытом помещении клуба Томми. Он никогда не опаздывает, но я ничего не думал об этом, когда он опаздывал. Движение такое жестокое, и я бы столкнулся со знакомым. В итоге мы некоторое время болтали, пока кэдди не прервал нас, чтобы спросить, не хочу ли я отменить или перенести начало матча ".

"Вы пытались связаться с ним?"

"На его мобильный - его личный мобильный, но он перешел на голосовое сообщение. Поэтому я попробовал зайти к нему домой ". Теперь он действительно сидел, опустив широкие плечи. "Грета, управляющий домом, сказала мне, что произошел несчастный случай. Сказал мне, что Томми был ..."

"Когда вы видели его в последний раз?"

"Три недели назад. Он и Ава ненадолго были в Лондоне. У нас с Томми была встреча, и мы все пошли в театр. Мы играли в гольф в моем клубе - он любит гольф - пока наши жены ходили по магазинам или что-то в этом роде. Может быть, салон. Я не помню ".

"Когда ты попал в Нью-Йорк?"

"Вчера днем. Мы с женой приехали около двух. Наш сын, крестник Томми, работает в нью-йоркском филиале. Мы ужинали с Гарри и его семьей. Они только что отремонтировали свой особняк из бурого камня и, конечно, хотели им похвастаться. Это довольно мило, наша невестка..." Он замолчал, оглянулся на Еву. "Я понятия не имею, почему я говорю тебе это".

"Когда вы в последний раз разговаривали с мистером Андерсом?"

"Полет окончен. Мы подтвердили наше свидание в гольф. Последнее, что я сказал ему, было: Приготовься, Томми. Я собираюсь почистить твои часы ".

Его лицо покраснело, глаза наполнились слезами. Следующие несколько мгновений он сидел, тяжело дыша, пытаясь обрести самообладание. "Почему они говорят о нем такие ужасные вещи? Разве недостаточно того, что он ушел, что ушел хороший человек?"

"Нет, это не так, и не будет, пока мы не узнаем почему. Это моя работа. Кто желал ему зла?"

"Я не знаю. Он мог быть жестким в бизнесе, но он никогда не был несправедливым. Он, конечно, наблюдал за соревнованиями и был человеком, склонным к соперничеству. Но он играл по правилам. Он верил в правила ".

"А в его личной жизни? Играл ли он по правилам?"

Широкое лицо снова покраснело, но от гнева. "Я не потерплю, чтобы ты намекал ..."

"Я ни на что не намекаю. Очевидно, вам что-то известно об обстоятельствах его смерти. Если вы знаете, кто имел доступ в его дом, в его спальню, мне нужно имя. Или имена."

Он наклонился вперед, свирепый, как лев. "Томми не стал бы изменять Аве. На ком угодно."

"Огромное количество людей заводят романы и занимаются сексуальной активностью вне брака. И очень многие из них не считают это изменой ". Она пожала плечами. "Просто секс, ничего не значит. Никто не пострадал ".

Его рот сжался, чистая насмешка. "Возможно, ты сможешь прожить свою жизнь по этим стандартам. Томми этого не сделал ".

"Тогда кто мог хотеть, чтобы я думал, что это сделал он?"

"Я не знаю . Если кто-то питал к нему такие жестокие чувства, если кто-то угрожал ему, он мне не сказал ".

"А он бы сделал?"

"Я надеюсь, что он бы это сделал".

"Насколько вам известно, он кого-нибудь уволил, дал кому-нибудь отпор?"

"Отвергая, ты говоришь о сексуальном предложении". Люси издала короткий смешок. "Я не могу представить, чтобы женщина так подходила к Томми. Но я полагаю...Он был подтянут, по-своему обаятелен, богат. Я полагаю. Но он также никогда не упоминал о таких вещах. Конечно, возможно, он не упомянул об этом, чтобы избавить другую сторону от смущения и не открывать дверь для поддразниваний. Я бы подразнила его, " призналась Люси, " безжалостно.

"Что касается увольнения, большинство увольнений будет зависеть от отдельных руководителей отделов и супервайзеров. Я не знаю ни о каких серьезных увольнениях, по крайней мере в последнее время. Бен бы лучше с этим справился ".

"Можете ли вы сказать мне, кто получает финансовую выгоду?"

"Я могу и я сделаю это, потому что дело было не в деньгах. То, что с ним сделали ... не могло быть связано с деньгами. И Ава, и Бен получат доли Томми в "Андерсе". Бену достанется большинство, как и Томми после смерти его собственного отца. Ава получит дом в Нью-Йорке, поместье в Хэмптоне и pied-& # 224;-terre в Париже, и все содержимое в нем, если специально не завещано другим. Бен унаследует яхту Томми, ряд его личных вещей - его коллекцию клюшек для гольфа, но один антикварный набор он оставил специально мне. Есть дом на побережье Южной Каролины, который перейдет к нему, и лондонский таунхаус. Они также разделят в равных долях его портфолио после того, как будут сделаны другие завещания ".

"Ты знаешь детали".

"Да, я знаю подробности. Я был свидетелем оформления документов, и он настоял, чтобы я сначала их прочитал. Если ты не читаешь, ты не подписываешь - это был Томми. Лейтенант, я навестил Аву и Бена в доме сегодня днем - после...Поверьте мне, они в глубоком трауре. Он был любим. Томми был любим ".

4

ЧТОБЫ УБЕДИТЬСЯ В ЭТОМ, ЕВА ПО дороге домой ЗАВЕРНУЛА К дому Андерсов. Движение, как и сказала Люси, было жестоким, но она не возражала. Остановки, старты, остановки дали ей время подумать. Раздраженный рев клаксонов, время от времени высовывающийся из окна кулак или средний палец, рычащие или отчаявшиеся лица коллег-водителей - все это напоминало ей, почему она любила Нью-Йорк, даже когда он был заморожен в суровых объятиях бесконечной зимы.

Операторы глиссеров, закутанные, как исследователи Арктики, работали в перчатках без пальцев над дымящимися грилями, и дым - если она достаточно приоткрывала окно, чтобы его уловить, - пах каштанами, соевыми сосисками и жиром.

Анимированные рекламные щиты, как и всю зиму, рекламировали тропический отдых, где полураздетые модели резвились в прибое, или семьи, такие яркие и счастливые, что Еве казалось, что они немного пугают, строили сложные замки на песке.

ВЫ ЭТО ЗАСЛУЖИЛИ!! это был боевой клич.

По мнению Евы, люди слишком часто не получали того, чего заслуживали.

Томас Андерс, конечно, не сделал этого после того, как в последний раз лег в постель, так что это была ее работа - убедиться, что он получил то, что заслужил сейчас. Правосудие. Возможно, он был образцом порядочности, о котором говорили его друг и семья, или тайным сексуальным извращенцем, изображавшим его стиль смерти. Скорее всего, он был чем-то средним. Где бы он ни приземлился на человеческой шкале, ему воздавалось по справедливости.

Она нашла место для парковки и проехала на нем полквартала через весь город до дома Андерсов. Поскольку ветер обжигал каждый дюйм обнаженной кожи, она задавалась вопросом, почему Пибоди так радовалась возможности принарядиться и снова выйти на улицу. Оказавшись дома, подумала Ева, никто не стал вырывать ее из тепла.

Снаружи она еще раз взглянула на систему безопасности. Она отметила ладонную пластину, нажатие клавиши, распознавание голоса, сканирование камеры по всему периметру. Основные стандарты для системы высокого класса. И код, вспомнила она, менялся каждые десять дней. Никаких признаков внешнего вмешательства.

Когда дверь открылась, Грета стояла с другой стороны. "Это после одного", - прокомментировала Ева.

Это заняло у Греты всего мгновение. "Да. Да, обычно это моя половина рабочего дня. Мистер Форрест спросил, не могу ли я договориться о том, чтобы остаться на вторую половину дня, возможно, на вечер. Я нужен миссис Андерс ".

"Я полагаю, она в деле".

"Так и есть. Она и мистер Форрест в семейной гостиной. Если бы вы могли подождать здесь, лейтенант, я дам им знать."

"Прекрасно. Грета, кто еще был здесь сегодня?"

"Много полицейских".

"Кроме".

"Мистер и миссис Эдмонд Люс. Мисс Плаудер и мисс Брайд-Уэст, обе подруги миссис Андерс, которые путешествовали с ней в Сент-Люсию. Естественно, они прервали свое путешествие, чтобы вернуться, быть здесь ради нее. Конечно, было много звонков с соболезнованиями, но мистер Бен-мистер Форрест и я отсеиваем их. Несколько репортеров пытались получить допуск или связаться с семьей. Их отослали прочь или им отказали".

"Хорошо, что напоследок. Ты должен продолжать это делать. Я буду ждать здесь ".

Грета прошла через просторную комнату из фойе, через арку. Оставшись одна, Ева посмотрела вверх по лестнице. Главная спальня и часть второго уровня будут опечатаны. Никто, кроме полицейского с хозяином, не мог войти в спальню или смежную комнату любым способом, пока Ева не очистит место происшествия. Она задавалась вопросом, почему вдова не решила остановиться у подруги или даже в анонимном гостиничном номере до этого времени.

Бен прошел через арку, направился к ней. Скорбь покрывала его, подумала Ева, как масло, которое могло испачкать любого, к кому он прикоснется. Ева подумала, что если у горя есть лицо, то его лицо соответствует всем требованиям.

"Лейтенант. Это необходимо? Ава ... у нее очень тяжелые времена из-за этого ".

"Я понимаю, что это сложно. Я боюсь, что полиция Нью-Йорка еще некоторое время будет входить в дом и выходить из него, и несколько помещений останутся оцепленными. Возможно, вы захотите попытаться убедить мисс Андерс остаться с друзьями на следующие несколько дней ".

"Я работаю над этим. Я думаю, она чувствует, что каким-то образом покидает его, если не остается здесь. Бриджит - подруга - предложила Аве свои гостевые апартаменты на тот срок, на который они ей понадобятся. Думаю, я почти убедил ее уйти. Они звонили из... морга. Они сказали нам, что мы пока не можем забрать его ".

"Это требует времени".

"Мы можем пойти туда и увидеть его. Я подумал, что если она готова к этому, то чем скорее мы это сделаем, тем лучше ".

"Возможно, ты прав".

"Я бы взял ее. Ей нужно...Нам обоим нужно..." Он замолчал, покачав головой. "Знаешь ли ты, можешь ли ты сказать мне, если знаешь..."

"Еще очень рано, мистер Форрест. Мы активно проводим все направления расследования ".

"Кажется, прошли дни. Я знаю, прошло всего несколько часов, но кажется, что прошли дни. Прости." Он потер пальцами измученные глаза. "Я искал тебя. Было что-то знакомое, но я не мог думать. Я просто не мог ясно мыслить этим утром. Но я искал тебя. Полицейский Рорка".

"Полиция Нью-Йорка считает меня своим копом".

"Я не имел в виду..."

"Все в порядке".

"Я хочу сказать, ты должен быть лучшим, что есть. Вы раскрыли дело Айкоув, и вы поймали того маньяка, который похищал и калечил тех женщин. Ты найдешь, кто сделал это с дядей Томми ". Теперь поездка с горем была мольбой. "Ты не сдашься".

"Я не сдаюсь". Ева смотрела мимо него, когда Ава вошла в комнату.

"Разве у нас не может быть нескольких часов? Неужели мы не можем побыть наедине? Люди, вам обязательно быть здесь?"

"Ава". Бен бросился к ней, принял на себя ее вес, когда она упала на него. "Полиция делает свою работу. Они нужны нам, чтобы делать свою работу ".

"Они сделали из него посмешище. Они превратили его смерть в шутку ".

"Нет". Бен повернул ее к себе, погладил по спине. "Ш-ш-ш, сейчас".

"Отвези меня к Бриджит, Бен. Забери меня отсюда. Я не могу этого вынести. Я не могу здесь оставаться ".

"Хорошо. Это то, что я сделаю." Он взглянул на Еву, которая указала на себя, затем наверх. Кивнув, он увел Аву прочь.

Хотя она предпочла бы пустой дом, Ева вернулась к входной двери. Она представила темноту, ее качество в странном синем сиянии огней безопасности. Эффективный убийца уже опечатал бы все: волосы, руки, обувь. Дополнительная защита, дополнительная звукоизоляция благодаря пинеткам поверх обуви. Никаких шансов оставить какой-либо отпечаток.

Прямо наверху, подумала она. Перейдем к делу - первоочередному делу, решила она, поднимаясь по лестнице. Никаких скрипов, отметила она, никаких поскрипываний. Прочная конструкция. Прямо в хозяйскую спальню, никаких обходных путей. Дверь была бы закрыта, как это было сейчас. Хотя и не запечатаны, подумала она, когда использовала своего мастера, чтобы расшифровать полицейскую печать.

Она повернула ручку, приоткрыла дверь. Опять же, это было беззвучно. Защитные экраны на окнах, вспомнила она, и тяжелые затемненные шторы поверх них. Томми любил спать в своей уютной пещере.

Кромешная тьма. Это было бы непроглядной тьмой. Даже кто-то, близко знающий комнату, не мог быть уверен, как жертва будет расположена в кровати. Огонька было бы достаточно, размышляла она. Просто тонкий луч, чтобы указать путь.

Поскольку она не хотела, чтобы ее беспокоили, она закрыла и заперла за собой дверь. "Зажги свет", - приказала она и потратила время на то, чтобы обставить комнату так, как это было бы для убийцы. "Выключи свет", - приказала она, отступив к двери, и, включив точечный светильник, воспользовалась им, чтобы подойти к кровати.

Сначала шприц. Вырубите его. Он пошевелился? Чувствуешь это быстрое легкое покалывание на коже? Сосчитайте до десяти - это не займет много времени - сосчитайте до десяти, медленно и размеренно.

О чем ты думаешь? она задумалась. Волнение, страх? Не ярость, не может быть яростью. Он уже выше тебя, ты позаботился об этом, так что это не ярость.

Сейчас же снова включите свет. Не нужно работать в темноте. "Зажечь свет, огонь", - приказала Ева.

Ты принес веревку, или у него она была припрятана?

Ты принес это. Должны быть уверены, нельзя облажаться сейчас. У вас должны быть все инструменты под рукой.

Он уже был обнажен, или ты раздел его? Если вы раздели его, куда вы положили одежду для сна. Трофей?

Сначала запястья. Ты чувствуешь его дыхание, его тяжелое, одурманенное дыхание на своей коже, когда связываешь ему запястья? Они безвольны, безжизненный груз. Он уже беспомощен, но тебе нужно подготовить почву. Сначала запястья.

Затем лодыжки.

Разложите игрушки.

Время для следующей дозы. Ты сильно хочешь его. Сдвиньте кольца на его члене. Что ты чувствуешь, лаская его, когда он беспомощен? Наслаждение или отвращение? Или ни то, ни другое. Это все просто следующий шаг сейчас?

Требуется время, вся эта показуха. Требуется время и усилия. Должны лечь в постель со смертью сейчас, чтобы закончить это.

Ева подтянулась, упершись коленом в кровать. Недостаточно рычагов воздействия, решила она, и карабкалась дальше, пока не опустилась на колени перед мысленным изображением Андерса, представила, как завязывает последнюю веревку, обматывая ее вокруг его шеи. Тяжелая голова. Закрепите второй конец веревки, и голова упадет вперед. Это практически делает всю работу за вас.

Она снова встала с кровати, разгладила любую депрессию. Изучай работу, размышляла она, просматривай свой контрольный список. Как он дышит? Это уже меняется? Его организм уже посылает тревожные сигналы, на которые его разум и тело не могут ответить?

Соберите фонарь, шприцы, уходите. Оставь дверь открытой.

В отличие от убийцы, Ева заперла и запечатала его. Когда она спустилась вниз, ее разум все еще блуждал рядом с убийцей, она увидела Грету, сидящую с напряженной спиной на стуле в фойе.

"Мистер Форрест спросил, останусь ли я, на случай, если тебе что-нибудь понадобится. Он отвез миссис Андерс в дом мисс Плаудер ".

"Нет, у меня есть все, что мне нужно. Ты должен пойти домой ".

"Да, я должна пойти домой". Она надела удобное пальто, перекинутое через руку.

"Грета, во что мистер Андерс ложился в постель?"

"Я прошу у вас прощения!"

"В его ящике была пижама. Ты курируешь стирку, верно?"

"Я - да, конечно. Мистер Андерс был одет в удобную пижаму. Свежая пара ежедневно, отшлифованная. Никакого крахмала".

"Сколько у него было пар?"

"По последним подсчетам, которые были в прошлый понедельник, у мистера Андерса было десять пар пижам из чистого хлопка".

"Десять пар. Мистер Андерс регулярно принимал снотворные средства?"

"Я бы не знал. Мне жаль. Я покупал их время от времени, когда занимался маркетингом, ходил по магазинам. Я не могу сказать, использовали ли их мистер или миссис Андерс, или это было обычное использование ".

"Хорошо. Вы были очень полезны ".

Грета натягивает на голову серую шляпу. "Быть полезным - это то, что я делаю".

Когда дверь за Гретой закрылась, Ева осталась там, где была, и позволила всему этому сгуститься вокруг нее. Тишина, ощущение пустоты. Повернувшись, она прошла через фойе, свернула в левый холл. Комнаты, подумала она, чем больше у кого-то денег, тем больше комнат ему нужно, чтобы хранить вещи, на которые он потратил свои деньги.

И чем больше денег, и больше комнат, и больше вещей, тем больше безопасности, чтобы кто-нибудь не пришел и не ограбил вас вслепую.

Комната охраны Андерса находилась рядом с кухней, еще одной запертой двери требовалась своя клавиатура или код. Ева использовала своего мастера, открыла его. Внутри были экраны для внутренней безопасности, а те для внешней. Теперь все бежали. Решив, что служба безопасности может позволить себе быстрое проникновение в дом полицейского, она проверила код, который дал ей ЭДД, и ввела его. Текущий диск для внешней передней части извлечен.

Она вставила его обратно, взглянула на пустой файл на диске.

Заряди их, подумала она. Учитывайте все непредвиденные обстоятельства. Выйди, запри комнату. Почему? Просто соблюдать порядок?

Она шагнула обратно к входной двери, бросила последний взгляд вокруг. Выйдя, она снова заперла, заново запечатала. Затем посмотрел на ее наручный прибор. Взяв тайм-аут для трехминутного разговора с Гретой, от входа до выхода, реконструкция заняла чуть меньше сорока минут. Если добавить время на то, чтобы снять с жертвы удобную пижаму, то это составит комфортные сорок пять минут.

Недостаточно времени, чтобы найти комнату охраны и обойти код, не в доме такого размера. Недостаточно, чтобы обыскать спальню. Убийца знал план. Не только там, где спал мастер, но и где найти диски безопасности.

Закрыла дверь комнаты охраны, подумала она, направляясь обратно к своей машине, но оставила дверь спальни открытой. Выключили свет, но оставили огонь гореть.

В своей машине она заказала разогрев в доменной печи, затем достала свою книгу, чтобы сделать несколько заметок, пока они были свежи в ее памяти. И всего через девяносто минут после окончания своей смены она влилась в пробку и направилась домой.

Это невероятное количество комнат, подумала она, проехав через большие железные ворота и свернув на подъездную дорожку. Никто и в подметки (что бы это ни значило) Рорку не ставил. Дом был потрясающим, он господствовал над небом и городом, окна пылали жаром, холодные звезды капали над головой. Пару лет назад она никогда бы не поверила, что сможет жить в таком ... впечатляющем месте, не говоря уже о том, чтобы жить там с комфортом.

Но она сделала. И остановилась перед этой огромной каменной красотой, оставив свою полицейскую машину у входа, где мажордом Рорка, Соммерсет, насмехался над этим, что считалось одной из любимых частей ее дня. В любой день.

Она выбралась из душной машины, пробежала трусцой по холодному воздуху и вошла в залитый светом и теплом дом.

Он был там, конечно. Скрывающиеся. Костлявый бинпол в черном костюме, который заправлял домом и слегка раздражал ее, как засыпанный песком камешек в ботинке.

"Лейтенант", - сказал он тоном, который царапнул по ее затылку, как гвозди по классной доске. "Ты, как обычно, опоздал".

"Ты уродлива, как обычно. Но я научился делать скидку ".

Пока она снимала пальто, толстый кот Галахад в последний раз погладил костлявую лодыжку Соммерсета, а затем подошел к Еве. Она набросила пальто на стойку перил, наклонилась, чтобы быстро почесать кошку между ушами. Выполнив свои обязанности, она направилась наверх, Галахад следовал за ней по пятам.

В спальне Рорк был раздет до брюк и держал в руках черный свитер. "Теперь есть время", - сказал он. "Может быть, мне не стоит беспокоиться об этом". Он помахал свитером. "И посмотри, как быстро я смогу вместо этого раздеть тебя наполовину".

Сузив глаза, она указала на него пальцем. "Как долго ты был дома?"

"Я бы подумал, минут десять".

"Посмотри на это! Смотрите!" Теперь она указала пальцем обеих рук. "Почему я опаздываю, судя по Его костлявости, но ты всего на несколько минут опережаешь меня, и не позволяй над собой насмехаться".

"Откуда ты знаешь, что надо мной не насмехались?"

"Потому что я знаю. Были ли вы?"

"Я не был, нет. Но потом мне отправили домой сообщение, что я немного опоздаю ".

Она шмыгнула носом. "Подлизываются".

Он улыбнулся. "Подойди сюда и скажи это".

"Я не прыгаю на тебя сейчас. Мне нужно упорядочить заметки ". Она сняла с себя оружейный ремень, повесила его на спинку стула. "МЕДИА-дерьмо попало в общественный резонанс из-за того, как умер Андерс. Мне нужно попытаться заткнуть кое-какие дыры ".

"Я сам сделал заявление".

"Ты что? Заявление? Что? Почему? Почему ты не рассказал мне об этом раньше ..."

"Я знал этого человека, и штаб-квартира его корпорации находится в моем здании. Я знаю, как сделать заявление, Ева. У меня был некоторый опыт в этом процессе до того, как я встретил тебя ".

"Верно. Верно." Она потерла точку между бровями. "Это просто. Все это дурно пахнет".

"Из?"

"Перебор. Я должен..." Она покрутила пальцем в воздухе. "Пока что-то не встанет для меня на свои места".

"Ты можешь", - он повторил ее жест, - "со мной. Я полагаю, ты сможешь подскочить ко мне позже, а пока мы можем поужинать за твоим столом ".

"Я мог бы использовать ухо". Она изучала его, пока он натягивал свитер. Это был своего рода позор, что он нуждался в ней. "Предполагается, что мы встречаемся?"

"Встречаться с чем?"

"Друг с другом".

Он послал ей взгляд, в котором сочетались веселье, очарование и замешательство. Она задавалась вопросом, как ему это удалось. "Например, я провожу тебя куда-нибудь, есть какая-то форма активности, затем я высаживаю тебя у двери с долгим, полным надежды поцелуем на ночь?"

"Нет". Она нахмурилась. "Мы все равно никогда этого не делали".

"Я знал, что что-то забыл". Он провел пальцем по ямочке на ее подбородке. "Должен ли я пригласить тебя на свидание, дорогая Ева?"

"Послушай, я просто задумался об этом, вот и все. Пибоди затеяла всю эту историю о том, не могла бы она уделить час личному общению, чтобы привести себя в порядок, потому что у нее с Макнабом была договоренность о ночном свидании, чтобы они не потеряли самообладание ".

"Это очень мило. Тебе интересно, не осталось ли у нас сока?" Он взял ее руку, поднес к своим губам.

"Нет". Почему такой нарочито романтический жест вызвал покалывание прямо у нее на руке, она не знала. "Я просто подумал, что это то, что ты должен делать, когда какое-то время состоишь в браке. И ты проводишь много вечеров с работой ".

"Нам нравится работать, не так ли?"

"Да, мы знаем". Она приблизилась, схватила его за волосы своими кулаками и притянула его рот к своему. Она добавила немного тепла - это было наименьшее, что она могла сделать, - и почувствовала покалывание, поднявшееся по руке стрелой к животу. Она закончила поцелуй быстрым, легким укусом.

"В запасе много сока", - решила она. Она на мгновение положила ладони на его щеки, затем отступила. "И я всегда ненавидел свидания".

К вернулась за свой стол, распила бутылку вина, и успокаивающая вкусность домашнего пирога с курицей в горшочке показалась ей почти идеальной. Соммерсет мог быть занозой в ее заднице, но этот мужчина умел готовить.

Пока они ели, она прокручивала в голове факты и впечатления и проигрывала их для Рорка.

"Итак, с одной стороны, у вас есть парень, который, похоже, издевается над своей женой, с которой прожил почти шестнадцать лет, любит эксцессы, и когда что-то идет не так, партнер-эксцесс убегает. Но это подделка ".

"Потому что он был накачан наркотиками".

"Это важный момент, но это не все. Несчастный случай, даже если убийцей был нанят секс, была бы какая-то попытка оживить. По крайней мере, ты убираешь веревку. Тогда есть пижама ".

"Есть?"

"Грета, которая кажется мне такой же пугающе эффективной, как нацист внизу, утверждает, что жертва была в пижаме. И было десять пар. Счет идет на девять. Где пара номер десять? Я должен предположить, что убийца забрал их, либо в качестве трофея, либо чтобы избавиться от них подальше от места преступления. Если он ожидает компанию, он либо надевает их, чтобы компания могла его раздеть, либо оставляет их сложенными в ящике, где лежали остальные девять пар. Если они на нем, и это был несчастный случай, зачем хватать их, когда убегаешь? Не следует."

"Возможно, убийца беспокоился, что на них есть ДНК или другие улики судебной экспертизы".

"Чистильщики больше нигде в комнате ничего не нашли. Не следует. Убийца был запечатан. Пришлось запечатать. Единственные отпечатки в комнате принадлежали Андерсу, его жене и экономке. Несколько выбившихся волосков в постели были все его. "

"Оставляя это на мгновение в стороне, и учитывая, что это маловероятно, учитывая то, что я знаю об Андерсе, есть некоторые, кого заводит мысль об изнасиловании. Некоторые, кому может понравиться идея, что их забирают, принуждают, пока они без сознания. Абсолютный сабмиссив ".

"Люди больны по-разному", - прокомментировала Ева. "Но даже если бы он был болен таким образом, стал бы кто-нибудь в здравом уме вступать в такого рода связь без полного доверия к партнеру? И с таким доверием партнер оставил бы его задыхаться до смерти? Он был еще жив, когда система безопасности снова загрузилась. Я этого не вижу. Но с другой стороны..."

Она сделала паузу, чтобы зачерпнуть еще пирога. "Другая сторона - преднамеренное убийство. Кто-то, кто был в доме или имел доступ к установке. Убийца знал, где спит Андерс, где находится комната охраны, знал, как обойти охрану. Я рассчитал время, и там не было места для поисков ".

Она провела Рорка через это, шаг за шагом, как делала сама. "Это холодно, мстительно, уродливо - ты не просто хочешь его смерти, ты хочешь испортить его после того, как он умрет. Но чего-то в этом не хватает. Где трамплин? Вы настолько мстительны, что должен быть гнев или ненависть. Если вы достаточно контролируете себя, чтобы наказать их, почему вы недостаточно контролируете себя, чтобы разобраться с деталями? Изрядная доза колкостей - это отменяется. Ты хочешь унизить его, но тебе нечего ему сказать. Вы одни в доме - легкого транквилизатора было бы достаточно, дать вам достаточно, чтобы он успокоился. Ты не хочешь, чтобы он услышал, почему - тебе нечего сказать, ты не хочешь, чтобы он знал?

"Итак, это третья рука. Притворство. Убийцу не волновало, развалится ли сцена после занавеса. Убийце нечего было сказать Андерсу. Но здесь чего-то не хватает. Зачем устраивать шоу, если вы не можете раскланиваться с захваченной аудиторией? Что вы получаете? В чем, черт возьми, смысл?"

"Он мертв. Какова бы ни была показуха, миссия выполнена ".

"Да". Она кивнула, указывая вилкой. "И что у меня есть? Преданный племянник, любящая жена, верные друзья, умелая экономка. Кто-то что-то скрывает. Этот кто-то знал, что он будет один в доме той ночью. Должен был быть уверен в этом. Итак ... Я копаю глубже в финансовые отчеты - посмотреть, платил ли за это Андерс, или я могу найти, что он оплатил подписку на Bondage Weekly.Посмотрите, были ли у жены, племянника какие-либо денежные затруднения. Азартные игры, нелегалы. Ставки на спорт - это круто", - размышляла она. "Возможно, Бен увяз слишком глубоко".

"Это будет не Бен".

"Не похоже на Бена. Это не значит, что это не будет связано с Беном ". Не сводя с него глаз, она допила вино. "Ты хочешь зарегистрироваться, эксперт-консультант, гражданское лицо, и покопаться в каких-нибудь банковских счетах?"

"Я живу ради этих моментов".

"Возьми жену. Я заберу Бена. Тогда, может быть, мы разделим Андерса ".

"Задания, всегда захватывающие. У меня есть один для тебя. Займитесь посудой. Я принесу кофе".

С этим было трудно спорить, особенно с тех пор, как ему пришла в голову идея с пирогом в горшочке. Она собрала посуду, сложила ее в маленькую стиральную машину на кухне своего офиса, затем повернулась и обнаружила, что он изучает ее.

"Что?"

"Ужасно по-домашнему, не так ли? Мгновение. Мытье посуды, приготовление кофе, мы вдвоем на кухне после еды ".

Ева посмотрела вниз, туда, где Галахад обнюхивал свою миску, очевидно, надеясь на секунды. "Это были бы мы трое".

"Ах да. Наша маленькая семья". Протянув руку, он коснулся кончиков ее растрепанных волос. "Приятный устоявшийся момент между делами дня и головоломкой вечера. Мне приходит в голову, что это те моменты, ради которых я живу ".

Ее сердце просто растаяло. "Я всегда удивляюсь, почему тебе их достаточно".

Он прикоснулся губами к ее губам, мягким, сладким. "Ты не должен".

Кот протиснулся между ними, вскинул лапу в воздух и начал мыть свой зад. Рассмеявшись, Рорк покачал головой. "И так заканчивается момент. Ваш кофе, лейтенант, " сказал он и протянул ей кружку.

Она сидела за своим столом и ждала, чтобы успокоиться, когда Рорк вошел в свой соседний кабинет. То, что он любил ее, оставалось изумлением, ее личным чудом. Любил ее из-за или вопреки всему. Во всем мире, со всеми его страданиями, после всей боли, они нашли друг друга. Он был прав, конечно. Этого было более чем достаточно.

"Компьютер", - начала она и заказала следующий уровень в поиске финансовых данных Андерса.

Богатые были сложными, подумала Ева, со всеми их многочисленными карманами, в которые они прятали свою добычу. Акции, облигации, трасты, с отсрочкой уплаты налогов, безналоговые, ликвидные деньги, фьючерсы. Долгосрочные, краткосрочные. Подмножества, роды войск и подразделения.

Но под всем этим, каким-то образом, даже богатые оплачивали счета и покупали туалетную бумагу.

Она скребла и копала, ища что-нибудь, что могло бы связать ее жертву с любовником или лицензированными компаньонами, проводя вторичный поиск лекарств и / или сексуальных вспомогательных средств.

"Ева".

"Что?" Она отвела взгляд от данных, заполнявших ее настенный экран. "Я едва начал. Вы не могли уже что-то найти. Это неестественно ".

"У меня есть, и я не думаю, что тебе это понравится".

"Что?"

"В финансовых отчетах Авы Андерс. Есть регулярные выплаты раз в два месяца, возвращающиеся в течение восемнадцати месяцев."

"За что?" Ее глаза сузились. "Кому?"

"Чарльзу Монро".

"Чарльз". Когда он обрушился на нее с левого поля, Ева провела рукой по волосам. "Сукин сын". В этом и была проблема, подумала она, в этом была чертова проблема с приобретением друзей. Оно вернулось и укусило тебя в задницу. "Ей дважды в месяц прокалывает трубки лицензированный компаньон?"

"Можно было бы предположить, что она не платила за партнера по бриджу".

"И это, черт возьми, просто обязан быть Чарльз". Она откинулась на спинку стула, давая ему закипеть. "Почему женщине, которая утверждает, что любит своего мужа, нужно обманывать LC каждые две недели или быть обманутой LC?"

"Ты не настолько наивен. Ты знаешь, что для этого есть бесконечные причины ".

"Может быть, может быть, но меня интересуют только ее причины". Она поднялась, думая, что ее вот-вот все-таки вытащат из тепла. "Так что я пойду спрошу его, кто они".

"Сейчас? Ева, уже больше десяти."

"У LC гибкий график".

"И он, очень вероятно, будет на свидании с клиентом".

"Или в одной из них".

"Если ты сначала свяжешься с ним ..."

"У него было бы время подготовиться. Я хочу застать его врасплох ".

И она была права. "Я поведу".

5

"ЕСЛИ ОН ВНУТРИ, ТО НЕ С КЛИЕНТОМ, А С Луизой?" Рорк вошел в лифт в элегантном вестибюле многоквартирного дома Чарльза.

Ева пожала плечами. "Не то чтобы она не знала, чем он зарабатывает на жизнь". Хотя у нее не было никаких проблем с тем, чтобы увидеть, как умный, преданный своему делу доктор Диматто влюбился в Чарльза, а он в нее, она не могла до конца понять, почему Луиза так легко приняла его работу.

"Почему это ее не беспокоит? Серьезно, это не так. Она не притворяется. У нее серьезные отношения с парнем, который зарабатывает на жизнь сексом с другими женщинами, и для нее это не имеет значения ".

"Я вышла замуж за полицейского". Рорк улыбнулся ей. "У всех нас есть свои уровни принятия. Он был LC, когда они встретились, точно так же, как она была врачом, и тем, кто часто работает в опасных районах города ".

Она послала ему ту же легкую улыбку. "Итак ... если бы я был LC, когда мы встретились, у тебя не было бы никаких проблем с тем, что я трахаюсь с другими парнями. Профессионально".

"Вообще никаких, так как я бы надрал тебе задницу и убил их всех. Но это всего лишь мой уровень принятия ".

"Да". Довольная, она ткнула пальцем ему в грудь. "Это имеет смысл для меня".

"Вот почему мы подходим друг другу, дорогая Ева, и ни один из нас с Чарльзом или Луизой. Если Луиза здесь, " добавил он, когда двери открылись, - не хотите ли, я отведу ее куда-нибудь ненадолго?"

"Давайте посмотрим, как это сработает".

"И если он с клиенткой - а я полагаю, что он принимает только женщин - я был бы счастлив нанять ее в другом месте, пока ты работаешь".

"Конечно, без проблем. Вспоминая те уровни принятия, насколько мы подходим друг другу и как сильно тебе нравится, когда твои яйца поднимаются к горлу ".

Он положил руку ей на талию, чтобы обнять сбоку. "У нас с тобой настоящая любовь, не так ли?"

"Сердечки и цветы, каждый день". Она нажала кнопку звонка на двери квартиры Чарльза. Менее чем через минуту она увидела, как мигнул индикатор безопасности, и перевела взгляд на камеру. Свет стал зеленым; дверь открылась.

"Это приятный сюрприз. Рорк. Лейтенант Шугар."

Он отступил назад, приветствуя. Чарльз Монро был красавцем кинозвезды, с отблеском городского лоска даже в повседневных домашних свободных брюках и свитере. Его квартира с яркими цветами, смелым искусством, глубокими подушками отражала его непринужденную утонченность и любовь к комфорту. Музыка, которая, как подумала Ева, могла быть винтажным джазом, струилась в воздухе.

"Что я могу тебе предложить? Немного вина? Или как насчет ирландского кофе?" Говоря это, он обвел взглядом комнату, как будто проверяя, не упустил ли чего-нибудь. "Видит Бог, там достаточно холодно".

"У нас все хорошо. Ты один, Чарльз?"

"Да. Луиза сегодня вечером совершает пробежку с медицинским фургоном. При таких темпах уличным людям приходится тяжелее, чем обычно ".

"Сегодня вечером нет клиента?"

Что-то появлялось и исчезало в его глазах, но его улыбка оставалась непринужденной. "Вообще-то, у меня была отмена. Поэтому особенно приятно видеть друзей. Присаживайтесь".

"Это дело полиции, Чарльз".

"У меня возникло подозрение".

"О вашей клиентке, Аве Андерс".

"С ней все в порядке?" Беспокойство и нотки тревоги звучали в его голосе. "Она не..."

"Нет, но ее муж есть". Ева наклонила голову. "Это было во всех средствах массовой информации с сегодняшнего утра. Ты не слышал?"

"Нет". Он на мгновение закрыл глаза. "Нет, я этого не делал. Я был занят сегодня, и у меня были ... мысли о другом. Я не включал экран и не просматривал никаких отчетов. Томас Андерс мертв? Убит с тех пор, как ты здесь. Ты, конечно, не думаешь, что Ава несет ответственность."

"Давайте вернемся назад. Ава Андерс - моя клиентка ".

"Это она тебе сказала?"

"Ее финансовые отчеты помогли".

"Тогда, поскольку у вас уже есть информация, да, она клиент".

"А услуги, которые вы ей оказываете?"

"Даллас, ты знаешь, что я не могу. Вы знаете, что между мной и клиентом должна быть конфиденциальность. Я не могу обсуждать соглашение без ее согласия. Присядьте, пожалуйста." Он сказал это устало. "Я собираюсь выпить. Ты чего-нибудь хочешь?"

"У нас все хорошо, Чарльз". Рорк подтолкнул Еву к стулу, в то время как Чарльз подошел к элегантному бару с напитками.

"Как он был убит?"

"В постели, в том, что выглядит как сексуальное рабство и эротический несчастный случай с удушением".

"О Боже". Чарльз бросил лед в небольшой стакан, налил в него виски. "Ава..."

"Там не было", - закончила Ева и подождала, пока он сделает первый глоток. "Кажется, вас это не удивляет - способ смерти, то, что его жены там не было. Может быть, это потому, что ей не нравился этот перегиб, или она была слишком хороша в этом, чтобы все испортить? "

"Ты захочешь спросить ее об этом. Ты ставишь меня в затруднительное положение, Даллас."

"В скольких ты уложил Аву?"

Он рассмеялся, быстро и весело, и напряжение с его лица исчезло. "Тебе тоже придется спросить ее об этом".

"Как насчет этого? Как она стала нашей клиенткой?"

"Направление". С виски он пересек комнату и скользнул в кресло. "И нет, я не собираюсь говорить тебе, кто. Не без согласия. Даллас, моя репутация и порядочность зависят от согласия и доверия ".

Ева откинулась назад, обсуждая разные точки зрения. "Возможно, ты был бы экспертом по отношениям". Когда он снова засмеялся и покачал головой, она подняла руки. "Что? Ты торгуешь отношениями. Ты однажды сказал мне, что клиент платит не только за секс, но и за отношения ".

"Достаточно верно". И напряжение вернулось на его лицо. "Да, это достаточно верно".

"Чарльз, это не мое дело", - прервал его Рорк, "но как друг я спрошу, все ли в порядке между тобой и Луизой?"

Чарльз посмотрел на Рорка. "Да, спасибо. Между мной и Луизой все очень хорошо ".

"Теперь, когда мы прояснили это," сказала Ева, "давайте попробуем это таким образом. Гипотетически, зачем женщине в долгосрочном, якобы счастливом браке прибегать к услугам лицензированного компаньона? И ищите их на регулярной основе ".

"Гипотетически". Чарльз кивнул. "Возможно, у женщины есть потребности, желания, даже фантазии, которые не могут быть удовлетворены в браке".

"Почему?"

Теперь он выдохнул. "Возможно, женщине неудобно искать эти потребности и так далее у своего супруга, или супругу неудобно или он не в состоянии их удовлетворить. Возможно, удовлетворяя эти потребности с профессионалом, безопасно и конфиденциально, партнеры по браку чувствуют себя более довольными. Не каждый брак, каким бы успешным он ни был, дает обоим партнерам полное эмоциональное или сексуальное удовлетворение ".

"И что, они остаются вместе, чтобы поболтать за ужином?"

"Это может быть так просто, но обычно это значительно сложнее. Дело в том, что секс, особенно определенный тип секса, - это только одна часть отношений. Я не могу сообщить тебе подробности, Даллас. Не без согласия Авы. Если вы поняли, я буду рад поговорить с вами снова ".

"Хорошо". Этого должно было хватить. "Не связывайся с ней, Чарльз. Если она попытается связаться с тобой, я был бы признателен, если бы ты уклонялся, пока я не поговорю с ней об этом ".

"Хорошо. Я могу это сделать ".

"Достаточно хорошо". Ева поднялась. "Я буду на связи. Привет Луизе и все такое."

"Я скажу ей". Он встал, наклонился, чтобы поцеловать Еву в щеку.

Я этого не понимаю. Я этого не понимаю". Ева хмурилась через лобовое стекло, пока Рорк ехал домой. "Я знаю, что он прав, я знаю, что это правда, но я не понимаю этого".

"Что именно это могло бы быть?"

"Как ты можешь заниматься сексом вне брака, и это просто здорово со всеми, кто в этом участвует? Зачем беспокоиться о браке?"

"Финансы, дружеские отношения, привычки, безопасность, статус".

"Чушь, чушь, чушь".

"Вам действительно следует научиться формировать более определенные мнения".

"И еще одна вещь, что она не может получать все свои радости от брака? Ладно, верно - я слышу это все время, особенно после того, как он убивает ее или наоборот, но что за дерьмо ". Явное раздражение заставило ее резко опуститься на свое место. "Если у тебя не было сексуального кайфа, тебе не следовало связываться".

"Иногда жужжание меняет частоту для одного из партнеров".

"Хорошо. Хорошо. Скажи, что я хочу сменить частоту. Я решаю, что хочу, чтобы ты сосала свой большой палец и называла меня мамочкой, пока я буду ласкать твою милую задницу ". Она перевела взгляд на его профиль. "Что ты скажешь?"

"Я бы, вероятно, предложил разумный компромисс, например, я хотел бы пососать что-нибудь еще, предпочтительно что-нибудь, связанное с тобой, и я буду называть тебя так, как тебе нравится. Если необходимо прибегнуть к порке, нам просто придется делать это по очереди ".

"Смотри". Она ткнула его в плечо. "Это работает для меня".

"Я искренне надеюсь, что нет, но мы можем посмотреть".

"Нет". Она фыркнула от смеха. "Я имею в виду, меня устраивает, что ты бы сказал "давай немного изменим", если бы я придумал что-то странное".

"Помни об этом, когда в следующий раз я захочу связать тебя твоим собственным нижним бельем и намазать твое обнаженное тело малиновым соусом".

Она снова перевела взгляд на него. "Это было в первый раз?"

"Могло быть".

Этот человек, размышляла она, продолжал удивлять ее. "Вернемся к сути. Я не вижу, чтобы брак оставался прочным, если один или оба партнера вступают в интимные отношения в другом месте. Не говоря уже о профессии, отношения между LC и клиентом интимны ". Она размышляла, пока Рорк проезжал через ворота. "Может быть, например, ты замужем за этим парнем, все холодно, а потом он оказывается геем, как пасхальная корзинка. У тебя проблема. Может быть, ты терпишь из-за тех причин, которые ты назвал - деньги, привычка, что угодно. И, может быть, вы идете к профессионалу, чтобы отделаться. Но это брак или просто договоренность?"

"Есть ли любовь? Ваш взгляд на это узок. Так вы устроены ".

Для нее это не казалось ограниченным. Это казалось правильным. "Брак - это обещание. Это один из способов, которыми ты уговорил меня на это. Если ты нарушишь одну часть обещания, это приведет к нарушению других частей ".

"Даже если обе стороны согласятся?"

"Я не знаю". Она вышла из машины. "Но мне интересно услышать, как Ава Андерс объясняет это".

Я заметил, что они вместе начали подниматься по лестнице. "Мне кажется, - сказал Рорк, " что если бы она хотела скрыть платежи Чарльзу, она бы заплатила наличными. И, говоря о Чарльзе, не казался ли он сегодня рассеянным? Даже до того, как он понял, почему мы были там?"

"Да, что-то. Может быть, какие-то проблемы в раю, хотя он сказал, что все было в порядке ".

"Это было бы жаль. Они очень хорошо работают вместе ".

Когда она начала поворачиваться к своему офису, он взял ее за руку и потянул в противоположном направлении. "Что? У меня есть работа ".

"У нас обоих всегда есть работа. Сейчас почти полночь, и у тебя был очень длинный день ".

"Я просто хочу..."

"Я тоже. Я подумываю заказать немного малинового соуса ".

"Забавный парень. Ты забавный парень. Послушай, я просто хочу еще час, чтобы...

"У меня другие планы на твой следующий час". Изменив положение, он начал оттеснять ее в спальню. "Вот этот компромисс. Это... модификация". Он нажал кнопку на оружейной сбруе, которую она снова пристегнула, чтобы выйти.

"Может быть, я не в настроении".

"Тогда..." Он провел пальцем по ее горлу, расстегнул первую пуговицу ее рубашки. "Я полагаю, тебе будет скучно. Огонь горит". Он нажал следующую кнопку, когда в камине вспыхнуло пламя. "Выключите свет".

Он продолжал подталкивать ее к платформе и кровати размером с озеро, которая на ней стояла, наблюдая за ее глазами, когда ее ремни безопасности, а затем и рубашка упали на пол. "Шаг вперед", - предупредил он, когда они достигли платформы. "И еще". Затем он слегка толкнул ее, так что она упала обратно на кровать.

"Думаю, я просто буду лежать здесь и принимать это".

"Ты сделаешь это". Он поднял ее ногу, стянул с нее ботинок.

"Не принимай близко к сердцу, если я задремлю".

"Конечно, нет". Он отбросил второй ботинок в сторону. Он провел руками вверх по ее ногам, улыбаясь ее дрожи, когда они погладили ее центр по пути к крючку на брюках. Он провел ими вниз по ее ногам, позволил им упасть.

Ева изобразила зевок, прикрыв рот рукой. "Прости".

Он приподнял бровь. В мире не было другой женщины, подумал он, которая могла бы позабавить, бросить вызов и возбудить его так, как это делала она. Он стянул с себя свитер, отбросил его в сторону, затем сел на край кровати, чтобы снять собственные ботинки. Позади него она издавала преувеличенные фыркающие звуки, пока он не ущипнул ее.

"О, извините. Я храпел?"

Он встал, расстегнул брюки, переступил через них. "Иди обратно спать", - сказал он, скользнув на кровать, прижавшись к ней. "Это не займет много времени".

Она начала смеяться, и звук оборвался, когда он сомкнул зубы на ее груди через тонкую майку, которую она носила. "Тогда ладно". Она прочистила хриплое горло. "Думаю, я могу уделить тебе несколько минут".

"Что ж, теперь я ценю это." Он поймал ее сосок, изысканно контролируя, в то время как провел кончиком пальца по внутренней стороне ее бедра, провел по краю простого хлопка.

Он услышал, как у нее перехватило дыхание, и почувствовал, как напряглись ее мышцы, затем тихий стон, когда он скользнул прямо под хлопок. Скользя навстречу теплу и снова прочь, дразня, в то время как ее сердце пустилось в галоп под его безжалостным ртом. Вся эта сила, весь этот ум, вся эта воля растворились в нужде под ним.

Его рот нашел ее, захватил, пока он гладил ее вверх, все выше, до самого трепещущего края.

Затем он скатился. "Что ж, этого должно хватить".

Ее тело почти кричало в отрицании.

Она приподнялась, оседлала его. Он был тверд как железо, и его великолепное лицо излучало юмор. "Забавный парень", - снова сказала она. Скрестив руки, она подняла и сняла баллон, затем согнула оба указательных пальца. "Руки вверх, приятель".

"Хорошо, если ты настаиваешь".

Он обхватил ее груди, провел большими пальцами по соскам. Она положила руки по обе стороны от его головы и, наклонившись, впилась в его рот. Вкус его. Ей нравился его вкус, но она никогда не насытится им. То, как его губы подходят к ее губам, скольжение его языка. Она могла часами, днями любоваться только его ртом, волшебством, которое она находила в нем.

Ее дыхание участилось, кожа уже горела, она отвернулась и плюхнулась на спину. "Этого должно хватить".

Они мгновение лежали там, где были, затем, повернув головы, улыбнулись друг другу. И нырнул.

Она смеялась и стонала, она задыхалась и хихикала. Чистое веселье и глупость добавили смелых, ярких красок к более глубоким тонам желания. Его руки были быстрыми; ее рот жадным. Вместе они безрассудно двигались по большой кровати, под холодными звездами, мерцающими в небесном окне.

Он переехал ее, и ее крик был полон радостного удовольствия. Это, подумал он, это, единство, это приключение, всегда будет радовать его. Поддержите его. Даже когда он был внутри нее, когда потребность переполняла их обоих, абсолютная радость от того, что они нашли, чего добились, пронеслась через него. Она была счастьем, которое он искал всю свою жизнь.

Ее глаза, позолоченные светом камина, остановились на нем; ее губы изогнулись. Когда они вместе перепрыгнули через этот сияющий край, его сердце просто воспарило.

Обмякшая под ним, с все еще бьющимся сердцем, она вздохнула. "Так вот, это, - сказала она, - определенно должно сработать".

I утром она выпила кофе, чтобы заставить свой мозг справиться с основной рутиной одевания. Рорк, уже одетый, насторожившийся - по своей раздражающей привычке - просматривал биржевые сводки, пока пил кофе в гостиной спальни.

"Сегодня теплее, если тебе интересно".

Она говорила из глубины шкафа. "Теплее, чем что?"

"Чем сосок ведьмы".

Учитывая это, она застегнула простую белую рубашку. "Сегодня утром я собираюсь здесь поработать, попроси Пибоди встретить меня. Отсюда легче добраться до адреса, по которому остановилась Ава. Вы знаете некую Бриджит Плаудер?"

"Светская львица, замужем за Питером Плаудером-архитектором. Ее семья строит - мосты и туннели в особенности. Она уважаемая филантропическая фигура. Вкладывает свои деньги туда, где ее дело. Это то место, где остановилась вдова?"

"Да". Ева вышла, села, чтобы надеть ботинки. Затем сузила глаза под долгим взглядом Рорка. "Что? Это куртка. Это просто чертова куртка. Меня не волнует, подойдет ли это к штанам ".

"Тогда жаль, поскольку все идет очень хорошо. Я думал о том, как стильно и профессионально ты выглядишь, что, вероятно, является счастливой случайностью. Но тем не менее."

"Стильно профессионально". Она шмыгнула носом, наклонилась, чтобы стащить дольку дыни с его тарелки. "Я должен заставить свою стильную профессиональную задницу работать".

"Ешь".

"Я возьму бублик или что-нибудь в моем офисе. Мне нужно проверить эти финансовые документы, поскольку прошлой ночью кто-то вмешался в дела полиции ".

"Меня следует арестовать".

"Приятель, это само собой разумеется". Она наклонилась, чтобы поцеловать его. "Позже. О, чуть не забыл. Сегодня вечером Пибоди выступает сейчас ".

"Это она? Она, должно быть..." Он подумал о Пибоди. "В ужасе".

"Да. Она переживет это ".

В своем офисе она занималась финансовыми вопросами. Она вспомнила о бублике, затем снова забыла о нем. Когда она услышала топот зимних ботинок Пибоди, она потерла свои и без того затуманенные глаза.

"Ты становишься здесь главным".

Пибоди остановилась, моргнула. "Захватить власть где?"

"Эти вонючие финансовые отчеты. Дай им еще пятнадцать минут, затем мы заберем Аву."

"Хорошо". Пибоди повесила сумку на спинку кресла Евы для сна.

"Что это?"

"Это наряд. На сегодняшний вечер. На случай, если я пролью что-нибудь на то, что на мне надето, или на случай, если то, что на мне надето, глупо. Макнабу понравилось, но половину времени он носит дневной костюм." Пибоди сняла верхнюю одежду, обнажив рубиново-красный костюм с маленькими серебряными пуговицами спереди. "Что ты думаешь? Это выглядит правильно?"

"Почему ты спрашиваешь меня?"

"Я не знаю. Я действительно не знаю." Нервничая, Пибоди пригладила волосы. "И у меня намечается дурацкий день причесок. Они исправляют это, верно? Они исправляют такого рода вещи. Надин наняла Трину сделать прическу и макияж, так что ..." Пибоди замолчала, поджав губы. "Ты сегодня прекрасно выглядишь и все такое. Серьезно встал ".

Ева покачала головой. Серые брюки, белая рубашка, темно-синяя куртка поверх кобури с оружием. В чем заключалась сделка ? "Если мы закончили нашу консультацию по моде, может быть, вы могли бы уделить минутку для чертовых финансовых отчетов".

"Хорошо. Что вы думаете о серьгах?"

Ева бросила мимолетный взгляд на серебряные капли. "О том, что ты их носишь, или о том, что я срываю их и засовываю тебе в нос?"

"Хорошо", - снова сказала Пибоди и поспешила положить это на стол.

"Компьютер ничего не выдал из стандартного поиска", - сказала ей Ева. "Еще один снимок, затем я думаю передать его Рорку. Он вытащил кое-что прямо у вдовы примерно за десять минут прошлой ночью."

"У него есть сноровка".

"Он вытащил Чарльза".

Голова Пибоди дернулась вверх. "Наш Чарльз?"

"В некотором роде. Ава была постоянным клиентом нашего любимого LCs раз в два месяца в течение полутора лет ".

"Черт. Нам придется взять у него интервью ".

"Мы ходили туда прошлой ночью. Он, как и ожидалось, скромен в деталях. Нам нужна Ава, чтобы оправдать его за это. Но он сказал мне, что она была рефералом."

"Если она дурачилась с профессионалом, это может перейти к мотиву".

"Возможно. Загвоздка в том, что она не скрывала этого, по крайней мере, не очень хорошо. Были прямые платежи с ее личного дебетового счета. Никакого прикрытия ".

Размышляя, Пибоди поиграла с одним из коротких шнурков у своего уха. "Итак, она и не думает скрывать платежи. Муж узнает, они ходят вокруг да около по этому поводу. Ссора, развод под угрозой. И она убивает его, сексуальный подтекст".

"Ее не было в стране".

"Верно. Наемный убийца?"

"Слишком тщательно продумано". Просто слишком чертовски вычурно, подумала Ева. "Если только все не закончится именно так, и она не наняла кого-то, кто подгоняет убийство под требования клиента".

"Фантазия поражает нас".

"Есть способ зарабатывать деньги, люди находят его. Я собираюсь просмотреть ее финансовые отчеты и попросить Рорка их проверить. Но пока там тоже ничего не всплыло. Никаких подозрительных изъятий, никаких платежей, которые не соответствуют действительности ". Она ходила взад и вперед. "Симпатичная женщина. У нее есть стиль, сила. Такие, которые могли бы уговорить любовника, если он достаточно глуп, сделать за нее грязную работу."

"Но тогда, если у нее был любовник, " указала Пибоди, " почему она платит Чарльзу по пять тысяч дважды в месяц?"

"Точно, так что..." Ева обернулась. "Откуда ты знаешь, что Чарльз называет взрывом?"

"Ах". Пибоди поправила волосы, потянула за серебряные пуговицы на пиджаке. "Может быть, из любопытства я посмотрела его расценки, когда мы вроде как встречались".

"Ага. Что ж, я могу согласиться, что если женщина становится странной бесплатно, она вряд ли будет платить десять тысяч в месяц за пару острых ощущений. Посмотри, что ты сможешь найти ".

Снова отойдя, Ева вытащила свою ссылку, чтобы назначить встречу с Мирой и приостановить доступ в комнату для допросов.

"Дамы". Рорк говорил с порога их смежных кабинетов. "Пибоди, ты выглядишь восхитительно".

"Я делаю?" Она почти выкрикнула это. "Но так, чтобы это было удобно для экрана, заслуживало доверия, как у государственного служащего?"

"Да, действительно. Тебе чудесно идет этот цвет".

"Иисус", - сказала Ева себе под нос и заработала мягкий взгляд от своего мужа.

"Завтрак?" - спросил он.

Пибоди наблюдала, как Ева нахмурилась, пожала плечами. Затем Рорк поднял брови, не отводя мечтательных глаз. Ее лейтенант скрутила свой, но потопала на кухню.

"Вам, ребята, даже не нужно разговаривать". Подперев подбородок кулаком, Пибоди вздохнула. "Ты просто знаешь".

"Время от времени это действительно пригодится. Как прошло твое ночное свидание?"

"Это была Мэг. Действительно. В основном потому, что мы оба согласились, что нам больше нравятся шумные, переполненные клубы, чем взрослые, утонченные. Но приятно попробовать что-то новое ".

"Прекрати общаться с моим партнером", - крикнула Ева из кухни.

"Финансовые показатели", - одними губами произнесла Пибоди.

"Ах, да". Рорк небрежно подошел, бросил быстрый взгляд на данные на экране. Он подмигнул Пибоди, отчего у нее участился пульс, затем продолжил путь на кухню, где его жена раздраженно откусывала от бублика.

"Завтрак", - пробормотала она ему.

"Такие, какие есть. Почему бы мне не просмотреть финансовые отчеты? Я могу сделать это за значительно меньшее время, чем вы или Пибоди, что освобождает вас для того, чтобы выходить на улицу и запугивать подозреваемых ".

Она нахмурилась, прожевала. "Ты должен был бы сделать это прямо. Никаких незарегистрированных, никаких незаконных взломов ".

"Вы недооцениваете мастерство честного человека".

"Да, но я разговариваю с тобой". Она усмехнулась, откусывая еще один кусочек рогалика. "Мне бы не помешала твоя помощь, если у тебя есть время между планами всеобщего финансового господства".

"Я разберусь с этим. Сейчас. " Он смахнул крошку с уголка ее рта, поцеловал ее. "Идите, защищайте и служите".

"Хорошая идея. Пибоди, " сказала она, направляясь к выходу, " со мной.

"На самом деле я еще не начинал ..."

"Гражданский понял это. Пойдем, нанесем пару ударов по скорбящей вдове ".

"Это намного веселее". Пибоди вскочила, схватила свою сумку с одеждой. И поскольку Ева уже была вне пределов слышимости, обернулась, когда Рорк вышел из кухни. "Тебе нравятся серьги?"

Он подошел ближе, чтобы хорошенько их рассмотреть. "Они очаровательны".

"Но в..."

"В профессиональном и интуитивном стиле полицейского детектива. Ты будешь замечательным и будешь выглядеть так же ".

"Спасибо". Она схватила свое пальто, шарф, шляпу. "Я..."

"Пибоди! Шевели своей чертовой задницей!"

"Мне пора", - закончила Пибоди вслед за криком Евы. И сбежали.

Со своей чашкой свежего кофе Рорк сел за стол Евы. Теперь он мог уделить двадцать минут, размышлял он. "Итак, давайте посмотрим, что у нас здесь есть".

6

В ЭЛЕГАНТНОМ, СТАРОМ, С ЛЮБОВЬЮ ОТРЕСТАВРИРОВАННОМ ЗДАНИИ в Верхнем Ист-Сайде располагалась квартира Пахаря. Тихое здание из розового кирпича имело вход в виде портика с широкими стеклянными дверями с фаской, дающими прохожим возможность заглянуть в вестибюль из полированного мрамора. Швейцар в синей с серебром ливрее стоял на страже, если кому-то из этих прохожих понадобится немного подвинуться.

Ева заметила, что он бросил на ее полицейский номер взгляд-бусинку, когда она подъехала, чтобы припарковаться у покрытого ковром бордюра. Она ничуть не возражала. Она не просто ела рогалики на завтрак, но и наслаждалась вкусным "швейцаром".

Он прошелся по образцу красной ковровой дорожки, покачал головой.

"Полицейские аттракционы никогда не становились красивее", - прокомментировал он. "Из какого дома ты вышел?"

Она переступила с ноги на ногу, и ее заготовленный тон. "Ты на работе?"

"Был. Сдал свои документы после того, как мне исполнилось тридцать. Заведением управляет мой шурин ". Он мотнул головой в сторону входа. "Пробовал играть в гольф, пробовал ловить рыбу, пытался свести жену с ума". Он сверкнул улыбкой. "Лучшая оплата, лучшие часы на этой двери, чем работа охранника. Даллас, " сказал он, тыча в нее пальцем. "Лейтенант Ева".

"Да, это верно".

"Надо было создать тебя раньше. Начинаю ржаветь, я полагаю. Я не слышал, чтобы кого-то убивали внутри ".

"Пока нет". Они обменялись быстрыми полицейскими ухмылками. "У ваших арендаторов Пахарей гость, с которым мне нужно поговорить. Ава Андерс".

"Хм. Вчера умер муж. Не знал, что она была наверху. Должно быть, она вошла после того, как я ушел. Она и ее мертвый муж время от времени приходили. Она больше, чем он, но он был дружелюбнее ".

"Миссис Андерс была недружелюбна?"

"Нет. Просто одна из тех, кто не замечает, кто открывает ей дверь, потому что она ожидает, что кто-то это сделает. С задиристой стороны, но не стервозная или что-то в этом роде. Он, он обычно останавливался на минуту, входя или выходя, перекидывался парой слов, возможно, спрашивал, поймали ли вы игру - какой бы она ни была. Жаль слышать, что он умер. Я должен позвонить. Стоит моей работы, если я этого не сделаю ".

"Это не проблема. Каким был ваш дом?" Спросила Ева, когда они двинулись к дверям.

"Отыграл свою последнюю десятку на раз-два-восемь. Отдел по нераскрытым делам".

"Это жесткая загвоздка. Холодные могут преследовать тебя ".

"Да, они могут". Он снял перчатку, чтобы предложить руку. "Фрэнк О'Мэлли, бывший детектив".

"Приятно познакомиться с вами, детектив".

"Пибоди, детектив Делия", - сказала Пибоди, когда они пожали друг другу руки. "Я знал одного полицейского в один-два-восемь, когда был в патруле. Ханнисон?"

"Конечно, я знал Ханнисона. С ним все в порядке ".

В вестибюле, наполненном тонким ароматом воздуха, Фрэнк повернулся к экрану внутренней связи. "Пентхаус Плаудера", - приказал он, затем подождал, пока экран не сменил цвет ожидания с синего и изображение женщины с короткими каштановыми волосами не поплыло дальше. "Доброе утро, Агнес".

"Фрэнк".

"У меня в вестибюле лейтенант Даллас и детектив Пибоди. Они хотели бы поговорить с миссис Андерс."

"Я понимаю. Подожди минутку, Фрэнк."

"Это была личная помощница миссис Плаудер, Агнес Морелли. С ней все в порядке ".

"Как насчет Пахарей?"

"Кажутся мне солидными типами. Не с высокомерной стороны. Называть тебя по имени, спрашивать о семье, у них есть на это время. Не экономьте на чаевых ".

Мгновение спустя Агнес вернулась на экран. "Ты можешь отправить их прямо наверх, Фрэнк, к нижнему входу в гостиную".

"Сойдет. Спасибо, Агнес. Первый лифт, " сказал он Еве. "Тридцать девятая восточная. Это приведет вас прямо в нижнюю гостиную. Это адское пространство, которое они получили там, наверху. Три этажа, вид на реку."

"Ценю помощь, детектив".

Внутри лифта за коваными серебристыми стенами стояла длинная встроенная скамейка на случай, если ваши ноги устанут подниматься или опускаться. Поскольку поездка заняла меньше тридцати секунд, Ева не могла представить, что от скамейки было много пользы.

Двери открылись прямо в просторную комнату, выдержанную в светлых и приятных тонах, откуда открывался захватывающий вид на реку через стену из стеклянных дверей и окон. Агнес стояла в строгом черном костюме, которому неожиданный шарм придавала распустившаяся красная роза на лацкане.

"Доброе утро, я Агнес, личный секретарь миссис Плаудер. Если вы не возражаете, покажите мне какое-нибудь удостоверение личности. Мы, конечно, доверяем Фрэнку, но...

"Без проблем". Ева достала свой значок, как и Пибоди.

"Спасибо тебе. Пожалуйста, проходите, присаживайтесь. Миссис Андерс сейчас спустится. Могу я предложить вам что-нибудь освежающее? Кофе?"

Еве было глупо отказываться, но она решила, что кофе в гостиной может придать оттенок женской интимности, который может оказаться полезным. "Кофе был бы великолепен. Черный для меня, обычный кофе для моего партнера ".

"Располагайтесь поудобнее. Я всего на минутку."

В ту минуту, когда они остались одни, Пибоди широко раскрыла глаза. "Могу я просто сказать: Вау, кое-что проясняется. У них там терраса больше, чем вся моя квартира ".

"Держу пари, в твоей квартире сейчас намного теплее, чем на той террасе".

"Да, это так". Но, не в силах сопротивляться, Пибоди направилась через гостиную к стеклу. "Это такое место, которое заставляет тебя чувствовать, что тебе нужно скользить. Я не очень хорошо скольжу. Это должно быть связано с моим центром тяжести, которым была бы моя задница ".

"Это такое место, где птицы, вероятно, регулярно размазывают свои крошечные птичьи мозги по окнам".

"Это образ, мальчик". И Пибоди сделала пару осторожных шагов назад. "Тем не менее, это полностью вид на окраину города. Разве ты не хочешь посмотреть?"

"Я прекрасно вижу отсюда". По мнению Евы, высокие высоты следует оставить птичьим мозгам. В любом случае, ее интерес был сосредоточен на том, что и кто жил в пространстве, а не на том, что распространялось снаружи.

Мгновение спустя появилась Ава. Вдова была одета в черное: плотно облегающую рубашку с высоким воротником, узкие брюки и туфли на каблуках. Ее волосы, собранные в узел на затылке, туго откинуты назад с лица с затененными, измученными глазами. Рядом с ней, поддерживающей рукой обнимая Аву за талию, Бриджит Плаудер излучала смелость и вызов. Она была ростом около пяти футов, ее миниатюрное тело было аккуратно заправлено в свитер сливового цвета и серые брюки. Ее волосы, покрытые белоснежной шапочкой, подчеркивали пронзительные зеленые глаза и изогнутые черные брови , обрамлявшие их. Ее рот сложился в глубокий поклон, Ева предположила, что он мог быть очаровательным, когда улыбался, но в данный момент эти губы сжались в жестком неодобрении, граничащем с гневом.

"Я собираюсь сказать это прямо". Голос Бриджит был хриплым, достойным женщины вдвое крупнее ее. "Это возмутительно".

"Я согласен. Убийство всегда возмутительно ".

Быстрая искра вспыхнула в этих проницательных глазах. Это могло быть одобрением. "Я понимаю, что у вас есть работа, которую нужно выполнять, лейтенант, и из всего, что мне говорили о вас и об этом человеке", - сказала она, указывая на Пибоди, - "вы превосходны в своей работе. Это восхитительно. Однако бомбардировка Ava в такое время демонстрирует явный недостаток чувствительности и сострадания ".

"Все в порядке, Бридж".

"Это не нормально. Почему ты не можешь дать нам всем несколько дней, всего несколько дней, чтобы погоревать?"

"Потому что тогда я даю убийце Томаса Андерса несколько дней". Ева перевела взгляд обратно на Аву. "Я прошу прощения, что побеспокоил вас, миссис Андерс. Этого требует расследование".

"Я не понимаю, почему ..."

"Послушайте, миссис Плаудер, я коп по расследованию убийств, и любой коп по расследованию убийств скажет вам, что время - враг. Чем больше проходит времени, тем круче след. След простыл, убийца может идти. Когда убийцы ходят, это выводит меня из себя. Если вы хотите обвинить кого-то в том, что я здесь, обвините убийцу. Так вот, чем больше времени ты будешь стоять там и жаловаться, тем больше времени мы будем здесь ".

Подбородок Бриджит выпятился, затем изогнулся, когда она наклонила голову. "Ты абсолютно прав. Мне это не нравится, ничего из этого не нравится, но ты абсолютно прав. Давай, Ава, давай сядем сейчас. Я приношу извинения, лейтенант, детектив, - продолжила она, подводя Аву к дивану с толстыми подушками темно-синего цвета. "Я редко бываю груб с гостями в моем доме, даже с незваными гостями. Сегодня я не совсем в себе. Никто из нас ими не является. Пожалуйста, присаживайтесь".

Когда Ева и Пибоди заняли кресла с широкими подлокотниками, Агнес вкатила поднос. "У меня есть ромашковый чай для тебя, Ава. У тебя это получится лучше, чем кофе ".

"Спасибо тебе, Агнес". Ава взяла чашку, уставилась в нее.

"Я прослежу, чтобы на этот раз она его выпила", - заявила Бриджит.

"Спасибо". Ева приняла предложенный Агнес кофе. "Раз уж вы здесь, миссис Плаудер, не могли бы вы сказать мне, когда вы с миссис Андерс составили свои планы на поездку?"

"Путешествовать? Ох. Кажется, что это было уже много лет назад. Мы уходим каждый год. Ава, Саша-Саша Брайд-Уэст - и я. Неделя где-нибудь в тепле, восстанавливающее силы средство в конце зимы ".

"Это особое восстанавливающее средство. Когда ты составил планы? Даты, пункт назначения."

"О ... Три месяца назад. О чем? " добавила она, поворачиваясь к Агнес.

"На самом деле, почти четыре. Я забронировал все мероприятия в ноябре, как раз перед Днем благодарения ".

"Агнес все знает, все помнит", - сказала Бриджит, и Ева увидела, что она была права. Улыбка была очаровательной.

"У нас был такой прекрасный день". Голос Авы был похож на слезы. "Такой прекрасный день в понедельник. Завтрак на террасе. Мимозы. У нас были мимозы, и мы просто немного выпили. За завтраком, помнишь, Бридж?"

"Да, милая, я помню".

"Мы смеялись как идиоты. Все было так забавно. И позже, когда я позвонила Томми позже, я оборвала все это так коротко. Мы собирались на массаж на террасе, где мы немного выпили за завтраком. Итак, я сокращаю все это очень коротко. "Я поговорю с тобой позже, Томми", - вот что я ему сказал. "Я поговорю с тобой позже. Я хочу свой массаж." Это последнее, что я сказал ему, потому что "Позже " не было ".

"Милая". Бриджит провела пальцами по щеке Авы. "Не делай этого".

"Я не знаю о том, что следы остывают; я просто знаю, что Томми мертв. Я видел его сам, когда Бен привел меня к нему. Я видел Томми мертвым ".

"Миссис Андерс." Пибоди подалась вперед. "Это ужасное время для тебя. Мы здесь, чтобы помочь. Вы потеряли своего мужа. Разве ты не хочешь знать почему? Разве ты не хочешь знать, кто?"

"Я не знаю". Ава подняла взгляд, устремив свои влажные голубые глаза на Пибоди. "Я должен. Я знаю, что должен. Но он все равно уйдет ".

"Он хотел бы, чтобы ты знал", - сказала Пибоди. "Он хотел бы, чтобы мы нашли эти ответы".

"Я их не знаю. Как я мог?"

"Ты знал его лучше всех. Ты была его женой. Есть вещи, которые вы знаете, вещи, которые вы, возможно, не осознаете, важны, имеют значение. Вот почему мы здесь. Мы узнаем".

"Ежедневник вашего мужа", - начала Ева. "Он сам делал записи?"

"Его ежедневник? Да."

"И автосистема в спальне, программа пробуждения и так далее. Он бы запрограммировал это лично?"

"Да". Ава выпрямилась на своем месте. "Он наслаждался этим, услышав о своей первой встрече за день, вспомнив о том, что он заказал на завтрак".

"Вы двое, должно быть, обычно вставали в одно и то же время".

"О, если бы у него была назначена ранняя встреча, а у меня ее не было, я бы надела затычки для ушей. И попроси Грету разбудить меня ".

"Вы принимаете снотворное?"

"О, иногда". Она махнула рукой. "Время от времени".

"Неужели он?"

"Время от времени. Все так делают, не так ли?"

"У него был очень специфический распорядок дня. Дверь спальни всегда закрыта, внутренние камеры безопасности отключаются на ночь, в спальной зоне главной спальни камер нет ".

"Да, он был очень скрытным".

"Даже в отелях", - вставила Бриджит. "Мы все немало путешествовали вместе. Томми всегда инструктировал горничных держать дверь спальни закрытой и заранее давал им чаевые, чтобы они это делали ".

"Он был бы очень осторожен в отношении домашней безопасности", - прокомментировала Ева.

"Он проверял систему каждый квартал". Ава подняла свою чашку, сделала глоток. "И обновлялся всякий раз, когда обновления становились доступны. Дело было не только в безопасности, хотя, конечно, это было приоритетом. Но Томми любил ... игрушки, если вы понимаете, что я имею в виду ".

"Я верю".

"Он просто получил такое удовольствие от всех этих наворотов. Ему нравилось играть", - сказала она задумчиво.

И следующей линией допроса была игра. "Миссис Плаудер, моему партнеру и мне нужно поговорить с миссис Андерс наедине."

"О, но разве Бриджит не может остаться?" Ава нащупала руку своей подруги. "Я чувствую себя намного лучше, когда она здесь".

"Есть несколько деликатных вопросов. Если после того, как мы закончим, вы решите поделиться ими с миссис Плаудер, это ваша привилегия. Если вы извините нас, миссис Плаудер, мисс Морелли."

"Мы будем прямо наверху". Бриджит похлопала Аву по руке. "Тебе нужно только позвонить, если я тебе понадоблюсь".

Когда ее подруга вышла из комнаты, Ава поставила свою чашку и сцепила руки на коленях. "Это о том, как был найден Томми. Бриджит знает. Все знают ".

"Был ли ваш муж вовлечен в сексуальные отношения вне вашего брака?"

"Нет".

"Знал ли ваш муж, что вы пользовались услугами лицензированного специалиста дважды в месяц в течение последних восемнадцати месяцев?"

Выступающие кости щек Авы, казалось, давили на ее кожу. Ее губы дрожали, даже когда она крепко сжала их. Когда она снова потянулась за чаем, ее рука дрожала. "Да. Да. Бог. Ты знаешь, что люди скажут о нем, о нас, если все это выйдет наружу?"

"В вашем предыдущем заявлении вы утверждали, что у вас прочный и счастливый брак".

"Это не было заявлением. Это правда ".

"И все же вы искали сексуального удовлетворения у профессионала".

Ава на мгновение закрыла глаза, выдохнула. Когда она открыла их, ее глаза были жесткими и злыми. "Ты очень самодовольный, не так ли? Сидишь здесь и судишь меня по своим высоким стандартам и морали ".

"Я не осуждаю тебя. Я спрашиваю тебя."

"Конечно, ты осуждаешь меня и Томми. Так же поступят и другие. Даже Бридж, если бы она знала. Она самый щедрый, с открытым сердцем человек, которого я знаю, самый верный из друзей, но она никогда этого не поймет. Она бы никогда не поняла."

"Заставь меня понять".

"Томми и я любили друг друга. Мы наслаждались друг другом. Мы были преданы друг другу. Он говорил, что заставляет меня смеяться, а я заставлял его думать. Наш брак был очень крепким, приносящим удовлетворение нам обоим. Пару лет назад, я полагаю, чуть больше, он почувствовал, начал чувствовать, что хочет больше экспериментов в постели ". Она сделала большой глоток чая. От смущения или из-за жара от выпитого на ее щеках вспыхнул румянец. "Никто из нас не был ребенком. Даже когда мы поженились, мы были зрелыми, опытными людьми. Мой муж хотел большего ... разнообразия в наших сексуальных отношениях, и я пыталась удовлетворить это. Но мне было не комфортно с некоторыми из его ..."

Она сжала губы. "Короче говоря, я была не в состоянии обеспечить его тем, чего он хотел, и он не был удовлетворен тем, чего я хотела в этой единственной области нашего брака. Это начало разрушать наши отношения, подтачивать наш фундамент. Мы оба чувствовали это. Почему мы должны позволить этому разрушить все остальное?" - требовательно спросила она. "Мы решили, что, так сказать, снимем это со стола. Этот секс был не так важен, как мы, кем мы были друг для друга. Мы просто получили бы этот аспект в другом месте. Осторожно. Мы бы использовали профессионалов и никогда не стали бы приглашать этих профессионалов ни в один из наших домов ".

"Вы оба придерживались этих условий?"

Ава отвела взгляд. "Я сделал. За последние несколько месяцев я подозревал...Я подумал, что Томми, возможно, приводил женщин в дом, пока меня не было. Я нашла кое-какое белье в своем ящике, белье другой женщины, которое Грета, должно быть, постирала и убрала, полагая, что оно мое. Часть моих духов пропала. Мелочи."

"Вы противостояли ему?"

"Нет. Мне было больно, я признаю это. Обиженный и разочарованный. Я тоже зол. Я решил потратить время во время этой поездки со своими друзьями, чтобы решить, как с этим справиться. Он впустил кого-то в наш дом, и теперь он мертв ". Ее рука на коленях сжалась в кулак. "Я так зол на него, так зол на него за то, что он бросил меня из-за этого".

"Вы знаете имена или агентства профессионалов, которых он использовал?"

"Нет. Мы договорились не поднимать эту тему. Это было снаружи. Это были не мы. Это было вне нас ".

"Но ваши платежи Чарльзу Монро поступали с вашего дебетового счета, где ваш муж мог их видеть".

Она издала смешок. "Томми никогда не заглядывал в мои личные аккаунты".

"Ты смотрела на его?"

Краска снова залила ее лицо. "Да, я это сделал. Я так и сделала, когда заподозрила, что он приводил женщин домой. Я ничего не смог там найти. Я не уверен, что бы я сделал, если бы узнал ".

"Как вы выбрали Чарльза Монро?"

"Мой друг Саша порекомендовал его. Она знает. В отличие от Бриджит, Саша очень открыта. Даже немного дикие, по некоторым стандартам. Она сказала мне, что он был очень мягким, очень умелым и очень сдержанным. Я была на грани нервного срыва, когда впервые пришла к нему. Он очень успокоил меня ".

"Он единственный LC, которого ты наняла?"

"Да. Он мне нравился, я доверял ему. Я мог бы думать о наших встречах как о походе к психотерапевту ".

"Готовы ли вы дать согласие мистеру Монро поговорить с нами о ваших отношениях?"

"О Боже". Ава прижала руку к лицу. "Я полагаю, что больше нет места для гордости или уединения. Да, я соглашусь с этим. Взамен мне нужно ваше слово, что вы будете держать как можно больше информации об этом частном бизнесе вне средств массовой информации ".

"Можете положиться на мое слово в этом".

"Мне придется рассказать Бриджу", - пробормотала Ава. "Я собираюсь разочаровать ее".

"Миссис Плаудер производит на меня впечатление женщины, которая держится, " сказала Пибоди, и Ава слегка улыбнулась.

"Да, ты прав. Она есть. Она делает. Я виноват в этом? Я несу ответственность? Если бы я был более открытым, более гибким в отношении того, чего он хотел, Томми все еще был бы жив, не так ли? Я продолжаю задавать себе этот вопрос ".

"Убийца несет ответственность, миссис Андерс. Это твой ответ." Ева поднялась. "Спасибо за ваше время и сотрудничество".

Когда они стояли внутри кованого стального лифта, Пибоди покачала головой. "Тяжелое положение для нее, чувство вины поверх горя. Она не может не спросить себя, это потому, что у нее сексуальные пристрастия, или потому, что он перешел все границы. Поскольку он тот, кто мертв, она, вероятно, остановится на двери номер один ".

Ева только сказала: "Хм". Когда они вошли в вестибюль, она достала карточку. "Еще раз спасибо, детектив". Она протянула руку, затем карточку Фрэнку. "Вы можете связаться со мной по любому из этих контактов, если вас что-то поразит".

"Сойдет". Он сунул его в карман. "Удачи, лейтенант. Детектив."

"Да", - пробормотала Ева, направляясь к машине, "нам это понадобится". Она села за руль. "Звучит так, как будто жертва приняла чертовски серьезный оборот после, что, более чем дюжины лет брака".

"Случается, не так ли? Развод засоряет землю, как и прелюбодеяние. И LCS делают хороший бизнес не просто так ".

"Все верно". Ева водила пальцами по рулевому колесу. "Брак - это в основном неудачная ставка".

"Говорит женщина, у которой есть муж мечты".

"Ты только что сказал, что Муж мечты может свернуть с пути и решить, что хочет заняться сексом втроем или ..."

"Я! Я!" Пибоди вскинула руку. "Выбери меня!"

"Да, я умираю от желания затащить тебя в постель, Пибоди. Не дает мне спать по ночам. Суть в том, что у тебя впереди дюжина лет, и однажды ночью парень приходит домой и говорит: "Послушай, милая, я прихватил этот кляп с шариком и анальный зонд по дороге домой. Давайте попробуем их".

"Это было бы шоком, но я уверен, что это было более тонко, чем это. Может быть, он пробует несколько новых приемов, прощупывает почву, а она не восприимчива, и с этого все и начинается. Это как, хорошо, вот человек, у которого это чертовски хорошо получается. Он здоров, у него нет лица, которое пугает маленьких детей. У него успешный бизнес, он богат, у него красивая, надутая жена, которая его любит. Большой дом, друзья, племянник, который является сыном и наследником. Затем у него наступает середина жизни - как у многих людей - и он начинает думать, да, у него есть все это, все это хорошо, но чего ему не хватает? И он уже не так молод и не так силен, как раньше, так что он компенсирует это. Вместо того, чтобы покупать броское транспортное средство с фаллическим символом, он хочет немного разгуляться в постели. Но жена такая: "Ты хочешь положить свое что куда?" ""

"И она больше привыкла к тому, что он кладет туда свое это". Ева кивнула. "Я понимаю это. Так что она просто, ну, тогда ладно, ты вкладываешь свое "что где" в кого угодно, я попрошу кого-нибудь другого вложить туда его "это", и мы Джейк? "

"Существует целый отдельный раскол среди людей свободного возраста, которые верят в открытые отношения. Каждый вкладывает свое "что" и "это" куда и там. Но, глядя на это с твоей точки зрения - которой, должен признать, я тоже придерживаюсь, поскольку придерживаюсь мнения, что если он выкладывает свое что где угодно, только не здесь? " Пибоди ткнула большим пальцем в окно машины. "Вот дверь, придурок. У них это тоже не сработало. Он перешел черту. Он не смог выполнить сделку, которую они заключили, когда поженились, и он также не смог выполнить эту сделку ".

"Это поворотная точка", - согласилась Ева. "Свяжитесь с Чарльзом. Скажи ему, что у нас есть согласие клиента, и мы уже в пути ".

L ouise открыл дверь и немного замедлил шаг Евы. Ее светлые волосы были взъерошены, серые глаза сонные. На ней были зимние белые свободные брюки и футболка с длинными рукавами.

"Заходи. Чарльз готовит завтрак. Я спал долгой ночью".

"Как это было там, снаружи?" Ева спросила ее.

"Холодно. Присаживайтесь. Я посмотрю, смогу ли я раздобыть кофе ".

"Все в порядке. Мы только что выпили немного ".

"Как будто это могло тебя остановить. Чарльз сказал мне, что это связано с убийством Андерса ".

"Это верно".

"И что жена Андерса - одна из клиенток Чарльза".

"Да".

"Которые, конечно, ни вы, ни Чарльз не можете обсуждать со мной". Луиза подняла брови. "Почему бы мне не исчезнуть?"

"Мы можем отнести это куда-нибудь еще".

"Все в порядке, никаких проблем. Я приготовлю себе завтрак в постель. Это удовольствие ".

Она ушла на кухню, и Пибоди послала Еве обеспокоенный взгляд. "Oh-oh."

"Да, с ними что-то не так. Я уловил кайф от Чарльза прошлой ночью ".

Луиза вернулась с красивой посудой на красивом серебряном подносе. "Привет Рорку и Макнабу", - сказала она, затем исчезла в спальне.

Чарльз вышел из кухни, выглядя таким же усталым и напряженным, как и его возлюбленная. "Даллас. Пибоди." Он перешел к бассовым щекам. "Ты получил согласие".

"Записано". Ева достала свой диктофон, прокрутила заявление.

"Это сработает. Итак." Он указал на места, занял одно из своих. "Что ты хочешь знать?"

"Как Ава Андерс связалась с вами?"

"По "ссылке. У меня есть линия только для бизнеса ".

"Как она тебя ударила?"

"Нервничаю и изо всех сил стараюсь не показывать этого. Именно так она поразила меня на нашей первой встрече ".

"Где была первая встреча?"

"Я посмотрел это после того, как ты ушел прошлой ночью. Отель "Блэкмор", в центре города. Это оживленное место, чего она и хотела. Она зарегистрировалась, связалась со мной, чтобы сообщить номер комнаты. Таким образом, я мог бы подняться прямо наверх, но никто не увидел бы нас вместе ".

"Ладно, это странно, но чего она хотела?"

"Вначале, чтобы поговорить. Она заказала обед и вино, которые мы заказали в гостиной люкса. Мы говорили - если я помню - о литературе, пьесах, искусстве. Для некоторых эта первая интерлюдия с профессионалом очень похожа на первое свидание, где вы выполняете обычную процедуру поверхностного знакомства ".

Он бросил взгляд в сторону спальни, где Луиза, предположительно, завтракала в постели. "По мере того, как мы узнавали друг друга с течением времени, я понял, что ее муж не так интересовался литературой и так далее, как спортом. Так что я мог бы предложить ей это ".

"Она говорила о своем муже?"

"Не так уж много. Это... портит настроение. Она могла упомянуть, обычно позже, когда мы разговаривали за напитком или кофе, что они собираются в путешествие или устраивают званый ужин, что-то в этом роде ".

"Что она чувствовала к нему, Чарльз? Ты бы знал ".

"Когда она говорила о нем, она говорила тепло или небрежно, как вы делаете, когда кто-то является сложной частью вашей жизни. Я помню, как однажды она ходила по магазинам перед назначенной встречей и показала мне рубашку, которую она подобрала для него. Она сказала, как красиво он смотрелся бы в нем ".

"Чего она добивалась в сексуальном плане?"

"Ей нравилось, когда за ней ухаживали. Ей нравилось, что свет выключен - несколько свечей было бы неплохо, но если мы встречались днем, что было самым обычным делом, шторы приходилось задергивать ".

"Вы бы классифицировали ее как заторможенную?"

"Традиционно. Очень. И, возможно, немного эгоцентричны. Как я уже сказал, она хотела, чтобы за ней ухаживали. Ее интересовали не столько прикосновения, сколько прикосновения самой. Я могу сказать, что я заметил, что на последних нескольких встречах что-то было не так. Она была рассеянной, раздражительной. Она спросила меня, посещал ли я когда-нибудь дома клиентов - женатых клиентов. И если бы я знал других LCS, которые это сделали, было ли необычно платить наличными. И она спросила, есть ли у меня имя и адрес клиента, могу ли я найти LC, нанятого для поездки туда ".

"Что ты ей сказал?"

"Что я принимаю встречи на дому только от женатых клиентов, если оба супруга согласны, но у других другая политика в этой области. Наличные всегда срабатывают ", - добавил он с улыбкой. "И что было бы трудно, зная только имя и адрес, найти забронированный LC. Учитывая количество агентств, фрилансеров, уровней, это было бы нелегкой задачей ".

"Пыталась ли она связаться с вами после смерти своего мужа?"

"Нет".

"Когда у тебя следующая встреча?"

"Через неделю, начиная со среды. Она отменила нашу последнюю встречу, поскольку готовилась к поездке. В два часа, снова в "Блэкморе".

"Хорошо. Если она не свяжется с вами, чтобы отменить, я бы хотел, чтобы вы сохранили это ".

Он испустил вздох, от которого брови Евы сошлись вместе.

"Хорошо".

"С этим проблемы?"

"Нет. Нет, никаких проблем. Прости, но если есть что-то еще, можем мы сделать это позже? На самом деле у меня скоро назначена встреча ".

"Это прекрасно. В любом случае, на данный момент это все ".

"Чарльз", - сказала Пибоди, когда они поднялись на ноги. "Что-то не так?"

"Нет, ничего. Просто многое в моих мыслях. Мы все должны скоро поужинать. Нас шестеро."

"Это было бы здорово. Ты знаешь, что можешь позвонить мне в любое время, если тебе нужно о чем-нибудь поговорить ".

На этот раз, когда он улыбнулся, это отразилось и в его глазах. "Я знаю". Он взял Пибоди за подбородок, прижался губами к ее губам. "Передай Макнабу, что я сказал, что он счастливый человек".

Вместо того, чтобы сразу сесть в машину, Пибоди прошлась по тротуару перед домом Чарльза. "Почему он кажется таким обеспокоенным? Как будто что-то свернулось у него в животе?"

"Я не знаю, но это хорошее описание".

"Это не может быть связано с делом, Даллас. Дело не в Андерсе. Если Чарльз что-то знал ..."

"Нет, дело не в деле. Я заразился этим от него прошлой ночью, прежде чем заговорил об Андерсе ".

"Может быть, он болен". Беспокойство и страдание сквозили в словах. "Я знаю, как тщательно проверяются младшие офицеры, особенно такие высокопоставленные, как Чарльз, но что, если ..."

"Пибоди, мы ничего не можем с этим поделать. И если бы он был болен, Луиза бы знала."

"Ты прав. Ты прав. Это просто...Я люблю его, ты знаешь? Не так, как любовь - любовь Макнаба, но..."

"Я понимаю. У меня тоже есть слабое место. Вы не можете знать все, что нужно знать о друге, или решить каждую проблему. Тяжело знать, что у них есть один, но ..."

Она замолчала, сузив глаза, уставившись куда-то вдаль.

"Что?"

"Просто думаю о друзьях. У нас есть время заглянуть к последнему из трио "мимозы на завтрак", прежде чем я встречусь с Мирой. Давайте посмотрим, что скажет Саша ".

Аша Брайд-Уэст не была склонна много говорить. Она была слишком занята, поглощая сухарики под руководством куска говяжьего пирога, которого она представила как Свена, своего личного тренера.

"Ава и Томми проходили через исправление. Вы когда-нибудь видели брак, который не был? Свен, ты убиваешь меня ".

"Еще десять, мой воин. Тебе придется сразить наповал".

"Я могу купить чертов пресс". Когда он издал цокающие звуки, она стиснула зубы и продолжила. "В любом случае, у меня было три брака. Не слишком гладкое плавание, много неровностей на дороге. Казалось, у Эвы получилось наоборот. Но когда она попросила меня порекомендовать "Машину любви " и оставить это при себе, я назвал ей имя - гай гений в постели и чертовски хорошая компания вне этого - и оставил это при себе ".

Она рухнула, тяжело дыша. "Воды, Свен, я умоляю тебя".

Сначала он предложил ей полотенце, чтобы вытереть лицо. Она вытерла пот с кожи цвета густого карамельного крема.

"Вы продолжили расследование?"

"Ты имеешь в виду, спрашивал ли я у нее подробности после?" Саша глотнул воды, помолчал, глотнул снова. "Конечно, я сделал. Она бы не проболталась. И я довольно хорошо подлизывался ".

Свен взял почти пустую бутылку из-под воды. "Пришло время для твоей кардиотренировки".

"Я ненавижу кардио. Давайте пропустим это и перейдем сразу к массажу ".

"Саша", - сурово сказал Свен и снова цокнул.

"Ладно, ты сексуальный садист". Она поднялась с пола в своем домашнем спортзале, чтобы взобраться на кросс-тренажер. "Подари мне Париж, Свен. Если я собираюсь отправиться в поход, спринт и степ, то с таким же успехом это мог бы быть Париж. Я собиралась пойти и повидаться с ней сегодня днем ", - продолжила Саша, когда на ее обзорном экране вспыхнула Триумфальная арка. "Но Бридж держит все под контролем, и она лучше разбирается в такого рода вещах, чем я. Когда Ава готова отвлечься - на поездку, хорошую выпивку или шопинг-терапию - я ее девушка. Бриджит - мягкое плечо".

"Как себя чувствовала Ава в этой последней поездке?"

"Хорошо. Прекрасно. Может быть, немного напряженная и угрюмая, когда мы начинали, но она успокоилась. Послушай, я не могу говорить и подвергаться этим мучениям одновременно, так что ли?"

"Да, это оно. Спасибо. Мы сами найдем выход ".

Когда Ева отвернулась, она услышала, как Саша выругался. "Свен, ты ублюдок! На этих чертовых полях нет таких холмов, как эти "Лис".

7

УТРЕННИЕ ИНТЕРВЬЮ ДАЛИ ЕВЕ ПИЩУ ДЛЯ размышлений. Если бы было время, она бы сделала именно это в своем кабинете, положив ботинки на стол и не сводя глаз с доски убийств. Но сеансы с Мирой были на вес золота, и это не то, чем она могла позволить себе пренебречь.

Пока Пибоди писала заявления и отчеты, Ева вошла в приемную Миры.

"Доктор Мира сегодня немного отстает", - проинформировал ее дворцовый стражник под видом администратора.

"Насколько немного позади?"

"Всего несколько минут". Женщина улыбнулась. "Ты сам опоздал на минуту, так что это ненадолго".

"Прекрасно". Отвернувшись, Ева скривила лицо и одними губами произнесла: Ты сам на минуту опоздал . Затем, перейдя по ее ссылке, позвонила своей самой старой подруге, Мэвис Фристоун. Секундой позже на экране появилось счастливое лицо Мэвис, окруженное копной лавандовых волос.

"Даллас! Угадай, куда мы направляемся? Я и пупок?"

"В ад в корзинке для рук?"

"Детскому доктору. Да, мы такие!" Сказала Мэвис взволнованным воркованием. "Мы все чистенькие и сияющие, и мы идем к детскому доктору, чтобы он мог взглянуть на нашу маленькую попку-клецку, наши чудесные девичьи ушки и наш аппетитный животик. Не так ли, Белламия? Передавай привет тете Даллас, сладенькие. Скажи "Привет"."

Лицо Мэвис сменилось круглощеким (возможно, это действительно имело какое-то отношение к сахару), ясноглазым, кудрявым младенцем, которого Мэвис родила пару месяцев назад. В кудряшках были ленточки в полоску от конфет, завязанные бантиками, по пухлому подбородку стекала слюна, и широкая, липкая ухмылка. "Передай привет Беллалоке, тетушке Даллас".

"Как дела, Белль. Мэвис."

"Помаши на прощание, моя крошечная крошка-бу. Прощай, тетушка Даллас. Сделай ей "ку-ку-ку"...

"Мэвис!"

"Что?"

"Мэвис, я говорю это для твоего же блага. Вы должны остановить безумие. Ты говоришь как идиот ".

"Я знаю" . Глаза Мэвис, в настоящее время фиолетовые, закатились. "Я могу слышать себя, но я не могу остановиться. Это как наркотик. Так что полностью С. Держись." Она установила ссылку, и экран наполнился радужными оттенками детской. Ева услышала, как Мэвис воркует и гукает, и предположила, что она где-то укладывает ребенка.

"Назад. Она такая красивая. И она такая хорошая. Только этим утром..."

"Мэвис".

"Прости. Назад." Мэвис выдохнула, отчего затрепетала лавандовая челка, упавшая ей на глаза. "Позже я отправляюсь в студию, работаю над новым диском. Я буду в окружении взрослых людей, множества сумасшедших артистичных типов. Это поможет ".

"Да, сумасшедшие артистичные типы. Это билет. У меня просто есть вопрос."

"Положи это".

"Если бы у вас с Леонардо были проблемы в постели ..."

"Прикуси свой язык на три части и проглоти его!"

"Просто выслушай меня. Если бы вы были, и это стало липким ".

"В постели не было бы липко, если бы у нас там были проблемы".

"Ha. Серьезно. Если бы это стало серьезным, ты бы мне сказал?"

"Подтверждаю". В фиолетовых глазах промелькнуло беспокойство. "Вы с Рорком не ..."

"Нет. Вторая часть вопроса. Если бы ты начал ходить в LC -"

"Может ли это быть действительно морозным? Могут ли это быть двое холодных парней с действительно большими задницами?"

"Сплошной лед, Монго дрочит. Если бы ты сделал это, ты бы рассказал мне об этом ".

"Даллас, если бы я делал это с профессионалом, ты бы не смог заставить меня замолчать. Чего бы ты хотел, потому что ты не хотел бы слышать, как они слизывали теплый, растопленный шоколад с моего...

"Нет, я бы не стал".

"Но поскольку мой большой, приятный медведь уже делает это, и его дрочка - мучо монго, мне бы не понадобился LC".

"Хорошо". Ева повернулась, когда услышала, как открылась дверь Миры. И, уставившись, быстро закончил разговор. "Спасибо. Позже. Эй, Чарльз, мир тесен."

Она могла бы ударить его кирпичом. Выражение его лица перескочило от шока к неверию и закончилось на взволнованном. "Я слышал, люди называют Нью-Йорк маленьким городком", - выдавил он. "Я думаю, это то, что они имеют в виду. Я был просто... Ну."

"Ева". С теплой и приветливой улыбкой на ее красивом лице Мира встала рядом с Чарльзом. "Прости, что заставил тебя ждать. Заходите прямо сейчас. Чарльз, всегда приятно".

"Спасибо тебе. Я буду..." Он жестикулировал без всякого своего обычного стиля. "Позвольте вам приступить к работе".

Через плечо Ева наблюдала, как он быстро зашагал прочь, когда она вошла в кабинет Миры. "Что все это значит?"

"Присаживайтесь. Мы будем пить чай".

Пока Ева хмурилась, Мира со своей обычной грациозной деловитостью прошла между двумя раскладными стульями к автомату, чтобы заказать цветочный чай, которым она, казалось, жила. Ее волосы, искусно подкрашенные в соболиный цвет, плавно обрамляли ее терпеливое лицо, оттеняя спокойные голубые глаза. Ее костюм, сегодня теплый и тускло-золотистый, подчеркивал красивые ноги.

"Поскольку у тебя ни одна прическа не выбилась из колеи, я предполагаю, что он зашел не для того, чтобы трахнуть тебя".

Мира поставила изящные чашки на столик между стульями и засмеялась от восторга. "Разве это не было бы интересно? Потому что это так, у меня нет намерения подтверждать или отрицать ". Она села, плавно скрестив ноги, изучала лицо Евы. "Ты раздражен, потому что у двух твоих друзей есть какое-то личное дело, которым они не склонны делиться с тобой".

"Я не раздражен". Раздражена, решила Ева, возможно, она была немного раздражена. "Жена жертвы - одна из клиенток Чарльза, и я беседовал с ним по этому поводу сегодня утром, так что ..."

"Я скажу вам, что то, что мы с Чарльзом обсуждали, не имеет никакого отношения к вашему расследованию. Теперь, что касается вашего расследования ..."

"У него проблемы?"

Взгляд Миры смягчился. "Нет, Чарльз не в беде. В данный момент у него о многом на уме ".

"Так он продолжает говорить", - ответила Ева и упала в кресло. "Люди - это слишком много чертовой работы".

"Они, конечно, могут быть".

"Я мог бы узнать. Это моя чертова работа - выяснять отношения ".

"Но ты этого не сделаешь, потому что я только что сказал тебе, что у него нет проблем, и ты не будешь вмешиваться".

"Если бы эти люди не пересекались все время перед тем местом, куда мне нужно идти, мне бы не пришлось думать о них".

Мира потягивала чай, но, пряча улыбку, не скрывала открытого веселья в ее глазах. "Твоя жизнь более насыщенная, чем была раньше. И ты более доволен ".

"Да, прямо сейчас я чувствую себя по-настоящему уютно. Забудь об этом." Она пожала плечами. Чарльз был большим мальчиком. "Ты читал досье?"

"Да". Мира сделала еще один глоток чая, когда - Ева знала - она привела в порядок свои мысли. "По моему мнению, Андерс знал своего убийцу. Используемый метод, окружающая его инсценировка были не просто личными, но интимными. Сексуально, конечно, но секс не всегда интимен. И нет никаких физических или судебных доказательств того, что жертва вступала в сексуальные отношения с убийцей или кем-либо еще в ночь убийства ".

"Нет, он все еще держал полный заряд. Никаких жидкостей на простынях или на самом теле. Волос нет, но для нескольких отбившихся от жертвы - кожа."

"И все же это было поставлено так, чтобы выглядеть иначе, и постановка важна. Это заняло время, планирование и подготовку. Убийца некоторое время думал о том, как это можно и будет сделать. Здесь нет импульса, нет страсти. Ощущение драматизма, даже театральности, но это лежащее в основе чувство порядка. Это похоже на женщину. Это может показаться сексистским, но это не похоже на преступление на сексуальной почве ".

"Если бы это было так, он бы устроил тело по-другому. Учитывая логистику секса мужчина к мужчине, я думаю, что убийца-мужчина расположил бы тело по-другому ".

Мира кивнула. "Это хорошее замечание".

"И хотя я сказал Пибоди не переходить к женщинам с самого начала, мне кажется, что если бы мы имели дело с мужчиной - опять же, если бы секс был частью этого - было бы больше гнева. Если Андерс и был геем, то он был глубоко запрятан. Кроме того, в моих интервью с женой она признает, что у них были дискуссии о его сексуальных предпочтениях, и она всегда говорит о женщинах ".

"Значит, женщина-убийца, та, кто способна сопротивляться импульсу, по крайней мере, достаточно долго, чтобы спланировать и привести этот план в исполнение. Тот, кто наслаждается сложным, символическим. Которая имела или считала, что у нее были интимные отношения с жертвой, которая, несомненно, в какой-то момент вступила с ним в сексуальные отношения. Кто-то, кто находит секс одновременно сильным, неотразимым и унизительным ".

"Есть подобные LC", - предположила Ева. "Которые погружаются в это, как наркоманы, а затем сгорают".

"Да, именно поэтому их так тщательно проверяют перед лицензированием и после этого, чтобы сохранить лицензию".

"Ты склоняешься к профессионалам?"

"Это, конечно, могло быть - есть факторы, которые снова указывают на такого рода близость и дистанцию. Профессиональный компаньон должен подчинять свои собственные потребности, чтобы адаптировать отношения к требованиям клиента. Характер и продолжительность отношений полностью в руках клиента ".

"За это им и платят", - прокомментировала Ева.

"Да, и самые успешные способны рассматривать это как профессию". Они наслаждаются своей работой или считают ее общественной услугой. Здесь жертва была связана, была обнажена. Он был просителем, покорным. Повязка на шее, еще один символ того, кто контролирует ситуацию, кто доминирует.

"И говоря о сексе, бондаже и других второстепенных областях секса, Мира отпила свой цветочный чай. "Это было преступление на сексуальной почве, конечно, но не из-за сексуальной ярости или мести. Гениталии не уничтожены или изуродованы, но освещены ".

"Для этого есть подходящее слово".

Мира слегка улыбнулась. "В ваших записях с места преступления указано, что он настаивал на том, чтобы дверь спальни оставалась закрытой, были черные шторы и так далее. Это был закрытый человек, у которого были сильные чувства к уединению в спальне. Итак, освещая его самое личное место, его самый личный бизнес, убийца унижает его. Унижает его даже после смерти. И все же..."

"Она - поскольку мы собираемся с ней - сначала усыпляет его на полпути к коме. Она не хотела, чтобы он чувствовал боль или страх. Не хотел, чтобы он страдал от боли ". И это был особый элемент, который застрял у Евы в горле. "Это не подходит".

"Это противоречие, я согласен. Но люди могут быть противоречивыми. Возможно, это был несчастный случай, возможно, она неправильно рассчитала дозу. И прежде чем вы это скажете, я скажу: Нет, я не думаю, что это был просчет. Слишком много подготовительной работы, чтобы совершить такую большую ошибку ".

Ева посидела мгновение, затем взяла чай и отпила, прежде чем вспомнила, что это не кофе. "Ах". Она снова поставила его. "Мне нравится жена за это".

Заинтригованная, Мира склонила голову набок. "Я думал, подтвердилось, что жены не было в Нью-Йорке во время убийства".

"Она не была".

"Вы подозреваете, что она наняла убийцу?"

"У меня нет ничего, что могло бы это подтвердить. Ничего. Кроме того, я возвращаюсь к тому, почему наймит так сильно накачивает его транквилизаторами. Какое дело наемнику, если цель страдает? Я собираюсь попросить Рорка просмотреть ее финансовые отчеты, покопаться в других счетах, но это не похоже на успех. По крайней мере, не профессионал ".

"Почему тебе нравится жена?"

"Она умна. Она планировщик. У нее на все есть ответ. Ее ответы, реакции, ее поведение, все идеально, все в самый раз. Как будто она, блядь, училась этому. И, возможно, это подталкивает меня к ней, но у меня в голове не укладывается эта договоренность, которая, по ее словам, была у нее с жертвой ".

Ускоряясь до темпа, Ева провела его с помощью Миры, сведя его к основам.

"Ты ей не веришь", - заключила Мира. "Более того, вы не верите, что пара, состоящая в браке, может или пришла бы к соглашению, подобному этому, о сексуальных отношениях".

"Объективно, я знаю, что люди могли бы и сделали бы это, потому что объективно я знаю, что люди полностью облажались. Но это не подходит для меня, это не"t...It это похоже на одну фальшивую ноту, которая снова и снова звучит в песне, и это каждый раз выводит меня из себя. Я не знаю, то ли мне не нравится эта чертова песня, то ли песня - чушь собачья ".

"Объективность - ключ к тому, что вы делаете, но также и инстинкт. Если нота поражает вас фальшью, снова и снова, тогда вам нужно будет решить, какую ноту вы сыграете вместо нее ".

"Ха. Как тебе это кажется?"

"Я не слышал, чтобы это звучало из первоисточника, и это может иметь значение. Но я скажу, что брачные партнеры часто заключают соглашения и сделки, которые кажутся странными или даже неправильными тому, кто смотрит - или слушает - их ".

"Да, я тоже продолжаю возвращаться к этому. Люди все время ведут себя как убитые ".

Не ли мне дать этому настояться, решила Ева, запрыгивая на глайд, чтобы начать путешествие обратно в Отдел убийств. Время еще раз взглянуть на факты и свидетельства, и пусть личности и спекуляции кипят. Помня об этом, она переключила глайды на обход отдела электронных детективов. Встреча лицом к лицу с его капитаном и ее старым напарником могла бы дать ей другой взгляд на нарушение безопасности. Она обогнула пару копов, откинувшихся на спинку сиденья и болтающих о баскетболе, обогнула женщину с мрачным лицом, скрестившую руки на груди, и мочой в глазу, прежде чем врезалась в кучу тел.

От нее пахло плохим одеколоном, кофе еще хуже и свежей выпечкой, когда она пробиралась сквозь толпу, извиваясь и проталкиваясь локтями. Поскольку лифты всегда были хуже, она остановилась на скольжениях. Когда она приблизилась к ЭДДУ, тон изменился. Копы помолодели, одежда стала более модной, видимый пирсинг на теле стал более обильным. Запахи напоминали конфеты и газированные напитки. Сын или дочь каждой матери были подключены - карманные "линки", ушные "линки", наушники, так что болтовня прерывалась, шум от нее поднимался по коридору и достиг критической массы в дежурной части.

Она никогда не видела, чтобы электронный детектив оставался неподвижным более пяти минут. Они подпрыгивали, танцевали, постукивали, покачивались. Ева прикинула, что ей потребовалось бы меньше пяти минут, чтобы окончательно сойти с ума, если бы она сидела за столом в EDD. Но это устраивало Фини. Возможно, он был достаточно взрослым, чтобы стать отцом большинства своих детективов, и его представление о моде сводилось к подбору носков, но цвет и жужжание EDD сидели на нем, как один из его мятых костюмов.

Естественно.

Она повернулась к его кабинету и открытой двери. Взрыв звука заставил ее остановиться, затем приблизиться с большей осторожностью. Фини сидел за своим столом. Его рыжие волосы с щедрыми вкраплениями седины сидели на голове, как у наэлектризованного кота. Под этим его уютно обвисшее лицо было липким и бледным, если не обращать внимания на ярко-красный нос, который торчал посередине, как светофор.

Взрыв звука раздался снова в виде трех взрывных чиханий, за которыми последовал хриплый хрип и лающее проклятие.

"Чувак, ты плохо выглядишь".

Его опухшие глаза поднялись. Тени под ними, казалось, опустились прямо на его липкие щеки. "Простудился, чертов сукин сын".

"Да, я это слышал. Может быть, тебе следует быть в постели ".

"Я в постели, жена на мне, как белок на тофу, как она сказала мне, что я должен был надеть шарф, и как она не подарила мне те красивые наушники на Рождество. Проклятые вещи заставляют меня выглядеть так, будто у меня из ушей вылезла пара красных крыс. Она захочет влить в меня Бог знает что ".

Он рубил, чихал, ругался. И Ева отодвинулась еще на несколько дюймов.

"К тому же, она посещала какие-то богом забытые занятия по альтернативной медицине, и вбила себе в голову, что колонотерапия - это лекарство от любой чертовой вещи. Ты думаешь, я хочу отвар из толстой кишки?"

"Я действительно не знаю".

Он героически высморкался. "Вам нужен краткий обзор электроники Сандерса".

"Андерс". Она почти могла видеть, как микроскопические микробы радостно танцуют и спариваются в воздухе вокруг него. "Фини, ты должен идти домой".

"Я собираюсь пережить это. Достал ингаляторы и противоотечные. Ни хрена не работают, но они у меня есть. У меня опухоль мозга, они могут это вылечить, без проблем. У меня паршивый микроб, а у них ничего ".

"Удары, но..."

"Заходите, я открою файл".

Она изучала его, своего тренера, своего наставника, своего давнего партнера. Он был, во всех отношениях, что имело значение, отцом. И она подумала о ликующих микробах, стучащих друг о друга по всему офису. "Ах, вообще-то, мне нужно спуститься обратно. Я кое-что забыл ".

"Это займет всего минуту".

"Фини, я не войду туда, я не подойду ни на шаг ближе без защитного костюма. Ты болен как собака, ты заразен, я прямо вижу, как твои микробы летают в воздухе, устраивая вечеринку. Тебе нужно идти домой ".

Он опустил голову на стол. "Оглуши меня, ладно, малыш? Я слишком слаб, чтобы вытащить свое оружие и сделать это самому ".

"Черт". Она оглянулась и увидела, что куб Макнаба был пуст. Понял. "Ты". Она ткнула пальцем в ближайшее живое тело, даже если оно было одето в бананово-желтый облегающий костюм с фиолетовыми воздушными ботинками до колен. "Вашему капитану нужен транспорт домой. Сейчас. Устройте это. Кто следующий по рангу?"

"Ummmm."

"Иисус. Получите транспорт. Я хочу, чтобы машина была готова к отправке, и офицер у двери лифта в гараже, в этом секторе, на первом этаже, к тому времени, как я туда доберусь. Если это не так - кто ты?"

"Эм, детектив Леттерман".

"Если это не так, детектив Леттерман, я вернусь сюда и почищу вас, как банан, на который вы похожи. Ясно?"

"Да, сэр".

"Тогда сделай это!" Ева сделала несколько глубоких вдохов, как ныряльщик, готовящийся уйти под воду, затем, задержав дыхание, вошла в красную зону. Она схватила пальто Фини, его шляпу, его шарф. "Давай, надевай это".

"Хочу умереть за своим столом, " захныкал он, - а не в постели, как старик".

"Иисус, перестань быть ребенком. Ты не собираешься умирать. Надевай пальто. Не дыши на меня. Надень шляпу. Что, черт возьми, плохого в том, что ты пришел сегодня?"

Его стеклянные глаза поднялись к ее. "Ты превращаешься в женщину рядом со мной, суетишься и придираешься".

Оскорбленная, она сама натянула шляпу ему на уши. "Осторожнее, приятель, или я накрою тебя и прикажу паре твоих корзинок с фруктами вывезти тебя вон отсюда".

"Так-то лучше". Он оперся рукой о стол. "Знаешь, Даллас, я думаю, что я чертовски болен".

"Это самая умная вещь, которую ты сказал с тех пор, как я попал сюда. Пойдем." Она обняла его за талию, вывела его. В дежурной части один взгляд отсек любые вопросы или комментарии. "Вызовите службу поддержки", - приказала она, вытаскивая Фини наружу. "Пусть они продезинфицируют этот офис".

"Сандерс", - прохрипел Фини.

"Андерс", - поправила она и вызвала лифт.

"Дистанционный был ловким. Обычай".

"Хорошо". Когда двери лифта открылись, пассажиры бросили один взгляд на Фини. Протесты раздались немедленно. "Освободите место или убирайтесь к черту". Люди разбежались, покинули корабль, когда он втаскивал Фини на борт. "Гараж", - приказала она, - "на первом этаже".

"Выключил его, загрузил таким же образом", - продолжил Фини. "Никаких манипуляций с замками. Знали код или у них был клон. Не могу найти никаких указаний на клонирование. Тоже должны быть ловкими ".

"Хорошо". Сколько времени потребовалось, чтобы добраться до чертового гаража? Как скоро после размножения микробы дали начало новым?

"Ничто в ссылках на дом не выглядит подозрительным. У меня есть их список в отчете ".

"Да".

"Карманной" ссылки тоже нет. Ссылки на офис. Возвращаюсь еще на неделю на участок, но ничего не всплывает ".

"Я понял, Фини".

"На его компах тоже ничего не появляется". Он навалился на Еву, как пьяный. "У парня их был миллион, так что это займет некоторое время. Персоналии ничем не хвастаются ".

"Ты уже добрался до жены?"

"Чья жена?"

"Неважно". Когда двери открылись, вперед вышел плотный человек в форме с жестким взглядом. Леттерман, подумала она, мог бы жить.

"Капитан Фини?"

"Прямо здесь. Где твой аттракцион?"

Он указал на черно-белый снимок. "Позволь мне протянуть тебе руку. Бедный ублюдок выглядит довольно больным ".

"Какой ближайший медицинский центр?" спросила она, когда они вдвоем затащили Фини на заднее сиденье, где он просто растянулся лицом вниз.

"Получил стационарную клинику на углу Бродвея и Восемнадцатой".

"Отведите его туда".

"О, Даллас", - пробормотал Фини.

"Оставайся с ним", - продолжила Ева. "Я свяжусь с его женой. Когда она доберется туда, если она хочет, чтобы ты остался, ты остаешься ".

"Да, сэр".

"Имя?"

"Клинк".

"Позаботьтесь о нем, офицер Клинк".

Она захлопнула дверь, отступила назад. И, наблюдая, как Клинк увозит Фини, задавалась вопросом, есть ли у нее время на сеанс детоксикации.

Она ограничилась мытьем рук, как будто ее следующей задачей было провести операцию. И, пометив жену Фини на ходу, отправилась обратно в свое подразделение, чтобы разыскать Макнаба. У нее были видения ЭДДА, устраивающего оргию библейских масштабов без Фини во главе. Как раз в тот момент, когда она собиралась попытаться добраться до Макнаба, она заскочила в свой собственный КПЗ и увидела его.

Он стоял к ней спиной, но ошибки быть не могло - это был Иэн Макнаб. У кого еще было такое худощавое телосложение, длинный хвост светлых волос, спадающий на спину, рубашка, которая напоминала вид в калейдоскопе? И у кого еще была бы его плоская задница на столе ее партнера?

"Макнаб, убери свое жалкое подобие задницы со стола Пибоди и ступай в мой кабинет".

Она не потрудилась подождать, чтобы увидеть, повинуется ли он. Она не сомневалась, что он так и сделает, или что перед этим он слегка ущипнет или пощекочет Пибоди. Некоторые вещи, свидетелем которых ей не нужно было быть.

К тому времени, как она принесла кофе, он уже врывался в ее кабинет. "Привет, Даллас, я только что спустился, чтобы ..."

"Кто старший офицер под началом Фини?"

"А, это, должно быть ... да, это, вероятно, сержант Ридуэй. Почему?"

"Я только что отвез Фини в медицинский центр. Его..."

"Боже". Мягкие зеленые глаза Макнаба затуманились беспокойством. "Он настолько плох? Он выглядел грубым этим утром ".

"Достаточно плохо. Сообщите вашему сержанту-детективу, что ваш капитан заболел. Если ему понадобится какая-либо информация или помощь, он может связаться со мной ".

"Она. Детектив-сержант Мелоди Ридуэй".

"Полицейский по имени Мелоди. Это просто неправильно ". Она отмахнулась от этого. "Если у вашего старшего офицера нет возражений, я бы хотел, чтобы вы были главным специалистом по электронной почте в расследовании дела Андерса. Ты раздражаешь, но, по крайней мере, я знаю, чего от тебя ожидать ".

Он усмехнулся ей. "Я работал над этим. Я спустился, чтобы сообщить вам последние новости ".

"Фини только что дал мне одну по пути в транспо - или частично. Вы начали разбираться с электроникой жены?"

"Сначала мы сосредоточились на жертве, и у него серьезные проблемы с лодками. Довольно холодные. Парню нравился ультрасовременный ", - перевел он, когда Ева нахмурилась. "Я могу переключиться на жену, если хочешь. Что-нибудь особенное, что я бы искал?"

"Да, ее разговор с убийцей был бы милым. Вы знаете подробности дела, вы детектив. Ты поймешь, когда увидишь или услышишь это. Возвращайся туда, Макнаб ".

"Хорошо. Послушайте, я позвоню миссис Фини, дам ей знать ".

"Уже сделано. Но вы могли бы связаться с офицером Клинком. Он с Фини ".

"Хорошо. Эй, это журнал о том, что Пибоди делает сейчас сегодня вечером. Она в шоке. Я только что говорил ей ободряющую речь ".

"Пока это все, что ты ей давал. Уходите сейчас и не прикасайтесь к моему партнеру на выходе ".

Она закрыла за ним дверь. Долив себе кофе, она села за свой стол, водрузив на него ботинки. И изучила ее доску убийств.

Андерс, Томас А., подумала она. Шестьдесят один год, богатый и успешный. Женат, детей нет. Любящий дядя своему единственному племяннику, который является главным наследником. Любил спорт и электронные игрушки - и, по словам его супруги, извращенный секс. Верный друг. Честный работодатель. Свидания по гольфу, теннису, абонементы на все виды спорта, известные человеку. Места в боксах.

Отвернувшись от доски убийств, она открыла файл на своем компьютере, пролистала фотографии с места преступления, которых не было на доске, затем изучила свои собственные записи о шкафу / гардеробной жертвы.

Костюмы, конечно. Выглядели, наверное, как дюжина. Два смокинга. Одевайте рубашки, галстуки. Да, да. Все это занимало одну стену комнаты. Короткая стена. И две более длинные стены были заполнены повседневной одеждой, спортивной одеждой. Брюки для гольфа, брюки цвета хаки, спортивные рубашки, шорты, спортивные штаны, толстовки. А в ящиках, что она увидела, когда открыла ящики?

Носки для платья, вспомнила она, вспоминая это в своей голове. Свитера высокого класса - из кашемира, шерсти мериноса, альпаки. Множество футболок - с короткими и длинными рукавами. Много спортивных логотипов, эмблем команд. Его собственный бренд. Десятки спортивных носков. Боксерские шорты. Простые белые боксеры, простые белые майки. Сшитые на заказ пижамы.

Интересно.

Она добавила несколько заметок к файлу. После быстрого стука Пибоди просунула голову внутрь. "Даллас, Бен Форрест здесь. Он хотел бы тебя увидеть ".

Ева подумала о доске убийств, начала говорить Пибоди, чтобы он подождал, затем передумала. "Отправьте его обратно".

Она закончила свои заметки, сохраненные в файле. Когда раздался следующий стук, она ответила отсутствующим: "Войдите".

"Лейтенант, я ценю вас ..."

Она наблюдала за лицом Бена. Наблюдал, как расширяются усталые глаза, и ошеломленный ужас превращает их в стеклянные. "Боже, о, Боже".

"Мне жаль, мистер Форрест". Она стояла под таким углом, что загораживала ему вид на фотографии его дяди. "Я не думал. Давайте вынесем это наружу ".

"Я-я... я знаю, что ты мне сказал, и что они говорят в средствах массовой информации. Как он умер. Но..."

Ева сняла свое пальто с крючка, перебросила его через доску. "Садись". Она слегка подтолкнула его, чтобы убедиться, что он это сделал, затем принесла ему бутылку воды.

"Кто мог сделать это с ним? Кто мог так унизить его? Убить его было недостаточно?" Вместо того, чтобы выпить, Бен похлопал бутылкой по ладони. "Этого было недостаточно, чтобы лишить его жизни?"

"Кто хотел бы так унизить его?"

Когда его взгляд поднялся на Еву, ярость вспыхнула в нем. "Я не знаю. Клянусь Богом, я не знаю. Если бы я знал, если бы я даже подумал, может быть, может быть, он или она, я бы сказал тебе. Я любила его, лейтенант Даллас ".

"Я верю тебе. Вы путешествовали с ним по случаю. По делам или для удовольствия. Поездки в гольф, спортивные мероприятия."

"Да. Я думаю, мы совершали в среднем по крайней мере одну поездку в месяц ".

"Бен, посмотри на меня. Я верю, что ты любила его, и я говорю тебе, что если ты сдерживаешься, ты не помогаешь ему. Так что подумай, прежде чем отвечать мне. Когда вы путешествовали, только вы двое, он когда-нибудь искал женщин, он когда-нибудь устраивал общение - профессиональное или иное."

"Нет. Подождите. " Он поднял руку, закрыл глаза и сделал несколько вдохов. "Мы почти всегда делили номер с двумя спальнями. Таким образом, мы могли бы тусоваться вместе. Я не могу поклясться, что он всегда был один в своей части номера или что он никогда не выходил на охоту после того, как я ложился спать. Я не могу поклясться в этом. Я могу только поклясться вам, что я никогда не видел и не слышал никаких признаков такого рода вещей. Я никогда не знал, чтобы он искал общения. Он обычно спрашивал меня, иногда, чтобы подразнить, о том, чтобы найти женщину и остепениться. Лейтенант, он остепенился . Если вы будете копаться в грязи, которой кто-то его обмазал, вы никогда не найдете того, кто это с ним сделал. Потому что это чертова ложь ".

"Ладно, Бен. Как насчет этого? Вы двое много путешествовали вместе, только вы двое. Вы когда-нибудь посещали какие-нибудь стрип-клубы, секс-клубы? Что-то вроде мальчишника для мальчиков?"

"Нет. Это было не в стиле дяди Томми, и ему было бы неловко идти со мной в подобное место. Мы ходили на игры, в спортивные бары, что-то в этомроде ".

"Хорошо".

Он кивнул, затем открутил крышку, выпил воду. "Они связались с Авой и сказали, что мы можем забрать его прямо сейчас. Я беру на себя организацию. Я хотел прийти сюда, чтобы посмотреть, есть ли там что-нибудь. Все, что ты можешь мне рассказать ".

"Я могу сказать тебе, что твой дядя - мой приоритет. У вас будут поминки?"

"Завтра". Он снова выпил. "Мы не хотели ждать. Бриджит помогает с деталями. Он хотел бы простого. Ему больше всего нравилось простое ".

"Кто украшал дом?"

Он издал удивленный смешок. "Ава. И да, это не просто. Дяде Томми понравилось, хотя он получил удовольствие от того, что он назвал "Дворец Авы ".

"Держу пари. Стиль его офиса сильно отличается ".

"Да. Мир парней. Вот что бы он сказал ".

"Принимал ли он снотворное?"

"Я... я так не думаю. Я имею в виду, может быть, время от времени. Я не помню, чтобы он упоминал что-то подобное, но я не думаю, что это когда-либо всплывало. Я знаю, ему нравилось, когда дверь была закрыта, а шторы задернуты, когда он ложился спать. Он сказал, что это был единственный способ хорошо выспаться ночью. Итак, я предполагаю, что такого рода вещи были его снотворным средством ".

"Хорошо".

"Хорошо. В любом случае, спасибо." Он поднялся на ноги, и его взгляд вернулся к доске, прикрытой теперь пальто Евы. "Я рад, что увидел это. Не образы, я никогда не буду рад этому. Я рад, что увидел, что у вас здесь это есть. Что ты смотришь на это, что ты не можешь повернуться в этой комнате, не увидев, что с ним сделали. Это помогает мне понять, что ты это серьезно. Он - твой приоритет ".

Оставшись одна, Ева повернулась обратно к доске. Она сняла пальто, бросила его на стул для посетителей. И она посмотрела в глаза Аве Андерс.

"Ты лжец", - заявила Ева вслух. "Ты лжец, и я собираюсь это доказать".

8

ЕВА САМА ПРОВЕРИЛА ПЕРЕДАЧУ, ЗАТЕМ перепроверила ее. Было неоспоримо, что Грета Горовиц связалась с Авой Андерс, звонок был сделан из дома в Нью-Йорке и направлялся в номер, зарегистрированный на имя Авы на Сент-Люсии. Передача продолжалась с 6:14 до 6:17 утра.

С закрытыми глазами Ева воспроизвела копию передачи, предоставленную EDD. Ава заблокировала видео, но Ева сделала то же самое сама, когда поступали звонки, пока она была в постели. Хотя жаль, чертовски стыдно. Было бы здорово увидеть лицо Авы, прочитать язык ее тела. Тем не менее, голос был безупречен - каждый холм и долина. Сонное раздражение, переходящее в нетерпение, шок и вплоть до горя. Каждая нота сыграна идеально.

Все еще...

"Компьютер, отправь копию этого сообщения и копию записанного интервью с Авой Андерс сегодня в лабораторию. Обратите внимание на шефа Беренски. Памятка прилагается: Требуется анализ голосовых отпечатков и проверка как можно скорее. Требуется подтверждение того, что записанные голоса принадлежат одному и тому же человеку и что ни один из образцов не был предварительно записан или передан из удаленного места. Даллас, лейтенант Ева."

Она добавила имя и номер файла дела.

Могло бы сработать и таким образом, размышляла Ева. Сложно, но не невозможно. Дублирование голоса, сбой передачи. Она попросила бы ЭДДА еще раз взглянуть на эту возможность. Но если это не сработало...

Она провела поиск по частному транспорту и максимально быстрому времени трансфера из Нью-Йорка в Сент-Люсию. Результаты расстроили ее.

Недостаточно времени, признала она. У них просто не было достаточно времени, чтобы добраться с места преступления обратно в Сент-Люсию, обратно в гостиничный номер на острове, чтобы ответить на звонок, даже если бы Ава не договорилась с перевозчиком. Физика обеспечила ей безупречное алиби.

Она вернулась к линии времени, попыталась найти в ней дыру. Ее звено подало сигнал, отдав приказ явиться к ее командиру.

Чтобы сэкономить время, она втиснулась в лифт. Она подъехала на полпути с копами, адвокатами и маленькой длинноухой собачкой.

"Остроумие в глазах", - сказал ей полицейский, стоявший рядом с собакой.

"Это так?"

"Больше похоже на нос свидетеля. Владельца ограбили, когда он провожал Эйба сюда. Утверждает, что Эйб опознает парня, который напал на него, по запаху ". Полицейский пожал плечами. "У нас есть три возможных варианта, так что, какого черта".

"Да, удачи с этим".

Ева пыталась понять, как они рассчитывали убедить окружную прокуратуру выдвинуть обвинения против подозреваемого по собачьему носу, пока она преодолевала оставшееся расстояние до кабинета своего командира.

"Проходите прямо, лейтенант". Администратор сделал жест рукой. "Они ждут тебя".

Коммандер Уитни сидел за своим столом, спиной к виду города, который он защищал и которому служил более половины своей жизни. На его лице отражались годы, но Ева всегда чувствовала, что оно показывает их таким образом, что это имеет значение. Линии и бороздки, врезанные в его темную кожу, показали, что он прожил эти годы и помнил их.

Он носил короткие волосы, и хотя она подозревала, что его жена предпочла бы другое, он щедро посыпал перец солью. Он хорошо держался своего крупного телосложения и сильной рукой удерживал командование.

"Коммандер", - начала она, затем сделала паузу, когда мужчина, сидевший в кресле для посетителей с высокой спинкой лицом к столу, поднялся. "Шеф Тиббл".

Не просто командир, подумала она, переоценивая ситуацию, но и шеф полиции.

"Лейтенант". Уитни указала на второй стул. "Присаживайтесь".

Она повиновалась, хотя предпочитала стоять, предпочитала давать устные отчеты на ногах.

"Лейтенант". Тиббл совершил прыжок и заставил ее задуматься, почему, если это была его встреча, она не сидела в Башне. "Я попросил командира уделить мне несколько минут с вами здесь. Что касается расследования дела Андерса ".

"Да, сэр".

Он откинулся на спинку стула. Худощавый мужчина, он предпочитал хорошие костюмы и, как она помнила, хороший скотч. Как и Уитни, он поднялся по служебной лестнице, и хотя теперь он был - по сути - политиком, офис не вытеснил из него полицейского.

"Причина, по которой я спрашиваю, несколько личная".

"Вы знали мистера Андерса, сэр?"

"Нет, я этого не делал. Моя жена, однако, знакома с его вдовой".

Ева подумала: Дерьмо.

"Они вместе работали в нескольких комитетах. В любом случае, когда моя жена связалась с миссис Андерс, чтобы выразить свои соболезнования, миссис Андерс выразила серьезную обеспокоенность тем, как нынешний тон СМИ повлияет не только на репутацию ее покойного мужа, бизнес, но и на благотворительные программы, связанные с Андерсом по всему миру. Я нахожусь в положении, в котором прошу вас помочь в ослаблении средств массовой информации ".

"При всем уважении, шеф Тиббл, как вы предлагаете мне это сделать? Это не Code Blue, и если бы это называлось так на данный момент, если бы мы спровоцировали отключение средств массовой информации сейчас, это только накормило бы зверя ".

"Я согласен. Есть ли на данный момент какая-либо область вашего расследования, которая дала бы им другую пищу для размышлений?"

"Я считаю, что обстоятельства, при которых была найдена жертва, были подстроены. Но если я выброшу эту кость, я поставлю под угрозу расследование и сообщу подозреваемому о линии, которой я придерживаюсь ".

"У вас есть подозреваемый?"

"Я верю. Вдова."

Тиббл вздохнул, запрокинул голову и посмотрел в потолок. "Ад. Как... " Он оборвал себя. "Извини, Джек, это твоя область".

"Лейтенант, объясните, как женщина, которая во время убийства находилась за несколько тысяч миль отсюда, возглавляет ваш список подозреваемых?"

"Не подтверждено, что она была в Сент-Люсии, коммандер. В передаче от управляющего домом не было видео. Я отправил эту передачу и образец голоса миссис Андерс из интервью этим утром в лабораторию для сравнения отпечатков голоса. Даже если это подтвердит ее алиби, она замешана. Она часть этого. Она лжет, коммандер. Она лжет", - повторила она, оглядываясь на шефа. "Она говорит вашей жене, что обеспокоена последствиями в средствах массовой информации. Последствия, раскрывающие, что ее муж занимался внебрачным сексом, который включал связывание, ношение шрамов, но вдова - единственный опрошенный человек, который подтверждает эти утверждения ".

"Возможно, " сказала Уитни, - жена знала бы о сексуальных наклонностях своего мужа, в то время как другие нет".

"Да, и это то, на что она рассчитывала. Она ошибается, коммандер. У меня пока нет твердой уверенности, но я знаю, что она неправа. Постановка неправильная. Это слишком сложно, слишком... вычурно", - сказала она за неимением лучшего. "Кто бы это ни сделал, он знал дом, охрану, знал привычки Андерса. Были небольшие ошибки, но по большей части все было хорошо спланировано. Кто бы это ни сделал, он хотел унизить его, открыть ему доступ к тому безумию СМИ, которое происходит. Миссис Андерс - эксперт по пиару. Точно так же, как она знает, что если она сыграет это правильно, после того, как шутки о ней утихнут, она выйдет золотой. Кто получает сочувствие, поддержку, понимание? Она будет жертвой, и именно она расправит плечи и пойдет дальше ".

"Вы хотите сказать, что она сделала это для рекламы?" Потребовала Уитни.

"Нет, сэр, но это побочный эффект, о котором она будет знать и найдет способ использовать.

"Это был не незнакомец, коммандер, это был не профессионал, и это не был несчастный случай. Это оставляет меня с Авой Андерс ".

"Тогда докажи это", - сказала ей Уитни.

"Да, сэр. У меня есть Рорк в качестве эксперта-консультанта, анализирующий все финансовые отчеты, ищущий любые скрытые счета ".

"Если бы кто-нибудь мог их найти".

"Да, сэр", - повторила она. "Я намерен провести более тщательную проверку биографических данных миссис Андерс и опросить ее первого мужа, а также других ее друзей и соратников и жертвы".

Она воскресла. "Что касается средств массовой информации, шеф Тиббл, детектив Пибоди появится в "Сейчас " этим вечером. Я не могу говорить за Надин Ферст, но у меня есть сведения, что она знала жертву и он ей нравился. Уважал его ".

"Почему Пибоди, " требовательно спросила Уитни, " а не ты?"

"Потому что, коммандер, ее нужно столкнуть в глубокий конец бассейна. И Надин очень любит Пибоди. Это не значит, что она не будет давить или копать, но она не съест ее живьем. И, по моему мнению, сэр, детектив Пибоди может и справится сама."

"Если она облажается, лейтенант?" Тиббл улыбнулся. "Ты будешь тем, кто разберется с моей женой".

"Так отмечено. На самом деле, мне было бы полезно поговорить с ней, если ты не возражаешь."

"Идите прямо вперед. Но справедливое предупреждение. В данный момент она чувствует себя очень защищенной по отношению к миссис Андерс."

Различные подходы к допросу жены начальника полиции занимали ее мысли все время, пока она возвращалась в Отдел убийств. Дипломатия могла быть ключом, и этот конкретный ключ имел тенденцию становиться скользким в ее пальцах. Но она будет держаться стойко. Затем последовал трюк с интервьюированием жены полицейского - жены главного полицейского - не позволяя ей заподозрить, что вы подозреваете женщину, которую она "чувствовала себя очень защищенной".

Просто нужно справиться с этим, подумала Ева. Вот почему они заплатили ей средние деньги.

"Леди! Эй, леди!"

Это заняло у нее минуту, но она создала голос и маленький пакет, из которого он исходил. Кофейно-черная кожа, яркие зеленые глаза, вьющиеся волосы, собранные на макушке. Мальчик тащил тот же самый потрепанный чемодан - размером примерно со Стейтен-Айленд, - который он тащил в декабре, когда складывал в него поддельные кашемировые шарфы рядом с распластанным телом прыгуна на Бродвее.

"Разве я не говорил тебе раньше, что я не леди".

"Ты полицейский. Я выследил тебя, и я ждал здесь, и эти другие копы пытались приставать ко мне по поводу того, почему меня не было в школе и тому подобного дерьма ".

"Почему ты не в школе и тому подобном дерьме?"

"Потому что у меня есть дело". Он ткнул в нее пальцем. "С тобой".

"Я ничего не покупаю".

"Я должен дать чаевые".

"Да? У меня тоже есть один. Не откусывай больше, чем можешь прожевать ".

"Почему бы и нет? Ты не можешь это прожевать, ты все равно это выплевываешь ".

Это не было глупо, отметила Ева. "Хорошо, какие у тебя чаевые?"

"Я скажу тебе, но я очень хочу пить". Он одарил ее той же улыбкой, что и в декабре прошлого года.

"Я похож на метку, коротышка?"

"Ты выглядишь как лучшая сучка-полицейский в Нью-Йорке. Об этом говорят на улицах ".

"Да". Может быть, у нее найдется свободная минутка и цена на Пепси. "Это правильное слово. Дай мне чаевые, и если мне понравится, я зайду выпить ".

"Я знаю, где наблюдается подозрительная активность, и подозрительные персонажи. Я собираюсь забрать тебя ".

"Малыш, тебе трудно найти какое-либо место в городе, где нет подозрительных действий и персонажей".

Он с отвращением покачал головой. "Ты коп или кто?"

"Мы установили это. И у меня есть полицейская работа, которую нужно сделать ".

"Тот же парень, то же место, те же времена. Каждый день в течение пяти недель. Я видел это. Может быть, они тоже видят меня, но они не обращают на меня внимания, потому что я ребенок ".

Нет, подумала Ева, не глупые. Большинство людей не видели детей. "Что этот один и тот же парень делал в одном и том же месте в одно и то же время каждый день в течение пяти недель, что делает его подозрительным персонажем, вовлеченным в подозрительную деятельность?"

"Он входит с большой старой сумкой для покупок, тяжелой так, как он ее несет. И пару минут спустя, боп!он выходит снова, и у него другая сумка. Это тоже не тяжело ". Парень поправил надувной щит, висевший у него за спиной.

"Где это логово беззакония?"

Лоб парня нахмурился, как у престарелого дедушки. "Это не логово. Это магазин. Я собираюсь забрать тебя. Это хороший совет. Мне бы апельсиновую шипучку."

"Ты должен получить пинок под зад". Но она достала кредиты, передала их, ткнула большим пальцем в пункт продажи. Пока он вводил титры, она размышляла. Парень был достаточно проницателен и, вероятно, видел только то, что сказал. Это означает, что магазин был прикрытием - или бородой - для раздачи бумажников, сумок и всего остального, что уличный вор мог украсть у туристов и жителей Нью-Йорка, достаточно глупых, чтобы обчистить их карманы.

Парень сосал газировку. "Мы должны добраться, чтобы ты мог их поймать".

"Дай мне местоположение, и я пришлю копов".

"Не-а. Я должен показать тебе. Таков уговор ".

"Какая сделка? Я не заключал никакой чертовой сделки. У меня нет времени разъезжать по округе, ожидая, пока какой-нибудь карманник бросит свою сумку ".

Глаза мальчика были как стеклянные и такие же острые. "Я думаю, ты не очень хороший полицейский".

Она могла бы пристально посмотреть на него, она была почти уверена в этом. Но он заставил ее лопатки зачесаться. "Ты заноза в заднице". Она проверила время, подсчитала. Скорее всего, место высадки было на Таймс-сквер, где она имела несчастье впервые встретиться с парнем. Она могла бы заскочить туда по дороге домой. Может быть, она сделала бы какую-нибудь чертову работу дома, не отвлекаясь каждые пять минут.

"Ждите здесь", - приказала она. "Если тебя не будет здесь, когда я вернусь, я выслежу тебя, как собаку, и запихну в этот чемодан. Копать?"

"Я тебе покажу?"

"Да, ты собираешься показать мне. Останься". Она шагнула в КПЗ. "Пибоди, я должен совершить пробежку, полуличностную, затем я собираюсь поработать дома".

"Но-но- я должен уехать на 75 in...in как будто в любую минуту!"

"Сделайте это, скопируйте любые новые данные, отправьте их в мой домашний офис".

"Но..." На бегу Пибоди бросилась за Евой. "Ты не пойдешь со мной?"

"Возьми себя в руки, Пибоди". Ева схватила диски с файлами, бросила их в свою сумку. "Ты уже выступал в прямом эфире раньше".

"Не такие, как это . Даллас, ты должен пойти со мной. Я не могу пойти туда один. Я буду..."

"Иисус, как люди могут стоить всего этого? Возьмите Макнаба. Скажи его сержанту, что я все уладила." Ева натянула пальто. "И не облажайся".

"Ты должен был сказать "сломать ногу"!" - Позвала Пибоди, когда Ева топала прочь.

"Облажаешься, и я сам сломаю твою чертову ногу".

"Даллас".

"Что?" Она с рычанием повернулась к Бакстеру, затем вспомнила. "Прости. Есть новые зацепки?"

"Нет. Ты ..."

"Нет, у меня не было возможности взглянуть на файл. Как только смогу, Бакстер." Головная боль, вызванная, как она знала, явным раздражением, начала пульсировать за ее глазами. "Давай, парень, и если ты меня разыгрываешь, то узнаешь из первых рук, почему говорят, что я лучший сучий коп."

В гараже парень печально покачал головой, глядя на ее машину. Он забрался внутрь, поставил чемодан на колени, долго изучал приборную панель, затем обратил на нее свои венерианские зеленые глаза. "Эта поездка - дерьмо".

"Тебе стало лучше?"

"Я не умею управлять, но я знаю дерьмо. Как так получилось, что топ-сука-полицейский так дерьмово ездит?"

"Это вопрос, который я задаю себе ежедневно. У тебя есть имя?"

"У тебя есть один?"

У нее было странное чувство, что она забавляла его. "Лейтенант Даллас".

"Что за имя такое Лу-тенит?"

"Это чинно. Это мое звание".

"У меня нет звания, мне не на чем ездить".

"Назови, малыш, или приключение на этом закончится".

"Тико".

"Ладно, Тико, куда мы идем?"

Он надел то, что, как предположила Ева, было его загадочным лицом. "Может быть, мы совершим круиз по Таймс-сквер".

Она выехала из гаража, вклинившись в поток машин. "Что в чемодане на этот раз?"

"Я купила кашемировые шарфы и кепки в тон. Почему ты не носишь кепки? Жар выливается тебе на макушку, ты не носишь кепку".

"Почему ты его не носишь?"

"Продал это". Он ухмыльнулся ей. "Я продажный дурак".

"Как продажный дурак, Тико, зачем ты тащил себя и это дело аж в Центральную, чтобы рассказать мне о сбросе?"

"Я ничего не ронял".

Не такой уличный, каким он казался, решила она. "О подозрительных действиях".

"Мне не нравятся подозрительные действия вокруг моего двора. У меня есть дело. Кто-то крадет кошельки и прочее дерьмо, тогда у людей не будет денег, чтобы купить мои шарфы и кепки, и довольно скоро, при хорошей погоде, мои шарфы и галстуки из стопроцентного шелка ".

Поскольку это имело смысл, Ева кивнула. "Хорошо, почему бы не рассказать об этом одному из патрульных?"

"Зачем это делать, когда мне нужно пристроиться к самой верхней сучке?"

Трудно найти брешь в его логике, решила Ева. "Тебе нравится, Тико?"

"Я в курсе, не волнуйся. Может быть, ты свернешь на Сорок четвертую и остановишь там поездку. Любой, кто что-то знает, видит эту дерьмовую поездку, делает ее для копов ".

И снова он попал в точку. Она срезала, прокладывая себе путь через весь город. Возможно, девушке повезло, но она заняла место на улице второго уровня между седьмым и восьмым.

"У тебя есть оружие и прочее дерьмо, верно?" - спросил он, когда они начали пробираться сквозь толпу на восток, к Бродвею.

"У меня есть мое оружие и прочее дерьмо. Это место на западной или восточной стороне Бродвея?"

"Восток. У меня свой двор в вест-сайде, работаю на нем с сорок второй улицы вплоть до сорок седьмой. Но я могу остаться в основном в сорок четвертом раунде. Место находится между сорок третьей и сорок четвертой улицами, прямо на Бродвее. Теперь он скоро появится ".

"Вот как это будет работать. Вы собираетесь идти вперед, располагайтесь на своем обычном месте. Я пойду с вами, взгляну на ваш товар. Ты видишь этого парня, ты указываешь на него - не указывая, понимаешь меня? Я разберусь с этим дальше ".

Возбуждение плясало в его глазах. "Как будто я под прикрытием".

"Да, это оно. Проваливайте ".

Он карабкался, короткие, крепкие ноги двигались, огромный чемодан подпрыгивал. Ева достала свой коммуникатор и вызвала пару полицейских в форме. Когда Ева повернула за угол на Бродвей, Тико развернул свой складной чемодан и установил его на треножные ножки. Ее нисколько не удивило, что у него уже была пара клиентов.

Вечная вечеринка Бродвея потрясала своими мигающими огнями, небоскребными экранами и рекламными щитами. Целые взводы подростков заполнили тротуары, прыгая на воздушных досках, катаясь на коньках или топая в модных трехдюймовых ботинках на гелевой подошве. На своих углах тележки торговали быстро, раздавая собак, крендельки, кебаб, порции картошки фри или хэша и всевозможные жидкие закуски.

Туристы глазели на цвета, рекламные дирижабли, аркады и секс-шопы, в которых также быстро велся бизнес. Большинство из этих туристов, по мнению Евы, могли бы носить неоновую вывеску с мигающей стрелкой, указывающей на их карманы.

ВЫБЕРИ МЕНЯ.

Она бочком подошла к столику Тико, и он преувеличенно изогнул бровь. "Стопроцентный кашемир. Шарфы и кепки. Сегодня вы покупаете набор по специальной цене".

"Что в этом такого особенного?"

Он ухмыльнулся. "Сотня за набор. Обычно это обходится вам в 125 долларов. В магазине цена в пять раз дешевле. Этот полосатый - Он сейчас идет." Тико понизил голос до драматического шепота, как будто его слова могли прорваться сквозь лавину шума на другой стороне улицы. "Красная сумка для покупок. Увидеть его -"

"Не показывай пальцем".

Ева бросила небрежный взгляд через плечо. Она увидела красную сумку и высокого, долговязого мужчину в серой полевой куртке и черной кепке.

"Ты должен пойти и забрать его. Сто долларов за набор", - сказал Тико женщине, которая остановилась, чтобы просмотреть его ассортимент. "Только сегодня. Продолжай и приведи его ".

Где, черт возьми, была ее униформа? "Ко мне приближаются копы".

"Ты полицейский".

"Я возьму это", - сказала женщина, доставая свой бумажник.

Тико схватил прозрачный пластиковый пакет. "Он собирается войти!"

"Я из отдела по расследованию убийств. Там есть мертвое тело?"

"Откуда я знаю?" Ему удалось упаковать шапку и шарф, взять деньги, внести сдачу и прожигать Еву взглядом насквозь.

"Дерьмо. Ты остаешься здесь. Ты останешься точно здесь".

Чтобы не привлекать внимания, она пересекла улицу на светофоре, ускоряясь до петляющего спринта, игнорируя проклятия людей, которых она отталкивала в сторону. Она держала бэгмена на прицеле и была менее чем в трех ярдах позади него, когда он свернул к витрине магазина, предлагающего сувениры из Нью-Йорка, в том числе футболки по цене три за 49,95 долларов.

Она распахнула дверь. Короткий, узкий магазин, отметила она, быстро оценив. Один мужчина, одна женщина, работающие за боковой стойкой, и бэгмен, направляющийся прямо назад.

Чертова униформа, подумала она.

"Помочь тебе?" спросила женщина без особого интереса.

"Да, я вижу то, что хочу". Ева подошла к бэгмену сзади, похлопала его по плечу. Она повернулась так, чтобы его тело было между ней и прилавком, на случай, если другие начнут резвиться, затем показала свой значок. "Ты попался".

Женщина за прилавком закричала так, как будто топор раскроил ей череп. За долю секунды, которая отвлекла Еву, локоть бэгмена попал ей в скулу. Взорвались звезды.

"Черт возьми". Ева врезала коленом ему по заднице и тыльной стороной ладони впечатала его в витрину с футболками. С дергающейся стороной лица и оружием в руке она развернулась. "Леди", - предупредила она, когда женщина перелезла через прилавок, стремясь к входной двери. "Еще один шаг, и я оглушу тебя, тупица. На полу. На гребаный пол, лицом вниз, руки за голову. Ты. " Она мотнула головой в сторону продавца, который стоял с высоко поднятыми руками. "Ты хорош. Оставайся таким. И ты."

Она раздраженно пнула бэгмена. "Зачем тебе нужно было идти и делать это? Сейчас все еще хуже, не так ли?"

"Я просто зашел сюда, чтобы купить футболку".

"Да? Ты собирался заплатить за это одним из них?" Она дотронулась до коллекции бумажников и сумочек, которые вывалились из сумки для покупок.

Она вежливо посмотрела на двух полицейских в форме, которые ворвались с улицы. "Ну и дела, извините, ребята. Я прервал ваш перерыв на кофе? Посмотри сзади. Я полагаю, что обнаруживаю подозрительную активность в этом заведении ". Она слегка прижала пальцы к пульсирующей щеке. "Гребаный А. И вызовите фургон, чтобы втащить этих долбоебов. Ограбление, торговля крадеными товарами..."

"Эй, лейтенант! Здесь еще пара сотен бумажников и сумок. И мошенники с кредитными / дебетовыми картами и удостоверениями личности".

"Да?" Ева победно улыбнулась мужчине с очень грустными глазами и поднятыми руками. "Мошенничество, кража личных данных. Дар, который продолжает дарить ".

Это заняло еще двадцать минут, но когда Ева снова переходила улицу, Тико стоял именно там, где она ему сказала.

"Я сказал им, копам, когда увидел, что они приближаются". Он подпрыгивал на носках своих черных кроссовок. "Я сказал им, где".

"Ты поступил хорошо".

"Ты должен заставить мышку включиться. Ты ввязался в драку с подозрительным типом?"

"Я надрал ему задницу. Прекрати это, Тико. На сегодня с вас хватит ".

"Я могу поработать еще час, наверстать упущенное за поездку в центр и все такое".

"Не сегодня".

"Ты забираешь этих людей в тюрьму?"

"Их забирают полицейские. Им не нужна лучшая сука-полицейский, чтобы повернуть ключ, " сказала она, предвосхищая его. "Где твоя берлога, Тико?"

Он сузил глаза. "Ты не думаешь, что у меня есть козыри?"

"Если они у тебя, скажи мне, куда, чтобы я мог отвести тебя".

"За углом. Квартира на третьем этаже, над греческим местом. Я же говорил тебе, что это мой двор ".

"Да, ты сделал. Разбей это. Поехали".

Она могла видеть, что он был недоволен этим, но он сделал это. "То, что я ушел так рано, чтобы спуститься вниз и забрать тебя, стоило мне пяти легких".

"Я купил тебе шипучку".

Поскольку его каменный взгляд понравился ей, она достала несколько кредитов. Насчитал пятьдесят. "Это десять процентов от пяти, которые, по твоим словам, ты потерял. Я полагаю, это покроет ваше время и ваш транспорт."

"Солидный". Кредиты исчезли в одном из нескольких карманов. "Ты оглушил кого-нибудь из тех людей, что там?"

"Нет". Что за черт, подумала Ева. Она могла бы добавить немного сока к пятидесяти. "Но женщина закричала, как девочка, и попыталась убежать. Я сказал ей упасть, или я оглушу ее ".

"А ты бы стал?"

"Чертовски верно. Они украли у многих людей, и они делали поддельные карточки в подсобке. Похоже, они тоже забирали удостоверения личности ".

Он с отвращением покачал головой. "Воровать лениво".

Заинтригованная, она посмотрела на него сверху вниз. "Неужели?"

"Черт, да. Любой ленивый тупица может украсть. Нужны мозги и немного сока, чтобы зарабатывать деньги. Мы здесь, наверху ". Он открыл дверь рядом с крошечным магазинчиком гироскопов. В вестибюле размером со шкаф был лифт. Табличка "Не работает" на нем выглядела примерно десятилетней давности. Ева поднялась по лестнице с мальчиком. Здесь пахло луком и чесноком, не совсем неприятно. Стены были грязными, ступени в пятнах и крутыми.

Она представила, как он каждый день взбирается по ним вверх и вниз, таща свой чемодан. Да, это потребовало некоторого напряжения.

На третьем этаже он достал связку ключей из одного из своих карманов, открыл три замка. "Вы можете зайти, если хотите познакомиться с моей бабушкой".

Что-то готовилось. Ева уловила аромат помидоров, когда вошла в крошечную комнату, которая была скудной, с аккуратными кружевными занавесками.

"Это мой мальчик?" - позвал кто-то через узкий дверной проем.

"Да, мэм, бабушка. Со мной кое-кто есть ".

"Кто у тебя есть?" Женщина, которая вышла из дверного проема, держала деревянную ложку с короткой ручкой. Ее волосы были белым пушком на лице, изборожденном морщинами. Но ее глаза сияли тем же ярко-зеленым, что и у мальчика. На ней были мешковатый коричневый свитер и брюки, облегающие ее худощавую фигуру.

В этих глазах появился страх, а с ним и знание. С таким же успехом она могла бы крикнуть Коп! и вскинула руки в воздух, как продавец на стойке.

"Здесь нет никаких проблем", - сказала Ева.

"Это моя бабушка. Бабушка, это Лоо-тенит Даллас. Она на вершине...Она из полиции ".

"Он хороший мальчик". Женщина протянула руку, и Тико поспешил к ней, и она крепко прижала его к себе.

"Он не в беде".

"Мы поймали их, бабушка, вот что мы сделали. Мы хорошо их отделали ".

"Кто? О чем это?"

Тико потянул ее за руку. ""Участник, как я сказал вам, что видел тех подозрительных типов? Вы сказали, что они, вероятно, воровали из рук в руки. И они были. Я спустился и рассказал Даллас, и я отвел ее туда, где они были, и она пошла туда и хорошенько их арестовала. Разве это не выход?"

"Разве это не так", - рассеянно поправила его бабушка.

"Тико предупредил меня о подозрительной деятельности и помог полиции Нью-Йорка в выявлении прикрытия для уличных краж и мошенничества с личными данными".

"О, мой сладкий Господь".

"Миссис..."

"Мне так жаль. Я так взволнован, что едва чувствую свою голову на плечах. Я Эбигейл Джонсон ".

"Миссис Джонсон, у тебя очень интересный внук, и тот, кто сделал больше, чем сделало бы большинство людей. Многие люди в долгу у него за это." Она достала визитку, порылась в карманах, пока не нашла огрызок карандаша. "Это моя контактная информация. Есть награда".

"Я получу награду? За мое время и транспо?"

"Доброе дело само по себе награда", - сказала ему Эбигейл.

"Да, мэм, это правда. Тем не менее, полиция Нью-Йорка хотела бы выразить свою признательность за хорошую гражданскую позицию, и именно для этого у нее есть программа. Если вы свяжетесь с человеком, которого я перечислила на обратной стороне моей карточки, они все устроят." Она передала карточку Эбигейл, протянула руку Тико. "Отличная работа, парень".

"Снова в ЦДХ. Извини за мышь ".

"Не первые, не будут последними".

"Тико, иди вперед и помой посуду для ужина сейчас. Попрощайся с лейтенантом Даллас".

"Увидимся. Возвращайся ко мне во двор, я заключу с тобой выгодную сделку." Когда он умчался, Эбигейл медленно перевела дыхание.

"Я обучаю его на дому по два часа каждый вечер, семь дней в неделю. Мы ходим в церковь каждое воскресенье. Я слежу за тем, чтобы у него была одежда и хорошая еда. Я-"

"Здесь нет никаких проблем, миссис Джонсон. Если у вас есть какие-либо, свяжитесь со мной ".

Ева сбежала вниз по лестнице и вернулась на холод. Доброе дело может быть само по себе наградой, подумала она, прижимая руку к ноющей щеке. Но она, черт возьми, могла бы использовать пакет со льдом вместе со своим.

9

ЕВА ВОШЛА В ДОМ, ГОТОВЯСЬ К своему ежедневному празднику язвительности с Соммерсетом, у которого, без сомнения, нашлось бы что сказать по поводу синяка под глазом, который она готовила.

И его там не было.

Она постояла мгновение в пустом фойе, почти ожидая, что он материализуется, как дым. Озадаченная, она просунула голову в переднюю гостиную. Свежие цветы, приятно тлеющий огонь - но никакой костлявой задницы. Сквозь замешательство пробилось легкое беспокойство. Может быть, он подхватил что-то вроде того, что было у Фини - и не было никакого способа, чтобы она играла медсестру для местного упыря.

И все же, если бы он лежал где-нибудь без сознания в луже лихорадочного пота...Рорку просто пришлось бы тащить свою задницу домой и разбираться с этим.

Она начала обращаться к домашнему компьютеру, чтобы запустить его поиск, затем главная сука-полицейский подпрыгнула, как кролик, когда бестелесный голос Соммерсета вплыл в комнату.

"Поскольку я предполагаю, что у вас может быть некоторый интерес к вашему партнеру, вы должны знать, что появление детектива Пибоди в "Сейчас" начнется примерно через четыре минуты".

"Черт". Ева выдохнула это слово, хмуро глядя на интерком. "Я знаю, который час". Или она знала сейчас. Раздраженная, она начала подниматься по лестнице, и его голос преследовал ее.

"Вы найдете холодильные пакеты в верхнем, крайнем правом ящике на кухне вашего офиса".

Она ссутулила плечи - о, она услышала самодовольное удовлетворение - и продолжила. В своем кабинете она бросила пакет с файлами на стол, заказала нужный канал на экране. И поскольку ее щека пульсировала, как у сучки во время течки, достала и активировала дурацкий пакет для охлаждения. Чувствуя, как благословенный холод прижимается к ее лицу, она загрузила свой компьютер. С таким же успехом можно было бы разобраться со следующим раздражением в ее списке, подумала она, и написать отчет о взрыве на Таймс-сквер.

Она едва начала, когда загремела музыкальная тема Now. Она вполуха слушала вступление Надин, бросила взгляд на экран, где кошачьи глаза репортера трезво смотрели на нее в ответ. Ева предположила, что образ был безупречным и сильным, с вьющимися светлыми волосами, изящными украшениями, красивыми ногами, подчеркнутыми элегантным костюмом медного цвета. Конечно, большая часть зрительской аудитории не видела, как Надин танцует полуголой в секс-клубе после нападения зомби.

Она представила Пибоди как преданного делу, награжденного офицера полиции, и привела в пример некоторые из наиболее резонансных дел, которые она помогла закрыть. Когда камера переключилась на ее партнера, Ева поджала губы.

Ева отметила, что у Трины не было причудливых волос и лица. Она выглядела молодой, но не мягкой, так что это было хорошо. Костюм военного покроя, вероятно, сработал. И если бы вы не знали ее, вы бы не заметили крайнего ужаса в глазах Пибоди.

"Не облажайся", - пробормотала Ева.

Надин ввела ее в игру, немного поколотив, и Ева увидела, что Пибоди начала расслабляться. Не слишком расслабленные, подумала Ева. Она тебе не друг, когда ты в эфире. Никто тебе не друг, когда ты в эфире.

"Черт возьми, теперь я нервничаю". И из-за этого Ева встала и прошлась перед экраном, пока смотрела.

Справляюсь с этим, справляюсь с этим. Преследуем все версии, бла-бла-бла. Не могу прокомментировать подробности, бла, бла. Пибоди подтвердила, что не было никаких признаков взлома - это было нормально - и, что еще лучше, заглянула внутрь, там были признаки взлома системы безопасности.

Они кружили вокруг друг друга, обсуждая сексуальную природу убийства. Работой Надин было докапываться до деталей, а обязанностью Пибоди - не выдавать их. Стоя перед экраном, Ева почувствовала быстрый укол гордости. Они оба проделали хорошую работу.

Поступило достаточно информации, ровно столько, чтобы подтвердить, что в убийстве были сексуальные элементы. Но тон, послание ясно передавали, что Томас А. Андерс был жертвой. Была отнята жизнь.

Завершая это сейчас, поняла Ева. Слава Христу.

"Детектив, " начала Надин, - Томас Андерс был богатым человеком, влиятельным, заметным в социальных и деловых кругах. Его известность, должно быть, оказывает определенное давление на расследование. Как это влияет на вашу работу?"

"Я ... думаю, я бы сказал, что убийство уравнивает. Когда отнимают жизнь, когда один человек отнимает жизнь у другого, нет классовой системы, нет известности. Богатство, социальное положение, бизнес, все это может послужить мотивом. Но они не меняют того, что было сделано, или того, что мы, следователи, делаем по этому поводу. Мы работаем над делом Томаса Андерса так же, как и над делом Джона Доу ".

"Тем не менее, можно ожидать некоторого ведомственного давления, когда жертва занимает видное место".

"На самом деле, это средства массовой информации раздувают подобные вещи. Я не получаю этого от своего начальства. Меня воспитывали не для того, чтобы судить о ценности человека по тому, чем он владеет. И меня учили как полицейского, как детектива, что наша работа - вступаться за мертвых - кем бы они ни были при жизни ".

Ева кивнула, засунув руки в карманы, когда Надин прервалась, чтобы закончить фрагмент и просмотреть следующий.

"Ладно, Пибоди, ты можешь жить".

Приказав выключить экран, Ева села за свой стол и вернулась к работе.

T вот она была. Рорк стоял в дверях офиса, потратил несколько приятных минут, просто наблюдая за ней. У нее было такое чувство цели, такое чувство сосредоточенности на этой цели. Это привлекло его с первого мгновения, когда он увидел ее через море людей у мемориала по погибшим. Он находил это неотразимым, то, как эти глаза цвета виски могли становиться плоскими и холодными, какими они были сейчас. Глаза полицейского. Его глаза полицейского.

Она сняла куртку, бросила ее на стул и все еще носила пояс с оружием. Что означало, что она вошла в дверь и сразу поднялась. Вооружены и опасны, подумал он. Это был ее взгляд, факт, который постоянно возбуждал его. И ее неустанная и непоколебимая преданность мертвым - истине, тому, что было правильным, - всегда поражала и будет поражать его.

Она создала свою доску убийств, отметил он, заполнив ее жуткими фотографиями, отчетами, заметками, именами. И где-то на этом пути в свое время она заработала себе синяк под глазом.

Он давно смирился с мыслью, что в любой момент найдет женщину, которую любил, в синяках и крови. Поскольку она не выглядела измученной или больной, фингал был относительно незначительным событием.

Она почувствовала его. Он увидел момент, когда она это сделала, это легкое изменение языка тела. И когда ее глаза переместились с экрана компьютера на его, холодный взгляд сменился легким, даже небрежным теплом.

Ради этого, подумал он, стоило вернуться домой.

"Лейтенант". Он подошел, приподнял рукой ее подбородок, чтобы осмотреть синяк у нее под глазом. "И так, кого же ты тогда разозлил сегодня?"

"Скорее, кто меня разозлил. У него больше, чем один синяк ".

"Естественно. Кто бы это мог быть?"

"Какой-то хандрит по имени Клиппер. Я совершил рывок, переключился и упал ".

"А". Он склонил голову набок. "Почему?"

"Хороший вопрос. Этот парень по имени Тико втянул меня в это ".

"Это звучит как история. Хочешь немного вина к этому?"

"Может быть".

"Прежде чем ты расскажешь мне эту историю, ты заметил внешность Пибоди?"

"Да. А ты?"

В другом конце комнаты он рассматривал ассортимент вин, сделал свой выбор за них обоих. "Я бы не пропустил это. Я думал, что она справилась блестяще ".

"Она не облажалась".

Он засмеялся, открыл бутылку. "Высокая оценка, лейтенант. Это ты обучал ее. Последнее, что она сказала. Это ты научил ее стоять за мертвых, кем бы они ни были при жизни ".

"Я обучал ее работать над делом. Она уже была полицейским ".

"Таким, каким ты был, когда Фини тренировал тебя. Так что это просачивается ". Он вернулся, чтобы передать ей бокал вина. "Это своего рода наследство, не так ли?" Со своим вином он сел на угол ее стола. "Теперь, об этом глазу".

Он слушал, поочередно забавляясь и зачаруясь. "Сколько лет этому Тико?"

"Я не знаю. Семь, может быть, восемь. Коротко."

"Он, должно быть, очень убедителен, а также шорт и севен".

"Он зарывается, это точно. В любом случае, это был не такой уж большой крюк." Она пожала плечами. "И вы должны были восхищаться его логикой, в значительной степени в дальнейшем. Они воруют у потенциальных клиентов, что мешает его бизнесу. Я полицейский ".

"Лучшая сука-полицейский".

"Ставлю свою задницу. Так что, как таковой, я должен это исправить ".

"Как и ты". Он провел пальцем по ее щеке. "С минимальным ущербом, я полагаю".

"У парня были тощие руки, но они были длинными, как у гориллы. В любом случае, я полагаю, что у парня провал - он слишком чисто и тепло одет для улицы - вероятно, со своим поставщиком с серого рынка. Дальше быть не могло. Маленькая квартирка недалеко от Таймс-сквер с бабулей, готовящей ему ужин. Прабабушка", - добавила она. "Я столкнулся с ними по дороге домой".

"Конечно, ты это сделал".

"Ни у кого из них не было никаких неприятностей. Этого нельзя сказать о матери Тико. Задержания нелегалов, приставание без лицензии, магазинные кражи, которые переросли в мелкую кражу, которая переросла в крупное воровство. Последние пару обысков были во Флориде. Бабушка была опекуном с тех пор, как ему было около года."

"Отец?"

"Неизвестно. Она боялась, что я собираюсь позвонить в службу по уходу за детьми. Боялась, что я вызову их, и она может потерять ребенка."

"Другой коп мог бы".

"Тогда другой полицейский был бы неправ. У парня есть приличная крыша над головой, теплая одежда на спине, еда в желудке и кто-то, кто его любит. Это..."

"Больше, чем у нас было", - закончил Рорк.

"Да. Я думал об этом. В этом ребенке нет страха, и это все, что было во мне в его возрасте. И никакой подлости, а ее у тебя было предостаточно, когда ты бегал по дублинским переулкам. Должно было быть этого вдоволь. У него есть шанс на хорошую жизнь впереди, потому что кто-то достаточно заботится ".

"Судя по тому, что ты сказал, он из тех, кто максимально использует этот шанс".

"Это мое мнение. И я подумала об Андерсе. Он не боялся, и, судя по всему, что я нахожу, он не был большим подлецом. Но его шанс на жизнь был отнят. Потому что кто-то заботился о нем достаточно, чтобы покончить с ним ".

"Достаточно заботился. Интересный выбор слов".

"Да". Она посмотрела на свою доску убийств, посмотрела на идентификационную фотографию Авы Андерс. "Я думаю, это подходит. Слушай, я не смог попасть в лабораторию, чтобы запугать Придурка, чтобы он сделал распечатку голоса. У меня здесь есть пара образцов. Это, вероятно, не заняло бы у вас много времени ".

"Вероятно, этого бы не произошло". Он обдумывал это за глотком вина. "Я мог бы сделать это для тебя, если бы ты приготовила мне ужин".

Это казалось честной сделкой. И если она выбрала одно из своих любимых блюд - спагетти с фрикадельками, - он не указал выбор. Сначала она продолжила свою слежку за Авой Андерс, оставив еще одно сообщение на голосовой почте Дирка Бронсона - первого мужа. Затем она побрела на кухню, чтобы запрограммировать блюдо.

Она только расставила тарелки на своем столе, когда вернулся Рорк. Она задавалась вопросом, зачем она вообще беспокоилась о лаборатории.

"Хорошая новость в том, что это не заняло много времени. Плохие новости, во всяком случае, с твоей точки зрения, они подходят друг другу."

"Черт. Могла ли передача с Сент-Люсии быть дистанционной?"

"Это читается не так. Я пропустил это через несколько типов фильтров. Как ваш эксперт-консультант, гражданское лицо, я должен сказать вам, что Ава Андерс получила эту передачу, находясь в комнате, зарегистрированной на нее в Сент-Люсии."

"Она не могла вернуться туда из Нью-Йорка в установленные сроки".

"Нет. Это немного тесновато для этого ".

"Может быть, временные рамки сбились. Андерс был все еще жив - без сознания, при смерти, но все еще жив, когда система безопасности была загружена обратно, двери снова заперты. Возможно, это заняло у нее не так много времени, как я рассчитал для настройки, и если она активировала все это удаленно, она могла быть на пути обратно в Сент-Люсию раньше. Это было бы туго, но, возможно, не слишком туго ".

"Необходимо добавить время, затрачиваемое на дорогу от места преступления до ангара шаттла, и столько же от шаттла до отеля на острове. Ты достигаешь, Ева."

"Чертовски верно, я достигаю". Раздраженная, она зачерпнула немного спагетти. "Я знаю, что она в этом замешана. Ладно, жертва любила электронику. Может ли у него быть система безопасности, которую можно отключать и включать с помощью дистанционного управления на большом расстоянии?"

"Не исключено. Что говорят ваши электронные люди?"

"Дистанционное клонирование - хорошее дерьмо -с малым радиусом действия. Но они недолго искали. И собака Фини заболела простудой ".

"Жаль это слышать".

"Мне пришлось практически нести его в транспо, отправить в медицинский центр, позвонить его жене".

Рорк не потрудился скрыть свою усмешку. "Разве ты не был сегодня занятым маленьким разведчиком?"

"Укуси меня".

"Я редко думаю о чем-либо другом, кроме. Я могу взглянуть на систему. Что касается финансовых показателей, я там ничего не нашел. Никаких подозрительных снятий или переводов, никаких скрытых счетов. Пока нет ".

Чистые, прикрытые, подумала Ева. Но ее интуиция продолжала добавлять к этому "рассчитанный". "Если она не делала этого сама и не заказывала, возможно, она не использовала деньги. Есть и другие стимулы. Секс, положение, шантаж. Дружба. Разве нет какой-нибудь поговорки о том, что настоящий друг - это тот, кто помогает тебе спрятать тело? У нее есть пара женщин, которые кажутся мне настоящими друзьями ".

"Что в ней такого, Ева?"

"Вещи". Она вонзила нож в фрикадельку. "Ее одежда".

"Тебя не волнует ее чувство стиля?"

"Откуда мне знать, есть ли они у нее? Ты знаешь." Она ткнула в него вилкой с откушенным кусочком фрикадельки. "Король моды".

"Мы делаем все, что в наших силах".

"Итак, ты мертвецки спишь, и тебе звонят. Случилось что-то ужасное, и я мертв. Чем вы занимаетесь?"

Ему потребовалось мгновение, чтобы подавить ужас, игнорировать маленькое темное местечко внутри него, которое боялось получать этот звонок каждый день. "До или после того, как я упаду ниц от горя?"

"До, во время и после. Просматриваете ли вы свой гардероб и выбираете ли подходящий наряд - вплоть до обуви? Ты ухаживаешь за своими волосами, чтобы они были идеально ухожены?"

"С моими значительными навыками и врожденными инстинктами это вообще не заняло бы времени".

"Продолжай в том же духе, и я оболью красным соусом твои модные умные штаны".

"Это утверждение - одна из бесчисленных причин, почему при описанных вами обстоятельствах я был бы счастлив, если бы вообще не забыл одеться. Но тогда не все любят одинаково, Ева, или на одинаковом уровне. Или точно так же реагирует на тяжелые новости ".

"Вызов transpo поступил из ее гостиничного номера через шесть минут после того, как она закончила разговор с Гретой. Но между тем, как она покинула отель, прошло почти пятьдесят минут. Она заказала кофе, сок, свежие ягоды и круассан из автомата в номере - я попросил администрацию отеля посмотреть ее послужной список. Она заказала свой небольшой континентальный завтрак перед тем, как позвонить для организации транспортировки."

"Ах. Там холодная кровь".

"Да. Может быть, небольшая вещь - не доказательство, но это вещь. Юрист бы сказал, что это ерунда. Она была в шоке. Но это чушь собачья. Когда она добралась до дома, на ней были духи, серьги и браслет, который соответствовал ее браслету на запястье. Она не связывалась с Форрестом в течение нескольких часов после получения новостей.

"Мелочи", - повторила Ева. "Я верю, что она все спланировала, изучила каждую деталь, записала каждый трек. Но она не может скрыть, кто она такая. Она не может полностью скрыть свой личный интерес, свое тщеславие или расчет, который я вижу в ее глазах каждый раз, когда смотрю на нее ".

"Она не все спланировала. Она не планировала на тебя."

"Завтра я иду на мемориал. Я собираюсь снова поговорить с ней, снова с ее друзьями, с Форрестом, разыскать этого ее бывшего мужа. К экономке, к Чарльзу, обратно к ней. Я собираюсь раздражать ее до чертиков, даже если она подруга жены шефа ".

Рорк лениво накручивал макароны на вилку. "Она знает жену Тиббла? Липкий."

"Да". Ева выдохнула. "Меня бы не удивило, если бы она искала эту связь как часть своего плана. Подружись с женой высокопоставленного полицейского чиновника. Проверьте ".

На вопросительный взгляд Евы Рорк кивнул. "Я бы согласился, да. Это было бы очень хорошим планированием с ее стороны. Как она установила связь?"

"Комитеты, благотворительные организации, как обычно. Следующие финансовые показатели на очереди - благотворительные фонды и стипендии. Возможно, она выкачала часть денег, жертва узнала. Она лучше выходит вдовой, чем при разводе, особенно если она принимала участие в выкачивании средств, предназначенных для менее удачливых детей ".

"Бен бы знал. Я должен сказать, что был бы очень удивлен, если бы Бен не знал о каком-либо неправильном использовании средств. Возможно, их могли бы незаконно присвоить и быстро заменить, книги, приготовленные так, чтобы он скучал по этому. Но, поскольку его дядя мертв, он является владельцем контрольного пакета акций и исполняющим обязанности председателя правления. Я бы предположил, что он проводит внутренний аудит, чтобы убедиться, что дом в порядке на всех уровнях ".

"Она завалила его снегом. Вот как это выглядит для меня. И она пачкает жертву этой сексуальной грязью, автоматически заставляет людей смотреть в сторону. Возможно, если она играла с деньгами, она придумала способ исказить ситуацию, чтобы все выглядело так, будто играла жертва ".

"Я могу взглянуть".

Она накрутила еще спагетти на вилку, ухмыльнулась. "Разве ты не собираешься быть занятым маленьким разведчиком?"

"Милый. Может, нам прокатиться после ужина? Вернуться на место преступления?"

Она изучала его с набитым макаронами ртом. "Вот что мне в тебе нравится. Почти все."

S o, - сказала Ева, когда они стояли в спальне Андерса, " парень лежит там, мертвый как Иуда, и его система пробуждения отключается. Доброе утро, мистер Андерс. Дает ему время, включает камин, готовит кофе, принимает душ, напоминает ему, что он заказал на завтрак, и подробно описывает свою первую встречу за день ".

"Кому нужна жена?"

Ее ответом был мягкий взгляд. "В любом случае, это было немного жутковато. Почему у тебя нет такой системы, эйс?"

"У нас есть, я просто не использую это. Это немного жутковато. К тому же мне редко нужен будильник, и зачем мне заказывать завтрак накануне вечером или принимать душ до того, как я буду готов его принять?"

"У вас есть привычки и распорядок, но вы не являетесь созданием привычки и рутины. Он был. Это было частью оружия, использованного против него. Он был предсказуем. Вы могли бы рассчитывать на то, что он будет в постели в три часа ночи, рассчитывать на то, что он запрограммирует свою систему пробуждения, наденет свою удобную пижаму. Дверь закрыта, шторы задернуты. Ночь-ночь. Он бы спал лицом к двери. Судя по углу наклона и положению метки от шприца, он должен был спать на боку, лицом к двери. Бьюсь об заклад, он всегда так делал. Она бы знала это. Контрольный список. Просто еще один контрольный список ".

Она покачала головой. "Продолжайте и взгляните на систему. Нам придется очистить место происшествия. Я не могу больше держать ее вне дома. Я хочу еще раз осмотреться, пока я здесь ".

Она прошлась по комнате, на этот раз более пристально сосредоточившись на вещах Авы. Одежда, обувь, нижнее белье. Дорого, модно, но степенно, предположила Ева. Как подобает приличной женщине с консервативными наклонностями, с ее социальным и финансовым уровнем. Ничего слишком броского, все высокого класса.

Ева обвела спальню с ее избытком позолоты и блеска. Может быть, не совсем броско, размышляла она, но, безусловно, богато. Дворец Авы. Кто был более верным отражением этой женщины?

В примерочной было полно косметических усилителей, которых в салоне хватало. Кремы, лосьоны, омолаживающие средства, средства для улучшения кожи находились за сияющими серебряными дверями в ванной. Соли и масла для ванн, наполненные высокими прозрачными баночками, расставленными как произведения искусства на разных полках.

Любила побаловать себя, любила погружаться в глубокую гидромассажную ванну или стоять под струями душа с серебряными стенками и нежиться - в зоне, отдельной от комнаты ее мужа.

Это твое, это мое.

И все же они делили постель. Тем не менее, с кроватью такого размера, если бы секс или дружеские отношения не были в меню, они могли бы с таким же успехом спать в разных округах. Возвращаясь, Ева коснулась одной из золотых перекладин в изножье.

"Это была ее комната", - сказала она вслух. "Ее. Он просто случайно оказался в ней. Она терпела это. Терпела его присутствие, его суетливую утреннюю рутину, потому что это было ее. Она позволяла ему быть здесь, пока он был полезен."

Выйдя, она снова запечатала дверь, затем спустилась вниз, чтобы найти Рорка.

Он зачесал волосы назад кожаным шнурком и сел за пульт управления в зоне безопасности. Помимо обширного встроенного оборудования, у Рорка на прилавке было одно из его собственных портативных устройств.

"Это превосходная система. Один из моих, - сказал он, бросив небрежный взгляд через плечо. "Так что я знаю это довольно хорошо. Он был тщательно настроен для этого сайта. Здесь представлены все доступные варианты. Я не буду говорить, что абсолютно невозможно взломать или управлять с помощью дистанционного управления на большие расстояния, но я скажу, что если бы клиент заказал такую вещь, ему бы сообщили, что это может скомпрометировать его систему. И, если бы он все еще хотел эту способность, это было бы сделано на заказ. У нас был бы бумажный след. Я проверю это, но я искренне сомневаюсь, что он санкционировал что-то подобное ".

"А на короткой дистанции?"

"Любая система безопасности может быть взломана, и я сам взломал большинство из них. В моей растраченной впустую юности".

"Ты все еще тратил деньги не по назначению пару лет назад, приятель".

"Только для ... развлекательных целей. В любом случае, сигнализация и камеры этой системы были отключены с близкого расстояния. Но код был введен до того, как началось резервное копирование. Это была быстрая работа, либо кем-то с отличным клоном, либо владеющим кодом. Кому бы это ни было, нужно было только выйти из зоны действия камеры, отключить их вместе с сигнализациями, затем подойти к клавиатуре и сделать все остальное. При правильном оборудовании это мог бы сделать ребенок ".

"Но Ава Андерс этого не сделала. Разочаровывает", - призналась она. "Теперь я должен выяснить, кто сделал за нее грязную работу. Давайте на этом закончим. Я хочу нанести визит по дороге домой ".

"Похоже, это наша неделя для этого".

Т эй нашел Сашу Брайд-Уэст дома - еле-еле. Она сама открыла дверь, завернутая в роскошные слои белой норки. Но прерывание, казалось, нисколько ее не обеспокоило. Не тогда, когда она подняла взгляд на Рорка и промурлыкала: "Ну, привет".

"Извините, что беспокою вас", - сказала Ева. "Можно меня на минутку?"

"У тебя есть минутка". Она послала Рорку знойную улыбку. "Сколько времени ты хочешь?"

"Он со мной. Саша Брайд-Вест. Рорк."

"Да, я знаю". Она протянула руку, подняв ее, как делает женщина, которая надеется, что ее поцелуют. "Мы встречались однажды, ненадолго. Я опустошен, что ты не помнишь ".

"Теперь я вспомню".

Она засмеялась и отступила назад. "Входите. Я собираюсь встретиться с друзьями. Я все равно всегда опаздываю ".

"Направляетесь на встречу с миссис Андерс?" Спросила Ева.

"Одетые вот так?" Саша отбросил белый халат в сторону. Под ним она носила буйно-красное, тонкое и уютное, как слой кожи. Свен проделал хорошую работу. "Вряд ли. Ава в уединении до завтрашних похорон. У меня есть другие друзья ". Она снова послала Рорку ту улыбку. "У меня всегда есть место для большего".

"На данный момент, возможно, мы можем придерживаться Авы".

"Хорошо". Она махнула рукой и скользнула на серебристых каблуках в гостиную, такая же смелая и нахальная, как и она сама. Она скользнула в кресло. Ева не была уверена, как ей удавалось сидеть в таком облегающем платье и скрестить ноги. "Что насчет Авы?"

"Я просто уточняю некоторые временные рамки для отчета. Обычные вещи ".

"Ты всегда приходишь ночью без предупреждения - и с такой великолепной спутницей - по обычным делам?"

"Нас не было дома". Рорк сел рядом с Сашей, сохраняя небрежный тон. "Моя жена редко оставляет полицейского без присмотра".

"Бедный ты".

"Утром в день убийства мистера Андерса", - продолжила Ева, - "В котором часу миссис Андерс разбудила вас, чтобы рассказать о случившемся?"

"Она этого не сделала".

"Она не разбудила вас, когда узнала, что ее муж мертв?"

"Я не знаю, верила ли она, что он был, честно. Она оставила сообщение в кубе. Меня разбудил Бридж. Около половины девятого. В любом случае, немного раньше девяти. В состоянии. Я помню, как поначалу была раздражена, потому что у меня не было назначено процедуры по уходу за лицом до одиннадцати. Она сказала, что Ава ушла, что-то случилось с Томми. Я..."

Она выдохнула, и нахальство исчезло. "Я сделал несколько неосторожных, бессердечных замечаний, о которых я очень сожалею. Что-то вроде: "Ради Бога, если он не свалился замертво на шестой зеленой, дайте мне поспать". Затем Бридж прокрутил сообщение, и это было ужасно. В голосе Авы слышались паника и слезы ".

"Что она сказала в сообщении?"

"Я точно помню. " Позвала Грета. Что-то случилось с Томми. Случилось что-то ужасное. Я должен идти домой." Она оставила сообщение на столе в гостиной. Мы делили номер с тремя спальнями, поэтому она оставила его на столе ".

"Что ты сделал?"

"Ну, мы сразу же позвонили ей, назвали ее "линк". Она была очень потрясена, как вы можете себе представить. Она сказала нам, что Грета сказала, что Томми мертв. Что он был мертв в своей постели, но она была уверена, что это ошибка. Что он, должно быть, болен, поэтому ей нужно было сразу вернуться домой. Она позвонила бы нам, как только добралась туда, и позаботилась бы обо всем ".

"Спасибо тебе. Это очень полезно ". Ева подождала, пока Саша встанет, чтобы проводить их обратно к двери. "Жаль, что она не разбудила вас с миссис Плаудер. Ей не пришлось бы совершать это трудное путешествие в одиночку ".

"Бриджит была в ярости из-за этого, в такую ярость впадаешь, когда невероятно волнуешься. Я не знаю, сколько раз в то утро я говорил ей не беспокоиться об этом, как Ава, должно быть, была в панике. Как она, должно быть, не могла думать ни о чем, кроме возвращения домой. Это было ужасное утро для всех нас, лейтенант. Когда Ава позвонила, чтобы сказать нам, что Томми пропал, мы уже были упакованы. Я думаю, мы знали, что она не вернется. В этом путешествии нас всегда трое, и... как ты путаешь смерть? Мы знали, что она не сможет вернуться ".

Снаружи Ева гуляла с Рорком по кристальному холоду. "В панике, - повторила она, - не могу думать ни о чем, кроме возвращения домой. Но вы можете подумать о том, чтобы оставить куб сообщений. Чтобы не разбудить своих друзей, спящих прямо в соседних комнатах. Но вы можете подумать о том, чтобы заказать круассан и надеть на запястье браслет в тон ".

"Она не хотела, чтобы они ее видели". Рорк открыл пассажирскую дверь, затем встал, глядя на Еву поверх нее. "Она не хотела, чтобы они были с ней, не хотела надевать фа &# 231;эйд на обратном пути".

"Нет, она этого не сделала. Она хотела немного побыть одна, чтобы посидеть и поразмышлять о том, какой она была чертовски умной ". Ее глаза снова были пустыми, снова холодными. "Я собираюсь надрать ей задницу, Рорк. Тогда мы увидим, насколько она умна ".

10

На следующее утро ПОД ПУЛЬСИРУЮЩИМИ СТРУЯМИ ДУША Ева обдумывала свои варианты. Она могла бы привести Аву, попытаться выбить из нее признание - маловероятно - или просто поколебать ее уверенность, дав ей понять, что за ней наблюдают.

И она бы тут же вызвала адвоката, разрыдалась перед СМИ и, возможно, женой Тиббла. Что, скорее всего, оттолкнуло бы возможные источники информации, такие как Форрест, Плаудер и Брайд-Уэст.

Заставлять ее потеть может быть приятно, но, вероятно, непродуктивно на данном этапе.

Она могла бы продолжать копаться в слоях, пробираясь сквозь грязь и чушь, пока не найдет достаточно несоответствий, достаточно вероятной причины, чтобы привести веские доводы.

Но с этим нужно было смириться, признала она, выключив форсунки, чтобы перейти в сушильную трубу. Женщина была хорошей. Она прикрыла свою несомненно хирургически вылепленную задницу во всех направлениях. Где был незаконченный конец? Спросила себя Ева, когда теплый воздух обдул ее. Где был человек, чьи руки закрепляли веревки? Где был человек, который вошел в ту спальню и совершил поступок, в котором Ева была абсолютно уверена, что Ава задумала?

Любовника было трудно продать. У женщины был муж и LC два раза в месяц, и только столько часов в сутках. Могла ли Ава втиснуться в интрижку, жонглировать таким количеством мячей так, чтобы никто из ее знакомых ничего не заподозрил? Не невозможно, не для кого-то такого организованного и расчетливого, но ... трудно продать.

Друг? Могли ли Плаудер или Брайд-Уэст - или оба - вступить в сговор с целью убийства Томаса Андерса? Какой стимул могла предложить им Ава совершить убийство? Она развернула это, пока натягивала халат и шла в спальню, чтобы подобрать одежду.

Рорк сидел, пил кофе и почесывал Галахада между ушами. Она заметила, что где-то во время ее душа он переключился с биржевых отчетов на утренние новости. "Они только что опубликовали краткое интервью с Беном на сегодняшнем мемориале. На самом деле, это скорее краткое заявление, поскольку он не стал отвечать ни на какие вопросы о природе смерти своего дяди или расследовании. Он выглядел разбитым ".

Ева выбрала черный цвет, потому что это было проще всего и позволяло легче сливаться с толпой во время поминок. "Позволь мне спросить тебя об этом, исключая тот факт, что тебе лично нравится этот парень. Мог ли у него быть роман с Эвой?"

Рорк выключил экран, наблюдая, как Ева одевается. "Я не могу представить, чтобы он предал своего дядю таким образом - любым способом, на самом деле, - но особенно таким образом. Даже если его любовь к Андерсу была притворством, Ава не в его вкусе ".

"Почему бы и нет?"

"Он тяготеет к молодым, ориентированным на карьеру, спортивным типам, которые были бы счастливы откинуться пивом". Он сделал паузу, пока она пристегивала свое оружие. "Хорошо, что я схватил тебя до того, как он тебя увидел".

"Что ж, теперь я знаю, куда идти, когда закончу с тобой. Примерь это. Три женщины отправляются на Сент-Люсию. Они каждый год куда-то уходят вместе, так что никто ничего не думает об этом. Но в этом году у них есть дела поважнее, чем заворачиваться в листья папайи и обсасывать мимозы ".

Она натянула куртку и, как заметил Рорк, даже не взглянула в зеркало, когда шла за кофе.

"Один из них тайно возвращается в Нью-Йорк, убивает Томми согласно плану Авы, пока задница Авы прикрывается на Сент-Люсии. Ава там, когда звонит Грета, и она не торопится уходить. Давая своему партнеру время вернуться. Затем она отправляется на шаттле домой, в то время как двое других ждут разумное количество времени, затем звонят ей, чтобы закрепить историю ".

"С участием всех троих? Рискованно".

"Возможно, Брайд-Уэст все еще спала, как она и сказала в своем заявлении. Они что-то подмешивают ей в мартини, что угодно, и ... Я не собираюсь покупать это сам, так почему я пытаюсь продать это тебе?"

Он встал, положил руки ей на плечи, поцеловал в лоб. Затем, зная, что ей никогда бы не пришло в голову сделать это самой, подошла, чтобы запрограммировать завтрак.

"Это должен был быть кто-то, кому она могла доверять. Абсолютно. Без вопросов. Кто-то, кто убил бы ради нее. Ее родители в разводе. Один живет в Портленде, другой - в Чикаго. Оба снова женились. Никто не прыгал и не кусал меня во время пробежек, которые я совершал на них, и я не могу найти никаких записей о том, что кто-либо из них куда-либо ездил, а тем более в Нью-Йорк в ту ночь, о которой идет речь. У нее нет братьев и сестер. Насколько я могу определить, она не видела своего бывшего мужа около двух десятилетий. Кого она знает, кому она доверяет убивать за нее, и убивать очень специфическим способом?"

Рорк принес тарелки с беконом и яйцами. Галахад изобразил незаинтересованность. "Тебе придется взять кофе, если ты хочешь еще. Если я на две секунды отведу взгляд от этих тарелок, эта еда окажется в желудке кошки ".

Ева нахмурилась, глядя на тарелки. "Я собирался схватить..."

"Теперь это не так. Принеси кофе, я хочу еще."

Она могла бы поспорить. Размышления об этом деле вызвали у нее желание поспорить, выпустить пар. Но она хотела еще порцию кофе. Она взяла две кружки, вернулась и плюхнулась на стул.

"У меня ничего нет. У меня на нее ничего нет. Нет связи, которая работает. И я загоняю себя в круги ".

"Может быть, вы придумаете что-нибудь более линейное, когда мы увидим ее сегодня на мемориале".

Яйца были там, поэтому она наколола их вилкой. "Ты уходишь?"

"Мы с Беном дружелюбны. "Андерс Уорлдуайлд" находится в моем здании. Я отдам дань уважения. И, может быть, я уловлю что-то, что ты пропустил. Свежий взгляд".

"Свежий взгляд". Она взяла кусочек бекона, затем выругалась. "Свежий взгляд, черт возьми. Я забыл. Я обещал Бакстеру, что посмотрю на досье по его делу. Остываю. Я отталкивал его. Черт возьми." Она откусила кусочек бекона. "Мне придется сделать это сегодня утром".

"Это могло бы быть хорошо. Сосредоточься на этом ненадолго, позволь ему сосредоточиться на другом ".

"Может быть. Я сказал ему, что некоторые из них проходят мимо нас. Мы не можем закрыть их все. У меня жжет задницу от мысли, что этот может уйти от меня ".

Галахад выпятил живот на дюйм, на два дюйма, его двухцветные глаза уставились на тарелку Рорка. Рорк просто перевел взгляд, уставился, и Галахад перекатился на спину, чтобы лениво поковырять лапой воздух. "Никто не верит, что ты невиновен", - сказал он коту.

"Все верят, что она такая", - пробормотала Ева. "Хм. Что произойдет, если кто-то этого не сделает?" Прокручивая это в уме, она съела свой завтрак, прежде чем Галахад сделал свой следующий ход.

B перед началом своей смены Ева сидела в своем офисе в Центральном с книгой Бакстера об убийстве по делу Кастера. Сначала она изучила фотографии с места преступления, как будто пришла к этому заново, без участия судмедэксперта, уборщиков, записей следователя, интервью.

Кто-то, подумала она, быстро и жестко расправился с неким Недом Кастером. Сама комната выглядела как типичный секс-провал. Дешевая кровать, продавленный матрас, на котором Бог знает какие микроскопические паразиты развлекались в различных жидкостях организма. Комод из ДСП, засиженное мухами зеркало, тусклый, пожелтевший пол, дерьмовые бумажные шторы на дерьмовом маленьком окне. Плохая шутка с ванной, покрытой ржавчиной, настенной раковиной и туалетом, где веселилось больше паразитов.

Клише секса рушится, подумала она.

Что за человек был Нед Кастер, которому нужно было отрываться на уродливой маленькой свалке, пока жена и детишки ждали дома?

Чертовски мертвый. Порез поперек горла был глубоким, продолжительным. Острое лезвие, за которым скрываются мускулы. И немного высоты, размышляла она, проверяя угол. Вик закончил без пяти девять. Убийца...Ева закрыла глаза, поместила себя в отвратительную комнату, поместила себя за Кастером. Должны были быть по крайней мере одного роста, возможно, на дюйм или два выше.

Высокая для женщины того времени, но многие уличные шлюхи предпочитали высокие платформы и каблуки. Тем не менее, не коротышка.

И никого, у кого был бы нежный желудок. Чтобы отрезать член парня, требовалась стальная подкладка.

Брызги крови и лужи рассказали историю достаточно ясно. Убийца вышел под предлогом туалета, напал на жертву сзади. Один быстрый удар. Без колебаний. Пришлось немного промыть спину от такого рода струи крови. Еще кровь от самодельной кастрации. Не обнаружив крови в канализационных трубах, убийца либо вышел, выбросив кровь - никаких следов, что маловероятно, - либо вышел из ванной запечатанным и защищенным.

Не уличная шлюха. Даже ни один не подкачал на нелегалах. Слишком подготовленные, слишком порочные. Шлюха хочет подзаработать, возможно, она его прикончит, но более вероятно, что она достанет себе взрывное устройство на черном рынке, обездвижит и заберет его деньги и драгоценности. Уходит.

Кастер был мертв до того, как вошел в ту комнату, он просто не знал об этом. Кто-нибудь бы так поступил? она задумалась. Или это была конкретная цель?

Она копнула глубже, отправив сообщение для Бакстера и Трухарта, чтобы они доложили ей, когда придут на смену. И она сделала свои собственные заметки.

Она хмыкнула, услышав стук в дверной косяк, затем взглянула на Трухарта в его безупречной униформе. "Вы хотели видеть меня, лейтенант".

"Да. Где Бакстер?"

"Его еще нет. Я, эм, стараюсь приходить незадолго до смены, когда могу, чтобы просмотреть вчерашнюю работу ".

"Угу". Нетерпеливый бобер, размышляла она. Молодые, но уравновешенные, с наметанным глазом. И он потерял много зелени, которая была на нем, когда она впервые увидела его в отделе охраны скупера. "Я просматривал дело об убийстве Кастера. Вы с Бакстером действовали тщательно. Сколько случаев вы раскрыли с тех пор?"

"Девять", - немедленно ответил он. "Двое открыты. Плюс Кастер, так что трое открыты ".

"Что ты думаешь по этому поводу?"

"Жертва вела опасный образ жизни, лейтенант. Он курсировал по барам и "красным огням", подбирал себе кавалеров у низкопробных LCS. Мы поговорили со многими работающими девушками и нашли пару, которые помнили его. Они, ах, сказали, что он любил это быстро и грубо - и ах, дешево ".

"Я вижу это. Вы обследовали территорию на месте преступления, ходили от двери к двери, нападали на бары, работающих девушек ".

"Никто не помнит, с кем он ушел той ночью, кроме пары, которая сказала, что он, возможно, был связан с рыжей. Короткие прямые волосы - или короткие вьющиеся волосы, в зависимости от остроумия. Ты знаешь, как это бывает ".

"Да".

"Это не та область, где люди помнят. Парень, работающий за стойкой на флопе, сказал, что, возможно, он видел ее раньше, возможно, нет, но он почти уверен насчет волос той ночью. Он на красной, короткой, прямой стороне ".

Она прочитала все это в книге, но позволила Трухарту выкинуть это из головы.

"Единственное, в чем он клянется, так это в том, что она не спустилась обратно. Если он не проверил их, когда они спустились, как он мог перевернуть комнату? Ему платят на терне. Итак, он клянется, что она не возвращалась через стойку регистрации, а вы не можете выйти через главный вход, не пройдя мимо стойки регистрации. Пожарная лестница была занята. Ей пришлось вылезти через окно и спуститься вниз. И на месте преступления было полно отпечатков и ДНК, волокон, волос. Это не то место, где ведение домашнего хозяйства является приоритетом. Мы проверили все, опросили всех, когда смогли найти совпадение и установить личность. Никто не выделяется ".

Она начала говорить, но замолчала, когда Бакстер поспешил присоединиться к своему помощнику. "Это насчет Кастера?"

"Я просмотрел книгу. Пока что проводится тщательное расследование ".

"Без единого подозреваемого".

"Ты не смотришь на жену".

"У нее есть алиби, Даллас, буквально по домашней связи, она пыталась связаться с жертвой, когда его резали. Трухарт и я были теми, кто уведомил. Она не притворялась своей реакцией ".

"Нет подобных преступлений ни до, ни после, не по этой схеме. Это пахнет конкретной целью ".

"Да, это так".

"Так кому это выгодно?"

Бакстер запустил пальцы в волосы. "Хорошо, жена избавляется от парня, который изменяет и, возможно, приносит домой все, что можно съесть от ЗППП, и который настраивает ее, когда приходит каприз. Она получает пенсию и полис страхования жизни благодаря его трудоустройству. Не по-королевски, но солидно. Но ее там не было, это факт. Жертва не собиралась идти на тот провал со своей женой, когда он охотился на стрэнджа. И он бы узнал ее. Она на три дюйма выше пяти футов, так что она недостаточно высока или сильна, чтобы нанести удар ".

"Может быть, она знала кого-то, кто был. Родственница, подруга, кто-то, кто думал, что ей будет лучше, если муж-обманщик, деспотичный мертвый. И она такая".

"У нее есть сестра в Арканзасе, отец, сидящий там на десятицентовике за умышленное нападение, и который избивал свою жену. Ее мать в Нью-Джерси, но поверьте мне, она тоже не смогла бы провернуть это. Что касается друзей, у нее нет никого, с кем она была бы близка. Чертовски уверен, что не настолько близок, чтобы перерезать горло ее мужу из-за нее."

"Парень. Убийца выглядит высоким и сильным для женщины ".

"Работаем в команде". Взгляд Бакстера изменился, пока он размышлял. "Парень уже в ванной, она приносит метку в...Тогда почему она просто не выйдет через парадный вход? Почему..."

"Много "почему", - прервала Ева. "Кто сказал, что он поднялся туда с женщиной?"

Трухарт прочистил горло. "Эм, все, сэр".

"И все видели водопровод убийцы? Ты видел достаточно транссексуалов, Бакстер, чтобы знать, насколько они хороши, когда прогуливаются. Если вы не присматриваетесь достаточно внимательно, если у вас за плечами было несколько сортов пива, парня может ждать большой сюрприз, когда он полезет в коробку. Все видят женщину, так что ты ищешь женщину ".

"И разве я не чувствую себя глупо", - пробормотал Бакстер. "Я никогда не делал бокового шага в сторону мужских возможностей".

"У жены есть тайный поклонник, возможно, он достаточно мужчина, чтобы одеваться как женщина".

"Сэр? Лейтенант?" Трухарт чуть не поднял руку. "Трудно понять, как у миссис Кастер могли быть отношения, парень. У нее есть эти дети, и никто из ее соседей не сообщил, что видел, как кто-то регулярно посещал ее квартиру. Мы просмотрели это, потому что вы должны, но мы не нашли ничего, что указывало бы на то, что у нее был парень ".

"Женщина, муж которой любит пускать в ход кулаки, учится быть осторожной женщиной". Ева оглянулась на свою собственную доску убийств. "И, возможно, я позволяю некоторым частям моего собственного расследования просочиться в мои мысли о ваших". Она повернулась назад, протягивая книгу убийств. "У тебя открыто два более свежих дела, но найди время, чтобы ткнуть пальцем в сторону парня и оказать ей услугу".

"Поскольку у нас закончились углы, я ценю это. Давай, верный напарник". Бакстер опустил руку на плечо Трухарта. "Давайте подумаем о мужчинах в платьях".

Она переключила свои мысли обратно на свое собственное дело, проверила свои поступления и сообщения. Лаборатория в своем режиме "лучше поздно, чем еще более поздно" подтвердила то, что Рорк уже сказал ей. Голосовые отпечатки совпадают. Поднявшись, она добавила этот отчет к своей доске.

"Доброе утро!" Яркая, подпрыгивающая и сияющая, Пибоди пропела приветствие и потрясла розовой коробкой из-под выпечки. "У меня есть крекеры".

"И ты выбрался из КПЗ живым?"

"Я купил две коробки, бросил одну в бунтующую орду, когда проходил мимо".

"Это не глупо".

"Я бы вернулся раньше, но ты был с Бакстером и Трухартом, и я собирал свою славу".

"Я думал, они круллеры".

Со смехом Пибоди поставила коробку на стол Евы. "Я праздную выпечкой, потому что вчера вечером я действительно хорошо выглядел. Я знаю, как камера должна прибавлять в весе, но я не выглядел толстяком. Я думаю, это была куртка. Это стройнит, и то, как бегают пуговицы и все такое, они обманывают глаз. И я сидел на заднице, так что это не было проблемой. Господи, я так нервничал. Совершенно взбешены ".

Она порылась в коробке, вытащила сухарик и откусила. "Трина была великолепна, вроде как отговаривала меня. Кстати, она говорит, что тебе пора на лечение."

"Ей полагается надрать задницу".

"И Макнаб был магом, серьезно магом". Пибоди слизнула сахар с большого пальца. "Но у вас есть все эти люди и камеры, и если вы подумаете о том, сколько других людей сидят дома и смотрят, вас стошнит. Надин была лучшей, она действительно помогла мне. Но она не нянчилась со мной, так что я не вел себя как идиот. Когда мы вернулись домой, мы с Макнабом посмотрели этот фрагмент раз двенадцать и много-много занимались праздничным сексом. Боже, я чувствую себя великолепно ! Итак, что вы подумали, когда посмотрели это?"

"Я был занят".

Яркий, сияющий рикошет тяжело провалился сквозь люк шока. "Ты не... Но я думал, что ты ... о".

Ева подождала еще пять секунд, но даже она не могла быть такой злой. И там были круллеры. "Господи, Пибоди, с тобой легко. Конечно, я смотрел. Я должен был знать, если ты облажался, и мне нужно было надрать тебе задницу, не так ли? Ты не облажался ".

Луч отскочил назад. "Я действительно этого не делал. Макнаб сказал, что я звучал умно и полностью на высоте. И я выглядел сексуально. Ты так думал?"

"Ты снился мне всю ночь. Можем ли мы теперь двигаться дальше?"

"И еще кое-что. Спасибо, что подтолкнул меня к этому. В следующий раз я не буду так волноваться по этому поводу. О, о, и еще кое-что. Мэвис и Леонардо отметили нас, когда мы возвращались домой со студии, и Мэвис сказала, что Белл улыбнулась и заворковала, когда увидела меня на экране. Ладно, готово ". Она откусила еще кусочек своего круллера.

"Если вы готовы отложить свою славу в сторону, мы в деле. Андерс по всему миру".

"Мемориал сегодня днем", - напомнила ей Пибоди. "Я не думаю, что Форрест будет участвовать. Ты хочешь, чтобы я проверил?"

"Нет. Может, его и нет, но держу пари, что его админ здесь. И мне нравится заходить. Давайте двигаться".

Ева схватила свое пальто, посмотрела на кранлеров. Если бы она оставила их там, на виду, даже коробка была бы съедена, когда она вернулась. Она могла бы спрятать это, но стервятники учуяли бы это, что могло привести их к конфетам, которые она спрятала там, где - пока - Похититель Конфет их не обнаружил.

Она схватила коробку на выходе. Лучше перестраховаться, чем остаться без костей.

Л эопольд Уолш произвел на Еву впечатление человека, который занимал свое место и защищал своего принца, несмотря на кризис. Она была права. Он встретил их в своем офисе - трезвые глаза, темный костюм и черная повязка на рукаве.

"Я не ожидаю мистера Форреста сегодня", - начал Леопольд. "Мистер Мемориал Андерса назначен на два часа дня сегодня."

"Мы в курсе этого". Ни предложения кофе, отметила Ева, ни приглашения присесть. Мы тебе не очень нравимся, не так ли, Лео? "Мистер Форрест и его дядя были очень близки, как лично, так и профессионально. Согласны ли вы с такой оценкой?"

"Я бы хотел".

"Поскольку вы тесно сотрудничаете с мистером Форрестом, вы были бы посвящены в их совместные дела".

"Конечно".

Ева улыбнулась. Она должна была восхищаться мужчиной, который знал, как ответить, ничего не сказав. "Я полагаю, у вас сложилось мнение относительно Томаса Андерса - профессиональное и личное".

"Я с трудом понимаю, насколько мое мнение имеет значение".

"Ублажай меня".

"На мой взгляд, мистер Томас Андерс был справедливым человеком, который привнес эту честность в бизнес. Он справедливо полагал, что его племянник сделает то же самое ".

"Способ смерти мистера Андерса, должно быть, вызвал некоторые домыслы и сплетни внутри организации и ее отчетов".

Челюсть Леопольда сжалась. "Люди будут болтать, лейтенант. Такова человеческая природа."

Но ты этого не делаешь, подумала она. Никаких пикантных офисных сплетен для вас. Но ты это слышишь, запиши это.

"Что за шумиха вокруг миссис Андерс?"

"Я не понимаю, что ты имеешь в виду".

Напряги челюсти еще на одно деление, Лео, сейчас что-нибудь щелкнет. "Да, ты знаешь".

"Миссис Андерс посвятила - посвящает- большую часть своей значительной энергии благотворительным и гуманитарным программам, спонсируемым Андерсом по всему миру. Ее очень уважают".

"Она отсчитывает время где-то здесь?"

"Конечно, хотя чаще всего она работает из дома или посещая приемы".

"Вы были бы посвящены в ее отношения с мужем и с его племянником".

"Отчасти да, поскольку Бен... поскольку мистер Форрест постепенно брал на себя обязанности своего дяди. Некоторые из этих обязанностей включали программы. Извините, лейтенант, у меня очень насыщенный день, и очень трудный. Если это все ..."

"Это не так. Как бы вы описали отношения между мистером Форрестом и... Черт, давайте упростим. Как Бен и Ава ладили?"

"Они, конечно, были очень сердечны. Бен восхищался ее талантом и энергией и, безусловно, был впечатлен многими ее идеями ".

"Сердечный. Не ласковые. Он производит на меня впечатление простого и нежного человека, но вы выбираете более прохладное, формальное, "сердечное", чтобы описать их отношения ".

"Миссис Андерс была женой его дяди ". Тон Леопольда был таким же холодным и официальным. "Их отношения были совершенно правильными".

"Правильно, есть еще один классный термин. Бену она не очень нравится, не так ли? Ты тоже."

"Я не сказал и не подразумевал ничего подобного. Я не..."

"Расслабься. Она мне тоже не нравится. Итак, ты можешь продолжать стоять там с этим прутом в заднице или ..." Она опустилась на стул без приглашения. "Скажи мне, почему. Запись окончена, Пибоди, " сказала Ева, выключая свою собственную. "Только мы трое, Лео. Не для записи. А как насчет того, что Ава застряла у тебя в зобу?"

Ева наблюдала за его дебатами. Приличия или возможность высказать свое мнение. Возможность выиграна. "Она изучена, она обдуманна, и она холодна. Это не преступления, а черты личности. И..."

"Не останавливайся сейчас". Ева подняла руки ладонями вверх в приглашении.

"В ней есть какая-то мелочность. Она часто обходила Бена, строя планы или принимая решения, не посоветовавшись с ним и не заручившись его поддержкой. Ее планы и решения всегда были хорошо продуманы и исследованы. У нее были-есть- отличные идеи. Но это была ее привычка задевать Бена, очень преднамеренная привычка. По моему мнению."

"Как Бен это воспринял?"

"Время от времени это расстраивало его, хотя, признаюсь, меня это расстраивало больше".

"Он когда-нибудь жаловался своему дяде?"

"Насколько мне известно, нет, и я полагаю, что я бы знал. Он мог бы пожаловаться мне или использовать меня как подставное лицо. Неизменно, после того, как он умирал, он говорил то же самое. "Ну, важен конечный результат". Миссис Андерс добивается отличных результатов ".

"Я верю в это".

"Я думаю..."

"Мы неофициально, Лео. Что ты думаешь?"

"Я думаю, она часто делала то же самое в отношении мистера Андерса. То есть, не смогла держать его в курсе, пока то, что она планировала, по сути, не стало свершившимся фактом . Ходили кое-какие офисные сплетни, а я не люблю офисные сплетни ".

"Лично мне это нравится. Как насчет тебя, Пибоди?"

"Оживляет день. Что за сплетни?" Пибоди спросила Лео.

"Ходили разговоры, что она включила определенные личные расходы в бюджет программы. Покупки для дома, гардероб, салоны, что-то в этомроде. Ничего особенного, вы понимаете. Опять эта мелочность, с моей точки зрения. Я слышал, как мистер Андерс, я имею в виду мистера Реджинальда Андерса, призвал ее к этому ".

"Ее свекор? Когда бы это могло быть?"

"Я не могу сказать точно. Его нет уже почти два года. Я помню этот разговор только потому, что они очень хорошо ладили, так что выговора - если бы он был - не следовало ожидать ".

Леопольд сменил позу. "Я не понимаю, почему это имеет для тебя значение".

"О, для меня важна каждая мелочь. Этот выговор, который мог произойти, а мог и не произойти? Как они ладили после?"

"Вернемся к статус-кво. Я полагаю, она послала мистеру Реджинальду коробку его любимых карамельных кремов в качестве извинения ".

"Хм. Положение миссис Андерс здесь повышается со смертью ее мужа. Покойному мистеру Андерсу принадлежало пятьдесят пять процентов акций компании, Бену досталось пятнадцать, а Аве - символические два процента. Это верно?"

"Я так думаю".

Ева отметила, что теперь она завладела его вниманием. Грандиозно.

"После его смерти эти пятьдесят пять акций делятся между Беном и Авой. Сорок Бену, что дает ему контрольный пакет акций. Но пятнадцать, добавленные к первоначальным двум Аве, поднимают ее в мире. И там есть еще двадцать восемь акций. Умная, находчивая женщина должна уметь прикоснуться к нескольким из них, особенно когда двум ее ближайшим друзьям принадлежит небольшой процент. Она могла бы увеличить эту долю до тридцати-тридцати пяти, не слишком потея. Это мощная составляющая такой компании, как эта. И знаешь что, Лео, теперь, когда мы просто болтаем как приятели, ты не кажешься шокированным и удивленным тем, что я здесь подразумеваю."

"Если вы спрашиваете, верю ли я, что миссис Андерс убила своего мужа, нет, я не верю. Она была за пределами страны, и характер ... обстоятельства его смерти являются личным унижением для нее. Она не из тех женщин, которые наслаждаются унижением. Если ты спрашиваешь, удивлен ли я, что ты нашел ее способной убивать, опять же, нет, я не удивлен. "

"Я полицейский. Никого не удивляет, что я думаю, что любой способен на убийство. Почему ты веришь, что она способна?"

Леопольд был либо достаточно расслаблен, либо достаточно заинтересован, чтобы занять место. "Она мне не нравится, на личном уровне. Я нахожу ее безжалостной, под маской утонченности, под маской добрых дел. Добрые дела - это мое мнение - они не имели для нее такого значения, как внимание, которое она получила от них, СМИ и почестей. Она обижена на Бена, потому что его дядя души в нем не чаял, и я думаю, потому что люди наслаждаются Беном и восхищаются им. Она не любила своего мужа ".

"Наконец-то!" Ева хлопнула рукой по своей ноге. "Кто-то говорит это. Почему ты это сделал?"

Глаза Леопольда расширились от реакции Евы. "Я-я честно не знаю. Она была неизменно ласковой, даже внимательной. Терпеливый. Но время от времени появлялся тон или взгляд. Я могу только сказать вам, что я не верю, что она любила его, но ей нравилось быть Авой Андерс. Все, что я здесь сказал, не для протокола. Все, что я здесь сказал, я буду официально отрицать ".

"Мы здесь просто разговариваем. Хочешь что-нибудь добавить, Пибоди?"

"Ты многое осветил. Я просто подумал, что один из самых быстрых и надежных способов завоевать сочувствие и поддержку - это быть униженным действиями другого. Немного красного лица могло бы быть разумным компромиссом для всех плеч, всех "разве она не храбрая". Это мысль ".

Леопольд вытаращил глаза. "Она была в Сент-Люсии".

"Да, она была". Ева кивнула, поднялась на ноги. "Тем не менее, это интересно. Возможно, вы захотите упомянуть Бену, что мы с моим партнером заходили и задавали вам эти интересные вопросы об Аве. Между тем, я хотел бы иметь копии всех файлов по всем проектам, над которыми она работала. С Беном или как-то иначе."

"Все? За последние шестнадцать лет?"

"Нет, вплоть до того, как она начала работать в компании". Она усмехнулась тому, как отвисла ранее напряженная челюсть. "С таким же успехом можно быть тщательным".

"Их будут сотни. Сотни сотен."

"Тогда тебе лучше начать".

"Это займет немного времени. Возможно, вы захотите подождать в зале ожидания для клиентов ".

"Мы вернемся. Часа времени достаточно?"

"Да, этого должно хватить".

В лифте Пибоди повернулась к Еве. "Как ты узнал, что он будет тем, кто пойдет на это?"

"Он влюблен в Бена. Знает, что это безнадежно, но он ничего не может поделать с тем, что чувствует. Во-первых, все, что связано с Беном, он будет улавливать своим эмоциональным радаром. Во-вторых, я полагаю, что кто-то, у кого есть все эти подавленные чувства, понимает, когда чувства другого человека притворны. Третий? Нам действительно повезло, мы нажали на нужную кнопку в нужное время. Свяжитесь с Эдмондом Люсом. Держу пари, что он и его жена все еще в Нью-Йорке. Я хочу еще раз поговорить с ним ".

11

ЛЮС И ЕГО ЖЕНА ОСТАЛИСЬ В НЬЮ-Йорке, проживая в одном из шикарных люксов отеля Roarke's Palace. Линни Люс - Еве было интересно, что она чувствует, получив в итоге это имя, - открыла дверь и представилась.

Ева считала ее солидной женщиной, хорошо сложенной и компактной, как экономичный автомобиль, рассчитанный на низкие эксплуатационные расходы и длительную эксплуатацию. Густые каштановые волосы с белыми крыльями обрамляли лицо, скорее красивое, чем симпатичное. На ней был черный костюм с длинной юбкой, практичные сапоги на низком каблуке и изысканные жемчужины. Ее рукопожатие было твердым и деловым.

"Эдмонд на связи с Лондоном. Он не должен задерживаться. Пожалуйста, садитесь. Я заказал чай. Здесь довольно хорошо. Но я полагаю, вы это знаете, поскольку это заведение вашего мужа."

Она сидела на жирных сливочно-белых подушках дивана, изливаясь. "Молоко или лимон?"

Никто из них не собирался заставлять Еву любить чай не больше, чем она сама. "Просто черный, спасибо".

"Детектив?"

"Молоко, один кусочек сахара, спасибо".

"Это трудный день для нас. Я надеюсь, вы поймете, что я имею в виду, когда говорю, что ваш звонок был желанным отвлечением. Эдмонд и я ... Мы не можем до конца понять, что делать с самими собой. После мемориала...Может быть, после мемориала, когда мы вернемся домой, станет легче ".

Она вздохнула, глядя на широкие окна, из которых открывался вид на башни Нью-Йорка. "Жизнь продолжается, не так ли? Так и должно быть ".

"Вы знали мистера Андерса долгое время".

"Да. Эдмонд и Томми, конечно, были друзьями дольше. Но я знал Томми более сорока лет. Мы не можем придумать, что с собой делать. Прости, я это сказал, не так ли?"

"Могу я спросить вас, миссис Люси, поскольку ты хорошо знала его до женитьбы, не могла бы ты сказать нам, были ли у него какие-нибудь серьезные отношения до женитьбы?"

"Серьезно? Я бы не сказал. Он наслаждался обществом женщин, но он просто наслаждался обществом людей. Мы часто поддразнивали его по поводу остепенения. Я признаю, что несколько раз пытался найти пару."

"Не могли бы вы дать мне несколько имен и контактную информацию о женщинах, которыми, как вы помните, мистер Андерс ... наслаждался".

"Да, я могла бы это сделать". Линни посмотрела прямо в глаза Еве. "Вы спрашиваете об этом из-за того, как он был убит. Это был не Томми. Я никогда не поверю в обратное".

"Когда ты впервые встретил Аву Андерс?"

"О, она все еще работала на Андерса - специалиста по связям с общественностью. Я не могу вспомнить ее титул, если я когда-либо знал. Я впервые встретил ее на благотворительном мероприятии здесь, в Нью-Йорке. Ава сделала ПИАР. Сбор средств для одного из спортивных лагерей, построенных Томми. Черный галстук, с ужином и танцами, тихий аукцион, оркестр. Очень продуманный, насколько я помню. Она была очень яркой и умной. Я помню, как в какой-то момент вечера наблюдал, как они танцуют, и сказал Эдмонду Томми, что с этим лучше поостеречься ".

"Остерегаться?"

"Полагаю, я имел в виду, что она очень сильно положила на него глаз и казалась женщиной, которая знала, как получить то, что она хотела. Что оказалось правдой. Вскоре после этого они начали встречаться в обществе, и всякий раз, когда мы вчетвером собирались вместе, было очевидно, что он был одурманен ею, а она так ... трепетала перед ним ".

"Она тебе понравилась?"

Глаза Линни расширились. "Да, конечно, я это сделал. Сделай. Мы вчетвером прекрасно провели время вместе ".

"Вы бы сказали, что он оставался одурманенным, а она щекотала?"

"Даже хорошим друзьям очень трудно судить о том, что происходит в браке другого человека. И браки развиваются и приспосабливаются. Они, конечно, оставались преданными друг другу ".

"Друзья, подруги, - вставила Пибоди, - часто обсуждают аспекты своего брака друг с другом. Немного потешаются над своими мужьями, вымещают свое разочарование, немного посмеиваются над маленькими причудами и привычками ".

"Так и есть", - сказала Линни с улыбкой. "Да, это так. Мы с Авой не близки в этом смысле. Мы неплохо ладим, но у нас, можно сказать, не такие теплые или близкие отношения, как у нас с Томми. Честно говоря, Томми был связующим звеном там. Я люблю проводить день на футбольном поле, а Ава предпочитала магазины и галереи. У меня есть внуки, а у нее нет. В конце концов, я на пятнадцать лет ее старше."

Она оглянулась, когда вошел ее муж. "Вот ты где, Эдмон".

"Извините за задержку. Лейтенант, детектив." Он сидел, как человек, уставший до костей. "В Лондоне должен быть мемориал, фактически, в каждом городе по всему миру, где есть база Андерса. Были детали, с которыми мне нужно было быстро разобраться ".

Линни положила руку ему на колено, быстро похлопала по нему жестом, который передал Еве абсолютное единство. "Сейчас вы выпьете немного чая".

"Мистер Люси, со смертью мистера Андерса, какое влияние в компании приобретет миссис Андерс?"

"Значительный, если она этого хочет, я полагаю, но Ава никогда не интересовалась бизнесом как таковым. В благотворительности, программах, рекламе, но не в механизме управления делами. Это будет для Бена ". Он испустил долгий вздох. "На самом деле, он позвонил как раз в тот момент, когда я заканчивал с Лондоном. Он планирует организовать встречу правления и исполнительных должностных лиц в начале следующей недели. Он попросил меня подумать о том, чтобы стать его заместителем ".

"О, Эдмонд".

"Я знаю". Была его очередь похлопать жену по колену. "Я планировал немного отступить. Больше, чем немного", - признал он. "С целью выхода на пенсию в течение следующих двух лет. Я еще не сказала Томми. На самом деле, я планировал затронуть эту тему, когда мы играли в гольф, в день ... в день его смерти. Он хотел бы, чтобы я помог Бену во время перехода, Линни. Я все еще могу достичь этой цели на два года ".

"Мистер Люси, Бен указывал, что он обсуждал это с миссис Андерс?"

"Нет, зачем ему это?"

"Теперь у нее семнадцатипроцентная доля компании".

"Да, да, конечно. Прости, я не очень ясно мыслю сегодня. В любом случае, как я уже сказал, Ава никогда не интересовалась компанией."

"Но как следующий владелец контрольного пакета акций, как вдова президента компании, она имела бы полное право рассчитывать на более практичную должность, возможно, на место в совете директоров - и это прилагается".

"Технически, да, я полагаю, что так. Но реально, я не могу себе этого представить ".

"Вы знали Реджинальда Андерса?"

"О да". Лицо Эдмонда осветилось улыбкой. "На самом деле, именно Реджи первым нанял меня, более полувека назад".

"После его смерти Томас Андерс унаследовал контрольный пакет акций компании, верно?"

"Да. Как Бен сделает сейчас. Томми считал Бена своим сыном и в этом следовал примеру своего отца ".

"Просто чтобы у меня были ясны все детали. Я понимаю, что Аве Андерс принадлежит небольшая доля в компании - ну, теперь она стала больше. Но первоначальная доля, она получила ее после смерти своего свекра?"

"Я верю, что это правильно. Реджи очень любил Аву ".

"Хорошо, мы ценим, что вы приняли нас в трудное время". Ее линк просигналил, и, проверив дисплей, она приказала ему ответить, идентифицировать и удерживать. "Мне нужно ответить на это. Возможно ли, чтобы я мог воспользоваться другой комнатой?"

"Конечно". Линни быстро поднялась на ноги. "Позвольте мне показать вам офис. Не хотите ли выпить чаю?"

"Нет, все в порядке". Она последовала за хозяйкой в первоклассный офис, отделанный шикарной кожей и глянцевым деревом.

"Я запишу те имена, которые вы просили, пока вы отвечаете на звонок. Устраивайся поудобнее, " сказала ей Линни и, пятясь, вышла, закрыв за собой двойные двери.

Ева включила свою "связь. "Это лейтенант Даллас, мистер Бронсон, спасибо, что подождали".

"Так, так. Если бы я знал, что ты такая привлекательная, я бы вернулся к тебе раньше. Что я могу для вас сделать, лейтенант Кареглазка?"

"Во-первых, ты можешь прекратить нести чушь".

"Ммм. Я люблю, когда они нахальные". Он ухмыльнулся ей той же дерьмовой ухмылкой, что и на его официальной фотографии в удостоверении личности. Ева решила, что он практиковался и усовершенствовал это в зеркале. "Итак, скажи мне, что нахальный кареглазый лейтенант полиции из Нью-Йорка хочет от Дирка".

Дирк, подумала она, был полным мудаком, у которого были гладкие загорелые щеки, которые говорили ей, что он проделал значительную и квалифицированную работу. Золотистые брови изогнулись над глазами средиземноморской синевы, как море, которое она мельком видела за его спиной. Его золотые волосы развевались на несомненно приятном ветерке.

"Ты был женат на Аве Монтгомери".

"Разве я не был просто? Краткий, но запоминающийся эпизод в моем прошлом. Не говори мне, что у Авы проблемы ". Он смеялся так, как будто ничто не могло позабавить его больше. "Что она сделала? Нанять не того поставщика провизии?"

"Ее нынешний муж был убит несколько дней назад".

"Неужели?" Его брови изогнулись, и на мгновение на его лице, казалось, появилось выражение, отличное от самодовольства. "Это...неудобно. Он, что это, король спортивных товаров или что-то в этомроде? Кажется, у меня есть одна из его теннисных ракеток ". Затем он рассмеялся, весь такой наглый, веселый. "Ты думаешь, я убил его? После всех этих лет вернуть себе прекрасную аву? Это захватывающе ".

"Почему бы тебе не рассказать мне, где ты был восемнадцатого марта, и мы покончим с этой маленькой шуткой".

"Путешествую по Эгейскому морю, как я сейчас - со стайкой красавиц, несколькими друзьями и полным экипажем. Не хотели бы вы прийти и допросить меня?"

"Я оставлю это про запас. Когда вы в последний раз видели свою бывшую жену?"

"Какая бывшая жена?"

"Не трать мое время, Дирк".

"Так серьезно. Давайте посмотрим, когда Дирк в последний раз видел прекрасную Аву? Десять лет назад? Нет, дольше. Как летит время. Ближе к пятнадцати, я думаю. Я столкнулся с ней локтями в Нью-Йорке, если мне не изменяет память, на какой-то вечеринке или премьере. Неважно. Я полагаю, что она недавно была замужем за королем спорта ".

"Почему вы с Эвой развелись?"

"Кто помнит? Я уверен, что сбился с пути, поскольку мне нравится разнообразие. Дирк ни на что не годен, и у него есть выбор бывших жен и женщин, которые были бы рады убедиться в этом ".

"Она не удовлетворила тебя сексуально?"

В его глазах светилось алчное веселье. "Ну, разве мы не любопытны?"

Она увидела, как он пошевелился, услышала звяканье льда в стакане, затем наблюдала, как он потягивает что-то высокое и розовое. "Она была - и моя память об этом ясна - восхитительна в постели и в других интересных местах. Иначе мы бы не зашли так далеко, как брак. Но у меня слабая воля и блуждающий взгляд. В любом случае, я не был достаточно амбициозен для нее, поскольку я был - и остаюсь - доволен побережьем и круизом. Она хотела чего-то - кого-то, - кто обеспечил бы ей возможности для денег и славы, уважения. Как, я полагаю, мертвый король спорта. Я наслаждаюсь своей ленью. Мы не подходили друг другу ".

"Значит, она бросила тебя".

"С кругленькой суммой и без оглядки назад. Ее холодное сердце и стальная решимость были частью ее привлекательности для меня. Насколько я помню, она познакомила меня с женщиной, с которой я сбился с пути, и дала мне слишком много возможностей воспользоваться. Но почему-то она не считала своей виной то, что я воспользовался этим. Представьте это!"

"Представь это. Спасибо, что уделили мне время ".

"Это было забавно. Если вы когда-нибудь захотите отправиться на побережье или в круиз, обязательно найдите меня ".

"Да, я сразу перейду к этому". Она отключилась, постояла мгновение, впитывая. Затем она вышла, чтобы попрощаться с Люси.

Она похожа на большой маслянистый шар улыбки", - прокомментировала Пибоди после того, как Ева ввела ее в курс дела.

"Да, это так. Полная противоположность Андерсу ".

"Адвокат дьявола. Женщина, получившая такой ожог, вполне разумно, что она искала бы совершенно другой типаж ".

"Да, абсолютно логично, абсолютно разумно. Хороший план ".

"Ты действительно думаешь, что планируешь? Типа, ладно, неряшливого бывшего мужа прикончили. Проверьте. Теперь подцепи хорошего парня с глубокими карманами?"

"Она познакомила бывшего с женщиной, с которой он изменял. Читай между строк, Пибоди. Если вы знаете, что ребенок пристрастился к мороженому, ставите ли вы перед ним большую порцию шоколадного пломбира и уходите? Если вы хотите выйти замуж с кругленькой суммой, сочувствием и без вины виноватой, что может быть лучше, чем подставить своего безвольного мужа с блуждающим взглядом? Это то, что она бы сделала. Это именно то, что она бы сделала.

"Я хочу снова поговорить с Гретой. Ты возвращаешься, забираешь файлы. Если вам нужна помощь в транспортировке, закажите ее. Когда вернетесь в Центральный, выполните поиск по повторяющимся именам. Любой, который показывают несколько раз в любой программе. Сначала прогони их ".

Она съехала на обочину, заговорила, перекрикивая последовавшую за этим бурю гудков. "Садись за руль. Я поймаю такси, затем попрошу Рорка подвезти меня к мемориалу ".

Она проверила адрес в своей книге, затем решила пройти несколько кварталов пешком, чтобы проветрить голову, прежде чем ввязываться в войну за такси. Поскольку она была пешком, она вытащила свою ссылку, чтобы проверить, как там Фини.

Он ответил, гудя, как умирающий гусь. "Чувак, у тебя больной голос".

"Я болен. Черт возьми. Ты думаешь, я лежу здесь в постели и пью эту отвратительную вареную древесную кору, которую они дали мне для моего здоровья?"

Она немного подождала. "Что ж. Да."

"Я сгораю. У меня в горле горячие осколки стекла, а в голове десять фунтов соплей. И что они делают? Что они делают?" Его глаза выпучились, как стеклянные шарики. "Они дают мне гребаную жидкую древесную кору, а жена вылила на меня столько куриного супа, что я начинаю кудахтать. Я не хочу умирать здесь, в этой чертовой постели. Если это конец, я хочу купить это у себя на столе, как мужчина. Ты должен вытащить меня отсюда, Даллас. Ты должен вытащить меня. Ты можешь забрать Шейлу ".

Его лицо сильно покраснело, но Ева подумала, что это было вызвано не столько болезнью, сколько паникой. И она не была полностью уверена, что сможет взять жену Фини. "Ах, что? Я тебя не слышу. Должно быть, это плохая ссылка ".

"Не вешай на меня это дерьмо".

"Хорошо, хорошо. Как насчет этого? Я поручил Пибоди собирать файлы, сотни из них от Андерса по всему миру. Это жена, Фини, я знаю это нутром. Но мне нечего отнести командиру, тем более помощнику прокурора. Поиск и запуски по этим файлам займут часы. Может быть, дни. Пибоди могла бы ввести тебя в курс дела, подбросить кое-что тебе. Вы могли бы работать оттуда ".

"Лучшее, что ты можешь сделать, это бросить мне кость?" Он посигналил снова. "Я возьму это".

"Это большая кость, Фини, и мне нужен кто-нибудь, чтобы вытащить мясо".

"Хорошо. Ты скажешь жене ".

"Что? Подождите!"

"Убеди ее, что я нужен тебе для этого. Сделай это вопросом жизни и смерти ".

"Нет! Фини, не надо..."

"Шейла!" Он прокричал имя, и в затяжной мартовской прохладе руки Евы стали влажными от пота.

Что люди делали ради дружбы, подумала Ева, расплачиваясь с такси. Теперь, по словам миссис Фини, она была ответственна за то, что работа задержала его выздоровление. Надо было вообще оставить его резать легкое за рабочим столом, сказала она себе, когда звонила в квартиру Греты Горовиц с улицы.

Она повернулась к обзорному экрану.

"Лейтенант Даллас?"

"Да. Могу я подняться?"

"Я открою замки".

Двери издали четкий звуковой сигнал и плавно открылись. Внутри прихожая была маленькой и абсолютно нетронутой. Ева предполагала, что Грета потерпит не меньше. Лифт с жужжанием поднялся на четвертый этаж, где Грета стояла в дверях своего подразделения.

"Что-то случилось?"

"Просто несколько дополнительных вопросов".

"Ох. Я надеялся, что вы нашли того, кто убил мистера Андерса. Пожалуйста, входите".

Квартира была такой же непритязательной и эффективной, как и ее обитатель. Крепкая мебель, без излишеств, запах ... чистоты - вот единственный способ, которым Ева могла это описать.

"Могу я предложить тебе выпить чего-нибудь горячего?"

"Нет, спасибо. Если бы мы могли присесть на несколько минут."

"Пожалуйста". Грета села, поставила туфли на пол и свела колени вместе. Разгладила юбку своего достойного черного костюма.

"Вы посещаете мемориал", - начала Ева.

"Да. Это очень печальный день. После я пойду к миссис Плаудер, чтобы помочь с ужином в честь тяжелой утраты. Завтра..." Она слегка вздохнула. "Завтра я возвращаюсь к работе. Я подготовлю дом, чтобы миссис Андерс могла вернуться домой ".

"Приготовить это?"

"Это, конечно, нужно освежить и провести некоторый маркетинг. Постельное белье... Ты понимаешь."

"Да".

"Я прослежу за упаковкой одежды мистера Андерса".

Не теряй времени, не так ли, Ава? "Упакован?"

"Миссис Андерс чувствует, что ей будет неприятно их видеть. Она предпочитает, чтобы их убрали до ее возвращения и пожертвовали, конечно, на благотворительность ".

"Конечно. Миссис Горовиц, сколько времени вам потребовалось, чтобы убрать, раздать одежду вашего мужа?"

"У меня все еще есть его парадная форма". Она оглянулась, и Ева увидела фотографию в рамке солдата, которого любила Грета. "Люди скорбят по-своему".

"Миссис Горовиц, вы производите впечатление женщины, которая не только знает свою работу, но и делает ее очень хорошо. Которая не только удовлетворяет потребности своих работодателей, но и предвосхищает их. Чтобы предвидеть, вы должны были бы их понимать ".

"Я горжусь своей работой. Я буду рад вернуться к этому. Я не люблю бездействовать ".

"Вы ожидали, что миссис Андерс проинструктирует вас убрать одежду ее мужа?"

"Нет. Нет, " сказала она снова, более осторожно. "Но я не был удивлен инструкциями. Миссис Андерс не сентиментальна."

"Я сомневаюсь, что кто-нибудь описал бы любого из нас таким образом. Как сентиментально. Если бы я потеряла своего мужа...Мне нужны были бы его вещи рядом со мной. Мне нужно было бы прикоснуться к ним, почувствовать их запах, обладать ими. Мне понадобились бы эти его осязаемые частички, чтобы пережить боль, шок, печаль. Ты понимаешь меня?"

Посмотрев Еве в глаза, Грета кивнула. "Да, я знаю".

"Вы были бы удивлены, если бы ситуация была обратной, и мистер Андерс поручил вам упаковать одежду его жены?"

"Очень. Я был бы очень удивлен ".

"Миссис Горовиц, я не включал свой диктофон. Я просто спрашиваю вас о вашем мнении. Ваши мнения очень полезны для меня. Любила ли она его?"

"Я управлял их домом, лейтенант, а не их браком".

"Грета", - сказала Ева таким тоном, что Грета снова вздохнула.

"Это трудное положение. Я верю, что честность и сотрудничество с полицией - это важнейший вопрос. И я верю, что лояльность к работодателю и осмотрительность в отношении него - это не выбор, это долг. Вы бы поняли, что такое долг, лейтенант."

"Мистер Андерс тоже был твоим работодателем. Да, я понимаю долг. У нас обоих есть долг перед Томасом Андерсом ".

"Да". Грета снова посмотрела на фотографию своего мужа. "Да, мы знаем. Ты спрашивал меня раньше об их отношениях, и я сказал тебе правду. Возможно, не все оттенки правды, возможно, не мои чувства к этой правде ".

"Ты скажешь мне сейчас?"

"Не могли бы вы сначала сказать мне, считаете ли вы, что миссис Андерс имеет какое-либо отношение к убийству своего мужа?"

"Я действительно верю в это".

Грета закрыла глаза. "У меня была эта ужасная мысль, не тогда, когда я нашел его тем утром, вы понимаете. Не тогда. Даже не в ту ночь и не на следующее утро. Но ... когда у меня было так много свободного времени, так много времени на размышления вместо работы, у меня появились эти мысли. Эти ужасные мысли. Удивляться".

"Почему?"

"Была привязанность, жесты - с обеих сторон. Снисхождение с обеих сторон. Вы бы увидели это и подумали, что они прекрасно женаты. Удачно женатые, ты понимаешь?"

"Да, я знаю".

"Если она поощряла его выходить на улицу, играть в гольф или посещать его игры, как вы могли винить ее? Если бы она поощряла его совершать поездки, даже продлевать их, это было бы достаточно естественно. Женщины начинают ценить свое одиночество, особенно когда они долго женаты. Немного времени без человека, путающегося под ногами."

"Разумная, любящая, снисходительная жена".

"Да. Да, именно то, чем это могло бы показаться. Но, на самом деле, она была счастливее, когда его не было, чем когда он был дома, и чем дольше его не было, тем счастливее была бы она. Это мое мнение", - поспешила добавить Грета. "Только мое чутье".

"Это то, чего я добиваюсь".

"Я бы почувствовал раздражение в ней в день, когда он должен был вернуться. Я мог чувствовать это, даже когда она суетилась о том, какое блюдо подать ему, чтобы поприветствовать его дома. Когда он уходил, она устраивала званые ужины или коктейли со своими друзьями. Ее друзья, вы понимаете, которые были не столько его друзьями. И никогда с мистером Бенедиктом".

Грета сделала паузу, на мгновение прижала пальцы к губам, затем снова аккуратно сложила руки на коленях. "Я, возможно, не говорил бы вам этого, если бы она не поручила мне убрать его одежду из его гардеробной, как она могла бы поручить мне следить за тем, чтобы полы были натерты. Просто очередная домашняя работа. Я мог бы не говорить вам этого, если бы не знал, что она заметила неодобрение, которое я недостаточно быстро скрыл. И, увидев это, лейтенант, ее поведение изменилось. Ее голос охрип от слез, которые навернулись ей на глаза. Но было слишком поздно. Я видел другого, слышал другого, так что было слишком поздно. Именно тогда она попросила меня помочь у миссис Плаудер и сказала, сколько она заплатит за мое время, а это больше, чем должно быть. Именно тогда она сказала мне, что мне повысят зарплату, когда я вернусь завтра на работу, и что она рассчитывает на то, что я помогу ей пережить это трудное время ".

Грета посмотрела вниз на руки, сложенные у нее на коленях, кивнула. "Именно тогда, лейтенант, я решил, что начну искать другую работу. Только этим утром я связался с агентством с этой целью ".

"Она просчиталась с тобой, Грета. Сможете ли вы пойти на мемориал, к пахарям, вернуться к работе, на некоторое время, не позволяя ей видеть, что вы думаете или чувствуете?"

Едва заметная улыбка тронула губы Греты. "Я домашняя прислуга, лейтенант. Я очень искусен в том, чтобы держать свои мысли и чувства при себе ".

"Я ценю, что ты делишься ими со мной". Ева встала, протянула руку.

Поднявшись на ноги, Грета взяла его, затем подержала. И удерживал взгляд Евы. "Возможно, мы несправедливы к миссис Андерс. Но если это не так, я доверяю вам, лейтенант, восстановить справедливость в отношении миссис Андерс ".

"Я тоже хорош в своей работе".

"Да, я верю, что вы такие".

Вместо того, чтобы ехать на такси обратно в офис Рорка, Ева щелкнула своим "линком", когда снова вышла на улицу. Сообщение перешло прямо к его администратору. "Эй, Каро, могла бы..."

"Здравствуйте, лейтенант".

"Да". Она должна была вести светскую беседу? Разве она уже недостаточно этого сделала? "Что ж... извините, что прерываю. Может быть, ты мог бы сказать Рорку, что я встречусь с ним на мемориале ".

"Если вы подождете минутку, я соединю вас прямо с ним".

"Но..." Слишком поздно, подумала она, закатив глаза, когда на ее экране появился успокаивающий синий экран ожидания.

И, как и было объявлено, мгновение спустя яркие голубые глаза Рорка сменили спокойствие. "Просто позвонили, чтобы поболтать?"

"Да, это просто разговор, разговор, разговор со мной. Послушай, я просто хотел оставить сообщение, что встретимся у мемориала. Еще слишком рано, так что я собираюсь заскочить в кибер-кафе & # 233; или что-то вроде того, немного поработать, а затем приехать на такси ".

"Где ты?"

"Я на третьем, направляюсь к пятьдесят четвертому. Так что..."

"Ждите там".

"Послушай..." - слишком поздно, подумала она снова, поскольку на этот раз ее экран погас. "Подождите здесь", - пробормотала она и сунула линк обратно в карман. Подождать, чтобы он мог проехать через весь город, чтобы забрать ее, когда она была вполне способна сама добраться туда, куда ей нужно.

Она едва ли могла позвонить кому-либо из женщин из списка, который дала ей Линни Люс, пока она стояла на этой чертовой улице. Она предполагала, что эти разговоры будут включать в себя значительную деликатность. И уединении.

В конце концов, она зашагала к углу, отделилась от толпы, ожидающей света, и некоторое время изучала их.

Портфели, сумки для покупок, детские тележки-коляски, поправила она. Три человека на обочине пытались переиграть друг друга за позицию, пока они поднимали руки, чтобы подать сигнал такси. И желтая флотилия пронеслась мимо, уже перевозя пассажиров. Выше по кварталу пукнул автобус maxibus, который неуклюже подъезжал к остановке, чтобы высадить пассажиров и взять на борт больше.

Какой-то парень повеселился, съев кусочек, и когда аромат потянулся и поманил, как любовника, Ева вспомнила, что она не только подвезла Пибоди, но и оставила в нем крекеры.

Черт возьми.

Она прислонилась спиной к углу здания, в то время как небесные трамваи курсировали над головой, улицы были забиты транспортом, а под ними грохотало метро. Все куда-то идут или возвращаются откуда-то еще.

Пока она ждала, пара женщин, уже нагруженных, как вьючные мулы, сумками с покупками, остановились у витрины рядом с ней. И ворковала, подумала Ева, с тем же чрезмерным, слегка туповатым обожанием, с каким Мэвис ворковала над Белл.

"Эти туфли ! Они абсолютно за гранью ".

"О Боже! И сумка. Ты видишь сумку, Нелли? Это выглядит положительно аппетитно!"

Ева проследила за ее взглядом. Они выглядели как пара совершенно нормальных, совершенно вменяемых женщин, отметила она. И они были готовы пустить слюни на витринное стекло из-за пары туфель и сумочки. Они продолжали распевать, когда распахнули дверь магазина. Где, предположила Ева, они вскоре выложат много сотен долларов за то, во что можно было бы таскать свое барахло, и еще много сотен за то, от чего их ноги плакали бы, как у младенцев.

Она отвела взгляд как раз вовремя, чтобы заметить, как какой-то парень в зеленой армейской куртке перелетает улицу, уворачиваясь от машин, перелезая через других с дикой, счастливой улыбкой на лице. Счастливые, предположила она, потому что преследующие копы пыхтели на полквартала назад, сдавая позиции.

Люди разбежались, как обычно делают люди. Ева продолжала прислоняться спиной к зданию, но она перекатилась на носки и назад, оценивая время. Зеленый мундир издал победный клич, когда его ноги в боевых ботинках стукнули по тротуару. И, бросив взгляд - и показав средний палец - себе за спину, рванул вниз по пятьдесят четвертой.

Ева просто прострелила ногу.

Он взлетел, зеленое пальто поднялось, как крылья, и приземлился, должно быть, скользнув по тротуару, обдирая кожу. Он застонал, крякнул, сумел перекатиться наполовину. Она помогла ему проделать остаток пути до спины толчком своего ботинка, который она затем поставила ему на грудину.

"Хороший взлет, неудачная посадка". Она вытащила свой значок не столько для людей, проверяющих резину, сколько для парня у нее под ботинком.

"Черт, черт! Я приготовил его на сковороде".

"Да? Что ж, теперь все сгорело, и ты тоже ".

Он вытянул руки, чтобы показать свое сотрудничество, затем тыльной стороной одной из них стер кровь с лица. "Какого черта ты делаешь, стоя за чертовым углом?"

"Просто жду, когда меня подвезут". Она увидела, как подъезжает черный лимузин длиной в милю, отчего у нее от смущения заболел живот. Когда Рорк опустил заднее стекло, склонил голову набок и усмехнулся, все, что она могла сделать, это нахмуриться.

Патрульные, пыхтя, прокладывали себе путь к ней. "Мы ценим вашу помощь, мэм. Если бы вы только ... лейтенант, - полицейский тяжело дышал, когда она в свою очередь назвала его бейдж. "Лейтенант. Сэр. Мы преследовали этого человека, поскольку..."

"Этот человек изобразил ваше преследование как пару пожилых леди, ковыляющих обратно к своим креслам-качалкам".

"Трахаться-это право", - сказал индивидуум.

"Заткнись. Ты запыхался, вспотел", - продолжила она. "И этот парень был свеж, как маргаритка, пока его лицо не коснулось тротуара. Это смущает меня. Теперь, если к тебе вернулось дыхание, укутай его ".

"Да, сэр. Для отчета, лейтенант, человек ..."

"Мне все равно. Он весь твой". Она направилась к лимузину. "Отставить пончики", - крикнула она в ответ, затем забралась внутрь блестящей черной машины.

12

"Интересно, - НЕПРИНУЖДЕННО СКАЗАЛ РОРК, - как город Нью-Йорк и его население обходятся без вас, лично патрулирующих его улицы".

Она бы придумала остроумное замечание, но он отвлек ее, протянув ей чашку кофе. Усаживаясь поудобнее, она напомнила себе, что окна были затемнены. Никто на самом деле не мог видеть ее, растянувшуюся в лимузине с бутонами белых роз в хрустальных трубочках, пока она пила кофе из фарфоровой чашки.

Так она и сделала. "Почему?" - спросила она. "Почему ты подобрал меня на этой показной уличной яхте?"

"Во-первых, я не нахожу это показным, но удобным. И очень комфортно. Во-вторых, мне нужно было немного поработать по дороге сюда, и я не хотел садиться за руль сам. В-третьих, вы упомянули работу, так что, если вам нужно что-то сделать, это удобнее, чем кибер-кафе &# 233;."

"Возможно, это логично". Она отпила еще кофе, на мгновение прикрыла глаза. И пальцы Рорка коснулись ее щеки.

"Мужчина, распростертый на тротуаре и под вашим ботинком, получил какие-нибудь удары?"

"Нет. Он никогда не предвидел, что это произойдет. Просто у меня столько всего в голове ".

Теперь он поднес ее руку к своим губам. "Почему бы тебе не выпустить часть этого наружу".

Она посмотрела на него. "Была ли четвертая причина, по которой мы в этой лодке, и это было для того, чтобы ты мог приставать ко мне?"

"Дорогая, это было бы основной причиной всех моих решений".

Потому что она могла, она схватила его за лацкан пиджака, дернула его к себе и завладела его ртом в поцелуе, полном тепла и обещания. Затем снова оттолкнула его. "Это все, что ты получаешь".

"Я бы доказал по-другому, но это кажется немного грубым, поскольку мы ждем некоторое время, прежде чем посетить мемориал".

Она знала, что он мог проявить себя по-другому. И, черт возьми, ей нравилось, когда он это делал. Она немного посидела, пытаясь привести свои мысли в порядок. "У тебя есть какие-нибудь блинчики на разлив?"

"Хочешь круллер?"

"Нет. Черт бы побрал эту Пибоди. В любом случае -"

Рорк поднял палец, нажал на интерком. "Расс, заскочи, пожалуйста, в пекарню и купи полдюжины крекеров".

"Да, сэр".

Неудивительно, что у нее помутилось в голове, подумала Ева. За пару минут до этого она наступила ботинком на грудь какому-то идиоту, когда одевала пару униформистов на свинцовых подошвах. Теперь она слонялась по Нью-Йорку, пила невероятно вкусный кофе и покупала крекеры.

"Ты что-то говорил?" Подсказал Рорк.

С таким же успехом можно плыть по течению. Она скрестила обутые в сапоги лодыжки. "Я провел утро, проводя интервью. Так что да, это был веселый день ".

Она проговорила это для него, что всегда помогало ей упорядочить свои мысли для себя. Она остановилась, только когда водитель передал Рорку коробку из-под выпечки, на этот раз блестяще-белую. Она закончила это, перекусывая сахаром и жиром.

"Похоже, - сказал Рорк, протягивая ей салфетку, " что, когда люди соскребают матовость, как вы им подсказали, Ава Андерс выглядит не такой гладкой и глянцевой".

"Она им не нравится. То, что им нравилось, за исключением Леопольда, которому в ней никогда ничего не нравилось, было отфильтровано через Андерса. Томми. Когда его нет в качестве фильтра, пятна проступают. Она не заботится о том, чтобы ей нравились. Или заботится только потому, что нравиться - это ступенька к тому, чтобы тобой восхищались. Быть предметом восхищения, теперь это важно, и это ступенька к тому, чтобы быть влиятельным ".

"И Томми. Еще одна ступенька".

"Да. Люди спали и / или вступали в брак, прокладывая себе путь к вершине с тех пор, как первая пещерная женщина сказала: "Фу, этот самый сильный и у него самая большая дубинка. Я потрясу перед ним своей задницей, обтянутой кожей мастодонта".

"Тьфу?"

"Или что там говорили пещерные люди. И это делают не только женщины. Пещерный парень говорит: "Фу, эта ловит больше всех рыбы, я сейчас утащу ее в свою пещеру". Ава видит Томми и..."

"Говорит тьфу".

"Или его сегодняшний эквивалент. Есть богатый парень, парень, который нравится людям, у которого хорошая пресса. Приятный, покладистый тип. Можешь поспорить на свою задницу, что она изучила его вдоль и поперек, прежде чем остановилась на нем. Работала над переводом в Нью-Йорк, старалась как можно чаще представать перед ним. Он тоже в четырех стенах. Но незаметно. Слишком агрессивный, ты можешь отпугнуть его, слишком деликатный, он может не заметить этого. Ты надеваешь костюм, костюм "что нравится Томми и как это нравится Томми", и ты носишь его, как кожу. И после того, как ты его раскрутишь, ты не снимаешь костюм. Может быть, несколько корректировок здесь и там, но ты продолжай в том же духе. Вы получаете некоторую власть, вы получаете большие дома, шикарную жизнь. Вы получаете некоторую известность, некоторое положение. И выталкивай его из дома при каждом удобном случае, чтобы ты мог снять костюм и, блядь, подышать ".

"Почти шестнадцать лет?"

"Она могла бы сделать это за вдвое большую сумму. Но ты знаешь, что произошло? Его отец умер. Я должен взглянуть на это ". Она спрятала это в удобном уголке своего сознания. "И мне нужно посоветоваться с Чарльзом, но я готов поспорить, что ее первый сеанс с Чарльзом состоялся всего через несколько недель после того, как старик разорился и Томми унаследовал. Боже, ставки только что сильно выросли. "Посмотри на все это, и все это могло бы быть моим. Как я могу получить это и выбраться из этого долбаного костюма." Должно быть, у кого-то руки чешутся, а он старше ее всего на десять лет. Он мог бы прожить еще пятьдесят, шестьдесят лет. Это просто слишком много. В любом случае, она это заслужила. Видит Бог, она это заслужила. Развод не подойдет. Она могла с этим смириться, уверена, она могла смириться с тем, что во всем виноват он, как она поступила с первым мужем ".

"Но поскольку это уже было сделано, не стоит повторяться".

"У тебя получилось", - сказала она, довольная. "И выплаты было бы недостаточно при разводе. Больше нет, не после всех тех лет, что она потратила. Если бы он просто умер, она могла бы быть разбитой вдовой, вдовой, которая собирает осколки своей жизни и идет дальше. Почему он не может просто умереть, почему с ним не может произойти несчастный случай со смертельным исходом, почему...Что, если?"

"Она была бы не первой, кто связался бы с богатыми, а потом устал от цены", - прокомментировал Рорк. "Или первые, кто убьет из-за этого. Но метод в этом случае кажется особенно мстительным ".

"Должно было быть. Ужасный несчастный случай, но нечто большее, вызванный его собственной слабостью, его собственной нелояльностью к ней. Чем хуже он выглядит, тем ярче ее ореол. И, я думаю, как только она увидела выход, этот костюм становился все туже и туже, пока не перекрыл ей кровоснабжение. Это по чьей вине?"

"Почему его, конечно".

"О да. Ему пришлось заплатить за это, за все годы, что она носила это, за все годы, что она играла в игру ". Сидя в ароматном воздухе лимузина, Ева почти чувствовала ярость Авы. "В конце она возненавидела его. Что бы она ни чувствовала в начале или во время, в конце она возненавидела его ".

"И само убийство было таким интимным и таким уродливым, " сказал Рорк, - из-за ненависти, стоящей за ним".

"В яблочко".

"Если все произошло так, как ты думаешь, у нее все еще есть препятствие. А вот и Бен".

"Держу пари, у нее есть планы на Бена. Она может выждать свое время. Если только он не вступит в серьезные отношения, не начнет думать о браке. Тогда ей пришлось бы двигаться быстрее. Или она могла бы подумать о том, чтобы устроить это в ближайшее время. Передозировка была бы лучше всего. Таблетки, слишком много таблеток. Он не мог вынести этого горя, не мог выдержать давления, связанного с тем, чтобы оказаться на месте своего дяди. Отказывается. В этом есть риск, но если я закрою это дело при ней совершенно открыто, как она ожидает, она может согласиться ".

"Ты собираешься предупредить его?"

"На данный момент с ним все ясно. Дело открыто, и ей нужно больше времени ". Прикидывая это, Ева постучала пальцами по своим бедрам. "Ей нужно время, чтобы опереться на него, повернуться к нему. Представить образ того, что он теперь ее опора, все, что у нее осталось от Томми сейчас. Она планирует, и она учитывает непредвиденные обстоятельства. Ей нужны публичные демонстрации их взаимного горя и зависимости, чтобы заложить фундамент ".

"Я не могу сказать, что хорошо знал Томаса Андерса, но я бы сказал, что он хорошо разбирался в людях".

"Любовь все затуманивает".

"Это так, да". Рорк провел пальцами по кончикам ее волос.

Она повернулась к нему лицом. "Ты никогда не спрашивал себя, ни разу, не разыгрывал ли я для тебя игру из-за денег?"

"Ты не разыгрывал передо мной пьесу. Я разыграл эту пьесу ".

"Это могло бы стать моей пьесой". Она улыбнулась ему. "И ты бездумно поддался моим уловкам".

"Где я приземлился очень удобно. Единственные костюмы, которые ты носишь, дорогая Ева, это те, что в твоем шкафу. И потом их носят неохотно". Он положил руку, ладонью вниз, между ее грудей. "Я знаю твое сердце, ghr á. " И вытащила цепочку, которую носила под рубашкой. На нем мерцали бриллиант и металл святого, его дары. "Ты помнишь, когда я дал тебе это?"

Он слегка качнул цепочку, так что бриллиант вспыхнул и загорелся.

"Конечно".

"Вы были не просто в ужасе и замешательстве, вы были в ужасе. Бесстрашный лейтенант Ева Даллас, напуганная куском спрессованного углерода и тем, что он собой представлял ".

"Любовь не должна была случиться. Не в моем "что, если". Не тогда."

"И все же, когда ты наконец пришел ко мне, ты носил это". Бриллиант сверкнул между ними. "И ты все еще носишь это. Большую часть времени прячут, чтобы сохранить твои странные чувства полицейского, но носят именно там, у твоего сердца ". Он снова засунул его ей под рубашку. "Это вы, лейтенант, попались на мою уловку, после того, как я дал вам чертовски хорошего пинка".

"Я думаю, мы оба упали". Она выглянула в окно, когда лимузин подъехал к тротуару позади других лимузинов - мрачное очарование смерти. "Жаль, что у Андерса не получилось приземления получше со своим".

Фотографии Андерса стояли по всей элегантной двойной гостиной. Он размахивал клюшкой для гольфа или битой, бегал по футбольному мячу или отбивал теннисный мяч среди цветущего луга на выставке. Доминировали подсолнухи с их глубокими бархатными карими глазами.

"Его любимое", - сказал им Бен. "Дядя Томми говорил, что если он когда-нибудь уйдет на пенсию, то купит где-нибудь маленькую ферму и не будет выращивать ничего, кроме подсолнухов".

"У него были планы на этот счет?" Спросила Ева. "За то, чтобы уйти в отставку?"

"Не совсем. Но он действительно поднимал какой-то шум по поводу поиска места за городом, проведения длинных выходных. До тех пор, пока под рукой было поле для гольфа. Он как бы забавлялся идеей построить фермерский дом рядом со спортивным лагерем на севере штата. Настоящий загородный дом, где они с Эвой в конце концов уйдут на покой. У него были бы его подсолнухи, он бы еще немного выбрался из города до тех пор, и в полной мере пользовался бы удобствами лагеря. Сказал, что ему придется устроить спа-салон для Авы, чтобы заставить ее согласиться с этим ".

Он улыбнулся с грустью в глазах. "В любом случае, он любил подсолнухи. Его тоже любили. У нас одновременно проходят мемориалы по всему миру. Прямо сейчас, во всем мире люди...Извините, я на минутку."

Он повернулся к двери. Еве было интересно, справится ли он с этим, прежде чем сломается. И она увидела, как Леопольд быстро пересек комнату и, положив руку на плечо Бена, вышел вместе с ним.

Любовь, подумала Ева, в печали и самоотверженности.

Затем она повернулась, чтобы изучить вдову, которая сидела с бледными щеками и влажными глазами в синем бархатном кресле, окруженная цветами и людьми, стремящимися утешить ее. И снова ее волосы были собраны в узел на затылке, чтобы подчеркнуть тонкие кости и резко очерченные черты лица. Ее вдовьи волосы были необрезного черного цвета, идеально подстриженные, чтобы подчеркнуть ее статное телосложение. Она носила бриллианты, изысканно, в ушах, на запястьях.

"Осторожно, " пробормотал Рорк, " от того, как ты на нее нацелился, волосы у нее на затылке встанут дыбом через минуту".

Не такая уж плохая идея, подумала Ева. "Пойдем, принесем наши соболезнования".

Томми собрал толпу, подумала Ева, пробираясь сквозь нее. Это порадовало бы вдову, это был бы хороший пиар, с которым работали бы СМИ. Когда она приблизилась, Ава подняла взгляд, блестящий от сдерживаемых слез, и, положив руку на подлокотник своего кресла, как будто ей нужна была поддержка, поднялась.

"Лейтенант. Как мило с вашей стороны прийти. И Рорк. Томми был бы так рад, что ты потратил на это время ".

"Он был хорошим человеком". Рорк взял предложенную Эвой руку. "Нам будет его не хватать".

"Да, он был, и он будет. Ты...вы встречали моего друга, мою дорогую подругу Бриджит Плаудер?"

"Я верю, что у нас есть. Приятно снова встретиться с вами, миссис Плаудер, даже при таких сложных обстоятельствах ".

"Саша будет опустошен, ты вспомнил меня, а не ее". Бриджит улыбнулась Рорку, радушная хозяйка гостю. "Не могли бы вы расписаться в книге скорби? Мы думали, что Томми оценит этот старомодный обычай ". Она указала на узкую трибуну рядом с ней и открытую на ней белую книгу в позолоченном переплете.

"Конечно". Рорк взял золотую ручку, чтобы подписать.

"Тебе следует выпить немного вина". Словно сбитая с толку или слегка больная, Ава прикоснулась пальцами к виску. "Мы подаем вино. Томми так понравилась вечеринка. Он не хотел бы всех этих слез. Тебе следует выпить немного вина ".

"Я на дежурстве". И на мгновение, всего на мгновение, Ева посмотрела в глаза Авы и позволила ей увидеть. Я знаю тебя. Я знаю, кто вы.

В глазах Авы, за этим блеском слез, мелькнуло удивление. И только на мгновение, всего на мгновение, вместе с этим вспыхнул жар. Затем она качнулась в сторону своего друга. "Мне жаль. Мне так жаль. Я чувствую..."

"Теперь сядьте". Бриджит усадила Аву в кресло, погладила ее по щеке. "Сядь поудобнее, Ава. Ты берешь на себя слишком много ".

"Как этого может быть достаточно? Как я могу... Где Бен? Где Бен?" Из каждого блестящего глаза выкатилось по слезинке. "Мне нужен Бен".

"Я приведу его для тебя". Рорк взглянул на Еву, затем пробрался сквозь толпу скорбящих.

"Он скоро появится", - успокоила Бриджит. "Бен скоро придет. Мы отведем тебя наверх, милая. Тебе нужно немного тишины. Здесь слишком тепло, слишком тесно, так много людей. Всего этого слишком много ".

"Я помогу тебе с этим". Ева подошла ближе. "Почему бы мне не помочь вам подняться наверх, миссис Андерс?"

"Я хочу Бена". Ава отвернула свое лицо, чтобы прижать его к Бриджит. "Я буду сильнее, если у меня будет Бен. Он - все, что у меня осталось от Томми ".

"Он сейчас придет. Он приближается, Ава."

Бен бросился через комнату, горе было покрыто беспокойством. Он склонился над Авой, как над щитом. "Я здесь. Я просто вышел подышать свежим воздухом. Я прямо здесь ".

"Останься со мной, Бен. Пожалуйста, останься со мной, просто пока мы не пройдем через это ".

"Давайте отнесем ее наверх".

"Нет, Бриджит, я не должен уходить. Мне нужно..."

"Всего на несколько минут. Всего несколько минут наверху, пока тебе не станет лучше ".

"Да, ты прав. Несколько минут. Ben."

"Вот мы и пришли. Возьми меня за руку. Вам придется извинить нас, лейтенант."

"Конечно".

Итак, вдову, побежденную, увели к ее личному горю. Идеально, подумала Ева. Она решила, что ей самой не помешало бы подышать свежим воздухом, затем заметила Надин Ферст в другом конце комнаты с Рорком.

"Личные или профессиональные?" Спросила Ева, когда присоединилась к ним.

"Как и у копов, у журналистов всегда есть и то, и другое. Но личное прокладывает путь здесь. Он мне нравился, очень сильно. И Бен." Она посмотрела в сторону дверного проема, откидывая назад гладкую прядь волос, пока смотрела им вслед. "Я был с ним на улице, перекидывался парой слов, когда Рорк вышел за ним. Бедная Ава, она выглядит такой потерянной ".

"О, она знает, куда идет".

Глаза Надин загорелись и сузились. "Что это я слышу? Ты же не думаешь всерьез... " Она оборвала себя, сделала глоток вина, которое держала в руке. "Здесь слишком много ушей. Почему бы нам не выйти наружу?"

"Не готов к разговору один на один".

"Пибоди лучше, чем я думала", - сказала Надин через мгновение. "Если то, что происходит, - это то, что я думаю, происходит. Она не уронила ни крошки. Вы какие-то приятели ".

"Сначала будь другом. Откопайте те старые интервью, о которых вы мне рассказывали, и пришлите их мне ".

"Я могу это сделать. Что в этом для меня?"

"Это будет зависеть".

"Послушай, Даллас..."

"Я упоминал, - прервал его Рорк, - насколько сильным мне показалось ваше интервью с Пибоди прошлой ночью?" Ты вытянул из нее все лучшее, без особых усилий ".

"Командная работа". Надин дулась на них обоих. "Я ненавижу это".

"Достань мне интервью, Надин, тогда я дам тебе все, что смогу, когда смогу. Но на данный момент с меня хватит этого места. Так что-черт. Это жена Тиббла. Черт возьми."

Еще не готова, было все, о чем Ева могла подумать, когда высокая, худая, как хлыст, женщина направилась к ней. Жестоко короткие, медово-каштановые волосы обрамляли сильное, потрясающее лицо оттенка хорошо заваренного ирландского чая, которым иногда наслаждался Рорк. Ева слышала истории о том, что когда-то Карла Блейз Тиббл зарабатывала на жизнь - и немалую сенсацию - в качестве фотомодели. Если бы она прошествовала по подиумам с той же целью и щегольством, с какими пересекала траурный зал, решила Ева, ее было бы трудно победить.

"Лейтенант". Ее голос был дымной музыкой, ее глаза тигрового золота.

"Мэм".

"Ср. Ферст, Рорк, я хотел бы спросить, не оставите ли вы нас на минутку? Мне нужно поговорить с лейтенантом наедине."

Возможно, это прозвучало как просьба, но в позе была команда. Карла просто повернулась, и люди расступились перед ней, как Красное море расступилось перед Моисеем, когда она направилась к двери.

"Мужество". Хотя в его тоне слышалось веселье, Рорк ободряюще сжал плечо Евы.

"Почему у них обязательно должны быть жены? Почему у копов обязательно должны быть жены? Я вернусь через минуту ". Не имея особого выбора, Ева последовала за Карлой и присоединилась к ней на узкой террасе третьего этажа.

Внизу шумело движение, Карла стояла спиной к перилам. "Как основное лицо по нераскрытому убийству, можете ли вы, возможно, считать уместным для вас поговорить с репортером в мемориале жертвы?"

"Извините меня, мэм, Надин Ферст также мой личный друг".

"Дружба неприменима. У вас есть позиция, которую нужно отстаивать ".

К черту это, подумала Ева. "Да, я знаю - как и ты. Как жена начальника полиции, можете ли вы, возможно, считать уместным для вас посетить мемориал жертвы нераскрытого дела об убийстве и поговорить с лицами, которые могут быть в списке подозреваемых следователя?"

Вспыхнула ярость, прекрасное пламя, которое зажглось в этих тигриных глазах, на этом удивительном лице. Затем все накренилось до раздраженного кипения. "Ты прав. Очень раздражает, что ты в чем-то прав ".

"Я могу заверить вас, что я не обсуждал детали расследования с Надин или любым другим контактом со СМИ".

"Пока".

"Она полезный источник, и - по моему усмотрению как основного - я могу использовать этот источник. Поскольку она не слабак, я могу принять решение обменять информацию на информацию ".

"Грязь за грязь".

"Если это полезная грязь, то да, мэм".

"О, перестань называть меня "мэм", как будто я твоя учительница в третьем классе". Она развернулась, чтобы опереться на перила, на этот раз лицом к улице. "Я расстроен, и это вывело меня из себя, когда я увидел тебя в обнимку с Надин Ферст".

"Я бы прижался к Джеку Потрошителю, если бы это помогло расследованию. У меня есть работа, которую нужно делать. Я понимаю, что это расстраивает тебя. Муж вашей подруги был убит. Вы должны понимать, что найти его убийцу и возбудить дело против этого человека - мои приоритеты ".

"И я уже дважды совал свой нос не в свое дело". Карла убрала руки с перил в жесте, который Ева истолковала как перемирие. "У меня это не входит в привычку".

"Нет, ты не понимаешь".

"Мы с Авой дружелюбны. Мы тесно сотрудничали над несколькими проектами, и я восхищаюсь ее энергией, ее творческим мышлением. Мне очень понравился Томми Андерс. Он был щедрым, непритязательным человеком, так что да, очень трудно смириться с тем, что его убили. И обстоятельства этого, освещение этого в СМИ. Как жена выдающегося человека, я сочувствую Аве на многих уровнях прямо сейчас ".

Карла обернулась. "Как жена выдающегося человека, ты тоже должна".

"Как главный следователь, я сочувствую жертве".

"Вы крепкий орешек, лейтенант". Карла покачала головой, но огонь в ней погас. "Ваш командир считает вас лучшим из своих лучших. Мой муж считает вас гениальным. Хотя я обычно держусь подальше от дел моего мужа, я обращаю внимание. Итак, я знаю, что у тебя репутация человека, который доводит дело до конца. Я полагаю, что для этого нужен жесткий кейс. Итак, мне сказали, что вы хотели поговорить со мной об Аве и Томми ".

"Наиболее конкретно о вашей работе с ними".

"Вы подозреваете, что что-то в рамках благотворительной деятельности ускорило убийство Томми".

"Мне нужно охватить все области, чтобы провести тщательное расследование".

"Это коп-говори не свое дело". Карла махнула рукой. "Я не обижаюсь. Мы с Авой работали над несколькими проектами за последние пару лет. Сначала она связалась со мной, чтобы попросить меня быть сопредседателем и помочь координировать показ мод. Логично, учитывая мое прошлое ".

"Показ спортивной моды?"

"Нет, на самом деле, это было ориентировано на матерей детей, прошедших отбор в спортивные лагеря и связанные с ними программы. Доступная одежда для дня рождения, рабочая одежда, спортивная одежда, с несколькими матерями в качестве моделей. Участвующие торговцы предлагали щедрые скидки, и Андерс выделил каждой женщине пособие на гардероб в тысячу долларов. Что-нибудь веселое для них, поскольку основное внимание уделяется детям. Несколько месяцев спустя мы провели детскую выставку - школьная одежда, спортивное снаряжение. Оба были очень успешными. Ава была неутомима".

"Так я научился".

"Мы также реализовали другие мероприятия. Мы - или Ава и некоторые сотрудники и волонтеры - отвезли матерей на спа-курорт, пока их дети были в лагере. Своего рода убежище, где в течение пяти дней они могли расслабиться, побаловать себя, посещать семинары, практикумы, вести дискуссионные группы. Это прекрасное время ".

"Ты присутствовал".

"Да, один или два раза. Как мать логова, так сказать. Было очень приятно видеть, что у этих женщин, у которых редко остается время для себя, есть возможность сосредоточиться на своих умах, телах, духе ".

"Они, должно быть, были невероятно благодарны за это, а также Аве за то, что она предоставила им образец образа жизни, отличного от их собственного".

"Отдохнуть от работы, детей, обязанностей, да. Веселье было приоритетом, но также образование, общение, система поддержки. Точно так же, как в рамках одно-или двухдневных ретритов, проводимых в Нью-Йорке или других местах в течение года для программы "Мамы тоже". Многие из этих женщин - родители-одиночки, и поэтому у них мало времени на общение, на то, чтобы быть кем угодно, кроме матери ".

Энтузиазм по поводу программы наполнил голос Карлы. Ее руки двигались, энергично сопровождая ее слова. "Часто, когда родитель теряет себя в повседневных обязанностях и требованиях по воспитанию детей, он становится менее эффективным и менее любящим родителем, чем мог бы быть. Чем они хотят быть. Значит, Ава тоже задумывалась о мамах ".

"Находясь вот так вместе, на такого рода ретрите или организуя показ мод, было бы естественно, не так ли, для вас с Эвой присоединиться к участникам? Развивайте отношения ".

"Да, это еще кое-что, что я нахожу полезным. Томми не ограничился предоставлением детям оборудования или даже места для его использования. Его идея сводить их вместе на тренировках, на соревнованиях, побуждать их работать и играть вместе делает гораздо больше, чем надеть бейсбольную перчатку на руку ребенка. Это дает им гордость, дружбу, понимание командной работы и спортивного мастерства. Видение Ava дополнительной программы заключается в том, чтобы дать именно это матерям. И придать этому личное выражение, как это делает Томми - делал - своим активным участием в лагерях, в программах для отцов, в соревнованиях между родителями и детьми.

"И я собираюсь начать кампанию по сбору средств в любую минуту", - сказала Карла со смехом. "Но да, вовлеченность - это ключ, я думаю. Милосердие может быть трудным, лейтенант, давать или получать. Эти программы предназначены для воспитания гордости и самоуважения ".

"Составление плана и выполнение программ, которые вы разработали с Ava, должно потребовать невероятного планирования, внимания к деталям, умения делегировать полномочия".

"Абсолютно. Ава мастер во всем этом ".

Ева улыбнулась. "Я верю в это. Я ценю, что вы нашли время поговорить со мной ".

"И я свободен. Я должен вернуться, попрощаться. Я надеюсь, что между нами нет обид ".

"Никто на моей стороне".

"Тогда я пожелаю вам удачи в расследовании". Она снова протянула руку. "О, и, лейтенант, немного тонального крема скрыло бы этот синяк у вас под глазом".

"Почему я должен хотеть это делать?"

Я в лимузине, Ева вытянула ноги и сказала: "Ха".

"Поскольку никто из вас не захромал обратно в bloody, я полагаю, вы с женой вашего шефа пришли к соглашению".

"Да, можно сказать. И забавно, что люди говорят и как они это говорят. Она дружелюбна с Авой. Томми ей очень нравился. Она восхищается энергией и творческим мышлением Авы. Томми был щедрым и непритязательным. Миссис Тиббл - умная женщина, но она не понимает того, что только что сказала мне. Это и многое другое." Ева повернулась к Рорку.

"На днях ты дал несколько долларов спящему на тротуаре".

Он поднял брови. "Очень возможно".

"Нет, я видел это. За пределами морга ".

"Хорошо. И?"

"Многие люди, вероятно, несколько раз побили этого парня в тот день, и во многие другие дни. Они не помнят его после, он не помнит их. Но ты присел на корточки и поговорил с ним с глазу на глаз. Сделал это личным, установил связь. Он будет помнить тебя".

"Вероятно, он вспомнит еще двадцать".

"Нет, не надо относиться ко мне цинично. В те времена, когда ты бегал по улицам Дублина, когда твой отец избивал тебя до полусмерти. Соммерсет приютил тебя, устроил. Он предложил вам что-то - шанс, убежище, возможность. Что бы вы сделали, чтобы отплатить ему тем же? Вычеркни годы между тогда и сейчас и то, что сложилось между вами ", - добавила она. "Тогда, прямо тогда, что бы ты сделал, чтобы отплатить ему тем же?"

"Все, что он просил".

"Да. Потому что тогда он был тем, у кого была сила, контроль, ... щедрость. Каким бы крутым ты ни был, ты был уязвим. Меньше, слабее. И он дал тебе то, чего у тебя никогда не было ".

"Он никогда не спрашивал", - сказал Рорк.

"Потому что, несмотря на то, что он прижимистый ублюдок, пользоваться уязвимостью - не в его стиле. Но это смерть Авы ".

"К чему ты клонишь с этим?"

"За работу. Мне нужно посмотреть, что у Пибоди есть на данный момент, посмотреть, смогу ли я добиться быстрой встречи с Мирой. Я должен кое-что из этого упорядочить в своей голове, записать. Я введу тебя в курс дела дома, а затем воспользуюсь твоей уязвимостью, заключающейся в том, что ты без ума от меня и интересуешься этим делом, чтобы я мог заставить тебя работать ".

"Я приму это, особенно если ты потом воспользуешься мной в других целях".

"Я запишу это в расписание. Я хочу -воу, воу. Подождите!" Она нащупала кнопку внутренней связи. "Остановись. Остановись здесь ".

"Почему?" - Спросил Рорк, когда лимузин подкатил к тротуару. "Мы еще в двух кварталах от центра".

"Именно. Ты думаешь, я хочу останавливаться перед своим домом в этой штуковине? Боже. Я пойду отсюда пешком".

"Хочешь пирожные?"

"Оставь их себе". Одной рукой она схватилась за дверную ручку, другой - за его волосы. Один крепкий поцелуй, и она была за дверью. "Увидимся".

И он наблюдал, как ее широкие шаги разъедали тротуар, ее пальто развевалось. Наблюдал, пока расстояние и люди не поглотили ее.

13

ПЕРЕБИРАЯ В УМЕ ДЕТАЛИ, Ева направилась в Отдел по расследованию убийств тем же размашистым шагом, которым Рорк восхищался на улице. В деле нет прорыва, подумала она, пока нет, но будь она проклята, если не думала, что у нее есть шанс. И она собиралась долбить и долбить эту трещину, пока она не лопнет широко.

Другая часть ее мозга зарегистрировала потребность в кофеине, обсуждая, подавать его горячим или холодным. Когда холод победил, она остановилась перед торговым автоматом и посмотрела на него с подозрением и неприязнью.

"Не морочь мне голову", - пробормотала она и включила титры. "Тюбик Пепси".

Машина, казалось, размышляла - она почти слышала, как она насвистывает дразнящую мелодию. И как раз в тот момент, когда она попятилась, чтобы хорошенько пнуть его, он выплюнул трубку вместе с ее утомительными данными о содержимом. Ева выхватила трубку, пока она не передумала, и, обернувшись, увидела Эбигейл Джонсон, сидящую на той же скамейке, что и Тико накануне.

Напряжение усилилось на затылке Евы, когда она приблизилась к женщине. "Миссис Джонсон."

"О, лейтенант Даллас. Я грезил наяву, не видел тебя там ". Переложив коробку на колени, Эбигейл поднялась на ноги.

"Есть проблема?"

"Нет. Действительно, нет. Дело в том, что Тико чуть не продрал меня до нитки по поводу этой награды. Я чувствовал, что он должен понять, что достаточно поступать правильно, тогда, ну, я начал думать, что мальчику полезно получать что-то взамен за то, что он поступает правильно. И разве я не наказываю его за то, что он поступает неправильно, и, может быть, даю ему дополнительное экранное время или пеку его любимое печенье, когда он делает что-то особенно хорошее? "

"Мне подходит".

"Итак, я связался с тем номером, который вы мне дали, чтобы узнать об этом. Обо всем уже позаботились, они сказали, что ты позаботилась об этом. " Ярко-зеленые глаза пристально смотрели в Еву. "Почему это была тысяча долларов, лейтенант".

"Ранние оценки достигали примерно десяти тысяч в день, когда ринг собирал. Тико сыграл ключевую роль в прекращении этого ".

"Я не могу смириться с этим, это Божья истина. Дело в том, что мне пришлось сидеть, обмахиваясь веером, добрых десять минут после того, как сержант Уиттлз сказал мне, сколько." Эбигейл откинула голову назад и засмеялась, и звук был ярким, как пение птицы. "Тогда, что ж, я испекла тебе пирог". Она сунула коробку озадаченной Еве.

"Ты испекла мне пирог?"

"Лимонный пирог с безе. Я надеюсь, вы любите лимонное безе ".

"Я был бы дураком, если бы не. Спасибо ".

"Когда мне сказали, что тебя здесь нет, я собирался оставить это для тебя. Но у меня такое сильное чувство, что к твоему возвращению от этого ничего бы не осталось ".

"Ты был бы прав насчет этого".

"Они сказали, что ты скоро вернешься, поэтому я просто сел ждать. Они сообщили об этом прямо охране внизу, чтобы те могли видеть, что я не проношу ничего опасного. Конечно, мне говорили, что моя выпечка опасна для талии, но тебе не нужно беспокоиться об этом ".

Поскольку это казалось ожидаемым, Ева открыла крышку, заглянула внутрь. Безе выглядело пенистым, как снежная шапка, с золотыми бусинками, разбросанными по его вершинам и плоскостям. "Вау. Это похоже на съедобное искусство ".

"Разве это не то, что нужно сказать. Я знаю, это немного, но я хотел подарить тебе что-нибудь за то, что ты сделал для моего мальчика, для моего Тико. Он рассказал мне все об этом, ну, примерно полдюжины раз он рассказывал мне все об этом. Я хотел сказать вам, как мне кажется, кто-то вроде вас мог бы отмахнуться от него, или мог бы позвонить в службу по уходу за детьми, или многое другое, но то, что вы сделали. Я научил его уважать закон и отдавать предпочтение правильному над неправильным. Но ты показал ему почему, и ты поверил в закон и в то, что правильно, и он этого не забудет. Он также не забудет о награде, но о тебе он вспомнит в первую очередь. И я тоже".

"И мне кажется, миссис Джонсон, что многие парни на месте Тико могли бы посмотреть в другую сторону - или, более того, попытались бы проникнуть в суть происходящего. Но я возьму пирог ".

"Я надеюсь, тебе это понравится".

"Возможно, мне придется оглушить нескольких моих людей, чтобы пронести это в свой кабинет, но, поверьте мне, я это сделаю".

Ева крепко ухватилась за коробку, и кровь попала ей в глаз, когда она вошла в КПЗ. Она могла поклясться, что дюжина носов одновременно поднялась, чтобы понюхать воздух. "Ни единого шанса в аду. Пибоди, в мой офис."

Послав самодовольную и злую улыбку своим скорбящим коллегам, Пибоди влетела вслед за Евой. "Что это за пирог?"

"Это мой вид пирога".

"Ты не можешь съесть целый пирог в одиночку. Ты заболеешь".

"Мы узнаем".

"Но... я принес тебе блинчики".

"Где они?"

Рот Пибоди открылся, затем она надула губы и отвела взгляд. "Um..."

"Именно". Ева поставила коробку из-под пирогов так, чтобы до нее было не дотянуться, поверх своей кофеварки. "Что у тебя есть, кроме дыхания круллера?"

"Не то чтобы я съел их все лично, а ты оставил их позади, так что - ладно". Она сдулась под ледяным взглядом Евы. "У меня есть дубликаты имен, и я начал их прогонять. К твоему сведению, там миссис Тиббл. Она работала над несколькими проектами с Авой Андерс ".

"Я думаю, мы можем вычеркнуть ее из списка".

"Да. Также жена мэра и ряд других известных людей ".

"Мы не будем сбрасывать их со счетов. Персонал и волонтеры играют важную роль, но мы собираемся сосредоточиться на участниках. Женщины, с которыми Ава играла леди Баунтифул ".

"У меня есть кое-кто с criminal, есть кое-кто, кто был или есть LCS".

"Держите их на вершине. Пытаюсь понять ее. Выбрала бы она кого-нибудь с опытом, со склонностями или кого-то пустого, кого-то, кто был бы незаметен?"

Она подошла к окну, выглянула наружу. "Она не ожидала, что мы доберемся сюда, посмотрим, где мы собираемся искать. Но тот, кто планирует так же тщательно, как она, должен был бы рассмотреть все возможности. Как она это взвесила?"

"Другой вопрос был бы в том, как вы убеждаете кого-то убивать за вас".

"Некоторые люди пекут пироги. Скопируйте все файлы, отправьте их сюда и на мой домашний компьютер. И продолжай работать над этим, Пибоди. Если кто-то там был ее спусковым крючком, держу пари, у нее на них тоже есть планы. Держу пари, у нее есть планы."

Она также работала над этим, составляя заметки из своих разговоров в тот день, просматривая повторяющиеся имена, которые выбрала Пибоди. И она рассмотрела логистику и человеко-часы, потраченные на опрос буквально сотен потенциальных подозреваемых.

Иголка в стоге сена. Но рано или поздно.

Она отстранилась, втянула голову в плечи, чтобы ослабить узлы. Ее входящий подал звуковой сигнал, и ей было приятно видеть, что Надин отправила ей файл. "Скопируйте в мой домашний блок", - приказала она.

Она потерла свои усталые глаза. Пора самой идти домой, признала она. Забери это домой, возьми это снова, оттолкни это от Рорка.

Она отключилась, загрузила свою сумку, натянула пальто. Она взяла коробку с пирогом, когда Мира шагнула к дверному проему.

"На пути к выходу?"

"Да, но у меня есть время. Мне сказали, что у тебя сегодня все занято ".

"Я был. И я опаздываю, возвращаясь домой. Если ты уходишь, почему бы нам не уйти вместе, и ты можешь сказать мне, что у тебя на уме ".

"Это было бы хорошо. У меня есть эта теория", - начала Ева.

Она проинформировала Миру, когда они спускались на глайдах на главный уровень, затем переключились на лифт для гаража.

"Доминирующая личность, благодетель или работодатель убеждает, оказывает давление или уговаривает подчиненного или сабмиссивную выполнить ее волю".

"Казнить - это оперативный термин", - прокомментировала Ева. "Но я думаю, что задабривание - это пассивный термин для обозначения того, чтобы заставить кого-то совершить убийство".

"Пассивность может быть оружием, если ее правильно использовать. И такие методы, безусловно, использовались для получения выгоды. Все, что угодно, от лжи, чтобы защитить ошибку или проступок начальника, до оказания сексуальных услуг и, да, вплоть до убийства. Чтобы гарантировать продолжение сотрудничества после свершившегося факта, доминанту потребуется продолжить отношения, предложить вознаграждение или пригрозить разоблачением или причинением вреда ".

Чтобы закончить, Ева вышла на уровне гаража Миры. "Мы запускаем тех, у кого есть куртки, и любых LCS - в настоящее время или ранее - первыми".

"Самое логичное место для начала".

"Характер преступления. Ты должен был бы иметь это в себе, или быть настолько полностью под каблуком у Авы, что ты не смог бы даже пошевелиться, чтобы довести это до конца ".

"Или совершенно очарованы", - добавила Мира. "Любовь принимает множество форм".

"Да, как и благодарность. И страх. Мне нужно выяснить, на каком из этих уровней она остановилась. Я позволил ей увидеть сегодня. Я даю ей понять, что знаю. Возможно, это было ошибкой, но я хотел, чтобы она немного попотела ".

"Это хорошая стратегия. Это дает противнику повод для беспокойства, а обеспокоенные люди совершают больше ошибок ".

"Если бы у меня было немного больше, ровно столько, чтобы привлечь ее, посадить в ящик, я думаю, я мог бы подставить ей подножку. Но мне нужно вытолкнуть ее из зоны комфорта, изолировать ее от ..." Осознав, что они стояли возле машины Миры, и она была готова говорить вслух, Ева пожала плечами. "В любом случае".

"Если и когда, я хотел бы понаблюдать. Я думаю, это было бы увлекательно ".

"Я дам тебе знать. Итак ... передай привет мистеру Мире ".

"Я буду. Ева, не отправляйся сразу на работу, когда придешь домой. Потратьте час. Перезарядись". Жестом, который никогда не переставал волновать Еву, Мира наклонилась и поцеловала ее в щеку.

"Что ж. Спокойной ночи".

Когда он планировал сразу вернуться к работе, Мира задержала ее там. Более того, она планировала втянуть в это Рорка вместе с собой. Как она должна была пробить эту брешь, если она целый час сидела без дела, ничего не делая? Она вошла в дом с намерением подзарядиться позже.

Надвигался Соммерсет; кот сидел и смотрел.

"У меня нет на тебя времени, Плоская задница".

"Или, по-видимому, немного больше, поскольку вы опаздываете. Снова. И использовали твое лицо как боксерскую грушу. Снова."

"Это было вчера. Я предложил твою, но они оценили это слишком высоко по шкале уродства ".

"Рорк в домике у бассейна, если вас интересует местонахождение вашего мужа".

"У меня появился интерес". Она повесила пальто на стойку перил, бросила папку с документами у подножия лестницы, затем сунула коробку, которую держала в руках, в руки Соммерсета. "Я принес десерт".

Это, думала она, направляясь к лифту, лишило его дара речи и было почти таким же приятным, как ее лучшее оскорбление. Спускаясь, она потерла затылок. Может быть, она могла бы выкроить время для быстрого купания, размять некоторые из этих чертовых перегибов, которые она заработала из-за слишком многих часов за компьютером.

Пятнадцать минут, чтобы ее успокоить, затем большой, жирный бургер, пока она проигрывает некоторые данные и предположения Рорка. Этот человек чертовски уверен, что знал о том, что он доминирующая личность.

Она вышла во влажное, благоухающее тепло, в пышную зеленую листву и яркие цветы тропического сада у бассейна. Музыка исходила от сверкающего водопада, стекающего по стене, и плавных, ритмичных гребков мужчины, рассекающего ярко-голубую воду бассейна.

Он плавал как тюлень, подумала она, гладкий и быстрый, и выглядел как ... Ну, если она не могла так думать, то кто мог? Он выглядел как проклятый ирландский бог, с этим поджарым телом, бугрящимися мышцами, струящимися черными волосами. Когда он изменил гребки, выполнил нырок с поверхности, она усмехнулась. С такой задницей, кто бы не захотел вонзить в нее зубы?

Возможно, она могла бы занять больше пятнадцати минут.

Она разделась там, где была, заняла позицию на краю и нырнула внутрь. Когда она вынырнула, он барахтался в воде и наблюдал за ней глазами, на фоне которых яркая синева бассейна казалась бледной.

"Кажется, я поймал русалку".

"Ты еще ничего не поймал, приятель. Сколько кругов ты проехал?"

"Двадцатьдва. Мне уже за тридцать."

"Тогда я наверстаю упущенное".

Она оттолкнулась от борта. Он немного походил с ней, что заставило ее прибавить скорость. Тем не менее, они вместе врезались в стену, вкатились в поворот и толкнули. Она потеряла его после восьми, но мгновением позже услышала грохот, который сказал ей, что он обосновался в углу грота и его струях.

Итак, она потерялась в ритме, в воде, в усилиях, и где-то на двенадцатом круге ее переполненный разум прояснился. Когда ей исполнилось тридцать, ее мышцы были расслаблены до предела, дыхание поверхностное, а разум совершенно расслабленный.

Она скользнула под воду, вынырнула в гроте рядом с ним.

"Боже! Это была хорошая идея ".

"У меня их сколько угодно".

Она откинула голову назад, ее глаза закрылись. Под водой ее пальцы переплелись с его пальцами, пока она не восстановила дыхание. "У меня на подходе один из таких. О да, вот оно."

Она поднырнула, перекатилась, затем скользнула вверх, чтобы взять его в рот. Вода бурлила вокруг нее, когда она обхватила его бедра, когда почувствовала, как мышцы, которыми она восхищалась, дрожат для нее. Она вынырнула, позволив своим губам пробежаться по его животу, груди, горлу туда, где его рот ждал, чтобы соединиться с ее.

"Твоя идея мне нравится больше, чем моя".

"Думал, ты сможешь". Она царапнула зубами его горло. "Мира сказала, что я должен перезарядиться". Откинув голову назад, она бросила на него взгляд, полный вызова. "Итак, заряди меня энергией".

Он потянул ее за собой под воду, в эту бездыханную, бьющуюся синеву.

Он думал, что был подготовлен. Расслабленный, приятно возбужденный, наблюдающий, как его жена прожигает день так же, как и он. Он представлял, как склонит ее к влажной, ленивой любви, как только она это сделает. Вместо этого потребность в ней просто всколыхнулась в нем, разрывая его, как голодное животное, жаждущее пиршества и завоевания.

Это прожигало его насквозь, лихорадкой в крови, когда он пожирал ее рот, когда его руки искали и брали. Ее судорожный вдох, когда они всплыли, закончился криком шокированного удовольствия, которое только подлило масла в огонь.

Ее руки впились в его плечи, когда он взял ее грудь. Жадный рот, требующие зубы. Мокрая и теплая от воды, она дрожала от нападения.

И все же она сказала: "Да".

"Да", когда вода снова сомкнулась над ними.

В ушах у нее шумело от шума воды, от шума ее собственной крови. Как кто-то мог выжить, желая быть желанным, вот так? Как кто-то может жить без этого? Он вызвал внутри нее бурю чувств, ощущений, желаний, которые пульсировали до боли. Шторм, который бушевал, дул и гремел, пока от нее ничего не осталось, кроме тонущей, беспомощной любви.

Грубые руки прижали ее спиной к стене, где она ухватилась за край, где ее стоны эхом отдавались в тяжелом воздухе, когда его рот прошелся вверх по ее бедрам, когда его язык стрелой проник внутрь нее. Он потянул, сдвигая ее так, что поток горячих струй запульсировал над ней, внутри нее - горячий, безжалостный - пока его рот доводил ее до исступления.

"Я не могу. Я не могу. Боже!"

Оргазм был жестоким и яростным, отрывая себя от здравомыслия.

Он почувствовал, как это прорвалось сквозь нее, почувствовал силу и чудо освобождения. И увидела, когда он снова посмотрел в ее глаза, полную капитуляцию перед этим. Для него.

"Возьми. Возьми меня". Он вонзился в нее, в эту капитуляцию. И, приподняв ее бедра, погрузился еще глубже. Когда безумие обрушилось на него, хлестнуло его, он услышал свой собственный голос, хриплый и задыхающийся, бормочущий требования и мольбы на ирландском, которые она, возможно, не могла понять.

И еще раз, когда его тело терлось о ее, она сказала: "Да".

На этом единственном, произнесенном шепотом слове он сдался.

S барахтались в пульсирующей воде, конечности как расплавленный воск, Ева не была уверена, кто кого поддерживает. Она подумала, смутно, что двойное утопление было вполне вероятным. Но, казалось, им было все равно.

"Может быть, это что-то подмешано в воду, какой-то сексуальный наркотик. Вы могли бы разлить это по бутылкам, продать и сколотить еще одно состояние ".

"К черту это. Я сохраняю все это для нас. Я вообще причинил тебе боль? Я немного затуманен".

"Я могу позаботиться о себе, приятель". Она позволила своей голове камнем упасть ему на плечо. "Кроме того. Моя идея".

"И это было чертовски хорошо".

"Я собирался сразу на работу. У меня были большие, жирные, липкие кучи этого, так что я собирался сразу приступить к работе. Затем горгулья сказала, что ты был здесь, внизу. Я подумал, может, мне минут пятнадцать поплавать, расслабиться."

"Ну, мы, конечно, как Христос, расслабились".

"Потом я увидел, как ты рассекаешь воду ножом. Все мокрые и подернутые рябью и... ты." Она откинула голову назад, чтобы посмотреть на него. "Я увидел тебя, и это все, что потребовалось. Иногда я не могу дышать, я так сильно люблю тебя ".

"Ева". Его глаза наполнились эмоциями, когда он поцеловал ее, очень нежно, затем он просто прижался своим лбом к ее лбу.

"Я продолжаю думать, что все утрясется. Это обязательно выровняется и уляжется. Но это не так. Даже когда все идет гладко и мы просто ... живем, я могу смотреть на тебя, и у меня не остается дыхания ".

"Каждую минуту с тобой я жив. Я никогда раньше не знал, что есть еще не рожденные части меня, которые просто ждут тебя. Я жив с тобой, Ева."

Она вздохнула, коснулась его щеки. "Нам лучше убираться отсюда. У нас месиво по всему бассейну ".

Я вернулась к убийству, когда она натягивала свою старую толстовку с надписью NYPSD и пару поношенных (именно таких, какие ей нравились) джинсов. Пока они одевались, она передала Рорку свой разговор с Мирой.

"Теперь ты беспокоишься, что она найдет способ избавиться от этого подчиненного - так, как ты думаешь о ней или о нем".

"У меня должен быть план на этот счет. Я думаю, она думает, что этот человек не посмел бы предать ее, но у нее будет план. У нее есть Бриджит Плаудер, которая не производит на меня впечатления идиотки, полностью завернутой. В значительной степени то же самое с женой Триббла. Но Пахарь..."

"Ты смотришь на нее? В "Бриджит Плаудер"?"

"Я смотрю на всех, но нет, она не производит на меня впечатления подчиненной или ... как бы это сказать? Что это? Проситель.Да, это то, что нравится нашей Аве. Ей нравится иметь своих просителей. Она купила себе множество из них на деньги Андерса ".

Она мельком увидела их двоих в зеркале, остановилась, присмотрелась повнимательнее. Он надел практически то же, что и она - джинсы и, в его случае, темно-синий свитер. Но...

"Почему ты всегда выглядишь лучше меня?"

Он тоже взглянул в зеркало и, улыбаясь, встал позади нее, чтобы обнять ее сзади. "Я не могу согласиться с этим. Око смотрящего ".

"Ты все еще настраиваешься после водных игр". Она покачала головой, изучая их, подумал он, как она могла бы изучать подозреваемых на опознании. "Это просто неправильно. В любом случае, отвали, эйс, у нас впереди куча работы и - черт, я забыл. Мне нужно отметить Чарльза. Мне нужно провести там последующее расследование ".

Чтобы развлечь себя и позлить ее, он только усилил хватку.

"Привет".

"Привет, вернулись. Это снова будет рабочая трапеза, и сделает ли это меня вашим подчиненным или просителем?"

"Ха-ха. Вы никому не подчиняетесь, и вы не знали бы, как просить. Это подходящее слово?"

"Я посмотрю это. Рабочая трапеза, и ты думаешь ... бургеры ".

Ее глаза сузились. "Ты что, совсем психически на меня воздействуешь?"

"Логика и глубокое -как я недавно доказал - знание моей жены. Вы пропустили обед, не считая лимузинного круллера, и вы потратили много энергии в бассейне, занимаясь различными видами деятельности. Вы голодны, что приводит вас к красному мясу. Стейк не подойдет, поскольку вы не захотите возиться с нарезкой чего-либо. Итак, ты хочешь бургер ".

"Что у меня будет на десерт?"

Он приподнял бровь, глядя на ее отражение. "Ну, вот ты и поймал меня".

"Да, я держу тебя". Она повернулась, прикусив его губу. "Я принесла домой пирог".

"Неужели? Какой пирог?"

Она только улыбнулась, вышла и подняла свою ссылку, чтобы отметить Чарльза.

Обеспокоенный, отвлеченный, Чарльз остановился возле особняка в Вест-Виллидж и проверил дисплей на своем сигнальном канале. "Это Даллас", - сказал он Луизе.

Обеспокоенная, неуверенная, она наблюдала, как он хмуро смотрит на дисплей. "Ты не собираешься отвечать?"

"Ah...no. Нет, я вернусь к ней ".

"Это будет о деле Андерса. Чарльз, если есть что-то об этом, чего ты ей не сказал, что-то, что ты утаиваешь из-за лояльности или осмотрительности ...

"Их нет". Он сунул ссылку обратно в карман. "Давайте войдем".

"На самом деле, Чарльз, я не совсем в настроении общаться, особенно с новыми людьми". Она посмотрела в сторону дома. "Я действительно думаю, что нам с тобой нужно поговорить".

Нервы, уже гудящие в его животе, взвились до глухого рева. "Мы будем".

"Все было не так..."

"Не надо". Он взял обе ее руки. "Просто не надо. Давайте сначала зайдем внутрь. Мне действительно нужно отвести тебя внутрь ".

"Хорошо". Внутри ее живота что-то опустилось. "Хорошо".

Он провел ее через железные ворота, вниз по дорожке, проходящей через маленький и прелестный садик перед домом, затем вверх по короткой лестнице на главный этаж трехэтажного дома. Но когда он достал ключи, она уставилась на него.

"Что..."

"Одну минуту. Всего одну минуту." Он ввел код на панели безопасности, отпер дверь.

Сбитая с толку, она вошла внутрь.

Полы блестели, старое, дорогое дерево служило прекрасной основой для фойе, для прочной лестницы с глянцевыми перилами, ведущей в просторную комнату, где в камине из лазурно-голубого цвета тлел огонь.

"Здесь пусто".

"Да, на данный момент".

Ее шаги эхом отдавались от дерева, когда она вошла в то, что, как она предположила, было гостиной, когда она повернулась, чтобы посмотреть на три высоких окна с резными наличниками.

"Это прекрасное место".

"Это намного больше", - сказал он ей. "Позволь мне показать тебе все".

"Почему?" Она повернулась к нему. "Почему мы находимся в красивом и пустом доме в Вест-Виллидж, а ты предлагаешь показать мне его?"

"Я купился на это". Он не собирался говорить ей именно так, но она стояла там, обрамленная этими окнами, глядя на него такими серьезными, такими мрачными серыми глазами.

"Ты...ты купил этот дом?"

"Да. Две недели назад."

"Двое... я вижу". Она улыбнулась. "Что ж, поздравляю. Я не знал, что ты даже думал о переезде, не говоря уже о покупке дома. Неудивительно, что ты был таким рассеянным в последнее время. Итак, покажи мне остальное. Эти полы, Чарльз, они просто великолепны. Прошли ли они весь путь до конца? И все это пространство!"

Она начала торопливо проходить мимо, но он поймал ее за руку. "Ты расстроен".

"Нет, нет, просто удивлен. Это такой важный шаг. Огромные".

"Я принял еще парочку. Я тебе не говорил ".

"Нет, ты мне не сказал". Хотя ее глаза оставались на его лице, она отстранилась от него. "Ты мне почти ничего не рассказывал в течение нескольких недель. Итак, позволь мне быть взрослым и цивилизованным в этом, хорошо? Позволь мне попробовать. Здесь есть столовая? Бьюсь об заклад, там есть замечательная столовая, идеально подходящая для званых ужинов ".

"Я на пенсии".

Хотя она отстранилась, чтобы двигаться дальше, это снова остановило ее. "Что?"

"Я сдал свои права в конце прошлой недели".

"На прошлой неделе? Я не понимаю этого, не понимаю тебя. Ты сдал свои права, купил дом. Что это, Чарльз?"

"Я хотел - нуждался в том, чтобы это было, чтобы все было на месте, прежде чем я сказал тебе. Я подал заявку, и мне была предоставлена лицензия в области психологии, специализирующаяся на секс-терапии. Доктор Мира помогла мне там и согласилась, что это был хороший боковой ход ".

Луиза уставилась на него с чем-то похожим на горе в глазах. "Ты говорил с Мирой, но не со мной. Просила ее о помощи, но не о моей ".

"Я хотел быть уверен, что смогу справиться с этим, Луиза. Она согласилась помочь мне с заявками, тестированием, процессом отбора. И что ж, разговоры с ней на протяжении всего этого помогли мне убедиться, что это было то, что я действительно хотел сделать, действительно мог сделать ".

"Как будто разговор со мной не помог бы?"

"Нет. Да. Она нейтральна, объективна. И пока она помогала мне пройти через это, я занимался покупкой этого места. Нижний уровень здесь является хорошим местом для офиса и терапевтических кабинетов. И есть...Я делаю это неправильно ".

Он остановился, снова взъерошил свои волосы. Для человека, который зарабатывал себе на жизнь, и чертовски хорошего, подумал он, будучи гладким, он неуклюже справлялся с этим, как в первую ночь. "Я не смог понять, как это сделать. Каждый раз, когда я пытался разобраться в этом, я натыкался на стену. Луиза-"

"Тогда позволь мне облегчить тебе задачу. Вы хотите изменить свою жизнь. Новый дом, новая профессия. Тогда начнем все сначала". Слезы жгли, но будь она проклята, если прекратит этот плач и хныканье. "Новые отношения, частью которых я не являюсь. Отлично, покажи ей свой великолепный новый дом, ублюдок."

"Кто? Нет!" Ему пришлось действовать быстро, чтобы схватить ее, прежде чем она достигла двери. "Не часть этого. Ради Бога, Луиза, ты в центре всего этого. Ты - причина этого ".

"Как? Как я могу быть частью чего-либо из этого, когда ты делаешь все это, даже не сказав мне?"

"Что бы ты сказал мне, если бы я сказал тебе, что собираюсь уйти в отставку из-за тебя?"

"Это смешно. У меня никогда не было проблем с твоей работой. Это твоя работа.И это была твоя работа, когда я встретил тебя, когда я влюбился в тебя, черт возьми, Чарльз."

"Именно. Тебя это никогда не беспокоило. Никогда не имело значения, что ты чувствовал ко мне. Но это начало меня беспокоить. Меня начало беспокоить, когда я просто не мог дать своим клиентам ... все, что в моих силах. Потому что, Луиза, я не хочу быть ни с кем, кроме тебя. Я не хочу прикасаться ни к кому, кроме тебя. Мне нужно было - для себя - мне нужно было заложить фундамент для нового, поверить, что я смогу это сделать. И предлагаю это тебе".

"Предложи..." Ее глаза расширились. "Это?Этот дом?"

"Это ближе к вашей клинике, чем любая из наших квартир. Это хороший район, и это"s...it это дом, Луиза. Не место для сна или развешивания одежды. Это место, где можно жить вместе, строить что-то вместе ".

"Мне нужна секунда". Она положила руку ему на грудь, отстранила его. "Ты сделал все это, изменил свою жизнь, ради меня?"

"Для нас. Я надеюсь. Если тебе не нравится дом, мы найдем другой. Мира сказала, что, вероятно, было бы лучше подождать в доме, чтобы проконсультироваться с вами там. Но...Я этого не делал ". В растерянности он поднял руки, позволил им упасть. "Вероятно, было ошибкой покупать это без тебя. Но я хотел тебе кое-что подарить. Что-то солидное, я полагаю, символическое и немного эффектное ".

"Я думала, ты устал от меня, что ты меня больше не любишь и не знаешь, как мне сказать". Ей удалось сдержанно рассмеяться. "Ты разбивал мое сердце, Чарльз, в течение нескольких недель".

"Луиза". Он привлек ее к себе, поцеловал ее влажные щеки, ее губы. "Должно быть, это из-за того, что я так сильно люблю тебя и боюсь, что ты не захочешь всего этого, я так сильно облажался".

"Я собирался быть таким утонченным и крутым, когда ты все порвал. Затем я собирался собрать все твои вещи в своей квартире и поджечь их. Я разобрался с этим ".

"Я был готов умолять".

Она откинула голову назад, положила руки на его щеки и красиво улыбнулась. "Я люблю тебя, Чарльз. Ты не должен был делать это для меня или для нас, но мне нравится, что ты сделал. Мне нравится, что ты все испортил. О! Покажи мне остальное!" Она развернулась и вошла в круг. "Покажи мне каждый дюйм, чтобы я мог начать планировать, как свести тебя с ума идеями оформления. Я буду так безжалостно пилить тебя по поводу оформления окон и цвета стен, что ты будешь удивляться, почему тебе вообще захотелось сожительствовать ".

"Сожитель?" Он покачал головой. "Для двух умных людей, которые отчаянно влюблены, нам определенно нелегко понимать друг друга". Он достал из кармана маленькую бархатную коробочку, откинул крышку. Бриллиант взорвался светом и сиянием. "Выходи за меня замуж".

"О". Она уставилась на кольцо, посмотрела ему в глаза. "О, мой бог".

14

СЪЕВ БУРГЕР, ЕВА ПРИНЯЛАСЬ РАСХАЖИВАТЬ перед своими настенными экранами. "Что нам нужно сделать, так это разделить их на категории, сделать перекрестные ссылки. Во-первых, люди, которых мы знаем, с которыми у нее было множество контактов. Чем больше контактов, тем легче установить отношения. Мы распределяем их по категориям. Персонал, волонтеры, бенефициары ".

"Она могла встречаться с любым из этих людей неофициально", - указал Рорк. "Частные встречи. Природа этого сделала бы отношения более личными, более интимными ".

"Да, не могу поспорить. Поэтому мы их тоже разделяем. У Пибоди хорошее начало с мультипликаторами, и с ними у нас есть люди, связанные с преступниками, и у нас есть точка зрения LC. Нам нужно нажать на это ".

Она повернулась к нему. "Если бы вы собирались кого-то убить ..."

"Некоторые дела по дому мужчина просто хочет делать сам".

Она выдохнула, почесала затылок, пока он безмятежно улыбался. "Если", повторила она. "И если бы вы не хотели пачкать свои ухоженные руки, стали бы вы эксплуатировать кого-то с некоторым опытом преступного поведения, кого-то, чье прошлое деяние или подвиги также могли бы дать вам рычаг, если это необходимо, или вы бы начали с чистого листа?"

"Интересно, поскольку у обоих есть свои преимущества и свои подводные камни. И это также будет зависеть от того, в чем состояло преступное поведение ".

"Да, мы собираемся сделать там подмножество о жестоких ударах".

"Кто-то, кто убивал раньше - или имел историю насилия - мог бы поделиться этим опытом или пристрастием". Он продолжал наслаждаться бокалом каберне, которое выбрал к бургерам. "Можно предположить, что они более открыты для подкупа, давления или вознаграждения. Однако такие люди могут быть не такими надежными или осмотрительными, как "с чистого листа". В то время как "с чистого листа" может отказаться от идеи убийства или зацепиться за его исполнение и провалить работу ".

"Возможно, она так и сделала".

"Сильный транквилизатор". Рорк кивнул, поскольку он был прав с ней в этом вопросе. "Это может указывать на деликатность чувств, да".

"Да, требуется деликатность, чтобы обмотать веревку вокруг шеи парня без сознания, чтобы он задохнулся до смерти".

"На расстоянии, " указал Рорк, " где ей не нужно было этого видеть. Итак, это случилось после того, как она ушла ".

"Ты склоняешься к тому, чтобы начать с чистого листа".

"Если бы в моей гипотетической склонности к убийству я хотел кого-то устранить - и не пошел по испытанному пути найма киллера - я бы, конечно, начал с чистого листа. Что я мог бы узнать о ней, где точка давления или уязвимость? Что я мог предложить взамен?"

"Деловое соглашение?"

Он наклонил свой бокал в ее сторону. "Не так ли? Даже шантаж - это бизнес ".

"Хорошо. Хорошо. Мы разделим эту первую партию. Ты берешь чистые сланцы, я возьму те, что в куртках. И мы разделим лицензионные соединения-компаньоны между нами ".

"Разве мы не забавная пара?"

"Праздничные шляпы мы откопаем позже. Ищите любое существенное изменение в доходах или что-либо, похожее на зависимость - азартные игры, нелегалы, секс, алкоголь. Все долги погашены, все крупные покупки. У них есть дети, так что посмотрите на обучение в частных школах или медицинские процедуры. Больной ребенок - это большая кнопка, на которую нужно нажать. Любые изменения в покупательских привычках, доходах, распорядке за последние шесть месяцев. Она бы не хотела затягивать это слишком надолго.

"В штате ..."

"Я знаю, что искать, Ева. Это не первая моя поездка на телеге с сеном ".

"Ладно, прекрасно. Но это будет долгая поездка на действительно большой телеге с сеном, в которой где-то есть крошечная иголка ".

"Я наткнулся на это. А теперь, " сказал он, направляясь к своему офису, " я ухожу".

Ева сидела за своим столом с кофе, с папками. Она провела мгновение, барабаня пальцами и уставившись на свою доску убийств. Затем она переключилась, чтобы начать первый из многих подробных запусков.

Это была своего рода утомительная работа, сидение задницей в кресле, которая снова затягивала узлы и перегибы, независимо от того, насколько тщательно они были сглажены. На первом часу она почувствовала, как они поднимаются у нее между лопатками, только чтобы радостно расположиться у основания шеи на втором часу.

"Сколько здесь детей, которым нужна долбаная хоккейная экипировка?" - спросила она вслух, потирая шею. И нацелились.

"Посмотри сюда. Текущие данные на настенный экран, " приказала она, затем встала, потягиваясь, пока изучала информацию.

Бебе Петрелли, 12 апреля 2019 года. Текущий адрес 435, 107-я улица, Бронкс. Родители Лисбет Кармайн, Энтони ДеСальво (умерли). Братья и сестры Фрэнсис, Винсент. Вышла замуж за Луку Петрелли (умершего) 10 июня 2047 года. Двое детей, Доминик Энтони, родившийся 18 января 2048 года, Пол Лука, родившийся 1 июля 2051 года.

"Хватит, хватит, отдайте мне этого чертова преступника".

Работаем...

Обвиняется в хранении нелегального вещества 2042. Испытательный срок. Обвиняется в хранении с целью распространения нелегального вещества 2043, испытательный срок по первому обвинению отменен. Приговорен к срокам от трех до пяти, условно. Лицензия лицензированного компаньона отозвана. Общественные работы с обязательной реабилитационной терапией назначены и завершены. Обвиняется в домогательствах без лицензии, нападении и сопротивлении аресту 2045. Обвинения в нападении и сопротивлении сняты. Отсидел один год в Rikers, пройдя программу управления гневом.

"Интересно, сработало ли это. Компьютер, был ли отец объекта Энтони ДеСальво из предполагаемой семьи организованной преступности?"

ДеСальво, Энтони, отец объекта, предполагаемый капитан в семье ДеСальво, предположительно связан с мафией, интересуется нелегалами, торговлей оружием, защитой. ДеСальво, Энтони, задушенный в 2044 году, соперничающая семья Сантини, подозреваемая в заказе его казни. За короткой бандитской войной последовало несколько смертей и / или исчезновений предполагаемых членов. Никаких арестов или обвинительных приговоров не было. Вам нужны полные материалы дела?

"Не в это время". Ева подошла к дверному проему Рорка. "У меня есть горячая штучка".

"У меня ничего не кровоточит. Давайте посмотрим на вашу".

Он вошел, встал, как и она, изучая данные, засунув большие пальцы в передний карман. "Ах, да, враждующие кланы ДеСальво и Сантини".

"Знаешь кого-нибудь из них?"

"Я познакомился с несколькими за эти годы. Они научились обходить меня стороной ".

Небрежный тон, которым он это сказал, полное пренебрежение в его тоне, еще раз напомнили Еве, насколько опасным мог быть Рорк. Да, подумала она, держу пари, что мудрейший из мудрых парней обходил его стороной.

"В любом случае, " продолжил он, " они довольно малозначительны. Хулиганы, позеры и жадные горячие головы. Вот почему они мелкие. Я бы подумал, что это генеалогическое древо и его кровавые корни сделали бы вашу нынешнюю тему интересной для Авы Андерс. Она происходит из семьи, где убийства являются частью их стандартной деловой практики. У нее были свои проблемы с законом, она отсидела срок. Как умер ее муж?"

"Хороший вопрос. Компьютер, подробности о смерти Петрелли, Лука."

Работаем...Петрелли, Лука, ТРЕСКЕ проломлен череп. Сопутствующие травмы: сломанная челюсть, сломанный нос, сломанные пальцы обеих рук, сломанная нога, предплечье, плечо. Тяжелые травмы лица, сопутствующие внутренние повреждения. Тело было найдено в Ист-Ривер недалеко от Хантс-Пойнта, 12 июня 2047 года.

"Забей ублюдка до смерти", - прокомментировала Ева. "Компьютер, было ли известно, что Петрелли связан с организованной преступностью или подозревался в этом?"

Связь не установлена. Подозревается из-за отношений с Петрелли, Бебе. Ни один не найден с помощью наблюдения или других методов расследования. Петрелли, Лука, вместе с женой владел и управлял рестораном Bebe's в Хантс-Пойнт, Бронкс. У Петрелли нет судимостей, Лука.

"Значит, она выходит замуж чистой", - предположил Рорк. "Имеет пару детей, открывает ресторан. Не в Квинсе, где ее семья претендует на свою спорную территорию, а в Бронксе. Подальше от этого. Подальше от них. Затем кто-то забивает ее мужчину до смерти ".

"И с двумя детьми, которых нужно растить, стесненными в средствах, известным альбомом, кровными узами трудно сводить концы с концами". Ева опустила бедро на свой стол, рассеянно поглаживая кота, когда он ударился головой о ее руку. "Трудно быть солдатом. Ты был бы благодарен тому, кто протянул руку помощи, кто не держал прошлое против тебя. Похоже, мы с Пибоди направляемся утром в Бронкс. Компьютер, внесите Бебе Петрелли в список лиц, представляющих интерес, скопируйте все данные в файл. Отправьте копию того же Пибоди, детективу Делии, домой, в отдел ".

"Вы на этом не остановитесь".

"Нет, но это определенно дало мне толчок. Я думаю, нам пора сделать перерыв и съесть по кусочку пирога ".

"Всегда время для пирога". Он оглянулся, когда запищала домашняя связь. "Да, Соммерсет?"

"Доктор Диматто и мистер Монро у ворот."

"Впусти их. О, и мы будем есть пирог, который лейтенант принес домой, с кофе для наших гостей. В гостиной."

"Я позабочусь об этом".

"Как так получается, что люди могут заскочить ни с того ни с сего и купить пирог?" Ева задумалась.

"Потому что мы такие теплые и гостеприимные хозяева".

"Нет, это ты. И это мой пирог. Технически." Она посмотрела на работу на своем столе с котом, который в настоящее время растянулся на всем этом. "Ну, черт возьми, я все равно хотел поговорить с Чарльзом. Компьютер, отправьте уведомление детективу Пибоди. Доклад, мой домашний офис, восемьсот ... нет, забастовка, семьсот тридцать часов. Даллас, лейтенант Ева."

Принято.

"Запустите следующую тему, сохраните данные". Ева пожала плечами. "Я немного подпрыгну, пока мы будем теплыми и гостеприимными хозяевами. В любом случае, Петрелли была на показе мод, который спонсировала Ава, посетила несколько одно-и двухдневных каникул для мам, одно из пятидневных выездных мероприятий прошлым летом, и оба ее ребенка посещали спортивные лагеря три года подряд."

"Надежная связь", - согласился Рорк, когда они выходили из офиса.

"В прошлом году оба ребенка получили стипендии Андерса. Сейчас они в частных школах - Андерс оплачивает расходы, пока они соответствуют академическим стандартам и держатся подальше от неприятностей. У Петрелли много мотивов, много причин делать Андерса счастливым. Много причин быть благодарным ".

"Используй детей, особенно детей". Такие вещи всегда горели у него в животе. "Вот что я дам вашим мальчикам, вот как ваши мальчики могут получить образование, какие возможности у них могут быть, если вы просто сделаете для меня эту маленькую вещь".

"Это довольно хорошо щелкает".

"Это щелкает. И она спрашивала себя, не так ли, как или почему кто-то мог связать ее с убийством Андерса. Как она вообще могла быть втянута в это?" Рорк провел рукой по спине Евы, когда они спускались по лестнице. "Потому что она не могла предвидеть тебя. И Ава тоже, независимо от того, насколько хорошо она все спланировала, не смогла бы ".

Ева остановилась в дверях гостиной, поморщилась. Чарльз и Луиза стояли внутри, завернувшись друг в друга, как поросята в одеяло, разделяя большое, неряшливое одеяло перед камином в гостиной.

Она сунула руки в карманы. "Ребята, вам нужна комната для уединения?"

"А вот и теплый прием", - пробормотал Рорк, когда пара отошла друг от друга. И его брови поднялись, когда они ухмыльнулись друг другу, затем своим хозяевам, как пара кошек с животами, полными сливок.

"Извините, что заскочил так поздно", - начал Чарльз. "Я получил твое сообщение о том, что тебе нужно поговорить со мной, и поскольку нас не было дома ..."

"И это совсем не причина". С раскрасневшимися щеками Луиза рассмеялась и прислонилась к Чарльзу. "Мы хотели поделиться нашими новостями и использовали сообщение со ссылкой в качестве оправдания".

"Поздравляю". Рорк подошел, чтобы пожать Чарльзу руку, поцеловать Луизу в щеку.

"Мы еще не рассказали вам новости", - пожаловалась Луиза.

"Ты не обязан, не с этим камнем, который ты носишь, ослепляя нас". Ева стояла там, где была, изучая их обоих. "Когда все это произошло?"

"Сегодня вечером, пару часов назад." Луиза протянула руку, в которой сверкал бриллиант. "Смотрите, смотрите, смотрите".

Женщина была врачом, подумала Ева. Твердолобая женщина с твердым характером и здравым смыслом. И она подпрыгивала, как пружина, на куске скалы. Но Ева подошла, позволила Луизе поднести кольцо к ее лицу. "Блестящий", - сказала Ева.

"Это изысканно". Рорк ткнул пальцем в ребра Евы. "У меня весь ее вкус в украшениях. Ах, Соммерсет, мы оставим пирог, " сказал он, когда его слуга вкатил тележку, " но мы хотели бы заменить кофе на шампанское. Мы празднуем помолвку Чарльза и Луизы ".

"Наилучшие пожелания. Я займусь этим прямо сейчас ".

"У меня такое чувство, будто я уже выпил пару бутылок. У меня так кружится голова!" Луиза обвила Еву руками, сжала. "Мы думаем о мае, конце мая или начале июня. Что-нибудь маленькое, милое. Но я забегаю вперед. Расскажи им остальное, Чарльз."

"Мы переезжаем в дом в Вест-Виллидж".

"О, Боже, это потрясающе.Один из тех удивительных старых особняков, чудесно отреставрированный. На заднем дворе даже есть сад. Работающие камины, три уровня. Я уже выделил комнату на третьем этаже для своего домашнего офиса. А нижний уровень идеально подходит для клиентов Чарльза ".

Ева открыла рот, но тут же захлопнула его обратно. Но, по-видимому, какой-то звук вырвался до того, как она застегнула молнию.

"Не те клиенты". Чарльз бросил на Еву взгляд. "Третья часть новостей заключается в том, что я вышел на пенсию и собираюсь начать новую карьеру в психологии, специализируясь на секс-терапии".

"Это то, что ты делал с Мирой". Ева ударила его по плечу.

"Да. Ой. Она оказала мне огромную помощь в переходный период. Многие LC женаты или выходят замуж и очень хорошо управляются. Я не хотел быть одним из них ".

"Что ж, хорошо, потому что это просто бред. Я могу так сказать, " пожаловалась Ева, когда Рорк снова ткнул ее, " потому что он не делает глупостей. Боже, как будто ты об этом не думал ".

"Отличное время", - объявил Рорк, когда Соммерсет принес шампанское. Он сам вытащил пробку и начал разливать, пока Луиза подходила.

"Вау, посмотри на этот великолепный пирог. Посмотри, как красиво смотрится лимон на фоне белой меренги". Она перевела взгляд на Еву. "Ты бы хорошо смотрелась в лимонно-желтом".

"Мне больше интересно есть лимонно-желтый".

"Я снова думаю о свадьбе - платье почетной матроны. Чарльз и я хотим, чтобы вы двое вступились за нас. Мы встретились через тебя".

"Для нас было бы абсолютной честью". Быстрый взгляд, который Рорк послал Еве, был эквивалентен тычку. Он пустил по кругу шампанское, поднял свой бокал. "За твое счастье и жизнь, которую вы создадите вместе".

"Спасибо". Чарльз положил руку на плечо Рорка, затем наклонился, чтобы поцеловать Еву, очень нежно в губы. "Спасибо тебе".

"Это так..." Луиза сморгнула слезы. "Все. Я так счастлив, так запредельно счастлив. А теперь шампанское и пирог".

"Не капай на это", - посоветовала Ева и рассмешила Луизу.

"Я так рад, что ты позвонил Чарльзу, так рад, что ты дал нам повод прийти. Я не могу придумать лучшего способа завершить лучшую ночь в моей жизни ".

"Насчет этого", - начала Ева, затем удивилась, почему ее мозг не взорвался от лазерного луча, которым Рорк выстрелил из тех диких голубых глаз. "Это может подождать".

"Все в порядке", - сказал ей Чарльз. "Ты хочешь спросить меня еще что-то об Аве".

Дружба, думала она, всегда нарушала процедуру. "Завтра все будет хорошо".

"Все в порядке", - эхом повторила Луиза. "Если Чарльз может помочь, мы оба хотим, чтобы он это сделал. Действительно", - сказала она Рорку. "Это другая, менее головокружительная причина, по которой мы остановились".

"Я думал об этом - об Аве", - начал Чарльз. "В моей голове столько всего происходило, что было трудно втиснуть это в себя. Но я думал об этом ".

"Ах... Может быть, мы могли бы подняться в мой кабинет на пару минут".

"Даллас, я знаю, ты не можешь до конца понять, как я могу смотреть на работу Чарльза - на его предыдущие работы, - добавила Луиза, - отдельно от наших отношений. Но я могу. У меня есть. Для меня это не проблема. Так что, если у вас есть вопрос об отношениях LC-клиент, просто задайте его ".

"Я разговаривал с ее первым мужем. Она когда-нибудь упоминала о нем при вас?"

Чарльз покачал головой. "Нет. Я знал, что она была замужем раньше. Я проверяю любого потенциального клиента. Для безопасности, и чтобы дать себе представление о них. Довольно ранний, довольно короткий брак, если я правильно помню."

"Он оператор. Меня это так поразило. Бабник, у которого денег больше, чем морали, и он действительно высокого мнения о себе. Ничего похожего на тот тип, к которому я бы ее причислил ".

"Она была молода. Моложе, " сказал Чарльз.

"Она ушла от брака с хорошим финансовым расчетом, после того как застукала его с другой женщиной. С одним она его познакомила и, по его словам, затем предоставила ему множество возможностей для секса. Она никогда не поднимала эту тему?"

"Нет, она этого не делала".

"Он также сказал мне, что Ава была восторженной в постели. Или, во всяком случае, хорошее в ней. Я склонен согласиться с этим, поскольку его тип был бы более чем счастлив сказать, что она была паршивой в постели. Вы указали, что она была застенчивой и хладнокровной. Типа "Отбой".

"Это верно. Сексуальный уровень, предпочтения, способности, все это может измениться. Запреты могут возникать по многим причинам."

"И женщины могут изображать энтузиазм или его отсутствие. Парню сложнее, когда ты носишь свой энтузиазм или его отсутствие между ног ".

"Она так умеет обращаться со словами", - прокомментировал Рорк. "И образы".

"Она когда-нибудь притворялась с тобой, Чарльз? Вы были в игре достаточно долго. Ты бы знал. Ты слишком профессионален, чтобы не ".

"Нет, она этого не делала, и да, ты прав, я бы знал. Клиенты иногда это делают, и моей работой было бы определить, следует ли отпустить это или исследовать причины, по которым они не испытывали или не могли испытать оргазм." Его брови нахмурились, когда он потягивал шампанское. "И теперь, когда ты заговорил об этом, я ожидал, что у нее там будут какие-то проблемы, по крайней мере, в первые раз или два. Нервы, застенчивость. Но она легко откликнулась ".

"Вы сказали, что получаете хороший процент клиентов благодаря рекомендациям, рефералам. Она когда-нибудь посылала кого-нибудь к тебе?"

"На самом деле, да. Я думаю, она отправила пару клиентов. Люди на один раз. Я не сразу вспомнил, но я могу посмотреть это для вас ".

"Сделайте это". Она на мгновение задумалась, пытаясь сообразить, не упустила ли она какой-нибудь момент. "Хорошо. Вернемся к пирогу ". Она взяла хорошую порцию на вилку, попробовала. "Святой ад. Кстати, об оргазмах."

"Тема, от которой я никогда не устаю". Рорк сам откусил кусочек. "Что ж, это просто чудо. Где ты это взял?"

"Это испекла бабушка этого ребенка. Поговорите между собой. Мы с пирогом заняты ". Она приступила к делу, кусочек за кусочком, терпкий и пенистый. Пока какой-то разговор не отвлек ее от размышлений.

"Вариант для тебя", - продолжил Рорк. "Когда ты размышляешь о том, где и когда это произошло".

"Свадьба здесь? В садах? Я не знаю, что сказать. Чарльз?"

Он улыбнулся Луизе. "Выбор невесты".

"Тогда я точно знаю, что сказать. ДА. Это мое второе лучшее "да" за ночь! Да, большое вам спасибо ".

"Тогда все в порядке. Заходите, когда захотите осмотреться. Соммерсет был бы тебе там помощником. Это прекрасное место для свадьбы ". Рорк посмотрел на Еву. "И, я думаю, счастливчик".

"Да. Это чертовски удачно ".

Когда счастливая пара ушла, Ева вернулась с Рорком. "Один вопрос", - начала она. "Означает ли проведение свадьбы здесь, что я должен что-то делать?"

"Вещи, в смысле?"

"Связывайся с поставщиками провизии, флористами и декораторами".

"Я полагаю, Луиза захочет иметь там полный контроль".

"Слава Богу".

"Конечно, как у почетной дамы, у тебя будут определенные обязанности".

"Что? Обязанности? Ты стоишь там в маскарадном костюме, вероятно, держа в руках букет цветов ".

Он похлопал ее по плечу, когда они вошли в ее офис. "Продолжай так думать, дорогая, до тех пор, пока это тебя утешает".

Она нахмурилась, дернула себя за волосы. "Это как если бы у Мэвис был ребенок, не так ли? Я должен делать все это, потому что они делают все эти вещи, которые полностью - если вдуматься - их вещи, но это должны быть мои вещи, потому что так или иначе, они должны быть моими ".

"Тот факт, что я четко следовал этому от пункта к пункту, доказывает, что ты - мой материал".

"Я не думаю об этом. Я просто не такой. У меня от этого щиплет в глазах. Компьютер, последний запуск дисплея."

Выдохнув, она села за свой стол, чтобы вернуться к убийству. Это было то, что она понимала.

Вскоре после часа ночи она проснулась, когда Рорк просунул руку ей под колени. "Черт возьми, я бросил учебу. Всего на минуту. Тебе не обязательно..." Но когда он поднял ее, она пожала плечами. "Ладно, какого черта. У меня есть еще два возможных варианта. Не так сильны, как Петрелли, но возможны.

"Ммм." Ее голос был сиплым, признак того, что она не только врезалась в стену, но и безвольно сползла под нее.

"Нужны интервью, тогда можно было бы оценить некоторые вероятности. Нужно пробить брешь", - продолжила Ева.

"Абсолютно. Утром первым делом я принесу тебе хороший большой молоток ".

"Осталось бежать сотням. Дольше это занимает, дольше у нее есть, чтобы залатать чертову дыру. Но не собираюсь убегать, нет, сэр, не собираюсь убегать."

"Действительно, нет". Он отнес ее на кровать, уложил. Когда он начал расстегивать ее джинсы, она села, убрав его руку.

"Я могу это сделать. У тебя появляются идеи".

"И все же каким-то образом я могу противостоять им, когда моя жена почти в коме. Героически с моей стороны".

Она сонно улыбнулась, вылезая из джинсов. "Лучше не забывай об этом, потому что я сплю голым". Она отбросила в сторону толстовку, затем забралась под пушистое пуховое одеяло. "Собираюсь покончить с этим", - пробормотала она, прижимаясь к нему. "Это приближается, я чувствую это, и я собираюсь прижать это к ногтю".

"Опять этот молоток". Он скользнул рядом с ней, обвил рукой ее талию. "Заберите это завтра, лейтенант. Время отложить инструменты на ночь ".

"Держу пари, она спит как младенец. Бьюсь об заклад, она ... Черт!" Она плюхнулась в кровати так быстро, что Рорку пришлось опустить руку, чтобы поймать ее за колено.

"Тогда следи за драгоценностями".

"В нем были следы снотворного, отпускаемого без рецепта".

"Многие люди регулярно принимают снотворные средства. На самом деле, в такие ночи, как эта, удивительно, что я этого не делаю ".

"Не думал о них слишком сильно, поскольку следы совпадали с тем, что было у него в ванной. Просто стандарт. Но я спросила Бена и управляющего домом, и ни один из них не может подтвердить, что он был обычным пользователем. Ну и что, что она их туда подбросила? Что, если она нашла способ проникнуть в него той ночью."

"Когда она была в Сент-Люсии".

"Он регулярно принимал витамины - целую кучу витаминов. У него было это, ах... дерьмо, мой мозг ..."

"Умоляет тебя выключить это".

"Это должно подождать. У него была еженедельная сделка по раздаче. Вы наполняете ежедневную дозу, так что вам не нужно открывать кучу бутылок или пытаться вспомнить, принимали ли вы E, а не C - неважно. Она могла бы нажать на выключатель ".

"Значит, в то утро он заснул за своим столом или когда надевал третью зеленую".

"Он забрал их ночью". Она улыбнулась в темноте. "Он принимал их ночью, потому что думал, что это помогает им лучше усваиваться. Это где-то в моих записях ".

"Хорошо, тогда она поменяла таблетки. Как бы вы это доказали, и что бы вы сделали с этим, если бы должны были?"

"Просто еще один кусочек, в который можно ткнуть пальцем. Я не помню, чтобы видел какие-либо снотворные средства в ее ванной, на ее ночном столике. Но она сказала, что могла бы принять пустышку или принимать помощь время от времени."

"Она путешествовала", - напомнил он ей. "Возможно, она забрала их с собой".

"Да, я собираюсь проверить это. А что, если..."

"Ева?"

"Да?"

"Помнишь тот молоток, который я обещал принести тебе утром?"

Она нахмурилась в темноте. "Вроде того".

"Не заставляй меня понять это сейчас и вырубить тебя этим". Он поцеловал кончик ее носа. "Иди спать".

Она хмурилась в темноте еще минуту, но ее глаза начали опускаться. Она почувствовала, как его рука снова обхватила ее, притягивая к себе, затем послышался приглушенный стук, когда Галахад прыгнул в изножье кровати.

Когда кот устроился у нее на ногах, она погрузилась в сон.

15

ВО СНЕ ОНА РАССТАВЛЯЛА ИХ. ТОМАС АНДЕРС в центре, остальные расходятся веером, как лучи. Ава, Бен, Эдмонд и Линни Люс, Грета Горовиц, Леопольд Уолш, Бриджит Плаудер, Саша Брайд-Уэст.

Но нет. Она беспокойно ворочалась во сне. Нет, это было неправильно. Он не был солнцем, он не был центром. Не для нее. Он был только средством, он был только средством.

Расходный материал, когда пришло время. Уравновешенный, надежный, не очень эффектный, предсказуемый Томми.

Остались с приличной суммой сдачи.Дирк Бронсон развалился в шезлонге позади Авы, потягивая пенистый напиток. Ни единого взгляда назад.

Стартовый капитал. Начало. Эффектное отбивающее в начале.

Смените состав.

Во сне поле для игры в мяч было по-летнему зеленым и насыщенно-коричневым, белые основания блестели, как мраморные плиты. Игроки вышли на поле в форме, черной как смерть. Бриджит сидит на корточках за подающим подносчиком Авы, Саша поправляет короткую прическу, Эдмонд на первом месте, Линни на втором, Бен подает угловой на третьем, а Леопольд и Грета патрулируют правое и левое поле соответственно.

Не хватает мужчины, подумала Ева. Им не хватает человека в центре поля.

Я всегда в центре.Ава улыбнулась, завелась и описала высокий, быстрый вираж. На площадке Томми остановил свой удар.

Первый мяч.

Толпа в черных траурных одеждах вежливо поаплодировала. Хороший звонок, ум. Ева оглянулась, осмотрела блиндаж. Даже во сне казалось странным видеть Миру в бейсболке, пьющей чай из фарфоровой чашки. Фини сидел на скамейке в пижаме и чихал. Он в списке инвалидов, подумала она, но остальная часть команды здесь. Пибоди, Макнаб, Уитни, даже Тиббл. И Рорк, конечно, смотрел так, как смотрела она.

Ава, сет, оглянулась через плечо на третьего. Подача промахнулась, низко и снаружи. Второй бал.

Ава поклонилась, для толпы, для поля. Я могу продолжать в том же духе годами. Медленный мяч, быстрый мяч, кривой мяч, слайдер. Это не удар, пока я не буду готов нанести его.

Она снова бросила, высоко и внутрь, смахнув Томми с тарелки.

Третий бал.

Из блиндажа донеслось бормотание, из толпы донеслись сдержанные возгласы. Когда Бриджит подбежала к насыпи, Бен окликнул Еву: Мы играем не в той команде. Ты не можешь назвать игру? Ты не можешь позвонить, пока не стало слишком поздно?

Не без дополнительных доказательств, сказала Уитни из блиндажа. Без причины. Вам нужна вероятная причина. Есть правила.

Рорк покачал головой. Слишком много правил, тебе не кажется? В конце концов, убийство происходит не по правилам.

Бриджит трусцой вернулась, похлопала Томми по щеке, затем повернулась к Еве. Она отправляется в КПЗ. Ей нужно немного облегчения. Ты должен признать, что все это немного скучно таким образом, и она потратила бы на это много времени.

Я не могу остановить это, подумала Ева. Я могу называть их только такими, какими я их вижу.

Тень пересекла поле, неясная фигура, скользящая по летней траве. Нет, я не могу остановить это, снова подумала Ева. Это должно было разыграться. Я могу сделать звонок только после подачи.

Мне жаль, сказала она Томми, я ничего не могу сделать.

Ну что ж. Он ласково улыбнулся ей. Это всего лишь игра, не так ли?

Больше нет, подумала Ева, когда тень слилась с Авой, когда они устанавливали, проверяли, заканчивали вместе. Быстрый мяч, мертвый над тарелкой.

Он лежал на густой коричневой грязи, мраморная плита была его надгробием, и его глаза смотрели в чистое голубое небо.

На кургане Ава весело рассмеялась и еще раз поклонилась плачущей толпе. И он вышел! Хотите посмотреть мгновенное воспроизведение?

Я, возможно, был странным сном, возможно, глупым сном, подумала Ева, но на следующее утро она переставила свою доску для убийств в своем домашнем офисе.

Взгляни по-новому, сказала она себе. Посмотри свежим взглядом.

Рорк зашел к ней сзади, изучал доску, положив руку ей на плечо. "Создаешь узоры?"

"Это тот проклятый сон". Она рассказала ему об этом, когда одевалась. "Видишь ли, у нее есть свое поле деятельности - люди, которым она доверяет больше всего, потому что она позаботилась об этом, они доверяют ей или имеют эту связь с ней через Андерса. Она стремится убрать его. Она нацелилась на него с первой подачи первого иннинга, но они этого не видят. Он этого не видит, даже несмотря на то, что бьющий и подающий находятся в интимных отношениях один на один ".

"И она не наносит ударов".

"Именно. Нет, нет, не первый иннинг, " поправила Ева. "Первым был Бронсон - я разогрелся на нем, натолкнулся на него в определенном ритме. Может быть, были и другие, до Бронсона, между ним и Андерсом ".

"Но она вычеркнула их, или позволила им попасть на базу, а затем убрала их. Нет очков, нет запоминающейся статистики ".

"Да". Она оглянулась на него. "Для ирландца ты неплохо играешь в бейсбол".

"И все же ты поставил меня на скамейку запасных в блиндаже. Отбивающего на палубе тоже нет ".

"Нет, никакого потенциального следующего отбивающего. На этом игра заканчивается. Когда она пойдет за Беном, а она пойдет, это будет другая игра, после приятного, расслабляющего перерыва. Она подает, она тренирует, она управляет. И она в центре ". Ева положила кончик пальца на фотографию Авы. "Она всегда в центре. Она позвала не с облегчением, она позвала в тени. Никто не видит, никто не знает. И тень просто следует за шагами. В данном случае, один удар, и он выбывает ".

"И тень исчезает, так что она - еще раз - остается в центре. Если следовать твоей метафоре, у подающего в конце подачи только одна работа, не так ли? Нанесите удар ".

"Совершенно верно. Этому питчеру не нужно ничего делать, кроме как выполнять приказы. Не нужно разрабатывать стратегию или беспокоиться о базовых бегунах, потому что их нет. Не обязательно зависеть от поля или даже знать их. Выполняйте приказы, наносите удар, исчезайте. Никаких интервью после игры, никаких разговоров в раздевалке. Одна подача - и ты выбываешь из игры. Это умно", - вынуждена была признать Ева. "Это чертовски умно".

"Ты умнее, отбивающий". Рорк быстро дернул Еву за волосы. "Это выведет ее из себя, когда ты выйдешь на поле и выиграешь "большой шлем"".

"Прямо сейчас я бы согласился на низкопробный удар. С Бебе Петрелли".

"Ава никогда бы не подумала, что ты будешь так хорошо смотреться в ее составе. И на этом аналогии с бейсболом заканчиваются ". Он повернул ее, поцеловал. "Удачи с бывшей принцессой мафии".

Б эбе Петрелли жил в узком рядном доме на тихой и заброшенной улице в Южном Бронксе. Краска облупилась и потрескалась, как старая сухая кожа на хрупких костях домов. Даже деревья, те немногие, что остались, которые использовали свои древние корни, чтобы поднимать куски тротуара, повисли над улицей. Вдоль квартала некоторые окна были заколочены, как слепые глаза, в то время как другие прятались за ржавыми решетками для беспорядков.

Парковка не была проблемой. На весь квартал не могло быть больше полудюжины машин. Большинство здесь, подумала Ева, не могли позволить себе расходы и последующее обслуживание личной машины.

"Оживление здесь еще не наступило", - прокомментировала Пибоди.

"Или это был крюк".

Ева изучала дом Петрелли. Он выглядел так, как будто его, возможно, покрасили где-то в прошлом десятилетии - преимущество перед большинством других - и все окна были целы. И чистые, отметила она, за своей решеткой. Пустые оконные коробки стояли, как надежда, у основания двух окон по бокам от входной двери.

"Вы сказали, что оба ее ребенка ходят в частную школу на никель Андерса?"

Почему пустые коробки на витрине вызывали в ней жалость, Ева не могла сказать. "Да".

"И она живет здесь".

"Умно", - ответила Ева. "Это умно. Что может быть лучше, чем держать кого-то под каблуком? Дай им это, придержи то. Давайте посмотрим, что девушка Энтони ДеСальво, Биби, говорит об Аве ".

Когда они шли к входной двери, Ева увидела тени, движущиеся в окнах домов по обе стороны. Любопытные соседи, подумала она. Она любила любопытных соседей в расследовании. Богатые шахты для разработки.

Никакой охраны по периметру, отметила она. Приличные замки, но никаких камер или электронных подглядываний. Замки и засовы должны были служить.

Она постучала.

Бебе ответила сама, через щель шириной в дюйм, образованную цепочкой безопасности. Ева увидела и настороженность, и знание полицейского в единственном карим глазу.

"Ср. Петрелли, лейтенант Даллас и детектив Пибоди, полиция Нью-Йорка." Ева приложила свой значок к щели. "Мы хотели бы зайти и поговорить с вами".

"О чем?"

"Как только мы войдем, мы поговорим об этом. Или вы можете закрыть дверь, и я потребую ордер, который вынудит вас прибыть на Манхэттен в Центральное полицейское управление. Тогда мы поговорим об этом там ".

"Мне нужно быть на работе через час".

"Тогда вы, вероятно, не хотите больше терять время".

Бебе закрыла дверь. Ева услышала сквозь это скрежет цепи. Когда он открылся, Бебе стояла, усталая и обиженная, в красной рубашке, черных брюках и удобных черных кроссовках. "Тебе придется сделать это быстро, и тебе придется поговорить, пока я работаю".

С этими словами Бебе повернулась и направилась к задней части дома.

Опрятно, подумала Ева, окидывая взглядом гостиную. Мебель была дешевой и такой же удобной, как черные полозья, но, как и окна, чистой. Когда они подошли к кухне, в воздухе пахло свежестью, с легким привкусом кофе и поджаренного хлеба.

На маленьком металлическом столике стояла белая пластиковая корзина для белья. Из него Бебе взяла рубашку, затем сложила ее быстрыми, эффективными движениями.

"Тебе не нужно садиться", - отрезала она. "Говори, что ты должен сказать".

"Ава Андерс".

Руки колебались всего секунду, затем вытащили другую рубашку. "Что насчет нее?"

"Вы знакомы".

"Мои мальчики участвуют в спортивных программах Андерса".

"Вы посещали семинары миссис Андерс и перерывы для матерей. Отступления?"

"Это верно".

"И оба ваших мальчика являются получателями стипендий по программе Андерса".

"Это верно". При этих словах глаза Бебе вспыхнули, и в них просочилась часть страха, часть гнева. "Они заслужили это. У меня есть умные мальчики, хорошие мальчики. Они усердно работают ".

"Вы, должно быть, очень гордитесь ими, мисс Петрелли". Пибоди изобразила намек на улыбку.

"Конечно, я такой".

"Их школа в шаге отсюда", - прокомментировала Ева.

"Они садятся в автобус. Должны измениться и принять другого ".

"Это долгий день, как для них, так и для тебя, я полагаю".

"Они получают хорошее образование. Они станут кем-то ".

"У тебя были тяжелые времена в прошлом".

Бебе сжала губы, отвела взгляд от Евы и вернулась к своему белью. "Прошлое есть прошлое".

"У Десальво все еще есть немного денег, некоторое влияние в определенных кругах". Ева оглядела крошечную кухню. "Твои братья могли бы помочь тебе, тебе и твоим мальчикам".

На этот раз Бебе показала зубы. "Мои братья не приближаются к моим мальчикам. Я годами не говорил ни единого слова Фрэнку или Винни, а они мне ".

"Почему это?"

"Это мое дело. Они мои братья, не так ли? Это не преступление, если я не хочу иметь ничего общего со своими собственными братьями ".

"Почему единственная дочь Энтони ДеСальво связалась с LC?"

"Чтобы прижать это к нему, ты так сильно хочешь знать. В итоге я приклеил это к себе, не так ли?"

Прядь седеющих волос упала ей на лоб, когда Бебе вытащила спортивную майку мальчика, чтобы сложить. "Он хотел, чтобы я вышла замуж за того, за кого он хотел, чтобы я вышла замуж, жила так, как он хотел, чтобы я жила. Как моя мать, смотрящая в другую сторону. Всегда смотрела в другую сторону, независимо от того, что было прямо у нее на лице. Итак, я сделала то, что сделала, и у него больше не было дочери ". Она пожала плечами, но резкость движения передала Еве затяжную боль. "Затем они убили его. И у меня не было отца ".

"Ты отсидел какой-то срок, лишился лицензии".

"Ты думаешь, у меня тут дерьмово, когда мои парни в доме? Ты думаешь, я по уши в дерьме?" Бебе толкнула корзину для белья, широко раскинула руки. "Иди вперед, посмотри вокруг. Вам не нужен ордер. Посмотри, черт возьми, вокруг ".

Ева изучала раскрасневшееся лицо, полные горечи глаза. "Знаешь, как ты меня поражаешь, Бебе? Ты производишь на меня впечатление такой же нервной, как и взбешенной. И я не думаю, что это потому, что ты на чем-то сидишь ".

"Вы, копы, всегда хотите кого-нибудь облапошить. За исключением тех случаев, когда это имеет значение. Что хорошего ты сделал, когда они убили моего Луку? Где ты был, когда они убили моего Луку?"

"Не в Бронксе", - спокойно сказала Ева. "Кто его убил?"

"Чертовы Сантини. Кто еще? Гребаные ДеСальво связываются с ними, они связываются с нами. Даже если Лука и я, мы не были теми собой." Теперь она схватилась за корзину, как будто для того, чтобы не упасть. И костяшки ее пальцев побелели, как пластик. "У нас было приличное место, достойная жизнь. Он был порядочным человеком. У нас были дети, у нас был бизнес. Милый семейный ресторан, ничего особенного, ничего важного. Кроме нас. Мы так чертовски усердно работали ".

Пальцы Бебе сжались, покрутили пару джоков размером с пинту, прежде чем она бросила их обратно в корзину. "Лука, он знал, откуда я пришел, что я сделал. Это не имело значения. Прошлое есть прошлое, вот что он всегда говорил. Ты должен действовать сейчас и думать о завтрашнем дне. Так вот что мы сделали. И мы построили достойную жизнь и усердно работали над этим. Затем они убили его. Они убили хорошего человека без веской причины. Убили его и подожгли наш дом, потому что он не заплатил им за защиту.Забейте его до смерти ".

Она остановилась, чтобы прижать пальцы к глазам. "Что вы, копы, сделали по этому поводу? Ничего. Прошлое - это не прошлое с такими, как ты. Луку убили, потому что он женился на ДеСальво, и все ".

Она снова начала складывать одежду, но ее движения больше не были эффективными, и складки перестали быть аккуратными. "Теперь у моих мальчиков нет отца, у них нет приличного места, чтобы расти. Это лучшее, что я мог сделать, лучшее из худшего. Я не владелец ресторана, я работаю в одном из них. Я сдаю комнату и ванную наверху, чтобы я мог платить чертову арендную плату, и чтобы кто-то был здесь, чтобы присматривать за моими детьми, когда мне приходится работать по ночам. Это та жизнь, которая у меня есть сейчас. У моих мальчиков будет лучше ".

"Ава Андерс предложила тебе способ дать твоим мальчикам лучшую жизнь".

"Они заработали свои стипендии".

"За эти стипендии была большая конкуренция", - сказала Ева. "Многие дети прошли квалификацию, как и ваша. Но твои достали их. И полный фрахт тоже".

"Не смей говорить, что они не заслужили того, что получили". Она хлестнула по Еве, как кнут. "Если ты скажешь это мне, ты уберешься из этого дома. Ты получишь свой чертов ордер, но уберешься из моего дома ".

"Она многое предложила", - продолжила Ева. "Маленькие каникулы, напитки у бассейна. Она выделила тебя, Бебе?"

"Я не понимаю, о чем ты говоришь".

"Хвалю вас за ваших мальчиков, сочувствую вам в связи с вашими потерями. Она тоже знала, откуда ты пришел, и что ты сделал. Одно маленькое одолжение, всего одно маленькое одолжение, и она подставила бы твоих мальчиков ".

"Она никогда ни о чем меня не просила. Убирайтесь к черту из моего дома ".

"Где вы были восемнадцатого марта с часу до пяти утра?"

"Что? Что? Где я бываю каждую благословенную ночь. Здесь. Я похожа на тусовщицу? Я выгляжу так, будто провожу ночи в городе?"

"Только одна ночь, Бебе. Ночь, когда был убит Томас Андерс ".

Она сильно побледнела, и ее рука опустилась на стол, чтобы обхватить свое тело. "Ты в своем уме ? Какой-то сумасшедший, раздутый журналист убил его. Это по всему экрану. Некоторые..." Теперь она опустилась на стул. "Боже, Боже, ты смотришь на меня? На меня, потому что я был таким при жизни? Потому что я отсидел какой-то срок? Потому что у меня кровь ДеСальво?"

"Я думаю, именно поэтому Ава смотрела на тебя, Бебе. Я думаю, именно поэтому она хорошо, пристально посмотрела. Что касается меня, я бы тоже попросил что-нибудь из готового. Найду себе место получше, поближе к школе. Но ты поступил умно, не будучи слишком жадным ".

"Ты думаешь, я ... Как я должен был добраться до их шикарного места в Нью-Йорке? Как я должен был попасть внутрь?"

"Ава могла бы помочь тебе с этим".

"Ты говоришь, ты стоишь здесь, на моей кухне, и говоришь, что Ава-миссис Андерс-нанял меня, чтобы убить ее мужа? Я теперь чертов наемный убийца? Матерь Божья, я готовлю для ресторана, чтобы положить еду в рот моим мальчикам и одежду на их спины. Я собираюсь зарабатывать на жизнь исполнением хитов, какого черта я складываю белье?"

"Оказать Аве услугу было бы способом дать своим детям хорошее образование", - вставила Пибоди. "Способ дать им шанс на лучшее".

"Они заслужили это. Ты знаешь, что мне пришлось проглотить, чтобы записать моих мальчиков на программу? Принять милостыню, дать им понять, что они должны были принимать подачки? Дом так сильно хотел поиграть в мяч, и Поли хочет того же, чего хочет Дом. Я не мог позволить себе гонорары, оборудование, поэтому я проглотил это и подписал с ними контракт. Они заслужили остальное. Они заслужили остальное, - повторила она, поднимаясь на ноги. "Теперь мне больше нечего сказать. Вы получите ордер на арест меня, если это так. Я собираюсь вызвать юридическую помощь. Ты убирайся, потому что мне больше нечего сказать ".

Давай зацепим ее, - сказала Пибоди, когда они вернулись на тротуар.

"Да, это произошло. Она немного расслабилась, когда мы переключились на ее семью. Оставалась стервозной, но расслабленной. Это интересно ".

"Ей тоже не понравилось видеть нас в дверях. Большинство этого не делают", - призналась Пибоди. "Но она получила толчок в ту минуту, когда создала нас. Может быть, нечистая совесть."

"Может быть. Мальчики - хорошие рычаги, на которые можно нажимать. Требуется полминуты, чтобы понять, что она готова на все ради своих сыновей. Ава бы увидела это, учла это. Использовали это ".

"Ей пришлось бы добираться отсюда туда и обратно", - размышляла Пибоди. "Я знаю, ты сказал, что Ава могла бы помочь ей с этим, но я не вижу, чтобы Ава откладывала хлебные крошки, нанимая для нее личного транспортера".

"Нет, я тоже. Нужно ехать на метро или автобусе. Возьмите соседа справа, я возьму того, кто слева. Давайте посмотрим, что они говорят о приходах и уходах. Тогда мы пойдем и поговорим с ее жильцом ".

Я занимаюсь своим делом", - заявил Сесил Блинк, как только Ева вошла в затхлый, перегретый рядный дом. "Что она сделала?"

В его глазах был алчный взгляд, а в воздухе витал запах заменителя жареного мяса. "Мы просто наводим справки по соседству. Почему вы предполагаете, что мисс Петрелли что-то сделала?"

"Держится особняком. Так говорят о серийных убийцах, не так ли?" Он понимающе кивнул, и тонкая струйка перхоти посыпалась с его головы на плечи халата в красную клетку. "И она никому не скажет и трех слов, если это поможет ей пройти мимо. Не доверяй женщине с закрытым ртом. Раньше владела рестораном, прежде чем они выбили дерьмо и кишки из ее мужа и бросили его в реку. Мафия, вот что. Она связана ".

Он сказал это так, как будто сообщал ей горячие новости, поэтому Ева изобразила на лице заинтересованность. "Ты не говоришь?"

"Я действительно говорю, и прямо вслух. Вероятно, выгонял нелегалов из того ресторана, и они убили его - соперничающие типы из мафии. Вот как это делается ".

"Я собираюсь разобраться с этим, спасибо. Между тем, заметили ли вы кого-нибудь по соседству очень рано утром восемнадцатого марта? В прошлый вторник. Скажем, в четыре утра?"

"Я думаю о своем".

Как в аду. "Может быть, вы были беспокойны той ночью или встали, чтобы попить воды. Возможно, вы заметили активность на улице. Кто-то идет пешком или выходит из машины или такси?"

"Не могу сказать, что я это сделал". Что, казалось, разочаровало его. "Она живет по соседству, она приходит домой поздно, может быть, в полночь, три раза в неделю. Говорят, что она готовит в ресторане Фортуны. Я, я не хожу в рестораны. Они атакуют руку и ногу ".

"Есть посетители по соседству?"

"У мальчиков есть мальчики. Вероятно, не к добру. У женщины, которая живет там с ней - Нины Коэн - каждую среду вечером бывают другие подружки. Говорят, что играют в бридж. У пары других соседских женщин есть парни, с которыми ее парни дурачатся, время от времени заходят к ним. Ее мальчики не ходят в здешнюю школу. Недостаточно хорош для нее. Они ходят в частную школу. Они говорят о стипендиях или что-то в этом роде. По-моему, больше похоже на деньги мафии".

"Хорошо. Спасибо, что уделили мне время ".

"Я собираюсь дважды быстро запереть свои двери. Женщина с закрытым ртом - опасная женщина ".

Не в силах сопротивляться, Ева одарила его улыбкой с закрытыми ртами и ушла.

Мальчики хорошо себя ведут", - сообщила Пибоди. "Она содержит дом в чистоте. И соседка, и ее муж крепко спали - спальня в задней части - в ту ночь, о которой идет речь, в течение временной линии. Она дает Петрелли большие материнские очки ". Когда Ева только кивнула и продолжила сидеть в машине, Пибоди огляделась. "Что мы сейчас делаем?"

"Даю Бебе еще немного повода для размышлений. Если она не собирается отлынивать от работы, она должна скоро выйти ". Ева откинулась назад. "Знаешь, что было бы еще большим стимулом для того, кто зарабатывает материнские баллы? Ты даешь детям эту большую сочную морковку, а потом угрожаешь вырвать ее. Если только."

"Отведите мальчиков в школу, в лагеря, дайте им почувствовать, как это может быть. Тогда это старое: "Если ты хочешь, чтобы они сохранили это, ты должен сделать для меня одну маленькую вещь. Никто никогда не узнает"."

"Это могло бы сыграть. Хотя в ней что-то есть ". Ева изучала эти обнадеживающие окна и постукивала пальцами по колесу. "Но под этим "чем-то" также что-то есть. Так что мы даем ей еще немного повода для размышлений ".

Это не заняло много времени. Бебе вышла из дома, одетая в тускло-коричневое пальто. Не обращай на меня внимания, сказал он Еве. Просто справляюсь с этим, просто справляюсь.

Ее взгляд метнулся к машине, к Еве, и ее рот сжался в резкую, тонкую линию. Соседка, возможно, и поставила ей баллы за материнство, но Ева поставила ей баллы за то, что она показала средний палец. Потребовалась выдержка, чтобы отделаться от пары копов, которые преследовали тебя за убийство.

Бебе протопала через квартал. Пройдя несколько ярдов, Ева съехала с обочины и медленно последовала за ней. Два с половиной квартала до автобусной остановки, подумала Ева. Пришлось быть стервой в худшую часть зимы, под дождем, на ветру. Ева отпрянула к обочине, а Бебе стояла на остановке, скрестив руки на груди и глядя прямо перед собой.

Когда автобус с грохотом подъехал, Бебе потопала дальше. И Ева вышла, чтобы последовать за ними. Он пыхтел до следующей остановки, затем до следующей, прокладывая себе путь из разрушенного района в следующий. Дома стали ярче, тротуары ровнее, транспортные средства многочисленнее и новее.

"Должно быть, тяжело, - сказала Пибоди, - уйти оттуда, где ты приземлился, чтобы работать на кого-то другого в том, что у тебя было раньше".

"Бью тебя по лицу каждый день". Она смотрела, как Бебе выходит на следующей остановке, бросает на нее яростный взгляд, затем спешит через квартал к побеленному ресторану с ярко-желтым навесом.

"Пибоди, посмотри, какой участок охватывает этот район. И давайте посмотрим, сможем ли мы уговорить пару наших братьев из Бронкса пообедать по-итальянски ".

"Собираюсь продолжать оказывать давление".

"Да. Она жесткая, но она лопнет ".

"Я не знаю. Я думаю, что создание еще одной пары копов просто разозлит ее, прижмет к земле. Адвокат юридической помощи собирается позвонить нам и пожаловаться на домогательства ".

"Она не позвонила в юридическую помощь. Она лопнет, " повторила Ева. "Двадцатый говорит, что она появится сегодня до конца смены".

"Сегодня? С этими генами ДеСальво?" Пибоди фыркнула при этой идее. "Я могу использовать двадцать. Ты в деле ".

16

В ЦЕНТРАЛЬНОМ ОФИСЕ ЕВА ПОДПИСАЛА ВЫДАЧУ ВИТАМИНОВ АНДЕРСУ из-за улик. Она положила его на свой стол, села, изучая его. Дозатор для таблеток из чистого золота, размышляла она. Насколько ей было известно, даже у Рорка не было ничего подобного. Конечно, он тоже был не из тех, кто глотает кучу таблеток каждую ночь своей жизни.

Если и когда этот день настанет, у него, вероятно, будет платиновое платье с бриллиантовыми вставками. Ладно, нет, он бы этого не сделал. Это было слишком суетливо и по-девчачьи.

Каковым, подумала она, у Андерса, безусловно, и был.

Больше спортивной одежды, чем стильной. Мужская пещера для офиса.

"Купила это для него, не так ли, Ава? Сажая эти семена. Бедный придурок должен был воспользоваться этим, если это был твой подарок ".

Запрограммируй это, размышляла она, вертя в руках тяжелую золотую коробочку, достань хитро спрятанный тюбик, высыпь таблетки. Таблетки падают в нужное место. Загрузите его, и он сообщит вам, сколько таблеток в каждом слоте. Запросите номер любого типа или любую комбинацию типов, и он будет распределен по слотам.

"Ну, тебе нравились твои гаджеты, Томми, и она это знала".

Она позвонила ЭДДУ, ожидая получить исполняющего обязанности капитана, и была удивлена, что попала в Фини.

"Итак. Ты жив."

"Снова в седле". Он усмехнулся ей. "Почувствуй себя парой миллиардов, не облагаемых налогом. Что бы они мне ни дали, это выбило из меня ублюдка. Или куриный суп жены сделал это ".

"Рад это слышать. У меня есть эта штука. Электронный дозатор таблеток."

"Какого черта кому-то это могло понадобиться?"

"Твоя догадка так же хороша, как и моя. Это принадлежало Томасу Андерсу, и я работаю над идеей, что его жена подсунула сюда пару шпал. Ничего, если я подниму этот вопрос?"

"Конечно. Я могу послать кого-нибудь за этим ".

"Нет, я принесу это. Я все равно хочу, чтобы этим занимался ты. Дай мне пять".

Она выключила, снова запечатала коробку, подписала ее, затем сунула ее под мышку, направляясь к выходу и вверх. В EDD она сразу же отклонилась от цвета и звука и попала в кабинет Фини.

К лицу Бассет-хаунда вернулся здоровый румянец, Фини сел за свой стол. "Я здорово поработал, - сказал он ей, - и мне уже пришлось надрать пару задниц этим утром. Хорошо быть дома ".

"Этим утром я провел пару часов, запугивая овдовевшую мать двоих детей. Я люблю эту работу ".

Он рассмеялся, затем поднял свои жесткие брови, глядя на коробку, которую она поставила на его стол. "Господи, золотая таблетница с выгравированными инициалами?"

"Для человека, которого ты хочешь убить, у которого есть все".

"Ты сказал пару спящих. Они бы так много не сделали ".

"В нем были следы безрецептурных препаратов, но никто не может подтвердить, что он принимал их регулярно. Проглатывание одного из них вывело бы его из себя достаточно хорошо, чтобы позволить кому-нибудь проникнуть в спальню, выстрелить в него колкостями и отвердителем для члена. Или настолько слабый, что его можно было связать до того, как он пришел в себя настолько, чтобы понять, что происходит, потому что я думаю, что колкостей не было в листе заказов. Они сбили сцену с толку. Наша девочка Ава не собирается вот так сворачивать не туда ".

"Хотел, чтобы он очнулся для этого".

"Да. Убийца должен был подойти, связать его, накинуть петлю - горло начинает сжиматься, что ты делаешь?"

"Открой рот и попытайся втянуть воздух".

"И когда он это делает, убийца засовывает в него фокус с членом. Удушение заставило бы его двигаться, тогда ты нажимаешь на спусковой крючок. Позвольте ему задыхаться и барахтаться, пока вы готовите сцену. Если вы сделаете это правильно - а это было сделано неправильно - это будет выглядеть так, как будто жертва играла на стороне, ныряя в ловушку. Перегиб вышел из-под контроля. Бьюсь об заклад, часть инструкций заключалась в том, чтобы ослабить повязку после того, как он был приготовлен, по крайней мере ослабить ее, чтобы казалось, что была предпринята попытка оживления. Затем у вас есть ваш извращенный изменщик, трагический, постыдный, но довольно рутинный несчастный случай и запаниковавший партнер, убегающий с места происшествия ".

"Вои, блядь, яà."

"Мы бы, конечно, поискали ее, но ничего бы не добились. Потому что Андерс не жульничал, не был извращенцем. Но сцена и улики читались бы именно так ".

Ева поняла, что это - лишение его достойной репутации, а также его жизни - сжало ее внутренности. "Но смотри, убийца выстрелил в него отвердителем для члена. Это не было принято орально. Выстрелила в него этим, держу пари, после того, как она вколола ему транквилизатор."

"Вы хотите, чтобы я посмотрел, не напутала ли жена с коробкой?"

"Да. Если вы можете открыть это, посмотрите, было ли что-нибудь убрано или добавлено перед его смертью. Вероятно, за пару дней до этого. Жена уехала из Нью-Йорка пятнадцатого марта."

"Позволь мне поиграть с этим". Фини подписал пакет, распечатал его, чтобы вытащить коробку. "Сука тяжелая. У него есть голосовые или ручные настройки. Она сделала это вручную, это будет сложнее зафиксировать. Даже если она сделала это голосом, адвокат будет утверждать, что она была его женой. Она заполнила его или дополнила по его просьбе, даже спящего. Его здесь нет, чтобы сказать другое ".

"Шаг за шагом".

Она оставила его наедине с этим, начала спускаться. Ей нужно было узнать, связывалась ли Пибоди с арендатором Петрелли, затем им нужно было начать работать над другими возможными данными, которые она вычленила из файлов. Рассмотрим некоторые вероятности.

У нее было чувство, что компьютер благосклонно отнесется к Петрелли, учитывая данные, но...

Она остановилась, когда заметила Бенедикта Форреста возле своего КПЗ. Становилось так, что она не могла почесать задницу без того, чтобы не вернуться и не найти какого-нибудь гражданского, ожидающего ее.

Он вскочил на ноги. "Лейтенант Даллас, мне нужно с вами поговорить".

Поскольку она была бы не против провести с ним еще один раунд, она сделала жест. "Давайте обсудим это в моем кабинете". Она шла впереди, поймав взгляд Пибоди, когда та проходила через КПЗ. Блеск в нем заставил ее указать Бену на свой офис. "Идите вперед. Я буду через минуту ".

Она обошла столы, направляясь к Пибоди. "Что у тебя есть?"

"Чарльз и Луиза женятся. "

"Я знаю. Ты ..."

"Я знаю, что ты знаешь, потому что Чарльз только что сказал мне, что он рассказал тебе, но ты не сказал мне.Все утро ты мне ничего не говорил ".

"Это было не первое, что пришло мне в голову".

"Но это грандиозно". Она подпрыгнула на своем стуле и заставила Еву задуматься, что такого было на свадьбах, что заставляло взрослых женщин подпрыгивать. "Это мега-маг! И он сказал, что сдался в качестве LC и открывает практику в качестве терапевта, и они собираются сыграть свадьбу в твоем доме через пару месяцев, и -"

"Ну и дела, Пибоди, у меня есть эта связь с убийством, которое ждет меня в офисе. Может быть, мы не смогли бы потратить час спустя, чтобы поговорить о чьей-то другой жизни ".

"О, но это так мило. И романтично".

Ева наклонилась. "Вы не сидите здесь с сияющими глазами за своим столом, детектив. Не в моем КПЗ. Нет, если только вас не отметила Ава Андерс, которая дала вам полное признание. Кроме того, слова "милый" и "романтичный" не слетают с твоих губ в моем загоне, если только они не покрыты сарказмом. А теперь смирись с этим".

"Портят удовольствие".

"Лейтенант портит тебе удовольствие. Нина Коэн."

"Насколько ей известно, Петрелли не выходил из дома в ночь убийства. Но она также говорит, что Петрелли никогда не выходит из дома после полуночи, так что она предположила бы, что она не уходила. " Пибоди посмотрела на часы. "Приближается время, когда ты будешь должен мне двадцать".

"Не считай свою двадцатку, прежде чем она перейдет дорогу", - предупредила Ева и пошла в свой офис.

Бен мерил шагами комнату. Ева могла слышать шлепанье его ног по ее истертому полу. Туда-сюда, туда-сюда. Она обычно делала то же самое сама, если что-то не давало ей покоя.

"Извините за это", - сказала она, входя. "Присаживайтесь".

"Вы рассматриваете Аву как подозреваемую".

Ева закрыла за собой дверь. Это превратило ее офис в меньшую коробку, но это было личное. "У меня вошло в привычку смотреть на людей как на подозреваемых".

"Но если вы тратите время на поиски кого-то, кто никак не мог причинить вред моему дяде, тогда вы не ищете человека, который это сделал". Он взъерошил свои волосы обеими руками. "Леопольд сказал мне, что вы задавали вопросы о ней. Он наполовину склонен думать, что ты прав, и чувствовал, что должен предупредить меня. Как будто она задушит меня моим собственным ремнем или чем-то вроде того. Это безумие ".

"Твой дядя был богатым человеком. Сейчас она более богатая женщина, чем была при его жизни ".

"Я тоже мужчина, я имею в виду. Я богаче, если ты хочешь посмотреть на эти чертовы доллары и центы ".

"Доллары и центы - испытанный и верный мотив для убийства".

"Ее даже не было в стране. Теперь вы просите файлы на персонал и волонтеров, на женщин с детьми в программах. Боже милостивый."

Ева присела на угол своего стола. "Ты довольно страстно выступаешь в ее защиту".

"Я - единственная семья, единственная близкая семья, которая у нее осталась". Он потер заднюю часть шеи, как будто там жила боль. "Дядя Томми ожидал бы, что я позабочусь о ней, поддержу ее и, черт возьми, имею право защищать ее".

"У меня сложилось впечатление, что вы с Эвой не были особенно близки. Раньше."

"Как я сказал..." И его голос, и красивые карие глаза похолодели. "Я - семья, которая у нее осталась".

"И, между вами, вам принадлежит все, кроме пригоршни Андерса по всему миру. Я думаю, что нечто подобное сближает людей ".

Холодность сменилась так быстро, так сильно, что Еву удивило, что мужчина физически не соприкоснулся с ней. "Это... это отвратительные слова".

"Ты здоровый одинокий мужчина. Она привлекательная женщина ".

"Она жена моего дяди.Его вдова. Боже, неужели ты должен так думать? Ты делаешь все уродливым и непристойным?"

"Убийство имеет значение, мистер Форрест. И у тебя, и у Авы есть твердые алиби. Это интересно, что у вас обоих должно быть такое надежное алиби ".

"Интересно, что она уехала в давно запланированную поездку и что мне повезло? Что с тобой не так? Если вы хотите стрелять в меня, прекрасно. Но я не могу допустить, чтобы ты направлял их на нее. Не с тем, через что она проходит ".

"Она знает, что ты здесь?"

"Нет. Как будто я скажу ей, что ты делаешь, добавлю ей стресса ".

"Хорошо. Теперь сделайте шаг назад. Верни одно назад и опиши ваши отношения с Эвой до того, как был убит твой дядя ". Она подняла руку, прежде чем он смог заговорить. "Не вешай мне лапшу на уши, Бен. Каждая ложь, которую я должен раскрыть, тратит время впустую. Вы хотите, чтобы убийца вашего дяди был пойман и правосудие восторжествовало?"

"Конечно, я знаю. Иисус, Иисус, я едва ли могу думать о чем-то другом. Конечно, я знаю ".

"Расскажи мне, как вы с Эвой ладили до утра вторника".

"Хорошо, хорошо". Он прижал руку к виску, затем опустился в ее кресло для посетителей. "Мы не были особенно близки. Не в ссоре или что-то в этом роде, не совсем."

"Что именно?"

"Мы просто ... я думаю, у нас не было ничего общего. За исключением дяди Томми, и, возможно, мы не всегда сходились во взглядах на то, как запускались программы или как с ними обращались. Но..."

"Не "но", не уточняйте. Дай мне фотографию".

Он выдохнул. "Может быть, это было странным образом, как будто мы соревновались за него. Это звучит так глупо. Можно сказать, я чувствовал, что чем дольше они были женаты, тем меньше она хотела, чтобы я был рядом. Может быть, тем меньше я хотел быть рядом с ней. Мы просто... Но она любила его, и это то, что имеет значение. Она любила дядю Томми. Она всегда покупала ему маленькие подарки или устраивала для него поездку в гольф или лыжный уикенд, что угодно ".

"Ага".

"Ладно, может быть, меня бы немного задело, что она не всегда говорила мне до последней минуты, если она что-то планировала, а потом винила в этом Лео. Скажи, что она попросила Лео рассказать мне. Это просто не укладывалось в голове. Лео ничего не забывает. Итак, мы собирались вместе, дядя Томми и я, в клубе, на поле или на игре. Я не так часто ходил по дому. В любом случае, за последние пару лет это не было похоже на его дом ".

"Почему это?"

"Весь этот косметический ремонт. Боже, ты видел это место. Парню негде поднять ноги и посмотреть какой-нибудь экран. Он не возражал против этого", - продолжил Бен. "Он сказал, что она мирилась с его глупостью, а он мирился с ее".

Мгновение он сидел молча, погруженный в раздумья. "Сейчас это не имеет значения. Теперь все по-другому".

"Да, это так. Теперь скажи мне это. Если бы твой дядя умер естественной смертью или, скажем, в результате несчастного случая при катании на лыжах, ты бы так сильно защищал Аву?"

"Откуда я могу знать что-то подобное?"

"Все, через что она прошла, ты сказал. Вы говорили не только о его смерти, но и о ее обстоятельствах. И скандал, позор для нее. Так что подумайте минутку, учтите это ".

"Я не знаю, какое это имеет значение для ..."

"Порадуй меня", - прервала Ева.

"Ну, я думаю, может быть, я бы не чувствовал, что я нужен ей так, как она нуждается. Я хочу сказать, что Ава, как правило, не из тех женщин, которые нуждаются в заботе." Его красивое лицо обозначилось упрямыми морщинами. "Но обстоятельства таковы, каковы они есть".

"Обстоятельства таковы, что ты сидишь там, чувствуя себя нелояльным и дерьмовым, потому что ты подал несколько незначительных жалоб на нее". Хороший парень, как назвал его Рорк. Ева знала, что некоторые не могли не быть милыми парнями, даже после того, как их неоднократно пинали по зубам. "Как она ладила со своим свекром?"

"С...прекрасно. На самом деле, здорово. Мой дядя обычно шутил, что хорошо, что он увидел ее первым, иначе она бы переспала с дедушкой. Я не понимаю, что это ..."

"Просто интересно. Разве я не слышал, что у них были небольшие проблемы незадолго до его смерти?"

"Я не помню...Ах, это. Да, что-то было, возможно, моя вина. Как я уже сказал, мне не всегда нравилось - и не было - то, как она управляет программами. Я пожаловался дедушке на то, что Ава превысила бюджет программы из-за того, что я считал личными расходами. Он немного погорячился из-за этого, но они с Эвой все уладили. Лейтенант, я понимаю, что вы делаете свою работу, и я понимаю, что вы хороши в своей работе. Но это кажется неправильным, просто неправильным, когда ты смотришь, думаешь об Аве таким образом. Я не хочу, чтобы тому, кто убил дядю Томми, это сошло с рук ".

"Я тоже Мне есть на что посмотреть и о чем подумать, чтобы сделать, о множестве людей. Прямо сейчас я собираюсь попросить тебя поставить своего дядю на первое место. Никому больше ничего не говори об этом разговоре ". Она оттолкнулась от своего стола. Поняв сигнал, Бен поднялся.

"Хорошо. Я позволю тебе вернуться к работе. Лейтенант, никто, кто знал его, действительно знал его, не мог причинить ему вреда. Это должен был быть незнакомец. Это единственное, что имеет смысл ".

Она не возражала.

Пару лет, подумала она, садясь обратно. Пару лет назад умер отец Андерса. Пару лет назад Ава сделала ремонт. Пару лет назад она запустила свои программы для мам. Короткая пауза, и она наняла Чарльза. Закладываем основу, размышляла Ева. Она думает наперед. Но Еве было интересно, насколько далеко все впереди. Она вызвала все данные о Реджинальде Томасе Андерсе.

Она прочитала официальные данные, биографии, страницы общества, интервью. Он произвел на Еву впечатление жесткого бизнесмена, который наслаждался своей отставкой, своим стремлением к досугу. Он страдал от гипертонии и лечился от нее. Поскользнулся в душе в доме своего сына на выходные в Хэмптоне. Тянется за чем-то, может быть, у него кружится голова или он просто теряет равновесие, затем возглас, раздробленный череп, когда его голова ударяется об итальянский мрамор.

Сын, невестка, внук и несколько гостей, находившихся в доме в то время.

Что, если? Ева подумала, затем распечатала идентификационную фотографию Реджинальда Андерса и данные, чтобы добавить к своей доске убийств. Вернувшись к своему столу, она позвонила следователю из Хэмптона.

Час спустя, водрузив ботинки на стол, она продолжала изучать доску, когда вошла Пибоди.

"Я думаю, она убила старика", - сказала Ева.

"Да, я знаю".

"Нет, пожилой старик. Реджинальд Т. Андерс. Может быть, это была просто счастливая случайность, которая вдохновила ее, положила начало остальным, но она интриганка. Слишком мелочный, как сказал Лео. Пожилой мужчина отвесил ей пощечину за то, что она пополнила свой расходный счет. Ей бы это ни капельки не понравилось. И ты знаешь, бьюсь об заклад, она уже заказала декоратора, прежде чем он отправился в душ, сведя ее с женой главного парня ".

"Что?"

Ева покачала головой. "Старик, по сути, ушел на пенсию, передав бразды правления, но он все еще держал контрольный пакет акций. Похоже, это закономерность для людей Андерса. Переключи управление, но держись за власть. Он умирает, Томми наследует контрольный пакет акций, после чего он передает немного своей преданной жене. Держу пари, она тоже об этом просила. "Томми, я надеюсь, что прошу не слишком многого, но ты знаешь, как я любил Реджи. Если бы я мог получить хотя бы несколько акций компании, просто напоминание о нем, это бы так много значило для меня. "Да, она могла бы это сделать. Маленький кусочек пирога, просто попробую, пока она ждет кусок побольше ".

"Если она хотела большой кусок, почему она не пошла за стариком? Я имею в виду, если бы она могла работать, выходя за него замуж, она бы отказалась от посредника ".

"Держу пари, она обдумывала это", - ответила Ева. "Но он выбрал младшего. Примерно на десять лет моложе, чем была бы Ава, когда она подцепила Томми."

"Уууу".

"И eeuuw было бы второй причиной. Восьмидесятилетний мужчина женится на женщине намного моложе, а затем хрипит: "Кому все отдают предпочтение в первую очередь?"

"Молодая женщина".

"Это именно то, что сделал следователь, хотя это выглядело случайным. Он все еще пристально смотрел на двадцатишестилетнюю начинающую актрису, которая несколько месяцев делила постель со стариком. Он бегло просмотрел Томми и Бена, главных бенефициаров. Он никогда не бросал на Аву больше беглого взгляда ".

Пибоди перевернула его. "Если бы это все равно было случайностью, она бы не выскочила".

"Держу пари, вечеринка, домашняя вечеринка, была ее идеей. Да, держу пари, так оно и было. Идеальное прикрытие. Кто заметит, если занятая хозяйка ускользнет на десять минут? Меньше, если она это подготовила, а ты можешь поспорить на свою задницу, что она это сделала ".

Просто, подумала Ева. Быстро и легко. "Все, что ей нужно сделать, это зайти, раздеться. Нужно раздеться, чтобы не намочить одежду. Тесть поет в душе. Вмешайся, подтолкни его. Выйдите, вытритесь полотенцем, оденьтесь. Возьмите полотенце с собой в свою собственную ванну. Освежите прическу и макияж, присоединяйтесь к своим гостям. Это не заняло бы больше десяти."

Она опустила ноги, повернулась и послала Пибоди жесткую улыбку. "И угадайте, кто первым заметил, что старик пропал. Боже, где, черт возьми, Реджи? Он пропускает все веселье. Томми, будь милым, поднимись и скажи своему отцу, что я готовлю для него идеальный мартини ".

"Холодно".

"И умный. Не могу поступить с мужем так же, даже близко не так. Люди могут обратить на тебя этот рыбий взгляд. Вполне возможно. На этот раз не бытовой или обычный несчастный случай, слишком много несчастных случаев в семье Андерс. И, к сожалению, я не могу свалить на нее инцидент с пожиранием акулой ".

"Переключись на убийство", - сказала Пибоди. "Сочное сенсационное убийство, которое привлекает к нему большое внимание. Кто сейчас попытается связать несчастный случай в ванной два года назад с преступлением на сексуальной почве? Кроме тебя."

"Это должно было выглядеть так, будто что-то пошло не так. Технически, несчастный случай, но да, большой, пикантный, сенсационный несчастный случай. Или, если это не удастся, сексуальное преступление. Партнер злится, не останавливается на стоп-слове. В любом случае, у нее это работает. Это делает Андерса ответственным за его собственную смерть. На этот раз пустой дом, в котором она укрылась с приятелями за тысячи миль отсюда. Она чертовски хороша в этом. Мне нужно...почему ты здесь?"

"О, я забыл со всем этим пением в душе. Бронкс зарегистрировался. Они наслаждались спагетти Болоньезе и маникотти соответственно, одновременно бросая устрашающие взгляды в сторону Петрелли на открытой кухне. Она ушла в середине своей смены. Их официантка сказала им, что напортачила с двумя заказами, а затем сказала владельцу, что плохо себя чувствует. Они были бы счастливы вернуться завтра, попробовать фаршированные баклажаны и лазанью ".

"Жертвы, на которые идут копы. Я не думаю, что это займет так много времени. Мы будем держать их в курсе, но тем временем я должен просмотреть остальные данные о старике, написать отчет, заметки, передать их Мире для ее дубляжа. Мне еще нужно посмотреть интервью с Надин, и я хочу откопать игрушечную девочку старика, остальных гостей и провести повторный опрос. Потом ... Знаешь, было намного проще, когда ты был помощником, и я мог просто свалить на тебя черную работу ".

"Ого. Кроме того, ты все еще сваливаешь на меня тяжелую работу."

"Это не то же самое. Подождите минутку. Подождите." Ева подскочила на своем стуле. "У каждого-гребаного- тела есть помощники, администраторы и личные ассистенты".

"Кроме тебя".

"И Ава. Где Ава? Изучите и просмотрите отчеты и данные о смерти Реджинальда Андерса, сделайте заметки по новой теории, которую мы только что обсудили. Просмотрите список имен гостей, начинайте назначать собеседования ".

"Не то чтобы я выполнял какую-то черную работу".

"Выход". Ева потянулась к своему линку, связалась с Леопольдом. "Кого Ава использует в качестве помощника или личного помощника?" - спросила она. "У меня нет имени".

"Потому что официально таковой не существует. Если бы у нее был личный помощник, его или ее зарплата и льготы поступали бы из ее кармана ".

Не та Ава, которую знала Ева. "Вы хотите сказать мне, что она лично выполняла всю работу дронов и пехотинцев, установила все контакты, прочитала все файлы и так далее?"

"Нет, я собираюсь сказать вам, что она регулярно прослушивала добровольцев, другой персонал. Просто за быстрые, маленькие услуги. Она использовала нескольких матерей на протяжении всей программы, утверждая, что это дало им гордость и подготовку к трудоустройству. Она никогда никому из них не платила. Подарки, время от времени." Он кисло улыбнулся. "Ей нравится дарить подарки".

"У вас есть имена, конкретные имена людей, которых она прослушивала?"

"Списка нет. Это неофициально, как я уже сказал. Но я, вероятно, смогу кое-что собрать для тебя. Мне нужно будет поспрашивать вокруг, поскольку я не был посвящен во все, кто что для нее сделал ".

"Я был бы признателен за это".

"Лейтенант, я знаю, что Бен приходил повидаться с вами. Я прошу прощения. Я не должен был ничего говорить ему, даже несмотря на то, что ты сказал ...

"Это не проблема".

"Это задело меня за живое, это все, что я могу сказать. Оно проникло внутрь и прилипло, судя по тому, как она его намазывает. Ворчание и гудение работают? Теперь это было бы его работой. Она... " Он оборвал себя. "Очевидно, это все еще у меня в животе. Я начну составлять список для тебя ".

"Спасибо".

Она держала пари, что Петрелли был в списке. Она просто держала пари - "Что!" - потребовала она, когда засигналила ее внутренняя ссылка.

"Даллас, угадай, кто здесь?"

"Угадай, сколько времени мне понадобится, чтобы завязать твой язык в квадратный узел?"

"Боже". Пибоди благополучно засунула упомянутый язык в рот. "Бебе Петрелли. И она в бешенстве!"

"Отлично, закажите комнату для допросов, отведите ее туда".

Ева откинулась на спинку стула - чтобы лучше дать взбешенной Биби немного повариться - и посмотрела на доску убийств. "Это начинает ломаться, Ава. Ты чувствуешь это? Чувствуете ли вы, как она трещит под вашими стильными и подобранными со вкусом ботинками? Я с нетерпением жду, когда увижу, как ты проваливаешься в дыру. Я не могу до конца понять, почему я с таким нетерпением жду этого. Но, эй, я должен где-то получать удовольствие ".

Ева подождала еще десять минут, затем вышла, чтобы взять у Биби интервью.

Т его - дерьмо. Это преследование ".

Ева пожала плечами, опустилась на стул через маленький столик от очень разозленной Бебе. "Позвони адвокату, подай жалобу. Но ты не хочешь этого делать, Биби, так что давай не будем тратить время, притворяясь, что хочешь. У вас есть право хранить молчание", - начала Ева и процитировала исправленную Миранду, в то время как Бебе уставилась на нее.

"Вы предъявляете мне обвинения?"

"Я ничего не говорил об обвинениях - пока. Я спросил, понимаете ли вы свои права и обязанности в этом вопросе. Ты понимаешь их?"

"Да, я понимаю их, черт возьми. Я не понимаю, почему у меня есть какие-то обязательства. Я ничего не делал".

"Ава Андерс просила тебя об этом?"

"Нет". Бебе крепко скрестила руки на талии.

"Неужели? Она никогда не просила тебя позвонить для нее по телефону или, может быть, приготовить немного канноли для вечеринки? Бегать по поручениям, выполнять небольшую офисную работу?"

"Я думал, ты имел в виду о ..." Ее руки расслабились. "Конечно, я помог некоторым. Вызвался добровольцем. Андерс много давал моим мальчикам, и много давал мне. Так что я был счастлив отплатить миссис Андерс. Это сделало это менее похожим на благотворительность ".

"Дал тебе немного гордости. Итак, сначала, допустим, она просит вас сделать какую-то маленькую вещь, затем в следующий раз это будет что-то покрупнее, затем еще больше. Ты бы сказала, что так оно и было, Бебе?"

"Я сказал, что помогал. Я был счастлив ".

"Ты доверился ей? Открыться? Вы должны быть начеку, верно? Когда ты выполняешь для нее эту маленькую работу. Когда она доверяет тебе их выполнение. И ты тусуешься с ней на тех ретритах, на которые она тебя брала. Ты говорила ей, как ты скучала по своему мужу, как тяжело иногда было растить своих мальчиков одной? Каковы были ваши надежды и мечты о них?"

Губы Бебе задрожали, прежде чем она плотно их сжала. "Почему я не должен? Одной из причин ретритов было желание делиться, налаживать связи и поддерживать. Почему я не должен? В этом нет ничего постыдного".

"И она была отзывчивой, даже интимной". Чтобы закрыть часть пространства Биби, Ева наклонилась. "Она открылась тебе, Бебе? Поделилась ли она, чтобы вы знали, что даже женщине в ее положении, с ее ресурсами, приходилось нелегко?"

"Это личное. Это не твое чертово дело ".

"Это мое чертово дело, когда ее муж мертв!" Быстрая смена тона Евы с мягкого, даже заискивающего на жесткий и подлый потрясла Бебе. "Теперь это все мое дело, так что не морочь мне голову. Это было око за око, так она заставила это казаться? Я сделаю это для тебя, если ты окажешь мне эту маленькую услугу? Я могу это сыграть ".

Откинувшись назад, Ева сделала небрежный глоток из бутылки с водой, которую она принесла с собой, и снова сделала глоток. "Ты расскажешь мне то, что мне нужно знать, и я позабочусь о том, чтобы дело твоего мужа было возобновлено, возобновлено, Беби, и передано лучшим из имеющихся в отделе убийств Бронкса".

"Им наплевать на меня, им наплевать на Луку".

"Я позабочусь, чтобы они это сделали. Пибоди, могу ли я и буду ли я уверен, что Бронкс заботится о Луке Петрелли и привлечении его убийц к ответственности?"

"Да, сэр, вы можете и сделаете это, если захотите. Биби, " добавила Пибоди, " лейтенант не несет чушь об убийстве. Ты уже должен был это понять. И после твоего визита на ланч ты должен понять, что у нее есть кое-какие связи в Бронксе ".

"Я говорю тебе, Бебе - посмотри на меня! Я позабочусь о том, чтобы они вновь открыли дело Луки. Я позабочусь о том, чтобы им было не все равно. Я говорю вам это официально. Сейчас. Вы хотите, чтобы дело было возобновлено?"

Слезы заблестели и потекли. Затем пролилось. "Да".

"Ава Андерс просила тебя убить Томаса Андерса?"

"Нет. Нет. Нет. Она этого не сделала. Клянусь моими мальчиками, она этого не делала. Но..."

"Но.Это наклейка. Но вот почему вы не посетили ретрит шесть недель назад. Но вот почему вы не посещали ни один из семинаров или аутрич-программ в течение последних пяти месяцев. Расскажи мне об этом ".

Бебе вытерла слезы дрожащими пальцами. "Я не мог отпроситься с работы. Я не мог тратить время. Мои мальчики...Она была добра ко мне, ты понимаешь это? Она дала нам шанс, а ты хочешь, чтобы я ее сдал."

"Она использовала тебя, и в глубине души ты это знаешь. Твой отец использовал тебя, твои братья использовали тебя, твои дилеры и твои клиенты использовали тебя. Ты знаешь, когда тебя используют. О чем она просила тебя сделать?"

"Она не спрашивала. Она... она рассказала мне, как он надругался над ней сексуально, как он приводил женщин в дом и хотел ее to...to участвуйте in...in вид секса, который вызывал у нее отвращение ".

Когда Пибоди предложила ей чашку воды, Бебе выпила ее залпом.

"Она поделилась этим с тобой?" Пибоди говорила мягко. "Эти интимные подробности ее брака?"

"Она сказала, что знала, что я пойму, и я понял. Я действительно понял. Она сказала, что он собирается вышвырнуть ее, остановить программы, отменить стипендии, разрушить все, что она запустила, если она не сдастся. Это делало ее больной ".

"Тебе должно было быть ужасно жаль ее", - подсказала Пибоди. "И расстроена мыслью, что он отнимет у нее все это. И твои мальчики тоже".

"Я сделал. Бог. Я не знал, что и думать. Я с трудом мог в это поверить. Он казался таким милым человеком. Но она не выдержала, просто не выдержала, разлетелась на куски. Она сказала, что узнала, что он жестоко обращался с некоторыми детьми, девочками, и она ничего не могла с этим поделать. Никто бы ей не поверил, и как его нужно было остановить ".

"Когда это было?" Потребовала Ева.

"Прошлым летом. Как в июле. Дети были в лагере, и я выполнял для нее небольшую работу в воскресенье у нее дома ".

"Только вы двое, верно? Больше там никого нет ".

"Да, да. И что ее вывело из себя, так это то, что она разговаривала с одним из женских приютов об одной из матерей, у которых были дети, участвующие в программе, о ее профессиональной подготовке и все такое, и когда она закончила, она просто развалилась на части ".

"Удобно".

Голова Бебе вскинулась от комментария Евы. "Все было не так. Просто она была так расстроена, и все это выплеснулось наружу. Он был далеко, ее муж. Он часто уходил. В ней было так много всего, понимаешь? И теперь он говорит, что если она не подчинится, ей конец, и все эти kids...my дети. Я сказала что-то о том, что должен быть способ остановить его, защитить себя, защитить детей. Она сказала, что единственный способ остановить его, человека с его силой, с его болезнью, был бы, если бы он был мертв. Как это было ужасно говорить, но она хотела, чтобы он умер, и иногда после того, как он набрасывался на нее, она лежала там и думала о том, как это можно было сделать. Как он мог попасть в аварию, если бы у нее был кто-то, кому она могла доверять и на кого можно было положиться, кто помог бы ей. Что, если бы с ним произошел несчастный случай, все дети были бы в безопасности. Мои дети были бы в безопасности ".

"О каком несчастном случае она говорила?"

"Она этого не сделала. Она этого не сделала, потому что я прервал ее. Я прервал ее, потому что было что-то в ее глазах, что заставило меня подумать, что ей это не просто показалось. Я знаю кое-что об этом, кое-что об этом взгляде ".

Словно обессилев, Бебе закрыла лицо руками. "Она хотела этого. Боже, она хотела, чтобы он умер, и она хотела, чтобы я помог ей. Итак, я прервал ее и начал о том, как она должна с кем-то поговорить, как они всегда говорили нам на семинарах. Как она должна сделать перерыв и двигаться дальше. На самом деле он не стал бы сокращать программы, потому что это выставило бы его в плохом свете. Что-то вроде этого, и я выбрался. Я вышел, как только смог, даже несмотря на то, что она отступила, сказав мне, что я был прав. У нее только что был тяжелый момент, и она заставила меня пообещать, что я ни с кем не буду говорить о том, что она сказала. Это не пошло бы на пользу программам ".

Бебе тяжело вздохнула. "После этого она не выходила на связь, чтобы попросить меня стать волонтером. Я подумал, что она была смущена. И когда я отправился на ретрит, последний, на который я ходил в конце августа, она избегала меня. Когда я подколол ее по этому поводу, потому что, я думаю, я думал, что мы друзья - своего рода друзья - она была действительно холодной. Ледяной холод. Сказала мне, что она была очень занятой женщиной с большим количеством обязанностей, что я должен помнить все, что она сделала для моих мальчиков, и быть благодарным за это. Как я должен заботиться о них и о себе, сосредоточься на этом so...so стипендии никуда не делись ".

"Вы заметили, что она была дружелюбна с кем-нибудь конкретно на том ретрите?"

"Я держался от нее подальше. Как ты сказал, мой отец использовал меня. Мои братья. Затем я поставил себя в такое положение, чтобы меня могли использовать джонсы и дилеры. Я перестала позволять использовать себя и встретила Луку ".

Негодование и немного плевка вернулись в ее глаза. "Я понял, хорошо? Я понял. После этого она использовала меня. Я не так уж сильно винил ее, учитывая, но я не собирался снова ставить себя в такое положение. Поэтому я остался в стороне ".

"Умный ход".

"Этого достаточно? Это то, чего ты хотел?"

"Это не так уж плохо".

"Ты собираешься настаивать на том, чтобы они открыли дело Луки? Ты собираешься это сделать?"

"Я сделала это сегодня утром", - сказала ей Ева. "Двое полицейских, которых ты сделал, которые обедали в том месте, где ты работаешь, должны быть хорошими, и они это подтверждают. Они свяжутся с вами после того, как просмотрят файл ".

"Ты...почему ты сделал это, когда я ничего не дал тебе за это?"

"Потому что ваш муж заслуживал лучшего, чем он получил. Потому что мне кажется, вы и ваши дети заслуживали лучшего. И потому, что мне не нравится, когда хорошего человека убивают без уважительной причины ".

Бебе смотрела еще мгновение. Затем она просто опустила голову на стол и заплакала.

"Запись окончена". Встав, Ева подала знак Пибоди. Выходя из комнаты, она услышала голос Пибоди, утешающий рыдающую женщину.

17

ЕВА ПОЗВОНИЛА ФИНИ По ДОРОГЕ С СОБЕСЕДОВАНИЯ в свой офис. "Дай мне что-нибудь".

"Господи, парень, ты знаешь, сколько всего я накопил здесь, находясь вне дома? У меня накопилось отставание от подмышек до задницы. Я доберусь до твоего ящика".

"Не могли бы вы просто открыть это и посмотреть, перепрограммировала ли она или перезагрузила его, прежде чем ..." Она замолчала под его каменным взглядом. У него была хорошая смерть, подумала она. Она смоделировала свою по этому образцу. "Ладно, все в порядке. Как можно скорее ".

"Если ты не будешь прерывать меня, чтобы придираться, это произойдет раньше".

Она отключилась.

Обстоятельства, напомнила она себе. Даже если Фини докажет, что дозатор был перепрограммирован и / или перезагружен, это было косвенным. Она ненавидела строить дело на косвенных уликах. И это все, что у нее было. Впечатления, комментарии, заявление Бебе, личности. И ни одной веской улики.

Пока.

Она вернулась в Отдел по расследованию убийств, где Бакстер отвернулся от автоповара. "Даллас. Ситуация с парнем / транссексуалом / переодеванием не складывается. Дело Кастера, - сказал он, когда она посмотрела непонимающе.

"Верно. Прости, мои мысли витают в другом месте. В чем твое чутье, Бакстер?"

"Что дело такое же холодное, как и жертва. Мы с малышом можем продолжать пробовать это, когда у нас будет немного времени. Я пока не хочу переводить это в неактивное состояние. Нам придется бросить это на дно кучи, может быть, время от времени встряхивать ".

"Не все из них близки".

"Да. Я знаю. Ссать, когда они этого не делают. Мы закрыли шесть других с тех пор, как поймали этого, и это все еще гадость ".

Она сочувствовала, но ей нужно было закрыть свое собственное дело, и ей нужно было перетасовать некоторые части, попытаться взглянуть под другим углом. В своем кабинете она выбрала пару возможных кандидатов, которые стояли в ее списке ниже Петрелли. Сосредоточившись на следующем, засекая время, она подробно изложила отчет об интервью с Петрелли, добавила заметки и предположения.

"Компьютер, запустите вероятность. Учитывая данные, заявления, какова вероятность, что Ава Андерс большая, жирная лгунья?"

Ваш вопрос неправильно структурирован, и на него нельзя ответить по шкале вероятности. Пожалуйста, перефразируйте.

"Мне показалось простым. Попробуй это. Проверим вероятность, учитывая данные и заявления, включенные в дело об убийстве Андерса, Томаса А., что Андерс, Ава, солгала основному лицу и / или другим лицам, которые рассказали о разговорах с объектом. "

Работаем...

Ева поднялась, приготовила кофе. Уставился в окно.

Задание выполнено. Противоречивые заявления, данные относительно бесед с объектом, указывают на 97,3-процентную вероятность того, что Андерс, Ава, дала ложные показания. Вероятность не может определить, какие утверждения являются ложными, а какие фактическими.

"Думаю, я могу это понять. Запустите вторую вероятность. Учитывая данные и предполагая, что заявление, только что записанное Петрелли, Биби, является фактическим, какова вероятность того, что Андерс, Ава, организовал, разработал или причастен к убийству Андерса, Томаса А."

Работаем...

"Да, обдумай это. Косвенные, еще более косвенные. Но вероятности имеют некоторый вес. Достаточно веса, кто-то тонет. Кого еще ты подставила так, как ты подставила Бебе, Ава? Кто еще был у вас на линии?"

Задание выполнено. Принимая заявление Петрелли за фактический отчет, вероятность составляет 50,2 процента, что Андерс, Ава, организовал, разработал или причастен к убийству Андерса, Томаса А.

"Это полная чушь", - заявила Ева, процитировав одну из фраз Рорка. "Пятьдесят не прибавляют веса. Это вымывание. Мне нужен другой. Мне нужна еще одна рыбка на леске, чтобы перевернуть ее ".

"Даллас". Пибоди быстро постучала в дверной косяк. "Я организовал транспортировку для Петрелли. Не хотел, чтобы ей приходилось иметь дело с автобусом или метро. Она была довольно разбита ".

"Прекрасно". Ева повернулась, протянула руку, потерла пальцы вместе.

Пибоди засунула руки в карманы. "У меня нет с собой двадцати. Разве это не достаточная награда за то, что ты заставил ее излить это на Аву?"

В ответ Ева просто пошевелила пальцами своей вытянутой руки.

"Ладно, ладно, чувак". Она схватила памятный куб со стола Евы. "Это должно быть выделено из моего фонда Рорка".

"У вас есть фонд для Рорка? Сделать ему пожертвование или попытаться купить его?"

"Я хотел бы - со стороны покупки. Для Макнаба это был бы отрывок. У нас сделка, по которой мы оба должны выбрать одного человека, и если у нас когда-нибудь будет шанс ... " Она сжала кулак, потрясла им, одновременно шевеля бровями. "С этим человеком другой из нас понял бы. Одноразовая сделка. Я выбрал Рорка ".

"Ну, в постели он превосходен, так что ты бы получила это до того, как я содрал кожу с твоего все еще дрожащего тела, поджарил ее на открытом огне, а затем насильно скормил тебе".

"Тогда ладно. Итак..." Прочистив горло, Пибоди включила кубик для записи. "Я должен Далласу, лейтенанту Злыдням Еве, двадцать долларов, которые будут выплачены из моей с трудом заработанной, недооцененной зарплаты детектива в следующий день выплаты жалованья. Пибоди, детектив Черчмаус Делия."

Она бросила памятный кубик. Ева поймала его одной рукой, сунула в карман. "Что такое фонд Рорка?"

"О, я откладываю понемногу с каждой получки и откладываю их. Когда я получу приличную сумму, я попрошу его вложить ее для меня. Он сказал, что сделает. Это не лучший секс, но, эй, может получиться классный перепихон ".

"Никогда не видел, чтобы у него была осечка. Начните с интервью о старике Андерсе. Там играют Плаудер и Брайд-Уэст. Не бейте их. Начните с приезжих. Начни с тех, с кем Ава не дружит. Девочка-игрушка, любой из сотрудников, которые были там, особенно временные сотрудники, которые были уволены или подали в отставку. Сдержанно, просто отслеживаю дополнительную информацию, которая стала известна. Просто подтверждаю, бла-бла-бла. Я скоро отправляюсь в поле, а потом буду работать дома ".

"Ты идешь один?"

"Вообще-то, я собираюсь позвать высшего мирянина, который тоже выглядит как высший мирянин. Он мог бы пригодиться в моем следующем интервью ".

"Хорошо, но если ты трахнешься в полевых условиях, я рассчитываю прочитать подробности этого в твоем отчете. Все подробности."

"Продолжай в том же духе, и ты присвоишь себе титул больного ублюдка Дженкинсона".

"Это моя личная цель. Даллас, мы к чему-нибудь пришли? Я имею в виду, мы знаем то, что знаем. Но приближаемся ли мы к тому, чтобы наказать ее за это?"

"Она так не подумает. И именно поэтому мы к чему-то приближаемся. Приступайте к интервью, составьте полные отчеты по каждому из них ".

"Сколько гостей в доме?"

"Шестнадцать гостей, восемь сотрудников".

"Двадцать четыре интервью? Это займет часы ".

"Тогда я бы начал. Вон."

Ева подняла свой линк и сочла хорошим предзнаменованием, когда Рорк ответил лично. "Лейтенант. Что я могу для вас сделать?"

"Мне было интересно, как ты отнесешься к встрече со мной в секс-клубе".

"Как странно. Я просто думал, что мы могли бы сделать этим вечером, и это было первым в моем списке ".

"Бах-она-бах, в центре города Весной. Вас устроит час, который пройдет через это время?"

"Я могу заставить это работать, учитывая стимул".

Случайная мысль заставила меня нахмуриться. "Тебе это не принадлежит, не так ли?"

Он приподнял бровь. "Не думаю, что у меня есть какое-либо заведение с таким названием. Я, вероятно, мог бы забрать его в течение часа, если бы это помогло ".

Она бы поставила больше, чем двадцатку Пибоди, что он мог бы сделать именно это. "Нет, спасибо. В этом случае я просто использую Силу Рорка в своих интересах ".

"Я думал, это был страх перед Рорком".

"Зависит от ситуации. Я думаю, что сила выжмет из этого больше сока, чем страх ".

"Любой из них в вашем распоряжении. Через час, лейтенант."

После того, как он отключился, она сделала несколько звонков, нацарапала несколько заметок, представила, что сидит сложа руки, чтобы удержаться от придирок к Фини.

Пибоди окликнула ее, когда Ева начала выходить. "Я разговаривал с девушкой-ангелом Скарлетт. Она вся задохнулась, когда я упомянул старика. Я не думаю, что она получит какие-либо награды как актриса. Ее краткое изложение соответствовало ее предыдущему заявлению, но не настолько точное, чтобы казаться отработанным ".

Пибоди повернулась на стуле слева направо. "Она и старик вздремнули - она убедилась, что я знаю, что это эвфемизм для обозначения "трахаться", затем она спустилась, чтобы поплавать. Она была в бассейне с некоторыми другими гостями - и это согласуется с их первоначальными показаниями, - когда старик ушел в душ ".

Пибоди опустила взгляд на свои записи. "Там подавали коктейли и канапе. Я небрежно спросил о ее хозяйке, и она была бесцеремонна по этому поводу. Ава порхала где-то рядом, как всегда. Ты был сбит с толку мартини. Это был джин с тоником, любимый летний напиток старика. Ава сама смешивала джин с тоником и прокомментировала, что старику не было плохо. Разве Томми не поднялся бы и не сказал своему отцу, что они все пили коктейли. Несколько минут спустя он выбежал на террасу, возле комнаты старика, звал на помощь. Он уже позвонил девять-один-один, уже перенес тело в попытке оживить. Это все есть в отчетах. Но я получил кое-что новое ".

"Оглуши меня".

"Вероятно, вас не ошеломит, что Энджел не был и не является самым большим поклонником Авы. Холодные, снобистские, самодовольные - и это были комплименты. И она сказала, что, по ее мнению, в те выходные между Авой и стариком было немного прохладно ".

"Почему?"

"Не знал. Ее "большой белый медведь", как она его называла, никогда не говорил с ней о делах и никогда не сплетничал о семье. Ему было все равно, когда она жаловалась на отношение Авы к ней, поэтому она держала это при себе. Но она заметила, что не все они были дружелюбны, как обычно. В то утро они не пили вместе кофе у бассейна, а это было их привычкой. Она подозревала, что они немного повздорили, но, поскольку она не знала, держала это тоже при себе."

"Запишите это, войдите в систему. Возможно, у меня есть за что зацепиться. Позже".

поездка до Весны, утомительное упражнение в лучшие дни, превратилась в настоящую битву из-за перевернувшегося глиссера и заглохшего Rapid Cab, который врезался в его решетку. Даже с расстояния в десять машин Ева могла видеть, что будет только хуже, поскольку водитель такси и оператор тележки в настоящее время выбивали сопли друг из друга.

Ева вызвала это, отдав приказ черно-белым или патрульным дроидам. Разозлившись, она выскочила из своего автомобиля, выхватывая свой значок, когда она шагнула вперед. В основном, отметила она, двое мужчин просто объедались сырой соевой картошкой фри и собаками, похлопывая друг друга по спине.

"Прекрати это! Полиция Нью-Йорка, и я сказал, прекратите это ". Она резко стукнула обоих по голени ботинком. "Прекратите это, или я втягиваю вас обоих. И, как Бог мне свидетель, если какая-то часть кого-либо из вас соприкоснется с какой-либо частью меня, вы получите по полной программе за нападение на офицера ".

Оба мужчины подняли к ней окровавленные лица и начали выкрикивать жалобы и обвинения.

"Заткнись! И вы, люди! Иди и найди себе другое занятие. Шоу закончилось. Ты, парень из такси, какова твоя история?"

"Я путешествую за плату". Его голос был музыкальным, песня о тропическом острове, которая резко контрастировала с кровоточащим ртом и опухшим глазом. "Парень окликает в полуквартале отсюда, и я собираюсь забрать его. И этот, этот, он выталкивает тележку на улицу. Передо мной!"

"Нихуя я не сделал! Почему я хотел это сделать? Разбить мою тележку таким образом?"

"Потому что ты сумасшедший, чувак!"

Ева указала на парня из такси, чтобы остановить его.

"Твоя тележка на улице, приятель". Драчун, отметила Ева, примерно вдвое меньше парня из такси, с нью-йоркским таким же драчливым тоном и отношением, как и его разбитый нос.

"Да, это на вечно гребаной улице, но я не запихивал это туда. Чертовы дети сделали. Чертовы дети, они приходят, и один заказывает собаку и картошку фри, так что я за него, понимаешь? И еще один из них, должно быть, сбил мои тормоза. Следующее, что я знаю, это то, что они толкают мою тележку с угла. Смеющиеся, как гиены. Посмотри, что они сделали с моей тележкой ". Он широко раскинул руки, когда из его носа потекла кровь. "Для чего они хотят это сделать? Я просто пытаюсь заработать здесь на жизнь ".

"Вы можете их опознать?"

"Я не знаю. Возможно. Посмотри на мою тележку, а? Посмотри на мои вещи ".

"Я вижу этих мальчиков!" Парень из такси помахал рукой в воздухе. "Я вижу, как они перелетают улицу. Воздушные доски".

"Да, да". Парень с тележкой качнул головой. "У них были воздушные борта. Пара из них едет в тандеме. Я не видел, в какую сторону они пошли. Я пытался схватить тележку, нажать на тормоз, но такси ..." Он откинул назад волосы. "Мужчина. Извините за ваше такси ".

"Это не твоя вина. Я вижу детей. Я могу помочь идентифицировать ". Парень из такси одарил меня ободряющей улыбкой с окровавленными зубами. "Извини за твою тележку, чувак".

Ева передала ситуацию черно-белому и паре дроидов-битников. Таксист и тележник теперь наслаждались солидарностью. Они, должно быть, соседские дети, предположила она. И они, вероятно, выкатят еще одну или две тележки до того, как закончится день. Но будь она проклята, если собиралась помочь выследить их.

Она уже была на десять минут старше часа.

Прошло в общей сложности двадцать минут, прежде чем она смогла припарковаться, сменить дежурство и выехать на тротуар. Она уже видела его - своего эксперта-консультанта, своего старшего любовника. Он прислонился к стене с нацарапанным граффити, развалюхой времен послевоенной городской войны, которая держала Bang She Bang, одетый в темный костюм в тончайшую полоску и слегка развевающееся пальто на весну, пока он работал со своим наладонником.

Его наручное устройство, вероятно, стоило больше, чем здание, к которому он прислонился. В этом районе с его обалденными наркоманами, наркоманками, мошенниками, перевертышами и психопатами жизнь человека была в опасности из-за его обуви. Со своего наблюдательного пункта она увидела, как то, что Тико назвал бы подозрительным типом, с важным видом двинулось в сторону Рорка, его рука была в кармане, а пальцы, скорее всего, сомкнулись на наклейке.

Рорк просто скользнул взглядом вверх, поверх, зафиксировал их. И подозрительный тип продолжал с важным видом прохаживаться мимо.

"Ты". Ева ткнула пальцем в одного из пехотинцев, слоняющихся в дверном проеме.

"Пошла ты", - крикнул он в ответ и добавил средний палец на случай, если английский не был ее родным языком.

Ева показала свой значок, когда переходила тротуар. Сам значок здесь мало что значил. Все дело было в том, что она вкладывала в это. "Это лейтенант, в смысле: Пошел ты, лейтенант".

Помимо ворчания, его беззубый компаньон хихикнул.

"Вот что я могла бы сделать", - предположила Ева. "Я могла бы разбить твою голову об эту стену, в то время как я пинаю твои яйца в живот", - добавила она компаньону. "И после этого я могу связать тебя, пока выворачиваю твои карманы. Ты перевозишь нелегалов ".

"Хуй тебя знает. Ты не можешь пробудиться без вероятности ".

"Я вижу нелегалов. У меня рентгеновское зрение".

"Ни хрена?" Спутник улыбнулся ей, широко раскрыв глаза. "Это холодно, законченно".

"Не так ли? Но я не собираюсь этого делать. Я не собираюсь наезжать на вас обоих, а потом подходить к вашим неудачам и переворачивать их с ног на голову и наизнанку. Я не собираюсь лично следить за тем, чтобы ты провел следующие несколько дней в клетке. Я не собираюсь этого делать, потому что вы оба будете стоять прямо здесь, пока я не вернусь, и вы будете смотреть, как я еду туда, как будто это ваше собственное любимое дитя. Я выхожу, а моя служебная полицейская машина точно там, где я ее оставил, в точно таком состоянии, в каком я ее оставил, мы расстаемся друзьями. В противном случае, я собираюсь нанести вам визит позже. Понял?"

Первый парень пожал плечами. "Мне больше нечем заняться".

"Это удобно, потому что я знаю. Теперь у тебя десять, " сказала она и вытащила взятку. "Ты получишь другого, когда я вернусь. Бьюсь об заклад, вас зовут Джон Смит", - сказала она компаньону.

"Черт возьми, нет. Клипер Плинк".

"Это то, что я сказал. Ты Клиппер Плинк".

"Откуда ты знаешь все это?" Он смотрел на нее так, словно она была Вторым Пришествием. "У тебя есть суперспособности, сука?"

"Чертовски верно".

"Господи, Клип", - услышала она, как ворчун сказал, когда она шагнула к Рорку, "ты можешь быть еще гребанее?"

Ему нравилось наблюдать за ее работой, подумал Рорк. Это никогда не переставало очаровывать и развлекать его. Итак, он сделал именно это, расслабившись у стены, пока она целилась в пару уличных хулиганов. Ну, полтора крутых парня, предположил он, было бы точнее. У них не было ни единого шанса против нее, когда она накинула на крутого полицейского свое пальто.

Теперь она шагнула к нему, на ее лице был слабый намек на улыбку. "Скольких уличных воров, грабителей и взломщиков позвоночника ты отпугнул одним взглядом "Попробуй, парень, и ты еще некоторое время будешь мочиться кровью"?"

"Я не считал. Я не верю, что это очень безопасный район. Я рад, что поблизости есть полицейский ".

"Да, как будто тебе это нужно".

"Только ты, дорогая. День и ночь. Мальчик-о?"

"В этом особом взгляде есть что-то мальчишеское. Только не говори мне, что ты приехал сюда на такой же шикарной тачке, как этот костюм?"

"Тогда я не буду. Почему бы тебе не сказать мне, почему мы направляемся в этот секс-притон в вечер, который заставляет меня почти поверить, что весна может наступить снова?"

"Одна из стриптизерш, приглашенных для работы в клубе, также оказывается одной из мамочек Авы. Я расскажу тебе об остальном позже, думаю, ты сможешь следить за нами по ходу дела. Но я хочу забрать ее сейчас. Она действует всего около часа ".

"Тогда давай не будем терять время". Он распахнул дверь.

Они вышли из почти весеннего вечера в резкий, яркий мир секса на продажу.

Пахло потом, спермой, дымом от различных запрещенных веществ и самой дешевой алкогольной жидкостью. Огромное количество этих непривлекательных веществ было разбрызгано по полу. Мужчины и женщины с жестким взглядом, остекленевшими глазами, безумными глазами, скучающими глазами сгорбились за столиками или сидели на корточках у короткой, покрытой пятнами стойки бара на стульях без спинок, в то время как два официанта - мужчина и женщина - разносили напитки или разливали их на подносах. Оба были обнажены, если не считать татуировок и пирсинга, их кожа слегка пульсировала красным в уродливом свете.

На небольшой возвышенной сцене две женщины - было бы абсурдно называть их танцовщицами - крутили длинные серебряные шесты, пока гремело то, что только глухой мог принять за музыку. У каждого на поясе была сверкающая лента с несколькими купюрами, засунутыми внутрь. Ни тот, ни другой, отметил Рорк, особо не потянули на этот конкретный номер.

Он пошел в бар с Евой. У человека, управляющего палкой, была кожа настолько белая, что она почти светилась. Слабый розовый цвет вокруг его глаз обычно указывал на фанки-наркомана, но Рорк отметил, что глаза были самого бледно-голубого цвета - водянисто-голубые - и такие же чистые.

Альбинос плеснул небольшой стакан чего-то, по цвету и консистенции напоминающего каменноугольное масло, на стойку перед посетителем, прежде чем спуститься к ним. "Встаньте у бара, вы заказываете минимум один напиток. За столом вторая очередь."

"Кэсси Гордон?"

"Встаньте у бара, выпейте минимум одну рюмку".

Даже эти светлые глаза должны были выдавать в ней полицейского, подумал Рорк. Рорк вытащил десятку, покрывая их обоих, даже когда она вытащила свой значок. "Оставь напитки себе", - сказал ему Рорк. "Я люблю слизистую оболочку своего желудка".

Ева шлепнула значок вниз. "Кэсси Гордон".

"У нас есть лицензия". Альбинос указал за спину, где это было выставлено, согласно городскому постановлению. "В курсе событий".

"Я не спрашивал твою лицензию. Кэсси Гордон."

Бармен взял счет Рорка, сунул его в свой карман. "Она встречается с рядовым. У него в запасе еще пять минут. Тогда она на двадцатом, ты можешь поймать ее между, подожди, пока она закончит. Для меня это не имеет значения. Ты занимаешь столик, это стоит еще десять".

"Приятель, я бы не сел за один из этих столов, даже если бы был одет в защитный костюм. Что ты собираешься сделать, так это показать нам чистую отдельную комнату - не одну из комнат для секса - и ты отправишь туда Кэсси. Ты собираешься подать ей сигнал, чтобы она прекратила это и спустилась. Если вы этого не сделаете, мы с моим партнером сделаем вашу жизнь действительно несчастной ".

"Это не полицейский". Бармен мотнул головой в сторону Рорка. "Копы так не одеваются".

"Я не, нет", - сказал Рорк тоном, который казался самым приятным из всех, если вы были глухими и не услышали за ним резкой угрозы. "И вот почему я причиню тебе больше боли и получу от этого больше удовольствия. Где взгляд владельца?"

"У меня нет причин создавать проблемы". Бармен сунул руку под стойку. Даже когда Ева приготовилась, она услышала слабое жужжание. Дверь за стойкой скользнула в сторону, открываясь.

"Тогда это будет прекрасно. Я сопоставлю эти первые десять, когда мы закончим ". Ужасающе приятный тон Рорка никогда не менялся. "Если только ты не сделаешь что-нибудь, что разозлит меня или моего партнера здесь. Если это случится, я получу назад первые десять вместе с частью тебя ".

Ева ничего не сказала, пока они не оказались внутри peep - маленькой, относительно чистой комнаты, в которой стояла пара стульев, небольшой письменный стол и стена с экранами, на которых просматривался клуб.

"У меня есть значок. Я могу запугивать и высказывать угрозы ".

"Зачем ты пригласил меня на это романтическое свидание, если не собирался позволить мне тоже поиграть?"

"Я хотел напугать бармена-альбиноса в секс-клубе".

Он засмеялся, постучал пальцем по вмятине у нее на подбородке. "О, дорогая, я обещаю, ты сможешь напугать следующего".

"Да, потому что город переполнен ими. У нас, наверное, есть пара минут. Итак, молниеносная версия ".

Она быстро просмотрела основные моменты о Бебе Петрелли, пробежалась по своей теории о старших Андерсах, чтобы дать Рорку попробовать, и закончила своим предположением, что Ава, возможно, подошла к Кэсси Гордон.

"Она совершила ошибку с Петрелли", - указал Рорк. "Ты думаешь, она создала другого?"

"Не узнаешь, пока я не спрошу. Гордон занимался стриптизом и секс-бизнесом в течение восьми лет. Женщина выдерживает восемь лет, занимаясь этим, она, вероятно, знает, как читать людей. У нее есть дочь. Десятилетняя дочь в программе. Фигуристка. Отца на фотографии нет. Малышка не получила стипендию, но Андерс оплачивает ее время на катке. У нее есть личный тренер. На бумаге Гордон платит ей." Ева кивнула на экран. "Как ты думаешь, она достаточно зарабатывает в такой забегаловке, как эта, чтобы заплатить за частный автобус?"

"Ни в тысяче поездок на шесте, ни здесь".

"Она собирается рассказать нам, откуда у нее деньги на тренера, сколько услуг она сделала для Авы. И я собираюсь узнать, убивала ли его одна из этих услуг ".

"Вот она".

Рорк отвел взгляд от яростных глаз Евы к экрану, где высокая блондинка в коротком зеленом халате, покачиваясь, шла между столиками на блестящих каблуках на высокой платформе. Когда она проходила мимо, один из мужчин за столиком на троих протянул руку и просунул ее под халат.

Блондинка ударила его наотмашь, сбив со стула, не сбавляя шага.

"Что ж, теперь есть другая женщина, которая может позаботиться о себе". Он улыбнулся Еве. "Такой тип никогда не перестает мне нравиться".

18

НА ВЗГЛЯД РОРКА, ЭТО БЫЛО, БЕЗУСЛОВНО, ИНТЕРЕСНО, делить маленькую комнату с двумя женщинами с необычными личностями. В комнату ворвалась Кэсси Гордон, вызывающе одетая амазонка с раздраженными глазами того же жесткого коричневого цвета, что и ее корни. Глаза остановились на Еве, а широкий подвижный рот скривился.

"У тебя есть десять минут. Я выступаю через двадцать. Я не танцую, мне не платят, так что, если долбаная полиция Нью-Йорка не планирует компенсировать мне мою ..."

Ее взгляд переместился на Рорка, остановился на нем. Раздражение на одну восьмую сменилось удовольствием; губы перестроились из изгиба в кривизну. "Ну, привет, офицер Невероятный. Вы здесь, чтобы обыскивать и издеваться надо мной? Я надеюсь ".

У Рорка не было времени решить, чувствует ли он веселье или оскорбление от того, что его приняли за полицейского, прежде чем Ева шагнула прямо в лицо Кэсси. "Ты захочешь поговорить со мной".

"Я бы предпочел поговорить с ним и о многом-многом другом". Но она пожала плечами, опустилась в кресло, скрестив свои длинные голые ноги. "В чем проблема?"

"Давайте начнем с вашего местонахождения между часом и пятью утра восемнадцатого марта. Утро вторника".

"Дом". Она откинула назад волосы, подарила Рорку то, что он считал довольно мастерским трахом в глаза. "В моей большой, одинокой постели".

"Прекрати нести чушь, Кэсси, или мы будем вести этот разговор в Центральном".

"В чем твой поворот? В это время ночи я дома. Я работаю сутками".

"Многие люди вашей профессии работают сверхурочно. Вы были знакомы с Томасом Андерсом?"

"Не особенно. Я знаю, кто он есть - был, " поправила она. "Моя маленькая девочка участвует в спортивной программе Андерса. Она фигуристка. Она чемпион. Но я не якшался с нобом."

"Вы когда-нибудь были в доме Андерсов?"

"Ты, блядь, издеваешься надо мной?" Кэсси откинула голову назад и рассмеялась. "Она, блядь, издевается надо мной?" - сказала она Рорку.

"Она не такая, нет. Почему этот вопрос такой забавный?"

"Я снимаю одежду и показываю фокусы, чтобы зарабатывать на жизнь. Не тот тип гостей на званых обедах, которых я ожидаю, что Андерсы будут регулярно принимать ".

"Но миссис Андерс действительно развлекала вас", - продолжил Рорк. "В уединенных местах, спа-салонах, отелях".

"Это другое. Эти вещи были для матерей детей в программах. Я чертовски хорошая мать, " огрызнулась она, указывая на свою собственную частично скрытую грудь. "Никто не может сказать иначе".

"Никто не является", - спокойно сказал Рорк, когда Ева, казалось, дала ему реплику. "Но ты же общался с Авой Андерс".

Звук, который она издала, сочетал фырканье с приветствием Бронкса. "Если это можно так назвать".

"Как бы ты это назвал?"

"Соглашение того же рода, которое я только что заключил наверху".

"Она трахнула тебя, Кэсси?" Спросила Ева.

"Не в буквальном смысле. У меня нет проблем сниматься в "девушка на девушке", если плата подходящая, но я не думаю, что ей это нравится." Пожатие плеч сдвинуло халат, так что ее правая грудь застенчиво выглянула наружу. "Она чего-то хотела, я дал это, и мне заплатили. Вот как я смотрю на это ".

"Чего она хотела?"

"Полагаю, я получил приглашение, чтобы она могла показать, насколько - как бы это сказать - она демократична. И я полагаю, что это чушь собачья. Но мой ребенок? Она чертово сокровище, так что я могу принять быка или что-нибудь еще, что в меня бросят, если это ради нее ".

"Чем Ава в тебя швырнула?"

"Слушай, мне нужно надеть костюм. Это мой последний раунд в эту смену, и я не могу позволить себе ...

"Вы получите компенсацию". Рорк оставался расслабленным, отвечая на каменный взгляд своей жены самым мягким взглядом, в то время как Кэсси изучала их обоих.

"Я могу заработать пятьсот в последнем раунде".

"Поговорим о быке", - начала Ева.

"Вы получите компенсацию", - повторил Рорк. "Ответь лейтенанту, прекрати разыгрывать это, и ты получишь пять".

Эти жесткие глаза сузились. "Ты не полицейский".

"Факт, за который я ежедневно благодарю. Вы можете ответить на вопрос полицейского и получить пять, или, ну, вы все равно будете отвечать на них в менее комфортной обстановке и ничего не получите. И поскольку ты в любом случае будешь сдавливать в раунде после того, как мы уйдем, у тебя есть шанс на пять чистых очков в кармане ".

"Не полицейский, но и не глупый". Еще одно пожатие плечами, но Кэсси последовала за этим отсутствующим движением, которое снова застегнуло перед ее халата. Или почти. "Ладно, дело вот в чем. Я беру Грейси, моего ребенка, на каток в парке. Занималась этим с тех пор, как ей было около трех. Даже я вижу, что у нее есть талант к этому, и ей это чертовски нравится. Я не могу позволить себе время на катке, или его не так много, поэтому она каталась только зимой. И хорошие коньки, хорошие уроки, они вне орбиты. Я подал заявку на программу Андерса, и она поступила. Блин, это было так, как будто я подарил ей мир. Я бы сделал все, чтобы убедиться, что она сохранит это ".

"Ава что-нибудь спрашивала?"

"Слушай, сучка хочет знать, как я справляюсь с трюками, я не собираюсь поддаваться насмешкам по этому поводу. Она хочет заглянуть в мою грязную, без кожи кожу. Она считает, что я обязан уделить ей время на добровольных началах, я отрабатываю его. Мой ребенок получает хорошие коньки, хорошую одежду для катания, хорошо проводит время на катке. Она хочет притвориться, что ее старик интересуется грязным, какое мне до этого дело?"

"Притворяешься?"

Улыбаясь, Кэсси провела кончиком пальца вверх и вниз по переду своего халата. "Я знаю, когда мной играют. Эти маленькие беседы были для ее пользы. Может быть, она хотела попробовать что-нибудь дерьмовое со своим стариком. Не могло навредить, верно? За исключением того, что он мертв, верно? Умерли, делая грязное. Она сделала это с ним?"

"В то время ее не было в стране".

"К счастью для нее, я полагаю".

"Она тебе ни капельки не нравится", - прокомментировал Рорк.

"Ни капельки". Кэсси подняла большой и указательный пальцы, слегка разведя их в стороны, затем сомкнула их. "Она властвует над тобой - или повелевает тобой. Прикрывает это словами "мы все часть большой счастливой семьи Андерс", но она ожидает, что вы будете много кланяться и расшаркиваться. Я могу отсосать жирному мудаку наверху, я могу поклониться и поскрести. Я получаю компенсацию ".

"Делилась ли она с вами информацией о своей сексуальной жизни?"

"Она сказала, что ее старику нравилось все грязное и странное, а ей нет, но это было более утонченно. Прощупать меня было моим чувством. Я наполовину ожидал, что она наймет меня, чтобы разделаться с ним, чтобы она могла наблюдать и получать подсказки. Дело в том, что я не думаю, что я нравился ей больше, чем она мне, и мы оба это знали. Оба знали, что мы разгребаем дерьмо ".

"Что тебе пришлось сделать для нее, чтобы заработать на частный автобус?"

"Я плачу за карету". Кэсси постучала большим пальцем между грудей. "Я плачу".

"Работая здесь, вы не зарабатываете достаточно денег, чтобы оплачивать частный коучинг".

"Я получаю много чаевых".

"Что это я слышу?" Ева склонила голову набок. "О да, это звук, когда пятьсот человек высасываются в канализацию".

"Черт возьми". Кэсси вскочила на ноги, пристально посмотрела на Еву. "Это из-за убийства, верно? Это грандиозно. Ты знаменитость. Видит Бог, вы такие", - сказала она Рорку. "Мне нужна уверенность, что ты не собираешься выбивать меня из колеи из-за мелочей".

"Если ты работаешь неофициально, я не заинтересован в том, чтобы тебя за это ругать".

Кэсси воспользовалась моментом, чтобы посмотреть, изучить, затем, очевидно удовлетворенная тем, что она прочитала на лице Евы, кивнула. "Я делаю кое-что личное. У меня нет лицензии на частное. И я играю отца тренера бесплатно, каждую неделю. Это как бартер, сокращающий плату. На самом деле, он хороший парень. Не может часто выходить, потому что он сильно расшибся около тридцати лет назад. Он слабоумный, у него шрамы. Даже если бы Андерс предложил коучинг, я бы оставил все как есть, потому что это работает. И я должен принять участие в обеспечении моего ребенка. Если у вас есть какая-то полицейская идея, что я занимался Андерсом, и провалил сделку, поэтому он отказался, это неправда, очень неправда. Я ночую дома. Я не оставляю своего ребенка дома одного. Никогда. Спросите любого. Вы хотите взглянуть на кого-то, вам следует еще раз взглянуть на жену. Убедись, черт возьми, вдвойне, что ее там не было ".

"Почему это?"

"Сучка получила камни. У нее холодные, твердые камни".

С ними было покончено. Рорк достаточно хорошо знал ритм Евы, чтобы понять, что она списала Кэсси со счетов. Но ему было любопытно. "Почему ты здесь работаешь? Вы могли бы заработать больше в более престижном месте ".

"Я ни хрена не умею танцевать". Она сказала это весело. "Более классные места ожидают более классных стриптизерш. У меня есть это. " Она распахнула халат, обнажив соблазнительное тело, на котором виднелся некоторый износ. "Это хорошо, но не великолепно. Я предпочитаю более высококлассный образ жизни, " продолжила она, рассеянно завязывая халат снова, " они бы хотели, чтобы я вернула подвижные части на место. Здесь их это не волнует, пока ты совершаешь свои обходы и выполняешь свою норму минета и дрочки наверху.

"Я могу работать днями, а вечером быть дома со своей девушкой. Не так много мест, где мне позволят сделать этот выстрел. И я не работаю по выходным, потому что я со своим ребенком. Это компромисс. Оно того стоит. Она того стоит. Однажды вы увидите, как она возьмет золото на Олимпийских играх. Она долбаный чемпион ".

"Грейси Гордон. Я буду помнить. Цените время ". Ева сделала шаг к двери, и Рорк вытащил из кармана зажим для денег, отделил банкноты.

"Дерьмо кирпичное, ты вот так носишь?" На лице Кэсси отразился явный шок. "В этом районе?"

"Я несу то, что мне заблагорассудится. Их пятеро, и один дополнительный. Для чемпиона".

Кэсси уставилась на шесть сотен в своей руке. "С тобой все в порядке, Голубые глаза". Она подняла голову, чтобы посмотреть на них. "С тобой все в порядке, в дальнейшем. Ты когда-нибудь захочешь бесплатного секса, ты его получишь ".

"Это, без сомнения, был бы незабываемый взрыв. Но моя жена отчаянно ревнива и обладает территорией ". Он ухмыльнулся Еве с очень холодным взглядом.

"Она? Ты? Это пинок под зад ".

"Каждый чертов день", - пробормотала Ева и вышла.

Она продолжала шагать, выходя из клуба, обратно на сравнительно свежий воздух городской улицы. И уперла руки в бока, когда повернулась к нему. "Тебе обязательно было заниматься этим дерьмом с "моей женой"?"

Его ухмылка осталась и только расширилась. "Я сделал, да. Я почувствовал отчаянную потребность в твоей защите. Я верю, что у этой женщины были виды на меня ".

"Я нанесу на тебя рисунок, который не смоется в душе".

"Видишь, теперь я взволнован". Протянув руку, он поиграл с отворотом ее пальто. "Что у тебя на уме?"

"И ты дал ей шестьсот долбаных долларов".

"Похоже, ты сегодня будешь угощать ужином".

Она издала звук, что-то вроде скрежещущего хрюканья, когда запустила руки в волосы и дернула. Неудивительно, что у нее начались головные боли, размышлял он.

"Послушай, Король мира, ты не имеешь права давать какой-то стриптизерше, которая к тому же является подозреваемой, шесть купюр".

"Разве не в этом сила Рорка?" он возразил. "И я не поставил ей шестерку за очень интригующую вспышку. И, " продолжил он, легонько ткнув ее, " она перестала быть подозреваемой, причем серьезной, в ту минуту, когда ты увидела, как она ударила слева того пьяного дегенерата в клубе.

Прежде чем она смогла возразить, пехотинец в дверях крикнул: "Эй, коп. Ты собираешься передвинуть этот дерьмовый аттракцион или оставишь его здесь на всю чертову ночь?"

Она только повернула голову, одним взглядом заставив его замолчать. "Если она сделает шесть купюр за шесть раундов в этой дыре, я поднимусь и станцую на шесте".

"Как бы мне ни было приятно видеть это - на самом деле, это происходит в моей голове в этот момент - я вынужден согласиться. Но это ни здесь, ни там. Она назвала пятерых, я согласился с этим. Шестое предназначалось для ребенка, и она проследит, чтобы ребенок получил это. Я восхищаюсь и уважаю женщину, которая делает необходимое, каким бы оно ни было, для своего ребенка ".

Она выдохнула, и это был ветер, выходящий из ее парусов. Он, конечно, подумал о своей матери, поняла Ева. О том, что она выстрадала и принесла в жертву. О том, за что она умерла. "И все же", - сказала она, потому что не могла думать ни о чем другом. "И почему я вычеркнул ее из списка, когда она сбила этого придурка со стула?"

"Потому что вы видели, как и я, прямую женщину, которая ведет дела прямолинейно. Она могла бы убить Андерса, если бы у нее были достаточно веские причины, но она бы никогда не оставила его задыхаться до смерти."

"Тебе следовало быть копом".

"Ты просто говоришь это, чтобы отомстить мне за комментарий "моя жена". Будем считать, что мы квиты ".

Она задумалась. "Я покупаю ужин не потому, что у меня прослушка, и мы можем получить его бесплатно дома. Дай Салки и его другу Тупице еще по десятке, ладно?"

Когда он присоединился к ней в машине, она одарила его ухмылкой. "Держу пари, ты не дал им чаевых".

"На самом деле, я сделал. Это было то, что если они когда-нибудь снова увидят эту дерьмовую езду по соседству, они должны помнить пару теннеров и твой немалый гнев. Итак, почему вас должны прослушивать?"

"Что? Ох. Я не знаю. Потому что люди продолжают хотеть денег за вещи. Купи чертову Пепси, они ожидают немного денег. Ублюдки".

"Сколько дерьмовой Пепси ты пьешь?"

"Я не знаю. Плюс, знаете, всплывает кое-что. Ласки, чтобы расплатиться ".

"Ласка входит в ваш бюджет департамента".

Ее губы скривились. "Да, и к тому времени, когда я получу отдачу от этого, я буду на пенсии и буду брать уроки хула на Мауи. Что это, инквизиция?"

"Я не понимаю, почему - и да, я говорю это, так что смирись с этим - моя жена ходит с прослушкой. Снимайте деньги со своего счета, черт возьми, или попросите у меня немного готового ".

"Прошу тебя о ..." К счастью, загорелся красный свет, заставив ее остановиться. Было немного безопаснее развернуться и уставиться на него, когда он остановился. "Будь я проклят, если попрошу у тебя денег".

"Ты только что попросил у меня десятку, чтобы заплатить своему уличному бандиту".

"Это другое".

"Как?"

"Потому что...Это было не для меня, это было для него. Я выпишу чек на это, верну тебе деньги ".

"Пока мы будем брать уроки хула, возможно, поедим пои. Не будь идиотом ".

"Еще раз назовешь меня идиотом, все, что ты сможешь есть, - это пои, учитывая, что у тебя не будет большинства зубов".

"Я не называл тебя идиотом, я говорил тебе не быть им", - огрызнулся он в ответ. "И если ты не сядешь за руль этой чертовой машины, у нас на руках будет бунт".

Она предположила, что взрывы, происходящие в ее голове, заглушили рев клаксонов. Она пронеслась на светофоре, промчалась следующие несколько кварталов, затем повернула назад, когда нажала на следующий красный. "Я всю свою жизнь сам справлялся со своими делами, и мне не нужно долбаное пособие от моего папочки. У меня все просто отлично ".

"Очевидно, раз ты ходишь с пустыми карманами".

"У меня есть пластик, не так ли?"

Взгляд, которым он одарил ее, иссушил бы камень. "Как, должно быть, все изменилось с тех пор, как я бегал по улицам. Я никогда не принимал пластик ".

Он держал ее там. "Итак, у меня не было времени снять немного наличных в последние несколько дней. Ну и что? Я не знаю, почему ты так злишься из-за этого ".

"Ты не понимаешь, нет. Совершенно очевидно, что ты не понимаешь".

Тот факт, что он ничего к этому не добавил, вообще ничего не сказал, пока она боролась и маневрировала на своем пути в центр города, сказал ей, что он не просто разозлился, он перешел грань ярости.

Она не понимала этого, не понимала этого, не понимала этого. Как они перешли от того, что было совершенно нормально, после нескольких приемлемых тычков друг в друга, к ярости?

И вот теперь он сидел там, игнорируя ее, снова работая со своим ПК. Вероятно, пытался залезть на ее банковский счет, чтобы увидеть, какой идиоткой она была по его мнению, миллиардершей. Огрызался и бил ее, потому что у нее немного не хватало времени между выплатами.

Так какого хрена?

Она ковырялась в этом, грызла это, размышляла над этим остаток пути. Когда она остановилась перед домом, когда они вышли с противоположных сторон машины, она стояла так, чтобы машина была между ними. "Смотри..."

"Нет, тебе нужно будет посмотреть, Ева. Мы войдем внутрь, чтобы ты это сделал".

Поскольку он зашагал прочь, у нее не было выбора, кроме как последовать за ним. Не нужно этого сейчас, подумала она. Мне не нужно распутывать какой-то супружеский узел, когда у меня есть работа.У нее всегда была работа, напомнил ей тихий голос, и она ничего не делала, кроме как заставляла ее чувствовать себя виноватой.

Когда он вошел внутрь, Рорк просто поднял палец. Ева с удивлением и завистью наблюдала, как Соммерсет выскользнул обратно из фойе, не сказав ни слова. Без особых усилий расчистив путь, она поднялась по ступенькам вслед за Рорком.

Она ожидала, что он направится в один из их кабинетов или в их спальню. Вместо этого он зашел в одну из тихих и красивых гостиных. Банкет из цветущих растений очаровал три окна. Пара изогнутых диванов в приглушенную полоску смотрели друг на друга через тонкий глянцевый стол. Сняв пальто, Рорк бросил его на одно из красивых тканевых кресел.

"Я бы выпил с этим".

Она не удивилась, увидев винный холодильник, когда он подошел и открыл панель. Вытащив пробку, он взял два стакана с другой панели, налил.

"Почему бы тебе не присесть?"

"Я чувствую, что раздраженный родитель вот-вот меня отчитает за то, что я потратил деньги на конфеты. Мне это не нравится, Рорк."

"Я не твой отец, и мне наплевать, на что ты тратишь свои деньги. Вот так, лучше?"

"Нет".

"Что ж, тогда это жаль. Что касается меня, то я собираюсь сесть, выпить это вино и продолжать сопротивляться желанию стукнуть тебя головой о самую удобную твердую поверхность ".

Когда он сидел, когда он потягивал, она продолжала стоять. "Ты не можешь так злиться из-за того, что у меня не хватило денег до получки".

"Ты был бы неправ на этот счет".

Она бы предпочла жару, хороший огненный взрыв. И она знала, что он понимал это, знал это, когда он дал ей твердый лед. "Господи, что в этом такого? У меня были некоторые непредвиденные обстоятельства. На прошлой неделе мне пришлось превратить парочку в ласку, и я не знаю, что-то еще. Там был тот парень, и ...

"Я только что сказал, что меня не волнует, как вы тратите свои деньги. Меня волнует, что ты предпочел бы ходить без гроша в кармане, чем попросить у меня немного наличных. Или получите это сами, поскольку вы знаете комбинацию здешних чертовых сейфов."

"Я не полезу ни в один из ваших сейфов ради ..."

"И вот оно." Он поставил бокал на стол жестом таким осторожным, таким обдуманным, что она поняла, он едва удержался, чтобы не опрокинуть его. "Ты не полезешь в мои сейфы. И ты не видишь, как это оскорбительно для меня? Для нас?"

Чтобы дать себе минутку, она сняла свое пальто, бросила его поверх его. Затем она села, взяла вино. Изучал это. "Ты думаешь, это должно быть легко, что, поскольку мы женаты, мне должно быть легко подкатить к тебе ..."

"Вот оно снова. Как, черт возьми, это на меня действует?"

"Христос". Несмотря на то, что ее голова раскалывалась, она сделала хороший глоток вина. "Потому что именно так бы это чувствовалось. Ты знаешь, сколько времени мне потребовалось, чтобы привыкнуть к жизни здесь - ну, почти привыкнуть к этому - чувствовать, действительно чувствовать, что это мой дом? Не ваши, даже не наши, те были проще. Но моя? Ваши деньги опустились для меня в графу "минус". Я влюбился в тебя, несмотря на это. Если это делает меня идиотом, чертовски плохо ".

"Я пришел из ничего и построил это. Я горжусь этим, и поэтому я понимаю тебя. Твоя гордость. Я также знаю, что деньги для тебя почти ничего не значат. Так почему же тогда ты не можешь взять немного того, что так мало значит, вместо того, чтобы бежать вхолостую, когда это так смехотворно ненужно?"

Теперь не так зол, отметила она с некоторым облегчением. Сбитый с толку, может быть, даже немного обиженный, но больше не разъяренный. "Я не думал об этом. Я не замечал, что я такой легкий, пока не вытащил десятку. У меня были другие мысли, кроме...И все это правда, но все это уклонение ".

Она снова выпила, чтобы облегчить комок в горле. "Я не могу. Мне действительно жаль, что это ранит или расстраивает тебя. Я не могу протянуть тебе руку, не за деньги. Я просто не могу. Так что это должно вывести вас из себя, или оскорбить вас, или что бы это ни делало. Я просто не могу этого сделать, Рорк."

Он снова взял свой стакан, несколько мгновений ничего не говорил, пока сидел, потягивая. "Ты мог бы, если бы мы были на более ровном месте, как ты это видишь?"

"Нет. Дело не в том, сколько, дело вообще ".

Он вгляделся в ее лицо. "Это упрямство, близорукость и тугодумие. Но, тогда все в порядке."

"Тогда все в порядке?" Ошеломленная, она уставилась на него. "Все в порядке? Это все?"

"Возможно, это три твоих качества, которые попадают для меня в минус-колонку", - сказал он с намеком на улыбку. "Я влюбился в тебя, несмотря на них". Он вытащил зажим для денег, и этот палец поднялся, заставив ее замолчать так же эффективно, как и Соммерсета. Он положил пятьдесят штук на стол между ними. "Ты окажешь мне услугу и возьмешь это в долг, чтобы утром не уйти отсюда ни с чем, кроме своей твердой головы и тугой задницы. Это составит шестьдесят, которые ты должен мне в день выплаты жалованья, считая предыдущие десять."

"Хорошо". Она взяла полтинник, сунула его в карман. "Мы только что пошли на компромисс?"

"Я верю, что мы это сделали".

"Хорошо". Она сделала еще глоток вина, огляделась. "Итак. Это хорошая комната ".

"Это так, да. Его только что отремонтировали. По-моему, получилось неплохо ".

"Убирайся. Неужели? Когда?"

"Сразу после праздников". Теперь он широко улыбнулся. "По-моему, я кое-что упоминал вам об этом, на случай, если вы захотите внести свой вклад в цвета, ткани и так далее".

"Ох. Да. Кажется, я что-то об этом помню. Возможно, тебе было лучше без меня ".

"У меня никогда не было и никогда не будет".

Она вздохнула, погрузившись в любовь к нему. "Может быть, мы могли бы поужинать здесь сегодня вечером".

"Это еще один компромисс?"

"Я думал об этом скорее как о процентах к шестидесяти".

Он рассмеялся. "Что ж, тогда я беру высокие ставки. Тебе придется поесть, чтобы избавиться от этого ".

"Нет проблем". Она встала. "И в духе компромисса, это будет пицца". Она снова огляделась. "Где, черт возьми, здесь автоповар?"

Они сидели вместе на одном из изогнутых диванчиков, настроение у них было отличное, когда они делили пиццу и вино. И если разговор зашел об убийстве, это устраивало их обоих.

"Итак, у Фини есть устройство для раздачи таблеток. Если бы я знал, что он будет лезть с этим не в свое дело, я бы принес это домой и спихнул на тебя ".

"Если с этим играли, он узнает достаточно скоро. В любом случае, даже если бы это было так, это не доказало бы, что она это сделала. Он мог бы перепрограммировать это сам. Это не сработало бы для вас в суде ".

"Это другой вес. Даже небольшие веса складываются. Это идет к возможности. И наоборот, она не может доказать, что он регулярно принимал снотворное или когда-либо принимал их, если уж на то пошло. Есть только ее слова, что у него были побочные эффекты, он принес их домой. Я поговорил с тремя из его бывших романтических увлечений. Каждый из них описывает его как застенчивого любовника - милого, не слишком предприимчивого. Нежный. Каждый из них."

"Конечно, больше веса, но Ава посеяла семена того, что это было относительно недавнее изменение".

"Парень превращается из милого, застенчивого и нежного в постели в неистового извращенца, который растлевает несовершеннолетних? Ей будет нелегко убедить там присяжных. И, ее отношения с Чарльзом задокументированы, в то время как нет никаких документов, которые Андерс обманывал. Это сработает против нее, вместо того, чтобы прикрывать свою задницу, как она планировала. У меня есть заявление Петрелли. Мне бы очень подошло, если бы "Кэсси Гордон" шла параллельно. Я должен понять, что Ава видела, что она не сможет использовать Гордона, не таким образом. Значит, есть по крайней мере еще один. Тот, над кем она работала достаточно хорошо, чтобы убить ради нее."

"У вас там есть другой кандидат?"

"Да, мы рассмотрим эти возможности завтра. Но мне нужно рассказать об этом. Может быть, это не повторитель на перерывах между мамочками. Или кто-то с какими-то пятнами. Она предпочитает чистоту, скажем, так, как тебе понравилось, и держит ее подальше от группы. Делает ее больше личным питомцем.

"Так много проклятых имен", - пожаловалась она. "Потребуются недели, чтобы справиться с ними. Гоняясь за моим хвостом. Выводит меня из себя".

"Я помогу тебе с этим. Я полагаю, вы бы устранили любого, у кого есть муж или сожительница. Поскольку она не хотела бы рисковать тем, что ее суррогатная мать расскажет своей паре. Родители-одиночки были бы самой высокой вероятностью. Те, у кого нет какой-либо близкой семьи - но ради детей - или друзей, если уж на то пошло. Кто-то достаточно умный, чтобы следовать указаниям, а также достаточно слабый или напуганный, чтобы следовать им."

"Видишь, тебе следовало быть полицейским".

Он только вздохнул. "Зачем тебе затевать еще одну ссору, когда мы только что помирились?"

"Мы должны заняться сексом, чтобы по-настоящему помириться".

"Ну что ж".

"Не сейчас, туз". Она слегка подтолкнула его в ответ. "Сначала работа, потом секс с макияжем". Поднимаясь, она подумала, не пожалеет ли о том, что проглотила последний кусок пиццы. "Мне нужно еще раз внимательно ознакомиться с материалами дела о смерти старика. Ее свекор. Разберите это на части, найдите щели. Люди не совершают идеальных убийств, и она, черт возьми, уверена, что не провернула каждую мельчайшую деталь дважды. Если я смогу найти трещины там, они могут привести к трещинам здесь. Или наоборот."

"Я думаю, тебе снова понадобится этот молоток".

Она усмехнулась ему. "Секс, секс, секс. Это все, что с тобой происходит ".

"Это мой однонаправленный разум". Он встал, притянул ее ближе и запечатлел поцелуй, от которого ее глаза закатились к затылку. "Просто забираю свой первоначальный взнос", - сказал он ей.

Она оглянулась на комнату, когда они вместе выходили. "Косметический ремонт, косметический ремонт. Сколько времени вам понадобилось, чтобы пригласить кого-нибудь прибраться в комнате?"

"По сути, никаких, но я действительно владелец фирмы, которая выполнила эту работу".

"Да, ты - это ты. Сколько за нормальных людей?"

"Это будет зависеть от масштаба работы, требований клиента и того, сколько денег клиент был готов потратить на команду декораторов".

"Держу пари, ваши люди могли бы легко выяснить, кого использовала Ава, и когда у нее была первая консультация".

"Держу пари, они могли бы. Я сделаю звонок ". Он дружески похлопал ее по заднице. "Я скоро буду. Я хочу сменить этот костюм ".

Она продолжала идти, затем повернулась и пошла назад. "Рорк?"

Он оглянулся. "Хм?"

"Я бы влюбился в тебя, даже если бы у тебя было в два раза больше денег, что практически невозможно. Но все же."

"Я бы влюбился в тебя, даже если бы твоя голова была в два раза тверже, опять же практически невозможно. И все же."

"У нас все хорошо", - сказала она, затем продолжила путь в свой офис.

19

КОГДА ОН ВОШЕЛ, ОНА СИДЕЛА ЗА СВОИМ СТОЛОМ, ЕЕ куртка была брошена на спинку спального кресла. Он знал, что куртка будет беспокоить ее во время работы. Оружие, которое она все еще носила? Его вес воспринимался бы не больше, чем вес ее собственных рук.

Из кружки на ее столе поднимался пар. Кофе, подумал он, почти сравнялся с оружием как часть ее основного макияжа.

На этот раз она еще не довела себя до изнеможения. Он видел, как она работала, волновалась, препиралась с делом, пока ее система просто не рухнула от пренебрежения. Но этот, как он понял, был другим. Она была в ударе.

"Это соревнование".

Она оглянулась, нахмурив брови. "Что?"

"Ты такой же вовлеченный и решительный, как и всегда. Ты сделал жертву своей, как ты всегда делаешь. Но на этот раз ты не страдаешь ".

"Страдание? Я не страдаю".

"О, но ты это делаешь, дорогая Ева. Убийство приводит вас в ярость, оскорбляет вас, а жертвы преследуют вас. Все до единого. Но для этого, для этого конкретного случая, это бросило тебе вызов превыше всего остального. Она бросает тебе вызов - и твое отношение к ней, которое поражает меня как личный уровень неприязни, поднимает это на ступеньку выше. Будь ты проклят, если не собираешься победить ее ".

"Может быть. Что бы ни сработало. Что бы ни делало свою работу. Итак, эффективный Леопольд справился. У меня здесь его входящие, список родителей, которых Ава привлекла для тяжелой работы. О которых у него были какие-то записи или которые он помнил, во всяком случае. Мы разделим их, если ты готов к этому ".

"Передайте мою долю моему подразделению".

"Хорошо. Мы разделимся на альф. Мы должны...Она мне не нравится", - внезапно сказала Ева. "Она мне не очень понравилась с самого начала. Она мне не понравилась, когда я стоял и наблюдал за ней на экране системы безопасности, когда она вошла в дом утром."

"С ее ухоженными волосами и безупречным гардеробом", - вспоминал Рорк.

"Да. Это было..." Ева щелкнула пальцами. "Но это подрывает объективность, поэтому я отодвинул это на задний план. Дело в том, что это продолжало давить снова. Мне потребовалось время - ну, не так уж много времени, но немного - чтобы понять, почему ".

Поскольку он что-то почувствовал там, он сел на угол ее стола. "Хорошо. Скажи мне, почему."

"Не зацикливайтесь на этом".

Он наклонил голову. "Зачем мне это?"

"Она напоминает мне Магделану".

Он мгновение ничего не говорил, просто наблюдал за ее лицом, затем поднялся и подошел к доске убийств, чтобы изучить лицо Авы.

"Не просто высококлассная блондинка", - начала Ева.

"Нет, " тихо сказал он, " не просто". Он подумал о Магделане, женщине, о которой он когда-то заботился. Женщина, которая предала его, а на обратном пути сделала все, что было в ее силах, чтобы причинить Еве боль и разрушить их брак.

"Не просто", - повторил он. "Они оба пользователи, не так ли? Манипуляторы со стопроцентно эгоистичным ядром, отшлифованные утонченностью и стилем. Очень похожий тип. Ты прав насчет этого ".

"Хорошо".

Услышав облегчение в ее голосе, он посмотрел на нее. "Ты думал, я буду раздражен или расстроен сравнением?"

"Может быть, немного, может быть, больше, если бы я закончил это и сказал, что, поскольку она напоминает мне Магдабич, я собираюсь испытать покалывание, даже оргазмическое удовлетворение, доведя ее до оргазма".

"Я понимаю. Месть по доверенности ".

"Она заслуживает клетки за свои собственные достоинства или их отсутствие. Но да, возможно, какой-то элемент мести по доверенности."

Возвращаясь, он наклонился и поцеловал Еву в макушку. "Что бы ни сработало. И теперь, когда ты указал на это, я тоже получу некоторое удовольствие от этого покалывающего удовлетворения. Спасибо за это ".

"Это мелко, ничтожно и, вероятно, неуместно с нашей стороны".

"Что сделает это еще более оргазмичным. Пришлите файл. Я только налью тебе немного кофе, а потом начнем."

Что бы ни сработало, снова подумала Ева, когда он вошел на кухню. Что действительно сработало, так это они сами.

Она приказала своему подразделению скопировать и отправить подразделению Рорка имена в файле, начинающиеся с N фамилий. Затем она открыла первую половину файла, быстро просмотрела.

Множество маленьких рабов и прислужниц на выбор, подумала она. Прекрасное широкое поле для уязвимых, нуждающихся, благодарных. Сучке просто нужно было продолжать кружить, пока...

"Подожди. Вау. Подожди."

С кофе в руке Рорк вернулся в комнату. "Это было быстро".

"Подожди, подожди, подожди". Откинув назад волосы, Ева вскочила на ноги. "Компьютер, выводи на экран данные для Кастера, Сюзанна".

"Кто бы это мог быть?" Рорк задумался.

"Подожди, подожди. Компьютер, дисплей на втором экране, данные о Кастере, Нед."

Рорк подождал, изучил обе фотографии, основные идентификационные данные. "Муж и жена, и он умер. Недавно."

"Он принадлежит Бакстеру". Она снова опустилась на стул. "Я не сохранил это чертово досье. Мне нужно чертово досье на этого парня ".

"Двигайтесь", - приказал Рорк. "Вставай. Дай мне минутку".

"Не взламывайте полицейское подразделение Бакстера. Я пометлю его и..."

"И я сделаю это для тебя намного быстрее. Это вряд ли можно назвать хакерством, поскольку это до смешного просто. И ты уполномочена в любом случае." Он легонько, но целенаправленно толкнул ее в плечо. "Дай мне стул на минутку".

"Хорошо, хорошо". В любом случае, это дало ей время походить и подумать. Она уставилась на женщину на экране - симпатичную, с потухшими, усталыми глазами. Пара детей, стипендия профессиональной матери, распутный, деспотичный муж.

"Совпадение, черт возьми".

"Тихо", - пробормотал Рорк. "Еще полминуты здесь. Ах, вот и мы. Что тебе от этого нужно?"

"Сними данные с экрана, выведи это. Мы пролистаем дальше ". Она чувствовала это, чувствовала всем своим существом. Но..."Я хочу, чтобы вы восприняли это без моего участия".

Он, как и она, читал о быстрой и отвратительной смерти некоего Неда Кастера от руки неизвестного лица или лиц. Дешевый секс-провал, перерезанное горло-нападение сзади -кастрация, никаких следов или ДНК, никаких свидетелей. Никаких следов.

"Итак, у жены было надежное алиби, я вижу".

"Солидно. Они проверили звонки по ссылке, подтвердили источник. Она была в своей квартире, когда его порезали. Ни парней, ни близких родственников или друзей. Бакстер и Трухарт работают досконально, и они ничего не раскрывали по этому поводу ".

"Она одна из матерей Авы".

"Ага".

"Незнакомцы в поезде".

"А?" Ее голова снова повернулась к нему. "Какой поезд? В поезде никого не было ".

"Я не запускал это видео для тебя, не так ли?" Хладнокровно, он продолжал изучать экран, продолжал считывать данные. "Это хорошая песня. Середина двадцатого века, фильм Хичкока. Тебе понравился Хичкок ".

"Да, да, и что?"

"Вкратце, двое мужчин -незнакомцев - встречаются в поезде, и разговоры сводятся к тому, что каждый хочет избавиться от определенного человека в своей жизни. И как это можно было бы сделать так, чтобы полиция их не заподозрила, если каждый из них убил другого. Очень умно, поскольку между двумя мужчинами нет реальной связи. Если подумать, то сначала это была книга ".

"Незнакомцы", - повторила Ева.

"В этом случае тот, кто хотел покончить со своей женой, не воспринял другого - неуравновешенного типа, который хотел покончить со своим отцом - всерьез. Но жена была отправлена, и неуравновешенный тип оказал давление на внезапного вдовца, чтобы завершить сделку. Это запутанно и сложно. Тебе придется посмотреть на это ".

"Обмен - это то, что сработало для меня", - сказала ему Ева. "Возможность этого. Ты делаешь мое, я делаю твое. У нас обоих алиби, и кто бы стал проверять любого из нас на алиби другого? Зачем Бакстеру смотреть на Аву Андерс в убийстве этого парня? Она его не знает, и даже если вы обратите внимание, что Сюзанна Кастер в программе Андерса, это не всплывает. Это ничего не значит ".

"Пока вы не взглянете на убийство Андерса, не позволяйте этому сойти за несчастный случай и копайте достаточно глубоко, чтобы увидеть это. И удивляться ".

"Вероятностное сканирование подходит к концу". Уже раздраженная этим, Ева с шипением выдохнула. "Это будет на пределе, пока я не смогу подключить больше. А как насчет тебя? Ты купился на это?"

"Более сильная личность, более могущественный, вынашивает план, вовлекает в него более слабого. И выполняет работу в первую очередь, чтобы добавить давления и обязательств. Даже угроза. Когда более слабый следует до конца, это не совсем так чисто и опрятно. Да, я бы купился на это ".

"Легче вскрыть того, кто слабее. Мы привлекаем Сюзанну Кастер, мы работаем с ней ". Расхаживая, Ева обвела доску убийств. "Поработай с ней правильно, поработай с ней достаточно усердно, она переключится на Аву. Сначала нужно больше. Ты двигаешься".

Он оттолкнулся от стола. "Вы все еще хотите, чтобы другие имена были опубликованы?"

"Я подключу к этому беспилотник. Это деньги, снятые здесь, это тот самый. У меня мурашки по коже".

"Прибереги это для меня, ладно?"

"Ha. Мне нужно все, что я могу получить о ней. У Бакстера солидное досье на убийство. Теперь нам просто нужно взглянуть на данные под другим углом. Сюзанна не убивала своего мужа. Она убила Аву'а."

"Между двумя убийцами должен был быть контакт", - указал Рорк. "Подтверждаю первое, подготавливаю второе".

"Где Кастер взял орудие убийства, наркотик, усилитель? Это место, к которому стоит придраться. Аве пришлось дать ей код безопасности, расположение." Говоря, Ева записывала имена, связи, вопросы. "Они меняли код каждые десять дней, так что должен был быть способ передать это дальше. Мы выбираем аву одновременно. У нее не будет такого чертовски надежного алиби на ночь убийства Неда Кастера. Она подходит", - добавила Ева. "Она подходящего роста для угла смертельного удара. Правильная личность, чтобы спланировать это, не оставив следов, правильная личность, чтобы использовать кого-то другого, чтобы получить то, что она хотела ".

"Бакстер попросил бы ЭДДА проверить все ссылки Кастер, ее компьютер для общения и активности до убийства ее мужа и - я полагаю - в течение недели или около того после этого".

"Да, но не до появления Андерса". Ева ткнула пальцем в имя Томаса Андерса в своих записях. "Нет смысла. Она не была подозреваемой, ни с ее алиби, ни с алиби ее мужа. Ты смотришь, ты проверяешь, но Бакстер этого не почувствовал. Потому что этого не было там, чтобы чувствовать. Мы вытащим их сейчас, всех до единого. Андерса тоже. Мы вернемся к ним до убийства Кастера".

Она побарабанила пальцами. "Такой мудак, как Кастер, бьюсь об заклад, он держал при себе усилители члена. А теперь колкости ... Где такая милая мама двоих детей, как Сюзанна, возьмет их в руки? Они исходили от нее. Эта часть не входила в планы Авы ".

"Ужасно, когда твоего мужа убивают таким образом", - прокомментировал Рорк. "Держу пари, что добрый доктор прописал бы вдове транквилизаторы. Соедините их все вместе, вместо того, чтобы распределять их для себя ..."

"Хорошо. Это хорошо. Врач не захочет предоставлять нам эту информацию без ордера, но мы начнем с ее финансовых данных, посмотрим, платила ли она врачу, аптеке в промежутках между убийствами. Близко ко второму убийству, да, близко, я уверен. Струсил, когда дело дошло до критической точки ".

Она включила свой линк, соединилась с домом Бакстера. Когда она нажала на голосовую почту, она заказала перевод на его мобильный.

Сначала она услышала музыку, что-то низкое и блюзовое, что говорило о сексуальной прелюдии к ней. Лицо Бакстера появилось при тусклом освещении на заднем плане.

"Надеюсь, это будет чертовски хорошо".

"Мой домашний офис, завтра, через восемьсот часов".

"Я не в курсе событий до понедельника. У меня есть..."

"Вы есть сейчас. Пометьте и своего мальчика тоже ".

"Дай мне передохнуть, Даллас. У меня чистое поле деятельности и горячая брюнетка нарасхват ".

"Тогда тебе лучше включить ее на полную сегодня вечером, потому что ты здесь в восемь. Насколько сильно ты хочешь закрыть дело Кастера, Бакстер?"

Раздраженный взгляд исчез. "У тебя там что-то есть?"

"Сексуальнее любой брюнетки, которая дала бы тебе чистое поле. Восемьсот. Если у вас есть какие-либо личные записи, которых нет в книге убийств, принесите их ".

"Дай мне чертову подсказку, ладно?"

"Незнакомцы в поезде . Посмотри это ". Она отключилась, связалась с Пибоди, затем с Фини.

"Похоже, нам понадобится стандартный полицейский завтрак "шведский стол"", - решил Рорк. "И к тому же субботний".

"Тебе не обязательно их кормить. Я тоже хочу Миру", - подумала она. "Я бы хотел, чтобы она ознакомилась с профилями подозреваемых". Она взглянула на свое наручное устройство. "На самом деле не так уж и поздно".

"Пока ты прерываешь вечер Miras, пришли мне файл. Я покопаюсь в финансовых отчетах ".

Она нахмурилась, глядя на него. "Это все еще открыто и активно. Да, ты мог бы это сделать. И я могу заказать полный поиск по электронике. Когда будете вести финансовые отчеты, посмотрите, не всплывет ли что-нибудь, указывающее на то, что Сюзанна Кастер покупала секс-принадлежности ".

Скопировав и отправив файл, Ева уставилась на свою ссылку. На самом деле было не так уж поздно, напомнила она себе. Но у нее был секс-спид в мозгу, и это подтолкнуло ее к мысли, как Мирас могли бы провести свою ночь вместе. "Господи, способ вывести себя из себя".

Она подстраховалась и приказала переключить передачу прямо на голосовую почту ". Доктор Мира, я не хотел нарушать твой вечер. У меня есть кое-что по делу Андерса, большая вероятность связи с предыдущим убийством, которое все еще открыто и активно. Я понимаю, что завтра суббота..." Или она поняла теперь, когда Рорк упомянул об этом. "Но у меня завтра в восемь в моем домашнем офисе совещание команды ..."

"Ева?"

"О, привет". Снова зазвучала музыка. Слава Богу, это была не порнофильмовая музыка, но Еве она говорила об интимном вечере дома. "Извините, что беспокою вас, когда вы...неважно. У меня есть кое-что, в чем я хотел бы вас втянуть. Я назначил встречу в моем домашнем офисе на утро, если ваше расписание ..."

"Во сколько?"

"Восемьсот".

"Я могу это сделать. Я буду там. Ты хочешь, чтобы я изучил что-нибудь тем временем?"

"На самом деле, я бы хотел, чтобы вы подошли к этому по-новому".

"Прекрасно". Мира отвела взгляд, засмеялась, послав теплый взгляд за пределы экрана. "Деннис передает наилучшие пожелания. Увидимся утром".

"Спасибо".

Ева отвернулась от "link, прижала пальцы к глазам. "Они собираются это сделать", - пробормотала она. "Если не сейчас, то скоро. Я бы хотел, чтобы мне не нужно было этого знать ".

Чтобы выбросить образ и мысль из головы, она вернулась к файлу Бакстера и начала копаться.

В какой-то момент забрел кот, чтобы запрыгнуть на ее стол. Когда он не получил ничего, кроме "Не садись на мои вещи", он спрыгнул обратно, чтобы прокрасться во владения Рорка.

Она начала новый файл, в котором перечислялись корреляции, связи - фактические и возможные - временные линии. Используя обратную сторону своей доски для убийств, она расположила фотографии, заметки, отчеты. Отошел, изучил это.

Она могла видеть это, на самом деле видеть это. Шаги, стадии, ходы, ошибки. Недостаточно, признала она, ни для ареста, ни для осуждения. Но они были бы.

Замок и ключ, вот как она это видела. Дело Андерса - замок, дело Кастера - ключ. Как только она соединит их вместе, повернет как надо, она откроется. Затем она протягивала руку и хватала Аву за горло.

Она повернулась к офису Рорка. Он сидел за своим столом, кошка лежала у него на коленях. "Нашли что-нибудь?"

"Финансовые показатели Кастер не оставляют ей большого пространства для маневра. Из того, что я могу видеть, муж руководил там шоу ранее. Большая часть снятия, дебетования средств производится на его имя. В одном конкретном секс-шопе - Just Sex - их было несколько за шесть месяцев до его безвременной кончины. Поскольку я бы не удивился, обнаружив определенные предметы, которые вас заинтересовали ...

"Надеюсь, вы имеете в виду профессиональный интерес".

Он только улыбнулся. "Как, и так далее, я развлекал себя и немного поискал у продавца ..."

"Ты взломан".

"Ты говоришь это таким неодобрительным тоном. Я исследовал. Вы, конечно, сделаете это сами, законно и нудно, но мне нравится, когда мое любопытство удовлетворено ".

Он больше ничего не сказал, только взял бутылку воды со своего стола и выпил. И его глаза смеялись над ней поверх бутылки.

"Дерьмо. Да, я получу данные полностью законным способом, но что вы нашли?"

"Многочисленные покупки того, что восхитительно позиционируется как возбуждающее. Он поставляется во флаконе фаллической формы ".

"Проверьте один".

"Покупки различных сексуальных средств и игрушек. Кольца для члена, зонды, текстурированные презервативы, вибраторы."

"Проверка вторая".

"Боюсь, ничего подозрительного".

"Но они несут их. Мы проверили места, где есть веревки такого типа, и они их носят. Сюзанна нанесла там визит?"

"Никаких записей об этом, нет. Они берут наличные. Тем не менее, она посетила клинику за две недели до смерти Андерса. Согласно записям, она видела там доктора Иня ..."

"Который ты взломал?"

"Которые я исследовал", - мягко сказал он. "И она списала деньги в соседней аптеке, выписав рецепт на коробку домашних шприцев под давлением и жидкую форму лотроминафина - барбитурата, используемого для улучшения сна и при нервных расстройствах".

"Большой, толстый, в красную клеточку. Я должен получить все эти данные по каналам, привести все в порядок. Тогда я собираюсь сбить ее с ног этим ".

"Куда ты идешь?"

"Никогда не поздно позвонить в АПА", - сказала она, поспешив обратно к своему столу. "Я собираюсь связаться с Reo, быстро поговорить и начать оформление документов по ордерам на получение данных, которые вы мне только что дали".

"И после того, как мы бросили все это, красиво завязанное бантиком, ей на колени", - сказал Рорк коту. "Это для тебя полицейский".

Он слышал, как она делилась своим мнением с Шер Рео, а затем спорила с мягким голосом и твердолобым АПА. Следующие несколько минут он был занят изучением и анализом финансовых отчетов Сюзанны Кастер за последние недели.

"Найдите другое место", - сказал Рорк Галахаду и, подняв безвольную массу кота, легко опустил его на пол. Когда он вошел в кабинет Евы, она сидела за своим столом, вводя дополнительные заметки.

"Она их получает. Ныла по этому поводу, но она их получает ".

"Скулила, возможно, потому, что ты связался с ней очень близко к полуночи".

"В основном. Ты можешь соединить их вот так." Ева подняла руки, растопырив пальцы и указав друг на друга, затем соединила их вместе. "Как зубы. Как шестеренки. Вы просто должны видеть общую картину. Это почти идеальная, ну, машина, если придерживаться зубьев и шестеренок. Чисто и эффективно. Проблема в операторах. Она совершила ошибку, выбрав этого оператора ".

Он снова опустился на ее стол. "Почему ошибка была допущена именно этим оператором?"

"Посмотри на нее". Ева указала на экран. "Посмотри на ее биографические данные, посмотри на ее лицо. Ава смотрит и видит кого-то слабого, кем легко манипулировать, кого легко запугать, потому что она осталась с мужем-изменником, который издевался над ней. Она видит обычную женщину, на которую никто не посмотрит дважды. Женщина, которая обязана ей ".

"Что ты видишь?"

"Это, все это. Но я также вижу женщину, которая тратит время и силы, чтобы найти что-то лучшее для своих детей, что-то, что делает их счастливыми. Тот, кто, согласно заявлениям в "стуке в дверь" Бакстера, сохранил этих детей и ее саму в чистоте и подальше от неприятностей. Она никогда не пересекала черту до этого. Когда ты вот так толкаешь кого-то через черту или соблазняешь его этим, рано или поздно он оглядывается назад и сожалеет об этом. Я собираюсь заставить ее пожалеть раньше ".

"Вы можете приступить к этому чуть менее чем через восемь часов".

"Почему...О".

"Ты больше ничего не можешь сделать сегодня вечером".

"Не совсем". Она сохранила, скопировала, закрыла. "Наверное, все равно лучше дать ему приготовиться".

Он взял ее за руку, потянул за собой, когда она снова посмотрела на доску для убийств. "Вам должно быть интересно, что Сюзанне Кастер с мертвым мужем в финансовом плане лучше, чем с живым".

"Небольшая страховка на жизнь, приличная пенсия".

"Более того. Быстрый анализ их финансовых показателей за последние двенадцать месяцев показал, что он потратил примерно сорок шесть процентов их совокупных доходов на свои личные нужды, желания и занятия. Оставляя пятьдесят четыре, чтобы оплатить жилье, еду, медицинское обслуживание, одежду, транспорт, учебные принадлежности для детей и так далее. Теперь она получает выплату по страхованию его жизни и - как овдовевшая мать-профессионалка, с пенсией от его работы - почти такой же доход, как и раньше. Примерно на восемь процентов меньше ".

"С затратами на сорок шесть процентов меньше. Так она на самом деле - почему я должен делать математику в полночь? "

"Тридцать восемь процентов к лучшему - используя эту таблицу и один год в качестве примера".

"Для меня этого достаточно. Это не те мегабаксы, которые получает Ава, но они солидные. Это ... пропорционально, если подумать об этом. И это еще одна кнопка, на которую нужно нажать, когда мы пригласим Кастера на собеседование. Спасибо ".

Она обдумывала это, пока раздевалась. "Некоторые из семинаров, которые предлагал Андерс, посвящены бюджетированию, финансовому планированию. Держу пари, что Ава поговорила с Сюзанной о ее финансовой ситуации и о том, как все могло бы стать намного лучше?"

"Основной стратегией было бы перечислить все преимущества. И подчеркивают все недостатки существующего положения вещей. Я полагаю, что некоторые из этих семинаров были посвящены тому, как проявлять инициативу, наделять полномочиями, делать трудный выбор, чтобы улучшить ситуацию в вашей семье. Умная женщина может обмануть любого и всех, чтобы соблазнить, как ты сказал, уязвимого."

"Так много игр разума", - размышляла Ева, "так мало веских доказательств".

"Это готовится до утра", - напомнил он ей. "И кстати о соблазнах". Он сжал ее бедра. "Я считаю, что мы должны закончить мириться".

"О да. Думаю, я мог бы разобраться с этим сейчас ". Положив руки ему на плечи, она оттолкнулась подушечками ступней, поднимаясь с его помощью, чтобы обхватить ногами его талию. "Насколько мы были безумны?"

"В ярости".

"Оглядываясь назад, это казалось не таким уж плохим".

"Это была ожесточенная битва, которая едва не пошатнула основы нашего брака".

"Моя задница".

"Да, это так". Он сжал ее, прежде чем рухнуть с ней на кровать. Он рассмеялся над ней, затем легко поцеловал ее. "Это хороший день, когда все заканчивается вот так".

Она положила руку ему на щеку. "Для меня сейчас почти все хорошие дни, даже самые плохие".

Все хорошо, подумала она, с ним.Когда ее губы потянулись к его губам, они оба утонули.

Так что все должно было быть медленно и легко, тихо и сладко. И вот они женаты, подумала Ева, и один предвосхищает другого. Взлет, падение, поворот, скольжение. Волнение, да, это всегда будет волнением - чувствовать его, его вкус. Но утешение переплеталось с ней, как бархатная лента с серебряным лезвием.

Ее пульс участился, а мышцы, напряженные после долгого-долгого дня, расслабились.

Он чувствовал, как она отдается, как медленно, текуче уступает ему. Для себя. Она согрела его кровь, успокоила его сердце, даже когда оно билось быстро и учащенно. Он впитывал ее, там, именно там, под линией ее подбородка, где кожа была такой удивительно сладкой. Наслаждение пронзило его, когда ее руки гладили, сжимали, шептали над ним.

Это была она, которая приняла его, открыла, спросила и взяла, направляя его в жар. Окружая его этим так, что каждый долгий, медленный толчок пульсировал и прокачивался через них обоих.

Медленно, восхитительно медленно, вытягивая, и вытягивая, и вытягивая каждую каплю удовольствия. Она пристально смотрела в его глаза, ее пальцы теперь переплелись с его пальцами, сжались вместе, когда они поддерживали друг друга в этом ленивом, этом мучительном темпе. Она держалась, даже когда ее дыхание стало прерывистым, ее голова откинулась назад.

Он прижался губами к изгибу ее шеи. Скользнул вверх по учащающемуся пульсу, еще раз вдоль того сладкого местечка под ее челюстью. Его рот нашел ее, и с этим последним звеном он позволил себе расслабиться.

20

ЕВА НАЧАЛА РАБОТУ РАНО НА СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО, ВЫСТРАИВАЯ данные, которые она уже накопила и организовала. На данный момент она отложила в сторону результаты исследований Рорка.В ордерах эта информация появится достаточно скоро.

Она решила ничего не говорить о фуршетном столе, дополнительных креслах, которые оказались в ее кабинете. Какой был бы в этом смысл? Она просмотрела свои записи, сделала последний круг по своим доскам убийств.

Бакстер удивил ее, войдя незадолго до восьми.

"Думаю, брюнетка была не такой уж и горячей, в конце концов".

"Она курила. Я оставил ее в тепле и уюте в... это еда. Черт возьми!"

Ева смотрела, как он пулей метнулся к буфету, поднял крышку первой грелки. "Йоу, это мясо свиньи". Он отщипнул кусочек бекона, откусил.

"Просто угощайся", - сухо сказала Ева.

"Собираюсь". Не испытывая стыда, Бакстер схватил тарелку. "Пока я это делаю, ты можешь рассказать мне, что у тебя есть такого, из-за чего я здесь ем мясо свиньи - и привет!-яйцо настоящей курицы за восемьсот в субботу".

"Вы получите это, когда команда доберется сюда".

"Теперь у нас есть команда?" Он прошелся по грелкам, начал накладывать еду на тарелку, пока изучал Еву и предложения на шведском столе. Ей казалось, что это был трудный выбор, который интересовал его больше.

"Теперь у нас есть команда. Где Верное Сердце?"

"В пути. Пибоди?"

"То же самое. Я вызвала Фини, Миру и ... гражданского, - сказала она, когда вошел Рорк.

"Бакстер".

"Primo pig. Спасибо ".

"С удовольствием". Рорк налил себе чашку кофе, поднял брови, глядя на Еву. "Лейтенант?"

"Да, да, почему бы и нет? Посмотрим, сможем ли мы поработать на брифинге между курсами ".

"У-у-у, завтрак!" Пибоди почти вприпрыжку влетела в комнату, чуть опередив Макнаба.

"Я говорила тебе не кормить щенков", - отругала Ева.

"Но они такие милые". Рорк протянул ей кофе.

"Извините, я опоздал?" Трухарт поспешил войти. "Я пропустил ... Вау". Его юное героическое лицо засияло, как свеча на день рождения, при виде буфета.

"Возьми какую-нибудь свинью, парень", - сказал ему Бакстер. "Подача команды. Привет, Фини, доктор Мира."

"Доброе утро. Разве это не прекрасно!" Мира стрельнула улыбкой в Еву, лучезарно улыбнулась Рорку. "И такие внимательные".

"Не ешь весь чертов бекон, Макнаб". Фини оттолкнул его в сторону, чтобы потребовать свой.

"Есть еще ветчина", - сказал ему Макнаб с набитым ртом.

"Когда вы все закончите запихивать еду себе в лица, может быть, вы могли бы послушать".

"У меня нет проблем с прослушиванием, пока я набиваю". Фини огляделся. "Ты?"

"Ну, черт возьми, все просто наполните это и сядьте с этим где-нибудь". Копы и еда, подумала она. Поместите их в одну комнату, пригласите хаос. "Это чертов официальный брифинг, а не "все, что можно съесть".

"Тогда, вот вы где". Рорк протянул ей тарелку с беконом и яйцами. "Ты не будешь так сердиться, если немного позавтракаешь".

"Это твоя вина".

"Это так, не так ли?" Он ухмыльнулся без капли раскаяния. "Тогда давай, собери немного".

Она сделала, как и все остальные. "Некоторые из вас, стервятники...извини, " сказала Ева Мире, " без обид."

Мира откусила аккуратный кусочек яичницы со сливками. "Не принимается".

"Некоторые из вас, возможно, знают, что детектив Пожиратель свиней и его помощник, офицер Дэниш, раскрыли убийство пару месяцев назад. Бакстер, краткий обзор."

"Кастер, Нед", - начал он и изложил основные факты.

Когда он закончил, Ева вывела на экран идентификатор и данные Сюзанны Кастер. "Алиби вдовы подтверждается", - сказала она. "Передачи "link to ", которые она делала, происходили в ее квартире, и анализ EDD подтверждает, что они были транслированы в прямом эфире, а не записаны. Сюзанна Кастер не перерезала горло своему мужу. Ее не только не было там, но и не хватило физической силы для смертельного удара ".

"Слишком короткие, слишком хрупкие", - подтвердил Бакстер между лопатами.

"Обширное и тщательное расследование, проведенное прожорливым начальником и его помощником, не выявило ни постороннего, ни родственника, ни друга, которые могли бы убить Кастера от имени жены", - продолжила Ева. "Указанное расследование не обнаружило финансовых выплат или другого инструмента обмена, который мог быть использован женой для найма убийцы. Вдова, однако, извлекла финансовую выгоду из смерти Кастера, и поскольку у жертвы была задокументированная история супружеского насилия, супружеской измены и он держал руку на пульсе, вдова также извлекает выгоду на эмоциональном, физическом и практическом уровнях из его смерти ".

"Даллас, мы не можем ее прижать". Бакстер поднял руки, в одной из них он держал кусок жареной ветчины, наколотый на вилку. "Мы зашли в тупик со всех сторон, когда играли с ней, связанной с убийством".

"Она побледнела". Трухарт поерзал на своем стуле, когда Ева перевела на него взгляд. "Когда детектив Бакстер и я пошли сообщить ей, она, казалось, совсем не удивилась, обнаружив копов у двери. Более уставшие, смирившиеся. Она сказала, что у нее не было денег для внесения залога. И когда мы сказали ей, что он мертв, она побледнела. Думаю, я хочу сказать, что это не было похоже на подделку. Это прозвучало правдиво ".

"Вероятно, это было правдой. Давайте перейдем к делу Андерса. Мы с Пибоди поймали этого ".

Бакстер поднялся, чтобы налить еще кофе, пока Ева раскладывала основные блюда. "Ты ищешь связь?" он спросил. "Потому что обе жертвы, похоже, были убиты ЛК или сексуальным партнером?"

"Это интересная связь, не так ли? И одна из совершенных ошибок. Ава Андерс". Ева заказала фотографию Авы, удостоверяющую личность, и разделила экран с данными Сюзанны. "Также у нее есть надежное алиби на момент убийства ее мужа. Хотя у нее, по-видимому, больше друзей, безусловно, больше влияния и ресурсов, чем у Сюзанны, никакие улики не приводят к заказному убийству. В круг ее друзей не играют. Она также выигрывает в финансовом плане, и когда вы соскребаете с поверхности ее заявлений о счастливом браке ложь и манипуляции, скрывающиеся за ней, она выигрывает на нескольких других уровнях ".

Она повернулась, чтобы изучить экран. "У этих женщин много общего, под поверхностью. И они связаны. Еще одна ошибка. Двое детей Сюзанны Кастер участвуют в спортивных программах Андерса. Она посетила несколько семинаров Авы и ретритов для мам. Она тоже немного поработала волонтером ".

"Ха". Это было все, что сказал Фини, но Ева взглянула на него и увидела, что все прояснилось.

"Вы думаете, что идея покончить с мужем у женщины Андерс возникла из-за того, что случилось с Кастером?" Брови Бакстера сошлись на переносице, когда он пристально посмотрел на экран. "Маленькой Сюзанне повезло, почему я не могу? Может быть, она уговаривает LC оказать ей услугу, платит ей через программу или компанию, тогда ..."

"Проще простого", - прокомментировал Фини и съел еще одну порцию картофельных оладий. "Чем проще, тем лучше".

Бакстер нахмурился, затем... "Ну, Господи".

Это ударило, отметила Ева, достаточно сильно, чтобы Бакстер забыл о своем кофе и свинине. "Помоги мне, будь добр", - сказала она Рорку.

Вместе они повернули доску убийства Евы так, чтобы вторая сторона была обращена к комнате. "Ава Андерс посвящается Бебе Петрелли и Кэсси Гордон. У нее ничего не получилось, но там она попробовала воду. Ава Андерс - Чарльзу Монро. Профессиональная журналистка, чистый послужной список, безупречная репутация. Использует его, чтобы доказать, что ее мужу нравился этот излом, а ей нет. Что она любила его, несмотря ни на что. Ава для Бриджит Плаудер и Саши Брайд-Уэст. Алиби. Подруги, тесный круг."

Излагая, Ева касалась каждой фотографии, каждой связи.

"Ава Эдмонду и Линни Люс - друзьям Вика, которые, в свою очередь, засвидетельствовали бы комфортный и счастливый брак. За исключением того, что она им не нравится - под поверхностью, она им ни капельки не нравится. Она не рассчитывала на это. Она не рассчитывала на то, что между ней - хозяйкой поместья, леди баунтифул - установится какая-либо реальная связь с менее удачливыми женщинами в программе, которую она курирует ".

Теперь она прижала палец к фотографии Неда Кастера. "Она, черт возьми, совершенно точно не рассчитывала на какую-либо связь между убийством распутного засранца из "синих воротничков" и убийством ее известного мужа-филантропа. Убийства, совершенные с интервалом в несколько месяцев, с разными МО, в разных частях города."

"Это могло бы сработать", - сказала Пибоди себе под нос. "Это действительно могло бы сработать".

"Это сработало", - поправила Ева. "Двое мужчин мертвы".

"Ты думаешь, они торговали убийствами. Трахни меня ", - добавил Бакстер.

"Я знаю, что они сделали. Ава планировала это долгое время. По крайней мере, два года, с тех пор, как я полагаю, она убила своего свекра. Но, вероятно, дольше, чем это. Как только тесть исчез из поля зрения..." Ева постучала по фотографии Реджинальда Андерса на доске. "На карту поставлено гораздо больше. Больше денег, больше власти, больше контроля. Эта кожа, которую она носила, боже, она действительно должна была начать облегать ее. Каждый божий день смотреть на этого парня, за которого она вышла замуж, изображать довольную жену, слушать, как он без умолку болтает о своем спорте, своем бизнесе, своих программах. Планирование убийств, это помогло бы ей пройти через это. Этот свет в конце туннеля ".

"Да", - согласилась Мира, когда Ева повернулась к ней. "Для целеустремленной личности, которая видит общую картину, планирование является частью вознаграждения. Для того, кто искусен в длительных ролевых играх, успех этой роли принес бы значительное удовлетворение. Но ты говоришь о годах, Ева. Любому актеру, даже такому аморальному и корыстолюбивому, потребовались бы перерывы ".

"Жертва много путешествовала, она поощряла это. И она часто принимала гостей во время этих поездок, исключая племянника жертвы и более близких друзей. Ее вечеринки, ее путь. И Чарльз. Он добавил к ее обложке, к фотографии, но давайте не будем сбрасывать со счетов выпуск "Хорошего секса" - особенно когда ты сидишь за рулем. Клиент удерживает власть с помощью LC ".

"Если она убила Кастера, она, должно быть, преследовала его", - вставил Макнаб. "Жена не могла знать, в каком баре он будет троллить ночью. И Андерс не смог бы сделать это импульсивно. Ее нужно было установить ".

"Совершенно верно. Мы снова проведем опрос по его местам обитания и покажем фотографию Авы и ее фотографию с рыжими волосами, которую я попросил Янси сгенерировать. Она выбрала провал, должна была. Ее тип не оставил бы это на волю случая ".

"Согласна", - сказала Мира.

"Мы находим связь между ней и провалом. Покажите ее фотографию там. У нее не будет алиби на ночь убийства Кастера, но мы собираемся добиться этого. Она купила парик, она купила одежду. Мы собираемся выяснить, где. Мы собираемся просмотреть материалы дела о смерти тестя и найти ее ошибки. И мы собираемся привести ее сюда. Мы собираемся зашить ее, и мы собираемся привлечь ее к ответственности по двум пунктам обвинения в убийстве и одному пункту обвинения в заговоре с целью совершения ".

"Сюзанна Кастер", - пробормотал Бакстер.

"Да, она иголка в стоге сена и иголка для нитки. Она доверяет тебе ".

"Да". Бакстер вздохнул. "Да, она знает".

"Мы воспользуемся этим. Мы собираемся сломить ее, Бакстер, ты и я. Мы сломаем ее, потому что она сложена не так, как Ава ".

"Она занервничала". Трухарт переключил свое внимание на Бакстера. "Когда мы вернулись, чтобы поговорить с ней, через несколько дней после убийства, она была нервной. Она не хотела с нами разговаривать. Ты успокоил ее ".

"Да, да. Это вызвало небольшой ажиотаж, но ее ничто не связывало. Ничего. Итак, я списываю это на обычные нервы и сложившуюся ситуацию. У нее был я, черт возьми."

"Теперь она у нас", - напомнила ему Ева. "Доктор Мира, ты можешь дать нам характеристику личности Сюзанны Кастер?"

"Исходя из обзора детектива Бакстера, я бы сказал, что она женщина, которая принимает или, возможно, ожидает, что ее станут жертвой. Она приняла поведение своего мужа или, конечно, жила с ним. Хотя кажется, что она стремилась к большему для своих детей, она не смогла воспользоваться программами, предлагаемыми для женщин, подвергшихся насилию. Возможно, она не считала себя таковой. Она не контролирует и не ищет контроля. На данный момент, до дальнейшего изучения, мое мнение было бы таким: она боится и ищет тех, у кого есть власть над ней ".

"Женщина, которая делает то, что ей говорят".

"Похоже, что так, " сказала Мира, - исходя из данных, которыми я располагаю на данный момент. Я хотел бы взглянуть на ее прошлое, на ее детство ".

"Я был бы признателен, если бы вы могли сделать это как можно скорее. Фини, Макнаб, мне нужен поиск по электронным покупкам. Ищите парик, костюмы и аву. Копай глубже. Возможно, она подобрала их год назад, два года назад. Черт возьми, они могли быть у нее уже десять лет. Поищите все сообщения между ней и Сюзанной Кастер и ее личные связи, а также любые у Андерса. У меня есть ордера на проверку всех устройств связи, принадлежащих Плаудеру и Брайд-Уэст."

"На этом", - сказал ей Фини и продолжил есть.

"Верное Сердце, ты с Пибоди. Проверьте, нет ли покупок Сюзанны в непристойном магазине под названием "Просто секс". Ее муж делал там покупки, так что, скорее всего, если бы ей что-нибудь понадобилось для работы, она бы пошла именно туда. Получите лекарства для нее в ее клинике здоровья - доктора Инь - и рецепты из аптеки. Нажмите на управление транзитом. Ей нужно было добраться из своей квартиры в дом Андерсов и обратно. Мать двоих детей, бьюсь об заклад, она регулярно пользуется метро и проездной картой."

"Лейтенант". Трухарт поднял руку и снова опустил ее, когда Бакстер толкнул его локтем. "Я не думаю, что она оставила бы детей одних. Я не думаю, что она ушла бы и оставила своих детей без присмотра. Она просто не подходит для этого ".

"Хорошо. Тогда давайте выясним, наняла ли она няню или где были ее дети в ночь. Если у гражданского есть время ..."

"Штатский, вероятно, может выкроить несколько минут здесь и там", - прокомментировал Рорк.

"Для отключения системы безопасности в доме Андерсов использовался пульт. Высококлассный и незаконный пульт дистанционного управления. Откуда это взялось и кто из наших убийц получил его? Я не подцепил там ничего интересного. Ты узнаешь".

"Не так интересно, как посещение лавки непристойностей, - размышлял Рорк, - но черный рынок имеет некоторую привлекательность".

"Удачи". Фини отдал ему честь. "Это мог быть любой из пары десятков типов - или версий типов - которые были обнаружены в любое время в течение последних двух лет. Могло бы быть самодельным, если уж на то пошло, у тебя была какая-нибудь склонность к этому ".

Рорк улыбнулся ему. "Добавляет веселья, не так ли?"

"Давайте все выйдем и повеселимся. Бакстер, " сказала Ева, " со мной."

Я бы не обратил на нее внимания ". Бакстер мрачно смотрел в боковое окно, пока Ева вела машину. "Она сразила меня наповал с самого начала".

"Ты не привязал ее, потому что она этого не делала".

"То же самое, что и делать это, и я не почувствовал ни малейшего запаха. Мальчик сделал. Когда мы вернулись, и она была взволнована, он уловил дуновение. И я отмахнулся от этого, объяснил это. Я не видел этого, не чувствовал этого запаха, не слышал этого ".

"Тогда, полагаю, вам лучше сдать свои бумаги. Я слышал, частная охрана - хорошая работа для потерявших голову копов ".

"Если позаимствовать фразу, укуси меня". Но, похоже, ему не удалось набрать обороты. "Она мягкая, Даллас. Мира придумает свое психо-что угодно, но все сводится к тому, что она мягкая, немного израненная, очень уставшая. Мышка, если ты меня поймешь. Прямо сейчас, после всего, что вы выяснили, я пытаюсь представить, как она входит в тот дом, накачивает Андерса транквилизаторами и устраивает ему излом, но я не могу этого представить ".

"Она тебе нравится. Тебе жаль ее."

Раздражение напрягло его лицо. "Мне нравятся многие люди, и мне жаль некоторых. Это не мешает мне видеть каменного убийцу, когда она у меня перед носом ".

"Ты принимаешь это близко к сердцу, Бакстер".

"Черт возьми, я прав". Теперь из него шел пар, когда он дернулся к Еве. "И не надо мне никакой этой объективной чуши. Ты не был бы так чертовски хорош в своей работе, если бы не принимал это близко к сердцу ".

Ева дала ему минуту на раздумье. "Ты хочешь, чтобы я сказал тебе, что ты облажался? Ты пропустил это? Ты не увидел того, что должен был увидеть? Ничего я не хотел бы больше, потому что это делает мой день таким умным пожирателем свиней, как ты. Но я не могу этого сделать. Ты не облажался. Ты не можешь пропустить то, чего нет в игре, и не можешь увидеть то, чего там нет ".

"Ты видел Аву Андерс".

"Мне не понравилось ее чертово лицо - и да, кое-что из этого было личным. Я бы не увидел "как", если бы ты не надрывал мне задницу из-за Кастера. Так что перенеси свою вечеринку сострадания, Бакстер. У нас сейчас нет на это времени ".

"Предполагая, что мы используем наши сильные стороны, вы будете брать плохого полицейского".

"И ты был бы полицейским, питающим слабость к трагической маленькой вдове".

"Да". Он с шипением выдохнул. "Гребаный А. Я чувствую, что меня разыграли, так что шляпы и воздушные шарики для вечеринки жалости я заберу позже ".

"Не забудь про торт". Она высмотрела место для парковки, когда приближалась к адресу Сюзанны. "Она испугается, увидев меня вместо Трухарта. Приходится идти в Центральный. Если она думала о чем-то из этого, возможно, она думала об адвокатах. Тебе нужно успокоить ее. Рутина, связывающая все воедино ".

"Я знаю, как играть в хорошего полицейского". Он вышел, подождал Еву на тротуаре. "Сначала мне нужно взять инициативу в свои руки, успокоить ее, заставить ее думать, что я немного раздражен тем, что ты настаиваешь на официальном порядке".

"Я знаю, как играть в плохого полицейского", - возразила Ева.

Это было жалкое здание, построенное после городской войны. Одна из конструкций, поднятая из-под обломков, никогда не собиралась просуществовать. Его бетонные серые стены почернели от времени и непогоды, были испещрены безобразными граффити и написанными с ошибками непристойностями.

Они вошли в узкий, холодный вестибюль и поднялись по ржавой металлической лестнице на третий этаж. Все отозвалось эхом, отметила Ева. Их шаги по ступенькам, звуки, просачивающиеся из дверей и стен, когда они проходили мимо, шумы с улицы снаружи.

Но ни одно из проявлений раннего весеннего тепла не проникло внутрь, чтобы усилить прохладу воздуха.

Бакстер встал у двери, постучал. Слишком яркий звук kids и Saturday morning screen вопили с другой стороны. Ева представила себе одну из тех странных и почему-то жутких утренних мультсериалов, из-за которых дети вопили и визжали.

Кто создал эти вещи?

Высокий девчачий голос звал маму так отчетливо, что сама дверь, возможно, была сделана из бумаги.

Загремели замки, и дверь заскрипела и застонала, открываясь.

Когда-то она была хорошенькой, подумала Ева во время своего первого личного знакомства с Сюзанной Кастер. Она могла бы снова стать хорошенькой, если бы получала приличное питание, нормальный сон, отдых от стресса. Поскольку Ева не видела этих элементов в своем будущем, она думала, что прекрасные дни Сюзанны давно прошли.

Она выглядела измученной, бледной, слишком худой, как будто мясо под ее кожей было обглодано. Ее тусклые, вялые волосы были убраны назад, оставляя ее усталое лицо беззащитным. Маленький, круглоглазый парень мужского пола (вероятно) стоял рядом с ней.

"Детектив Бакстер".

"Миссис Кастер. Привет, Тодд!" Бакстер сверкнул ухмылкой, выстрелил в мальчика пальцем.

"Мы смотрим мультяшек".

"Так я слышал. Привет, Мейзи."

Маленькая девочка была на год или два старше своего брата и обладала мягкой привлекательностью, которая когда-то принадлежала ее матери. Она послала Бакстеру широкую, сияющую улыбку.

"Мне жаль". Сюзанна поправила свои волосы, затем наклонилась, чтобы обнять сына за плечи. "Мы немного неорганизованны этим утром. Я... просто убирался после завтрака, перед тем как отвести детей на тренировку. Это this...do у вас есть какие-...Это может подождать на потом?"

"Боюсь, это невозможно, миссис Кастер". Ева отодвинула Бакстера в сторону и почти почувствовала его раздраженный хмурый взгляд. "Нам нужно прояснить ряд вещей, и нам нужно будет разобраться с этим в Центральном управлении".

"В Центральном? Но..."

"Мне жаль, миссис Кастер". Голос Бакстера разлил теплые сливки по тихим извинениям. "Это мой лейтенант. Поскольку мы не смогли своевременно закрыть дело вашего мужа, лейтенанту Даллас необходимо уладить некоторые процедурные вопросы."

"В центре", - сказала Ева, выделяя слова.

"Но, дети мои".

"Я не..."

"Лейтенант, пожалуйста". Бакстер прервал Еву, затем двинулся вперед к Сюзанне. "Я могу организовать, чтобы их взяли на практику, или вы можете взять их с собой, и мы проследим, чтобы за ними присматривали, пока мы заканчиваем это. Как ты захочешь ".

"Я не знаю. Я-"

"Я не могу пропустить тренировку". Забытые мультфильмы, Мейзи вскочила. "Я просто не могу.Мама, пожалуйста!"

"Почему бы мне не позаботиться об их транспортировке?" Предположил Бакстер. "И пусть пара офицеров останется с ними. Затем, когда мы закончим, мы позаботимся о том, чтобы вы попали на поле боя. Хорошо, лейтенант?"

Ева только пожала плечами, как будто ей было наплевать. "Сделай это быстро. Вы потратили на это достаточно времени и ресурсов департамента. Я подожду снаружи ".

"Извини за это", - услышала Ева, как Бакстер сказал, когда она уходила. "Лейтенант - приверженец процедуры. Я постараюсь быстро пройти через все это ".

На улице Ева связалась с Пибоди. "Статус?"

"Погрязшие в грязи. Я понятия не имел, что существует так много устройств, предназначенных для вставки в отверстия. Многие продаются в наборах variety и party. Вы можете выбрать одно из сорокадолларовых с любым пирсингом на теле."

"Договорились".

"Ну, это отчасти заманчиво. Макнаб выглядел бы совершенно превосходно. Но, учитывая, что я на дежурстве..."

"Видя, как. Но продолжай болтать, Пибоди, и я сделаю тебе совершенно бесплатный пирсинг в "Централе ".

"У нас есть клерк, который узнал Сюзанну Кастер", - быстро сказала Пибоди. "Сразу же вывел ее из себя. Сказала, что запомнила, потому что она - Сюзанна - выглядела такой не в себе. Она купила несколько предметов, которые соответствуют тем, что были на месте преступления Андерса. Продавец не хотел утруждать себя проверкой, но она флиртует с Трухартом ".

"Трухарт флиртует с продавщицей непристойного магазина? Что Бакстер сделал с этим ребенком?"

"Нет, нет, она занимается флиртом. Он приобрел все оттенки красного, но это сработало для нас ". Пибоди ухмыльнулась. "Это чертовски мило. Итак, она проверила, и мы получаем документы. Сюзанна не покупала веревку здесь. Но, она спросила об этом. Они вышли из набора velvet bondage. Это популярный товар, как мы узнали при первоначальном поиске ".

"Проверьте магазины, ближайшие к вашему текущему местоположению. И если ты вернешься с каким-нибудь пирсингом, лучше, чтобы его не было видно ".

"Ой", - сказала Пибоди, когда Ева отключилась.

О том, что у нее была Сюзанна в Центральном управлении, Ева оставила ее на собеседовании попотеть на пятнадцать минут и наблюдала через смотровое окно.

"Она в ужасе", - сказал Бакстер.

"Хорошо. Вероятно, не потребуется много времени, чтобы сломить ее. Ты заходишь первым, приносишь свои извинения за старого подлого лейтенанта." Она оглянулась, когда вошла Мира.

"Она выглядит измученной. Съеденные. " С бесстрастным лицом Мира подошла ближе к стеклу. "Чувство вины было бы действенным оружием против нее. И ее дети, они были бы уязвимым местом. Она будет бояться тебя больше всего", - сказала она Еве. "Способная, сильная женщина - все, чем она не является. Авторитетная фигура. Как, я подозреваю, и Ава Андерс для нее. Она привыкла к насилию. Это не слишком напугает ее. И угрозы в ее адрес тоже не будут, поскольку она к ним тоже привыкла. Она также привыкла быть изолированной, отрезанной от любой поддержки. Поэтому предложения дружбы, понимания, поддержки привлекают ее. Ее дети - ее единственное достижение. Она бы многим пожертвовала ради них ".

"Мне нужно заставить ее переключиться на аву".

"Ей нужно будет поверить, что ты более могущественный и более опасный, чем Ава".

"Я есть, значит, она будет. Уходи", - сказала Ева Бакстеру.

"Дружба, предложенная Авой", - продолжила Мира, когда Бакстер вышел, "поддержка, заключенная сделка - если таковая действительно была - тяжелым бременем ложатся на сторону Авы. Власть, которую Ава имеет над ней сейчас, огромна ".

"Я знаю, как играть с ней". Когда Мира ничего не сказала, Ева наблюдала, как Бакстер входит в интервью, слушала, как он успокаивающе говорит Сюзанне. "Я знаю, каково это, когда тебя постоянно избивают, изолируют, прижимают к себе, чтобы ты поверил, что это единственный выход. И я знаю, как далеко ты зайдешь, чтобы это остановить ".

"Она совсем не похожа на тебя, как и ее обстоятельства".

"Нет. Но я знаю, как играть с ней. Бакстер, он сочувствует ей. Порядочные мужчины склонны испытывать чувства к таким женщинам, как она ".

"Но ты этого не делаешь".

"Нет, я не знаю. Она могла бы уйти. В любое время. Собрал вещи, схватил детей и ушел ". Изучая Сюзанну через стекло, Ева не почувствовала ни единого укола сочувствия. "Ты сказал, что она пожертвует ради своих детей, но что она им дала? К какой жизни она их открыла, позволяя им видеть каждый день, что она настолько слаба, что позволит их отцу шлепать ее повсюду, приходить и уходить, когда ему заблагорассудится, тратить его деньги на фокусы вместо еды. Вы не компенсируете это спортивными программами, доктор Мира. Эта женщина забрала жизнь незнакомца, жизнь хорошего человека, человека, который дал ее детям надежду. Она сделала это вместо того, чтобы уйти.

"Так что да, я думаю, я действительно ей сочувствую. Я чувствую отвращение. У меня нет никаких угрызений совести по поводу того, чтобы убрать ее. Я просто хочу быть чертовски уверен, что упрятал Аву Андерс за решетку вместе с ней ".

"Ева". Мира положила руку на плечо Евы, когда Ева начала выходить. "Есть разница между слабым и злым".

"Да, но там наверняка много совпадений".

Ева пришла на собеседование. "Запись включена. Даллас, лейтенант Ева, и Бакстер, детектив Дэвид, в интервью с Кастером, Сюзанна, по делу об убийстве Кастера, Нед, номер дела HC-20913, и любых связанных с этим событиях или преступлениях. Детектив, вы зачитали миссис Кастер ее права?"

"Нет, лейтенант".

"Сделайте это. Для протокола."

Он вздохнул. "Да, сэр. Это формальность, миссис Кастер. У вас есть право хранить молчание ".

Глаза Сюзанны расширились от страха, дыхание участилось, когда Бакстер продекламировал исправленную "Миранду". Ева села за стол, откинулась на спинку. "Понимаете ли вы свои права и обязанности в этом вопросе?" - потребовала она.

"Да, но..."

"Вот что меня поражает, Сюзанна. Это просто кажется таким чертовски удобным, что ты сидела бы дома, пытаясь пометить своего мужа-говнюка-изменщика по его ссылке, в то время как какая-то неопознанная проститутка перерезает ему горло. Что, ты собиралась попросить его принести домой кувшин соевого молока?"

"Нет. Он опоздал. Я просто хотел..."

"Он часто опаздывал, не так ли? Ты ныл на его голосовую почту каждый раз, когда он опаздывал?"

"Нет, но... он обещал. Он обещал, что не будет. Я сказал, что брошу его, если он не остановится ".

"Ты никогда не собиралась оставлять его". Ева позволила некоторой нотке отвращения просочиться в ее голос. "У тебя не хватило смелости для этого. И теперь тебе не нужно. Вместо этого он ушел, и у тебя есть отличный полис страхования жизни, пенсия ".

"Давай, лейтенант, расслабься немного".

Она обожгла Бакстера взглядом. "Ты многое облегчил для нас обоих. Ты нашла какого-нибудь придурка вроде здешнего детектива, который сделает это за тебя, Сюзанна? Прижмись к какому-нибудь парню, который не дает тебе пощечин, а жалеет тебя. Итак, он делает это... " Ева вытащила фотографию с места преступления, бросила ее на стол. "Чтобы вы могли быть свободны".

"Нет". Сюзанна закрыла глаза, чтобы не смотреть на фотографию. "Я не хотела другого мужчину. Я просто хотела, чтобы мой муж был хорошим человеком, хорошим отцом. Мои дети заслуживают хорошего дома, хорошего отца ".

"Деньги, которые ты получаешь сейчас, ты можешь вытащить их из этой западни. Куда ты их ведешь, Сюзанна?"

"Я не знаю. Я думал, я думаю, может быть, на юг, может быть, в Арканзас с моей сестрой. За пределами города. Прочь. Я пока не могу думать об этом. Где-нибудь в другом месте, для нового старта. В этом нет ничего плохого." Она умоляюще посмотрела на Бакстера. "Нет ничего плохого в том, чтобы хотеть начать все сначала со своими детьми".

"Конечно, нет. Тебе здесь было тяжело. Долгое время было тяжело. Детям было бы полезно уехать из города, куда-нибудь, где много зелени. У Андерса спортивные программы по всей стране".

Она вздрогнула при имени Андерс, отвела взгляд. "Если бы я мог устроить их в хорошую школу, где-нибудь на юге, в школах были бы команды. У них есть спорт ".

"Ты собираешься отказаться от халявы?" Потребовала Ева. "Бесплатное оборудование, лагеря, программы, мамские ретриты. Для тебя это была довольно выгодная сделка, не так ли?" Ева открыла файл. "У тебя было несколько приятных каникул здесь, на деньги Андерсов, не так ли?"

"Семинары и-и группы поддержки".

"Да, Томас Андерс многое дал тебе и твоим детям. Слишком плохо о нем, да?" Ева бросила еще одну фотографию, на одной Томас Андерс был мертв в своей постели.

Сюзанна отпрянула, уронила голову между колен и подавилась.

"Господи, лейтенант! Эй, эй, " Бакстер положил руку на спину Сюзанны. "Успокойся. Не торопись. Позвольте мне принести вам немного воды ".

"Пусть ее вырвет". Ева вскочила со стула, затем опустилась, откидывая голову Сюзанны назад, пока их глаза не встретились. "Тебе было больно это делать? У вас скрутило кишки, когда вы сняли с него красивую пижаму, связали ему руки и ноги? Тряслись ли ваши руки так же, как сейчас, когда вы обматывали веревку вокруг его шеи? Он не доставил тебе никаких хлопот, ты позаботился об этом. Усыпи его, чтобы тебе не пришлось видеть выражение его глаз, когда он задыхался ".

"Нет". Ее глаза вращались, как у животного, которому сломали ногу в капкане. "Я не хочу быть здесь. Я не понимаю, о чем ты говоришь ".

"Ты все равно облажался. Ты недостаточно туго завязал веревку, поэтому ему потребовалось много времени, чтобы умереть. Ты сделал это не так, как она тебе сказала. Она была такой конкретной, но у тебя ничего не получилось. Не так, как она поступила с Недом. Быстро, чисто, готово. Ты стал неряшливым, ты стал слабым. Похоже, что она выйдет, а ты проведешь остаток своей жизни в клетке. Клетка за пределами планеты. Ты никогда больше не увидишь своих детей ".

"Я не знаю, о чем ты говоришь. Детектив Бакстер, пожалуйста, заставьте ее остановиться ".

"Ради бога, Даллас, дай ей дышать. Сюзанна. Сюзанна." Он присел на край стола, взял дрожащую руку Сюзанны, заглянул ей в глаза. "Мы знаем, что это была идея Авы. Все это. Мы знаем, что она спланировала это. Если вы расскажете нам все, совсем, может быть, мы сможем вам помочь ".

"Нет, нет. Ты пытаешься обмануть меня. Ты пытаешься заставить меня что-то сказать. Она сказала, что ты бы..."

"Она сказала, что мы попытаемся заблокировать тебя?" Ева закончила. "Она была права насчет этого. Но она сказала вам, что мы попытаемся заблокировать вас в убийстве Неда, и вы были чисты в этом. Здесь не о чем беспокоиться. Она этого не понимала, не так ли? Никто из вас не предполагал этого. Я знаю, что ты сделал ".

Ева оттолкнула Бакстера в сторону, приблизила свое лицо к лицу Сюзанны. "Я знаю, что ты убил Томаса А. Андерса. Человек, который заплатил за оборудование, которое сейчас носят ваши дети. Ты эгоистичная, бессердечная сука ".

"Это безумие. Я даже не знал его. Человек не убивает того, кого он даже не знает ".

"Это то, что она тебе сказала? Они никогда не заподозрят. Она снова ошиблась, не так ли? Ее ошибки, все ее ошибки, и я собираюсь заставить тебя заплатить за каждую из них. Я собираюсь посадить тебя в клетку, Сюзанна. Посмотри на меня!"

Одним сильным рывком она развернула стул Сюзанны. "Я собираюсь отправить тебя туда, и она не сможет меня остановить. Она не будет пытаться, потому что ты теперь бесполезен для нее. Она будет плакать перед камерами и смеяться за закрытыми дверями, потому что ты слишком глуп, чтобы помочь себе. А твои дети? Теперь их будут растить незнакомцы".

"Нет. Пожалуйста. Бог."

"Лейтенант, давайте. Дай ей секунду. Сюзанна. Вы должны рассказать нам все. Если вы будете сотрудничать, я смогу вам помочь. Я поговорю с личным помощником. Бакстер наклонился и сжал ее руку. "Возможно, она оказывала на тебя давление или угрожала тебе. Шантажировали тебя. Может быть, вы чувствовали, что у вас не было выбора ".

"Я собираю улики против нее прямо сейчас", - вмешалась Ева. "Когда у меня будет достаточно, она будет здесь. Она будет той, кто отвернется от тебя. Если она перевернется первой, она получит сделку. Лично я хочу, чтобы вы оба прожили остаток своих жалких жизней в клетке за пределами планеты. У вас есть одна минута. Тот, кто изменит мое мнение. После этого с меня хватит. Вы арестованы, убийство в первом, и ваши дети пропали ".

"Пожалуйста, не надо, пожалуйста! Ты не понимаешь."

"Нет, ты не понимаешь, ты слабое, жалкое подобие человеческого существа. Я знаю, что ты сделал. Я знаю, как ты это сделал. Я знаю, почему ты это сделал. И у тебя есть один шанс покончить с этим по-своему, или я лично брошу тебя в эту клетку и запру ее ".

"Лейтенант, лейтенант, дайте ей шанс. Дай ей минуту. Помоги нам понять", - сказал Бакстер Сюзанне. "Я хочу понять, чтобы я мог тебе помочь".

"Я не думал, что это будет по-настоящему!" Сюзанна взорвалась. "Я не думал, что это было реально. И тогда это было. Я не знал, что еще делать. Она сказала, что я должен ".

"Выкладывай", - отрезала Ева. "Кто сказал, что ты должен что?"

Сюзанна снова закрыла глаза. "Ава сказала, что я должен был убить ее мужа, потому что она убила моего. Как мы и договаривались ". Сюзанна опустила голову на стол. "Я так устал. Я так устал сейчас ".

21

ЕВА ВЫШЛА, ЧТОБЫ ПОЗВОНИТЬ ШЕР РЕО И дать Бакстеру несколько минут, чтобы помочь Сюзанне успокоиться. Она бросила взгляд на Миру, когда та выскользнула из поля зрения. Мира проходила мимо, остановилась у торгового автомата и заказала три вида воды и пепси для Евы.

Закончив разговор, Ева убрала свой "link обратно в карман, взяла трубку. "Спасибо. Папа готов иметь дело с рыбой покрупнее. Ава - гораздо более крупная рыба. Большая, броская."

"А Сюзанна - ничто и никто, сравнительно. Она убила, Ева, с этим не поспоришь. Но ее использовали".

"Выбор был там; она его сделала". Ева выпила. "Но я тоже готов к сделке".

"Я буду наблюдать за остальным. Когда у нее появится адвокат, будет требование о психиатрической экспертизе ".

"Взвод врачей может прорезать ей голову, после того как я получу признание. И да, я прекрасно осознаю, что тоже использую ее. У меня с этим нет проблем ".

"Тебе не следовало этого делать, но..."

"Она мягкая", - прервала Ева. "Это то, что ты видишь, и у тебя есть к ней некоторое сочувствие. Продолжайте. Но я вижу Томаса Аурелиуса Андерса ".

Кивнув, Мира вернулась к наблюдению.

Ева вернулась к интервью. "Лейтенант Даллас возвращается на собеседование", - сказала она для протокола. "Вот в чем дело, Сюзанна. Ты слушаешь?"

"Да, я слушаю".

"Прокуратура снимет обвинения с одного пункта обвинения в убийстве номер один, одного пункта обвинения в заговоре с целью убийства до одного пункта обвинения во втором убийстве. Это удерживает вас на планете с доступом к посещениям ваших детей ".

Слезы капали, как будто из глаз Сюзанны текли краны. "Как долго?"

"От пятнадцати до двадцати".

"Пятнадцать. О Боже. Бог. Они вырастут".

"Вы будете иметь право на условно-досрочное освобождение через семь", - сказал ей Бакстер.

"Если вы не будете сотрудничать, если дело дойдет до суда, обвинения вернутся. Вы смотрите на вероятность двух пожизненных приговоров, идущих последовательно. С другой планеты". Ева села. "Твой выбор".

"Мои дети. У меня... у меня есть сестра. Могут ли мои дети пойти к моей сестре?"

"Я займусь этим. Лично." Бакстер кивнул. "Я поговорю с твоей сестрой, со службой по делам детей".

"С ней им будет лучше. Я должен был забрать их и пойти к своей сестре много лет назад ". Она вытерла слезы салфетками, которые дал ей Бакстер. "Все было бы по-другому, если бы я сделал это. Но я этого не сделал. Я подумал, Нед - их отец, и они должны быть со своим отцом. Я подумала, что я его жена, и я должна создавать дом. Если бы я действовал лучше, все бы получилось. Но у меня не получалось лучше, и становилось все хуже и хуже. И тогда..."

"Ты встретил Аву Андерс", - подсказала Ева.

"Да". Сюзанна на мгновение закрыла глаза, сделала несколько вдохов. "Она была так добра к нам, ко всем. Она заставила меня почувствовать, что я мог бы добиться большего. Будь лучше. Неду было плевать на программу, но он и не возражал. Убрал детей из-под ног, сказал он. Но иногда, только иногда, он ходил на тренировку или на игру. И это было хорошо. Иногда он даже приглашал нас на пиццу после. Было лучше, когда он это делал. И в последний раз, после того, как он в последний раз ударил меня, он пообещал, что больше так не сделает. И на этот раз он этого не сделал. Он не бил меня неделями, и он был рядом больше. Я думал, что все будет хорошо. Но потом он снова начал приходить домой поздно, и от него пахло сексом ".

"Ты говорил с Эвой об этом?" - Спросил Бакстер.

"Что? Нет... Раньше, мы говорили раньше. Несколько месяцев назад. Как раз перед тем, как дети вернулись в школу. Когда они были в лагере, а я отправился на ретрит, в конце августа. Боже, Нед был так зол, что я поехала, но было хорошо быть там. Чтобы провести это время вдали. Мы говорили раньше - я имею в виду Аву."

Взяв чашку с водой, она отхлебнула, помолчала, отхлебнула снова. "Она была так добра ко мне. Она сидела со мной поздно ночью и говорила, говорила. Она понимала, как тяжело было с Недом таким образом, потому что ее муж тоже причинил ей боль. Она никогда никому не рассказывала, кроме меня. Он причинил ей боль, и он заставлял ее делать вещи. И он проделывал кое-что с девушками - девушками, которые были слишком молоды, чтобы так страдать.

"Все думают, что он был таким хорошим". Слезы текли из глаз Сюзанны, пропитывая салфетки, когда она вытирала их. "Но он был монстром".

"Это то, что она тебе сказала?"

"Она боялась его. Я знаю, на что это похоже. Мы плакали вместе. Она не могла вынести того, что он делал с ней, и более того, с детьми. Она сказала, что он и Нед были похожи. Однажды Нед причинил бы боль моим малышам. Однажды он мог...с Мейзи".

Она закрыла глаза, содрогнулась. "Он никогда бы... он никогда бы так не дотронулся до Мейзи, но иногда он бил детей. Когда они были плохими, или когда он слишком много выпил. Я подумал, что бы я сделал, если бы он попытался сделать с Мейзи то, что мистер Андерс делал с молодыми девушками? Я сказал, кажется, я сказал, что убью его, если он так к ней прикоснется ".

Ее голос надломился и начал дрожать и подскакивать, когда она продолжила. "Тогда было бы слишком поздно, - сказала Ава, как будто боялась, что для нее это было слишком поздно. Она сказала, что поможет мне. Мы могли бы помочь друг другу. Нам больше не нужно было так жить или рисковать детьми ".

Сюзанна потянулась за водой, затем просто протерла чашкой лоб. "Она сказала, что это было так же, как на семинарах и в группах, где мы говорили о том, чтобы быть инициативными, о том, чтобы быть сильными. Предпринимаем действия, чтобы изменить ситуацию. Она остановила бы Неда, а я остановил бы мистера Андерса. Никто бы никогда не узнал ".

"Остановиться?" Ева прошла квалификацию.

Ссутулив плечи, Сюзанна уставилась в стол. "Убивай. Мы бы убили их. Никто бы не узнал - да и как они могли бы узнать, - потому что каждый из нас был бы невиновен в преступлении, которое с нами связано. Она пойдет первой, чтобы показать добрую волю. Мы бы подождали несколько месяцев и были бы осторожны в контактах друг с другом между ними. Тогда она остановила бы Неда."

Она тяжело вздохнула, снова посмотрела на Еву. "Она сказала "остановись", а не "убей". Я знал, что она имела в виду, я сделал, но это казалось правильным, когда она это сказала. Она остановит Неда, прежде чем он причинит вред моим детям, остановит его, чтобы он не причинил вреда мне. А потом мы бы снова подождали, два или три месяца, и я бы остановил мистера Андерса ".

"Она сказала тебе, как ты его остановишь?"

Сюзанна покачала головой. Ее глаза продолжали наполняться слезами, но они были пусты за слезами. Избиты, подумала Ева. Сломленный.

"Она сказала, что думала, что знает способ, чтобы это выглядело как несчастный случай. И поэтому, когда они найдут его, они узнают, каким человеком он был. Она знала, что в глубине души я сильная и хорошая, хорошая мать, хороший друг. Она знала, что я спасу ее, а она спасет меня и моих детей. Мы дали друг другу слово. Мы записали это ".

"Записано?"

"У нее был диктофон, и каждый из нас записал наше намерение, наше обещание. Я назвал свое имя и пообещал ценой жизней моих детей убить монстра Томаса А. Андерса. Что я убью его своими собственными руками, и таким образом, чтобы это было символично и справедливо. Она сказала то же самое, за исключением имени Неда, и она поклялась жизнями всех детей мира ".

"Драматично".

Маленькие пятна расцвели на белых щеках Сюзанны. "Это что-то значило. Это было важно. Я чувствовал себя важным. Я никогда не чувствовал ничего подобного раньше ".

"Что она сделала с записью?"

"Она сказала, что собирается положить это в банковский ящик. Для безопасности. После того, как мы остановим Неда и мистера Андерса, мы уничтожим это вместе. После этого мы почти не разговаривали. Не на какое-то время. Она очень занята. И когда я вернулся домой, и все было так, как дома, я подумал, что ничего из этого не было реальным. Это было просто как сеанс. Или, может быть, я хотел так думать ".

Она склонила голову, затем откинула волосы, упавшие ей на лицо. "Я больше не знаю. Но я убрал это подальше. Я забыл об этом. Почти все время. Потом с Недом на какое-то время все стало немного лучше. Однажды я увидел Аву в офисе и рассказал ей, как все стало лучше. Она улыбнулась мне и сказала, что они еще поправятся ". Подавив рыдание, Сюзанна прижала руку ко рту. "Клянусь, я не думал, на самом деле не думал о том, что мы сказали той ночью. Я ни о чем таком не подумал, и Нед снова начал отлучаться, и мы снова начали ссориться. Я сказала себе, что на этот раз оставлю его, что теперь я сильнее. Из-за Авы ".

Ее дыхание сбилось на две короткие заминки. "Я чувствовал себя сильнее благодаря Аве и тому, что она дала мне. Как она заставила меня относиться к себе. А потом пришли детектив Бакстер с офицером Трухарт, и они сказали, что Нед мертв. Они сказали, что он вошел в гостиничный номер с LC, и он был мертв. Я никогда не думал об Аве и о том, что мы сказали той ночью, еще в августе. Я думал, все было именно так, как они мне сказали. Он подобрал женщину не того типа ".

"Когда она связалась с тобой после этого?"

"Несколько дней спустя". Сюзанна прижала пальцы к глазам. "Вот тогда все развалилось. Дети были в школе. Я собирался заняться маркетингом. Я всегда занимаюсь маркетингом в понедельник утром, поэтому я шел на рынок, и она подошла ко мне. Она сказала: "Продолжай идти, Сюзанна. Продолжайте идти и пока ничего не говорите." Мы прошли еще три квартала, я думаю, затем пересекли улицу и прошли еще два или три. У нее была машина, и мы сели в нее. Когда я спросил, куда мы идем, она сказала, что где-нибудь мы могли бы поговорить. Я сказал ей, что должен заняться маркетингом, и она села за руль. И она начала рассказывать мне."

Когда дыхание Сюзанны стало хриплым, Бакстер подтолкнул воду к ней. "Что она тебе сказала, Сюзанна?"

"Она сказала, что выполнила часть сделки, которую мы заключили, и спросила, что я чувствую теперь, когда я свободен. Я даже минуту не мог говорить. Она была другой - хм, я не знаю, как объяснить. Она засмеялась, но это было не так, как раньше. Это напугало меня. Она напугала меня. Я начал плакать ".

Что еще нового, подумала Ева, ты слабое, плаксивое, никчемное подобие человеческого существа.

"Я начал говорить, что ничего такого не имел в виду. Не совсем. Но было слишком поздно - вот что она сказала. Было слишком поздно для каких-либо раздумий, каких-либо сожалений. Это было сделано. Теперь настала моя очередь. Она продолжала вести машину, даже не глядя на меня. Она рассказала мне, как убила Неда."

Ева подождала, пока Сюзанна выпьет, и вытерла еще больше бесполезных слез. "Мне нужны подробности".

"О, Боже". Всхлипывая, Сюзанна закрыла лицо руками. "О, Боже. Я не могу ".

Жестоко холодная лицом, голосом, манерами, Ева опустила руки Сюзанны. "Ты будешь. Вот в чем Ава права. Слишком поздно. Расскажи мне подробности ".

Глядя на Еву, дрожа, Сюзанна начала. "Она-она наблюдала за ним несколько ночей. Ходили за ним по барам, смотрели, как он пьет, наблюдали, как он цепляет женщин. Она сказала, что изучала его, изучала его привычки и распорядок дня - его территорию. Она сказала "его территория". И-и она сняла комнаты в паре мест, которые он использовал для секса, и наметила их. Подготовка, сказала она. Подготовка была ключевой. Она сказала, что выставила себя шлюхой, потому что это то, что ему нравилось. Это то, что нравилось большинству мужчин. Пожалуйста, можно мне еще немного воды?"

Бакстер поднялся, чтобы наполнить кубок.

"Она преследовала его", - подсказала Ева.

"Я думаю. Я думаю. Она сказала, что подошла к нему, когда он пил, сказала ему, что он выглядит так, будто знает, как веселиться. Она посидела с ним немного - не слишком долго, сказала она, потому что не хотела, чтобы кто-то обращал на нее внимание. Она положила руку ему между ног, потерла. Она сказала, что он пошел с ней, как идиотский пес. Так она его называла ".

Вода в чашке, которую дал ей Бакстер, расплескалась, перелилась через край, когда Сюзанна подняла ее, чтобы попить. "Они отправились в одно из мест, которые она наметила. И когда они были наверху, он схватил ее за грудь, и она позволила ему, позволила ему прикоснуться к ней. Но она сказала ему, что сначала ей нужно в ванную. И в ванной она надела костюм, какой носят врачи, и она тоже запечатала свои руки, затем взяла нож. Она крикнула Неду, чтобы он обернулся. Повернись и закрой глаза, сказала она ему. У нее был для него большой сюрприз.

"Прости, я... я пролил воду на стол".

"Закончи это", - приказала Ева.

"Бог". Словно для того, чтобы удержать себя на месте, Сюзанна крепко скрестила руки на собственном торсе. "Она сказала, что он сделал то, что она ему сказала, как хороший мальчик, и она вышла, вышла и пустила в ход нож. Она сказала, что он издавал самые смешные звуки и хватался за горло, как будто у него там чесалось. Как его глаза стали такими большими, как он попытался заговорить. Как он упал, и как просто хлынула кровь. Как он просто лежал там, а она... Боже. Она отрезала это, отрезала его пенис. Символ-a symbol. Она сложила все обратно в сумку, которая у нее была, и когда она поняла, что с ним все в порядке и он мертв, она вышла по пожарной лестнице. Она шла кварталы за кварталами. Она сказала, что чувствовала, что могла бы улететь, но она пошла туда, где оставила свою машину ".

"Что она сделала с сумкой, Сюзанна?" Спросила Ева. "Она тебе сказала?"

"Сумка?"

"С ножом в нем".

"Я чувствую себя больным".

"Что она сделала с сумкой?"

Сюзанна съежилась. "В утилизаторе".

"Где?"

"Я не знаю. Когда она шла к своей машине."

"Где была ее машина?"

"Я не знаю. В кварталах отсюда. "На окраине", я думаю, она сказала. В кварталах от того места, где она убила Неда, потому что копы не собирались искать уличную шлюху так далеко. Она поехала домой, долго принимала ванну с бокалом коньяка и спала как младенец ".

Теперь ее лицо посерело, Сюзанна снова посмотрела на Еву. "Я не спал. Не думаю, что с того дня у меня был хоть час по-настоящему спокойного сна. Она остановила машину. Остановка для отдыха у магистрали. Теперь мы были в Нью-Джерси. Я не помню, как мы туда попали. Я больше не плакал. Я заболел. Это разозлило ее, но я ничего не мог с этим поделать. Она позволила мне открыть дверь, и меня вырвало на парковке.

"Я так устал сейчас".

"Даллас, " начал Бакстер, - может быть, нам следует ..."

Ева только покачала головой, прерывая его. "Что делала Ава после того, как ты заболел?"

"После этого она уехала оттуда, за дом, где стоят большие грузовики, и рассказала мне, что должно было произойти дальше. Что я должен был сделать. Я сказал, что не могу, но она сказала, что если я этого не сделаю, она сделает со мной то, что сделала с Недом, а затем она сделает это с моими детьми. Мои дети. Никто не поверит мне, если я расскажу им. Кем я себя считал? Я был никем, а она была важной и уважаемой женщиной. Они посадят меня, если я попытаюсь рассказать им, если только она не убьет меня первой. Она знала, в какую школу ходили мои дети, где они играли, где они спали. Мне лучше запомнить это ".

Теперь в голосе Сюзанны звучали мечтательные нотки, как будто повторное переживание этого ввело ее в транс.

"И мне было лучше, - сказала она. Разве я не мог видеть, насколько мне сейчас лучше? Что она сделала для меня? Она сказала, что я должен подождать. Лучше всего было бы пару месяцев. Она дала бы мне пульт дистанционного управления и пароль. Она бы точно объяснила, что я должен был сделать и как я должен был это сделать. Она дала мне ссылку. Я не должен был использовать это ни для чего. Она свяжется со мной по этому поводу, когда придет время. И она бы наблюдала за мной. И мои дети. Она рассказала мне, что я собираюсь сделать, как это будет просто. Если бы я все испортил, запись была бы у нее, и она отправила бы ее в полицию. Или, может быть, со мной и детьми просто произошел бы трагический несчастный случай в один прекрасный день. Она сказала мне, что я должен быть благодарен. Она дала мне новый старт. Теперь мне пришлось за это расплачиваться. Я должен был придерживаться своей части сделки ".

"Проведи нас через это".

"Это должно было быть поздно ночью. После полуночи, но до часу. Я бы использовал пульт, чтобы отключить систему безопасности, затем я бы использовал пароль и вошел внутрь. Я-я должен был сначала запечататься. Прямо вверх по лестнице, в спальню. Дверь была бы закрыта, и он бы спал лицом к двери. Он бы принял снотворное, потому что она заменила им его витамины на ночь. Я должен был...Мне пришлось снять с него пижаму, использовать веревку - веревку, которую она сказала мне купить, - на его запястьях и лодыжках. Я должна была дать ему дозу стимулятора мужской сексуальности, и ... Боже, наденьте на него кольца и немного лосьона. Разложите игрушки. Некоторых он будил, и это было хорошо. Я бы увидел, на что это было похоже. Так было бы лучше для всех нас. Затем я должен был накинуть веревку ему на шею, затянуть ее. Наблюдал, наблюдал, пока я не понял, что он мертв ".

Она снова отпила, тремя маленькими глотками. "Я должен был снять это после, веревку, но оставить ее там. Затем спуститесь вниз, через дом, через кухню, и возьмите записи с камер наблюдения. Это выглядело бы так, будто я был там раньше, что все это было случайно - как будто это была его собственная вина. Я должен был выйти, снова включить все - систему безопасности, затем пройти весь путь до метро на пятой. "

"Что насчет "link, дисков?"

"Она должна была связаться со мной по этому поводу в два. Предполагалось, что это должны были сделать двое, но этого не произошло. Я не мог...Потом она позвонила, и она была так зла. Итак, я сделал это. Я сделал то, что она сказала, за исключением того, что я не мог смириться с мыслью, что он знает, и я использовал лекарство, которое я получил от доктора, чтобы помочь мне уснуть, и я не мог смотреть, как он умирает, поэтому я сбежал ".

"Где связь, диски, пульт?"

"Я должен был сдать их в утилизатор на пятой. Но я забыл. Я даже не помню, как сел в метро, но, должно быть, помнил, потому что я был дома. Я не вспоминал о них до следующего дня, после того, как мои дети вернулись домой из школы. Прошлой ночью они остались у друга, потому что я не мог оставить их одних. И, думаю, я всегда знал, что сделаю то, что она мне сказала. Я боялся выбрасывать их в утилизатор рядом с домом. Я боялся держать их в доме. Я не знал, что делать. Я засунула сумку в шкаф, потому что не могла думать. "

"Они все еще у тебя?"

"Я собирался отвести их сегодня в парк, где тренируются дети. Я собирался поместить их в утилизатор там. Но ты пришел".

Ева сделала знак Бакстеру, который поднялся и вышел из комнаты. "Детектив Бакстер ушел с допроса. Она снова связывалась с тобой, Сюзанна?"

"Нет, не с той ночи - с того утра. Это как сон. Я шел, шел-после- и она позвонила по "линку. Она сказала: "Ну?" И я сказал, что сделал это. И она сказала: "Хорошая девочка". Вот и все. "Хорошая девочка", как будто я закончила свои дела по дому. Я убил его. Я знаю, что он был монстром, но я думаю, что она тоже монстр ".

"Ты думаешь?"

"Что теперь будет? Можете ли вы сказать мне, что теперь произойдет?"

"Мы собираемся вернуться к деталям. На каком автомобиле она ездила?"

"Черный".

"Делай лучше".

"Это было черное и блестящее. Дорого. Я не разбираюсь в машинах. У меня никогда не было машины ".

"Когда вы гуляли с ней, в тот день, когда вы собирались на рынок, вы видели кого-нибудь, кого знали?"

"Я не знаю многих людей. Неду не понравилось..."

"Прекрати это", - резко сказала Ева, и Сюзанна резко выпрямилась. "Вы знаете своих соседей, по крайней мере, в лицо, людей, которые управляют рынком, друзей ваших детей, их родителей".

"Думаю, что да. Я не помню. Я был так удивлен, увидев ее, а Нед только что..."

"Никто не говорил с тобой?"

"Просто Ава. Было действительно холодно, и я смотрел вниз - так же, как ты ".

Так, как это делают вы, подумала Ева. "Машина была на улице или на стоянке?"

"Много. Автомобильная стоянка ".

"В какую сторону ты шел?"

"Ah, um...На запад, потому что мы пошли прямо мимо рынка, а затем через несколько кварталов пересекли улицу и пошли на север. Я думаю, может быть, на седьмом. Возможно. Я не уверен."

"Какой остановкой для отдыха она воспользовалась?"

"Я не знаю, я не знаю. Они все выглядят одинаково, не так ли? Я был болен ".

"Как долго тебя не было? Нет, не говори мне это "я ни хрена не знаю", Сюзанна. Во сколько вы ушли на рынок?"

"Около половины десятого".

"Во сколько ты вернулся домой?"

"Был почти полдень. Мне пришлось сесть на автобус. Она высадила меня в транспортном центре напротив туннеля и дала мне на проезд в автобусе. Мне пришлось вернуться на автобусе ".

"Как долго ты ждал автобуса?"

"Всего несколько минут. Мне повезло. Я вышел и пошел обратно на рынок. Мистер Айзекс сказал, что, по его мнению, я не приду в тот день ".

"Мистер Айзекс?"

"Он управляет рынком, и я всегда хожу туда по понедельникам, до десяти. Он сказал, что я выгляжу уставшей, что я должна попытаться немного отдохнуть, и он дал мне сладости для детей. Я забыл об этом. Он дал мне угощения для детей. Он хороший человек. Он и его жена управляют рынком. Я пошел домой, убрал все подальше и подумал: "Ничего из этого не происходит. Это не реально." Потом мне снова стало плохо, потому что это было. Я должен рассказать своим детям. Я не знаю как."

"Когда ты был на ретрите и заключал сделку, где ты был?"

"В номере Авы. Она сказала мне прийти после последнего семинара, но никому не говорить. Люди становятся ревнивыми. Она просто хотела расслабиться с другом ". Слезы хлынули снова. Ева задавалась вопросом, как в этой женщине осталось что-то еще. "Она сказала, что мы были друзьями".

"Ты выпивал. Она их заказала?"

"Там была бутылка вина и красивое блюдо с фруктами и сыром. Все было так красиво ".

"Кто-нибудь звонил или заходил, пока вы были там?"

"Нет. У нее была табличка "Не беспокоить" на двери и ссылки ". Чтобы мы могли расслабиться, сказала она ".

Ева надавила еще немного, затем решила, что выжала Сюзанну досуха. На данный момент. "Вам будет предъявлено обвинение, и вы будете возвращены под стражу. Суд собирается назначить тебе адвоката. У вас лучшее предложение, которое вы можете получить. Не ожидайте большего ".

Она поднялась, когда Бакстер вернулся. "Детектив Бакстер возвращается на допрос". Когда она подошла к нему, он тихо заговорил.

"Получил ордер на обыск. Ты хочешь, чтобы я взял это?"

"Нет. Проведите ее через бронирование. На данный момент она отключена ".

"Я связался с сестрой, пока ждал получения ордера. Она смущена и шокирована, как и следовало ожидать. Она договаривается приехать за детьми. CS прояснил это ".

"Ты нажал на несколько кнопок".

"Детям будет достаточно тяжело. Не их вина."

"Проводи ее до конца", - повторила Ева. "Я попрошу Пибоди и Трухарта предъявить ордер. Мне нужно пару часов, чтобы разобраться во всем этом. Нам нужно держать этот арест вне поля зрения ".

Кивнув, Бакстер подошел к Сюзанне. "Тебе нужно пойти со мной сейчас".

Ева подождала, пока он не провел Сюзанну через дверь. "Интервью окончено". Затем она провела руками по волосам. "Христос. Иисус Христос".

Когда она вышла, Мира была там. "Я не хочу слышать о ее эмоциональной травме, ее страхе перед авторитетными фигурами или ее чертовом раскаянии. Томас Андерс умер от ее руки ".

"Да, он сделал. Это не делает ее менее жалкой. Год в тюрьме, двадцать лет, жизнь Сюзанны Кастер, по сути, закончена. Все было кончено в ту минуту, когда Ава Андерс нацелилась на нее ".

"Скажите мне вот что: знала ли Сюзанна Кастер, что делала, когда накидывала веревку на шею Томаса Андерса?" Была ли она юридически, ментально - и я даже приведу еще один пример - морально осведомлена о добре и зле?"

"Да, она была. Она виновна в своем поступке и должна заплатить за то, что она сделала. Существуют ли смягчающие обстоятельства, которые я - или любой другой психиатр - рассматривал бы как снижение дееспособности? ДА. Но она убила Томаса Андерса, полностью осознавая свои действия ".

"Для меня этого достаточно".

"Ева. Ты такой злой ".

"Я чертовски прав. Извините, у меня нет времени копаться в собственной психике. У меня есть работа." Она повернулась и, достав свой коммуникатор, зашагала прочь.

В своем офисе она открыла автоматическую кофеварку, чтобы выпить кофе, прежде чем сесть за свой стол, чтобы начать расчеты для наиболее вероятных партий, которые использовала Ава, и остановки отдыха, куда она привела Сюзанну. Маленькие кусочки, подумала она. Маленькие кусочки. Пока компьютер работал, она писала свой отчет об интервью, делала пометки, добавляла в свои временные рамки.

Когда компьютер выдал наиболее вероятные варианты, она изучила карту, прикинула расстояния, местоположения, прокипятила их с учетом своего понимания Авы.

"Я думаю, мы поняли это. Да, я думаю, что так и есть, " пробормотала она. И только хмыкнул, услышав стук в ее дверь.

"Здравствуйте, лейтенант".

Она едва взглянула на Рорка. "Она не заходит далеко - просто достаточно далеко. Но она не так чертовски умна, как думает. Не знает людей так хорошо, как ей кажется ".

"Я уверен, что ты прав". Он сел на угол ее стола. "Минутку?"

"У меня не так много времени. Сюзанна справилась со всем этим. Господи, это было все равно, что щелкнуть выключателем на плотине, неважно, и все это хлынуло наружу. Ава выбрала слабого, можно сказать, коротышку из помета. Просчитались. Благодаря этому Сюзанной легко манипулировать ".

"И это был просчет", - сказал он, кивнув. "Потому что ты очень хорош в манипулировании".

"Она рассчитывала на силу своей личности, на иерархическую структуру, чтобы подтолкнуть Сюзанну к выполнению этой работы. Но она неправильно поняла своего партнера. Неправильный путь. Что я возьму? Она верила, что Сюзанна была бы польщена и счастлива встретиться с ней, верила, что Сюзанна была бы благодарна за то, что избавилась от своего паршивого мужа, и делала бы в точности то, что ей сказали. У нее были планы на случай непредвиденных обстоятельств, конечно - у нее всегда есть план B, C или D, но она не видела, что под ним Сюзанна - большая дрянь ".

"Это жестоко".

"Она заслуживает жестокости". Гнев клокотал внутри нее. "В любой момент, в любой гребаный момент, она могла остановиться. Еще в августе, когда Ава предложила этот план, она могла остановиться. Когда Ава рассказала ей, как она убила своего мужа, она могла бы остановиться. В любое время за последние два месяца она могла остановиться. За тот час, что она была в доме с Андерсом, она могла бы остановиться. И теперь это все, ну и дела, прошу прощения? Бу-ху? Я чувствую себя больным? К черту это ".

"Она приводит тебя в ярость из-за того, что она сделала, или из-за того, что она была достаточно слаба, чтобы сделать это?"

"Оба. И я счастлив быть частью того, чтобы заставить ее заплатить. Заставляя их обоих заплатить. Ава получила то, что хотела, но ей пришлось слишком сильно надавить. И в конце она использовала неправильные манипуляции. Умнее, намного умнее было обратиться к мягкой стороне Сюзанны. "Пожалуйста, помоги мне. Ты единственный, кому я доверяю, единственный, на кого я могу положиться. Я сделал это для тебя, как и обещал. Пожалуйста, не поворачивайся ко мне сейчас спиной ". Вместо этого она была настолько возбуждена убийством, что играла жестко и сломала свой инструмент. Все, что мне нужно было сделать, это несколько хороших ударов ".

Она оттолкнулась от стола, подошла, чтобы посмотреть в окно.

Рорк дал ей минуту молчания для ее собственных мыслей. "Что тебя беспокоит в этом, Ева? Под твоим гневом?"

"Это личное. Я могу с этим смириться, но то, что это личное, немного гложет. Мира уже подтрунивает надо мной по этому поводу, и это раздражает ".

"Потому что она видит, что ты смотришь на Сюзанну и думаешь о себе. Ребенком, которым ты был. Избитые, пойманные в ловушку, беспомощные. И выбор, который ты сделал, чтобы спасти себя."

Ева оглянулась. "Это заметно? Это тоже раздражает ".

"Для меня и для Миры. Но вы хорошо носите свои доспехи, лейтенант."

"Она не была ребенком, Рорк. Она не была беспомощной, или не должна была быть. Она предпочла убивать, подчиниться другому приказу убивать, а не заключать сделку ".

Он знал, что это разъест ее. Бесполезность этого. "И это выводит тебя из себя. Она легла и приняла это, когда было так много вариантов. Она лишила жизни человека, которого не знала, потому что кто-то сказал ей об этом. Ее муж мертв, потому что она осталась с ним, а не ушла. И теперь ее дети, по сути, осиротели".

"Она сказала, что, по ее мнению, у ее детей должен быть отец. Что это была ее обязанность - остаться ".

"Ах".

Сказав это, Ева поняла, что некоторые узлы в ее животе ослабли. "Да, я подумал о твоей матери, и о том, что она подумала то же самое. Как она умерла за это. Но, черт возьми, Рорк, твоя мать была так молода, и я не могу поверить, что она осталась бы здесь на долгие годы. Я не могу смотреть на тебя и верить в это. Не могу думать о семье, которую ты нашел, и верить в это. Она бы взяла тебя и ушла, если бы у нее был другой шанс."

"Я думаю об этом. Да, иногда я думаю об этом. И это то, во что я тоже верю. Но, по правде говоря, я не знаю, утешение это или проклятие - верить в это ".

"Это утешает меня", - сказала она и увидела, как потеплели его глаза.

"Тогда это будет и для меня так же. Спасибо ".

"Сюзанна Кастер села и заключила сделку за вином и сыром. Какая-то часть ее знала, что это было реально, как бы сильно она это ни отрицала. Однако она не может с этим смириться. Она согласилась на условия Авы. Она не пыталась отступить до тех пор, пока ее собственному мужу не перерезали горло. Она не пошла к Аве на следующее утро или на следующей неделе и не сказала ей: "Сделка отменяется. Ничего не поделаешь. " Она пропустила это мимо ушей. Нед Кастер был сукиным сыном, и он, возможно, заслужил, чтобы ему надрали яйца до синяков, возможно, заслужил некоторое время в клетке за супружеское насилие, но он не заслуживал того, чтобы ему перерезали горло и отпилили член. Но жена, которая утверждает, что хотела, чтобы у ее детей был отец, подставила его именно для этого. Поэтому я не испытываю к ней сочувствия. Будь я проклят, если сделаю это ".

Рорк поднялся и, подойдя к ней, положил руки ей на плечи, его губы коснулись ее лба. "Бесполезно злиться на себя, потому что ты что-то чувствуешь. Просто эта тонкая грань жалости вокруг отвращения ".

"Она не заслуживает моей жалости". И Ева вздохнула. "Или еще немного моего времени, когда я ругаю себя за ту тонкую грань, которую я чувствую. Мне нужно попасть в поле ".

Он быстро погладил ее по плечам. "Вот я и пришел, так как сделал свою работу так хорошо и так быстро; теперь ты отбрасываешь меня в сторону".

"Ты прикрепил пульт? Уже?"

"Я сделал, да. Я выпью немного кофе ".

"Как, черт возьми..."

"Ты собираешься принести мне кофе или нет?"

"Дерьмо". Она запрограммировала это. "Выкладывай".

"Предполагая, что вы не имеете в виду кофе - в чем был бы смысл - я только что вернулся после беседы со старым ... знакомым. Так случилось, что он специализируется на электронике, которая нелегальна в самом строгом смысле этого слова ".

"Он продает нелегальные глушилки и обходы на черном рынке".

"Чтобы подчеркнуть это, да. Он производит их, чаще всего для конкретных клиентов с довольно высокой наценкой. Он очень хорош в этом. На самом деле, возможно, лучший в Нью-Йорке ". Он выдержал значительный такт. "Сейчас".

"Теперь, когда вы не на том же рынке".

"Разве ты не умен? Я начал с вершины цепочки, поскольку предполагаю, что Ava хотела бы кого-то талантливого, эффективного и надежного - также с репутацией сдержанного человека. В конце концов, она пошла за Чарльзом, у которого были эти качества в его бывшей профессии. Признаюсь, я не ожидал, что попаду прямо в цель. Но это именно то, что я сделал ".

"Этот парень, этот знакомый разработал и продал пульт Эйве".

"Три месяца назад он получил посылку в своем законном месте работы".

"Его фронт".

"Ты такой придирчивый. В посылке содержался заказ на устройство очень специфической конструкции. В нем содержались спецификации системы безопасности, которую устройство должно было обойти. Он говорит мне, что был впечатлен исследованием, проведенным потенциальным клиентом. И, " добавил Рорк с улыбкой, " со значительной суммой наличных в качестве первоначального взноса. Еще один платеж будет произведен при доставке, а окончательный отправлен, если и когда клиент сочтет устройство удовлетворительным ".

"Он обычно так ведет дела?"

"Это было бы красноречиво". Рорк провел пальцем по вмятине у нее на подбородке. "Но я могу сказать, что эта договоренность была немного необычной. Предложенный гонорар тоже был больше, чем у него обычно. Поэтому он согласился на эту работу ".

"Он никогда не видел ее. Никогда не имел с ней прямого контакта ".

"Нет. Он изготовил устройство и, следуя инструкциям, оставил его в почтовом ящике, в котором находился второй платеж ".

"Парня могло бы так ужалить", - прокомментировала Ева.

"Не этот парень, или не легко. У него нюх на копов и на подставу. Он также верит в то, что нужно знать, с кем он имеет дело, поэтому он поручил подчиненному следить за ситуацией ".

Губы Евы растягиваются в усмешке. "Мне может понравиться этот парень".

"На самом деле, я верю, что ты бы так и сделал. В любом случае, женщина, которая подобрала это, не соответствовала описанию Авы, но она доставила это вместе с вещами из химчистки в дом Андерсов. Третий платеж был произведен, как и было обещано. И мой знакомый мало задумывался над этим вопросом, пока не услышал об убийстве Томаса Андерса. Это поставило его в немного щекотливую ситуацию ".

"Да, соучастие перед фактом - это довольно неприятно. Будет ли он свидетельствовать?"

"Это будет зависеть от нескольких факторов. Неприкосновенность, анонимность - у этого человека действительно есть бизнес, который нужно защищать, - и разумная оплата ".

"Я все устрою. Возможно, он нам не нужен, но я пущу это в ход ". Ева взяла его кофе, отпила немного сама. "Ты полезен".

"И всегда жаждущие, чтобы их использовали".

"Я привлек Пибоди к другому делу. Почему бы тебе не поехать со мной в Нью-Джерси?"

"Используется за пределами штатов. Как я мог сопротивляться?"

22

"ДА, МЫ ПОДБРАСЫВАЕМ ВАМ НЕЛЕГАЛОВ, ВАШИХ вандалов, угонщиков ваших автомобилей, насильников, грабителей". Техник службы безопасности NJTP, на кармане рубашки которого был вышит ВИНС, пожал плечами. "Получите много действий, в основном между полуночью и шестью. Я, я работаю целыми днями. Я получил старшинство ".

"Меня интересуют эти дни", - напомнила ему Ева. "В определенный день пару месяцев назад".

"У нас есть камеры слежения, охватывающие все участки, территорию, торговые автоматы. Мы не можем использовать их в сортирах, так что именно там мы получаем больше всего экшена ". Он потянул себя за нос, повернулся на своем табурете с высокой спинкой. "Но мы переворачиваем их каждые семьдесят два часа. У нас ничего нет за последние два месяца ".

"Ты возвращаешься на два месяца назад, Винс?"

"Конечно. Я был здесь двенадцать лет, начиная с июня."

"Две женщины в шикарной черной машине, причем одну из них вырвало через пассажирскую дверь".

Он стрельнул в нее быстрой и кислой усмешкой. "Господи, Нью-Йорк, ты знаешь, сколько людей у нас блюет на стоянках, в сортирах? Каждый-черт-где?"

"Держу пари, у вас не так уж много людей загружают его между десятью и одиннадцатью в будний день, непраздничным утром". Она достала фотографию. "Это, должно быть, тот, кого тошнит".

Он сделал фото, почесал задницу, почесал голову. "Она не звонит мне. Выглядит почти как любой ".

"А как насчет этого?"

Было больше царапин, пока Винс изучал фотографию Авы. "На кого-то похож. Этот за рулем, верно? Красивый черный Мерседес - новая модель, двухдверный седан."

"Ты помнишь это?"

"Да, теперь, когда я думаю об этом. Здешняя Блондиночка не была похожа на любительницу путешествий, и они так и не выбрались воспользоваться туалетом. Женщины почти никогда не отказываются от похода в туалет, они тянут в зону отдыха. Другой выбрасывает это за дверь, и я думаю: "Вот и завтрак". Я помню, потому что ожидал, что они пойдут в туалет, убирать за больным. Но блондинка, она просто заезжает на стоянку для грузовиков, снова паркуется. Я сообщил службе обслуживания, что они провели уборку, принесли мне кофе. Не могу сказать, что я заметил, как долго они сидели там или когда они ушли ".

B сидя в машине, Рорк вытянул ноги. "Ты собираешься отказаться от поездки в туалет?"

"Ха-ха. Я могу поместить ее здесь с Сюзанной. Прямо здесь, в зоне отдыха Александра Гамильтона, недалеко от магистрали. Кем, черт возьми, был Александр Гамильтон, и почему зона отдыха рядом с магистралью названа в его честь?"

"Ах..."

"Неважно. Есть новая модель седана Mercedes, черного цвета, зарегистрированная на Аву Андерс. Этот небольшой разговор с Винсом подтверждает день и время - и я подтверждаю это, потому что готов поспорить, что в большом черном Мерседесе есть сканер пропусков для взимания платы. Не могу подтвердить то, что было сказано, но это приводит сюда Аву с Сюзанной. Как она собирается это объяснить?"

"У нее что-то будет. Гамильтон был одним из отцов-основателей Америки и ее первым секретарем казначейства."

"Кто? А?"

"Ты спросил", - сказал Рорк, снова засовывая свой ПК в карман. "Куда теперь?"

Ева на мгновение нахмурилась, глядя на него. "Это то, что ты делаешь, все время играешь с этой штукой? Ищете мелочи?"

"Среди прочего. Что-то еще, что вы хотели бы знать?"

"Целые группы вещей. Прямо сейчас мы собираемся пойти на рынок, чтобы найти несколько ". Она ответила на ссылку своего dash ". "Даллас".

"Мы поняли это. Сумка была в шкафу, - сказала Пибоди, - как и было объявлено. Одноразовый "линк", несколько дисков безопасности и очень крутой пульт дистанционного управления для обхода - вместе с парой светло-голубых мужских пижам, шприцами для давления и лекарствами ".

"Пригласите их, зарегистрируйте их. Я хочу, чтобы цепочка доказательств была нетронутой. Попросите Фини и Макнаба приступить к содержанию. Я на месте, нужно сделать еще пару остановок ".

"Из-за нее все разваливается на части", - прокомментировал Рорк.

"Она собирается нанять большого, толстого, пронырливого адвоката. Гребаный флот больших, жирных, подлых адвокатов. Тип, который подавляет дерьмо, выбрасывает его, который нагнетает обоснованные сомнения. Мне этого недостаточно. Я могу поместить ее с Сюзанной в Джерси через несколько дней после убийства Кастера. Ничего не доказывает. То, что только что получила Пибоди, только доказывает, что Сюзанна была в доме Андерсов, и в значительной степени подтверждает, что она убила его. Мы уже получили ее признание. Она заперта. Ваш знакомый может заявить, что устройство было доставлено в резиденцию Андерса. Он не может отдать это в руки Авы. У меня есть ее ложь, ее связь с LC, у меня есть дело о смерти ее свекра, которое я упросил местных копов снова открыть. Одноразовая ссылка. Batt будет мертв, и когда у них садится батарейка, это стирает передачи. Мне нужно больше ".

он, пухлый и жизнерадостный мистер Айзекс, дал ей немного больше.

"Сразу после того, как был убит ее муж, да? Я помню очень хорошо. Ужасная вещь. Она приходит по понедельникам, около половины десятого утра в понедельник, бедная миссис Кастер. Но в этот день, через несколько дней после того, как я услышал о смерти ее мужа, я вижу, как она проходит мимо, неся свою рыночную сумку ".

"Она была одна?"

"Нет. Я начал выходить на улицу, звать ее, думая, что она забыла, куда шла. Расстроена из-за своего мужа. Но потом я увидел, что она была с кем-то. Она была с очень модной дамой. Красивое пальто с меховым воротником ", - добавил Айзекс, проводя пальцами по переднику, чтобы продемонстрировать. "Длинное черное пальто, отороченное коричневым мехом. Очень мило. Мне кажется, я видел модную леди раз или два раньше, но не это пальто ".

"Вы видели женщину до того дня?"

"Один или два раза. Я знаю свой район, я знаю своих людей ".

"Это та женщина?" Ева предложила фотографию Авы.

"Да, да, это та женщина, с которой бедная миссис Кастер была тем утром. Какие у нее красивые волосы. Я помню, это был очень солнечный день, и солнечные лучи, казалось, отражались от ее красивых волос. Она носила темные очки. Как я уже сказал, это был очень яркий день, но она очень поразительна. Я уверен, что это та же самая женщина. Они прошли прямо мимо. Миссис Кастер выглядела такой печальной и уставшей. Она вернулась, одна, пару часов спустя. Может быть, больше, мы были заняты. Я подумал: "Бедняжка - миссис Кастер - она плакала." Я дала ей немного сладостей для детей ".

Она появилась следующей, маленькая двухэтажная машина с завышенной ценой.

"У такого рода людей не будет дисков безопасности два месяца назад", - напомнил ей Рорк. "И в их записях не будет номера лицензии, марки или модели. Это просто время прихода и ухода, гонорар, слот ".

"У них был бы номер на бирке, марка и модель для зарезервированной парковки. Ава ни за что не стала бы разъезжать в поисках места для парковки. Не тот, кто планирует, кто исследует. Она бы заказала один. Сканер считывает номер бронирования, и для бронирования вам необходимо подтвердить номер бирки."

"Что ж, насчет этого ты прав".

"Она бы сделала то же самое для Кастера, который преследовал и ударил. Она бы думала о собственном удобстве и никогда всерьез не рассматривала, что мы доберемся сюда. Я поставил ее транспортное средство здесь, я поставил его там, это добавляет веса. У тебя новое задание".

"Я собираюсь поговорить с владельцами автомобильных стоянок. С номером ее машины я мог бы сам найти это быстрее ".

"Каналы. Нетронутая цепь. Мы выбираем долгий путь. Я поведу. Ты начинаешь ".

Она закрылась на двадцать минут в Центральном. Она закрыла свою дверь, отгородилась от всех, пока сидела, задрав ноги, с закрытыми глазами, чтобы пройти сама по шагам, стадиям, маршрутам.

Взглянув на время, она сделала еще один звонок. "Миссис Горовиц, лейтенант Даллас. У меня есть пара вопросов."

"Конечно".

"Миссис Андерс посещает множество мероприятий - балы, вечеринки и так далее. Посещает ли она когда-нибудь костюмы - балы-маскарады, маскарадные костюмы и тому подобное?"

"Каждый год в октябре устраивается костюмированный гала-концерт".

"Где она хранит свои парики?"

"Все костюмы, которые она сшила или купила, хранятся на складе на третьем этаже".

"У нее есть рыжий парик?"

"Я полагаю, у нее есть несколько, в разных оттенках и стилях. Я уже некоторое время не был на складе."

"Спасибо".

Ева завершила передачу и отправила другую АПА Рео.

Затем она вызвала команду.

Ева мерила шагами конференц-зал, пока Бакстер размышлял над своим кофе, а Рорк коротал время за своим ПК. Пибоди, без нового видимого пирсинга, прижалась к Трухарту. ЭДД еще не прибыл. Следующей вошла Шер Рео, симпатичная блондинка с южным акцентом и когтями хищника в суде.

"Привет, банда". Она кивнула Еве. "Давайте послушаем подачу".

"Мы не все здесь. Фини - "Ева сузила на него взгляд, когда он вошел с Макнабом. "Ты опоздал".

"Ты хочешь, чтобы это было быстро или ты хочешь, чтобы это было правильно?"

"Я просто хочу этого. Статус, сначала EDD".

Фини достал свой блокнот. "Дозатор таблеток, принадлежащий жертве, был открыт и перепрограммирован в то утро, когда Ава Андерс уехала в Сент-Люсию. Ни одного ее отпечатка ни внутри, ни снаружи. Офисные связи, Андерс по всему миру. Никаких сообщений Сюзанне Кастер или от нее в течение последних шести месяцев. То же самое касается домашних и личных ссылок, к которым нам был предоставлен доступ. Диски с записями, найденные в квартире Кастера, не показывают необычной активности. Пульт, найденный в квартире Кастера, - это экстрим. Нестандартное задание, специфичное для системы в резиденции Андерса. Мы нашли два применения. Один раз использовали шесть недель назад, и один утром в день убийства Андерса ".

"Ава тест довела дело".

"Будь моим выбором. Одноразовая ссылка, мертвая, как диско. В любом случае, такие передачи не задерживают больше двадцати четырех. Если они это сделают. А этот - дешевое дерьмо ".

"Ты хочешь сказать, что у тебя зип?"

"Я не говорил "зип". Он вытянул ноги, скрестив их в лодыжках. "Каждый электронный байт оставляет отпечаток. В любом случае, пятно. Ты идешь правильно, и ты можешь изощряться. Мы получили то, что вы могли бы назвать отголосками. "Линк - кусок дерьма, но дерьмом можно манипулировать. Нам нужно обработать эхо, настроить их, отсортировать. Что-то там есть. Дайте нам день или два, и мы справимся с этим ".

"Хорошо. Пибоди?"

"Игрушки для взрослых, похожие на те, что были найдены на месте преступления Андерса, были куплены Сюзанной Кастер или ранее Недом Кастером. Все, кроме веревок, было получено ею в Just Sex. Она купила веревки, за наличные, в Bondage Baby. Кастер также приобрел по рецепту врача лотроминафин, лекарство, найденное у Томаса Андерса, а также шесть шприцев под давлением. В сумке, найденной в квартире Кастера, также были обнаружены четыре шприца, а также частично использованный рецепт транквилизатора. Она окутана ".

"И все же, - прокомментировала Рео, - Убийство номер два".

"Это будет стоить того", - сказала ей Ева. "В интервью Сюзанна Кастер заявила, что по предложению Авы Андерс две женщины заключили сделку, чтобы убить мужей друг друга. По сообщениям, Андерс записал их обещание."

"Это тупость", - вставил Макнаб. "Зачем оговаривать себя в протоколе?"

"Если Ава когда-либо записывала свое собственное заявление, она уже давно стерла его. Но я готов поспорить, что у нее припрятана Сюзанна в качестве рычага воздействия ".

Макнаб кивнул. "Не такие уж тупицы".

"Через три дня после убийства Кастера Андерс подстерег Кастер по пути на ее обычный утренний маркетинг в понедельник. Кастера и Андерса видели вместе, и сегодня их опознал Айзекс, Джером, владелец рынка." Ева указала пальцем на Макнаба, прежде чем он смог заговорить.

"Да, тупица, но мы имеем дело с женщиной, которая никогда не верила, что у нас могут быть какие-либо причины связывать ее и Сюзанну Кастер вместе. А если бы мы спросили? Она могла бы легко заявить, что зашла, чтобы выразить свои соболезнования.

"Итак, двигаемся дальше. Кастер далее заявила, что Андерс сообщил ей, что Андерс убил Неда Кастера - и передал все подробности same. И скоро придет время завершить сделку. Согласно заявлению Кастер, Андерс использовал угрозы и принуждение, чтобы получить ее согласие, в то время как Андерс поехал в Нью-Джерси, в зону отдыха. Техник службы безопасности same опознал Андерс и ее автомобиль, что подтверждает заявление Кастера. В то время Андерс дал Кастеру одноразовую ссылку и описал, как Томас Андерс должен был быть убит ".

"Ты услышишь здесь много из того, что она сказала / she said, Даллас", - прокомментировал Рео.

"Да, так что нам нужно сделать так, чтобы то, что сказал Кастер, осталось в силе. Нам нужно очистить эти отголоски, Фини. Кастер не стал, как инструктировал Андерс, избавляться от "линка", пульта дистанционного управления, дисков. Андерс солгала о сексуальных наклонностях своего мужа ".

"Докажи это", - потребовал Рео.

"Твоя работа. Но она сказала и Кастеру, и одной из Петрелли, Биби, что Томас Андерс был сексуальным извращенцем и педофилом. Она указала на то же самое Гордону, Кэсси. Нет никаких доказательств, что это было правдой. На самом деле, есть веские доказательства того, что этого не было. Ава наняла лицензированного компаньона на несколько месяцев. Нет никаких доказательств того, что Томас Андерс использовал LCS или имел внебрачные связи, как утверждает Ава. Позволь ей доказать это", - добавила Ева.

"Получив известие о смерти своего мужа, - продолжила Ева, - Ава заказала вкусный завтрак, съела то же самое, оделась и тщательно привела себя в порядок. Она не стала будить своих друзей, а отправилась домой на шаттле одна ".

"Она мне просто не нравится". Рео рассматривала свои ногти. "Мне ни капельки не нравится Ава".

"Становись в очередь. Перемотай два месяца назад. Кастера, Неда, в последний раз видели с высокой рыжеволосой женщиной, которую приняли за профессионалку. Она отправилась из бара на флоп с жертвой и вышла не через дверь. Ава рассказала Сюзанне, что после того, как перерезала Кастеру горло и окончательно оттрахала его, она вышла через пожарную лестницу. У нее есть несколько рыжих париков ".

"Принеси мне что-нибудь физическое", - настаивал Рео. "Это хорошее косвенное дело, но ..."

"Автомобиль, зарегистрированный на Аву Андерс, был припаркован в восьми кварталах к северу и в одном к востоку от места убийства Кастера", - вставил Рорк, не поднимая глаз. "Транспортное средство зарезервировало парковку для этого места на этой стоянке сроком на две недели. Им пользовались три раза, последний раз в ночь убийства, начало в 10:12 вечера, окончание в 2:08 ночи."

"Ладно, это интересно". Что-то зажглось в глазах Рео. "Как мы докажем, что она водила его туда?"

"Потому что она, блядь, это сделала", - огрызнулась Ева. "Потому что в ту ночь и за десять дней до этого Томаса Андерса не было в городе, и она могла приходить и уходить, когда ей заблагорассудится. Посмотри на временную линию. Она убивает своего свекра, и вот настал черед ".

"Смерть Реджинальда Андерса была признана случайной". Рео вскинул руку. "Не откусывай мне голову, это факт. Вы возобновили дело, и я склонен согласиться, что она убила его, потому что она мне не нравится. Но на данный момент у нас старик, поскользнувшийся в душе ".

"Мы на этом не закончим. Она наняла декоратора за неделю до того, как Реджинальд Андерс взял вину на себя. Вскоре после того, как об этом стало известно, у нее со стариком состоялся приватный разговор в его офисе о том, что она включает личные расходы в бюджеты программ. Она не ушла счастливой. И, по словам экономки, разговоры об украшении начались через две недели после смерти свекра, хотя она уже заключила контракт с одним из них.

"Ты собираешься сказать, что некоторые супруги тайком надевают что-то подобное - украшающую ерунду", - сказала Ева, предвосхищая Рео. "Зачем ей это? Каждое заявление, которое мы сделали об их браке, об Андерсе, описывает его как снисходительного. Ему было бы насрать на это ".

"Тогда зачем ждать, чтобы сказать ему?" - Спросила Рео. "Я знаю, они придирчивы, но адвокаты защиты, как правило, такие".

"Это был ее поздравительный подарок самой себе. Она не говорила об этом до тех пор, пока не покончила со стариком. Пока это не осталось позади. Через несколько недель после этого она нанимает Чарльза Монро, сказав одному из своих друзей - ни с того ни с сего, черт возьми, - что они с мужем сексуально несовместимы. Она активизирует программу "Мамин ретрит" и начинает расширяться. Здесь она подходит к Петрелли, чья семья связана с организованной преступностью. Она предполагает, что Петрелли мог бы найти способ избавиться от Андерса, которого она называет извращенцем. Это проигрывает. Она подходит к Гордону, LC, который также участвует в программе, и спрашивает подробности о кинке. И, наконец, она находит свой след здесь, с Кастером ".

"Сюзанна была главной приманкой", - вставил Бакстер.

"Детектив Янси составил фоторобот Авы со стилем и цветом волос, о которых свидетели сообщили Неду Кастеру", - добавила Ева. "Мы собираемся найти кого-нибудь, кто затащит ее в бар, на флоп".

"Сделай это, потому что я хотел бы уничтожить ее". Рео закрыла свой блокнот. "Вы можете добиться от меня признания?"

"Таков план. Мне нужно вывести ее из дома, чтобы мы могли зайти и забрать парик без ее ведома. Фини, мне нужно, чтобы ты смоделировал мне одноразовую ссылку, точно такую же, как эта. У нас есть ее показания в записи. Я хочу услышать ее голос, исходящий из этого. Бакстер, поговори с Сюзанной еще раз, убедись, что ей ясно, что именно сказала Ава в то утро, когда был убит Андерс. Пибоди, поставь пару мужчин в мягкой одежде на грязную сторону. Рорк, посмотри, спустится ли твой знакомый. Ему не придется ничего говорить. Reo предоставит ему иммунитет, и я санкционирую два законопроекта ".

"Для чего я даю иммунитет?"

"Мы доберемся до этого. Я хочу, чтобы здесь были Петрелли и Гордон, а также ночной портье с провала. Верное Сердце, я собираюсь послать тебя привести Аву ".

Он моргнул, как будто что-то попало ему в глаза. "Посылаешь меня?"

"Ты не будешь беспокоить ее. Ты слишком молода и красива, и ты собираешься извиниться. Если она кричит "адвокат", она кричит "адвокат", но я не думаю, что она будет. Не сразу. Возьмите другую форму. Молодой, зеленый. Я скажу тебе, когда идти и как с ней обращаться. Чему ты улыбаешься? " спросила она Рорка.

"Ты планируешь такое интересное шоу".

"Да, так что давайте разберемся с песней и танцем".

Мне не составило большого труда, чтобы Trueheart выглядел извиняющимся и сговорчивым. Даже с приправами в стиле Бакстера, он оставался добродушным парнем, готовым помочь. Молодые и свежие, и - на беспечный или циничный взгляд - не такие уж умные. Ава увидела двух молодых, красивых, несколько неуклюжих копов, которые, казалось, были смущены своим нынешним долгом.

"Мне ужасно жаль, мэм". Трухарт добавил болезненную улыбку. "Я знаю, что это неудобно, особенно в такое трудное время, но лейтенант ..."

"Да, это очень неудобно и очень трудное время. Я не понимаю, почему я должен ехать в центр. Почему лейтенант не приходит ко мне?"

"Эм, она бы так и сделала, мэм, но она на встрече с командующим и шефом, по поводу, э-э ..., э-э, проблемы со СМИ в связи с этим делом".

"Получаю за это несколько пощечин". Второй полицейский произнес свою первую реплику по сценарию, как по команде.

"Давай". Трухарт неодобрительно посмотрел на него. "И я полагаю, шеф Тиббл хотел бы лично извиниться перед вами за материал в СМИ. Итак, нас послали перевезти вас в Центр."

"Молодой человек, я понимаю, что вы просто выполняете приказы, но вы же не можете рассчитывать запихнуть меня на заднее сиденье полицейской машины, чтобы вдобавок ко всему еще и подвергнуть такому унижению".

"Ах, ну, эм..." Трухарт взглянул на своего товарища, который только беспомощно пожал плечами. "Если бы ты хотел вызвать такси, я думаю ... Я не знаю. Может быть, я мог бы позвонить и спросить ..."

"Чушь, это просто чушь. Я возьму свою собственную машину. Я волен приходить и уходить, когда мне заблагорассудится, не так ли? Я не под арестом, не так ли?"

"О боже, нет, мэм. Я имею в виду, да, мэм, по первой части. Мы могли бы последовать за тобой. Я уверен, что все в порядке, и я мог бы оформить разрешение на парковку на стоянке для VIP-посетителей. Это было бы нормально?"

"Я думаю, это меньшее, что вы могли бы сделать, и спасибо вам. Теперь мне придется попросить вас подождать снаружи, пока я ...

"Вы не выполнили договор". Второй полицейский произнес свою следующую реплику, и Трухарт покраснел и переступил с ноги на ногу.

"Я не знаю, что мы должны ..."

"Мой сержант надрал мне задницу - прошу прощения, мэм - не только за вчерашнее. Я не хочу снова облажаться ".

"Хорошо, хорошо. Мне ужасно жаль, миссис Андерс, но мы просто собираемся прочитать вам исправленную версию Миранды, прежде чем уйдем, поскольку вы собираетесь поговорить с лейтенантом о расследовании. Простая формальность". Трухарт добавил серьезную и нервную улыбку. "Тебя это устраивает?"

"Прекрасно, прекрасно, прекрасно". Ава махнула ему рукой, чтобы он продолжал. "Поторопись. Я не хочу, чтобы у моего дома весь день стояла полицейская машина ".

"Да, мэм. Что ж. У вас есть право хранить молчание ". Чтобы дополнить картину, Трухарт достал маленькую карточку с напечатанным на ней предупреждением и прочитал ее с большой сосредоточенностью. Он надеялся, что это не было преувеличением. "Um. Ты понимаешь свой..."

"Я что, идиот?" Ава сорвалась. "Конечно, я понимаю. А теперь кыш, я выйду через несколько минут ".

"Да, мэм. Спасибо, мэм ". После того, как дверь захлопнулась у него перед носом, Трухарт вернулся к полицейской машине со своим спутником. "Даллас - настоящий гений", - заявил он, затем включил свой коммуникатор. "Это истинное сердце, лейтенант".

В центре внимания, Ева заправилась кофе. "Трухарт следует за ней. Я хочу, чтобы уборщики были на этой машине в ту же минуту, как она припаркована ".

"Ты, типа, читаешь ее мысли", - сказала Пибоди. "Ты знал, что она приедет".

"Она бы не отказалась от возможности заставить начальника полиции пресмыкаться перед ней и господствовать надо мной. И она не села бы в черно-белое, если бы на нее не надели наручники и не понесли. Кроме того, если она оставила машину дома, уборщики могли обработать ее там. Ордер Рео распространяется на нас. Я хочу, чтобы все шло как по маслу. Все на своих местах ". Даже когда она прокручивала в голове детали, Ева повернулась к своему партнеру. "Мне нужно поговорить с ней один на один, Пибоди. Ты понимаешь это?"

"Да. И я знаю свой намек. У нас есть два человека, которые заедут, оформят ордер на обыск дома и привезут парики. Это похоже на укол, не так ли, и почти так же пикантно, как таранный таранный тейкдаун. Без возможности смертельных травм. Это все: Психика! "

"Мы крутим ее, и мы крутим ее. Мы поворачиваем ее вправо, и она ломается ". Ева уставилась на свою доску убийств. Шаги и стадии, обрывки и фрагменты. Теперь пришло время собрать их всех вместе.

"Лейтенант". Рорк изучал ее с порога.

"Пойду проверю, как там дела", - сказала Пибоди и вышла.

"Она в пути. Пригоняю машину ".

"Ты позвонил тому. Ваш разнообразный состав персонажей, похоже, на месте. Ты знаешь, что рискуешь этими большими, жирными адвокатами на этой сцене, которую ты устроил ".

"Да. Она достаточно умна, чтобы стать адвокатом, но, держу пари, она слишком самонадеянна, чтобы сразу же начать скандалить. В конце она это сделает. В конце она будет кричать, требуя адвоката ". И на этот раз, признала Ева, звук этого был бы как музыка для ее ушей. "Но сначала она будет потрясена, потрясена достаточно, чтобы иметь право поставить меня на место".

"Как и пыталась Магделана".

Не было смысла отрицать это. "К ее окончательному разочарованию ... и толстой губе. Я не цепляюсь за это, если тебя это беспокоит." Когда он вошел, его голубые глаза встретились с ее взглядом, и он провел кончиком пальца по неглубокой вмятине на ее подбородке, она вздохнула, затем пожала плечами. "Ладно, может быть, немного. Но я злюсь на тебя не из-за этого, из-за нее ".

Он наклонился и поцеловал ее очень нежно.

"Многое. Ты не видел ее, по крайней мере, до тех пор, пока то, что она делала, не было ткнуто тебе в лицо. Должно быть, это мужской стиль, когда дело касается определенного типа женщин. Томас Андерс не видел этого в Аве долгие годы. Он жил с ней, и он не видел ее. Не та, кто она есть на самом деле. Я не сержусь на него за это. Он любил ее. Я зол, что она использовала это, и он. Использовали любого, кто попадался под руку, абсолютно без зазрения совести. Для игры и наживы. Она убила его за это. Для игры и наживы".

"И ты представляешь, если бы мне не пихали в лицо определенные вещи, если бы я не видел, если бы некоторые обстоятельства сложились иначе, Мэгги в конце концов покончила бы со мной".

"Зачем делить большую часть известной Вселенной, если вы можете иметь все это для себя?"

"Ты прав. И, да, она бы попыталась прикончить меня в какой-то момент. К счастью, я женат на лучшей сучке-копе в городе и хорошо защищен ".

"К счастью, ты можешь позаботиться о себе. Томми Андерс не смог ". Она повернулась обратно к доске, к идентификационной фотографии улыбающегося, добродушного лица Андерса.

"Это поражает меня. Некоторые из них делают, и это поражает меня, потому что он был хорошим человеком, который любил свою жену и использовал свои деньги и положение, чтобы делать хорошие вещи. Он мертв, жизни разрушены или, в лучшем случае, навсегда изменились, и все потому, что она хотела все шарики. Итак ... я собираюсь раздавить ее, как уродливого паука, которым она и является ".

"Лейтенант". Вмешалась Пибоди. "Она только что въехала на стоянку".

"Поднимите занавес", - сказал Рорк.

23

ПО МНЕНИЮ РОРКА, ПОЛИЦЕЙСКИЕ КОНТОРЫ ТЯГОТЕЛИ К шумным, сбитым с толку и переполненным людям. Такие, как Cop Central, извивались, поднимались и падали в извилистом лабиринте, где копы, подозреваемые, жертвы, адвокаты, техники - все сталкивались и зарывались в землю среди постоянного грохота и движения.

И все же, несмотря на все это, хореография, поставленная Евой, двигалась плавно. Возможно, поскольку многие игроки не знали о своей роли, их действия и реакции были естественны, как дождевая вода.

Он наблюдал на экранах в комнате для наблюдений вместе с Фини и самим режиссером, как Трухарт и его товарищ в униформе - оба выглядели здоровыми и безобидными, как яблочный пирог, - проводили Аву до лифта, а затем снова вышли.

"Это будет быстрее и менее многолюдно", - объяснил Трухарт своим вежливым тоном, - "если мы воспользуемся планерами отсюда, миссис Андерс".

Пока они поднимались, другие опускались. Внизу мужчина в испачканной футболке и потрепанных дредах, которого Рорк принял бы за полицейского в шести кварталах, повернулся, указал. "Эй, эй! Это тот, кто там. Это баба, оставшаяся с руганью. Эй!"

Ава повернулась к приятному лицу Трухарта. "Извините", - сказал он. "Мы проходим здесь через все виды".

Он вывел ее с трапа, через короткий пролет пола, как раз в тот момент, когда женщина-офицер повела Бебе Петрелли к спуску. Реакция обоих гражданских поразила Рорка как бесценная. Шок на обоих лицах, страдание на лице Петрелли, ярость, омрачающая лицо Авы, даже когда полицейский быстро толкнул Петрелли влево и прочь.

Небольшие трещины на маске, заметил Рорк. И они поднялись по следующему спуску. На этот раз Бакстер привел Кэсси Гордон на "Чуть ниже". Взгляд Кэсси проследил вверх, зацепился. "Ну, привет. Эй, Ава!" В голосе Кэсси прозвучало резкое и смертельное веселье. "Что ты здесь делаешь?"

Ава оглянулась, скользнула холодным взглядом по Кэсси. "Мне жаль. Знаю ли я тебя?"

"Конечно, но тогда я просто один из орды. Как дела?"

"Вы должны меня извинить. У меня мало времени. Можем ли мы это сделать?" - спросила она у Трухарта.

"Да, мэм, мы почти на месте. Сюда". Он намеренно провел ее мимо Отдела по расследованию убийств, где ночной клерк из секс-бара сидел на скамейке снаружи в окружении двух полицейских. Он уставился на нее, когда она приблизилась. Трещины расширились, когда краска залила лицо Авы.

"Прямо здесь". Трухарт открыл дверь для интервью А. "Я удостоверюсь, что лейтенант знает, что вы здесь. Могу я предложить тебе что-нибудь выпить? Может быть, кофе."

"Я бы предпочел что-нибудь сладкое и холодное. Имбирный эль в стакане".

"Да, мэм".

Наблюдая, Ева засунула большие пальцы рук в карманы. "Напускает на себя игривый вид. Знает, что мы наблюдаем. Любой, у кого есть мозги, а мозги у нее есть, знает, как работает интервью ".

"Немного напугал ее".

"Да, но разозлил ее больше. Это то, за что ее повесят. Что ж, пора пойти и надрать ей задницу ".

"Хочешь, я поцелую тебя в макушку?"

"Хочешь, я упомяну о твоей пижаме на день болезни?"

"Это подло. Я горжусь тобой. Иди освежуй свою рыбу".

Ева не хотела заставлять Аву долго ждать. Держи себя в руках, эти маленькие грани страха. Она пришла на Собеседование с кучей папок и настроем. "Миссис Андерс."

"Лейтенант. С меня довольно твоей некомпетентности и бессердечия. Я требую встречи с вашим шефом".

"Мы доберемся до этого. Запись включена. Даллас, лейтенант Ева, в интервью с Андерс, Авой, относительно дела номер HA-32003, Андерс, Томас А., и всех связанных с ним событий и преступлений ". Ева упала на стул. "Нам нужно многое прояснить, Ава".

"Миссис Андерс. Я хотел бы прояснить, как вы и этот департамент обращались со средствами массовой информации ".

Ева только улыбнулась. "Это была интересная пара дней для меня. Как насчет тебя?" Под каменным взглядом Авы улыбка Евы стала шире. "Я не часто ловлю таких, и я должен отдать тебе должное: Ты, черт возьми, почти справился с этим. Бьюсь об заклад, тебе интересно, как я собираюсь привлечь тебя за убийство ".

"Что за отвратительные вещи ты говоришь мне! Клеветнические слова. Я не убивал Томми. Я любила своего мужа. Меня не было в стране, когда он умер, и ты это очень хорошо знаешь ".

"Оставь блестящие глаза и сдавленный от слез голос. Я знаю тебя." Ева наклонилась вперед. "Я узнал тебя в ту минуту, когда увидел. Ты жадное, самодовольное подобие человеческого существа. Но у тебя есть мозги, Ава, и у тебя есть терпение. Итак, все сводится к тому, как вы хотите сыграть эту роль. Позвольте мне дать вам пищу для размышлений. Сюзанна Кастер."

"Предполагается, что это имя должно что-то значить для меня?"

"Подумай об этом. Подумайте о том факте, что когда мы приведем ее, мы дадим ей шанс оступиться. У нее будет возможность действовать. Лично я думаю, что она ухватится за это, как за спасательный круг ".

"Лейтенант Даллас, я понятия не имею, что вы пытаетесь здесь сделать, если только это не вызовет еще больший ажиотаж в СМИ, чем вам уже удалось. И что ты каким-то образом обвиняешь меня в этом, и тот факт, что тебе сделали выговор за неправильное обращение с этим. Без всяких сомнений установлено, что я был в Сент-Люсии, когда был убит мой Томми ".

"Тебя не было в Сент-Люсии, когда Неду Кастеру перерезали горло".

"Я не знаю никого с таким именем. Какое это имеет отношение ко мне?"

"Вы собираетесь отрицать, что знаете Сюзанну Кастер?"

"Я знаю очень многих людей". Она сделала паузу, задумчиво нахмурившись. "Сюзанна? Да, конечно. Я ее немного знаю. Она одна из наших матерей ".

"Та самая Сюзанна Кастер, чей муж был убит во время секс-скандала в Алфавит-Сити пару месяцев назад".

"Как ужасно". Ава прижала руку к собственному горлу. "Бедная Сюзанна. Я стараюсь не следить за сообщениями СМИ о насилии. Мне так ужасно жаль слышать об этом, но я не знаю, какое это имеет отношение ко мне или к моему Томми ".

"Заставляет задуматься, что бы сказала Сюзанна, если бы у нее был шанс затронуть этот вопрос".

Вошла Пибоди с рыжим париком в пакете для улик. Она кивнула Еве, выскользнула. "Посмотри сюда. Симпатичная." Ева подняла сумку. "Знакомо?"

"Я предполагаю, что это один из моих, поскольку у меня есть похожий. Или сделал. Время от времени я посещаю костюмированные представления. Я хотел бы знать, как это оказалось в вашем распоряжении ".

"По должным образом оформленному ордеру. Позвольте мне просто упомянуть Неда Кастера еще раз, пикап в баре и секс-провал. Даю тебе еще один шанс, Ава. Ты поразительная женщина. Высокие и хорошо сложенные ". Открыв файл, она достала фотографию, которую по ее заказу нарисовал полицейский художник. Все выглядело тусклым, даже тусклым, как она и заказывала.

"Ты даже в роли дешевой рыжей девчонки все еще неплохо смотришься в дерьмовой камере слежения. Возможно, не подходит для кадрирования ", - добавила она, когда Ава уставилась на это. "Но картина рассказывает историю. Вот история, которая мне нравится. Вы подбираете Кастера в баре, ведете его на флоп, перерезаете ему горло, вырезаете его работы и продолжаете танцевать буги. Почему? Тебе просто придется помочь мне в этом. Почему такая женщина, как ты, якшается с таким мужчиной, как Кастер, и в конечном итоге убивает его?"

"Я вряд ли смогу вам помочь, поскольку не знаю, почему. Это безумие ".

"Возможно, все пошло не так, как ты предполагал. Он не такой смузи, как Чарльз Монро. Может быть, вы пытались получить удовольствие, видя, как ваш муж склонялся таким образом. Помоги мне здесь. Попалась, Ава." Ева постучала по фотографии. "Ты у меня в баре, с Кастером. На провале, с Кастером. Вы можете помочь мне и помочь себе, или я позволю Сюзанне продолжить рассказ отсюда ".

"Это не то, что ты думаешь. Совсем не то, что ты думаешь ".

Трухарт вошел с пластиковым стаканом, наполненным льдом и имбирным элем. "Извините меня. Мне жаль, что это заняло так много времени ".

Ева подождала, пока Трухарт выйдет, пока Ава потягивала. Да, ты думаешь, размышляла Ева. Подумайте, как это сыграть. Держу пари, я знаю, как ты поступишь.

"Сюзанна...Мне было жаль ее. Я хотел помочь ей ".

"Убив ее паршивого мужа? Чувак, кому бы не пригодился такой приятель, как ты?"

"Боже милостивый, нет". Ава прижала руку к сердцу. Вместо вышедшего из моды обручального кольца сиял кроваво-красный рубин. "Я проявил к ней интерес, и было неприятно, что она отказалась помочь себе. Я знаю, это было глупо с моей стороны, я знаю это, но чтобы доказать свою точку зрения, я организовал своего рода вмешательство между ней и ее мужем ".

"Что бы это было за вмешательство? Тот тип, который предполагает кастрацию?"

"Не будьте такими ужасными и грубыми! Я хотел помочь.Зачем бы мне задумывать программы для матерей, если бы я не хотела помочь этим женщинам?"

"Что ты сделал? Чтобы помочь?"

"Я пошел в бар, который он часто посещал, и заманил его - можно сказать, я заманил его - в тот ужасный гостиничный номер. Сюзанна была там. Это был способ поймать его на месте преступления, заставить его посмотреть правде в глаза. Что он делал. Я ушел сразу после того, как она вошла, чтобы дать им возможность побыть наедине ".

Она прижала пальцы к глазам. "С тех пор я с ней не разговаривал. Она не связалась со мной и не приняла мои несколько попыток связаться с ней. Я предположил, что все получилось не так, как мы надеялись. Но я понятия не имел...Если она убила его, лейтенант, если это то, что произошло, это должно было быть в целях самообороны. Это должно было быть ".

"Позвольте мне просто сжать все это. Ты оделась как проститутка, пошла в бар, на флоп с Недом Кастером, в качестве одолжения его жене?"

Ава вздернула подбородок. "Я не понимаю твоих намеков или твоего отношения".

"Ну и дела, простите меня до чертиков".

"Лейтенант, так легко соприкоснуться с жизнями этих женщин, чувствовать к ним. Сюзанна отчаянно пыталась спасти свой брак, свою семью. Она была так уверена, что если бы его поймали таким образом, он согласился бы на консультацию. И, что ж, я признаю, это казалось захватывающим. Мы в Anders очень практичны. Мы с Томми верили в причастность. Я совершил ужасную ошибку. И теперь человек мертв ". Она закрыла лицо руками.

"Хорошо, давайте внесем ясность для протокола. Вы утверждаете, что встретили Неда Кастера в баре ночью двадцатого января этого года, что вы пошли с ним на флоп."

"Да, да, чтобы встретиться с Сюзанной. Он, конечно, был зол, но она попросила меня уйти. Оставить их в покое, чтобы они могли все обсудить. Мне не следовало уходить. Теперь я это понимаю ". Словно в мольбе о понимании, Ава протянула руки к Еве. "Откуда я мог знать, что она убьет его? Она сказала, что хочет спасти свой брак, откуда я мог знать, что она убьет его?"

"Это сложный вопрос. Ты не мог знать ".

"Я чувствую себя ужасно из-за этого. Болен этим. Но Сюзанна, Боже мой, она, должно быть, была...

На этот раз вмешался Бакстер с несколькими пакетами для улик. Пробормотал он, наклоняясь к Еве. "Кастер в пути".

"Спасибо. И посмотрите, что мы имеем сейчас. Черный рынок обходят дистанционно. И эти диски безопасности, изъятые из вашего дома ". Ева подняла одноразовую "связь. "Дешевый кусок дерьма. Шприцы под давлением, загуститель для члена, транквилизатор. Все конфисковано из квартиры Сюзанны Кастер ".

"Мой Бог, мой Бог, это that...is это устройство использовалось, чтобы обойти нашу систему безопасности?" Голос Авы упал до напряженного шепота. "Когда Томми... Сюзанна? Боже мой, Сюзанна убила Томми?"

"Держу пари, что так и было".

"Но, но почему? Почему? Ее дети были в программе. Томми и I...No . Нет. Нет. " Прижав руки к вискам, Ава покачала головой из стороны в сторону, что Ева сочла переигрыванием. "Не из-за того, что случилось с ее мужем. Не из-за того, что я сделал той ночью! Пожалуйста, не из-за этого ".

"Да, из-за этого".

"Как я могу когда-нибудь простить себя?" Затем она заплакала, резкими, сердитыми рыданиями. "Это моя вина. Это все моя вина. О, Томми. Томми."

"Тебе нужна минутка, Ава?" Ева протянула руку, похлопала ее по руке. "Это тяжело. Прости, что я был так строг с тобой в начале интервью. Я должен был выяснить мотив ".

"Это не имеет значения, ничто из этого не имеет значения. Это моя вина. Если бы я не согласилась на то дурацкое дело с мужем Сюзанны, если бы я никогда не пошла с ним в ту ужасную комнату, Томми был бы жив."

"Ты прав насчет этого. Но вот в чем дело. Ты слушаешь, Ава? Ты можешь успокоиться? Понятно?"

"Да. Мне жаль. Я попытаюсь, я попытаюсь. Это все такой шок ".

"Вот еще. Сюзанна Кастер никогда не была в той ситуации с тобой и ее мужем ".

"Конечно, она была. Я видел ее. Я говорил с ней ".

"Она была в своей квартире, в нескольких кварталах отсюда, оставляя сообщения по ссылке своего мужа, пока вы перерезали ему горло. Когда ты вышел из ванной, запечатал его шестидюймовым зазубренным лезвием и полоснул им по горлу, она была дома, расхаживала по комнате, пытаясь дотянуться до него, пока ты смотрел, как он истекает кровью, пока ты отрезал ему член, а потом вылез в окно. Пока ты практически пролетел десять кварталов до автостоянки, где ты припарковал свой Мерседес, нью-йоркский номер A AVA, на месте, которое ты зарезервировал."

Это было покалыванием, поняла Ева. Было прямо-таки жутко смотреть на лицо Авы.

"У меня есть время, у меня есть время. Тайм-аут наступает через двадцать одну минуту после смерти. Вот еще кое-что. Ты запечатал все, но ты не подумал о том, какие грязные окна в этих шлепанцах, какие мерзкие подоконники, как эта грязь может прилипнуть к подошве твоих туфель "трахни меня". Мы займемся твоей обувью, Ава, и я ставлю на это ".

Ева пожала плечами. "Хотя на самом деле это не важно, поскольку вы признались - официально, - что были там".

"И я сказал тебе почему, и что этот человек был жив, когда я уходил. Какая возможная причина могла у меня быть, чтобы убить его? Чтобы-чтобы искалечить его потом? Я даже не знал его ".

"Ты уже сказал, почему. Если бы Кастер не был убит, Томми был бы жив. Видишь это?" Она нажала на ссылку. "Кусок дерьма, как я уже сказал. Большинство людей думают, что эти дрянные одноразовые принадлежности не могут хранить историю передачи. Но эти фанаты EDD? Они долбаные волшебники ".

Ева наклонилась вперед, ослепительно улыбнулась. "Хорошая девочка.Ты помнишь, как сказал это Сюзанне с благоухающих берегов Сент-Люсии, когда она сообщила, что выполнила задание? Хотите услышать сами?" Ева нажала кнопку на ссылке, и раздался голос Авы.

Хорошая девочка.

"Они немного подчистят это, но я хотел, чтобы вы услышали это, как только оно будет готово. Мило с твоей стороны слегка погладить Сюзанну по голове ".

"Это смешно, и ты жалок. Очевидно, что Сюзанна убила своего мужа и моего. Она, должно быть, ужасно больна. Что касается этой связи, я говорил с ней сколько угодно раз за последние месяцы ".

"Из Сент-Люсии? Они действительно хорошо триангулируют эти передачи ".

"Я не помню. Я мог бы."

И еще покалывания, подумала Ева, когда увидела, как участился пульс на горле Авы. "Предыдущее заявление: Вы не разговаривали и не имели контакта с Сюзанной Кастер с той ночи, когда был убит ее муж."

"Возможно, я ошибался на этот счет".

"Нет, ты солгал об этом. Это ложь, которая сбила тебя с толку. Это был довольно надежный план, я отдаю вам должное. Но ты не смог сохранить это простым. Вы должны были разработать, сделать из себя более стойкую, верную и любящую жену, изображая своего мужа намного меньшим, чем он был. Тебе пришлось заставить его заплатить за все те годы, что ты играла любящую жену. Он никогда не нанимал LCS, никогда не заводил романов, никогда не требовал от тебя извращений ".

"Вы не можете доказать или опровергнуть то, что происходит между людьми в уединении их спальни".

"Да, это было твое мнение по этому поводу. Это неплохо. Но я могу доказать, что никто из тех, кто когда-либо знал его или имел с ним дело, не может подтвердить ваше заявление. Я могу доказать, что ты заменила снотворное на его витамины на ночь утром перед отъездом в Сент-Люсию. Я могу доказать, что вы вступили в сговор с Сюзанной Кастер по схеме, в которой каждый из вас согласился убить супруга другого. Я могу доказать, что вы обратились по крайней мере к двум другим женщинам, обдумывая эту идею, прежде чем остановились на Сюзанне ".

"Это ничего не значит, ничто из этого не значит..."

"Не закончено", - прокомментировала Ева. "Я могу доказать, что ваш тесть, убийство которого я также собираюсь повесить на вас, если дать вам немного больше времени, был раздражен тем, как вы распределяли средства, предназначенные для программы".

"Нелепо". Но ее тело дернулось. "Безумный".

"Ты продолжаешь так думать", - предложила Ева. "Убийство Реджинальда Андерса открыло дверь вашим долгосрочным планам. Я могу доказать, что вы не только говорили с Сюзанной, не только связывались с ней после убийства Кастера, но и поехали на стоянку в нескольких кварталах от ее дома - снова зарезервированное место - и встретились с ней на улице, где вас видели свидетели. Черное пальто с меховой оторочкой. Теперь у нас есть и это доказательство. Я могу доказать, что вы отвезли ее на остановку отдыха у магистрали, где вас видели свидетели."

"Она шантажировала меня".

"О, пожалуйста".

"После того, как она убила своего мужа, она шантажировала меня. Она сказала, что позвонит в полицию, что она скажет им, что у меня был роман с ее мужем, и что она знала, что он встречался со мной той ночью. Я был в ужасе. Я встретил ее в тот день, возле ее дома, чтобы отдать ей последний взнос. Я поехал за город в ту зону отдыха и отдал ей последний платеж. Я сказал ей, что это должно быть последним, и она разозлилась. Должно быть, поэтому она убила Томми ".

"Как сильно она тебя ужалила? Быстрее, быстрее", - сказала Ева, когда Ава заколебалась. "Сколько?"

"Двести тысяч долларов".

"Видишь, тебе следовало снизить цену. Это слишком много для нее, чтобы скрывать, слишком много для тебя, чтобы снимать пену, не оставляя крошек ".

"Я продал кое-какие драгоценности".

"Нет, Ава, нет". Тяжело вздохнув, Ева наклонилась. "Теперь ты разочаровываешь меня. Я больше доверял тебе. Мы можем это проверить. Во-первых, возвращаясь назад, у Сюзанны не хватает ни мозгов, ни смелости кого-либо шантажировать. Возвращаясь еще дальше, мало того, что ее не было в комнате, когда Нед покупал ее, но она слишком маленького роста, чтобы нанести смертельный удар. Это базовая судебная экспертиза, и присяжные здесь довольно подкованы. Это заставило тебя остыть. Свидетели, криминалисты, ваше собственное заявление привели вас туда ".

"Она не пришла. Она не пришла, как было условлено, и он напал на меня ".

"Кто? Давайте будем конкретны, раз уж у нас здесь такая извилистая дорога ".

Ава снова взяла свою чашку, отпила. "Муж Сюзанны".

"Нед Кастер напал на тебя?"

"Да. Он хотел секса, и я сказала ему, что Сюзанна придет, и он был в ярости и напал на меня. Я был в ужасе; вы должны понять. Он собирался изнасиловать меня, поэтому я схватилась за нож ".

"Откуда?"

"От..."

"Быстро!" Ева огрызнулась, и Ава снова затряслась. "Где ты взял нож?"

"От него. У него был нож. Он угрожал мне этим, и мы боролись. Я набросился, опасаясь за свою жизнь ".

"Ты убил Неда Кастера".

"Да, да, но в целях самообороны. Он был безумцем, размахивал ножом, кричал. Он разорвал на мне одежду. Я был в ужасе ".

"Я приму признание вины, но не мольбу. И присяжные тоже не поверят. Снова основы криминалистики, Ава. Ты уложил его сзади ".

"Мы боролись".

"Одним чистым ломтиком. Никаких защитных ран, никаких следов борьбы на нем или в комнате. Ты проделал чертовски хорошую работу ".

"Мне нужен адвокат. Сейчас."

"Конечно. Пока мы разбираемся с этим, " сказала Ева, начиная собирать пакеты с уликами и папки, " я пойду немного поболтаю с Сюзанной. Она уже должна быть здесь ".

"Это была ее идея".

"Мне жаль, Ава, ты воспользовалась своим правом на адвоката. Я не могу принять от вас никаких дальнейших заявлений до тех пор, пока..."

"К черту адвоката. Мне не нужен чертов адвокат. Мне нужна твоя помощь. Разве вы не государственный служащий? Разве это не ваш долг - помочь кому-то в беде? Разве не за это я плачу тебе?"

"Так мне сказали. Для протокола, вы снова отказываетесь от своего права на адвоката?"

"Да, да, да. Это была ее идея. Я была расстроена на Томми из-за какой-то глупости, и я была пьяна. Она пришла в мою комнату на ретрите, и мы начали разговаривать ".

Дыхание Авы участилось. Ева представила, что ее мысли пронеслись еще быстрее.

"Она сказала, что нам обоим было бы лучше без наших мужей. Я был в настроении, я согласился. Затем она вынашивала эту идею о том, как каждый из нас убивал бы другого. Это была глупость, по крайней мере, я так думал. Мы говорили и говорили, обдумывая это. Смеялись над этим. Это была просто шутка.Я был ужасно пьян, просто чувствовал себя грустным и нелепым, и мне было смешно размышлять о том, как мы это сделаем.

"Но затем, несколько недель спустя, она пришла ко мне и сказала, что пришло время. Я был в ужасе, конечно. Я сказал ей, что она, должно быть, была не в своем уме, если подумала, что я способен на такое. Она не в своем уме, чтобы поверить, что я действительно хотела смерти моего Томми. Она была... жестокой. Если бы я не сделал то, о чем мы договорились, она бы убила Томми. Я не знаю, когда и как, но она убьет его. Она говорила серьезно. Чем больше я спорил, умолял, протестовал, тем более злобной она становилась. Я сделала это, чтобы спасти своего мужа, я сделала это, чтобы спасти его жизнь ".

"Сейчас ты на грани срыва, но спасибо за "я сделал это". И признание в первоначальном плане".

"Ее! Ее! Это был ее заговор ".

"Она не могла спланировать свой выход из собственной квартиры. Посмотри на это." Ева похлопала по пакетам с уликами. "Разве ты не сказал ей избавиться от этого хлама? Но нет, она тащит это домой и запихивает в свой шкаф. Ты выбрала идиота в напарники, Ава - или простофилю, в зависимости от твоего взгляда на это. Но ты многое напортачил. Оба ваших мужа погибли в убийствах, связанных с сексом? Я здесь не идиот. Ты слишком глуп, чтобы провернуть это, слишком раздут, чтобы придать своему собственному заявлению достаточно убедительности, чтобы привлечь к себе внимание СМИ. Это тот самый пиар-тренинг. Любая история - хорошая история. Ты все испортил, вплоть до своего тестя ".

"Ты никогда этого не докажешь. Ничего из этого. Все, что у вас есть, - это предположения ".

"О, намного больше, чем. И есть маленький вопрос с твоими признаниями ".

"Ты исказил мои слова. Ты обманул меня, вложил слова в мои уста. И вы не сообщили мне о моих правах перед интервью ".

"Офицер Трухарт сделал это - официально. Охватывает нас обоих, Ава." Ева широко улыбнулась. "О, и вы, возможно, не узнали парня, который разговаривал с Рорком снаружи. Но он из тех бизнесменов, которые принимают меры предосторожности. Вы попросили одного из ваших добровольцев забрать пульт - но у меня есть надежный свидетель, который следовал за ней всю дорогу до вашего дома, куда он был доставлен. Это просто глазурь на моем торте. Но, плюс для тебя? Вы собираетесь потратить на это много часов экранного времени ".

Ева покачала головой, собрала свои папки и сумки. "Ты глупый, жалкий убийца".

Ава накатила, как приливная волна, отбросив стол в сторону. Эта плотная кожа, которую она носила годами, теперь была разорвана в клочья, отметила Ева.

"Глупый? Посмотрим, кто глуп в конце дня, ты, сука.Никто ничему из этого не поверит. У меня есть друзья. Могущественные друзья и, между нами говоря, мы разорвем тебя и твое нелепое интервью на кусочки ".

"Леди, у вас никого нет. У тебя действительно было. У тебя был хороший, порядочный мужчина, который любил тебя ".

"Что ты знаешь об этом? Что ты знаешь? Шестнадцать лет моей жизни были вложены в человека, который был одержим результатами в гольфе и боксе, и детьми, которые не были его собственными. Я заработал все, что у меня есть ".

"Женившись на этом, ты этого не зарабатываешь".

"Ты женился на деньгах. Кто ты такой, чтобы разговаривать?"

"Я вышла замуж за мужчину. Мужчина. Ты никогда этого не поймешь. Ваш вид не способен на это. На двери."

Когда дверь открылась, она передала папки и пакеты офицеру снаружи, затем повернулась обратно. "Ава Андерс, вы арестованы за убийство Неда Кастера и за сговор с целью убийства Томаса А. Андерса. Другие обвинения включают ..."

"Найдите мне гребаного адвоката. Пригласите сюда прокурора. Теперь, черт возьми. Он заключит сделку за мои показания против этого придурка ".

"Вы можете пригласить адвоката, но окружной прокурор уже заключил сделку с Сюзанной Кастер этим утром". Ева усмехнулась. "Психолог".

Она предвидела, что это произойдет. Боже, она молилась об этом на протяжении всего интервью. Предвидя это, полицейский у двери и те, кто наблюдал, остались позади, как она приказала, когда Ава напала на нее.

Она отвернулась от удара ногтем, так что эти длинные, красивые ногти едва не задели кожу под ее челюстью. И она приняла первый толчок, который впечатал ее в стену.

Так остальное выглядело бы лучше на записи. Ева наступила на подъем ноги Авы, двинула локтем ей в живот, а затем добила сильным апперкотом.

Она изучала женщину, распростертую без сознания у ее ног. "Думаю, мы перейдем к этим другим обвинениям, когда ты проснешься. На пороге." Ева перешагнула через Аву. "Вы и еще один офицер проводите ее вниз через систему бронирования, когда она придет в сознание. Ей нужен адвокат, проследи, чтобы ей разрешили связаться с ним ".

"Да, сэр. Лейтенант, у вас немного идет кровь."

"Да". Ева провела кончиками пальцев по следам от ногтей. "Все за один день. Интервью окончено ".

Рео был первым, кто вышел из-под наблюдения. "Достаточно хорош для тебя?" Ева спросила ее.

"И еще кое-что. Я собираюсь заставить ее адвокатов плакать, как младенцев. Сейчас мне весело. Ты получил свое".

"Показал?"

"Тем из нас, кто знает и любит тебя. Тебе следовало отделать ее до того, как она тебя поцарапала."

Ева наклонила голову, постучала чуть ниже отметин. "Присяжным это понравится, если дело зайдет так далеко. Заверни ее, Рео. Я хочу время от времени выкроить минутку из своего дня, чтобы подумать о том, как она гниет в цементной клетке за пределами планеты ".

"Что угодно для приятеля. Я лучше перейду к этому ".

"Пибоди, подготовь документы по этому делу, ладно?"

"Конечно, было забавно смотреть, так что запись об этом справедлива в качестве платы за вход".

Она начала было, но Бакстер преградил ей путь. И протянул руку. Немного сбитая с толку, она взяла его, пожала. "Сегодня хороший день", - сказал он, и она кивнула.

"Да, это хороший день. Ты отстраняешься от участия до понедельника ".

"Я доведу это до конца, тогда я ухожу".

Она прорвалась в свой офис, чтобы быстро выпить чашечку кофе. Думая о Тиббле - и, что более важно, о его жене, - она решила, что свяжется с коммандером Уитни, передаст ей устные. И позволь ему передать это дальше. На всякий случай.

"Сидеть", - приказал Рорк, входя с небольшой аптечкой первой помощи.

"Послушайте, сестра Студли..."

"Мы поиграем в медсестру Студли и пациентку Секси позже. Теперь сядьте, чтобы я мог обработать эти царапины. У таких мерзких кошек бывают мерзкие микробы ".

"Она довольно противная". Ева села, подняв голову. "Я должен был просто ударить ее в ответ. Если я получу пощечину за то, что вырубил ее, я заслужил это ".

"Я так не думаю".

"Подъем был для детей Сюзанны, удар локтем в живот был для меня. Нокаут, это было для Томми Андерса ".

Промывая и обрабатывая царапины, Рорк встретился с ней взглядом. "Она заслужила каждого, а остальное, о котором ты позаботился, она получит. Ты немного растянул это ".

"Да, это было снисходительно. Но мне нравилось, как она продолжала выкручиваться, меняя свою историю. И всем этим мурашкам было трудно сопротивляться. Она хороша в планировании, но у нее дерьмово получается думать на ходу. Ее адвокатам становится сложнее, когда она дает так много противоречивых заявлений в одном интервью. К тому же, она теперь не сможет позволить себе кучу толстых адвокатов ".

"О?"

"Она не может использовать что-либо, связанное со смертью ее супруга, поскольку она обвиняется в заговоре с целью убийства того же самого. Это сокращает время. И если я смогу раскрыть дело Хэмптона, она потеряет то, что получила после смерти свекра. У нее будет намного меньше средств, чтобы тратить на модных адвокатов. В любом случае."

"В любом случае". Он наклонился, коснулся губами ее губ. "С тобой покончено". Он поставил аптечку первой помощи на ее стол. "Есть мысли по поводу возвращения домой?"

"Да, как только я свяжусь с Уитни и проверю это для него. И я решил предупредить Надин. Может быть, ты сможешь угостить меня жирным, сочным стейком ".

"Может быть, я мог бы".

"Рорк".

"Ева".

Это заставило ее улыбнуться, но ее глаза оставались серьезными, глядя на него. "Что она сказала о том, что я женился из-за денег?"

"Ты ответил на это, и довольно хорошо".

"Да, но мы знаем, что некоторые люди так думают".

"Ева..."

"Некоторые люди думают об этом иногда, некоторые люди думают, что знают это все время. Ты и я, мы знаем другое ".

"Мы знаем, да". Он поднял ее на ноги, и на этот раз поцелуй был долгим, глубоким и чуть темноватым. "Мы оба знаем, что ты женился на мне ради секса".

"Ну, да, вот почему я не возражаю, если некоторые люди думают, что дело было в деньгах, потому что это менее личное. Спасибо за первую помощь ".

"Я бы сказал, в любое время, но это так часто бывает".

Она усмехнулась, затем села, чтобы связаться со своим командиром.

Рорк устроилась в кресле для посетителей. Он достал свой ПК и развлекся, проверяя биржевые отчеты по Андерсу. Он подумал, что было бы вполне уместно выкупить акции, ранее принадлежавшие Аве Андерс.

И запишите их на имя Евы Даллас.

***

Дж. Ди Робб

Соблазн в смерти

Ева Даллас и ее муж Рорк #15

Верно, я говорю о снах,

Которые являются детьми праздного мозга,

Порожденный ничем иным, как тщетной фантазией.

- Уильям Шекспир-

И все же каждый мужчина убивает то, что любит,

Пусть каждый услышит это,

Некоторые делают это с горьким видом,

Некоторые с лестным словом.

Трус делает это поцелуем,

Храбрый человек с мечом!

- Оскар Уайльд-

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Смерть приходила во снах. Она была ребенком, который не был ребенком, лицом к лицу с призраком, который, независимо от того, как часто его кровь омывала ее руки, не хотел умирать.

В комнате было холодно, как в могиле, затуманенной красным светом, который мигал, то включаясь, то выключаясь, отражаясь от грязного оконного стекла. Свет разлился по полу, по крови, по его телу. Над ней, когда она съежилась в углу с ножом, покрытым запекшейся кровью по рукоять, все еще в ее руке.

Боль была повсюду, распространяясь сквозь нее ошеломляющими волнами, у которых не было ни начала, ни конца, но кружилась, бесконечно кружилась, в каждой клеточке. Кость в ее руке, которую он сломал, щека, по которой он так небрежно ударил ее тыльной стороной ладони. Центр ее, который снова разорвался во время изнасилования.

Она была подавлена болью, покрыта шоком. И омыт его кровью.

Ей было восемь.

Она могла видеть свое собственное дыхание, когда она тяжело дышала. Маленькие призраки, которые сказали ей, что она жива. Она чувствовала вкус крови у себя во рту, яркий и ужасный вкус, и чувствовала - прямо под спелостью свежей смерти - вонь виски.

Она была жива, а он - нет. Она была жива, а он - нет. Снова и снова она повторяла эти слова в своей голове, и ее разум пытался осмыслить их.

Она была жива. Он не был.

И его глаза, открытые и пристальные, устремленные на нее.

Улыбнулся.

Ты не сможешь так легко избавиться от меня, маленькая девочка.

Ее дыхание участилось, прерывистыми вздохами, которые хотели перерасти в крик. Это хотело вырваться из ее горла. Но все, что раздалось, было хныканьем.

Все испортил, не так ли? Просто не можешь делать то, что тебе говорят.

Его голос был таким приятным, ярким, с тем ухмыляющимся юмором, который, как она знала, был самым опасным из всех. Пока он смеялся, кровь лилась из отверстий, которые она проделала в нем.

В чем дело, малышка? Кот проглотил твой язык?

Я жив, а ты нет. Я жив, а ты нет.

Думаешь так?Он пошевелил пальцами, что-то вроде дразнящей волны, которая заставила ее застонать от ужаса, когда мокрые красные капли скатились с кончиков.

Мне жаль. Я не это имел в виду. Не делай мне больно снова. Ты делаешь мне больно. Почему ты должен причинять мне боль?

Потому что ты глуп. Потому что ты не слушаешь! Потому что - и вот настоящий секрет - я могу. Я могу делать с тобой все, что захочу, и никому нет до этого дела, вонючая крысиная задница. Ты ничто, ты никто, и не забывай об этом, маленькая сучка.

Теперь она начала плакать, тонкими холодными слезами, которые просачивались сквозь кровавую маску на ее лице. Уходи. Просто уходи и оставь меня в покое!

Я не собираюсь этого делать. Я никогда не собираюсь этого делать.

К ее ужасу, он поднялся на колени. Скорчился там, как какая-то кошмарная жаба, окровавленный и ухмыляющийся. Наблюдал за ней.

Я многое вложил в тебя. Время и деньги. Кто обеспечивает твою гребаную крышу над головой? Кто кладет пищу в твой живот? Кто возит тебя путешествовать по всей нашей великой стране? Большинство детей твоего возраста ни хрена не видели, но ты видел. Но ты учишься? Нет, ты не понимаешь. Ты выдерживаешь свой вес? Нет, ты не понимаешь. Но ты собираешься. Ты помнишь, что я тебе сказал? Ты начнешь отрабатывать свое содержание.

Он поднялся на ноги, крупный мужчина, его руки по бокам медленно сжимались в кулаки.

Но теперь папочке придется наказать тебя.Он сделал неуверенный шаг к ней.Ты была плохой девочкой. И еще один.Очень плохая девочка.

Ее разбудили собственные крики.

Она была вся в поту, дрожа от холода. Она боролась за дыхание, отчаянно пыталась разорвать веревки из простыней, которыми была обернута вокруг нее, пока она металась в кошмаре.

Иногда он связывал ее. Вспомнив это, она издала горлом тихие, животные звуки, когда рвала простыни.

Освобожденная, она скатилась с кровати, присела рядом с ней в темноте, как женщина, готовая бежать или сражаться.

"Огни! По полной. Боже, о Боже."

Они вспыхнули, прогоняя даже намек на тень из огромной, красивой комнаты. Тем не менее, она осмотрела его, каждый уголок, в поисках призраков, когда неприятный осадок сна пронзил ее внутренности.

Она с трудом сдержала слезы. Они были бесполезны, и они были слабы. Точно так же, как это было бесполезно, это было слабо - позволить себе испугаться снов. Призраками.

Но она продолжала дрожать, когда подползла, чтобы сесть на край большой кровати.

Пустая кровать, потому что Рорк был в Ирландии, и ее эксперимент по попытке заснуть в ней без него, без сновидений, потерпел сокрушительный провал.

Сделало ли это ее жалкой? она задумалась. Глупый? Или только что женился?

Когда толстый кот Галахад стукнулся своей большой головой о ее руку, она подняла его. Она сидела, лейтенант Ева Даллас, одиннадцать лет прослужившая в полиции, и утешала себя кошкой, как ребенок мог бы утешить плюшевого мишку.

Тошнота охватила ее желудок, и она продолжала раскачиваться, молясь, чтобы ее не стошнило и не добавило еще одного несчастья к ночи.

"Отображение времени", - приказала она, и циферблат прикроватных часов мигнул.Час пятнадцать, отметила она. Идеальный. Она едва продержалась час, прежде чем с криком проснулась.

Она отложила кошку в сторону, поднялась на ноги. Осторожно, как пожилая женщина, она спустилась с платформы, пересекла комнату и вошла в ванную.

Она пустила холодную воду, настолько холодную, насколько могла выдержать, затем плеснула на лицо, пока Галахад обвивал себя, как пухлая лента, у нее между ног.

Пока он мурлыкал в тишине, она подняла голову, изучая свое лицо в зеркале. Он был почти таким же бесцветным, как вода, которая капала с него. Ее глаза были темными, выглядели покрытыми синяками, выглядели измученными. Ее волосы были спутанной коричневой шапкой, а кости лица казались слишком острыми, слишком близко выступающими на поверхность. Ее рот был слишком большим, нос обычным.

Что, черт возьми, видел Рорк, когда смотрел на нее? она задумалась.

Она могла бы позвонить ему сейчас. В Ирландии было больше шести утра, и он рано вставал. Даже если бы он все еще спал, это не имело бы значения. Она могла бы перейти по ссылке и позвонить, и его лицо появилось бы на экране.

И он увидел бы кошмар в ее глазах. Что хорошего это принесло бы кому-либо из них?

Когда мужчина владел большей частью известной Вселенной, он должен был иметь возможность путешествовать по делам, не подвергаясь преследованиям со стороны своей жены. В этом случае его удерживало нечто большее, чем бизнес. Он был на поминках умершего друга, и ему не нужно было больше стресса и беспокойства, навалившихся на него с ее стороны.

Она знала, хотя они никогда по-настоящему не обсуждали это, что он сократил свои ночные поездки до предела. Кошмары редко приходили с такой силой, когда он был в постели рядом с ней.

У нее никогда не было ничего подобного, того, где ее отец разговаривал с ней после того, как она убила его. Сказал ей то, что, как она думала - была почти уверена, - он говорил ей, когда был жив.

Ева представила, как доктор Мира, ведущий психолог и профайлер NYPSD, проведет день, посвященный значениям, символизму и всему Христу.

Это тоже не принесло бы никакой пользы, решила она. Так что она просто оставит эту маленькую жемчужину при себе. Она принимала душ, брала кота и поднималась наверх, в свой кабинет. Они с Галахадом растягивались в ее кресле для сна и отключались на остаток ночи.

Сон развеялся бы к утру.

Ты помнишь, что я тебе сказал.

Она не могла, подумала Ева, ступив в душ и включив все струи на полную мощность на сто один градус. Она не могла вспомнить.

А она не хотела.

Она была более уравновешенной, когда вышла из душа, и, каким бы жалким это ни было, для удобства натянула одну из рубашек Рорка. Она как раз взяла кота на руки, когда у прикроватной тумбочки запищала связь.

Рорк, подумала она, и ее настроение значительно поднялось.

Она потерлась щекой о голову Галахада, когда ответила. "Даллас".

Отправка. Даллас, лейтенант Ева...

***

Смерть приходила не только во снах.

Ева стояла над ним сейчас, в ароматном воздухе раннего утра июньского вторника. Тротуар в Нью-Йорке был оцеплен, датчики и блоки были расставлены по периметру тротуара, а веселые кадки с петуниями использовались для украшения входа в здание.

У нее была особая любовь к петуниям, но она не думала, что на этот раз они справятся с задачей. И не в ближайшее время.

Женщина лежала лицом вниз на тротуаре. Судя по углу наклона тела, брызгам и лужам крови, от этого лица должно было мало что остаться. Ева посмотрела вверх на величественную серую башню с ее полукруглыми балконами, по которой скользит серебряная лента людей. Пока они не опознают тело, им будет трудно определить место, с которого она упала. Или прыгнул. Или тебя толкнули.

В одном Ева была уверена: это было очень долгое падение.

"Возьми ее отпечатки и проверь их", - приказала она.

Она посмотрела вниз на своего помощника, когда Пибоди присела на корточки, открывая полевой набор. Форменная фуражка Пибоди сидела прямо на ее прямых, как линейка, темных волосах. У нее были твердые руки, подумала Ева, и наметанный глаз. "Почему бы тебе не сыграть "Время смерти"."

"Я?" Удивленно спросила Пибоди.

"Дайте мне удостоверение личности, установите время смерти. Войдите в описание сцены и тела."

Теперь, несмотря на ужасные обстоятельства, на лице Пибоди отразилось волнение. "Да, сэр. Сэр, у первого офицера, прибывшего на место происшествия, есть потенциальный свидетель."

"Свидетель оттуда или отсюда?"

"Здесь, внизу".

"Я приму это". Но Ева оставалась на месте еще мгновение, наблюдая, как Пибоди сканирует отпечатки пальцев мертвой женщины. Хотя руки и ноги Пибоди были запечатаны, она не соприкасалась с телом и провела сканирование быстро и деликатно.

После одного одобрительного кивка Ева отошла, чтобы расспросить полицейских, стоящих по периметру.

Возможно, было почти три часа ночи, но там были свидетели, зеваки, и их нужно было подбодрить, отгородиться. Ястребы новостей уже были на виду, задавая вопросы, пытаясь урвать несколько минут записи, чтобы запустить ее в эфир перед первой утренней поездкой на работу.

Амбициозный оператор глиссера ухватился за эту возможность и потратил некоторое время сверхурочно, продавая товар толпе. Его гриль выпускал дым, который распространял в воздухе ароматы соевых сосисок и регидратированного лука.

Он, казалось, занимался оживленным бизнесом.

Великолепной весной 2059 года смерть продолжала привлекать аудиторию из числа живых и тех, кто знал, как быстро заработать на сделке.

Мимо пронеслось такси, которое даже не потрудилось нажать на тормоза. Где-то дальше в центре города завыла сирена.

Ева отбросила это, повернулась к униформе. "Ходят слухи, что у нас есть глаза".

"Да, сэр. Офицер Янг посадил ее в патрульную машину, удерживая подальше от упырей."

"Хорошо". Ева обвела взглядом лица за барьером. В них она увидела ужас, возбуждение, любопытство и своего рода облегчение.

Я жив, а ты нет.

Избавившись от этого, она выследила Янга и свидетеля.

Учитывая соседство - ибо, несмотря на достоинство и петунии, многоквартирный дом находился прямо на границе городской суеты и городской низости - Ева ожидала лицензированного компаньона, возможно, наркомана-химика или дилера на пути к цели.

Она, конечно, не ожидала увидеть миниатюрную, стильно одетую блондинку с милым и знакомым лицом.

"Доктор Диматто."

"Лейтенант Даллас?" Луиза Диматто наклонила голову, и рубиновые гроздья в ее ушах заблестели, как стеклянная кровь. "Ты входишь, или мне выходить?"

Ева дернула большим пальцем, открыла дверь машины шире. "Выходи".

Они познакомились прошлой зимой в клинике на Канал-стрит, где Луиза боролась против течения, исцеляя бездомных и потерявших надежду. Она происходила из богатой семьи, и ее родословная была голубой, но у Евы были веские причины знать, что Луиза не придирается к тому, что пачкает руки.

Она чуть не погибла, помогая Еве вести ужасную войну той суровой зимой.

Ева скользнула взглядом по светофорно-красному платью Луизы. "Вызываешь на дом?"

"Свидание. Некоторые из нас пытаются поддерживать здоровую социальную жизнь ".

"Как все прошло?"

"Я поехал домой на такси, так что судите сами". Она пальцами откинула назад свои короткие волосы цвета пчелиных сот. "Почему так много мужчин такие скучные?"

"Ты знаешь, это вопрос, который преследует меня днем и ночью". Когда Луиза засмеялась, Ева улыбнулась в ответ. "Приятно видеть тебя, учитывая все обстоятельства".

"Я подумал, что ты мог бы заскочить в клинику, посмотреть на улучшения, которые помогло осуществить твое пожертвование".

"Я думаю, в большинстве кругов это называется шантажом".

"Пожертвование, шантаж. Давай не будем раздваиваться. Ты помогла спасти несколько жизней, Даллас. Это должно приносить тебе почти такое же удовлетворение, как и поимка тех, кто их принимает ".

"Потерял одного сегодня вечером". Она повернулась, посмотрела обратно на тело. "Что ты знаешь о ней?"

"Ничего, на самом деле. Я думаю, она живет в этом здании, но в данный момент она выглядит не лучшим образом, так что я не могу быть уверен ". После долгого вздоха Луиза потерла заднюю часть шеи. "Извини, это больше по твоей части, чем по моей. Это мой первый опыт, когда тело почти падает мне на руки. Я видел, как люди умирали, и это не всегда было мягко. Но это было..."

"Хорошо. Ты хочешь снова сесть? Хочешь кофе?"

"Нет. Нет. Позволь мне просто рассказать это". Она взяла себя в руки, слегка расправив плечи, выпрямив позвоночник. "Я отказался от свидания из-за скуки, поймал такси. Мы ходили на ужин и в клуб на окраине города. Я добрался сюда около половины второго, я полагаю."

"Ты живешь в этом здании?"

"Это верно. Десятый этаж. Квартира 1005. Я заплатил такси, вышел на тротуар. Это прекрасная ночь. Я думал, что это прекрасная ночь, и я только что потратил ее на этого придурка. Итак, я постоял там пару минут, на тротуаре, раздумывая, стоит ли мне зайти и закруглиться или прогуляться. Я решил, что поднимусь наверх, приготовлю стаканчик на ночь и посижу на своем балконе. Я повернулся, сделал еще один шаг к дверям. Я не знаю, почему я поднял глаза - я ничего не слышал. Но я просто поднял глаза, и она падала, ее волосы разметались, как крылья. Это не могло занять больше двух или трех секунд, у меня едва было время осознать то, что я видел, и она ударила ".

"Ты не видел, откуда она упала?"

"Нет. Она спускалась, и быстро. Господи, Даллас." Луизе пришлось на мгновение остановиться, стереть картинку с глаз. "Она ударилась так сильно, и с действительно отвратительным звуком, который я еще долго буду слышать во сне. Это не могло быть дальше, чем в пяти или шести футах от того места, где я стоял ".

Она сделала еще один вдох, заставила себя взглянуть на тело. Теперь над ужасом была жалость. "Люди думают, что они дошли до конца своих возможностей. Что для них ничего не осталось. Но они ошибаются. Всегда есть еще веревка. Всегда что-то остается ".

"Ты думаешь, она прыгнула?"

Луиза оглянулась на Еву. "Да, я предположил... Я сказал, что ничего не слышал. Она не издала ни звука. Ни крика, ни рыдания. Ничего, кроме развевающихся на ветру ее волос. Наверное, поэтому я подняла глаза." - подумала она сейчас. "В конце концов, я кое-что слышал. Которые трепещут, как крылья ".

"Что ты делал после того, как она ударила?"

"Я проверил ее пульс. Коленный рефлекс, - сказала Луиза, пожимая плечами. "Я знал, что она мертва, но все равно проверил. Затем я достал свой карманный линк и позвонил девять-один-один. Ты думаешь, ее подтолкнули? Вот почему ты здесь ".

"Я пока ничего не думаю". Ева повернулась обратно к зданию. Когда она приехала, несколько ламп горели, а теперь их стало больше, так что все выглядело как вертикальная шахматная доска в серебристо-черных тонах. "Отдел убийств вешает ярлык на таких прыгунов, как этот. Это стандартно. Сделай себе одолжение. Зайди, прими таблетку, отключись. Не разговаривай с прессой, если они будут выпрашивать твое имя ".

"Хороший совет. Ты дашь мне знать, когда... когда ты узнаешь, что с ней случилось?"

"Да, я могу это сделать. Хочешь форму, чтобы подняться?"

"Нет, спасибо". Она бросила последний взгляд на тело. "Какой бы ужасной ни была моя ночь, она была лучше, чем некоторые".

"Я слышу тебя".

"Наилучшие пожелания Рорку", - добавила Луиза, затем направилась к дверям.

Пибоди уже стояла, держа в руке брелок. "Есть удостоверение личности, Даллас. Брайна Бэнкхед, двадцати трех лет, смешанной расы. Одинок. Квартира 1207 в здании позади нас. Она работала в "Сакс" на Пятой авеню. Нижнее белье. Я установил время смерти в ноль пятнадцать."

"Час пятнадцать?" - Повторила Ева и подумала о показаниях на своих прикроватных часах.

"Да, сэр. Я дважды проверил измерения."

Ева, нахмурившись, посмотрела на приборы, полевой набор, кровавую лужу под телом. "Свидетель сказал, что она упала около половины второго. Когда был зарегистрирован девять-одиннадцать?"

Теперь, чувствуя себя неловко, Пибоди проверила свою ссылку для записи. "Звонок поступил в ноль-ноль тридцать шесть". Она тяжело вздохнула, отчего ее густая прямая челка затрепетала. "Должно быть, я перепутала размеры", - начала она. "Мне жаль -"

"Не извиняйся, пока я не скажу тебе, что ты облажалась". Ева присела, открыла свой собственный полевой набор, достала свои собственные датчики. И провел тест в третий раз, лично.

"Вы точно установили время смерти. Для протокола, - продолжила она. "Жертва, идентифицированная как Бэнкхед, Брайна, причина смерти не установлена. Время смерти ноль-один-пятнадцать. ТОД подтвержден Пибоди, офицером Делией, и главным следователем Даллас, лейтенантом Евой. Давай раскрутим ее, Пибоди ".

Пибоди проглотила вопросы, вертевшиеся у нее на языке, и быстрый подъем собственного аппетита. На мгновение она отключила свой разум, но позже она будет думать, что это было похоже на переворачивание мешка, полного сломанных палочек, плавающих в густой жидкости.

"Удар серьезно повредил лицо жертвы".

"Мальчик", - выдохнула Пибоди сквозь зубы. "Я скажу".

"Конечности и туловище также получили серьезные повреждения, что делает невозможным определить какие-либо возможные предсмертные повреждения при визуальном осмотре. Тело обнажено. На ней серьги". Ева достала маленькую лупу, посмотрела через нее на мочки. "Разноцветные камни в золотой оправе, подходящее кольцо на среднем пальце правой руки".

Она придвинулась ближе, пока ее губы почти не оказались на горле жертвы - и желудок Пибоди попытался подняться во второй раз. "Сэр..."

"Духи. Она пользуется духами. Ты разгуливаешь по своей квартире в час ночи, Пибоди, в модных серьгах и с модными духами?"

"Если я просыпаюсь в своей квартире в час ночи, я обычно в своих тапочках с кроликами. Если только..."

"Да". Ева выпрямилась. "Если только у тебя нет компании". Ева повернулась к специалисту с места преступления. "Схвати ее. Я хочу, чтобы она была отмечена в приоритете у меня. Я хочу, чтобы ее проверили на предмет недавней сексуальной активности и любых травм, нанесенных до смерти. Давай взглянем на ее квартиру, Пибоди."

"Она не прыгунья".

"Доказательства указывают на обратное". Она шагнула в вестибюль. Это было маленькое и тихое заведение, и камеры слежения прочесали весь район.

"Я хочу диски из службы безопасности", - сказала она Пибоди. "Уровень вестибюля и двенадцатый этаж для начала".

Наступила долгая пауза, когда они вошли в лифт, и Ева вызвала двенадцатый этаж. Затем Пибоди сменила позу, пытаясь выглядеть непринужденно. "Итак ... ты собираешься привлечь ЭДДА?"

Ева засунула руки в карманы, хмуро глядя на пустые, полированные металлические двери лифта. Романтическая связь Пибоди с Иэном Макнабом, детективным отделом электроники, недавно взорвалась.Которое, если бы кто-нибудь послушал меня, с горечью подумала Ева, не было бы разбито на множество уродливых кусочков, потому что его никогда бы не существовало в первую очередь.

"Смирись с этим, Пибоди".

"Это разумный процедурный вопрос, и он не имеет никакого отношения ни к чему другому".

Тон Пибоди был достаточно жестким, чтобы передать оскорбление, задетые чувства и раздражение. Ева подумала, что она была хороша в этом. "Если в ходе этого расследования я, как первичный следователь, посчитаю, что EDD необходим для консультации, я прикажу".

"Вы также могли бы попросить кого-нибудь другого, кроме того, чье имя не будет названо", - пробормотала Пибоди.

"Фини руководит EDD. Я не указываю Фини, кого из его людей назначить. И, черт возьми, Пибоди, в этом деле или в другом, в конечном итоге ты будешь работать с Макнабом, вот почему ты никогда не должна была позволять ему трахать тебя в первую очередь."

"Я могу работать с ним. Меня это ни капельки не беспокоит ". Сказав это, она вышла из лифта на двенадцатом этаже. "Я профессионал, в отличие от некоторых других, которые всегда мудрят, приходят на работу в странных нарядах и выпендриваются".

У двери квартиры Бэнкхеда Ева подняла брови. "Вы называете меня непрофессиональным, офицер?"

"Нет, сэр! Я был..." Ее напряженные плечи расслабились, и юмор вернулся в ее глаза. "Я бы никогда не назвал твои наряды странными, Даллас, хотя я почти уверен, что ты носишь мужскую рубашку".

"Если ты закончишь свою язвительность, мы вернемся к записи. Использование мастера для проникновения в квартиру жертвы, - продолжила Ева и ввела код через замки. Она открыла дверь, осмотрела ее. "Внутренняя цепочка и защелка не использовались. В гостиной горит тусклый свет. Чем ты пахнешь, Пибоди?"

"Ах... Свечи, может быть, духи".

"Что ты видишь?"

"Гостиная, красиво оформленная и организованная. Включен экран настроения. Выглядит как узор весеннего луга. На столике у дивана есть два бокала и открытая бутылка красного вина, что указывает на то, что в какой-то момент у жертвы была компания вечером ".

"Хорошо". Хотя Ева надеялась, что Пибоди зайдет немного дальше, она кивнула. "Что ты слышишь?"

"Музыка. Играет аудиосистема. Скрипки и фортепиано. Я не узнаю мелодию ".

"Не мелодия, а тон", - сказала Ева. "Романтика. Еще раз оглянитесь вокруг. Все на своих местах. Аккуратный, опрятный и, как уже отмечалось, организованный. Но она оставила бутылку вина открытой, а использованные стаканы наготове? Почему?"

"У нее не было шанса убрать их".

"Или выключи свет, звук, экран настроения". Она вошла, заглянула в смежную кухню. Прилавки были чистыми и пустыми, если не считать штопора, винной пробки. "Кто открыл вино, Пибоди?"

"Наиболее вероятным выводом было бы ее свидание. Если бы она открыла его, она бы, указав квартиру, убрала штопор, выбросив пробку в свой утилизатор."

"Ммм. Балконные двери в гостиной закрыты и заперты изнутри. Если это было самоубийство или случайное падение, то не с этого момента. Давай проверим спальню."

"Ты не думаешь, что это было самоубийство или несчастный случай".

"Я пока ничего не думаю. Что я знаю, так это то, что жертвой была одинокая женщина, которая содержала квартиру в очень чистом виде, и эти улики указывают на то, что она провела по крайней мере часть этого вечера дома в компании."

Ева повернула в спальню. Здесь также звучал звук, мечтательные, текучие ноты, которые, казалось, дрейфовали на ветру, трепещущем через открытые балконные двери. Кровать была не заправлена, а смятые простыни были усыпаны лепестками розовых роз. Черное платье, черное нижнее белье и черные вечерние туфли были свалены в кучу рядом с кроватью.

По комнате были расставлены свечи, источающие аромат собственного воска.

"Прочти сцену", - приказала Ева.

"Создается впечатление, что жертва вступила или собиралась вступить в половую связь до своей смерти. Здесь или в гостиной нет следов борьбы, что указывает на то, что секс или планы относительно секса были по обоюдному согласию ".

"Это был не секс, Пибоди. Это было соблазнение. Нам нужно выяснить, кто кого соблазнил. Запишите сцену, затем достаньте мне те диски безопасности ".

Запечатанным пальцем Ева осторожно выдвинула ящик прикроватного столика. "Ящик для сладостей".

"Сэр?"

"Ящик для секса, Пибоди. Провизия для незамужних девушек, которая в данном случае включает презервативы. Жертве нравились мужчины. Пара бутылочек вкусных масел для тела, вибратор для случаев, когда необходимо или желательно самообслуживание, и немного вагинальной смазки. Довольно стандартные, даже консервативные и прямолинейные вкусности. Здесь нет игрушек или вспомогательных средств, указывающих на то, что жертва склонялась к однополым отношениям ".

"Значит, ее кавалером был мужчина".

"Или женщина, надеющаяся расширить горизонты Бэнкхеда. Мы закрепим это на дисках. И, может быть, нам повезет с отчетом судмедэксперта, и мы найдем в ней маленьких солдатиков ".

Она вошла в примыкающую ванну. Все было сверкающе чистым, полотенца для рук, отделанные лентой, идеально выровнены. Там было причудливое мыло в причудливой посуде, ароматизированные кремы в стеклянных и серебряных баночках. "Я предполагаю, что ее партнер по постели не околачивался поблизости и не мыл посуду. Приведите сюда уборщиков, - приказала она. "Давайте посмотрим, оставил ли наш Ромео что-нибудь после себя".

Она открыла зеркало на аптечке, изучила содержимое. Обычные лекарства, отпускаемые без рецепта, ничего тяжелого. Шестимесячный запас двадцативосьмидневных противозачаточных таблеток.

Ящик рядом с раковиной был тщательно упакован косметическими усилителями. Краски для губ, удлинители ресниц, краски для лица и тела.

Брайна провела много времени перед этим зеркалом, размышляла Ева. Если судить по маленькому черному платью, вину, свечам, то сегодня вечером она провела перед ними немало времени. Готовит себя для мужчины.

Перейдя по ссылке "Спальня", Ева прослушала последний звонок и стояла, слушая, как Брайна Бэнкхед, хорошенькая в своем маленьком черном платье, рассказывает о своих грандиозных планах на вечер с брюнеткой, которую она называла Сиси.

Я немного нервничаю, но в основном я просто взволнован. Мы, наконец, собираемся встретиться. Как я выгляжу?

Ты выглядишь потрясающе, Брай. Ты просто помни, что свидания в реальной жизни отличаются от кибер-свиданий. Не торопись и сделай это публичным сегодня вечером, хорошо?

Безусловно. Но я действительно чувствую, что знаю его, Сиси. У нас так много общего, и мы переписываемся по электронной почте неделями. Кроме того, это была моя идея встретиться, а его - приготовить напитки в общественном месте, чтобы я чувствовала себя более непринужденно. Он такой внимательный, такой романтичный.Боже, я опаздываю. Я ненавижу опаздывать. Мне пора.

Не забывай. Я хочу знать все подробности.

Я расскажу тебе все об этом завтра. Пожелай мне удачи, Сиси. Я действительно думаю, что он мог бы быть тем самым.

"Да", - пробормотала Ева, отключая 'связь. "Я тоже".

ГЛАВА ВТОРАЯ

В своем кабинете в Центральном полицейском управлении Ева просмотрела диски системы безопасности жилого дома в день убийства. Люди приходили, люди уходили. Жители, посетители. Она выбрала стройных блондинок-близнецов, которые прогуливались по вестибюлю в тандеме, в качестве лицензированных компаньонок.Удваивай удовольствие, подумала она, наблюдая, как одна настраивает следующую работу на своем карманном компьютере, в то время как другая отмечает разницу в своем ежедневнике.

Брайна Бэнкхед ворвалась в шесть сорок пять, с парой пакетов для покупок на буксире и красивым румянцем на щеках.

Счастлива, подумала Ева.Возбужденный. Она хочет подняться наверх, достать свои новые вещи и поиграть с ними. Ухаживает за собой, прихорашивается, несколько раз меняет мнение о своем наряде. Может, приготовим что-нибудь на скорую руку, чтобы ее желудок не слишком нервничал.

Просто типичная одинокая женщина, ожидающая свидания. Кто не знает, что она станет статистикой, прежде чем все закончится.

Она видела, как Луиза вошла незадолго до половины восьмого. Она тоже двигалась быстро, но так было всегда. На ее лице не было света приключения или предвкушения, размышляла Ева. Она выглядела рассеянной, немного уставшей.

Никаких пакетов для доктора Диматто, отметила Ева. Только ее аптечка и сумка размером с штат Айдахо.

Не совсем типичная одинокая женщина, подумала Ева, которая выглядит так, как будто уже решила, что предстоящий вечер ей не понравится.

И кто не знает, что она закончит это с телом, изломанным у ее ног.

Луиза была быстрее Брайны. Она выходила из лифта, одетая в свое убийственное красное платье, в восемь сорок. Отполированная, она не была похожа на преданного, перегруженного работой и твердолобого крестоносца.

Она выглядела острой, сексуальной, женственной.

Парень, вошедший, когда она выходила, очевидно, согласился. Он бросил долгий взгляд на ее задницу, когда Луиза выскочила. Она либо не заметила, либо ей было наплевать, поскольку она даже не оглянулась на него.

Парень лет восемнадцати с важным видом вышел из лифта. Он был одет в прочную черную кожу с ног до головы и держал под мышкой аэроскутер. Он опустил его, когда распахнул двери, запрыгнул с ловкостью и молниеносностью, которыми должна была восхититься Ева, и улетел в ночь.

Она потягивала кофе, наблюдая, как Брайна выходит из здания незадолго до девяти вечера, почти бегом, подумала Ева, рискуя подвернуть лодыжку в своих туфлях для свидания, потому что не хотела опоздать. Ее волосы были уложены в блестящую прическу, похожую на башню из черного дерева. Ее лицо нежного карамельного цвета раскраснелось от предвкушения и волнения. Она носила маленькую вечернюю сумочку и красивые сверкающие серьги.

"Проверь такси в радиусе квартала от здания, Пибоди. Она торопится, так что, если у нее не встреча с парнем поблизости, она поймает такси." Она нахмурилась, проносясь сквозь время, замедляясь всякий раз, когда кто-то входил или выходил из здания.

"Она была симпатичной женщиной", - прокомментировала Ева. "Казалась достаточно умной, у нее было собственное жилье, приличная работа. Почему кто-то вроде этого отправляется на свидание порыбачить в кибер-бассейне?"

"Тебе легко говорить", - пробормотала Пибоди и заработала прищуренный взгляд. "Ну, черт возьми, Даллас, ты замужем. Для остальных из нас это джунгли, полные обезьян, змей и павианов ".

"Ты когда-нибудь занимался кибер-штучками?"

Пибоди переступила с ноги на ногу. "Может быть. И я не хочу об этом говорить ".

Развеселившись, Ева снова начала сканирование. "Я был холост намного дольше, чем был женат. Я никогда не опускался до кибер-мира".

"Большое дело, когда ты высокий и худой, с глазами дикой кошки и сексуальной маленькой вмятиной на подбородке".

"Ты подкатываешь ко мне, Пибоди?"

"Моя любовь к тебе - это страшная вещь, Даллас. Но я перестала встречаться с копами ".

"Хорошая политика. А, вот и они. Экран замораживания."

Время показывало двадцать три тридцать восемь. За два с лишним часа Брайне, очевидно, стало очень уютно со своим кибер-кавалером. Они вошли, обняв друг друга за талии, и смеялись.

"Он выглядит великолепно", - решила Пибоди, наклоняясь ближе к монитору. "Что-то вроде ответа на девичью молитву. Высокий, темноволосый и красивый."

Ева хмыкнула. Она оценила мужчину примерно в шесть один, приблизившись к ста девяноста. Его темные волосы были зачесаны назад в туго завитую гриву, которая рассыпалась по плечам. Его кожа была поэтически бледной и подчеркивалась сверкающими изумрудными вставками в уголках рта и на верхней точке правой скулы. Его глаза были такими же ярко-зелеными. Тонкая линия бороды проходила вертикально от чуть ниже центра его нижней губы до подбородка.

На нем был темный костюм и рубашка того же драгоценно-зеленого цвета с расстегнутым воротом. Он нес черную кожаную сумку, висевшую на ремне у него на плече.

"Симпатичная пара", - добавила Пибоди. "Она выглядит так, словно выпила несколько алкогольных напитков".

"Больше, чем коктейли", - поправила Ева, затем приказала компьютеру увеличить лицо Брайны. "У нее химический блеск в глазах. Он?" Она приблизила лицо мужчины. "Он абсолютно трезв. Свяжитесь с моргом. Я хочу, чтобы ее токсикологический анализ был в приоритете. Компьютер?"

Работает...

"Да, да, давай попробуем немного поработать в режиме многозадачности". Поскольку, наконец, у нее появился новый отряд, у нее появилась надежда. "Прогоните текущее изображение мужчины на экране через идентификационные банки. Я хочу имя".

Открываю банки идентификации. Запрос на общегородской, государственный, национальный, глобальный?

Ева похлопала по боку машины. "Вот, это то, что мне нравится слышать. Начнем с Нью-Йорка. Продолжайте прогон диска в обычном режиме.

Работает...

Компьютер тихо загудел, и изображение на экране снова начало двигаться. Выйдя из лифта, мужчина поднял руку Брайны, прижался губами к ладони.

"Заканчиваем забег, начинаем забег у лифта два, двадцать три сорок".

Изображение погасло, вспыхнуло следующее. Ева наблюдала за продолжением процесса спаривания по пути на двенадцатый этаж. Мужчина прикусил ее пальцы, наклонился, чтобы что-то прошептать ей на ухо. Это была Брайна, которая делала авансы, притягивая его к себе, агрессивно прижимаясь своим телом, своими губами к его.

Это была ее рука, которая двигалась между их телами, нащупывая.

Когда двери открылись, они вышли по кругу, все еще запертые вместе. Ева снова заказала замену диска и изучала пару, пока они шли к двери ее квартиры. Брайна немного повозилась, когда открывала свои замки. Она слегка потеряла равновесие, покачнувшись на нем. Когда она вошла внутрь, он стоял на пороге.

Идеальный джентльмен, размышляла Ева. На его лице была теплая улыбка, в глазах - вопрос.Ты собираешься пригласить меня войти?

Она смотрела, как рука Брайны взлетела, как ее рука сжалась в кулак в куртке мужчины. Она втащила его внутрь, и дверь за ними закрылась.

"Она делала ходы". Пибоди нахмурилась, глядя на пустой коридор, который теперь был на экране.

"Да, она делала ходы".

"Я не имею в виду, что она заслуживала смерти. Я просто имею в виду, что он не давил. Даже когда она стала агрессивной в лифте, он не толкал. Многие парни - черт возьми, большинство парней - в этот момент запустили бы руку ей под юбку ".

"Большинство парней не посыпают простыни лепестками роз". Она перемотала вперед, приказала остановиться, когда открылась дверь квартиры Брайны.

"Обратите внимание на время, когда неопознанный мужчина выходит из квартиры жертвы. О-сто тридцать шесть. В то же время, когда регистрируется девять-одиннадцать. Луиза сказала, что проверила пульс. Дайте ей несколько секунд на шок, несколько секунд, чтобы подбежать к телу, затем проверить пульс, затем достаньте ее карманный телефон и сделайте звонок. И это все время, которое ему потребовалось, чтобы уйти с балкона, пройти через квартиру и выйти за дверь. Компьютер, продолжай запуск."

"Он дрожит", - пробормотала Пибоди.

"Да, и он потеет."Но он не сбежал, - отметила Ева. Его глаза метались вправо, влево, вправо, пока он спешил по коридору к лифту. Но он не убежал.

Она смотрела, как он катится вниз, прижатый спиной к стене, с кожаной сумкой, прижатой к груди. Но он думал, размышляла она. Подумайте достаточно тщательно, чтобы спуститься на лифте в подвал вместо вестибюля, выйти из здания через порт доставки вместо парадных дверей.

"В квартире не было никаких признаков борьбы. И между моментом смерти и моментом, когда она ударила, у него не было времени все исправить, если бы была драка. Но она была мертва до того, как перешла. Прежде чем он бросил ее", - добавила Ева. "Она использовала нелегалы, но в ее квартире нелегалов не было. Давайте подсоединим жучка к содержимому винной бутылки и бокалов в лаборатории. Тогда иди домой, поспи немного".

"Ты собираешься позвонить Фини? Вам нужно, чтобы ЭДД прошелся по ее компьютеру и нашел электронные письма, которыми она и подозреваемый обменивались, отследил учетную запись."

"Это верно". Ева встала и, хотя знала, что это ошибка, заказала еще одну чашку кофе из своего автореферата. "Выбросьте личный мусор в утилизатор и делайте свою работу".

"Я был бы признателен, если бы вы отдали Макнабу такой же приказ. сэр".

Ева обернулась. "Он пристает к тебе?"

"Да. Не совсем." Она тяжело вздохнула. "Нет".

"Что это?"

"Он просто убеждается, что я знаю обо всех горячих женщинах, с которыми он спит, и о том, как он практически крутит ручки с тех пор, как я его отпустила. И у него даже не хватает порядочности сделать это мне в лицо. Он просто удостоверяется, что я услышу об этом ".

"Звучит так, будто он двинулся дальше. Ты освободила его, Пибоди. И ты тусуешься с Чарльзом ".

"С Чарльзом все не так", - настаивала Пибоди, говоря о сексуальном лицензированном компаньоне, который стал ее другом. И никогда не был ее любовником. "Я же говорил тебе".

"Но ты не сказал Макнабу. Твое дело, - быстро сказала Ева, когда Пибоди начала говорить. "И я не хочу в этом участвовать. Макнаб хочет переспать с каждой женщиной в пяти районах, и это не мешает работе, это не мое дело. И никто из твоих. Оставьте приоритетные запросы для морга и лаборатории, затем идите домой. Докладывайте через восемьсот часов".

Оставшись одна, Ева снова села за свой стол. "Компьютер, статус идентификационного поиска".

Поиск завершен на восемьдесят восемь целых две десятых процента. Нет совпадений.

"Расширить поиск по всему штату".

Подтверждаю. Работает...

Ева откинулась на спинку стула со своим кофе и надеялась услышать имя. Надеялся на быстрое правосудие для Брайны Бэнкхед.

***

Несмотря на кофеин, Еве удалось выспаться на полу в своем офисе более спокойно, чем дома в большой пустой кровати. Когда она проснулась, она расширила до сих пор поиск негативной идентичности. Взяв с собой в раздевалку еще одну чашку кофе, она умылась, расчесала волосы и закатала рукава рубашки Рорка.

Было чуть больше восьми, когда она вошла в кабинет капитана Фини в EDD. Он стоял у своего собственного автореферата спиной к ней. Как и Ева, он был в рубашке с короткими рукавами, с пристегнутым ремнем безопасности. Его жесткие, рыжеватого цвета волосы, вероятно, не раз причесывались этим утром, но выглядели не опрятнее, чем у нее.

Она вошла, понюхала воздух. "Что это за запах?"

Он резко обернулся, на его длинной морде бассет-хаунда отразилось удивление. И, подумала она, чувство вины.

"Ничего. В чем дело?"

Она снова шмыгнула носом. "Пончики. У тебя здесь есть пончики".

"Заткнись, заткнись". Он прошел мимо нее, чтобы закрыть дверь. "Ты хочешь, чтобы сюда ввалился весь отряд?" Зная, что закрытой двери будет недостаточно, он запер ее. "Чего ты хочешь?"

"Я хочу пончик".

"Послушай, Даллас, жена приняла какой-то оздоровительный препарат. В моем доме в эти дни вы не сможете нормально перекусить со всем этим тофу и регидратированными овощами. Мужчине время от времени нужно есть немного жира и сахара, иначе его организм страдает от этого ".

"Я с тобой, как и толпа. Дай мне пончик".

"Черт возьми". Он подошел к автомату, открыл его. Внутри было полдюжины пончиков, ароматных на медленном огне.

"Срань господня.Свежие пончики".

"Пекарня в соседнем квартале каждое утро выпекает несколько дюжин реалов. Ты знаешь, сколько они берут за одного из этих ублюдков?"

Быстро, как удар хлыста, Ева протянула руку, схватила одну, впилась зубами. "Оно того стоило", - сказала она с полным ртом жира и сливок.

"Просто потише. Начнешь издавать аппетитные звуки, они выбьют дверь." Он взял пончик и блаженно прожевал первый кусочек. "Никто не хочет жить вечно, верно? Я говорю жене, эй, я полицейский. Копы сталкиваются со смертью каждый день ".

"Чертовски верно. У тебя тоже есть желе?"

Прежде чем она успела протянуть руку, он закрыл автозапуск. Ловко. "Итак, будучи полицейским, сталкиваясь лицом к лицу со смертью, все такое, кого волнует, что нужно накачать немного жира в артерии?"

"И жир действительно превосходный". Она слизнула сахар с пальцев. Она могла бы шантажом заставить его съесть второй пончик, но подумала, что ее просто стошнит от этого. "Прошлой ночью меня размазало по тротуару".

"Прыгун"?

"Нет. Уже мертвый, когда она ушла. Я жду заключения медэксперта и кое-каких лабораторных анализов, но это похоже на убийство на сексуальной почве. У нее было свидание с кибер-парнем, переписывающимся любовниками по электронной почте. У меня есть изображение, как он входит в ее квартиру и выходит из нее, но поиск по идентификатору не выявил совпадения. Мне нужно, чтобы ты отследил его через ее компьютер ".

"У тебя есть устройство?"

"Да. Я держу это в качестве доказательства. Жертва в тупике, Брайна. Материалы дела H-78926B."

"Я поручу кому-нибудь заняться этим".

"Ценю это". Она остановилась в дверях. "Фини, если ты приведешь Макнаба, может быть, ты мог бы попросить его, я не знаю, смягчить это в отношении Пибоди".

Румянец, появившийся на его лице от пончика, сменился болезненным смущением. "О, боже, Даллас".

"Я знаю, я знаю. Но если мне придется иметь дело с ней, тебе придется иметь дело с ним ".

"Мы могли бы запереть их вместе в комнате, позволить им разобраться".

"Мы оставим это как вариант. Дай мне знать, как только найдешь что-нибудь на устройстве жертвы ".

***

Поиски ни к чему не привели. Без особой надежды Ева довела дело до глобального. Она написала и отправила предварительный отчет своему командиру, затем отправила его через межофисную систему. Приказав Пибоди продолжать давить на лабораторию и морг, она направилась в здание суда, чтобы дать показания по делу, находящемуся в процессе.

Два с половиной часа спустя она выбежала, проклиная всех адвокатов. Она включила свой коммуникатор и отметила Пибоди. "Статус".

"Результаты теста еще не получены, сэр".

"К черту это".

"Тяжелый день в суде, Даллас?"

"Совет защиты, похоже, считает, что полиция Нью-Йорка забрызгала кровью жертвы весь гостиничный номер, одежду, лицо своего невинного клиента, просто чтобы туристы-психопаты, которые пару десятков раз ударили ножом своих жен во время супружеской ссоры, получили дурную славу".

"Ну, это тяжело для Торговой палаты".

"Ха-ха".

"Мы установили личность женщины, с которой Бэнкхед разговаривал по "линку" в ночь ее смерти. Сиси Планкетт. Она работала с жертвой в отделе нижнего белья в Saks ".

"Хватай транспо. Встретимся там".

"Да, сэр, и могу я предложить пообедать в их прекрасном кафе на шестом этаже? Тебе нужен протеин".

"Я съел пончик". Со злобной улыбкой Ева прервала передачу на шокированном и завистливом вздохе Пибоди.

То, что она попала в ад пробок в обеденную смену, мало улучшило ее настроение. Машины так долго тряслись на месте, что она рассматривала возможность просто оставить свой автомобиль там, где он был, и проехать на нем через весь город.

Пока она не изучила забитые тротуары.

Даже небо было забито - рекламные дирижабли, аэробусы, туристические трамваи боролись за воздушное пространство. Шум был смехотворным, но по какой-то причине сама тяжесть звука сгладила острые углы. Настолько, что, когда она оказалась в ловушке на светофоре на углу Мэдисон и Тридцать девятой, она высунулась из окна и мило заговорила с водителем глиссера.

"Дай мне тюбик Пепси".

"Маленькая, средняя или большая, прекрасная леди?"

Ее брови приподнялись и исчезли под челкой. Такой дружелюбный оператор был либо дроидом, либо новичком. "Сделай это масштабно". Она порылась в кармане в поисках мелочи.

Когда он наклонился, чтобы произвести обмен, она увидела, что он не был ни дроидом, ни новичком. Она оценила его в ухоженные девяносто, и его улыбка свидетельствовала о том, что он ценит гигиену зубов намного выше, чем большинство глайдкартеров.

"Прекрасный день, не правда ли?"

Она посмотрела на движение, на скопления транспортных средств, которые почти полностью закрывали небо в этом секторе. "Ты, должно быть, шутишь".

Он только снова улыбнулся. "Каждый день, когда вы живете, прекрасен, мисс".

Она подумала о Брайне Бэнкхед. "Наверное, ты прав".

Она вытащила трубку, задумчиво посасывая ее, пока медленно продвигалась вверх по Мэдисон. На пятьдесят первой она подрезала, дважды припарковалась и включила свой знак "ДЕЖУРНО".

И, препоясав свои чресла, шагнула в Сакс и строй косметических зазывал.

Модные дроиды скользили мимо дверей, создавая узор, ослепляющий глаз и делающий невозможным прорваться невредимым. Их поддерживали консультанты-люди, которые обслуживали кабинки, прилавки или патрулировали проход в поисках, по мнению Евы, сбежавших. Воздух наполнился ароматом.

Женщина-дроид со вспышкой пурпурных волос скользнула по полу, чтобы заблокировать продвижение Евы.

"Добрый день, и добро пожаловать в Saks. Сегодня наша премьера аромата - "

"Одна капля попадет на меня, только одна, и я воткну этот спритцер тебе в глотку", - предупредила она, когда дроид двинулся к убийству.

"Действительно, мадам, требуется всего лишь капля оргазма, чтобы соблазнить любовника вашей мечты".

Ева откинула куртку в сторону, постучала пальцами по своему оружию. "Достаточно одной порции этого, чтобы отправить тебя в корзину, Рэд. А теперь отвали."

Дроид отступил с удовлетворяющей скоростью. Ева услышала звонок в службу безопасности, когда пробивалась сквозь стену клиентов и консультантов. Она показала свой значок, когда пара дроидов в униформе бросилась к ней.

"Полиция Нью-Йорка. Официальное дело. Убери от меня эти чертовы средства для удаления запаха".

"Да, лейтенант. Можем ли мы быть чем-то полезны?"

"Да". Она сунула свой значок в карман. "Где отдел нижнего белья?"

По крайней мере, подумала Ева, выходя на нужный этаж, никто здесь не бросался на тебя, размахивая нижним бельем. Тем не менее, продажа секса, казалось, была в порядке вещей, поскольку дроиды-модели бродили по отделу в одежде тонального крема или ночных рубашках. Клерки-люди, по крайней мере, носили настоящую одежду.

Она сразу заметила Сиси Планкетт и подождала, пока женщина закончит упаковывать товары для продажи.

"Ср. Планкетт?"

"Да, могу я вам помочь?"

Ева снова достала свой значок. "Есть ли место, где мы могли бы поговорить наедине?"

У нее были розовые щеки, и они побелели. У нее были красивые голубые глаза, и они широко раскрылись. "О Боже. О Боже, это Брай. Что-то случилось с Брайной. Она не пришла на работу, она не отвечает на ее ссылку. Ей причинили боль ".

"Есть ли здесь место, где мы могли бы поговорить?"

"Я - да". Прижав руку к виску, Сиси огляделась. "В - в раздевалке, но я не должен покидать свое место. Я..."

"Привет". Ева поймала дроида в прозрачном черном лифчике и трусиках. "Прими управление здесь. В какую сторону?" - спросила она Сиси и обошла стойку, чтобы взять ее за руку.

"Возвращайся сюда. Она в больнице? В какой больнице? Я пойду к ней ".

Внутри одного из маленьких кубиков для переодевания Ева закрыла дверь. В углу был крошечный пуфик, и она подвела Сиси к нему. "Сядь".

"Это плохо". Она схватила Еву за руку. "Это очень плохо".

"Да, мне жаль". Легкого пути никогда не будет. Был только быстрый способ - быстрый удар в сердце, а не разрезание дюйм за дюймом. "Брайна Бэнкхед была убита сегодня рано утром".

Сиси покачала головой, продолжая медленно покачивать ею, когда первая слеза скатилась по ее щеке. "С ней произошел несчастный случай?"

"Мы пытаемся определить, что произошло".

"Я говорил с ней. Я разговаривал с ней вчера, прошлой ночью. Она собиралась на свидание. Пожалуйста, расскажи мне, что случилось с Брай."

Средства массовой информации уже сообщили о смерти и обстоятельствах, насколько они были известны. Если бы они до сих пор не разыскали имя, подумала Ева, это не заняло бы у них много времени.

"Она... упала со своего балкона".

"Упал?" Сиси начала подниматься на ноги, но только снова опустилась обратно. "Этого не может быть. Этого просто не может быть. Это стена безопасности ".

"Мы расследуем, мисс Планкетт. Вы бы очень помогли, если бы ответили мне на несколько вопросов. Записано?"

"Она бы не пала". Теперь сквозь шок пробивались гнев и оскорбление. "Она не была глупой или неуклюжей. Она бы не пала."

Ева достала свой диктофон. "Я собираюсь выяснить, что произошло. Меня зовут Даллас. Лейтенант Ева Даллас", - сказала она для CeeCee и the record. "Я главный следователь по делу о смерти Брайны Бэнкхед. Я беру у вас интервью, Сиси Планкетт, в это время, потому что вы были другом покойного. У вас был разговор с ней по 'линку прошлой ночью, за несколько минут до девяти часов, как раз перед тем, как она покинула свою квартиру."

"Да. Да. Она позвонила мне. Она была такой нервной, такой возбужденной ". Ее голос стал хриплым. "О, Брай".

"Почему она нервничала и была возбуждена?"

"У нее было свидание. Ее первое свидание с Данте."

"Как его полное имя?"

"Я не знаю". Она порылась в кармане куртки в поисках салфетки, а затем разорвала ее на куски, вместо того чтобы вытереть лицо. "Они познакомились онлайн. Они не знали фамилий друг друга, это часть сделки. Это для безопасности".

"Как долго она была с ним в контакте?"

"Может быть, уже три недели".

"Как они встретились?"

"Комната поэтического чата. Было это обсуждение великой романтической поэзии на протяжении веков и... О Боже." Она наклонилась вперед, спрятав лицо в ладонях. "Она была моим лучшим другом. Как это могло случиться с ней?"

"Доверилась бы она тебе?"

"Мы рассказали друг другу все. Ты знаешь, как это бывает с девушками."

Более или менее, подумала Ева. "Насколько вам известно, это было ее первое свидание с Данте?"

"Да. Вот почему она была так взволнована. Она купила новое платье и туфли. И эти великолепные серьги..."

"И было бы обычным для нее приводить первого кавалера к себе домой для секса?"

"Абсолютно нет". Сиси издала водянистый смешок. "У Брая слишком много старомодных представлений о сексе, отношениях и стадиях. Парень должен был пройти то, что она называла Тридцатидневным тестом, прежде чем она ляжет с ним в постель. Я обычно говорил ей, что ничто не остается свежим в течение месяца, но она..." Сиси замолчала. "О чем ты говоришь?"

"Я всего лишь пытаюсь составить картину. Она принимала нелегальные наркотики?"

Хотя в них все еще блестели слезы, глаза Сиси стали жесткими. "Мне не нравятся ваши вопросы, лейтенант".

"Их нужно спросить. Посмотри на меня. Посмотри на меня", - повторила Ева. "Я не хочу причинять боль ни ей, ни тебе. Я должен знать, кем она была, чтобы поступить с ней правильно ".

"Нет, она не занималась нелегальным сексом", - отрезала Сиси. "Она хорошо заботилась о себе, внутри и снаружи. Такой она и была. Она была умной, веселой и порядочной. И она не сходила с ума по нелегалам и не падала со своего чертового балкона. Она тоже не прыгала, так что даже не думай пытаться выдать это за самоубийство. Если она упала с того балкона, то это потому, что кто-то столкнул ее. Это потому, что..."

Когда до нее дошли ее собственные слова, гнев Сиси вспыхнул. "Кто-то убил ее. Кто-то убил Брая. Тот - тот Данте. Он, он последовал за ней домой после их свидания. И он каким-то образом проник в ее квартиру и убил ее. Он убил ее", - повторила она и впилась пальцами в запястье Евы. "Ты найдешь его".

"Я найду его", - пообещала Ева. "Сиси, я еще не знаю всех фактов, но я узнаю. Расскажите мне, что вы можете об этом мужчине, которого она знала как Данте. Все, что ты помнишь, Брайна рассказала тебе."

"Я не могу этого принять. Прости, я просто не могу." Она встала, медленно подошла к кувшину с ледяной водой на столике в гардеробной. Когда кувшин затрясся и расплескался, Ева подошла, налила стакан.

"Спасибо".

"Подожди минутку. Сядь, выпей воды и отдохни минутку ".

"Я в порядке. Со мной все будет в порядке ". Но ей пришлось держать стакан обеими руками, чтобы выпить. "Предполагалось, что у него будет свой собственный бизнес. Он был богат. Она сказала, что он не хвастался этим, но она могла сказать по мелочам, которые он сказал. Места, где он был, такие как Париж и Москва, курорт Олимп, Бимини, я не знаю ".

"Что за бизнес?"

"Они не вдавались в подробности по этому поводу. Точно так же, как он не должен был знать, что она работала здесь. Но он сделал."

Взгляд Евы заострился. "Откуда ты это знаешь?"

"Потому что на прошлой неделе он прислал ей сюда розовые розы".

Розовые розы, подумала Ева.Лепестки розовой розы.

"Что еще?"

"Он говорил по-итальянски, и, эм, по-французски и по-испански. Любовные языки", - добавила она, размазывая слезы и тушь тыльной стороной ладоней. "Брай был полностью захвачен романтикой этого. Она сказала, что у него была самая романтичная душа. И я бы сказал, ну, здорово, но что насчет его лица? Она бы просто рассмеялась и сказала, что внешность не имеет значения, когда сердца говорят друг с другом. Но ее чувства ничуть не пострадали бы, если бы он выглядел так же хорошо, как звучал."

Она покрутила бокал в руках, придав себе уверенности. "Лейтенант... Он изнасиловал ее?"

"Я не знаю". Ева достала картинку, которую она распечатала с диска. "Ты узнаешь этого человека?"

Сиси изучала лицо Данте. "Нет", - сказала она, теперь уже устало. "Я никогда не видел его раньше. Это он, не так ли? Что ж. Что ж. Я думаю, он выглядел так же хорошо, как и звучал. Сукин сын. Порочный сукин сын". Она начала кромсать фотографию, и Ева ничего не сделала, чтобы остановить ее.

"Где они встречались вчера вечером, чтобы выпить?"

"Чертова Радужная комната. Брай выбрала это, потому что думала, что это романтично ".

Когда Ева вышла из примерочной, она обнаружила, что Пибоди немного задумчиво разглядывает демонстрацию кружевных боди.

"Это было бы неудобно не более чем на пять минут", - отметила Ева.

"Если это сработает, ты не будешь заниматься этим больше пяти минут. Дроид сказал, что ты вернулся в раздевалку с Планкеттом."

"Да. Чувак известен под именем Данте, помешан на поэзии и розовых бутонах. Я введу тебя в курс дела".

"Куда мы идем?"

"В морг, через Радужную комнату".

"Это звучит так... странно".

Это было, если сравнить хромированный и мраморный храм одного с тускло-белой коробкой другого. Но лучшее, что Ева смогла узнать из лаунджа Landmark, - это имена и адреса официантов, дежуривших накануне вечером.

В мертвом доме ей повезло больше.

"Ах, мой любимый коп пришел отругать меня". Моррис, главный судмедэксперт, выключил свой лазерный скальпель и просиял. Он заплел свои длинные темные волосы в полдюжины косичек, прикрытых прозрачной хирургической шапочкой. Изящная рубашка сливового цвета и брюки были защищены от неприятных брызг жидкостей организма прозрачным лабораторным халатом.

"Это не мое дело, Моррис, в котором ты вмешиваешься".

"Нет, больше жалости". Он взглянул вниз на тело молодого чернокожего мужчины. "Этот несчастный, похоже, много раз натыкался спиной на острый инструмент с длинным лезвием. Можно подумать, что он остановился бы после первого, но нет. Он просто продолжал загонять себя обратно на нож, пока не упал замертво ".

"Медленно учусь". Она поджала губы, изучая очень впечатляющий стояк трупа. "Судя по тому, какой у него стояк, я бы сделал обоснованное предположение, что он выкинул какую-нибудь экзотику, приправленную Зевсом. Комбинация может заставить инструмент парня оставаться в употреблении еще долго после того, как в противном случае он выдохнется ".

"Я склонен согласиться, особенно с учетом того, что ваш помощник детектив Бакстер сообщает, что наш недавно умерший с энтузиазмом применял этот инструмент к жене своего брата".

"Ах да? И я думаю, он просто решил прекратить трахаться и станцевать под нож, чтобы сменить темп ".

"По словам его брата и жены, которая все еще среди живых и восстанавливается после неудачного падения, в результате которого сломала челюсть".

"Принимает все виды. Если брат Бакстера под стражей, а у вас есть причина смерти, почему вы не работаете над моим делом?"

"Пойдем со мной". Моррис согнул палец и прошел через вращающиеся двери в другую комнату для вскрытия. То, что осталось от Брайны Бэнкхед, было единственным обитателем. Ее уложили на плиту из нержавеющей стали, накрыв тонкой зеленой простыней до шеи.

Это было бы прикосновение Морриса, подумала Ева. Он мог быть очень уважительным с мертвыми.

"Я полагаю, что когда-то она была привлекательной молодой женщиной".

Ева уставилась на изуродованное лицо. Она подумала о зеркале в ванной, безжалостно разложенном ящике с усовершенствованиями. "Да. Расскажи мне, как она умерла, Моррис."

"Я думаю, ты знаешь. Ваше измерение времени смерти было точным. Она была избавлена от страха падения, от оскорбления тротуара, даже от осознания того, что она умирает ". Он очень нежно прикоснулся кончиками пальцев к ее волосам. "За период от двух с половиной до трех часов она приняла более двух унций синтетического гормонибитала-шесть, дорогостоящего и очень трудно поддающегося контролю вещества".

"Уличная шлюха с кличкой. Блокирующее торможение, - пробормотала Ева. "Когда-то давно это часто использовалось при изнасиловании на свидании".

"Не часто", - поправил Моррис. "Его производные более распространены и гораздо менее сильнодействующие и эффективные. То, что было в ней, было чистым. Две унции, Даллас, на уличных торгах стоили бы более четверти миллиона. Если бы ты мог найти это на улице, чего ты не можешь. Я не сталкивался со следами этого в теле более пятнадцати лет."

"Я услышал об этом, когда учился в школе. В основном дерьмо из городских легенд ".

"И большая часть этого была дерьмом из городских легенд".

"Это убило ее? Передозировка?"

"Не само по себе. Сочетание с алкоголем было опасным, но не смертельным. Но наш герой перегнул палку. Половины суммы, которую он ей сунул, было бы достаточно, чтобы обеспечить ее полное сотрудничество. Того, что было в ней, скорее всего, хватило бы, чтобы продержать ее в отключке восемь, может быть, десять часов. И она просыпалась с матерью всех похмельев. Головная боль, рвота, дрожь, провалы в памяти, потерянное время. Потребуется до семидесяти двух часов, чтобы очистить ее организм."

Еве стало плохо от одной мысли об этом. "Она была избавлена и от этого тоже. Как?"

"Он дал ей слишком много. Это сделало бы ее вялой. Я предполагаю, что он хотел более активного траха, потому что он подмешал в последний бокал вина немного коктейля из анеминифина-колакса-Б. Дикий кролик".

"Он прикрыл свои позиции, не так ли?" - тихо сказала она.

"Это бомбардирует нервную и дыхательную системы, а ее уже была скомпрометирована. Сочетание перенапрягло ее сердце. Это подействовало на нее через двадцать минут после приема. Она была бы слишком одурманена предыдущими дозами Шлюхи, чтобы понять, что происходит."

"Могла ли она принять это добровольно в тот момент?"

Моррис осторожно приподнял простыню над лицом Брайны. "После первой унции блокатора торможения, ничего из того, что делала эта девушка, не было добровольным".

"Он накачал ее наркотиками, он изнасиловал ее, и комбинация убила ее", - сказала Ева. "Затем он выбросил ее из окна, как использованную куклу, в попытке скрыть то, что произошло".

"По моему уважаемому медицинскому мнению, это сценарий".

"Теперь порадуй меня, Моррис, и скажи, что он оставил в ней сперму. Скажи мне, что у тебя есть его ДНК ".

Лицо Морриса просияло, как у мальчишки. "О да, я понял. Ты приведешь его, Даллас, и я помогу тебе запереть клетку."

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

"Больному ублюдочному ублюдку следовало бы откусить яйца ржавой ложкой".

Ева откинулась на спинку сиденья в своей машине. "Не сдерживайся, Пибоди. Скажи мне, что ты на самом деле чувствуешь."

"Черт возьми, Даллас, меня задело там, когда я смотрел на нее на той плите, вспоминал, какой она была хорошенькой, как взволновалась, когда позвонила своему приятелю и предложила встретиться с этим придурком. Думая, что она встретила кого-то романтичного и, черт возьми, приятного. Кто-то приятный, и все это время он планирует ..."

"Трахнуть ее до смерти? Я не знаю, планировал ли он это, но именно так все и получилось. Может быть, мы поймаем его на первом убийстве, с использованием нелегалов в качестве орудия убийства. Скорее всего, это переходит во вторую степень. И не взрывай свой мозг, Пибоди, мы обвиним его в этом, добавим сексуальное насилие и его попытку избавиться от улик, он больше не увидит дневного света ".

"Этого недостаточно". Она поерзала на своем стуле, повергнув их обоих в ужас, потому что в ее глазах стояли слезы. "Иногда этого кажется недостаточно".

Ева смотрела через лобовое стекло, чтобы дать им обоим время, чтобы Пибоди взяла себя в руки. Стайка детей, выскочивших из школы, каталась по пешеходному переходу на надувных досках, сея хаос среди двуногих, через которых они пробирались.

Было что-то болезненно невинное, болезненно живое в их блеске и цвете, в полуквартале от дома мертвых.

"Этого достаточно", - сказала Ева, - "потому что это то, что мы можем сделать. Наша работа - защищать Брайну Бэнкхед и привлечь к ответственности человека, который ее убил. После этого..." Она вспомнила свое заседание в суде, скользкий поворот адвоката защиты в отношении закона. "После этого мы доверяем системе воздать ей должное, и мы убираем это. Ты не убираешь это, они накапливаются. Мертвецы накапливаются, - добавила она, когда Пибоди уставилась на нее, - пока ты не перестанешь видеть сквозь них и не перестанешь выполнять свою работу.

"Ты убираешь это подальше? Сможешь ли ты?"

Это был вопрос, который Ева старалась не задавать себе - и задавала себе слишком часто. "У многих копов, занимающихся убийствами, за плечами не так уж много лет. Так много мертвых. Затем это начинает разъедать их, пока они не истощатся. Я не могу делать ничего другого, кроме этого, так что это не истощит меня." Она глубоко вздохнула. "Но в идеальном мире у нас был бы вариант с ржавой ложкой".

"Когда я начал работать с тобой, я думал, что Отдел убийств - это самое важное, что я могу сделать. Прошло уже около года. Я все еще так думаю ".

"Хорошо". Она втиснулась в поток машин, как таран. "Мне нужно заехать в клинику на Канал-стрит. Давайте посмотрим, добились ли мальчики в EDD какого-либо прогресса ".

Она воспользовалась ссылкой "в тире", чтобы связаться с офисом Фини, и почувствовала, как Пибоди напряглась, когда на экране появилось красивое лицо Макнаба.

"Привет, лейтенант". Ева наблюдала, как его взгляд переместился на нее, увидела, как его губы растянулись в улыбке, такой же напряженной, как плечи Пибоди. "Пибоди".

"Мне нужен твой капитан", - сказала ему Ева.

"Он только что вышел".

"Скажи ему, чтобы он отметил меня, как только вернется".

"Держи это, держи это, держи это". Его лицо заполнило экран, когда он наклонился. "Не катапультируйся, пока не услышишь мелодию. Капитан ввел меня в поиск вашего электронного аккаунта."

Ева протащила свой автомобиль через узкое отверстие, перестроилась и проехала полквартала. "Довольно простая электронная работа для крутого парня, не так ли?"

"Да, ну, это было доведено до уровня hotshot, когда технология столкнулась с некоторыми препятствиями. Твой кибер-Казанова установил несколько блоков и стен. Я взобрался на них, будучи отчаянным игроком, и придумал адрес ".

"Ты собираешься перестать хвастаться достаточно долго, чтобы отдать это мне?"

"Я бы так и сделал, лейтенант, но вы зря потратили бы свое время. Адрес находится в Карпатах."

"Где, черт возьми, это?"

"Горный хребет, Восточная Европа. Я знаю, - сказал Макнаб, игриво тряхнув своим длинным светлым хвостом, - потому что я посмотрел это. И прежде чем вы спросите меня, какого черта наш преступник делает на горе в Восточной Европе, он не. Это пустышка. Адрес такой же поддельный, как сиськи моей кузины Шейлы ".

"Не похоже, чтобы ты перелезал через стену для меня, Макнаб".

" Даллас, я взобрался здесь на гребаную гору. Я получил отказ от поддельного адреса, и я следую за эхом. Должно быть, это прибьют через час ".

"Тогда не разговаривай со мной, пока не опустишь молоток. А Макнаб? Любой парень, который знает что-нибудь о сиськах своей кузины, извращенец ".

Она прервала передачу на его взрыв смеха. "Он может раздражать", - сказала Ева Пибоди, - "но он хорош. Он добьется своего. И если это занимает у него так много времени, это говорит мне о том, что наш подозреваемый хакер выше среднего уровня. Он защитил себя, войдя, что в суде будет означать злоупотребление имиджем, еще один гвоздь в его крышку гроба ".

Она взглянула на профиль Пибоди. "Не дуйся".

"Я не дуюсь".

Зашипев, Ева опустила пассажирский козырек, так что зеркало опустилось. "Посмотри на свое лицо. Ты хочешь, чтобы он знал, что ты поддаешься, когда тебе приходится иметь с ним дело? Прояви немного гордости, Пибоди."

Изучая себя, Пибоди увидела, как от слов Евы недовольство перешло в режим надувания губ. Она снова подняла забрало. "Я просто подумал, вот и все".

Ева свернула на Канал, проезжая через его похожий на базар сектор, где предложения были обильными и дешевыми, а львиная доля бизнеса приходилась на Черный рынок. Туристов регулярно обманывали, затем они подавали жалобы на магазины, которые меняли места проведения чаще и с большей эффективностью, чем цирк-палатка.

С другой стороны, Ева решила, что если ты был настолько глуп, чтобы поверить, что можешь купить Rolex по той же цене, что и большая пицца, то ты заслужил освежевание.

Через несколько кварталов карнавал уступил место свалке для бездомных и бесправных. Спящие на тротуарах возводили свои будки и палатки в жалких маленьких сообществах отчаяния. Те, у кого были лицензии нищего, и многие без них, бродили по городу, чтобы накопить достаточно кредитных жетонов, чтобы купить бутылку домашнего пива, чтобы пережить еще одну ночь.

Те, кто не переживет ночь, будут доставлены в морг подразделением полиции Нью-Йорка, не слишком ласково известным как "Тротуарные скупщики".

Не важно, скольких погрузили на борт и кремировали за счет города, на смену им приходили новые.

Казалось, что никто, особенно отцы города, не мог разорвать этот порочный круг. И именно здесь, посреди грязи и отчаяния, Луиза Диматто руководила клиникой на Канал-стрит.Она тоже не разорвала порочный круг, подумала Ева, но она сделала раскручивание этого немного менее болезненным для некоторых.

В районе, где обувь на ногах считалась честной игрой, парковать машину было рискованно, если только вы не окружили ее дроидами в бронежилетах и с ракетными лазерами наготове. Патрульные машины были укомплектованы именно этим.

Хорошей новостью было то, что мест для парковки было предостаточно.

Ева подъехала к обочине позади того, что когда-то могло быть седаном. Но поскольку все, что от него осталось, - это часть шасси и разбитое лобовое стекло, она не могла быть уверена.

Она вышла и в горячем, вонючем паре, который вырывался из вентиляционного отверстия метро, открыла все замки, активировала все сигнализации. Затем она встала на тротуаре, осматривая улицу во всех направлениях. В дверных проемах толпилось несколько праздношатающихся, а один жалкий тощий уличный торговец пытался заинтересовать клиентов.

"Я лейтенант Даллас, полиция Нью-Йорка". Она не кричала это, но повысила голос достаточно, чтобы заставить лица повернуться в ее сторону. "Этот кусок дерьма - мой официальный городской транспорт. Если указанного куска дерьма не будет в этом точном месте, в этом точном состоянии, когда я вернусь, я приведу сюда отряд взломщиков дверей, чтобы поднять на ноги каждую живую душу в радиусе пяти кварталов, вместе с нелегалами -ищейками, которые найдут и конфискуют все припрятанные тобой вкусности. Я гарантирую, что это будет очень неприятный опыт ".

"Сучий коп!"

Проследив направление комментария, Ева подняла взгляд на окно третьего этажа в здании через дорогу. "Офицер Пибоди, вы подтвердите мнение этого засранца?"

"Да, сэр, лейтенант, этот засранец прав. Ты - высший сука-полицейский ".

"А что произойдет, если кто-нибудь прикоснется к моему транспортному средству?"

"Ты превратишь их жизнь в сущий ад. Ты превратишь жизнь их друзей в сущий ад, жизнь их семьи - в сущий ад. И, сэр, вы превратите жизни совершенно незнакомых им людей в сущий ад ".

"Да", - сказала Ева с холодной и удовлетворенной улыбкой. "Да, я сделаю это". Она отвернулась и пошла к двери клиники.

"И тебе это понравится".

"Ладно, Пибоди, точка зрения высказана". Она открыла дверь, вошла внутрь.

На мгновение ей показалось, что она вошла не в ту дверь. Из своих визитов прошлой зимой она запомнила битком набитый зал ожидания, грязные стены, потрепанную, неадекватную мебель. Вместо этого здесь было широкое пространство, разделенное низкой стеной, где в простых глиняных горшках цвели блестящие зеленые растения. Стулья и диваны были расставлены по обе стороны, и хотя почти все места были заняты, чувствовался порядок.

Стены были бледно-симпатичного зеленого цвета, украшенные картинами в рамках, очевидно, нарисованными детьми.

Послышались хрипы, хрипы, тихое поскуливание больных и раненых. Но не было, как было прошлой зимой, подспудного чувства гнева и безнадежности.

Пока она осматривала комнату, в дверном проеме появилась женщина в комбинезоне того же цвета, что и стены. "Миссис Ласио, доктор сейчас вас примет".

Во время смены пациентов Ева подошла к окошку приема. Сквозь него она могла видеть обновленное оборудование и то же ощущение упорядоченной эффективности, которое пронизывало зоны ожидания.

На станции был молодой человек с лицом веселым и безобидным, как маргаритка. Ему не могло быть больше двадцати, подумала Ева, когда он просиял, глядя на нее.

"Добрый день. Чем мы можем помочь вам сегодня?"

"Мне нужно увидеть доктора Диматто".

"Да, мэм. Боюсь, доктор Диматто полностью занят до конца сегодняшнего дня. Если это неотложная медицинская помощь - "

"Это личное дело". Ева положила свой значок на стойку. "Официальное дело. Если она связана, пусть свяжется со мной, когда освободится. Лейтенант Даллас, Центральное полицейское управление."

"О, лейтенант Даллас. Доктор Диматто сказал, что вы можете зайти. Она с пациентом, но если вы не возражаете подождать всего несколько минут? Ты можешь подождать в ее кабинете, и я скажу ей, что ты здесь ".

"Прекрасно".

Он провел ее через дверь. Она увидела то, что, как она предположила, было смотровыми комнатами по обе стороны коридора, и коридор открылся в широкий проход, где на стойках стояло лабораторное оборудование. Где-то поблизости она услышала детский смех.

"Вы, ребята, расширились".

"Да. Доктор Диматто смог приобрести здание, которое примыкало к первоначальной клинике". Все еще сияя улыбками, он провел их через проход в другой коридор. "Она расширила и обновила клинику и ее услуги и добавила педиатрию. Сейчас у нас шесть врачей, двое на постоянной основе и четверо по ротации, и полностью оборудованная лаборатория ".

Он открыл дверь. "Доктор Диматто - ангел с Канал-стрит. Пожалуйста, налейте себе автореф. Она будет с тобой, как только сможет ".

Кабинет Луизы не сильно изменился, отметила Ева. Она была все еще маленькой, все еще тесной, все еще переполненной. И это очень напомнило Еве ее собственное пространство в Central.

"Боже, она действительно что-то здесь сделала", - прокомментировала Пибоди. "Это обошлось ей в пару миллионов".

"Я полагаю". И поскольку Ева всего лишь пожертвовала - ладно, подкупила Луизу - полмиллиона на клинику, она решила, что ангел с Канал-стрит провел очень интенсивный, очень успешный сбор средств за очень короткий промежуток времени.

"Это место лучше оборудовано, и, бьюсь об заклад, лучше управляется, чем мой местный медицинский центр". Пибоди поджала губы. "Я мог бы поменяться".

"Да, хорошо". По мнению Евы, одно медицинское учреждение ничем не отличалось от другого. Все они были пустотами ада. "У тебя есть при себе электронная записка? Мы просто оставим доктору сообщение. Я хочу вернуться в Центральный ".

"Может быть. Где-то". И пока Пибоди рылась в карманах, Луиза ворвалась.

"Есть пять. Нужен кофе". Она направилась прямиком к автореферату. "Введи меня в курс дела, пока я заправляюсь".

"Ты знал Брайну Бэнкхед?"

"Нет".

"Представь Пибоди". Ева достала фотографию для удостоверения личности, которую Пибоди достала из своей сумки с документами, и протянула ее. "Узнаешь ее?"

Луиза пила кофе одной рукой, другой проводила по волосам, хмурясь при виде этого изображения. Из кармана ее лабораторного халата выглядывали стетоскоп и красный леденец на палочке. "Да. Я время от времени ездил с ней в лифте, видел ее на местных рынках, где я делаю покупки. Полагаю, я мог бы поговорить с ней, как ты разговариваешь с соседями, у которых нет времени познакомиться. Была ли она убита?"

"Да". Ева протянула копию изображения подозреваемого. "Узнаешь его?"

"Нет". Луиза поставила свой кофе, взяла фотографию, чтобы рассмотреть поближе. "Нет, я никогда не видел его раньше. Он убил ее? Почему?"

Ева вернула фотографии Пибоди. "Вы когда-нибудь лечили кого-нибудь от наркотиков, стимулирующих секс? Шлюха, Кролик?"

"Да. В моей ротации скорой помощи к нам бы кто-нибудь приезжал с "Рэббита" несколько раз в месяц. В основном клоны кроликов или комбо Экзотика / Зевс, потому что настоящие такие дорогие. Я никогда не имел дела со шлюхой, не знаю никого, кто имел. Ты изучаешь это и его производные на тренировках нелегалов, но это в списке неактивных ".

"Больше нет".

"Это то, что он сделал с ней? Накачал ее шлюхой? Шлюха и кролик. Иисус Христос". Она провела руками по лицу. "Смешанный с алкоголем, я так понимаю. Почему он просто не вышиб ей мозги лазером?"

"Может быть, ты мог бы покопаться, спросить кого-нибудь из своих друзей-врачей, видели ли они повторное появление Шлюхи".

"Я могу это сделать. Знаешь, мужчине пришлось придумать название улицы для этого дерьма. Ты знаешь, как это началось?"

"Нет, как?"

"В качестве экспериментального лечения фобий и состояний, подобных социальному тревожному расстройству. У меня это получалось даже слишком хорошо ".

"Что это значит?"

"Это также повлияло на гормоны. Было обнаружено, что это более эффективно помогало при сексуальных расстройствах. В разбавленных и тщательно контролируемых дозах это могло усилить сексуальное желание и функцию, и действительно усиливало. С этого момента он стал использоваться в качестве помощника для обучения лицензированных компаньонов. Хотя оно и не вызывает привыкания, вскоре выяснилось, что оно опасно нестабильное. Что, естественно, означало, что это стало желанным на улице, особенно среди ваших более состоятельных парней из колледжа и младших руководителей, которые подсыпали дозу в напиток девушки своей мечты, чтобы расслабить ее." Она смыла поднимающуюся ярость обратно в горло кофе.

"Так оно и получило свое название", - продолжила она, - "поскольку в смеси с алкоголем оно имеет тенденцию достаточно ослаблять организм, чтобы проглотивший его был готов к тому, чтобы его трахнули голым на катке в Рокфеллер-центре. У того, кто ест, необязательно осталась бы двигательная координация для активного участия, и вряд ли он помнил бы это, но она была бы чертовски восприимчива к внушению."

"Добавить кролика?"

"О, она участвовала бы вместе со всем корпусом морской пехоты США, пока не потеряла бы сознание, пока ее сердцебиение не зашкалило бы, а мозговые волны не выровнялись".

"Врач бы это знал", - подсказала Ева. "Химик, фармацевт, медсестра, медтехник, любой, кто хоть немного разбирается в фармацевтике, мог бы знать, что комбинация была смертельной?"

"Да, любой должен. Если только он или она не идиот, или просто им было насрать, пока это было весело, пока это продолжалось ".

"Ладно, поспрашивай вокруг. Если что-нибудь случится с тобой, свяжись ".

"Ты можешь положиться на это".

"Ты проделал здесь хорошую работу", - добавила Ева.

"Нам нравится так думать". Луиза допила кофе, выбросила чашку в корзину для мусора. "Твои три миллиона прошли долгий путь".

"Три миллиона?"

"Я был готов нырнуть в те полмиллиона, о которых мы договаривались. Не ожидал бонуса ".

"Когда..." Ева провела языком по зубам. "Когда я дал тебе бонус?"

Луиза открыла рот, снова закрыла его. Улыбнулся. "Теперь, почему я думаю, что ты понятия не имеешь?"

"Освежи меня, Луиза. Когда я дал тебе три миллиона долларов?"

"Никогда. Но твой представитель сделал это в конце февраля ".

"А моя репутация была бы такой?"

"Какой-то лощеный костюм по имени Патока, из "Монблан", "Сисслер" и "Патока". Выпускается двумя частями - по полмиллиона, как и договаривались, и еще две целых пять десятых, если я соглашусь пожертвовать свои услуги "Дачасу", недавно созданному центру жестокого обращения для женщин и детей в Нижнем Ист-Сайде."Дачи", - сказала она, все еще улыбаясь, - как мне сказали, по-гэльски означает "надежда".

"Это так?"

"Да. У тебя там чертовски хороший мужчина, Даллас. Если он когда-нибудь тебе надоест, я заберу его из твоих рук ".

"Я буду иметь это в виду".

***

"Ты дал ей деньги на все это?" - Потребовала Пибоди, выбегая вслед за Евой.

"Нет, я не давал ей денег, потому что это не мои деньги, не так ли? Это деньги Рорка. Я коп, черт возьми. У полицейского нет космических станций, набитых деньгами, чтобы совершать грандиозные жесты ".

"Да, но все же. Тебя это бесит?"

Ева остановилась на тротуаре, сделала глубокий вдох. "Я не знаю, бесит ли это меня". Но она пнула основание уличного фонаря на всякий случай. "Он мог бы рассказать мне об этом, не так ли? Он мог бы держать меня в курсе, чтобы я не попадала в такого рода ситуации и не выходила оттуда, чувствуя себя идиоткой ".

Пибоди оглянулась на клинику, ее мягкое сердце приближалось к стадии слизи. "Я думаю, это был красивый жест".

"Не противоречь мне, Пибоди. Ты забыл, что я высший сука-коп?"

"Нет, сэр. И поскольку ваш автомобиль находится на том же месте и в том же состоянии, в каком вы его оставили, соседи об этом тоже не забыли ".

"Очень плохо". Немного задумчивая, она огляделась вокруг. "Я бы с удовольствием надрал кое-кому задницу".

***

Вернувшись в Управление, Ева взяла шоколадку вместо обеда, поразмыслила, вызвала данные о химических веществах, имеющих отношение к убийству в Бэнкхеде, поразмыслила еще немного, затем позвонила, чтобы побеспокоить Макнаба.

"Мне нужен адрес".

"Ты бы согласился на двадцать три из них?"

"Что, черт возьми, это значит?"

"Слушай, я собираюсь снять конференц-зал, твой офис - это коробка. Твой уровень, - сказал он, нажимая на клавиатуру слева от себя вручную, пока говорил. "Ах... Комната 426. Я использую твое имя, чтобы подчеркнуть это."

"Макнаб -"

"Легче, быстрее объяснить это лицом к лицу. Дай мне пять."

Он прервал передачу на ее рычании, что не оставило ей выбора, кроме как закончить свое рычание на Пибоди. "Конференц-зал 426. Сейчас, - приказала она.

Она выбежала из своего офиса, через КПЗ детектива, где убийственные огоньки в ее глазах отбили охоту у кого-либо из ее коллег разговаривать с ней. К тому времени, как она ворвалась в конференц-зал, у нее был отличный напор пара, и требовалась только удобная мишень, чтобы извергнуть его.

К его несчастью, Фини вошел первым.

"Что, черт возьми, за подразделение ты там возглавляешь?" - потребовала она. "Макнаб теперь отдает мне приказы? Вешаешь трубку на меня? Бронирует номера на мое имя по собственной инициативе, и... и отказывается предоставить мне данные, когда заказывают."

"Держись сейчас, Даллас. Я невинный сторонний наблюдатель ".

"Очень плохо, потому что именно они обычно заканчивают кроваво".

Слегка пожав плечами, Фини потряс пакетиком с орехами, отягощавшим его карман. "Все, что я знаю, это то, что парень пометил меня, попросил заскочить сюда, чтобы он мог ввести нас обоих в курс дела сразу".

"Я главный в этом деле. ЭДДА попросили помочь и проконсультировать. Я еще не сформировал оперативную группу по этому вопросу, и командир не уполномочил меня делать это. Пока я не скажу по-другому, Макнаб - трутень и ничего больше ".

Фини перестал трясти пакетом, наклонил голову. "Ко мне это тоже относится? Лейтенант?"

"Твой ранг не означает член, когда я главный. Если ты не можешь научить своих подчиненных правильной иерархии и процедуре, тогда, возможно, твой ранг не означает членства в твоем собственном подразделении ".

Он наступал, пока кончики его ботинок не коснулись ее ботинок, наклонялся, пока кончик его носа не коснулся ее носа. "Не смей указывать мне, как управлять моим подразделением. Я натренировал твою задницу и все еще могу надрать ее, так что не начинай думать, что можешь оторвать полоску от моей. "

"Отвали".

"К черту это.К черту это, Даллас. У тебя проблемы с моим командным стилем, выкладывай. Глава и стих."

Что-то в ее голове хотело взорваться. Почему она этого не почувствовала? Что-то в ее сердце кричало. Но она этого не слышала. Так это она отступила, на один осторожный шаг. "Он накачал ее шлюхой и кроликом. Он покрыл кровать лепестками роз и трахал ее на них, пока она не умерла. Затем он выбросил ее из окна, так что она лежала сломленная и обнаженная на тротуаре ".

"О, Иисус". В его голосе прозвучала жалость.

"Думаю, это застряло у меня в горле с тех пор, как Моррис рассказал мне. Прости, что я ударил тебя ".

"Забудь об этом. Иногда вы ловите то, что поражает вас сильнее, чем другие. Ты должен дать кому-нибудь пощечину ".

"У меня есть его лицо, у меня есть его ДНК, у меня есть его передачи. Я знаю столик в клубе, где он угостил ее первым напитком "Шлюха в выпивке", за который она заплатила своей собственной дебетовой картой. Но у меня его нет ".

"Ты будешь". Он повернулся, когда Пибоди сделала шаг вперед перед Макнабом. У обоих были раскрасневшиеся лица. "Детектив, вы запрашивали разрешение у главного на собрание в этой комнате?"

Макнаб моргнул. "Мне нужно было-"

"Ответь на вопрос".

"Не совсем. Капитан." Ему не нужно было видеть ухмылку Пибоди, чтобы знать, что она это сделала. "Я приношу извинения за превышение, лейтенант Даллас. Я полагаю, что информация, которой я должен, э-э, поделиться, важна для расследования, и ее лучше подавать лично, чем межведомственные передачи ".

Тусклого румянца, обжигающего его горло, было достаточно, чтобы удовлетворить ее. "Тогда передай это, Макнаб".

"Да, сэр". Было трудно выглядеть чопорно и холодно, надевая вишнево-красные брюки и облегающий свитер цвета нарциссов. Но ему это почти удалось. "Отслеживая учетную запись подозреваемого от источника мошенничества, я смог установить имя, используемое для регистрации учетной записи. Предполагается, что это бизнес под названием La Belle Dame ".

"Претендует на то, чтобы быть", - сказала Ева.

"Да, сэр. В штате Нью-Йорк нет фирмы или организации с таким названием, которая занималась бы бизнесом. Адрес, указанный для компании, на самом деле - Центральный вокзал Гранд".

"И я должен быть взволнован этим, потому что ...?"

"Ну, я продолжал разделять слои и нажимал на источники для реальных передач. Места, из которых они были отправлены. Пока. Я попал в двадцать три точки. Все общественные кибер-кафе и клубы на Манхэттене, в Квинсе и Бруклине. Пока, - повторил он. "Он передвигается, отправляет и получает из портов в общественных местах. Единственное электронное письмо, отправленное или полученное с этого экранного адреса, было адресовано Брайне Бэнкхед и от нее".

"Он создал это для нее", - пробормотала Ева.

"У аккаунта umbrella могли быть другие псевдонимы", - продолжил Макнаб. "Я не смог преодолеть барьеры. Пока. Кто бы ни создал учетную запись, он знает свое кибер-дерьмо. Я имею в виду, он хорош, и он осторожен ".

"Ее лучшая подруга не узнала его. Пока что ни один из поквартирных обходов в здании не выявил соседей, которые его узнали." Ева ходила взад-вперед. "Если Бэнкхед не знала его, если его не видели в ее доме или около него до ночи убийства, тогда мы должны предположить, что он нацелился на нее из комнаты чата".

"Он знал, где она работала", - вставила Пибоди.

"Но она не заставляла его, как и ее подруга, которая работает в том же отделе. Так что, возможно, он случайный клиент. Если бы он был постоянным клиентом или сотрудником, который проводил какое-то время в их отделе, они бы заметили. Вы все еще замечаете парней, которые тусуются там, где продают женское нижнее белье. Но мы проверим его фотографию через их отдел кадров.

"Итак, он использует общественные места. Ему либо нравится общаться, либо он прячется у всех на виду. Может быть, и то, и другое. Мы распространяем его фотографию в интернет-магазинах ".

"Лейтенант?" Макнаб погрозил пальцами. "Ты знаешь, сколько кибер-площадок в Нью-Йорке?"

"Нет, и я не хочу знать. Но ты можешь начать отсчитывать их по мере того, как будешь их навещать. - Она посмотрела на Фини. "Ты согласен, если Уитни разрешит?"

"Я бы сказал, что мы уже внутри".

"Составь список", - сказала она Макнабу. "Мы разделимся, пока работайте в парах". Она тихо вздохнула. "Макнаб и Фини - эксперты в этой области. Я спрошу об этом только один раз, в этой комнате. У кого-нибудь здесь есть проблемы с работой с кем-либо еще в этой команде?"

Макнаб уставился в потолок, как будто очарованный тусклым белым тоном краски. Пибоди просто хмуро посмотрела на свои туфли.

"Я воспринимаю это как "нет". Пибоди, ты с Макнабом; Фини, ты со мной. Начните с западной стороны; мы возьмем восточную. Мы посетим как можно больше мест, пока..." Она проверила свой наручный прибор, подсчитала. "Две тысячи одна сотня. Мы встретимся завтра в моем домашнем офисе, о, восемьсот для подробного инструктажа. Фини, давай расскажем об этом Уитни ".

Фини вышел вслед за ней, насвистывая. "Ты мог бы разделить нас другим способом".

"Да". Она оглянулась на коридор и понадеялась, что не совершает ошибки. "Но я думаю, что таким образом, возможно, они двое справятся с этим, и мы все сможем вернуться к нормальной жизни".

Он обдумывал это, пока они прыгали на глиссаде. "Я поставил двадцать на Пибоди".

"Черт". Она засунула руки в карманы. "Ладно, но если мне придется лечь на костлявую задницу Макнаба, я хочу шансов. От трех до пяти."

"Сделано".

Вернувшись в конференц-зал, Пибоди и Макнаб сидели так же, как и были.

"У меня нет проблем с тобой работать", - сказал Макнаб.

"Зачем тебе это? У меня тоже с тобой ничего не работает ".

"Хорошо".

"Хорошо".

Они смотрели, потолок и обувь, еще секунд двадцать. Макнаб сломался первым. "Ты тот, кто все равно избегал меня".

"У меня нет. Почему я должен? Между нами все кончено".

"Кто сказал что-нибудь другое?" И его обожгло, что она могла сказать это, просто так хладнокровно, когда он думал о ней все время.

"И ты бы не подумал, что я избегал тебя, если бы не пытался привлечь мое внимание".

"Черт. Для чего? Я занятой парень, Женское Тело. Слишком занят, чтобы беспокоиться о какой-то упрямой униформе, которая проводит свободное время, играя с LCS ".

"Ты оставляешь Чарльза в стороне от этого". Она вскочила на ноги, ярость кипела в ее крови. И новая маленькая слеза в ее сердце.

"Лично мне не нужно искать профессионалов. У меня есть все любители, с которыми я могу справиться ". Он вытянул ноги, изобразил презрительную усмешку. "Но это не здесь и не там, верно? Мы получили работу, и это все. Если ты сможешь справиться с этим."

"Я могу справиться со всем, что можешь ты. Еще."

"Прекрасно. Я составлю список, и мы начнем ".

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

"У тебя нет его лица".

Ева хмуро посмотрела на Дики Беренски, главного лаборанта. Возможно, у него была вкрадчивая улыбка, отношение, которое принесло ему не слишком ласковое прозвище Придурок, и дефект личности, который вводил его в заблуждение, заставляя считать себя дамским угодником, но он был гением в своем маленьком мире волокон, жидкостей и фолликулов.

"Ты вызвал меня с поля боя, чтобы сказать, что у меня нет его лица?"

"Подумал, что ты захочешь знать". Дики оттолкнулся от станции, развернув свое кресло к другому монитору. Его тонкие пальцы заплясали над клавиатурой. "Видишь это там?"

Ева изучала размытое изображение на мониторе. "Это волос".

"Дай даме приз. Но какие волосы, можете спросить вы, и я здесь, чтобы рассказать вам. Это не исходило из головы вашего преступника, это не исходило из головы вашей жертвы или любой другой части их тела. Вышел из парика. Дорогой парик из человеческих волос."

"Ты можешь отследить это?"

"Работаю над этим". Он подвинул свой стул к еще одному столбу. "Знаешь, что это такое?"

На мониторе были цветные фигуры, круги и формулы. Ева выдохнула. Она ненавидела игры в угадайку, но знала свою работу, когда дело касалось Дики. "Нет, Дикки, почему бы тебе не сказать мне, что это такое?"

"Это грим, Даллас. Базовый крем под номером 905/4. Следы этого обнаружены на постельном белье. И это не соответствует тому, что было на мертвой девушке. Получил больше ". Он переключил изображение. "У нас здесь следы замазки для лица. То, что люди используют, чтобы увеличить подбородок или скулу, что угодно, если они не хотят заниматься перманентной пластикой лица и прочим дерьмом ".

"И она не использовала никакой замазки для лица".

"Еще один приз для маленькой леди! На парне был парик, замазка для лица, макияж. У тебя нет его лица ".

"Что ж, это просто замечательные новости, Дики. У тебя есть еще что-нибудь?"

"Вырвал пару его лобковых волос. Настоящая вещь - средне-коричневый. Я смогу рассказать тебе больше о нем из этого, прежде чем мы закончим. Его отпечатки пальцев были на бокалах, на бутылке, на теле, балконных дверях и перилах. И здесь, и там. Ты найдешь его, и мы хорошенько его упакуем ".

"Пришли мне то, что у тебя есть. Отследи названия этих брендов. Я хочу получить эти данные к утру ".

"Эй!" - крикнул он, когда она вышла. "Ты мог бы сказать спасибо".

"Да. Спасибо. Черт возьми."

***

Она прокручивала это в голове всю дорогу домой, пытаясь понять, что за мужчина жил внутри ее убийцы. Она боялась, что действительно видела. Он был умен - достаточно умен, чтобы изменить свою внешность, чтобы камеры слежения и Брайна Бэнкхед не смогли его опознать. Но он не выводил ее на улицу и не возвращался в ее квартиру с мыслью убить ее. Ева была уверена в этом.

Он пошел, чтобы соблазнить ее.

Но ситуация вышла из-под контроля, размышляла она, и он обнаружил себя с мертвой женщиной на лепестках своей розы. Он отреагировал, запаниковал или разозлился, и бросил ее.Запаниковавший позвонил ей. На его лице не было гнева, когда он выходил из квартиры.

У него были деньги, или доступ к ним. После более чем года с Рорком она знала признаки. Она узнала эксклюзивный покрой костюма убийцы, даже дорогой блеск его обуви.

Но он позволил Брайне заплатить за выпивку.Двое за одного, подумала Ева. Никаких бумажных следов, и это подстегивает его эго, заставляя женщину платить за него.

У него были солидные технические навыки и познания в химии. Или, опять же, доступ к этим знаниям и навыкам.

Он был сексуально извращен. Возможно, неадекватный, даже бессильный при обычных обстоятельствах. Он был бы одинок, решила она, приближаясь к воротам дома. Вряд ли у него в прошлом были какие-либо долгосрочные или здоровые отношения. И он не искал ничего подобного. Он хотел полного контроля. Романтические атрибуты были для него, а не для нее.

Иллюзия, решила она, его фантазия. Чтобы он мог представить себя любовником.

Теперь, когда он достиг этого контроля, он сделает одну из двух вещей. Он бы спрятался в страхе и вине за то, что он сделал. Или он снова начнет охоту.

Хищники, по опыту Евы, редко останавливались на одном.

Дом вырисовывался в поле зрения, со всеми его причудливыми и элегантными углами, смягченными сумерками. Слишком много окон, чтобы сосчитать, ярко освещали. Декоративные деревья и кустарники, названия которых она не знала, были в буйном цвету, наполняя воздух ароматом так нежно, так полно, что можно было почти забыть, что ты в городе.

С другой стороны, иногда она думала об этом странном и совершенном пространстве за каменными стенами и железными воротами как о своей собственной стране. Ей просто довелось жить в этом.

Она полюбила этот дом. Еще год назад она бы не поверила, что это возможно. Она восхищалась этим, конечно. Был одновременно напуган и очарован его абсолютной красотой, его удивительным лабиринтом комнат и сокровищ. Но любовь поймала ее и удерживала. Точно так же, как любовь к мужчине, которому принадлежало это, захватила ее. Удерживал ее.

Знание того, что его не было внутри, соблазнило ее развернуться и уехать снова. Она могла бы провести ночь в Центральном.

Поскольку эта мысль угнетала ее, поскольку это напоминало ей о том, что она могла бы сделать до того, как ее жизнь открылась Рорку, она остановилась перед домом.

Она поднялась по старым каменным ступеням, распахнула парадную дверь и вышла из сумрака в чарующий свет вестибюля.

А Соммерсет, тощий ворон в своем обычном черном, стоял и ждал. Его каменное лицо соответствовало его каменному голосу.

"Лейтенант. Вы покинули помещение посреди ночи и не сообщили мне о своем расписании или ожидаемом возвращении."

"Ну и дела, пап, я наказан?"

Поскольку это разозлило бы его, а раздражать мажордома Рорка было одним из гарантированных удовольствий в жизни, она сняла жакет и бросила его на полированную перила главной лестницы.

Поскольку это разозлило бы ее, а раздражать полицейского Рорка было одним из удовольствий Соммерсета, он приподнял поцарапанную кожаную куртку двумя тонкими пальцами. "Сообщать мне о своих приходах и уходах - это элементарная вежливость, которую, естественно, ты не способен понять".

"Лед. Мы понимаем друг друга. В любом случае, я был на вечеринке всю ночь. Ты знаешь, пока кота нет." Она хотела спросить, но не могла заставить себя спросить, знает ли он, когда ожидается возвращение Рорка.

Он бы знал, подумала она, поднимаясь по лестнице. Он знал каждую гребаную вещь. Она могла бы сама позвонить Рорку, но это заставило бы ее чувствовать себя почти такой же глупой. Разве она не говорила с ним двадцать четыре часа назад? Разве он не говорил, что надеется закончить дела и быть дома через пару дней?

Она вошла в спальню, подумала о душе, подумала о еде. И решила, что она не в настроении ни для того, ни для другого. Лучше подняться в ее офис, проанализировать некоторые вероятности, прочитать записи по ее делу. Она сняла свой оружейный ремень, расправила плечи. И понял, что работа тоже не выход.

Что ей было нужно, так это немного времени на размышление.

Для нее было редкостью подниматься в сад на крыше. Ей не нравилась высота. Но, несмотря на огромное пространство дома, находясь внутри, она чувствовала себя замкнутой. И, возможно, свежий воздух прочистил бы ей голову.

Она открыла купол, и звездный свет упал на карликовые деревья, на пышные цветы, которые распускались и выплескивались из горшков. Фонтан журчал в бассейне, где экзотические рыбки сверкали, как мокрые драгоценности.

Она не торопясь подошла к стене, украшенной резьбой в виде крылатых фей, которая окружала эту часть крыши.

Она вспомнила, что они развлекались здесь несколько раз. Для человека в положении Рорка развлекать было работой. Хотя, по причинам, которые ускользнули от нее, это было то, чем он на самом деле наслаждался.

Она не могла припомнить, чтобы когда-либо поднималась сюда одна раньше, или, если уж на то пошло, когда-либо поднималась только с Рорком. И она задавалась вопросом, кто, черт возьми, ухаживал за множеством цветов и растений, кормил рыб, поддерживал блеск плитки, следил за чистотой сидений, столов и скульптур.

Редко можно было увидеть в доме кого-либо из слуг, человека или дроида, кроме Соммерсета. Но потом она узнала, что люди, обладающие огромным богатством, огромной властью, могут легко командовать безмолвными и почти невидимыми армиями, чтобы справляться с досадными мелочами жизни.

Несмотря на это богатство и власть, Рорк лично разобрался с последними деталями смерти друга.

И она проводила свои дни, разбираясь с деталями смертей незнакомцев.

Она позволила своему разуму проясниться, а затем заполнила его Брайной Бэнкхед.

Молодой, нетерпеливый, романтичный. Организованный. Она окружила себя привлекательными вещами, выставленными в привлекательной манере. Ее шкаф был полон стильной одежды, и все было аккуратно развешано.

И платье, и туфли, которые она надела на свое роковое свидание, были новыми, и списания были четко указаны в ее журнале регистрации. Она сделала маникюр и сделала уход за лицом, надела красивые серьги, купленные днем в день ее свидания.

Очень женственная женщина, размышляла Ева. Тот, кто читал и наслаждался поэзией.

Что означало, что убийца охотился на молодых, романтичных, особенно женского пола.

У нее на кухне было две бутылки вина, одна белая, другая красная. И ни один из них не приближается к этикетке или ценовому диапазону бутылки на столе. Принес ли он это с собой, в своей черной кожаной сумке, вместе с нелегалами, лепестками роз, свечами?

Она хранила презервативы в своем ящике для мелочей, но убийца ни одним не воспользовался. Брайна была слишком высокого мнения о нелегалах, чтобы настаивать на такой защите, что означало, что убийца не беспокоился о защите или оставлении улик ДНК.

Потому что, будь она жива, она не смогла бы опознать его по описанию. Более того, подумала Ева, она не была бы уверена, что произошло. Они выпивали в общественном месте, где, по словам официанта, у которого Ева брала интервью в тот вечер, ей было очень уютно со своим кавалером. Держание за руки, поцелуи, тихий смех, долгие, проникновенные взгляды. Официант, согласно его заявлению, предположил, что они были любовниками.

Камеры наблюдения не только будут следовать этой теме, но и дополнят ее. Она не только впустила его в свою квартиру, она затащила его внутрь.

Это было умно с его стороны, подумала Ева теперь. Ожидание, позволяя ей сделать ход. Для протокола.

Если бы она была жива, он бы вышел сухим из воды.

Теперь она задавалась вопросом, делал ли он это раньше.

Нет, нет. Она начала расхаживать вдоль стены. Если бы это было так, почему он совершил ошибку, передозировав ее? Казалось, что это было в первый раз. Но она бы оценила вероятность этого.

Если бы был другой, это был бы другой канал для исследования, другой способ выследить его. Чтобы остановить его.

Достав свою записную книжку, она вписала ключевые слова.

Комнаты для чатов

Поэзия

Редкие, дорогие нелегалы

Парик, косметические усовершенствования

Розовые розы

Пино Нуар '49

Сексуальное отклонение

Технические навыки

Знание химии

Просмотрев свои собственные слова, она засунула книгу обратно в карман. Может быть, у нее был бы этот душ, эта еда и работа, в конце концов.

И, обернувшись, она увидела Рорка.

Не имело значения, что они были вместе больше года. Ей пришло в голову, что у нее, очень вероятно, будет такой скачок сердца, этот ослепительный порыв каждый раз, когда она увидит его, до конца своей жизни.

В конце концов, это могло бы перестать смущать ее.

Он выглядел как нечто, созданное из фантазий. Длинное, поджарое тело, одетое в черное, выглядело бы так же естественно в развевающемся плаще или потускневших доспехах.

Его лицо, обрамленное шелковистой копной черных волос, с точеными костями и полным чувственным ртом подошло бы как поэту, так и воину. Его глаза, той дикой и чудесной синевы, все еще обладали силой ослаблять ее колени.

Нет, поняла она, это никогда не перестанет смущать ее.

Это никогда не перестанет волновать ее.

"Ты рано вернулся".

"Немного. Здравствуйте, лейтенант."

При звуке его голоса, этого тонкого и богатого ирландского напева, все внутри нее перевернулось. Затем он улыбнулся, едва заметным изгибом губ, и она сделала шаг к нему. Через секунду она уже бежала.

Он поймал ее на полпути, оторвав от земли, как раз в тот момент, когда его рот нашел ее.

Был жар, одна быстрая вспышка, а под ней тепло, распространяющееся, оседлое тепло, которое проникло до мозга костей.

Дом, подумал он, когда ее вкус покрыл горе и усталость последних дней. Наконец-то дома.

"Ты не сообщил мне о своем расписании", - сказала она, довольно точно подражая Соммерсету. "Теперь, я думаю, мне придется отменить горячее свидание, на которое я договорился с близнецами, танцующими на коленях".

"Ах, Ларс и Свен. Я слышал, что они очень изобретательны ". Он прижался щекой к ее щеке, когда снова поставил ее на ноги. "Что ты здесь делаешь наверху?"

"Я точно не знаю. Не мог успокоиться, хотел воздуха". Она отстранилась, чтобы изучить его лицо. "Ты в порядке?"

"Да".

Но она наклонила голову, взяла его лицо в свои руки. "Ты в порядке?" она повторила.

"Это было трудно. Больше, чем я ожидал, это будет. Я думал, что уберу это подальше ".

"Он был твоим другом. Как бы то ни было, он был твоим другом ".

"Тот, кто умер, чтобы я не. Я решил это." Он коснулся своим лбом ее лба. "Или думал, что видел. Эти поминки, о которых мечтал Брайан, собрать так много людей из моего прошлого, а затем увидеть, где Мика похоронили... это было трудно".

"Я должен был пойти с тобой".

Он слегка улыбнулся. "Некоторые из скорбящих, возможно, чувствовали себя немного неловко из-за полицейского в центре. Даже мой полицейский. Тем не менее, у меня есть сообщение от Брайана для тебя. Когда он стоял за своей стойкой в Penny Pig, он попросил, чтобы я сказал тебе, когда ты придешь в себя и избавишься от таких, как я, он будет ждать тебя ".

"Всегда хорошо иметь поддержку. Ты ужинаешь?"

"Пока нет, нет".

"Почему бы нам не попробовать немного поменяться ролями? Я приготовлю тебе поесть, подсыплю пустышку в твою еду, а затем уложу тебя в постель ".

"У тебя тени под глазами, поэтому мне кажется, что это ты нуждаешься в еде и постели. Соммерсет сказал, что тебя не было всю ночь."

"Соммерсет - большая, жирная ябеда. Прошлой ночью я подхватил дело."

Он запустил свои длинные пальцы в ее волосы, позволяя всем этим оттенкам коричневого и светлого просочиться сквозь них. "Хочешь рассказать мне об этом?"

Она могла бы сказать "нет", и он бы вытянул это из нее. "Позже". Она снова расслабилась в его объятиях, держась.

"Я скучал по тебе, Ева. Скучал по тому, чтобы вот так обнимать тебя. Скучал по твоему запаху, вкусу."

"Ты мог бы компенсировать это". Она повернула голову так, что ее губы скользнули по его подбородку.

"Я намереваюсь".

"Намерения просты". Теперь она использовала свои зубы. "Я предпочитаю действие. Прямо здесь, прямо сейчас".

Он позволил ей подтолкнуть себя к длинному мягкому шезлонгу. "А как насчет Ларса и Свена?"

"Я позабочусь о них позже".

Он ухмыльнулся, развернул ее так, что она первой ударилась о шезлонг. "Я думаю, ты слишком устанешь для приватного танца".

"Я не знаю. Я чувствую себя довольно энергичным ". Она переместилась, чтобы убаюкать его между своих бедер. И ее брови взлетели вверх. "Эй, ты тоже".

"Кажется, у меня открылось второе дыхание", - Он расстегнул первую пуговицу на ее рубашке, помедлил. "Разве это не моя рубашка?"

Она вздрогнула, прежде чем смогла остановить себя. "И что?"

"Итак". Тронутый, позабавленный, он расстегнул остальные пуговицы. "Боюсь, мне придется забрать это обратно".

"Ага, как будто у тебя уже нет около пятисот..." Она замолчала, когда его пальцы прошлись по ее груди. "Хорошо, если ты хочешь так к этому относиться".

"Я хочу". Он прикоснулся своими губами к ее.

Он погружался в нее, слой за слоем. Вкус ее рта, ее кожи и текстура того и другого возбуждали, успокаивали, соблазняли. Ее формы - длинные ноги, узкий торс, маленькие упругие груди - вызывали бесконечное восхищение.

Она потянула за рубашки, ту, что была на нем, ту, которую она позаимствовала, и плоть соприкоснулась с плотью. Она выгнулась; он зарылся.

Ночной воздух вокруг них остыл, но кровь закипела. Она вздохнула, когда их рты снова встретились, когда губы приоткрылись, когда языки слились в долгом влажном поцелуе, который из нежного превратился в настойчивый.

И ее вздох превратился в стон, когда его рот начал беспокойно двигаться вниз по ее телу.

Еще. Все. Все, подумал он. Затем перестал думать.

Ее горло, ее плечи, их линии и изгибы. Он питался ими, затем жадно ее грудями, пока не показалось, что он питается и ее сердцем.

Содрогнувшись, она склонилась к нему, предлагая больше, в то время как ее руки скользили по нему, чтобы взять.

Он заставил ее хотеть большего, чем она могла себе представить. Это всегда было одно и то же. И когда его рот, его руки погладили ее, она вцепилась в бортик шезлонга и погрузилась в неистовый шторм наслаждения.

Она увидела звезды, кружащиеся в небе над головой, почувствовала, как другие взрываются внутри ее тела. Она обмякла, стала жидкой и теперь двигалась против него в медленном, извилистом ритме.

Настойчивость смягчилась до нежности. Ласка, шепот, нежное прикосновение, тело к телу.

Ее пальцы перебирали его волосы. Ее губы нашли изгиб его шеи, прижимаясь носом к пульсу, который бился для нее. Когда он скользнул в нее, она открыла глаза и обнаружила, что он наблюдает за ней.

Никто, подумала она, когда дыхание сорвалось с ее губ, никто никогда не смотрел на нее так, как он. Таким образом, это говорило ей, что она была центром.

Она поднялась к нему, отпала, снова поднялась в танце, который был одновременно терпеливым и чистым. Ритм оставался медленным, шелковистым и замедленным, когда их губы снова встретились.

Она услышала, почувствовала, как он произносит ее имя. "Ева".

Она обвила его руками, прижала к себе, когда они вместе возвращались домой.

***

Он откуда-то откопал мантии. Ева иногда задавалась вопросом, не зарыта ли у него в доме фабрика шелкопрядов, поскольку у него, казалось, никогда не заканчивались шелковые халаты. Они были черными и достаточно тяжелыми, чтобы телу было комфортно теплым весенним вечером во время ужина на свежем воздухе.

Она решила, что это трудно превзойти - есть стейк с прожаркой из настоящих коров, пить крепкое красное вино за столом при свечах в саду на крыше. И все это после потрясающего секса.

"Это довольно выгодная сделка", - сказала она между укусами.

"Что есть?"

"Возвращаю тебя. Не весело ужинать в одиночестве."

"Всегда есть Соммерсет".

"Теперь ты собираешься испортить мне аппетит".

Он наблюдал, как она вгрызается в стейк. "Я думаю, что нет. Ты что, не ел сегодня?"

"Я съела пончик, и не начинай. Что за Пино Нуар сорок девятого сорта?"

"Какой ярлык?" он ответил так же небрежно, как она спросила.

"Ах, черт". Она закрыла глаза, пока в ее голове не возник образ бутылки. "Maison de Lac."

"Отличный выбор. Около пяти сотен за бутылку. Я должен был бы проверить, чтобы быть уверенным, но это близко."

"Один из твоих?"

"Да. Почему?"

"Это одно из орудий убийства. Вам принадлежит многоквартирный дом на Десятой улице?"

"В каком многоквартирном доме на Десятой улице?"

Она зашипела, порылась в своих мысленных файлах и дала ему адрес.

"Я не верю, что знаю". Он легко улыбнулся. "И как же я это пропустил?"

"Очень смешно. Что ж, приятно знать, что я могу поймать убийцу где-нибудь в городе, который тебе не принадлежит ".

"Как бутылка очень хорошего вина за пятьсот долларов может быть использована в качестве орудия убийства? Яд?"

"В некотором смысле". Она раздумывала секунд пять, затем рассказала ему.

"Он ухаживает за ней по электронной почте", - сказал Рорк. "Романтизирует ее стихами, затем подмешивает ей в напиток два самых презренных нелегальных напитка, когда-либо изобретенных".

"Напитки", - поправила Ева. "Он ухаживал за ней весь вечер".

"И подготавливает почву - романтика, соблазнение - и использует ее. Использует ее, - тихо сказал он. "Я бы подумал, все это время говоря себе, что она наслаждалась этим. Что это было не изнасилование, но опять же, соблазнение, романтика. Ненасильственное, эротичное и приносящее взаимное удовлетворение ".

Ева отложила вилку. "Почему ты так говоришь?"

"Ты сказал, что он был замаскирован. Как только он оказался в ее квартире, и она уже была под воздействием, он мог делать с ней все, что хотел. Если бы он хотел причинить ей боль, если бы насилие было частью его возбуждения, он мог бы это сделать. Но он добавил свет свечей, музыку, цветы. И дал ей наркотик, предназначенный для того, чтобы сделать ее агрессивной и сексуально нуждающейся. Иллюзия, что она была не только желающей, но и страстной. Нужно ли ему было это для его эго, чтобы иметь возможность действовать физически? Или и то, и другое?"

"Это хорошо. Это хорошо", - снова сказала она, кивнув. "Я недостаточно думал как парень. Маскировка тоже является частью соблазнения. Дорогая одежда, прическа и макияж. Он хотел выглядеть как..."

Она остановилась, уставившись на исключительный экземпляр напротив нее.

"О черт, он хотел быть похожим на тебя".

"Прошу прощения?"

"Не ты, а ты - ему понравились действительно длинные, вьющиеся волосы и зеленые глаза. Но ты как тип. Идеальная фантазия".

"Дорогая, ты поставишь меня в неловкое положение".

"Большой шанс. Я хочу сказать, что этот взгляд тоже был частью его фантазии. Он хочет быть великим любовником, неотразимым образом. Как он выглядит и кем он является или притворяется. Богатый, много путешествовавший, начитанный, утонченный, но безнадежно романтичный в глубине души. Есть определенный тип женщин, которые являются главной мишенью для такого рода женщин ".

"Но не вы, лейтенант", - сказал он с улыбкой.

"Я женился на тебе только ради секса". Она снова взялась за вилку. "И регулярные порции красного мяса. Что подводит меня к небольшой врезке здесь. Луиза Диматто живет в том же многоквартирном доме."

"А она?"

"И она стояла на тротуаре, когда Бэнкхед врезался в тротуар".

Он наполнил их бокалы. "Мне жаль это слышать".

"Я заскочил сегодня в клинику, чтобы ввести ее в курс дела. Там много изменений ".

"Хм".

"Да, хммм. Почему ты не сказал мне, что дал клинике три миллиона долларов?"

Он поднял свой бокал, сделал глоток. "Я делаю довольно много благотворительных пожертвований, о которых не рассказываю вам". Он улыбнулся. "Хотели бы вы, чтобы в будущем вас скопировали с данных?"

"Не умничай со мной, эйс. Я хотел бы знать, почему ты обошел меня и дал ей в пять раз больше оговоренной суммы. Я хотел бы знать, почему ты не рассказал мне об этом приюте, которому ты попросил ее уделить время."

"Мне нравилась работа, которую она делала".

"Рорк". Она накрыла его руку своей. Твердо. "Ты основал это убежище для меня. Ты думал, я расстроюсь, или разозлюсь, или что, если ты расскажешь мне об этом?"

"Я осуществил планы по созданию приюта несколько месяцев назад. Для тебя, - сказал он и накрыл ее руку своей так, что их пальцы переплелись. "Для себя. Нам некуда было идти, не так ли, Ева? И если бы я это сделал, я бы не пошел. Слишком жесткий, слишком злой. Даже если бы из ушей пошла кровь от последнего избиения, я бы не пошел. Но это сделают другие".

Он поднял их соединенные руки, изучая, как они подходят друг другу. То, как они держались. "Тем не менее, я почти уверен, что мне бы и в голову не пришло делать это, если бы не ты".

"Но ты не сказал мне".

"Убежище не совсем закончено", - начал он. "Это открыто, и они приняли тех, кого они называют гостями. Но есть еще детали, которые необходимо доработать, некоторые программы, которые еще предстоит полностью реализовать. Это должно быть- - Он замолчал. "Нет, я тебе не говорил. Я не знаю, намеревался я это сделать или нет, потому что я не был уверен, порадует это тебя или огорчит."

"Это имя мне нравится".

"Хорошо".

"И что меня огорчает, хотя это мягко сказано, так это то, что ты не рассказал мне о том, что ты делаешь, что заставляет меня по-настоящему гордиться тобой. Я бы тоже не пошла ни в одно из этих мест, - продолжила она, когда он только посмотрел на нее. "Потому что он заставил меня так бояться их, потому что в его устах они звучали как большие темные ямы, а темноты я боялась так же, как и его. Так что я бы не пошел. Но это сделают другие".

Он поднес ее руку к своим губам. "Да".

"Теперь посмотри на себя, плохой парень из Дублина. Столп общества, филантроп, ведущая общественная организация города ".

"Даже не начинай".

"Крутой парень с большим, нежным сердцем".

"Не заставляй меня причинять тебе боль, Ева".

"Слышишь это?" Она склонила голову набок. "Это звук, с которым стучат мои колени". Она откинулась на спинку стула, удовлетворенная тем, что печаль, которую она видела на его лице, когда он впервые пришел домой, исчезла. Она действительно начинала понимать, что такое жена.

"Хорошо, теперь, когда я позволил тебе трахнуть меня и накормить, тем самым удовлетворив все сиюминутные аппетиты, у меня есть работа".

"Прошу прощения, но, кажется, я припоминаю, что кто-то обещал уложить меня в постель".

"С этим придется подождать, туз. Я хочу проверить некоторые вероятности и посмотреть, смогу ли я получить информацию о аккаунте umbrella, которым пользуется этот парень. Французская сделка. La Belle Dame. "

"Китс".

"Что это?"

"Не что, ты, плебей, кто. Джон Китс. Классический поэт девятнадцатого века. Стихотворение называется "Прекрасная дама без милосердия". Прекрасная женщина без пощады".

"Откуда ты все это знаешь?"

"Потрясающе, не так ли?" Он рассмеялся, поднимая ее на ноги. "Я достану тебе стихотворение, тогда мы сможем приступить к работе".

"Мне не нужно -"

Он заставил ее замолчать быстрым, крепким поцелуем. "Как насчет этого? Давайте представим, что вы спорили о том, что вам не нужна гражданская помощь или вмешательство, затем я указал на все очень разумные преимущества same. Мы спорили об этом двадцать минут, затем, признав, что я могу находить данные быстрее, чем вы, и две головы лучше, чем одна, и так далее, и тому подобное, мы приступили к работе. Это сэкономит немного времени ".

Она с шипением выдохнула. "Хорошо, но если я замечу, что ты выглядишь самодовольным, я надеру тебе задницу".

"Дорогая, это само собой разумеется".

ГЛАВА ПЯТАЯ

У них не было его лица.Всякий раз, когда страх пытался забраться ему под кожу, как горячие муравьи, он повторял этот единственный и самый важный факт.

У них не было его лица, поэтому они не смогли его найти.

Он мог ходить по улицам, ездить в такси, есть в ресторане, путешествовать по клубам. Никто не стал бы допрашивать его, показывать пальцем или бежать искать полицейского.

Он убил, и он был в безопасности.

В самом основном смысле его жизнь не изменилась. И все же, он боялся.

Конечно, это был несчастный случай. Не более чем досадный просчет, вызванный вполне понятным избытком энтузиазма. На самом деле, если взглянуть на общую картину, в этом была такая же вина женщины, как и его.

На самом деле, больше.

Когда он сказал это снова, злобно грызя ноготь на большом пальце, его спутник вздохнул.

"Кевин, если тебе нужно расхаживать и повторяться, делай это в другом месте. Это очень раздражает ".

Кевин Морано, высокий, подтянутый молодой человек двадцати двух лет, опустился на стул и забарабанил ухоженными пальцами по маслянисто-кожаному подлокотнику кресла с высокой спинкой. На его лице не было морщин, глаза были спокойного, ничем не примечательного голубого цвета, волосы средне-каштановые, средней длины.

Его внешность была приятной, хотя и обычной, омраченной только его склонностью дуться при малейшем намеке на критику.

Он сделал это сейчас, наблюдая за своим другом, своим старейшим и самым постоянным спутником. По крайней мере, с этой стороны он чувствовал, что заслуживает некоторого сочувствия и поддержки.

"Я думаю, у меня есть некоторые причины для беспокойства". В его голосе слышалась раздражительность, мольба о сочувствии. "Все полетело к черту, Люциас".

"Чушь". Это слово было скорее приказом, чем комментарием. Люциас Данвуд привык командовать Кевином. По его мнению, это был единственный способ, которым они что-то сделали.

Он продолжал работать над своими расчетами и измерениями в обширной лаборатории, которую он спроектировал и оборудовал в соответствии со своими потребностями. Как всегда, он работал уверенно.

В детстве его считали вундеркиндом, симпатичным мальчиком с рыжими кудрями и сверкающими глазами, с потрясающим талантом к математике и естественным наукам.

Его баловали, баловали, давали образование и хвалили.

Монстр внутри ребенка был очень хитрым и очень терпеливым.

Как и Кевин, он был воспитан в богатстве и привилегиях. Они выросли почти как братья. В самом реальном смысле, поскольку они были созданы во многом одинаковым образом, во многом с одной и той же целью, они считали себя даже больше, чем братьями.

С самого начала, даже будучи младенцами, они узнали друг друга. Распознал, что скрывалось под этими маленькими, мягкими телами.

Они посещали одни и те же школы. Они соревновались в академическом, социальном плане на протяжении всей своей жизни. Они питали друг друга и нашли друг в друге единственного, кто понимал, что они находятся за пределами обычных правил, которыми управляло общество.

Мать Кевина родила его, а затем отдала на платные торги, чтобы она могла преследовать свои собственные амбиции. Мать Люциаса держала его при себе и нашла в нем свою единственную цель.

И обоих душили излишества, потакали каждой прихоти, стремились к совершенству и учили ожидать не меньше, чем всего.

Теперь они были мужчинами, любил говорить Люциас, и могли делать все, что им заблагорассудится.

Ни зарабатывал на жизнь, ни нуждался в этом. Они сочли идею внести свой вклад в общество, которое они презирали, смехотворной. В городском доме, который они купили вместе, они создали свой собственный мир, свои собственные правила.

Основным правилом было никогда, никогда не скучать.

Люциас повернулся к монитору, просматривая различные компоненты и уравнения, которые проносились по экрану.Да, подумал он, да. Это было правильно. Это было идеально. Удовлетворенный, он подошел к бару, сверкающему антиквариатом 1940-х годов, и смешал напиток.

"Виски с содовой", - сказал он. "Это тебя правильно настроит".

Кевин только махнул рукой, тяжело вздохнув.

"Не будь занудой, Кев".

"О, простите меня. Я просто немного не в духе, потому что я кого-то убил ".

Посмеиваясь, Люциас понес стаканы с хайболом через комнату. "Это не имеет значения. Если бы это произошло, я бы очень разозлился на тебя. В конце концов, я был предельно ясен в дозировке и выборе. Ты не должен был смешивать два решения, Кевин."

"Я знаю это". Раздраженный, Кевин взял стакан, хмуро уставился в него. "Я увлекся всем этим. У меня никогда не было женщины, которая была бы так полностью во власти моих чар. Я не знал, что это может быть так ".

"В этом и был смысл игры, не так ли?" Улыбаясь, Люциас поднял свой бокал в тосте, выпил. "Женщины никогда не были такими, какими мы хотели, чтобы они были для нас. Христос, посмотри на наших матерей. Моя бесхребетна, а твоя бескровна".

"По крайней мере, твой показывает интерес к тебе".

"Ты не представляешь, как тебе повезло". Люциас взмахнул своим бокалом. "Эта сучка повисла бы у меня на шее, как кулон, если бы я не держался от нее подальше. Неудивительно, что дорогой старина папа проводит большую часть своего времени за городом ".

Люциас вытянул ноги. "В любом случае, вернемся к сути. Женщины. Если они и были заинтересованы в ком-то из нас, то обычно это были тупые интеллектуалы или безмозглые жадины до денег. Мы заслуживаем лучшего, Кевин. Мы заслуживаем именно тех женщин, которых мы хотим, столько, сколько мы хотим, и именно таким образом, как мы их хотим ".

"Мы делаем. Конечно, мы делаем. Но, Боже, Люциас, когда я понял, что она мертва - "

"Да, да". Люциас сел в подходящее кресло, нетерпеливо наклонился вперед. "Скажи мне еще раз".

"Она была такой сексуальной. Красивая, экзотичная, уверенная. Такую женщину я всегда хотел. И она не смогла оторвать от меня своих рук. Я мог бы овладеть ею в такси, в лифте. Я набрал чертовски много очков еще до того, как мы оказались в ее квартире ".

"Мы скоро их подсчитаем". Люциас нетерпеливо махнул рукой. "Продолжай".

"Я должен был продолжать замедлять ее. Я не хотел, чтобы это закончилось слишком быстро. Я хотел романтики этого, для нас обоих. Медленные шаги соблазнения. И, конечно..." Первые намеки на веселье появились на его лице. "Продолжать набирать как можно больше очков в течение отведенного периода времени".

"Естественно", - согласился Люциас и поднял тост.

"Это сработало. Она позволяла мне делать все, что я хотел. Она наслаждалась этим ".

"Да. Да. Тогда?"

"Я сказал ей подождать, чтобы я мог разыграть сцену в спальне. Как я и планировал. Это было идеально. Все было идеально. Освещение, музыка, аромат воздуха."

"И она сдалась тебе".

"Да". Кевин вздохнул, позволяя воспоминаниям нахлынуть снова. "Я отнес ее в спальню. Я раздевал ее, так медленно, пока она дрожала для меня. Она хныкала из-за меня. Но потом она впала в летаргию ".

Люциас поболтал льдом в своем бокале. "Ты дал ей слишком много".

"Я знаю это, но я хотел большего, черт возьми". Его рот опустился, в его голосе слышались нотки раздражения. "Ей было недостаточно лежать там, как дроид. Я хотел ее горячей, неконтролируемой. Я заслужил это после всего, что я сделал ".

"Конечно, ты это сделал. Итак, ты дал ей Кролика."

"Я должен был разбавить это. Я знаю. Но я был осторожен, всего несколько капель на ее язык. Люциас..." Он облизнул губы. "Она сошла с ума. Горячая и кричащая. Умоляет меня взять ее. Она умоляла меня, Люциас. Мы совокуплялись, как животные. От романтики до обольщения примитивом. Я никогда не чувствовал ничего подобного. Когда я пришел, это было как рождение ".

Он вздрогнул, сделал глоток. "Когда все закончилось, я лежал там, истощенный, дрейфуя с ней подо мной. Я целовал ее, ласкал ее, чтобы она знала, что доставила мне удовольствие. Затем я посмотрел на нее сверху вниз. Она уставилась на меня. Просто смотрел и не отрываясь смотрел. Сначала я не понял, но потом... Я знал, что она мертва ".

"Ты родился", - сказал Люциас, - "а она умерла. Наивысший опыт ". Он сделал глоток и задумался. "Подумай об этом, Кевин. Она умерла почти так же, как мы были зачаты. От безумного совокупления, вызванного химикатами. Один эксперимент с превосходными результатами. Если мы сами так скажем."

"И мы делаем", - со смехом согласился Кевин.

"Другая - игра. Игра, хорошо сыгранная для первого раунда. Теперь моя очередь".

"О чем ты говоришь?" Кевин вскочил на ноги, когда Люциас поднялся. "Ты не можешь быть серьезным. Ты не можешь пройти через это ".

"Конечно, я могу. Почему ты должен получать все удовольствие?"

"Люциас, ради Бога -"

"С твоей стороны было глупо выбросить ее из окна. Если бы ты просто оставил ее там, ушел, им потребовалось бы больше времени, чтобы найти ее. Вычет в очках за плохую стратегию. Я не совершу этой ошибки".

"Что ты имеешь в виду?" Кевин схватил его за руку. "Что ты собираешься делать?"

"Кев, мы в этом вместе. Планирование и исполнение. Когда мы начинали, мы считали это небольшим развлечением, своего рода интерлюдией, где мы расширили бы наш сексуальный опыт. И по доллару за очко, своего рода случайное соревнование, чтобы нас развлечь ".

"Никто не должен был пострадать".

"А ты нет", - указал Люциас. "Кто еще имеет значение? Это наша игра ".

"Да". Это была неоспоримая логика, и она снова успокоила его. "Это правда".

"А теперь, подумай об этом". Люциас отвернулся, раскинул руки. "В некотором смысле это самый захватывающий круг. Рождение к смерти. Разве ты не видишь иронии, красоты этого? Те самые наркотики, которые использовались, чтобы помочь нам появиться на свет, - это те, которые вы использовали, чтобы положить конец чьему-то существованию ".

"Да..." Кевин чувствовал, как его затягивает в трепет от этого. "Да, но - "

"Ставки выше и намного интереснее". Люциас повернулся и по-мужски поздравительно сжал руку Кевина. "Кевин, ты убийца".

Он побледнел, но блеск уважения в глазах Люциаса вызвал у него желание прихорашиваться. "Это был несчастный случай".

"Ты убийца. Как я могу быть меньшим?"

"Ты хочешь..." Возбуждение начало клубиться в его животе. "Намеренно?"

"Посмотри на меня. Скажи мне, и ты знаешь, что не сможешь солгать, не мне, если ее смерть от твоих рук не была частью острых ощущений. Не было ли это, на самом деле, самой большой частью этого?"

"Я..." Кевин схватил свой стакан и залпом выпил виски. "Да. Боже, да".

"Неужели ты откажешь мне в том же опыте?" Он обнял Кевина за плечи и повел его к лифту. "В конце концов, Кев, они всего лишь женщины".

***

Ее звали Грейс. Такое милое, старомодное название. Она работала пажом в библиотеке города Нью-Йорка, доставляя диски и ценные книги посетителям, которые устраивались в читальных залах, чтобы заниматься исследованиями или просто скоротать время с литературой.

Она любила поэзию.

Ей было двадцать три, симпатичная, нежная блондинка с застенчивой натурой и щедрым сердцем. И она уже была влюблена в мужчину, который называл себя Дорианом и ухаживал за ней в безопасном мире киберпространства.

Она никому не рассказала о нем. Это сделало его более особенным, более романтичным, о чем никто не знал. Для их первого свидания она купила новое платье с длинной струящейся юбкой в пастельных тонах, которые заставили ее подумать о радугах.

Когда она покидала свою маленькую квартирку, чтобы поехать на метро в центр города, она чувствовала себя очень смелой, очень взрослой. Представьте, что вы выпиваете в Starview Lounge с мужчиной, за которого, как она была убеждена, она выйдет замуж.

Она была уверена, что он будет красив. Он просто должен был быть. Она знала, что он был богат, красноречив и великий путешественник, мужчина, который любил книги и поэзию так же, как и она.

Они были родственными душами.

Она была слишком счастлива, чтобы нервничать, слишком уверена в исходе вечера, чтобы иметь хоть малейшее сомнение.

Она была бы мертва до полуночи.

***

Ее звали Грейс, и она была его первой. Не просто его первое убийство, но и его первая женщина. Даже Кевин не знал, что он никогда не был в состоянии завершить половой акт. До сегодняшнего вечера.

Он был богом на той узкой кровати в жалкой маленькой квартирке. Бог, который заставил женщину под ним кричать, рыдать и умолять о большем. Она лепетала о своей любви к нему, соглашалась на все требования. И ее стеклянные, одурманенные глаза с обожанием не отрывались от его лица, независимо от того, что он с ней сделал.

Он был так удивлен, что она оказалась девственницей, что в первый раз кончил слишком быстро. Но она сказала, что это было чудесно, она сказала, что ждала его всю свою жизнь. Она берегла себя для него.

И само его отвращение к ней возбудило его.

Когда он достал последний флакон из своей сумки, он показал его ей так, что стекло и жидкость заблестели в свете свечей. Когда он сказал ей открыть рот, она сделала это, как маленькая птичка, ожидающая червяка.

Вбиваясь в нее, он почувствовал, как ее сердце пустилось вскачь. Он почувствовал, как это лопнуло. И он знал, что Кевин был прав. Это было похоже на рождение.

Он изучал ее после того, как она выдохлась, когда ее тело остыло на смятых простынях и лепестках роз. И знал еще кое-что. Это было его право. Она была каждой девушкой, которая когда-либо игнорировала его потребности или отворачивалась, когда он был не в состоянии выполнить. Все, кто когда-либо отказывал ему, отвергали его, ухмылялись ему.

Она была, по сути, ничем.

Он оделся, почистил рукава своего пиджака, застегнул манжеты. Оставив свечи гореть, он вышел. Он не мог дождаться, когда вернется домой и расскажет Кевину.

***

Ева чувствовала себя потрясающе. Секс и сон, решила она. Было трудно превзойти комбо. Затем, когда вы начали день с быстрого заплыва, чудовищной чашки настоящего кофе, достаточно крепкого, чтобы разбивать кирпичи, вы были в городе жира.

Судя по тому, что она чувствовала, она решила, что плохим парням лучше взять выходной.

"Вы выглядите отдохнувшим, лейтенант". Рорк прислонился к косяку двери между их домашними офисами.

"Готов зажигать", - сказала она, наблюдая за ним поверх края своей кофейной чашки. "Я думаю, тебе нужно многое наверстать".

"Я довольно неплохо начал с этого".

Она фыркнула. "Да, неплохо, но я думал о работе".

"Ах. Я тоже начал с этого ". Он пересек комнату, зажав ее между своим телом и столом. Наклонившись, он погладил кота, который обвился вокруг 'ссылки, как тряпка.

"Ты давишь на меня, приятель, а у меня здесь время поджимает".

"Еще не пять минут".

Она наклонила голову, чтобы посмотреть на свое наручное устройство. "Ты прав. Пять минут". Она обвила руками его талию. "Мы должны быть способны..." Как только она прикусила его нижнюю губу зубами, она услышала приближающиеся шаги, безошибочный топот полицейских ботинок. "Пибоди рано".

"Давай притворимся, что мы ее не слышали". Рорк прикусил ее губы. "Что мы не можем ее видеть". Провел по нему своим языком. "Что мы даже не знаем ее имени".

"Это хороший план, за исключением - " Когда он вложил искреннее усилие в поцелуй, она была почти уверена, что почувствовала, как тает ее сердце. "Лежачий мальчик", - пробормотала она как раз в тот момент, когда Пибоди вошла в комнату.

"Ох. Эм. Хм."

Рорк повернулся, поднял Галахада, чтобы почесать его за ушами. "Привет, Пибоди".

"Привет. Добро пожаловать домой. Может быть, я просто пойду на кухню и приготовлю кофе ... и все такое."

Но когда она начала, Рорк протянул руку, приподнял пальцем ее подбородок и изучил ее лицо. Оно было бледным, глаза тяжелыми и подернутыми тенями. "Ты выглядишь усталой".

"Думаю, я не очень хорошо спал". Она пробормотала: "Мне нужен этот кофе". Затем она поспешила прочь.

"Ева".

"Не надо". Она подняла палец в ответ на спокойный тон Рорка. "Я не хочу говорить об этом сейчас. Я никогда не хочу говорить об этом, но особенно не хочу говорить об этом сейчас. И если бы кто-нибудь послушал меня, когда я сказал, что она и Макнаб, запутавшись, все испортят, нам бы не пришлось говорить об этом, не так ли?"

"Поправь меня, если я ошибаюсь, но я думаю, что ты говоришь об этом".

"О, заткнись. Все, что я знаю, это то, что она собирается смириться с этим и выполнить свою работу, и он тоже ". Она в раздражении слегка пнула стол, прежде чем зайти за него. "Теперь уходи".

"Ты беспокоишься о ней".

"Черт возьми, ты думаешь, я не вижу, что ей больно? Что это не доходит до меня?"

"Я знаю, что ты можешь, и я знаю, что это так".

Она открыла рот, затем услышала новые шаги в коридоре. "Отпусти это", - пробормотала она. "Пибоди". Она повысила голос. "Фини здесь. Кофе легкий и сладкий."

"Как ты узнал, что это был я?" - Потребовал Фини, заходя внутрь.

"Ты перетасовываешь".

"Черт возьми, я делаю".

"Черт возьми, ты не понимаешь. Ты перетасовываешься, Пибоди топает, Макнаб гарцует ".

"Если бы я носила такие туфли, как у него, я бы тоже танцевала. Эй, Рорк, не знал, что ты вернулся."

"Просто. Я буду работать дома еще час или около того", - сказал он Еве. "Тогда я буду в офисах в центре города. Книга остается здесь ", - добавил он. "Вы можете записать это на диске, если вам это нужно".

"Какая книга?" - Спросил Фини.

"Поэзия. Кажется, наш парень взял свое прозвище umbrella из стихотворения какого-то парня по имени Китс, написанного пару сотен лет назад."

"Держу пари, это даже не рифмуется. Возьмите Спрингстина, Маккартни, Леннона. Эти парни знали, как рифмовать. Классическое дерьмо".

"Это не только не рифмуется, но и странно, удручающе и по большей части глупо".

"С этим тонким анализом я оставлю тебя работать". Неся кота, Рорк направился к своему кабинету. "Мне кажется, я слышу гарцующего Макнаба".

Возможно, на нем и были красные воздушные ботинки цвета карамельного яблока, но он выглядел ничуть не дерзче, чем Пибоди. Изо всех сил стараясь не обращать на это внимания, Ева присела на край своего стола и обновила их.

"Это объясняет, почему нам тоже не везло в кибер-заведениях", - вставил Макнаб. "Не имело смысла, что никто не видел этого чувака".

"Мы можем изменить некоторые вероятности", - размышлял Фини. "Самые возможные структуры лица, цвета, комбинации. Но в основном мы будем работать без визуальной идентификации ".

"Я сам просчитал некоторые вероятности. Скорее всего, мы ищем одинокого мужчину в возрасте от двадцати пяти до сорока. Уровень дохода выше среднего, высшее образование, с какой-то сексуальной дисфункцией или извращением. Наиболее вероятно, что он живет в городе. Фини, где он достал дорогостоящие нелегалы?"

"Дилеры с Rabbit обслуживают небольшую, эксклюзивную клиентуру. Их не так уж много. Я знаю только об одном в городе, но я могу проверить у нелегалов, есть ли еще. Насколько я знаю, никто не занимается проституцией. Просто не рентабельно ".

"Но когда-то это использовалось в секс-терапии и для обучения LC?"

"Да, но цена была слишком высока, а вещество слишком непредсказуемо".

"Хорошо". Но это дало ей больше ниточек, за которые можно было потянуть. "Мы пока воздержимся от кибер-косяков. Макнаб, начинай превращения. Фини, посмотри, что ты можешь разузнать у нелегалов. Как только я вбью Придурку в голову определение марок замазки и усилителей, парика, у нас будет этот след, по которому можно будет идти. У меня есть бирка на вине. Мой источник сообщил мне, что в этом районе было продано три тысячи пятьдесят бутылок этого сорта. Мы с Пибоди разберемся с этим, и посмотрим, сможем ли мы выделить розовые розы. Парень тратит деньги - вино, цветы, улучшения, нелегалы - значит, он оставил след. Мы собираемся найти это. Пибоди, ты со мной ".

***

Когда они были в машине, Ева глубоко вздохнула. "Если у тебя проблемы со сном, прими таблетку".

"Это хороший совет, исходящий от тебя".

"Тогда считай это приказом".

"Да, сэр".

"Это действительно выводит меня из себя". Ева нажала на нее, взревев двигателем.

Подбородок Пибоди выдвинулся так далеко, что Ева удивилась, как он не пробил лобовое стекло. "Я прошу прощения, если мои личные трудности раздражают вас, лейтенант".

"Если ты не можешь изобразить сарказм получше, чем этот, брось это". Она проехала через ворота, затем ударила по тормозам. "Ты хочешь отдохнуть?"

"Нет, сэр".

"Не обращайся ко мне, Пибоди, таким тоном, или я надеру тебе задницу прямо здесь и сейчас".

"Я не знаю, что со мной не так". Ее голос стал водянистым. "Мне даже не нравится Макнаб. Он раздражающий, и он придурок, и он тупой. Ну и что, что секс был отличным? И, может быть, мы немного посмеялись. Большое дело. Не похоже, что у нас было серьезно или что-то в этом роде. Не похоже, что это дает ему право ставить мне ультиматумы или отпускать оскорбительные комментарии и делать идиотские выводы ".

"Ты уже переспала с Чарльзом?"

"Что?" Пибоди на самом деле покраснела. "Нет".

"Может быть, тебе следует. Может быть, я не могу поверить, что веду этот разговор, может быть, если бы ты немного снял стресс в этой области, ты бы правильно рассудил. Или что-то в этомроде."

"Мы... Мы с Чарльзом друзья ".

"Да. Ты дружишь с очень дорогим сексуальным профессионалом. Мне кажется, он был бы готов тебе помочь."

"Это не то же самое, что одолжить мне двадцатку до получки". Затем она вздохнула. "Но, может быть, мне стоит подумать об этом".

"Думай быстро. Мы собираемся увидеть его ".

Пибоди вскочила с места. "Что? Сейчас?"

"Официально", - сказала Ева и снова завела машину. "Он эксперт по сексу, верно? Давайте посмотрим, что эксперт знает о сексуальных нелегалах ".

***

У сексуального эксперта было свободное утро. Он открыл дверь, одетый в синие шелковые пижамные штаны.

Когда мужчина-конфетка ушел, он был калорийным обжорой. Ева подумала, что легко понять, почему у него было так много клиентов, которые платили за кусочек.

"Лейтенант, Делия. Какое привлекательное зрелище, чтобы проснуться ".

"Прости, что разбудила тебя", - сказала ему Ева. "Есть минутка?"

"Для тебя, лейтенант Шугар, у меня есть часы". Он отступил, чтобы впустить их. "Почему бы нам не позавтракать? У меня в автокефале есть блинчики."

"В другой раз", - сказала Ева, прежде чем Пибоди смогла даже кивнуть. "Ты одна или у тебя есть клиент, отсыпающийся от тебя?"

"Совсем один". Сонливость начала рассеиваться. "Это официально?"

"Мы расследуем дело, и я думаю, вы можете быть полезны в определенных аспектах этого".

"Это был кто-то, кого я знал?"

"Бэнкхед, Брайна. Адрес в центре города".

"Женщина, которая выпрыгнула из своего окна? Разве это не было самоубийством?"

"Отдел убийств", - поправила Ева. "Сегодня утром об этом узнают средства массовой информации".

"Почему бы тебе не присесть? Я приготовлю кофе".

"Пибоди, почему бы тебе не сделать это?" Ева выбрала место в хорошо оборудованной гостиной. Секс, когда он был сделан правильно, хорошо оплачивался. "Вопросы, которые я вам задаю, любая часть этого расследования, которую я могу обсудить с вами, является конфиденциальной".

"Понял". Он сел напротив нее. "Я так понимаю, на этот раз я не подозреваемый".

"Я рассматриваю вас как опытного гражданского консультанта". Она достала свой диктофон. "Официально".

"Тогда, я полагаю, секс поднял свою уродливую голову".

"Проконсультируйтесь с Монро, Чарльзом, лицензированным компаньоном", - объявила Ева. "Инициировано Даллас, лейтенантом Евой, и по ее поручению как главного в деле H-78926B. Также присутствуют, Пибоди, офицер Делия. Мистер Монро, вы готовы проконсультироваться по этому вопросу?"

Ему удалось сохранить почти трезвое выражение лица. "Все, что я могу сделать, чтобы помочь как неравнодушный гражданин".

"Что ты знаешь о запрещенном веществе, известном на улице как шлюха?"

Мгновенно выражение его лица изменилось. "Кто-то использовал "Шлюху" на этой бедной женщине?"

"Вопрос, Чарльз?"

"Христос". Он поднялся на ноги и принялся расхаживать по комнате, когда вернулась Пибоди с кофейным подносом. "Спасибо, милая". Он взял чашку, медленно выпил. "К тому времени, когда я начал тренироваться, это уже было незаконно", - продолжил он. "Но я много слышал об этом. Я посещал семинар в свои первые дни. Сексуальные извращенцы: что можно, а чего нельзя. Что-то в этом роде? Нелегалы любого рода были большим противником. Тебя могут лишить лицензии. Конечно, это не означает, что некоторые LCS или клиенты не используют определенные ... вспомогательные средства. Но не этот."

"Почему?"

"Во-первых, поскольку это когда-то использовалось, чтобы сделать стажеров более податливыми, скажем так, у этого очень плохая репутация в моем бизнесе. Гамбит секс-рабыни хорош как ролевая игра, но не в реальности. Мы профессиональные сексуальные партнеры, Даллас. Мы не шлюхи и не марионетки".

"Вы никогда не знали никого, кто использовал это?"

"Некоторые из старых профи. Вы слышите истории, и большинство из них связаны с насилием того или иного рода. Экспериментирование. Накачайте этим стажера LC, а затем отрывайтесь. Как будто мы были чертовыми морскими свинками", - сказал он с отвращением.

"Тем не менее, это элитарная субстанция. Какие-нибудь знатоки, которых ты знаешь?"

"Нет, но я могу проверить вокруг".

"Осторожно", - предупредила Ева. "А как насчет Кролика?"

Он довольно элегантно приподнял одно плечо. "Только любители и извращенцы используют Rabbit, на себе или партнере. В моем кругу это считается одновременно безвкусным и оскорбительным ".

"Опасно?"

"Если ты глуп или беспечен, конечно. Вы не смешиваете это с алкоголем или любым другим стимулятором. И ты не хочешь передозировки. Передозировки крайне редки, потому что дерьмо стоит дороже жидкого золота ".

"Ты знаешь дилеров, которые этим занимаются? Клиенты, которые этим пользуются?"

Он уставился, затем на его лице отразилась боль. "Господи, Даллас".

"Я не буду использовать твое имя".

Он покачал головой, затем подошел к окну, поднял штору для уединения. Свет проник внутрь.

"Чарльз, это действительно важно". Пибоди подошла к нему, коснулась его руки. "Мы бы не спрашивали, если бы это было не так".

"Я не занимаюсь нелегалами, Делия. Ты это знаешь".

"Я знаю".

"Не мне судить клиентов, которые это делают. Я ни для кого не являюсь моральным центром ".

Ева наклонилась, выключила магнитофон. "Не для протокола, Чарльз. И даю слово, против вашего клиента не будет выдвинуто никаких обвинений в незаконном использовании ".

"Я не назову тебе ее имя". Он повернул назад. "Я не нарушаю это доверие. Но я поговорю с ней сам. Я узнаю имя ее дилера. И это я дам тебе".

"Я ценю это". Ее коммуникатор запищал. "Я собираюсь взять это на кухне".

"Чарльз". Пибоди погладила его по руке, когда Ева вышла из комнаты. "Спасибо. Я знаю, что мы ставим тебя в щекотливое положение ".

"Деликатные позиции - моя специальность". Он ухмыльнулся. "Ты выглядишь усталой, Делия".

"Да. Я это слышал ".

"Почему бы мне не приготовить тебе ужин как-нибудь вечером на этой неделе? Приятный, тихий вечер. Я проверю свою книгу ".

"Это было бы здорово".

Когда он наклонился, чтобы коснуться губами ее губ, она закрыла глаза, ожидая острых ощущений. И хотелось кричать, когда этого не произошло. Это было, подумала она, как целовать своего брата. Если бы кто-нибудь из ее братьев оказался великолепен как грех.

"Что тебя беспокоит, милая?"

"Куча всякой всячины". Она проворчала. "Куча глупостей. Я работаю над этим ".

"Если ты хочешь поговорить об этом, ты знаешь, что я здесь".

"Да. Я знаю".

Ева вышла из кухни и направилась прямо к двери. "Давай двигаться, Пибоди. Назови мне имя, Чарльз, как можно скорее."

"Даллас?" Бросив быстрый извиняющийся взгляд на Чарльза, Пибоди побежала догонять. "Что это?"

"У нас есть еще один".

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Он оставил ее на кровати с непристойно раздвинутыми ногами и вытаращенными глазами. Несколько розовых лепестков прилипли к ее коже. Воск для свечей растекся и затвердел, превратившись в холодные лужицы, растекшиеся по подсвечникам на столе, маленьком комоде, полу и дешевом цветастом коврике.

Это была крошечная экономичная квартирка, которую молодая женщина по имени Грейс Латц попыталась сделать жизнерадостной и уютной с помощью занавесок с оборками и недорогих гравюр в недорогих рамках.

Теперь здесь воняло смертью, несвежим сексом и ароматическими свечами.

Там была бутылка вина, на этот раз каберне. И на этот раз почти пустой. Музыка доносилась из дешевого аудиоустройства рядом с раскладным диваном, который служил кроватью.

Не было ни экрана настроения, ни видеоэкрана, и только одна ссылка. Но там были книги, за которыми тщательно ухаживали и которые гордо стояли на раскрашенной полке вдоль одной стены. Там были фотографии Грейс с мужчиной и женщиной, которых Ева приняла за своих родителей. На комоде стояла маленькая стеклянная ваза, наполненная весенними маргаритками, которые сбрасывали свои лепестки.

Кухня представляла собой не более чем уголок с плитой на две конфорки, узкой раковиной и мини-холодильником. В холодильнике были упаковка заменителя яиц, кварта молока и маленькая баночка клубничного джема.

Там не было бутылок вина, кроме той, что убила ее.

Грейс не тратила деньги на вещи, размышляла Ева. И не о моде, если судить по содержимому ее шкафа. Но, хотя она работала в библиотеке, она потратила их на книги.

И на то, что выглядело как новое платье, теперь небрежно сваленное на полу.

"На этот раз он знал, что делал. Здесь нет паники. Что есть, так это обдумывание".

"Физически они очень разные типы", - отметила Пибоди. "Этот девичий белый хлеб, вроде как крошечный. Ногти короткие, аккуратные и неполированные. В ней нет ничего скользкого или броского ".

"Да, с экономической точки зрения они относятся к разным категориям. И в социальном плане тоже. Этот был домоседом ". Она посмотрела на засохшую кровь на простынях, на ее пятна на внутренней стороне бедер жертвы. "Судмедэксперт собирается подтвердить, что она была девственницей". Она наклонилась. "У нее синяки, на бедрах, тазобедренных суставах, груди. Он был груб с этой. Проверь систему безопасности, Пибоди, посмотри, с чем нам придется работать ".

"Да, сэр".

Почему он причинил тебе боль?Ева задавалась вопросом, изучая тело. Почему он хотел этого?

Скорчившись там, рядом с мертвецом, она увидела себя, съежившуюся в углу. Сломанный, в синяках, окровавленный.

Потому что я могу.

Она отогнала образ прочь, когда поднялась на ноги. Боль может быть сексуальной, это может быть своего рода соблазнение. Но это не было романтично. И все же он подготовил сцену с лепестками роз и свечами, с вином и музыкой.

Почему эта сцена казалась скорее насмешкой над романтикой, чем шаблонной попыткой создать ее? Было выпито слишком много вина, и часть его пролилась на стол и ковер. Свечам позволили растечься грязными потеками и лужицами. Рукав ее нового платья был порван.

Здесь присутствовало насилие, скрытая подлость, которой не было в первом убийстве. Он терял контроль? Находил ли он убийство более возбуждающим, чем секс?

Вернулась Пибоди. "Охрана только у главного входа. У меня есть диск с прошлой ночи. Никаких камер в коридорах или лифтах ".

"Хорошо. Давай поговорим с соседом ".

***

Уведомлять ближайших родственников никогда не было проще. Это никогда не становилось рутиной. Ева стояла с Пибоди на маленьком квадратном крыльце перед маленьким квадратным дуплексом. По обе стороны от входа красовались красные и белые герани, выстроенные в веселый ряд, а переднее окно обрамляли белые занавески с оборками.

Позади них район был тихим, как церковь, с его деревьями с зеленой листвой, маленькими садиками и узкими, опрятными улочками.

Она не понимала пригороды с их полковыми порядками, квадратными дворами и бесполезными заборами. Она также не понимала, почему так много людей рассматривали дом в пригороде как своего рода мекку, в которую они когда-нибудь попадут.

По ее мнению, каждый когда-нибудь тоже доберется до гроба.

Она позвонила в колокольчик и услышала три удара, которые эхом отозвались внутри. Когда дверь открылась и она сказала то, что нужно было сказать, в этом доме уже никогда не будет прежнего.

Женщина, которая ответила, была хорошенькой блондинкой. Это была женщина с фотографии на комоде. Должно быть, это мать. Ева сразу заметила сходство.

"Миссис Латц?"

"Да". Хотя она улыбнулась, это было быстрое рефлекторное действие, и ее глаза были одновременно озадаченными и отвлеченными. "Могу я вам помочь?"

"Я лейтенант Даллас". Ева протянула свой значок. "Полиция Нью-Йорка. Это мой помощник, офицер Пибоди. Можно нам войти?"

"Что все это значит?" Женщина подняла руку, чтобы пригладить волосы, и первый признак нервозности проявился в легкой дрожи.

"Это касается вашей дочери, миссис Латц. Речь идет о Благодати. Можно нам войти?"

"Благодать? У нее ведь нет никаких проблем, не так ли?" Улыбка попыталась расплыться, но только сползла с ее лица. "У моей Грейси никогда не бывает неприятностей".

Так что это должно было быть сделано в дверном проеме, с яркими цветами солдатской охраны. "Миссис Латц, мне жаль сообщать вам, что Грейс мертва".

Ее глаза стали пустыми. "Она не такая". В ее голосе послышались нотки раздражения. "Конечно, это не так. Какие ужасные вещи приходится говорить. Я хочу, чтобы ты ушел прямо сейчас. Я хочу, чтобы ты ушел отсюда ".

Ева положила руку на дверь, прежде чем она закрылась у нее перед носом. "Миссис Латц, Грейс была убита прошлой ночью. Я главный следователь, и я очень сожалею о вашей потере. Ты должен впустить нас сейчас ".

"Моя благодать? Мой ребенок?"

Ева ничего не сказала, но обняла женщину за талию. Дверь открылась в гостиную с пухлым синим диваном и двумя прочными стульями. Ева подвела ее к дивану, села рядом с ней.

"Есть ли кто-нибудь, кому мы можем позвонить для вас, миссис Латц? Твой муж?"

"Джордж. Джордж в школе. Он преподает в средней школе. Благодать". Она слепо огляделась вокруг, как будто ее дочь могла войти в комнату.

"Пибоди, сделай звонок".

"Ты совершила ошибку, не так ли?" миссис Латц сжала руку Евы замерзшими пальцами. "Вот и все. Ты только что совершил ошибку. Грейс работает в сити, в библиотеке на Пятой авеню. Я просто позвоню ей, и мы все почувствуем себя намного лучше ".

"Миссис Латц. Ошибки быть не может".

"Должно быть. Мы с Джорджем ездили в город только в воскресенье и пригласили ее на ужин. Она была прекрасна ". Гнев и шок давали о себе знать, так что слезы хлынули из глаз. "Она была прекрасна".

"Я знаю. Мне жаль."

"Что случилось с моим ребенком? Был ли несчастный случай?"

"Это был не несчастный случай. Грейс была убита ".

"Это просто невозможно". Ее голова покачалась, как будто ее мягко дернули из стороны в сторону невидимыми нитями. "Это просто невозможно".

Ева позволила себе поплакать. Она знала, что первый приступ горя сгладил все остальное.

"Он в пути", - пробормотала Пибоди.

"Хорошо. Принеси ей немного воды или чего-нибудь еще ".

Она села рядом с рыдающей женщиной, осматривая гостиную. Здесь были книги, выставленные на полках, как сокровища. Во всем был спокойный порядок и прочность солидной жизни среднего класса. Голограмма Грейс в рамке стояла на столе.

"Что случилось с моим ребенком?"

Ева пошевелилась, посмотрела в разбитое лицо миссис Латц. "Прошлой ночью Грейс встретила мужчину, с которым переписывалась по электронной почте и в чатах. Мы считаем, что этот мужчина подсыпал ей в напиток или в напитки в течение вечера вещество, которое, как известно, используется при изнасилованиях на свидании ".

"О Боже". Миссис Латц обхватила руками живот и начала раскачиваться. "О, мой бог".

"Улики указывают на то, что он вернулся с ней в ее квартиру, продолжал давать ей нелегалы, пока у нее не случилась передозировка".

"Она бы никогда не стала принимать нелегалов".

"Мы не верим, что она была в курсе, миссис Латц".

"Он дал их ей, потому что хотел..." Она сжала губы в тонкую белую линию. Затем выдохнул, один долгий неровный звук. "Он изнасиловал ее".

"Мы подозреваем, что это правда. Я... " Как далеко ты зашел? Ева задумалась. Насколько вы могли бы помочь? "Миссис Латц, если это вас хоть как-то утешит, Грейс бы не испугалась. Ей бы не было больно ".

"Зачем кому-то причинять ей боль? Что за человек поступает так с невинной молодой девушкой?"

"Я не могу сказать тебе, но я могу сказать тебе, что найду его. Мне нужна твоя помощь".

Миссис Латц откинула голову назад. "Что я могу сделать, если она ушла?"

"У нее были какие-нибудь парни?"

"Робби. Робби Дуайер. Они встречались в старших классах и немного в первые несколько семестров колледжа. Он хороший мальчик. Мы с его матерью принадлежим к одному книжному клубу ". Ее голос дрогнул. "Я полагаю, мы надеялись, что из этого выйдет что-то большее, но это была скорее дружба, чем романтика. Грейс хотела переехать в город, а Робби устроился здесь преподавателем. Они отдалились друг от друга".

"Как давно они дрейфовали?"

"Если ты думаешь, что Робби сделал бы это, что-нибудь подобное, ты ошибаешься. Я знаю его с тех пор, как он был младенцем. В любом случае, сейчас он встречается с очень милой девушкой ".

"Говорила ли она когда-нибудь о ком-нибудь, в ком она была заинтересована, или кто был заинтересован в ней? В городе?"

"Нет, не совсем. Она очень усердно работала, и она также училась. Она застенчива. Моя Грейси застенчива. Ей трудно знакомиться с новыми людьми. Вот почему я посоветовал ей переехать в ..." Она снова сломалась. "Джордж хотел, чтобы она осталась здесь, чтобы учить и оставаться в гнезде. Я оттолкнул ее, просто слегка подтолкнул, потому что хотел, чтобы она взлетела. Теперь я потерял ее. Ты отведешь меня к ней? Когда Джордж приедет, ты отведешь нас к нашему ребенку?"

"Да. Я отведу тебя к ней".

***

Коммандер Уитни был на 'связи, когда жестом пригласил Еву в свой кабинет. Он не указал жестом на стул, и она не сделала никакого движения, чтобы сесть. Его широкое лицо было изборождено морщинами, картой, которая показывала маршруты стресса, сражений и власти. Его костюм был насыщенного кофейного цвета, почти того же оттенка, что и его кожа. В нем он выглядел одновременно мускулистым и жестким. Ева всегда считала, что это сочетание позволяет ему выглядеть за столом так же естественно, как и в полевых условиях.

Рифленая чаша стояла на правом углу его стола. Он был наполнен лазурной водой с гладкими цветными камнями, мерцающими в основании. Пока она ломала голову над этим, она уловила быструю вспышку алого.

"Моя жена", - сказала Уитни, когда он закончил разговор. "Она думает, что это поднимает настроение в офисе. Предполагалось, что это расслабит меня. Что, черт возьми, я должен делать с чертовой рыбой?"

"Я не могу сказать, сэр".

Мгновение они оба изучали красную полосу, которая окружала чашу. Зная, что жена командира увлекается модой и декором, Ева поискала вежливый комментарий.

"Это быстро".

"Сумасшедшая штука крутится вот так большую часть дня. Я устаю просто смотреть на это ".

"С такой скоростью это, вероятно, изнашивается и умирает в течение пары недель".

"Твои уста к уху Бога. Где ваш помощник, лейтенант?"

"Я попросил ее провести перекрестную проверку двух жертв. Мы не нашли доказательств, подтверждающих связь между ними. Они оба любили книги, особенно поэзию. Оба проводили время в кибер-комнатах. На данный момент мы не можем разместить их в одном чате или клубе в одно и то же время ".

Он откинулся на спинку стула. "Что у тебя есть?"

"Соседка Латца по коридору, Анджела Нико, обнаружила тело этим утром. У них было обычное утреннее свидание за чашечкой кофе, и когда Лутц не появился, не открыл ее дверь, мисс Нико была достаточно обеспокоена, чтобы открыть дверь своим запасным ключом. Нико - библиотекарь на пенсии, ей далеко за девяносто."

И плакала, устало подумала Ева, плакала тихими слезами, пока давала свои показания.

"На данный момент она, по-видимому, единственная жительница многоквартирного дома, с которой жертва регулярно контактировала. Лутц описывается как тихая, вежливая молодая женщина, которая редко меняла свой распорядок дня. Она пошла на работу, она вернулась домой. Дважды в неделю она заходила на соседний рынок за продуктами. Кроме Нико, у нее не было ни близких друзей, ни любовников. Она проходила курсы на дому с частичной занятостью, чтобы получить степень по библиотечному делу."

"Камеры слежения?"

"Один, при входе. Поскольку следы на первом месте преступления подтвердили, что подозреваемый носит маскировку, мы предполагаем, что он делал это снова. Я жду отчетов из лаборатории. Во втором убийстве его внешность заметно отличалась. Короткие прямые светлые волосы, челюсть-фонарь, широкий лоб, темно-карие глаза, бледно-золотистый цвет лица."

Ева уставилась на рыбу. От этого у нее кружилась голова, но она не могла отвести взгляд. "Там тоже было другое отношение. Обдуманность и удовольствие от насилия, которое не было заметно в первом убийстве. Мы работаем над тем, чтобы отследить первый парик, усовершенствования. Мы также изучаем киберугловой аспект и продолжаем искать другую связь между жертвами. Я запросил консультацию у доктора Миры и копирую ей все файлы и отчеты на сегодняшний день ".

"СМИ пока не пронюхали об этой связи, но мы не будем долго держать это в таком состоянии".

"В этом случае, сэр, средства массовой информации могут быть преимуществом. Если женщин информировать о потенциальных опасностях, круг подозреваемых становится мелким. Я хотел бы передать часть данных Надин Ферст на Семьдесят пятом канале."

Он поджал губы. "Убедись, что утечка не перерастет в наводнение, прежде чем мы будем готовы к этому".

"Да, сэр. У меня есть еще несколько источников по нелегалам, и я попросил Фини использовать его контакты в департаменте в этой области. Ни один из этих наркотиков не распространен. Когда я найду поставщика, мне, возможно, понадобится место для сделки ".

"Мы разберемся с этим, когда вы найдете поставщика. Но я могу сказать вам, что там не будет много места. Политически эти нелегалы - горячая кнопка. Если мы проявим мягкость к поставщику, у нас будут феминистские организации, группы социального равновесия и морального надзора, которые наберут обороты, чтобы дать нам по зубам ".

"А если сделка с поставщиком спасает жизни?"

"Для многих из этих людей это не будет иметь значения. Они имеют дело с принципами, а не с личностями. Действуйте под углом, лейтенант, выполните контрольный список и достаньте этого ублюдка, пока у нас не стало больше трупов. И кошмар по связям с общественностью ".

Еве было наплевать на тощую крысиную задницу по поводу связей с общественностью. Поскольку это не было тщательно хранимым секретом, неудивительно, что Надин выразила некоторое подозрение по поводу того, что ей предложили инсайдерскую информацию.

"Что это за бред о счастье, Даллас?"

Ева намеренно ждала, пока не окажется дома, а не в Центральном управлении, чтобы связаться с Надин. Ей казалось, что это сделало обмен дружеским, а не официальным.

"Я делаю тебе одолжение".

Надин, уже отточенная для прямого эфира, приподняла одну идеально изогнутую бровь, позволив своему коралловому рту изогнуться. "Вы, лейтенант Сомкнутые губы, собираетесь, по своей собственной воле и из чувства товарищества, предоставить мне данные о продолжающемся расследовании".

"Это верно".

"Одну минуту". Лицо Надин исчезло с экрана связи на десять секунд. "Просто хотел уточнить у метеоролога. Похоже, несмотря на указания на обратное, ад не замерз ".

"Простите меня, но я впадаю в неконтролируемый приступ хихиканья. Тебе нужны данные или нет?"

"Да, я хочу этого".

"Высокопоставленный источник в полиции подтверждает, что расследования дел Брайны Бэнкхед и Грейс Латц связаны".

"Держись". Все в Надин обострилось, когда она перешла в режим полноценного репортера. "На данный момент не было подтверждения того, была ли смерть Бэнкхеда несчастным случаем, самоубийством или убийством".

"Это убийство. Подтверждено ".

"По моей информации, убийство Лутца было совершено на сексуальной почве". Теперь голос Надин звучал оживленно. Все по делу. "Это тот случай в отделе убийств Бэнкхеда? Знали ли жертвы друг друга, и имеем ли мы дело с одним подозреваемым?"

"Не бери у меня интервью, Надин. Это не тет-а-тет. Обе жертвы были молодыми одинокими женщинами, которые в ночь своей смерти встречались с человеком, с которым они переписывались по электронной почте и в онлайн-чатах ".

"Что это за чаты? Где они встретились?"

"Заткнись, Надин. Улики указывают на то, что обеим жертвам вечером, возможно, без их ведома, давали запрещенное вещество ".

"Наркотик для изнасилования на свидании?"

"Ты быстр. Ваш источник не опровергает и не подтверждает эту информацию. Возьми халяву, Надин, и беги с ней. Это все, что ты получаешь на данный момент ".

"Я могу выбраться отсюда через девяносто минут. Я встречу тебя там, где ты захочешь".

"Не сегодня. Я дам тебе знать, где и когда ".

"Подожди!" Если бы это было возможно, Надин прорвалась бы через экран связи. "Дайте мне что-нибудь на подозреваемого. У тебя есть описание, имя?"

"Активно проводятся все направления расследования. Бла-бла-бла." Ева прервала передачу из-за проклятия Надин.

Удовлетворенная, она прошла на кухню, заказала кофе. Потом просто стоял у окна, глядя на сгущающуюся темноту.

Теперь он был где-то там. Где-то. У него уже было другое свидание? Неужели он даже сейчас превращал себя в фантазию какой-то подающей надежды женщины?

Будут ли завтра, послезавтра другие друзья, больше семьи, которую ей придется разрушить?

Лютцы никогда полностью не восстановятся. Они продолжали бы жить своей жизнью, и через некоторое время они не думали бы об этом каждую минуту каждого дня. Они бы снова смеялись, работали, ходили по магазинам, вдыхали и выдыхали. Но всегда была бы дыра. Просто небольшая пустота в их жизнях.

Они были семьей. Единица. Она почувствовала это единение в доме. В комфорте и беспорядке этого. В цветах за дверью и легкой отдаче дивана.

Теперь они были не родителями, а выжившими. Те, кто выжил, жили вечно с этим эхом того, что ушло, звучащим в их головах.

Они сохранили ее комнату, думала Ева сейчас, пока ее кофе стоял в кофеварке и остывал. Когда она прошла через это, ища что-то, что угодно, чтобы добавить к общей черте Грейс Латц, она увидела этапы жизни, от ребенка до юной девушки и молодой женщины.

Куклы, аккуратно расставленные на полке. Теперь украшение, а не игрушки, но все еще ценное. Книги, фотографии, голограммы. Коробочки для безделушек в форме сердечек или цветов. На кровати был балдахин цвета солнечных лучей, а стены были девственно белыми.

Ева не могла представить, что вырастет там, среди всей этой милой девичьей суеты. Занавески с оборками на окнах, недорогой миникомпьютер на столе, украшенный маргаритками в тон абажуру прикроватной лампы.

Девушка, которая спала в этой постели, читала при свете этой лампы, была счастлива, в безопасности и любима.

У Евы никогда не было ни куклы, ни занавесок на окнах. Не было никаких драгоценных маленьких кусочков девичества, которые можно было бы спрятать в коробочки в форме сердца. Комнаты детства, которые она помнила, были тесными, безымянными коробками в дешевых отелях, где стены были тонкими и часто, слишком часто, вещи валялись в темных углах.

Воздух пах спертостью, и негде было спрятаться, некуда бежать, если он вернется и не будет достаточно пьян, чтобы забыть о твоем присутствии.

Девушка, которая спала в этих кроватях, дрожала в этих тенях, была напугана, отчаявшаяся и потерянная.

Она вздрогнула, когда чья-то рука коснулась ее плеча, и инстинктивно потянулась за своим оружием, когда развернулась.

"Спокойно, лейтенант". Рорк провел ладонью по ее руке, слегка положил ее на рукоятку оружия, изучая ее лицо. "Где ты был?"

"Пытаюсь замкнуть круг". Она отодвинулась от него, открыла автоматическую кофеварку для своего кофе. "Я не знал, что ты дома".

"Я не был там долго". Теперь он положил руки ей на плечи, потирая их от напряжения. "У тебя была вспышка памяти?"

Она покачала головой, отхлебнула остывший кофе, продолжая смотреть в темноту за окном. Но она знала, что если не избавится от этого, это может усугубиться. "Когда ты ушел, - начала она, - мне приснился сон. Плохое. Он не был мертв. Он был покрыт кровью, но он не был мертв. Он говорил со мной. Он сказал, что я никогда не убью его, никогда не уйду ".

Она видела отражение Рорка в стекле, видела свое собственное слияние с ним. "Он должен был наказать меня. Он встал. Из него лилась кровь, но он устоял. И он пришел за мной".

"Он мертв, Ева". Рорк взял чашку из ее рук, отставил в сторону, затем повернул ее лицом к себе. "Он не может причинить тебе боль. За исключением снов."

"Он сказал вспомнить, что он сказал мне, но я не могу. Я не знаю, что он имел в виду. Но я спросила его, почему он причинил мне боль. Он сказал, потому что я была никем, но больше всего он причинил мне боль, потому что мог. Кажется, я не могу отнять у него эту силу. Даже сейчас я не могу."

"Ты умаляешь его каждый раз, когда выступаешь в роли жертвы. Может быть, чем дальше ты отдаляешься от него в реальности, тем труднее отступать в мечтах. Я не знаю ". Он провел пальцами по ее волосам. "Ты поговоришь с Мирой?"

"Я не знаю. Нет, - поправила она. "Она не может сказать мне ничего такого, чего я не знаю".

Готовы узнать, подумал Рорк, и пусть это будет.

"В любом случае, она нужна мне для консультации по убийствам".

"Другой?"

"Да. Так что мне нужно потратить больше времени ".

"Это был тот же самый мужчина?"

Она не ответила, но побрела обратно в свой кабинет. В конце концов, она не хотела кофе. Вместо этого она продолжала двигаться, позволяя всему этому прокручиваться у нее в голове, когда она рассказывала ему основные детали второго убийства.

"Если есть местный источник используемых нелегалов, я мог бы отследить его для вас".

Она посмотрела на него, элегантного в его темном деловом костюме. Не стоило забывать, что внутри был опасный мужчина, тот, кто когда-то торговал с другими опасными мужчинами.

"Рорк Индастриз", возможно, была самым могущественным конгломератом в мире, но она родилась, как и ее владелец, в темных переулках и мрачных улочках дублинских трущоб.

"Я не хочу, чтобы ты это делал", - сказала она ему. "Пока нет. Если Чарльз и Фини оба облажаются, я могу отметить тебя. Но я бы предпочел, чтобы ты не связывал это с конкретной областью ".

"Моя связь ничем не отличалась бы от твоей, только быстрее".

"Да, это другое. Я тот, у кого есть значок. Ты знаешь многих женщин ".

"Лейтенант. Эта часть моего прошлого - закрытая книга ".

"Да, точно. Я хочу сказать, что, по моему опыту, большинство парней обычно выбирают типаж. Может быть, им нравятся умные женщины, или подчиненные женщины, или спортсмены, кто угодно ".

Он приблизился к ней. "Как ты думаешь, к какому типу я отношусь?"

"Ты просто подобрала их, когда они упали к твоим ногам, поэтому выбрала набор variety".

"Я определенно не помню, чтобы ты падал к моим ногам".

"И не задерживай дыхание на этом. Ты не так уж важен, потому что тебе никогда не пришлось бы ловить рыбу в кибер-бассейне ради свидания, секса или чего-то еще ".

"В твоих устах это звучит не очень лестно".

"Но я хочу сказать, что у людей обычно есть ожидания, или типы фантазий. Свидание номер один. Сообразительная, утонченная городская женщина с романтическими наклонностями. Ловко одевается, остро выглядит. Шикарная квартира, сексуальная активность, когда она может это получить. Общительный, дружелюбный. Она любит моду, поэзию и музыку. Тратит свои деньги на одежду, хорошие рестораны, салоны. Может, ты ищешь или не ищешь мистера "Правильно", но сейчас тебе действительно понравился бы мистер "Прямо"."

"И, - вставил Рорк, - достаточно предприимчив, чтобы провести прослушивание кандидата за выпивкой".

"Именно. Свидание номер два, солидный представитель среднего класса в пригороде. Застенчивый, тихий, интеллектуальный. Копит деньги, которые у нее есть, чтобы покупать книги, платить за аренду эффективной квартиры. Редко ужинает вне дома и каждое утро проводит пятнадцать-двадцать минут с соседкой, которая годится ей в бабушки. У нее нет других близких друзей в городе. Она очень молода и все еще девственница. Она ищет родственную душу. Единственный мужчина, для которого она сохранила себя ".

"И достаточно наивна, чтобы поверить, что нашла его, даже не встречаясь с ним".

"Один интроверт, другой экстраверт. Физически они совсем не похожи. В первом случае убийство, по-видимому, было незапланированным, и убийца запаниковал. На теле не было следов насилия, которые были нанесены до смерти. Сексуальная активность была только вагинальной ".

Она взяла диск со своим файлом, вставила его в свой компьютер. "Во втором случае убийство, по-видимому, было преднамеренным, и убийца действовал обдуманно при исполнении. Там были следы насилия, синяки, небольшие укусы. Жертва неоднократно подвергалась грубому изнасилованию и содомии. Можно предположить, что он стал... воодушевленный, возбужденный, заинтригованный первым убийством и решивший испытать это снова, на этот раз целенаправленно, более агрессивно, поскольку акт возбудил его ".

Кивнув, Рорк подошел и встал рядом с ней. "Это могло быть".

"Изображение на настенный экран", - приказала Ева. "Я сделал разделенный экран с записью с камер наблюдения у входа в здание каждой жертвы. Это Бэнкхед справа. Мы знаем, что убийца носит парик, замазку для лица и грим. С этим взглядом он известен под именем Данте. Слева - Лутц, и вот он рядом с Дорианом. Работа с лицом хороша. Тип телосложения, рост, более или менее одинаковый. Каждое из них можно изменить достаточно легко - подтяжки, подкладка в плечах ".

Она уже изучала изображения, снова и снова. Она знала, что видела сейчас.

"Обратите внимание, как Данте держит ее за руку, целует ее пальцы, придерживает для нее дверь. Идеальное свидание мечты. Дориан обнимает ее за талию. Она смотрит на него сияющими глазами, когда они подходят к двери. Он не смотрит на нее, никакого зрительного контакта. Для него не имеет значения, кто она. Она уже мертва ".

Она сменила имидж. "Здесь выходит Данте. Вы можете видеть панику, пот. Господи, он думает, как это произошло? Как я выберусь из этого? Но вы видите здесь выход из места Грейс. То, как он уходит, почти развязно, то, как он оглядывается и ухмыляется. Он думает: Это было весело. Когда я смогу сделать это снова?"

"Первая теория была бы верна", - прокомментировал Рорк. "Он создает уверенность, потребность и удовольствие. Во-вторых, у него разные характеры для разных взглядов, для разных женщин. Но у тебя есть третья теория." Рорк отвел взгляд от экрана, посмотрел на Еву. "Ты думаешь, что тебе нужны двое мужчин".

"Может быть, это слишком просто. Может быть, это то, что он хочет, чтобы я думал ". Она села, снова уставилась на разделенный экран. "Я не могу проникнуть в него. Я проверил вероятность двух убийц. Это составило чуть более сорока трех процентов."

"У компьютеров нет инстинктов". Он подошел и сел на край стола. "Что ты видишь?"

"Другой язык тела, разные стили, разные типы. Но это может быть ролевой игрой. Может быть, он актер. Выпивка в дорогом, романтическом месте, затем возвращение в квартиру жертвы. Он не пачкает свое собственное гнездо. Свечи, вино, музыка, розы. Итак, он использует ту же инсценировку. Я еще не получил результаты анализа ДНК, но чистильщики не нашли никаких отпечатков пальцев, кроме отпечатков жертвы и ее соседки в квартире Грейс Латц. Не на бутылке вина или бокалах, и не на ее теле. Он запечатал это время. Почему это, когда он знал, что у нас будут отпечатки пальцев с первого убийства?"

"Если их двое - в реальности или из-за раздвоения личности - они близко знают друг друга. В некотором роде братья, - сказал Рорк, когда Ева оглянулась. "Партнеры. И это игра ".

"И они бы вели счет. По одному на каждого. Им понадобился бы тай-брейк. Я собираюсь установить здесь систему мониторинга некоторых чатов, в которых раньше появлялось одно из псевдонимов."

"Сделай это из моего кабинета. Мое оборудование быстрее, и его больше. Плюс, - добавил он, зная, что она пытается придумать причину для отказа, - я могу дать вам список покупок вина."

"Можете ли вы сопоставить это с покупками каберне "Кастильо ди Вечио", сорок три?"

"Я могу", - согласился он, поднимая ее на ноги. "Если кто-нибудь составит мне компанию и выпьет со мной бокал вина".

"Один бокал", - сказала она и перешла с ним в его кабинет. "Возможно, я буду заниматься этим какое-то время".

"Просто подключите местоположения, которые вы хотите отслеживать на этом устройстве".

Она обошла длинную черную консоль, на мгновение остановилась перед одним из его нескольких изящных устройств. "Я должен достать их из файла".

"Компьютер. Зайди в шестой блок, Ева." Он внимательно изучил винные бутылки на полке за баром в его офисе. "Просто введите имя файла, которое вы хотите", - сказал он Еве, "и запросите копию".

"Есть ли смысл говорить, что я храню официальные данные NYPSD на своем домашнем устройстве, а у вас нет разрешения на доступ к этим данным?"

"Вообще никакого. Что-нибудь легкое, я думаю. Ах, это." Он достал бутылку, повернулся и усмехнулся, глядя на ее хмурое лицо. "Почему бы нам не перекусить, раз уж мы за этим занялись?"

"Напомни мне попозже отшлепать тебя".

Он открыл бутылку. "Я возьму это на заметку".

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Она потягивала вино, закусывала икрой и пыталась не думать, насколько это было нелепо. Если кто-нибудь из Централа пронюхает об этом, она никогда этого не забудет.

Рорк сделал то же самое и приготовился наслаждаться этим. "Введите псевдонимы, на которые вы хотите обратить внимание".

"ДантеНИК", - сказала она. "ДорианНИК. У Фини популярные имена, заканчивающиеся на Нью-Йорк, но - "

"Да, мы можем запустить другой поиск. Я полагаю, в итоге у тебя будут миллионы, но нам может повезти ".

"А как насчет имени учетной записи? Он может выступать под другими псевдонимами или отказаться от старых, когда закончит ".

"Вот, подвинься". Он передвинул ее стул на несколько дюймов влево, затем сел рядом с ней. "Компьютер, запустите непрерывный поиск всех действий под именем учетной записи La Belle Dame ".

Начинаю поиск...

"Фини сказал, что тебе пришлось пройти через блокировки конфиденциальности и протокол учетной записи, чтобы ..." Она замолчала, подняла свой бокал, когда Рорк просто изогнул брови в ее сторону. "Неважно".

"Компьютер, уведомляет, если и когда происходит активность под указанной учетной записью, и определяет источник активности".

Поиск в процессе. Уведомление будет передано. Работает...

"Это не может быть так просто".

"Обычно нет". Он наклонился и поцеловал ее. "Разве тебе не повезло, что у тебя есть я? Риторический вопрос, дорогая, - сказал он и отправил икру ей в рот. "Просто позволь мне вывести этот список потребителей на экран".

Он сделал это вручную, несколькими ловкими нажатиями на клавиатуре. Ева смотрела, как они прокручиваются дальше, выдохнула.

"Могло быть хуже", - решила она. "Это могло быть дешевое вино, тогда у нас было бы, о, в сто раз больше имен".

"Полагаю, нечто большее. Мы можем разбить их на отдельные продажи и заказы в ресторане. Теперь посмотрим, что мы сможем найти в Каберне ".

"Это тоже твой ярлык?"

"Нет, у конкурента. Но есть способы. Это займет несколько минут".

Поскольку она подумала, что для сотрудника полиции Нью-Йорка немного вульгарно сидеть и смотреть, как гражданское лицо жестоко нарушает закон, она встала и подошла ближе к настенному экрану. "Компьютер, выведи одиноких потребителей мужского пола на четвертый экран".

Это еще немного сократило его, отметила она. Она не могла и не стала бы сбрасывать со счетов ресторан, женщину и совместные счета, но она бы начала с двухсот зарегистрированных продаж одиноким мужчинам.

"Компьютер. Показ, пятый экран, многократные покупки товара одинокими мужчинами. Лучше, - пробормотала она, когда число сократилось еще на восемьдесят шесть.

"Ты уже получил эти данные?"

"Терпение, лейтенант". Он поднял глаза, а затем просто посмотрел на нее так, что у нее по коже побежали мурашки, а мышцы бедер расслабились.

"Что?"

"Ты такой исследователь, стоишь там - весь из себя полицейский. С холодным взглядом и мрачностью, с пристегнутым оружием. У меня от этого текут слюнки". С легким смешком он вернулся к работе. "Сбивает меня с толку. Вот ты где, разделенный на третьем экране ".

"Ты говоришь такие вещи, чтобы меня возбудить?"

"Нет, но это приятный побочный эффект. Ты также являешься предметом изучения, когда ты возбужден. Мой красный обогнал красный конкурентов на несколько сотен продаж в этом районе за последние двенадцать месяцев ".

"Большой сюрприз", - кисло сказала она и повернулась, чтобы повторить тот же срыв. "Компьютер, скрещивание и сопоставление, все потребительские покупки обоих брендов за данный период времени. Меньше тридцати." Она поджала губы. "Я предполагал большее".

"Клеймо верности".

"Мы начнем с этого. Стандартный ход, для начала устраните мужчин старше пятидесяти. Наш парень, или парни, моложе. Тогда я должен пересмотреть фактор. Может быть папой, который покупает вино, или дядей, или старшим братом. Или, - добавила она, снова взглянув на экран с совместными счетами. "Мама и папа. Но я так не думаю ". Она начала расхаживать. "Мне нужен профиль Миры, но я просто так не думаю. Мне кажется, это не романтично, это не сексуально, если твой родитель или родители покупают вино. Тогда ты снова ребенок, и ты, клянусь Христом, мужчина, и ты можешь это доказать.

"Ты можешь вырвать женщину прямо из стаи", - продолжила она. "Выбирай из мусора, и это твой выбор. Женщины безжалостны, из стихотворения. Они раздавят тебя, если ты дашь им шанс. Так что ты не будешь. На этот раз ты главный ".

Она уставилась на имена, отодвинулась от них, затем снова вернулась. "Женщины. Сучки, шлюхи, богини. Ты желаешь их сексуально, но более того, ты хочешь власти. Абсолютная власть над ними. Итак, ты планируешь, охотишься, выбираешь. Ты видел ее, но она не видела тебя. Ты должен увидеть ее, должен быть абсолютно уверен, что она достаточно привлекательна, что она не создала фантазию о себе так же, как ты создал себя. Она должна быть настоящей. Она должна быть достойной. Ты бы не стал тратить свое время на кого-то или что-то меньшее, чем ты заслуживаешь ".

Очарованный, Рорк откинулся на спинку стула. "Что он делает?"

"Он выбирает. Он устраивает. Он соблазняет словами, образами. Затем он готовится. Вино. То, что соответствует его вкусу, его настроению. Больше ничей. Свечи, ароматизированные, чтобы доставить удовольствие его чувствам. Нелегалы, чтобы у него был контроль. Ему не будет отказано. Более того, он будет желанным. Отчаянно желанный."

"Это из-за секса?"

Она покачала головой, все еще изучая имена. "Желание. Это другое. Быть желанной по его выбору. Это так же важно, как и его контроль над ней. Она должна хотеть его. Он прилагает слишком много усилий, чтобы стать объектом вожделения, чтобы дело касалось только контроля и власти. У него есть потребность быть в фокусе, в центре, потому что это его момент. Его игра. Его победа".

"Его удовольствие", - добавил Рорк.

"Да, его удовольствие. Но ему нужно, чтобы она тоже думала, что это ее. Он стоит перед зеркалом и превращает себя в то, кем он хотел бы быть, и в то, чего, по его мнению, хочет женщина. Лихой, сексуальный, потрясающе красивый, но элегантный. Мужчина, который цитирует стихи и ухаживает розами. Тот, кто заставляет эту женщину поверить, что она единственная женщина. Может быть, он верит в это. Или сделал, с первым. Возможно, он обманывал себя, полагая, что это романтика. Но под этим подразумевается расчет. Он хищник".

"Мужчины такие".

Она оглянулась. "Это верно. Люди такие, но в сексуальном плане мужчины более примитивны. Секс легче рассматривать как функцию, в то время как женщины, в целом, предпочитают сопутствующий ему эмоциональный всплеск. Эти женщины делали это, и он знал об этом. Он потратил время, чтобы узнать их первыми, обнаружить их слабости и фантазии, чтобы сыграть на обоих. Затем он контролировал их. Как у дроидов, только они были из плоти и крови. Они были настоящими, так что острые ощущения были настоящими. Когда все закончилось, они были избалованы. Он снова сделал их шлюхами, так что они перестали быть достойными. Ему нужно будет найти следующего ".

"Ты была неправа, когда говорила, что не можешь проникнуть в него. Я удивляюсь, как ты можешь быть таким, какой ты есть, и при этом смотреть так ясно, так холодно глазами безумца и порочного ".

"Потому что я не проиграю. Я не могу проиграть, иначе они все выиграют. Вернемся к моему отцу".

"Я знаю это". Он встал, подошел к ней. Крепко обнял ее. "Я никогда не был уверен, что ты это сделал".

Уведомление об активности, аккаунт La Belle Dame...

Ева рывком высвободила свое тело, закружилась. "Экранное имя пользователя и место действия".

Имя пользователя OberonNYC, местонахождение Cyber Perks, Пятая авеню, Пятьдесят восьмая...

Она бежала к двери, когда Рорк распахнул ее. "Я поведу", - сказал он ей.

Она не стала утруждать себя спорами. Любая из его машин была бы быстрее, чем у нее. Она схватила свой коммуникатор, сбегая по ступенькам.

"Диспетчер, это Даллас, лейтенант Ева".

Уточняя заказы, она схватила куртку и направилась к входной двери.

От уведомления до того, как Рорк свернул на обочину перед "Кибер Перкс", им потребовалось шесть минут и двадцать восемь секунд. Она рассчитала время. И она выскочила из машины прежде, чем тормоза перестали визжать.

На бегу она заметила черно-белую форму, которую заказала.

"Никто не уходит", - отрезала она, вытаскивая свой значок, затем засунула его за пояс брюк.

Шум взорвал ее в тот момент, когда она вошла в двери. Кибер-панк накатил подобно приливной волне, заглушая голоса посетителей и яростно ударяя по барабанным перепонкам.

Это был мир, который ей еще предстояло исследовать, и он был забит локтями в пах разношерстной толпой, которая сидела за стойками, столами, кубиками или каталась на воздушных коньках между станциями. Но даже в чудовищном замешательстве она увидела порядок.

Уроды с крашеными волосами и кольцами в языках были разбросаны по части цветового пространства стола. Придурки с серьезными лицами и в неряшливых рубашках сбились в кучку. Хихикающие девочки-подростки катались стадами и делали вид, что не замечают стаи мальчиков-подростков, которых они пытались очаровать.

Там были студенты, большинство из которых собрались в кафе, пытаясь выглядеть искушенными и уставшими от мира. В карманах у них было немного стандартных городских революционеров, одетых в гладкую черную униформу, которым поклонялись студенты.

Повсюду были разбросаны туристы, путешественники, случайные клиенты, которые искали атмосферу, впечатления или просто рассматривали это место как возможное место для новой тусовки.

Куда бы подошел ее мужчина?

Оглядев комнату, она направилась к стеклянному киоску с надписью "Центр обработки данных". Три дрона в красной униформе сидели на вращающихся стульях в центре башни и работали за консолями. Они поддерживали то, что казалось текущим разговором через наушники.

Ева сосредоточилась на одном из них, постучала по стеклу. Парень, с небольшими свежими прыщами на подбородке, поднял глаза. Он покачал головой, пытаясь выглядеть строгим и авторитетным, и указал на наушники с той стороны стекла, где была Ева.

Она натянула их.

"Не трогай башню", - приказал он голосом, который только и ждал, чтобы сорваться. "Всегда оставайся за зеленой линией. В кафе есть открытые секции. Если вы предпочитаете, в настоящее время доступен один куб. Если вы хотите зарезервировать подразделение для - "

"Выключи музыку".

"Что?" Его глаза метались, как нервные птицы. "Оставайся за зеленой линией, или я вызову охрану".

"Выключи музыку", - повторила Ева, затем шлепнула своим значком по стеклу. "Сейчас".

"Но- но я не могу. Мне не позволено. Что за дело? Чарли?" Он резко развернулся на своем стуле. И весь ад вырвался на свободу.

Рев, вырвавшийся из толпы, превзошел даже сгенерированную компьютером свирепость музыки. Люди повскакивали со стульев, из кубиков, крича, визжа, проклиная. Их волна ворвалась в информационный киоск, словно крестьяне, штурмующие королевский дворец. Полный страха, ярости и жажды крови.

Даже когда она потянулась за своим оружием, она получила своенравный удар локтем в подбородок, который отбросил ее голову назад к киоску и взорвал фонтан белых, шипящих звезд перед ее глазами.

И это серьезно разозлило ее.

Она ударила коленом зеленоволосого урода в пах, сильно наступила на подъем стонущего выродка, затем трижды выстрелила в потолок.

Это остановило большую часть инерции, хотя несколько тел упали или их просто отбросило в сторону киоска.

"Полиция Нью-Йорка!" Она прокричала это, показывая значок и оружие. "Уберите эту гребаную музыку. Сейчас! Всем отойти, немедленно вернуться на свои места, или вам будет предъявлено обвинение в беспорядках, нападении и создании общественной опасности ".

Не все из этого дошло, и некоторые из ее приказов были потеряны в рое голосов и угроз. Но более цивилизованные или трусливые отступали.

Одна из девочек-подростков лежала, распластавшись, у ног Евы, запутавшись в воздушных коньках. У нее шла кровь из носа, и она рыдала отрывистыми приступами икоты.

"Ты в порядке". Ева подтолкнула ее ногой так нежно, как только могла. "Теперь сядь".

Крики из разных секций снова набирали силу. Гражданский долг и трусость не смогли бы долго противостоять страсти толпы.

"Ничто не разрешится, пока у меня не будет порядка, пока у меня не будет тишины".

"Это зона, гарантированно свободная от вирусов", - крикнул кто-то. "Я хочу знать, что произошло, я хочу знать, кто несет ответственность".

Так, по-видимому, поступали и многие другие люди.

Рорк прокладывал себе путь сквозь толпу.Похоже, подумала Ева, наблюдая за ним, на гладкое лезвие, рассекающее нагромождение камней.

"В систему был загружен вирус", - тихо сказал он. "Развратил подразделения. Все они, и судя по всему, одновременно. У тебя на руках пара сотен очень разгневанных людей ".

"Да, я понял эту часть. Убирайся отсюда. Вызывай подкрепление".

"Я не оставлю тебя здесь, и не трать понапрасну свое дыхание. Позволь мне поговорить с ними, пока ты вызываешь войска ".

Прежде чем она смогла возразить, он начал говорить. Он не повысил голоса. Это была хорошая техника, подумала Ева, вытаскивая свой коммуникатор. Многие люди перестали кричать, чтобы попытаться услышать, что он говорил.

Она прекрасно слышала его, но не понимала и половины киберязыка, который он тараторил.

"Лейтенант Даллас. У меня возникла ситуация в "Кибер Перкс" на Пятой авеню, и мне требуется немедленная помощь ".

Когда она подробно описывала обстоятельства, она наблюдала, как другая часть толпы затихла, возвращаясь к столам. По ее подсчетам, их число сократилось примерно до пятидесяти тяжелых случаев, возглавляемых революционерами, которые болтали о заговорах, кибервойнах и коммуникационных террористах.

Пришло время, решила она, снова сменить тактику. Она нацелилась на одного мужчину. Черная рубашка, черные джинсы, черные ботинки, с копной позолоченных, намеренно растрепанных волос.

Ева шагнула ему прямо в лицо. "Может быть, ты не слышал, как я сказал тебе вернуться за свой столик или на станцию".

"Это общественное место. Это мое гражданское право встать и высказаться ".

"И в моей власти отказать тебе в этом праве, когда ты используешь его для подстрекательства к бунту. Когда вы или кто-либо, претендующий на это право, несет ответственность за телесные повреждения или материальный ущерб ". Она указала на молодую девушку, которая села, все еще тихо плача, пока подруга вытирала кровь с ее лица. "По-твоему, они похожи на террористов? Или он?" Она ткнула большим пальцем туда, где испуганное белое лицо парня, с которым она разговаривала, было прижато к стеклу киоска.

"Пешки используются и отбрасываются".

"Да, и детям причиняют боль, потому что такие люди, как ты, хотят публично потешить свое эго".

"Полиция Нью-Йорка - это не что иное, как грязный инструмент, используемый руками правых бюрократов и полубогов для подавления воли и свободы обычного человека".

"Давай, оставайся у цели. Это коммуникационные террористы и кибервойна или это бюрократические полубоги? Вы не можете охватить все основы за один раз. Вот что я тебе скажу. Иди, сядь, а я попрошу кого-нибудь подойти и выслушать все твои захватывающие теории. Но прямо сейчас здесь есть несколько человек, которым требуется медицинская помощь. Ты препятствуешь этому и моему расследованию того, что произошло здесь сегодня вечером ".

Он ухмыльнулся ей. Всегда ошибка. "Почему бы вам не прекратить нарушать мои гражданские права и не арестовать меня?"

"Хорошо". Она уже спланировала свой ход и надела на него наручники, прежде чем он смог подумать о сопротивлении. "Следующий?" спросила она, очень любезно, даже когда в дверь ворвалось подкрепление. Он снова кричал, когда она передавала его полицейскому.

"Неплохо", - прокомментировал Рорк. "Для грязного инструмента правых полубогов".

"Спасибо. Мне нужно время, чтобы восстановить некоторый порядок". Она вгляделась в лица. "Его здесь больше нет".

"Нет", - согласился Рорк. "Его здесь нет. Я бы сказал, что он вышел до того, как прибыли ваши полицейские. Почему бы мне не поговорить с обработчиками данных? Видишь, что я могу выяснить для тебя?"

"Цени это".

Сначала она взяла интервью и освободила раненых, затем вызволила людей моложе двадцати и старше пятидесяти. Следующими были приезжие, затем оставшиеся женщины. Даже когда она собирала данные, формировала впечатления, перечисляла имена, она была уверена, что ее птичка улетела.

Оставшись с персоналом, она усадила их в кафе и присоединилась к Рорку в приватном кубе. Монитор устройства, как и любой другой, который она видела, переливался хаотичными цветами и странными символами. Рядом с ним стояла высокая кружка с какой-то причудливой кофейной смесью.

"Это и есть источник?" она спросила его.

"Это так, да. Мне нужно будет- "

"Ничего не трогай!" Она схватила его за запястье. "Ничего - не - трогай -", - повторила она, затем подала знак полицейскому. "Мне нужен набор CS".

"У нас в патрулях только мини".

"Этого хватит. Тогда, офицер Ринкси, - добавила она, изучая его табличку с именем, - вы можете сообщить здешнему начальнику, что это заведение закрыто по приказу полиции Нью-Йорка до дальнейшего уведомления.

"Разве это не будет весело?" С неожиданным воодушевлением Ринкси ушел за набором.

"Я не собирался, - сказал Рорк, когда она снова повернулась к нему, - прикасаться к чему-либо. Это едва ли мой первый день на работе, лейтенант."

"Не злись. И это моя работа, не твоя. Откуда ты знаешь, что это источник?"

Он обвел пальцы, изучая свой маникюр. "Мне жаль". Он рассеянно улыбнулся. "Ты что-то сказал? Я просто тяну время, ожидая, чтобы отвезти мою любимую жену домой, когда она закончит работу ".

"Боже. Ладно, ладно, прости, что я набросился на тебя. Я немного напряжен. Не мог бы ты сказать мне, раз ты такой храбрый, сильный и умный, откуда ты знаешь, что это источник?"

"Это звучало бы лучше, если бы у тебя не были скривлены губы, но сойдет. Я знаю, что это источник, потому что, отслеживая через центральную систему, я проследил вирус до его начальной точки. Это подразделение было заражено первым, и вирус был запрограммирован на самоклонирование и, я подозреваю, проскользнул в центральное, распространился на все сопряженные подразделения, а затем вспыхнул почти одновременно. Это очень умно".

"Великолепно".

Ринкси снова встал рядом с ней. "Ваше снаряжение, лейтенант".

"Спасибо". Она взяла набор, открыла его. Сначала она намазала руки "Герметиком", затем передала банку Рорку. "Пока ничего не трогай". Она достала палочку, посветила ее тонким, как карандаш, лучом и осветила кофейную кружку холодным голубым светом. "Должен быть хороший отпечаток большого пальца. Да, неполный указательный палец. У тебя с собой твой ручной прибор?"

"Всегда".

"Можете ли вы получить доступ к файлу дела? Мне нужно сравнить эти латентные состояния ".

Пока он делал, как она просила, Ева осветила поверхность стола. Слишком много отпечатков, размышляла она, большинство из них смазанные.

"Лейтенант?" Рорк протянул небольшую распечатку с материалами дела.

Она хмыкнула, затем поднесла распечатанный экземпляр к латенту на кружке. "Это наш мальчик. Держись". С помощью волшебной палочки она подняла кружку, уравновесила ее, приложив запечатанный палец к основанию, затем вылила кофейную смесь в пакет для улик. "Почему люди портят отличный кофе со всей этой пенкой и ароматами?" Она запечатала пакет, затем опрокинула чашку во вторую, запечатала ее. "Вопрос".

"Спроси это".

"Как он узнал, что мы придем? Он должен был знать. Вот почему он загрузил вирус. Мы были здесь через несколько минут после уведомления, но он пометил нас, выбросил микроб и танцевал. Как?"

"У меня есть теория, но я бы предпочел сначала ее немного изучить".

Она переместила свой вес. "Как исследовать?"

"Мне нужно открыть это устройство".

Она размышляла. Строгая процедура означала, что она могла и, вероятно, должна была поднять Фини или Макнаба и привезти их, чтобы проверить устройство на месте. Или она могла бы вызвать другого специалиста EDD.

Но Рорк был здесь.

Если бы он был полицейским, он бы к этому времени командовал EDD.

"Считай, что ты призван на службу в качестве эксперта-консультанта, гражданского лица".

"Мне всегда нравилось это кольцо." Он вытащил маленький футляр из внутреннего кармана, затем пошевелил запечатанными пальцами. "Сейчас я прикасаюсь к вещам".

Он использовал микродрель и снял кожух за считанные секунды. Затем он издал легкое "хммм" и начал исследовать. "В этом клубе есть три уровня системы", - сказал он непринужденно. "Это самый высокий уровень и стоит от одного до десяти долларов в минуту, в зависимости от количества используемых функций".

Ее желудок сжался. "Это твой клуб?"

"Это так, да". Он продолжал работать, подключая свой ПК к устройству с помощью кабеля толщиной в волос. "Но это не здесь и не там. Если только вы не учтете, что вы не услышите жалоб и нытья от владельца по поводу сегодняшнего маленького приключения - или изъятия этого устройства в качестве доказательства." Он поднял взгляд один раз, просто скользнул взглядом по ее лицу с этими веселыми голубыми глазами. "Меньше бумажной волокиты для тебя".

"Вы знаете, каковы эти правые бюрократические полубоги. Они питаются бумажной волокитой".

"У тебя на челюсти собирается синяк".

"Да". Она потерла большим пальцем больное место. "Черт".

"Больно?"

"Я прикусил язык. Это ранит сильнее. Ты?"

"Ничего особенного. Эта система испорчена, и очень основательно. Умный мальчик", - размышлял он. "Умный, сообразительный мальчик. Вам нужно будет провести полную диагностику, но, похоже, у вас в руках специалист высшего уровня, и тот, кто верит в то, что нужно быть подготовленным. Нелегко настроить публичную единицу для уведомления пользователя о поиске в его аккаунте. У него был портативный сканер, я бы сказал, очень чувствительный, подключенный к нему. Очень осторожный, очень умный."

"Ты можешь обойти это?"

"В конце концов. Устройства в этом клубе спроектированы достаточно хорошо, чтобы отключаться и блокироваться при любой попытке заражения. В качестве резервного есть внутренний детектор и система фильтрации. Несмотря на это, ему удалось загрузить вирус, который уничтожил это устройство и все остальные здесь. И он сделал это за считанные минуты, после обнаружения уведомления shield."

Она откинулась назад. "Похоже, ты впечатлен".

"О, так и есть. Значительно впечатлен. У вашего мужчины блестящий талант. На самом деле жаль, что он такой же продажный и никчемный, как это подразделение ".

"Да. Разбивает мое сердце". Она встала. "Я собираюсь вызвать персонал, конфисковать подразделение и отправить в EDD. Как только мы выйдем, я хочу взглянуть на систему безопасности. Давайте посмотрим, как он выглядел сегодня вечером ".

***

Он выглядел, решила Ева, самодовольным. Она уловила это по тому, как его взгляд скользил по толпе - пренебрежительный, ухмыляющийся, даже когда он сохранял приятную, безобидную улыбку на лице.

Он шел сквозь толпу, держась на расстоянии от них. Никакого контакта, никаких случайных приветствий. И переместился прямо к кубу, который прижимал его спиной к стене и позволял беспрепятственно видеть комнату.

"Он был здесь раньше", - отметила Ева.

Никто из персонала не смог это подтвердить. С другой стороны, менеджер был так взволнован - не вмешательством полиции, даже не тем, что чуть не начался бунт, но, как она помнила, осознанием того, что Рорк был в клубе, - что ему было трудно произнести свое собственное имя.

Устройство и куб были зарезервированы под именем Р. У. Эмерсон. Псевдоним, в котором она не сомневалась, и имя, которое она узнала после беглого просмотра, давно умершего поэта.

Сегодня вечером его волосы были гладкой гривой теплого каштанового цвета, и на нем были очки в квадратной оправе янтарного цвета. Она предположила, что его одежда была повседневной, модной: темные брюки в обтяжку, ботильоны, длинная, облегающая бедра рубашка того же янтарного оттенка, что и его линзы. На его правом запястье был золотой браслет-манжета, а вдоль раковины уха виднелась цепочка мерцающих заклепок.

Сначала он заказал кофе, позвонил по своей карманной связи. Затем он немного выпил, продолжая наблюдать за комнатой.

"Он следит за тем, чтобы окружающая среда была стабильной", - сказала Ева. "И он охотится. Слежу за женщинами, рассматриваю их. Ты можешь отправить сообщение любому другому подразделению в клубе, верно? Разве это не одна из причин, по которой люди идут туда, вместо того, чтобы просто оставаться дома и спокойно просматривать сеть?"

"Еще один способ общения", - подтвердил Рорк. "Волнующе анонимный, даже вуайеристский. Вы отправляете сообщение кому-то через комнату, можете наблюдать за их реакцией, решить, хотите ли вы перейти к следующему шагу и установить личный контакт. Номера оснащены стандартным экраном конфиденциальности для тех, кто не хочет, чтобы его беспокоили. Или приударить."

Она наблюдала, как ее подозреваемый вошел в систему и выбрал ручной режим вместо голосового.

"Вот". Рорк коснулся ее руки, затем приказал экрану увеличить изображение, увеличить сектор. "Сканер".

Она увидела нечто, похожее на маленький, тонкий серебряный футляр для визитных карточек. Он вытащил из угла тонкий выдвижной кабель и подключил его к боковому порту устройства.

"О, он очень, очень хорош. Я никогда не видел ничего настолько компактного", - сказал ей Рорк. "Скорее всего, он сделал это сам. Я хотел бы знать - "

"Подумай о своем исследовательском потенциале позже", - приказала она. "Бах. Он создал нас".

Его тело напряглось, лицо расслабилось. В тот момент он не выглядел таким самодовольным и надменным. Он выглядел шокированным, и он выглядел испуганным. Глаза за модными линзами были нервными, когда они метались по комнате.

Он вытащил сканер, затем склонился над клавиатурой с искренней преданностью и интенсивностью классического компьютерщика.

"Кодирование в вирусе", - тихо сказал Рорк. "Он потеет, но он знает, что делает. Загружаю это."

Его трясло. Он несколько раз провел тыльной стороной ладони по губам. Но он сидел, где был, его взгляд был прикован к монитору. Затем он встал, оставив свой едва притронутый кофе, и поспешил к двери достаточно опрометчиво, чтобы натыкаться на столики, сталкиваться с людьми.

К тому времени, как он добрался до двери, он почти бежал. Ева увидела, как он качнулся вправо, прежде чем исчезнуть, и дверь за ним закрылась.

"Вон. Вышел и исчез за сколько, меньше чем за две минуты. Сбежал за добрую минуту до того, как полицейские отреагировали и прибыли на место происшествия ".

"Девяносто восемь секунд по часам", - согласился Рорк. "Он быстр. Он очень быстр".

"Да, он быстр, но он потрясен. Он направлялся в центр города. И он бежал в страхе - домой ".

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Ему потребовался почти час, чтобы перестать дрожать. Час, два виски, и более спокойный Люциас добавил ко второму напитку.

"Этого не должно было случиться. Это не должно было быть возможным ".

"Возьми себя в руки, Кевин". Люциас достал сигарету, в которую был добавлен лишь слабый запах "Зонера". Он зажег ее, скрестив лодыжки. "И подумай. Как это произошло?"

"Им удалось докопаться до имени учетной записи. Скрытое имя учетной записи ".

Люциас раздраженно втянул дым. "Ты сказал мне, что это займет у них недели".

"Очевидно, я недооценил их". Раздражение пробежало по нервам. "В любом случае, это не может привести к нам. Но даже имея имя учетной записи, как они могли отследить меня до этого места, и так быстро? У полиции нет средств, рабочей силы, оборудования для наблюдения за каждым киберклубом в городе и каждым подразделением в них. Тогда есть вопросы о блоках конфиденциальности, стандартном и тех, которые я внедрил ".

Люциас втянул дым, затем выпустил его ленивой струйкой. "Каковы шансы, что им просто повезло?"

"Ноль", - процедил Кевин сквозь зубы. "Они использовали как превосходное оборудование, так и превосходную технологию". Он покачал головой. "Во имя всего святого, почему кто-то с такими навыками довольствуется зарплатой полицейского? В частном секторе он или она могли бы назвать любую цену ".

"Это бывает разного рода, не так ли? Что ж, это захватывающе ".

"Возбуждающий? Возможно, меня поймали. Арестован. Обвиняется в убийстве ".

Зонер, как всегда, делал свое дело. "Но ты не был". Желая успокоить, Люциас наклонился и похлопал Кевина по колену. "Какими бы умными и умелыми они ни были, мы еще более. Ты предвидел такую возможность и подготовился к ней. Ты заразил весь клуб. Очень мило. Ты снова будешь в заголовках СМИ ". Он вздохнул. "Больше очков в твою пользу".

"Они заснимут меня на камеру слежения". Кевин медленно вдохнул, медленно выдохнул. Во многих отношениях Люциас был его любимым наркотиком, и его одобрение успокаивало самые сильные нервы. "Я, возможно, не изменил бы свой внешний вид, если бы не пользовался дубинкой так близко".

"Судьба". Люциас начал смеяться и вызвал ответную усмешку у своего друга. "Это действительно просто судьба, не так ли? И все на нашей стороне. Серьезно, Кев, это становится все лучше и лучше. Ты позаботишься об аккаунте? Породить другого?"

"Да. Да, это не проблема ". Кевин отмахнулся от этого. Не было ничего, чего он не мог бы сделать с электроникой. "Они обнародовали множество деталей, Люциас. Комнаты для чатов, обстановка. Возможно, мы захотим остановиться на время ".

"Как раз тогда, когда это становится интересным? Я так не думаю. Чем выше риск, тем больше острых ощущений. Теперь, по крайней мере, мы знаем, что противостояли противнику или противникам, которые достойны наших усилий. Это придает такой аромат. Восхитительно".

"Я мог бы оставить счет открытым", - размышлял Кевин. "Отправь несколько приманок".

"Ах!" Люциас хлопнул рукой по подлокотнику своего кресла. "Теперь ты в игре. Просто подумай об этом. Подумай о том, когда у тебя назначено свидание завтра вечером. Что ж, вы и прекрасная леди можете обсудить этот недавний ужас за выпивкой. Она трепещет, деликатно, над судьбой своих обреченных сестер. Никогда не зная, что ей суждено присоединиться к ним. Боже, это восхитительно".

"Да". Виски и наркотик курсировали внутри него, превращая воздух, которым он дышал, в мягкую жидкость. "Это действительно добавляет острых ощущений".

"Одно можно сказать наверняка, нам не скучно".

Теперь, развеселившись, Кевин протянул руку, чтобы затянуться сигаретой со шнуровкой. "И вряд ли будет в течение некоторого времени. Я точно знаю, что надену завтра. Только то, как я буду выглядеть. Она такая сексуальная. Моника. Даже ее имя пахнет сексом". Он колебался, ненавидя разочаровывать. "Я не знаю, смогу ли я пройти через это до конца, Люциас. Я не знаю, смогу ли я убить ее ".

"Ты можешь. Ты будешь. Никто не опускается на уровень достижения ". Он улыбался, когда говорил. "Подумай об этом, Кевин. Все время, пока ты прикасаешься к ее обнаженному телу, пока ты погружаешься в нее, ты будешь знать, что ты будешь последним, кто сделает это. Что твой член, пульсирующий внутри нее, - это последнее, что она когда-либо узнает ".

Кевин сильно задумался об этом. "Я полагаю, есть что сказать в пользу того факта, что она умрет счастливой".

Смех Люциаса холодом разнесся по комнате.

***

Поскольку она всегда пыталась похудеть, Пибоди вышла из метро в шести кварталах от ближайшей к дому Евы остановки. Она чувствовала себя довольно бодро из-за новой встречи на сайте министерства внутренних дел, где автоповар был настоящей сокровищницей чудес.

Еще одна причина, по ее признанию, для похода. Своего рода покаяние перед грехом. Это было решение, которое взывало к ее чувствам свободного возраста. Конечно, у обитателей свободомыслия не было греха и покаяния, но дисбаланс и равновесие.

Но на самом деле это была просто семантика.

Она выросла в большой, громоздкой семье, которая верила в самовыражение, испытывала почтение к земле и искусству и ответственность за то, чтобы быть верной себе.

Она знала, казалось, она почти всегда знала, что, чтобы быть верной себе, ей нужно быть городским полицейским, который пытался поддерживать... ну, равновесие, предположила она.

Хотя прямо сейчас она вроде как скучала по своей семье. Вспышки любви и удивления. И, черт возьми, простота всего этого. Может быть, ей нужно было взять несколько дней и пойти посидеть на кухне у своей матери, съесть сахарное печенье и впитать в себя немного простой любви.

Потому что она не знала, что, во имя всего Святого, с ней было не так. Почему она чувствовала себя такой грустной, неустроенной и неудовлетворенной. У нее было то, чего она хотела больше всего в жизни. Она была полицейским, чертовски хорошим полицейским, под прямым командованием женщины, которую она считала непревзойденной в подражании.

Она многому научилась за последний год. Не только о технике, не только о процедуре, но и о том, что отличало того хорошего полицейского от блестящего.

О том, что отделяло тех, кто хотел закрыть дело, от тех, кто воспринимал его на уровень глубже и заботился о жертве. Кто помнил их.

Она знала, что с каждым днем становится все лучше в своей работе, и могла этим гордиться. Ей нравилось жить в Нью-Йорке, видеть, как меняется его облик по мере того, как ты переезжаешь из квартала в квартал.

Город был так полон, подумала она. Людей, энергии, действия. Хотя она могла вернуться и сидеть на той уютной кухне, она никогда не была бы довольна, живя там снова. Ей нужен был Нью-Йорк.

Она была счастлива в своей маленькой квартире, где пространство принадлежало только ей. У нее были надежные товарищи, хорошие друзья, достойная и приносящая удовлетворение карьера.

Она встречалась, ну, в некотором роде, с одним из самых невероятно красивых, внимательных, утонченных мужчин, которых она когда-либо знала. Он водил ее по галереям, в оперу, в потрясающие рестораны. Благодаря Чарльзу она открыла для себя не просто другую сторону города, но и жизнь.

И ночью она лежала в постели, глядя в потолок и задаваясь вопросом, почему она чувствует себя такой одинокой.

Ей нужно было выйти из этого. Депрессия не была свойственна ее семье, и она не собиралась быть первой, кто скатится к ней по спирали.

Может быть, ей нужно было хобби. Как роспись стекла или садоводство в контейнерах. Голографическая фотография. Макраме.

К черту это.

Именно эта мысль была у нее в голове, когда Макнаб выскочил из вагона метро glide и чуть не столкнулся с ней.

"Привет". Он сделал резкий шаг назад, как и она. Засунул руки в карманы.

"Привет". Могло ли ее время быть хуже? она задумалась. Она не могла идти чуть быстрее, чуть медленнее? Ушел из дома пятью минутами раньше, двумя минутами позже?

Мгновение они хмуро смотрели друг на друга, затем им пришлось отойти, иначе их задавили пассажиры, хлынувшие с глайда на тротуар.

"Итак". Он вытащил руки из карманов, чтобы поправить крохотные круглые солнцезащитные очки с линзами цвета морской волны. "Даллас призвал к сделке с министерством внутренних дел".

"Я получил обновление".

"Звучит так, как будто прошлой ночью она немного пошевелилась", - продолжил он, изо всех сил стараясь говорить мягко и непринужденно. "Жаль, что этот урод не зашел в Cyber Perk прошлой ночью, когда мы были там. Мы могли бы сделать его ".

"Маловероятно".

"Попробуй немного оптимизма, Женское Тело".

"Попробуй немного реальности, придурок".

"Проснуться не на той стороне кровати ловкача?"

Она услышала, как заскрежетали ее собственные зубы. "В постели Чарльза нет неправильной стороны", - сладко сказала она. "Это большой, мягкий, круглый манеж".

"О, да?" Половина цепей в его мозгу взорвалась при виде Пибоди, резвящейся голой в какой-то шикарной, сексуальной кровати. С кем-то другим.

"Это именно тот быстрый ответ, которого я привык ожидать от тебя. Ты, должно быть, оттачиваешь свое остроумие на всех тех телках, с которыми ты якшаешься в эти дни ".

"У последней бимбо была докторская степень в Массачусетском технологическом институте, тело богини и лицо ангела. Мы не тратили много времени на оттачивание остроумия ".

"Свинья".

"Сука". Он схватил ее за руку, когда она направилась к воротам Рорка. "Я сыт по горло тем, как ты отвешиваешь мне пощечины каждый раз, когда я оказываюсь на расстоянии удара, Пибоди. Ты тот, кто нажал на тормоза ".

"Недостаточно скоро". Она потянула, но его хватка оставалась твердой. Она всегда недооценивала его худые руки. Было унизительно осознавать, что сила в них заставляла ее желудок делать кульбиты. "И, как обычно, ты неправ и ты глуп. Ты тот, кто положил конец всему, потому что у тебя не могло все быть по-твоему ".

"Верно. Прости, что я возражаю против того факта, что ты скатился с моей кровати и перекатился к шлюхе."

Она ткнула его кулаком в грудь. "Не называй его так. Ты ничего об этом не знаешь, и если бы у тебя была хотя бы десятая часть класса Чарльза, его обаяния, его рассудительности, ты бы опустился до уровня недочеловека. Но поскольку ты этого не делаешь, я должен поблагодарить тебя за то, что ты замял то, что было нелепой, смущающей и отвратительной ошибкой с моей стороны, когда я позволил тебе поднять на меня руку. Так что спасибо!"

"Не за что".

Они тяжело дышали, с дикими глазами и нос к носу. Затем они стонали рот в рот. Они отпрянули друг от друга, все еще с дикими глазами.

"Это ничего не значило", - выдавила она между вздохами.

"Верно. Это ничего не значило. Так что давай сделаем это снова ".

Он дернул ее назад, жадно впившись зубами в ее нижнюю губу. Это было, подумала она, головокружительно, как будто в тебя выстрелили из пушки. В ушах у нее звенело, дыхание и равновесие исчезли. И все, чего она хотела, это провести руками по всему его длинному, костлявому телу.

Она остановилась на его заднице, впившись в нее пальцами, как будто могла откусить маленький кусочек, чтобы положить в карман.

Он развернул ее, пытаясь просунуть руки под жесткий, накрахмаленный пиджак ее униформы. Под этим, он знал, ее тело было чудом изгибов и мягкой, податливой плоти. Отчаянно желая этого, он толкнул ее назад, через датчики ворот, и сильно ударил ее о железные прутья.

"Ой".

"Прости. Позволь мне, Боже". Он уткнулся ртом в ее шею и подумал, может ли он просто проглотить ее, как мороженое.

"Я прошу у вас прощения". Голос пришел из ниоткуда, отовсюду, и заставил их обоих вытаращиться друг на друга.

"Ты что-то сказал?" она спросила.

"Нет? А ты?"

"Офицер. Детектив."

Все еще на ощупь, они оба склонили глаза вправо и уставились на панель безопасности на каменной колонне. Соммерсет с бесстрастным лицом снова уставился с обзорного экрана.

"Я полагаю, лейтенант ожидает вас", - сказал он с холодной вежливостью. "Если ты сделаешь шаг назад от врат, у тебя меньше шансов провалиться сквозь них, когда они откроются".

Пибоди почувствовала, как ее собственное лицо вспыхнуло, как подгоревший помидор. "О боже. О черт." Она оттолкнула Макнаба, отступила в сторону, затем начала натягивать свою форму обратно на место. "Это было просто глупо".

"Хотя чувствовал себя хорошо". Каким-то образом его коленные чашечки отделились, так что первые шаги, которые он сделал через открытые ворота, были шаткими и разрозненными. "Какого черта, Пибоди".

"Только потому, что у нас есть это... химическая реакция не означает, что мы должны действовать в соответствии с ней. Это просто все портит ".

Он танцевал перед ней, пятясь. Его длинный, гладкий конский хвост раскачивался из стороны в сторону. Его тонкий пиджак, доходивший до колен, был цвета полевых маков. Несмотря на все ее благие намерения, ее губы изогнулись в улыбке.

"Ты такой чертовски глупый".

"Почему бы нам не заказать пиццу сегодня вечером? Посмотрим, к чему это приведет ".

"Мы знаем, к чему это привело", - напомнила она ему. "У нас нет времени заниматься этим сейчас, Макнаб. У нас нет времени думать об этом ".

"Я думаю о тебе все время".

Это остановило ее, как вкопанную. Было тяжело идти, когда твое сердце подпрыгивало к твоим ботинкам. "Ты сбиваешь меня с толку".

"Таков план. Апицца, Женское тело? Я знаю, как ты относишься к пицце ".

"Я на диете".

"Для чего?"

Тот факт, что он мог просить искренне, всегда очаровывал и ставил в тупик ее. "Потому что моя задница приближается к той же массе, что и Плутон".

Он кружил вокруг нее, пока они поднимались по длинному изгибу подъездной аллеи. "Давай. У тебя отличная задница. Это здесь. Парню не нужно тратить половину своего времени на поиски этого ".

Он нежно сжал ее, заработал прищуренный, предупреждающий взгляд и ухмыльнулся. Он знал, когда продвигался вперед. "Мы просто поедим и поговорим. Никакого секса".

"Может быть. Я подумаю об этом ".

Он вспомнил, что Рорк советовал ему насчет романтики. Быстрым рывком он обежал лужайку, сорвал цветок с декоративной груши. Он догнал Пибоди на ступеньках и продев цветок в верхнюю петлю ее жакета.

"Боже", - пробормотала она, но зашагала в дом, не вынимая цветок.

Она была очень осторожна, избегая прямого зрительного контакта с Соммерсетом. И очень остро ощущала жар, поднимающийся по ее шее, когда он пригласил их подняться прямо в кабинет Евы.

***

Ева стояла в центре комнаты, слегка покачиваясь на каблуках, и снова просматривала запись с камер наблюдения. Мужчина был самодовольным, подумала она. И отчужденный. Ему нравилось окидывать насмешливым взглядом толпу в кибер-кафе, думая, что все там были ниже его. Зная, что у него был секрет.

Но он также оделся, чтобы привлечь внимание. Восхищение и зависть. Так что те, кто видел его, поняли, что он был чем-то большим.

Он думал наперед. Был так самоуверен, что никто и ничто не могло его тронуть. Но когда все пошло не так, были страх и паника.

Она наблюдала за каплями пота на его лице, когда он уставился на монитор в своем кубе. И она могла видеть его, легко видеть его, сбрасывающего безжизненное тело Брайны Бэнкхед с балкона.Избавься от проблемы, размышляла она.Неудобство, угроза. Тогда убегай.

Она не могла представить, как он проведет следующую ночь с другой женщиной. С обдуманным намерением и хладнокровием.

Она повернулась, когда вошли Пибоди и Макнаб. "Прогони изображение этого парня спереди, сзади и сбоку", - приказала она. "Сосредоточьтесь на строении лица, глазах - форме, а не цвете - и типе телосложения. Забудь о волосах, скорее всего, это не его. "

"У вас синяк на челюсти, сэр".

"Да, и у тебя в петлице цветок. Итак, мы оба выглядим глупо. Придурок преуспел в париках и усовершенствованиях. У меня есть названия брендов. Ты ищешь их торговые точки, Пибоди, составь мне список потребителей. Сопоставь это с тем, что у меня есть на вине. Рорк достает мне список лучших магазинов для мужчин в городе."

"У Рорка есть это для тебя". Он вошел в офис, протягивая диск. "Доброе утро, класс".

"Спасибо". Она передала это Пибоди. "Наш парень любит все хорошее. Дизайнерская обувь, индивидуальный гардероб. Как ты это называешь?"

"Сделано на заказ", - добавил Рорк. "Хотя он может покупать напрямую в Лондоне или Милане, первый костюм был определенно британского покроя", - добавил он. "Второй, безусловно, итальянец, он, скорее всего, будет покровителем некоторых элитных магазинов здесь, в Нью-Йорке".

"Поверив нашему консультанту по моде на слово," сухо сказала Ева, "мы прогоняем это, посмотрим, всплывет ли что-нибудь. Если у него нет собственной оранжереи, он покупает эти розовые розы где-нибудь. Высока вероятность, что это в его собственном районе, и я держу пари, что этот район находится либо в Верхнем Вест-Сайде, либо в Верхнем Ист-Сайде, поэтому мы сначала смотрим туда ".

Она оглянулась, на мгновение удивившись, когда Рорк протянул ей кружку свежего горячего кофе. "У меня здесь консультация с Мирой через час. Фини в Центральном управлении, руководит проверкой подразделения, которое мы конфисковали из-за киберпреступности. Я хочу ответы, я хочу след, и я хочу это сегодня. Потому что сегодня вечером он снова собирается двигаться. Он должен."

Она повернулась обратно к экрану, где лицо убийцы глумилось над толпой. "У него уже есть следующая цель".

Она подошла к доске, где прикрепила фотографии обеих жертв, компьютерные изображения убийцы, как он выглядел до и после каждого убийства.

"Она будет молодой", - сказала Ева. "От начала до середины двадцатых. Она будет жить одна. Она будет привлекательной и умной, с пристрастием к поэзии. Она будет романтичной и в настоящее время не состоит ни в каких серьезных отношениях. Она живет в городе. Работает в городе. Он уже видел ее, изучал ее на улице или на ее работе. Возможно, она разговаривала с ним и не знала, что он был тем мужчиной, который соблазнял ее. Она, вероятно, думает о сегодняшнем вечере, об этом свидании, которое у нее назначено с мужчиной, который именно то, чего она ждала. Через несколько часов, думает она, я встречусь с ним. И может быть, только может быть..."

Она отвернулась от доски. "Давайте сохраним ей жизнь. Я не хочу видеть еще одно лицо на этой доске ".

"У вас найдется минутка свободного времени, лейтенант?" Рорк указал на свой кабинет и вышел сам, прежде чем она смогла его оттолкнуть.

"Смотри, у меня здесь время поджимает".

"Тогда зачем тратить время". Он закрыл за ней дверь. "Я могу достать вам эти списки потребителей, сделать на них перекрестные ссылки и заполнить их за долю того времени, которое потребовалось бы Пибоди".

"У тебя что, нет работы?"

"Значительный, да. Это все равно заняло бы у меня меньше времени ". Он провел кончиком пальца по синяку на ее челюсти, затем слегка вдоль неглубокой вмятины на подбородке. "Я обнаружил, что предпочитаю, чтобы мой разум был полностью занят прямо сейчас. И, - добавил он. "Я бы тоже не хотел видеть еще одно лицо на твоей доске убийств. Я все равно намерен это сделать, но я подумал, что ты будешь чувствовать себя менее раздраженным, если я сделаю вид, что спрашиваю."

Она хмуро посмотрела на него, скрестив руки. "Притворство?"

"Да, дорогая". Он поцеловал синяк. "И таким образом, поскольку ты знаешь, чем я занимаюсь, это освобождает тебя от необходимости иметь Пибоди рядом с собой в полевых условиях, где бы это ни было". Его внутренняя панель связи запищала. "Да?"

"Доктор Диматто здесь, чтобы увидеть лейтенанта Даллас".

"Отправь ее наверх", - приказала Ева. "Делай то, что ты собираешься делать", - сказала она Рорку. "Но прямо сейчас я делаю вид, что ничего об этом не знаю".

"Все, что тебе подходит. Я просто собираюсь уделить минуту, чтобы кое-что уладить. Тогда я хотел бы поздороваться с Луизой ".

"Поступай как знаешь". Она открыла дверь, оглянулась. "Обычно ты так и делаешь".

"Это то, что делает меня таким довольным человеком".

Она грубо фыркнула и прошла в свой кабинет, чтобы поприветствовать Луизу.

Она кончила быстро, но Ева редко видела, чтобы она двигалась по-другому. Она бросила один взгляд на кофе в руке Евы и улыбнулась. "Да, я бы с удовольствием, спасибо".

"Пибоди, кофе для доктора Диматто. Что-нибудь еще, что мы можем тебе предложить?"

Луиза уставилась на датчанина, которого Макнаб в данный момент пытался проглотить целиком. "Это яблочный пирог по-датски?"

С набитым ртом он издал какой-то звук, смесь одобрения, удовольствия и вины.

"Я тоже люблю одного, еще раз спасибо".

Ева окинула взглядом щегольской красный костюм Луизы. "Вы не выглядите одетым для приема пациентов, док".

"У меня встреча. Сбор средств." Бриллианты блеснули в ее ушах, когда она наклонила голову. "Вы склонны выжимать больше денег, когда выглядите так, будто они вам не нужны. Поди разберись. В любом случае... спасибо тебе, Пибоди. Не возражаешь, если я присяду?" Она так и сделала, скрестив ноги, умело удерживая тарелку с датским печеньем на колене и делая первый глоток кофе.

Она глубоко вздохнула, прежде чем снова сделать глоток. "Где ты берешь это вещество? Это должно быть незаконно ".

"Рорк".

"Естественно". Она отломила аккуратный уголок датского печенья.

"У тебя есть причина зайти, Луиза, кроме небольшого перерыва на кофе?" Мы здесь немного заняты ".

"Я уверен, что это так". Она кивнула в сторону доски. "Я спросил о Брайне Бэнкхед в моем здании. Она знала всех на своем этаже и нескольких других. Ее очень любили. Она прожила там три года. Она встречалась довольно регулярно, но ни с кем серьезно."

"Я все это знаю. Думаешь бросить медицину ради работы в полиции?"

"Она жила там три года", - повторила Луиза, и юмор исчез из ее голоса. "Я жил там двое. Она упала на тротуар у моих ног. У меня никогда не было с ней разговора ".

"Чувство вины из-за этого не изменит того, что с ней случилось".

"Нет". Луиза отломила еще кусочек. "Но это заставило меня задуматься. И это заставило меня еще больше стремиться работать усерднее, чтобы добыть для вас любую информацию, которая могла бы помочь вашему расследованию. В J. Forrester был исследовательский проект. Это частная, довольно эксклюзивная клиника, которая специализируется на сексуальных дисфункциях, отношениях, проблемах с фертильностью. Почти двадцать пять лет назад Дж. Форрестер заключил партнерство с Allegany Pharmaceuticals для исследования и разработки различных химических продуктов, которые могли бы облегчить дисфункцию и повысить работоспособность в сексуальном плане. Многие ведущие химики и специалисты по исследованиям и D были вовлечены или связаны с проектом ".

"Тестирование с элементами, обнаруженными в контролируемых веществах, известных как "Шлюха" и "Дикий кролик".

"Те, другие, комбинации. На самом деле, они разработали препарат под торговой маркой Matigol, который помог продлить сексуальную активность у мужчин, значительно перешагнувших столетний рубеж, и препарат для лечения бесплодия Compax, который позволяет женщинам безопасно зачинать и рожать до пятидесяти лет, если они того пожелают ".

Она откусила кусочек от датского печенья. "Оба этих препарата имеют очень высокий процент успеха, но чрезвычайно дороги и поэтому в значительной степени недоступны для вашего среднего потребителя. Но для тех, кто может себе это позволить, они - чудо ".

"У вас есть имена игроков?"

"Я не закончил". Она повернула голову и лучезарно улыбнулась, когда вошел Рорк. "Доброе утро".

"Луиза". Он подошел к ней, поднес ее руку к своим губам. "Ты выглядишь прекрасно, как всегда".

"Да, да, бла-бла-бла. Что?" Потребовала Ева. "Что еще?"

"Твоя жена груба и нетерпелива".

"Вот почему я люблю ее. Кстати, лейтенант, Чарльз Монро поднимается наверх."

"Что это? Условность?" Но, говоря это, она бросила на Макнаба один жесткий, предупреждающий взгляд. Его глаза сверкнули в ответ на нее, и ему удалось удерживать этот взгляд добрых пять секунд, прежде чем он угрюмо опустил взгляд. "Ты, достань мне кое-какие данные о Дж. Форрестере и Аллегани Фармасьютикалз".

Она сжала челюсти, отчего они запульсировали, когда она уловила интерес, промелькнувший на лице Рорка. "Черт возьми".

"Я выкупил Аллегани, восемь, нет, я думаю, это было десять месяцев назад. Какая между этим связь?"

"Я не знаю точно, потому что здешний док ведет себя скромно".

"Я никогда не бываю застенчивой", - поправила Луиза, затем ее глаза затуманились, почти как тогда, когда она сделала свой первый глоток кофе. "Ну что ж", - сказала она, когда Чарльз вошел. "Мой, мой".

"Я думаю, ты тоже хочешь кофе", - сказала Ева.

Он кивнул. "Я бы не сказал "нет"."

"Я открою". Взволнованная, раскрасневшаяся, запинающаяся, Пибоди убежала на кухню.

"Рорк. Макнаб." После второго приветствия натренированная улыбка Чарльза слегка потускнела. Затем оно снова стало безупречным, когда он нацелил его на Луизу. "Я не верю, что мы встречались".

"Луиза. Луиза Диматто." Она протянула руку.

"Только не говори мне, что ты полицейский".

"Доктор. Ты?"

Если Чарльз и услышал пробормотанное Макнабом мнение, то проигнорировал его. "Профессиональный компаньон".

"Как интересно".

"Можем ли мы отложить время общения на потом? Мы устроим чертову вечеринку. Приглашены все, - отрезала Ева. "Я доберусь до тебя", - сказала она Чарльзу. "Заканчивай с этим, Луиза".

"На чем я остановился? О да. Несмотря на успех в разработке, проект и партнерство были распущены около двадцати лет назад. Нехватка средств, отсутствие интереса и ряд неприятных побочных эффектов от других экспериментальных препаратов в тот период. Было решено, что дальнейшие исследования с использованием форм этих конкретных химических веществ были как дорогостоящими, так и потенциально финансово рискованными из-за угроз судебного иска. На решение в значительной степени повлиял доктор Теодор Макнамара, который, по сути, возглавлял проект и которому приписывают открытие как Compax, так и Matigol. Во время проекта ходили необоснованные слухи о злоупотреблениях и воровстве. Поговорим об экспериментах не только в лаборатории, но и за ее пределами. Ходят слухи, что некоторые из поданных исков были внутренними, женщины-сотрудники, которые утверждали, что им давали наркотики без их ведома или согласия и подвергались сексуальным домогательствам, возможно, оплодотворению, находясь в состоянии алкогольного опьянения. Если это правда, - заключила Луиза, - то никто в курсе не называет имен".

"Хорошая работа. Я продолжу это. Если у тебя назначена встреча - "

"У меня есть немного времени. Я просто допью свой кофе, если тебе все равно. На самом деле, я просто налью себе еще полстакана."

Она влетела на кухню.

"Хорошо, Чарльз. Ты встал ".

Он кивнул Еве, интимно улыбнулся Пибоди, когда она принесла ему кофе. "Мой клиент считает, что я хотел получить эту информацию для другого клиента. Я бы хотел, чтобы так и оставалось ".

"Я защищаю свои источники, Чарльз".

"И я верю в защиту своих клиентов", - ответил он. "Мне нужно твое слово, что против нее не будет предпринято никаких действий, если то, что я тебе скажу, приведет к ее разоблачению".

"Она меня не интересует. И если все, что она делает, это возбуждает себя, я позабочусь о том, чтобы она не заинтересовала нелегалов. Достаточно справедливо?"

"Секс дается нелегко не всем, Даллас".

"Если бы люди не хотели кончать, - выпалил Макнаб, - ты бы остался без работы".

Чарльз ухмыльнулся Макнабу. "Достаточно верно. Если бы люди не хотели воровать, обманывать, калечить и убивать, вы бы тоже хотели, детектив. Разве всем нам не повезло, что человеческая природа удерживает нас в бизнесе?"

Ева встала между стулом, на котором сидел Чарльз, и столом, за которым работал Макнаб, эффективно закрывая им вид друг на друга. "Отдай мне дилера, Чарльз. Никто не хочет подставлять вашего клиента ".

"Карло. Они не используют фамилии. Она познакомилась с ним в чате, посвященном сексуальным экспериментам."

Ева присела на угол стола. "Это так?"

"Около года назад. Она сказала, что он изменил ее жизнь ".

"Как работают покупки?"

"Сначала она отправляла ему электронное письмо, делала заказ. Она расплачивалась электронным переводом средств на его счет, затем забирала доставку в почтовом отделении на Центральном вокзале."

"Никакого личного контакта?"

"Нет. Теперь она пользуется тем, что она называет услугой подписки, и получает регулярные ежемесячные поставки. Оплата со скидкой на подписку автоматически переводится с ее аккаунта на его. Пять тысяч в месяц за четверть унции."

"Мне нужно поговорить с ней".

"Даллас -"

"И вот почему. Мне нужны данные его учетной записи и все остальное, что она может мне сказать. Она ведет с ним регулярные дела, так что у нее было бы ощущение. Более того, ее нужно держать начеку. Она могла быть целью ".

"Она не такая". Он поднялся, когда Ева встала со стола. "Это твои жертвы?" Он указал на доску. "Сколько им, двадцать, двадцать пять? Этой женщине за пятьдесят. Она привлекательна, она заботится о себе, но у нее нет этого цветения. В сообщениях СМИ говорилось, что они были одиноки, жили отдельно. Она замужем. Ее связь со мной - это привилегия. Как день в салоне красоты. Она живет со своим мужем и сыном-подростком. И если ты будешь задавать вопросы по этому поводу, это смутит и унизит ее и ее семью ".

"Это также может повредить ее сексуальному эго", - вставила Луиза. Она стояла в другом конце комнаты, потягивая вторую чашку кофе. "Использование наркотика и профессионального компаньона, скорее всего, показали некоторую дисфункцию в этой области. Раскрывать ее потребность в них авторитету, который мог бы отрицать и наказать ее за первое и ухмыляться ей за второе, не рекомендуется с медицинской или психологической точки зрения ".

"Защищая ее от этого разоблачения, вы рискуете поместить на эту доску еще одну мертвую женщину".

"Позволь мне поговорить с ней снова", - попросил Чарльз. "Я добуду необходимую тебе информацию. Лучше, я открою у него счет за свой счет. Ему нужно только провести стандартную проверку, чтобы подтвердить мою лицензию. LC - приемлемый клиент для сексуальных нелегалов ".

"Достань мне данные к трем часам", - решила Ева. "Не делай больше ничего. Я не хочу, чтобы у него было твое имя ".

"Вам не нужно беспокоиться обо мне, лейтенант Шугар".

"Только данные, Чарльз. А теперь уходи".

"Мне нужно разобраться самому. Спасибо за кофе ". Луиза поставила чашку, взглянула на Чарльза. "Хочешь поехать в одном такси?"

"Идеально". Он провел кончиком пальца по цветку в петлице Пибоди, когда повернулся к двери. "Увидимся позже, Делия".

"Держи это наготове, Макнаб", - предупредила Ева. "Пибоди, Рорк собирает кое-какие данные. Ты будешь ассистировать в его офисе ". Которое, как она надеялась, должно на какое-то время сохранить мир. Она взглянула на свое наручное устройство, подумала о Мире. "У меня встреча".

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Она расположилась в библиотеке, потому что там было тихо, и в другой части дома. В основном, если это не было связано с каким-либо делом, ей нравилось оставаться как можно более безразличной к эмоциональным вибрациям. Но в ее офисе их было так много, что у нее возникло искушение пригнуться и спрятаться.

Здесь воздух был ровным и безмятежным. Она устроилась за одним из столов, вводя свежие данные в файл.

"Компьютер, обработав новые данные, запускает вероятностное сканирование объекта Карло как псевдонима подозреваемого".

Работает ... вероятность того, что субъект Карло является псевдонимом подозреваемого, составляет девяносто шесть целых две десятых процента

"Да, это то, что я думаю. Второй заход. Вероятный субъект Карло изготавливает нелегалы, которые впоследствии продает."

Работает ... Недостаточно данных для сканирования. Запрашиваю дальнейший ввод для завершения.

"Вот тут ты ошибаешься". Она оттолкнулась от стола, чтобы пройтись по увядшим розам на антикварном ковре. "Он делает это, он разливает это по бутылкам, он продает это, он использует это. Контроль. Все дело в контроле. Шестьдесят тысяч в год от одного клиента за что, три унции этого дерьма? Покрути сеть, зацепи пару дюжин богатых марок, и ты в выигрыше. Но дело не в деньгах".

Она прошествовала к одному из рядов высоких арочных окон, откинула портьеру и уставилась на обширное цветущее поместье. Даже для Рорка, который был отчаянно беден, мучительно голоден, дело было не столько в деньгах, сколько в игре - собрать их, иметь, использовать, чтобы заработать больше.

И владеющий всей этой силой.

Но дело было не в жадности или нужде.

"Двадцать килограммов за унцию, и ты подсыпаешь четверть этой суммы первой жертве, после того как она остается с тобой наедине, беспомощная и голая в своей квартире.После того, как ты уже влил в нее больше двух унций Шлюхи. Компьютер, уличная ценность, нелегальная шлюха".

Работает... Гормональный препарат номер шесть, широко известный как шлюха, уличная стоимость шестьдесят пять тысяч долларов за унцию жидкости. Известно, что уличное употребление этого вещества незначительно. Производное, экзотика, распространено. Экзотика по уличной цене, пятьдесят долларов за унцию жидкости. Требуется ли вам перечисление других распространенных производных?

"Отрицательный. Производные недостаточно хороши для этого парня. Никаких клонов, никаких заменителей, никаких слабых сестер. Свидание обошлось ему примерно в сто пятьдесят тысяч. Ради этого вы могли бы купить десять лучших LC в Нью-Йорке и устроить адскую вечеринку. Но дело не в деньгах, и дело не в сексе. Они всего лишь факторы в игре ".

"Интересно, почему ты думаешь, что я тебе нужна", - сказала Мира с порога.

Ева обернулась. "Мысли вслух".

"Так я слышал".

"Я ценю, что ты пришел сюда", - начала Ева. "Я знаю, что ты занят".

"И ты тоже. Я всегда люблю заходить в эту комнату." Мира оглядела стены с книгами, которые доминировали в двухуровневой комнате. "Цивилизованная роскошь", - прокомментировала она. "Ты повредил свое лицо".

"О". Ева потерла костяшками пальцев подбородок. "Это ничего".

Лицо Миры было, как всегда считала Ева, идеальным. Безмятежная и прекрасная, обрамленная гладкой копной соболиных волос. На ней был один из ее спокойных и элегантных костюмов, который выглядел так, словно был сшит из прохладных, свежих лаймов. Длинная золотая цепочка на ее шее была толщиной с мизинец Евы и украшена единственной жемчужиной кремового цвета.

От нее пахло абрикосами, а ее кожа была по-детски гладкой, когда она легко провела губами по подбородку Евы.

"Привычка", - сказала она, и ее голубые глаза легко улыбнулись линии, которая образовалась между глазами Евы. "Поцелуи причиняют боль, чтобы сделать их лучше. Не присесть ли нам?"

"Да. Конечно." Она никогда толком не знала, как справиться с материнским отношением Миры к ней. Матери были загадкой, в которой не хватало слишком многих деталей, чтобы попытаться составить картину. "Ты захочешь чаю".

"Я бы с удовольствием".

Поскольку она знала привычки Миры, она запрограммировала чашку ароматного травяного напитка, который любила Мира. И поскольку она была в своем собственном пространстве, Ева запрограммировала вторую чашку для кофе.

"Как ты, Ева?"

"Я в порядке".

"Все еще не высыпаюсь", - прокомментировала Мира, когда Ева принесла ей чай.

"Я справляюсь".

"На кофеине и нервах. Как там Рорк?"

"Он- " - Она начала выдавать это. Но это была Мира. "То, что случилось с Миком Коннелли, все еще немного тяготит его. Он справляется с этим, но это, я не знаю... Это несколько выбило его из колеи ".

"Горе выравнивает нас. Мы идем дальше, мы делаем то, что необходимо, но на сердце лежит тень. Знание того, что ты рядом с ним, рассеивает тень ".

"Он замешан в расследовании, и я не доставлял ему столько хлопот по этому поводу, сколько, вероятно, пришлось бы в противном случае".

"Вы хорошая команда во многих областях". Мира попробовала чай, одобрила его. "Я полагаю, у него есть некоторые опасения по поводу того, что ты выступаешь в качестве главного в расследовании такого рода".

"Убийства на сексуальной почве. Я делал это раньше, я сделаю это снова. Я знаю, как с этим справиться ".

"Я согласен. И из ваших отчетов, из "размышлений вслух", которые я подслушал, вы уже сформировали свой собственный профиль." Мира вытащила диск из своей сумки. "И теперь у тебя есть мое".

Ева повертела диск в руке. "Один профиль?"

Мира откинулась назад, наблюдая за Евой, пока та потягивала чай. "Два. Есть двое, будь то личности, я не могу сказать вам с абсолютной уверенностью. Хотя синдром множественной личности встречается редко, за исключением художественной литературы, он существует."

"Я не думаю, что это MPS. Я прочитала об этом прошлой ночью ", - объяснила она, когда Мира выглядела удивленной. "Тот же основной метод, та же основная мотивация, та же постановка. Но это два разных стиля, два разных типа целей. Он использовал презерватив или спермицид, запечатал свои руки второй жертвой, но оставил ДНК и латенты у первой. Если бы это были члены парламента, было бы больше различий. На одну личность охотятся, другую убивают. Один, чтобы охотиться и убивать, другой, чтобы нормально функционировать. Это два парня, двое, работающие вместе и по очереди бьющие битой ".

"Я склонен согласиться, но я не могу исключить членов парламента". Она скрестила ноги, устраиваясь поудобнее, чтобы поговорить об убийстве и безумии. "Первое убийство кажется случайным или сознательно незапланированным. Существует вероятность, что волнение и страх перед первым вызвали более преднамеренный и более жестокий тон второго. 'Turns at bat' - точная аналогия. Он, или они, являются игроками в игре. Здесь есть потребность доминировать над женщинами, унижать их, но делать это с тем, что воспринимается как стиль и очарование. Романтика и соблазнение. Сексуальный акт полностью эгоистичен, но был бы рационализирован, поскольку взаимно удовлетворяющий, поскольку с наркотиком жертвы были бы нетерпеливы и агрессивны ".

"Еще один удар, потому что так получилось, что она смотрит на него как на сексуальное существо, как на желание. Потому что, по сути, он в центре внимания ".

"Точно", - согласилась Мира. "Это не изнасилование в традиционном смысле, при котором используется сила, насилование или запугивание. Он ищет не страха, а капитуляции. Он умен, терпелив. Он тратит время на то, чтобы узнать их - их фантазии, их надежды, их слабости. Затем играет на них и формирует себя в этих фантазиях. Розовые розы. Не красный для страсти, не белый для чистоты. Розовый для романтики."

"Мы имеем дело с двумя очень специфическими, очень техническими навыками. Компьютерные технологии и химия. У меня есть новые данные, и я проверил их вероятность. Весьма вероятно, что используется третий псевдоним с целью продажи нелегальных сексуальных услуг. Высококлассные нелегалы. Один из этих парней разбирается в наркотиках. Как их получить, точнее, на мой взгляд, как их создать. Возможно, он рискует, продавая их, потому что так он зарабатывает себе на жизнь. Но я думаю, что это нечто большее. Я думаю, он питается риском ".

"Согласен". Мира склонила голову. "Он любит рисковать. Рассчитанные."

"Компьютерные технологии - это совершенство. Когда Рорк впечатлен, вы можете быть чертовски уверены, что навык заслужил это. Собирается ли MPS дать одному парню два высокоразвитых навыка в разных областях?"

"Опять же, не исключено". Заметив нетерпение, промелькнувшее на лице Евы, Мира махнула рукой. "Ты хочешь "да" или "нет", и я не могу тебе обязать. Я мог бы привести тебе примеры из практики, Ева, но они не будут соответствовать твоим инстинктам. Мы скажем два, ради аргументации. Два индивидуума. Человек с фантазиями, много живет в своей голове. Его женский идеал острый, сексуальный и утонченный. Он хочет очаровать ее так же сильно, как хочет доминировать и покорить ее. Он мужчина, который может и действительно попадает в ловушку момента ".

"Он послал розы Бэнкхеду на работу", - указала Ева. "Грейс Латц не получила роз".

"Второе - более расчетливое, более обдуманное и потенциально более жестокое. Он не обманывает себя до такой степени, как первый, что это романтика. Он знает, что это изнасилование. Принимает это. Он хочет молодости и невинности, потому что хочет обладать ими, а затем уничтожить ".

"Второй был бы доминирующим партнером".

"Да, почти наверняка. Но у них действительно симбиотические отношения. Они нужны друг другу; не только из-за деталей и навыков, но и для укрепления эго. Одобрение мужчины мужчине, как когда игроки с мячом на арене шлепают друг друга по заднице или хватают друг друга за голову после подсчета очков ".

"Команднаяработа. Я пасую, ты бьешь, и мы забиваем гол ".

"Да. Для них это отличная игра." Мира отставила свой чай в сторону, рассеянно поигрывая жемчужиной на конце своей цепочки. "И им нужна конкуренция. Это ущербные и блестящие умы с эго юных, избалованных мальчиков. Манипуляторы, которые не научились быть такими за одну ночь. Они приходят из-за денег и привилегий, привыкли требовать или брать то, что они хотят, так, как они этого хотят, и безнаказанно. Они оставляют это".

"Они бы играли в игры раньше", - вставила Ева. "Ничего подобного этому уровню. Они дошли до этого ".

"О да. Один разум или два, они знают друг друга очень давно и многое разделяют. Им не хватает зрелости, что наводит меня на мысль, что они вполне могут быть того же возраста, что и их жертвы. Чуть за двадцать. В лучшем случае лет двадцати пяти. Они не просто наслаждаются прекрасными вещами. Они должны обладать ими ".

"Внешние проявления", - добавила Ева. "Шикарная одежда, статус винных этикеток, эксклюзивные места для свиданий".

"Ммм. Статус и эксклюзивность жизненно важны. И более того, я думаю, это то, к чему они привыкли. Отрицать себя или быть отвергнутым - это невыносимо. Под маской романтики скрываются страх и ненависть к женщинам. Поищите фигуру матери, которая была либо доминирующей и жестокой, либо слабой и подвергавшейся насилию. Пренебрежительное отношение или чрезмерная защита. Мужчина, особенно в молодости, чаще всего формирует мнения и образы женщин, основываясь на своем мнении и образе женщины, которая его вырастила."

Она подумала о Рорке и о себе. Ребенок без матери. "Что, если он ее не знает?"

"Затем он формирует их другим способом. Но у мужчины, который стремится эксплуатировать, причинять боль и надругательство над женщинами, в его жизни обязательно будет какая-то женская фигура, которую они представляют для него ".

"Если я остановлю одного, остановлю ли я обоих?"

"Если ты остановишь одного, другой саморазрушится. Но он вполне может убить по пути вниз ".

Она сделала то, что сделала, когда было слишком много данных, слишком много нитей, слишком много точек зрения, чтобы все смешать, сопоставить и запутать.

Она вернулась к жертве.

Когда она использовала своего хозяина, чтобы расшифровать полицейскую печать и отпереть квартиру Брайны Бэнкхед, она очистила свой разум от фактов и открыла его впечатлениям.

Воздух был спертым. Теперь не было запаха свечного воска или роз, но слабый, пыльный запах, оставленный уборщиками.

Никакой музыки. Нет мягко мерцающего света.

Она приказала включить свет на полную мощность, проверила, на месте ли экран приватности, затем прошлась по комнате, пока аэробус грохотал по серому небу за стеклом.

Яркие цвета, современное искусство и все еще по сути женское. Привлекательное гнездышко одинокой женщины с очень определенным стилем и вкусом, которая наслаждалась своей жизнью и своей работой.

Женщина, достаточно молодая, чтобы у нее еще не было серьезных или постоянных сексуальных отношений. И достаточно уверенный, чтобы экспериментировать. Достаточно предприимчива, чтобы сформировать причудливую привязанность к безликому мужчине по сети.

Она жила одна, в чистоте и моде, но была дружелюбна со своими соседями.

Очень эклектичная музыкальная библиотека, размышляла Ева, просматривая диски, аккуратно разложенные в развлекательном блоке. Она наткнулась на Мав-Лис: Живой и бьющийся, и, несмотря на мрачную задачу, почувствовала, как улыбка растягивается на ее лице.

Ее подруга, Мэвис Фристоун, почти всегда вызывала у нее улыбку.

Но той ночью все было классически, вспомнила Ева. Его выбор или ее? Его, решила она. Все это было его выбором.

Его отпечатки пальцев на винной бутылке. Он принес его с собой, открыл, налил. Его отпечатки пальцев вместе с ее на одном бокале, только его на втором.

Протянул ей вино. Идеальный джентльмен.

Она вошла в спальню. Уборщики собрали лепестки роз в мешки. Кровать была разобрана до голого матраса. Игнорируя это, Ева открыла балконные двери, вышла.

Ветер приподнял непослушные кончики ее волос, откинул их с лица. Начинался дождь, мягкие, тонкие капли, которые падали беззвучно.

Ее желудок сжался, но она заставила себя шагнуть к перилам, заставила себя посмотреть вниз.Долгое падение, подумала она.Долгий последний шаг.

Что заставило его подумать о балконе? Не было никаких признаков того, что он был в квартире раньше.

Она прокрутила в голове диск безопасности и наблюдала, как Брайна и ее убийца приближаются к входной двери здания с улицы. Нет, он не смотрел на здание, жители Нью-Йорка все равно никогда этого не делали. Они были полностью поглощены друг другом.

Почему он подумал о балконе?

Почему он просто не убежал в панике, как это было в киберкафе? Потому что часть его мозга оставалась достаточно хладнокровной, чтобы оба раза переключаться в режим выживания. Думал ли он, что химикаты не проявятся на токсикологическом тесте? Думал ли он так далеко вперед?

Или только первый отчаянный шаг? Он живет настоящим моментом, сказала Мира. И момент был шокирующим.

Она мертва, и я в такой беде. Что мне делать?

Уловка с самоустранением. Отбрось ее прочь. С глаз долой, из сердца вон. Но почему бы не убрать улики и не оставить их как потенциальную передозировку и не выиграть больше времени для побега?

Чтобы вызвать замешательство, решила она, как и у него в кафе. Он мог бы загрузить вирус в одно устройство, но запрограммировал его на распространение. И был достаточно осведомлен о тех, кто часто посещал такие места, чтобы быть уверенным, что результатом станет бунт.

Женщина шлепается на тротуар, свидетели шокированы, ошеломлены, напуганы. Они могут подбежать к телу или убежать от него, но они не врываются в здание в поисках убийцы - и убийца выигрывает время, чтобы выскочить и скрыться.

Но как он подумал о балконе?

Когда дождь усилился и начал хлестать, когда ее желудок скрутило от высоты, она осмотрела улицу, соседние здания.

"Сукин сын", - тихо выругалась она, прочитав надпись:

КОФЕ И БАЙТ.

Это было едва ли больше, чем дыра в стене. Десять столов, оснащенных недорогими приборами. Столовое обслуживание на шестерых. Но кофе пах свежестью, а полы были чистыми.

За прилавком сидел дроид со свежим лицом, типичный компьютерщик. Его волосы были уложены так, что спадали на лоб заостренным каштановым локоном.

Два столика были заняты одним и тем же типом в человеческом обличье, а официантка была молода и слишком бойка, чтобы не быть еще одним автоматом.

"Привет! Добро пожаловать на кофе и байт. Не желаете столик?"

У нее были пышные светлые волосы и губы цвета жевательной резинки. Ее груди были похожи на две спелые дыни, которые розово выглядывали из-за лифа ее облегающего белого топа.

Ева воображала, что у выродков были ночные влажные сны с ее именем на них.

"Мне нужно задать тебе несколько вопросов. Вы оба."

Официантка, судя по бейджику с ее именем, Битси, ответила: "В меню есть все, включая фирменные блюда, но либо Тэд, либо я будем действительно рады что-нибудь объяснить".

Битси и Тэд. Ева покачала головой.Господи, кто придумал это дерьмо?

"Сядь, Битси".

"Извините, но я не должен сидеть. Хотите послушать о сегодняшнем кофейном напитке?"

"Нет". Ева вытащила свой значок. "Это полицейское расследование, и я должен задать вам несколько вопросов".

"Мы запрограммированы на полное сотрудничество с полицией и службой безопасности, пожарной службой, здравоохранением и отделениями неотложной медицинской помощи". Это было от Тэда, который пальцами откинул назад свою прядь волос.

"Это хорошо". Она почувствовала движение и переместилась, указывая на тонкоплечего мужчину, который пытался незаметно выскользнуть из-за своего стола. "Здесь нет никаких проблем", - сказала она ему. "Просто вопросы. Почему бы тебе не сесть обратно, расслабиться? Возможно, ты сможешь ответить на некоторые из них ".

"Я ничего не делал".

"Хорошо. Продолжай ничего не делать", - посоветовала она.

Она повернулась обратно к дроидам, но держала свое тело под углом, чтобы столы знали, что они у нее в поле зрения. "Ты знаешь, что произошло на другой стороне улицы? Женщина, которая умерла?"

"О да". Тэд просиял, ученик, у которого есть ответ для учителя. "Ее выбросили из окна".

"Вот так". Ева взяла фотографию Брайны Бэнкхед, положила ее на стойку. "Она когда-нибудь заходила сюда?"

"Нет, мэм".

"Не называй меня мэм".

Он быстро заморгал, пытаясь осознать это. "Предполагается, что я должен называть посетительниц "мэм"".

"Я коп, а не клиент". Кроме... Она понюхала воздух. "Это настоящий кофе?" '

"О да..." Его лицо претерпело несколько выражений, закончившихся недоумением.

"Лейтенант", - услужливо подсказала Ева.

"О да, лейтенант. Мы подаем только натуральные соевые продукты, с добавками кофеина или без них ".

"Неважно". Она подняла фотографию так, чтобы ее могли видеть оба мужчины за столиками. "Кто-нибудь из вас когда-нибудь видел эту женщину?"

Тот, кто пытался выскользнуть за дверь, заерзал на своем сиденье. "Думаю, я так и сделал. Я ничего не делал ".

"Мы получили эту часть. Где ты ее видел?"

"Вокруг. Я живу в паре кварталов отсюда. Вот почему я прихожу сюда. Это близко, и здесь не так уж многолюдно, шумно и полно уродов и ловкачей ".

"Ловкачи?"

"Ты знаешь, те, кто путешествуют по кибер-домам, чтобы назначить свидание. Я делаю здесь серьезную работу ".

"Ты когда-нибудь разговаривал с ней?"

"Не-а. Такие женщины не разговаривают с парнями вроде меня. Я просто иногда видел ее, вот и все. По всему району. Она была действительно хорошенькой, поэтому я посмотрел на нее. Я ничего не делал ".

"Как тебя зовут?"

"Майло. Майло Хорндекер."

Обречен, подумала она, от рождения до выродка. "Майло, ты продолжаешь говорить мне, что ты ничего не делал, я собираюсь начать думать, что это сделал ты". Она достала три фотографии трех лиц, которые использовал убийца. "Ты знаешь кого-нибудь из этих мужчин?" Сначала она выложила их на прилавок для Тэда и Битси. И получил от них одновременное покачивание головой.

"Но они тоже действительно хорошенькие", - добавила Битси.

Негативные отзывы клиентов заставили Еву пересмотреть свою оценку. "Хорошо. За последние несколько недель у тебя здесь был кто-нибудь. Кто-то, кто начал заходить недавно, не заходил с момента убийства? Он хотел бы сидеть у переднего окна. Он приходил по утрам, но не после десяти. Или по вечерам, но не раньше шести."

Ей пришлось перетасовать файлы в своей голове, чтобы вспомнить обычный график работы Брайны. "Если бы он приходил иначе, это было бы по вторникам. Он заказывал шикарный кофе. Тонкий латте гранде со вкусом каштана."

"Он приходил два вторника подряд". Битси подпрыгнула на носках своих розовых тапочек. "Он сидел впереди и всегда выпивал два латте, пока работал. А потом он ушел ".

"За каким столом?"

"Он всегда использовал первую станцию. Всегда." Она поджала свои жевательные губки. "Отсюда открывается прекрасный вид на улицу".

И здание Брайны Бэнкхед, подумала Ева.

Она достала свой коммуникатор и набрала Фини. "Я в киберклубе напротив здания Bankhead. Я смотрю на устройство, которое он использовал. Мне нужен ордер на конфискацию и специалист по имиджу."

***

Сидя на первой станции, Ева пила настоящий соевый продукт с добавками кофеина. Нищим выбирать не приходится.

Ей стоило только повернуть голову, чтобы увидеть двенадцатый этаж жилого дома через дорогу. Окна квартиры Брайны. Маленькие террасы.

"Он любит быть тщательным", - сказала она Фини. "Он помешан на данных, и ему нужно исправить ввод. Она рассказала ему в своих электронных письмах, чем она обычно занималась по выходным. Как ей нравилось первым делом открывать окна, чтобы посмотреть, какой сегодня день ".

Я люблю делать этот первый вдох Нью-Йорка по утрам, написала она.Я знаю, что люди говорят о городском воздухе, но я думаю, что он такой насыщенный, такой волнующий и романтичный. Все ароматы, приправы и цвета. У меня есть все это, и в свой выходной я наслаждаюсь ими.

"Он, вероятно, наблюдал, как она выходила на террасу. Может быть, она выпила бы чашечку кофе там, стоя у перил. Будучи человеком порядка, она прибралась бы в квартире, оделась, возможно, ненадолго вышла бы за покупками. Познакомься с другом. Он бы проследил за ней, просто чтобы убедиться, что то, что она рассказала ему по электронной почте, соответствует ее привычкам. Хочу убедиться, что она жила одна, что у нее не было парня или чего-то еще, что могло бы ограничить его стиль. Более того, он хотел увидеть, как она себя вела, как она выглядела, когда не знала о нем. В конце концов, она должна была быть достаточно хороша, чтобы трахаться ".

Она оглянулась на Фини, который своими волшебными пальцами и опущенными глазами проводил первую проверку устройства. "Он тоже человек привычки", - сказала она. "А привычки - это след. Ты можешь найти его по этому?"

"Он использовал это, мы можем выяснить, когда и как. Потребуется время, чтобы просмотреть все данные и найти его. Но то, что он вложил, мы можем вытащить ".

Кивнув, она оттолкнулась от стола и вернулась туда, где специалист по изображению работал с дроидами. Единственное, что есть в дроидах, подумала она, какими бы раздражающими они ни были, их глаза были надежной камерой.

Она уже могла видеть лицо и черты, оживающие на компьютерном холсте техника.

Мягкое лицо, невыразительные черты. Линия волос, начинающая отходить от широкого купола бровей и оставленная беспорядочно падать на уши. Лицо, которое прошло незамеченным сквозь толпу, которое смешалось до такой степени, что стало слабым пятном в памяти.

За исключением глаз. Они были острыми и холодными.

Что бы он ни сделал со своим лицом, Ева знала, что когда она посмотрит в эти глаза, она узнает его.

***

В пределах видимости здания Грейс Латц не было никакого кибер-заведения. Никакого кафе или маленькой закусочной. Там был небольшой гастроном с одним длинным узким проходом, но утренняя удача Евы иссякла именно там.

Она послала за Пибоди, и ее помощница вошла как раз в тот момент, когда она покупала шоколадный батончик.

"Это очень детский обед", - сказала Пибоди, страстно желая его. "Этот овощной хэш свежий?"

"Что у тебя есть для меня?"

"Большая, зияющая яма там, где раньше был мой желудок", - сказала ей Пибоди и заказала порцию хэша на вынос. "Я пробую эту новую диету, при которой на завтрак нужно есть только белок яйца вкрутую. Тогда - "

"Пибоди". Ева безжалостно развернула конфету, медленно, обдуманно откусила. "Вы каким-то образом перепутали меня с кем-то, кто интересуется вопросами питания?"

"Это действительно подло. У тебя подлый темперамент, потому что ты тратишь свои калории на переработанный сахар и ... это карамель?"

"Ставлю свою задницу". Ева слизнула глянцевую нитку со своего указательного пальца, в то время как Пибоди с завистью следила за этим движением. "Снаружи. Мне нужно идти".

"Ну что ж, если мы собираемся потренироваться, дай мне что-нибудь из того, что у нее есть", - потребовала Пибоди и полезла за добавкой денег.

На улице она медленно набирала полную вилку гашиша, чтобы его хватило, и подстраивалась под шаг Евы.

"Если ты сможешь проглотить, Пибоди, я бы хотел услышать твой отчет".

"Это довольно хорошо. Я думаю, они использовали укроп. Мы перечислили шестнадцать возможных вариантов, - быстро сказала она. "Рорк, ну, я не обязан тебе говорить, но он один из лучших техников. Так быстро и гладко. И когда он выполняет поиск вручную... Ты когда-нибудь обращал внимание на его руки?" Она съела еще хэша под стальным взглядом Евы. "Да, думаю, у тебя есть. В любом случае, у нас было шестнадцать имен, которые совпадали с покупками, и мы сократили их количество до десяти, исключив двух парней, которые поженились за последние две недели. Май и июнь, все еще большие месяцы для свадеб. Еще один, которого пару дней назад переехал автобус maxibus. Ты читал об этом? Этот парень, он прогуливается, проверяя товар на своем КПП, и соскакивает с тротуара прямо перед автобусом. Бла-бла-бла".

"Пибоди".

"Ладно, хорошо. Мы сузили круг поисков до десяти наиболее вероятных, учитывая торговые точки, которые Макнаб придумал в городе для улучшения. На парики уходит больше времени, потому что он должен ориентироваться на производителя, и он говорит, что около двухсот человек используют этот высококачественный человеческий материал - затем ударьте по бренду, затем по названию продукта. Стиль, использованный в первом убийстве, является довольно популярной альтернативой прическе и имеет несколько названий, в зависимости от марки и используемого материала."

Она бросила пустую коробку из-под еды на вынос в утилизатор и начала снимать обертку со своего шоколадного батончика с неторопливой точностью и напряженной концентрацией женщины, раздевающей своего любовника.

"Он хочет съесть пиццу сегодня вечером".

"Что? Рорк хочет пиццу?"

"Нет, Макнаб. Макнаб хочет съесть со мной пиццу сегодня вечером. Он говорит, что хочет поговорить и все такое, но этим утром мы нарушили пару общественных моральных кодексов у ваших ворот ".

"Черт. Черт. " Ева прижала пальцы под глазом, где мышца начала дико тикать. "Ну вот, опять начинается. Зачем ты мне это рассказываешь? Это вызывает у меня спазмы ".

"Если у нас будет пицца, мы собираемся заняться сексом. Что это значит?"

"Это больше, чем спазм. Я думаю, это эмболия. Одна из этих бомб для мозга, и твой палец дергается на кнопке ".

"Я не хочу снова попасть впросак. Но я все равно чувствую себя запутанной ".

Ева вздохнула. "Что я знаю о такого рода вещах, Пибоди? Мне потребовалось больше года, чтобы найти свой ритм с Рорком, и я все еще в половине случаев все порчу. Копы - плохие ставки ".

Она повернулась, засунув руки в карманы. Улица была грязной, движение шумным, а дым, который валил из тележки, мимо которой они проезжали, вонял жареным регидратированным луком. Она могла видеть, как в полуквартале вниз по улице и через дорогу заключалась нелегальная сделка.

"Пытаться жить вне работы - это работа. Двое из вас пытаются жить за счет этого, я не знаю. Черт возьми." Ее сердце, возможно, смягчилось из-за ее помощника, но ее глаза все еще были твердыми и ясными. "Это плохо кончается. Вызовите патрульных полицейских, затем поддержите меня ".

Она вытащила свой значок, оружие и уже переходила улицу, когда один из мужчин на противоположном тротуаре выхватил лезвие.

Был удар, увертка, затем второй мужчина выхватил свой собственный нож.

Они тыкали друг в друга, кружа друг вокруг друга. Свидетели разбежались.

"Полиция! Бросьте свое оружие ".

Они проигнорировали ее, и она могла видеть, что один был пьян, другой под кайфом. Это делало их обоих опасными.

"Уберите наклейки, или я брошу вас обоих".

Как один, они набросились на нее. Мужчина, отчаянно нуждающийся в своей дозе, сделал дикий выпад. Она услышала крик одного из пешеходов. Когда нож изогнулся дугой, она уложила своего мужчину ударом по коленям.

Он упал к ней. Она развернулась, блокировала удар, затем сильно опустила каблук своего ботинка на его руку с ножом.

Пока он вопил, барахтаясь, она увидела, что второй мужчина двигался быстро. Он приставил лезвие к горлу кричащего пешехода. И в его глазах был Зевс, тот эликсир, который делал людей богами.

"Брось это. Отпусти ее и брось это ".

"Пошел ты. Трахни ее. Это мой чертов угол!"

"Ты порежешь ее, ты умрешь на этом чертовом углу". Теперь человек на земле плакал. Она чувствовала запах мочи, вытекшей на тротуар, где у него отнялся мочевой пузырь.

"Ты опускаешь свою часть, или я разрезаю ее от уха до уха". Он наклонился, проводя языком по щеке испуганной женщины. "И пей кровь".

"Хорошо. Похоже, ты меня раскусил". Она опустила свое оружие, наблюдая, как его глаза следуют за ним вниз. Затем наблюдал, как они задрожали, когда Пибоди подошла сзади и приставила свой парализатор к задней части его шеи.

Ева прыгнула вперед, схватив его руку с ножом, выкручивая ее. Штатский сполз на землю, как пустой мешок. "Оглуши его еще раз!" Ева закричала, когда вызванная наркотиком сила прижала нож к ее горлу. Она почувствовала укол, это горячее жало металла против плоти.

И оба они почуяли ее кровь.

Его тело дернулось, затем приподнялось, когда Ева врезала коленом ему в пах. Она переместила свой вес, врезала пяткой по его подъему, затем изогнулась, чтобы использовать инерцию, чтобы перевернуть его на спину.

Он приземлился, как срубленное дерево, плашмя и с солидным треском черепа о бетон.

Ева подобрала нож и, хрипя, осталась согнутой.

"Даллас? Ты в порядке? Он порезал тебя?"

"Да, черт возьми. Получи это ". Она указала на первого мужчину, все еще плачущего, пытающегося уползти.

Она перевернула второго мужчину, защелкнула ремни. Заложник тоже был на земле и все еще кричал.

Ева вытерла кровь со своего горла тыльной стороной ладони и оглянулась. "Кто-нибудь, заткните ей рот".

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

У нее был длинный неглубокий порез от прямо под правым ухом до чуть выше яремной вены. Еще немного давления, бодро заметила Маунт Пибоди, которую вызвала за своей спиной, еще немного глубины, и она бы быстро, без промедления, выкачала из себя все досуха.

Как бы то ни было, это было не так уж плохо. Хотя на ее рубашке была кровь.

"У них есть вещество, которое сразу выводит кровь", - заверила ее Пибоди, когда они ехали в центр города. "Хотя моя мать всегда использовала соль и холодную воду. Делает свое дело. В основном."

"Как и выбросить это в кучу тряпья". Хотя она представляла, что Соммерсет снова достанет его, совершит что-то вроде домашнего вуду, и оно окажется обратно в ее шкафу. Как новенький.

"Посмотрим, сможешь ли ты поймать Макнамару на крючок. Я бы хотел поработать с ним в свое время, посмотреть, что он скажет о партнерстве, скандале и сексуальных наркотиках ".

Пока Пибоди звонила, Ева проверяла сообщения, ворча, когда не было ничего нового от Фини или Макнаба.

"Доктор Макнамара покинул планету, сэр. Ожидается, что он вернется не раньше, чем через пару дней. Я оставил запрос, чтобы он связался с вами через своего администратора и на свою голосовую почту."

"Ладно, пока мы перетасуем его в кучу. Дай мне попробовать этого первого парня. Лоуренс К. Хардли."

"Тридцать два. Одинокий белый мужчина. Семья достигла успеха в конце двадцатых во время взрыва в Силиконовой долине. Никаких браков или сожительств на записи. Никакого криминального или военного прошлого."

"И никаких отпечатков в файле".

"Нет. Житель Нью-Йорка с сорок девятого года. Помогает в управлении семейным бизнесом, филиалом в Нью-Йорке, и занимает должность исполнительного вице-президента, отвечающего за маркетинг. Отчет о доходах - зарплата, инвестиции, дивиденды, квота расходов, примерно пять миллионов два в год."

Пибоди изучила изображение наряду с данными. "Тоже выглядит довольно неплохо. Может быть, он влюбится в меня и будет умолять выйти за него замуж, тем самым обеспечив мне тот стиль жизни, к которому я была бы готова привыкнуть ".

Так не получилось. Хардли не проявлял особого интереса к Пибоди, но он проявлял к своему симпатичному мужчине-администратору. Все выглядело обнадеживающим, когда он разволновался и разозлился на допросе, отказался отвечать без присутствия своего адвоката.

Потребовалось двадцать минут, чтобы договориться о консультации, и еще двадцать, чтобы разобраться со стандартными вопросами с привлечением адвоката через голопроекцию.

Потраченный впустую час, подумала Ева, садясь обратно в машину и вычеркивая Хардли из списка.

"Почему он просто не сказал нам, что он гей?" Пибоди задумалась. "И у вас было алиби на обе ночи, о которых идет речь?"

"Некоторым людям все еще некомфортно от альтернативной сексуальности, даже когда это их собственная. Беги номер два".

***

Они устранили троих из десяти, прежде чем Ева отпустила Пибоди на день. Поскольку она знала свою работу - ей не обязательно это нравилось - она свернула на тротуар перед зданием Пибоди и задала вопрос.

"Так ты будешь пиццу или как?"

"Я не знаю". Плечи Пибоди поднялись и опустились. "Я думаю, вероятно, нет. Это просто снова станет странным и испорченным. Он действительно мудак ". Но она сказала это с тоской. "Он действительно был раздут и безумен из-за Чарльза".

Ева поерзала на своем стуле, желая, чтобы она могла остановить тонкую струйку сочувствия к Макнабу. "Я думаю, парню было бы тяжело понять, что он конкурирует с кем-то вроде Чарльза".

"Мы никогда не говорили, что мы эксклюзивные. И он не может ходить вокруг да около, пытаясь управлять моей жизнью. Он не может просто начать указывать мне, с кем я могу встречаться, с кем я могу дружить ". Распаляясь, Пибоди перевела взгляд на Еву. "И если бы я занималась сексом с Чарльзом, чего не было, это было бы не его чертово дело".

Упс, подумала Ева.Забудь о своей работе на одну короткую минуту и получи пулю прямо в лоб. "Верно. Абсолютно верно. Однажды мудак, всегда мудак. Приятно это помнить ".

"Так что пошел он к черту". Пибоди раздраженно выдохнула и почувствовала себя праведницей. "Он даже не потрудился пометить меня в течение дня, чтобы узнать, готов ли я к этому в любом случае. Так что пошел он к черту."

"Боком. Мы опросим последние имена в списке завтра".

"Что?" Пибоди пришла в себя. "Верно. Да, сэр. Завтра."

Думая, что она проделала достаточно приличную работу, Ева втиснула машину в дорожное движение через весь город. Если повезет, она сможет быть дома через тридцать минут.

Пока она пробивалась через весь город, Рорк потягивал пиво и делал свою работу.

"Я думаю, пицца - хороший подход", - сказал Макнаб. "У нее к этому слабость. И это сохраняет непринужденность. Дружелюбный".

"Я бы взял бутылку красного. Ничего особенного".

"Это хорошо". Лицо Макнаба просветлело. "Но никаких цветов или чего-то еще".

"Не в этот раз. Если ты хочешь вернуть все, как было, тебе нужно застать ее врасплох. Пусть она гадает".

"Да". Рорк, по оценке Макнаба, был гуру романтики. Любой, кто мог сделать Даллас мягкой, был настоящим гением в сердечных делах.

"Но эта сделка с Чарльзом", - начал он.

"Забудь об этом".

"Забыть об этом? Но - - Макнаб заикался от шока.

"Оставь это в стороне, Йен. По крайней мере, на данный момент. Она любит его, и какими бы ни были их отношения, это важно для нее. Каждый раз, когда ты делаешь выпад в его сторону, ты отталкиваешь ее ".

Они сидели, пили пиво, в каком-то притоне, о существовании которого Макнаб даже не подозревал. Там был бильярдный стол, старомодный бар, обзорные экраны на противоположных стенах и глубокие кожаные диваны и кресла цвета хорошего красного вина.

На оставшихся стенах были рисунки обнаженной натуры. Но это были классные обнаженные натуры - длинные, обтекаемые женские тела, которые выглядели какими-то чужеродными и утонченными.

Это была, подумал Макнаб, настоящая мужская комната. Подальше от рабочих мест, подальше от ссылок, где единственными женщинами были стилизованные произведения искусства, которые не сводили тебя с ума. Здесь были акры леса, запах кожи и табака.

Вернемся к занятиям, подумал Макнаб.

Чарльз был классным.

Если это было тем, чего добивался Пибоди, то он утонул раньше, чем всплыл.

"У нас были хорошие времена, ты знаешь? Я имею в виду, не просто хорошо провести время голышом. Я как бы погружался в то, что ты предлагал раньше. Знаешь, водил ее куда-нибудь, иногда приходил с цветами и всякой хуйней. Но когда мы разорились... Это было плохо ". Он глотнул пива. "Действительно плохо. Я решил, что черт с ней. Но мы много работаем вместе, так что у тебя должен быть определенный уровень, верно? Может быть, мне стоит просто оставить все как есть, пока все снова не испортилось ".

"Это вариант". Рорк достал сигарету, зажег ее, задумчиво выпустил дым. "Из того, что я видел, ты хороший детектив, Йен. И интересный мужчина с интересными вкусами. Если бы у тебя не было хороших мозгов, ни Фини, ни Ева не работали бы с тобой. Однако, несмотря на то, что вы хороший детектив с хорошими мозгами и интересный мужчина с интересными вкусами, вы упускаете из виду один жизненно важный фактор в этом текущем уравнении ".

"Что?"

Рорк наклонился вперед, нежно похлопал Макнаба по колену. "Ты влюблен в нее".

У него отвисла челюсть. Пиво в "пилзнере" опасно подалось к краю, когда оно накренилось. Рорк все исправил.

"Я есть?"

"Боюсь, что так".

Макнаб уставился на Рорка с выражением человека, которому только что сказали, что у него смертельная болезнь. "Ну и ад".

***

Пятьдесят минут, две остановки и долгая поездка на метро спустя, Макнаб постучал в дверь Пибоди. Одетая в свои самые потрепанные спортивные штаны, футболку с надписью NYPSD и новую маску для лица с морскими водорослями, которая гарантированно придаст коже чистое сияние молодости, она открыла и увидела его с коробкой пиццы и бутылкой дешевого кьянти в руках.

"Подумал, что ты, возможно, проголодался".

Она посмотрела на него - милое личико, дурацкая одежда - и уловила исходящий от сирены запах острого соуса. "Полагаю, что да".

***

Казалось, это была ночь для свиданий. В шикарном и ароматном Royal Bar отеля Roarke Palace, где трио в вечерних костюмах играло Баха, Чарльз поднял переливающийся бокал с шампанским.

"На данный момент", - сказал он.

Луиза музыкально чокнулась своим бокалом с его. "И к следующему".

"Доктор Диматто." Он слегка провел пальцем по ее руке, пока пил. "Разве это не счастливое совпадение, что у нас обоих был свободный вечер?"

"Не так ли? И интересный случай, с которым мы встретимся этим утром в Далласе. Ты сказал, что знаешь ее больше года."

"Да. Мы встретились по другому ее делу ".

"Должно быть, поэтому она позволяет тебе называть ее Сладким лейтенантом".

Он рассмеялся, положил сверху маленький блин с икрой и предложил его. "Признаюсь, она заинтриговала меня с самого начала. Меня привлекают волевые, умные и преданные женщины. Что тебя привлекает, Луиза?"

"Мужчины, которые знают, кто они такие, и не притворяются, что это не так. Я вырос с притворством, с ролевыми играми. И я стряхнул это, как только смог справиться. Я остался с медициной, потому что это моя страсть, но я практикую это по-своему. Мой путь не понравился моей семье".

"Расскажите мне больше о вашей клинике".

Она покачала головой. "Пока нет. Ты слишком хорош в вытягивании личной информации, не давая ничего взамен. Я скажу вам, что я стал врачом, потому что у меня есть потребность и талант исцелять. Почему ты стал LC?"

"У меня есть потребность и талант доставлять удовольствие. Не только сексуально ", - добавил он. "Часто это самая простая и элементарная часть работы. Проводить время с кем-то, выясняя, что именно им нужно или хотеть, даже если они сами не знают. Затем предоставление этого. Если ты это сделаешь, удовлетворение будет больше, чем физическое для обеих сторон ".

"А иногда это просто забава".

Она заставила его смеяться. Он понял, что она заставляла его смеяться с тех пор, как он впервые встретил ее. "Иногда. Если бы вы были клиентом - "

"Но я не такой". Она сказала это без язвительности, но с медленной, очень теплой улыбкой.

"Если бы это было так, я бы, возможно, предложил напитки, подобные этому. Давая нам время расслабиться, пофлиртовать, узнать друг друга получше".

Официант наполнил их бокалы, но никто из них этого не заметил. "А потом?" Подсказала Луиза.

"Тогда мы могли бы немного потанцевать, чтобы ты привыкла к тому, как я тебя держал. И я за то, как ты хочешь, чтобы тебя обнимали ".

"Я бы хотела потанцевать с тобой". Она поставила свой бокал.

Он поднялся, взял ее за руку. По пути на танцпол они прошли мимо темной кабинки, где пара, проигнорировав собственную бутылку шампанского, страстно поцеловалась.

Он повернулся, обнял Луизу. Прижать ее тело к своему с легкостью мужчины, который в совершенстве знал, как женщина подходит мужчине. В ней была какая-то деликатность, которая волновала его. Прямота, которая возбуждала и привлекала.

В такси тем утром она вручила ему визитку и предложила позвонить ей как-нибудь - когда он не будет работать.

Очень прямолинейно, снова подумал он, вдыхая аромат ее волос. Очень ясно. Она была привлечена, заинтересована. Но не в качестве клиента.

Он был привлечен, заинтересован и предложил им выпить в тот же вечер.

"Луиза?"

"Ммм".

"Я не был свободен сегодня вечером. Я разорвал помолвку, чтобы быть здесь ".

Она откинула голову назад. "Я тоже". Она снова положила голову ему на плечо. "Мне нравится, как ты меня обнимаешь".

"Я что-то почувствовал, как только увидел тебя этим утром".

"Я знаю". Она расслабилась, отдалась музыке. В данный момент. "У меня нет времени на отношения. Они такие грязные и требуют так много усилий. Я эгоистичен, Чарльз, в отношении своей работы и часто, очень часто обижаюсь на все, что встает у меня на пути ".

Ее пальцы зарылись в его волосы. "Но я тоже что-то почувствовал. Думаю, я мог бы выкроить время, чтобы выяснить, о чем идет речь ".

"Мне не очень везло с отношениями. Моя работа обычно мешает ". Он зарылся лицом в ее волосы, вдохнул их аромат. "Я бы хотел потратить время, чтобы выяснить".

"Скажи мне". Она потерлась своей щекой о его. Гладко, подумала она, с достаточным трением, чтобы заставить ее кожу дрожать. "Если бы я был клиентом, что бы мы делали после танца?"

"В зависимости от того, чего ты хотела, мы могли бы подняться наверх, в номер, который я бы забронировал. Я бы раздел тебя. - Он провел ладонью по теплой, обнаженной коже ее спины. "Медленно. Я бы сказал тебе, как ты прекрасна, когда укладывал тебя в постель. Как твоя кожа похожа на шелк. Я бы показал тебе, как сильно я хочу тебя, когда занимался с тобой любовью ".

"Может быть, в следующий раз". Она отстранилась, совсем чуть-чуть, чтобы она могла посмотреть на него. "И это звучит почти идеально. Но если наступит следующий раз, Чарльз, мы затащим друг друга в постель. И я займусь с тобой любовью".

Его пальцы сжались на ее. "Для тебя не имеет значения, что я делаю?"

"Почему это должно быть?" Ей пришлось приподняться на цыпочки, чтобы прикоснуться своими губами к его губам, и остановилась на шепоте. "Больше, чем для тебя должно иметь значение, что я делаю. Извините, я на минутку? Я хочу освежиться ".

Она прошла в женскую комнату отдыха и, когда убедилась, что скрылась из виду, прижала руку к трепещущему животу. У нее никогда не было подобной реакции на мужчину.

Хотеть мужчину, конечно. Наслаждаться его обществом, чувствовать желание, интерес, юмор, привязанность. Но никогда не все сразу, никогда так много всего за такое короткое знакомство.

Ей нужна была минута, чтобы успокоиться.

Она вошла в роскошную гостиную и направилась прямо к одному из кресел с глубокими подушками, стоящих перед индивидуальным тройным зеркалом.

Она достала пудреницу, затем просто села, уставившись на свое отражение. Она сказала не больше, чем правду. У нее не было времени на отношения. Особенно то, которое должно было быть интенсивным, сложным и запутанным. Она так многого хотела достичь.

Одно дело было общаться время от времени. Свидание, вечеринка. Особенно, если бы она могла использовать это время, чтобы заинтересовать клинику, или приют для жестокого обращения, или расширение бесплатных медицинских пунктов, над которыми она работала.

Но отношения с Чарльзом были бы чистым потворством своим желаниям.

Она понятия не имела, как сильно ей захочется потакать.

Она несколько раз открыла и закрыла пудреницу, затем начала пудрить нос, одновременно читая себе нотации, чтобы быть взрослой. Пока она возилась со своими волосами, из кабинки вышла длинная стройная брюнетка в облегающем черном платье.

Она напевала быструю, нервную мелодию, которая подходила к ее быстрым, дерганым движениям, когда она плюхнулась в кресло и достала свою помаду.

"О-о", - сказала она и схватила один из граненых флаконов с духами. "Сделай меня". Она щедро побрызгала им, затем, к удивлению Луизы, убрала флакон в свою вечернюю сумочку. "Это всего лишь идея".

Она откинула назад свою длинную гриву кудрей, послав Луизе ослепительную улыбку. "Поздравь меня". Моника поднялась, провела руками по своей груди, вниз по бедрам. "Мне вот-вот действительно повезет".

"Поздравляю", - сказала ей Луиза и слегка рассмеялась, когда Моника выскользнула из комнаты.

Она скользнула прямо к кабинке, где мужчина, которого она знала как Байрона, уже стоял, протягивая руку. "Готов?"

Она взяла его за руку, наклонилась и вызывающе потерлась своим телом о его. "Хочешь услышать, к чему я готов?"

Хотя она шептала на ходу, они прошли достаточно близко к тому месту, где сидел Чарльз, чтобы он уловил одно очень образное предположение. Он лениво посмотрел им вслед и подумал, из-за неуловимой отстраненности этого человека, был ли он LC на работе.

Затем он оглянулся и увидел, что Луиза возвращается. И не мог думать ни о чем, кроме нее.

***

Моника Клайн усердно работала помощником юриста в одной из городских фирм среднего звена. У нее были стремления, большинство из которых были направлены на карьеру. Но у нее были и более интимные фантазии, которые включали фантазии об идеальном партнере, который разделил бы ее любовь к неоклассическому искусству, тропическому отдыху и поэзии.

Мужчина из ее снов, с утонченным характером, подтянутым телом, романтическим складом ума и хорошим городским лоском.

Казалось, она нашла его в Байроне.

Он был таким красивым, с его бронзовыми волосами до плеч, его золотистым загаром. Ее нервный пульс подскочил, как игральные кости в чашке, когда она увидела, что он ждет в кабинке, о которой они договорились.

Он уже разлил шампанское и приготовил его.

Когда он произнес ее имя, теплота, едва уловимый британский акцент в его голосе заставили ее захотеть растаять.

Первый бокал шампанского ударил ей в голову. Она была такой горячей, так чесалась. Когда она скользнула через кабинку, она не смогла удержаться от того, чтобы дотронуться до него. Ее рот на нем, она чувствовала себя пьяной и счастливой.

Теперь они были одни в ее квартире, и все казалось мягким и текучим. Как будто она смотрела сквозь тонкую завесу теплой, подернутой рябью воды.

Играла музыка, проносящиеся радужные арки музыки. И еще шампанского, чтобы потанцевать в ее голове и подсластить язык.

Его рот был шелковистым, когда он скользил по ее губам. Его руки были настолько искусны, что везде, где он прикасался к ней, пульсировало и болело. Невыносимо. Он говорил ей приятные вещи, хотя было трудно понять их из-за головокружения, возбуждения, которое расцветало внутри нее, как розы.

Затем он отстранился и заставил ее стонать в знак протеста.

"Я хочу подготовиться". Он взял ее руки, прошелся поцелуями по тыльной стороне. "Подготовьте сцену. Ты хочешь романтики, Моника. Я собираюсь дать это тебе. Подожди меня здесь ".

У нее закружилась голова, когда она увидела, как он встает на ноги, берет свою сумку. Она не могла вполне... подумай.

"Я хочу... мне нужно..." Она неуверенно поднялась на ноги, указала в сторону ванной. "Освежись. Для тебя".

"Конечно. Не задерживайся. Я хочу быть с тобой. Я хочу отвести тебя туда, где ты никогда не был ".

"Я не буду". Она напряглась против него, поднимая жадный рот к его. "Это так прекрасно, Байрон".

"Да". Он подвел ее к двери ванной, мягко подтолкнул ее внутрь. "Это идеально".

Он зажег свечи. Он заправил кровать, посыпал простыни лепестками роз, взбил подушки.

Он сделал правильный выбор, решил он, изучая спальню. Он одобрил искусство, цвета, хорошую ткань для постельного белья. Она была женщиной со вкусом. Он дотронулся до тонкого старого томика стихов на ее прикроватном столике. И интеллект.

Возможно, он любил ее. Если бы любовь существовала.

Он поставил на стол два новых бокала с шампанским. Добавила три капли наркотика к одной. На этот раз он разбавил бы это, продлил бы опыт. Люциас сказал ему, что она может прожить два часа, возможно, немного больше, с комбинацией лекарств в такой пропорции в ее кровотоке.

Он мог бы многое сделать с ней за два часа.

Он обернулся, когда она подошла к двери спальни. Он протянул руку.

"Прекрасно, Моника. Любовь моя. Давай узнаем друг друга".

***

На этот раз все было лучше. Еще лучше. Люциас был прав. Он всегда был прав. Волнение от осознания того, что этот опыт будет для нее последним, что он будет последним, что она увидит, почувствует, понюхает, даже попробует на вкус, было почти невыносимо эротичным.

О, она отвечала ему, неустанно. Ее сердце бушевало напротив его. И все же она умоляла его о большем.

Она дала ему два часа. Два великолепных часа.

Когда он почувствовал, что она умирает, он наблюдал за ней почти нежно. "Произнеси мое имя", - прошептал он.

"Байрон".

"Нет. Кевин. Я хочу услышать, как ты это скажешь. Кевин. Я хочу услышать, как ты это кричишь ".

Он вонзился в нее, погружаясь ближе к концу. И когда она выкрикнула его имя, он познал самое совершенное наслаждение в своей жизни.

Из-за этого он нежно накрыл ее тело простыней, коснулся губами ее лба в нежном поцелуе, прежде чем выйти из ее квартиры.

Он не мог дождаться, когда вернется домой и все расскажет Люциасу.

***

Это было часом позже, когда она пошевелилась. Ее пальцы скребли по простыне, глаза за закрытыми веками подергивались. В ее груди было онемение, а под ним какая-то ужасающая, невыразимая боль. Ее голова горела, как солнце.

Слезы потекли по ее щеке, когда она попыталась поднять руку. Это казалось мертвым, и от усилия у нее на губах задрожали тихие, сдавленные звуки.

Ее пальцы задели стакан на столе, сбили его на пол, где он разбился. И звук этот был приглушенным, как будто под подушкой разбилось стекло.

Ее пальцы поползли по столу, наткнулись на 'link. Ее прошиб пот, когда она заставила эти пальцы подняться, заставила свой сбитый с толку разум считать. Слот за слотом, пока она не добралась до верхнего ключа в памяти.

Она нажала на это, затем ее рука безвольно упала, а тело обмякло в изнеможении.

"Что у вас случилось, мисс Клайн?"

"Помоги мне". Ее губы с трудом произносили слова, как будто это был какой-то экзотический иностранный язык. "Пожалуйста. Помоги мне", - сумела прошептать она, прежде чем снова впасть в беспамятство.

***

Ева проснулась, когда мир начал раскачиваться. Она открыла затуманенные глаза и уставилась в глаза Рорка.

"Почему ты несешь меня?"

"Потому что, лейтенант, вам нужно поспать. Не за твоим столом", - добавил он, заходя в лифт в ее домашнем офисе. "В постели".

"Я просто давал глазам отдохнуть".

"Уложи их в постель".

Она должна, в принципе, настоять, чтобы он поставил ее на ноги. Но было довольно приятно, когда тебя водили за нос, особенно когда ей нужно было всего лишь повернуть голову, чтобы понюхать его шею. "Который час?"

"Сразу после одного". Он отнес ее в спальню, поднялся по коротким ступенькам на платформу, затем сел, баюкая ее, на край кровати.

"Знаешь, о чем я думал?"

Она прижалась. "У меня есть довольно хорошая идея".

Он рассмеялся, провел рукой по ее волосам. "Я тоже могу подумать об этом. Но я думал, когда зашел в твой офис и увидел, что ты уронил голову на стол, а твое лицо побледнело, как бывает, когда ты, наконец, слишком измучен, чтобы сделать еще один шаг, что через несколько недель мы будем женаты целый год. И я все еще очарован тобой ".

"У нас все хорошо, да?"

"Да, у нас все просто отлично". Он потянул за цепочку, которую она носила на шее, вытащил бриллиантовый кулон, который он когда-то подарил ей, из-под рубашки, где она чаще всего его носила. "Ты был зол на меня, когда я дал тебе это. И все же ты носишь его чаще, чем что-либо, что я когда-либо дарил тебе, кроме твоего обручального кольца ".

"Ты сказал мне, что любишь меня, когда дарил это мне. Это вывело меня из себя. И это напугало меня. Наверное, я ношу это, потому что это меня больше не бесит. Но это все еще иногда пугает меня ".

Хотя его щека покоилась на ее макушке, он безошибочно провел пальцем по отметине, оставленной ножом на ее горле. "Любовь - страшное дело".

Она превратилась в него. "Почему мы не пугаем друг друга?"

Ее губы были на расстоянии дуновения от его губ, когда запищал сигнал соединения.

"Ах, черт возьми, черт возьми". Она переползла через кровать, чтобы ответить на звонок.

***

Ева выскочила из лифта в отделение интенсивной терапии, зашагала по мертвенно тихому коридору. Она ненавидела больницы больше, чем морги. Она шлепнула свой значок на стойку на посту медсестер. "Мне нужно увидеть того, кто здесь главный. Мне нужно увидеть Монику Клайн ".

"Доктор Майклз сейчас с ней. Если бы ты просто подождал - "

"Там, внутри?" Ева ткнула пальцем в сторону толстых стеклянных дверей. Она покончила с ними прежде, чем медсестра смогла сделать больше, чем издать писклявый звук протеста.

Она знала, кого искала. Она получила подробное описание от медтехника, который помогал транспортировать жертву в отделение скорой помощи.

Она прошла мимо комнаты со стеклянными стенами, осмотрела кровать внутри. Женщина, лежащая на нем, выглядела на сто пятьдесят и была привязана к такому количеству машин, что больше не выглядела человеком.

Дай мне полный залп, прямо в сердце, подумала Ева, и закончи мое время чистым.

В соседней комнате мужчина был намного моложе и закутан в тонкую прозрачную палатку.

Она нашла Монику через дверь, доктор просматривал показания на мониторе, в то время как его пациент лежал белый как смерть и неподвижный как камень.

Он оглянулся с раздражением, и нахмуренное лицо омрачила аккуратная бородка и усы цвета паприки.

"Тебе сюда нельзя".

"Лейтенант Даллас, полиция Нью-Йорка". Она показала свой значок. "Она моя".

"Напротив, лейтенант. Она моя".

"Она собирается это сделать?"

"Я не могу сказать. Мы делаем все, что можно сделать ".

"Послушай, я не хочу, чтобы это было похоже на компанию. Две другие женщины не добрались до больницы. Они отправились прямиком в морг. МТ сказала мне, что у нее был сердечный приступ, давление достигло критической отметки и осложнения от передозировки. Мне нужно знать, придет ли она в себя настолько, чтобы сказать мне, кто поместил ее сюда ".

"И я не могу тебе сказать. Ее сердце было повреждено. Мы пока не можем определить, было ли также повреждение мозга. Ее жизненные показатели низкие и слабые. Она в коме. Ее организм был настолько подорван наркотиками, что это маленькое чудо, что она была достаточно в курсе, чтобы позвонить в девять-одиннадцать ".

"Но она это сделала, и я говорю, что это делает ее жесткой". Она посмотрела вниз на Моникву, желая привести ее в сознание. "Наркотики были введены без ее ведома. Ты осознаешь это?"

"Это не было подтверждено, но я слышал сообщения СМИ о двух убийствах".

"Он облил ее двумя нелегалами, затем изнасиловал ее. Мне нужен здесь кто-нибудь с набором для изнасилования ".

"Я попрошу одного из помощников врача позаботиться об этом".

"Мне тоже нужен представитель полиции, чтобы собрать все имеющиеся у нее улики".

"Я знаю правила игры", - сказал Майклз с ноткой нетерпения в голосе. "Сделай свою репутацию, собери свои доказательства. Это не моя забота. Сохранить ей жизнь - это."

"А моя - прижать сукина сына, который поместил ее сюда. Это не делает ее менее значимой для меня. Вы обследовали ее? Лично?"

Он снова открыл рот, затем то, что он прочел на лице Евы, заставило его кивнуть. "У меня есть".

"Какая-нибудь травма? Синяки, укусы, порезы?"

"Нет, никаких. И никаких признаков насильственной сексуальной активности ".

"Была ли она изнасилована?"

"Нет". Он почти покровительственно положил руку на руку Мониквы. "С чем мы имеем дело, лейтенант?"

"Дон Хуан, с таким отношением. Кто узнает, что он не закончил работу, когда это попадет в СМИ. Я приставляю к ней охрану, круглосуточно, и я не хочу никаких посетителей. Нет. Никто не может войти в эту комнату, кроме уполномоченного персонала и копов ".

"Ее семья -"

"Сначала ты очистишь их через меня. Лично я", - добавила она. "Мне нужно знать, есть ли какие-либо изменения в ее состоянии и когда это произойдет. Мне нужно знать, в какой момент она проснется. И мне не нужно никакого дерьма о том, что она не в состоянии отвечать на вопросы. Он хотел, чтобы она умерла, но она не умерла. Двое других так и сделали. Ему слишком весело, чтобы остановиться сейчас ".

"Ты хотел узнать ее шансы? Менее пятидесяти процентов."

"Ну, я ставлю на нее". Ева склонилась над кроватью, говорила тихо, говорила твердо. "Моника? Ты слышишь это? Я ставлю на тебя. Если ты сдашься, он победит. Так что ты не собираешься сдаваться. Давай врежем этому ублюдку по яйцам".

Она отступила назад, кивнула Майклзу. "Ты свяжешься со мной, когда она проснется".

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

К тому времени, когда она покинула Центральный офис, было почти четыре утра, и усталость окутала ее, как влажное одеяло, которое подавляло чувства. Вместо того, чтобы доверять своим рефлексам, она запрограммировала на авто. И надеялся, что шутники из отдела технического обслуживания не разыгрывали никаких шалостей с механизмом.

Тем не менее, она была слишком уставшей, чтобы беспокоиться о том, что она окажется в Хобокене. В Хобокене обязательно должны были быть кровати.

Мусоровозы уже выехали, ковыляя со своим монотонным "свист-бах-стук", и их команды двигаются, как тени, чтобы выбросить содержимое тротуарных емкостей и мусорных баков и подготовить город к очередному дню сбора мусора.

Бригада коммунальщиков в своих призрачно-белых светоотражающих костюмах разбирала половину квартала вдоль Десятой улицы. Противное, сверлящее зубы гудение их гидродомкрата соперничало с головной болью, отдающей в левый висок.

Пара парней окинули ее беглым взглядом из-за защитных очков, когда она остановилась на светофоре. Одна приятная клиентка схватилась за его промежность, ухмыляясь с тем, что, по ее мнению, считалось очарованием в его ограниченном мире, в то время как он дергал бедрами.

Несколько его дружков оглушительно смеялись во время пантомимы.

Она знала, что перешла свой личный порог, когда не смогла вызвать раздражение, чтобы выйти из машины и надрать им яйца, обвиняя их в сексуальных домогательствах.

Вместо этого она откинула голову на сиденье, закрыла глаза, когда датчики зафиксировали смену освещения и машина проехала мимо.

Мысленно она снова перенеслась в квартиру Моники. На этот раз шампанское. Ева узнала этикетку как принадлежавшую Рорку и знала, что шампанское может стоить больше тысячи за бутылку. По ее мнению, чертовски дорого за немного шипучки.

На этот раз он принес очки в спальню, но в остальном обстановка была такой же, как и в предыдущих.

Порождения привычки, подумала она, немного дрейфуя.По очереди.

Сводишь счеты? Большинство игр были соревнованиями, не так ли? Цель не была достигнута с Моникой. Попытались бы они закончить это? Или просто сидеть сложа руки и надеяться, что она выполнила за них работу и закодировалась?

Она поерзала на сиденье, ища утешения.

Позвони Майклзу утром, проверь статус. Инструктируйте охрану на смене. Она поставила надежного Верного Сердца на первую смену. Он был бы солидным. Обрабатываем данные по Аллегани и Дж. Форрестеру. Доведите дело до конца вместе с доктором Теодором Макнамарой. Наг Фини снова взламывает блокировку номера счета, предоставленного Чарльзом. Продолжайте повторный поиск данных по устройству, конфискованному из кибер-джойнта.

Пока что она ничего не добилась по поводу роз. Еще раз надави на цветы.

Прими дозу "проклятого пробуждения" и проглоти дурацкий обезболивающий, прежде чем твоя голова взорвется.

Она ненавидела наркотики. Они заставляли ее чувствовать себя глупой, или слабой, или перегруженной.

Наркотики, должно быть, уже просачиваются в организм Мониквы. Скользя в ней, работая, чтобы укрепить ее сердце, очистить каналы мозга, и Бог знал. Если бы течение повернуло в нужную сторону, она бы проснулась. И помни.

Она была бы напугана, сбита с толку, дезориентирована. Ее разум чувствовал бы себя отделенным от тела, по крайней мере, поначалу. Там были бы белые пятна, и вопросы, которые нужно было задать, попадали бы в некоторые из них.

Она знала, что разум защищал себя от ужаса, когда мог.

Очнуться в больнице, с аппаратами, болью, незнакомыми лицами. Что мог сделать разум, кроме как спрятаться?

Как тебя зовут?

Они спросили ее об этом. Это было первое, о чем они ее спросили. Врачи и копы, стоявшие над каталкой, пока она смотрела на них снизу вверх.

Как тебя зовут, маленькая девочка?

Эта фраза заставила ее сердце учащенно биться, заставила ее попытаться замкнуться в себе. Маленькая девочка. Ужасные вещи происходили с маленькими девочками.

Сначала они думали, что она немая, либо физически, либо психологически. Но она могла говорить. Она просто не знала ответов.

Коп не выглядел злым. Он приходил за врачами и остальными в развевающихся белых халатах или бледно-зеленых халатах.

Позже она узнала, что именно полиция вывела ее из переулка, где она пряталась. Она не помнила этого, но ей сказали.

Ее первым воспоминанием был свет над ее головой, горящий в ее глазах. И тупое, отстраненное давление вправляемой ее сломанной руки.

Она была испачкана потом, грязью и засохшей кровью.

Они говорили с ней мягко, эти незнакомцы, когда они тыкали и подталкивали. Но, как и у полицейского, улыбки не коснулись их глаз. Они были мрачными или отчужденными, полными жалости или вопросов.

Когда они спустились вниз, туда, где она была разорвана, она боролась как животное. Зубами, ногтями, с воющими криками раненого животного.

Вот когда медсестра заплакала. Слеза скатилась по ее щеке, когда она помогала удерживать ее, пока можно было ввести успокоитель в шприц высокого давления.

Как тебя зовут? - спросил ее полицейский, когда она пришла в себя.Где ты живешь? Кто причинил тебе боль?

Она не знала. Она не хотела знать. Она закрыла глаза и снова попыталась уйти.

Иногда наркотики подводят ее. Но если они забирали ее слишком глубоко, воздух становился холодным, холодным, холодным и окрашивался грязно-красным. Она боялась, больше боялась там, внизу, чем незнакомцев с их тихими вопросами.

Иногда, когда она была в том холодном месте, кто-то был с ней. Сладкое дыхание и пальцы, которые скользили по ее коже, как тараканы, которые разбегались по полу, когда включался свет.

Когда эти пальцы были на ней, даже наркотик не смог остановить ее крики.

Они думали, что она не слышит их, не может понять, когда они говорили своим приглушенным шепотом.

Избит, изнасилован. Длительное сексуальное и физическое насилие. Страдает от недоедания, обезвоживания, тяжелой физической и эмоциональной травмы.

Ей повезло, что она выжила.

Ублюдок, который это сделал, должен быть разрезан на мелкие кусочки.

Еще одна жертва. Мир полон ими.

Никаких документов, удостоверяющих личность. Мы зовем ее Ева. Ева Даллас.

Она проснулась от толчка, когда машина остановилась, тупо уставилась на темный камень дома, на отблески света на стекле.

Ее руки дрожали.

Усталость, сказала она себе. Просто усталость. Если она была связана с Моникой Клайн, это было вполне естественно. Еще один инструмент, подумала она, выбираясь из машины, в расследовании.

Теперь она знала, кем она была. Она стала Евой Даллас, и это было больше, чем просто именем, которым система наградила ее. Кем она была раньше, что было раньше, не могло быть изменено.

Если тот сломленный, напуганный ребенок все еще жил внутри нее, это было нормально.

Они оба выжили.

Она потащилась наверх, снимая куртку, освобождая свой оружейный ремень. Спотыкаясь и снимая с себя одежду, она направилась к кровати. Она упала, свернувшись калачиком под теплыми, гладкими простынями и желая, чтобы голоса, которые все еще эхом отдавались в ее голове, утихли.

В темноте рука Рорка обняла ее, притянув спиной к себе. Она вздрогнула один раз. Она знала, кем она была.

Она чувствовала спиной его сердце, его ровное биение. Его рука, ее успокаивающий вес на ее талии.

Слезы, которые подступили к ее горлу, шокировали и ужаснули ее. Где они прятались? Внезапная волна холода предупредила ее, что за этим последует дрожь.

Она повернулась к нему, в него. "Ты нужен мне", - сказала она, когда ее рот нашел его. "Нуждаюсь в тебе".

Отчаянно нуждаясь в тепле, для него, она запустила руки в его волосы.

Она узнала его в темноте - вкус, аромат, текстуру. Здесь, с ним, не было вопросов. Просто ответы. Ответы на все вопросы. Она почувствовала, как его сердце, которое так уверенно билось у нее за спиной, забилось у ее груди.

Он был рядом с ней, как никто другой никогда не был.

"Произнеси мое имя".

"Ева". Его теплые губы пробежались по синяку на ее лице, уняв боль. "Моя Ева".

Такой сильный, подумал он. Так устал. С какими бы образами, которые крутились в ее мозгу, она ни пыталась бороться, он будет бороться вместе с ней. Она искала не нежности, а своего рода безжалостного утешения. Он скользнул рукой вниз по ее телу, использовал свой рот и пальцы, чтобы принести ей это первое резкое освобождение.

Она дрожала, но больше не от холода. Боли, терзавшие ее тело, больше не были вызваны усталостью. Она выгнулась навстречу ему, когда он нашел ее грудь. Быстрые маленькие укусы, которые посылали в нее вспышки удовольствия. Напряженный язык, который обдавал жаром за жаром.

Она перекатилась с ним, ее дыхание было прерывистым, когда они запутались в простынях. Ее тело было бушующим от желаний и становилось скользким под руками, которые встречали их.

Он любил ее длинную, поджарую фигуру, жаждал этого с голодом, который никогда не был полностью утолен. Ее кожа, всегда удивлявшая своей нежностью, была влажной и горячей, так что скользила по нему, как мокрый шелк, когда они двигались вместе. Ее рот вернулся к его, обжигающий, как лихорадка, и погрузил их обоих в безумие.

"Внутри меня". Она перекатывалась, ползала, цепляясь за него. Оседлав его. "Внутри меня". И взяла его жестко, быстро, глубоко.

Ее бедра двигались со скоростью, которая затуманила его разум. Он мог видеть ее фигуру над собой, блеск ее глаз в темноте, когда она жестоко гоняла их обоих.

Избитый, он раскачивался от удовольствия, позволяя ей брать и брать, пока ее голова не откинулась назад, пока он не почувствовал, как оргазм пробивает ее, как кулак стекло.

Пока она не разбилась вдребезги.

Затем он встал на дыбы, притянув ее все еще содрогающееся тело к себе. И отпусти.

***

Она провалилась в сон, как в яму, и оставалась там, растянувшись лицом вниз, в течение трех часов.

Она чувствовала себя значительно лучше, когда проснулась. Она сказала себе, что головная боль прошла, и это было так глубоко похоронено под отрицанием, что это было почти одно и то же.

И она была уверена, что пара глотков в течение дня сделают для нее больше, чем какое-нибудь химическое средство.

Она даже не успела выбраться из постели, как Рорк уже сидел рядом с ней, полностью одетый. На экране у него были приглушенные утренние биржевые сводки, на столе в гостиной все еще соблазнительно дымился кофейник с кофе.

И в одной руке он держал таблетку, подозрительного вида стакан с жидкостью на прикроватном столике.

"Откройся", - приказал он.

"Не-а".

"Я ненавижу ставить тебе новые синяки, но если я должен, я должен".

Они оба знали, что ему понравится использовать грубую силу. "Мне ничего не нужно. Ты никто иной, как толкач химикатов".

"Дорогая, ты говоришь самые приятные вещи". Движением, слишком быстрым, чтобы уклониться, он зажал мочку ее уха между большим и указательным пальцами. Одно движение его запястья и шок от поворота заставили ее рот приоткрыться.

Он бросил таблетку внутрь. "Фаза первая".

Она замахнулась на него, но, поскольку она душила, ее цель была неточной. Следующее, что она осознала, он дергал ее голову за волосы назад и вливал жидкость ей в горло.

Она дважды сглотнула в целях самозащиты, прежде чем ей удалось оттолкнуть его.

"Я убью тебя".

"Все это". С мрачной эффективностью он прижал ее и ввел в нее остаток усилителя. "Вторая фаза".

"Ты покойник, Рорк". Она провела тыльной стороной ладони по подбородку, куда капнула часть бустера. "Ты не знаешь этого, но ты уже перестал дышать. Ходячие мертвецы".

"Мне не пришлось бы заставлять нас обоих проходить через это, если бы ты разумно заботилась о себе".

"И когда ты, наконец, осознаешь, что мертв, и падаешь на землю - "

"Чувствуешь себя лучше?"

" - и ты лежишь там, я собираюсь перешагнуть через твое холодное, безжизненное тело, открыть двери того универмага, который ты называешь кладовкой, и поджечь его".

"Правда, дорогая. Не нужно становиться грубым. Да, лучше", - решил он, кивнув.

"Я ненавижу тебя".

"Я знаю". Он наклонился, чтобы подарить ей легкий поцелуй. "Я тоже тебя ненавижу. Я в настроении для яиц по-Бенедиктовски. Почему бы тебе не принять душ, а потом ты сможешь рассказать мне за завтраком?"

"Я не с тобой разговариваю".

Его усмешка сверкнула, когда он поднялся. "Такое шаблонное и женское оружие". Он повернулся и начал спускаться по лестнице. И ничуть не удивился, когда она приземлилась ему на спину.

"Это больше похоже на это", - выдавил он, когда она сжала его трахею своей согнутой рукой.

"Просто будь осторожен с тем, кого ты называешь женщиной, эйс".

Она отключилась и голой зашагала в ванну. Наблюдая за возмущенным подергиванием ее задницы, Рорк усмехнулся. "Я не знаю, о чем я думал".

***

Она ела только потому, что не было смысла тратить еду впустую. Она сообщила ему только потому, что это помогло ей разобраться в данных, когда она передавала события вслух.

Он слушал, лениво поглаживая кошку.

"Между больницей и персоналом MT, - прокомментировал он, - к настоящему времени средства массовой информации будут накормлены. Это могло бы сработать в твою пользу ".

"Я прикидываю. Эти двое, они не из тех, кто бросается наутек. Слишком много эго на кону, чтобы они могли остановиться хладнокровно. У меня есть много данных о них. Может быть, слишком много, может быть, это часть проблемы. Слишком много данных, недостаточно внимания. Тебе нужно потянуть за все эти нити, они могут запутаться у тебя ".

Она встала, чтобы пристегнуть ремень безопасности на плече. "Я должен упорядочить это".

"Почему ты не позволяешь мне взять Аллегани? В конце концов, это мое. Люди с большей вероятностью рассказали бы мне то, чего не сказали бы бейджу. А то, о чем они мне не говорят, - добавил он, - я могу узнать другими способами. Способы, которые, вероятно, были бы более или менее законными, поскольку теперь я владею компанией ".

"Ваше определение "более или менее" имеет более широкий охват, чем мое". Но это сэкономило бы ей время, а время было необходимо. "Старайся держаться ближе к черте на этом".

"Чья бы это была реплика? Твой или мой?"

"Har. У меня брифинг с командой в Центральном. Передавай мне все, что подберешь".

"Естественно". Прихватив с собой кошку, он встал и подошел к ней. Поцеловал ее. "Берегите себя, лейтенант".

"Почему я должен?" Она направилась к двери. "Ты получаешь такой заряд, делая это для меня".

Рорк взглянул на кошку, слушая, как в коридоре стучат сапоги его жены. "В этом есть смысл".

***

В конференц-зале, который она забронировала в Центральном, Ева включила диск службы безопасности из здания Мониквы.

"Мы видим, что здесь она больше похожа на Брайну Бэнкхед. Похожий физический тип, более утонченная внешность и образ жизни. Он использует здесь еще один образ, который говорит мне, что ему не нравится повторять своего персонажа. Сохраняет свежесть для него. Та же схема, но он может посмотреть на представление под новым углом. Фини?"

Он подхватил ритм. "Согласно результатам проверки ее домашнего подразделения, он использовал имя Байрон в переписке с ней. Вероятность указывает на то, что это от парня-поэта. Лорд Байрон. Сообщения по электронной почте приходят две недели назад."

"Опять же, следует шаблону. Он не торопится. С таким рисунком он бы изучил ее в реальной жизни. Найти место рядом с ее квартирой или рабочим местом. Мы проверяем оба ".

Она оглянулась, когда открылась дверь. Трухарт, молодой и до смешного свежий в своей униформе, покраснел, когда головы повернулись в его сторону. "Прости. Извините меня, сэр. Я опаздываю".

"Нет, ты идешь по расписанию. Отчет?"

"Сэр, состояние субъекта Клайна остается неизменным. Никто без разрешения не входил в ее больничную палату. Я оставался на посту, в помещении, на протяжении всей смены ".

"Были ли какие-либо запросы, касающиеся ее?"

"Несколько, лейтенант, начиная примерно с шестисот ноль-ноль, когда появилось первое сообщение в СМИ. Пять запросов от репортеров, запрашивающих медицинскую информацию ".

"Это насмешка, поскольку у меня было вдвое больше по ссылке в моем офисе ". Выходи, Верное Сердце. Иди немного поспи. Я хочу, чтобы ты вернулся на свой пост в больнице в тысяча восемьсот. Я согласоваю ваши обязанности с вашим сержантом ".

"Да, сэр. Лейтенант? Я ценю, что ты обратился ко мне с просьбой ".

Ева покачала головой, когда он закрыл за собой дверь. "Благодарит меня за то, что я поручил ему самую скучную работу на планете или за ее пределами. Ладно, Рорк копается в Аллегани. Мне нужны все относящиеся к делу данные о Дж. Форрестере и об этом Теодоре Макнамаре, который в настоящее время уклоняется от моих сообщений. И мы тащимся прочь от онлайн-дилера. Мы концентрируемся на химикатах. Как, почему и где они получают свой запас ".

"Мой источник в нелегалах назвал только одно убедительное предположение", - сказал Фини. "Один известный местный дилер, который специализировался на секс-торговле высшего класса и получал прибыль. Меня зовут Отис Ганн, и он плавал около десяти лет назад. У него была довольно хорошая линия поведения, пока он не стал самоуверенным и не начал готовить и подавать собственного кролика на вечеринках ".

"Что он задумал на этот раз?"

"Девятый год из двадцати". Фини вытащил пакет с орехами из одного из своих отвисших карманов. "Райкерс".

"Да? Я давно не посещал старую усадьбу. Интересно, скучали ли они по мне?" Она замолчала, когда ее коммуникатор подал сигнал, отошла, чтобы ответить. "Я только что разрешила Луизе пройти", - сказала она, снова убирая коммуникатор. "Она утверждает, что располагает некоторой информацией о вчерашнем нападении".

Она посмотрела на доску объявлений, на новую фотографию, которую прикрепила к ней. Она сохранила лицо Мониквы отдельно от мертвой. Она хотела, чтобы это осталось там.

Когда она обернулась, она увидела, как что-то произошло между Макнабом и Пибоди. Что-то с небольшим жаром, поэтому она быстро отвела взгляд.

"Пибоди, почему у меня нет никакого чертова кофе?"

"Я не знаю, сэр, но я немедленно это исправлю".

Пибоди выскочила, на самом деле напевая себе под нос, когда она программировала автозапуск. И в ее глазах был яркий блеск, когда она несла кофе Еве.

"Ела в последнее время хорошую пиццу?" Пробормотала Ева, и свет в глазах Пибоди мгновенно сменился смущением и виной.

"Может быть. Просто кусочек... или два."

Ева наклонилась. "Съел весь чертов пирог, не так ли?"

"Это была действительно вкусная пицца. Я вроде как, знаете, соскучился по этому вкусу ".

"Больше никакого напева на дежурстве".

Пибоди расправила плечи. "Нет, сэр. Все гудение немедленно прекратится ".

"И никакого дерьма с блестящими глазами", - добавила Ева и рывком открыла дверь, чтобы посмотреть на Луизу.

"У тебя тоже могут блестеть глаза после действительно хорошей пиццы", - пробормотала Пибоди, затем решила не испытывать судьбу, когда Ева зарычала.

"Даллас". Луиза дважды рассчитала время по коридору. Этим утром на ней был не строгий костюм, а поношенные джинсы и просторная рубашка, которые она обычно надевала для клиники. "Я так рад, что ты здесь. Я не хотел вдаваться во все это по 'ссылке."

"Сядь". Поскольку Луиза была бледна, несмотря на то, что бежала по лабиринту Централа, Ева взяла ее за руку и потянула к стулу. "Сделай вдох, затем скажи мне, что у тебя есть".

"Прошлой ночью. Прошлой ночью у меня было свидание. Напитки в баре Royal."

"Дом Рорка? В отеле "Палас"?"

"Да. Я видел их. Даллас, я видел, как они сидели в кабинке рядом с нашим столиком. Я разговаривал с ней в дамской комнате отдыха ".

"Притормози. Пибоди, принеси немного воды."

"Я не обращала внимания", - продолжила Луиза. "Если бы я был, я бы увидел... Я прямо сейчас вижу ее лицо, когда она сидела перед зеркалом. Это было не просто шампанское. Я врач, черт возьми, я должен был видеть, что она была накачана наркотиками. Теперь я это вижу".

"Мы видим все виды вещей после. Вот." Она сунула воду в руки Луизы. "Выпей, а потом впитай это, Луиза. Впитай это и расскажи мне все, что помнишь ".

"Прости". Она сделала один глоток. "Когда я увидел репортаж СМИ этим утром, я узнал ее. Реализовано". Она снова выпила. "Я позвонил и проверил ее состояние по пути сюда. Улучшения не произошло. Нет. Ее шансы уменьшаются с каждым часом".

"Прошлой ночью. Сосредоточься на прошлой ночи. Ты пьешь в баре ".

"Да". Она сделала вдох. Уравновешенный. "Шампанское, икра. Это было прекрасно. Мы разговаривали. Я не обращала особого внимания ни на что, кроме него. Но я заметил, как бы рассеянно, пару в кабинке. У них тоже было шампанское и икра. Я думаю, я почти уверен, что они уже сидели, когда мы туда пришли. Они сидели очень близко друг к другу. Очень интимно. Они были очень привлекательной парой".

"Хорошо, что дальше?"

"Мы танцевали. Я забыл о них. Но я пошел в гостиную, сел, чтобы освежиться и восстановить равновесие. Для меня это было очень напряженное первое свидание. Пока я был там, она вышла из партера. Она излучала всевозможные сексуальные искры. Сказала мне поздравить ее, что ей очень повезет. Я был удивлен, и наполовину хотел бы быть таким же уверенным. Они уходили, когда я вышел. Они уходили, а я никогда об этом не думал ".

Она вздохнула. "Ее румянец был слишком ярким, ее глаза были стеклянными. Теперь я это вижу".

"Что ты помнишь о нем?"

"Утонченный, привлекательный. Они хорошо смотрелись вместе, и он выглядел естественно в такой обстановке. Хотел бы я заметить больше. Возможно, Чарльз так и сделал ".

Ева почувствовала толчок в животе, увидела это по быстрому подергиванию плеч ее помощника. "Чарльз?"

"Да. Чарльз Монро. Я пытался связаться с ним этим утром, но у него есть его "ссылка только в режиме сообщения".

"Хорошо". О боже. "Возможно, мне нужно будет поговорить с тобой снова".

"Ты можешь дозваниваться до меня в клинике весь день". Она поднялась на ноги. "Хотел бы я больше помогать".

"Помогает все".

***

Ева ничего не сказала об этом, пока вела машину. Она намеревалась ничего не говорить об этом никогда в этой жизни. Но абсолютное молчание Пибоди сломило ее.

"Ты нормально к этому относишься?"

"Я думаю об этом. Это была не работа ".

"Что?"

"Вчера у них была такая атмосфера. Это было свидание, а не работа. Меня это устраивает", - решила она. "Я имею в виду, мы просто друзья. Это был просто своего рода шок, вот и все ".

Она оглянулась, на вход в здание Чарльза, когда Ева подъехала к обочине. По-видимому, ей лучше смириться с этим.

Он направлялся к лифту, когда они вышли. "Даллас. Я как раз зашел повидаться с тобой. Я только что видел - "

"Я знаю. Давай сначала зайдем внутрь ".

"Ты знаешь, но... Луиза. Она расстроена? Мне нужно позвонить ей ".

Брови Евы поднялись, когда он возился с кодом своей двери. Невозмутимый Чарльз был определенно потрясен. "Позже. С ней все в порядке ".

"Не соображаю здраво", - признался он и рассеянно провел рукой по плечу Пибоди, когда они все вошли внутрь. "Этим утром я провел час в ванне для релаксации. Экран включился всего несколько минут назад. Отчет ударил меня по лицу. Мы видели их только прошлой ночью. Он и женщина, которую он пытался убить."

"Скажи мне".

Это было почти идентично заявлению Луизы, за исключением интерлюдии в гостиной. Но предположение Чарльза о том, что мужчина был LC, заинтересовало ее.

"Почему ты так подумал?"

"Он был отстранен, совсем немного. Это трудно объяснить. Он был очень заботливым, очень мягким, но под этим скрывался расчет. Он позволил ей совершать все физические домогательства и позволил ей оплатить счет. Я был занят, - признался он, - но я заметил, как он смотрел ей вслед, когда она вошла в гостиную. Опять расчет. И самодовольство. Просто краткое впечатление с моей стороны. Некоторые LCS думают о клиентах именно так ".

"Как насчет клиентов?"

"Прости?"

"Некоторые клиенты смотрят на LCS именно так".

Он изучал лицо Евы, затем кивнул. "Да. Ты прав насчет этого ".

Она повернулась к двери. "Свяжись для меня с кем-нибудь из своих партнеров, хорошо, Чарльз? Для клиента, который любит классическую музыку, розовые розы и свет свечей ". Она бросила взгляд через плечо. "И поэзия. Вы, люди, храните файлы клиентов в настройках, верно?"

"Если мы хотим остаться в бизнесе, мы это делаем. Я поспрашиваю вокруг. Делия? Можно меня на минутку?"

Ева продолжала идти. "Я вызову лифт".

"Я знаю, что мы договорились поужинать этим вечером", - начал он.

"Не беспокойся об этом". Ей было легко поцеловать его в щеку. Для этого и существуют друзья. "Она мне нравится".

"Спасибо". Он сжал руку Пибоди. "Я тоже".

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Обычно сотрудники нервничали, когда Рорк неожиданно появлялся в одной из своих компаний. По его мнению, немного нервов помогало людям оставаться в тонусе.

Он хорошо платил, и условия труда, которые были во всех его компаниях, фабриках, филиалах и офисах по всему миру и его спутникам, были, несомненно, высокими.

Он знал, что значит быть бедным, и быть окруженным тусклым, темным, грязным. Для некоторых - для него самого, например - это было мотиватором достичь большего. Любыми возможными средствами. Но для большинства скупая зарплата и душная коробка, в которой ее зарабатывали, способствовали безнадежности, негодованию. И воровство.

Он предпочитал более высокие издержки, которые, как правило, обеспечивали комфорт тем, кто принадлежал ему, лояльность и продуктивность.

Он прошелся по главному уровню Аллегани, делая мысленные пометки о том, что, возможно, нужно было бы скорректировать в плане безопасности, в декоре. Он не обнаружил сбоев в общении, поскольку через несколько мгновений после того, как он попросил поговорить с главным химиком, его сопроводили на тридцатый этаж. Взволнованный администратор, который шел впереди, дважды предлагал ему кофе и в общей сложности трижды извинялся за задержку с поиском доктора Стайлза, прежде чем они добрались до кабинета этого человека.

"Я уверена, что он очень занят". Рорк обвел взглядом большую, несколько неорганизованную комнату, где солнце и экраны для уединения были надежно закреплены на окне.

Место было темным, как пещера.

"О да, сэр. Я уверен, что это так, сэр. Могу я принести вам немного кофе, пока вы ждете?"

Трое на троих, подумал он. "Нет, спасибо. Если доктор Стайлз в одной из лабораторий, возможно - "

Он замолчал, когда вошел мужчина в развевающемся лабораторном халате и с хмурым видом. "Я в середине проекта".

"Так я себе и представлял", - мягко сказал Рорк. "Простите, что прерываю вас".

"Что ты здесь делаешь?" - потребовал он у перепуганной секретарши. "Разве я не говорил тебе, что не хочу, чтобы люди суетились в моем офисе?"

"Да, но - "

"Убирайся. Убирайся ". Он лично оттолкнул ее, замахав на нее руками, как фермерша, разгоняющая цыплят. "Чего ты хочешь?" - сказал он Рорку и резко захлопнул дверь кабинета.

"Я тоже рад видеть тебя снова, Стайлз".

"У меня нет времени на болтовню и политику. Мы работаем над новой восстанавливающей сердце сывороткой ".

"Как дела?"

"Это набирает обороты, которые ты останавливаешь, вызывая меня из моей лаборатории".

Он сидел, без всякого изящества, мускулистый мужчина с плечами защитника "Арена Болл". На его лице доминировал нос, который прорезал центр его лица, как топор гранит. Его глаза были черными и задумчивыми, рот постоянно хмурился. Его волосы, тускло-серые, которые он отказался менять, торчали из кожи головы, как стальная вата.

Он был невоспитанным, вспыльчивым, угрюмым и саркастичным.

Он очень нравился Рорку.

"Вы работали здесь, когда Аллегани был связан с Дж. Форрестером".

"Хах". Стайлз достал трубку, которую не набивал пятнадцать лет, и пожевал мундштук. "Я работаю здесь с тех пор, как ты еще сосал большой палец и пускал слюни на подбородок".

"К счастью, я вырос из обеих пагубных привычек. Партнерство было связано с конкретным проектом ".

"Сексуальная дисфункция. Люди не так сильно беспокоились о сексе, они бы сделали больше ".

"Но какой в этом был бы смысл?" Рорк поднял коробку, наполненную, по-видимому, дисками периодических изданий десятилетней давности, и поставил ее на пол.

"Теперь ты женат, не так ли? Секс вылетает в окно".

Рорк подумал о Еве, возвышающейся над ним в темноте. "Это то, что с ним случилось?"

Веселье в тоне заставило Стайлза фыркнуть, что могло быть смехом.

"В любом случае, - продолжил Рорк, - мне нужна информация о партнерстве, проекте и игроках".

"По-твоему, я выгляжу как гребаный банк данных?"

Рорк проигнорировал вопрос. Более того, он проигнорировал доставку, чего не сделал бы для многих. "Я уже получил доступ к большому количеству данных, но личный подход полезен. Теодор Макнамара."

"Мудак".

"Поскольку я полагаю, что это ваш ласковый термин для обозначения почти всех ваших знакомых, и, исходя из этого, возможно, вы могли бы выразиться более конкретно".

"Больше заинтересован в прибыли, чем в результатах. В славе, чем общая картина. Отправлю тебя на смерть и обратно только ради удовольствия доказать, кто нажимал на кнопки. Хотел сделать себе имя. Тогда он был здесь вожаком, и он позаботился о том, чтобы мы все знали об этом, мочась на всех как можно чаще. Обхаживала СМИ, как рекламная шлюха ".

"Я так понимаю, вы не собирались выпить пива после тяжелого дня за чашкой Петри".

"Не смог вынести этого сукина сына. Не могу поколебать его профессиональные навыки. В этой надутой примадонне есть блестящий ум ".

Он немного пососал свою трубку, размышляя. "Он вручную отобрал большинство команд. Втянул в это свою дочь-половую тряпку. Как, черт возьми, ее звали... Хах, кому какое дело? Хороший мозг, работала как собака, и ей нечего было сказать в свое оправдание ".

"Могу ли я предположить из этого, что проект был в первую очередь детищем Макнамары?"

"Он принял большинство решений, наметил направление, в котором развивалась работа. Это был корпоративный проект, но Макнамара был номинальным руководителем, представителем, главным сукиным сыном во главе. На сделке стояла куча денег. Корпоративные деньги, частные инвесторы. Секс продается. Нам немного повезло в паре областей".

"Значительный".

"Гарантируя мужчине, что у него все еще может быть стояк, когда ему сто два, и позволяя женщине поддерживать тиканье своих биологических часов, превышающее полувековую отметку". Стайлз покачал головой. "Деньги и средства массовой информации из-за этого подняли ситуацию. Менее эффектный материал, который мы выполнили - средства от бесплодия без риска многоплодных родов - не был так достоин освещения в прессе. Начальство хотело большего, и Макнамара оказал на нас давление, чтобы мы дали им больше. Мы работали с опасными элементами, с неуравновешенными. Соблазнительные. Расходы выросли, и эксперименты продвигались слишком быстро, чтобы компенсировать разницу. Плохая химия. Побочные эффекты, несанкционированное использование. Тоже развлечение. Начали накапливаться судебные иски, и они закрыли проект ".

"А Макнамара?"

"Удалось избежать вони". Рот Стайлза скривился от отвращения. "Он знал, что происходит. От него никогда ничего не ускользало".

"А как насчет персонала? Ты помнишь кого-нибудь, у кого была особая привязанность к рекреационному использованию?"

"Я похож на хорька?" - Рявкнул Стайлз.

"На самом деле... ах, ты имел в виду метафорически, не буквально."

"Подожди еще пятьдесят лет, и ты тоже не будешь выглядеть такой хорошенькой".

"Просто еще одна вещь, которой стоит с нетерпением ждать, Стайлз". Рорк переключил передачу, протрезвел, наклонился вперед. "Вряд ли это можно назвать сплетней. Две женщины убиты, одна в коме. Если есть вероятность , что источник возвращается к этому проекту - "

"Какие женщины? Какие убийства?"

Рорк едва не вздохнул. Как он мог забыть, с кем разговаривал? "Время от времени выбирайся из лаборатории, Стайлз".

"Почему? Там, снаружи, есть люди. Ничто не портит все быстрее, чем люди ".

"Прямо сейчас есть человек или люди, которые накачивают женщин теми самыми химикатами, с которыми вы и эта лаборатория экспериментировали. Накачиваю их наркотиками до смерти."

"Чертовски маловероятно. Знаете ли вы, сколько потребуется усилий, чтобы вызвать смерть? Стоимость задействованных элементов?"

"У меня есть эти данные, спасибо. Стоимость в данном случае, похоже, не является проблемой ".

"Чертовски много денег, даже если он готовит это сам".

"Что нужно, чтобы приготовить это самому?"

Стайлз на мгновение задумался. "Хорошая лаборатория, диагностические и уравнительные установки, первоклассный химик. Фиксатор с воздушным уплотнением для удержания во время процесса стабилизации. Должно финансироваться частным образом, на черном рынке. Любая аккредитованная лаборатория или центр работали над этим, я бы знал об этом ".

"Приложи ухо к земле, - сказал ему Рорк, - и посмотри, услышишь ли ты что-нибудь, что не аккредитовано". Его карманный линк запищал. "Прошу прощения".

Он включил режим конфиденциальности, включил наушник. "Рорк".

***

Ева ненавидела охлаждать пятки. Она особенно ненавидела это в пространстве, где ее считали женой Рорка, может быть, больше, чем значком. Дворец был одним из таких пространств.

Она ненавидела это лишь немного меньше после того, как ее сопроводили в гостиничный офис Рорка, где она смогла допросить официанта, который обслуживал Монику, и нападавшего на нее.

Она предпочла свой визит в Райкерс, где условия были скромными, персонал ворчливым, а заключенные злобными. Даже если ее интервью с Ганном зашло в тупик, это было в более комфортной обстановке.

"Я прикажу, чтобы Джамала привели к тебе, как только он прибудет". Безжалостно лощеная хозяйка салона сделала жест рукой, когда двери лифта открылись. "Если есть что-то еще, что я или кто-либо из дворцового персонала, может сделать, чтобы помочь в вашем расследовании, вам стоит только попросить".

Для разблокировки офиса требовались отпечаток большого пальца и код, а для этого требовалось заручиться помощью исполнительного офис-менеджера.

Безопасность никогда не считалась чем-то само собой разумеющимся в холдинге Roarke Industries.

"А пока", - хозяйка тепло улыбнулась, - "могу я предложить вам что-нибудь освежающее?"

"Искрящееся манго". Пибоди вмешалась с просьбой, прежде чем Ева смогла возвести стену против таких тонкостей. Она встретила суровый взгляд Евы. "Я вроде как хочу пить".

"Конечно". Хозяйка скользнула к резному буфету, в котором находился центр освежающих напитков, и запрограммировала автоматическое приготовление. "А для вас, лейтенант?"

"Просто официант".

"Он должен прийти очень скоро". Она предложила Пибоди манго в высоком рифленом бокале. "Если я больше ничего не могу для тебя сделать, я оставлю тебя в покое".

Она вышла, осторожно закрыв за собой двери.

"Это действительно вкусно". Пибоди смаковала каждый глоток. "Ты должен пойти на это".

"Мы здесь не для того, чтобы потягивать модные напитки". Ева бродила по комнате. Несмотря на ультрасовременное оборудование, это была скорее роскошная квартира, чем офис. "Я хочу услышать показания официанта, прежде чем я ударю доктора Макнамару. Прекрати глотать это и проверь состояние Моники Клайн ".

"Я могу сделать и то, и другое".

Пока она это делала, Ева связалась с Фини. "Дай мне что-нибудь".

"Ты уже был в "Райкерс"?"

"Пришел и ушел. Мы с Ганном обменялись несколькими любезностями, во время которых он предложил мне совершать различные сексуальные действия над собой, которые, какими бы изобретательными они ни были, либо анатомически невозможны, либо незаконны ".

"Все тот же старый Ганн", - сказал Фини с некоторой нежностью.

"В остальном, он был неудачником. Он был достаточно взбешен, узнав, что кто-то там зарабатывает деньги в его районе, чтобы я поверил, что он ни черта не знает. Так дай мне что-нибудь".

"Я говорил тебе, что это займет время".

"Время идет. У одного из них может быть свидание сегодня вечером ".

"Даллас, ты знаешь, сколько дерьма прошло через это подразделение? Ради всего святого, это публичный прокат. Я не могу просто протянуть руку и вытащить одного пользователя, как чертового кролика из шляпы ".

"У тебя есть подразделение Клайна. Ты не можешь провести перекрестную проверку?"

"Я выгляжу так, будто это мой первый день на работе? Он не играл с ней в этот раз. Не то, что я могу найти. Ты хочешь, чтобы я объяснил, какого черта я здесь делаю, или ты хочешь, чтобы я сам это сделал?"

"Сделай это". Она хотела прерваться, но остановила себя. "Прости", - добавила она, затем отключилась.

"Без изменений", - сказала ей Пибоди. "Она все еще в критическом состоянии и в коме".

Дверь открылась. Ева сказала себе, что ей не следовало ни в малейшей степени удивляться, увидев входящего Рорка.

"Что ты здесь делаешь?"

"Я полагаю, что это мой офис". Он огляделся. "Да, я уверен, что это так. Джамал, это лейтенант Даллас и офицер Пибоди. Они зададут тебе несколько вопросов и потребуют твоего полного сотрудничества ".

"Да, сэр".

"Расслабься, Джамал", - сказала ему Ева. "У тебя нет никаких проблем".

"Нет. Это о женщине в коме. Я увидел бюллетень и подумал, идти ли мне в полицейский участок или на работу ". Он взглянул на Рорка.

"Здесь обстановка немного более комфортная", - непринужденно сказал Рорк.

"Это ты так говоришь", - пробормотала Ева себе под нос.

"Садись, Джамал", - пригласил Рорк. "Не хотите ли чего-нибудь выпить?"

"Нет, сэр. Спасибо тебе ".

"Вы не возражаете", - прервала Ева, "если я проведу это интервью?"

"Вовсе нет". Рорк подошел и сел за свой стол. "И нет, я не ухожу. Джамал имеет право на присутствие представителя ".

"Я хотел бы помочь". Джамал сел, выпрямив спину, как стрела, и аккуратно сложил руки на коленях. "Даже если бы мне не было поручено оказывать полное содействие, я бы хотел помочь. Это мой долг".

"Что ж, это освежающий подход, Джамал. Я собираюсь записать это. Пибоди?"

"Да, сэр. Запись включена".

"Интервью с Джамалем Джабаром, касающееся попытки убийства Моники Клайн. Файл дела H- 78932C. Даллас, лейтенант Ева, проводит собеседование. Также присутствуют Пибоди, офицер Делия, в качестве помощника и Рорк, как избранный представитель объекта Джабар. Джамал, ты работаешь официантом в баре Royal отеля Roarke Palace. Верно?"

"Да. Я служу здесь три года".

"И прошлой ночью в этом качестве вы обслужили пару на пятом участке вашего отделения".

"За свою смену я обслуживал четыре пары на этой станции".

Ева достала фотографии, подняла их. "Ты узнаешь этих людей?"

"Я верю. Прошлой ночью они были в моем отделении, на пятом участке. У них была бутылка "Дом Периньон '56", белужья икра с полным сопровождением. Джентльмен прибыл незадолго до девяти часов и был очень конкретен в том, что он хотел, чтобы ему подали, и как."

"Он прибыл первым".

"О да, почти за тридцать минут до появления леди. Но он велел мне немедленно принести шампанское и открыть бутылку. Он хотел излить себя. Икру должны были подать после ее прибытия".

"У него была с собой сумка, черная кожаная, с длинным ремешком?"

"Он сделал. Он не хотел проверять это. Он держал это на столике рядом с собой. Он сделал один звонок по своей 'ссылке. Я предположил, что это было для леди, поскольку он так долго ее ждал. Но он не казался нетерпеливым, и когда я зашла, чтобы убедиться, что ему удобно, и спросила, не опаздывает ли его гостья, он сказал мне, что нет ".

"Когда он налил шампанское?"

"Я точно не заметил, но когда было почти половина десятого, бокалы были полны. Она прибыла вскоре после этого. И я поняла - думала, что поняла, почему он пришел так рано, если она действительно пришла вовремя. Я предположила, что он нервничал, поскольку это было первое свидание ".

"Как ты узнал, что это было первое свидание?"

"Я бы догадался, потому что в начале между ними было возбуждение и небольшая формальность. Но я был уверен в этом, когда услышал, как она говорила, как она счастлива наконец встретиться с ним лицом к лицу ".

"О чем они говорили?"

Джамал повернулся к Рорку. "Мы не должны слушать разговоры гостей".

"У тебя есть уши. Слышать - это не то же самое, что слушать."

"Нет, это не так". На лице Джамала отразилась его признательность за ее отличие. "Когда я подавал икру, они говорили об искусстве и литературе, о том, как люди делают, когда ищут удобное место, чтобы договориться друг с другом. Он был очень внимателен, но по-джентльменски. В самом начале."

"Но это изменилось".

"Можно сказать, что они стали очень... очень быстро расслабляемся друг с другом. Они прикасались, целовались так, что это указывало на близость или готовность к ней. Если вы понимаете меня, лейтенант."

"Да, я следую за тобой".

"Когда я очищал икру, платила дама. Это показалось мне неприятным, поскольку именно он сделал заказ ". Он выглядел немного застенчивым. "Но она дала мне очень щедрые чаевые. Они задержались за вином. Она стала, как мне показалось, довольно агрессивной. В какой-то момент..." Он поерзал на стуле, переплел пальцы. "Я видел ее руку под столом. И, ну, в его штанах. Поскольку это противоречит политике ресторана, я раздумывал, не сообщить ли об этом своему начальнику. Но потом она встала и пошла в дамскую комнату отдыха. Когда она вернулась, они ушли".

"Ты когда-нибудь видел кого-нибудь из них до прошлой ночи?"

"Я не помню ее, но мы видим так много людей. В конце концов, Royal Bar - это достопримечательность города. Но я помню его".

Голова Евы приподнялась, всего на дюйм. "Как?"

"Он уже был в моем отделе раньше, на той же станции. Всего неделю назад, возможно, чуть больше. С другим мужчиной. Он не выглядел так же, но это был он. Прошлой ночью его волосы были светлее и длиннее. Его лицо как-то изменилось. Я действительно не могу сказать."

"Но ты узнал его?"

"Его кольцо. Я восхищался этим раньше. Моя жена - ювелир, поэтому я склонен замечать хорошую вещь, когда вижу ее. Это широкое кольцо с чередующимися лентами из белого и желтого золота с квадратным камнем. Рубин с вырезанной на нем головой дракона. Очень характерно. У его спутника тоже было такое, но с сапфиром. В то время я думал, что они были парой, и это их обручальные кольца ".

"На этом мужчине прошлой ночью было кольцо с рубином".

"Да. Я чуть было не сказала об этом, но, поскольку он выглядел так по-другому, я предположила, что он не хотел, чтобы его узнали. И он совершенно ясно дал понять, что не желает разговаривать со своим официантом ".

Ева поднялась на ноги, обошла комнату. "Расскажи мне о том времени, когда ты видела его раньше. Он и другой мужчина."

"Я помню только, что это было около недели назад. Я не помню, в какой вечер. Но я думаю, что это было в начале моей смены. Около семи часов. У них было вино и закуски". Он слабо улыбнулся. "И не давал хороших чаевых".

"Как они заплатили?"

"Наличными".

"О чем они говорили?"

"Я не очень много слышал. Казалось, они спорили, но добродушно, о том, кто из них начнет игру. Они были в очень приподнятом настроении. И когда я принимал заказ с шестой станции, меня позабавило, что джентльмены из пятой подбрасывали монетку ".

Брайна Бэнкхед, подумала Ева, умерла, подбросив монетку. "Мне нужно, чтобы ты поработал с техником-визуализатором, Джамал".

"Боюсь, я не смогу описать его очень хорошо".

"Давайте побеспокоимся об этом. Мы ценим ваше сотрудничество. Ты оказал действительно большую помощь. Кто-нибудь свяжется с вами по поводу изображения ".

"Хорошо". Он взглянул на Рорка, получил одобрительный кивок и поднялся. "Я надеюсь, что все, что я тебе сказал, поможет тебе остановить его от причинения вреда кому-либо еще".

"Джамал". Рорк поднялся на ноги. "Я поговорю с вашим начальником. Вам заплатят за то время, которое вам потребуется, чтобы отлучиться, чтобы помочь полиции. Любое потерянное время не повлияет на ваши льготы или зарплату ".

"Благодарю вас, сэр".

"Мы управляем кольцом", - отрезала Ева, как только двери закрылись за Джамалом. "Каждый ювелирный магазин в Нью-Йорке, который делает изделия на заказ. Закажите технику визуализации, приоритет номер один ".

"На нем", - ответила Пибоди.

"Лейтенант?" Голос Рорка остановил ее прежде, чем она сделала два шага к двери.

"Что?"

"Куда ты идешь?"

"Центральная, просмотреть диски системы безопасности. Посмотрим, смогу ли я разглядеть кольца ".

"Ты можешь сделать это здесь. И на этом оборудовании намного быстрее. Компьютер, запись с диска безопасности, Королевский бар, шестое июня, двадцать два сорок пять."

Работает... Выбор дисплея?

"Подожди минутку? У вас есть визуальная охрана в гостиной?"

"Я верю в тщательность".

Она выругалась себе под нос. "Ты мог бы упомянуть об этом".

"Видеть это намного эффективнее. Первый настенный экран."

Гостиная выплеснулась на экран, вся роскошь и цвет. Элегантные сидели за столиками или скользили по танцполу, в то время как те, кто их обслуживал, плавно переходили от столика к кабинке, от кабинки к тому, что, как она предположила, было кухней.

Изображения ускорились, когда Рорк вручную заказал ускоренную перемотку.

"Он должен появиться в любое время ... Ах". Он остановил прогресс, заморозил экран.

Ева подошла ближе, сосредоточившись на его руках. "Не могу разглядеть кольцо под этим углом. Продолжай в том же духе". Она ждала, наблюдая, как он коротко переговаривается с вечерней хозяйкой. Наблюдал, как его вели к его зарезервированной кабинке. Его руки были под столом и вне поля зрения, когда Джамал подошел, чтобы поприветствовать его.

"Давай, давай, давай", - убеждала Ева. "Почеши нос или что-нибудь в этом роде".

Джамал вернулся с бутылкой шампанского, бокалами. Установка завершена. Но когда он предложил налить вина, от него нетерпеливо отмахнулись.

"Стоп-кадр", - приказала Ева, но Рорк уже сделал это.

"Увеличить сектор с двадцати по тридцать, пятьдесят процентов".

Когда Рорк повторил ее просьбу, Ева поняла, что устройство настроено только на его голосовые команды. Любое раздражение, которое она могла бы испытывать, было подавлено удовлетворением от того, что она увидела кольцо с рубином во всех деталях. "Я хочу распечатку этого".

"Сколько?"

"Дай мне дюжину. И перенеси этот диск в мой офисный блок и на компьютер Пибоди ".

Пибоди открыла рот, затем мудро решила не спрашивать, как гражданское лицо могло передавать данные официальному подразделению без кодов доступа и электронной авторизации.

"Давайте посмотрим, сможем ли мы сэкономить немного времени. Пибоди, я хочу, чтобы ты связалась с ювелирами. Покажи им изображение кольца. Посмотрим, сможем ли мы отметить мастерскую, которая это сделала. Есть ли здесь место, где она могла бы расположиться, может быть, на час?" Спросила Ева у Рорка.

"Конечно". Он связался со своим исполнительным помощником по межофисному коммуникатору. "Ариэль, офицеру Пибоди требуется личное рабочее место. Она встретится с тобой в main."

Он взглянул на Пибоди. "Просто выйди в главную приемную на этом этаже. Ариэль позаботится об этом ".

"Великолепно". И с мечтами о еще одном игристом манго в ее будущем, Пибоди направилась к выходу.

"Ты захочешь посмотреть остальное", - сказал Рорк и возобновил игру на нормальной скорости и расстоянии.

На экране убийца выстроил бок о бок флейты. Он налил каждому по полстакана, оглядывая комнату, пока они пенились и пузырились. Его рука поднялась и зависла над одним из бокалов.

"Замри. Усиливай."

Она подошла на расстояние нескольких дюймов от экрана и ясно увидела струйку прозрачной жидкости, стекающую из его руки в стакан. "Когда я заполучу этого ублюдка, ПА устроит чертову карусель над этим диском. Возобновление игры, то же улучшение, четверть скорости. Вот, вот, посмотри на это. В его руке зажат флакон. Заранее отмерено, или я - задница обезьяны".

"И я могу засвидетельствовать, что это не так. Отметка времени, - продолжил Рорк, - показывает, что он дал себе несколько минут свободы. На случай, если она придет раньше. Теперь он наполнил оба бокала, поставил один с шипами через стол."

"Дай мне снова полный обзор. Посмотри на него. Посмотри на его лицо. Чертовски доволен собой. Маленький приватный тост. Теперь он делает вызов. Его партнер. Все на месте, не могу дождаться, когда вернусь домой и расскажу тебе, как все прошло. Мы попросим читающего по губам изучить это, посмотрим, насколько я близок ".

"Вот она идет", - прокомментировал Рорк.

Моника вошла в гостиную. Колебался. Затем ее губы изогнулись. "Вот он, она думает", - тихо сказала Ева. "И он красив, как она и надеялась, что он будет. Смотри, встает идеальный джентльмен. Берет ее за руку, слегка чмокает в костяшки для романтического прикосновения.

"Шампанское? Как восхитительно. Щелкни стаканами. Идеальный сценарий. Вы вряд ли заметили бы это хищное выражение на его лице, когда она пьет, если бы не знали, что он монстр. Если вы не знали, по его мнению, он убивает ее прямо сейчас ".

"Я никогда не узнаю, как ты это делаешь. День за днем." Теперь Рорк заговорил у нее за спиной, положив руки ей на плечи, чтобы растереть узлы напряжения.

"Потому что я знаю, в своем уме, я заполучу его. Они. Они оба. Они думают, что рассмотрели все углы, но вы никогда не учитываете их все. Ошибки есть всегда. Маленькие ошибки. Он думает, что он в безопасности, думает, что он умен. Любой, кто посмотрит на них, увидит, что это она делает здесь ходы. Это она придвигается ближе в кабинке, касается его руки, его волос, наклоняется. Кто бы посмотрел на эту красивую сцену и увидел изнасилование?"

"Это причиняет тебе боль. Не говори мне, что это не так, - сказал он, и в его голосе прозвучало раздражение. "Ты перевязываешь это, но это причиняет тебе боль".

"Это только заставляет меня усерднее работать, чтобы остановить его. О боже, там Чарльз и Луиза ".

"Так вот почему ты отослал Пибоди?"

"Мне не нужно, чтобы она отвлекалась, и я не думаю о ее странных платонических отношениях с Чарльзом и еще более странных сексуальных отношениях с Макнабом, потому что это отвлекает меня. Что это, стандартный план соблазнения А: шампанское и икра?"

"Насколько я помню, ты предпочитал кофе и красное мясо".

"Я предпочту настоящую корову кучке рыбьих яиц, каких угодно! Он дал ей стимул. Та же сделка с маленькой ладошкой, новый флакон. Две дозы в нее, прежде чем они доберутся до ее места. Это отменяется. Лаборатория обнаружила следы шлюхи на стекле в гостиной, Кролика в спальне. Но ее анализ на токсины не выявил в ее организме столько шлюхи. Вот почему она не мертва ".

"Она пьет это", - указал Рорк.

"Да, немного поработаю с ним рукой под столом и выплесну его обратно. Он дает ей третью дозу у нее дома. Как ее организм усваивает столько? Потому что этого не произошло. Она очистилась. Облажался. Она стройная, но не тощая", - размышляла Ева. "Не похоже на тип расстройства пищевого поведения. Наверное, просто подташнивает. Когда она была здесь, в гостиной, или дома. Выпила немного вина и рыбьей икры, и достаточно наркотика, чтобы не допустить полной перегрузки ее организма.

"Ошибка", - сказала она. "Он об этом не подумал. Когда он оставил ее, она была без сознания, и он принял ее за мертвую. Говорит мне, что он не врач или какой-либо другой медтехник. Это другой парень, который знает этот конец. Этот просто помешан на компьютерах. Запустите диск со второго убийства. Я хочу посмотреть, смогу ли я также получить хорошее изображение этого кольца ".

***

"Кевин, ты действительно становишься утомительным". Раздался механический свист и облако холодного воздуха, когда Люциас распечатал криоустановку и выбрал желаемый раствор в морозильной камере. "В первый раз ты почти в истерике, потому что девушка умерла. Теперь ты грызешь ногти, потому что этот не сделал ".

"Я не хотел убивать первого".

"И сделал второе". С помощью щипцов Люциас вставил упаковку в прорезь на обработанном стеклянном подносе. "Я бы сказал, что по ходу игры, старина, ты в минусовой колонке".

"Ты тот, кто готовит". Подозрение, смешанное с гневом и страхом, сделало голос Кевина уродливым. "Что мешает тебе поиграть со смесью для моей сумки?"

"Чувство честной игры, конечно. Обман уменьшил бы удовлетворение от победы. Мы договорились о системе чести, Кев."

"Она, скорее всего, умрет, так что пока не отмечай свою оценочную карточку".

"Это дух. И снова в интересах честной игры, я предлагаю оценить ее госпитализацию в пять баллов, поскольку мы оцениваем смерть в целых десять. Если твой маленький товарищ по играм умрет до того, как я вернусь домой со свидания сегодня вечером, ты снова будешь в лидерах. Прекраснее этого и быть не может. И если она этого не сделает..." Он пожал плечами, затем задвинул поднос с различными упаковками в тонкий отсек, запрограммировал время и температуру. "Я иду вперед. Мы можем увеличить ставки, сделав двойной заказ".

"Двое за один день?" Ужас и трепет от этой идеи поразили Кевина одновременно.

"Если ты достаточно мужчина".

"Мы не подготовились. Расписание предусматривает три выходных дня после сегодняшнего тура. Ни одна из целей не будет в очереди до следующей недели ".

"Графики - это для любителей и трутней". Люциас приготовил им обоим по маленькому коктейлю. Неразбавленный скотч с примесью зонера. "Давай поднимем их, Кевин. У нас обоих будут впечатляющие результаты в Америке, прежде чем мы перенесем игру во Францию ".

"Пикник в парке", - подумал Кевин. "Послеобеденное свидание. Да, это может быть весело. И было бы лучше начать смешивать наши методы. Бросьте полиции неожиданный поворот, чтобы запутать их вероятности и профили ".

"Дневные игры. В них есть свое особое щегольство, тебе не кажется?"

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

"Никаких хлопков на кольцах", - сказала Ева своей команде.

Ей пришлось потесниться, наступить на пятки и подкупить секретаря по расписанию кусочком швейцарского шоколада, но ей удалось зацепить конференц-зал.

Рорк был хорош для шоколада и только слегка ухмыльнулся бы под углом подкупа.

"Лучшее, что у нас есть, это то, что они не семейные реликвии. Ювелиры, к которым обратилась Пибоди, согласны, что это не антиквариат. Если камни и оправы подлинные, стоимость оценивается в двести пятьдесят тысяч каждый."

"Любой парень, у которого на пальце четверть миллиона, - придурок", - таково было мнение Фини. "И показуха".

"Согласен. Процент пафоса и показухи высок. Я хочу начать поиск по ним по всему миру, поэтому я передаю этот мяч ЭДДУ ". И она использовала свой личный источник для показа предметов. Может, Рорк и не носил безделушек сам, но он был уверен, что был экспертом в том, чтобы покупать их и обвешивать ими ее.

"С официантом работает визуализация, но это медленно. Он гораздо яснее разбирается в кольцах, чем парни, которые их носят. Мы можем получить доступ к дискам службы безопасности за последнюю неделю или две из Дворца, но потребуется время, чтобы просмотреть их, и удача, чтобы найти наших людей. Я проведу эту пробежку лично, но тем временем, если к утру ничего не изменится, я собираюсь попросить нашего свидетеля согласиться на гипнотерапию ".

"Нет никакой гарантии, что на них не было улучшений, когда они встретились за выпивкой", - отметил Макнаб и заслужил редкий одобрительный кивок от Евы.

"Это верно, но мы все равно детализируем изображение. Мы продолжаем строить коробку, пока не запрем их внутри. Прогресс с арендой квартиры?" Она взглянула на Фини. "И не лезь ко мне в задницу".

"Забавно, что ты спрашиваешь. Мы убрали большую часть болтовни. Ты не поверишь, какое дерьмо люди присылают через прокат. Порносайты выигрывают десять к одному ".

"Так хорошо, что мое представление об общей гражданственности укрепилось".

"После этого ты получил свои развлечения и увеселительные сайты, затем свои финансовые показатели. Личное электронное письмо приходит после. Наиболее многообещающее имя пользователя - Вордсворт. Все его передачи скрыты. Вы проходите через один слой маскировки, и присоска переносит вас в другое место. Он переправил товар из киберпритона в Мадрид. Начни ковыряться там, и оно отскочит в колонию Дельта. Тогда - "

"Я понимаю картину. Что ты нашел?"

Фини немного надулся, хрустя орешками. "Я пока раскрыл одну передачу. Похоже, он совершил еще три, может быть, четыре. Та, которую я удалил, вела к аккаунту, зарегистрированному на Стефани Финч. Много слащавой чепухи".

"Снимай эту кашицу и ее обращение к моим подразделениям. Ты кибер-волшебник, Фини."

Это смягчило его раздражение. "Да, разве я этого не знаю. Мне нужно пройти пару часов медосмотра, быстро подправить зрение. Детектив Кибервизор продолжит в том же духе ".

"Я в поле. Пибоди, со мной. Слезай, - приказала она, выходя и направляясь к глайду. "Купи мне энергетический батончик или что-нибудь еще, встретимся в гараже в десять. Сначала мне нужно заскочить к себе в офис."

"Там есть торговый автомат прямо возле КПЗ".

"Торговые автоматы здесь ненавидят меня. Они крадут мои кредиты и смеются мне в лицо".

"Тебя снова лишили привилегий на торговлю за то, что ты пнул оборудование, не так ли?"

"Я не пнул его, я врезался в него. И просто достань мне этот чертов батончик." Не дожидаясь ответа, Ева включила глайд и достала свой коммуникатор, чтобы связаться с техником визуализации.

Пибоди просто вздохнула и вернулась к ближайшему торговцу едой. Она просматривала варианты, обсуждая между энергетическим или химическим подсластителем для себя, когда Макнаб подошел к ней сзади.

После их сеанса прошлой ночью она ожидала, что он пойдет на небольшой щипок или захват. Но он засунул руки в два из двенадцати карманов своих масляно-желтых брюк и просто стоял там.

"У тебя все в порядке?" он спросил ее.

"Да, просто заказываю несколько усилителей". Решив, что Даллас может заставить их обоих работать в поле еще несколько часов, она выбрала энергетик и подсластитель.

"Я полагаю, ты озабочен тем, что произошло. Ты не должен быть. Подобные вещи ничего не значат ".

Думая о пицце и безумном приступе секса на полу в ее гостиной, о втором, более основательном сеансе в ее постели, она почувствовала, как ее желудок сжался. "Верно. Кто сказал, что это что-то значит?"

"Я просто говорю, что ты не должна быть такой, смущенной или расстроенной".

Она повернулась к нему, сохраняя абсолютно каменное выражение лица. "Я кажусь тебе смущенным или расстроенным?"

"Послушай, ты не хочешь говорить об этом, я не против". Его личное чувство возмущения всколыхнулось, схватив его за горло. Чарльз почти ткнул свою новую даму в лицо Пибоди, а она все еще не могла увидеть его таким, какой он есть. "Все знают, что это никуда не приводило. Если ты думал иначе, то ты заслуживаешь именно того, что получаешь ".

"Спасибо за бюллетень. И ты можешь просто..." Она что-то искала и остановилась на излюбленном предложении Евы. "Укуси меня". Оттолкнув его локтем, она направилась к ближайшему глайду.

"Прекрасно". Он пнул торговый автомат и умчался прочь, когда тот выдал стандартное предупреждение. Если она хотела расстроиться из-за того, что ее любимый LC увел другую женщину у нее под носом, какого черта его это должно волновать?

К тому времени, как Пибоди добралась до гаража, она съела свой энергетический батончик и принялась за конфеты. И от нее шел пар. Уже в машине Ева просто протянула руку. Затем зашипела, когда Пибоди шлепнула батончиком по ладони достаточно резко, чтобы обжечься.

"Я должен был надрать ему задницу. Только что мыл пол своей тощей, костлявой задницей ".

"Христос". Защищаясь, Ева выскочила из своего положения. "Не начинай".

"Я не начинаю, я закончил. Свинячий ублюдок хочет стоять здесь и говорить мне, что я не должен смущаться, не должен расстраиваться из-за того, что прошлая ночь ничего не значила?"

Я не буду слушать, я не буду слушать, я не буду слушать, снова и снова повторяла Ева в своей голове. "Финч живет на Риверсайд драйв. В одиночестве. Работал пилотом шаттла на междугородних рейсах."

"Это он постучался в мою дверь со своей жалкой пиццей и широкой неряшливой улыбкой".

"Ей двадцать четыре", - в отчаянии сказала Ева. "Одинок. Идеально подходит для целевого профиля убийцы номер один ".

"И кто такие все? Кто, черт возьми, все такие?"

"Пибоди, если я просто соглашусь, что Макнаб - ублюдочный поросенок, что ты должна надрать ему задницу, даже дам тебе торжественное слово, что помогу тебе надрать задницу этому ублюдку-свинье при первой разумной возможности, можем мы притвориться, что сосредоточены на этом расследовании?"

"Да, сэр". Пибоди фыркнула. "Но я был бы признателен, если бы ты никогда больше не произносил имя этого ублюдочного поросенка в моем присутствии".

"Договорились. Мы идем к Финчу. Как только я получу представление о ней, мы посмотрим, сможет ли она стать приманкой или ее нужно перевести под охрану. Следующий в списке - Макнамара. Мы поймаем его сегодня, на планете или за ее пределами. Если Макнаб... этот ублюдочный поросенок, - поправила она, когда голова Пибоди резко повернулась, - умудряется раскрыть еще какие-либо целевые аккаунты, мы немедленно переходим к ним. Гражданские цели являются приоритетными ".

"Понял, сэр".

"Обратитесь к дежурному офицеру в больнице. Мы с большей вероятностью узнаем первыми о любых изменениях в состоянии жертвы от своих, чем от медицинского персонала ".

"Да, сэр. Могу я сказать еще кое-что о свинячьем ублюдке? Абсолютно последнее, что я должен сказать по этому вопросу ".

"Последнее, что? Что ж, тогда я не могу дождаться, чтобы услышать это ".

"Я надеюсь, что его яйца сморщатся, как переваренный чернослив, а затем отвалятся бесполезной шелухой".

"Очень приятный финальный образ. Я аплодирую тебе. Теперь пометьте охранника ".

Пилоты шаттлов, решила Ева, получали приличный годовой доход. Многоквартирный дом был шикарным и серебристым, сияющее копье, окруженное направляющими, которые позволяли жителям и гостям иметь частный внешний доступ, если они были очищены.

Поскольку у нее уже была норма роста на ближайшее время, Ева выбрала внутренний доступ. Электронная станция приветствия приятным тоном запросила ее бизнес, ее имя и пункт назначения.

"Полицейское дело. Даллас, лейтенант Ева и помощник, чтобы встретиться со Стефани Финч." Она поднесла свой значок к экрану безопасности, прислушалась к слабому гудению, когда его сканировали и проверяли.

"Прошу прощения, лейтенант Даллас, мисс Финч в данный момент нет дома. Вы можете оставить для нее сообщение, запросив голосовую почту для посетителей."

"Когда ожидается ее возвращение?"

"Извините, лейтенант Даллас, я не уполномочен предоставлять эту информацию без ордера".

"Держу пари, что это заведение принадлежит Рорку", - прокомментировала Пибоди, оглядывая просторный черно-серебристый вестибюль. "Это его стиль. Бьюсь об заклад, если бы ты сказала, что ты его жена - "

"Нет". Ее раздражала сама мысль об этом. "Я хочу видеть жильца или жильцов в квартире 3026".

"Соседка по соседству. Хорошая мысль ".

"Минутку, лейтенант Даллас. Миссис Харгроув находится в резиденции. Я передам твою просьбу о посещении ".

"Да, ты делаешь это. Как люди выдерживают, когда их запирают в таких местах?" Ева задумалась. "Как маленькие муравьи в улье".

"Я думаю, это пчелы в улье. Муравьи - это ... "

"Заткнись, Пибоди".

"Да, сэр".

"Миссис Харгроув разрешит посещение, лейтенанту Даллас и помощнику. Пожалуйста, воспользуйтесь пятым подъемом. Приятного вам визита и всего остального дня".

Алисанн Харгроув, как оказалось, была не только согласна, но и взволнована этим визитом.

"Полиция". Она практически затащила Еву в свою квартиру. "Так волнующе. Было ли ограбление?"

"Нет, мэм. Я хотел бы поговорить с вами о Стефани Финч."

"Стеф?" Оживление на хорошеньком личике Алисанн исчезло. "О, боже мой. С ней все в порядке, не так ли? Она только этим утром уехала на челночную пробежку."

"Насколько я знаю, она в порядке. Вы и мисс Финч дружелюбны?"

"Да, очень. О, прошу прощения, присаживайтесь."

Она указала на болезненно современную гостиную с тремя гелевыми диванами. Еве они казались достаточно большими, достаточно мягкими, чтобы проглотить любое количество домашних животных. "Спасибо, но это не займет много времени. Можете ли вы сказать мне, знаете ли вы, встречается ли мисс Финч с кем-нибудь в обществе?"

"Мужчины? Стеф встречается со многими мужчинами. Она - динамо-машина ".

"Есть кто-нибудь по имени Вордсворт?"

"О, поэт. У нее был роман с ним по электронной почте. Я думаю, у них назначена встреча, когда она вернется со своей челночной пробежки. Послезавтра. До тех пор она будет жить в Лондоне. Мне кажется, она сказала, что они назначили предварительную дату на следующую неделю. Выпивка на вершине Нью-Йорка. Но я не могу быть уверен в том, как Стеф манипулирует мужчинами ".

"Если она выйдет на связь или вернется раньше назначенного срока, попросите ее связаться со мной. Это срочно. Открытка, Пибоди."

Пибоди достала одну из карточек Евы, передала ее.

"Могу я рассказать ей, о чем это?"

"Просто скажи ей, чтобы она связалась со мной. Немедленно. Спасибо, что уделили мне время ".

"О, но не хотите ли вы немного кофе или - " Она с надеждой побежала за ними, когда Ева вышла.

"Найди ее, Пибоди". Ее собственный коммуникатор запищал. "Даллас".

"Лейтенант". Серьезное лицо Трухарта заполнило крошечный экран. "Я думаю, что-то происходит. Трое медицинских работников только что зашли в палату субъекта, включая доктора Майклза, и он сбежал ".

"Будь наготове, Верное Сердце. Я уже в пути ".

***

Поскольку медсестра на этаже практически бросилась к дверям отделения интенсивной терапии, Ева дала ей шестьдесят секунд, чтобы привести доктора Майклза. Он вылетел, взмахнув своим длинным белым халатом и с раздраженным выражением лица.

"Лейтенант, это больница, а не полицейский участок".

"Вы можете рассматривать и то, и другое, пока Моника Клайн является вашей пациенткой. Каков ее статус?"

"Она в сознании, но очень дезориентирована. Ее жизненные показатели улучшаются, но все еще находятся в опасном диапазоне. Она далека от того, чтобы выбраться из леса ".

"Мне нужно допросить ее. На карту поставлена не только ее жизнь ".

"Ее жизнь под моей опекой".

Поскольку один тяжелый случай признал другой, Ева кивнула. "Тебе не кажется, что ей было бы легче, зная, что человек, который сделал это с ней, был упрятан за решетку?" Послушайте, я не собираюсь ее допрашивать. Я не собираюсь запугивать ее. Я понимаю патологию жертвы ".

"Я ценю важность вашего расследования, лейтенант, но эта женщина - не инструмент".

Ева старалась, чтобы ее голос звучал ровно. "Она для меня не просто инструмент. Но для человека, который поместил ее сюда, она меньше этого. Она - игровая фигура. У Брайны Бэнкхед и Грейс Латц не было возможности рассказать кому-либо о том, что с ними произошло ".

Что бы он ни увидел в ее лице, это заставило его толкнуть дверь. "Только ты", - сказал он. "И я остаюсь с ней".

"Это работает для меня. Пибоди, приготовься."

Медсестра следила за аппаратами и говорила успокаивающим голосом. Хотя Моника не ответила, Еве показалось, что она что-то услышала. Ее глаза блуждали взад и вперед, как будто измеряли стеклянную коробку комнаты. Они скользнули по Еве, прошли дальше, затем задержались на лице Майклза.

"Я так устала" - это все, что она сказала, и ее голос затрепетал, мягкий, как птичьи крылья.

"Тебе нужно отдохнуть". Он шагнул к кровати и накрыл ее руку своей.

В этом жесте уверенность Евы в нем укрепилась. Моника была для него не просто пациенткой. Она была личностью.

"Это лейтенант Даллас. Ей нужно задать тебе несколько вопросов ".

"Я не знаю..."

"Я собираюсь остаться прямо здесь".

"Ср. Клайн." Ева встала с другой стороны кровати так, чтобы Моника лежала между ней и доктором. "Я знаю, ты в замешательстве, и ты устал, но все, что ты можешь мне сказать, поможет".

"Я не помню".

"Вы переписывались по электронной почте с человеком, которого знали как Байрона".

"Да. Мы познакомились в чате. Поэты девятнадцатого века".

"Ты согласилась встретиться с ним прошлой ночью, выпить в баре Royal в Отеле Palace".

Ее лоб, бледный как мрамор, сморщился. "Да. В... девять тридцать. Это было прошлой ночью? Мы разговаривали онлайн неделями, и... Я встретила его. Я помню".

"Что еще ты помнишь?"

"Я - я сначала немного нервничал. Мы бы так хорошо поладили в киберпространстве, но в реальной жизни все по-другому. Тем не менее, это были просто напитки, и в такой прекрасной обстановке. Если это не сработало, в чем был вред? Но это произошло. Он был именно таким, как я ожидала... Со мной произошел несчастный случай? Я умираю?"

"У тебя все очень хорошо получается", - сказал ей Майклз. "Ты очень сильный".

"Ты выпивала с ним", - продолжила Ева, снова отвлекая ее внимание от Майклза. "О чем вы говорили?"

Лицо Моники снова стало расплывчатым. "Поговорить об этом?"

"С Байроном. Когда вы выпивали с ним прошлой ночью."

"О, ах, поэзия. И искусство. Путешествия. Мы оба любим путешествовать, хотя он побывал в гораздо большем количестве мест, чем я. Мы пили шампанское и ели икру. Я никогда раньше не пробовал икру. Я не думаю, что это меня устраивало. Должно быть, я заболел ".

"Тебе было плохо в отеле?"

"Нет. Я - нет, я не думаю... Должно быть, я слишком много выпил. Обычно я стараюсь не пить больше одного бокала. Я помню, я вспоминаю сейчас. Ощущение очень странное, но хорошее. Счастлив. Он был таким совершенным, таким привлекательным. Я поцеловала его. Продолжала целовать его. Я хотел снять номер в отеле. Это на меня не похоже." Ее пальцы слабо теребили простыню. "Должно быть, я слишком много выпил".

"Ты предложил снять номер в отеле?"

"Да. Он рассмеялся. Это был неприятный смех, но я был так пьян, что мне было все равно. Почему я так много выпил? И он сказал... Забери меня к себе домой, и мы займемся тем, о чем пишут поэты ".

Она закрыла глаза. "Банально. Но тогда это не казалось банальным. Он сказал мне оплатить счет. Я не была оскорблена или удивлена, что он хотел, чтобы я заплатила, даже несмотря на то, что он назначил свидание. Я зашла освежиться, и все, о чем я могла думать, это о том, что у меня будет потрясающий секс с этим идеальным мужчиной. И я едва могла дождаться, когда доберусь до него. Мы взяли такси. Я заплатил и за это тоже. И в такси..."

Слабейший румянец залил ее щеки. "Я думаю, что, должно быть, мне все это приснилось. Должно быть, мне это приснилось. Он прошептал предложение мне на ухо. Что он хотел, чтобы я сделала." Она снова открыла глаза. "Я набросилась на него в такси. Я не мог дождаться, чтобы. Это был не сон, не так ли?"

"Нет, это был не сон".

"Что он дал мне?" Она нащупала руку Евы, ее пальцы пытались сжать, но только подергивались. "Что было в тех напитках?"

Ее рука беспокойно двигалась. Ева покрыла это. Захватил это. "Я не был пьян, не так ли? Это было похоже на то, что меня загипнотизировали ".

"Ты не была пьяна, Моника, и ты не несешь ответственности за то, что сделала. Он накачал тебя наркотиками. Расскажи мне, что произошло, когда ты добрался до своей квартиры."

"Сейчас ей нужно отдохнуть". Майклз взглянул на мониторы, затем снова на Еву. "Она говорила достаточно долго. Ты должен уйти ".

"Нет". Пальцы Мониквы шевельнулись в руке Евы. "Он дал мне нечто, что заставляло меня делать эти вещи с ним, с ним, заставляло меня позволять ему делать эти вещи со мной? Он чуть не убил меня, не так ли?"

"Почти", - согласилась Ева. "Но ты, черт возьми, намного сильнее, чем он ожидал. Помоги мне поймать его. Расскажи мне, что произошло в твоей квартире."

"Это туманно. У меня кружилась голова, меня подташнивало. Он включил музыку, зажег свечи. У него в сумке были свечи и еще одна бутылка шампанского. Я больше не хотела, но он хотел, чтобы я выпила. Я сделала именно то, о чем он меня просил. Каждый раз, когда он прикасался ко мне, я хотела, чтобы он прикоснулся ко мне снова. Он сказал, что это должно быть идеально. Что он собирался подготовить... подготовить сцену. Я должен подождать. Мне стало плохо. Я не хотела говорить ему, что мне плохо, потому что он мог не остаться. Итак, когда он пошел в спальню, я пошла в ванну, и меня вырвало. После я почувствовал себя немного лучше. Устойчивее. Я пошел в спальню. У кровати у него было шампанское и зажжены десятки свечей. По всей кровати были лепестки роз. Розовые розы, похожие на те, которые он, должно быть, прислал мне на работу несколько дней назад. У меня никогда не было никого, кто бы шел на такие неприятности ".

Слезы потекли по ее щекам. "Это было так мило, почти болезненно романтично. Я действительно любила его, в тот момент, когда я вошла и увидела его, я была дико, безрассудно влюблена в него. Он раздел меня, сказал, что я красивая. Сначала все было очень нежно, очень сладко и интимно. Фантазия, на самом деле. Через некоторое время он протянул мне стакан. Я сказала ему, что не хочу больше шампанского, но он просто посмотрел на меня, сказал мне выпить его, и я выпила. Тогда это не было нежно. Это было возмутительно. Как сойти с ума. Как превращение в животное. Я не мог дышать, не мог думать. Горит изнутри, и мое сердце бьется так быстро, что казалось, вот-вот взорвется. Он наблюдал за мной. Теперь я вижу его глаза, наблюдающие за мной. Он сказал мне произнести его имя. Но это было не его имя ".

"Как это называлось?"

"Кевин. Он сказал мне, что его зовут Кевин. Затем это было так, как будто что-то внутри меня, в моей голове, в моем теле, разорвалось. И все прекратилось. Я не мог ни двигаться, ни видеть, ни слышать. Похоронен заживо". Теперь она плакала. "Он похоронил меня заживо".

"Нет, он этого не делал". Ева наклонилась, прежде чем Майклс смог приблизиться. "Ты здесь, в безопасности и живой. Он никогда больше не прикоснется к тебе. Моника, он никогда больше не прикоснется к тебе ".

Она слабо повернула лицо к подушке, когда потекли слезы. "Я впустила его в себя".

"Нет, ты этого не делал. Он надругался над тобой. Он вынудил тебя".

"Нет, я позволил -"

"Он заставил тебя", - повторила Ева. "Посмотри на меня. Послушай меня. Он лишил тебя выбора и изнасиловал тебя. Его оружием был наркотик, а не нож или кулаки, но это все равно было оружие. То, что он положил лепестки роз на кровать, не делает то, что он сделал, менее преступным. Но ты победил его. И я собираюсь упрятать его за решетку ради тебя. Я знаю кое-кого, с кем ты можешь поговорить, кто поможет тебе пройти через это ".

"Я никогда не говорила ему остановиться. Я не хотела, чтобы он этого делал ".

"Ты не несешь ответственности. Это было не из-за секса. Изнасилования никогда не бывает. Это было о том, что он контролировал тебя. Ты не смогла остановить его прошлой ночью, но ты можешь сейчас. Не позволяй ему контролировать тебя сейчас ".

"Он изнасиловал меня, а затем оставил умирать. Я хочу, чтобы он заплатил за то, что заставил меня чувствовать себя так ".

"Оставь эту часть мне".

Еве стало немного нехорошо, когда она снова вышла. Для нее было жестоко, всегда жестоко, брать интервью у жертв изнасилования. Смотреть на них и видеть себя.

Она воспользовалась моментом, упираясь рукой в наружные двери, ожидая, когда они снова осядут.

"Лейтенант?"

Она выпрямилась, повернулась к Майклзу.

"Ты очень хорошо справился с ней. Я ожидал, что ты будешь настаивать на более подробной информации."

"Я сделаю это в следующий раз. Я должен откопать свой резиновый шланг. Не могу вспомнить, где я это оставил ".

Он медленно, наполовину улыбнулся. "Я не ожидал, что она выживет. С медицинской точки зрения, ее шансы были равны нулю. Но это одна из наград моей профессии. Маленькие чудеса. У нее все еще впереди тяжелый путь, физически и эмоционально ".

"Вы можете связаться с доктором Шарлоттой Мира".

Впечатленный, он наклонил голову. "Доктор Мира?"

"Если она не может лечить Моникву лично, она передаст дело лучшему доступному психотерапевту по изнасилованиям. Вы, ребята, работаете над тем, чтобы вернуть ей физическое и эмоциональное здоровье. Я буду работать над тем, чтобы воздать ей должное ".

Она толкнула двери, сделала знак Пибоди и продолжила путь. Она хотела выбраться из больницы почти так же сильно, как хотела дышать.

"Сэр". Пибоди перешла на бег, чтобы не отстать. "Все в порядке?"

"Она жива, она говорит, и она назвала нам имя ублюдка. Кевин."

"Твердый. Но я говорил о тебе. Ты выглядишь немного побитой."

"Я в порядке. Я просто ненавижу гребаные больницы, - пробормотала она. "Продолжайте следить за Моникой и проверяйте ее состояние. Сделай пометку связаться с Мирой и попроси ее проконсультироваться с Майклзом по поводу ее терапии ".

"Я не думал, что Мира пользуется частными консультациями".

"Просто запиши это, Пибоди". Она дышала неглубоко, пока не толкнула двери больницы и не вышла на улицу. "Христос! Как люди выдерживают пребывание в таких местах? Мне нужно сделать личный звонок. Отойди в сторону, ладно? Сообщите о состоянии Мониквы командиру и скажите ему, что мой отчет будет готов."

"Да, сэр. Вон там есть несколько скамеек. Почему бы тебе не сделать этот звонок сидя?"Потому что ты белый как полотно, хотела сказать она. Но знал лучше.

Ева подошла, чтобы посидеть в небольшом зеленом уголке, который градостроители любили называть микропарками. Трио карликовых деревьев и россыпь цветов были втиснуты на узкий островок между парковками. Но она предположила, что это была мысль, которая имела значение.

И все же, она хотела бы, чтобы они догадались посадить что-нибудь с ароматом. Она хотела, чтобы больничный смрад выветрился из ее организма.

Она не была уверена, где отметить Рорка. Сначала она попробовала его личную линию, была переключена на голосовую почту, поэтому она отключилась. Она соединила следующего с его офисом в центре города и приударила за его администратором.

"Мне нужно найти его".

"Конечно, лейтенант. Он на голопередаче, если вы не возражаете подождать минутку. Как ты?"

Верно, подумала Ева. Вежливость и беседа, дуэт, которым она часто пренебрегала. "Прекрасно, спасибо. Как ты, Каро?"

"Очень хорошо. Рад, что босс вернулся, хотя, кажется, мы еще более заняты, когда он в кабине пилотов. Я просто подам звуковой сигнал и дам ему знать, что ты на линии ".

В ожидании Ева снова подставила лицо солнцу. В больницах всегда было холодно, подумала она. Такой холод, который пробрал ее до костей.

"Лейтенант". Она сосредоточила свое внимание на голосе Рорка, на его лице на экране. "Что не так?" - спросил он.

"Ничего. Нужна услуга".

"Ева. Что не так?"

"Ничего. Действительно. Моника Клайн пришла в сознание. Я только что закончил допрашивать ее. Она справится с этим, но это тяжело для нее ".

"И на тебе".

"Я знаю кое-что из того, что происходит в ее голове. Я знаю кое-что из того, что она будет чувствовать посреди ночи ". Она стряхнула это. "Я звонил не поэтому, а ты на середине передачи".

"Это может подождать. Преимущество быть ответственным. Что я могу для тебя сделать?"

"Вопрос. Возможно ли для вас отслеживать стандартную учетную запись, отслеживать любую электронную почту, блокировать ее?"

"Частные лица, которые пытаются совершить что-либо из вышеперечисленного, нарушают законы об электронной конфиденциальности и подлежат штрафам и / или тюремному заключению".

"Что означает, что ты можешь".

"Ох. Я предположил, что вопрос был риторическим." Он улыбнулся ей. "За кем ты хочешь, чтобы я наблюдал?"

"Стефани Финч. Она потенциальная цель. В данный момент она в воздухе где-то между США и Англией, совершает челночные рейсы. Когда она приземлится, я хочу рассказать ей, с кем и во что она играла, в надежде, что смогу заручиться ее помощью, чтобы раскрутить этих парней. Но я не знаю, как она отреагирует, и у нее будет слишком много времени, чтобы повозиться, прежде чем я возьму ее под контроль. Я не могу допустить, чтобы она пошла на попятную и дала чаевые своему кибер-приятелю ".

"Значит, вы хотите заблокировать все ее передачи и киберактивности?"

"Это билет. Я не хочу, чтобы что-либо из того, что она посылает, доходило до меня, пока я не буду уверен в ее сотрудничестве, и у меня будет ордер на установку фильтра на ее передачи. Ордер не распространится на нас, пока она не вернется в Нью-Йорк ".

"Ты знаешь, как это возбуждает меня всякий раз, когда ты просишь меня проскользнуть через одну из петель в законе".

"Напомни мне позже, почему я вышла замуж за извращенца".

"Я буду счастлив". Его улыбка стала шире, потому что краска вернулась на ее лицо.

"Как скоро ты сможешь это сделать?"

"Мне нужно здесь кое-что закончить. Лучше всего выполнить это маленькое задание дома на незарегистрированном. Дай мне два часа. О, лейтенант? Я не думаю, что эта часть дела войдет в мой отчет как эксперта-консультанта, гражданского лица ".

"Поцелуй в задницу".

"Пока это твое, дорогая".

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Когда Ева, наконец, уложила Теодора Макнамару, ее провела в его кабинет женщина, похожая на птичку, которая щебетала о напряженном графике доктора и необходимости быть краткой на аудиенции.

"У доктора действительно нет времени на дополнительный прием сегодня. Как вы знаете, доктор Макнамара только что вернулся с очень важной консультации по Тарусу II."

"У него скоро будет очень важная консультационная сессия на планете Земля", - ответила Ева. Ради собственного развлечения Ева ускорила шаг, так что женщине пришлось перейти на рысь, чтобы не отставать, пока они шли по короткому переходу, соединявшему офис Макнамары с главным зданием в Дж. Форрестер. За стеклом медикоптер сделал левый вираж для посадки на вертолетную площадку прилегающего больничного комплекса.

Она увидела полдюжины медицинских работников, ожидающих транспорт, и представила, что шум был ужасающим. Но внутри коридора воздух был тихим, прохладным и слегка цветочным.

Казалось, доктор Макнамара отключил себя от мелких болей и неприятностей тех, кого обслуживало его учреждение.

Проход вел в офисную зону, выполненную в абсолютно белых тонах. Стены, ковры, консоли, стулья, даже униформа трутней, которые молча занимались своими делами, были ненастоящего белого цвета.

Это было, подумала Ева, как ходить внутри яичной скорлупы.

Они прошли через стеклянные двери, которые бесшумно распахнулись при их приближении, и двинулись по еще одному коридору. В конце вырисовывался ряд глянцевых белых дверей. Женщина постучала с каким-то благоговейным страхом.

Двери раздвинулись, но женщина осталась там, где была. "Лейтенант Даллас и помощник, доктор Макнамара".

"Да, да. Смотри, чтобы нам не мешали. Десять минут. Входите, лейтенант. Мое время очень ценно".

Он сидел перед стеклянной стеной за столом, таким массивным и белым, что он напоминал льдину. Он стоял на платформе на три ступеньки выше остальной части офиса, так что Макнамара смотрел вниз, как орел на своем насесте, на простых смертных.

Его волосы были белыми - гладкая, коротко подстриженная шапочка облегала его череп. У него было длинное, впалое лицо, на котором выделялись темные, нетерпеливые глаза, которые хмурились под белыми пиками бровей. Его черный костюм выделялся силой на фоне холодной белизны комнаты.

"Боже мой", - пробормотала Пибоди себе под нос, - "это великий и могущественный Оз".

"Изложи свое дело", - потребовал он. "Я занятой человек".

И тот, кому нравилось запугивать, размышляла Ева. Им не предложили сесть, но даже стоя, она была вынуждена поднять глаза, чтобы встретиться с ним взглядом.

"Ты бы сэкономил нам обоим время, если бы вернул сообщения, которые я отправлял тебе на Тарус II".

"Консультационная сессия была моим приоритетом. Я не прикреплен в качестве медицинского консультанта к полиции Нью-Йорка ".

"Что делает вас гражданским лицом и дает мне полномочия продолжить это интервью в Центральном полицейском управлении, которое я применю, если необходимо. Теперь мы можем продолжить это соревнование по писанию, или ты можешь согласиться сотрудничать ".

"Ты в моем кабинете. Похоже, я сотрудничаю ".

Раздраженная, Ева поднялась по ступенькам на платформу. Она увидела, как холодная ярость омыла его лицо, когда он был вынужден откинуть голову назад. "Пибоди. Кадры."

Хотя она знала, что это было мало с ее стороны, Пибоди наслаждалась, наблюдая, как ее лейтенант разрушает структуру власти в комнате. "Да, сэр". Она передала фотографии.

Ева разложила их на нетронутой поверхности стола. "Узнаете ли вы кого-нибудь из этих женщин?"

"Я не хочу".

"Брайна Бэнкхед, Грейс Латц, Моника Клайн. Что-нибудь напоминает?"

"Нет".

"Забавно, как их имена и лица мелькали во всех средствах массовой информации последние несколько дней".

Его взгляд ни разу не дрогнул. "Я был за пределами планеты, как ты знаешь".

"Последнее, что я слышал, у них были передачи в СМИ о Тарусе II".

"У меня нет времени на сплетни и болтовню СМИ. И не для игр в угадайку. Теперь, мисс Даллас, если бы вы сказали мне, что именно вы хотите обсудить ...

"Лейтенант Даллас. Вы участвовали в исследовательском проекте, организованном J. Forrester и Allegany Pharmaceuticals в партнерстве, который включал эксперименты с определенными контролируемыми веществами."

"Исследование сексуальной дисфункции и бесплодия. Успешное исследование, - добавил он, - результатом которого стали два знаковых препарата".

"Проект был прерван из-за перерасхода средств, судебных исков и слухов о злоупотреблении психоактивными веществами и сексуальных домогательствах со стороны персонала проекта".

"Ваша информация неверна. Жестокое обращение никогда не было обосновано. Проект дал важные результаты и просто шел своим чередом ".

"Очевидно, кто-то все еще экспериментирует. Две женщины мертвы, еще одна в критическом состоянии. Им дали смертельные дозы веществ, широко известных как "Шлюха" и "Дикий кролик" в сочетании. У кого-то есть значительный запас и того, и другого, или средств для их создания ".

"Наркотики, используемые на благо человечества, могут и будут злоупотребляться в чужих руках. Это не моя работа - контролировать массы. Это твое".

"У кого из вашей бывшей исследовательской группы могли быть эти неправильные руки?"

"Все врачи и техники, которые были задействованы, прошли тщательный отбор".

"И все же, имело место рекреационное и криминальное использование. Это не сплетни и не болтовня, - сказала она, прежде чем он смог прервать. "Это расследование убийства. Секс и власть - это пьянящее искушение ".

"Мы были учеными, а не торговцами сексом".

"Почему все записи запечатаны? Почему на всех гражданских делах, возбужденных против проекта, стоят печати?"

"Ни одно гражданское дело никогда не доводилось до суда. Никаких обвинений в недостойном поведении выдвинуто не было. Поэтому в целях конфиденциальности необходимо запечатать записи о легкомысленных исках, которые затрагивали имена и репутацию тех, кто связан с проектом. Для сохранения достоинства".

Ева придвинула фотографии поближе. "Кто-то вторгся в их личную жизнь, доктор. Грандиозно. И не оставил им их достоинства".

"Это не имеет ко мне никакого отношения".

"Проект принес много денег своим ведущим людям и первоначальным инвесторам. Чтобы играть с этими конкретными нелегалами, требуется много денег. Я ищу двух мужчин, мужчин, обладающих средствами для покупки или изготовления значительного количества этих нелегалов. Мужчины с экспертными знаниями в области химии и электроники. Мужчины, которые считают женщин не только честной добычей, но и одноразовым развлечением. Сексуальные хищники, доктор Макнамара. Кто работал с вами, кто соответствует этим требованиям?"

"Я не могу тебе помочь. Твоя проблема не имеет ничего общего с проектом, ничего общего со мной. Проект создал лекарство, которое изменило жизни. Я не позволю тебе порочить мою работу или мою репутацию из-за того, что ты не способен выполнять свою работу ".

Он подтолкнул кадры обратно к Еве. "Более вероятно, что эти женщины приглашали, даже поощряли употребление наркотиков. Любая женщина, которая соглашается встретиться с мужчиной, которого она знает только по почте, домогается сексуального аванса ".

"Я думаю, она домогается их только потому, что родилась с сиськами". Ева подобрала кадры. "Звучит так, будто ты все-таки поймал какую-то болтовню. Я никогда не упоминал, как эти женщины встретили нападавших ".

"Твое время вышло". Он нажал кнопку под столом, и двери открылись. "Если вы хотите поговорить со мной снова, вам придется связаться с моими адвокатами. Если я услышу какое-либо публичное упоминание моего имени, этого учреждения или проекта в связи с вашим расследованием, они свяжутся с вами ".

Она размышляла о том, чтобы притащить его сюда тогда и там, а затем пробиться сквозь судебный шум. Средства массовой информации сойдут с ума, и дело потенциально может пострадать от разоблачения. "Я всегда удивляюсь, как это некоторые врачи так мало уважают человеческую жизнь". Она сошла с платформы, передала снимки Пибоди. "Мы поговорим снова", - сказала она ему и вышла как раз перед тем, как двери захлопнулись за ее спиной.

"Он подонок", - сказала Пибоди. "Женоненавистник и полубог".

"И он что-то знает. Я хочу, чтобы это не привлекало внимания, поэтому мы будем действовать с ним по правилам. Свяжитесь с его представителями и договоритесь об официальном собеседовании в Центральном офисе. Мы собираемся оказать некоторое давление, чтобы побить эти закрытые рекорды. Возвращайся в Управление и начинай оформлять документы ".

"Он будет бороться с этим".

"Да, но он проиграет. В конце концов. Я работаю из дома. Я буду передавать данные по мере их получения ".

***

Рорк уже был там, когда она приехала, но она оставила дверь между их офисами закрытой. Она села за свой стол и начала составлять серию отчетов. Она знала достаточно о политике и полубогах, чтобы быть уверенной, что ей придется прикрывать свою задницу, когда дело касается Макнамары. Такие мужчины, как он, не просто звонили адвокатам. Она не сомневалась, что ее имя очень скоро зазвучит в ушах ее командира, шефа полиции, мэра и даже губернатора.

Она могла справиться с жаром, но она не хотела, чтобы огонь убрали с дела, пока он обжигал ее задницу.

Когда она была удовлетворена, она передала копии всем соответствующим сторонам. Затем последовала попытка взломать закрытые файлы для использования в расследовании нескольких убийств. Это было сложное дело, и даже если запрос будет удовлетворен, на это уйдут драгоценные дни.

Был более быстрый способ. Она взглянула на дверь, которая соединяла ее рабочее место с рабочим местом Рорка. Быстрее, незаметнее и практически незаметен, если она даст ему работу.

Она переступала эту черту раньше и переступила бы снова, если бы пришлось. Но сейчас она попробует систему.

"Компьютер". Она рассеянно потерла затылок. "Все доступные данные о Макнамаре, доктор Теодор, выведите на настенный экран".

Работает... Отображаются данные.

Она поднялась, снимая напряжение с плеч, пока читала информацию. Мужчине было восемьдесят шесть, и он, очевидно, хорошо использовал своих скульпторов по лицу и телу. Его образование и послужной список были впечатляющими. У него был один брак и один ребенок от него - дочь.

Ева поджала губы и размышляла.

Когда она услышала, как позади нее открылась дверь, она заговорила, не оборачиваясь. "Перед вами мужчина, который не особенно любит женщин как биологический вид, считает их низшими. Ну, если честно, считает всех неполноценными, но у меня сложилось определенное впечатление, что женщины были самыми низкими в его цепочке кормления. Назвал меня "мисс", - проворчала она.

"И остался жив?" Рорк подошел к ней сзади и начал растирать ей плечи. У нее мелькнуло в голове, что у него была какая-то странная экстрасенсорная способность попадать в нужное место.

"Я бы поколотил его за это, но ему почти девяносто. В любом случае, у такого парня, как этот, есть один ребенок, и этот ребенок оказывается женщиной. Это было бы разочарованием, не так ли?"

"Я полагаю, так и было бы, если бы он был мудаком".

"Да, он мудак. Так почему же он не попытался снова, пока у него все не получилось правильно? Если проблемой была жена, фертильность или что-то другое, есть множество способов обойти это. Даже сорок, пятьдесят лет назад были способы обойти это. Но, возможно, у него было недостаточно солдат, чтобы выполнить эту работу. Какой ублюдок".

"Говоря как мужчина, я могу сказать, что было бы трудно смириться с тем, что ты не способен зачать ребенка". Он провел губами по ее волосам. "И если бы ребенок был желанным, я бы сделал все возможное, чтобы решить проблему".

"Тесты на фертильность... они, должно быть, действительно личные, смущающие. Особенно для парня с действительно огромным эго ". Она оглянулась через плечо.

"Ты спрашиваешь мое мнение, поскольку предполагаешь, что у меня действительно огромное эго?"

"Мы могли бы наполнить Мэдисон-сквер твоим эго, приятель. Это просто работает иначе, чем у этого придурка. Возможно, это объясняет, почему он переключился с частной практики на исследования - исследование сексуальной дисфункции и фертильности. Давайте взглянем на дочь. Компьютер, стандартный фоновый запуск по Данвуду, Сара. Урожденная Макнамара".

Работает...

"Чтобы показать, какой я добродушный, - начал Рорк, - я проигнорирую это оскорбление и скажу вам, что я только что выполнил свое задание. Передачи заблокированы и будут перенаправляться на учетную запись, которую я только что создал для вас ".

"Я не просил тебя отвлекать их".

"Две услуги по цене одной". Он развернул ее к себе и прижался своим ртом к ее рту. Его руки обхватили ее ягодицы, сжали и прижали ее тело к своему. "Вот. Это должно было бы покрыть это ".

"Прекрати пытаться затуманить мой мозг. У меня время поджимает".

Доступ к данным... Дисплей или аудио?

"Показ", - сказала Ева, даже когда Рорк заказал аудио.

Противоречивая команда. Удерживающий...

"Прекрати это", - приказала Ева, когда он вытащил ее рубашку из-за пояса. "Что с тобой не так?"

"По-видимому, ничего особенного". Но он рассмеялся и отпустил ее мускулы. "Отображать данные".

"Ей пятьдесят три", - сказала Ева. "Пошел по стопам папы с самого начала. Те же школы, та же подготовка, та же ординатура в больнице. И сразу в исследование. Один брак. Один ребенок. Точная копия. За исключением того, что она заполучила мальчика. И посмотри на его ДОБ. Всего через год после начала проекта. Она уже была замужем восемь лет. Меня бы не удивило, если бы она не только работала над проектом, но и была частью исследования ".

Она выдохнула. "И какое, черт возьми, это имеет отношение к убийству? Здесь есть связь. Я знаю, что здесь есть связь. Ее муж тоже был частью команды. Но он слишком стар для этих хитов. И сын слишком молод. Сколько ему двадцать один, двадцать два? Он был младенцем во время расцвета проекта. Все еще... Компьютер, получить доступ ко всем имеющимся данным, Данвуд, Люциас. Отображение на настенном экране".

Работает...

***

В то время как доступ к его данным осуществлялся в нескольких кварталах отсюда, Люциас зашел в официальную гостиную своего таунхауса. Его дедушка редко наносил личные визиты и, конечно, никогда не наносил спонтанных визитов.

Если король зашел, на то была причина. Размышляя о том, что бы это могло быть, ладони Люциаса стали влажными. Он рассеянно вытер их о брюки, прежде чем войти в комнату, пригладил их по своим тугим рыжим кудрям, затем придал лицу довольное и приветливое выражение.

"Дедушка, какой замечательный сюрприз. Я не знал, что ты вернулся ".

"Я прибыл прошлой ночью. Где Кевин?"

"О, за его компьютерами, где же еще? Мне заказать напитки? У меня есть очень хороший скотч. Я думаю, ты это одобришь ".

"Это не светский визит, Люциас. Я тоже хочу поговорить с Кевином ".

"Конечно". Пот, который увлажнил его ладони, тонкой неприятной струйкой стекал по его спине. Он небрежно указал на ожидающего дроида-официанта. "Скажите мистеру Морано, что мой дедушка здесь и желает его видеть".

"Немедленно", - добавил Макнамара.

"Конечно. И как прошла твоя поездка?" Люциас подошел к антикварному шкафу, в котором хранился ликер. Его дедушка, возможно, и не хотел выпить, но ему это было необходимо.

"Продуктивно. Слово, с которым ты стал незнаком с тех пор, как закончил колледж."

"С почестями", - отметил Люциас и разлил виски чистым в тяжелый бокал. "Просто беру творческий отпуск после нескольких лет учебы. И вообще, я делал кое-какую работу в своей лаборатории. Любимый проект. В конце концов, ты знаешь все о проектах для домашних животных ".

Макнамара ненадолго отвернулся. Мальчик разочаровал его. Сильное разочарование. Он помог создать его, лично выбрав мужчину, который, по его мнению, лучше всего подходил для его дочери. Мужчина, очень похожий на него самого - умный, целеустремленный, сильный. Амбициозный.

Их неспособность зачать ребенка была для него огромным разочарованием, но помогла ему запустить проект. Проект, который продвинул его карьеру, создал его внук. И почти все разрушил.

Тем не менее, он поднялся над этим. Его имя никогда не было запятнано. И никогда не было бы.

И разве он не воспитывал ребенка? Обучил его, сформировал его, дал ему все возможности усовершенствовать и развить превосходный ум, с которым он родился?

Вместо этого мальчик был избалован. Дело рук его матери, мрачно подумал Макнамара. Женская слабость. Она баловала и нянчилась с ним. Погубил его.

Теперь он очень боялся, что этот ребенок поставил свое имя, свою карьеру, свою репутацию под величайшую угрозу.

"Что ты наделал, Люциас?"

Люциас допил скотч, налил еще. "Я не готов говорить об эксперименте, хотя, я полагаю, он продвигается довольно успешно. А как бабушка?"

"Как всегда". Он взял предложенный Люциасом бокал, изучая лицо своего внука. И увидел то, что видел всегда. Глухая стена. "Она скучает по тебе. Кажется, у тебя не было времени навестить ее или позвонить, пока меня не было."

"Ну, я была занятой маленькой пчелкой". Виски помогло, значительно. "Я обязательно найду для нее время очень скоро. А, вот и Кевин идет."

Он вернулся, чтобы налить выпить своему другу и еще себе.

"Доктор Макнамара, какой восхитительный сюрприз ".

"Так я только что сказал сам". Люциас протянул Кевину стакан. "Не часто нам выпадает такая привилегия. Это все, - сказал он дроиду, затем опустился в кресло. "Итак, о чем мы должны поговорить?"

"Я хочу увидеть вашу лабораторию", - потребовал Макнамара.

"Боюсь, что нет". Люциас потягивал скотч. "Вы знаете, как мы, безумные ученые, относимся к нашим экспериментам. Тише-тише. Совершенно секретно. В конце концов, я узнал все о священном от тебя, не так ли?"

"Ты снова использовал нелегалы".

"Нет, я не видел. Я усвоил свой урок. Не так ли, Кевин? Мы оба хорошо усвоили наши уроки, когда ты в прошлом году тихо спрятал нас в реабилитационном центре на Дельте. Тише-тише, - снова сказал он и чуть не захихикал. "Совершенно секретно".

"Ты лжец". Макнамара взорвался, шагнув к своему внуку, выбив тяжелый стакан из его руки. "Ты думаешь, я не могу распознать знаки? Ты снова используешь. Вы оба. Разрушающий ваши умы, ваше будущее ради слабости, временного потакания своим желаниям".

"Этот бокал был семейной реликвией". Руки Люциаса хотели дрожать, но не столько от гнева, сколько от врожденного страха, от глубокого отвращения, которое всегда вызывал в нем его дед. "Тебе следовало бы больше уважать семью, дедушка".

"Ты говоришь мне об уважении? Сегодня в мой офис приходила полиция. Они допрашивали меня. Завтра мне назначено собеседование, и в настоящее время обрабатывается запрос на вскрытие закрытых файлов проекта ".

"Oh-oh." Ярко-голубые глаза Люциаса блеснули, как у озорного мальчика, застигнутого за шалостью, когда он посмотрел на Кевина. "Вот это был бы настоящий скандал. Что ты думаешь, Кевин, о том, чтобы раскрыть все эти секреты, великие страсти, которые зачали нас обоих?"

"Я думаю, что в некоторых кругах это было бы неловко".

"Да, действительно. Пары, ну, совокупление, под пристальным вниманием возвышенного доктора Теодора Макнамары. Никаких свечей и музыки, чтобы романтизировать упражнение. Действительно, нет. Никакой суматохи, никакой суеты. Просто клинический процесс, раздуваемый препаратами для сексуального усиления с одной целью. Мы."

Теперь он рассмеялся и залпом выпил скотч. "И это был ошеломляющий успех".

"Медицинский прогресс. Продолжение рода". Голос Макнамары дрожал от ярости. "Я предположил, кажется, неверно, что вы оба были достаточно зрелыми, чтобы понять масштабы того, частью чего вы были".

"Но тогда мы на самом деле не были частью этого, не так ли?" Возразил Люциас. "Мы были просто частью результатов. Я не верю, что нам был предоставлен выбор в этом вопросе. Я не верю, что некоторые участники тоже были такими. Разве не это мы обнаружили, Кев, когда читали файлы?"

"Эти файлы запечатаны", - сказал Макнамара.

"Печати были созданы для того, чтобы их можно было сломать". Люциас продолжил. "Прямо как правила. Ты нарушил ряд правил, дедушка, во имя науки. Почему бы нам с Кевином не сделать то же самое, во имя ... развлечения?"

"Что ты наделал?" Потребовал Макнамара.

"Тебя это не касается".

"Меня беспокоит, когда меня вызывают на собеседование. И лучше всего это касается и вас, поскольку будут заданы вопросы об убитых женщинах, которые приведут к вам ".

"Для нас?" Кевин поставил свой бокал. "Но это невозможно. Как они могли знать - "

"Заткнись". Люциас вскочил на ноги. "Что они сказали о нас? Что ты им сказал?"

"Я не хотел в это верить". Макнамара оперся рукой о спинку стула, заставил себя встать, когда ему хотелось упасть. "Ты убил тех женщин".

"Не будь смешным. Убийство? Ты сошел с ума. Если у тебя какие-то неприятности с полицией - " Тирада Люциаса была прервана, когда Макнамара дал ему пощечину.

"Ты мне отвратителен. Все мои надежды на тебя, мои мечты, и посмотри на тебя. Вы ничего не стоите, ты и твой жалкий друг. Весь твой талант растрачен впустую, растрачен на игры, наркотики и твою эгоистичную погоню за удовольствием ".

"Ты создал меня". Слезы, горячие от унижения от пощечины, жгли глаза Люциаса. "Ты создал меня".

"Я дал тебе все, что было в моих силах дать. Все преимущества. И этого никогда не было достаточно ".

"Ты отдавал мне приказы! Ожидания. Я ненавидел тебя всю свою жизнь. Я живу так, как я выбираю жить сейчас, и ты ничего не можешь сделать ".

"Ты прав. Совершенно верно. И я ничего не буду делать. На этот раз я не буду убирать за тобой беспорядок. Я не буду платить за твою защиту, и я не пожертвую собой, чтобы защитить тебя. Когда они найдут тебя, а они найдут тебя, я не подниму руку".

"Ты не позволишь им забрать меня. Я - это все, что у тебя есть ".

"Тогда да поможет Бог нам обоим".

Меняя тактику, Люциас схватил Макнамару за руку, вложив в голос мольбу. "Дедушка, мы не должны так спорить. Я прошу прощения. Я был взвинчен. Мы с Кевином очень усердно работали ".

"Работает?" Макнамара повторил. "Как вы стали монстрами? Когда так много всего у тебя под рукой".

"Мы ученые, доктор Макнамара". Кевин встал рядом с Люциасом. "Это все ошибка. Вот и все. Просто ошибка. Произошел несчастный случай."

"Да, несчастный случай". Люциас попытался подтолкнуть своего дедушку к стулу. "И, возможно, мы немного увлеклись. Но такие вещи случаются, когда ты пытаешься... расширить рамки. Ты понимаешь это. Они были всего лишь женщинами. Подопытные."

"Убери от меня свои руки. Вы столкнетесь с этим, вы оба. Ты заплатишь цену за свои действия. Если тебе нужна моя помощь, ты пойдешь со мной завтра в полицию. Я организую команду юристов и психиатрическое исследование ".

"Мы не сумасшедшие! Ты позволишь им запереть меня? Твоя собственная плоть и кровь". Он прыгнул, опрокинув стол, когда упал на своего дедушку. Стоявшая на нем бесценная лампа разбилась, и посыпались осколки. Разъяренный Макнамара оттолкнул Люциаса в сторону и попытался подняться на ноги.

"Годами я пытался не видеть, кем ты был. Позволил себе увидеть вас - вас обоих - такими, какими, я знал, вы могли бы быть." Ему удалось опуститься на колени, опереться рукой о подлокотник кресла.

"То, что мы сделали, ничем не отличается от того, что вы делали поколение назад". Люциас провел дрожащей рукой по губам. "Вы вводили испытуемым дозу, некоторым с их ведома, некоторым без, с целью совокупления и зачатия. Ты сделал это для продолжения рода, так ты говоришь. Мы делаем это ради развлечения. И с большим стилем".

"Ты убивал".

"Лабораторная крыса есть лабораторная крыса и приемлемая жертва".

Теперь ужас сжимал горло Макнамары. "Вы уничтожили самих себя. Я иду в полицию. Вы двое - не что иное, как неудачно проведенный эксперимент ".

С криком ярости Люциас схватил основание лампы, используя его как дубинку.

"Мы мужчины! Мужчины!" Кровь брызнула на стул, на ковер, когда Макнамара откатился в сторону, замахал руками, пытаясь защититься. "Они отправят нас в тюрьму. В тюрьму. Глупый старый ублюдок!" Он, шатаясь, поднялся на ноги, крича, когда повалил своего дедушку на пол. "Я не пойду в клетку, потому что у тебя нет видения".

Тяжело дыша, Люциас отступил назад, отбросив окровавленную лампу в сторону.

"Боже мой". Голос Кевина был мягким, почти благоговейным. "Он мертв?"

Лицо Макнамары было окровавлено, рот разинут. Все еще тяжело дыша, Люциас присел на корточки и проверил пульс. "Нет, пока нет". Затем он сел на корточки и заставил себя подумать. "Но он будет. Он должен быть. Он бы сдал нас полиции, сдал нас, как будто мы были ничем ".

Хотя его дыхание было поверхностным, Кевин кивнул. "Мы не можем позволить этому случиться".

"Мы закончим это". Люциас осторожно поднялся на ноги. "Но не здесь. Мы должны увести его из дома, обставить это как ограбление ".

"Ты... Я никогда не видел ничего ..."

"Я оказал услугу нам обоим". Глядя сверху вниз на своего дедушку, Люциас похлопал Кевина по руке. Он снова был под контролем. Возможно, он осознал, что впервые в жизни полностью контролирует ситуацию. "Он изжил свою полезность. И он опасен для нас. Итак, мы исключаем его из уравнения ".

"Это должно быть сделано. Но, Боже мой, я никогда не видел столько крови".

"Если тебе будет плохо, покончи с этим".

"Нет, меня не вырвет". Он не мог отвести взгляд. "Так много крови. Это... завораживает. Другие, женщины, это было почти нежно, на самом деле. Но это..." Он облизал губы, и его лицо было бледным и сияющим, когда он посмотрел на своего друга. "Как это ощущалось? Когда ты ударил его? Каково это было?"

Люциасу пришлось остановиться и подумать. Его руки, скользкие от крови, теперь были тверды. Его разум уже проясняется. "Могущественный", - решил он. "Чрезвычайно. Заряжает энергией ".

"Я хочу попробовать это".

"Тогда мы прикончим его вместе. Но не здесь." Люциас проверил свое наручное устройство. "Мы должны работать быстро. У меня сегодня свидание ".

***

Учитывая все обстоятельства, это не заняло много времени.

Это был вопрос того, чтобы загнать машину его дедушки в гараж. Для того, чтобы гордиться собой и контролировать ситуацию, доктор Макнамара взял в привычку почти везде ездить на машине самому. Он бы не стал, подумал Люциас, довозить себя до конечного пункта назначения. С помощью Кевина он завернул обнаженное тело своего дедушки в пластик и сложил его в багажник.

"Он мог бы сказать кому-нибудь, что идет сюда", - указал Кевин.

"Низкая вероятность. Ему не нравилось делиться личными делами ".

"Твоя бабушка?"

"Она меньше всего". Люциас бросил сумку с одеждой и ценностями в багажник. "Ему бы и в голову не пришло беспокоиться, а ей бы и в голову не пришло спросить, есть ли у него какие-нибудь планы. Сейчас. " Он захлопнул багажник, отряхнул руки. "Ты перепрограммировал дроида?"

"Проверьте. Не будет записи, в которой у нас была какая-либо компания ".

"Превосходно. У нас есть место для утилизации, указанное при сканировании вашего компьютера, как наилучшее для наших целей. Ты следуешь за мной на своей машине, мы заканчиваем с этим, затем бросаем его и пакет с подарками. Ты достаточно взвесил это, не так ли?"

"Абсолютно. Это уйдет на дно реки".

"И он не будет. Идеальный. Мы поджигаем машину, возвращаемся домой. И у меня достаточно времени, чтобы одеться для моего вечернего выхода ".

"Ты классный парень, Люциас. Я всегда восхищался этим в тебе ".

"Спасибо тебе. Что ж, нам лучше уйти. Знаешь, это будет рекорд. Два идеальных преступления за одну ночь. Но мне придется получить львиную долю очков за первое ".

"Я не могу спорить об этом". Кевин дружески хлопнул его по плечу.

***

"Чист как стеклышко", - сказала Ева, изучая данные Люциаса. Это либо делает его дроидом, либо... Как там этот термин использует Мэвис? Слабоумный. Никаких школьных нарушений, никаких нарушений правил дорожного движения. Также следуя семейной традиции ".

"Вот почему они называются семейными традициями", - указал Рорк. "Интересно, какими будут наши? Преступление, конечно, но на какой стороне спектра?"

Она удостоила его взглядом. "У него есть собственная резиденция здесь, в городе. Я собираюсь найти время, чтобы поговорить с ним. Он купается в деньгах, так что он пользуется успехом там. У него есть познания в химии ".

"Привлекательный молодой человек", - прокомментировал Рорк, кивая на фотографию рядом с записанными данными. "Молодой - ключевое слово. Он едва закончил университет целый год."

"Я проверяю его. И я воспользуюсь проверкой его, чтобы посмотреть, сделает ли это его дедушку немного более общительным ".

"Он разозлил тебя".

"Это утвердительно. И я собираюсь разозлить его в ответ, как только получу разрешение открыть запечатанные. "

"Я могу достать эти данные для тебя".

"Я уже попросил тебя выполнить несанкционированную и незаконную блокировку компьютера. Давайте сведем наши черные метки к минимуму ".

"Блок может спасти жизнь. Это не черная метка. И я могу раздобыть вам некоторые из этих закрытых данных совершенно законным способом. Единственная ссылка на источник в Allegany, который работал над проектом. Если вы хотите, чтобы появились имена, я достану вам имена ".

"Просто звонок?"

"Очень просто".

"Тогда сделай это".

"Хорошо, но это тебе дорого обойдется".

Поскольку она заметила блеск в его глазах, она прищурилась. "Убирайся. Я не плачу за информацию сексом ".

"Подумай о том, чтобы взять одного для команды", - предложил он и повалил ее в кресло для сна.

К тому времени, как она расплатилась, у нее звенело в ушах, и каждая унция напряжения покинула ее тело. Казалось, ее кости расплавились вместе с ним, как она обнаружила, когда попыталась встать.

На ней были только ее ботинки и бриллиантовый кулон, который он когда-то подарил ей.

"Знаешь, если бы ты не стал полицейским, у тебя могло бы быть будущее в порнофильмах. И я имею в виду это наилучшим из возможных способов. Господи, Ева, ты просто картинка".

"Даже не думай о попытке второго раунда. Мне нужны эти данные, приятель ".

"Сделка есть сделка". Он плавно поднялся, на нем не было ничего, кроме его ухмылки. "Почему бы тебе не заказать нам что-нибудь поесть", - предложил он, направляясь в свой кабинет. "Я умираю с голоду".

Она смотрела, как он уходит.Поговорим о картинах, подумала она. Если бы она не считала себя при исполнении служебных обязанностей, у нее был бы соблазн броситься за ним, схватить его и вонзить зубы в его действительно превосходную задницу.

Вместо этого она согласилась бы на бургер с автофлавом.

Она наклонилась, подобрала свою одежду.

"Лови!"

Она выпрямилась и, поскольку ее руки были заняты, взяла халат, который он бросил ей в лицо.

"С таким же успехом это могло бы быть удобно", - сказал он. "И о, дорогая? Я бы не отказался от бокала вина ".

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Чизбургер был бы не его первым выбором, особенно с Savignon Blanc '55. Но это было шоу Евы.

"Почему ты не рассказала мне об этом парне раньше?"

Он наблюдал, как Ева сыплет соль на картошку фри, и поморщился. "Проверяли ли ваше кровяное давление в последнее время?"

"Просто ответь на вопрос".

"У тебя было много утюгов в огне, поэтому я взял этот. Стайлз был обязан быть более сговорчивым со мной, чем с тобой. О чем свидетельствует тот факт, что после минимального ворчания он копается в своих файлах и своей памяти. Вы получите свои данные к тому времени, как мы закончим это восхитительно подростковое блюдо. Еще луковых колец?"

"Ты доверяешь ему?"

"Я знаю, да. Стайлз делает карьеру, будучи раздражительным, но под грубой внешностью скрывается столь же грубое, но честное нутро. Он бы тебе понравился ".

Это было очевидно, что Рорк сделал, и она доверяла его инстинктам. "Что мне нужно, так это сотрудники проекта, которые слишком увлеклись экспериментами. Люди, которые могли бы забрать это с собой домой. Их семья, друзья, соратники".

"И так я объяснил. Расслабьтесь, лейтенант, или вы заработаете себе несварение желудка." Он наблюдал, как она переворачивает луковые кольца. "Хотя в любом случае это в значительной степени данность".

"Ты просто дуешься, потому что я не выбрала каре ягненка или что-то в этомроде. Убийства связаны с проектом. Это просто следует логике. Вы должны определить запасы и намерения. Вы не подбираете этих конкретных нелегалов на улице. Производные, разбавленные клоны, но не чистый товар ".

Она подняла свой бокал, изучая бледно-золотистую жидкость. "Прямо как этот материал. Ты не можешь зайти в винный магазин на углу, "двадцать четыре на семь" и купить бутылку этого. Вы можете приобрести дешевые заменители, некачественные, как вы их называете, этикетки, но для дерзких штучек вам нужен поставщик высокого класса и необходимые средства ".

"Или твой собственный виноградник".

"Или на твоем собственном винограднике", - согласилась она. "У тебя это есть, ты можешь пить это как воду. Он не довольствуется заменителями. Он лучше этого, заслуживает самого лучшего. Лучшие нелегалы, лучшие вина, лучшая одежда. И женщины по его выбору. Просто еще один товар".

"У него есть средства потакать себе во всех пороках. Разве не вероятно, что он проложил себе путь к этому предельному наслаждению?"

"Да, если судить по процентам, вероятности профилирования. Но это еще не все, потому что их двое. Командная работа, соперничество, взаимная зависимость. Первый облажался. Он еще не дорос до убийства, поэтому запаниковал. Но это повысило ставки. Второй парень не может позволить своему приятелю опередить его. В нем больше жестокости, и он не боится увидеть эту часть себя. Он наслаждается этим. Затем вы возвращаетесь к первому игроку, и он снова все портит. Он оставляет ее в живых. Он проигрывает игру ".

"Ты отвергаешь множественность личностей?"

"Даже если это члены парламента, мы имеем дело с двумя. Но я больше склоняюсь к простому пути. Два стиля, два убийцы. Интересно, было ли у кого-нибудь из списка проекта два сына. Может быть, братья. Это имело бы смысл, если бы ... или друзья детства." Она снова переключила свое внимание на Рорка. "Парни, которые выросли вместе. Это похоже на братство, не так ли?"

Он подумал о Мике. "Это так. Тем более, что у вас нет семейной динамики, антагонизмов, которые мешают. С Миком, Брайаном и остальными из нас мы были семьей, которую сами создали, а не той, в которой родились. Это мощная связь ".

"Хорошо, скажи мне это - от вида, который большую часть своих размышлений делает с помощью своего пениса - "

"Я возмущен этим. Я думаю своим пенисом не более двадцати пяти процентов времени ".

"Скажи это кому-нибудь, кого ты только что не прибил в кресле для сна".

"И я могу сказать вам, что это заняло очень мало времени. Но твой вопрос в том, что?"

"Парни трахнутся с кем угодно, если у них будет шанс".

"Да, и мы гордимся этим".

"Без обид. Просто так работает машина. Но когда у них есть выбор, избранность, даже фантазия, они склоняются к определенному типу. Чаще всего эта фантазия или тип основан на женской фигуре, которая была или остается важной для мужчины. Либо тип каким-то образом напоминает эту фигуру, либо противостоит ей ".

"Поскольку я предполагаю, что в этом случае вы устраняете базовую химию, эмоции и отношения, я не буду спорить. Женская машина работает почти таким же образом ".

"Да, вот как он их получает. Воплощая себя в их фантазии. Но я держу пари, что женщины, которых он выбирает, ищут тип, к которому он относится, или кажутся внешне. Ему не нужно сильно меняться. Зачем ему это? Это его игра. Я собираюсь проверить некоторые вероятности."

Рорк услышал сигнал из своего офиса о поступлении данных. "Стайлз прошел через это. Я переведу это для тебя ".

"Спасибо". Она взглянула на свое наручное устройство. "Девять пятнадцать", - объявила она. "Почти время свидания".

***

Ее звали Мелисса Коттер, и она была из Небраски. Настоящая фермерская девушка, которая сбежала с полей ради ярких огней большого города. Она надеялась, как и тысячи других молодых женщин, которые устремились в Нью-Йорк, стать актрисой. Конечно, серьезная актриса - та, которая останется верна своему искусству, вливая новую жизнь в классические роли, сыгранные всеми великими людьми, которые выступали на сцене до нее.

Пока она ждала, чтобы зажечь Бродвей, она обслуживала столики, ходила на прослушивания и бралась за любую работу, которая попадалась ей на пути. По ее мнению, именно так начинали свою карьеру все великие артисты.

В двадцать один год она была полна оптимизма и невинности. И сны. Она обслуживала столики с неутомимым весельем, а ее фермерский внешний вид принес ей столько же чаевых, сколько и быстрое обслуживание.

Она была блондинкой, голубоглазой и хрупкого телосложения.

Будучи общительным созданием, Мелисса завела много друзей. Она всегда стремилась к дружбе, разговорам, переживаниям.

Она обожала Нью-Йорк со страстью нового любовника, и за те шесть месяцев, что она прожила в городе, ее привязанность не уменьшилась ни на ватт.

Она рассказала своей соседке напротив, Ванде, о своем свидании той ночью. И посмеялась над опасениями своей подруги. Сообщения СМИ об убитых женщинах к ней не относились. Разве Себастьян сам не заговорил об этом, разве он не сказал, что полностью поймет, если она не почувствует себя комфортно, встречаясь с ним сегодня вечером?

Как она сказала Ванде, он вряд ли поднял бы этот вопрос, если бы был опасным человеком.

Он был замечательным мужчиной, умным, эрудированным, волнующим. И так сильно отличается от всех мальчиков дома. Большинство из них не знали Чосера по Честерфилду. Но Себастьян знал все о поэзии и пьесах. Он путешествовал по всему миру, посещал представления во всех великих театрах.

Она перечитывала его электронные письма снова и снова, пока не смогла выучить их наизусть. Никто, кто мог бы написать такие прекрасные вещи, не мог быть кем угодно, кроме замечательного.

И он встречался с ней у Жан-Люка, в одном из самых эксклюзивных клубов в городе.

Она сшила платье сама, сделав его по образцу платья, которое носила актриса Хелена Грей, когда в прошлом году принимала своего Тони. Темно-синий материал был скорее синтетическим, чем шелковым, но с прекрасной драпировкой. К нему она надела жемчужные серьги, которые ее бабушка подарила ей на двадцать первый день рождения в ноябре. Они выглядели почти настоящими, стекая с ее мочек.

Туфли и сумка были куплены на распродаже в Macy's.

Она сделала быстрый, смеющийся поворот. "Как я выгляжу?"

"Ты выглядишь великолепно, Мел, но я бы не хотел, чтобы ты уходила".

"Перестань быть такой беспокойной, Ванда. Со мной ничего не случится ".

Ванда прикусила губу. Она посмотрела на Мелиссу и увидела маленького шерстистого ягненка, который радостно бубнил, когда его вели на заклание. "Может быть, я скажу, что заболел, и побуду здесь у тебя, пока ты не вернешься домой".

"Не будь глупой. Тебе нужны деньги. Давай, иди собирайся на работу". Мелисса обняла Ванду за плечи и проводила ее до двери. "Если это заставит тебя почувствовать себя лучше, я позвоню тебе, когда вернусь".

"Обещаю".

"Честь скаута. Думаю, я собираюсь заказать мартини. Я всегда хотел попробовать одно. Как ты думаешь, что более изощренно? Джин или водка? Водка", - решила она, прежде чем Ванда смогла что-то взвесить. "Мартини с водкой, очень сухой, с изюминкой".

"Ты позвонишь мне, как только вернешься. И не приводи его сюда, несмотря ни на что."

"Я не буду". Мелисса развернулась к лестнице. "Пожелай мне удачи".

"Я верю. Будь осторожен".

Мелисса сбежала по всем трем пролетам, чувствуя себя очень гламурно. Она выкрикивала приветствия соседям, принимала позу под волчий свист, произнесенный мистером Тиддингсом в 102. Когда она выбежала на тротуар, ее щеки были раскрасневшимися и розовыми.

Она подумала о том, чтобы взять такси, но, поскольку у нее было больше времени, чем денег, решила, что лучше всего поехать на метро в центр города.

Она присоединилась к толпе на подземной платформе, напевая себе под нос в предвкушении предстоящего вечера. Она протиснулась в поезд и стояла, поддерживаемая телами.

Толпы не беспокоили ее; она процветала на них. Если бы она не была так занята написанием сценария своей встречи с Себастьяном, она бы завела сколько угодно разговоров со своими попутчиками.

Только при личных встречах с мужчинами она обнаруживала себя застенчивой и косноязычной. Но она была уверена, она была уверена, что с Себастьяном у нее не будет ни того, ни другого.

Они были словно созданы друг для друга.

Когда поезд резко остановился, и огни погасли, ее бесцеремонно швырнули на крепкого чернокожего мужчину, втиснувшегося рядом с ней.

"Извините меня".

"Это круто, сестра. Для тебя этого недостаточно, чтобы нанести удар ".

"Интересно, что не так". Она пыталась видеть людей насквозь, поверх них в зеленоватом свете аварийного освещения.

"Вечно какая-то неразбериха с этим поездом на окраине города. Не знаю, почему они не исправят эту сучку." Он скользнул взглядом вниз по ней и снова вверх. "У тебя назначено свидание, понимаешь?"

"Да. Я надеюсь, что мы не задержимся надолго, иначе я опоздаю. Я ненавижу опаздывать ".

"Похоже на тебя, парень не будет возражать подождать". Его дружелюбное лицо стало жестким и холодным, и сердце Мелиссы подпрыгнуло к горлу. "Брат, убери свои пальцы от сумочки этой дамы, или я разорву их на мелкие кусочки".

Мелисса вздрогнула, схватила сумочку и прижала ее к животу. Она оглянулась и мельком увидела невысокого мужчину в темном плаще, когда он скользнул обратно в толпу.

"Ох. Спасибо! Иногда я забываю быть осторожным ".

"Не плати за то, чтобы забыть. Держи этот кошелек при себе ".

"Да, я сделаю это. Еще раз спасибо. I'm Melissa. Мелисса Коттер."

"Бруно Биггс. Они просто называют меня Биггс ... Потому что я такой и есть ".

Во время десятиминутной задержки она болтала с ним. Она узнала, что он работал на стройке, у него была жена по имени Ритц и маленький мальчик, которого они назвали Би Джей в честь Бруно-младшего. К тому времени, как они добрались до ее остановки, она дала ему название ресторана, в котором работала, и пригласила его привести свою семью на ужин. Когда люди хлынули с поезда, она помахала рукой и позволила течению увлечь себя.

Бруно видел, как она пыталась поторопиться, ее сумочка снова волочилась за ней.

Он покачал головой и двинулся прочь как раз перед тем, как двери закрылись.

Мелисса вырвалась из толпы и помчалась вверх по лестнице. Она собиралась опоздать, если не пробежит последние три квартала. Она бросилась за угол. Что-то ударило ее сзади, низко по спине, и заставило ее качнуться вперед. Ремешок ее сумочки порвался начисто. Ей удалось коротко вскрикнуть, когда она упала с бордюра. Раздался визг тормозов, крики, затем яркая, ослепляющая боль, когда она вылетела на улицу.

Она услышала, как что-то еще щелкнуло.

"Мисс Коттер? Мелисса." Бруно склонился над ней. "Боже всемогущий, сестра, я думал, ты попадешь под машину. Вернул тебе это." Он потряс ее сумочкой.

"Я - я забыл быть осторожным".

"Теперь ладно, хорошо. Тебе нужен MTS? Насколько сильно тебе больно?"

"Я не знаю... моя рука."

Она сломала руку. И спас ей жизнь.

***

"Восемьсот шестьдесят восемь имен". Ева сжала переносицу. "Просто не могло быть просто".

"Это не включает в себя обслуживание здания или обычную канцелярщину".

"На данный момент этого достаточно. Мы сосредоточимся на тех, кого ваш источник перечисляет как получивших выговор за рекреационное использование, и тех, кого, как он помнит, упоминали в каких-либо судебных процессах. Но нам нужно работать со всеми ними. Мне нужно разделить их - медиков, администрацию, электронных дронов, лаборантов. Разделите их по возрастным группам. Те, у кого есть семьи, и возраст их детей. Еще один список всех, кто был уволен во время запуска проекта."

Она посмотрела на него, в ее глазах мелькнул слабый блеск.

"Меня что, только что понизили до электронного дрона?"

"Ты мог бы сделать это быстрее".

"Несомненно, но - "

"Да, да, это мне дорого обойдется. Извращенец". Она задумалась, просветлела. "Вот что я тебе скажу. Мы заключим сделку. Ты поможешь мне с этим, и я проконсультируюсь с тобой по любой коммерческой сделке, которую ты сейчас проворачиваешь ".

Он немного побледнел. "Дорогая, это так мило с твоей стороны. Я никак не мог посягнуть на ваше драгоценное время ".

"Трус".

"Еще бы".

"Давай, дай мне шанс. Что у тебя наготовлено?"

"У меня как раз сейчас кипит несколько кастрюль". Он засунул руки в карманы и попытался сообразить, в какой проект или переговоры, которые сейчас у него на повестке дня, она могла бы вмешаться с наименьшим возможным ущербом.

На ее рабочем столе запищал линк.

"Спасен, так сказать, звонком".

"Мы вернемся к этому", - предупредила она его.

"Я искренне надеюсь, что нет".

"Даллас".

"Лейтенант Даллас? Стефани Финч. Ты пытался связаться со мной?"

"Это верно. Где ты находишься?"

"Только что вернулся в Нью-Йорк. Отменил последние пару заездов. Что я могу для тебя сделать?"

"Нам нужно поговорить, мисс Финч. Лично. Я могу быть там через двадцать минут".

"Эй, послушай. Я только что вошел в дверь. Почему бы тебе не рассказать мне, в чем дело?"

"Двадцать минут", - повторила Ева. "Оставайся доступным".

Она прервала клятву Стефани, зацепив ее за оружейный ремень. "У вас, случайно, есть авиакомпания "Междугородний рейс"?"

Он просматривал данные на экране и не взглянул в ту сторону. "Нет. Их оборудование старое, и замена и / или ремонт обойдутся в десять-полторы тысячи миллионов. Они работают в минусе, и так было последние три года. Плохое обслуживание клиентов, которое ведет к кошмару в пиаре. Они закончат через год, максимум через восемнадцать месяцев." Теперь он оглянулся. "Тогда я их куплю".

"Ты ждешь, пока они не перевернутся замертво". Она поджала губы. "Хороший план, но он сводит на нет идею взять тебя с собой, чтобы ты мог подтолкнуть локтем сотрудника. Я отмечу Пибоди. Униформа - это всегда приятный штрих ".

"Согласен, и это одеяние тоже. Но ты, возможно, захочешь снова надеть свои ботинки ".

Она нахмурилась, глядя на себя сверху вниз. "Черт". Она схватила ботинки и выбежала. "Увидимся позже".

***

Стефани не притворялась довольной. Она открыла дверь и с хмурым видом повела за собой. "Удостоверение личности", - отрезала она.

Ева раскрыла свой значок, протягивая его, пока Стефани внимательно и долго рассматривала. "Я слышал о тебе. Коп, который зацепил Рорка. Отличная работа ".

"Ну и дела, спасибо. Я передам ему, что ты так сказал ".

Стефани просто ткнула большим пальцем в сторону Пибоди. "Что это за форма?"

"Мой помощник. Мы заходим, Стефани, или обсудим это в коридоре?"

Стефани отступила назад, закрыв за ними дверь. "У меня только что отменили два прибыльных забега, представитель моего профсоюза говорит о забастовке, которая поставит меня в безвыходное положение. Шаттл, на который они меня запихнули, должен был быть на гребаной свалке, и мое нутро подсказывает мне, что я могу остаться без работы в течение года ".

"Он никогда не промахивается", - пробормотала Ева.

"Меня преследует коп до Европы и обратно, так что я в отвратительном настроении, лейтенант. Если это о моем бывшем ублюдке, я могу сказать одно: он не моя проблема ".

"Я здесь не из-за твоего бывшего ублюдка. Вы переписывались по электронной почте с человеком, который называет себя Вордсвортом."

"Откуда ты знаешь? Электронная почта частная."

"Человек, который называет себя Вордсвортом, подозревается в двух убийствах и одном покушении на убийство. А теперь, не хотите ли станцевать о нарушении конфиденциальности в киберпространстве?"

"Ты, должно быть, издеваешься надо мной".

"Пибоди, посмотри на мое лицо. Это мое шутливое лицо?"

"Нет, сэр, лейтенант".

"Теперь, когда мы с этим разобрались, почему бы нам не присесть?"

"У меня свидание с ним завтра днем", - сказала Стефани и обхватила себя руками, как будто замерзла. "Когда мои рейсы были отменены, я отправил несколько электронных писем из зала ожидания пилотов в Хитроу. Он предложил нам встретиться завтра на пикнике в парке Гринпис."

"Во сколько?"

"Час дня".

Он нарушает шаблон, подумала Ева.Снова повышаем ставки. "Сядь, Стефани".

"Ты уверена в этом". Стефани села, уставившись на Еву. "Да, ты уверен. Бьюсь об заклад, это твое лицо, уверенное в смерти. Что ж, я смущен и чувствую себя самым большим идиотом в мире ".

"И ты жива", - сказала ей Ева. "Я собираюсь сохранить тебя таким образом. Опиши мне Вордсворта ".

"Физически я понятия не имею. Он торговец произведениями искусства. Иностранным студентам. Увлекается оперой, балетом, поэзией. Я искал какой-нибудь класс. Моя бывшая была амебой. Если бы это был не Бал на Арене, об этом не стоило говорить. Я поддерживал никчемного ублюдка последние шесть месяцев, что мы были вместе. Дважды выручал его за пьянство и беспорядки, затем он ..."

Она замолчала. "Видимо, у меня все еще есть проблемы. Дело в том, что я искал его противоположность. Кто-то с некоторым лоском, кто мог сделать больше, чем просто хрюкать, когда хотел еще пива. Думаю, я искал немного романтики ".

"И он сказал все правильные вещи".

"Бинго. Если это слишком хорошо, чтобы быть правдой, то, вероятно, это большая, жирная ложь. Похоже, я забыл этот девиз. Но пикник в парке, посреди чертового дня, можно подумать, что это было бы безопасно. Я могу постоять за себя ", - добавила она. "Я жму лежа сто двадцать. У меня черный пояс пятой степени. Я ничья жертва. Он ни за что не одолел бы меня ".

Ева оценила ее и согласилась. При большинстве условий женщина, вероятно, могла бы прекрасно постоять за себя. "Он планирует накачать тебя очень сильным сексуальным наркотиком, запрещенным законом. Ты бы привела его обратно сюда, потому что думала бы, что это твой выбор. Он зажигал свечи, включал музыку, наливал тебе еще вина с привкусом. Он бы посыпал кровать лепестками розовых роз ".

"Чушь собачья". Но она побледнела. "Это чушь собачья".

"Вы бы не подумали об этом как об изнасиловании, когда это произошло. Ты бы сделал все, что он сказал тебе сделать. Когда он давал тебе второй наркотик, ты проглатывала его прямо перед ним. Пока ваш организм перегружен, ваше сердце не выдержит; вы даже не узнаете, что вы мертвы ".

"Ты хочешь напугать меня?" Стефани поднялась на ноги, прошлась по комнате. "Ты делаешь чертовски хорошую работу".

"Это верно. Я хочу напугать тебя. Это то, что он планирует, это то, что могло бы произойти завтра днем. Но этого не произойдет, потому что ты будешь делать именно то, что я тебе скажу ".

Стефани снова опустилась на стул. "Он не знает, где я живу. Скажи мне, что он не знает, где я живу ".

"Вероятно, так и есть. Он провел некоторое время, наблюдая за тобой. Получал какие-нибудь цветы в последнее время?"

"О Иисус. Розовые розы. Вчера этот сукин сын прислал мне розовые розы. В моей квартире в Лондоне. Я потащил их с собой домой. Они в спальне".

"Хотите, чтобы я избавился от них для вас, пилот Финч?" Спросила Пибоди.

"Выбросить их в утилизатор?" Стефани потерла лицо руками. "Я дрожу. Я пилотировал эту смертельную ловушку через Атлантику, и я сижу здесь, дрожа. Я была в восторге от встречи с ним. Представлял, что начну эти действительно приятные, приносящие удовлетворение отношения. Бывший ублюдок с каждым разом выглядит все лучше ".

"Ты не собираешься никому говорить или связываться с этим. Что касается Вордсворта, ты встречаешься с ним завтра. Были ли какие-либо планы подтвердить дату?"

"Только для того, чтобы отменить. Я должна была дать ему знать к полудню, если мне придется отменить ".

"Встань на минутку".

Когда Стефани подчинилась, Ева тоже поднялась, обошла ее кругом, оценила телосложение, рост. "Да, двое могут играть в игру с переодеванием. Когда мы закончим здесь, ты можешь сыграть это двумя способами. Ты можешь упаковать все, что тебе нужно, и я позабочусь о том, чтобы тебя поместили в безопасное место сегодня вечером. Или, если ты хочешь остаться здесь, я попрошу пару копов остаться с тобой на ночь. В любом случае, ты будешь лучше спать ".

"О да, сегодня ночью я буду спать как младенец".

***

Ева была не единственной, кто работал сверхурочно. Макнаб был на своей собственной миссии. Он подстегнул себя для этого двумя бутылками домашнего пива, которые в настоящее время обжигали слизистую оболочку его желудка. Он не был пьян. Он чуть не напился. Потому что он хотел иметь ясную голову, когда надирал анютины глазки Чарльзу Монро.

Не подозревая, что стал мишенью ревнивого и слегка тошнотворного электронного детектива, Чарльз покусывал пальцы Луизы. Они делили поздний ужин в его квартире.

"Я ценю, что ты согласился начать вечер так поздно".

"У нас обоих странный график. Это замечательное вино". Она сделала глоток. "Замечательная еда. И мне очень нравится ваш дом. Больше, чем ресторан".

"Я хотел тебя для себя. Я хотел тебя для себя весь день."

"Я говорила тебе, что мне не очень везло с отношениями, Чарльз". Она встала, чтобы подойти к окнам. "Я целеустремленная, управляемая и ни в каких отношениях, в которых я была, не уделяла должного внимания. Заслуживает."

"Я думаю, твоя удача вот-вот изменится". Он повернул ее лицом к себе. "Я знаю, что у моего было. Луиза." Он опустил голову, слегка коснулся губами ее губ, один, затем два раза, втягивая ее внутрь. Он закружил ее в танце, углубляя поцелуй, когда ее руки обвились вокруг него. Приближая ее, когда она дрожала.

"Пойдем со мной в постель", - прошептал он. "Позволь мне прикоснуться к тебе".

Ее голова откинулась назад, когда его рот прошелся вдоль ее горла. "Подожди. Просто... подожди. Чарльз." Она отстранилась. "Я думал об этом. Я потратил слишком много времени, размышляя об этом сегодня и прошлой ночью. С тех пор, как я впервые увидел тебя. Часть моей проблемы в том, что я слишком много думаю ".

Она отступила, нуждаясь в небольшом расстоянии. "Есть такая тяга. Я никогда не чувствовал такого притяжения, как это... когда-либо, - выдавила она. "Но я не собираюсь ложиться с тобой в постель. Я не могу."

Он не сводил с нее глаз, медленно кивнул. "Я понимаю. Тебе трудно принять идею близости со мной ".

"Сложно", - сказала она со смешком. "Нет, я бы не сказал, что сложно".

"Тебе не нужно объяснять. Я знаю, кто я такой ".

Она покачала головой. "Кто ты такой?"

"Лицензированным компаньонам, как правило, тоже не очень везет в личных отношениях. Во всяком случае, не настоящие."

"Мне жаль". Она подняла руку. "Ты думаешь, я не займусь с тобой сексом, потому что ты профессионал? Чарльз, это оскорбляет нас обоих."

Он вернулся к столу, взял свой бокал. "Я в замешательстве".

"Я не хочу спать с тобой сейчас, потому что это происходит слишком быстро. Потому что я думаю, что мои чувства к тебе гораздо глубже, чем это, и я хотел бы получить шанс выяснить это, прежде чем... Я просто хотел бы немного притормозить. Я бы хотел потратить больше времени на то, чтобы узнать друг друга. Меня бы сейчас здесь не было, если бы то, чем ты зарабатывал на жизнь, было проблемой для меня. И если ты думаешь, что я настолько мелочный и ограниченный, что я бы ...

"Я мог бы влюбиться в тебя".

Это остановило ее, у нее перехватило дыхание, просто то, как тихо он это сказал. "Я знаю. О Боже, я знаю. Я тоже. Это меня немного пугает ".

"Хорошо, потому что это меня очень пугает". Он вернулся к ней, поднял ее руку. "Мы будем медленнее". Поцеловал это. Затем ее запястье. Снова привлекая ее к себе, он провел губами по ее виску, щекам.

Ее пульс участился. "Это замедляется?"

"Мы не будем двигаться быстрее, чем ты хочешь". Он запрокинул ее лицо и улыбнулся. "Поверь мне, я профессионал".

И пока она смеялась, раздался звонок.

"Дай мне десять секунд, чтобы избавиться от того, кто это. И помни о моем месте".

Когда он открыл дверь, Макнаб оттолкнул его на шаг назад. "Ладно, сукин ты сын. Мы идем по кругу".

"Детектив -"

"Кем, черт возьми, ты себя возомнил?" Макнаб толкнул его снова. "Ты думаешь, что можешь так с ней обращаться? Ткни своей следующей юбкой прямо ей в лицо?"

"Детектив, вы же не хотите снова дотронуться до меня".

"О да?" Возможно, вторая бутылка была не такой уж хорошей идеей, смутно подумал он, но храбро поднял кулаки. "Давай вместо этого попробуем это".

"Детектив Макнаб". Луиза спокойно встала между ними. "Ты явно расстроен. Может быть, тебе стоит присесть."

"Доктор Диматто, - взволнованный Макнаб опустил кулаки. "Я не видел тебя там".

"Чарльз, почему бы тебе не приготовить кофе. Йен... Это Йен, не так ли? Давайте присядем."

"Прошу прощения, но я не хочу никакого чертова кофе и не хочу садиться. Я пришел, чтобы надрать ему задницу ". Он ткнул пальцем в Чарльза через ее плечо. "Мне жаль, что ты в центре. Ты милая женщина. Но у меня есть дело к этому сукиному сыну ".

"Я предполагаю, что это имеет отношение к Делии".

Когда Чарльз отошел от Луизы, Макнаб повернулся к нему. "Чертовски верно. Ты думаешь, раз ты водишь ее в гребаную оперу и модные рестораны, у тебя есть право бросить ее, когда появляется что-то более интересное?"

"Нет, я не хочу. Делия очень много значит для меня ".

Буквально увидев красное, Макнаб замахнулся. Его удар достиг цели, голова Чарльза откинулась назад. Он довел дело до конца коротким ударом в живот, прежде чем Чарльз пришел в себя достаточно, чтобы дать отпор.

Пока они кружили друг вокруг друга, молотя кулаками, проливая кровь, Луиза выбежала из комнаты. Они катались по полу потной, хрюкающей кучей, когда она вернулась. И вылила на них полное ведро ледяной воды.

"Этого, пожалуй, достаточно". Она со стуком поставила ведро, хлопнула руками по бедрам, когда они оба уставились на нее, разинув рты. "Тебе должно быть стыдно. Вы оба. Дрался за женщину, как будто она была сочным куском мяса. Если кто-то из вас думает, что Пибоди это оценит, вы очень сильно ошибаетесь. А теперь поднимайся на ноги".

"У него нет права причинять ей боль", - начал Макнаб.

"Я бы ни за что на свете не причинил вреда Делии. И если это так, я сделаю все, что в моих силах, чтобы загладить свою вину перед ней ". Чарльз откинул назад мокрые волосы. Теперь до него доходила картина. "Ради Бога, придурок, ты сказал ей, что влюблен в нее?"

"Кто сказал, что я был?" Его покрытое синяками лицо стало белым как полотно. "Я просто присматриваю за... Заткнись. Она хочет кататься с тобой, когда ты работаешь с другими юбками, это ее дело. Но она не работа." Он указал на Луизу.

"Это верно. Она не такая".

"И никто так не манипулирует Пибоди".

"Послушай, очевидно, у тебя сложилось впечатление, что мы с Делией были -"

"Это только что произошло, Йен". Луиза быстро прервала, бросив на Чарльза предупреждающий взгляд. "Это не было запланировано. Прости, если я несу за это ответственность ".

"Я не виню тебя".

"Я виноват не меньше. Чарльз и я ... мы хотим получить шанс создать что-то вместе. Ты можешь понять?"

"Значит, Пибоди просто выбыла из игры".

"Мне жаль". Когда забрезжил свет, Чарльз поднялся на ноги. "Я надеюсь, она поймет. Я надеюсь, что мы все еще можем быть друзьями. Она замечательная женщина. Больше, чем я заслуживаю ".

"Ты правильно понял эту часть, приятель".

Промокший, измученный и более чем немного больной, Макнаб сумел подняться. "Тебе лучше найти способ все исправить с ней".

"Я сделаю. Даю тебе слово. Позволь мне принести тебе полотенце ".

"Мне не нужно чертово полотенце".

"Тогда попробуй вместо этого дать совет. У тебя есть четкий путь. Постарайся не оступиться от этого ".

"Да, верно". Он вышел, его выходу немного помешал скрип воздушных ботинок.

"Что ж". Чарльз выдохнул. "Это было забавно".

"Стой спокойно", - приказала Луиза. "У тебя кровоточит губа".

Когда она промокнула его салфеткой, Чарльз наклонил голову. "Я тоже насквозь мокрый".

"Да, это так".

"Я думаю, он ушиб мне ребра".

"Я посмотрю. Давай. Давай снимем с тебя эту мокрую одежду и подлатаем тебя. На этот раз, - сказала она, - я профессионал".

"Мне нравится играть в доктора. Луиза." Он остановил ее, заставил повернуться и посмотреть на него. "Делия и я - Она действительно очень особенная для меня. Но мы никогда не были любовниками ".

"Да, я понял это". Она нежно погладила пальцами его покрытую синяками щеку. "Я не могу поверить, что ты собирался рассказать Йену".

"Может быть, мой мозг все еще был не в себе после того, как его кулак с голыми костяшками врезался мне в лицо. Мы друзья", - добавил он. "Делия - лучшая подруга, которая у меня когда-либо была".

"И ты только что оказал ей милую услугу. Давай сейчас, пойдем с доктором Луизой ". Она обвила рукой его талию. "Это мило, не так ли, то, как он бросился ее защищать".

"Милая". Чарльз пошевелил челюстью и увидел несколько звездочек. "Он думает, что я сплю с ней, и это его бесит. Потом он думает, что я перестал с ней спать, и это бесит его еще больше, поэтому он подходит сюда и бьет меня по лицу. Да, очень мило."

"Это все точка зрения. Теперь, сними свою одежду. Первый вызов на дом бесплатный."

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Ева стояла на тротуаре перед многоквартирным домом Стефани Финч, ей потребовалось время, чтобы разобраться в своих мыслях. Приближалось лето. Она могла чувствовать тяжесть этого в воздухе. "Для тебя это похоже на дождь, Пибоди?"

Пибоди шмыгнула носом. "Нет, сэр. Влажность приближается. Вероятно, завтра будет жарко и тяжело".

"Несколькими способами, чем один. Но я не хочу, чтобы шторм все испортил ".

"Даллас, если мы нападем на него завтра, не используя приманку, мы не можем быть уверены, что поймаем его на чем-либо, кроме незаконного хранения, и это если у него есть при себе."

"Он будет носить. И у нас есть приманка ".

Пибоди оглянулась на здание. "Ты ничего не сказал ей о том, чтобы пойти на свидание".

"Она не будет хранить это. Я сделаю это".

"Ты?" Покачав головой, Пибоди окинула Еву оценивающим взглядом. "Если он придерживается шаблона, мы должны предположить, что он знает, как она выглядит. И ты не похожа на нее. Вы примерно одного роста, но цвет кожи разный, черты лица другие. И она, ну, бюстье. Без обид."

"К часу дня завтрашнего дня я буду достаточно похожа на нее, чтобы пройти. Я звоню Мэвис."

"О". Пибоди просветлела. "О, это со льдом".

"Тебе легко говорить. Тебе не придется выслушивать лекции от нее и Трины о том, почему я в последнее время не придаю форму бровям, или почему я не пользуюсь кремом для ягодиц, или что-то в этом роде. И мне, вероятно, придется согласиться на полное лечение после операции ". Это было сказано с нескрываемой горечью. "Я знаю, как они работают".

"Вы настоящий солдат, сэр, жертвующий собой ради дела".

"Сотри эту улыбку со своего лица, офицер".

"Вытираю, сэр".

"У нас есть..." Она повернула запястье, чтобы проверить время. "Четырнадцать часов, чтобы собрать это воедино. Иди домой, немного поспи. Я хочу, чтобы ты был в моем домашнем офисе в о шестьсот. Носи мягкую одежду. Свяжись с Фини и Макнабом, введи их в курс дела. Мне придется пометить командира дома ". Она выдохнула. "Держу пари, что отвечает его жена".

Ева скользнула за руль своего автомобиля, включила автопилот и направила его к дому. Двигатель завелся и заглох.

Она откинулась назад, уставившись на консоль. "Это просто неправильно. Я офицер высокого ранга". Она подчеркнула это, ударив по приборной панели тыльной стороной ладони. "Я заслуживаю чертовски надежной езды. Компьютер, запускай вонючую диагностику на автопилоте."

Несанкционированное использование этого транспортного средства является незаконным деянием, наказуемым лишением свободы на срок до пяти лет и денежным штрафом в размере пяти тысяч долларов США. Если вы не уполномочены пользоваться этим транспортным средством, пожалуйста, немедленно выйдите из него. Если у вас есть разрешение, назовите себя. Невыполнение этого требования автоматически заблокирует все существующие и уведомит ближайшую патрульную машину.

Красная дымка застилала ее зрение. "Ты хочешь, чтобы я назвал себя? Я назову себя, ты, демон из ада. Даллас, лейтенант Ева. Код авторизации транспортного средства Ноль-Пять-Ноль-Шесть-Один-Чарли. Я вооружен, и я опасен, и примерно через пять секунд я собираюсь выхватить свое оружие и поджарить все твои микросхемы ".

Любая попытка вандализма в отношении этого транспортного средства приведет к -

"Заткнись, заткнись, заткнись, и проверил гребаную идентификацию".

Обработка... Ваши идентификационные данные и коды верны, Даллас, лейтенант Ева

"Дэнди Кин, теперь запустите чертову диагностику".

Работает... Автоматическая навигация на этом транспортном средстве испытывает системные проблемы. Желаете ли вы уведомить службу поддержки в это время?

"Я хочу послать "Техобслуживание" и всех, кто в нем работает, к чертям собачьим. И не говори мне, что это приведет к штрафу и / или тюремному заключению, потому что оно того стоило бы. Снова включите руководство."

Двигатель заурчал, и заработал кондиционер, наполняя кабину холодным воздухом. "Отключите климат-контроль".

Работает... Климат-контроль испытывает системные проблемы. Желаете ли вы уведомить службу поддержки в это время?

"О, пошел ты", - сказала Ева и опустила все окна.

Она отскочила от бордюра и, не желая доверять встроенной связи, вытащила свою собственную.

Миссис Ответила Уитни, выглядевшая идеально ухоженной и очень раздраженной.

"Извините, что беспокою вас дома, миссис Уитни, но мне нужно поговорить с командиром."

"Уже одиннадцать часов, лейтенант. Это не может подождать до утра?"

"Нет, мэм, этого не может быть".

"Минутку", - отрезала она и переключила Еву в режим ожидания с включенной музыкой. Ева слушала скрипки и флейты, ведя машину одной рукой в потоке машин.

"Уитни".

"Простите, что звоню вам домой, коммандер, но в расследовании произошел перерыв".

"Я всегда готов услышать хорошие новости".

"Я только что вернулся с допроса Стефани Финч. У нее свидание с подозреваемым завтра в тысяча триста, Гринпис-парк."

"Он перешел в "Дни"?"

"Это соответствует профилю, сэр. Повышающий риск. Финч сотрудничает. Она согласилась остаться в своей резиденции. У меня с ней двое полицейских в форме, круглосуточно. Если подозреваемый не получит от нее вестей завтра к полудню, он придет на свидание. Я принимаю меры, чтобы пойти вместо нее ".

"Есть ли физическое сходство?"

"Мы близки по росту и телосложению. Я принимаю меры, чтобы позаботиться об остальном. У меня есть еще данные для изучения, но я могу поддерживать прикрытие, пока он не даст мне наркотик. Он вкладывает это в мою руку, командир, и мы его зашиваем."

"Что тебе нужно?"

"Я бы хотел, чтобы шесть полицейских в мягкой одежде, в дополнение к моей команде, были размещены в стратегических районах. Сегодня вечером я просмотрю диаграммы и определю место размещения. Я пойду в wired. Мне понадобятся Фини и электронный человек по его выбору в машине наблюдения. Желательно дополнительное транспортное и воздушное подкрепление, на случай, если он проскочит мимо меня. Я хотел бы отобрать остальных членов команды и проинформировать их из моего домашнего офиса к восьмистам часам. Я хочу, чтобы все были на местах к одиннадцати ".

"Ты оправдан. Выбирай своих людей и держи меня в курсе. Что, черт возьми, это за шум?"

"Ах, у меня барахлит климат-контроль, сэр".

"Что ж, сообщи в службу технической поддержки".

Она услышала, как заскрежетали ее собственные зубы. "Да, сэр".

***

Когда она вернулась домой, она промаршировала через свой кабинет к Рорку.

"Можете ли вы достать какую-нибудь взрывчатку?"

Он оторвал взгляд от своей работы, взял бокал с бренди, стоявший у его локтя. "Возможно. Чего бы ты хотел?"

"Все, что разнесет это оскорбление, эту мерзость, припаркованную у входа, на миллион крошечных кусочков, которые никогда не смогут быть собраны снова".

"Ах". Он взболтал бренди, сделал глоток. "Опять проблемы с автомобилем, лейтенант?"

"Это ухмылка?" Красная дымка снова сгущалась. "Это ухмылка на твоем лице? Потому что, если это..." Она засучила рукава.

"Ммм, насилие. Ты знаешь, как это меня возбуждает ".

Ей удалось коротко вскрикнуть и дернуть себя за волосы.

"Дорогая Ева, почему бы тебе не позволить кому-нибудь из моих механиков разобраться с этим? Или, еще лучше, забери из гаража все, что тебе подходит ".

"Потому что это все равно что сдаться. Эти ублюдки из Отдела технического обслуживания не собираются меня бить ". Она тяжело вздохнула. "В любом случае. Мэвис и Трина придут ко мне. Вероятно, Леонардо тоже. Они проводят здесь ночь ".

"У нас что, пижамная вечеринка? Будут ли бои подушками?"

"Ты просто смешон на минутку. Ты хочешь обновления или ты хочешь пофантазировать о скудно одетых женщинах, колотящих друг друга подушками?"

Его усмешка была быстрой и порочной. "Угадай".

Она опустилась на стул и ввела его в курс дела.

Он взял кошку, пока она говорила, сел, поглаживая Галахада, наблюдая за ней. Он знал, что она делала больше, чем просто вводила его в курс дела. Она совершенствовала, проверяла на наличие дыр, укрепляла операцию, пока рассказывала об этом. Они оба знали, что независимо от того, насколько тщательно спланирована операция, достаточно одной переменной, чтобы нарушить баланс.

"Некоторые мужчины", - сказал он, когда она закончила, - "более слабые мужчины, могут возражать против того, чтобы их жена устраивала пикник в парке с другим мужчиной".

"Я принесу тебе немного картофельного салата".

"Это моя девочка. Вы сказали, что Фини выберет своего человека внутри машины наблюдения. Я полагаю, его можно было бы убедить выбрать эксперта-консультанта, гражданского."

Круг, по которому вращался ее разум, резко оборвался, затем пошел вспять. "Это операция полиции Нью-Йорка, и тебе нет необходимости там присутствовать. У тебя есть своя работа ".

"Я делаю, да, но мне так нравится наблюдать, как ты делаешь свое". Он почесал кошачьи уши своими длинными, ловкими пальцами, что заставило Галахада замурлыкать от удовольствия. "Почему бы нам не позволить Фини решать?"

"Никакого подкупа".

Его брови изумленно взлетели вверх. "Действительно, лейтенант, вы меня раните. Если бы меня было легко обидеть, я бы, возможно, не сказал вам, что разделил, переписал и проиндексировал ваши данные ".

"Да? Тебя довольно удобно иметь рядом. Давайте посмотрим". Она встала, чтобы обойти консоль с его стороны. Он нажал единственную клавишу, затем опустил кошку на пол и притянул ее к себе на колени.

"Без шуток", - приказала она.

"Кто смеется?" Он прикусил мочку ее уха. "Вы видите на экране троих из тех сотрудников проекта с детьми мужского пола, которым сейчас было бы от двадцати до тридцати пяти. Это дает вам двадцать восемь попаданий. Если добавить братьев и сестер мужского пола и внуков, вторичных иждивенцев в той же возрастной группе, набирается еще пятнадцать."

"Итак, это сколько, сорок три возможных варианта. Это осуществимо".

"Однако..." Он поцеловал ее в затылок. "Уточняя и пересчитывая, используя тех сотрудников, которые получили выговор, были процитированы, уволены или названы по гражданским искам, мы уменьшаем количество этих возможных кандидатов до восемнадцати. Я предполагал, что ты захочешь начать с них. Экран четвертый."

"Продолжай в том же духе, шеф собирается предложить тебе постоянную должность в полиции".

"Сейчас ты пытаешься напугать меня, но я слишком силен для этого".

"Нокаутируйте тех, кому за тридцать. Держу пари, он моложе этого ".

Он уткнулся носом в ее шею и сделал это вручную. "Осталось до восьми".

"Да. Мы начнем с них. Компьютер, запустите проверку биографических данных, всех данных о лицах, перечисленных на четвертом экране."

Работает...

"Это займет минуту", - сказал ей Рорк и проделал свой путь от шеи до челюсти.

"Вы не уполномочены пытаться соблазнить главного следователя в это время".

"У меня огромный опыт в нарушении закона". Он нашел ее рот, погрузился в него.

"Вау. Они всегда выглядят так круто"

Мэвис Фристоун стояла в дверном проеме в сапогах на четырехдюймовой платформе, доходивших ей до промежности, блестящих, слезящихся розовых. Ее волосы, подкрашенные в тон, казалось, вырвались из ее головы взрывным пучком на макушке. К нему она надела скиммер с головокружительными розово-голубыми завитками, которые ниспадали до верха ботинок.

Она сияла улыбкой, оттеняемой сверкающими лицевыми заклепками, прикрепленными к уголкам ее рта.

Рядом с ней фыркнула Трина, ее собственные волосы, похожие на гору черного дерева высотой в фут. "Если это часть второстепенной работы копа, я хочу значок".

Пальцы Евы рефлекторно впились в руку Рорка. "Не оставляй меня", - прошептала она. "Что бы ты ни делал, не оставляй меня".

"Будь сильным. Добрый вечер, дамы."

"Леонардо придет в себя позже. У него было кое-что. Соммерсет сказал, чтобы мы сразу поднимались." Мэвис, пританцовывая, вошла в комнату. "Мы высоко оценили закуски. У нас есть все виды вкусностей, чтобы опробовать их на тебе, Даллас. Это так ультрамагнитно".

У Евы скрутило живот. "Упс".

"Где ты хочешь, чтобы я устроился?" Спросила Трина и уже изучала Еву так, что обалденному копу захотелось захныкать, как ребенку.

"В моем кабинете. Это официальная консультация, а не личное лечение ".

"Неважно". Трина выдула огромный фиолетовый пузырь, отщелкнула жвачку обратно. "Покажи мне, как ты хочешь выглядеть, и я сделаю так, чтобы это произошло".

В своем кабинете Ева вывела на экран официальную идентификационную фотографию Стефани Финч и сумела не вскрикнуть, когда Трина взяла ее лицо в руки. Руки с сапфировыми ногтями длиной в дюйм.

"Угу. Знаешь, красить губы в этом штате не преступление. Ты должен попробовать это".

"Я был немного занят".

"Ты всегда немного занят. Ты не пользуешься гелем для глаз, который я тебе дала. Ты не можешь найти минутку два раза в день для геля для глаз? Ты хочешь мешки и морщины? У тебя есть лучший кусочек мужской сладости на планете и за ее пределами, и ты хочешь, чтобы он смотрел на твое лицо с мешками и морщинами? Что ты собираешься делать, когда он бросит тебя ради женщины, которой требуется время, чтобы сохранить лицо?"

"Убей его".

Это заставило Трину рассмеяться и заставило маленький сапфир, который она прикрепила к левому глазному зубу, подмигнуть. "Легче использовать гель. Мне нужна твоя фотография, размести ее на разделенном экране с изображением, которое ты хочешь. Мне нужно запустить несколько программ трансформации, прежде чем мы начнем играть с твоим лицом."

"Конечно". Воспользовавшись отсрочкой, Ева подошла к своему компьютеру.

"Фрикадельки с коктейлем! Фригидная!" Мэвис взяла одну с подноса, который принес Соммерсет. "Соммерсет, ты - вершина".

Его лицо преобразилось. Еву всегда удивляло, что он мог улыбаться, и его лицо не раскалывалось на куски. "Наслаждайся. Если ты захочешь чего-нибудь еще, просто дай мне знать. И автореферат был полностью пополнен ".

"Ты должен остаться и наблюдать". Мэвис наколола вторую фрикадельку. "Мы собираемся превратить Даллас в кого-то другого".

"Это", - сказал Соммерсет, и его улыбка стала тонкой и кислой, как ломтик лимона, когда он взглянул на Еву, - "это ответ на молитву. И хотя это соблазнительно, я оставлю тебя заниматься твоей работой ".

"Он такой шутник", - сказала Мэвис, когда он вышел.

"О да, он действительно сводит меня с ума. Вот твой образ", - сказала Ева Трине. "Я должен проверить кое-какие данные в другой комнате. Просто дай мне знать, когда будешь готова для меня ".

Она вернулась в "Рорк" и была встречена чашкой кофе. "Хотя я полагаю, что тебе не помешал бы крепкий напиток, я предположил, что ты выберешь кофе".

"Спасибо. У нее три чемодана, целых три, заполненных ее отвратительными приспособлениями для пыток ". Она сделала бодрящий глоток кофе. "Я должен заплатить за это за опасную работу". Она повернулась к настенному экрану. "Давайте посмотрим, кто у нас есть".

Она откинулась на стол Рорка и изучила изображения и данные, одно за другим.

Врачи, юристы, студенты, инженеры, размышляла она. Она выделила одного, в настоящее время не работающего, с незначительным правонарушением, связанным с незаконным оборотом наркотиков, в его послужном списке.

"Он не трутень", - сказала она, наполовину себе. "Не тот, кто отрабатывает восьмичасовую смену. Ему нужно время для своего хобби, и у него есть деньги. Он профессионал или просто живет за счет своего портфолио. Эй, подожди. Компьютер, увеличьте текущее фотографическое изображение."

Она шагнула ближе к экрану, когда лицо заполнило его. И уставился в глаза Кевина Морано. "Это звучит для меня. Да, я знаю эти глаза. Кевин. Да, вот ты где, Кевин. Давайте посмотрим... Итак, мама работала над проектом. Отец не указан. Она была пиарщиком. Теперь владеет собственной фирмой. Базируется в Лондоне, с офисами в Нью-Йорке, Париже и Милане. Он единственный ребенок в семье и родился через тринадцать месяцев после того, как проект стартовал. Интересно. Действительно интересно, как пиарщик подает иск о сексуальном домогательстве, снова отказывается от него в течение шести недель, соглашается закрыть записи. И уходит с ребенком и достаточным количеством денег, чтобы основать международную фирму ".

Она оглянулась на Рорка. "Женщине, которая управляет собственной фирмой по связям с общественностью с таким размахом, ей, вероятно, понадобился бы довольно лощеный имидж. Отточенный, утонченный."

"Это следует".

"У женщины есть ребенок, затем, после небольшого скандала на рабочем месте, она отправляется туда-сюда, основывая международную компанию".

"Выигрыш от Макнамары и компании, должно быть, был значительным".

Ева кивнула. "Но почему она пошла на беременность? Зачем заводить ребенка?"

"Возможно, она хотела ребенка".

"Зачем? Посмотри на его обучение. Она начала заниматься с ним полный рабочий день в три. Все частные удобства. Школы-интернаты. И ты можешь поспорить на свою задницу, что кто-то другой первые три года занимался детскими штучками. Она не нашла эту компанию, пока меняла подгузники и возила ребенка на руках ".

"Некоторые родители, как известно," указал Рорк.

"Уму непостижимо, как. Но если бы она увлекалась материнством, она бы не отправила его прочь, когда он все еще сосал свой палец ".

"Я склонен согласиться с вами, хотя наш опыт в этой конкретной области ограничен. Если бы я хотел порассуждать, я бы задался вопросом, не был ли выигрыш связан с тем, что она пережила беременность ".

"Откупись от нее, купи ребенка", - предположила Ева. "В некотором смысле это продолжение проекта. Долгосрочные результаты. Завтра у меня будет действительно увлекательная беседа с Макнамарой. Взгляните на образовательную сферу Морано. Очень усерден в изучении компьютерных технологий. Это подходит. Он наш компьютерщик. Мне нужно изображение с дисков безопасности, файл Моники Клайн."

За ее спиной Рорк произвел перенос и показ, разделив экран.

"У тебя там есть программа превращения?"

"Да. Я знаю, чего ты хочешь - одну минуту." Предвидя ее, Рорк снова сел и принялся за работу. Он начал с волос, скопировав бронзовую гриву убийцы с неброского каштанового цвета Кевина. Он изменил форму лица, обозначив скулы, удлинив челюсть. Затем придал коже оттенок выгоревшей на солнце бронзы.

"Магия", - отметила Ева, когда два изображения отразили друг друга. "Не выдержит критики в суде. Адвокаты разорвут morph ID в клочья. Даже с Моникой, свидетельствующей об имени, они могут пошатнуться. В то время она была серьезно накачана наркотиками и так далее. Но это он. Глаза те же самые. Он изменил цвет, но он не мог изменить то, что в них. Потому что то, что в них, - ничто. Совсем ничего. Скопируйте и сохраните изображения. Морано, Кевин, данные возвращаются на экран. Кто ты, Кевин?"

Морано, Кевин, УМЕР 4 апреля 2037 года. Волосы каштановые. Глаза голубые. Рост пять футов одиннадцать дюймов. Вес сто пятьдесят. Текущие места жительства: Нью-Йорк, Лондон, Англия. Место работы: внештатный программист. Образование: Подготовительное к раннему детству в Истбридже. Подготовка к Мэнсвиллу. Высшее образование: технология Гарварда. Окончил с отличием, 2058. Нет братьев и сестер. Семейное положение: холост. Судимости нет.

"Ему двадцать два", - заявила она. "Ему всего двадцать два. Как и внук Макнамары, который также учился в Истбридже, подготовительной школе Мэнсвилла, а затем в медицинском Гарварде. Окончил с отличием в 2058 году. Нет братьев и сестер ", - добавила она. "Но я готов поспорить, что под кожей Кевин - его брат. Дай мне его данные с изображением ".

"Даллас?" Мэвис заглянула в дверной проем. "Мы находимся здесь".

"Подожди". Ева подняла руку, когда на экране появились данные Люциаса. "Почти такого же роста и веса, к тому же. Дай мне картинку из Грейс Латц - "

"Я впереди тебя", - сказал ей Рорк.

"У него это получается лучше", - сказала она, пока изображения сменяли друг друга. "Лучше скрывает то, что скрывается за его глазами. Преобразуй его. На нем это проявляется по-другому. Он умнее, более контролируемый, более уверенный в себе. Он был бы доминирующим ".

Когда Трина подошла к двери. Мэвис шикнула на нее. "Она работает. Страшно смотреть".

"Я могу обратить Кевина. О да, я хватаю его завтра, запираю на допросе, сжимаю его яйца, пока они не станут фиолетовыми. Он набросится на своего приятеля ".

Она отступила назад, изучила лица, задумалась. "Может быть, я смогу быстро договориться о поиске и захватить сегодня ночью, захватить их обоих, застать врасплох. Но если у них нет лаборатории на территории, если они не выполняют какую-либо из своих работ собственными силами, они могут избавиться от множества улик, прежде чем я их отыщу ".

"У вас есть ДНК двух жертв", - напомнил ей Рорк.

"Я не могу заставить их сдать образцы ДНК, пока не предъявлю им обвинение, не могу предъявить им обвинение в том, что у меня есть. Если я проскользну и получу отпечатки пальцев или ДНК без разрешения, я потеряю их в суде. Я не теряю их. Подождем до завтра", - решила она. "Тогда мы их прикроем".

"Разве она не ульт?" Мэвис спросила Трину.

"Да, и ей бы лучше усадить свою окончательную задницу на стул".

Ева повернулась, и в глазах, которые были плоскими и холодными, появились намеки на страх. "Это просто, знаете, практика. И все это временно. Ты не делаешь со мной ничего постоянного ".

"Верно. Сними рубашку. Тебе нужны сиськи побольше".

"О Боже".

***

Пока Еве временно увеличивали грудь, Пибоди заканчивала трапезу с миской замороженного немолочного десерта, который какой-то маркетолог назвал Iced Delight. Пропитанный сиропом, заменяющим шоколад, он был не так уж и плох. По крайней мере, так решила Пибоди, выскребая дно миски.

Она вымыла миску, чтобы утром она не стояла там и не напоминала ей, что у нее абсолютно нет силы воли. Когда она услышала стук в свою дверь, она собиралась выключить развлекательный экран и отправиться в постель.

Если это снова был кто-то из ее соседей с жалобой на шум из другой квартиры, она советовала им вызвать полицейского. Она была не на дежурстве, черт возьми, и нуждалась в шести часах сна, которые ей предстояли.

Взгляд на экран безопасности заставил ее ахнуть от удивления. Она отперла дверь, распахнула ее и уставилась на Макнаба. Его губа была распухшей, под правым глазом красовался внушительный синяк. И он был мокрым.

"Что, черт возьми, с тобой случилось?"

"У меня был инцидент", - отрезал он. "Я хочу войти".

"Я пытался достучаться до тебя. У вас есть ваши "ссылки только в сообщении".

"Я был занят. Я был не на дежурстве. Черт возьми."

"Хорошо, хорошо". Она отступила назад, прежде чем он смог врезаться в нее. "Мы на отметке о шестьсот. Сегодня вечером у нас был перерыв. Завтра у нас операция. Даллас - "

"Я не хочу слышать об этом сейчас, хорошо? Я могу услышать об этой чертовой операции завтра ".

"Поступай как знаешь". Немного обиженная, она закрыла дверь. "Твои ботинки скрипят".

"Что, у меня нет ушей? Я не слышу, как они скрипят?"

"Что заползло к тебе в задницу и гнездилось?" Она понюхала воздух. "От тебя воняет. Что ты пил?"

"Все, что я захочу. Не мог бы ты отвязаться от меня?"

"Послушай, ты тот, кто постучал в мою дверь, накачанный, мокрый и пахнущий, как пол в баре. Я направлялся в постель. Мне нужно немного поспать ".

"Отлично, иди спать. Я все равно не знаю, зачем я сюда пришел." Он прошествовал к двери, распахнул ее. Снова захлопнул ее. "Я заходил к Монро. Мы вляпались в это ".

"Что ты имеешь в виду, ты..." - она запнулась. "Ты поссорилась с Чарльзом? Ты с ума сошел?"

"Может быть, ты думаешь, что между нами ничего не происходит, но ты ошибаешься. Вот именно, ты ошибаешься. И я вижу, как он толкает доктора Блонда тебе в лицо, это выводит меня из себя. По-моему, это лучшее, что могло случиться с тобой, но мне не понравилось, как он тебя бросил."

"Бросил меня", - ошеломленно повторила она.

"Ты расстаешься с кем-то, ты делаешь это честно. Он собирается извиниться ".

"Он собирается извиниться?"

"Кто ты, эхо?"

Ей пришлось сесть. "Чарльз подбил тебе глаз и разбил губу?"

"Он сделал пару выстрелов". Не говоря уже о ударе в живот, который заставил его выплеснуть домашнее варево в канаву, как обычного пивовара. "Его лицо тоже не так идеально сегодня вечером".

"Почему ты весь мокрый?"

"С ним была Диши Диматто. Она вылила на нас ведро воды ". Он засунул руки во влажные карманы и прошелся по комнате в своих скрипучих ботинках. "Я бы взял его, если бы она не порвала с нами. Он не должен был так с тобой обращаться ".

Пибоди открыла рот, чтобы объяснить, что с ней не плохо обращались, затем мудро закрыла его снова. Ее мать не вырастила глупую дочь. "Это не имеет значения". Она печально опустила глаза, чтобы скрыть нечестивый блеск в них.

Макнаб и Чарльз, дерущиеся из-за нее. Это было слишком волшебно для слов.

"Черт возьми, это не так. Если это кому-то поможет, я думаю, он действительно сожалел ".

"Он хороший парень, Макнаб. Не из тех, что причиняют кому-то боль намеренно ".

"Не меняет сути". Он опустился перед ней на колени. "Послушай, я хочу, чтобы мы снова были вместе".

"Прошлой ночью нам было довольно хорошо вместе".

"Я имею в виду не только на простынях. Я хочу, чтобы мы продолжили путь, которым мы шли. Но другой".

Теперь насторожившись, она отступила назад. "Чем отличается?"

"На этот раз эксклюзивно. И мы можем, знаете, сходить в какие-нибудь модные места. Он не единственный, кто может облапошить и увести тебя в... где угодно. Я не хочу встречаться ни с кем другим, и я не хочу, чтобы ты тоже встречалась с кем-то еще ".

У нее защекотало в горле, но она боялась сглотнуть. "Так что, ты просишь меня быть стойким?"

Его лицо вспыхнуло, зубы оскалились, и он вскочил на ноги. "Неважно. Списывай это на то, что слишком много выпил." Он снова повернулся к двери, почти добрался до нее.

"Да". Она встала. Она хотела, чтобы ее колени не стучали, но она встала.

Он медленно повернулся назад. "Что "Да"?"

"Я мог бы попробовать. Посмотрим, к чему это приведет ".

Он сделал шаг назад. "Эксклюзивно?"

"Да".

И еще один. "Как пара".

"Хорошо".

Когда она улыбнулась, он наклонился и поцеловал ее. "О, черт!" затем отшатнулся, когда боль взорвалась в его губе. Он промокнул это тыльной стороной ладони, увидел свежую кровь. "У тебя есть что-нибудь на это?"

"Конечно". Она хотела погладить и прижать его к себе, как щенка. "Позвольте мне взять аптечку первой помощи".

Когда она вернулась с этим, ее внимание привлекло объявление о выпуске бюллетеня на экране.

Обнаженное тело мужчины, плавающее в Ист-Ривер, было обнаружено сегодня вечером докерами. Хотя представители полиции не обнародовали причину смерти, жертва была идентифицирована как доктор Теодор Макнамара.

"Святой ад". Пибоди с грохотом уронила аптечку и помчалась к своему "линку".

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

К моменту прибытия Евы тело было доставлено в морг, а место преступления оцеплено. Склады беспорядочной лентой из кирпича и бетона тянулись вдоль неровного участка между подъездной дорогой и рекой.

И у всех был размытый, ложный свет от полицейских огней.

Средства массовой информации столпились вокруг баррикад и сенсоров, как претенденты на участие в субботнем вечере, соперничающие за доступ в эксклюзивный клуб. И от них было столько же болтовни в форме выкрикиваемых вопросов, требований и мольб.

Офицеры в форме стояли в качестве вышибал. Большинство были достаточно умны, чтобы игнорировать просьбы, обещания и взятки за информацию. Но Ева знала, что найдется тот, кто ослабит и даст первую течь в дамбе данных.

Принимая это как естественные отношения между полицейскими и СМИ, она прикрепила свой значок к куртке и начала прокладывать себе путь.

"Даллас, эй, Даллас!" Надин Ферст ущипнула ее за локоть. "В чем дело? Почему тебя позвали? Какая у тебя связь с Теодором Макнамарой?"

"Я полицейский. Он мертв ".

"Давай, Даллас". Даже при резком освещении Надин умудрялась выглядеть живой и готовой к съемке. "Они не обвиняют тебя в каждом убийстве в городе".

Она бросила сердитый взгляд на Надин. "Никто меня не прогоняет. Теперь отойди, Надин, ты стоишь у меня на пути ".

"Хорошо, хорошо. Но говорят, что это похоже на ограбление / убийство. Это твой вариант?"

"Я еще ничего не знаю. Теперь, друг ты или нет, ты двигаешься, или я арестую тебя за препятствование ".

Надин отодвинулась в сторону. "Что-то происходит", - прошептала она своему оператору. "Что-то большое. Обрати внимание. Я собираюсь позвонить своему контакту в морге, посмотрим, что я смогу выудить. Смотри Даллас ", - добавила она. "Если она здесь, она в центре".

Ева протолкалась сквозь репортеров и зевак. Теперь она уловила запах реки, кислый привкус в воздухе. Команда криминалистов была за работой, флуоресцентно-желтые инициалы на спинах их курток ярко выделялись в ярком белом свете. Луч мощных портативных устройств падал на черную как смоль поверхность реки, так что она блестела, как масло.

Убийство на улице, ночью, подумала Ева, было черно-белым.

Она сделала знак полицейскому. "Кто главный?"

"Детектив Ренфрю. Невысокий парень, темные волосы, коричневый костюм и галстук, - добавила она с легкой насмешкой в голосе. "Это он. Стоит, уперев руки в бедра, и смотрит на воду, как будто преступник собирается плыть на спине ".

Ева изучала его спину. "Хорошо. Нарисуй мне здесь картинку ".

"Пара портовых рабочих заметила утопленника. Сказали, что у них был перерыв, санкционированный профсоюзом, и вы должны понять, что они использовали реку в качестве туалета. Позвонил в двадцать два тридцать. Звонивший с девяти до одиннадцати представился Диком Джонсом. Тело пробыло недолго, иначе рыбам было не очень интересно. Тяжелые раны на голове и лице. Ни одежды, ни украшений, ничего. Опознал его по отпечаткам пальцев. Увезли его в фургоне для перевозки трупов примерно пятнадцать минут назад."

"Это ваша зона патрулирования... Офицер Льюис?"

"Да, сэр. Мы с моим партнером ответили на девять-одиннадцать. Мы были на месте через три минуты. Докеры столпились вокруг, как комья грязи, но никто не прикасался к телу. И что, лейтенант? Я упомянул об этом детективу, но он, похоже, не заинтересовался. Поступило сообщение о возгорании автомобиля примерно в полумиле отсюда. Последняя модель люксового седана, без пассажиров. Судя по тому, как течет этот поток, это может быть точкой сброса ".

"Хорошо, спасибо. Ренфрю собирается огорчить меня, не так ли?"

"Да, сэр". Льюис согласился. "Он, несомненно, есть".

Ева не чувствовала себя терпеливой, она не чувствовала себя дипломатичной, но она сказала себе, что должна быть и тем, и другим.

Ренфрю обернулся при ее приближении. Его взгляд скользнул по ее лицу, ненадолго опустившись на значок.

"Никто не обращался в Центральную полицейскую службу по этому поводу". Его плечи поднялись и отвели назад, как у боксера, готовящегося к первому раунду.

Она была на добрый дюйм выше него ростом и наблюдала, как он наклонился вперед на цыпочках, чтобы компенсировать это.

О да, подумала она, отметив его боевую стойку, он собирался огорчить ее. "Я не получил ярлык из Центра. Я не собираюсь вторгаться на вашу территорию, детектив Ренфрю. Ваша жертва связана с одним из моих дел. Я думаю, мы могли бы помочь друг другу ".

"Мне не нужна ваша помощь, и я не заинтересован в том, чтобы Центральное управление быстро перетасовало мое дело".

"Хорошо, ты можешь мне помочь".

"Ты на моем месте преступления, и это создает слишком много значков здесь. У меня есть работа, которую нужно сделать ".

"Детектив, мне нужно знать, что у вас есть на данный момент".

"Ты думаешь, что можешь сравняться со мной в звании?" Он приподнялся на цыпочки и ткнул в нее пальцем. "Притащиться сюда и взять на себя расследование громкого убийства, чтобы снова размазать свое лицо по экрану? Забудь об этом. Я здесь главный ".

Ева представила, как хватает палец, который он держал у ее лица, и загибает его назад, пока не хрустнет кость. Но она сохраняла свой голос ровным. "Меня не интересует экранное время, повышение в звании или ведение твоего дела, Ренфрю. Мне интересно узнать, почему мужчина, с которым у меня было назначено официальное собеседование на завтра, оказывается мертвым в реке. Я прошу вас проявить немного вежливости и сотрудничества ".

"Вежливость и сотрудничество. К черту это. Сколько вежливости и сотрудничества вы проявили, когда ворвались в Сто двадцать восьмой пару месяцев назад? Я не связываюсь с копами, которые предают копов ".

"Звучит так, как будто у тебя проблемы, Ренфрю. В "Раз-два-восемь" был беспорядок, и коп убивал копов ".

Он фыркнул через нос. "Так ты говоришь".

"Так я и говорю. И прямо сейчас кто-то убивает женщин, которые думают, что они собираются провести приятный вечер. Ваше дело связано с моим, так что мы можем стоять здесь и мочиться друг на друга, или мы можем поделиться информацией, которая могла бы быстро закрыть оба дела, "

"Это мое место преступления". Он снова ткнул в нее пальцем. "Я говорю, кто приходит на это, а кто нет. И я хочу, чтобы ты ушел. Убирайся, или я прикажу тебя убрать ".

Ева засунула руки в карманы, прежде чем смогла поддаться порыву и ударить его. "Прикажи убрать меня, Ренфрю". Она достала свой диктофон, наблюдая, как его лицо покраснело и напряглось, когда она прикрепляла его к своей куртке. "Официально и официально меня удалили с места преступления, которое потенциально связано с продолжающимся расследованием убийства, в котором я главный. Прикажите удалить меня после того, как я попрошу вас о сотрудничестве и любезности для обмена информацией, которая может помочь в обоих расследованиях ".

Она пристально посмотрела на него, подождала пять гудящих секунд. Вокруг них криминалисты прекратили свою работу, чтобы посмотреть. "Прикажите убрать меня", - повторила она, - "но прежде чем вы сделаете этот шаг, вам лучше хорошенько подумать о том, как такое действие будет выглядеть в официальном отчете, как это отразится в средствах массовой информации, которые стоят у края вашей сцены, и как вы собираетесь оправдать такой поступок перед вашим начальством".

"Выключи этот чертов диктофон".

"Это остается. Мы прошли этот легкий путь. Я идентифицирована как Даллас, лейтенант Ева, и прошу вас, Ренфрю ..." Она опустила взгляд на его значок. "... Детектив Мэтью, отчет о вашем расследовании смерти Теодора Макнамары, поскольку этот же человек был потенциальным свидетелем, потенциальным подозреваемым в серии убийств, основным следователем по которым я являюсь".

"Вы можете прочитать мой отчет, когда я подам его. Это все, что от меня требуется дать вам, лейтенант. На данный момент мне нечего тебе сказать ".

Когда он ушел, Ева с шипением выдохнула. Она повернулась к одному из криминалистов. "Что у тебя есть?"

"У нас здесь ничего нет. Тело запуталось в каких-то линиях, иначе это продолжалось бы и дальше. Ренфрю, он придурок. У него должно быть подразделение, ищущее информацию о месте свалки."

"Время смерти?"

"Семнадцать сорок".

"Спасибо".

"Что касается меня, то я полон готовности к сотрудничеству и вежливости".

Она заметила Пибоди и направилась к ней. "Со мной". Она отошла от толпы, прошла через баррикаду в самом тонком месте. "Я хочу, чтобы ты проверил автомобиль класса люкс последней модели, способный поджечь. Примерно в полумиле отсюда. Выясни, на кого оно зарегистрировано ".

"Да, сэр".

Ева открыла свою собственную ссылку, затем увидела Макнаба. "Что с тобой случилось?"

"Небольшая ссора". Он осторожно прикоснулся пальцами к своему синяку под глазом.

"Пибоди, ты прикончила Макнаба?"

"Нет, сэр".

"Поскольку ты здесь и не участвуешь в ссоре с моим помощником, проверь, как идут поджоги. Пибоди, подружившаяся с кем-то из полицейских, первыми на сцену вышли Льюис и ее партнер. Посмотри, что еще ты можешь от них получить. Держись подальше от первичного. Это детектив Ренфрю, пламенный засранец ".

"Вы надрали эту пылающую задницу, сэр?"

"Нет, но это было на волосок". Она отвернулась и воспользовалась своей 'ссылкой.

Когда медэксперт ответил, его голос был невнятным со сна.

"Боже, Моррис, я тебя разбудил?"

"Что это, ты никогда не спишь, поэтому никому другому не позволено? Который, черт возьми, час?"

"Время оказать другу услугу". Когда он сел, пошевелился, Ева поморщилась. "Чувак, либо отключи видео, либо посмотри на простыни, ладно?"

"Несмотря на мужскую пропаганду, я могу официально подтвердить, что яйца у одного мужчины практически такие же, как у другого". Но он задрал простыни обратно до талии. "Но когда ты будешь фантазировать обо мне позже, а ты будешь, сделай это хорошо. Итак, что тебе нужно?"

"У вас есть жертва, которая направляется в морг. Макнамара, Теодор."

"Доктор Теодор Макнамара?"

"Это тот самый".

Моррис присвистнул. "Поскольку я с тобой разговариваю, я должен предположить, что знаменитый доктор не купился на это по естественным причинам".

"Его недавно вытащили из Ист-Ривер, и не похоже, что он решил немного поплавать".

"Если ты звонишь, чтобы попросить меня отметить его в качестве приоритетного, ты напрасно тратишь услугу. Громкое имя, громкое обращение."

"Это не услуга. Я не главный в этом деле, но Макнамара связан с моими убийствами на сексуальной почве. Я поговорил с ним сегодня днем и записал его на завтрашний бал. Мне нужна информация о вскрытии. Все данные с тела и от взаимодействия первичного с назначенным патологоанатомом."

"Почему первичный не копирует тебя?"

"Я ему не нравлюсь. Я должен сказать тебе, что мои чувства по-настоящему задеты этим ".

"Кто главный?"

"Ренфрю, детектив Мэтью".

"Ах". Моррис взбил подушки позади себя, откинулся на спинку. "Маленький территориальный ублюдок, плохие социальные навыки и склонность отказываться расширять круг своих интересов".

"Другими словами, пылающая задница".

"Другими словами. Я думаю, что зайду и сам взгляну на недавно ушедших. Я вернусь к тебе ".

"Спасибо, Моррис. Я у тебя в долгу ".

"Да, мне нравится эта часть".

"Моррис? Что это за татуировка?"

Ухмыляясь, Моррис постучал пальцем по иллюстрации прямо под своим левым соском. "Мрачный жнец. Работодатель с равными возможностями ".

"Ты больной человек, Моррис". Она отключилась. "Больной человек".

Она держалась спиной к репортерам, когда говорила, и ее радар был включен. Большинству из них нечем было питаться, и они ускользали, чтобы по-быстрому поиграть в live-remotes.

Макнаб подбежал к ней.

"Иди и говори", - приказала она. "Я хочу держаться подальше от средств массовой информации. Как только они установят связь, мы потеряем все преимущества, которые у нас были ".

"Это был седан Макнамары. Хороший и обожженный. Полиция Нью-Йорка утверждает, что там был химический ускоритель. РД-52. Это своего рода воспламеняющаяся кислота. Вы получаете вспышку, огненный всплеск, и он проедает металл насквозь, пока тот горит. Действительно тщательно. Свидетель увидел вспышку, пошел взглянуть, и у него хватило присутствия духа записать идентификационный номер автомобиля, прежде чем он испарился. Еще пять, десять минут, и у нас ничего бы не было ".

"Умный, но недостаточно. Они должны были стереть идентификатор, прежде чем сжечь его. Маленькие ошибки". Она оглянулась на реку. "Ограбление, черт возьми. Кто катает парня, даже забирает его одежду, а потом тратит роскошный седан? На что ты готов поспорить, что Макнамара нанес визит своему убийце после того, как я поговорил с ним?"

"Я бы поставил на это все".

"Если бы Ренфрю не был таким идиотом, мы могли бы закончить это сегодня вечером". Глядя вдаль, она жонглировала возможностями. "Данвуд не знает, что Ренфрю идиот. Ренфрю уведомит ближайших родственников, но это жена. Внуку нет причин вступать в игру там. И у меня нет причин не нанести ему визит, чтобы выразить свое сочувствие в связи с его потерей и расспросить его. Люциас Данвуд. Узнай его адрес. Давайте встряхнем его".

"Ты получил это".

Они расстались, и Ева сделала еще один звонок. Этот - домой. "Привет". Она попыталась улыбнуться, когда Рорк вышел на связь. "Я полагаю, они все еще там, да?"

Когда зазвучала музыка и сквозь нее прокатился полупьяный смех, Рорк просто пожал плечами.

"Послушай, мне жаль, что я свалил это на тебя. Может быть, тебе стоит запереться в одной из комнат. Они никогда не найдут тебя в том месте ".

"Я обдумываю это. Я так понимаю, ты позвонила, чтобы сообщить мне, что будешь еще некоторое время."

"Я не знаю, как долго. Многое происходит. Если я не смогу закрыть это сегодня вечером, мне все равно понадобятся Мэвис и Трина завтра. Может быть, тебе стоит запереть их в комнате ".

"Не беспокойся. Я подозреваю, что они достаточно скоро отключатся ".

"Вот так. Держись". Она повернулась к Макнабу. "Что?"

"Адрес есть, но он поддельный".

"Что ты имеешь в виду, подделка?"

"Я имею в виду, что указанный Люциасом Данвудом адрес - "Дом развлечений" на Таймс-сквер. Я знаю, потому что провожу там много времени. Это большой центр электронных развлечений. В помещениях нет жилых помещений ".

"Он любит играть в игры", - ответила она. "Дайте мне здесь немного места". Она отступила, пока не оказалась вне пределов слышимости. "Послушай -"

"Вы бы хотели, чтобы я нашел настоящий адрес Данвуда".

"Макнамара получил бы это. Я не смогу получить доступ к его файлам отсюда, потому что основное в этом деле - играть в жеребца со следствием ".

"Я понимаю". Рорк уже отходил от музыки.

"Я мог бы позвонить Уитни и получить разрешение, но это грязно. Плюс, это заставляет меня чувствовать себя ябедой или что-то в этом роде ".

"Угу".

"Я мог бы пометить Фини, и он добился бы разрешения через EDD, но я уже поднял одного человека с постели сегодня вечером". Она оглянулась на Макнаба. "Может быть, больше".

"И я уже встал".

"Да. Технически... ну, просто бегло оглядываясь на технические детали, я уполномочен получить доступ к некоторым данным, потому что он подозреваемый. Вопрос о том, включают ли эти данные его адресные файлы или личные данные, является спорным, но я в любом случае получу разрешение на это утром, так что ... "

"Зачем ждать? Ты хотел бы услышать это обращение сейчас, или ты хотел бы еще немного порассуждать?"

Она выдохнула, заметив, что он поднялся в свой кабинет, пока она разговаривала. "Я просто запишу адрес".

Он дал это ей. "О, лейтенант? Поскольку это всего в нескольких кварталах отсюда, возможно, ты доберешься домой, пока я еще в здравом уме ".

"Я сделаю все, что в моих силах. Думаю, я тоже у тебя в долгу ".

"Будь уверен, я заберу".

Она прервала передачу, подала сигнал Макнабу. "Позови Пибоди. Мы выдвигаемся".

Она была почти у своего автомобиля, когда увидела Надин, облокотившуюся на капот и рассматривающую свои ногти.

"Это городская собственность, на которой ты отдыхаешь своей задницей".

"Почему они из кожи вон лезут, чтобы сделать служебные автомобили такими уродливыми?"

"Я не знаю, но я обсуждаю это с моим конгрессменом при первой же возможности".

"Ходят слухи, что вы с детективом Ренфрю немного повздорили из-за власти".

"Слухи - это по вашей части".

"Тогда тебе было бы неинтересно, если бы продолжались слухи о том, что он придурок, и ты бескровно расправился с ним". Надин тряхнула своими вьющимися светлыми волосами. "Но вас может заинтересовать дедукция, поскольку дедукции - это по вашей части. Я делаю вывод, что доктор Теодор Макнамара имеет отношение к сексуальным убийствам, которые вы расследуете, что ограбление не имело никакого отношения к тому, что он оказался в реке, и что у вас есть очень хорошая идея, кто ударил его по голове и лицу ранее этим вечером. И кто бы это ни был, он играет главную роль в ваших убийствах ".

"Это слишком много выводов, Надин".

"Вы подтвердите?"

Ева просто согнула палец и ушла. Когда оператор пристроилась на шаг позади Надин, Ева остановила ее одним стальным взглядом.

"Подожди меня", - сказала ей Надин. "Она просто делает свою работу, Даллас".

"Мы все просто делаем свою работу. Выключи диктофон."

"Записывающий?"

"Не трать мое время. Мы действуем неофициально, или вы ничего не получите ".

Надин вздохнула, тяжело и строго для проформы, затем отключила диктофон, вделанный в ее золотую булавку на лацкане. "Неофициально".

"Ты ни с чем не выходишь в эфир, пока я тебе не скажу".

"Я останусь один на один?"

"Надин, у меня нет времени на переговоры с тобой. Насколько я знаю, сегодня ночью умерла еще одна женщина, и ее еще никто не нашел. Ты выходишь в эфир со своими умозаключениями, и завтра может погибнуть еще один ".

"Хорошо. Это остается в силе, пока ты не скажешь ".

"Макнамара связан. Я разговаривал с ним сегодня днем. Он не был готов к сотрудничеству. Я полагаю, он знал или подозревал личность убийцы. Я полагаю, что он столкнулся с этим человеком после нашего разговора, и в результате оказался обманутым ".

"Это только подтверждает мои выводы".

"Я не закончил. Я полагаю, что корни этих убийств восходят к проекту, партнером которого были J. Forrester и Allegany Pharmaceuticals почти двадцать пять лет назад. Секс, скандалы, насилие со стороны нелегалов, взятки и сокрытие. Поройтесь там в своем прошлом, и вы будете на несколько шагов впереди других сетей ".

"Был ли Макнамара непосредственно вовлечен в убийства?"

"Много лет назад он потратил много времени, энергии и денег на то, чтобы убедиться, что факты, действия и преступная деятельность, которые должны были стать частью публичного отчета, были запечатаны. Он отказался сотрудничать, добровольно предоставив информацию, имеющую отношение к расследованию убийства двух женщин и нападения на другую, вместо этого решив утаить эту информацию. Он убил их? Нет. Несет ли он ответственность? Это моральный призыв. Это тоже не по моей части ".

Надин коснулась ее руки, когда Ева отвернулась. "У меня есть контакт в морге. Макнамаре нанесли несколько ударов по голове и лицу почти за час до смерти. Одна рана, нанесенная при обороне, в правое запястье. Хотя первоначальные повреждения были нанесены тупым предметом шириной около восьми дюймов, смертельный удар был нанесен другим оружием. Длинный, тонкий металлический предмет, такой как лом или монтировка, который может быть найден в наборе инструментов автомобиля."

Она сделала паузу. "Я верю в вежливость и сотрудничество при обмене информацией".

"Мне действительно неприятно сознавать, что эта фраза будет преследовать меня в течение следующих шести недель".

Ева вернулась к машине. "На заднее сиденье, Макнаб".

"Почему я не могу сидеть впереди? Я выше ее по званию. И мои ноги длиннее".

"Она моя помощница, ты балласт". Она забралась внутрь и больше ничего не говорила, пока Макнаб не перестал ворчать и не устроился на заднем сиденье. "Мы собираемся нанести визит Люциасу Данвуду".

"Откуда у тебя адрес?"

Она взглянула на Макнаба в зеркало заднего вида. "У меня есть свои способы выяснения данных. Пибоди, ты пойдешь со мной. Макнаб, ты останешься в машине."

"Но- "

"Я прихожу в форме, а не в форме и детективом. И не детектив, который выглядит так, будто провел вечер, драчая на улицах. Ты останешься, твой коммуникатор будет открыт, как и мой. Если у нас возникнут какие-либо проблемы, вы вызываете подкрепление, затем, используя свое суждение, решаете, ждать ли вам этого подкрепления или прийти и помочь. Теперь я хочу, чтобы ты дал мне другой адрес. Кевин Морано."

Используя все возможности, он вытащил свой КПП и вытянулся во весь рост на заднем сиденье. "Эй, к спинке пассажирского сиденья приклеен шоколадный батончик".

Даже когда Пибоди повернулась, пытаясь посмотреть, Ева оскалила зубы. "Первому, кто прикоснется к этому, отрывают пальцы и затыкают нос".

Пибоди отскочила назад в позицию. "Ты копишь конфеты".

"Это не клад. Это запас на крайний случай, который подлый похититель конфет, который продолжает совершать набеги на мой офис, еще не нашел. И если он или она найдет это, я буду знать почему ". Она сделала многозначительную паузу. "И ты заплатишь".

"Я все равно на диете".

"Тебе не нужно садиться на диету, Женское тело. Ты в самый раз подходящая женщина ".

"Макнаб?" Сказала Ева.

"Да, сэр".

"Заткнись".

"Все в порядке, Даллас. Мы пара ".

"Парочка чего? Нет, не говори мне. Не разговаривай со мной. Не разговаривайте друг с другом. Да будет тишина по всей земле".

Пибоди удалось подавить смешок, затем попыталась отрегулировать климат-контроль вручную.

"Это сломано. Заткнись".

Ничего не говоря, Пибоди опустила окно.

Макнаб пошевелился сзади. "Разрешите говорить по официальному делу, сэр?"

"Что?"

"Обращение Кевина Морано. Стадион "Янки". Ты хочешь, чтобы я связался с Рорком и забрал его... Я имею в виду, - поправился он, когда она сердито посмотрела в зеркало заднего вида, - ты хочешь применить свои способы получения данных?

"Нет. Я знаю, где он живет ".

Когда она остановилась перед величественным старым особняком, было уже за час ночи, В доме было темно, если не считать красного огонька на включенной системе безопасности.

"Ты вооружен, Макнаб?"

"Мой парализатор в нерабочее время".

"Держи это на низком уровне, держи свой коммуникатор открытым. Не приближайтесь к дому, пока я не подам вам сигнал сделать это. Давай, Пибоди, пойдем, разбудим этого придурка ".

Она пересекла тротуар. Когда она ступила на первую каменную ступеньку, система безопасности предупреждающе загудела. Она нажала на звонок. Мгновенно сверху полился свет, и система безопасности включилась в режиме первой тревоги.

В настоящее время вы находитесь под наблюдением. Пожалуйста, назовите свое имя и ваш бизнес. Любая попытка проникнуть в помещение или нанести ему ущерб, и эта система немедленно уведомит полицию и соседскую стражу.

"Лейтенант Даллас, полиция Нью-Йорка". Она поднесла свой значок к экрану просмотра. "Мне нужно поговорить с Люциасом Данвудом по поводу полицейского дела".

Одну минуту, пожалуйста, пока ваша идентификация обрабатывается и проверяется... Пожалуйста, подождите, пока мистеру Данвуду сообщат о вашей просьбе...

"Лейтенант, вы думаете -"

Ева слегка переместила свое тело и наступила на ногу Пибоди в зоне действия камеры. "Я думаю, трудно будить мистера Данвуда, чтобы рассказать ему о смерти его дедушки. Но никогда не бывает подходящего времени для тяжелых новостей, и нет смысла ждать утра, чтобы сообщить их ".

"Нет, сэр". Пибоди прочистила горло, придала лицу трезвое выражение, когда поняла, что ей сказали, что они, вероятно, находятся под аудио- и видеозаписью наблюдения.

Прошло несколько минут, прежде чем в окнах первого этажа вспыхнул свет. Она не слышала, как отпирались замки, что говорило ей о том, что дверь была полностью звукоизолирована. Дверь бесшумно открылась, и она впервые взглянула на Люциаса.

Его ярко-рыжие волосы были растрепаны. На нем была длинная белая ночная рубашка, свободно подпоясанная на талии. И придавал каждому вид молодого человека, только что пробудившегося ото сна и недоумевающего, почему.

"Мне жаль". Он по-совиному моргнул. "Вы из полиции?"

"Да". Она снова показала свой значок. "Вы Люциас Данвуд?"

"Это верно. О чем это? По соседству какие-то неприятности?"

"Насколько я знаю, нет. Можем мы войти и поговорить с вами, мистер Данвуд?"

"Хорошо. Извини, я немного напорист ". Он отступил назад, жестом пригласив их в широкое фойе с мраморными полами, сияющими под светом трехъярусной серебряной люстры. "Я был в постели пару часов. Я не привык, чтобы полиция приходила к моей двери ".

"Извините, что беспокою вас так поздно. У меня есть несколько трудных новостей. Возможно, было бы лучше, если бы мы сели ".

"Что за новости? Что не так?"

"Мистер Данвуд, мне жаль сообщать тебе, что твой дедушка мертв."

"Мой дедушка?"

Ева с невольным восхищением наблюдала, как он побледнел, поднес к губам слегка дрожащую руку. "Мертв? Мой дедушка мертв? Был ли несчастный случай?"

"Нет, он был убит".

"Убит? О Боже, о мой Бог. Мне действительно нужно присесть ". Он добрался до длинной серебряной скамьи в фойе, затем рухнул на нее. "Я не могу в это поверить. Это как будто я сплю. Что произошло? Что с ним случилось?"

"Твоего дедушку нашли в Ист-Ривер ранее сегодня вечером. Расследование его смерти продолжается. Я сожалею о вашей потере, мистер Данвуд, но нам было бы полезно, если бы вы ответили на несколько вопросов ".

"Конечно. Конечно, я сделаю это ".

"Ты здесь один?"

"Один?" Его голова поднялась, и она увидела, как подозрение быстро промелькнуло на его лице, прежде чем он снова опустил ее.

"Если вы один, возможно, есть кто-то, кому вы хотели бы, чтобы позвонил мой помощник. Чтобы остаться с тобой".

"Нет. Нет, со мной все в порядке. Со мной все будет в порядке ".

"Когда ты в последний раз видел своего дедушку?"

"Он был в отъезде, консультировал какие-то дела за пределами планеты. Полагаю, прошло несколько недель."

"Выражал ли он в то время вам какие-либо опасения за свою безопасность?"

"Почему нет". Люциас снова поднял глаза. "Я не понимаю".

"Есть вероятность, что твой дедушка был убит кем-то, кого он знал. Автомобиль, зарегистрированный на его имя, был подожжен всего за несколько часов до того, как было найдено его тело. Машина была припаркована рядом с наземными маршрутными путями, отходящими от восточной Сто сорок третьей. Известно ли вам о каком-либо деле, которое привело бы его в этот район?"

"Вообще никакого. Его машину подожгли? Это звучит как - как какая-то вендетта. Но дедушка был, он был гуманитарием, великим человеком, который посвятил свою жизнь медицине и исследованиям. Это, должно быть, какая-то ужасная ошибка ".

"Ты учишься на врача?"

"Я как раз сейчас беру отпуск после учебы". Он прижал пальцы к виску, закрыв большую часть своего лица. И Ева изучала голову дракона, вырезанную на сапфире в кольце из смешанного золота на его правой руке.

"Мне нужно было время, чтобы подумать, исследовать, решить, какая область медицины подойдет мне лучше всего. Мой дедушка..." Его голос дрогнул, он отвел взгляд. "Он оставляет большие следы, которые нужно заполнить. Он был моим наставником, моим вдохновением".

"Я уверен, что он очень гордился тобой. Вы были близки тогда?"

"Я так думаю. Он был больше, чем жизнь, человеком, который заставлял себя преуспевать. Я надеюсь быть достойным его памяти. Закончить вот так, выброшенный в реку, как... нечистоты. Боже мой, быть лишенным своего достоинства в конце своей жизни. Как бы он это возненавидел. Вы должны найти того, кто сделал это с ним, лейтенант. Они должны заплатить за то, что они сделали ".

"Мы найдем их, и они заплатят. Прости, но я должен спросить, это стандартная процедура. Можете ли вы сообщить о своем местонахождении сегодня вечером, между семью часами и полуночью?"

"Мой... Христос. Я не думал... Я был бы чем-то вроде подозреваемого. Я был здесь дома примерно до половины девятого. Потом я пошел в клуб. На самом деле я ни с кем не разговаривал. Не увидел никого особо интересного. Я надеялся... Ладно, я признаюсь. Я думал, что мог бы подцепить девушку на вечер, но из этого ничего не вышло. Я пришел домой рано. Я бы сказал, в половине одиннадцатого. Моя система безопасности подтвердит это ".

"То есть, по сути, ты был один?"

"У меня есть домашний дроид". Он поднялся на ноги. "Я могу это получить. Вы можете задать вопрос о том, когда я ушел, когда я вернулся. О, и у меня есть кассовый чек на выпивку. Я уверен, что на них проставлены время и дата. Поможет ли это?"

"Очень. Мы просто проясним это, чтобы мы могли двигаться дальше в расследовании ".

"Все, что я могу сделать. Все, что угодно, лишь бы помочь. Я достану дроида. И пока ты будешь допрашивать, я достану квитанцию. Я уверен, что сунул его в карман ".

"Цени это. О, я должен сказать тебе, что твой адрес неверно указан в городских файлах."

"Прошу прощения?"

"Ваш адрес, там ошибка. Я узнал твое правильное местоположение из файлов твоего дедушки. Возможно, ты захочешь позаботиться об этом, когда у тебя будет такая возможность ".

"Как странно. Да, я позабочусь об этом. Извините, я на минутку."

Он получил дроида, не сомневаясь, что тщательное перепрограммирование Кевина и фальсифицированный ввод будут сохранены. Но его кулаки были сжаты, когда он вошел в свою спальню. Кевин бросился за ним.

"Ты сказал, что они никогда не опознают машину".

"Ну, они это сделали", - парировал Люциас. "Но это не имеет значения. Все в порядке. Похоже, это даже к лучшему, что эта тупая сучка не появилась сегодня у Жан-Люка. Я бы этого не допустил ". Он вытащил квитанцию из кармана брюк. "У всех алиби, и ты разыгрываешь потрясенного и скорбящего внука".

"А как же я?"

"Они не знают о тебе, и нет причин, по которым они должны знать. С точки зрения копов, между этим и проектом нет никакой связи. И никакой связи, которую можно доказать, между мной и смертью моего дедушки. Просто оставайся здесь и молчи. Я справляюсь с этим ".

Он снова поспешил вниз. "Лейтенант, у меня в кармане, как я и думал". Он протянул Еве квитанцию.

"Прекрасно. Я бы хотел, чтобы мой помощник сделал копию этого для файлов ".

"Конечно".

Он подождал, пока Пибоди просмотрела квитанцию. "Могу ли я сделать что-нибудь еще?" Хоть что-нибудь?"

"Не в это время. Мы будем на связи ".

"Ты дашь мне знать, если ты - когда найдешь того, кто это сделал".

"Ты будешь первым", - пообещала Ева.

Она вернулась к машине, скользнула за руль. "Хладнокровный сукин сын. Он наслаждался этим ".

"Дроида могли перепрограммировать", - сказал Макнаб с заднего сиденья. "То же самое для безопасности. Парень, который занимался электронной работой, мог бы сделать и то, и другое. Это был бы пирог".

"Тем не менее, мы мало чего от него добились", - пожаловалась Пибоди.

"Не так ли?" Ева постукивала пальцами по рулю. "Я никогда не называл имени его дедушки, а он никогда не спрашивал. У него есть двое необходимых, оба жители Нью-Йорка. Но он никогда не спрашивал, кто из них мертв. Не нужно было спрашивать. И этот кусочек о том, что его лишили достоинства в конце его жизни. Это именно то, что он сделал. То, что он намеревался сделать. И он перехитрил самого себя, не просто сказав, что его приятель и сосед по дому Кевин был с ним часть вечера. Не хотел быть в центре внимания ".

"Думаю, мы вытянули из него больше, чем я думал".

"Это верно. Маленькие ошибки".

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Рорк встретил их у двери. Достаточно было одного взгляда на лицо Евы, чтобы подтвердить его подозрение, что она была на взводе. В тот момент он предпочел бы захлопнуть дверь перед носом у Пибоди и Макнаба, подхватить жену на руки и уложить в постель.

Поскольку она прочитала что-то из его мыслей, Ева подтолкнула всех внутрь. "Было быстрее привести их сюда".

"Мы можем поймать такси в центре города", - сказала Пибоди, пожертвовав наслаждением поваляться несколько часов в одной из великолепных кроватей.

"Не будь глупой". Рорк провел рукой по волосам Евы, тонкий жест подбадривания. "У нас достаточно места. На чей кулак ты наткнулся, Йен?"

"У Монро". Он ухмыльнулся, и его воспаленная губа запульсировала. "Мы столкнулись друг с другом".

"Тут нечем хвастаться". Ева сняла свою куртку. "Потерпи крах здесь. Брифинг в любом случае в ноль шестьсот. Выбери пару спален в противоположных концах дома."

"О", - это все, что сказала Пибоди.

Смеясь, Рорк похлопал ее по руке. "Она не это имела в виду".

"Сделай тоже", - ответила Ева. "Мэвис и Трина?"

"В бассейне, вместе с Леонардо, который прибыл около двух часов назад. Я откланялся, когда они решили, что пришло время для эстафет в обнаженном виде ".

"Они голые?" Макнаб сразу оживился. "Мокрый и голый? Знаешь, искупаться было бы неплохо. Просто мимолетная мысль, - пробормотал он, когда Пибоди скривила губы.

"Время игр окончено. Ложись". Ева указала вверх по лестнице. "Завтра у нас крупная операция, и я хочу, чтобы вы оба были свежими. Где ночуют русалки и их друзья?"

"О, здесь и там", - непринужденно сказал Рорк. "Почему бы тебе не подняться? Я приведу нашу компанию в порядок ".

"Хорошо. Мне осталось выполнить кое-какие дела, прежде чем я лягу спать." Она начала подниматься по лестнице. "И я не хочу слышать топот маленьких ножек, крадущихся по коридорам".

"Она такая строгая", - сказала Пибоди себе под нос.

"Усталая и сердитая - вот кто она. Теперь, почему бы нам не воспользоваться лифтом." Рорк сделал жест рукой. "Я думаю, тебе понравятся условия, которые я имею в виду. Достаточно места для двоих ".

Ева сначала зашла в его офис, открыла схему парка Гринпис. Выделив место для пикника, она позволила компьютеру выбрать наиболее стратегические места для своих мужчин. Она посмотрит, согласится ли она - после нескольких часов сна.

Она перечислила мужчин, которых хотела для операции, передала заказ и скопировала Уитни.

Душ, решила она, когда ее зрение затуманилось. Может быть, душ немного разогнал бы туман в ее мозгу, чтобы она могла провести еще час.

Она, пошатываясь, шла в спальню, когда ее карманный телефон запищал. "Даллас".

"Подумал, что отмечу тебя на портативке". Моррис широко зевнул. "Наш гость этим вечером покинул этот план существования в семь сорок. Ранее у него была неприятная стычка с тупым предметом. Эта ссора привела бы к смерти в течение часа, возможно, чуть меньше. Медицинский термин означал бы "вышибание мозгов".

"Поняла". Слишком уставшая, чтобы стоять, она села на подлокотник дивана в зоне отдыха. "Мне неприятно быть тем, кто сообщает тебе об этом, Моррис, но я уже получил данные из медиа-источника. У тебя в доме сплетни ".

"Нет! Почему, я шокирован и поражен. Городской чиновник сливает информацию в СМИ. К чему катится мир?"

"Ты чертовски веселая душа".

"Любите свою работу, любите мир. Я не думаю, что у вашего контакта с прессой было достаточно всего, поскольку я только что получил результаты токсикологического анализа."

Она тряхнула головой, проясняя ее, когда Рорк вошел в комнату. "Он был накачан наркотиками?"

"Между первоначальными оскорблениями и завершающим ударом доктору дали стимулятор".

"Они пытались оживить его?" Ее мысли спутались, затем прояснились, прежде чем Моррис смог ответить. "Нет, это не имеет смысла. Они хотели сохранить ему жизнь еще немного."

"Подари даме плюшевую панду. Используемое вещество стимулирует работу сердца и быстро всасывается. Если бы мы привели его сюда на двадцать-тридцать минут позже, мы бы не нашли и следа этого."

"Они сохранили ему жизнь, чтобы они могли доставить его на место захоронения и убить его там. Он бы все равно умер, верно, от первоначального избиения?"

"Без немедленной медицинской помощи, да. И даже тогда его шансы были минимальными. Он бы наверняка утонул без этого последнего удара ".

"Итак, они хотели дать ему этот последний шанс. Когда он был без сознания, беспомощный. Лишенный своего достоинства".

"У тебя очень неприятные клиенты, Даллас. Я отправляю данные нашему общему другу Ренфрю. Его теория ограбления не выдерживает критики ".

"Спасибо. Я ценю, что ты справляешься с этим сам ".

"Просто часть нашего роскошного пакета. Поспи немного, ради всего святого, Даллас. У меня здесь есть клиенты, которые выглядят более дерзко, чем ты ".

"Да, я сделаю это". Она прервала передачу, затем просто сидела, уставившись на свой 'линк. Она моргнула в ответ, когда Рорк расстегнул ее оружейный ремень. "Ты поместил их вместе в комнате, не так ли?"

"Неужели вам не о чем беспокоиться больше, чем о сексуальной активности ваших подчиненных?"

"Мои подчиненные тащат свои задницы на брифинг, потому что они провели остаток ночи, играя в "спрячь салями"... Что ты делаешь?"

"Снимаю твои ботинки. Ты идешь спать."

Она уставилась на его макушку. Господи, у этого мужчины были самые невероятные волосы... Весь черный и шелковистый, подумала она, когда ее голова начала кружиться. Значит, ты просто хотел погрузить в это свои руки. Твое лицо в нем и...

Она огрызнулась в ответ. "Я собираюсь принять душ и полежать еще час".

"Нет, Ева, ты не такая". В его голосе закипал гнев, когда он отбросил ее ботинки в сторону с достаточной силой, чтобы они подпрыгнули и заскользили. "Я не собираюсь стоять здесь и смотреть, как ты доводишь себя до тошноты. Ты идешь спать сам, или я вырубаю тебя и укладываю там ".

Она нахмурилась, глядя на него. Не часто проявлялась ярость, то горячее и бурлящее насилие, которое, как они оба знали, жило внутри него. Увидев его скачок, она поняла, что, должно быть, выглядит именно так, как описал Моррис.

"Я видел его лицо. Я смотрела в его лицо". Она говорила тихо. "Я не могу уснуть, Рорк, потому что я увижу это". Она прижала пальцы к глазам, затем встала. "Я смотрела на него, и если бы я не знала, кем он был, я бы этого не увидела".

Она отошла, открыла окно. Вдохнул. "Он молод. Его лицо все еще немного мягкое по краям. Его волосы все рыжие и вьющиеся, как, я не знаю, у хорошенькой детской куклы или что-то в этомроде. Сегодня вечером он убил, отнял жизнь - жизнь, связанную с ним кровью, - обдуманно, предусмотрительно и с крайней жестокостью. И он сидел там, разговаривая со мной. Слезы. Полный раскаяния. Он сыграл это идеально, и я бы этого не увидела. Я бы не увидела, что в нем есть ".

Он ненавидел слышать усталость в ее голосе, и еще больше разочарование, которое сквозило в нем. "Зачем тебе это?"

"Потому что я ждал этого, а его там не было". Она резко повернулась назад. "Он наслаждался этим. Я знаю это нутром, но я не видела этого на его лице, не видела этого в его глазах. Он был... развлекаем. Я снова повысила ставки ради него. Та же игра, новый уровень.

"Я хотела причинить ему боль", - продолжила она. "Лично. Мне хотелось врезать кулаком ему по лицу, пока я не сотру это. Стер его."

"Вместо этого ты ушел". Он подошел к ней, уверенный, что она не осознает, что ее щеки были влажными. "Потому что ты уничтожишь его, остановив его, посадив его в клетку до конца его жизни. Ева." Он обхватил ее лицо ладонями, смахивая влагу большими пальцами. "Дорогая Ева, ты измотана до мозга костей. Если ты не отдохнешь, кто будет защищать этих женщин?"

Она подняла руки к его запястьям. "Сон, который я видел, последний сон, в котором мой отец стоял там, истекая кровью из десятков отверстий, которые я проделал в нем. Он сказал, что я никогда от него не избавлюсь. Он был прав. Ты убираешь одного, и тут же появляется другой. Прямо там, в ожидании. Я не могу спать, потому что я увижу их ".

"Не сегодня". Он втянул ее в это. "Мы не позволим им войти сегодня вечером. Если ты не хочешь спать..." Он провел губами по ее виску. "... ты отдохнешь".

Он поднял ее, отнес обратно на диван.

"Что мы делаем?"

"Мы посмотрим фильм", - сказал он ей.

"Фильм. Рорк - "

"Это то, чем ты занимаешься недостаточно". Он уложил ее, выбрал диск с фильмом. "Выйди за пределы себя и погрузись в притворство. Драмы или комедии, радости и печали, которые на некоторое время отвлекают вас от самих себя ".

Он вернулся, скользнул за ее спину и положил ее голову себе на плечо. "Я рассказывал тебе об этом, Магда Лейн. Однажды это избавило меня от моих собственных страданий ".

Было так приятно лежать с ним, чувствовать, как его рука уютно обвивается вокруг ее талии. Вступительная музыка ворвалась в комнату, на экране закружились цвета и костюмы. "Сколько раз ты это видел?" - спросила она его.

"О, десятки, я полагаю. Тихо. Ты пропустишь вступительные строки ".

Она наблюдала, и когда ее веки опустились, она прислушалась. Затем она уснула.

***

Когда она проснулась, было тихо, и было темно, и его рука все еще обнимала ее. Усталость хотела затянуть ее обратно, но она усилием воли вернула ее обратно и повернула запястье, чтобы проверить время.

Уже после пяти, подумала она. Она проспала целых три часа, и этого должно было быть достаточно. Но когда она начала двигаться, рука Рорка напряглась.

"Потерпи еще несколько минут".

"Не могу. Мне понадобится полчаса в душе, чтобы привести свой мозг в порядок. Интересно, смогу ли я принять душ лежа."

"Это называется ванна".

"Не то же самое".

"Почему ты шепчешь?"

"Я не шепчу". Она прочистила горло. И почувствовала себя так, словно проглотила осколки стекла. "Просто немного хрипловато".

"Свет включен, десять процентов". В тусклом свете он толкнул ее на спину. "Тоже бледная, как привидение", - сказал он и положил руку ей на лоб. Что-то похожее на панику пробежало по его лицу. "Я думаю, у тебя лихорадка".

"Я не такой". Если он мог испытывать панику при мысли о болезни, она могла испытывать страх. "Я не болен. Я не болею ".

"Если ты спишь не больше нескольких часов в неделю и питаешься кофе, ты заболеваешь. Черт возьми, Ева, ты слишком часто саботировала свою иммунную систему."

"У меня нет". Она начала садиться, затем плюхнулась обратно, когда комната закружилась. "Я просто начинаю ориентироваться".

"Я должен привязать тебя к кровати на следующий месяц. Тебе нужен чертов хранитель". Он скатился с дивана, зашагал к дому 'link.

"Я не знаю, из-за чего ты так разозлился". Ее голос был опасно близок к хныканью, и это ужаснуло ее. "Мне просто еще немного душно".

"Ты сдвинешь хоть один палец с этого дивана, и я потащу тебя к врачу".

"Ты только попробуй, приятель, и мы посмотрим, кому нужна медицинская помощь". Поскольку угроза прозвучала хрипом, это было не особенно эффективно.

Рорк просто пристально посмотрел на нее и переключился на 'линк. "Соммерсет. Ева больна. Ты нужен мне здесь, наверху ".

"Что? Что ты делаешь?" Она заставила себя подняться, почти поднялась на ноги, прежде чем Рорк вернулся и удержал ее. "Он не прикасается ко мне. Он поднимает на меня руку, и я избиваю вас обоих до крови. Где мое оружие?"

"Либо он, либо медицинский центр".

Она втянула воздух. "Ты здесь не главный".

"Докажи это", - бросил он вызов. "Сними меня".

Она оттолкнулась, он оттолкнул ее в ответ. Она снова встала на дыбы и на этот раз ударила его кулаком в живот.

"Отрадно видеть, что у тебя осталось немного сил, даже если это был девчачий удар".

Оскорбление почти лишило ее дара речи. "При первом же шансе, который мне представится, я завяжу твой член в узел".

"Разве это не будет весело?" Он обернулся, когда вошел Соммерсет. "У нее лихорадка".

"Я не такой. Не прикасайся ко мне. Не поднимай руку - " Она выругалась, сопротивляясь, когда Рорк оседлал ее и прижал руки,

"Какое ребячество". Соммерсет прищелкнул языком, положил руку ей на лоб. "Температура немного повышена". Он танцевал своими длинными пальцами под ее челюстью, вдоль ее горла. "Высунь свой язык".

"Ева". Единственное слово Рорка было пропитано предупреждением, когда она плотно сжала губы. Она высунула язык.

"У тебя что-нибудь болит?" Соммерсет спросил ее.

"Да, в моей заднице. Я называю это Соммерсет."

"Я вижу, твое остроумие не пострадало. Просто небольшая ошибка", - сказал он Рорку. "Из-за, я полагаю, истощения, стресса и юношеских привычек в еде. Мы можем предотвратить это и вылечить симптомы. Я пойду и принесу то, что ей нужно. Лучше всего она проведет день или два в постели ".

"Отстань от меня", - сказала она низким, чистым голосом, когда Соммерсет вышел. "Прямо сейчас".

"Нет". Ее руки дрожали под его хваткой, и он не думал, что это все из-за вспыльчивости. "Нет, пока мы не разберемся с этим. Тебе холодно?"

"Нет". Она была ледяной. И жалкая борьба, которую она выдержала, пробудила боль повсюду.

"Тогда почему ты дрожишь?" Он проглотил ругательство, схватил со спинки дивана плед и набросил его на нее, прежде чем она смогла передать приказ от мозга к телу двигаться.

"Черт возьми, Рорк, он собирается вернуться и тыкать в меня пальцем, и попытаться заставить меня выпить одно из его странных варево. Мне просто нужен горячий душ. Дай мне подняться. Имей сердце".

"Я делаю, и это твое". Он опустил свою бровь к ее. "В этом-то и проблема".

"Я чувствую себя лучше. Действительно." Это была ложь, плохо исполненная, поскольку ее голос начал дрожать. "И когда я закрою это дело, я возьму выходной. Я буду спать двадцать часов. Я буду есть овощи".

Ему пришлось улыбнуться. "Я люблю тебя, Ева".

"Тогда не позволяй ему вернуться сюда". Ее глаза округлились, когда она услышала, как открылись двери лифта. "Он приближается", - прошептала она. "Во имя всего святого, спаси меня".

"Ей нужно сесть". Соммерсет поставил поднос на стол. На нем был стакан с молочно-белой жидкостью, три белые таблетки и шприц под давлением.

Ева позволила себе обмякнуть, и когда Рорк отстранился, она прыгнула. Это была жаркая битва, но короткая. Соммерсет, не моргнув глазом, подошел к ней, зажал ей нос, закинул таблетки ей в рот и запил их жидкостью.

Он улыбнулся Рорку, пока она бормотала. "Я помню, что мне приходилось делать это с тобой раз или два".

"Вот где я этому научился".

"Сними с нее рубашку. Так витаминный бустер подействует быстрее всего ".

Чтобы сэкономить время и собственную шкуру, Рорк просто оторвал ее рукав. "Как это?"

"Достаточно хорошо".

Она перешла от гнева к плачу, унижая себя. Болело все - голова, тело, гордость. Когда шприц прижался к ее руке, она едва почувствовала это.

"Тсс, детка. Шшш. Потрясенный, Рорк погладил ее по волосам и покачал. "Теперь все кончено. Не плачь".

"Уходи", - сказала она, прижимаясь к нему. "Просто уходи".

"Оставь меня с ней наедине". Соммерсет дотронулся до плеча Рорка и почувствовал острую боль, когда увидел неприкрытые эмоции на его лице. "Дай нам несколько минут".

"Хорошо". Рорк крепко держал ее еще минуту. "Я буду в спортзале".

Когда он отстранил ее, она свернулась в клубок. Соммерсет сидел рядом с ней, ничего не говоря, пока она, шмыгая носом, не заставила себя замолчать.

"То, что он чувствует к тебе, переполняет его", - начал Соммерсет. "Никогда не было никого другого. Женщины, которые приходили и уходили до тебя, были развлечением, временным увлечением. Ему может быть не все равно, потому что, несмотря на все, что с ним сделали, он мужчина с большой способностью заботиться. И все же, до тебя никого не было. Разве ты не видишь, как он волнуется?"

Она выпрямилась, провела руками по мокрому лицу, как будто могла стереть смущение от слез. "Ему не стоит беспокоиться".

"Он делает и он будет. Вам нужен отдых, лейтенант, и несколько дней без работы и забот. И он тоже. Он тоже очень любит. Он не получит своего без тебя ".

"Я не могу. Не сейчас."

"Не буду".

Она закрыла глаза. "Поднимись в мой кабинет, посмотри на лица мертвых, приколотые к моей доске. Тогда скажи мне отойти ".

"Он бы не стал, не так ли? Но чтобы сделать то, что вам нужно, вам потребуются ваши силы, энергия и смекалка ". Он наклонился, поднял стакан. "Закончи это".

Она нахмурилась, глядя на стакан. Она ненавидела признавать, что все, что он ей дал, уже работало. Так что она бы не стала. "Вероятно, это яд".

"Яд", - сказал он, забавляясь. "Почему я не подумал об этом? Возможно, в следующий раз."

"Хар-хар". Она взяла стакан, допила оставшееся содержимое. "Должен быть способ сделать этот вкус менее похожим на сточные воды".

"Конечно". Он поставил стакан обратно на поднос, затем поднялся на ноги. "Но я имею право на свои маленькие удовольствия. Я мог бы предложить тебе попробовать некоторые умеренные упражнения сейчас."

У нее не было времени, но она все равно воспользовалась им и спустилась в спортзал. Он не использовал тренажеры, он редко это делал, но неуклонно, потея, прокладывал себе путь в жимах лежа. У него был включен экран со звуком, настроенным на передачу различных биржевых отчетов.

Она обнаружила, что понимает слова не больше, чем символы.

Она подошла к нему, опустилась на колени у его головы. "Мне жаль".

Он продолжал поднимать, опускать, опускать. "Чувствуешь себя лучше?"

"Да. Рорк, мне жаль. Я был идиотом. Не злись на меня. Я не думаю, что смог бы справиться с этим прямо сейчас ".

"Я не сержусь на тебя". Он поднял перекладину на безопасное расстояние, затем выскользнул из-под нее. "Ситуация иногда разрывает мне горло".

"Я не могу делать ничего другого. Я не могу быть никем другим ".

Он потянулся за полотенцем, вытер им лицо. "Я бы не хотел, чтобы ты делал или был кем-то еще. Это за пределами моих возможностей - не реагировать так, как я реагирую, когда ты загоняешь себя в угол ".

"Обычно ты вытаскиваешь меня обратно, прежде чем земля сомкнется у меня над головой".

Он посмотрел на ее лицо. Все еще такая бледная, подумал он. Почти прозрачная. "Кажется, на этот раз я был недостаточно быстр".

"Давай поедем в Мексику".

"Прошу прощения?"

"Дом в Мексике". Она решила, что если ей удастся удивить его, то она все еще в разумной форме. "Это было давно. Почему бы нам не устроить длинные выходные, когда все это закончится?"

Рассматривая ее, он зажал полотенце между ладонями, затем закинул его ей за голову, чтобы притянуть ее ближе. "Кто кого сейчас вытаскивает обратно?"

"Давай потащим друг друга. Дай мне время покончить с этим, а ты сделай все, что ты делаешь, чтобы освободить несколько дней. Тогда мы убежим. Мы будем лежать на пляже, мы напьемся и займемся обезьяньим сексом. Мы будем смотреть диски с фильмами, пока у нас не вылезут глаза ".

"Возвращайся к обезьяньему сексу".

Она положила руки на его щеки. "Я должен подготовиться к брифингу. Мы договорились, верно?"

"Да". Он прижался губами к ее лбу, с облегчением обнаружив, что он снова прохладный. "У нас определенно есть сделка".

Она встала, но когда дошла до двери, обернулась, чтобы посмотреть на него. Он все еще сидел на скамейке запасных, худой и потный, в черной футболке muscle. Он завязал волосы сзади и еще не позаботился об обуви.

И он смотрел на нее глазами такой ослепительной синевы, что, казалось, она могла бы нырнуть сквозь них в него.

"До тебя никогда никого не было", - сказала она. "Я просто хотел это сказать. И когда я сделал то, что я делаю, и это дало трещину во мне, как прошлой ночью, рядом не было никого, кто мог бы поддержать меня. Я не хотел, чтобы кто-то держался за меня. Пока ты. И я справился, и я справился, и все было в порядке. Но я думаю, может быть, если бы я просто продолжал справляться и сводил концы с концами, я бы подошел к тому моменту, когда я больше не мог этого делать. И если бы я больше не мог этого делать, это был бы мой конец, Рорк."

Она сделала успокаивающий вдох. "Итак, когда ты держишься за меня, ты помогаешь мне встать, еще раз. И мертвых, ты тоже стоишь за них. Я просто хотел это сказать ".

Она быстро вышла, оставив его смотреть ей вслед.

***

Когда она вошла в свой офис в шесть минут седьмого, у нее были отяжелевшие глаза, бледность, но ясная голова. Она обнаружила, что Макнаб и Пибоди уже совершили набег на автоповар. И Фини, только что прибывший, накладывал себе еду, накрытую на ее столе.

"Как ты думаешь, черт возьми, что это за место для завтрака?"

"Нужно иметь топливо". Фини вгрызся в полоску бекона. "Мать Мария, это мясо свиньи. Знаешь, сколько времени прошло с тех пор, как я в последний раз ела настоящего поросенка?"

Она отщипнула кусочек от его пальцев, съела сама. "Тогда возьми чертову тарелку. Можешь поесть, пока я введу тебя в курс дела. Пибоди, похоже, у меня в руке нет чашки с кофе. Я могу только предположить, что каким-то образом попал в альтернативную вселенную ".

Пибоди проглотила целую вилку яичницы с ветчиной. "Может быть, в этом я лейтенант, а ты..." Она вскочила, движимая пугающим взглядом Евы. "Позвольте предложить вам чашечку кофе, лейтенант. Сэр."

"Ты делаешь это. Остальная часть команды должна прибыть к восьмисот часам. У меня уже есть схема целевой области на экране с сгенерированными компьютером вариантами размещения персонала. Мы рассмотрим это и скорректируем, если потребуется. Фини, я бы посоветовал тебе отвести Макнаба в машину наблюдения."

"Я бы предпочел место в парке, сэр, и шанс поучаствовать в разборке".

Ева повернула голову к Макнабу и взяла еще один ломтик бекона с тарелки, которую только что приготовил Фини. "Тебе следовало подумать об этом до того, как ты затеяла драку и твое хорошенькое личико было разбито. Который привлечет к тебе внимание только там, где играют дети и весело поют птицы на деревьях ".

"Попался", - сказал Фини Макнабу. "Ты со мной".

"Ты захочешь другого электронного человека в качестве примера", - продолжила Ева. "Ты знаешь своих мужчин лучше, чем я, поэтому я оставляю это на твое усмотрение".

"Хорошо, потому что я уже выбрала его. Рорк, - сказал он и погрозил пальцем в сторону двери, когда мужчина, о котором шла речь, вошел.

"Доброе утро". Он все еще был в черном, и хотя рубашка и брюки были элегантными, ему удавалось выглядеть таким же худощавым и опасным, как и в мускулистой рубашке. "Прости. Я опоздал?"

"Ты думаешь, что ты подлый, не так ли?"

Он выхватил бекон, который Ева выхватила у нее из рук. "Вовсе нет, лейтенант. Я знаю, что я есть. Вот почему я очень подхожу для этой операции ".

"Ты хочешь участвовать, это зависит от него". Она ткнула большим пальцем в Фини. "Но помни, это моя операция".

Он откусил кусочек бекона и вернул его ей. "Как я мог забыть?"

К половине девятого вся команда была проинструктирована. Она начала распределять роли и позиции.

"Эй, эй". Детектив Бакстер махнул рукой. "Почему я должен быть спящим на тротуаре?"

"Потому что ты такой хороший соблазнитель", - сказала ему Ева. "И ты выглядишь так сексуально с лицензией нищего на шее".

"Трухарт должен быть спящим", - настаивал Бакстер. "Он новичок".

"Я не возражаю, лейтенант".

Ева взглянула на Трухарта. "Ты слишком молод, слишком здоров. Бакстер на несколько миль впереди него. Пибоди, вы с Рорком совершите семейную прогулку по этому району ". Ева использовала свою лазерную указку, чтобы выделить диаграмму на экране. Верное Сердце, ты обслуживающий персонал парка, и ты будешь прикрывать этот сектор ".

"У меня лучшая работа", - сказала Пибоди Макнабу.

"Никто не приближается к подозреваемому", - продолжила Ева. "В это время дня, весенним днем, в парке будет много машин. Люди обедают на свежем воздухе, дети бегают вокруг. Парк ежедневно открыт для кружков ботаники, клубов наблюдения за птицами, школьных экскурсий. Район, выбранный подозреваемым, довольно уединенный, но там будут гражданские лица. Оружие не следует доставать без крайней необходимости. Я не хочу видеть, как маленького Джонни оглушили на качелях из-за того, что кто-то занервничал ".

Она присела на край своего стола. "Вы также будете начеку в поисках второго подозреваемого. У нас нет возможности узнать, работают ли они в тандеме на этапе настройки. Если вы заметите его, если вы думаете, что заметили его, вы передаете эти данные Фини. Ты не, повторяю, не, двигайся к нему. Если он появится, его следует держать под наблюдением ".

Она оглядела комнату. "Чтобы запереть эту клетку покрепче, я должен дождаться, пока этот мудак подмешает в выпивку немного и предложит мне. Когда это произойдет, мы возьмем его - возможно, их обоих - быстро, тихо, чисто. Вопросы?"

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Был задан последний вопрос и получен ответ, и войска разошлись. Наблюдение и размещение в парке начнется в одиннадцать ноль-ноль.

"Вся операция будет записана. Каждый мужчина будет подключен к сети, аудио и видео. У нас будут все ракурсы ". Она все еще мерила шагами свой кабинет, выискивая какие-либо пробелы в своем плане.

"Он будет у тебя в руках в считанные часы", - сказал ей Рорк.

"Да, я получу его". Она остановилась, выглянула в окно. Это был прекрасный день, полный цветов, тепла и белых пушистых облаков. Весна в Нью-Йорке. Выходи и играй.

В парке было бы полно людей. Это то, чего он хотел, подумала она. Он любил толпы. Они добавили острых ощущений, риска, удовлетворения.

Убей у всех на виду.

"Я получу его", - повторила она. "Но я хочу, чтобы это было быстро и чисто. Перевозить нелегалов недостаточно. Смешать это с напитком недостаточно. Но как только он передаст это мне, ему конец ".

Она повернулась, посмотрела на доску. Взглянул на лица.

"Финч делал какие-нибудь передачи, о которых я должен знать?"

"Вообще никакого".

"Хорошо. Я думал, она достаточно умна, чтобы испугаться ".

Остальные, подумала она, были ли они напуганы? Был ли момент, одно мгновение, когда они поняли достаточно, чтобы страх подступил к их горлу, рвущийся к крику?

"Ты спасла ее, Ева. Если бы не ты, ее лицо было бы на этой доске ".

"Мне кажется, этого недостаточно". Ева вспомнила, что Пибоди говорила это в самом начале. "У меня много вопросов к Кевину Морано".

"Вряд ли ответы удовлетворят тебя".

"Иногда обладание ими - единственное удовлетворение, которое ты получаешь". И ей придется сделать так, чтобы этого было достаточно. "Я не хочу, чтобы ты брал оружие", - сказала она, поворачиваясь к Рорку.

"Оружие?" невинно спросил он. "Почему, лейтенант, эксперту-консультанту, гражданскому лицу, не выдается оружие".

"Выдано, черт возьми. У тебя наверху, в твоем музее, целый гребаный арсенал. Оставь их там".

"Конечно. Даю вам слово, что ничего не возьму из своей полностью зарегистрированной и легальной коллекции ".

"Рорк- я предупреждаю тебя..."

"Похоже, что другие ваши консультанты уже в пути". Хихиканье разнеслось по комнате. "Не забудьте напомнить им о правилах обращения с оружием".

"Ты хочешь, чтобы я тебя обыскал перед операцией?"

"Только если ты сделаешь это, дорогая". Его голос был таким теплым и очень ирландским. "Я застенчивый".

Ее емкий ответ был заглушен, когда Мэвис и компания ввалились в комнату.

"Эй, Даллас, ты пропустил вечеринку".

"Так я слышал".

"У нас должна была быть тренировка", - напомнила ей Трина.

"Ты знаешь, я был неизбежно задержан". Ей пришлось приказать себе стоять на своем, когда Трина подошла, чтобы посмотреть ей в лицо. "Что?"

"Ты выглядишь дерьмово".

"Спасибо. Это именно тот образ, к которому я стремился ".

"Когда это закончится, тебя ждет полное лечение, включая релаксационную терапию".

"На самом деле," сказала Ева, "я уезжаю из города сразу после - "

"После лечения ты можешь идти, куда тебе заблагорассудится, черт возьми. Как я должен использовать тебя, чтобы привлекать новых клиентов, когда ты ходишь с таким видом, будто провела неделю в пещере? Ты пытаешься разрушить мою репутацию?"

"Да. На самом деле это было моей главной целью с тех пор, как мы встретились ".

"Забавно. Давайте начнем".

"Я просто оставлю тебя с этим", - сказал Рорк.

"Куда ты идешь?" Ева попыталась схватить его, очень похоже на то, как утопающий хватается за свисающую веревку.

Он уклонился от ее руки. "У меня есть работа". И он повернулся спиной к любви всей своей жизни, бросив ее без оглядки.

"Теперь ты моя". Трина улыбнулась губами, окрашенными в зеленый цвет летней травы. "Раздевайся".

***

"Леонардо готовит для тебя наряд", - сказала Мэвис некоторое время спустя. "Он сказал, что в твоем гардеробе нет ничего, что подходило бы к этому образу".

"Это становится все лучше и лучше". Ева продолжала напоминать себе, что она поклялась защищать и служить любой ценой. Даже если это были девяносто минут, когда сумасшедшая женщина разглаживала, укладывала и заправляла Бог знает что по всему своему лицу и телу.

"Приближается". В своем зеленом комбинезоне, накрытом ярко-розовым халатом, Трина разгладила замазку для лица, которую использовала, чтобы придать Еве новый вид подбородка. "Как ты держишься?"

"Забавное ощущение от сисек. Тяжелый."

"Это потому, что у тебя сейчас есть немного. Я знаю парня, который может сделать для тебя этот перманент - за определенную плату ".

"Я оставлю свое при себе, все равно спасибо".

"Решать тебе. Стой спокойно. На это нужна минута, чтобы все утряслось ".

"Почему это занимает так много времени? Не могу поверить, что эти придурки часами в день готовились к этим свиданиям ".

"Наверное, нет. Измените свою внешность таким образом менее чем за час, если вы знаете, что делаете. Но мы не просто меняем твою. Мы копируем настолько близко, насколько можем, чей-то образ ". Трина щелкнула жвачкой с ароматом киви, которую она жевала. "Это намного сложнее".

"Это тоже действительно работает". В халате из головокружительных неоновых завитков синего и желтого. Мэвис была первой ассистенткой. "Вся форма твоего лица изменилась, Даллас. Ты потерял выступ подбородка, край твоих скул. Ты выглядишь мягче. Хочешь посмотреть?"

"Нет. Не раньше, чем это будет сделано. Сколько еще? Я должен выйти на поле боя ".

"Приближается финальный иннинг. Я должен смешать этот цвет, улучшить поверхность ". Трина втерла немного краски в тыльную сторону руки Евы, поджала губы, изучила компьютерное изображение Стефани Финч. "Что ты думаешь?" - спросила она Мэвис.

"Нужно немного приукрасить это".

"Да". Она добавила капельку в чашу для теста, смешала. "Да, да, это оно. Я гребаный гений. Мэв, лучше позвони Леонардо и скажи ему, чтобы поторопился с нарядом. Мне нужно знать, какую часть ее тела нужно прикрыть этим ".

"Как можно меньше". Ева умоляла.

"Расслабь свое лицо. Я собираюсь начать с этого. Это приятное лицо ", - добавила она, отправляясь на работу. "Красивая и все такое. Хотя твое на самом деле более интересное из двух."

"Боже, Трина, я весь в крови".

"Если бы вы позаботились об этом, оно прослужило бы вам еще пятьдесят-шестьдесят лет без серьезной скульптуры. Потому что у тебя хорошие кости".

На другом конце комнаты Мэвис ворковала в канал связи дома. Еве казалось, что они с Леонардо не могли разговаривать друг с другом без воркования.

"Белый облегающий костюм, красный шик", - объявила Мэвис. "Рукава по локоть, вырез горловины до середины груди. Он расправится с этим за пять минут ".

"Что, черт возьми, такое "свист"?" Ева хотела знать.

"Никаких разговоров, пока я не закончу с областью губ. Очень сексуально", - сказала Трина Мэвис. "Хороший выбор с этим цветом. Ты можешь изобразить крайности?"

"Фригидная! Я просто люблю играть с липучкой. Я должен забрать твое обручальное кольцо, Даллас. Я отдам это Рорку ".

Ева инстинктивно сжала пальцы в знак протеста, жест, который заставил романтическое сердце Мэвис вздохнуть. "Не волнуйся". Она сыграла роль в руке Евы. "Я помню, когда он надел это на тебя в первый раз. Почти год назад. Это была лучшая свадьба ".

Ева снова расслабилась, слушала болтовню Мэвис вполуха.

Она поняла, что Леонардо вошел, по приветственному мурлыканью Мэвис. Затем послышались звуки воркования и поцелуев.

"Отличная работа, Трина". Его глубокий голос прозвучал очень близко к голове Евы, что сказало ей, что он наклонился, чтобы изучить работу. "Я бы ее не узнал. Ты выбрала силитрекс или пластизиновую основу?"

"Силитрекс. Более податливая, и ей не нужно, чтобы это продолжалось так долго ".

Ева открыла один глаз, когда палец ткнул ее в щеку. И увидела широкое золотистое лицо Леонардо, маячащее перед ней. "Я уже закончил?" она спросила его.

Он улыбнулся, глаза потеплели, зубы блеснули белизной и золотом. "Почти. Ты будешь доволен. А как насчет глаз?" он спросил Трину.

"Временные гели. Мы подберем их поближе. Она тоже наденет янтарные солнцезащитные очки ". Она всмотрелась во что-то через плечо Евы. "Отличный наряд. У меня есть краска для губ, подходящая к этому красному цвету, и мы нанесем четкие тона на щеки и глаза. Вы, ребята, справитесь с покраской ее ногтей?"

"Мне не нужно красить ногти".

"Женщина идет на горячее свидание, она красит ногти. Пальцы на руках и ногах, - добавила Трина. "Еще пятнадцать минут", - пообещала она.

Это заняло почти вдвое больше времени, и Ева подумывала о том, чтобы сделать перерыв. Но поскольку она была окружена, она осталась на месте и чуть не заплакала от облегчения, когда Трина поправила парик, который покрасила и уложила накануне вечером.

Ева сидела, в то время как трое ее хранителей отступили на несколько шагов назад и изучали ее.

"Я должна сказать одну вещь", - начала Трина. "Я хороший". Она щелкнула пальцем. "Гардероб и аксессуары".

***

Через два часа после начала трансформации Ева стояла перед зеркалом, которое притащил Леонардо. После первого потрясения она занялась изучением и критикой.

Теперь она знала, что такое "свист". Это было именно так - шелест материала, который струился вниз, образуя подобие юбки с открытым передом. Это платье было убийственно красного цвета и доходило до середины икры. Насколько она могла видеть, это никак не делало скафандр более скромным. Ничто не могло. Они не просто так назывались skinsuits, по той же причине, по которой она никогда не носила эти чертовы штуки.

С таким же успехом можно разгуливать голышом.

Тело, в котором она разгуливала, было более соблазнительным, чем ее собственное. Несмотря на то, что груди принадлежали не ей, она чувствовала себя неловко, когда они были так явно выставлены напоказ. Еще дюйм плоти, и ей пришлось бы сослаться на себя за непристойное обнажение.

Ее волосы были светлее, длиннее. Что-то вроде утонченной блондинки с точками на подбородке. Округлый, без выступов подбородок, с мягкими и округлыми щеками. Ее рот не выглядел таким широким с этими щеками, этим подбородком. Тем не менее, с насыщенным красным оттенком оно практически соскальзывало с лица.

Ее глаза были карими с оттенками зеленого. Но выражение в них было полностью Евиным.

"Хорошо". Она кивнула, наблюдая, как лицо Стефани кивнуло ей в ответ. "Ты хорош. Но давайте подвергнем это серьезному испытанию ".

Она пересекла комнату, вошла в кабинет Рорка.

Он был на 'линке, пришел лазерный факс и голографический план здания, зависший над его столом. "Я одобряю изменения первого уровня. ДА. Но мне нужно увидеть..." Он замолчал, уставившись на нее целых пять секунд. "Извини, Янсен, мне придется тебе перезвонить". Он закончил передачу, нажал на что-то, из-за чего голограмма испарилась.

Он поднялся, подошел к ней, обошел ее. "Потрясающе. Воистину. Ты там?" пробормотал он, затем посмотрел ей в глаза. "Ах да. Вот ты где".

"Что на это указывает?"

"Трина, может, и чудотворец, но она ничего не может поделать с глазами этого копа". Когда она нахмурилась, Рорк приподнял ее подбородок рукой. "Ощущается очень естественно", - добавил он, нежно потирая большим пальцем.

"Посмотри на сиськи", - пригласила Трина из-за спины Евы. "Они самые последние временные. Не могу отличить их от созданных Богом. Продолжай. Сожми."

"Хорошо, если ты настаиваешь". Игнорируя предупреждающий рык Евы, он обхватил груди. "Ты чувствуешь себя очень... здоровый."

"Они снимаются в ту минуту, когда я снимаю его. Так что не бери в голову никаких идиотских идей ".

"Они тоже настоящие на вкус", - заверила его Трина.

Бровь Рорка изогнулась. "Неужели?"

"Даже не думай об этом". Она оттолкнула его руки. "Выскажи мне вердикт. Купится ли он на это?"

"Лови на крючок, лейтенант. Возможно, тебе стоит немного скорректировать свою походку. Скорее прогуливайся, чем шагай".

"Прогуливайся. Проверка".

"И постарайся не смотреть на него так, как будто ты уже брала у него интервью. Ты собираешься на пикник в парк. Постарайся вспомнить, на что это похоже ".

"У меня никогда не было пикника в парке".

Он провел пальцем по ее подбородку, как раз там, где должна была быть вмятина. "Нам придется это исправить. Скоро."

***

Она поехала в северный конец парка в машине наблюдения, перегнувшись через плечо Фини, когда он проводил проверки.

"Бег сметает. Бакстер."

На первом из экранов Фини показывали фонтан, питаемый прыгающим дельфином. Она могла слышать звяканье воды о воду, обрывки разговоров прогуливающихся людей и жалобную мольбу Бакстера о пожертвованиях. Экран слегка подпрыгнул, когда он сделал круг.

"Выполняешь свой трюковой номер, Бакстер?" Потребовала Ева.

"Вас понял", - ответил он.

"Просто помни, все, что ты получишь от лохов, пойдет в фонд Гринпис".

Переходя от мужчины к мужчине, Фини оценивала ситуацию. Как она и предсказывала, парк был популярным местом в яркий июньский день. Она наблюдала за тремя учителями, которые гнали школьную группу, как лохматых овец, по ботаническому саду.

"Возможное наблюдение". Из динамиков донесся голос Пибоди. "Мужчина, белая кожа, черные волосы до плеч, одет в коричневые брюки, светло-голубую рубашку. С плетеной корзинкой для пикника в руках и черной кожаной сумкой. Направляюсь на восток по тропе, секция исчезающих видов ".

"Я вижу его". Ева изучала мужчину на экране. Вот это было неспешно, решила она, наблюдая за тем, как он мягко покачивает корзинкой рядом с собой. И на его руке было двухцветное золотое кольцо с рубином. "Выходи на ринг", - сказала она Фини.

Он блокировал, увеличивал. И она увидела голову дракона, вырезанную в камне.

"Это положительный идентификатор. Мы нашли своего мужчину. Держи его в поле зрения. Бакстер, он переходит в твой сектор ".

"Понял. Я за ним ".

"Пибоди, вы с Рорком сохраняете дистанцию. Он пришел на тридцать минут раньше, - сказала она. "Нужно время, чтобы подготовиться. Давайте дадим это ему ".

"У Трухарта есть картинка", - сказал Макнаб со своего ряда экранов. "Возможный подозреваемый сейчас движется на юг. Он направляется к условленной зоне. Похоже, мы его поймали ".

"Сохраняй дистанцию", - предупредила Ева. "Верное Сердце, повернись немного влево. Идеальный. Давайте посмотрим шоу ".

Он сошел с тропинки на травянистую площадку, предназначенную для пикников. До него там были две другие пары, а также три женщины, очевидно, взявшие длительный перерыв на обед с работы. Один одинокий мужчина лежал на спине, загорая. По приказу Евы он лениво повернулся на бок, положил электронную книгу на локоть и дал ей новый взгляд на Кевина Морано.

Кевин сделал паузу, поворачивая голову направо и налево, изучая местность. Он выбрал тень, повернувшись к самому большому дереву, где солнечные блики мягко ложились на траву. Там он поставил корзину и мешок.

"Я хочу, чтобы все доступные взгляды были прикованы к нему", - объявила Ева. Затем она зашипела, когда увидела изображение с диктофона Пибоди. "Пибоди, Рорк, не подходите слишком близко".

- Прекрасное место для пикника. - голос Рорка был теплым и жизнерадостным. "Просто позволь мне расстелить это одеяло, дорогая. Я бы не хотел, чтобы у тебя остались пятна от травы на этом прекрасном наряде."

"Одеяло? Я этого не поняла", - начала Ева.

"Это, конечно, сюрприз". Пибоди издала то, что Ева распознала как неловкий смешок. "Я не ожидал пикника".

"Что за жизнь без сюрпризов?"

Она увидела лицо Рорка и веселое выражение на нем, когда он расстилал одеяло на земле.

В нескольких футах от него Кевин повторил движение.

"Такое милое местечко", - продолжил Рорк, затем понизил голос, когда сел. "Мы можем наслаждаться видом, не вставая ни у кого на пути".

"Я не хочу никакого вмешательства откуда бы то ни было. Никто, повторяю, никто, не войдет без моего сигнала ".

"Естественно. Шампанское, милая?"

"Пибоди, сделаешь один глоток - и попадешь в пробку".

Даже когда она говорила, она наблюдала за Кевином. Он открыл корзину, достал три розовые розы и положил их на одеяло. Он поднял бокалы с вином, поднес их к солнечному свету, чтобы посмотреть, как они сверкают. Он открыл бутылку белого. Налил стакан.

"Ладно, ладно, добавь охотника, сукин ты сын".

Но вместо этого он поднял бокал, как бы произнося тост за себя, и сделал глоток.

Затем он повернул запястье, проверил время. Достав карманный линк, он сделал звонок.

"Сделай звук погромче, Пибоди", - приказала Ева. "Давайте посмотрим, сможем ли мы наслушаться его".

Она слышала птиц, разговоры, хихиканье, детский боевой обруч. Прежде чем она смогла потребовать этого, Фини отфильтровал.

Отчетливо прозвучал голос Кевина. "Лучше и быть не может. Десять человек в непосредственной близости, так что это точка для публичного места. Я подозреваю, что на выходе нам придется миновать какую-нибудь парковую полицию, там бонусные баллы ". Он сделал паузу, рассмеялся. Очень молодой, очень счастливый звук. "Да, если бы она сделала это со мной средь бела дня в общественном парке, это, безусловно, вывело бы меня в лидеры. Я дам тебе знать ".

Он убрал ссылку, затем посидел мгновение, глубоко дыша, любуясь видом.

"Просто игра", - пробормотала Ева. "Будет одно удовольствие уложить этих ублюдков".

Он продолжил свои приготовления, двигаясь теперь немного быстрее, доставая упаковку с холодной водой, открывая ее для подачи икры. Он изложил основные моменты тоста и аккомпанементы. Фуа-гра, холодный лобстер, свежие ягоды.

"Должен признать, парень знает, как подать блюдо".

"Заткнись, Макнаб", - пробормотала Ева.

Он попробовал ягоду, затем другую. Когда он откусил кусочек, она увидела, как изменились его глаза. Вот так, подумала она. Так оно и было. Хладнокровие, расчет. Оно оставалось неизменным, когда он наливал второй бокал вина.

Он смотрел, и смотрел внимательно, когда открывал черный пакет. Он протянул руку, снова вытащил ее ладонью к своему телу. И он небрежно провел рукой по второму бокалу, опрокинутому.

Она увидела в магнитофоне Рорка тонкую струйку жидкости.

"Бинго. Он готов для нее. Я вхожу. Примите позы третьей стадии. Сообщайте о любых возможных наблюдениях альтернативной цели ".

Она двинулась к задним дверям. "Я под действием".

"Уложи его, парень", - сказал Фини, не отрывая глаз от экранов.

Она вышла на солнце и тепло. Когда она поймала себя на том, что шагает, она сделала все возможное, чтобы идти неторопливо. Едва она вошла в парк, как к ней подбежал бегун трусцой в обеденный перерыв.

"Привет, красавица. Как насчет небольшой пробежки?"

"Как насчет того, чтобы ты отвалил, пока я не надрал тебе твою пухлую задницу?"

"Это мой коп", - тихо сказал Рорк ей на ухо, когда она продолжила идти.

Она заметила Бакстера под жесткой копной грязных волос, порванной футболкой и обвисшими брюками, которые были измазаны чем-то похожим на заменитель яиц и кетчуп.

Большинство посетителей парка обходили его стороной. Приблизившись к нему, она уловила запах застарелого пота и несвежего напитка, смешанного с мочой.

Мужчина действительно вошел в роль, подумала она.

Когда она проходила мимо него, она услышала хриплый волчий свист.

"Укуси меня".

"Я мечтаю об этом", - сказал он, прикрываясь рукой. "Ночью и днем".

За те пять минут, которые ей потребовались, чтобы пройти через парк, к ней четыре раза обращались с предложениями.

"Возможно, вы захотите убрать со своего лица выражение "Я-надеру-вам-задницу-а-потом -съем-это", лейтенант", - предложил Макнаб. "Большинство парней были бы немного сбиты с толку этим".

"Я никогда не был", - прокомментировал Рорк. "Икра?" - сказал он Пибоди.

"Что ж... Я полагаю."

Ева изобразила, как она надеялась, приятное выражение на своем лице и подумала о приятной небольшой беседе, которую она проведет со своим персоналом, включая своего эксперта-консультанта, гражданского.

Затем открылся вид; она увидела Кевина. Все остальное было отложено в сторону.

Он тоже видел ее. Медленная, мальчишеская улыбка появилась на его лице, лишь немного застенчивая по краям. Он поднялся на ноги, поколебался, затем подошел к ней.

"Осуществи мои мечты и скажи мне, что ты Стефани".

"I'm Stefanie. И ты..."

"Вордсворт". Он взял ее руку, поднес к своим губам. "Ты даже прекраснее, чем я себе представлял. Больше, чем я надеялся ".

"И ты такой, каким я тебя представлял". Она оставила свою руку в его. Свидания никогда не были одной из ее сильных сторон, но она тщательно планировала, как будет себя вести, что скажет. "Надеюсь, я не опоздал".

"Вовсе нет. Я пришел раньше. Я хотел..." Он указал в сторону пикника. "Я хотел, чтобы все было идеально".

"Ох. Это выглядит замечательно. Ты доставил столько хлопот ".

"Я с нетерпением ждал этого долгое время". Он подвел ее к одеялу. Она прошла в футе от Рорка. "Икра!" - сказала она, садясь. "Ты определенно знаешь, как устроить пикник".

Она наклонилась, повернула бутылку вина так, чтобы видеть этикетку. То же самое, что он использовал с Брайной Бэнкхед. "Мое любимое". Она скривила губы. "Как будто ты можешь читать мои мысли".

"Я чувствовал это с тех пор, как мы впервые переписались. Знакомясь с тобой онлайн, я почувствовал, что знаю тебя заново. Всегда знал тебя. Так или иначе было задумано".

"Этот парень хорош", - выдохнул Макнаб ей на ухо.

"Я тоже почувствовала связь", - сказала Ева, используя слова Стефани для нее как руководство. "Письма, стихи, которыми мы делились. Все сказочные истории о твоих путешествиях".

"Я думаю... это судьба. "Это тот, кто не говорит "Судьба"".

О, черт, подумала Ева. В голове все перемешалось, она открыла рот. И Рорк прошептал остаток цитаты ей на ухо. "Это тот, кто не знает судьбы", - повторила она. "Как ты думаешь, что уготовила нам судьба, Вордсворт?"

"Кто может сказать? Но я не могу дождаться, чтобы узнать ".

Дай мне это чертово вино, ты, никчемный, ублюдочный убийца.Но вместо этого он вручил ей розы.

"Они прекрасны". Она заставила себя понюхать их.

"Почему-то я знал, что они подойдут тебе лучше всего. Розовые бутоны роз. Мягкий, теплый. Романтично". Он поднял свой бокал, поиграл ножкой. "Я с нетерпением ждал возможности подарить их тебе, провести это время с тобой. Может, выпьем за это?"

"Да". Она продолжала смотреть в его глаза, в то время как желала, чтобы он взял стакан, вложил его ей в руку. Пытаясь кокетничать, она провела бутонами роз по своей щеке.

И он поднял стакан. Он вложил это ей в руку.

"К судьбоносному началу".

"И даже лучше, - сказала она, - к предопределенному концу". Она поднесла бокал к губам, увидела, как он жадно следит за ней взглядом. И тень раздражения окутала их, когда она снова опустила бокал, не выпив.

"О, всего одну секунду". Она коротко рассмеялась, отставила вино в сторону и открыла сумочку. "Есть только одна вещь, которую я хочу сделать в первую очередь".

Свободной рукой она взяла его за руку, затем вытащила ремни и защелкнула их. "Кевин Морано, вы арестованы - "

"Что? Что, черт возьми, это такое?" Когда он попытался вырваться, она получила удовольствие от того, что сбила его с ног, перекатила и уперлась коленом в поясницу, закрепляя путы.

"За убийство Брайны Бэнкхед, покушение на убийство Моники Клайн и соучастие в убийстве Грейс Латц".

"О чем, черт возьми, ты говоришь? Что ты делаешь?" Когда он попытался сопротивляться, она просто приставила свое оружие к его голове. "Кто ты, черт возьми, такой?"

"Я лейтенант Ева Даллас. Запомни это. Я твоя проклятая судьба. Меня зовут Даллас, лейтенант Ева, - повторила она, потому что ее желудок хотел подняться к горлу. "И я остановил тебя".

Ну и что? - прошептал голос ей на ухо. Голос ее отца.Грядет другой. Всегда есть другой.

На мгновение, всего на мгновение, ее палец дернулся на оружии. Искушаемый.

Она услышала голоса позади и над собой - встревоженное жужжание гражданских, отрывистые приказы ее команды. И она чувствовала Рорка там, просто рядом с ней.

Поднявшись, она потащила Кевина наверх. "Похоже, это был не такой уж гребаный пикник в конце концов. У тебя есть право хранить молчание", - начала она.

***

Она сопровождала его, чтобы транспортировать себя. Ей нужно было. Он не хранил молчание. Вместо этого он бормотал о ошибочной идентификации, судебных ошибках и своей влиятельной семье.

Он еще не обратился за помощью к своему адвокату, но он это сделает. Ева была уверена в этом. Ей повезет, если у нее будет пятнадцать минут на интервью с ним, прежде чем его ужас и потрясение снова превратятся в расчет.

"Я должен войти, начать с ним прямо сейчас".

"Ева -"

Она покачала головой, глядя на Рорка. "Со мной все в порядке. Я в порядке". Но она не была. В ее черепе стучали барабаны. Защищаясь, она стащила парик, провела рукой по волосам. "Я должен снять с себя это дерьмо. Они должны закончить с его бронированием к тому времени, как я вернусь к нормальной жизни ".

"Трина встретит тебя в Центральном, поможет тебе с этим".

"Хорошо. Я думаю. Увидимся дома ".

"Я иду с тобой".

"Нет смысла -"

"Обсуждая это", - закончил он. Ни в том, чтобы сказать ей, что он собирается ввести следующую порцию лекарств, которые дал ему Соммерсет. "Почему бы мне не отвезти тебя? Мы доберемся туда быстрее ".

***

Потребовалось сорок минут, чтобы вернуться в свою кожу. Ева могла только думать, что Рорк что-то сказал Трине. Женщина не высказала ни единой жалобы по поводу столь быстрого демонтажа своего шедевра и не начала лекцию по уходу за лицом и телом.

Когда Ева блаженно ополаскивала лицо холодной водой, Трина переминалась с ноги на ногу. "Я помог сделать что-то действительно важное, верно?"

С лица Евы стекала вода, она повернула голову. "Да, ты сделал. Без тебя мы бы не справились с этим сегодня ".

"Вызывает у меня прилив сил". Она покраснела. "Думаю, ты часто это слышишь. Ты собираешься пойти и сжать его яйца прямо сейчас?"

"Да, я собираюсь пойти и сжать его яйца".

"Добавь им дополнительный поворот для меня". Она открыла дверь, удивленная, увидев, что Рорк заходит в ванную. Трина постучала по табличке на двери. "Ты определенно не женщина, сладкие булочки". Подмигнув, она направилась к выходу.

"Она права, ты определенно не женщина. Даже в Central у нас есть определенные стандарты поведения, и парни не заходят в женские туалеты ".

"Я думал, ты предпочтешь немного уединения для этого". Он достал пакет, таблетки и ужасный шприц из маленькой сумки, которую носил с собой.

"Что?" Она отступила. "Держись от меня подальше, садист".

"Ева, тебе нужна следующая доза".

"Я не хочу".

"Скажи мне - посмотри на меня - скажи мне, что у тебя не сильно болит голова, в дополнение к ломоте в теле, и что твои собственные сладкие булочки не начинают тянуться. Ложь мне, - продолжил он, прежде чем она смогла заговорить, - разозлит меня настолько, что я получу извращенное удовольствие, заставляя тебя принимать лекарства. Что, как мы оба знаем по опыту, я могу сделать ".

Она прикинула расстояние до двери. Она бы никогда этого не сделала. "Я не хочу укол".

"Что ж, это жаль, поскольку ты это понимаешь. Не заставляй нас проходить через еще один раунд, как сегодня утром. Будь сейчас храбрым маленьким солдатом и закатай рукав ".

"Я ненавижу тебя".

"Да, я знаю. Мы добавили немного ароматизатора в упаковку жидкости. Малина".

"Ну и дела. У меня просто слюнки текут".

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Она закатывала другой рукав, направляясь в комнату для допросов A. Очевидно, электронный бунт был не только в ее машине. Климат-контроль в этой секции был неисправен, и воздух был горячим, душным и сильно пахнул плохим кофе.

Пибоди ждала за дверью, слегка вспотев в полной форме.

"Он уже просит адвоката?"

"Пока нет. Придерживаюсь версии ошибочной идентификации ".

"Прекрасно. Он будет идиотом ".

"Сэр, по-моему, он считает нас идиотами".

"Все лучше и лучше. Давай, давай сделаем это." Ева толкнула дверь. Кевин сидел за единственным столом на одном из двух стульев. Он тоже вспотел, и не так деликатно. Он оглянулся, когда вошла Ева, и его губы задрожали.

"Слава Богу. Я боялся, что меня просто бросили здесь и забыли. Произошла какая-то ужасная ошибка, мэм. У меня был пикник с женщиной, с которой я познакомился онлайн, женщиной, которую я знал только как Стефани. Внезапно она сошла с ума. Она сказала, что она из полиции, а потом меня привезли сюда."

Он развел руками - жест разума и озадаченности. "Я не знаю, что происходит".

"Я просто введу тебя в курс дела". Она выдвинула стул, оседлала его. "Но если ты назовешь меня сумасшедшей, это не вызовет у меня к тебе симпатии, Кевин".

Он уставился на нее. "Прошу прощения? Я даже не знаю тебя."

"А теперь, Кевин, что можно сказать после того, как ты подарил мне эти красивые цветы и процитировал стихи. Мужчины, Пибоди, что вы собираетесь делать?"

"Не могу с ними жить, не могу бить их палкой".

Глаза Кевина перебегали с одного лица на другое. "Ты? Это был ты в парке? Я не понимаю."

"Я сказал тебе запомнить мое имя. Включите запись", - сказала она. "Интервью с подозреваемым Кевином Морано, касающееся обвинений в убийстве в первом случае по делу Брайны Бэнкхед, соучастии в убийстве по делу Грейс Латц, покушении на убийство по делам Моники Клайн и Стефани Финч. Также предъявлены дополнительные обвинения в сексуальном насилии, изнасиловании, незаконном хранении, применении наркотиков к лицам без согласия. Интервью, проведенное Даллас, лейтенант Ева. Также присутствуют, Пибоди, офицер Делия. Мистер Морано был проинформирован о своих правах. Не так ли, Кевин?"

"Я не -"

"Ты получил пересмотренное предупреждение Миранды, Кевин?"

"Да, но - "

"Понимаете ли вы свои права и обязанности, содержащиеся в этом предупреждении?"

"Конечно, но - "

Она издала слегка нетерпеливый звук, подняла палец. "Не надо так торопиться". Она уставилась на него, замолчав. Когда он облизнул губы, приоткрыл их, она снова погрозила ему пальцем. И наблюдала за единственной струйкой пота, стекающей по его виску. "Здесь жарко", - сказала она непринужденно. "Они работают над климат-контролем. Должно быть, довольно жалко под этим париком и замазкой для лица. Ты хочешь избавиться от них?"

"Я не знаю, что ты - "

Она просто протянула руку, быстро дернула парик, затем бросила его Пибоди. "Держу пари, это кажется круче".

"Носить альтернативные прически - не преступление". Он запустил дрожащие пальцы в свои коротко остриженные волосы.

"В ту ночь, когда ты убил Брайну Бэнкхед, на тебе было другое. Еще одна ночь, когда ты пытался убить Монику Клайн."

Он посмотрел Еве прямо в глаза. "Я не знаю этих женщин".

"Нет, ты их не знал. Они были ничем для тебя. Просто игрушки. Тебе было забавно соблазнять их поэзией и цветами, свечами и вином, Кевин? Заставило ли это тебя почувствовать себя сексуальной? Мужественный? Может быть, ты не сможешь этого добиться, если женщина не накачана наркотиками и не беспомощна. У тебя не может быть стояка, если это не изнасилование ".

"Это нелепо". Рябь гнева пробежала по его лицу. "Оскорбительно".

"Ну, прости меня, черт возьми. Но когда парню приходится насиловать женщину, чтобы получить удовольствие, это говорит мне, что иначе он не может выполнять свою работу ".

Его подбородок слегка приподнялся. "Я никогда в своей жизни не насиловал женщину".

"Держу пари, ты в это веришь. Они хотели этого, не так ли? Как только ты подсыпал им в вино маленькую Шлюшку, они практически умоляли тебя об этом. Но ты сделал это только для того, чтобы их ослабить." Ева встала, обошла стол. "Просто заправляю насос. Такому парню, как ты, не обязательно насиловать женщин. Ты молод, красив, богат, утончен. Образованный."

Она наклонилась из-за его спины, приблизила губы к его уху. "Но это скучно, не так ли? Парень имеет право на небольшую подзатыльник. А женщины? Черт возьми, они все шлюхи под кожей. Как, например, твоя мать."

Он отпрянул от нее. "О чем ты говоришь? Моя мать - уважаемая и чрезвычайно успешная деловая женщина ".

"Которая залетела в лаборатории. Интересно, она вообще знала твоего отца? Имело ли это значение для нее, когда она была готова уйти? Сколько они заплатили ей, чтобы она отказалась от иска и завершила беременность? Она когда-нибудь говорила тебе?"

"Ты не имеешь права так со мной разговаривать". Его голос был хриплым от слез.

"Ты искал мамочку в этих женщинах, Кевин? Ты хотел трахнуть ее, наказать ее или и то, и другое?"

"Это отвратительно".

"Я знал, что мы достигли точки согласия. В конце концов, она продала себя, не так ли? На самом деле, никакой разницы между ней и теми другими женщинами. И все, что ты сделал, это выявил их истинную природу. Они искали это в Интернете. Получил то, о чем они просили. И еще кое-что. Это то, что вы с Люциасом придумали?"

Он дернулся, и у него перехватило дыхание. "Я не знаю, о чем ты говоришь. Я больше не собираюсь это слушать. Я хочу видеть твоего начальника ".

"Чья это была идея - убить их? Это было его, не так ли? Ты ведь не жестокий человек, не так ли? Брайна, это был несчастный случай, не так ли? Просто не повезло. Это могло бы тебе немного помочь, Кевин. Могло бы немного помочь тебе с тем, что Брайна была случайной. Но над этим тебе придется поработать со мной ".

"Я говорил тебе. Я не знаю никакой Брайны ".

Она кружилась, пока ее лицо не уткнулось в его. "У тебя штаны горят, придурок. Посмотри на меня. Мы тебя охладели. Все вкусности в твоей маленькой черной сумке, запрещенное вещество, которое ты подсыпала в вино. Мы держали вас под наблюдением, полностью записанным с того момента, как вы вошли в парк. Слышал, как ты говорил со своим приятелем о баллах, которые ты собирался набрать. И ты действительно фотогеничен, Кевин. Бьюсь об заклад, присяжные тоже так думают, когда видят диск, на котором ты подмешиваешь нелегал в вино. Бьюсь об заклад, они будут так чертовски впечатлены, что дадут тебе, о, я бы сказал, три пожизненных срока - без возможности досрочного освобождения - в исправительной колонии за пределами планеты. Хорошая бетонная клетка, которую ты можешь назвать своей ".

Она вбивала это в него, пока он смотрел на нее с ужасом, расползающимся по его лицу. "Три порции в день. О, не те квадраты, к которым ты привык, - добавила она, теребя материал его рубашки. "Но они сохранят тебе жизнь. Долгое, долгое время. А вы знаете, что происходит с насильниками в тюрьме? Особенно хорошеньких. Они все испытают тебя, потом будут драться за тебя и еще раз испытают. Они оттрахают тебя до полусмерти, Кевин. И чем больше ты просишь их остановиться, чем больше ты умоляешь, тем сильнее они будут врезаться в тебя ".

Она выпрямилась, уставилась в двустороннее стекло, в кошмар, который жил в ее собственных глазах. Это ползало в ее собственном животе.

"Если тебе повезет, - сказала она, - кто-нибудь по имени Большой Вилли сделает тебя своей сучкой и будет держать остальных подальше от тебя. Чувствуешь себя счастливым, Кевин?"

"Это домогательство. Это запугивание".

"Это реальность", - отрезала она. "Это судьба, это предназначение. Это твоя чертова судьба, приятель. Ты троллил женщин в онлайн-чатах. Поэтические беседы. Вот где ты нашел Брайну Бэнкхед. Ты завязал с ней отношения, используя имя Данте. И работая со своим другом и приятелем-подонком, Люциасом Данвудом, ты договорился встретиться с ней."

Она сделала паузу, позволяя этому осмыслиться. "Ты послал ей цветы, розовые розы, на работу. Ты провел некоторое время, наблюдая за ней в ее выходной. Ты использовал подразделение в кибер-заведении через дорогу. Мы поймали тебя на крючок. Ты знаешь, у нас на зарплате целое гребаное подразделение кибер-гиков, Кев. Я открою тебе маленький секрет."

Она снова смягчилась, понизив голос до заговорщицкого шепота. "Ты не так хорош, как думаешь. Не там, и не в заведении на Пятой улице тоже. Ты оставил отпечатки."

Она смотрела, как его губы дрожат, как у ребенка, готового заплакать. "В любом случае, - сказала она, - вернемся к Брайне Бэнкхед. Ты встретил ее в Комнате Радуги. Возвращаюсь к тебе еще, Кевин? Она была симпатичной женщиной. Ты выпивал. Или ты сделал, и у нее была шлюха, которую ты смешал с ее вином. Когда она была готова к этому, ты вернулся к ней домой. Дал ей немного больше, на всякий случай."

Она хлопнула ладонями по столу, наклонилась. "Ты включил музыку, ты зажег свечи, ты разбросал гребаные лепестки роз по кровати. И ты изнасиловал ее. Чтобы придать всему этому еще больше остроты, ты накормил ее диким кроликом. Ее организм не выдержал этого, и она умерла. Умер прямо там, на ложе из роз. Напугало тебя, не так ли? Разозлил тебя. Что, черт возьми, она имела в виду, говоря о смерти и разрушении твоих планов? Ты сбросил ее с террасы, выбросил на улицу, как мусор ".

"Нет".

"Ты видел, как она падала, Кевин? Я так не думаю. Ты покончил с ней. Пришлось прикрыть твою задницу, не так ли? Беги домой к Люциасу и спроси его, что делать ".

Она выпрямилась, отвернулась, подошла и налила себе чашку воды. "Он управляет тобой, не так ли? У тебя не хватит мужества управлять собой ".

"Никто мной не управляет. Ни Люциас, ни ты, ни кто-либо другой. Я мужчина. Мой собственный мужчина".

"Тогда это была твоя идея".

"Нет, это было- Мне нечего сказать. Мне нужен мой адвокат ".

"Хорошо". Она опустила бедро на стол. "Я надеялся, что ты скажешь это, потому что, как только ты приведешь адвокатов, мне не придется работать с тобой над какой-либо сделкой. Я должен сказать тебе, Кевин, от одной только мысли о заключении сделки с тобой меня выворачивало наизнанку. И у меня действительно крепкий желудок, верно, Пибоди?"

"Титановая сталь, сэр".

"Да, это я". Ева слегка похлопала себя по животу. "Но тебе удалось все переломить. Теперь я снова совершенно спокоен, представляя, как ты проведешь остаток своей жалкой жизни в клетке, без своих красивых костюмов, в обнимку с Большим Вилли ". Она оттолкнулась от стола. "Когда Люциас будет сидеть там, где ты сидишь сейчас, мне снова станет немного не по себе от работы с ним. Потому что он собирается пойти на сделку и переметнуться прямо к тебе. Каковы текущие шансы на это в бассейне, Пибоди?"

"С трех до пяти, на Данвуд, сэр".

"Я лучше сделаю ставку. Давай найдем тебе того адвоката, Кевин. Перерыв в допросе, в связи с просьбой подозреваемого о представлении." Она повернулась к двери.

"Подожди".

Ее глаза, январского льда, встретились с глазами Пибоди. "Тебя что-то беспокоит, Кевин?"

"Я просто поинтересовался ... исключительно из любопытства, что вы подразумеваете под сделкой".

"Извините, я не могу углубиться в это, поскольку вы вызвали своего адвоката".

"Адвокат может подождать".

Попалась, подумала Ева и повернула назад. "Запись включена. Продолжение интервью, те же темы. Пожалуйста, повтори это, Кевин, для протокола ".

"Адвокат может подождать. Я хотел бы знать, что ты подразумеваешь под сделкой."

"Мне понадобится таблетка от тошноты.",. Она вздохнула, снова села. "Хорошо. Ты знаешь, что ты должен сделать, Кевин? Ты должен признаться, расскажи мне, как все это произошло. Мне нужны глава и стих. И тебе придется проявить ко мне немного доброй воли и искреннего раскаяния. Ты справишься с этим, и я буду биться за тебя. Рекомендую, чтобы вам предоставили лучшие условия, отделили от общей массы жопоебов ".

"Я не понимаю? Что это за сделка такая? Ты думаешь, я отправлюсь в тюрьму?"

"О, Кевин, Кевин". Она вздохнула. "Я знаю, что ты переходишь границы. То, что происходит с тобой после того, как ты там, зависит от тебя ".

"Я хочу неприкосновенности".

"И я хочу петь мелодии из шоу на Бродвее. Ни у кого из нас нет шанса в аду осуществить эти драгоценные мечты. У нас есть твоя ДНК, тупой придурок. Ты не одевалась для своих вечеринок. У нас есть твой сок, твои отпечатки. И ты помнишь тот маленький образец, который они взяли у тебя при бронировании? Они запускают это прямо сейчас. Это будет соответствовать, Кевин, мы оба знаем, что это будет соответствовать тому, что ты оставил позади в Брайне и Моникве. Как только это произойдет, как только у меня в горячей ручонке будет совпадение ДНК, время игр закончится. Я усыплю тебя, как больную собаку, и все адвокаты по всей стране не смогут тебе помочь ".

"Ты должен дать мне что-нибудь. Сделка о признании вины, выход из положения. У меня есть деньги - "

Ее рука метнулась вперед, схватив его за ворот рубашки. "Это была взятка, Кевин? Добавляю ли я подкуп полицейского к твоему списку заслуг?"

"Нет, нет, я просто... Здесь мне нужна помощь ". Он попытался успокоиться, казаться разумным, готовым к сотрудничеству. "Я не могу отправиться в тюрьму. Мне не место в тюрьме. Это была просто игра. Соревнование. Это все была идея Люциаса. Это был несчастный случай ".

"Игра, состязание, чья-то идея, несчастный случай". Она покачала головой. "Это множественный выбор?"

"Нам было скучно, вот и все. Нам было скучно, и нам нужно было чем-то заняться! Мы просто немного развлекались, своего рода воссоздание великого эксперимента его ублюдочного дедушки. Потом все пошло не так. Это был несчастный случай. Она не должна была умирать ".

"Кто не должен был умереть, Кевин?"

"Та первая женщина. Брайна. Я не убивал ее. Это просто случилось ".

Теперь она откинулась назад. "Расскажи мне, как это произошло, Кевин. Расскажи мне, как это только что произошло."

***

Час спустя Ева вышла из Интервью. "Жалкий, гнойный напиток на заднице человечества".

"Да, сэр, это он. Ты крепко его укутала ", - добавила Пибоди. "Взвод адвокатов не сможет проделать в этом признании и крошечной дырочки. Он ушел ".

"Да. Другой нарыв так просто не прорвется. Предупреди команду, Пибоди. Тот же персонал, что и в парке. Я получаю ордер на арест Данвуда. Они заслуживают того, чтобы быть во втором акте ".

"Ты понял. Даллас?"

"Что?"

"Ты действительно хочешь петь мелодии из шоу на Бродвее?"

"Разве не все?" Она достала свой коммуникатор, готовясь запросить ордер. Он запищал у нее в руке. "Даллас".

"В мой кабинет", - приказала Уитни. "Сейчас".

"Да, сэр. Кто он, экстрасенс? Собери команду, Пибоди. Я хочу двинуться на Данвуд в течение часа ".

С мыслями об интервью и горячим предвкушением прикоснуться к Люциасу в крови, она вошла в кабинет Уитни. Она была готова предоставить ему свой отчет устно. Ее планы изменились, когда она увидела Ренфрю и другого мужчину в офисе Уитни.

С бесстрастным лицом Уитни остался за своим столом. "Лейтенант, капитан Хейз. Я полагаю, вы и детектив Ренфрю уже встречались."

"Да, сэр".

"Детектив Ренфрю здесь со своим капитаном. Он рассматривает возможность подачи официальной жалобы на ваше поведение в расследовании дела Теодора Макнамары, в котором он является основным свидетелем. В надежде избежать любых подобных действий, я попросил вас прийти сюда, чтобы обсудить этот вопрос ".

В ее голове раздавался глухой рев, глубоко в животе что-то горело. "Пусть он подает в суд".

"Лейтенант, ни у меня, ни у этого департамента нет желания копаться в неразберихе жалоб, если этого можно избежать".

"Мне наплевать, чего хотите вы или департамент". Ее тон был резким, и что-то не поддающееся определению вспыхнуло в глазах Уитни. "Ты подаешь свою жалобу, Ренфрю. Оформи это, и я прикончу тебя ".

"Я рассказал тебе, как это было". Ренфрю оскалил зубы. "Не испытываю никакого уважения к значку, никакого уважения к коллегам-офицерам. Она приходит на мое место преступления, используя свой вес, повышая ранг, подрывая мое расследование. Допрашивала мою группу по расследованию преступлений после того, как я попросил ее удалиться, пока она не заразила место преступления. Идет за моей спиной ко МНЕ, получая данные о теле, которое не принадлежит ей ".

Уитни подняла руку, чтобы остановить тираду Ренфрю. "Ваш ответ на это, лейтенант?"

"Ты хочешь моего ответа на это? Я дам это тебе." Забавно, она вытащила диск из кармана, шлепнула его на стол. "Вот мой ответ на это. Записано. Ты идиот, - сказала она Ренфрю. "Я собирался пустить это на самотек. Это была моя ошибка. Никто не должен позволять таким копам, как ты, ускользать. Ты думаешь, значок - это своего рода защита для тебя? Что-то вроде молотка, которым ты можешь размахивать повсюду? Это твоя гребаная ответственность, твой чертов долг, а не твоя подушка безопасности и не твое оружие ".

Хейз сделал движение, чтобы заговорить. Уитни заставила его замолчать, подняв один палец.

"Не говори мне о долге". Ренфрю уперся руками в бедра, наклонился всем телом вперед. "Все знают, что ты работаешь на других копов, Даллас. Ты в кармане у IAB. Девушка с плаката "Крысиного отряда"."

"Я не обязан оправдываться перед тобой за то, что я сделал с Раз-два-восемь. Кажется, ты забыл, что копы умирали. Хочу знать их имена, потому что они у меня в голове. Я стоял над ними, Ренфрю, ты - нет. Ты хочешь получить часть меня за это, тебе следовало забрать это за пределами департамента, из отдела по расследованию убийств. Ты хочешь выстрелить в меня, ты не принимаешь это за мертвых, за которых мы должны заступаться. Я просил тебя связаться, я просил тебя поделиться информацией, жизненно важной для обоих наших расследований, чтобы мы могли выполнить эту чертову работу ".

"Мой отдел по расследованию ограблений и убийств не был связан с твоими сексуальными похождениями. И тебе нечего делать на моей сцене без полномочий. У вас нет правильной записи этой сцены, и все, что есть в такой записи, является поддельным ".

"Ты напыщенный, эгоистичный, невежественный долбоеб. У вас нет отдела по расследованию ограблений и убийств. У меня в руках половина твоей команды убийц. У меня есть полное признание в записи, которое включает в себя убийство Теодора Макнамары ".

Ренфрю вскочил со стула. "Ты обходишь меня, чтобы вызвать моего подозреваемого на допрос?"

"Мой подозреваемый, вызванный на допрос в связи с моим расследованием, которое, как я уже говорил тебе, придурок, связано с твоим. Если бы ты не был так занят, выбирая легкий путь, так упорно не соглашаясь на сотрудничество, ты был бы частью операции, которая привлекла его к ответственности. Убирайся с моих глаз, и убирайся отсюда немедленно, или я заберу этот значок, которого ты не заслуживаешь, и заставлю тебя съесть его ".

"Достаточно, лейтенант".

"Этого недостаточно". Она повернулась обратно к Уитни. "Этого недостаточно. Я только что слушал, как двадцатидвухлетний парень рассказывал мне, как ему и его больному другу было скучно и они придумали игру. Доллар за очко, чертов доллар за очко тому, кто завладел большинством женщин самыми изобретательными способами. Они накачивали их наркотиками, насиловали их, убивали их, чтобы получить удовлетворение от того, что они лучшие жеребцы. И когда Макнамара понял, что делают его внук и его товарищ по играм, когда он столкнулся с ними лицом к лицу, они вышибли ему мозги, поддерживали в нем жизнь с помощью стимулятора, раздели его догола, снова избили и бросили в реку, где ему не повезло быть привлеченным к этому позору.

"Три человека мертвы, и один в больнице, борется за то, чтобы вернуться. Из-за того, что один полицейский решил выместить личную неприязнь на другом, их могло быть больше. Так что этого недостаточно. Этого никогда не будет достаточно ".

"Ты думаешь, что можешь повесить на меня свои ошибки", - начал Ренфрю.

"Отставить, детектив". Хейз медленно поднялся на ноги.

"Капитан -"

"Я сказал, отойди. Сейчас. Из моего дома не будет подано ни одной жалобы. Если лейтенант Даллас желает подать в суд - "

"У меня нет желания подавать документы".

Хейз склонил голову. "Тогда ты лучший мужчина, чем я. Я хотел бы запросить копию этого диска, коммандер."

"Просьба удовлетворена".

"Я рассмотрю содержание записи и приму такие меры, которые сочту уместными. Открой рот, Ренфрю, и я сам буду записывать. Я хочу, чтобы ты вышел наружу. Это приказ."

Оскорбление зашло достаточно глубоко, чтобы заставить его вибрировать. "Да, сэр, но в знак протеста".

"Так принято к сведению". Хейз подождал, пока не хлопнула дверь. "Приношу свои извинения, коммандер Уитни, за то, что принес этот беспорядок к вашей двери, и за неподобающее поведение моего офицера".

"Вашему офицеру нужна дисциплина, капитан".

"Ему нужен пинок под зад, сэр, и я могу обещать вам, что он его получит. Я также приношу вам свои извинения, лейтенант."

"В этом нет необходимости, капитан".

"Это первое, с чем ты сказал, что я не согласен с тех пор, как ты вошел. Ренфрю - проблемный ребенок, но на данный момент он мой проблемный ребенок. Я содержу дом в чистоте, лейтенант, и беру на себя ответственность за любую неопрятность, которая проникает внутрь. Спасибо, что уделили мне время, коммандер ".

Он направился к двери, остановился и обернулся. "Лейтенант, сержант Клуни и я начинали вместе. Я пошел к нему после того, как стали известны события прошлого мая. Он сказал, что ты - незапятнанный значок, и он был благодарен, что именно ты привела его сюда. Я не знаю, имеет ли это какое-либо значение для тебя, но для него это имело значение ".

Он снова кивнул, вышел и тихо закрыл дверь за своей спиной.

Когда они остались одни, Уитни встал и подошел к своей машине. "Кофе, лейтенант?"

"Нет, сэр. Спасибо тебе ".

"Сядь, Даллас".

"Командир, я приношу извинения за свое неуважение и неподчинение. Мое поведение было - "

"Впечатляет", - перебила Уитни. "Не порти все, помня, кто сейчас главный в этой комнате".

Она вздрогнула и поискала, что бы сказать. "У меня нет оправдания".

"Я ни о чем таком не просил". Он принес свой кофе обратно на стол. "Но если бы мне это понадобилось, я мог бы начать с вопроса, сколько ты спал прошлой ночью".

"Я не -"

"Ответь на вопрос".

"Пара".

"А предыдущей ночью?"

"Я не... Я не могу сказать."

"Я сказал тебе сесть", - напомнил он ей. "Должен ли я сделать это приказом?"

Она села.

"Я никогда не был свидетелем того, как вы избивали офицера - до меня доходили слухи", - добавил он. "Теперь я могу с уверенностью сказать, что ты заслужил свою репутацию. Ты сделал то, что должно было быть сделано с Клуни и Сто двадцать восьмым. Это не значит, что ты не получишь за это по заслугам ".

"Понял, сэр".

Он изучал ее лицо, и поскольку мог видеть намеки на усталость, горе, гнев, знал, что она на исходе. "Значок не делает человека мужчиной, Ева, все наоборот".

Она моргнула, выведенная из равновесия тем, что он назвал ее по имени. "Да, сэр. Я знаю".

"Ты знаменитость, как в профессиональном, так и в личном плане. Такого рода разоблачение и блеск вызывает ревность и негодование у определенных типов. Ренфрю - яркий пример ".

"Лично меня он не касается, коммандер".

"Рад это слышать. У вас есть признание Кевина Морано ".

"Да, сэр". Она начала подниматься, чтобы заняться оральным сексом, но Уитни жестом велела ей сесть обратно.

"На данный момент мне не требуется официальный отчет. Я уловил суть твоей тирады. Был ли выдан ордер на арест Люциаса Данвуда?"

"Запрошено. Это должно ждать меня в моем кабинете ".

"Тогда идите и поймайте его, лейтенант". Уитни отхлебнул кофе, когда она поднялась на ноги. "Свяжись со мной, когда завернешь его. Нам нужно назначить пресс-конференцию, после которой вам приказано отправляться домой и использовать любой выбранный вами метод, чтобы гарантировать вам восемь полных часов сна ".

Когда она ушла, Уитни взял диск, повертел его в руке. От него исходил свет.

Незапятнанный значок, подумал он. Это было хорошее описание ее. Наблюдая за игрой света, он связался с шефом Тибблом, чтобы составить свой собственный отчет.

***

Было заманчиво взорвать двери особняка и ворваться внутрь с полным отрядом копов, вооруженных автоматами для спецназа и бронежилетами. Обстоятельства дела и тяжесть обвинений дали ей возможность поступить именно так.

Это произвело бы фурор, громкое заявление.

И это было бы полным потаканием своим желаниям.

Ева позволила фантазии улетучиться, и только с Пибоди рядом с ней подошла к двери.

"Все станции укомплектованы и готовы?"

"Это подтверждаю", - сказала Фини в наушник. "Если он попытается скрыться и проскочит мимо тебя, мы его схватим".

"Принято". Она взглянула на Пибоди. "Он не пройдет мимо нас".

"Не в этой жизни".

Ева нажала на звонок, отсчитывая секунды, покачиваясь на носках. Она досчитала до десяти, когда домашний дроид открыл дверь.

"Помнишь меня?" Она одарила его зубастой улыбкой. "Мне нужно поговорить с мистером Данвудом".

"Да, лейтенант. Пожалуйста, входите. Я скажу мистеру Данвуду, что ты здесь. Могу я предложить вам немного освежающего, пока вы ждете?"

"Нет, у нас все готово, спасибо".

"Очень хорошо. Пожалуйста, устраивайтесь поудобнее ".

Он ушел, чопорный и официальный в своей классической черной униформе.

"Теперь, если бы Рорк бросил Соммерсета и купил дроида, со мной можно было бы так вежливо обращаться каждый день".

"Да". Пибоди ухмыльнулась. "Тебе бы это действительно не понравилось".

"Кто сказал?"

"Те, кто знает вас лучше всех, сэр".

"Я думаю, что знаю себя лучше всех", - возразила она. "Что заставляет тебя говорить... запомни эту мысль", - сказала она, увидев, как Люциас сворачивает в фойе. "Мистер Данвуд."

"Лейтенант". Он тоже был одет в черное, использовал лишь намек на макияж, чтобы придать своему лицу скорбную бледность. В то утро это сотворило чудеса с его матерью, и он не сомневался, что это задаст правильный тон полицейским. "У тебя есть какие-то новости о моем дедушке? Я провел утро со своей матерью, и она..."

Он замолчал, отвел взгляд, как будто собираясь с духом. "Мы оба были бы благодарны за любые новости. Все, что угодно, лишь бы помочь нам обрести хоть какой-то смысл в нашей потере ".

"Я думаю, что могу помочь тебе с этим. У нас уже есть кое-кто под стражей ".

Он оглянулся на нее, мгновение удивления, прежде чем оно было замаскировано. "Я не могу передать вам, что это значит для нас. Чтобы его убийца поскорее предстал перед правосудием ".

"Мой день тоже становится ярче."Снисходительно, - сказала она себе. В конце концов, она была снисходительна. Но какого черта. "На самом деле, ответственными были два человека. Одному предъявлено обвинение, и арест второго неизбежен ".

"Двое? Двое против беспомощного старика." Он вложил ярость в свой голос. "Я хочу, чтобы они страдали. Я хочу, чтобы они заплатили ".

"В этом случае мы плывем на одной волне. Итак, давайте начнем. Люциас Данвуд, вы арестованы."

Она выхватила свое оружие, когда он сделал быстрый шаг назад. "О, пожалуйста", - пригласила она. "Продолжай. У меня не было возможности использовать это на твоем приятеле, Кевине, и это заставило меня нервничать ".

"Ты тупая сука".

"Я возьму эту сучку, но эй, кто из нас отправится в клетку? Глупо то, что делает глупый. Руки вверх и за голову. Сейчас."

Он поднял руки, и когда она повернула его лицом к стене, заставила его двигаться.

Может быть, она позволила ему. Ева не собиралась лежать ночью без сна, обсуждая этот вопрос. Но когда он толкнул, она позволила своему телу отклониться назад, предоставив ему пространство для удара. И, нырнув под дугу его кулака, дважды вонзила свой собственный ему в живот.

"Сопротивление при аресте", - сказала она, когда он упал на четвереньки, его рвало. "Еще одна отметка в твоем постоянном послужном списке". Она плашмя толкнула его ногой, затем легонько наступила ботинком ему на затылок. "Я не буду добавлять нападение на офицера, потому что ты промахнулся. Приструни этого клоуна, Пибоди, пока я заканчиваю излагать обвинения против него и зачитываю ему его права ".

Он требовал адвоката, прежде чем она закончила.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Небо все еще было голубым, глубоким, мечтательным вечерним синим, когда она поднималась по ступенькам к собственной входной двери. Впервые за несколько дней ее разум был достаточно ясен, чтобы уловить пение птиц и мягкий аромат цветов.

Она подумала о том, чтобы просто сесть на ступеньки и насладиться всем этим, всеми теми сладкими и простыми удовольствиями, которые мог предложить мир. Вспоминать, тратить время на то, чтобы помнить, что было больше, чем смерть, больше, чем кровь, и те, кто проливал ее с эгоизмом избалованных детей, сделали разницу между жизнью и гибелью.

Вместо этого она отщипнула веточку пурпурного цветка, выпавшего из урны, и вошла внутрь. Было кое-что, чего она хотела больше, чем свежего воздуха.

Соммерсет бросил один взгляд на цветок в ее руке и нахмурился. "Лейтенант, композиции в урнах - это не срезанные цветы".

"Я не вырезал это. Я оборвал это. Он дома?"

"В его кабинете. Если вы хотите увидеть вербену, вы можете заказать ее в одной из оранжерей."

"Бла-бла-бла", - сказала она, поднимаясь по лестнице. "Як, як, як".

Соммерсет одобрительно кивнул. Казалось, лекарства вернули ее к нормальной жизни.

Рорк стоял у окна, разговаривая по наушникам. Похоже, это было что-то о пересмотре прототипа какой-то новой системы связи / передачи данных, но там было слишком много электронного жаргона, чтобы она могла его расшифровать. Поэтому она отключилась от самих слов и просто слушала поток его голоса.

Ирландцы в нем иногда вызывали у нее странный трепет, наряду с туманными образами воинов и благоухающими кострами. И поэзия, предположила она. Возможно, самка этого вида просто запрограммирована реагировать на определенные стимулы.

Может быть, через десять или двадцать лет она действительно привыкнет к этому. Для него.

Солнце, опускающееся в небе, пролилось в окно и окутало его мерцающим золотом. Он завязал волосы сзади, что навело ее на мысль, что он занимался чем-то, что требовало его рук и никаких отвлекающих факторов.

Свет создавал вокруг него ореол, которого, они оба знали, он не заслуживал, но это выглядело невероятно правильным.

У него был включен экран, и жужжал новостной репортаж. Ссылка на его рабочий стол пискнула и была проигнорирована.

В комнате витал аромат денег, власти. Это был Рорк. Внутри нее поднялась потребность, базовая, как дыхание.

И он повернулся к ней.

Не сводя с него глаз, она пересекла комнату, рывком притянула его к себе за ворот рубашки и захватила его рот своим.

В наушниках голос продолжал жужжать ему в ухо, приглушенный бурлением его собственной крови. Он поймал ее бедра, прижимаясь жаром к жару.

"Позже", - пробормотал он в наушники, затем снял их и отбросил в сторону. "Добро пожаловать домой, лейтенант, и поздравляю". Он поднял руку, чтобы провести ею по ее волосам. "Я видел твою пресс-конференцию на Семьдесят пятом".

"Тогда ты знаешь, что все кончено". Она предложила вербену. "Спасибо за вашу помощь".

"Не за что". Он понюхал цветок. "Что еще я могу для тебя сделать?"

"На самом деле". Она вытащила ленту из его волос. "У меня есть для тебя другое задание".

"Неужели? Мой график сейчас немного напряженный, но я хочу выполнить свой гражданский долг ". Он заправил маленький цветок ей за ухо. "Что это за задание? И будь конкретен".

"Ты хочешь, чтобы я был конкретен?"

"Я знаю, да. Очень... очень специфично".

Со смехом она приподнялась, чтобы обхватить ногами его талию. "Я хочу, чтобы ты разделась".

"А, задание под прикрытием". Обхватив ее бедра, он направился к лифту в свой офис. "Это опасно?"

"Это смертельно. Никто из нас не сможет выбраться оттуда живым ".

В лифте он прижал ее спиной к стене. Почувствовал ее силу - и уступчивость. "Хозяйская спальня", - приказал он, затем опустошил ее рот. "Я живу ради опасности. Расскажи мне больше ".

"Это требует большого физического напряжения. Выбор времени..." У нее перехватило дыхание, когда его зубы нашли ее горло. "Ритм, координация должны быть идеальными".

"Работаю над этим", - выдавил он и вытолкнул ее из лифта в спальню.

Кот, растянувшийся поперек кровати, как толстая, пушистая тряпка, вскочил с жалобным шипением, когда они упали на матрас рядом с ним. Рорк протянул руку и легонько толкнул его, отчего тот с глухим стуком спрыгнул вниз.

"Это не место для гражданских".

Фыркнув от смеха, Ева крепко обняла его. "Обнаженная". Она осыпала поцелуями его лицо. "Раздевайся. Я хочу вонзить в тебя свои зубы ".

Дергая за одежду, они перекатились по кровати. Ее рубашка запуталась в оружейной перевязи, заставляя ее задыхаясь ругаться, пока она боролась с обоими. Их рты снова встретились, неистовое слияние губ, зубов, языков, от которого кровь горячо побежала по ее венам, а ее тело погрузилось под его.

Она потянула за его рубашку, стаскивая ее с его плеч, чтобы она могла погрузить пальцы в эту твердую пульсацию мышц и испытать силу на прочность.

Но он поймал ее руки в свои, поднял ее руки над головой. Смотрел на нее своими бездонными голубыми глазами, пока ее собственные мышцы не начали дрожать.

"Я люблю тебя. Дорогая Ева. Моя." Он наклонился к ее губам в мягком, нежном поцелуе, который превратил эти дрожащие мышцы в воду.

Его рот оторвался от ее рта, чтобы скользнуть вдоль ее подбородка, вниз по колонне ее горла. Он бы знал, подумала она, и ее сердце содрогнулось. Он бы знал, что ей нужно больше, чем вспышка и огонь. Ей нужно было сладкое и простое.

Она расслабилась и втянула это в себя.

Он почувствовал, как она открылась, сдалась. Для него не было более сильного обольщения, чем то, что она уступила ему и самой себе. Когда она приняла нежность внутри него, он обнаружил, что наполнен ею до краев.

Его губы нежно скользнули по ее коже, наслаждаясь вкусом. Его руки нежно играли по ее телу, лелея очертания. Ее сердце учащенно забилось под скольжением его языка. И она наклонилась, чтобы прижать к себе его голову, когда он лениво потерся носом о ее грудь.

От нее пахло ее душем в Central, практичным мылом, доступным для нее там. Это вызвало у него желание побаловать ее, смягчить грубость, к которой она слишком привыкла. Итак, его губы были как бальзам на ее плоти, дразнящее тепло перед жаром.

Она дрейфовала на подушке ощущений, погружаясь в наслаждение, такое тонкое, такое мягкое, что оно окутывало ее, как туман. Ее пальцы запутались в его волосах, когда туман превратился в реку, а река - в тихое море блаженства. Со вздохом она позволила себе погрузиться в это.

Она услышала его бормотание, когда он двигался вниз по ее телу, на гэльском, который он использовал, когда был наиболее возбужден. Это звучало как музыка, одновременно экзотическая и романтичная.

"Что это значит?" Ее голос был сонным.

"Мое сердце. Ты - мое сердце".

Он провел дорожку поцелуев вниз по ее торсу, очарованный, всегда очарованный ее длинной, стройной линией. Столько силы и мужества жило в этом упругом теле. В сердце, подумал он, когда его руки прошлись по ее грудям. В живот. Он провел губами по ее животу.

Мышцы задрожали, и он услышал первый прерывистый вздох.

И все же он не торопился, его медленное и мучительное время, пока этот вздох не превратился в стон, пока это крепкое, подтянутое тело не задрожало.

Когда он овладел ею, он почувствовал, как ее освобождение пролилось через нее и в него.

И море, по которому она дрейфовала, стало неспокойным. Блаженство превратилось в страстное желание и наслаждение, глубокую и пульсирующую боль, которая пульсировала в ней, как голод. Она выгнулась навстречу его напряженному рту, вскрикнув, когда ее организм взорвался.

Теперь, отчаявшись, он прокладывал себе путь вверх по ее телу, разжигая дюжину огней, буйство пульсаций. Сводящий с ума себя так же, как он сводил с ума ее. "Поднимайся. Поднимайся. Тяжело дыша, он погрузил пальцы в нее, в пропитанный жаром воздух. "Я хочу наблюдать за тобой. Снова."

"Боже!" Ее глаза расширились и ослепли, когда оргазм пронзил ее.

Когда она содрогнулась на гребне, он накрыл ее рот своим, танцевал языком по ее языку, пока ее дыхание, его дыхание не замедлилось. Сгущенный. Медленно, медленно скользнул внутрь нее.

Ее глаза прояснились, углубились, удержали его взгляд. Любовь, как посеребренный бархат, мерцала над красной дымкой страсти. Она подняла руку к его щеке, когда они двигались вместе. Взлет и падение влюбленных, которые любили. Сладкое и простое.

Когда на этот раз ее наслаждение достигло пика, это было похоже на благодать. Он опустил голову, смахнул поцелуем слезу, скатившуюся по ее щеке.

"Мое сердце", - снова сказал он, затем зарылся лицом в ее волосы и излился в нее.

***

Она лежала, прижавшись своим телом к его боку. Свет угасал. Конец долгого дня. "Рорк".

"Хм? Тебе следует немного поспать ".

"У меня нет таких слов, как у тебя. Кажется, я никогда не могу найти их, когда они важнее всего ".

"Я знаю, что это такое". Он играл с кончиками ее волос. "Отключи свой разум, Ева, и отдохни немного".

Она покачала головой, приподнявшись, чтобы посмотреть на него сверху вниз. Как он мог быть таким совершенным, подумала она, и все еще принадлежать ей?

"Повтори то, что ты говорил раньше еще раз. Ирландский стиль. Я хочу сказать это тебе в ответ ".

Он улыбнулся. Взял ее за руку. "Ты никогда не произнесешь это".

"Да, я сделаю это".

Все еще улыбаясь, он произнес это медленно, ожидая, пока она нащупает ответ. Но ее глаза оставались твердыми и серьезными, когда она поднесла его руку к своему сердцу, положила свою на его и повторила слова.

Она увидела, как на его лице промелькнули эмоции. Его сердце сильно забилось под ее рукой. "Ты уничтожаешь меня, Ева".

Он сел, прижался своим лбом к ее. "Благодарю Бога за тебя", - пробормотал он срывающимся голосом. "Благодарю Бога за тебя".

***

Она отказалась спать, поэтому он уговорил ее разделить трапезу в постели. Она сидела, скрестив ноги, на простынях, поглощая тарелку со спагетти и фрикадельками.

Сочетание секса, еды и обжигающего душа сделало свое дело.

"Морано не выдержал на интервью", - начала она.

"Я бы сказал, что ты сломила его", - поправил Рорк. "Я наблюдал за тобой". И видел, как она смотрела в зеркало. В саму себя. "Он бы не знал, как трудно это было для тебя".

"Не так уж и сложно, потому что я знала, что сломаю его. Я не знал, что ты был там ".

"Я был частью оперативной группы". Он накрутил на вилку кусочек ее макарон. "И мне нравится смотреть, как ты работаешь".

"Для них это было соревнование, а для женщин - игровые фишки. Все, что мне нужно было сделать, это загнать Морано в угол, и игра окончена. По его мнению, это была вина Данвуда, и он просто пытался не отставать. Бэнкхед был несчастным случаем, Клайн не погиб, а Макнамара, ну, это было, по его мнению, своего рода самозащитой. Я посмотрела на него и не увидела ничего расчетливого или особенно порочного. Он просто опустошен, слаб и опустошенный. Своего рода - это звучит фальшиво - отсутствие зла ".

"Это звучит точно. Данвуд - совсем другой парень, не так ли?"

"И еще кое-что". Она взяла свой бокал, сделала глоток, затем наклонилась, чтобы попробовать лингвини Рорка с соусом из моллюсков. "Мой лучше", - решила она, довольная. "После сеанса с Ренфрю в кабинете Уитни - "

"Какой сеанс?" *

"Забыл. Я тебе не говорил."

Итак, между набитыми спагетти и хлебом с травами, который он предложил, она сделала. "Не могу поверить, что я практически сказал Уитни заткнуться. Он должен был отшлепать меня за это ".

"Он умный человек. И хороший полицейский. Ренфрю сейчас, он просто тот тип копа, который относительно облегчил мне задачу. В течение прошлого и прискорбного периода моей жизни, - добавил он серьезно, когда она нахмурилась на него. "Более амбициозный, чем умный, узкий кругозор и сосредоточенность. Ленивый".

Он подцепил еще одну порцию ее макарон. Она была права; у нее было лучше. "И, - продолжил он, - он воплощает мой предыдущий взгляд на виды. То, какого я придерживался мнения о значках до того, как познакомился с одним из них более близко ".

"Его вид выводит меня из себя, но его капитан... Он твердый. Он справится с этим. В любом случае. В любом случае." Она глубоко вздохнула. Она была сыта, но все еще хотела большего. "Я отвел команду, за исключением нашего гражданского консультанта, к нему домой, чтобы привести его. Он сразу же обратился к адвокату и держал рот на замке. Он не глуп, и он не слаб. Его ошибка в том, что он верит, что все остальные такие. Это то, что поглотит его ".

"Нет, ты - то, что поглотит его".

Его абсолютная уверенность в ней согревала не меньше, чем любые слова любви. "Ты действительно запал на меня, не так ли?"

"Очевидно. Как насчет того, чтобы позволить мне съесть то, что осталось от той фрикадельки?"

Она подтолкнула тарелку в его сторону. "У Данвуда было три адвоката на буксире, прежде чем мы закончили оформлять его. Он утверждает, что ничего ни о чем не знает, за исключением того, что он заметил, что его хороший друг и компаньон Кевин ведет себя немного странно, приходит в неурочное время, наряжается в странные наряды, чтобы куда-нибудь выйти."

"Дружба - прекрасная вещь".

"Еще бы. У нас на него нет ДНК, и он это знает. Он разыгрывает невинную жертву, возмущенного гражданина и позволяет своим представителям вести все разговоры. Он даже глазом не моргнул, когда мы рассказали о домашней лаборатории и образцах, которые мы из нее тестируем. Он даже не пожал плечами, когда я указала на то, что мы нашли парик и костюм, которые были на диске Lutz security, в шкафу его спальни. Что на его туалетном столике в ванной была марка шпаклевки для лица и улучшений, найденных на ее теле и простынях. Его история такова, что Кевин использовал их, подбросил. То же самое с аккаунтом Carlo ", - добавила она. "Незаконная операция. Он ничего не знает. Должно быть, это был Кевин ".

"Куда ты пойдешь отсюда?"

"Фини занимается своими электронными делами со всеми ссылками и компьютерами, которые мы конфисковали из таунхауса. Он что-нибудь найдет. Данвуд встречался с кем-то в ночь, когда убил своего дедушку, и, как я понимаю, она не появилась. Мы находим ее, проверяем переписку и назначенную на ту ночь встречу в клубе, где он покупал напитки, и добавляем больше слоев. Образцы из лаборатории собираются проверить на наличие "Шлюхи" и "Кролика". Его адвокаты могут попытаться обойти, что экспериментирование не является незаконным, и мы должны доказать использование и / или распространение для продажи. Но это добавляет следующий уровень. Мы копаем, пока не свяжем его с распространением нелегалов под именем Карло, через клиента Чарльза Монро. На месте преступления проводят флюороскопирование дома, и они найдут кровь. У нас есть подробное признание Морано. У нас достаточно материала для обвинения. Когда мы сложим все, что мы зафиксируем в течение следующих нескольких дней, мы завернем его в это ".

Скорее из-за необходимости передвигаться, чем из чувства опрятности, она убрала тарелки с кровати. "Я натравлю на него Миру", - добавила она. "Но даже ей будет нелегко расколоть эту скорлупу. В конце концов, мы соберем все доказательства - физические, косвенные, судебно-медицинские, психологические профили, заявления - в коробку и передадим ее адвокатам. Он не уйдет ".

"Будешь ли ты? Сможешь ли ты?"

"Если бы ты спросил меня об этом двадцать четыре часа назад, я бы сказал "нет". Если только я не солгал." Она повернулась к нему лицом. "Но да, после того, как я закончу собирать дело воедино, сделаю еще пару снимков его в интервью, я передам это прокурору. И я уйду. Всегда есть другой, Рорк, и если я не уйду, я не смогу столкнуться со следующим."

"Мне нужно время с тобой, Ева. Один, вдали. Никаких призраков, никаких обязательств, никакого горя ".

"Мы едем в Мексику, верно?"

"В любом случае, для начала. Я хочу две недели".

Она открыла рот, и дюжина причин, по которым она не могла потратить так много времени, готовы были сорваться с ее языка. И, глядя на него, нашла причину, единственную, которая имела значение, почему она это сделала. "Когда ты хочешь уехать?"

"Как только ты сможешь. Я разобрался со своим расписанием ".

"Дай мне пару дней, чтобы связать концы с концами. Между тем, я получил прямой приказ от моего командира, которому я должен следовать. Мне приказано использовать любой метод, который гарантирует мне восьмичасовой сон ".

"И ты выбрала свой метод, дорогая Ева?"

"Да, и это надежно". Она нырнула на него.

Она сняла с него халат, и ее руки были заняты, когда запищала межкафедральная связь.

"Какого черта он хочет?" - требовательно спросила она. "Разве он не знает, что мы заняты?"

"Не забывай свое место". Рорк заблокировал видео, ответил. "Соммерсет, если дом не в огне или не подвергается массированной вражеской атаке, я не хочу слышать о тебе до утра".

"Извините, что беспокою вас, но капитан-лейтенант здесь, чтобы увидеть ее. Должен ли я сказать ему, что она недоступна?"

"Нет. Черт." Она уже карабкалась вверх. "Я сейчас спущусь".

"Пусть коммандер Уитни подождет в главной гостиной", - сказал Рорк. "Мы присоединимся к нему через мгновение".

"Это нехорошо, это не может быть хорошо". Она рывком открыла ящик и схватила первое, что попалось под руку. "Уитни не заходит выпить и поболтать после работы. Черт возьми."

Не утруждая себя нижним бельем, она натянула старые джинсы, натянула через голову выцветшую футболку NYPSD с оторванными рукавами. Все еще ругаясь, она запрыгнула в свои ботинки.

За то же время Рорк успел надеть черные брюки в складку и безупречную черную футболку. Он натянул мокасины, пока она переводила дыхание.

"Знаешь, если бы я не очень спешил, меня бы от этого затошнило".

"Что бы это могло быть?"

"Как ты можешь привести себя в порядок, как какая-нибудь модная тарелка, менее чем за две минуты", - пожаловалась она и поспешила из комнаты.

В главной гостиной, среди блестящего дерева и стекла, Уитни и Галахад изучали друг друга с осторожностью и взаимным уважением. Когда вошла Ева, Уитни выглядела успокоенной.

"Лейтенант, Рорк, извините, что вторгаюсь в ваш вечер".

"Это не проблема, коммандер", - быстро сказала Ева. "Что-то не так?"

"Я хотел рассказать тебе лично, лицом к лицу, а не дать тебе услышать это из вторых рук. Адвокат Люциаса Данвуда запросил и получил немедленное слушание дела о залоге."

Ева прочитала результаты этого на его лице. "Они выпустили его", - сказала она категорично. "Что за судья назначает залог для человека, обвиняемого в нескольких преступлениях первой степени?"

"Судья, который, как друг семей Данвуд и Макнамара, должен был извиниться и не присутствовать на слушании. Утверждалось, что против Данвуда нет вещественных доказательств ".

"Это произойдет в течение нескольких часов", - начала Ева.

"И далее утверждал, - продолжила Уитни, - что самый тяжелый вес в обвинениях связан с признанием Кевина Морано, в котором фигурирует Данвуд. Что у Данвуда нет судимостей, он член уважаемой семьи, мужчина, которому только прошлой ночью сообщили о трагической смерти его дедушки."

"Убийство", - выпалила Ева. "То, что он совершил".

"Его мать присутствовала на слушании. Обратилась с личной просьбой о внесении залога, чтобы ее единственный сын мог помочь ей увековечить память и похоронить ее отца. Залог был установлен в размере пяти миллионов, выплачен, и Данвуд был отпущен под опеку своей матери."

"Подумай". Рорк положил руку на плечо Евы, прежде чем она смогла заговорить. "Он убежит?"

Она втянула себя, заставила себя видеть сквозь ярость. "Нет. Это все еще соревнование. Просто другая игра. Он намерен победить. Но он зол, потому что я сменила ему доску, так что он, скорее всего, сделает что-нибудь опрометчивое. Он избалован, и он зол. Нам нужно поставить галочку на лабораторной работе. Нам нужна положительная идентификация химических образцов, взятых из таунхауса."

"Уже сделано", - сказала ей Уитни. "Я говорил с Придурком - Беренски", - поправил он, - "по дороге сюда. У вас есть положительное совпадение с нелегалами, обнаруженными у жертв. Используя эти доказательства и отношение судьи к обвиняемому, окружной прокурор подал заявление о немедленном аннулировании залога ".

"Получит ли он это?"

"Мы узнаем в течение часа. К сожалению, я вынужден отменить свой приказ о том, чтобы вы поспали восемь часов, лейтенант. Твой день не закончен. И не мое ", - добавил он. "Я вернусь в Центр и буду наготове. Если повезет, ты заберешь Данвуда обратно сегодня вечером. Я намерен пойти с тобой".

"Со мной? Но..." Она вовремя спохватилась, проглотила слова обратно. "Да, сэр".

"Я трачу свое время на то, чтобы бродить по улицам, лейтенант. Я могу заверить тебя, кабинетный жокей или нет, я не мертвый груз."

"Нет, сэр. Не хочу проявить неуважение. С вашего разрешения, коммандер, я позову Фини, пусть он заберет Макнаба, чтобы они могли сегодня вечером вовремя заняться электроникой, которая у нас есть в качестве доказательства."

"Это остается твоим делом. Заткни дыры. Я свяжусь с вами, как только получу известие от прокурора ".

"Командир". Рорк держал руку на плече Евы. Он мог чувствовать, как она вибрирует под этим - жаждет действовать, делать. "Ты уже ужинал?"

"Пока нет. Я поймаю что-нибудь за своим столом ".

Еве потребовалось два раза сжать руку Рорка на ее плече, чтобы понять. "Um. Почему у вас здесь ничего нет, коммандер? Сэкономь себе немного времени на дорогу ".

"Я не хочу выводить тебя из себя".

"Это совсем не проблема", - заверил его Рорк. "Я составлю тебе компанию, пока Ева делает свои звонки". Он указал на дверной проем. "Надеюсь, с твоей семьей все в порядке".

Ева глубоко вздохнула и смотрела, как они покидают комнату. Она не была уверена, что было более странным - ее командир, решивший поужинать в ее доме, или он, решивший поужинать в компании человека, который провел большую часть своей жизни, успешно нарушая все существующие в книгах законы. И некоторые, которые даже не были написаны.

"Все вокруг странно", - сказала она Галахаду. И, оставив общение с Рорком, она направилась в свой офис, чтобы вернуться к работе.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Поскольку она точно понимала его чувства - а его манера обращаться со словами, когда он злился, была еще изобретательнее, чем у нее, - Ева позволила Фини разглагольствовать, бесноваться и извергать.

И не упомянул тот факт, что он ответил на 'link в пижаме с маленькими красными сердечками и что музыка на заднем плане была какой-то певец с басовитым голосом, напевающий о том, как сладко заниматься любовью со своей женщиной.

Похоже, она была не единственной, у кого в планах на вечер было соблазнение.

"Мы вернем его", - сказала она, когда Фини сбежал к спэттерсу. "Я собираюсь установить наблюдение за домом матери и его таунхаусом. Я не думаю, что он пойдет на попятную, но я не хочу рисковать. Достань мне что-нибудь по этой электронике, Фини. Найди мне что-нибудь, чтобы добавить к куче ".

"Судью следовало бы раздеть, протащить по улицам с большой табличкой, на которой написано, что к его члену привязан БЕЗМОЗГЛЫЙ УБЛЮДОК".

"Да, что ж, это приятный и удовлетворяющий образ, но я соглашусь на быструю отмену залога. Ты пометишь Макнаба".

"Наверное, прыгает на Пибоди", - рявкнул Фини. "Поговорим о кроликах".

Ева решила, что с ее стороны это проявление большой сдержанности и безупречного характера, не говоря уже о пижаме с сердечками на таком премьерном открытии. "Если это так, я не хочу об этом знать, но ты можешь сказать Пибоди, чтобы она ждала данных. Ты вытаскиваешь что-нибудь, она может довести это до конца ".

"Ты не хочешь, чтобы она была с тобой при уничтожении?"

"Нет, со мной едет другой полицейский. Уитни."

"Джек?" Поникшее лицо Фини просветлело, как у мальчика. "Ни хрена?"

"Ни хрена. Что мне с ним делать, Фини? Если мы столкнемся с чем-нибудь подозрительным, я должен отдавать ему приказы?"

"Ты первичен".

"Да, да". Она ущипнула себя за переносицу. "Я сыграю это на слух. Принеси мне что-нибудь. О, а Фини? Обожаю пижаму".

Она прервала передачу. Ладно, может быть, у нее не был такой уж безупречный характер.

Она позвонила, попросила установить наблюдение в двух местах, затем встала, чтобы отмерить время.

Почему ПА так долго? Вероятно, ей следует спуститься вниз. И играй хозяйку. У нее это получалось лучше, чем год назад. Не очень хорошо получается, но лучше. Тем не менее, она обычно выполняла эту обязанность, когда были группы, деловые ужины или вечеринки, где было так много людей, что не было необходимости уделять кому-либо много личного внимания.

Непринужденная беседа была сильной стороной Рорка, а не ее. Она пошла по пути труса и остановилась, вернувшись в спальню за своим оружейным снаряжением.

В ту минуту, когда она пристегнула его, она почувствовала себя более уверенной.

***

Люциас чувствовал то же самое. Под контролем. Ярость, результат, была черным, бурлящим варевом подо льдом. И если время от времени это прожигало дыру, он все еще контролировал ситуацию.

Он знал, что его мать будет скулить, умолять и рыдать из-за него. Она была такой предсказуемой. Женщины были, по его мнению. Они были, по природе, слабыми и покорными. Им требовалось руководство и твердая рука. Его дед, затем его отец, всегда оказывали его матери твердую помощь.

Он просто продолжал традицию Макнамары-Данвуда.

Всем заправляли люди Данвуда. Мужчины Данвуда были победителями.

Мужчины Данвуда заслуживали уважения, послушания и беспрекословной преданности. С ними не должны были обращаться как с обычными преступниками, помыкать, запирать в клетке, допрашивать.

И они никогда, никогда не должны были быть преданы.

Естественно, они позволили бы ему уйти. Он никогда не сомневался, что его освободят. Он никогда не сел бы в тюрьму, никогда не позволил бы запереть себя, как животное.

Он, так или иначе, вышел бы из этого победителем.

Но это не компенсировало унижения от того, что меня потащили за решетку, привели в зал суда. Лишен своих прав.

Он разберется с Евой Даллас. Под всем этим она была просто женщиной. Бог знал, что женщины никогда не должны занимать руководящие должности или обладать властью. По крайней мере, это было то, о чем он и его покойный непоправимый дедушка договорились.

Он бы выждал с ней время, тщательно спланировал. Выбери для него время и место. Когда он будет готов, он отплатит ей за то, что она подняла на него руку, за то, что испортила игру. За публичное унижение, которое она ему причинила.

Тихое место, уединенная интерлюдия. О да, он намеревался устроить очень жаркое свидание с лейтенантом Даллас. На этот раз она была бы в наручниках. Когда она была загружена шлюхой, умоляя о единственной вещи, которую женщины действительно хотели, он даже не трахнул ее.

Он причинил ей боль. О да, он причинил бы ей боль - изысканную боль - но он лишил бы ее этого окончательного, восхитительного освобождения.

Она умрет в отчаянии, просто еще одна сучка в течке.

Эта идея сделала его твердым, и ожесточение только доказало, что он мужчина.

Но Даллас и ее наказание подождут. Он знал, что таков естественный порядок вещей.

И первым был Кевин.

Дружба на всю жизнь не была защитой от греха нелояльности. Кевин должен был заплатить, и, заплатив, по сути, обеспечил бы собственное оправдание Люциаса.

Он тщательно готовил себя к этой конкретной задаче. Его волосы были цвета блестящей меди, надетые на череп как плотный шлем. Его цвет лица молочно-белый. Его звали Терренс Блэкберн, что подтвердит его идентификация. И он был официальным адвокатом Кевина Морано.

Были недостатки. Люциас мог признать, что в маскировке были недостатки. Но необходимость спешить перевешивала необходимость отшлифовать каждую мелочь.

В любом случае, он знал, что люди обычно видят то, что они ожидают увидеть. Он был очень похож на Блэкберна, идентифицировал бы себя как таковой. На нем был строгий, консервативный костюм преуспевающего адвоката по уголовным делам. Носил дорогой кожаный портфель. Придал своему лицу трезвое и отчужденное выражение.

Он без проблем прошел уровни безопасности в Центральном управлении. Когда он потребовал консультации со своим клиентом, он вызвал у дежурного полицейского больше раздражения, чем интереса.

Он хладнокровно подчинился беглому осмотру, еще раз просвеченному рентгеном содержимому своего портфеля. И когда его провели в комнату для консультаций, он сел, сложил руки и стал ждать своего клиента.

Вид сопровождаемого Кевина в мешковатом флуоресцентно-оранжевом комбинезоне создает приятную прохладную завесу над пузырем ярости Люциаса. Лицо его друга казалось серым и осунувшимся над отвратительной тюремной одеждой. Но он выглядел на мгновение обнадеженным, когда заметил Люциаса.

"Мистер Блэкберн, я не ожидал, что ты вернешься сегодня вечером. Ты сказал, что устраиваешь для меня завтрашнее тестирование, чтобы показать мою эмоциональную и ментальную зависимость. Есть ли что-то новое, что-то лучшее?"

"Мы обсудим это". Когда Кевин сел, Люциас отмахнулся от охранника отсутствующим жестом и открыл портфель. Дверь закрылась с удовлетворяющим щелчком. "Как ты себя чувствуешь?"

"Ужасно". Он сцепил и разомкнул пальцы. "Я в камере один. Лейтенант Даллас, она сдержала свое слово в этом. Но там темно, и это - это пахнет. И здесь нет уединения, совсем никакого. Я действительно не думаю, что могу отправиться в тюрьму, мистер Блэкберн. Это просто невозможно. Должен быть способ организовать тестирование так, чтобы оно закончилось в мою пользу. Я мог бы провести некоторое время в частном реабилитационном центре или - или согласиться на домашнее заключение. Но я никак не могу отправиться в тюрьму ".

"Мы просто должны найти способ избежать этого".

"Неужели?" Кевин с облегчением наклонился вперед. "Но прежде чем ты сказал... ну, это не имеет значения. Спасибо. Спасибо. Я чувствую себя намного лучше, зная, что ты кое о чем договоришься ".

"Мне понадобится больше денег. Чтобы расчистить путь".

"Что угодно. Все, что тебе нужно ". Кевин закрыл лицо руками. "Я не могу оставаться в этом месте. Я не знаю, как я переживу это даже одну ночь ".

"Тебе нужно сохранять спокойствие. Позволь мне принести тебе немного воды ". Он встал, подошел к кулеру с водой в углу. И когда он наполнял чашку, добавил содержимое флакона, который носил на цепочке под рубашкой.

"Ваше признание", - добавил Люциас, возвращая чашку, - "ясно указывает, что виноват Люциас Данвуд. Это была его игра, и в ней он выигрывал ".

"Я чувствую себя ужасно из-за этого. Что еще я мог сделать? То, о чем говорил Даллас, случится со мной." Он глотнул воды. "И это не моя вина. Любой может увидеть, что это не моя вина. Я бы никогда не зашел так далеко, если бы Люциас не подстрекал меня ".

"Он умнее тебя. Сильнее."

"Нет. Нет, это не так. Он просто... Люциас. Он конкурентоспособен. Изобретательно. Я ничего не могу поделать, если это свалилось на него или на меня. В любом случае..." Кевин изобразил слабую улыбку. "Думаю, на данный момент я выиграл игру".

"Ты так думаешь? Ты не мог ошибаться сильнее ".

"Я не знаю, что ты..." Его зрение поплыло, по краям стало серым. "Я не очень хорошо себя чувствую".

"Ты потеряешь сознание первой", - тихо сказал Люциас. "Просто скользни под. Ты будешь мертв прежде, чем они доставят тебя в лазарет. Ты должен был быть верным, Кев."

"Люциас?" В панике он попытался подняться, но его ноги подкосились. "Помоги мне. Кто-нибудь, помогите мне".

"Уже слишком поздно". Люциас поднялся на ноги, снял цепочку со своей шеи и обвил ее вокруг шеи Кевина. Аккуратно спрятал его под комбинезон.

"Ты не можешь намеренно это сделать". Кевин слабо сжал руку Люциаса. "Люциас, ты не можешь намереваться убить меня".

"Я убил тебя. Но безболезненно, Кев, в память о старых временах. Сначала они подумают о самоуничтожении. Им потребуется время, чтобы выяснить, что вашим посетителем был не Блэкберн. И поскольку я дома с мамой, это не мог быть я. Одно утешение, - добавил он, когда Кевин рухнул на пол, - ты не попадешь в тюрьму ".

Он протянул руку, закрыл портфель, отряхнул пиджак. "Наша игра окончена", - пробормотал он. "Я победил". Он нажал тревожную кнопку под столом, затем присел на корточки и начал похлопывать Кевина ладонью по щекам.

"Он потерял сознание", - сказал он охраннику. "Пустился в разглагольствования о том, что не в состоянии вынести мысли о тюрьме, затем потерял сознание. Ему нужна медицинская помощь ".

И пока его умирающего друга везли в больницу, Люциас Данвуд быстрым шагом вышел из полицейского участка.

***

Уитни и Рорк пили послеобеденный кофе и курили сигары, когда вошла Ева. Она действительно услышала смех Уитни - не низкий рокочущий смешок, который она иногда слышала от него, - а громкий, раскатистый смех живота, который остановил ее на полпути.

Он все еще ухмылялся, когда ей удалось высвободить ноги и пройти в столовую.

"Я не знаю, как вы двое остаетесь в такой форме при таком разнообразии меню в этом заведении".

На лице Рорка лукаво промелькнуло веселье, когда он поднял свою чашку. "Мы ... много тренируемся. Не так ли, дорогая?"

"Да, физические упражнения - ключ к хорошему здоровью. Я рад, что вам понравился ужин, сэр. Фини занимается электроникой. Я организовал наблюдение за таунхаусом Данвуда и домом его матери. Пибоди готова проверять любые новые данные по мере их поступления. Я вызвал криминалистов, и они сообщают, что нашли кровь на полу в гостиной и ковре, которая соответствует типу Макнамары. О Нет. Данвуд тоже О Нет, но с некоторым давлением на дежурного техника в лаборатории я заставил его провести полный анализ ДНК. По предварительным данным, это дело рук Макнамары, сэр. Мы подтвердим это до утра ".

Уитни затянулся сигарой - маленькой роскошью, в которой ему отказала жена. "Ты когда-нибудь успокаиваешься, Даллас?" В ответ на ее непонимающий взгляд он покачал головой. "Сядь. Выпейте немного кофе. Делается все, что можно сделать. Мы не можем двигаться, пока не поступит отчет от ПА ".

"Она не будет спорить, если это приказ", - отметил Рорк.

"Я ненавижу это, в ее собственном доме. Пожалуйста." Уитни указала на стул. "Рорк сказал мне, что ты уезжаешь в Мексику на две недели. Ты рассчитал время?"

"Нет, сэр". Беспокойная и неохотная, она села. "Я позабочусь об этом утром".

"Считай, что об этом позаботились. Вы исключительный полицейский, лейтенант. Исключительные копы сгорают быстрее, чем посредственные. Хороший брак помогает. Я могу подтвердить это. Дети, - добавил он, затем рассмеялся над выражением ее неподдельного ужаса. "Когда придет время. Дружба. Семья. Другими словами, жизнь. Вне работы. Без этого вы можете забыть, почему вы делаете то, что вы делаете. Почему это важно, что каждый раз, когда ты закрываешь дело и откладываешь его в долгий ящик, одним меньше ".

"Да, сэр".

"Я думаю, поскольку я сижу здесь, ем вашу еду, курю превосходную сигару вашего мужчины, вы могли бы называть меня Джек".

Она думала об этом около трех секунд. "Нет, сэр. Мне жаль. Я не могу."

Он откинулся назад, лениво выпустив колечко дыма. "Ну что ж", - сказал он, и его коммуникатор запищал.

Он перешел от расслабленности к командованию за один удар сердца. "Уитни".

"Залог настоящим отменяется", - объявил окружной прокурор. "Люциас Данвуд должен быть заключен под стражу, все обвинения сняты, немедленно. Копии приказа об отзыве и нового ордера пересылаются сейчас ".

Уитни подождала, пока они выплюнутся из слота для передачи данных. "Хорошая работа". Он оттолкнул коммуникатор. "Лейтенант. Пойдем делать работу".

Когда Рорк тоже поднялся, Уитни склонил голову. "Гражданский консультант по этому делу запросил разрешения сопровождать нас, и эта просьба была удовлетворена". Он протянул ей документы. "У тебя с этим проблемы. Лейтенант? Как первичный."

У нее перехватило дыхание, когда Рорк одарил ее легкой улыбкой. "Мне это принесло бы много пользы, так что нет, сэр, у меня с этим нет проблем".

***

Сара Данвуд жила в двухуровневой квартире в тихом здании всего в нескольких кварталах от своего сына. Охрана бесилась с обычным "удалился на вечер", "не принимает посетителей", пока Ева не пробурила всю эту гадость значком, ордером и горькими угрозами.

"Впечатляет", - прокомментировала Уитни, когда они вошли в лифт. "Но скажи мне, технологически возможно вырвать материнскую плату и засунуть ее в задницу компьютера?"

"Мне никогда не приходилось доводить дело до конца, сэр. Угрозы обычно достаточно. Данвуд, вероятно, будет сопротивляться", - продолжила она. "Ему не понравится, что ему мешают таким образом, и его инстинкт будет заключаться в том, чтобы напасть, прежде чем его контроль вернется". Она колебалась. "Коммандер, я бы хотел вооружить консультанта. Для его собственной защиты".

"Это вам решать, лейтенант".

Кивнув, она наклонилась, высвободила свой клатч из захвата на лодыжке. "Это на низком оглушении, и оно остается там. Это не приходит вам в руки, оно не используется, если вы не находитесь в непосредственной физической опасности. Ясно?"

"Кристально чистый, лейтенант". Рорк сунул оружие в карман, когда они вышли на этаж Дан Вудс.

"Я в точку попала", - продолжила она. "Мы делаем это быстро. Войди, найди и обуздай. Я хочу, чтобы вы вывели всех гражданских из этого района ".

Она нажала на кнопку, и в тот момент, когда дверь открылась, толкнула внутрь. "Полиция. Залог за Люциаса Данвуда отменен. Ему приказано немедленно сдаться в мои руки ".

"Ты не можешь прийти таким образом! Мисс Сара! Мисс Сара!"

Рорк отвел визжащую горничную в сторону, освобождая Еве путь. "Ты захочешь сесть сейчас, пока тебе не причинили боль".

Просматривая входы и выходы, Ева зашагала в гостиную. Ее пальцы дернулись к оружию, затем снова отдернулись, когда женщина бросилась вниз по лестнице.

"Что это? В чем дело? Кто ты?"

Она была маленькой, худой, как жердь, женщиной с копной вьющихся рыжих волос, сейчас растрепанных, и довольно миловидным лицом, которое портил синяк под левым глазом и вдоль мягкого изгиба челюсти.

"Миссис Данвуд?"

"Да, я миссис Данвуд. Вы из полиции. Ты женщина, которая арестовала моего сына ".

"Я лейтенант Даллас, полиция Нью-Йорка". Она показала свой значок, но ее глаза отслеживали любое движение, а уши были навострены на любой звук. "Залог Люциаса Данвуда был отменен. Я здесь, чтобы взять его под стражу ".

"Ты не можешь. Я заплатил. Судья - "

"У меня есть приказ об отзыве лицензии и ордер. Миссис Данвуд, ваш сын наверху?"

"Его здесь нет. Ты не можешь получить его ".

"Он сделал это с твоим лицом?" "

Теперь в тоне ее голоса звучал ужас. "Я пал. Почему ты не оставишь его в покое?" Она начала плакать. "Он просто мальчик".

"Этот мальчик убил твоего отца".

"Это неправда. Это не может быть правдой ". Она закрыла лицо руками и разразилась дикими рыданиями.

"Командир?"

"Идите. миссис Данвуд, вам нужно сесть".

Оставив мужчин разбираться с истерикой, Ева положила руку на свое оружие и начала поиски. Она поднялась наверх первой, надеясь, что с Люциасом можно будет разобраться, если он предпримет какие-либо действия на нижнем уровне. Она подмела каждую комнату, вошла, обыскала. Когда она подошла к запертой двери, она вытащила своего хозяина, обошла замки.

Он держал здесь комнату, отметила она, входя внутрь. Комната избалованного мальчика, полная первоклассных игрушек. Развлекательный блок занимал целую стену - видео, аудио, экран, игровые компоненты. Центр обработки данных и связи занимал большую часть L-образного прилавка. Полки были плотно забиты дисками, книгами, сувенирами.

В соседней комнате была полностью оборудованная мини-лаборатория.

В обоих помещениях шторы на окнах были плотно задернуты, двери, ведущие во внешние коридоры, заперты. Это был маленький мир тайн, подумала она.

Сначала она обыскала шкафы, нашла больше париков, хранящихся в прозрачных коробках, вместе с тем, что, как она предположила, он считал своим второстепенным гардеробом.

В ванной она обнаружила следы шпаклевки для лица и тональной основы для лица на столешнице.

Нет, его здесь не было, подумала она. И он не вышел оттуда самим собой.

Убрав оружие в кобуру, она вернулась в центр обработки данных.

"Компьютер, выведи на экран последний открытый файл, изображение или данные".

Не могу выполнить без пароля...

"Мы посмотрим на этот счет". Она поспешила выйти, поднялась на верхнюю площадку лестницы. "Рорк, ты нужен мне на минутку".

Она вернулась через спальню в лабораторию и взяла себе банку "Сил-Ит".

"Горничная утверждает, что Данвуд и его мать поссорились", - сказал ей Рорк, входя. "Или, скорее, Данвуд кричал. Она слышала плач его матери, слышала звуки ударов. В этот момент она выбежала из кухни. Она услышала, как он с грохотом вышел, и обнаружила миссис Данвуд на полу. По-видимому, это не первый раз, когда он использует свои кулаки против нее. Как его дед и отец до него. Отец в Сиэтле по делам. Он не проводит здесь много времени ".

"Большая, счастливая семья. Я хочу, чтобы ты сделал все, что в твоих силах, чтобы вытащить меня из этого, сначала последняя работа. Это зашифрованный пароль. Если тебе нужно к чему-нибудь прикоснуться, используй это ".

Она бросила ему герметик. "Я вернусь через минуту".

Она оставила его наедине с этим, спустилась вниз. "Его нет на территории", - сказала она командиру. "Миссис Данвуд, куда делся Люциас?"

"На прогулку. Он просто вышел прогуляться. Его разум помутился ".

Я скажу, подумала Ева, но присела на корточки. "Миссис Данвуд, ты ему не помогаешь. Ты не помогаешь себе. Чем больше времени потребуется, чтобы найти его, тем тяжелее ему придется. Скажи мне, где он ".

"Я не знаю. Он был расстроен и зол ".

"Как он был одет, когда уходил?"

"Я не знаю, что ты имеешь в виду".

"Да, это так. Он снова замаскировался. И ты знал, когда увидел его таким, ты знал в какой-то части себя, что он сделал все, в чем его обвиняли ".

"Я не хочу. Я в это не верю ".

Ева отвернулась, когда подал сигнал ее коммуникатор. Она отошла за пределы слышимости, прислушалась. Затем она отдала приказ о розыске.

"Кевин Морано мертв". Она сказала это категорично, наблюдая, как от шока и ужаса бледнеет лицо миссис Данвуд.

"Кевин? Нет. Нет."

"Он был отравлен. Этим вечером у него был посетитель в кабинете для консультаций. Вы знаете, как выглядел тот посетитель, не так ли, миссис Данвуд? Ваш сын пошел навестить своего друга, и он убил его. Затем он ушел ".

"Как, черт возьми, он прошел через охрану?" Уитни потребовала ответа.

"Выглядя вот так". Рорк вернулся, протягивая печатную копию изображения. "Эти данные были последней работой на его компьютере".

"Блэкберн", - сказала Ева, не глядя на распечатку. "Официальный адвокат Морано. Они бы пропустили его с минимальными проверками. Он хорошо известный адвокат по уголовным делам ".

"Есть кое-что еще". Рорк протянул ей другую распечатку. "Правила игры".

"СОБЛАЗНЯЙ И ПОКОРЯЙ", Eve read, состязание в романтических и сексуальных подвигах между Люциасом Данвудом и Кевином Морано.

И просмотрел остальное.

Все это было там, тщательно организованное и детализированное. Установка, правила, система выплат, цели.

Отвращение сжало ее живот, когда она повернулась назад. "Посмотри на это", - приказала она Саре Данвуд. "Прочти это. Это то, что он сделал. Вот кто он такой ". Она подложила простыню под лицо миссис Данвуд.

"Ты хочешь оставить меня ни с чем?" Слезы потекли по ее щекам, когда она уставилась на Еву, а не на распечатку. "Я носила его в своем теле. После месяцев тестов и лечения, горя и надежды, я создала его внутри себя. Ты оставишь меня ни с чем?"

"Я не тот, кто оставляет вас ни с чем, миссис Данвуд. Он позаботился об этом сам ". Она снова отвернулась и приказала двум полицейским подняться в квартиру.

"Ему нужно место, чтобы снять маскировку", - сказала она, когда они выходили из квартиры. "В конце концов, он вернется сюда, но у него здесь не все его вещи. Он захочет больше своих игрушек. Одежда."

Она попыталась проникнуть в его голову. "Сначала нужно сбросить маскировку. Он будет знать, что мы придем к нему со смертью Морано. Он не может позволить себе оставить никаких следов этого вокруг. Но он думает, что мы медлительные и глупые. Он намного умнее. Он будет спешить, но он не будет торопиться. Он пойдет домой, снимет лицо и волосы. Приведи себя в порядок. Потратьте некоторое время на злорадство, соберите кое-какие вещи, уничтожьте все, что, по его мнению, может быть компрометирующим ".

"Ты приставляешь мужчин к заведению", - напомнила ей Уитни. "Они заметят его".

"Может быть, а может и нет. Потому что он будет ожидать, что они будут там. Вы поведете, сэр?" спросила она, когда они вышли на улицу. "Мне нужно, чтобы штатский нарисовал мне картинку".

Он ехал быстро и без сирен. Брови Уитни приподнялись, но он ничего не сказал, когда по просьбе Евы Рорк быстро вызвал чертежи таунхауса на своем ПК.

"У тебя там есть голографические особенности?"

"Естественно. Отображать данные голографически". Изображение выплеснулось на колени Евы.

Она изучала это. И спланировано. "Мы переместим группу наблюдения в тыл. Один мужчина вошел, один выходит. Дополнительные мужчины входят здесь и здесь. Мы идем впереди. Рорк, ты пойдешь налево и вверх по лестнице. Право командира на зачистку основного уровня. Я спущусь по ступенькам вниз. У него полная охрана, с видео, так что, если он будет внимателен, а он будет внимателен, он поймет, что мы приближаемся. Прикрывайте друг другу спины, потому что в глубине души он трус ".

Пока она сохраняла голограмму в памяти, она вызвала дополнительную поддержку.

Когда они остановились позади машины наблюдения, она выскочила, требуя статуса. Она подробно описала ситуацию, быстро отдала приказы.

"Печать не была нарушена", - прокомментировала Уитни, когда они подошли к выходу.

"Он не воспользовался бы главной дверью. Есть еще три входа, двенадцать окон на первом этаже." Она трусцой направилась в сторону дома, наиболее удаленную от наблюдения. "Разбитое стекло", - сообщила она. "Он там".

И она, и Уитни вытащили мастерса. "Прошу прощения, сэр".

"Нет. Забыл себя. Иди". Он заменил мастера своим оружием.

Она расшифровала печать. "На счет три".

"Ей нравится опускаться", - сказал Рорк Уитни, и по подсчету Евы вошел в дверь вместе с ней, высоко.

Они пронзили нас тремя стрелами. Ева выкрикнула необходимое предупреждение, поднимаясь по лестнице на нижний уровень спиной к стене.

Дроид встретил ее внизу.

"Я запрограммирован отражать, сдерживать или препятствовать любым несанкционированным вторжениям в эти помещения. Если ты попытаешься зайти еще дальше, я буду вынужден причинить тебе физический вред ".

"Отвали. Мы - полиция, полностью уполномоченная и оправданная войти в это помещение и заключить Люциаса Данвуда под стражу ".

"Я запрограммирован отклонять, сдерживать или препятствовать", - начал он, двигаясь к ней.

"К черту это", - пробормотала она и взорвала его.

Пока он искрился и содрогался, она отшвырнула его в сторону. "Включить свет", - приказала она и не потрудилась выругаться, когда ее приказ был проигнорирован. Она двигалась в темноте, направляя свое оружие каждый раз, когда приближалась к дверному проему.

Услышав тихий звук шагов позади себя, она резко обернулась, палец дернулся. "Черт возьми, Рорк".

"У вас есть двое мужчин, которые прикрывают первый уровень. Дополнительное подкрепление в пути. С нами двумя здесь, внизу, все пройдет быстрее. И, - продолжил он, придвигаясь, чтобы прикрыть ей спину, - вот здесь, внизу, он.

Ее инстинкты говорили ей то же самое. Вот почему она приняла этот район близко к сердцу.

"Лаборатория скоро вернется", - тихо сказала она, хотя уже взяла в руки камеры слежения, вмонтированные в углы потолка. "Он загнан в угол, но он готов к нам".

Дверь была заперта.

"Я собираюсь обойти", - прошептала она на ухо Рорку. "Он будет ожидать, что мы будем спешить. Это то, к чему он готов. Не входи в дверь, пока я не подам сигнал ".

Она щелкнула замками, пнула дверь, затем развернулась.

Этот шаг спас ее. Что-то разбилось в темноте возле носков ее ботинок. Она увидела дым, услышала шипение и была вынуждена отступить в сторону, прежде чем кислота, въедающаяся в пол, коснулась кожи.

Была вспышка изнутри. Она почувствовала яркую, шокирующую боль в левом плече. "Черт!"

"Ты ранена". Рорк нырнул через открытый дверной проем, загородил ее своим телом, когда еще одна серия выстрелов пронеслась, как молнии.

"Просто взглянула на меня". Теперь ее рука онемела от плеча до кончиков пальцев. "Достань мой коммуникатор из кармана. Моя левая рука мертва".

Он вытащил это. "Самый нижний уровень, Ист-Энд", - сказал он в трубку. "Данвуд вооружен. Лейтенант ранен."

"Минимальный ущерб", - раздраженно отрезала она. "Я не подавлен. Повторяю, я не подавлен. Панель безопасности вон там." Она дернула головой. "Обойди проклятую голосовую команду и включи свет. Данвуд!" - крикнула она, пригибаясь к дверному проему с бесполезно повисшей левой рукой и оружием в правой. "Все кончено. Дом окружен. Тебе некуда идти. Бросьте свое оружие и выходите с поднятыми руками ".

"Это не конец, пока я не скажу, что это конец! Я не закончил ". Он выстрелил снова. "Ты думаешь, я проигрываю женщине?"

Зажегся свет, и она хорошо рассмотрела почерневшую дыру в полу всего в нескольких дюймах от ее ног. "Соблазняй и побеждай. Мы получили доступ к твоей игре, Люциас. Не слишком умно с вашей стороны записывать все это так красиво и аккуратно для нас. Мы знаем, что ты убила Кевина. Это было ловко, но ты знаешь о законе не так много, как о химии. Его признание остается в силе. И ты был достаточно глуп, чтобы оставить следы замазки и основы в своей ванной. Действительно быстро теряю очки ".

В комнате разбилось стекло, и его голос бушевал, когда он вышел из себя. "Это моя игра, ты, сука. Мои правила".

Она подняла руку с пистолетом, подавая знак мужчинам возвращаться, когда услышала, как они бегут вниз по лестнице.

"Новая игра, новые правила, и ты никогда не победишь меня, Люциас. Я лучше, чем ты. Брось оружие и выходи, или я причиню тебе боль ".

"Ты не победишь". Теперь он плакал, избалованный мальчик, которого душит истерика. "Никто не может победить меня. Я непобедим. Я Данвуд".

"Прикрой меня". Она сделала вдох, подтянулась и вкатилась в комнату. Разряды парализатора просвистели над ее головой, пролетели по полу у бедра, когда она нырнула в укрытие.

"Неразумно, Люциас". Она вжалась спиной в широкий шкаф. "Нет, не такой умный. Ты продолжаешь упускать. Стремясь дико. Ты покупаешь это на улице? Они сказали тебе, что он полностью заряжен? Они лгут. Держу пари, если ты проверишь скорость разрядки, ты уже больше чем наполовину вышел. У меня полная загрузка. И я не промахиваюсь. Я выиграл игру. И моя награда - запереть тебя в клетке до конца твоей жизни. Женщина собирается запереть тебя, Люциас."

Она развернулась, подав знак Рорку, чтобы тот открыл огонь справа от нее. От взрыва она вскочила. Она выругалась, сделала оглушающий выстрел. Но было уже слишком поздно.

Флакон, который он держал, выскользнул из его руки, когда он вздрогнул и рухнул.

"Вызови МТС", - крикнула она и перепрыгнула через разбитое стекло. Она отбросила его оружие ногой, присела. "Что ты принял?"

"То, что я дала Кевину". Он холодно улыбнулся. "Удвойте дозу для скорости. Ни одна женщина не запирает меня. Я заканчиваю игру по-своему, поэтому я выигрываю. Я всегда побеждаю. Ты проиграла, сука ".

Она смотрела, как он умирает, и ничего не чувствовала. "Нет. Выигрывают все ".

ЭПИЛОГ

Она стояла снаружи, вдыхая ночной воздух, держа свою теперь покалывающую левую руку в ладони правой руки.

Саре Данвуд предстояло похоронить и своего отца, и своего сына. Дочь и мать, пойманные в ловушку любви и преданности, которые не имели смысла.

Может быть, им не суждено было.

"Вам нужна медицинская помощь, лейтенант?"

Она взглянула на Уитни. "Нет, сэр". Согнула пальцы. "Это возвращается".

"Ты сыграла его так хорошо, как никто другой мог". Вместе они смотрели, как из дома выносили черную сумку, в которой находился Люциас Данвуд, двадцатидвухлетний мальчик-гений, любимый сын и хищник. "Ты не могла предположить, что он скорее покончит с собой, чем сдастся тебе".

Но у нее получилось, подумала Ева. Часть ее точно знала, что она делает - и сделала это, подтолкнула его к этому с холодным расчетом.

Вынесли ли они ее отца из той холодной, грязной комнаты в черном мешке?

Затем она закрыла глаза, потому что она была полицейским, а значок означал... Все. "Я знал, что это был риск, коммандер. Я нажимал на его кнопки, полностью осознавая, что была вероятность, что он скорее покончит с собой, чем проиграет, когда мы загнали его в угол. Я мог бы приказать срочно убрать комнату. Потенциально он был бы на пути в карцер, а не в морг ".

"Он был вооружен, опасен и уже стрелял в тебя из оружия черного рынка, включенного на полную мощность. Мужчины, возможно, были потеряны, определенно ранены, которые сегодня вечером возвращаются домой к своим семьям. Ты сыграла его так хорошо, как никто другой мог ", - повторил он. "Запишите свой отчет, затем идите немного поспите".

"Да, сэр. Спасибо тебе ".

Поводя пробуждающимся плечом, она пересекла улицу туда, где ждал Рорк. "Я должен войти, написать и подать свой отчет".

"Как твоя рука?"

"Такое ощущение, что в него втыкается около шести миллионов раскаленных игл". Она снова пошевелила пальцами. "Должно прийти в норму через пару часов, примерно столько потребуется, чтобы оформить документы".

Поскольку он знал ее и то, о чем она думала, он сказал: "Миру лучше, когда он вне этого, Ева".

"Возможно, но это было не мое решение".

"У тебя не получилось. Он сделал. Ему оставалось только сдаться. Ты бы принял его, включил в систему и был удовлетворен ".

"Да". Поскольку это было правдой, она снова успокоилась. "Я посылаю полицейского консультанта к его матери. Ей не нужно слышать об этом от меня, и ей понадобится кто-то, у кого есть правильные слова ".

"Позже, когда ее горе не будет таким сильным, мы могли бы послать кого-нибудь из приюта для жестокого обращения, чтобы поговорить с ней". Он взял ее здоровую руку в свою. "Уходи, Ева".

Она кивнула. "Давай поедем сегодня вечером", - сказала она, когда они шли к машине.

"Уйти?"

"Да, в Мексику. Как только я закончу с этим, давай просто выйдем, возьмем одну из твоих крутых транспозиций и уберемся к черту из города ".

Он поцеловал ее пальцы, прежде чем открыть для нее дверь. "Я все устрою".

***

Дж. Ди Робб

Спасение в смерти

Остерегайтесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей шкуре, но внутренне они - хищные волки.

- От МАТФЕЯ 7:15

Вера, которая смотрит сквозь смерть.

- УИЛЬЯМ ВОРДСВОРТ

1

ВО ВРЕМЯ МЕССЫ ПО УСОПШИМ СВЯЩЕННИК ПОЛОЖИЛ облатку из пресного хлеба и дешевое красное вино на полотняный капрал, покрывающий алтарь. И патен, и потир были серебряными. Это были подарки от человека, лежавшего в покрытом цветами гробу, стоявшем у подножия двух истертых ступеней, отделявших священника от прихожан.

Мертвый прожил сто шестнадцать лет. Каждый день тех лет он жил как верный католик. Его жена умерла раньше него всего на десять месяцев, и каждый день из этих десяти месяцев он горевал о ней.

Теперь его дети, внуки, пра- и пра-правнуки заполнили скамьи старой церкви в Испанском Гарлеме. Многие жили в этом приходе, и еще больше людей вернулись туда, чтобы скорбеть и выразить свое почтение. Оба его оставшихся в живых брата присутствовали на обряде, как и двоюродные братья, племянницы, племяннички, друзья и соседи, ru "итак, живые заполнили эти скамьи, проходы, вестибюль, чтобы почтить память умерших древним обрядом.

Гектор Ортис был хорошим человеком, который прожил хорошую жизнь. Он мирно скончался в своей постели, окруженный фотографиями своей семьи и множеством изображений Иисуса, Марии и своего любимого святого Лоуренса. Святого Лаврентия поджарили до смерти за его веру, и по иронии судьбы он стал покровителем рестораторов.

Гектора Ортиса будет не хватать; его будут оплакивать. Но долгая, хорошая жизнь и легкая смерть придали Заупокойной мессе привкус покоя и принятия - и те, кто плакал, проливали слезы больше о себе, чем об ушедших. Их вера гарантировала им, подумал священник, спасение Гектора Ортиса. И пока священник совершал столь знакомый ритуал, он вглядывался в лица скорбящих. Они надеялись, что Он поведет их в этом последнем посвящении.

Цветы, ладан и дымящийся воск свечей смешивали и сливали свои ароматы в воздухе. Мистический аромат. Запах силы и присутствия.

Священник торжественно склонил голову над символами плоти и крови, прежде чем омыть руки.

Он знал Гектора и фактически слышал его признание - его последнее, как оказалось, - всего неделю назад. Итак, размышлял отец Флорес, пока прихожане вставали, епитимья была последней, на которую был наложен Гектор.

Флорес обратился к собранию, а они к нему, знакомыми словами евхаристической молитвы, а затем и к Святому.

"Свят, Свят, свят Господь, Бог силы и могущества".

Слова и те, что следовали за ними, были спеты, поскольку Гектору понравилась музыка мессы. Эти смешанные голоса звучали громче, смешиваясь в волшебно пахнущем воздухе. Прихожане преклонили колени - жалобный плач ребенка, сухой кашель, шорохи, шепот - для Освящения.

Священник ждал, когда они успокоятся, тишины. На данный момент.

Флорес умолял силу Святого Духа принять дары облатки и вина и преобразовать их в тело и кровь Христа. И переселился, согласно обряду, как представитель Сына Божьего.

Сила. Присутствие.

И хотя распятый Христос смотрел вниз из-за алтаря, Флорес знал, что теперь он сам обладает властью. Удерживал это присутствие.

"Возьмите это, все вы, и съешьте это. Ибо это мое тело, " сказал Флорес, поднимая угощение, " которое будет отдано за тебя".

Зазвонили колокола; головы склонились.

"Возьми это и выпей. Это чаша моей крови". Он поднял чашу. "Кровь нового и вечного завета. Это будет пролито за вас и за других ради прощения грехов. Сделай это в память обо мне".

"Христос умер, Христос воскрес, Христос придет снова".

Они помолились, и священник пожелал им мира. Они желали мира друг другу. И снова, возвысив голоса, они запели - Агнец Божий, который берет на себя грехи мира, помилуй нас, - в то время как священник разломил хризантему, положив ее кусочек в чашу. Служители двинулись вперед, остановившись недалеко от алтаря, когда священник поднес чашу к губам.

Он был мертв в тот момент, когда выпил кровь.

Церковь Святого Кристиана Бала в Испанском Гарлеме тихо опустилась на колени между винным магазином и ломбардом. Он мог похвастаться маленьким серым шпилем и не был украшен граффити, которыми были отмечены его ближайшие соседи. Внутри пахло свечами, цветами и полиролью для мебели. Как может пахнуть милый дом в пригороде.

По крайней мере, так показалось лейтенанту Еве Даллас, когда она шла по проходу, образованному рядами скамей. Впереди, склонив голову и сложив руки, сидел мужчина в черной рубашке, черных брюках и белом воротничке.

Она не была уверена, молился ли он или просто ждал, но он не был ее приоритетом. Она обошла глянцевый гроб, почти весь усыпанный красными и белыми гвоздиками. Мертвый парень внутри тоже не был ее приоритетом.

Она включила магнитофон на лацкане, но когда она начала подниматься по двум коротким ступенькам к платформе, на которой находился алтарь - и это было ее приоритетом, - ее партнер дернул Еву за руку.

"Хм, я думаю, мы должны, типа, преклонить колени".

"Я никогда не преклоняю колени публично".

"Нет, серьезно". Темные глаза Пибоди скользнули по алтарю, статуям. "Там, наверху, как на святой земле или что-то в этом роде".

"Забавно, по-моему, там наверху мертвый парень".

Ева подошла. Позади нее Пибоди подпрыгнула на одной ноге, прежде чем последовать за ней.

"Жертва была идентифицирована как Мигель Флорес, тридцати пяти лет, католический священник", - начала Ева. "Тело перенесли". Она бросила взгляд на одного из полицейских, охраняющих место происшествия.

"Да, сэр. Жертва потеряла сознание во время мессы, и была предпринята попытка привести его в чувство, пока ставили девять-один-один. Пара полицейских была на месте происшествия, присутствовала на похоронах. Похороны того парня", - добавил он, указывая подбородком на гроб. "Они вернули людей назад, обеспечили безопасность. Они ждут, чтобы поговорить с тобой ".

Поскольку она запечатала свои руки и ноги перед тем, как войти, Ева присела. "Сними отпечатки пальцев, ТОД, и так далее, для протокола, Пибоди. И для протокола, щеки жертвы ярко-розовые. Травмы лица, левого виска и скулы, скорее всего, полученные при падении ".

Она подняла взгляд, заметила серебряный потир на испачканном белом полотне. Она встала, подошла к алтарю, понюхала чашу. "Он пил из этого? Что он делал, когда потерял сознание?"

"Причащаюсь", - ответил мужчина в первом ряду, прежде чем полицейский успел заговорить.

Ева перешла на другую сторону алтаря. "Вы здесь работаете?"

"Да. Это моя церковь".

"Твоя?"

"Я пастор". Он поднялся, плотный и мускулистый мужчина с печальными темными глазами. "Отец Лóпез. Мигель служил заупокойную мессу и принимал причастие. Он выпил, и, казалось, почти сразу у него начался приступ. Его тело сотрясалось, и он хватал ртом воздух. И он рухнул". Лóпез говорил с едва уловимым акцентом, экзотическим блеском на фоне грубой древесины. "Здесь были врачи и другие медики, и они пытались привести его в чувство, но было слишком поздно. Кто-то сказал, кто-то подумал, что это был яд. Но я не верю, что это может быть ".

"Почему?"

Лóпез просто поднял руки. "Кто мог отравить священника таким образом и в такое время?"

"Откуда взялось вино? В чаше?"

"Мы храним вино для причастия запертым в дарохранительнице, в прихожей".

"У кого есть доступ?"

"Я верю. Мигель, Мартин - то есть отец Фримен - евхаристические служители, служащие мессу ".

Много рук, подумала Ева. Зачем заморачиваться с замком? "Где они?"

"Отец Фримен навещает семью в Чикаго, и ожидается, что он вернется завтра. У нас сегодня было три служителя из-за большой посещаемости Заупокойной мессы ".

"Мне понадобятся их имена".

"Конечно, ты не можешь поверить..."

"А это?"

Он действительно побледнел, когда Ева подняла серебряный диск с облаткой. "Пожалуйста. Пожалуйста. Это было освящено".

"Прости, теперь это улика. Не хватает одной детали. Он съел это?"

"Отламывается маленький кусочек, кладется в вино для обряда дробления и смешивания. Он бы выпил его вместе с вином".

"Кто налил вина в чашу и..." Как, черт возьми, она это назвала? Печенье? Взломщик?

"Хозяин", - подсказал Лóпез. "Он сделал. Но я налил вино в сосуд и поставил угощение для Мигеля перед Освящением. Я сделал это лично в знак уважения к мистеру Ортису. Мигель проводил церемонию по просьбе семьи."

Ева склонила голову набок. "Они не хотели главного парня? Разве ты не говорил, что ты главный?"

"Да, я пастор. Но я новичок. Этот приход у меня всего восемь месяцев, с тех пор как монсеньор Круз ушел на пенсию. Мигель работает здесь более пяти лет и женился на двух правнуках мистера Ортиса, около года назад отслужил Панихиду по миссис Ортис. Крещеный-"

"Всего одну минуту, пожалуйста".

Ева повернулась обратно к Пибоди.

"Простите, что прерываю, отец. Идентификация совпадает", - сказала Пибоди Еве. "ТОД насмехается. Пить, заедать, падать в обморок, умирать, красные щеки. Цианид?"

"Обоснованное предположение. Мы позволим Моррису подтвердить. Положите в пакет чашку, печенье. Выбери одного из свидетелей-копов и сделай заявление. Я возьму другое после того, как я попрошу Лóпеза показать мне источник вина и еще кое-что ".

"Должны ли мы освободить другого мертвого парня?"

Ева нахмурилась, глядя на гроб. "Он ждал так долго. Он может подождать еще немного". Она повернулась обратно к Лóпез. "Мне нужно посмотреть, где ты хранишь..." Прохладительные напитки? "Вино и угощения".

Кивнув, Лóпез сделал жест рукой. Он подошел, отвернулся от алтаря, чтобы провести Еву через дверной проем. Вдоль одной стены стояли внутренние шкафы, а на столе стояла высокая шкатулка с глубоко вырезанным крестом. Лóпез достал ключи из кармана своих штанов и отпер дверь ящика.

"Это скиния", - объяснил он. "Там хранятся неосвященные блюда и вино. Мы храним больший запас в первом шкафу, тоже запертом."

Дерево блестело от полировки, отметила она, и на нем могли остаться отпечатки. Замок был простым ключом, вставленным в щель. "Вот из этого графина вы брали вино для кубка?"

"Да. Я перелил это отсюда в сосуд и взял носитель. Я принес их Мигелю в начале евхаристической литургии".

Пурпурная жидкость наполнила прозрачный графин примерно до половины. "Покидали ли вещества ваши руки в какое-либо время до этого, или они были без присмотра?"

"Нет. Я подготовил их, держал их при себе все время. Поступить иначе было бы неуважением".

"Я должен принять это как доказательство".

"Я понимаю. Но скиния не может покинуть церковь. Пожалуйста, если вам нужно изучить это, можно ли это сделать здесь? Прости, " добавил он, " я никогда не спрашивал твоего имени".

"Лейтенант Даллас".

"Ты не католик".

"Что дало тебе первую подсказку?"

Он слегка улыбнулся, но страдание не покидало его глаз. "Я понимаю, что вы незнакомы с традициями и обрядами церкви, и некоторые из них могут показаться вам странными. Вы верите, что кто-то испортил вино или хозяина."

Ева сохранила нейтральное выражение лица и голос. "Я пока ни во что не верю".

"Если это так, то кто-то использовал кровь и тело Христа, чтобы убить. И я передал их Мигелю. Я отдаю их в его руки". Под страданием в его глазах Ева увидела тлеющие угольки гнева. "Бог рассудит их, лейтенант. Но я верю в земные законы так же, как и в Божьи. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе в твоей работе".

"Каким священником был Флорес?"

"Хороший. Сострадательный, преданный, ах, энергичный, я бы сказал. Ему нравилось работать с молодежью, и у него это особенно хорошо получалось ".

"Были какие-нибудь проблемы в последнее время? Депрессия, стресс?"

"Нет. Нет. Я бы знал, я бы увидел это. Мы живем вместе, втроем, в доме священника, там, за церковью ". Он неопределенно махнул рукой, как будто его разум был переполнен дюжиной других мыслей. "Мы почти ежедневно едим вместе, разговариваем, спорим, молимся. Я бы увидел, если бы у него были проблемы. Если вы думаете, что он мог покончить с собой, он бы этого не сделал. И он никогда бы не поступил подобным образом".

"У кого-нибудь были проблемы? Кто-то затаил обиду или у него проблемы с ним - профессиональные или иные?"

"Не то, чтобы он упоминал, и, как я уже сказал, мы разговаривали ежедневно".

"Кто знал, что он будет проводить похороны сегодня?"

"Все. Гектор Ортис был неотъемлемой частью прихода. Очень любимый и уважаемый человек. Все знали о заупокойной мессе и о том, что ее проводил Мигель ".

Говоря это, она подошла к двери, открыла ее. Майский солнечный свет сиял через выход. Она отметила, что на двери был замок, почти такой же простой, как на деревянном ящике.

Легко войти, легко выйти.

"Были ли сегодня какие-нибудь мессы ранее?" - спросила она Лóпеза.

"Шестичасовая месса в будний день. Я совершил служение".

"А вино, хозяин, было из того же источника, что и для заупокойной мессы?"

"Да".

"Кто достал это для тебя?"

"Мигель. Это небольшое служение, обычно не более дюжины человек, может быть, двух. Сегодня мы ожидали меньшего, поскольку на похоронах будет так много посетителей ".

Входи, размышляла Ева, посети мессу. Возвращайся, отрави вино. Уходи. "Примерно скольких ты привел сегодня утром?"

"На утренней мессе? Ах... Восемь или девять." Он сделал паузу на мгновение, и Ева представила, как он возвращается, считая головы. "Да, девять".

"Мне тоже понадобится этот список. Есть там какие-нибудь незнакомые лица?"

"Нет. Я знал всех, кто присутствовал. Небольшая группа, как я уже сказал ".

"И только ты и Флорес. Никто не помогает".

"Не в шесть часов. Обычно мы не привлекаем служителя для утреннего служения в будний день, за исключением Великого поста ".

"Хорошо. Я бы хотел, чтобы вы записали, насколько сможете запомнить, передвижения и действия жертвы-Флореса этим утром, а также "Таймс".

"Я сделаю это прямо сейчас".

"Мне нужно обезопасить эту комнату как часть места преступления".

"О". Страдание отразилось на его лице. "Ты знаешь, как долго?"

"Я не хочу". Она знала, что была резкой, но что-то во всей этой... святости заставляло ее нервничать. "Если бы ты дал мне свои ключи, было бы проще. Сколько всего наборов?"

"Это и набор в доме священника. Мне понадобится моя помощь, чтобы в нужде отнести ее в дом священника ". Он снял с цепочки один ключ, остальные отдал Еве.

"Спасибо. Кем был Ортис и как он умер?"

"Мистер Ортис?" Улыбка, более теплая, появилась в его глазах. "Неотъемлемая часть сообщества и этого прихода, как я уже сказал. Он владел семейным рестораном в нескольких кварталах отсюда. Abuelo"s. Управлял этим, как мне сказали, со своей женой примерно до десяти лет назад, когда один из его сыновей и внучка заняли это место. Ему было сто шестнадцать, и он умер тихо - и, я надеюсь, безболезненно - во сне. Он был хорошим человеком, и его все любили. Я верю, что он уже в Божьих руках".

Он коснулся креста, который носил, легким касанием пальцев. "Понятно, что его семья огорчена тем, что произошло этим утром. Если бы я мог связаться с ними, и мы могли бы завершить Заупокойную мессу и выполнить Обязательство. Не здесь", - сказал Л ó пез, прежде чем Ева смогла заговорить. "Я бы принял меры, но им нужно похоронить своего отца, дедушку, своего друга. Им нужно завершить ритуал. И мистера Ортиса следует уважать".

Она понимала долг перед мертвыми. "Сейчас мне нужно поговорить с кем-нибудь еще. Я постараюсь сдвинуть это с мертвой точки. И мне нужно, чтобы ты подождал меня в доме священника ".

"Я подозреваемый". Эта идея, казалось, не потрясла его и не удивила. "Я дал Мигелю оружие, которое, возможно, убило его".

"Это верно. И прямо сейчас практически любой, кто вошел в церковь и получил доступ в эту комнату, является подозреваемым. Гектор Ортис получает пропуск, но на этом все ".

Он снова улыбнулся этому, совсем чуть-чуть. "Вероятно, вы можете исключить младенцев и малышей младшего возраста, которых было множество".

"Я не знаю. Малыши довольно подозрительны. Нам нужно взглянуть на комнату Флореса в доме священника. Как только я смогу, я позабочусь о том, чтобы убрать мистера Ортиса со сцены ".

"Благодарю тебя. Я буду ждать дома".

Ева вывела его, заперла дверь, затем сказала ближайшему патрульному привести второго свидетеля из полиции.

Пока она ждала, она снова обошла Флореса. Симпатичный парень, размышляла она. Около шести футов - тип телосложения трудно определить из-за забавной мантии, но она отсканировала его официальное удостоверение личности. Из-за этого он весил около ста шестидесяти.

У него были ровные черты лица, густые темные волосы с несколькими серебряными отблесками, пробивающимися сквозь них. Более гладко, подумала она, чем у Лóпеза. Стройнее, моложе.

Она предполагала, что священники бывают всех типов и размеров, как и обычные люди.

Священникам не полагалось заниматься сексом. Ей пришлось бы спросить у кого-нибудь, в чем суть этого правила, если бы она обнаружила, что оно применимо. Некоторые священники также игнорировали это правило и развлекались, как обычные люди. Возможно, Флореса не заботило безбрачие.

Кто бы?

Может быть, он обманул не того человека. Разгневанный любовник или разгневанный супруг возлюбленного. Особенно хорошо работало с молодыми людьми, размышляла она. Может быть, ему нравилось копаться в колодце для несовершеннолетних. Мстительный родитель.

Или-

"Лейтенант Даллас?"

Ева повернулась, чтобы увидеть горячий номер в спокойном черном. Миниатюрная было бы подходящим словом, предположила Ева, поскольку женщина была ростом, возможно, пять футов пять дюймов на каблуках от черного платья. Ее волосы тоже были черными как смоль, зачесанные назад в аккуратный узел. У нее были огромные миндалевидные глаза какого-то кипящего зеленого цвета.

"Грасиела Ортис. Офицер Ортис", - добавила она, почти как запоздалую мысль.

"Офицер". Ева сошла с алтаря. "Вы родственник мистера Ортиса".

"Поппи. Мой прадедушка".

"Я сожалею о вашей потере".

"Благодарю тебя. Он жил так хорошо и долго. Теперь он с ангелами. Но отец Флорес..."

"Ты не думаешь, что он с ангелами?"

"Я надеюсь, что это так. Но он не прожил долго и не умер мирно в своей постели. Я никогда не видела такой смерти." Она сделала вдох, и в нем чувствовалась дрожь. "Я должен был действовать быстрее, чтобы сохранить сцену. Мы с моим двоюродным братом - Мэтью из нелегалов - должны были действовать раньше. Но я был ближе. Мэтт был в задней части церкви. Я думал - мы все думали - у отца был какой-то приступ. Доктор Паскуале и мой дядя, который тоже врач, пытались помочь ему. Это произошло очень быстро. Через несколько минут. Три, четыре, не более того. Итак, тело перенесли, и сцена была скомпрометирована. Мне жаль".

"Расскажи мне, что произошло".

Грасиела передала события, установила сцену так, как это сделал Л óпез.

"Ты знал Флореса?"

"Да, немного. Он женился на моем брате. Я хочу сказать, что он совершал бракосочетание моего брата. Отец Флорес также уделял время молодежному центру. Я делаю то же самое, когда могу, так что я узнал его оттуда ".

"Впечатления?"

"Общительный, заинтересованный. Казалось, он был похож на уличных детей. Я подумал, что он, вероятно, был там и сделал это в свое время ".

"Проявлял ли он какой-либо интерес к какому-либо конкретному ребенку или детям?"

"Не то, чтобы я заметил. Но я не часто сталкивался с ним там ".

"Он когда-нибудь нападал на тебя?"

"Двигайся... Нет". Грасиела казалась шокированной, затем задумчивой. "Нет, никаких движений, никакого смысла, что он рассматривал это. И я никогда не слышал, чтобы он нарушал эту конкретную клятву ".

"Ты бы сделал это?"

"Я не знаю, но моя семья - а их много - очень вовлечена в церковь, и это наш домашний приход. Если бы он собирался двинуть на кого-то, скорее всего, этот кто-то был бы родственником или связан с семьей Ортис. И семейные сплетни распространяются довольно горячо и сильно. Моя тетя Роза ведет домашнее хозяйство в доме священника, и от нее мало что зависит."

"Роза Ортис".

"О'Доннелл". Грасиела улыбнулась. "Мы разнообразим. Это отдел убийств, лейтенант?"

"Прямо сейчас это подозрительная смерть. Вы могли бы поговорить с членами семьи, узнать их впечатления ".

"Никто не собирается говорить о чем-то другом в течение нескольких дней", - прокомментировала Грасиела. "Я посмотрю, что я смогу узнать от тех, кто знал его лучше, чем я".

"Хорошо. Я собираюсь добиться освобождения твоего прадеда со сцены. Вы и ваш кузен должны принять это во внимание, как только у нас все прояснится ".

"Мы ценим это".

"Где твой дом?"

"Я с двумя-двумя-тремя, здесь, в Восточном Гарлеме".

"Как долго на работе?"

"Почти два года. Я думал, что хочу быть адвокатом, но передумал ".

Вероятно, изменить это снова, подумала Ева. Она просто не видела полицейского в этих испепеляющих зеленых глазах. "Я собираюсь позвать своего напарника, и мы вынесем гроб. Если тебе придет в голову что-нибудь, касающееся Флореса, ты можешь связаться со мной по ..."

"Полицейский участок", - закончила Грасиела. "Я знаю".

Пока Грасиела щелкала своими похоронными каблучками, Ева еще раз осмотрела место преступления. Слишком много смертей для одной маленькой церкви, размышляла она. Один в гробу, другой у алтаря, и тот, кто смотрит на обоих сверху вниз с действительно большого креста.

Один умирает во сне после долгой жизни, один умирает быстро, а другому вбивают шипы в руки и ноги, чтобы они могли повесить его на деревянном кресте.

Бог, священник и верующие, подумала она. По ее мнению, Бог получил худшую сделку из трех.

Я не могу решить, " сказала Пибоди, когда они шли к дому священника, " действительно ли статуи, свечи и цветное стекло красивые или действительно жуткие".

"Статуи слишком похожи на кукол, а куклы жуткие. Ты продолжаешь ожидать, что они моргнут. А те, которые улыбаются, вот так?" Ева плотно сжала губы, изогнув их вверх. "Ты знаешь, что у них там есть зубы. Большие, острые, блестящие зубы".

"Я этого не делал. Но теперь я должен беспокоиться об этом ".

В маленьком, невзрачном здании, в котором размещался дом священника, были цветы в двух оконных ящиках - и, как отметила Ева, минимальная охрана. Стандартный замок, эти украшенные цветами окна, открытые весеннему воздуху, и никаких накладок на ладони, никаких камер слежения.

Она постучала, затем встала на длинные ноги в простых брюках, на ступни, обутые в поношенные ботинки. Бледно-серый блейзер, который она надела тем утром, прикрывал ее оружейный ремень. Резвый майский ветерок развевал ее короткие каштановые волосы. Как и ее ноги, у нее были длинные глаза цвета виски. Они не шипели, как у Грасиелы, и все были полицейскими.

У женщины, которая ответила, была копна темных кудрей, обрамлявших хорошенькое личико с золотыми концами. Ее покрасневшие глаза осмотрели Еву, затем ="1" Ева Пибоди. "Мне жаль, отец Лóпез не может сегодня принимать посетителей".

"Лейтенант Даллас, полиция Нью-Йорка". Ева достала свой значок. "И детектив Пибоди".

"Да, конечно. Прости меня. Отец сказал ожидать тебя. Пожалуйста, входите".

Она отступила назад. Она носила красную гвоздику на лацкане своего черного траурного костюма - и то и другое на красиво изогнутом теле. "Это ужасный день для прихода, для моей семьи. I"m Rosa O"Donnell. Мой дедушка... Понимаете, это была его заупокойная месса. Отец в своем кабинете. Он дал мне это для тебя." Она протянула конверт. "Вы попросили его написать, что сделал сегодня отец Флорес".

"Да, спасибо".

"Я должен сообщить Отцу, если тебе нужно его увидеть".

"В данный момент в этом нет необходимости. Вы можете сказать ему, что мы освободили мистера Ортиса. Нам с напарником нужно осмотреть комнату отца Флореса ".

"Я покажу тебе верхний этаж".

"Ты готовишь для дома священника", - начала Ева, когда они перешли из крошечного фойе к лестнице.

"Да, и чистый. Кое-что из этого, кое-что из того. Трем мужчинам, пусть даже священникам, нужен кто-то, кто мог бы за ними заехать ".

Лестница поднималась прямо в узкий коридор. Стены были белыми и украшены тут и там распятиями или изображениями людей в одеждах, выглядящих добродушно или - на взгляд Евы - печально. Иногда раздражен.

"Вы знали отца Флореса", - подсказала Ева.

"Очень хорошо, я думаю. Ты готовишь и убираешься для мужчины, ты начинаешь понимать, кто он такой ".

"Кем он был?"

Роза остановилась перед дверью, вздохнула. "Человек веры и юмора. Он наслаждался спортом, наблюдая за ними, играя в них. У него была... энергия", - решила она. "И вложите большую часть этого в молодежный центр".

"Как он ладил со своими соседями по дому? Другие священники, - объяснила Ева, когда Роза посмотрела непонимающе.

"Очень хорошо. Между ним и отцом Лóпезом было уважение, и я бы сказал, что они были дружелюбны. Будьте проще друг с другом, если вы понимаете ".

"Да".

"Он был дружелюбнее, ну, ближе, вы знаете, с отцом Фрименом - у них было больше общего, я бы сказал, за пределами церкви. Спорт. Он и отец Фримен спорили о спорте, как это делают мужчины. Ходите на игры вместе. Они почти каждое утро бегали вместе и часто играли в мяч в центре."

Роза снова вздохнула. "Отец Лóпез сейчас связывается с отцом Фрименом, чтобы рассказать ему. Это очень тяжело".

"А семья Флореса?"

"У него его не было. Он говорил, что церковь была его семьей. Я полагаю, что его родители умерли, когда он был мальчиком ". Она открыла дверь. "Он никогда не получал звонков или писем от семьи, как это часто делают отцы Л óпез и Фримен".

"А как насчет других звонков, других писем?"

"Мне жаль?"

"С кем он был связан? Друзья, учителя, старые школьные товарищи."

"Я... Я не знаю." Ее брови сошлись вместе. "Конечно, у него было много друзей в приходе, но если вы имеете в виду извне или раньше, я не знаю".

"Вы заметили что-нибудь не так в его настроении, в его распорядке дня в последнее время?"

"Нет, ничего". Роза покачала головой. "Я зашла приготовить завтрак для него и отца Лóпеза этим утром, перед похоронами. Он был очень добр".

"Во сколько ты добрался сюда?"

"Ах... примерно в половине седьмого, на несколько минут позже".

"Был ли здесь кто-нибудь еще?"

"Нет. Я впускаю себя. Однако у меня есть ключ. Как обычно, отец Лóпез забыл запереть. Вскоре после этого отцы вернулись с мессы, и я накормил их завтраком. Мы все поговорили о служении, затем отец Флорес ушел в кабинет, чтобы поработать над своей проповедью ".

Она прижала кончики пальцев к губам. "Как это могло произойти?"

"Мы узнаем. Спасибо", - сказала Ева в качестве увольнения, затем вошла в комнату.

В ней стояли узкая кровать, маленький комод с зеркалом, ночной столик, письменный стол. Нет связи с домом, отметила она, нет компьютера. Кровать выглядела аккуратно застеленной, а над ее изголовьем рядом с распятием висел портрет Христа на кресте. Еве это казалось излишеством.

Не было никаких личных фотографий в качестве улик, никаких россыпей кредитов, разбросанных по комоду. Она увидела Библию, черные с серебром четки и лампу на прикроватном столике, расческу и карманное звено на туалетном столике.

"Это объясняет, почему у него не было ссылки на него", - прокомментировала Пибоди. "Я думаю, они не принимают их, когда совершают служение". Когда она повернулась, дерзкая маленькая кокетка на концах ее темных волос подпрыгнула. "Ну, я думаю, это не займет много времени, учитывая, что у него было не так уж много".

"Загляните в другие комнаты. Просто просмотр с порога. Посмотри, такие ли они, как это ".

Когда Пибоди вышла, Ева открыла ящик комода своей запечатанной рукой. Белые боксеры, белые майки, белые носки, черные носки. Она перерыла все, но больше ничего не нашла. В другом ящике были футболки. Белые, черные, серые - некоторые с логотипами команд, вышитыми спереди.

"У них есть еще кое-что", - объявила Пибоди. "Фотографии, мужской хлам".

"Дайте определение "мужскому мусору"", - сказала Ева, выдвигая нижний ящик.

"Мяч для гольфа на выставочной площадке, стопка дисков, пара боксерских перчаток, что-то в этом роде".

"Посмотри в этом шкафу". Ева выдвинула нижний ящик до упора, проверила дно, заднюю стенку.

"Костюмы священника, два комплекта с брюками и одно из тех платьев. Пара черных туфель, которые выглядят поношенными, две пары высоких ботинок, одна пара выглядит сбитой. Полка..." Пибоди сделала паузу, продолжая рыться. "Снаряжение для более прохладной погоды. Два свитера, две толстовки, одна спортивная куртка с капюшоном - "Никс".

Проверив все ящики, спинки, днища, бока, Ева выдвинула маленький комод из стены, проверила заднюю часть зеркала.

Вместе с Пибоди она подошла к письменному столу. В нем лежал ежедневник, несколько кубиков для заметок, небольшая стопка брошюр о молодежном центре, расписании "Янкиз" и еще одна для "Никс".

Ева проверила последние записи в ежедневнике. "Бдение в память об Ортисе в похоронном бюро прошлой ночью. Игра "Янкиз" в среду. Давайте посмотрим, пошел ли кто-нибудь с ним. У него запланирована FHC - нужно выяснить, что это такое - на неделю, начиная с двух часов следующего воскресенья. Здесь есть несколько игр и занятий в молодежном центре. Консультирование до С. Нужно понять значение этого. Два из них - в прошлый понедельник и вторник. Имена тех, кого он консультировал здесь. Мы уничтожим их. Похороны уже здесь. Обучающий концерт в пятницу в церкви Святого Кристиана, крещение через неделю после субботы. Все священники, за исключением янки".

Она положила в сумку ежедневник. "Взгляни на ссылку", - сказала она Пибоди, затем начала с маленького ночного столика.

Она полистала Библию, нашла несколько маленьких картинок со святыми. В Послании к Евреям, она прочитала подчеркнутую строку: И таким образом, обладая долгим терпением, он получил обещание. И в Притчах: Со мной богатство и почести, непреходящее богатство и процветание.

Интересно. Она взяла Библию в качестве доказательства. Внутри ящика была еще пара листовок сообщества и мини-игровой плеер. Она нашла серебряную медаль, приклеенную скотчем за ящиком. "Так, так. Почему священник приклеивает религиозную медаль за выдвижным ящиком?"

Пибоди прекратила свои собственные поиски. "Какого рода медаль?"

"Это женщина в халате, руки сложены, и выглядит так, будто она стоит на подушке или что-то в этом роде, а маленький ребенок поддерживает ее".

"Вероятно, это Дева Мария и Младенец Иисус. И, да, странное место для медали ".

Ева осторожно отклеила ленту, перевернула освобожденную медаль. "Лино, да хранит тебя Дева Гваделупская, мама. Датировано 12 мая 2031 года".

"Роза сказала, что, по ее мнению, его родители умерли, когда он был мальчиком, а на тот момент ему было около шести", - прокомментировала Пибоди. "Может быть, Лино - это прозвище, выражение привязанности по-испански?"

"Можетбыть. Зачем прикреплять его скотчем к задней стенке ящика вместо того, чтобы носить его или хранить в ящике? Разрешено ли священникам носить украшения?" Ева задумалась.

"Возможно, это не большие сигнальные кольца или цепочки, но я видел, как они носили кресты, медали и прочее". Чтобы рассмотреть поближе, Пибоди присела на корточки. "Что-то вроде этого".

"Да. Да. Так почему же это скрыто? Вы что-то скрываете, чтобы никто этого не увидел, и вы прячете это близко, когда время от времени хотите взглянуть на это наедине. Для него это имело значение, принадлежало ли это ему, другу или родственнику, или он купил это в магазине подержанных вещей, это имело значение. Похоже на серебро, " пробормотала она, " но оно не потускнело. Ты должен отполировать серебро, чтобы оно оставалось блестящим ".

После очередного исследования она забила на это. "Может быть, мы сможем отследить это. А как насчет "ссылки"?

"Зарегистрированные передачи, входящие и исходящие от Роберто Ортиса - это, должно быть, старший выживший сын покойного мистера Ортиса. Пара в молодежный центр и обратно, а самый старший на прошлой неделе - отцу Фримену."

"Хорошо, мы посмотрим и послушаем. Давайте позовем уборщиков для проверки, затем я хочу, чтобы эта комната была опечатана ".

Она подумала о двух подчеркнутых отрывках и задалась вопросом, какие богатства и почести ожидали Флореса.

2

ЭТО БЫЛ ДОЛГИЙ ПУТЬ ОТ ИСПАНСКОГО ГАРЛЕМА До Нижнего Вест-Сайда и полицейского участка. Достаточно долго, чтобы Пибоди провела начальную пробежку по Мигелю Флоресу и перечислила основные моменты, пока Ева маневрировала в пробках на большом отрезке Манхэттена вдоль и поперек.

"Мигель Эрнесто Флорес", - прочитала Пибоди по своему КПП. "Родился шестого февраля 2025 года в Таосе, штат Нью-Мексико. Родители, Анна Сантьяго Флорес и Константин Флорес, оба были убиты при ограблении их винного магазина летом 2027 года. Мать была на седьмом месяце беременности."

"Они получают их?"

"Они их получили. Двум парням едва исполнилось восемнадцать, и оба отбывают пожизненные сроки. Без права досрочного освобождения. Флорес был введен в систему ".

"Надпись была датирована 31 годом, а его мать к тому времени умерла четыре года назад. Итак, кто такая мама?"

"Может быть, приемная мать?"

"Может быть".

"Начальное образование, государственная, но частная католическая средняя школа и колледж".

"Личное?" Ева прервала и зарычала, когда быстрое такси подрезало ее. "Требует денег".

"Да. Может быть, стипендия? Я проверю это. Он поступил в семинарию сразу после колледжа, провел несколько лет, работая и живя в Мексике. Имел двойное гражданство. Перенесен в ноябре 2054 года в Сент-Кристобаль. Хм, хотя здесь есть задержка. Его последней должностью была миссия в Харесе до июня 2053 года."

"Итак, где был Флорес больше года, и что он делал? У него должен был быть босс, подобный L ópez. Пастор или кто там еще. Давайте выясним. Какие-нибудь юношеские приколы криминального толка?"

"Здесь ничего нет, и никакого флага, указывающего на запечатанную запись".

"Частное католическое образование должно быть дорогим. Если не было стипендии, и она покрывала большую часть расходов, как он мог это себе позволить? Откуда взялись деньги? Нам нужно снять несколько слоев ".

Ева нахмурилась, объезжая автобус maxibus. "У жертвы было при себе наручное устройство - дешевое - и чуть меньше сорока долларов в бумажнике. Кто платит этим парням? Им платят? У него было стандартное удостоверение личности, без кредитных или дебетовых карт, без водительских прав. Серебряный крест."

"Может быть, Папа Римский платит им". Квадратное лицо Пибоди стало задумчивым. "Не напрямую, но он главный, так что, возможно, это исходит от него. Я имею в виду, что им должно быть что-то заплачено. Они должны жить - покупать еду, одежду, платить за транспорт ".

"Ему меньше сорока, в его комнате нет денег. Мы проверим банковские счета". Ева постукивала пальцами по рулю. "Давай зайдем в морг, посмотрим, установил ли Моррис ХПК".

"Если это был яд, это не похоже на самоуничтожение. К тому же, - добавила Пибоди, - я знаю, что католики категорически против этого, так что священник не имеет права покончить с собой ".

"Довольно жестоко делать это перед церковью, полной людей, на заупокойной службе", - прокомментировала Ева. "Или... иронично. Но нет, это не игра. Заявления о остроумии заключаются в том, что он двигался прямо во время служения, СОП. Если вы собираетесь выпить немного вина, приправленного ядом, даже если вы смертельно-ха-ха-настроены на это, вы бы проявили некоторую нервозность, некоторую нерешительность. Небольшой момент: Ладно, дальше ничего не происходит.Неважно".

"Возможно, это была не конкретная цель. Может быть, тот, кто подлил в вино, просто хотел убить священника. Как религиозная вендетта".

"Этого не было в вине для утренней службы, и это было - если это было - для похорон. Может быть, кто-то пробрался внутрь, взломал коробку, подлил вина, не зная, кто будет пить первым. Но я голосую за то, чтобы целью был Флорес ".

Но она придержит свой отчет про запас, пока не поговорит с Моррисом.

В холодный, искусственный воздух проскользнула смерть - бог всех воров. Никакое количество фильтрации, герметизации или очистки не могло полностью изгнать коварно сладкий человеческий запах. Привыкшая к этому, Ева прошла по белым, тускло освещенным коридорам морга - мимолетно подумала о том, чтобы зайти в торговый автомат и купить тюбик Пепси, чтобы повысить уровень кофеина - и толкнула одну из дверей комнаты для вскрытия.

Ее удивило, что на нее сразу же обрушился романтический аромат роз. Они стояли, красные, как свежая кровь, на одном из столов на колесиках, используемых для хранения отвратительных инструментов, которыми здесь занимались. Ева изучала их небольшой лес и задавалась вопросом, оценил ли обнаженный труп позади них их элегантность.

Элегантным также был человек, который напевал вместе с хоровой музыкой, плывущей в воздухе, наполненном ароматом роз и смерти. Главный судебно-медицинский эксперт Моррис сегодня был одет в черное, но в сшитом на заказ костюме не было ничего омерзительного или похоронного. Голубая футболка с молнией -вероятно, шелковая - подняла его на ступеньку выше, предположила Ева. Он приколол один из бутонов красной розы к лацкану пиджака и вплел красные и синие шнурки в свой длинный черный хвост.

Прозрачный защитный плащ не умалял стиля, и когда он обратил к ней свои экзотические глаза и улыбнулся, Еве пришлось признать, что это подняло его еще на одну ступеньку.

"Красивые цветы", - прокомментировала она.

"Не так ли? Знак внимания от друга. Я решил привести их сюда. Они выделяют это место, ты так не думаешь?"

"Они волшебники". Пибоди подошла, понюхала. "Чувак, есть примерно две дюжины легких. Какой-нибудь знак."

Это была очевидная уловка для получения дополнительной информации, но Моррис только продолжал улыбаться. "Она очень хороший друг. Мне пришло в голову, что я должен был поставить здесь цветы раньше. В конце концов, это традиция - приносить их мертвым ".

"Почему это?" Ева задумалась.

"Я верю, что они символизируют воскресение, своего рода возрождение. Что, " продолжил Моррис, " ваш нынешний интерес должен быть оценен. Вместе, я надеюсь, с музыкой. "Реквием" Моцарта. "

"Хорошо". Ева посмотрела на Флореса и усомнилась, что он хоть что-то оценил, будучи мертвым, на плите, и в настоящее время вскрытым одним из тонких и эффективных Y-образных разрезов Морриса. "Как он сюда попал?"

"Дорога длинная и извилистая. Но его смерть закончилась дозой яда вместе с вином и облаткой".

"Цианид".

Моррис склонил голову. "Цианистый калий, если быть точным. Он легко растворяется в жидкости, и доза была смертельной. На самом деле достаточно, чтобы свалить носорога. Я еще не закончил с ним, но за исключением того, что он мертв, он выглядит очень здоровым трупом. Пригоден как скрипка, если не готов к любви".

"Прости?"

"Пьеса на тему старой песни. Травмы были результатом его падения. Он ел хлопья с отрубями, регидратированные бананы, йогурт и соевый кофе примерно за три часа до смерти. Где-то в период полового созревания у него был перелом лучевой кости левой руки - все хорошо зажило. Я предполагаю, что он тренировался - скажем, религиозно, потому что мы можем - и занимался спортом ".

"Это подходит".

"И может отчасти объяснить износ суставов, но не удовлетворяет меня в отношении рубцов".

"Какие шрамы?"

Моррис согнул палец, затем предложил Еве пару микрогогглов. "Давайте начнем отсюда". Он настроил свой прицел так, чтобы Пибоди могла наблюдать на экране компьютера, затем склонился над Флоресом и Евой. "Вот здесь, между четвертым и пятым ребрами. Очень слабый, и я полагаю, что кто-то пытался использовать Nu Skin или что-то подобное, чтобы уменьшить рубцевание. Nu Skin не поможет на самом ребре, на котором все еще остается собственный шрам. Смотри сюда."

Пибоди издала булькающий звук позади них, когда Моррис обнажил грудную клетку.

Ева изучала ребро через очки. "Ножевое ранение".

"Да, действительно. И второе здесь". Он указал на едва заметный шрам на правой верхней части груди. Я проведу тесты, но по моему экспертному заключению, первой ране не менее пяти, не более десяти лет, второй - от десяти до пятнадцати. И вот здесь, на левом предплечье. Опять же, это было бы едва заметно невооруженным глазом. Хорошая работа".

"Это не рана", - пробормотала Ева, рассматривая слабый рисунок на коже. "Удаление татуировки".

"Мой лучший ученик". Моррис быстро похлопал ее по спине. "Я отправлю копию улучшенного изображения в лабораторию. Они должны быть в состоянии воссоздать изображение, которое было у вашего священника на руке. Теперь кое-что действительно интересное. Ему пришлось поработать лицом ".

Голова Евы поднялась, ее увеличенные глаза встретились с глазами Морриса. "Какого рода?"

"Полный комплимент, я думаю. Но опять же, я не закончил. Я могу сказать вам, что это была первоклассная работа, а первоклассная обработка лица стоит очень дорого. Можно было бы подумать, что это выходит за рамки слуги Божьего ".

"Да, ты бы так и сделал". Она медленно сняла защитные очки. "Как давно у него была эта работа?"

"Мне нужно будет применить свою магию, чтобы усовершенствовать это, но опять же, примерно в то же время, когда ему удалили татуировку".

"Священник с татуировками, который ввязывается в поножовщину". Ева установила очки под лесом красных роз. "Который приходит сюда шесть лет назад с новым лицом. Да, это довольно интересно ".

"У кого есть такая работа, как у нас, Даллас?" Моррис усмехнулся ей. "Разве мы не счастливчики?"

"Что ж, нам чертовски повезло больше, чем отцу, умершему здесь".

Ты должен задаться вопросом, кто", - сказала Пибоди в ту минуту, когда они шли обратно по белому туннелю.

"Конечно, мне интересно, кто. Мне платят за то, чтобы я задавался вопросом, кто ".

"Нет, ну, да. Но я имел в виду розы. Кто мог послать Моррису все эти розы и почему?"

"Господи, Пибоди, "почему" очевидно. Не могу поверить, что я сделал тебя детективом. "Почему" таково: Спасибо, что перебросил меня на другой план существования ".

"Это не обязательно должно быть так", - возразила Пибоди, немного раздраженная. "Это могло бы быть благодарностью за то, что вы помогли ей переехать в новую квартиру".

"Если вы получите жетон за то, что поднимаете мебель, это будет упаковка пива из шести бутылок. Здоровенный букет красных роз - для секса. Действительно хороший секс и побольше ".

"Я занимаюсь с Макнабом действительно хорошим сексом, и много, и я не получаю огромных букетов красных роз".

"Вы сожительствуете. Добавляет секс в список дел ".

"Держу пари, Рорк покупает тебе цветы", - пробормотала Пибоди.

Сделал ли он? В доме всегда повсюду были цветы. Были ли они для нее? Должна ли она была признать их? Ответить взаимностью? Господи, почему она думала об этом?

"И тот, кто, вероятно, является копом Southern belle с большой задницей, к которой он клеился в последнее время. Теперь, поскольку эта тайна раскрыта, может быть, мы могли бы потратить пару минут на созерцание мертвого парня, которого мы только что оставили ".

"Детектив Колтрейн? Она даже года не пробыла в Нью-Йорке. Как получилось, что она заполучила Морриса?"

"Пибоди".

"Я просто говорю, что, как мне кажется, если кто-то собирается заполучить Морриса, это должен быть один из нас. Не мы, потому что мы взяты". Карие глаза Пибоди сверкнули от оскорбления. "Но один из нас, который был рядом больше пяти чертовых минут".

"Если ты не можешь трахнуть его, почему тебя волнует, кто это сделает?"

"Ты тоже", - пробормотала Пибоди, опускаясь на пассажирское сиденье. "Ты знаешь, что это так".

Может быть, немного, но она не должна была этого признавать. "Могу ли я заинтересовать вас мертвым священником?"

"Хорошо, хорошо". Пибоди испустила громкий и печальный вздох. "Хорошо. Татуировка не обязательно имеет большое значение. Люди получают татуировки, а затем постоянно меняют свое мнение. Вот почему временные сотрудники умнее. Он мог получить это, когда был моложе, а потом решил, что это недостаточно достойно для его работы, я не знаю ".

"Ножевые ранения".

"Иногда священники и религиозные деятели попадают в опасные области и щекотливые ситуации. Его могли заколоть, когда он пытался кому-то помочь. И более раннее могло произойти, когда он был подростком, до святости ".

"Я дам тебе и то, и другое", - сказала Ева по дороге в полицейский участок. "Работа лицом к лицу".

"Это сложнее. Но, возможно, он был ранен. Скажем, в автомобильной аварии, и его лицо было изуродовано. Возможно, церковь или кто-то из ее членов заплатил за реконструкцию ".

"Мы проверим врачей и посмотрим".

"Но ты на это не купишься".

"Пибоди, я бы не стал принимать это бесплатно".

В своем кабинете в Центральном полицейском управлении Ева написала свой первоначальный отчет, открыла книгу убийств. Она установила доску, затем прикрепила копию удостоверения личности Флореса в центре. И провел следующие несколько минут, просто уставившись на это.

Нет семьи. Никакого преступника. Никакого ценного земного имущества.

Публичное отравление, размышляла она, можно рассматривать как своего рода казнь. Нельзя было не заметить религиозный символизм. Слишком явно преднамеренное. Религиозная казнь?

Она снова села, начала отсчет времени по показаниям свидетелей и записке Лóпеза.

05:00-встает. Утренняя молитва и медитация. (В комнате.)

0515-душ, одевание.

0540 (приблизительно) - покидает дом священника с López ради церкви.

0600-0635-помогает Лóпезу на утреннем служении. Получает доступ к вину для причастия и крекерам-забастовка хозяев.

06:30 (приблизительно) - Роза О'Доннелл прибывает в - незапертый- дом священника.

0645 (приблизительно) - уходит из церкви в дом священника с Лóпэз.

с 0700 до 0800 - завтракает с лососем, приготовленным Розой О'Доннелл.

0800-0830 - уходит в общий офис, чтобы просмотреть показания и т.д., Для похорон.

0830-Роберто и Мадда Ортис прибывают в церковь с похоронным персоналом и телом Ортиса.

0840 - возвращается в церковь с Лóпез, чтобы поприветствовать семью и помочь расставить цветы

09.00 - выходит в прихожую (где хранится табернакль), чтобы переодеться для служения.

0930- начинается служение.

1015-пьет отравленное вино.

Что дало убийце время с пяти сорока до шести тридцати, чтобы войти в дом священника, взять ключи от ящика, и с семи до девятисот, чтобы обработать вино. В любое время с семи до девятисот можно вернуться в дом священника и заменить ключи.

Довольно большие окна, размышляла Ева, особенно если убийца был членом церкви, и другие привыкли видеть, как он или она приходит и уходит.

Даже без ключей взломать замок на ящике было бы до смешного просто, если бы убийца обладал минимальными навыками. Получить доступ к ключам почти так же до смешного просто, особенно если убийца знал об их местонахождении и основных распорядках церкви и дома священника.

"Как" не входило в сделку, хотя "как", безусловно, помогло бы посадить убийцу. Смысл был в "почему". И вопрос "почему" был связан с Мигелем Флоресом.

Она взяла в руки фотографии медали, спереди и сзади.

Это было важно для него. Достаточно важное, чтобы прятать и держаться поближе, чтобы он мог достать это, потрогать, посмотреть на это. Свежая лента, размышляла Ева, но со следами старого клея на задней стенке ящика. Было это некоторое время, но совсем недавно убрал.

Она снова прочитала надпись.

Кем был Лино?

После быстрого поиска она обнаружила, что это испанское имя Лайнус. Это также означало лен, но она сомневалась, что это применимо.

Согласно биографии, мать Флорес умерла в 2027 году, поэтому мама на медали не могла быть Анной Флорес. Испанское название, испанская фраза для изображения, но остальное на английском. Еве там говорилось о смешанной культуре. Латиноамериканские корни, американская почва? Это тоже подходит Флоресу.

Был ли Лино другом, другим священником, любовником? Флоресу было бы шесть лет, когда была сделана надпись. Сирота, вращающийся в системе.

Она знала все об этом.

Возможно, она не знала о создании тесных и длительных связей, вращаясь в этой системе, но другие знали. Флорес мог бы сделать это и сохранить медаль как связь с другом.

Тогда зачем это скрывать?

Никогда не усыновлялся, но воспитывался через церковь. Был ли Лино тем, кто проявлял к нему интерес, помогал его воспитывать?

Она вернулась к своему компьютеру и начала копаться в слоях Мигеля Флореса.

Вошла Пибоди, открыла рот, чтобы заговорить.

"Довольно удачное время", - сказала Ева, не поднимая глаз. "Я вижу, что моя кофейная чашка пуста".

Закатив глаза, Пибоди взяла чашку, подошла к автомату, чтобы запрограммировать другую. "Получить медицинскую помощь из Мексики непросто. Здесь нет записей о лечении ножевого ранения или каких-либо косметических работ. После долгой и героической настойчивости - вот почему я также пью кофе - я получил доступ к его медицинской помощи за годы, проведенные им в Мексике. Там тоже нет записей ни о каком лечении ".

Ева откинулась назад, взяла кофе. "Что есть в записи в Мексике?"

"В значительной степени стандарты. Ежегодные осмотры, коррекция зрения, полугодовые посещения стоматолога, лечение желудочного вируса и пореза на руке. Никаких специальностей".

"Ага. А во время его пяти лет в Нью-Йорке?"

"Не сильно отличается. Ежегодные процедуры, бла-бла-бла, пара процедур от растяжений, одна для вывихнутого указательного пальца, другая для травмированного колена."

"Какие травмы, вероятно, были связаны со спортом". Барабаня пальцами по столу, Ева размышляла. "Забавно, у него не было ни одного из этих видов травм или лечения во время пребывания в Мексике. Достань мне стоматологические записи из Мексики ".

"Боже! Ты знаешь, на сколько бюрократических проволочек я собираюсь пойти, чтобы получить их? Плюс, он пару раз менял место жительства, так что это означает больше, чем одного дантиста, и это католические штучки, и они имеют значение, позвольте мне вам сказать. Почему ты..."

Это заняло у нее некоторое время, подумала Ева, но Пибоди обычно добивалась своего.

"Ты же не думаешь, что мертвый парень - Мигель Флорес".

"Я думаю, что мертвого парня звали Лино".

"Но ... это означает, что, возможно, он даже не был священником, и он был там, наверху, совершал мессу, венчал людей, хоронил людей".

"Может быть, Бог поразил его за это. Дело закрыто. Мы арестуем Бога до конца смены. Я хочу эти стоматологические записи, и стоматологические записи из Нью-Йорка ".

"Я почти уверен, что арестовать Бога - это богохульство". Пибоди задумчиво сделала еще глоток кофе. "Зачем кому-то притворяться священником? У тебя не может быть вещей или секса. И вы должны знать все правила. Я думаю, что существует дохрена правил".

"Может быть, он быстро учился. Может быть, он думал, что оно того стоило. Может быть, он и есть Мигель Флорес. Давайте возьмем зубные протезы и выясним".

Когда Пибоди поспешно вышла, Ева обернулась, чтобы изучить фотографию на своей доске. "Но ты не такой, не так ли, Лино?"

Она включила свой канал связи и сама позвонила в Мексику.

Это заняло двадцать минут и вызвало начало раздражающей головной боли, но она наконец дозвонилась до человека, который не только превосходно говорил по-английски, но и лично знал Мигеля Флореса.

Старик был древним, с двумя тонкими дорожками седых волос, спускавшихся по бокам его лысой, покрытой солнечными веснушками головы. Мутно-карие глаза прищурились на нее. Его белый воротничок свободно болтался на тонкой, морщинистой шее.

<="6width="размер шрифта="3">"Отец Родригес", - начала Ева.

"Что? Что?"

"Отец Родригес", - повторила она, увеличивая громкость на "link.

"Да, да, я слышу тебя. Не нужно кричать!"

"Прости. Я лейтенант Даллас, из полиции и Департамента безопасности города Нью-Йорка."

"Чем я могу вам помочь, лейтенант Балласт?"

"Даллас". Она четко произносила каждый слог. "Вы знали священника по имени Мигель Флорес?"

"Кто? Говори громче!"

Милый, потный Иисус. "Мигель Флорес? Ты знал его?"

"Да, я знаю Мигеля. Он служил здесь, в миссии Сан-Сабастиан, когда я был пастором. До того, как они отправили меня в отставку. Позвольте мне спросить вас, сестра Балласт, как священник может уйти на покой? Мы призваны служить Богу. Разве я все еще не способен служить Богу?"

Ева почувствовала, как у нее под глазом начал подергиваться мускул. "Это лейтенант. Я офицер полиции в Нью-Йорке. Можете ли вы сказать мне, когда вы в последний раз видели Мигеля Флореса?"

"Когда он вбил себе это в голову, ему понадобился год или больше, чтобы путешествовать, исследовать свою веру, определить, было ли его призвание истинным. Чушь!" Родригес хлопнул своей костлявой рукой по подлокотнику чего-то похожего на инвалидное кресло. "Мальчик родился священником. Но епископ дал ему разрешение, и он им воспользовался".

"Это, должно быть, было около семи лет назад?"

Родригес уставился вдаль. "Годы приходят и уходят".

Трачу свое время, подумала Ева, но упорствовала. "Я собираюсь передать фотографию".

"Зачем мне твоя фотография".

"Нет, не моя фотография". Она задавалась вопросом, есть ли какой-нибудь конкретный святой, к которому она могла бы обратиться за достаточным терпением, чтобы пройти это интервью без криков. "Я собираюсь передать фотографию. Это скоро появится на экране. Можете ли вы сказать мне, это Мигель Флорес?"

Она заказала передачу, наблюдая, как Родригес прищурил глаза, превратив их в узкие щелочки, когда он наклонился вперед, пока его нос почти не коснулся экрана. "Это может быть. Это не совсем ясная картина ".

Только прозрачная, как стекло, подумала Ева. "Есть ли кто-нибудь еще, кто знал Флореса?"

"Разве я не говорил тебе, что знаю его?"

"Да, ты сделал". Ева убрала фотографию, сделала глубокий вдох. "Ты что-нибудь слышал от него, от Флореса, с тех пор как он отправился в свои странствия?"

"Творческий отпуск". Родригес фыркнул при слове. "Они послали отца Альбано заменить его. Этот всегда опаздывает. Пунктуальность - это знак уважения, не так ли?"

"Флорес. Ты что-нибудь слышал о Мигеле Флоресе с тех пор, как он ушел?"

"Он не вернулся, не так ли?" Сказал Родригес с заметной горечью. "Он написал мне один или два раза. Может быть, больше. Из Нью-Мексико - он приехал оттуда. Из Техаса или Невады, я думаю. И где-то еще. Было письмо от епископа. Мигель попросил, и ему дали перевод в приход в Нью-Йорке".

"Можете ли вы назвать мне имя епископа, который разрешил перевод?"

"Кто?"

Повторила Ева, снова медленно уменьшая громкость.

"Епископ Санчес. Или это мог быть епископ Вальдес ".

"У тебя есть письма? Письма, которые Флорес писал тебе?"

"Нет". Родригес нахмурился, или Еве показалось, что он нахмурился. Это было трудно сказать. "Там была открытка. Сохранил ли я открытку? Из Аламо. Или... это могло быть от отца Сильвии."

Однажды, напомнила себе Ева, однажды она станет такой же старой и раздражающей, как Родригес. Тогда она просто съела бы свое оружие и покончила бы с этим.

"Если вы найдете это и оно от Флореса, я был бы признателен, если бы вы прислали его мне. Я верну это тебе. Я собираюсь отправить тебе сообщение со своей контактной информацией ".

"Зачем мне посылать тебе открытку?"

"Я расследую смерть священника, которого опознали как Мигеля Флореса".

Некоторая расплывчатость исчезла из черных глаз. "Мигель? Мигель мертв?"

"Мужчина, идентифицированный как Мигель Флорес, умер этим утром".

Старик склонил голову и пробормотал по-испански то, что Ева приняла за молитву.

"Я сожалею о вашей потере".

"Он был молод, нетерпелив. Умный человек, который часто задавал себе вопросы. Возможно, слишком часто. Как он умер?"

"Он был убит".

Родригес перекрестился, затем накрыл рукой распятие у себя на шее. "Тогда он сейчас с Богом".

"Отец Родригес, у Флореса была серебряная медаль, с изображением Девы Гваделупской?"

"Я не помню. Но я помню, что он всегда носил с собой маленький медальон Святой Анны в честь своей матери, которая была убита, когда он был мальчиком ".

"Знал ли Флорес, имел ли дело с кем-то по имени Лино?"

"Лино? Это не редкое имя здесь. Возможно, у него есть."

"Благодарю тебя, отец". Теперь гоняйся за собственным хвостом, предупредила себя Ева. "Я ценю потраченное время".

"Юный Мигель ушел к Богу", - пробормотал он. "Я должен написать монсеньору Квилби".

"Кто это?"

"Спонсор Мигеля. Можно сказать, его наставник. Он хотел бы знать, что... О, но он мертв. Да, теперь он давно мертв. Так что некому рассказать".

"Где Мигель познакомился с монсеньором Квилби?"

"В Нью-Мексико, когда он был мальчиком. Монсеньор позаботился о том, чтобы Мигель получил хорошее образование, и посвятил его в священники. Он был духовным отцом Мигеля. Мигель часто говорил о нем и надеялся навестить его во время своих путешествий ".

"Был ли он жив, когда Флорес взял творческий отпуск?"

"Да, но умирающий. Это было частью цели ухода Мигеля и частью его кризиса в вере. Я должен пойти помолиться за их души".

Родригес прервал передачу так резко, что Ева только моргнула.

Письмо из Нью-Мексико, духовный отец умирает в Нью-Мексико. Можно было с уверенностью поспорить, что Флорес нанес Квилби визит во время своего творческого отпуска.

Итак, Ева задалась вопросом, куда отправляются умирать священники?

3

У ЕВЫ БЫЛ БОЛЕЕ ОТКРОВЕННЫЙ РАЗГОВОР с сестрой Патрицией, лечащим врачом Александра Квилби во время его последних дней в доме престарелых "Добрый пастырь".

Пока она обдумывала это, добавляя к своим заметкам, вошла Пибоди, пошатываясь, и подняла руки.

"Меня разрывает на части бюрократическая волокита. Потеря крови делает меня слабым".

"Становись солдатом. Где стоматологический кабинет?"

"Перевязанный окровавленной лентой. У меня есть дантист, но дантист - это еще и дьякон, и мудак. Он попадает в тройку Ds. Он не выпустит записи, пока его епископ не одобрит ".

"Получите судебный ордер".

"Я работаю над этим". Она вскинула обе руки. "Разве ты не видишь шрамы? Стоматология связана с церковью, и судьи и прочее принимают желаемое за действительное, когда религия оказывает влияние. Наш объект мертв, официально идентифицирован. Никто не хочет настаивать на стоматологических записях, пока этот епископ не даст своего благословения или что-то в этом роде. Практически такая же сделка для the New York records ".

"Что ж, поговори с епископом и попроси его отписаться".

"Ты видишь кровь, собирающуюся у моих ног?" Требовательно спросила Пибоди, указывая на свои раскаленные ползунки. "Я добрался до помощника епископа, что было жестокой битвой со многими жертвами. И в результате мне пришлось подать запрос, в письменном виде в трех экземплярах, и отправить его. Епископ рассмотрит просьбу и сообщит нам свое решение в течение десяти дней ".

"Это чушь собачья".

"Я хочу алкогольный напиток и вздремнуть".

"Соедините его по "ссылке. Отсюда."

"До тех пор, пока я могу смотреть".

Пибоди закончила передачу, затем опустилась в единственное шаткое кресло для посетителей Евы.

На экране появился помощник, отец Стайлз. Ева решила, что он выглядит благочестивым и вкрадчивым одновременно.

"Лейтенант Даллас, полиция Нью-Йорка".

"Да, лейтенант, я говорил с вашим помощником".

"Партнер", - сказала Ева и получила устало поднятый вверх двойной большой палец от Пибоди.

"Партнер, извини меня. И я объяснил протокол твоей просьбы ".

"А теперь я собираюсь тебе кое-что объяснить. В морге мертвый парень, который может быть, а может и не быть Мигелем Флоресом. Чем дольше ты будешь спорить со мной по этому поводу, тем дольше он будет лежать на больничной койке. И чем дольше он лежит на этой плите, тем легче просочиться информации - например, о каком-то парне из Нью-Мексико в остроконечной шляпе, препятствующем расследованию убийства ".

Чистый шок, и он казался искренним, расширил глаза Стайлза. "Молодая женщина, ваше неуважение не ..."

"Лейтенант. Лейтенант Ева Даллас, отдел убийств, Департамент полиции и безопасности Нью-Йорка. Я тебя не уважаю. Я не знаю тебя. Я не знаю вашего епископа, так что, эй, тут тоже никакого уважения. Мне насрать, уважаете ли вы меня, но вы будете уважать закон ".

Она дала ему полсекунды, чтобы он откашлялся, прежде чем продолжить избиение. "И тебе было бы разумно уважать власть прессы, приятель, если ты не хочешь, чтобы это стало достоянием всех СМИ. Обмани меня, тебе лучше поверить, что я обману тебя. Так что вам лучше попросить вашего епископа Нью-Йорка поговорить с вашим епископом Мексики, и пусть они оба скажут соответствующим дантистам, чтобы эти записи были у меня на столе завтра к полудню по нью-йоркскому времени, иначе вам придется чертовски дорого заплатить. Здравый смысл?"

"Угрозы вряд ли будут..."

"Ты все неправильно понял. Никаких угроз. Факты. Ад. Чтобы. Заплатить".

"Внутри церкви есть разумные каналы, и это двойная просьба, причем международная. Такие дела требуют..."

"Священника отравили священным вином на заупокойной службе. Католическая иерархия блокирует полицейское расследование. Есть заголовок. Это будет еще не все. О, как насчет этого?" - продолжила она, теперь уже радостно. "Тело священника разлагается в морге, в то время как епископы препятствуют официальной идентификации. Это стоматологические записи. Это долбаные зубы. Они будут у меня к полудню, или я приду к вам лично, и у меня будет ордер на воспрепятствование деятельности с вашим именем на нем ".

"Я, конечно, поговорю с епископом".

"Хорошо. Сделай это сейчас ".

Она выключила передачу, откинулась на спинку стула.

"Я твоя рабыня", - заявила Пибоди. "Я вытираю слезы благоговения со своих щек".

"Ладно, это было весело. У меня только что была более приятная, хотя и менее занимательная беседа с монахиней - врачом -доктором-монахиней, - предположила Ева, - в доме престарелых священника в ...

"У них это есть? Дома престарелых?"

"По-видимому. священник, который спонсировал и наставлял Флореса, следил за его образованием и так далее, был ее пациентом. Флорес семь лет назад взял творческий отпуск со своей работы в Мексике. Предполагалось, что на год или около того. Этот старый священник, Квилби, был болен. Умирающий. Флорес посетил его. Сестра М.Д. помнила его, поскольку Квилби часто говорил о нем, и они переписывались."

"Может ли она опознать его по фотографии?"

"Не уверен. Почти семь лет назад, когда он совершил свой призыв. Похож на него, говорит она, но она помнит, думает, что помнит, что у него было немного более полное лицо, меньше волос. И то, и другое может колебаться и колеблется, так что это в любом случае не поможет. Флорес оставил ей свою ссылку и контактную информацию по электронной почте, попросив ее связаться с ним, когда Квилби умрет. Она связалась с ним примерно пять месяцев спустя, после смерти Квилби. Он не ответил и не присутствовал на похоронах. И пожеланием Квилби, с которым Флорес согласился, было, чтобы Флорес лично отслужил заупокойную мессу. Он не связывался с приютом с тех пор, как попрощался с Квилби в июле 53-го ".

"Парень, который дал тебе образование, которого ты решила навестить вскоре после ухода с работы, умирает, а ты этого не признаешь? Не очень по-священнически. Тоже не очень по-человечески." Пибоди изучала фотографию на доске Евы. "Нам нужно найти больше людей, которые знали Флореса до того, как он приехал в Нью-Йорк".

"Работаю над этим. И у меня есть еще пара вариантов для игры. ДНК Флореса нет в файле, но я попросил Морриса отправить образец жертвы в лабораторию. Может повезти. Между тем, будь он Флоресом или Джеком Дерьмом, он все равно мертв. Пойдем поговорим с Роберто Ортисом".

Она предполагала, что с похоронами и их последствиями будет покончено. Ева узнала об обратном, когда разыскала Роберто Ортиса и пару сотен близких друзей и родственников в семейном ресторане Abuelo's.

Он был высоким, эффектным мужчиной, который хорошо сохранил свои восемьдесят с лишним лет при крепком телосложении. По просьбе Евы поговорить с ним и его женой, он проводил их на третий этаж, где уровень шума значительно снизился, и в аккуратную гостиную с яркими диванами и яркими плакатами.

На одном из плакатов была изображена самая старая подруга Евы и нынешняя королева музыкального видео, Мэвис, с нарощенными волосами цвета радуги, искусно закрученными над сосками и промежностью, и широкой улыбкой.

Для резкого контраста экран настроения был установлен на тихом лугу под леденцово-голубым небом.

"Мы сохраняем эту квартиру для семьи. Теперь оно есть у внучки моего двоюродного брата. Она учится в колледже и помогает в ресторане. Пожалуйста, сядьте". Когда они закончили, он опустился на стул с долгим, мягким вздохом.

"Это трудный день для тебя", - начала Ева.

"У моего отца была жизнь. Он жил каждое мгновение каждого дня. Полный. Он открыл этот ресторан, когда ему было двадцать пять лет, и назвал его в честь своего дедушки. Затем он стал отцом, и у его детей родились дети, затем их собственные. Семья, сообщество, церковь. Это была его самая сильная любовь и самые сильные убеждения. Порядок менялся", - сказал Роберто с улыбкой. "Каждое мгновение каждого дня до конца моей жизни я буду скучать по нему".

Он снова вздохнул. "Но вы здесь не для того, чтобы говорить о моем отце. Отец Флорес. Да хранит его Бог".

"Вы знали его лично?"

"О, да. Он был активен в приходе, в общине. Он отдал много своего времени и энергии молодежному центру. Моя семья там активна - вносит свой вклад деньгами, а также, кто может, временем и энергией. То, что это произошло, и в церкви, это невыразимо".

"Вы и ваша жена прибыли первыми вместе с похоронным персоналом".

"Да". Он оглянулся, когда вошли две женщины и молодой человек, неся подносы с едой и напитками. "Ты будешь есть", - сказал Роберто, когда тарелки, стаканы, еда были расставлены.

"Я принес чай со льдом". Пожилая женщина, золотистая блондинка с карими глазами, налила два бокала. "I"m Madda Ortiz. Простите, что прерываю." Она отмахнулась от двух других с отсутствующей улыбкой, затем села на ручку кресла своего мужа. "Пожалуйста, продолжай".

"Могу я сначала сказать, это выглядит потрясающе".

Мадда улыбнулась Пибоди. "Наслаждайся".

"Мы сожалеем о вторжении, миссис Ортис. Вы и ваш муж были первыми, кто пришел в церковь этим утром ".

"Мы пошли в похоронное бюро, а затем в церковь с Гектором. Отец Флорес... " Она перекрестилась. "И отец Лóпез встретил нас".

"Это было примерно в восемь сорок".

"Более или менее", - согласился Роберто. "Мы только что прибыли и начали переносить цветы в церковь".

"Вы видели кого-нибудь еще в то время?"

"Вскоре после этого некоторые начали прибывать - помогать. И мои дяди тоже, с моими двоюродными братьями, чтобы помочь им ".

"Вы заметили, кто-нибудь входил в приемную?"

"Отцы Флорес и Лóпез, конечно, надевают свои облачения для служения. Ах, моя внучка, мой племянник, кузен Мадды. Они служили как евхаристические служители".

"Я думаю, Вонни вернулась", - сказала Мадда. "Поговорить с отцом Флоресом о ее чтении".

"Кто-нибудь входил до любого из священников?"

"Не то чтобы я заметил", - сказал им Роберто. "Некоторое время мы находились в вестибюле, и многие из нас были в самой церкви. Мы слышали, что вы верите, что отец Флорес был отравлен, поэтому вы спрашиваете, видели ли мы кого-нибудь, кто мог это сделать. Там никого нет". Роберто развел руками. "Мне жаль".

"Это было большое служение. Вы не могли знать всех, кто присутствовал ".

"Нет". Роберто на мгновение нахмурился. "Я думаю, что мы с Маддой знали больше всех. Семья, конечно. И других мы хорошо знаем, или знаем по имени, в лицо. Но нет, не все."

"Это была бы не семья", - настаивала Мадда. "Даже если бы кто-то мог совершить такую ужасную вещь, семья никогда бы не проявила неуважение к Гектору таким образом".

Несмотря на это, Ева поговорила со всеми тремя, кто участвовал в служении. Она не получила ничего нового, но Пибоди насытилась мексиканской едой и получила огромный пакет еды навынос.

"Боже мой, это была лучшая энчилада, которую я когда-либо пробовал в своей жизни. А чили релленос?" Она подняла глаза вверх, как бы благодаря. "Почему это место находится на другом конце света от моей квартиры? С другой стороны, я бы набрал пять фунтов, просто вдыхая там воздух ".

"Теперь ты можешь покончить с этим. Садись в метро и езжай домой. Я собираюсь использовать эти другие углы, и я не собираюсь возвращаться на другой конец света. Я буду работать дома".

"Mag. Я, вероятно, смогу добраться отсюда домой только примерно через час после окончания смены. Я практически пришел раньше. Даллас, ты действительно слишь это вещество, если мы не доберемся до стоматолога к полудню?"

"Не делай угроз, если не намерен довести дело до конца. Начните перечислять имена известных санитаров с сегодняшнего утра. Возьмите первые двадцать пять. Это должно занять тебя по дороге домой ".

Что касается Евы, то она поехала обратно в церковь. Люди входили и выходили из винного магазина - казалось, они прокрадывались в ломбард и обратно. Группы молодых хулиганов тусовались в дверных проемах, на тротуаре.

Она подошла к дверям церкви, сломала печать, использовала своего учителя.

Она шла по центральному проходу и должна была признать, что было немного странно слышать эхо собственных шагов, когда она шла к алтарю и страдающему Иисусу над ним. У двери в приемную она сломала вторую печать, открыла ее.

Пришло именно так, как она себе представляла. Может быть, через спину или сбоку, но так же легко. Пузырек с цианидом в кармане или сумочке.

У него были ключи, вот что я думаю. У него были ключи от шкатулки. Просто нужно было проскользнуть в дом священника, взять их, подойти, войти. Открой коробку, достань маленький графин. Руки в печатях или перчатках. Влейте цианид, замените, заприте, уходите. Верните ключи дому священника.

Максимум пять минут. Десять, может быть, если бы ты хотел позлорадствовать.

Вы посещали утреннюю мессу? Может быть, может быть, но зачем выделяться? Зачем выделяться в такой маленькой группе, когда позже тебя накроет толпа?

Вы знаете, во сколько начинается служение каждый день, во сколько оно обычно заканчивается. Вам просто нужно дождаться, когда священники покинут дом священника, зайти внутрь, взять ключи. Ты мог бы выйти в вестибюль, послушать за дверью, если бы захотел. Подожди, пока они уйдут, сделай свое дело, иди, жди -оставайся рядом. Священники возвращаются, Роза приходит в церковь, чтобы помочь своей семье. Ключи возвращаются в дом священника, ты обходишь вокруг, присоединяешься к скорбящим.

Вы должны были наблюдать, как это происходит. Тебе нужно было бы посмотреть, как он пойдет ко дну.

Потому что это месть. Публичное отравление. Казнь. Это месть. Это наказание.

Для чего?

Она вышла обратно, заменила пломбу, заперла дверь.

Затем взглянул на крест. "Не беспокоился о тебе, или мне было все равно. Черт, может, он думал, что вы в одной команде. Око за око? Разве это не одно из твоих?"

"Это из Ветхого Завета". Лóпез стоял прямо у парадных дверей. "Христос учил прощению и любви".

Ева еще раз просканировала крест. "Кто-то не послушал".

"Это было Его целью. Он пришел к нам, чтобы умереть за нас".

"Мы все приходим сюда, чтобы умереть". Она отмахнулась от этого. "Вы запираете дом священника, когда приходите отслужить мессу?"

"Да. Нет". Лóпез покачал головой. "Редко".

"Этим утром?"

"Нет. Нет, я не думаю, что я это сделал ". Он закрыл глаза, потер переносицу. "Я понимаю, лейтенант, слишком хорошо, что наша вера в наших соседей, возможно, помогла стать причиной смерти Мигеля. Церковь никогда не запирается. Прихожая - да, из-за скинии, но церковь всегда открыта для любого нуждающегося. Я знаю, что кто-то использовал это, чтобы убить моего брата ".

"Ты запрешь это сейчас?"

"Нет. Это Божий дом, и он не будет закрыт для Его детей. По крайней мере, не после того, как ты позволишь этому открыться вновь ".

"Место происшествия должно быть очищено где-то завтра. Самое позднее - на следующий день".

"А Мигель? Когда мы сможем разбудить и похоронить его?"

"Это может занять больше времени".

Она жестом пригласила Лóпеза выйти перед ней, затем снова закрыла дверь и заперла ее. Над головой воздушный дирижабль извергал поток испанского, который, казалось, весь вращался вокруг слов Sky Mall!

Продажа, предположила Ева, была продажей на любом языке.

"Кто-нибудь вообще когда-нибудь слушает эти чертовы штуки?" она задумалась.

"Какие вещи?"

"Именно". Она повернулась, посмотрела в эти глубокие, печальные глаза. "Позвольте мне спросить вас об этом, что более по существу. Разрешено ли когда-либо убийство в вашей религии?"

"На войне, в целях самообороны или для защиты жизни другого. Ты убивал".

"У меня есть".

"Но не ради вашей собственной выгоды".

Она подумала о своих окровавленных руках после того, как вонзила маленький нож в своего отца. Снова и снова. "Это может быть вопросом степеней".

"Ты защищаешь и привлекаешь к ответственности тех, кто охотится на других. Бог знает своих детей, лейтенант, и что у них в сердцах и умах."

Она сунула своего мастера обратно в карман, оставив руку с ним там. "Вероятно, ему большую часть времени не нравится то, что у меня".

На тротуаре суетились люди. На улице движение замедлилось. Воздух гудел от звуков их, бизнеса, суеты, жизни, в то время как Лóпез спокойно стоял, изучая лицо Евы.

"Почему ты делаешь то, что ты делаешь? Каждый день. Это должно привести вас туда, куда большинство не может заглянуть. Почему ты? Почему ты коп?"

"Это то, кто я есть". Странно, осознала она, что она может стоять рядом с мужчиной, которого едва знала, которого еще не могла исключить как подозреваемого, и рассказать ему. "Дело не только в том, что кто-то должен смотреть, даже если так оно и есть. Это то, на что я должен смотреть ".

"Призвание". Лóпез улыбнулся. "Не так уж сильно отличается от моего".

Она издала короткий смешок. "Хорошо".

"Мы оба служим, лейтенант. И чтобы служить, каждый из нас должен верить в то, что некоторые назвали бы абстрактным. Ты в справедливости и порядке. В законе. Я, в высшей силе и законах церкви".

"Вероятно, вам не нужно надирать столько задниц в вашей линии".

Теперь он рассмеялся, звук был легким и привлекательным. "Я получил свою долю".

"Ты занимаешься боксом?"

"Как-а, вы видели мои перчатки". С этим печаль отступила. Ева видела этого человека насквозь через священника. Просто мужчина, стоящий на тротуаре весенним вечером.

"Мой собственный отец научил меня. Способ направить юношескую агрессию в нужное русло и не дать надрать себе задницу ".

"Ты как, хорош?"

"На самом деле, у нас есть кольцо в молодежном центре. Я работаю с некоторыми детьми ". На его лице заплясал юмор. "И когда я могу уговорить кого-нибудь из взрослых на это, я беру несколько раундов".

"Флорес когда-нибудь спарринговал?"

"Редко. Опустил левую. Всегда. У него был недисциплинированный стиль, я бы сказал, больше уличный. Но на баскетбольной площадке? Он был гением. Плавный, быстрый, ах... упругий. Он тренировал как наших очников, так и старшеклассников. Они будут скучать по нему ".

"Я собирался зайти в молодежный центр, прежде чем отправиться домой".

"Сегодня вечером заведение закрыто из уважения. Я только что вернулся с консультирования нескольких детей. Смерть Мигеля - тяжелый удар, его убийство - еще тяжелее". Он выдохнул. "Мы хотели, чтобы дети были сегодня вечером дома или друг с другом, в кругу семьи. Завтра утром я провожу там служение и продолжаю консультирование там, где это необходимо".

"Тогда я буду к завтрашнему дню. Прежде чем я уйду, не могли бы вы сказать мне, что может означать FHC? Флорес записал это в свою записную книжку ".

"Первое Святое Причастие. Через пару недель мы проведем Первое Святое Причастие для наших семилетних детей, где они впервые примут таинство Евхаристии. Это важное событие".

"Хорошо. И консультирование перед С?"

"Пре-Кана. Консультирование помолвленной пары перед таинством брака. Венчание в Кане было первым чудом Христа. Превращение воды в вино".

Она чуть не сказала "Хороший трюк", прежде чем спохватилась. "Хорошо, спасибо. Ах, тебя куда-нибудь подвезти?"

"Нет, спасибо". Он наклонился, чтобы осмотреть улицу, тротуар, людей. "Я не могу уговорить себя пойти домой, хотя у меня есть работа. Там так пусто. Мартин - отец Фримен - будет позже сегодня вечером. Он изменил рейс шаттла, когда я связался с ним по поводу Мигеля."

"Я слышал, у них были тесные отношения".

"Да, добрые друзья. Они очень наслаждались друг другом, и это тяжело, очень тяжело для Мартина. Мы поговорим, когда он войдет, и это может помочь нам обоим. До тех пор... Я думаю, я немного пройдусь. Это приятный вечер. Спокойной ночи, лейтенант."

"Спокойной ночи".

Она смотрела, как он уходит, видела, как он останавливается и разговаривает с бандитами в дверных проемах и группами. Тогда иди дальше, странно исполненный достоинства и очень одинокий.

Это была не другая сторона света, как выразилась Пибоди, от испанского Гарлема до дома. Но это был другой мир. Мир Рорка, с его изящными железными воротами, зелеными лужайками, тенистыми деревьями, с его огромным каменным домом, далеким, как замок, от винных погребков и уличных торговцев.

Все, что находилось за этими железными воротами, было другим миром, отличным от всего, что она знала, пока не встретила его. Пока он так сильно не изменился и не принял все остальное.

Она оставила свою машину у входа, затем шагнула к двери и вошла в то, что стало ее домом.

Она ожидала, что Соммерсет - мужчина на все руки Рорка и постоянная заноза в ее заднице - будет стоять, как какая-то черная чума, в широком просторном фойе. Она ожидала, что толстый кот Галахад приготовится поприветствовать ее. Но она не ожидала, что Рорк будет с ними, в идеально скроенном костюме каменно-серого цвета, облегающем его высокое, поджарое тело, с расслабленным лицом чуда богов и портфелем в руке.

"Ну, привет, лейтенант". Эти ярко-голубые глаза потеплели - мгновенный прием. "Разве мы не подходящая пара?"

Он подошел к ней и бац!так оно и было. Так было всегда, этот немедленный, ошеломляющий подъем ее сердца. Он взял ее за подбородок, провел большим пальцем по его неглубокой вмятине и провел этим великолепным ртом по ее губам.

Так просто, так женат. Так чудесно.

"Привет. Как насчет прогулки." Не сводя с него глаз, она выхватила у него из рук портфель и протянула его Соммерсету. "На улице хорошо".

"Хорошо". Он взял ее за руку.

Подойдя к двери, Ева посмотрела вниз на кота, который последовал за ней и продолжал тереться о ее ноги. "Хочешь пойти?" спросила она его, открывая дверь. Он бросился обратно к Соммерсет, как будто она попросила его прыгнуть со скалы в огненный ад.

"На улице означает возможность поездки к ветеринару", - сказал Рорк тем голосом, который намекал на затуманенные"1 холмы и зеленые поля Ирландии. "Поездка к ветеринару означает возможность использования шприца высокого давления".

Выйдя наружу, она выбрала направление, бесцельно побрела. "Я думал, ты сегодня был где-то в другом месте. Как в Монголии".

"Миннесота".

"В чем разница?"

"Континент или около того". Его большой палец рассеянно потер ее обручальное кольцо. "Я был, и смог закончить раньше, чем планировалось. И теперь я могу прогуляться со своей женой прекрасным майским вечером ".

Она наклонила голову, чтобы наблюдать за ним, пока они шли. "Ты купил Монголию?"

"Миннесота".

"Либо".

"Нет. Ты хотел этого?"

Она рассмеялась. "Я не могу понять, зачем мне это". Довольная, она на мгновение склонила голову к его плечу, вдыхая его запах, пока они петляли через небольшую рощицу. "Сегодня я подхватил новый случай. Вик служил католическую заупокойную мессу и купил ее с отравленным вином для причастия ".

"Это твое?"

Она смотрела, как вечерний ветерок развевает черный шелк его волос. "Ты слышал об этом?"

"Я обращаю внимание на преступность в Нью-Йорке, даже в дебрях Монголии".

"Миннесота".

"Ты слушал. Это был Восточный Гарлем. Испанский Гарлем. Я бы подумал, что они назначили бы копа-убийцу из этого сектора, возможно, с какими-то связями в приходе."

"Вероятно, не сделал этого, чтобы обеспечить большую объективность. В любом случае, это мое". Они вышли из-за деревьев и зашагали по длинной зеленой полосе. "И это полный бардак. Это также главная приманка для СМИ, или станет таковой, если я прав ".

Рорк приподнял бровь. "Ты знаешь, кто его убил?"

"Нет. Но я чертовски уверен, что мертвый парень в доме Морриса не священник. Это не Мигель Флорес. И целая куча людей будет по-настоящему взбешена этим ".

"Ваша жертва выдавала себя за священника? Почему?"

"Не знаю. Пока."

Рорк остановился, повернулся к ней лицом. "Если ты не знаешь почему, откуда ты знаешь, что это была поза?"

"У него была удалена татуировка и пара старых ножевых ран".

Он бросил на нее взгляд, в котором смешались веселье и недоверие. "Что ж, Ева, некоторые из священников, с которыми я сталкивался на протяжении многих лет, могли бы напоить нас обоих под столом и одновременно сразиться с целой комнатой скандалистов".

"Это еще не все", - сказала она и снова пошла, как и сказала ему.

Когда она дошла до роли с помощником епископа, Рорк остановился как вкопанный. "Ты обругал священника?"

"Я думаю. Трудно злиться и бросать угрозы без ругани. И он вел себя как придурок ".

"Ты пошел против Святой Матери-Церкви?"

Ева сузила глаза. "Почему это мать?" Когда он склонил голову набок и улыбнулся, она усмехнулась. "Не такая мать. Я имею в виду, если церковь - это она, почему все священники - мужчины?"

"Отличный вопрос". Он игриво ткнул ее. "Не смотри на меня".

"Разве ты в некотором роде не католик?"

Слабый намек на беспокойство промелькнул в его глазах. "Я не знаю, что я есть".

"Но твоя семья есть. Твоя мать была. Вероятно, она разбрызгивала воду. Крещение".

"Я не знаю, что..." Казалось, это поразило его, и не очень приятно. Он провел рукой по своим темным волосам. "Ну, Христос, это то, о чем я должен беспокоиться сейчас? В любом случае, после сегодняшнего, если ты попадешь в ад первым, не забудь занять для меня место ".

"Конечно. В любом случае, если я запугаю его, чтобы он получил записи, я буду точно знать, с Флоресом я имею дело или с самозванцем. И если это самозванец..."

"Скорее всего, Флорес мертв уже около шести лет". Рорк провел пальцем по ее щеке. "И ты сделаешь его своим, по доверенности".

"Он был бы связан, так что... Да, " признала Ева, " он был бы моим. Удостоверение личности Флореса выглядит солидно. Итак, позвольте мне спросить вас вот о чем. Если ты хотел спрятаться - сам и, возможно, что-то еще - почему не священник?"

"Там была бы вся эта история с отправлением в ад, а также обязанности, если бы вы хотели укрепить эту позу. Обряды и правила и, ну, Бог знает все ".

"Да, но преимущества довольно приятные. Мы говорим о священнике без семьи, чья духовная семья, скажем так, была мертва или умирала. Тот, у кого был год или больше отсрочки от работы, чтобы поболтаться, и никаких надежных связей. Убейте его - или он умрет с удобством. Ты забираешь его удостоверение личности, его имущество. У тебя есть хорошая работа с лицом, чтобы стать похожим на него, достаточно похожим на него, чтобы пройти. Нет ничего сложного в том, чтобы получить новое фото на удостоверение личности ".

"Ты посмотрел на тех, кто постарше?"

"Да. Это мертвый парень, по крайней мере, десятилетней давности. Тогда, может быть. " Она задумчиво посмотрела на Рорка. "Вам понадобятся серьезные навыки или деньги, чтобы нанять кого-то с серьезными навыками, кто войдет и подделает старое удостоверение личности, которое проходит сканеры".

"Ты делаешь, да".

"И вам нужен кто-то с серьезными навыками, кто мог бы пойти и посмотреть, не оставил ли тот, кто подделал эти удостоверения, каких-либо следов подмены".

"Ты делаешь". Он постучал пальцем по ее подбородку. "И разве тебе не повезло, что ты так хорошо знаком с кем-то, обладающим навыками?"

Она наклонилась и поцеловала его. "Сначала я запрограммирую ужин. Как насчет мексиканского?"

"Олé", - сказал он.

Они ели на террасе, запивая моле паблано холодным мексиканским пивом. Это было, подумала она, как-то снисходительно - легкая трапеза, вечерний воздух, мерцание свечей на столе. И, опять же, женат.

Неплохо.

"Мы давно не были в доме в Мексике", - прокомментировал Рорк. "Мы должны не торопиться".

Ева склонила голову набок. "Мы были везде, где у тебя есть дом?"

Явно забавляясь, он залпом выпил свое пиво. "Пока нет".

Она поняла. "Может быть, нам следует сделать полный круг, прежде чем мы будем слишком часто повторять какое-то одно место". Она снова принялась за начос, накладывая сальсу, которая напоминала укус разъяренного добермана. "Почему у вас нет такого в Ирландии?"

"У меня там есть места".

Сальса превратила ее рот в зону боевых действий. Она зачерпнула еще. "Отели, предприятия, интересы. Не дом."

Он на мгновение задумался, затем обнаружил, что слегка удивлен собственным ответом. "Когда я уходил, я пообещал себе, что вернусь только тогда, когда у меня будет все. Власть, деньги и, хотя я, вероятно, не признавался в этом даже самому себе, определенная респектабельность ".

"Ты попал в эти ноты".

"И я действительно вернулся - сделай. Но дом, что ж, это утверждение, не так ли? Обязательство. Даже если у вас есть дом в другом месте, наличие дома создает прочную и ощутимую связь. Я не готов".

Она понимающе кивнула.

"Ты бы хотел, чтобы один был там?" он спросил ее.

Ей не нужно было размышлять, и она не была удивлена своим ответом. Не тогда, когда она смотрела на него. "Я получил то, что хотел".

4

ПОСЛЕ УЖИНА ЕВА СБРОСИЛА данные ФЛОРЕСА Рорку, чтобы они могли разойтись по своим смежным офисам. На своей маленькой кухне она запрограммировала приготовление кофе, затем отнесла его обратно к своему столу. Она сняла куртку, засучила рукава.

Свернувшись калачиком в ее кресле для сна, Галахад уставился на нее раздраженными двухцветными глазами.

"Не моя вина, что ты слишком напуган, чтобы выйти наружу". Она отхлебнула кофе и посмотрела в ответ. Время текло в тишине. Затем она ткнула пальцем в воздух, когда кот моргнул.

"Хах. Я победил".

Галахад просто развернул свое пухлое тело, прострелил ногу и начал мыться.

"Ладно, хватит об этом уютном вечере дома. Компьютер", - начала она и приказала ему открыть файл Флореса, затем выполнить запуск второго уровня по списку людей с подтвержденным доступом к скинии.

Ею заинтересовался Чейл Лóпез, священник бокса, родившийся в Рио-Поко, Мексика. Она не уловила от него подозрительной атмосферы, но что-то в нем немного взволновало ее. У него был самый легкий доступ к вину - и как священник, разве у него не было бы больше шансов распознать подделку, чем у - как это было - мирянина?

Но она не уловила вибрации.

Она также не могла докопаться до мотива.

Сексуальная вещь? Трое парней делят дом, работу, еду, свободное время. Могло бы стать уютнее. И это нельзя сбрасывать со счетов.

Священники не должны были устраиваться поудобнее - друг с другом или с кем-либо еще, - но они это делали, и делали на протяжении веков.

Флорес не был священником. Пять, почти шесть лет, обет целомудрия? Был бы он, симпатичный, здоровый мужчина, не заинтересован в сексуальном удовлетворении или занимался самообслуживанием в течение такого длительного времени, чтобы сохранить свое прикрытие?

Маловероятно.

Итак ... Л óпез застает его трахающимся с прихожанкой или нанимающим LC, неважно. Следуют гнев и праведность.

Просто это не сработало для нее.

Лóпьезу было сорок восемь, и он поступил в семинарию в возрасте тридцати. Не слишком ли поздно для священника?

Флорес - где бы он ни был - ушел в отставку в двадцать два, а третий парень - Фримен - в двадцать четыре.

Но Лóпез - грустный парень с искренними глазами Лóпез - несколько лет боксировал профессионально. Полусредний вес, отметила она, с солидными двадцатью двумя победами, шесть из них нокаутом. Никаких браков (было ли им разрешено это до появления ошейника?), никаких зарегистрированных официальных сожительств.

В его послужном списке был небольшой пробел. Примерно три года между прекращением занятий боксом и поступлением в семинарию. Что-то, что нужно заполнить.

Она начала с Розы О'Доннелл, затем выбрала свою часть семьи Ортис, присутствовавшей на похоронах. Несколько хлопков, но ничего неожиданного, подумала Ева, когда имеешь дело с огромной семьей.

Что люди делали с огромными семьями? Все эти двоюродные братья, тети, дяди, племянницы, племяннички. Как им удавалось сохранять их прямыми?

Как они дышали на каком-либо семейном мероприятии?

Пара нападений - без отбывания срока - для семьи Ортис, отметила она. Один крупный угон автомобиля, короткое время. Несколько пощечин нелегалам и другие мелкие шишки. Горстка заключенных для несовершеннолетних. Она откроет их, если и когда.

Некоторые были жертвами на этом пути. Ограбление, нападение, два изнасилования и ряд бытовых беспорядков. Несколько разводов, несколько смертей, множество рождений.

Она на мгновение откинулась назад, положив ноги на стол.

Никакой связи с Флоресом, кроме как в качестве приходского священника. Но, размышляла она, Флорес не был связующим звеном. Лино или тот, кто присвоил личность Флореса, был.

Лучше, когда денталы подтвердили это, подумала она, но у нее не было сомнений. Согласно записям, Флорес просил назначения в этот приход, именно в этот приход, в ноябре 2053 года.

Возвращаешься домой, Лино, или убегаешь? Это был вопрос, на который требовался ответ. Кто-нибудь узнал тебя? Кто-то, кто жил здесь или гостил здесь? Кто-то, кто чувствовал себя достаточно сильно, достаточно страстно, чтобы казнить тебя в церкви?

Что ты сделал? Кого ты разозлил, предал, обидел?

И таким образом, обладая долгим терпением, он получил обещание.

Чего ты ждал? Что было обещано в конце ожидания?

"Это подделка", - объявил Рорк из соседнего дверного проема.

"А?"

"УДОСТОВЕРЕНИЕ личности, оно поддельное. Это ты уже знал, так что я не понимаю, почему ты заставил меня тратить на это все это время ".

"Подтверждение - это приятно".

Он холодно взглянул на нее, затем подошел и сел на угол ее стола. "Тогда у тебя это есть. Это была хорошая работа, дорогостоящая. Безусловно, не самое лучшее, но и не исправление. Чуть больше шести лет назад. Флорес сообщает, что его удостоверение личности утеряно, подает заявку на новое."

"Когда именно?"

"Октябрь 53-го".

"За месяц до того, как он попросит перевести его в больницу Святого Кристиана". Она ударила Рорка кулаком по ноге. "Я знал это".

"Как я уже сказал. Заявитель предоставил новую фотографию вместе с копиями всех необходимых данных. Это обычный способ совершить подмену ".

"Отпечатки?"

"Что ж, тогда вот за что приходится расплачиваться. Вам нужно будет смазать правильные ладони или иметь навык взлома, причем незарегистрированный. Таким образом, вы полностью поменяли бы отпечатки пальцев, заменив их своими собственными. И это означает переносить их с детства, если вы хотите быть основательными - и он это сделал. Это первое изменение, на котором легче всего устранить заминку. После этого это ты, не так ли? В твоей новой шкуре".

Она нахмурилась, глядя на него. "Сколько поддельных удостоверений личности вы предоставили и / или использовали в своей сомнительной карьере?"

Он улыбнулся. "Это хорошая жизнь для молодого парня с определенными навыками и значительной осмотрительностью, но вряд ли это было делом моей жизни".

"Хм. Да, я просмотрел отпечатки. Они всплывают у Флореса, поэтому он пошел глубже и взломал, или заплатил кому-то за взлом, базу данных, чтобы изменить их. Остальное - довольно стандартная кража личных данных ".

"Поступить иначе, чтобы сэкономить несколько пенни, было бы глупо".

"Хотя, когда лицо работает, это добавляет денег, времени, проблем. Это долгий путь". Она оттолкнулась от своего стола, чтобы подумать на ходу, чтобы пройти через это. "Это серьезное обязательство".

"Зайти так далеко и на такое количество времени означает, что ты отказываешься от себя, не так ли? Твое имя, твое лицо, связи. Тебе пришлось бы содрать с себя собственную кожу, чтобы надеть чью-то еще. Обязательство, да. Возможно, ваша жертва хотела начать все сначала. Новая жизнь".

"Он хотел большего, чем это. Я думаю, что он вернулся сюда, в Нью-Йорк, именно в этот район. Он выбрал это место, значит, он знал это место. Он прятался, и ему нужно было изменить лицо - и он был терпелив ". Она вспомнила, пробормотала: "И таким образом, после долгого терпения, он получил обещание".

"Это так?"

"Я полагаю, что в Промисланде пациентов переезжают более чем в половине случаев, но Библия говорит "нет". Он выделил этот отрывок в своем. И этот другой..." Ей пришлось вернуться к своему столу, чтобы посмотреть это. "Со мной богатство и почести, непреходящее богатство и приличие".

"Обещание денег, уважения, положения", - размышлял Рорк. "Да, все это подходит, и для некоторых все это стоит того, чтобы убивать и ждать. Приятно находиться в знакомой обстановке, пока ты ждешь - и, может быть, ты даже получаешь заряд от того, что видишь людей, которых знаешь, и знаешь, что они тебя не узнают ".

Она сузила глаза. "Люди рассказывают священникам всякую чушь, верно? Интимные, личные вещи. Это было бы потрясающе, не так ли?"

"Однажды у меня был знакомый, который иногда выдавал себя за священника".

"Потому что?"

"Минусы. Как вы говорите, грехи исповедуются, что удобно для шантажа, и тарелки для сбора пожертвований передаются регулярно. Мне самому не понравился гамбит ".

"Потому что?"

"Ну, это грубо, не так ли?"

Она только покачала головой. Она знала, что он натворил, и все же понимала, что он был из тех мужчин, которые сочли бы надувательство грешников грубым.

"Может быть, это часть всего. Возможно, он шантажировал одного из грешников, и тот или она отправили его в ад. В этом есть приятный ритм. Фальшивый священник использует ошейник, чтобы обмануть Маркса, Марк использует ритуал священника, чтобы прикончить фальшивого священника."

Она отвернулась от стола, прошлась по комнате. "Но я не получу этого, не получу вещи, пока не получу его. Кем он был? Мне нужна татуировка. Мне нужна лаборатория, чтобы ускорить реконструкцию татуировки. Это что-то. Выяснение того, что ему удалили его и подправили лицо около шести лет назад, и получение представления о том, где Флорес в последний раз был жив и здоров, даст мне область, на которой можно сосредоточиться ".

Она оглянулась на Рорка, который просто сидел там, где был, наблюдая за ней. "Всегда есть отголоски, верно, всегда тени? Это то, что вы, электронные фанаты, говорите о взломе, наслоении, стирании данных. И всегда есть способ добраться до этих отголосков и теней".

"Почти всегда", - ответил Рорк.

Они бы не нашли твою, подумала Ева. Но у скольких были ресурсы или умения Рорка? "Если бы он был так же хорош, как ты, или мог заплатить кому-то такому же хорошему, как ты, он бы не играл священника в Испанском Гарлеме. Он бы прятался и ждал, что бы это ни было, на каком-нибудь благоуханном пляже ".

"Я не могу придраться к твоей логике".

"Это все предположения. Это все проекция. Мне не нравится так работать. Я попрошу Фини и Эдда разобраться с этим завтра ".

"А ты? Что ты будешь делать завтра?"

"Я возвращаюсь в церковь".

Он поднялся, двинулся к ней. "Что ж, тогда давай сначала согрешим".

"Даже я знаю, что это не грех, если ты женат".

Он наклонился, прикусил ее нижнюю губу. "То, что я имею в виду, может быть".

"Я все еще работаю здесь".

Он расстегнул верхнюю пуговицу ее рубашки, подталкивая ее к лифту. "Я тоже". И следующее, когда он подтолкнул ее к машине. "Я люблю свою работу", - сказал он, затем приблизил свой рот к ее.

И он был хорош в этом, подумала она, когда его руки занялись делом, а ее пульс подскочил до галопа. Она позволила поцелую поглотить ее и уже погрузилась глубоко, когда двери лифта снова открылись и ее рубашка упала на пол.

Прохладный воздух коснулся ее обнаженной кожи; ее глаза открылись.

Он повел ее к террасе на крыше, где открытый стеклянный купол впускал ночь. "Что..." Затем его рот снова завладел ее ртом, и она почти почувствовала, как растворяется ее мозг.

"Мы прогулялись снаружи, поужинали на свежем воздухе". Он прижал ее спиной к каменным перилам. "Будем считать это хет-триком".

Она скользнула своими руками вниз, нашла его твердым. "Ну, я вижу, ты захватил свою хоккейную клюшку".

Со смехом он расстегнул ее бюстгальтер - простой белый хлопок, который она предпочитала и который никогда не переставал очаровывать его, - и сначала поиграл с крупным бриллиантом, который она носила на цепочке. "Теперь я чувствую, что должен придумать что-нибудь умное, чтобы сказать о твоей шайбе, но все, что происходит, звучит грубо".

Он провел руками по ее грудям. Маленькая и твердая, с бриллиантом, который он подарил ей, поблескивающим между ними. Он почувствовал биение ее сердца под гладкой кожей, и ее тепло разлилось под его руками. Какими бы ясными ни были ее глаза, сколько бы в них ни было юмора, он знал, что она уже так же возбуждена, как и он.

Он повернул ее, усадил на край широкого мягкого шезлонга. "Сапоги", - сказал он и приподнял одну из ее ног. Она откинулась назад, опираясь на локти, наблюдая, как он встал перед ней, снимая один ботинок, затем другой.

Обнаженная по пояс, ее кожа слегка светится в бледном свете городской луны, легкая ухмылка на лице - неотразима. Он сел рядом с ней, чтобы снять свою обувь, переместившись, чтобы снова встретиться с ее ртом, когда она начала расстегивать пуговицы на его рубашке. И она изогнулась, оседлала его, прижалась к нему.

Теперь она скорее нырнула, чем утонула. В жар, потребность, чудо, которое они подарили друг другу. Сейчас, как всегда, это был шок для системы, ошеломляющая, захватывающая дух правота, которую она никогда не ожидала узнать. Здесь. Он. Ее. Этот великолепный рот соблазнял и требовал одновременно, а эти руки - такие умелые - обладали. Просто ощущение его рядом с ней - кожа к коже - такое знакомое сейчас, все еще могло ослепить ее чувства.

Он любил ее, хотел ее, нуждался в ней так же неосуществимо, как она любила, хотела, нуждалась в нем. Чудесно.

Он прошептал ей, сначала ее имя. Просто Ева. Только Ева. Затем по-ирландски. Гриха.Любовь моя. Его любовь. И остальное было потеряно, когда его руки вели ее, как в танце, и она поклонилась ему в ответ.

Эти губы скользнули вверх по ее торсу, теплая, нежная линия, затем его рот взял ее грудь с быстрым, ошеломляющим голодом. Ее вздох превратился в судорожный вздох, перешедший в стон.

Все и всяческие вещи. Для него это была Ева. Ничто из того, о чем он когда-либо мечтал, даже втайне в грязных переулках Дублина, не приближалось к ее реальности. Ничто из того, чем он обладал, никогда не могло быть столь драгоценным. Ее вкус прохладной ночью, в бледном свете пробудил страстное желание, которое, как он понимал, никогда не будет полностью утолено.

Он поднялся, поднимая ее с собой, чувствуя, как жажда вспыхивает и разрывается, когда ее рот безудержно впился в его. Он снова прижал ее спиной к камню, на этот раз поставив на ноги, когда стягивал с нее брюки. Когда она тащила его.

"Моя", - сказал он, сжимая ее бедра, толкаясь в нее.

Да, Боже, да. Первый оргазм пронзил ее, ошеломляющий удар, от которого у нее закружилась голова, она опьянела, а затем отчаянно захотела большего. Она обхватила его ногой, раскрываясь, чтобы он наполнился, и ее бедра задвигались, повторяя его неистовый толчок за толчком.

Прохладный камень за ее спиной, его жар напротив нее, в ней, снова возбуждали ее, когда он брал и брал.

Когда потребность возникла снова, когда она почувствовала, что вот-вот упадет в эти дикие голубые глаза, она сжалась вокруг него. "Пойдем со мной, пойдем со мной, пойдем со мной".

Наслаждение вспыхнуло, яркое, как тот раскаленный бриллиант, когда они вместе приняли падение.

Она не знала, согрешила ли она, но на следующее утро она проснулась чертовски расслабленной.

Возможно, это был спокойный, незагроможденный разум, в котором возникла свежая мысль, когда она принимала душ. Она обдумывала это, когда вошла в сушильную трубу, повернула углы, пока циркулировал теплый воздух. Отвлекшись, она проигнорировала халат с обратной стороны двери и вернулась в спальню обнаженной.

"Дорогая". Рорк улыбнулся ей, сидя и попивая кофе с котом, растянувшимся рядом с ним. "На тебе мой любимый наряд".

"Ха-ха. Вопрос." Она подошла к комоду, чтобы найти нижнее белье. Ее рука замерла, затем подняла красный бюстгальтер со сверкающими и резко сокращенными чашечками. "Откуда это взялось?"

"Хм. Богиня нижнего белья? " предположил он.

"Я не могу носить такую повязку на груди на работу. Иисус, что, если бы мне пришлось раздеться?"

"Ты права, в этом лифчике ты будешь выглядеть недостойно, когда будешь стоять полуголой на работе>"

"Ну, было бы". Поскольку она не носила его половину времени, вместо этого она достала одну из своих любимых маек поддержки.

Он смотрел, как она натягивает простое, практичное белое. "Вопрос?"

"Что? О, да. Вопрос." Она надела такие же неприкрашенные, такие же практичные белые трусики.

И он задавался вопросом, почему ее вид в простом, базовом, взволновал его так же сильно, как красное кружево или черный атлас.

"Если бы вам пришлось какое-то время лечь спать, возможно, на несколько лет, вы бы рассказали об этом другу, которому доверяете?"

"Насколько я доверяю этому другу?"

"Это важный фактор, но давайте скажем достаточно".

"Для меня это зависело бы от рисков и последствий, если бы кто-то вытащил меня на поверхность до того, как я был готов".

Она обдумывала это, пока шла к шкафу. "Пять лет - это долгий срок - чертовски долгий срок для того, чтобы быть тем, кем ты не являешься, - и выделенные моменты в Библии заставляют меня думать, что это было то, от чего он намеревался избавиться, когда придет время. Через пять лет потребовалась бы большая сила воли, чтобы не связаться с другом, родственником, кем-то, на кого можно было бы выплеснуть часть разочарования или поделиться шуткой. Если Нью-Йорк был домом для фальшивого отца Флореса, скорее всего, у него был под рукой друг или родственник ".

Рорк рассеянно почесал Галахада между ушами и заставил кота замурлыкать, как реактивный двигатель. "С другой стороны, он мог выбрать Нью-Йорк, потому что это было на приличном расстоянии от всех, кто его знал, и / или ближе к тому, чего он ждал".

"Да, да". Она нахмурилась, натягивая штаны. "Да". Затем она покачала головой. "Нет. Он мог бы попросить должность на Востоке, скажем, в Нью-Йорке или Джерси. Но он указал на ту церковь. Если все, что вы хотите сделать, это дистанцироваться, вы бы не сужали возможности. Но, опять же, с другой стороны, возможно, это место связано с тем, чего он ждал ".

Она подумала о молодежном центре.

"Может быть, может быть. Я проверю это".

Когда она закончила одеваться, Рорк подошел к автомату. Галахад развернулся в предвкушении очередной трапезы, не теряя надежды. Ева пристегнула кобуру с оружием и посмотрела на тарелки, которые Рорк отнес обратно в гостиную.

"Блинчики?"

"Я хочу позавтракать со своей женой, и это ее особая слабость". Рорк поставил тарелки на стол, затем указал пальцем на кота, когда Галахад приготовился к прыжку. Кот снова плюхнулся на землю, усмехнулся и отвернул голову.

"Я думаю, он только что проклял тебя", - прокомментировала Ева.

"Возможно, но он не получит мои блинчики".

Чтобы сэкономить время, Ева попросила Пибоди встретиться с ней в молодежном центре. Пятиэтажное бетонное здание могло похвастаться огороженной асфальтированной игровой площадкой с дальним концом, оборудованной для баскетбола на половине площадки. У горстки молодых людей была игра в пикап, сопровождавшаяся трэш-роком, мусорными разговорами и регулярным фолом. Когда она пересекала асфальт, несколько глаз скосилось в ее сторону, и в них она увидела и нервозность, и насмешку. Типичная реакция, подумала она, по отношению к копу.

Она остановила свой выбор на самом высоком из группы, тощем парне смешанной расы лет тринадцати, одетом в черные мешковатые штаны, древние высокие ботинки и красную кепку с часами.

"Школьные каникулы?"

Он перехватил мяч, провел его на месте. "Осталось двадцать до звонка. Что? У тебя значок прогульщика?"

"Я похож на значок прогульщика?"

"Нет". Он развернулся, нанес приличный удар хуком, который попал в бортик. "Похож на значок. Большой, плохой значок". Его монотонное высказывание вызвало фырканье и хохот аудитории.

"Ты был бы прав. Вы знали отца Флореса?"

"Все знают отца Мигеля. Он хладнокровен. Было."

"Он показал тебе этот удар крюком?"

"Он показал мне несколько приемов. Я покажу ему кое-что. И что?"

"У тебя есть имя?"

"Все так делают". Он отпустил ее, подав сигнал к мячу. Ева развернулась, ее перехватили. После пары пробных дриблингов она снова развернулась. И ее удар крюком не поймал ничего, кроме сети.

Брови парня поднялись под кепкой, когда он смерил ее холодным взглядом. "Kiz."

"Ладно, Киз, у кого-нибудь был стояк из-за Флореса?"

Киз пожал плечами. "Должно быть, кто-то сделал, потому что он мертв".

"Ты довел меня до этого. Ты знаешь кого-нибудь, у кого из-за него был стояк?"

Один из оставшихся передал мяч Кизу. Он отбросил мяч на несколько футов назад и забил трехочковый. Он согнул палец, снова получил мяч и передал его Еве. "Ты делаешь это?"

Почему бы и нет? Она оценила свои позиции, подготовила удар. Забито. Киз одобрительно кивнула, затем смерила ее взглядом. "Есть какие-нибудь ходы, Большой Плохой значок?"

Она холодно улыбнулась. "Получил ответ на мой вопрос?"

"Людям нравился отец Мигель. Как я уже сказал, у него был мороз. Не ходи проповедовать каждые пять, понимаешь? Получает то, на что это похоже в мире ".

"На что это похоже в мире?"

Киз снова подобрал мяч, стильно покрутил его на кончике указательного пальца. "Куча дерьма".

"Да, куча дерьма. С кем бы он зависал?"

"Есть ходы?" Киз повторила, послала мяч ей резким отскоком.

"Есть много, но не в этих ботинках. Какие ботинки я надеваю, чтобы найти убийц ". Ева отбила мяч "Ева б вернула его ему. "С кем он зависал?"

"Другие священники, я полагаю. Мы здесь, Марк и Магда". Он мотнул головой в сторону здания. "В основном, они здесь заправляют. Некоторые из старичков, которые приходят в себя, притворяясь, что умеют стрелять в обруч."

"Он с кем-нибудь ссорился в последнее время?"

"Не знаю. Не видел. Должен позвонить мой колокол".

"Хорошо".

Киз бросила ей мяч в последний раз. "Купи себе какую-нибудь обувь, Бейджик, я тебя провожу".

"Мы посмотрим на этот счет".

Когда Ева зажала мяч на сгибе руки, Пибоди покачала головой. "Я не знал, что ты можешь это сделать. Стреляйте по корзинам и все такое."

"У меня есть широкий спектр скрытых навыков. Пойдем, найдем Марка и Магду".

Здесь пахло школой или любым другим местом, где регулярно собирались группы детей. Молодой пот, конфеты и что-то, что она могла определить только как kid, что для нее переводилось как темный, лесной аромат - и было просто немного жутковато.

Множество младенцев и малышей младшего возраста перевозили и передавали мужчинам и женщинам, которые выглядели либо измученными, либо испытывающими облегчение, либо несчастными. Рисунки, демонстрирующие различные степени мастерства, наряду с десятками листовок и плакатов, покрывали индустриально-бежевые стены, как какой-то безумный коллаж. В разгар всего этого симпатичная блондинка стояла за стойкой регистрации, приветствуя обоих детей и, как предположила Ева, их родителей, когда были произведены переводы.

Визг, вопли, плач и высокие, пронзительные голоса пронеслись в воздухе, как лазерный огонь.

У блондинки были глубокие карие глаза и улыбка, которая казалась искренней и веселой, когда вокруг нее бушевало нападение. Эти карие глаза казались ясными, как и жизнерадостный голос. Но Ева не исключала химических помощников.

Блондинка говорила с некоторыми по-испански, с другими по-английски, затем обратила этот теплый прием к Еве и Пибоди. "Доброе утро. Чем я могу тебе помочь?"

"Лейтенант Даллас, детектив Пибоди". Ева достала свой значок. "Мы ищем Марка и Магду".

Тепло мгновенно сменилось печалью. "Это об отце Мигеле. I"m Magda. Не могли бы вы уделить мне всего несколько минут? Мы управляем детским садом. Вы только что попали в зону с интенсивным движением. Ты мог бы подождать в офисе. Прямо по этому коридору, первая дверь налево. Я найду кого-нибудь, кто прикроет меня, как только смогу ".

Ева избежала следующей волны малышей, которых несли, тащили, преследовали или вели, и убежала в офис с двумя столами, сдвинутыми вместе, чтобы их обитатели могли смотреть друг на друга. Она просмотрела доски объявлений, на которых было еще больше листовок, записок. На полке стояли мини-автокефали и маленькие холодильники, в то время как груды спортивного инвентаря, стопки дисков, настоящих книг, письменных принадлежностей загромождали другие.

Ева подошла к окну, отметив, что из него открывается вид на игровую площадку, где даже сейчас некоторых из этих малышей отпускали бегать и визжать, как гиены.

"Почему они издают этот звук?" Ева задумалась. "Этот звук, от которого разрываются барабанные перепонки?"

"Я думаю, это высвобождение энергии". Поскольку они были там, и она тоже, Пибоди ткнула пальцем в какие-то бумаги на столах. "По той же причине, по которой большинство детей бегают, а не ходят, лазают, а не сидят. Все это скопилось внутри, и они должны это вытащить ".

Ева обернулась, указала пальцем на Пибоди. "Я понимаю это. Я действительно понимаю это. Они не могут заниматься сексом или алкоголем, поэтому они кричат, бегают, бьют друг друга кулаками в качестве своего рода замены оргазма или транквилизирующего средства ".

"Ммм" - это все, что пришло в голову Пибоди, и она с некоторым облегчением оглянулась, когда Магда поспешила войти.

"Прости за это. Многие родители попадают сюда в последнюю минуту, и тогда наступает хаос. Пожалуйста, присаживайтесь. А, я могу принести тебе кофе, чай, что-нибудь холодное?"

"Просто ваше полное имя, спасибо".

"О, конечно. Законы Магды. Я второй режиссер ". Она потрогала маленький серебряный крестик у себя на шее. "Это касается отца Мигеля".

"Да. Как долго вы знали его?"

"С тех пор, как он пришел в приход. Пять лет? Еще немного."

"А ваши отношения?"

"Мы были друзьями. Дружелюбный. Он был очень связан с центром, очень энергично относился к своему участию. Я, честно говоря, не знаю, что бы мы делали без него. Это звучит так эгоистично ". Она вытащила стул из-за одного из столов, подкатила его к креслам для посетителей. "Я не могу полностью принять это. Наверное, я продолжаю ожидать, что он просунет сюда голову и поздоровается ".

"Как долго вы здесь работаете?"

"Прошло почти восемь лет. Марк-Прости, его сегодня утром нет дома. Он проходит курс, курс психологии, и не приходит до полудня. По крайней мере, еще на несколько недель. Это Марк Тулуз".

"И они с Флоресом тоже были дружны?"

"Да, очень. В последние несколько лет, я бы сказал, мы трое считали себя командой. У нас здесь много хороших людей - консультантов, инструкторов, медицинских работников. Но, ну, мы трое были - есть - я не знаю..." Она подняла руки, как будто не совсем знала, что с ними делать. "... ядро. Мигель был очень активным. Не только с детьми, но и со сборами средств, повышением осведомленности сообщества, привлечением спонсоров и приглашенных инструкторов ".

Ее глаза наполнились слезами, когда она заговорила; ее голос охрип. "Это тяжело. Это очень тяжело. Сегодня утром у нас была короткая панихида по детям школьного возраста, и в конце дня у нас будет еще одна. Я думаю, это помогает, но... Нам будет так сильно не хватать его, во многих отношениях. Мы с Марком как раз вчера вечером говорили о том, чтобы назвать спортзал в его честь ".

"Прошлой ночью?"

"Марк и я живем вместе. Мы поженимся в сентябре. Мигель собирался поженить нас." Она ненадолго отвела взгляд, борясь со слезами. "Могу я спросить? У тебя есть какие-нибудь идеи, что произошло, или как, или почему?"

"Мы ищем некоторые пути. Поскольку вы были дружелюбны и работали в тесном контакте, Флорес когда-нибудь рассказывал о том, чем он занимался до того, как пришел сюда?"

"Раньше?" Она поправила свои солнечные волосы, как бы приводя в порядок свои мысли. "Ах, он работал в Мексике и на Западе. Он родился где-то там, на Западе. Ты это имеешь в виду?"

"Говорил ли он о своей работе на Западе - конкретно?"

"Боже. Он должен был иметь, время от времени, но мы всегда были так увлечены настоящим и завтрашним днем. Я знаю, что там он тоже работал с детьми. Спорт, вовлекающий их. Команды. Ему нравилось учить их ценить быть частью команды. Он, ах, он осиротел в юном возрасте и не любил говорить об этом. Но он сказал бы, что его собственный опыт был ключевой причиной, по которой он хотел посвятить так много времени детям. Он был великолепен с ними ".

"Какой-нибудь ребенок или дети в частности?" Пибоди задумалась.

"О, на протяжении многих лет, сколько угодно. Это зависит, знаете ли, от того, что нужно ребенку от нас - нужно от него ".

"Вы из этого района?" Ева спросила ее.

"Я поступил в колледж здесь и остался. Я знал, что это именно то, где я хотел быть ".

"Как насчет Марка?"

"Он переехал сюда со своей семьей, когда был подростком. На самом деле, его сестра замужем за одним из двоюродных братьев Ортиса. Она была вчера на похоронах, когда... Она та, кто спустилась, чтобы сказать нам ".

"Вы знаете кого-нибудь, у кого были проблемы с Флоресом? Кто его не любил? Спорил с ним?"

"В этом есть много степеней. Конечно, были времена, когда Мигелю приходилось сидеть на ребенке. Или родителя, если уж на то пошло. Ссоры случаются во время занятий спортом. Но если вы имеете в виду что-то серьезное, что могло привести к этому, я должен сказать "нет". Кроме..."

"За исключением".

"Была Барбара Солас - ей пятнадцать. Однажды, несколько месяцев назад, она пришла с разбитым лицом. Чтобы сгладить ситуацию, ее отец часто бил ее мать и, как мы узнали, сексуально домогался Барбары ".

Руки Магды, лежащие у нее на коленях, сжались в кулаки. "Она сопротивлялась, и он избил ее. И в тот день, когда она пришла к нам, она сказала, что набросилась на него. Потеряла это и бросилась на него. Он избил ее и вышвырнул вон. Итак, она пришла к нам за помощью, наконец-то пришла к нам, рассказала нам, что происходит дома. Мы помогли. Мы уведомили власти, полицию, службу защиты детей ".

"Этот Солас обвинил Флореса?"

"Я уверен, что он сделал, и мы. Барбара рассказала нам, и это было подтверждено позже, что ее отец начал приставать к ее младшей сестре. Ее двенадцатилетняя сестра - и вот тогда Барбара набросилась на него. Я убедил мать пойти в приют, забрать Барбару и других ее детей. Но до того, как я пошел к ней, до того, как приехала полиция и арестовала Соласа, Марк и Мигель пошли навестить Соласа самостоятельно ".

"Они противостояли ему?"

"Да. Это не политика, не тот способ, которым мы должны справляться с чем-то подобным, но Мигель... Мы не смогли остановить его, поэтому Марк пошел с ним. Я знаю, что ситуация накалилась, хотя ни Марк, ни Мигель не посвятили меня в подробности. Я знаю, что они разгорячились, потому что костяшки пальцев Мигеля были разодраны и окровавлены ".

"Как давно это было?"

"В феврале".

"Они посещали церковь?"

"Миссис Солас и некоторые из детей. Не он, не Солас."

"А теперь? Они все еще в этом районе?"

"Да. Они оставались в приюте около месяца, затем мы - Марк, Мигель и я - смогли помочь ей найти новое место и другую работу. Лейтенант, она бы не причинила вреда Мигелю. Она благодарна".

"Все равно, мне нужен адрес".

Пока Пибоди записывала адрес, который дала им Магда, Ева попробовала другой ход. "Ты сказал, что знал, что это то, где ты хотел быть. Вы бы сказали, что Флорес почувствовал себя здесь как дома, так же быстро?"

"Я должен был бы сказать "да". Конечно, я не знал его раньше, но меня поразило, что он нашел свое место ". Затем она улыбнулась, очевидно, успокоенная этой идеей. "Да, очень даже так. Он любил этот район. Он часто совершал прогулки или пробежки здесь. Он и отец Мартин - отец Фримен - почти каждое утро бегали трусцой. Мигель регулярно заходил в магазины, рестораны, просто поболтать."

"Он когда-нибудь приставал к тебе?"

"Что?" Магда снова схватилась за свой крест.

"Вы очень привлекательная женщина, и вы тесно сотрудничали".

"Он был священником".

"Сначала он был человеком".

"Нет, он не приставал ко мне".

Ева наклонила голову. "Но?"

"Я не сказал "но". "

"Ты подумал это. Магда, он мертв. Все, что ты мне скажешь, может помочь нам найти "кто" и "почему". Я не прошу снять с меня напряжение ".

Магда тяжело вздохнула. "Может быть, я чувствовал, что было что-то, что он, возможно, думал об этом или задавался вопросом. Мне кажется неправильным говорить это ".

"Ты уловил атмосферу", - подсказала Ева.

"Да, все в порядке, я уловил атмосферу. Он мог бы время от времени смотреть на меня скорее как мужчина, которому интересно, чем как подобает священнику. Но это все. Он никогда не предлагал и не прикасался ко мне неподобающим образом. Всегда".

"Мог ли там быть кто-то другой?"

"У меня никогда не было такого впечатления".

"Хорошо. С кем, кроме тебя и Марка, он проводил время?"

"Отцы Лóпез и Фримен, конечно. Особенно отец Фримен. Они оба увлекались спортом - играли и смотрели, - и отец Фримен часто помогает нам и здесь. И он, Мигель, находил время для детей, для своих прихожан, даже просто для людей по соседству. Он был общительным".

5

ЕВА И ПИБОДИ ВЕРНУЛИСЬ В ЦЕРКОВЬ.

"Вы думаете, женщина Солас изменила свое мнение о том, чтобы быть благодарной?" Пибоди задумалась.

"Это было бы не в первый раз. Яд искажает женщину. Она ходила в здешнюю церковь, знала бы об этом, или могла бы узнать. Ее нет в списке приглашенных на похороны, но было бы нетрудно войти и выйти. Не моя любимая теория, но мы ее проверим ".

"Солас сам мог бы это устроить. Может быть, нам следует проверить его сообщение из тюрьмы ".

"Мы сделаем это".

"Но тебе тоже не нравится эта теория".

"Не возглавляет мой хит-парад. Парню надрали задницу, он хочет физической, жестокой расплаты. Больший пинок под зад". Ева пересекла вестибюль и вошла в собственно церковь. Она наблюдала, как высокий мужчина с темной кожей преклонил колени, затем повернулся.

"Доброе утро", - сказал он богатым баритоном, который театрально отозвался эхом.

На нем были черные спортивные штаны и толстовка с короткими рукавами. Ева задавалась вопросом, если бы она уже не изучила его фотографию в удостоверении личности, приняла бы она его за священника, как дети, играющие в мяч, приняли ее за полицейского.

Она не была полностью уверена.

"Отец Фримен, я лейтенант Даллас. Мой партнер, детектив Пибоди."

По мнению Евы, он был неотразим на своей фотографии, но еще более неотразим лично. Высокий, мускулистый, поразительно красивый, с большими влажными карими глазами и атлетической манерой двигаться. Он встретил их в центре прохода, протянул большую руку. "Это паршивый способ познакомиться с кем бы то ни было, лейтенант. Детектив. Чейл -отец Лóпез - сказал, что ты, вероятно, зайдешь поговорить со мной. Не хотели бы вы пойти в дом священника?"

"Здесь все в порядке, если только ты не ждешь какого-нибудь дела".

Он улыбнулся, превратившись из красивого в горячего. "Обычно в это утреннее время здесь тихо. Я думал, что пойду на пробежку после ранней мессы, но я... Во мне этого не было. В итоге я пришел сюда. Немного времени наедине, чтобы подумать о Мигеле, произнести несколько молитв."

"Раньше ты бегала с ним по утрам".

"Да. Чаще всего мы совершали пробежку вместе по окрестностям. Думаю, именно поэтому я пришел сюда, вместо того, чтобы пройти наш цикл. Это просто..."

"Да. Ты был близок."

"Мы были. Мы нашли общий язык, наслаждались спорами, долгими дискуссиями - обо всем на свете. Церковный закон, политика, почему янки обменяли Альфа Надера."

"Да". Ева ткнула пальцем в Фримена. "Что они курили?"

"Идиот Виид, если ты спросишь меня, но Мигель думал, что это был правильный ход. Мы часами спорили об этом вечером перед моим отъездом в Чикаго ".

Его поразило, отразилось на его лице, что он вспомнил, что это был последний раз, когда он видел Флореса или говорил с ним. "Мы смотрели игру "Янки" на экране в гостиной, втроем. Чейл вышел вперед во время седьмого тайма. Но мы с Мигелем сидели и смотрели, спорили о сделке и коллах, обо всем остальном, и прикончили шесть сортов пива ".

"Ты можешь это сделать? Выпей напиток."

Едва заметная улыбка заиграла на губах Фримена. "Да. Это хорошее воспоминание. Это полезно запомнить. Как мы смотрели игру и спорили об Альфе Надере".

Фримен повернулся, чтобы снова посмотреть на алтарь. "Это лучше, чем пытаться представить, на что это было похоже, на что это, должно быть, было похоже, когда он умер там, наверху. Мир полон ужасных вещей, но это? Убить человека и использовать веру, свое призвание в качестве оружия". Фримен покачал головой.

"Тяжело терять друга", - сказала Ева через мгновение.

"Да, это так. Также трудно не подвергать сомнению Божью волю".

Ева думала, что Бог взял на себя много вины, когда, по ее мнению, все свелось к тому, что одно человеческое существо решило убить другого. "Ты сказал "петля". У тебя был обычный маршрут для бега трусцой?"

"По утрам? ДА. Почему?"

"Ты никогда не знаешь. Куда ты обычно убегал?"

"Мы бы направились на восток к первой, затем на север к восточной 122-й. Поверните обратно на запад, на Третью авеню, оттуда на юг, чтобы закончить петлю. Он часто - или иногда мы оба - могли бы остановиться в молодежном центре, прежде чем вернуться домой. Подбрось несколько корзинок вместе с детьми".

"Когда вы в последний раз бегали вместе?"

"Примерно неделю назад. За день до того, как я уехал в Чикаго. У меня был ранний трансфер, поэтому в то утро я не бегал ".

"Встретил ли он кого-нибудь по пути, поговорил ли с кем-нибудь? Или упомянул кого-нибудь, с кем у него были проблемы?"

"Ничего подобного. Ну, мы могли бы видеть, как наши знакомые уходят на работу или возвращаются домой после ночной смены. Люди, которые могли бы поздороваться или сделать какой-нибудь комментарий. Люди, которые живут или работают вдоль маршрута. Мистер Ортис, например. Мы проходили мимо его дома каждый день, и в хорошую погоду мистер Ортис гулял по утрам, чтобы его могло не быть дома ".

"Мистер Ортис. Тот, кто умер."

"Да. Его будет не хватать. Я буду скучать по нему во время моей пробежки, так же как я буду скучать по Мигелю, бегущему со мной ".

"Флорес говорил с вами о ком-нибудь или о чем-нибудь, что его беспокоило?"

"Мы все боремся с верой и нашей целью. Мы, когда чувствовали необходимость, обсуждали в общих чертах проблемы того, кто пришел к нам. Как мы могли бы лучше всего помочь ".

Когда "линк" Евы подал сигнал, она кивнула Пибоди, чтобы та взяла управление на себя, и отошла.

"Отец, что насчет мистера Соласа? Нам сказали, что у них была ссора ".

Фримен вздохнул. "Да, Мигель был разгневан, в ярости, когда мы узнали, что Барбара подверглась насилию. Нам сказано ненавидеть грех, а не грешника, но бывают времена, когда это очень тяжело. У него действительно была ссора с мистером Соласом, и эта ссора была физической. Факт в том, что Мигель нокаутировал Соласа и мог бы добиться большего, если бы Марк Тулуз не остановил его. Но Солас в тюрьме".

"А миссис Солас?"

"Она на консультации, как и ее дети. Она делает успехи ".

Ева отступила назад. "Возможно, мы все-таки захотим отнести это в дом священника. Отец Лóздоров?"

Явно озадаченный, Фримен проверил свое наручное устройство. "Да, он должен быть. Ему скоро будут звонить соседи ".

"Тогда мы встретимся с тобой там".

Пибоди подождала, пока они выйдут. "Что случилось?"

"Дантистские записи получены. Мы можем перестать ходить вокруг да около ".

Роза проводила их в кабинет ЛóПеза, где он сел за свой стол, а Фримен встал у маленького окна.

"Ты кое-чему научился", - немедленно сказал Л&# 243;пез.

"Кое-что подтвердил. Человек, который умер вчера, не был отцом Мигелем Флоресом ".

"Я не понимаю, что ты имеешь в виду". Положив руки на стол, Лóпез оттолкнулся от своего стула. "Я был там. Я видел его".

"Человек, которого вы знали как Флореса, принял эту личность. Мы считаем, что он принял это где-то между июнем и октябрем 2053 года и перенес несколько операций на лице, чтобы улучшить внешний вид. Поскольку настоящего Мигеля Флореса за это время никто не видел и о нем ничего не слышали, мы предполагаем, что он мертв ".

"Но... Он был послан сюда".

"По его просьбе и с использованием этого фальшивого удостоверения личности".

"Лейтенант, он отслужил мессу, причастия. Должно быть, произошла ошибка ".

"Вы сказали, что подтвердили это", - прервал Фримен. "Как?"

"Стоматологические записи. Тело, находящееся в нашем распоряжении, перенесло операцию на лице. Косметическая хирургия. Удаление татуировки. Там были шрамы от ножевых ранений".

"Я видел это", - заявил Фримен. "Раны. Он объяснил их. Он солгал". Теперь Фримен сел. "Он солгал. Почему?"

"Есть вопрос. Он приложил немало усилий, чтобы его назначили именно сюда. Это еще одна причина. Он когда-нибудь говорил с вами о ком-нибудь по имени Лино?"

"Нет. Да. Подождите." Фримен помассировал виски, и его пальцы задрожали. "Мы обсуждали отпущение грехов, возмещение ущерба, епитимью, прощение. Как добрые дела могут перевесить грехи. У нас были разные философии. В качестве примера он привел Лино. Например, давайте возьмем этого человека - назовем его Лино".

"Хорошо. И?"

Фримен приподнялся, его темные глаза остановились на его коллеге-священнике. "Это похоже на другую смерть. Я думаю, хуже. Мы были здесь братьями, и слугами, и пастухами. Но он не был ничем из этого. Он умер во грехе. Человек, за которого я только что молился, умер во грехе, совершив поступок, на который он не имел права. Я исповедовался ему, а он мне".

"Теперь он ответит перед Богом, Мартин. Ошибки нет?" Лóпез спросил Еву.

"Нет, здесь нет ошибки. Что он сказал о Лино?"

"Это был пример, как я уже сказал". Фримен снова сел, как будто у него устали ноги. "Что если этот молодой человек, этот Лино, согрешил, даже тяжкими грехами, но что он затем посвятил часть этой жизни добрым делам, помощи другим, наставлению им и уводу их от греха, это было бы возмещением, и он мог бы продолжить свою жизнь. Как будто все было начисто начищено".

"Ты не согласился".

"Это больше, чем добрые дела. Это намерение. Добрые дела совершаются для того, чтобы уравновесить чаши весов, или ради них самих? Действительно ли этот человек покаялся? Мигель спорил о том, что одних поступков было достаточно."

"Ты думаешь, это был Лино?" Вставил Лóпез. "И этот спор был о нем самом, об использовании времени здесь, чтобы ... уравновесить то, что он сделал в прошлом?"

"Это теория. Как он отреагировал на ваше отношение к этой дискуссии?" Ева спросила Фримена.

"Он был расстроен. Мы часто разочаровывали друг друга, и это только одна из причин, по которой нам нравилось дискутировать. Всех людей он обманул. Заключать браки, ухаживать за душами умирающих, крестить, выслушивать исповеди. Что же делать?"

"Я свяжусь с архиепископом. Мы защитим стадо, Мартин. Это был Мигель... Именно этот человек действовал недобросовестно, а не те, кому он служил ".

"Крещение", - сказала Ева, подумав. "Это для младенцев, верно?"

"Чаще всего, но..."

"Давай пока побудем с детьми. Мне понадобятся записи о крещениях, здесь, в этой церкви, скажем, с 2020 по 2030 год ".

Лóпез посмотрел вниз на свои сложенные руки, кивнул. "Я попрошу их".

Пибоди задумчиво сидела, пока они отъезжали от дома священника. "Должно быть, им действительно тяжело. Священники."

"Когда тебя облапошивают, это всегда отвратительно".

"Не только это. Это дружба и братство, выяснение того, что все это было чушью собачьей. Это как, скажем, ты идешь в очереди ".

"Ты идешь вниз в очереди".

"Нет, это мой сценарий. Ты идешь ко дну - героически-"

"Чертовски верно".

"И я опустошен потерей. Я бью себя в грудь от горя".

Ева бросила взгляд, намеренно, на очень красивую стойку Пибоди. "Это займет некоторое время".

"Я даже не думаю: "Эй, через приличный промежуток времени я смогу прыгнуть на Рорка", потому что я так разбит ".

"Лучше оставайся разбитым, приятель, или я вернусь откуда угодно и надеру тебе задницу".

"Данность. В любом случае, на следующий день выясняется, что ты не была Евой Даллас. Ты убил настоящую Еву Даллас несколько лет назад, расчленил ее и отправил куски в утилизатор человеческих отходов."

"Возвращайся к битью по своим сиськам".

"Груди, иначе это не одно и то же. Так или иначе, теперь я снова разбит, потому что человек, которого я считал своим другом, напарником и бла-де-бла, на самом деле был лживой сукой ".

Пибоди повернулась и, прищурившись, уставилась на профиль Евы.

"Продолжай в том же духе, и тебя расчленят и отправят в переработчик человеческих отходов".

"Я просто говорю. В любом случае, вернемся к Флоресу, которого мы теперь будем называть Лино ".

"Мы получаем записи, проверяем все Лайно, сужаем круг поиска".

"Если только он не был крещен там, потому что его семья переехала туда, когда ему было, типа, десять. Или он никогда не был крещен, или он воткнул булавку в карту, чтобы выбрать этот приход для своего убежища ".

"Вот почему EDD будет работать над поддельным удостоверением личности, и вот почему мы будем проверять его отпечатки и ДНК через IRCCA, Global и так далее. Что-то должно выскочить наружу ".

"Я думаю, что это чертовски низко, " добавила Пибоди, " притворяться священником. Если вы хотели что-то подделать, вы могли бы подделать что-то другое. Как то, что ты делал раньше, чем ты был. Эй! Эй! Может быть, он был священником. Я имею в виду не Флореса, а другого священника. Или он пытался быть единым целым и его смыло".

"Это неплохо. Вымывание. Мы получаем записи, вы перепроверяете с парнями, которые отказались от священства. Тогда проверь еще раз семинарию, где проходил обучение Флорес. Возможно, жертва знала его, тренировалась с ним."

"Понял. Я еще немного отступлю, проведу поиск среди мужчин подходящего возраста, которые ходили в частные школы с Флоресом, возможно, были связаны с ним там ".

Это был поворот, подумала Ева, и они с этим справятся. "Парень должен был понять, что у него идеальное прикрытие. Никто не собирается руководить священником, по крайней мере, не так, как собираемся мы. Не тогда, когда он держится подальше от неприятностей. И единственный раз, когда, как мы узнали, он был близок к черте, был с этим Соласом. И это мы тоже проверим".

Пока она говорила, Ева притормозила у тротуара перед "Тринидадом", небольшим бизнес-отелем на восточной 98-й улице. Она включила табличку "На дежурстве".

Она не побежала к швейцару - что было позором только потому, что ей нравилось рычать на них, - но вестибюль был светлым и чистым. Знойного вида брюнетка проходила регистрацию. Ева направилась к выдающемуся седовласому парню, работающему консьержем.

"Нам нужно несколько мгновений с Еленой Солас".

"Я вижу". Он просмотрел значки. "Есть ли проблема?"

"Нет, пока у нас есть несколько минут с Еленой Солас".

"Да".

"Извините". Он отошел к дальнему концу своего рабочего места и начал говорить с кем-то в наушниках. Когда он вернулся, он сохранил свою нейтральную улыбку на месте. "У нас есть небольшая комната отдыха для сотрудников на пятом этаже. Я провожу тебя, если встреча с ней там тебя устроит".

"Это хорошо".

Он проводил их до лифта для персонала. "Миссис Солас проработал здесь совсем недолго, но зарекомендовал себя отличным сотрудником ".

"Это тоже хорошо".

Ева больше ничего не сказала, просто последовала за ним, когда он вышел из лифта, свернул в коридор, затем воспользовалась его картой-ключом, чтобы открыть пару двойных дверей.

Это была скорее раздевалка, чем комната отдыха, но, как и в вестибюле, чистая и светлая. Женщина, сидевшая на одной из обитых тканью скамеек, сложила руки на коленях, переплетя пальцы, словно в молитве. На ней было серое платье под простым белым фартуком и белые туфли на толстой подошве. Ее темные, блестящие волосы собраны в толстый тугой пучок на затылке. Когда она подняла голову, ее глаза были тусклыми от ужаса.

"Он выбрался, он выбрался, он выбрался".

Еще до того, как Ева смогла пошевелиться, Пибоди поспешила к ней. "Нет, миссис Солас. Он все еще в тюрьме ". Она села, положила руки на узел Елены. "Он не может причинить вред тебе или твоим детям".

"Слава Богу". Слеза скатилась по ее щеке, когда она перекрестилась и покачнулась. "О, слава Богу. Я думал... Мои малыши". Она вскочила со скамейки. "Кое-что случилось с одним из моих детей".

"Нет". На этот раз заговорила Ева, и говорила резко, чтобы пресечь нарастающую истерию. "Это о человеке, которого вы знали как отца Флореса".

"Отец..." Ее тело заметно дрожало, когда она снова опустилась. "Отец Флорес. Боже, прости меня. Я такой эгоистичный, такой глупый, такой ...

"Остановись". Ева выпалила это слово, и краска залила лицо Елены. "Мы расследуем убийство, у нас есть несколько вопросов, и вам нужно взять себя в руки". Она повернулась к консьержу. "Тебе нужно идти".

"Миссис Солас явно расстроен. Я не вижу..."

"Она будет гораздо больше расстроена, если мне придется отвезти ее в центр, потому что ты не выходишь из комнаты. Если вы не ее адвокат или законный представитель, не позволяйте двери ударить вас при выходе ".

"Все в порядке, мистер Алонсо. Спасибо. Со мной все в порядке".

"Тебе нужно только позвонить, если тебя там нет". Он послал Еве холодный взгляд, когда повернулся, чтобы уйти.

"Я никогда не думала об отце Флоресе", - пробормотала Елена. "Когда они сказали, что здесь полиция, я подумал о Тито и о том, что он сказал, что сделает со мной и нашими тремя девочками. У меня три девочки".

"И он обычно настраивал тебя".

"Да. Раньше он бил меня. Он мог пить и бить меня, или не пить и не бить меня ".

"И он приставал к вашей дочери".

Ее лицо напряглось, на нем отразилась вспышка боли. "Да. Да, моя Барбара. Я не знал. Как я мог не знать? Она никогда не говорила мне, пока... Она никогда не говорила мне, потому что я ничего не сделал, когда он ударил меня. Почему я должен защищать ее, когда я не защитил себя?"

"Есть вопрос". Ева взяла себя в руки, приказала себе придерживаться сути. "Но не то, ради чего мы здесь. Вы знаете, что Флорес поссорился с вашим мужем по поводу несовершеннолетнего ребенка Барбары."

"Да. Он, Марк и Магда вызвали полицию. Но он и Марк пришли первыми. И вот как я узнала, что он сделал с моим ребенком. И начал поступать с моей маленькой Донитой".

"Что ты чувствовал по этому поводу?"

"О том, что сделал Тито?"

"О том, что Флорес сделал по этому поводу?"

Елена расправила плечи. "Я благодарю Бога за него каждый день. Я читаю молитву за него каждый вечер. Он спас нас, когда я была слишком напугана и глупа, чтобы спасти нас, он это сделал. Я знаю, что сейчас он с Богом, и все же я буду благодарить Бога за него каждый день и читать молитву за него каждый вечер ".

"Ваш муж связывался с вами из Райкерс?"

"Он не знает, где мы находимся. Магда отвезла нас в приют, расположенный в центре города отсюда. Дюша."

Ева бросила на Пибоди предупреждающий взгляд, когда ее партнер начал говорить.

"Мы оставались там три недели. Тито принял мольбу. Десять лет. Этого недостаточно, но это десять лет мира. Мы переехали, и у меня новая работа. Когда у меня будет достаточно, мы снова двинемся в путь. Из города. Далеко. Он никогда не найдет нас. Отец Флорес обещал."

"Неужели он? Он сказал вам, откуда у него такая уверенность?"

Она вздохнула. "Он сказал, что есть способы, если понадобится, и что есть люди, которые могли бы помочь, если бы нам пришлось прятаться. Но об этом мне не стоит беспокоиться. Он верил, что Тито больше никогда не побеспокоит нас. У меня нет такой сильной веры".

Когда они были в машине, направлявшейся в центр города, Пибоди прочистила горло. "На самом деле я не собирался упоминать о твоей связи с Дюшасом там, сзади".

"Это не мое дело. Оно принадлежит Рорку".

Отсюда и связь, подумала Пибоди. "Что ж, это хорошая вещь. Это действительно помогает женщинам и детям, попавшим в беду. Ты был немного строг с ней. Елена Солас."

"Неужели?"

Лед, заключенный в одном слове, заморозил воздух, и Пибоди вытащила свой КПП. "В любом случае, я проверю у Райкерса, не связывался ли Солас с кем-нибудь интересным за последние пару месяцев".

"Ты сделаешь это".

Тишина повисла морозным занавесом на протяжении десяти кварталов. "Она заслужила это", - выпалила Ева. "Это и многое другое, за то, что она предоставила своему ребенку вытаскивать их. За то, что принимала пощечины и тычки и хлюпала носом в углу, пока ее дочь насиловали. Она заслужила это за то, что ничего не делала ".

"Возможно, она так и сделала". Опасная почва, подумала Пибоди. "Но она не знала..." Она замолчала, отброшенная единственным свирепым взглядом своего партнера. "Она должна была знать. Я думаю, это то, с чем ей теперь приходится жить ".

"Ребенок живет с худшим". И на этом все закончилось. "Эта боксерская груша никак не могла быть причастна к отравлению Лино. Это дело заведет в тупик. Свяжитесь с Марком Тулузом, посмотрим, сможем ли мы уговорить его прийти к нам ".

Еве нужно было вернуться в свой офис. Ей нужно было пять минут побыть одной, чтобы избавиться от жгучей ярости в животе, которую она неправильно чувствовала. Ей нужен был приличный кофе, чтобы прочистить голову и по-другому взглянуть на факты. Перестройте их.

Ей нужно было связаться с ЭДДОМ и узнать об их успехах, возможно, назначить консультацию с Мирой. Нет, решила она немедленно. Профилировщик видел слишком много, слишком легко. Пока эта ярость не уляжется, она будет держаться подальше от Миры. Ей не нужно было, чтобы кто-то говорил ей, что она проецирует себя на ребенка, которого она никогда не видела. Она уже знала это.

Что ей было нужно, так это ее книга убийств, ее доска убийств. Лабораторные отчеты, ИЗД. Что ей было нужно, так это работа.

Они были в добрых десяти футах от отделения по расследованию убийств, когда Пибоди задрала нос, как гончая на охоте. "Я чувствую запах пончиков". Когда Пибоди ускорила шаг, Ева начала закатывать глаза, но потом она тоже почувствовала их запах.

Что означало, что все ее мужчины будут на разных стадиях повышения сахара. И она не была.

Сначала она увидела Бакстера, высокого и подтянутого, в одном из его стильных костюмов. И полный рот шоколадной глазури со сливочной начинкой. Затем Дженкинсон откинулся на спинку своего стола, почесывая живот, пока ковырялся в блинчике. И Карнеги, выглядящая занятой на своей "ссылке, отламывая крошечные кусочки от глазированной радужной посыпки.

Пибоди набросилась на глянцевую белую коробку из-под выпечки. И ее лицо, когда она подняла его, было искажено горем и отвращением. "Ушел. Каждую крошку. Вы, стервятники".

"Чертовски вкусные пончики". Бакстер улыбнулся с последним кусочком во рту. "Жаль, что ты их упустил".

Ева бросила на него кислый взгляд. "Здесь повсюду взятка от Надин".

"Она в твоем офисе".

"У нее есть что-то еще?" Пибоди повернулась, чтобы броситься вперед, и резко остановилась, когда Ева хлопнула ее рукой по плечу.

"Стол. Работа. Здесь."

"О, Но. Пончики".

"О, Но. Убийство". С этими словами Ева повернулась и направилась в свой офис, чтобы посмотреть, что, по мнению ее подруги, ведущего городского репортера и ведущей новостей, сегодня стоило взятки.

Надин Ферст, с модно дерзкими, выгоревшими на солнце волосами, идеально ухоженная, сидела в единственном продавленном кресле для посетителей в крошечном немодном кабинете Евы. Ее великолепные ноги были скрещены, и юбка ее костюма цвета арктического льда демонстрировала их. Ее глаза, хитрые, как у кошки, небрежно улыбнулись Еве, когда она продолжала оживленно говорить по своему мини-линку. Она указала на стол Евы и вторую коробку из-под выпечки.

Затем она вернулась к любованию своими туфлями, того же убийственно сексуального красного цвета, что и намек на кружево, лукаво целующее ее декольте. "Да, я буду там. И вот. Не волнуйся. Просто убедись, что к двум часам это исследование будет у меня на столе. Я должен идти, моя следующая встреча здесь ". Она отключилась, сунула ссылку в один из внешних карманов сумки, которая выглядела так, словно могла проглотить Кливленда.

"У нас была назначена встреча?"

"У нас есть пончики", - ответила Надин. Она указала на доску убийств. "Много шума по этому поводу. Священник, отравленный священным вином. Это хорошая копия. Хочешь поделиться чем-нибудь новым?"

"Может быть". Ева открыла коробку с выпечкой, и на нее сразу же напал аромат жареного жира и сахара. "Может быть".

Ева направилась прямо к автомату, чтобы запрограммировать приготовление кофе. После недолгих колебаний она запрограммировала вторую чашку для Надин.

"Спасибо. Одна минута для личных дел, прежде чем мы вернемся к нашим естественным формам. Чарльз и Луиза. Свадьба."

"Вот дерьмо".

"О, прекрати". Со смехом Надин подняла чашку с кофе, сделала глоток. "Доктор и лицензированный компаньон на пенсии. Это совершенно очаровательно и отчаянно романтично, и ты это знаешь ".

Ева только нахмурилась. "Я ненавижу очаровательных и романтичных".

"Бык. Ты замужем за Рорком. В любом случае, я думаю, это замечательно, что ты устраиваешь свадьбу и заступаешься за нее. Я просто хотел сказать тебе, что был бы рад помочь с душем ".

"Луиза может сама принять душ. Она большая девочка ".

"Свадебный душ".

"Вот дерьмо".

Надин захлопала ресницами. "Ты просто слишком сентиментален для твоего же блага. Итак. Как ты думаешь, вечеринка для больших девочек у тебя дома? Ты мог бы арендовать бальный зал - или, черт возьми, целую планету, - но мы с Пибоди подумали, что у тебя дома будет что-нибудь более веселое и неформальное ".

"Пибоди". Ева произнесла это слово так, словно это было предательством.

"Мы говорили об этом пару раз".

"Почему бы вам не поболтать об этом побольше, тогда я приду, когда и где".

Надин просияла, взмахнула рукой в воздухе, как будто взмахнула волшебной палочкой. "Вуаля и прекрасно. Именно на это мы и надеялись. Теперь следующий порядок действий." Надин полезла в свою сумку для глотания городов и достала диск. "Вот оно. Книга."

"Ага".

"Моя книга, Даллас. Смертоносное совершенство: Программа Icove . Или это будет книга, когда я ее сдам. Я хочу, чтобы ты прочитал это первым ".

"Почему? Я был там, так что я уже знаю, чем это закончится ".

"Именно поэтому. Ты был там, и ты остановил это. Рисковал своей жизнью, чтобы остановить это. Я хочу, чтобы ты сказал мне, уходил ли я и куда. Это важно, Даллас, не только для меня. Хотя, о боже, это действительно так. Это важная информация. Это важная история, и без тебя это была бы не история, это не была бы моя история ".

"Да, да, но..."

"Пожалуйста, прочтите это. Пожалуйста."

Ева не смогла даже изобразить хмурый взгляд. "О, яйца".

"И будь честным, будь жестоким. Я тоже большая девочка. Я хочу, чтобы все было правильно. Я хочу, чтобы это имело значение ".

"Хорошо, хорошо". Ева взяла диск, положила его на свой стол. Чтобы компенсировать это, она взяла пончик. "У меня есть работа, Надин. Пока."

"Ты сказал "может быть"." Надин указала назад на доску для убийств.

У нее было, и не только из-за пончиков. Надин могла вонзить зубы в историю, как терьер, но она никогда не забывала, что внутри нее были люди. И она сдержала свое слово. "Полиция Нью-Йорка подтвердила с помощью медицинских записей, что мужчина, отравленный в Сент-Кристофере, был не Мигелем Флоресом, а пока еще неустановленным человеком, который выдавал себя за него".

"Срань господня".

"Да, это подводит итог".

"Где Мигель Флорес? Какие медицинские записи?" Надин достала свой диктофон из сумки. "Есть ли у вас какие-либо сведения о настоящей личности жертвы и связан ли с этим мотив?"

"Пригнись, девочка. Полиция расследует все версии ".

"Не передавай мне ведомственную линию, Даллас".

"Ведомственная линия работает. Мы следуем всем указаниям. Мы не знаем местонахождения Мигеля Флореса, но активно разыскиваем. В настоящее время мы также рассматриваем теорию о том, что настоящая личность жертвы могла послужить мотивом ".

"Значит, кто-то узнал его".

"Это теория, а не доказанный факт. Жертва перенесла некоторую операцию на лице, что наводит нас на мысль, что он сделал это, чтобы больше походить на Флореса ".

"Он выдавал себя за священника в течение пяти лет - почти шести, верно?"

"Может быть, дольше. Мы должны подтвердить различные детали ".

"И никто не подозревал? Другие священники, с которыми он работал, люди, которые посещали его церковь?"

"Очевидно, у него это хорошо получалось".

"Почему ты думаешь..."

"Я не собираюсь говорить вам, что или почему я думаю. У вас есть то, что у вас есть, и с опережением на пару часов остальных средств массовой информации ".

"Тогда мне лучше выпустить это в эфир". Надин поднялась. "Спасибо". Она остановилась у двери, пока Ева слизывала сахар с большого пальца. "Не для протокола. Как ты думаешь, почему он все это время выдавал себя за священника?"

"Неофициально, ему нужна была маска, и Флорес был под рукой. Он ждал чего-то или кого-то и хотел подождать дома".

"Домой?"

"Не для протокола, да, я думаю, он вернулся домой".

"Если ты подтвердишь это и передашь дальше, там для тебя еще пончиков".

Еве пришлось рассмеяться. "Покончи с этим".

Когда Надин победила, бодро цокая по коридору на своих высоких красных каблуках, Ева вернулась к доске убийств. "Что-то или кто-то", - пробормотала она. "Должно быть, это было чертовски важно для тебя, Лино".

6

ЕВА ЗАМЕТИЛА ФИНИ ЗА ЕГО СТОЛОМ. ЕЕ БЫВШИЙ напарник, ныне капитан отдела электронных детективов, сидел, жуя засахаренный миндаль и выглядя довольно помятым.

"Есть прогресс с моим удостоверением личности?"

"Я привлек к этому двух моих парней. Макнаб и Каллендар."

Тот факт, что у Каллендар была грудь и не было Y-хромосомы, не делал ее менее похожей на парней Фини. "И?"

"Они работают над этим. Я сделал быстрый пас. Это чертовски хорошо, и это глубоко укоренилось. Это не займет и пяти минут ". Его запавшие глаза сузились на обвисшем лице. "Что это? Что у тебя есть?"

"Что? Где?"

"Пончики?"

"Это что, какая-то новая игрушка EDD? Чувствуешь связь?"

"Я вижу угол ящика. Я узнаю коробку из-под выпечки, когда вижу ее ". Фини повернулся вправо и влево, как будто хотел получить лучший ракурс. "Печенье? Датчане?"

"Ты попал в цель с первого раза".

"Так ты отмечаешь меня вместо того, чтобы подойти и поделиться?"

"У меня здесь есть работа. Я жду, когда лаборатория восстановит татуировку жертвы, и я должен получить эти записи о крещении, и проверить отпечатки пальцев жертвы и ДНК, и... Я не обязан делиться своими пончиками. Они - моя взятка".

"Тогда тебе не следует выставлять их напоказ перед моим лицом".

"Я..." Черт, подумала она и толкнула коробку, чтобы убрать ее с экрана. "Послушай, ты разве не католик или что-то в этом роде?"

"В основном".

"Хорошо, итак, если ты католик, похоже ли это на больший грех - убить священника, а не обычного парня?"

"Иисус, нет. Ну, может быть. Подожди." Сделав паузу, Фини почесал голову сквозь проволочную щетку посеребренных рыжих волос. "Нет. В любом случае, он не был священником, верно?"

"Правильно. Я просто пытаюсь изложить здесь основы. Это происходит двумя путями. Либо они убивали священника, либо они убивали парня. Или тремя способами, они убивали парня, который просто оказался священником. Я думаю, что это два ".

"Я забыл, что такое два".

"Парень. Я думаю, они знали этого парня, но поскольку он был там годами, почему так долго ждать?"

Фини выдохнул через нос, затем положил еще миндаля. "Может быть, их не было рядом до этого момента".

"Может быть. Может быть. Или он поскользнулся. За пять лет ты мог стать неосторожным, что-то сказать, что-то сделать. Черт. Я не знаю. Нужно подумать. Дай мне знать, когда у тебя что-нибудь получится ".

"У тебя есть что-нибудь с начинкой из желе?"

"Возможно". Она улыбнулась, прервав его.

Она привела в порядок свои заметки, добавила фотографии семьи Солас на свою доску - хотя считала их второстепенными. Она раздумывала, стоит ли позвонить в лабораторию и настаивать на ее татуировке, когда Пибоди просунула голову.

"У нас есть... Эй, пончики".

"Ты получишь свое. Что у нас есть?"

"Марк Тулуз. Хотите, чтобы он был здесь или в гостиной?"

"Вот загадка", - начала Ева. "Если мы будем брать у него интервью в гостиной, сколько пончиков будет в этой коробке, когда мы вернемся?"

"Я приведу его сюда".

У мужчины было длинное, обтекаемое телосложение, которое Ева ассоциировала с бегунами, и кожа цвета кофе с обильной дозой сливок. Его глаза, мутно-голубые, выглядели усталыми, но спокойно встретили ее взгляд. "Лейтенант Даллас".

"Мистер Тулуз, спасибо, что пришли. Присаживайтесь".

"Магда сказала, что я скучал по тебе этим утром. Мы все еще работаем не в полную силу. Мигель... Ну, я думаю, Магда сказала тебе, что мы считали себя командой. И друзья".

"Иногда друзья одного пола делятся более открыто, чем с друзьями противоположного пола".

"Да, я думаю, так и есть".

"Итак, расскажи мне о своем друге и товарище по команде".

"Хорошо". Марк сделал пару вдохов. "Трудно думать о нем в прошедшем времени. Мигель был умен и интересен. Соревновательный. Он играл на победу. Он вложил большую часть себя в центр, вовлекая детей и радуясь тому, что они являются частью чего-то. Команда. О вкладе в эту команду. Он не проповедовал им, так что, ну, они слушали вместо того, чтобы пропустить мимо ушей половину того, о чем он говорил. Они относились к нему, а он к ним. Черт возьми, в половине случаев они не думали о нем как о священнике. Просто как один из нас ".

"Это интересно", сказала Ева, ее глаза пристально смотрели на лицо Марка, "потому что он не был. Священник, то есть. Он не был Мигелем Флоресом ".

И лицо, которое изучала Ева, стало совершенно пустым. "Простите, что?"

Ева взглянула на Пибоди и жестом предложила ей взять инициативу в свои руки.

"Мы подтвердили с помощью стоматологических записей, что человек, которого вы знали как Мигеля Флореса, принял эту личность примерно шесть лет назад. Мы еще не установили личность человека, который взял это имя ". Пибоди сделала паузу, наблюдая, как Марк пытается осознать это. "В настоящее время мы пытаемся установить его личность и тем самым выяснить, почему он принял другую личность. Делая это, мы можем приблизиться к тому, кто его убил. Кем бы он ни был, мистер Тулуз, вы были друзьями в течение нескольких лет. Хорошие друзья. Все, что вы можете нам рассказать, может помочь нам и привести нас к его убийце ".

"Дай мне минутку, хорошо? Это, как... Это так далеко от истины. Ты только что сказал мне, что Мигель не был священником?"

"Не только не был священником", вставила Ева, "не был Мигелем Флоресом".

"Тогда кто - Ты только что сказал, что не знаешь". Марк прижал ладони к вискам, сжал. "Я не совсем понимаю. Я просто не могу этого понять. Не священник. Не Мигель. Не...

"Ты абсолютно уверен в этом? Это глупый вопрос, потому что зачем бы ты сказал мне, если бы это было не так? Все это время. Это нереально. Это... спасибо", - сказал он, когда Пибоди предложила ему бутылку воды.

Он выпил, тремя долгими, медленными глотками. "Мой разум пуст. Это сработало. Я не могу вспомнить твое имя".

"Лейтенант Даллас".

"Правильно. Правильно. Лейтенант Даллас, он консультировал тех детей как священник, принимал исповеди. Некоторым из них Он дал их первое Святое Причастие. Они слушали его, верили в него. Это ужасное предательство. И даже говоря это, я еще больше расстраиваюсь, зная, что он лгал мне каждый день.

"Я любил его", - сказал Марк с тихой грустью. "Как ты поступил бы с братом. И я подумал... если бы он был в беде, прятался от чего-то, от кого-то, он мог бы сказать мне. Девчонка сохранила его уверенность. Я бы нашел способ помочь ему ".

Ева откинулась назад, переваривая это. "Что произошло в тот день, когда ты столкнулся с Соласом?"

"Ад". Марк выдохнул. "Мы не должны были. Мы оба были так взбешены. Мигель... Я не знаю, как еще его назвать. У него был вспыльчивый характер. Он держал это на привязи, работал над этим, но время от времени вы видели, как это вспыхивает. Блистал по-крупному с Соласом. Барбара была в отчаянии, когда пришла к нам. Ее лицо было все в синяках, и она едва могла говорить из-за слез. Это было не ради нее самой, в этом-то и была загвоздка, я полагаю. Выяснилось, что этот ублюдок годами издевался над ней. И она приняла это, слишком боясь сделать что-нибудь еще. Но он двинулся на ее младшую сестру, и этого она не приняла. Мигель сохранял хладнокровие с ней. Ему было действительно хорошо с ней, спокойно, по-доброму. И он сказал Магде отвезти ее в клинику, чтобы они вызвали полицию. Как только они ушли, Колихе сказал, что мы собираемся нанести Соласу визит ".

Марк потер затылок. "Я не спорил. Это не остановило бы его, и, честно говоря, я не хотел. Когда мы добрались туда, Мигель врезался прямо в нас ".

"Он напал на Соласа", - подсказала Ева, когда Марк замолчал.

"Он набросился на него, избил его. Не похоже на спарринг на ринге, который мы проводили. Улица движется. Он поставил Соласа на колени, и его вырвало меньше чем за десять секунд. Они набросились друг надруга по-испански. Я довольно свободно говорю на официальном и уличном испанском, но я не мог полностью за этим угнаться ".

Марк выпил еще воды, покачал головой. "Но, черт возьми, Мигель не беспокоился о том, что поминает имя Господа всуе. У миссис Солас были две другие девочки, и они, съежившись в углу, плакали. Мигель ударил Соласа ногой в лицо, вырубил его, и он не остановился - не хотел останавливаться. Мне пришлось оттащить его. На минуту я не был уверен, что смогу - а если бы я не смог, я думаю, он мог бы убить этого человека. Он был настолько за гранью.

"Я никогда не видел его таким, ни до, ни после. Вы управляете таким местом, как мы, вы видите некоторые плохие вещи. Молодые девушки беременны или делают третий аборт. Парни, которые дают им пощечины, родители на помойке. Нелегалы, бандитские разборки, пренебрежение родителей. Ты знаешь, как это бывает".

"Да, я знаю, как это бывает".

"Он справился с этим. Он мог разозлиться или стать нетерпеливым, но он никогда не терял самообладания. До Соласа.

"Тем не менее, когда он снова взял себя в руки, ему было хорошо с женщиной, с детьми. Нежный, добрый. Это было... это было почти так, как будто это был кто-то другой, кто избил Соласа ".

"Может быть, так оно и было", - сказала Ева. "Он когда-нибудь говорил с тобой о старых друзьях, старых врагах?"

"Он говорил о том, что пару лет был немного необузданным, когда был ребенком, о бунтарской сделке, через которую проходит большинство из нас. Он никогда не упоминал никаких имен, или ничего, что выделялось бы для меня ".

"Кроме тебя и Магды, священников, с кем он проводил свободное время? Тусоваться с?"

"Я должен сказать, что он был дружелюбным, общительным типом. Он знал детей, большинство их родителей, старших братьев и сестер, кузенов, кого угодно. Если бы они были рядом, он бы повесился или присоединился к игре в пикап ".

"Попробуй это. Вы когда-нибудь замечали, чтобы он кого-нибудь избегал?"

"Нет", - медленно сказал Марк. "Я не могу сказать, что я это сделал. Прости."

"Мы ценим время. Если вы что-нибудь вспомните, пожалуйста, свяжитесь со мной ".

"Я сделаю". Он вскочил на ноги. "Я чувствую... это как когда я учился в колледже и слишком много занимался зонером. Я чувствую головокружение и легкую тошноту ".

После того, как Пибоди выпроводила его, Ева села, повернувшись на стуле. Когда Пибоди вернулась и с надеждой посмотрела на коробку с выпечкой, Ева махнула на нее рукой. Пибоди набросилась.

"Ооо, с начинкой из сливок. Берегись, осел, вот оно!"

"У Лино будет сестра - или другой близкий друг или родственник, - которая подверглась сексуальному насилию в детстве".

"Мммффф?" Пибоди справилась.

"Он видит все остальное дерьмо, слышит это на исповеди, но единственный раз, который мы можем подтвердить, когда он вырвался из-под ошейника - единственный раз, когда он, возможно, показал свое истинное лицо, - это из-за ребенка, подвергшегося сексуальному насилию ".

Пибоди героически сглотнула. "Сексуальные насильники несовершеннолетних - это мясо в тюрьме. Даже каменные убийцы хотят и идут за ними".

"У него было больше контроля, чем это. Пять лет? У него был контроль, или выход, о котором никто не знал. Но он потерял это из-за Барбары Солас. Это должно быть более личным, более интимным".

"Мы собираемся проверить файлы на предмет сексуального домогательства к несовершеннолетней в этом секторе в течение пары чертовых десятилетий, не так ли?"

"Да, мы такие. Нет гарантии, что о насилии сообщалось, но это то, что мы собираемся сделать. Вытащи их, скопируй меня".

Ева снова повернулась. Она решила, что ей нужно посоветоваться с Мирой, но это может подождать день, подождать, пока у нее не появится больше. На данный момент она решила просто отправить Мире файлы, данные и попросить профиль и / или проконсультироваться. Закончив, она начала связываться с лабораторией и искать кого-нибудь, чтобы словесно надавать сучке пощечин.

И ее компьютер просигналил о входящем.

"Как раз вовремя, черт возьми", - пробормотала она, заметив отправителя. Она с интересом прочитала текст, затем изучила реконструкцию.

Татуировка представляла собой блочный крест с сердцем на его пересечении. Из сердца вытекла кровь - три капли - с кончика ножа, проткнувшего его насквозь.

"Нет, я не думаю, что это подходящее украшение для тела священника. Компьютер, выполните поиск значения текущего изображения файла. Его использование, значение, общность. Есть ли региональное или культурное значение? Это символ, связанный с бандой, религиозный символ, символ противодействия религии? Вторичная задача: Поиск и отображение названий и адресов тату-салонов и / или художников в Испанском Гарлеме в период с 2020 по 2052 год."

Признано. Работая...

Пока продолжались поиски, Ева встала, чтобы взбодрить свой организм, выпив еще кофе.

Итак, парень потерял контроль над изнасилованием ребенка. Разве она не сделала то же самое, более или менее? Не была ли она немного строга с Еленой Солас? И разве она не чувствовала, даже сейчас, даже спокойно, что женщина заслужила это, и даже больше?

Он избил Тито Соласа, обругал его на уличном испанском. И продолжал избивать его, когда мужчина был без сознания. Это было личное, черт возьми. Спусковой крючок.

Она знала о них все. У нее было свое.

Но нежен с женщинами, вспомнила она. Добрый, сострадательный, защищающий. Не их вина, такова была линия. Мать, сестра, молодой любовник. Она бы поспорила на остальные чертовы пончики, что это окажется одной из таких связей.

Одна связь, размышляла она, приведет к следующей. И они привели бы к появлению имени.

Первоначальная задача выполнена. Отображаются данные. Продолжение второстепенной задачи.

"Молодец". Ева подвинулась, села и начала листать и читать.

Удовлетворенная, она скопировала данные в качестве дополнения к Mira, добавила их в свой отчет, затем распечатала изображение и его использование в двух экземплярах. Она достала одну, чтобы бросить на стол Пибоди. "Бандитская татуировка".

"Солдаты".

"Солдаты. Крутая банда, сформировавшаяся незадолго до появления урбанов и державшаяся вместе около дюжины лет назад, хотя до этого они сильно растеряли свою паровую мощь. Это была их татуировка, и то, что Лино удалил перед тем, как вернуться сюда. Было несколько ответвлений Soldados в Нью-Джерси и в Бостоне, но в основном это была нью-йоркская банда, действовавшая в испанском Гарлеме. Их главными внутренними соперниками были лобо, хотя предположительно во время Урбанов у них было перемирие, и впоследствии они поглотили Лобо. Внешне они регулярно воевали с Черепами за территорию, товар и общую мерзость. Если бы у тебя была татуировка и ты не был членом, тебя бы притащили к их совету, избили до полусмерти, и они бы удалили татуировку вместо тебя. С помощью кислоты".

"Большое ой. Скорее всего, нашей жертвой был сольдадо."

"Безопасная ставка. И он умер на своей родной территории. Вступление в банду может начаться уже в возрасте восьми лет ".

"Восемь?" Пибоди надула щеки. "Иисус".

"Для полного членства, которое включало в себя тату, десять было пределом. И полное членство требовало боя. Чтобы три капли крови и нож оказались на татуировке, кровь должна была пролиться в том бою. Видишь черный крест внизу креста?"

"Да".

"Символизирует убийство. Только члены со знаком X могли служить в совете. Он был не просто членом клуба, он был начальством. И убийца".

"Так почему же его нет в системе?"

"Это чертовски хороший вопрос. Нам нужно выяснить ".

Ева отправилась к своему командиру. Уитни восседал за своим столом, как генерал. С властью, престижем и боевым опытом. Он знал улицы, потому что работал на них. Он знал политику, потому что она была необходима - зло это или нет. У него было темное, широкое и обветренное лицо, обрамленное коротко остриженными волосами, щедро тронутыми сединой.

Он не жестом предложил Еве сесть. Он знал, что она предпочла стоять.

"Лейтенант".

"Дело Святого Кристиана Бэла, сэр".

"Так я предположил. Я разговаривал с архиепископом. Церковь недовольна оглаской и возмущена неуважительной манерой, которую использовал главный следователь по делу, чтобы получить информацию ".

"Мужчина несколько лет выдавал себя за священника и был убит во время совершения мессы, это должно насторожить СМИ. Что касается неуважительного отношения, я запросил стоматологические записи. Когда волокита начинает затягиваться, я перерезаю ее. Эти записи подтвердили, что мужчина в морге - не Мигель Флорес ".

"Так я понимаю. Католическая церковь - могущественная сила. Тактичность может ставить палки в колеса почти так же часто, как и угрозы."

"Возможно, коммандер, но тактичность не позволила бы мне своевременно получить эти стоматологические карты. Архиепископ может покраснеть от того, что какой-то самозванец изображал священника у него под носом. Разоблачение этого обмана не добавляет смущения ".

Уитни откинулась на спинку стула. "Это, конечно, зависит от вашей точки зрения".

Ева почувствовала, как у нее заныла спина, но удержалась. "Если вы чувствуете, что мои действия и методы были неправильными ..."

"Я это сказал? Сорвись с места, Даллас, и докладывай ".

"Неопознанная жертва была, как сообщалось ранее, убита цианистым калием, который был добавлен в вино, использованное во время заупокойной мессы по Гектору Ортису. Это вино содержалось в запертом ящике, но было легко доступно любому количеству людей. Чтобы уточнить это число, ключевым является определение субъекта. С этой целью мы с моим напарником опросили соратников жертвы и близких друзей.

"Во время вскрытия Моррис обнаружил следы профессионально удаленной татуировки, а также старые боевые раны и реконструктивную операцию на лице. Лаборатория только что реконструировала татуировку ".

Она положила копию на стол Уитни. "Это бандитская татуировка", - начала она.

"Солдаты. Я помню это. Я помню их. Я собрал то, что осталось от нескольких в свое время, запер еще нескольких. Их не было уже десять лет. Еще. Раньше вашего времени, лейтенант."

"Тогда ты знаешь, что символизирует татуировка".

"Полноправный участник, совершивший по крайней мере одно убийство. Жертва чувствовала бы себя как дома в испанском Гарлеме ".

"Да, сэр. На медали, которую я нашел, было написано "Лино". Мы работаем над получением записей о крещении от церкви. Я также полагаю, что у него, возможно, была близкая подруга или родственница, которая подверглась сексуальному насилию в детстве ".

"Почему?"

Она рассказала ему, быстро, кратко. "Эти факторы указывают на то, что этот человек в какой-то момент был бы в системе. Как члену банды, трудно поверить, что его не задержали в какой-то момент, что его отпечатков пальцев и / или ДНК нет в записях. Но мы забрали из тела и то, и другое, и мы не зажгли ни одной спички ".

Уитни тяжело вздохнула. "Все несовершеннолетние, которые были членами и которые не были осуждены за какое-либо преступление, влекущее вынесение приговора, были удалены из своих записей. Приказ о помиловании, 2045 год. Приказ, который был отменен в 2046 году ".

"Даже в этом случае, сэр, в записях все равно должны быть отпечатки пальцев и ДНК, даже если запись была очищена".

"Не оправдан, лейтенант. Стерто. Нет записей о несовершеннолетних, которые не отсидели срок. Те, кто это сделал, эти записи запечатаны, это было бы помечено. Я бы сказал, что ваша жертва была несовершеннолетним участником войны, который получил орден о помиловании. Если после этого он ускользнул от системы, вы не найдете его отпечатков или ДНК в наших записях или IRCCA ".

Что ж, это было отвратительно, подумала Ева, направляясь обратно в Отдел убийств. Некоторые кровожадные сердцееды беспокоятся о городских уличных крысах, и их решение состоит в том, чтобы погладить всех хороших маленьких убийц, сталкивающих нелегалов, групповых изнасилований гангстеров по голове и сказать: "Идите и больше не грешите?"

Теперь ей приходилось копаться в грудах возможно значимых данных, чтобы найти информацию, которая должна была быть у нее под рукой.

У Лино было имя, и она была чертовски уверена, что его убийца знал это. Пока она этого не сделала, он был бы Джоном, совершающим это в морге.

Затем был настоящий Мигель Флорес. Она должна была идентифицировать жертву, чтобы иметь хоть какую-то реальную надежду найти Флореса, живого или мертвого. Конечно, он был мертв, каждый инстинкт говорил ей. Это не означало, что он не имел значения.

Чем больше она узнавала о жертве, тем больше значил Мигель Флорес.

Она остановилась у торгового автомата, хмуро посмотрела на него. "Огорчи меня, я вызываю тебя". Она ввела свой код. "Тюбик Пепси и набей его своим чертовым содержимым и пищевой ценностью".

Из трубки раздался кашель, затем зазвучала музыка. Она продолжала удаляться, пока автомат выкрикивал текущую мелодию Pepsi.

"Этого достаточно, чтобы ты захотел пить", - пробормотала она и, повернувшись, чуть не наехала на отца Л óпеза. "Прости".

"Моя вина. Я не был уверен, куда иду, поэтому не смотрел, куда иду. Я никогда не был здесь. Это ... грандиозно".

"И громко, и полно очень плохих людей. Что я могу для тебя сделать?"

"У меня есть записи, которые вы просили".

"Ох. Спасибо. Я могла бы подняться, чтобы забрать их." Или ты мог бы забрать их, подумала она.

"Я... На самом деле, я хотел ненадолго выйти. У тебя есть несколько минут?"

"Конечно. Мой офис за углом. Ах, ты чего-нибудь хочешь?" Она подняла трубку и почти молилась, чтобы он сказал "нет". Она не хотела снова рисковать машиной.

"Я бы не отказался от чашечки кофе. Я просто..."

"У меня есть кое-что в моем кабинете", - сказала она ему, когда он шагнул к аппарату.

Она повела его по коридору в КПЗ, где Дженкинсон прорычал в "линк": "Слушай, ты, гребаный говнюк-хорек, я получаю информацию, тебе платят. Я похож на какого-то долбоеба, который сидит здесь и дрочит? Ты, блядь, не хочешь, чтобы я спускался туда, хуесос."

"Ах", - сказала Ева. "Должность. Прости."

Лицо Лóпеза оставалось безмятежным. "Ты забыл добавить "красочный" к своему "громкий и полный очень плохих людей".

"Я думаю. Как ты пьешь кофе?"

"Просто черный - это прекрасно. Лейтенант... Я принес записи о крещении".

"Так ты сказал".

"И я намерен отдать их тебе, прежде чем уйду".

Ева кивнула. "Это имело бы смысл".

"Я делаю это без разрешения. Мое начальство, - продолжил он, когда она повернулась с кофе, " желая сотрудничать со следствием, конечно, также осторожно относится к ... негативной реакции. И публичность. Они сообщили мне, что примут запрос к сведению. Совет часто означает..."

"Только по эту сторону никогда?"

"Закрывай. Я сам получил доступ к записям ".

Она протянула ему кружку. "Это делает тебя пронырой. Достаточная плата за кофе?"

Ему удалось тихо рассмеяться. "Да, спасибо тебе. Мне понравилось-Лино. Очень нравится. Я уважал его работу и его энергию. Он был моей ответственностью. Я чувствую, что не смогу понять этого или знать, что делать, пока не узнаю, кем он был, и почему он сделал то, что он сделал. Я должен давать советы своим прихожанам. Отвечай им, когда они приходят ко мне расстроенные и обеспокоенные. Мы женаты? Был ли крещен мой ребенок? Были ли прощены мои грехи? И все потому, что этот человек притворялся священником".

Он сидел, потягивал. Он опустил кружку, уставился. Затем снова отпил, медленно. Румянец выступил на его щеках. "Я никогда не пробовал кофе, подобного этому".

"Наверное, потому, что ты никогда не пил настоящего кофе. Это не соя, не овощи и не искусственное. Таков уговор. У меня есть источник".

"Благословляю тебя", - сказал он и снова выпил.

"Ты видел это раньше?" Она извлекла отпечаток из татуировки, предложила его.

"О да. Это бандитская татуировка; банда давно распалась. Некоторые из моих прихожан были членами и до сих пор носят татуировку. Некоторые носят это с гордостью, некоторые со стыдом".

"У Лино был один. Он удалил его, прежде чем пришел сюда ".

Понимание омрачило глаза Лóпеза. "Итак. Это было его место. Его дом".

"Я мог бы использовать имена людей, которых вы знаете, у которых есть эта татуировка". Когда он закрыл глаза, Ева беспечно сказала: "Можно еще кофе".

"Нет, но спасибо тебе. Лейтенант, те, кто пережил те времена и не находится в тюрьме, сейчас старше, у них есть работа и семьи, они построили свою жизнь ".

"Я не собираюсь это менять. Если только один из них не убил Лино."

"Я дам тебе имена, те, которые я знаю или могу выучить. Я хотел бы подождать до завтра. Трудно идти против авторитета, в который я верю ".

"Завтра все будет хорошо".

"Ты думаешь, он был плохим человеком. Лино. Вы полагаете, что он, возможно, убил Флореса, чтобы надеть на него ошейник - отнял его имя, его жизнь. И все же ты так работаешь, чтобы найти того, кто забрал жизнь Лино. Я понимаю это. Я верю в это. Поэтому я сделаю, что смогу ".

Когда он начал подниматься, Ева заговорила. "Чем ты занимался до того, как стал священником?"

"Я работал в кантине моего отца и занимался боксом. Какое-то время я боксировал профессионально".

"Да, я посмотрел это. Ты выиграл свою долю".

"Я любил спорт, тренировки, дисциплину. Чувство, которое я испытывал, когда выходил на ринг. Я мечтал увидеть большие города, славу и богатство".

"Что заставило тебя передумать?"

"Там была женщина. Девушка. Я любил ее, и она любила меня. Она была красивой и такой неиспорченной. Мы должны были пожениться. Я экономил деньги, почти каждый пенни, который мог, от выигранных матчей. Чтобы мы могли пожениться и иметь собственное жилье. Однажды, когда я тренировался, она шла от дома своих родителей в сторону города, чтобы повидаться со мной и принести мне обед. Мужчины - трое мужчин - увидели ее, и они забрали ее. Мы искали два дня, прежде чем нашли ее. Они оставили ее у реки. Задушил ее. Сначала они изнасиловали ее, избили и оставили голой у реки."

"Мне очень жаль".

"Я никогда не знал такой ненависти. Даже сильнее, чем горе, были ненависть, ярость, жажда отомстить за нее. Или я сам. Как мы можем быть уверены? Я жил на этой ненависти два года - это, выпивка, наркотики и все, что притупляло горе, чтобы ненависть могла оставаться зреющей.

"Я потерял себя в этом. Затем они нашли их, после того как те сделали то же самое с другой молодой девушкой. Я планировал убить их. Я планировал это, замышлял это, мечтал об этом. У меня был нож - хотя я сомневаюсь, что смог бы подобраться к ним достаточно близко, чтобы воспользоваться им, я верил, что смогу. Я бы. Затем она пришла ко мне. Моя Анна-Мария. Вы верите в такие вещи, лейтенант? В посещениях, в чудесах, в вере?"

"Я не знаю. Но я верю в силу веры в них".

"Она сказала мне, что я должен отпустить ее, что это грех - терять себя из-за того, чего уже нет. Она попросила, чтобы я отправился один в паломничество к святилищу Богоматери Сан-Хуан-де-лос-Лагос. Нарисовать - у меня был небольшой талант - изображение Пресвятой Матери в качестве подношения. И там я нашел бы остаток своей жизни".

"А ты?"

"Я сделал. Я любил ее, поэтому сделал то, о чем она просила. Я шел, долгий, долгий путь. На протяжении многих месяцев. Останавливаясь по пути, чтобы найти работу, поесть, поспать, я думаю, чтобы исцелиться и снова обрести веру. Я нарисовал портрет, хотя на нем было лицо Аннамарии. И я понял, когда я преклонил колени в храме, когда я плакал, что моя жизнь теперь для Бога. Я много месяцев путешествовал домой и работал, чтобы накопить денег для поступления в семинарию. Я нашел свою жизнь. И все же бывают ночи, когда мне снится, что она рядом со мной, а наши дети спокойно спят в своих кроватках. Я часто задаюсь вопросом, является лиэто Божьим благословением за принятие Его воли или покаянием за ее испытание ".

"Что случилось с мужчинами?"

"Их судили, признали виновными и казнили. В то время в Мексике все еще проводились казни. Их смерти не вернули Аннамарию, или другую девушку, или ту, которую нашли, которая была до моей Аннамарии ".

"Нет. Но больше никаких девочек не насиловали, не терроризировали, не били и не душили их руками. Может быть, это тоже Божья воля".

"Я не могу сказать, но их смерти не доставили мне удовольствия". Он поднялся, аккуратно поставил пустую кружку рядом с ее автоматом. "Ты убивал".

"Да".

"Это не принесло тебе удовольствия".

"Нет".

Он кивнул. "Я достану тебе имена. Может быть, вместе мы сможем обрести справедливость и Божью волю на одном пути".

Может быть, подумала она, когда осталась одна. Но пока она носила значок, правосудие должно было иметь приоритет.

7

ОНА ЧУВСТВОВАЛА СЕБЯ РАЗДРАЖЕННОЙ. ЕВА НЕ МОГЛА ДО КОНЦА ПОНЯТЬ почему, но мерзость не покидала ее всю дорогу домой. Потоки туристов, резвящихся весной в Нью-Йорке, как стадо цыплят перед ощипыванием, не смогли изменить настроение на слегка раздраженное или цинично веселое. Даже анимированные рекламные щиты, объявляющие обо всем, начиная с летней моды - обувь этим летом, по-видимому, была бы прозрачной, чтобы демонстрировать педикюрные ножки, - и заканчивая усилителями приклада, не произвели никакого впечатления. Она попыталась представить город, полный невидимых туфель, накрашенных пальцев на ногах и задниц с подкладками, но это ее не взбодрило.

Рекламные дирижабли, курсирующие над головой и ограничивающие воздушное движение, не прорвались сквозь облако раздражения, когда они взорвали свой список распродаж! Распродажа! Распродажа! (на этот раз на английском) в торговом центре Sky.

Она не могла по достоинству оценить хаос, какофонию, врожденное сумасшествие города, который она любила, и поэтому, когда она, наконец, повернула к воротам, не смогла найти свое удовольствие в том, чтобы быть вне этого. В том, чтобы быть дома.

Какого черта она здесь делала? Ей следовало остаться на работе, где она могла обратить свое отвратительное настроение в свою пользу. Надо было запереть дверь ее кабинета, запрограммировать кофейник черного кофе и взяться за дело. К доказательствам, фактам, осязаемым вещам .

Какого черта она спросила Лó пеза, что он сделал, прежде чем надеть этот ошейник на его шею?

Это не имело значения. Это не имело значения . Какое значение имело для дела то, что какие-то ублюдки избили, изнасиловали и задушили любовь всей его жизни? Это не было связано.

Идентификация жертвы была связана. Найти убийцу имело значение. Работа не включала в себя воображение какой-то девушки в Мексике, оставленной голой и мертвой у реки. В ее мозгу скопилось достаточно крови и смерти, чтобы не добавлять больше - больше того, что не относилось ни к ней, ни к работе.

Она выскочила из своего автомобиля, зашагала в дом. И с этой мерзостью, смешанной с депрессией, которую она не признавала, едва удержалась, чтобы не зарычать на Соммерсета.

"Поцелуй мою неразвитую задницу", - сказала она, прежде чем он смог заговорить, и продолжила идти. "Или я поставлю свою явно обутую ногу на твою". Она ворвалась прямо в лифт, заказала спортзал. Она думала, что ей нужна хорошая, потная тренировка.

В фойе Соммерсет лишь приподнял бровь, глядя на задумчивого Галахада, затем перешел на домашний канал связи, чтобы связаться с Рорком в его кабинете.

"Что-то беспокоит лейтенанта - больше, чем обычно. Она пошла в спортзал ".

"Я позабочусь об этом. Спасибо".

Он дал ей час, хотя пару раз проверил, как она, по домашнему экрану. Она первой отправилась в виртуальную пробежку, и это говорило, как предположил Рорк, о том, что она выбрала улицы Нью-Йорка, а не свою обычную пляжную канву. Затем она взялась за гири, работала до седьмого пота. Рорк испытал легкое разочарование, когда она не активировала спарринг-дроида и не избила его до бесчувствия.

Когда она переехала в домик у бассейна и нырнула, он прекратил свою работу. К тому времени, как он спустился, она уже выбралась из бассейна и вытиралась. нехороший знак, решил он. Плавание обычно расслабляло ее, и она, как правило, вытягивала колени.

Тем не менее, он улыбнулся. "А как у тебя дела?"

"Хорошо. Не знал, что ты дома ". Она натянула халат. "Я хотел размяться, прежде чем поднимусь наверх".

"Тогда, должно быть, пришло время подняться". Он взял ее за руку, коснулся ее губ своими. Барометр Соммерсета, как обычно, точен, подумал Рорк. Что-то беспокоило лейтенанта.

"Мне нужно потратить пару часов".

Он кивнул и направился к лифту.

"Дело - это сука".

"Они редко бывают иными". Он наблюдал за ней, пока они ехали в спальню.

"Я даже не знаю, кто был жертвой".

"Это не первый твой неизвестный".

"Нет. Это не первое мое что-либо ".

Он ничего не сказал, только подошел к стенной панели, чтобы открыть ее и выбрать вино, пока она доставала брюки и рубашку из своего ящика.

"Я собираюсь остановиться на кофе".

Рорк поставил ее вино на стол, отпил свой.

"И я просто собираюсь взять сэндвич или что-нибудь еще. Мне нужно выполнить поиск по только что полученным записям, сделать несколько перекрестных ссылок ".

"Это прекрасно. Ты можешь взять свой кофе, свой сэндвич, свои пластинки. Как только ты скажешь мне, что не так."

"Я только что сказал тебе, что это дело - дерьмо".

"У тебя бывало и похуже. Гораздо хуже. Ты думаешь, я не вижу, что у тебя внутри что-то завязано? Что произошло сегодня?"

"Ничего. Ничто". Она запустила пальцы в растрепанную шапку волос, которые не потрудилась высушить. "Мы подтвердили, что жертва не Флорес, пошли по ниточке, которая не сработала, есть пара других, которые могут сработать". Она взяла вино, которое, как она сказала, не хотела, и пила, меряя шагами спальню. "Потратил много времени на разговоры с людьми, которые работали с жертвой или знали ее, и наблюдал за разной степенью подавленности, когда я сообщил им, что он не Флорес и не священник".

"Дело не в этом. Что еще?"

"Этого" ... . . ..

"Есть, да". Он небрежно откинулся на комод и сделал еще один глоток вина. "Но у меня есть время подождать, пока ты перестанешь быть мученицей и выплеснешь это наружу".

"Неужели ты никогда не можешь не лезть не в свое дело? Тебе всегда обязательно совать свои пальцы в мои?"

Вывести ее из себя, он знал, было кратчайшим путем к проникновению в суть. Его губы изогнулись, очень намеренно. "Моя жена - это мое дело".

Если бы ее глаза были оружием, он был бы мертв. "Можешь приклеить это дерьмо "моя жена". Я коп; у меня есть дело. Тот, к которому, для разнообразия, у тебя нет никакой связи. Так что отвали."

"Как это? Нет."

Она со стуком допила вино и бросилась к двери. Когда он просто встал у нее на пути, ее кулаки сжались. "Продолжай", - пригласил он, словно забавляясь. "Сделай выстрел".

"Я должен. Ты препятствуешь правосудию, приятель ".

Бросая вызов, он наклонился еще немного. "Арестуйте меня".

"Дело не в тебе, черт возьми, так что просто отойди и дай мне поработать".

"И снова, нет". Он взял ее за подбородок и поцеловал с большей силой. Отступил. "Я люблю тебя".

Она отвернулась от него, но не раньше, чем он увидел ярость и разочарование на ее лице. "Удар ниже пояса. Гребаный удар ниже пояса".

"Это было, да. Черт бы меня побрал, я ублюдок ".

Она провела руками по лицу, провела ими по влажным волосам. Пнул комод. Теперь приходит в себя, подумал он. Он взял ее вино, подошел, чтобы вернуть его ей.

"Это не имеет никакого отношения к делу, ясно? Меня просто бесит, что это зацепило меня ".

"Тогда вытащи крючок. В противном случае, разве это не ты препятствуешь правосудию?"

Она сделала медленный глоток, наблюдая за ним поверх края. "Может, ты и ублюдок, но ты скрытный. Хорошо. Хорошо. Мы воспользовались кое-какой информацией", - начала она и рассказала ему о Соласе.

"Итак, я ловлю себя на мысли, что этот Лино, или кто бы он ни был, черт возьми, он, возможно, убил Флореса. Хладнокровно убил его, насколько я знаю. Он был убийцей".

"Ты установил это?"

"Он был солдатом. Крутые парни в Эль-Баррио. У него была бандитская татуировка, которую удалили перед опознанием. В свое время они были нью-йоркской бандой, и его татуировка указывает на то, что он занимал высокое положение в цепочке. На татуировке у него был знак убийцы Солдадос, так что он убил, по крайней мере, один раз ".

"Тяжелее, не так ли, когда твоя жертва сама приносила жертвы?"

"Может быть, так оно и есть. Может быть. Но, по крайней мере, он что-то сделал с этим, с этим ребенком. Он выбил дерьмо из Соласа, защитил ребенка, когда никто другой не сделал бы. Он вытащил ее, увел подальше".

Никто тебя не вытащил, подумал Рорк. Никто не спасал тебя. Пока ты не сделал это сам.

"Итак, мы идем навестить мать, чтобы оценить, могла ли она или этот ублюдок сделать Лино". Ева засунула руки в карманы, пока бродила по спальне. "У нее нет шансов, ни за что в аду. Я понимаю это, как только вижу ее, дрожащую при мысли, что муж сбежал из Райкерса. Я хотела дать ей пощечину." Ева остановилась, закрыла глаза. "Пощечина унизительнее, чем удар. Я хотел дать ей пощечину - и, думаю, я сделал это, устно ".

Он ничего не сказал, подождал, пока она закончит копаться в этом.

"Она была там, черт возьми." Ее голос звенел от этого, от гнева, страдания, горечи. "Она была прямо там, когда этот сукин сын насиловал ребенка, снова и снова. Она позволила ему избить себя, и это ее дело, но она ничего не сделала, чтобы помочь своему собственному ребенку. Ни черта. Не знал, не видел, о, мой бедный малыш. И я не понимаю этого. Как ты можешь не видеть, как ты можешь не знать?"

"Я не знаю. Может быть, некоторые не видят, отказываются знать то, чего они не могут вынести ".

"Это не оправдание".

"Это не так, нет".

"И я знаю, что это не похоже на меня, это не то же самое. Моя мать ненавидела меня, ненавидела сам факт моего существования. Это то, что я помню, одна из немногих вещей, которые я помню о ней. Если бы она была там, когда он насиловал меня, я не думаю, что ее бы это так или иначе волновало. Это не то же самое, но..." Она остановилась, прижала пальцы к глазам.

"Это толкнуло тебя обратно в лицо", - закончил Рорк. "Это снова произошло сейчас, а не тогда".

"Я полагаю".

"И разве это не было хуже, разве это не то, что ты думаешь? Хуже для этой девушки, потому что там был кто-то, кто должен был видеть, должен был знать, должен был остановить это?"

"Да, да". Она опустила руки. "И я обнаружил, что ненавижу эту жалкую, печальную, напуганную женщину и отдаю дань уважения мертвецу, которого я сильно подозреваю - черт возьми, я знаю - был убийцей".

"Предоставление ему поддержки за то, что он поступил правильно для ребенка, не оправдывает остальных, Ева".

Успокоившись, она снова взяла бокал с вином. "Это зацепило меня", - повторила она. "Позже священник вернулся, чтобы повидаться со мной. Настоящий. Яóпез. В нем что-то есть ".

"Подозрительный?"

"Нет, нет. Интересно. Король... неотразимости. Он..." Это поразило ее, выстрелило из крайнего левого угла и придало ей проницательности. "Он напоминает мне тебя".

Если бы она отбила мяч и отправила его прямо ему в лицо, он был бы шокирован не меньше. "Я?"

"Он точно знает, кто и что он такое, и принимает это. Он жесткий, и он понимает тебя чертовски быстро. Лино проскользнул мимо него, и это ему в глотку. Он берет на себя ответственность, и он размыл границы, чтобы делать то, что он считал правильным ".

"И все это?" - Спросил Рорк.

"Да. Он принес мне информацию, в которой я нуждался, несмотря на то, что его начальство хотело обсудить это и тянуть время. Он обошел их, следуя своему собственному кодексу. Затем я спросил его - это не относилось, я не знаю, почему я спросил его, - чем он занимался до того, как стал священником ".

Она села сейчас, должна была сесть сейчас, и рассказала ему о Лóпезе и Аннамарии.

"Ты снова подумал о себе, о том, что был пойман в ловушку и беззащитен все те годы, когда твой отец бил тебя, насиловал. И более того, вы подумали о Марлене ", - добавил Рорк, говоря о дочери Соммерсета.

"Боже". Ее глаза наполнились воспоминаниями, кошмарами. "Когда он рассказывал мне, я мог видеть это. И я могла видеть себя, в тот последний раз, в комнате, когда он сломал мне руку и насиловал меня, когда я сошла с ума и убила его. Я мог видеть Марлену, и как это, должно быть, было, когда те люди забрали ее, чтобы добраться до тебя, когда они пытали, изнасиловали и убили ее ".

Она вытерла слезы, но не смогла их остановить. "И он говорит о посещениях и чудесах, и я думаю: Но что было раньше?Как насчет ужаса, боли и ужасающей беспомощности? Как насчет этого? Потому что я не мертв, и я все еще могу это чувствовать. Обязательно ли быть мертвым, чтобы больше этого не чувствовать?"

Ее голос сорвался. Рорк почувствовал трещину в собственном сердце.

"И он спрашивает меня, убивал ли я, и он знает, что ответ "да", потому что он спрашивал меня раньше. Но затем он спрашивает, получил ли я от этого удовольствие. Я автоматически сказал "нет". Я никогда не отнимал чью-либо жизнь в очереди, я никогда не использовал свое оружие в качестве полицейского для удовольствия. Но я задумался, на минуту, я должен был задуматься, чувствовал ли я это той ночью? Той ночью, когда мне было восемь, и я всадил в него нож, когда я продолжал всаживать его в него, получал ли я от этого удовольствие?"

"Нет". Теперь он сел рядом с ней, взял ее лицо в свои руки. "Тебе виднее. Ты убивал, чтобы жить. Ни больше, ни меньше." Он прикоснулся губами к ее лбу. "Тебе виднее. Что вам интересно, что вам нужно знать, так это получал ли я удовольствие, убивая людей, которые убили Марлену."

"Для нее не было бы справедливости. Они убили ее - подвергли жестокому обращению и убили ее, чтобы нанести удар по тебе - и они были могущественными людьми в порочное время. Никто не вступился за нее. Никто, кроме тебя".

"Дело не в этом".

Она накрыла его руки своими, соединила их. "Полицейский не может мириться с самосудом, не может мириться с выходом за рамки закона, чтобы выслеживать и казнить убийц. Но жертва внутри полицейского, человек внутри полицейского понимает, и более того, верит, что это было единственное правосудие, которого когда-либо добьется невинная девушка ".

"И все же ты не спрашиваешь о том, что тебе нужно знать. Ты боишься, что не сможешь вынести ответа и предпочел бы не видеть? Лучше не знать?"

У нее перехватило дыхание. "Ничто из того, что ты мог бы сказать, не изменит моих чувств к тебе. Ничего. Итак, хорошо, я спрашиваю. Ты получал удовольствие от их убийства?"

Его глаза оставались на одном уровне с ее глазами, такими ясными, такими отчаянно голубыми. "Я хотел почувствовать это, больше всего на свете, я хотел упиваться этим. Я хотел, блядь, отпраздновать их смерть - их боль, их конец. За каждую секунду боли и страха, которые у нее были. За каждую секунду жизни, которую они у нее отняли, я хотел этого. И я этого не сделал. Это был долг, когда дело дошло до этого. Не месть, а долг, если ты можешь это понять."

"Думаю, я смогу".

"Я почувствовал гнев, ярость, и, возможно, в конце этого, это немного уменьшилось. Я могу убивать с меньшей болью, чем ты - потому что ты чувствуешь это, даже для худших из них. Мы не стоим на одном и том же месте с точки зрения морали, во всем. И поскольку я не верю, что мы должны быть такими, какие мы есть друг для друга, я бы не стал лгать, чтобы пощадить твои чувства. Так что, если бы я испытывал удовольствие от этого, я бы сказал это. Я не испытывал и сейчас не испытываю ни капли сожаления".

Она закрыла глаза, прижимаясь своим лбом к его, когда еще одна слеза скатилась по ее щеке. "Хорошо. Хорошо."

Он гладил ее по волосам, пока они сидели, пока она успокаивалась. Когда она вернулась. "Я не знаю, почему я позволил себе так запутаться".

"Это то, что делает тебя тем, кто ты есть. Хороший полицейский, сложная женщина и заноза в заднице ".

Ей удалось рассмеяться. "Я думаю, что это примерно так. О, и о том, что ты сказал раньше? Я тоже люблю тебя".

"Тогда ты примешь блокатор от головной боли и нормально поешь".

"Как насчет того, чтобы сначала нормально поесть и посмотреть, поможет ли это избавиться от головной боли, которая, в любом случае, уже не так сильна?"

"Достаточно справедливо".

Они ели там, где вместе завтракали, в гостиной в спальне. Из-за того, что она бросила его, Ева подумала, что будет справедливо ввести его в курс дела. Для гражданского человека у него был острый интерес - и острое чутье - к работе полицейского.

Кроме того, она знала, что он запрограммировал чизбургеры по той же причине, по которой некоторые люди предлагали несчастному ребенку печенье. Чтобы утешить ее.

"Разве ирландские банды не любят татуировки?" - спросила она.

"Конечно. По крайней мере, в те времена, когда я бегал по улицам ".

Она склонила голову набок. "Я близко знаю твою кожу. На тебе нет татуировок".

"Действительно, нет. С другой стороны, я бы не стал считать своих старых уличных товарищей и подельников бандой. На мой взгляд, в бандах слишком много правил и предписаний, и этот постоянный призыв защищать свою территорию, как будто это святая земля. Они могли бы забрать мою площадь Дублина тогда и сжечь ее дотла, мне было все равно. А татуировки, как вы недавно доказали, являются отличительным знаком, даже когда их удаляют. И последнее, чего хочет молодой, предприимчивый бизнесмен с мозгами, - это отличительный знак ".

"Ты получил это, вот почему Лино снял это. Следы, которые он оставляет, настолько слабые, что невооруженным глазом это будет не так заметно - и совсем не для случайного взгляда. Даже если это заметили, это можно объяснить - и было - юношеской глупостью ".

"Но это дает вам другую точку отсчета в отношении его личности". Он задумчиво откусил от своего бургера. "Что за Берк помечает себя крестиком, чтобы объявить, что он убит? И что за убийца ценит эго выше собственной свободы?"

Она показала жареным картофелем. "Это менталитет банды. Но все равно, не могу подать на Икса в суд. Что мне нужно знать, так это почему он покинул свою любимую территорию - на какой срок - и почему ему нужно было принять другую личность, чтобы вернуться. Это говорит мне о том, что он что-то сделал - и что-то серьезное - после того, как приказ о помиловании был отменен, или после того, как он достиг совершеннолетия ".

"Ты веришь, что он убил Флореса".

"Должно было быть до этого. Насколько мы можем отследить, Флорес был на Западе. Почему Лино был на Западе? И поскольку я не собираюсь покупать, Лино решил провести остаток своей жизни, притворяясь священником, есть причина, по которой он вернулся под этим прикрытием, и развязка. Терпение".

"Я бы сказал, что здесь замешан счет".

Она кивнула. "Деньги, драгоценности, нелегалы - которые переводятся обратно в деньги. Достаточно, чтобы этот бандит из испанского Гарлема мог позволить себе дорогую косметическую обработку лица, первоклассное удостоверение личности. Достаточно того, что он должен идти ко дну в течение длительного периода времени, либо потому, что слишком жарко, либо потому, что он собирается потратить этот промежуток времени, чтобы получить весь пирог ". Она сузила глаза. "Мне нужно провести поиск крупных ограблений, разбоев со взломом, незаконных сделок между шестью и восемью годами назад. Может быть, шесть и девять, но это предел. И просмотрите записи о крещении. Тогда мне нужно найти полицейского, который работал в том секторе, когда Лино был активным членом "Солдадос". Кто-нибудь, кто помнил бы его, дайте мне фотографию ".

"Почему бы мне не предпринять первый поиск? Я так наслаждаюсь грабежами и разбоями. И я справился с ужином, так что заслуживаю награды ".

"Я думаю, ты сделал и делаешь". Она откинулась на спинку стула. "Какой большой сукой я была, когда вернулась домой?"

"О, дорогой, ты был больше".

Она засмеялась и протянула руку. "Спасибо".

За кулисами недавно вновь открывшегося "Мэдисон Сквер Гарден" Джимми Джей Дженкинс, основатель Церкви Вечного света, приготовился приветствовать свою паству. Он приготовился с небольшой порцией водки, за которой последовали две дыхательные полоски, в то время как голоса певцов Eternal Light с верой и гармонией из четырех частей лились из динамиков его гримерки.

Он был крупным мужчиной, который любил хорошую еду; белые костюмы, которых у него было двадцать шесть, и которые он носил с разноцветными галстуками-бабочками и подтяжками в тон, сшитые по его фигуре; его любящую жену Джолин, с которой прожил тридцать восемь лет; их троих детей и пятерых внуков; те редкие глоточки водки; его нынешнюю любовницу Уллу; и проповедь святого слова Божьего.

Не обязательно в таком порядке.

Он основал свою церковь почти тридцать пять лет назад, закладывая эти кирпичи потом, харизмой, талантом к зрелищности и абсолютной и непоколебимой верой в то, что он был прав. На основе палаточных пробуждений и сельских полей, с которых он начинал, он создал бизнес с доходом в несколько миллиардов долларов в год.

Он жил как царь, и он проповедовал как пламенный язык Бога. Услышав стук в дверь, Джимми Джей поправил галстук перед зеркалом, быстро пригладил копну седых волос, которыми он не так уж втайне гордился, а затем крикнул бодрым басом: "Все, идите сюда!"

"Пять минут, Джимми Джей".

Джимми Джей просиял своей широкой, необъятной улыбкой. "Просто проверяю посылку. Что за врата, Билли?"

Вмешался его менеджер, худощавый мужчина с волосами такими же темными, как у Джимми Джея были белые. "Продан подчистую. Мы собираемся собрать более пяти миллионов, и это до сборов за прямую трансляцию или пожертвований ".

"Это божественная сумма". Ухмыляясь, Джимми Джей ткнул пальцем в своего менеджера. "Давай сделаем так, чтобы оно того стоило, Билли. Давайте выйдем туда и спасем несколько наших душ".

Он имел в виду именно это. Он верил, что мог - и спас - десятки душ с тех пор, как впервые отправился в путь из Литтл-Язу, штат Миссисипи, в качестве проповедника. И он верил, что его образ жизни, как и кольца с бриллиантами на каждой из его рук, был наградой за его добрые дела.

Он признавал, что был грешником - водка, его сексуальные грешки, - но он также верил, что только Бог может претендовать на совершенство.

Он улыбнулся, когда певцы "Вечного света" закончили под бурные аплодисменты, и подмигнул своей жене, которая ждала за кулисами, после чего покинул сцену. Она войдет, как и он, встретит его в центре сцены, когда поднимется задний занавес и возвышающийся экран передаст их изображения на задние ряды верхних балконов.

Его Джолин взяла бы на себя часть этого внимания и просто сияла бы в нем, как ангел. После того, как они вместе поприветствовали толпу, после того, как она исполнила свое фирменное соло "Walking by His Light", он целовал ей руку - толпе это нравилось. И она вернется за кулисы, пока он пойдет на работу, спасая эти души.

Это было бы время приступить к серьезному делу Господа.

Его Джолин выглядела картинкой в любящих глазах Джимми Джея. Когда они начали программу, которую десятилетиями создавали сами, ее розовое платье сверкнуло в свете софитов, а ее глаза встретились с его. Ее волосы были горой золота, такими же яркими и сияющими, как три ожерелья, которые она носила. Он подумал, что ее голос, когда она разразилась песней, такой же богатый и чистый, как лес драгоценных камней вдоль этого золота.

Как всегда, ее песня довела их обоих до слез и обрушила дом. Ее духи пропитали его, насыщая его чувства, когда он с большой нежностью поцеловал ее руку, наблюдая, как она уходит со сцены сквозь туман влаги. Затем он повернулся, ожидая, пока стихнет последний хлопок и наступит гробовая тишина.

Позади него экран вспыхнул светом. Божье копье пронзает облака с позолоченными краями. И, как один, толпа ахнула.

"Мы все грешники".

Начал он мягко, тихим голосом в безмолвном соборе. Молитва. Он наращивал громкость, тональность, энергию, делая паузы, подобающие шоумену, для приветствий, аплодисментов, "аллилуйя" и "аминь".

Он работал до седьмого пота, так что он блестел у него на лице, намочил воротник. Он вытер это носовым платком, который подходил к его галстуку. И когда он снял белый пиджак, оставшись в рубашке с короткими рукавами и подтяжках, толпа взревела.

Души, подумал он. Он мог чувствовать, как зарождается их свет. Поднимающиеся, распространяющиеся, сияющие души. Пока воздух сотрясался от них, он поднял третью из семи бутылок воды (с небольшой долей водки в каждой), которые ему предстояло выпить за вечер.

Все еще вытирая пот, он пил с наслаждением, осушив почти половину бутылки за один раз.

"Пожинай", - говорится в Доброй книге. "Ты пожнешь то, что посеял!" Скажи мне, скажи Всемогущему Богу: ты посеешь грех или ты посеешь..."

Он кашлянул, махнул рукой и потянул за галстук. Он задыхался, хватая ртом воздух, когда его большое тело сотрясалось в конвульсиях, когда он падал. С пронзительным писком Джолин бросилась через сцену на своих розовых блестящих каблуках.

Она закричала: "Джимми Джей! О, Джимми Джей", в то время как рев толпы превратился в стену воплей и причитаний.

Увидев вытаращенные глаза своего мужа, она упала в обморок. Она упала поперек своего мертвого мужа, так что их тела образовали бело-розовый крест на полу сцены.

За своим столом Ева сузила свой список до двенадцати младенцев мужского пола, крещенных в церкви Святого Кристиана в годы, которые соответствовали возрастному диапазону ее жертвы, у которой было Лино в качестве имени или отчества. У нее в запасе было еще пять, которые выходили за внешние границы тех лет.

"Компьютер, стандартный запуск по именам из отображаемого списка. Ищи и удерживай, " добавила она, пробормотав проклятие себе под нос, когда ее "линк подал сигнал.

"Даллас".

Диспетчер, Даллас, лейтенант Ева. Репортаж в Мэдисон-сквер-Гарден,

Театр Клинтона. Подозреваемый в убийстве путем отравления.

"Признайте. Установлена ли личность жертвы?"

Подтверждаю. Жертва была идентифицирована как Дженкинс, Джеймс Джей.

Немедленно доложите как первичный. Пибоди, детектив Делия, будет уведомлена.

"В пути. Откуда я знаю это имя?"

"Лидер Церкви Вечного Света. Или нет, Вечный Свет. Вот и все, " сказал Рорк с порога.

Глаза Евы заострились, сузились. "Другой священник".

"Ну, не совсем, но примерно".

"Черт. Черт." Она посмотрела на свою работу, на свои списки, на свои файлы. Неужели она совсем сбилась с пути, свернула не туда? "Я должен идти".

"Почему бы мне не пойти с тобой?"

Она начала говорить "нет", просить его остаться, продолжить его поиски. Нет смысла, подумала она, если она охотится за убийцей из числа людей Божьих. "Почему ты этого не делаешь? Компьютер, продолжить назначенный запуск, сохранить данные ".

Признано. Работая... это объявило, когда она направилась к двери.

"Вы думаете о мертвом священнике, мертвом проповеднике, и вы выбрали неверную линию расследования".

"Я думаю, если окажется, что этот парень выпил цианистый калий, это не будет чертовым совпадением. Не имеет смысла, не имеет никакого смысла".

Но она покачала головой, выключая это. Ей нужно было бы выйти на сцену объективно. Она прошла в спальню, переоделась в уличную одежду, пристегнула свое оружие.

"Там, снаружи, все остынет". Рорк передал ей короткую кожаную куртку. "Я должен сказать вам, что пока я не обнаружил никаких крупных ограблений, ничего, что соответствовало бы вашим представлениям. Не с выдающимися взяточниками или деятелями в целом. По крайней мере, - добавил он, - ни одного, о котором я лично не знаю подробностей".

Она просто смотрела на него.

"Что ж, теперь ты попросил меня вернуться на несколько лет назад. И несколько лет назад я, возможно, приложил бы руку к нескольким интересным начинкам ". Он улыбнулся. "Так сказать".

"Давай не будем, " решила она, " говорить об этих конкретных пирогах. Дерьмо. Дерьмо. Сделай мне одолжение и поведи машину, хорошо? Я хочу получить некоторую информацию о жертве, прежде чем мы доберемся туда ".

Когда они выходили из дома, Ева достала свой PPC и начала проверку данных о недавно умершем Джимми Джее.

8

ВЗВОД В ФОРМЕ УДЕРЖИВАЛ ВНУШИТЕЛЬНУЮ армию зевак за полицейскими баррикадами в Мэдисон-сквер-Гарден. Позапрошлой зимой террористическая группировка "Кассандра" взорвала изрядный кусок здания. Сеющий кровавый хаос.

По-видимому, смерть евангелиста вызвала почти такую же истерию и хаос.

Ева подняла свой значок, прокладывая себе путь. "Он со мной", - сказала она одному из полицейских в форме и расчистила путь для Рорка.

"Позвольте мне провести вас, лейтенант".

Ева кивнула на униформу, подтянутую женщину с копной вьющихся рыжих волос под кепкой. "Что ты знаешь?"

"Первая сцена - внутри, но говорят, что жертва проповедовала бурю перед аншлаговым залом. Выпила немного воды - уже на сцене с ним - и упала замертво".

Женщина в форме пересекла вестибюль, мотнула головой в сторону одного из плакатов с изображением дородного мужчины с копной волос, таких же белых, как его костюм. "Джимми Джей, известный евангелист. Место преступления было обеспечено довольно быстро, лейтенант. Один из телохранителей жертвы раньше был на работе. Говорят, он справился с этим. Главная арена", - добавила она, ведя Еву мимо еще двух полицейских в форме, стоящих по бокам дверей. "Я вернусь на свой пост, если вы ничего не предпримете".

"Я настроен".

В доме горел свет, и на сцене горели прожекторы. Несмотря на них, температура была как арктический ветер, и она была благодарна за куртку.

"Почему здесь так чертовски холодно?"

Полицейский пожал плечами. "Переполненный зал. Полагаю, у них было временное дно, чтобы компенсировать это. Хочешь, я позабочусь о том, чтобы это регулировалось?"

"Да".

Она чувствовала остатки запаха переполненного зала - пота и духов, подслащенных напитков и угощений, которые пролились на ряды. Еще больше униформ и первые уборщики сновали по этим рядам, сцене, проходам.

Но тело лежало в центре сцены, а позади него был огромный экран, на котором изображение адской бури гнева Божьего застыло в середине удара молнии.

Она прицепила свой значок к поясу, взяла походный набор, который носил Рорк.

"Полный зал. Как на похоронах Ортиса. Меньший масштаб, но та же идея. Священник, проповедник - выведен из игры на глазах у верующих".

"Тот же убийца или подражатель".

Она кивнула, просматривая. "Есть вопрос. Но я не буду спрашивать об этом, пока мы не определим причину. Возможно, у него был инсульт или сердечный приступ. Избыточный вес", - продолжила она, когда они шли к сцене. "Наверное, перенервничал, играя перед толпой такого размера. Люди все еще умирают от естественных причин".

Но не Джимми Джей Дженкинс, подумала Ева, когда подошла ближе к телу. Она поднялась на сцену. "Первым на сцене?"

"Сэр". Двое полицейских выступили вперед.

Она подняла палец, перевела взгляд на седовласого мужчину в темном костюме. Когда-то был полицейским, подумала она. "Ты телохранитель?"

"Это верно. Клайд Этткинс."

"Ты был на работе".

"Тридцать лет, Атланта".

"Ранг?"

"Сержант, когда я складывал свои бумаги".

У него были на это глаза. "Не против дать мне сводку?"

"Нет. Джимми Джей владел сценой, приближаясь к перерыву."

"Перерыв?"

"Ну, это вольно, но Джимми Джей проповедовал около часа после пения, затем певцы возвращались на сцену, и Джимми Джей менял рубашку, потому что он пропотел насквозь в той, в которой начинал. Затем, после этого перерыва, он возвращался и разжигал его снова. Ему оставалось, может быть, минут десять, когда он упал ".

Челюсть Атткинса заметно сжалась. "Он выпил немного воды и пошел ко дну".

"Из одной из тех бутылок, что стоят вон там на столе?"

"Тот, который все еще открыт. Он выпил, поставил бутылку на стол, сказал еще пару слов. Закашлялся, потом поперхнулся, схватился за воротник, за галстук - и полетел вниз. Его жена - Джолин - она выбежала даже раньше, чем я смог - и когда она увидела его, она упала в обморок. Я оцепил место происшествия так быстро и надежно, как только мог, но на несколько минут там воцарилось столпотворение ".

Он оглянулся на тело, снова отвернулся. "Некоторые люди пытались подняться на сцену, и нам пришлось приложить некоторые усилия, чтобы удержать их. Другие бежали к выходам или падали в обморок".

"Столпотворение", - повторила Ева.

"Это, несомненно, было. Факт в том, что никто на самом деле не знал, что произошло. И их дочери - Джимми Джей и Джолин - прибежали, схватились за свою маму, за своего папу. Тело немного передвинули, и одна из дочерей - это, должно быть, Джози - пыталась привести его в чувство искусственным путем, прежде чем я остановил ее ".

"Хорошо. К этим бутылкам с водой кто-нибудь прикасался или передвигал их?"

"Нет, сэр, я позаботился об этом. Службе безопасности пришлось чертовски нелегко с толпой и командой, но я в спешке все здесь закрыл ".

"Ценю это, мистер Атткинс. Можешь ли ты остаться в стороне?"

"Я уверен, что могу". Он снова посмотрел на тело. "Это ужасная ночь. Я могу оставаться рядом столько, сколько тебе нужно ".

Достав банку герметика, Ева намазала им свои руки, ботинки. Затем она подошла к глянцево-белому столу и взяла открытую бутылку воды. Понюхал.

Она нахмурилась, снова шмыгнула носом.

"Здесь больше, чем вода. Я не могу определить это, но здесь что-то есть ".

"Разум?" Рорк сделал шаг вперед. Пожав плечами, Ева протянула бутылку, чтобы он мог наклониться. "Я думаю, это водка".

"Водка?" Ева оглянулась на Клайда и по выражению его лица поняла, что Рорк был прав. "Вы можете это подтвердить?"

"Да, сэр, я могу. Джимми Джей любил разливать водку в бутылки с водой. Сказал, что это поддерживало его спокойствие во время проповеди. Он был хорошим человеком, лейтенант, и истинным человеком Божьим. Я бы, конечно, не хотел, чтобы это вышло таким образом, который запятнал бы его имя ".

"Если это не имеет значения, то и не будет. Кто наполнил его бутылки?"

"Обычно одна из его девушек. Его дочери. Или я бы так и сделал, если бы все было занято. Или Билли, его менеджер".

"Вот почему все эти бутылки не запечатаны. Где бутылка водки?"

"Это было бы в его раздевалке. Один из ваших людей запер это."

Она вернулась к телу, присела на корточки. Щеки были темно-розовыми, глаза налиты кровью. На горле были кровавые борозды, там, где он хватал воздух. Она почувствовала запах водки, когда наклонилась близко к его лицу, и пота. И да, только едва уловимый аромат миндаля.

Открывая свой набор, она обернулась и увидела, как Пибоди и худощавый светловолосый сердцеед ее партнера спешат к сцене.

"Я не звонил ЭДДУ".

"Мы гуляли с Каллендар и ее последним поклонником", - сказала Пибоди. "Это тот Джимми Джей, верно?"

"По-видимому. Возьмите отпечатки для подтверждения, обратитесь к TOD для протокола ". Ева посмотрела на Макнаба и красно-оранжевую звезду на его фиолетовой футболке. На нем были гладкие зеленые ползунки в тон гладкому зеленому поясу, который не давал его ослепительно оранжевым штанам соскальзывать с костлявых бедер.

Несмотря на заявление моды и полдюжины разноцветных колец, отягощавших мочку его левого уха, он был хорошим полицейским. И поскольку он был здесь, она могла бы с таким же успехом заставить его работать.

"У вас есть диктофон, детектив?"

"Не выходи из дома без этого".

"Мистер Атткинс, я бы хотел, чтобы вы присели вон там", - Ева неопределенным жестом указала на аудиторию. "И передайте ваши показания детективу Макнабу. Спасибо за вашу помощь ".

Она повернулась к первому на сцене. "Офицер, где жена жертвы?"

"В ее гримерной, сэр. Я буду сопровождать тебя".

"Через минуту. Пибоди, когда закончишь, упакуй тело в мешок, пометь и пометь Морриса. Я хочу ТРЕСКУ как можно скорее. Крышка и пакет для открывания бутылки отделены от остальных. Они все для лаборатории, и они в приоритете. У жертвы было три дочери, все здесь. Ты берешь их. Я на стороне жены, менеджера. Макнаб может взять охрану."

"На этом".

Ева повернулась к Рорку. "Хочешь пойти домой?"

"Для чего?"

"Тогда найди какое-нибудь тихое и удобное место. Покопайся в жертве". Она протянула свой КПП. "У меня здесь начальный этап".

"Я воспользуюсь своим собственным".

"Я начал свою пробежку".

Он вздохнул, взял ее руку, нажал пару кнопок. "Теперь это и на мне тоже. Ты хотел бы, чтобы я нашел что-нибудь конкретное?"

"Было бы очень интересно, если бы вы обнаружили, что Джимми Джей Дженкинс был связан с каким-то парнем по имени Лино из испанского Гарлема. Иначе..." Она оглядела арену. "Бог - это большой бизнес, верно?"

"Библейский".

"Ha. Выясни, сколько денег в карманах Джимми Джея и кто что получает. Спасибо. Офицер?"

Они сошли со сцены, прошли за кулисы. "Где находится гримерная жертвы?" - спросила она.

"Другая сторона". Полицейский показал большой палец.

"Неужели?"

Он пожал плечами. "Миссис У мертвеца случилась истерика. Пришлось унести ее, вызвать МТС для нее. С ней у нас женщина-офицер. МТ дал ей мягкое успокоительное, но ..."

Он замолчал, когда вопли и рыдания эхом отразились от стен.

"Не очень помогло", - добавил он.

"Отлично". Ева шагнула к двери, где вопли и рыдания сотрясали металл. Она расправила плечи, открыла его.

Возможно, она пошатнулась не только от звуков, но и от всего розового . Это было похоже на взрыв грузовика с сахарной ватой, и это немедленно вызвало у нее фантомную зубную боль.

На самой женщине было розовое платье с огромной юбкой, которая задралась, когда она растянулась на шезлонге, как гора конфет. Ее волосы, яркого, ослепляющего глаза золота, в беспорядке спадали вокруг лица, на котором несколько фунтов усилителей растаяли и растеклись черными, красными, розовыми и голубыми разводами.

На мгновение Еве показалось, что Джолин вырвала часть своих волос в своем безумном горе, затем поняла, что их клочья, разбросанные по полу и шезлонгу, были наращиваниями и усилителями.

Коп у двери одарил Еву взглядом, в котором одновременно были усталость, цинизм, облегчение и веселье. "Сэр? Офицер Макклинтон. Я стоял рядом с миссис Дженкинс ".

Пожалуйста, таково было основное послание. Пожалуйста, освободи меня.

"Сделайте перерыв, офицер. Сейчас я поговорю с миссис Дженкинс ".

"Да, сэр". Макклинтон направилась к двери и пробормотала "Удачи" себе под нос.

"Миссис Дженкинс", - начала Ева, и в ответ Джолин взвизгнула и закрыла глаза рукой. И не в первый раз, решила Ева, поскольку рука была покрыта мазками от усилителей для лица, похожими на какую-то странную рану.

"Я лейтенант Даллас", - сказала Ева, перекрывая крики и рыдания. "Я знаю, что это трудное время, и я очень сожалею о вашей потере, но ..."

"Где мой Джимми Джей! Где мой муж ? Где мои дети? Где наши девочки?"

"Мне нужно, чтобы ты остановился". Ева подошла, наклонилась, взяла Джолин за дрожащие плечи. "Мне нужно, чтобы ты прекратил это, или я ухожу. Если ты хочешь, чтобы я помог тебе, помог твоей семье, тогда ты остановишься. Сейчас"

"Как ты можешь помочь? Мой муж мертв . Только Бог может помочь сейчас". Ее голос, хриплый от слез и южного акцента, пронзительный от истерии, пронзил макушку Евы. "О, почему, почему Бог забрал его у меня? У меня недостаточно веры, чтобы понять. У меня нет сил идти дальше!"

"Прекрасно. Тогда сиди здесь и барахтайся".

Она отвернулась и прошла половину комнаты, когда Джолин крикнула: "Подожди! Подождите! Не оставляй меня одного. У меня отняли моего мужа, моего партнера в жизни и в вечном свете. Сжалься."

"У меня много жалости, но у меня также есть работа, которую нужно делать. Ты хочешь, чтобы я выяснил, как, почему и кто забрал его у тебя?"

Джолин закрыла лицо руками, размазывая улучшения, как краску для пальцев. "Я хочу, чтобы ты сделал так, чтобы этого не произошло".

"Я не могу. Ты хочешь помочь мне выяснить, кто это сделал?"

"Только Бог может отнять жизнь или подарить ее".

"Скажите это всем людям, только в этом городе, которых каждую неделю убивает другой человек. Вы верите во что хотите, миссис Дженкинс, но не Бог подсыпал яд в ту бутылку с водой ".

"Яд. Яд". Джолин прижала руку к сердцу, другую подняла.

"Нам нужен судебно-медицинский эксперт для подтверждения, но да, я считаю, что ваш муж был отравлен. Ты хочешь, чтобы я выяснил, кто это сделал, или просто помолился об этом?"

"Не будь святотатцем, не в такое время". Содрогаясь, Джолин крепко зажмурила глаза. "Я хочу, чтобы ты выяснил. Если кто-то причинил боль моему Джимми, я хочу знать. Вы христианка, мисс?"

"Лейтенант. Я коп, и это то, что здесь имеет значение. Теперь расскажи мне, что произошло, что ты видел ".

Между приступами икоты и дрожи Джолин передала то, что по сути было изложением событий Атткинсом. "Я выбежал на сцену. Я подумал: "О, сладкий Иисус, помоги моему Джимми", и я увидел, когда я посмотрел вниз, я увидел... Его глаза - он не видел меня, они пристально смотрели, но он не видел меня, и на его горле была кровь. Они сказали, что я потерял сознание, но я не помню. Я помню, как меня тошнило или кружилась голова, и кто-то пытался поднять меня, и, наверное, я немного сошел с ума. Они - это был один из полицейских и, я думаю, Билли, который привел меня сюда, и кто-то пришел и дал мне что-то, чтобы успокоить меня. Но это не помогло. Что бы?"

"Были ли у вашего мужа враги?"

"Любой могущественный человек делает. И такой человек, как Джимми Джей, тот, кто говорит слово Божье - не каждый хочет его слышать. У него есть телохранитель, у него есть Клайд ".

"Какие-то конкретные враги?"

"Я не знаю. Я не знаю".

"Человек в его положении накапливает значительное богатство".

"Он построил церковь и служит ей. Он отдает больше, намного больше, чем когда-либо собирал для себя. Да, " сказала она теперь натянуто, " у нас комфортная жизнь."

"Что теперь происходит с церковью и ее имуществом?"

"Я... я..." Она прижала руку к губам. "Он предпринял шаги, чтобы быть уверенным, что церковь продолжит свое существование после его кончины. Что, если бы он встретил Бога первым, обо мне бы позаботились, и о наших детях, наших внуках. Я не знаю всех подробностей. Я стараюсь не думать об этом".

"Кто приготовил для него воду сегодня вечером?"

"Одна из девушек, я полагаю". Ее опустошенные глаза закрылись. Ева подсчитала, что транквилизатор наконец-то преодолел истерию. "Или Билли. Может быть, Клайд".

"Знали ли вы, что ваш муж регулярно добавлял водку в воду?"

Ее опустошенные глаза распахнулись. Затем она выдохнула, как подобает матроне, и покачала головой. "О, Джимми Джей! Он знал, что я не одобрял. Случайный бокал вина, это нормально. Но пил ли наш Господь и Спаситель водку на Тайной вечере? Он менял воду на водку в Кане?"

"Я предполагаю, что нет".

Джолин слегка улыбнулась. "У него был вкус к этому, мой Джимми. Не перестарался. Я бы этого не потерпел. Но я не знал, что он все еще позволял девушкам подливать немного в его сценическую воду. Это небольшая поблажка, не так ли? Это мелочь". Новые слезы пролились, когда она потянула за объемные складки своей юбки. "Лучше бы я не ругал его за это сейчас".

"А как насчет других его поблажек?"

"Его дочери, его внуки. Он испортил их на кусочки. И я." Она вздохнула, ее голос стал невнятным из-за наркотика. "Он тоже избаловал меня, и я позволила ему. Дети. У него была слабость к детям. Вот почему он построил школу у себя дома. Он верил в то, что нужно питать разум, тело, душу ребенка и его воображение. Офицер -Мне жаль. Я забыл".

"Лейтенант Даллас".

"Лейтенант Даллас. Мой муж был хорошим человеком. Он не был совершенен, но он был хорошим человеком. Может быть, даже здорово. Он был любящим мужем и отцом и преданным пастырем своего стада. Он служил Господу каждый день. Пожалуйста, я хочу своих детей сейчас. Я хочу своих дочерей. Разве я не могу забрать своих дочерей сейчас?"

"Я проверю это".

С учетом заявления старшей дочери, записанного в протокол, Ева разрешила свести двух женщин вместе. И она перешла к менеджеру.

Билли Крокер сидел в гримерке поменьше, на той стороне сцены, которую Ева считала стороной Джимми Джея. Его глаза были воспаленными и красными, лицо серым.

"Он действительно мертв".

"Да, он есть". Ева решила начать с другого момента. "Когда вы в последний раз разговаривали с мистером Дженкинсом?"

"Всего за несколько минут до того, как он продолжил. Я подал ему сигнал. Я пошел в его раздевалку, чтобы дать ему пятиминутный сигнал ".

"О чем еще вы говорили?"

"Я рассказал ему, что такое врата, что мы продались. Ему нравилось это слышать, это придавало ему бодрости, зная, что так много душ нужно спасти. Вот что он сказал ".

"Он был один?"

"Да. Последние тридцать минут - двадцать, если на нас давили, - он всегда проводил в одиночестве."

"Как долго ты работал на него?"

Билли сделал прерывистый вдох. "Двадцать три года".

"Какие у вас были отношения?"

"Я его менеджер - был его менеджером - и его друг. Он был моим духовным наставником. Мы были семьей". Дрожащими губами Билли вытер глаза. "Джимми Джей заставил всех почувствовать себя семьей".

"Почему его жена находится по другую сторону сцены?"

"Просто практичность. Они приходят с противоположных сторон, встречаются в центре. Это традиция. Джолин, о, Боже праведный, бедная Джолин."

"На что были похожи их отношения?"

"Посвящается. Абсолютно преданный. Они обожают друг друга".

"Не уходи на другие пастбища - ни с той, ни с другой стороны".

Он посмотрел вниз на свои руки. "Это недобрые слова".

"Собираюсь ли я немного покопаться, Билли, и выяснить, что вы с Джолин нарушали какие-либо заповеди?"

Он вскинул голову. "Ты не будешь. Джолин никогда бы не предала Джимми Джея таким образом. Любым способом. Она леди и хорошая христианка".

"Кто подлил Дженкинсу в сценическую воду водки?"

Билли вздохнул. "Джози позаботилась об этом сегодня вечером. Нет необходимости говорить об этом и смущать Джолин. Это была мелочь".

"Церковь - это большой бизнес. Много денег. Кто что получает?"

"Это очень сложно, лейтенант".

"Упрости это".

"Церковное имущество остается церковным имуществом. Некоторые из этих активов используются семьей Дженкинс. Например, самолет, используемый для транспортировки в работе церкви. Дома Его дочерей, которые также используются для церковных дел. Несколько транспортных средств и другое имущество. Джимми Джей и Джолин - за более чем тридцать пять лет времени и усилий - самостоятельно накопили значительное состояние. Я знаю, поскольку со мной консультировались, что Джимми Джей организовал, должен... должен ли он обратиться к Богу, чтобы Джолин и его семья были обеспечены. И что сама церковь может и будет продолжать. Это было делом его жизни".

"Он оставил тебе что-нибудь, Билли?"

"Да. Я унаследую кое-что из его личных вещей, миллион долларов и ответственность за управление церковью так, как он хотел ".

"С кем он изменил Джолин?"

"Я не удостою это ответом".

Что-то в этом есть, решила Ева. "Если вы занимаете такую позицию, чтобы защитить его, возможно, вы также защищаете его убийцу".

"Джимми Джей вне моей защиты. Он в руках Божьих".

"В конце концов, его убийца будет в моем". Она воскресла. "Где ты остановился в Нью-Йорке?"

"В точку. Семье был предоставлен в пользование дом одного из нашей паствы. Они в городском доме на Парк-авеню. Остальные из нас на высоте ".

"Ты волен отправиться туда, но не покидай город".

"Никто из нас не уйдет, пока мы не заберем земные останки Джимми Джея домой".

Ева выследила Пибоди, вытащила ее из очередной гримерки. "Это место - чертов лабиринт. Статус."

"Я закончил первых двух дочерей, и я на третьем месте. Я полагаю, что они в шоке, и они хотят к своей матери, где сейчас находятся первые двое. Они беспокоятся о своих детях, которые находятся с няней, которая путешествует с ними. Младшая из них там и примерно на пятом месяце беременности ".

"Дерьмо".

"Она держится, держится".

"Которая из них Джози?"

"Внутри. Джеки, Джейми и Джози." Лицо Пибоди нахмурилось. "Что это за все эти "Дж"?"

"Кто знает. Мне нужно задать этому Джей пару вопросов ".

"Хорошо. Послушай, я сказал Макнабу забрать мужей, так как он закончил с охраной."

"Это прекрасно. Может быть, мы выберемся отсюда до утра". Вмешалась Ева.

Женщина внутри была одета в белое. Ее волосы были более светлого оттенка, чем у ее матери, и были распущены по плечам. Если бы она пользовалась косметикой для лица, как ее мать, она бы смыла их. Ее лицо было бледным и обнаженным, глаза, покрасневшие от слез, сияли ниоткуда.

После приторно-розовой гримерной Джолин красные и золотые тона этой пришли как облегчение. Под освещенным зеркалом стояла аккуратная рощица сценических усилителей, инструментов для ухода, фотографий в рамках.

В одной недавно умерший держал пухлого младенца.

"Джози".

"Да".

"Я лейтенант Даллас. Я сожалею о вашей потере".

"Я пытаюсь сказать себе, что он с Богом. Но я хочу, чтобы он был со мной." Говоря это, она водила кругами по выпуклости своего живота. "Я просто думал о том, как все мы были заняты сегодня, готовясь к сегодняшнему вечеру, и как мало времени у меня было с ним. Как я делал кое-что сегодня днем, и я подумал: "О, я должен поговорить с папой и рассказать ему, как Джилли - моя маленькая девочка - как она напечатала сегодня свое имя и правильно написала все буквы". Но у меня не было шанса. Теперь я этого не сделаю".

"Джози, ты поставила бутылки с водой на сцену?"

"Да. Их семь. По три за каждую половину и один дополнительный. Обычно он проходил только через шесть, но мы всегда выбирали семь, на всякий случай. На столе за каплей."

"Падение?"

"Занавес. Смотрите, певцы вступают, за сценой, затем, когда входят мама и папа, они поднимают занавес. Стол там, за ним".

"Когда ты их уничтожил?"

"А, примерно за пятнадцать минут до его реплики, я думаю. Незадолго до этого". S быть /di

"Когда ты добавила водку?"

Она покраснела, став розовой, как платье ее матери. "Может быть, за час или около того до этого. Пожалуйста, не говори маме ".

"Она знает. Она понимает".

"У тебя есть бутылка в его гримерке?"

"Это верно".

Она вытерла пальцами свежие слезы. "Его не было дома - иногда бывает, и мы немного разговаривали, пока я чинил его бутылки. Если бы я делал это. И мы бы шутили. Ему понравилась хорошая шутка. Потом я бы отнесла их обратно в свою гримерную. Мы с сестрами тоже поем. Мы выступали во второй половине с мамой, а в конце, с the Eternal Lights, мамой и папой ".

"Ты видел кого-нибудь в раздевалке твоего отца?"

"О, я не знаю. Нас так много. Я видел, как кое-кто из команды ходил туда-сюда, и гардеробщица - Камми - она вошла с папиным костюмом, когда я уходил, и кое-кто из технической команды был тут и там. Я не обращал внимания, мисс Даллас. Я думал о том, как бы мне хотелось вернуться в раздевалку со своими сестрами и размяться несколько минут ". Ее руки снова скользнули по животу. "В эти дни я легко устаю".

"Хорошо, давайте попробуем это. Вы видели что-нибудь или кого-нибудь не на своем месте?"

"Нет. Мне жаль".

Ева вскочила на ноги. "Детектив Пибоди закончит, затем она отведет тебя к твоей матери". Ева направилась к двери, остановилась, обернулась. "Вы сказали, как вы все были заняты сегодня. Твой отец провел день здесь, репетируя?"

"О, нет. Мы все завтракали этим утром в доме, где мы остановились. И утренняя молитва. Потом детям в школу. Мои сестры Джеки и Мерна - вот кто помогает с детьми - сегодня проводили урок. Мама спустилась первой, чтобы встретиться с Камми и с Фостер, которая делает нам прически. Мама очень внимательна к гардеробу, прическе и макияжу. Папа вышел прогуляться и помедитировать."

"Когда?"

"О ... около полудня, я думаю. Нет, ближе к одиннадцати."

"Со своим телохранителем?"

Джози прикусила губу. "Я забыл, это одна из тех вещей, как водка. Папа иногда дает Клайду выходной на час или два, и он как бы позволяет Клайду думать, что он останется дома, поработает. Но он просто хочет выйти на улицу, прогуляться и подумать, в одиночестве ".

"Итак, твой отец был предоставлен сам себе, гулял и размышлял, примерно с одиннадцати до..."

"Я не уверен, потому что большинство из нас ушли до часу, чтобы порепетировать и уточнить у мамы насчет гардероба и так далее".

"Все были здесь в час?"

"Ну, я не знаю. Все, кто был на стороне девочек, в любом случае были бы где-то в половине второго. Я знаю, это звучит глупо, но все певицы - девушки, и мы все на сцене слева, так что мы зовем девчачью сторону ".

"Кто-нибудь пропал или опаздывает?"

"Я просто не знаю. Мы с сестрами сразу отправились на репетицию, и я не могу вспомнить, чтобы кого-нибудь не было рядом, когда мы выключали, чтобы Вечные огни могли репетировать ".

"А твой отец?"

"Я слышал, как он проверял звук. У него был такой громкий голос. Затем мы все отрепетировали финальную песню и выход на бис. Я поехала, чтобы провести некоторое время с Уолтом и Джилли - моим мужем и моей дочерью ".

"Хорошо. Какой у вас адрес, где вы остановились?"

Ева записала это, кивнула. "Спасибо тебе, Джози".

"Я знаю, что у Бога есть план. И я знаю, кто бы это ни сделал, он ответит перед Богом. Но я надеюсь, вы увидите, что тот, кто сделал это, ответит здесь, на Земле, до того дня ".

"Что ж, таков мой план".

Ева вышла обратно, обогнула Рорка, который сидел в центре первого ряда, радостно поигрывая своим карманным ПК. "Статус?"

"Бог - это очень большой и очень прибыльный бизнес. Хотите отчет?"

"Не сейчас. Тебе следует вернуться домой".

"Почему ты всегда хочешь испортить мне веселье?"

Она наклонилась, пока их глаза не оказались лицом к лицу. "Его жена любила его. Это не чушь собачья. Я люблю тебя".

"Это не чушь собачья".

"Если бы я узнал, что ты морочил мне голову, мог бы я от тебя отделаться?" Он склонил голову. "Полагаю, мне уже сообщили, что ты будешь исполнять румбу - после соответствующих уроков - на моем холодном мертвом теле".

"Да. Да." Это подбодрило ее. "Просто не уверен, что у Пинк Джолин есть камни для этого".

"Джимми Джей нарушил ... Какая это заповедь, которая касается прелюбодеяния?"

"Откуда, черт возьми, мне знать, тем более, что я бы не стал ждать, пока ты столкнешься со своим вечным наказанием, если ты окажешься в упомянутом нарушении, прежде чем я оторву свою задницу от румбы".

"Такова истинная любовь".

"Ставлю свою превосходную задницу. У меня создалось впечатление, что он, возможно, дурачился, но, возможно, я просто циничный такой-то ".

Довольный ею, Рорк постучал пальцем по вмятине у нее на подбородке. "Ты есть, но ты мой циничный такой-то".

"О-о-о. Деньги - еще один хороший способ. О какой -круглой цифре - прибыльности мы говорим?"

"Если мы поместим церковные активы, личные активы, активы, аккуратно записанные на имена его детей и внуков, личные активы его жены в ту же шапку, то получится более шести миллиардов".

"Это чертовски округло. Я вернусь к тебе ".

Она выследила Клайда, нашла его в маленькой столовой за кулисами, сидящим за тем, что пахло как жалкая чашка кофе. Он слабо улыбнулся.

"Кофе здесь настолько плох, насколько когда-либо был кофе для полицейских".

"Я поверю тебе на слово". Она села и посмотрела ему в глаза. "У Джимми Джея был прицел?"

Он надул щеки. "Я никогда не видел, чтобы он, ни разу за те восемь лет, что я с ним, вел себя неподобающим образом с другой женщиной".

"Это не ответ, Клайд".

Он поерзал на своем стуле, и она поняла, что ее предчувствие оправдалось.

"Я был разведен дважды. Слишком много пил, слишком много видел, слишком часто приносил все это домой и потерял двух жен из-за работы. Потерял свою веру, потерял себя. Я нашел их снова, когда услышал проповедь Джимми Джея. Я пошел к нему, и он дал мне работу. Он дал мне второй шанс стать хорошим человеком ".

"Это все равно не ответ. Он мертв. Кто-то добавил что-то помимо маленькой рюмки водки в его воду. Итак, я собираюсь спросить вас еще раз, детектив-сержант: у него был прицел?"

"Я полагаю, что это вероятно. Я никогда не видел его, как я уже сказал. Но в свое время у меня были пара побочных эффектов, и я знаю признаки ".

"Знала ли его жена?"

"Если бы вы попросили меня поклясться в этом, я мог бы поколебаться, но все равно сказал бы "нет"."

"Почему?"

"Я бы увидел это, почувствовал это. Держу пари, я бы это услышал. Я думаю, она была бы с ним, если бы узнала, но я думаю - черт возьми, я знаю - она бы положила этому конец. Она мягкосердечная женщина, лейтенант, и она любила его до безумия. Но у нее внутри есть хребет. Она бы не смирилась с этим. Факт в том, что он любил ее точно так же.

"Я знаю", - сказал он, когда она смотрела сквозь него. "Мы всегда говорим, что любим жену, когда трахаемся с ней. Но он сделал. Мужчина был без ума от Джолин. Он просто загорался, когда она была рядом. Если бы она узнала и рассказала ему об этом, если бы он увидел, что это причиняет ей боль, он бы остановился ".

"Он не остановил водку".

Клайд снова надул щеки. "Нет. Нет, я думаю, он этого не сделал ".

9

ЕВА ВЗЯЛА ТАЙМ-АУТ, ЧТОБЫ ПОСМОТРЕТЬ ПОВТОР прямой трансляции. Наблюдать за последними минутами жизни Джимми Джея Дженкинса и изучать его смерть. Сообщения свидетелей попали в точный диапазон. Но сейчас ее больше интересовала реакция, чем действие.

Джолин, спешащая к своему павшему мужу. Шок, ужас, обморок. И если бы это не был настоящий обморок, Ева лично выдвинула бы ее на евангельский эквивалент "Оскара".

Следующий Клайд, бегущий с противоположного конца сцены, выкрикивая приказы команде безопасности не пускать людей. Дочери, их мужья, команда бегут, кувыркаются, кричат, толкаются.

Столпотворение.

Клайд сдерживает их, резкие слова - слова полицейского. И, хм, - задумчиво произнесла она, - группа женщин в блестящих голубых платьях с воланами. Все блондинки, все держатся вместе, как единое целое.

Певцы Вечного света, по ее предположению. Одна из них сделала шаг вперед, выдавила имя жертвы - Ева видела, как ее карамельно-розовые губы произносят эти слова, - прежде чем упасть на колени и зарыдать, закрыв лицо руками.

Интересно. Прервав воспроизведение, она повернулась, чтобы направиться обратно. Пути Макнаба пересеклись с Евой, когда она пробиралась к раздевалкам.

"У меня есть зятья и команда безопасности. Она-Тело покончила с дочерьми и большей частью съемочной группы в прямом эфире. У нас есть загвоздка. Один из зятьев - адвокат."

"Черт".

"Разве не так всегда?" Макнаб достал полоску жвачки из одного из карманов своих флуоресцентных штанов, предложил ей. Когда Ева покачала головой, он положил его себе в рот. "Итак. Он издает адвокатские звуки. Уже больше двух часов ночи, и людей держат здесь более четырех часов, бла-бла-бла ".

"Узнали ли вы что-нибудь из интервью?"

"Ничего, что жужжало бы и хлопало. Парень-адвокат немного пыхтит, но такое ощущение, что в основном он просто хочет вывезти отсюда свою семью ".

Ева на мгновение задумалась. Она могла бы на время расстаться с ближайшей семьей. Или... "Давайте позволим им всем уйти. Никто не собирается бросать все и убегать. Может быть, мы дадим убийце несколько часов подумать, что ему или ей это сошло с рук. Дайте другим время подумать, может быть, придумаете что-нибудь еще о повторном интервью. У меня есть кое-что, что я все равно хочу проверить ".

"Я открою врата".

"Мне нужен ваш полный отчет и отчет Пибоди к восьмистам часам, и Пибоди в моем домашнем офисе в тот же час".

"Ой". Он добродушно пожал плечами.

Ева вернулась к Рорку. "Я отпускаю их. Кого бы мы не взяли на этот раунд, мы возьмем интервью утром ".

"Не слишком ли ты нетипично внимателен?"

"Один из зятьев жертвы - адвокат".

"В каждой толпе есть один".

"И это не только не стоит того, чтобы связываться с адвокатом, но это может сработать в мою пользу. "Чистильщики" будут еще какое-то время", - добавила она, оглядываясь на сцену. "И я все равно хочу кое-что проверить по дороге домой".

"Хорошо". Он сунул свой КПП в карман и поднялся.

"Есть что-нибудь в тех финансовых отчетах, которыми ты играл с хинки?"

Он улыбнулся этому термину. "Большинство финансовых отчетов - если они чего-то стоят - содержат небольшие порции информации. Но нет, ничего за гранью. Огибая ее, в нескольких областях. У вашей жертвы был очень умный, очень креативный и очень прибыльный совет. Он был щедр на свои добрые дела, но циничная часть меня говорит, что он вполне мог себе это позволить. И эти добрые дела сыграли ему на руку с точки зрения налогов и рекламы. Он не стеснялся трубить в свой собственный рог ".

"Я думаю, если у тебя есть клаксон, почему бы тебе в него не посигналить, так что этот звук никогда не имеет для меня смысла".

"Его звуки рожка помогли собрать больше пожертвований, что привело к очень, очень приятному образу жизни для Дженкинса и его семьи. Множество домов, " продолжил он, " роскошные автомобили, значительный штат сотрудников, произведения искусства, драгоценности. Кроме того, все они, включая несовершеннолетних детей, находятся на содержании церкви. Совершенно законно, поскольку они выполняют или имеют конкретные обязанности и должностные инструкции. И церковь платит очень хорошо".

"Значит, в последнее время спадов не было".

"Напротив, этот тур собрал аншлаги во всех местах и обеспечил значительное увеличение пожертвований".

"Деньги - не мотив. Не получается. Конечно, они могли бы получить большой всплеск из-за огласки вокруг его смерти, ее характера. Тот факт, что - сладкий, прыгающий Христос - что смерть была в прямом эфире на миллионах экранов на планете и за ее пределами. Но он - это образ".

Она указала на рекламный щит в натуральную величину, когда они шли к машине. "Он ничья. Он тот самый парень. Зачем убивать парня, который обеспечивает этот действительно приятный образ жизни? Может быть секс, может быть профессиональная или личная ревность. Может быть, у меня есть убийца, который помешан на религии и хочет убивать проповедников ".

"Мне нравится секс", - вкрадчиво сказал Рорк. "По многим причинам".

"Держу пари, Джимми Джей разделял твою точку зрения". Она дала ему адрес дома, где остановилась семья Дженкинс. "Проезжай мимо, ладно? Тогда направляйся к цели".

"Как вы подозреваете, где у него был этот секс?"

"Если парень собирается поживиться на стороне с наименьшим фактором риска, он нанимает LC. Но если парень проповедует против легализованной проституции, он не собирается рисковать попасться на том, что платит за отсос или порево. Итак, за дополнительной порцией ты бы пошел к кому-нибудь, с кем ты можешь быть близок и кому доверяешь, и с кем никто и глазом не моргнет, что ты проводишь время ".

"Все еще рискованно. Но риск, возможно, был частью привлекательности ".

Ева покачала головой. "Мне не кажется, что я склонен к риску. Более того, я думаю, что он считал себя защищенным. Как с финансами. Он предпринял шаги, он позаботился. Его дочь, как правило, подливала ему воду для сцены. Храните это в семье - или достаточно близко с его многолетним менеджером, его доверенным телохранителем. Это была его привычка - эта водка, - но его жена не знала. Она не притворялась, что не знает, она не знала. Ему это сходит с рук, почему бы не применить немного магии на стороне?"

"Я уверен, что у Миры были бы более возвышенные термины", - сказал Рорк через мгновение. "Но патология, которую вы описываете, достаточно ясна и логична. Вот твой адрес."

Она изучала городской дом на Парк. "Мило. Вместительный. Шикарно. Частные раскопки для семьи, первоклассная охрана. Сегодня он вышел на прогулку. Обычное дело, по словам младшей дочери. Избавься от телохранителя, выйди на прогулку. Чтобы медитировать, поднимите энергию. Держу пари, что он дошел пешком до угла здесь, поймал такси."

"И доехал до цели". Рорк повернул, чтобы отвезти их в Мэдисон. "В это время ночи не так много машин. В течение дня их было бы больше".

"Может быть, это займет у него вдвое больше времени, чем у нас сейчас. Он мог бы пройти его почти за то же время, что и проехать через дневные пробки. Но шесть или семь кварталов? Слишком много разоблачения. Слишком много людей могли бы узнать его. Жители Нью-Йорка привыкли видеть знаменитые лица, и большинство скорее съест кошачье дерьмо, чем отреагирует. Но, видите, сейчас мы проходим мимо множества магазинов, ресторанов ".

"Куда стекались бы туристы".

"И они, как правило, не такие пресыщенныеé. Итак, хватай такси и ты там в ..." Ева взглянула на свое наручное устройство, когда Рорк съехал на обочину перед Знаком. "Удвойте время, сделайте это за десять минут. Наверное, больше похоже на восемь." Она подняла свой значок, когда швейцар поспешил к машине. "Мне нужно оставить машину здесь".

Швейцар зашипел сквозь зубы. "Ну что, ты не против снять что-нибудь? Нас часто подбирают, высаживают еще на пару часов ".

"Конечно". Когда Рорк отъехал на пару шагов, она вышла на тротуар и, ожидая его, изучала отель. "Тебе это не принадлежит, не так ли?"

"Я не хочу, нет, но я могу это устроить. Если бы это помогло."

"Я думаю, что смогу справиться и без этого. Почему ты не владеешь этим?"

"Несмотря на твои обычные заявления, на самом деле мне принадлежит не все. А это?"

Он засунул руки в карманы, изучая здание, как и она. "Расположение хорошее, но архитектура мне не нравится. Это ощущение утилитарности после городской войны сочетается с достоинством на грани скуки. Она еще недостаточно взрослая, чтобы требовать подтяжки лица, которую я бы хотел ей сделать. И есть интерьер, который мне нужно было бы восстановить и перенастроить в соответствии с моим собственным видением. Как правило, он работает только на пятьдесят процентов. Здесь завышены цены за атмосферу и обслуживание, и в нем нет ничего примечательного, как в ресторане ".

Она покачнулась на каблуках. "И здесь я просто подумал, что здание было немного уродливым".

"Ну, это короткий ответ".

"Ты думал о том, чтобы купить это".

"Нет. Я изучил это. Я смотрю на вещи трезво, дорогая, и это одна из многих вещей, которые у нас общие. Я предполагаю, что вы здесь, чтобы разобраться во что-то, и мы не просто стоим на тротуаре в половине второго ночи, чтобы подышать свежим воздухом и изучить непривлекательную архитектуру ".

"Они появятся довольно скоро. Они сразу вернутся после проведенной ночи, разойдутся по своим комнатам. Или в комнаты друг друга для утешения, для перепевки. Но она этого не сделает. Она захочет побыть одна".

"Гарнир".

"Да. Я ставлю на блондинистую певицу".

"Они все были блондинками".

"Да, они были. Белокурая певица с самым большим задом ".

"Поскольку не всем мужчинам нравятся большие груди - как я могу подтвердить - я также предположу, что вы ставите свои деньги на повтор и на пышногрудую блондинку, которая упала на колени, чтобы разрыдаться".

Она ткнула пальцем в его плечо. "Ты смотрел повтор".

"Вглядываясь в вещи".

"И что ты получаешь?"

Он поднес ее руку к своим губам. "Я бы не стал ставить против тебя".

Ева обернулась, когда лимузин подкатил к обочине позади ее полицейского номера. Она наблюдала, как люди выходили. Мужчина, женщина, другая пара, еще один мужчина, затем поющий квартет. Они собрались вместе, как пухлый голубой шар, и вкатились в отель.

"Мы дадим им пару минут, пусть они разойдутся по своим комнатам. Можно было бы подождать с этим утром, " сказала она наполовину самой себе, " но ее, возможно, будет легче открыть сейчас, и в ее комнате. Вдали от места проведения, от всех остальных ".

"И если она признается, что была его любовницей, о чем это тебе говорит?"

"Я не знаю. Это зависит. Один угол ведет к другому. Это могло быть мотивом. Она хотела большего; он не дал бы этого. Или есть ревнивый парень, или бывший любовник. Или ... У меня еще кое-что готовится. Хорошо. Пойдем запугаем ночного портье. Никакого подкупа", - добавила она. "Это лишает всего удовольствия".

Она вошла, прошла через вестибюль с его скучными серыми полами и неудачной обивкой в цветочек. Она держалась развязно, отметил Рорк. Это никогда не переставало его развлекать.

Она шлепнула свой значок на стойку, где за стойкой регистрации дежурил дроид в строгом черном костюме.

"Добрый вечер", - сказал он, и Рорку стало интересно, чья это была идея запрограммировать дроида с таким жеманным британским акцентом. "Добро пожаловать в Точку".

"Улла Пинц. Мне нужен номер ее комнаты ".

"Мне жаль. Я не вправе разглашать номера комнат наших гостей. Обычно я был бы счастлив позвонить вам в комнату для гостей и получить это разрешение, но только что вошла мисс Пинц и попросила не беспокоить. Произошла ужасная трагедия".

"Да. Мертвый парень. Я полицейский". Она подняла свой значок, помахала им перед его лицом. "Угадай, почему я здесь".

Он только тупо смотрел, что, по признанию Евы, было проблемой с сервисными дроидами. Обычно они не улавливали сарказма или тонкости.

"Давайте изложим это короткими предложениями", - решила Ева. "Ср. Пинц - свидетель упомянутой ужасной трагедии. Я главный исследователь same. Дайте мне номер ее комнаты, или я переведу все ваши каналы связи в Центральное управление, где мы получим ордер на ваше закрытие из-за препятствования правосудию ".

"Здесь, в the Mark, желания наших гостей неприкосновенны".

"Попробуй это: Как ты собираешься исполнять желания своих гостей, когда ты в Центральном офисе, а джокеры из EDD играют с тобой?"

Он, казалось, учитывал это, насколько дроиды учитывали что-либо. "Я должен подтвердить вашу личность".

"Продолжай". Тонкий красный луч вырвался из его глаз, когда он осмотрел значок на стойке. "Кажется, все в порядке, лейтенант Даллас. Номер палаты мисс Пинц - 1203."

"У нее есть сосед по комнате?"

"Нет. Другие члены "Вечных огней" делят апартаменты, но мисс Пинц предпочитает свои собственные апартаменты."

"Держу пари".

Удовлетворенная, она пошла с Рорком к лифту. "Запугивать дроидов не так весело".

"Мы должны смириться с нашими маленькими разочарованиями. Подумай о том, как тебе понравится допрашивать Уллу ".

"Да". Она вошла в лифт. "Может быть, это компенсирует это. Я также мог бы преследовать свой хвост, рассматривая это как по существу не связанное с моим первым убийством, вместо того, чтобы действовать открыто и очевидно ".

"Доверять своим инстинктам вместо неопровержимых фактов?"

"Если бы я проверил вероятность прямо сейчас, я чертовски уверен, что получил бы высокие восьмидесятые, что у нас один и тот же убийца на обоих".

"А ты думаешь, что нет".

"Я думаю, что нет. Кажется, я знаю, кто убил Дженкинса. Пока не уверен, почему."

Ева вышла из лифта, спустилась на 1203-й. От двери исходил свет "Не беспокоить". Она проигнорировала это и постучала.

"Улла Пинц, это полиция. Открой дверь".

После нескольких секунд тишины Ева постучала снова, отдала ту же команду.

"Алло?" Высокий, дрожащий голос произнес через динамик. "Я, ах, нездоров. Они сказали, что мне не придется ни с кем разговаривать до завтра ".

"Они были неправы. Ты должна открыть дверь, Улла, или я получу разрешение на использование моего мастера ".

"Я не понимаю". Сопение сопровождало слова "теперь", когда щелкнули замки. "Сэмюэль сказал, что мы можем вернуться и ни с кем не разговаривать". Дверь открылась. "Он юрист и все такое".

"Я коп и все такое. Лейтенант Даллас", - добавила Ева и намеренно ничего не сказала о Рорке, когда они вошли. "Тяжелая ночка, да, Улла?"

"Это так ужасно". Улла вытерла глаза. Она сняла пышное платье и надела белый халат отеля. У нее было достаточно времени, чтобы снять несколько слоев сценического грима, так что ее лицо было обнаженным, бледным, в пятнах. И очень молодой. "Он умер.Прямо перед нами. Я не знаю как".

Узнав ту, которая не играла девицу, а просто была ею, Рорк взял ее за руку. "Почему бы тебе не присесть?"

Комната была маленькой, но удалось втиснуть крошечную зону отдыха в дополнение к кровати. Рорк подвел ее к стулу.

"Благодарю тебя. Мы все так расстроены. Джимми Джей был таким большим и здоровым и, и больше, чем жизнь, таким полным энергии Господа ". Она издала то, что Ева могла описать только как рыдающий звук, затем уткнулась лицом в салфетку. "Я не знаю, как он мог уйти!"

"Я работаю над выяснением. Почему бы тебе не рассказать мне о своих отношениях с Джимми Джеем?"

Когда она снова подняла голову, глаза Уллы широко распахнулись, на самом деле дрожа. "Почему ты так говоришь? Я пою. Мы поем. Я, Пэтси, Кармелла и Ванда, мы - Вечный Свет. Мы издаем радостный шум".

Было поздно, подумала Ева, и не было никакого смысла валять дурака. Она села в изножье кровати так, чтобы ее глаза были на одном уровне с заплывшими глазами Уллы. "Мы знаем, Улла".

Взгляд Уллы метнулся вверх, затем откатился в сторону. Как у ребенка, когда он отрицает, что стащил печенье, даже когда его рука застряла в банке. "Я не знаю, что ты имеешь в виду".

"Ulla."

Когда Рорк заговорил раньше, чем она смогла, Ева нахмурилась на него. Но его внимание было сосредоточено на Улле.

"Джимми Джей хотел бы, чтобы вы сказали нам правду. Ему нужна ваша помощь. Кто-то убил его".

"О, боже мой. О боже."

"Ему нужно, чтобы ты сказал нам правду, чтобы мы могли выяснить, кто это сделал, чтобы мы могли найти ответы для тех, кто любил его, кто следовал за ним. Кто верил в него."

Улла сложила руки вместе, прижала их к глубокой ложбинке между ее очень впечатляющими грудями. "Мы все это сделали. Я думаю, что мы пропадем без него, я действительно так думаю.Я не знаю, как мы снова найдем путь к Просветлению".

"Истина - это первый шаг на пути".

Она моргнула, ее водянисто-карие глаза уставились на Рорка. "Неужели?"

"Сейчас ты несешь бремя, бремя тайны. Он хочет, чтобы вы отложили это и сделали тот первый шаг на пути. Я уверен в этом".

"О". Ее глаза оставались прикованными к Рорку. "Если бы я мог! Но я не хочу делать ничего, что могло бы навредить ему, или Джолин, или девочкам. Я просто никогда не прощу себя ".

"Рассказав нам, вы поможете им, а не навредите им. Если им не нужно знать этот ответ, он не покинет эту комнату ".

Она на мгновение закрыла глаза, пока ее губы шевелились в безмолвной молитве. "Я в таком замешательстве. Так больно в моем сердце. Я хочу помочь. Я хочу оставаться на пути". Улла говорила с Рорком. Ева поняла, что это было так, как если бы она сама развеялась, как дым.

"Думаю, можно сказать, что у нас с Джимми Джеем была особая связь. Отношения, которые преодолели земные барьеры ".

"Вы любили друг друга", - подсказал Рорк.

"Мы сделали. Мы сделали". В ее голосе звучала благодарность за его понимание. "По-другому, чем он любил Джолин и своих девочек, и как я люблю своего почти жениха é Эрла, там, в Тьюпело".

Улла взглянула на фотографию рядом со своей кроватью: тощий мужчина с широкой, липкой улыбкой.

"Мы создали свет друг с другом. И я помог ему своим телом обрести силу, чтобы проповедовать Слово. Понимаете, это было не просто физическое. Это не было похоже, ну, на секс ".

Ева сопротивлялась, на тонкой, очень тонкой ниточке, спрашивая, на что, черт возьми, это было похоже, если это не было похоже на секс.

"Хотя мы доставили друг другу удовольствие, я этого не отрицаю." Из глаз текли слезы, и, умоляя о понимании, Улла прикусила нижнюю губу зубами. "Но благодаря удовольствию мы обрели более глубокое понимание. Не все понимают это взаимопонимание, поэтому нам пришлось оставить это только между нами двумя ".

"Могу я спросить, как долго у вас была эта особая связь?" Вставила Ева.

"Четыре месяца, две недели и пять дней". Улла мило улыбнулась. "Сначала мы оба помолились об этом, и эта сила - духовная сила - была настолько сильной, что мы знали, что это правильно".

"И как часто ты... создавать свет друг с другом?"

"О, два или три раза в неделю".

"Включая сегодняшний день".

"Да. Сегодня была очень важная ночь для всех нас. Было так важно, чтобы у Джимми Джея было столько света и энергии, сколько мы могли бы создать ".

Она взяла другой платок, деликатно высморкалась. "Он приходил сюда сегодня днем. Я остался дома, когда девочки вышли, чтобы немного осмотреть достопримечательности перед тем, как отправиться на репетицию. Это заняло почти час. Это была особенная ночь, поэтому нам пришлось создать много света ".

"Он когда-нибудь давал тебе что-нибудь?" Спросила Ева. "Деньги, подарки".

"О нет, о боже. Это было бы неправильно ".

"Ага. Вы когда-нибудь выходили куда-нибудь вместе? Совместное путешествие, отпуск, сходить куда-нибудь поужинать?"

"Нет, о нет. Мы просто собрались вместе в моей комнате, где бы мы ни были. Ради света. Или, может быть, раз или два, где-нибудь за кулисами, если ему нужно было еще немного приблизиться к проповеди ".

"И ты не беспокоился о том, что тебя может обнаружить кто-то, кто не понимает понимания".

"Ну, я был, немного. Но Джимми Джей чувствовал, что мы защищены нашей высшей целью и нашими чистыми намерениями ".

"Никто никогда не сталкивался с вами по поводу ваших отношений?"

Ее губы изогнулись в мягкой, печальной гримасе. "Не до сих пор".

"Ты никогда не говорил или не намекал своим друзьям? Другие певцы, твои, ах, почти женихи é."

"Нет, я этого не делал. Я был связан своим словом. Джимми Джей и я оба поклялись на Библии, что мы никогда никому не расскажем. Я надеюсь, что все в порядке, что я тебе сказал. Ты сказал..."

"Теперь все по-другому", - заверил ее Рорк.

"Потому что он ушел к ангелам. Я так устал. Я просто хочу произнести свои молитвы и сейчас лечь спать. Это нормально?"

Вернувшись на тротуар, Ева прислонилась спиной к борту своего автомобиля. "Это ни в коем случае не было актом. Она действительно настолько легковерна. Она действительно тупа, как мешок с лунной пылью ".

"И все же очень мило".

Ева закатила глаза в его сторону. "Я думаю, у тебя должен быть пенис, чтобы произвести такое впечатление".

"Я делаю, и сделал".

"Несмотря на это - или, возможно, из-за этого - вы нажали правильные кнопки там, наверху. Ты очень хорошо с ней обошелся и заставил ее рассказать нам без того, чтобы мне пришлось угрожать вывезти ее глупые сиськи в центр города ". Она не смогла сдержать ухмылку. "Сбрось бремя тайны и вступи на путь праведности".

"Ну, это была тема. В любом случае, она из тех, кто смотрит на пенис, так сказать, чтобы он подсказывал ей, что делать, что думать. Дженкинс использовал это. Или, может быть, он действительно верил в то, что сказал ей."

"В любом случае, это угол зрения". Она открыла дверцу машины. Когда они оказались внутри, она взглянула на Рорка. "Могли ли они оба быть достаточно тупыми, чтобы поверить, что никто ничего не заподозрил, прониклись сексуальной атмосферой? Ничего? Два или три раза в неделю в течение нескольких месяцев, и иногда бустер за кулисами. Как мы видели, за кулисами полно людей ".

"Кто-то обнаружил их, как вы выразились, - сказал Рорк, когда вез их домой, " и убил Дженкинса из-за этого?"

"Это угол. Что случилось бы с церковью - ее репутацией, ее миссией, ее казной, - если бы это понимание стало известно, было обнародовано".

"Секс свергал страны и хоронил лидеров. Я полагаю, это нанесло бы значительный ущерб ".

"Да, я думаю больше, намного больше, чем о смерти основателя и номинального руководителя. Убийство этого номинального руководителя тем, кого можно было бы принять за убийцу, нацелившегося на людей Божьих. Из этого можно было бы извлечь выгоду, если правильно раскрутить. Вы могли бы нанести несколько ударов, но больше, вы могли бы привлечь больше бизнеса. Возмущенный, сочувствующий. Ты мог бы удерживать оборону до тех пор, пока не придет новая фигура ".

О да, подумала она. Это сыграло. Он заиграл мелодию марша. "Между тем, у вас есть вдова, семья, скорбящая и стойкая. Ты получишь освещение в СМИ из своей задницы, это ударит прямо по мемориалу. Черт возьми, если ты знаешь, что делаешь, ты можешь сделать это большим плюсом ".

"Кто знает, что они делают?"

"Ох. Это его менеджер. Билли Крокер".

Рорк издал короткий смешок. "И вы знаете это из одного интервью с ним - я полагаю - и нескольких часов, посвященных расследованию".

Она передернула плечами, потерла глаза. "Я должен был сказать, что мне нравится менеджер за это. Я устал, начинаю чувствовать себя бодрым. Мне нравится менеджер за то, что это отдельное убийство. Если я ошибаюсь, и это связано с Флоресом / Лино, мне пиздец, если я знаю ".

Она широко зевнула. "Недостаточно кофе", - пробормотала она. "Я думаю, мне нужно отдохнуть пару часов, пусть мой мозг поиграет с этим, пока я в отключке". Она проверила время, выругалась. "Ладно, максимум два часа, так как мне нужно привести в порядок свой отчет до того, как выйдет Пибоди. И мне нужно время, чтобы сделать пару заходов и подключить твою финансовую сводку. Если я сделаю предположение, даже с учетом заявления Уллы, это нанесет мне ответный удар. Мне нужно еще немного".

Рорк въехал в ворота. "Я так понимаю, мы с тобой не будем создавать свет вместе этим утром?"

Она сонно рассмеялась. "Приятель, я ищу тьму".

"Достаточно справедливо. Два часа отдыха и утром энергетическая встряска".

"Они отвратительны".

"У нас новый вкус. Персиковый кайф".

"Отвратительно и глупо. Пальчики оближешь".

Но поскольку до этого оставалось два часа, она не собиралась беспокоиться об этом. Она сосредоточилась на том, чтобы подняться наверх, раздеться и упасть в кровать, где уже свернулся калачиком Галахад, выглядевший раздраженным из-за того, что его прервали.

К тому времени, как кошка поднялась на ноги и прижалась к Рорку, она была уже без сознания.

Выйдя, она вышла на сцену на большой арене Мэдисон-сквер-Гарден. Алтарь стоял в белом потоке света. И Лино, в своих священнических одеждах, и Дженкинс, в своем белом костюме, стояли за этим.

Черное и белое, под сиянием света.

"Мы все здесь грешники", - сказал Дженкинс, сияя ей. "Просто берет цену билета. СРО, и каждый грешник".

"Грехи не в моей юрисдикции", - сказала ему Ева. "Преступления - это. Убийство - моя религия".

"Ты рано начала". Лино взял серебряную чашу, поднял за нее тост, выпил. "Почему кровь Христа должна быть преобразована из дешевого вина. Хочешь попробовать?" - спросил он Дженкинса.

"У меня есть свое, падре. " Дженкинс поднял свою бутылку с водой. "У каждого свой яд. Братья и сестры!" Он повысил голос, раскинул руки. "Давайте помолимся за эту такую же грешницу, чтобы она нашла свой путь, нашла свет. Что она раскаивается!"

"Я здесь не из-за своих грехов".

"Грехи - это груз, удерживающий нас внизу, не дающий нам дотянуться до руки Божьей!"

"Хочешь немного отпущения грехов?" Предложил Лино. "Я раздаю это ежедневно, дважды в субботу. Нельзя купить билет на небеса, не заплатив за спасение".

"Никто из вас не тот, за кого вы себя выдаете".

"Кто-нибудь из нас?" - Потребовал Дженкинс. "Давайте посмотрим воспроизведение".

Экран позади них вспыхнул. Тусклый красный огонек мигает, мигает. Через маленькое окошко - СЕКС! СЕКС В ПРЯМОМ ЭФИРЕ! зажги этот красный свет в комнате, где Ева, ребенком, которым она была, дрожала от холода, отрезая крошечный кусочек от формованного кусочка сыра.

Во сне ее сердце начало глухо биться. Ее горло начало гореть.

Он приближался.

"Я видела это раньше". Ева заставила себя не отрывать глаз от экрана, приказала себе не поворачиваться и не убегать от того, что надвигалось.

Он приближался.

"Я знаю, что он сделал. Я знаю, что я сделал. Это неприменимо".

"Не суди", - посоветовал Лино, закатывая рукав своей мантии. Когда татуировка на его руке начала кровоточить. "Чтобы вы не были судимы".

На экране ее отец - пьяный, но недостаточно пьяный - ударил ее. И он пал на нее. И он сломал кость в ее руке, когда насиловал ее. На экране она кричала, а на сцене она чувствовала все это. Боль, шок, страх, и, наконец, она почувствовала рукоять ножа в своей руке.

Она убила его, вонзая в него этот нож снова и снова, чувствуя, как кровь покрывает ее руки, брызжет на лицо, в то время как ее сломанная рука ныла в агонии. Она стояла на сцене и смотрела. Ее желудок скрутило, но она смотрела, пока ребенок, которым она была, не забился в угол, сжавшись, как дикое животное.

"Признавайся", - приказал ей Лино.

"Покайтесь в своих грехах", - крикнул Дженкинс.

"Если это был грех, я разделаюсь с Богом - если и когда".

"Покаяние", - потребовал Лино.

"Возрождение", - проповедовал Дженкинс.

Вместе они толкнули стол алтаря так, что он рухнул на сцену, разбился на зазубренные куски камня. Из гроба под ним восстал окровавленный призрак ее отца. И улыбнулся.

"Ад ждет, маленькая девочка. Пришло время тебе присоединиться ко мне там ".

Без колебаний Ева выхватила свое оружие, включила его на полную мощность. И убила его снова.

Проснись сейчас, проснись, Ева. Теперь этого достаточно. Тебе нужно вернуться".

Она чувствовала тепло, сильные руки вокруг нее, учащенное сердцебиение рядом с ее сердцем. "Хорошо. Хорошо." Здесь она могла дышать. Она могла бы отдохнуть здесь. "Это свершилось".

"Ты холодный. Ты становишься таким холодным". Рорк прижался губами к ее вискам, к ее щекам, одновременно поглаживая холодную кожу ее рук, спины.

"Ее там не было".

"Кто?"

"Моя мать. Я думал, если бы я мечтал о чем-то из этого, если бы я вернулся или это пришло, она была бы там. Из-за Соласа, из-за этого. Но дело было не в этом. Дело было не в ней. Я в порядке".

"Позволь мне принести тебе немного воды".

"Нет". Она крепче обняла его. "Просто останься".

"Тогда расскажи мне, о чем это было".

Он держал ее так, как она держала, и холод покинул ее кожу, покинул ее кости, покинул ее сердце. "Я убил его снова. Я не чувствовал всего этого страха, или ярости, или отчаяния. Я не испытывал удовольствия. Это было именно то, что я должен был сделать. Я мог бы стоять там и наблюдать, как все это происходит на экране, даже чувствовать, как это происходит. Как будто я был в обоих местах. Но..."

"Но?"

"Это не причинило мне такой боли или напугало меня так сильно. Я мог смотреть и думать: с этим покончено. Все будет хорошо. Сколько бы времени это ни заняло, все будет в порядке, потому что я собираюсь сделать то, что я должен сделать. Сколько бы раз мне ни пришлось это делать, он все равно будет мертв. И я в порядке".

"Включить свет, - приказал он, - на пятнадцать процентов". Ему нужно было видеть, видеть ее достаточно ясно, чтобы быть уверенным. И когда он это сделал, он обхватил ее лицо ладонями, поцеловал в лоб. "Ты можешь снова уснуть?"

"Я не знаю. Который час?"

"Сейчас почти шесть".

Она покачала головой. "В любом случае, время почти пришло. Я встану, начнем".

"Хорошо, тогда я возьму этот энергетический коктейль".

Она поморщилась. "Я знал, что ты собираешься это сказать".

"И поскольку ты любовь всей моей чертовой жизни, я тоже выпью одну".

10

ОНА ПРЕДПОЧЛА БЫ КОФЕ, НО ПРОГЛОТИЛА коктейль, который оказался не таким отвратительным, каким должен был быть.

"На вкус как ваза с фруктами", - решила она. "На Зевсе".

"Это скорее идея". Он изучил то, что оставалось в его собственном стакане, слегка вздохнул, затем выпил. "Что ж, тогда эта рутинная работа закончена".

"Почему они не делают кофе со вкусом?"

"Существует множество напитков со вкусом кофе, не так ли? Смысл протеинового коктейля в том, чтобы пить что-то полезное. Что-то хорошее для тебя, легко и быстро сделанное".

"Возможно, больше людей стали бы пить его, если бы на вкус оно было чем-то нездоровым, что им на самом деле нравилось. Тогда люди, которые пьют их только по принуждению, могут начать говорить: "ммм-ммм, я люблю эти помадные взбитые протеиновые коктейли ".

Он начал говорить, затем наклонил голову. "Хм".

"Просто говорю. В любом случае. Мне нужно принять душ, прежде чем я начну ".

"Я тоже".

Она сузила глаза. "Это желание принять душ или желание схватить меня?"

"Давайте выясним".

Ева сняла свою ночную рубашку, когда шла из спальни в ванную. Она первой вошла в душ. "Все двигатели на полную, один-ноль-один градус".

"Господи, это все равно что быть сваренным на завтрак".

Перекрещивающиеся потоки хлынули дальше, вызвав шок по коже, от которого жар пробрал прямо до костей. Когда они мочили ее, она обернулась. И схватил его.

"Я чувствую прилив энергии". Она завладела его ртом в жестком, голодном поцелуе, с легким укусом, а затем рассмеялась, когда ее спина ударилась о промокшую стеклянную стену. И его тело придавило ее. "Эй, ты тоже. Какое совпадение".

Сначала он провел руками по ее телу, влажное к влажному, так что каждый дюйм ее тела жаждал.

"Быстрее", - сказала она и обвилась вокруг него. Она укусила его снова, и эти золотисто-карие глаза загорелись вызовом. "Быстро, жестко, горячо. Сейчас".

Он схватил ее за бедра, приподняв на цыпочки, и дал ей то, чего она хотела.

Наслаждение было темным и имело зубы. Его глаза, дикие и жгуче-синие, поймали ее в ловушку, даже когда его тело погружалось и качалось, чтобы перенести ее через эту первую колючую вершину.

Она вскрикнула от волнения, от осознания того, что здесь, здесь, здесь она поняла силу нахождения, принятия, слияния с партнером. Здесь она познала огонь, который выковал их, и с ним - только с ним - абсолютное доверие, которое превращало силу в любовь.

Что бы ни было раньше, какие бы сны ни преследовали, она знала, кто она такая, и наслаждалась миром, который она создала со своим возлюбленным.

Она обернулась плотнее, только плотнее, пока ее организм содрогался. Ее рот мчался, со всей скоростью, со всей жадностью, по его горячей, влажной коже, в то время как ее сердце трепетало.

"Еще. Еще."

Клубился пар; вода стучала по стеклу. Ее ногти впились в его плечи, когда она изверглась вокруг него. Но она не отпускала. Она бы не стала, он знал. Она выдержит, они это поняли. Они будут держаться, что бы ни случилось.

Через всепоглощающую, возмутительную похоть, которую она разжигала в нем, плела всепоглощающую, возмутительную любовь, пока они не сплелись воедино так по-настоящему, что не было ни конца, ни начала ни тому, ни другому.

Он снова довел ее, довел их обоих. Когда он почувствовал, как она пролетает над ним, увидел этот ослепленный шоком блеск в ее глазах, он пошел с ней.

Она все еще держалась. Когда ее тело обмякло от облегчения, ее руки остались обнимать его. Ослепленный, он уткнулся в нее носом - в изгиб щеки, в линию шеи. Затем его губы встретились с ее в поцелуе, долгом и сладком.

"Боже", - выдавила она. "Иисус. Вау."

"Личная святая троица?" Он постучал по стеклянному брусочку, подставляя ладонь под сливочную жидкость, которую он выдавал. "Я чувствую непреодолимое желание запастись этим энергетическим напитком на всю жизнь".

Она улыбнулась, когда он провел ароматным мылом по ее плечам, спине, груди. "Я не думаю, что нам это нужно".

Будь то заряд энергии, хороший, сильный секс или пробуждение от кошмара, Ева села писать свой отчет о расследовании дела Дженкинса с ясной головой.

Она вернулась к показаниям свидетелей, начала отсчет времени. И поскольку это было обычным делом, проверил вероятность по двум ее активным делам.

Как она и подозревала, компьютер определил, что обе жертвы пали от руки одного и того же убийцы с вероятностью 86,3 процента.

Хотя она и не купилась на это, она разделила свою доску убийств на две секции, одну для Флореса / Лино, другую для Дженкинса.

Потягивая кофе, она изучала результаты.

"На поверхности, конечно. На поверхности, " пробормотала она. Но это не проникало достаточно глубоко; это игнорировало тонкости.

Простой священник - который не был священником - в преимущественно латиноамериканском приходе и влиятельный, богатый, подкованный в средствах массовой информации евангелист. Разные веры, разные культуры, разные доктрины.

Подумав, она обвела доску кружком. Если компьютер был прав, а она ошибалась, сами средства массовой информации могли быть частью мотива. Первое убийство получило широкое освещение, а с этим случаем все должно было взорваться. Оба убийства были совершены на глазах у свидетелей, оба во время того, что можно назвать хорошо поставленным, отрепетированным представлением, и оба оружия были подброшены за кулисы. Где, даже при обеспечении безопасности Дженкинса, люди могли передвигаться и передвигались довольно свободно.

У обеих жертв были секреты, и ни один из них не был таким хорошим и чистым, как он заявлял. Или исповедуемый им образ.

Она повернулась, когда вошел Рорк. "Вероятность достигает середины восьмидесятых, у меня один убийца, две жертвы".

"Так ты предсказывал".

"Вот мысль: если это один убийца, мог ли этот убийца обнаружить двуличие каждой жертвы? Фальшивка Флореса, Дженкинс с его выпивкой и его приставкой."

"Убит за лицемерие?" Рорк изучал ее исправленную доску убийств. "Тогда многим тысячам религиозных лидеров лучше всего следить за тем, что они пьют".

"Да, и более того. Почему эти двое в этом городе? Потому что убийца живет здесь. Дженкинс этого не сделал. Несколько домов, но ни одного в Нью-Йорке. Плюс он много путешествовал, так что его могли убить практически где угодно. В любое время".

"Но был убит здесь и сейчас. Всего через пару дней после Флореса".

"Да. После. Фанатичный псих-убийца? Тогда зачем начинать с малоизвестного священника, а не с самой большой цели? И где претензии убийцы на заслуги?"

Ева покачала головой, обводя доску. "Конечно, многим сериалам и подписчикам удается держать рот на замке, по крайней мере, какое-то время. Но для меня из этого следует, что если вы собираетесь нападать на религиозных лидеров, то вы фанатик. Ты веришь.И когда ты фанатично верующий, ты, клянусь Богом, просто должен распространять это слово ".

"Или в чем удовольствие быть фанатиком?" Рорк согласился.

"О да. Но нет слов. И вы убиваете фальшивого священника, надеясь, веря, что копы обнаружат, что он не тот, за кого себя выдает? Ты, фанатик, не позаботишься о том, чтобы его, черт возьми, разоблачили? Я так не думаю. Ты оставляешь знак или арендуешь чертов рекламный дирижабль, чтобы осудить его ".

Рорк поднял палец, затем прошел на ее кухню, чтобы взять себе кофе. "Мы доказали, что вы не согласны со своим компьютером".

"Я думаю, что компьютер полон дерьма". Она послала ему раздраженный взгляд. "В первом убийстве был ритуал. Это было что-то личное, а также привязанность к церемонии. Второе? Это кажется..."

"Целесообразно", - предположил Рорк, и Ева ткнула в него пальцем.

"Именно. Упущенная возможность. Я отправил отчет Мире, попросил назначить мне консультацию."

"Хочешь услышать мое мнение?"

"Да, я верю".

"Вероятность меня не устраивает, по крайней мере, после того, как ты соскребешь самый тонкий верхний слой. Обе жертвы были, якобы, мужами Божьими. Но в первом случае нет никакой выгоды - в любом случае, ничего не известно ".

Рорк ткнул пальцем в фотографию Лино. "Что касается Флореса, - продолжил он, - то, хотя он нравился тем, с кем работал, и был популярен среди членов церкви, приходского священника можно заменить, и он будет заменен. Во втором случае имеется значительная выгода - в денежном выражении и потенциальная возможность некоторых потерь. По крайней мере, есть вероятность некоторых потерь в краткосрочной перспективе. Там нужно будет культивировать замену. Но Дженкинс управлял тем, что под всем этим подразумевалось, бизнесом. Будут предприняты шаги для защиты этого бизнеса. Если для этого еще не предпринимаются шаги, я был бы очень удивлен. В обоих случаях я бы сказал, что убийства были личными, в том смысле, что они были нацелены конкретно. Убийца, или убийцы, выполнили именно то, что они намеревались сделать ".

"Уничтожить цели. Но не обязательно разоблачать их." Она отпила еще кофе, ее глаза сузились, глядя на доску. "На самом деле, разоблачение Дженкинса подвергает бизнес значительному риску. Никто, заинтересованный в этом бизнесе, не захотел бы этого ".

"Вот ты где".

"Будем надеяться, что это правильный путь, иначе мы скоро будем смотреть на какого-нибудь раввина, или монаха, или кого-то еще в морге. Вот идет Пибоди, и она привела Макнаба ".

"У тебя уши, как у кошки".

Ева взглянула на свое кресло для сна, где Галахад развалился, чтобы вздремнуть после завтрака и перед обедом. "Зависит от кошки. Отчеты", - сказала Ева, как только вошли Пибоди и Макнаб.

"Прямо здесь". Ее темные глаза, все еще затуманенные сном, Пибоди подняла диски. "Пожалуйста, можно здесь кофе, и еду, и, может быть, прямое переливание большого количества витаминов?"

Ева ткнула большим пальцем в сторону кухни, когда она пересекла комнату, чтобы подключить диски к своей машине. Она отправила копии Мире и Уитни непрочитанными. Ей пришлось бы наверстывать упущенное.

"Пока твои помощники копаются в мусоре, у меня есть кое-какая собственная работа". Рорк приподнял ее голову, проведя пальцем под подбородком, коснулся губами ее губ. "Удачной охоты, лейтенант".

"Спасибо. Эй, тебе нужно защищать множество предприятий ".

Он обернулся в дверях. "Один или два".

"Миллион", - закончила она. "Суть в том, что у вас есть предохранители, непредвиденные обстоятельства и все такое. Разные люди, которые будут делать разные вещи, когда в туманном, отдаленном будущем ты умрешь в двести шесть лет после того, как у нас будет горячий секс в душе."

"Я надеялся на двести двенадцать, но да".

"И я предполагаю, что у вас был бы Соммерсет ответственным - координирующим. Единственный человек, которому, как ты знаешь, ты можешь доверять, жонглирует всеми мячами, удерживает их в воздухе ".

"Ты понимаешь, что это означало бы, что ему пришлось бы дожить примерно до двухсот сорока, но да. Хотя я мог бы доверять тебе, я бы не ожидал, что ты отложишь свои собственные ... яйца, чтобы жонглировать моими. Особенно когда ты в коматозном состоянии от горя и размышляешь о безрадостности оставшихся тебе лет без меня ".

"Правильно".

"Тебе все еще нравится менеджер".

"Посмотрим".

Она вернулась к своему столу, заказала полный анализ Билли Крокера. Пибоди и Макнаб вернулись с тарелками вафель.

" Углеводы, - сказала Пибоди, набивая их вилкой. "Энергия".

"Да, это важный день для энергии. Билли Крокер - вдовец. Его жена - единственный брак - погибла в автомобильной аварии шесть лет назад. У него двое взрослых отпрысков. Одна из них - профессиональная мать, живущая в Алабаме со своим мужем и двумя несовершеннолетними дочерьми. Другой состоит на содержании EL и женат на женщине, работающей пиарщиком в EL. В финансовом отношении он более чем достаточно обеспечен, даже несмотря на то, что ежегодно отчисляет полные двадцать процентов своего дохода обратно в казну EL. Его дом в Миссисипи находится практически по соседству с Дженкинсом, в то время как у него есть второй дом поменьше, рядом с замужней дочерью ".

Ева откинулась на спинку стула. "Он отвечает за бронирование выступлений, расчистку мест проведения, планирование всех встреч Дженкинса, обеспечение его транспортировки - или за работу с руководителем транспортной службы. Чтобы добраться до Джимми Джея, ты должен пройти через Билли ".

"Второй в команде", - предложила Пибоди.

"Абсолютно. Назначает свои встречи, " повторила Ева. "Я могу практически гарантировать, что и Каро, и Соммерсет знают, где находится Рорк практически в любое время дня и ночи. Если не точно, то они знают, как добраться до него, где угодно и когда угодно. Если он когда-нибудь был настолько глуп, чтобы изменять мне..."

"Я слышал это", - выкрикнул Рорк.

"Они бы знали. Один или оба знали бы ".

"Так Билли знал, что Дженкинс ... проповедовал в хоре?" Предположил Макнаб.

"По словам Уллы, гарнира, они с Дженкинсом произносили "аллилуйя" почти пять месяцев. Регулярно. Держу пари, что Билли знал, так же как держу пари, что Улла была не первым обращением Дженкинса ".

"Итак, мы указываем Билли на то, как много он знал, и смотрим, что еще мы получим", - добавила Пибоди. "И мы посмотрим, сможем ли мы найти предыдущих обращенных".

"Тем временем мы ведем расследование по делу Флореса по параллельным, но потенциально пересекающимся линиям. У меня есть результаты проверки, которую я начал прошлой ночью перед вторым убийством. У меня есть около полудюжины лино, крещенных в церкви Святого Кристиана в течение соответствующего периода времени, которые не жили в этом приходе в течение последних шести лет. В этом первом проходе я исключил тех, кто это делает, или тех, кто в настоящее время указан как имеющий супруга, законно сожительствующий или находящийся в заключении. Если мы не справимся с этим проходом, мы сделаем другой с теми, кто выбыл. Возможно, он создал удостоверение личности, которое является таким же поддельным, как и он сам ".

"Еще много работы". Макнаб расправился со своими вафлями. "Намного сложнее. Простое добавление дерьма в налоговую декларацию не сделало бы это реально практичным ".

"Итак, мы надеемся, что добились первого успеха. Может ли Фини пощадить тебя, если я захочу, чтобы ты участвовал в этом?"

"Я не знаю, как он управляет EDD без меня, но если ты спросишь, он кивает, я твой. Как насчет идентификационного поиска?"

"Сможет ли Каллендар справиться с этим?"

"Она почти так же хороша, как и я". Он ухмыльнулся. "И я все равно указал ей правильное направление".

"Я отмечу Фини. Тем временем отправляйся в Центральную и начинай связываться с этими Лайно и брать у них интервью ". Она бросила ему диск. "Если Фини не может жить без тебя, просто держись за это сейчас. У меня есть копия. Пибоди, со мной. И если вам двоим придется поцеловаться, прежде чем разойтись, сделайте это быстро ".

Ева вышла, чтобы ей не пришлось смотреть.

Но румянец, вспыхнувший на щеках ее партнера, когда Пибоди догнала Еву, подсказал ей, что произошло нечто большее, чем просто мимолетный удар по губе.

"Где сначала?"

"Морг".

"Вафли, трупы и плиты. Триединство полицейского. Ты хоть немного поспал?"

"Через пару часов".

"Хотел бы я подпрыгнуть на паре, как это делаешь ты".

"Я не подпрыгиваю. Макнаб отскакивает."

"Да". Пибоди подавила зевок, когда они вышли через парадную дверь. "Я думаю, ты пашешь, а я вынужден ползти". Она плюхнулась на пассажирское сиденье автомобиля, припаркованного у основания лестницы. "Значит, гарнир не входит в ваш список подозреваемых?"

"Тупой, как кукурузный стебель. Рорк говорит "мило", и, думаю, я тоже это понимаю. Я бы сказал, верный. Она может быть частью мотива, но она не была частью казни ".

"Вы сказали, как мы можем пересекаться с делом Флореса. Но я этого не вижу".

"Почему?"

"Ну, я знаю, похоже, что они должны пересечься или слиться. Тот же метод, тот же основной тип жертвы. За исключением того, что они в основном не одного типа жертвы. И если это убийца на задании, почему он держит миссию при себе? Возможно, жертвы связаны каким-то другим образом, но я не могу его найти. Я потратил некоторое время на подготовку справочной информации о Дженкинсе. Я просто не могу понять, где он мог столкнуться с парнем, выдающим себя за Флореса, где у них были бы точки соприкосновения ".

"Ты можешь не подпрыгивать и не пахать, но пару часов ты довольно хорошо ползаешь". Она проехала почти пять кварталов, прежде чем попала в первую ужасную пробку. "Дерьмо. Дерьмо. Почему они называют это часом пик, когда это длится несколько дней и никто никуда не может спешить?"

Она подключила ссылку на свой dash ", чтобы отметить Фини.

Она едва закончила закреплять Макнаба за командой, когда ее "линк просигналил о входящем.

"Даллас".

"Лейтенант". Администратор Миры фыркнул на экране. "Доктор Расписание Миры на сегодня полностью расписано ".

"Мне просто нужно..."

"Тем не менее, доктор была бы счастлива обсудить ваши текущие случаи во время своего обеденного перерыва. Двенадцать часов. Эрнеста."

"Я буду там".

"Будь вовремя. У доктора нет времени ждать".

Прежде чем Ева смогла нахмуриться, экран погас. "Как будто я сижу и играю в маджонг весь чертов день".

"Что такое маджонг на самом деле?"

"Откуда, черт возьми, я знаю? Играю ли я в это? К черту это." По крайней мере, отношение дракона Миры разозлило Еву настолько, что она включила сирены и пошла вертикально.

Пибоди стиснула зубы и сжала куриную палочку, когда Ева скользила над крышами гудящих скоростных такси и компактных пассажиров пригородного сообщения, когда она объезжала громаду maxibus, поворачивала обратно вокруг грязного клина фургона доставки.

"Он все равно будет мертв, когда мы туда доберемся", - пискнув, указала Пибоди. Затем выдохнула с облегчением, когда Ева посадила автомобиль на коротком отрезке свободной дороги.

"Посмотри на это". Ева указала пальцем на один из анимированных рекламных щитов с заголовками новостей.

Там, нависая над цирком на Таймс-сквер, был Джимми Джей Дженкинс, испускающий последние вздохи, падающий, как огромная белая сосна под топором.

"Они будут крутить этот клип несколько дней", - предсказала Пибоди. "И каждый раз, когда они будут делать историю о нем для the next forever, они будут показывать ее. Тот, у кого были права на этот канал, теперь действительно богатый ублюдок ".

"Глупый!" Ева стукнула кулаком по колесу, снова нажала вертикальную передачу, чтобы преодолеть еще одну, меньшую пробку. "Идиот. Идиот".

"Кто? Что?"

"Я. Кому принадлежит этот гребаный канал? Кто получает сок? Узнай. Сейчас".

"Держись. Держись ". Сосредоточившись на своем КПП, Пибоди перестала представлять свое собственное искалеченное тело, попавшее в полицейский участок после жестокого столкновения в воздухе.

"Если это не церковь, то я еще больший идиот. Зачем передавать этот доход кому-то другому? Даже если это другая рука, это будет то же самое тело. Это должно быть то же самое чертово тело ".

"Я получаю Good Shepherd Productions".

"Это дело церкви. Добрый пастырь. Они не говорят об овцах. Пометьте Рорка. Он может получить это быстрее ". Глаза Евы оставались горячими и пристальными, когда она маневрировала на дороге. "Таг Рорк, спроси, может ли он выяснить, является ли Good Shepherd Productions подразделением Церкви Вечного Света".

"Одну секунду. Привет, извини, " сказала Пибоди, когда на экране появилось лицо Рорка, и она подумала: "Боже, красавчик". "Эм, Даллас интересуется, не могли бы вы выяснить, является ли Good Shepherd Productions частью церкви Дженкинса. В настоящее время она пытается не убить нас обоих в утренней пробке, так что она отчасти связана ".

"Если бы лейтенанту удалось прочитать данные, которые я добавил к ее досье, она бы нашла полный список различных подразделений Церкви ЭЛЬ, в том числе Good Shepherd Productions".

"Я знал это. Спасибо. Позже"

"Хорошо. Я тоже." Пибоди добавила улыбку. "Всего хорошего".

"Церковь собирается сделать мяту только из этого корма. Если нам нужна оценка, Надин могла бы дать округленные цифры ". Ева пробивалась сквозь пробки, двигаясь на юг. "Таким образом, вы теряете своего номинального руководителя и основной источник дохода. Но вы теряете это таким образом, что это приносит вам мгновенный всплеск этого дохода - нет никакого спада, никаких потенциальных потерь. Но есть потенциал, если вы достаточно умны, чтобы извлекать выгоду из этого годами. Ибо, что бы это ни было, следующее навсегда".

"Привет. Я это сказал!" Пибоди воспользовалась моментом, чтобы прихорашиваться, затем другим, чтобы обменяться шокированными взглядами с оператором глайдкарты, мимо которого они проскочили, имея в запасе шкуру соевой собаки.

"У тебя все еще есть семья, и ты чертовски уверен, что у тебя уже есть на примете замена. Плюс, твой номинальный руководитель пьет и валяет дурака. Это выходит наружу, денежный поезд собирается сделать долгую, незапланированную остановку. Но это? Это беспроигрышный вариант - выиграй больше ".

Она ехала на этом, прокручивая в уме разные углы, пока не добралась до морга. Шагая по белому туннелю, Ева достала свой линк, чтобы проверить один из этих ракурсов. Затем остановилась, когда увидела Морриса, стоящего перед торговым автоматом. С детективом "Цветок магнолии".

Детектив заметил Еву и Пибоди первыми и откинул назад шелковистую прядь волос цвета топленого масла. "Лейтенант, детектив".

"Детектив", - сказала Ева, кивнув. "У тебя есть один?"

"Нет, на самом деле, я как раз собирался уходить. Спасибо за кофе", - сказала она Моррису, и блеск в ее темно-летних голубых глазах ясно дал понять, что она благодарит Морриса не только за паршивый соевый продукт.

"Я провожу тебя. Одну минуту, " сказал он Еве, затем двинулся бок о бок с детективом Колтрейн по гулкому туннелю. Его рука протянулась и легко скользнула вниз по ее спине.

"Вау. Они, типа, трогательные. О, и посмотри. Она делает то, что делает наклон головы. Это определенно приглашение. Бьюсь об заклад, что они собираются поделиться большой небрежностью у двери ", - предсказала Пибоди.

"Ну и дела, ты думаешь?" Мысль о большом неряшливом человеке вызвала у Евы желание быстро проверить послужной список детектива Амариллис Колтрейн на рабочем месте. Поскольку это желание раздражало ее, Ева выбросила его из головы. "Он большой мальчик".

"Это то, что я слышу". Пибоди усмехнулась в ответ на холодный взгляд Евы. "Я не могу не слышать разные вещи. Да, это был большой промах, - пробормотала она себе под нос, когда Моррис вернулся. "Он определенно выглядит счастливым".

Он сделал, поняла Ева. И этого было бы достаточно. "Извините, что прерываю".

"Сейчас или когда ты предупредил меня?"

"Либо то, либо другое".

"Не беспокойся. Пойдем, пожелаем доброго утра преподобному Дженкинсу".

"Ты смог начать с него?"

"Да, действительно. Некоторые тесты все еще не завершены ", - добавил Моррис, когда они спустились вниз, затем в комнату для вскрытия. "ТРЕСКА - это то, чего, я полагаю, вы ожидали. Отравление цианидом. Он также выпил чуть больше восьми унций водки и примерно тридцать унций родниковой воды в последние часы своей жизни. Около шести вечера он съел жареного цыпленка, картофельное пюре с подливкой, жареный лук, листовую капусту, печенье и персиковый пирог с ванильным мороженым, а если этого было недостаточно, то около восьми унций обжаренных во фритюре свиных шкварков со сметанным соусом."

"Я удивлена, что у него нашлось место для цианида", - пробормотала Ева.

"Я собираюсь предположить, что он питался таким образом с некоторой регулярностью, поскольку у него было около тридцати фунтов лишнего веса. Большую часть этого носил в своем животе, как вы видите ".

Было трудно не делать этого, поскольку Джимми Джей в данный момент лежал голый на плите.

"В отличие от вашей предыдущей записи, я бы сказал, что этот человек не верил в регулярные физические упражнения и любил поесть, предпочитая жареную, крахмалистую пищу и / или с большим содержанием рафинированного сахара. Уберите цианид, и все равно маловероятно, что ваш спаситель душ заработал бы положенные сто двадцать."

"Сколько цианида?"

"Почти вдвое меньше, чем было использовано для вашего священника".

"Уложи его, быстро и жестко. Если бы он принимал это медленно, в течение, скажем, часа? Если бы он добавил немного в свои бутылки с водой - несколько?"

"Он бы чувствовал себя плохо - слабым, сбитым с толку, с одышкой".

"Значит, не таким образом. Все сразу. Первые две бутылки на сцене, скорее всего, были чистыми. Все дело во времени. Третья бутылка выпита как раз во время перерыва. Все, каждый на взводе, он в своем ритме. Потеет, проповедует, снимает куртку. Это обычное дело - публике это нравится. Нельзя рисковать, чтобы это случилось после перерыва", - сказала Ева наполовину самой себе. "Не могу рисковать даже незначительной возможностью, что кто-то другой может выпить из этой бутылки, или что бутылка заменена. Так что это должно быть до перерыва, когда он все еще один на сцене. Но для наибольшего эффекта - в конце этого периода ".

"Дочь вывела их на сцену", - отметила Пибоди.

"Да. Да. Что для этого нужно?" Ева отошла от тела. "Все, что вам нужно сделать, это пересечь эту стадию. Все привыкли видеть тебя, разбираться в деталях, быть рядом. Кто скажет: "Эй, что ты делаешь?" Никто. Вы просто проверяете воду, вот и все. Убедившись, что крышки открыты для старого доброго Джимми Джея. И ты подсыпаешь цианид".

Она отступила назад. "Вода на столе, за каплей", - вспомнила она. "Разумнее сделать это, когда певцы уже там - как вы это называете - за сценой. Перед падением. Вик в своей гримерке, почти все там, кроме тех, кто на сцене. Это займет минуту, если что. Запечатанные руки, может быть, тонкие перчатки, как у врача. Бьюсь об заклад, среди персонала есть медик. Умный, довольно умный. И все же, может быть, достаточно глуп, чтобы выбросить герметик или перчатки, пустой контейнер из-под яда в один из утилизаторов арены. Почему бы и нет? В любом случае, это просто докажет то, что ты хочешь, чтобы мы узнали . Кто-то отравил его".

Моррис улыбнулся ей. "Поскольку преподобный Дженкинс и я теперь так близко знакомы, и вы, кажется, знаете, кто это такой, поделитесь".

"Его зовут Билли Крокер. И нам пора еще раз поболтать ".

11

ОНИ ВЫСЛЕДИЛИ БИЛЛИ В ГОРОДСКОМ ДОМЕ на Парк. Привлекательная брюнетка, открывшая дверь, выглядела бледной и выжатой - и удивленной. "Детектив Пибоди. Есть ли... у вас есть новости?"

"Нет, мэм. Лейтенант Даллас, это Мерна Бейкер, няня."

"О, привет. Прости, когда я увидел тебя на экране безопасности, я подумал... Пожалуйста, входите".

Фойе было коротким и широким, сужаясь до коридора, который, как заметила Ева, делил дом пополам. Мерна стояла с опухшими глазами, в своей облегающей икры темной юбке и синей блузке. Ее короткие волосы вились вокруг лица, на котором не было никаких признаков улучшения.

Это был бы не тип Дженкинса, подумала Ева.

"Нам сказали, что мистер Крокер был здесь", - начала Ева. "Мы хотели бы поговорить с ним".

"Ох. Да, он здесь. Он вернулся к Джолин и некоторым членам семьи. Мы... Это такой тяжелый день ".

"Мы постараемся не усложнять это".

"Да, конечно. Если бы ты просто подождал здесь минутку."

Она прошла по коридору, постучала в дверь. Когда дверь открылась, она заговорила таким тихим голосом, что его не было слышно. Но Ева услышала, как голос Джолин усилился в комнате.

"Полиция? Они знают, что случилось с моим Джимми? Неужели они..."

Она быстро вышла, прокладывая себе путь. На ней был длинный розовый халат, и ее волосы подпрыгивали на плечах, как спутанные пружинки. Ее ноги и лицо были босы, и у Евы было мгновение подумать, насколько она была красивее без слоев глины, на которых она красилась.

"Джимми Джей". Она схватила Еву за руки, впившись длинными розовыми ногтями, когда несколько человек вышли из комнаты в коридор. "Вы здесь из-за Джимми Джея. Ты узнал, что произошло ".

"Да, мэм, мы это сделали".

"Это было его сердце, не так ли?" Слова срывались на рыдания. "Это то, что я всем говорил. Его сердце, оно было просто таким большим, таким огромным и таким наполненным. Он просто выдохся, вот и все. Это закончилось, и Бог призвал его домой ".

На ее лице была мольба, в глазах - ужасная нужда.

Что было хуже, чем сказать кому-то, что их любимый человек мертв? Подумала Ева. Сказать им, что их любимый был убит.

"Нет, извините. мистер Дженкинс умер от отравления цианидом".

Ее глаза закатились. Даже когда маленькая армия людей бросилась вперед, Ева поймала ее, удерживая в вертикальном положении. И глаза Джолин моргнули, прояснились. Похолодел. Она шлепнула в ответ по протянутым к ней рукам, не сводя своих холодных, ясных глаз с Евы.

Она поднялась с нуля до шестидесяти, подумала Ева. От хрупкой матроны до мстителя.

"Ты стоишь здесь, смотришь мне в лицо и говоришь, что знаешь - абсолютно, без единого сомнения, - что кто-то отравил моего мужа. Ты смотришь мне в глаза и говоришь, что это Божья правда. Ты можешь это сделать?"

"Да. Кто-то отравил вашего мужа ".

Вокруг них семья разразилась рыданиями, призывами к маме или маме Джо. Когда они надавили, потянулись к ней, Джолин развернулась.

"Вы все тише!Теперь замолчите, каждый из вас ".

Шум прекратился, как будто она щелкнула выключателем. Когда она снова повернулась к Еве и ее губы задрожали, она сжала их. Когда ее глаза наполнились, она сморгнула слезы. "Откуда ты знаешь, без единого сомнения".

"Знать - это моя работа. Я только что говорил с судебно-медицинским экспертом - главным судебно-медицинским экспертом этого города, мэм, - и причина смерти подтверждена. Результаты лабораторных исследований подтвердят, что цианид был добавлен в его сценическую воду. Если вы не можете стоять здесь, посмотреть мне в лицо и сказать, что у вас есть какие-либо основания полагать, что ваш муж покончил с собой, отравившись цианидом, тогда я говорю вам, что он был убит ".

"Он никогда бы не покончил с собой. Жизнь - это дар от Бога. Он никогда бы не оставил меня, свою семью, свою церковь своей собственной рукой".

Она отступила назад, выпрямилась. Все следы сахарной ваты исчезли. "Ты найдешь того, кто это сделал. Вы найдете того, кто отнял этот Божий дар у моего мужа, у отца моих детей. Ты делаешь свою работу".

"Я сделаю".

"Лука".

"Мама Джо". Один из мужчин вышел вперед, нежно обнял ее.

"Теперь ты глава семьи. Я ожидаю, что ты сделаешь все, что нужно сделать ".

"Ты знаешь, что я сделаю. Позволь Джеки отвести тебя наверх сейчас, мама Джо. Ты иди наверх и немного отдохни. Мы позаботимся о том, чтобы все было сделано так, как хотел бы Джимми Джей. Так, как ты хочешь. Я обещаю тебе".

Она кивнула, погладила его по плечу. "Спасибо, что пришли сказать мне, лейтенант. Я хочу сейчас подняться наверх ".

"Пойдем со мной, мама". Дочь, Джеки, обняла свою мать и повела ее к лестнице. Джолин остановилась, оглянулась.

"Билли, ты помогаешь направлять их сейчас, как ты направлял их папу".

"Я сделаю. Не волнуйся, Джолин. Я не хочу, чтобы ты волновался ". Его лицо выражало страдание, когда он наблюдал, как она поднимается по лестнице.

"Лейтенант, я Люк Гудвин - муж Джеки". Хотя он предложил крепкое рукопожатие, в его глазах читалась непреодолимая усталость. "Не могли бы вы сказать мне, ах, когда мы могли бы забрать моего тестя домой. Мы готовимся к его похоронам и похоронам в его честь. Мы хотим вернуть семейный очаг как можно скорее ".

"Я надеюсь, что это не продлится долго. Я попрошу кого-нибудь связаться с вами напрямую, когда нас оправдают ".

"Извините". Другой мужчина подтолкнул вперед. Не такой высокий, как первый, у него были острые скулы и рот, сжатый в жесткие линии. "Если моя свекровь не является подозреваемой, я собираюсь настаивать на том, чтобы ей разрешили вернуться домой. Она дала показания, и у вас нет законных оснований задерживать ее ".

"А ты кто?"

"Сэмюэл Райт, зять Джимми Джея. Я юрист".

"Неужели? Я бы никогда не догадался. Я не задерживаю миссис Дженкинс, но прошу ее и всех, кто участвовал во вчерашней постановке, оставаться в Нью-Йорке и быть доступными, пока продолжается это расследование. И я не слышал, чтобы миссис Дженкинс просила разрешения вернуться в свою домашнюю резиденцию ".

"Мы принимаем меры для этого. Ей нужно..."

"Тогда она может сама поговорить со мной об этом. Тем временем, у меня есть несколько дополнительных вопросов. Я хотел бы поговорить с вами, мистер Крокер".

"Да, конечно. Не могли бы мы договориться о встрече?" Он действительно потянулся за своей записной книжкой. "Нам еще так много нужно сделать - приготовления и отмены".

"Это не займет много времени. И это должно произойти сейчас ".

"Но..."

"Если только Билли не подозреваемый", - начал адвокат.

"Тогда давай сделаем это проще. Вы все подозреваемые. Насколько я могу установить, у каждого из вас, наряду с другими участниками на сцене и за ее пределами, была возможность подсыпать в воду цианид. Что значит? Цианид - это не то, что вы покупаете в местной аптеке, но его легко приобрести на черном и сером рынках. Мотив - много-много денег".

"Это и оскорбительно, и неуместно".

"Подайте на меня в суд. Тем временем я могу поговорить с мистером Крокером здесь, или мы можем поехать в центр ".

"В этом нет необходимости, конечно, в этом нет необходимости. Сэм. " Билли успокаивающе похлопал Сэма по руке. "Мы все хотим сделать все, что в наших силах, чтобы помочь полиции".

"Ты не будешь разговаривать с ней без моего присутствия в качестве твоего представителя".

"Мне подходит", - весело сказала Ева. "Хочешь сделать это здесь, в холле?"

"Давайте просто воспользуемся моментом". Люк поднял руки. Хотя его голос был мягким, Ева распознала в нем приказ. "Мы все на грани. Лейтенант, не хотели бы вы и другой офицер воспользоваться гостиной? Можем ли мы принести вам что-нибудь? Чай? Вода?" Он остановился, на мгновение закрыл глаза. "Смогу ли я когда-нибудь снова налить стакан воды и не думать об этом?"

"В гостиной все в порядке", - сказала ему Пибоди. "Нам ничего не нужно, спасибо".

"На втором этаже есть офис. Я буду работать там, если я тебе для чего-нибудь понадоблюсь. Билли, Сэм, я продолжу приготовления, пока вы не закончите. Лейтенант." Люк снова протянул руку. "Мама Джо поверила в тебя. Я тоже".

Не просто глава семьи, подумала Ева, когда он уходил от них. Она была готова поспорить, что только что пожала руку новому главе Церкви Вечного Света.

Мебель, скульптуры, памятные вещи и фотографии боролись за место в гостиной насыщенных цветов. Экраны для уединения закрывали окно, которое пропускало два луча утреннего света.

Множество чашек, стаканов и кубиков для заметок, разбросанных по столам.

"Пожалуйста, извините за беспорядок", - начал Билли. "Мы строили планы и приготовления, обсуждали мемориал, когда вы приехали". Он прочистил горло. "СМИ пока не узнали адрес или прямой номер этого дома. Мы надеемся, что так оно и останется ".

"Они не получат этого от меня или любого члена моей следственной группы".

"Репортерам удалось раскопать мой номер ссылки. Я не давал никаких комментариев. Я думал, что так будет лучше, на данный момент. Но мне придется сделать заявление. Или, скорее, это сделает Люк. Очень скоро. Как можно скорее".

"Если мистеру Гудвину нужны какие-либо подтвержденные данные из моего департамента для заявления, я буду рад обсудить это с ним. Тем временем." Ева достала свой диктофон. "Поскольку ваш представитель хочет соблюсти все формальности, я сообщаю вам, что записываю это интервью. У вас есть право хранить молчание".

Когда она читала исправленную "Миранду", Билли потеряла еще два тона краски.

"Это необходимо?"

"Это для вашей защиты, как вам скажет ваш представитель".

"Так будет лучше всего, Билли. Будет лучше, если мы будем придерживаться всего в соответствии с буквой закона".

"Понимаете ли вы свои права и обязанности в этом вопросе, мистер Крокер?"

Его рука теребила узел галстука. "Да, конечно".

"И вы выбрали Сэмюэля Райта, также присутствующего, в качестве вашего представителя во время этого интервью?"

"Да".

"Очень хорошо. Даллас, лейтенант Ева, Пибоди, детектив Делия, в интервью с Крокером, Билли, относительно расследования убийства некоего Джимми Джея Дженкинса. Мистер Крокер, у нас есть показания, которые вы дали мне прошлой ночью, на месте происшествия, в записи. Есть ли что-нибудь, что вы хотели бы изменить в отношении того же самого в это время?"

"Нет. Я ничего не могу придумать".

"Вы заявили, что видели жертву примерно за пять минут до его выхода на сцену, в его гримерке".

"Да. Я дал ему его пятиминутную реплику, затем мы немного поговорили. Я проводил его до кулис, справа от сцены".

"Какое у него было настроение?"

"Он был очень энергичным".

Ева улыбнулась этому термину. "В то время, когда вы шли с ним к кулисам, стол и бутылки с водой уже были на сцене?"

"Да. Как всегда. За падением. По сигналу поднимается занавес, певцы покидают сцену справа, а Джимми Джей и Джолин входят со сцены справа и слева соответственно."

"Джози Дженкинс Картер подтвердила, что она поставила бутылки с водой на сцену. Что она открыла их и заменила примерно унцию родниковой воды в каждом на водку ".

"Это не имеет никакого отношения к этому интервью", - перебил Сэмюэль с некоторой горячностью. "И если ты думаешь, что можешь намекнуть, что Джози имеет какое-то отношение к случившемуся ..."

"Вы также являетесь юридическим представителем вашей невестки?"

Его челюсть сжалась. "Если понадобится".

"Хорошо, я дам вам знать, если понадобится, и если мне потребуется продолжение разговора с миссис Картер. Вам было известно, не так ли, мистер Крокер, что в воду для сцеживания жертвы обычно добавляли алкогольные добавки?"

"Да". Билли вздохнул. "Лейтенант, поскольку его убило не это, я не хочу, чтобы это стало достоянием общественности".

"Вы также заявили, что были заняты во время вступительного выступления певцов, проверяя детали. Ты бы путешествовал за этим падением, с одного крыла на другое, верно?"

"В разные моменты времени, да".

"А вы видели, чтобы кто-нибудь подходил к бутылкам с водой, видел кого-нибудь не на своем месте, видел, чтобы кто-нибудь вел себя нервно или подозрительно?"

"К сожалению, нет. Певцы и музыканты были на сцене. Другие были в своих раздевалках, некоторые в маленькой столовой. Я действительно думаю, что видел там Мерну, мельком, с несколькими детьми. Техники должны были бы передвигаться, но по большей части, по крайней мере, в последние несколько минут, все должны были быть на своих местах. Никто не должен был стоять за сбросом. Я никого там не видел ".

"Хорошо. Как менеджер, соблюдали ли вы расписание мистера Дженкинса? Организуйте его встречи".

"Да, таковы были мои обязанности".

"У вас были бы его номера связи, вы могли бы связаться с ним в любое время".

"Абсолютно".

"И будет ли, как его менеджер, знать его местонахождение? Особенно во время таких гастролей ".

"Это было бы существенно", - согласился Билли. "Если что-то возникало, Джимми Джей хотел знать. Он был не просто номинальным руководителем, лейтенант. Он был главой церкви. Он очень усердно работал и был вовлечен во все аспекты, в каждую область ".

"И это была ваша работа, чтобы он был там, где ему нужно было быть, когда ему нужно было быть там".

"Именно".

"У вас также были длительные, близкие отношения с жертвой".

"Да. Да, я это сделал".

"Вы проводили время вместе - свободное время, я имею в виду. Свободное время".

"О да. Довольно часто." Его плечи расслабились, но рука, которая переместилась с галстука на ногу, теребила, теребила брюки на колене. "Наши семьи иногда отдыхали вместе, и нам нравилось готовить барбекю. Когда моя жена была жива... Ты помнишь, Сэм."

"Я верю. Она приготовила лучший картофельный салат в Миссисипи. Упокой ее душу".

"А вы с жертвой - только вы двое - когда-нибудь проводили свободное время вместе?"

"Мы ловили рыбу. Часто с мальчиками или другими друзьями. Но, да, иногда только мы вдвоем."

"Вы проводили много времени - между работой в церкви и свободным временем - в обществе друг друга".

"Редко проходил день, чтобы мы не тратили время".

"Итак, вы знаете, что у него была внебрачная связь".

Из Билли вышел воздух, как будто Ева выдернула вилку из розетки. Но Сэмюэль поднялся со своего стула, дрожа от возмущения. "Как ты смеешь! Как ты смеешь клеветать на такого человека, как Джимми Джей! Если вы произнесете хоть слово об этой неоправданной лжи за пределами этой комнаты, я могу обещать, что мы подадим в суд на вас, а также на полицию и Департамент безопасности Нью-Йорка ".

"Связь была подтверждена и задокументирована в протоколе", - холодно сказала Ева.

"Тогда я настаиваю на том, чтобы увидеть это подтверждение, эту документацию. Если ты думаешь, что я поверю тебе на слово или позволю тебе обратиться к средствам массовой информации с ..."

"Выключи свои двигатели, Райт. Во-первых, у вас нет законного права на этот доступ в настоящее время ".

"Мы просто посмотрим на этот счет".

"Да, ты делаешь это. Между тем, меня не интересуют сплетни, меня интересует убийство. И мотив. В течение последних четырех с половиной месяцев жертва вступала в половую связь вне брака. Он, по сути, занимался тем же самым в день своей смерти".

Ева перевела взгляд с Сэмюэля на Билли. "Но ты это уже знаешь, не так ли, Билли?"

Он дернулся, как будто она подтолкнула его своим парализатором. "Я не знаю, о чем ты говоришь".

"Вы рыбачили, вы готовили барбекю, вы вместе отдыхали. Вы управляли его работой, его временем и значительной частью его жизни. Вы знали, где он был и где ему нужно было быть почти каждую минуту каждого дня. Но вы хотите, чтобы я поверил, что вы не знали, что он проводил час или два, два, иногда три раза в неделю в гостиничных номерах с другой женщиной? Что он часто получал поддержку от той женщины за кулисами, прежде чем перейти к проповеди?"

"Этого достаточно!" Сэмюэль оборвал его. "Ты пытаешься возвыситься, пороча репутацию хорошего христианина. Ни моему клиенту, ни мне больше нечего вам сказать ".

"Больше нечего сказать, Билли?" Ева пожала плечами. "Тогда, я полагаю, нам придется поговорить с другими людьми, которые, возможно, знали. И я не могу контролировать это, если эти люди решат поговорить с другими людьми. Включая средства массовой информации".

"Такого рода угрозы..." - начал Сэмюэль.

"У меня есть работа, которую нужно делать", - парировала Ева. "Это не угроза".

"Пожалуйста, не надо". Билли тихо заговорил. "Сэм, пожалуйста, сядь. Мне жаль. Мне так жаль". Он прочистил горло - тик, как определила Ева, использовался для того, чтобы дать ему время собраться с мыслями. "Только Бог совершенен, Сэм".

"Нет". Возмущение перешло в неверие. "Нет, Билли".

"Джимми Джей был великим лидером. Провидец и смиренное дитя Божье. Но он также был человеком, и человеком со слабостями. Он действительно пал жертвой похоти. Я давал ему советы как друг и как дьякон церкви. Он боролся с этой слабостью, и он поддался ей. Ты не должен думать о нем хуже. Ты не должен бросать первый камень".

"Сколько раз?" - Потребовал Сэмюэль.

"Один раз - это слишком много, так что это не имеет значения".

"Это может иметь значение для расследования", - поправила Ева.

"Я полагаю, что за эти годы он умер с шестью женщинами. Он боролся, Сэм. Это был его демон. Мы должны верить, что если бы он был жив, он бы победил это. Наша задача сейчас - оградить Джолин и церковь от этого. Чтобы сохранить имидж Джимми Джея, чтобы Люк мог занять его место и продолжить работу ".

"Убить его до того, как он станет достаточно беспечен, чтобы позволить этому вырваться наружу", - предположила Ева, - "это был бы хороший способ сохранить имидж".

"Это интервью окончено". Сэм шагнул к двери. В его глазах блестели не только гнев, но и слезы. "Не возвращайтесь сюда без ордера, или я подам на вас в суд за преследование и предвзятое отношение к санкционированной церкви".

Ева наклонилась, чтобы забрать свой диктофон, и, выключив его, тихо заговорила с Билли. "Я знаю, что ты сделал. Я знаю, почему ты это сделал. Я уничтожу тебя. От тебя будет зависеть, унесу ли я остальное вместе с тобой".

Она выпрямилась. "Я слышал, исповедь полезна для души. Пибоди."

Они вышли, оставив Билли валяться на диване, а Сэмюэля чуть не плачущим у двери.

В машине Пибоди сидела молча, когда Ева начала петлять в потоке машин. Затем она покачала головой. "Как ты узнал, что он это сделал?"

"Он не в наручниках и не направляется с нами в центр города, не так ли?"

"Может быть, мы пока не можем его арестовать. Но ты знаешь. Ты знал. Как?"

"Помимо исходящего от него запаха вины?"

"Серьезно?"

"Ладно, вонь - это слишком резкое слово. Послышался характерный запах. Он тот, кто говорил с жертвой последним. Он тот, кто все планирует и следит за деталями. Он тот, кто должен знать практически все, чем занималась жертва. Добавь что-то вроде напыщенного, напыщенного отношения. Добавь едва заметное изменение тона и загляни в его глаза, когда он говорит о Джолин ".

"Я действительно замечал это, но не до сегодняшнего дня".

"Я брал у него интервью, ты - нет. Он неравнодушен к ней. Она совершенно не обращает на это внимания, но у него оно есть. Посмотрите на повтор убийства еще раз. Он за кулисами, когда Дженкинс начинает задыхаться, у него начинаются судороги. Но он остается там, где он есть. Он не выдыхается до тех пор, пока Джолин не упадет. И он идет к ней, а не к мертвому парню. Он едва удостаивает Дженкинса взглядом ".

"Да, думаю, я тоже это заметила", - сказала Пибоди, прокручивая это в голове. "Но там происходило так много всего, что я не разделял это. Ты думаешь, он сделал это, потому что хочет Джолин?"

"Он так не подумает, не позволит себе так думать. Но это там, внизу. Я думаю, что он убил его, или так он говорит себе, потому что поведение Дженкинса и отказ остановиться могли разрушить церковь, разбить семью. И я думаю, он сделал это, потому что сказал себе, что Дженкинс не был достоин своего положения - или этой семьи ".

"Он совершил много ошибок. Даже без запаха вины, это вернулось бы к нему ".

"Импульс". Ева включила желтый свет. "Он слышит о мертвом священнике, и он накинул пальто. Он не продумал это до конца, не как тот, кто убил Лино. Он просто прыгнул ".

"Почему ты не надавил сильнее? Мы могли бы пригласить его на собеседование, вытянуть из него информацию - с адвокатом или без ".

"Чувство вины сделает это за нас". Ева повернула запястье, чтобы проверить время. "Он не сможет долго это выносить. Ему нужно будет исповедаться. Если нет, если я ошибаюсь, мы очень скоро надерем ему задницу. Тем временем, посмотрим, сможем ли мы отследить, где он достал цианид. Снова импульс. Это должно было произойти в течение последних двух дней. И мы видим, как Макнаб справляется со многими Лайно ".

"У меня была идея насчет угла Линолеума к их Л", - сказала ей Пибоди. "Медаль. Это было от его матери. Только его мать. Возможно, его мама просто хотела подарить ему что-то особенное, только от нее. Но, возможно, в тот момент она была матерью-одиночкой. Мы могли бы сопоставить ваш список с родителями-одиночками или парами, которые развелись - хотя я думаю, что развод по-прежнему является большой проблемой для католиков, - или с женщинами, чьи мужья умерли или сбежали ".

"Это хорошо, Пибоди. Это очень хорошо. Давайте углубимся в это. Или, еще лучше, ты вникнешь в это. Я должен встретиться с Мирой ".

"Я начну с этого. Вообще-то я должен встретиться с Надин и Луизой около тысячи трехсот, если у нас не будет горячки. Мы собираемся завершить подготовку к девичнику в стиле "свадебный душ"."

"Холостяк" - это глупое, унизительное слово".

"Да, но это тоже в некотором роде мило". Даже мысль о вечеринке заставляла Пибоди радостно ерзать на своем месте. "В любом случае, мы решили, что, поскольку приближается свадьба, мы сделаем комбо. Я подумал, что тебе это понравится, поскольку это означает только одно событие ".

"Да, да".

"И в основном тебе просто нужно появиться".

"Никаких игр". Ева сняла руку с руля, чтобы указать. "Это моя линия на песке. Это и стриптизерши. Никаких игр и никаких стриптизерш".

"Сделано. Видишь? Это просто".

Может быть, слишком просто, размышляла Ева, но она спрятала это подальше, когда заехала в гараж Централа. "Уточни у Макнаба", - сказала ей Ева, "и начни с перекрестных ссылок. Я собираюсь подойти, чтобы встретиться с Мирой. Я должен вернуться в течение часа ".

"Я оставлю тебе все, что у меня есть, на случай, если мы будем скучать друг по другу. О, и если Билли придет, воняя, исповедоваться, я тебя пометлю ".

"Сделай это". Но Ева решила, что пройдет немного больше времени, прежде чем он не сможет выносить собственное зловоние.

Ей нравилась прогулка, просто шагать по Нью-Йорку с его шумом, его толпами, его отношением, надвигающимся на нее со всех сторон. Она прошла сквозь жирный дым салатницы, вдохнула запах жарящихся на гриле соевых сосисок, картофеля фри, овощных хэш-и услышала, как оператор рычит на ноющего клиента.

"Что ты хочешь за пять баксов? Долбаное филе-миньон?"

Она прошла мимо пары полицейских в мягкой одежде, которые быстрым маршем вели парня, более жирного, чем собачий дым, через тротуар в Центральный, пока он заявлял о своей невиновности во всех вопросах.

"Я ничего не делал. Я не знаю, как это дерьмо оказалось у меня в кармане. Я просто разговаривал с тем парнем. Клянусь Богом"

Она смотрела, как байк-мессенджер - размытое пятно в свете дня на блестящем реактивном мотоцикле - радостно бросает вызов Быстрому такси, чтобы определить позицию, и уносится с сумасшедшей скоростью, оставляя в пыли гудки и проклятия. Огромный черный парень выгуливал крошечную белую собачку и остановился, чтобы ответственно зачерпнуть какашек миниатюрной собаки.

Она переходила улицу с толпой других людей на светофоре. Проходил мимо продавца цветов, от которого в воздухе витали безумные духи, мимо гастронома, из которого при выходе покупателя разносился аромат маринованных огурцов и лука. Мимо прошла пара женщин, говоривших на том, что могло быть кантонским диалектом.

Она снова пересекла реку, поворачивая на север.

И две женщины вылетели из дверей магазина, крича, нанося удары кулаками, чтобы упасть почти у ее ног в клубке, который дергали за волосы, царапали, щелкали зубами.

"Почему?" Ева задумалась. "Я так хорошо проводил время".

Пешеходы разлетелись, как бильярдные шары на обрыве. Другие придвинулись ближе, выкрикивая ободряющие слова и / или хватаясь за ссылки или камеры, чтобы записать бой. Ева едва сопротивлялась желанию просто продолжать идти, и вместо этого вошла. Она схватила прядь волос, сильно дернула. Когда хозяйка завизжала и встала на дыбы, Ева схватила своего противника захватом головы.

"Прекрати это!"

Клок волос укусил ее, рванувшись вперед, чтобы впиться зубами в плечо Евы. И получил локтем в подбородок в ответ.

"Я коп", - заявила Ева. "Черт возьми. Следующего, кто укусит, поцарапает, даст пощечину или завизжит, отвезут в Центральную и бросят в резервуар ".

"Она начала это".

"Лживая сука. Я хочу выдвинуть обвинения ".

"Я хочу выдвинуть обвинения".

"Я увидел это первым".

"Я..."

"Заткнись, черт возьми!" Ева подумывала о том, чтобы просто столкнуть их лбами и вызвать повозку. "Мне насрать, кто что начал. Это свершилось. Прекрати это, встань, сделай шаг назад. Или я обвиню вас обоих в нарушении общественного порядка, создании общественных беспорядков и во всем остальном, что придет мне в голову ".

Они сердито посмотрели друг на друга, но больше ничего не сказали, когда поднялись на ноги и встали с Евой между ними. Третья женщина осторожно открыла дверь магазина. "Я вызвал полицию".

"Я из полиции", - сказала ей Ева.

"О, слава богу". Проявляя значительную веру, владелец магазина открыл дверь шире. "Я просто не знал, что делать. Эти дамы были в магазине. Сегодня у нас хорошая распродажа. И они оба хотели пакетик с тройным рулетом Betsy Laroche в пионовом цвете. У нас есть только одно. Ситуация накалилась, и, прежде чем я осознал это, они подрались ".

Ева подняла руку. "Позвольте мне прояснить это. У тебя разбита губа, порвана рубашка, испорчены брюки, и между вами появляется синяк под глазом. Из-за сумки?"

"Ларош, " - прошепелявил тот, что с окровавленной губой. "Со скидкой в десять процентов. И я увидел это первым. Я приложил свою руку..."

"Бык! Я увидел это первым, и ты прибежал через...

"Лжец".

"Сука".

И они прыгнули вокруг Евы и вцепились друг другу в глотки.

"О, ради Христа".

На этот раз она все испортила, схватив обоих за волосы и прижав лицами к стене. "Сейчас могут произойти две вещи. Каждый из вас может идти своей дорогой, если только эта леди не захочет выдвинуть обвинения ".

"О, нет". Лавочник выглянул из того, что теперь было крошечным отверстием. "Нет. Это нормально".

"Ваши разные пути - это вариант номер один", - продолжила Ева и заметила черно-белую машину, подъезжающую к обочине. "И никто из вас не придет в это заведение в течение следующего месяца, иначе я услышу об этом. У меня будет второй вариант - я на работе, " сказала Ева полицейским, когда они пересекали тротуар. "В данный момент не могу правильно установить свое удостоверение личности.

"Вариант второй: я прикажу этим двум офицерам надеть на вас наручники, посадить вас на заднее сиденье их машины и отвезти вас на несколько кварталов в Центральный, чтобы предъявить вам ряд раздражающих обвинений, которые я перечислю. В любом случае, никто из вас не получит эту дурацкую сумку. Выбирай".

"Я уйду, если она уйдет".

"Ладно, все в порядке".

"Ты". Ева потянула за первый моток. "Иди на юг. И ты". Затем другой. "Иди на север. Не разговаривайте, не смотрите друг на друга. Просто начни ходить. Сейчас".

Она отпустила их, стояла там, где была, пока каждый комбатант не захромал прочь. Она потянулась за своим удостоверением личности, слегка поморщившись, когда укус на плече воспротивился движению. "Спасибо за поддержку", - сказала она. "Я думаю, здесь все ясно".

"Спасибо вам, офицер, огромное вам спасибо". Лавочник положил руку ей на сердце. "Должен ли я записать ваше имя и контактную информацию на случай, если они вернутся?"

"Они этого не сделают". С этими словами Ева прошла еще полквартала до "Эрнеста".

Это была высококлассная закусочная с обслуживанием за стойкой из нержавеющей стали или в кабинках для общения. Обслуживание было быстрым, еда простой.

Мира сидела в одной из двух верхних кабинок, потягивая что-то холодное из прозрачного стакана. Ее густые каштановые волосы вились на затылке новым кокетливым образом вокруг ее безмятежного и симпатичного лица. Ева подумала, что ее вид в весеннем желтом костюме и фактурных туфлях на каблуках синего цвета с шаровыми молниями больше подходит для одного из модных кафе, чем для закусочной "Полицейский".

С другой стороны, она полагала, что у полицейского психолога и профайлера было не больше времени на изысканные обеды, чем у нее самой.

Мира увидела ее, улыбнулась.

"Прости, я опоздал. Была драка из-за пакета с тройным рулетом "Ларош". В пионе".

"Вы подрались из-за кошелька?"

Еве пришлось усмехнуться, увидев крайний шок Миры. "Нет, мне пришлось разорвать одного. Это кошелек? Я подумал, что это должен быть, по крайней мере, чемодан, чтобы получить столько безумия. Или, может быть, это была десятипроцентная скидка. В любом случае-"

"Подожди, есть распродажа на "тройной Ларош"? Где?"

"Просто дальше по улице. В половине квартала к югу. Ах, помощники, кажется, это называется."

"Я знаю этот магазин". Мира вытащила свою ссылку. "Почему бы тебе не решить, что бы ты хотел на обед, и я... Да, Миззи, это Шарлотта Мира. Да, приятно снова поговорить с вами. У вас есть в продаже тройной Ларош в пионовом цвете? Не могли бы вы отложить это в сторону ради меня? Я как раз собираюсь пообедать у Эрнеста, так что зайду за ним по пути на работу. Да, спасибо тебе. О, я бы тоже хотел это увидеть - если у меня будет время. Скоро увидимся".

С самодовольной улыбкой Мира отключилась. "Разве это не моя удача? Я забавлялся с тем, чтобы достать эту сумку, и отговаривал себя от этого. Но, что ж, знамение есть знамение".

"Я полагаю".

"Я собираюсь заказать греческий салат", - сказала Мира, когда их официант остановился у столика, - "и еще один чай со льдом".

"Два салата", - сказала Ева. "Пепси".

Мира удовлетворенно вздохнула. "Великолепный день, не правда ли? Приятно выйти из офиса, выпить "Ларош" и увидеть тебя. Ты хорошо выглядишь для того, кто только что прекратил драку."

"Один из них укусил меня".

"О". Улыбка Миры сменилась беспокойством. "Это плохо? Ты хочешь, чтобы я взглянул на это?"

"Нет". Ева повела плечом. "Я этого не понимаю. Царапайся, кусайся, визжи, шлепай. Почему женщины так дерутся? У них есть кулаки. Это позорит весь наш пол ".

"Да, я вижу, что драка на кулаках из-за тройного броска была бы гораздо менее неловкой для всех участников".

Еве пришлось рассмеяться. "Ладно, думаю, что нет. В любом случае, я знаю, что у тебя не так много времени. Я напал на след убийства Дженкинса. Это не связано с Флоресом ".

"В отличие от вероятности?"

"Подражатель, импульсивный. Вероятно, долгая, кипящая сделка, которая вспыхнула, когда сделка с Флоресом попала в СМИ. Итак, это слабо связано. Но другой убийца и другие обстоятельства."

"Рецидивист или серийный убийца вызывал беспокойство".

"Ты видел это таким образом?"

"Это нельзя было игнорировать. Преследование деятелей религиозных организаций, церемония или "представление". Но также нужно было учитывать, что каждая из жертв была удивительно разной по вероисповеданию, их публичному разоблачению. У вас есть признание Дженкинса?"

"Пока нет. Я позволяю ему томиться в ней. Если я не приготовлю его в течение следующих нескольких часов, я помешаю его еще немного. Итак, мне нужно разобраться с делом Флореса ".

Мира взяла один из столовых крекеров, который выглядел так же неаппетитно, как то, что Ева считала католическим печеньем. Она отломила микроскопический уголок, откусила его.

"Ложный священник, " сказала Мира, - убит в момент ритуала, когда он наиболее решительно выступает как слуга Бога и как его земной представитель. Это моя кровь - вот что сказано. Если убийца считал его Флоресом, считал Хикеса, хисима настоящим священником, это указывало бы на какое-то прямое нападение на церковь и ее ритуал, на священство. Ваше расследование не нашло никаких доказательств личных проблем с жертвой - как Флорес. Он, конечно, мог услышать на исповеди что-то такое, о чем кающийся впоследствии сожалел, передавая".

"Что означает, что убийца, вероятно, принадлежал к этой церкви или, по крайней мере, католик".

"Я полагаю, был ли целью просто священник - или человек, маскирующийся под него, - что убийца имеет прочные связи с католической церковью и с этим приходом. Метод был другим видом ритуала, и я не верю, что решение совершить убийство во время заупокойной мессы было случайным ".

"Та же страница, та же строка", - согласилась Ева.

"Яд - это оружие дальнего действия. Это отдаляет убийцу от жертвы, но также может дать убийце преимущество стоять в стороне и наблюдать за смертью. Толпа в церкви стала бы отличным прикрытием для этого. Расстояние и близость. Я бы сказал, что оба были желанны. Публичная казнь".

"Зачем предавать это огласке, если ты не можешь следить за собой?"

"Да. Но за какое преступление? Преступление оказало какое-то прямое воздействие на убийцу. Разоблачения было недостаточно. Для человека веры - и ритуал, метод, время и место указывают мне на это - грех, преступление, должно быть, были глубоко и отчаянно личными ".

"Это о районе, о доме, о связях с бандой. Оно где-то там".

"Да, метод, место имели значение. Убийца достаточно зрел, чтобы планировать, выбирать. Достаточно вовлечен в эту веру, чтобы знать, как ее использовать. Организованный, вдумчивый и, вероятно, набожный. А близость и дистанция яда часто являются женским оружием ".

"Ага, как будто без кулаков", - прокомментировала Ева. "Яд не бывает кровавым. Не требуется никакой силы, никакого физического контакта. Стофунтовая женщина может уложить двухсотфунтового мужчину, не откусив ноготь ".

Мира откинулась на спинку стула, пока подавали салаты. "Вы верите, что убийца Дженкинса сознается".

"Чувство вины вывернет его наизнанку".

"Значит, мужчина или женщина веры?"

"Да, я думаю. Да. Он верит".

"Возможно, ваши два дела не связаны одним убийцей, но я думаю, что они могут быть связаны с одним и тем же типом. Я думаю, что он или она также человек веры. И если это так, ему или ей нужно будет исповедаться. Не для тебя. У Вечного Света нет исповеди, покаяния и отпущения грехов представителем Христа ".

"Но католики верят".

"Да. Убийца исповедуется своему священнику".

12

ЕВА ВЕРНУЛАСЬ В ОТДЕЛ ПО РАССЛЕДОВАНИЮ УБИЙСТВ С ИДЕЕЙ схватить Пибоди и снова напасть на священников на балу Святого Кристиана. Исповедь, подумала она. Она верила, что Билли Крокеру нужно будет снять с себя бремя. Совершение поступка - импульс, даже сдерживаемая страсть - помогли бы ему пережить само убийство. Но последствия, все горе, окружавшее его, царапало и терзало его. Добавьте к этому ее прощальный снимок, дающий ему понять, что она узнала его, и да, он упадет под тяжестью. Она уже видела это в его глазах.

Но убийца Флорес. Это было глубже, ощущалось глубже. Более личное и более связанное с ритуалом веры. Мира указала на это, по мнению Евы. Убийца искал бы еще один ритуал веры.

Может быть, уже было.

Ударь по священникам и некоторым тату-салонам из ее списка. Но это была территория риска. Найти художника по татуировкам, который нарисовал ее особый линолеум спустя, возможно, добрых двадцать лет, было дерьмовой попыткой. Но если она не могла добиться успеха никаким другим способом, это стоило того, чтобы попытаться.

Она начала перебираться в свой отдел, когда вспомнила, что Пибоди там не будет. Планирование вечеринки, ради Бога. Какого черта людям нужно было устраивать вечеринки все это чертово время? Еда и напитки, подарки, украшения и повестки дня, все разложено по спискам и непрерывно обсуждается до последней глупой детали.

Еще один ритуал, подумала она, замедляя шаг. Все атрибуты, время, слова или музыка, схема.

Убийца должен был быть частью этого ритуала. Должно быть, он был в церкви в тот момент, когда Лино пил вино для причастия. Пришлось наблюдать смерть-ритуальную смерть. Возможно, семейная связь Ортисов. Но это казалось неправильным, неуважительным по отношению к старику, если только ... если только грех, преступление, совершенное Лино, не было каким-то образом связано с Ортизом.

Она помнила, как каждое утро пробегала мимо дома Ортисов. Была ли там какая-то цель?

В противном случае, менее интимная связь. Друг семьи, сосед, давний клиент, сотрудник.

Прокручивая это в уме, она вошла в свой КПЗ и увидела, как Бакстер флиртует с Грасиелой Ортис. Никаких сомнений по этому поводу, размышляла она, язык тела, блеск глаз - все говорило о том, что он испытывает сексуальный интерес. С другой стороны, по ее мнению, Бакстер флиртовал бы с голограммой женщины.

"Офицер Ортис".

"Лейтенант. Я заходил, но детектив сказал мне, что вас и вашего напарника нет дома."

"Теперь я внутри. Мой кабинет прямо вон там. Иди внутрь".

"Детектив", - сказала Грасиела и в последний раз окинула Бакстера взглядом зеленых, влажных глаз.

"Офицер". Его ухмылка стала шире, не смущаясь, когда он обратил ее на Еву. И постучал ладонью, как в счастливом сердцебиении, по своей груди. "Ты должен любить женщину в форме", - сказал он Даллас.

"Нет, я действительно не хочу. Если у тебя есть время приставать к подчиненным, Бакстер, возможно, мне нужно просмотреть твою работу."

"Даллас, иногда человеку просто нужно выкроить время".

"Не по моим часам. Но поскольку у вас есть столько времени, вы можете использовать его для поиска по всем делам Джона, умершего в Неваде, Нью-Мексико и Аризоне шесть-семь лет назад ".

"Все? Иисус, ты жестокая женщина ".

"Я есть. Будь благодарен, что я добавляю возраст от двадцати пяти до сорока ".

Она повернулась, когда он пробормотал: "О, в этом случае", и вошла в свой кабинет. "Офицер".

"Я хотел поговорить с вами лично относительно интервью с членами семьи и друзьями. Не было ничего, чего бы я не ожидал - шок, печаль, даже возмущение. Отец Флорес был, как я уже говорил вам, очень популярен. Ну, когда мы верили, что он был отцом Флоресом ".

"А теперь?"

"Еще больше шока, печали, возмущения. На самом деле, поскольку он женился, похоронил, крестил многих членов семьи за последние пять лет, вы можете добавить много беспокойства. Некоторые члены моей семьи очень традиционны, очень ортодоксальны. Есть вопросы относительно того, разрешены ли браки в глазах Бога и Церкви. Как уверяет нас отец ЛóПез, так и будет. Хотя он и отец Фримен предложили возобновить все таинства для тех, кто этого желает. Честно говоря, лейтенант, это большая чертова неразбериха ".

Она покачала головой. "Мне нравится думать, что я прогрессивный человек. Практично. Но я исповедовался этому человеку и получил от него Причастие. И я чувствую себя... оскорбленным и злым. Так что я понимаю, что сейчас чувствуют многие из моей семьи ".

"Его смерть остановила насилие".

"Ну, да. Но это также открыло это. Если бы мы никогда не знали..." Она пожала плечами. "Мы знаем, так что, я думаю, это просто то, что мы все решаем с этим сделать. Моя мама думает, что мы должны смотреть на это с положительной стороны. Проведите массовое обновление обетов, крещений. И большая вечеринка. Может быть, она права ".

"На похоронах было много людей, которые не были членами семьи".

"Да. Я говорил с некоторыми из них, с теми, с кем мы близки, или с Поппи была близка. Это проходит по тем же линиям. Я не знаю, насколько все это полезно для вашего расследования ".

"Ты сэкономил мне несколько шагов". Она на мгновение задумалась. "Я полагаю, у вас есть несколько родственников примерно того же возраста, что и жертва. Около тридцати пяти."

"Конечно. Нас легион".

"Многие из них жили в этом районе, когда были детьми, подростками. И многие из них члены церкви".

"Да".

"Кто-нибудь из них бывшие члены "Солдадос"?"

Грасиела открыла рот, снова закрыла его. Затем выдохнул. "Полагаю, несколько".

"Мне нужны имена. Я не собираюсь причинять им неприятности, не собираюсь копаться в них за то, что они сделали в прошлом. Но это может соединиться".

"Я поговорю со своим отцом. Он не был частью этого, но... он узнает".

"Ты бы предпочел, чтобы я поговорил с ним напрямую?"

"Нет, ему будет легче говорить со мной. Я знаю, что его двоюродный брат был членом и тяжело умер, когда они были мальчиками. У него нет никакой любви к бандам ".

"Как звали того двоюродного брата?"

"Julio. Ему было всего пятнадцать, когда его убили. Моему отцу было восемь, и я равнялся на него. Он никогда не забывал об этом и часто использовал его как пример, предостережение, особенно моим братьям и кузенам. Вот что происходит, когда вы выходите за пределы семьи, закона, церкви - когда вы используете насилие вместо тяжелой работы и образования, чтобы получить то, что вы хотите ".

"Твой отец, похоже, умный человек". И быстрые подсчеты, которые она произвела в уме, подсказали ей, что смерть Хулио была слишком ранней, чтобы относиться к Лино.

"Он такой, и крепкий орешек. Я поговорю с ним сегодня вечером ".

"Цени это. И еще кое-что. Мне сказали, что жертва регулярно совершала утренние пробежки, и маршрут привел его к дому вашего дедушки."

"Да, это правда. Поппи иногда упоминала об этом. Как он в шутку попросил отцов благословить дом, когда они проходили мимо. И он мог бы увидеть их, когда он был на своей утренней прогулке".

"Значит, никаких трений нет?"

"Между Поппи и священниками, или этим, который не был? Нет. Ни одного. Как раз наоборот. Жертва часто ела в ресторане Поппи или даже - особенно когда была жива моя бабушка - у него дома. Он приходил на семейные вечеринки. Мы думали, что он был одним из нас".

"Хорошо".

Оставшись одна, Ева вернулась к своей доске. Переставленные фотографии, снимки улик. Обошел его, устроил заново. Связи. Чья жизнь коснулась чьей, когда и как.

Она вернулась к своему столу, пометила Макнаба. "Дай мне что-нибудь", - потребовала она.

"Сбил двух Лайно", - сказал он ей. "Кто-то живет в Мексике, живет в своего рода коммунальной сделке. Сменил имя, вот почему он проскользнул через некоторые трещины. Написано Люпа Винсента, все законно и прочее дерьмо. Это своего рода ответвление свободного возраста. Парень побрил голову и носит этот коричневый халат по сделке. Выращивает коз. И жив и здоров, если считать, что на нем уродливая коричневая мантия, ну, которая, если вы спросите меня ..."

"Я этого не делал".

"Хорошо. Другой скрывался от радаров, избегая пары бывших жен, на которых он был женат в то же время. Он в Чили - или был там, когда я выслеживал его, - и последний трек был менее трех месяцев назад. Он весит примерно двести пятьдесят. Вероятно, уже пропущено, поскольку обе женщины рассматривают иски против него. По-видимому, у него около шести законных отпрысков, и он уклоняется от уплаты алиментов ".

"Принц из парня. Передайте информацию соответствующим органам ".

"Уже сделано. У тебя появляются дети, ты заботишься о них. Сейчас работаю над другим ".

Она так и предполагала, поскольку Макнаб прыгал на экране. Она никогда не знала электронного гика, который мог бы спокойно работать.

Кроме Рорка, поправила она.

"Я продолжаю терять его", - добавил Макнаб. "Он часто менял имена, затем возвращался обратно. Что я понимаю, так это то, что он немного запутывался в какой-нибудь сделке под псевдонимом, уходил, появлялся под своим настоящим именем, играл честно, затем двигался дальше, беря другой псевдоним ".

"Какой он настоящий?"

"Лино Сальвадор Мартинес".

Ева вывела это на своем автоответчике. "Правильный возраст, правильное место рождения. Продолжай искать". Ева отключилась, затем освежила в памяти данные Мартинеса. Оба родителя на учете, отметила она, но местонахождение отца неизвестно - и неизвестно с тех пор, как Мартинесу исполнилось пять лет. Мать, Тереза, подала заявление и получила статус профессиональной матери и выплаты после родов. Предыдущее место работы... Ева расширила поиск, затем откинулась на спинку стула. "Гектора Ортиса-Абуэло. Интересно. Да, это довольно интересно. Вернулась к внештатной работе, когда ее сыну исполнилось пятнадцать лет - снова официанткой у Ортиса. Где она работала шесть лет, прежде чем снова выйти замуж и переехать в Бруклин. Хорошо, Тереза."

Она записала текущий адрес. "Я думаю, нам нужно немного поболтать".

Она достала свой коммуникатор, чтобы связаться с Пибоди. "Каков ваш статус", - спросила она, когда Пибоди появилась на экране.

"Я просто иду в Центральный. У нас было лучшее..."

"Встретимся в гараже. Мы едем в Бруклин".

"Ох. Ладно, почему..."

Но Ева просто прервала ее, убрала коммуникатор и пошла прочь. Она чуть не врезалась прямо в Бакстера. "Ты ни в коем случае не закончил эти поиски".

"Я ни за что не закончу эти поиски в ближайшие двадцать человеко-часов. У вас пара посетителей. Люк Гудвин, Сэмюэл Райт и Билли Крокер".

"Быстрее, чем я думал". Она вернулась в свой кабинет, сделав Бакстеру знак следовать за ней. "Мне нужно обеспечить комнату для допросов. Держись".

Она приказала своему компьютеру просканировать наличие свободных мест и забронировать ей собеседование C. "Хорошо, скажи им, что я вернусь через несколько минут, сопроводи их на собеседование. Сделай приятное, предложи прохладительные напитки".

"Это отнимет время у моего текущего задания".

"Половину из которых ты уже передал своему помощнику. Верное Сердце может продолжать в том же духе, пока ты устраиваешь этих парней. Если я вытяну из Крокера свое признание, оформите ему арест и посадите в клетку в течение следующих девяноста минут ". Она проверила свое наручное устройство. "С этого момента я забираю у тебя половину того, что осталось от поиска".

"Договорились".

Когда он вышел, Ева снова пометила Пибоди. "Планы меняются, поднимайся, встретимся возле "Интервью С". У нас Крокер и компания".

"Боже. Если бы я был меньшим человеком, меня бы разозлило, как часто ты оказываешься прав ".

"Поскольку я низший человек, ты будешь хорошим полицейским в сегодняшнем представлении".

Ева отключила Пибоди, затем связалась с офисами Уитни и Миры, чтобы сообщить, что ее главный подозреваемый в убийстве Дженкинса находится в доме.

"Хорошо, Билли", - пробормотала она. "Давай посмотрим, что ты можешь сказать в свое оправдание".

Она не торопилась, чтобы дать Бакстеру шанс пристроить их, а Пибоди - возможность сменить маршрут из гаража. У нее в голове уже была намечена стратегия, и она немного скорректировала ее после встречи с Мирой. Из-за этого она не была удивлена, что Билли пришел с Люком.

Исповедник, подумала она.

Сначала она включилась в наблюдение, изучила обстановку. Билли сидел за столом в окружении зятьев жертвы. Адвокат выглядел мрачным, отведя взгляд от Билли. Люк посмотрел... печально, подумала Ева. На ее взгляд, более утонченная версия López для непрофессионалов.

А сам Билли? Нервничаю, напуган и на грани слез.

Она отступила назад, когда Пибоди протопала по коридору.

"Он привел своего священника и своего адвоката", - сказала Ева.

"Священник?"

"Так сказать. Люк Гудвин. Он уже рассказал им все, что намеревался рассказать нам, и, возможно, даже больше. Да, больше, потому что адвокат может быть взбешен и шокирован, но он все еще юрист, и он бы посоветовал ему, как это сыграть. Вы сочувствуете, вы понимаете, почему он должен был сделать то, что он сделал. Ты хочешь помочь".

Лицо Пибоди стало задумчивым. "Смогу ли я когда-нибудь стать плохим полицейским?"

"Конечно, как только ты захочешь пнуть щенка с дороги, чтобы убрать подозреваемого".

"Ой, это обязательно должен быть щенок?"

"Сохраняй на лице выражение "спаси щенка". Это прекрасно". Ева открыла дверь, кивнула Бакстеру. "Спасибо вам, детектив. мистер Гудвин, мистер Райт, мистер Крокер".

"Мой клиент желает сделать заявление", - начал Сэмюэль.

"Отлично. Придержи эту мысль. Запись продолжается. Даллас, лейтенант Ева", - начала она и, заняв место, перечислила все подробности. "Мистер Крокер, вам зачитали ваши права, верно?"

"Да".

"И заявили, для протокола, что вы понимаете свои права и обязанности в вопросе расследования смерти Джеймса Джея Дженкинса".

"Да, я..."

"И вы пришли на это собеседование по собственной воле и с Сэмюэлем Райтом в качестве юрисконсульта?"

Билли прочистил горло. "Да".

"Вы также хотели бы, чтобы мистер Гудвин засвидетельствовал это заявление в это время?"

"Да".

"Я здесь, чтобы свидетельствовать, " сказал Люк, " и служить духовным наставником Билли. Лейтенант Даллас, это очень трудно для всех нас. Я надеюсь, вы примете во внимание, что Билли пришел добровольно, что заявление, которое он намерен сделать, является искренним и проникновенным ".

"Я думаю, из всего, что связано с этим делом, все это было самым трудным для мистера Дженкинса, поскольку он мертв, как камень. Что касается сердечности и искренности?" Она дернула плечом. "Меня это не очень волнует. Меня интересуют факты. Ты подсунул цианид своему приятелю Джимми Джею, не так ли, Билли?"

"Не отвечай на это. Лейтенант Даллас, " начал Сэмюэль напряженным голосом, " мой клиент готов сделать заявление в обмен на рассмотрение."

"Я не чувствую себя по-настоящему внимательным".

Что-то промелькнуло в глазах Сэмюэля, сказав Еве, что он тоже не такой. Но он выполнил свою работу. "СРЕДСТВА массовой информации обсуждают два недавних убийства и особенно настаивают на смерти моего тестя. Чем больше времени потребуется на расследование, тем больше внимания будет уделено - и во многом в ущерб этому департаменту и вам ".

"Вы хотите, чтобы я заключил с вашим клиентом сделку, прежде чем он наговорит мне дерьма - и я должен это сделать, чтобы избавить себя и полицию Нью-Йорка от небольшого накала в СМИ?" Она наклонилась вперед. "Знаешь что, Сэм? Мне нравится жара, и я еще даже не вспотел. Я свяжу вашего клиента и окуну в воду в течение двадцати четырех дней, без его показаний. Так что, если это все..."

Она начала подниматься, и Пибоди сделала шаг вперед. "Лейтенант, может быть, нам стоит уделить минутку".

"Может быть, у тебя больше времени, чтобы тратить его впустую, чем у меня".

"Лейтенант, давайте. Я имею в виду, мистер Крокер действительно приходил, и если двое зятьев жертвы готовы поддержать его, я думаю, нам нужно услышать, что он хочет сказать. Обстоятельства." Она послала Билли сочувствующий взгляд. "Все это не могло быть легким ни для кого. Я знаю, что вы и мистер Дженкинс были друзьями, хорошими друзьями, долгое, долгое время. Что бы ни случилось, это должно быть тяжело. Это должно быть действительно тяжело ".

"Мы были друзьями", - выдавил Билли. "Близки, как братья".

"Я понимаю это. Мы не можем заключать сделки здесь. Мы даже не знаем, что ты собираешься нам сказать. Но это не значит, что мы не можем и не будем слушать непредвзято ".

"Ты можешь снять убийство номер один со стола", - возразил Сэмюэль. "Вы можете связаться с прокуратурой и договориться об этом, прежде чем это зайдет дальше".

"Нет". Ева говорила категорично.

"Окружной прокурор не стал бы этого делать", - продолжила Пибоди тем же рассудительным тоном, в котором говорилось "Хотел бы я помочь". "Даже если мы..."

"Я не буду этого делать". Ева бросила на Пибоди свирепый взгляд. "Мне не нужно заявление, чтобы закрыть это. Может быть, это завязывается раньше, и с бантиком на нем, но я не силен в причудливой работе. Сделай заявление или не делай. Твой выбор. А ты?" Она подняла подбородок в сторону Билли. "Ты играешь в "заключи сделку с прокурором" в свое свободное время. Это мое, и ты тратишь это впустую".

"Билли", - тихо сказал Люк. "Тебе нужно это сделать. Сэм..." Он просто поднял руку, чтобы остановить Сэмюэля от спора. "Не только по человеческому закону. Вам нужно сделать это, чтобы начать исправлять отношения с Богом. Тебе нужно сделать это для своей души. Не может быть спасения без признания греха".

Наступила тишина. Это тикало, тикало, тикало. Ева переждала это.

"Я верил, что это было правильно". Билли судорожно вздохнул. "Единственное. Может быть, это дьявол действовал через меня, но я верил, что действую от имени Бога ".

Билли поднял руки, словно умоляя. "Джимми Джей сбился с пути и все дальше и дальше отклонялся от него. Выпивка, он не мог видеть в ней греха, или как его слабость к ней разъедала его душу. Он обманул свою жену, своих последователей и воспринял это не как обман, а как своего рода шутку. Развлечение. Он стал менее осторожен, больше пил и часто писал свои проповеди, даже проповедовал под воздействием алкоголя".

"Ты убил его, потому что он выпил слишком много водки?" Потребовала Ева. "Черт возьми, почему бы просто не зайти в любой бар или клуб в пятницу вечером и не узнать процент групповых убийств?"

"Лейтенант". Пибоди пробормотала это, склонив голову к Билли. "Ты не смог убедить его остановиться?"

"Он наслаждался этим и верил, что каждый человек имеет право, даже обязан иметь недостатки и слабости. Стремиться к совершенству означало стремиться занять место Бога. Но... он даже втянул в обман своих детей, заставив Джози - особенно Джози - снабдить их напитком. Это не любящий поступок отца, не так ли? Он сбился с пути. Выпивка разъела его и сделала слабым, так что он поддался искушениям плоти".

"И изменял своей жене".

"Это неприятный термин". Люк покачал головой.

"Это неприятное поведение", - возразила Ева. "Ты знал о его делах".

"Да. Пять раз до этого он совершал прелюбодеяние, нарушал эту заповедь. Но он покаялся. Он пришел ко мне, чтобы мы могли вместе помолиться, чтобы он мог попросить прощения и силы противостоять искушению ".

"Ты прикрывал его".

"Да. Слишком долго, да, я верил. Он знал, чем рисковал, впадая в такой грех. Его душа, его жена и семья, сама церковь. И он боролся с этим".

Слезы заблестели в глазах Билли, когда он смахнул их тыльной стороной ладони. "Он был хорошим человеком, великим человеком, с глубокими слабостями, с притяжением добра и зла внутри него. И на этот раз, в этот последний раз, он не сопротивлялся, он не покаялся. Он отказывался считать это греховным. Понимаете, он исказил Божье слово, чтобы удовлетворить свои собственные низменные потребности. Он утверждал, что с этой женщиной и с выпивкой он обрел больше света, больше проницательности, больше истины ".

"И все равно, ты прикрывал его".

"Моей совести становилось все труднее. Тяжесть... и зная, что я был участником этого, он сделал меня участником этого. Его предательство Бога, его хорошей жены. И, как и в случае с выпивкой, он стал менее осторожен. Это был только вопрос времени, когда его грехи были обнаружены. Грехи, которые могли бы непоправимо повредить всей предыдущей работе. Все, что он сделал, все, что он построил, теперь в опасности, поскольку он был пойман в этот круговорот греха ".

"Итак, ты остановил цикл".

"Выбора не было". Его пристальный взгляд встретился с Евой, умоляя ее понять этот единственный момент. "Церковь, вы должны видеть, церковь больше, чем любой из нас. И должны быть защищены. Я молился за него, я давал ему советы, спорил с ним. Он бы не увидел. Он был слеп к этому. Мы все просто люди, лейтенант. Даже Джимми Джей. Он стоял как глава церкви, как представитель Господа на Земле, но он был всего лишь человеком. Человека нужно было остановить, чтобы спасти его душу и сохранить работу Вечного Света".

"Ты убил его, чтобы спасти его".

"Да".

"И чтобы спасти церковь".

"Спасти все, что он построил, чтобы это продолжалось после него, чтобы это жило и процветало, чтобы другие могли быть спасены".

"Почему здесь и сейчас?"

"Я... Папистский священник. Это казалось знаком. Тогда я понял, что если Джимми Джей должен был быть спасен, если Вечный Свет должен был продолжаться без него, его смерть должна была быть быстрой и публичной. Это побудило бы других заглянуть внутрь себя в поисках света, понять, что смерть приходит ко всем, и спасение нужно заслужить ".

"Где ты достал цианид?"

"Я..." - Он облизнул губы. "Я обратился к торговцу нелегалами в метро на Таймс-сквер".

Брови Евы взлетели вверх. "Ты ушел в подполье в том секторе. Это либо храбро, либо глупо ".

"У меня не было выбора. " Его руки сжались на столе, так и остались сцепленными. "Это нужно было сделать быстро. Я заплатил ему, чтобы обеспечить это, и заплатил ему вдвое больше, когда он это сделал ".

"Имя?"

"Мы не обменивались именами".

Она кивнула, ничуть не удивившись. Уйма времени, чтобы обсудить это позже. "Ты раздобыл яд. Тогда?"

Сэмюэль поднял руку. "Действительно ли необходимо, чтобы мы..."

"Да. Тогда?" Ева повторила.

"Я держал это при себе. Такая маленькая сумма, на самом деле. Я должен был молиться, чтобы этого было достаточно. Я не хотел, чтобы он страдал. Я любила его. Пожалуйста, поверь мне. " Билли перевел взгляд с Люка на Сэмюэля. "Пожалуйста, поверь мне".

"Продолжай, Билли". Люк коротко положил руку на плечо Билли.

"Я намеревался поговорить с ним снова, попытаться убедить его признать свои грехи, покаяться в них. И в тот же день он пошел в комнату своей супруги. И когда я заговорил с ним позже, он рассмеялся. Смеялся. Он сказал мне, что никогда не был сильнее. Или ближе к Богу. Чтобы проповедовать против греха, человек должен знать грех. Он изучал Священные Писания, он сказал мне". Билли закрыл глаза. "Изучая их новым взглядом, поскольку он пришел к убеждению, что Бог предназначил мужчине иметь более одной жены. Каждый должен удовлетворить одну или несколько своих потребностей, очистить свой разум и сердце для блага Божьего, чтобы СПС могли работать. Тогда я понял, что было слишком поздно возвращать его, слишком поздно возвращать его на путь истинный. Что единственным способом спасти его, спасти всех, было покончить с его смертной жизнью. Отправить его к Богу".

Он глубоко вздохнул, когда Ева ничего не сказала. "Я подождал, пока вода для сцены не будет на месте. Я молился, и молился, даже когда добавлял яд в третью бутылку. Часть меня все еще надеялась, что я увижу, как он возвращается к свету, прежде чем он потянется за той бутылкой. Что было бы другое знамение. Но там ничего не было".

"Знал ли кто-нибудь еще о том, что ты планировал сделать, что ты сделал? Посвятил ли ты кого-нибудь еще в свою тайну?"

"Только Бог. Я верил, что выполняю Божью работу, следуя Его воле. Но прошлой ночью мне снились ужасные сны. Сны об адском огне и ужасных страданиях. Теперь я думаю, что дьявол вошел в меня. Я был введен в заблуждение".

"Ваша защита в том, что вы были введены в заблуждение сатаной", - заключила Ева. "Не такое оригинальное оправдание, как вы могли подумать. И ваши чувства к Джолин Дженкинс не сыграли роли в том, что вы подсыпали яд в воду ее мужа?"

На бледных щеках Билли появился тусклый румянец. "Я надеялся избавить Джолин от боли и унижения из-за предательства ее мужа".

"С потенциальной побочной выгодой оказаться на его месте или в супружеской постели?"

"Лейтенант", - прервал Люк. "Он признался в своих грехах, в своих преступлениях. Нужно ли чего-то большего? Он готов принять свое наказание в этом мире и в следующем".

"И ты удовлетворен?"

"Это не для меня". Люк потянулся, положил свою руку на руку Билли. "Я буду молиться за тебя".

И Билли опустил голову на стол, чтобы дать волю слезам.

Пока он плакал, Ева воскресла. "Билли Крокер, вы арестованы за преднамеренное убийство некоего Джеймса Джея Дженкинса, человеческого существа. Обвинение - убийство первой степени." Она обошла вокруг, чтобы надеть на него наручники, поднять его на ноги. "Пибоди".

"Да, сэр, я заберу его. Пойдемте со мной, мистер Крокер. Вы можете встретиться со своим клиентом после того, как он оформит заказ ", - сказала она Сэмюэлю.

"Запись выключена", - приказала Ева, когда Пибоди увела его. "Я ценю, что ты видишь, как он вошел", - сказала Ева Люку. "Запись отменяется", - добавила она, когда он покачал головой. "Я восхищаюсь твоей верой и твоей сдержанностью", - сказала она Сэмюэлю. "И твоя верность".

"Хороший человек мертв", - тихо сказал Люк. "Другой разрушен. Жизни разбиты".

"Убийство делает это. Он возжелал жену другого мужчины, разве не так это происходит? Ты знаешь это; я знаю это. Мы все знаем, что это было частью этого, как бы он это ни оправдывал ".

"Разве недостаточно, что он ответит перед Богом за это?"

Ева изучала Луку. "Он ответит за многое здесь и сейчас, поэтому я дам тебе остальное. Ты будешь продолжать представлять его интересы?" - спросила она Сэмюэля.

"До тех пор, пока не будет обеспечен более опытный адвокат по уголовным делам. Мы хотим вернуться домой. Мы хотим вернуть семью домой как можно скорее ".

"Я верю, что смогу прояснить это к завтрашнему дню. Если более опытный адвокат защиты выберет судебное разбирательство, обстоятельства мотива выяснятся. Есть над чем подумать". Ева открыла дверь. "Я покажу тебе, где ты можешь подождать".

Она вернулась в свой офис, написала и подала отчет, запросила медиа-блок о деталях. Нет смысла, подумала она, подвергать Джолин и ее дочерей преступлениям жертвы. По крайней мере, пока.

Она подняла глаза, когда вошла Пибоди. "С ним покончено", - сказала ей Пибоди. "Я поставил его под наблюдение за самоубийством. У меня просто было это чувство ".

"Я не думаю, что он выберет легкий путь, но у тебя появляется предчувствие, ты идешь с ним".

"У тебя точно был шанс на это, после прыжка. Ты думаешь, они справятся с этим?"

"Да, я думаю, они отнесут это к убийству двоих и запишут его в психически неполноценные. Вера как психоз. Следующие двадцать пять лет Он проведет в покаянии".

"Это кажется в основном правильным".

"В основном правого, как правило, достаточно". Она посмотрела на время, поняла, что должна позволить Бакстеру сорваться с крючка. "Мы подходим к концу смены. Я хочу, чтобы ты продолжил с Макнабом, продолжай работать над вопросом Лино. И поскольку вы двое будете целоваться и есть вредную пищу, делая то же самое, я не хочу, чтобы регистрировались какие-либо сверхурочные ".

"Я думал, мы едем в Бруклин".

"Я воспользуюсь этим, посмотрим, смогу ли я подключить Рорка к роли дублера".

"Ты будешь изображать кисоньку и есть нездоровую пищу?"

Ева послала ей уничтожающий взгляд. "Если я не свяжусь с тобой, чтобы сказать обратное, встретимся со мной на балу Святого Христа завтра утром. Шесть утра"

"Ой? Почему так рано?"

"Мы идем на мессу".

Ева нашла свою ссылку на Базза Рорка.

13

ПОСКОЛЬКУ ЭТО ДАЛО ЕЙ ВРЕМЯ ПРОДОЛЖИТЬ то, что она начала в своем офисе, Ева попросила Рорка сесть за руль для поездки в Бруклин. Поскольку ни один из них не закончил в своих соответствующих офисах до шести, движение было ожидаемо отвратительным. Время от времени она отрывала взгляд от своего КПП, наблюдая, как Рорк маневрирует вокруг, сквозь и над свирепо сигналящими клаксонами бампер к бамперу. И задавался вопросом, почему, не в первый и не в последний раз, люди, которые работали в Бруклине, не жили в Бруклине, а люди, которые работали на Манхэттене, не просто жили там в аду.

"Им действительно это нравится?" - подумала она. "Впадаешь в ярость, считаешь это ежедневным испытанием? Они совершают какую-то извращенную епитимью?"

"Вы слишком долго занимались делами, основанными на вере".

"Что ж, должен быть смысл подвергать себя и других этому безумию каждый день".

"Финансы, отсутствие жилья". Он бросил взгляд в зеркало, затем стрелой устремился в пространство между Mini и all-terrain. "Или желание жить за городом, в обстановке, более похожей на районную, при этом получая городскую зарплату, в то время как другие хотят энергии и преимуществ города для жизни и находят работу в одном из других районов".

Ловким движением он снова сменил полосу движения, увернувшись, что позволило им подняться, возможно, на дюжину футов. "Или они просто едут по чертову переполненному мосту по какому-то делу. Каковой, я вынужден указать, мы и являемся в данный момент. Трахающимся ползком."

"Мы собираемся проверить женщину, которая, по-видимому, живет разумно, пересекая кровавый, переполненный мост и получая работу там, где она живет. Ей, вероятно, нужно десять минут добираться пешком до работы. Меньше, если она поедет на метро. Если она окажется матерью моего Лино, интересно, пробился ли он в Бруклин, ползком, чтобы навестить.

Признав, что теперь он по-настоящему застрял - к черту это - Рорк откинулся на спинку стула и ждал своего шанса. "Ты бы сделал это на его месте?"

"Трудно представить себя там, поскольку то немногое, что я помню о своих отношениях с матерью, не было печеньем и молоком. Но... ты возвращаешься домой, скрываешься пять-шесть лет, а твоя мать - твоя единственная живая кровная родственница, насколько я могу установить, за исключением единокровного брата, который у нее был с тех пор, как ты сбежал, - живет через мост - чертовски переполненный или нет. Кажется, ты был бы вынужден увидеть ее. Чтобы проверить это".

"Может быть, у его мамы тоже не было печенья и молока".

"Он сохранил медаль, которую она ему дала, так что там что-то было, какая-то связь. Если есть связь, это что-то, вы бы захотели увидеть ее, увидеть, какой она была, что она делала, кто этот парень, за которого она вышла замуж, увидеть сводного брата. Что-то."

"Если это твой линолеум".

"Да, если". Она нахмурилась над этим, задаваясь вопросом, стоило ли предчувствие поездки в Бруклин в неточно названный час пик. "Первый большой. Если мы переживем это, и он действительно вступил в контакт, действительно пошел к ней, тогда она должна знать, со всем освещением в СМИ, что ее сын мертв. Как бы она справилась с этим? Никто не связывался с моргом на Лино, за исключением отца Л&# 243;пеза. Я проверил. Никаких запросов, никаких просьб о просмотре ".

Рорк на мгновение замолчал. "Я обдумывал, потратил некоторое время на то, чтобы на самом деле не вступать в прямой контакт со своей семьей в Ирландии. Просто... проверяю их, собираю информацию о сестре моей матери, других. Возможно, наблюдая, можно сказать, издалека. Не удается установить связь".

Она задавалась этим вопросом. Она знала, что он напился ночью перед тем, как отправился навестить свою тетю. И он был не из тех, кто напивается допьяна.

"Почему?"

"Дюжина причин. Больше, гораздо больше против этого, чем тот единственный, за то, что заставил себя постучать в дверь того коттеджа. Мне нужно было увидеть их, поговорить с ними, услышать их голоса. Ее, особенно. Шинейд. Близнец моей матери. И я бы предпочел подвергнуться пыткам, чем стучать ".

Он до сих пор помнил тот момент, его потную панику. "Это было ужасно трудно сделать. Что бы они подумали обо мне? Посмотрели бы они на меня и увидели бы его? И если бы они это сделали, стал бы я? Будут ли они смотреть на меня, видеть только мои грехи - которых множество - и ничего от нее, матери, о существовании которой я никогда не знал? Роль блудного сына - нелегкая для исполнения ".

"Но ты постучал в дверь. Вот кто ты есть ". Она молчала, обдумывая. "Возможно, это не тот, кем он был. Кто-то, кто мог бы делать то, что он делал, жить как кто-то другой, какчто-то еще в течение многих лет. Трудно объяснить это мамочке, если только мамочка не из тех, кому насрать, что натворил ее малыш. И все равно убивает жирную корову".

"Это был бы откормленный теленок".

"В чем разница?"

"Я бы сказал, пару сотен фунтов. Но, к делу, выяснение - вот почему мы едем в Бруклин в этой кровавой пробке ".

"Отчасти. Но, знаешь, я мог бы держать Пибоди начеку. Я подумал, что, поскольку мы собираемся заглянуть к Терезе на работу, а работа, оказывается, пиццерия ее итальянского шурина, мы могли бы неплохо поужинать вместе ".

Он удостоил ее взглядом. "Это значит, что ты можешь поставить галочку в графе, которая гласит: "Ходила на ужин с Рорком", и считай, что с женским долгом покончено".

Она сдвинулась, начала отрицать. Не беспокоился. "Возможно, но мы все равно проводим все это время вместе, и то, что продается как пицца в стиле "мэг Бруклин"".

"При таком трафике лучше бы это была лучшая пиццерия для траханья во всех пяти районах".

"По крайней мере, я не прошу тебя пойти со мной на шестичасовую мессу утром".

"Дорогая Ева, чтобы заставить меня сделать это, требуется так много и многообразно сексуальных услуг, что даже мое воображение поражается".

"Я не думаю, что вы можете обменять сексуальные услуги на массовое посещение. Но если я решу пойти и проверить это, и у меня будет такая возможность, я спрошу священника ".

Она вернулась к своему ПК, пока Рорк пробивался сквозь поток машин.

По расчетам Евы, дорога от центра Манхэттена до Коббл-Хилл в Бруклине занимала примерно столько же времени, сколько поездка на шаттле из Нью-Йорка в Рим. Пиццерия находилась на углу торгового района, на краю квартала старых рядных домов с украшенными крыльцами, где жители сидели, наблюдая за тем, как проходит их мир.

"Она сегодня в эфире", - сказала Ева Рорку, как только они припарковались. "Но если по какой-то причине она не на работе, она живет в нескольких кварталах отсюда, через два".

"То есть, если ее не будет на работе, я буду свистеть, чтобы позвали на ужин?"

"Я не знаю насчет свиста, но это может быть отложено на то время, которое мне потребуется, чтобы разыскать ее и поговорить с ней".

Она вошла в ресторан, и ее сразу же окружили ароматы, которые сказали ей, что если здесь и нельзя попробовать лучшую пиццу в пяти районах, то она будет чертовски близко.

Фрески с различными итальянскими сценами украшали стены цвета поджаренного итальянского хлеба. Кабинки, двухместные, четырехместные, весело теснились под железными потолочными вентиляторами, которые распространяли эти ароматы повсюду.

За стойкой на открытой кухне молодой парень в запачканном фартуке высоко подбрасывал тесто для пиццы, ловил, подбрасывал, и все это под восторженное хихиканье детей, втиснутых в кабинку с теми, кто, как она предположила, были их родителями. Официанты были одеты в ярко-красные рубашки, когда разносили подносы и лавировали между столиками, чтобы обслужить гостей. Играла музыка, и кто-то пел о "amore" богатым и текучим баритоном.

При быстром просмотре Ева увидела младенцев, детей, подростков и вплоть до пожилых людей, которые ели, болтали, пили вино или изучали старомодные бумажные меню.

"Это она". Ева кивнула в сторону женщины, расставляющей на столе тарелки с макаронами. Она смеялась, прислуживая, симпатичная женщина чуть за пятьдесят, подтянутая, грациозная в своей работе. Ее темные волосы, собранные на затылке, обрамляли лицо и подчеркивали большие карие глаза.

"Не очень похоже на женщину, которая недавно узнала, что ее сын был отравлен", - заметила Ева.

К нам поспешила другая женщина, старше Терезы, более круглая и с приветливой улыбкой. "Добрый вечер. Хотите столик на двоих?"

"Мы бы хотели, да". Рорк ответил на улыбку. "Эта секция, там" - он указал на то, что, по его расчетам, составляло станцию Терезы, - "была бы идеальной".

"Это может занять несколько минут. Не могли бы вы подождать в баре, вон там?"

"Благодарю тебя".

"Я приду за тобой, когда у нас освободится столик".

Бар находился под аркой и был таким же оживленным, как и ресторан. Ева взяла стул и повернула его так, чтобы следить за рестораном, пока Рорк заказывал бутылку Кьянти.

"Место делает хороший бизнес", - прокомментировала она. "Это было на этом месте почти сорок лет. Шурин во втором поколении управляет этим. Она вышла замуж за брата владельца около дюжины лет назад. Ее муж сбежал - или пропал без вести, - когда этому Лино было около пяти. Сейчас ему было бы тридцать четыре - Лино Мартинесу. Поскольку записи стерты, я не могу выяснить, были ли у него записи ".

"Или что он когда-либо был Soldados".

"Нет. Я могу подтвердить, что за последнюю половину своей жизни он приложил немало усилий, чтобы оставаться незамеченным. Смена мест, личностей. Если он не мой Лино, он все равно неправ ".

"Вы проверяли ее финансы?" - Спросил Рорк и попробовал вино, которое бармен налил в его бокал. "Очень мило", - сказал он.

"Столько, сколько я мог без законной причины. Никаких бугорков или шипов, не на поверхности. Она живет по средствам, и она работает официанткой, уже долгое время".

"Для семьи Ортис, ты сказал, когда она жила на нашей стороне моста".

"Да, и это связь, которую вы хотите уловить и просмотреть. Снова вышла замуж, переехала сюда. У нее девятилетний ребенок, и первые два года она была профессиональной матерью, а затем вернулась сюда работать. Ребенок учится в государственной школе - там никаких проблем - и у нее есть небольшой сберегательный счет. Ничего сверх меры. Муж - МТ, в котором нет преступника. У них есть ипотека, оплата автомобиля, все как обычно. Все идет нормально".

Подошла хозяйка. "Ваш стол готов. Если ты просто последуешь за мной, мы принесем твое вино. Очень хороший выбор ", - добавила она. "Я надеюсь, тебе это нравится".

Как только они сели, помощник официанта принес им вино и бокалы на подносе. "Тереза будет твоей официанткой сегодня вечером. Она будет рядом с тобой".

"Как тебе пицца?" Ева спросила его, и он просиял. "Тебе не станет лучше. Мой брат готовит это сегодня вечером ".

"Забавно", - размышляла Ева, когда они остались одни. "Семейные рестораны. Еще одна связь. Она работала на семью Ортис в их собственном бизнесе, затем приезжает сюда, чтобы работать в другом хорошо зарекомендовавшем себя семейном бизнесе ".

"Это то, что она знает, и, возможно, то, что ей нужно. Ее первый муж бросил ее, и вы сказали, что до этого поступали сообщения о беспорядках в семье. Она родила своего первого ребенка совсем маленьким, и он тоже бросил ее. Или оставленный в любом случае. Теперь она снова часть семьи, звено в этой цепи. Она выглядит довольной, - добавил он, когда Тереза направилась к их столику.

"Добрый вечер. Хотите с чего-нибудь начать? Жареный артишок сегодня просто великолепен".

"Мы просто отправимся прямиком за пиццей. Пепперони". - Быстро приказал Рорк, зная, что если он замешкается, Ева может отправиться прямиком на допрос.

"Я наведу порядок прямо для тебя".

Она направилась на кухню, остановившись, когда посетитель закусочной похлопал ее по руке. Итак, она сделала паузу, достаточную для быстрого и оживленного обмена репликами, который сказал Еве, что столик был заполнен постоянными посетителями.

Популярный, отметила она. Всем нравится. Действенный.

"Продолжай в том же духе, " предупредил Рорк, " и в ближайшие две минуты половина ресторана примет тебя за полицейского".

"Я полицейский". Но она снова перевела взгляд на него. "Если она та, за кого себя выдает, держу пари, она не отстает от семьи Ортиз. Интересно, была ли она на похоронах. Ее имени не было в списке, который я получил от Грасиэлы Ортис ".

"Ты проверил цветочные приношения? Массовые карточки?"

"Хм. Я делал это раньше. Но я не искал Терезу Франко из Бруклина. Мира думает, что убийца будет вынужден исповедаться - своему священнику."

"Липкий".

"Да, могло бы быть. С Билли было легко. Он был импульсом и похотью в дополнение к вере и праведности. Он знал, что я знала, и это просто подтолкнуло меня к этому. Если убийца признается Л & # 243;пезу или Фримену, дело застопорится. Они будут использовать святость исповеди, потому что они верят в это".

"А ты нет".

"Черт возьми, нет. Вы сообщаете о преступлении, и человек, к которому вы обращаетесь, обязан сообщить об этом властям ".

"Черно-белый".

Она нахмурилась, глядя в свое вино. "Что я должен увидеть? Фиолетовый? Есть причина, по которой мы разделяем церковь и государство. Я никогда не понимал, как эта сделка проскользнула сквозь трещины в расколе ". Она схватила одну из хлебных палочек, торчащих из высокого стакана.

"Мне не нравится возможность зависеть от священника в убеждении убийцы сдаться. Билли? Слабохарактерный маленький ханжа-лицемер, он не смог переварить то, что он сделал после свершившегося факта. Вот так просто".

Она откусила, указав остатком хлебной палочки на Рорка. "Но убийца Лино? Тот, кто все продумал, проработал, в этом есть какой-то глубокий мотив. Может быть местью, может быть выгодой, может быть защитой себя или другого - но это не дымовая завеса, подобная брехне Билли о "спасении душ"."

Поскольку она была направлена на него, Рорк украл у нее хлебную палочку. "Хотя я согласен, я очарован жесткой линией, которую вы проводите в отношении религии".

"Это используется слишком часто, как оправдание, как подставное лицо, оружие, афера. Многие люди, может быть, большинство, не имеют этого в виду, за исключением тех случаев, когда это им удобно. Не так, как Люк Гудвин и Лóпез. Они имеют в виду это. Они живут этим. Вы можете увидеть это в них. Может быть, это делает эту чушь более трудной для восприятия. Я не знаю".

"А убийца? Он говорит серьезно?"

"Я думаю, да. Вот почему его будет повесить труднее, чем Билли. Он говорит серьезно, но он не фанатик, не сумасшедший. В противном случае было бы нечто большее, продолжение, какое-то послание в поддержку акта ".

Она пожала плечами, осознав, что должна, по крайней мере, предложить ему что-то большее, чем убийство за ужином. "Так или иначе, я не рассказал тебе о драке, которую я прекратил сегодня".

"Успешно, я полагаю, поскольку я не вижу видимых ран".

"Сука укусила меня". Ева похлопала ее по плечу. "У меня чертовски хороший слепок с зубов. Из-за сумочки. Не ограбление. Распродажа кошельков. А, Ларош?"

"Ах, да. Крайне желанные сумки, багаж, обувь".

"Я скажу, поскольку эти двое были готовы сражаться насмерть за то, что называется тройным броском. В пионе. Что, черт возьми, такое пион?"

"Цветок".

"Я знаю, что это чертов цветок". Или она, вероятно, сделала. "Это форма, запах, цвет?"

"Я собираюсь принять цвет. И, вероятно, розовый".

"Я сказал Мире, и у нее в глазах появился этот блеск. Позвонил в магазин прямо тогда и там и купил это."

Рорк откинулся на спинку стула и засмеялся как раз в тот момент, когда Тереза принесла их пиццу. "Мне не нужно говорить вам двоим, чтобы вы наслаждались друг другом, но я надеюсь, вам понравится пицца. Просто дай мне знать, если я смогу достать тебе что-нибудь еще ".

Ева наблюдала, как Тереза двигается - обслуживает, болтает, принимает заказы. "У нее есть свой ритм, свой распорядок. Знает своих людей - персонал и клиентов. Не выглядит как женщина с глубокой, мрачной тайной ". Поскольку она посчитала, что пицца достаточно остыла, чтобы не обжечь небо, она попробовала. "И ладно, чертовски вкусный пирог".

"Это так. Она также не производит на меня впечатления женщины, которая будет биться насмерть за розовую дизайнерскую сумочку ".

"А?"

"Хорошая, исправная обувь, красивые украшения, но далеко не кричащие. Она носит обручальное кольцо", - добавил он. "Это говорит традиция. Ее ногти короткие, ухоженные и ненакрашенные. У нее хорошая кожа, и она пользуется - по крайней мере, на работе - минимальными усилителями. Держу пари, что она женщина, которая заботится о себе, и которая любит приятные вещи - вещи, которые надолго, - и также заботится о том, что у нее есть ".

Ева улыбнулась ему над очередным кусочком. "Ты смотришь глазами полицейского".

"Невежливо оскорблять меня, когда я угощаю тебя ужином. Я также готов поспорить, что ее сумочка так же хороша и исправна, как и ее туфли, и что она была бы так же сбита с толку, как и вы, если бы кто-нибудь укусил полицейского из-за розовой сумочки."

"Я не возражаю". Ева поймала длинную полоску сыра, завернула ее обратно на ломтик. "Но ничто из этого не означает, что она не знала, что ее первенец был на другой стороне моста, разыгрывая длинную аферу".

"Но ты так не думаешь".

Воспользовавшись моментом, Ева поиграла со своим вином. "Я так не думаю, но я собираюсь выяснить, так или иначе".

Между тем, не было причин отказываться от действительно вкусной пиццы, пока она отслеживала передвижения Терезы по столовой, открытой кухне.

Она подождала, пока Тереза вернется к столу. "Как все было?"

"Великолепно".

"Могу я заинтересовать вас десертом?" - начала она, когда начала убирать со стола. "Сегодня вечером у нас домашний тирамису. Это потрясающе".

"Должен пройти. Есть ли где-нибудь уединенное место, где мы могли бы поговорить?"

Внезапно насторожившись, Тереза опустила свой компьютер заказов. "Есть ли проблема?"

"Мне нужно несколько минут". Ева положила свой значок на стол, наблюдая, как пристальный взгляд Терезы переместился на него, остановился там. "Рядовой - лучший".

"Эм... рядом с баром есть небольшой кабинет, но..."

"Это сработает". Ева выскользнула, поднялась, зная, что она заполняет пространство Терезы.

"Мне просто нужно, чтобы кто-нибудь накрыл мои столы. Ах..."

"Прекрасно". Ева взглянула на Рорка, когда Тереза поспешила к другой официантке. "Почему бы тебе не пойти с нами?" - сказала она Рорку. "Посмотрим, насколько близко ты попал в точку в своей оценке".

Они обогнули столы, прошли через барную стойку. Офис был маленьким, как и рекламировалось, и уютно захламленным. Внутри Тереза сцепила пальцы, переплела их. "Что-то не так? Я что-то сделал? Я сожалею о цветах, и Спайк был очень плох. Но я..."

"Спайк?"

"Щенок. Я не знала, что он выкопает цветы, и пообещала заменить их. Я рассказала миссис Перини, и она сказала, что все в порядке ".

"Дело не в собаке, миссис Франко. Это касается вашего сына ".

"Дэвид? С Дэвидом все в порядке? Что-?"

"Не Дэвид", - сказала Ева, преодолевая мгновенную материнскую тревогу. "Лино".

"Лино". Рука Терезы потянулась к сердцу, и ее пятка надавила туда. "Если это полиция, то, конечно, это Лино". Усталость окутала ее, как тонкое, изношенное одеяло. "Что он сделал?"

"Когда вы в последний раз общались с ним?"

"Прошло почти семь лет. Ни слова за почти семь лет. Он сказал мне, что у него есть работа. Большие перспективы. У Лино всегда большие перспективы. Где он?"

"Где он был, когда вы в последний раз общались с ним?"

"На западе. Невада, сказал он. Какое-то время он был в Мексике. Он звонит или отправляет электронное письмо. Иногда он присылает деньги. Каждые несколько месяцев. Иногда проходит год. Он говорит мне, что вернется домой, но он этого не делает ". Она села. "Я рад, что он этого не делает, потому что он несет с собой неприятности. Как и его отец. И у меня есть еще один сын. У меня есть Дэвид, и он хороший мальчик ".

"Миссис Франко, ты в курсе, что Лино принадлежал к Солдадос?"

"Да, да". Она вздохнула. "Его братья, как он их называл. На него поставили их метку." Она потерла рукой свое предплечье. "Ничто из того, что я сделал, не остановило его; ничто из того, что я сказал, не поколебало его. Он давал обещания и нарушал их. Идти своим путем. С Лино всегда была полиция".

"Когда ты видел его в последний раз?"

"Он ушел из дома, когда ему было семнадцать. Он никогда не возвращался ".

"Раньше ты работал на Гектора Ортиса".

"Много лет назад. Он был добр ко мне. Для нас. Он дал Лино работу, небольшую, когда ему было пятнадцать. Убираю со столов, подметаю. И Лино украл у него".

Даже сейчас, казалось, воспоминание об этом вызвало смущенный румянец на ее щеках. "Он украл у того хорошего человека, у той хорошей семьи. И опозорил нас".

"Вы присутствовали на заупокойной службе мистера Ортиса?"

"Нет. Я хотел, но в тот день у Дэвида была родительско-учительская конференция. Тони, мой муж, и я следим за тем, чтобы мы оба присутствовали на каждом из них. Это важно. Я послал цветы". Что-то промелькнуло в ее глазах. "Священник был убит во время мессы. Я слышал об этом. И я слышал, что они говорят - полиция говорит - он вообще не был священником. О Боже. О Боже."

"Миссис Франко". Ева присела, пока они не оказались лицом к лицу, затем достала пакет для улик из своей полевой сумки. "Это принадлежит Лино?"

Дыхание Терезы стало прерывистым, когда она потянулась за сумкой, когда ее большой палец потер лицевую сторону медали через печать. Она перевернула его, и ее глаза наполнились слезами, когда она прочитала надпись на обороте. "Я дал ему это для его первого Святого Причастия. Ему было семь, семь лет. Тогда он все еще был моим мальчиком, большая часть его все еще была моим маленьким мальчиком. До того, как он так разозлился, до того, как захотел гораздо большего, чем я могла дать. Он мертв? Лино мертв? Он убил священника? О Боже, неужели он лишил жизни священника?"

"Я думаю, что у него может быть, миссис Франко, несколько способов, чем один. С тела мужчины, который выдавал себя за отца Флореса, была удалена татуировка. Из его предплечья. Символ банды солдадос. У него была реконструкция лица. Он спрятал эту медаль в своей комнате".

Краска просто отхлынула от ее лица. "Вы думаете, что этим человеком, этим священником, был Лино".

"Отец Флорес путешествовал по Западу, когда он исчез, почти семь лет назад. Мы кое-что перепроверили, и примерно в то же время Лино Мартинес выбывает из игры. Он двигался вперед и прочь до этого. Смена личности, насколько мы смогли установить. Кража личных данных была частью его стиля и одним из его навыков ".

"Так было всегда. Он был ярким. Умный мальчик, и разбирается в электронике. Он мог бы использовать это для своего образования, построить хорошую жизнь, карьеру. Вместо этого, это было частью его пути в банду. Его полезность в этой области. Матерь Божья". Она прижала пальцы к глазам. "Дошло ли до этого? Он мертв?" Она начала раскачиваться. "Он мертв? Пожалуйста, мне нужен мой муж. Мне нужна моя семья. Мне нужно увидеть моего сына. Мне нужно увидеть Лино ".

"Вы не видели его двадцать лет, и он изменил свою внешность. Узнали бы вы его?"

Тереза опустила руки, и вместе с ними потекли слезы. "Он все еще мой сын".

Ева подняла пакет с уликами, лежавший на коленях Терезы. "Я позабочусь о том, чтобы вы осмотрели тело".

Дрожь пробежала по телу Терезы. "Пожалуйста, может ли это быть завтра? После того, как мой мальчик пойдет в школу. Я не хочу, чтобы он знал... Может быть, это ошибка, и ему никогда не придется знать. Если это не так, я хочу найти правильный способ рассказать ему о его брате ".

"Завтра утром. Я могу прислать тебе транспорт".

"Пожалуйста, не надо. Соседи..." Она подавилась рыданием, прикрыла рот рукой. "Я знаю, как это звучит. Это звучит постыдно и эгоистично. Но моя жизнь здесь. Жизнь моего маленького мальчика здесь. У нас не было проблем с полицией. Вы можете смотреть, вы можете спрашивать. Он хороший мальчик. Мой муж, он хороший человек. Ты можешь..."

"Миссис Франко, мы не хотим доставлять тебе никаких неприятностей. Я могу сказать вам, куда прийти, и встретиться с вами там. Во сколько ваш сын будет в школе?"

"Мой мальчик в школе к восьми. Мы можем приехать в город, мой муж и я. Мы уедем, как только наш мальчик пойдет в школу. Мой муж может..."

"Хорошо. Все в порядке. Девять часов." Ева достала карточку, записала подробности. "Иди сюда, попроси за меня. Я все устрою".

"Мы придем. Мы будем там, я и Тони, но... Сейчас мне нужно идти домой. Пожалуйста, я просто... Мне нужно сказать Софии, что я плохо себя чувствую и мне нужно пойти домой ".

"Хорошо. Миссис Франко, - сказала Ева, когда Тереза поднялась. "Почему Лино уехал из Нью-Йорка в семнадцать лет?"

Темные глаза, которые были такими насыщенными и теплыми, теперь были тусклыми. "Разбогатеть, стать важным. "Когда я вернусь, " сказал он мне, " я буду богатым человеком, и мы будем жить в большом доме. Большой дом, как у мистера Ортиса. Я стану кем-то".

"И еще кое-что. Можете ли вы назвать мне имена друзей, с которыми он был ближе всего? Другие члены банды?"

"Стив Ч. áВез был его самым близким другом и худшим из них. Они со Стивом ушли вместе ". Тереза прижала пальцы к глазам, сильно потерла. "Джо Инес, Пенни Сото. Пенни была его девушкой. Другие, были и другие. Некоторые мертвы или ушли. Я подумаю и запишу их для вас. Но, пожалуйста, мне нужно домой ".

"Я встречу тебя завтра".

Ева вышла из офиса вслед за Терезой, наблюдая, как она спешит к женщине, которая их усадила. "Я думаю, мы должны оставить ей большие чаевые", - заметила Ева. "Но в любом случае, я в значительной степени испортил ей вечер".

14

ЕВА ПРОБЕЖАЛАСЬ По ТРЕМ ИМЕНАМ, КОТОРЫЕ НАЗВАЛА ей ТЕРЕЗА, когда Рорк ехал домой. "У Ч áвеза, Стивена, самого длинный, переполненный список, в разных состояниях. Нападение, нападение со смертельным исходом, пара нелегалов, сексуальное насилие -оправдан-угон автомобиля, мошенничество, ограбление. Пересекает границы многих штатов и украшает многие государственные учреждения, чтобы совершить свое покаяние ".

"Путешествующий крутой парень", - прокомментировал Рорк.

"Неоднократно арестовывался и/или допрашивался и освобождался. Чуть больше семи лет назад его арестовали за хранение краденого, внесли залог и ушли. Это было в Аризоне". Она взглянула на Рорка.

"И в последний раз Тереза общалась с Лино семь лет назад, в Неваде. Сосед из Аризоны".

"На что ты держишь пари, что они с Лино переспали и выпили немного саке "старые добрые времена" за пивом?"

"Только молокосос поставил бы против этого. Где он сейчас?"

"Исчез из сети, примерно в то же время, что и Лино. Инес и Сото все еще в Нью-Йорке. Инес - механик по техническому обслуживанию в жилом комплексе в старом районе. В подростковом возрасте отсидел некоторое время за ограбление. Пощечина за пьянство и беспорядочное поведение после его освобождения. С тех пор сканы чистые, с тех пор прошло более десяти лет чистоты. У Сото есть зацепки за нелегалов - продажа и хранение, сексуальные домогательства без лицензии, нападение. Она недавно вышла из условно-досрочного освобождения - и, разве это не удобно, работает в винном магазине по соседству с "Сент-Крист óбал". Я действительно наслаждаюсь совпадениями ".

"Кто мог бы винить тебя? Кого из них мы собираемся увидеть?"

Это был довольно удачливый коп, подумала Ева, который так легко зацепил парня в отношении работы и часов. "Я мог бы застать их обоих утром, но ... поскольку Инес живет в здании, где он работает, на него можно положиться". Она продиктовала адрес. "Спасибо".

"Ты будешь у меня в долгу, поскольку такого рода полицейская работа довольно утомительна. Все это разговоры, и никто не пытается нас убить ".

"Ну, это не может быть весело все время. Но, может быть, Джо вытащит наклейку и попытается убрать нас ".

"Не успокаивай меня, Ева".

Она засмеялась, вытянув ноги. "Ты хочешь поговорить о смертельном? Сегодня у Пибоди была встреча с Надин и Луизой по поводу планирования этой девичьей вечеринки перед свадьбой. По-видимому, я принимаю это, но они освободили меня от любых реальных обязанностей ".

"Это не звучит смертельно. На самом деле, это звучит вполне разумно и безопасно ".

"Я думаю. Я подвел черту под играми и стриптизерами. Решил, что смогу справиться со всем остальным. Что означает, вероятно, сидеть без дела, пить девчачьи напитки и есть торт ". По крайней мере, часть торта была хорошей сделкой, подумала Ева. "Наверное, мне придется купить Луизе подарок".

Она скользнула взглядом в его сторону.

"Нет", - сказал он определенно. "Я не буду брать на себя эту маленькую рутинную работу за тебя, поскольку у меня не больше твоего представления о том, какой подарок подойдет для свадебного душа".

Когда эта маленькая надежда растворилась, ее плечи поникли. "К слишком многим вещам прилагается слишком много подарков. И после этого нам придется купить им свадебный подарок, верно? Что, черт возьми, вы покупаете для двух взрослых людей, у которых уже есть все, что они хотят - или могут купить это сами - в любом случае?"

"Они обустраивают целый дом", - напомнил он ей. "Я поговорил с матерью Пибоди о том, чтобы приготовить им чайный сервиз. Кастрюля, чашки, блюдца и так далее. Она превосходный и творческий гончар ".

"Ха. Это была хорошая идея. Почему я не подумал об этой идее для настоящего Луизы?" Она размышляла над этим короткое время. "Инес - единственная из группы, названной Терезой, кто когда-либо был женат".

"И как мы петляем", - прокомментировал Рорк.

"Это просто заставило меня задуматься - вы знаете, душевые, свадьбы. Он единственный, кто женился, у кого были дети ".

"И единственный, кто, по крайней мере, кажется, реабилитировал себя".

"Я не знаю, связано ли одно с другим, но это интересно. Тогда есть сама Тереза. Как это читается, она залетела, вышла замуж не за того парня. Ее пинали, она делала, что могла, или делала то, что, по ее мнению, должна была. Парень уходит, и она растит ребенка одна. Поддерживает их, но она не может уберечь ребенка от неприятностей. Затем парень уходит. Она снова выходит замуж, за порядочного парня, и у нее рождается еще один ребенок. Обеспечивает достойную жизнь, и этот парень остается в стороне от неприятностей ".

"Это природа или воспитание?"

"Это и то, и другое. Это всегда и то, и другое, и даже больше, речь идет о принятии решений. Тем не менее, Лино провел первые несколько лет своей жизни, наблюдая, как его мать избивают, наблюдая, как отец издевается над ней. Итак, он слышит о том, что ублюдок Солас избивает его жену, приставая к его дочери, он надолго выходит из образа священника, чтобы надрать кому-нибудь задницу. Его слабое место. Он носил эту медаль - не видел свою мать, не пришел к ней домой, но он носил медаль, которую она ему дала ".

"И время от времени посылал ей деньги".

"Да. Собираюсь вернуться домой богатым человеком - важно. Ничего похожего на того ублюдка, который обрюхатил свою мать. Это будет основополагающим фактором в его патологии. Если нам будет не все равно".

"Почему ты?"

Несколько мгновений она ничего не говорила. "Она знала, что он погиб. Тереза. Она знала, что в нем было что-то такое, что она никогда не сможет вытащить, избавиться. Что-то, что заставило его избрать тот курс, который он выбрал. Теперь у нее хорошая жизнь, и все равно она будет горевать о нем. Черт возьми, она уже мертва".

"Да. Она есть".

"И когда я смогу очистить его и отдать ей, она будет хранить эту медаль до конца своей жизни. Ее напоминание о ее маленьком мальчике. Я брал интервью у людей, которые знали его последние несколько лет, тесно с ним работали, и он им понравился. Уважал его, наслаждался им. Я думаю, что он был хладнокровным убийцей, или, по крайней мере, тем, кто убивал или делал все, что хотел, когда это было целесообразно. Но там что-то было, что-то, похороненное под жестким футляром. Иногда ты задаешься вопросом, почему, вот и все. Почему это похоронено ".

"Он хотел большего", - сказал Рорк. "Хотел того, чего не мог иметь, или не хотел зарабатывать. Такого рода желание может превзойти все остальное".

Она сделала паузу на мгновение. "Ты собирался стать богатым человеком. Важно. Такова была цель".

"Это было".

"Но ты никогда не хоронил того, кем ты был, ради этой цели".

"Вы видите параллели и удивляетесь. Для меня законными линиями были ... варианты. Более того, это были испытания. И у меня был Соммерсет, как своего рода компас в то время, когда я мог бы выбрать гораздо более темный путь ".

"Ты бы не принял это. Слишком много гордости".

Его бровь взлетела вверх. "Это так?"

"Ты всегда знал, что дело не только в деньгах. Деньги - это безопасность, и это символ. Но дело не в этом. Это знание, что с этим делать. У многих людей есть деньги. Они делают это или они принимают это. Но не каждый что-то строит с ее помощью. Он бы этого не сделал. Лино. Если бы он разбогател, он все равно никогда бы не стал важным. И на короткое время он украл важное".

"Ошейник священника".

"В мире, в который он вернулся, это сделало его важным. Бьюсь об заклад, ему понравился вкус этого, его сила. Вот почему он мог продержаться так долго ".

"Очевидно, немного слишком долго".

"Да". Сколько еще ему нужно было идти? она задумалась. Сколько еще времени прошло бы, прежде чем он собрал бы эти богатства и эту честь? "Тереза, возможно, не сможет подтвердить личность - на самом деле, я не могу понять, как она могла. Но это Лино Мартинес в том стальном ящике в центре города. Теперь мне просто нужно выяснить, кто хотел его смерти и почему ".

Может быть, у Джо Инес были бы ответы на некоторые вопросы. Ева изучала двенадцатиэтажный жилой дом, аккуратный, тихий блок из бетона и стали с автоматически охраняемым входом и защитными решетками на окнах первых двух уровней.

Она обошла охрану вместе со своим хозяином и осмотрела небольшой вестибюль. Здесь слабо пахло чистящим средством для цитрусовых, в цветастом горшке росло искусственное дерево фихус, а на пестром белом полу стояли два стула.

"Ему 2 года". Она обошла стороной два узких лифта и поднялась по лестнице вместе с Рорком. Из квартир в коридор просачивались приглушенные звуки - шоу на развлекательных экранах, плач младенцев, музыка сальсы. Но стены и двери были чистыми, как и вестибюль. Все потолочные светильники сверкают.

На первый взгляд, Инес сделал свою работу.

Она постучала в 2А. Дверь открылась почти сразу. Мальчик лет десяти с прядью волос, падающей на лоб в современном стиле фанатиков аэроборда, стоял, прихлебывая спортивный напиток. "Йоу", - сказал он.

"Йоу", - сказала Ева. "Я хотел бы поговорить с Джо Инес". Она показала свой значок.

Значок заставил его опустить бокал, и его глаза расширились от удивления и возбуждения. "Да? Как так вышло?"

"Потому что".

"У вас есть ордер или что-то в этом роде?" Парень облокотился на открытую дверь, сделал еще один глоток своего ярко-оранжевого напитка. Как будто, подумала Ева, они зависали на игре. "Они всегда спрашивают об этом на экране и все такое".

"Твой отец делал что-нибудь противозаконное?" Ева возразил, и мальчик phffted перевел дух.

"Как будто. Папа! Эй, пап, копы у двери."

"Митч, прекрати валять дурака и возвращайся к своей домашней работе. Твоя мама собирается..." Мужчина, который вошел из другой комнаты, вытирая руки о штаны, резко остановился. Ева увидела, как в его глазах появилось понимание копа. "Прости. Митч, иди заканчивай обустраивать близнецов."

"О, давай дальше. "

"Сейчас", - сказала Инес и ткнула его большим пальцем.

Мальчик что-то пробормотал себе под нос, ссутулил плечи, но направился в указанном отцом направлении.

"Могу я тебе чем-нибудь помочь?" Спросила Инес.

"Джо Инес?"

"Это верно".

Ева намеренно посмотрела на татуировку на его левом предплечье. "Soldados."

"Когда-то давно. К чему все это?"

"Лино Мартинес".

"Лино?" Удивление появилось в его глазах так же быстро, как и у его сына, но без какого-либо волнения. То, что Ева увидела в них, было ужасом. "Он вернулся?"

"Мы хотели бы войти".

Инес запустила обе руки в его волосы, затем отступила назад. "У меня есть детский долг. Это девичник моей жены. Я не знаю, как долго Митч сможет держать близнецов в узде ".

"Тогда мы сразу перейдем к этому. Когда у вас в последний раз был контакт с Лино Мартинесом?"

"Иисус. Должно быть, это было пятнадцать лет назад. Может быть, еще парочка. Он сбежал, когда мы были еще детьми. Лет шестнадцати-семнадцати."

"Вы не общались с ним все это время?"

"У нас было несколько жестких слов перед тем, как он ушел".

"О чем?"

Что-то закрыло его глаза. "Черт возьми, кто помнит?"

"Вы оба были членами банды, известной своим насилием и кровными узами".

"Да. Я получил это, чтобы напомнить себе и чертовски убедиться, что мои дети не совершат тех же ошибок. Я отсидел какой-то срок, ты это уже знаешь. Я выпил и выкинул это из головы. Я чист уже почти тринадцать лет. Когда это будет достаточно долго?"

"Почему Лино сбежал?"

"Я думаю, он хотел уйти. Он и Стив - Стив Ч. á вез - сказали, что направляются в Мексику. Может быть, так и было. Я знаю только, что они сбежали вместе, и с тех пор я никого из них не видел и ничего о них не слышал ".

"Ты ходишь в церковь?"

"Какое тебе до этого дело?" Под пристальным взглядом Евы он вздохнул. "Я стараюсь делать это чаще всего по воскресеньям".

"Ты посещаешь бал Святого Кристиана?"

"Конечно, это... Это о том священнике ". Облегчение расцвело на его лице. "О том, кто умер на похоронах. Похороны старого мистера Ортиса. Я не смог прийти, у меня была проблема с водопроводом на пятом этаже. Ты разговариваешь со всеми в приходе или только с бывшими членами банды?"

"Ты знал Флореса?"

"Нет, не совсем. Я имею в виду, я видел его время от времени. Большинство воскресений мы ходили на девятичасовую мессу. Моей жене нравилось слушать проповеди отца Л ó Пеза, и меня это устраивало, поскольку он обычно делает их короткими ".

"Твои мальчики не ходят в молодежный центр".

"Митч, он без ума от полетов по воздуху. Ему насрать на командные виды спорта, по крайней мере, на данном этапе. Близнецам всего пять и... " Из задней части квартиры раздаются возгласы. Инес мрачно улыбнулась. "Прямо сейчас мы держим их на коротком поводке".

"А как насчет Пенни Сото?"

Его взгляд переместился, стал холодным. "Она где-то поблизости, конечно. Теперь у нас разные жизни. У меня здесь семья, хорошая работа. Я давным-давно перестал искать неприятностей ".

"В какую передрягу попал Лино Мартинес, когда сбежал?"

Это снова было в его глазах - знание, страх, сожаление. "Я не могу помочь тебе с этим. Лино всегда был в беде. Послушай, я не могу оставить этих троих там одних. Я ничего не знаю о Флоресе, а что касается Лино? Это единственное, что у нас было общего на протяжении действительно долгого времени ". Он коснулся татуировки. "Я должен попросить тебя уйти, чтобы я мог удержать своих мальчиков от избиения друг друга".

Что-то есть", - сказала Ева, когда они были снаружи. "Что-то произошло, и из-за этого "что-то" Лино все эти годы назад вел себя как кролик".

"Но ты не думаешь, что он знал, что Лино вернулся".

"Нет, мне не звонили. Он хочет покончить со всем этим, злится, когда это не так. Не могу винить его, на самом деле. Он проводит параллель с Терезой. Он построил новую жизнь, и он хочет сохранить ее. Но есть Лино".

Она села в машину, откинулась на спинку сиденья. "Вот и Лино", - повторила она, когда Рорк скользнул за руль. "Препятствие, напоминание, груз, называйте это как хотите. И Лино - это тот элемент прошлого, ошибок, неприятностей, лишений, который омрачает новую жизнь. И то, что он мертв, для этих двоих? Это ничего не меняет".

Он вышел из машины и направился к дому. "Если то, что заставило Лино бежать из Нью-Йорка, было достаточно серьезным, мы сможем это найти. Поиск в средствах массовой информации того времени выявил бы это ".

"Может быть. Но вы знаете, у матери не было такого взгляда в ее глазах. Этот взгляд "о черт, вот это снова начинается", который был у Инес. Почему она не знала? Она считает, что он ушел, чтобы стать богатым и важным, а не потому, что он сбежал. Может быть, я придаю этому слишком большое значение." Она потерла лицо. "У меня противоречивые предчувствия по этому делу. У каждого, с кем я разговариваю, для меня своя музыка. Мне нужно разобраться с этим ".

"Теперь ты узнаешь, кем он был".

"Нужно официальное удостоверение личности, чтобы сделать это, ну, официальным. Но да, я получаю картинку. Завтра придется пропустить церковь", - решила она и отправила сообщение на почту Пибоди с мелочью.

"Я не думаю, что это против вас, поскольку вы будете пропускать церковь, чтобы допросить Сото и опознать вашу жертву".

"Хм. Все еще хочу зацепить López. Ударил его в доме священника после Сото. Подруга", - размышляла она. "Связи детства. На самом деле у меня их нет. Ты делаешь. Как далеко простирается преданность?"

"Это слишком расплывчатый и открытый вопрос для окончательного ответа".

"Друг из старых времен что-то сделал или чего-то не сделал, что вызвало раскол между вами - что-то, о чем вы спорили, с чем не соглашались. Он взлетает. Вы продолжаете защищать его? Ты всегда держишь это в секрете, потому что когда-то, скажем так, вы были частью одной команды?"

"А теперь слишком черно-белое, лейтенант. Что-то будет зависеть от того, что он сделал или не сделал, и как -или если - это повлияет на меня и моих близких. Если бы я расстегнул это, изменило бы то, что произошло, или уравновесило бы какую-то чашу весов, если бы я чувствовал, что это необходимо сбалансировать?"

"Ты бы держал его застегнутым", - пробормотала она. "Это снова та же гордость, что и преданность. Я могу вытянуть это из Инес, если понадобится ".

"Без сомнения. На его татуировке не было метки убийства ", - добавил Рорк.

"Нет, он этого не сделал. В отличие от Лино и Ч.áвез. На его простыне были его опознавательные знаки. Но как мне узнать, кого убил Лино, когда кучка сопляков, кричащих: "О, бедные непонятые дети", - которые убивают, калечат, сеют хаос, - "нужно начать с чистого листа", стерли записи? Если бы была запись ", - добавила она.

"Будь у меня немного времени и незарегистрированный, я мог бы раздобыть вам эту информацию - если бы Лино было предъявлено обвинение или он был арестован. Даже под вопросом".

Она бросила на него косой взгляд. Она уже думала о такой возможности. "Сколько это - немного времени?"

"Я не могу сказать, пока не приложу к этому свои руки".

Она выдохнула. "Я не могу заставить это работать. Насколько я знаю, на кону ничья жизнь, непосредственной угрозы нет. Это просто легкий способ обойти квартал ".

"Что это я слышу?" Он постучал себя по уху. "Ах да, в этом, должно быть, говорит твоя гордость".

"Заткнись. Это не гордыня, это процедура. Я не собираюсь обходить закон только для того, чтобы сократить процедуру и удовлетворить свое любопытство. И что с того, что это гордыня?"

Когда они проезжали через ворота, он взял ее за руку, притянул к себе и поцеловал костяшки пальцев. "Вот мы и здесь, два гордых человека. Это было бы одним из семи смертельных исходов. Хотите изучить какие-либо другие? Похоть была бы моим первым выбором ".

"Похоть - это всегда ваш первый выбор. И твой второй, и вплоть до твоего последнего выбора".

"Иногда мне нравится сочетать это с жадностью". Еще до того, как он остановил машину, он нажал на ее ремень безопасности, затем схватил ее за рубашку, притянул ее к себе.

"Привет".

"Может быть, это все из-за разговоров о старых временах и молодости". Гладкий и умный, он откинулся на спинку сиденья, а она оседлала его. "Навевает приятные воспоминания о том, как я раздевал девушку в любом транспортном средстве, которое мог... приобретайте в свое время".

"У тебя было время для секса после Grand theft Auto?"

"Дорогая, для секса всегда есть время".

"Только по твоим часам. Иисус, сколько у тебя рук?" Она отбросила их, но не раньше, чем ему удалось расстегнуть ее рубашку и расшевелить ее. "Послушай, если тебе нужно взбрыкнуть, в доме есть отличная кровать, их, наверное, около двух дюжин".

"Дело не в отскоке, или не в целом". Он провел пальцем по ее горлу. "Речь идет о моменте и возвращении на это короткое время глупости молодости".

"Говори за себя. У меня не было времени на глупости". Она потянулась к двери, намереваясь открыть ее и выскользнуть, но он обхватил ее руками и засмеялся.

"У тебя никогда не было секса в машине".

"Да, у меня есть. Идеи приходят к тебе по крайней мере в половине случаев, когда мы находимся на заднем сиденье одного из твоих лимузинов ".

"Совсем не то же самое. Лимузин - это место для взрослых. Это утонченный секс. И вот мы здесь, втиснутые вместе на переднем сиденье полицейского автомобиля, и лейтенант одновременно возбужден и слегка смущен.

"Меня нет. Либо." Но ее пульс подскочил, а дыхание сбилось, когда его большие пальцы коснулись тонкого хлопка, прикрывающего ее груди. "Это просто смешно. Мы взрослые люди, мы женаты. Рулевое колесо вдавлено в основание моего позвоночника".

"Первые два не имеют отношения к делу, последнее - часть шумихи. Музыка включена, пятая программа. Люк в небе открыт".

Она сузила глаза, глядя на него. "Это не сработает. Это неудобно и это глупо. И я должен работать в этой машине".

"Я могу заставить тебя кончить за десять секунд".

Она на самом деле ухмыльнулась ему. "Десять, " сказала она, " девять, восемь, семь, шесть, пять... О черт". Она недооценила его быстрые руки, его умелые пальцы. Он расстегнул ее брюки, она была влажной и пульсирующей. И все.

"Попробуй еще раз", - пробормотал он и, стянув с нее майку, взял ее грудь в рот.

Он управлял ею, руками и ртом, пока прохладный воздух омывал ее лицо, пока ее крик освобождения эхом разносился в ночи.

Ее руки взметнулись в поисках опоры, когда она услышала разрыв хлопка. Теперь прохладный ночной воздух овевал ее обнаженную кожу, создавая волнующий контрапункт жаре.

Она отпустила, он мог видеть это, чувствовать это. Отпусти день, работу, беспокойство - и даже больше, восхитительно больше - ту странную и привлекательную грань, которую она носила внутри себя между "должен" и "не должен".

Когда-то у нее не было времени на глупости. Стоит ли удивляться, что он был вынужден дать это ей? И вся любовь, которая прошла через это и сделала это реальным?

Его жена, его возлюбленная, его возлюбленная ласкалась с ним на переднем сиденье автомобиля, пока играла музыка и мерцала ночь.

Его рука наткнулась на ее оружие, и он рассмеялся. Разве это тоже не было частью всего этого? Его опасный и преданный полицейский, уступающий ему, потерянный в своих собственных потребностях. Требуя, чтобы он давал, а он брал.

Ее рот был подобен ярости на его губах, сжигающей его контроль, пока он не был в таком же отчаянии, как и она. Пока не было только одной потребности, одной мысли. Спариваться.

"Я не могу - как мы..." Ее дыхание сбилось, тело ныло, когда она изо всех сил пыталась сдвинуться, повернуть под углом, каким-то образом преодолеть ограничения, чтобы он мог наполнить ее.

"Просто двигайся... позволь мне, черт возьми". Он постучал костяшками пальцев по рулю, пытаясь сдвинуть ее бедра, ударился коленями о приборную панель и был совершенно уверен, что она выругалась, потому что ее голова ударилась о край открытого люка.

Что ж, они бы смирились с этим.

Она смеялась как сумасшедшая, когда им наконец удалось вставить язычок B в слот A.

"О, слава Христу", - прошептал он и обнял ее, просто обнял, пока ее тело сотрясалось от смеха. "Что ж, когда закончишь свой праздник смеха, принимайся за работу. Я зажат здесь и не могу ничего начать без небольшой помощи ".

"Неужели?" Она едва могла перевести дыхание между смехом и... почему эта нелепая ситуация была такой чертовски сексуальной? она задумалась. "Ты застрял?"

"Трахаешься с плохим дизайном в вашем полицейском деле".

"Больше похоже на плохой дизайн для секса". Наблюдая за ним, она покачнулась - совсем чуть-чуть. Приподняла бедра - на долю. Снова опускается. "Как это?"

"Ты убиваешь меня".

"Ты начал это". Она снова покачнулась, немного сильнее, мучая его, мучая себя. Затем еще и еще, позволяя своей потребности задавать темп, возбуждая контролем, пока контроль не превратился в иллюзию.

Она почувствовала, как его тело напряглось, изогнулось, содрогнулось от его освобождения, увидела, как эти удивительные глаза потемнели, ослепли, когда она взяла его. И она оседлала его, стремясь к этому пику наслаждения, пока не преодолела его.

Она обрушилась на него, насколько смогла. Ее дыхание с шумом входило и выходило из натруженных легких; ее тело задрожало, затем замерло. "Лучше бы у меня не было повода раздеваться завтра", - сказала она ему. "Потому что у меня на заднице останутся синяки от руля".

"В последнее время ты, кажется, одержим возможностью раздеваться на работе. Есть ли что-то, что я должен знать?"

"Ты просто не можешь быть слишком осторожным".

"Кстати, как у тебя с головой?"

"Скользящий удар". Она рассеянно потерла его. "Как нам расцепиться? Или мы застряли вот так, пока кто-нибудь не найдет нас утром?"

"Дайте нам минутку". Он толкнул ее локтем в ответ. "Это было намного лучше и намного сложнее, чем любой предыдущий опыт секса в машине".

Посмотри на него, подумала она, его волосы растрепались из-за ее рук, пуговицы оторвались от рубашки, а глаза такие сонные и самодовольные. "Ты действительно крал аттракционы, чтобы заняться в них сексом?"

"Было множество причин красть аттракционы. Для развлечения, для бизнеса и для того, чтобы где-нибудь в полуприватном месте приударить за девушкой ". Он наклонился, чтобы быстро, дружески поцеловать ее. "Если хочешь, я что-нибудь украду, чтобы ты тоже мог испытать это".

"Передай это". Она взглянула на себя. "Ты порвал мое нижнее белье".

"Я сделал". Он ухмыльнулся. "Это было целесообразно. Давайте посмотрим, сможем ли мы выпутаться из этого". Он подталкивал ее вверх, пока она не смогла подвинуться к своему месту и перекинуть ногу через него. Как только они застегнулись на все пуговицы и крючки, он преодолел несколько футов до дома и припарковался.

"Знаешь, Соммерсет знал, когда мы проезжали через ворота. И даже с ограниченностью его ума, он знает, что мы только что здесь сделали ".

"Да, я полагаю, Соммерсет полностью осознает, что мы занимаемся сексом".

Ева закатила глаза, выходя из машины. "Теперь он знает, как долго и какой секс".

Покачав головой, Рорк Хайк проводил ее до двери. "Ты самая очаровательная ханжа".

Она только бормотала себе под нос, когда они вошли внутрь. И если огромное облегчение от того, что Соммерсет не маячил в фойе, сделало ее ханжой, так тому и быть.

Тем не менее, она прямиком поднялась наверх, в спальню. "Я собираюсь пойти дальше и запустить этот поиск, поиск преступлений или событий, достойных освещения в СМИ, здесь в то время, когда Лино покинул Нью-Йорк".

"Тебе нужна помощь?"

"Я могу запустить поиск".

"Хорошо. Я хочу принять душ и часок-другой поработать над собой ".

Она сузила глаза. Она тоже хотела принять душ, но мужчина был подлым. "Руки прочь от реактивных двигателей", - приказала она.

Он поднял свой, затем начал раздеваться. Он был в одних штанах, когда нахмурился и подошел к ней.

"Руки прочь и здесь", - начала она.

"Тихо. Ты не шутил насчет укуса на твоем плече." Она опустила подбородок, повернула голову. Поморщился при виде отметин и кровоподтеков. "У сучки была челюсть, как у ротвейлера".

"Это нужно очистить и обработать, и холодный пластырь помог бы".

"Все в порядке, сестра Нэнси", - начала она, затем вскрикнула, когда он ткнул пальцем в отметину.

"Так и будет, если только ты не будешь настаивать на том, чтобы вести себя как ребенок. Душ, дезинфицирующее средство, лекарства, пластырь от простуды."

Она могла бы снова закатить глаза, но она не доверяла ему, чтобы не высказать свою точку зрения во второй раз. И теперь чертово плечо болело.

Она позволила ему справиться с этим, вплоть до того, что добавила целомудренный поцелуй. И была вынуждена признаться, по крайней мере, самой себе, что от заботы стало лучше.

В хлопчатобумажных брюках и футболке она села за свой стол, поставив кофе под локоть, и приказала начать поиск. Пока компьютер работал, она откинулась назад, чтобы мысленно жонглировать различными игроками.

Стив Ч.áвез. Он и Лино вместе покинули Нью-Йорк - по словам Терезы - и это было подтверждено Инес. Ч áВез отсиживает время то тут, то там; Лино качается и плетет. В протоколе нет обвинительных приговоров. Но сравнивая поиски Макнаба с отчетом Ч.áвеза, она отметила, что оба мужчины несколько раз бывали в одном и том же районе.

Старые друзья, потусовались?

И, насколько ей известно, они исчезли из сети примерно в одно и то же время в сентябре 53-го. Она ни за что не купилась бы на совпадение.

Вернулся ли Чáвез в Нью-Йорк с Лино? Неужели он тоже принял новую личность? Мог ли он быть где-то еще, ожидая того, чего ждал Лино? Устранил Лино Лино - и если да, то почему? Или он был - как она верила Флоресу - мертв и похоронен?

Пенни Сото. Между ней и ее бывшей партнершей по банде, Инез, не осталось любви. Она видела это на его лице. Она заслуживала бы интервью. У нее было больше проблем с законом, чем у Инес, но у нее не было семьи, которую нужно было защищать. И небольшое копание, вероятно, выявило бы что-то, что Ева могла бы использовать как рычаг, чтобы вытянуть из нее информацию.

Она зайдет к Сото, прежде чем отправиться в центр, чтобы встретиться с Терезой в морге.

И, возможно, она пропустила шаг с Терезой. Она верила, что эта женщина сказала ей все, что она была способна сказать ей в то время. Но в другом раунде может высвободиться что-то еще.

Когда ее компьютер объявил о завершении своей задачи, Ева просмотрела сообщения СМИ за недели, предшествовавшие отъезду Лино.

Убийства, изнасилования, кражи со взломом, разбои, нападения, одно похищение, разнообразные грабежи, задержания нелегалов, подозрительные смерти и два взрыва.

Ни одно из имен, перечисленных в отчетах, не попадало в ее список, но она проверяла их как нечто само собой разумеющееся. Тем не менее, именно взрывы привлекли ее интерес. Они произошли с разницей ровно в неделю, каждый на территории конкурирующей банды, и оба стоили жизней. Первый, на территории Сольдадо, в школьном зале во время танцев, убил одного, ранил двадцать три несовершеннолетних, двух взрослых - имена указаны - и причинил ущерб в несколько тысяч долларов.

Второй, на Череп дерн, в закусочной, известной как притон, самодельный "бумерс" - по таймеру, как и первый, но более мощный - убил четырех несовершеннолетних, одного взрослого и ранил шестерых.

Полиция подозревала возмездие за тот взрыв, бла-бла-бла, прочитала Ева. Известных членов "Солдадос" разыскивали для допроса.

Она использовала свое разрешение, чтобы запросить материалы по обоим взрывам. И попал в блок. Файлы запечатаны.

"К черту это", - пробормотала она и, не задумываясь, связалась со своим командиром дома. Заблокированное видео и хриплый голос заставили ее взглянуть на устройство на запястье. И вздрагивает.

"Я прошу прощения, сэр. Я не проверил время ".

"Я сделал. В чем дело, лейтенант?"

"Я иду по следу, и это связано с парой взрывов в Восточном Гарлеме семнадцать лет назад. Я полагаю, что к этому могла быть причастна пока еще неофициально идентифицированная жертва. Эти файлы были запечатаны. Было бы полезно узнать, был ли кто-либо из моего списка допрошен или подозревался в причастности ".

Он испустил долгий вздох. "Это срочный вопрос?"

"Нет, сэр. Но..."

"Отправьте запрос в мои домашние и офисные подразделения. Я освобожу тебя утром. Уже почти полночь, лейтенант. Иди спать".

Он отключился.

Она несколько секунд дулась. Еще несколько секунд задумчиво смотрела на дверной проем, соединяющий ее кабинет и кабинет Рорка. Рорк мог добраться до закрытых файлов за считанные минуты, она не сомневалась. И если бы она подумала об этом до того, как пометила Уитни, она, возможно, смогла бы оправдать просьбу Рорка сделать именно это.

Теперь она запустила пленку, и ей пришлось ждать, пока она размотается.

Она отправила официальный запрос, добавила вечерние интервью и заметки к своему собственному делу. Она прикрепила больше имен и фотографий к своей доске. Тереза, Чайлд Вез, Джо Инес, Пенни Сото.

Затем она подошла к дверному проему. "С меня хватит. Я иду спать".

Рорк поднял взгляд. "Я скоро закончу".

"Хорошо. Ах, не могли бы вы сделать бумер по таймеру? Я не имею в виду сейчас, потому что, да, я имею в виду, когда ты был ребенком?"

"Да. И сделал. Почему?"

"Могли бы вы, потому что вы разбираетесь в электронике или взрывчатых веществах?"

"И то, и другое".

Она кивнула, решив, что это даст ей пищу для размышлений до утра. "Хорошо. "Ночь".

"Кого или что взорвал Лино?"

"Я не уверен. Пока. Но я дам тебе знать ".

15

За ОКНАМИ ГРОХОТАЛ УТРЕННИЙ ШТОРМ. Гром, немного приглушенный и отдаленный, прозвучал так, словно небо прочистило горло. Дождь стекал по окнам, как бесконечный водопад серых слез.

Для большего комфорта, чем для освещения, Рорк приказал приглушить огонь в спальне, пока просматривал утренние биржевые сводки на экране.

Но он не мог сосредоточиться. Когда он переключился на утренние новости, он обнаружил, что они его тоже не заинтересовали. Беспокойный, выбитый из колеи, он оглянулся, когда Ева достала рубашку из своего шкафа. Он заметил, что она сняла холодный пластырь.

"Как плечо?"

Она сделала это. "Это хорошо. Прошлой ночью я отправил сообщение Пибоди, чтобы она встретилась со мной здесь этим утром. Я собираюсь спуститься и остановить ее, прежде чем она поднимется и попытается запереть завтрак в клетке. Что? " добавила она, когда он встал и подошел к шкафу.

Он взял куртку, которую она вытащила, бегло просмотрел другие варианты и выбрал другой. "Этот".

"Держу пари, что все, у кого сегодня мой значок, обратят особое внимание на мой пиджак".

"Они бы сделали, если бы ты надел другой с этими штанами". Он поцеловал ее в макушку. "И эта оплошность, очень возможно, подорвала бы ваш авторитет".

Она фыркнула, но согласилась с его выбором. Когда он не двинулся с места, но встал у нее на пути, она нахмурилась и снова спросила: "Что?".

На этот раз он взял ее лицо в ладони и поцеловал в губы, очень нежно. "Я люблю тебя".

Ее сердце мгновенно стало липким. "Я понял это".

Он повернулся, подошел к автомату и достал еще кофе для них обоих.

"Что случилось?" - спросила она его.

"Ничего. Не совсем. Там ужасное утро". Но это было не то, думал он, стоя и глядя на улицу сквозь унылую завесу дождя. Это было совсем не то. "Мне приснился сон".

Она изменила свои планы, и вместо того, чтобы спуститься вниз, подошла к дивану, села. "Плохо?"

"Нет. Ну, тревожный и странный, я полагаю. Очень доходчиво, что больше в твоем стиле, чем в моем ".

Он повернулся, увидел, что она села, что она ждет. И это было утешительнее любого огня в очаге. Он подошел к ней, передал ей кофе. И, сев рядом с ней, нежно провел рукой по ее ноге в жесте, который был одновременно благодарностью и соединением.

"Возможно, все эти разговоры о старых временах, друзьях детства и так далее подействовали на мое подсознание".

"Это беспокоило тебя. Почему ты не разбудил меня?"

"Когда я проснулся, все было кончено, не так ли, и я не видел смысла. И тогда, только что... Ну, в любом случае, я вернулся в Дублин, снова был мальчишкой, бегал по улицам, обчищал карманы. Эта часть, по крайней мере, не была тревожной. Это было довольно забавно".

"Хорошие времена".

Он слегка рассмеялся. "Некоторые из них были. Я чувствовал этот запах - толпы на Графтон-стрит. Хорошая добыча, если ты был достаточно быстр. И уличные музыканты, играющие старые мелодии, чтобы привлечь туристов. Среди них были такие, что, если ты дашь им шанс, они заставят толпу собраться ради тебя. Мы бы отработали рывок, пас, падение на Графтона. Я поднимал бумажник или сумочку, передавал их Дженни, а она Мику, и Брайан оставлял их в нашем тайнике в переулке.

"Не мог работать там часто, не более пары заходов в месяц, чтобы местные не пронюхали об этом. Но когда мы это делали, мы собирали сотни людей в день. Если бы я был достаточно осторожен со своей долей, даже с тем, что старик выбил из меня, я бы месяц хорошо питался - с запасом для моего инвестиционного фонда ".

"Инвестиционный фонд? Даже тогда?"

"О да, я не собирался всю свою жизнь прожить уличной крысой". Его глаза загорелись, но в отличие от мягкого огня в очаге, в них вспыхнули тьма и опасность. "Он, конечно, подозревал, но так и не нашел мой тайник. Я бы предпочел, чтобы он забил меня до смерти, чем отдал это ".

"Он тебе снился? Твой отец?"

"Нет. Это был вовсе не он. Яркий летний день, такой ясный, что я мог слышать голоса, музыку, чувствовать запах жира, в котором жарятся чипсы, которыми мы всегда угощались. Видите ли, день на Графтон-стрит был отличным. Полные карманы и животы. Но когда я мечтал об этом, все пошло не так ".

"Как?"

"В день Графтона Дженни надевала свое лучшее платье, а в ее волосах сияла лента. Кто бы мог посмотреть на такую хорошенькую молодую девушку и увидеть вора, была мысль, стоящая за этим. Я перешел к ней, чистый и невозмутимый, и двинулся дальше. Ты должен продолжать двигаться. Я поставил свою следующую отметку, и скрипач заиграл "Поминки по Финнегану". Я слышал это ясно, каждую ноту, живую, быструю. Бумажник был у меня - и метка даже не дрогнула. Но Дженни... ее не было там для прохождения. Не смогла принять пропуск, потому что она висела на ленте для волос. Повешенная и мертвая, какой она была, когда я видел ее в последний раз. Когда я опоздал спасти ее.

"Я опоздал".

Рорк покачал головой. "Она умерла, потому что была моей, частью моего прошлого. И я побежал, чтобы попытаться снять ее, через Графтон, где играли музыканты, все еще живые и быстрые, пока она висела там. Но там был Мик. Кровь растекается по его рубашке. Убивающая кровь. Он был и моим тоже. Он взял нож ради меня. Скрипач продолжал играть, все это время. Я мог видеть Брайана, вдалеке. Слишком далеко, чтобы дотянуться, поэтому я был там с мертвыми друзьями. Все еще дети во сне, понимаешь? Все еще так молод. Даже во сне я думал, задавался вопросом, были ли они, в некотором роде, мертвы даже так давно назад. И я, и Бри, все, что от нас осталось.

"Затем я ушел. Я ушел с Графтон-стрит и от друзей, которые были для меня как семья. И я стоял на мосту через реку Лиффи, теперь уже взрослый мужчина. Я увидел лицо моей матери под водой. И это было все".

"Я мог бы сказать тебе, что в том, что с ними случилось, не было твоей вины. Часть тебя знает это. Но другая часть всегда будет чувствовать ответственность. Потому что ты любил их".

"Я сделал. Да, я это сделал". Он взял свой забытый кофе, выпил. "Они - часть меня. Кусочки, которые делают меня. Но только сейчас, стоя с тобой, я понял, что могу вынести все это, вынести потерю всех этих частей себя. Потому что у меня есть ты".

Она взяла его руку, прижала к своей щеке. "Что я могу сделать?"

"Ты только что сделала это". Он наклонился и снова поцеловал ее.

"Я могу перенести кое-какие дела, если ты хочешь, чтобы я ..."

Он посмотрел на нее, просто посмотрел, и самое тяжелое горе, которое проснулось вместе с ним, отступило. "Спасибо за это, но мне лучше просто от того, что я это вынес". Он провел пальцем по ее подбородку. "Приступайте к работе, лейтенант".

Сначала она обвила его руками, крепко обняла. И, держа ее, он вдыхал ее аромат - волос и кожи, - зная, что он будет сопровождать его весь день.

Она отстранилась, встала. "Увидимся вечером".

"Ева? Ты спрашивал меня раньше, думаю ли я, что твоя жертва, твой Лино, рассказал бы кому-нибудь, кем он был на самом деле. Я думаю, если бы они были для него семьей, если бы он считал их частью себя - любой из составляющих его частей - он должен был. Он не пошел к своей матери, но должен был быть кто-то. Человек не может стоять на мосту один, не дома, не в течение пяти лет. Даже самому тяжелому нужно, чтобы кто-то знал его ".

Ей удалось отрезать Пибоди, но с трудом. Ева сбежала по ступенькам как раз в тот момент, когда Соммерсет открыл дверь ее партнеру. Ева продолжала идти. "Пибоди, со мной".

"Но я просто..."

"Мы выдвигаемся", - сказала Ева и указала на их автомобиль. "Залезай. Одна минута." Ева повернулась к Соммерсету, в то время как Пибоди, обиженная на свой лишенный датского языка путь к пассажирскому сиденью. "Рорку не помешал бы звонок от его тети".

"Он хочет, чтобы я связался с его тетей в Ирландии?"

"Я сказал, что ему не помешал бы ее звонок. Он в порядке", - сказала Ева, предвосхищая его. "Он мог бы просто воспользоваться связью".

"Я позабочусь об этом".

Зная, что так и будет, Ева села за руль и сосредоточилась на работе.

"Мы перегреваемся или что-то в этом роде?" Потребовала Пибоди. "Таким образом, человек не может выкроить минутку, чтобы выпить чашечку кофе и, возможно, немного перекусить, особенно когда человек вышел из метро на целую остановку раньше, чтобы отработать ожидаемый перекус".

"Если ты закончил ныть об этом, я введу тебя в курс дела".

"Настоящий партнер принес бы мне кофе на прощание, чтобы я мог выпить его, пока наполняюсь".

"Сколько кофеен вы миновали во время вашего бесконечного и трудного перехода от метро?"

"Это не то же самое", - пробормотала Пибоди. "И это не моя вина, что я испортился кофе. Ты тот, кто привнес в мою жизнь настоящие блюда, приготовленные из настоящих бобов. Ты пристрастила меня." Она указала обвиняющим пальцем на Еву. "И теперь ты отказываешься от сока".

"Да, это был мой план с самого начала. И если ты когда-нибудь снова захочешь настоящего в этой жизни, смирись с этим и выполняй мои указания ".

Пибоди вытаращила глаза. "Ты как мастер манипулирования. Злой кофейный кукловод".

"Да, да, это я. Вас хоть сколько-нибудь интересует, детектив, куда мы направляемся, кого мы собираемся увидеть и почему?"

"Мне было бы интереснее, если бы я выпил кофе". В полной тишине Пибоди вздохнула. "Хорошо. Куда мы направляемся, лейтенант, кого мы собираемся увидеть и почему?"

"Мы идем в винный погреб рядом со Святым Кристобалем, и я действительно слышу, как ты думаешь "буррито на завтрак".

"Мастер-манипулятор-экстрасенс! Что, кроме буррито на завтрак, представляет интерес в винном погребе?"

Ева прошла через это, ознакомив Пибоди с интервью, результатами поиска и повесткой дня.

"Ты разбудил Уитни?"

Она бы заострила внимание на этом единственном моменте, подумала Ева. "По-видимому. Нам нужен доступ. Два взрыва, один, вероятно, в отместку за первый, оба со смертельным исходом. Бандитская территория. И вот тогда Лино Мартинес и его друг сбежали из города. Лино занимал высшую ступеньку в Солдадос, он разбирался в электронике. Это никак не могло произойти без его участия ".

"И эта Пенни Сото, возможно, знает".

"Инес что-то знает, и это что-то вызвало раскол. Это стоит того, чтобы испытать Пенни ".

"Вы думаете, он вступил в контакт со своей старой подружкой, другом из банды, и не вступил в контакт со своей матерью?"

"Я думаю, он не вступал в контакт со своей матерью. Я думаю, она играла со мной откровенно. Я не думаю, что он связался с Инес, потому что парень был слишком взвинчен, чтобы лгать об этом. Может быть, он зарывался в землю на пять лет, но он, вероятно, проходил мимо винного магазина почти каждый день, видел эту женщину - свою девушку - почти каждый день ".

Она подумала о Рорке и его потерянной Дженни.

"Потребовалось бы чертовски много силы воли, чтобы не общаться, не иметь никого, с кем можно было бы поговорить о былых временах".

Пибоди кивнула. "Кроме того, зачем возвращаться именно сюда, если ты не хотел общаться?"

"Вот так. И если вы хотите установить связь, разве это не будет с кем-то, с кем вам комфортно, кому вы доверяете? Мама любит его, конечно, но ей не понравилось, куда он клонит, попыталась обуздать его - и у нее началась новая жизнь. Новый муж, новый сын. Как он может подлизаться и сказать ей, что притворяется священником?"

Ева разыскала парковку. "Если бы он был на связи, если бы он доверял, - продолжила она, протискиваясь на место у обочины, - он мог бы поделиться своими секретами".

Даже с тротуара Ева могла слышать звон колокольчика, когда люди входили в винный магазин и выходили из него. Она заметила Марка Тулуза из молодежного центра, выходящего с большой дымящейся чашкой для кофе.

"Мистер Тулуз".

"Ох. Лейтенант..."

Она могла видеть, как он просматривает мысленные файлы в поисках ее фамилии. "Даллас".

"Правильно. Утренний удар, " сказал он, поднимая кубок go-cup. "Я не могу пустить в ход все патроны без гигантского сукре негро.Ты здесь из-за Мигеля?" Он сделал паузу, выглядел взволнованным. "Я не знаю, как еще назвать его. У тебя есть какие-нибудь новости?"

"Может быть, позже сегодня. Итак, вы посещаете это место ежедневно?"

"Иногда дважды в день. Эта дрянь, наверное, разъела все мои трубы, но эй." Он поднял чашу, как тост. "Кто хочет жить вечно?"

"Ты столкнулся здесь с Флоресом?"

"Конечно, время от времени. Или, если бы мы оба были в центре, и у одного из нас был Джонс, он мог бы нанести пару ударов. Убойные буррито тоже лучшие в округе. Один из нас обычно заходил сюда пообедать по крайней мере раз в неделю, когда у нас были встречи в центре. Я все еще не могу поверить... Вы можете мне что-нибудь сказать, лейтенант? Что-нибудь, что я могу передать Магде? Ей приходится нелегко из-за этого ".

"Мы работаем над этим".

"Да. Что ж. Я лучше позволю тебе вернуться к этому, а сам перейду к центру ".

"Приходил почти каждый день", - заявила Ева, когда Марк ушел. "С каким искушением может справиться фальшивый священник?"

Она вошла внутрь, на звон колокольчика. Это было красочно, с точки зрения внешнего вида и ароматов, а прилавок с выбором завтрака работал стабильно. Другие толкались в кофейном киоске или делали утренние покупки, наполняя красные корзины товарами с полок.

Две женщины работали за прилавком для завтрака, и Пенни была одной из них. У нее была невероятно большая грудь при костлявом телосложении - грудь, созданная человеком, заключила Ева. Бросовая сборка. Чернильно-черные волосы с пурпурными прожилками, уложенные в сетку, предназначенную для того, чтобы покупатели не находили выбившиеся волоски в хуэво, торрихасе и фриттате. Ее рот, окрашенный в ярко-красный цвет, сжался в линию от скуки, когда она черпала, накладывала и подавала.

Ева подошла к концу очереди. Несколько минут, которые понадобятся, чтобы дойти до прилавка, дадут ей больше времени для наблюдения. Золотые обручи, достаточно широкие, чтобы в них можно было просунуть буррито, раскачивались у ушей Пенни, в то время как на ее запястье позвякивал целый взвод браслетов. Ее ногти были выкрашены в такой же темный цвет, как и рот, с выгравированными черными полумесяцами.

На ее предплечье красовался символ сольдадос со знаком убийства.

"Давай, заказывай", - сказала Ева Пибоди.

"Бог есть". Подойдя к стойке, Пибоди заказала буррито с хэшем и яйцом (заменитель) и кафе "Кон лече".

"Как дела, Пенни?" Сказала Ева, пока другая женщина выполняла заказ Пибоди.

Пенни перевела свой пристальный взгляд вверх, на Еву. Темный, скучающий рот стал кислым. "Я думал, что учуял копа. Мне нечего сказать".

"Это прекрасно, тогда мы поедем в Центральный, посмотрим, передумаешь ли ты".

Пенни фыркнула, усмехнулась. "Мне не нужно никуда идти, у вас нет ордера и причины".

"Знаешь, ты подозрительно похож на подозреваемого, который прошлой ночью сбил парня в паре кварталов отсюда. Детектив, организуйте, чтобы мисс Сото доставили в центр для опознания."

"Это чушь собачья".

"Пока ты нюхаешь копа, я чувствую запах нескольких часов задержания и бумажной волокиты. Может быть, тебе стоит позвонить адвокату ".

"Мне не нужен вонючий адвокат. Чего ты пристаешь ко мне? Я получил здесь работу. Я делаю свою работу ".

"Эй, я тоже. Ты хочешь поговорить здесь или в центре?"

"Черт". Пенни отпрянула от прилавка. "Назад по аллее", - отрезала она, затем с важным видом удалилась.

Ева дала знак Пибоди обойти дом спереди, затем последовала за Пенни в тесную заднюю комнату и вышла через дверь в переулок.

"Покажи удостоверение", - потребовала Пенни.

Ева вытащила свой значок. "У тебя были некоторые проблемы на этом пути, Пенни".

"Я получил доходную работу. Моя аренда оплачена. Так что пошел ты".

"На самом деле, я думаю, что ты, возможно, тот, кого втягивают во все это. Мигель Флорес."

Пенни дернула одним острым плечом, выставила одно костлявое бедро. "Мертвый священник. Все знают. Ну и что? Я годами не был в церкви. Это тоже чушь собачья. Я понял это, когда мне было десять."

"Ты знал его".

Блеск зажегся в ее глазах, подчеркивая насмешку. "Его знали все. Все знают всех священников. Они повсюду по соседству, как вши ".

Ева бросила взгляд на Пибоди, когда ее напарник свернул в переулок. "Ты знал его", - повторила Ева.

"У тебя проблемы со слухом или что? Я просто сказал, что сделал ".

"Лино Мартинес".

Гнев на мгновение утих, прежде чем Пенни бросила беззаботный взгляд на несколько дюймов поверх правого плеча Евы. "Я не знаю никого с таким именем".

"О, теперь ты не захочешь лгать о чем-то настолько глупом. Это просто подсказывает мне, что ты собираешься солгать о большем. Лино Мартинес", - снова сказала Ева и схватила Пенни за предплечье. "Тебе следует скрыть это, если ты не хочешь признаваться в старых привязанностях".

"Ну и что? Я не видел Лино с тех пор, как мне было шестнадцать. Он ушел. Спросите любого, кто был тогда рядом, они скажут вам то же самое. Черт, спроси у его плаксивой, святой матери. Она готовит макароны где-то в Бруклине. Нашла себе хороший дом, мужа-придурка и сопливого ребенка ".

"Откуда ты это знаешь?"

Вспышка раздражения омрачила глаза Пенни. "Я кое-что слышу".

"Лино сказал тебе?"

"Я просто сказал, что не видел его с тех пор, как..."

"Знаешь, ты можешь снять это", - прервала Ева, слегка сжимая предплечье Пенни. "Таким образом, вы вряд ли можете сказать, что там когда-либо что-то было. За исключением тех случаев, когда ты мясо на плите, под микроскопами и всем этим отвратительным оборудованием для вскрытия, пап."

"Итак..."

"- что", - закончила Ева. "Дело в том, что мы знаем, что Лино Мартинес маскировался под священника, прямо по соседству. Мы знаем, что он приходил к вам почти каждый день. Более пяти лет. Мы знаем, как далеко ты продвинулся с ним, с Чавесом, с солдадос. И, черт возьми, Пенни, ты здесь единственная. Тег, ты - это оно ".

"Это чушь собачья".

"Я тоже кое-что слышу", - весело сказала Ева. "Как вы с Лино танцевали танго. Как он пришел в винный магазин, где ты работаешь каждый день ".

"Это ни хрена не значит. Я ни черта не сделал. Ты не можешь доказать, что я знал, что Лино вернулся. У тебя ничего нет".

"Дай мне время. Я беру тебя под стражу".

"Для чего?"

"Материальный свидетель".

"К черту это!"

Ева сделала преднамеренное движение, чтобы снова взять Пенни за руку, и улыбнулась, когда Пенни шлепнула ее по руке. "О-о, вы видели это, детектив Пибоди?"

"Я сделал, лейтенант. Я полагаю, что эта женщина только что напала на полицейского ".

"К черту это дерьмо". Вспылив от гнева, Пенни оттолкнула Еву в сторону и повернулась к двери.

"Упс, еще одно нападение. И теперь сопротивление аресту." Ева сделала захват, выкручивая запястье Пенни, когда женщина полезла в карман. "Боже, что мы здесь имеем?" - сказала она, прижимая Пенни лицом к стене.

"Почему, лейтенант, это похоже на нож".

"Это действительно так". Ева бросила его рукоятью вперед Пибоди. "Это просто превращается в беспорядок, не так ли?"

"Puta!" Пенни резко повернула голову и плюнула Еве в лицо.

"Ладно, теперь меня это больше не развлекает". Ева сковала руки Пенни за спиной. "Вызови фургон, Пибоди, чтобы отвезти нашего пленника в центр. Привлеките ее к ответственности за вооруженное нападение на офицера и сопротивление ".

"Обвинения в чуши. Я выйду через двадцать минут".

Ева взяла салфетку, которую передала ей Пибоди, и вытерла слюну с лица. Затем наклонился к уху Пенни и прошептал: "Хочешь поспорить?"

Мы не сможем удерживать ее очень долго", - прокомментировала Пибоди после того, как они передали Пенни паре полицейских в форме.

"Конечно, мы это сделаем". Ева достала свою ссылку "Отдел убийств". "Дженкинсон", - сказала она, когда на экране появился один из ее детективов. "Я распоряжаюсь, чтобы заключенную женщину перевезли вниз. Сото, Пенелопа. Обвиняется в нападении на офицера и сопротивлении. Я собираюсь задержаться на пару часов. Зажми это ".

"Понял это".

Ева отключилась, проверила свое наручное устройство. "Нет времени разговаривать с Лóпезом или Фрименом. Давайте опустим голову и позаботимся о том, чтобы сделать Лино официальным ".

"Ты действительно только что вывел ее из себя".

"Да". Слегка улыбнувшись, Ева села за руль. "Это была хорошая часть".

"Может быть, она слишком разозлилась, чтобы разговаривать с тобой, особенно если она обратится к адвокатам".

"О, она будет адвокатом. Я рассчитываю на это. И именно поэтому она расскажет мне о Лино. Адвокат так и посоветует".

Сбитая с толку, Пибоди почесала в затылке и наконец, в последний раз, откусила кусочек от своего теперь уже холодного буррито. "Hmcum?"

"Как же так? Потому что признание, что она знала, что Лино выдавал себя за священника, имела с ним контакт, была дружелюбна с ним, должно вывести ее из списка подозреваемых в убийстве."

Пибоди сглотнула. "Нравится ли она нам за это?"

"Не особенно. Пока нет. Как мы только что убедились, она вспыльчива. Трудно представить, как она пробирается в церковь, где она торчит, как, ну, шлюха в церкви, и отравляет вино. Это хитрость, и это символично. Она бы просто перерезала ему горло и оставила его в переулке ". Ева задумалась об этом на минуту. "Мне это в ней почти нравится".

Тереза Франко и ее муж уже ждали в морге, когда приехала Ева. Тони Франко держал руку на плечах своей жены, его правая рука нежно поглаживала вверх и вниз ее бицепсы, они стояли, слушая Еву.

"Прости, что заставил тебя ждать. Я проверил по дороге, и они готовы, когда бы ты ни был ".

Тени преследовали глаза Терезы. "Вы не скажете мне, что делать, пожалуйста?"

"Мы собираемся посмотреть на монитор, маленький экран. Если вы в состоянии опознать тело, просто скажите мне ".

"Он никогда не присылал фотографий. И если он звонил, всегда блокировал видео. В моей голове - в моем сердце - он все еще мальчик ". Она посмотрела на своего мужа. "Но мать должна знать своего сына. Она должна узнать его, несмотря ни на что ".

"Это не твоя вина, Терри. Ты сделал все, что мог. Ты все еще есть".

"Если бы ты только пошел с нами". Пибоди коснулась ее руки, указывая путь.

В маленькой комнате с единственным стулом, маленьким столиком, квадратным настенным экраном Ева подошла к коммуникатору. "Это Даллас", - сказала она в трубку. "Мы в просмотровом зале номер один". Она сделала паузу. "Вы готовы, миссис Франко?"

"Да". Рука, которую сжимал ее муж, побелела до костяшек. "Да, я готов".

"Мы начинаем", - сказала Ева и повернулась к экрану.

Белая простыня покрывала тело от подмышек до пальцев ног. Кто-то, как она предположила, Моррис, удалил тег для просмотра. Смерть не была похожа на сон - не для Евы, - но она воображала, что для некоторых это могло быть похоже. Тем, кто никогда не видел смерти.

Тереза судорожно вздохнула и прижалась к мужу. "Он... он не похож на Лино. Его лицо заострено, нос длиннее. У меня есть фотография. Видишь, у меня есть картинка". Она вытащила один из своей сумки, подтолкнула его к Еве.

Мальчик был подростком, красивым, ухмыляющимся, с темными сонными глазами.

"Мы установили, что у него была реконструкция лица", - начала Ева. Но форма глаз, отметила она, была той же самой. Цвет почти такой. Темные волосы, линия горла, посадка головы на плечах. То же самое. "Есть сходство".

"Да. Я знаю, но..." Тереза сжала губы. "Я не хочу, чтобы это был Лино. Могу ли я - возможно ли для меня видеть? Войти туда, где он, и увидеть?"

Она надеялась, что просмотра экрана будет достаточно. Ева поняла, что устроила все таким образом по той же причине, по которой Моррис снял бирку с пальца ноги. Пощадить мать. "Это то, чего ты хочешь?"

"Нет, нет, это не так. Но это то, что мне нужно ".

Ева вернулась к общению. "Я приведу миссис Франко".

Ева повела нас к выходу, по коридору и через двойные двери. Моррис зашел со спины. На нем был костюм цвета полированной бронзы, без какой-либо защитной накидки.

"Миссис Франко, я доктор Моррис. Могу ли я что-нибудь сделать, чтобы помочь тебе?"

"Я не знаю". Цепляясь за руку мужа, Тереза подошла ближе к телу. "Такой высокий", - пробормотала она. "Его отец был высоким. Лино, у него в детстве были большие ноги. Я обычно говорил ему, что он вырастет в них, как щенок. И он сделал. Когда он уходил, в нем было почти шесть футов. И очень тонкий. Неважно, что он ел, такой худой. Он был как хлыст, и когда он играл в мяч, быстрый, как один ".

Ева взглянула на Пибоди. "Баскетбол".

"Да. Его любимая." Она протянула руку, отдернула ее. "Могу ли я, или можешь ли ты... простыня. Если бы я мог видеть."

"Позволь мне сделать это". Моррис выступил вперед. "Здесь разрез", - начал он.

"Я знаю. Да, я знаю об этом. Все в порядке".

Моррис осторожно опустил простыню до талии жертвы.

Тереза сделала еще один шаг. На этот раз, когда она протянула руку, она коснулась кончиками пальцев левой стороны тела, высоко над ребрами. И звук, который она издала, был чем-то средним между всхлипом и вздохом.

"Когда он был маленьким мальчиком и все еще позволял мне, я бы пощекотал его здесь. Таким образом". Она провела пальцем по быстрому символу Z. "Веснушки, ты видишь. Четыре маленьких веснушки, и ты сможешь написать букву "З".

Ева изучала узор - такой слабый, такой легкий, такой расплывчатый. Что-то, как она полагала, что только мать заметила бы.

"Видишь, какие длинные у него ресницы? Такой длинный и густой, как у девушки. Это смущало его, когда он был маленьким. Затем он был горд и тщеславен из-за них, когда заметил, что девушки заметили ".

"Вы знаете группу крови вашего сына, миссис Франко?" - Спросил Моррис.

"Ответотрицательный. Он сломал руку, когда ему было десять. Его правая рука. Он поскользнулся, когда пытался вылезти из окна. Всего десять, а уже ускользаешь. Вы можете сказать, была ли у него сломана рука, когда он был мальчиком?"

"Да". Моррис коснулся ее руки. "Да".

"Это мой сын. Это Лино". Наклонившись, она прижалась губами к его щеке. "Siento tanto, mi bebé."

"Позвольте мне проводить вас, миссис Франко". Пибоди обняла Терезу за талию. "Позволь мне вывести тебя сейчас".

Ева смотрела ей вслед, Пибоди с одной стороны, ее муж с другой.

"Это тяжелая вещь", - тихо сказал Моррис. "Тяжелая вещь для матери. Неважно, сколько лет между ними."

"Да. Ей очень тяжело". Она повернулась обратно к телу. "У него был кто-то, кто любил его, всю дорогу, каждый день. И все же, похоже, что каждый сделанный им выбор привел его сюда ".

"Люди запутались".

"Да". Это подняло ей настроение, ровно настолько, чтобы она улыбнулась понимающему лицу Морриса. "Они действительно есть".

16

ЧТОБЫ ДАТЬ ТЕРЕЗЕ НЕМНОГО ВРЕМЕНИ ПРИЙТИ В себя, а Пенни - побольше времени на раздумья, Ева попросила Тони Франко привезти свою жену в Central. Она забронировала самый маленький конференц-зал.

"Я разберусь с матерью", - сказала Ева Пибоди. "Я начал пробежку по частичному списку Джона До, в районе и во время исчезновения Флореса. Начинайте следить. Если я не закончу через тридцать, проверь на плюющемся пенни. К тому времени она будет плакать как адвокат. Позволь ей связаться с одним ".

"Проверьте. Как насчет доступа к материалам дела?"

"Я ставлю точку между матерью и сукой. Пометьте Бакстера, посмотрите, добился ли он чего-нибудь со своей частью списка неизвестных, в котором вы находитесь. И проверь мое поступление. Я ожидаю от офицера Ортиса и от Л óпеза списки имен бывших членов "Солдадос", которые все еще находятся по соседству. Сото - ключ, " добавила Ева, " но мы рассмотрим основы".

"На этом. Все складывается воедино. Такое чувство, что все складывается воедино ".

"Части этого". Ева отделилась, обустроила свой конференц-зал. Когда она уходила, один из ее людей привел франко.

Глаза Терезы были опухшими и красными, но она, казалось, сдерживала слезы.

"Я хочу поблагодарить вас за вашу помощь. Я знаю, это было нелегко ".

"С Лино никогда не было легко. Я совершал ошибки. Я не могу их отменить. Теперь я похороню своего сына. Ты позволишь мне сделать это ".

"Как только я смогу. Сейчас мне нужно задать тебе вопросы ".

"Хорошо. Я чувствую, что нахожусь между мирами. Тот, который был, тот, который у нас есть ". Она взяла своего мужа за руку. "И что я никогда больше не пройду весь путь ни в том, ни в другом".

"Почему он был здесь?" Тони спросил Еву. "Ты знаешь? Я думаю, это помогло бы узнать ".

"Да". Тереза взяла себя в руки. "Это помогло бы узнать. Почему он притворялся этим священником? Я воспитал в нем уважение к Церкви. Я знаю, что он сошел с ума. Я знаю, что он стал плохим. Но я воспитал его в уважении к Церкви".

"Я думаю, он прятался, и я думаю, он ждал. Я пока не знаю почему. Но я думаю, что некоторые ответы восходят к тому времени, когда он был с бандой. Ты знаешь, что это был за приказ о помиловании?"

"Да, они сказали мне. Я не знал, где был Лино, но он связался со мной после того, как все прошло. Я умоляла его вернуться домой. Он мог бы начать все сначала. Но он сказал, что не вернется, пока не приедет на большой, шикарной машине с ключами от большого, шикарного дома ".

"Из-за приказа о помиловании, хотя позже он был отменен, все полицейские записи Лино, сделанные, когда он был несовершеннолетним, были удалены. Что вы можете рассказать мне о неприятностях, в которые он попал?"

"Он украл. Магазинная кража, это было во-первых. Мелочи, глупости... сначала. Если бы я узнал, я заставил бы его вернуться со мной в магазин, забрать то, что он украл. Или я бы заплатил за это. Он вламывался в заведения после того, как они закрывались, и в машины на улице ".

Она вздохнула, затем потянулась за водой, которую Ева держала на столе. "Он бил окна, метил здания, затевал драки. Приедет полиция, заберет его, допросит. Он пошел на задержание, но это не помогло. После было еще хуже. Он ввязывался в новые драки, худшие драки. Он приходил домой окровавленный, и мы спорили. Они сказали, что он порезал мальчика и отправил его в больницу, но другой мальчик сказал "нет". Он солгал, я знаю, но мальчик сказал, что не видел, кто его ранил. Он убил, мой Лино. Он отнял жизнь".

"Чья жизнь?"

"Я не знаю. Они никогда не приходили за ним, никогда не арестовывали его, не за это. Это всегда были мелочи. Но я знал, что он убил. Я поняла, что это значит, в ту ночь, когда он пришел домой с отметиной под татуировкой на руке. Мы сражались - ужасный, ужасный бой. Я назвал его убийцей. Я назвал своего сына убийцей".

Тогда она сломалась, и слезы покатились. Достав салфетку, она вытерла свое изуродованное лицо. "Он сказал мне, что я не понимаю, что он сделал то, что должен был сделать, и он был горд.Гордый, а теперь и другие, они знали, что он был мужчиной. Теперь у него было уважение. Ему было пятнадцать лет. Ему было пятнадцать лет, когда он вернулся домой с все еще свежим следом от убийства на руке ".

Она остановилась, боролась. "Я хотел вывезти его из города. Если бы я мог увести его подальше от улиц, от банд. Но когда я сказал ему, что планирую сделать, что я покупаю два билета на автобус до Эль-Пасо... Моя крестная жила там и сказала, что разрешит нам приехать, поможет мне найти работу ".

"Твоя крестная мать?"

"Друг моей матери, с их детства. Моя мать была мертва. Мой отец забил ее до смерти, когда мне было шестнадцать. Я убежала, а он забил ее до смерти. Итак, я вышла замуж за такого же мужчину. Я знаю, что это типично, это цикл. Это болезнь. Но у моей крестной были дом и работа, и она сказала прийти. Я сказал Лино, и он отказался. Я угрожал, спорил, и он вышел, хлопнув дверью. Его не было неделю."

Она остановилась, глотнула воды.

"Терри, этого достаточно". Тони погладил ее по руке. "Теперь этого достаточно".

"Нет, я закончу. Я закончу это. Я пошел в полицию, боясь, что тогда он был мертв. Но такой мальчик, как Лино, он знал, как прятаться. Он вернулся, когда захотел. И он сказал мне, что я могу пойти, но он не хотел. Уходи, сказал он, я ему не нужен. Но если бы я думал, что смогу заставить его уйти, он бы просто сбежал снова. Он не оставил бы свою семью. Он бы не оставил солдат. Так что я остался. Он победил меня. Он жил так, как он выбрал, и я позволил это ".

Ева позволила ей вытащить это наружу. "Он сохранил медаль, миссис Франко".

Тереза посмотрела на нее глазами, затуманенными слезами и благодарностью.

"Миссис Франко, ты сказал, что он уходил раньше, на несколько дней, даже на неделю. Но в этот последний раз, когда он сказал тебе, что уезжает - уезжает из Нью-Йорка, когда он возражал и отказался покидать Нью-Йорк раньше, когда тебе было куда идти."

"Да, да, это правда. Я не поверил ему, даже когда он собрал свои вещи. Я на самом деле не верила, что он уходит, и часть меня надеялась, что это так. Это ужасное чувство, но я почувствовал. И все же, я думал, он просто был зол, не в настроении. Я знаю, что он поссорился с Джо - Джо Инес - из-за чего-то, и Лино был так зол на него. Я подумал, поскольку там были только Лино и парень из "Ч & # 225;вез ", планирующий уйти, подрался ли Лино с Пенни. "

"Из-за чего они сражались? Лино и Джо Инес?"

"Я не знаю. Он никогда не рассказывал мне о своем бизнесе, бизнесе банды. Лино не говорил со мной о таких вещах. Но я знаю, что они все были безумны, все расстроены из-за взрыва в школе. Окрестности были в смятении. Умерла девушка. Молодая девушка. Другие дети пострадали. У Лино были порезы и ожоги. Один из его друзей - один из других солдадос - был очень тяжело ранен, в больнице. Они думали, что он может умереть. Мы провели молитвенное служение в церкви Святого Кристиана за него. Ему стало лучше, но это заняло много времени. Я думаю, на это ушли месяцы и несколько операций".

"Произошел еще один взрыв, и всего несколько дней спустя погибло несколько человек".

"Да, это было ужасно. Они думали, что это было возмездие, - сказали другие члены банды, и люди испугались, что будет больше насилия. Полиция приехала поговорить с Лино, допросить его, но он исчез ".

"Он покинул Нью-Йорк после второго взрыва".

"Нет, раньше. За два дня до этого. Я помню, как благодарил Бога, что он ушел, что он не принимал участия в этом, в забирании этих жизней ".

"Как он покинул Нью-Йорк?"

"На автобусе. Я думаю. Все это было так быстро, так стремительно. Я пришел домой, а он собирал вещи. Он сказал, что однажды вернется богатым, он станет кем-то. Он был бы самым важным человеком в Эль-Баррио. Больше, чем мистер Ортис, мистер Ортега, другие, кто был богат и имел положение. Большая машина, большой дом. Большие мечты". Она закрыла глаза. "Пару недель спустя, когда я пошел платить за квартиру, я узнал, что он снял деньги с моего счета. Он проник на мой банковский счет с помощью компьютера, он был умен таким образом. Он обокрал меня перед отъездом, и мне пришлось попросить у мистера Ортиса ссуду, аванс, чтобы оплатить аренду. Лино, он время от времени присылал деньги, как будто это исправляло то, что он украл у меня, так что мне приходилось выпрашивать деньги на оплату аренды.

"Он был моим ребенком, " закончила она, " но он был сыном своего отца".

"Я ценю все, что вы сделали, миссис Франко, и сожалею обо всем, что вы потеряли. Как только я смогу, я уведомлю вас, чтобы вы могли позаботиться о своем сыне ".

После того, как она вывела их, она пошла в свой офис. За своим столом она проверила доступ к файлам дела, которые ей были нужны, и обнаружила, что Уитни прошла через это.

Она взяла кофе, села и, пока читала, записала имена офицеров, проводивших расследование, свидетелей, жертв, погибших.

Она остановилась на имени Лино, увидела пометку о том, что объект не может быть найден, и заявление Терезы о том, что он уехал из города за два дня до этого. Утверждение, подтвержденное другими. Включая Пенни Сото.

Джо Инес был допрошен и освобожден, у него было железное алиби. И он тоже подтвердил заявление Терезы относительно Лино. Следователи прочесали окрестности, посетили все известные места обитания Лино и Ч &# 225;веза, проследили за ними на транспортных станциях. Лино унесло ветром - и, читая между строк отчета детектива, он не верил, что Лино взорвался до инцидента.

"Эй, я тоже", - согласилась Ева. Она взяла то, что у нее было, и направилась, чтобы замахнуться на Пенни.

Адвокат носил кусок золота размером с домашнюю тарелку на среднем пальце правой руки и костюм цвета радиоактивного лайма. В его волосах было достаточно масла, чтобы поджарить небольшую армию цыплят, а его зубы сверкали ослепительной белизной.

Ева подумала: Ты действительно хочешь быть клише &# 233;?

Он встал со стула, когда она вошла, и вырос во все свои пять футов пять дюймов. И дюйм этого пришелся на каблуки его ботинок со змеиным узором.

"Мой клиент ждал более двух часов, " начал он, " и почти все это без помощи адвоката".

"Ага". Ева села, открыла свое досье. "Ваш юрисконсульт, которым, я полагаю, является этот." Ева взглянула на адвоката. "Следует знать, что два часа - это вполне разумный срок, и что вас не допрашивали с тех пор, как вы обратились за помощью к адвокату. Поэтому он должен сесть, чтобы мы больше не тратили время. Запись включена ". Она зачитала основные моменты, подняв бровь в сторону адвоката. "Ср. Сото представлен?"

"Карлос Монтойя".

"Кто присутствует. Мистер Монтойя, вы предъявили свое удостоверение личности и лицензию на практику для сканирования?"

"Я сделал".

"Хорошо. Мисс Сото, вам зачитали ваши права и заявили, что вы понимаете их, а также свои обязательства в этом вопросе".

"Это все дерьмо".

"Но ты понимаешь все дерьмо?"

Пенни пожала плечами. "Я прекрасно понимаю, точно так же, как я понимаю, что мы с моим адвокатом собираемся засудить твою задницу за ложный арест".

"Разве это не будет весело? Вы обвиняетесь в нападении на офицера, что включает в себя нападение с применением оружия и сопротивление аресту ".

"Я никогда не прикасался к тебе".

"Как пострадавший, я позволю себе не согласиться. Однако я был бы готов обсудить эти обвинения, если вы обнаружите, что сейчас готовы и способны ответить на вопросы, касающиеся Лино Мартинеса и событий, связанных с ним ".

"Я уже говорил тебе, я не видел Лино с тех пор, как мне было пятнадцать".

"Ты солгал".

"Мой клиент..."

"Это лжец, но вы, вероятно, часто это слышите. Я тоже. Тело Лино Мартинеса было официально опознано. Мы знаем, что он выдавал себя за некоего отца Мигеля Флореса в течение более чем пяти лет и часто посещал винный магазин, где вы работаете. Мы осведомлены о ваших предыдущих отношениях. Ты хочешь продолжать настаивать на том, что ты не знал, тогда мы будем придерживаться нападения и сопротивления, и, учитывая твое досье, ты проведешь небольшой срок в клетке ".

Ева закрыла файл, начала подниматься.

"Я не собираюсь отбывать срок за то, что отбил твою руку, когда ты попытался схватить меня".

"О да, это ты, и за то, что вытащил нож, за то, что плюнул мне в лицо и сопротивлялся. И поскольку вы меня не знаете, позвольте мне указать вам - и вашему адвокату, - что если у вас был хотя бы один частный разговор с Лино Мартинесом, встречались с ним где угодно, в любое время за пределами винного магазина, я собираюсь это выяснить. Тогда я собираюсь дать тебе отпор за ложное заявление - и я собираюсь начать задаваться вопросом, не заполучил ли ты в свои руки немного цианида, тогда ...

"Это чушь собачья".

Ева только улыбнулась и повернулась к двери.

"Подожди чертову минуту. Я хочу поговорить со своим адвокатом, прежде чем скажу что-нибудь еще ".

"Поставьте записьнапаузу. Я просто выйду, чтобы вы двое могли поболтать ".

Ева оставила их, подумывала рискнуть и купить в магазине тюбик Пепси, но решила, что это не займет так много времени. Через три минуты Монтойя подошел к двери.

"Моя клиентка, возможно, пожелает изменить свои показания".

"Окейдокей". Ева отступила назад, села, улыбнулась, сложила руки. "Возобновить запись". Ждал.

"Если моя клиентка ответит на ваши вопросы, касающиеся Лино Мартинес, вы снимете выдвинутые против нее обвинения".

"Если она ответит правдиво, к моему удовлетворению, с нее снимут обвинения".

"Давай, Пенни".

"Может быть, у меня вроде как было это чувство, эта вибрация, вы знаете, когда он начал приходить. Он не был похож на Лино, или не очень. Но что-то было. И через некоторое время, возможно, мы немного пофлиртовали. Странно, что он священник, а мне не нравятся люди более святые, чем ты. Но у нас с Лино всегда что-то было. В свое время мы многого добились, и я продолжал получать от него этот кайф ".

"Вы начали трахаться до или после того, как узнали, кто он такой?"

Пенни ухмыльнулась. "Раньше. Я думаю, ему это понравилось. Может быть, я тоже. Задняя комната винного магазина, после закрытия. Черт, он избил меня. Сдерживался, понимаешь? Должен был догадаться, что это все из-за песни о безбрачии. Пару раз после этого мы встречались на этом флопе у моего друга. Она работает по ночам. Или мы бы воспользовались почасовой арендой. Затем, в этот единственный раз, после того, как мы сделали это, он говорит мне. Мы от души посмеялись"

"Он рассказал вам, что случилось с отцом Флоресом?"

"Какое мне было дело? Откуда мне знать, что он когда-либо был?"

"Почему он маскировался под священника?"

"Он хотел вернуться, залечь на дно. Ему нравилось, когда люди смотрели на него как на важную персону, ему нравилось уважение ".

"Пять лет, Пенни. Не обманывай меня. Каков был угол зрения?"

"Ему тоже нравились тайны, грехи. Он использовал их, когда мог, когда хотел ".

"Шантаж?"

"У него было кое-что наготове, конечно. Больше, чем зарабатывает священник. Когда он был в настроении, он снимал нам номер в модном отеле, и мы заказывали обслуживание в номер и прочее дерьмо. Заплатил наличными".

"Он покупал тебе вещи?"

"Конечно". Она щелкнула пальцем по одной из своих сережек. "Лино не был скупым".

"Он тебе очень доверял".

"Мы с Лино вернулись, прошли весь путь назад. Мы нуждались друг в друге. Вот в чем суть ". Она хлопнула ладонью по своей татуировке. "Это семья, и это защита. Моя мать была бесполезна, ее больше интересовала ее очередная доза, чем я. Больше заинтересован в этом, чем в том, чтобы остановить моего старика от того, чтобы он набросился на меня. Мне едва исполнилось двенадцать, когда он впервые изнасиловал меня. Дал мне тоже хорошую пощечину, и он говорит мне, что я буду держать рот на замке по этому поводу, и он не даст мне пощечину в следующий раз. Держал это в секрете два года, прежде чем я не смог больше этого выносить. Я присоединился к Солдадос, и у меня появилась семья ".

"В ваших данных указано, что ваш отец был убит, когда вам было четырнадцать. Зарезан. Разрезанный на куски".

"Без потерь".

"Ты убил его?"

"Мой клиент не собирается отвечать на этот вопрос. Не отвечай на это, Пенни."

Пенни только улыбнулась, потерев кончиком пальца отметину от убийства.

"Ты и Лино", - заключила Ева. "Создает адскую связь. И два года спустя он смок. Ушел".

"Ничто не длится вечно".

"Вы участвовали в планировании взрыва черепа?"

"Мой..."

Пенни подняла палец, чтобы остановить своего адвоката. "Допрошен и освобожден, давным-давно. Никто так и не доказал, что это работа Сольдадо ".

"Люди умирали".

"Случается каждый день".

"Лино спланировал это. Он был одним из лидеров, и у него были навыки ".

"Я думаю, ты никогда не узнаешь, видя, что он мертв".

"Да, он мертв. Ты не такой. И ваш адвокат скажет вам, что для убийства нет срока давности ".

"Ты не можешь повесить это на меня сейчас больше, чем они могли тогда".

"Чего ждал Лино? Когда был день выплаты жалованья, Пенни?"

"Я не знаю, о чем ты говоришь". Ее взгляд метнулся в сторону. "Он мертв, так что, я думаю, мы не можем спросить его".

"Где Стив Чáвез?"

"Не знаю. Не могу сказать." Она зевнула. "Мы закончили?"

"Лино топтался на месте, подбирая по пути немного жира, чтобы он мог покрасоваться, пожить на широкую ногу, а затем нырнуть обратно под ошейник. Мужчина не делает этого в течение пяти лет, чтобы он мог трахнуть старую подружку ".

"Он любил меня. Мы обычно говорили о том, как взлететь, сорвать большой куш и вернуться на высоте. Ничего не вышло, но он вернулся ".

"У вас есть алиби на день его смерти?"

"Я открыл винный погреб в шесть утра вместе с Розитой. Мы приготовились и работали за стойкой для завтрака три часа подряд. Около десяти мы с Пепом - биржевиком - устроили перерыв в задней комнате, затем я вернулся за стойку, когда вошли первые копы, задавая вопросы. И я слышал, что он был мертв ".

"Что ты сделал потом?"

"Отработал свою смену, пошел домой. Что я должен был делать?"

"Хорошо. Ты свободен идти".

"Чертовски вовремя".

Ева подождала, пока они выйдут из комнаты. Она сидела одна, в тишине еще целую минуту. "Запись окончена", - сказала она.

Когда она вернулась в свой кабинет, стояла и смотрела в крошечное окно, вошла Пибоди.

"Есть успехи с Пенни?"

"Да. Извращенная смесь лжи и правды. Больше лжи, чем, но достаточно правды, чтобы получить картину. Она утверждает, что не знает, что случилось с настоящим Флорес-ли. Что она не знает, чего Лино ждал здесь - ложь. Она признает, что ничего не знала о взрыве. Не ложь, скорее "Докажи это, сука". То же самое с местонахождением Ч.áвеза. Она сказала, что Лино любил ее. Я думаю, что это правда, или она верит, что это так. Она никогда не говорила, что любит его. Если бы она это сделала, это было бы ложью. Но она трахалась с ним последние несколько лет ".

"Если они так долго этим занимались, значит, он рассказал ей, что задумал".

"Да. Я думаю, что он, возможно, помог ей убить в первый раз, заработать свою метку - возможно, они заработали их вместе, поскольку время совпадает с заявлением Терезы. Ее отец. Он подвергал ее сексуальному насилию. С нее было достаточно. Они зарезали его".

"Она признала..."

"Нет. Она признала насилие, и это было правдой. Она призналась, что присоединилась к банде в четырнадцать лет, чтобы сбежать от нее, создать семью, для защиты. Ее отца нашли разрубленным на куски в заброшенном здании, когда ей было четырнадцать. Он был известным дилером, и копы списали это на неудачную сделку с нелегалами. Наверное, не очень усердствовал. Зачем беспокоиться? Она и Лино были бы прикрыты в любом случае. Другие члены банды обеспечили бы им алиби или вынудили бы к этому кого-нибудь другого угрозами ".

Она услышала, как Пибоди закрыла дверь кабинета, повернулась.

"У тебя все в порядке?" - Спросила Пибоди.

"Да". Ева подошла к автомату, запрограммировала приготовление кофе. "Давайте продолжать. Мы собираемся вернуться к материалам этого дела. У меня есть материалы дела о взрывах, и нам нужно связаться со следователями. Мне нужно немного надавить на Пенни. Давление больше, чем за пару месяцев из-за пощечины копу ".

"Ты думаешь, она убила Лино?"

"Мы проверим ее алиби, но держу пари, что оно надежное. Она приготовила это для меня, причем на блюде. Нет, она горячая голова. Я не думаю, что она совершила убийство. Но я думаю, что она связана. По крайней мере, она знает, кто это сделал ".

"Может быть, они поссорились. Клубок влюбленных".

"Может быть. Я не могу представить, чтобы она прожила пять лет, не разозлившись на любовника. Или быть эксклюзивным, " медленно произнесла она и протянула одну из кофейных кружек Пибоди. "Давайте выясним, трахалась ли она с кем-нибудь еще, кроме Лино. Лино использовал свои конфессиональные привилегии для шантажа, когда это было ему удобно. Не могу представить, как он зарабатывает на никелях. Итак, мы видим, кто использовал церковь, у кого было достаточно средств, чтобы оправдать расплату за грех. И нам нужна полная информация о жертвах взрыва в ресторане ".

"Ты помнишь, как я сказал, что, по-моему, все начинает становиться на свои места? Теперь кажется, что это распространяется повсюду ".

"Просто еще кусочки. Они куда-нибудь упадут. Давайте начнем со взрывов, продвигайтесь вперед. Главный следователь все еще на работе. Свяжитесь с детективом Стьюбеном, из Четырех-шести. Посмотрите, есть ли у него и / или его старого партнера время для беседы ".

"Хорошо. Даллас." Она хотела сказать больше, это было написано у нее на лице. Потребность утешать или заверять.

"Прямо сейчас давай просто поработаем над делом, Пибоди. Вот и все".

Кивнув, Пибоди вышла, а Ева снова повернулась к окну. Достаточно времени, подумала Ева, достаточно времени позже, чтобы почувствовать это, позволить себе почувствовать хоть какое-то сочувствие или связь с другой молодой девушкой, которая убила, чтобы спастись от жестокости своего отца.

Она допила свой кофе, затем запросила материалы дела об убийстве Сото. И была благодарна, что Пибоди получила утвердительный ответ от Стьюбена, прежде чем у нее появился шанс углубиться в них.

Стьюбен хотел встретиться в гастрономе рядом со своим собственным полицейским магазином. Когда пришли Ева и Пибоди, он уже упаковывал сэндвич "тайна" и салат из капусты. "Детектив Стьюбен, лейтенант Даллас. Мой партнер, детектив Пибоди." Ева протянула руку. "Спасибо, что нашли время".

"Это не проблема". Его голос был жестким жителем Бронкса. "Несу свой обед внутрь. Здесь вкусно готовят, если вы хотите поесть и встретиться ".

"Был бы не против." Ева остановила свой выбор на приготовленной на пару собаке и каких-то макаронных рулетиках и заметила, что Пибоди заменила утреннее буррито тарелкой с дыней.

"Кон, мой старый напарник отправился на рыбалку. Испытывая выход на пенсию, посмотрите, подходит ли это ему, прежде чем он совершит прыжок ", - начал Стьюбен. "Если ты хочешь поговорить с ним, он должен вернуться завтра".

Стьюбен промокнул рот бумажной салфеткой. "Раньше я доставал это досье каждые пару месяцев, в первый год или два после взрывов. Я думаю, дольше". Он покачал головой, откусывая от своего сэндвича. "Возьмите это снова, просмотрите, возможно, делайте дополнительные наблюдения один или два раза в год в течение следующего периода. Дэк тоже - мой партнер. Мы садились вот так, за едой или пивом, и проходили через это снова. Десять, двенадцать лет спустя я бы все равно вытащил это. Некоторые из них не оставляют тебя в покое".

"Нет, они этого не делают".

"Этот район тогда переживал тяжелые времена. Не смог вернуть себя после урбанов. У нас было недостаточно уличных копов, недостаточно в бандитских патрулях. И банды засунули это нам в задницу, если вы не возражаете, что я говорю ".

"Вы знали Лино Мартинеса?"

"Я знал этого маленького ублюдка и остальных из них. Я работал на этих улицах, когда был в форме. К восьми годам он был крутым парнем. Воровство, маркировка магазинов, взлом вещей только для того, чтобы их разорить. Его мать, она пыталась. Я видел, как она тащила его в школу, в церковь. Я застукал его с полным карманом джаза, когда ему было около десяти. Я отпустил его, из-за матери ".

"Ты знал Ника Сото?"

"Дилер, уличный грубиян, любил грубо обращаться с женщинами. Скользкий ублюдок. Затем кто-то всадил в него нож. Пятьдесят, шестьдесят раз. Я с этим не работал, но я немного знал его ".

"Кто-нибудь говорил об этом с дочерью или Лино?"

Он сделал паузу, провел пальцем по щеке. "Пришлось. Лино и парень Сото были близки. Дело в том, что я думаю, что она была хуже, чем он, хуже, чем Лино. Он что-то украл, это было за деньги. Он избил кое-кого до полусмерти, на то была причина. У парня была цель. Она? Носила в себе ненависть повсюду. Она украла, чтобы забрать это у кого-то другого. Она выбила дерьмо из кого-то, это было просто так. Ты снюхиваешься с ними из-за этого дела?"

"Сегодня я кое в чем привлек Пенни Сото. Она утверждает, что ее отец регулярно насиловал ее. Этого не вышло".

"Как я уже сказал, я этого не делал. Но я знал некоторые подробности". Он покачал головой. "Если бы это вышло наружу, я бы знал".

"Ты искал Лино после взрыва".

"К тому времени он возглавил Soldados, он и Ч áвез были капитанами. Сайт не был строго территорией Черепа. Это было на спорной территории, но их там висело много. Это было возмездие. Я знаю, что это были Солдадос, а Солдадос не дышали без приказа Лино. Миссис Мартинес сказала, что Лино сбежал за два дня до взрыва."

Он покачал головой. "Я должен был поверить ей, или мне пришлось поверить, что она поверила в это. Она позволила нам пройти через это место. Никаких признаков его присутствия, и мы проверили соседей, и не у всех из них была хоть капля любви к сукиному сыну. Та же история. Он сбежал до инцидента. Мы подогрели Сольдадос, и сделали это погромче. Мы не смогли заставить ни одного из них опровергнуть это. Ни одного. Но они сделали это, лейтенант, они все подстроили, Мартинес и Ч.áвез. Я знаю это всем своим нутром".

"Мои внутренности говорят то же самое".

"У тебя есть информация о них? Кто-нибудь из них?"

"У меня Лино Мартинес в морге".

Стьюбен зачерпнул лапшу. "Лучшее место для него".

"Как насчет любой из альтернативных банд? Смог бы кто-нибудь из них нанести удар по Лино после всего этого времени?"

"Черепа, кровь. Большинство из них мертвы, ушли или заперты. Всегда есть несколько вокруг, по обе стороны от этого. Но этот огонь давно погас. Как он на это купился?"

"Вы слышали об убийстве на балу Святого Криста ó? Тот, кто выдает себя за священника."

"Мартинес?"

"Да. Как по-твоему, что это значит, что он вот так пять лет идет ко дну - у всех на виду?"

Стьюбен откинулся на спинку стула, немного подумал над своим тюбиком крем-соды. "Он был коварен. У него были мозги, и он мог оставаться хладнокровным. Даже когда он был ребенком, было трудно что-либо на него повесить. Знал, как замести следы или заставить кого-то сделать это за него. Он пробился к высшему уровню "Солдадос" к тому времени, когда ему исполнилось шестнадцать. Должно было быть что-то в этом для него, какая-то игра. Что-то большое, чтобы держать его под контролем. Ты втянул в это девчонку Сото?"

"Сегодня".

"Она бы знала, у меня нет сомнений. Он вернулся, он пошел бы к Пенни Сото. У Лино было слабое место, она была им. Он произвел ее в лейтенанты, а ей не пятнадцать, ради всего святого. Поговаривали, что по этому поводу в рядах были некоторые разногласия. Лино достал инакомыслящего трубкой и позволил ей выбить из него все дерьмо. Конечно, несогласный утверждал, лежа на больничной койке с перевязанной челюстью, что он упал с какой-то лестницы. Тогда? Вы не смогли бы настроить одного из них против другого. Сначала они вонзили бы нож в сердце".

"Времена меняются".

Стьюбен кивнул. "Они делают. Ты мог бы попробовать Джо Инес ".

"Однажды я повторил это с ним. Слабое звено? " спросила она, но из вежливости, как она уже знала.

"Это было бы то самое. Джо, в нем не было выключателя для убийства. У меня не хватило твердости для этого".

"Есть ли кто-нибудь еще, с кем я должен поговорить? Есть еще бывшие участники? У меня есть пара человек, которые работают над тем, чтобы раздобыть мне имена, но тебе лучше знать."

"Я могу сказать вам, что любой, кто был на верхних ступенях в то время, они ушли. Мертв, в клетке или на ветру. Некоторые все еще рядом, но они были бы рядовыми. Мартинес и Ч.áвез были главными. И Сото. Она взяла это на себя, когда они сбежали ".

"Я ценю это, детектив".

"Если вы получите что-нибудь, что приведет к прекращению бомбардировки, мы в расчете".

Она поднялась на ноги, остановилась. "И еще кое-что. Семьи жертв. Ты на связи?"

"Время от времени".

"Если мне понадобится, могу я еще раз нажать на это?"

"Ты знаешь, где меня найти".

17

ЕВА ПОСЛЕДОВАЛА ЗА СВОИМ НОСОМ К БАЛУ СВЯТОГО ХРИСТА Ó. Роза, ее волосы, собранные в пучок, закрывали прелестно раскрасневшееся лицо, открыла дверь. На ней был фартук поверх яркого топа и узких черных брюк.

"Привет. Чем я могу тебе помочь?"

"Пара вопросов к вам и к отцам Лóпезу и Фримену".

"В данный момент отцов здесь нет, но... Не могли бы вы вернуться на кухню? Я пеку хлеб, и ты поймал меня прямо посередине ".

"Конечно. Делаешь это?" Добавила Ева, когда они с Пибоди следовали за Розой через дом священника. "Как от муки?"

"Да". Роза бросила улыбку через плечо. "И другие вещи. Отец Лóпез особенно любит мой розмариновый хлеб. Я как раз собиралась придать тесту форму и не хочу, чтобы оно слишком поднялось."

В маленькой кухне на рабочем столе стояли большая миска, каменная доска, ведро с мукой.

"Моя мама печет хлеб", - прокомментировала Пибоди. "И ее мать, моя сестра. Мой отец иногда пускает в ход свои руки".

"Это хороший навык и расслабляющая рутина. Ты готовишь?"

"Немного, и не очень скоро".

"Это требует времени". Роза ударила кулаком по миске с тестом, и Ева нахмурилась. "Лечебное". Роза рассмеялась, затем выложила тесто на доску и начала похлопывать и вытягивать. "Итак, чем я могу вам помочь?"

"Вы жили по соседству", - сказала Ева, - "весной 2043 года. Было два взрыва".

"О". Глаза Розы затуманились. "Ужасное время. Так много потерь, боли, страха. Мои дети были просто маленькими ребятами. Я держал их при себе, забрал их из школы на месяц, потому что боялся того, что может случиться дальше ".

"Никогда не было никаких арестов".

"Нет".

"Вы знали Лино Мартинеса?"

"Если вы жили по соседству в то время, вы знали Лино. Он управлял Солдадос, он и эта горилла Стив Ч. áвез. Чтобы защитить окрестности, сказал бы он. Сохранить то, что было нашим. Его бедная мать. Она так усердно работала. Она работала у моего дяди в ресторане.

"Следователи подозревали Лино в организации взрыва, но так и не смогли с ним поговорить".

"Я всегда думал, что он приложил к этому руку. Банда была его религией, и в том возрасте он был фанатиком. Насилие было его ответом. Но он ушел до того, как это произошло - я имею в виду вторую бомбежку. Большинство считало, что он спланировал это, привел в действие, а затем сбежал, чтобы избежать ареста ".

Она сформовала три длинных узких рулета из теста и, к невольному восхищению Евы, начала заплетать их, как женщина заплетает волосы. "Он должен был быть на танцах, когда взорвалась первая бомба", - продолжила Роза. "Он любил танцевать. Но он не ушел. Никого из его ближайшего окружения, кроме Джо Инес, не было рядом, когда это произошло. Дочь Лупе Эдвардс, Ронни, погибла при той бомбежке. Ей едва исполнилось шестнадцать."

Ева склонила голову набок. "И ни Лино, ни Чáвез там не было? Это было бы необычно?"

"Да. Как я уже сказал, ему нравилось танцевать, и ему нравилось чваниться и выпендриваться. Я слышал, они были на пути туда, когда взорвалась бомба. Так что, возможно, это было правдой. В любом случае, Ронни был убит. Пострадало много детей, некоторые серьезно, и ходили слухи, что целью был Лино. Когда он ушел, вскоре после этого, многие люди говорили, что это потому, что он знал, что Черепа попытаются снова. Они говорили, некоторые говорили, что он ушел, чтобы предотвратить страдания невинных людей ". Ее губы искривились. "Как будто он был героем".

Ева изучала лицо Розы. "Это не то, что ты сказал".

"Нет. Я думаю, он ушел, потому что был трусом. Я думаю, что он отдал приказ о втором взрыве и убедился, что был далеко, когда это произошло ".

"В связи с этим взрывом также не было арестовано".

"Нет, но все знали, что это были Солдадос. Кто еще?"

Ева на мгновение задумалась сама с собой. "У тебя когда-нибудь были какие-нибудь проблемы с Лино, конкретно с тобой?"

"Нет". Говоря это, она свернула тесто в круг, выложила его на противень, затем начала формировать еще три полоски. "Конечно, я был старше его, а мои дети слишком малы, чтобы заинтересовать его в качестве новобранцев. Плюс, его мать работала на мою семью. Он оставил меня и моих в покое. Я знаю, что он пытался завербовать кого-то из ребят постарше, но мой дедушка поговорил с ним ".

"Гектор Ортис?"

"Да. Лино уважал моего Поппи, я думаю, из-за того, что он построил, и из-за того, что мой Поппи гордился этим районом. Лино оставил нас в покое".

Она перестала заплетать вторую порцию, чтобы посмотреть на Еву. "Я не понимаю. Лино нет уже много лет. Вы думаете, он связан с отцом Флоресом - ну, кем бы он ни был - с его смертью?"

"Человеком, выдававшим себя за Флореса, был Лино Мартинес".

Руки Розы отдернулись от теста, когда она, спотыкаясь, сделала шаг назад. "Но нет. Нет, этого не может быть. Я знал его. Я бы знал. Я готовила для него, и убиралась, и..."

"Ты знала его в семнадцать, держалась подальше от него, и он оставил тебя в покое".

"Да. ДА. Но все равно, он приходил в ресторан, или я видел его на улице. Как я мог не знать его? Пенни Сото! В винном магазине рядом с церковью. Она была... они были...

"Мы знаем".

Роза вернулась к своему тесту, но теперь ее взгляд был жестким. "Почему он вернулся таким? Притворяйся все это время. И я могу обещать вам, она знала - та, в винном погребе. И они бы отправились спать. Они бы занимались сексом, пока на нем был ошейник. Это бы взволновало ее. Сука. Puta. "

Она закатила глаза, сделала паузу, чтобы перекреститься. "Я стараюсь не ругаться в доме священника, но бывают исключения. И я могу сказать вам вот что, " продолжала она, заведенная. "Если он был здесь в таком состоянии, это было не навсегда. Сколько бы он ни притворялся, сколько бы времени ни отдавал центру, церкви, его доводы были бы не во благо ".

"У него здесь были друзья, старые друзья. Но и старые враги тоже."

"Большинство, с кем он воевал, ушли. Я не знаю, и я бы сказал вам, если бы знал, кто убил бы его, если бы они знали. Что бы он ни сделал, что бы он ни делал или надеялся сделать, убийство - это не выход. Вот что я бы тебе сказал ".

"Если у тебя есть какие-то мысли по этому поводу, я надеюсь, ты скажешь мне и это тоже".

"Я сделаю". Она вздохнула, медленно свернула косу в круг. "Его мать, Тереза, она прислала цветы на похороны. Я разговариваю с ней время от времени, не так часто, как следовало бы. Она знает?"

"Да".

"Ничего, если я поговорю с ней? Если я передам ей свои соболезнования? Он был ее сыном. Этого ничто не изменит".

"Я полагаю, она хотела бы услышать это от тебя. Можете ли вы сказать нам, где мы могли бы найти отца Л ó пеза или отца Фримена?"

"Отец Фримен посещает нас на дому. Он, вероятно, вернется примерно через час. Отец Лóпез отправился в молодежный центр."

"Спасибо. Мы уберемся с твоего пути. И последнее. Пенни Сото, с кем она работает? С кем переспать?"

"Если у нее и есть друзья, я их не знаю. И у нее репутация спящей со многими. Ее мать была наркоманкой, а отец - дилером. Он был убит, когда она была еще ребенком, а ее мать умерла от передозировки много лет назад."

Покачав головой, Роза положила второй плетеный кружок на противень и начала смазывать оба каким-то маслом. "Это была тяжелая жизнь, трудное начало, но она отказалась от помощи Церкви, соседей, ото всех. Вместо этого она выбрала банду. Она выбрала свою жизнь".

Впечатления?" Спросила Ева, когда они с Пибоди направились к молодежному центру.

"Она прямая стрела, и та, кто пинает себя за то, что не рассказала о Лино, когда она вела для него хозяйство. Она подумает обо всем этом, и хорошенько подумает. Если она что-нибудь придумает, она свяжется с нами ".

"Я тоже так ее читаю. Теперь попробуй это. Лино и компания регулярно посещают танцевальное мероприятие, где произошел взрыв. Но их там нет, когда по нему ударяют. Просто Джо там, на том, что вы могли бы назвать линией огня. И несколько дней спустя, прямо перед тем, как Лино улетает, они с Джо ссорятся. Никаких арестов. Копы пристально смотрят на членов "Черепов", но не могут их связать. Может быть, потому что не было привязки ".

"Ты думаешь, Лино стоял за обоими? Подожди минутку." Когда они вышли в центре, Пибоди облокотилась на автомобиль и уставилась куда-то вдаль. "Ты хочешь войны, ты хочешь быть героем - важно. Возмездие сексуальнее, чем неспровоцированное преступление. Взрывы подняли уровень уличных боев. Разбомбьте свою собственную территорию-школьные танцы, много невинных. Даже люди, которые недоброжелательно относятся к вам, к бандам, они взвинчены ".

"Распространите слух, что вы были целью. Они пришли за тобой. Теперь ты наноси ответный удар, бей сильнее".

"Хорошо, но зачем уходить?"

"Ты оставляешь важное, твое имя на устах людей. Ты проследи, чтобы прошел слух, что ты уехал, чтобы больше не погибли невинные люди, когда Черепа снова попытаются добраться до тебя. И ты оставляешь после себя множество трупов ".

Как и Пибоди, Ева прислонилась к машине. На другой стороне улицы женщина подметала свое крыльцо, а рядом с ним из глянцевого белого горшка разноцветным водопадом стекали цветы. Ранний утренний дождь все еще поблескивал на лепестках и листьях.

"Копы не могут приставать к тебе", - продолжила Ева, - "не только потому, что тебя там нет, но и потому, что улики говорят, что тебя там не было. Он терпелив, сукин сын был терпелив. Однажды ты вернешься, возвращайся, катаясь в этом. Может быть, он не планировал, что это займет так много времени. Тебе семнадцать, и ты полон собой. Ты думаешь, я выиграю, большой куш, через несколько месяцев, вернусь, буду жить как король ".

"Так не работает", - размышляла Пибоди. "К тому же, тебе семнадцать, и ты впервые в жизни вышел за рамки дозволенного. Там, снаружи, большой мир. Ты тот, кто ты есть, когда захочешь быть. Мне это нравится".

"Я тоже. Может быть, это наполовину чушь собачья, но кое-что из этого должно сыграть свою роль".

Они вошли в центр. Магда стояла за прилавком, вызывая "линк". Пара мальчиков сидела на ярко-желтых стульях, с выражениями лиц, которые указали Еве, что они планировали гнусные поступки. Другая женщина стояла неподалеку, не спуская с них глаз.

Магда подняла руку, двумя пальцами показывая две минуты. "Я знаю, Киппи, но это третий бой за две недели. Это автоматическое отстранение. И Уайатта, и Луиса нужно забрать как можно скорее. Я уже связался с отцом Луиса. Да, это прекрасно. Мне действительно жаль. О, я знаю." Магда перевела взгляд на двух мальчиков. "Я абсолютно знаю".

Она отключилась. "Ладно, извини за это. Еще одна секунда. Нита? Мать Уайатта и отец Луиса входят. Киппи понадобится около часа, чтобы организовать это. Сможешь ли ты удержать их до тех пор?"

Нита, крепко выглядящая женщина, стоявшая спиной к столу, кивнула. "Я останусь здесь. Тебе нужно, чтобы я дежурил за столом?"

"Нет, я ... Это не займет много времени, не так ли?" - спросила она Еву, затем повернулась обратно к Ните. "Нита отвечает за наших детей в возрасте от шести до десяти лет и за нашу медсестру. Без нее мы бы пропали. Нита, это лейтенант Даллас и детектив Пибоди." Магда бросила на мальчиков многозначительный взгляд. "На случай, если кого-нибудь здесь нужно будет арестовать".

Нита слегка повернулась, в ее глазах был холодный взгляд. Ева начала говорить, но мальчикам понадобилась лишь эта доля секунды. Они набросились друг на друга, как волки.

Даже когда Ева двинулась вперед, Нита вошла. Еве пришлось восхититься тем, как женщина схватила обоих детей за воротники рубашек и оторвала их друг от друга.

"Ты там. Ты там". Она усадила их на стулья. "Ты думаешь, что удары друг друга делают вас сильнее? Это делает тебя глупым. Борьба для тех, кто недостаточно умен, чтобы использовать свои слова ".

Ева могла бы не согласиться - она любила хорошую драку, - но лекция заставила детей уставиться в пол.

"Мы с напарником можем отвезти их в центр", - небрежно сказала Ева. "Выглядит как пара нападений, нарушающих покой и, по-моему, в целом тупых. Пара часов в клетке..." Она позволила этому затихнуть.

Оба мальчика уставились на нее, сжав челюсти на носках своих кроссовок, что и было задумано. Нита, однако, ледяным взглядом, без тени юмора, пронзила ее насквозь, прежде чем снова отвернуться. "С этим должны разбираться их родители".

"Конечно. Итак..." Она повернулась обратно к Магде. "Я ищу отца Лóпеза".

"Да, он в спортзале. Марк сказал мне, что столкнулся с тобой этим утром, что ты сказал, что у тебя есть кое-какие зацепки."

"Мы работаем над этим. Спортзал?"

"Через эту дверь, прямо до конца коридора, поверните налево".

"Спасибо. И, ах..." Она мотнула головой в сторону мальчиков. "Удачи".

"Все будет хорошо".

"Ните не нравятся копы", - прокомментировала Ева, направляясь по коридору с Пибоди.

"Либо это, либо она восприняла тебя всерьез. Если бы я не знал тебя, я бы воспринял тебя всерьез ".

"Я думал, пугать детей тем, что они маленькие засранцы, было подлостью".

"Что ж... Это метод".

"Ты видел парня справа? Маленький ублюдок может выдержать удар ".

И поэтому, отметила Ева, когда они проходили через двери спортзала, мог бы яóпез. За центральной линией корта находилось нечто, похожее на переносной спарринг-ринг. Несколько детей тренировались на тренажерах на другой половине под присмотром пары женщин в спортивных шортах. Лóпез - красные боксерские перчатки, черная защитная маска для лица, черные мешковатые шорты и белая футболка - провел спарринг с Марком.

И Марк протащил одного.

Другие дети, собравшиеся вокруг ринга, выкрикивали ободряющие слова. Спортзал звенел от голосов, шлепанья ног и шлепанья мягких перчаток, нашаривающих мясо.

Оба мужчины работали до седьмого пота, и, несмотря на разницу в возрасте, случайному наблюдателю они казались одинаково подходящими друг другу. Но Ева видела, что Лóпез был быстрее и обладал врожденной грацией боксера.

Она отметила, что он опытный боец, заставляющий своего противника подойти к нему.

Он уклонялся, наносил удары, танцевал верно, подсекал. Дисциплинированная поэзия в движении.

Почему, собственно, борьба была ответом слабых и безмозглых? Ева задумалась.

Она смотрела, пока не прозвенел таймер, и оба мужчины не отступили. Она насчитала два попадания в Марка, шесть в Лóпеза. И то, как Марк согнулся в талии, чтобы отдышаться, сказало ей, что с ним покончено.

Она пошла вперед. "Хороший раунд".

Пыхтя, все еще согнувшись, Марк повернул голову. "Этот парень убивает меня".

"Ты опускаешь правую, прежде чем нанести удар".

"Так он мне говорит", - с горечью сказал Марк. "Ты хочешь выстрелить в него?"

Ева взглянула на Лóпеза. "Не возражал бы, но я перенесу встречу в другой раз. У тебя есть сейчас несколько минут?" - спросила она Лóпеза. "У нас есть несколько вопросов".

"Конечно".

"Может быть, снаружи? Мы будем ждать тебя на асфальте".

"Он сложен", - сказала Пибоди, когда они вышли из спортзала. "Кто знал, что под всей одеждой священника он был серьезно испорченным отцом".

"Поддерживает форму. И что-то происходит. Отец серьезно посмотрел на Рипа печальными глазами, но это было еще не все. Там был ужас".

"Неужели? Думаю, я не смотрела в его глаза. Он мог бы уже слышать о Лино. Подобные слова начинают быстро распространяться. Поскольку он здесь главный, я думаю, ему придется объяснить, почему он не понимал, что такой человек работает под его началом. Всем нужен козел отпущения, верно? Может быть, церковное начальство целится в него ".

Поскольку асфальт кишел детьми, Ева оставалась сбоку от здания. "Почему эти люди не в школе?"

"Школа на сегодня закрыта, Даллас. С технической точки зрения, смена уже почти закончилась ".

"О. Может быть, он беспокоится о своей карьере. Есть ли у священников карьера? Но это было не все. Я знаю этот взгляд, который говорит: "Я не хочу разговаривать с копами". Вот что было в его глазах".

"Ты думаешь, он что-то скрывает? Он не знал Лино - как Лино. Он всего несколько месяцев в приходе".

"Он был священником намного дольше". Она подумала о том, что предсказала Мира, и решила не танцевать и не наносить джеб, а попытаться нокаутировать, как только выйдет Лóпез.

Его волосы были влажными, а футболка прилипла к груди от пота. Да, размышляла Ева, он поддерживал форму.

Она не стала ждать ни секунды. "Жертва была официально идентифицирована как Лино Мартинес. Ты знаешь, кто его убил. Ты знаешь, " сказала Ева, - потому что тот, кто это сделал, сказал тебе."

Он на мгновение закрыл глаза. "То, что я знаю, было сказано мне в святости исповеди".

"Вы защищаете убийцу, и того, кто косвенно ответственен за вторую смерть Джимми Джея Дженкинса".

"Я не могу нарушить свои клятвы, лейтенант. Я не могу предать свою веру или законы Церкви".

"Воздайте Кесарю", - сказала Пибоди, и Лóпез покачал головой.

"Я не могу одной рукой отдавать закону человеческому, а другой брать у Бога. Пожалуйста, можно нам присесть? Скамейки вон там, подальше от здания. Это должно быть очень конфиденциально ".

Кипя негодованием, Ева подошла туда, где скамейки, ножки которых были вделаны в бетон, были обращены к суду. Лóпез сел, положив руки на колени.

"Я молился об этом. Я молился с тех пор, как услышал это признание. Я не могу рассказать вам, что было сказано мне. Это было сказано не мне, но Богу через меня. Я получил это исповедание как служитель Бога".

"Я приму на веру слухи".

"Я не ожидаю, что вы поймете, кто-либо из вас." Он поднял руки с колен ладонями вверх. Опустил их снова. "Вы - женщины мира. Закона. Этот человек пришел ко мне, чтобы освободить свою душу, свое сердце, свою совесть от этого смертного греха".

"И ты отпустил им грехи? Хорошая сделка для них ".

"Нет, я этого не делал. Не могу отпустить им грехи. Я не могу облегчить их бремя, лейтенант. Я советовал, я наставлял, я убеждал этого человека пойти к вам, исповедаться вам. Пока это не сделано, не может быть прощения, отпущения грехов. Они будут жить с этим грехом и умрут с ним, если не покаются в нем. Я ничего не могу сделать для тебя, для них. Я ничего не могу сделать".

"Знал ли этот человек Лино Мартинеса?"

"Я не могу тебе ответить".

"Является ли этот человек членом вашей церкви?"

"Я не могу тебе ответить". Он прижал пальцы к глазам. "Это делает меня больным, но я не могу ответить".

"Я мог бы посадить тебя в клетку. Ты бы выбрался. Ваша церковь проведет кампанию, пришлет своих адвокатов, но сначала вы отсидите срок, пока мы будем с этим бороться ".

"И все же я не могу ответить. Если я скажу тебе, я нарушу свои клятвы, предам их. Я буду отлучен от церкви. Есть все виды клеток, лейтенант Даллас. Ты думаешь, я хочу этого? " потребовал он с первым намеком на жар. "Чтобы помешать вашему правосудию? Я верю в твою справедливость. Я верю в порядок этого так же сильно, как и вы. Ты думаешь, я хочу стоять в стороне, зная, что не могу достучаться до раненой, разгневанной души? Что мой совет, возможно, отвернул это, вместо того чтобы привести к Богу?"

"Они могут прийти за тобой. Вы знаете, кто они, что они сделали. Я могу взять тебя под охрану".

"Они знают, что я не нарушу свои клятвы. Если бы ты забрал меня, у меня не было бы шанса достучаться до них, попытаться, продолжать пытаться убедить их совершить истинное покаяние за грех, принять человеческий закон и Божий. Позволь мне попробовать".

Она почти чувствовала, как колотит кулаками по прочной, непроницаемой стене его веры. "Ты кому-нибудь говорил? Отец Фримен, ваше начальство?"

"Я не могу никому рассказать, что было сказано или кто приходил ко мне. Пока они живут с этим, я тоже ".

"Если этот человек убьет снова..." Начала Пибоди.

"Они не будут. Для этого нет причины".

"Это восходит к взрывам в 2043 году".

"Я не могу тебе сказать".

"Что ты знаешь о них?"

"Каждый в приходе знает о них. Вечная новена для жертв и их семей. Каждый месяц им посвящается месса. Для всех них, лейтенант, а не только для жертвы из Эль Баррио."

"Знаете ли вы, что Лино выборочно шантажировал тех, кто приходил к нему на исповедь?"

Лóпез дернулся, словно пораженный внезапной, шокирующей болью. В его глазах вспыхнула не печаль, а ярость. "Нет. Нет, я не знал. Почему никто из них не пришел ко мне за помощью?"

"Я серьезно сомневаюсь, что они знали, кто их шантажировал, или откуда шантажист получил информацию. И теперь я знаю, что тот, кто убил его, не был одним из них ".

Ева вскочила на ноги. "Я не могу заставить тебя рассказать мне, что ты знаешь. Я не могу заставить тебя сказать мне, кто использовал твою церковь, твою веру, твой ритуал, твои обеты для убийства. Я мог бы сжать тебя и вспотеть, но ты все равно не сказала бы мне, и тогда мы оба были бы взбешены. Но я скажу вам вот что: я собираюсь выяснить, кто это был. Каким бы ничтожеством ни был Лино, я собираюсь делать свою работу так же, как и ты ".

"Я молюсь, чтобы ты нашел их, и я молюсь, чтобы прежде, чем ты это сделаешь, они пришли к тебе. Я молюсь, чтобы Бог дал мне мудрость и силу, чтобы указать им путь ".

"Я думаю, мы посмотрим, кто из нас доберется туда первым".

Ева оставила его сидеть на скамейке.

"Я понимаю, он делает то, что, по его мнению, должен", - сказала Пибоди. "Но я думаю, что мы должны взять его к себе. Ты мог бы сломать его во время интервью ".

"Не уверен, что смог бы. У него титан вместо веры. И даже если ... разве это не сделает его еще одной жертвой? Я сломаю его, заставлю достаточно оступиться, и он уже никогда не будет прежним. Он больше не был бы священником ".

Она вспомнила, что чувствовала, когда у нее отобрали значок. Как она чувствовала себя опустошенной, беспомощной. Ни на что не похожий, ни на кого.

"Я не делаю этого с ним. Имею ли я вообще право поступать так с невинным человеком? Тот, кто дал клятву, почти такую же, как наша?"

"Защищай и служи".

"Мы занимаемся людьми, он занимается душами. Я не собираюсь жертвовать им, чтобы облегчить свою работу. Но я скажу тебе, что мы собираемся делать." Она села в машину, завела двигатель. "Мы помещаем его под наблюдение. Мы получаем ордер на прослушивание его устройств связи. Я бы поставил глаза и уши в этой чертовой церкви, если бы они очистили ее, но этого не произойдет. Мы собираемся знать, куда он идет, когда, с кем он встречается ".

"Ты думаешь, убийца пойдет за ним?"

"У него титаническая вера, поэтому он думает, что нет. Я? Я верю, что люди в основном заботятся о своей собственной заднице. Итак, мы прикрываем его - мы защищаем - и оставляем его здесь в качестве приманки, надеясь, что грешнику понадобится еще один шанс на искупление. Приведи это в действие, мое разрешение".

Когда Пибоди начала этот бал, Ева взглянула на время. Думал, Черт. "Еще одна остановка. Посмотрим, сможем ли мы что-нибудь вытянуть из Инес ".

На этот раз ответила женщина, симпатичная, с теплыми каштановыми волосами, собранными в дерзкий хвост, открывающий розово-кремовое лицо. Позади нее два маленьких мальчика протаранили миниатюрные грузовики, издавая ужасные звуки.

"Замолчите", - приказала женщина, и они немедленно замолчали. Грохочущие звуки продолжались, но уже шепотом.

"Миссис Инес?"

"Да?"

"Мы хотели бы поговорить с вашим мужем".

"Я бы тоже, но он застрял в Нью-Джерси, в туннеле пробка. Ему повезет, если он доберется домой меньше чем за два часа. Что это?"

Ева достала свой значок.

"О, Джо сказал, что полиция была здесь прошлой ночью. Что-то о том, что один из жильцов был свидетелем наезда и побега."

"Это то, что сказал тебе твой сын?"

"На самом деле, Джо посвятил меня". В ее глазах появилось понимание. "И это было не совсем точно. О чем все это?"

"Мы расследуем старую связь вашего мужа. Ты знаешь Лино Мартинеса?"

"Нет, но я знаю это имя. Я знаю, что Джо был в "Солдадос", и я знаю, что он отсидел срок. Я знаю, что у него были проблемы, и он справился с ними." Она взялась за дверную ручку, приоткрыла дверь еще на несколько дюймов, как бы защищая детей позади себя. "Он годами не имел никакого отношения ни к одному из этих дел. Он хороший человек. Семейный человек с приличной работой. Он усердно работает. Лино Мартинес и Солдадос были другой жизнью ".

"Скажите ему, что мы были здесь, миссис Инес, и что мы обнаружили Лино Мартинеса. Нам нужно будет продолжить разговор с вашим мужем ".

"Я скажу ему, но говорю тебе, что он ничего не знает о Лино Мартинесе, больше нет".

Она закрыла дверь, и Ева услышала, как нетерпеливо щелкнули замки.

"Она взбешена, что он солгал ей", - прокомментировала Пибоди.

"Да. Глупый ход с его стороны. Это говорит мне, что он что-то скрывает от своей жены. Что-то из настоящего, что-то из того времени? В любом случае, что-нибудь. Я собираюсь высадить тебя у метро и работать из дома. Продолжайте то, что делает Джон. Я думаю, что порыюсь в тех старых файлах по делу, посмотрим, может быть, что-нибудь всплывет из глубины ".

"Я знаю, что то, что ты сказал тогда Л óпезу, верно. Мы должны выполнить работу, каким бы подонком ни был Лино. Но когда ты знаешь о том дерьме, которое он совершил, и о том дерьме, которое, как мы думаем, он совершил, трудно заводиться из-за того, что кто-то прикончил его ".

"Может быть, если бы кто-то давным-давно завелся, он не смог бы выкинуть столько дерьма, его мать не плакала бы сегодня вечером, и тот, кто производит на меня впечатление особенно хорошего человека, не был бы связан честью или верой, чтобы защищать убийцу".

Пибоди вздохнула. "Ты прав. Но мне больше нравится, когда плохие парни - это просто плохие парни ".

"Их всегда предостаточно, чтобы обойти".

18

ЕЙ НУЖНО БЫЛО ВРЕМЯ ПОДУМАТЬ. ЗАМКНУЛАСЬ Во времени рассмотрения дела, где она могла сложить кусочки всего, что она знала, чего не знала, все, что было сказано, осталось невысказанным, вместе с людьми, событиями, доказательствами и предположениями, и посмотреть, какие складываются картины.

Ей нужно было хорошенько присмотреться к жертвам двух взрывов, к их семьям, к их связям. Ей нужно было рассмотреть вариант шантажа, который, как она уже знала, будет глубоким и липким колодцем. Если Л ó пез не назвал бы ей имя убийцы, он, черт возьми, точно не собирался делиться именами людей, которые признались ему в преступлениях, совершенных с помощью шантажа.

Она не купилась на убийство ради шантажа в случае с Лино, но она не могла сбрасывать это со счетов как возможное. Или связанный.

Как Лино собрал деньги? размышляла она по дороге домой. Где он хранил деньги, или он просто спустил их по мере поступления? Дорогие гостиничные номера и роскошная еда, безвкусные украшения для его партнерши по постели.

Недостаточно, подумала она. Несколько тысяч здесь и там? Какой смысл был рисковать разоблачением ради роскошного люкса и бутылки шампанского?

Выпендриваешься перед старой подружкой? Стьюбен сказал, что Пенни Сото была его слабым местом. Итак ... Все могло быть так просто. Желание быть богатым, важным, и чтобы его женщина видела в нем и то, и другое.

Или так же просто, как нуждаться в спешке, знать, что ты действуешь быстро. Напоминать себе, кем ты был, пока притворялся другим. Как хобби.

Есть о чем еще подумать.

Она проехала через ворота, затем сбавила скорость. Были цветы там, где она была чертовски уверена, что в то утро их не было. Тюльпаны - она была почти уверена - и нарциссы. Ей нравились нарциссы, потому что они были такими яркими и глупыми. Теперь были реки и того, и другого там, где десятью часами ранее не было ни капли.

Как это произошло?

В любом случае это было... ну, это было красиво, и добавляло изюминку туманной зелени деревьев.

Она продолжила движение, остановилась и припарковалась. И там были три огромных красных горшка, буквально переполненных петуниями. Белые петунии - ее свадебный цветок. Сентиментальная неряха, подумала она, даже когда сама стала липкой. Простое удовольствие боролось с уродливым напряжением, которое она изо всех сил старалась игнорировать после своего интервью с Пенни Сото.

Она вошла и увидела Галахада, восседающего, как пухленькая горгулья, на постаменте ньюэла - новом для него месте - и Соммерсета, как обычно, маячащего в фойе.

"Я предполагаю, что город очищен от всех преступлений, поскольку вы опоздали всего на час и, похоже, не пострадали от крови".

"Да, мы переименовываем это в Утопию". Она быстро погладила Галахада, направляясь наверх. "Следующий этап - избавиться от всех мудаков. Тебе следует начать с чистого листа и упаковать свои чемоданы". Она сделала короткую паузу. "Рорк разговаривал с Шинейд?"

"Да".

"Хорошо".

Она направилась прямо в спальню. Роук, вероятно, был дома, подумала она - Соммерсет сказал бы, если бы ее не было. И он, вероятно, был в своем кабинете, так что мне следовало пойти туда, связаться с ним.

Но она не была готова, просто не была готова к соединению. Эта война продолжалась, усиливаясь теперь, когда она добралась до дома. Где она знала, что она в безопасности, где она знала, что может отпустить, совсем немного. Дом, где она могла признать, что у нее болит живот, а затылок стянут тугими узлами стресса.

Она откинулась назад, закрыла глаза. Когда она почувствовала глухой удар рядом с собой, Ева потянулась, позволив своей руке обвиться вокруг кошки.

Глупо, подумала она, глупо чувствовать себя больной, бороться с болезнью. Испытывать что угодно, кроме подозрительности и отвращения к такой женщине, как Пенни Сото.

Она не осознавала, что Рорк вошел в комнату, пока его рука не коснулась ее щеки. Он двигался так тихо, подумала она, едва шевелил воздух, если не выбирал. Неудивительно, что он был таким успешным вором.

"Что болит?" он спросил ее.

"Ничего. На самом деле ничего". Но она повернулась к нему, превратилась в него, когда он лежал рядом с ней. И прижалась лицом к его плечу. "Мне нужно было быть дома. Сначала мне нужно было попасть домой. Я был прав насчет этого. Но я думал, что мне нужно побыть одному, просто побыть одному, пока я не получу уровень. Я был неправ. Можем ли мы просто остаться здесь ненадолго?"

"Мое любимое место".

"Расскажи мне что-нибудь. То, что ты сделал сегодня. Меня не волнует, если я этого не понимаю ".

"Сегодня утром, вскоре после того, как вы ушли, у меня была здесь конференция по связям, посвященная некоторым исследованиям в Euroco, одном из моих подразделений в Европе, которое занимается в основном транспортом. В начале следующего года у нас появится очень интересный персональный спортивный автомобиль sea-road-air. У меня были встречи в Мидтауне, но перед моим отъездом из Ирландии позвонила Шинейд. Было приятно услышать это от нее. Они приобрели нового щенка и назвали его Мак, который, по ее словам, доставляет больше хлопот, чем малыши-тройняшки. Похоже, она безумно влюблена в него ".

Она слушала его голос больше, чем слова. Что-то о встрече с руководителями групп по проекту под названием Optimum и голоконференции, посвященной его курорту Olympus, ланче с ключевыми представителями одного из его интересов в Бэйцзине. Слияние, поглощение, концептуальные рисунки.

Как ему удалось сохранить все это в чистоте?

"Ты сделал все это, и у тебя еще было время нарвать петуний?"

Его рука скользила вверх и вниз по ее спине, вверх и вниз. "Они тебе понравились?"

"Да. Да, они мне понравились ".

"Прошло почти два года с тех пор, как мы были женаты". Он поцеловал ее в макушку, затем повернул свою, чтобы прижаться к ней щекой. "И поскольку Луиза и Чарльз собираются сыграть здесь свою свадьбу, это заставило меня подумать о петуниях. Как простое - цветок, несколько минут на разговор с родственником - делает сложное стоящим ".

"Так вот почему у нас есть тюльпаны и нарциссы? Это тюльпаны, верно?"

"Они есть. Приятно получать напоминание о том, что все происходит снова, свежо и по-новому. И некоторые вещи остаются, устойчивые и незыблемые. Звонок от Шинейд вернул мне и то, и другое. Ты готов сказать мне, в чем дело?"

"Иногда старые и тяжелые вещи возвращаются снова". Она села, пригладила волосы. "Сегодня я вызвал Пенни Сото на допрос. На самом деле, я подговорил ее напасть на меня, чтобы я мог обвинить ее в нападении и сопротивлении ".

Он взял ее за подбородок, проведя большим пальцем по вмятине, поворачивая ее лицо вправо и влево. "Не похоже, чтобы тебя подстрелили".

"Нападение было в основном техническим. Она была главной любовницей Лино, когда они были подростками. Работает в винном погребе рядом с церковью, в винном погребе, который он посещал практически ежедневно ".

"Итак, они воссоединились".

"Она была единственной, кто знал его", - сказала она, вспомнив слова Рорка, сказанные утром. "То, что ему нужно было сказать. Да, они воссоединились, причем в библейском смысле - по ее словам. Я покупаюсь на это. Тебе придется на это купиться. Итак, она знала, кем он был, и кое-что из того, что он замышлял - может быть, все, но я не мог вытянуть этого из нее. Пока.

"Она утверждает, что он шантажировал некоторых людей, которые пришли исповедоваться. Играет, но я не могу до конца разобраться во всем этом ".

"Хобби. Более того, " продолжил Рорк, " привычка. Маскарад не изменил того, кем и чем он был под ним, а то, что было под ним, нуждалось в ударе. Кайф."

"Да, я обвел это вокруг пальца. Это не похоже на мотив. Я знаю, испытано и верно, - сказала она, прежде чем он смог возразить, - я перейду к тому, почему я не думаю, что это будет иметь значение, или не так уж много."

Сначала она хотела разобраться с остальным, снять это с себя. "Дело в том,... Как только я загоняю Сото в угол, оказываю на нее некоторое давление, выводя ее из себя, из нее выходит, что ее отец ... "

"Ах". Ему не нужен был отдых, не нужно было, чтобы его желудок сжался.

"Она огрызается на меня, как ее старик начал приставать к ней, когда ей было около двенадцати, как ее никчемная мать была наркоманкой, как он бил ее и приставал к ней в течение двух лет, прежде чем она присоединилась к Солдадос. Они были ее выходом, спасательным люком. И есть часть меня, которая понимает это, которая сочувствует ей, которая пытается не смотреть на нее и не видеть меня. Увидеть..."

Она прижала руку к животу, использовала давление, чтобы закончить это. "Потому что, когда ей было четырнадцать, после того, как она присоединилась к Солдадос, ее отца зарезали - зарубили до кровавой смерти. Это сорвалось как неудачная сделка с нелегалами, поскольку это был его бизнес. Но я знаю, я знаю, когда смотрю на нее и вижу себя, что у нее в руке был нож. Что она вонзала это в него, снова и снова. Вероятно, она и Лино вместе - первое убийство, связь влюбленных. И не важно, что я знаю, часть меня говорит, что ты сделал то же, что и она. Как ты можешь винить ее? Ты сделал то же самое".

"Нет, ты этого не сделал. Нет, Ева, " сказал он, прежде чем она смогла заговорить, " ты не сделала того же самого. Мне не нужно слышать остальное, чтобы знать это. Знать, что, хотя четырнадцать лет - все еще ребенок, это шесть лет и мир за пределами того, чем ты был. И ты был в тюрьме, не мог выбраться, как она была, и как она сделала. Нет спасательного люка для£пугающего тебя, ни друзей, ни семьи, ни чего-либо другого. Она сделала это ради мести, а не ради выживания ".

Она встала, чтобы подойти к сумке, которую уронила по пути к кровати, и достала фотографию. Она положила его на кровать. "Я вижу его, когда смотрю на это. Я вижу своего отца и то, что я сделал ".

Он поднял его, все еще изучая жестокое место преступления - мужчину, распростертого на грязном, замусоренном полу, плавающего в собственной крови. "Ни один ребенок этого не делал", - сказал Рорк. "Даже испуганный, отчаявшийся ребенок не смог бы, ни в целях самозащиты, ни в одиночку".

Она выдохнула. Вероятно, было не время упоминать, что из него вышел бы хороший полицейский. "Нет, нападавших было двое. Они установили, что поскольку раны были нанесены двумя разными ножами. Разные типы и размеры клинков, разная сила, разные углы. Я полагаю, что один из них заманил его туда, а другой подстерегал. Они напали на него спереди и сзади. Сексуальное увечье было нанесено посмертно. Она, вероятно, сделала это. Но..."

"Это поражает меня", - тихо сказал он. "Меня поражает, что вы можете смотреть на подобные вещи каждый день. Вы можете смотреть каждый день и продолжать заботиться, каждый день. Не стой здесь и не говори мне, что ты сделал то же самое. Не стой здесь и не говори мне, что видишь в ней себя ".

Он позволил фотографии упасть на кровать, когда вставал. "Она носит татуировку?"

"Да".

"С меткой убийства".

"Да".

"Она гордится этим, гордится тем, что убила. Скажи мне, Ева, можешь ли ты сказать мне, что гордишься какой-либо из жизней, которые тебе пришлось забрать?"

Она покачала головой. "Это сделало меня больным - нет, заставило меня захотеть быть больным. И я не мог быть. Не было бы. Я не мог думать об этом, по-настоящему не думал об этом, пока не вернулся домой. Я мог бы подумать об этом здесь, на случай, если я развалюсь на части. Я знаю, что мы не одинаковые. Я знаю это. Но есть параллель."

"Как есть между мной и твоей жертвой". Он положил руки ей на плечи. "И все же мы здесь, ты и я. Мы здесь, потому что где-то на этом пути эти параллели пересеклись и пошли заметно разными путями ".

Она повернулась, взяла фотографию, чтобы положить ее обратно в сумку. Она бы посмотрела еще раз. Она бы посмотрела еще раз. "Два года назад - чуть больше - у меня не было бы никого, кому я мог бы сказать все это. Даже если бы я помнил, что случилось, когда мне было восемь, и раньше. Никто, даже Мэвис, и я не можем сказать ей ничего. Но я не мог показать ей подобную фотографию, я не мог попросить ее взглянуть на это и увидеть то, что вижу я. Я не знаю, как долго я мог бы продолжать искать, продолжать заботиться, если бы у меня не было кого-то, к кому я мог бы вернуться домой, кто был бы рядом со мной, когда мне это было нужно ".

Она снова села на кровать, вздохнула. "Иисус, это был день. Пенни знает больше, чем говорит, и она жесткая. На ней много слоев стояка, нанесенного прямо поверх подлости и, возможно, психопатки. Я должен найти путь до конца".

"Ты думаешь, она убила его? Мартинес?"

"Нет, но я думаю, она позаботилась о том, чтобы у нее было надежное алиби, потому что знала, что это произойдет. Я думаю, что этот засранец любил ее, а она никого не любит. Возможно, она использовала это против него. Мне нужно подумать. Я увидел Лóпеза, и Мира попала в цель там. Убийца Лино признался своему священнику, и я ничего не могу поделать. Я смотрю на этого парня, Рорка, на Лóпеза и вижу еще одну жертву ".

"Вы думаете, убийца пойдет за ним?"

"Я не знаю. Я установил за ним наблюдение. Я мог бы привести его сюда, законно, я мог бы привести его и задержать на несколько дней, пока адвокаты не разберутся с этим. Но мне нужно оставить его в стороне, нужно надеяться, что убийца вернется к нему. И я смотрю на него и вижу, что у него больное сердце. Я знаю, что этот кулак давит на его совесть. Я ничего не могу сделать", - повторила она. "Точно так же, как Л óпез ничего не может сделать. Мы застряли, мы оба, застряли со своим долгом ".

Она плюхнулась обратно на кровать. "Мне нужно прочистить голову, приди к этому снова. Это вьется по всему аду и обратно. Флорес - почему он, и где его пути пересеклись с Лино? Где, черт возьми, Чáвез? Мертв? Прячешься? Чего ждал Лино? Был ли он убит за это, или это восходит к прошлому? Взрывы? Он убил их обоих, я чертовски хорошо уверен, так что ...

"Ты теряешь меня".

Она снова оттолкнулась. "Прости. Мне нужно все разложить по полочкам, реорганизовать, посмотреть на временные рамки, сменить свою доску. Мне нужно опробовать дохрена людей и посмотреть на все это под разными углами ".

"Тогда нам лучше всего начать". Он взял ее за руку, поднял на ноги.

"Спасибо".

"Что ж, я у тебя в долгу за звонок от Шинейд".

"А?"

"За кого ты меня принимаешь?" - спросил он, обвивая рукой ее талию. "Моя тетя случайно выходит на связь в то самое утро, когда я немного не в себе, думая о своих связях в Ирландии, и что - кого - я там потерял? Приятно, когда о тебе заботятся ".

"Значит, это означало бы присматривать, а не совать нос в чужие дела и вмешиваться? Трудно заметить разницу".

"Это так, не так ли? Но мы справимся с этим".

Когда они проходили мимо, загорелся один из экранов в доме. "Ваши гости проходят через ворота", - объявил Соммерсет.

"Какие гости?" Ева потребовала

"Ах..." Рорк запустил пальцы в волосы. "Да. Мгновение." Он уволил Соммерсета. "Прости, это вылетело у меня из головы. Я могу спуститься вниз, позаботиться об этом. Я просто скажу им, что ты все еще на работе, кем ты и будешь ".

"Кто? Черт возьми, почему люди не могут остаться дома? Почему они всегда хотят быть в чьей-то другой?"

"Это Ариэль Гринфельд, Ева и Эрик Пастор".

"Ариэль". У нее мелькнул образ симпатичной брюнетки, которую несколько дней удерживал и пытал сумасшедший. И остался в здравом уме, сильным и сообразительным.

"Сегодня она связалась с нами и спросила, могут ли они прийти сегодня вечером. Я могу принять это, продвинуть их вперед ".

"Нет". Наклонившись, она взяла Рорка за руку. "Это как звонок от твоей тети. Хорошо помнить, что имеет значение. Ариэль имеет значение. Итак, " продолжила она, когда они направились к лестнице, " она и сосед Эрик заставляют это работать".

"Помолвлена, осенью выйду замуж".

"Господи, это как вирус, эта история с браком. Я могла бы встретиться с ней в Central - или где-нибудь еще ", - добавила она. "Наверное, следовало бы. Вы не можете допустить, чтобы сюда приходили жертвы, умники и всякая Божья знать ".

"Я думаю, это было бы явным исключением. В конце концов, она действительно работала на меня ".

"Да, но... сделал? Она уволилась? Черт бы побрал этого ненормального Лоуэлла. Он отнял это у нее? Она любила печь, и твое заведение в центре города должно было стать отличным выступлением ".

"Она готовит. И ты сам увидишь, что она в хорошем месте. Она счастлива и у нее все очень хорошо ".

Брови Евы сошлись на переносице. "Кажется, ты много знаешь об этом".

"Я много знаю о стольких вещах". Он сжал ее руку. Когда они начали спускаться по ступенькам, Ева услышала голоса из гостиной. Она услышала смех Ариэль.

Она подстригла волосы. Это было первое, что заметила Ева. Роберту Лоуэллу нравились его жертвы с длинными волосами, длинными каштановыми волосами. Итак, Ариэль вырезала из своего короткую гладкую шапочку и добавила в нее красного цвета. Это хорошо смотрелось на ней, подумала Ева - хотя, вероятно, помогло то, что женщина не была бледной, истекающей кровью и борющейся с болью.

Ее глаза сияли, когда они встретились с глазами Евы, и улыбка озарила ее лицо.

"Привет!" Затем слезы хлынули из глаз, когда она бросилась через комнату и обняла Еву. "Не плачу, на самом деле не плачу. И я остановлюсь через минуту".

"Хорошо".

"Я продолжал хотеть прийти повидаться с тобой. Я просто хотел взять себя в руки, прежде чем я это сделаю ".

"Это тоже нормально".

"Хорошо". Ариэль отступила назад, усмехнулась. "Итак, как у тебя дела?"

"Неплохо. Как насчет тебя?"

"Чертовски потрясающе, учитывая обстоятельства". Она протянула руку Эрику. "Мы собираемся пожениться".

"Так я слышал. Привет, Эрик."

"Я действительно рад тебя видеть. Я тоже рад видеть тебя снова, " сказал он Рорку, и Ева скользнула по Рорку взглядом.

"Опять?"

"Я помогал Ари открывать новый магазин". Он улыбнулся Рорку, весь такой колючий, с черно-бронзовыми волосами и счастливый. "Это потрясающе".

"Мой собственный маленький бутик-пекарня. Я собираюсь заработать тебе много денег. Я не был уверен, что смогу сделать это или что-либо еще, когда впервые вышел из больницы. Но ты был так уверен, что я смогу", - сказала она Рорку.

"Ты и Эрик. Теперь я есть".

"У меня было достоверное подтверждение того, что ты можешь справиться со всем, что на тебя обрушится. Мы должны выпить, чтобы отпраздновать ".

"Твой... Я не знаю точно, кто он такой", - призналась Ариэль. "Высокий, тощий парень?"

"Никто точно не знает, кто он", - вставила Ева, чем рассмешила Ариэль.

"Он сказал, что принесет что-нибудь подходящее. Я надеюсь, что все в порядке. Не знаю, помнишь ли ты, но когда ты спас мне жизнь и все такое, я пообещала, что испеку тебе торт. Итак..."

Она шагнула в сторону и махнула рукой. Следуя указаниям, Ева пошла вперед.

Один из столов был убран, вероятно, Саммерсетом. Там, на его глянцевой, ухоженной поверхности стоял огромный торт.

Больше похоже на искусство, подумала Ева.

Раскинулся съедобный Нью-Йорк с его улицами, его зданиями, его реками и парками, туннелями, мостами. Скоростные такси, максибусы, гидроциклы, скутеры, фургоны доставки и другие транспортные средства заполонили эти улицы. Люди забили тротуары и дорожки. В витринах магазинов были выставлены крошечные, блестящие витрины, а продавцы на тележках предлагали соевые сосиски и вегетарианский хэш.

Она действительно ожидала, всего на мгновение, увидеть, как это движется, услышать это. "Срань господня".

"Это хорошее святое дерьмо, верно?" Спросила Ариэль.

"Это надери-мне-задницу-и-зови-меня-Салли, черт возьми. На Джейн-стрит происходит сделка с нелегалами, - пробормотала Ева, - и на этого парня нападают в Центральном парке."

"Что ж, это случается".

Ошеломленная, Ева присела на корточки, чтобы посмотреть на свой образ, созданный Ариэль. Она стояла на тонкой башне, над городом. На ней было ее длинное черное пальто, перехваченное посередине, а сапоги, которые даже она могла видеть, были потертыми на носках. В одной руке она держала свой значок - вплоть до звания и номера значка, а в другой - свое оружие.

"Вау. Просто... вау. Оно безумно холодное. Ты видишь это? " обратилась она к Рорку.

"Я верю. И я верю, что сделал отличную инвестицию. Это потрясающе, Ариэль ".

"Она потратила недели на дизайн", - сказал им Эрик, в каждом слове звучала гордость. "Продолжал менять это. Хорошая часть в том, что я должен попробовать отбросы ".

"Это, безусловно, самая морозная вещь, которую я когда-либо видел. Я собираюсь стать полицейским, который съел Манхэттен ". Смеясь, Ева выпрямилась. "Послушай, у меня есть друзья, которые довольно скоро женятся. Она действительно захочет поговорить с тобой ".

"Луиза и Чарльз? Мы обсуждаем окончательный дизайн торта завтра ".

Ева кивнула Рорку. "Всегда на шаг впереди, не так ли, эйс?"

"Я ненавижу отставать. А, шампанское, - сказал он, когда Соммерсет вошел с подносом. "Я бы сказал, что это очень подходит".

"Я могу смириться с этим. Я думаю, что у меня будет кусочек Верхнего Ист-Сайда с тех пор, как..." Ева замолчала, прищурив глаза. И снова присел.

"Что-то не так?" Начала Ариэль и прикусила губу, когда наклонилась.

"Нет. Этот сектор здесь? Улицы, здания нужно масштабировать - или закрыть? Или ты просто сделал то, что сработало лучше всего?"

"Ты шутишь?" Перебил Эрик. "Она использовала карты и голограммы, занималась долбаной математикой. Ари был одержим ".

"Это отличается от карты. Отличается даже от того, чтобы быть там, быть в этом. Это ... это похоже на взгляд Божий ".

Она поднялась, сделала круг, присела на корточки. "Границы меняются, в зависимости от людей. Кто входит, кто выходит. Пятнадцать, двадцать лет назад территория Сольдадо простиралась от 96-й восточной улицы до 120-й. Целых четырнадцать кварталов от Ист-Ривер до пятой. И Черепа удерживали 122-е- 128-е, с некоторой территорией к западу от Пятого, где они оспаривали границы с Кровью. Но этот район прямо здесь, этот восточный участок между 118-м и 124-м, был горячей зоной поля битвы, где каждый хотел больше территории. Именно там произошли взрывы".

"Взрывы?" Глаза Ариэль расширились, когда она придвинулась ближе к торту, чтобы изучить его. "Я не слышал ни о каких взрывах".

"Это случилось семнадцать лет назад", - сказал ей Рорк.

"О".

"Вот церковь, а за ней дом священника", - продолжила Ева. "Глубоко на территории Сольдадо. Молодежный центр - к северо-западу от церкви, но все еще в границах. Теперь, здесь, наверху... Что произошло здесь, всего в нескольких кварталах к северу от того места, где был построен молодежный центр? В той одноразовой горячей зоне".

"Что?" Ариэль наклонилась ближе.

"Облагораживание. Дома и собственность, просто на границе прихода Святого Кристиана&# 243;Бэла. Некоторые были там раньше, те, кто держался во время и после урбанов. И за последние десять, двенадцать лет произошло нечто большее. Успешные владельцы бизнеса и так далее, поселяются здесь, наводят порядок, повышают его ценность. Он видел это каждый день. Кто-нибудь, кто жил здесь, ходил туда и обратно в центр, навещал прихожан - и был связан с семьей Ортис - видел бы этот район, дома, таунхаусы, кондоминиумы каждый день. Он увидел бы их двадцать лет назад. Он бы видел этот раздел каждый день. Он хотел сохранить это. Он хотел большего".

"Снова семь смертных грехов", - прокомментировал Рорк.

"А?"

"Зависть. В твоем лице, день за днем? Ты жаждешь."

"Да. Да. Мы поражаем многих из них. Получил свою похоть, жадность, гордыню, а теперь и зависть. Интересно."

"Я совершенно потеряна", - сказала Ариэль и вернула Еву в тот момент.

"Прости. Что-то только что поразило меня, заставило меня подумать об одном деле ". Она выпрямилась, но продолжала смотреть на Верхний Ист-Сайд. "Я думаю, может быть, мы возьмем этот кусочек из Нижнего Запада. Сохо выглядит достаточно аппетитно, чтобы его можно было съесть ".

Она съела торт, выпила шампанское и провела большую часть часа, выполняя свой долг - и пытаясь хотя бы частично сосредоточиться на разговоре. Как только их гости вышли за дверь, Ева вернулась к торту.

"Хорошо, итак, мне нужно отключить этот сектор и отнести его в офис. Это хорошая иллюстрация для..."

"Ева, ради бога, это же торт. Я могу запрограммировать вам голомодель этого сектора примерно через двадцать минут. Возможно, меньше".

Ее брови нахмурились. "Ты можешь? Ох. Вероятно, так было бы лучше ".

"И потребляйте меньше калорий. Но прежде чем я это сделаю..." Он согнул палец, затем направился к лестнице. "В чем смысл?"

"Я точно не уверен. Это был просто такой взгляд на это сверху вниз, с другой точки зрения. Вы можете ясно видеть, как проходили границы между бандитскими группировками, как они смешивались, создавая конкуренцию в определенных областях. И как изменился район. Где находится все. Церковь, дом священника, молодежный центр, дом Ортиса, ресторан. Затем есть бывший многоквартирный дом Лино. И я думаю о том, что Лино сказал своей матери, Пенни. Он вернулся бы с большой машиной, у него был бы большой дом. Ты можешь купить машину где угодно, но дом...

"Должно было быть по соседству. Он не может похвастаться этим, если это не по соседству. Но, если у него был большой дом по соседству, почему он жил в доме священника?"

"Я не знаю, действительно ли у него это было, или он просто жаждал этого. Но он чего-то ждал. Годы ожидания, сознательно проведенные на его родной территории. Если он держится так долго и при таких обстоятельствах, не следует ли из этого, что он, возможно, планировал держаться навсегда?"

"Большой дом, богатство, значимость и девушка". Кивнув, Рорк зашагал с ней по коридору. "И земля, которую ты всегда считал своей".

"Когда он получил то, чего ждал, - а это должны быть деньги или что-то, что ведет к деньгам, - зачем снова уходить? Он был здесь не для шуток и улыбок. У него была цель. Я не искал его здесь, потому что исходил из предположения, что он пришел сюда, чтобы спрятаться. Может быть, и так, вероятно, так."

Она поправила волосы, когда они вошли в ее офис. "Может быть, и так. Но здесь могло быть то, чего он ждал. То, что он видел каждый день и чувствовал себя самодовольным. Это поддерживало его, заставляло играть роль, которая должна была давить на него ".

Она расхаживала по доске убийств, обдумывая это, работая над этим. "Сколько у тебя акций на Графтон-стрит?"

Она на мгновение сбила его с толку, затем он медленно кивнул. "Немного этого, немного того. Да, мальчиком я хотел иметь то, чему мог только завидовать".

"Роза знала его, но ясно дала понять, что он оставил их в покое - в основном. Ему нравился старый мистер Ортис, он уважал его. Может быть, позавидовала, если мы вернемся к Смертельным исходам, может быть." Она засунула большие пальцы в карманы, обводя это в уме, как она обводила доску.

"Группа Ortiz - это большая, сплоченная семья. Как банда? Они присматривают друг за другом, удерживают свою территорию. Он сближается с ними как Флорес, женится на них, хоронит их, навещает их в их милых домах. Большой дом. Он хочет того, что у них есть. Как он это получает?"

"Ты думаешь, он убил Гектора Ортиса?"

"Нет, нет, естественные причины. Я проверил это насквозь. И он уважал Гектора Ортиса. Он, по-своему, восхищался им. Но Ортизы, они не единственные, у кого красивые дома, с большим домом, со связями с церковью. Мне нужно запустить некоторые свойства, просто посмотрите, просто воспроизведите эту строку и увидите. Я мог бы использовать эту голограмму ".

"Тогда мне лучше приступить к работе". Он поднял фигурку Евы из торта. "И это моя плата за потраченное время и мастерство".

Забавляясь, она склонила голову набок. "Ты собираешься меня съесть?"

"Слишком много очевидных и грубых возражений по этому поводу. Но нет, я собираюсь оставить тебя ".

Он наклонился, поцеловал женщину. "Что вы ищете в этих свойствах?"

"Надеюсь, я пойму, когда найду это".

19

ЕВА ЗНАЛА, что ПОТРЕБУЕТСЯ НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ - вероятно, больше, чем у Рорка и его волшебной голограммы, - чтобы выполнить поиск и запустить свойства и их владельцев. Она решила начать с базовой триангуляции между церковью, молодежным центром и домом Ортиса.

Вероятно, пустая трата времени, сказала она себе. Просто какие-то растрепанные волосы, дикий гусь, что угодно еще.

Но это всегда было обманом, не так ли? По сути, думала она, пока ее компьютер решал задачу, Лино Мартинес провел длительную аферу. Долгое мошенничество означало планирование, самоотверженность, исследования и цель солидного выигрыша.

Размышляя, она зашла на свою "ссылку, проверила у хорошего друга, который знал о мошенничестве.

Мэвис Фристоун, чьи волосы в настоящее время отливали на солнце цветом весенних листьев, наполнила экран радостными криками.

"Эй! Хороший улов. Малышка слегла, а Леонардо только что ушел за мороженым. Я питал слабость к Мондо-Мучо-Мокко, а у нас его не было в продаже ".

"Звучит неплохо. Я хотел... Йен?" Ева почувствовала, как кровь отхлынула от ее головы. "Ты больше не беременна".

"Беременна? Это минус того, что ты залетела." Глаза Мэвис блеснули тем же невероятным зеленым, что и ее волосы. "Только что купила вкусняшки для тройного М."

"Хорошо". Фух."Небольшой вопрос. Какую самую длинную аферу ты когда-либо проворачивал?"

"Ах, ну и дела, споткнись на обратном пути. Я начинаю ностальгировать. Давайте посмотрим. Было время, когда я управлял "Карлоттой", названной в честь старого друга. Я думаю, что она сейчас в "Вегасе II". В любом случае, чтобы управлять "Карлоттой", ты должен ...

"Никаких подробностей. Просто длина".

"О". Мэвис поджала губы. "Может быть, четыре месяца. Карлотте требуется много фундамента и семян ".

"Вы знаете кого-нибудь, кто управлял таким в течение многих лет? Не месяцы. Сквозь годы".

"Я знаю многих, кто годами вел ту же игру. Но разные отметки, ты знаешь. Та же игра, тот же след?"

"Да, это идея".

"Был один парень, чертов гений. Планки. Он три года был бобслеистом в городе. Затем пропал. Только что напился еще на пятерых. Я слышал, что ты пришел в себя. Он переехал в Париж, Франция, сменил имя и все такое дерьмо. Базз был тем, что Слэтс жил на широкую ногу, получая прибыль от боба из Кроссстауна. Хотя держал его руку там, потому что ты ничего не можешь с этим поделать".

"Почему он вернулся?"

"Эй, ты когда-то был жителем Нью-Йорка, понимаешь?"

"Да. Да. Таков уговор. А как насчет религиозных минусов?"

"Это чизкейк. Сладкий и сливочный, ложится гладко. "Радуйся, Мария", "Хвала Господу", "Кошерный", "Искупление"...

"Хорошо. Вы когда-нибудь слышали о мошеннике по имени Лино? Лино Мартинес?"

"Не звучит. Но я уже давно вышел из игры. Я мамочка".

"Правильно". И Ева поняла, что она не спросила о ребенке. "Итак, как дела у Беллы?"

"Она величайшая из магов, величайшая из ультов. Сейчас в стране сна, иначе я бы поставил ее на. Никто не гудит так, как моя Белларина гудит".

"Да. Что ж. Верни ей слизь от меня. Спасибо за информацию ".

"Без проблем. Увидимся на девичнике, если не раньше. Мы зажигаем по этому поводу топлесс".

"Отлично. Все равно носи топ. Спасибо, Мэвис".

Она повернулась и прошла прямо через масштабную модель церкви Святого Кристиана Бала. И сказал: "Иисус".

"Я слышал, он часто туда наведывается".

"Как ты это сделал? Это было не двадцать минут."

"Я часто даже лучше, чем я думаю".

"Никто не лучше, чем ты о себе думаешь".

Он уменьшил размер голограммы, но соорудил ее значительно больше, чем торт Ариэль. Простой крест на вершине церкви доходил Еве до колен. Она вышла из церкви и огляделась. "Это в значительной степени заморожено".

"Я могу перенести это в голографическую комнату, если вы хотите большего масштаба".

"Нет, это хорошо. Церковь, винный магазин, дом приходского священника", - начала она, переходя к голограмме. "Молодежный центр, дом Гектора Ортиса. Место первой бомбардировки." Она двинулась на юг и восток. "Это все еще школа. Место второго. Теперь на запад и север. Это была тусовка типа магазина сэндвичей, а теперь работает 24/7 ".

Рорк сам изучал голограмму. "Я мог бы примерно за такое же количество времени запрограммировать кого-нибудь из 43-го или любого другого заданного года".

"Ты просто хочешь поиграть", - возразила она. "Это то, что он видел в настоящем, каждый день. Что бы ни было на... пути назад, " решила она, используя термин Мэвис, " это в настоящем. Возможно, немного изменился. Но то, чего он хотел тогда, он хотел и сейчас ".

"Я действительно понимаю это", - прокомментировал Рорк.

"Мы с Пибоди собираемся найти и опросить выживших, членов семьи. Пятеро погибших во время второго взрыва". Она нахмурилась, глядя на ярко-красный и желтый цвета 24/7. "Это не часть прихода Святого Кристиана Бэла. Он снаружи, и был явно на спорной территории, но склонялся в сторону Черепов, когда в него попали. Близко к границам того и другого. Лино любил бегать, бегал с другим священником, Фрименом, когда они могли это подцепить. Их типичный маршрут пролегал от дома священника на восток, затем поворачивал на север, прежде чем снова направиться на запад, проносясь через эту часть испанского Гарлема - мимо домов среднего класса, мимо Гектора Ортиса, далее, поворачивая на юг, затем попадая в молодежный центр. Он вырос здесь, но он обошел стороной улицу, где находится его старая квартира. Все еще есть. Не заинтересован в этом, ему не нужно это видеть. Любит смотреть на более аппетитные свойства."

Рорк начал говорить, затем решил отойти в сторону и понаблюдать за ее работой. Пока она это делала, он налил себе бренди, чтобы усилить свое удовольствие.

"Привычки формируются не просто так", - пробормотала она. "Ты делаешь что-то, продолжаешь это делать, формируешь рутину по какой-то причине. Может быть, это был его привычный путь, потому что так уж сложилось, и у него вошло в привычку. Но он мог бы получить то же время и дистанцию, перепутав их, а большинство людей, которые бегают по привычке, любят все перепутывать. Оставайся свежим. Он мог бы сделать это, выйдя за дверь на запад, направившись на юг, затем сделав петлю, но Фримен сказал, что он никогда не менялся. Так что же он видит, когда совершает свой маршрут? И кто видит его? Привычно."

Она присела, провела рукой по зданиям, которые дрогнули и замерцали от соприкосновения. "Повсюду здесь, во всех этих домах, квартирах. Часть прихода, а также часть школьного округа. Любой, кто жил здесь тогда, знал бы Лино. Большой плохой чувак. Конечно, произошла смена. Люди уходят, люди въезжают, люди умирают и рождаются. Но есть много таких, как семья Ортис, которые глубоко укоренились здесь. Каждый день, каждый день, " пробормотала она. "Привет, отец. Доброе утро, отец. Как дела, отец. Держу пари, он наслаждался этим. Отец.

"Это патруль, не так ли? Своего рода ежедневный патруль. Его сфера, его территория. Как собака, метящая свою территорию". Она ткнула пальцем в дом Ортисов. "Сколько это стоит на сегодняшнем рынке? Такой частный дом, как этот, в этом секторе?"

"Зависит. Если вы смотрите на это как на жилую недвижимость - "

"Не придавай этому значения. Просто элементарно. Дом на одну семью, предгородской постройки. В хорошем состоянии".

"Квадратные метры? Материалы? Это действительно зависит, - настаивал он, когда она скривила губы, глядя на него. "Но если вам нужна очень общая оценка ..." Он присел, как и она, изучил дом и назвал фигуру, у которой были ее выпученные глаза.

"Ты издеваешься надо мной".

"Действительно, нет. На самом деле это немного преуменьшает, потому что я толком не изучал свойство. И эта оценка, вероятно, увеличится по мере того, как процесс облагораживания окрестностей продолжит распространяться. Теперь, если вы думаете, что это прямая продажа от владельца к владельцу дома, это будет несколько колебаться из-за интерьера. Это кухня, это ванны высокого класса, сколько осталось оригинальных материалов и всевозможных вещей ".

"Слишком много тако".

"Нью-йоркские тако, дорогая Ева. Тот же дом в другом месте. Скажем... Балтимор или Альбукерке? Примерно от трети до половины этой рыночной цены ".

"География". Она покачала головой. "Когда-то жительница Нью-Йорка", - добавила она, думая о замечании Мэвис. "Итак, он проходит мимо этого и остального каждый день. Патрулирует этот район каждый день. И тот, кто убил его, знал его, тот, кто убил его, отправляется в больницу Святого Кристиана, тот, кто убил его, жил в этом секторе, когда Лино жил здесь как Лино. Знает Пенни Сото, потому что эта сука, она замешана в этом. Она во всем этом. Кто бы ни убил его, он был достаточно умен, чтобы дождаться большой церемонии, такой как похороны Ортиса, или ему повезло попасть. Я думаю, что умно. Я просто думаю разумно.

"Цианид. Обходится недешево. Мы ничего не берем из источников на черном рынке, но, черт возьми, я не ожидал, что позвоню в колокол там ".

"Там есть кнопки, на которые я мог бы нажать".

"Да, держу пари, что есть. Если до этого дойдет, возможно, но в любом случае, это дорого. Кто бы ни убил его, он достаточно католик, чтобы быть вынужденным исповедаться своему священнику. Я не знаю, я не знаю, это говорит о том, что я старше. Это говорит о том, что это не какой-то ребенок, а кто-то зрелый. Да, Мира сказала "зрелый", - сказала она наполовину себе. "Достаточно зрел, чтобы провернуть это, достаточно зрел, чтобы чувствовать вину за это. Не ради выгоды, не ради выгоды, этот угол - чушь собачья. Если убийца искал выгоды, зарежьте ублюдка ".

Она постукивала пальцами по колену, прокручивая это в голове, представляя это. "Если это просто выгода, даже самый простой вид мести или инстинкт выживания, ты бы поработал с Пенни и заманил его, зарубил его, как они с Пенни зарубили ее отца. Сделай так, чтобы это выглядело как ограбление - ты достаточно умен, чтобы сделать это ".

"Но ты этого не сделаешь, " вставил Рорк, " потому что это непросто".

"Это заходит слишком глубоко для этого. Пенни, она ввязалась в это ради выгоды. Это все, для чего она это делает. Но ты? Дело не в этом. Речь идет об оплате и покаянии. Око за око. Кого бы он убил или причинил вред? Один из твоих. Но ты не противостоишь ему, ты не сообщаешь о нем, ты не показываешь пальцем ".

Она медленно выпрямилась. "Потому что раньше это не сработало. Он сбежал раньше. Никакой платы, никакого покаяния. Это должно быть сделано, и это должно быть сделано в Божьем доме. Ты держался за свою веру все эти годы. Ты был верен, даже несмотря на то, что потерял нечто столь жизненно важное. И вот он снова здесь, богохульствует, оскверняет церковь, каждый день разгуливает на свободе. В твоем чертовом лице. Занимаешься этим пять лет, и у тебя не было возможности узнать. Нет, пока Пенни не сказала тебе."

Она нахмурилась, глядя на голограмму, почти слышала заговорщический шепот. "Почему, почему, какой здесь угол зрения? Нужно вернуться к этому. Потому что так и должно быть. Пенни сдала его тебе, и тебе пришлось действовать. Ты должен был уравновесить чаши весов".

Она отступила назад. "Черт возьми. Есть это, и это, и то. И я могу это видеть. Я могу видеть каждый пункт, но как они соединяются?"

"Продолжай идти. Если это око за око, то кого убил Мартинес?"

"Сото. Ник Сото из-за того, что он сделал и продолжает делать с Пенни. И думая о ней, о том, каково это было для нее, он выбил дерьмо из Соласа. Но никому не было дела до Сото, никто не смотрел на пару детей четырнадцати-пятнадцати лет, чтобы вот так разорвать человека на куски. Вероятно, у многих людей было несколько небольших частных празднований, когда его прикончили. Возможно, это было его первое убийство - первое убийство Лино. Этим оставил свой след. Время выбрано самое подходящее, и коп, с которым я тогда разговаривал, помнит его как нарушителя спокойствия, как крутого парня, но они никогда не вызывали его на допрос по делу об убийстве - ни за Сото, ни раньше. После..."

Она вернулась, чтобы проверить свои записи. "Насилие, связанное с бандами, неоднократно подвергалось сомнению в связи со смертями или исчезновениями нескольких известных членов конкурирующих банд. Улик нет, алиби имеется."

"Члены прихода?"

"Нет. Но есть эти размытые пограничные линии ". Она вернулась к голограмме. "Это могли быть друзья, семья вдоль этого пятна, связи, которые были в приходе, были членами церкви. Но... Католический вопрос."

"Я не знаю, какого черта ты спрашиваешь меня".

"Потому что. Может ли это быть "око за око" - расплата, покаяние - если в прошлом жертва была известным членом банды - где-то там, делающим почти то же, что делал Лино? Был ли он убит или ранен во время бандитской разборки?"

"Если бы это был любимый человек, я не понимаю, почему это имело бы значение. Любовь не подходит ".

"С католической точки зрения", - настаивала Ева.

Он вздохнул, отхлебнул бренди и попытался погрузиться в это с головой. "Если мы последуем вашему способу мышления, то, по-видимому, для оправдания убийства - как это, черт возьми, и было - акт должен был быть ответом на смерть невинного. Или, по крайней мере, кто-то, кто в то время думал о своем и не совершал убийства сам. Но..."

"Вот о чем я думаю. Я понимаю "но", - добавила она, махнув рукой в воздухе. "Убийство нелогично, оно не следует красивым чистым линиям. Те, кто намеревается убивать, устанавливают свои собственные правила. Однако, задевая твое "но"...

"Христос, неудивительно, что я люблю тебя".

"Это было логично, и это действительно соответствует правилам. Убейте священника в церкви Божьей кровью. Ну, технически вино, потому что Лино не был рукоположен и все такое, поэтому он не мог на самом деле совершить пресуществление ".

"И у тебя хватает наглости задавать мне католические вопросы, когда ты можешь разглагольствовать о пресуществлении".

"Я учился. Суть в том, что мотив будет соответствовать методу. Я думаю..."

Она замолчала, когда ее компьютер объявил, что задача выполнена.

"Я думаю, - продолжила она, - что убийца является основным членом церкви. Один из тех, кто никогда не пропускает воскресную мессу и ходит на исповедь... Как часто вы должны ходить на исповедь?"

Нахмурившись, он засунул руки в карманы. "Как кровавый, ублюдочный он"ты,

Она улыбнулась ему, очень мило. "Что такого в том, чтобы задавать вам католические вопросы, что заставляет вас нервничать?"

"Ты бы тоже занервничал, если бы я спросил тебя о вещах, которые заставляют тебя чувствовать горячее дыхание ада у тебя за спиной".

"Ты не попадешь в ад".

"О, и у тебя есть какая-нибудь внутренняя информация по этому поводу?"

"Ты вышла замуж за полицейского. Ты вышла за меня замуж. Я твое чертово спасение. Компьютер, вывести на экран первичные данные, первый экран. Это владельцы и / или арендаторы объектов, расположенных вдоль маршрута бега трусцой Лино ".

"Мое спасение, это ты?" Он схватил ее за талию, притянул к себе. "И кем бы я был для тебя тогда?"

"Я думаю, ты мой, приятель. А если я ошибаюсь? Эй, мы вместе сгорим в огне. Теперь попытайся еще немного искупления и проверь эти данные со мной ".

Он поцеловал ее первым, долго и томительно. "Я не могу понять кое-что об аде".

"Что это?"

"Будет ли там много секса, потому что все жильцы - грешники, или вообще никого, с безбрачием в качестве вечного наказания?"

"Если у меня дойдет до этого, я спрошу Л óпеза. Данные".

Он оказал ей услугу, развернув ее лицом к экрану, затем притянув ее спиной к себе и изучая его поверх ее головы. "И что говорят нам эти имена?"

"У меня есть больше данных о владельцах, арендаторах, в том числе о том, как долго по текущему адресу, предыдущему адресу. Ортега... Роза О'Доннелл упоминала это имя. Компьютер, выведите на экран дополнительные данные, второй экран."

"Итак, следуя вашей догадке, мы ищем долгожителей в этом районе. Кто-то или семья, кто жил там с тех пор, как Лино был капитаном "Сольдадо ".

"Да, это один момент. Другой маршрут - бег трусцой. Что там могло быть такого, что имело бы отношение к Лино или интересовало его. Обретение. Он был приобретением и эго. Первый пункт - месть. Многие люди придерживаются ", - заметила она. "Посмотри на это. Ортега. Третье поколение в этой собственности. И этот. Шестьдесят лет назад это была сдельная фабрика - вероятно, серый рынок и улей нелегальных рабочих. Теперь это лофты и кондоминиумы, принадлежащие одному и тому же парню. Ха. Которому также принадлежит дом рядом с Ортизом. Компьютер, завершите проверку Ортеги, Джос é."

Работая...

"Я знаю это имя", - тихо сказал Рорк. "Что-то в этом имени есть. Ах... Другое здание, Ист-Сайд, середина девяностых. Торговые площади на первом этаже, студийные помещения на втором. Жилое -я верю-жилое пространство на третьем и четвертом. Я подумывал о его покупке несколько лет назад ".

"Изучил?"

"Я не могу вспомнить всех деталей, но я знаю, что я на это не купился. Какая-то юридическая путаница с Ортегой ".

Задача выполнена...

"Давайте посмотрим. Компьютер, разделить экран на два, отобразить новые данные. Джосуé Ортеге указано тридцать пять лет - возраст жертвы. Как, черт возьми, он оказался владельцем этой собственности шестьдесят лет назад?"

"Предок с тем же именем, я бы сказал. Я помню, как Джосé Ортега умер несколько лет назад. Да, теперь я вспоминаю, юридическая путаница была с его имуществом. Это, должно быть, внук и наследник".

Она приказала компьютеру проверить, затем покачала головой из-за сбоя в данных. "Хорошо, Джос é Ортега, умер в 2052 году в возрасте девяноста восьми лет. Один сын, Нико, погиб в 2036 году вместе со своей женой и матерью при пожаре в отеле в Мехико. Старик выжил, как и его одиннадцатилетний внук ".

"Старик вырастил его. Да, теперь я вспоминаю обрывки. И внук, естественно, унаследовал, когда старик скончался. Ходили слухи - когда я интересовался собственностью - и небольшое расследование подтвердило, что младший Ортега не обладал деловым чутьем своего деда. И часть накопленного имущества несколько уменьшилась. Мне понравилось здание на Восточной стороне, и я сделал предложение ".

"Он сказал "нет"?"

"Его нельзя было обнаружить, когда я проводил зондирование. И я нашел кое-что, что мне понравилось больше ".

"Не удалось обнаружить. В качестве его текущего адреса указано место на восточной 120-й улице ".

"Возможно, это так, но четыре - или, возможно, было пять - лет назад, когда я хотел получить здание, Ортеги не было в Нью-Йорке. Нам пришлось действовать через адвоката, который, если мне не изменяет память, был сильно расстроен исчезновением своего клиента ".

"Компьютер, поиск пропавших без вести сообщает об Ортеге, Джосé, с этим последним известным адресом".

"Я не сказал, что он пропал без вести, просто без связи с внешним миром", - начал Рорк, затем его брови приподнялись, когда он увидел отчеты, появившиеся на экране. "Разве ты не умная девочка?"

"Объявлен пропавшим без вести Кеном Альдо, его супругой, в сентябре 2053 года в Лас-Вегасе, штат Невада. Компьютер, выведи на экран данные и фотографию удостоверения личности, Альдо, Кен." Она подождала, затем почувствовала, что все встало на свои места. "Ну, привет, Лино".

"Твоя жертва".

"Да, это Лино. Он изменил прическу, добавил бороду, изменил цвет глаз, но это Лино Мартинес ".

"Которая вступила в брак с Ортегой незадолго до смерти старика, согласно этому."

"Что является полной чушью. Просто еще один обман. У меня нет ничего, что указывало бы на то, что Лино гей или би. Гетеросексуал-натурал. Нравились женщины. Он бы знал Ортегу. Пришлось. Они выросли в одном районе. Компьютер, полные данные об Ортеге, Джозефé, 2025 год. Тот же возраст, та же школа. Я думаю, старик поддерживал государственное образование. И смотри сюда, получил несколько пощечин за незаконное использование и хранение. Проходит реабилитацию ".

Она пошла на поводу у кишок. "Компьютер, перечисли любые татуировки на текущую тему".

Признано. Работая... Текущий объект имеет татуировку на левом предплечье. Описать или показать?

"Показуха".

"Вот оно", - сказала Ева, когда на экране появился крест с сердцем в центре, пронзенным лезвием. "Ортега был Солдадо. Он был одним из людей Лино. Не его супруга, никогда не его гребаная супруга. Это фальшивка. Его капитан".

"Записи о браке могли быть подделаны и записаны после. Достаточно легко для кого-то с опытом подделать удостоверение личности Флореса, как это сделал он."

"Да. Достаточно просто. Кто адвокат?" Потребовала Ева. "Кто тот адвокат, с которым вы имели дело по делу Ортеги?"

"Я достану это для тебя".

"Я готов поставить деньги на то, что Кен Альдо обратился за юридической помощью, что он навел справки об объявлении своей супруги юридически умершей. Семь лет. Это занимает семь лет. Он прошел через шесть из них и направлялся домой. Долготерпения", - сказала она. "Осталось всего несколько месяцев, и если бы он правильно расставил все точки над "i", он унаследовал бы обетование. Большой дом, предприятия, здания. Миллионы. Многие, многие миллионы".

"И с такой интенсивной ездой, - вставил Рорк, - вы бы хотели не спускать с этого глаз - я бы так и сделал. Да, вы бы хотели взглянуть на это, убедиться, что за ним ухаживали ".

"Флорес отсутствовал примерно столько же времени. Добавьте время, начиная с того момента, когда Флореса видели в последний раз, и когда Лино, как Флорес, запросил назначение на бал Святого Кристиана."

"Время между тем, чтобы привести в порядок лицо". Рорк кивнул в знак согласия. "Изучать, планировать, удалять тату, изменять записи. На это потребуется несколько месяцев", - подсчитал он. "Более чем достаточно, если ты сосредоточишься".

"Есть ли лучший способ следить за происходящим, чтобы никто не установил никакой связи между тобой и тем, кто ты есть, или кем ты намереваешься стать, когда придет время?"

"Это жилое помещение указано как последний адрес Ортеги, но там указан арендатор". Рорк указал на экран. "Или арендаторы. Хью и Сара Грегг. В этом месте уже почти пять лет."

Ева запросила их данные. "Они выглядят прямыми. Двое детей. Оба они врачи. В какой-то момент нам придется поболтать. Мне нужен кофе."

Она направилась на кухню, чтобы запрограммировать его, привести в порядок свои мысли.

"Ортега и Лино знали друг друга в детстве, выросли в одном районе, ходили в одну школу. Ортега присоединяется к Сольдадо, что ставит его в один ряд с Лино. Не высоко, поскольку его имя не всплыло ни из одного из моих источников. Может быть, пехотинец, или на деньги своего дедушки, что-то вроде сундука с сокровищами. Они снова соединяются или, возможно, поддерживали связь. Но после того, как дедушка Ортеги умер и оставил его чертовски богатым, колеса Лино начинают вращаться ".

Она выпила кофе, затем прикрепила идентификационный снимок Ортеги к своей доске. "Лино вытаскивает Ортегу на Запад. Давай повесимся. Играй, валяй дурака. Избавляется от Ортеги, вытаскивает поддельные документы и сообщает о его исчезновении. Красиво и законно. Мне понадобятся отчеты по этому поводу ".

"Тогда Мартинес связался бы с адвокатом", - добавил Рорк. "У него должна быть документация. Сюрприз, я Кен, однополый супруг Джоса, и он пропал. Я сообщил в полицию. Он, вероятно, прикрыл бы, спросил, свяжется ли с ним адвокат, если он услышит что-нибудь от Джоса & # 233; или получит какую-либо информацию. В конце концов, он очень обеспокоен ".

"Как законный супруг, вы имели бы некоторый доступ к некоторым средствам, могли бы ходатайствовать о большем. Но его это не беспокоит. У него есть план. Он должен быть терпеливым. Семилетний пациент. Но тогда? Джекпот. Проблема в том, что он не может удержать свои руки подальше от Пенни или свой рот от того, чтобы потянуться к ней. Он действительно любит ее. Он хочет разделить с ней всю эту удачу. Он вернулся - или вернется - и на высоте ".

"Как Кен Альдо?"

"Нет, нет, это убрало бы блеск. Он хотел бы сияния. В конце ему пришлось бы вернуться самим собой. У него бы это сработало. Как бы ты это сделал?" - спросила она Рорка.

"Перенесите свойства-на бумагу. Я представляю, что у Кена Альдо было бы поддельное завещание от Ортеги, в котором он был бы полным бенефициаром. Как только это окажется в его руках, какая-нибудь фиктивная продажа недвижимости. Альдо - Мартинесу."

"Да, да, это все бумага. Все это просто следует за точками. Лино возвращает себе лицо и возвращается домой богатым человеком, с какой-то ерундой о том, что он совершает убийства на Западе. Семь лет в самом низу, и у него будет все, чего он когда-либо хотел ".

Она повернулась, чтобы снова изучить голограмму. "Его отец сбежал, когда он был ребенком. В конце концов, его мать официально объявила его умершим, чтобы она могла продолжать свою жизнь. Лино бы этого не забыл. И семь лет. Зачем копам с Запада вынюхивать про Кена Альдо, когда нет ни тела, ни признаков нечестной игры? Вместо этого ты облажался с записью в "нелегалах" и вылетаешь ".

"И все же они посмотрели бы на этого Альдо, не так ли?" Рорк взял у нее кофе, чтобы выпить немного самому. "Разве это не то, что ты делаешь? Подозревать супруга в первую очередь?"

"Эмпирическое правило. Они бы прогнали его, задавали вопросы. Он был умен, было умно выбрать Вегас для этого. Азартные игры, секс, убедитесь, что их видели вместе. Может быть, уговорить Ортегу сделать несколько высоких ставок. Он выигрывает, он проигрывает, это не имеет значения. Деньги, потеря или приобретение, это всегда мотив для взлета. Он бы правильно поступил с ними", - подумала она. "Признайте, что, возможно, они не очень хорошо ладили, у них было несколько проблем в браке, но они любили друг друга. Он просто так волнуется. Он просто хочет знать, что с Джосом é все в порядке. Он должен был заложить для этого какой-то фундамент. Если бы копы не были полными идиотами, они бы посоветовались с людьми, которые знали члена парламента, которые знали человека, заявившего о его исчезновении ".

"Нужно просто знать нужных людей и сколько они стоят".

"Да, в этом есть смысл. Это было раньше, верно, в Вегасе. Дурацкая чушь о часовых поясах на этот раз мне действительно подходит. Я могу получить отчеты этих следователей сегодня вечером ".

"А убийца вашего убийцы?"

"Работаю над этим. Теперь я должен оказать на Пенни еще большее давление. Она знала все это. Он бы рассказал ей об этом в деталях. И если она участвовала в его убийстве - а она, черт возьми, так и сделала - у нее была ниточка к деньгам Ортеги. Она бы ни за что не пожертвовала миллионами, только чтобы избавиться от Лино. Она помогла убить его, чтобы "убить меня, я мог бы получить все это. Мне понадобится имя этого адвоката ".

"Я займусь этим сейчас". Он повернулся к своему кабинету, оглянулся. "Это совсем немного от одного торта, лейтенант".

Она свирепо ухмыльнулась, переходя на свою "ссылку. "Это был адский пирог".

вкратце она перечитала первоначальный отчет, заявления, интервью. Не так уж и удивительно было прочитать, что одно из этих заявлений исходило от некоего Стивена Хорхе Ч & # 225; веза, назвавшегося давним другом члена парламента, который приехал в Вегас, чтобы встретиться по просьбе члена парламента.

"Ч áВез, второй капитан Лино в "Солдадос", поддержал его в выборе Ортеги", - сказала Ева Рорку. "Поскольку данные Кена Альдо указывали, что он родился в Баха и провел свое детство в Калифорнии и Нью-Мексико, не было причин искать связь между ним и Ч.áвез. Он сказал копам, которым Ортега однажды ночью доверил ему, что чувствует себя замкнутым, на него давят - его брак и обязанности на Востоке. Что он хотел бы просто "исчезнуть". "

"Немного перегибаешь палку", - прокомментировал Рорк.

"Да, но они купились на это. Не было причин не делать этого. И высокие ставки доведены до конца. Ортега просадил пару сотен тысяч за столами для блэкджека за два дня до того, как его объявили пропавшим."

"Полоса везения, хорошего или плохого, в зависимости от вашей точки зрения".

"Да, это могло бы стать трамплином для избавления от него".

"В любом случае", - Рорк изучал ее доску, заполненную теперь всеми игроками, - "этого достаточно, чтобы купить новое лицо".

"Остальные финансы не перешли бы прямо к супругу, поскольку, пока у них не будет тела, член парламента будет считаться живым и здоровым. По крайней мере, на семь лет".

Он посмотрел на Еву. Теперь она набирала обороты, отметил он. Сочный. Между адреналином и кофе она бежала полночи. "И вскоре после этого заявления Chávez улетучивается".

"И он, и Флорес. Проверьте это. В заметках следователей упоминается, что Альдо был настолько расстроен, что спросил, есть ли священник или капеллан, с которым он мог бы поговорить ".

"И Флорес был там".

"Я думаю, Флорес оказался не в том месте не в то время в своем творческом отпуске. Я думаю, когда Лино провернул аферу, он глубоко в нее вник. Когда на следующий день он вернулся, чтобы обратиться в полицию, с ним был Флорес. В отчете говорится, что он представился как Мигель Флорес, а Альдо назвал его отцом. Коп выполнил свою работу, проверил Флореса, прогнал его и получил информацию, подтвержденную. Он приходил еще дважды, с Флоресом, затем заявил, что намерен вернуться домой, в Таос, и оставил следователям свою контактную информацию. Он регистрировался еженедельно в течение трех месяцев и каждый месяц в течение целого года. Затем он бросил это".

Она откинулась на спинку стула. "Я думаю, мы сузим круг поисков Флореса, его останков до Невады. Вокруг Вегаса много пустыни. Много мест, где можно похоронить тело. Или два. Мы сосредоточимся на этом районе от Вегаса до Таоса, полагая, что если бы он вообще убедил Флореса поехать с ним, он бы придерживался маршрута, который дал копам ".

"Ты не сможешь закрыть это, не в своем уме, пока не найдешь Флореса. Или в том, что от него осталось".

Она откинулась на спинку стула. Ей не нужна была доска, фотографии, чтобы увидеть Флореса. У нее в голове было его лицо. "Пибоди сказала, что подобные случаи заставляют ее желать, чтобы плохие парни были просто плохими парнями. Таких много, вот что я сказал. Кто-то вроде Флореса, он никогда никому не причинил вреда. Он получил огромную космическую пощечину, когда плохие парни забрали его семью, но он не причиняет никакого вреда. Пытается, по сути, прожить жизнь, которая делает обратное ".

"Чаще всего под перекрестный огонь попадают невинные, не так ли?"

"Да, и этот человек хотел изучить свою жизнь. Его вера, я полагаю. Вот что я получаю от этого. Они забрали эту жизнь, потому что он пытался помочь кому-то, кто, как он думал, нуждался ". Нет, ей не нужна была доска, не нужна была фотография. "Я должен найти того, кто убил Лино Мартинеса. Это моя работа. Но Флорес заслуживает того, чтобы кто-то заступился за него. Он заслуживает этого. В любом случае." Она взглянула на памятный куб, который Рорк положил ей на стол. "Это тот адвокат?"

"Это так, да".

Она повернулась к своей "ссылке с запиской.

"Ева, ты сейчас в том же часовом поясе, и он приближается к полуночи".

Она только улыбнулась. "Да, есть это маленькое, ничтожное удовлетворение, которое я получаю от идеи разбудить адвоката. Это неправильно, но это есть ".

20

АДВОКАТУ НЕ ПОНРАВИЛСЯ ПОЛУНОЧНЫЙ звонок, но она зацепила его интерес.

"Мистер Альдо и я регулярно контактируем с момента исчезновения мистера Ортеги".

"Вы встречались с мистером Альдо".

"Не в личном смысле. Чаще всего мы переписываемся по электронной почте. Он живет в Нью-Мексико и имеет вторичное место жительства в Канзас-Сити. Он много путешествует".

"Держу пари. Мистер Ортега владеет несколькими объектами недвижимости в Нью-Йорке, предприятиями, своей резиденцией, объектами аренды. Как управляются эти финансы?"

"Я действительно не понимаю, какое это имеет значение, или как это оправдывает беспокойство в это время ночи".

"Расследование исчезновения мистера Ортеги может быть холодным, но оно все еще открыто. Как его супруг и единственный зарегистрированный бенефициар, мистер Альдо унаследует большой, пухлый пакет, если и когда мистера Ортегу официально объявят мертвым. Вы когда-нибудь задумывались об этом, мистер Файнбург?"

Парню с морщинкой от сна на щеке было трудно выглядеть высокомерным, но Файнбург постарался на славу. "Мистер Альдо разобрался с каждым аспектом этого дела, используя как законные, так и открытые средства ".

"У меня есть доказательства, что Кен Альдо является псевдонимом некоего Лино Мартинеса, жестокого преступника, который, как я подозреваю, обманул вашего бывшего клиента и избавился от него. Я могу и получу ордер в течение часа на доступ к финансовым документам по недвижимости Ортеги, или вы можете ответить на вопрос и вернуться ко сну намного раньше ".

"Ты не можешь ожидать, что я поверю..."

"И поскольку Лино Мартинес в настоящее время охлаждает его в морге, я не верю, что в этом деле у вас остался в живых хоть один клиент. Ты хочешь, чтобы я разбудил судью, Файнбург?"

Файнбург заморгал, как сова, ослепленная внезапным солнечным светом. "Я бы потребовал подтверждения, прежде чем..."

"Позволь мне спросить тебя вот о чем", - сказала Ева и разыграла очередную догадку. "Альдо связывался с тобой недавно? Скажем, за последние несколько недель, чтобы сообщить вам, что у него был бенефициар? Женщина. Он хотел бы, чтобы она числилась его юридическим партнером с полной доверенностью."

Наступило долгое молчание. "Почему ты спрашиваешь об этом?"

"Потому что я верю, что мошенник сам себя надул. Ваш клиент мертв, Файнбург, и его убийца продолжит переписываться с вами под его именем, и каким бы именем она ни решила воспользоваться. Отвечайте "да" или "нет": прибыль от недвижимости Ортеги поступает в некое условное депонирование или траст и - как только Ортега будет официально объявлен умершим в конце следующего года - станет активами Альдо ".

"Это было бы обычной процедурой, да".

"Когда ты в последний раз получал известия от Альдо?"

"Около шести недель назад. Я, однако, услышал от его... новый партнер только вчера. Насколько я понимаю, мистер Альдо планирует путешествовать в течение нескольких месяцев ".

"Я могу в значительной степени гарантировать, что он совершает свое путешествие в аду".

"Лейтенант". Файнбург пошевелился, потянул за халат, который, как она предположила, он надел перед разблокировкой видео. "То, что вы описываете, очень беспокоит".

"Ты думаешь?"

"Но на данный момент я связан условиями конфиденциальности между клиентом и адвокатом. Я не могу дать вам информацию ".

"Мы постараемся обойти это. Ты можешь это сделать. Не переписывайтесь и не связывайтесь со своими клиентами, пока я не разрешу это. Если женщина, называющая себя партнершей Альдо, свяжется с вами, не отвечайте. Свяжитесь со мной. Я не думаю, что она это сделает, пока нет, но - и поверь мне в этом - я найду способ обвинить тебя в препятствовании и пособничестве постфактум, если ты дашь моей подозреваемой малейшую зацепку, что она у меня на экране. Понял?"

Не в состоянии снова вести себя высокомерно, Файнбург просто выглядел обиженным. "Ради бога, я адвокат по недвижимости и налогам. Я не сделал ничего, чтобы заслужить угрозы со стороны полиции ".

"Хорошо. Продолжай в том же духе. Я буду на связи".

Она закончила передачу, затем нахмурилась, глядя на миску, которую Рорк поставил перед ней. "Что это?"

"Пища. У нас был торт на ужин, если ты помнишь. И поскольку ты не проявляешь никаких признаков того, что собираешься ложиться на ночь, мы собираемся поесть ".

Она понюхала суп. Она готова была поспорить на месячную зарплату, что под поверхностью скрывались овощи, но пахло вкусно. "Хорошо. Спасибо. Тебе не обязательно придерживаться ".

"Ты не смог бы очистить меня дермалазером". Он сел напротив нее, попробовал свой суп. "Вы думаете, Лино открыл себя всему этому, сделав Пенни своим законным партнером и наследником?"

Ева ела. Она была права насчет овощей. "А ты?"

"Ты сказал, что он любил ее. Любовь ослепляет и связывает и часто делает из нас кровавых мерзавцев. Итак, да. Вероятно, она подтолкнула его к этому, используя секс или отказываясь от него - поскольку секс делает из нас кровавых мерзавцев даже чаще, чем любовь. Он бы рассказал ей все это, каждую деталь. Может быть, понемногу, но за эти пять лет? Он бы выложил ей все это. Насколько она умна?"

"Не очень, я бы сказал. Более вспыльчивый. Но он был, да, я думаю, Лино был довольно умен. И все, что ей нужно было сделать, это выйти из игры, которую он уже начал. Ему бы это сошло с рук", - добавила она. "Еще несколько месяцев, и собственность и траст перейдут к Альдо - все юридические вопросы решены. Альдо продает себя Мартинесу. Мартинес возвращает свое лицо и возвращается домой богатым и важным. Да, он был достаточно умен, но Пенни Сото была его коньком ".

"Ахиллесово". Рорк сделал паузу, изучая ее лицо. "Ты делаешь это нарочно? Неправильное название?"

"Может быть. Иногда. В любом случае, она узнает, что случилось с Флорес."

Рорк улыбнулся ей. "Сколько ты будешь с ней торговаться за информацию?"

"Я не буду. Не могу. Но я достану это." Она зачерпнула суп. Овощи были не такими уж плохими, когда их замаскировали под лапшу и густой острый бульон. "Да, он рассказал ей все это. Разговоры на подушках, хвастовство, самонадеянность. И она должна понять, для чего он ей нужен? У нее может быть все это, если она все сделает правильно. Она ждала почти так же долго, как и он, верно? Почему она должна делить это с этим неудачником?"

"Однажды он бросил ее, не так ли?" Указал Рорк. "Что помешает ему бросить ее, как только он сядет на денежный поезд. Поэтому она бросает его первой. Навсегда".

"Играет правильную мелодию для меня. Она уговаривает его сначала подцепить ее. Если бы ты любил меня, ты бы уважал меня. Если бы ты любил меня, мы были бы партнерами. Если бы ты любил меня, ты бы позаботился о том, чтобы у меня была безопасность. Ты не доверяешь мне, Лино, ты не любишь меня - и все это в то время, как, вероятно, делаешь ему минет." Ева погрозила Рорку ложкой. "Мужчины так часто ведут себя как придурки, потому что они у них есть".

"Я могу использовать свой, не задумываясь об этом".

Ева ухмыльнулась над очередной ложкой супа. "Если бы я набросился на тебя прямо сейчас, ты бы дал мне все, о чем я попрошу".

"Испытай меня".

Теперь она рассмеялась. "Ты просто пытаешься отсосать, а я работаю".

Ничего не говоря, он достал свою записную книжку, что-то набрал в ней. Затем улыбнулся, когда она вопросительно склонила голову. "Я просто отмечаю, что ты должен мне отсосать, чтобы доказать свою теорию".

Забавляясь, она прикончила суп. "Хорошо, тогда, если вы собираетесь придерживаться, следующий шаг - проверить семьи и тесные связи с погибшими и ранеными во время двух взрывов в 43-м. Я работаю над теорией, что Лино стоял за обоими. Я начинаю со второго, из-за принципа "око за око".

"Потому что у большинства, если не у всех, не было бы причин думать, что Мартинес устроил "Бумер" на своей территории".

"Но второе", - согласилась Ева. "Люди знали или сильно подозревали, что он имеет к этому какое-то отношение. Он позаботился о том, чтобы эта шумиха распространилась повсюду. Кроме того, у единственного погибшего при взрыве в школе не осталось близких друзей или родственников в этом районе. Ее семья переехала в Барселону через три года после ее смерти."

"Итак, вы изучаете смертельные случаи на втором, поскольку смерть имеет больший вес".

"Твой ребенок, брат, отец, лучший друг, кто угодно, пострадал семнадцать лет назад, и у тебя есть шанс отомстить, ты находишь способ причинить им боль в ответ. Разоблачение, хорошая взбучка. Но смерть? Это окончательно. Расплата тоже должна быть окончательной ".

"Да. И закон часто преходящ."

Она знала, что он снова подумал о Марлене, о том, что было сделано, что он сделал. Его глаза встретились с ее.

"Если бы я отступил, если бы я никогда не требовал расплаты с тех, кто пытал, насиловал, убил невинную девушку, Дженни была бы жива. Это рябь, и вы никогда не можете знать, как и куда они распространятся ".

"Иногда закон преходящ, и иногда, даже при нем, эти колебания распространяются слишком далеко или в неправильном направлении. Но без закона, ну, в конце концов, мы бы все утонули ".

"Некоторые из нас отличные пловцы. Я более склонен верить в лицо закона, поскольку смотрю на это каждый день, чем когда-либо до того, как увидел это. " Он сунул руку в карман и достал серую пуговицу, которая отвалилась от ее костюма при их первой встрече. Когда она рассматривала его как подозреваемого в убийстве. "И у меня есть мой талисман, чтобы напоминать мне".

Ее никогда не переставало смущать - и на более глубоком уровне восхищать - то, что он всегда носил это с собой. "Что вообще случилось с этим костюмом?"

В его глазах мелькнул юмор. "Это было отвратительно, и его постигла судьба, которой он заслуживал. Это, - он поднял кнопку, - было лучшей частью этого."

Вероятно, он был прав. "Что ж. Перерыв окончен", - объявила она. "Компьютер, составь список погибших в инциденте на Восточной 119-й улице из материалов дела детектива Стьюбена".

Признано. Работая...

"Были бы другие", - прокомментировал Рорк. "Другие жертвы по обе стороны войны, в то время как ваша жертва была капитаном. И, следовательно, главный".

"Да, об этом я позаботился. Стьюбен собирается предоставить мне данные к завтрашнему дню. Я не бью сюда, я начну искать там ".

Задача выполнена.

"Дисплей, первый экран. Пять смертельных случаев", - сказала Ева. "Есть еще один, чьи травмы были достаточно серьезными, на которые мне нужно взглянуть. Парень потерял руку. Трое из погибших были членами "Черепов". Из двух других один был менеджером, а другой - продавцом на полставки. Все погибшие были несовершеннолетними, за исключением менеджера ".

"Четверо детей мертвы".

"Да. Что ж, двое членов банды, согласно досье Стьюбена, отсидели срок в колонии для несовершеннолетних, были арестованы за нападение со смертельным исходом - и освобождены, когда полиция не смогла установить личность - и были подозреваемыми в убийстве Солдадо дубинками."

"Мальчики будут мальчиками".

"И отбросы будут отбросами. Управляющий... Компьютер, выведи на экран данные о взрослой жертве. Коби Смит, несколько шишек в подростковом возрасте и чуть за двадцать. Внутри нет времени. Проработал там три года, менеджером шесть месяцев. Оставил восемнадцатимесячную жену и ребенка. На момент смерти отца парню было два года, сейчас ему около двадцати. Слишком молода, чтобы соответствовать профилю Миры или моей интуиции, но мы выглядим." Она заказала данные.

"Так, так", - прокомментировал Рорк, читая. "Кажется, он посещает Полицейскую академию в Орландо, Флорида. В стране спекуляций его отца убивают в результате того, что считается бандитизмом, и сын ставит перед собой цель стать полицейским. Служить и защищать".

Ева задумчиво нахмурилась, глядя на данные на экране. "Никакого преступника. Два сводных брата. Мать снова вышла замуж. Ха. Вышла замуж за полицейского после переезда во Флориду, через три года после смерти мужа. Не могу представить, как Пенни выслеживает ее, раскручивает настолько, чтобы она вернулась и отравила Лино. Но у жертвы тоже были родители и брат."

Она прогнала их данные, изучая их, обдумывая это. Родители развелись, отметила она. Мать, проживающая в Филадельфии, отец в Бронксе, как и один брат. Второй брат в Трентоне. "Никто из них не остался по соседству. Это будет кто-то из соседей ".

"Это наиболее вероятно, я согласен, но очень возможно, что твой плохой Пенни ..."

"Ха-ха".

"Что она ушла из района, чтобы увеличить расстояние между ней и убийством. Я бы так и сделал".

"Она не такая умная, как ты".

"Что ж, миллиарды - это не так, но это хорошая стратегия, и у нее было достаточно времени, чтобы поработать над этой стратегией".

"Да. Черт. В моем будущем я вижу походы в Бронкс и Трентон. Возможно, Филадельфия, потому что это яд, а яд чаще всего используется как женское оружие. И посмотрите на это, мать больше никогда не выходила замуж, работает ассистентом врача в реабилитационном центре. Медикам доступ к ядам легче, чем остальным из нас ".

"Она потеряла не только сына, но и внука, поскольку мать увезла его в Орландо, повторно вышла замуж. Конечно, может быть, со всех сторон прилагались усилия для поддержания отношений ".

"И этого может и не быть", - закончила Ева и выдохнула. "Хорошо, возглавляет список Эммели Смит. Возможно, я смогу получить ордер на проверку ее сообщений и поездок за последние несколько недель ". Она зевнула. "Мне нужен кофе".

"Тебе нужна постель".

Она покачала головой, поднялась. "Я просто хочу пробежаться по остальным. Я могу начать изучать те, которые вызывают у меня восторг, завтра ".

Она добралась до кухни и автореферата для них обоих.

"Я вызвал данные на мальчика за стойкой", - сказал ей Рорк, когда она вернулась. "Ему едва исполнилось шестнадцать".

"Квинто Тернер. Quinto. Это звучит как испанское имя. Мать Хуанита Родригес Тернер. Хммм. Отец Джозеф Тернер. Он был смешанной расы, мексиканец и чернокожий, балансировавший на грани между бандами в расовом и географическом отношении. Никаких сибсов. Отец умер. Посмотри на это. Покончил с собой через повешение, в годичную годовщину смерти своего сына ".

"Итак, женщина потеряла двоих".

"Компьютер, все данные о Хуаните Родригес Тернер, на экране".

"Она живет в трех кварталах от церкви", - начал Рорк.

"Подожди. Подожди. Я видел ее. Компьютер, увеличь идентификационную фотографию на двадцать пять процентов. Я видела ее", - повторила Ева. "Где это было? Это было быстро, это было просто... Черт возьми, черт возьми, молодежный центр. Она работает в молодежном центре. Заведующий дневным уходом, врач на месте. Она не была взбешена и раздражена, она нервничала. Вот почему она держалась ко мне спиной. Магда не называла ее Хуанитой, но это она. Нита", - вспомнила Ева. "Она назвала ее Нитой.

"Она бы видела его каждый день, почти каждый день в течение этих пяти лет. Она, вероятно, работала с ним, шутила с ним, помогала ему консультировать детей. Она исповедовалась ему в своих грехах, и все это время, все это время он убивал ее сына, и эта смерть довела ее мужа до самоубийства. Каждый день в течение пяти лет она оказывала ему уважение из-за его призвания. И тогда она узнает, кто он, что он из себя представляет".

"Что это я слышу?" Рорк задумался. "Ах, да, это гудит".

"Отложите эти поездки в Трентон и за его пределы", - сказала она. "Она проходила мимо винного магазина, где работает Пенни, каждый раз, когда ходила в церковь, и она ходила в эту церковь - готов поспорить - большую часть своей жизни. Один из верующих, " пробормотала она. "Но для Пенни это просто знак, просто средство для достижения цели. Теперь я должен привести эту женщину, я должен посадить ее в ящик и заставить ее признаться мне. И когда она это сделает, мне придется посадить ее в клетку ".

"Иногда закон преходящ", - повторил Рорк. "И иногда это отворачивается от настоящей справедливости".

Ева покачала головой. "Она отняла жизнь, Рорк. Может быть, это была плохая жизнь, но она не имела на это права ". Она повернулась к нему. "Копы ничего не предприняли по поводу того, что случилось с Марленой. Они оказались не теми полицейскими в неподходящее время. Но эта женщина могла бы рассказать то, что ей сказали, или то, что она знала. Детектив Стьюбен? Он бы сделал то, что должно было быть сделано. Он заботился. Он заботится. Часть его никогда не прекращала работать над этим делом, и никто из него никогда не забывал жертв взрыва или их семьи ".

"Сколько там таких, как он?"

"Никогда не бывает достаточно. Она должна ответить за Лино Мартинеса, кем бы он ни был. Она не ответит за Джимми Джея Дженкинса, но ее акт мести привел и к его смерти. Это посеяло семя. Или... брошенный в воду камешек. Рябь, " напомнила она ему. "Мы не можем быть уверены, куда они распространятся. Кто-то должен попытаться остановить их ".

"Ему едва исполнилось шестнадцать". Он вернул на экран идентификационную фотографию молодого парня со свежим лицом и ясными глазами. "С моей стороны линия менее четкая, чем когда-либо могла бы быть с вашей. Что теперь?"

"Теперь я связываюсь с Пибоди и прошу ее встретиться со мной здесь, чтобы я мог ввести ее в курс дела утром, прежде чем мы поедем забирать Хуаниту Тернер для допроса. Свяжись с ее голосовой почтой, - сказала Ева, когда поймала его взгляд.

"А потом?"

"Мы идем спать". Она снова посмотрела на экран. "Она никуда не денется".

Она плохо спала, ее преследовали сны, образы мальчика, которого она никогда не встречала, который умер просто потому, что оказался не в том месте. Молодое, свежее лицо было истерзано и изуродовано, ясные глаза тусклы и мертвы.

Она слышала, как его мать рыдала над его телом. Бессмысленные, пронзительные рыдания, которые эхом отдавались в вечности.

Пока она смотрела, Марлена - окровавленная, избитая, сломленная, какой она была на голограмме, которую однажды показал ей Рорк, - подошла к искалеченному телу мертвого мальчика.

"Мы оба были так молоды", - сказала Марлена. "Мы едва начали жить. Такой молодой, чтобы его использовали как инструмент. Использованный, уничтоженный, выброшенный."

Она протянула руку Квинто Тернеру, и он взял ее. Даже когда его кровь залила пол церкви, он принял ее и поднялся на ноги.

"Я заберу его сейчас", - сказала Марлена Еве. "Есть особое место для невинных. Я отведу его туда. Что ей оставалось делать?" Она указала на скорбящую мать, покрытую кровью своего сына. "Ты можешь остановить это? Ты можешь остановить все это? Ты не смог остановить то, что с тобой случилось ".

"Я не могу остановить все это. Но убийство - это не конец. Убийство - это не решение ".

"Она была его матерью. Это было ее решение ".

"Убийство не решает проблему убийства. Это увековечивает это".

"Что же тогда с нами? Что с нами? Никто не вступился за меня. Никто, кроме Рорка ".

"И все же это не было концом. Он живет с этим".

"И ты тоже. Теперь ты увековечишь ее потерю, ее горе, ради справедливости. Ты тоже будешь жить с этим". Взяв Квинто за руку, Марлена увела его прочь.

Ева уставилась на лужи крови, на рябь в них.

И наблюдал, как они распространяются.

Она проснулась взвинченной и без той энергии, которую обычно приносило ей скорое закрытие дела. Она знала ответы, или большинство из них, ясно видела схему и поняла, приняла то, что она должна была сделать.

Но принятие и беспокойные несколько часов сна оставили у нее тупую головную боль.

"Прими блокиратор", - приказал Рорк. "Я вижу, как чертова головная боль бьется в твоем черепе".

"Итак, у тебя теперь рентгеновское зрение, Супер-Рорк?"

"Нет смысла отвешивать мне пощечины". Он встал и направился в ванную. "Я не дам пощечину в ответ. На тебе и так достаточно груза".

"Мне не нужен чертов блокиратор".

Он вернулся с одним, подошел к ней, когда она дергала за перевязь с оружием. "Возьми это, или я заставлю тебя принять это".

"Послушай, сделай шаг назад или..."

Он положил руку ей на затылок. Она приготовилась к тому, что он попытается силой запихнуть таблетку ей в горло. На самом деле, она приветствовала попытку и битву. Вместо этого его рот накрыл ее.

Руки, которые она подняла, чтобы бороться, упали по бокам, когда губы просто победили ее нежностью.

"Черт возьми", - сказала она, когда его губы оставили ее, чтобы коснуться ее щеки.

"Ты почти не спал".

"Я в порядке. Я просто хочу закрыть это, покончить с этим ".

"Возьми блокиратор".

"Nag, nag, nag." Но она приняла это, проглотила это. "Я не могу оставить это открытым. Я не могу притворяться, что не знаю. Я не могу просто позволить ей совершить убийство и отвернуться ".

"Нет. Ты не можешь, нет".

"И даже если бы я мог, даже если бы я мог найти какой-то способ жить с этим, если я отпущу ее, я отпущу Пенни Сото. Как я могу?"

"Ева". Он потер узлы напряжения у нее на плечах. "Ты не должен оправдываться, не передо мной. Ни для кого, но особенно не для меня. Я мог бы отвернуться. Я мог бы это сделать. Я мог бы сделать это и найти какой-нибудь способ обойти закон, чтобы убедиться, что другой заплатил. Ты никогда не мог. Вот эта зыбкая грань между нами. Я не знаю, делает ли это кого-то из нас правым, кого-то из нас неправым. Это просто делает нас теми, кто мы есть ".

"Я вышел за пределы закона. Просил тебя выйти за ее пределы с Робертом Лоуэллом. Я сделал это, чтобы убедиться, что он заплатил за женщин, которых он пытал и убил. Я сделал это, потому что дал Ариэлю слово, что он заплатит ".

"Это не то же самое, и ты это знаешь".

"Я перешел черту".

"Линия сдвигается". Теперь он быстро, нетерпеливо пожал эти плечи. "Если в законе, если правосудии нет сострадания, нет текучести, нет человечности, то как это может быть справедливостью?"

"Я не смог бы с этим жить. Я не смог бы жить, позволив ему выбрать легкий путь, позволив закону указать ему легкий путь. Поэтому я изменил линию ".

"Было ли это правосудием, Ева?"

"Похоже на то".

"Тогда уходи". Он поднял ее руки, поцеловал их. "Делай свою работу".

"Да". Она направилась к двери, остановилась и обернулась. "Мне снилась Марлена. Мне снились она и Куинто Тернер. Они оба были такими, какими были после того, как их убили ".

"Ева".

"Но... она сказала, что возьмет его, и она взяла. Она сказала, что есть особое место для невинных, и она отведет его туда. Ты думаешь, что есть? Место для невинных".

"Вообще-то, да. Да."

"Я надеюсь, что ты прав".

Она оставила его, пошла в свой офис, чтобы подготовиться к тому, что должно было быть сделано.

Когда вошли Пибоди и Макнаб, она просто указала в сторону кухни. Раздались двойные возгласы радости, когда они бросились за сокровищем ее автореферата. Она остановилась на кофе. Блокиратор сделал свое дело - и, возможно, разговор с Рорком сгладил остальное, по крайней мере, немного.

Она подняла брови, когда Пибоди и Макнаб вернулись с полными тарелками и дымящимися кружками.

"Как ты думаешь, у тебя достаточно еды, чтобы не умереть с голоду во время брифинга?"

"Бельгийские вафли с сезонными ягодами". Пибоди села, приготовившись вгрызаться. "Это может удерживать меня вечно".

"Пока ваши уши остаются такими же открытыми, как и ваши рты".

Она начала с Ортеги, провела их через свою предпосылку.

"По истечении семи лет он унаследует, по праву супруга, свыше шестисот восьмидесяти пяти миллионов - не включая личную собственность и прибыль от недвижимости и бизнеса за семь лет".

"Слишком много вафель", - прокомментировал Макнаб.

"Готово к жизни", - согласилась Пибоди. "Ну, если бы он был жив".

"Его приятель по койке не хотел расставаться. Она хотела всего этого. Мы собираемся это доказать, привлечь ее к ответственности за соучастие в убийстве по делу Ортеги и Флореса, мошенничество, сговор с целью убийства по делу Лино и за то, что она была обычной шлюхой-шалавой. Мы встретимся с адвокатом позже сегодня и устроим небольшое расследование ".

"Мы ложимся на нее, " добавила Пибоди, " и заставляем ее сдать своего сообщника".

"Мне это не нужно. Включить экран", - приказала она, и данные Хуаниты вспыхнули. "Хуанита Тернер. Ее сын стал жертвой второго взрыва".

"Как ты..." Пибоди сделала паузу, прищурившись при виде изображения. "Она выглядит немного знакомой. Мы брали у нее интервью? Была ли она на похоронах Ортиса?"

"Если она была, и я думаю, что это вероятно, она проскользнула внутрь и вышла до того, как место преступления было оцеплено. Мы видели ее в молодежном центре. Медицинское."

"Вот и все! Я не успел толком разглядеть ее там. Ее сын?"

"И ее муж, год спустя - с точностью до дня - покончил с собой". Ева проговорила это без обиняков. "Пенни нужно было оружие", - заключила Ева. "И Хуанита соответствует всем требованиям".

"Боже, боже, для нее должно было быть ужасно осознать, что этот парень, которого она считала ... что он был единственным, кто несет ответственность за смерть ее сына".

"Да. Это тяжело". Но это не могло повлиять на работу. "Я связалась с Reo", - сказала Ева, имея в виду APA, с которым она предпочитала работать. "По ее мнению, у нас достаточно информации, чтобы наладить коммуникации. Вот тут-то и вступает в игру e-boy. Я хочу, чтобы ты копал, выкапывал", - сказала она Макнабу, пока он поглощал вафли. "Все, что хотя бы понюхает, как будто это связано. Мы забираем Хуаниту. Пока мы держим ее в ящике, ты найдешь нам средство общения с Пенни. Найдите записку, журнал, квитанцию на цианид. Найди что-нибудь трудное, и найди это быстро ".

Пибоди проглотила вафли с ягодами. "Мы заберем ее раньше Пенни?"

"Пенни организовала это. Хуанита исполнила это. Я связался с Бакстером. Он и Трухарт следят за Пенни. Теперь, если вы закончили набивать себе желудок, давайте приступим к работе ".

Пибоди ничего не сказала, пока они спускались по лестнице. Она села на пассажирское сиденье, наконец повернулась к Еве. "Может быть, мы получаем Пенни за заговор, но это натяжка. Более вероятно, что мы получаем соучастие после свершившегося факта. И это возможно. Она может заявить, что проговорилась о Лино или почувствовала себя виноватой и проболталась Хуаните Тернер ".

Пибоди положила руку на сердце, ее глаза расширились. "Клянусь, ваша честь и члены жюри присяжных, я не знал, что она способна на убийство. Откуда я мог знать?" Опустив руку, она покачала головой. "Хуаните грозит наказание первой степени, ничего не поделаешь, если только Рео не захочет разобраться с этим, но Пенни? Она, вероятно, выскользнет из этого ".

"Это зависит не от нас".

"Это просто кажется неправильным. Хуанита теряет своего сына, своего мужа. И теперь, спустя все эти годы, она привыкает. И она - та, кому придется тяжелее всех".

"Ты играешь, ты платишь. Она убила парня, Пибоди", - сказал Макнаб со спины. "Если Даллас права в этом, и это, безусловно, хорошо подходит, она совершила преднамеренное - хладнокровно убила его задницу".

"Я знаю это. Но она была создана, чтобы сделать это. Господи, ты бы видел фотографии с места преступления с того взрыва. От ее ребенка мало что осталось ".

"Вик был ублюдком из центра города, это становится кристальным. И я даю вам понять, что она получила самый тяжелый из тяжелых ударов. Но, да ладно, это дает ей право отравить его?"

"Я этого не говорил, ты, осел, я просто говорю..."

"Заткнись и прекрати спорить", - приказала Ева.

"Я просто указываю", - сказала Пибоди вкрадчивым рассудительным тоном, который говорил любым недоброжелателям, что они глупы, "что Хуанита получила несколько действительно жестоких ударов, и Пенни, которая, вероятно, была с ними заодно, использовала это. И..."

"Я просто указываю, привет, убийца".

Пибоди развернулась, чтобы впиться взглядом в Макнаба. "Ты такой придурок".

"Кровоточащее сердце".

"!" резкий приказ Евы заставил их обоих застегнуть молнию. "вы оба правы. Так что прекратите препираться, как пара идиотов. Сегодня утром я избавился от одной головной боли. Если ты вернешь одного, я вышвырну вас обоих на обочину и покончу с этим сам.

Пибоди сложила руки на груди, задрав нос кверху. Макнаб обмяк на заднем сиденье. По мнению Евы, это был праздник недовольства на всем пути до Ист-Сайда.

21

ЕВА ДВАЖДЫ ПРИПАРКОВАЛАСЬ Перед МОЛОДЕЖНЫМ центром, включила дежурный свет. Та же группа детей бросала обручи на корте, в то время как взрослые суетились, тащили и переносили обручи поменьше в здание.

Повседневная жизнь детей была странной, подумала она. Вас отвозили в разные места, бросали там, снова вытаскивали в конце дня. Во время свалки вы сформировали свои собственные маленькие общества, которые могут иметь мало или вообще ничего общего с вашей иерархией в вашей домашней жизни. Так разве вы не приспосабливались постоянно, перенастраивая, имея дело с новыми правилами, новыми авторитетами, больше власти, меньше?

Неудивительно, что дети были такими странными.

"Ты ждешь ордера", - сказала она Макнабу. "Как только мы подтвердим, что Хуанита здесь, или подтвердим ее местонахождение, Пибоди передаст эту информацию. Ты можешь пробраться в ее квартиру ".

"Я не понимаю, как я могу передавать информацию, когда я должен заткнуться - и если бы я не должен был, я бы все равно с ним не разговаривал".

"Ты действительно хочешь испытать острые ощущения от того, что мой ботинок засунут тебе в задницу так глубоко, что останутся синяки на миндалинах? Даже не думай об этом", - огрызнулась Ева на Макнаба, когда он захихикал. "Детектив Придурок, приготовься. Детектив Кровоточащее Сердце, со мной ".

Она зашагала прочь. Через несколько секунд Пибоди уже неслась рядом с ней, в каждом шаге слышались оскорбления. "Напейся позже", - посоветовала Ева. "В этом нет ничего, что могло бы доставить удовольствие или удовлетворение. Так что делай свое дело сейчас, а злись потом ".

"Я просто думаю, что я должен быть в состоянии выразить мнение, не будучи ..."

Ева остановилась, развернулась. Огонь разгорелся и вспыхнул в ее глазах, когда она обожгла ими Пибоди. "Ты думаешь, я с нетерпением жду возможности вытащить женщину, которой пришлось хоронить разорванные и окровавленные куски своего сына, которые можно было соскрести с пола?" Что я потираю руки от радости при мысли о том, чтобы посадить ее за решетку и в поте лица выбивать из нее признание в убийстве человека, который, как я полагаю, был ответственен за это?"

"Нет". Плечи Пибоди поникли. "Нет, я не хочу".

Огонь погас, и глаза Евы потускнели. "Личное мнение, чувства, сочувствие - ничему здесь нет места. Это работа, и мы собираемся ее выполнить ".

Ева распахнула дверь и шагнула внутрь, в утренний хаос. Плачущие младенцы, измученные родители, визжащие дети толпились вокруг - включая одного, который, казалось, пытался сбежать с удивительной скоростью на четвереньках.

Пибоди подхватила его, прежде чем он успел долететь до двери, затем передала мужчине, бросившемуся за ним.

Ева проложила свой путь, привлекая внимание Магды. "Хуанита Тернер".

"О, Нита гоняет стадо на ранних стадиях в комнате для занятий. Вот так." Магда подала знак. "Через двойные двери, вверх по лестнице на один уровень. Вторая дверь, налево. Она открыта".

Когда Пибоди начала доставать свой коммуникатор, Ева покачала головой. "Нет, пока мы не увидим ее. Во всем этом безумии она могла бы уйти ".

Ева последовала за направлением и шумом. В комнате для занятий были столы, стулья, полки, полные того, что, как она предположила, было занятиями. Солнечный свет бил через окна, омывая пространство, выполненное в агрессивно ярких основных цветах. Шестеро детей сидели за столами, рисовали, собирали пазлы и разговаривали во все горло одновременно.

Хуанита шла среди них, заглядывая через плечи, гладя по головам. Легкая улыбка, которая была на ее лице, исчезла, когда она увидела Еву. Если у вины и было лицо, подумала Ева, то оно было у Хуаниты Тернер.

Ева махнула рукой, шагнув сразу за порог. "Пометьте Макнаба", - пробормотала она Пибоди. "Отойди всегда".

Она подождала, пока Хуанита подойдет к двери. "Я могу тебе чем-нибудь помочь?"

"Вам понадобится, чтобы кто-нибудь прикрыл вас, миссис Тернер."

"Зачем мне это делать?"

"Ты знаешь почему. Ты должен пойти с нами сейчас. Мы можем сделать это тихо". Ева перевела взгляд с Хуаниты на полдюжины детей. "Будет лучше для вас, для детей, если мы сделаем это тихо".

"Я не оставлю детей. Я не..."

"Ты хочешь, чтобы эти дети видели, как я забираю тебя отсюда в наручниках?" Ева подождала два удара, наблюдая, как это впитывается. "Ты найдешь кого-нибудь, кто прикроет тебя, миссис Тернер, и я собираюсь организовать, чтобы тебя отвезли в Центральную. Ты будешь ждать там, пока я не приду допросить тебя ".

Тонкая оболочка возмущения не могла прикрыть кости страха. Они пронзали насквозь, грубые и острые. "Я не понимаю, почему я должен идти с тобой, когда я не знаю, о чем идет речь".

"Я собираюсь заключить Пенни Сото под стражу к концу дня, миссис Тернер." Ева кивнула от толчка осознания. "Вы точно понимаете, о чем идет речь. Теперь выбирай, как ты хочешь, чтобы это произошло ".

Хуанита прошла через холл, коротко переговорила с молодым человеком внутри. Он выглядел озадаченным и слегка раздраженным, но прошел в комнату занятий.

"Мне не нужно ничего говорить". Губы Хуаниты задрожали при этих словах.

"Нет, ты не понимаешь". Ева взяла ее за руку, повела ее вниз по лестнице, вывела ее из здания. И подождала, пока они не оказались на тротуаре, подальше от детей, все еще играющих в мяч, прежде чем зачитать Хуаните ее права.

В Центральном управлении она отвела Хуаниту в комнату для допросов и удалилась в свой кабинет. Ей нужно было сделать кое-какие приготовления. Когда она повернулась к КПЗ, она заметила Джо Инеса и его жену на скамейке ожидания. Джо поднялся.

"Ах, парень сказал, что ты уже в пути, так что..."

"Хорошо. Ты хочешь поговорить со мной, Джо?"

"Да, я..." Он взглянул на свою жену, которая кивнула, своего рода жест поддержки. "Нам нужно поговорить о том, что было раньше. Это о том, что было раньше, о том, что произошло. Взрывы 2043 года".

Ева подняла руку. "Зачем ты вошел? Почему ты здесь, сам по себе?"

"Мы говорили". Его жена положила руку на плечо Джо. "После того, как ты пришел, мы поговорили, и Джо рассказал мне об этом. Мы здесь, чтобы делать то, что правильно. Я и Джо. Вместе".

"Ты ответь на этот единственный вопрос". Ева подошла ближе, так что ее лицо оказалось рядом с лицом Джо. Она понизила голос, ее глаза пристально смотрели на него. "Я не зачитал вам ваши права. Ты знаешь, что это значит?"

"Да. Но..."

"Я хочу получить ответ на это, прежде чем мы продолжим, прежде чем все, что вы мне скажете, будет записано. Вы кого-нибудь убили или принимали участие в убийстве кого-либо?"

"Нет, Иисус, нет, это..."

"Не говори больше ничего. Не говори мне ничего. Я собираюсь отвести вас в комнату для допросов. Ты будешь ждать там, пока я не сделаю кое-какие приготовления ". Она просунула голову в КПЗ, схватила форму. "Отведите мистера и миссис Инес на собеседование Б. Посидите с ними". Ева повернулась к ним. "Тебе нечего сказать, пока я не скажу тебе сказать это".

Она отправилась прямо в свой офис, связалась с АПА Шер Рео. "Вам нужно спуститься сюда, но прежде чем вы это сделаете, мне нужно, чтобы вы одобрили иммунитет свидетеля".

"О, конечно". Симпатичная блондинка грациозно взмахнула рукой. "Просто позволь мне взять мою специальную волшебную палочку для защиты".

"У меня есть один знаток, который только что пришел добровольно, который может закрыть два дела, которые были открыты в течение семнадцати лет и повлекли за собой шесть смертей. Остроумие может дать информацию, которая приведет к аресту в этих вопросах ".

"Что..."

Ева навалилась прямо на нее. "Кроме того, я собираюсь закрыть дело об убийстве Сент-Кристофера Бала двумя арестами. На момент предыдущего инцидента вит был несовершеннолетним и, вероятно, подпадал бы под идиотский приказ о помиловании, или это можно было бы аргументировать, если бы были предъявлены обвинения. Ты заключаешь сделки с подонками, чтобы наживать еще больших подонков каждый день чертовой недели, Рео. Я говорю здесь о семейном человеке, о том, кто, судя по всему, делает сто восемьдесят того, к чему вела его жизнь. Вы предоставляете иммунитет, или я освобождаю его ".

"Я не могу просто..."

"Не говори мне того, чего ты не можешь. Заставь это работать. Вернись ко мне ". Ева отключилась, связалась с офисом Миры. "Мне все равно, что она делает", - начала Ева, когда свирепый администратор ответил. "Мне нужно поговорить с ней сейчас. Доведи меня до конца, или я спускаюсь туда".

Экран стал горячим, ожидающим синим.

Мгновением позже появилась Мира. "Ева?"

"Мне нужно, чтобы ты наблюдал", - начала Ева и объяснила. "Может быть, я ошибаюсь", - добавила она. "Ты узнаешь, если я ошибаюсь".

"Я могу быть там примерно через двадцать минут".

"Я буду ждать тебя".

Она сделала последний звонок Файнбургу и привела в действие последнюю часть своего плана. Когда Рео отметила ее в ответ, Ева ухватилась за ссылку.

"Я в пути. Иммунитет не исключен, но мне нужно больше информации ".

"Этому остряку было примерно семнадцать лет, и он был членом "Солдадос", когда произошли взрывы в 2043 году".

"Господи, Даллас, если он был частью этого..."

"Я полагаю, что его роль, если таковая была, была незначительной, и постфактум. И что он может дать нам информацию о главных действующих лицах. Позже сегодня я собираюсь забрать единственного из них, кто, как я полагаю, все еще жив, в рамках ареста Святого Кристобаля. Они могли бы в любом случае на этом остановиться, Рео, но то, что он мне даст, будет для тебя еще одним гвоздем, который нужно забить ".

"Приказ о помиловании - темная область, поскольку он был отменен. Если подозреваемый не был арестован и ему не было предъявлено обвинение в течение времени, пока оно действовало, и информация после его отмены ..."

"Не надо меня защищать, Рео. Ты собираешься наделить мое остроумие иммунитетом ". Нет, она не могла остановить их всех, подумала Ева. Она не смогла спасти их всех. Но она могла бы спасти некоторых. "Я не собираюсь наказывать этого парня за это".

"Как зовут этого остряка?"

"Я буду мистером Икс, пока ты не дашь мне чертов иммунитет".

"Черт возьми, кто он, твой брат? Хорошо, условный иммунитет. Если он совершил убийство, Даллас, я не собираюсь его отмывать ".

"Достаточно хорошо".

"Я буду там через пять минут".

"Интервью Б. Возможно, вы захотите очистить свой лист до конца дня. Это будет долго".

Она вышла, встретилась с Пибоди и зашла поговорить с Джо Инес.

"Запись продолжается. Даллас, лейтенант Ева, и Пибоди, детектив Делия, в интервью с Инес, Джо, и Инес, Консуэлой. На этот раз я собираюсь зачитать вам ваши права ". Как только она это сделала, она села за стол напротив них. "Понимаете ли вы оба свои права и обязанности в этом вопросе?"

"Да, я верю, но Конни тут ни при чем".

"Это для ее защиты. Мистер Инес, вы пришли на собеседование по собственной воле?"

"Да".

"Почему?"

"Почему?"

"Я бы хотел, чтобы вы сказали мне, для протокола, почему вы решили прийти и сделать заявление сегодня".

"Я... Я сделал много вещей, которыми не горжусь, в прошлом. Но у меня есть семья. У меня трое детей, три мальчика. Если я не поступаю правильно, как я должен сказать им, что они должны поступать правильно?"

"Хорошо. Хочешь чего-нибудь выпить?"

"Я-нет". Явно взволнованный, он прочистил горло. "Я хороший".

"Миссис Инес?"

"Нет, спасибо. Мы просто хотим покончить с этим ".

"Расскажи мне, что случилось, Джо. Что произошло весной 2043 года?"

"Ах, большинство из нас, даже если мы не ходили в школу, ходили на танцы. Может быть, танцевать или затевать драки, заключать какие-то сделки, искать рекрутов ".

"Кто мы такие?"

"Ох. Солдаты. Лино и Стив тогда были со-капитанами. Ну, Лино в основном руководил бандой. Стив был более мускулистым. Лино хотел больше рекрутов, и он полагал, что вы получаете больше рекрутов, когда у вас проблемы. Когда у вас был, типа, общий враг. Он так говорил ", - добавил Джо. "Но я не знал, клянусь Богом, я не знал, пока позже".

"Не знал чего?"

"Бомба. Я не знал. Я был участником около года, полутора, и Лино нравилось, что я хорошо управляюсь со своими руками. Что я мог бы все исправить. Что я мог бы разгонять машины ". Он выдохнул. "Он говорил, что я стану кем-то. Он сделал бы меня кем-то. Но я должен был оставить свой след ".

"Твоя метка".

"Смертельная метка. Я не мог быть на высшем уровне, пока не совершил убийство, пока не оставил свой след ".

"Ты все еще носишь татуировку Сольдадо", - отметила Ева. "Сюда не входит метка убийства, крест под крестом".

"Нет, я так и не оставил свой след. Во мне этого не было. Я не возражал против драки, черт возьми, мне нравилось драться. Выйди туда, пролей немного крови. Выпустить пар. Но я не хотел никого убивать ".

"И все же, вы с Лино были друзьями", - подсказала Ева.

"Да, или я думал, что мы были. Лино обычно подшучивал надо мной по этому поводу, но... точно так же, как парни подшучивают друг над другом по поводу дерьма. Я думаю, именно поэтому я не знал, что он задумал, что он устроил ".

"Он не сказал тебе о бомбе".

"Он никогда ничего мне не говорил. Он сказал, что встретится со мной там, на танцах. Бомба на танцах, когда она взорвалась, я был прямо там. Прямо здесь. Ронни Эдвардс был убит. Она поднялась на десять футов от меня. Я знал ее".

Он остановился и потер руками лицо. Когда он уронил их снова, Конни взяла один в свой.

"Я знал ее", - повторил Джо. "Я знал ее с тех пор, как мы были в детском саду, и она взорвалась у меня на глазах. Я никогда..." Он опустил голову, пытаясь сохранить самообладание. "Прости".

"Не торопись", - сказала ему Ева.

"Это пошло-это пошло к черту за считанные секунды. Играет музыка, дети танцуют или тусуются. Затем все отправилось в ад. Шум, огонь. Еще больше детей пострадало, а потом они бегают, безумно напуганные, и еще больше пострадало в давке. Лино, Ч á вез и Пенни, они вытаскивают детей, как герои, и говорят, что это были Черепа, гребаные черепа ".

Он вытер рот тыльной стороной ладони. "Но их там не было, не тогда, когда это произошло".

"Лино, Стива и Пенни там не было", - уточнила Ева.

"Да. Я имею в виду, нет, нет, их там не было, когда это место взорвалось. Я искал Лино. У меня была пара парней, которые хотели вступить в банду, поэтому я искал Лино. Никто его не видел. За несколько минут до взрыва никто не видел ни его, ни Пенни, ни Стива. Он никогда не пропускал ни одного танца. Я подумал, ну, он просто опоздал добраться туда. И, вероятно, к счастью для него, я подумал, что после. К счастью для него, потому что мы решили, что он был целью. Это было позже, когда я понял, что это он издавал звуки о том, что он цель ".

"Вы пострадали во время первой бомбардировки?"

"Получил несколько ожогов, порезал кое-что из того, что летало вокруг. Не так уж плохо. Если бы я стоял там, где был Ронни... Я думал об этом. Думал об этом и о том, как Ронни только что взорвался. Это взбодрило меня, заставило задуматься, да, эти черепа нужно было немного убить. Итак, я встал, думаю, что из-за этого я готов получить свою оценку, и я слышу, как Лино и Пенни разговаривают ".

"Где ты был, когда услышал их?"

"У нас было место, которое мы использовали, как штаб-квартиру. Этот подвал в здании на Второй авеню, сразу за 101-й. Большой подвал, место было похоже на лабиринт. Крысиная ловушка", - сказал он с кислой улыбкой. "Они починили это около десяти лет назад. Теперь это квартиры. Хорошие апартаменты."

"Просто ради моего любопытства, вы знаете, кому это принадлежало?"

"Конечно". Он выглядел озадаченным вопросом. "Джос &# 233; Ортега - старик - своего рода важная шишка в округе. Джосé был одним из нас. Сольдадо - я имею в виду, внук старика был одним из нас. Но факт был в том, что Лино сказал, что это наше место ".

Рябь, подумала Ева. "Хорошо. Итак, вы слышали разговор Лино и Пенни, когда спускались в подвал, в штаб-квартиру."

"Да, как я уже сказал, это было большое место, много комнат и коридоров. Я направлялся в военную комнату. Я был на ногах, и я хотел принять участие в возмездии. Черт возьми, я хотел возглавить атаку. Но я проходил мимо одного из провальных залов и услышал, как они говорили о том, как это работает. Как посадка бумера на танцах привлекла сообщество - так выразился Лино - сообщество, вовлеченное. Как бы они сейчас ударили по Черепам, и все бы приветствовали. Солдаты были бы героями, потому что все думали, что Черепа напали, что Черепа принесли кровь на нейтральную территорию. И Пенни сказала, что им следовало использовать бомбу побольше ".

Он посмотрел вниз на свои руки, затем снова поднял взгляд на Еву. Слезы застилали его. "Она так и сказала. Сказал, что Лино следовало построить "бумер" побольше, чтобы мертвецов было больше, а не только эта маленькая сучка Ронни. Как куча тел могла бы по-настоящему взбодрить людей. И он рассмеялся. Он засмеялся и сказал: "Подожди несколько дней". "

Он потянулся к руке своей жены. "Могу я принести немного воды? Думаю, мне не помешало бы немного воды ".

Пибоди встала, подошла, чтобы наполнить бумажный стаканчик. "Не торопитесь, мистер Инес", - сказала она ему.

"Я не мог в это поверить, не мог поверить, что они это сделают. Для наших собственных. Чаз Поларо был в больнице, и они не знали, выживет ли он. И они там, внутри, смеются. Они те, кто это сделал, и они смеются.

"Той ночью на моем месте мог быть я, мертвый или, может быть, умирающий. Это мог быть любой из нас, и он сделал это. Они сделали это. Я вошел, такой взбешенный. Они лежали на старом матрасе, который у нас был там, внизу, и она была почти голая. Я сказал: "Какого хрена, Лино". Прости, Конни, это то, что я сказал ".

Теперь Джо начал говорить быстро, выталкивая слова, выталкивая воспоминания. "Я сказал: "Ты гребаный ублюдок, ты натравил на нас этот бумер". Он начал говорить мне остыть, заморозить это. Какая это была стратегия, на благо банды, и все это дерьмо. Я сказал ему, чтобы он убирался восвояси, и я ушел. Он пришел за мной. У нас было много слов - и Конни разозлится, если я скажу их все. В итоге он сказал мне, что он капитан, и я буду следовать приказам, я буду держать рот на замке, или он натравит на меня Ч áвеза. Он сказал, что мы собираемся нанести удар по черепам и сильно, что он уже приготовил бумер для удара. Если бы я не хотела, чтобы он запихнул это мне в глотку и нажал на пульт, я бы держала рот на замке. Я думаю, он не был уверен, что я уловил суть, потому что на меня напали несколько часов спустя, выбили из меня все дерьмо.

"Я держал рот на замке. Я держал это в секрете, и на следующий день Лино и Ч &# 225;вез ушли. Я держал это на замке, когда Пенни выследила меня и сказала, чтобы я помнил, что это может быть "Бумер" Лино, но сейчас ее палец был на спусковом крючке, и если я не выполню приказ, они сделают со мной то, что она и Лино сделали с ее стариком ".

"Подержи так секунду", - сказала ему Ева. "Пенни Сото рассказала вам, что она и Лино сделали с ее отцом?"

"Черт возьми, они все время этим хвастались. Как они порезали Ника Сото. Как они вместе оставили свой след ".

"Хорошо. Продолжай идти".

"Я думаю, что больше ничего не остается. Через пару дней после ухода Лино бомба попала в закусочную. И я держал это на замке. Я никому ничего не сказал, и пять человек погибло".

"Вы знали о второй бомбе заранее?"

"Да, я знал". Он раздавил стакан с водой в своей руке. "Я не знал, когда и где, но я знал, что они собирались это сделать. Я знал, что люди умрут, потому что Пенни хотела тела, а Лино нравилось давать Пенни то, что она хотела. Я ничего с этим не делал. Я пошел и напился, и оставался пьяным долгое время".

"Когда вы в последний раз видели Лино Мартинеса?"

"В тот день, когда мы все выяснили. Я продолжал ждать, что он вернется, но он так и не вернулся. Не будь ни тем, ни другим. Пенни некоторое время после этого руководила "Солдадос", но все развалилось. Меня поймали за ограбление 24/7, отсидел какой-то срок. Она заглянула ко мне, когда я вышел, чтобы напомнить, что могут случиться вещи похуже, чем побои, если я когда-нибудь подумаю о том, чтобы промолчать ".

"Ладно, Джо, давай еще раз пройдемся по некоторым тонкостям".

Ева проработала с ним это, затем уточнила детали. Когда она подумала, что выжала из него все соки, она кивнула. "Я хочу поблагодарить вас за то, что пришли сегодня. Ты оказал большую помощь ".

Он пристально посмотрел на нее, когда она поднялась. "И это все?"

"Если только тебе не нужно что-то добавить".

"Нет, но... я арестован?"

"Для чего?"

"За, я не знаю, сокрытие улик или ... соучастие или что-то в этом роде".

"Нет, Джо, с тобой все ясно. Вас могут вызвать для дачи показаний в суде относительно заявлений, которые вы сделали сегодня. Если да, будете ли вы свидетельствовать в суде относительно фактов?"

"У нас трое детей. Я должен показать им, как поступать правильно ".

"Это все, что мне сейчас нужно. Иди домой".

Ева вышла, прокладывая себе путь к Обсерватории и Рео.

"С ним все ясно, " сказал Рео, - но если вы думаете, что мы можем возбудить и выиграть дело против Пенни Сото на словах и памяти бывшего члена банды, бывшего заключенного ..."

"Не беспокойся об этом. Я достану тебе больше. Я достану тебе много. Следующая в нашем списке - Хуанита Тернер, мать одного из тел, которых хотела заполучить Пенни, и женщина, которая отравила Лино Мартинеса. Она в А. С таким же успехом я мог бы сказать вам, что Мира придет посмотреть интервью, и я верю, что она придет к выводу о снижении дееспособности ".

"Сегодня ты коп, адвокат и психиатр". Сарказм окутывал каждое слово. "Как ты это делаешь?"

"Ты собираешься упрятать ее за решетку, Рео, но если после собеседования ты захочешь сначала упрятать ее за решетку, я отправлю тебя в оплачиваемый отпуск в Портафино".

"Я всегда хотел побывать там".

Ева подкрепилась кофе, затем повернулась к Пибоди. "Готов?"

"Да".

"Возьми инициативу на себя".

"Что? Что?" Пибоди трусцой побежала за Евой. "Ты сказал, что я должен взять на себя инициативу?"

В поисках ответа Ева вошла в комнату для допросов. Она сидела, ничего не говоря.

"Ах, запись продолжается", - начала Пибоди и процитировала основные моменты. "Миссис Тернер, вам зачитали ваши права?"

"Да".

"И ты понимаешь эти права и обязанности?"

"Да, да".

"Миссис Тернер, являетесь ли вы членом католической церкви Святого Кристобаля?"

"Да".

"А вы были знакомы с отцом Мигелем Флоресом?"

"Нет". Хуанита подняла голову, и ее темные глаза вспыхнули. "Потому что отец Флорес никогда не приходил на бал Святого Кристиана. Лжец и убийца пришел с его лицом. Он, вероятно, мертв, этот отец Флорес. Вероятно, убит. Что вы думаете по этому поводу? Что ты с этим делаешь?"

Пибоди говорила отрывисто, хладнокровно - и какими бы ни были ее мысли, они были заперты за пределами комнаты. "Вам известна личность человека, который выдавал себя за отца Флореса?"

"Лино Мартинес. Убийца".

"Как вы пришли к осознанию его личности?"

"Я понял это". Она пожала плечами, отвела взгляд.

Первая ложь, подумала Ева.

"Как?" Потребовала Ева. "Как ты только до этого додумался?"

"То, что он говорил, как он действовал, определенные взгляды. Какое это имеет значение?"

"Вы работали с ним в молодежном центре более пяти лет", - добавила Ева. "Пошел в церковь. Как долго вы знали, кем он был на самом деле?"

"Я знал то, что я знал". Она скрестила руки на груди и уставилась в стену. Но жесты неповиновения утратили силу из-за быстрой, легкой дрожи, которая прошла через нее. "Не имеет значения, как долго".

"Миссис Тернер, это правда, что тебе сообщили его личность?" Пибоди снова привлекла к себе внимание Хуаниты. "Ты этого не понял. Тебе было сказано". Голос Пибоди смягчился до того доверительного тона, который Ева считала одним из лучших инструментов своего партнера. "Пенни Сото угрожала вам, миссис Тернер?"

"Зачем ей это?"

"Чтобы обеспечить ваше молчание. Чтобы убедиться, что ты возьмешь вину за убийство Лино Мартинеса на себя в одиночку. Ты действительно убил Лино Мартинеса, не так ли?"

"Я не обязан тебе ничего говорить".

"Чушь собачья". Ева встала так резко, что ее стул отлетел назад. "Ты хочешь поиграть, Хуанита, давай поиграем. Пенни Сото сказала тебе, что Мартинес обманывал тебя, обманывал всех. Лино Мартинес, человек, ответственный за смерть вашего сына, был прямо у вас под носом, изображая священника. Вы могли видеть это тогда, вы могли видеть его насквозь тогда, как только она рассказала вам. Однажды она рассказала вам все о том, как он заложил ту бомбу, которая разорвала вашего сына на куски."

Ева хлопнула ладонями по столу, наклонилась ближе. Жест и слова заставили Хуаниту вздрогнуть, слезы заблестели из-за вызова в ее глазах.

"И она помогала тебе планировать это, каждый шаг твоей мести. Она провела тебя прямо через это, не так ли?"

"Где ты был?" - Потребовала Хуанита. "Где ты был, когда он убил моего ребенка? Когда мой муж так горевал, он покончил с собой. Покончил с собой и никогда не увидит Бога, никогда больше не увидит Бога или нашего мальчика. Это то, что сделал этот ублюдок. Где ты был?"

"Ты должен был потребовать оплаты". Ева стукнула кулаком по столу. "Ты должен был заставить его заплатить за Квинто. Полиция этого не сделала, так что тебе пришлось ".

"Он был моим единственным ребенком, нашим единственным ребенком. Я сказал ему, я научил его никогда не смотреть на кожу - цвет кожи ничего не значит. Мы все дети Божьи. Он был хорошим мальчиком. Я сказал ему, что он должен работать, что все мы должны заслужить свой путь. Итак, он взялся за работу там, там, где они убили его. Потому что я сказал ему это ".

Слезы текли по ее щекам, вытекая из страдания. "Ты думаешь, это имеет значение, что ты говоришь, что ты делаешь? Я отправил своего мальчика туда, где его убили. Ты думаешь, это имеет значение, если ты заберешь у меня жизнь сейчас, если ты отправишь меня за решетку до конца? Я не могу видеть Бога, точно так же, как и мой муж. Нет спасения без искупления. Я не могу просить истинного прощения. Я убил того, кто убил моего сына. И я не раскаиваюсь. Я надеюсь, что он горит в аду".

"Миссис Тернер. Миссис Тернер." Голос Пибоди успокаивал, умиротворял. "Ты была матерью Квинто. Ему было всего шестнадцать. Должно быть, это было разрушительно, эта потеря. Должно быть, это снова было потрясающе, когда Пенни сказала тебе, что человек, которого ты считал отцом Флоресом, был Лино Мартинес ".

"Я не поверил ей. Сначала я ей не поверил". Когда Хуанита опустила голову на руки, Ева слегка кивнула Пибоди в знак одобрения. "Зачем ей говорить мне это? Когда-то она была его шлюхой. Как я мог поверить в это, поверить ей? Я работал с ним, причащался у него, исповедовался ему. Но..."

"Она убедила тебя", - подсказала Пибоди.

"Мелочи. То, как он шел, его развязность. Баскетбол, столько гордости. Он так гордился своим мастерством обращения с мячом и сеткой. Его глаза. Если вы действительно посмотрели, если вы действительно посмотрели, он был там. В глазах священника".

"И все же она могла солгать", - настаивала Ева. "Ты убил человека по ее слову ? Слово шлюхи Лино Мартинеса?"

"Нет. Нет. У нее была запись, она записала его, говорящего с ней. Говорили о том, как он всех дурачил. Как он мог играть роль священника и быть грешником. Она попросила его назвать свое настоящее имя, и он рассмеялся. Лино Мартинес, сказал он. И даже его мать не знала этого. Но как все снова узнали бы его, уважали его, завидовали ему. Еще немного времени."

"Она сделала запись для тебя".

"Она сказала, что сделала это, потому что мне нужны были доказательства. Что она стыдилась того, что он заставил ее сделать. То, что он заставил ее делать до сих пор. Она любила его, когда была девочкой, и отступила, когда он пришел к ней. Но потом он рассказал ей, что он сделал. Бомба, и она не смогла бы с этим жить ".

Она вытерла глаза. "Кто мог бы жить с этим? Только зло может жить с этим. Она не могла. Она нашла Бога, обрела силу и пришла ко мне ".

"И помогла тебе", - сказала Пибоди, очень мягко. "Она поняла, насколько ты был разбит, и предложила помощь".

"Он не стал бы платить за Квинто. Он никогда бы не заплатил, если бы я не заставил его заплатить. Если только я не остановил его. Я мог бы достать яд. Я мог бы войти в церковь, в дом приходского священника, в скинию. Тем не менее, я ждал. Я ждал, потому что отнять жизнь, даже по справедливости, - это ужасно. Затем она показала мне другую запись, где он говорил о взрыве, хвастался этим. Как он притворился, что оставил все как есть до этого, но как он наблюдал, как взорвался магазин. Взорвись, с моим мальчиком внутри. Как он наблюдал за этим, а затем уехал. Его работа выполнена".

Воспоминание выпрямило ее позвоночник. Вызов снова прорезался в ее взгляде на Еву. "Хотел бы Бог, чтобы он остался безнаказанным?"

"Проведи нас через это, Хуанита", - сказала Ева. "Как ты это сделал".

"Старый мистер Ортис умер. Он был таким хорошим человеком, его так любили. Я воспринял это как знак. Я знал, что церковь будет полна, и этот убийца на алтаре. Я пошел в дом священника до того, как туда пришла Роза, когда отец Л ó пез и тот был на утренней мессе. Я получил ключи от скинии. Я дождался, пока отец Лóпез ушел с утренней мессы, и я вошел, подсыпал яд в вино".

Все тело Хуаниты дрожало. "Только вино, и никогда оно не будет кровью Бога. Я была бы рукой Божьей, сказала она".

"Пенни сказала?"

"Да, она сказала, что я буду Божьей рукой и низвергну его. Итак, я сидел в церкви и наблюдал, как он совершал свои ложные молитвы над тем хорошим человеком, и я наблюдал, как он пил вино. Наблюдал, как он умирал. И, как и он, с моим ребенком, я ушла ".

"Ты исповедовался отцу Лóпезу", - сказала Ева. "Нет, он мне не сказал. Он бы не стал. Но ты исповедовался ему. Почему?"

"Я надеялся, что каким-то образом смогу быть прощен. Но Отец сказал, что я должен сообщить в полицию, я должен раскаяться в своем сердце. Я не такой. Как мне быть? Если я присоединюсь к Лино в аду, такова Божья воля. Я знаю, что мой мальчик на небесах".

"Почему ты не пошел в полицию или к отцу Лóпезу с тем, что рассказала тебе Пенни?"

От гнева краска бросилась ей в лицо. "Она была в полиции. Они ей не поверили. И она сказала, что он убьет ее. Он сказал ей, что убьет ее, если она когда-нибудь предаст его. Она показала мне синяки, там, где он бил ее. Я не хотел бы, чтобы ее жизнь была в моих руках ".

"Она играла тобой". Ева сказала это категорично, затем встала, чтобы налить себе чашку воды. "Она сыграла Лино, сыграла тебя, и вы оба сделали именно то, что она хотела. Он сделал бомбу, которая убила вашего сына? Да, мы можем быть почти уверены в этом. Он планировал взрыв? То же самое. Но что Пенни упустила из виду в своей программе "Я нашла Бога", так это то, что именно она сказала ему увеличить взрывчатку до уровня множественного поражения, и именно она нажала на кнопку. Она убила вашего сына, миссис Тернер. И использовал тебя, чтобы убить Лино."

Вся краска гнева сбежала с ее лица, но она покачала головой. "Я тебе не верю".

"Ты не обязан. Я собираюсь это доказать. Дело в том, миссис Тернер, ты не исполнил волю Бога, ты исполнил волю Пенни Сото. Ты не был рукой Бога, ты был рукой Пенни Сото. Человек, ничуть не менее ответственный, чем Лино Мартинес, за смерть вашего сына. За самоубийство вашего мужа".

"Ты лжешь".

"Это было за деньги". Ева откинулась на спинку стула, позволяя идее развернуться. "Ты когда-нибудь спрашивал ее, спрашивал себя, почему он вернулся, почему он играл священника более пяти лет?"

"Я..."

"Ты этого не сделал. Ты не сделал этого, потому что все, о чем ты мог думать, все, что ты мог видеть, был твой сын. Спроси себя сейчас. Зачем такому человеку жить так, как он жил? Деньги, Хуанита, много денег. Деньги, которых ему пришлось ждать, деньги, которыми он планировал поделиться с единственным человеком, которого он действительно любил. Пенни Сото. Благодаря тебе ей не нужно делиться ".

"Это неправда. Это не может быть правдой. Она боялась, что он убьет ее. Он бил ее, и заставлял ее делать разные вещи, и сказал, что убьет ее ".

"Ложь. Ложь. Ложь. Если хоть что-то из этого было правдой, почему она не ушла? У нее здесь нет никаких связей. Ни семьи, ни настоящих друзей, ни той работы, которую она могла бы делать где угодно. Почему бы просто не сесть в автобус и не уехать? Ты когда-нибудь спрашивал ее?"

"Он сказал, что смотрел бомбу, он смеялся. Он назвал свое имя".

"И он сделал все это добровольно? Он сказал все это женщине, которой ему пришлось угрожать, он должен был избить, он должен был заставить? Думай!"

Ее дыхание стало прерывистым. "Она... она..."

"Да, это верно. Она. Но на этот раз я буду рукой Божьей".

Она оставила Хуаниту с Пибоди, закрыла дверь, чтобы женщина не заплакала. И просто прислонился к ней спиной на мгновение. Когда она вошла в Обсерваторию, она нашла Рео, Миру и отца Лóпеза.

"Могу я увидеть Хуаниту, лейтенант", - спросил Лóпез. "Чтобы дать ей совет?"

"Пока нет, но если вы подождете снаружи, я скоро это устрою".

"Благодарю тебя. Спасибо, что позволили мне прийти ". Он повернулся к Рео. "Я надеюсь, ты сможешь смягчить закон состраданием".

Ева подождала, пока Лóпез уйдет. "В чем вас обвиняют?" она спросила Рео.

"Вторая степень". Она взглянула на Миру. "При особых обстоятельствах. Я попрошу от десяти до пятнадцати минимальных мер безопасности на планете. И у нее будет полная психологическая оценка ".

Ева кивнула. "Она не выложится по полной. Речь идет не о реабилитации. Речь идет о спасении".

"Она должна заплатить, Ева". Мира изучала плачущую женщину через стекло. "Не только для закона, но и для себя. Она не сможет жить с тем, что она сделала, если не покается. Она не сможет обрести это спасение, пока не найдет прощения ".

"Я понимаю это. Мы закажем ее ".

"Я довольно расстроен, что отказываюсь от этого оплачиваемого отпуска". Рео вздохнул. "Я знаю приличного адвоката, который защитит ее на общественных началах. Позволь мне потянуть за эту ниточку. А пока приведи мне эту сучку Сото и зашей ее потуже ".

"Приготовил это блюдо".

"Оставайтесь на связи. Доктор Мира, увидимся на вечеринке у Луизы."

"Спасибо, что спустилась", - сказала Ева Мире, "за то, что дала Рео свой шанс".

"Я думаю, она пришла бы к этому сама. Ты провел это очень хорошо, уничтожив ее в конце, зная, что Пенни все это организовала. Теперь она "тедизе обратится к своему священнику. Она будет стремиться к этому спасению".

"Это зависит от нее. Я запустил это, чтобы она дала мне то, что мне было нужно по Пенни ".

"То и другое".

Ева приподняла плечо. Может быть.

22

Макнаб ПЛАВНОЙ ПОХОДКОЙ ВОШЕЛ В ПОМЕЩЕНИЕ ОТДЕЛА ПО РАССЛЕДОВАНИЮ УБИЙСТВ и одарил Пибоди большим, хитро изогнутым взглядом. Она прожигала его взглядом насквозь. Ничуть не смутившись, он продолжил свою неторопливую походку к ее столу, где плюхнулся на задницу.

"Убери это жалкое подобие задницы. Я работаю".

"Тебе нравится мое жалкое подобие задницы. На нем все еще остались вмятины от твоих пальцев со вчерашнего вечера ".

Она шмыгнула носом и отвернулась. "Это не имеет ничего общего с сексом".

"Давайте возьмем пять".

"Я сказала, что у меня есть работа". Она снова повернулась к нему. "Может быть, у тебя есть все время в мире, чтобы валять дурака, но у меня его нет. Вы будете рады узнать, что я печатаю отчет о нашем интервью с Хуанитой Тернер, и улицы Нью-Йорка теперь в безопасности от скорбящей матери, которую какая-то жадная, бессердечная сука использовала в качестве орудия убийства ".

Его пальцы танцевали по колену, пока он изучал ее разъяренное лицо. "Хорошо. Давайте возьмем эту пятерку и обсудим это ".

"Твоя голова такая же костлявая, как и твоя задница. Я просто сказал, что занят ".

"Правильно". Макнаб взглянул на соседний стол. "Эй, Кармайкл, хочешь посмотреть, как мы с Пибоди ссоримся, а потом поиграть в поцелуй и помириться?"

"Конечно". Кармайкл сделал жест одной рукой, вглядываясь в данные на экране компьютера. "Сначала сними свою одежду".

"Извращенка", - пробормотала Пибоди, но она оттолкнулась от своего стола и вышла.

Макнаб одарил Кармайкла усмешкой и последовал за ним.

"Эй! Означает ли это, что ты не раздеваешься?" Кармайкл позвал их вслед.

"Ты, наверное, подумал, что это смешно", - начала Пибоди - и обнаружила, что прислонилась спиной к стене рядом с "Вендингом", а ее рот был очень занят. Жар вспыхнул прямо из ее живота и распространился по макушке. Ей удалось перевести дыхание как раз в тот момент, когда двое полицейских, проходивших мимо, остановились, чтобы поаплодировать.

"Боже! Прекрати это. Что с тобой не так?"

"Я ничего не могу с этим поделать. Твои губы были прямо там, и я скучал по ним ".

"Боже, ты такой идиот". Она схватила его за руку, потащила по коридору. Она просунула голову в конференц-зал, затем потащила его за собой. "Слушай".

На этот раз ее спина ударилась о дверь, и пока ее рот был занят, его руки тоже. Она забылась на достаточно долгое время, чтобы схватить его жалкое подобие за задницу и сжать. Потом она вспомнила о себе и толкнула. "Прекрати это. Ты такой мудак".

"У меня также могут быть вмятины на члене". Он склонил голову набок. "Но ты не имел в виду, что это не было связано с сексом, ты имел в виду, что не хотел, чтобы это было связано с сексом. Хорошо."

Он отступил назад и сунул руки - к ее частичному и тайному сожалению - в два из своих многочисленных карманов.

"Ты все еще в парилке из-за сегодняшнего утра, поэтому позволь мне спросить тебя: ты хочешь, чтобы я соглашался с тобой во всем?"

"Нет, но... Может быть. Ты хочешь, чтобы я соглашался с тобой во всем".

"Не так уж и много. Мне нравится, когда ты это делаешь, потому что тогда мы все самодовольны и прижимаемся друг к другу, что может привести к сексу, о котором речь не идет, или просто к хорошему чувству, ну, ты знаешь, солидарности. Но мне вроде как нравится, когда ты этого не делаешь, потому что тогда ты весь раздраженный и горячий, а я раздраженный и возбужденный, что опять же может привести к сексу, о котором речь не идет. Но в основном, когда ты не отвечаешь на мою реплику, это заставляет меня задуматься. И даже после, я думаю, если я не переключу свою линию на твою, все в порядке. Потому что то, что вы думаете, делает вас тем, кто вы есть. И это моя девочка ".

"Ну, черт возьми", - сказала она через мгновение. "Черт. Ты должна пойти и быть такой же ясной и сообразительной ". Как бы она ни старалась, казалось, что это просто был неподходящий день для того, чтобы держать ветер в своих парусах. "И правильно. Я думаю, понимаешь, мне было жаль ее, Хуаниту, и то, что ты перешел жесткую черту, заставило меня почувствовать, что, возможно, я был недостаточно честным полицейским ".

"Это не то, что это значит". Он легонько, ласково ткнул ее в плечо. "Подделка, Пибоди".

"Иногда я не могу поверить, что я добрался сюда. Нью-Йорк, Центральное полицейское управление, Даллас, щит детектива. И вы знаете, что кто-нибудь внимательно посмотрит и скажет: "какого черта, отправьте ее обратно на ферму ".

"Ты начинаешь двигаться туда, подумай обо всех плохих парнях, которых ты помог убрать".

"Да". Она перевела дыхание. "Да. Но... Хуанита неплохой парень. Не из тех, кого можно просто запереть и сказать: "Отличная работа, выпей пива". Трудно избавиться от ощущения этого и понимания, что это именно то, что мы должны делать ".

Он еще раз ткнул ее и хорошо, прямо посмотрел в глаза. "Ты довел дело до конца?"

"Да".

"Это все, что есть. Ты не можешь брать на себя работу окружного прокурора, судьи, присяжных. Ты просто излагаешь суть дела ".

"Я знаю. Я знаю. Но этот... Даллас кое-что придумал. У нее были Рео и Мира, даже священник. Хуаните пришлось пойти на это, но не так тяжело, как могло бы быть ".

"Другому приходится тяжелее. Это то, к чему вы с Далласом стремитесь, верно? И у меня есть кое-что, что поможет".

"Что?"

"Я был на пути, чтобы рассказать Даллас, когда увидел тебя. Я отвлекся на Женское тело ".

"Пойдем".

"Эй, может быть, мы могли бы просто взять еще пять, чтобы ..."

"Нет". Но она рассмеялась и еще раз сжала его задницу. "Абсолютно нет. Но сегодня вечером? На твоих вмятинах останутся вмятины ".

"Черт возьми".

В своем кабинете Ева изучала карту на экране своего компьютера. Рассчитано. Были способы, подумала она, и способы провернуть аферу. Проблема - и она могла бы обойти ее, если потребуется, - заключалась в том, что все владения Ортеги в настоящее время были заняты. Если бы она провела операцию в любом из них, даже в чем-то таком простом и основополагающем, как the sting, которое она задумала, ей пришлось бы убрать их.

Если что-то пойдет не так, если пострадает гражданское лицо, это будет на ее совести.

Но были способы, подумала она, и способы. Она переключилась на "линк и связалась с офисом Рорка. Зная рутину, она обязательно поболтала с администратором Рорка, Каро.

"Он на встрече, " сказала ей Каро, - но я могу соединить тебя, если это важно".

"Нет". Могло бы быть. "Можете ли вы дать мне представление, когда он закончит?"

"У него назначена другая встреча через тридцать минут. Поэтому я бы сказал, что не более того ".

"Тридцати ему было бы достаточно, чтобы вернуться ко мне. Если это продлится дольше, я могу ударить тебя за это прерывание. Цени это".

"Рад помочь, лейтенант".

Ева запрограммировала кофе, вернулась к изучению карты. "Если у вас ничего нет для меня, - сказала она, когда вошли Пибоди и Макнаб, - уходите".

"Как насчет ненужной ссылки, которую Хуанита Тернер не выбрасывала?"

Голова Евы поднялась, и ее пристальный взгляд прожег Макнаба. "Если у вас там есть Пенни Сото, говорящая об убийстве, я проигнорирую следующий раз, когда вы двое будете играть в "хватайзазадницу" на дежурстве. И могу, на самом деле, сам схватить тебя за задницу".

"Моей заднице сегодня определенно достается немало игр". Макнаб вытащил запечатанную им связь и диск из одного из своих карманов. "Я скопировал записи на диск. Звонивший заблокировал видео с ее стороны, но есть много возможностей для сопоставления голосов. Предвидя это, я пошел дальше и выступил против интервью, которое вы дали с Пенни Сото. В яблочко."

Ева схватила диск, сунула его в гнездо своего компьютера.

"Это должен сделать последний", - сказал Макнаб.

"Компьютер, запустите последнюю передачу на текущем диске".

Признанный... Передача осуществляется только голосом. Выполняется...

Здравствуйте. Ручка-

Никаких имен, помнишь? И не забывай. Для вас действительно важно выбросить ссылку в утилизатор, когда все закончится. Не забывай.

Улыбка Евы расширилась, стала свирепой.

Я не забуду, но-

Я просто подумал, что тебе, возможно, нужно с кем-то поговорить, просто чтобы знать, что у тебя есть друг, кто-то, кто понимает, что ты делаешь завтра. Кто понимает, почему ты должен.

Я молился весь день, весь день, прося Бога помочь мне. Чтобы помочь мне найти в себе силы поступать правильно. Видеть правильные вещи. Я не уверен-

Он снова изнасиловал меня сегодня вечером.

Нет, о, нет.

Я прошел через это. С молитвой и зная, что это больше не повторится. Это никогда бы не повторилось, потому что ты собирался остановить его. Я думаю, я боюсь, если бы я не знал этого, я не смог бы пройти. Я думаю, я боюсь, что могу покончить с собой, чтобы избежать ада, в который он меня втянул.

Нет! Пен-нет, ты никогда, никогда не должен так думать. Никогда не следует принимать самый драгоценный дар. Жизнь. Жизнь. И это то, о чем я спрашиваю себя, спрашиваю Бога. Даже после всего, имею ли я право забрать его?

Он убил твоего сына, твоего мужа. Он убил стольких, и никто его не останавливает. Теперь он смеется над Богом. И... сегодня вечером, после того, как он изнасиловал меня, он сказал, что ему становится скучно. Он может уйти - заставь меня пойти с ним. Но прежде чем он это сделает, он собирается подложить бомбу в церковь. Он хочет взорвать это. Он сказал, что в одно воскресенье, когда мы никогда не узнаем, когда церковь будет полна людей, он запустит это.

Нет. Нет. Боже мой, нет.

Ты наша единственная надежда. Бог вложил это в ваши руки. Ты единственный. Теперь ты - Божья рука. Завтра. Скажи мне, что ты остановишь его завтра, или я не знаю, смогу ли я пережить эту ночь. Скажи мне, пообещай мне, что положишь этому конец, чтобы он, наконец, познал Божье наказание.

Да. Да. Завтра.

Пообещай мне. Поклянись в этом своим сыном. О твоем убитом сыне.

Я клянусь в этом. Я клянусь в этом своим Квинто.

Уничтожьте связь. Не забывай. Как только это будет сделано, уничтожьте "связь.

Да благословит вас Бог.

"Голосовые отпечатки совпадают, отправитель Пенни Сото, получатель Хуанита Тернер. Абсолютно, положительно", - сказал Макнаб. "По-моему, попахивает заговором с целью убийства".

"Да, мы получим это. И мы собираемся продолжить это с этого момента ".

"Моя задница теперь доступна для захвата", - объявил Макнаб, и обе женщины проигнорировали его.

"Я думаю, Хуанита забыла скинуть ссылку", - прокомментировала Пибоди.

"Нет. Она не забыла. Ей это было нужно, нужно было воспроизвести это до того, как она покончила с ним, после того, как она покончила с ним. Ей нужно было услышать, чем ее накормила Пенни, чтобы облегчить свою совесть. Мы получим Сото по этому пункту, и у нас есть некоторый вес в отношении взрывов. Но у нас там нет замка".

Нужно еще немного повернуть ключ, подумала Ева. Еще немного.

"Тогда есть соучастие после факта в деле Флореса и Ортеги, мошенничество", - продолжила она. "Мошенничество поможет заблокировать соучастие. Если мы сделаем это правильно, она никогда больше не увидит дневной свет. Так что мы, черт возьми, сделаем все правильно ".

Ее "линк" запищал. Взгляд на дисплей входящих сообщений сказал ей, что Рорк следит за ее возвращением. "Найдите мне конференц-зал. Я хочу Бакстера и Трухарта ".

"Они на Пенни".

"Освободи их, приведи их. Брифинг через тридцать. Теперь, " добавила она, " и забери с собой свою задницу". Она ответила на "ссылку. "Даллас".

"Что я могу для вас сделать, лейтенант?"

"Есть ли у вас недвижимость - коммерческая или жилая - предпочтительно в Верхнем Ист-Сайде, которая не сдается в аренду?"

"Я полагаю, что знаю. Почему?"

"Мне это нужно на несколько часов".

"У нас что, вечеринка?"

"Вроде того. В Эль-Баррио или поблизости было бы изюминкой ".

"Как насчет хорошего четырехэтажного дуплекса на Восточной 95-й, который в настоящее время восстанавливается?"

"Ты только что вытащил это из своей задницы?"

"Нет. Я посмотрел это." Он послал ей быструю, дерзкую улыбку. "Это то, что ты имел в виду?"

"В значительной степени попал в точку. Мне нужен точный адрес, юридическое описание, текущая рыночная стоимость, все такое дерьмо. Если бы я мог достать это и коды доступа к замкам, с помощью..." Она посмотрела на время. "... к шестнадцати сотням это забило бы тот гвоздь".

"Я думал, мы покрываем торт глазурью. В любом случае, я вернусь к тебе ".

Ева снова изучила карту. Это могло бы сработать. Это сработало бы. Она снова связалась с Файнбургом. "Тебе нужно будет спуститься в Центр".

"Лейтенант, как я пытался объяснить ранее, у меня на весь день назначены клиенты".

"Тебе придется перенести все, что ты готовишь, на остаток сегодняшнего дня. Ты нужен мне здесь, Отдел по расследованию убийств, в течение часа. Вы же не хотите, чтобы этим клиентам стало известно, что вы были втянуты в крупную мошенническую аферу, которая включала в себя несколько убийств, в течение последних шести лет. Верно?"

"Я буду там, как только смогу".

"Чертовски верно, что так и будет", - пробормотала Ева после того, как отключила передачу.

Она собрала все, что ей было нужно, проверила, какой конференц-зал забронировала Пибоди, затем связалась с командиром, чтобы сообщить ему новости, пока она была в пути.

"Отпечатков голоса вместе с заявлением Тернер достаточно, чтобы привлечь ее к делу Сент-Кристобаля".

"Да, сэр".

"Мы хотим, чтобы это закрыли, лейтенант. К Тернеру будет много сочувствия, много внимания средств массовой информации. То, что Сото привязан к нему, немного разрядит ситуацию ".

"Я намерен привязать ее к этому и ко многому другому. Эта операция сделает это. Она укусит. Это из-за жадности она подговорила Хуаниту убить Лино. Именно жадность приведет ее прямо к этому. Она не сможет помочь себе. И как только она это сделает, ее запрут за мошенничество, а мошенничество запирает ее с Флоресом и Ортегой, возможно, с Ч.áвез. Еще три убийства."

"Подозреваемый".

"Да, сэр. Я могу использовать кое-что из этого, использую кое-что из этого, чтобы смазать рельсы и получить признание в организации взрывов ".

"У тебя есть день, у тебя есть операция. Если что-то начинает соскальзывать, вы закрываете дело Святого Кристиана Бэла. Держись крепче".

"Да, сэр". Она отключилась, вошла в конференц-зал.

"Помощь направляется в верхнюю часть города, лейтенант", - начала Пибоди. "Бакстер и Трухарт вернутся как можно скорее. Их будет больше тридцати".

"Хорошо. Свяжитесь с детективом Стьюбеном в Четыреста шестом, спросите, не хочет ли он и его бывший напарник чего-нибудь из этого. "

"Могу я рассказать ему часть чего?"

"О закрытии их дел. Ты все еще здесь?" - спросила она Макнаба.

"Ты сказал инструктаж, и не сказал мне уходить".

"На самом деле, я могу использовать тебя. У меня на подходе адвокат, которого использовала эта шлюха. Мне нужно, чтобы ты настроил его на D & C, чтобы он передавал, как будто это от его собственного. Возможно, она знает, как это проверить, Лино мог бы показать ей, как проверять передачи. И я хочу этого прямо здесь. Я хочу, чтобы любые поступления отслеживались и копировались - и что бы вы, электронные гики, ни делали, чтобы привязать их к определенному подразделению, местоположению и учетной записи ".

"Могу сделать".

"Тогда делай". Ева прикрепила фотографию Пенни Сото к центру доски. "Потому что она умирает сегодня".

В течение часа она подготовила комнату, а Макнаб уточнял детали электронной станции. На доске, вокруг фотографии Пенни, были фотографии всех жертв, которые могли быть связаны с ней.

Когда вошел Фини, она удивленно оглянулась. "Привет".

"Привет. Когда ты крадешь одного из моих парней для операции, мне нравится знать зачем ".

"Прости". Она откинула волосы назад. "Я должен был отметить тебя. Я попался ".

"Я слышу". Он побрел на станцию e, изучил работу Макнаба. Его руки оставались в мешковатых карманах его мешковатых штанов. "Поэтому я решил, что буду присутствовать".

"Я был бы признателен за это. Бакстер, Верное Сердце", - сказала она, когда они вошли. "К нам прибывает пара детективов из Четыреста шестого. Я подожду их, прежде чем начать брифинг. Нам нужно... " Она замолчала, нахмурившись, когда Рорк вошел в комнату. Она двинулась, чтобы перехватить его.

"Мне просто нужны были данные".

"Мои данные, моя собственность". Он улыбнулся ей. "Я хочу играть". Он вручил ей диск, затем отошел, чтобы изучить электронную работу с Фини.

С прибытием Стьюбена и его партнера Кона она сделала краткое представление, за которым последовал краткий обзор Пенни Сото.

"Мы пока держим в секрете арест Хуаниты Тернер. Я хотел бы удивить этим Пенни, как только мы ее вытащим. У меня на связи адвокат. Если Макнаб выполнил свою работу, мы сможем отследить передачу отсюда до ее местоположения и подразделения, и отследить передачу обратно от нее. Еще одна блокировка. Мы заманиваем ее сюда".

Она открыла информацию на диске Рорка, прокрутила до изображения здания. "Нежилой жилой блок - нет гражданского фактора. Адвокат связывается с ней, сообщает, что это имущество - намекает, что ее партнер знал об этом - теперь добавлено к наследству в связи с недавней смертью двоюродного брата старого мистера Ортеги. Просто нужна какая-нибудь адвокатская чушь, она не собирается подвергать это слишком глубокому сомнению. Поскольку Джос & # 233; Ортега назван наследником, и так далее, и тому подобное, она будет подсчитывать прибыль. Он исполнит свой юридический танец по поводу условного депонирования, трастов, рыночной стоимости, налогов, чего угодно. И он скажет, что не решается передавать пароли.

"Она захочет их, она будет требовать их. И она отправится туда, как только сможет, чтобы взглянуть. Она воспользуется ими. И когда она это сделает, мы поймаем ее. Мы держим ее на хвосте". Она вывела на экран карту, попросила увеличить и улучшить 95-ю улицу. "Бакстер и Трухарт, размещенные здесь и далее. Мягкая одежда. Детективы Стьюбен, Кон, вы возьмете на себя эту половину двухуровневой квартиры?"

"С радостью".

"Мы с Пибоди здесь. Электронная команда и транспортное средство, здесь. Замани ее, подхвати ее. Держи это крепко, на случай, если она начнет резвиться. Приведите ее сюда и заприте все это вплоть до 2043 года. Вопросы?"

Прошло еще двадцать, прежде чем она привела адвоката.

"Это то, что ты собираешься сказать". Ева протянула ему распечатку. "Вы можете использовать свои собственные слова, легализовать это, но это то, что становится понятным. Понимаешь?"

"Не совсем. Если бы в завещании была собственность, я, конечно, сообщил бы мистеру Альдо - или, ну, человеку, которого я считал мистером Альдо ".

"Откуда она знает, что ты этого не делал? Говорите об этом так неопределенно, как хотите. Юристы хороши в том, чтобы быть расплывчатыми и непонятными. Я хочу, чтобы она верила, что она получит эту собственность. Этот двухуровневый дом по этому адресу, со справедливой рыночной стоимостью в восемь целых три десятых миллиона. Я хочу, чтобы она была вынуждена ответить, потребовать больше информации. Это все, что тебе нужно сделать ".

"Ну, да, но..."

"Я мог бы обойти тебя, Файнбург, но я не хочу, чтобы она почувствовала даже намек на игру. Она поверит, что это от тебя, потому что это от тебя. И она поверит содержимому, потому что, эй, восемь целых три десятых миллиона. Сделай это".

"Вы отправляете почту с помощью клавиатуры или голосом?" Макнаб спросил его.

"Ах, голос".

"Хорошо. Просто делайте то, что вы делаете, но не санкционируйте отправку. Я позабочусь об этом. Ã В любое время", - добавил Макнаб.

"Хорошо". Файнбург сел, выдохнул. Он назвал имя получателя, название учетной записи, затем начал текст.

Ева кивнула, когда он заговорил. Да, он выступил адвокатом, подумала она, использовал десять слов, когда хватило бы одного. Она точно знала, что он говорил, и все равно едва понимала половину из этого.

Она дала знак Макнабу отправить.

"Что теперь?" - Спросил Файнбург.

"Мы переводим станцию в переносной режим. У нее нет ни адреса, ни кодов. Она захочет их. Мы будем на месте, когда она их получит. Давайте вынесем это, установим это, снесем это ".

В двухуровневом доме Рорк впустил Еву и Пибоди в самую западную дверь. Он оглянулся, когда два детектива вошли во вторую. "Ты делаешь ставку на то, что она первой перейдет на эту сторону".

"Я хочу дать им шанс забрать ее. Но да, я полагаю, что сначала она придет к этому. Разве ты не приписан к электронной машине?"

"Я бы предпочел тусоваться с тобой и Пибоди". Он оглядел короткое фойе, дальше по коридору, в комнату слева. "Еще нужно немного отполировать, но должно получиться довольно мило".

"Отделка оригинальная, не так ли? И вау. Мой брат описался бы в штаны".

"Ну и дела, Пибоди", - начала Ева, "если ты хочешь экскурсию, почему..." Она замолчала, вытащила свой коммуникатор. "Даллас".

"Она укусила", - сказал ей Фини. "Макнаб готов проработать с адвокатом ответ".

"Подожди двадцать. Пусть она попотеет. Тогда отдай это ей. Отдай все". Она связалась с другими членами команды. "Теперь мы ждем", - сказала она. "И это не займет много времени".

Зажглись уличные фонари. Ева могла видеть их сияние в полумраке, когда Бакстер час спустя подал ей звуковой сигнал. "Подозреваемый приближается с запада, по 95-й улице. Пешком. Красная рубашка, черные брюки, черная сумочка. Двигаемся быстро. Ваше местоположение в течение одной минуты".

"Понял. Сохраняйте позицию. Никто не войдет, пока она не окажется внутри здания. Заходи, " уговаривала Ева. "Заходи".

"Даллас, она у двери. Ты молодец".

"Удерживать позиции". Давай, сука, подумала она. Со своего места она увидела, как индикатор безопасности сменил цвет с красного на зеленый, когда замки открылись. Она ждала, держась, когда вошла Пенни, быстро закрыв за собой дверь.

Пенни посмотрела в сторону лестницы, и дикая ухмылка расплылась на ее лице. И Ева включила свет.

"Сюрприз".

"Что это, блядь, такое?" Пенни отступила к двери.

"Это небольшая вечеринка, которую я созываю, Вы арестованы - за мошенничество, за фальсификацию официальных документов, за использование поддельных удостоверений личности и практику указанного мошенничества через Интернет. За соучастие в убийстве. Многочисленные обвинения по этому поводу. И мы только начинаем ".

"Это чушь собачья. Ты несешь чушь собачью".

"Если ты попытаешься выйти за эту дверь, ты будешь сопротивляться".

"Ты пробовал это дерьмо раньше, не так ли? Присел на корточки." Пенни повернулась, рывком открыла дверь. Когда Ева двинулась вперед, она развернулась назад, нанося удар ножом.

Лезвие зацепилось за рукав Евы, и острие пробило кожу. Она снова рубанула, и Ева просто отступила, чтобы уклониться. "Ты уже пробовала это дерьмо раньше", - напомнила Ева Пенни.

Позади нее Рорк положил руку на плечо Пибоди. "Нет", - сказал он ей, когда Пибоди потянулась за своим оружием. "Она захочет этого сама".

"Иисус, ты действительно настолько глуп". Ева вытащила свое собственное оружие. "Нож. Станнер полной мощности. Ты будешь судьей. Брось это, или я брошу тебя. И я бы с удовольствием ".

"Мне не нужен чертов нож, чтобы прикончить тебя, сука". Пенни отбросила его в сторону, где он покатился по полу. "Такой сучке, как ты, нужен парализатор".

"Это что, вызов? Я люблю бросать вызов. И какого черта. Рорк." Едва взглянув, Ева бросила ему свое оружие. "Испытай меня", - предложила она.

Ненависть и возбуждение слились на ее лице, когда Пенни бросилась в атаку. Ева почувствовала, как кровь прилила к ее сердцу, голове. Боль от раны на руке сосредоточила ее. Она отразила кулак Пенни, но отдала должное женщине за то, что стояло за этим. Она получила удар ногой - скользящий удар по бедру - и почувствовала быстрый жар ногтей, когда они скользнули по ее челюсти.

Ева маневрировала, уклонялась, приняла удар здесь, другой там. И увидел неистовый огонек удовольствия в глазах Пенни.

"Ты ни хрена не можешь сражаться", - выкрикнула Пенни. "Слабак-полицейский".

"Ох. Мы сражались? Я не осознавал, что мы начали. Тогда ладно."

И она переехала к нам. Короткий удар отбросил голову Пенни назад, как мячик на веревочке. Удар с разворота согнул ее пополам, когда пришелся в живот. Апперкот снова поднял ее. И правый крест погубил ее.

"Тот, последний?" Ева склонилась над ней, а Пенни лежала без сознания у ее ног. "Это было для Квинто Тернера. Заводи фургон, " приказала Ева, затем дала Рорку знак подходить за своим оружием.

"У вас из носа течет кровь, лейтенант".

"Да. Пибоди, ты обратила внимание, что у меня идет кровь из носа?"

"Да, сэр, и ваша рука".

"И эти травмы были получены, когда подозреваемый попытался избежать ареста и оказал ему сопротивление, тем самым напав на офицера, напав на указанного офицера со смертельным исходом с намерением?"

"Все вышесказанное".

"Хорошо. Спасибо, - добавила она, когда Рорк протянул ей носовой платок.

Он протянул руку и накрыл ее диктофон на лацкане пиджака своей. "Ты хотел, чтобы она пошла за тебя. Ты играл с ней, дай ей немного поиграть, чтобы у тебя были порезы и синяки в доказательство этого. Чтобы ты мог поторопиться ".

"Может быть". Она усмехнулась, останавливая кровотечение из носа. "Но это будет действительно трудно доказать. Я должен принять ее, поместить в коробку ".

"Я пойду с тобой. С таким же успехом можно было бы довести это до конца. И проследи, чтобы за твоей рукой позаботились".

Пенни позвонила тому же адвокату, закричала на жестокость полиции, незаконное лишение свободы. Монтойя поднимал адвокатский шум по поводу подачи иска, даже когда Ева вошла со свежей раной на руке, с синяками на лице и следами когтей на челюсти.

"Давайте сначала взглянем на это, просто чтобы разобраться с этим. Воспроизведение записи." Пока разворачивалась сцена внутри дуплекса, когда Пенни крутилась у двери, нанося удары ножом, Ева заговорила. "Поскольку мы ожидали произвести арест, запись была включена повсюду, и на записи четко видно, как субъект нападает на меня с ножом, спрятанным при ней. Что, по сути, она и сделала в предыдущем случае ".

Вот почему, подумала Ева, я рассчитывала, что она повторит представление.

Она выключила запись. "Там предъявлены обвинения в нападении со смертельным исходом и с намерением убить сотрудника полиции. Это пятьдесят лет".

"Это чушь собачья".

"Ох, заезженная мелодия, Пенни. Зафиксировал это, получил свидетелей, получил отчет MTS, получил все это. Кроме того, я разоблачил тебя в мошенничестве. Наш e-trace - должным образом авторизованный - зафиксировал ваш карманный компьютер PCC для получения передачи Файнбурга и отправки ему же."

"Это ничего не значит".

"Пенни", - начал адвокат.

"Ничего!" Она оттолкнула Монтойю локтем в сторону. "Такова была сделка Лино. Он это устроил. Я просто довел это до конца. Почему, черт возьми, нет? Я просто пошел в этот чертов дом, чтобы посмотреть на это. Нет преступления в том, чтобы войти в дом, когда долбаный адвокат дал мне коды доступа ".

"Ты был бы неправ. Ты увековечил обман. Но я, возможно, был бы готов разобраться с этим, а также с обвинениями, вытекающими из вашего нападения на меня, если вы можете сообщить мне местонахождение Мигеля Флореса, Джозефа Ортеги и Стивена Чайна Веза. Мы хотим закрыть это ".

Ева встала и убедилась, что Пенни увидела раздражение на ее лице. "Мои боссы хотят закрыть это дело, так что есть сделка по крупному обвинению в нападении на меня с ножом и сделка по мошенничеству".

"Какого рода сделка?"

"Пусть мошенничество сведется к подделке документов. Сведите намерение убить полицейского к простому сопротивлению. Пара лет против, о, может быть, семидесяти."

"Это записано".

"Да, это официально зафиксированная сделка. Я надеюсь, ты не примешь это. Я надеюсь, что ты этого не сделаешь ".

"Одно мгновение". Монтойя наклонился ближе, прошептал на ухо Пенни. Она дернула костлявым плечом.

"Может быть, Лино сказал мне какую-то хрень".

Ева откинулась на спинку стула, как будто раздраженная и разочарованная. "Ты заключила самую выгодную сделку в своей жизни, спасибо моему начальству, Пенни. Но какое-то дерьмо должно привести к результатам, иначе никакой сделки ".

"Хорошо. У меня их предостаточно, так что съешь это. " Она усмехнулась через стол. "Лино и Стив связались с Ортегой, полагая, что они спустят с него шкуру за часть того, что оставил ему старик. Поиграл с ним немного, выманил у него пару сотен тысяч. Ч áвез снова подсадил его на крючок, так что они поиграли с ним еще немного. Лино сказал, что, по его мнению, они почти раскусили это, и он работает над оформлением нашей старой штаб-квартиры в Ортеге. Это награда - или была - тогда идиотским передозировкам. У них на руках мертвый парень, и Лино взбешен ".

Она откинулась на спинку стула и рассмеялась. "Пока он не подумает, как это осуществить. Они уводят его в пустыню и хоронят его. И Лино делает свое дело с ID. У него есть навыки, и он получил неплохую, жирную кучу денег от аферы, и Ортега выигрывает в Вегасе. Он вкладывает деньги, получает зарегистрированное разрешение на брак для него и Ортеги. Ортега в любом случае всегда был педиком, и они делят этот большой, роскошный дом почти три месяца ".

Пенни лениво разглядывала свои красные и черные ногти. Отзывает лицензию задним числом, платит каким-то парням, которых он знает в Таосе или еще каком-то дерьме, здесь и все такое, чтобы они сказали, откуда они знали этого парня Альдо и Ортегу. Счастливая супружеская пара".

Она откинулась назад, издав смешок. "Этот Лино, он прикрыл свою задницу. В основном. Итак, он сообщает об исчезновении Ортеги. Теперь он сидит довольно. Действительно красиво, потому что у Ортеги здесь миллионы в виде собственности и прочего дерьма ".

"Но он должен сидеть семь лет".

"Понял. Он думает, что будет сидеть как этот парень, Кен Альдо, за исключением того, что он не может вернуться сюда с этим - это просто борода, некоторые изменения в прическе. Любой, кто знал его, увидел бы это. Тогда священник просто падает им на колени. Лино сказал, что не собирался убивать парня. Это просто натолкнуло его на мысль, понимаешь? Он собирался придумать другой идентификатор, поработать с ним, может быть, вернуться сюда как независимый священник или что-то в этом роде. Но Ч.áвез стал болтливым, и священник начал давать понять, и Ч. áвез убил его. Сильно его зарубил, сказал Лино. Лино, у него была какая-то религия, понимаешь? Мне не понравилась идея убить священника подобным образом. Неудача, гнев Божий или что-то еще ".

"Да, держу пари, он чувствовал себя плохо".

"Достаточно плохо, чтобы он убил Ч.áвеза. Он сказал, что пытался помешать Стиву нарезать священника, и, эй, это просто случилось. Кроме того, у него было достаточно ошибок. Он похоронил их там, где похоронил Ортегу ".

"Где?"

"Ты хочешь знать, где?" Глаза Пенни стали хитрыми. "Я могу указать вам, где, но обвинения снимаются - полностью".

"У моего клиента есть ценная информация", - вставил Монтойя. "Она сотрудничает. Я считаю, что если вы хотите дополнительной информации, дальнейшего сотрудничества, обвинения должны быть сняты. Я уверен, что семьи этих людей хотят покончить с этим ".

Еве не пришлось изображать отвращение. "Вы скажете мне, где, и тела Мигеля Флореса, Джозефа Ортеги и Стивена Чайна будут найдены, фальсифицирующие документы и сопротивляющиеся исчезнут".

"Он сказал, что он Ã="3 мы похоронили их, всех примерно в пятидесяти милях к югу от Вегаса, в этом месте, которое местные парни называют Церковью Дьявола, потому что там есть такое скальное образование с чем-то похожим на крест наверху. Он поместил их прямо у основания. В нем всегда была эта религиозность, понимаете? Ему нравилось хоронить их под крестом".

Пенни усмехнулась, снова откидываясь на спинку стула. "Приятно иметь с тобой дело, сопливый коп".

Ева изучала ее лицо. Это была правда, насколько Пенни знала это. "У нас есть еще дела. Теперь мы возвращаемся, Пенни, мы возвращаемся домой и возвращаемся обратно. Взрывы в 2043 году".

"Такова была сделка Лино. И поскольку никаких обвинений не предъявлено, я свободен идти. Сука".

"Нет, сука, ты не такая. Вы заранее знали о взрывах. Вы знали, что он намеревался взорвать обе эти бомбы, обвинив в первой Черепа. Это называется соучастием".

"Мне было, типа, пятнадцать, что, черт возьми, я знал?"

"Достаточно, по словам моего свидетеля, быть частью планирования и исполнения первого и помогать планировать второе. И нажми на кнопку сам".

"Ты не можешь этого доказать".

"У меня есть свидетель, желающий и способный свидетельствовать. Это влечет за собой шесть обвинений в убийстве ".

"Чушьсобачья. Чушь собачья ". Она дала Монтойе пощечину, когда он начал говорить. "Я знаю, как себя вести здесь, придурок. Я был несовершеннолетним. И что, если бы я нажал на кнопку, так какого хрена? Если бы в ад отправилось вдвое больше придурков, чем я, это не означало бы, что член. Приказ о помиловании покрывает меня".

"Можно подумать, но окружной прокурор просто из кожи вон лезет, чтобы оспорить это, и, учитывая тот факт, что вы не были ни арестованы, ни обвинены за это преступление ни до, ни во время периода помилования, вы - честная добыча ".

"Что это за дерьмо такое? Это чушь собачья". Она посмотрела на своего адвоката. "Это чушь собачья. Я был несовершеннолетним".

"Просто ничего не говори. Лейтенант, " начал Монтойя возмущенным тоном, " мой клиент ...

"Еще не закончено. Вы также найдете в меню "заговор с целью убийства Лино Мартинеса". Она не бросала ссылку, Пенни. И теперь, когда она знает, что твой палец был на кнопке, она полностью сотрудничает ".

"Эта сука Хуанита убила Лино". Пенни вскочила на ноги, тыча пальцем в воздух. "Я никогда не прикасался к нему. Я никогда не был в этой чертовой церкви. Хуанита Тернер сделала Лино, и она не может повесить это на меня ".

"Я никогда не говорила, кем она", - прокомментировала Ева.

"Мне насрать, что ты сказал. Хуанита отравила Лино из-за своего ребенка. Ты не можешь повесить это на меня. Меня там, блядь, не было. "

"Вот почему это называется заговор с целью убийства".

"Я хочу заключить сделку. Я хочу заключить сделку, и я расскажу вам, как она это сделала. Заткнись нахуй!" - закричала она на Монтойю, когда он попытался заставить ее замолчать. "Слушай, просто слушай". Она снова села. "Эта сучка сошла с ума, когда узнала, что Лино вернулся, что он вернулся, используя прикрытие священника".

"Как она это узнала?"

"Послушай, однажды я проговорился, вот и все. Я проговорился. Это не преступление. Она та, кто это сделала. Она использовала похороны старика Ортиса для прикрытия, взяла ключи из дома священника. Она отравила вино. Она сделала это, потому что ее сына унесло ветром в ад, а ее старик покончил с собой ".

"Спасибо, что подтвердили это официально - вот, опять же, почему это называется заговор с целью убийства. В деле об убийствах Мигеля Флореса, Хосе Ортеги и Стивена Ч.áвеза также имеется соучастие после совершения преступления".

"Что за черт! Какого хрена! Почему ты ничего не говоришь?" - потребовала она у адвоката.

"Я думаю, он лишился дара речи".

"У нас была сделка. Записано..."

"За мошенничество, за умышленное нападение на сотрудника полиции. Насчет остального сделки нет ". Теперь Ева откинулась на спинку стула. "Я мог бы позволить себе не обращать на это внимания, учитывая, что тебе предстоит, о, пара жизней. За пределами планеты, в бетонной клетке, без возможности досрочного освобождения. И хотя эти слова поют мне, это не все, чего ты заслуживаешь. Детективы."

По ее слову вошли Стьюбен и Кон. "Обвинения в убийстве в первом, " начал Стьюбен, " в смерти ..."

Он назвал все имена, всех умерших из 2043 года. Когда Пенни вскочила, Ева просто заломила ей руки за спину и надела на нее наручники.

"Я думала, вы захотите задержать ее, оформить ее", - сказала она детективам. "По всем пунктам обвинения".

"Это было бы хорошим дополнением к этому. Спасибо, лейтенант. Спасибо".

Она слушала, как Пенни выкрикивала непристойности, пока ее вытаскивали. "Запись окончена. Вероятно, это намного больше, чем вы рассчитывали ", - небрежно сказала она адвокату. "Если бы я был на твоем месте? Я бы сбежал".

Она повернулась и вышла. Рорк вышел из зоны наблюдения.

"Мы отправимся в Неваду сегодня вечером?" он спросил.

Неудивительно, что она сходила с ума по этому мужчине. "Да, это было бы лучше всего. Я собираюсь захотеть взять кого-нибудь с собой, если ты не против ".

ЭПИЛОГ

КАМЕННЫЙ КРЕСТ ОТБРАСЫВАЛ ТЕНЬ На ПЕСОК, ПОЗОЛОЧЕННЫЙ злобным солнцем. Это солнце выбелило небо добела и наполнило воздух удушающей жарой.

Ева стояла под ним, под тенью и солнцем.

Датчики быстро нашли тела, и землекопы откопали их, останки того, что когда-то было людьми. И в одной из горящих могил, вместе с костями, лежали серебряный крест и серебряная медаль. Санта Анна, в честь матери умершего священника.

Этого было достаточно.

Тем не менее, они проверили с помощью ДНК, с помощью стоматологии.

Она встала и вспомнила, что сказал местный коп, детектив, который занимался розыском пропавших людей на Ортеге.

"Ты знаешь, как ты чувствуешь какой-то запах, но не можешь понять, откуда он исходит? Я что-то почуял в этом. Но парень - удостоверение личности, записи, сообразительность - все проверил ".

"У тебя нет причин не думать, что он был не тем, за кого себя выдавал".

"Кроме этого запаха. Мы проверили дом, который они арендовали. Милое местечко, позволь мне сказать тебе. Представьте себе. Никаких признаков нечестной игры. Мы тоже выглядели хорошо. Мне нравится думать, что мы выглядели хорошо. Мы ни черта не нашли. Одежда члена парламента, или большая ее часть, исчезла, а этот парень Альдо-Мартинес - протекает, как плохой кран. Я узнаю подноготную полицейского, вижу, у него какие-то проблемы с нелегалами. Ты считаешь, что он сбежал, ушел в запой. И другой, он просит священника, советника. Иисус, я видел, как тот священник уходил с ним. Просто отпусти их".

Не то место, подумала Ева. Неподходящее время. Как молодой Куинто Тернер.

Смерть был подлым ублюдком.

Итак, она вернулась, в тень креста, к могилам, вырытым в песке под палящим солнцем. Потому что священник попросил ее об этом.

Она знала, что он молился над этими теперь пустыми могилами. И подозревал, что он молился за всех троих с одинаковой преданностью. Это заставило ее почувствовать себя странно, поэтому она осталась с Рорком.

Лóпез повернулся и устремил на нее свои печальные, серьезные глаза. "Благодарю тебя. За все, что ты сделал ".

"Я сделал свою работу".

"Они есть у всех нас. Спасибо вам обоим. Я достаточно долго держал тебя на солнце ".

Они подошли к маленькому, изящному самолету, ожидавшему на песчаной площадке.

"Выпьете, отец?" - Спросил Рорк, когда они заняли свои места.

"Я должен попросить воды, но мне интересно, не найдется ли у вас текилы?"

"Я бы хотел, да". Рорк сам принес бутылку и стаканы.

"Лейтенант", - начал Лóпез. "Могу я называть тебя по имени?"

"В основном люди называют меня Даллас".

"Тебя зовут Ева. Первая женщина, созданная Богом".

"Да, у нее не очень хорошая репутация".

Призрачная улыбка появилась вокруг его рта, вокруг этих печальных глаз. "Она берет на себя вину, я думаю, не только свою. Ева, я подал просьбу провести заупокойную мессу отца Флореса в церкви Святого Кристиана и похоронить его в том месте, где похоронены наши священники. Если бы мне было позволено сделать это, ты бы присутствовал?"

"Я могу попытаться".

"Ты нашел его. Не каждый бы посмотрел. Это не было твоей работой - найти его ".

"Да, это было".

Он улыбнулся, отпил первый глоток текилы.

"У меня есть вопрос", - сказала Ева. "Я не католик или что-то в этом роде - он вроде как такой".

Рорк подвинулся, выпил. "Не совсем".

"Я имею в виду, что я не такой, так что это не значит, что я буду - как бы это выразиться - принимать это как Евангелие, но я хотел бы услышать мнение, знаете, представителя церкви".

"В чем вопрос?"

"Это то, что Хуанита Тернер сказала в the box, в интервью. Это выводит меня из себя. Вы верите, что тот, кто покончил с собой, не может попасть на небеса, если предположить, что таковой существует?"

Лóпез снова отхлебнул. "Церковь придерживается твердой политики в отношении самоубийств, даже несмотря на то, что самоубийство стало законным в большинстве мест, в большинстве частей мира, при надлежащем разрешении".

"Значит, это "да"."

"Церковное постановление очень четкое. И правила часто игнорируют человеческий и индивидуальный фактор. Я думаю, что Бог ничего не игнорирует. Я думаю, что Его сострадание к Своим детям безгранично. Я не могу поверить, что в моем сердце Бог закрывает свою дверь перед теми, кто испытывает боль, перед теми, кто в отчаянии. Это ответ на твой вопрос?"

"Да. Ты не всегда следуешь правилам ". Она взглянула на Рорка. "Я знаю кое-кого другого, похожего на этого".

Рорк накрыл ее руку своей, переплел пальцы. "И я знаю кое-кого, кто думает о них слишком много. Границы могут размыться, ты согласен, отец?"

"Спаси. И да, границы могут, а иногда и должны, размыться ".

Она улыбнулась, слушая, как двое мужчин, которых она нашла увлекательными и интригующими, спорят, обсуждают за бокалами текилы.

И она смотрела в окно, как отступает сухое золото пустыни. Когда самолет накренился на восток, чтобы отвезти их домой.

***

Дж. Ди Робб

Ритуал в смерти

Ева Даллас и ее муж Рорк - #33

Человек обязан уважать живых; мертвым он обязан только правдой.

- ВОЛЬТЕР

Вера в сверхъестественный источник зла не обязательна; одни только люди вполне способны на любое злодеяние.

- ДЖОЗЕФ КОНРАД

Один

Ее ноги убивали ее. И заставил ее представить путешествие в прошлое, выслеживание того, кто изобрел туфли на шпильках, и выбивание из него дерьма.

В чем был их смысл, кроме как выводить женщину из равновесия, делая почти невозможным бег и вызывая судороги в ногах?

Этот вопрос занимал мысли Евы, когда она отключилась от основной части разговоров на вечеринке, гудящих вокруг нее, как улей пьяных шершней. Что, если бы один из гостей на этой вечеринке вышел и ... ткнул кого-нибудь в глаз вилкой для креветок, например? Как она должна была одолеть его в таком виде? И пешее преследование на этих ходулях? Забудь об этом.

По ее мнению, это был адский наряд для полицейского. Непрочное подобие платья оставляло большую часть ее обнаженной. И она сверкала. Ты не мог бы обвешивать себя бриллиантами и сливаться с ними.

Конечно, вы не смогли бы пойти ни на какое шикарное мероприятие с Рорком и Бленд.

Единственным преимуществом нелепых чертовых туфель, которые она могла видеть, был тот факт, что они поднимали ее так, что они с Рорком смотрели друг другу в глаза.

Это были потрясающие глаза, смелые и ярко-синие. От одного их взгляда у нее начинало покалывать в животе - даже после почти двух лет брака. В остальном он тоже не отстой, размышляла она. Черный шелковый водопад волос обрамлял лицо стоимостью в миллиард долларов. Даже сейчас, когда он взглянул на нее, этот скульптурно очерченный, восхитительный рот изогнулся в медленной, загадочной улыбке.

Все, что ей нужно было сделать, напомнила себе Ева, это потерпеть эти чертовы туфли еще пару часов, затем этот рот - и остальная часть упаковки - будут в ее распоряжении. Визжащие арки, вероятно, были небольшой платой.

"Дорогая". Рорк взял бокал шампанского у проходившего мимо них официанта и протянул его ей. Поскольку стакан, на который он его обменял, все еще был наполовину полон, она истолковала это как сигнал снова настроиться.

Ладно, ладно, подумала она. Она была здесь как супруга Рорка. Не то чтобы он требовал, чтобы она так одевалась и посещала мучительно скучные вечеринки каждый день недели. Он отнесся к этому спокойно - и поскольку у этого человека было больше денег, чем у Бога, и почти столько же власти и положения - меньшее, что она могла сделать, это сыграть роль, когда они изображали публичную пару.

Их хозяйка, некая Максия Карлайл, скользнула в каком-то плавающем номере. Богатая светская львица, по ее собственным словам, приехала в Нью-Йорк на несколько дней, чтобы встретиться с друзьями. Все они, как предположила Ева, бродили по просторному трехуровневому гостиничному номеру Максии, поглощая канапе и запивая шампанским.

"У меня не было ни минуты, чтобы поговорить с тобой". Максия положила ладонь на руку Рорка, приблизила свое лицо к его.

Они выглядели, решила Ева, как реклама для богатых и великолепных.

"А как у тебя дела, Макси?"

"О, ты знаешь, как это происходит". Она засмеялась, пожимая одним идеальным обнаженным плечом. "Прошло около четырех лет, не так ли, с тех пор, как мы видели друг друга. Кажется, что мы никогда не оказываемся в одном и том же месте в одно и то же время, поэтому я особенно рад, что вы смогли прийти сегодня вечером. И ты, - добавила она, ослепительно улыбнувшись Еве. "Я надеялся, что у меня будет шанс встретиться с тобой. Полицейский Рорка."

"В основном полиция Нью-Йорка считает меня своим".

"Я даже не могу себе этого представить. На что это должно быть похоже. Ваша работа, должно быть, такая увлекательная и возбуждающая. Расследуем убийства и убийц."

"В этом есть свои моменты".

"Больше, чем мгновения, я уверен. Я видел тебя на экране время от времени. В частности, дело Icove".

И разве это не будет преследовать ее вечно? Ева задумалась.

"Я должен сказать, что ты совсем не похожа на женщину-полицейского". Идеальные брови Максии изогнулись, когда она быстро осмотрела платье Евы. "Леонардо одевает тебя, не так ли?"

"Нет, обычно я делаю это сам".

Рорк слегка ткнул ее локтем. "Самая старая подруга Евы замужем за Леонардо. Ева часто носит его".

"Мэвис Фристоун - твоя самая старая подруга?" Теперь, в дополнение к интересу и любознательности, значительное тепло осветило лицо Максии. "Я люблю ее музыку, но моя племянница - ярая фанатка. Я взял ее на один из концертов Мэвис в Лондоне и договорился о пропуске за сцену. Она была так мила с моей племянницей, и с тех пор я бесспорный защитник тетушек ".

Она засмеялась, коснулась руки Евы. "У тебя действительно увлекательная жизнь. Замужем за Рорком, дружит с Мэвис и Леонардо и преследует убийц. Я полагаю, это в основном работа головы, не так ли? Изучаю улики, ищу подсказки. Такие люди, как я, восхищаются этим, думают о полицейской работе такой, какая она есть на экране и в видео. Сплошная опасность и действие, преследование безумцев по темным переулкам и стрельба из твоего оружия, когда на самом деле это мозг и бумажная волокита ".

"Да". Ева сдержала желание ухмыльнуться. "Примерно так".

"Быть замужем за действием Рорка достаточно. Ты все еще опасен?" Спросила его Максия.

"Одомашненный". Он поднял руку Евы, поцеловал ее. "Полностью".

"Я не верю в это ни на минуту. О, вот и Антон. Мне нужно забрать его и привести сюда, чтобы он познакомился с тобой ".

Ева сделала большой, большой глоток шампанского.

"Мы встретимся с этим Антоном, пообщаемся еще с двадцатью", - сказал Рорк с легким ирландским акцентом в голосе, - "и ускользнем отсюда".

Ева почувствовала покалывание радости, вплоть до онемевших пальцев на ногах. "Серьезно?"

"Я никогда не намеревался оставаться дольше часа или около того. И, конечно, я в долгу перед вами за те замечания, которые я делаю, приводя на вечеринку полицейского из Отдела по расследованию убийств ".

"Это все бумажная волокита", - сухо сказала Ева.

Он провел пальцем по ее руке, где всего несколько дней назад был нанесен удар ножом. "Да, твоя работа - не что иное, как скука. Но я должен согласиться с Макси. Ты не очень похож на полицейского сегодня вечером ".

"Хорошо, что мне не нужно преследовать психопатов-убийц. Я бы свалился с этих дурацких туфель и опозорился ". Она поджала пальцы на ногах - или попыталась сделать это, когда провела рукой по короткой, неровной пряди каштановых волос, которые она недавно взяла в руки ножницы. Старинные бесценные бриллианты капали из ее ушей. "Я не устраиваю такие вечеринки, как эта. Люди, стоящие вокруг. Говори, говори, говори. Почему они должны так нарядно одеваться, чтобы сделать это?"

"Чтобы покрасоваться".

Она думала об этом за очередным глотком вина. "Я думаю, это все. По крайней мере, мне не нужно так готовиться к сделке с душем для Луизы. Тем не менее, еще одна вечеринка. Еще разговоры, разговоры, разговоры."

"В конце концов, это ритуал. Когда подруга собирается замуж, ее друзья собираются вместе с подарками, и ... ну, я понятия не имею, что происходит потом ".

"Если это чем-то похоже на мое, некоторые из них пьют до рвоты, а другие раздеваются и танцуют".

"Прости, я пропущу это".

"Лжец". Но она усмехнулась ему.

"Вот мы и пришли!" Максия вернулась, таща за собой дородного усатого мужчину, которому было где-то за шестьдесят. На его руке, как тонкая виноградная лоза, обвилась женщина лет тридцати с полными, надутыми губами, скучающим выражением лица и в коротком красном платье, которое почти не прикрывало ее пышную грудь.

"Вы просто обязаны познакомиться с Антоном и его прекрасной спутницей. Это атлас, не так ли?"

"Шелк", - поправила скучающая блондинка.

"Конечно, это так".

Ева уловила быстрый блеск в глазах Максии и поняла, что она перепутала имя намеренно. И за это она мне нравилась больше.

"На самом деле мы познакомились несколько лет назад". Антон протянул широкую пухлую руку. "На Уимблдоне".

"Приятно видеть тебя снова. Моя жена, Ева".

"Да, американский полицейский. Приятно познакомиться, детектив."

"Лейтенант". Ева посмотрела вниз на заоблачные каблуки Силк. Просто каблуки, отметила она, с голыми ступнями, согнутыми в них сверху. "Я слышал об этом". Она указала. "Люди на самом деле носят невидимую обувь".

"Они недоступны для публики еще три недели". Силк отбросила свою длинную гриву волос. "Сьюки потянула за кое-какие ниточки". Она прижалась к Антону / Сьюки.

"Антон продюсировал несколько фильмов о преступности, полиции и так далее", - прокомментировала Максия. "Поэтому я подумал, что ему понравится встреча с одним из лучших людей Нью-Йорка".

"Процедуры в британском стиле". Антон похлопал Силк по руке, когда она потянула его за собой, как капризный ребенок. "Нам нравится думать о том, что это крутые детективные фильмы - с большим количеством секса и насилия", - добавил он со смехом. "И небольшая связь с реальностью, как вы должны знать. Я думал об использовании американской обстановки, так что я ..."

"Я не понимаю, почему девушка хотела бы быть полицейским". Силк хмуро посмотрел на Еву. "Это не очень женственно".

"Неужели? Это забавно, потому что я не понимаю, почему девушка хотела бы быть бимбом ..."

"Что это ты делаешь?" Рорк мягко прервал Еву, лишь слегка ущипнув ее за задницу.

"Я актриса. Я только что закончил съемки главной роли в следующем фильме Сьюки ".

"Жертва, верно?" Спросила Ева.

"Я умираю драматично. Это сделает меня звездой, не так ли, Сьюки?"

"Абсолютно, милая".

"Я хочу уйти. Здесь ничего не происходит. Я хочу пойти потанцевать, отправиться в какое-нибудь место с каким-нибудь действием ". Она потянула достаточно сильно, чтобы оттащить Антона на несколько шагов назад.

"Раньше он был таким разумным человеком", - пробормотала Максия.

"Парни определенного возраста особенно уязвимы для бимбоита".

Максия рассмеялась. "Я так рад, что ты мне нравишься. Я бы хотел, чтобы меня не было в Праге через пару дней, чтобы я мог узнать тебя лучше. Я должен пообщаться, убедиться, что всем там не так скучно, как Льну".

"Я думаю, что это полиэстер. Определенно искусственные волокна ".

Снова рассмеявшись, Максия покачала головой. "Да, ты мне действительно нравишься. И ты." Она поднялась на цыпочки, чтобы поцеловать Рорка в щеку. "Ты выглядишь ужасно счастливым".

"Я есть. И ужасно рад видеть тебя снова, Макси ".

Когда Максия начала поворачиваться, раздался пронзительный голос Силка. "Но я хочу уйти сейчас . Я хочу повеселиться . Эта группа мертва " .

Кто-то закричал. Что-то разбилось. Когда люди отступали назад, когда некоторые поворачивались, проталкиваясь сквозь небольшие группы других, Ева продвигалась вперед.

Мужчина шатался, как пьяный, и на нем не было ничего, кроме брызг и мазков крови. Нож, зажатый в его руке, сверкал им.

Женщина на его пути упала в обморок, и ей удалось убрать официанта, держащего полный поднос канапе с ней. Когда посыпались шарики из креветок и перепелиные яйца, Силк взвизгнула, развернулась и, бросившись к террасе, сшибла гостей, как кегли в переулке.

Ева открыла почти бесполезную сумку, которую она несла, бросила ее Рорку и вытащила свое оружие.

"Брось это. Брось это сейчас ". Она быстро оценила его. Около пяти футов десяти дюймов, примерно сто шестьдесят пять. Кавказец, смуглый и шатен. И глаза были остекленевшими. Шок или наркотики - возможно, и то, и другое.

"Брось это", - повторила она, когда он сделал еще один неуверенный шаг вперед. "Или я уроню тебя".

"Что?" Его взгляд скользнул по комнате. "Что? Что это?"

Она обдумала и отвергла возможность просто оглушить его за считанные секунды. Вместо этого она двинулась к нему, схватила запястье его руки с ножом, повернула. "Брось этот чертов нож".

Его глаза смотрели в ее, когда его пальцы обмякли. Она услышала, как нож упал на пол. "Никто не прикасается к этому. Держись подальше. Я из полиции, вы это понимаете? Я полицейский. На чем ты сидишь?"

"Я не знаю. Я не знаю. Полиция? Ты можешь мне помочь? Кажется, я кого-то убил. Ты можешь мне помочь?"

"Да. Еще бы. Рорк, мне срочно нужен походный набор, и чтобы ты позвонил сюда. Мне нужно, чтобы все остальные пока что были наверху. Мне нужно, чтобы вы, люди, очистили эту комнату, пока ситуация не будет урегулирована. Шевелись!" - рявкнула она, когда люди стояли, разинув рты. "И кто-нибудь, проверьте, как там та женщина, которая лежит в креветочных шариках вон там".

Рорк встал рядом с ней. "Я послал одного из сотрудников отеля в гараж, чтобы достать полевой набор из багажника машины", - сказал он ей. "Я уведомил вашу диспетчерскую".

"Спасибо". Она осталась на месте, когда голый участник вечеринки сел на пол и начал дрожать. "Просто помни, ты тот, кто хотел прийти сегодня вечером".

Кивнув, Рорк поставил ногу на рукоять ножа, чтобы закрепить его. "Некого винить, кроме себя".

"Ты можешь достать мой диктофон из этой дурацкой сумки?"

"Ты принес записывающее устройство?"

"Если тебе нужно оружие, тебе понадобится диктофон".

Когда он протянул это ей, Ева прикрепила это к пенистому материалу на своих грудях, задействовала его. Прочитав основы, она присела на корточки. "Как ты думаешь, кого ты убил?"

"Я не знаю".

"Как тебя зовут?"

"Это..." Он поднял испачканную кровью руку, провел ею по лицу. "Я не могу думать. Я не могу вспомнить. Я не могу думать."

"Скажи мне, что ты принял".

"Взял?"

"Наркотики. Нелегалы".

"Я... Я не занимаюсь нелегалами. Должен ли я? Здесь так много крови ". Он поднял руки, уставился на них. "Ты видишь всю эту кровь?"

"Да". Она посмотрела на Рорка. "Это свежо. Мне нужно будет обойти комнату за комнатой, начиная с этого этажа. Он не мог долго ходить в таком состоянии. Мы начнем с этого этажа".

"Я могу это устроить. Вы хотите, чтобы охрана начала с этого, или посидите с ним, пока вы будете обходить комнату за комнатой?"

"Сядь на него. Я не хочу, чтобы они разговаривали с ним, прикасались к нему. Что это за комната вон там?"

"Это была бы комната для прислуги".

"Этого хватит".

"Ева", - сказал Рорк, когда она выпрямилась. "Я не вижу на нем никаких ран. Если это чья-то кровь - столько крови - то они не могут быть еще живы ".

"Нет, но сначала мы переходим из комнаты в комнату".

Два

Ей нужно было действовать быстро. Количество крови на ее обнаженном парне заставляло сомневаться, что она найдет кого-нибудь живым - если она вообще кого-нибудь найдет, - поэтому она не могла слоняться без дела. Хотя ей не очень нравилось оставлять подозреваемого с охраной отеля, даже после того, как она застегнула ремни из своего походного комплекта, она не могла позволить себе ждать своего подкрепления в форме или своего напарника.

За неимением лучшего, она положила подозреваемого на пол в комнате для прислуги, проверила его отпечатки.

"Джексон Пайк". Она присела на корточки на его уровне, заглянула в остекленевшие карие глаза. "Джек?"

"Что?"

"Что случилось, Джек?"

"Я не..." Он оглядел комнату, ошеломленный и обкуренный. "Я не..." Затем он застонал от боли и схватился за голову.

"Офицеры в форме уже в пути", - сказала она паре из службы безопасности, выпрямляясь. "Я хочу, чтобы он был точно там, где я его оставил, и чтобы те люди наверху содержались там, пока я не вернусь. Никто не входит, кроме сотрудников полиции Нью-Йорка. Никто не выходит. Давайте двигаться, " сказала она Рорку.

"Парень - врач", - продолжила она, когда они направились к двери. "Тридцать три года. Одинок".

"Он не вошел с улицы в таком виде".

"Нет. Твой отель. Выясните, зарегистрирован ли Джексон Пайк или кто-либо с вариацией этого имени. Как устроен этот этаж?"

Рорк вытащил свой "линк, жестикулируя. "Четыре триплекса, по одному на каждом углу. Одна минута."

Пока он разговаривал с менеджером отеля, Ева повернула налево. "Ну, он оставил след. Это удобно". Двигаясь быстро, она следовала по кровавым следам на роскошном ковре.

"Ни Джексона Пайка, ни каких-либо других пайков, если уж на то пошло", - сказал ей Рорк. "Есть Джексон, Карл, на тридцать втором. Они проверяют. На этом этаже у Максии 600. Шесть ноль две занят Доминго Феллини - актер - я видел его на вечеринке ".

"Пайк пришел не оттуда, след ведет сюда". Она ускорила шаг, когда они начали спускаться по длинному коридору. "Это шестидесятый этаж. Почему это не 6002?"

"Шестой этаж - это оздоровительный клуб, бассейн и так далее. Никаких гостевых комнат. Триплексы рассчитаны на тех, кто может позволить себе перевозку, и мы выставляем их как пентхаусы или апартаменты. Итак, это номер 600. Восприятие".

"Да, твое восприятие сильно испорчено всей этой кровью на твоем ковре. Есть кто-нибудь в 604?"

"Не сегодня".

"Пустой номер - отличное место для кровавого убийства, но след уводит в сторону". Она продолжала двигаться, держа оружие в руке, ее глаза сканировали: "В каждом номере есть отдельный лифт, как в номере 600?"

"Они делают, да. Эти лифты в центре этажа также являются частными, поскольку для подъема вам потребуется ключ-карта или разрешение."

Аварийные выходы, все четыре угла, отметила она, через лестницы. Но Джексон Пайк не использовал их. Его след привел прямо к резным двойным дверям номера 606.

Ева увидела слабое пятно крови над витиеватым нулем.

Номер 666, подумала она. Разве это не было просто идеально?

Она подала знак Рорку, чтобы он оставался на месте, затем нажала на ручку.

"Заперт. У меня нет моего учителя ".

"К счастью для тебя, у тебя есть я". Он вытащил из кармана тонкий инструмент.

"Удобно, но ты когда-нибудь задумывался, как полицейский должен объяснить - если это всплывет - почему у ее мужа в карманах инструменты для взлома?"

"Для кровавых чрезвычайных ситуаций?" Он выпрямился. "Блокировка снята".

"Я не думаю, что у тебя при себе".

Он бросил на нее взгляд, его глаза были очень холодными. "Хотя я не считал необходимым брать с собой оружие на коктейль-вечеринку, я получил это от службы безопасности". Он вытащил парализатор. "Гражданский вопрос. Совершенно законно".

"Хм. На счет три."

Это был не первый раз, когда они проходили через дверь. Она опустилась ниже, он поднялся выше, в большую гостиную, освещенную сотнями свечей. В мерцающем свете сверкала кровь, заливая черную пентаграмму, нарисованную на полированном мраморном полу.

В этом бассейне плавало тело, руки и ноги были раскинуты, образуя крест в центре знака.

Ушел, подумала Ева, истек кровью. Перерезанное горло, множественные раны на теле. Она покачала головой в сторону Рорка, указывая налево.

Она двинулась направо, в номер, зеркальное отражение номера Максии. Взмахнув оружием, она очистила столовую, короткий коридор, кухню, дамскую комнату, описав круг, который вернул ее к Рорку.

"Кровать и ванна свободны, этот уровень", - сказал он ей. "Использовались оба варианта. Там много крови - мазки, а не брызги. Полагаю, ее."

Он не был полицейским, размышляла она, но он мог думать как полицейский. "Мы поднимаемся". Она указала подбородком в сторону лифта и попыталась не обращать внимания на зловоние - не просто смерти, но какого-то гари в воздухе. "Ты можешь заблокировать это? Отключить это?"

Ничего не говоря, он подошел к нему, снова достал свой инструмент. Пока он работал, Ева обвела пентаграмму, чтобы очистить террасу.

"Сделано".

"Какая планировка на втором этаже?"

"Кровать и ванна, маленькая гостиная слева. Главная спальня - гостиная, дамская комната, гардеробная, кровать и ванна справа."

"Я выберу правую".

Место казалось пустым, подумала она. Он казался мертвым. Металлический привкус крови, приторно-сладкий привкус смерти, смешанный со свечным воском, пропитал воздух. И что-то большее, это жжение и своего рода... пульсация, подумала она. Израсходованная энергия, ее тени все еще бьются.

Вместе они очистили второй уровень, затем третий.

Она нашла доказательства сексуального безумия, еды, питья, убийства. "Чистильщики будут здесь часами, если не днями".

Рорк изучал стаканы, тарелки, недоеденную еду. "Что за люди совершают убийство и оставляют после себя так много от самих себя?"

"Из тех, кто думает, что они за пределами закона. Наихудший вид. Мне нужно оцепить это место, все три уровня, пока сюда не прибудет место преступления. Кто был зарегистрирован в этом номере?"

"Группа Асант". На ступеньках он уставился на тело, лежащее на пентаграмме. "Перепутай буквы, и у тебя получится..."

"Сатана. Боже, я ненавижу это дерьмо. Люди хотят поклоняться дьяволу, будьте моим гостем. Черт возьми, у них могут быть рога, имплантированные хирургическим путем им на лоб. Но тогда им просто нужно разрезать кого-нибудь на куски для своего человеческого жертвоприношения и втянуть в это меня ".

"Чертовски дерзко с их стороны".

"Я скажу".

"Голый Джек не делал этого сам".

"Нет. Пойдем посмотрим, не прояснилась ли его память немного."

Униформа взяла верх. Ева приказала им взять имена и контактную информацию у гостей, затем убрать их.

Она сидела на полу с Джексоном. "Мне нужен образец крови, которая на тебе, Джек".

"Этого так много". Его тело дергалось каждые несколько секунд, как будто от удивления. "Это не мое".

"Нет". Она взяла несколько образцов - лицо, руки, грудь, спина, ступни. "Что ты делал в 606 году?"

"Что?"

" Люкс 606. Ты был там ".

"Я не знаю. Был ли я?"

"Кто эта женщина?"

"Там было много женщин, не так ли?" Он снова содрогнулся от боли. "Ты был там? Ты знаешь, что произошло?"

"Посмотри на меня, черт возьми". Ее голос был подобен пощечине, шокировал его, возвращая к ней. "В 606-м есть женщина. У нее перерезано горло".

"Я это сделал? Я причинил кому-нибудь боль?" Он прижался лбом к коленям. "Моя голова. Моя голова. Кто-то кричит в моей голове".

"Принадлежите ли вы к группе Асант?"

"Я не знаю. Что это? Я не знаю. Кто ты? Что происходит?"

Покачав головой, Ева поднялась, когда вошли вызванные ею медтехники. "Я хочу, чтобы его обследовали. Мне нужен образец крови. Мне нужно знать, на чем он сидит. Когда вы закончите, его доставят в полицейский участок ".

"Чья это кровь?"

"Ты опоздал для нее". Она вернулась в гостиную, чтобы оставить их наедине, как раз в тот момент, когда ее партнер вошел в главную дверь.

Волосы Пибоди были собраны сзади в короткий хвост, который не обрамлял ее квадратное лицо и, казалось, увеличивал ее карие глаза. На ней были мешковатые темные брюки и белая футболка с наброшенным поверх красным жакетом. Она несла походный набор.

"Кто умер?"

"Пока еще неопознанная женщина. Главный подозреваемый там." Ева дернула головой. "Обнаженный и покрытый тем, что, скорее всего, является ее кровью".

"Вау. Должно быть, это была адская вечеринка ".

"Это произошло на другой стороне. Давайте поработаем на месте преступления ".

За дверями 606-го они покрыли руки и ноги Seal-It, пока Ева рассказывала Пибоди вкратце.

"Он просто зашел на коктейль-вечеринку? И ничего не помнит?"

"Да, и так кажется. Не похоже, что он притворяется. Оба зрачка большие, как луна. Он дезориентирован, двигательные навыки нарушены, и, похоже, у него сильно болит голова ".

"Под кайфом?"

"Это мое первое предположение, но посмотрим, что об этом скажут в МТС". Ева открыла дверь и теперь воспользовалась ключом, который раздобыл для нее Рорк.

Когда она вошла, крепыш Пибоди побледнел. "Мужчина. Вот дерьмо." Она согнулась в талии, прижала руки к бедрам и сделала долгие, медленные вдохи.

"Не смей топтаться на моем месте преступления".

"Просто нужна минута. Ладно." Она продолжала дышать. "Хорошо. Черная магия. Плохой джуджу".

"Не начинай это дерьмо. У нас есть кучка придурков, которые устроили оргию, завершив ее ритуальным убийством, используя сатану в качестве предлога. Пользовался частным лифтом, " добавила Ева, указывая на него, " скорее всего, приходил и уходил. Для этого нам понадобятся диски безопасности. Прибралась после того, как они покончили с ней. Доказательства этого в ванных комнатах, которых в этом месте шесть. На кроватях видны следы использования, а еда и питье были съедены. Поскольку я сомневаюсь, что пентаграмма является частью оригинального декора комнаты, кто-то нарисовал ее на полу. Вопрос может быть "Почему?"Зачем использовать шикарный номер в дорогом отеле для вашего ежегодного сатанинского собрания?

"Давайте возьмем ее отпечатки, установим личность и время смерти". Поскольку Пибоди все еще выглядела бледной, Ева решила забрать тело сама. "Попробуй догнать Пайка, Джексон. Его отпечатки были найдены в возрасте тридцати трех лет и на Западной восемьдесят восьмой улице. Он врач. Посмотри, есть ли у него простыня ".

Ева подошла к телу, делая все возможное, чтобы избежать крови. Не для того, чтобы сохранить ее туфли, но сцену. Воздух охладил, покрыл мурашками ее руки, и она снова почувствовала, ощутила пульсацию.

Она поднесла руку жертвы к блокноту для удостоверения личности, просмотрела отпечатки.

"Марстерсон, Ава, двадцать шесть лет, не замужем. Женщина смешанной расы с адресом в Амстердаме. Работал офис-менеджером в клинике здоровья Вест-Сайд."

Ева склонила голову к татуировке - красно-золотой змее, заглатывающей собственный хвост, - которая окружала левое бедро. "У нее татуировка на бедре, и она не указана в ее удостоверении личности. Может, временный, а может, свежий."

Она достала свой датчик. "ТОД, двадцать два десять. Это почти за час до того, как Пайк устроил вечеринку в конце коридора." Она заменила датчик и осмотрела тело. "Горло жертвы глубоко перерезано, что выглядит как один удар острым лезвием, справа налево, слегка направленный вниз. Нападающий правой рукой, лицом. Он хотел видеть твое лицо, когда будет разрезать тебя. Множественные раны, порезы, колотые ранения, на плечах, туловище, животе, ногах. Разного размера и глубины. Разные клинки в разных руках? Жертва находится в позе, раскинув руки и ноги, в центре черной пентаграммы, нарисованной прямо на полу. Синяки на бедрах. Возможно изнасилование или секс по обоюдному согласию, мне определять. Никаких защитных ран. Нет. Не сопротивлялась, Ава? Они просто прикончили тебя, перерезав тебе горло, а затем устроили вечеринку в твою честь? Анализ на токсины для определения наличия алкоголя и / или наркотиков."

Услышав стук в дверь, Ева позвала Пибоди.

"Я поняла". Пибоди подбежала, воспользовалась сигналом безопасности. "Это место преступления".

Через несколько минут комната наполнилась шумом, движением, оборудованием и каким-то более чистым запахом химикатов. Когда приехала бригада из морга, Ева отошла от тела.

"Марстерсон, Ава. Пакет и бирка. Пибоди, со мной. Руководи этой группой Асантов", - приказала она. "Мы собираемся вытрясти из Пайка все, что сможем".

"Там должно было быть по меньшей мере дюжина человек, Даллас. Двенадцать-пятнадцать человек, судя по количеству подносов и стаканов. Зачем приходить сюда, чтобы делать это? Вы не можете скрыть это таким образом, и, эй, вечеринка в конце коридора происходит в одно и то же время с копом прямо там. Кстати, ты выглядишь совершенно волшебно. Обувь предназначена для нечестивых ".

Ева нахмурилась, глядя на туфли, которые она забыла надеть. "Черт, черт. Я должен пойти в Центральный в этом наряде ". Она также, поняла она, забыла Рорка.

Он прислонился к стене возле номера Максии, делая что-то, что развлекало или интересовало его на его PPC. И поднял глаза, когда она приблизилась.

"Прости. Я должен был сказать тебе идти домой ".

"Я предположил, что ты захочешь узнать код от машины, поскольку это не одна из твоих. Я попросил из гаража вынести его наружу. Привет, Пибоди."

"Привет. Вы, ребята, выглядите превосходно. Действительно очень жаль, что вечер был испорчен для тебя ".

"Аве Марстерсон досталось больше", - прокомментировала Ева. "Максия?"

"Принял пустышку и лег спать. Я сам доберусь домой". Он взял Еву за подбородок рукой, провел большим пальцем по вмятине, затем поцеловал ее. Он вручил ей мини-памятный кубик. "На нем код. Берегите себя, лейтенант. Спокойной ночи, Пибоди".

Пибоди смотрела, как он уходит. "Мальчик, иногда тебе просто хочется проглотить его без соломинки". Она перевела взгляд на Еву. "Я сказал это вслух?"

Три

Благодарная за то, что у нее в шкафчике сохранилось кое-что из тренировочного снаряжения, Ева сняла вечернее платье, вытащила ноющие ноги из ненавистных туфель, затем натянула свободные хлопчатобумажные брюки и выцветшую серую футболку. Поскольку она не могла разгуливать по центру или успешно запугать подозреваемого, обвешанного бриллиантами, у нее не было выбора, кроме как спрятать их в свой шкафчик.

Достаточно безопасно, подумала она. Если бы это был шоколадный батончик, было бы меньше шансов, что ее собственность была бы там, когда она открыла шкафчик. Но небольшое - возможно, не такое уж маленькое - состояние в бриллиантах, без проблем.

После того, как она надела древние ботинки, она встретила Пибоди в коридоре.

"Никакого преступника. Ничего, Даллас. Его задержали и освободили за нарушение общественного порядка, когда ему было двадцать. Какая-то вечеринка студенческого братства. Это не попало бы в его досье, если бы копы кампуса не прищучили за это все братство. Он из Пенсильвании, переехал сюда всего пару недель назад. Он врач, практически новенький, и только что занял должность в штате в ..."

"Клиника здоровья в Вест-Сайде".

"Это раздражает, когда я убегаю, если я не получаю выигрыш. Интервью А. Они привели его в порядок ".

"Жертва?" Спросила Ева, когда они шли.

"Чистота до скрипа. Переехал в Нью-Йорк около двух лет назад из Индианы. Оба родителя и младший брат все еще там. Мы должны будем уведомить их ".

"Сначала мы возьмем Пайка. Они могут подождать несколько часов, чтобы их жизни были разрушены ". Она толкнула дверь в комнату для допросов, кивнула полицейскому.

Униформа вышла, и Ева подошла к столу, за которым сидел Джек в оранжевых брюках и рубашке заключенного. "Запись включена. Даллас, лейтенант Ева, и Пибоди, детектив Делия, в интервью Пайку, Джексон, относительно расследования смерти Марстерсон, Авы."

"Ава?" Джек поднял глаза, его лицо было напряжено, как будто он с трудом произносил это имя. "Ава?"

"Это верно, Ава. Вам зачитали ваши права, мистер Пайк, это верно?"

"Ах, я не знаю".

"Тогда мы освежим тебя". Ева продекламировала исправленную "Миранду". "Вы понимаете свои права и обязанности?"

"Я думаю. ДА. Почему? Почему я здесь?"

"Ты не помнишь?"

"Моя голова". Он прижал обе руки к вискам. "Я попал в аварию? У меня болит голова ".

"Что ты помнишь о сегодняшнем дне?"

"Я... Я пошел на работу. Не так ли? Какой сегодня день? Сегодня вторник?"

"Сегодня среда".

"Но..." Джек уставился на нее. "Что случилось со вторником?"

"Какие наркотики ты принимал, Джек?"

"Я не, я не принимаю наркотики. Я не занимаюсь нелегалами. Я врач. Я работаю в штате..." Он снова схватился за голову и покачался. "Где? Где?"

"Клиника здоровья в Вест-Сайде".

Он посмотрел на Еву, его глаза, его лицо расслабились от облегчения. "Да. ДА. Вот и все. Я только начал. Я пошел на работу. Я пошел на работу, а потом..." Он застонал, содрогнулся. "Пожалуйста, можно мне блокиратор? У меня в голове стучит."

"В тебе что-то есть, Джек. Я не могу дать тебе блокиратор, пока не узнаю, что это такое. Ты ходил в отель "Палас" с Эвой? В номер 606?"

"Ава... Я не могу... Ава работает в клинике". На его лице от усилий выступил пот. "Ава, управляет... Ава. Мы..." Затем ужас охватил его. "Нет. Нет. Нет".

"Что случилось с Эвой, Джек?"

"Нет. Нет".

"Что произошло в 606 году?"

"Я не знаю. Я не..."

"Остановись!" Она протянула руку, схватила его за рубашку. "Ты расскажешь мне, что произошло".

"Это не реально. Этого не произошло ".

"Что не реально?"

"Люди, люди". Он вскочил на ноги, и Ева подала знак Пибоди оставаться на месте. "Огни. Голоса. Дым и огонь. И наступил ад". Он шатался по комнате для допросов, держась за голову. Слезы потекли из его глаз. "Смеется. Крики. Я не мог остановиться. Хотел ли я остановиться? У нас был секс. Нет. Да. Я не знаю. Тела, руки и рты. Они причинили ей боль. Я причинил ей боль? Но она улыбалась, улыбалась мне. Затем ее кровь".

Его руки пробежали по лицу, как будто вытирая его. "Ее кровь. Повсюду во мне".

Его глаза закатились в его голове. Пибоди удалось смягчить худшую часть его падения, спустившись вместе с ним. "Господи, Даллас, этот парень ни за что не притворяется".

"Нет. Давайте посадим его в клетку. Я хочу, чтобы за ним присматривали как за самоубийцей. Я хочу видеть его." Она шагнула к двери, услышав стук.

"Проверка вашего подозреваемого, лейтенант. Они сказали, что ты хочешь этого как можно скорее ".

"Спасибо". Она взяла отчет у техника, отсканировала его. "Господи, чего в этом парне нет? Эротика, Кролик, Зонер, Джайв, Люси."

"Сонный, Одурманенный и док", - закончила Пибоди. Затем пожал плечами, когда Ева нахмурилась. "Плохая шутка. Неудивительно, что его голова кричит. После такого коктейля, как этот, его нужно разорвать ".

"Отведите его в клетку, попросите медика заняться им. Для одной ночи с него хватит ".

"Он не производит впечатления человека, который мог бы сделать то, что было сделано с той женщиной сегодня вечером".

"В нем столько мусора, ты не представляешь, на что он способен. Но он не обычный пользователь. Он никак не мог быть завсегдатаем с такой привычкой и ни разу не выпить ".

Ева направилась обратно в свой офис. Двое полицейских увели плачущую женщину в противоположном направлении. За пределами КПЗ парень в разорванной и окровавленной рубашке сидел, тихо смеясь про себя, пока он гремел ремнями, которые приковывали его к сиденью.

Она заскочила в КПЗ, в то время как он вернулся к хихиканью. В своем офисе она сначала открыла кофеварку, чтобы выпить кофе, затем села за свой стол. Она глотала кофеин, пока загружала диски системы безопасности из отеля.

Сначала она провела VIP-регистрацию в изысканно оформленном салоне, предназначенном для гостей в более роскошных люксах и триплексах. Она приказала компьютеру согласовать время с отметкой о регистрации группы Асант. И наблюдал, как гостиная расплывается в белые помехи. Она запустила его обратно, отметила, что сбой начался за тридцать минут до входа в систему и продолжился до двух тысяч трехсот.

Схема повторилась, когда она запустила диски безопасности для частного лифта, и снова, когда она запустила диски главного вестибюля.

"Сукин сын". Она повернулась к своему внутреннему офису. " Пибоди, разбуди своего сожителя. Мне нужен Макнаб здесь, чтобы покопаться в дисках безопасности. Они уничтожены ".

Если мальчик-гений из Отдела электронных детективов не смог раскопать данные, у нее был кто-то, кто мог. Она связалась с Рорком.

"Почему ты не спишь?" - требовательно спросила она, когда на ее экране связи появился он за своим столом.

"Почему ты?"

"О, просто кое-что о ритуальном убийстве. Я подумал, ты захочешь знать, что все диски системы безопасности из твоего отеля взломаны. Ничего, кроме помех на всех, начиная за тридцать минут до входа в группу Asant."

"Ты приносишь их мне или я прихожу к тебе?"

"У меня скоро будет Макнаб, но ..."

"Я в пути".

"Подожди. Слушай, принеси мне какую-нибудь рабочую одежду, ладно? И моя оружейная сбруя, и...

"Я знаю, что тебе нужно".

Ее экран потемнел. Взбешен, подумала она, и не могла винить его. Она представила, как несколько голов полетят во дворец Рорка, и очень быстро. Но тем временем у нее на руках были бесполезные диски, подозреваемый с провалами в памяти, вызванными наркотиками, и изуродованное тело в морге.

И до рассвета было еще далеко.

Она открыла свою книгу убийств, установила свою доску. Согласно записям в отеле, группа Asant забронировала триплекс за два месяца до этого и обеспечила его с помощью кредитной карты на имя Йозефа Беллора, у которого был адрес в Будапеште.

Она ввела данные в свой компьютер, заказала стандартный запуск. Только для того, чтобы узнать, что Йозеф Беллор из Будапешта умер там пять лет назад в зрелом возрасте ста двадцати одного года.

"Будет трудно заставить его оплатить счет", - пробормотала она.

Заказ на одну ночь, подумала она, просматривая записи. Доставка еды и напитков в номер осуществляется с помощью автоматических настроек люкса или по предварительному заказу до регистрации заезда. Пять ящиков вина, несколько фунтов различных европейских сыров, сдобные хлебцы, икра, пирожные, пирожные с кремом.

Нет смысла в ритуальном убийстве на пустой желудок.

Итак, они ели, пили, устраивали оргии, подумала она, поднимаясь, чтобы расхаживать по небольшому пространству своего кабинета. Вытаскивал все, что нелегалам нравилось. Три этажа разгула, звукоизолированные апартаменты с высокими воротничками и включенными защитными шторами.

Приберегла бы лучшее напоследок, решила она. Жертвоприношение стало бы кульминацией вечера.

Как милая девушка из Индианы стала звездой шоу? Как случилось, что молодого врача из Пенсильвании пригласили и бросили после трансплантации?

"Лейтенант".

Она повернулась к Макнабу с сонными глазами, стоящему в дверях. На нем были штаны кричащего желтого цвета, которые сочетались с кричащими точками размером с кулак, поверх рубашки вызывающего слезы зеленого цвета. Его длинные светлые волосы были собраны с худого симпатичного лица в хвост. Она задавалась вопросом, уравновешивал ли этот моток каким-то образом вес переплетения серебряных петель в его ухе.

"У тебя от этого никогда не болит голова?" - поинтересовалась она. "Просто смотрю в зеркало".

"А?"

"Неважно. Диски." Она собрала их со своего стола, подтолкнула к ним. "Найди что-нибудь на них. Рорк уже в пути ".

"Хорошо. Почему?"

"Это его диски. Охрана отеля "Палас". Я уже отснял отчет для вашего подразделения в EDD. Прочтите это, поработайте над этим. Принеси мне что-нибудь".

Он подавил зевок, затем сосредоточился на ее доске. "Это жертва?"

Ева только кивнула, ничего не сказав, когда он вошел, чтобы изучить доску. Она знала, что он работал бы лучше и усерднее, если бы был заинтересован. "Это пиздец", - сказал он. "Это серьезно пиздец. И это, должно быть, не один убийца ". Он сунул диски в один из карманов своих брюк. "Если на них есть изображение, мы его получим".

Если не было изображений, подумала она, когда Макнаб ушел, это означало, что безопасность на месте была нарушена. Зная, насколько жестко управлялся любой корабль в обширном флоте Рорка, для этого потребовалась бы серьезная магия.

Она повернулась к своему "линку" с идеей пометить Рорка по пути сюда. И он вошел в ее кабинет.

"Это было быстро".

"Я спешу". Он поставил сумку на стул для посетителей. "Где диски?"

"Я только что передал их Макнабу. Подожди. " Она протянула руку, когда он повернулся. "Если система безопасности была нарушена на месте, как это могло быть сделано?"

"Я не знаю, пока не увижу диски, не так ли?"

"Разозлишься позже. Как это могло быть сделано?"

Он сделал очевидное усилие, чтобы успокоиться, затем подошел к ее автомату, чтобы приготовить кофе для себя. "Это должно было быть сделано с помощью системы безопасности или электроники, и на одном из верхних уровней. Скорее всего, оба, работающие в тандеме. Никто на таком уровне не посчитал бы взятку любого рода достойной своего положения ".

"Угроза, шантаж?"

"Все возможно, конечно, но сомнительно. Им было бы выгоднее прийти ко мне со своей проблемой, чем обходить охрану ".

"Мне все равно понадобятся имена".

Он отставил кофе в сторону, достал свой ПК. После минутной работы он кивнул в сторону ее машины. "Теперь они у тебя есть. И если кто-то из моих людей причастен к тому, что случилось с той девушкой, я хочу знать, когда ты узнаешь ".

Он вышел, его едва сдерживаемая ярость оставила после себя заряд энергии. Ева выдохнула, и поскольку он забыл свой кофе, взяла его и выпила сама.

Четыре

Хотя она не сомневалась, что процесс проверки Рорка был более строгим, чем в Пентагоне, она проверила имена, которые он ей назвал. Она стала чистой и ясной во всем. Если, решила она, сообщение от EDD было ошибкой на месте, она проверит их супругов, когда это применимо, и членов семьи.

Но сейчас она не могла откладывать информирование ближайших родственников.

Еве потребовалось, подумала она, когда закончила, меньше тридцати секунд, чтобы разрушить мир двух обычных людей с обычными жизнями. "Больше времени, - размышляла она, возвращаясь к своей доске, - чем потребовалось, чтобы перерезать горло Аве Марстерсон, чтобы ее мозг переварил оскорбление". Но не сильно. Не намного больше.

Она потерла тыльными сторонами ладоней воспаленные от усталости глаза, затем проверила время. Пара часов, прежде чем она сможет прийти в лабораторию за любыми результатами или пойти в морг за тем же самым при вскрытии жертвы.

Достаточно времени для душа, чтобы прочистить голову, прежде чем придираться к ЭДДУ. Она взяла сумку, которую оставил ей Рорк.

"Полежи два часа в кроватке", - приказала она Пибоди, когда та вернулась в КПЗ. "Я собираюсь принять душ".

"Хорошо. Я руководил группой Asant со всех возможных сторон. Этого не существует ".

"Это просто прикрытие".

"Затем я попытался выполнить поиск по любым оккультным праздникам или важным датам, которые соответствуют сегодняшнему дню - или вчерашнему дню сейчас. Ничего."

"Что ж, это была хорошая мысль. Стоит попробовать. Это была чертова вечеринка, это точно. Может быть, им не нужен повод. Нет, нет", - поправила себя Ева. "Это было слишком тщательно продумано, спланировано слишком далеко вперед, чтобы быть просто так, черт возьми".

"Ради всего святого. Ха-ха. Бог." Пибоди потерла глаза. "Мне нужно, чтобы эти два часа прошли".

"Возьми их сейчас. Это последнее, что ты на какое-то время увидишь краем своих век".

Она направилась в душ. В раздевалке она проверила содержимое сумки, отметила, что Рорк не пропустил ни одного трюка. Нижнее белье, ботинки, брюки, рубашка, куртка, оружейный ремень, ее клатч, коммуникатор, ремни безопасности, запасной диктофон, КПП и наличные. Больше, чем она обычно выполняла на работе. Она запихнула все это в свой шкафчик, схватила полотенце, затем завернулась в него, как только разделась.

В душевой кабине miserly она заказала на полную воду 101 градус. Жидкость вытекла скупой тепловатой струйкой, поэтому она закрыла глаза и притворилась, что находится дома, где в душе было множество щедрых струй, обдававших тело восхитительным жаром. Затем развернулась, насквозь промокшая, когда ее инстинкты дрогнули, когда она увидела Рорка, стоящего в узком проходе, руки в карманах.

"Если это лучшее, что предлагает полиция Нью-Йорка, неудивительно, что вы склонны дома принимать душ продолжительностью в час".

"Что с тобой не так? Закрой дверь. Сюда мог войти кто угодно".

"Я запер дверь, чего ты не сделал".

"Потому что копы не склонны подглядывать украдкой, пока другой коп в чертовом душе. Что ты делаешь?"

"Снимаю с себя одежду, чтобы она не намокла. Это обычная процедура ".

"Ты не можешь войти сюда". Она ткнула в него пальцем, когда он повесил рубашку на скамейку. "Прекрати это. Там едва хватает места для меня. Кроме того..."

"Безопасность на месте была нарушена. Это будет очень долгий день. Я хочу принять душ, и поскольку она голая, мокрая и здесь, я хочу свою жену ".

Он шагнул вперед, обнял ее. "Это не только оправдание душевой кабинки размером примерно с гроб, но и чертовски шумно из-за количества вытекающей воды".

"Кто с наибольшей вероятностью скомпрометировал..."

"Позже", - сказал он и привлек ее к себе. "Позже", - и накрыл ее рот своим.

Она видела его глаза до того, как их губы встретились; видела беспокойство и усталость в них. Он так редко демонстрировал что-либо, даже ей, что она инстинктивно обняла его. Необходимость. Она понимала потребность не только в физическом, но и в единстве.

Прикосновение, вкус, движение. Знание того, кем вы были, друг для друга, и кем вы стали, когда эта необходимость свела вас вместе.

"Если кто-нибудь узнает об этом", - прошептала она ему на ухо, "меня будут разыгрывать годами". Она слегка прикусила его мочку. "Так сделай это хорошо".

Ее сердце ударилось о ребра, когда он въехал в нее. "Хорошо. Это только начало ".

Он рассмеялся, неожиданная и желанная нотка юмора наряду с удовольствием. Старые трубы лязгали и гремели, когда он замедлял свои толчки, сглаживая темп от срочного к легкому. Он повернул голову, снова нашел ее рот и втянул их обоих глубоко-глубоко. Наполнил их обоих из мерцающего колодца ощущений и эмоций.

Он почувствовал, как она поднимается, крик ее освобождения смешался с поцелуем. И позволил себе следовать.

На долгом-предолгом вдохе она уронила голову ему на плечо. "Это несанкционированное использование помещений департамента".

"Нам, опытным гражданским консультантам, тоже нужны наши льготы". Он приподнял ее голову. "Я обожаю вас, лейтенант".

"Да? Тогда переложи это на кого-нибудь, приятель. Ты поглощаешь то, что есть из воды ".

Когда они вышли, и она начала вытираться полотенцем, он приподнял бровь. "Полотенце над сушильной трубкой? Не твой обычный."

"Я не доверяю им здесь". Она бросила на тюбик подозрительный взгляд. "Ты можешь поджариться, или, может быть, хуже, оказаться в ловушке. В любом случае, я дал Пибоди немного времени на то, чтобы прийти в себя, но я собираюсь сократить это, посмотреть, добрались ли они до жертвы в морге."

"Я пойду с тобой".

Она не стала спорить; это была пустая трата времени. "Ты не несешь ответственности за то, что случилось с Эвой Марстерсон".

Он наблюдал за ней, пока застегивал рубашку. "Если вы назначаете одного из своих людей ответственным за операцию, и произошел сбой, если гражданское лицо потеряло свою жизнь, на кого это ложится?"

Она села, чтобы натянуть сапоги, попробовала другой способ. "Никакая защита, даже ваша, не является абсолютно безошибочной".

Он сел рядом с ней на скамейку. "Группа людей ворвалась в мое заведение, взломала систему безопасности изнутри и разорвала женщину на куски. Мне нужно знать как, и мне нужно знать почему. Если кто-то из моих людей был частью этого, я собираюсь знать, кто ".

"Тогда я лучше разбужу Пибоди. Я надеюсь, что ты приехал на моей машине ", - добавила она. "Та игрушка, на которой мы ездили прошлой ночью, не выдержит нас троих".

"Я управлял чем-то, что будет".

"Это так волшебно!" Пибоди подпрыгнула на заднем сиденье мускулистого и вместительного вездехода. "Сначала мы добираемся до джипа таким способом - uptown Stinger, а теперь мы прокачиваем дорогу вот этим".

"Рада, что тебе нравится", - прокомментировала Ева. "Мы бы не хотели, чтобы убийство омрачило ваш день".

"Ты должен брать взлеты там, где ты их получаешь. Я даже никогда не видел ничего подобного раньше ". Пибоди погладила сиденье, словно мурлыкающую кошку.

"Это прототип", - сказал ей Рорк. "Это не поступит в продажу еще пару месяцев".

"Сладость".

" Пибоди, как только закончишь развлекаться, введи в файл руководителей службы безопасности и электроники. Руководят своими супругами, родителями, братьями и сестрами, сожителями, потомством, супруги и сожители потомства. Я хочу знать, есть ли у кого-нибудь простыня. Я хочу знать, есть ли у кого-нибудь из домашних питомцев простыня."

"Они прошли проверку", - сказал ей Рорк. "Каро может переслать тебе все данные".

Ева не сомневалась, что его эффективный администратор сможет собирать и передавать данные в рекордно короткие сроки. "Нам нужно подтвердить, и подтвердить по официальным каналам".

Когда он ничего не сказал, она достала свой собственный PPC, скопировала все данные в офисное устройство доктора Миры. Она хотела, чтобы ведущий специалист по профилям и психиатр департамента рассмотрел и проанализировал. Вдобавок ко всему, подумала Ева, одна из дочерей Миры была викканкой. Может быть, только может быть, они подключатся к этому источнику.

Холодные белые плитки морга отдавались эхом от их шагов. Ева почувствовала аромат кофе - или того, что здесь за ним числилось, - когда они проходили мимо торгового автомата. Она почуяла смерть задолго до того, как они вошли в двойные двери комнаты для вскрытия.

Ава лежала обнаженной на столе, а главный судебно-медицинский эксперт Моррис работал над ней. Его нежный и точный Y-образный вырез раскрыл ее, обнажил. Ева услышала, как Пибоди тяжело сглотнула позади нее.

Моррис выпрямился, когда они вошли. Защитная мантия покрывала его синий костюм с серебряной каймой. Его темные волосы были собраны сзади в длинный гладкий хвост. "Компания", - сказал он, и едва заметная улыбка скользнула по его экзотически сексуальному лицу. "И так рано утром. Рорк, это неожиданно." Но его взгляд переместился на Пибоди. "В холодильнике есть вода, детектив".

"Спасибо". Ее лицо блестело от пота, когда она поспешила за бутылкой.

"Что ты можешь мне сказать?" Ева спросила его.

"Мы не очень далеко продвинулись. Ты отметил ее специально для меня, а я был там всего около часа. И это потому, что дежурный медэксперт был взбешен тем, что он не мог дотянуться до него руками ".

"Я не хотел, чтобы кто-то, кроме тебя, был с ней. Я бы предпочел подождать. У меня есть довольно хорошая идея, как все прошло в любом случае. Можете ли вы сказать мне, была ли она изнасилована?"

"Я могу сказать вам, что у нее был грубый секс - очень грубый - несколько раз. Что касается того, было ли это по обоюдному согласию или нет? Она не может нам сказать. Но, судя по разрывам, я бы сказал, изнасилование. Групповое изнасилование".

"Сперма?"

"Они облили ее - вагинально, анально, орально, чтобы вывести. Я уже отправил образцы в лабораторию, но я бы не стал задерживать дыхание в ожидании ДНК. Я бы сказал, несколько партнеров. Ее жестоко использовали, до и после смерти ". Он посмотрел вниз на тело. "Существует так много уровней жестокости, не так ли? И все они входят в наши двери".

"А как насчет татуировки? Это выглядело свежо и реально ".

"Это и то, и другое. Нанесен в течение последних двенадцати-пятнадцати часов."

"Они хотели, чтобы она была помечена", - размышляла Ева. "Рана на горле была первой. Смертельный удар. Нападающий правой рукой, лицом."

"Если бы я был учителем, ты был бы моим питомцем. Есть шестьдесят восемь других ран, некоторые из которых были бы смертельны сами по себе, некоторые из которых относительно поверхностны. Я хочу провести более тщательный анализ, но при первом заходе на нее было использовано по меньшей мере дюжина разных клинков. Кровоподтеки от захватов пальцев, кистей, кулаков, стоп. Какое-то предсмертное состояние. И все же..."

"Ни одной раны при защите", - закончила Ева. "Никаких признаков того, что она была связана. Она взяла это. Мне нужно знать, что она приняла или что они ей дали ".

"Я отметил приоритет токсикологического анализа. Я могу сказать вам, что она не была пользователем, если только это не было очень редко, очень случайно. Это была очень здоровая женщина, которая заботилась о своем теле, внутри и снаружи. В ней будет наркотик для изнасилования, что-то достаточно сильное, чтобы заставить ее терпеть этот вид насилия без борьбы ".

"У меня кое-кто в резервуаре. Он был при деньгах. Я отправил образец в лабораторию. Ее родители и брат приезжают из Индианы ".

"Боже, сжалься над ними". Моррис прикоснулся запечатанной и окровавленной рукой к руке Авы. "Я прослежу, чтобы ее привели в порядок, прежде чем они увидят ее". Моррис взглянул на Рорка с пониманием в его темных глазах. "Мы позаботимся о ней", - сказал он. "И они. Вы можете быть уверены в этом ".

Когда они шли по выложенному белой плиткой туннелю, Рорк впервые заговорил. "Вы выбрали тяжелую жизнь, лейтенант. Жестокая дорога, которая так часто приводит тебя к этому ".

"Оно выбрало меня", - сказала она, но была благодарна выйти наружу, на прохладный воздух нового весеннего утра.

Пять

Ева дала Рорку адрес в Верхнем Вест-Сайде, когда они вернулись в AT.

"Мика Накамура работал на меня девять лет". Он выехал с парковки. "Четверо из них - начальник службы безопасности в отеле".

"Тогда она, должно быть, хороша", - прокомментировала Ева. "И должен быть в состоянии объяснить, что, черт возьми, пошло не так прошлой ночью. Она была в журнале регистрации с полудня и до двух тысяч трехсот первого. Вы обычно обрабатываете своих людей в течение одиннадцати часов?"

"Нет. Она должна была выйти из системы в восемь." Его глаза оставались на дороге, его голос оставался холодным и ровным. "Пол Чемберс вышел на сцену в семь. Я говорил с ним прошлой ночью и снова этим утром. Он занял главный отель, поскольку Мика сказала ему, что она займется VIP и вышками, поскольку у нее была другая работа, которую нужно было наверстать. Она также сказала ему, что проведет некоторое техническое обслуживание камер."

"Это обычно?"

"Как глава службы безопасности, Мика имел бы некоторую автономию. Она это заслужила ".

Обидчивый, подумала Ева. Очень щекотливый. "Ты говорил с ней?"

"Я не смог до нее дозвониться. И, да, я полностью намеревался увидеть ее лично, прежде чем вы свяжетесь со мной по поводу дисков ". Тон, очень холодный, очень ровный, говорил о безжалостно сдерживаемой ярости. "Она не занимала бы ту должность, которую занимает, если бы не прошла первоначальный отбор, а затем дважды в год".

На заднем сиденье Пибоди прочистила горло. "Она выходит чистой. То же самое делает ее муж, с которым она прожила пять лет. Один ребенок, девочка, трехлетнего возраста. Хм, родилась в Токио и переехала в Нью-Йорк в возрасте десяти лет, когда ее родители, которые тоже признались, переехали сюда в целях карьеры. Учился в Гарварде и Колумбии. Говорит на трех языках и имеет степени в области коммуникаций, гостиничного менеджмента и психологии".

"Как она оказалась твоей?" Ева спросила Рорка.

"Я завербовал ее сразу после колледжа. У меня есть разведчики, вы могли бы позвонить им, и они привлекли к ней мое внимание. То, что она имела какое-либо отношение к тому, что было сделано с той девушкой, не относится ни к какой реальности ".

"Она вышла из системы примерно за десять минут до того, как Пайк вошел на вечеринку Максии. И за несколько минут до того, как охрана лифтов и вестибюля освободилась. Мы должны взглянуть на это. Ее могли заставить, ей могли угрожать."

"Есть предохранители". Он покачал головой. "Она умна. Она слишком чертовски умна, чтобы попасть в ловушку таким образом ".

Лучше оставить это в тайне, решила Ева, пока они не поговорят с женщиной, о которой идет речь.

Во владениях Рорка охране платили достаточно хорошо, чтобы гарантировать аккуратный дуплекс в престижном районе. Люди шли по тротуару в стильных костюмах, потягивая то, что, как она предположила, было модным поддельным кофе из одноразовых чашек. Красивые женщины с пышными волосами отводили хорошеньких детей в места, которые, как она снова предположила, должны были стать частными школами. Пара подростков пронеслась мимо на аэробордах, в то время как третий гнался за ними на уличных клинках.

Ева поднялась по коротким ступенькам к двери. "Ты можешь взять на себя инициативу вместе с ней, " сказала она Рорку, " но когда я вмешаюсь, тебе придется отступить".

Вместо того, чтобы ответить, он позвонил в колокольчик.

Экраны приватности закрывали передние окна, а на замке системы безопасности постоянно горел красный. Пока тикали секунды, Ева задавалась вопросом, как женщина может пуститься во все тяжкие с мужем и ребенком. У них был дом на выходные в Коннектикуте, размышляла она, и родственники в Японии. Если...

Индикатор безопасности мигнул зеленым.

Мика Накамура был потрясающим. Ева видела это на снимке для опознания. Но в данный момент она выглядела сильно использованной. Желтоватая кожа, тусклые, налитые кровью глаза, спутанные волосы цвета черного дерева - все говорило о тяжелой ночи или болезни.

"Сэр?" - проскрежетал голос. Мика прочистила горло, открыла дверь немного шире. На ней была длинная алая мантия, неаккуратно завязанная на талии.

"Мне нужно поговорить с тобой, Мика".

"Конечно. ДА. Что-то не так?"

Она отступила назад. Ева отметила, что в доме было тускло, что защитные экраны были усилены, чтобы блокировать свет. Несмотря на это, интерьер был наполнен яркими красками от ковров и произведений искусства.

"Пожалуйста, входите. Не присядешь ли ты? Могу я предложить тебе немного кофе? Чай?"

"Ты не в порядке, Мика?"

"Я просто немного не в себе. Я попросила мужа пригласить Айко на завтрак, потому что я, кажется, не могу собраться с мыслями ".

"Долгая ночь?" Спросила Ева, и Мика озадаченно посмотрела на нее.

"Я... прости?"

"Моя жена, лейтенант Даллас, и ее напарник, детектив Пибоди. Я пытался достучаться до тебя, Мика."

"У тебя есть?" Она запустила руки в волосы в рассеянной попытке поправить их. "Ничего не получилось. Неужели я... " Она прижала пальцы к виску. "Я отключил "ссылки? Зачем мне это делать?"

"Садись". Рорк взял ее за руку и подвел к стулу, такому же ярко-красному, как ее мантия. Он сел на глянцевый черный кофейный столик лицом к ней. "Прошлой ночью в отеле произошел инцидент".

"Инцидент". Она медленно повторила слова, как будто изучала язык.

"Ты был на связи, Мика. Вы приказали Полу перекрыть главный отель, хотя он уже был перекрыт. И вы уволили техника из экранной комнаты, сказав им, что проведете кое-какое техническое обслуживание камер."

"Это звучит неправильно". Она снова потерла висок. "Это звучит неправильно".

Ева коснулась плеча Рорка, и, хотя в его глазах вспыхнуло нетерпение, он поднялся. Ева заняла его место. "Незадолго до шестнадцати ноль-ноль вы выключаете камеры в VIP-вестибюле и частном лифте в номере 606. Они оставались выключенными примерно до двух тысяч трехсот."

"Зачем мне это делать?"

Не отрицание, отметила Ева. Искренний вопрос. "Группа зарегистрировалась в этом номере. Группа Asant. Ты знаешь их?"

"Нет".

"В то время, когда камеры были отключены, по вашему комму, в этом номере была убита женщина".

Даже болезненный румянец сошел со щек Мики. "Убит? О, Боже. Сэр..."

"Посмотри на меня, Мика", - потребовала Ева. "Кто сказал тебе выключить камеры, отослать сменщика подальше, уволить техника?"

"Никто". Ее дыхание стало прерывистым, а бледное лицо исказилось от боли. "Я не делал. Я бы не стал. Убит? Кто? Как?"

Ева сузила глаза. "У тебя болит голова, Мика?"

"Да. Это расщепление. Я принял блокиратор, но он его не тронул. Я не могу думать. Я ничего из этого не понимаю ".

"Ты помнишь, как вчера ходил на работу?"

"Конечно. Конечно, я верю. Я... " Ее губы задрожали, глаза наполнились слезами. "Нет. Нет. Я не помню. Я ничего не помню, все это размыто и пустое. Моя голова. Бог." Она уронила это себе в руки, раскачиваясь, совсем как Джексон Пайк. "Когда я пытаюсь вспомнить, становится еще хуже. Я не могу выносить боль. Сэр, со мной что-то не так. Что-то не так".

"Теперь все в порядке, Мика". Рорк просто оттолкнул Еву в сторону, присел на корточки и обнял плачущую женщину. "Мы позаботимся об этом. Мы отведем тебя к врачу ".

" Пибоди, помоги мисс Накамуре одеться. Мы отвезем ее в центральную ".

"Черт возьми, Ева". Рорк вскочил на ноги.

"Доктор Мира может осмотреть ее, " спокойно сказала Ева, - и определить, является ли причина физической или психологической. Или и то, и другое."

Рорк отступил назад, повернулся, чтобы помочь Мике подняться на ноги. "Иди с детективом Пибоди. Все будет хорошо ".

"Кто-то мертв. Я что-то сделал? Если бы я сделал ..."

"Посмотри на меня. Все будет хорошо ".

Казалось, это успокоило ее. Но поскольку она продолжала дрожать, Пибоди обняла ее, чтобы вывести из комнаты.

"Те же симптомы, что и у Джексона Пайка", - прокомментировала Ева. "В конце концов".

"Ева..."

"Я делаю тебе перерыв, не выходя из себя. Не настаивай на этом ".

Он просто кивнул. "Я останусь, пока она не будет готова уйти. Тогда мне нужно позаботиться о других вещах ".

"Хорошо". Она достала свой коммуникатор, чтобы организовать транспортировку Мики, затем связалась с офисом Миры. Она прошлась по администратору Миры. "Я повышаю ранг, ты меня слышишь? Если необходимо, я пойду с этим к командиру, и никто этому не обрадуется. Я устанавливаю приоритет. Доктор Мира с этого момента освободит свое расписание. Джексон Пайк, в настоящее время находящийся под стражей, будет доставлен к ней для осмотра. Файл у нее. Если у нее возникнут какие-либо вопросы, она может связаться со мной. Через час она осмотрит Мику Накамуру, которого вскоре доставят в Центральную . Если у тебя есть проблема, ты можешь обсудить ее со мной позже, но ты будешь делать в точности то, что я тебе сказал, и ты сделаешь это сейчас ".

Ева отключилась. "Надо бы свести ее с Соммерсетом". пробормотала она. "Пара тугодумов". Пока Рорк задумчиво наблюдал, она связалась со своим отделом и договорилась о двух патрульных, которые доставили Пайка в офис Миры как можно скорее. Удовлетворенная, она сунула коммуникатор обратно в карман.

"Кто-то использовал ее", - начал Рорк.

"Возможно".

"Использовал ее", - повторил он. "И женщина мертва из-за этого. Мика никогда этого не забудет ".

"Ты можешь беспокоиться об этом сейчас. Я не могу ".

"Понятно. Мы не по разные стороны, Ева. Просто немного другие ракурсы. Она испытывает боль, и страх, и замешательство. И она моя. Ты понимаешь это ".

"Да". Она понимала это до мозга костей. "И Ава Марстерсон моя. Думаю ли я, что ваш начальник службы безопасности внезапно подумал, что было бы забавно помочь кучке сумасшедших разделать кого-то во имя сатаны? Нет. Но есть причина, по которой они использовали ее, причина, по которой они использовали ваше место, ту комнату, ту жертву. Для Джексона Пайка есть причина ".

Ева шагнула вперед, когда Пибоди повела Мику обратно в комнату.

"Ср. Накамура, ты пользуешься услугами клиники здоровья в Вест-Сайде?"

"Что? ДА. Там педиатр Айко и мой врач."

"Ты знаешь Аву Марстерсон?"

"Я..." Мика отшатнулась, прижав одну руку к голове. "Кто? Я не могу думать из-за боли ".

Ева взглянула на Рорка. "Я воспринимаю это как "да"".

"Она натуралка, Даллас". Пибоди задумчиво смотрела в окно AT. "Она едва могла переносить боль, но боролась, чтобы преодолеть ее. Беспокоится о муже и ребенке, больна - серьезно больна - при мысли, что кто-то умер, пока у нее был ком." Она взглянула на Еву. "Совсем как Пайк. Итак, вы должны подумать, учитывая обстоятельства... Ритуальная магия, на черной стороне, собирание, ну, силы. Судя по всему, способность заставить двух прямых стрелок вести себя так, как противоречит их характеру. Возможно, мы имеем дело с заклинанием."

Карие глаза Евы сузились. "Я знал, что ты собираешься заняться этим".

"Это не беспрецедентно", - настаивала Пибоди. "Есть сенситивы, беспринципные сенситивы, которые использовали свои дары для собственной выгоды, для своей собственной цели. Черная магия забирает эти дары, эту силу и искажает ее ".

"Джексон Пайк был накачан наркотиками".

"Добавьте наркотики в смесь, так легче подчинить волю. В том номере что-то было, что-то осталось ". Пибоди потерла руки, как будто внезапно похолодела. "Ты тоже это почувствовал".

Она не спорила, потому что это было правдой. "Я не куплюсь на то, что какая-то ведьма может..." Ева взмахнула рукой в воздухе. "И пусть какой-нибудь нормальный парень начнет кромсать кого-нибудь ножом".

"Я не думаю, что он это сделал. Я думаю, он должен был стать еще одной жертвой - или, может быть, просто козлом отпущения." Когда Ева не ответила, Пибоди нахмурилась. "Вы не хотите покупать сделку с властью, но, следуя прямой логике, почему эта группа планирует все это и включает в себя какого-то молодого врача, который пробыл в Нью-Йорке всего пару недель и не имеет никаких связей, никаких с чем-либо до этого? Ты не вовлекаешь какого-то новичка в большое дело. Ты не..."

"Ты прав".

"Послушай, я просто говорю... Я прав?"

"Насчет Пайка, да, ты прав. Возможно, они собирались прикончить и его тоже. Или, может быть, они втянули его, чтобы взять на себя ответственность. Накачал его наркотиками до чертиков, оставил позади. У него нет защиты. Голый, полный нелегалов, покрытый кровью жертвы и носящий с собой один из ножей, использованных при ее убийстве. Тем не менее, они должны были сообразить, что мы знаем, что он сделал это не в одиночку, и как только действие наркотиков закончится, мы обследуем его, поработаем с ним, он может начать вспоминать некоторые детали ".

Пибоди на мгновение задумалась над этим. "Ладно, послушай, ты не купишься на магию, но ты согласишься, что люди, которые собираются вместе, чтобы зажечь свечи, устраивают оргии, которые заканчиваются человеческим жертвоприношением, вероятно, купятся".

"Я дам тебе это".

"И могут быть убедительными - особенно если у них есть дар, они чувствительны, особенно если человек, которого они убеждают, накачан наркотиками".

"Хорошо". Ева кивнула.

"Итак, чтобы разубедить, нам нужен кто-то с даром, кто-то, кто верит, чтобы разрушить чары".

"Ты хочешь привлечь ведьму? Христос."

"Это вариант", - настаивала Пибоди.

"Мира собирается изучить их и определить причину физических и / или психологических блоков. Давайте придерживаться реальности, хотя бы ненадолго ".

Она подскочила к месту на уличной парковке второго уровня. "Троски, Брайан, на столе во время групповой регистрации. Давайте посмотрим, что он помнит, или у него действительно сильно разболелась голова этим утром ".

Ева пересекла тротуар и вошла в многоквартирный дом. Поскольку там не было швейцара или клерка, она направилась прямо к домофону, нажала на тот, который был помечен как Троски.

Когда ответа не последовало, Ева обошла блокировку лифта. "Третий этаж", - приказала она.

Музыка оборвалась в тот момент, когда двери открылись на третьем. Женщина стояла и колотила в дверь 305-й квартиры Троски. "Брайан, ради бога, сделай это потише".

"Проблема?" Спросила Ева, почти переходя на крик.

"Да, если только ты не глухой, черт возьми. У него эта музыка гремит вот так больше часа. Я работаю по ночам. Мне нужно немного поспать ".

"Он не открывает дверь? Ты пробовал его "ссылку"?

"Да. Должен сказать, это на него не похоже. Он хороший парень. Хороший сосед". Она снова забарабанила в дверь. "Брайан, ради всего святого!"

"Ладно, отойди в сторону".

Когда Ева вытащила своего хозяина, женщина вытаращила глаза. "Подожди, подожди минутку. Ты не можешь просто вломиться в чье-то жилище. Я вызываю полицию ".

"Мы копы". Ева кивнула Пибоди, когда та использовала мастера, и Пибоди вытащила свой значок.

"О, вау, о, черт. У него проблемы? Я не хочу, чтобы у него были неприятности ".

Ева толкнула дверь, почувствовав, как ее барабанные перепонки вибрируют от силы музыки. "Mr. Троски, это полиция!" - крикнула она. "Мы входим. Музыку выключить", - приказала она, но рев продолжался. " Пибоди, найди источник этого шума и убей его. Троски! Это полиция Нью-Йорка!"

Она вытащила свое оружие, но держала его наготове, осматривая гостиную - разгромленную, а затем выбитую из кухни. Она подошла к открытой двери спальни.

Он лежал поперек кровати, запутавшись в окровавленных простынях. Она подмела комнату и примыкающую к ней ванную, хотя инстинкт подсказывал ей, что на Брайана Троски никто не нападал, что молоток, проломивший ему череп, - чтобы остановить боль?- был совершен его собственной рукой.

Шесть

Одна и та же сторона, думал Рорк, входя в Spirit Quest, разные углы. Ева всегда искала логичное, рациональное. Он был немного более гибким. И поэтому он пришел поговорить с ведьмой.

Магазин был симпатичным, даже по-своему праздничным с его кристаллами и камнями, колокольчиками и свечами, разноцветными чашами и цветущими травами. Это был аромат весеннего луга, подумал он, с легким привкусом лунного света.

В небольшом пространстве, где фоном служили звуки арф и флейт, люди просматривали. Он наблюдал, как женщина в развевающемся белом платье несла шар из дымчатого хрусталя к прилавку, где молодой, свежеокрашенный продавец торжественно инструктировал ее о том, как заряжать шар при лунном свете, как его очищать.

Когда покупка была сделана, завернута и упакована в пакет, Рорк сделал шаг к прилавку. Ему не нужно было беспокоиться, когда она вышла из задней комнаты с пониманием в ее темных глазах, которое сказало ему, что она почувствовала его - или, более простым способом, увидела его на экране безопасности.

"С возвращением".

"Изида". Он взял предложенную ею руку, подержал ее - и да, почувствовал какую-то дрожь. Какая-то связь.

"Ты здесь не для того, чтобы делать покупки", - сказала она своим теплым, хрипловатым голосом, "что очень плохо, учитывая глубину твоих карманов. Поднимись наверх, нам будет удобно, и ты сможешь рассказать мне то, что тебе нужно знать ".

Она повела меня через черный ход вверх по лестнице. Она двигалась грациозно, атлетично, богиня-амазонка значительного роста и щедрых изгибов. Ее пылающие волосы безумными локонами ниспадали почти до пояса облегающего белого топа, который она носила, просто дразня заднюю часть первого из множества слоев ее юбки, переливающейся всеми цветами радуги. Она обернулась в дверях, улыбнулась ему своими ониксовыми глазами. У нее было смелое лицо с широкими чертами и кожей тускло-мечтательного золотистого цвета.

"Однажды, в другой жизни, мы искали утешения вместе не только для разговоров." Ее улыбка исчезла. "Но теперь это смерть, снова это смерть, которая приводит тебя сюда. И давит на тебя. Мне жаль."

Она вошла в жилую зону квартиры, такой же экзотической и привлекательной, как ее магазин. "Твоя Ева здорова?"

"Да. Час?"

Она рассмеялась. "Пробралась в гастроном выпить кофе", - сказала она, имея в виду своего любовника. "Мы притворяемся, что он прогуливается. Но ты не можешь жить с другим человеком и любить его и не знать, по крайней мере, некоторых его секретов".

Он смотрел в ее темные глаза, такие неотразимые - такие пугающе знакомые. "Знал ли я твою, когда-то давно?"

Она указала на стул, села сама. "Мы знали друг друга и очень хорошо любили. Но я не была твоей любовью, твоей единственной. Ты нашел ее тогда, как нашел ее снова. И всегда будет. Ты понял, когда впервые увидел ее. При первом запахе, первом прикосновении."

"Я сделал. Это было..." Он слегка улыбнулся, вспоминая свой первый контакт с Евой. "Раздражает".

"Она знает, что ты пришел?"

"Нет. Мы не всегда следуем одним и тем же линиям, хотя обычно заканчиваем в одном и том же месте. Я не знаю, можешь ли ты помочь, или у меня есть право принести смерть к твоей двери ".

"Не обычная смерть". Исида сделала долгий, медленный вдох. "Кто-нибудь использовал искусство, чтобы причинить вред?"

"Я не знаю. Они, по крайней мере, использовали иллюзию их, чтобы убить невинную женщину. Ты не слышал об этом?"

"Мы открылись только этим утром, и я не прислушиваюсь к сообщениям СМИ". Кольца сверкали на ее пальцах, когда она положила руки на подлокотники кресла, откинулась на спинку. "Что бы я услышал?"

Он сказал ей тогда, наблюдая, как бледнеет ее прекрасная кожа, а глаза становятся еще темнее. "Ты знаешь о них? Группа Асант?"

"Нет, и я бы сделала". Ее пальцы погладили гладкий голубой камень кулона, который она носила, как будто для утешения. "Я слышу и тьму, и свет. Номер 606. Или 666 с таким небольшим изменением. Ты не знал эту девушку?"

"Нет".

"Ты ничего не взял с собой из ее вещей, ничего, чем она владела, что носила, к чему прикасалась?"

"К сожалению, нет".

Все еще бледная, Исида кивнула. "Тогда, чтобы помочь тебе, тебе нужно отвести меня туда. Туда, где они принесли ее в жертву."

Ева пулей вылетела в клинику Вест-Сайд. "Здесь им пришлось троллить жертву. Найди нового доктора, свяжись с Микой. Кто-то из персонала, пациент, один из чертовой бригады уборщиков."

"Ты действительно думаешь, что Пайк или Мика могут попытаться покончить с собой, как Троски?"

"Мира уведомлена. Этого не произойдет. Еще даже не полдень, " ответила Ева.

"Хотя, конечно, не помешал бы пообедать".

"Возможно, он действительно ускользнул от них или пришел в себя раньше, чем они предполагали. Зашел на вечеринку. Импровизированная вечеринка, Максия просто спланировала ее накануне. Не мог знать, что он войдет прямо в другой пентхаус. Не мог знать, что полицейский и владелец отеля будут прямо там, что мы найдем тело через несколько минут ".

"Без вечеринки он мог бы часами бродить по этажу или ... спуститься на нижний этаж, даже в вестибюль", - согласилась Пибоди. "Никто бы не нацелился прямо на 606".

"Что бы вы получили, так это множество гражданских, кричащих, бегущих, охрана уводит его вниз. Копов вызывают. В какой-то момент они собираются проверить диски, но они не знают точных временных рамок, так что потребуется время, и еще больше, чтобы точно определить 606 и найти ее. Если трое ключевых игроков покончат с собой до того, как мы проведем с ними тщательный опрос, до того, как их осмотрит профессионал, что мы получим?"

"Что выглядит как новый парень в городе, заманивающий симпатичную девушку на верную смерть и находящийся в сговоре с двумя другими, являющийся частью культа".

"Да, ты мог бы потратить на это немного времени. Они могут быть не готовы к нам." Ева свернула к обочине, хладнокровно припарковавшись дважды. "Не совсем готов". Она включила табличку "На дежурстве", вышла и направилась в клинику.

Младенцы плакали. Почему, задавалась она вопросом, они всегда звучат как вторгшиеся инопланетяне? Люди сидели с потухшим взглядом больных или смертельно скучающих. Ева подошла к стойке регистрации, где брюнетка посмотрела на нее полными слез глазами.

"Извините, сегодня у нас не будет забастовок. Я могу направить вас к ... " Она замолчала, когда Ева положила свой значок на стойку. "О, О, Ава". Слезы выступили, обильные и быстрые. "Это об Аве".

"Кто здесь главный?"

"Я-я-Ава действительно управляла клиникой. Она действительно справлялась со всем. Я не понимаю, как ..."

"Сара". Другая женщина в элегантном костюме подошла и тронула секретаршу за плечо. "Зайдите ненадолго в комнату отдыха. Все в порядке".

"Мне жаль, Лия. Я просто не могу выносить этого". Она поднялась и убежала.

"Я Лия Берк". Брюнетка постарше протянула руку, крепко пожала Еве. "Одна из практикующих медсестер. Мы услышали об Аве всего пару часов назад. Мы все просто... Что ж, мы пошатнулись. Пожалуйста, вернись. Мне нужно найти кого-нибудь, кто накроет стол. Мы можем воспользоваться кабинетом доктора Слоуна, он с пациентом. Налево, затем направо, затем третья дверь справа. Я сейчас буду с тобой ".

Ева пыталась игнорировать образы того, что могло происходить за закрытыми дверями смотровых кабинетов. Она ненавидела клиники, больницы, докторов, МТС. Если они были медиками, она хотела, чтобы они держали свою чертову дистанцию.

Офис Слоуна был отполирован и чопорен. Дипломы в черных рамках придавали стенам особую важность, а фотография горячей блондинки на столе добавляла индивидуальности. Прочные стулья с прямыми спинками стояли в ряд сзади и перед широким письменным столом.

"Управляй ею", - сказала Ева Пибоди.

"Уже существую. Сорок восемь лет, разведен. Один ребенок, женщина, умершая. О, боже, сбили, когда переходил улицу. Пьяный водитель. Окончил Колумбийскую медицинскую школу. Провела десять лет в бесплатной клинике в Алфавит-Сити, пять лет была профессиональной матерью, еще два года проработала в Алфавит-Сити, год была безработной после смерти своего ребенка, затем приехала сюда. Шесть лет спустя. Никакого преступника. Она-"

По сигналу Евы Пибоди опустила свой КПП. Мгновение спустя в комнату поспешила Лия. "Мне очень жаль. Мы все сегодня повернуты вспять и расстроены. Мы изо всех сил переносим встречи и занимаемся пациентами, когда не можем. Вам нужны медицинские записи и трудовые книжки Авы? Доктор Коллинз уполномочил нас передать их полиции, если вы придете за ними ".

"Да, мы возьмем их. И доктора Пайка."

"Джек?" Казалось, она тонет. "Мы боялись... Мы не смогли связаться с ним, и он не пришел на свою смену. Прошлой ночью они были вместе. Их первое свидание".

"Это так?"

"Ава так нервничала, а Джек был таким милым. Я не могу поверить, что они мертвы ".

"Она есть, а он нет. Куда они направлялись?"

"Что? С ним все в порядке?" Ее глаза расширились, заблестели от слез. "С Джеком все в порядке?"

"Он подойдет. Ты знаешь, куда они направлялись?"

"Ах, просто что-нибудь обычное. Ужин и видео, может быть, в клубе. Что произошло? Можете ли вы рассказать нам, что произошло? Отчеты не имеют никакого смысла, и когда мы обращаемся за информацией, мы не можем ее получить. Мы все..."

Она отступила в сторону, когда открылась дверь. Он был импозантным мужчиной, возможно, шести футов двух дюймов роста, худым, как кнут, с резко очерченным лицом. Его глаза были зелеными с оттенком золота, а волосы темно-бронзовыми.

"Доктор Слоун, это... Прости, я так изменился. Я не запомнил имен. Полиция."

"Лейтенант Даллас, детектив Пибоди".

"Да, конечно. Лия, присмотри за Сарой, хорошо? Она должна пойти домой ". Он подошел к своему столу, сел за него. "Что случилось с Авой?"

"Она была убита".

"Изуродован, говорится в отчетах. Слово было "изуродованный". "

"Это было бы точно".

Он медленно вдохнул, медленно выдохнул. "В гостиничном номере. Мне трудно поверить, что Ава пошла бы в гостиничный номер с Джеком на первое свидание. С кем угодно, если уж на то пошло."

"Она была молодой здоровой женщиной. Молодые здоровые женщины часто идут на свидание в гостиничные номера ".

"Она была застенчивой, и я уверен, что вы сочли бы это старомодным". Вспышка гнева высветила золото в его глазах. "Должно быть, ее заставили пойти туда, и Джек никогда бы не заставил ее или кого-либо другого. Где доктор Пайк?"

"Он под стражей".

Слоун поднялся со своего места. "Вы арестовали его? Ради этого?"

"Я сказал, что он был под стражей, а не то, что он был под арестом".

Презрение исказило его лицо, когда он смотрел на Еву сквозь дыры. "У него есть адвокат?"

"Он не просил об этом".

"Я не допущу, чтобы этого мальчика обвинили в этом. Я привел его сюда. Ты понимаешь? Я привел его сюда ".

"Ты завербовал его", - сказала Ева, думая о более раннем заявлении Рорка.

"Он прекрасный врач, прекрасный молодой человек. Целитель, не убийца. Я лично организую его консультацию ".

"Это твой выбор. Где вы были прошлой ночью, доктор Слоун?"

"Прошу прощения?"

Ева часто задавалась вопросом, почему люди используют эту фразу, когда на самом деле имеют в виду "пошел ты".

"Это рутина. В котором часу вы покинули клинику?"

"Я ушел около четырех и пошел домой пешком. Полагаю, я прибыл ближе к пяти."

"Кто-нибудь может это подтвердить? Твоя жена, твой персонал?"

"У нашей экономки был выходной", - натянуто сказал он. "Моей жены не было дома. Она вернулась домой вскоре после семи. Я возмущен последствиями этого ".

"Я собираюсь сообщить то же самое остальным сотрудникам клиники. Я могу воспользоваться вашим офисом или провести анализ последствий в центре города ".

"Посмотрим, что скажет по этому поводу мой адвокат".

Прежде чем он смог дотянуться до своего "линка", Ева схватила сумку Пибоди и вытащила фотографию Авы с места преступления.

"Взгляни, посмотри хорошенько". Ева шлепнула фото на его стол. "Тогда поджми губы, услышав мои намеки, и позвони своему чертову адвокату".

Он не побледнел; он не дрожал. Но он искал очень долго. И когда он поднял голову, его глаза были жесткими, и они были холодными. "Она была едва ли старше ребенка. Воспользуйтесь офисом. Я сообщу остальным. Им придется поговорить с вами между пациентами ".

Он вышел, закрыв за собой дверь.

"У него отвратительные манеры у постели больного", - прокомментировала Ева.

"Вы тоже, сэр".

Пожав плечами, Ева сунула руки в карманы. "Прогони его. Управляй ими всеми ".

Семь

Пока Айсис собирала то, что ей было нужно, Рорк достал свой линк, чтобы связаться с Евой. Он боролся с негодованием, которое сжигало его при мысли, что он чувствовал себя обязанным получить разрешение от своей жены на въезд в свою собственность. И, как он понял, возмущался борьбой с негодованием.

Чертовы копы, подумал он, и их чертова процедура. А потом, черт возьми, когда его сбросили прямо на ее голосовую почту.

"Что ж, тогда, если вы не потрудитесь ответить на вашу ссылку, я скажу вам, что у меня есть свой собственный эксперт. Я хочу, чтобы у нее был пропуск на место преступления, поэтому я скоро отвезу ее туда. Если с этим возникнут проблемы, что ж, тебе придется связаться со мной, не так ли? И мы посмотрим, смогу ли я ответить на мою ссылку ".

Когда он отключился, он увидел, что Исида наблюдает за ним с весельем, танцующим в ее глазах. "Два волевых человека с твердыми головами, оба привыкли не только отдавать приказы, но и добиваться, чтобы им повиновались. У вас, должно быть, интересная и стимулирующая совместная жизнь ".

"Временами я удивляюсь, как нам вообще удалось провести вместе два часа, не говоря уже о двух годах. И иногда я задаюсь вопросом, как кто-то из нас выжил до того, как мы нашли друг друга ".

"Она будет сердиться на тебя за то, что ты привел меня в это место".

"Нет, то, чем она будет, так это просто взбешена. Но они использовали мое место, понимаете, и, по крайней мере, одного из моих людей. Должно быть, она так разозлилась. Я благодарен тебе за то, что ты делаешь это ".

"Подарки не бывают бесплатными. То, что у меня есть, то, чем я являюсь, предъявляет свои требования. Ты возьмешь это?" Она протянула маленький белый шелковый мешочек, перевязанный серебряным шнурком.

"Что это?"

"Защитный амулет. Я бы хотел, чтобы ты нес его, когда мы вместе войдем в ту комнату ".

"Хорошо". Он сунул его в карман, почувствовав, как он слегка стукнулся о серую пуговицу, которую он обычно носил там. Пуговица Евы, размышлял он, и разве это не было своего рода оберегом? "Я был там раньше".

"Да. И что ты почувствовал?"

"Помимо гнева, жалости? Полагаю, если бы я был человеком с фантазией, я бы сказал, что уловил запах ада. Это не сера. Это зловоние жестокости".

Исида сделала долгий вдох. "Тогда мы пойдем. И мы посмотрим".

В кабинете Слоуна Ева взглянула на показания на своем "линке и переключила передачу на голосовую почту. Рорку придется подождать, решила она и повернулась обратно к Саре Микс. У секретарши в приемной теперь была пустышка, но слезы все еще дрожали.

"Куда направлялись Ава и Джек?"

"Они не были уверены. Они оба хотели, чтобы все было легко, понимаешь? Первое свидание, и вы работаете в том же месте, так что, если это не сработает ..."

"Они ушли отсюда вместе?"

"Нет, я имею в виду, я так не думаю. Она была - они были - все еще здесь, когда я уходил. Но я знаю, что сначала она планировала пойти домой. Несмотря на то, что это было случайно, Аве хотелось немного посуетиться, поэтому она собиралась домой, чтобы переодеться ".

"Во сколько ты ушел?"

"Около трех. Вчера я пришел в семь, а ушел около трех."

"Кто еще был здесь, когда ты уходил?"

"О, давайте посмотрим. доктор Слоун, и доктор Коллинз, и доктор Пратт. Эм, Лия, Кики, Роджер, один из наших ассистентов врача, и..."

Ева делала заметки, пока Сара перечисляла имена.

"Ава встречалась с кем-нибудь еще?"

"Нет. Я имею в виду, она иногда встречалась, но не часто, и ничего серьезного. Знаешь, между ней и Джеком была просто эта искра. Мы все думали, что они могли бы..."

"Проявляла ли она какой-либо интерес к оккультизму?"

"Что? Ты имеешь в виду, как призраки или что-то в этом роде?"

"Или что-то в этом роде".

"Я так не думаю. Ава была..." Она снова замолчала, как будто пытаясь подобрать слово. "Обоснованный. Вот и все. Она была просто действительно реальной. Она любила свою работу здесь и была так хороша в этом. Хорошо относится к персоналу, пациентам. Она помнила имена людей, и зачем они пришли, и что каждый любил в своем кофе ".

"Был ли кто-нибудь, кто проявлял к ней особый интерес - кроме Джека?"

"Все делали. Она была такой. Все любили Аву ".

Ева отослала Сару, шмыгающую носом. "Что-нибудь попалось на этих пробежках?" она спросила Пибоди.

"Ничего, что поет. У вас в штате много высокообразованных людей. Слоун женат, двое детей, не преступник. Жена - дизайнер интерьера. Дома в городе, в Хэмптоне и в Колорадо. Коллинз, доктор Лоуренс, второй брак, по два отпрыска от каждого, никакого криминала. Нынешняя жена - профессиональная мать. Раскопки в Верхнем Вест-Сайде здесь, и дом в Коста-Рике. Пратт-"

"Скопируйте данные в мой карманный блок". Ева мерила шагами офис. "Это займет некоторое время. Нам нужно разделиться. Сходи и проверь квартиру Авы. Пусть ЭДД заберет ее электронику. Встретимся в Центральном, когда мы закончим здесь ".

"Хорошо. Знаешь, Даллас, нам обоим в какой-то момент понадобится сон ".

"Мы доберемся до этого. Скажи им, чтобы привели сюда кого-нибудь другого ".

По крайней мере, один из убийц был здесь, подумала Ева. Она была уверена в этом. Жертва не была в городе целых два года, и из того, что Ева узнала, большая часть ее времени, энергии и интереса направлялась на работу. Это были ее контакты, ее люди.

Пика, совершенно новая для порки.

Возможно, они столкнулись с кем-то в квартире Авы - и Пибоди выяснила бы это, если так. Но логика подсказывала, что и Ава, и Джек знали по крайней мере одного из ее убийц достаточно хорошо, чтобы доверять.

И где было легче накачать кого-то наркотиками, чем в медицинском центре? Место было полно наркотиков - и людей, которым, по мнению Евы, просто нравилось вводить их в других людей. Усмири их здесь, размышляла она, дай им достаточно сока счастья, чтобы они стали послушными, и доставь в отель, где один или несколько партнеров уже разобрались с Микой и Троски.

Отведи их наверх, представила она, и пусть вечеринка начнется. Пришлось прийти пораньше. Все это было сделано к двум тысячам трем сотням, самое позднее. Требовалось время, чтобы поесть, выпить, устроить оргию и совершить человеческое жертвоприношение.

Она подняла взгляд, когда открылась дверь. Мужчина, который поспешил войти, был примерно пяти футов десяти дюймов роста и с пятью лишними фунтами в животе. На его круглом лице играла приятная, хотя и вымученная улыбка. Выцветшие зеленые глаза излучали одновременно усталость и доброту. Он провел рукой по своим коротким спутанным каштановым волосам.

"Мне так жаль, что я заставил вас ждать. Мы... что ж, сегодня у нас не хватает персонала, как вы знаете. У нас не было достаточно времени, чтобы уведомить весь персонал, пациентов и закрыть сегодня ". Он устало сел. "Я думаю, мы все действуем на нервах. Извините, я доктор Коллинз, Ларри Коллинз."

"Лейтенант Даллас. Я сожалею о вашей потере ".

"Это непостижимо. По крайней мере, полдюжины раз за сегодняшний день я начинал просить Аву о чем-то. Примерно за шесть месяцев, прошедших с тех пор, как она здесь, она стала центром практики ".

"Вы в курсе, что прошлой ночью она планировала встретиться с доктором Пайком в светской обстановке".

"Да. Мы все были вовлечены, кучка сводников ". Его губы сжались на этом слове. "И теперь... Джек не мог причинить ей вреда, лейтенант. Это просто невозможно ".

"Во сколько она ушла вчера?"

"Ах, дай мне подумать. Я думаю, она все еще была здесь, когда я уходил, и это было около пяти. Да, да, потому что я пожелал ей спокойной ночи и... " Он замолчал, отвел взгляд, пытаясь сохранить самообладание. "- и удачи".

"Куда ты пошел?"

"Я пошел домой и выпил". Он слегка улыбнулся. "Моим последним пациентом за день был очень, скажем так, активный и самоуверенный пятилетний ребенок".

"Вы педиатр?"

"Это верно".

Ева кивнула, наблюдая за ним. "Я должен спросить, это рутина. Есть ли кто-нибудь, кто может подтвердить ваше местонахождение с пяти вечера до полуночи?"

"Моя жена. Она приготовила мне напиток, благослови ее господь. У нас был тихий вечер дома, так как дети проводили ночь с друзьями ".

"Хорошо. Кто был здесь, когда ты уходил, кроме Авы?"

"Я не совсем уверен". Он задумчиво нахмурил лоб. "Я думаю, Родни, один из наших медсестер, и Кики, лаборант. Я знаю, что в комнате ожидания было чисто, потому что я прокомментировал это Аве. Мы стараемся заканчивать в пять, но на самом деле в большинстве дней это ближе к шести ".

"Доктор Пайк? Был ли он все еще здесь?"

"Я не видел его. Конечно, он мог быть с пациентом."

"Спасибо, что уделили мне время. Возможно, позже у меня будут некоторые дополнения, но пока это все. Не могли бы вы прислать Кики или Родни?"

"Я думаю, у Родни обеденный перерыв, но я прослежу, чтобы Кики передали, что ты ждешь". Он встал, подошел к столу, за которым она сидела, протянул руку. "Спасибо вам, лейтенант, за все, что вы делаете".

Она поднялась на ноги первой, чтобы их глаза были на одном уровне. Она подумала о том, когда могла бы перекусить, и взяла его за руку. "Это моя работа".

"Все то же самое". Он еще мгновение держал ее руку, ее глаза, затем отпустил. "Спасибо тебе".

Она подождала, пока он покинет комнату, прежде чем заговорить для своего диктофона. "Обратите внимание, доктор Лоуренс Коллинз - чувствительный. И тот, кто не против копаться в чужом разуме без разрешения."

Надеюсь, ему понравились ее мысли о пицце пепперони, размышляла Ева. Затем, проверив время, вытащил ее ссылку, чтобы проверить ее сообщения.

Она рычала и дымилась, прежде чем прозвучало сообщение Рорка. "Сукин сын!" Она вернула ему метку. "Тебе лучше ответить, черт возьми, тебе просто лучше - Держаться подальше от моего места преступления", - выпалила она, когда на экране появилось его лицо.

"Это место преступления - номер люкс в моем отеле".

"Послушай, приятель..."

"Ты ищешь перемен. Один из моих людей находится под стражей. Другой, как мне только что сообщили, умер от собственной руки. Я не буду сидеть и ничего не делать ".

"Я кое-чего добиваюсь здесь, и я свяжусь с Мирой в течение часа. Она закончила первоначальные экзамены, и если она получит результаты, я думаю, у меня может быть достаточно для ордера на обыск ".

"Все это очень хорошо, и это хорошо для тебя. Между тем, у меня есть своя ниточка, за которую нужно потянуть, и в конце ее у вас может быть достаточно денег для ордера на арест ".

"Ты не можешь просто прийти на место преступления и взять кого-то с собой. Кто, черт возьми, с тобой?"

"Изида".

Наступила долгая, ошеломленная тишина. "Ты ведешь ведьму на мое место преступления? Что, черт возьми, с тобой не так? Если вы двое пойдете на компромисс ..."

"Ваши уборщики и техники прошли через это, место происшествия было записано и сфотографировано, улики изъяты и занесены в журнал. Ты сам осмотрел этот номер сверху донизу. Вдобавок к этому, возвращаясь к тебе, черт возьми, я спустился не под последним ливнем. Я знаю, что нужно сделать, чтобы защитить место кровотечения ".

"Вам обоим нужно вздремнуть", - услышала Ева, как Изида сказала очень приятно.

"Послушай. Я нахожусь в Верхнем Вест-Сайде, заканчиваю собеседования с персоналом медицинского центра. Я закончу примерно через тридцать минут и смогу быть в отеле через сорок. Подожди. Просто подожди, пока я не доберусь туда ".

Последовало еще одно молчание, затем она увидела, как он кивнул. "Сорок минут", - сказал он и отключился.

Ева с шипением выдохнула, пнула стол Слоуна. Она могла бы пнуть ее во второй раз, но дверь открылась.

От женщины, которая вошла, разило неоготией. Черные волосы, красные губы и серебряное кольцо через ее проколотую левую бровь излучали своего рода небрежный вызов, который сливался с татуировкой, выглядывающей из-под изгиба ее груди.

Ева могла бы счесть все это вопросом личного стиля, наряду с облегающим черным топом и брюками, массивными черными ботинками, если бы не самодовольный блеск в подведенных черным глазах.

Слабое звено, подумала Ева и улыбнулась. "Привет, Кики".

"Я завален". Она плюхнулась в кресло. "Итак, давайте перейдем к делу. Я ушел около пяти - Ава, чистая и здоровая, все еще была здесь, с сияющими глазами по поводу ее свидания с доктором Занудой. Я свалил, встретился с несколькими друзьями в центре города. Мы зашли в несколько клубов, напились, потусовались, и я вернулся домой около двух. Это все?"

"Не совсем. Мне понадобятся имена и контактная информация твоих друзей ".

Кики пожал плечами, процитировал имена и номера ссылок.

"Тебе не понравилась Ава?"

"Был не в моем вкусе, вот и все. Жаль, что она мертва и все такое. Святой Джек, вероятно, взбесился, когда она не вышла из себя, и прикончил ее." Теперь эти глаза блестели. "Но поскольку меня там не было, я не знаю. Мы с Авой не были приятелями, так что я понятия не имел, чем она увлекалась. Тебе нужно больше, тебе придется поймать меня позже. Я подкреплен ".

"Спасибо, что уделили мне время".

"Что бы там ни было".

Ева подождала несколько секунд, затем подошла к двери, вышла. Она увидела Кики в конце коридора за напряженным разговором с Лией Берк. В тот момент, когда Лия заметила идущую к ним Еву, она сжала руку Кики, чтобы заставить ее замолчать, и двинулась вперед. "Лейтенант, я могу вам помочь?"

"Я хотел бы поговорить с Родни".

"Он не вернулся после перерыва". Она проверила свое наручное устройство. "Он должен пробыть всего несколько минут. Он очень расторопен ".

"Хорошо, я возьму доктора Пратта".

"Он все еще с пациентом. Я не могу..."

"Я буду краток. Я уверен, что мы все будем счастливы, когда это закончится. Прежде чем ты прервешь его, во сколько ты ушел прошлой ночью?"

"Я? Ах, сразу после пяти."

"Ава все еще была здесь?"

"Нет, она только что ушла. На самом деле, я, э-э, поторопил ее, чтобы она могла подготовиться к своему свиданию. Я закрыл магазин прошлой ночью ".

"Ты уходил последним?"

"Это верно".

"И куда ты пошел?"

"Я пошел домой. Я, э-э, пошел домой, переоделся, поужинал ".

"Ты больше никуда не выходил?"

"Нет".

"Совершать или принимать какие-либо звонки, были ли посетители?"

"Нет, это была тихая ночь. Лейтенант, у меня самого есть пациенты."

"Хорошо. У меня осталось всего пара сотрудников, и я больше не буду вам мешать ".

Ева вернулась в кабинет Слоуна. Коллинз, Берк и Кики, как она думала, были первыми в ее списке подозреваемых. Она просмотрела данные Сайласа Пратта, но он не заставил ее долго ждать.

Он вошел, невероятно красивый мужчина с уверенным видом. Его глаза были синими, как лазерный луч, и она могла признать, что они потрясли ее. Когда он протянул руку, она позволила себе подумать именно об этом: Вот великолепный мужчина с глазами убийцы.

Он улыбнулся ей. "Лейтенант, я Сайлас Пратт".

Ее сердце забилось немного сильнее, когда он сжал ее руку. Она почувствовала, как его пристальный взгляд, и да, его сила, подобно теплу, проникает в ее мозг. "Присаживайтесь, доктор Пратт", - сказала она и убрала свою руку с его.

"Можете ли вы сказать мне, есть ли у вас какие-либо зацепки? Кроме Джека. Никто, кто его знает, не поверит, что Джек сделал это с нашей Авой ".

"Ты знаешь его всего пару недель".

"Это правда. Питер завербовал его, но мне нравится думать, что я хорошо разбираюсь в людях. То, что, по их словам, было сделано с Эвой, ну, это чудовищно, не так ли? И кому-то такому молодому, такому энергичному ".

Теперь он действительно сел и провел рукой по этим могущественным глазам. "Я думал о ней почти как о дочери".

"У тебя нет детей. Согласно вашим официальным данным."

"Нет. Но было легко испытывать отеческую привязанность к Аве ".

"Я не хочу вторгаться дольше, чем необходимо". И она хотела уйти, признала Ева. Теперь в комнате было жарко, воздух как бы опалился. "Когда ты вчера ушел?"

"Примерно без четверти пять. Я помню, Ава собиралась уходить. Лия прогоняла ее. Она и Джек - ну, ты знаешь обо всем этом."

"Да. Ты одобрял это? Один из ваших врачей встречается с вашим офис-менеджером."

Он выглядел удивленным вопросом, даже ошеломленным. "Они оба были взрослыми - и, честно говоря, они казались одурманенными друг другом с первой минуты".

"Куда ты пошел, когда ушел?"

"Домой, чтобы измениться. Вчера вечером у нас с женой была небольшая вечеринка. Несколько друзей."

"Я прошу прощения, но это рутина. Мне понадобятся имена и контактные телефоны."

"Конечно". Он улыбнулся ей. "Не нужно извинений". И он дал ей шесть имен. Она поблагодарила его, отпустила. Затем добавила эти имена в свой список подозреваемых.

Восемь

Рорк организовал обед для себя и Айсис в номере владельца отеля и провел сорок минут, поедая еду, которая его не интересовала, ведя вежливую светскую беседу с ведьмой.

"Когда ты в последний раз спал?" Исида спросила его.

"Я полагаю, прошло уже около тридцати двух часов. Она будет давить на себя, пока не упадет, понимаете. Канун."

"И ты расслабляешься и воссоздаешь?"

"Чаще, чем она. Но нет, в этом случае, в этом конкретном случае, я полагаю, мы оба будем настаивать. Ее время вышло, так что, если вы закончили, я отведу вас к 606 ".

"Во-первых". Она встала, подошла к нему и положила руку ему на голову. "Нет, расслабься, всего на мгновение. Очисти свой разум. Ты можешь доверять мне ".

Теплый поток, подумал он. Не быстрый прилив энергии, который произошел от приема бустера, а скорее медленное, устойчивое наращивание выносливости.

"Лучше?"

"Спасибо, да".

"Это не продлится долго, но, учитывая это и то немногое, что ты съел, ты должен пройти через это. Что тебе нужно, так это немного отдохнуть ". Она взяла свою сумку. "Я готов".

Он повел ее к лифту.

"Вы сказали, что есть частный лифт, который открывается в номер, а также двери в коридоры".

"Это верно".

"Сначала я хочу увидеть это со стороны. Я хочу пройти через дверь, а не через машину ".

"Хорошо. Шестидесятый этаж, " приказал он. "Главный банк".

"Я попрошу тебя, что бы ни случилось, не оставлять меня одного".

"Я не буду". Когда двери лифта открылись, Рорк взял ее за руку.

Кровавые следы все еще шли по ковру. Пятна крови покрывали стены там, где Джек положил руку для равновесия. Пальцы Айсис в руке Рорка напряглись.

"Люди думают об этом как о клише &# 233;". Она уставилась на дверь, где кровавый хвост превратился в шестерку из среднего нуля. "Но в нем есть сила и значение. Это должно быть очищено - все это - освященной водой как можно скорее ".

Рорк шагнул вперед, вытащил своего мастера. И Ева вышла из лифта, как отомщенная.

"Подожди. Разве я не говорил тебе подождать?"

"И я так и сделал". Рорк повернулся к ней, его взгляд был таким же ледяным, как у нее, и горячим. "Ты опоздал".

Она встала между ним и дверью. "Я знаю, кто это сделал. По крайней мере, я знаю некоторые из них. Я могу закончить это без мумбо ".

"Приятно видеть тебя снова, Ева".

Ева перевела взгляд на Исиду. "Без обид. Я ценю ваше желание помочь, и на самом деле, у меня есть несколько вопросов, на которые вы, возможно, сможете ответить. Тебе не обязательно видеть, что там внутри ".

"Я уже видел кое-что из этого, через него, а теперь через тебя. Увидел, что заперто в ваших умах. Но я не могу чувствовать, пока не войду. Я не могу чувствовать или видеть то, что видела и чувствовала она, пока я не войду. Я могу помочь, а могу и нет, но ему это нужно ".

Исида взяла Еву за руки так, что на мгновение она стала связующим звеном между Евой и Рорком. "Ты это знаешь".

Ева выдернула своего учителя и повернулась к двери. "Когда я говорю, что это сделано, это сделано", - заявила она.

Рорк сунул защитный амулет ей в карман, когда она открывала дверь.

Она вмешалась первой. "Зажечь свет на полную". Она быстро обернулась, когда услышала, как Исида испустила быстрый, прерывистый вздох. Но Исида протянула руку и сделала еще один шаг в комнату.

"Это все еще воняет, и будет пахнуть, пока не очистится. Никто не может оставаться здесь до очищения. Ты чувствуешь это, ты чувствуешь это? Это не работа дилетанта, не подлая работа того, кто ищет крови и смерти только ради себя. Это сила и предназначение, и это принесло тьму ".

"Ты собираешься сказать мне, что они призвали сатану?"

Исида обратила свои черные глаза на Еву. "Я полагаю, у него есть дела поважнее, чем отвечать на вызовы. Но зло можно призвать, и его можно подпитывать. Ты не можешь делать то, что делаешь, и верить в обратное. Или увидеть то, что ты видишь ".

Она уставилась на пентаграмму и лужи и реки крови, которые омывали ее. "Она не знает меня, ни телом, ни духом. Мне нужно немного ее крови. Возьми это, пока я готовлюсь ".

Она опустилась на колени и начала доставать предметы из своей сумки.

Ева сказала: "Дерьмо", но она ушла, чтобы взять тампоны из туалетных принадлежностей.

"Мне понадобится три. Голова, сердце, рука." Исида разложила свечи, кристаллы, травы.

Закатив глаза, Ева подошла к пентаграмме. Если она чувствовала притяжение, когда вступала в это, она умышленно отталкивала его. Она бросила взгляд в сторону Рорка, когда смазывала тампоны. "Если когда-нибудь всплывет, что я не только разрешил, но и участвовал в какой-то вудуистской ерунде ..."

Он присел рядом с ней, взял ее свободную руку. "Мои уста запечатаны до тех пор, пока ты этого хочешь. Я у тебя в долгу за это ".

"Чертовски правильно делаешь".

"Ты так устала, дорогая Ева". Прежде чем она смогла уклониться, он наклонился к ней, коснулся ее губ своими.

"В этом тоже есть сила", - пробормотала Исида. "Нам это понадобится. Зажги свечи, пожалуйста, и встань со мной. Вместе со мной, пока я создаю круг. Поторопись. Я не могу оставаться здесь долго.

"Сила трех в свете", - сказала она, когда Рорк зажег свечи. "Сила троих во плоти". Она взяла пакет и обвела вокруг них круг из соли. "Прикажи выключить свет", - скомандовала она, и когда комнату осветили только свечи, она начала петь на языке, который Ева не узнала.

С кривым ножом она повернулась, как стрелка компаса. Ее лицо пылало, глаза горели. Она поместила кристаллы в точках циркуля по кругу, затем насыпала травы в воду, которую налила в маленькую медную чашу.

То ли из-за усталости, то ли из-за силы внушения, Ева почувствовала, как что-то холодное, холодное, зверски холодное пронзило воздух.

"Он не может войти в то, что есть свет. Он не может войти в то, что ярко. И мы не откроемся!" Исида высоко вскинула руки, и ее бицепсы задрожали от напряжения. "Я дочь солнца, сестра луны. Я - дитя и слуга богини. В этом месте, в этот час я взываю к ее силе. В меня, в мое, принеси и свет, и божественное видение. Освободи убитую душу, пошли ее сущность в меня.

"Сила трех, клянусь ее кровью".

Исида размазала кровь Авы по ее лбу, по ее груди, по ее руке. И, упав на колени, она затряслась. Ее глаза остекленели, как черное стекло, в то время как лицо стало белым, как воск. Ужас запечатлелся в ее чертах. Ева и Рорк опустились рядом с ней. Ее руки схватили их, ее пальцы напряглись, как провода.

"Она в каком-то трансе. Мы должны вытащить ее ".

"Мы дали наше слово", - напомнил ей Рорк. "Господи, она холодна как лед".

Исида отклонилась назад, пока ее голова почти не коснулась пола. И закричал. На одно безумное мгновение Еве показалось, что она видит открытую рану и из ее горла хлещет кровь. И когда ведьма упала, Ева не была уверена, была ли она без сознания или мертва.

"К черту это, мы забираем ее отсюда немедленно".

"Не покидай круг". Голос Исиды был слабым, но ее глаза затрепетали и открылись. "Не надо. Красная бутылка там. Мне это нужно, и небольшая помощь, чтобы сесть ".

Ей стало легче, и, взяв бутылку, она медленно отпила из нее. "Это не противозаконно", - сказала она с болью и юмором в глазах. "Зелье. За власть всегда есть цена ".

"Тебе больно", - решительно сказала Ева. "Нам нужно вытащить тебя отсюда".

"Круг должен быть замкнут так же, как он был разомкнут. Должным образом. Тогда, да, нам всем нужно убираться отсюда ".

Когда все было закончено, и ее инструменты снова были собраны, Айсис оперлась на Рорка, пока Ева снова закрывала дверь.

"Мы можем вернуться туда, где мы обедали? Я скажу тебе то, что могу сказать, но я хочу быть подальше отсюда ".

В номере владельца Рорк помог ей лечь на диван, подложив подушки под голову. "Что тебе нужно?" он спросил ее.

"Действительно большой бокал вина".

"Я могу достать это для тебя. Лейтенант?"

"Кофе. Я понимаю, что ты чувствительный, " начала Ева, " и ты веришь, сильно веришь в свою... веру.

"Иногда вы слышите крики мертвых. Почувствуй их боль и знай, что они нуждаются в тебе. Мы не так уж далеки друг от друга ". Исида на мгновение закрыла глаза, открыв их, когда Рорк принес ей вино. Она пила медленно, как пила свое зелье. "Она была милым ребенком. Я видел кое-что из того, что они с ней сделали. Не все, я думаю, не все, но достаточно. Она была внутри себя, кричала, чтобы выбраться, но оказалась там в ловушке. Есть способы заманить дух в ловушку с помощью наркотиков и других методов. Она выпила то, что они дали ей, поела, позволила им прикоснуться к себе. У нее не было выбора. Они отметили ее змеей ".

Ева подумала о татуировке, но ничего не сказала.

"Секс ради власти. Ну, для некоторых из них это был всего лишь секс - жажда его, низость его. Никакой любви, даже похоти. Только жадность, насилие и власть. Тот, которого они принесли ей первым, не один из них. В ловушке, как она была. Что-то есть".

Исида коснулась рукой своего лба, отпила еще вина. "Что-то легкое между ними", - продолжила она. "Свет и новизна, теперь искаженные, когда они соединились на знаке. Гасить этот хрупкий огонек песнопениями, наркотиками и властью, пока он тоже не стал подлым. Они изнасиловали ее, забрали его и насиловали ее, снова и снова, пока она лежала, неспособная бороться, сопротивляться. И ее пойманный в ловушку дух кричит, кричит."

"Теперь полегче", - пробормотал Рорк и взял Айсис за руку. "Легко".

Она кивнула, снова собравшись с силами. "Они подняли ее, потащили к тому, кто ведет их. Она посмотрела на него. Он произнес ее имя, и она посмотрела ему в глаза, когда он перерезал ей горло.

"И они набросились на нее, как звери. Я больше не мог этого выносить. Я не смог бы этого вынести ".

Ева встала и ушла, в то время как Исида плакала в абсолютной тишине, в то время как Рорк сидел с ней, держа ее за руку. Она подошла к широким стеклянным дверям, распахнула их и вышла на весенний воздух, который гудел, как обезумевший улей из города.

Когда Рорк вышел, она продолжала смотреть на оживленное движение, на толпу людей внизу. "Что я должна с этим делать?" - требовательно спросила она. "Пойди к прокурору и скажи ему, что я хочу арестовать этих людей, потому что ведьма общалась с трагическим духом жертвы?"

"Ева".

Он положил руку ей на плечо, но вместо того, чтобы повернуться к нему, она сжала руки на перилах, пока они не превратились в кулаки. "Я знаю, что она не несла чушь об этом, хорошо? Я могу быть циничным, но я не глуп. И меня тошнит от мысли, что она видела то, что видела. Никто не должен. Никто не должен видеть это, чувствовать это ".

"Никто, кроме тебя?" - спросил он и повернул ее лицом к себе.

Она покачала головой. "Я посмотрел прямо в лица некоторых людей, которые сделали это с той девушкой. И я посмотрел прямо в глаза одной из них, той, которая, я думаю, перерезала ей горло. И на секунду - черт возьми, дольше - я испугался до глубины души ". Она выдохнула. "Сейчас я просто взбешен".

Он прижался губами к ее лбу. "Тогда уничтожьте их, лейтенант".

"Я, черт возьми, так и сделаю". Сначала она обняла его, сжала. "Ты меня разозлил".

"То же самое. Теперь, похоже, я не такой. И я просто люблю тебя ".

"Я все еще немного зол". Но она откинула голову назад, посмотрела ему в глаза. "Но я тоже люблю тебя".

Отступив, она вернулась к Исиде. "Вы достаточно устойчивы, чтобы посмотреть несколько фотографий?"

"Да".

"Будем надеяться, мне не понадобятся ваши показания, ваше удостоверение личности или ... все остальное, чтобы прикончить этих ублюдков. Но на всякий случай." Ева достала из сумки стопку удостоверяющих личность фотографий, разложила их на кофейном столике.

"Да". Переместившись, чтобы сесть, Исида сделала еще один глоток вина. Затем, без колебаний, указал на убийц Авы.

Девять

Ева промчалась через Центральное управление, уворачиваясь от других полицейских на глиссерах по пути в Отдел убийств. Время, проведенное с Исидой, оставило ее позади. Ей нужно было встретиться с Мирой, просмотреть ее записи, упорядочить их. Затем уговорите прокурора выдать более дюжины ордеров на арест.

И, Боже, ей нужен был кофе.

Она повернула к своему КПЗ как раз в тот момент, когда оттуда вышла Пибоди.

"Я собирался пометить тебя. Сначала хватаю энергетический батончик. Ты хочешь?"

Ева начала приходить в упадок, происходящее было отвратительным. Но они сработали. "Да. Мне нужно свести воедино пару вещей, затем встретиться с Мирой ".

В магазине Пибоди вставила несколько титров. "Ты хочешь "Раззматазз" или "Ягодный взрыв"?"

"Какое это имеет значение? Они оба отвратительны ".

"Мне вроде как нравится ягодный взрыв". Когда Пибоди делала выбор, машина радостно поздравила ее с выбором, затем перечислила ингредиенты и информацию о питательной ценности. "Я связался с Мирой, так как ты поздно вернулся".

"Наткнулся на всякое. Введу тебя в курс дела. Кофе."

Пибоди поднялась вслед за Евой в офис Евы. "Она сказала, что ей нужно еще тридцать минут, это было около пяти минут назад. Сосед по квартире жертвы, живущий дальше по коридору, утверждает, что жертва вчера так и не вернулась домой после работы. Они должны были вместе вести себя как девчонки на свидании. Прическа, наряд, вот так. Ава так и не появилась. В ее квартире нет ничего, что указывало бы на интерес или связь с оккультизмом. У ЭДД есть ее электроника ".

"Она так и не вернулась в квартиру, потому что ее забрали в клинику". Ева откусила кусочек энергетического батончика, запила его кофе. Она ввела Пибоди в курс дела, и, как и ожидалось, глаза ее партнера стали большими, как планеты.

"Тебе -тебе понравился ритуал?"

"Ты должен был быть там", - пробормотала Ева.

"Нет, действительно рад пройти. Было ли это страшно?"

"Дело в том, что, хотя я не уверен, какой вес может иметь дело ву-ву в суде, ИГИЛ обвело вокруг пальца каждого человека в моем списке. Они чертовски самодовольны, у них есть алиби. Подтверждающий алиби друг друга. Сломай одного, сломай всех. Если у Миры есть что-то стоящее, мы довершаем это. У нас достаточно доказательств, чтобы добиться ордера на обыск в клинике - и, если мы будем настаивать, в домах персонала. Свяжитесь с PA. Достань их ".

"Я? Я?" Если бы ей просто приказали пробежать голой через КПЗ, Пибоди была бы менее ошеломлена. "Но ты должен это сделать. Они слушают тебя там. Что я должен делать?"

"Господи, Пибоди. Пой, танцуй, пролей чертову слезу. Собери пакет и сделай это. У меня Мира через пятнадцать минут. Иди."

Она практически вытолкала Пибоди за дверь, затем закрыла ее. Запер ее. Она двумя тычками отправила остаток энергетического батончика в мусорное ведро. Это не сработало. Она признала, что ей нужно было отдохнуть пять минут. Всего пять. Она включила будильник на своем наручном устройстве, села за свой стол, положила на него голову и закрыла глаза.

Она сразу пошла ко дну.

Ее разбудил звук, что-то вроде жужжания. Голоса, еле слышные на расстоянии, затронули ее подсознание. Один -молодой мужчина - возбужденный.

"Смотри! Летающие машины. Выгляни в окно! Это так круто ".

Ева позволила себе застонать, начала хлопать по своему наручному устройству. Открыв затуманенные глаза, она сонно уставилась на водоворот сияющего голубого света и мужчину, женщину и ребенка, укрытых в его круге. Инстинкт заставил ее потянуться за оружием, как только она заметила их - высокого мужчину с копной золотистых волос, стройную брюнетку с испуганными зелеными глазами и лохматого мальчика.

Ей показалось, что она услышала, как женщина сказала: "Ой". Затем они ушли, и ее наручный прибор запищал.

"Ладно, с таким странным сном мне нужно отдохнуть больше пяти минут". Она выключила будильник, провела руками по лицу. Допив остаток своего, теперь уже тепловатого кофе, она собрала то, что ей было нужно для Миры.

Выходя из офиса, она бросила хмурый взгляд через плечо. Странно, снова подумала она. Весь этот чертов день был странным.

Администратор Миры одарил Еву таким взглядом, что комната превратилась в арктическую пещеру. Зная, что путь к Мире лежит у ног дракона, Ева перерезала быка. "Я пнул тебя, и пнул сильно этим утром". Она достала одну из фотографий с места преступления. "Она - причина". И положил это на стол.

Администратор втянул воздух, задержал его, медленно выпустил. "Я понимаю. ДА. Она ждет вас, лейтенант."

"Спасибо". Ева взяла фотографию и вошла в кабинет Миры.

Мира была не за своим столом, а стояла у окна, спиной к комнате. Она выглядела как-то меньше, подумала Ева. Почти хрупкая в своем неброском лавандовом костюме.

"Доктор Мира."

"Да. Такой прекрасный день. Иногда вам нужно помнить, что мир полон прекрасных дней. У тебя был очень долгий ритуал, не так ли?"

"Это еще далеко не все".

Мира повернулась. Ее соболиные волосы вились вокруг ее красивого лица, но глаза выглядели усталыми и обеспокоенными. "С чего ты хочешь, чтобы я начал?"

"Я знаю, что произошло, и я знаю, кто несет за это ответственность. По крайней мере, главные игроки. Мне нужно знать, что было сделано с Джексоном Пайком и Микой Накамурой, как это было сделано и кто это сделал. То, что было сделано с ними, было также сделано с портье в отеле, и он вышиб себе мозги молотком. Поэтому мне нужно знать, было ли это сделано с кем-то еще ".

Вместо того, чтобы сесть в одно из своих уютных кресел, как было у нее обычно, Мира продолжала стоять. "Во-первых, токсикологический скрининг показал комбинацию наркотиков в их организме. У меня есть этот список для тебя. У обоих в крови был галлюциноген и препарат, который мы иногда используем, чтобы контролировать пациентов с склонностью к насилию. Как вы знаете, и Пайку, и жертве также давали наркотики сексуального характера ".

"Это объясняет головные боли, провалы в памяти?"

"Комбинация, вероятно, привела бы к своего рода химическому похмелью, но нет, не к сильной боли. Могут быть и белые пятна, но опять же, нет, это не мой вывод ".

Теперь она действительно сидела. "Наркотики использовались, чтобы запустить процесс и усилить его".

"Они были загипнотизированы".

"Ты впереди меня".

"Нет, но я надеюсь, что мы идем в ногу со временем. По крайней мере двое из подозреваемых - чувствительные. Они заигрывали со мной. Поскольку я уже имел дело с экстрасенсом-убийцей раньше, я использовал тот же метод, чтобы заблокировать их, увести прочь. Один из них, Сайлас Пратт, он... Слушай, я знаю, что у тебя есть дочь-викканка, и я понимаю, что есть теории и верования и даже документация, исследования, бла-бла-бла. Я в этом не силен. Но этот парень?"

Признать это было противозаконно. "У него сильный удар", - сказала ей Ева.

"Ты не хочешь использовать слово "сила". "

"Не требуется силы, чтобы накачивать людей наркотиками или гипнотизировать их. Это техника. Ты используешь это." Она засунула руки в карманы и начала расхаживать. "Один из этих ублюдков - врач ребенка Мики. Она отвела ребенка на стандартное обследование три недели назад. Итак, мы предполагаем, что Пратт гипнотизирует ее. Может быть, они сначала подсыпают ей что-то, чтобы сделать ее более восприимчивой, но он подчиняет ее и дает ей задание. Постгипнотическое внушение, верно?"

"Да".

"Для этого нужен триггер - что-то, что она видит, слышит. Достаточно просто позаботиться об этом, пока она по дороге на работу, может быть, сделать ей укол стимулятора. Она входит, выключает камеры. Они должны были добраться до портье. Мы найдем интерсекта там, но они включили его, как чертов дроид. Они пританцовывают прямо к Пайку и жертве. Они идут рядом, как щенки. К тому времени они будут заряжены, и под..."

"Заклинание?"

"Если это подходящее слово. Пайк остался в роли Пэтси, со все еще взведенным курком в голове. Боль невыносима, и попытка вспомнить делает ее мучительной ".

"Я думаю, если бы вы не доставили их ко мне, в контролируемую медицинскую среду, когда вы это сделали, они закончили бы это так же, как и портье. Мне приходилось использовать эту боль, чтобы попытаться нажать на спусковой крючок. Это... сложно ".

Понимая, Ева перешла к автоповару Миры. "Что это за чай, который ты всегда пьешь?"

Мира выдавила из себя улыбку. "Это по-разному. Я думаю, жасмин было бы неплохо. Спасибо тебе ".

Ева запрограммировала чашку, принесла ее Мире, села. "Ты не причиняешь им вреда. Ты знаешь это. Тот, кто нажал на курок, является."

"Они, они оба, умоляли меня убить их". Мира отпила чай, затем устало откинулась на спинку стула. "Мне потребовались часы, чтобы найти правильный способ уменьшить боль. Не выключать его, пока нет, но понизить его с бесчеловечного до отвратительного. Достаточно, чтобы Джек немного вспомнил. Он вспомнил, что доктор Пратт вызвал его в свой кабинет в конце дня. Он не уверен во времени, пасмурно, но думает, что это было после его последнего пациента. Пратт дал ему чашку кофе, и после того, как он ее выпил, все стало еще более перемешанным. Он помнит, как был в лимузине с Коллинз и Эвой. Он думает, что их было больше. Я, конечно, все записал. Он помнит, как занимался сексом с Авой ".

"Он помнит убийство?"

В ее глазах была тревога, Мира покачала головой. "Он подавляет. Даже без спускового крючка его разум не готов отправиться туда. Затем он вспоминает, как проснулся в постели, залитый кровью, и женщина, которую он назвал Лией, сидела рядом с ним и плакала ".

"Лия Берк. Хорошо, это хорошо. Я могу сломать ее, и она заберет их всех с собой ".

"В том номере была убита не просто молодая женщина, Ева. Части тела двух людей, которых я усыпил и удерживал для их собственной безопасности, были убиты там. Когда я найду способ снять спусковой крючок, и они вспомнят, что было сделано, свою роль в этом, какой бы невольной она ни была, они уже никогда не будут прежними ".

"Ты поможешь им справиться с этим или найдешь кого-то, кто поможет им справиться с этим. Это то, что ты делаешь ".

"Уничтожь их, Ева. Срази их наповал. Когда я смогу сказать Мике и Джеку, что все сделано, мы сможем приступить к исцелению ".

За все время, что они работали вместе, Мира ни разу не спросила. Ева воскресла. "Как ты и сказал, сегодня прекрасный день. Прежде чем все закончится, они будут повержены ".

Выходя, Ева достала свой коммуникатор, чтобы связаться с Пибоди. "Ордера на обыск?"

"Клиника выглядит неплохо. Мне просто нужно..."

"Придержи это. У нас есть остряк, который помещает Лию Берк в номер 606. Мы приводим ее сюда. Закажите комнату для интервью ".

"Ты хочешь, чтобы я ее подобрал?"

"Вот как это происходит. Двое в форме у ее двери. Если ее еще нет дома, мне нужно знать как можно скорее. Она не арестована, и ей не будут зачитаны ее права. Понял это?"

"Понял".

"Она нужна здесь для дальнейшего допроса. Это все, что они знают. Ей не разрешается ни с кем контактировать. Она не арестована. Я закончу с ордерами на обыск ".

Ева все еще перечисляла имена для APA, когда обратилась в Отдел убийств. То, что звучало как небольшой бунт, заставило ее ускорить шаги.

Затем она почувствовала запах пиццы. "Да, я имею в виду даже дом на Карибах. У меня есть чертова вероятная причина прямо по ходу дела. У меня есть свидетельские показания, и в течение двух часов я собираюсь вручить вам признание на чертовом блюде, которое уничтожит каждого сукина сына из списка, который я вам только что дал. У них будет припрятано дерьмо из "худу вуду", - сказала Ева, встретившись взглядом с Рорком, когда она вошла в КПЗ. "Потому что они верят в это. На жертве была использована дюжина лезвий. Мы собираемся найти некоторых, большинство или всех из них ".

Она отключилась. "Полагал, что ты вернешься после того, как доставишь свою ведьму домой".

"Ты ничего не ел". Он взял коробку с пиццей, в то время как ее люди копошились, как муравьи, над пятью другими, которые он принес. "Ешь сейчас".

Она схватила ломтик, откусила огромный кусок. "О, Боже. Хорошо". Она проглотила, взяла еще. "Я получил их".

"Я могу это видеть. Могу я посмотреть?"

Она взяла предложенный им тюбик Пепси, сделала глоток. "Это хорошая взятка. Понаблюдайте."

Десять

Ожившая и набравшая обороты, Ева стояла рядом с Рорком и наблюдала, как Лия расхаживает по комнате для допросов в своем элегантном костюме.

"Она уже вспотела. Прошло десять минут, а она уже вспотела. Она напугана и виновата, и врачей здесь нет, чтобы сказать ей, что делать, что говорить ".

"Почему она? Из всех них?"

"Она плакала". Она оглянулась, когда вошла Мира.

"Прошел слух, что у вас есть один из них", - сказала Мира. "Я хотел увидеть сам".

"Я ее еще не арестовал. Послушай, я попрошу тебя не включать звук, пока я не дам тебе добро. На самом деле, я не спрашиваю. Я должен начать ".

"Смогу ли я увидеть Мику?" - Спросил Рорк у Миры после того, как Ева вышла.

"Пока нет. На данный момент ей комфортно. Я говорил с ее мужем ".

"Я тоже. Могу ли я что-нибудь для нее сделать?"

"Будет". Мира положила руку на руку Рорка и наблюдала, как Ева входит в интервью. "То, что она собирается сказать, должно быть не для протокола. По крайней мере, для моих ушей".

"Ты возражаешь?"

"Нет". Мира уставилась на Лию Берк через стекло. "Нет, я не хочу".

Внутри Лия развернулась к Еве. "Я требую знать, почему меня привезли сюда, почему со мной так обращаются. У меня есть права. У меня есть..."

"Заткнись нахуй. У тебя здесь ничего нет, пока я тебе это не отдам. Садись."

Слова, тон, заставили все тело Лии отшатнуться. "Я не буду..."

"Я уложу тебя, сука. Верь в это".

Угроза, такая горячая и жесткая в глазах Евы, заставила Лию сесть за маленький столик. "Ты потеряешь свой значок". Но ее голос дрожал, совсем чуть-чуть. "Хуже. Существуют законы ".

Ева ударила обоими кулаками по столу, достаточно сильно, чтобы Лия закрыла лицо, защищаясь. "Законы? Бьюсь об заклад, вы думали о законах, когда Эву Марстерсон зарубили. Джек помнит, Лия." Она наклонилась ближе, щелкнула пальцами перед лицом Лии. "Бум. Заклинание разрушено. У тебя есть один шанс. Сначала, затем я перехожу к следующему. Но сначала я причиню тебе боль ".

"Ты не можешь прикоснуться ко мне. Ты не можешь поднять на меня свои руки. Я хочу..."

"Я знаю, как причинить тебе боль, чтобы это не было заметно". Ева позволила жару гореть в ее глазах, когда она обходила стол. "Твое слово против моего. Награжденный полицейский против подозреваемого в убийстве. Угадай, кому они поверят? Я не заносил это в протокол. Я не зачитал вам ваши права. И мы здесь совсем одни, Лия. Один кадр, как только я включу запись. Ты не принимаешь это, я перехожу к Кики или Родни, к жене Ларри и дальше по линии - и ты возвращаешься в клетку, рыдая от боли.

"У каждого есть один шанс. Возьми это, я сдаю на второе убийство. Ты совершишь жизнь, но ты совершишь это на планете. Пройти? И ты узнаешь, что такое ад на самом деле, потому что ты будешь в какой-нибудь бетонной клетке в внеземной исправительной колонии, где я лично прослежу, чтобы распространился слух, что ты трахался с крошечными детьми. Ты знаешь, что зэки любят делать с людьми, которые трахаются с крошечными детьми?"

"Я никогда не прикасался к ребенку..."

"Я совру". Ева усмехнулась. "И мне это понравится. Один выстрел, и если вы хотя бы подумаете, адвокат, дело сделано. У тебя есть шанс только потому, что Джек достаточно мягкосердечен, чтобы думать, что тебе действительно плохо из-за того, что произошло. Я? Я надеюсь, что ты пройдешь, чтобы я мог с нетерпением ждать отчетов о том, сколькими изобретательными способами другие заключенные и охранники насилуют тебя в течение следующих, о, пятидесяти лет."

Она обошла стол, прошептала на ухо Лии. "Они находят способы протащить острые, уродливые инструменты в эти клетки, Лия. Они будут резать тебя на куски, позволь им зашить тебя снова, чтобы они могли нарезать тебя еще немного. Чем больше ты будешь умолять, тем больше им это понравится ".

Она смотрела, как слезы капают на дрожащие руки Лии, на грубую поверхность стола. И, думая об Аве, не испытывал жалости. "Она доверяла тебе, ты, сука".

"Пожалуйста. О, пожалуйста."

"Пошел ты". Ева подошла к двери, вышла. Она сделала глубокий вдох, подавая знак Пибоди. "Давай сделаем это". Вернувшись, она кивнула в сторону обзорного стекла. "Запись включена. Даллас, лейтенант Ева..."

"Пожалуйста, пожалуйста. Я расскажу тебе все".

"Привет, отлично". Ева скользнула в свое кресло, собранная и непринужденная. "Давайте сначала все занесем в протокол и зачитаем вам ваши права".

Закончив, она кивнула Лии. "Что вы хотите нам сказать, мисс Берк?"

"Я не знал, что это будет так. Клянусь, я клянусь, я не знал ".

"Например, что?"

"Так много крови. Я никогда не думал, что они действительно убьют ее ".

"Будь более конкретным".

"Я думал, это будет символическая смерть".

"Чушь собачья". Ева откинулась на спинку стула, в ее глазах ясно читалось предупреждение. Солги, и твой единственный шанс умрет. "Ты точно знал, что должно было произойти, и когда это произошло, ты не смог с этим справиться. Если ты хочешь, чтобы я пошел к прокурору и сказал, что ты пришел, признался, рассказал подробности и раскаиваешься, не вешай мне лапшу на уши. Вы участвовали в ритуальном убийстве Авы Марстерсон?"

"Да. Я не понял. Поверь мне, я не понимал. Я думал, что сделал, но... Она не приняла, и Джек тоже. Не так, как Сайлас говорил, что они будут ".

"Сайлас Пратт участвовал в убийстве Авы Марстерсон?"

"Он перерезал ей горло. Она просто стояла там, а он перерезал ей горло, и из нее хлынула кровь. Она не приняла. Она не знала, что происходит, так как же она могла согласиться?"

"Принять что?"

"Ее жертва. Что она будет даром."

"Чей дар?"

"Подарок от нас принцу. Посвящается Люциферу".

"Как долго ты был сатанистом?"

"Я не сатанист. Я ученик Единого".

Ева на мгновение задумалась, не уверенная, была ли она удивлена или раздражена очевидным оскорблением в голосе Лии. "Хорошо. И требует ли Единый убийства невинных?"

"Твой Бог убил моего ребенка". Руки Лии сжались в кулаки, она слегка постучала по столу. "Он забрал ее, и что она когда-либо делала? Она была всего лишь ребенком. Я нашел свой путь назад. Я нашел свою силу и свое предназначение".

"Сайлас Пратт показал тебе путь назад".

"Он великий человек. Ты никогда не поймешь. Человек власти. Вы никогда не удержите его своими жалкими законами и решетками ".

"Но он солгал тебе, этот великий человек, этот человек власти", - вставила Пибоди. "Он солгал тебе об Аве и Джеке".

"Нет, я думаю... Нет, он не стал бы лгать. Я думаю, он просчитался, вот и все. Она просто не была готова. Был не так силен, как думал Сайлас. Или, может быть, это я. Может быть, я слаб. Я не смог вынести того, что они с ней сделали ".

"Скажи мне, кто они. Все имена всех, кто был в номере 606."

"Сайлас и его жена Ола. Ларри -доктор Коллинз и его жена Бриа." Тусклым, пустым голосом она назвала Еве дюжину имен в дополнение к своему собственному. "И Ава, и Джек".

"Доктор Слоун?"

"Нет. Питер и другие из клиники, которые там не были, не являются учениками или священниками. Сайлас считает важным, что есть те, кто не является частью нас - и знать, кто открыт для нашей веры, а кто был бы закрыт. Присутствовали все, кто принадлежит к нашей группе. Это был важный ритуал, празднование ".

"Празднование?"

"Да. Это был день рождения Сайласа ".

"Я видел его записи. Это был не его день рождения ".

"Дата его возрождения в Едином".

"Правильно". Ева снова откинулась на спинку стула. "Почему Ава и Джек?"

"Ава была подарком. Сайлас узнал ее как таковую в тот день, когда она пришла на собеседование на эту должность. И Джек ... сексуальная энергия между ними была бы жизненно важным элементом ритуала ".

"Почему эта комната?"

"Мы рассматривали другие места, но... Дворец, это казалось правильным. И связь Ларри с начальником службы безопасности открыла нам путь внутрь. Я всего лишь ученик. Я не планирую." Теперь она сложила руки, склонила голову. "Я следую".

"Ты последовал за ними в тот номер. Но сначала ты помогла накачать Эву и Джека наркотиками в клинике."

"Мы дали им то, что открыло бы их для предстоящего ритуала, что помогло бы им принять и принять силу Сайласа".

"Он использовал гипноз, Лия, поверх галлюциногенов".

Слезы продолжали собираться и проливаться. "Ты не понимаешь. Ты закрыт ".

"Прекрасно. Вы использовали химикаты, чтобы вскрыть Аву и Джека, без их ведома или разрешения ".

"Да, но..."

"И как только они попали под это влияние, вы отвезли их в отель. Верно?"

"Да".

"Там Мика Накамура и Брайан Троски также были накачаны наркотиками и охвачены силой Сайласа. Эта сила заставила их отключить камеры слежения в вестибюле и лифты на шестидесятом этаже. Это также, как было сделано с Джеком, заставило их забыть о том, что было сделано, или страдать от боли ".

"Боль будет только в том случае, если они откажутся принять, только чтобы помочь им ..."

"Внутри комнаты вы ели и вы пили, вы занимались сексуальной активностью".

Краска прилила к ее щекам. Это было удивительно, размышляла Ева, что смущало убийц.

"Секс - это подношение".

"Ава не предлагала, не так ли? После того, как вы попировали и разогрелись, нарисовали свою пентаграмму, зажгли свечи, наговорили всего, что вы, люди, там говорите, вы уложили на пол одурманенную, беспомощную, обнаженную женщину и сказали одурманенному, беспомощному мужчине поиметь ее. Он заботился о ней. Они заботились друг о друге, разве это не правда?"

"Да, да, но..."

"И когда он закончил то, чего никогда бы не сделал по своей воле, остальные из вас изнасиловали ее".

"Да". Слезы катились по ее щекам. "От каждого требовалось взять из дара и отдавать от себя. Но я чувствовал..."

"Что?"

"Холодно. Так холодно. Не жар, не огонь, а лед. Я слышал ее крик в своей голове. Клянусь, я слышал ее." Она закрыла лицо руками. "Но никто не хотел слушать. Они подняли ее на ноги. Кики и Родни. Сайлас вошел в круг, и холод, холод был ужасным. Ее крик был подобен шипам в моей голове. Но никто ее не услышал. Он перерезал ей горло, и ее кровь забрызгала его всего. Все бросились вперед, когда она упала, чтобы взять еще крови, чтобы сделать еще больше крови. Джек потерял сознание, поэтому они обмазали его ее кровью. Они отвели его наверх, оставили в постели, пока заканчивали с ней. Ларри сказал мне подняться, взять один из ножей и вложить его в руку Джека, и дать ему еще одну дозу наркотиков, чтобы у него была передозировка ".

"План состоял в том, чтобы убить Джека, оставить его позади, чтобы все выглядело так, как будто он убил Аву".

"Да. ДА. Но я не мог. Я не мог дать ему больше. Ее кровь была на моих руках, и я слышал, как она кричала ". Она опустила голову и заплакала.

"Дай ей пять минут, чтобы собраться с мыслями", - сказала Ева Пибоди. "Обвинение - Убийство по второму, двум пунктам", - добавила она, думая о Троски. "Дополнительными обвинениями являются похищение по двум пунктам, изнасилование, использование химических веществ без согласия или ведома, в том числе нелегальных. Заприте ее и заприте подальше. Я собираюсь пойти и достать нам дохрена ордеров ".

Недостаток сна не замедлил шага Евы, когда она шла к входной двери Сайласа Пратта. Большой, модный дом, отметила она. Что ж, он видел это в последний раз. Дроид, который ответил, посмотрел на свой нос. "Доктор и миссис Пратт в данный момент недоступны. Пожалуйста, оставьте свое имя и укажите, чем вы занимаетесь, и ..."

Он не продвинулся дальше, когда Ева оттолкнула его в сторону. "Выключите эту штуку", - приказала она полицейским, которые тащились за ней и Пибоди. Она вошла в просторную гостиную, где доктор и его жена потягивали мартини.

"В чем именно заключается смысл этого?" - Потребовал Сайлас, вскакивая на ноги.

"Разберись с женщиной, Пибоди. Он мой. Сайлас Пратт, вы арестованы. Обвинения - убийство первой степени в связи со смертью Авы Марстерсон, человеческого существа. Убийство первой степени, повлекшее за собой смерть..."

"Это абсурд. Ты абсурден".

Ева почувствовала этот его удар, приняла лед, который покрыл ее живот. Даже приветствовал это. "Не перебивай. Сопротивляйся, любыми средствами, потому что я бы с удовольствием провел следующие несколько минут, надирая тебе задницу. Господи, Пибоди, ты не можешь заставить ее замолчать?"

"Она крикунья", - весело сказала Пибоди, передавая бьющуюся в истерике Олу ожидающим полицейским.

"Итак, на чем я остановился? Ах да, смерть Брайана Троски, другого человеческого существа. У нас есть обвинения в похищении людей, нелегалах, мошенничестве, злоупотреблении медицинскими услугами и просто для развлечения уничтожении имущества. Вы, ребята, серьезно разгромили этот номер. У тебя есть право хранить молчание", - начала она.

"Ты можешь отправляться в ад".

"Спасибо, но Нью-Йорк достаточно близко для меня". Она схватила его за руку, чтобы завести ее ему за спину, пока читала ему остальную часть Исправленной Миранды. Когда он попытался стряхнуть ее, она доставила себе удовольствие врезать каблуком ботинка по его подъему. Он проклинал ее, рычал на нее, когда она защелкнула ремни на его запястье. "Что это, латынь? Греческий? Или это просто все выдумано?"

Он сопротивлялся, когда она по-лягушачьи тащила его через комнату, что, по ее мнению, можно было бы утверждать, было причиной того, что его голова ударилась о дверной косяк. "Ну и дела, держу пари, у тебя сейчас будет болеть голова. Прекрати это, пока ты не навредил себе ".

"Я выпью твою кровь из серебряной чаши".

"Это просто отвратительно". Она приблизила губы к его уху. "У тебя здесь нет никакой власти, придурок. Тебя арестовывают, вытаскивают из твоего шикарного дома на глазах у твоих шикарных соседей, и эй, смотри, это 75 канал. " Она просияла, довольная, что ее осведомленный о том, что ее контакт там привлек внимание ПРЕССЫ. "Ничто так не ослабляет власть, как унижение. Держу пари, что даже сам дьявол смущен ".

Она затолкала его на заднее сиденье полицейской машины. Она надела темные очки ему на голову, на глаза. "Помните, что он чувствительный", - сказала она полицейским, которых назначила ответственными. "Он отправляется прямиком в изоляцию".

Она захлопнула дверь, уперла руки в бедра. "Иди домой, Пибоди", - сказала она, когда ее партнер встал рядом с ней и зевнул так, что у нее хрустнула челюсть. "Немного поспи".

"Я так в этом уверен. Когда-нибудь, да?"

"Да, когда-нибудь". Ева стояла там, где была, и смотрела, как Рорк подходит к ней. Боже, подумала она, красиво. И поняла, что лишение сна замутило ее мозг.

"Я предполагаю, что этот арест будет воспроизводиться на экране в течение некоторого времени".

"Это развлечение". Ева быстро улыбнулась ему.

"Пожалуйста, скажи мне, что ты не собираешься лично произвести все остальные аресты, а потом разбираться с последующей бумажной волокитой сегодня вечером".

"Нет, я просто хотел этот ", особенно. Я делегировал, и оформление документов подождет до утра. Я довольно близок к тому, чтобы упасть ничком ".

Он обнял ее, позабавленный тем, что она достаточно устала, чтобы не сопротивляться, хотя некоторые СМИ остались. "Я хочу пойти домой, переспать со своей женой. В течение нескольких дней".

"Довольствуешься восемью часами подряд?"

"Сделка".

Обняв друг друга за талию, они направились к машине. Рорк сел за руль; Ева скользнула на пассажирское сиденье. И, как он отметил, немедленно приступил к этим восьми часам.

Эпилог

Джек сел в постели, когда Ева вошла в его процедурный кабинет. Он был бледен, и синяки усталости окружали его глаза. Без сомнения, у нее была более спокойная ночь, чем у него. "Доктор?" он начал.

"Лейтенант. Лейтенант Даллас. Ты помнишь меня?"

Мгновение он смотрел сквозь нее. "Да. Я помню". Он поднял руку, давая сигнал подождать. И, закрыв глаза, вдохнул. "Я помню. Ты был в отеле, но не, не в том номере. И ты разговаривал со мной в другой комнате. Полицейский участок. Я арестован?"

"Нет, Джек. Я знаю, что ты работаешь с доктором Мирой. Она говорит, что ты лучше, чем был, и ты будешь еще лучше ".

"Наркотики вышли из моего организма. Это помогает. Головные боли... это не так плохо. Ава мертва. Я был там ". Слова вырывались с дрожью. Он еще раз закрыл глаза, вдохнул. "Я был там. Я изнасиловал ее".

"Нет, ты этого не делал. Они использовали вас обоих. Ты врач, Джек. Я знаю, Мира рассказала тебе, что они в тебя вколют, и ты знаешь, на что способны эти химикаты. Тебя накачали наркотиками, погрузили в гипноз. Похищен. Ничто из того, что произошло, не было вашей виной или ответственностью. Ты был жертвой ".

"Я жив. Она не такая ".

"Я знаю. Это тяжело. Ты боишься вспомнить, боишься спросить, использовал ли ты нож, который был у тебя в руке."

Его глаза наполнились слезами. "Как я могу жить с этим? Что бы они ни вложили в меня, что бы они ни сделали, как я могу жить с этим?"

"Ты не обязан. Ты не использовал нож. У меня есть ряд заявлений от людей, которые были там, которые были вовлечены. Каждый из них говорит, что ты потерял сознание. Они вложили нож тебе в руку, когда ты был наверху, без сознания."

"Кровь. Ее кровь".

"Они возложили это на тебя. Ты должен был умереть, держа нож, покрытый ее кровью. Были бы вопросы, конечно, много вопросов. Кто еще был с тобой. У них было еще два человека, которые, как они верили, должны были быть мертвы, которые были бы связаны. Один из них мертв, Джек - он ничего не делал, и он мертв. Другой находится через коридор в комнате, подобной этой, изо всех сил пытаясь справиться с тем, что произошло. Они накачали ее наркотиками, использовали ее. Ты винишь ее за Аву?"

"Нет. Бог".

"Зачем винить себя?"

"Я не мог выбраться. Я не мог выбраться из... себя и помочь ей. Даже когда я услышал ее крик. В моей голове".

"Тринадцать человек убили Аву. Ты не был одним из них. Потому что ты выжил, мы нашли их. Каждый из них заперт. Каждый из них заплатит. Ты выжил, и ты нашел меня, Джек. Я был в номере 606. Я видел, что с ней сделали. На моих руках была ее кровь. Она тоже была в моей голове, Джек. Говорю тебе, она тебя не винит. Она не хочет, чтобы ты нес это ".

Он протянул руку, взял ее. "Они собираются заплатить?"

"Каждый, черт возьми".

"Спасибо тебе".

Она вышла и наблюдала через обзорное окно, как Рорк наклонился и поцеловал Мику в лоб.

"Как она?" - спросила она, когда он вышел.

"Лучше. Лучше, чем я надеялся, на самом деле. Мира сказала, что у нее сильный разум. Как насчет твоего Джека?"

"Он доберется туда".

Рорк взял ее за руку. "Еще один долгий день, лейтенант, со всеми вашими допросами, отчетами и пресс-конференциями".

"Я полагаю, у тебя тоже был ритуал, наверстывающий упущенное вчера время. Скупка огромных кусков Вселенной лишает парня самообладания ".

"И все же я чувствую себя удивительно... свежим".

"Хорошо, потому что я хочу пойти домой и переспать со своим мужем - в гораздо более активном смысле, чем прошлой ночью". Она позволила ему держать ее за руку, когда они уходили из процедурных кабинетов. "Знаешь, я нашла этот маленький мешочек, полный камней и цветочных штучек, в кармане куртки, которая была на мне вчера. Как ты думаешь, как это туда попало?"

"Хм. Магия?"

Она толкнула его в плечо и отпустила. Насколько она была обеспокоена, единственной магией, в которой она когда-либо нуждалась, было хорошее сильное сжатие его руки в ее.

***

Джей Ди Робб

Помни, когда

Ева Даллас и ее муж Рорк #20

ЧАСТЬ первая

Алчный к чужому имуществу,

он был расточителен сам по себе.

-САЛЛЮСТИЙ

Кто я, в конце концов, такой?

Ах, это великая головоломка!

-ЛЬЮИС КЭРРОЛЛ

1.

Героический раскат грома последовал за странным маленьким человеком в магазин. Он виновато огляделся, как будто грубый шум был его обязанностью, а не природы, и нащупал пакет под мышкой, чтобы закрыть зонт в черно-белую полоску.

И с зонтика, и с мужчины капало, несколько печально, на аккуратный квадратик коврика сразу за дверью, в то время как холодный весенний дождь барабанил по улицам и тротуарам с другой стороны. Он стоял там, где был, как будто не совсем уверенный в том, что ему будут рады.

Лейн повернула голову и послала ему улыбку, в которой было только тепло и непринужденное приглашение. Это был взгляд, который ее друзья назвали бы ее улыбкой вежливой продавщицы.

Ну, черт возьми, она была вежливым продавцом - и в тот момент этот ярлык подвергался серьезному испытанию.

Если бы она знала, что дождь приведет покупателей в магазин, вместо того, чтобы удерживать их на расстоянии, она бы не дала Дженни выходной. Не то, чтобы она возражала против бизнеса. Женщина не открыла бы магазин, если бы ей не нужны были покупатели, какой бы ни была погода. И женщина не открыла бы магазин в маленьком городке, США, если бы не понимала, что будет тратить столько же времени на общение в чате, слушание и судейство в дебатах, сколько на обзвон продаж.

И это было прекрасно, подумал Лейн, это было хорошо. Но если бы Дженни была на работе вместо того, чтобы проводить день, крася ногти на ногах и смотря сериалы, Дженни была бы единственной, кто застрял с Близнецами.

Дарле Прайс Дэвис и Карле Прайс Гетт покрасили волосы в один и тот же пепельный оттенок блонда. Они были одеты в одинаковые синие плащи и носили одинаковые сумки-хобо. Они заканчивали предложения друг друга и общались с помощью своего рода кода, который включал в себя множество подергиваний бровей, поджатых губ, приподнятых плеч и покачиваний головой.

То, что могло быть милым в восьмилетних, было просто странным в сорока восьми-летних женщинах.

Тем не менее, напомнила себе Лейн, они никогда не заходили в "Помни, когда", не уронив сверток. Им могло потребоваться несколько часов, чтобы отказаться от этого, но в конечном итоге продажи зазвонили бы. Мало что поднимало сердце Лейн так высоко, как звон кассового аппарата.

Сегодня они искали подарок на помолвку для своей племянницы, и проливной дождь и раскаты грома их не остановили. Это также не остановило промокшую молодую пару, которая, по их словам, по прихоти заехала в Энджелз Гэп по пути в Вашингтон.

Или мокрый маленький человечек с полосатым зонтиком, который выглядел, на взгляд Лейна, немного безумным и потерянным.

Поэтому она добавила немного больше теплоты в свою улыбку. "Я буду с вами всего через несколько минут", - крикнула она и снова обратила свое внимание на Близнецов.

"Почему бы вам не осмотреться еще немного", - предложил Лейн. "Подумай об этом. Как только я-"

Рука Дарлы сжала ее запястье, и Лейн поняла, что она не собирается убегать.

"Нам нужно решить. Кэрри примерно твоего возраста, милая. Что бы ты хотела в качестве подарка на помолвку?"

Лейну не нужно было расшифровывать код, чтобы понять, что это было не такое уж тонкое копание. В конце концов, ей было двадцать восемь, и она не была замужем. Не был помолвлен. На данный момент даже не особо встречаюсь. Это, по словам близнецов Прайс, было преступлением против природы.

"Знаешь, - подхватила Карла, - Кэрри познакомилась со своим Полом прошлой осенью на ужине со спагетти у Каваниана. Тебе действительно следовало бы больше общаться, Лейн."

"Я действительно должна", - согласилась она с обаятельной улыбкой. Если я захочу подцепить лысеющего, разведенного CPA с заболеванием пазух носа."Я знаю, Кэрри понравится все, что ты выберешь. Но, возможно, подарок на помолвку от ее тетушек должен быть чем-то более личным, чем подсвечники. Они прекрасны, но комодный набор такой женственный ". Она взяла щетку с серебряной подложкой из набора, который они рассматривали. "Я представляю, что другая невеста использовала это в свою брачную ночь".

"Более личное", - начала Дарла. "Еще-"

"Девочка. Да! Мы могли бы купить подсвечники для ...

"Свадебный подарок. Но, может быть, нам стоит взглянуть на украшения, прежде чем покупать комод. Что-нибудь с жемчугом? Что-то..."

"Старое, которое она могла бы надеть в день своей свадьбы. Отложи подсвечники и в сторону комод, милая. Мы взглянем на украшения, прежде чем что-то решать ".

Разговор отскочил, как поданный теннисный мяч, и вылетел из двух одинаковых ртов с коралловым отливом. Лейн поздравила себя с ее мастерством и сосредоточенностью, поскольку она была в состоянии не отставать от того, кто что сказал.

"Хорошая идея". Лейн поднял великолепные старинные дрезденские подсвечники. Никто не мог сказать, что у Близнецов не было вкуса или они стеснялись разогревать пластик.

Она начала относить их к прилавку, когда маленький человечек перешел ей дорогу.

Она смотрела ему в глаза, а его лицо было бледным, с размытым синим оттенком, покрасневшим от недостатка сна, алкоголя или аллергии. Лейн решился на lost sleep, поскольку их также преследовали тяжелые мешки усталости. Его волосы были седой копной, сошедшей с ума от дождя. На нем было дорогое пальто от Burberry и в руке он держал трехдолларовый зонтик. Она предположила, что в то утро он поспешно побрился, поскольку у него не хватало седой щетины на подбородке.

"Laine."

Он произнес ее имя с такой настойчивостью и интимностью, что ее улыбка сменилась вежливым замешательством.

"Да? Прости, я тебя знаю?"

"Ты меня не помнишь". Его тело, казалось, обмякло. "Прошло много времени, но я подумал... "

"Мисс!" - крикнула женщина, направлявшаяся в округ Колумбия. "Вы отправляете?"

"Да, у нас есть". Она могла слышать, как Близнецы ведут один из своих кратких дебатов о серьгах и брошах, и почувствовала импульсивную покупку от пары из Вашингтона. И маленький мужчина смотрел на нее с такой надеждой и близостью, что у нее мурашки побежали по коже.

"Извините, я немного завален делами сегодня утром". Она отошла к стойке, чтобы поставить подсвечники. Близость, напомнила она себе, была частью ритма маленьких городков. Этот мужчина, вероятно, был здесь раньше, и она просто не могла его вспомнить. "Есть ли что-то конкретное, с чем я могу вам помочь, или вы хотели бы немного просмотреть?"

"Мне нужна твоя помощь. У нас не так много времени ". Он вытащил карточку, вложил ей в руку. "Позвони мне по этому номеру, как только сможешь".

"Мистер... " Она взглянула на карточку, прочитала его имя. "Питерсон, я не понимаю. Вы хотите что-то продать?"

"Нет. нет." Его смех перешел в истерический, и Лейн была благодарна за то, что в магазине толпились покупатели. "Больше нет. Я все объясню, но не сейчас." Он оглядел магазин. "Не здесь. Мне не следовало приходить сюда. Наберешь номер,"

Он накрыл ее руку своей так, что Лейн боролась с инстинктом вырваться. "Обещаю".

От него пахло дождем, мылом и... пивом, поняла она. И у лосьона после бритья был какой-то проблеск воспоминания, пытающийся зажечься в ее мозгу. Затем его пальцы сжались на ее. "Обещай", - повторил он резким шепотом, и она увидела только странного мужчину в мокром пальто.

"Конечно".

Она смотрела, как он идет к двери, открывает дешевый зонтик. И вздохнула с облегчением, когда он выбежал под дождь. "Странно" было ее единственной мыслью, но она мгновение изучала карточку.

Его имя было напечатано, Джаспер Р. Питерсон, но номер телефона был написан от руки внизу и дважды подчеркнут, отметила она.

Сунув карточку в карман, она начала по-дружески подталкивать путешествующую пару, когда визг тормозов на мокром асфальте и возмущенные крики заставили ее резко обернуться. Раздался отвратительный шум, глухой удар, который она никогда не забудет. Так же, как она никогда не забудет вид странного маленького мужчины в модном пальто, врезавшегося в ее витрину.

Она выскочила за дверь, под проливной дождь. По тротуару застучали шаги, и где-то близко раздался хруст металла, ударяющегося о металл, звон разбитого стекла.

"Мистер Питерсон". Лейн схватила его за руку, склонилась над ним в жалкой попытке защитить его окровавленное лицо от дождя. "Не двигайся. Вызывай скорую!" - крикнула она и сорвала с себя куртку, чтобы прикрыть его, как могла.

"Увидела его. Увидел его. Не должен был приходить. Laine."

"Помощь приближается".

"Оставил это для тебя. Он хотел, чтобы я передал это тебе ".

"Все в порядке". Она убрала с глаз мокрые волосы и взяла зонтик, который кто-то предложил. Она наклонилась над ним, наклонилась ближе, когда он слабо потянул ее за руку.

"Будь осторожен. Мне жаль. Будь осторожен".

"Я сделаю. Конечно, я так и сделаю. Просто постарайтесь сейчас вести себя тихо, постарайтесь держаться, мистер Питерсон. Помощь придет".

"Ты не помнишь". Кровь потекла у него изо рта, когда он улыбнулся. "Маленькая Лейни". Он сделал прерывистый вдох, закашлялся кровью. Она услышала вой сирен, когда он начал петь тонким, задыхающимся голосом.

"Собери все мои заботы и горе", - промурлыкал он, затем прохрипел. "Пока, пока, черный дрозд".

Она уставилась на его избитое лицо, и ее и без того холодную кожу начало покалывать. Воспоминания, так долго запертые, открылись. "Дядя Вилли? Боже мой."

"Раньше мне это нравилось. Облажался, - сказал он, задыхаясь. "Прости. Думал, что это будет безопасно. Не должен был приходить."

"Я не понимаю". Слезы обожгли ей горло, потекли по щекам. Он умирал. Он умирал, потому что она не знала его, и она отправила его под дождь. "Мне жаль. Мне так жаль ".

"Он знает, где ты сейчас". Его глаза закатились. "Спрячь дворняжку".

"Что?" Она наклонилась еще ближе, пока ее губы почти не коснулись его. "Что?" Но рука, которую она сжимала в своей, обмякла.

Парамедики оттащили ее в сторону. Она услышала их короткий, содержательный диалог - медицинские коды, которые она привыкла слышать по телевизору, могла почти процитировать сама. Но это было реально. Кровь, смываемая дождем, была настоящей.

Она услышала, как женщина рыдает и повторяет снова и снова резким голосом: "Он пробежал прямо передо мной. Я не смог вовремя остановиться. Он просто выбежал перед машиной. С ним все в порядке? С ним все в порядке? С ним все в порядке?"

Нет, хотел сказать Лейн. Он не такой.

"Заходи в дом, милая". Дарла обняла Лейн за плечи, притянула ее назад. "Ты промокла насквозь. Ты больше ничего не сможешь здесь сделать ".

"Я должен что-то сделать". Она уставилась на сломанный зонт, его веселые полосы теперь покрыты грязью и каплями крови.

Она должна была усадить его перед камином. Дали ему горячего питья и позволили ему согреться и обсохнуть перед маленьким очагом. Тогда он был бы жив. Рассказывал ей истории и глупые шутки.

Но она не узнала его, и поэтому он умирал.

Она не могла зайти внутрь, укрыться от дождя и оставить его наедине с незнакомцами. Но ничего нельзя было поделать, кроме как беспомощно наблюдать, как парамедики боролись и не смогли спасти человека, который когда-то смеялся над ее дурацкими шутками и пел глупые песни. Он умер перед магазином, над созданием которого она так усердно работала, и оставил у ее двери все воспоминания, которых, как она думала, она избежала.

***

Она была деловой женщиной, солидным членом общества и мошенницей. В задней комнате своего магазина она налила две чашки кофе и поняла, что собирается солгать мужчине, которого считала другом. И отрицать все знания о том, кого она любила.

Она сделала все возможное, чтобы успокоиться, провела руками по влажной массе ярко-рыжих волос, которые обычно были собраны в боб до плеч. Она была бледна, и дождь смыл косметику, всегда тщательно нанесенную, поэтому на ее узком носу и на скулах выделялись веснушки. Ее глаза, ярко-голубые, как у викингов, были стеклянными от шока и горя. Ее рот, всего на волосок шире для ее угловатого лица, хотел задрожать.

В маленьком зеркале из позолоченного дерева, висевшем на стене ее кабинета, она изучала свое отражение. И увидела себя такой, какой она была. Ну, она бы сделала то, что ей нужно было сделать, чтобы выжить. Вилли, безусловно, понял бы это. Делай то, что было первым, сказала она себе, а потом подумай об остальном.

Она втянула воздух, вздрогнула, затем подняла чашку с кофе. Ее руки были почти твердыми, когда она вошла в главный магазин и приготовилась дать ложные показания начальнику полиции Энджелс Гэп.

"Извините, что это заняло так много времени", - извинилась она, неся кружки туда, где у маленького клинкерного камина стоял Винс Бургер.

Он был сложен как медведь, с огромной копной белокурых волос, которые стояли почти вертикально, как будто удивляясь тому, что оказались поверх широкого, спокойного лица. Его глаза, блекло-голубые, обрамленные прищуренными морщинками, были полны сострадания.

Он был мужем Дженни и стал Лейн чем-то вроде брата. Но сейчас она напомнила себе, что он был полицейским, и все, ради чего она работала, было поставлено на карту.

"Почему бы тебе не присесть, Лейн? У тебя был сильный шок ".

"Я чувствую какое-то оцепенение". Это было достаточно правдой, ей не нужно было лгать обо всем. Но она подошла, чтобы выпить кофе и уставиться на дождь, чтобы ей не пришлось встречаться с этими сочувствующими глазами. "Я ценю, что вы сами пришли взять у меня показания, Винс. Я знаю, что ты занят ".

"Подумал, что тебе так будет удобнее".

Лучше лгать другу, чем незнакомцу, с горечью подумала она. "Я не знаю, что я могу вам сказать. Я не видел саму аварию. Я услышала... Я услышала тормоза, визг, ужасный стук, затем я увидела... " Она не закрыла глаза. Если она закроет их, она увидит это снова. "Я видел, как он врезался в окно, как будто его швырнули в него. Я выбежала, оставалась с ним, пока не приехали парамедики. Они действовали быстро. Казалось, что прошли часы, но это были всего лишь минуты ".

"Он был здесь до аварии".

Теперь она действительно закрыла глаза и приготовилась сделать то, что должна была сделать, чтобы защитить себя. "Да. Сегодня утром у меня было несколько клиентов, что доказывает, что я никогда не должен давать Дженни выходной. Близнецы были дома, и пара проезжала мимо по пути в округ Колумбия. Я был занят, когда он вошел. Он некоторое время бродил по округе."

"Женщина из другого города сказала, что, по ее мнению, вы знали друг друга".

"Правда?" Теперь, повернувшись, Лейн изобразила на лице озадаченное выражение, как это сделал бы умный художник на портрете. Она отошла назад, села на одно из двух кресел с подлокотниками, которые она поставила перед камином. "Я не знаю почему".

"Впечатление", - сказал Винс, пожимая плечами. Всегда помня о своих габаритах, он медленно и осторожно сел в подходящее кресло. "Сказал, что он взял тебя за руку".

"Ну, мы пожали друг другу руки, и он дал мне свою визитку". Лейн вытащила это из кармана, заставляя себя удерживать внимание на лице Винса. Огонь потрескивал от тепла, и хотя она чувствовала его тепло на своей коже, ей было холодно. Было очень холодно. "Он сказал, что хотел бы поговорить со мной, когда я не был так занят. Что у него, возможно, есть что продать. Люди часто так делают ", - добавила она, протягивая Винсу визитку. "Именно так я остаюсь в бизнесе".

"Правильно". Он сунул карточку в нагрудный карман. "Тебя что-нибудь в нем поразило?"

"Только то, что у него было красивое пальто и дурацкий зонтик - и что он не походил на человека, который бродит по маленьким городам. На него давил "Сити"."

"Ты тоже так делал несколько лет назад. На самом деле... - Он прищурился, протянул руку и провел большим пальцем по ее щеке. "К тебе все еще кое-что прилипло".

Она засмеялась, потому что это то, чего он хотел. "Я хотел бы быть более полезным, Винс. Это такая ужасная вещь, которая могла произойти ".

"Я могу сказать вам, у нас есть показания четырех разных свидетелей. У всех них есть парень, выбегающий прямо на улицу, мертвый перед этой машиной. Как будто он был напуган или что-то в этом роде. Он показался тебе напуганным, Лейн?"

"Я не уделял достаточно внимания. Дело в том, Винс, что я фактически отмахнулся от него, когда понял, что он пришел не за покупками. У меня были клиенты ". Она покачала головой, когда ее голос сорвался. "Сейчас это кажется таким бессердечным".

Рука, которую Винс успокаивающе положил на ее руку, заставила ее почувствовать себя отвратительно. "Ты не знал, что грядет. Ты был первым, кто добрался до него."

"Он был прямо снаружи". Ей пришлось сделать большой глоток кофе, чтобы смыть горе из горла. "Почти на пороге".

"Он говорил с тобой".

"Да". Она снова потянулась за своим кофе. "Ничего такого, что имело бы смысл. Он пару раз извинился. Я не думаю, что он знал, кто я и что произошло. Я думаю, он был в бреду. Парамедики приехали и... и он умер. Что ты будешь делать сейчас? Я имею в виду, он не местный. Номер телефона в Нью-Йорке. Мне интересно, я думаю, мне интересно, просто ли он проезжал мимо, куда он направлялся, откуда он был ".

"Мы изучим все это, чтобы мы могли уведомить его ближайших родственников". Вставая, Винс положил руку ей на плечо. "Я не собираюсь говорить тебе выбросить это из головы, Лейн. Ты не сможешь, по крайней мере, какое-то время. Я собираюсь сказать тебе, что ты сделал все, что мог. Не можешь сделать больше, чем все, что ты мог ".

"Спасибо. Я собираюсь закрываться на день. Я хочу вернуться домой ".

"Хорошая идея. Хочешь прокатиться?"

"Нет. Спасибо." Чувство вины в той же степени, что и привязанность, заставило ее подняться на цыпочки, чтобы поцеловать его в щеку. "Скажи Дженни, что я увижу ее завтра".

***

Его звали, по крайней мере, то имя, которое она знала, было Вилли Янг. Наверное, Уильям, подумала Лейн, подъезжая по изрытой гравием дорожке. Он не был ее настоящим дядей - насколько она знала, - но почетным. Тот, у кого в кармане всегда была красная лакрица для маленькой девочки.

Она не видела его почти двадцать лет, и тогда его волосы были каштановыми, а лицо немного округлее. В его походке всегда была пружинистость.

Неудивительно, что она не узнала его в согбенном и нервном маленьком мужчине, который зашел в ее магазин.

Как он нашел ее? Почему он это сделал?

Поскольку он, насколько ей было известно, был самым близким другом ее отца, она предположила, что он - как и ее отец - вор, мошенник, мелкий мошенник. Не те связи, которые респектабельная деловая женщина хотела бы признать.

И почему, черт возьми, это должно заставлять ее чувствовать себя маленькой и виноватой?

Она ударила по тормозам и сидела, размышляя под равномерный свист дворников у красивого дома на красивом холме.

Она любила это место. Ее. Главная. Двухэтажный каркасный дом был, строго говоря, слишком велик для одинокой женщины. Но ей нравилось иметь возможность разгуливать в нем. Она наслаждалась каждой минутой, которую провела, тщательно украшая каждую комнату по своему вкусу. И только она сама.

Зная, как она знала, ей никогда, никогда не придется собирать все свои вещи в любой момент под мелодию "Bye Bye Blackbird" и убегать.

Ей нравилось бегать по двору, сажать сады, подрезать кусты, косить траву, выдергивать сорняки. Обычные вещи. Простые, нормальные вещи для женщины, которая провела первую половину своей жизни, делая мало нормального.

Она имела на это право, не так ли? За то, что ты Лейн Тэвиш и все, что это значило? Бизнес, город, дом, друзья, жизнь.Она имела право на женщину, в которую сама себя превратила.

Это не помогло бы Вилли, если бы она рассказала Винсу правду. Ничего бы не изменилось для него, и все могло бы измениться для нее. Винс узнал, достаточно скоро, что человеком в окружном морге был не Джаспер Р. Питерсон, а Уильям Янг, и сколько бы ака это ни сопровождало.

Было бы уголовное досье. Она знала, что Вилли отыграл по крайней мере один срок бок о бок с ее отцом. "Братья по оружию", как называл их ее отец, и она все еще могла слышать его громкий, раскатистый смех.

Поскольку это привело ее в ярость, она выскочила из машины. Она вмиг добралась до дома, нащупала ключи.

Она успокоилась почти сразу, когда дверь за ее спиной закрылась и дом окружил ее. Просто тишина, ароматы лимонного масла, втираемого в дерево ее собственной рукой, едва уловимая сладость весенних цветов, принесенных с ее собственного двора, успокаивали ее истрепанные нервы.

Она положила ключи в блюдо для приготовления раку на столике у входа, достала из сумочки сотовый телефон и подключила его к зарядному устройству. Скинула туфли, куртку, которую повесила на стойку перил, и положила сумочку на нижнюю ступеньку.

Следуя заведенному порядку, она вернулась на кухню. Обычно она ставила чайник для чая и просматривала почту, которую забрала из ящика в конце переулка, пока нагревалась вода.

Но сегодня она налила большой бокал вина.

И выпила его, стоя у раковины, глядя через окно на свой задний двор.

У нее был двор - пару раз - в детстве. Она вспомнила одного в ... Небраске? Айова? Какое это имело значение, подумала она и сделала большой глоток вина. Ей нравился двор, потому что там было большое старое дерево прямо посередине, и он подвесил к нему старую шину на большой толстой веревке.

Он поднял ее так высоко, что она подумала, что летит.

Она не была уверена, как долго они пробыли здесь, и совсем не помнила дом. Большая часть ее детства была размытой чередой мест и лиц, автомобильных поездок, суматошных сборов. И он, ее отец, с его громким смехом и широкими руками, с его неотразимой ухмылкой и беспечными обещаниями.

Она провела первое десятилетие своей жизни, отчаянно влюбленная в этого мужчину, а остальное время делала все возможное, чтобы забыть о его существовании.

Если он и был в беде, опять же, это не было ее заботой.

Она больше не была маленькой Лейни Джека О'Хары. Она была Лейн Тэвиш, добропорядочным гражданином.

Она посмотрела на бутылку вина и, пожав плечами, налила второй бокал. Взрослая женщина могла поджариться на собственной кухне, клянусь Богом, особенно когда она видела, как призрак из прошлого умирает у ее ног.

Неся стакан, она подошла к двери в прихожую, чтобы ответить на обнадеживающее хныканье с другой стороны.

Он появился, как пушечный выстрел - волосатый, с висячими ушами, пушечный выстрел. Его лапы легли ей на живот, и длинная морда ткнулась ей в лицо, прежде чем язык высунулся, чтобы покрыть ее щеки влажной и отчаянной лаской.

"Ладно, ладно! Я тоже рад тебя видеть ". Каким бы плохим ни было ее настроение, "Добро пожаловать домой" от Генри, удивительной гончей, всегда поднимало его.

Она вытащила его из тюрьмы, по крайней мере, ей нравилось так думать. Когда она пошла в приют два года назад, она имела в виду щенка. Она всегда хотела милого, азартного маленького комочка, которого она бы тренировала с нуля.

Но потом она увидела его - большого, нескладного, потрясающе невзрачного со своим мехом цвета грязи. Нечто среднее, подумала она, между медведем и муравьедом. И она была потеряна в ту минуту, когда он посмотрел сквозь дверцы клетки в ее глаза.

Каждый заслуживает шанс, подумала она, и поэтому вытащила Генри из тюрьмы. Он никогда не давал ей повода сожалеть об этом. Его любовь была абсолютной, настолько, что он продолжал с обожанием смотреть на нее, даже когда она наполняла его миску сухим кормом.

"Пора перекусить, приятель".

По сигналу Генри опустил голову в свою миску и стал серьезным.

Она тоже должна есть. Что-нибудь, чтобы разбавить вино, но ей не хотелось. Достаточно вина, плавающего в ее крови, и она была бы не в состоянии думать, удивляться, беспокоиться.

Она оставила внутреннюю дверь открытой, но вошла в прихожую, чтобы проверить внешние замки. Мужчина мог протиснуться через собачью дверь, если он был полон решимости войти, но Генри включил бы сигнализацию.

Он выл каждый раз, когда машина выезжала на полосу, и хотя он наказывал нарушителя слюнотечением и восторгом - после того, как он заканчивал дрожать от ужаса, - она никогда не удивлялась визитеру. И никогда, за четыре года, проведенные в Энджелз Гэп, у нее не было никаких проблем дома или в магазине.

До сегодняшнего дня, напомнила она себе.

Она решила все-таки запереть дверь прихожей и выпустить Генри на вечернюю пробежку через парадное.

Она подумала о том, чтобы позвонить своей матери, но какой в этом был смысл? У ее матери теперь была хорошая, солидная жизнь с хорошим, солидным мужчиной. Она это заслужила. Какой смысл был в том, чтобы ворваться в эту приятную жизнь и сказать: "Эй, я сегодня столкнулся с дядей Вилли, а также с Jeep Cherokee".

Она взяла свое вино с собой наверх. Она готовила себе небольшой ужин, принимала горячую ванну, рано ложилась спать.

Она закрывала книгу о том, что произошло в тот день.

Оставил это для тебя, сказал он, она вспомнила. Наверное, бредил. Но если он и оставил ей что-нибудь, она этого не хотела.

У нее уже было все, что она хотела.

***

Макс Гэннон сунул дежурному двадцатку за то, что тот взглянул на тело. По опыту Макса, фотография Эндрю Джексона преодолевала бюрократическую волокиту быстрее, чем объяснения, бумажная волокита и другие уровни бюрократии.

Он узнал плохие новости о Вилли от клерка мотеля в гостинице "Красная крыша", где он выследил скользкого маленького ублюдка. Копы уже были там, но Макс потратил первую двадцатку за день на номер комнаты и ключ.

Копы еще не забрали его одежду и, судя по всему, не проводили особого обыска. Зачем им понадобилось попадать в дорожно-транспортное происшествие? Но как только они опознают Вилли, они вернутся и присмотрятся гораздо внимательнее.

Вилли не распаковал вещи, отметил Макс, осматривая комнату. Носки, нижнее белье и две рубашки все еще были аккуратно сложены в единственной сумке Louis Vuitton. Вилли был аккуратным, и ему нравились бренды с его именем.

Он повесил костюм в шкаф. Серый, как у банкира, однобортный, Hugo Boss. Пара черных мокасин Ferragamo, дополненных обувными елками, аккуратно лежала на полу.

Макс прошелся по карманам, тщательно ощупал подкладку. Он вынул деревянные деревца из ботинок, просунул свои длинные пальцы в носки.

В соседней ванной он искал набор туалетных принадлежностей Вилли от Диор. Он поднял крышку бачка на унитазе, присел, чтобы поискать за ней, под раковиной.

Он прошелся по ящикам, по чемодану и его содержимому, перевернул матрас на стандартной двуспальной кровати.

Ему потребовалось меньше часа, чтобы обыскать комнату и убедиться, что Вилли не оставил после себя ничего важного. Когда он уходил, помещение выглядело таким же опрятным и нетронутым, как и при его входе.

Он подумывал дать клерку еще двадцатку, не упоминая о визите в полицию, затем решил, что это может навести его на определенные мысли.

Он сел в свой Porsche, включил Спрингстина и направился в окружной морг, чтобы убедиться, что его самая сильная зацепка была на льду.

"Глупый. Черт возьми, Вилли, я думал, ты умнее этого ".

Макс выдохнул, глядя на изуродованное лицо Вилли. Какого черта ты сбежал? И что такого важного было в каком-то захолустном городке в Мэриленде?

Что, подумал Макс, или кто?

Поскольку Вилли был больше не в том положении, чтобы рассказать ему, Макс вернулся и поехал в Энджелз Гэп, чтобы найти многомиллионный след.

***

Если вы хотели сорвать виноград с виноградной лозы маленького городка, вы шли в место, где собирались местные жители. Днем это означало кофе и еду, ночью - алкоголь.

Как только он решил, что остановится в Энджелз Гэп по крайней мере на день или два, Макс зарегистрировался в исторической гостинице "Уэйфарерс Инн", за которую был выставлен счет, и принял душ в первые двенадцать часов дня. Было достаточно поздно, чтобы открыть дверь номер два.

Он съел очень приличный бургер с обслуживанием в номер за своим ноутбуком, просматривая домашнюю страницу, предоставленную торговой палатой Angel's Gap. В разделе ночной жизни ему предложили на выбор несколько баров, клубов и кафе. Он хотел паб по соседству, такое место, где жители города опрокидывали пиво в конце дня и говорили друг о друге.

Он отобрал три, которые могли бы подойти, добавил адреса для проезда, затем прикончил свой бургер, изучая распечатанную карту Энджелз Гэп.

Довольно милое местечко, размышлял он, укрытое в горах таким, каким оно было. Потрясающие виды, множество вариантов отдыха для любителей спорта или любителей походов. Достаточно медленный темп для тех, кто хотел стряхнуть городскую суету со своих докеров, но с шикарными маленькими культурными очагами - и разумная поездка из нескольких крупных районов метро, если кто-то склонен провести выходные в горах Мэриленда.

Торговая палата хвасталась возможностями для охоты, рыбалки, пеших походов и других видов отдыха на свежем воздухе - ни одно из которых не понравилось горожанину в Макс.

Если бы он хотел увидеть медведя и оленя в их естественной среде обитания, он бы включил канал Discovery.

Тем не менее, это место обладало очарованием с его крутыми улочками и старыми зданиями из темно-красного кирпича. Был красивый, широкий участок реки Потомак, разделяющий город пополам, и интересен перекинутыми через него арочными мостами. Множество церковных шпилей, некоторые с медными штрихами, стали нежно-зелеными с возрастом и погодой. И когда он сидел, он услышал долгий, отдающийся эхом свисток поезда, сигнализирующий о его прохождении.

Он не сомневался, что это было восхитительно осенью, когда деревья вспыхивали красками, и красиво, как на открытке, когда выпадал снег. Но это не объясняло, почему такой опытный работник, как Вилли Янг, попал под внедорожник на Маркет-стрит.

Чтобы найти этот кусочек головоломки, Макс выключил компьютер, схватил свою любимую куртку-бомбер и отправился по барам.

2.

Он обошел первый вариант, не потрудившись остановиться. "Лес свиней и харлеев" напротив назвал его байкерским баром, а не местом, где посетители обсуждают городские дела за кружкой пива.

Во втором ему потребовалось меньше двух минут, чтобы определить, что это студенческая берлога со странной альтернативной музыкой, звучащей по трубам, и парой серьезных типов, играющих в шахматы в углу, в то время как большинство других выполняли стандартные ритуалы спаривания.

Но он попал в нее на третьем.

"У Арти" было такое место, куда парень мог привести свою жену, но не свой гарнир. Это было место, куда вы ходили пообщаться, встретиться с друзьями или перекусить по дороге домой.

Макс бы записал, что девяносто процентов клиентов знают друг друга по именам, и большая часть из них были бы родственниками.

Он бочком подошел к бару, заказал разливное пиво "Бек" и огляделся по сторонам. Канал ESPN на барной стойке с приглушенным звуком, смесь для закусок в пластиковых корзинках из вежливости. Один очень большой черный парень, работающий с клюшкой, и две официантки, обслуживающие кабинки и фуршеты.

Первая официантка напомнила ему библиотекаря его средней школы, что заставило его подумать, что она видела все это и была не слишком довольна видом. Она была невысокой, толстой в бедрах и лет сорока с небольшим. В ее глазах было выражение, которое предупреждало его, что она не потерпит липа.

Второму было чуть за двадцать, и он был кокетливым типом. Она продемонстрировала прекрасно сложенное тело в облегающем черном свитере и джинсах с рисунком. Она проводила столько же времени, поправляя свои вьющиеся светлые волосы, сколько зачерпывала пустые бутылки.

Судя по тому, как она задерживалась на своих постах, болтая без умолку, Макс мог поспорить, что она была кладезем информации и из тех, кто любит делиться.

Он выждал время, а затем послал ей обаятельную улыбку, когда она остановилась у бара, чтобы сделать заказ. "Сегодня вечером занят".

Она одарила его обаятельной улыбкой в ответ. "О, не так уж плохо". Она переместила свой вес, повернула к нему туловище в жестовом приглашении поговорить. "Откуда ты?"

"Я много переезжаю. Дела."

"У тебя в голосе южный парень".

"Поймал меня. Саванна, но я давно не был дома." Он протянул руку. "Макс".

"Привет, Макс. Энджи. Какой бизнес привел вас в Gap?"

"Страховка".

Ее дядя продавал страховку, и он чертовски уверен, что не украшал барный стул так, как этот. Рост шесть футов два дюйма, по большей части нога, и хорошо сложенный рост сто девяносто, если она хоть как-то могла судить. И Энджи считала себя чертовски хорошей ценительницей своих конфет для глаз.

Было много прядей каштановых волос, которые влажность собрала в волны вокруг острого, узкого лица. Глаза были светло-карими и дружелюбными, но в них была какая-то резкость. Затем был этот намек на мечтательную протяжность и слегка искривленный зуб, который мешал его улыбке быть идеальной.

Ей нравился мужчина с чувством юмора и некоторыми недостатками.

"Страховка? Ты мог обмануть меня."

"Это просто азартная игра, не так ли?" Он отправил крендель в рот, снова сверкнув улыбкой. "Большинству людей нравится играть. Точно так же, как им нравится верить, что они будут жить вечно ". Он сделал глоток пива, заметил, что она посмотрела на его левую руку. Проверял обручальное кольцо, предположил он. "Они этого не делают. Я слышал, что сегодня утром какого-то бедолагу отделали сливками прямо на Мейн-стрит ".

"Рынок", - поправила она, и он напустил на себя озадаченный вид. "Это случилось этим утром на Маркет-стрит. Выбежал прямо перед "Чероки" бедной Мисси Лиджер. Она тоже в замешательстве из-за этого ".

"Это грубо. Не похоже, что это была ее вина ".

"Этого не было. Множество людей видели, как это произошло, и она ничего не могла бы сделать. Он просто выбежал прямо перед ней ".

"Это тяжело. Я думаю, она тоже его знала. Такой маленький городок, как этот."

"Нет, никто не сделал. Он был не отсюда. Я слышал, что он был в "Помнишь, когда" - я работаю там неполный рабочий день - прямо перед этим. Мы продаем антиквариат, предметы коллекционирования и прочее. Я думаю, может быть, он просматривал через. Ужасно. Просто ужасно ".

"Это точно так. Ты был там, когда это случилось?"

"Э-э-э. Я не работал этим утром ". Она сделала паузу, как будто проводя быстрый спор о том, рада она или сожалеет, что пропустила это. "Не знаю, почему кто-то выбегал на улицу таким образом. Шел довольно сильный дождь. Я думаю, он не видел машину."

"Не повезло".

"Я скажу".

"Энджи, ты ждешь, когда эти напитки подадут сами?"

Это было от библиотекаря, и Энджи закатила глаза. "Я их достану". Она подмигнула Максу, затем подняла свой поднос. "Еще увидимся?"

"Еще бы".

К тому времени, когда Макс вернулся в свой гостиничный номер, он уже хорошо следил за передвижениями Вилли. Он зарегистрировался в своем мотеле около десяти вечера накануне, заплатив наличными за трехдневный отдых. Он не получил бы возмещение. На следующее утро он позавтракал в одиночестве в кофейне, затем поехал на арендованной машине на Маркет-стрит и припарковался в двух кварталах к северу от "Помнишь, когда".

Поскольку на тот момент Макс не мог подвести его ни к одному из других магазинов или заведений в этом районе, наиболее логичной причиной парковки на таком расстоянии от предполагаемого места назначения, под дождем, была осторожность. Или паранойя.

Поскольку он был мертв, осторожность была более безопасной ставкой.

Так чего же хотел Вилли от антикварного магазина в Энджелз Гэп, из-за которого он записывал треки из Нью-Йорка - и делал все возможное, чтобы замести эти треки?

Точка сброса? Контакт?

Макс снова загрузил свой компьютер и открыл домашнюю страницу города. В пару кликов он перешел по ссылке на Запомнить когда. Антиквариат, ювелирные изделия, предметы коллекционирования. Покупали и продавали.

Он нацарапал название магазина в блокноте и добавил Забор?, дважды обведя вопрос кружком.

Он прочитал часы работы, номера телефонов и факсов, адрес электронной почты и тот факт, что они утверждали, что отправляются по всему миру.

Затем он прочитал имя владельца.

Лейн Тэвиш.

Этого не было в его списке, но он все равно проверил. Ни Лейна, подтвердил он, ни Тэвиша. Но там была Элейн О'Хара. Единственная дочь Большого Джека.

Поджав губы, Макс откинулся на спинку рабочего кресла. Ей было бы... сейчас двадцать восемь, двадцать девять. Разве не было бы интересно, если бы маленькая дочь Большого Джека О'Хары пошла по воровским стопам своего папочки, сменила имя и уютно устроилась в красивом горном городке?

Это было, подумал Макс, кусочком головоломки, просящимся сложиться.

***

Четыре года жизни в Энджелз Гэп означали, что Лейн точно знала, чего ожидать, когда утром открывала "Помни, когда".

Дженни приходила чуть позже, со свежими пончиками. На шестом месяце беременности Дженни редко проводила двадцать минут без того, чтобы не захотеть чего-нибудь, в чем кричали сахар и жир. В результате Лейн смотрела на свои собственные весы в ванной с закрытым глазом.

Дженни добавляла к пончикам термос с травяным чаем, к которому пристрастилась с момента зачатия, и требовала рассказать все подробности вчерашнего события. То, что она замужем за начальником полиции, не помешало бы ей захотеть добавить версию Лейна к уже накопленным данным.

Ровно в десять любопытные начинали забредать внутрь. Некоторые, думала Лейн, заполняя кассовый аппарат мелочью, притворялись, что просматривают, а другие не утруждали себя тем, чтобы скрыть охоту за сплетнями.

Ей пришлось бы пройти через все это снова. Придется снова солгать или, по крайней мере, уклониться, притворившись, что она никогда раньше не видела человека, который называл себя Джаспером Питерсоном.

Прошло много времени с тех пор, как ей приходилось надевать маску, просто чтобы пережить день. И ее угнетало то, как легко это далось.

Она была готова, когда Дженни прибежала с опозданием на пять минут.

У Дженни было лицо озорного ангела. Оно было круглым и мягким, розово-белым, и у него были умные карие глаза, которые чуть приподнимались во внешних уголках. Ее волосы представляли собой вьющуюся черную массу, часто, как это было сегодня, собранную в пучок любым способом на макушке. На ней был огромный красный свитер, который натягивался на ее беременный живот, мешковатые джинсы и древние кроссовки Doc Martens.

Она была всем, чем не была Лейн - неупорядоченной, импульсивной, недисциплинированной, эмоциональным вихрем. И именно такого друга, по которому Лейн тосковал все детство.

Лейн считала это одним из тех золотых подарков судьбы, которыми Дженни была в ее жизни.

"Я умираю с голоду.Ты умираешь с голоду?" Дженни бросила коробку с выпечкой на прилавок, сорвала крышку. "Я едва мог выносить запах этих вещей в двух минутах ходьбы от Krosen's. Кажется, я начал хныкать ". Она запихнула в рот большую часть джема с начинкой и говорила без умолку. "Я беспокоился о тебе. Я знаю, ты сказал, что с тобой все в порядке, когда я звонил прошлой ночью, просто немного болела голова, не хочу об этом говорить, бла-бла-бла, но мамочка беспокоилась, милая."

"Я в порядке. Это было ужасно, но я в порядке ".

Дженни протянула коробку. "Ешьте сахар".

"Боже. Ты знаешь, сколько времени мне придется тренироваться, чтобы снять это со своей задницы?"

Дженни только улыбнулась, когда Лейн уступила и взяла пирожное с кремом. "У тебя тоже такая красивая задница". Она потирала живот медленными круговыми движениями, наблюдая, как Лейн грызет. "Ты не выглядишь так, будто много спал".

"Нет. Не мог успокоиться ". Несмотря на все усилия не делать этого, она посмотрела в витрину. "Должно быть, я был последним, с кем он разговаривал, и я отмахнулся от него, потому что был занят".

"Ты можешь представить, как Мисси себя чувствует этим утром? И ее вины в этом не больше, чем твоей." Она пошла в заднюю комнату, двигаясь вразвалочку, как на шестом месяце беременности, и вернулась с двумя кружками. "Вы выпьете немного чая к своему сладкому напитку. Вам понадобится и то, и другое, чтобы подготовиться к нападению, когда мы откроемся. Все захотят прийти ".

"Я знаю".

"Винс собирается держать это в секрете, пока не выяснит больше, но это выйдет наружу, и я полагаю, у тебя есть право знать".

Вот оно, подумал Лейн. "Знаешь что?"

"Имя парня? Это было не то имя на карточке, которую он тебе дал."

"Мне жаль?"

"Это было не то имя, которое было у него на водительских правах или кредитных картах", - взволнованно продолжила Дженни. "Это был псевдоним. Его звали Уильям Янг. Получи это. Он был бывшим заключенным."

Она ненавидела слышать, как мужчину, которого она помнила, с такой нежностью называли бывшим заключенным, как будто это была сумма его. И ненавидела себя за то, что ничего не сделала, чтобы защитить его. "Ты шутишь? Тот маленький человечек?"

"Воровство, мошенничество, хранение краденого, и это всего лишь приговоры. Из того, что я вытянул из Винса, его подозревали в гораздо большем. Как профессиональный преступник, Лейн. И он был здесь, вероятно, осматривал заведение ".

"Ты смотришь слишком много старых фильмов, Дженни".

"Давай вперед ! Что, если бы ты был здесь один? Что, если бы у него был пистолет?"

Лейн отряхнула сахар с пальцев. "У него был пистолет?"

"Ну, нет, но он мог бы. Он мог ограбить тебя."

"Профессиональный преступник проделал весь путь до Энджелз Гэп, чтобы ограбить мой магазин? Чувак, этот веб-сайт действительно работает ".

Дженни изо всех сил старалась выглядеть раздраженной, а затем разразилась лающим смехом. "Ладно, так что он, вероятно, не планировал опрокидывать косяк".

"Я собираюсь сделать исключение, если вы продолжите называть мой магазин притоном".

"Но он должен был что-то замышлять. Он дал тебе свою визитку, верно?"

"Да, но-"

"Так, может быть, он надеялся продать тебе краденый товар. Кто бы стал искать в таком месте, как это, горячие товары? Как я сказал Винсу, он, вероятно, недавно работал, и, возможно, его обычный забор иссяк или что-то в этом роде, поэтому ему пришлось найти способ вернуть товар, и быстро ".

"И из всех антикварных магазинов во всем мире он заходит в мой?" Она отшутилась, но внутри у нее все сжалось, когда она подумала, действительно ли это было причиной, по которой Вилли постучал в ее дверь.

"Ну, ему пришлось зайти в один из них, почему не в ваш?"

"Ах ... потому что это не телевизионный фильм недели?"

"Вы должны признать, что это странно".

"Да, это странно, и это печально. И еще уже десять часов, Джен. Давайте откроем и посмотрим, что принесет этот день ".

Это привлекло, как и ожидалось, любителей посплетничать и зевак, но Дженни смогла обменяться теориями с несколькими покупателями, пока она обзванивала настоящие продажи. Это было трусливо, но Лейн решила взять желтое перо и сбежать в подсобку под предлогом бумажной работы, пока Дженни занималась магазином.

Она едва успела украсть двадцать минут одиночества, когда Дженни просунула голову в дверь. "Милая, ты должна это увидеть".

"Если это не собака, которая может жонглировать во время езды на одноколесном велосипеде, мне нужно обновить эту таблицу".

"Так лучше". Дженни мотнула головой в сторону магазина, отступая назад с открытой дверью.

Поскольку ее любопытство было задето, Лейн выскользнул вслед за ней. Она увидела его, держащим на свету зеленый стеклянный стакан с водой. Это казалось слишком нежным, слишком женственным для мужчины, одетого в потрепанную куртку-бомбер и поношенные походные ботинки. Но он не трогал его, когда ставил на стол и брал его вторую половинку для аналогичного изучения.

"Мммм". Дженни издала тот же звук, что и при созерцании пончиков с желе. "Это такой большой глоток воды, который женщина хочет выпить одним большим глотком".

"Беременные замужние женщины не должны набрасываться на незнакомых мужчин".

"Это не значит, что мы не можем оценить пейзаж".

"Смешение метафор". Она толкнула локтем свою подругу. "И уставился. Вытри слюни со своего подбородка и иди совершать продажу ".

"Ты забираешь его. Мне нужно в туалет. Беременная женщина, ты знаешь."

Прежде чем Лейн успел возразить, Дженни проскользнула сзади. Скорее удивленный, чем раздраженный, Лейн направился через комнату. "Привет".

Когда он повернулся, на ее лице была дружелюбная улыбка торговца, и его глаза встретились с ее.

Она почувствовала удар прямо в центр живота, с отдачей от него до коленных чашечек. Она почти чувствовала, как связная мысль покидает ее мозг, заменяясь чем-то вроде: О. Хорошо. Вау.

"Ответный привет". Он держал стакан в руке и просто смотрел на нее.

У него были глаза тигра, смутно подумала она. Большие, опасные кошачьи глаза. И полуулыбка на его лице, когда он смотрел на нее, вызвала то, что могло быть только похотью, скопившейся в глубине ее горла. "Эм... " Очарованная собственной реакцией, она издала смешок и покачала головой. "Извините, мысли блуждали. Ты собираешь деньги?"

"Не так далеко. Моя мама делает ".

"О". У него была мама. Разве это не было мило? "Придерживается ли она какого-то определенного шаблона?"

Теперь он ухмыльнулся, и Лейн весело позволила макушке своей головы взлететь. "Она этого не делает - ни в какой области вообще. Она любит... разнообразие неожиданного. Я тоже." Он поставил стакан на стол. "Нравится это место".

"Прошу прощения?"

"Маленькая шкатулка с сокровищами, спрятанная в горах".

"Спасибо тебе".

И она была такой же неожиданной, подумал он. Яркие - волосы, глаза, улыбка. Красиво, как клубничное парфе, и чертовски сексуально. Не в полной мере, тепло и непристойно брюнетка поразила его, но в тайном, я-тебя-удивлю-способе, который заставил его захотеть узнать больше.

"Джорджия?" спросила она, и его левая бровь слегка приподнялась.

"Помеченный".

"Я хорошо разбираюсь в акцентах. У твоей мамы скоро день рождения?"

"Она перестала их носить около десяти лет назад. Мы просто называем это Днем Марлен ".

"Умная женщина. Эти стаканы - образец чайной комнаты, и их довольно мало. Вы не часто увидите набор из шести штук, подобный этому, и в идеальном состоянии. Я могу предложить вам хорошую цену за полный комплект ".

Он снова взял одну, но продолжал смотреть на нее. "Я могу поторговаться?"

"Это необходимо". Она подошла ближе, чтобы поднять другой бокал и показать ему цену на дне. "Как вы можете видеть, они стоят по пятьдесят каждая, но если вы хотите набор, я отдам их вам за два семьдесят пять".

"Я надеюсь, ты не поймешь это неправильно, но ты действительно хорошо пахнешь". Это был какой-то дымный аромат, который вы не замечали, пока он не перехватил вам горло. "Действительно хорошо. Два с четвертью."

Она никогда не флиртовала, никогда не заигрывала с клиентами, но обнаружила, что поворачивается к нему, стоя чуть ближе, чем это было строго по-деловому, и улыбается в эти опасные глаза. "Спасибо, я рад, что вам это нравится. Двести шестьдесят, и это кража ".

"Оплатите доставку в Саванну, поужинайте со мной, и мы заключим сделку".

Прошло слишком много времени, совершенно слишком много времени с тех пор, как она чувствовала, как этот легкий трепет пробегает по крови. "Доставка-и напиток, с возможностью поужинать в более позднее время и в другом месте. Это хорошее предложение ".

"Да, это так. В семь часов? У них в "Путнике" был отличный бар ".

"Да, они это делают. Семь - это нормально. Как бы вы хотели заплатить за это?"

Он достал кредитную карточку, протянул ей.

"Макс Гэннон", - прочитала она. "Просто Макс? Не Максвелл, Максимиллиан, Максфилд". Она заметила, как он слегка вздрогнул, и рассмеялась. "Максфилд, как у Пэрриша".

"Просто Макс", - сказал он очень твердо.

"Хорошо, тогда просто Макс, но у меня есть пара очень хороших плакатов Пэрриша в рамках в соседней комнате".

"Я буду иметь это в виду".

Она отошла за прилавок, затем положила на него бланк отгрузки. "Почему бы вам не записать информацию о доставке. Мы обсудим это сегодня днем ".

"К тому же эффективный". Он прислонился к стойке, заполняя форму. "У тебя есть мое имя. Получу ли я твою?"

"Это Тэвиш. Лейн Тэвиш."

Он продолжал непринужденно улыбаться, когда поднял глаза. "Просто Лейн? Не Элейн?"

Она и бровью не повела. "Просто Лейн". Она объявила распродажу и вручила ему красивую подарочную карту с золотой фольгой. "Мы включим это и подарочную упаковку, если вы захотите написать сообщение своей матери".

Она оглянулась, когда прозвенел звонок, и вошли Близнецы.

"Laine." Карла прямиком направилась к стойке. "Как ты держишься?"

"Я в порядке. Просто отлично. Я сейчас буду с тобой ".

"Мы волновались, не так ли, Дарла?"

"Мы, безусловно, были".

"Нет необходимости". С чем-то похожим на панику, она пожелала Дженни вернуться. Интерлюдия с Максом вытеснила горе и беспокойство за Вилли из ее головы. Теперь это снова нахлынуло. "Я получу то, что у меня отложено для вас, как только закончу здесь".

"Не торопись". Карла уже наклонила голову, чтобы прочитать пункт назначения в форме доставки. "Наша Лейн гордится хорошим обслуживанием клиентов", - сказала она Максу.

"И, безусловно, доставляет удовольствие. Дамы, вы - настоящее лакомство для глаз с двумя мерными ложками ".

Они покраснели, в унисон.

"Ваша карточка, мистер Гэннон, и ваша квитанция".

"Спасибо вам, мисс Тэвиш".

"Я надеюсь, что твоей маме понравится ее подарок".

"Я уверен, что она согласится". Его глаза смеялись, глядя в ее, прежде чем он повернулся к Близнецам. "Дамы".

Три женщины смотрели, как он выходил. Наступила продолжительная пауза молчания, затем Карла испустила долгий-долгий вздох и просто сказала: "Боже, о боже".

Улыбка Макса исчезла, как только он оказался на улице. Ему не за что было чувствовать себя виноватым, сказал он себе. Выпить с привлекательной женщиной в конце дня было нормальным, приятным занятием и его неотъемлемым правом здорового одинокого мужчины.

Кроме того, он не верил в чувство вины. Ложь, увиливание, притворство и хитрость были частью работы. И факт был в том, что он не лгал ей - пока.

Он прошел полквартала вниз, где мог остановиться и оглянуться на место, где погиб Вилли.

Он солгал бы ей, только если бы оказалось, что она замешана в этом. И если бы это было так, она собиралась стать намного хуже, чем несколько льстивых обманов.

Что его беспокоило, так это незнание, отсутствие интуиции. У него было чутье на эти вещи, вот почему он был хорош в своей работе. Но Лейн Тэвиш ошеломила его, и единственное, что он почувствовал, было это медленное, сладкое скольжение влечения.

Но если отбросить в сторону большие голубые глаза и сексуальную улыбку, скорее всего, она была в этом по самую свою хорошенькую шейку. Он всегда шел на риск. Вилли нанес ей визит и оказался забрызганным на улице возле ее магазина. Как только он понял почему, он был на шаг ближе к блестящему концу тропы.

Если ему пришлось использовать ее, чтобы достичь этого, это были перерывы.

Он вернулся в свой гостиничный номер и, достав из кармана квитанцию, тщательно стер с нее отпечатки пальцев. У него были красивые отпечатки ее большого и указательного пальцев. Он делал цифровые снимки и отправлял их другу, который просматривал их, не задавая раздражающих вопросов.

Затем он сел, согнул пальцы и приступил к работе над информационной магистралью.

Он расправился с кофейником кофе, сэндвичем с курицей и действительно вкусным яблочным пирогом, пока работал. У него был домашний адрес Лейн и, между телефоном и компьютером, информация о том, что она купила свой дом и открыла свой бизнес на рынке четыре года назад. Ранее она указала адрес в Филадельфии. Еще немного исследований определили, что это многоквартирный дом.

Используя методы, не совсем этичные, он потратил больше времени, снимая слои Лэйн Тавиш, и начал получать картинку. Она окончила Пенсильванский государственный университет, а ее родители были указаны как Мэрилин и Роберт Тэвиш.

Забавно, не так ли? Макс задумался, барабаня пальцами по столу. Женой Джека О'Хары была или была Мэрилин. И не было ли это просто слишком случайным?

"По самую твою хорошенькую шейку", - пробормотал он и решил, что пришло время для более серьезного взлома.

Были способы, и были способы извлекать лакомые кусочки информации, которые вели к еще большему количеству лакомых кусочков. Согласно закону, ее лицензия на ведение бизнеса была четко выставлена в ее магазине. И этот номер лицензии дал ему трамплин.

Какая-то творческая хитрость подсунула ему заявку на получение лицензии и ее номер социального страхования.

Он настаивал на этом, используя цифры, интуицию и собственное ненасытное любопытство, чтобы отследить документы на ее дом через окружной суд, и теперь у него было имя ее кредитора, если он захочет нарушить несколько законов и взломать свой путь к ее заявке на получение кредита.

Это было бы весело, потому что Бог знал, что он любил технологии, но это послужило бы большей цели - выяснить, откуда она пришла, а не где она сейчас.

Он вернулся к родителям, начал поиски, для которых потребовался второй кофейник кофе из службы обслуживания номеров. Когда он, наконец, точно определил Роберта и Мэрилин Тэвиш в Таосе, Нью-Мексико, он покачал головой.

Лейн не показалась ему цветком Запада. Нет, она была с Востока, подумал он, и в основном городская. Но у Боба и Мэрилин, как он думал о них, была ссылка на что-то под названием Roundup, которое оказалось западной закусочной для барбекю, и у них была веб-страница. Все так делали, подумал Макс.

Там даже была фотография счастливых рестораторов рядом с огромным мультяшным ковбоем с лассо. Он увеличил и распечатал фотографию, прежде чем пролистать сайт. Прилагаемое меню показалось вам неплохим, и вы могли заказать у Роба потрясающий соус для барбекю через сайт.

Роб, - заметил Макс. Не Боб.

Они выглядели счастливыми, подумал он, изучая фотографию. Обычный рабочий класс, довольный, как панч, своим собственным бизнесом. Мэрилин Тэвиш не была похожа на бывшую жену - и предполагаемую сообщницу - профессионального вора и афериста, который не только страдал манией величия, но и каким-то образом добился этого.

Она больше походила на человека, который приготовит тебе сэндвич, прежде чем пойти развесить белье.

Он отметил, что Roundup была в бизнесе восемь лет, что означало, что они основали заведение, когда Лейн учился в колледже. Повинуясь интуиции, он зашел в местную газету Таоса, порылся в архивах и поискал статью о тавишах.

Он нашел шесть, что его удивило, и вернулся к первому, в котором газета освещала открытие ресторана. Он прочитал все это, уделяя пристальное внимание личным деталям. Например, Тэвиши были женаты на тот момент шесть лет и познакомились, согласно отчету, в Чикаго, где Мэрилин была официанткой, а Роб работал в дилерском центре Chrysler. Там было краткое упоминание о дочери, которая изучала бизнес в колледже на Востоке.

Роб всегда хотел иметь собственное заведение, бла-бла-бла, и, наконец, принял вызов своей жены, чтобы она использовала его кулинарные таланты, помимо того, что кормила их друзей и соседей на пикниках.

Другие истории последовали за интересом Роба к местной политике и связью Мэрилин с художественным советом Taos. Была еще одна особенность, когда Roundup отпраздновал свою пятую годовщину вечеринкой под открытым небом, включая катание на пони для детей.

В той истории была фотография сияющей пары, стоящей по бокам от смеющегося Лейна.

Господи, она была сногсшибательна. Ее голова была откинута назад от смеха, ее руки нежно обвились вокруг плеч ее матери и отчима. На ней была рубашка западного покроя с бахромой на карманах, которая - по причинам, которые он не мог понять, - сводила его с ума.

Он мог видеть сходство с ее матерью теперь, когда они были бок о бок. Вокруг глаз, рта.

Но она получила эти волосы, эти ярко-рыжие волосы, от Большого Джека. Теперь он был уверен в этом.

Время сработало, слишком хорошо. Мэрилин О'Хара подала на развод, когда Джек отбывал небольшой срок, любезно предоставленный штатом Индиана. Она забрала ребенка и переехала в Джексонвилл, Флорида. Власти не спускали с нее глаз в течение нескольких месяцев, но она была чиста и работала официанткой.

Она немного засуетилась. Техас, Филадельфия, Канзас. Затем она исчезла из поля зрения, с радаров, чуть меньше чем за два года до того, как они с Робом связали себя узами брака.

Может быть, она хотела начать все сначала для себя, для ребенка. Или, может быть, это было просто долгое надувательство. Макс поставил перед собой задачу выяснить.

3.

"Что я делаю? Это не то, чем я занимаюсь ".

Дженни заглянула через плечо Лейн на их двойное отражение в зеркале в ванной. "Ты собираешься выпить с потрясающе выглядящим мужчиной. Почему это не то, что вы делаете, лучше всего обсудить с терапевтом ".

"Я даже не знаю, кто он". Лейн отложила помаду, которую держала в руке, прежде чем нанести ее. "Я клеилась к нему, Джен. Ради бога, я приударила за ним в моем собственном магазине."

"Женщина не может приударить за сексуальным парнем в своем собственном магазине, где она может? Воспользуйся губной помадой". Она посмотрела вниз, туда, где Генри постукивал хвостом. "Видишь, Генри согласен со мной".

"Я должен просто позвонить в гостиницу, оставить для него сообщение, сказать ему, что кое-что произошло".

"Лейн, ты разбиваешь мне сердце". Она взяла в руки помаду. "Рисуй", - приказала она.

"Не могу поверить, что позволил тебе уговорить меня закрыться на полчаса раньше. Я не могу поверить, как легко тебе было уговорить меня на это. Возвращаться домой, чтобы переодеться - это выглядит очевидным, не так ли?"

"Что плохого в очевидности?"

"Я не знаю". Лейн воспользовалась губной помадой, изучила тюбик. "Я не могу ясно мыслить. Это был тот момент, тот момент ка-бум. Я просто хотела сорвать с него рубашку и укусить его за шею ".

"Что ж, приступай к этому, милая".

Со смехом Лейн обернулся. "Я не довожу дело до конца. Выпьем, ладно. Было бы невежливо не прийти, не так ли? Да, это было бы грубо. Но это все. После этого здравый смысл снова будет править днем, и я вернусь домой и закрою дверь за этой очень странной интерлюдией ".

Она протянула руки. "Как я выгляжу? Хорошо?"

"Лучше".

"Лучше, чем нормально, это хорошо. Я должен был уйти ".

"Продолжайте. Я оставлю Генри в прихожей. Ты не хочешь пахнуть псиной. Я закрою за тобой дверь ".

"Спасибо. Цени это. И моральную поддержку. Я чувствую себя идиотом ".

"Если ты решишь ... продлить вечер, просто позвони мне. Я могу вернуться и забрать Генри. У нас будет вечеринка с ночевкой ".

"Еще раз спасибо, но я не собираюсь продлевать вечер. Один глоток. Я думаю, максимум через час ". Она легонько поцеловала Дженни в щеку, затем, рискнув налить eau de Henry, наклонилась, чтобы поцеловать морду собаки. "Увидимся завтра", - крикнула она, бросаясь к лестнице.

Было глупо ехать всю дорогу домой только для того, чтобы вернуться в город, но она была рада, что вела себя глупо. Хотя даже Дженни не смогла уговорить ее надеть маленькое черное платье - поговорим об очевидном - она чувствовала себя более лощеной в своей рабочей одежде. Мягкий свитер лесного зеленого цвета был подходящего цвета и достаточно повседневным, чтобы не подать неверный сигнал.

Она понятия не имела, какой сигнал хотела послать. Пока.

Был небольшой приступ паники, когда она вошла в отель. Они на самом деле не подтвердили, что встречаются за выпивкой. Все это было так неожиданно и так не в ее характере. Что, если бы он не появился или, что еще хуже, случайно зашел в бар, пока она ждала, и выглядел удивленным - огорченным -раздраженным?

И если бы она так нервничала из-за чего-то такого простого, как выпивка в шикарном общественном баре, она бы определенно позволила своим инструментам для свиданий заржаветь.

Она вошла через двери из гравированного стекла и улыбнулась женщине, работающей за барной стойкой из черного дуба.

"Привет, Джеки".

"Привет, Лейн. Что я могу тебе принести?"

"Пока ничего". Она обвела взглядом тускло освещенную комнату, плюшевые красные диваны и кресла. Несколько бизнесменов, две пары, трио женщин начали девичник с модного напитка. Но без Макса Гэннона.

Она выбрала столик, за которым на самом деле не стояла лицом к двери, но могла наблюдать за ней. Она начала брать меню бара, просто чтобы чем-то занять руки, а потом решила, что это может заставить ее выглядеть скучающей. Или голоден. Боже.

Вместо этого она достала свой мобильный и воспользовалась им, чтобы проверить, нет ли сообщений на ее домашнем автоответчике. Конечно, их не было, поскольку она вышла за дверь всего двадцать минут назад. Но было два зависания с разницей в пару минут.

Она нахмурилась из-за этого, когда услышала, как он говорит.

"Плохие новости?"

"Нет". Взволнованная и довольная одновременно, она отключилась, затем бросила телефон в сумочку. "Ничего важного".

"Я опоздал?"

"Нет. Я раздражающе проворен." Ее удивило, что он сел рядом с ней на маленький диван, а не через стол в кресле. "Привычка".

"Я упоминал, что ты великолепно пахнешь?"

"Да, ты это сделал. Я никогда не спрашивал, что ты делал в Гэпе ".

"Кое-какие дела, которые мне удалось продлить еще на несколько дней. Из-за местных достопримечательностей."

"На самом деле". Она больше не нервничала и задавалась вопросом, почему она была. "У нас их было несколько. В горах есть несколько замечательных троп, если вам нравится ходить пешком."

"А ты?" Он провел пальцами по тыльной стороне ее ладони. "Люблю ходить пешком".

"Я не уделяю этому много времени. Магазин не дает мне скучать. А твой бизнес?"

"Заполняет день", - сказал он и поднял взгляд, когда официантка остановилась у их столика.

"Что я могу вам предложить?"

Она была новенькой, и не из тех, кого Лейн знал. "Бомбейский мартини, без косточек, с двумя оливками. Со льдом".

"Это звучит идеально. Пусть будет два. Ты вырос здесь?" он спросил Лейн.

"Нет, но я представляю, как было бы здорово вырасти здесь. Достаточно маленький городок, не будучи Мэйберри, достаточно близко к городу, не будучи переполненным. И мне нравятся горы ".

Она вспомнила эту часть ритуала первого свидания. Прошло не так много времени. "Ты все еще живешь в Саванне?"

"В первую очередь в Нью-Йорке, но я много путешествую".

"Для чего?"

"Бизнес, удовольствие. Страховка, но не волнуйтесь, я ее не продаю ".

Официантка принесла стаканы и шейкеры на подносе и разлила напитки по столам. Она поставила серебряную миску с засахаренными орехами, затем незаметно выскользнула.

Лейн подняла свой, улыбнулась через край. "Твоей матери".

"Ей бы это понравилось". Он постучал своим бокалом по ее бокалу. "Как ты пришел к тому, чтобы управлять антикварным магазином?"

"Я хотел иметь собственное место. Мне всегда нравились старые вещи, их преемственность. Я не против бумажной работы, но я не хотел работать в офисе весь день ". Теперь, чувствуя себя комфортно, она откинулась на спинку стула со своим напитком, переместив свое тело так, чтобы они могли продолжить кокетливый зрительный контакт наряду со светской беседой. "Мне нравится покупать и продавать и видеть, что люди покупают и продают. Итак, я собрал все это воедино и открыл "Вспомни, когда". Какого рода страховка?"

"В основном, корпоративный. Скучно. Семья в этом районе?"

Ладно, подумала она, не хочет говорить о своей работе, особенно. "Мои родители живут в Нью-Мексико. Они переехали туда несколько лет назад."

"Братья, сестры?"

"Единственный ребенок. Ты?"

"У меня есть по одному от каждого. Из них двое племянников и племянница."

"Это мило", - сказала она и имела в виду именно это. "Я всегда завидую семьям, всему этому шуму, травмам и дружескому общению. Соревнование."

"У нас этого предостаточно. Итак, если ты вырос не здесь, то где ты?"

"Мы много переезжали. Работа моего отца ".

"Я слышал это". Он попробовал орех, держась непринужденно. "Что он делает?"

"Он... он работал в отделе продаж". Как еще описать это в приличной компании. "Он мог продать что угодно кому угодно".

Он уловил это, намек на гордость в ее голосе, контраст теней в ее глазах. "Но больше нет?"

Она на мгновение замолчала, прикрываясь глотком своего напитка, пока не собралась с мыслями. Проще всего, напомнила она себе. "Мои родители открыли маленький ресторан в Таосе. Что-то вроде трудовой пенсии. С работой главная особенность. И они легкомысленны, как дети, по этому поводу ".

"Ты скучаешь по ним".

"Да, но я не хотел того, чего хотели они. И вот я здесь. Я люблю Разрыв. Это мое место. У тебя он был?"

"Может быть. Но я еще не нашел это ".

Подошла официантка. "Еще один раунд?"

Лейн покачала головой. "Я за рулем".

Он попросил счет, затем взял Лейн за руку. "Я заказал столик в столовой здесь, на случай, если ты передумаешь. Передумай, Лейн, и поужинай со мной ".

У него были такие чудесные глаза и этот теплый голос с бурбоном со льдом, который она любила слушать. В чем был вред?

"Хорошо. Я бы с удовольствием ".

***

Он сказал себе, что это бизнес и удовольствие, и нет ничего плохого в том, чтобы сочетать то и другое, пока вы помните о своих приоритетах. Он знал, как вести разговор, выпытывать информацию. И если он был заинтересован в ней на личном уровне, это не мешало работе.

Это не помешало бы работе.

Он больше не был уверен, что она была по шею. И его изменение мнения не имело ничего, абсолютно ничего общего с тем фактом, что его влекло к ней. Это просто играло не так, как должно было. Ее мать укрылась со вторым мужем в Нью-Мексико, Лейн укрылась в Мэриленде. И Большой Джек, никто не знал, где именно.

Он не мог видеть, как они триангулировали в этот момент. И он хорошо разбирался в людях, достаточно хорошо, чтобы понять, что она не топталась на месте со своим магазином. Ей это нравилось, и она установила подлинные связи с сообществом.

Но это не объясняло визит Вилли или его смерть. Это не объясняло, почему она не упомянула о знакомстве с ним в полиции. Не то чтобы невинные вечеринки всегда были откровенны с копами.

Перевесив на другую сторону весов, она тщательно отредактировала свое прошлое и умело смешала своего отца и отчима, чтобы случайный слушатель предположил, что это один и тот же человек.

Никаких упоминаний о разводе, когда они говорили о семье. И это сказало ему, что она знала, как скрыть то, что хотела скрыть.

Хотя он и сожалел об этом, он втянул призрак Вилли в разговор. "Я услышал об аварии прямо возле твоего дома". Он заметил, что костяшки ее пальцев на ложке на мгновение побелели, но это был единственный признак внутреннего расстройства, прежде чем она продолжила размешивать свой послеобеденный кофе.

"Да, это было ужасно. Он, должно быть, не заметил машину - из-за дождя ".

"Он был в твоем магазине?"

"Да, прямо перед этим. Просто просматривал. Я почти не разговаривал с ним, поскольку у меня было несколько других клиентов, а у Дженни, моего постоянного клерка, был выходной. В этом не было ничьей вины. Просто ужасный несчастный случай ".

"Он не был местным?"

Она посмотрела прямо ему в глаза. "Он никогда раньше не был в моем магазине. Я полагаю, он мог зайти просто, чтобы укрыться от дождя на несколько минут. Это был отвратительный день ".

"Расскажи мне об этом. Я ехал в нем. Кажется, я добрался до города всего через пару часов после того, как это случилось. Слышал разные версии этого в каждом месте, где я останавливался до конца дня. В одном из них, я думаю, это было на заправке, он был международным похитителем драгоценностей, скрывавшимся ".

Ее глаза смягчились от того, что он мог расценить только как привязанность. "Международный похититель драгоценностей", - пробормотала она. "Нет, он определенно не был таким. Люди говорят странные вещи, не так ли?"

"Я думаю, они знают". Впервые с тех пор, как он получил эту работу, он поверил, что Лейн Тэвиш, она же Элейн О'Хара, абсолютно понятия не имела, что ее отец, Уильям Янг и пока неопознанная третья сторона провернули шесть недель назад.

Он проводил ее до машины и попытался подумать, как он мог и, возможно, должен был использовать ее в качестве рычага. Что он мог сказать ей, и чего не сказал бы, если и когда придет время.

Это было не то, о чем он хотел думать, когда холод раннего весеннего вечера развевал ее волосы, распространяя вокруг себя ее аромат.

"Пока прохладно", - прокомментировал он.

"Оно может оставаться прохладным по ночам вплоть до июня или включиться на полную мощность и испечь вас до конца мая". Он уходил до того, как ночи становились теплыми. Было бы разумно помнить об этом. Это было бы разумно.

Она так чертовски устала быть разумной.

"Я хорошо провел время. Спасибо." Она повернулась, скользнула руками вверх по его груди, обвила их вокруг его шеи и притянула его рот к своему.

Это то, чего она хотела, и к черту разумность. Она хотела этого удара, этого порыва, этой немедленной вспышки в крови, которая возникает после одного опасного действия. Она жила в безопасности. Вторая половина ее жизни была ничем иным, как безопасностью.

Это было лучше. Это горячее и шокирующее соприкосновение губ, языка, зубов было более чем безопасным. Это вдохнуло в нее жизнь и заставило ее вспомнить, что значит просто принимать.

Как она могла забыть, какой это был кайф - прыгнуть и посмотреть позже?

Он знал, что она удивит его. В ту минуту, когда он посмотрел на нее, он понял. Но он не ожидал, что она поразит его. Это был не возбуждающий поцелуй или нежный флирт, а настоящий сексуальный взрыв, который потряс его и разбудил либидо до предела.

В одну минуту ее компактное и соблазнительное тело прижималось к нему, как будто они были парой выживших после кораблекрушения, затем из ее горла вырвалось тихое мурлыканье кошки в сливках, и она медленно отодвинулась - упругое и бесконечное движение, которое он был слишком ошеломлен, чтобы остановить.

Она сжала губы. Сексуальные, влажные губы. И улыбнулся.

"Спокойной ночи, Макс".

"Подожди, подожди, подожди". Он хлопнул рукой по дверце ее машины, прежде чем она смогла открыть ее. Затем просто оставил это там, так как он не был уверен в своем равновесии.

Она все еще улыбалась - мягкие губы, сонные глаза. Теперь у нее была власть, вся, и они оба знали это. Как, черт возьми, это произошло?

"Ты собираешься отправить меня туда". Он кивнул в сторону отеля, в общем направлении своего номера. "Один? Это просто подло ".

"Я знаю". Ее голова немного склонилась набок, когда она изучала его. "Я не хочу, но я должен. Это просто должно удержать нас обоих ".

"Давай позавтракаем. Нет, полуночный перекус. К черту все, пойдем выпьем бренди прямо сейчас ".

Она засмеялась. "Ты не хочешь бренди".

"Нет. Это был тонко замаскированный эвфемизм для обозначения дикого и сумасшедшего секса. Заходи внутрь, Лейн." Он провел рукой по ее волосам. "Там, где тепло".

"Я действительно, действительно не могу, и это чертовски обидно". Она открыла дверцу машины, бросив через плечо намеренно провокационный взгляд, когда скользила внутрь. "Генри ждет меня".

Его голова откинулась назад, как будто она, черт возьми, ударила его. "Вау".

Подавив приступ смеха, она хлопнула дверью, подождала немного, затем опустила окно. "Генри - моя собака. Спасибо за ужин, Макс. Спокойной ночи."

Она смеялась, уезжая, и не могла вспомнить, когда в последний раз чувствовала себя такой живой. Они снова увидятся, она была абсолютно уверена в этом. Тогда они увидели бы... Ну, то, что они увидели бы.

Она включила радио на полную громкость и пела вместе с Шерил Кроу, пока вела машину, просто немного слишком быстро. Безрассудство было приятным, сексуальный порыв. Похотливые мурашки пробежали по ее коже, когда она вырулила на свою полосу и припарковалась в уединенной темноте возле своего дома. Был приятный порывистый ветерок, гулявший по едва распустившимся деревьям, и красивый полумесяц, добавлявший света к старому фонарю из янтарного стекла, который она оставила гореть на крыльце.

На мгновение она села в машину, под музыку и лунный свет, и воспроизвела каждое движение, прикосновение и вкус того опустошающего мозг поцелуя.

О да, она определенно собиралась еще раз попробовать Макса Гэннона, пересаженного мальчика из Джорджии с глазами тигра.

Она все еще пела, когда шла по своей дорожке. Она отперла входную дверь, бросила ключи в их корзину, вставила свой мобильный телефон в зарядное устройство, а затем почти вприпрыжку бросилась в гостиную.

Пьянящий сексуальный кайф перерос в шок. Ее диван был перевернут, подушки разорваны в клочья. Шкаф из вишневого дерева, который она использовала в качестве развлекательного центра, стоял широко открытый и пустой. Три африканские фиалки, которые она выкорчевала из листьев и вырастила в пышные растения, были выброшены из горшков, а почва разбросана. Столы были перевернуты, ящики опустошены, а гравюры в рамках, которые она развесила по стенам, были сброшены на пол.

На мгновение она замерла, застыв в инерции отрицания. Это невозможно. Не ее дом, не ее вещи, не ее мир. Она преодолела это одной мыслью.

"Генри!"

В ужасе она бросилась на кухню, не обращая внимания на разбросанные по коридору обломки своих вещей, беспорядок из стеклянной посуды и скоб, покрывавший кухонный пол.

Слезы облегчения защипали ей глаза, когда она услышала неистовый ответный лай и бросилась к двери прихожей. В тот момент, когда она распахнула дверь, ее накрыла дрожащая, испуганная собака. Она упала вместе с ним, ее туфли заскользили по рассыпанному сахару, чтобы прижать его к себе, когда он изо всех сил пытался заползти к ней на колени.

С ними все было в порядке, сказала она себе, перекрывая бешеный стук своего сердца. Это то, что имело значение больше всего. Они были в порядке.

"Они не причинили тебе вреда. Они не причинили тебе вреда", - напевала она ему, в то время как слезы текли по ее щекам, пока она проводила руками по его шерсти, чтобы проверить, нет ли травм. "Слава Богу, они не причинили тебе вреда".

Он захныкал, затем обмыл ее лицо, пока они пытались успокоить друг друга.

"Мы должны позвонить в полицию". Дрожа от холода, она прижалась лицом к его шерсти. "Мы собираемся позвонить в полицию, тогда посмотрим, насколько все плохо".

***

Это было плохо. За те несколько часов, что ее не было, кто-то проник в ее дом, украл ее имущество и оставил после себя безумный беспорядок. Маленькие сокровища разбиты, ценности пропали, ее личные вещи трогали и исследовали, а затем забирали или выбрасывали. Это ранило ее сердце, разрушило ее чувство безопасности.

Тогда это просто вывело ее из себя.

Она прошла свой путь до злости, прежде чем появился Винс. Она предпочитала гнев. В ярости, которая нарастала внутри нее, было что-то мощное, что-то более полезное, чем ее первоначальный шок и страх.

"Ты в порядке?" Это был первый вопрос Винса, когда он взял ее за руки, быстро, ободряюще погладил их.

"Мне не больно, если ты это имеешь в виду. Они ушли до того, как я вернулся домой. Генри был в прихожей. Он не мог выбраться, поэтому они оставили его в покое. Дженни. Я оставил Дженни здесь, Винс. Если бы она все еще была здесь, когда ...

"Она не была. С ней все в порядке. Давай разберемся с тем, что есть ".

"Ты прав. Ладно, ты прав." Она глубоко вздохнула. "Я вернулся домой около половины одиннадцатого. Отпер входную дверь, вошел, увидел гостиную." Она жестикулировала.

"Дверь была заперта?"

"Да".

"Здесь разбито окно". Он кивнул на окно, выходящее на переднюю сторону. "Похоже, именно так они и проникли. Я вижу, у тебя есть стереосистема и комплектующие ".

"Телевизор в медиа-комнате наверху, маленький портативный, которым я пользовался на кухне. Ювелирные изделия. Я только что сделал обзор, но похоже, что они забрали электронику и небольшие ценности. У меня есть пара хороших бронзовых украшений в стиле деко, несколько других красивых предметов, но они оставили эти. Часть драгоценностей, которые они забрали, настоящие, часть - барахло ". Она пожала плечами.

"Наличными?"

"Пара сотен, которые я хранил в ящике своего стола. О, и компьютер, которым я пользовался здесь, дома."

"Тоже устроил из этого чертову неразбериху. Кто знал, что тебя не будет сегодня вечером?"

"Дженни, мужчина, с которым я познакомилась за выпивкой - мы в итоге тоже поужинали. Он был в "Путнике". Макс Гэннон."

"Дженни сказала, что ты только что встретила его в магазине".

Жар пробежал покалыванием по ее шее. "Это были просто выпивка и еда, Винс".

"Просто говорю. Мы собираемся пройти через все. Куча копов, слоняющихся здесь, возможно, ты захочешь пойти к нам, остаться на ночь ".

"Нет, но спасибо. Я буду держаться ".

"Да. Дженни сказала, что ты так и сделаешь." Он похлопал ее по плечу своей большой рукой и направился к двери, услышав, как подъехала машина с радио. "Мы будем делать то, что мы делаем. Возможно, вы захотите начать составлять список того, чего не хватает."

Она провела время в гостиной наверху с Генри, крепко свернувшимся у ее ног. Она записала то, что, как она уже видела, пропало, отвечала на вопросы, когда Винс или один из других копов заходили. Она хотела кофе, но, поскольку все, что она запасла, было на полу в кухне, она остановилась на чае. И выпил целую кружку.

Она знала, что ее чувства насилия, страха, гнева были классическими реакциями, так же как и блеск недоверия, который продолжал покрывать их. Дело было не в том, что в Гэпе не существовало преступности. Но такого рода взлом, злонамеренное уничтожение, конечно, не было типичным.

И Лейну это показалось очень, очень личным.

Это было после часа ночи, прежде чем она снова осталась одна. Винс предложил оставить офицера снаружи, но она отказалась. Хотя она с благодарностью приняла его предложение заколотить разбитое окно.

Она проверила, затем перепроверила замки, а Генри следовал за ней по пятам, пока она ходила по дому. Гнев возвращался, стирая усталость, которая начала наваливаться на нее, пока работала полиция. Она использовала это и полученную в результате энергию, чтобы навести порядок на своей кухне.

Она наполнила мусорное ведро битыми осколками посуды и стеклянных изделий и старалась не оплакивать утраченные кусочки красочной праздничной посуды, которую она так тщательно собирала. Она вымела сахар, кофе, муку, соль, рассыпчатый чай, затем вытерла плитки цвета печенья.

Энергия покидала ее организм к тому времени, как она поплелась наверх. Один взгляд на ее кровать - матрас содран и стащен на пол, вывернутые ящики ее прекрасного бюро из красного дерева, зияющие дыры в старом аптекарском сундуке, который она использовала как шкатулку для драгоценностей, - и горе вернулось.

Но ее бы не выгнали из ее собственной комнаты, из ее собственного дома. Стиснув зубы, она вернула матрас на место. Потом достал свежие простыни, застелил кровать. Она повесила одежду, которую достала из своего шкафа, еще раз сложила и аккуратно разложила по ящикам.

Было уже больше трех, когда она забралась в постель и, нарушив свое собственное правило, похлопала по матрасу и позвала Генри спать рядом с ней.

Она потянулась к лампе, но поколебалась, затем убрала руку. Если это была трусость и глупое стремление к безопасности - спать при включенном свете, она могла бы с этим смириться.

Она была застрахована, напомнила она себе. Не было взято или сломано ничего, что нельзя было бы заменить. Они были просто вещами - и она зарабатывала на жизнь, не так ли, покупая и продавая вещи?

Она зарылась под одеяла, а собака проникновенно смотрела ей в глаза. "Просто вещи, Генри. Вещи не так уж и важны ".

Она закрыла глаза, испустила долгий вздох. Она просто засыпала, когда лицо Вилли всплыло в ее сознании.

Он знает, где ты сейчас.

Она села прямо в кровати, ее дыхание вырывалось короткими вздохами. Что это значило? Кого это значило?

Вилли появляется однажды, как гром среди ясного неба, спустя почти двадцать лет, и оказывается мертвым на пороге ее магазина. Затем ее дом ограблен и разгромлен.

Это должно было быть подключено. Как этого могло не быть? она спросила себя. Но кто что искал? У нее ничего не было.

4.

Полуодетый, с волосами, с которых все еще капала вода после утреннего душа, Макс ответил на стук в дверь своего гостиничного номера с одной-единственной мыслью в голове: кофе.

Разочарование было одним. Мужчина научился жить с разочарованиями. Разве он не спал один? Найти полицейского у его двери было другим. Это означало оживление мозга без данного Богом и неотъемлемого права на кофеин.

Он оценил местную знаменитость - большую, подтянутую, подозрительную - и примерил дружелюбную, хотя и озадаченную улыбку. "Доброе утро. Это не похоже на униформу для обслуживания номеров, так что, я полагаю, ты здесь не для того, чтобы разносить мне кофе и яйца ".

"Я шеф бургерной, мистер Гэннон. Могу я уделить вам минутку вашего времени?"

"Конечно". Он отступил назад, окинул взглядом комнату. Кровать была не заправлена, и пар из душа все еще проникал в комнату через открытую дверь ванной.

Стол выглядел как стол занятого бизнесмена в гостиничном номере - ноутбук, папки с файлами и диски, его КПК, его мобильный телефон - и это было прекрасно. Он принял меры предосторожности, как делал всегда, закрыв все файлы и спрятав все сомнительные документы.

"А... " Макс неопределенным жестом указал на стул. "Присаживайся", - пригласил он и подошел к шкафу, чтобы достать рубашку. "Есть какая-то проблема?"

Винс не сел; он не улыбнулся. "Ты знаком с Лейн Тэвиш".

"Да". Прозвучало множество маленьких предупреждающих звоночков, сопровождавшихся вопросами, но Макс просто натянул футболку. "Помни, когда. Вчера я купил подарок для своей матери у нее дома." В его голосе появилась тень беспокойства. "Что-то не так с моей кредитной картой?"

"Насколько я знаю, нет. Прошлой ночью в дом мисс Тэвиш вломились."

"С ней все в порядке? Ей было больно?" Ему не нужно было изображать беспокойство сейчас, когда эти тревожные звоночки пронзили его. Руки, которые деловито застегивали его рубашку, опустились по бокам. "Где она?"

"Ее не было в помещении во время взлома. Ее заявление указывает на то, что она была с тобой ".

"Мы ужинали. Черт возьми ". Поскольку кофе больше не был главным в его списке, Макс выругался, услышав стук. "Подожди минутку". Он открыл дверь милой маленькой блондинке, которая стояла у тележки с обслуживанием номеров.

"Доброе утро, мистер Гэннон. Готов к завтраку?"

"Да, спасибо. Просто... положи это куда угодно ".

Она заметила Винса, когда катилась в тележке. "О, привет, шеф".

"Шерри. Как у тебя дела?"

"О... ты знаешь". Она повернула тележку и постаралась не выглядеть чрезмерно любопытной, бросая взгляды на обоих мужчин. "Я могу спуститься, взять еще чашечку, если вы хотите кофе, шеф".

"Не беспокойся об этом, Шерри. Я выпил две, прежде чем ушел из дома ".

"Просто позвоните, если передумаете". Она сняла разогревающуюся крышку с тарелки, открыв омлет и кусочек бекона. "Эм... " Она протянула кожаную папку Максу, подождала, пока он подпишет счет. "Надеюсь, вам понравится ваш завтрак, мистер Гэннон".

Она вышла, бросив последний взгляд через плечо, прежде чем закрыть дверь.

"Продолжайте", - пригласил Винс. "Нет смысла оставлять яйца остывать. Здесь готовят отличный омлет ".

"Что это был за взлом? Кража со взломом?"

"Выглядел таким образом. Почему мисс Тэвиш была с тобой прошлой ночью?"

Макс сел, решил налить кофе. "Общение. Я попросил ее выпить со мной. Она согласилась. Я надеялся, что смогу продлить это до ужина, и поскольку она согласилась на это после того, как мы выпили - здесь, в гостиной, - мы перешли в столовую ".

"Ты всегда назначаешь свидания женщинам, когда покупаешь подарки своей матери?"

"Если бы это сработало так же хорошо, я бы купил своей маме намного больше подарков". Макс поднял свою чашку, отпил и встретился взглядом с Винсом поверх края. "Лейн очень привлекательная, очень интересная женщина. Я хотел увидеть ее в обществе. Я спросил. Мне жаль, что у нее проблемы ".

"Кто-то входил в ее квартиру и выходил из нее, пока она была здесь, в городе, общалась с тобой".

"Да, я понимаю это". Макс решил, что ему тоже стоит поесть, и наколол на вилку немного омлета. "Итак, тебе интересно, не хожу ли я по магазинам, приударяя за хорошенькими женщинами, а затем подставляя их для кражи со взломом, пока очаровываю их за ужином. Это большая натяжка, шеф, поскольку я никогда не видел Лейн до вчерашнего дня, не знаю - пока - ее места жительства или того, есть ли у нее там что-нибудь стоящее, чтобы украсть. Было бы умнее, не так ли, пойти в магазин? У нее там было много хорошего товара ".

Винс просто смотрел, как Макс ест, ничего не говоря. "Пара хороших толстых стаканов вон там", - сказал Макс через мгновение, - "если ты все-таки хочешь немного этого кофе".

"Я пас. Какие у вас дела в Энджелз Гэп, мистер Гэннон?"

"Я работаю в Reliance Insurance, и я здесь провожу кое-какую работу на местах".

"Какого рода полевая работа?"

"Шеф Бургер, вы можете связаться с Аароном Слейкером, генеральным директором Reliance, и подтвердить мою связь с компанией. Он живет в Нью-Йорке. Но я не имею права обсуждать детали моей работы без разрешения моего клиента ".

"Для меня это не похоже на работу со страховкой".

"Есть все виды страховки". Макс открыл маленькую баночку клубничного джема и намазал немного на треугольный тост.

"У вас есть удостоверение личности?"

"Конечно". Макс встал, подошел к комоду и достал свои водительские права из бумажника. Он передал это Винсу, затем снова сел на свое место.

"Ты говоришь не как Нью-Йорк Сити".

"Просто не могу выбить из парня дух Джорджии". Он был достаточно раздражен, чтобы преувеличивать свою протяжность и превращать это в вызов. "Я не ворую, шеф. Я просто хотел поужинать с красивой женщиной. Ты пойдешь дальше и позвонишь Слейкеру ".

Винс бросил права рядом с номером Макса. "Я сделаю это". Он направился к двери, повернулся, держа руку на ручке. "Как долго вы планируете пробыть в городе, мистер Гэннон?"

"Пока работа не будет выполнена". Он зачерпнул еще яйца. "Шеф? Ты был прав. Здесь готовят действительно вкусный омлет ".

Даже когда дверь за Винсом закрылась, Макс сидел и ел. И обдумывал. Коп есть коп, Бергер бы его прогнал, и этот прогон отнял бы у него четыре года службы в полиции. И его лицензия следователя. Маленькие городки есть маленькие городки, этот маленький лакомый кусочек очень скоро дойдет до Лейна.

Он решал, как это сыграть, когда это должно было быть сыграно. Тем временем возник вопрос о взломе. Время было слишком удачным, чтобы быть случайностью. И это сказало ему, что он был не единственным, кто думал, что очень привлекательной мисс Тэвиш есть что скрывать.

Все зависело от того, кто найдет это первым.

***

"Ни о чем не беспокойтесь", - заверила Дженни Лейн. "Мы с Энджи можем здесь со всем разобраться. Вы уверены, что не хотите просто закрыть магазин на день? Винс сказал, что твое заведение в руинах. Я мог бы приехать и помочь тебе ".

Лейн поднесла телефон к другому уху, осматривая свой домашний офис и думая о очень беременной Дженни, которая расставляла стулья и столы по местам. "Нет, но спасибо. Я бы чувствовал себя лучше, зная, что у вас с Энджи есть магазин. Сегодня утром прибывает партия товара, довольно крупная с аукциона в Балтиморе ".

И, черт возьми, она хотела быть там, получить в свои руки все эти прекрасные вещи. Восхищался ими, каталогизировал их, приводил в порядок. Большую часть удовольствия она получала от установки нового товара на своем месте, а остальное - от того, что смотрела, как он снова выходит за дверь.

"Мне нужно, чтобы ты зарегистрировала новые акции, Джен. Я уже установил цены, они есть в файле. Есть кувшин Clarice Cliff lotus с рисунком тюльпана. Вы хотите позвонить миссис Гант и сообщить ей, что оно у нас. Цена, о которой мы договорились, семьсот, но она захочет поторговаться. Шесть семьдесят пять - это твердо. Хорошо?"

"Попался".

"О, и-"

"Лейн, расслабься. Это не первый мой день на работе. Я здесь обо всем позабочусь, и если случится что-то, с чем я не смогу справиться, я тебе позвоню ".

"Я знаю". Лейн рассеянно наклонилась, чтобы погладить собаку, которая была почти приклеена к ее боку. "Слишком много у меня на уме".

"Неудивительно. Мне ненавистна мысль о том, что ты справляешься с этим беспорядком в одиночку. Ты уверен, что не хочешь, чтобы я пришел? Я мог бы заскочить к тебе во время ланча. Энджи может управиться с магазином в течение часа. Я принесу тебе что-нибудь поесть. Что-то, наполненное жиром и потраченными впустую калориями ".

Энджи могла справиться с магазином, подумал Лейн. Она была хорошей и становится лучше. Но Лейн знала себя. Она добилась бы большего, если бы работала одна, без разговоров и отвлечений.

"Все в порядке. Со мной все будет в порядке, как только я начну. Я, вероятно, буду сегодня днем ".

"Вместо этого вздремни".

"Может быть. Я поговорю с тобой позже ". Повесив трубку, Лейн сунула маленький портативный телефон в задний карман своих мешковатых джинсов. Она знала себя достаточно хорошо, чтобы быть уверенной, что найдет полдюжины причин позвонить в магазин в течение дня. С таким же успехом можно было бы держать телефон под рукой.

Но сейчас ей нужно было сосредоточиться на насущном вопросе.

"Спрячь дворняжку", - пробормотала она. Поскольку единственным щенком, который у нее был, был Генри, ей пришлось предположить, что Вилли был в бреду. Что бы он ни пришел сказать ей, попросить у нее, дать ей, не было сделано. Он думал, что кто-то преследует его, и если только он не изменил своих привычек, что было крайне маловероятно, он, вероятно, был прав.

Полицейский, ищейка, соучастник преступления, которому не понравилась роль? Любой или все из вышеперечисленных вариантов были возможны. Но состояние ее дома подсказывало ей, что последний вариант наиболее вероятен.

Теперь, кто бы ни искал его, он смотрел на нее.

Она могла сказать Винсу ... что? Абсолютно ничего. Все, что она здесь построила, было заложено в фундамент того, что она была Лейн Тэвиш, милой, обычной женщиной с милой, обычной жизнью, с милыми, обычными родителями, которая держала место для барбекю в Нью-Мексико.

Элейн О'Хара, дочь Большого Джека с очаровательными и коварными манерами - и желтой простыней длиной в ярд - не вписывалась в симпатичный пасторальный пейзаж Энджелз Гэп. Никто не собирался заходить в заведение Элейн О'Хара, чтобы купить чайник или сервировочный столик.

Дочери Джека О'Хары нельзя было доверять.

Черт возьми, она сама не доверяла дочери Джека О'Хары. Дочь Большого Джека была из тех, кто выпивал в баре с незнакомым мужчиной и в конце концов шлепнул этого мужчину по его великолепной заднице страстным, проникновенным поцелуем. Дочь Джека сильно рисковала, что имело большие, плохие последствия.

Лейн Тэвиш жила нормально, все продумывала и не поднимала волн.

Она выпустила О'Хару на один короткий вечер, и посмотрите, к чему это привело ее. Захватывающая, сексуальная интерлюдия, конечно, и адский беспорядок в конце.

"Это просто показывает", - пробормотала она Генри, который продемонстрировал свое согласие, постукивая хвостом.

Пришло время вернуть все в порядок. Она не отказывалась от того, кем она была, чего достигла, чего планировала достичь, потому что какой-то второсортный вор считал, что у нее есть часть его последнего заработка.

Должно быть, второсортно, подумала она, собирая рассыпавшуюся набивку с некогда красивых шелковых подушек, которые она выбрала для кушетки Георга II. Дядя Вилли никогда не выступал в высшей лиге. И ни у того, ни у другого, несмотря на все его разговоры, все его мечты, не было Большого Джека.

Итак, они разгромили ее квартиру, пришли пустыми и забрали легко огороженные предметы взамен.

Это, подумал Лейн, было бы так.

Конечно, они, вероятно, оставили отпечатки по всему этому чертову месту. Она закатила глаза, села на пол и начала складывать разбросанные бумаги. Тусклые лампочки были специальностью, когда дядя Вилли был вовлечен в работу. Скорее всего, у того, кто вломился, обыскал, украл, были записи. Винс отследил бы это, идентифицировал их, и была вполне вероятная вероятность, что их поймают.

Также в этой сфере они были бы достаточно глупы, чтобы рассказать копам, почему они вломились. Если бы это случилось, она бы заявила, что ошиблась с идентификацией.

Она была бы шокирована, возмущена, сбита с толку. Играть роль - какую бы роль это ни было необходимо - было второй натурой. В ее венах было достаточно Большого Джека, чтобы провернуть аферу, не было пределом ее способностей.

Чем она занималась сейчас, Лейн Тэвиш из Энджелз Гэп, как не аферой на всю жизнь?

Поскольку эта мысль угнетала ее, она отбросила ее в сторону и погрузилась в заполнение своих документов. Погрузилась настолько, что чуть не подскочила прямо с пола, когда услышала стук во входную дверь.

Генри вырвался из своей утренней дремоты и разразился яростным хриплым, угрожающим лаем - даже когда он прокрался за Лейн и попытался спрятать свое тело на сгибе ее руки.

"Мой большой, храбрый герой". Она ткнулась в него носом. "Это, наверное, парень с витрины. Не ешь парня с витрины, верно?"

В знак своей великой любви и преданности Генри поехал с ней. Он издавал рычащие звуки и оставался на один безопасный шаг позади.

Она сама была достаточно осторожна после взлома, чтобы выглянуть в окно, прежде чем отпереть дверь. Ее мозг и ее кровь немного затрещали и зашипели, когда она увидела Макса.

Инстинктивно она с отвращением посмотрела вниз, на свои самые старые джинсы, босые ноги, старую серую толстовку. Тем утром она собрала волосы в короткий хвост и не побеспокоилась о макияже.

"Не совсем тот образ, который я хотела бы представить мужчине, с которым собиралась раздеться при первой же разумной возможности", - сказала она Генри. "Но что ты собираешься делать?"

Она открыла дверь и приказала себе вести себя непринужденно. "Макс. Это сюрприз. Как ты меня нашел?"

" - спросил я. Ты в порядке? Я услышал о ... - Он замолчал, его взгляд опустился к ее коленям. "Генри? Ну, это, пожалуй, самая невзрачная собака, которую я когда-либо видел ". Широкая ухмылка расплылась на его лице, когда он сказал это, и было трудно обидеться, когда он присел на корточки до уровня собаки и нацелил ухмылку на собаку.

"Привет, большой парень, как дела?"

По опыту Лейн, большинство из них по крайней мере вначале были напуганы собакой. Он был большим, он был уродливым, и когда он рычал горлом, он казался опасным. Но Макс уже протягивал руку, предлагая ее понюхать. "Какое-то нехорошее у тебя лицо, Генри".

Очевидно разрываясь между ужасом и восторгом, Генри медленно наклонил морду вперед, сделал несколько пробных вдохов. Его хвост хлестнул Лейна сзади по коленям, прежде чем он рухнул, перекатился и подставил живот для растирания.

"У него нет гордости", - заявил Лейн.

"Ни в чем не нуждается". Макс стал новой любовью в жизни Генри, энергично поглаживая мягкий животик. "Нет ничего лучше собаки, не так ли?"

Сначала была похоть, подумала она, вполне естественно. Затем интерес и несколько уровней притяжения. Она была готова - или пыталась подготовиться - отбросить все эти импульсы в сторону и быть разумной.

Теперь, увидев его со своей собакой, она почувствовала тепло вокруг сердца, которое сигнализировало о-о-о-личной привязанности. Добавьте это к похоти и влечению, и женщина, даже разумная женщина, была потоплена. "Нет, на самом деле нет".

"Дома всегда была собака. Не могу держать его в Нью-Йорке, не так, как я путешествую. Это кажется неправильным ". Его рука скользнула вверх, чтобы потереть Генри горло и привести собаку в экстаз.

Лейн почти застонал.

"Для меня это обратная сторона городской жизни", - добавил Макс. "Как им удалось обойти его?"

"Мне жаль?"

Он в последний раз похлопал Генри по груди, затем выпрямился. "Я слышал о взломе. Такая большая собака, как эта, должна была доставить им некоторые неприятности ".

Пригнись, девочка, приказала себе Лейн. "Боюсь, что нет. Во-первых, он был заперт в прихожей. Это его место, когда меня нет дома. И, во-вторых, ну... - Она посмотрела вниз на Генри, который раболепно лизал руку Макса. "У него точно не сердце воина".

"Ты в порядке?"

"Настолько хорошо, насколько это возможно, я полагаю, на следующее утро после того, как вы приходите домой и обнаруживаете, что кто-то разгромил ваш дом и украл вашу собственность".

"Ты здесь довольно уединенный. Я не думаю, что кто-то что-то видел ".

"Я сомневаюсь в этом. Винс, начальник полиции, спросит, но я единственный дом на этой улице ".

"Да, я встретил шефа. Еще одна причина, по которой я пришел, была убедиться, что ты не думаешь, что я пригласил тебя на ужин, чтобы вытащить тебя из дома, чтобы это могло случиться ".

"Ну, конечно, нет. Зачем бы... " Она проследила за точками. "Винс. Я надеюсь, он не поставил тебя в неловкое положение."

"Это его работа. И теперь я вижу, что заронил такое же подозрение в твою голову ".

"Нет, не..." Но она примеряла это. "Не совсем. Это была просто очень странная неделя, я думаю, что я дважды имел дело с Винсом на профессиональном уровне с тех пор, как я переехал сюда. Теперь это было дважды за считанные дни. Он, должно быть, заходил в твой гостиничный номер этим утром. Мне жаль."

"Просто рутина. Но прийти домой и обнаружить, что твой дом ограблен, - это не так." Он протянул руку, коснулся ее щеки. "Я беспокоился о тебе".

Тепло подскочило на несколько градусов. Она сказала себе, что это не подходит - Вилли Янг и Макс Гэннон заодно. И что если бы Макс была из таких, она бы знала.

Вроде, она поверила, признала вроде.

"Я в порядке. Дженни и Энджи будут сегодня работать в магазине, пока я приведу дом в порядок ". Она указала в сторону гостиной. "Я едва ли добился успеха. Хорошо, что мне нравится ходить по магазинам, потому что это будет второй этап ".

Он обошел ее, заглядывая в комнату сам.

Это можно было принять за вспышку вандализма, сопровождающую кражу со взломом. Но в глазах Макса это выглядело тем, чем и было: быстрым, неприятным поиском. И если бы они получили то, за чем охотились, он не думал, что Лейн спокойно убирала бы мусор и говорила о покупках.

Никто не был настолько крутым.

Вслед за этой мыслью он представил, как она возвращается домой одна, в темноте, и открывает свой дом для этого. Неудивительно, что у нее были тени под глазами и бледный вид женщины, которая провела бессонную ночь.

"Они проделали с тобой кое-что", - пробормотал он.

"Необычная вещь в the Gap. Когда я жил в Филадельфии, я работал с женщиной, которая однажды ночью пришла домой и обнаружила, что ее квартира взломана. Они вымыли ее и разрисовали стены непристойностями из баллончика ".

Он посмотрел на нее в ответ. "Значит, могло быть хуже?"

"Всегда может быть хуже. Слушай, я снова навела порядок на кухне и совершила утреннюю пробежку в магазин, чтобы купить кофе. Ты хочешь?"

"Я всегда хочу". Он подошел к ней. Она выглядела такой свежей. Все эти светлые волосы были откинуты назад с этого красивого лица, ее глаза стали только голубее из-за теней, преследующих их. Она пахла мылом, просто мылом. Невинное очарование веснушек было разбрызгано по ее носу.

"Лейн, я не хочу становиться у тебя на пути, но ... позволь мне помочь тебе".

"Помочь мне в чем?"

Он не был уверен, но он знал, что он имел в виду это, что предложение было безоговорочным. Он посмотрел на нее, и он хотел помочь. "Для начала я могу помочь вам собрать ваш дом обратно".

"Ты не обязан этого делать. У тебя должна быть работа -"

"Позволь мне помочь". Он пресек ее протест, просто взяв ее за руку. "У меня есть время, и дело в том, что если бы я пошел своей дорогой, я бы беспокоился о тебе и все равно ничего бы не успел сделать".

"Это ужасно мило". И она знала, что ей конец. "Это действительно очень мило".

"И есть еще одна вещь". Он сделал шаг вперед, в нее, что прижало ее спиной к стене. Тем не менее, когда его губы опустились ниже, поцелуй был медленным и плавным, почти мечтательным. Она почувствовала, как ее колени разжались и наполовину растворились, прежде чем он поднял голову. "Если бы я этого не сделал, я бы думал о том, чтобы сделать это. Подумал, что мы сделаем больше, если я сначала покончу с этим ".

"Хорошо". Она провела языком по своей нижней губе. "Закончил?"

"Вряд ли".

"Это тоже хорошо. Кофе", - решила она, прежде чем они начали кататься по полу в беспорядочной комнате вместо того, чтобы привести все в порядок. "Я только принесу кофе".

Она пошла обратно на кухню, а собака радостно гарцевала рядом с ней. На данный момент это помогло занять себя. Измельчали зерна, отмеряли кофе во френч-пресс. Он снова действовал ей на нервы, поняла она. Он просто прислонился к стойке, наблюдая за ней. Это длинное тело расслабилось, но эти глаза сфокусировались. Что-то в нем вызывало у нее желание потереться об него, как кошка, просящая, чтобы ее погладили.

"Я должен кое-что сказать".

"Хорошо".

Она поставила две кружки, которые уцелели во время беспорядков на кухне. "Обычно я не ... Подожди, дай мне придумать, как сказать это, чтобы это не прозвучало невероятно глупо и заурядно".

"Я не думаю, что ты тоже мог бы звучать. Когда-либо".

"Парень, ты действительно нажимаешь на правильные кнопки. Хорошо." Она повернулась к нему, пока кофе настаивался. "Не в моих привычках назначать свидания, даже случайные, с мужчиной, которого я только что встретила. С клиентом. На самом деле, ты первый ".

"Мне всегда нравилось быть первым".

"А кто этого не делает? И хотя я наслаждаюсь компанией мужчин и ее преимуществами, я также, как правило, не обвиваюсь вокруг одного из них после ужина, как сумах вокруг дуба ".

Он был уверен, что надолго запомнит тот момент, который у нее был. Вероятно, это вспомнилось бы ему на смертном одре как главное событие в его жизни и в те времена. "Я бы тоже был там первым?"

"На таком уровне".

"Все лучше и лучше".

"Хочешь сливок? Сахар?"

"Просто черный - это хорошо".

"Хорошо, тогда продолжим. Я также не собираюсь - и это было довольно жесткое эмпирическое правило - переспать с мужчиной, которого я знаю всего двадцать четыре часа, плюс-минус."

Он чесал Генри между ушами, но не сводил глаз с ее лица. "Вы знаете, что они говорят о правилах".

"Да, и хотя я согласен с тем, что они говорят, я не нарушаю их легко. Я твердо верю в необходимость структуры, Макс, в правилах и линиях. Итак, тот факт, что я рассматриваю возможность нарушения правил, пересечения черты, заставляет меня нервничать. Было бы умнее, безопаснее, благоразумнее, если бы мы немного отступили, по крайней мере, пока не узнаем друг друга лучше. Пока мы не дадим событиям шанс развиваться в более разумном темпе ".

"Умнее", - согласился он. "Безопаснее. Разумный."

"Вы не представляете, как тяжело я работал, чтобы жить в соответствии с этими тремя качествами". Она немного посмеялась, затем налила кофе. "И проблема здесь в том, что меня никогда ни к кому так не влекло, как к тебе".

"Может быть, я немного свободнее, когда дело доходит до правил и границ, и не так беспокоюсь о том, чтобы быть разумным в определенных областях". Он взял предложенную ею кружку, затем поставил ее на стойку. "Но я знаю, что никогда не смотрел на другую женщину и не хотел ее так, как хочу тебя".

"Это не поможет мне быть умным". Она взяла свой кофе, отступила назад. "Но мне нужен некоторый порядок. Позволь мне снова собрать мой дом, насколько это в моих силах, и мы посмотрим, как пойдут дела ".

"С этим трудно спорить. Мы разделяем некоторые из этих домашних обязанностей, мы должны лучше узнать друг друга ".

"Ну, это один из способов". Он был бы отвлекающим фактором, заключила она. Гораздо больше отвлекает, чем Дженни и Биг-Мак на обед.

Но какого черта.

"Поскольку у меня есть кое-какие мускулы под рукой, давайте начнем с гостиной. Диван довольно тяжелый."

***

В "Помните, когда" дела шли оживленно. Или, по крайней мере, просмотр был. Не потребовалось много времени, чтобы разошлись слухи о последней неприятности Лейна или чтобы привлечь любопытных к выяснению более подробной информации. К часу дня, когда новые поставки были зарегистрированы, помечены и выставлены на всеобщее обозрение, продажи выросли, а сплетен было предостаточно, Дженни прижала руку к ноющей пояснице.

"Я собираюсь пообедать дома, где я смогу поднять ноги на час. С тобой все будет в порядке самостоятельно?"

"Конечно". Энджи показала протеиновый батончик и бутылочку нежирного фраппучино. "Мне принесли обед прямо сюда".

"Ты не представляешь, как мне грустно, Энджи, слышать, как ты называешь это обедом".

"Взвешивался сегодня утром в час девятнадцать".

"Сука".

Пока Энджи смеялась, Дженни достала свою сумочку из-за прилавка и свитер с крючка. "Я собираюсь измельчить остатки пасты примавера и закончить ее брауни".

"И кто теперь эта сучка?" Она похлопала Дженни по животу, надеясь, как всегда, застать ребенка брыкающимся. "Как там у тебя дела?"

"Ночная сова". Она воткнула свободную заколку обратно в свой растрепанный пучок на макушке. "Я клянусь, что ребенок просыпается и начинает отбивать чечетку каждую ночь около одиннадцати, и продолжает это часами".

"Тебе это нравится".

"Я верю". Теперь, улыбаясь, Дженни потянула за свитер. "Каждую минуту этого. Лучшее время в моей жизни. Возвращайся через час ".

"Я все предусмотрел. Эй, мне позвонить Лейн? Просто проведать ее?"

"Я сделаю это из дома", - крикнула Дженни в ответ, направляясь к двери. Прежде чем она добралась до нее, она открылась. Она узнала эту пару, поискала в своих мысленных файлах имя. "Рад тебя видеть. Дейл и Мелисса, верно?"

"Хорошая память". Женщина, лет тридцати, подтянутая и стильная, улыбнулась ей.

"И, насколько я помню, вас интересовал шкаф из розового дерева".

"Снова правильно. Я вижу, что это все еще здесь ". Даже когда она говорила, она подошла к нему, провела рукой по резьбе на двери. "Оно продолжает звать меня по имени".

"Это такая красивая вещь". Энджи обошла вокруг прилавка. "Один из моих любимых". Правда была в том, что она предпочитала современное и обтекаемое, но она знала, как подать. "Мы только что получили еще одно изделие из розового дерева сегодня. Это великолепный маленький диван. Викторианский. Я думаю, что они созданы друг для друга ".

"О-о". Смеясь, Мелисса сжала руку своего мужа. "Думаю, я должен хотя бы взглянуть".

"Я тебе покажу".

"Я как раз собирался уходить, если я вам не нужен ..."

"У нас все хорошо". Энджи отмахнулась от Дженни. "Разве это не прекрасно?" - сказала она, направляя свою подачу на Мелиссу, когда та провела кончиком пальца по глянцевому наклону надписи. "Он в прекрасном состоянии. У Лейн такой наметанный глаз. Она нашла это в Балтиморе несколько недель назад. Это прибыло только сегодня утром ".

"Это замечательно". Наклонившись, Мелисса начала открывать и закрывать маленькие боковые ящики. "Действительно замечательно. Я думал, что диван-это что-то вроде кушетки ".

"Да, но этот маленький стол тоже так называется. Не спрашивай меня почему; это территория Лейна ".

"Я действительно люблю это, как бы это ни называлось. Дейл?"

Он теребил ценник и послал ей взгляд. "Я должен подумать о том, чтобы получить и то, и другое, Мелисса. Это довольно большой кусок ".

"Может быть, мы сможем немного сократить это".

"Мы можем поработать над этим", - сказала ей Энджи.

"Дай мне еще раз взглянуть на шкаф". Она вернулась, открыла двери.

Зная, как ускорить продажу, Энджи задержалась, пока Дейл присоединился к своей жене, и они начали шепотом совещаться.

Дверцы снова закрывались, снова открывались, ящики выдвигались.

"Мы тоже получаем то, что внутри?" Дейл позвал.

"Мне жаль?"

"Коробку сюда". Он достал упаковку, встряхнул ее. "Это как приз в коробке с хлопьями?"

"Не в этот раз". С легким смешком Энджи подошла, чтобы взять коробку. "Сегодня утром к нам прибыла большая партия", - начала она. "И мы были очень заняты в довершение всего. Дженни, должно быть, отвлеклась и установила это там ".

Или у нее было? Ситуация менялась в течение часа или двух. В любом случае, Энджи сочла это удачей, что ящик был открыт до того, как предмет был пропущен.

"Мы просто собираемся обсудить это в течение нескольких минут", - сказала ей Мелисса.

"Не торопитесь". Оставив их наедине, Энджи вернулась к стойке. Она развернула упаковку и изучила глупую керамическую собачку. Мило, подумала она, но она не понимала, почему кто-то платит хорошие деньги за фигурки животных.

Она нашла мягкие, пушистые мягкие игрушки более дружелюбными.

Возможно, это был Доултон, или Дерби, или что-то из того, чему Лейн все еще пытался ее научить.

Поскольку, судя по обрывкам разговоров, Мелисса, казалось, сама изматывала Дейла, Энджи предоставила им немного больше пространства, проводив статуэтку к одной из нескольких витрин со статуэтками и безделушками, чтобы попытаться определить тип и эпоху.

Для нее это было как игра. Она, конечно, нашла бы это в файле, но это было бы жульничеством. Идентификация предметов в магазине была очень похожа на идентификацию типов персонажей в баре. Если вы потратили на это достаточно времени, то поняли, кто есть кто и что есть что.

"Мисс?"

"Энджи". Она повернулась, усмехнулась.

"Если бы мы взяли оба, какую цену вы могли бы нам предложить?"

"Ну ..." Обрадованная перспективой поздравить Дженни с новостью о двойном заказе, она поставила керамическую собачку на пол и пошла торговаться с покупателями.

В волнении от заключения сделки, организации доставки, объявления о продаже она больше не думала о маленькой собачке.

5.

Макс узнал довольно много о Лейне за следующие несколько часов. Она была организованной, практичной и точной. Более прямолинейная, чем он ожидал от человека ее происхождения. Она смотрела на задачу, видела ее от начала до конца, затем следовала за ней по шагам до завершения. Никаких обходных путей, никаких отвлекающих факторов.

И она была нестером. У его матери были такие же наклонности, просто она любила украшать это гнездо хорошенькими маленькими - как их называл его отец? - безделушками. И, как и его мать, Лейн точно знал, что она предпочитает в каждом из них.

Но, в отличие от своей матери, Лейн, казалось, не испытывал сентиментальной, почти интимной привязанности к своим вещам. Однажды он видел, как его мать проливала слезы над разбитой вазой, и он сам почувствовал сильный жар ее гнева, когда разбил старую декоративную вазу.

Лейн подметал осколки этого, кусочки того, выбрасывал обломки в мусорное ведро, едва поморщившись. Она сосредоточилась на наведении порядка в своем пространстве. Он должен был уважать это.

Хотя для него было загадкой, как дочь бродяги и афериста выполнила сто восемьдесят, чтобы стать домоседкой из маленького городка, тот факт, что головоломки были его делом, делал это, и ее, только интереснее.

Ему нравилось находиться в ее гнездышке, в ее компании. Это было само собой разумеющимся, что шипение между ними должно было все усложнить на этом пути, но было трудно не наслаждаться этим.

Ему нравился ее голос, тот факт, что ему удавалось быть одновременно хриплым и ровным. Ему понравилось, что она выглядела сексуально в толстовке. Ему нравились ее веснушки.

Он восхищался ее стойкостью перед лицом того, что опустошило бы большинство людей. И он восхищался и ценил ее абсолютную честность в отношении ее реакции на него и того, что назревало между ними.

Дело в том, что при других обстоятельствах он мог бы представить себя с головой погружающимся в отношения с ней, сжигающим мосты, отбрасывающим осторожность на ветер или любое другое количество клише. Даже учитывая обстоятельства, он был готов совершить это погружение. Он не мог точно понять, было ли это плюсом или минусом.

Но побочная выгода или препятствие на пути к цели, пришло время вернуться в игру.

"Вы потеряли много вещей", - прокомментировал он.

"Я всегда могу достать еще чего-нибудь". Но она почувствовала легкий укол печали, увидев крупную крошку в кувшине для дерби, который она держала на сервировочном столике в столовой. "Я пришел в бизнес, потому что мне нравится коллекционировать всевозможные вещи. Тогда я понял, что мне не столько нужно владеть ими, сколько быть рядом с ними, видеть их, прикасаться ".

Она провела пальцем по поврежденному кувшину. "И это так же полезно, в некотором смысле даже больше, покупать и продавать и видеть, как интересные вещи достаются интересным людям".

"Разве скучные люди никогда не покупают интересные вещи?"

Она рассмеялась над этим. "Да, они это делают. Вот почему важно не слишком привязываться к тому, что вы планируете продавать. И я люблю продавать. Качинг."

"Откуда вы знаете, что покупать в первую очередь?"

"У кого-то это инстинкт, у кого-то опыт. Некоторые - это просто азартная игра ".

"Ты любишь играть в азартные игры?"

Она скользнула взглядом вверх. "На самом деле".

О да, подумал он, он балансировал и приподнимался на цыпочки на краю обрыва. "Хочешь сорвать куш и слетать в Вегас?"

Она выгнула брови. "И если я сказал "конечно", почему бы и нет?"

"Я бы забронировал билет".

"Знаешь, - сказала она после минутного раздумья, - я верю, что ты бы так и сделал. Думаю, мне это нравится ". О'Хара в ней была уже на пути в аэропорт. "Но, к сожалению, я не могу поддержать вас в этом". И это был Тэвиш. "Как насчет того, чтобы перенести встречу в другой раз?"

"Ты понял это. Бессрочный." Он наблюдал, как она расставляет несколько предметов, которые пережили взлом. Подсвечники, огромная глиняная чаша, длинное плоское блюдо. У него было чувство, что она поставила их именно туда, где они были раньше. В этом было бы утешение. И неповиновение.

"Знаете, глядя на все это, это не похоже на простое проникновение. Если это может быть просто, когда это твое место. Это определенно не кажется мне стандартным методом "хватай и убегай". Это кажется более личным ".

"Что ж, это значительно облегчает мой разум".

"Прости. Не думал. На самом деле, ты не кажешься особенно напуганным."

"Прошлой ночью я спала при включенном свете", - призналась она. "Как будто это что-то изменило бы. Не бывает ничего хорошего в том, чтобы быть напуганным. Ничего не меняет и не исправляет ".

"Система сигнализации не помешала бы. Что-нибудь более высокотехнологичное, чем собачья разновидность, - добавил он, глядя вниз, где Генри храпел под обеденным столом.

"Нет. Я думал об этом около пяти минут. Система сигнализации не позволила бы мне чувствовать себя в безопасности. Это просто заставляло меня чувствовать, что мне есть о чем беспокоиться. Я не собираюсь бояться в своем собственном доме ".

"Позвольте мне просто нажать на эту кнопку еще немного, прежде чем мы отпустим ее. Как ты думаешь, это мог быть кто-то, кого ты знаешь? У тебя были враги?"

"Нет, и еще раз нет", - ответила она, небрежно пожав плечами, когда придвигала стулья со спинками-лесенками обратно к столу. Но она услышала слова Вилли в своей голове: Он знает, где ты.

Кто знал?

Папа?

"Теперь я заставил тебя волноваться". Он приподнял ее лицо, проведя пальцем под подбородком. "Я могу это видеть".

"Нет, не волнуюсь. Смущенный, может быть, мыслью, что у меня могут быть враги. У обычных владельцев магазинов в маленьких городках Мэриленда не должно быть врагов ".

Он провел большим пальцем по ее подбородку. "Ты не обычный".

Она позволила своим губам изогнуться, когда его губы опустились, чтобы встретиться с ними. Он понятия не имел, подумала она, как усердно она работала почти половину своей жизни, чтобы быть обычной.

Его руки скользили по ее бедрам, когда зазвонил ее телефон. "Ты слышишь колокола?" он спросил.

Она отстранилась с легким смешком и вытащила телефон из кармана. "Привет? Привет, Энджи." Пока она слушала, она сдвинула разбитый кувшин на полдюйма на серванте. "Обе части? Это замечательно. Что сделал. . . Ага. Нет, ты поступил совершенно правильно. Он называется davenport, потому что маленький письменный стол был спроектирован для капитана Дэвенпорта еще в 1800-х годах, и он прижился, я думаю. Да, я в порядке. Действительно, и да, это, безусловно, приободряет меня. Спасибо, Энджи. Я поговорю с тобой позже ".

"Я думала, что диван- это диван", - сказала Макс, засовывая телефон обратно в карман.

"Это или маленький диван, который часто превращается в кровать. Это также небольшой письменный стол коробчатой формы с верхней секцией, которая выдвигается или поворачивается, чтобы обеспечить пространство для колен ".

"Ха. Чему ты научишься".

"Я мог бы научить тебя самым разным вещам". Наслаждаясь собой, она провела пальцами вверх по его груди. "Хочешь, я покажу тебе разницу между "кентербери" и "комодом"?"

"Не могу дождаться".

Она взяла его за руку и повела в свою маленькую библиотеку, где она могла бы дать короткий урок по антиквариату, пока они будут приводить комнату в порядок.

***

Когда высокий, представительный джентльмен с аккуратными оловянными усами вошел в "Помните, когда", Дженни размышляла, что бы она могла приготовить на ужин. Поскольку казалось, что она была голодна все время, думать о еде было почти так же приятно, как есть ее.

После большой распродажи Angie темпы продаж замедлились. У нее было несколько браузеров, и миссис Гант прибежала на бегу, чтобы увидеть кувшин lotus и купить его. Но в течение следующего часа они с Энджи возились, и день принял ленивый характер, из-за чего она отпустила Энджи пораньше.

Она обернулась на звук открывшейся двери, довольная тем, что посетитель на время отвлек ее от свиных отбивных и картофельного пюре.

"Добрый день. Могу ли я тебе помочь?"

"Я думаю, я просто осмотрюсь, если все в порядке. Какое интересное место. Твой?"

"Нет. Владельца сегодня нет на месте. Просматривайте все, что вам нравится. Если у вас возникнут какие-либо вопросы или вам понадобится помощь, просто дайте мне знать ".

"Я сделаю это".

На нем был костюм почти того же цвета, что и его усы, и густая, хорошо подстриженная шевелюра. Костюм и тонкая полоска галстука заставили ее подумать о деньгах. Его голос был достаточно резким, чтобы она предположила, что Норт.

Инстинкт продавщицы подсказал ей, что он не возражал бы немного поболтать по дороге. "Вы посещаете Энджелз Гэп?"

"У меня есть дело в этом районе". Он улыбнулся, и это углубило впадины на его щеках, придало глазам теплый голубой оттенок и сделало их немного сексуальными. "Такой дружелюбный город".

"Да, это так".

"И такой живописный. Хорошо для бизнеса, я бы подумал. У меня был собственный магазин ". Он наклонился, чтобы изучить витрину с фамильными украшениями. "Драгоценности из поместья", - сказал он, постукивая по стеклу. "Покупка и продажа. Здесь очень красивые вещи. Неожиданный, действительно, за пределами мегаполиса ".

"Спасибо тебе. Лейн очень разборчив в том, что мы здесь продаем ".

"Laine?"

"Лейн Тэвиш, владелица".

"Интересно, не слышал ли я это имя. Возможно, даже встретил ее на одном из аукционов. Это относительно небольшой бассейн, в котором мы плаваем ".

"Ты мог бы. Если ты останешься в городе на некоторое время, ты мог бы вернуться. Она обычно здесь ".

"Я обязательно это сделаю. Скажи мне, ты тоже продаешь россыпные камни?"

"Камни"?

Под непонимающим взглядом Дженни он наклонил голову. "Я часто покупаю камни - драгоценные камни - чтобы заменить те, что были утеряны в антикварной оправе, или чтобы сделать копию предмета недвижимости для клиента".

"Ох. Нет, мы не знаем. Конечно, украшения - это лишь малая часть нашего ассортимента ".

"Так я вижу". Он повернулся, и эти глаза осмотрели каждый дюйм главного выставочного зала. "Эклектичное смешение стилей, эпох. Мисс Тэвиш делает все покупки?"

"Да, она любит. Нам повезло, что в Gap есть такой человек, как Лэйн. Магазин приобрел хорошую репутацию, и мы упоминаемся в нескольких путеводителях по окрестностям, а также в журналах об антиквариате и коллекционировании ".

Он отошел в сторону, направляясь к столу, уставленному фарфоровыми статуэтками и маленькими бронзовыми статуэтками. "Значит, она не местная".

"Вы не местный в Гэпе, если только ваш дедушка не родился здесь. Но нет, Лейн переехала сюда несколько лет назад."

"Тэвиш, Тэвиш..." Он снова повернулся, прищурив глаза, поглаживая усы. "Она высокая, довольно долговязая женщина с очень короткими светлыми волосами? Носил маленькие черные очки?"

"Нет, Лейн рыжая".

"Ну что ж, вряд ли это имеет значение. Это прекрасная работа ". Он подобрал элегантного фарфорового кота. "Вы отправляете?"

"Мы, конечно, делаем. Я была бы счастлива ... О, привет, дорогой", - сказала она, когда вошел Винс. "Мой муж", - сказала она покупателю, подмигнув. "Я не называю всех копов милыми".

"Я шел мимо, подумал, что зайду посмотреть, здесь ли Лейн. Проверь, как она ".

"Нет, я не думаю, что она все-таки придет сегодня. У нее было полно дел. Прошлой ночью в дом Лейн вломились", - сказала она.

"Боже, как ужасно". Мужчина поднял руку к узлу своего галстука, и темно-синий камень в кольце на его мизинце подмигнул. "Кто-нибудь пострадал?"

"Нет, ее не было дома. Извини, Винс, это мистер ... Я так и не расслышал твоего имени."

"Это Александр, Майлз Александер". Он предложил руку Винсу.

"Винс Бургер. Ты знаешь Лейна?"

"На самом деле, мы просто пытались определить, что. Я продавал ювелирные изделия и подумал, не встречал ли я мисс Тэвиш по кругу. Мне жаль слышать о ее проблемах. Я очень интересуюсь кошкой, - сказал он Дженни, - но я собираюсь опоздать на дневную встречу. Я вернусь и, надеюсь, встречу мисс Тэвиш. Спасибо, что уделили время, миссис Бергер ".

"Дженни. Возвращайся в любое время, - добавила она, когда он направился к двери.

Когда они были одни в магазине, Дженни ткнула Винса в живот. "Ты смотрела на него, как на подозреваемого".

"Нет, я этого не делал". Он очень нежно ткнул ее в живот в ответ. "Мне просто любопытно, вот и все, когда я вижу парня в элегантном костюме, слоняющегося по магазину на следующий день после того, как в дом Лейна вломились".

"Да, он действительно выглядел как разъяренный грабитель".

"Ладно, как выглядит разъяренный грабитель?"

"Не так".

***

Его звали Алекс Крю, хотя у него была соответствующая идентификация на имя Майлз Александер - и несколько других псевдонимов. Теперь он быстро шел по наклонному тротуару. Ему пришлось избавиться от своего гнева, от своей тихо клокочущей ярости из-за того, что Лейн Тэвиш оказалась не там, где он хотел ее найти.

Он презирал, когда ему перечили на любом уровне.

Тем не менее, прогулка была частью бизнеса. Ему нужно было осмотреть местность пешком, хотя у него в голове была подробная карта Энджелз Гэп. Ему не нравились маленькие города или цветущий зеленый вид на окружающие горы. Он был человеком города, его темпа, его возможностей.

Его изобилие отметин.

Чтобы отдохнуть и расслабится, он наслаждался тропиками с их благоухающим бризом, лунными ночами и богатыми туристами.

Это место было полно провинциалов, таких как беременная продавщица - возможно, у нее уже четвертый ребенок - и ее бывший школьный футбольный герой, ставший мужем-городским полицейским. Парень выглядел как тип, который субботними вечерами засиживался со своими приятелями и рассказывал о славных днях за бутылкой пива. Или сидел в лесу, ожидая, когда появится олень, чтобы он мог подстрелить его и снова почувствовать себя героем.

Команда сожалела о таких мужчинах и женщинах, которые держали свой ужин теплым на ночь.

Его отец был таким человеком.

Ни воображения, ни видения, ни вкуса к воровству. Его старик не стал бы выделять время дня, если бы это не было отмечено в его табеле учета рабочего времени. И что это дало ему, кроме измученной и жалующейся жены, душной будки в рядном доме в Камдене и ранней могилы.

По мнению Крю, его отец был жалкой тратой жизни.

Он всегда хотел большего и начал получать это, когда в двенадцать лет пролез через свое первое окно на втором этаже. Он запустил свою первую машину в четырнадцать лет, но его амбиции всегда были направлены на более масштабные и блестящие игры.

Ему нравилось воровать у богатых, но в нем не было ничего от Робин Гуда. Ему это нравилось просто потому, что у богатых были вещи получше, и обладание ими, принятие их заставляло его чувствовать себя частью сливок общества.

Он убил своего первого мужчину в двадцать два года, и хотя это было незапланировано - плохие моллюски отправили марка домой раньше из балета - он не испытывал отвращения к краже чьей-то жизни. Особенно, если это приносило хорошую прибыль.

Ему было сорок восемь лет, у него был вкус к французскому вину и итальянским костюмам. У него был дом в Вестчестере, из которого сбежала его жена- забрав его маленького сына, незадолго до их развода. У него также была роскошная квартира рядом с Центральным парком, где он щедро развлекался, когда появлялось настроение, дом на выходные в Хэмптоне и дом у моря на Большом Каймане. Все деяния были на разные имена.

Он преуспел для себя, взяв то, что принадлежало другим, и, если он сам так сказал, стал своего рода знатоком. Он был разборчив в том, что крал сейчас, и был таким более десяти лет. Искусство и драгоценные камни были его специальностью, со случайными набегами на редкие марки.

На его пути было несколько арестов, но только один обвинительный приговор - пятно, в котором он полностью винил своего некомпетентного и дорогого адвоката.

Этот человек заплатил за это, поскольку команда забила его до смерти свинцовой трубой через три месяца после его освобождения. Но, по мнению экипажа, эти весы едва ли были сбалансированы. Он провел двадцать шесть месяцев взаперти, лишенный свободы, униженный.

Смерть идиота-адвоката вряд ли была компенсацией.

Но это было более двадцати лет назад. Хотя с тех пор его раз или два забирали для допроса, других арестов не было. Единственным преимуществом тех месяцев в тюрьме было бесконечное время, чтобы подумать, оценить, рассудить.

Недостаточно было просто украсть. Было важно хорошо воровать и хорошо жить. Итак, он учился, развивал свой мозг и свои характеры. Чтобы успешно воровать у богатых, лучше всего было стать одним из них. Приобрести знания и вкус, в отличие от отбросов, которые гнили за решеткой.

Чтобы войти в общество, возможно, в какой-то момент взять обеспеченную жену. Успех, по его мнению, заключался не в том, чтобы забираться в окна второго этажа, а в том, чтобы побуждать к этому других. Другие, которыми можно было манипулировать, затем избавлялись по мере необходимости. Потому что, что бы они ни взяли по его указанию, по всем правам принадлежало исключительно ему.

Он был умен, он был терпелив, и он был безжалостен.

Если он и допустил ошибку на этом пути, не было ничего такого, что нельзя было бы и не захотел исправить. Он всегда исправлял свои ошибки. Идиот-адвокат, глупая женщина, которая возражала против того, что он одурачил ее на несколько сотен тысяч долларов, любое количество тупоголовых подчиненных, которых он нанял или с которыми был связан в ходе своей карьеры.

Большой Джек О'Хара и его нелепый напарник Вилли были ошибками.

Ошибочное суждение, исправил Крю, когда он повернул за угол и направился обратно в отель. Они оказались не такими глупыми, как он предполагал, когда использовал их, чтобы спланировать и выполнить работу всей своей жизни. Его грааль, его поиски. Его.

Как они проскользнули через расставленную им ловушку и ушли со своей долей, прежде чем она захлопнулась, было для него загадкой. Больше месяца им удавалось ускользать от него. И ни один из них не попытался перевести выручку в наличные - это было еще одним сюрпризом.

Но он не высовывался и в конце концов учуял запах О'Хары. И все же это был не Джек, которого ему удалось выследить от Нью-Йорка до гор Мэриленда, а глупый хорек Вилли.

Он не должен был позволять маленькому ублюдку увидеть его, подумал Крю сейчас. Но, черт возьми, маленькие городки. Он не ожидал, что столкнется с мужчиной на улице. Не больше, чем он ожидал, что Вилли сорвется с места и убежит, испуганным кроликом, прыгающим прямо под колеса встречной машины.

У него был соблазн пройти под дождем, подойти к кровоточащему месиву и пнуть его. На кону миллионы долларов, а идиот не помнит, что нужно посмотреть в обе стороны, прежде чем выбежать на улицу.

Потом она выбежала из того магазина. Симпатичная рыжеволосая девушка с шокированным лицом. Он видел это лицо раньше. О, он никогда не встречал ее, но он видел это лицо. У Большого Джека были фотографии, и он любил доставать их и показывать, как только у него за плечами была пара банок пива.

Моя дочь. Разве она не красавица? К тому же умен как кнут. Закончила колледж, моя Лейни.

Достаточно умна, подумала Крю, чтобы вести нормальную жизнь в маленьком городке, чтобы она могла забирать товары, перевозить их, переворачивать. Это была чертовски хорошая афера.

Если Джек думал, что сможет передать то, что принадлежало Алексу Крю, своей дочери и уехать богатым в Рио, как он часто любил говорить об этом, он был бы удивлен.

Он собирался вернуть то, что принадлежало ему. Все, что принадлежало ему. И отец, и дочь собирались заплатить высокую цену.

Он вошел в вестибюль "Странника" и ему пришлось заставить себя подавить дрожь. Он считал условия едва сносными. Он поднялся по лестнице в свой номер, повесил табличку "НЕ БЕСПОКОИТЬ", так как хотел посидеть в тишине, пока планировал свой следующий шаг.

Ему нужно было установить контакт с Лейн Тэвиш, и, вероятно, он должен был сделать это как Майлз Александер, брокер по продаже ювелирных изделий. Он изучил себя в зеркале и кивнул. Александр был новым псевдонимом, как и серебристые волосы и усы. О'Хара знал его как Мартина Лайла или Джеральда Бенсона и описал бы его как чисто выбритого, с коротко подстриженными волосами цвета соли с перцем.

Флирт мог быть первым блюдом, и он действительно наслаждался женским обществом. Взаимный интерес к ювелирным изделиям в поместье был хорошим штрихом. Лучше взять несколько дней, почувствовать ее, прежде чем он сделает следующий шаг.

Она не прятала тайник у себя дома, и не было найдено ни сейфа, ни ключа от шкафчика. В противном случае он и двое головорезов, которых он нанял для этой работы, нашли бы их.

Возможно, было опрометчиво грабить ее квартиру таким грязным способом, но он был зол и так уверен, что она забрала то, что принадлежало ему. Он все еще верил, что она знала, или знала, где это найти. Лучшим подходом было сохранить дружелюбие, возможно, романтичность.

Она была здесь, Вилли был здесь - даже если он был мертв. Мог ли Джек О'Хара быть далеко позади?

Удовлетворенный простотой плана, Крю сел перед своим ноутбуком. Он открыл несколько сайтов, посвященных ювелирным изделиям, и начал изучать.

***

Лейн проснулась при свете лампы и тупо оглядела свою спальню. В котором часу это было? Какой это был день? Она откинула волосы назад, когда приподнялась, чтобы взглянуть на часы. Восемь пятнадцать. Это не могло быть утра, потому что было темно, так что же она делала в постели в восемь вечера?

На кровати, поправила она, завернувшись в синельный плед. И Генри, храпящий на полу рядом с кроватью.

Она зевнула, потянулась, затем откинулась назад.

Макс!

Боже мой. Он помогал ей убрать худшее из комнаты для гостей, и они говорили о том, чтобы пойти куда-нибудь поужинать. Или заказывал в.

Что произошло потом? Она порылась в своем затуманенном мозгу. Он вынес мусор вниз - на улицу - и она зашла в свою спальню, чтобы освежиться и переодеться.

Она просто присела на кровать на минутку.

Хорошо, она на минутку растянулась на кровати. Закрыла глаза. Просто пытаюсь перегруппироваться.

И теперь она просыпалась почти три часа спустя. В одиночестве.

Он прикрыл ее, подумала она с сочной улыбкой, проводя рукой по накидке. И включил свет, чтобы она не проснулась в темноте.

Она начала отбрасывать покрывало в сторону и вставать, и увидела записку, лежащую на подушке рядом с ней.

Ты выглядел слишком красивым и слишком уставшим для меня, чтобы играть роль Прекрасного принца для твоей Спящей красавицы. Я заперся, и твой свирепый пес охраняет тебя. Хорошенько выспись ночью. Я позвоню тебе завтра. Лучше, я зайду и увижу тебя.

Макс

"Мог ли он быть более совершенным?" она спросила все еще храпящего Генри. Откинувшись на спину, она прижала записку к груди. "Вы должны сразу заподозрить совершенство, но, о боже, я наслаждаюсь этим. Я так устал быть подозрительным, осторожным и одиноким ".

Она лежала там еще мгновение, улыбаясь сама себе. Спящей красавице больше не хотелось спать. На самом деле, она не могла быть более бодрой или бдительной.

"Знаешь, сколько времени прошло с тех пор, как я делал что-то действительно безрассудное?" Она сделала глубокий вдох, затем выдохнула. "Я тоже, вот как давно это было. Пришло время рискнуть ".

Она вскочила, бросилась в ванную, чтобы включить душ. Поразмыслив, она решила, что ванна с пеной больше подходит для случая, который она имела в виду. Было время для одного, и пока оно тянулось, она просматривала свой выбор и выбирала что-нибудь из одежды, наиболее подходящее для соблазнения Макса Гэннона.

Она использовала теплый аромат фрезии в ванне, затем потратила целых двадцать минут на макияж. Ей потребовалось почти столько же времени, чтобы решить, оставить волосы распущенными или собрать их наверх. Она выбрала прическу, потому что он еще не видел ее такой, и сделала свободную прическу, которая спадала при малейшей провокации.

На этот раз она выбрала очевидное и маленькое черное платье. Она была благодарна за поход по магазинам несколько месяцев назад с еще не беременной Дженни, которая купила им обоим потрясающее нижнее белье.

Затем, вспомнив, что Дженни приписывала свое нынешнее состояние этому белью, Лейн добавила еще презервативов к тем, которые она уже положила в сумочку. Это довело общее количество до полудюжины, число, которое она легкомысленно решила, было одновременно осторожным и оптимистичным.

Она накинула поверх платья черный кашемировый кардиган толщиной с тонкую ткань - нелепая прихоть, которую ей удавалось носить нечасто.

В последний раз рассматривая себя в зеркале, она поворачивалась под разными углами. "Если он вам откажет, - заявила она, - у человечества не будет надежды".

Она свистнула собаке, чтобы та последовала за ней вниз. Забежав на кухню за бутылкой вина, она сняла поводок Генри с крючка у задней двери.

"Хочешь прокатиться?" она задала вопрос, который всегда заставлял Генри подпрыгивать от дикого ликования и дрожать от возбуждения. "Ты идешь к Дженни. У тебя будет вечеринка с ночевкой, и, пожалуйста, Боже, я тоже. Если я не найду выхода для всего этого тепла, я могу самопроизвольно воспламениться ".

Он мчался к машине и обратно три раза к тому времени, когда она добежала до нее и открыла ему дверь. Он запрыгнул внутрь и уселся, ухмыляясь, на пассажирское сиденье, пока она пристегивала его ремнем безопасности.

"Я даже не нервничаю. Я не могу поверить, что я не нервничаю, когда я не делала этого в ... Ну, нет смысла думать об этом ", - добавила она, садясь за руль. "Если я подумаю об этом, я буду нервничать.Он мне действительно нравится. Это безумие, потому что я едва его знаю, но он мне действительно нравится, Генри ".

Генри залаял, то ли от понимания, то ли от радости, когда она зашагала по дорожке.

"Вероятно, это ни к чему не приведет", - продолжила она. "Я имею в виду, он живет в Нью-Йорке, а я живу здесь. Но это не обязательно должно к чему-то приводить, верно? Это не обязательно означает вечную любовь или обязательство на всю жизнь. Это может быть просто похоть, и уважение, и привязанность, и ... похоть. Здесь происходит много похоти, и в этом нет ничего плохого.

"И я собираюсь заткнуться, прежде чем найду способ отговорить себя от этого".

Было почти десять, когда она подъехала к дому Дженни. Поздно, подумала она. Поздновато стучаться в дверь гостиничного номера парня.

Но когда было подходящее время, чтобы постучать в дверь гостиничного номера парня?

Дженни уже выходила из парадной двери и шла по дорожке. Лейн отстегнула ремень безопасности Генри и подождала, пока ее подруга откроет пассажирскую дверь.

"Привет, Генри! Вот мой лучший парень, вот он. Винс ждет тебя".

"Я твой должник", - сказал Лейн, когда Генри бешено мчался к дому.

"Не надо. Позднее свидание, да?"

"Не спрашивай, не говори".

Дженни наклонилась, насколько позволял ее живот. "Ты издеваешься надо мной?"

"Да. Я расскажу тебе все завтра. Просто сделай мне еще одно одолжение?"

"Конечно, что?"

"Молитесь, действительно усердно, чтобы было о чем рассказать".

"Ты получил это, но то, как потрясающе ты выглядишь, говорит о том, что на эти молитвы уже получен ответ".

"Ладно. Вот и все ".

"Иди и возьми их, милая". Дженни закрыла дверь и отступила назад, потирая живот, пока Лейн отъезжал. "Тост для парня", - пробормотала она и пошла в дом поиграть с Генри.

6.

Лейн пришло в голову, что она выглядит как женщина, направляющаяся на свидание. Маленькое черное платье, сексуальные туфли, бутылка вина, зажатая в сгибе ее руки.

Но это было нормально. Она была женщиной, направлявшейся, как она надеялась, на свидание. Вовлеченный человек просто еще не знал об этом. И если она столкнулась с кем-то, кого знала, ну и что? Она была взрослой, она была одинокой и ничем не обремененной. Она имела право на ночь здорового секса без обязательств.

Но она почувствовала облегчение, когда пересекла вестибюль "Путника", не увидев ни одного знакомого лица. Она нажала кнопку "Вверх" в лифте и поймала себя на том, что выполняет технику расслабленного дыхания, которой научилась на занятиях йогой.

Она остановилась.

Она не хотела расслабляться. Она могла расслабиться завтра. Сегодня вечером она хотела это шипение под напряжением в крови, покалывание в мышцах живота, танец мурашек и тепла по коже.

Она вошла в машину, когда открылись двери, и нажала кнопку этажа Макса. Когда двери ее лифта закрылись, двери соседнего с ней лифта открылись.

Алекс Крю ушел.

***

За своим столом, под бормотание телевизора на заднем плане для компании, Макс просмотрел свои записи и составил ежедневный отчет. Он опустил несколько вещей, это было правдой. Не было смысла документировать, что он играл с собакой, целовал Лейн или что он укрыл ее одеялом, а затем стоял и смотрел, как она спит.

Ничто из этого не было существенной информацией.

Он подробно описал степень ущерба, нанесенного ее имуществу, ее действия и реакции, а также свое мнение о том, что, по его наблюдениям, является ее нынешним образом жизни.

Простой, из маленького городка, успешный. Знающая о своей профессии, уютно устроившаяся в своем доме на склоне холма и в обществе.

Но где она взяла средства, чтобы купить этот дом, чтобы начать свой бизнес? Бизнес-кредит и ипотека, к которым он получил доступ - не совсем законным образом - не совсем совпали. Она внесла значительные депозиты - больше, чем логически казалось возможным для молодой женщины, которая получала стабильную, но ничем не примечательную зарплату со времен колледжа.

И все еще не непомерная сумма, размышлял он. Ничего эффектного. Ничего, что намекало бы на то, что где-то было огромное денежное дерево, с которого капали миллионы.

Она водила хорошую машину для средней полосы. Американского производства и трехлетней давности. У нее в доме было несколько прекрасных произведений искусства и мебели, но она была в бизнесе, так что в этом не было ничего примечательного.

Ее гардероб, который он видел, свидетельствовал о хорошем классическом вкусе. Но это тоже не было непомерным и очень точно вписывалось в образ одинокого, успешного торговца антиквариатом.

Все в ней соответствовало этому образу, вплоть до основания.

Она не жила богато. Она не была похожа на оператора, а он обычно мог заметить такового. Какой был смысл покупать дом в лесу, заводить уродливую собаку, открывать бизнес на главной улице США, если это было не то, чего вы хотели?

Женщина с ее качествами могла быть где угодно, делать что угодно. Следовательно, из этого следовало, что она делала именно то, что хотела делать.

И это тоже просто не сходилось.

Он был сбит с толку из-за нее, вот в чем была проблема. Он откинулся на спинку стула, уставился в потолок. Каждый раз, когда он смотрел на нее, его мозг размягчался. Было что-то в этом лице, в голосе, Иисусе, в ее запахе, что делало его слабаком.

Может быть, он не мог видеть в ней оператора, потому что не хотел видеть ее такой. Он не был так увлечен женщиной с тех пор, как ... На самом деле, он никогда не был так увлечен женщиной.

Практически тогда, профессионально тогда, он должен немного отказаться от личного контакта. Независимо от того, казалась она ему лучшим проводником к Джеку О'Хара или нет, он не мог использовать ее, если не мог забыть о ней.

Он мог бы придумать предлог, уехать из города на несколько дней. Он мог бы основать базу поблизости, где он мог бы наблюдать и записывать. И используйте его контакты и связи, а также его собственные хакерские навыки, чтобы глубже проникнуть в жизнь и времена Элейн О'Хара, также известной как Лэйн Тэвиш.

Когда он узнает больше, он решит, как с ней обращаться, и вернется. Но тем временем ему пришлось бы сохранять некоторую объективную дистанцию. Больше никаких ужинов на двоих, больше никаких дневных прогулок с ней дома, никаких физических контактов, которые не могли бы привести ни к чему, кроме осложнений.

Он выписывался утром, быстро звонил ей, чтобы сказать, что его отозвали в Нью-Йорк и он будет на связи. Держите границы открытыми, но расслабьтесь на личном фронте.

Мужчина не мог бы эффективно выполнять свою работу, если бы он блуждал в сексуальном тумане.

Удовлетворенный планом, Макс встал. Сегодня вечером он собирал большую часть своих вещей, может быть, спускался потом выпить по стаканчику на ночь, а затем пытался отоспаться от чувств к ней, которые зарождались в нем слишком быстро и слишком неуместно.

Стук в дверь отвлек его. Они уже приготовили постель, включая маленькие шоколадные крошки на подушках. Он почти ожидал увидеть конверт, просунутый под дверь. Хотя он предпочитал все коммуникации по электронной почте, его клиенты часто настаивали на отправке инструкций по факсу на бумажном носителе.

Когда ничего не появилось, он подошел, посмотрел через глазок. И был на волосок от того, чтобы проглотить собственный язык.

Какого черта она делала у его двери? И во что она была одета?

Иисус Христос.

Он отступил, потер рукой лицо, свое сердце. Профессиональный инстинкт сработал настолько, что заставил его поспешить обратно к столу, закрыть свои файлы, спрятать все сложные документы, а затем быстро осмотреть их в поисках всего, что могло бы выдать его прикрытие.

Он отводил ее вниз, в гостиную, вот что он делал. Уложите ее в общественном месте, скажите ей, что ему перезвонили, быстро выпейте с ней.

И съезжай. Двигайся дальше. Отойди.

Он пару раз провел рукой по волосам, успокаивая нервы. Он изобразил то, что считал непринужденным, слегка удивленным, слегка довольным выражением лица, и открыл дверь.

Полное воздействие от нее не проникало в глазок. Теперь язык, который он чуть не проглотил, снова вывалился и почти шлепнулся к его ногам.

Он не мог полностью сосредоточиться на том, что на ней было надето, кроме того, что заметил, что оно было черным, коротким и демонстрировало больше изгибов, чем в гонке Формулы-1. Ее ноги были длиннее, чем он себе представлял, и заканчивались очень высокими, очень тонкими черными каблуками.

Все эти огненные волосы были так или иначе собраны наверх, а ее глаза казались голубее, ярче, чем когда-либо. Она нанесла на губы что-то темное, блестящее и соблазнительно влажное.

Да поможет ему Бог.

"Я проснулся".

"Ты сделал. Ты, конечно, это сделал ".

"Могу я войти?"

"Ах. Эм." Это было настолько связно, насколько он мог, поэтому он просто отступил. И когда она прошла мимо него, ее запах окутал его железы и сжал.

"У меня не было возможности поблагодарить вас, поэтому я подумал, что сам это сделаю".

"Спасибо тебе. Поблагодари меня, - поправил он и почувствовал себя идиотом.

Она улыбнулась и, подняв бутылку вина, медленно покачала ею из стороны в сторону. "Как вы относитесь к Мерло?"

"Я чувствую себя довольно хорошо из-за этого".

Ей потребовалась вся ее сила воли, чтобы не рассмеяться. Было ли что-нибудь, что заставляло женщину чувствовать себя женщиной больше, чем когда мужчина смотрел на нее как околдованный? Она сделала шаг к нему и была удивительно польщена, когда он отступил. "Достаточно хорош, чтобы поделиться?" - спросила она его.

"Поделиться?"

"Вино".

"О". В свое время у него было пару сотрясений мозга. Они часто вызывали у жертвы то же самое нечеткое ощущение выхода из тела, которое он испытывал сейчас. "Конечно". Он взял бутылку, которую она протянула. "Конечно. Конечно."

"Ну что ж".

"Ну?" Казалось, что между его мозгом и его ртом была какая-то задержка во времени. "О, точно. Ах, штопор." Он посмотрел в сторону мини-бара, но она полезла в свою сумочку.

"Попробуй это". Она предложила ему штопор. Одна половина ручки была изображена обнаженной женщиной, от головы до туловища. У другого была целая нога.

"Мило", - выдавил он.

"Китчево", - поправила она. "У меня есть небольшая коллекция. Хорошая комната ", - добавила она. "Много постели". Она подошла к окну, раздвинула шторы на несколько дюймов. "Держу пари, вид замечательный".

"О, да".

Прекрасно осознавая, что его взгляд был прикован к ней, она продолжала смотреть в окно и медленно сняла тонкий свитер. Она услышала резкий стук винной бутылки о дерево и была довольна, что платье сделало свое дело. С его точки зрения, этого было немного, просто большая часть ее обнаженной спины, обрамленной небольшим количеством облегающего черного.

Она отошла в сторону, к кровати, и взяла одну из мятных конфет с подушки. "Ммм, шоколад. Ты не возражаешь?"

Лучшее, что он мог сделать, это медленно покачать головой. Пробка вылетела из бутылки с удивленным хлопком, и слова "О, мой бог" ворвались в его разум, когда она развернула немного мяты и медленно откусила от нее.

Она издала сексуальный тихий стон, облизнув губы. "Я где-то слышал, что деньги говорят, а шоколад поет. Мне это нравится." Она подошла к нему, поднесла вторую половинку мятной конфеты к его губам. "Я тоже поделюсь".

"Ты убиваешь меня".

"Тогда давай выпьем вина, чтобы ты мог умереть счастливым". Она села на край кровати, скрестив ноги. "Я помешал вашей работе?"

"Сообщает. Я вернусь к этому ". Когда я обрету рассудок, решил он. Он налил вина, протянул ей бокал. И наблюдал, как она смотрела на него, делая первый, медленный глоток.

"Прошло много времени с тех пор, как кто-нибудь укрывал меня одеялом. Я не хотел засыпать на тебе, Макс."

"У тебя была тяжелая ночь, тяжелый день".

"День выдался не таким тяжелым, как я ожидал, благодаря тебе".

"Laine-"

"Позвольте мне поблагодарить вас. Было легче делать то, что нужно, когда ты был там. Мне нравится проводить с тобой время." Она сделала еще один, больший глоток. "Мне нравится хотеть тебя и предполагать, что ты хочешь меня".

"Желание тебя выбивает дыхание из моего горла, перекрывая доступ кислорода к моему мозгу. Это не входило в план ".

"Никогда не хотелось сказать, что к черту план и действуй импульсивно?"

"Все время".

Теперь она действительно рассмеялась, допила вино и встала, чтобы налить еще один бокал. Сделав еще один глоток, она направилась к двери. "Я не знаю. Или редко вспоминай. Но ты должен уважать исключения, которые составляют правило ".

Она открыла дверь, повесила табличку "НЕ БЕСПОКОИТЬ" на наружную ручку. Она закрыла дверь, заперла ее, прислонилась к ней спиной. "Если вам не нравится, к чему это ведет, лучше скажите прямо".

Он сам сделал большой глоток вина. "Мне абсолютно нечего сказать".

"Это хорошо, потому что я был готов к грубости".

Он представил, что ухмылка, расплывшаяся на его лице, была широкой и глупой. Ему было наплевать. "Правда?"

Она повернулась к нему спиной. "Я не был уверен, что смогу драться честно".

"В этом платье дерутся нечестно".

"О?" Она сделала последний глоток вина, затем отставила бокал в сторону. "Тогда я должен просто снять это".

"Позволь мне. Пожалуйста." Он провел кончиком пальца по молочно-белой коже, окаймленной черным. "Позволь мне".

"Угощайтесь сами".

Он забыл о практичности, профессионализме. Он забыл об эмоциональной и физической дистанции, которая, по его мнению, лучше всего соответствовала бы его потребностям. Он забыл обо всем, кроме ее реальности, мягкой, как вода, текстуры ее кожи, пьянящего аромата, горячего, спелого вкуса ее рта, когда он схватил ее за бедра, притянул ближе и поцеловал.

Она окутывала его - эти текстуры, этот аромат, этот вкус, пока они не стали - она была - всем, чего он мог желать, в чем нуждался или что мог вообразить.

Это была ошибка. Брать ее сейчас, вот так, было ошибкой и было очень близко к запретному. Знание этого только добавляло непреодолимый элемент опасности ко всему.

Он стянул платье с ее плеча, впился зубами в плоть. И когда ее голова откинулась назад, он проложил себе путь обратно к тихому мурлыканью в ее горле.

"Хотя кое-что следует сказать о планах", - пробормотал он и обнажил другое ее плечо. "У меня на тебя куча планов".

"Я надеялся". Она нащупала рукой место, где бросила сумочку на кровать. "Тебе это понадобится", - сказала она и вытащила презерватив.

"В какой-то момент нам также понадобятся дефибриллятор и огнетушитель".

"Обещания, обещания".

Он ухмыльнулся. "Я мог бы серьезно сойти по тебе с ума". Он снова прижался губами к ее губам, потерся. "Это что, одна из тех сделок "на скорую руку"? Платье, я имею в виду."

"В значительной степени".

"Черт возьми, мое любимое блюдо". Он работал медленно, растягивая процесс своим ртом на ее, пока они оба не были готовы содрогнуться. Затем он отстранился, взял ее за руку, чтобы она могла снять платье, которое скопилось у ее ног. И просто посмотрел на нее.

На ней было какое-то очаровательное женское сооружение из шелка и кружев, которое обтягивало ее груди, так что у них не было другого выбора, кроме как приподняться, угрожая выплеснуться наружу. Черный шелк скользил по ее торсу, переходил в талию, обтекал бедра и заканчивался маленькими кокетливыми подвязками, на которых держались прозрачные черные чулки.

"Я пытаюсь придумать что-нибудь запоминающееся, чтобы сказать, но это действительно трудно, когда вся кровь отхлынула от моей головы".

"Попробуй".

"Вау".

"Это то, ради чего я снимался". Она протянула руку и начала расстегивать его рубашку. "Мне нравится, как ты смотришь на меня. Я поступил правильно с первого раза. Мне особенно нравится, как ты смотришь на меня сейчас ".

"Я вижу тебя, даже когда не смотрю. Для меня это впервые и немного нервирует ".

"Может быть, некоторым людям положено видеть друг друга. Может быть, именно поэтому это происходит так быстро. Мне все равно, почему." Она стянула с него рубашку, провела руками по его груди, затем сомкнула их на его шее. "Мне все равно", - повторила она и прижалась губами к его губам.

Она знала только, что хочет продолжать испытывать такие чувства, испытывать эти толчки возбуждения, сотрясающие ее организм, дрожать от обжигающего потока предвкушения. Познать силу обладания вниманием и желанием мужчины, этого мужчины.

Она хотела быть безрассудной, взять жадными глотками именно то, что хотела, хоть раз в жизни, и думать только о моменте, об удовольствии, о страсти.

Когда он развернул ее, она выгнулась ему навстречу, подняв руки, чтобы обвить их вокруг его шеи, и дала его рукам свободу пробежаться по ней. Поверх кружева, шелка, плоти. Он питался ее шеей, изгибом ее плеча, когда прикасался к ней, возбуждал ее. У нее перехватило дыхание и вырвался стон, когда его рука скользнула между ее бедер. Она прижалась своими к его, покачала бедрами и поднялась на этой горячей волне удовольствия.

Он представил, как поднимает ее на руки, кладет на кровать, чтобы перейти к следующему этапу с чем-то, приближающимся к романтике и изяществу. Но каким-то образом они переплелись на аккуратно застеленных простынях в отчаянной борьбе за прикосновение, за вкус.

Ее волосы рассыпались по плечам, яркий огонь на фоне белизны. Аромат этого, ее кожи, ошеломил его чувства, пока он не задался вопросом, сможет ли он когда-нибудь сделать еще один вдох, не привлекая ее к себе.

"Делай со мной кое-что". Ее рот был дико голоден на его. "Делай со мной все".

Он потерялся в буре потребностей и жадности, утонул в их пылу, даже когда он наслаждался ею, а она - им. Когда она двигалась под ним, над ним, окружала его, он был грубее, чем хотел быть, в отчаянном поиске большего.

Ее легкие кричали, а сердце колотилось на грани боли. Ее кожа была такой горячей, что казалось, вот-вот расплавятся кости. И Боже, это было великолепно.

Его руки были такими сильными, его рот таким ненасытным. Она могла наслаждаться ощущением того, что ею завладели, телом и разумом. Он дергал за застежки, невероятно крошечные крючки, заставлял ее задыхаться от смеха, когда он возился и ругался. Заставил ее ахнуть от шока, когда он въехал в нее и сбил с толку.

Это она потребовала всего этого, сейчас, сейчас, сейчас ! И выгнулась и раскрылась, которая вскрикнула, когда он погрузился в нее. Ее зрение затуманилось, ее бешено колотящееся сердце остановилось. Тогда все, абсолютно все было ясно как кристалл, ее бешеное сердцебиение, ее тело забилось быстрее, когда они овладели друг другом.

Она могла видеть его лицо, линии и впадины, тень небритой с утра бороды, и его глаза, тигриные глаза, сфокусированные на ней. Затем становилось темнее, становилось непрозрачным за мгновение до того, как он зарылся лицом в ее волосы и излился в нее.

***

Ее тело было насквозь пропитано удовольствием, а разум спокоен, как летнее озеро. Она оказалась в ловушке под его телом и была в восторге от себя и от него. Она могла слышать неровный звук его дыхания. Было такое удовлетворение от осознания того, что она была причиной этого. Играя с его волосами, она закрыла глаза и позволила себе плыть по течению.

"Ты в порядке там, внизу?" пробормотал он.

"Мне здесь чудесно, спасибо. Ты в порядке там, наверху?"

"Может, я и парализован, но чувствую себя довольно хорошо из-за этого". Он повернул голову так, что его губы коснулись ее шеи сбоку. "Laine."

Глаза все еще закрыты, она улыбнулась. "Макс".

"Я должен сказать ... я должен сказать", - повторил он скорее для себя, чем для нее, "это то, чего я никогда не ожидал, когда я ... брался за это задание".

"Я люблю сюрпризы. Они перестали мне нравиться по ходу дела, но я помню, почему мне всегда нравились сюрпризы. Это потому, что они просто случаются ".

"Если сюрпризы заключаются в том, что я нахожу тебя у своей двери в сексуальном черном платье, я их чертовски люблю".

"Если бы я сделал это снова, это не было бы сюрпризом, это было бы повторением".

"Я могу жить с этим. Где Генри?"

"Генри?"

Он приподнялся на локтях, чтобы посмотреть на нее сверху вниз. "Ты ведь не оставила его дома, не так ли? После того, что случилось прошлой ночью."

Теперь это была не вспышка тепла, а медленное и приятное скольжение тепла. Он беспокоился о собаке. Ее собака. Любой мужчина, который беспокоился бы о собаке, когда он был голым в постели с женщиной, сразу попал на вершину ее списка героев всех времен. Она притянула его лицо к своему, чтобы осыпать его поцелуями.

"Нет, я не оставлял его одного. Я отвел его к Дженни. Как ты можешь быть таким совершенным? Я всегда ищу недостатки во всем, но ты просто... - Она прижалась губами к его губам в долгом, шумном поцелуе. "Абсолютно идеально".

"Я не такой". Его не волновал укол вины. Это было ощущение, которое он преодолел или избегал. Хуже того, к этому примешивалось беспокойство. Что бы она подумала, как бы она отреагировала, когда узнала, в чем были его недостатки?

"Я эгоистичный и целеустремленный", - сказал он ей. "Я-"

"Эгоистичные мужчины не забредают в антикварные магазины в поисках подарка для своей матери просто так".

Приступ превратился в острую боль. "Это был импульс".

"Видишь, сюрприз. Разве я только что не сказал, что люблю сюрпризы? Не пытайся убедить меня, что ты не идеален. Я слишком счастлив с тобой прямо сейчас, чтобы думать о чем-то другом. О-о, теперь я заставил тебя задуматься ". Она провела руками по его спине, дружески похлопала его по заднице. "Она пытается превратить это в нечто большее, чем просто веселье и игры?"

"Это не то, о чем я думал. И это уже больше, чем просто веселье и игры ".

"О". Ее сердце дрогнуло, но она не сводила с него глаз. "Это так?"

"Это то, чего я не ожидал, Лейн". Он опустил голову, прикоснулся губами к ее губам. "Все немного усложняет".

"Я не возражаю против осложнений, Макс". Она обхватила его лицо руками. "Мы можем беспокоиться о том, что это такое или нет, что это будет завтра, или мы можем наслаждаться этим. И друг друга. Единственное, что я знаю, это то, что когда я проснулся сегодня вечером дома, я был счастлив, потому что знал, что хочу быть с тобой. Я не чувствовал себя так долгое время ".

"Счастлив?"

"Удовлетворенный, довольный, продуктивный и достаточно счастливый. Но не счастливая, танцующая вокруг-дома. Так что, пожалуй, единственное, что ты мог бы мне сказать, что сделало бы это дело слишком сложным для меня, это то, что у тебя есть жена и пара детей в Бруклине ".

"Я не знаю. Они были в Квинсе ".

Она ущипнула его, сильно, затем перевернула его на спину. "Ha ha. Очень смешно ".

"Это моя бывшая жена, которая живет в Бруклине".

Она оседлала его, откинув волосы назад. "Ты был занят".

"Ну, ты коллекционируешь штопоры. Некоторые парни коллекционируют женщин. Моя нынешняя любовница в Атланте, но я подумываю о расширении. Ты могла бы быть моей мэрилендской тутси ".

"Тутси? Это всегда было одной из моих главных амбиций - быть чьей-то лапочкой. Где мне зарегистрироваться?"

Он сел, обнимая ее и просто прижимая к себе. Осложнения, подумал он. Он не мог начать перечислять их. Так что ему просто пришлось бы иметь с ними дело. Она бы тоже. Но не сегодня. Сегодня вечером он собирался поймать ее на слове и просто наслаждаться.

"Ты собираешься остаться ненадолго? Останься ненадолго, Лейн ".

"Я думал, ты никогда не спросишь".

***

"Не уходи". В тот момент, когда слова слетели с губ Макса, он понял, что никогда раньше не говорил их женщине. Может быть, это было недосыпание, сексуальное истощение. Может быть, это была только она.

"Уже больше трех часов ночи".

"Вот именно. Так что возвращайся в постель. Мы просто ложимся здесь и вздремнем пару часов, а потом закажем завтрак ".

"Звучит замечательно, но мне понадобится еще одна такая проверка в другой раз". Она влезла в платье, отказавшись от нижнего белья. И стер все мысли о дремоте из его головы.

"Тогда просто возвращайся в постель".

"Я должен идти". Она усмехнулась, танцуя вне досягаемости, когда он попытался схватить ее. "Мне нужно съездить домой, поспать пару часов, переодеться, сбегать обратно в город и забрать Генри, отвезти его домой, затем вернуться в город в магазин".

"Если ты останешься здесь, ты могла бы заехать за Генри по дороге домой и сэкономить на поездке".

"И снабдите мельницу сплетен достаточным количеством зерна, чтобы она работала до следующего Рождества". Она была достаточно провинциальной женщиной, которую она создала, чтобы беспокоиться о таких вещах. "Женщина выходит утром из отеля в таком-то платье, брови приподнимаются. Особенно в the Gap."

"Я одолжу тебе рубашку".

"Я ухожу". Она засунула свое нижнее белье в сумочку. "Но если ты захочешь поужинать со мной сегодня вечером ... "

"Назови время и место".

"Восьмой, у меня дома. Я буду готовить".

"Готовить?" Его глаза медленно моргнули, дважды, затем, казалось, остекленели. "Еда?"

"Нет, я думал, что состряпаю коварный заговор против правительства. Конечно, еда." Она повернулась к зеркалу, достала крошечную расческу из своей набитой сумочки и провела ею по волосам. "Что тебе нравится?"

Он просто уставился на нее. "Еда?"

"Я что-нибудь придумаю". Удовлетворенная тем, что она была настолько хороша, насколько собиралась, она бросила щетку обратно в сумочку и подошла к нему. Она склонилась над кроватью, легонько поцеловала его. "Увидимся позже".

Он остался там, где был, после того, как она закрыла за собой дверь. Остался, уставившись на дверь, ощущая ее вкус на своих губах.

Ничто из этого не имело никакого смысла. Не то, что произошло между ними, не то, что он чувствовал к ней, не то, кем она была. Потому что его представление о ней не было неправильным. Он никогда не заходил так далеко, и это не имело никакого отношения к железам.

Если бы Лейн Тэвиш был замешан в многомиллионном ограблении, он бы съел свою лицензию следователя.

Это не объясняло, почему Уильям Янг пришел к ней. Это не объясняло, почему он был мертв. Это не объясняло, почему в ее доме был обыск.

Но были объяснения, и он их выуживал. Он был хорош в этом. Как только он это сделает, как только оправдает ее, удовлетворит своего клиента, выполнит работу, он расскажет ей все.

Она, вероятно, была бы немного расстроена.

Будь настоящим, Гэннон, подумал он, она была бы совершенно взбешена. Но он приводил ее в чувство.

Он тоже был хорош в том, чтобы приводить людей в чувство.

Лучший способ разобраться в той неразберихе, в которую он попал, - это руководствоваться логикой. По логике вещей, дочь Джека О'Хары Элейн разорвала с ним отношения, сменила имя, изменила свое прошлое и начала самостоятельную жизнь. Все указывало в этом направлении, включая его собственные инстинкты.

Это не означало, что Большой Джек, Вилли или кто-либо из их партнеров не знали о ней и ее местонахождении. Это не означало, что не было случайного контакта или попытки контакта.

И ладно, ее финансы все еще казались ему сомнительными, но он поработает над этим. Несколько тысяч здесь или там, чтобы внести первоначальный взнос за дом или начать бизнес, были ничем. Не сравнить с долей в 28 миллионов долларов и мелочью.

Возможно, Вилли выследил ее, чтобы попросить о помощи, месте, где можно спрятаться, передать сообщение от ее отца. Какова бы ни была цель, сейчас он был мертв, как Моисей, и его нельзя было спросить. И никогда бы не нажился на своей доле, размышлял Макс.

Разве это не значительно повысило ставки?

У Лейна в доме не было ничего, о чем стоило бы беспокоиться. Об этом не было и речи. Даже если тот, кто вломился, что-то пропустил, она бы не оставила дом без присмотра на ночь, чтобы поиграть в "разогревай простыни", если бы у нее там что-то было спрятано.

По логике вещей, у нее ничего не было. Она была в Энджелз Гэп, когда были украдены драгоценности. Ради всего святого, она едва закончила свое первое десятилетие, когда ее увели из-под покровительства и влияния Большого Джека.

Несмотря ни на что, чтобы оправдать ее, вычеркнуть ее имя из всех списков, он должен был изучить все основания. Ему пришлось хорошенько осмотреть ее магазин.

Чем раньше он это сделает, тем скорее они смогут двигаться дальше. Он проверил время, рассудив, что у него есть добрых три часа до рассвета.

С таким же успехом можно было бы начать.

7.

Его поразило, что любой, у кого общая ДНК с вором, мог обезопасить свой бизнес стандартными замками и навороченной системой сигнализации, которую мог обойти любой двенадцатилетний подросток со швейцарским армейским ножом и небольшим воображением.

На самом деле, если это ... их дело перерастет в настоящие отношения, он собирался серьезно поговорить с Лейн о безопасности дома и бизнеса. Возможно, магазину в городе такого типа и размера не требовались решетки, ворота или камеры наблюдения, но она даже не потрудилась включить охранное освещение, ни внутри, ни снаружи. Что касается двери, это было жалко. Если бы он был вором, который не беспокоился об изяществе, пара хороших пинков сделала бы свое дело.

Ее нынешнее оправдание системы сделало ночной B & E смущающе легким. Он отключил сигнализацию и вскрыл замки на задней двери на случай, если какой-нибудь страдающий бессонницей решит прогуляться перед рассветом по Маркет-стрит. И он вышел из отеля, не торопясь, обойдя квартал пешком. То, что что-то было легко, не означало, что вы могли позволить себе небрежно относиться к процедуре.

В городе было достаточно тихо, чтобы он мог слышать гул печи, когда она включалась внутри здания. И долгий, заунывный свисток товарного поезда, который зловеще прозвучал в тишине. Не было ни алкашей, ни наркоманов, ни бездомных, ни проституток, ни уличных людей, населяющих ночь в том, что можно было бы назвать центром города Энджелз Гэп.

Вам приходилось задаваться вопросом, действительно ли вы в Америке или вы каким-то образом наткнулись на открытку, напечатанную местной торговой палатой.

Это было, решил Макс, слегка жутковато.

Уличные фонари вдоль крутого тротуара были в старомодном стиле фонарей, и каждый из них светился. Все витрины в магазинах были из чистого стекла. Как и в "Помни, когда", здесь не было ни ворот, ни защитных решеток.

Разве кто-нибудь когда-нибудь не бросал кирпич в кого-нибудь и не угощался, прежде чем убрать его подальше? Или вышибли дверь для быстрой вечеринки по разграблению?

Это просто казалось неправильным.

Он подумал о Нью-Йорке в три двадцать семь утра, Там будет действие или неприятности, если вы склонны к тому или другому. Было бы как пешеходное, так и автомобильное движение, и все магазины были бы закрыты на ночь.

Итак, было ли там больше преступлений на душу населения только потому, что этого ожидали?

Это была интересная теория, и ему нужно было немного подумать над ней, когда у него будет небольшой перерыв.

Но пока, отключив сигнализацию и замки, он осторожно открыл заднюю дверь "Помни, когда".

Приду и уйду максимум через час, пообещал он себе. Затем возвращайтесь в отель, чтобы немного поспать. Когда открылся Нью-Йорк, он связался со своим клиентом и сообщил, что все улики указывают на то, что Лейн Тэвиш не был сознательно вовлечен.

Это позволило бы ему, с его точки зрения, объяснить ей все. Как только он делал это и отговаривал ее от злости, он выбирал ее мозг. У него было чувство, что она была бы отличным источником для отслеживания Большого Джека и бриллиантов.

И при получении гонорара за его поиск.

Макс тихо закрыл за собой дверь. Наклонился, чтобы включить свой фонарик.

Но вместо того, чтобы зажечь узкий луч, в его голове взорвался свет.

***

Он проснулся в полной темноте, и его голова стучала со всем смаком и яростью его юного племянника, хлопающего крышками от кастрюль. Ему удалось перевернуться на то, что он считал своей спиной. Из-за того, как стучала и кружилась его голова, он не мог быть уверен.

Он поднял руку, чтобы проверить, находится ли эта голова все еще лицом вперед, и почувствовал теплую влажную струйку.

И это подтолкнуло темпер к преодолению боли. Было достаточно плохо попасть в засаду и вырубиться, но совсем другое дело, если бы ему пришлось ехать в чертову скорую и накладывать швы.

Он не мог полностью очистить свой мозг, но он заставил себя принять сидячее положение. Поскольку голова, в которой он был теперь достаточно уверен, все еще находилась на правильном пути, казалось, была в опасности упасть с его плеч, он опустил ее на руки, пока не почувствовал себя в большей безопасности.

Ему нужно было встать, включить свет. Проанализируйте себя и то, что, черт возьми, произошло. Он вытер кровь, открыл воспаленные глаза и хмуро посмотрел на открытую заднюю дверь.

Тот, кто ударил его сзади, давно ушел. Он начал подниматься на ноги с идеей быстро осмотреть место, прежде чем последовать его примеру.

И проем задней двери внезапно заполнился полицейскими.

Макс долго смотрел на Винса Бергера и на полицейский номер, указывающий в его сторону, и сказал: "Ну и дерьмо".

***

"Слушай, ты можешь поставить мне двойку и Е. Это будет больно. Я обойду это, но это будет больно. Но-"

"Я всадил тебе за четверку и Е." Винс откинулся на спинку своего рабочего кресла и невесело улыбнулся Максу, который сидел прикованный наручниками к стулу для посетителей в офисе полицейского участка.

Теперь он не выглядел таким большим городским и самоуверенным, подумал Винс, с повязкой на виске и внушительной шишкой на лбу.

"Тогда есть попытка кражи со взломом -"

"Я ничего не крал, черт возьми, и ты это знаешь".

"О, значит, вы просто вламываетесь в магазины посреди ночи, чтобы все осмотреть. Как будто разглядываешь витрины, но изнутри ". Он поднял пакет с уликами, встряхнул его так, что загремели инструменты Макса для взлома и помощник по обработке личных данных. "И вы носите это с собой на случай, если вам понадобится сделать небольшой ремонт дома?"

"Послушай-"

"Я могу уличить вас в хранении инструментов для взлома".

"Это чертов КПК. У каждого был КПК ".

"Я не хочу".

"Сюрприз, сюрприз", - кисло сказал Макс. "У меня были причины находиться в магазине Лейна".

"Ты вламываешься во все магазины и дома женщин, с которыми встречаешься?"

"Я никогда не вламывался в ее дом, и это чертовски элементарно, Ватсон, что кто бы ни был в магазине до меня, кто бы ни ударил меня холодным оружием, это был тот, кто это сделал. Ты защищаешь ее, я понимаю это, но ...

"Чертовски верно". Глаза старого доброго парня стали жесткими, как угли. "Она моя подруга. Она моя хорошая подруга, и мне не нравится, когда какой-то придурок из Нью-Йорка путается с моими друзьями ".

"Вообще-то, я мудак из Джорджии. Я просто живу в Нью-Йорке. Я провожу расследование для клиента. Частное расследование."

"Это вы так говорите, но я не нашел у вас никаких прав".

"Ты тоже не нашел никакого бумажника", - огрызнулся Макс в ответ, "потому что тот, кто вырубил меня, сам воспользовался им. Черт возьми, Бургер-"

"Не ругайтесь в моем кабинете".

Окончательно придя в себя, Макс откинул голову назад и закрыл глаза. "Я не просил адвоката, но я собираюсь умолять вас, я могу даже вызвать немного слез вместе с этим, ради какого-нибудь долбаного аспирина".

Винс открыл ящик стола, достал бутылку. Может быть, он захлопнул ящик стола просто для удовольствия увидеть, как Макс поморщился, но он поднялся и налил чашку воды.

"Ты знаешь, что я тот, за кого себя выдаю". Макс принял таблетки, запил их водой и помолился, чтобы они побили олимпийские рекорды, попав в его кровь. "Ты управлял мной. Ты знаешь, что я лицензированный следователь. Ты знаешь, что я раньше был копом. И пока ты тратишь время и развлекаешься, надрывая мне яйца, кто бы ни был на ее месте, он вернулся на землю. Тебе нужно-"

"Ты не хочешь говорить мне, что я должен делать". Голос был достаточно мягким, чтобы заставить Макса уважать скрывающуюся за ним холодную ярость - особенно с тех пор, как он был прикован наручниками к стулу. "Ты рассказал все это Лейне? О том, что раньше был копом, стал частным, работал над делом здесь, в Гэпе?"

Макс решил, что ему просто повезло, что он напоролся на версию крутого городского копа в стиле Нормана Роквелла. "Это из-за моих отношений с Лейн или из-за того, что я был в магазине?"

"Шесть из одного мне. Над каким делом вы работаете?"

"Я не сообщу вам никаких подробностей по этому поводу, пока не поговорю со своим клиентом". И его клиент вряд ли был доволен, что его поймали, когда он обходил тонкости закона. Не то, что он поскользнулся, а то, что его поймали. Но это была другая проблема.

"Послушайте, кто-то был в том магазине, когда я вошел, и этот же человек разгромил дом Лейна. Лейн - это тот, о ком нам нужно беспокоиться прямо сейчас. Тебе нужно послать помощника шерифа к ней домой и убедиться -"

"Рассказывая мне, как выполнять мою работу, вы не заставите меня чувствовать себя более доброжелательно по отношению к вам".

"Мне все равно, хочешь ли ты пригласить меня на выпускной. Лейн нуждается в защите ".

"Ты хорошо справлялся с этим". Винс оперся всем весом на край стола, как, подумал Макс с замиранием сердца, человек, настроившийся на приятную, долгую беседу. "Забавно, как ты появляешься из Нью-Йорка сразу после того, как я заканчиваю с парнем из Нью-Йорка в морге".

"Да, я все еще смеюсь над этим. Плюс-минус восемь миллионов человек в Нью-Йорке, - холодно сказал Макс. "Кажется разумным, что некоторые из них проходили бы здесь время от времени".

"Думаю, я не чувствую себя по-настоящему разумным. Вот что я вижу. Какой-то парень выходит из магазина Лейна, пугается и выбегает на улицу, где оказывается мертвым. Вы появляетесь, уговариваете Лейн поужинать с вами, и пока вы двигаетесь к ней, ее дом ограблен и разгромлен. Следующее, что вы знаете, это то, что вы входите в ее магазин в половине четвертого утра с инструментами для взлома. Что ты ищешь, Гэннон?"

"Внутренний покой".

"Удачи с этим", - сказал Винс, когда они услышали быстрые шаги по коридору.

Лейн ворвался в комнату. На ней были спортивные штаны, а ее волосы были собраны сзади в хвост, который не обрамлял ее лицо. У нее были синяки от недосыпа под глазами, и эти глаза были полны недоуменного беспокойства.

"Что происходит? Джерри зашел ко мне домой, сказал, что в магазине неприятности и что я должен немедленно зайти и поговорить с тобой. Что за неприятности? Что- - Она заметила наручники и резко остановилась, уставившись на них, затем медленно подняла взгляд на лицо Макса. "Что это?"

"Laine-"

"Тебе захочется минутку посидеть тихо", - предупредил Винс Макса. "У тебя был взлом в магазине", - сказал ей Винс. "Насколько я мог видеть, не было никаких повреждений. Вам придется взглянуть самому, чтобы увидеть, было ли что-нибудь украдено ".

"Я понимаю". Она хотела сесть, но только оперлась рукой о спинку стула. "Нет, я не хочу. Почему ты надел на Макса наручники?"

"Я получил анонимный звонок о том, что в вашем магазине произошла кража со взломом. Когда я добрался туда, я нашел его. Внутри. В его распоряжении был отличный набор отмычек."

Она сделала вдох -вдох, выдох - и перевела взгляд на лицо Макса. "Ты вломился в мой магазин?"

"Нет. Ну, да, технически. Но после того, как это сделал кто-то другой. Кто-то, кто ударил меня по голове, а затем позвонил по наводке, чтобы я получил взбучку за это ".

Она изучала повязку на его виске, но беспокойство уже исчезло из ее глаз. "Это не объясняет, что ты там делал посреди ночи". После того, как я покинула твою постель, подумала она. После того, как я провел ночь в твоей постели.

"Я могу объяснить. Мне нужно поговорить с тобой наедине. Десять минут. Дай мне десять минут".

"Я хотел бы это услышать. Могу я поговорить с ним наедине, Винс?"

"Я бы не рекомендовал это".

"Я лицензированный следователь. Он это знает." Макс ткнул большим пальцем в Винса. "У меня есть дело и клиент, и я ищу зацепки. Я не волен больше ничего говорить ".

"Тогда вы зря потратили бы все наше время", - указал Винс.

"Десять минут, Лейн".

Следователь. Дело. За то время, что ей потребовалось, чтобы справиться с ударом, она добавила своего отца в эту смесь. Боль, гнев и смирение прокатились по ней беспорядочным трио, но ничего из этого не проявилось. "Я был бы признателен за потраченное время, Винс. Это личное ".

"Я так и думал". Винс вскочил на ноги. "Тогда в качестве одолжения тебе. Я буду прямо за дверью. Следи за собой, - добавил он, обращаясь к Максу, - или у тебя появится несколько новых синяков вдобавок к старым.

Макс подождал, пока дверь со щелчком закрылась. "У тебя очень заботливые друзья".

"Сколько из десяти минут вы хотите потратить на не относящиеся к делу наблюдения?"

"Не могли бы вы присесть?"

"Я мог бы, но я не буду". Она подошла к винсовской кофейной машине "Мистер кофе". Ей нужно было чем-то занять руки, прежде чем она поддастся импульсу и ткнет ими в лицо Макса. "В какую игру ты играешь, Макс?"

"Я работаю в Reliance Insurance, и я перехожу черту, говоря вам об этом, прежде чем я обговорю это со своим клиентом".

"Неужели? Но вломиться в мой магазин после того, как ты провел несколько часов, занимаясь со мной сексом, - это, по-видимому, не та реплика, о которой ты беспокоишься ".

"Я не знал. Я не ожидал... " К черту все, - подумал он. "Я могу извиниться, но это не имело бы для вас никакого значения и не оправдывало бы то, как это произошло".

"Ну, вот мы и пришли". Она пила кофе, горький и черный. "В конце концов, мы в чем-то сходимся".

"Ты можешь злиться на меня, если хочешь -"

"Что ж, спасибо. Я верю, что так и будет".

"Но ты должен пройти через это. Лейн, ты в беде."

Она подняла брови, намеренно уставившись на наручники. "Я в беде?"

"Сколько людей знают, что ты Элейн О'Хара?"

Она и глазом не моргнула. Он не ожидал, что она будет настолько хороша.

"Ты был бы одним из них, по-видимому. Я не выбираю использовать это имя. Я сменил фамилию своего отчима давным-давно. И я не понимаю, какое это имеет отношение к тебе ". Она сделала глоток кофе. "Почему бы нам не вернуться к той части, где примерно через час после того, как мы голыми скользили друг по другу, тебя арестовали за проникновение в мое заведение".

Вина отразилась на его лице, но принесла ей мало удовлетворения. "Одно не имеет ничего общего с другим".

Кивнув, она поставила кофе на стол. "С такими ответами нам не нужны отведенные нам десять минут".

"Уильям Янг умер возле вашего магазина", - сказала Макс, делая шаг к двери. "Умерла, согласно сообщениям свидетелей, чуть ли не у тебя на руках. Ты, должно быть, узнал его."

Ее фасад мгновенно треснул, и горе прорвалось наружу. Затем она снова усилила это. "Это больше похоже на допрос, чем на объяснение. Я не заинтересован отвечать на вопросы человека, который лгал мне, который использовал меня. Так что ты можешь начать рассказывать мне, что ты здесь делаешь и чего ты хочешь, или я верну Винса, и мы начнем выдвигать обвинения ".

Он улучил момент. Это было все, что ему было нужно, чтобы подтвердить в своем уме, что она сделает именно это. Оттолкни его в сторону, запри дверь, уходи. Это было все, что ему нужно было понять - он скорее откажется от работы, чем позволит этому случиться.

"Я вломился в ваш магазин сегодня вечером, чтобы снять с вас подозрения, чтобы сегодня утром сообщить своему клиенту, что вы непричастны, и чтобы я мог сказать вам правду".

"Вовлечен во что? Правду о чем?"

"Присядь на чертову минутку. Я устал вытягивать шею."

Она села. "Вот. Удобно?"

"Шесть недель назад бриллианты, оцененные и застрахованные Reliance на двадцать восемь и четыре десятых миллиона долларов, были украдены из офисов Международной ювелирной биржи в Нью-Йорке. Два дня спустя на строительной площадке в Нью-Джерси было найдено тело Джерома Майерса, торговца драгоценными камнями с офисами в этом месте. В ходе расследования было установлено, что этот торговец был своим человеком. Также было установлено, что у него была связь с Уильямом Янгом и Джеком О'Харой ".

"Подожди минутку, подожди минутку. Ты говоришь, что веришь, что мой отец был замешан в ограблении на сумму более двадцати восьми миллионов? Миллион?Что он имел какое-то отношение к убийству? Первое смешно, второе невозможно. Джек О'Хара мечтал о большом, но он мелкий. И он никогда никому не причинял боли, не таким образом."

"Все меняется".

"Не так уж и много".

"У копов недостаточно доказательств, чтобы предъявить обвинение Джеку или Вилли, хотя они наверняка хотели бы с ними поговорить. Поскольку Вилли не собирается ни с кем разговаривать, остается Большой Джек. Страховые компании действительно раздражаются, когда им приходится выплачивать большие претензии ".

"И вот тут ты вступаешь в игру".

"У меня больше свободы действий, чем у копов. И счет на расходы побольше".

"И больший выигрыш", - добавила она. "Что вы думаете?"

"Пять процентов от возвращенной суммы".

"Итак, в этом случае ты возвращаешь двадцать восемь с лишним, ты убираешь ... " Ее глаза сузились, когда она подсчитала. "Кругленький миллион четыреста двадцать тысяч в твоей копилке. Неплохо".

"Я это заслужил. Я потратил на это много часов. Я знаю, что Джек и Вилли были в этом замешаны, точно так же, как я знаю, что там была третья сторона ".

"Я?" Она бы рассмеялась, если бы не была так зла. "Итак, я, что, снял свой черный комбинезон и кепку с часами, рванул в Нью-Йорк, украл драгоценности на миллионы, разделил свою долю, затем вернулся домой, чтобы покормить свою собаку?"

"Нет. Не то, чтобы ты не выглядела сексуально в комбинезоне. Алекс Крю. Это имя ни о чем не говорит?"

"Нет".

"И торговца, и вашего отца видели с ним перед ограблением. Он не мелкий, хотя это было бы его самым большим усилием. В интересах экономии времени, давай просто скажем, что он нехороший парень, и если он смотрит на тебя, у тебя проблемы ".

"С чего бы ему смотреть на меня?"

"Потому что ты дочь Джека, а Вилли умер через несколько минут после разговора с тобой. Что он тебе сказал, Лейн?"

"Он мне ничего не сказал. Ради Бога, я был ребенком, когда видел его в последний раз. Я не узнал его, пока ... Я не знал, кто он такой, когда он вошел. Ты напал не на тот след, Макс. Джек О'Хара и понятия не имел, как организовать или выполнить подобную работу - и если бы каким-то чудом он принимал в этом участие, он бы давно ушел со своей долей. Это больше денег, чем он знал бы, что с ними делать ".

"Тогда почему Вилли был здесь? Что его напугало? Почему в ваш дом и бизнес вломились? Кто бы ни проник в ваш дом, он что-то искал. Они, вероятно, делали то же самое или собирались сделать, когда я прервал их в магазине. Ты слишком умен, чтобы не следовать точкам."

"Если кто-то смотрит на меня, это, вероятно, потому, что ты привел их сюда. У меня ничего не было. Я не разговаривал со своим отцом более пяти лет, и я не видел его еще дольше. Я устроил здесь прекрасную жизнь, и я собираюсь продолжать так жить. Я не позволю тебе, моему отцу или какой-то мифической третьей стороне все испортить ".

Она поднялась на ноги. "Я сниму с тебя наручники и вытащу из этой передряги с Винсом. Взамен ты оставляешь меня в покое, черт возьми".

"Laine-"

"Просто заткнись". Она провела рукой по лицу, ее первый признак усталости. "Я нарушил свое собственное правило и последовал импульсу с тобой. Так мне и надо".

Она направилась к двери, устало улыбнувшись Винсу. "Я сожалею обо всех этих неприятностях. Я бы хотел, чтобы ты отпустил Макса ".

"Потому что?"

"Это было глупое недоразумение, Винс, и в значительной степени по моей собственной вине. Макс пытался убедить меня, что мне нужна лучшая система безопасности в магазине, а я утверждал, что это не так. У нас была небольшая размолвка по этому поводу, и он вмешался, чтобы доказать, что я неправ ".

"Милая". Винс поднял одну из своих больших рук и погладил ее по щеке. "Это просто чушь собачья".

"Я бы хотел, чтобы вы написали это таким образом, если вам вообще нужно это писать. И отпусти его. Нет смысла предъявлять ему обвинения, когда он все равно воспользуется своей лицензией следователя, своим богатым клиентом и их шикарными адвокатами, чтобы добиться отмены дела ".

"Мне нужно знать, в чем дело, Лейн".

"Я знаю, что ты хочешь". Прочный фундамент ее новой жизни немного пошатнулся. "Пожалуйста, дайте мне немного времени, чтобы разобраться во всем этом. Я так чертовски устал прямо сейчас, что едва могу ясно мыслить ".

"Хорошо. Что бы это ни было, я на твоей стороне ".

"Я надеюсь на это".

Она ушла, больше не взглянув, не сказав Максу ни слова.

***

Она не собиралась ломаться. Она слишком много работала, она зашла слишком далеко, чтобы сломаться из-за красивого мужчины с мечтательным южным акцентом. Очаровашка, думала Лейн, расхаживая по своему дому.

Она знала, что лучше не поддаваться очарованию. Кем был ее отец, как не очаровательным, льстивым обманщиком?

Типично, подумала она с отвращением. Типично, типично и так смущающе предсказуемо для нее влюбляться в такого же типа. Макс Гэннон мог лгать и обманывать с юридической стороны, но это все равно было ложью и обманом.

Теперь все, ради чего она работала, было под угрозой. Если бы она не призналась Винсу во всем, он бы никогда больше ей по-настоящему не доверял. Как только она призналась ... Как он мог снова доверять ей?

Облажался в любом случае, подумала она.

Она могла собрать вещи, двигаться дальше, начать все сначала. Это то, что делал Большой Джек, когда становилось тяжело. Так что будь она проклята, если сделает то же самое. Это был ее дом, ее место, ее жизнь. Она не хотела отдавать его, потому что какой-то любопытный частный детектив из большого города наступил на него и оставил ее испачканной.

И убитая горем, она призналась. Под гнев и беспокойство, ее сердце было разбито. Она позволяла себе быть собой с ним. Она пошла на большой риск и доверила ему себя.

Он подвел ее. Мужчины, которые значили для нее больше всего, всегда это делали.

Она плюхнулась на диван, что заставило Генри ткнуться носом в ее руку в надежде на хорошую ласку.

"Не сейчас, Генри. Не сейчас."

Что-то в ее тоне заставило его захныкать, что звучало как сочувствие, прежде чем он сделал пару кругов и опустился на пол рядом с ней.

Урок усвоен, сказала она себе. С этого момента единственным мужчиной в ее жизни был Генри. И пришло время закрыть вечеринку жалости и подумать.

Она уставилась в потолок.

Двадцать восемь миллионов драгоценных камней? Нелепо, невозможно, даже смехотворно. Большой, буйный Джек и милый, безобидный Вилли сорвали крупный куш? Миллионы? И из нью-йоркской достопримечательности? Это невозможно. По крайней мере, нет, если исходить из истории, навыков и предыстории.

Но если вы выбросили правдоподобное в окно, вы остались с фантастическим.

Что, если Макс был прав? Что, если бы случилось фантастическое, и он был прав? Несмотря на все прошедшие годы, она почувствовала ртутный трепет от такой возможности.

Бриллианты. Самый сексуальный из дублей. Миллионы. Идеальное число. Это была бы работа всей жизни. Мать всех профессий. Если бы Джек ...

Нет, это все еще не воспроизводилось.

Привязанность внутри нее, которая не умерла бы из-за ее отца, возможно, позволила бы ей пофантазировать, что он наконец-то достиг успеха. Но ничто и никто не смог бы убедить ее, что Джек О'Хара имел какое-либо отношение к убийству. Лжец, мошенник, вор с очень гибкой совестью - хорошо, эти качества подходят ему как перчатка. Но причинить кому-либо физический вред? Это невозможно.

Он никогда не носил оружия. Дело в том, что у него была фобия по поводу оружия. Она все еще помнила историю о том, как он сделал свою первую растяжку, еще до ее рождения. Он сбил кошку, отъезжая от гостиницы типа "постель и завтрак", и не только остановился, чтобы проверить, но и отвез раненую кошку к ветеринару. Местные копы заметили машину - разумеется, угнанную - на стоянке.

Кот выздоровел и прожил долгую, счастливую жизнь. Большой Джек выиграл от двух до пяти.

Нет, он не имел бы никакого отношения к убийству Джерома Майерса.

Но мошенника можно было обмануть, не так ли? Был ли он втянут во что-то, что было больше и хуже, чем он думал? Кто-то размахивал блестящей морковкой, а он прыгал за ней?

В это она могла поверить.

Итак, он послал Вилли сказать ей что-то или дать ей что-то, но он умер, не успев сделать ни того, ни другого.

Но он пытался предупредить ее. Он знает, где ты сейчас.

Он имел в виду Макса? Он увидел Макса и, запаниковав, выбежал на улицу?

Спрятать дворняжку?Что, черт возьми, он имел в виду? Мог ли Вилли разместить в магазине какую-нибудь фигурку собаки? Лейн попытался визуализировать магазин после визита Вилли. Она лично организовала все показы, и она не могла придумать ни одной вещи неуместной. И ни Дженни, ни Энджи не упоминали ни о каких странных предметах.

Может быть, он имел в виду "мешочек". Может быть, она неправильно поняла. Вы могли положить драгоценные камни в мешочек. Но он не дал ей мешочек, и если бы у него был мешочек с драгоценными камнями, спрятанный при нем или в его вещах, власти нашли бы его.

И все это было просто глупым предположением, основанным на словах мужчины, который солгал ей.

Она сделала глубокий вдох. Как она могла притворяться, что держит честность в таких напыщенных руках, когда сама жила во лжи?

Ей пришлось рассказать Винсу и Дженни все. Она предполагала, что это шло вразрез с ее ранним детским обучением добровольно делиться информацией с полицейским, но она могла преодолеть это. Все, что ей нужно было сделать, это придумать, как им сказать.

"Давай прогуляемся, Генри".

Слова подействовали как заклинание и подтолкнули дремлющего пса вверх, как будто его ноги были пружинами. Он подпрыгивал всю дорогу до входной двери. Прогулка развеет паутину, решила она, даст ей время придумать, как лучше всего рассказать об этом своим друзьям.

Она открыла входную дверь, чтобы Генри мог вылететь, как пушечное ядро. И увидела машину Макса, припаркованную в конце ее полосы. Он был за рулем, его глаза были прикрыты темными очками. Но они, должно быть, были открыты и нацелены на дом, поскольку он вышел из машины еще до того, как она закрыла входную дверь.

"Какого черта ты здесь делаешь?"

"Я сказал, что ты в беде. Может быть, я принес часть этих неприятностей с собой, может быть, они уже были здесь. Но в любом случае, я приглядываю за тобой, нравится тебе это или нет ".

"Я научился заботиться о себе примерно в то же время, когда я научился проводить мошенничество с тремя картами в монте. Итак, единственный сторожевой пес, который мне нужен, - это Генри ".

Пока Генри пытался залезть на дерево в погоне за белкой, Макс просто бросил на собаку злобный взгляд. "Я держусь".

"Если вы думаете, что сможете получить свои пять процентов, заложив мой дом, вы будете разочарованы".

"Я не думаю, что ты имеешь к этому какое-либо отношение. Я это сделал", - добавил он, когда она усмехнулась и повернулась, чтобы уйти. "Когда я впервые создал тебя, я подумал, что у тебя должен быть какой-то кусочек этого. Я навел о тебе кое-какие справки, и что-то не сходилось с обеих сторон, но я перестал искать тебе работу ".

"Большое спасибо. Если это так, почему ты вломился в мой магазин?"

"Моему клиенту нужны факты, а не чувства, хотя они дают мне хороший гонорар, в основном основанный на моем послужном списке инстинктов. Мы с тобой ходили по твоему дому, - сказал он, когда она резко повернула голову. "Женщина прячет какую-то часть из почти тридцати миллионов бриллиантов в помещении, она не позволяет какому-то парню помогать ей подметать полы и выносить мусор. Следующим шагом было осмотреть магазин, убедиться, что там не было ничего, что вас связывало ".

"Пропустил шаг, Макс. Я думаю, это связано с тем, что ты часто прыгаешь голышом на кровати в своем гостиничном номере ".

"Хорошо, давайте проверим это. Ты видишь нимб?" Он указал пальцем на свою макушку.

Она почувствовала в горле маленький пузырек, который мог быть юмором, и безжалостно проглотила его. "Нет", - сказала она после пристального взгляда прищуренных глаз. "Но подождите ... это что, маленькие рожки?"

"Хорошо, скажите мне однозначное "да" или "нет". Парень открывает дверь своего гостиничного номера невероятно красивой женщине, женщине, к которой он испытывает всевозможные чувства, которые путаются у него в голове - и в других частях тела. Женщина указывает - нет, давайте разберемся правильно - женщина заявляет без оговорок, что ей понравился бы вечер интимного физического контакта. Этот парень закрывает дверь у нее перед носом?"

Она остановилась у тощего ручья, быстро бегущего после весенних дождей. "Нет. Теперь ты даешь мне один. Имеет ли женщина, узнав, что парень, с которым у нее был этот интимный физический контакт, подставил ее и солгал о своей цели и своем интересе, затем имеет право надрать его лживую задницу до синяков?"

"Да, она любит". Он снял солнцезащитные очки, засунул их одной рукой в передний карман джинсов. Они оба поняли, что это был за жест.

Посмотри на меня. Вы должны видеть, что я говорю, так же, как и слышать это. Потому что это важно.

"Она любит, Лейн, даже когда этот интерес перерос во что-то, с чем он никогда раньше не сталкивался, и укусила его за задницу. Мне кажется, я влюбился в тебя прошлой ночью ".

"Это чертовски неприятные вещи, которые ты мне говоришь".

"Это чертовски приятно слышать, как я говорю тебе. Но я говорю это. На самом деле, я думаю, что споткнулся где-то между выносом твоего мусора и уборкой твоей гостиной, затем я взмахнул руками, работая над равновесием, и упал плашмя между раундами интимного физического контакта ".

"И я должен верить в это, потому что?"

"Ты не должен. Ты должен надрать мне задницу, отряхнуть руки и уйти. Я надеюсь, что ты этого не сделаешь ".

"У тебя есть талант говорить правильные вещи в нужное время. Это чертовски удобный навык - и подозрительный для меня ". Она на мгновение отвернулась, чтобы согреть руки.

"Когда дело дойдет до работы, я скажу все, что мне нужно сказать, чтобы ее выполнить. Дело не в работе. Я причинил тебе боль, и мне жаль, но такова была моя работа. Я не понимаю, как я мог сыграть это по-другому ".

Она издала смешок. "Нет, я так не думаю".

"Я влюблен в тебя. Ударил меня, как чертов кирпич по голове, и я все еще ничего не вижу. Я тоже не знаю, как я мог сыграть по-другому, но это раскрывает тебе все карты, Лейн. Вы можете закончить раздачу или бросить ее и уйти ".

Все зависит от нее, подумала она. Разве это не то, чего она хотела? Чтобы сделать свой собственный выбор, использовать свои собственные шансы. Но чего он не сказал, и они оба были достаточно умны, чтобы это знать, так это того, что наличие всех карт не означает, что вы не потеряете свою рубашку.

Тэвиш сократила бы свои потери и сбросила карты. Но О'Хара, она хотела бы получить шанс отхватить этот большой, сочный горшочек.

"Я провела первую часть своей жизни, обожая мужчину, который не смог бы выплюнуть правду, даже если бы она танцевала танго у него на языке. Джек О'Хара."

Она выдохнула. "Он просто ни на что не годен, но, Господи, он заставляет вас поверить, что в конце радуги есть горшок с золотом. Он заставляет тебя поверить в это, потому что он верит в это ".

Она опустила руки, повернулась лицом к Максу. "Я провел следующую часть с женщиной, которая пыталась забыть его. Старалась больше для меня, чем для себя, и мне потребовалось время, чтобы понять это. Она, наконец, добилась успеха. Следующую часть я провел с очень порядочным человеком, которого я очень люблю, выступая в роли моего отца. Хороший, любящий мужчина, который никогда не придаст моему сердцу такого же сияния, как этот прирожденный лжец. Я не знаю, кем это делает меня. Но я провел последнюю часть своей жизни, пытаясь быть ответственным, обычным и комфортным. Я проделал хорошую работу над этим. Ты мне все испортил, Макс."

"Я знаю это".

"Если ты снова мне соврешь, я не буду утруждать себя тем, чтобы надрать тебе задницу. Я просто отряхну руки и уйду".

"Достаточно справедливо".

"У меня нет бриллиантов, за которыми вы охотитесь, и я ничего о них не знаю. Я не знаю, где мой отец, как с ним связаться или почему Вилли приходил ко мне ".

"Хорошо".

"Но если я выясню это, если то, что я выяснил, приведет вас к этим пяти процентам, я получу половину".

Он пристально смотрел на нее с минуту, затем его ухмылка медленно расползлась по лицу. "Да, чертовски уверен, что я влюбился в тебя".

"Мы посмотрим на этот счет. Ты можешь войти. Мне нужно позвонить Винсу и Дженни, попросить их выйти, чтобы я мог исповедаться в своих грехах. Тогда мы посмотрим, остались ли у меня еще друзья и место в этом городе ".

8.

Она переживала из-за этого. Не только что сказать, как это сказать, но и где это сказать. Лейн начала готовить на кухне кофе и кофейный кекс, который у нее был в морозилке. Но это было слишком неформально, решила она, и слишком дружелюбно, когда на карту была поставлена дружба.

Винс был полицейским, напомнила она себе. И Дженни, жена полицейского. Какими бы близкими они ни стали за последние несколько лет, узы этих отношений могли распасться, когда она рассказала им о своем прошлом. Когда она сказала им, что лгала им с самого начала.

Гостиная была лучше - и держи кофейный кекс.

Пока она мучилась, была ли это подходящая обстановка, она достала свой маленький ручной пылесос и начала укладываться на диван.

"Лейн, какого черта ты делаешь?"

"Сажал яблони. На что это похоже, что я делаю? Я убираю собачью шерсть с мебели ".

"Хорошо".

Он засунул руки в карманы, вытащил их, провел ими по волосам, пока она пылесосила, взбивал подушки, которые она заново набила, возился с углом наброска из синели.

"Ты заставляешь меня нервничать".

"Ну, извините меня". Она отступила назад, осмотрела результаты. Хотя она засунула большую часть набивки обратно в подушки, разложив их поврежденной стороной вниз, диван все равно выглядел печально и жалко. "Ко мне пришли начальник полиции и мой самый близкий друг, чтобы я мог рассказать им, что практически все, что они думают, что знают обо мне, является большой, сочной ложью; У меня было два взлома за одно и то же количество дней; мой отец подозревается в участии в краже со взломом на двадцать восемь миллионов долларов, замешанной на убийстве, а мой диван выглядит так, будто на него напали бешеные хорьки. Но мне действительно жаль, что я заставляю тебя нервничать ".

"Ты забыла ту часть, где у тебя был сексуальный марафон со следователем, которому поручено это дело".

Она постучала пылесосом по своей ладони. "Это должно быть смешно? Предполагается, что это какая-то извращенная попытка развлечь меня?"

"В значительной степени. Не бей меня этой штукой, Лейн. У меня уже было легкое сотрясение мозга. Наверное. И расслабься. Изменение вашего имени и биографии не является уголовным преступлением ".

"Дело не в этом. Я лгал им каждый день. Знаете ли вы, почему так много мошенников срабатывает? Потому что после того, как метки понимают, что их забрали, они слишком смущены, чтобы что-то с этим сделать. Кто-то выставил их дураками, и это такой же тяжелый удар, как потеря денег. Больше, большую часть времени".

Он взял ручной пылесос и поставил его на стол, чтобы он мог прикоснуться к ней. Чтобы он мог положить руки ей на плечи, скользить ими вверх, пока его большие пальцы не коснулись ее щек.

"Ты не хотел делать из них дураков, и они не твои друзья из-за твоего происхождения американской девушки".

"Я мог запустить приманку и подменить к тому времени, когда мне было семь. Какая-то типичная американская девушка. Я должен измениться ". Она посмотрела на спортивные штаны, которые натянула, когда помощник шерифа пришел к дому, чтобы разбудить ее. "Должен ли я измениться?"

"Нет". Теперь он положил руки ей на плечи, потирая, пока она не подняла голову и не встретилась с ним взглядом. "Ты должен оставаться таким, какой ты есть".

"Как ты думаешь, во что ты влюбляешься, Макс? Лавочник из маленького городка, исправившийся мошенник, девица в беде? Что из этого заводит парня вроде тебя?"

"Я думаю, что это резкая рыжеволосая девушка, которая знает, как держать себя в руках, и иногда поддается импульсу". Он наклонил голову, чтобы прижаться губами к ее лбу. Он почувствовал, как у нее перехватило дыхание, всхлип, который угрожал и был контролируемым. "У нее много сторон. Она любит свою собаку, беспокоится о своих друзьях, она немного задиристая на организационном фронте, и я слышал, что она готовит. Она практична, эффективна и упряма - и она великолепна в постели ".

"Слишком много мнений о коротком знакомстве".

"Я быстро учусь. Моя мама всегда говорила: "Макс, когда ты встретишь женщину, ты упадешь, как подкошенный ".

Улыбка тронула ее губы. "Что, черт возьми, это значит?"

"Черт возьми, если я знаю, но Марлен никогда не ошибается. Я встретил женщину."

Он привлек ее к себе, и она позволила себе ощутить исходящие от него тепло и комфорт, прочность, которую дает ей сильный мужчина. Затем она заставила себя отстраниться.

Она не знала, означает ли любовь опираться на кого-то другого, но по ее опыту, такого рода снисходительность часто отправляла худощавых на ковер.

"Я не могу думать об этом. Я не могу думать об этом, или о том, что я чувствую по этому поводу. Мне просто нужно сделать следующий шаг и посмотреть, к чему я приду ".

"Все в порядке".

Она услышала безумный лай Генри, а мгновением позже звук шин, сминающих гравий. У нее быстро опустился живот, но она держала плечи прямо. "Они здесь". Она покачала головой, прежде чем Макс смог заговорить. "Нет, мне нужно подготовиться. Я должен с этим разобраться ".

Она подошла к двери, открыла ее и смотрела, как Дженни играет с Генри.

Дженни оглянулась. "Должно быть, это настоящая любовь", - крикнула она, затем направилась к дому. "Вытащить меня из постели и привести сюда до восьми утра, должно быть, признак настоящей дружбы".

"Прости, что так рано".

"Просто скажи мне, что у тебя есть еда".

"Я ... у меня есть кофейный кекс, но-"

"Звучит великолепно. Что ты будешь есть?" Она разразилась своим громким лающим смехом, а затем прекратила его, когда увидела Макса. "Я не знаю, что я думаю о том, что ты здесь. Если ты какой-нибудь детектив из большого города, почему ты сразу об этом не сказал?"

"Дженни". Лейн положила руку на плечо своей подруги. "Это сложно. Почему бы вам с Винсом не пойти в гостиную и не присесть?"

"Почему бы нам просто не посидеть на кухне? Это ближе к еде ". И, потирая круги на животе, Дженни начала пятиться.

"Тогда ладно". Лейн глубоко вздохнул, закрыл дверь за Винсом. "Хорошо".

Она последовала за ними обратно. "Это может немного сбить с толку", - начала она, рассказывая, пока ставила чайник с травяным чаем, который она заварила для Дженни. "Прежде всего, я хочу извиниться. Просто скажи, что мне жаль, сразу с места в карьер ".

Она налила кофе, нарезала кусочки торта. "Я не был честен с тобой, ни с кем".

"Милая". Дженни подошла к тому месту, где стояла Лейн, тщательно раскладывая торт на десертной тарелке из гранатового стекла. "У тебя неприятности?"

"Я думаю, что да".

"Тогда мы это исправим. Верно, Винс?"

Винс наблюдал за Лейном. "Почему бы тебе не присесть, Джен. Позволь ей сказать то, что ей нужно ".

"Мы это исправим", - снова сказала Дженни, но она сидела, сверля Макса стальным взглядом. "Это твоя вина?"

"Это не так", - быстро сказал Лейн. "На самом деле это не так. Меня зовут не Лейн Тэвиш. Это ... Я сменил его, юридически, и я использую его с восемнадцати лет, но это не то имя, с которым я родился. Это Элейн О'Хара. Моего отца зовут Джек О'Хара, и если бы Винс проверил его биографию, он обнаружил бы, что у моего отца длинный и разнообразный послужной список. В основном это воровство и мошенничество. Мошенничество."

Глаза Дженни округлились. "Он не управляет местом для барбекю в Нью-Мексико?"

"Роб Тэвиш, мой отчим, делает. Моего отца застрелили-" Лейн оборвала себя, вздохнула. Как быстро это возвращается. "Джека арестовали и отправили в тюрьму за аферу с недвижимостью, когда мне было одиннадцать. Это был не первый раз, когда его поймали, но на этот раз с моей матери было достаточно. Она, как я понял позже, беспокоилась за меня. Я просто боготворил своего отца, и у меня неплохо получалось, учитывая мой возраст, следовать по его стопам ".

"Ты руководил мошенническими играми?"

В тоне Дженни было столько же очарования, сколько и шока, и это заставило Лейн слегка улыбнуться. "В основном я был просто бородатым, но да, я был. Обчищать карманы становилось моей специальностью. У меня были хорошие руки, и люди не смотрят на маленькую девочку, когда понимают, что у них украли кошелек ".

"Святая корова", - это все, что смогла сказать Дженни.

"Мне это понравилось. Это было захватывающе, и это было легко. Мой отец... Ну, он превратил это в игру.Мне никогда не приходило в голову, что, когда я забирал бумажник у какого-нибудь мужчины, он мог быть не в состоянии оплатить аренду за этот месяц. Или когда мы обманули какую-то пару на несколько тысяч в фиктивной сделке с недвижимостью, это могло быть их жизненными сбережениями или фондом колледжа. Это было весело, и это были отметки ".

"И тебе было десять", - добавил Макс. "Дайте ребенку передохнуть".

"Вы могли бы сказать, что это то, что произошло. У меня был перерыв. Направление, в котором я двигался, убедило мою мать изменить свою жизнь и мою. Она развелась с моим отцом и уехала, сменила имя, нашла нормальную работу официантки. Мы много переезжали первые несколько лет. Не для того, чтобы растормошить моего отца - она бы так с ним не поступила. Она дала ему знать, где мы были, при условии, что он сдержал свое слово и не пытался втянуть меня обратно в игру. Он сдержал свое слово. Я не знаю, кто из нас троих был больше удивлен этим, но он сдержал свое слово. Мы переезжали, чтобы копы не беспокоили нас каждый раз ... "

Она замолчала, выдавив болезненную улыбку в сторону Винса. "Извините, но когда у вас есть репутация за мошенничество и воровство, даже по ассоциации, местные жители склонны присматриваться к вам. Она хотела начать все сначала, вот и все. И для меня все с чистого листа. Для нее это было нелегко. Она тоже любила Джека. И я не помог. Мне понравилась игра, и мне не понравилось, что она называется, или что меня разлучили с моим отцом ".

Она разлила кофе по чашкам, хотя к своей еще не притронулась. "Но она так усердно работала, и я начал видеть в ней что-то особенное, гордость и удовлетворение, которые она получала от того, что добивалась своего. Прямой путь. И через некоторое время мы больше не двигались каждый раз, когда оборачивались. Мы не собирали вещи посреди ночи и не выскальзывали из квартир или гостиничных номеров. И она сдержала свои обещания. Большой Джек долго давал обещания, но не смог их сдержать. Когда моя мать сказала, что собирается что-то сделать, она это сделала ".

Никто не произнес ни слова, когда она подошла к холодильнику и достала кувшин с водой и ломтиками лимона. Она налила стакан, выпила, чтобы смочить пересохшее горло.

"В любом случае, все изменилось. Она встретила Роба Тэвиша, и все снова изменилось, к лучшему. Он замечательный мужчина, без ума от нее, и он был добр ко мне. Милая, добрая и веселая. Я взяла его имя. Я сделала себя Лейн Тэвиш, потому что Лейн Тэвиш была нормальной и ответственной. У нее могло бы быть собственное жилье, и свой бизнес, и своя жизнь. Может быть, в нем не было бы всех тех диких взлетов, на которых она ездила в течение первой части своей жизни, но и не было бы всех тех страшных падений. Это казалось просто прекрасным. Поэтому всякий раз, когда вы спрашивали меня о моем прошлом или детстве, я выдумывал все, что казалось подходящим Лейн Тэвиш. Мне жаль. Вот и все. Мне жаль."

Наступил долгий момент молчания. "О'кей, вау". Дженни вытаращила глаза на Лейна. "У меня будет много дополнительных комментариев и вопросов после того, как у меня перестанет кружиться голова, но первое, что я должен спросить, это как все это - а их очень много - относится к тому, что вы попали в беду".

"Вероятно, где-то есть цитата о невозможности убежать от прошлого или скрыть его. Уильям Янг." Она увидела, как Винс медленно кивнул, и поняла, что он кое-что из этого собрал воедино.

"Мужчина, которого убили, когда он выбежал на улицу", - подсказала Дженни.

"Да. Раньше он бегал с моим отцом. Они были близки, как братья, и, черт возьми, половину времени он жил с нами. Я называл его дядей Вилли. Я не узнал его, когда он вошел. Я клянусь в этом, Винс. Прошло много лет с тех пор, как я видел его в последний раз, и это просто не сработало. Это было только после аварии, и он ... Боже, он умирал. "

Она выпила еще воды, но на этот раз ее рука слегка дрожала. "Он выглядел таким грустным, когда я не узнала его, когда я фактически отмахнулась от него. Тогда он лежал там, истекая кровью. Умирал. Он спел часть этой дурацкой песни, которую они с моим отцом обычно исполняли дуэтом. "Пока, черный дрозд". Что-то они начинали петь, когда мы загружались, чтобы слинять из отеля. Я поняла, кем он был, и было слишком поздно. Я не сказал тебе, и это, вероятно, своего рода оскорбление, но я не сказал тебе, что знал его ".

"Зачем он приходил к тебе?"

"У него не было особого шанса рассказать мне. Я не дала ему большого шанса, - поправила она.

"Корить себя за это - пустая трата времени". Макс сказал это быстро, и она проглотила слезы.

"Может быть. Оглядываясь назад, я знаю, что он нервничал, был раздражительным, уставшим. Он дал мне свою визитку - как я тебе и говорил - с написанным на ней номером телефона. Я действительно думал, что он был на рынке, чтобы что-то продать. После я поняла, что он хотел поговорить со мной о чем-то ".

Она уставилась в свой пустой стакан, отставила его в сторону. "Я думаю, его, должно быть, послал мой отец. Одним из лучших навыков Вилли было умение смешиваться. Он был маленьким, невзрачным человеком. Джек большой и рыжеволосый и выделяется, поэтому я думаю, что Джек послал его, чтобы сказать мне что-то или подарить мне что-то. Но у него не было шанса сделать ни то, ни другое. Он только сказал ... он сказал: "Он знает, где ты сейчас", и чтобы я спрятал мешочек. Я думаю, он сказал "сумка", это единственное, что имеет смысл. За исключением того, что это звучало как "дворняжка", но это просто глупо ".

"Что?" Макс щелкнул словом, как кнутом. "Ты только подбираешься к тому, чтобы рассказать мне?"

В отличие от этого, голос Лейна был мягким, как молоко. "Это верно, и я действительно не верю, что вы в каком-либо положении, чтобы критиковать выбор времени. Страховка, твою мать".

"Это страховка, черт возьми. Где сумка? Что ты с этим сделал?"

Ее щеки запылали, но не от смущения, а от вспыльчивости. "Он не дал мне сумку или что-нибудь еще. У меня нет твоих дурацких бриллиантов. Он был в бреду, он умирал " Несмотря на всю ее решимость, ее глаза наполнились слезами, а голос сорвался. "Он умирал прямо у меня на глазах, и было слишком поздно".

"Оставь ее в покое". Мама-медведица, защищающая своего детеныша, Дженни набросилась на Макс, прежде чем та переместилась, чтобы обнять Лейн. "Ты просто оставляешь ее в покое".

В то время как Винс похлопал Лейна по плечу в знак поддержки, его пристальный взгляд был прикован к лицу Макса. "Какие бриллианты?"

"Бриллианты на двадцать восемь целых четыре десятых миллиона были украдены с Международной ювелирной биржи в Нью-Йорке шесть недель назад. Бриллианты, которые мой клиент, Reliance, застраховал и которые очень хотел бы вернуть. Бриллианты, к которым привело меня мое расследование, как я полагаю, были украдены Джеком О'Харой, Уильямом Янгом и третьей стороной, которой, как я полагаю, является некто Алекс Крю ".

"Святое дерьмо", - прошептала Дженни.

"Я ничего о них не знаю", - устало сказал Лейн. "У меня их нет, я никогда их не видел, я не знаю, где они. Я пройду проверку на детекторе лжи".

"Но кто-то думает, что они у вас есть, или доступ к ним".

Благодарная за поддержку, Лейн положила голову на плечо Дженни и кивнула Винсу. "По-видимому. Ты можешь обыскать дом, Винс. Ты и Макс. Вы можете обыскать магазин. Я разрешу тебе полный доступ к записям моих телефонных разговоров, банковским записям, ко всему, что ты захочешь. Я только прошу тебя хранить это в тайне, чтобы я мог просто жить своей жизнью ".

"Ты знаешь, где твой отец?"

"Я понятия не имею".

"Что ты знаешь об этой команде Алекса?"

"Я никогда о нем не слышал. Мне все еще трудно поверить, что Джек О'Хара был частью чего-то с таким размахом. Он был разменной монетой по сравнению с этим ".

"Если бы вам пришлось связаться со своим отцом, что бы вы сделали?"

"Это никогда не всплывало". Потому что они жалили и жгли, она потерла глаза. "Я, честно говоря, не знаю. Он связывался со мной несколько раз за эти годы. Сразу после того, как я закончил колледж, я получил письмо FedEx. Внутри был билет первого класса на Барбадос и ваучеры на неделю проживания в номере люкс в роскошном отеле. Я знал, что это от него, и чуть было не ушел. Но привет, Барбадос. Он встретил меня там. Мы отлично провели время. Невозможно не отлично провести время с Джеком. Он гордился мной - вся эта история с выпускником колледжа. Он никогда не держал никаких обид на мою мать или на меня за то, что я ушла из его жизни. Он появлялся еще пару раз. Последний был до того, как я переехала сюда, когда я жила в Филадельфии ".

"Бизнес в Нью-Йорке - это не мое", - сказал Винс. "Но ваши взломы - и Уильям Янг тоже".

"Он бы никогда не причинил вреда Вилли, если это то, о чем ты думаешь. Не более чем в десять раз больше денег. И он никогда бы не пришел в мой дом и не разнес его таким образом. Он бы так со мной не поступил. Кому угодно, если уж на то пошло. Он любит меня, по-своему, он любит меня. И это просто не в его стиле ".

"Что вы знаете об этой команде?" Винс спросил Макса.

"Достаточно сказать, что Джек и Вилли связались с плохими товарищами. Внутренний человек в нью-йоркской работе был торговцем драгоценными камнями. В него стреляли, в стиле казни. Его тело было найдено в его сгоревшей машине в Нью-Джерси ".

Его взгляд метнулся к Лейн. "Мы можем связать О'Хару с Майерсом, торговцем драгоценными камнями. Но ни история О'Хары, ни история Янга не связаны с насильственными преступлениями или каким-либо вооруженным преступлением. Не могу сказать то же самое о Крю - хотя он никогда не был осужден за убийство, его подозревают в нескольких. Он спокойный и умный. Достаточно умен, чтобы знать, что эти камни горячие, достаточно горячие, чтобы подождать, пока они немного остынут, прежде чем пытаться ликвидировать их или вывезти из страны. Это мог быть кто-то, кто стал жадным или нетерпеливым ".

"Если это Алекс Крю, и он пытается добраться до Stones или моего отца через меня, он обречен на разочарование".

"Это не значит, что он собирается прекратить попытки", - указал Макс. "Если так, то он был в этом районе и, возможно, все еще находится в этом районе. Он украл мой бумажник, так что он знает, кто я и почему я здесь ". Макс рассеянно потрогал пальцами повязку на виске. "Ему придется подумать об этом некоторое время. У меня есть копии фотографий. Он любит играть с лицами, менять свою внешность, но если он бывал в городе, возможно, кто-то из вас его узнает ".

"Мне понадобятся копии для моих людей", - вставил Винс. "Сотрудничал с властями Нью-Йорка по делу подозреваемого, предположительно находящегося поблизости. Я буду держать Лейна подальше от этого так долго, как смогу ".

"Достаточно хорошо".

"Спасибо, Винс. Спасибо тебе. " Лейн подняла руки, позволила им упасть.

"Ты думал, мы будем злиться на тебя?" Дженни спросила ее. "Ты думал, это повлияет на нашу дружбу?"

"Да, я это сделал".

"Это немного оскорбительно, но я прерываю вас, потому что вы выглядите действительно уставшим. Что насчет него?" Она дернула подбородком в сторону Макса. "Ты прощаешь его?"

"Думаю, я должен, учитывая обстоятельства".

"Хорошо, я его тоже прощу. Боже, я только что понял, что был слишком занят всем этим, чтобы есть. Просто позволь мне загладить свою вину." Она взяла кусочек торта, откусила, затем произнесла вокруг него: "Я думаю, тебе следует приехать и остаться со мной и Винсом, пока все это не прояснится".

"Я люблю тебя, Дженни". Поскольку она почувствовала, что слезы снова угрожают расплакаться, она встала, чтобы повернуться к ним спиной и взять их под контроль под видом того, чтобы налить еще кофе. "И я ценю предложение, но мне нужно быть здесь, и со мной все будет в порядке. Макс останется со мной ".

Она обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть удивленное выражение на его лице. Она только улыбнулась, когда принесла кофейник, чтобы наполнить чашки. "Разве это не так, Макс?"

"Да. Конечно. Я буду присматривать за ней", - сказал он Дженни.

"Поскольку у тебя легкое сотрясение мозга, почему бы нам просто не оставить все так, что ты останешься здесь. Мне нужно подняться и переодеться для работы. Я должен открыть магазин ".

"Что тебе нужно сделать, - не согласилась Дженни, - так это подняться наверх и забраться в постель на несколько часов. Ты можешь оставить магазин закрытым на один день ".

"Я думаю, что копы - государственные и частные - оба сказали бы, что мне нужно вести все как обычно".

"Ты делаешь это. Мы будем внимательно следить за магазином и вашим домом, пока не разберемся со всем этим. Я хочу эти фотографии", - сказал Винс Максу.

"Я приведу их".

Лейн проводил их до двери.

"У меня будет куча вопросов. Нам нужно устроить девичник, - решила Дженни, - чтобы я могла накачать тебя. Ты когда-нибудь делал эту штуку с оболочкой? Ты знаешь, тот подменыш?"

"Дженни". Винс поднял глаза к небу.

"Ну, я хочу знать, ради Бога. Расскажешь мне позже. Как насчет того, у которого три карты?" она позвала, когда Винс потащил ее к машине. "Позже, но я хочу конкретных деталей".

"Она нечто". Макс наблюдал, как Винс загружал свою жену в машину.

"Да, она снова стала чем-то другим. Она - самое счастливое, что когда-либо случалось со мной ". Она подождала, пока машина скроется из виду, прежде чем закрыть дверь. "Что ж, все прошло лучше, чем я заслуживал".

"У тебя получается прощать меня лучше, чем у тебя получается прощать себя".

"Ты выполнял работу. Я уважаю трудовую этику." Она слегка пожала плечами, повернулась к лестнице. "Мне нужно взять себя в руки и попасть в город".

"Laine? Я думал, что мы пройдем несколько раундов, когда я сказал тебе, что собираюсь остаться здесь. Вместо этого ты говоришь мне, что я остаюсь здесь. Почему это?"

Она прислонилась к перилам. "Есть несколько причин. Во-первых, я не хныкающий трус, но я и не безмозглый и храбрый. Я не собираюсь оставаться здесь одна, так далеко от города, когда кто-то, кто не желает мне добра, может вернуться. Я не собираюсь рисковать собой или своей собакой из-за чужих камней ".

"Разумный".

"Итак, я нанимаю частного детектива из большого города, который, как я полагаю, несмотря на имеющиеся доказательства, может постоять за себя".

Он нахмурился на это и переступил с ноги на ногу. "Я прекрасно могу постоять за себя".

"Приятно знать. Далее, поскольку я заинтересован в том, чтобы эти драгоценные камни были найдены, я предпочитаю, чтобы вы были под рукой, чтобы я точно знал, что вы делаете по этому поводу. Я могу использовать семьсот тысяч долларов, как и любой другой парень ".

"Практичный".

"Наконец, мне понравился секс, и я не понимаю, почему я должен лишать себя большего. Легче затащить тебя в постель, если ты останешься здесь ".

Поскольку он, казалось, не смог подобрать термин для этого, она улыбнулась. "Я иду в душ".

"Хорошо", - выдавил он после того, как она поднялась наверх. "Это объясняет это".

***

Тридцать минут спустя она спустилась вниз, свежая, как весеннее утро, в короткой зеленой куртке и брюках. Ее волосы были зачесаны назад на висках серебряными гребнями и оставлены падать прямо на плечи этим ярким потоком.

Она подошла к Максу и протянула ему латунную связку ключей. "Передняя и задняя двери", - сказала она ему. "Если и когда ты вернешься домой раньше меня, я был бы признателен, если бы ты выпустил Генри, дал ему немного поиграть".

"Нет проблем".

"Если и когда я готовлю, ты моешь посуду".

"Договорились".

"Я люблю опрятный дом и не собираюсь убирать за вами".

"Я был правильно воспитан. Поблагодари Марлен ".

"На данный момент этого должно хватить. Я должен идти ".

"Потерпи, это твои правила. Теперь вот мои: Возьмите этот номер ". Он вложил карточку ей в руку. "Это мой сотовый. Ты звонишь мне, когда уезжаешь домой. Если ты по какой-либо причине не вернешься сразу домой, ты тоже дай мне знать об этом ".

"Хорошо". Она сунула карточку в карман.

"Ты позвонишь по этому номеру, если что-нибудь случится, все, что тебя беспокоит. Меня не волнует, насколько незначительным это кажется, я хочу услышать об этом ".

"Итак, если я получу один из этих звонков от телемаркетера, я дам вам знать".

"Я серьезно, Лейн".

"Хорошо, хорошо. Что-нибудь еще? Я очень опаздываю".

"Если ты получишь известие от своего отца, скажи мне. Ты сказала мне, Лейн, - повторил он, когда увидел ее лицо. "Разделенная лояльность не принесет ему никакой пользы".

"Я не буду помогать вам сажать его в тюрьму. Я не буду этого делать, Макс ".

"Я не полицейский. Я не сажаю людей в тюрьму. Все, чего я хочу, это вернуть драгоценные камни, получить свой гонорар. И сохрани нам всем здоровье, пока я этим занимаюсь ".

"Ты обещаешь мне, что не выдашь его, несмотря ни на что, и я обещаю рассказать тебе, если получу от него известие".

"Сделано". Он протянул руку, пожал ее. Затем дернул ее так, что она упала в его объятия. "А теперь поцелуй меня на прощание".

"Хорошо".

Она крепко ухватилась за его бедра, приподнялась на цыпочки и встретила его рот своим. Она делала это медленно, покачиваясь в нем, меняя угол, чтобы подразнить, используя зубы, чтобы бросить вызов. Она почувствовала, как его руки зарылись в ее волосы, пальцы запутались. Когда внутри нее поднялся жар, когда она почувствовала, как он исходит от него, она обхватила его руками, сжала его задницу.

Ее собственный пульс участился, но она наслаждалась ощущением контроля и повернула голову так, что ее губы оказались близко к его уху.

"Это должно обнять меня", - прошептала она, затем отстранилась.

"Теперь я поцелую тебя на прощание".

Она засмеялась и хлопнула рукой по его груди. "Я так не думаю. Отмечай свое место, тогда ты сможешь поцеловать меня в знак приветствия. Я должен быть дома к семи ".

"Я буду здесь".

Он пошел с ней на свидание, последовал за ней в город и скрылся, чтобы отправиться в свой отель.

Он остановился у стойки, чтобы попросить клерка оплатить его счет при выезде.

Она изучала его лицо. "О, мистер Гэннон, с вами все в порядке? Ты попал в аварию?"

"Это было в значительной степени нарочно, но я в порядке, спасибо. Я спущусь через несколько минут ".

Он вошел в лифт. Он уже решил поработать над своими заметками и отчетами, как только устроился в Laine's. Мог бы также устроиться поудобнее. Человек, который путешествовал так часто, как он, знал, как быстро и с наименьшим количеством суеты собирать вещи. Он перекинул ремень своей сумки для одежды через одно плечо, ремень чехла для ноутбука - через другое и вышел из комнаты через пятнадцать минут после того, как вошел.

Вернувшись за стойку, он просмотрел свой счет, подписал кредитную квитанцию.

"Я надеюсь, вам понравилось у нас".

"Я сделал". Он сделал пометку на ее бейджике с именем. "Одна вещь, прежде чем я уйду, Марти". Наклонившись, он вытащил папку из чехла для ноутбука, пролистал в поисках фотографий Джека О'Хары, Уильяма Янга и Алекса Кру. Он положил их лицевой стороной вверх на стол. "Вы видели кого-нибудь из этих мужчин?"

"О". Она моргнула, глядя на него. "Почему?"

"Потому что я ищу их". К этому он добавил улыбку мощностью в тысячу ватт. "Как насчет этого?"

"О", - повторила она, но на этот раз она посмотрела на фотографии. "Я так не думаю. Прости."

"Все в порядке. Кто-нибудь сзади? Может быть, они могли бы выйти на минутку, взглянуть?"

"Конечно, я думаю. Майк здесь. Если ты просто подождешь минутку."

Он проделал ту же процедуру со вторым клерком, за вычетом кокетливой улыбки, и получил те же результаты.

Уложив сумки в багажник своей машины, он совершил обход. Первая остановка, он отнес фотографии Винсу, подождал, пока будут сделаны копии. Затем он обыскал другие отели, мотели, гостиницы типа "постель и завтрак" в радиусе десяти миль.

Три часа спустя самым ощутимым результатом его усилий была сильная головная боль. Он проглотил четыре таблетки ибупрофена повышенной прочности, как леденцы, затем купил сэндвич на вынос в супермаркете.

Вернувшись в Laine's, он щедро поделился холодным саб с благодарным Генри и надеялся, что это будет их маленьким секретом. С головной болью, превратившейся в ужасную пульсацию, он решил провести остаток дня, распаковывая вещи, обустраивая что-то вроде рабочего места и просматривая свои заметки.

Он потратил около десяти секунд, размышляя, куда положить свою одежду. Дама сказала, что хочет затащить его в постель, так что было только справедливо, чтобы его одежда была под рукой.

Он открыл ее шкаф, порылся в одежде. Представлял ее в некоторых из них, представлял ее вне всех из них. Он отметил, что она, по-видимому, разделяла странную привязанность его матери к обуви.

После еще одного короткого обсуждения он пришел к выводу, что имеет право на разумное пространство в выдвижном ящике. Поскольку перестановка ее нижнего белья заставляла его чувствовать себя извращенцем, он собрал свою собственную стопку в ящике с разноцветной армией аккуратно сложенных свитеров и рубашек.

В сопровождении Генри, следовавшего за ним, он осмотрел домашний офис Лейн, затем ее гостиную, затем комнату для гостей. Модный маленький письменный стол в комнате для гостей не был бы его первым выбором, но это было лучшее доступное место.

Он устроил. Он напечатал свои заметки, отчет о проделанной работе, перечитал их и немного отредактировал. Он проверил свою электронную почту, голосовую почту и ответил на то, что требовало ответа.

Затем он сел за симпатичный маленький стол, уставился в потолок и позволил теориям бродить в его голове.

Он знает, где ты сейчас.

Итак, кем он был? Ее отец. Если Вилли знал, где Лейн, то, скорее всего, Большой Джек тоже знал. Но из того, что сказала Лейн, Джек все это время время от времени следил за ней. Итак, фраза не сработала. Он знает, где ты сейчас.Стрелка в голове Макса указывала на Алекса Крю.

В истории О'Хары не было насилия, но оно было в истории Крю. О'Хара выглядел не лучшим образом после двух ударов по затылку торговца бриллиантами. И, судя по этой истории, у Вилли нет причин убегать в страхе от своего старого приятеля Джека О'Хара.

Более вероятно, гораздо более вероятно, что он сбежал бы от третьего человека, человека, которого Макс был убежден, что это Алекс Крю. И после этого Команда оказалась в Отрыве.

Но это не сказало Максу, куда Вилли положил камни.

Он хотел доставить их в Лейн. Какого черта Вилли или ее отец хотели выставить Лейн перед таким человеком, как Крю?

Он прокрутил это в голове, но ничего не добился. Ему было неудобно в рабочем кресле, он переместился, чтобы растянуться на кровати. Он закрыл глаза, сказав себе, что сон освежит его мозг.

И камнем провалился в сон.

9.

Была его очередь просыпаться, завернувшись в одеяло. По своей привычке, он вышел из сна тем же путем, каким вошел в него. Быстро и полно.

Он взглянул на часы и поморщился, когда увидел, что был под воздействием целых два часа. Но было еще около семи, и он ожидал, что будет на ногах до возвращения Лейна.

Он скатился с кровати, проглотил еще пару таблеток от затяжной головной боли, затем направился вниз, чтобы найти ее.

Он был в нескольких шагах от кухни, когда аромат дотянулся до него, зацепил соблазнительными пальцами его органы чувств и увлек за собой на оставшуюся часть пути.

И разве она не была чертовски хорошенькой, подумал он, стоя там в своей аккуратной рубашке и брюках с кухонным полотенцем, заткнутым за пояс, пока она помешивала что-то, что томилось на сковороде на плите. Она использовала деревянную ложку с длинной ручкой, поддерживая ритм ею и своими бедрами под мелодию, которая звучала из мини-проигрывателя компакт-дисков на кухонном столе.

Он узнал Маршалла Такера и решил, что они достаточно хорошо сработаются в музыкальной сфере.

Собака растянулась на полу, грызя моток веревки, который, судя по его виду, уже побывал в значительных переделках. На столе стояли веселые желтые нарциссы в крапчатой голубой вазе. Множество свежих овощей было разложено рядом с разделочной доской для разделки мяса на прилавке.

Он никогда особо не увлекался домашними сценами - по крайней мере, он так считал. Но эта пуля попала ему прямо в центр. Мужчина, решил он, мог бы заниматься этим в течение следующих сорока или пятидесяти лет и чувствовать себя при этом просто прекрасно.

Генри дважды ударил хвостом, затем поднялся, чтобы подпрыгнуть и ударить искореженной веревкой по бедру Макса.

Постукивая ложкой по краю кастрюли, Лейн повернулась и посмотрела на него. "Хорошо вздремнул?"

"Я так и сделал, но просыпаться еще лучше". Чтобы успокоить Генри, он наклонился, чтобы дернуть за веревку, и обнаружил, что вовлечен в энергичное перетягивание каната.

"Теперь ты сделал это. Он может продолжать в том же духе несколько дней ".

Макс высвободил веревку, сделал длинный, низкий бросок по коридору. Карабкаясь по плитке, затем по твердой древесине, Генри отправился в безумную погоню. "Ты дома раньше, чем я ожидал".

Она смотрела, как он подходит к ней, ее брови приподнялись, когда он развернул ее, пока она не уперлась спиной в стойку. Он положил руки с обеих сторон, заключая ее в клетку, затем наклонился и занялся ее ртом.

Она начала класть руки ему на бедра, но они обмякли на ней. Вместо этого она медленно растворилась, ее тело мерцало под ленивым натиском. Ее пульс участился; ее мозг отключился. К тому времени, когда ей удалось открыть глаза, он откинулся назад и ухмылялся ей.

"Привет, Лейн".

"Привет, Макс".

Все еще наблюдая за ней, он наклонился, чтобы отдать веревку, Генри бодро ответил еще одним рывком. "Что-то пахнет действительно вкусно". Он наклонился, чтобы понюхать ее шею. "Кроме тебя".

"Я подумал, что мы будем есть курицу с феттучини в легком сливочном соусе".

Он взглянул на кастрюлю и сливочный соус, который кипел на медленном огне. "Ты ведь не играешь со мной, не так ли?"

"Ну, да, я такой, но не об этом. В холодильнике охлаждается бутылка пино нуар. Почему бы тебе не открыть это и не налить нам по бокалу ".

"Я могу это сделать". Он отступил, прошел еще один раунд с Генри, выиграл роуп и снова бросил его. "На самом деле ты готовишь", - сказал он, доставая вино.

"Я люблю готовить время от времени. Поскольку большую часть времени здесь только я, я не особо утруждаю себя суетой. Это приятная перемена ".

"Рад, что смог помочь". Он взял предложенный ею штопор, изучил маленькую серебряную свинку, установленную на крышке. "Ты действительно собираешь их".

"Просто одна из тех вещей". Она поставила два бокала для вина янтарного цвета на стойку. Ей было приятно видеть, как он переключался между обязанностями сомелье и играми с собакой. Чтобы дать ему передышку, она присела на корточки, чтобы достать жестянку из шкафчика.

"Генри! Хочешь угощения!"

Собака мгновенно бросила веревку, чтобы начать безумную демонстрацию прыжков, дрожи, лая. Макс мог бы поклясться, что видел слезы отчаяния в глазах собаки, когда Лейн протягивал ей печенье на молочной косточке.

"Только хорошие собаки получают угощение", - чопорно сказала она, и Генри шлепнулся задницей на пол и содрогнулся от усилия взять себя в руки. Когда она подбросила печенье, Генри перехватил его в воздухе, как опытный правый полевой игрок ловит всплывающее окно. Он умчался с этим, как вор.

"Что, ты добавляешь в них кокаин?"

"Его зовут Генри, и он наркоман до мозга костей. Это займет его на пять минут ". Она достала сковородку. "Мне нужно обжарить курицу".

"Обжарьте курицу". Он застонал от этого. "О боже".

"С тобой действительно легко".

"Это не оскорбляет меня". Он подождал, пока она достала из холодильника упаковку куриных грудок и начала нарезать их полосками. "Ты можешь говорить и делать это?"

"Я могу. Я очень опытный".

"Круто. Итак, как прошел бизнес?"

Она взяла вино, которое он поставил рядом с ней, сделала глоток. "Вы хотите знать, как обстоят дела сегодня в мире розничной торговли, или видел ли я что-нибудь подозрительное?"

"Оба".

"Так уж получилось, что сегодня мы выступили очень хорошо. Я продал очень хороший буфет Sheraton, среди прочего. Не было похоже, что что-либо в магазине, или в моем офисе, или на складе было потревожено - за исключением небольшого количества крови на полу в задней комнате, которая, я полагаю, ваша." Она побрызгала маслом на сковородку, затем взглянула на него. "Как твоя голова?"

"Лучше".

"Хорошо. И я не видел никаких подозрительных личностей, кроме миссис Франквист, которая приходит раз или два в месяц, чтобы поинтересоваться моими ценами. Итак, как прошел твой день?"

"Занят, до сна". Он поливал ее, пока она выкладывала полоски курицы в разогретое масло, затем начал готовить салат.

"Я думаю, что есть много таких дней, когда ты задаешь много вопросов и на самом деле не получаешь никаких ответов".

"Нет - это все равно ответ".

"Я полагаю, это так. Почему милый мальчик из Саванны едет в Нью-Йорк, чтобы стать частным детективом?"

"Сначала он решает стать полицейским, потому что ему нравится во всем разбираться и делать все правильно. По крайней мере, настолько правильно, насколько это возможно. Но это не очень подходит. Он не очень хорошо ладит с другими ".

Она слегка улыбнулась, возвращаясь к салату. "Разве он не так?"

"Не так уж и много. И все эти правила, они начинают чесаться. Как слишком тесный воротник. Он выясняет, что ему действительно нравится делать, это заглядывать под камни, но ему нравится ковырять камни. Чтобы сделать это, вы должны остаться наедине. Делать это и жить хорошо. . . Между прочим, мне нравится жить хорошо ".

"Естественно". Она налила немного вина в курицу, убавила огонь, накрыла сковороду.

"Итак, чтобы жить хорошо, вы должны хорошо разбираться в этих камнях и находить людей, которые живут даже лучше вас, чтобы платить вам за то, чтобы вы вмешивались во все те мерзкие дела, которые происходят под ними". Он стащил кусок моркови, чтобы перекусить. "Южный парень движется на север, янки много времени считают, что он движется медленно, думает медленно, действует медленно".

Она оторвала взгляд от взбивания ингредиентов для заправки салата в маленькой миске из нержавеющей стали. "Их ошибки".

"Да, и мое преимущество. В любом случае, я заинтересовался компьютерной безопасностью - киберработкой. Вы почти пошли в этом направлении, но вы недостаточно выходите. Итак, я просто добавляю этот маленький талант в микс. Reliance понравилась моя работа, назначил мне аванс. В целом мы неплохо относимся друг к другу ".

"Ваши таланты распространяются на сервировку стола?"

"Навык, которому я научился на коленях у моей мамы".

"Посуда там, столовые приборы там, салфетки в том ящике".

"Проверь".

Она поставила воду для макарон, пока он ходил на работу. Проверив курицу, отрегулировав температуру, она снова взялась за вино. "Макс, я много думал об этом сегодня".

"Я так и думал, что ты это сделаешь".

"Я верю, что вы поступите правильно по отношению к моему отцу по нескольким причинам. Ты заботишься обо мне, и он не твоя цель. Восстановление камней - это."

"Это пара из них".

"И есть еще один. Ты хороший человек. Не блестящий и не яркий, - сказала она, когда он остановился, чтобы посмотреть на нее. "Что было бы просто раздражающим для кого-то вроде меня, потому что я бы продолжал видеть, как мое собственное отражение отражается от кого-то вроде этого, и я бы всегда терпел неудачу. Но хороший человек, который может исказить правду, когда это удобно, но держит свое слово, когда он его дает. Осознание этого успокаивает меня на многих уровнях ".

"Я не буду давать тебе обещания, которое не смогу сдержать".

"Видите, это как раз то, что нужно сказать".

***

Пока Лейн и Макс ели пасту на кухне, Алекс Крю поужинал стейком с прожаркой и приличным каберне в загородном домике, который он снял в государственном парке.

Ему не нравился рустик, но он ценил уединение. Его комнаты в "Страннике" в Энджелз Гэп внезапно стали слишком теплыми, чтобы ему подходить.

Максфилд Гэннон, размышлял он, изучая лицензию следователя Макса, пока ел. Либо свободный агент, вышедший за вознаграждение, либо частное лицо, работающее на страховую компанию. В любом случае, этот человек был раздражителем.

Убить его было бы ошибкой - хотя он потратил соблазнительный и удовлетворяющий момент, обдумывая это, пока стоял над потерявшим сознание детективом, кипя от возмущения из-за того, что его прервали.

Но даже полицейские силы yahoo, такие как те, что копошатся в этом жалком маленьком городке, были бы разгневаны убийством. Для его целей было бы лучше, если бы они продолжали придираться к штрафам за парковку и возмущать местную молодежь.

Лучше, размышлял он, потягивая вино, и намного проще установить личность раздражителя, сделать анонимный звонок. Ему было приятно думать об этом Максфилде Гэнноне, пытающемся объяснить местному закону, что именно он делал в закрытом магазине в половине четвертого утра. Это должно было на какое-то время все хорошо завязать. И, без сомнения, это послало очень четкое сообщение Джеку О'Хара через его дочь.

Но все равно это раздражало. У него не было времени обыскать помещение, и ему пришлось сменить жилье. Это было очень неудобно.

Он достал маленькую записную книжку в кожаном переплете и составил список этих дополнительных списаний. Когда он догнал О'Хару - а он, конечно, догнал бы - он хотел иметь возможность четко описать все эти преступления, пока пытками выбивал из него местонахождение оставшихся алмазов.

Судя по тому, как рос список, ему пришлось бы сильно навредить О'Харе. Это было то, чего мы с нетерпением ждали.

Он мог бы также добавить дочь О'Хары и частного детектива в свой список подлежащих оплате. Это был бонус в великой схеме для человека, который приравнивал причинение боли к власти.

Он был быстр и милосерден с Майерсом, жадным и идиотским покупателем драгоценных камней, которого он нанял в качестве своего человека. Но тогда Майерс не сделал ничего большего, чем был достаточно глуп, чтобы поверить, что он имеет право на четверть прибыли. И достаточно жадный, чтобы встретиться с ним наедине, на закрытой стройплощадке, посреди ночи, когда обещали большую долю.

На самом деле, этот человек не заслуживал жизни, если подумать об этом.

В любом случае, он был незакрепленным концом, который требовал обрезания. В конце концов, след привел бы к нему. Он бы похвастался перед кем-нибудь, или разбрасывался бы деньгами, проматывая их на безвкусные машины или женщин, или Бог знает на что, что этот класс людей считал желанным.

Он рыдал, умолял и рыдал, как ребенок, когда Крю приставил пистолет к его голове. Неприятное зрелище, на самом деле, но чего можно было ожидать?

Он также передал ключ от ящика почтового ящика, где он спрятал Тряпичную куклу Энди с мешком драгоценных камней в животе.

Гениально, на самом деле, он должен был отдать должное О'Харе за этот маленький штрих. Прятали драгоценные камни стоимостью в миллионы долларов в безобидные предметы, на которые никто не взглянул бы дважды. Итак, когда сработала сигнализация, здание оцепили, копы набежали, никто бы не подумал, что все эти красивые камни все еще были внутри, спрятанные во что-то столь невинное, как детская кукла. Тогда это был просто вопрос поиска необычного в обычном, в то время как поиск продолжался в другом месте.

Да, он мог бы отдать должное Джеку за эту забавную деталь, но это не отменяло всех списаний.

Вряд ли им можно было доверить хранение драгоценных камней на миллионы долларов в течение года, на который они согласились. Как он мог доверять ворам, что они сдержат свое слово?

В конце концов, у него не было намерения хранить свое.

Кроме того, он хотел всего этого. Всегда намеревался забрать все это. Другие были просто инструментами. Когда инструмент выполнил свою задачу, вы его выбросили. Лучше, ты уничтожил это.

Но они обманули его, ускользнули у него из рук и забрали с собой половину приза. И это стоило ему недель времени и усилий. Ему приходилось беспокоиться, что их поймают на одном из тех жалких мошенничеств, которые так любил Большой Джек, и в конечном итоге они признаются в ограблении и потеряют половину своего имущества.

Они должны были быть мертвы сейчас. Тот факт, что один из них продолжал жить, дышать, ходить, прятаться, был личным оскорблением. Он никогда не терпел оскорблений.

Его план был прост и понятен. Майерс, во-первых, стиль исполнения, чтобы создать впечатление, что один из его карточных долгов настиг его. Потом О'Хара и молодые, неуклюжие идиоты. Они должны были быть там, где он сказал им быть, но они были слишком глупы, чтобы следовать инструкциям.

Если бы они это сделали, он бы связался с ними, как и планировал, посеял семена беспокойства по поводу кончины Майерса и договорился о встрече в тихом, уединенном месте, мало чем отличающемся от того, в котором он обедал сейчас.

Там он мог бы расправиться с ними обоими без особых усилий, поскольку ни у кого из них не хватило духу даже на то, чтобы носить оружие. Он оставил бы достаточно улик, чтобы связать их с делом в Нью-Йорке, и обставил все так, чтобы даже для самого придурковатого копа сцена выглядела как ссора воров.

Но они исчезли из-за него. Сорвал его тщательное планирование, попытавшись уйти в подполье. Прошло больше месяца, потребовалось больше месяца, чтобы, наконец, выйти на след и выследить Вилли до Нью-Йорка, только для того, чтобы разминуться с ним на несколько дюймов и быть вынужденным потратить больше времени, больше усилий, больше денег, чтобы догнать его до Мэриленда.

Потом потерял его из-за дорожно-транспортного происшествия.

Качая головой, Крю отрезал еще один кусок стейка с кровью. Теперь он никогда не сможет получать деньги напрямую от Вилли, так что этот счет будет переведен Большому Джеку - и остальным.

Как это сделать, был вопрос, и возможности развлекали его до конца трапезы.

Он пошел за девушкой прямо в этот момент, вытянул из нее местоположение ее отца и местонахождение драгоценных камней? Но если бы Вилли умер до того, как сообщил ей какую-либо важную информацию, это были бы напрасные усилия.

Затем нужно было учитывать этого Максфилда Гэннона. Возможно, было бы разумно провести небольшое исследование там, выяснить, каким именно человеком он был. Возможно, кто-то поддался на взятку? Очевидно, он что-то знал об этой девушке, иначе он не стал бы пробираться в ее магазин.

Или, и эта мысль поразила его, как стрела в сердце, она уже заключила сделку с Гэнноном. И это было бы слишком плохо, подумал он, снова и снова ударяя кулаком по столу. Это было бы слишком плохо для всех вовлеченных.

Он не собирался довольствоваться половиной. Это было неприемлемо. Следовательно, он нашел бы способ вернуть остальную часть своей собственности.

Девушка была ключом. Что она знала или не знала, было неопределенным. Но был один простой факт: она была дочерью Джека и зеницей его вороватого ока.

Она была приманкой.

Обдумывая это, он откинулся назад, аккуратно промокнул рот салфеткой. Действительно, еда здесь была лучше, чем можно было подумать, а тишина успокаивала.

Тихо. Частное. Милый маленький лесной отдых. Он начал улыбаться, потакая себе очередным бокалом вина. Тихо и уединенно, поблизости нет соседей, которых можно было бы потревожить, если нужно было поговорить с ... коллегами. Дискуссия, которая может стать немного жаркой.

Он оглядел хижину, деревенскую темноту, давящую на окна.

Это могло бы сработать очень хорошо, подумал он. Это действительно могло бы сработать очень хорошо.

***

Было очень странно просыпаться с мужчиной в твоей постели. Мужчина занимал значительное место, во-первых, и она не привыкла беспокоиться о том, как она выглядит в ту минуту, когда утром открывает глаза.

Она полагала, что справится с последней частью, если продолжит просыпаться с этим мужчиной в своей постели еще какое-то время. И она всегда могла купить кровать побольше, чтобы компенсировать первую часть.

Вопрос был в том, что она чувствовала, деля свою постель - и разве это не было просто метафорой ее жизни? - с этим мужчиной в течение любого периода времени? У нее не было времени все обдумать, не было времени, поправила она.

Закрыв глаза, она попыталась представить, что это было месяц спустя. Ее сад бы взорвался, и она бы думала о летней одежде, о том, чтобы достать свою уличную мебель из сарая. Генри должен был прийти на ежегодный прием к ветеринару.

Она планировала детский праздник Дженни.

Лейн открыл один глаз, покосился на Макса.

Он все еще был там. Его лицо было вдавлено в подушку, его волосы были милыми и взъерошенными.

Итак, она чувствовала себя довольно хорошо из-за того, что он будет там через месяц.

Попробуй шесть месяцев. Она снова закрыла глаза и спроецировала.

Приближался День благодарения. В своей обычной организованной манере - ей было все равно, что говорила Дженни, это не было навязчивым или отвратительным - она заканчивала свои рождественские покупки. Она планировала праздничные вечеринки и то, как она украсит магазин и дом.

Она заказывала вязанку дров и с удовольствием разжигала огонь каждый вечер. Она запасалась несколькими бутылками хорошего шампанского, чтобы они с Максом могли ...

О-о, вот он был.

Теперь она открыла оба глаза и изучала его. Да, вот он был. Появлялся прямо в ее маленьких проекциях, лежал прямо там рядом с ней, спящей, в то время как Генри, ее предварительный будильник, начинал шевелиться.

У нее было чувство, что если она добавит шесть месяцев к этому прогнозу и превратит его в год, он все равно будет там.

Он открыл глаза, быстрая вспышка того рыжевато-коричневого цвета, и она взвизгнула от удивления.

"Я слышал, как ты пялился".

"Я не был. Я думал."

"Я тоже мог это слышать".

Его рука метнулась вперед, обвилась вокруг нее. У нее в животе затрепетал глупый маленький трепет от его непринужденной силы, когда он потянул ее на себя и подмял под себя.

"Мне нужно выпустить Генри".

"Он может подождать минутку". Его рот завладел ее ртом так, что возбуждение переросло в пульсацию.

"Мы существа привычки". У нее перехватило дыхание. "Генри и я".

"Существа привычки всегда должны быть на рынке, чтобы выработать другую привычку". Он уткнулся носом в ее шею, туда, где бился пульс. "Утром ты такая теплая и нежная".

"С каждой минутой становится все теплее и мягче".

Его губы коснулись ее кожи, затем он поднял голову, чтобы посмотреть ей в глаза. "Давайте посмотрим на это".

Он просунул руки под ее бедра, приподнял их. И скользнул внутрь нее. Эти ярко-голубые глаза затуманились.

"О, да". Он наблюдал за ней, наблюдал за ней в бледном утреннем солнечном свете, когда он гладил. "Ты абсолютно прав".

***

Генри заскулил и положил передние лапы на край кровати. Он склонил голову набок, как будто пытаясь понять, почему два человека все еще были там с закрытыми глазами, когда уже давно пора было его выпускать.

Он однажды залаял. Определенный вопросительный знак.

"Ладно, Генри, одну минуту".

Макс провел кончиками пальцев по руке Лейн. "Хочешь, чтобы я это сделал?"

"Ты уже сделал это. И спасибо".

"Ha ha. Ты хочешь, чтобы я выпустил собаку?"

"Нет, у нас есть наш маленький распорядок".

Она встала с кровати, из-за чего Генри помчался к двери спальни, помчался обратно, пританцовывая на месте, пока она доставала халат из шкафа.

"Входит ли в программу кофе?" Макс спросил ее.

"Нет рутины без кофе".

"Хвала Богу. Я собираюсь принять душ, а потом спущусь ".

"Не торопитесь. Ты уверен, что хочешь пойти куда-нибудь, Генри? Вы абсолютно, положительно уверены?"

Судя по тону и маниакальной реакции собаки, Макс предположил, что переигровка была частью утреннего ритуала. Ему нравилось слушать, как собака скачет вверх и вниз по ступенькам, а Лейн заливисто смеется.

Он улыбался всю дорогу в душ.

Внизу, пока Генри прыгал на всех четырех лапах, Лейн отпер дверь прихожей. Согласно процедуре, она отперла наружную дверь, чтобы Генри мог вылететь, а не протискиваться через дверцу для собачки, и чтобы она могла глубоко вдохнуть утренний воздух.

Она восхищалась своими весенними луковицами, наклонилась, чтобы понюхать гиацинты, которые она посадила в пурпурных и розовых цветах. Скрестив руки на груди, она стояла и смотрела, как Генри совершает свой утренний обход, задирая ногу на каждое дерево на ближайшем заднем дворе. Она знала, что в конце концов он сбегал в лес, чтобы посмотреть, сможет ли он вспугнуть несколько белок, загнать пару оленей. Но это маленькое приключение подождет до тех пор, пока он скрупулезно не обозначит свой периметр.

Она слушала щебет птиц и журчание своего маленького ручейка. Она все еще чувствовала тепло от Макса, все еще испытывала тепло к нему и удивлялась, как у кого-то может быть хоть малейшее беспокойство в такое прекрасное и мирное утро.

Она вошла обратно, закрыла наружную дверь. И начал напевать, когда она вернулась на кухню.

Он вышел из-за двери и выстрелил ей в сердце, прямо в горло. Она открыла рот, чтобы закричать, когда он предостерегающе приложил палец к губам, и звук соскользнул.

10.

Это выбило из нее дыхание, так что она отступила на шаг назад, ударилась о стену, в то время как ее рука нащупала горло, как будто решая, выдавить крик или заблокировать его.

Пока он стоял, ухмыляясь ей, все еще постукивая пальцем по губам, она с хрипом втянула воздух и выдохнула его единственным взрывным шепотом.

"Папа!"

"Сюрприз, Лейни". Он вытащил руку из-за спины и протянул поникшую связку весенних фиалок. "Как поживает моя милая малышка?"

Макс использовал слово "Секира". Теперь она это прекрасно понимала. "Что ты здесь делаешь? Как ты- - Она остановила себя, прежде чем спросить его, как он сюда попал. Нелепый вопрос, учитывая, что снятие блокировок было одним из его любимых занятий. "О, папа, что ты наделал?"

"Итак, это какой-нибудь способ поприветствовать вашего дорогого старого папу после всего этого времени?" Он широко раскрыл свои объятия. "Неужели меня никто не обнимет?"

В его глазах был огонек, таких же голубых, как ее собственные. Его волосы - его гордость и радость - были ярко-рыжими и зачесаны в роскошную гриву вокруг широкого, жизнерадостного лица. Веснушки рассыпались по его носу и щекам, как имбирь, взбитый со сливками.

На нем была фланелевая рубашка в черно-красную клетку цвета буйволиной кожи и джинсы, которые, как она предположила, он выбрал в знак уважения к местности, и в обоих из которых, казалось, спали. Ботинки, которые он к ним подобрал, выглядели до боли новыми.

Он склонил голову набок и одарил ее мечтательной, щенячьей улыбкой.

У ее сердца не было защиты от этого. Она прыгнула в его объятия, обхватила его, когда он крепко сжал и закружил в нескольких головокружительных кругах.

"Это моя девочка. Это мой ребенок. Моя принцесса Лейни из Хараланда".

Ее ноги все еще были в футе от пола, она положила голову ему на плечо. "Мне больше не шесть, папа. Или в восемь, или в десять."

"Все еще моя девочка, не так ли?"

От него пахло палочками корицы, а телосложением он напоминал юконского гризли. "Да, я думаю, я все еще такая". Она отстранилась, слегка подтолкнув его плечи, чтобы он опустил ее. "Как ты сюда попал?"

"Поезда, самолеты и автомобили. В последний раз я был на своих двоих. Это место, которое у тебя здесь есть, сладкая моя. Живописный. Но ты заметил, что это в лесу?"

Это заставило ее улыбнуться. "Без шуток? Хорошо, что мне нравится лес ".

"Должно быть, унаследовал это от своей матери. Как она?"

"Она великолепна". Лейн не знала, почему это всегда заставляло ее чувствовать себя виноватой, когда он спрашивал, без злобы, с искренним интересом. "Как долго ты здесь?"

"Только вчера вечером вернулся. Поскольку я поздно прибыл в твой лесной рай, полагая, что ты в стране грез, я позволил себе войти. Спал на твоем диване, который, должен тебе сказать, в плачевном состоянии." Он прижал руку к пояснице. "Будь ягненком, милая, и приготовь своему папочке кофе".

"Я как раз собиралась... " - Она замолчала, когда напоминание о кофе прояснило ее голову. Макс!"Я не один". Паника подступила к ее горлу. "Наверху кто-то в душе".

"Я понял это из машины на твоей подъездной дорожке, модной штуковины с нью-йоркскими номерами". Он чмокнул ее в подбородок. "Я надеюсь, ты собираешься сказать мне, что у тебя была пижамная вечеринка с девушкой из другого города".

"Мне двадцать восемь. Я перешла от пижамных вечеринок с подружками к сексу с мужчинами ".

"Пожалуйста". Джек прижал руку к сердцу. "Давай просто скажем, что у тебя остался друг на ночь. Это то, что отец должен делать поэтапно. Кофе, дорогая? Это хорошая девочка ".

"Хорошо, хорошо, но есть вещи, которые тебе нужно знать о ... моем ночном госте". Она достала пакет с фасолью, насыпала немного в кофемолку.

"Я уже знаю самое важное. Он недостаточно хорош для моего ребенка. Никто не мог быть."

"Это так сложно. Он работает в Reliance Insurance."

"Итак, у него нормальная работа, с девяти до пяти". Джек пожал своими широкими плечами. "Я могу простить это".

"Папа-"

"И мы немного поговорим об этом молодом человеке". Он понюхал воздух, пока она отмеряла кофейную гущу в фильтр. "Лучший аромат в мире. Пока это делает то, что делает, не мог бы ты принести мне посылку, которую Вилли оставил тебе? Я буду присматривать за горшком ".

Она смотрела на него, пока все мысли, все слова кружились в ее голове и слились в единую ужасную уверенность. Он не знал.

"Папа, я не ... Он не ... " Она покачала головой. "Нам лучше присесть".

"Только не говори мне, что он еще не приходил". Слабейшая вспышка раздражения пробежала по его лицу. "Мужчина заблудился бы в собственной ванной без карты, но у него было более чем достаточно времени, чтобы добраться сюда. Если бы он включил свой чертов мобильник, я бы связался с ним, сказал, что планы изменились. Мне неприятно говорить тебе, Лейни, но твой дядя Вилли становится старым и рассеянным."

Нелегкий путь, подумала она, когда кофе пролился в кофейник. Легкого пути не было. "Папа, он мертв".

"Я бы не стал заходить так далеко. Просто забывчивый".

"Папа". Она схватила его за руки, сжимая, пока смотрела, как снисходительная улыбка исчезает с его лица. "Произошел несчастный случай. Его сбила машина. И он... он умер. Мне жаль. Мне так жаль ".

"Этого не может быть. Это ошибка ".

"Он пришел в мой магазин несколько дней назад. Я не узнала его." Теперь она провела руками по его рукам, потому что они начали дрожать. "Это было так давно, я не узнал его. Он дал мне номер, попросил позвонить ему. Я подумал, что у него есть что продать, а я был занят, поэтому не обратил особого внимания. Затем он ушел, и сразу после, казалось, всего через несколько секунд после этого, раздались эти ужасные звуки ".

Глаза Джека наполнились слезами, и у нее было то же самое. "О, папа. Шел дождь, и он выбежал на улицу. Я не знаю почему, но он выбежал, а машина не могла остановиться. Я выбежала, и я ... я поняла, кем он был, но было слишком поздно ".

"О Боже. Боже. Боже." Он действительно сидел сейчас, опустившись на стул, уронив голову на руки. "Он не может уйти. Только не Вилли".

Он укачивал себя для утешения, в то время как Лейн обвила его руками, прижалась щекой к его. "Я послал его сюда. Я сказал ему прийти, потому что я думал, что это ... Выбежал на улицу?"

Его голова поднялась сейчас. Слезы потекли по его щекам, и она знала, что он никогда не стыдился их или каких-либо других сильных эмоций. "Он не был ребенком, который выбегает на улицу".

"Но он сделал. Были свидетели. Женщина, которая его ударила, была опустошена. Она ничего не могла сделать."

"Он убежал. Если он сбежал, на то была причина ". Он побледнел под слезами. "Тебе нужно получить то, что он дал тебе. Возьми это и отдай мне. Никому не говори. Ты никогда в жизни его раньше не видел, вот что ты говоришь ".

"Он ничего мне не дал. Папа, я знаю о камнях. Я знаю о работе в Нью-Йорке ".

Теперь его руки были на ее плечах с хваткой достаточно сильной, чтобы она знала, что останутся синяки. "Откуда ты знаешь, если он тебе ничего не давал?"

"Мужчина, который наверху. Он работает на Reliance. Они застраховали драгоценные камни. Он следователь."

"Полицейский из страховой компании". Он вышел прямо из кресла. "У тебя в душе полицейский, ради Иисуса!"

"Он выследил Вилли здесь, и он связал его со мной. Для тебя и меня. Он всего лишь хочет вернуть камни. Он не заинтересован в том, чтобы сдать тебя. Просто отдай мне то, что у тебя есть, и я позабочусь об этом ".

"Ты спишь с копом? Моя собственная дочь?"

"Я не думаю, что сейчас время углубляться в это. Папа, кто-то вломился в мой дом, в мой магазин, потому что они ищут камни. У меня их не было ".

"Это та ублюдочная команда. Этот ублюдочный убийца." Его глаза все еще были влажными и заплывшими, но за ними горел огонь. "Ты ничего не знаешь, ты меня слышишь? Ты ничего не знаешь, ты меня не видел. Ты не поговорил со мной. Я позабочусь об этом, Лейн ".

"Ты не можешь позаботиться об этом. Папа, у тебя ужасные неприятности. Камни того не стоят ".

"Половина из двадцати восьми миллионов - это немалая сумма, и именно с ней мне придется поторговаться, как только я узнаю, что Вилли сделал со своими. Он ничего тебе не дал? Сказал что-нибудь?"

"Он сказал мне спрятать мешочек, но он мне его не дал".

"Мешочек? Он вытащил их?"

"Я только что сказал, что он не дал мне мешочек. Он был... угасающим, и было трудно понять его. Сначала я подумала, что он сказал "дворняжка".

"Вот и все". Некоторая оживленность вернулась на его лицо. "Его доля в собаке".

"Собака?От неподдельного шока ее голос сорвался на писк. "Ты скормил бриллианты собаке?"

"Не настоящая собака. Боже всемогущий, Лейни, за кого ты нас принимаешь?"

Она просто закрыла лицо руками. "Я больше не знаю. Я просто не знаю ".

"Это в статуе собаки, маленькой черно-белой собачки. У копов, вероятно, были его вещи. Это, вероятно, у копов, но они не знают, что у них есть. Я могу с этим работать ".

"Папа-"

"Я не хочу, чтобы ты волновался. Никто больше не побеспокоит тебя. Никто не тронет мою маленькую девочку. Просто помалкивай об этом, а я разберусь с остальным ". Он обнял ее, поцеловал. "Я просто возьму свою сумку и уйду".

"Ты не можешь просто уйти", - запротестовала она, поспешая за ним. "Макс говорит, что команда опасна".

"Макс - страховой агент?"

"Да". Она нервно посмотрела в сторону лестницы. "Нет, он не наркоман".

"Как бы то ни было, он не ошибается насчет экипажа. Мужчина думает, что я не знаю, кто он, - пробормотал Джек. "Что он сделал. Подумал, что я проглочу его фальшивые имена и сказочную историю целиком. Я был в игре с тех пор, как научился говорить, не так ли?" Джек перекинул сумку через плечо. "Мне никогда не следовало связываться с ним, но что ж, двадцать восемь миллионов плюс-минус - это странные партнеры по постели. Теперь из-за меня убили Вилли из-за этого ".

"Ты этого не сделал. Это не твоя вина ".

"Я взялся за работу, зная, кто такой Крю, хотя он называл себя Мартином Лайлом. Зная, что он опасен, и все это время планируя двойную игру, я согласился на эту работу. Вилли пошел со мной. Но я это исправлю. Я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось." Он быстро поцеловал ее в макушку, затем направился к входной двери.

"Подожди. Просто подожди и поговори с Максом ".

"Я так не думаю". Он фыркнул при этой идее. "И окажи нам обоим услугу, принцесса". Теперь он приложил палец к ее губам. "Меня здесь никогда не было".

Она слышала, как он насвистывал "Bye Bye Blackbird", отправляясь на пробежку. Он всегда хорошо двигался для крупного мужчины. Прежде чем она успела опомниться, он свернул на ее полосу и исчез.

Как будто его никогда там не было.

Она закрыла дверь, прислонилась к ней лбом. Все болело: ее голова, ее тело, ее сердце. В его глазах все еще были слезы, когда он убегал рысцой. Слезы по Вилли. Она знала, что он будет горевать. Он винил себя. И в таком состоянии он может сделать что-нибудь глупое.

Нет, не глупо, поправила она себя и побрела на кухню бесцельно расхаживать. Безрассудный, безрассудный, но не глупый.

Она не смогла бы остановить его. Даже если бы она просила, умоляла, даже если бы она сама пустила слезы. Он бы взвалил на себя их тяжесть, когда уходил, но он бы ушел.

Да, он всегда хорошо двигался для крупного мужчины.

Она услышала, как Макс направляется к кухне, и поспешно полезла в шкаф за кружками.

"Как раз вовремя", - радостно сказала она. "Кофе только что подан".

"Утренний кофе, должно быть, один из лучших запахов в жизни".

Тогда она повернулась, уставилась на него, и его слова эхом отозвались в ее голове словами ее отца. Его волосы были все еще влажными после душа. Ее душ. От него пахло ее мылом. Он спал в ее постели. Он был внутри нее.

Она дала ему все это. Но после десятиминутного визита ее отца она сдерживала доверие и правду.

"Мой отец был здесь". Она выпалила это, прежде чем смогла задать себе вопрос.

Он поставил кружку, которую только что взял. "Что?"

"Он только что ушел. Несколько минут назад. И я понял, что не собираюсь говорить тебе, не собирался ничего говорить. Я собирался прикрыть его. Я думаю, это обусловленность. Или частично. Я люблю его. Мне жаль."

"Джек О'Хара был здесь? Он был в доме, а ты мне не сказала?"

"Я говорю тебе. Я не ожидаю, что ты поймешь, какой это шаг для меня, но я говорю тебе." Она попыталась налить кофе, но ее руки дрожали. "Не причиняй ему вреда, Макс. Я бы не вынесла, если бы ты причинил ему боль."

"Давайте просто вернемся к квадрату здесь. Твой отец был здесь, в этом доме, и ты готовила мне ужин, ложилась со мной в постель. Я наверху, занимаюсь с тобой любовью, а он прячется где-то...

"Нет! Нет! Я не знал, что он был здесь до сегодняшнего утра. Я не знаю, когда он сюда попал, сам вошел. Он спал на диване. Я выпустил Генри, а когда снова зашел на кухню, там был он ".

"Тогда за что, черт возьми, ты извиняешься передо мной?"

"Я не собирался тебе говорить".

"Сколько, три минуты? Господи Иисусе, Лейн. Вы установили для нас такую планку честности, я собираюсь продолжать биться об это головой. Дай мне передохнуть".

"Я очень смущен".

"Он был твоим отцом двадцать восемь лет. Я был парнем, влюбленным в тебя около двух дней. Я думаю, что могу дать тебе некоторую поблажку. Хорошо?"

Она прерывисто вздохнула. "Хорошо".

"Это конец слабости. Что он сказал, чего он хотел, куда он пошел?"

"Он не знал о Вилли". Ее губы задрожали, прежде чем ей удалось сжать их вместе. "Он плакал".

"Садись, Лейн, я принесу кофе. Присядьте и отдохните минутку ".

Она сделала то, о чем он просил, поскольку все, что болело, теперь сотрясалось. Она сидела, уставившись на свои руки, и слушала, как жидкость ударяется о керамику. "Я думаю, что я тоже мог бы быть влюблен в тебя. Наверное, сейчас не самое подходящее время упоминать об этом ".

"Мне нравится это слышать". Он поставил кружку перед ней, затем сел. "В любое время".

"Я не играю с тобой, Макс. Мне нужно, чтобы ты это знал ".

"Детка, держу пари, у тебя это хорошо получается. Обдумывал. Но ты не настолько хорош."

Дерзкий тон был как раз тем, что было нужно, чтобы высушить угрожающие слезы. Она посмотрела на него тогда с определенной вспышкой веселого высокомерия. "О да, я такой. Я мог бы обманом лишить тебя твоих сбережений, твоего сердца, твоей гордости и заставить тебя поверить, что это была твоя идея вручить их с бантом сверху. Но поскольку, похоже, единственное, что меня интересует, - это твое сердце, я бы предпочел, чтобы это действительно была твоя идея. Джек никогда не мог играть откровенно с моей матерью. Он любил ее. До сих пор вспоминает, если уж на то пошло. Но он никогда не мог играть честно, даже с ней. Итак, у них ничего не вышло. Если мы с тобой займемся этим, я хочу, чтобы шансы были в нашу пользу ".

"Тогда давай начнем с того, что выясним, как обращаться с твоим отцом".

Она кивнула и взяла кофе, который он принес ей. Она была бы уравновешенной, и она была бы натуралкой. "Он послал Вилли сюда, чтобы отдать мне часть прибыли. Для сохранности, из того, что я могу собрать. Ты должен знать, что если бы это произошло, я бы забрал камни, а затем вернул их ему. Я бы доставил ему немало огорчений из-за этого, но я бы сделал это ".

"Кровь густая", - признал Макс.

"Из того, что я могу собрать, он забеспокоился, потому что Вилли не позвонил ему, а его, Вилли, мобильный телефон был выключен. Итак, он изменил план, приехал сюда, чтобы забрать собаку ".

"Какая собака?"

"Видите, это была дворняжка, а не сумка. Или, сумка у дворняжки. Боже, это звучит как обычная плохая комедия. Но я не получил собаку вместе с сумкой, поэтому мой отец считает, что копы забрали ее вместе с вещами Вилли. И он считает, что Команда - кстати, он подтвердил, что Команда - выследила Вилли здесь, точно так же, как и ты, и это то, что напугало Вилли и заставило его выбежать на улицу ".

"В мире не хватает кофе", - пробормотал Макс. "Возвращайся к собаке".

"О, это не настоящая собака. Это фигурка собаки. Это один из старых трюков Джека. Спрячьте добычу во что-нибудь обычное, чтобы ее можно было передать - и обошли стороной те, кто хочет получить ее обратно, - пока не спадет накал страстей. Однажды он спрятал тайник с редкими монетами внутри моего плюшевого мишки. Мы вышли прямо из многоквартирного дома, поболтали со швейцаром и ушли со ста двадцатью пятью большими "Инсайд Паддингтон".

"Он взял тебя на работу?"

Его самый настоящий шок заставил ее опустить взгляд к своей кружке с кофе. "У меня не было того, что вы назвали бы стандартным детством".

Макс закрыл глаза. "Куда он направляется, Лейн?"

"Я не знаю". Она потянулась, накрыла его руку своей, пока их глаза не встретились. "Клянусь, я не знаю. Он сказал мне не беспокоиться, что он обо всем позаботится ".

"У Винса Бургера появились эффекты Вилли?"

"Не говори ему, Макс, пожалуйста, не надо. У него не будет выбора, кроме как арестовать Джека, если он появится. Я не могу принимать в этом никакого участия. У нас с тобой не будет ни единого шанса, если я буду участвовать в этом ".

Задумавшись, он побарабанил пальцами по столу. "Я обыскал комнату Вилли в мотеле. Не видел никакой собачьей фигуры." Он вернул комнату в свою голову, попытался увидеть ее раздел за разделом. "Не помню ничего подобного, но, возможно, я пропустил это мимо ушей, думая, что это просто часть декора комнаты. "Декор" использовался в самом широком смысле ".

"Вот почему это работает".

"Хорошо. Ты можешь уговорить Винса позволить тебе посмотреть на вещи Вилли?"

"Да", - сказала она без колебаний. "Я могу".

"Давайте начнем с этого. Тогда мы перейдем к плану Б."

"Каков план Б?"

"Что бы ни было дальше".

***

Было немного неприятно, как легко все это вернулось. Может быть, это было проще, подумала Лейн, поскольку ей не нужно было разговаривать с Винсом. Но она, по сути, все еще обманывала друга и лгала полицейскому.

Она была знакома с сержантом Маккоем случайно, и когда она поняла, что будет иметь с ним дело, быстро выстроила в голове все факты, которые она знала о нем. Женат, Разрыв родных, двое детей. Она была почти уверена, что их было двое, и что они оба выросли. Она думала, что на фотографии был внук.

Она добавила к ним наблюдательность и инстинкт.

Он нес лишние двадцать фунтов, поэтому любил поесть. Поскольку на салфетке у него на столе лежал датский пирог из пекарни, его жена, вероятно, пыталась усадить его на диету, и ему приходилось тайком готовить блюда, купленные в магазине.

Он носил обручальное кольцо, свое единственное украшение, и его ногти были коротко подстрижены. Его рука была грубой, с мозолями, когда он пожал ее. Он поднялся на ноги, чтобы поприветствовать ее, и сделал все, что мог, чтобы втянуть живот. Она послала ему теплую улыбку и заметила румянец, заливший его щеки.

Он был бы слабаком.

"Сержант Маккой, приятно видеть вас снова".

"Мисс Тэвиш".

"Лейн, пожалуйста. Как поживает твоя жена?"

"С ней все в порядке. Просто отлично".

"А этот твой внук?"

Его зубы обнажились в безумной улыбке. "Уже не такой ребенок. Мальчику сейчас два, и он доводит мою дочь до изнеможения ".

"Такой забавный возраст, не правда ли? Уже брал его на рыбалку?"

"Водил его на реку в прошлые выходные. Пока не может усидеть на месте достаточно долго, но он научится ".

"Это будет очень весело. Мой дедушка пару раз брал меня с собой на рыбалку, но у нас были серьезные расхождения во мнениях, когда дело касалось червей ".

Маккой издал одобрительный смешок. "Тэд, он любит червей".

"Это мальчик для тебя. О, мне жаль. Сержант, это мой друг Макс Гэннон ".

"Да". Маккой изучал ушибленный висок. "Устроил тебе небольшую заварушку прошлой ночью".

"Все это было недоразумением", - быстро сказал Лейн. "Макс зашел ко мне этим утром, чтобы немного морально поддержать".

"Ага". Маккой пожал руку, потому что Макс протянул одну, затем оглянулся на Лейна. "Моральная поддержка?"

"Я никогда раньше не делал ничего подобного". Она подняла руки, выглядела хрупкой и расстроенной. "Винс, возможно, упомянул, что я понял, что знал Уильяма Янга. Мужчина, который погиб в той ужасной аварии возле моего магазина?"

"Он не упоминал об этом".

"Я только что сказал ему, и я думаю, это не имеет никакого значения в-в процедуре. Это было только после ... пока после этого я не вспомнил. Он знал моего отца, когда я был ребенком. Я не видела его - Уильяма - с тех пор, как мне было, ну, десять, я думаю. Я была так занята, когда он пришел в магазин ".

Ее глаза заблестели от огорчения. "Я не узнал его, и я просто не обратил на это особого внимания. Он оставил мне свою визитку и попросил позвонить ему, когда у меня будет возможность. Затем, почти сразу после того, как он ушел ... Я чувствую себя ужасно из-за того, что не вспомнила, что отмахнулась от него ".

"Теперь все в порядке". Маккой достал коробку с салфетками из ящика и предложил ей.

"Спасибо. Спасибо. Я хочу сделать для него все, что в моих силах сейчас. Я хочу иметь возможность сказать своему отцу, что я сделал все, что мог ". Все это было правдой. Это помогло работать по правде. "Насколько я знаю, у него не было никакой семьи, поэтому я хотел бы сделать все необходимое для похорон".

"У шефа есть его досье, но я могу проверить это для вас".

"Я был бы вам очень признателен. Интересно, смогу ли я, пока я здесь, увидеть его вещи. Возможно ли это?"

"Я не понимаю, почему нет. Почему бы тебе не присесть?" Он нежно взял ее за руку и подвел к креслу. "Просто сядь, и я схожу за ними для тебя. Я не могу позволить тебе ничего взять ".

"Нет, нет, я понимаю".

Когда Маккой вышла из комнаты, Макс сел рядом с ней. "Гладкая, как масло. Насколько хорошо ты знаешь этого полицейского?"

"Маккой. Я встречался с ним пару раз ".

"На рыбалке?"

"Ах, это. У него под папками с делами на столе был журнал о рыбалке, так что это было разумное предположение. Я собираюсь организовать похороны дяди Вилли", - добавила она. "Здесь, я думаю, в Энджелз Гэп, если только я не смогу выяснить, есть ли где-нибудь еще, что он предпочел бы ... "

"Держу пари, это ему бы очень подошло".

Он встал, как и она, когда Маккой вернулся с большой коробкой. "У него было не так уж много. Похоже, он путешествовал налегке. Одежда, бумажник, часы, пять ключей, связка ключей...

"О, я думаю, что однажды я подарила ему это кольцо с ключами на Рождество". Она протянула руку, шмыгая носом, затем сжала ее в кулаке. "Ты можешь себе представить? Он использовал это все эти годы. О, и я даже не узнал его ".

Сжимая ключи, она сидела и плакала.

"Не плачь, Лейн".

Макс послал Маккою взгляд, полный чисто мужской беспомощности, и погладил Лейна по голове.

"Иногда они должны". Маккой вернулся за салфетками. Когда он отступил назад, Лейн протянула руку, взяла три, вытерла лицо.

"Мне жаль. Это просто глупо.Просто я вспоминаю, каким милым он был для меня. Потом мы потеряли контакт, ты знаешь, как это бывает? Моя семья переехала, и на этом все закончилось ".

Взяв себя в руки, она снова поднялась на ноги. "Я в порядке. Прости, со мной все будет в порядке ". Она взяла конверт из плотной бумаги, опустила в него ключи и сама сунула его обратно в коробку. "Не могли бы вы просто рассказать мне остальное? Я обещаю, что это больше не повторится ".

"Не беспокойтесь об этом. Ты уверен, что хочешь разобраться с этим сейчас?"

"Я верю. Да, спасибо тебе ".

"Там есть набор туалетных принадлежностей - бритва, зубная щетка, все как обычно. У него было четыреста двадцать шесть долларов и двенадцать центов. Брал напрокат машину - Taurus от Avis из Нью-Йорка, дорожные карты."

Она просматривала предметы, когда Маккой подробно описывал их из своего списка.

"Сотовый телефон - в телефонной книге ничего не запрограммировано, чтобы мы могли связаться. Похоже, есть пара голосовых сообщений. Посмотрим, сможем ли мы отследить их ".

Они, должно быть, от ее отца, подумала она, но только кивнула.

"Часы с гравировкой", - добавил он, когда Лейн повертела их в руках. "По одному за каждую минуту". Я не понимаю.

Она озадаченно улыбнулась Маккою. "Я тоже не знаю. Может быть, это было что-то романтическое от женщины, которую он когда-то любил. Это было бы здорово. Я хотел бы так думать. Это было все?"

"Ну, он путешествовал". Он забрал у нее часы. "Мужчина не берет с собой много личных вещей, когда он путешествует. Винс отследит его домашний адрес. Не беспокойся об этом. Мы пока не нашли никого из ближайших родственников, и если мы этого не сделаем, похоже, они передадут его тебе. Это мило с твоей стороны, что ты хочешь похоронить старого друга своего отца ".

"Это меньшее, что я могу сделать. Большое вам спасибо, сержант. Ты был очень добр и терпелив. Если вы или Винс дадите мне знать, если и когда я смогу организовать похороны, я был бы признателен ".

"Мы будем на связи".

Она взяла Макса за руку, когда они выходили, и он почувствовал, как ключ коснулся его ладони. "Это было ловко", - прокомментировал он. "Я едва поймал это".

"Если бы я не был немного не в себе, вы бы этого не заметили. Это похоже на ключ от шкафчика. Один из тех арендованных шкафчиков. Вы больше не можете арендовать шкафчики в аэропортах или на вокзалах, автобусных станциях и тому подобном, не так ли? "

"Нет. Слишком маленький для одного из этих шкафчиков для хранения гаражного типа, и в любом случае большинство из них с кодовыми замками или карточками-ключами. Это могло быть из одного из тех почтовых ящиков ".

"Мы должны быть в состоянии отследить это. Правда, без собаки."

"Нет, никакой собаки. Мы проверим номер в мотеле, но я тоже не думаю, что там это есть."

Она вышла с ним на улицу, с любовью посмотрела на город, который она сделала своим. С этой выгодной позиции, высоко на наклонной улице, она могла видеть кусочек реки и дома, врезанные в поднимающийся холм на другом берегу. Горы поднимались позади, кольцом огибая разросшиеся улицы и здания, парки и мосты. Они образовали живописную стену, покрытую зеленой дымкой деревьев, начинающих распускаться, и белой вспышкой цветущего дикого кизила.

Обычные люди, как ее отец окрестил нормальных людей с нормальной жизнью, занимались своим делом. Продавал машины, покупал продукты, пылесосил ковер, преподавал историю.

Сады были посажены или готовились к посадке. Она могла видеть пару домов, где пасхальные украшения еще не были отправлены, хотя прошло почти три недели. Разноцветные пластиковые яйца танцевали на низких ветвях деревьев, а надувные кролики сидели на корточках на весенне-зеленой траве.

Ей нужно было пропылесосить коврики, купить продукты, ухаживать за садом. Несмотря на ключ в ее руке, она предположила, что это тоже сделало ее обычным человеком.

"Я не собираюсь притворяться, что кое-что из этого не взбодрило соки. Но когда это закончится, я буду счастлив снова уйти на пенсию. Вилли никогда не мог, мой отец никогда не сможет ".

Она улыбнулась, когда они шли к машине Макса. "Мой отец подарил ему эти часы. Брелок для ключей был просто уловкой, но однажды мой папа подарил Вилли эти часы на день рождения. Я думаю, что он, возможно, действительно купил это, но я не могу быть уверен. Но я был с ним, когда он делал гравировку. "По одному за каждую минуту".

"Что это значит?"

"Каждую минуту рождается сосунки", - сказала она и скользнула в машину.

11.

Это был тот же самый клерк за стойкой "Красной крыши", но Макс мог видеть отсутствие узнавания в его глазах. Самым простым и быстрым способом попасть в последнюю комнату Вилли было оплатить стандартный фрахт.

"Мы хотим сто пятнадцать", - сказал ему Макс.

Продавец изучил дисплей своего компьютера, проверил наличие свободных мест и пожал плечами. "Нет проблем".

"Мы сентиментальны". Лейн добавила сочную улыбку и прижалась к Максу.

Макс передал наличные. "Мне нужна квитанция. Мы не настолько сентиментальны ".

С ключом в руке они подъехали к секции Вилли.

"Он, должно быть, знал, где я живу. Мой отец сделал, так что Вилли сделал. Я хотел бы, чтобы он просто пришел повидаться со мной там. Я могу только думать, что он знал, что кто-то стоит прямо за ним - или боялся, что кто-то стоит - и решил, что в магазине безопаснее ".

"Он был здесь всего одну ночь. Еще не распаковал вещи ". Макс повел меня к двери. "Казалось, одежды хватит примерно на неделю. Чемодан был открыт, но он не взял оттуда ничего, кроме своего набора для ванной. Может быть, он хотел быть готовым снова двигаться, быстро ".

"Мы всегда были готовы снова двигаться, быстро. Моя мать могла собрать наши жизни ровно за двадцать минут и так же быстро разложить их по полочкам в новом месте ".

"Она, должно быть, интересная женщина. Мне требуется больше времени, чтобы решить, какую обувь надеть утром ".

"Обувь - это не то решение, к которому следует относиться легкомысленно". Понимая, она положила руку ему на плечо. "Ты не обязан давать мне время на подготовку, Макс. Я в порядке ".

Он открыл дверь. Она вошла в стандартный двухместный номер мотеля. Она знала, что такие комнаты расстраивают некоторых людей, но она всегда считала их одним из маленьких приключений в жизни из-за их анонимности.

В таких комнатах вы могли притвориться, что находитесь где угодно. Собирался куда-нибудь. Что ты был кем угодно.

"В детстве мы останавливались в местах, подобных этому, переходя из одной точки в другую. Мне это нравилось. Я бы притворилась, что я шпионка, преследующая какого-нибудь гнусного доктора Дума, или принцесса, путешествующая инкогнито. Мой отец всегда делал это такой замечательной игрой.

"Он всегда покупал мне конфеты и безалкогольные напитки из торговых автоматов, а моя мать притворялась, что не одобряет. Я думаю, через некоторое время она больше не притворялась ".

Она потрогала недорогое покрывало на кровати. "Что ж, это достаточно долгий путь по дорожке памяти. Я не вижу здесь никакой собаки ".

Хотя он уже провел обыск и знал, что в комнате побывала полиция, за которой следили горничные, Макс повторил процедуру еще раз.

"Ты не много пропускаешь, не так ли?" - сказала она, когда он закончил.

"Постарайся не делать этого. Этот ключ может быть лучшей зацепкой, которая у нас есть. Я проверю местные складские помещения ".

"И чего ты не хочешь сказать, так это того, что он мог спрятать это в миллионе подобных мест отсюда до Нью-Йорка".

"Я отслежу это обратно. Я найду это".

"Да, я верю, что вы это сделаете. Пока ты будешь этим заниматься, я вернусь к работе. Мне не нравится оставлять Дженни там одну надолго, учитывая обстоятельства."

Он бросил ключ от номера на кровать. "Я тебя подвезу".

Как только они вернулись в машину, она провела рукой по своим брюкам. "Ты бы тоже не одобрил. О комнатах мотеля, об игре. Жизнь."

"Я могу понять, почему это привлекало тебя, когда тебе было десять. И я могу понять, почему твоя мать вытащила тебя из этого. Она сделала то, что было правильно для тебя. Одна вещь о твоем отце... "

Она приготовилась к критике и пообещала себе не обижаться. "Да?"

"Многие мужчины ... скажем, его профессии, они избавляются от жен и детей или от всего, что напоминает ответственность. Он этого не сделал."

Ее плечи расслабились, живот скрутило, и она повернулась, чтобы послать Максу лучезарную улыбку. "Нет, он этого не делал".

"И не только потому, что ты был действительно милым маленьким рыжеволосым бородачом с легкими пальцами".

"Это не было больно, но нет, не только из-за этого. Он любил нас, в своей уникальной манере Джека О'Хары. Спасибо."

"Нет проблем. Когда у нас будут дети, я буду покупать им конфеты в торговом автомате, но мы прибережем это для особых случаев ".

У нее перехватило горло, так что ей пришлось прочистить его, чтобы заговорить. "Ты действительно забегаешь вперед", - заявила она.

"Нет смысла тянуть время, когда у тебя есть направление".

"Мне кажется, что между "здесь" и "там" лежит большая дорога. И в нем было много изгибов и углов ".

"Итак, мы насладимся поездкой. Давайте сейчас пройдем один из этих изгибов. Мне не нужно жить в Нью-Йорке, если это то, что ты пережевываешь. Я думаю, что этот район просто идеален для воспитания этих троих детей ".

Она не задохнулась, но это было близко. "Три?"

"Счастливое число".

Она повернула голову, чтобы посмотреть в боковое окно. "Ну, ты проплыл прямо по этому повороту. Ты думал о том, чтобы притормозить, пока мы не узнаем друг друга, о, я не знаю, целую неделю?"

"В определенных ситуациях люди узнают друг друга быстрее. Это было бы одним из них ".

"Любимое воспоминание детства до десятилетнего возраста".

"Крутой парень". Он на мгновение задумался. "Учусь ездить на двухколесном велосипеде. Мой отец бежал рядом - с этой широкой ухмылкой и большим страхом в его глазах, который я тогда не распознал как таковой. Каково это было, этот ветреный, сводящий желудок порыв, когда я понял, что кручу педали самостоятельно. Твой?"

"Сижу на этой большой кровати в отеле Ritz-Carlton в Сиэтле. Это был люкс, потому что мы были действительно на взводе. Папа заказал это нелепое блюдо в номер - коктейль из креветок и жареного цыпленка, потому что я любила и то, и другое, и икру, к которой я еще не пристрастилась. Там была пицца и мороженое с горячей помадкой. Блюдо-фантазия восьмилетнего ребенка. Меня чуть не стошнило от этого, и я сидел на кровати с, наверное, сотней одноразовых, с которыми он дал мне поиграть ".

Она немного подождала. "Не совсем из того же мира, Макс".

"Мы сейчас в одном и том же".

Она посмотрела на него в ответ. Он выглядел уверенным и жестким, его ловкие руки на руле мощного автомобиля, его выгоревшие на солнце волосы, непослушные от ветра, эти опасные кошачьи глаза, скрытые за тонированными стеклами.

Красивый, контролирующий себя, уверенный в себе. И повязка в виде бабочки на его виске была напоминанием о том, что он не всегда оказывался на высоте, но и не оставался внизу.

Мужчина моей мечты, подумала она, что мне с тобой делать?

"Трудно подставить тебе подножку".

"Я уже сильно оступился, милая, когда влюбился в тебя".

Смеясь, она откинула голову назад. "Это глупо, но каким-то образом это работает. Должно быть, у меня все еще есть слабость к парням с быстрыми репликами ".

Он остановился перед ее магазином. "Я заеду за тобой к закрытию". Наклонившись, он легонько поцеловал ее. "Не работайте слишком усердно".

"Все это так странно нормально. Маленький кармашек обычного в большой куче странного ". Она протянула руку, провела кончиками пальцев по его повязке. "Будь осторожен, хорошо? Алекс Крю знает, кто ты ".

"Я надеюсь, что мы скоро встретимся. Я у него в долгу ".

***

Нормальное состояние продолжалось большую часть дня. Лейн обслуживала клиентов, упаковывала товары для отправки, распаковывала партии товаров, которые она заказала. Это был тот день, который она обычно любила, когда было много дел, но никто из них не спешил. Она отправляла вещи людям, которые наслаждались ими или восхищались ими настолько, что могли за них заплатить, и находила в коробках для доставки вещи, которые ей понравились настолько, что она захотела купить в своем магазине.

Несмотря на это, день тянулся.

Она беспокоилась о своем отце и о том, какие безрассудные поступки он мог совершить, пока на нем было горе. Она беспокоилась о Максе и о том, что может случиться, если Команда придет за ним.

Она беспокоилась о своих отношениях с Максом. Мысленно исследовала, оценивала и препарировала это, пока ее не тошнило от самой себя.

"Похоже, здесь только ты и я", - сказала Дженни, когда покупатель покинул магазин.

"Почему бы тебе не сделать перерыв? Подними ноги на несколько минут ".

"С удовольствием. Ты сделаешь то же самое ".

"Я не беременна. И у меня есть документы ".

"Я беременна, и я не сяду, пока ты не сядешь. Итак, если вы не садитесь, вы вынуждаете беременную женщину встать на ноги, и они распухают ".

"У тебя опухли ноги? О, Дженни-"

"Ладно, не сейчас. Но они могли быть. Они, вероятно, будут, и это будет твоя вина. Так что давай присядем".

Она подтолкнула Лейн к маленькому дивану со спинкой в виде сердца. "Мне нравится это произведение. Я думал о покупке этого дюжину раз, затем вспомнил, что мне абсолютно некуда его положить ".

"Когда вы любите произведение, вы находите для него место".

"Ты всегда так говоришь, но твой дом не похож на антикварный склад". Она провела пальцами по атласным розовым полоскам на подушках. "Тем не менее, если он не будет продаваться в течение следующей недели, я собираюсь сдаться".

"Это было бы великолепно смотреться в маленькой нише рядом с вашей гостиной".

"Было бы неплохо, но тогда мне пришлось бы поменять занавески и купить маленький столик".

"Естественно. И милый маленький коврик."

"Винс собирается убить меня". Она вздохнула, положив соединенные руки на выпуклость живота. "Ладно, тебе пора выгружаться".

"Я уже распаковал последнюю партию".

"Эмоционально разгрузиться. И ты знал, что я имел в виду."

"Я бы не знал, с чего начать".

"Начните с того, что всплывает на поверхность первым. У тебя там многое подпрыгивало, Лейн. Я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы понять это ".

"Ты все еще думаешь, что знаешь меня после всего, что узнала за последние пару дней?"

"Да, я знаю. Так что откупори его. Что было первым?"

"Макс думает, что влюблен в меня".

"Правда?" Ей было не так легко прийти в себя, как раньше, но Дженни уперлась локтями в подушки и выпрямила свое тяжелое тело. "Вы интуитивно это поняли, или он это сказал? Прямо скажи это?"

"Прямо сказал это. Ты не веришь в любовь с первого взгляда, не так ли?"

"Конечно, хочу. Это все химикаты и прочее. Об этом была целая программа на PBS. Я думаю, это было на PBS. Может быть, это был обучающий канал. В любом случае." Она отмахнулась от этой части. "Они провели все эти исследования о влечении, сексе и отношениях. В основном, это сводится к химическим веществам, инстинктам, феромонам, а затем к развитию на этом. Кроме того, ты знаешь, что мы с Винсом познакомились, когда я был в первом классе. Я пошла прямо из школы домой и сказала маме, что собираюсь выйти замуж за Винса Бергера. Нам потребовалось время, чтобы добраться туда. Закон штата довольно тверд в отношении того, что шестилетних детей выдают замуж. Но, несомненно, это было правильное сочетание химикатов с самого первого дня ".

Она никогда не уставала представлять это - общительную Дженни и медленно говорящего Винса. И она всегда видела их со взрослыми головами на крепких телах маленьких детей. "Вы знали друг друга всю свою жизнь".

"Дело не в этом. Минуты, дни, годы, иногда это просто щелчок, щелчок ". Дженни щелкнула пальцами, чтобы подчеркнуть. "Кроме того, почему он не должен быть влюблен в тебя? Ты красивая, умная и сексуальная. Если бы я была мужчиной, я бы набросилась на тебя ".

"Это... действительно мило".

"И вдобавок ко всему у тебя есть это интересное и загадочное прошлое. Что ты чувствуешь к нему?"

"Такая распущенная, зудящая и слабоумная".

"Знаешь, он мне сразу понравился".

"Дженни, тебе сразу понравилась его задница".

"И ваша точка зрения была бы такой?" Она хихикнула, довольная, когда Лейн рассмеялся. "Ладно, помимо задницы, он внимательный. Он купил своей матери подарок. Ему идет этот акцент, у него сексуальная работа. Он нравится Генри, а Генри очень хорошо разбирается в людях ".

"Это правда. Это очень верно ".

"И он не зациклен на боязни обязательств, иначе он не использовал бы слово на l. Вдобавок ко всему этому, - мягко сказала она, - он на твоей стороне. Это прозвучало громко и ясно. Он на вашей стороне, и это принесло ему высшие баллы за места с лучшими друзьями ".

"Итак, я должен перестать беспокоиться".

"Зависит. Как он в постели? Гладиатор или поэт?"

"Хм". Вспоминая, Лейн провела языком по своей нижней губе. "Поэтичный гладиатор".

"О Боже!" Слегка вздрогнув, Дженни откинулась назад. "Это самое лучшее. Хватай его, девочка."

"Я мог бы. Я просто мог бы. Если нам удастся пройти через все это, не облажавшись."

Она оглянулась, когда ее дверь открылась и зазвенели колокольчики. "Я разберусь с этим. Садись."

Паре было за сорок, и Лейн определил их как состоятельных туристов. Женский жакет был из тонкой замши цвета сливочного масла, а туфли и сумка - от Prada. Хорошие украшения. Красивый бриллиант квадратной огранки в сочетании с обручальным кольцом в форме канала.

Мужчина был одет в кожаную куртку итальянского покроя поверх красиво выцветших джинсов Levis. Когда он повернулся, чтобы закрыть за собой дверь, Лейн заметил часы Rolex на его запястье.

Они оба были загорелыми и подтянутыми. Загородный клуб, подумала она. Гольф или теннис каждое воскресенье.

"Добрый день. Могу ли я тебе чем-нибудь помочь?"

"Мы просто осматриваемся", - ответила женщина с улыбкой, и взгляд в ее глазах сказал Лейн, что она не хотела, чтобы ее направляли или оказывали давление.

"Угощайтесь сами. Просто дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится ". Чтобы дать им пространство, она подошла к прилавку, открыла один из своих аукционных каталогов.

Она позволила их разговору захлестнуть ее. Определенно типичный загородный клуб, подумал Лейн. И заключила одно из своих маленьких пари сама с собой, что они сбросят минимум пятьсот, прежде чем снова отправятся в путь.

Если она ошиблась, ей пришлось положить доллар в банку с имбирем в своем офисе. Поскольку она редко ошибалась, jar не видела большого действия.

"Мисс?"

Лейн оглянулась, затем махнула Дженни, чтобы та возвращалась, прежде чем ее подруга смогла подняться с дивана. Она одарила покупательницу своей торговой улыбкой и отошла в сторону.

"Что вы можете рассказать мне об этом произведении?"

"О, это забавная пьеса, не так ли? Шахматный столик, около 1850 года. Британский. Это рисунок пером и инкрустированное слоновой костью черное дерево. В отличном состоянии."

"Это могло бы сработать в нашей игровой комнате". Она посмотрела на своего мужа. "Что ты думаешь?"

"Немного крутовато для новинки".

Ладно, подумал Лейн. Она должна была торговаться с мужем, пока жена осматривалась. Нет проблем.

"Обратите внимание на двойной спиральный пьедестал. Идеальное состояние. Это действительно единственное в своем роде. Это было из поместья на Лонг-Айленде ".

"А как насчет этого?"

Лейн подошел, чтобы присоединиться к своей жене. "Конец девятнадцатого века. Красное дерево", - сказала она, проводя кончиком пальца по краю демонстрационного стола. "Крышка откидывается, стекло скошено". Она осторожно подняла его. "Разве тебе не нравится форма сердца?"

"Я действительно хочу".

Лейн заметил сигнал, который жена послала своему мужу. Я хочу и то, и другое, говорилось в нем. Сделай так, чтобы это сработало.

Она отошла, а Лейн кивнул Дженни, чтобы та отвечала на любые вопросы, которые у нее могли возникнуть по поводу коллекции бокалов для вина, которую она рассматривала.

Следующие пятнадцать минут она потратила на то, чтобы позволить мужу думать, что он снижает ее цену до предела. Она совершила продажу, он почувствовал себя состоявшимся, а жена получила то, что хотела.

Выигрывают все, подумала Лейн, составляя отчет о продаже.

"Подожди! Майкл, посмотри, что я нашла ". Женщина поспешила к стойке, раскрасневшаяся и смеющаяся. "Моя сестра любит такого рода вещи. Чем глупее, тем лучше ". Она подняла керамическую черно-белую собачку. "Цены нет".

Лейн уставилась на это, натренированная улыбка все еще изгибала ее губы, в то время как пульс стучал в ушах. Случайно, очень случайно, она протянула руку и взяла статуэтку. Ледяной палец надавил на основание ее позвоночника.

"Глупо - это подходящее слово. Мне так жаль ". Ее голос звучал совершенно естественно, с легким намеком на смех в нем. "Это не продается. Это не входит в стоимость ".

"Но это было на полке, прямо там".

"Это принадлежит моему другу. Он, должно быть, поставил это, не подумав. Я понятия не имел, что это было там ". Прежде чем женщина смогла возразить, Лейн убрала его на полку под прилавком, с глаз долой. "Я уверен, что мы сможем найти что-нибудь в том же духе, что подойдет вашей сестре. И если мы это сделаем, это будет наполовину компенсировано фактором разочарования ".

Перерыв заглушил любые протесты. "Ну, там была фигурка кошки. Сиамский кот. Более элегантный, чем the dog, но все еще достаточно китчевый для Сьюзен. Я пойду еще раз взгляну на это ".

"Идите прямо вперед. Итак, мистер Уэйнрайт, куда бы вы хотели, чтобы ваши работы были отправлены?"

Она завершила сделку, непринужденно болтала, даже провожала своих клиентов до двери.

"Отличная распродажа, босс. Мне нравится, когда они продолжают находить что-то еще, добавляя это ".

"Она была той, у кого был глаз, он был тем, у кого был бумажник". Это было немного похоже на парение, но Лейн вернулся к стойке, поднял собаку. "Дженни, ты отложила это произведение?"

"Это? Нет. Поджав губы, Дженни подошла, чтобы изучить это. "В некотором роде симпатичный, в смешном смысле. Маленький блошиный рынок для нас, не так ли? Это не Доултон, или Минтон, или любой из этих типов, не так ли?"

"Нет, это не так. Я предполагаю, что это попало в одну из поставок с аукциона по ошибке. Я разберусь с этим. Смотри, уже почти пять. Почему бы тебе не уйти пораньше? Ты прикрывал меня больше часа этим утром ".

"Не возражай, если я сделаю. У меня появилось страстное желание съесть что-нибудь на четверть фунта. Я заскочу на станцию и узнаю, готов ли Винс поужинать в Chez McDonald's. Я рядом, как телефон, ты знаешь, если что-то еще всплывет на поверхность и ты захочешь высказаться ".

"Я знаю".

Лейн перебирал бумаги, пока Дженни не собрала свои вещи и не направилась к двери. Она подождала еще целых пять минут, занимаясь делами на случай, если ее подруга вернется по какой-либо причине.

Затем она подошла к главному входу, повесила табличку "ЗАКРЫТО", заперла дверь.

Забрав статуэтку, она отнесла ее в заднюю комнату, проверила замки. Убедившись, что никто не сможет застать ее врасплох, она поставила статуэтку на свой стол, изучила ее.

Теперь, когда она искала ее, она могла видеть линию клея, просто намек на нее вокруг маленькой пробки, вставленной в основание. Это была хорошая работа, но тогда Большой Джек никогда не был неаккуратен. Рядом с пробкой была выцветшая марка. СДЕЛАНО На Тайване.

Да, он бы подумал о таких мелких деталях, как это. Она пожала его. Ничего не гремело.

Щелкнув языком, она достала лист газеты, расстелила его на столе. Она сосредоточила собаку на нем, затем подошла к шкафу, где хранила свои инструменты. Она выбрала маленький отбойный молоток, склонила голову набок, отвела руку назад.

Потом остановился.

И поскольку она остановилась, она поняла, без единого сомнения, что была влюблена в Макса.

На вдохе она села, уставившись на собаку, и отложила молоток в сторону.

Она не могла сделать это сама, потому что была влюблена в Макса. Это означало, что они будут делать это вместе. И так, что бы ни было дальше вместе.

И это, подумала она, то, что ее мать нашла в Роберте Тэвише. Чего у нее никогда по-настоящему не было с Джеком, несмотря на все волнения и приключения. Ее мать была частью команды и, возможно, любовью всей жизни Джека. Но по сути, они не были парой.

Ее мать и Роб были парой. И это то, чего она хотела для себя. Если она собиралась в кого-то влюбиться, она, черт возьми, хотела быть половинкой пары.

"Тогда ладно".

Она встала, достала пузырчатую пленку из своих запасов для доставки. Она завернула дешевую керамическую собачку так тщательно, как если бы заворачивала антикварный хрусталь. Поверх слоев пузырчатой пленки она закрепила коричневую упаковочную бумагу, затем уложила упаковку в хозяйственную сумку на тканевой подкладке вместе со вторым товаром, который она взяла из своих запасов и завернула.

Когда работа была завершена, она организовала доставку для своей последней продажи за день, затем подала документы. Ровно в шесть часов она была у входной двери, ожидая Макса.

Он опоздал на пятнадцать минут, но это только дало ей время полностью успокоиться.

Он едва успел затормозить у обочины, когда она выходила, запирая дверь.

"Ты всегда приходишь вовремя, верно?" он спросил ее, когда она села в машину. "Наверное, больше похоже на то, что всегда на пять минут раньше".

"Это верно".

"Я почти никогда не прихожу, то есть точно вовремя. Это будет нашей сделкой в будущем?"

"О да. У тебя был этот начальный период медового месяца, когда я просто хлопала ресницами, когда ты появлялся, и ни слова не говорила о твоем опоздании. После этого мы будем ругаться из-за этого ".

"Просто хотел проверить это. Что в сумке?"

"Есть пара вещей. Тебе повезло с ключом?"

"Это зависит от вашей точки зрения. Я не нашел замок, к которому он подходит, но я устранил несколько, к которым он не подходил."

Он проехал по ее полосе, припарковался за ее машиной. "Почему Генри не закрывает дверцу для собаки, когда слышит, как подъезжает машина?"

"Откуда он знает, кто это? Это мог быть кто-то, с кем он не хочет разговаривать ".

Она вышла, подождала, пока он откроет багажник. И просиял, глядя на ведерко с жареной курицей.

"Ты купил мне курицу".

"Не только, но и задатки для мороженого с горячей помадкой". Он поднял две сумки. "Я думал о креветочном коктейле и пицце, но решил, что нас обоих стошнит. Так что сегодня для тебя только полковник и мороженое ".

Она поставила сумку с покупками на пол, обвила руками его шею и прижалась губами к его рту.

"Я могу звонить полковнику каждую ночь", - сказал он, когда смог это сделать.

"Это те секретные травы и специи. Они достают меня каждый раз. Я решил, что люблю тебя ".

Она видела, как эмоции вспыхнули в его глазах. "Да?"

"Да. Пойдем, расскажем Генри ".

Генри, казалось, больше заинтересовался курицей, но остановился на быстром борце и гигантском бисквите на молочной косточке, пока Лейн накрывала на стол.

"Ты можешь есть такие вещи на бумажных полотенцах", - сказал ей Макс.

"Не в этом доме".

Она придумала это так, что он нашел это милым и женственным. Ее разноцветные тарелки превратили курицу быстрого приготовления и баночки с капустным салатом в настоящий праздник.

У них было вино, свечи и очень хрустящая корочка.

"Хочешь знать, почему я решил, что люблю тебя?" Она ждала, наслаждаясь едой, наблюдая, как он наслаждается ею.

"Потому что я такой красивый и обаятельный?"

"Вот почему я решила переспать с тобой". Она убрала тарелки. "Я решил, что, возможно, люблю тебя, потому что ты заставлял меня смеяться, и ты был добрым и умным, и потому что, когда я играл в игру в следующем месяце, ты все еще был там".

"Игра в следующем месяце?"

"Я объясню это позже. Но я решил, что должен любить тебя, когда начал что-то делать сам, и остановился. Не хотел делать это сам. Я хотел сделать это с тобой, потому что, когда два человека составляют одну пару, они делают важные вещи и мелочи вместе. Но прежде чем я все это объясню, у меня есть для тебя подарок ".

"Без шуток?"

"Нет, я очень серьезно отношусь к подаркам". Она достала первый завернутый предмет из своей сумки. "Это мое любимое блюдо, надеюсь, оно вам понравится".

Из любопытства он сорвал защитную коричневую бумагу, а затем расплылся в широкой ухмылке. "Ты не поверишь в это".

"У тебя это уже есть?"

"Нет. Моя мать делает. Случается, что это тоже одно из ее любимых ".

Ей было приятно это слышать. "Я полагаю, ей нравились работы Максфилда Пэрриша, иначе она не назвала бы своего сына в честь художника".

"У нее есть несколько его отпечатков. Это в ее гостиной. Напомни, как это называется?"

"Леди Виолетта собирается испечь пирожные ", - сказала ему Лейн, когда они оба изучали гравюру в рамке, изображающую хорошенькую женщину, стоящую перед сундуком и держащую маленький серебряный кувшин.

"Она довольно горячая. Был немного похож на тебя ".

"Она этого не делает".

"У нее рыжие волосы".

"Это не красное". Лейн провела пальцем по рыжевато-золотым волосам модели, затем потянула за свою прядь. "Это красное".

"В любом случае, я буду думать о тебе каждый раз, когда смотрю на нее. Спасибо."

"Всегда пожалуйста". Она взяла у него фотографию и положила ее на кухонный стол. "Хорошо, теперь объясни, почему я решил, что влюблен в тебя, и решил сделать тебе подарок в память об этом. Эта пара сегодня в моем магазине, - продолжила она, ставя сумку с покупками на стол. "Высший класс, деньги второго или третьего поколения. Не богатый, но состоятельный. Они работали как команда, и я восхищаюсь этим. Сигналы, ритм. Мне это нравится. Я хочу этого".

"Я дам тебе это".

"Я думаю, ты поймешь". Она вынула упаковку из пакета, достала ножницы и терпеливо принялась за обертку.

"Пока они были в магазине, покупая красивую стеклянную посуду, великолепный демонстрационный столик и очень уникальный шахматный столик, жена члена команды заметила эту другую фигуру. Позвольте мне сказать вам, что это совершенно не в ее стиле. Но, очевидно, у ее сестры. Она была так взволнована, принесла это на стойку, пока я звонил. Она хотела этого, но за это не было цены. Я не оценил это, потому что никогда не видел этого раньше ".

Она увидела, как по его лицу пробежала тень понимания. "Господи, Лейн, ты нашел дворняжку".

Она поставила развернутую статуэтку на стол. "Конечно, похоже на то".

12.

Он поднял это, чтобы осмотреть, точно так же, как это сделала она. Пожал ее, точно так же, как она.

"Это выглядит как обычная, несколько безвкусная, недорогая керамическая собачка". Лейн быстро постучала по нему пальцами. "И просто кричит мне Большой Джек О'Хара".

"Ты бы знал". Он взвесил это, как будто проверяя вес, пока смотрел на нее. "Вы не просто вскрыли это и увидели сами".

"Нет".

"Большие очки в твою пользу".

"Майор, но если мы будем стоять здесь и обсуждать это еще долго, я сломаюсь, буду кричать как маньяк и разобью это на множество собачьих кусочков".

"Тогда давай попробуем это". Не успела она открыть рот, чтобы возразить, как он ловко шлепнул статуэткой по столу. Его очаровательная головка откатилась так, что большие нарисованные глаза уставились вверх в немом обвинении.

"Ну". Все, что мог сделать Лейн, это тяжело вздохнуть. "Я подумал, что мы могли бы сделать это с немного большей церемонией".

"Быстро гуманнее". Он погрузил пальцы в неровное отверстие и потянул. "Подкладка", - сказал он, и она поморщилась, когда он швырнул тело на стол.

"У меня есть молоток в прихожей".

"Ага". Он развернул слои хлопка, вытащил маленький мешочек. "Держу пари, это намного более высококлассное блюдо, чем все, что я когда-либо доставал из коробки с хлопьями. Здесь." Он протянул ей мешочек с драгоценностями. "Ты делаешь эту часть".

"И главное указывает прямо на вас".

Жужжание было там, этот гул в крови, она знала, происходил как от того, что она держала в руках что-то, что принадлежало кому-то другому, так и от открытия. Когда-то был вором, подумала она. Ты мог перестать воровать, но ты никогда не забывал острые ощущения.

Она развязала шнурок, расстегнула присборенный топ и высыпала сверкающий дождь бриллиантов на свою раскрытую ладонь.

Она издала звук. Похоже, отметил Макс, на то, что она сделала, когда он довел ее до оргазма. И ее глаза, когда они поднялись на него, были просто немного расплывчатыми. "Посмотри, какой большой и блестящий", - пробормотала она. "Разве они не вызывают у вас желания просто выбежать и потанцевать голышом под луной?" Когда он приподнял бровь, она пожала плечами. "Ладно, тогда только я. Тебе лучше взять их ".

"Я бы с удовольствием, но ты зажал их в кулаке, и я бы предпочел не ломать тебе пальцы".

"О, прости. Очевидно, мне все еще нужно работать над своим выздоровлением. Ha ha. Рука не хочет разжиматься". Она собрала пальцами выбившийся локон и позволила бриллиантам высыпаться на раскрытую ладонь Макс. Когда он продолжал смотреть на нее, приподняв бровь, она рассмеялась и уронила последний камень.

"Просто проверял, обращаешь ли ты внимание".

"Это новый аспект тебя, Лейн. Должно быть, что-то во мне немного извращено, потому что мне это нравится. Может быть, ты мог бы навести порядок в этом беспорядке. Мне нужно сходить за парой вещей ".

"Ты берешь их с собой?"

Он оглянулся на дверной проем. "Так безопаснее для нас обоих".

"Просто чтобы ты знал, - крикнула она ему вслед, - я их тоже пересчитала".

Она услышала его смех и почувствовала еще один щелчок внутри себя. Каким-то образом судьба подбросила ей мужчину, который был идеален для нее. Честная, но достаточно гибкая, чтобы не быть шокированной или потрясенной определенными побуждениями, которые все еще подкрадывались к ней. Надежный, с проблеском чего-то опасного в нем, чтобы придать пикантности.

Она могла бы сделать эту работу, размышляла она, сметая осколки в центр газеты. Они могли бы заставить это работать.

Он вернулся и увидел, что она положила собачью голову на салфетку с кружевной каймой, как центральное украшение. После двойного дубля он захихикал.

"Ты странная и непредсказуемая женщина, Лейн. Это определенно меня устраивает ".

"Забавно, я думал то же самое о тебе, за исключением женской части. Что у тебя там?"

"Файлы, инструменты". Он отложил папку с файлами, открыл ее на подробном описании пропавших бриллиантов. Сидя, он достал ювелирную лупу и весы для драгоценных камней.

"Ты знаешь, что ты с ними делаешь?"

"Берись за дело, делай домашнее задание. Так что, да, я знаю, что я с ними делаю. Давай посмотрим".

Он разложил бриллианты по мешочку, выбрал один. "Это безопасно для глаз". Он поднял это. "Никаких включений или пятен, видимых невооруженным глазом. Как насчет твоего?"

"Выглядит идеально".

"Это полнорационный, взвешивающий... " Он положил его на весы, подсчитывая. "Фух, целых шестнадцать сотен миллиграммов".

"Восемь великолепных карат". Она вздохнула. "Я сам немного разбираюсь в алмазах и в математике".

"Ладно, посмотри поближе". Используя маленькие щипцы, он поднял камень и изучил его с помощью лупы. "Никаких пятен, никаких облаков или вкраплений. Потрясающий блеск и огонь. Возглавлял таблицу блеска ".

Он отложил его в сторону, на маленький лоскуток бархата, который принес с собой. "Я могу вычеркнуть из своего списка российское белое вино в восемь карат полной огранки".

"Из него, безусловно, получилось бы замечательное обручальное кольцо. Немного перебрал, и все же, кого это волнует?" Выражение его лица, выражавшее легкий ужас, смешанный с надеждой и весельем, заставило ее рассмеяться. "Просто шучу. Вроде того. Я собираюсь налить нам немного вина ".

"Отлично".

Он выбрал другой бриллиант, повторил процедуру. "Итак, означает ли этот разговор о обручальных кольцах, что ты собираешься выйти за меня замуж?"

Она поставила бокал вина у его локтя. "Это мое намерение".

"И вы производите на меня впечатление женщины, которая следует своим намерениям".

"Ты проницательный мужчина, Макс". Потягивая свое вино, она провела рукой по его волосам. "Просто К вашему сведению, я предпочитаю квадратный вырез". Наклонившись, она провела своими губами по его губам. "Приятный чистый, лаконичный вид, платиновая оправа".

"Так принято к сведению. Должны быть в состоянии себе это позволить, учитывая плату за поиск этих маленьких детей ".

"Половина гонорара нашедшему", - напомнила она ему.

Он потянул ее за волосы, чтобы вернуть ее рот к своему. "Я люблю тебя, Лейн. Я люблю каждую чертову вещь в тебе ".

"Во мне тоже есть много чертовых черт". Она сидела рядом с ним, пока он работал. "Я должен быть напуган до смерти. Я должен был бы быть на взводе из-за того, что происходит между тобой и мной. Я должна была бы прийти в ужас, зная, что значит иметь эти красивые блестящие камешки на моем кухонном столе, осознавая, что кто-то уже побывал в моем доме в поисках их. И мог бы вернуться. Я должен был бы ужасно беспокоиться о своем отце - что он сделает, что Команда сделает с ним, если найдет его ".

Она сделала задумчивый глоток вина. "И я такой. Вот здесь, - сказала она, приложив руку к сердцу. "Все эти вещи происходят здесь, но над этим, и через это, я так счастлив. Я счастливее, чем когда-либо был в своей жизни или ожидал быть. Беспокойство, нервы, даже страх не могут полностью перевесить это ".

"Детка, я чертовски привлекателен. Тебе не из-за чего нервничать на этот счет ".

"Неужели? Почему никто не поймал тебя раньше?"

"Никто из них не был тобой. Далее, кто бы - и мы предположим, что это была Банда - вломился, перевернул все вверх дном в поисках этого, но не нашел их здесь. Нет особого смысла возвращаться, чтобы начать с того же самого. Наконец, твоему отцу всю свою жизнь удавалось твердо стоять на ногах. Держу пари, у него все еще есть равновесие и ловкость ".

"Я ценю логику и здравый смысл".

Она не выглядела так, будто покупала что-то. Он подумывал показать ей короткоствольный пистолет 38-го калибра, пристегнутый к его лодыжке, но не был уверен, успокоит это ее или напугает.

"Вы знаете, что у нас здесь, мисс Тэвиш?"

"Что у нас здесь?"

"Бриллиантов чуть больше семи миллионов - или четверть от двадцати восьми и четырех десятых миллиона - почти до карата".

"Семь с половиной миллионов". Она сказала это благоговейным шепотом. "На моем кухонном столе. Я сижу здесь, смотрю на них, и все еще не могу по-настоящему поверить, что он справился с этим. Он всегда говорил, что будет. "Лейни, однажды, в один прекрасный день, я собираюсь сорвать большой куш". Клянусь, Макс, в большинстве случаев, когда он это говорил, он просто обманывал себя. А теперь посмотри на это ".

Она взяла камень, позволив ему сверкнуть в ее руке. "Всю свою жизнь он хотел этот единственный, большой, блестящий дубль. Они с Вилли, должно быть, отлично провели время ". Она выдохнула, положила камень обратно к остальным. "Ладно, проверка реальностью. Чем скорее они уберутся из моего дома и вернутся туда, где им самое место, тем лучше ".

"Я собираюсь связаться со своим клиентом, договориться".

"Тебе придется вернуться в Нью-Йорк?"

"Нет". Он потянулся к ее руке. "Я не ухожу. Мы закончим с этим. Три четверти пирога все еще там. Куда бы пошел твой отец, Лейн?"

"Я не знаю. Клянусь тебе, я понятия не имею. Я больше не знаю его привычек и мест, где он живет. Я отрезала себя от него, потому что очень хотела быть респектабельной. И все еще... Боже, я такой лицемер ".

Она провела руками по лицу, запустила их назад в волосы. "Я взял у него деньги. Во время учебы в колледже, немного здесь, немного там. В моем почтовом ящике был конверт, набитый наличными, или время от времени мне выписывали кассовый чек. И после того, как я закончил, тоже. Небольшая неожиданная прибыль ни с того ни с сего, которую я послушно положил в банк или инвестировал. Чтобы я мог купить этот дом, начать свой бизнес. Я взял это. Я знал, что это не от чертовой зубной феи. Я знал, что он украл это или обманул кого-то, но я взял это ".

"Ты хочешь, чтобы я винил тебя за это?"

"Я хотела быть респектабельной", - повторила она. "Но я взял деньги, чтобы создать эту респектабельность. Макс, я бы не стал использовать его имя, но я использовал деньги ".

"И ты рационализировал это и оправдал это. Я мог бы сделать то же самое. Но давайте просто покончим со всем этим и согласимся, что это очень шаткая область. Давай договоримся, что ты больше этого не терпишь, и объясни это ему при следующей встрече ".

"Если бы у меня был доллар за каждый раз, когда я пытался разъяснить ему это. О, это верно. Я делаю. Но на этот раз я сделаю так, чтобы все получилось. Я обещаю. Сделай мне одно одолжение?"

"Просто спроси".

"Убери это куда-нибудь и не говори мне, куда. Я не хочу, чтобы он возвращался и уговаривал меня отдать их ему. Это не выходит за рамки реальности ".

Макс засунул камни обратно в мешочек, сунул его в карман. "Я позабочусь об этом".

"Я хочу помочь вам получить остальные из них. Я хочу этого по нескольким причинам. Во-первых, я думаю, это в какой-то степени облегчит мою совесть. Во-вторых, и это более важно, это просто правильный поступок. Что более важно, я надеюсь, что их возвращение туда, где им место, защитит моего отца. Я не мог допустить, чтобы ему причинили боль. И где-то между совестью и правильным поступком лежит плата в два с половиной процента за поиск ".

Он взял ее руку и поцеловал. "Знаете, возможно, вы и купили эту респектабельность, но вы, должно быть, родились с этим стилем. Мне нужно кое о чем позаботиться. Может быть, ты сможешь подумать о том, как разогреть эту помадку ".

"Если я немного подожду, пока мы оба закончим наши вечерние дела по дому, мы могли бы подавать это мороженое в постель с добавлением взбитых сливок".

"Я верю, что, возможно, я просто самый счастливый человек на свете на данный момент времени". Его мобильный телефон запищал, заставив Лейн хихикнуть, когда она услышала оцифрованный вступительный рифф "Satisfaction".

"Придержи эту мысль", - сказал он и ответил. "Гэннон". Его лицо расплылось в широкой улыбке. "Привет, мама".

Поскольку он прислонился к плите вместо того, чтобы выйти из комнаты в поисках уединения, Лейн начал расслабляться. Но он схватил ее за руку, оттащил назад.

"Итак, тебе понравились очки. Это делает меня хорошим сыном, верно? Твой любимый." Он нахмурился, зажимая телефон между ухом и плечом, чтобы он мог держать руку на Лейне и дотянуться до своего вина. "Я не думаю, что это справедливо вмешивать в это дело своих внуков. Не похоже, что Люк специально выбирал их, чтобы они тебе подошли. Останься", - тихо сказал он Лейн в сторону, затем переложил телефон в другую руку, когда отпустил ее.

"Да, я все еще в Мэриленде. На работе, мама." Он сделал паузу, прислушиваясь, пока Лейн слонялся по кухне в поисках, чем бы заняться. "Нет, я не устаю от отелей и питания в ресторанах. Нет, я не сижу здесь, прикованный к своему отвратительному компьютеру, и не работаю слишком усердно. Что я делаю? На самом деле, я обманываю тебя с сексуальной рыжей девушкой, которую подцепил на днях. О взбитых сливках поговорим позже ".

Потрясенный вздох Лейна заставил его только скрестить ноги в лодыжках.

"Я не выдумываю это. Почему я должен? Она прямо здесь. Хочешь поговорить с ней?" Он слегка отодвинул телефон от уха. "Она говорит, что я смущаю тебя. Я?"

"Да".

"Думаю, ты права насчет этого, мама. Ее зовут Лейн, и она самое красивое, что я видел в своей жизни. Как ты относишься к рыжеволосым внукам?"

Он поморщился, вытянул телефон на добрых шесть дюймов. На другом конце комнаты Лейн слышал восклицания, но не мог определить их тон.

"Нет проблем. У меня появилась другая барабанная перепонка. Да, я безумно влюблен в нее. Я это сделаю. Конечно, я так и сделаю. Она этого не сделает. Как только ... Мы сделаем.Мама, сделай вдох, хорошо? Да, она делает меня очень счастливым. Правда? Я хочу, чтобы ты повесил трубку и позвонил Люку прямо сейчас. Скажи ему, что его отодвинули на второе место, а я твой любимый сын. Ага, ага. Ладно. Я тоже тебя люблю. Пока."

Он отключился, сунул телефон обратно в карман. "Я ее любимый сын. Это обожжет задницу Люка. В любом случае, я должен был сказать тебе, что она не может дождаться встречи с тобой, и мы должны приехать в Саванну как можно скорее, чтобы она могла познакомиться с тобой и устроить небольшую вечеринку в честь нашей помолвки. Что на языке Марлен означает пару сотен ее ближайших друзей и семьи. Тебе не позволено менять свое мнение обо мне. И она была бы очень рада, если бы ты позвонил ей завтра, когда она успокоится, чтобы вы могли мило поболтать ".

"О, Боже мой".

"Она готова любить тебя, потому что я люблю. Плюс она в восторге от того, что я собираюсь остепениться и жениться. Тогда у тебя хватит здравого смысла понять, какой я ценный приз. У тебя большие отношения с Марлен ".

"Я чувствую себя немного больным".

"Здесь". Он снова достал свой телефон. "Позвони своей маме, тогда ты сможешь рассказать ей и поставить меня в известность. Мы будем квиты ".

Она уставилась на телефон, уставилась на него. "Это реально".

"Чертовски верно".

"Ты действительно хочешь выйти за меня замуж".

"Мы прошли мимо желания. Я собираюсь жениться на тебе. Ты не доведешь это до конца, Марлен выследит тебя и превратит твою жизнь в сущий ад ".

Она засмеялась, сделала два бегущих шага, затем прыгнула в его объятия. Обвила ногами его талию и накрыла его рот своим. "Я всегда хотел посетить Саванну". Она взяла телефон у него из рук, положила его на стойку позади него.

"А как насчет твоей матери?"

"Я позвоню ей позже. У нас разница во времени в два часа, ты знаешь. Итак, если я позвоню ей через два часа, это действительно то же самое, что позвонить ей сейчас. Таким образом, мы сможем заняться чем-нибудь другим в течение двух часов ".

Поскольку она покусывала мочку его уха, у него была довольно хорошая идея, что это будет за "что-то еще". Придав ей более устойчивое положение, он направился к выходу из комнаты. "А как насчет тех вечерних дел по дому?"

"Давайте будем безответственными".

"Мне нравится ход ваших мыслей".

Она провела языком по его горлу, снова вверх. "Ты сможешь пройти весь путь наверх?"

"Дорогая, при том, как я себя чувствую, я мог бы добраться до самого Нью-Джерси".

Она слегка подпрыгнула, когда он начал подниматься по лестнице. "Мы забыли взбитые сливки".

"Оставь это на потом".

Она наклонилась, чтобы вытащить его рубашку из-за пояса. "Серьезный разговор". Ее руки пробрались под рубашку, пробежались по твердой плоскости его груди. "Ммм, я люблю твое тело. Я сразу это заметил ".

"Могу я сказать то же самое".

"Но это было не главное".

"Что было?" - спросил он и повернул в спальню.

"Твои глаза. Они заглянули в мой, и у меня отнялся язык, а мозг отупел. Я подумала... О, ням-ням, ням-ням". Она крепко обхватила его ногами и руками, когда он повалил их на кровать. "Потом, когда ты пригласил меня на ужин, я подумала - в дальних уголках своего сознания я не совсем признавала это, - что у меня будет этот опрометчивый, дикий, импульсивный роман с тобой".

"Я думаю, ты сделал". Он был занят, расстегивая ее блузку.

"Теперь я собираюсь выйти за тебя замуж". В восторге она стянула его рубашку через голову и отбросила в сторону. "Макс, я должна сказать тебе, я бы переспала с тобой, если бы ты не нравился Генри, но я бы не вышла за тебя замуж, если бы он возражал".

Он опустил рот к ее груди, нежно прикусил. "Справедливость есть справедливость".

Она выгнулась, поглощенная, затем, охваченная острыми ощущениями, перевернулась в обратную сторону. "Я бы просто прокрался за его спиной и занялся с тобой сексом. Я бы чувствовал себя плохо из-за этого, но я бы все равно это сделал ".

"Ты такая шлюха".

Она запрокинула голову и залилась смехом. "О Боже! Я чувствую себя прекрасно ".

Его руки пробежались вверх по ее бокам, затем по изгибам. "Ты говоришь мне".

"Макс". Сладость просочилась в нее, заставила ее провести руками по его волосам, затем обхватить ладонями его лицо. "Я люблю тебя, Макс. Я буду такой хорошей женой ".

Она была всем, чего он хотел, и не знал, что искал. Вся она, все те странные и прекрасные слои, которые формировали ее, подходили ему так, как никто никогда не подходил и никогда не подойдет.

Он притянул ее к себе, поглаживая ее волосы, спину, в то время как любовь роилась внутри него. И когда она вздохнула, долгий, удовлетворенный звук был подобен музыке.

Мягкая, такая мягкая, ее кожа, ее губы, так что момент приобрел мечтательный оттенок, который позволил легко быть нежным. Он мог лелеять ее здесь, и задавался вопросом, делал ли это кто-нибудь когда-либо.

Вместо того, чтобы видеть ее компетентной или умной, практичной и сообразительной, кто-нибудь когда-нибудь показывал ей, что она драгоценна?

Он бормотал ей глупости, романтические вещи, когда наклонял ее, чтобы раздеть. Его руки скользили по ней, как будто она была более хрупкой, чем стекло, более великолепной, чем бриллианты.

У нее перехватило дыхание, еще один тихий вздох, когда она позволила ему овладеть собой, когда она плыла по гладким, нежным волнам удовольствия. Под его руками она была податливой, готовой открыться для всего, что он давал или брал.

Долгие, страстные поцелуи, которые будоражили кровь и заставляли пульсировать быстрее. Медленные, ленивые ласки, от которых по коже пробегали теплые мурашки. Она плыла по ленивой реке ощущений.

Когда эта река поднялась, она почувствовала, как просыпается сонная страсть, чтобы прокатиться по ней бесконечной волной. Она выгнулась ему навстречу, снова обвиваясь вокруг него, так что они сидели, сцепившись друг с другом, посреди кровати.

Губы встретились более настойчиво, дыхание участилось, когда воздух стал туманным, когда сердце ударилось о сердце. Потребность нахлынула на нее, пульсируя, как рана, распространяясь, как лихорадка.

Она шептала его имя, снова и снова, когда она отталкивала его назад, когда она оседлала его и обхватила его руки своими грудями.

Она приняла его в себя, пленила его во всем этом бархатном тепле. Наблюдал за ним сквозь тени, сквозь них просвечивали ее волосы, ее невероятно голубые глаза.

Отклоняясь назад, она предложила ему свою прекрасную белую линию. Он мог чувствовать, как быстро бьется ее сердце, дрожь по ее коже, насмешливое напряжение, когда она садилась на него верхом.

Затем она наклонилась вперед, ее волосы дождем рассыпались, закрывая ее лицо, и его. Она положила руки ему на плечи, впилась пальцами. И свела его с ума.

Ее бедра дернулись, как молния, посылая искры шока по его крови. Наслаждение захлестнуло его сейчас, подстегнутое ее энергией. Она откинула голову назад, вскрикнув, когда она сжалась вокруг него, забилась в конвульсиях вокруг него.

Цепляясь за край, он приподнялся, заключил ее в объятия и, прижавшись горячими губами к ее горлу, позволил ей увлечь его за собой.

***

Ему нужно было работать. Это был не самый легкий переход, когда его тело было насыщено сексом, а мысли постоянно возвращались к Лейн. Но работа была жизненно важна. Не только для своего клиента или для себя, но и для Лейн.

Чем скорее эта часть алмазов вернется на свое место, тем лучше для всех заинтересованных сторон.

Но на этом все не закончилось, или ее проблемы.

Он не ожидал, что команда вернется, разыскивая их в доме, но он также не ожидал, что мужчина просто сократит свои потери и уйдет. Он убивал за эти камни, и он хотел получить их все.

Он планировал иметь их все с самого начала, заключил Макс, пока перетасовывал свои заметки в другой шаблон, ожидая, когда какая-нибудь новая деталь встанет на свое место.

Не было никакой разумной причины заманивать Майерса на частную встречу, если только он не планировал устранить его и увеличить свою прибыль. Он бы отобрал других своих партнеров и улизнул со всеми двадцатью восемью миллионами.

Они почувствовали это? Разве тот, кто прожил жизнь на мошенничестве, не уловил бы запаха мошенничества? В любом случае, это была его ставка. Либо Джек, либо Вилли почувствовали двойную игру, либо были напуганы исчезновением Майерса.

Итак, они унеслись по ветру.

И оба оказались здесь, предполагая, что Лейн будет идеальным местом, чтобы спрятать камни, пока они не смогут ликвидировать их и исчезнуть навсегда.

Позже он надрал бы задницу жалкому Джеку О'Хара за это.

Они привели команду прямо к порогу Лейн. Камни были в безопасности, но не так, как они планировали. И Вилли был мертв, а Лейн - мишенью.

И снова, подумал он с отвращением, Большой Джек был в тени и находился в движении.

Он бы далеко не ушел, размышлял Макс. Не тогда, когда на кону четверть доли Вилли.

Он где-нибудь отсиживался, работая над ракурсами. Это было хорошо. Это дало бы Максу время и возможность прижать его к земле и получить еще четверть доли.

Он сдержал бы свое слово, данное Лейну. Он не был заинтересован в передаче Большого Джека копам. Но он был заинтересован, на самом деле, он был глубоко заинтересован в том, чтобы содрать с человека шкуру за то, что он подверг Лейна опасности.

Что вернуло его в Команду.

Он тоже не ушел бы далеко. Теперь, когда он знал, что расследование сосредоточено прямо здесь, в Энджелз Гэп - и Макс мог винить в этом только себя - он был бы более осторожен. Но он не хотел бы, чтобы между ним и призом было слишком большое расстояние.

Он убил еще четверть добычи. Он, черт возьми, без колебаний убил бы за вторую половину.

На месте Крю Макс положил бы глаз на О'Хару. Было только одно, что отделяло О'Хару от двадцати восьми миллионов. Это был Лейн.

Он передавал бриллианты, которыми владел, своему клиенту, отряхивал руки и говорил, что это лучшее, что я могу сделать, и забирал Лейн, увозил ее в Саванну. Конечно, ему пришлось бы накачать ее успокоительным, связать по рукам и ногам и держать в запертой комнате, но он бы сделал это, если бы верил, что это выведет ее из игры и сохранит в безопасности.

Но поскольку он не думал, что кто-то из них был бы счастлив, если бы она была накачана наркотиками, связана и заперта в течение следующих нескольких лет, это не казалось выходом.

Крю просто ждал, выжидал своего часа и приходил за ней, когда хотел.

Было бы лучше, если бы экипаж начал действовать, пока он был на их территории, когда они оба были в полной боевой готовности.

Потому что она должна была знать. Двумя качествами Лейн не был, он был медлительным и глупым. Итак, она знала, что мужчина не крадет миллионы, не убивает ради этого, а затем бодро подсчитывает свои потери и уходит от половины этого пирога.

Это больше не было просто делом с увлекательным и сложным расследованием и солидным гонораром в конце. Теперь это была их жизнь. Чтобы обеспечить их будущее, он сделал бы все, что потребовалось.

Он снова просмотрел свои записи, остановился и чуть не откинулся на спинку хрупкого стула, прежде чем вспомнил, что он не подходит для переезда. Вместо этого он наклонился вперед, постукивая пальцами по собственной распечатке.

Алекс Крю женился на Джудит П. Файнс 20 мая 1994 года. Свидетельство о браке зарегистрировало Нью-Йорк. Один ребенок, мужчина, команда Уэстли Файнс, родился в больнице Маунт Синай, 13 сентября 1996 года.

Субъект подал на развод; развод был разрешен судами Нью-Йорка 28 января 1999 года.

Команда Джудит Файнс переехала с сыном в Коннектикут в ноябре 1998 года. Впоследствии покинул это место. Текущее местонахождение неизвестно.

"Ну, мы можем это исправить", - пробормотал Макс.

Он не очень далеко продвинулся по этому пути. Его первоначальный опрос соседей, партнеров, семьи Джудит мало что дал ему, и ничего, что указывало бы на то, что она продолжала контактировать с Crew.

Он пролистал еще несколько заметок, нашел свою статью о Джудит Крю, урожденной Файнс. Ей было двадцать семь, когда они поженились. Работал менеджером художественной галереи в Сохо. Никакого судимости. Воспитание из высшего среднего класса, солидное образование и очень привлекательная, отметил Макс, просматривая газетную фотографию, которую он скопировал во время ее пробежки.

У нее была сестра, на два года младше, и ни она, ни родители не были ни очень откровенны, ни очень заинтересованы в передаче информации. Джудит отрезала себя от своей семьи, своих друзей. И исчезла где-то летом 2000 года со своим маленьким сыном.

Разве команда не следила бы за ними? Макс задумался. Разве мужчина, который так гордился, у которого было такое эго, не захотел бы увидеть в сыне какое-то отражение себя, какой-то намек на свое бессмертие? Возможно, он не был особенно заинтересован в поддержании отношений с бывшей или с маленьким мальчиком, который выдвигал требования. Но он бы вел учет, можешь не сомневаться. Потому что однажды этот мальчик вырос, и мужчина захотел передать его наследие своей крови.

"Хорошо, Джуди и малыш Уэс". Макс пошевелил пальцами, как пианист, собирающийся сыграть арпеджио. "Давайте посмотрим, куда вы попали". Он провел этими пальцами по клавиатуре и запустил поиск.

***

Добровольно идти в полицейский участок было против правил. Джек ничего не имел против копов. Они делали только то, за что им платили, но поскольку им платили за то, чтобы они собирали таких же людей, как он, и помещали их в маленькие зарешеченные комнаты, он предпочитал избегать их.

Тем не менее, были времена, когда даже преступнику нужен был полицейский.

Кроме того, если он не мог перехитрить местных и выудить то, что ему нужно было знать, из какого-то значка сена в маленьком захолустном городке, он мог бы с таким же успехом бросить это и найти нормальную работу.

Он дождался вечерней смены. По логике вещей, любой, кто оставался у руля после семи, должен был быть ближе к низу полицейской цепочки кормления.

Он стащил свой гардероб из магазина в торговом центре за городом с прицелом на индивидуальность, которую хотел передать. Джек твердо верил в то, что одежда делает мужчину тем, кем он хочет быть.

Костюм в тонкую полоску был снят с вешалки, и ему пришлось самому закатывать подол брюк, но он сидел неплохо. Клоунский красный галстук-бабочка добавил как раз нужный штрих, намекая на безвредность.

Он купил очки без оправы в магазине Wal-Mart и не был готов признать, что они действительно улучшают его зрение. По его мнению, он был слишком молод и мужественен, чтобы нуждаться в очках.

Но их вид окончательно разрушил образ интеллектуала, стремящегося стать ботаником, который он хотел создать.

У него был коричневый кожаный портфель, который он не поленился починить, чтобы он не выглядел новым, и он наполнял его так тщательно, как это может сделать мужчина, отправляясь на встречу за городом.

Умный игрок стал частью.

Он просматривал "Офис Депо", выбирая ручки, блокноты, стикеры и другие принадлежности, которые мог носить с собой помощник по административным вопросам важного человека. Как обычно, такие офисные игрушки одновременно очаровывали и озадачивали его.

Он действительно провел увлекательный час, играя с помощником по обработке персональных данных. Он действительно любил технологии.

Когда он шел по тротуару к зданию полицейского участка, его походка стала резкой, а широкие плечи ссутулились, что выглядело привычным. Он водрузил очки обратно на нос отсутствующим жестом, который он отрабатывал перед зеркалом.

Его волосы были грубо зачесаны назад и - благодаря краске, которую он стащил в аптеке CVS в тот день, - были блестящего и явно фальшивого черного цвета, как крем для обуви.

Он думал, что Питер П. Пинкертон, его временное альтер эго, будет достаточно тщеславен, чтобы покрасить волосы, и достаточно невнимателен, чтобы поверить, что это выглядит естественно.

Хотя вокруг не было никого, кто мог бы заметить, он уже вошел в образ. Он достал свои карманные часы, как раз такой вид притворства, который понравился бы Питеру, и проверил время, слегка нахмурившись.

Питер всегда был чем-то обеспокоен.

Он поднялся по короткой лестнице и вошел в полицейское управление маленького городка. Как он и ожидал, там была небольшая открытая зона ожидания с помощником шерифа в форме, дежурившим за стойкой в задней части.

Там были черные пластиковые стулья, пара дешевых столов и несколько журналов - Field and Stream, Sports Illustrated, People - все они устарели на несколько месяцев.

В воздухе пахло кофе и лизолом.

Джек, теперь Питер, нервно теребил пальцами галстук и поправлял очки, подходя к стойке.

"Могу ли я вам помочь?"

Джек близоруко заморгал, глядя на помощника шерифа, прочистил горло. "Я не совсем уверен, офицер ... Ах, Расс. Видишь ли, я должен был встретиться с коллегой сегодня днем. В час дня, в обеденном зале отеля "Уэйфарер". Понимаете, встреча за ланчем. Но моя встреча так и не состоялась, и я не смог с ним связаться. Когда я спросил на стойке регистрации отеля, мне сообщили, что он так и не зарегистрировался. Я действительно очень обеспокоен. Он был очень точен относительно времени и места, и я приехал сюда из Бостона ради этой встречи ".

"Ты хочешь подать заявление о пропаже человека, которого не было всего, сколько, восемь часов?"

"Да, но, видите ли, я не смог до него дозвониться, а это была важная встреча. Я обеспокоен тем, что с ним могло что-то случиться во время его поездки из Нью-Йорка ".

"Имя?"

"Пинкертон. Питер П." Джек полез во внутренний карман своего пиджака, как будто хотел достать визитку.

"Имя человека, которого вы ищете".

"О да, конечно. Питерсон, Джаспер Р. Питерсон. Он торговал редкими книгами и должен был приобрести определенный том, в котором больше всего заинтересован мой работодатель."

"Джаспер Питерсон?" Впервые взгляд помощника шерифа заострился.

"Да, это верно. Он путешествовал из Нью-Йорка, по-моему, в Балтимор, и через округ Колумбия, прежде чем записаться на какие-то встречи в этом районе. Я понимаю, что может показаться, что я слишком остро реагирую, но во всех моих отношениях с мистером Питерсоном он всегда был оперативным и надежным ".

"Собираюсь попросить вас подождать минутку, мистер Пинкертон".

Расс отодвинулся от прилавка и исчез в лабиринте комнат в задней части.

Пока все так хорошо, подумал Джек. Теперь он выражал шок и огорчение от новостей о том, что человек, которого он искал, недавно попал в аварию. Вилли простил бы его за это. На самом деле, он думал, что его давний друг оценит многослойность уловки.

Он расспрашивал и придирался к помощнику шерифа и обходил его стороной, чтобы точно узнать, какие вещи конфисковала полиция.

Как только он точно знал, что собака у них, он делал следующий шаг и забирал ее из комнаты собственности.

У него были бы бриллианты, и он увез бы их - и себя - как можно дальше от Лейн. Оставляя для Команды след, по которому мог бы проследить слепой на скачущей лошади.

После этого ... Ну, мужчина не всегда мог планировать так далеко вперед.

Он повернулся обратно к стойке с рассеянным выражением на лице. И почувствовал легкий толчок в живот, когда вместо скучающего помощника шерифа из боковой двери вышел крупный светловолосый коп.

Он не выглядел достаточно медлительным, чтобы подойти Джеку.

"Мистер Пинкертон?" Винс провел с Джеком одно долгое, тихое исследование. "Я шеф Бургер. Почему бы тебе не вернуться в мой кабинет?"

13.

Тонкая струйка пота скатилась по спине Джека, когда он вошел в кабинет начальника полиции Энджел Гэп. В вопросах закона и порядка он предпочитал работать с подчиненными.

Тем не менее, он сидел, суетливо подтягивая брюки, затем аккуратно поставил свой портфель рядом со стулом, точно так же, как сделал бы Питер. Запах кофе здесь был сильнее, а новинка на кружке с изображением мультяшной коровы с ярко-красными губами Мика Джаггера подсказала Джеку, что шеф выпил немного кофе со своей бумажной работой в нерабочее время.

"Вы из Бостона, мистер Пинкертон?"

"Это верно". Бостонский акцент был одним из любимых Джеком из-за его тонкого высокомерия. Он довел это до совершенства, наблюдая за повторами MASH и подражая персонажу Чарльза Винчестера. "Я здесь только на ночь. Я должен уехать утром, но поскольку мне еще предстоит выполнить свою цель, возможно, мне придется перенести встречу. Я приношу извинения за то, что беспокою вас своими проблемами, шеф Бергер, но я действительно очень обеспокоен мистером Питерсоном ".

"Ты хорошо его знаешь?"

"Да. То есть, довольно хорошо. Я вел с ним дела последние три года - по поручению моего работодателя. Мистер Питерсон - торговец редкими книгами, а мой работодатель, Сайрус Манц, Третий - возможно, вы слышали о нем?"

"Не могу сказать".

"Ах, ну, мистер Манц - бизнесмен, пользующийся некоторой известностью в районах Бостона и Кембриджа. И страстный коллекционер редких книг. У него одна из самых обширных библиотек на Восточном побережье." Джек потеребил свой галстук. "В любом случае, я специально приехал по просьбе мистера Питерсона, чтобы посмотреть и, надеюсь, приобрести первое издание "Звука и ярости" Уильяма Фолкнера - в суперобложке. Я должен был встретиться с мистером Питерсоном за ланчем -"

"Вы когда-нибудь встречались с ним раньше?"

Джек моргнул за украденными линзами, как будто озадаченный и вопросом, и тем, что его прервали. "Конечно. Неоднократно."

"Не могли бы вы описать его?"

"Да, конечно. Он довольно маленький человек. Рост, возможно, пять футов шесть дюймов, э-э ... я бы оценил примерно в сто сорок фунтов. Ему было около шестидесяти лет, с седыми волосами. Я думаю, что у него карие глаза ". Он скомкал свой собственный. "Я верю. Это помогло?"

"Это был бы ваш мистер Питерсон?" Винс предложил ему копию фотографии, которую он вытащил из полицейских файлов.

Джек поджал губы. "Да. Здесь он, конечно, значительно моложе, но да, это Джаспер Питерсон. Боюсь, я не понимаю."

"Человек, которого вы опознали как Джаспера Питерсона, попал в аварию несколько дней назад".

"О боже. О боже, я боялась, что это было что-то в этом роде ". Нервным жестом Джек снял очки, быстро протер линзы жестким белым носовым платком. "Тогда он был ранен? Он в больнице?"

Винс подождал, пока он не водрузил очки обратно на нос. "Он мертв".

"Мертв? Умер?" Это был удар кулаком в живот, слышать это снова, именно таким образом. И у настоящего джолта его голос сорвался. "О, это ужасно. Я не могу ... Я никогда не представлял. Как это произошло?"

"Его сбила машина. Он умер почти мгновенно."

"Это такой шок".

Вилли. Боже, Вилли. Он понял, что побледнел. Он мог чувствовать холод под своей кожей, где кровь отхлынула. Его руки дрожали. Ему хотелось плакать, даже причитать, но он сдержался. Питер Пинкертон никогда бы не допустил такого публичного проявления эмоций.

"Я не знаю точно, что делать дальше. Все время, пока я ждала его встречи со мной, становясь нетерпеливой, даже раздраженной, он был ... Ужасен. Мне придется позвонить своему работодателю, сказать ему ... О боже, это просто ужасно ".

"Знали ли вы кого-нибудь из других партнеров мистера Питерсона? Семья?"

"Нет". Он суетливо теребил свой галстук, хотя ему хотелось сорвать его, потому что у него распухло горло. Я - все, что у него было, подумал Джек. Я - единственная семья, которая у него была. И из-за меня его убили. Но Питер Пинкертон продолжил на своем высокомерном гарвардском наречии. "Мы редко говорили о чем-либо, кроме книг. Не могли бы вы, возможно, рассказать мне, какие были достигнуты договоренности? Я уверен, что мистер Манц хотел бы послать цветы или сделать пожертвование на благотворительность вместо этого ".

"Пока еще ничего не решено".

"Ох. Ну." Джек поднялся на ноги, затем снова сел. "Не могли бы вы сказать мне, возможно, была ли у мистера Питерсона книга, когда он ... Я прошу прощения за то, что это звучит омерзительно, но мистер Манц спросит. Фолкнер?"

Винс откинулся на спинку стула, мягко поворачиваясь из стороны в сторону, не сводя глаз полицейского с лица Джека. "У него была пара романов в мягкой обложке".

"Ты уверен? Прошу прощения за беспокойство, но есть ли какой-нибудь способ проверить, какой-нибудь список? Мистер Манц нацелился на это издание. Видите ли, это редкая находка в суперобложке. Первое издание, как нас заверили, в отличном состоянии - и он, мистер Манц, он будет очень ... о боже, настаивать на том, чтобы я довел дело до конца ".

Винс услужливо открыл ящик стола, достал папку. "Здесь ничего подобного. Одежда, туалетные принадлежности, ключи, часы, сотовый телефон и зарядное устройство, бумажник и его содержимое. Вот и все. Парень путешествовал налегке ".

"Я понимаю. Возможно, он положил это в сейф на хранение до нашей встречи. Конечно, он не смог бы вернуть это раньше ... Я отнял у тебя достаточно времени."

"Где вы остановились, мистер Пинкертон?"

"Остаешься?"

"Сегодня вечером. Где вы остановились, на случай, если у меня будет что-то еще по этим договоренностям."

"Ах. Сегодня вечером я в "Путнике". Полагаю, я вылетаю, как запланировано, завтра. О боже, о боже, я не знаю, что я собираюсь сказать мистеру Манцу ".

"А если мне понадобится связаться с вами в Бостоне?"

Джек достал карту. "Подойдет любое из этих чисел. Пожалуйста, свяжитесь со мной, шеф Бургер, если у вас появятся какие-либо известия ". Он протянул свою руку.

"Я буду на связи".

Винс проводил его, стоял и смотрел, как он уходит.

Не потребовалось бы много времени, чтобы проверить детали истории и проверить имена Пинкертона и Манца. Но поскольку он посмотрел через те дешевые линзы в голубые глаза Лейн, он решил, что они окажутся фальшивыми.

"Расс, позвони в "Пэйфарер", узнай, зарегистрировали ли они этого Пинкертона".

Он подтверждал эту маленькую деталь, вытаскивал одного из своих людей из постели, чтобы присмотреть за ним ночью.

Он бы еще раз взглянул на результаты, увидел, что О'Хара - если это был О'Хара - был заинтересован в обнаружении. Поскольку он был чертовски уверен, что у него не было бриллиантов на несколько миллионов, лежащих в комнате с недвижимостью, ему просто нужно было посмотреть, есть ли у него что-нибудь, указывающее на них.

***

Где, черт возьми, это было? Джек быстро прошел два квартала, прежде чем ему снова стало легко дышать. Дома копов, запахи копов, глаза копов имели тенденцию сжимать его легкие. В списке эффектов не было керамической собачки. Наверняка даже подозрительный полицейский - и это была излишняя фраза - перечислил бы что-нибудь подобное. Итак, сработал его аккуратный маленький план проникнуть в помещение с имуществом и забрать его. Не смог украсть то, чего не должно было быть украдено.

Собака была у Вилли, когда они расстались, в надежде, что Крю выследит самого Джека, чтобы дать Вилли время ускользнуть, добраться до Лейн и отдать ей статуэтку на хранение.

Но злобная, двуличная Банда вместо этого выследила Вилли. Нервный старина Вилли, который ничего так не хотел, как удалиться на какой-нибудь симпатичный пляж и прожить остаток своих дней, рисуя плохую акварель и наблюдая за птицами.

Не следовало оставлять его, не следовало отправлять его одного. И теперь его самый старый друг в мире был мертв. Сейчас не было никого, с кем он мог бы поговорить о былых временах, никого, кто понимал бы, о чем он думал, прежде чем слова слетели с его губ. Никто из тех, кто понимал шутки.

Он потерял свою жену и дочь. Вот так мяч отскакивал, а печенье крошилось. Он не мог винить Мэрилин за то, что она рискнула и забрала с собой маленькую Лейни. Она просила его, видит Бог, тысячу раз попробовать вести нормальную жизнь. И он много раз обещал ей это взамен, что так и будет. Нарушил каждое из тех тысяч обещаний.

Вы просто не можете бороться с природой, было мнение Джека. Играть в игру было в его натуре. Пока были метки, ну, что, черт возьми, он мог сделать? Если бы Бог не предназначил ему сыграть эти метки, Он бы не создал их так чертовски много.

Он знал, что это было слабо, но таким его создал Бог, так что как он мог спорить по этому поводу? Люди, которые спорили с Богом, были первостатейными лохами. И парень Кейт О'Хара, Джек, не был простофилей.

Он любил трех человек в своей жизни: Мэрилин, его Лейни и Вилли Янга. Он отпустил двоих из них, потому что ты не можешь оставить себе то, что не хотело принадлежать тебе. Но Вилли застрял.

Пока у него был Вилли, у него была семья.

Его было не вернуть. Но однажды, когда все снова было хорошо, он стоял на каком-нибудь красивом пляже и поднимал бокал за лучшего друга, который когда-либо был у человека.

Но в то же время, была работа, которую нужно было сделать, мысли, которые нужно было обдумать, и вероломный убийца, которого нужно было перехитрить.

Вилли добрался до Лейна, и, конечно же, у него была собака, когда он имел или зачем вступать в контакт? Он мог бы спрятать это, конечно. Разумный человек запер бы это подальше, пока не был уверен в своей правоте.

Но это было не в стиле Вилли. Если бы Джек знал Вилли - а кто лучше?-он рассказывал, что у него была статуэтка с бриллиантами в животе, когда он зашел в маленький магазинчик Лейна.

И у него этого не было, когда он снова вышел.

Это оставляло две возможности: Вилли спрятал его в магазине без ведома Лейн. Или папина маленькая дочка рассказывала неправду.

В любом случае, он должен был выяснить.

Его первой остановкой был бы небольшой тихий обыск коммерческого предприятия его любимой дочери.

***

Макс застал Лейн в ее домашнем офисе за каким-то дизайном на миллиметровой бумаге. У нее на столе было разложено несколько крошечных вырезов. После минутного изучения он узнал в них бумажную мебель.

"Это похоже на взрослую версию кукольного домика?"

"В некотором смысле. Это мой дом, комната за комнатой ". Она постучала по стопке миллиметровой бумаги. "Мне придется заменить некоторые из моих деталей, поэтому я сделал масштабные модели некоторых вещей, которые у меня есть на складе, которые могут сработать. Теперь я смотрю, так ли это, и как я мог бы их организовать, если бы принес домой ".

Он смотрел еще мгновение. "Мне интересно, как кто-то, столь тщательно выбирающий диван, оказался помолвленным со мной".

"Кто сказал, что я не сделал твою масштабную модель, а затем не опробовал ее в разных сценариях?"

"Ха".

"Кроме того, я не люблю диван. Мне это нравится, и я восхищаюсь этим, и я всегда готов расстаться с этим за правильную цену. Я держу тебя".

"Тебе потребовалась минута, чтобы обдумать это, но мне это нравится". Он облокотился на угол стола. "Похоже, я нашел бывшую жену и ребенка Крю. Получил информацию о них в Огайо, пригороде Колумбуса ".

"Ты думаешь, она что-то знает?"

"Я должен предположить, что у Крю был бы некоторый интерес к его сыну. Разве такой мужчина не рассматривал бы потомство, особенно потомство мужского пола, как своего рода собственность? Жена другая, она просто женщина, и ее легко заменить ".

"Правда?"

"С точки зрения экипажа. От меня: "когда тебе достаточно повезло найти подходящую женщину, она незаменима ".

"Это заняло у тебя минуту, но мне это нравится".

"Другое дело, по-моему, когда вы отрываете какую-нибудь нить, вы продолжаете дергать, пока она не приведет к чему-то или не выпадет из целого. Мне нужно это проверить. Итак, планы меняются. Утром я первым делом отправлюсь в Нью-Йорк с бриллиантами, которые у нас есть. Я доставлю их лично, затем отправлюсь в Огайо и посмотрю, смогу ли я что-нибудь усовершенствовать у бывшей миссис Крю или Джуниора ".

"Сколько лет Джуниору?"

"Около семи".

"О, Макс, он всего лишь ребенок".

"Ты знаешь все о маленьких кувшинах, больших ушах? Господи, Лейн, - добавил он, когда увидел ее лицо. "Я не собираюсь настраивать его. Я просто собираюсь поговорить с ними ".

"Если они разведены, возможно, она не хочет быть частью команды и не хочет, чтобы ее сын знал, кто его отец".

"Это не значит, что ребенок не знает или что папа не заглядывает время от времени. Это нужно проверить, Лейн. Я уйду первым делом. Если ты захочешь пойти со мной, я все устрою для нас обоих ".

Она вернулась к своей миллиметровке, использовала ластик на конце карандаша, чтобы сдвинуть вырез дивана под другим углом. "Без меня ты бы двигался быстрее".

"Возможно, но не так радостно".

Она подняла взгляд. "Короткая поездка в Нью-Йорк, затем перелет в Огайо. Похоже на старые времена, и это привлекает. Но я не могу. Есть работа, есть Генри, нужно собрать этот дом обратно. И мне нужно попрактиковаться звонить твоей матери ". Она повернула карандаш, чтобы ткнуть его, когда он засмеялся. "Без комментариев к последнему, друг, это то, как я все делаю".

Он не хотел оставлять ее даже на день. Частью этого, он знал, было навязчивое безумие новой любви, но частью было беспокойство. "Если бы ты поехала со мной, ты могла бы позвонить ей откуда угодно, ты могла бы оставить Генри с бургерами, закрыть магазин на день и заняться домом, когда мы вернемся. Ты можешь взять свою миллиметровку".

"Ты беспокоишься о том, что оставишь меня, пока будешь делать свою работу. Тебе не следовало. На самом деле, ты не можешь. Я заботился о себе очень долгое время, Макс. Я собираюсь продолжать заботиться о себе после того, как мы поженимся ".

"У тебя не будет маньяка-похитителя драгоценностей, который будет смотреть в твою сторону после того, как мы поженимся".

"Вы можете это гарантировать? Уходи, - сказала она, не дожидаясь его ответа. "Делай то, что ты делаешь. Я буду делать то, что я делаю. И когда ты вернешься... - Она провела рукой по его бедру. "Мы сделаем что-нибудь вместе".

"Ты пытаешься отвлечь меня. Нет, подожди, ты действительно отвлекла меня." Он наклонился, поцеловал ее. "Как насчет этого? Я иду делать то, что я делаю, ты остаешься и делаешь то, что ты делаешь. Я вернусь завтра вечером, или раньше, если у меня получится. Пока я не вернусь, ты пойдешь и потусуешься с копом и его женой. Ты и Генри. Ты не останешься здесь одна, пока это не закончится. Теперь мы можем поссориться из-за этого или пойти на компромисс ".

Она продолжала водить пальцами по его бедру. "Мне нравится драться".

"Хорошо". Он поднялся на ноги, как будто готовился к раунду.

"Но не тогда, когда я согласен с точкой зрения другого человека. Для меня оставаться здесь одному - неоправданный риск. Поэтому я буду навязываться Дженни и Винсу ".

"Хорошо. Ну... хорошо. Хочешь подраться из-за чего-то другого?"

"Может быть, позже?"

"Конечно. Я собираюсь отправиться оформлять свои рейсы. О, есть ли шанс, что диван может быть достаточно длинным для парня, чтобы вздремнуть в воскресенье днем?"

"Это вполне вероятный вариант".

"Мне понравится быть женатым на тебе".

"Да, ты такой".

***

Было уже за час, когда Джек закончил обыскивать магазин Лейна. Разрываемый в двух направлениях, он запер за собой дверь. Он был горько разочарован, что не нашел бриллианты. Жизнь была бы намного проще, если бы у него под мышкой была маленькая собачка. Он мог быть на пути из города, оставив достаточно хлебных крошек для команды, чтобы следовать за ними, что уведет его и любые проблемы от Лейна.

Затем он исчезал в кроличьей норе. Бриллианты на четырнадцать миллионов - даже с учетом половины этой суммы из-за быстрого оборота - обеспечили бы очень шикарную кроличью нору.

В то же время он был поражен какой-то ошеломленной гордостью. Только посмотрите, что натворила его маленькая девочка, причем в мире натуралов. Как, черт возьми, она научилась покупать все эти вещи? Мебель, причудливые предметы, маленькие суетливые сиделки за столом. Это было красивое место. У его маленькой девочки был очень красивый бизнес. И поскольку он был достаточно любопытен, чтобы потратить время на то, чтобы взломать ее компьютер и проверить, оказалось, что у нее есть достаточно прибыльный.

У нее была хорошая жизнь. Не то, чего он хотел для нее, конечно, но если бы это было то, чего хотела она, он бы это принял. Он этого не понимал и никогда не поймет, но он бы принял.

Она никогда не собиралась возвращаться с ним в турне. Эта фантазия, наконец, развеялась после того, как я внимательно посмотрел на ее дом, ее магазин, ее жизнь.

По его мнению, это была пустая трата значительного таланта, но он понимал, что отец не может подтолкнуть отпрыска к шаблону. Разве он не восстал против своих? Для Лейн было вполне естественно взбунтоваться и искать свой собственный путь.

Но для нее было неестественно пытаться обмануть собственную кровь. У нее были бриллианты. Они должны были быть. Если бы у нее была какая-то извращенная идея, что ей нужно что-то скрывать от него, чтобы защитить его, ему пришлось бы вправить ей мозги.

Время для беседы отца и дочери, решил Джек.

Это означало, что ему придется форсировать машину. Он действительно ненавидел угонять машины, это было так распространено, но мужчине понадобился транспорт, когда его дочь решила жить в захолустье.

Он приезжал повидаться с ней, поболтать, забирал бриллианты и уезжал к утру.

***

Он остановился на Chevy Cavalier - приятной, устойчивой езде - и принял меры предосторожности, поменяв номера на Ford Taurus в нескольких милях отсюда. При прочих равных условиях "Шевроле" должен был доставить его через Виргинию в Северную Каролину, где у него был партнер, который мог бы его заменить. С наличными он мог бы отправиться в новую поездку.

Он оставлял достаточно следов, чтобы команда могла идти по ним, достаточно запаха, чтобы отвлечь человека от Мэриленда и Лейна.

Затем у Джека была назначена встреча в Южной Калифорнии, где он должен был обменять эти блестящие камни на твердые зеленые наличные.

После этого мир стал его гребаной устрицей.

Он напевал под классическую рок-станцию, которую он нашел, его настроение поднялось от жизнерадостного заявления The Beatles о том, что они справятся с небольшой помощью друзей.

Джек знал все о том, как сводить концы с концами.

В качестве меры предосторожности он остановил машину на полпути вверх по полосе. Собака была дружелюбной, когда не обмочилась от страха, вспоминал он, но собаки лаяли. Нет смысла откладывать это, пока он не оценит ситуацию.

С его ручным фонариком он начал поход. Темнота была кромешной, заставляя его снова задуматься, что заставило Лейна выбрать такое место. Единственным звуком, который он слышал, кроме хруста собственных ног по гравию, был крик совы и случайный шорох в кустах.

Зачем кому-то понадобилась щетка, в которой могло шуршать что угодно, было выше его понимания.

Затем он уловил аромат сирени и улыбнулся. Это было приятно, подумал он. Гулять в тихой темноте и нюхать цветы. Приятно, добавил он, для случайной смены темпа. Может быть, он сорвал бы несколько цветов, взял бы их с собой к двери. Своего рода предложение мира.

Он начал следить за своим носом, когда его свет упал на хромированный.

И, посмотрев лучом на машину, Джек почувствовал, что его настроение резко падает.

Машина полицейского из страховой компании стояла в конце подъездной аллеи рядом с машиной Лейна.

Прищурив глаза, он изучал дом. В окнах не горел свет. Было около двух часов ночи. Машина мужчины была припаркована перед домом его дочери.

Его маленькая девочка была... Он поискал слово, с которым разум его отца мог справиться, не взорвавшись. Бездельничал. Его маленькая девочка развлекалась с полицейским. По мнению Джека, частный детектив был просто полицейским с более высоким годовым доходом, чем у тех, кто носил значки.

Его собственная плоть и кровь, с полицейским. Где он пошел не так?

С глубоким вздохом он уставился на свои ноги. Он не мог рисковать взломом во второй раз, когда там был частный детектив. Ему нужно было уединение, черт возьми, чтобы вразумить свою Лейни.

Полицейский должен был когда-нибудь уйти, напомнил себе Джек. Он находил место, чтобы припарковать машину, и ждал.

***

Это было свидетельством ее любви, заключила Лейн, что подтолкнуло ее изменить свой утренний распорядок, чтобы проводить Макса в пять сорок пять утра. Ей нравилось думать, что это также демонстрирует ее гибкость, но она знала лучше.

Ее распорядок дня сразу встал на свои места, как только она и Макс больше привыкли друг к другу. Это могло бы принять несколько иную форму, но, в конце концов, это стало бы рутиной.

Она с нетерпением ждала этого и, думая именно об этом, с большим энтузиазмом поцеловала его у двери.

"Если это прощание, которое я получаю, когда меня не будет всего день, на что мне рассчитывать, если мне придется уехать из города на ночь?"

"Я просто осознал, как приятно будет привыкнуть к тебе, принимать тебя как должное, чтобы твои маленькие привычки и причуды раздражали меня".

"Боже, ты странная женщина". Он взял ее лицо в свои руки. "Я должен предвкушать, как буду тебя раздражать?"

"И препирательства. Женатые люди склонны ссориться. Я собираюсь называть тебя Максфилд, когда мы будем ссориться ".

"О, черт".

"Я думаю, это будет весело. Я действительно не могу дождаться, когда мы поссоримся из-за домашних расходов или цвета полотенец в ванной ". И поскольку это было совершенной правдой, она обвила руками его шею и снова с энтузиазмом поцеловала. "Путешествуйте безопасно".

"Я буду дома к восьми, даже раньше, если у меня получится. Я позвоню". Он прижался лицом к изгибу ее плеча. "Я придумаю, о чем бы поспорить".

"Это так мило".

Он отстранился, наклонился, чтобы погладить Генри, который пытался сунуть нос между ними. "Позаботься о моей девочке". Он поднял свой портфель, быстро подмигнул Лейну, затем направился к своей машине.

Она отмахнулась от него, затем, как и обещала, закрыла дверь и заперла ее.

Она не возражала против раннего старта. Она ездила в город, присматривалась к своим товарам, чтобы понять, что она могла бы перенести к себе домой. Она брала Генри на прогулку в парк, затем делала несколько звонков, чтобы узнать о ремонте ее поврежденной мебели, и договаривалась о том, чтобы убрать то, что она считала безнадежным делом.

Она могла побаловать себя, просматривая некоторые сайты для новобрачных онлайн, пускала слюни на платья, цветы и сувениры. Лейн Тэвиш выходила замуж! Дилайт заставила ее исполнить быстрый танец, который вдохновил Генри на безумные круги. Она хотела купить несколько журналов для новобрачных, но для этого ей нужно было пойти в торговый центр, где она могла купить их, не вызывая сплетен в городе. Пока она не была готова к городским сплетням.

Она хотела пышную свадьбу, и ее удивило осознание этого. Она хотела великолепное и смехотворно дорогое платье. Платье, которое бывает раз в жизни. Она хотела часами мучиться над цветами, музыкой и меню.

Смеясь над собой, она пошла наверх, чтобы одеться на день. Все встало на свои места, подумала она. Ее нормальная жизнь приняла тяжелый, неожиданный оборот, но она быстро возвращалась в нормальное русло. Было ли что-нибудь более нормальное, чем женщина, мечтающая о дне своей свадьбы?

"Нужно составить списки, Генри. Много-много списков. Ты знаешь, как я это люблю ".

Она застегнула сшитую на заказ белую рубашку, натянула аккуратные темно-синие брюки. "Конечно, мы должны назначить дату. Я думаю об октябре. Все эти прекрасные осенние цвета. Ржавчина, умбра и жженое золото. Насыщенные цвета. Будет непросто организовать все вовремя, но я могу это сделать ".

Представляя, она заплела волосы во французскую косу и накинула жакет в мелкую сине-белую клетку.

Сначала погуляем в парке, решила она и натянула удобные парусиновые туфли на плоской подошве.

Она была на полпути вниз, когда Генри издал серию встревоженных лаев и снова помчался наверх.

Лейн застыла на месте, затем перекатилась на цыпочки, когда ее сердце заколотилось о ребра. Прежде чем она смогла последовать примеру Генри, Джек вышел из гостиной к подножию лестницы.

"Этот пес пошел за своим пистолетом?"

"Папа". Она закрыла глаза, перевела дыхание. "Зачем ты делаешь это? Ты не можешь просто постучать в эту чертову дверь?"

"Это экономит время. Ты всегда разговариваешь с собакой?"

"Да, я хочу".

"Он когда-нибудь отвечал?"

"По-своему. Генри! Все в порядке, Генри. Он не причинит тебе вреда." Она продолжила спускаться, позволяя своему взгляду скользнуть по крашеным волосам, помятому костюму. "Работаю, я вижу".

"По-моему".

"Похоже, ты спал в этом костюме".

"Я, черт возьми, хорошо сделал".

Резкость в его тоне заставила ее приподнять брови. "Ну, не огрызайся на меня, Джек. Это не моя вина ".

"Это твоя вина. Нам нужно поговорить. Элейн."

"Мы, конечно, хотим". Четким голосом она кивнула, затем повернулась на каблуках и промаршировала на кухню. "Есть кофе и немного яблочных маффинов, если ты голоден. Я не готовлю ".

"Что ты делаешь со своей жизнью?"

Его взрыв заставил Генри, который приподнялся, чтобы прощупать почву, отползти обратно к дверному проему.

"Что я делаю со своей жизнью? Что я делаю?" Она повернулась к нему с кофейником в руке. Ее горячий ответ пробился сквозь страх Генри, чтобы обрести мужество. Он ворвался, приклеился к боку Лейна и попытался зарычать в направлении Джека.

"Все в порядке, Генри". Довольный и значительно удивленный его защитой, Лейн наклонился, чтобы успокоить собаку. "Он не опасен".

"Я мог бы быть", - пробормотал Джек, но часть его самообладания сменилась облегчением от того, что у собаки был какой-то дух.

"Я скажу тебе, что я делаю со своей жизнью, папа. Я живу своей жизнью. У меня есть дом, собака, бизнес, машина - и платежи. У меня был водопроводчик ". Она махнула кофейником, и кофе чуть не перелился через край. "У меня есть друзья, которые на самом деле не отбывали срок, и я могу взять книгу в библиотеке и знать, что я все еще буду здесь, когда ее вернут. Что ты делаешь со своей жизнью, папа? Что ты когда-либо делал со своей жизнью?"

Его губы действительно дрожали, прежде чем он сжал их и сумел заговорить. "Это чертовски странный способ для тебя разговаривать со мной".

"Ну, это чертовски странный способ для тебя разговаривать со мной. Я никогда не критиковал твой выбор, потому что он был твоим, и ты имел право его делать. Так что не смей критиковать мое ".

Его плечи ссутулились, руки вернулись в карманы. И Генри, испытав огромное облегчение от того, что его доблесть не подвергнется испытанию, отступил. "Ты проводишь ночи с полицейским. Полицейский. "

"Он частный детектив, и это к делу не относится".

"Рядом с-"

"Что я делаю, так это провожу ночи с мужчиной, которого люблю и за которого собираюсь выйти замуж".

"Ма-" Он издал несколько бессвязных звуков, когда кровь отхлынула от его лица. Он схватился за спинку стула, медленно опустился в него. "Ноги отнялись. Лейни, ты не можешь выйти замуж. Ты всего лишь ребенок ".

"Я не такой". Она отставила горшок в сторону, подошла к нему и нежно положила руки ему на щеки. "Я не такой".

"Ты был пять минут назад".

Вздохнув, она скользнула к нему на колени, положила голову ему на плечо. Генри на цыпочках подошел, чтобы просунуть голову сквозь путаницу ног и сочувственно положить ее Джеку на колено.

"Я люблю его, папочка. Будь счастлив за меня ".

Он зажигал с ней. "Он недостаточно хорош для тебя. Я надеюсь, он это знает ".

"Я уверен, что он знает. Он знает, кто я. Кто мы такие, - сказала она и отстранилась, чтобы посмотреть на лицо Джека. "И это не имеет значения, потому что он любит меня. Он хочет жениться на мне, построить со мной жизнь. Мы подарим тебе внуков".

Румянец, который появился на его щеках, снова исчез. "О, давайте не будем забегать так далеко вперед. Позволь мне смириться с мыслью, что тебе больше не шесть. Как его зовут?"

"Макс. Максфилд Гэннон."

"Необычно".

"Он из Саванны, и он замечательный".

"Он хорошо зарабатывает?"

"Кажется, что - Но тогда и я тоже" Она провела рукой по его крашеным волосам. "Ты собираешься сейчас задавать все эти шаблонные вопросы отца невесты?"

"Я пытаюсь думать о них".

"Не беспокойтесь об этом. Просто знай, что он делает меня счастливой ". Она поцеловала его в щеку, затем встала, чтобы заняться кофе.

Джек рассеянно почесал Генри за ушами и обрел друга на всю жизнь. "Он ушел довольно рано сегодня утром".

Она оглянулась через плечо. "Мне не нравится, что ты следишь за домом, папа. Но да, он ушел рано."

"Сколько у нас времени до его возвращения?"

"Он не вернется до вечера".

"Ладно. Лейн, мне нужны бриллианты ".

Она достала кружку, налила ему кофе. Она принесла это на стол, поставила перед ним, затем села. Сложила руки. "Мне жаль, но вы не можете их забрать".

"Теперь ты послушай меня." Он наклонился вперед, сжал руки, которые она сложила на столе. "Это не игра".

"Не так ли? Разве это не всегда?"

"Алекс Крю, да сгниет он в вечном, огненном аду, ищет эти камни. Он убил одного человека, и он ответственен за смерть Вилли. Должно быть. Он причинит тебе боль, Лейн. Он не просто причинит тебе боль, чтобы заполучить их. Потому что для него это не игра. Для него это холодный, жестокий бизнес ".

"Почему ты с ним связалась?"

"Я был ослеплен блеском". Стиснув зубы, он отстранился, взял свой кофе. Потом просто уставился в черноту. "Я подумал, что смогу с ним справиться. Он думал, что надул меня. Сукин сын. Думал, что купился на высокопарную игру, в которую он играл, используя свое причудливое вымышленное имя и скороговорку. Я знала, кем он был, чем он увлекался. Но там было столько блеска, Лейни ".

"Я знаю". И потому что она знала, потому что она могла вспомнить, каково это - быть ослепленной сиянием, она провела своей рукой по его руке.

"Я должен был понять, что он может попытаться обмануть меня по пути, но я думал, что смогу справиться с ним. Он убил Майерса, внутреннего человека. Просто жадный придурок, который хотел урвать приз. Это изменило мелодию, Лейни. Ты знаешь, что я так не работаю. Я никогда никому не причинял вреда, по крайней мере, за все годы в игре. Проделал дыру в их кошельках, конечно, уязвил их гордость, но я никогда никому не причинял вреда ".

"И ты не понимаешь людей, которые понимают, не в глубине души, папа".

"Ты думаешь, что знаешь?"

"Лучше, чем ты, да. Для тебя это кайф. Дело даже не в самой партитуре, а в стремительности партитуры. Сияние", - сказала она с некоторой нежностью. "Для кого-то вроде Крю главное - выиграть, значит взять все на себя, и если он по пути причинит кому-то боль, тем лучше, потому что это только повышает ставки. Он никогда не остановится, пока не получит все ".

"Так отдай мне бриллианты. Я могу увести его отсюда, и он поймет, что у тебя их нет. Он оставит тебя в покое. Ты не важна для него, но в этом мире нет ничего важнее для меня, чем ты ".

Это было правдой. От человека, искусного как трехрукий жонглер ложью, это была совершенная правда. Он любил ее, всегда любил и всегда будет любить. И она была в точно такой же лодке.

"У меня их нет. И поскольку я люблю тебя, я бы не отдал их тебе, если бы сделал это ".

"Вилли должен был иметь их, когда он вошел в твой магазин. Ему нет смысла приходить и разговаривать с вами, если он не планировал отдавать их вам. Он ушел с пустыми руками ".

"Они были у него, когда он вошел. Я нашел их вчера. Нашел маленькую собачку. Ты хочешь этот кекс?"

"Элейн".

Она встала, чтобы взять его, положила на тарелку. "Они у Макса. Прямо сейчас он забирает их обратно в Нью-Йорк ".

У него буквально перехватило дыхание. "Ты-ты отдал их копу?"

"ПИ, и да, я это сделал".

"Он держал тебя на мушке? У тебя был приступ? Или ты просто сошел с ума? "

"Камни возвращаются туда, где им место. В пресс-релизе будет объявлено о частичном восстановлении, что позволит команде от меня отстать ".

Он вскочил, дергая себя за волосы, пока кружил по комнате. Думая, что теперь, когда они стали друзьями, это была игра, Генри подхватил свою веревку и запрыгал позади Джека. "Насколько вам известно, он направляется на Мартинику. В Белиз. В Рио или Тимбукфукингту. Милый Младенец Иисус, как моя собственная дочь могла попасться на такую старую аферу, что она покрылась плесенью?"

"Он идет именно туда, куда он сказал, что собирается, делать именно то, что он сказал, что он делает. И когда он вернется, мы с тобой отдадим ему твою долю, чтобы он мог сделать с ними то же самое ".

"В глазке-бусинке свиньи".

Чтобы успокоить собаку, Лейн встал и насыпал в миску сухие корма. "Генри, пора есть. Ты отдашь их мне, Джек, потому что я не позволю, чтобы за моим отцом охотились и убили из-за мешка с блестящими камнями." Она хлопнула ладонями по столу между ними. "Однажды я не собираюсь лгать своим собственным детям, когда они спросят, что случилось с их дедушкой".

"Не смей вешать на меня это дерьмо".

"Ты отдашь их мне, потому что это единственное, о чем я когда-либо просил тебя в своей жизни".

"Черт возьми, Лейн. Черт бы побрал это к черту и обратно".

"И ты собираешься отдать их мне, потому что, когда Макс передаст их и получит гонорар, я собираюсь отдать тебе свою долю. Ну, половину моей доли. Это один с четвертью процент от двадцати восьми, папа. Это не лучший результат за всю жизнь, но это не чихать. И мы все будем жить долго и счастливо ".

"Я не могу просто-"

"Считайте это свадебным подарком". Она наклонила голову. "Я хочу, чтобы ты танцевал на моей свадьбе, папа. Ты не сможешь этого сделать, если попадешь в тюрьму, или если Команда дышит тебе в затылок ".

С громким вздохом он снова сел. "Лейни".

"Они приносят тебе неудачу, папа. Эти бриллианты прокляты для тебя. Они забрали у тебя Вилли, и ты в бегах, не от копов, а от кого-то, кто хочет твоей смерти. Отдай их мне, убери обезьяну со своей спины. Макс найдет способ примириться с Нью-Йорком. Страховая компания просто хочет их вернуть. Им на тебя наплевать".

Она подошла к нему, коснулась его щеки. "Но я знаю".

Он смотрел на нее, в единственное лицо, которое любил больше, чем свое собственное. "Что, черт возьми, я вообще собирался делать со всеми этими деньгами?"

14.

Лейн барабанила пальцами по рулю, когда она сидела, припаркованная на своей полосе, изучая темно-зеленый Chevy.

"Знаешь, драгоценная, у твоей мамы было такое выражение лица, когда ... " Джек замолчал, когда она медленно повернула голову и уставилась на него. "И этот тоже".

"Ты угнал машину".

"Я рассматриваю это скорее как ситуацию ленд-лиза".

"Ты завел машину и поехал на ней к моему дому?"

"Что я должен был делать? Путешествовал автостопом? Будь разумной, Лейни ".

"Мне жаль. Я понимаю, насколько неразумно с моей стороны возражать против того, что мой отец совершил угон автомобиля на моем собственном заднем дворе. Как мне не стыдно".

"Не злись из-за этого", - пробормотал он.

"Неразумный и раздражительный. Ну, влепи мне глупую пощечину. Ты собираешься вернуть эту машину туда, где ты ее нашел ".

"Но-"

"Нет, нет". Она опустила голову на руки, сжала виски. "Для этого слишком поздно. Тебя поймают, отправят в тюрьму, и мне придется объяснять, почему мой отец считает, что угонять машину - это совершенно нормально. Мы оставим это где-нибудь на обочине дороги. Не здесь. Где-то. Боже."

Обеспокоенный тоном ее голоса, Генри высунул голову с переднего сиденья, чтобы поцеловать ее в ухо.

"Хорошо. Все будет хорошо. Мы оставим машину за городом ". Она втянула в себя воздух, выпрямилась. "Никакого вреда, никакого фола".

"Если у меня нет машины, как, черт возьми, я должен добраться до Нью-Джерси? Давай просто подумаем, Лейни. Я должен добраться до Атлантик-Сити, до камеры хранения, забрать бриллианты и вернуть их тебе. Это то, чего ты хочешь, не так ли?"

"Да, это то, чего я хочу".

"Я делаю это для тебя, милая, вопреки здравому смыслу, потому что это то, чего ты хочешь. То, чего хочет моя малышка, для меня на первом месте. Но я же не могу дойти пешком до Атлантик-Сити и обратно, не так ли?"

Она знала этот тон. Используя его, Джек О'Хара мог продавать бутилированную болотную воду из палатки, разбитой у сверкающего горного ручья. "Есть самолеты, поезда, есть чертовы автобусы".

"Не ругайся на своего отца", - мягко сказал он. "И ты на самом деле не ожидаешь, что я буду ездить на автобусе".

"Конечно, нет. Конечно, нет. Вот я снова становлюсь раздражительной и неразумной. Ты можешь взять мою машину. Брал взаймы, - быстро поправилась она. "Ты можешь одолжить мою машину на день. Мне это все равно не понадобится. Я буду занят на работе, буду биться головой о стену, пытаясь найти свой мозг ".

"Если ты так этого хочешь, милая".

Она подняла глаза к небесам. "Я все еще не могу поверить, что вы оставили бриллианты на миллионы долларов в камере хранения, взятой напрокат, а затем послали Вилли сюда с еще несколькими миллионами".

"Нам пришлось действовать быстро. Господи, Лейн, мы только что узнали, что Команда убила Майерса. Мы были бы следующими. Спрятал свою долю подальше, сбежал. Ублюдочная банда должна была прийти за мной. Я почти нарисовал ему чертову карту. Тайник был в безопасности. Вилли получит здесь еще кусок, а потом вернется за остальным, пока Команда за тысячу миль отсюда выслеживает меня. Это должны были быть наши деньги на дорогу, наша подушка безопасности ".

Жить по-королевски, подумал Джек, на этом прекрасном пляже.

"Никогда не думал, что команда тебя выследит. Я бы никогда не навлек на тебя такое, детка. Команда должна была отправиться в погоню за мной ".

"А если бы он догнал тебя?"

Джек только улыбнулся. "Я не собирался позволять ему догонять. Я все еще умею двигаться, Лейни ".

"Да, ты все еще умеешь двигаться".

"Просто выигрываю время Вилли. Он добирался до Мексики, ликвидировал первую четверть выручки. Мы встречались, уходили и при такой большой поддержке прятались с комфортом, пока не спадала жара ".

"Тогда проскользни назад и забери у меня остальное".

"Может быть, через два-три года. Мы разбирались с этим по ходу дела ".

"У вас с Вилли обоих были ключи от шкафчика в кондиционере?"

"Никому на планете я не доверял так, как Вилли. Кроме тебя, Лейни, - добавил он, похлопав ее по колену. "Теперь копы добрались до этого". Он задумчиво поджал губы. "Им потребуется время, чтобы отследить это, если они вообще это сделают".

"Теперь это у Макса. Я снял его с брелка Вилли. Я подарила это ему ".

"Как ты... ?" Раздражение в его тоне сменилось нежностью. "Ты украл это".

"В некотором роде. Но если вы собираетесь приравнять это к разгону автомобиля, даже не начинайте. Это совершенно другое ".

"Сделал это прямо у них под носом, не так ли?"

Ее губы дрогнули. "Может быть".

Он слегка подтолкнул ее локтем. "Ты тоже все еще умеешь двигаться".

"По-видимому. Но я не хочу их ".

"Разве ты не хочешь знать, как мы это провернули?"

"Я понял большую часть этого. Ваш внутренний человек уносит жалюзи - собаку, куклу и так далее - в свой офис. На безобидные вещи кто обращает внимание? Они сидят у всех на виду. Приходит груз или посылки, он заменяет их - или некоторые из них - подделками. Получает четверть счета на каждом из четырех блайндов. И вот они сидят".

"Майерс вспотел в этой части. Он был жадным, но у него не было хороших нервов ".

"Хм. Нельзя было долго ждать, иначе он сломался бы. Кроме того, ты бы больше ему не доверяла. Максимум на пару дней. Он сам поднимает тревогу по поводу подделок, помогает прикрыть свою задницу. Врываются копы, начинается расследование. Жалюзи исчезают у них под носом ".

"Каждый из нас взял по одной. Факт в том, что я выдал себя за одного из страховых исков, вошел в офис Майерса, пока все суетились вокруг, вышел со своей долей в портфеле. Это было прекрасно ".

Он одарил ее ухмылкой. "Мы с Вилли пообедали в паре кварталов отсюда в T.G.I. Friday's после сенсации, и четырнадцать миллионов согрели наши карманы. Я ела начос. Неплохо".

Она подвинулась на своем стуле, чтобы они были лицом к лицу. "Я не собираюсь говорить, что это не был отличный результат. Я тоже не собираюсь притворяться, что не понимаю спешки. Но я доверяю тебе, папа. Я верю, что ты сдержишь свое обещание. Мне нужна эта жизнь. Мне это нужно даже больше, чем тебе эта спешка. Пожалуйста, не порть мне все ".

"Я собираюсь все исправить". Он наклонился и поцеловал ее в щеку. "Просто подожди и увидишь".

Она смотрела, как он неторопливо шел к угнанной машине. По одному за каждую минуту, подумала она. "Не делай меня одной из них, папа", - пробормотала она.

***

Она попросила Джека высадить ее в парке с Генри и рассчитывала, что еще достаточно рано, и никто из ее знакомых не будет поблизости, чтобы прокомментировать странного мужчину, уезжающего на ее машине.

Она дала Генри полчаса на то, чтобы он резвился, катался и гонялся за городскими белками.

Затем она достала свой мобильный телефон и позвонила Максу.

"Гэннон".

"Тэвиш".

"Привет, детка. Что случилось?"

"Я ... ты в аэропорту?"

"Да. Только что приземлился в Нью-Йорке".

"Я подумал, что должен сказать вам, мой отец заходил повидаться со мной этим утром".

"Это так?"

Она услышала холод в его тоне и поморщилась. Нет смысла упоминать утренний способ передвижения ее отца. "Мы кое-что уладили, Макс, кое-что прояснили. Он на пути, чтобы получить свою долю алмазов. Он собирается отдать их мне, чтобы я мог отдать их тебе, а ты... ну, и так далее ".

"Где они, Лейн?"

"Прежде чем я перейду к этому, я хочу, чтобы вы знали, что он понимает, что облажался".

"О, какую ошибку он понимает?"

"Макс." Она наклонилась, чтобы взять ветку, которую Генри бросил к ее ногам. Ей пришлось взмахнуть им, как дротиком, но это заставило собаку умчаться в восторге. "Они запаниковали. Когда они услышали о смерти Майерса, они просто запаниковали. Это был плохой план, без сомнения, но это был импульс. Мой отец не понимал, что Экипаж знал обо мне, тем более, что он пришел сюда. Он просто подумал, что Вилли мог бы подарить мне статуэтку, и я бы спрятала ее на несколько лет, пока они ... " Она замолчала, поняв, как будет звучать остальное.

"В то время как они забирали оставшуюся долю украденных драгоценных камней и жили за счет жира".

"Более или менее. Но суть в том, что он согласился отказаться от них. Он их получит ".

"Где?"

"Шкафчик в Атлантик-Сити. Почтовые ящики и т.д. Он сейчас подъезжает. Поездка туда и обратно займет у него большую часть дня, но...

"За рулем чего?"

Она прочистила горло. "Я одолжил ему свою машину. Я должен был. Я знаю, что ты ему не доверяешь, Макс, но он мой отец. Я должен доверять ему ".

"Хорошо".

"Это все?"

"Твой отец - это твой отец, Лейн. Ты сделал то, что должен был сделать. Но нет, я не обязана ему доверять, и я не собираюсь впадать в шок, если мы узнаем, что он живет в красивом доме в Барселоне ".

"Он тоже тебе не доверяет. Он думает, что ты направляешься на Мартинику."

"Сент-Барт, может быть. Мне больше нравится Сент-Барт". Наступила минутная пауза. "Ты действительно застрял прямо посередине, не так ли?"

"Просто мне повезло любить вас обоих". Она услышала изменение фонового шума и поняла, что он вышел из терминала. "Думаю, ты собираешься поймать такси".

"Да".

"Мне лучше отпустить тебя. Увидимся, когда ты вернешься ".

"Рассчитываю на это. Я люблю тебя, Лейн".

"Приятно это слышать. Я тоже тебя люблю. Пока."

Со своей стороны, Макс сунул телефон обратно в карман и, взглянув на часы, направился к стоянке такси. В зависимости от пробок, он мог завершить нью-йоркскую часть дня за пару часов. По его расчетам, он мог бы сделать крюк в Атлантик-Сити без особых проблем.

Если Лейн собиралась застрять посередине, он собирался чертовски убедиться, что ее не прижмут.

***

Лейн шел из парка на Маркет-стрит, а Генри изо всех сил старался повернуть голову на сто восемьдесят градусов, чтобы перегрызть ненавистный поводок.

"Правила есть правила, Генри. Хотите верьте, хотите нет, но у меня на заднице была почти такая же татуировка еще пару недель назад ". Когда его реакцией на это было рухнуть на живот и заскулить, она присела на корточки, пока они не оказались нос к носу. "Послушай, приятель. В этом городе действует закон о поводке. Если ты не сможешь справиться с этим и вести себя с достоинством, то больше не будешь играть в парке ".

"Возникли небольшие проблемы там?"

Она вздрогнула, съежилась от волн вины, которые горячим потоком накрыли ее, когда она посмотрела в широкое, дружелюбное лицо Винса. "Он возражает против поводка".

"Ему придется обсудить это с городским советом. Давай, Генри, у меня тут есть часть круллера с твоим именем на нем. Я пойду с тобой", - сказал он Лейну. "Мне все равно нужно с тобой поговорить".

"Конечно".

"Сегодня встаю пораньше".

"Да. У меня накопилось много дел. Спасибо, - добавила она, когда он взял поводок и потащил Генри за собой.

"В последнее время был интересный промежуток времени".

"Я с нетерпением жду, когда все снова станет скучным".

"Думаю, ты, вероятно, такой и есть".

Он подождал, пока она достанет ключи, отпер входную дверь магазина. Пока она отключала сигнализацию, он присел на корточки, чтобы отстегнуть поводок и погладить благодарного Генри.

"Слышал, ты был в участке пару дней назад".

"Да". Чтобы занять себя, она подошла, чтобы разблокировать кассовый аппарат. "Я сказал тебе, что я знал Вилли, и я подумал ... Я хотел посмотреть, как все устроится".

"Да, ты сделал. Ты сможешь это сделать. Сделай приготовления. Это было очищено ".

"Хорошо. Это хорошо ".

"Забавная вещь. Кто-то еще заходил прошлой ночью, заинтересовавшись тем же парнем. Единственное, он сказал, что знал его под другим именем. Имя, которое было на карточке, которую он тебе дал."

"Неужели? Я собираюсь посадить Генри на заднее сиденье ".

"Я сделаю это. Давай, Генри." Подкупленный половиной круллера, Генри пробрался в заднюю комнату. "Этот парень, который пришел, он сказал, что Вилли - или Джаспер - торговал редкими книгами".

"Возможно, он был. Или что он выдавал себя за одного из них. Я говорил тебе, Винс, я не видел Вилли с тех пор, как был ребенком. Это правда ".

"Я верю в это. Просто забавная вещь ". Он подошел, чтобы облокотиться на стойку. "Забавно, что в его вещах было пять ключей, а когда я просматривал их прошлой ночью, там было только четыре". Он немного подождал. "Не собираетесь ли предположить, что они были неправильно подсчитаны?"

"Нет. Я не собираюсь тебе лгать ".

"Цени это. Мужчина, который приходил прошлой ночью, у него были твои глаза ".

"Точнее было бы сказать, что у меня есть его. Если вы узнали его, почему вы его не арестовали?"

"Это тоже сложно. Лучше всего сказать, что вы не арестовываете человека, потому что видите что-то в его глазах. Я собираюсь попросить у тебя этот ключ, Лейн."

"У меня этого нет".

"Черт возьми, Лейн". Он выпрямился.

"Я отдала это Максу", - быстро сказала она. "Я пытаюсь делать то, что правильно, что должно быть сделано - и не быть ответственным за то, что мой отец попал в тюрьму. Или чтобы его убили."

"Одна из тех вещей, которые следует делать, - держать меня в курсе. Кража бриллиантов могла быть делом Нью-Йорка, Лейн, но один из мужчин, подозреваемых в их краже, умер в моем городе. Один или несколько его приятелей есть в моем городе или были там. Это ставит под угрозу мое гражданство ".

"Ты прав. Мне трудно сохранять равновесие на этой очень тонкой грани. И я знаю, что ты пытаешься мне помочь. Я нашел долю бриллиантов Вилли. Я не знал, что они были здесь, Винс, я клянусь в этом ".

"Если ты не знал, как ты их нашел?"

"Они были в какой-то дурацкой статуе. Собака-дворняжка. Я пытался собрать это воедино и могу только заключить, что он поставил это на полку, когда был здесь, или куда-то положил - в шкаф или ящик - и либо Дженни, либо Энджи убрали это на полку. Энджи, скорее всего. Дженни спросила бы меня об этом, а когда я спросил ее, она не помнила, чтобы видела это раньше. Я отдал их Максу, и он сейчас в Нью-Йорке, переворачивает их. Ты можешь проверить. Вы можете позвонить в Reliance и проверить ".

Он на мгновение замолчал. "Мы не настолько далеко выходили за пределы поля, не так ли, Лейн, чтобы я должен был проверить?"

"Я не хочу терять твою дружбу или дружбу Дженни". Ей пришлось сделать глубокий вдох, чтобы успокоиться. "Я не хочу терять свое место в этом городе. Я бы не обиделся, если бы ты проверил, Винс."

"Вот почему я не обязан".

Ей все-таки понадобилась салфетка, и она вытащила одну из коробки за прилавком. "Ладно. Ладно. Я знаю, где еще одна акция. Я узнал об этом сегодня утром. Пожалуйста, не спрашивай меня, как я узнал ".

"Хорошо".

"Ключ, который я взял из вещей Вилли, находится в шкафчике. Я позвонила Максу, как только смогла, чтобы рассказать ему. На самом деле, я говорил с ним об этом, когда был в парке с Генри. Их тоже собираются сдать. Это половина из них. Я ничего не могу поделать с другой половиной. У Макса есть зацепки, и он будет делать то, что он делает. Но как только половина бриллиантов вернется на свое место, я сделаю все, что смогу.

"Мне придется переехать?"

"Разбей сердце Дженни, если бы ты это сделал. Я не хочу, чтобы твой отец оказался в Гэпе, Лейн."

"Я понимаю. Обо всем этом нужно позаботиться к сегодняшнему вечеру, самое позднее завтра. Он уйдет".

"Пока об этом не позаботятся, я хочу, чтобы вы оставались рядом".

"Это я могу обещать".

***

К тому времени, когда Джек пересек границу Нью-Джерси, он придумал дюжину причин, по которым возвращение бриллиантов было ошибкой. Очевидно, что этот персонаж Гэннон водил за нос свою маленькую девочку, чтобы он мог получить свой толстый гонорар. Разве для нее не было лучше узнать это раньше, чем позже?

И возвращение в Мэриленд может привести Команду обратно в Мэриленд и Лейн.

Затем был факт, что переворачивание всех этих красивых камней подходило ему так же хорошо, как тюремный комбинезон.

Кроме того, Вилли хотел бы, чтобы он сохранил их. Человек не мог отрицать желание умершего друга, не так ли?

Он чувствовал себя значительно лучше, маневрируя в потоке машин Атлантик-Сити. Достаточно, чтобы весело насвистывать между глотками его "Большого глотка в дороге". Он припарковался на стоянке торгового центра strip и решил, что лучший выход - сесть на самолет в аэропорту и отправиться прямиком в Мексику.

Он посылал Лейну открытку. Она бы поняла. Ребенок знал, как ведется игра.

Сначала он прошелся по дорожке, всматриваясь в лица, ища приметы, ища копов. От таких мест, как это, у него всегда чесались пальцы. Торговые центры, небольшие группы магазинов, куда люди заходили и выходили с такими удобными наличными и кредитными карточками.

День за днем. Натуралы покупали корм для щенков и поздравительные открытки, проданные им другими натуралами.

В чем был смысл?

Места, подобные этому, вызывали у него желание упасть на колени и поблагодарить за жизнь, которую он вел, - прямо перед тем, как он снял часть наличных, несколько кредитных карточек и отправился куда-нибудь еще.

Он зашел в метро, купил ветчину и сыр с острым перечным соусом, чтобы дать себе больше времени осмотреть окрестности. Он запил это еще одной большой порцией холодного кофеина, воспользовался удобствами.

Удовлетворенный, он подошел к почтовым ящикам и т.д., прошагал к шкафчикам, вставил свой ключ.

Иди к папе, подумал он и открыл дверь.

Он издал звук, похожий на звук, который издает утка, получившая удар в брюхо, и схватил единственное содержимое шкафчика. Листок почтовой бумаги с сообщением в одну строку.

Привет, Джек. Оглянись назад.

Он развернулся, один мясистый кулак уже был сжат.

"Замахнись, я тебя уложу", - непринужденно сказал ему Макс. "Подумайте о беге, примите во внимание, что я моложе и быстрее. Ты просто поставишь себя в неловкое положение ".

"Ты сукин сын". Ему пришлось прохрипеть это, но даже это заставило пару голов повернуться в их сторону. "Двуличный сукин сын".

"Горшки, называющие себя чайниками, только доказывают, что горшкам не хватает воображения. Ключи." Он протянул руку. "Ключи от машины Лейна".

Джек с отвращением сунул их в руку Макса. "Ты получил то, за чем пришел".

"Пока. Почему бы нам не поговорить в машине? Не заставляй меня вытаскивать тебя, - тихо сказал он. "Мы не только устроили бы сцену, которая могла бы привлечь к этому копов, но и Лейну это бы не понравилось".

"Тебе наплевать на нее".

"Ты прав, я не хочу. Я отдаю намного больше, чем это, вот почему я не сдам твою жалкую задницу копам. У тебя есть один шанс, О'Хара, и ты получил его благодаря ей. В машине."

Ему пришло в голову бежать. Но он знал свои ограничения. И если бы он сбежал, не было бы шанса вернуть бриллианты. Он вышел обратно с Максом, затем устроился на пассажирском сиденье. Макс сел за руль, положил свой портфель на колени.

"Вот как это будет. Ты прилипла ко мне, как жвачка к подошве моего ботинка. Мы садимся на рейс до Колумбуса ".

"Что за-"

"Заткнись, Джек. У меня есть зацепка, которую нужно проверить, и пока я не закончу, ты и я, мы сиамские близнецы ".

"Она сказала тебе. Моя собственная плоть и кровь. Она сказала тебе, где у меня заначка."

"Да, она это сделала. Она сказала мне, потому что любит меня, и она верит - убедила себя поверить - что ты выполнишь свою задачу и приведешь их сюда. Потому что она любит тебя. Я, я не люблю тебя, Джек, и я полагаю, у тебя были другие планы на этот счет ".

Открыв свой портфель, Макс достал керамическую копилку. "Я должен поставить вам баллы за чувство смешного. Я, ты и свинья, мы едем в Колумбус, а затем возвращаемся в Мэриленд. И я собираюсь дать тебе этот шанс. Тот единственный шанс заслужить Лейн. Ты собираешься подарить ей это ". Он похлопал по свинье, затем убрал ее. "Так же, как если бы ты планировал это с самого начала".

"Кто сказал, что я этого не делал?"

"Я верю. У тебя в глазах были гребаные знаки доллара, когда ты открыл тот шкафчик. Давайте проявим немного уважения друг к другу здесь. Мой клиент хочет вернуть камни. Я хочу свой гонорар. Лейн хочет, чтобы ты была в безопасности. Мы собираемся сделать так, чтобы все это произошло ". Он завел машину. "Вы закончите с этим, я прослежу, чтобы вы начисто стерли это с вашей доски. Ты бросил меня, причинил боль Лейну, и я буду охотиться на тебя, как на бешеную собаку. Ты будешь делом моей чертовой жизни. Это обещание, Джек ".

"Ты не несешь чушь. Я знаю, когда мужчина несет чушь. Сукин сын ". Ухмылка Джека стала широкой и яркой, когда он наклонился, чтобы обнять Макс. "Добро пожаловать в семью".

"Портфель заперт, Джек". Макс отстранился, затем поставил портфель на заднее сиденье вне досягаемости.

"Не могу винить парня за попытку", - весело сказал Джек и откинулся на спинку сиденья, готовясь к поездке.

***

В своей каюте экипаж выбрал рубашку цвета баклажана. Он отказался от усов, заменив их нашивкой soul, которая, по его мнению, подходила к гладкому конскому хвосту каштанового цвета. Он хотел, чтобы эта поездка выглядела художественно. Он выбрал пару солнцезащитных очков с круглыми линзами из своего запаса и изучил эффект.

Возможно, не было необходимости идти на такие неприятности, но ему действительно понравился хороший костюм.

Все было готово для компании. Он улыбнулся, оглядывая каюту. Простовато, конечно, но он сомневался, что мисс Тэвиш будет жаловаться на условия проживания. Он не планировал, что она останется надолго.

Он прицепил маленький пистолет 22-го калибра сзади к своему ремню, прикрыв его черной курткой до бедер. Все остальное, что ему могло понадобиться, было в сумке, которую он повесил на плечо, прежде чем выйти из домика.

Он подумал, что мог бы перекусить перед свиданием с привлекательной мисс Тэвиш. Он мог быть слишком занят, чтобы поужинать в тот вечер.

***

"Я сделал всю работу ногой", - сказал Джек, когда они с Максом пили пиво в баре аэропорта. "Ухаживал за Майерс месяцами. Теперь, я признаю, я никогда не мечтал о таком крупном счете. Думал о мелочах, провел пару брифкейсов, обналичил пару сотен тысяч за каждый. Затем в дело вступила команда ".

Джек покачал головой, отхлебнул через пену. "При всех его недостатках, это человек, который мыслит масштабно".

"Недостатки в том, что он хладнокровный убийца".

Нахмурившись, Джек запустил свою большую руку в миску с орехами. "Самой большой ошибкой в моей жизни, и мне не стыдно признать, что я совершила несколько, была связь с таким человеком, как Крю. Он обманул меня, без вопросов. Я был ослеплен идеей всех этих камней. Все эти красивые, блестящие камни. У него был всезнайка для чего-то подобного, видение. У меня были связи. Бедный Майерс. Я тот, кто привел его сюда, сыграл с ним. У него были проблемы с азартными играми, ты знаешь."

"Да".

"Насколько я могу судить, любая азартная игра - это проблема. Хаус всегда будет побеждать, так что лучше быть хаусом. Игроки - это либо богатые люди, которым насрать, если они проиграют, либо простофили, которые действительно думают, что могут выиграть. Майерс был лохом, по слухам. Увяз по уши, и с некоторым подталкиванием с моей стороны он увяз еще глубже. Он увидел в этом свой выход ".

Джек выпил еще пива. "Думаю, это было. В любом случае, сделка прошла достаточно гладко. Быстро, чисто. Я должен был понять, что они сдадут Майерсу, но он должен был сразу уйти под воду. Никто не должен был знать, куда направлялся кто-то другой. Мы с Вилли поехали прямо из города, я бросил свинью в кондиционере, а Вилли мы бросили в камеру хранения в Делавэре. Сняли себе хороший номер в отеле в Вирджинии, поужинали изысканно, выпили пару бутылок шампанского. Хорошее время, - сказал он и поднял тост своим бокалом.

"Слышал о Майерсе по CNN. Вилли любил CNN. Пытались убедить себя, что это из-за азартных игр, но мы знали. Сменил машину, поехал в Северную Каролину. Вилли был напуган. Черт возьми, мы оба были напуганы, но он нервничал, как шлюха в церкви. Хотел отключиться, просто забыть все это и отправиться в горы. Я отговорил его от этого. Черт возьми."

Он изучал свое пиво, затем поднял его и сделал большой глоток. "Я уводил команду, а он возвращался, получал свою долю и относил ее Лейну. Она смогла приютить его на некоторое время. Я думал, что он будет в безопасности. Думал, что они оба будут."

"Но он знал о ней. Команда."

"У меня в бумажнике были ее фотографии".

Он вытащил его и открыл щелчком.

Макс увидела фотографии новорожденной с яркой копной рыжих волос и кожей белой, как сливки, и выражением на ее маленьком личике, которое, казалось, говорило: "Какого черта я здесь делаю?"

Там было несколько фотографий Лейн в детстве, со светлыми волосами и глазами, которая, судя по ухмылке, очевидно, поняла, что она здесь делает. Затем о зрелом подростке, симпатичном и достойном на выпускном снимке. Лейн, одетая в обрезанные брюки и облегающий топ, смеялась, стоя в синем прибое того, что, как заключил Макс, было Барбадосом.

"Она всегда была красавицей, не так ли?"

"Самая красивая малышка, которую вы когда-либо видели, и она просто становилась красивее с каждым днем. Я становлюсь сентиментальным, особенно после пары кружек пива ". Джек пожал плечами. В конце концов, это была просто еще одна данная Богом слабость. Закрыв бумажник, он снова спрятал его.

"Должно быть, я когда-нибудь показывал ее Команде. Или он просто копал и искал что-то, что он мог бы использовать против меня, если возникнет необходимость. Среди воров нет чести, Макс, и любой, кто думает иначе, простофиля. Но убивать из-за денег? Это болезнь. Я знал, что в нем есть это, но я думал, что смогу победить его в игре ".

"Я найду его. И я усыплю его, так или иначе. Это наш рейс".

***

Лейн боролся с тем, чтобы не ходить взад-вперед, а просто выглядеть занятым. Она снова посмотрела на время. Ее отец уже должен был вернуться. Она должна была сказать ему позвонить, когда он будет возвращаться. Она должна была настоять.

Она могла снова позвонить Максу, но какой в этом был смысл? Он был бы на пути в Колумбус. Может быть, он уже был там.

Ей просто нужно было пережить этот день, вот и все. Только в этот единственный день. Завтра появятся новости о том, что большая часть украденных алмазов была возвращена. Она была бы на свободе, ее отец был бы на свободе, и жизнь вернула бы некое подобие нормальности.

Может быть, Макс напал бы на след Крю из этого соединения в Огайо. Они выслеживали его, сажали за решетку. Ей больше никогда не пришлось бы беспокоиться о нем.

"Ты продолжаешь уходить". Дженни слегка подтолкнула ее, когда та несла блюдо с сыром Джордж Джонс к прилавку для покупателя.

"Прости. Мне жаль. Блуждающий разум. Я возьму следующего, кто придет ".

"Ты мог бы еще раз прогуляться с Генри".

"Нет, на сегодня с него было достаточно прогулок. В любом случае, через час его выпроваживают из задней комнаты ".

Она услышала звон колоколов. "Я возьму это".

"Весь твой". Дженни приподняла брови, взглянув на нового клиента. "Немного старовата для такого взгляда", - сказала она себе под нос и пошла дальше.

Лейн состроила приветливое выражение лица и подошла, чтобы поприветствовать команду. "Добрый день. Могу ли я тебе помочь?"

"Я уверен, что ты сможешь". Из его предыдущих визитов в ее магазин он знал, как все устроено и где именно она ему нужна. "Я интересуюсь кухонным оборудованием. Кувшины для масла, в частности. Моя сестра коллекционирует ".

"Тогда ей повезло. У нас только что было несколько очень милых фотографий. Почему бы мне не показать тебе?"

"Пожалуйста".

Он последовал за ней через главную комнату, в зону, которую она оборудовала для кухонного оборудования, мебели и новинок. Когда они проходили мимо двери в заднюю комнату, Генри начал рычать.

"У тебя здесь есть собака?"

"Да". Озадаченный, Лейн посмотрел в сторону двери. Она никогда не видела, чтобы Генри рычал на звуки магазина и голоса. "Он безвреден, и он под охраной в задней комнате. Мне нужно было привести его со мной сегодня ". Поскольку она почувствовала раздражение своего клиента, она взяла его за руку и повела к the crocks.

"Каледонский особенно хорош, я думаю, для коллекционера".

"Ммм". Там было два покупателя и беременная продавщица. Поскольку покупатели были у прилавка, он предположил, что они платили за покупки. "Я ничего не знаю об этом, на самом деле. Что, черт возьми, это такое?"

"Это викторианский ящик для угля, латунный. Если она любит антикварные и уникальные кухонные принадлежности, это победитель ".

"Могло быть". Он вытащил 22-й из-за пояса и ткнул стволом ей в бок. "Будь очень, очень тихим. Если ты закричишь, если ты сделаешь хоть одно движение, я убью всех в этом магазине, начиная с тебя. Понимаешь?"

Жар паники захлестнул ее, затем превратился в лед, когда она услышала смех Дженни. "Да".

"Вы знаете, кто я, мисс Тэвиш?"

"Да".

"Хорошо, это избавляет нас от представлений. Ты собираешься найти предлог, чтобы уйти со мной ". Он планировал вывести ее через черный ход, но проклятый пес сделал это невозможным. "Чтобы указать мне дорогу, скажем, проводить меня до угла. Если ты насторожишь кого-нибудь, я убью тебя".

"Если вы убьете меня, вы не получите бриллианты обратно".

"Насколько вы привязаны к своей очень беременной сотруднице?"

К горлу подкатила тошнота. "Очень люблю. Я пойду с тобой. Я не доставлю тебе никаких хлопот ".

"Разумный". Он сунул пистолет в карман, держа руку на нем. "Мне нужно добраться до почтового отделения", - сказал он, повысив голос до нормального тона. "Ты можешь сказать мне, где это?"

"Конечно. Вообще-то, мне нужны несколько марок. Почему бы мне не взять тебя под контроль?"

"Я был бы признателен за это".

Она повернулась, приказала своим ногам двигаться. Она не могла чувствовать их, но она видела Дженни, видела, как она подняла взгляд, улыбнулась.

"Я просто собираюсь сбегать на почту. Просто подожди минутку ".

"Ладно. Эй, почему бы тебе не взять Генри?" Дженни указала на заднюю часть, где рычание становилось громче и перемежалось отчаянным лаем.

"Нет". Она вслепую потянулась к дверной ручке, отдернула руку, когда она коснулась руки Крю. "Он просто будет сопротивляться поводку".

"Да, но... " Она нахмурилась, когда Лейн вышел, не сказав больше ни слова. "Забавно, она ... О, она забыла свою сумочку. Извините, я на минутку."

Дженни схватила его из-под прилавка и была на полпути к двери, когда остановилась, оглянувшись на своих покупателей. "Она говорила, что собирается купить марки? Почтовое отделение закрывалось в четыре."

"Итак, она забыла. Скучаешь?" Женщина указала на свои покупки.

"Она никогда не забывает". Схватив сумочку, Дженни бросилась к двери, прижимая руку к животу, когда выбегала на тротуар. Она увидела, как мужчина схватил Лейн за руку, когда они сворачивали за угол, удаляясь от почтового отделения.

"О Боже, о Боже мой". Она бросилась обратно, практически расталкивая своих клиентов, когда схватила телефон и набрала прямой номер Винса.

15.

Это был тихий пригородный район, в центре внимания среднего класса, с ухоженными газонами и большими деревьями с густой листвой, такими старыми, что их корни местами пробивались сквозь тротуары. На большинстве подъездных путей красовались внедорожники, любимый транспорт жителей пригорода. У многих были автокресла, и было достаточно велосипедов и неуклюжих подержанных машин, чтобы Макс мог сказать, что возраст детей по соседству варьировался от младенцев до подростков.

Дом был привлекательным двухэтажным зданием в стиле английских тюдоров с красивым покрывалом газона, украшенным аккуратными цветочными клумбами и аккуратно подстриженными кустарниками. И знак "ПРОДАНО".

Максу не нужна была табличка риэлтора, чтобы сказать ему, что квартира пуста. На окнах не было занавесок, на подъездной дорожке не было машин, никакого мусора, который мог бы оставить за собой маленький мальчик.

"Пропустил", - сказал Джек.

"Ну и дела, Джек, спасибо за бюллетень".

"Думаю, это утомительно - проделать весь этот путь и зайти в тупик".

"Здесь нет тупиков, только обходные пути".

"Хорошая философия, сынок".

Макс засунул руки в карманы, покачался на каблуках. "Надоедливый?" он повторил, и Джек только усмехнулся. "В таком районе, как этот, должен быть хотя бы один любопытный сосед. Давай стучаться в двери, Джек ".

"Какая очередь?"

"Мне не нужна реплика. У меня есть лицензия следователя."

Джек кивнул, когда они направились к дому слева. "Людям в таких местах нравится разговаривать с писающими. Добавляет волнения в день. Но я не думаю, что ты собираешься рассказать Любопытной Элис, что ищешь зацепку по делу о двадцати восьми миллионах украденных алмазов."

"Я пытаюсь найти Лору Грегори - это имя, которое она использует здесь, - и проверить, та ли она Лора Грегори, которая является бенефициаром по завещанию. Детали конфиденциальны ".

"Хорошая шутка. Простой и понятный. Людям тоже нравятся завещания. Бесплатные деньги." Джек возился с узлом своего галстука. "Как я выгляжу?"

"Ты привлекательный мужчина, Джек, но я все еще не хочу встречаться с тобой".

"Ха!" - Он хлопнул Макса по спине. "Ты мне нравишься, Макс, будь я проклят, если это не так".

"Спасибо. Теперь просто молчи и позволь мне разобраться с этим ".

Они были все еще в нескольких шагах от двери модифицированного двухуровневого, когда она открылась. Женщине, которая вышла, было за тридцать, и она была одета в выцветшую толстовку поверх выцветших джинсов. Музыкальная тема, похожая на гимн из Звездных войн, полилась из-за двери позади нее.

"Могу я тебе кое с чем помочь?"

"Да, мэм". Макс потянулся за своим удостоверением личности. "Я Макс Гэннон, частный детектив. Я ищу Лору Грегори."

Она пристально посмотрела на удостоверение личности, с проблеском возбуждения в глазах. "О?"

"В этом нет ничего предосудительного, миссис..."

"Ворота. Хейли Гейтс."

"Миссис Гейтс. Меня наняли найти мисс Грегори и убедиться, что она та самая Лора Грегори, которая указана в качестве бенефициара в завещании."

"О", - повторила она, когда мерцание переросло в искру.

"Мой коллега и я ... Кстати, меня зовут Билл Салливан". К неудовольствию Макса, Джек шагнул вперед, взял руку миссис Гейтс и сердечно пожал ее. "Мы надеялись поговорить с миссис Грегори лично, чтобы убедиться, что она действительно внучатая племянница покойного Спиро Ханро. В предыдущем поколении произошел небольшой семейный раскол, и несколько членов семьи, включая родителей миссис Грегори, разорвали контакт ". Он поднял руки, пожимая плечами. "Семьи. Что ты можешь сделать?"

"Я точно знаю, что ты имеешь в виду. Извините, я на минутку." Она просунула голову обратно в дверь. "Мэтью? Я прямо за дверью. Мой старший заболел дома ", - объяснила она, приоткрывая дверь, но на щелочку. "Я бы пригласил вас войти, но там сумасшедший дом. Ты можешь видеть, что Лора продала дом ". Она указала на соседний дом. "Выставил его на продажу около месяца назад - к тому же по самой низкой цене. Моя сестра - риэлтор, которая внесла это в список. Лора хотела продать его быстро, и факт в том, что она переехала еще до того, как он был продан. Однажды она сажала летние однолетние растения, а на следующий день упаковывала посуду ".

"Это странно, не так ли?" Макс прокомментировал. "Она упомянула, почему?"

"Ну, она сказала, что ее мать во Флориде была больна, серьезно больна, и она переезжала туда, чтобы заботиться о ней. Она жила по соседству три года, и я не помню, чтобы она когда-нибудь упоминала свою мать. Ее сын и мой старший играли вместе. Он милый мальчик, ее Нейт. Тихо. Они оба были тихими. Моему Мэтту было приятно иметь подругу по соседству, а с Лорой было легко ладить. Я всегда думал, что она пришла из-за денег, хотя."

"А ты?"

"Просто ощущение. И она работала неполный рабочий день в высококлассном магазине подарков в торговом центре. Она не смогла бы позволить себе дом, машину, образ жизни, если вы понимаете, что я имею в виду, на ее зарплату. Она сказала мне, что получила наследство. Забавно, что она разделилась на две части, не так ли?"

"Она сказала тебе, где во Флориде?"

"Нет. Просто Флорида, и она отчаянно спешила отправиться в путь. Продала или раздала много своих вещей, и Нейта тоже. Собрала вещи в свою машину и смылась. Она ушла ... Я думаю, это было три недели назад. Немного лучше, чем это. Она сказала, что позвонит, когда устроится, но она этого не сделала. Это было почти так, как будто она убегала ".

"Откуда?"

"Я всегда-" Она оборвала себя, посмотрев на них обоих немного более осторожно. "Ты уверен, что у нее нет проблем?"

"Не с нами". Макс послал ослепительную улыбку, прежде чем Джек смог заговорить. "Поместье Ханроэ просто платит нам за то, чтобы мы нашли бенефициаров и подтвердили личность. Ты думаешь, у нее проблемы?"

"Я не могу представить, как, на самом деле. Но я всегда представляла мужчину - бывшего мужа - где-то на заднем плане, понимаешь? Она никогда не ходила на свидания. Ни разу с тех пор, как она была здесь. И Лора никогда не говорила об отце Нейта. Как и Нейт. Но, вечером перед тем, как она перечислила дом, я видел, как мимо проходил парень. Подъехал на Лексусе, и он нес коробку. Все было завернуто в бант, как подарок на день рождения, но это был не день рождения Нейта, да и Лоры тоже, если уж на то пошло. Он пробыл всего около двадцати минут. На следующее утро она позвонила моей сестре и выставила дом на продажу, уволилась с работы, и теперь, когда я думаю об этом, она не пускала Нейта из школы всю следующую неделю ".

"Она сказала вам, кто был ее посетителем?" Джек перевел вопрос в разговорную форму, как будто они все были здесь, наслаждаясь весенней погодой и легким ветерком. "Ты, должно быть, спросил. Любому было бы любопытно."

"Не совсем. Я имею в виду, да, я упоминал, что видел машину. Она просто сказала, что это был кто-то, кого она когда-то знала, и замолчала. Но я думаю, это была бывшая, и она совершенно взбесилась. Вы не просто продаете свой дом и мебель и уезжаете таким образом, потому что ваша мать больна. Эй, может быть, он услышал об этом наследстве и пытался выпросить себе дорогу назад, чтобы он мог нажиться. Люди могут быть такими низкими, ты знаешь?"

"Они, безусловно, могут. Спасибо, миссис Гейтс ". Макс предложил руку. "Вы были очень полезны".

"Если ты найдешь ее, скажи ей, что я бы очень хотел, чтобы она позвонила. Мэтт ужасно скучает по Нейту ".

"Мы сделаем это".

"Он добрался до нее", - сказал Джек, когда они направились обратно к арендованной машине.

"О да, и я не думаю, что в красивой коробке был подарок на день рождения. Она убегает ". Он оглянулся на пустой дом. "Убегал от него, убегал с бриллиантами или и то, и другое?"

"Женщина бежит так, словно она напугана", - таково было мнение Джека. "Скорее всего, даже если он бросил бриллианты ей на хранение, она даже не знает, что они у нее. Крю не тот человек, чтобы доверять кому-либо, особенно бывшей жене. Таково мое мнение по этому поводу. Итак ... мы едем во Флориду, чтобы поработать над нашим загаром?"

"Ее нет во Флориде, и мы возвращаемся в Мэриленд. Я пойду по ее следу, но у меня свидание с красивой рыжей девушкой ".

***

"Ты поведешь". Экипаж переместил ствол от почек Лейн к основанию позвоночника. "Боюсь, вам придется перелезть через. Делайте это быстро, мисс Тэвиш ".

Она могла кричать, она могла убежать. Она могла умереть. Умрет, поправила она, опускаясь на пассажирское сиденье и маневрируя над центральной консолью. Поскольку она не хотела умирать, ей пришлось бы ждать разумного шанса на спасение.

"Пристегнись", - напомнил ей Экипаж.

Когда она разворачивала его, чтобы закрепить, она почувствовала комок своего мобильного телефона в левом кармане. "Мне понадобятся ключи".

"Конечно. Сейчас я собираюсь предупредить вас один, только один раз. Вы будете вести машину нормально и осторожно, вы будете соблюдать правила дорожного движения. Если ты попытаешься привлечь к себе внимание, я пристрелю тебя." Он протянул ей ключи. "Доверься мне в этом".

"Я верю".

"Тогда давайте начнем. Выезжай из города и сворачивай на шестьдесят восьмую, на восток." Он повернулся, чтобы она могла видеть пистолет. "Я не люблю, когда мной управляют, но мы сделаем исключение. Вы должны быть благодарны своей собаке. Если бы его не было на заднем сиденье, мы бы вышли тем путем, и тебе пришлось бы ехать в багажнике ".

Да благословит тебя Бог, Генри. "Я предпочитаю эту позу". Пока она вела машину, она обдумывала и отвергла идею сбросить газ или попытаться вывернуть руль. Может быть, только может быть, такого рода героические действия срабатывали в кино, но киношные пули были холостыми.

Что ей нужно было сделать, так это каким-то образом оставить след. И оставайся в живых достаточно долго, чтобы кто-то смог последовать этому. "Это ты напугал Вилли, и он выбежал на улицу?"

"Один из тех поворотов судьбы, или выбора времени, или просто невезения. Где бриллианты?"

"Этот разговор и мое существование закончились бы очень быстро, если бы я сказал вам".

"По крайней мере, ты достаточно умен, чтобы не притворяться, что не понимаешь, о чем я говорю".

"Какой был бы в этом смысл?" Она бросила взгляд на зеркало заднего вида, позволила своим глазам расшириться, затем снова перевела взгляд на него. Этого было достаточно, чтобы он повернул голову, посмотрел назад. И когда он это сделал, она опустила руку в карман, провела пальцами по кнопкам, молясь, чтобы она считала правильно, и нажала, как она надеялась, повторный набор.

"Смотри на дорогу", - отрезал он.

Она вцепилась в руль обеими руками, сжала один раз и подумала: возьми трубку, Макс, возьми трубку и послушай. "Куда мы направляемся, мистер Крю?"

"Просто веди машину".

"Шестьдесят восемь на восток - это долгий путь. Ты добавляешь похищение между штатами в свой список?"

"Это вряд ли достигло бы вершины".

"Я думаю, ты прав. Я бы водил лучше, если бы ты не наставлял на меня пистолет ".

"Чем лучше вы водите, тем меньше шансов, что он сработает и оставит уродливую дыру на вашей очень красивой коже. У настоящих рыжих - как я предполагаю, ты и есть, учитывая твоего отца, - такая нежная кожа ".

Она не хотела, чтобы он думал о ее коже или проделывал в ней дырки. "Дженни поднимет тревогу, когда я не вернусь".

"Будет слишком поздно что-либо менять. Придерживайтесь предельной скорости ".

Она прибавляла, пока ей не стукнуло шестьдесят пять. "Хороший пикап. Я никогда не водил Мерседес. Это тяжело". Она провела рукой по горлу, как будто нервничала и что-то бормотала. "Хотя все гладко. Выглядит как машина дипломата или что-то в этомроде. Ну, знаешь, черный седан "Мерседес"."

"Ты не будешь отвлекать меня светской беседой".

"Я пытаюсь отвлечься, если вы не возражаете. Это первый раз, когда меня похитили под дулом пистолета. Ты вломился в мой дом."

"И если бы я нашел свою собственность, мы бы не отправились в это маленькое путешествие вместе".

"Ты устроил адский беспорядок".

"У меня не было такой роскоши, как время".

"Я не думаю, что было бы полезно указывать, что у вас уже есть половина прибыли, когда сделка составляла четверть? И говорить, что как только вы перевалили, ну, скажем, за десять миллионов, остальное излишне ".

"Нет, этого не было бы. Ты свернешь на следующий съезд ".

"Три двадцать шесть?"

"На юг, на сто сорок четыре восточнее".

"Хорошо. Хорошо. Три двадцать шесть на юг - сто сорок четыре на восток." Она оглянулась. "Вы не похожи на человека, который проводит много времени в государственных лесах. Мы ведь не собираемся в поход, не так ли?"

"Вы и ваш отец причинили мне значительные неудобства и увеличили мои расходы. Он заплатит за это ".

Она следовала его указаниям, тщательно повторяя их. Она должна была поверить, что звонок Максу состоялся. Что батарейки в ее телефоне все еще были разряжены, что она не выпала из зоны действия.

"Парк отдыха Аллегани", - сказала она, сворачивая с щебеночного шоссе на гравий по указанию экипажа. "Действительно не подходит к Мерседесу".

"Возьмите левую вилку".

"Домики. Деревенский, уединенный."

"Будь прав".

"Много деревьев. Оленья тропа. Милые. Меня похищают в домик на Оленьей дорожке. Это просто звучит недостаточно угрожающе ".

"Последний, слева".

"Хороший выбор. Полностью укрытый деревьями, едва видимый из соседней хижины."

Ей пришлось отключить телефон. Он найдет это, подумала она. Он был обязан найти это, и если бы это было включено, когда он это сделал, она потеряла бы даже это небольшое преимущество.

"Выключите машину". Он сам влепил это Паку. "Дай мне ключи".

Она подчинилась, повернув голову, встретив его взгляд, удерживая его. "Я не собираюсь делать ничего, за что меня подстрелят. Я не собираюсь быть храбрым или глупым ". Говоря это, она сунула руку в карман, провела большим пальцем по кнопкам и нажала Отбой.

"Вы можете начать с того, что выберетесь отсюда". Он открыл дверь у себя за спиной, выскользнул. Пистолет оставался направленным ей в сердце, когда она нависла бедрами над консолью.

"Теперь, давайте зайдем внутрь". Он подтолкнул ее вперед. "И поболтать".

***

Он хорошо провел время, подумал Макс, шагая через терминал к выходу. Он смог бы забрать Лейн от Дженни после того, как он спрятал Джека. Он не думал, что это лучшая идея привести своего будущего тестя в дом полицейского.

Проблема была в том, чтобы доверять ему.

Он оглянулся и заметил, что на Джеке все еще был нездоровый оттенок зеленого. Они сели на пропеллерный самолет из Колумбуса в местный муниципальный, и Джек менял оттенки зеленого с момента взлета.

"Ненавижу эти консервные банки - консервные банки с крылышками, вот и все, что они собой представляют". Его кожа все еще блестела от пота, когда он прислонился к капоту машины Макса. "Мне нужно поджать под себя ноги".

"Подложи их под себя в машине". Из-за того, что он почувствовал некоторое сочувствие, он открыл дверь, помог Джеку разместить свое тело внутри. "Если тебя стошнит в мою машину, я собираюсь надрать тебе задницу. Просто К твоему сведению."

Он обогнул капот, сел за руль. Он полагал, что Большой Джек может симулировать всевозможные болезни, но для изменения цвета кожи требовалось больше таланта, чем он мог обладать. "Вот что еще должно произойти. Я отвезу тебя к Лейн, и ты останешься там, пока я не вернусь к ней. Ты сбежишь, я найду тебя, притащу обратно и изобью до бесчувствия палкой. Тебе это ясно?"

"Я хочу кровать. Все, чего я хочу, это кровать ".

Развеселившись, Макс выехал задним ходом со своего парковочного места. Вспомнив о своем телефоне, он достал его из кармана. Ему пришлось выключить его во время полета. Снова включив его, он проигнорировал звуковой сигнал, сообщавший ему, что у него есть голосовая почта, и позвонил Лейну с мобильного на мобильный. Он услышал, как ее записанный голос попросил его оставить сообщение.

"Привет, детка, я вернулся, выезжаю из аэропорта. Нужно сделать одну остановку, потом я заеду за тобой. Введу тебя в курс дела, когда я тебя увижу. О, у меня есть для тебя несколько вещей. Позже."

Джек говорил, откинув голову назад, с закрытыми глазами. "Опасно вести машину, разговаривая на одну из этих тем".

"Заткнись, Джек". Но поскольку он согласился, Макс начал откладывать его в сторону, когда он подал звуковой сигнал о входящем. Уверен, что это был Лейн, он ответил. "Ты быстрый. Я был просто... Винсом?"

Когда страх ледяным шариком отскочил в его живот, он резко отбросил машину к обочине. "Когда? Ради Бога, это было больше часа назад. Я уже в пути ".

Он бросил телефон на консоль, нажал на газ. "Она у него".

"Нет, нет, это неправда". Даже болезненный зеленый цвет исчез, оставив лицо Джека белым, как кость. "Он не может забрать ее, только не мою малышку".

"Он забрал ее из магазина сразу после пяти часов. Винс думает, что они в темном седане. Пара человек видела, как она садилась в машину с мужчиной, но у него нет точного описания автомобиля ". Он разогнал Porsche до девяноста. "У Дженни есть хорошее описание этого парня. Длинные каштановые волосы, собранные в хвост, нашивка для души, солнцезащитные очки. Белый мужчина, от сорока пяти до пятидесяти, рост шесть футов, среднего телосложения."

"Волосы закрывают глаза, но это был бы он. Он должен добраться до меня, чтобы забрать бриллианты. Он причинит ей боль ".

"Мы не собираемся думать об этом. Мы собираемся подумать о том, как найти их и вернуть ее ". Его руки на руле были ледяными. "Ему нужно место. Если он думает, что камни здесь, он далеко не уйдет. Ему нужно уединенное место, а не отель. Он свяжется с тобой или со мной. Он будет-срать !"

Он нащупал телефон.

"Отдай это мне. Ты убьешь нас, мы не сможем ей помочь." Джек выхватил телефон, нажал на голосовую почту.

"У вас два новых сообщения. Первое новое сообщение получено восемнадцатого мая, в пятнадцать пять вечера.

Они услышали голос Лейна, абсолютно спокойный. "Шестьдесят восемь на восток - это долгий путь. Ты добавляешь похищение между штатами в свой список?"

"Умный", - выдохнул Макс. "Она очень умная". Он пулей вылетел на "Порше" на съезд с трассы, крутанул его, как волчок, и рванул обратно к федеральной трассе.

Он прислушивался к каждому слову, блокировал страх. Когда звонок закончился, ему пришлось приказать себе не говорить Джеку, чтобы он повторил его, просто чтобы он мог услышать ее голос. "Верните Винса, дайте ему описание машины и пункт назначения. Парк отдыха Аллегани. Скажи ему, что мы в пути и что команда вооружена ".

"Но мы не будем ждать копов?"

"Нет, мы их не ждем".

Он полетел в сторону леса.

***

Лейн вошел в домик, оглядел просторную гостиную с каменным камином и темным массивным деревом. Пришло время, заключила она, сменить тактику.

Тянуть время было прекрасно, это было хорошо. Все, что удерживало ее от выстрела или избиения, было прекрасно. Но никогда не стоило зависеть от кавалерийской атаки в последнюю минуту. Разумные деньги зависели от вас самих.

Итак, она повернулась, одарила Крю легкой улыбкой. "Во-первых, позволь мне сказать, что я не собираюсь давать тебе повода причинять мне боль. Мне не нравится боль. Ты, конечно, мог бы причинить мне боль в любом случае, но я надеюсь, что у тебя больше стиля, чем это. Мы оба цивилизованные люди. У меня кое-что есть, ты чего-то хочешь ". Она подошла к мягкому клетчатому дивану, села, скрестив ноги. "Давайте договоримся".

"Это", - он указал пистолетом, - "говорит само за себя".

"Используй это, ничего не получишь. Почему бы тебе вместо этого не предложить мне бокал вина?"

Он наклонил голову в раздумье и, как ей показалось, переоценке. "Ты классный парень".

"У меня было время остепениться. Я не буду отрицать, что ты напугал меня. Ты, конечно, сделал это и все еще можешь, но я надеюсь, что ты открыт для разумного диалога здесь ".

Она быстро прокрутила в уме файл того, что она знала о нем и что она могла наблюдать.

Чрезмерное эго, тщеславие, жадность, социопатические и убийственные наклонности.

"Мы одни, у меня нет выхода. Ты сидишь за рулем, но все же ... У меня есть кое-что, чего ты хочешь ".

Она запрокинула голову и рассмеялась, и было видно, что она удивила его. Хорошо. Выводите его из равновесия, заставляйте его думать. "О Боже, кто бы мог поверить, что старик на это способен? Он был второсортным всю свою жизнь и серьезной занозой в моей заднице. Теперь он приходит с партитурой всей жизни. Черт возьми, счет шел на десять жизней. И он бросает это прямо мне на колени. Я сожалею о Вилли, хотя у него был милый характер. Но, пролитое молоко."

Она уловила проблеск интереса на лице Крю, прежде чем он открыл ящик и достал пару наручников.

"Что ж, Алекс, если будет весело с бондажом, я бы очень хотел сначала выпить вина".

"Ты думаешь, я на это куплюсь?"

"Я ничего не продаю". И, может быть, он не покупал, но он слушал подачу. Она вздохнула, когда наручники приземлились ей на колени. "Хорошо, по-твоему. Где ты их хочешь?"

"Подлокотник дивана, по правую руку от тебя".

Хотя от мысли запереться у нее пересохло в горле, она сделала то, что он сказал, а затем послала ему страстный взгляд. "Как насчет того напитка?"

Кивнув, он прошел на кухню, достал бутылку из шкафа. "Каберне"?"

"Идеально. Ты не возражаешь, если я спрошу, почему мужчина с твоими навыками и вкусами связался с Джеком?"

"Он был полезен. И почему ты пытаешься разыгрывать бескомпромиссного оппортуниста?"

Она притворилась надутой. "Мне не нравится думать, что я жесткий, просто реалистичный".

"Ты всего лишь лавочник из маленького городка, которому не повезло завладеть моей собственностью".

"Я думаю, что это удивительно удачно". Она взяла предложенное им вино, сделала глоток. "Магазин - хорошая, стабильная игра. Продавали старые, часто бесполезные предметы с хорошей прибылью. Также дает мне доступ ко многим местам, где есть более старые, часто бесполезные и очень ценные предметы. Я держу руку на пульсе".

"Ну". И она могла видеть, что, хотя он не рассматривал этот вопрос раньше, он рассматривал его сейчас.

"Послушай, у тебя разногласия со стариком, прекрасно. Он для меня никто, кроме альбатроса. И если он когда-либо чему-то меня научил, так это тому, что нужно быть номером один ".

Крю медленно покачал головой. "Ты вышла со мной из того магазина без единого звука, в первую очередь, чтобы защитить продавца".

"Я не собирался спорить с пистолетом, который ты ткнул мне в бок. И ты прав, я не хотел, чтобы ты причинил ей боль. Она моя подруга, и, ради Бога, она почти на седьмом месяце беременности. У меня есть несколько реплик, Алекс. Я избегаю насилия ".

"Это забавно". Он сел, жестикулировал. "Как вы объясните тот факт, что у вас роман с Гэнноном, страховым детективом?"

"Он потрясающий в постели, но даже если бы он был новичком в этой области, я бы его туда затащила. Держи своих друзей поближе, Алекс, а врагов еще ближе. Я знаю каждое его движение до того, как он его сделает. И вот один бесплатно, в знак доброй воли: сегодня он в Нью-Йорке ". Она наклонилась вперед. "Они готовят мошенничество, чтобы выкурить вас. К завтрашнему дню должен появиться пресс-релиз, в котором утверждается, что Макс извлек часть алмазов. Блестящая идея Макса заключается в том, что это выведет вас из себя, подтолкнет к необдуманному поступку. Он умен, я отдам ему должное, но пока он не может справиться с тобой ".

"Я думаю, это делает меня умнее".

"Я думаю, это так", - согласилась она. "Он приближается к Джеку, и Бог свидетель, дорогой старый папа не сможет долго его трясти. Но он понятия не имеет, как тебя сбить ". Ego, ego, ego. Прокачайте его эго. "Он пытается передать "Аве Мария"".

"Интересно, но страховой следователь вряд ли меня касается".

"Почему он должен? Ты уже однажды его достал. Мне пришлось целовать его раны ". Она усмехнулась. "И, делая это, я занимал его достаточно, чтобы освободить вам место".

"Ты хочешь, чтобы я поблагодарил тебя. Примите во внимание тот факт, что в настоящее время вам не больно, моя благодарность. Где бриллианты, мисс Тэвиш?"

"Давай сделаем это по-Лейнски. Я думаю, что мы вышли за рамки формальностей. Они у меня были. Джека и Вилли." Она поерзала на сиденье, добавила мурлыканья в голос. "Что ты собираешься делать со всеми этими деньгами, Алекс? Путешествовали? Покупали маленькую страну? Потягивали мимозу где-нибудь на пляже? Тебе не кажется, что все эти вещи, все прекрасные, очаровательные поступки, которые люди могут делать с большими, жирными кучами денег, гораздо веселее с единомышленником?"

Его взгляд скользнул к ее рту, затем снова к ее глазам. "Так вот как ты соблазнил Гэннона?"

"Нет, на самом деле, в том случае я притворилась, что позволила ему соблазнить меня. Он из тех, кого нужно преследовать и завоевывать. Я многое выношу на обсуждение. Ты можешь получить бриллианты, и ты можешь получить меня ".

"Я мог бы получить их обоих в любом случае".

Она откинулась на спинку стула, сделала глоток. "Ты мог бы. Я нахожу мужчин, которым нравится насиловать, самой низкой формой. Если ты один из них, я недооценил тебя. Ты мог изнасиловать меня, избить меня, застрелить меня. Я бы, конечно, сказал тебе, где бриллианты. Но тогда... - Она снова отхлебнула, и в ее глазах появился озорной блеск. "Вы бы не узнали, говорил ли я правду. Вы могли бы потратить впустую уйму времени, а я мог бы испытывать значительный дискомфорт. Не очень практично, когда я готов заключить сделку, которая дает нам обоим именно то, что мы хотим, с небольшой доплатой ".

Он воскрес. "Ты интригующая женщина, Лейн". Он рассеянно снял парик.

"Ммм, лучше". Она поджала губы, изучая его оловянные волосы. "Намного лучше. Можно мне еще налить?" Она протянула свой бокал, слегка покачивая его из стороны в сторону. "Я хотела бы спросить тебя кое о чем", - продолжила она, когда он вернулся за бутылкой. "Если у тебя будут остальные бриллианты -"

"Если?"

"У меня есть только твое слово, что ты это сделаешь. Я не считаю своего отца надежным источником ".

"О, они у меня".

"Если вы это сделаете, почему бы не взять синицу в руки и не улететь, а не ходить вокруг да около до конца?"

Его лицо было каменным, на нем была вырезана улыбка, а глаза мертвыми. "Я ни на что не соглашаюсь наполовину".

"Я уважаю это. Тем не менее, я мог бы сделать обмен очень приятным для тебя ".

Он наполнил ее бокал, поставил бутылку на стол. "Секс переоценивают".

Она издала низкий, хриплый смешок. "Хочешь поспорить?"

"Какой бы привлекательной вы ни были, вы просто не стоите двадцати восьми миллионов".

"Теперь ты задел мои чувства". Подведи его ближе, подумала она, подведи его ближе и отвлеки его. Это будет больно, но это будет только на минуту. Готовясь к этому, она наклонилась вперед за вином, затем переместилась так, что телефон в ее кармане ударился о подлокотник дивана.

Он был на ней как фурия, дергал ее за волосы, чтобы потащить вниз, рвал ее карман. Перед ее глазами кружились плавающие черные точки боли и страха, но она неуверенно поднялась и уставилась, как она надеялась, с отвращением, на винные пятна на своих брюках.

"О, ради бога. Я надеюсь, у тебя есть немного содовой ".

Он ударил ее тыльной стороной ладони так, что черные точки превратились в красные.

16.

Макс развернул свою машину поперек гравийной дороги, вне поля зрения последнего домика слева. Если бы Крю попытался сбежать, ему пришлось бы сначала врезаться в Porsche.

Было тихо и близились сумерки. Он не заметил особой активности в лесу или в хижинах, мимо которых проходил. Туристы возвращались к этому времени дня, отдыхающие устраивались поужинать или выпить.

Он заглушил двигатель, затем перегнулся через Джека, чтобы открыть бардачок.

"Мы не можем просто сидеть здесь".

"Мы не собираемся просто сидеть здесь". Макс достал свой пистолет, вторую обойму, затем бросил бинокль на колени Джеку. "Не спускайте глаз с этого места".

"Если вы пойдете туда с этим, кто-нибудь пострадает. Оружие - это проблема, - добавил Джек, когда Макс просто посмотрел на него.

"Прав по обоим пунктам". Он проверил обойму, вставил ее на место, запихнул запасную в карман. "Копы уже в пути. Им потребуется некоторое время, чтобы обезопасить территорию, подготовить ее к захвату заложников. Они знают, что он вооружен, они знают, что у него Лейн. Они попытаются договориться ".

"Как ты ведешь переговоры с гребаным психом? Там моя девушка, Макс. Там моя малышка".

"Она и моя девушка тоже. И я не веду переговоров ".

Джек провел тыльной стороной ладони по губам. "Мы здесь тоже не ждем копов".

"Мы не ждем". Поскольку Джек еще не пользовался полевым биноклем, Макс взял его и сфокусировался на салоне. "Крепко зажмурился. На окнах задернуты шторы. Под этим углом я вижу одну дверь, четыре окна. Вероятно, задняя дверь, еще пара окон с другой стороны, пара сзади. Он не может выехать этим путем, но если он проедет мимо меня, он может повернуть с другой стороны, свернуть на одну из боковых дорог и выехать на главную. Я не думаю, что мы позволим этому случиться ".

Он снова полез в бардачок. На этот раз он вытащил нож в ножнах. Когда он снял кожу, лезвие отливало ярким серебром с ужасным зазубренным краем.

"Иисус Христос".

"Ты ухаживаешь за шинами на том Мерседесе с помощью этого?"

"Утомляет". Джек глубоко вдохнул, затем выдохнул. "Да. Я могу это сделать ".

"Хорошо. Вот как мы это играем ".

***

Внутри Лейн заставила себя подняться. В ее ушах зазвенело от удара, и под грохот ударов она проклинала себя за то, что двигалась недостаточно быстро, не предвидя его реакции, поэтому приняла удар на себя, а не прямое попадание.

Она знала, что ее глаза блестели от слез, но она не проливала их. Вместо этого она испепелила их горячим взглядом, положив руку на пульсирующую скулу. "Ты ублюдок. Ты сукин сын".

Он схватил ее за рубашку, на дюйм оторвал от дивана. Она вытянула свободную руку, глядя на него в ответ, но она все еще была далека от своей цели. "Кому ты собирался позвонить, Лейн? Дорогой старый папа?"

"Ты идиот". Ее ответ и яростный толчок удивили его настолько, что он отбросил ее обратно на диван. "Ты сказал мне вывернуть карманы? Ты спрашивал, есть ли у меня телефон? Это отменяется, не так ли? Я всегда ношу его с собой в магазин. Ты был со мной все это время, Эйнштейн. Я делал какие-нибудь звонки?"

Он, казалось, задумался, затем перевернул телефон и изучил его. "Кажется, что он выключен". Он включил его. После того, как он искал и нашел услугу, телефон издал небольшую трель. "Кажется, у вас есть сообщение. Почему бы нам не посмотреть, кто пытался связаться с тобой?"

"Поцелуй меня в задницу". Она раздраженно пожала плечами, придвинулась ближе к столу, потянулась за бутылкой вина и снова наполнила свой бокал. Ее рука оставалась совершенно твердой, когда она услышала голос Макса, объявляющий о его возвращении.

"Ну вот, звучит ли это так, будто я связался с ним по телефону или силой своего разума? Иисус." Теперь он был в добрых четырех футах от меня. Слишком далеко. Поставив бутылку, она приложила ладонь к поврежденной щеке. "Принеси мне немного чертова льда для этого".

"Я не люблю приказы".

"Да, ну, мне не нравится, когда меня избивает какой-то парень с проблемой контроля импульсов. Как, черт возьми, я объясню этот синяк, и поверьте мне, это будет красиво. Ты просто все усложнил. И знаешь, что еще, горячая штучка? Мое предыдущее предложение отменяется. Я не сплю с мужчинами, которые меня бьют. Никогда, ни за что." Она немного наклонилась вперед, словно успокаивая себя, и продолжила тереть щеку.

"Теперь заключайте прямые деловые сделки. Никаких побочных подарков."

"Вы, кажется, забываете, что это не переговоры".

"Обо всем можно договориться. У тебя есть половина, у меня есть половина. Ты хочешь всего. Я, с другой стороны, более реалистичен и намного менее жаден. Сними эти чертовы штуки, - потребовала она, позвякивая наручниками. "Куда, черт возьми, я иду?"

Она увидела, как его рука двинулась, совсем слегка, к левому карману брюк. Затем снова исчезни. "Я так не думаю. Теперь... - Он направился к ней. "Бриллианты".

"Ты ударишь меня еще раз, дотронешься до меня, и я клянусь, я увижу, как копы схватят их, прежде чем ты получишь еще один камень".

"У тебя хрупкое телосложение, Лейн. Хрупкие кости легко ломаются. Я думаю, что у тебя сильный ум; может потребоваться многое, чтобы сломить это. Я мог бы начать с твоей руки. Вы знаете, сколько костей в человеческой руке? Я не могу точно вспомнить, но, по-моему, их довольно много ".

Его глаза ожили, когда он сказал это, и ничто за всю ее жизнь не пугало ее больше, чем этот веселый блеск. "Что-то сломается, что-то разобьется. Это было бы очень больно. Ты скажешь мне, где бриллианты, и ты скажешь мне правду, потому что даже сильный разум может вынести не так много боли ".

Ее пульс стучал в висках, в горле, в кончиках пальцев, как барабаны ужаса, почти оглушительно. "И только больной получает удовольствие от мысли о том, что он стал причиной этого. Знаешь, если бы не этот маленький недостаток, я бы с удовольствием провел с тобой немного времени ".

Она должна была смотреть ему в глаза, не отрываясь. От этого зависело выживание. "Мне нравится воровать", - продолжила она. "Мне нравится брать то, что принадлежит кому-то другому, и делать это своим. Это такая спешка. Но спешка не стоит боли. Это никогда не стоило моей жизни. Это то немногое, чему я научился у своего отца. Я думаю, мы достигли точки, когда ты хочешь бриллианты больше, чем я. Вы хотите знать, где они находятся? Это проще, чем ты думаешь. Но как добраться до них, ну... "

Ее сердце стучало, как отбойный молоток, когда она изогнула губы, согнула палец. "Подойди сюда, и я дам тебе небольшую подсказку".

"У тебя получится лучше, чем это".

"О, да ладно. По крайней мере, позволь мне немного позабавиться с этим." Она поиграла с кулоном на шее, подняла его. "На что это похоже по-вашему?" Она издала тихий смешок. "Давай, Алекс, посмотри поближе".

Она поняла, что он у нее в руках, когда он шагнул к ней, когда его взгляд остановился на подвеске. Она снова опустила его, чтобы освободить руку, затем снова наклонилась вперед, как будто хотела поднять свой бокал. "На самом деле, все дело в неправильном направлении. Еще одна маленькая вещица, которую я перенял у своего отца ".

Она подняла лицо, чтобы его внимание сосредоточилось на нем. Был бы только один шанс. Он потянулся за ожерельем, наклонив голову, чтобы рассмотреть поближе.

И она вскочила с дивана, яростно размахивая бутылкой с вином наотмашь. Раздался отвратительный треск стекла о кость, брызги красного вина, похожие на поток крови. Инерция заставила его опрокинуться назад, когда она стояла на полусогнутых ногах, тяжело дыша, все еще сжимая бутылку в руке.

Она упала на колени, борясь с волной тошноты, когда потянулась, пытаясь дотянуться до него. Она должна была достать ключ из его кармана, достать пистолет, достать телефон. Уходи.

"Нет! Черт возьми". Слезы разочарования горели в ее глазах, когда она напрягла мышцы и обнаружила, что он упал вне пределов ее досягаемости. Она снова вскарабкалась, перелезла через диван, толкнув его плечом, чтобы столкнуть на пол. Просто немного ближе. Совсем чуть-чуть.

Кровь шумела у нее в ушах, а ее собственный голос, высокий и отчаянный, звучал за много миль отсюда, когда она приказывала себе Давай, давай, давай!

Она нырнула обратно на пол, хватаясь за его штанину, притягивая его тело к себе. "Ключ, ключ, о Боже, пожалуйста, пусть у него будет ключ".

Она оглянулась. Пистолет лежал на кухонном столе в восьми футах от меня. Пока она не расстегнула наручники, с таким же успехом могло быть восемьсот. Надвигаясь, она тянулась, пока металл не врезался в ее запястье, но ее свободная рука дотянулась до его кармана, и ее дрожащие пальцы погрузились внутрь.

Эти жгучие слезы полились, когда ее пальцы нащупали маленький кусочек металла. Хрипло дыша, она нащупала ключ в замке, снова прокляла себя и стиснула зубы. Крошечный щелчок был подобен выстрелу. Она произнесла бессвязные благодарственные молитвы, снимая наручник со своего запястья.

"Подумай. Просто подумай. Дыши и думай". Она села на пол, потратив несколько драгоценных секунд, чтобы справиться с паникой.

Может быть, она убила его. Может быть, она оглушила его. Будь она проклята, если собиралась проверять. Но если бы он не был мертв, он бы пришел за ней. Она могла убежать, но он пришел бы за ней.

Она снова вскарабкалась и, кряхтя, тяжело дыша, начала тащить его к дивану. К наручникам. Она бы заперла его, вот что она бы сделала. Она бы заперла его. Возьмите телефон, возьмите пистолет, позовите на помощь.

Облегчение нахлынуло на нее, когда она защелкнула наручник на его запястье. Кровь стекала по его лицу, капала ей на руку, когда она отодвинула его куртку в сторону, полезла во внутренний карман за телефоном.

Внезапный рев автомобильной сигнализации вырвал короткий крик из ее горла. Она вздрогнула, посмотрела в сторону двери. Кто-то был там. Кто-нибудь мог бы помочь.

"Помоги". Это слово прозвучало шепотом, и она заставила себя подняться на ноги. Когда она прыгнула вперед, чья-то рука схватила ее за лодыжку и швырнула лицом вниз на пол.

Она не кричала. Звуки, которые она издавала, были диким рычанием, когда она отбивалась, ползла вперед. Он дернул, обхватив рукой ее ноги, так что она была вынуждена повернуться, приподнимаясь от талии, чтобы пустить в ход кулаки, ногти.

Гудок продолжал звучать, как двухтональный крик, снова и снова, пока она рвалась к нему, пока он притягивал ее ближе. Кровь спутала его волосы, испачкала лицо, хлынула из свежих ран там, где ее ногти были разорваны.

Она услышала грохот, и одна из ее размахивающих рук приземлилась на битое стекло. Новый приступ боли заставил ее перевернуться, упираясь локтями, чтобы выиграть несколько драгоценных дюймов. Ее рука снова сомкнулась на бутылке вина.

На этот раз, когда ее тело дернулось, она схватила его обеими руками, как тесто на тарелке. И она сильно замахнулась на ограждения.

У нее стучало в голове? В комнате? Снаружи? Где-то раздался стук. Но его хватка на ней ослабла, его глаза закатились, а тело замерло.

Захныкав, она отползла назад, как краб.

Именно такой Макс увидел ее, когда ворвался в комнату. Сидела на корточках на полу, ее руки были в крови, ее брюки и рубашка порваны и заляпаны красным.

"Laine. Иисус, Всемогущий Бог". Он бросился к ней, холодный контроль, которым он воспользовался, чтобы проникнуть внутрь, добраться до нее, разбился вдребезги, как стекло. Он стоял на коленях рядом с ней, проводя руками по ее лицу, волосам, телу. "Насколько сильно вы пострадали? Где у тебя болит? В тебя стреляли?"

"Что? Стреляли?" Ее видение пропало, как поцарапанная пленка. "Нет. Я... Это вино ". Головокружительный пузырь взорвался в ее горле и вырвался наружу в виде безумного смеха. "Красное вино и, о, немного крови. Его. В основном его. Он мертв?" Она сказала это почти непринужденно. "Я убил его?"

Он убрал волосы с ее лица, нежно провел большим пальцем по ее ушибленной скуле. "Ты можешь продержаться?"

"Конечно. Нет проблем. Я просто хочу посидеть здесь ".

Макс подошел, пригнувшись к Экипажу. "Живой", - сказал он после того, как проверил пульс. Затем он изучил разорванное, избитое и окровавленное лицо. "Проделал с ним кое-что, не так ли?"

"Я ударил его винной бутылкой". Она поняла, что комната двигалась, совсем чуть-чуть. И, казалось, в воздухе были маленькие волны, похожие на воду. "Дважды. Ты пришел. Ты получил мое сообщение ".

"Да. Я получил твое сообщение ". Он обыскал команду на предмет оружия, а затем вернулся к Лейну. "Ты уверен, что тебе не больно?"

"Я просто чувствую оцепенение прямо сейчас".

"Тогда ладно". Он положил свой пистолет на пол рядом с ними и обнял ее. Весь страх, ярость, отчаяние, с которыми он боролся в течение последнего часа, накатили на него, снова накатили. "Я должен держаться", - пробормотал он у ее горла. "Я не хочу причинять тебе боль, но я должен держаться".

"Я тоже". Она зарылась в него. "Я тоже. Я знал, что ты придешь. Я знал, что ты будешь здесь. Это не значит, что я не могу позаботиться о себе ". Она немного отстранилась. "Я сказал тебе, что могу позаботиться о себе".

"С этим трудно спорить. Давай посмотрим, сможем ли мы выстоять ".

Когда они встали на ноги, она наклонилась к нему, посмотрела вниз на Крю. "Я действительно уложил его. Я чувствую себя... сильной и удовлетворенной и... - Она сглотнула, прижав руку к животу. "И немного нездоровый".

"Давай выведем тебя на улицу, подышишь свежим воздухом. Я позабочусь обо всем здесь. Копы уже в пути ".

"Ладно. Я дрожу или это ты?"

"Немного того и другого. У тебя был небольшой шок, Лейн. Мы вытащим тебя, и я хочу, чтобы ты просто сел на землю, приляг, если тебе от этого станет лучше. Мы вызовем скорую помощь ".

"Мне не нужна скорая".

"Это спорно, но он чертовски уверен, что знает. Поехали".

Он вывел ее на улицу. Джек выскочил из-за угла дома с ножом в одной руке и камнем в другой. Первой сбивчивой мыслью Лейна было, как глупо он выглядит.

Затем он опустил обе руки, и нож и камень выпали из его безвольных пальцев на землю. Он, спотыкаясь, шагнул вперед, увлекая ее за собой.

"Лейни. Лейни." Прижавшись лицом к ее плечу, он разрыдался.

"Все в порядке. Со мной все в порядке. Шшш." Она обхватила его лицо ладонями, отстраняясь, чтобы поцеловать в щеки. "У нас все в порядке, папа".

"Я не смог бы жить. Я не мог-"

"Ты пришел. Ты пришел, когда я нуждался в тебе. Разве мне не повезло любить двух мужчин, которые всегда рядом, когда они мне нужны?"

"Я не знал, вернусь ли я", - начал он.

На волне нежности она смахнула слезы с его щек. "Но ты сделал, не так ли? Теперь тебе нужно идти ".

"Лейни".

"Полиция будет здесь с минуты на минуту. Я прошел через все это не для того, чтобы увидеть, как тебя арестуют. Уходи. Пока они не пришли ".

"Есть вещи, которые мне нужно тебе сказать".

"Позже. Ты можешь сказать их позже. Ты знаешь, где я живу. Пожалуйста, папочка, уходи".

Макс вышел обратно, прижимая телефон к уху. "Экипаж в безопасности. Лейн побита, но с ней все в порядке. Экипажу понадобится медицинская помощь. Мы с Лейном подождем здесь. Какое у тебя расчетное время? Хорошо. Мы будем ждать". Он отключился. "Винс и остальные из них будут участвовать. У тебя есть около пяти минут", - сказал он Джеку. "Лучше поторопиться".

"Спасибо". Джек предложил свою руку. "Может быть, ты - почти - достаточно хорош для нее. Я увижу тебя. Скоро, - добавил он, поворачиваясь к Лейн. "Скоро, малышка".

"Они приближаются". Она услышала вой сирен. "Поторопись".

"Чтобы поймать Большого Джека О'Хару, нужно нечто большее, чем несколько провинциальных копов". Он подмигнул ей. "Продолжай зажигать свет для меня". Он побежал трусцой к лесу, обернулся, чтобы быстро отдать честь, затем исчез в нем.

"Ну". Лейн глубоко вздохнул. "Вот он идет. Спасибо."

"Для чего?" Спросил Макс, когда она поцеловала его.

"За то, что позволил моему отцу уйти".

"Я не понимаю, о чем вы говорите. Я никогда не встречался с твоим отцом."

Издав приглушенный смешок, она потерла глаза. "Я думаю, что сейчас я собираюсь сделать это сидение на земле".

***

Было нетрудно выиграть спор о визите в отделение неотложной помощи с человеком, который испытал такое облегчение от того, что вы живы и невредимы, что дал бы вам все, о чем вы просили. Лейн воспользовался этим и дружбой Винса, чтобы отправиться прямо домой.

На следующее утро от нее потребовали бы дать более полные показания шефу полиции. Но он принял ее сокращенный отчет о событиях.

Она дала это, когда сидела на земле возле хижины, с одеялом на плечах. Несмотря на то, что она прошла через испытание с командой, не получив ничего более серьезного, чем порезы и ушибы, она не возражала, когда Макс прервал допрос полиции, поднял ее с земли и понес к своей машине.

Ей доставляло огромное удовлетворение наблюдать, как экипаж выносят на носилках.

Огромное удовлетворение.

Дочь Джека О'Хары все еще была на высоте.

"Благодарна", - это было все, о чем могла думать Лейн, проведя целых двадцать минут под горячими пульсирующими струями душа. Она была так благодарна Максу, Винсу, судьбе. Черт возьми, она была благодарна за цифровое общение. Настолько, что она собиралась выбросить свой мобильный телефон, установить его и повесить на почетное место.

И она больше никогда в жизни не стала бы пить каберне.

Она вышла из душа, осторожно вытерлась. Онемение давно прошло, и каждый шишка, царапина и ушиб болели как бешеные. Она проглотила четыре таблетки аспирина, затем собралась с духом и взглянула на себя в зеркало в полный рост.

"Ох. Ой." Она с шипением выдохнула, поворачиваясь, чтобы посмотреть сзади. Она была пестрым месивом синяков. Бедра, голени, колени, руки. И красота, которую она предсказала, на ее правой щеке.

Но они поблекнут, подумала она. Они поблекнут и будут забыты, когда она вернется к своей жизни. И Алекс Крю провел бы остаток своих дней за решеткой. Она надеялась, что он проклинал ее имя каждый день той жизни. И она надеялась, что он каждую ночь мечтал о бриллиантах.

В качестве уступки синякам она надела свободные спортивные штаны, небрежно завязала влажные волосы на затылке. В качестве уступки тщеславию она потратила некоторое время на макияж, чтобы смягчить следы насилия на своем лице.

Затем она повернулась, раскинула руки и обратилась к Генри, который следил за ней - даже в ванной - с тех пор, как она забрала его из "Дженни". "Не так уж плохо, правда?"

Она нашла Макса на кухне, разогревающим содержимое банки с супом на плите. "Подумал, что ты, возможно, проголодался".

"Ты правильно подумал".

Он шагнул к ней, провел пальцами по синяку. "Мне жаль, что я не был быстрее".

"Если вы сожалеете, вы уменьшаете мою собственную смелость и сообразительность, и я поздравляю себя с ними".

"Не хотел бы этого делать, но я должен сказать, я чувствую себя обманутым. Ты лишил меня шанса избить этого сукина сына до полусмерти ".

"В следующий раз, когда мы будем иметь дело с социопатом-убийцей, вы можете уложить его".

"В следующий раз". Он отвернулся, чтобы помешивать суп. Лейн сцепила руки.

"Мы поторопились со всем этим, Макс".

"Конечно.есть".

"Люди ... Я представляю, как люди, которые собираются вместе в напряженных или опасных ситуациях, часто бросаются во все тяжкие. Все эти эмоции накалялись. Когда все выровняется, они, вероятно, пожалеют, что последовали этим импульсам ".

"Логично".

"Мы можем пожалеть об этом, если будем двигаться вперед так, как мы говорили раньше. Мы могли бы пожалеть, что поспешили завязать отношения, не говоря уже о браке ".

"Мы могли бы". Он постучал ложкой по краю кастрюли, затем отложил ее и повернулся к ней. "Тебе не все равно?"

Она сжала губы, прежде чем они успели задрожать. Вот он был у ее плиты, такой высокий и поджарый, с этими опасными глазами и непринужденной осанкой. "Нет. Нет, мне все равно. Ни капельки." Она влетела в него, привстав на цыпочки, когда его руки сомкнулись вокруг нее. "О Боже, мне все равно. Я так сильно люблю тебя ".

"Фух. Это хорошо ". Его губы прижались к ее губам, затем смягчились, затем задержались. "Мне тоже все равно. Кроме того, я только что купил это для тебя в Нью-Йорке. Это было бы напрасно, если бы ты хотел начать относиться ко мне разумно сейчас."

Он вытащил коробочку из кармана. "Почти уверен, что помню, что ты сказал, что тебе понравилось".

"Ты нашел время, чтобы купить мне кольцо во всем этом?"

Он моргнул. "Ох. Ты хотел кольцо?"

"Умная задница". Она открыла коробочку, и ее сердце медленно, красиво перевернулось в груди, когда она посмотрела на бриллиант квадратной огранки в простой платиновой оправе. "Это идеально. Ты знаешь, что это идеально ".

"Пока нет". Он достал его, надел ей на палец. "Теперь это так". Он поцеловал ее ободранные костяшки пальцев прямо под этим. "Я собираюсь провести свою жизнь с тобой, Лейн. Мы начнем сегодняшний вечер с того, что ты сядешь вон там, а я приготовлю тебе суп. В этом не было ничего особенного ".

"Звучит неплохо. Хороший и нормальный."

"Мы можем даже поспорить, если ты хочешь".

"Это тоже звучит не так уж плохо. Может быть, прежде чем мы это сделаем, нам следует покончить с остальным. Могу ли я увидеть их?"

Он выключил суп, открыл портфель, который поставил на стол. Вид того, как он достает копилку, заставил ее рассмеяться и опуститься на стул.

"На самом деле ужасно думать, что меня могли убить из-за того, что было в чреве копилки. Но почему-то это не так. Это просто так, Джек ".

"Представитель страховой компании заберет их завтра". Он расстелил газету, взял маленький молоток, который нашел в прихожей. "Хочешь почестей?"

"Нет. Будь моим гостем ".

Потребовалось несколько хороших ударов, прежде чем он смог вытащить прокладку, а затем и мешочек. Он вылил сверкающий водопад из него в руку Лейн.

"Они не становятся менее ослепительными, не так ли?"

"Мне больше нравится то, что у тебя на пальце".

Она улыбнулась. "Я тоже".

Пока он выбрасывал осколки и газету, она рассыпала бриллианты по бархату. "Теперь они вернут половину из них. И поскольку экипаж был опознан и схвачен, они могут найти остальных там, где он жил, или в депозитной ячейке на его имя."

"Может быть. Возможно, часть из них была припрятана таким образом. Но он не поехал в Коламбус, он ничего не передал тому ребенку по доброте душевной или родительскому долгу. У бывшего и сына что-то есть или они что-то знают."

"Макс, не ходи за ними". Она потянулась к его руке. "Отпусти это. Они всего лишь пытаются убежать от него. Все, что ты мне рассказал, говорит о том, что она просто пытается защитить своего ребенка, дать ему нормальную жизнь. Если ты пойдешь за ними, она почувствует себя загнанной, она снова убежит. Я знаю, на что это похоже. Я знаю, на что это было похоже для моей матери, пока она не обрела покой, пока она не нашла Роба. И мой отец, ну, он вор и мошенник, и лжец, но он не сумасшедший, он не убийца ".

Она подтолкнула бриллианты к нему. "Никакое количество этого не стоит того, чтобы заставить этого невинного мальчика жить с фактом, что его отец убийца. Это просто камни. Они всего лишь вещи ".

"Дай мне подумать об этом".

"Хорошо". Она встала, поцеловала его в макушку. "Ладно. Вот что я тебе скажу. Я приготовлю пару бутербродов к этому супу. Вы можете сверить бриллианты со своим списком. Потом мы уберем их и будем есть, как скучные, нормальные люди ".

Она встала, чтобы взять хлеб. "Так когда, по-твоему, я смогу забрать свою машину из Нью-Джерси?"

"Я знаю парня, который перевезет это вниз. Пару дней." Он принялся за работу. "Я пока тебя покатаю, или ты можешь воспользоваться моей машиной".

"Видишь, скучный и обычный. Горчица или майонез на ветчине?"

"Горчица", - сказал он рассеянно, затем погрузился в тишину, а собака храпела у его ног.

"Сукин сын".

Она оглянулась назад. "Хм?"

Он покачал головой. "Позволь мне сделать это снова".

Лейн разрезала приготовленные ею бутерброды пополам. "Что-то не сходится, не так ли?" Она расставляла тарелки на столе, пока Макс постукивал пальцами и изучал ее. "Я боялся этого. Или не боялся, на самом деле, просто смирился. Немного не хватило квартальной доли?"

"Не хватает примерно двадцати пяти каратов".

"Ага. Ну, я уверен, ваш клиент согласился бы с тем, что акции, возможно, были разделены неравномерно. Что оставшиеся порции могут оказаться немного тяжеловатыми."

"Но это было бы не так, не так ли?"

"Нет. Нет, я очень сомневаюсь, что это было так ".

"Он положил их в карман. Твой отец."

"Он бы взял свою долю, выбрал несколько камней, просто в качестве своего рода страховки, затем он положил бы их в другой контейнер - свинью - и оставил бы страховку при себе. В поясе для денег или мешочке на шее, даже в кармане. "Положи все яйца в одну корзину, Лейни, ручка может сломаться. Тогда все, что у вас есть, это яичница-болтунья.' Хочешь кофе с этим?"

"Я хочу чертово пиво. Я позволил ему уйти ".

"Ты бы все равно позволил ему уйти". Она взяла пиво, открыла крышку для него, затем скользнула к нему на колени. "Ты бы забрал бриллианты обратно, если бы знал, что они у него, но ты бы позволил ему уйти. На самом деле, ничего не изменилось. Это всего лишь жалкие двадцать пять карат." Она поцеловала его в щеку, потом в другую, потом в рот. "У нас все в порядке, верно?"

Когда она положила голову ему на плечо, он погладил ее по волосам. "Да, у нас все в порядке. Я мог бы засунуть ботинок в задницу твоему отцу, если когда-нибудь увижу его снова, но у нас все в порядке ".

"Хорошо".

Он сидел, поглаживая ее волосы. На столе были бутерброды с ветчиной, суп на плите. Собака дремала на полу. Несколько миллионов бриллиантов, плюс-минус один, сверкали в свете кухонной лампы.

Они были в порядке, подумал Макс. На самом деле, они были потрясающими.

Но они никогда не собирались быть скучными и нормальными.

ЧАСТЬ вторая

Все меняется;

ничто не погибает.

-ОВИДИЙ

Совершаете самые старые грехи

новейшие способы.

-УИЛЬЯМ ШЕКСПИР

17.

Нью-Йорк, 2059 год

Она умирала от желания попасть домой. Осознание того, что ее ждет собственный дом, собственная постель, ее собственные вещи, делало даже грязную дневную пробку из аэропорта приятной.

Были небольшие стычки, мелкие предательства, откровенное вероломство и ожесточенные бои между таксистами, пассажирами пригородных поездов и танкоподобными автобусами maxibus. Над головой воздушные трамы, дирижабли и мини-челноки обстреливали небо. Но наблюдение за развязыванием дорожных войн заставило ее нервничать настолько, что она представила, как прыгает на переднее сиденье, хватает руль и бросается в драку с гораздо большей злобой и энтузиазмом, чем ее водитель.

Боже, она любила Нью-Йорк.

Пока ее водитель пробирался по шоссе Рузвельта в составе армии транспортных средств, прокладывающих себе путь в город, она развлекала себя просмотром анимированных рекламных щитов. Некоторые из них были маленькими историями, и как сама писательница и любительница хороших историй, Саманта Гэннон оценила это.

Понаблюдайте, подумала она, за симпатичной женщиной, отдыхающей у бассейна на курорте, очевидно, в одиночестве, в то время как пары плещутся или прогуливаются. Она заказывает напиток, и с первым глотком ее глаза встречаются с глазами великолепного мужчины, только что вынырнувшего из воды. Влажные мышцы, убийственная ухмылка. Электрический момент, который растворяется в сцене при лунном свете, где теперь счастливая пара прогуливается рука об руку по пляжу.

Мораль? Пейте ром Silby's и откройте свой мир приключениям, романтике и действительно хорошему сексу.

Это должно быть так просто.

Но тогда, для некоторых, это было. Для ее бабушки и дедушки это был электрический момент. Ром не играл никакой роли, по крайней мере, ни в одной из версий, которые она слышала. Но их глаза встретились, и что-то сломалось и зашипело в кровотоке судьбы.

Поскольку предстоящей осенью им исполнилось бы пятьдесят шесть лет брака, чем бы это "что-то" ни было, оно проделало солидную работу.

И из-за этого, потому что судьба свела их вместе, она сидела на заднем сиденье большого черного седана, направляясь в центр города, направляясь к дому, дому, дому, после двух недель путешествия по ухабистым, бесконечным дорогам национального книжного тура.

Без ее бабушки и дедушки, того, что они сделали, что они выбрали, не было бы книги. Не было тура. Никакого возвращения домой. Она была обязана им всем этим - ну, не турне, поправила она. Она вряд ли могла винить их за это.

Она только надеялась, что они хотя бы наполовину так же гордились ею, как она ими.

Саманта Э. Гэннон, автор национального бестселлера "Горячие камни".

Это было со льдом или как?

Рекламирование книги в четырнадцати городах - от побережья до побережья - в течение пятнадцати дней, интервью, выступления, отели и транспортные станции были утомительными.

И, давай будем честны, сказала она себе, потрясающе по-своему безумно.

Каждое утро она вытаскивала себя из незнакомой кровати, открывала затуманенные глаза и смотрела в зеркало, просто чтобы быть уверенной, что увидит себя смотрящей в ответ. Это действительно происходило с ней, Сэм Гэннон.

Она писала это всю свою жизнь, думала она, каждый раз, когда слышала семейную историю, каждый раз, когда умоляла своих бабушку и дедушку рассказать ее, выпытывала подробности. Она оттачивала свое мастерство каждый час, который провела, лежа в постели в детстве, представляя приключение.

Это казалось ей таким романтичным, таким волнующим. И лучшей частью было то, что это была ее семья, ее кровь.

Ее текущий проект продвигался хорошо. Она называла это просто Большой Джек, и она думала, что ее прадедушка извлек бы из этого очень большую выгоду.

Она хотела вернуться к этому, окунуться с головой в мир жульничества Джека О'Хары и жизни в бегах. Между туром и предварительными турами у нее не было и часа, чтобы написать. И она должна была родить.

Но она не собиралась сразу на работу. Она не собиралась думать о работе по крайней мере сорок восемь блаженных часов. Она собиралась выбросить свои сумки, и она могла просто сжечь все, что в них было. Она собиралась запереться в своем собственном замечательном, тихом доме. Она собиралась наполнить ванну пеной, открыть бутылку шампанского.

Она отмокала и пила, затем она отмокала и пила еще немного. Если она была голодна, она готовила что-нибудь в автокефире. Ей было все равно, что это было, потому что это была бы ее еда, на ее кухне.

Затем она собиралась поспать десять часов.

Она не собиралась отвечать на звонок. Она связалась со своими родителями, братом, сестрой, бабушкой и дедушкой с воздуха и рассказала им всем, что на пару дней уйдет под воду. Ее друзья и деловые партнеры могли подождать день или два. С тех пор, как она закончила то, что больше месяца назад считалось отношениями, ее не ждал ни один мужчина.

Наверное, это было к лучшему.

Она села, когда машину занесло к обочине. Домой! Она поняла, что плыла по течению, как обычно, погруженная в свои мысли, и не осознавала, что была дома.

Она собрала свой блокнот, свою дорожную сумку. Катаясь на delight, она дала водителю больше чаевых, когда он тащил ее чемодан и ручную кладь к двери для нее. Она была так счастлива видеть, как он уходит, так взволнована тем, что он будет последним человеком, с которым ей придется разговаривать, пока она не решит снова всплыть, она чуть не поцеловала его в губы.

Вместо этого она сопротивлялась, отмахнулась от него, затем перетащила свои вещи в крошечное фойе того, что ее бабушка любила называть Городским кукольным домом Сэма.

"Я вернулся!" Она прислонилась к двери, глубоко вдохнула, затем исполнила танец, покачивая бедрами и перекатываясь через плечо по полу. "Мой, мой, мой. Это все мое. Детка, я вернулся!"

Она резко остановилась, все еще раскинув руки в танце восторга, и уставилась на свою гостиную. Столы и стулья были перевернуты, а ее прелестный маленький диванчик лежал на спинке, как черепаха на своем панцире. Ее экран был снят со стены и лежал разбитый посреди пола, вместе с ее коллекцией семейных фотографий и голограмм в рамках. Со стен были сняты картины и гравюры.

Сэм схватилась обеими руками за голову, запустила пальцы в короткие рыжие волосы и издала рев. "Ради бога,, Андреа! Присматривать за домом не означает, что вы на самом деле сидите за чертовым домом ".

Устроить вечеринку было одно, но это было ... просто за гранью. Она собиралась надрать кое-кому серьезную задницу.

Она вытащила из кармана куртки брелок и набрала имя. "Андреа Джейкобс. Бывший друг", - добавила она вполголоса, когда передача закончилась. Стиснув зубы, она развернулась на каблуках и направилась к выходу из комнаты, начала подниматься по лестнице, слушая записанное сообщение Андреа.

"Что, черт возьми, вы сделали?" - рявкнула она в "линк", - взорвали бомбу? Как ты могла это сделать, Андреа? Как ты мог уничтожить мои вещи и оставить этот беспорядок, чтобы я вернулась домой? Где ты, черт возьми, находишься? Вам лучше бежать, спасая свою жизнь, потому что, когда я возьмусь за руки ... Господи Иисусе, что это за запах! Я собираюсь убить тебя за это, Андреа ".

Зловоние было таким сильным, что она была вынуждена прикрыть рот рукой, когда открывала дверь спальни. "Здесь воняет, и, о Боже, о Боже, в моей спальне. Я никогда не прощу тебя. Клянусь Богом, Андреа, ты мертва. Огни!" - выпалила она.

И когда они вспыхнули, когда она моргнула, ее глаза прояснились, она увидела Андреа, распростертую на полу на куче испачканного постельного белья.

Она увидела, что была права. Андреа была мертва.

***

Она почти была за дверью. Еще пять минут, и она бы закончила смену и отправилась домой. Были шансы, что кто-то другой взялся бы за это дело. Кто-то другой проводил бы жаркую летнюю ночь, разбираясь со вздутием живота.

Она едва закрыла последнее дело, и это был ужас.

Но Андреа Джейкобс теперь принадлежала ей. К лучшему, к худшему.

Лейтенант Ева Даллас дышала через фильтрующую маску. На самом деле они не сработали и выглядели, по ее мнению, нелепо, но это помогло избавиться от наихудшего запаха, когда вы имели дело с очень зрелыми трупами.

Хотя температурный режим в комнате был установлен на приятных семидесяти трех градусах, тело, по сути, готовилось в течение пяти дней. Он раздулся от газов, выпустил свои отходы. Кто бы ни перерезал Андреа Джейкобс горло, он не просто убил ее. Он оставил ее гнить.

"Личность жертвы установлена. Джейкобс, Андреа. Двадцатидевятилетняя женщина смешанной расы. Горло было перерезано, как представляется, движением слева направо вниз. Судя по всему, убийца напал сзади. Ухудшение состояния тела затрудняет определение наличия других повреждений, полученных при обороне, путем визуального осмотра на месте происшествия. Жертва была одета в уличную одежду ".

Одежда для вечеринки, подумала Ева, отметив грязный блеск на подоле платья, каблуки-ледорубы простучали по комнате.

"Она пришла после свидания, возможно, троллила клубы. Могла бы привести кого-нибудь с собой, но это не похоже на это ".

Она обвела взглядом комнату, пока складывала картинки в голове. Она пожелала, на короткое время, Пибоди. Но она отправила своего бывшего помощника и совсем нового партнера домой пораньше. Не было никакого смысла тащить ее обратно и портить то, что, как знала Ева, было праздничным ужином с главной подружкой Пибоди.

"Она вернулась одна. Если бы она вернулась с кем-то, даже если бы он собирался убить ее, он бы сначала занялся сексом. Зачем тратить это впустую? И это не борьба. Это не ссора. Один чистый взмах. Никаких других ножевых ранений ".

Она оглянулась на тело и оживила Андреа Джейкобс в своем воображении. "Она возвращается со своего свидания, со своей ночной прогулки. Выпил немного. Начинается наверху. Она что-нибудь слышит? Наверное, нет. Может быть, она глупая и поднимается наверх, услышав, что здесь кто-то есть. Мы выясним, была ли она глупой, но я уверен, что он слышит ее. Слышит, как она входит."

Ева вышла в холл, постояла там мгновение, представляя это и игнорируя передвижения криминалистов, работающих в доме.

Она шла назад, представляя, как сбрасывает эти заоблачные каблуки. Ваши арки просто плакали бы от облегчения. Может быть, она подняла одну ногу, немного наклонилась, потерла ее.

И когда она выпрямилась, он был на ней.

Появился из-за двери, подумала Ева, или из шкафа на стене рядом с дверью. Подошел прямо к ней сзади, дернул ее голову назад за волосы, затем нанес удар.

Поджав губы, она изучала рисунок брызг крови.

Брызнуло из яремной вены, подумала она, на кровать. Она лицом к кровати, он сзади. Он не запутывается. Просто быстро нарезаете, слегка подталкивая ее вперед. Она все еще брызгает, когда падает.

Она посмотрела в сторону окон. Шторы были задернуты. Подойдя, она убрала их обратно, заметив, что экран конфиденциальности также был включен. Он бы так и сделал. Не хотел бы, чтобы кто-нибудь заметил свет или движение.

Она снова вышла, бросила маску в свой походный комплект.

Место преступления и уборщики уже ползали по всему месту в своих безопасных костюмах. Она кивнула в сторону униформы. "Скажите команде судмедэксперта, что она может быть упакована, помечена и перевезена. Где свидетель?"

"Уложил ее на кухне, лейтенант".

Она проверила свое наручное устройство. "Возьмите своего партнера, начните опрос соседей. Ты первым появляешься на месте преступления, верно?"

Он немного выпрямился. "Да, сэр".

Она немного подождала. "И?"

У нее была репутация. Ты не хотел облажаться с Даллас. Она была высокой, худощавой и сейчас одета в летние брюки, футболку и жакет. Он видел, как она наложила повязку перед тем, как пойти в спальню, и на большом пальце ее правой руки было пятно крови.

Он не был уверен, стоит ли ему упоминать об этом.

Ее волосы были каштановыми и коротко подстриженными. Ее глаза были того же цвета и все коп.

Он слышал, что она жевала ленивых копов на завтрак и выплевывала их на обед.

Он хотел пережить этот день.

"В шестнадцать сорок пришло сообщение о взломе и возможной смерти по этому адресу".

Ева оглянулась в сторону спальни. "Да, очень возможно".

"Мы с моим партнером отреагировали и прибыли на место происшествия в шестнадцать пятьдесят две. Свидетельница, идентифицированная как Саманта Гэннон, местная жительница, встретила нас у двери. Она была в крайнем отчаянии ".

"Прорвись через это. Лопкре", - добавила она, прочитав его бейдж с именем.

"У нее была истерика, лейтенант. Ее уже вырвало, прямо за входной дверью ".

"Да, я это заметил".

Он немного расслабился, так как она, казалось, не была склонна откусывать от него. "Бросил это снова, на то же место, сразу после того, как она открыла нам дверь. Вроде как замкнулась в себе там, в фойе, плача. Она продолжала говорить: "Андреа мертва, наверху". Мой партнер остался с ней, пока я поднимался наверх, чтобы проверить это. Не нужно было далеко уходить."

Он поморщился, кивнул в сторону спальни. "Запах. Заглянул в спальню, увидел тело. Ах, поскольку я мог убедиться в смерти по визуальному изображению из дверного проема, я не стал входить на место происшествия и рисковать загрязнить его. Я провел краткий обыск на втором этаже, чтобы убедиться, что больше никого, живого или мертвого, в помещении не было, затем позвонил туда. "

"А твой партнер?"

"Мой партнер все время оставался со свидетелем. Она - офицер Рики - умеет успокаивать жертв и свидетелей. Она значительно успокоила ее ".

"Хорошо. Я отправлю Рикки на свидание. Начинай опрос ".

Она начала спускаться по лестнице. Она заметила чемодан прямо за дверью, футляр для ноутбука, здоровенную сумочку, без которой некоторые женщины не могли и шагу ступить.

Гостиная выглядела так, как будто в нее попал сильный ветер, как и небольшая медиа-комната рядом с центральным коридором. На кухне все выглядело так, будто команда безумных поваров - избыточность в сознании Евы - усердно трудилась.

Униформа сидела в маленьком обеденном уголке в углу, через темно-синий стол от рыжеволосой Евы, на вид лет двадцати пяти. Она была такой бледной, что веснушки, рассыпавшиеся по ее носу и скулам, выделялись, как корица, разбавленная молоком. Ее глаза были ярко-голубыми, остекленевшими от шока и слез и с красной каймой.

Ее волосы были коротко подстрижены, даже короче, чем у Евы, и повторяли форму ее головы с небольшой челкой над бровью. Она носила огромные серебряные кольца в ушах и нью-йоркские черные брюки, рубашку, жакет.

Дорожная одежда, предположила Ева, думая о шкафах в фойе.

Полицейский - Рикки, вспомнила Ева - говорил низким, успокаивающим голосом. Теперь она замолчала, посмотрела на Еву. Взгляд, которым они обменялись, был кратким: полицейский полицейскому. "Позвони по тому номеру, который я тебе дал, Саманта".

"Я сделаю. Спасибо. Спасибо, что остаешься со мной ".

"Все в порядке". Рикки выскользнул из-за стола, подошел к тому месту, где Ева ждала прямо в дверном проеме. "Сэр. Она довольно шаткая, но она продержится немного дольше. Но она снова собирается сломаться, потому что она держится за свои ногти ".

"Какой номер ты ей дал?"

"Помощь жертве".

"Хорошо. Ты записал свой разговор с ней?"

"С ее разрешения, да, сэр".

"Смотрите, как это попадает на мой стол". Ева на мгновение заколебалась. Пибоди тоже умела успокаивать, но Пибоди здесь не было. "Я сказал твоему партнеру взять тебя и постучать в дверь. Найдите его, скажите ему, что я попросил вас пока оставаться на месте и взять другую форму для опроса. Если она сломается, было бы лучше, если бы рядом был кто-то, с кем она связана ".

"Да, сэр".

"Дай мне немного пространства с ней сейчас". Ева зашла на кухню, остановилась у стола ".Ms. Гэннон? Я лейтенант Даллас. Мне нужно задать тебе несколько вопросов ".

"Да, Бет, офицер Рикки, объяснил, что кто-то ... Простите, как вас зовут?"

"Даллас. Лейтенант Даллас." Ева села. "Я понимаю, что это трудно для тебя. Я хотел бы записать это, если вы не против? Почему бы тебе просто не рассказать мне, что произошло."

"Я не знаю, что произошло". Ее глаза заблестели, голос опасно охрип. Но она уставилась на свои руки, несколько раз вдохнула и выдохнула. Это была борьба за контроль, которую Ева оценила. "Я пришел домой. Я вернулся домой из аэропорта. Меня не было в городе. Меня не было две недели ".

"Где ты был?"

"Um. Бостон, Кливленд, Восточный Вашингтон, Лексингтон, Даллас, Денвер, Нью-Лос-Анджелес, Портленд, Сиэтл. Кажется, я забыл одну. Или два." Она слабо улыбнулась. "Я был в книжном туре. Я написал книгу. Они опубликовали это в электронном, аудио и бумажном виде. Мне действительно повезло ".

Ее губы задрожали, и она всхлипнула. "Дела идут очень хорошо, и они послали - издатель - они послали меня в тур для продвижения этого. Я мотался где-то пару недель. Я только что вернулся домой. Я только что приехал сюда ".

Ева могла видеть по тому, как взгляд Саманты метался по комнате, что она двигалась к очередному срыву. "Ты живешь здесь один? Мисс Гэннон?"

"Что? Один? Да, я живу сам по себе. Андреа не- не- О Боже... "

Ее дыхание стало прерывистым, и по тому, как побелели костяшки пальцев, когда она сжала руки вместе, Ева поняла, что на этот раз борьба была полномасштабной войной. "Я хочу помочь Андреа. Мне нужно, чтобы ты помогла мне понять, чтобы я мог начать помогать ей. Поэтому мне нужно, чтобы ты постарался продержаться, пока я не сделаю этого ".

"Я не слабая женщина". Она яростно потерла лицо тыльной стороной ладони. "Я не такой. Я хорош в кризис. Я не разваливаюсь на части вот так. Я просто не хочу ".

Держу пари, ты не помнишь, подумала Ева. "У каждого есть порог. Ты вернулся домой. Расскажи мне, что произошло. Была ли дверь заперта?"

"Да. Я взломал замки, сигнализацию. Я вошел, выбросил свои вещи. Я был так счастлив снова оказаться в своем собственном пространстве. Я был уставшим, таким счастливым. Я хотела бокал вина и ванну с пеной. Потом я увидел гостиную, я не мог в это поверить. Я был так зол. Просто в ярости и негодовании. Я достал из кармана свой линк и позвонил Андреа ".

"Потому что?"

"О, О, Андреа, она присматривала за домом. Я не хотел оставлять дом пустым на две недели, а она хотела покрасить свою квартиру, так что все получилось. Она могла бы остаться здесь, поливать мои растения, кормить рыб ... О Господи, моя рыбка!" Она начала выскальзывать, но Ева схватила ее за руку.

"Держись".

"Моя рыбка. У меня есть две золотые рыбки. Живая рыба в моем кабинете. Я даже не заглядывал туда ".

"Сидеть". Ева подняла палец, чтобы удержать Саманту на месте, затем встала, подошла к двери и подала знак одному из уборщиков. "Проверьте домашний офис, выясните мне статус пары золотых рыбок".

"А?"

"Просто сделай это". Она вернулась к столу. По щеке Саманты скатилась слеза, и нежная рыжеволосая кожа покрылась пятнами. Но она еще не сломалась. "Андреа жила здесь, пока тебя не было. Просто Андреа?"

"Да. У нее, вероятно, время от времени кто-то приходил. Она общительная. Она любит вечеринки. Это то, что я подумал, когда увидел жилую зону. Что она устроила какую-то безумную вечеринку и разгромила мой дом. Я орал на ее автоответчик по 'линку, когда начал подниматься наверх. Я говорил ужасные вещи ". Она уронила голову на руки.

"Ужасные вещи", - пробормотала она. "Потом был этот ужасный запах. Я был в еще большей ярости. Я ворвался в спальню, и ... она была там. Она была там, лежала на полу у кровати. Вся кровь, которая даже больше не выглядела как кровь, но, вы знаете, каким-то образом, вы знаете. Кажется, я закричала. Может быть, я потерял сознание. Я не знаю ".

Она снова подняла взгляд, и ее глаза были разбиты. "Я не помню. Я просто помню, как увидел ее, а потом снова сбежал вниз по лестнице. Я позвонил девять-один-один. И я был болен. Я выбежал на улицу и мне стало плохо. И тогда я был глуп ".

"Насколько ты был глуп?"

"Я вернулся в дом. Я знаю лучше. Я должен был остаться снаружи, дождаться полицию снаружи или пойти к соседям. Но я не мог ясно мыслить, и я вернулся и просто стоял в фойе, дрожа ".

"Ты не был глуп, ты был в шоке. Есть разница. Когда ты в последний раз разговаривал с Андреа?"

"Я не уверен. В начале тура. Из Восточного Вашингтона, я думаю. Просто быстрая проверка ". Она смахнула вторую слезу, как будто раздраженная тем, что обнаружила ее там. "Я был ужасно занят, и у меня не было много свободного времени. Я звонил один или два раза, оставлял сообщения. Просто чтобы напомнить ей, когда я направлялся домой ".

"Она когда-нибудь говорила тебе что-нибудь о своей обеспокоенности? О том, что кто-то доставлял ей неприятности, угрожал?"

"Нет. Ничего подобного."

"А как насчет тебя? Кто-нибудь угрожал?"

"Я? Нет. Нет". Она покачала головой.

"Кто знал, что тебя не было в городе?"

"Ах ... ну, все. Моя семья, мои друзья, мой агент, издатель, публицист, редактор, соседи. Это не было секретом, это точно. Я был в таком восторге от книги, от открывшейся возможности, что почти все рассказал всем, кто был готов слушать. Итак ... Это была кража со взломом, ты так не думаешь? Боже, прости, я не могу удержать твое имя в своей голове ".

"Даллас".

"Вам не кажется, что это была своего рода кража со взломом, лейтенант Даллас? Кто-то, кто услышал, что я ушла, и решил, что дом пуст, и . . . "

"Возможно. Нам нужно, чтобы вы проверили свои вещи, посмотрели, не пропало ли чего ". Но она обратила внимание на электронику, произведения искусства, которые забрал бы любой уважающий себя взломщик. И Андреа Джейкобс носила очень красивый браслет на запястье и значительные украшения. Настоящий или подделка, вряд ли это имело значение. Человек из B & E не оставил бы их позади.

"Были ли у вас в последнее время какие-либо звонки, письма, какие-либо контакты необычного характера?"

"Ну, с тех пор как книга была опубликована, я получил кое-какие сообщения. В основном через моего издателя. Люди, которые хотят встретиться со мной, или которые хотят, чтобы я помог им опубликовать их книгу, или хотят, чтобы я написал их историю. Некоторые из них довольно странные, я думаю. Впрочем, это не угроза. И есть некоторые, кто хочет рассказать мне свою теорию об алмазах ".

"Какие бриллианты?"

"Из книги. Моя книга о крупной краже алмазов в начале века. Здесь, в Нью-Йорке. Мои бабушка и дедушка были вовлечены. Они ничего не украли, - быстро сказала она. "Мой дедушка был страховым следователем, который взялся за это дело, и моя бабушка - это сложно. Но четверть алмазов так и не была найдена ".

"Неужели это так?"

"Довольно морозно, на самом деле. Некоторые из людей, которые связались со мной, просто играют в детективов. Это одна из причин успеха книги. Бриллианты на миллионы долларов - где они? Прошло более полувека, и, насколько всем известно, они так и не всплыли на поверхность ".

"Вы публикуетесь под своим собственным именем?"

"Да. Смотри на бриллианты, так познакомились мои бабушка и дедушка. Это часть истории семьи Гэннон. На самом деле, это сердце книги. Бриллианты - это удар, но история любви - это сердце ".

Сердце или не сердце, цинично подумала Ева, несколько миллионов в бриллиантах - это чертовски сильный удар. И чертовски хороший мотив.

"Ладно. Разрывали ли вы с Андреа какие-либо отношения в последнее время?"

"У Андреа не было отношений - как таковых. Ей просто нравились мужчины ". Ее белая кожа стала пылающе-красной. "Это звучало неправильно. Я имею в виду, она много встречалась. Она любила гулять, ей нравилось встречаться с мужчинами. У нее не было серьезных моногамных отношений."

"Кто-нибудь из мужчин, с которыми ей нравилось встречаться, хотел чего-нибудь более серьезного?"

"Она никогда не упоминала об этом. И она бы сделала. Она бы сказала мне, если бы какой-нибудь парень стал назойливым. Она обычно встречалась с мужчинами, которые хотели того же, чего хотела она. Хорошо провели время, без обязательств ".

"А как насчет тебя?"

"Я ни с кем не встречаюсь прямо сейчас. Между написанием и туром, жонглированием изо дня в день, у меня не было ни времени, ни желания. Я разорвал отношения около месяца назад, но не было никаких обид ".

"Его имя?"

"Но он никогда... Чад никогда не причинил бы никому вреда. Он немного засранец - ну, потенциально большой засранец, - но он не ... "

"Это просто рутина. Это помогает устранить. Чед?"

"О Господи. Чед Дикс. Он живет на Восточной Семьдесят первой."

"У него есть ваши коды и доступ в дом?"

"Нет. Я имею в виду, он любил, но я изменила их после того, как мы расстались. Я не глупый - и мой дедушка был полицейским, прежде чем стал частным. Он бы содрал с меня шкуру, если бы я не принял элементарных мер безопасности ".

"Он был бы прав, если бы. У кого еще были новые коды?"

Саманта провела руками по волосам, пока они не встали короткими огненными колючками. "Единственный, у кого они были, кроме меня, - это Андреа и моя служба уборки. Они связаны. Это горничная в Нью-Йорке. О, и мои родители. Они живут в Мэриленде. Я даю им все свои коды. На всякий случай."

Ее глаза расширились. "Камера слежения. У меня есть камера слежения на входной двери ".

"Да. Это было закрыто, и ваши диски пропали ".

"О". Ее цвет возвращался, что-то вроде розово-кремового цвета здоровой девушки. "Это звучит очень профессионально. Зачем им быть такими профессиональными, а потом громить дом?"

"Это хороший вопрос. Когда-нибудь мне нужно будет поговорить с тобой снова, но сейчас, есть ли кто-нибудь, кому ты хотел бы позвонить? "

"Я просто не думаю, что мог бы с кем-нибудь поговорить. Меня отговаривали. Мои родители были в отпуске. Они плывут по Средиземному морю". Она прикусила губу, как будто пережевывая мысль. "Я не хочу, чтобы они знали об этом. Они планировали эту поездку почти год и уехали всего неделю назад. Они бы сразу отправились обратно ".

"Решать тебе".

"Мой брат уехал с планеты по делам". Она постукивала пальцами по зубам, обдумывая это. "Его не будет по крайней мере еще несколько дней, а моя сестра в Европе. Она будет встречаться с моими родителями примерно через десять дней, так что я могу просто пока не впутывать их в это. Да, я могу не впутывать их в это. Мне нужно будет связаться с бабушкой и дедушкой, но это может подождать до завтра."

Ева больше думала о том, чтобы Саманта связалась с кем-нибудь, кто остался бы с ней, на кого можно было бы опереться. Но, похоже, первоначальная самооценка женщины была на высоте. Она не была слабой женщиной.

"Мне обязательно оставаться здесь?" Саманта спросила ее. "Как бы мне ни была ненавистна эта идея, я думаю, что хочу переночевать в отеле - на самом деле, на некоторое время. Я не хочу оставаться здесь одна. Я не хочу быть здесь сегодня вечером ".

"Я позабочусь о том, чтобы тебя отвезли туда, куда ты захочешь. Мне нужно будет знать, как с тобой связаться ".

"Хорошо". Она на мгновение закрыла глаза, глубоко вздохнула, когда Ева поднялась на ноги. "Лейтенант, она мертва, Андреа мертва, потому что она была здесь. Она мертва, не так ли, потому что она была здесь, пока меня не было ".

"Она мертва, потому что кто-то убил ее. Кто бы это ни сделал, единственный, кто несет ответственность за то, что произошло. Ты не такой. Она не такая. Это моя работа - найти того, кто несет ответственность ".

"Ты хорош в своей работе, не так ли?"

"Да. Я такой. Я собираюсь попросить офицера Рики отвезти тебя в отель. Если вспомните что-нибудь еще, вы можете связаться со мной через центральное полицейское управление. О, эти бриллианты, о которых ты писал. Когда они были украдены?"

"Две тысячи третий. Март 2003 года. На тот момент оценивался более чем в двадцать восемь миллионов. Около трех четвертей из них были найдены и возвращены ".

"Это оставляет много незакрепленных камней. Спасибо за ваше сотрудничество, мисс Гэннон. Я сожалею о твоем друге ".

Она вышла, прокручивая в голове различные теории. Один из уборщиков похлопал ее по плечу, когда она проходила мимо.

"Эй, лейтенант? Рыба? У них ничего не получилось ".

"Черт". Ева засунула руки в карманы и направилась к выходу.

18.

Она была ближе к дому, чем к центру, и было достаточно поздно, чтобы оправдать отказ от поездки в центр. Ее оборудование дома превосходило все, что могли предложить копы - за пределами хваленого подразделения электронных детективов.

Факт был в том, что у нее был доступ к оборудованию, превосходящему оборудование Пентагона, по всей вероятности. Один из ее брачных побочников, подумала она. Выходите замуж за одного из самых богатых и влиятельных людей в мире - за того, кто любил свои электронные игрушки, - и вы сможете играть с ними, когда захотите.

Более того, Рорк уговаривал ее позволить ему помочь ей пользоваться этим оборудованием. Поскольку Пибоди не было рядом, чтобы заняться какой-либо беспилотной работой, Ева планировала позволить ему, без особых споров.

Ей понравился алмазный угол, и она хотела раскопать некоторые данные по этому поводу. Кто может лучше помочь в сборе данных об ограблении, чем бывший вор? Темное прошлое Рорка могло бы стать несомненным плюсом в этом плане.

Брак, со всеми его пугающими карманами и странными углами, в целом оказался довольно хорошей сделкой.

Ему пошло бы на пользу сыграть ассистента-исследователя. Отвлеки его от откровений, которые всплыли из того темного прошлого, и молокосос ударил его. Когда взрослый мужчина обнаружил, что его мать была не той каменной стервой, которая все детство давала ему пощечины, а затем бросила его, а молодой женщиной, которая любила его, которая была убита, когда он был еще младенцем, - и его собственным отцом, - это повергло его в шок. Даже такой уравновешенный человек, как Рорк.

Так что, если бы он помог ей, это помогло бы ему.

Это немного компенсировало бы то, что ее планы на вечер были нарушены. У нее было что-то более личное и намного более энергичное на уме. Соммерсет, ее личное проклятие и мажордом Рорка, проводил десять дней в спа-центре для восстановления сил за пределами планеты - по настоянию Рорка. Его отпуск после перелома ноги не вернул все розы на его щеки. На этих впалых, одутловатых щеках даже были розы. Но он ушел, это был итог. Каждая минута была на счету. Они с Рорком были одни в доме, и, насколько она помнила, не было никаких упоминаний о светских или деловых встречах.

Она надеялась провести вечер, вышибая мозги своему мужу, а затем позволить ему отплатить ей тем же.

Тем не менее, совместная работа имела свои плюсы.

Она проехала через большие железные ворота, которые охраняли мир, построенный Рорком.

Это было потрясающе, с рулоном газона, такого же зеленого, как трава, которую она видела в Ирландии, с огромными деревьями с густой листвой и прекрасными цветущими кустарниками. Святилище элегантности и покоя в центре города, которое они оба приняли как свое собственное. Сам дом был наполовину крепостью, наполовину замком и каким-то образом стал для нее воплощением дома. Он поднимался и ширился, выступал и усеян шипами, его камни величественно выделялись на фоне темнеющего неба, а бесчисленные окна отражали заходящее солнце.

Когда она начала понимать его, отчаяние его детства и его целеустремленную решимость никогда не возвращаться, она поняла и даже оценила потребность Рорка создать такую роскошную домашнюю базу, такую уникальную для него.

Ей нужен был ее значок и домашняя база закона точно по тем же причинам.

Она оставила свою уродливую полицейскую машину перед величественным входом, взбежала по лестнице сквозь отвратительную летнюю жару в восхитительную прохладу фойе.

Ей уже не терпелось приступить к работе, привести в какой-то порядок свои полевые заметки, совершить первые пробежки, но она обратилась к домашнему сканеру.

"Где Рорк?"

Добро пожаловать домой, дорогая Ева.

Как обычно, записанный голос, использующий именно это ласковое обращение, вызвал у нее мурашки смущения, покалывающие позвоночник.

"Да, да. Ответь на вопрос ".

"Он прямо за тобой".

"Господи!" Она развернулась, сдерживая очередное ругательство, когда увидела Рорка, небрежно прислонившегося к арке, ведущей в гостиную. "Почему бы вам просто не вытащить бластер и не выстрелить?"

"Это было не то приветствие дома, которое я планировал. У тебя кровь на штанах ".

Она посмотрела вниз. "Это не мое". Рассеянно потирая его, она изучала его.

Не только от его приветствия у нее участилось сердцебиение. Это могло случиться, действительно случилось, просто взглянув на него. Дело было не в лице. Или не только лицо, с его ослепительными голубыми глазами, с этим невероятным ртом, изогнутым сейчас в легкой улыбке, или чудо плоскостей и углов, которые объединились в потрясающий образец мужской красоты, обрамленный гривой шелковистых черных волос. Дело было не только в том, что он был высокого, поджарого телосложения, она знала, что под деловой элегантностью темного костюма, который он носил, были крепкие мышцы.

Это было все, что она знала о нем, все, что ей еще предстояло открыть, что объединило и пронесло любовь через нее подобно шторму.

Это было бессмысленно и невозможно. И самая правдивая и неподдельная вещь, которую она знала.

"Как ты планировал встретить меня дома?"

Он протянул руку, переплетя свои пальцы с ее, когда она пересекла мраморный пол, чтобы пожать ее. Затем он наклонился, наклонился ниже, наблюдая за ней, когда он провел губами по ее губам, все еще наблюдая за ней, когда он углубил поцелуй.

"Что-то вроде этого", - пробормотал он, и в его голосе прозвучала ирландская нотка. "Для начала".

"Хорошее начало. Что дальше?"

Он рассмеялся. "Я думал, бокал вина в гостиной".

"Совсем одни, ты и я, пили вино в гостиной".

Ликование в ее голосе заставило его приподнять бровь. "Да, я уверен, Соммерсет наслаждается своим отпуском. Как мило с твоей стороны спросить."

"Бла-бла-бла". Она прошла в гостиную, опустилась на один из антикварных диванов и намеренно поставила свои ботинки на бесценный кофейный столик. "Видишь, что я делаю? Думаешь, он просто почувствовал острую боль в заднице?"

"Это очень по-детски, лейтенант".

"К чему ты клонишь?"

Ему пришлось рассмеяться и налить вина из бутылки, которую он уже открыл. "Ну что ж". Он дал ей стакан, сел и тоже положил ноги на стол. "Как прошел твой день?"

"Э-э-э, ты первый".

"Вы хотите услышать о моих различных встречах и ходе реализации планов по приобретению Eton Group, восстановлению жилого комплекса во Франкфурте и реструктуризации подразделения nanotech в Чикаго?"

"Ладно, хватит о тебе". Она подняла руку, чтобы освободить место, когда Галахад, их огромный кот, с глухим стуком приземлился на подушку рядом с ней.

"Я так и думал". Рорк играл с волосами Евы, пока она гладила кота. "Как поживает наш новый детектив?"

"С ней все в порядке. Она все еще загружена бумажной работой. Проясняла старые дела, чтобы она могла начать новые. Я хотел дать ей несколько дней поработать портье, прежде чем она вытащит свой новенький блестящий значок детектива на улицу ".

Он взглянул вниз на пятно крови на штанах Евы. "Но вы поймали дело".

"Ммм". Она отпила вина, позволяя ему сгладить углы дня. "Я исполнял соло на сцене".

"Возникли небольшие проблемы с привыканием к тому, что у вас есть партнер, а не помощник, лейтенант?"

"Нет. Может быть. Я не знаю ". Она раздраженно пожала плечами. "Я не мог просто отпустить ее, не так ли?"

Он провел пальцем по неглубокой вмятине на ее подбородке. "Ты не хотел отпускать ее".

"Почему я должен? Мы хорошо работаем вместе. У нас появился ритм. Я мог бы с таким же успехом оставить ее рядом. Она хороший полицейский. В любом случае, я не пометил ее за это, потому что у нее был запланирован весь этот важный вечер, и она уже ушла. На этой работе у тебя было достаточно планов, которые проваливались, и без того, чтобы я втягивал ее и портил ее большое празднование ".

Он поцеловал ее в щеку. "Очень мило с твоей стороны".

"Этого не было". Ее плечи хотели сгорбиться. "Это было легче, чем слушать ее скулеж и нытье по поводу потери бронирований и траты какого-нибудь маскарадного костюма или чего-то в этом роде. Я все равно введу ее в курс дела завтра ".

"Почему бы тебе не ввести меня в курс дела сегодня вечером?"

"Планировал это". Она скользнула взглядом в его сторону, ухмыльнулась. "Я думаю, вы могли бы быть полезны".

"И мы знаем, что я люблю быть полезным". Его пальцы скользнули вверх по ее бедру.

Она поставила свой бокал, затем подняла тоннаж Галахада, который растянулся на ее коленях. "Тогда пойдем со мной, приятель. Ты мне пригодился ".

"Это звучит ... интересно".

Он начал с ней, затем склонил голову набок, когда она остановилась на полпути вверх по лестнице. "Проблема?"

"У меня была эта мысль. Ты знаешь, как Соммерсет снес этот удар головой со ступенек?"

"Я вряд ли мог забыть".

"Да, хорошо, мне жаль, что он сломал свою булавку и так далее, даже помимо того факта, что это задержало его отъезд из дома на несколько дней".

"Ты слишком чувствительна, дорогая Ева. Тебе не может быть хорошо брать на себя бремя мира таким образом ".

"Ha ha. Так что это похоже на невезение. Я имею в виду лестницу. Нам нужно это исправить, или один из нас может стать следующим ".

"Как ты предлагаешь -"

Было невозможно закончить вопрос, и трудно вспомнить, что это был за вопрос, когда ее губы были горячими на его губах, а руки уже были заняты тем, что теребили его ремень.

Он почти почувствовал, как его глаза закатились в черепе и вылезли из затылка.

"По-моему, удачи не хватает", - сумел выдавить он и развернул ее так, что она ударилась спиной о стену, и он смог сорвать с нее куртку.

"Если мы не упадем и не убьем себя, значит, мы сняли проклятие. Это действительно хороший костюм, верно?"

"У меня есть другие".

Она засмеялась, потянула его за куртку, укусила за горло. Он нажал на фиксатор оружейного ремня, дернул за ремни, так что они с оружием покатились по ступенькам.

Последовали наручники и карманные запонки, галстук из шелка-сырца, единственный ботинок. Он прижал ее к стене, не совсем обнаженную, когда она кончила. Ее ногти впились в его спину, затем скользнули вниз, чтобы она могла сжать его задницу. "Я думаю, это работает".

С задыхающимся смехом он потянул ее вниз к ступенькам. Они столкнулись и покатились. Упал, поднялся. В целях самозащиты она выбросила руку и схватилась за одну из перекладин перил, обхватив его ногами, как тисками, чтобы они оба не свалились кучей на дно.

Он терзал ее груди, в то время как ее изгибающиеся бедра доводили его до исступления. Когда она вздрогнула, когда с трудом произнесла его имя, он зажал руку между ними и снова наблюдал, как она вздымается.

Несмотря на все, чего он хотел всю свою жизнь, он никогда ничего не хотел так, как хотел ее. Чем больше она была у него, тем больше он жаждал в бесконечном круговороте любви, вожделения и тоски. Он мог жить с тем, что было раньше, и с тем, что будет после, пока была Ева.

"Не отпускай". Он обхватил ее бедра, приподнял их. "Не отпускай". И вонзился в нее.

Был момент слепого, взрывного удовольствия, и ее пальцы задрожали на дереве. Сила его потребности в ней и ее в нем, столкнувшись воедино, чуть не остановила ее сердце. Ошеломленная, она открыла глаза, посмотрела в его. Она могла видеть, как он теряет себя, как теперь связан с ней, как будто их сковала сталь.

Итак, она обвилась вокруг него и не отпускала.

***

Они растянулись вместе на лестнице, как двое выживших после землетрясения. Она не была полностью уверена, что земля не дрожит до сих пор.

На ней был один ботинок, а ее брюки были вывернуты наизнанку и застревали на одной ноге у лодыжки. Она не сомневалась, что это выглядело нелепо, но не могла набраться сил, чтобы заботиться.

"Я почти уверена, что теперь это безопасно", - прокомментировала она.

"Я надеюсь на Христа, поскольку я не представляю, что мне придется делать это на этой лестнице во второй раз прямо сейчас".

"Это у меня в спине наступление".

"Так и есть. Прости." Он скатился с нее, сел, откинул назад волосы. "Это было... Я не совсем уверен. Незабываемый. Я бы сказал, незабываемый ".

Она не забудет это в ближайшее время. "Большая часть наших вещей на дне, или почти".

Он посмотрел вниз, как и она. На мгновение, пока они размышляли, не было слышно ни звука, кроме их прерывистого дыхания. "Вот, видите, именно здесь бывает полезно, когда кто-то приходит за вами".

"Если бы определенный человек, который останется безымянным в течение следующих замечательных трех недель, был здесь, чтобы забрать после нас, вы бы не расшатались на ступеньках".

"Точка зрения принята. Полагаю, тогда я пойду собирать вещи. Ты все еще носишь ботинок", - указал он.

Она на мгновение задумалась, затем решила, что снять ботинок будет проще, чем распутывать брюки. Как только она это сделала, она взяла все, что было разумно в пределах досягаемости.

Затем она сидела там, где была, подперев подбородок кулаком, и смотрела, как он убирает беспорядок, который они устроили. Мне никогда не было трудно смотреть на него обнаженным. "Я должен выбросить это барахло, накинуть что-нибудь".

"Почему бы нам не поесть, пока ты рассказываешь мне, чем еще я могу быть полезен?"

"Договорились".

***

Поскольку они ели в ее домашнем офисе для ее удобства, она позволила ему выбрать меню. Она даже сама приготовила автохеф для салата с лобстерами, на который он был без ума. Она решила, что секс выжег алкоголь из ее организма, и позволила себе второй бокал вина, пока они ели. "Хорошо, женщина, которая владеет резиденцией - частным городским домом на Верхнем Востоке - уехала из города на две недели. Подруга присматривала за домом. Хозяйка приходит домой сегодня днем, ближе к вечеру, и видит, что ее гостиная разгромлена. Она утверждает, что двери были заперты, установлена охранная сигнализация. Она поднимается наверх. Там стоит сильный запах, который выводит ее из себя не меньше, чем беспорядок внизу. Она заходит в свою спальню и обнаруживает, что ее няня мертва. Мертв в течение пяти дней, согласно моей информации на сайте. Перерезали горло. Никаких других видимых повреждений. Судя по всему, нападение было совершено сзади. Камера слежения на входе была отключена, диски изъяты. Нет никаких признаков взлома. На жертве было много побрякушек. Возможно - даже вероятно - они поддельные, но ее наручный браслет был хорошей марки ".

"Сексуальное насилие?"

"Мой предварительный осмотр на месте показывает "нет". Я подожду и посмотрю, что скажет судмедэксперт по этому поводу. Она все еще была одета в клубную одежду. Когда хозяйка немного успокоится, мы попросим ее проверить, не пропало ли что-нибудь. Я увидел то, что казалось антиквариатом, оригинальными произведениями искусства, высококлассной электроникой. Мой первоначальный обыск на месте преступления обнаружил кое-какие драгоценности в ящике стола. Это выглядело неплохо, но я не судья. Возможно, это были стандартные B и E, которые пошли не так, но ...

"И здесь вы являетесь судьей".

"Это не выглядело так. Мне так не кажется. Это выглядит и ощущается так, как будто кто-то вламывается в дом в поисках чего-то или кого-то конкретного. Казалось, что эта женщина вернулась домой до того, как он закончил ".

"Все вокруг не вовремя".

"Абсолютно. Было известно, что владельца не было в городе. Может быть, он не ожидал, что там кто-то будет. Она вошла в спальню, он зашел ей за спину, перерезал ей горло от уха до уха и либо продолжил свои поиски, либо ушел."

"Нет, не обычный мужчина из категории "Б" и "Е". Они хотят быстро входить и выходить, без беспорядка, без суеты. Никакого оружия. Вы получаете дополнительную нагрузку на свое время, если на вас повесят ярлык "ношение ".

"Ты бы знал".

Он просто улыбнулся. "Поскольку меня никогда не отмечали и не загружали, я нахожу этот сухой сарказм неуместным. Он не грабил в традиционном смысле этого слова, - продолжил Рорк, - так что целью не было традиционное ограбление со взломом".

"Моя мысль. Итак, мы запускаем Gannon и Jacobs - владельца, жертву - и смотрим, всплывет ли что-нибудь, что заставит кого-то желать им смерти ".

"Бывшие супруги, любовники?"

"По словам свидетеля, Джейкобс любил играть. Никакого конкретного товарища по играм. У Гэннона была недавняя бывшая. Утверждает, что они расстались полюбовно, без обид, около месяца назад. Но люди могут быть действительно глупы в такого рода вещах, таить обиду или поджигать ".

"Ты бы знал".

Она на мгновение растерялась, а затем представила, как Рорк выбивает дурь из одной из ее коллег и бывшей однодневки. "Вебстер не был бывшим. Вы должны быть обнажены с кем-то более двух часов, чтобы он мог считаться бывшим. Это закон ".

"Я остаюсь исправленным".

"Ты можешь перестать выглядеть самодовольным в любое время. Я проверю бывшего. Чед Дикс. Верхний Ист-Эдди". Это была не пицца, размышляла она, но салат из лобстера был неплох. Она собрала больше, когда пролистала свои мысленные файлы. "Жертва была туристическим агентом, работала в "Work or Play Travel", Мидтаун. Знаешь их?"

"Нет. Не используй их ".

"Некоторые люди путешествуют по причинам, отличным от работы или развлечений. Контрабанда, например."

Он поднял свой бокал, посмотрел на свое вино. "С некоторых точек зрения, контрабанда может подпадать под категорию работы или развлечения".

"Станет скучно повторять: "вы должны знать". Мы проверим туристическое агентство, но я не думаю, что Джейкобс был целью. Это был дом Гэннона, вещи Гэннона. Ее не было в городе, известно, что ее не было в городе ".

"Работать или развлекаться?"

"Работай. Она была в каком-то турне по заказу книги. Это книга, которая меня интересует ".

"Неужели? Теперь ты завладел моим вниманием ".

"Смотри, я читаю". Она зачерпнула еще омаров. "Всякая всячина".

"Материалы дела не в счет". Он сделал жест вилкой. "Но продолжай. Что вас заинтересовало в этой книге?"

"Слишком считай", - парировала она. "Это какая-то семейная история, но главная зацепка - ограбление алмаза в начале двадцать первого года здесь, в Нью-Йорке. Это-"

"Работа на Сорок седьмой улице. Горячие камни.Я знаю эту книгу ".

"Ты это читал?"

"На самом деле. Собственность была выставлена на аукцион в прошлом году. Starline приобрела."

"Старлайн? Публиковался? Это твое".

"Это так. Я уловил суть от редактора отдела приобретения в одном из ежемесячных отчетов. Это заинтересовало меня. Каждый - ну, каждый, у кого есть определенные интересы, - знает о работе на Сорок седьмой улице."

"У тебя были бы эти определенные интересы".

"Я бы хотел, да. С биржи исчезает бриллиантов на сумму около тридцати миллионов. Примерно три четверти из них были собраны обратно. Но тогда остается много сверкающих камней. Гэннон. Сильвия . . . Сьюзен. . . нет, Саманта Гэннон. Конечно."

Да, Рорк был парнем, который пригодился. "Ладно, значит, ты знаешь то, что знаешь. Ее дедушка восстановил или помог восстановить камни, которые они получили обратно."

"Да. И ее прадедушка со стороны матери был одним из команды, которая их украла ".

"Это так?" Она откинулась назад, обдумывая. "Мы не дошли до этого конца".

"Это есть в книге. Она не скрывает связь. На самом деле, связи, входы и выходы - это сильные точки продажи ".

"Покажи мне основные моменты".

"Было известно о четырех членах команды по ограблению. Один был внутренним человеком, который управлял переключением. Остальные выдавали себя за клиентов или членов следственной группы после того, как было обнаружено, что бриллианты пропали. У каждого была запланирована встреча с одним из дизайнеров или оптовиков наверху. Каждый подобрал новинку, подброшенную своим человеком изнутри. Керамическая собачка, тряпичная кукла и так далее ".

"Отойди назад. Кукла?"

"Прячься на виду", - объяснил он. "Безобидно. На каждом блайнде была четверть доли тейка. Они вошли и вышли средь бела дня. Легенда гласит - и Саманта Гэннон увековечивает это в своей книге, - что двое из них обедали примерно в квартале отсюда, имея при себе свою порцию ".

"Они просто вышли".

"Блестящий в своей простоте, на самом деле. Там была торговая секция, на уровне улицы. Почти базар. И в те дни - время от времени и сейчас - некоторые ювелиры ходят из магазина в магазин, из магазина в магазин, неся целое состояние в драгоценных камнях, уложенных в бумажные стаканчики, которые они называют бриф-кейсами. При достаточном количестве баллов, данных и некоторой внутренней помощи выйти с блестками при дневном свете проще, чем вы могли бы подумать. Намного проще, чем работать в нерабочее время. Хочешь кофе?"

"Ты понимаешь это?"

"Я сделаю". Он встал, чтобы пойти на кухню. "Им бы это никогда не сошло с рук", - выкрикнул он. "Для камней такого рода ведутся тщательные записи. Потребовалось бы много терпения и силы воли, чтобы дождаться, пока пройдет достаточно времени, чтобы обратить их, а также тщательное исследование и сильное чувство характера, чтобы выбрать правильный источник для этой ликвидации. Человеческая природа есть человеческая природа, они должны были быть пресечены ".

"Они ушли с куском".

"Не совсем". Он вернулся с кофейником и двумя чашками. "Почти сразу же все пошло не так, начиная с бесчестья среди воров - как это неизменно бывает. Один из них, известный под именем Крю, решил, зачем брать четверть, когда можно взять все. Он был другого сорта, чем О'Хара - это прадедушка - и другие, и им следовало бы знать лучше, чем вступать с ним в игру. Он заманил внутреннего человека - вероятно, обещая более выгодную сделку. Он всадил ему две пули в мозг. Тогда они использовали пули с пугающей регулярностью. Он забрал долю своего мертвого партнера, и таким образом получил половину."

"И пошел за остальными".

"Он сделал. Новости распространились, и они начали издеваться, прежде чем он добрался до них. И вот как они закончили тем, что втянули в это дочь О'Хары. Это было запутанно, как вы увидите, когда сами прочтете книгу. Еще один из них был убит. И команда, и страховой коп напали на след. Коп и дочь вора полюбили друг друга, достаточно счастливо, и она помогла ему вернуть половину того, к чему имел доступ О'Хара. Хотя они также арестовали команду, с некоторой драмой и героизмом, он был убит в тюрьме менее чем через три года после начала своего срока. Они нашли его первоначальную долю, спрятанную в депозитной ячейке здесь, в городе, отслеженную по ключу, который был у него при себе во время ареста, Но он так и не раскрыл, где была другая часть алмазов."

"Более пятидесяти лет назад. Их могло бы уже давно не быть. Прямо обратно в какую-нибудь шкатулку для украшений в виде колец, браслетов, чего угодно ".

"Конечно. Но гораздо забавнее представить, как они прячутся внутри какого-нибудь керамического кота, пылящегося на полке в комиссионном магазине, не так ли?"

Веселье не запомнилось ей, но мотив запомнился. "Она рассказывает о семейных связях в своей книге "Пропавшие бриллианты ". Сексуальные штучки. Кто-нибудь решит, что они у нее должны быть, или знает, где они ".

"В книге, конечно, есть оговорка. Но да, некоторые обязательно зададутся вопросом, есть ли они у нее или у кого-то в ее семье. Если бы они все еще были там и не были установлены, сегодня они стоили бы намного больше, чем в начале века. Одна только легенда повышает ценность ".

"Сколько?"

"По самым скромным подсчетам, пятнадцать миллионов".

"В пятнадцати миллионах нет ничего консервативного. Такое количество могло подтолкнуть многих людей отправиться на поиски сокровищ. Что, если рассматривать под этим углом, сужает поле поиска до, сколько, пары миллионов человек? "

"Я бы подумал, что больше, поскольку она была в медиа-туре. Даже те, кто не покупал и не читал книгу, могли услышать основную историю в одном из ее интервью ".

"Ну, что за жизнь без испытаний? Ты когда-нибудь искал их? Бриллианты с Сорок седьмой улицы?"

"Нет. Но всегда было забавно размышлять о них с друзьями за кружкой пива в пабе. Я вспоминаю, что в моей юности была некоторая гордость за то, что Джек О'Хара, тот, кто сбежал, был ирландцем. Некоторым нравилось воображать, что он в конце концов стащил все остальное и прожил свои дни с лихвой на вырученных деньгах ".

"Ты так не думаешь".

"Я не знаю. Если бы ему это удалось, Крю набросился бы на него быстро, как собака набрасывается на блоху, которая кусает ее в спину. Это команда, у которой был этот лед, и она забрала локацию с собой к черту. Возможно, назло, но больше - я думаю, больше потому, что это сделало их его. Сохранил их для себя."

"Одержимый, он был?"

"Он нарисован таким образом в книге, и, исходя из того, что я почерпнул, Саманта Гэннон поставила перед собой задачу быть максимально правдивой и точной в рассказе".

"Хорошо, давайте взглянем на наших персонажей". Она подошла к компьютеру на своем столе. "Я не получу заключения судмедэксперта или судебно-медицинской экспертизы раньше завтрашнего дня. Но Гэннон заявила, что место было заперто и охрана была включена, когда она вернулась. Я внимательно посмотрел, и вход не был принудительным. Он либо приходил с Джейкобсом, либо заходил сам. Я склоняюсь к последнему, что потребует некоторого опыта в области безопасности или знания кодов ".

"Бывший?"

"Гэннон утверждает, что она сменила коды после разрыва. Это не значит, что он не справился с изменениями. Пока я смотрю на него, вы могли бы раздобыть мне все, что сможете, об алмазах и вовлеченных в это людях.

"Гораздо интереснее". Он налил себе кофе, взял его с собой в соседний кабинет.

Она установила стандартный прогон по Чаду Диксу и погрузилась в размышления, потягивая кофе, пока ее компьютер объединял данные. Холодно, расточительно, бессмысленно. Вот как убийство Андреа Джейкобс поразило ее. Это не было убийством в панике. Рана была слишком чистой, сам метод слишком продуманным, чтобы паниковать. Подойти сзади было бы так же легко, так же эффективно, вырубить ее без сознания. Ее смерть ничего не добавила.

Она отвергла любую реальную возможность профессионального убийства. Состояние дома относило это к низкому процентилю. Неудачная кража со взломом была достаточно приличным прикрытием для целенаправленного убийства, но ни один профессионал не стал бы так сильно портить дело, оставляя так много портативных ценностей.

Дикс, Чед, ее компьютер начал. Проживает в доме номер пять по Восточной Семьдесят первой улице, 41, Нью-Йорк, штат Нью-Йорк. 28 марта 2027 года. Родители Митчелл Дикс, Грейсия Лонг Дикс Ангер. Развелся. Один из братьев и сестер, брат Уитон. Один сводный брат, сестра Мэйли Ангер Брукс.

Она просмотрела его образование, обратила внимание на его трудовую книжку. Финансовый планировщик для Тарбо, Часси и Дикс. Тогда он был денежным парнем. Ей казалось, что парням, которые вертели чужими деньгами, действительно нравилось иметь свои собственные.

Она изучала его фотографию в удостоверении личности. Квадратная челюсть, высокие брови, чисто выбритый. Невероятно красивый, предположила она, с хорошо подстриженными каштановыми волосами и тяжелыми карими глазами.

"Компьютер, есть ли у субъекта какое-либо криминальное прошлое? Включите любой арест со снятыми или приостановленными обвинениями ".

Работал ... В нетрезвом виде и безобразничал, штраф выплачен, 12 ноября 2049 года. Хранение нелегалов, уплаченный штраф, 3 апреля 2050 года. Уничтожение общественной собственности, пьянство в общественном месте, возмещение ущерба произведено, штраф уплачен, 4 июля 2050 года. Пьяный и хулиганил, штраф выплачен, 15 июня 2053 года.

"Здесь сработала небольшая схема, не так ли, Чед? Компьютер, записи об алкогольной и / или химической реабилитации?"

Работал... По программе добровольной реабилитации в клинике Стокли, Чикаго, Иллинойс. Четырехнедельная программа с 13 июля по 10 августа 2050 года завершена. Программа добровольной реабилитации, клиника Стокли, Чикаго, Иллинойс. Двухнедельная программа с 16 по 30 июня 2053 года завершена.

"Все еще чист и трезв, Чед?" - удивилась она. Несмотря на это, в его послужном списке не было пристрастия к насилию.

Она брала у него интервью на следующий день, копала глубже, если это было оправдано. На данный момент, она подняла данные о жертве.

Андреа Джейкобс было двадцать девять. Родился в Бруклине, единственный ребенок, родители все еще живы, все еще женаты друг на друге. Сейчас они жили во Флориде, и она разрушила их жизни несколькими часами ранее, когда сообщила им, что их единственный ребенок мертв.

На идентификационной фотографии Андреа была изображена привлекательная блондинка с широкой, ослепительной улыбкой. У него не было судимости. Она работала на одного и того же работодателя восемь лет, столько же времени жила в одной квартире.

Переехала из Бруклина, подумала Ева. Нашел себе работу и собственное жилье. Девушка из Нью-Йорка, от начала до конца. Поскольку у нее было разрешение ближайших родственников на доступ к финансовым данным жертвы, она ввела код и вывела данные.

Она жила близко, отметила Ева, но не ближе, чем могла бы жить любая молодая одинокая женщина, которой нравились модные туфли и ночи в клубе. Арендная плата была выплачена. Счет Сакса был просрочен, как и место под названием "Клоны". Быстрая проверка показала, что ее "Клоны" были дизайнерской подделкой в центре города.

Когда данные все еще были готовы, она переключилась на свои заметки и начала упорядочивать их в отчете. Это помогло ей подумать о том, чтобы взять факты, наблюдения и утверждения и связать их вместе в единое целое.

Она оглянулась, когда Рорк подошел к двери.

"Там довольно много информации об алмазах, включая подробные описания, фотографии. Гораздо больше о каждом из мужчин, предположительно ответственных за кражу. Он все еще компилируется. Я одновременно отправляю это в ваше подразделение ".

"Спасибо. Тебе нужно было проконтролировать пробег?"

"Не совсем, нет".

"Хочешь прокатиться?"

"С тобой, лейтенант? Всегда."

19.

Она вернулась на сцену. Было темно, подумала она. Не так поздно, как было в ночь убийства, но достаточно близко. Она расшифровала полицейскую печать.

"Сколько времени потребуется, чтобы отключить сигнализацию, раскодировать замки? Средний?"

"Но, дорогая, я не средний в таких вопросах".

Она закатила глаза. "Это хорошая система? Вам нужен был бы опыт, чтобы пройти через это, или просто правильные инструменты?"

"Во-первых, это хороший район. Безопасный и высококлассный. Существует значительное пешеходное и уличное движение. Вы бы не хотели напортачить, чтобы кто-нибудь поинтересовался, что этот парень делает вон там? Даже посреди ночи. Кстати, в какое время произошло убийство?"

"Время смерти оценивается исходя из состояния тела. Но между двенадцатью и часом ночи."

"Тогда не так уж и поздно, особенно если мы считаем, что он уже был внутри. На самом деле, это был лучший момент вечера. Итак, вы хотели бы войти, не тратя слишком много времени. На моем месте - а такого не было уже много лет - я бы изучил систему до начала мероприятия. Либо я хорошо ознакомился с этим из первых рук, либо провел свое исследование и нашел, какой тип был установлен, и изучил его у поставщика или онлайн. Я бы знал, что я должен был сделать, прежде чем попал сюда ".

Разумно, подумала она, в воровском смысле. "А если бы ты сделал все это?"

Он издал низкий, задумчивый звук и изучил замки. "При любом навыке вы бы сняли замки за четыре минуты. Три, если бы у тебя были хорошие руки ".

"Три-четыре минуты", - повторила она.

"Более длительный промежуток времени, чем вы думаете, когда вы стоите там, где вам не следует быть, занимаясь тем, что вам делать не положено".

"Да, я понимаю это".

"Если вы любитель, это заняло бы значительно больше времени. Сигнализация, ну, вы видите, наша резидентка любезно разместила здесь эту маленькую предупреждающую табличку, сообщающую тем, у кого есть интерес, что она защищена первой группой тревоги ".

Ева с отвращением выдохнула. "Эй, мистер взломщик, позвольте мне помочь вам с этим взломом. Ее дедушка был полицейским, затем стал частным лицом", - добавила Ева. "Разве он не сказал бы ей, как глупо рекламировать свою систему безопасности?"

"Вероятно. Так что это могло быть прикрытием. Ради аргументации, мы предположим, или предположим, что наш убийца предполагал, что она предоставляет честные данные. Их самый продаваемый жилой пакет подключен к самому замку. Вам нужно было бы вынуть его, пока вы были у замка, а для этого нужны уверенные пальцы. Тогда вам нужно было бы сбросить его на панели, которая, вероятно, у нее есть сразу за дверью. Так что это может занять у вашего мужчины еще минуту, даже две, при условии, что он знает, что делает. Он добился бы большего успеха, если бы сам купил систему, а затем практиковался на ней. Ты привел меня сюда, чтобы я мог попробовать это?"

"Я хотела увидеть-" Она замолчала, когда мужчина окликнул их с тротуара.

"Что ты там делаешь?"

Ему было за тридцать, и он выглядел как завсегдатай оздоровительного клуба. Крепкие мышцы над худощавым телосложением. Позади него, через улицу, в свете, льющемся из открытой входной двери, стояла женщина. У нее в руке был карманный брелок.

"Проблема?" Спросила Ева.

"Это то, о чем я вас спрашиваю". Мужчина расправил плечи, покачался на носках ног. Боевая стойка. "Там никого нет дома. Если вы друг человека, который там живет, вы должны это знать ".

"Ты ее друг?"

"Я живу через дорогу". Он показал большим пальцем. "Мы здесь заботимся друг о друге".

"Рада это слышать". Ева достала свой значок. "Ты знаешь, что здесь произошло?"

"Да. Подожди секунду." Он поднял руку, повернулся и крикнул женщине в дверях: "Все в порядке, милая. Они копы. Я вроде как думал, что вы были, - сказал он, когда повернулся к ним. "Но я хотел убедиться. Пара копов уже приходила и разговаривала с нами. Прости, что набросился на тебя. Мы все сейчас немного нервничаем ".

"Нет проблем. Ты был здесь в прошлый четверг вечером?"

"Мы были дома. Мы были прямо там, через улицу, в то время как ... - Он пристально посмотрел на дом Гэннонов. "Господи, об этом тяжело думать. Мы тоже знали Андреа. Мы были на вечеринках у Сэм, и она и моя жена пару раз устраивали девичник с друзьями. Мы были прямо через улицу, когда это случилось ".

"Вы знали, что Андреа Джейкобс останавливалась здесь, пока мисс Гэннон не было в городе?"

"Моя жена зашла сюда вечером накануне отъезда Сэм в свой книжный тур - просто попрощаться, пожелать ей удачи, спросить, не хочет ли она, чтобы мы покормили рыбок или что-нибудь еще. Сэм сказал ей, что Андреа будет рядом, чтобы обо всем позаботиться."

"Вы видели или говорили с ней, с Андреа Джейкобс, в то время, когда Саманты Гэннон не было в городе?"

"Не думаю, что я видел ее больше одного раза. Быстрый взмах через улицу, что-то вроде этого. Я выхожу из дома почти в половине седьмого утра. Сходи в спортзал перед офисом. Жена уходит к восьми. Андреа работала в другое время, так что я не ожидал часто ее видеть. Никогда ни о чем не думал, когда я этого не делал ".

"Но ты заметил нас у двери сегодня вечером. Это из-за того, что случилось, или ты обычно держишь ухо востро?"

"Я держу ухо востро. Не как орел, - сказал он с полуулыбкой. "Просто постарайтесь оставаться осознанным, вы знаете. И вы, ребята, вроде как слонялись там, понимаешь?"

"Да". Как мог бы кто-то, кто пытался открыть замки и обойти сигнализацию. "Вы заметили кого-нибудь, кто не принадлежит? Вы видели кого-нибудь у двери или просто околачивающегося поблизости в последние пару недель?"

"Копы спрашивали меня то же самое раньше. Я много думал об этом. Я просто не хотел. Моя жена тоже, потому что мы говорили об этом с тех пор, как узнали, что произошло. Мы ни о чем другом не говорили ".

Он глубоко вздохнул. "А в прошлый четверг мы с женой легли спать около десяти. Смотрел какой-то экран в постели. Я запер дверь прямо перед тем, как мы отправились наверх. Я бы выглянул наружу. Я всегда смотрю по сторонам, просто привычка. Но я ничего не видел. Кто-нибудь. То, что произошло, ужасно. Вы не должны знать людей, с которыми это происходит ", - сказал он, глядя на дом. "Предполагается, что кто-то другой их знает".

Она знала их, думала Ева, возвращаясь к Рорку. Она знала бесчисленное множество мертвых.

"Посмотри, сколько времени это займет", - сказала она Рорку и указала на дверь.

"Тогда все в порядке". Он достал из кармана маленький кожаный футляр, выбрал инструмент. "Примите во внимание, что я не исследовал и не практиковался в этой конкретной системе". Он присел.

"Да, да. Вы получаете препятствие. Я просто хочу реконструировать возможный сценарий. Я не думаю, что кто-то, занимающийся строительством этого дома, прошел бы мимо спортзала Джо через улицу. Нет, если они проводили какое-то время по соседству ".

"Пока вы с ним разговаривали, полдюжины человек подошли к дверям или окнам и наблюдали".

"Да, я сделал это".

"Тем не менее, если бы вы снимали, вы могли бы пройти мимо, сделать фотографии". Он выпрямился, открыл дверь. "И вы могли бы инвестировать в удаленный клон, если бы могли себе это позволить". Пока он говорил, он открыл панель безопасности внутри двери, подключил к ней карманное мини-устройство и вручную ввел команду. "Оденься по-другому, прогуляйся еще раз. Тебе просто понадобилось бы немного терпения. Вот, это сделано ".

"Ты сказал три или четыре минуты. Тогда было меньше двух."

"Я сказал, кто-то с некоторым навыком. Я не сказал "я". Это достойная система, но Roarke Industries делает лучше ".

"Я дам тебе затычку, когда буду говорить с ней в следующий раз. Он первым поднялся наверх."

"Неужели он?"

"Он поднялся первым, потому что, если бы он не ожидал, что кто-то войдет, он бы оставил свет включенным после того, как нажал на приватные экраны. Она бы заметила это, когда вошла. Она бы заметила свет и беспорядок в гостиной. Но она этого не сделала. Предполагая, что у нее были работающие мозги, если бы она наткнулась на это, она бы снова выбежала и вызвала полицию. Но она пошла наверх."

Она снова открыла входную дверь, позволила ей захлопнуться. "Он услышал ее. Она проверяет замки, сигнализацию. Может быть, она проверяет "ссылку здесь для сообщений ". Ева прошла через гостиную, обходя беспорядок, не обращая внимания на химический запах, оставленный уборщиками. "Она была в клубе, возможно, немного выпила. Она не проводит много времени здесь, внизу. На ней были убийственные туфли, но она не снимала их, пока не оказалась в спальне. Не понимаю, почему она так долго разгуливала в них, когда рядом никого не было, чтобы полюбоваться ее ногами. Она начинает подниматься наверх."

Она поднялась по ступенькам. "Держу пари, ей нравится дом. Она жила в квартире почти десять лет. Бьюсь об заклад, ей нравится иметь столько места. Она поворачивает в спальню, скидывает туфли "трахни меня".

"Незначительный момент, но откуда вы знаете, что она не сняла туфли внизу, не поднялась босиком, неся их в руках?"

"Хм? О, их положение - и ее. Если бы они были у нее в руке, когда ее порезали, они упали бы ближе к ее телу. Если бы она несла их наверх, она бы повернулась к шкафу или, по крайней мере, бросила их поближе к нему. Мне кажется. Видишь, где я стою?"

Он увидел, где она стояла, точно так же, как он увидел пятна крови на кровати, полу, лампе, стене. Зловоние всего этого было едва скрыто под химикатами. И он задавался вопросом, как, во имя всего Святого, кто-то мог вернуться и снова спать в этой комнате. Живи с кошмаром этой комнаты.

Затем он посмотрел на свою жену, увидел, что она ждет. Увидел, что глаза ее полицейского были холодными и невыразительными. Она жила с кошмарами, наяву и во сне.

"Да, я понимаю".

"Дверцы шкафа были открыты. Я ставлю на шкаф. Он начинал не здесь. Я думаю, он начал в кабинете дальше по коридору. Я думаю, это была его первая остановка, и он не очень далеко продвинулся ".

"Почему?"

"Если бы он разгромил эту комнату, она бы увидела беспорядок, как только открыла дверь. Никаких защитных ран, никаких признаков того, что она пыталась убежать или бороться. Во-вторых, в офисе есть рабочее место, и оно по-прежнему аккуратное, как булавка. Я полагаю, это было его отправной точкой, и он планировал быть осторожным, соблюдать порядок. Джейкобс приходит, разрушая этот план для него ".

"А план Б - это убийство".

"Да. Он ни в коем случае не пропустил ее рабочее место, но он ничего не испортил. Он просмотрел все остальное и не беспокоился о том, чтобы быть аккуратным, но он уже обыскал рабочее место. Зачем снова с этим связываться?"

Рорк посмотрел на ужас крови и жидкостей, окрашивающих пол и стены. "И перерезать женщине горло более эффективно по времени".

"Это могло бы повлиять. Я думаю, он услышал, как она вошла, и вместо того, чтобы дождаться, пока она уснет, и убраться ко всем чертям, вместо того, чтобы вырубить ее до потери сознания, он проскользнул прямо сюда, скользнул обратно в шкаф и наблюдал, как она входит и скидывает свои модные туфли. Убери это барахло с дороги, ладно? Мы это уже проходили, сцена записана. Стой в шкафу ".

"Христос". Он отодвинул груды одежды и подушек в сторону, отступил в открытый шкаф.

"Видишь угол? Должно быть, это был ракурс от того, как она приземлилась. Она стоит вот так, отвернувшись. Он подошел сзади, дернул ее голову назад за волосы - у нее были длинные волосы, и угол раны - должен был быть. Нарежьте сверху вниз, слева направо. Сделай это. Просто подделай волосы ".

Он добрался до нее в два шага, дернул ее за короткие волосы, изобразил удар ножом.

Однажды она представила, как дрочит. Шок, который испытала система, сигнал тревоги, вопящий в мозгу, даже когда тело умерло. И посмотрела вниз на пол, вернула положение тела в свой разум.

"Должно было быть. Должно было быть именно так. Он не мог колебаться ни секунды. Даже второе предупреждение, она бы повернулась, немного изменила угол. Все должно было быть быстро и гладко. Видишь, она ударилась о край кровати, когда падала. Брызги указывают. Ударился о край кровати, отскочил, перекатился, приземлился. Затем он вернулся к работе. Ему пришлось сделать большую часть этого после того, как он убил ее. Он, должно быть, провел еще час, может быть, два, в доме с ней, что-то из этого прямо в этой комнате с ней, пока она истекала кровью. У него надежные руки. И у него холодная кровь ".

"У тебя есть часы на Саманту Гэннон?"

"Да. И это останется на ней, пока я не уложу его. Давай выбираться отсюда".

Он подождал, пока они снова не вышли на улицу, на жаркий летний воздух. Пока она не закрыла дверь. Затем он провел ладонями по ее рукам, привлек ее к себе и легко поцеловал.

"Для чего это было?" - спросила она.

"Нам это было нужно".

"Наверное, ты прав". Она взяла его за руку, спустилась по ступенькам. "Мы сделали".

***

Средства массовой информации уже уловили запах. Офисная связь Евы в Центральном полицейском управлении была забита просьбами, мольбами, требованием информации. Она бросила их всех, с некоторым удовольствием, отправив их в отдел по связям со СМИ. Они могли сколько угодно принюхиваться к крови, но они не получали ничего от нее, пока она не была готова.

Она ожидала, что Надин Ферст нанесет личный визит намного раньше. Она разберется с этим, когда придет время. Факт был в том, что, вероятно, у нее был способ использовать популярного репортера 75 канала в прямом эфире.

Она запрограммировала кофе и решила, что никогда не рано придраться ко мне или лаборатории.

Она спорила со судмедэкспертом, назначенным для ее дела, испытывая отвращение к информации, что главный судебно-медицинский эксперт Моррис был в отпуске, когда она услышала крики и свист, доносящиеся из загона для скота за пределами ее офиса.

"Меня не волнует, что это летний кризис в твоей работе", - отрезала Ева. "Отправка тел не случайно является моим маленьким хобби. Мне нужны результаты, а не оправдания ".

Она прервала передачу, решив, что ее первый за день пинок под зад привел ее в идеальное настроение, чтобы поиздеваться в лаборатории. Затем нахмурилась, услышав щелкающий звук, приближающийся к ее офису.

"Доброе утро, Даллас",

Отважная Пибоди, недавно получившая звание детектива, больше не носила свою униформу с начищенными до блеска пятнами. И Ева обнаружила, что это было чертовски жаль. Ее крепкое тело, которое подчеркивало гораздо больше изгибов в ее синем цвете, было облачено в брюки лавандового цвета в обтяжку, облегающий фиолетовый топ и летящий жакет в тонкую полоску обоих цветов. Вместо ее неуклюжих и совершенно респектабельных полицейских туфель на ней были остроносые фиолетовые туфли на коротких узких каблуках.

Что объясняло щелчок.

"Что, черт возьми, на тебе надето?"

"Одежда. Это моя одежда. Я пробую разные образы, чтобы определиться со своим особым стилем работы. Я тоже подумываю о новой прическе ".

"Зачем тебе новые волосы?" Она привыкла к темной шапке волос Пибоди, черт возьми. "Почему людям всегда нужно делать новые прически? Если вам не нравились старые волосы, почему у вас были старые волосы? Тогда вам не понравится новая прическа, и вам придется сделать новую прическу. Это сводит меня с ума ".

"Так много значит".

"И что это, черт возьми, такое?" Она ткнула пальцем в туфли.

"Разве они не великолепны?" Она подвернула лодыжку, чтобы показать их. "К тому же, на удивление удобно".

"Это женские туфли".

"Даллас, я не знаю, как тебе это сказать, но я девушка".

"Мой партнер не девушка. У меня не было девушек-партнерш. У меня были копы. Мой напарник - коп, а это не обувь копа. Ты нажмешь ".

"Спасибо, лейтенант". Пибоди улыбнулась сама себе. "Я действительно думаю, что все это хорошо работает вместе".

"Нет, Иисус Христос в спандексе. Ты щелкаешь, когда идешь ".

"Их просто нужно взломать". Она начала дуться, затем увидела папку с делом, фотографии с места преступления, на столе Евы. "Что ты делаешь? Ты работаешь над нераскрытым делом?"

"Это горячо. Я подхватил это вчера, прямо перед концом смены ".

"Ты раскрыл дело и не пометил меня?"

"Не ной. Я не позвал тебя, потому что у тебя была важная ночь. Помнишь, как ты повторял это, как будто это было название видео? Я знаю, как работать со сценой, Пибоди. Не было причин портить твои планы ".

"Несмотря на твое мнение о моих ботинках, я полицейский. Я ожидаю, что мои планы рухнут ".

"На этот раз их не было. Черт, я хотел, чтобы это было у тебя. Если ты собираешься сделать из мухи слона здесь, ты просто выведешь меня из себя ".

Пибоди поджала губы. Сменила позу, потому что туфли были не такими удобными, как она утверждала. Затем она улыбнулась. "Я не такой. Я ценю это. Это было важно для меня, и Макнаб пошел на большие неприятности. Так что спасибо. Мы отлично провели время. Я выпил немного больше, чем следовало, поэтому сегодня утром я немного не в себе. Но глоток настоящего кофе должен этому помочь ".

Она с надеждой посмотрела на авточеф Евы, где был настоящий, в отличие от осадка, замаскированного под кофе в загоне для быков.

"Продолжайте. Тогда садись. Я введу тебя в курс дела".

***

"Пропали бриллианты. Это похоже на охоту за сокровищами", - решила Пибоди. "Как попка. Это могло бы быть весело ".

Ничего не говоря, Ева передала ей один из снимков тела Андреа Джейкобс на месте преступления. Пибоди зашипела сквозь зубы. "Ладно, не так уж и много. Никаких признаков взлома? Сексуальное насилие?"

"Ничего не видно с места происшествия".

"Она могла бы привести кого-нибудь с собой домой. Плохой выбор. Люди их делают ".

"Мы это проверим. Я проверил ее дебетовую карту. Ее последняя транзакция, которая выглядит как погашение счета за вечер, была в клубе Six-Oh. Шестидесятая и вторая, в одиннадцать сорок пять в четверг вечером. Предполагаемое время смерти было между полуночью и часом."

"Значит, из клуба она отправилась бы прямиком в резиденцию Гэннонов. Если у нее была компания, она находила ее там ".

"Мы в поле", - сказала Ева, собирая файл. "Мы поговорили с бывшей Гэннон, работодателем Джейкобса и коллегами, зашли в клуб и заскочили в морг, чтобы приставать к людям".

"Мне всегда нравится эта часть. Я смогу показать свой новый значок ", - добавила она, когда они выходили. Она распахнула куртку, чтобы показать значок детектива, прикрепленный к ее поясу.

"Очень мило".

"Мой новый любимый аксессуар".

***

Сильные мира сего в Tarbo, Chassie и Dix, очевидно, придерживались теории о том, что демонстрация излишеств привлекает клиентов, чьи финансы нуждаются в планировании. Офисы в мидтауне занимали четыре этажа с главным информационным центром размером с внешнее поле "Янкиз". Восемь молодых мужчин и женщин, которых, безусловно, наняли не только за их дерзкую внешность, но и за их навыки общения, обслуживали отдел сигнализации на острове, который мог бы вместить небольшой пригород. Каждый носил персональный коммуникатор и управлял изящными миниданными и центрами связи.

Каждый, очевидно, практиковал превосходную гигиену зубов, если бы их ослепительные, идентичные улыбки были хоть сколько-нибудь заметны.

Вокруг них были небольшие стойки с более бойкими, зубастыми мужчинами и женщинами в щегольских костюмах, три зоны ожидания с удобными на вид креслами, оборудованные экранами, чтобы скоротать время за журналами или короткими видеороликами, и небольшой, со вкусом посаженный сад с собственным крошечным голубым бассейном.

Бодрая, повторяющаяся музыка танцевала в воздухе на умеренной громкости.

Ева решила, что меньше чем через неделю окажется в обитой войлоком комнате для умственно отсталых, если будет работать в подобных условиях.

Она прошла к главному прилавку по пружинистому серебристому ковру. "Чед Дикс".

"Мистер Дикс был на сорок втором." Сияющая брюнетка постучала по своему экрану. "Я буду счастлив, если один из его помощников будет сопровождать вас. Могу ли я узнать ваше имя и время вашей встречи?"

Ева положила свой значок на глянцевый красный прилавок. "Лейтенант Даллас, полиция Нью-Йорка. И я бы сказал, что моя встреча назначена сейчас. Мы сами можем подняться до сорока двух, спасибо, но, возможно, ты захочешь сказать мистеру Диксу, что мы уже в пути."

"Но у вас должно быть разрешение на лифт".

Ева взяла свой значок, повертела им туда-сюда. "Тогда тебе лучше позаботиться об этом". Она положила значок в карман и зашагала к ряду лифтов вместе с Пибоди.

"Могу я в следующий раз быть сучьим копом?" - Прошептала Пибоди, пока они ждали, когда откроются двери. "Мне действительно нужно практиковаться".

"Мне кажется, если тебе нужно практиковаться, это не настоящее призвание, но ты можешь попробовать". Она вошла в лифт. "Сорок два", - потребовала она. И откинулся на боковую стенку, когда машина подхватила их. "Возьмите помощника, которого они собираются бросить у нас на пути".

"Хот-дог". Пибоди потерла руки друг о друга. Затем развернул ее плечи, обвил ее шею.

"Определенно не настоящее призвание", - пробормотала Ева, но позволила Пибоди вести, когда двери открылись на сорок втором.

Этот этаж был не менее роскошным, чем другой, хотя цветовая гамма была электрической, голубой и серебристой, а не красной. Зоны ожидания были больше, с добавлением настенных экранов, настроенных на различные финансовые программы. Эта информационная станция была размером и формой с небольшой бассейн для купания, но не было необходимости беспокоиться об этом, поскольку ассистентка поспешно проскользнула через двойные стеклянные двери, которые беззвучно открылись при ее приближении.

Эта была блондинкой с солнечными волосами, уложенными в массу завитых штопором локонов, которые рассыпались и кружились вокруг ее головы, как нимб. У нее были розовые губы и щеки и тело впечатляющих изгибов, плотно затянутое в узкую юбку и жакет цвета сахарной ваты.

Не желая упускать свой шанс, Пибоди шагнула вперед, распахнула куртку. "Детектив Пибоди, полиция Нью-Йорка. Мой напарник, лейтенант Даллас. Нам нужно поговорить с Чедом Диксом относительно расследования ".

"Мистер Дикс встречается с клиентом, но я был бы рад просмотреть его расписание и выделить для вас немного времени позже сегодня. Если бы вы могли дать мне некоторое представление о природе вашего бизнеса и о том, сколько времени вам потребуется."

"Природа нашего бизнеса - убийство, и время, которое нам потребуется, будет полностью зависеть от мистера Дикса". Пибоди опустила голову, свела брови в суровом взгляде, который ей нравилось разыгрывать перед зеркалом в ванной. "Если он почувствует, что не может встретиться с нами здесь и сейчас, мы будем рады отвезти его в центр города и провести нашу встречу там. Ты можешь пойти с ним", - добавила Пибоди.

"Я... Если вы дадите мне всего минуту".

Когда она убежала, Пибоди толкнула Еву локтем. ""Наше дело - убийство". Я подумал, что это было хорошо ".

"Это не было отстойно". Она кивнула, когда блондинка вернулась, суетясь. "Давайте проверим результаты".

"Если вы пойдете со мной, мистер Дикс примет вас сейчас".

"Я думал, что он так и сделает". Пибоди начал неторопливо ходить за ней.

"Не тыкай их носом в это", - пробормотала Ева. "Это безвкусно".

"Проверь".

Они прошли через веерообразный коридор в широкий конец и еще одну двойную дверь. Они были непрозрачными и открывались, когда ассистент постукивал.

"Детектив Пибоди и лейтенант Даллас, мистер Дикс".

"Спасибо тебе, Джуна".

Он находился за U-образным рабочим местом с необходимой оконной стеной за спиной. В его офисе была роскошная зона отдыха с несколькими широкими стульями и стеллажом с множеством старинных игр и игрушек.

На нем был каменно-серый костюм в приглушенную меловую полоску и плетеная серебряная цепочка под воротником его белоснежной рубашки.

"Офицеры". Его выражение лица стало серьезным, он указал на стулья. "Я предполагаю, что это как-то связано с трагедией у Саманты Гэннон. Я услышал об этом прошлой ночью в репортаже СМИ. Я не смог дозвониться до Саманты. Ты можешь сказать мне, все ли с ней в порядке?"

"Столько, сколько можно ожидать", - ответила Ева. "Вы также знали Андреа Джейкобс?"

"Да". Он покачал головой и сел за свой стол. "Я не могу поверить, что это произошло. Я познакомился с ней через Саманту. Мы довольно много общались, пока мы с Самантой встречались. Она была... Возможно, это звучит банально, но она была одной из тех людей, которые просто полны жизни. Сообщения расплывчаты, даже этим утром. Произошла кража со взломом?"

"Мы находимся в процессе проверки этого. Вы с мисс Гэннон больше не встречаетесь?"

"Нет, не в романтическом плане".

"Почему это?"

"Это не сработало".

"Для кого?"

"Любой из нас. Сэм красивая, интересная женщина, но нам больше не нравилось быть вместе. Мы решили порвать с этим ".

"У тебя были коды к ее месту жительства".

"Я... " Он пропустил удар, тихо прочистил горло. "Да. Я сделал. Как у нее был мой. Я предполагаю, что она изменила их после того, как мы расстались - как я изменил свои ".

"Можете ли вы сказать нам, где вы были в ту ночь, о которой идет речь?"

"Да, конечно. Я был здесь, в офисе, сразу после семи. У меня была встреча за ужином с клиентом в бистро, недалеко от Пятьдесят первой. Juna может предоставить вам информацию о клиенте, если вам это нужно. Я вышел из ресторана около половины одиннадцатого и пошел домой. Я около часа разбирался с кое-какой бумажной работой, просматривал сообщения СМИ, как я делаю каждый вечер, прежде чем лечь спать. Должно быть, это было около полуночи. Потом я пошел спать ".

"Кто-нибудь может это подтвердить?"

"Нет, во всяком случае, не после того, как я покинул ресторан. Я взял такси домой, но я не мог сказать тебе номер такси. У меня не было бы никаких причин вламываться в дом Сэма и что-либо красть, или, ради Бога, убивать Андреа."

"У вас были некоторые проблемы со злоупотреблением психоактивными веществами на протяжении многих лет, мистер Дикс".

Мускул дернулся на его челюсти. "Я чист, и был таким в течение ряда лет. Я проходил реабилитационные программы и продолжаю регулярно посещать собрания. Если необходимо, я соглашусь на проверку, но мне понадобится юридическое представительство ".

"Мы дадим вам знать. Когда вы в последний раз общались с Андреа Джейкобс?"

"Пару месяцев, шесть недель назад, по крайней мере. Мне кажется, этим летом мы все ходили в джаз-клуб в центре города. Сэм и я, Андреа и тот, с кем она встречалась в то время, пара других людей. Это было за несколько недель до того, как мы с Сэмом прекратили отношения ".

"Видели ли вы с мисс Джейкобс когда-нибудь друг друга по отдельности?"

"Нет". В его тоне появилась резкость. "Я не изменял Сэм, и уж точно не с одной из ее подруг. И Андреа, как бы ей ни нравились мужчины, не стала бы переманивать. Это оскорбительно на всех уровнях ".

"Я оскорбляю многих людей, на всех уровнях, в своей работе. Убийство не способствует хорошим манерам. Спасибо за ваше сотрудничество, мистер Дикс". Ева поднялась. "Мы будем на связи, если будет что-то еще".

Она направилась к двери, затем обернулась. "Кстати, вы читали книгу мисс Гэннон?"

"Конечно. Она дала мне предварительный экземпляр несколько недель назад. И я купил один в день его выпуска ".

"Есть какие-нибудь теории по поводу алмазов?"

"Увлекательная штука, не так ли? Я думаю, бывшая жена Крю сбежала с ними и где-то устроила себе по-настоящему приятную жизнь ".

"Могло бы быть. Еще раз спасибо ".

Ева подождала, пока они не спустились на уровень улицы. "Впечатления, детектив?"

"Мне просто нравится, когда ты меня так называешь. Он резкий, он вкрадчивый, и он не был на собрании. Он попросил своего помощника сказать так, чтобы он сбил нас с толку, если это возможно ".

"Да. Людям просто не нравится разговаривать с копами. Почему это? Он был готов", - добавила она, когда они вышли и направились через вестибюль. "У него была запланирована ночь, о которой идет речь, даже не пришлось напоминать ему о дате. Шесть дней назад, и ему даже не нужно думать об этом. Выбалтывал это, как ученик, читающий школьный отчет ".

"Время убийства с ним все еще не ясно".

"Неа, наверное, поэтому он хотел ненадолго от нас отстать. Давай следующим ударим по туристическому агентству ".

***

Ева предположила, что при большинстве обстоятельств работа или развлечения были бы веселым местом. Стены были увешаны экранами, на которых невероятно красивые люди резвились в экзотических местах, что, вероятно, убедило потенциальных путешественников, что они выглядели бы так же невероятно красиво, резвясь полуголыми на каком-нибудь тропическом пляже.

За рабочими станциями вместо кубов было полдюжины агентов, и каждая станция была украшена личными памятными вещами: фотографиями, маленькими куклами или забавными пресс-папье, плакатами.

Все агенты были женщинами, и в офисе пахло девушками. Что-то вроде секса в леденцовой глазури, по мнению Евы. Все они были одеты в модную повседневную одежду - или она предполагала, что это модно, - даже женщина, которая выглядела достаточно беременной, чтобы носить в утробе трех здоровых малышей.

От одного взгляда на нее Еву бросало в дрожь.

Еще хуже были шесть пар опухших, заплаканных глаз, время от времени прерывающиеся всхлипывания.

Комната пульсировала эстрогеном и эмоциями.

"Это самая ужасная вещь. Самый ужасный." Беременная женщина каким-то образом поднялась со стула. Ее вьющиеся каштановые волосы были зачесаны назад, а лицо было широким, как луна, и цвета молочного шоколада. Она положила руку на плечо одной из других женщин, когда та начала плакать.

"Возможно, будет проще, если мы вернемся в мой офис. На самом деле это станция Андреа. Я занимался этим сегодня утром. Я Сесили Ньюберри. Я, ну, босс ".

Она провела меня в крошечный, аккуратный соседний кабинет и закрыла дверь. "Девочки - Ну, у нас полный бардак. Мы просто в беспорядке. Я, честно говоря, не поверил Наре, когда она позвонила мне этим утром, плача и лепеча об Андреа. Затем я включил новостной канал и получил репортаж. Мне жаль." Она положила руку на поясницу и опустилась в кресло. "Я должен сесть. Такое ощущение, что у моего мочевого пузыря припаркован maxibus ".

"Когда у вас роды, мисс Ньюберри?" Спросила Пибоди.

"Еще десять дней". Она похлопала себя по животу. "Это мой второй. Я не знаю, о чем я думала, выбирая время для рождения ребенка, чтобы выносить его в летнюю жару. Я пришел сегодня - я намеревался взять отпуск на следующие несколько недель. Но я пришел, потому что ... я не знал, что еще я мог сделать. Следует сделать. Андреа работала здесь почти с тех пор, как я открыл это место. Она управляла этим со мной и собиралась взять это на себя, пока я была в декрете ".

"Она не появлялась на работе несколько дней. Ты не был обеспокоен?"

"Она сейчас брала отпуск. На самом деле она должна была вернуться сегодня, когда я планировал начать свою. О Боже." Она потерла лицо. "Обычно она пользовалась нашими льготами и куда-нибудь уезжала, но она решила присмотреть за домом для своей подруги и покрасить свою квартиру, сделать кое-какие покупки, по ее словам, посетить несколько спа-салонов по всему городу. Я ожидал услышать от нее вчера или позавчера, просто чтобы она связалась со мной, прежде чем мы поменяемся местами. Но я действительно ничего не думал об этом, когда я этого не сделал. Я вообще не думал, чтобы быть откровенным. Между этим ребенком, моей маленькой девочкой дома, бизнесом, матерью моего мужа, решившей, что сейчас самое подходящее время приехать погостить у нас, я была отвлечена ".

"Когда ты в последний раз разговаривал с ней?"

"Пару недель. Я ... мне очень нравилась Андреа, и с ней было замечательно работать. Но у нас были очень разные стили жизни. Она была одинока и любила гулять. Я невероятно замужем и воспитываю трехлетнего ребенка, рожаю еще одного ребенка и веду бизнес. Итак, мы не часто виделись вне работы или разговаривали, если только это не было связано с работой ".

"Кто-нибудь приходил, спрашивал о ней или конкретно о ней?"

"У нее есть постоянная клиентская база. Большинство моих девочек так и делают. Клиенты, которые запрашивают их специально, когда планируют поездку ".

"У нее был бы список клиентов".

"Абсолютно. Вероятно, есть какие-то юридические вещи, которые я должен сделать, прежде чем соглашусь отдать это вам, но я не собираюсь тратить свое или ваше время. У меня есть пароли всех моих сотрудников. Я отдам это тебе. Ты можешь скопировать все, что, по твоему мнению, может помочь, с ее рабочего места ".

"Я ценю ваше сотрудничество".

"Она была восхитительной женщиной. Она заставила меня смеяться, и она хорошо поработала для меня. Я никогда не знал, чтобы она причинила кому-нибудь боль. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе найти того, кто сделал это с ней. Она была одной из моих девушек, ты знаешь. Она была одной из моих ".

Потребовался час, чтобы скопировать файлы, просмотреть и задокументировать содержимое рабочей станции и опросить других сотрудников.

Каждый из коллег Андреа ходил с ней в клубы, бары, на вечеринки, с кавалерами, без кавалеров. Было много слез, но мало чему новому можно было научиться.

Ева едва могла дождаться, когда уберется подальше от запаха горя и помады.

"Начните выполнять стандартный пробег по именам в ее клиентской базе. Я собираюсь встретиться с Самантой Гэннон и словесно отшлепать этого засранца ".

"Моррис?"

"Нет, Моррис прекрасно загорает на каком-то тропическом пляже. Мы поймали Дулука. Она медленнее, чем одноногая улитка. Я собираюсь с ней размяться, а потом, если будет время, дроп-кик Придурок ", - добавила она, имея в виду главного лаборанта.

"Мальчик, это должно завершить утро. Тогда, может быть, мы сможем пообедать ".

"Мы занимаемся уборкой перед моргом и лабораторией. Разве ты не завтракал пару часов назад?"

"Да, но если я начну придираться к тебе по поводу обеда сейчас, ты сдашься раньше, чем я упаду в обморок от голода".

"Детективы едят реже, чем помощники".

"Я никогда не слышал этого. Ты просто говоришь это, чтобы напугать меня ". Она побежала в своих все более неудобных туфлях за Евой. "Верно?"

20.

"Горничная в Нью-Йорке" была урезанной магазинной операцией, которая вкладывала все свое внимание и изыски в услуги. Это было объяснено Еве с некоторой резкостью менеджером по персоналу, который правил в офисе, еще меньшем и более скупом, чем у Евы в Central.

"Мы сводим накладные расходы к минимуму", - сообщила Еве мисс Тески из the sensible bun and shoes. "Наши клиенты не интересуются нашими офисами - и в любом случае редко сюда приходят, - но беспокоятся о своих собственных офисах и домах".

"Я могу понять почему", - заметила Ева, и ноздри Тески затрепетали. Было вроде как интересно наблюдать.

"Наши сотрудники - это продукт, и все они проходят строгие и всесторонние собеседования, тестирование, отбор, обучение и должны соответствовать самым высоким стандартам в отношении внешнего вида, поведения и навыков. Наши клиенты также проходят проверку, чтобы обеспечить безопасность наших сотрудников ".

"Я просто уверен, что так оно и есть".

"Мы предоставляем услуги по ведению домашнего хозяйства в жилых помещениях и на предприятиях, в группах, парах или индивидуально. Мы используем людей и дроидов. Мы обслуживаем весь большой Нью-Йорк и Нью-Джерси и, по запросу, организуем поездки горничных с клиентом, который нуждается в одобренных услугах за городом, за пределами страны и даже за пределами планеты ".

"Правильно". Она задавалась вопросом, сколько горничных были также лицензированными компаньонками, но на самом деле это не имело значения. "Меня интересует сотрудник или сотрудники, которые обслуживали дом Саманты Гэннон".

"Я понимаю. У вас есть ордер? Я считаю файлы нашего персонала и клиентов конфиденциальными ".

"Держу пари, что так и есть. Я мог бы получить ордер. Немного времени, немного проблем, но я мог бы получить ордер. Но из-за того, что ты заставил меня потратить столько времени и хлопот, когда я расследую убийство - действительно мерзкое, грязное убийство, между прочим, для приведения в порядок которого потребуется целая толпа твоих могущественных служанок, - я буду удивляться, почему ты меня задержал. Я собираюсь спросить себя, эй, интересно, что мисс Вспыльчивая -"

"Тес-кай" .

"Верно. Что ей приходится скрывать. У меня подозрительный склад ума, вот почему я должен быть лейтенантом. Итак, когда я получу этот ордер, и я начну задаваться этими вопросами, я собираюсь копать, и я собираюсь продолжать копать, чтобы мой подозрительный мизинец размазался по вашим милым аккуратным файлам. Нам просто нужно предупредить INS, чтобы они могли проникнуть сюда и устроить еще один большой беспорядок, убедившись, что вы не пропустили ни одного нелегала во время всех этих тестов и проверок ".

Ноздри снова защипало, даже когда слабое дыхание коснулось их. "Ваш намек оскорбителен".

"Люди продолжают говорить мне это. Тот факт, что я врожденно подозрителен и оскорбителен, означает, что я, вероятно, устрою больший беспорядок, чем те, кто придерживается анального секса в INS. Не так ли, детектив Пибоди?"

"Как человек, который убирал за вами раньше, сэр, я могу подтвердить, что вы, безусловно, устроите больший беспорядок, чем кто-либо другой. Вы также найдете что-нибудь - вы всегда это делаете, - что, безусловно, доставит неудобства мисс Тески и ее работодателю ".

"Как они это называют? Око за око?"

На протяжении всего выступления Евы мисс Тески приобрела несколько интересных оттенков. Она, казалось, остановилась на цвете фуксии. "Ты не можешь мне угрожать".

"Угрожать? Боже, Пибоди, оскорбление, конечно, но разве я кому-нибудь угрожал?"

"Нет, лейтенант. Вы просто поддерживаете разговор в своем собственном уникальном стиле ".

"Это то, что я подумал. Просто поддерживал разговор. Итак, давайте оформим этот ордер, хорошо? И поскольку мы тратим время и силы, давайте уделим это финансовым отчетам, гражданским и уголовным делам или искам, а также личным файлам ".

"Я нахожу вас очень неприятным".

"Ну вот и все", - сказала Ева с легкой улыбкой. "Око за око еще раз".

Тески развернула свое кресло к своему настольному устройству, закодировав в.

"Ср. Резиденция Гэннона работает по графику два раза в месяц, с ежеквартальным расширением услуг и приоритетом для экстренных вызовов и запросов на развлечения. Вчера она должна была отправиться на обычную службу ".

Еще несколько морщин прорезали лоб Тески. "Ее горничная не смогла подтвердить выполненное обслуживание. Это просто неприемлемо ".

"Кто эта горничная?"

"Тина Кобб. Она присматривала за резиденцией Гэннонов последние восемь месяцев."

"Не могли бы вы проверить там, не пропускала ли она в последнее время какие-либо другие задания?"

"Один момент". Она вызвала другую программу. "Все задания Кобба были выполнены и подтверждены до субботы. У нее был выходной в воскресенье. Вчера не было подтверждения о проживании Гэннона. Сегодня появился флажок с ее именем, что означает, что клиент уведомил нас, что она не вышла на работу. Расписанию пришлось заменить ее."

Мисс Тески сделала то, что, по мнению Евы, сделал бы любой по имени Тески. Она цыкнула.

"Дай мне ее домашний адрес".

***

Тина Кобб жила в одной из городских коробок послевоенного периода, которые окружали Бауэри. Они были временным решением, когда здания были сожжены или разбомблены. Временное исправление длилось более поколения. Непристойные, креативные и часто неграмотные граффити кружились над изъеденным, восстановленным бетоном. Окна были забраны решетками, а бездельники на крыльцах выглядели так, как будто они были бы более чем счастливы снова поджечь или разбомбить это место, просто чтобы нарушить монотонность.

Ева вышла из своей машины, оглядела лица, не обращая внимания на безошибочный аромат Zoner. Она достала свой значок, подняла его.

"Вы, наверное, можете догадаться, что это мое", - сказала она, указывая на свой автомобиль. "О чем вы, возможно, не в состоянии догадаться, так это о том, что если кто-нибудь попытается что-то испортить, я выслежу вас и выколю вам глаза своими большими пальцами".

"Привет". Парень в тусклой футболке и с блестящей серебряной серьгой в ухе бросил ей птичку. "Пошел ты".

"Нет, спасибо, но с твоей стороны мило спросить. Я ищу Тину Кобб ".

Раздавались свистки, свистящие возгласы, звуки поцелуев. "Это еще один чертов кусок задницы".

"Я уверен, она рада, что ты так думаешь. Она рядом?"

Мускулистая рубашка встала дыбом. Он выпятил грудь и ткнул пальцем в Еву. К счастью для него, он прекратил реальный контакт. "Из-за чего ты хочешь приставать к Тине? Она ничего не делает. Девушка усердно работает, думает о своем."

"Кто сказал, что я собираюсь приставать к ней? Она могла быть в беде. Если ты ее друг, ты захочешь помочь ".

"Не говорил, что я друг. Только что сказала, что она думает о своем. Я тоже. Почему бы и нет?"

"Потому что мне платят за то, чтобы я заботился о других людях, и вы начинаете заставлять меня задуматься, почему вы не можете ответить на простой вопрос. Через минуту я собираюсь начать присматривать за тобой, а не за Тиной Кобб ".

"Копы - это все дерьмо".

Она обнажила зубы в сверкающей улыбке. "Хотите проверить эту теорию?"

Он фыркнул, бросил взгляд через плечо на своих товарищей, как будто давая им понять, что он не беспокоится об этом. "Слишком жарко, чтобы беспокоиться", - сказал он и пожал своими тощими плечами. "Все равно не видел Тину пару дней. Не заводи на нее счет, не так ли? Ее сестра работала через дорогу в винном магазине. Почему ты не спросишь ее?"

"Я сделаю это. Снимите перчатки с машины, парни. Как это ни прискорбно, это мое ".

Они перешли улицу. Ева предположила, что звуки поцелуев и приглашения к сексуальным приключениям, которые доносились с крыльца, теперь предназначались ей и Пибоди. Но она отпустила это. Тощий засранец был прав в одном. Было слишком жарко, чтобы беспокоиться.

Внутри она заметила девушку, работающую на кассе. Невысокий, худощавый, с оливковым цветом лица, причудливая прическа с фиолетовой бахромой на чернильно-черном фоне.

"Я могла бы достать нам что-нибудь", - предложила Пибоди. "Что-то, связанное с едой".

"Продолжайте". Ева подошла к прилавку, подождала, пока покупатель перед ней заплатит за упаковку сухого молока и крошечную коробочку заменителя сахара.

"Помочь вам?" - спросила женщина без особого интереса.

"Я ищу Тину Кобб. Ты ее сестра?"

Темные глаза расширились. "Чего ты хочешь от Тины?"

"Я хочу поговорить с ней". Ева вытащила свой значок.

"Я не знаю, где она, ясно? Она хочет уехать на пару дней, это никого не волнует, не так ли? "

"Не должно было быть". Ева сбила Тину Кобб на машине и знала, что сестру зовут Эсси. "Эсси, почему бы тебе не сделать перерыв?"

"Я не могу, ладно. Я не могу. Сегодня я работаю один ".

"И сейчас здесь никого нет. Она сказала тебе, куда направляется?"

"Нет. Черт." Эсси села на высокий табурет. "О черт. У нее никогда в жизни не было неприятностей. Она все время убирает за богатыми людьми. Может быть, она просто хотела немного отдохнуть ". Теперь за глазами скрывался страх. "Возможно, она отправилась в путешествие".

"Она планировала поездку?"

"Она всегда планирует. Когда у нее накопилось достаточно, она собиралась сделать это, и то, и шесть миллионов других вещей. Только она никогда не откладывала достаточно ни на что из этого. Я не знаю, где она. Я не знаю, что делать ".

"Как долго она ушла?"

"С субботы. В субботу вечером она ушла и с тех пор не возвращалась. Иногда она не приходит домой ночью. Иногда я этого не делаю. Ты заводишь парня, хочешь не встречаться, ты остаешься, верно?"

"Конечно. Значит, ее не было с субботы?"

"Да. У нее выходной по воскресеньям, так какого черта, ты знаешь? Но она никогда не уходила вот так, не поставив меня в известность. Я позвонила ей на работу сегодня и спросила о ней, и они сказали, что она не появилась. Возможно, из-за меня у нее были неприятности. Я не должен был звонить ей на работу."

"Вы не заявили о ее исчезновении?"

"Черт, ты не заявляешь о чьей-то пропаже, потому что они не возвращаются домой пару ночей. Вы не обращаетесь к копам за каждой чертовой вещью. В здешних краях к ним просто так не ходят ".

"Она взяла что-нибудь из своих вещей?"

"Я не знаю. Ее костюм горничной все еще там, но ее красная рубашка и черные джинсы - нет. Ее новые воздушные сандалии тоже."

"Я хочу зайти в квартиру, осмотреться".

"Она на меня разозлится". Эсси сгребла мягкие тако и пепсис, которые Пибоди выложила на прилавок, и совершила сделку. "Что за черт. Она не должна была уходить, не сказав. Я бы не поступил так с ней. Я должен закрываться. Я не могу выдержать больше пятнадцати, иначе у меня будут настоящие неприятности ".

"Это прекрасно".

***

Это были две крошечные комнаты с выступом в гостиную, которая служила кухней. Раковина была шириной и глубиной с мужскую ладонь. Вместо более дорогих экранов для обеспечения конфиденциальности на окнах были ручные шторы, которые абсолютно ничего не делали для уменьшения шума улицы или неба.

Ева думала, что это похоже на жизнь на транспортной станции.

Там был двухместный диван, который Ева воображала переделанным в кровать, древний и неуклюжий развлекательный экран и единственная лампа в форме мультяшной мышки, которую, как она подозревала, кто-то из них сохранил с детства.

Несмотря на свои размеры и скудость, квартира была безупречно чистой. И, как ни странно для нее, пахла так же женственно, как и туристическое агентство, работающее на девочках.

"Спальня вон там". Эсси указала на дверной проем. "Тина выиграла жеребьевку, когда мы переехали, так что у нее есть спальня, а я сплю здесь. Но все еще довольно туго, понимаешь? Вот почему, если у кого-то из нас есть парень, мы обычно идем к нему домой ".

"У нее есть парень?" Спросила Ева, когда Пибоди направилась в спальню.

"Она встречалась с кем-то пару недель. Его звали Бобби".

"У Бобби была фамилия?"

"Возможно". Эсси пожала плечами. "Я этого не знаю. Она с ним, наверное. У Тины по-настоящему романтическое сердце. Она влюбляется в парня, влюбляется сильно ".

Ева осмотрела спальню. Одна узкая кровать, аккуратно застеленная, один детский комод, вероятно, привезенный из дома. На нем была симпатичная маленькая декоративная коробочка и дешевая ваза с поддельными розами. Ева подняла крышку коробки, услышала дребезжащую мелодию, которую она играла, и увидела внутри несколько недорогих украшений.

"У нас общий шкаф", - сказала Эсси, когда Пибоди порылась в крошечном шкафу.

"Где она познакомилась с этим Бобби?" - Спросила ее Пибоди и переместилась из шкафа в ванную.

"Я не знаю. Мы жили в этой коробке вместе, но мы стараемся держаться подальше друг от друга, понимаешь? Она просто говорит, что встретила этого парня, и он действительно милый, обаятельный и умный. Сказал, что знает все о книгах, искусстве и прочем дерьме. Она пошла на это. Однажды вечером она вышла, чтобы встретиться с ним, как в художественной галерее или что-то в этом роде ".

"Ты никогда не встречал его?" Спросила Ева.

"Нет. Она всегда где-то с ним встречалась. Мы не часто приводим сюда парней. Боже, посмотри на это место ". Она огляделась вокруг с несчастным и покорным выражением женщины, которая знала, что это лучшее, что она собиралась сделать. "Она собиралась встретиться с ним субботним вечером, после работы и прочего дерьма. На спектакль или что-то в этом роде. Когда она не пришла домой, я подумал, что она осталась у него. Ничего особенного. Но она не пропускает работу, и она никогда не оставалась вне связи так долго, так что я начинаю беспокоиться, понимаешь? "

"Почему бы нам не подать отчет?" Пибоди вышла из ванны. "Заявление о пропаже человека".

"О, чувак, ты думаешь?" Эсси почесала свои двухцветные волосы. "Она приходит сюда, пританцовывая, и узнает, что я это сделал, она будет заниматься моим делом в течение месяца. Нам не обязательно говорить моим родителям, не так ли? Они вывернутся наизнанку и примчатся сюда в истерике и все такое ".

"Ты связался с ними? Может быть, она уехала домой на пару дней."

"Нет. Я имею в виду, да, я проверил. Я позвонил своей маме и сказал "привет, как дела", "ла-ла-ла". Она сказала, чтобы Тина позвонила, потому что ей нравится слушать своих девочек. Так что я знаю, что она ее не видела. Моя мама отвернулась бы, если бы подумала, что Тина живет с каким-то парнем ".

"Мы позаботимся об этом. Почему бы вам не передать информацию детективу Пибоди?" Ева посмотрела на аккуратно застеленную кровать.

***

"Она не уехала с каким-то парнем на длительную пьянку", - сказала Ева, когда они вернулись в машину. "Такие девушки не выходят из дома, не переодевшись, не прихватив серьги и зубную щетку. Она не пропустила ни дня работы за восемь месяцев, но она просто случайно пропустила работу в Gannon? "

"Ты думаешь, она была в этом замешана?"

Ева подумала о крошечной, опрятной квартире. Маленькая музыкальная шкатулка с безделушками. "Не нарочно. Я сомневаюсь, что то же самое можно сказать о Бобби ".

"Будет непросто выследить какого-то парня по имени Бобби. Ни полного имени, ни описания."

"Он где-то оставил следы. Проверь, что делает Джейн, все, что поступало с субботнего вечера. Мы все равно направляемся в морг. Давай просто надеяться, что мы не найдем ее там ".

"Хочешь свой тако?"

Ева развернула его у себя на коленях, а затем решила, что съесть его за рулем - значит просто напроситься на то, чтобы провести остаток дня с соком тако на рубашке. Она переключилась на авто, отодвинулась на пару дюймов и проглотила.

Когда на панели управления засигналила ссылка, она покачала головой. "Просейте это", - сказала она с полным ртом таинственного мясного субпродукта и соусом, очищающим пазухи.

"Надин Ферст", - объявила Пибоди.

"Жаль, что у меня обеденный перерыв". Она прихлебнула Пепси и проигнорировала звонок. "Итак, горничная из "Проектов" каким-то образом связывается с каким-то парнем по имени Бобби, который водит ее в художественные галереи и театр, но он никогда не приходит к ней домой и не знакомится с ее сестрой. Она пропала без вести, пропала без вести на три дня, но ее новый парень не звонит, не оставляет сообщения, не заезжает узнать, что случилось. Ничего."

"Он бы не стал, если бы она была с ним".

"Очко за это. Но эта девушка, которая заправляет свою постель, как юный скаут, не звонит на работу по болезни, не говорит своей сестре, что уютно устроилась в любовном гнездышке, не хочет дополнительной одежды или всего того снаряжения, которое женщины берут с собой на секс-сафари. Она рискует своей зарплатой, игнорирует свою семью, остается в том же наряде? Я так не думаю ".

"Ты думаешь, что она мертва".

"Я думаю, у нее был код доступа к дому Гэннона, и кому-то был нужен этот код. Я думаю, если бы она была жива и здорова или могла, она бы увидела или услышала сообщения СМИ, бомбардирующие экран, о недавней проблеме автора бестселлеров Саманты Гэннон, и она бы добралась до своей сестры, если никто другой ".

"Три Джейн длятся семьдесят два", - сообщила Пибоди. "Двое пожилых неимущих, без официального удостоверения личности. Третий - хрустящий зверек, статус на рассмотрении ".

"Где они ее нашли?"

"Заброшенный участок", - зачитала Пибоди свой КПП. "Алфавитный город. Около трехсот в воскресенье утром. Кто-то облил ее бензином - Господи, у них был какой-то кредит, чтобы воспользоваться им, - поджег ее. К тому времени, когда кто-то позвонил, она была поджарена. Это все, что у меня есть ".

"Кто главный?"

"Подожди. Ага! Это наш хороший приятель Бакстер, которому умело помогает очаровательный офицер Трухарт ".

"Упрощает. Отмечай его. Посмотрим, смогут ли они встретить нас в морге ".

***

Еве пришлось вышагивать на своих остывающих каблуках по выложенному белой плиткой коридору перед смотровой, где Дулук проводил вскрытие. Моррис никогда не заставлял ее прыгать через обручи, подумала она. Она бы не прыгала через них сейчас, если бы Дулук не принял меры предосторожности, заперев двери смотровой.

Когда прозвучал звонок, означающий, что она свободна, Ева распахнула двери и прошла внутрь. От запаха дезинфицирующего средства у нее заслезились глаза, но она поборола рвотный рефлекс и сердито посмотрела на Дулука.

В отличие от Моррис, у которой были и остроумие, и стиль, Дулук была строгой женщиной, придерживавшейся правил. На ней был прозрачный защитный костюм поверх безупречно белого лабораторного халата и бледно-зеленой медицинской формы. Ее волосы были полностью скрыты под шапочкой. Очки висели у нее на шее.

Она была едва ли пяти футов ростом, коренастого телосложения и с лицом широких очертаний. Ее кожа была цвета жареных каштанов, и ее единственной хорошей чертой - по мнению Евы - были ее руки. Они выглядели так, как будто могли играть на посредственном пианино, и на самом деле были очень искусны в разделке трупов.

Ева дернула подбородком в сторону накрытой формы на смотровом столе. "Это один мой?"

"Если вы имеете в виду, это останки жертвы вашего текущего расследования, то да, это так".

Голос Дулука всегда звучал для уха Евы так, как будто у нее в горле застрял пузырек с густой жидкостью. Говоря это, она мыла руки в раковине. "Я сказал вам, что отправлю свои результаты как можно скорее. Мне не нравится, когда меня преследуют, лейтенант."

"Тебе сделали анализ на токсины?"

Дулук уставился на нее. "У вас есть особые проблемы с пониманием меня?"

"Нет, я прекрасно вас понимаю. Ты обманываешь меня, потому что злишься, что я набросился на тебя этим утром. Тебе придется смириться с этим, потому что ее не волнует, что мы раздражены друг другом ". Она двинулась к Андреа. "Она просто хочет, чтобы мы договорились, поэтому мы собираемся договориться".

"Ваше присутствие на месте происшествия было точным в том, что касается причины смерти. Единственная рана в горле. Острое лезвие с гладкими краями. Возможно, на шпильке. На нем нет ран, нанесенных при обороне, никаких других признаков насилия. Не было сексуального насилия или недавней сексуальной активности. Содержание алкоголя в ее крови было немного высоким. Я бы предположил, что она выпила четыре мартини с водкой и оливками. Никаких нелегалов на токсикологическом. Ее последним приемом пищи был салат из листовой зелени с лимонной заправкой, съеденный примерно за пять часов до смерти ".

"Согласны ли вы с тем, что нападавший стоял за спиной жертвы?"

"Судя по углу раны, да. Учитывая ее рост, я бы сказал, что он или она примерно шести футов ростом. Достаточно средний для мужчины, высокий для женщины. Все это будет в моем официальном отчете, доставленном вам надлежащим образом. Это не приоритетное дело, лейтенант, и мы чрезвычайно заняты."

"Все это приоритеты. У тебя появилась Неизвестная Доу. Хрустящая крошка, привезенная из Алфавит-Сити ".

Дулук тяжело вздохнул. "В моем расписании нет пострадавших от ожогов".

"Это на чьей-то. Мне нужно увидеть тело и данные ".

"Затем сообщите номер вашего дела одному из сопровождающих. У меня есть другие дела ".

"Это не мое дело".

"Тогда вам не нужно видеть тело или данные".

Она начала проходить мимо, но Ева схватила ее за руку. "Может быть, ты не знаешь, как это работает, Дулук, но я лейтенант отдела по расследованию убийств и, черт возьми, могу увидеть любое тело, которое поразит мое воображение. Так получилось, что детектив Бакстер, который является главным, встречается со мной здесь, поскольку я считаю, что наши дела могут совпадать. Просто продолжай мочиться на меня, и я обещаю тебе, что в конечном итоге ты утонешь в этом ".

"Мне не нравится ваше отношение".

"Вау. Оповещение СМИ. Мне нужна Неизвестная Доу ".

Дулук вырвался и прошествовал к рабочему месту. Она вошла в систему, вывела данные. "Неопознанная женщина, пострадавшая от ожогов, находится в секции С, комната три, назначена приемной. Ее еще не обследовали. Отставание."

"Ты собираешься оправдать меня?"

"Я сделал это. А теперь, если ты меня извинишь?"

"Нет проблем". Она развернулась обратно к дверям. Как все эти люди ходят с палками в задницах? Ева задумалась.

Она повернула в секцию С, толкнула дверь комнаты три и обнаружила, что она заперта. "Черт!" Она повернулась, указала на служащего, который сидел на одном из пластиковых стульев в коридоре и дремал. "Ты. Я допущен в эту комнату. Почему она заперта?"

"Дулук. Она запирает каждую чертову вещь. Удивился, что торговые точки не начинены взрывчаткой ". Он зевнул и потянулся. "Даллас, верно?"

"Это верно".

"Давай садись. Я просто ловил передышку. Сегодня мы сделали дубль. К кому ты пришел повидаться?"

"Неизвестная Доу".

"Маленькая Джейн. Она моя".

"Ты приемная дочь?"

"Да. Я только что закончил оставленный без присмотра. Естественные причины. Парню было сто шесть, и его второй тикер ударил по нему во сне. Хороший способ уйти, если ты должен ".

Он отпер дверь, провел их внутрь. "Это нехороший способ", - добавил он, указывая на обугленные кости на столе. "Я думал, что это дело Бакса".

"Это так. У нас может быть связь. Он уже на пути сюда ".

"Я не против. Я еще не добрался до нее."

Он открыл файл, просмотрел его, пока доставал свое защитное снаряжение. "Пришел только в воскресенье, а у меня был выходной - приятное, незабываемое воспоминание. У вас, ребята, по воскресеньям выходной?"

"Время от времени".

"Что-то насчет того, чтобы выспаться в воскресенье утром или отоспаться в субботу вечером до воскресного полудня. Но понедельник всегда наступает ". Он нахлобучил свою кепку. "Была создана резервная копия с тех пор, как я зарегистрировался в понедельник утром. Здесь не было флажка от Бакса, говорящего, что она соответствует пропавшим без вести. Все еще маленькая Неизвестная, - сказал он и оглянулся на тело на столе. "Очевидно, что напечатать ее невозможно. Мы отправим стоматолога на поиски ".

"Что мы знаем?"

Он вывел на экран больше данных. "Женщина между двадцатью тремя и двадцатью пятью. Рост пять футов три дюйма, вес сто двадцать фунтов. Это приблизительно из виртуальной реконструкции, насколько у нас есть. Это всего лишь предварительные данные для регистрации ".

"У тебя есть время взглянуть на нее сейчас?"

"Конечно. Позволь мне все устроить".

"Хочешь кофе?"

Он смотрел на нее с любовью. "О, мамочка".

Оценив его, она помахала Пибоди в ответ и вышла, чтобы купить себе.

Она заказала три, черные.

"Любовь всей моей жизни, мы не можем продолжать встречаться вот так".

Она даже не обернулась. "Укуси меня, Бакстер".

"Я делаю это каждую ночь, в своих снах. Я возьму один из них ".

Напомнив себе, что он пришел по ее просьбе, она запрограммировала четвертый, затем оглянулась. "Верное сердце?"

"Я буду лимонную шипучку, если вам все равно, лейтенант. Спасибо тебе ".

Он был похож на любителя лимонной шипучки с его аккуратным мальчишеским лицом. Восхитительно, Пибоди позвонила ему, и было невозможно это отрицать. Типичный американский парень, симпатичный как пуговица - что бы, черт возьми, это ни значило - в своем летнем блюзе.

Рядом с ним Бакстер был ловким, вкрадчивым и уклончивым. Симпатичный, но в нем есть что-то особенное. Он питал слабость к хорошо сшитому костюму и хорошо одаренным женщинам.

Они были хорошими полицейскими, они оба, подумала Ева. И пристроить искреннего Верного Сердцем в качестве помощника умника Бакстера было одной из ее лучших идей.

"За мертвых", - сказал Бакстер и слегка постучал своей кофейной чашкой по чашке Евы. "Чего ты хочешь от нашей Джейн?"

"Она может соединиться с одним из моих. Фостер прямо сейчас проходит обследование ".

"Позвольте мне помочь вам с этим, лейтенант". Трухарт взял свою шипучку и одну из чашек кофе.

Ева проинструктировала их на обратном пути в смотровую.

"Неважно, ваша она горничная или нет, кто-то очень сильно хотел ее смерти", - прокомментировал Бакстер. "Череп треснул, кости сломаны. Она должна была быть мертва или, по крайней мере, блаженно без сознания, когда он поджег ее. Он не убил ее там, где поджег. Это было выброшено и поджарено. Мы согласовали с пропавшими без вести предварительные данные и нашли гусиное яйцо. Весь день прочесывал окрестности. Никто ничего не видел, ничего не слышал, ничего не знал. Парень, который сделал девять-один-один, видел огонь из своего окна, но не источник. Заявление гласит, что было слишком жарко, чтобы спать, и он собирался пойти посидеть на пожарной лестнице. Увидел пламя, вызвал его. Звонок поступил в ноль три шестнадцать. Пожарная команда отреагировала, прибыла на место происшествия в ноль двадцать три - надо отдать этим парням должное за скорость. Она все еще горела ".

"Не мог зажечь ее слишком сильно раньше".

Фостер поднял глаза, когда они вошли. "Спасибо, лейтенант, просто поставьте это вон там. Эй, Бакс, держишься низко?"

"Низко и долго, детка, низко и долго".

Фостер продолжал водить сканером по телу. "Сломан указательный палец правой руки. Это старый разрыв. Раннее детство. Между пятью и семью. Уже сканировал зубы. Проверял их в национальном банке на соответствие. Этот? Травма черепа?"

Ева кивнула, подошла ближе.

"Ты получил здесь серьезную травму. Вездесущий тупой инструмент, скорее всего. Может быть, биту или трубку. Проломлен череп. У нее сломаны три ребра, большая берцовая кость, челюстная кость. Кто-то оплакивал эту девушку. Она была мертва до того, как он облил ее бензином. Это благословение".

"Он не убил ее там, где бросил", - прокомментировал Бакстер. "Мы нашли кровавый след на улице. Крови было немного. У нее, должно быть, было намного больше крови там, где он ее бил ".

"С точки зрения разрывов - видите здесь на экране?" Фостер кивнул в сторону этого и улучшенных изображений в синих и красных тонах. "Похоже, что сначала он ударил по ноге. Сделал это, когда она стояла. Когда она упала, он ударил по ребрам, по лицу. Череп был последним ударом. Она, вероятно, была без сознания, когда он проломил ей голову."

Она пыталась ползти? Ева задумалась. Она кричала от шока и боли и пыталась уползти? "Чтобы удержать ее от побега", - пробормотала она. "Сначала выньте ногу, чтобы она не могла убежать. Его не волнует, сколько шума она производит. В противном случае, он бы сначала нанес удар по голове. Это рассчитано, рассчитано, чтобы выглядеть как ярость. Но это не ярость. Это хладнокровно. У него должно было быть место, где не имело бы значения, закричит она или нет. Звукоизолированный, уединенный. Ему пришлось нанять частный транспорт, чтобы доставить ее на стоянку."

Дата-центр подал звуковой сигнал, и все они включились.

"Зажги спичку", - пробормотал Бакстер, и они с Евой вместе подошли к экрану данных. "Это тот, кого ты ищешь?"

"Да". Ева отставила свой кофе в сторону и уставилась в улыбающееся лицо Тины Кобб.

21.

"Забронируйте нам конференц-зал. Я хочу скоординировать действия с Бакстером и Трухартом, когда они вернутся от Эсси Кобб ". Ева вошла в лифт на уровне гаража в Центральном.

"Должно быть, это один и тот же убийца", - сказала Пибоди.

"Ничего не должно быть. Мы будем оценивать вероятности. Давайте сведем все текущие данные в отчет и отправим его в Mira для профиля ".

"Ты хочешь встретиться с ней?"

Когда двери открылись, Ева отодвинулась назад, когда полицейские и гражданские ввалились внутрь. Доктор Шарлотта Мира была лучшим профайлером в городе, возможно, на Восточном побережье. Но это были первые дни для консультации. "Пока нет".

Машина снова остановилась, и на этот раз вместо того, чтобы иметь дело с напором тел и личными ароматами, она оттолкнулась локтями, чтобы перейти на глиссаду. "Сначала мы сведем воедино то, что у нас есть, разработаем некоторые стандарты, проведем конференцию с Бакстером и Трухартом. Нам нужно продолжить разговор с Самантой Гэннон и заглянуть в клуб ".

"Много непосильной работы". Пибоди могла быть только благодарна. Ее туфли убивали ее.

"Приготовь нам комнату", - начала Ева, сойдя с трапа. И остановилась, когда увидела Саманту Гэннон, сидящую на скамейке ожидания возле отдела убийств. Рядом с ней, готовая к съемкам и очень разговорчивая, была Надин Ферст.

Ева пробормотала "дерьмо" себе под нос, но в этом не было особой горячности.

Надин откинула назад свои вьющиеся светлые волосы и одарила Еву одной из своих кошачьих улыбок. "Даллас. Эй, Пибоди, посмотри на себя! Туфли на магнитах."

"Спасибо". Она собиралась сжечь их при первой возможности.

"Разве вы не должны быть где-нибудь перед камерой?" Спросила Ева.

"В работе есть нечто большее, чем просто красиво выглядеть на экране. Я почти закончил интервью с Самантой. Несколько комментариев от основного лица о расследовании могли бы поставить хорошую точку в этом сегменте ".

"Выключи диктофон, Надин".

Для проформы Надин вздохнула, прежде чем отключить диктофон на лацкане. "Она такая строгая", - сказала она Саманте. "Я действительно ценю потраченное время, и я очень сожалею о твоем друге".

"Спасибо тебе".

"Даллас, можно тебя на одно слово?"

"Пибоди, почему бы тебе не проводить мисс Гэннон в гостиную. Я сейчас буду с тобой ".

Ева подождала, пока они отойдут, затем перевела холодный взгляд на Надин.

"Просто выполняю свою работу". Надин подняла руки ладонями вверх в знак мира.

"Я тоже".

"Гэннон - горячая штучка, Даллас. Ее книга - игра для коктейльных вечеринок в этом месяце. Все играли в Where Are the Diamonds? Вы добавляете убийство, и это главная новость на каждом рынке. У меня были планы на отпуск. Три веселых дня на винограднике, начиная с завтрашнего дня. Я отменил их ".

"Ты собирался делать вино?"

"Нет. Хотя я планировал выпить совсем немного. Мартас-Винъярд, Даллас. Я хочу уехать из города, подальше от этой жары. Я хочу пляж, и давно остывший напиток для взрослых, и парад загорелых мужских тел. Итак, я надеюсь, ты собираешься сказать мне, что заканчиваешь это дело в спешке ".

"Я не могу сказать вам больше, чем сказал бы представитель по связям со СМИ. Отслеживали все зацепки, и так далее, и так далее. Вот и все, Надин. Это действительно так ".

"Да, я этого боялся. Ну, всегда есть программа с голограммой. Я могу установить его на винограднике и провести час в стране фантазий. Я буду рядом", - добавила она, уходя.

Сдалась слишком легко, решила Ева.

Она думала об этом, направляясь в то, что копы называли гостиной. Это была комната, предназначенная для перерывов и неформальных встреч. Разбросанные столики, даже узкий, продавленный диван и несколько торговых автоматов.

Она добавила пару кредитов и заказала большую бутылку воды.

Вы выбрали Aquafree, натуральное освежающее средство, в бутылке объемом двенадцать унций. Aquafree дистиллируется и разливается по бутылкам в мирных и нетронутых горах-

"Иисус, прекрати рекламу и дай мне эту чертову воду". Она стукнула кулаком по аппарату.

Вы нарушаете Кодекс города 20613-A. Любое вмешательство, любой акт вандализма в отношении этого торгового автомата может привести к штрафу и / или тюремному заключению.

Как раз в тот момент, когда Ева попятилась, чтобы нанести удар, появилась Пибоди. "Даллас! Не надо! Я получу это. Я принесу воды. Иди, сядь".

"Человек должен быть в состоянии получить чертов глоток воды без лекции". Она плюхнулась за стол рядом с Самантой. "Прости".

"Нет, все в порядке. Это действительно раздражает, не так ли, получить полный список ингредиентов, побочных продуктов, потребляемой калорийности, чего угодно. Особенно, когда вы заказываете шоколадный батончик или кекс ".

"Да!"Наконец-то, - подумала Ева, - кто-то, кто получил это.

"У нее проблемы с машинами по всему городу", - прокомментировала Пибоди. "Ваша вода, лейтенант".

"Ты потворствуешь им". Ева открыла бутылку, сделала большой глоток. "Я ценю, что вы пришли, мисс Гэннон. Мы собирались связаться с вами и договориться о разговоре с вами. Ты сэкономил нам немного времени ".

"Зови меня Самантой или Сэмом, если ты не против. Я надеялся, что тебе есть что мне сказать. Разве я не должен был поговорить с репортером?"

"Свободная страна. Свободная пресса". Ева пожала плечами. "С ней все в порядке. Ты планируешь остаться в отеле на некоторое время?"

"Я-да. Я подумала, что как только ты скажешь мне, что я могу - я бы убрала свой дом. Мне говорили, что есть специалисты, которые имеют дело с ... с местами преступлений. Убирали места преступлений. Я не хочу возвращаться, пока с этим не разберусь. Это трусость".

"Это не так. Это разумно ". Вот как она выглядела сегодня, подумала Ева. Очень усталая, разумная женщина. "Я могу предложить вам постоянную полицейскую защиту на короткий срок. Возможно, вы захотите рассмотреть возможность найма частной охраны ".

"Вы не думаете, что это была просто кража со взломом. Ты думаешь, что тот, кто убил Андреа, придет за мной."

"Я не думаю, что есть какой-либо смысл рисковать. Помимо этого, репортеры, которые не так вежливы, как Надин, собираются вынюхать вас и приставать к вам ".

"Я думаю, ты прав насчет этого. Хорошо, я займусь этим. Мои бабушка и дедушка очень расстроены всем этим. Я преуменьшил это, насколько мог, но ... Черт возьми, на них ничего не перекладываешь. Если я смогу сказать им, что нанял телохранителя и прикажу полиции присматривать за мной тоже, это будет иметь большое значение для того, чтобы все устроились. Я позволяю им думать, что это было из-за Андреа ".

Ее глаза, очень яркие, очень голубые, остановились на Еве. "Но у меня было время прокрутить все это в голове. Долгая ночь стоит того, чтобы потратить ее, и я не думаю, что. Ты так не думаешь."

"Я не знаю. Мисс Гэннон-Саманта - женщина, которой было поручено убирать в вашем доме, была убита".

"Я не понимаю. Я еще никого не нанял для уборки в моем доме ".

"Ваша обычная уборка. Горничная в Нью-Йорке на протяжении последних нескольких месяцев приставляла Тину Кобб к вашему дому."

"Она мертва? Убили? Как Андреа?"

"Ты знал ее? Лично?"

Не задумываясь, Саманта взяла бутылку воды Евы, выпила. "Я не знаю, что и думать. Я только что говорил о ней десять минут назад, просто говорил о ней с Надин ".

"Ты рассказала Надин о Тине Кобб?"

"Я упомянул ее. Не называя по имени. Только услуги по уборке и то, как я вспомнил - как раз когда мы разговаривали, я вспомнил, - что я не отменял услуги на эту неделю ".

Неудивительно, что Надин так легко сдалась. У нее уже была другая веревка, за которую нужно было дергать. "Ты знал ее?"

"Не совсем. О Боже, прости", - сказала она, уставившись на бутылку воды в своей руке. Она передала его обратно Еве.

"Нет проблем. Ты не знал Тину Кобб?"

"Я встретил ее. Я имею в виду, она была в моем доме, убирала мой дом ", - добавила она, потирая лоб. "Можно меня на минутку?"

"Конечно".

Саманта встала, прошлась по комнате один раз, начала обходить ее снова.

"Собираю все воедино", - пробормотала Пибоди. "Успокаивала себя".

"Да. У нее был характер. С нашей стороны это облегчает задачу ".

После второго обхода Саманта заказала себе бутылку воды, терпеливо подождала, пока автомат закончит свой рассказ и выплюнет выбранный напиток в прорезь.

Она вернулась, открывая бутылку на ходу. После одной долгой затяжки она кивнула Еве. "Ладно. Мне пришлось остепениться ".

"Тебе нужно больше времени, это не проблема".

"Нет. Она всегда казалась мне такой маленькой. Тина. Молодая и миниатюрная, хотя, думаю, она была не намного младше или мельче меня. Мне всегда было интересно, как она справлялась со всей этой тяжелой уборкой. Обычно я отсиживался в своем офисе, когда она была там, или назначал встречи вне дома или выполнял поручения ".

Она остановилась, прочистила горло. "Я вроде как родом из денег. Это были не большие горы, а приятные удобные холмы. У нас всегда была помощь по дому. Но мое место здесь? Это мое первое собственное заведение, и было странно, что кто-то рядом, даже пару раз в месяц, убирает за мной ".

Она провела руками по своим волосам. "И это совершенно не относится к делу".

"Не полностью". Пибоди подтолкнула бутылку с водой к Саманте, потому что, казалось, она забыла, что она там была. "Это дает нам представление о динамике между вами".

"У нас было не так уж много одного". Она снова выпила. "Я просто держался подальше от нее. Она была очень приятной, очень эффективной. У нас мог быть короткий разговор, но обычно мы оба просто приступали к работе. Это потому, что она была в моем доме? Она мертва, потому что была в моем доме?"

"Мы изучаем это", - сказала Ева. "Вы сказали нам в своем предыдущем заявлении, что у службы уборки были ваши коды доступа и безопасности".

"Да. Они связаны. У них репутация на высшем уровне. Все их сотрудники проходят тщательный отбор. На самом деле, это немного пугает и ничего из того, через что я бы хотел пройти. Но для кого-то вроде меня, кто не может всегда быть дома, чтобы позволить уборщице прийти в дом, это было идеально. Она знала, как войти ", - заявила Саманта. "Кто-то убил ее, потому что она знала, как войти".

"Я верю, что это правда. Она когда-нибудь упоминала друга - парня?"

"Нет. Мы не говорили о личных делах. Мы были вежливы и непринужденны друг с другом, но не переходили на личности ".

"Она когда-нибудь приводила кого-нибудь с собой? Чтобы помочь ей с работой?"

"Нет. Я собираю команду каждые три месяца. Компания устанавливает это. В остальном, это была всего лишь одна горничная, два раза в месяц. Я живу одна, и у меня, как говорит моя мама, бабушкина одержимость порядком. Мне не нужна большая помощь, чем эта, внутри страны ".

"Вы никогда не замечали, когда она приходила или уходила, высаживал ли ее кто-нибудь, забирал ли ее?"

"Нет. Я думаю, она поехала на автобусе. Однажды она опоздала, извинилась и сказала, что ее автобус попал в пробку. Ты не сказал мне, как она была убита. Это было похоже на Андреа?"

"Нет".

"Но ты все еще думаешь, что это связь. Это слишком большое совпадение, чтобы его не было ".

"Мы внимательно изучаем связь".

"Я всегда хотел написать эту книгу. Всегда. Я умолял своих бабушку и дедушку рассказать мне эту историю снова и снова. Пока я не смог воспроизвести это в уме в обратном направлении. Мне нравилось представлять, как встретились мои бабушка и дедушка, видеть их сидящими за ее кухонным столом с россыпью бриллиантов. И как они победили. Мне было так приятно знать, что они превзошли все шансы и победили. Жили своей жизнью так, как они выбрали жить. Это настоящая победа, ты не думаешь, жить так, как ты решил жить?"

"Да". Она подумала о своем значке. Она подумала об империи Рорка. "Это так".

"Злодей из пьесы, я полагаю, вы могли бы назвать его Алекс Крю, он убил. Он убивал ради этих блестящих камней и, я думаю, потому что мог. Столько же потому, что он мог, сколько из-за бриллиантов. Он убил бы мою бабушку, если бы она не была достаточно сильной, достаточно умной, чтобы победить его. Это всегда было предметом моей гордости, и я хотел рассказать эту историю. Теперь у меня есть, и два человека, которых я знаю, мертвы ".

"Ты не несешь за это ответственности".

"Я говорю себе это. Умом я это понимаю. И все же, есть часть меня, которая отделяет и наблюдает. Та часть, которая очень хочет рассказать эту историю. Чтобы записать, что происходит сейчас. Интересно, кем это делает меня ".

"Я бы сказала, писателем", - ответила Пибоди.

Саманта издала смешок. "Ну, я думаю, да. Я составил список, всех, о ком смог вспомнить. Люди, с которыми я говорил об этой книге. Странные сообщения, которые я получал от читателей или людей, утверждающих, что знали моего прадеда ". Она достала диск из своей сумки. Тот огромный, на которого Ева обратила внимание накануне. "Я не знаю, поможет ли это".

"Все помогает. Знала ли Тина Кобб, что тебя не будет в городе?"

"Я сообщил службе, да. На самом деле, я помню, как сказал Тине, что меня не будет, и попросил ее проверить комнатные растения и мою рыбу. Я не был уверен, что Андреа сможет остаться, всего за пару дней до моего отъезда ".

"Вы сообщили службе, что у вас будет сиделка на дому?"

"Нет. Это ускользнуло от меня. Последние несколько дней в Нью-Йорке были безумными. Я занимался прессой и выступлениями здесь, упаковывал вещи, давал голографические интервью. И это не казалось важным ".

Ева встала, протянула руку. "Спасибо, что пришли. Детектив Пибоди организует, чтобы вас отвезли обратно в ваш отель ".

"Лейтенант. Ты не сказал мне, как была убита Тина Кобб."

"Нет, я этого не делал. Мы будем на связи ".

Саманта смотрела, как она уходит, и глубоко вздохнула. "Держу пари, она выиграет, не так ли? Держу пари, она почти всегда выигрывает ".

"Она не сдастся. Это сводится к тому же самому ".

***

Ева сидела за своим столом, вводила данные по делу Кобба во вложенный файл, затем обновила свои файлы по убийству Джейкобса.

"Компьютер, проанализируй данные по двум текущим делам и проверь вероятность. Какова вероятность того, что Андреа Джейкобс и Тина Кобб были убиты одним и тем же человеком?"

Начинаю анализ . . .

Она отодвинулась от стола, пока работал компьютер, и подошла к своему узкому окну. Движение в небе было относительно небольшим. Туристы искали места попрохладнее, чем жаркий Манхэттен, как она представляла, в это время года. Офисные дроны были заняты в своих ульях. Она увидела, как мимо проносится небесный трамвай с более чем половиной пустых мест.

Тина Кобб села на автобус. Небесный трамвай был бы быстрее, но это удобство стоило. Тогда Тина была осторожна со своими деньгами. Спасала жизнь, которой у нее никогда не будет.

Анализ и вероятностный запуск завершены. Вероятность того, что Андреа Джейкобс и Тина Кобб были убиты одним и тем же лицом или лицами, составляет семьдесят восемь целых восемь десятых.

Достаточно высоко, подумала Ева, учитывая ограничения компьютера. Это учитывало бы разницу в типах жертв, разную методологию, географическое расположение убийств.

Компьютер не мог видеть то, что видела она, или чувствовать то, что чувствовала она.

Она обернулась, когда звуковой сигнал возвестил о входящей передаче. Чистильщики действовали быстро, отметила она и села, чтобы прочитать отчет.

Отпечатки пальцев принадлежали Гэннону, Джейкобсу, Коббу. Других отпечатков нигде в доме обнаружено не было. Найденные образцы волос совпадали с образцами Гэннона и жертвы. Ева вообразила, что они найдут что-то похожее на то, что было у Кобба.

Он закрылся, и это не было для нее неожиданностью. Он запечатал свои руки, свои волосы. Планировал он убийство или нет, он планировал не оставить никаких следов о себе.

Если бы Джейкобс не вошел, он мог бы обойти весь дом, не оставив ничего неуместного. И Саманта бы ничего не узнала.

Она связалась с горничной в Нью-Йорке, чтобы уточнить некоторые детали, и добавляла их к своим заметкам, когда вошла Пибоди.

"У Гэннон была ежеквартальная чистка около четырех недель назад", - сказала Ева. "Вы знаете, что экипаж обязан носить перчатки и средства защиты для волос? Защитные очки, защитный комбинезон. Это сработает. Как чертова команда подметальщиков. Они практически стерилизуют это чертово место сверху донизу ".

"Я думаю, может быть, мы с Макнабом могли бы позволить себе что-то подобное. Когда мы переедем в новую квартиру, было бы полезно, чтобы кто-нибудь стерилизовал помещение три или четыре раза в год. У нас может получиться довольно запутанно, когда мы оба выкладываемся на работе - и ты знаешь, занимаемся друг другом ".

"Заткнись. Просто заткнись. Ты пытаешься заставить меня дергаться."

"Я не упоминал секс и Макнаба весь день. Это было время".

"Мысль, которую я высказывал до того, как вы запечатлели в моей голове образ вас с Макнабом, занимающихся друг другом, заключается в том, что заведение Гэннона было начищено до блеска несколько недель назад и поддерживалось с тех пор. Здесь нет никаких отпечатков, кроме ее, горничной, Джейкобса. Он запечатал все перед тем, как войти. Он очень осторожен. Даже дотошный. Но, если это не было прямым попаданием в Джейкобса, он все равно промахнулся с точки зрения сиделки. О чем это тебе говорит?"

"Он, вероятно, не знает ни жертву, ни Гэннона, по крайней мере, лично. Недостаточно, чтобы быть посвященным в подобные личные договоренности. Он знал, что Гэннона не будет в городе. Мог узнать это от горничной или от того, что следил за ее расписанием в СМИ. Но он не мог получить информацию о роли няни от горничной или обслуживающего персонала, потому что они не знали ".

"Он не из внутреннего круга. Итак, мы начинаем выходить за пределы этого круга. И мы ищем, где еще Кобб, Гэннон и Джейкобс соединяются ".

"Бакстер и Трухарт вернулись. У нас есть третий конференц-зал ".

"Окружите их".

***

Она установила доску в конференц-зале, прикрепив фотографии с места преступления, фотографии жертв, копии отчетов с места происшествия и график убийства Джейкобса, который она разработала.

Она подождала, пока Бакстер проделает то же самое со своим делом, и обдумывала, программируя чашку паршивого кофе из "Стейшн хаус", как провести встречу.

Тактичность, возможно, не было ее вторым именем, но она не любила наступать на пятки другим полицейским. Кобб вел дело Бакстера. Превосходство в звании, по ее мнению, не давало ей права отбирать это у него.

Она оперлась бедром на стол для совещаний в качестве компромисса между положением стоя - принимая управление - и сидя. "Вы узнали что-нибудь еще от сестры вашей жертвы?"

Бакстер покачал головой. "Потребовалось некоторое время, чтобы отговорить ее от поездки в морг. Нет смысла ей это видеть. Ей нечего было добавить к тому, что она тебе сказала. Она собирается к своим родителям. Трухарт и я предложили пойти сообщить им или, по крайней мере, пойти с ней. Она сказала, что хочет сделать это сама. Что для них было бы легче, если бы она это сделала. Она никогда не встречала этого персонажа Бобби. Никто из сиделок на крыльце или соседей тоже не помнит, чтобы видел жертву с парнем. У них есть дешевое устройство d и c. Трухарт проверил его на наличие передач ".

"Она - Тина Кобб, - начал Трухарт, - отправляла и получала сообщения с учетной записи, зарегистрированной на имя Бобби Смита. Быстрая проверка показывает, что учетная запись была открыта пять недель назад и закрыта два дня назад. Указанный адрес является поддельным. Устройство не сохраняет информацию более чем за двадцать четыре часа. Если бы существовала передача ссылок туда и обратно, нам понадобился бы EDD, чтобы откопать их ".

"Ура", - сказала Пибоди себе под нос и заработала каменный взгляд Евы.

"Ты помечаешь Эдда?" Ева спросила Бакстера.

"Стоит попробовать. Вероятно, он использовал общедоступные ссылки, но если они смогут откопать передачу или две, мы могли бы получить какое-то географическое представление. Получите голосовой отпечаток. Почувствуй его".

"Согласен".

"Мы собираемся поговорить с ее коллегами. Посмотри, проболталась ли она о парне. Но, по словам ее сестры, она держала его довольно близко. Как большой секрет. Ей было всего двадцать два, и ее послужной список блестящий. Ни единого пятнышка".

"Она хотела выйти замуж, стать профессиональной матерью". Трухарт покраснел, когда все взгляды обратились к нему. "Я говорил с сестрой о ней. Это, эм, я думаю, ты можешь узнать об убийце, если знаешь жертву."

"Он моя гордость и радость", - сказал Бакстер с широкой ухмылкой.

Ева вспомнила, что Трухарт был едва ли старше жертвы, которую они обсуждали. И что он сам чуть не стал жертвой совсем незадолго до этого.

Быстрый взгляд, которым она обменялась с Бакстером, сказал ей, что он думал о том же. Оба отпустили это.

"Теория заключается в том, что убийца использовал романтическую связь, чтобы заманить ее". Она подождала, пока Бакстер кивнет. "Ваше дело и наше объединились благодаря ей. Она была горничной Саманты Гэннон и, как таковая, была осведомлена о кодах безопасности в ее резиденции и прекрасно знала содержание и устройство этой резиденции. Она знала, что владельца не будет в городе в течение двух недель. Но она не знала, что будет няня по дому. Эти договоренности были достигнуты в последнюю минуту и, насколько мы можем знать, между Джейкобсом и Гэнноном ".

"Лейтенант". Трухарт поднял руку, как ученик в классе. "Мне тяжело видеть, как кто-то вроде Тины Кобб предает службу безопасности. Она усердно работала, ее трудовая книжка такая же чистая, как и все остальное. На нее не было подано ни одной жалобы на работе. Она, кажется, не из тех, кто выдает код безопасности ".

"Я должен согласиться с парнем в этом вопросе", - подтвердил Бакстер. "Я не вижу, чтобы она раздавала это добровольно".

"Ты никогда не была влюбленной девушкой", - сказала Пибоди Бакстеру. "Это может сделать тебя глупым. Вы смотрите на график времени, вы видите, что взлом и убийство Джейкобса были до убийства Кобба. И, если посчитать время между тем, как ее видели в последний раз, и временем смерти, получается не так уж много. Он обрабатывал ее неделями, верно? Успокаивал ее. Мне кажется, он был бы более уверен, что она выложила ему всю правду, если бы это была добровольная беседа на подушке или что-то в этом роде, чем если бы он попытался выбить это из нее ".

"Моя гордость и радость", - сказала Ева Бакстеру и заслужила смешок. "Он бьет, или угрожает, или пытает, она может солгать или просто что-то перепутать. Он облегчает это из нее, это более безопасно. Но. . ."

Она сделала паузу, в то время как ее гордость и радость наморщили лоб. "Он соблазняет ее, она может проговориться или почувствовать вину и сообщить о промахе своему начальнику. Это рискованно. В любом случае, если мы правы насчет этой связи, он вытянул это из нее. Затем, после того, как он вломился, убил Джейкобса, ему пришлось заметать следы. Итак, он убил Кобба, бросил ее. Убил и бросил ее таким образом, что опознание было бы отложено достаточно надолго, чтобы он мог устранить любую связь между собой и Коббом. "

"Что у Гэннона есть такого, чего он хочет?" Спросил Бакстер.

"Это больше то, что, по его мнению, у нее есть или имеет доступ. И это несколько миллионов украденных бриллиантов ".

Она заполнила их и дала каждому по дисковой копии своего файла. Не осознавая этого, она выпрямилась и встала. "Чем больше мы узнаем об этом старом деле и украденных драгоценных камнях, тем больше мы знаем о наших текущих делах. Мы научимся большему и быстрее, если скоординируем наше время и усилия ".

"У меня с этим нет проблем". Бакстер кивнул в знак согласия. "Мы снимем вам обе копии нашего досье на Кобба. Под каким углом вы хотите, чтобы мы работали?"

"Проследи за Бобби. Он оставил нам не так уж много, но всегда что-то есть. Посмотрим, что EDD сможет раскопать из ссылок жертв ".

"Кто-то должен просмотреть ее личные вещи", - добавила Пибоди. "Возможно, она хранила сувениры. Девушки делают это. Что-нибудь из ресторана, где они ели ".

"Хорошая шутка". Бакстер подмигнул ей. "Сестра сказала, что он водил Тину в художественную галерею и на спектакль. Мы будем работать над этим. В конце концов, сколько в Нью-Йорке художественных галерей и театров?" Он хлопнул рукой по плечу Трухарта. "Моему серьезному напарнику не потребовалось бы больше пары сотен человеко-часов, чтобы это выяснить".

"Кто-то где-то видел их вместе", - согласилась Ева. "Мы с Пибоди продолжим работать с Джейкобсом. Мы объединяем всю информацию. Для получения домашнего задания прочитайте книгу Гэннона. Давайте узнаем все, что мы можем знать об этих бриллиантах и людях, которые их украли. Урок закончился. Пибоди, ты будешь со мной через десять. Бакстер? Можно тебя на минутку?"

"Любимчик учителя", - сказал Бакстер, постукивая себя по сердцу и подмигивая Трухарту.

Чтобы оттянуть время, пока они не останутся одни, Ева подошла к доске, изучила лица.

"Ты даешь ему эту беспилотную работу, чтобы держать его задницу в кресле?"

"Столько, сколько смогу", - подтвердил Бакстер. "Он пришел в норму - Господи, снова быть таким молодым. Но он не на сто процентов. Я пока оставляю его на легком дежурстве ".

"Хорошо. Были проблемы с объединением этих расследований под моим началом?"

"Посмотри на это лицо". Бакстер поднял подбородок в сторону идентификационной фотографии Тины Кобб. Даже дешевый, официальный образ излучал молодость и невинность.

"Да".

"Я довольно хорошо играю с другими, Даллас. И я хочу, я действительно хочу выяснить, кто превратил это в это. " Он постучал пальцем по месту преступления, на котором все еще была Тина Кобб. "Итак, у меня нет проблем".

"Тебя устроит, если мы с Пибоди порыемся в вещах твоей жертвы? У Пибоди наметанный глаз на такого рода вещи ".

"Хорошо".

"Ты хочешь пойти в клуб, где в последний раз видели мою жертву?"

"Могу сделать".

"Тогда у нас будет брифинг утром. Девятьсот."

"Сделайте мой мир целостным и скажите мне, что мы устраиваем это в вашем домашнем офисе. Где в автокефале есть настоящее свиное мясо и яйца от кудахчущих цыплят ".

"Здесь - если я не дам вам знать иначе".

"Портит удовольствие".

***

Ева возвращалась в центр города в раздражающей пробке. Авария на восьмом перекрыла дорогу на несколько кварталов, и казалось, что половина Нью-Йорка нарушила нормы по шумовому загрязнению, чтобы протрубить в клаксоны в жалком и бесполезном протесте.

Ее собственное решение было немного более прямым. Она включила сирены, перешла на вертикальное положение и проскочила угол, чтобы перейти улицу на десятое.

Они были в пятнадцати кварталах отсюда, когда ее климат-контроль зашипел и сдох.

"Я ненавижу технологии. Я ненавижу техническое обслуживание. Я ненавижу чертов тупой бюджет полиции Нью-Йорка, из-за которого мне достаются эти дерьмовые машины ".

"Так, так, сэр", - напевала Пибоди, присев на корточки, чтобы вручную поработать с управлением. "Там, там".

После того, как пот начал заливать ей глаза, Пибоди сдалась. "Знаешь, я мог бы позвонить в службу технической поддержки. Да, мы ненавидим их, как яд, как крысиный яд на крекере, - быстро сказала она. "Итак, я подумал, я мог бы попросить Макнаба попробовать это. Он хорош в такого рода вещах ".

"Отлично, хорошо, прекрасно". Ева опустила окна, прежде чем они задохнулись. Вонючий, пропитанный паром воздух снаружи не сильно улучшил ситуацию. "Когда мы закончим у Кобба, ты подбросишь меня домой, забери это катящееся бедствие с собой. Ты можешь забрать меня утром ".

Когда она добралась до многоквартирного дома, она активно обдумывала вознаграждение за то, чтобы дать одному из сидящих на крыльце двадцатку, чтобы он угнал чертову машину. Вместо этого она решила надеяться, что кто-то усилил его, пока они были внутри.

Когда они вошли внутрь, она услышала тихое хныканье Пибоди. "Что?"

"Ничего. Я ничего не сказал."

"Это из-за тех туфель, не так ли? Ты хромаешь. Черт возьми, что, если нам придется преследовать какого-нибудь мудака пешком?"

"Возможно, они были не лучшим выбором, но я все еще нахожу свой индивидуальный образ. На этом пути могут быть некоторые ошибки ".

"Завтра тебе лучше быть во что-нибудь нормальное. Что-то, в чем ты сможешь ходить ".

"Да, да, да", - Пибоди ссутулила плечи под пристальным взглядом Евы. "Мне не нужно все время говорить "сэр", потому что, эй, смотрите, теперь детектив. И мы партнеры и все такое ".

"Не тогда, когда ты носишь эти туфли".

"Я собирался сжечь их, когда вернусь домой. Но сейчас я подумываю о том, чтобы взять топорик и порубить их на крошечные-крошечные кусочки ".

Ева постучала в дверь квартиры. Эсси ответила. Ее глаза были красными и опухшими, лицо в пятнах от слез. Она просто смотрела на Еву, ничего не говоря.

"Мы ценим, что ты вернулась от своих родителей, чтобы позволить нам порыться в вещах твоей сестры", - начала Ева. "Мы очень сожалеем о вашей потере и сожалеем, что вынуждены вторгнуться в это время".

"Я собираюсь вернуться и остаться с ними на ночь. Мне все равно нужно было прийти и забрать кое-что из своих вещей. Я не хочу оставаться здесь на ночь. Я не знаю, останусь ли я когда-нибудь здесь снова. Я должен был сразу позвонить в полицию. Как только она не вернулась домой, я должен был позвонить ".

"Это не имело бы значения".

"Другие копы, те, кто пришел сказать мне? Они сказали, что я не должен спускаться к ней ".

"Они правы".

"Почему бы тебе не присесть, Эсси". Пибоди подошла, взяла ее за руку и подвела к стулу. "Ты знаешь, почему нам нужно просмотреть ее вещи?"

"На случай, если ты найдешь что-нибудь, что подскажет тебе, кто это с ней сделал. Мне все равно, что тебе придется делать, главное, чтобы ты нашел того, кто это с ней сделал. Она никогда никому не причинила вреда за всю свою жизнь. Иногда она выводила меня из себя, но твоя сестра должна это делать, верно?"

Пибоди на мгновение оставила свою руку на плече Эсси. "У моего точно есть".

"Она никогда никому не причиняла вреда".

"Ты хочешь остаться здесь, пока мы занимаемся этим? Или, может быть, у вас есть друг в этом здании. Ты мог бы ходить туда, пока мы не закончим ".

"Я не хочу ни с кем разговаривать. Просто делай то, что ты должен делать. Я буду прямо здесь ".

Ева забрала шкаф, Пибоди - комод. В разных карманах Ева нашла крошечный флакон освежителя дыхания, тюбик lipdye размером с образец и мини-карманный органайзер, который, как оказалось, принадлежал Эсси.

"У меня кое-что есть".

"Что?"

"Они раздают эти маленькие пуговицы в Метрополитен". Пибоди показала маленький красный язычок. "Это традиция. Вы прикрепляете это к своему воротнику или лацкану, и они знают, что вы заплатили за выставку. Вероятно, он отвез ее туда. Это та вещь, которую ты хранишь, если это свидание ".

"Шансы на то, что кто-нибудь помнит ее в музее Метрополитен, ничтожно малы, но это только начало".

"У нее здесь есть маленькая коробочка на память. Автобусный жетон, огарок свечи."

"Положи огарок свечи в пакет. Мы отправимся за отпечатками. Может быть, это из его дома ".

"Вот карманный путеводитель по музею Гуггенхайма и театральный справочник. Похоже, она распечатала это из Интернета. Она обвела театр "Челси" маленьким сердечком. Это с прошлого месяца, - сказала она, поворачиваясь к Еве. "Закончился ограниченный тираж фишек. Он отвез ее туда, Даллас. Это ее коробка с надписью "Я люблю Бобби" ".

"Прими это. Прими это все." Она подошла к помятой металлической тумбочке у кровати, дернула единственный ящик. Внутри она нашла запас мармеладных конфет, маленький аварийный фонарик, пробирки для образцов и упаковки крема для рук, лосьона, духов, все это было упаковано в коробку. И запечатанной в защитный пакет была аккуратно сложенная салфетка. На дешевом переработанном материале, написанном сентиментальным красным, было:

Бобби

Первое свидание

26 июля 2059

Чиприони

Пибоди присоединилась к Еве и прочитала через ее плечо. "Она, должно быть, доставала это, чтобы посмотреть на каждый вечер", - пробормотала она. "Запечатал это, чтобы оно не испачкалось и не порвалось".

"Сходи к Чиприони".

"Я не обязан. Это ресторан. Итальянское местечко в Маленькой Италии. Недорогая, хорошая еда. Шумно, обычно многолюдно, медленное обслуживание, потрясающая паста".

"Он не знал, что она вела учет, такие маленькие счета, как этот. Он не понимал ее. Он не получил ее. Он думал, что он в безопасности. Ни одно из мест, которые мы находим, не находится поблизости от этого. Увези ее подальше от того места, где она живет, где люди, которых она знает, могут их увидеть. Увидишь его. Води ее в места, где много людей. Кто их заметит? Но она собирает сувениры, чтобы отметить их даты. Она оставила нам хороший след, Пибоди."

22.

Высадив Еву дома, Пибоди укатила в сауне на колесах. И Ева погрузилась в благословенную прохладу. Кот спустился по ступенькам, приветствуя ее серией раздраженных кошачьих рычаний.

"Что, ты заменяешь Соммерсета? Сука, сука, сука." Но она присела на корточки, чтобы провести рукой по его шерсти. "Какого черта вы двое вообще тут делаете весь день? Неважно. Я не думаю, что хочу знать."

Она связалась с персоналом, и ей сказали, что Рорка нет на территории.

"Боже". Она снова посмотрела вниз на кота, который изо всех сил пытался вцепиться когтями в ее ногу. "Немного странно. Никого дома, кроме тебя и меня. Ну... у меня есть кое-что. Ты должен прийти ". Она подхватила его на руки и понесла вверх по лестнице.

Дело было не в том, что она была против побыть дома одна. Она просто не привыкла к этому. И было чертовски тихо, если вы потрудились прислушаться.

Но она бы это исправила. Она загружала аудио книги Саманты Гэннон. Она могла основательно потренироваться, пока слушала это. Поплавайте, расслабьтесь. Примите душ, позаботьтесь о некоторых деталях.

"Вы многое можете сделать, когда рядом нет никого, кто мог бы вас отвлечь", - сказала она Галахаду. "Я все равно провел большую часть своей жизни, когда рядом никого не было, так что, знаете, никаких проблем".

Без проблем, подумала она. До появления Рорка она каждый вечер приходила домой в пустую квартиру. Может быть, она сошлась бы со своей подругой Мэвис, но даже если бы у нее было время немного выпустить пар после работы с женщиной, которая была экспертом по выпуску пара, она все равно вернулась бы домой одна.

Ей нравилось быть одной.

Когда ей перестало нравиться одиночество?

Боже, это раздражало.

Она бросила кота на свой стол, но он пожаловался и ударился головой о ее руку. "Хорошо, хорошо, дай мне минутку, ладно?" Отодвинув его в сторону, она взяла памятный кубик.

"Здравствуйте, лейтенант". Раздался голос Рорка. "Я думал, это будет твоей первой остановкой. Я скачал аудио книги Гэннона, потому что не мог представить, как ты свернешься калачиком с бумажной версией. Увидимся, когда я вернусь домой. Я верю, что где-то есть свежие персики. Почему бы тебе не съесть один вместо шоколадного батончика, о котором ты думаешь?"

"Думаешь, что знаешь меня вдоль и поперек, не так ли, умник? Думает, что знает меня вдоль и поперек", - сказала она коту. "Самое неприятное, что он это делает". Она отложила записку, взяла наушники. Даже когда она начала вставлять его на место, она заметила, что на ее настольном устройстве мигает индикатор сообщения.

Она снова оттолкнула кота в сторону. "Просто подожди, ради бога". Она заказала сообщение и еще раз прослушала голос Рорка.

"Ева, я опаздываю. Несколько проблем, с которыми нужно разобраться ".

Она склонила голову набок, изучая его лицо на экране. Немного раздраженно, заметила она. Немного поспешил. Он был не единственным, кто знал своего партнера.

"Если я справлюсь с ними, я в любом случае буду дома раньше, чем вы доберетесь до этого. Если нет, что ж, как можно скорее. Ты можешь связаться со мной, если тебе нужно. Не работай слишком усердно ".

Она коснулась экрана, когда его изображение исчезло. "Ты тоже".

Она надела наушники, включила, затем, к большому облегчению кошки, направилась на кухню. В ту минуту, когда она наполнила его миску тунцом и поставила перед ним, он набросился.

Слушая рассказ об ограблении бриллианта, она схватила бутылку воды, запоздало съела персик, затем прошла через тихий, пустой дом и спустилась в спортзал.

Она разделась, повесив оружейную сбрую на крючок, затем натянула короткий комбинезон.

Она начала с растяжек, сосредоточившись на звуке и своей форме. Затем она перешла к машине, запрограммировав полосу препятствий, которая побуждала ее бегать, карабкаться, грести, кататься на велосипеде по различным предметам и поверхностям.

К тому времени, когда она начала заниматься свободными весами, ее познакомили с главными героями книги и она имела представление о Нью-Йорке и маленьких американских городках начала века.

Сплетни, преступления, плохие парни, хорошие парни, секс и убийства.

Чем больше все менялось, думала она, тем больше этого не происходило.

Она активировала спарринг-дроида на десятиминутный бой и почувствовала себя гибкой, энергичной и добродетельной к тому времени, когда надрала ему задницу.

Она достала вторую бутылку воды из мини-холодильника и, чтобы уделить себе больше времени с книгой, добавила сеанс для развития гибкости и равновесия.

Она сняла комбинезон, выбросила его в мусоропровод для белья, а затем голой вошла в домик у бассейна. В ее ушах все еще звучал звук, она нырнула в прохладную голубую воду. После нескольких ленивых кругов она доплыла до поворота и вызвала "Джетс".

Ее долгий, блаженный вздох эхом отразился от потолка.

Была дома одна, подумала она, и была дома одна.

Когда ее глаза начали закрываться, она заставила себя подняться. Она надела халат, собрала свою уличную одежду, оружие и поднялась на лифте в спальню, прежде чем подумала об упущенной возможности.

Она могла бы пробежать голой по дому. Она могла бы танцевать голой по всему дому.

Ей пришлось бы придержать это маленькое удовольствие про запас.

После душа и свежей одежды она вернулась в свой офис. Она выключила звук достаточно надолго, чтобы разобраться с некоторыми деталями, сделать новые заметки.

Первыми в ее списке были: Джек О'Хара, Алекс Крю, Уильям Янг и Джером Майерс. Янг и Майерс были мертвы более полувека, и их жизни закончились до первого акта драмы.

Крю умер в тюрьме, а О'Хара был на взводе до самой своей смерти пятнадцать лет назад. Итак, четверо мужчин, которые украли бриллианты, были мертвы. Но люди редко выживали без связей. Семья, соратники, враги.

Связь с вором может считать, что он имеет право на добычу. Своего рода награда, наследство, расплата. Связь с вором может знать, как получить доступ к охраняемому месту жительства.

Кровь говорит, подумала она. Люди часто говорили это. У нее, например, были причины надеяться, что это неправда. Если это было правдой, что это делало ее дочерью монстра и шлюхи-наркоманки? Если все дело было в генах, ДНК, унаследованных чертах, какие шансы были у ребенка, созданного двумя людьми с целью использования ее для получения прибыли? За то, что развел ее. За то, что растил ее как животное. Хуже, чем животное.

Запирал ее в темноте. Одинокий, безымянный. Избивал ее. Насиловал ее. Скручивал ее до тех пор, пока в возрасте восьми лет она не стала убивать, чтобы сбежать.

Кровь на ее руках. Так много крови на ее руках.

"Черт возьми. Черт возьми, черт возьми. " Ева зажмурила глаза и усилием воли прогнала образы, прежде чем их призраки могли превратиться в еще один кошмар наяву.

Кровь ничего не говорила. ДНК не создавала нас. Мы создали самих себя, если у нас было хоть немного мужества, мы создали самих себя.

Она вытащила свой значок из кармана, держала его как талисман, как якорь. Мы создали самих себя, снова подумала она. И на этом все закончилось.

Она положила свой значок на стол, где она могла видеть его, если ей нужно, затем, повторно включив звук, она слушала, как она заказывала прогоны по именам своих четырех воров.

Подумав о кофе, она встала, чтобы побродить на кухню. Она поиграла с программированием кастрюли, затем сократила ее до одной чашки. Один из шоколадных батончиков, которые она припрятала, начал звать ее по имени. И, в конце концов, она съела этот чертов персик.

Она достала его из-под льда в морозильной камере. С кофе в одной руке и замороженным шоколадом в другой она вернулась в офис. И чуть не врезался в Рорка.

Он бросил один взгляд, поднял бровь. "Ужин?"

"Не совсем". Он заставил ее почувствовать себя ребенком, ворующим угощения. И она никогда не была ребенком, у которого можно украсть угощение. "Я была просто... дерьмом". Она сняла наушники. "Работал. Брал небольшой перерыв. Тебе-то какое дело?"

Он засмеялся, притянул ее для поцелуя. "Здравствуйте, лейтенант".

"Привет в ответ. Не обращай на него внимания", - сказала она, когда Галахад подполз, чтобы мяукать и умолять. "Я его уже покормила".

"Без сомнения, лучше, чем вы сами себя кормили".

"Ты поел?"

"Пока нет". Он скользнул рукой по ее горлу, слегка сжал. "Дай мне половину этой конфеты".

"Это заморожено. Ты должен переждать это ".

"Это потом". Он взял у нее кофе, ухмыльнулся ее хмурому виду. "Ты пахнешь... восхитительно".

Когда рука на ее горле скользнула, чтобы обхватить ее затылок, она поняла, что он имел в виду ее, а не кофе. "Отойди, приятель". Она ткнула пальцем ему в грудь. "У меня здесь были свои планы. Раз уж ты ничего не ел, почему бы нам не сходить в одно итальянское заведение, о котором я слышал в центре."

Когда он ничего не сказал, просто потягивал ее кофе, изучая ее поверх края, она нахмурилась. "Что?"

"Ничего. Просто хотел убедиться, что ты действительно моя жена. Вы хотите пойти куда-нибудь поужинать, посидеть в ресторане, где есть другие люди ".

"Мы уже ходили куда-нибудь поужинать раньше. Миллионы раз. Что такое bfd?"

"Ммм-хм. Какое отношение итальянский ресторан в центре города имеет к вашему делу?"

"Умник. Может быть, я только что услышал, что у них действительно вкусная лазанья. И, может быть, я расскажу вам остальное по дороге, потому что я вроде как забронировал столик. Я приготовила их до того, как поняла, что ты будешь так поздно и, возможно, не захочешь выходить. Я могу проверить это завтра ".

"У меня есть время принять душ и переодеться из этого окровавленного костюма? Такое чувство, что я в нем родился".

"Конечно. Но я могу отменить, если ты просто хочешь расслабиться ".

"Я бы не отказалась от лазаньи, если к ней добавить побольше вина".

"Длинный, да?"

"На самом деле, больше раздражает, чем долго", - сказал он ей, когда она шла с ним в спальню. "Пара системных проблем. Один в Балтиморе, другой в Чикаго, и оба требовали моего личного внимания ".

Она поджала губы, когда он раздевался для душа. "Ты был сегодня в Балтиморе и Чикаго?"

"С короткой остановкой в Филадельфии, так как это было удобно".

"Ты ела стейк с сыром?"

"Я этого не делал, нет. Время не допускало таких поблажек. Наполни форсунки", - приказал он, когда встал под душ. "Семьдесят два градуса".

Даже мысль о душе такой температуры заставляла ее дрожать. Но, так или иначе, она все еще могла наслаждаться, стоя там и наблюдая, как он обливается холодной водой. "Ты их починил? Системные проблемы?"

"Ставлю на твою великолепную задницу. Инженер, офис-менеджер и два вице-президента будут искать другую работу. Перегруженный работой администратор только что купил себе угловой офис и новую должность - вместе с хорошим повышением зарплаты, - а молодой человек из отдела исследований и разработок примерно сейчас празднует свое повышение до руководителя проекта ".

"Вау, ты был очень занят там, меняя жизни".

Он откинул назад эту чудесную и влажную гриву черных волос. "Небольшое пополнение счета расходов - это проверенная временем традиция, с корпоративной точки зрения. Я не возражаю против этого. Но ты не хочешь становиться жадным, неряшливым и чертовски высокомерным по этому поводу. Или следующее, что ты знаешь, это то, что ты не в себе и задаешься вопросом, как, черт возьми, ты собираешься позволить себе эту квартиру на Мауи и гарнир, который любит безделушки в маленьких голубых коробочках от Тиффани ".

"Подожди". Она отступила назад, когда он вышел из душа. "Растрата? Вы говорите о растрате?"

"Это было бы в Чикаго. Балтимор был просто неумелым, что, так или иначе, еще более раздражает ".

"Вы заряжали их? Чикаго?"

Он развернул полотенце, начал вытираться. "Я справился с этим. По-моему, лейтенант, - сказал он, прежде чем она смогла заговорить. "Я не вызываю полицию при каждом столкновении на дороге".

"Я продолжаю слышать это в последнее время. Растрата - это преступление, Рорк."

"Это сейчас? Ну, представь себе это. " С полотенцем, обернутым вокруг бедер, он прошел мимо нее и направился к своему шкафу. "Они заплатят, вы можете быть уверены в этом. Я представляю, что они даже сейчас напиваются до потного оцепенения и плачут горькими слезами над своими карьерными самоубийствами. Вам повезло, что вы теперь справляетесь с работой подметания вокруг стола, не говоря уже о том, чтобы сидеть за ним. Чертовы ублюдки".

Она обдумала это. "Копам было бы проще с ними".

Он оглянулся, его ухмылка была жестокой и холодной. "Несомненно".

"Я говорил это раньше, я скажу это снова. Ты очень страшный парень ".

"Итак... " Он натянул рубашку, застегнул ее. "А как прошел твой день, дорогая Ева?"

"Расскажу тебе по пути".

Она сказала ему так, что к тому времени, когда они прибыли в ресторан, он был полностью проинформирован.

Пибоди, отметила Ева, дала точное описание. Место было переполнено, и шумно, и воздух пах потрясающе. Официанты в белых передниках поверх уличной одежды двигались черепашьим шагом, разнося подносы с едой к столикам или унося пустые тарелки.

Когда официантам не приходилось надрывать задницы ради чаевых, Еве пришлось понять, что все сводится к еде или фактору сноба. Судя по тому, как здесь готовят, и простоте декора, блюда должны быть превосходными.

Кто-то напевал из динамиков на том, что, как она предположила, было итальянским, точно так же, как она предположила, что почти детские фрески, украшавшие стены, были итальянскими.

И она заметила короткие свечи на каждом столе. Точно такой же, как у Тины Кобб, хранился среди ее сувениров.

"Я забронировал номер на твое имя". Ей пришлось повысить голос, направить его к уху Рорка, чтобы быть услышанной сквозь шум.

"О?"

"Они были забронированы солидно. Рорк убирает со стола быстрее, чем Даллас ".

"Ах".

"О... Ах... Бла-бла-бла".

Он засмеялся, ущипнул ее, затем повернулся к явно незаинтересованному метрдотелю. "У тебя есть столик на двоих, под руководством Рорка".

Мужчина был приземистым, его внушительное тело было втиснуто в старомодный смокинг, как соевая колбаса, завернутая в оболочку. Его скучающие глаза широко распахнулись, и он вскочил со своего табурета на ноги. Когда он поклонился, Ева ожидала, что он выскочит из смокинга.

"Да, да! мистер Рорк. Ваш столик ждет. Лучший стол в заведении". У его итальянского акцента был явный нью-йоркский оттенок. Рим через Бронкс. "Пожалуйста, пойдем со мной. Кыш, кыш." Он махал официантам и посетителям и расталкивал их, чтобы освободить путь. "Я Джино. Пожалуйста, скажи мне, если ты чего-нибудь пожелаешь. Что угодно. Сегодняшняя паста - спагетти в горошек, а фирменное блюдо - роллатини ди полло. Ты будешь пить вино, да? Бесплатная бутылка нашего Бароло. Это очень хорошо. Красивый и смелый, но не подавляющий ".

"Звучит идеально. Большое вам спасибо ".

"Это ничего не значит. Совсем ничего". Он щелкнул пальцами в сторону официанта, который, очевидно, был приведен в состояние боевой готовности. В короткий срок вино было выставлено, открыто, налито и одобрено. Меню предлагалось с размахом, и персонал отступил, чтобы зависнуть и в основном игнорировать посетителей, которые надеялись, что их обслужат где-нибудь в следующем десятилетии.

"Тебе когда-нибудь надоедало, что перед тобой заискивают?" Ева спросила его. .

"Дай мне подумать". Рорк отпил вина, откинулся назад. Улыбался. "Нет".

"Догадывался". Она взглянула на меню. "Что это за штука со спагетти в форме шеста, о которой он говорил.

"Polpettone. Спагетти с фрикадельками."

"Правда?" Она оживилась. "Ладно, это настраивает меня". Она отложила меню в сторону. "Что ты будешь?"

"Думаю, я попробую лазанью с двумя соусами. Ты вложил это мне в голову, и я не могу это вытащить. Для начала у нас будет немного антипасто, иначе мы разочаруем наших хозяев ".

"Давайте сделаем их счастливыми".

В тот момент, когда Рорк положил свое меню, у стола материализовались метрдотель и официант. Она позволила Рорку сделать заказ и достала из сумки идентификационную фотографию Тины Кобб. "Вы узнаете эту женщину?" она спросила Джино.

"Мне жаль?"

"Она была здесь на свидании в июле. Ты помнишь, что видел ее?"

"Мне жаль", - повторил он. Он выглядел извиняющимся, затем его хватил удар, когда он взглянул на Рорка. "У нас так много клиентов". На его лбу выступили капельки пота; он заломил руки и стоял, как нервничающий студент, проваливший важный тест.

"Просто взгляните. Может быть, ты вспомнишь, как она вошла. Молодая, наверное, принарядилась для свидания. Около пяти футов трех дюймов, сто двадцать фунтов. Она светилась на первом свидании ".

"Ах..."

"Ты мог бы оказать мне услугу", - сказала Ева, прежде чем парень растекся в нервную лужицу у ее ног. "Вы могли бы показать это официантам, посмотреть, не напоминает ли это что-нибудь".

"Я был бы счастлив. Для меня было большой честью, конечно. Прямо сейчас".

"Мне больше нравится, когда они раздражены или взбешены", - решила Ева, когда он поспешил прочь. "Ну, в любом случае, это рискованно".

"Мы получим из этого хорошую еду. И... - Он поднял ее руку, поцеловал костяшки пальцев. "У меня свидание с моей женой".

"Место делает адский бизнес. Почему это не твое?"

Он держал ее за руку, потягивая вино. Не было никаких признаков человека, который весь день мотался из города в город, увольняя казнокрадов и некомпетентных. "А ты бы хотел?"

Она только покачала головой. "Две мертвые женщины. Один - средство для достижения цели, другой - просто в нужном месте в неподходящее время. Он не убийца по замыслу. Он убивает, потому что это целесообразно. Хочет достичь цели. Чтобы достичь этого, вы должны использовать инструменты, устранять препятствия. Вроде того, что ты сделал сегодня, только с настоящей кровью ".

"Хм" было комментарием Рорка.

"Я имею в виду, что вы собираетесь добраться из пункта А в пункт Б, и если вам нужно свернуть в сторону и переехать кого-нибудь, вы это делаете. Я имею в виду, он режиссер ".

"Понял".

"Если бы Джейкобса там не было, ему не пришлось бы ее убивать. Если бы ему не пришлось убивать Джейкобса, он, вероятно, не убил бы Кобба. По крайней мере, не сразу, хотя я бы поспорил, что он придумал, как он это сделает, когда и если. Если бы он нашел алмазы - большая вероятность - или, что более вероятно, нашел что-то, что привело его к ним, он бы пошел по следу."

Она схватила хлебную палочку, разломила ее пополам, а затем с хрустом проглотила. "Он не придирается к убийству, и, должно быть, - потому что он думает наперед - он, должно быть, рассмотрел возможность избавиться от Саманты Гэннон, как только у него в руках окажется его приз. Но он не вошел в ее дом с намерением совершить убийство."

"Он приспосабливается. Понимает ценность гибкости и того, чтобы, так сказать, следить за мячом. То, что у вас есть на данный момент, не указывает на человека, который паникует, когда что-то меняет его план игры. Он работает с этим и соответственно движется дальше ".

"Это довольно лестное описание".

"Вовсе нет", - не согласился Рорк. "Поскольку его гибкость и сосредоточенность полностью аморальны и служат только себе. Как ты заметил, у меня были - и есть - собственные планы на игру, и я очень хорошо знаю соблазнительную притягательность сверкающих камней. Наличные, какими бы сексуальными они ни были, не цепляют тебя таким же образом. Их свет, ослепление, цвета и формы. В этом влечении есть что-то примитивное, что-то интуитивное. Несмотря на это, убивать из-за горсти блесток унижает весь бизнес. По-моему, во всяком случае."

"Хотя красть их- это нормально".

Теперь он ухмыльнулся и взял вторую половинку ее хлебной палочки. "Если вы сделаете это правильно. Однажды - в другой жизни, конечно - я... освободил лондонскую птицу от множества ее сверкающих перьев. Она держала их запертыми в хранилище - в темноте - такая жалость. В конце концов, какой смысл запирать всех этих красавиц подальше, где они только и ждут, чтобы снова засиять? У нее был дом в Мэйфейре, охраняемый, как Букингемский дворец, черт возьми. Я сделал эту работу в одиночку, просто чтобы посмотреть, смогу ли я ".

Она знала, что ей не следует веселиться, но ничего не могла с этим поделать. "Держу пари, ты мог бы".

"Ты победил. Боже, какая спешка. Я думаю, мне было двадцать, и я все еще помню - помню точно, - каково было доставать эти камни из темноты и смотреть, как они оживают в моих руках. Им нужен свет, чтобы ожить ".

"Что ты с ними сделал?"

"Ну, это уже другая история, лейтенант". Он наполнил их бокалы вином. "Совершенно другая история".

Официант подал их антипасто. За ним по пятам поспешил метрдотель, таща официантку за руку.

"Скажите синьоре", - приказал он.

"Ладно. Я думаю, что, возможно, я ждал ее ".

"Она думает, может быть", - эхом повторил Джино. Он почти спел это.

"Она с парнем?"

"Да. Послушай, я не уверен на все сто процентов ".

"Ничего, если она присядет на минутку?" Ева спросила Джино.

"Все, что захочешь. Все, что тебе понравится. Антипасто, оно вкусное?"

"Это здорово".

"А вино?"

Заметив огонек в глазах Евы, Рорк переменился. "Это очень хорошее вино. Замечательный выбор. Интересно, не могли бы мы попросить стул для... "

"Я Кармен", - сказала ему официантка.

К счастью, был свободный стул, поскольку Ева не сомневалась, что Джино лично избавил бы другую закусочную от одной, чтобы удовлетворить просьбу Рорка.

Хотя он продолжал приставать, Ева проигнорировала его и повернулась к Кармен. "Что ты помнишь?"

"Ну". Кармен пристально посмотрела на фотографию, которую она вернула Еве. "Джино сказал, что это было как на первом свидании. И я думаю, я помню, как прислуживал ей-им. Она была такой нервной и легкомысленной, как будто редко выходила в свет, и она выглядела достаточно молодо, чтобы мне пришлось записать ее. Я вроде как ненавидел это делать, потому что она вся разволновалась, но это было нормально, потому что она была законной. Едва. Вот почему я вроде как помню ".

"Что насчет него. Что ты помнишь о нем?"

"Эм ... Он был не так молод, как она, и он был намного мягче. Какбудто он был где-то рядом. Он заказал по-итальянски, в стиле casual. Я помню это, потому что некоторые парни так делают, и это настоящая показуха, а другие справляются с этим. Он провернул это. И он не поскупился на чаевые."

"Как он заплатил?"

"Наличные. Я всегда помню, когда они платят наличными, особенно когда они не обманывают меня ".

"Вы можете описать его?"

"О, я не знаю. Я не обращал на это внимания. Я думаю, у него были темные волосы. Не слишком темный. Я имею в виду не ... " Она перевела взгляд на Рорка, ее глаза скользнули по его волосам, и она бы вздохнула, если бы могла. "Не черный".

"Ага. Кармен." Ева похлопала ее по руке, чтобы привлечь ее внимание. "А как насчет цвета кожи?"

"О, ну, он был белым. Но у него был загар. Я вспоминаю это сейчас. Как будто у него была действительно хорошая вспышка или приятный отпуск. Нет, у него были светлые волосы! Это верно. У него были светлые волосы, потому что это сильно контрастировало с загаром. Я думаю. В любом случае. Он тоже был действительно внимателен к ней. Теперь, когда я думаю, я вспоминаю, что в большинстве случаев, когда я проходил мимо, он слушал ее или задавал ей вопросы. Многие парни - черт возьми, большинство парней - не слушают ".

"Ты сказал, что он был старше ее. Насколько старше?"

"Боже, трудно сказать. Чтобы помнить. Я не думаю, что это была одна из тех вещей в стиле папочки ".

"Как насчет сборки?"

"Я действительно не знаю. Он сидел, вы знаете. Он не был свиньей. Он просто выглядел нормальным ".

"Пирсинг, татуировки?"

"О, вау. Насколько я помню, нет. У него был действительно хороший наручный прибор. Я заметил это. Она была в женском туалете, когда я принесла им кофе, и он проверил время. Он был действительно острым на вид, тонким и серебристым с жемчужным лицом. Как они это называют?"

"Перламутровый?" Рорк предложил.

"Да. Да, перламутровый. Это был один острый на вид предмет. Дорогой на вид."

"Хотели бы вы поработать с полицейским художником?"

"Это дело копов? Вау. Что они сделали?"

"Это он меня интересует. Я хотел бы договориться, чтобы ты завтра приехал в Центральный. Я могу перевезти тебя ".

"Я думаю. Конечно. Это было бы своего рода ударом ".

"Если вы дадите мне свою информацию, кто-нибудь свяжется с вами".

Ева взяла оливку с тарелки, когда Кармен уносила свой стул. "Я люблю, когда дальние удары окупаются". Она увидела тарелки с пастой, направляющиеся в их сторону, и изо всех сил старалась не пускать слюну. "Просто дайте мне одну минуту, чтобы все уладить".

Она достала свою ссылку, чтобы позвонить в Центральный и договориться о сеансе артиста. Пока она слушала дежурного сержанта, задавшего пару содержательных вопросов, она накручивала макароны на вилку.

Она закончила разговор, отправив пасту в рот. "Надин транслировала связь".

"Что?"

"Прости". Она сглотнула и повторила утверждение более связно. "Подумал, что у нее получится после разговора с Гэнноном, и что она выйдет в эфир".

"Проблема?"

"Если бы это было рискованно, я бы остановил ее. И надо отдать ей должное, она бы мне позволила. Нет, это не проблема. Он поймет трансляцию и поймет, что у нас есть линии, за которые нужно дергать. Заставь его думать, заставь его задаваться вопросом ".

Она наколола фрикадельку, отломила кусочек от вилки, обернула макароны вокруг нее. "Бобби Смиту, кем бы он, черт возьми, ни был, сегодня вечером следует хорошенько подумать".

***

И он был. Он рано вернулся домой с вечеринки с коктейлями, которая ему смертельно наскучила. Те же люди, те же разговоры, та же скука. Никогда не было ничего нового.

Конечно, у него было много нового, о чем можно было поговорить. Но он вряд ли думал, что его недавние действия были разговором за коктейлем.

Он включил экран. Перед тем, как уйти, он запрограммировал свое развлекательное устройство на запись любого упоминания различных ключевых слов: Гэннон, Джейкобс - как оказалось, это ее имя - Кобб. Милая маленькая Тина. И, конечно же, на 75 был опубликован расширенный отчет восхитительной Надин Ферст, в котором были объединены все эти ключевые слова.

Итак, они установили связь. Он не ожидал, что полиция сделает это так быстро. Не то, чтобы это имело значение.

Он переоделся в свободные брюки, шелковый халат. Он налил себе бренди и положил на маленькую тарелку фрукты и сыр, чтобы ему было удобнее просматривать отчет еще раз.

Устроившись на диване в медиа-комнате своей двухуровневой квартиры на Парк-авеню, он ел сыр Бри и терпкий зеленый виноград, пока Надин снова рассказывала историю.

Ничто не связывало его с наивной маленькой служанкой, заключил он. Он был осторожен. Было несколько передач, верно, но все на учетную запись, которую он создал для этой цели, и отправил или получил от публичного подразделения. Он всегда отводил ее туда, где они были поглощены толпой. И когда он решил, что ему нужно ее убить, он отвез ее в здание на авеню Б.

Компания его отца ремонтировала ту собственность. Там никого не было, и хотя там было немного крови - на самом деле немалой крови - он все убрал. Даже если бы он пропустил одно-два пятна, бригады плотников и сантехников вряд ли заметили бы одно-два новых пятна среди старых.

Нет, не было ничего, что связывало бы глупую горничную из проектов с хорошо образованным, социально развитым и культурным сыном одного из ведущих бизнесменов города.

Ничто не связывало его с серьезным и испытывающим трудности молодым художником Бобби Смитом.

Подход художника был блестящим - естественно. Он умел рисовать достаточно компетентно, и он очаровал наивную и глупую Тину небольшим наброском ее лица.

Конечно, ему пришлось ехать на автобусе, чтобы организовать "случайную" встречу. Ужасное испытание. Он понятия не имел, как люди переносят такие переживания, но представлял, что те, кто не знал и не заслуживал лучшего.

После этого все стало так просто. Она влюбилась в него. Ему почти не пришлось прилагать никаких усилий там. Несколько дешевых свиданий, несколько поцелуев и проникновенных взглядов, и он получил право войти в дом Гэннона.

Ему нужно было только слоняться вокруг нее, пойти с ней однажды утром - заявив, когда он встретил ее на автобусной остановке возле городского дома, что не мог уснуть, думая о ней.

О, как она покраснела и затрепетала и дошла с ним прямо до входной двери Гэннона.

Он наблюдал, как она вводила код- запоминал последовательность, затем, игнорируя ее нерешительные протесты шепотом, приник к ней сзади, украдкой поцеловав еще раз.

О, Бобби, ты не можешь. Если мисс Гэннон спустится, у меня могут быть неприятности. Меня могли уволить. Ты должен уйти.

Но она захихикала, как будто они были детьми, разыгрывающими розыгрыш, когда она прогнала его.

Тогда было так просто наблюдать, как она быстро вводит код в будильник. Так просто.

Не так просто, признал он теперь, далеко не так просто для него снова уйти и оставить ее махать ему вслед. На мгновение, всего на одно горячее мгновение, он подумал о том, чтобы убить ее тогда. Просто врезать по этому улыбающемуся, обычному лицу и покончить с этим. Представил, как поднимаюсь наверх, вытаскиваю Гэннон и выбиваю из нее местоположение бриллиантов.

Избивал ее, пока она не рассказала ему все, все, чего не поместила в свою нелепую книгу.

Но это не входило в план. Очень тщательный план.

С другой стороны, подумал он, пожимая плечами, планы изменились. И таким образом, убийство сошло ему с рук. Дважды.

Произнеся тост за себя, он пригубил бренди.

Полиция могла строить какие угодно предположения, они никогда бы не связали его, такого человека, как он, с кем-то таким заурядным, как Тина Кобб. А Бобби Смит? Плод воображения, призрак, облачко дыма.

Он не был ни на йоту ближе к бриллиантам, но мог бы стать. О, он был бы. И, по крайней мере, ему не было, клянусь Богом, скучно.

Саманта Гэннон была ключом. Он перечитывал ее книгу бесчисленное количество раз после первого потрясенного прочтения, когда обнаружил, что на странице раскрыто так много его собственных семейных секретов. Это поразило его, ошеломило, привело в ярость.

Почему ему не сказали, что где-то спрятаны миллионы долларов - миллионы? Бриллианты, которые по праву принадлежали ему.

Дорогой старый папа не упомянул эту маленькую деталь в рассказе.

Он хотел их. Они были бы у него. Это действительно было так просто.

С ними он мог, он бы оторвался от своего отца и его утомительной трудовой этики. Подальше от скуки, однообразия его круга друзей.

Он был бы, как и его дед, уникален.

Потянувшись, он вызвал другую программу и посмотрел серию интервью, которые он записал. В каждом из них Саманта была красноречивой, яркой, привлекательной. Именно по этой причине он не пытался связаться с ней напрямую.

Нет, туповатая, с искорками в глазах Тина была гораздо безопаснее, гораздо умнее.

Тем не менее, он действительно с нетерпением ждал возможности узнать Саманту лучше. Гораздо более интимно.

23.

Ева проснулась, как обычно, и обнаружила, что Рорк встал раньше нее, уже одетый и устроившийся в гостиной спальни с кофе, котом и утренними биржевыми отчетами на экране.

Он, как она видела одним затуманенным глазом, ел что-то похожее на свежую дыню и вручную вводил коды, цифры или государственные секреты для всего, что она знала, в "блокноте ссылок".

Она что-то проворчала в знак "доброе утро" и, спотыкаясь, направилась в ванную.

Закрывая дверь, она услышала, как Рорк обращается к коту. "Она не в лучшей форме перед кофе, не так ли?"

К тому времени, как она вышла, он переключил экран на новости, добавил аудио и готовил бублик. Она вырвала чашку у него из рук, украла его кофе и отнесла их оба к себе в шкаф.

"Ты такой же плохой, как кошка", - пожаловался он.

"Только быстрее. У меня утренний брифинг. Ты смотрела прогноз погоды?"

"Горячая".

"Чертовски горячая или просто обычная горячая?"

"В Нью-Йорке сентябрь, Ева. Угадай."

Смирившись, она вытащила то, что выглядело менее вероятным прилипнуть к ее коже после пяти минут снаружи.

"О, у меня есть для вас немного информации о бриллиантах. Я вчера тут кое-что покопался ".

"Ты сделал?" Она огляделась вокруг, наполовину ожидая, что он скажет ей, что рубашка не подходит к брюкам или пиджак не подходит к рубашке. Но, похоже, ей повезло, и она взяла вещи, которые соответствовали его стандартам. "Я не думал, что у тебя будет время на все эти надирания задниц".

"Это действительно отняло значительное время и усилия. Но я выкроил немного времени между кровавыми банями. Я только что собрал это для тебя этим утром, пока ты еще немного хорошенько выспался ".

"Это раскопки?"

"Дорогая, как сказать тебе, что ты красивая, - это кайф?"

Ее ответом было фырканье, когда она пристегивала свое оружие.

"Этот пиджак тебе очень идет".

Она настороженно посмотрела на него, поправляя оружейный ремень под плечом. "Но?"

"Никаких но".

Это был загар, хотя она думала, что он назвал бы это как-то по-другому. Как пумперникель. Она никогда не понимала, почему людям приходится присваивать цветам странные названия.

"Мой прекрасный городской воин".

"Прекрати это. Что ты получил?"

"На самом деле, очень немного". Он постучал по диску, который положил на стол. "Страховая компания выплатила четверть из них и гонорар следователя в размере пяти процентов по остальным. Так что это была тяжелая потеря. Могло быть значительно хуже, но страховые компании, как правило, смутно представляют многомиллионные выплаты ".

"Это их игра", - сказала она, пожимая плечами. "Не играйте, если не хотите платить".

"Действительно. Они сильно надавили на дочь О'Хары, но ничего не смогли выдавить. Вдобавок ко всему, она была той, кто нашел или помог следователю найти то, что нужно было восстановить, и она сыграла важную роль в привлечении к ответственности команды полиции ".

"Да, я зашел так далеко. Расскажи мне то, чего я не знаю ".

"Они надавили на семью этого человека, его партнеров, на его коллег. Там было пусто, но я наблюдал за ними годами. Любой из них изменил бы свой образ жизни, не выиграв, скажем, в лотерею, их бы затащили сюда. Но они так и не смогли найти бывшую жену Кру или его сына ".

"У него был ребенок?" И она пнула себя за то, что не вернулась и не проверила пробежки после того, как они вернулись домой прошлой ночью.

"Он сделал, по-видимому. Хотя этого нет в книге Гэннона. Он был женат, потом развелся, и у него был сын, которому едва исполнилось семь, когда произошло ограбление. Я не смог найти на нее ничего стандартного, начиная с шести месяцев после развода ".

Проявив интерес, она вернулась в гостиную. "Она пошла ко дну?"

"Она ушла под воду, как это выглядит, и осталась там".

Он взял еще один бублик, пока говорил, и еще кофе. Теперь он снова сел. "Я мог бы выследить ее, если хочешь. Это заняло бы немного больше, чем стандарт, и некоторое время, поскольку мы возвращаемся на полвека назад. Я бы не возражал против этого. Это то, что я нахожу забавным ".

"Почему этого нет в книге?"

"Я полагаю, ты спросишь Саманту именно об этом".

"Чертовски верно. Это нить." Она обдумывала это, рассовывая свое оборудование по разным карманам: коммуникатор, записная книжка, 'связь, ремни. "Если у вас есть время, отлично. Я передам это Фини. ЭДД должен был уметь вынюхивать женщину и ребенка. Для этого у нас есть игрушки получше, чем пятьдесят лет назад ".

Она подумала о капитане отдела электронных детективов, своем бывшем напарнике. "Держу пари, это то, что его тоже заводит. Пибоди заедет за мной." Она проверила свое наручное устройство. "В значительной степени сейчас. Я позову Фини, посмотрим, есть ли у него немного времени ".

Она взяла диск. "Бывшая миссис Данные экипажа здесь?"

"Естественно". Он услышал сигнал от ворот и, после быстрой проверки, пропустил Пибоди. "Я провожу тебя вниз".

"Ты собираешься быть в городе сегодня?"

"Это мой план". Он провел рукой по ее волосам, когда они начали спускаться по ступенькам, затем остановился, когда она повернула голову и улыбнулась ему. "Что это значит?"

"Может быть, я просто думаю, что ты симпатичная. Или, может быть, я вспоминаю другие варианты использования лестниц. Или, может быть, только может быть, это потому, что я знаю, что там не поджидает костлявая задница с мозгами дроида, чтобы поджать губы, когда я буду уходить ".

"Ты скучаешь по нему".

Звук, который она издала, был вокальным эквивалентом насмешки. "Пожалуйста. Тебе, должно быть, нужна таблетка ".

"Ты делаешь. Ты скучаешь по маленькой рутине, по этому танцу ".

"О, черт. Теперь у меня в голове возникла картинка, как танцует Соммерсет. Это ужасно. На нем было надето одно из этих... - Она сделала поглаживающее движение бедрами.

"Tutus?"

"Да, это все".

"Большое спасибо, что вбили это в мою голову".

"Люблю делиться. Знаешь что? Ты действительно хорошенькая." Она остановилась у подножия лестницы, схватила двумя пригоршнями его волосы и притянула его голову к своей для долгого, тлеющего поцелуя.

"Ну, это вызвало у меня в голове совершенно другие образы", - выдавил он, когда она отпустила его.

"Я тоже. Хорошо для нас ". Удовлетворенная, она подошла к двери, распахнула ее.

Ее брови нахмурились, когда она увидела, как Пибоди вместе с молодым ЭДД-эйсом Макнабом выбираются с противоположных сторон ее зеленого полицейского подразделения. Они выглядели как... Она не знала, на что, черт возьми, они были похожи.

Она привыкла видеть Макнаба, главного модника Central, в чем-то вызывающем и странном, поэтому блестящие брюки chili-pepper с дюжиной карманов и ярко-синяя майка, покрытая -ха-ха -изображениями chili peppers, не заставили ее задуматься больше чем на мгновение. Как и жилет до бедер ярко-красного цвета или синие воздушные ботинки, которые доходили до его узловатых колен.

Это был просто Макнаб, с его блестящими золотыми волосами, зачесанными назад в длинный, гладкий хвост, его узкое и странно привлекательное лицо, наполовину закрытое красными солнцезащитными очками с зеркальными синими линзами, и дюжиной или около того серебряных шипов, поблескивающих в его ушах.

Но ее помощник - нет, теперь партнер, она должна была помнить это - был другой историей. Она носила облегающие брюки, которые резко заканчивались до середины икры и были цвета ... плесени, решила Ева. Плесень, которая выросла на сыре, которую вы забыли убрать в холодильник. На ней было что-то вроде драповой блузки того же цвета, которая выглядела так, будто в ней не спали пару недель, и дерьмового цвета куртка, которая свисала до колен. Вместо модных туфель, от которых она страдала накануне, она выбрала что-то вроде сандалий, которые, казалось, были сделаны из веревки, завязанной в узлы сумасшедшим молодежным скаутом. У нее на шее и в ушах было много цепочек, кулонов и камней странного цвета.

"Кем ты должен быть, каким-нибудь высококлассным уличным торговцем из страны Третьего мира и ее ручной обезьянкой?"

"Это дань моему воспитанию в свободном возрасте. И это удобно. Все из натуральных тканей". Пибоди поправила свои солнцезащитные очки с крошечными круглыми линзами. "В основном".

"Я думаю, она выглядит сексуально", - сказал Макнаб, быстро обнимая Пибоди. "Что-то вроде средневековья".

"Ты думаешь, что кора дерева выглядит горячей", - бросила Ева в ответ.

"Да. Заставляет меня думать о лесе. Она-тело, бегущее обнаженным по лесу".

Пибоди толкнула его локтем, но при этом усмехнулась. "Я ищу свой детективный образ", - сказала она Рорку. "Это незавершенная работа".

"Я думаю, ты выглядишь очаровательно".

"О, Заткнись", - был ответ Евы, когда щеки Пибоди порозовели от удовольствия. "Ты починил эту кучу?" - спросила она Макнаба.

"Есть хорошие новости и плохие новости. Плохая новость в том, что это кусок дерьма с неисправной компьютерной системой, что делает его примерно таким же, как любая другая проблема с полицией на улицах. Хорошая новость в том, что я гребаный гений и запустил ее с помощью некоторых запасных частей, которые я храню. Она будет держаться, пока тебе не повезет и ты не испортишь это, или какой-нибудь мудак, который не знает ничего лучшего, не усилит это ".

"Спасибо. На заднее сиденье, - приказала она. "Позади водителя. Я боюсь, что если я продолжу видеть тебя в зеркале заднего вида, я ослепну ". Она повернулась к Рорку. "Позже".

"Я буду с нетерпением ждать этого. Привет." Он взял ее за подбородок, прежде чем она смогла уйти, затем, не обращая внимания на ее вздрагивание, легко коснулся губами ее губ. "Будь осторожен с моим полицейским".

Пибоди вздохнула, садясь в машину. "Мне просто нравится, как он это говорит. "Мой полицейский". - Она резко развернулась лицом к Макнабу. "Ты никогда не называл меня так".

"Это не работает, когда ты тоже полицейский".

"Да, и у тебя все равно нет акцента. Но ты милый." Она поджала губы, глядя на него.

"И ты мое абсолютно женское Женское тело".

"Прекрати это, прекрати это, прекрати это! Нейроны в моей голове лопаются ". Ева защелкнула ремни безопасности на месте. "В этом автомобиле не будет никаких липких разговоров. В радиусе десяти ярдов от меня не будет никаких липких разговоров. Это мой официальный запрет на липкие разговоры, и нарушители будут избиты до потери сознания свинцовой трубой ".

"У вас нет свинцовой трубки", - указала Пибоди.

"Я возьму одну". Она скользнула взглядом по дороге к воротам. "Почему ты носишь то, что помялось до чертиков?"

"Это естественное состояние натуральной ткани. Моя сестра соткала этот материал ".

"Ну, почему она не сгладила это или что-то в этом роде, пока была за этим? И я не могу поверить, сколько времени я трачу в эти дни на обсуждение твоего гардероба."

"Да. Было немного морозно". Ее улыбка сменилась хмурым взглядом, когда она посмотрела вниз на свои ноги. "Как вы думаете, из-за этих штанов мои икры выглядят толстыми?"

"Я не слышу тебя, потому что что-то только что взорвалось в моем мозгу, и мои уши наполнились кровью".

"В таком случае, Макнаб и я вернемся к нашему грубо прерванному липкому разговору". Она взвизгнула, когда Ева протянула руку и дернула ее за мочку уха. "Боже. Просто проверял."

***

Ева считала свидетельством своего поразительного самообладания то, что она не убила ни одного из них по дороге в Централ. Чтобы сохранить свой послужной список чистым, она ушла от них в гараже, в одиночку поднявшись на лифте. Она не сомневалась, что им придется обменяться небрежными словами или поцелуями, прежде чем каждый разойдется, чтобы зарегистрироваться в своей команде.

И, судя по сонному, удовлетворенному взгляду Пибоди, когда она вошла, Ева предположила, что к прядям на губах были добавлены какие-то прикосновения.

Об этом невыносимо было думать.

"Брифинг через пятнадцать", - быстро сказала Ева. "У меня появились некоторые новые данные, и мне нужно их просмотреть. Я хочу привлечь Фини, если он сможет это сделать. Чтобы исследовать один аспект, нам понадобится поиск личности, который насчитывает более пятидесяти лет ".

Пибоди протрезвела. "Бриллианты. Мы ищем одного из воров? Разве они не все мертвы?"

"Записи указывали бы. Мы ищем бывшую жену и сына Алекса Крю. Они развеялись вскоре после развода и не были упомянуты в книге Гэннона. Я хочу знать, почему."

"Ты хочешь, чтобы я связался с Фини?"

"Я сделаю это. Ты свяжешься с Гэннон, назначь с ней встречу ".

"Да, сэр".

Загрузив диск, который дал ей Рорк, и выпив кофе, Ева позвонила в офис Фини в EDD.

Его знакомое поникшее лицо появилось на экране. "Семьдесят два", - сказал он, прежде чем она смогла заговорить, - "и я ухожу отсюда".

Она забыла, что у него скоро отпуск, и подтасовала фактор времени к другим своим внутренним данным. "Есть время на поиск человека, прежде чем ты выйдешь с солнцезащитным кремом и шляпой для вечеринки?"

"Я не говорил, что меня не было на работе до. Кроме того, вам нужен поиск персонала, я могу поручить это одному из моих парней ". Для Фини весь его отдел был мальчиками, независимо от хромосом.

"Я ищу в этом деле блеска, поэтому прошу вас позаботиться об этом лично".

"Сколько масла тебе нужно намазать на меня, чтобы смазать меня для этого? Мне нужно расставить много i точек, прежде чем я уйду ".

"Это связано с многочисленными убийствами, кучей бриллиантов и исчезновением более чем полувековой давности. Но если ты слишком занята упаковкой своей юбки хула, я могу заказать пару дронов ".

"Юбка хула принадлежит жене". Он втягивал воздух носом и выходил из него. "Пятьдесят лет?"

"Плюс еще несколько. Примерно через десять у меня здесь брифинг ".

"Тот, на которого ты подсадил Макнаба?"

"Это тот самый".

Он поджал губы, почесал подбородок. "Я буду там".

"Спасибо". Она отключилась, затем открыла файл Рорка, чтобы ознакомиться с данными. Пока игралось, она сделала копии, добавила их к пакетам, которые она уже собрала для команды, сделала еще один для Фини.

И с нежностью подумал о тех днях, когда Пибоди выполняла всю черную работу.

В результате она была последней в конференц-зале.

"Детектив Пибоди, проинформируйте капитана Фини о ходе расследования на сегодняшний день".

Пибоди моргнула. "А?"

"Все эти штуки в ваших ушах засоряют ваш слух? Подведите итог по делу, детектив, и введите капитана Фини в курс дела."

"Да, сэр".

Ее голос немного пискнул, и она запнулась на начальных данных, но Ева была довольна, что Пибоди нашла свой ритм. Прошло еще некоторое время, прежде чем у нее хватило смелости возглавить команду, но у нее был хороший, подвижный ум и, как только она справилась с нервами, простой и связный метод передачи данных.

"Спасибо вам, детектив". Ева подождала, пока Фини закончит делать заметки. "Бакстер, есть что-нибудь из клуба на Джейкобса?"

"Никаких зацепок. Она была завсегдатаем. Приходил соло или с кавалером, с группой. Ночью, о которой идет речь, она была соло, и вот как она ушла. Вышли на танцпол, немного выпили, поболтали с парой парней. Бармен знает, что она ушла одна, потому что она поговорила с ним за последней выпивкой. Сказала ему, что у нее период засухи. Никто из тех, кого она встречала в последнее время, не сделал этого для нее. У нас есть несколько имен, и мы проверим их сегодня, но это выглядит как провал ".

"Ну, свяжи это. В соответствии с информацией, собранной по делу Кобб, я распространил ее фотографию в ресторане Ciprioni's, где, как полагают, у нее было свидание с мужчиной, которого мы знаем как Бобби Смита ".

"Ты ходил к Чиприони?" Пибоди воскликнула.

"Мне нужно было поесть, мне нужно было следовать примеру. Две птицы."

"Другим людям нравится итальянская кухня", - заныла Пибоди.

Ева проигнорировала ее. "Я нашел официантку, у которой был их столик в июле. Она помнит Кобба, и я свел ее с полицейским художником, чтобы попытаться еще немного освежить ее память в описании свидания Кобба. Мы можем проверить музеи, галереи, театры, которые, по нашему мнению, они посетили. Кто-нибудь мог бы их вспомнить ".

"Мы возьмем это", - сказал ей Бакстер. "Мы уже уложили нескольких".

"Хорошо. Теперь, когда СМИ объявили о возможной связи между этими убийствами, наша жертва в курсе, почти наверняка в курсе, мы установили связь и параллельно ведем расследование. Я не рассматриваю это как сдерживающий фактор для расследования ".

Она немного подождала. "В ваших пакетах вы найдете данные, относящиеся к Алексу Крю, одному из похитителей бриллиантов, и единственному из четверых, кто демонстрировал агрессивное поведение. Мой источник сообщил, что у этой команды были бывшая жена и сын. Оба этих человека исчезли между разводом и ограблением. Я хочу их найти ".

"Возможно, их убила команда", - предположила Пибоди.

"Да, я обдумывал это. У него не было никаких проблем с убийством одного из своих партнеров или попыткой убийства дочери другого партнера. Он уже отсидел некоторое время ранее и подозревался в других преступлениях. Он был увлечен жизнью. Убийство бывшей не вышло бы за рамки его патологии. Никто не стал бы причинять вред или убивать ребенка. Его ребенок."

Так делали отцы, подумала она. Отцы могли быть монстрами так же легко, как и все остальные.

"Живые или мертвые, я хочу их найти. У нас есть их имена при рождении и их местонахождение до их исчезновения. Мы с Пибоди поговорим с Гэнноном этим утром ". Она подняла бровь, глядя на Пибоди.

"Тысяча сто в "Рембрандте".

"Возможно, у нее есть больше информации о них, собранной через ее семью или ее исследования для ее книги. Я также хочу услышать ее доводы в пользу того, чтобы исключить их из этой книги, когда названы другие. Фини, ты в поиске?"

"На этом".

"Ах ... Рорк предложил помочь, если необходимо, в качестве гражданского консультанта. Поскольку он собирал для меня текущие данные, он заинтересован в том, чтобы довести дело до конца ".

"Для меня никогда не было проблемой использовать мальчика. Я отмечу его".

"Макнаб, я хочу все, что ты сможешь достать для меня из d и c Кобб, ее ссылок. Коммуникационное оборудование Gannon и Jacobs уже установлено собственными силами. Проконсультируйтесь с офицером, назначенным для очистки этих блоков ".

"Ты получил это".

"Я убеждал Гэннон подумать о частной охране, и она, похоже, согласилась. Мы будем держать при ней мужчину столько, сколько позволит бюджет. Этот преступник очень конкретен в своей цели. Очень конкретен в своих целях. Обе жертвы были связаны с Гэнноном. Если он почувствует, что она стоит у него на пути, или у него есть информация, которую он хочет, он, не колеблясь, попытается добиться ее. На данный момент у нас нет ничего, что привело бы к нему, кроме преступления пятидесятилетней давности. Давай возьмем еще ".

На обратном пути в отдел Ева лениво наблюдала, как двое в штатском тащили скованную женщину, которая весила около трехсот фунтов и извергала впечатляющий набор непристойностей. Поскольку у обоих копов были порезы на лицах и синяки, Ева предположила, что заключенная бросила нечто большее, чем проклятия, прежде чем они надели на нее наручники.

Боже, она любила свою работу.

"Пибоди, в мой кабинет".

Она вошла первой, закрыла дверь, на что Пибоди бросила на нее озадаченный взгляд. Затем она запрограммировала две чашки кофе, указала на стул.

"У меня проблемы?"

"Нет".

"Я знаю, что не очень хорошо справился с брифингом. Это дало мне минуту, вот и все, чтобы сделать стендап. Я -"

"Ты отлично справился. Вы хотите сосредоточиться на данных, а не на себе. Застенчивые копы не руководят командами. Как и копы, которые сомневаются в себе каждые две минуты. Ты заработала щит, Пибоди, теперь ты должна им воспользоваться. Но дело не в этом ".

"Одежда... " Она замолчала под каменным взглядом Евы. "Снова смущаешься. Убирал это подальше. Тогда в чем дело?"

"Я часто работаю после смены. Регулярно. Возвращайтесь в поле, чтобы потянуть за поводок, проработать различные сценарии или поработать со связью или компьютером в моем домашнем офисе. Отобрать дело у Рорка. Так я работаю. У тебя будут проблемы с тем, что я не буду подключать тебя каждый раз, когда я это делаю?"

"Ну, нет. Ну ... Думаю, я пытаюсь найти ритм партнера. Может быть, ты тоже."

"Может быть, так и есть. Это не потому, что я тебя отталкиваю. Давайте проясним это. Я живу своей работой, Пибоди. Я вдыхаю это, и я ем это, и я сплю с этим. Я не рекомендую это ".

"Это работает на вас".

"Да, у меня это работает. Есть причины, по которым это работает для меня. Мои причины. Они не твои".

Она посмотрела в свой кофе и подумала о длинной череде жертв, и все они вели к ней, ребенку, истекающему кровью и сломленному в холодном гостиничном номере в Далласе.

"Я не могу сделать это по-другому. Я не сделаю этого никаким другим способом. Мне нужно то, что это дает мне. Вам не нужно то же самое. Это не делает тебя меньшим копом. И когда я выхожу на что-то один, я не думаю, что ты меньше похож на полицейского ".

"Я тоже не всегда могу это убрать".

"Никто из нас не может. И те, кто не может найти способ справиться с этим выгоранием, становятся злыми, напиваются или сходят с ума. У тебя есть способы справиться. У тебя есть семья и внешние интересы. И, черт возьми, я скажу это в этот раз, у тебя есть Макнаб ".

Губы Пибоди изогнулись. "Это, должно быть, было больно".

"Немного".

"Я люблю его. Это странно, но я люблю его ".

Ева встретилась с ней взглядом, коротким, но уверенным признанием. "Да, я понимаю это".

"И это действительно имеет значение. И я тоже понимаю, о чем ты говоришь. Я не всегда могу убрать это, но иногда мне приходится. Я так и делаю. Я, вероятно, никогда не смогу прокрутить это в голове так, как ты, но это нормально. Я, наверное, все еще буду немного ворчать, когда узнаю, что ты куда-то ушла без меня ".

"Понял. Тогда у нас все было в порядке?"

"У нас все в порядке".

"Тогда убирайтесь из моего кабинета, чтобы я мог закончить кое-какую работу, прежде чем мы увидимся с Гэнноном".

***

Она добивалась консультации с Мирой и после некоторых жарких переговоров с администратором доктора ей дали тридцать минут во время обеденного перерыва в печально известной забегаловке Central. Ева не могла понять, почему кто-то из класса Миры должен терпеть унижения в Закусочной, но она не спорила.

Ей удалось, проделав значительную работу ногами, отложить свой доклад коммандеру Уитни до позднего вечера того же дня.

Другой звонок включал угрозы сомнительной анатомической возможности и взятку в виде мест в ложе во время игры Mets. Комбинация принесла ей обещание главного лаборанта предоставить полный отчет по обоим случаям к тысяче четырнадцати.

Посчитав свою работу по связям хорошо выполненной, она схватила свои файлы, позвонила Пибоди и отправилась на задание.

***

Пибоди уперла руки в бока. "Это возвращение на место преступления задним числом".

"Мы не совершали преступления, так что технически мы не возвращаемся". Ева игнорировала людей, которые толпились вокруг нее, когда она стояла на углу Пятой и Сорок седьмой. "Я просто хотел взглянуть на это место".

"Получил довольно сильный удар в городских войнах", - прокомментировала Пибоди. "Легкая мишень, я полагаю. Заметное потребление. Имущие и неимущие. Все эти модные украшения демонстрировались, когда экономика резко упала, нелегалы продавались на улице, как соевые сосиски, а оружие было пристегнуто ремнями, как модные аксессуары ".

Она придвинулась ближе к одному из дисплеев. "Блестящий".

"Итак, трое парней заходят, немного подменяют четвертого и выходят с карманами, полными бриллиантов. Никто не был готов к этому так, как внутренний парень, которому доверяют, которого считают безупречным ".

Ева изучала витрины, пока говорила, и людей, которые останавливались, чтобы сгрудиться у них, мечтая об этом блеске. Золото и серебро - металлы; рубины и изумруды, и бриллианты, яркие, как солнце, - камни. Поскольку их нельзя было использовать в качестве топлива, они не согревали зимой, ей было тяжело переносить тягу.

И все же она носила золотой обруч на пальце и яркий, сверкающий бриллиант на цепочке под рубашкой. Символы, подумала она. Просто символы. Но она бы боролась за них, не так ли?

"Внутренний человек тоже должен выйти, - продолжила она, - практически наступая им на пятки, и уйти прямо под воду. Палец собирается указать на него, он знает, что собирается войти. Но он хочет того, чего хочет, и он отбрасывает все остальное ради этого. И его убирают, прежде чем он сможет похлопать себя по спине. Команда прикончила его, поэтому команда должна была знать, как до него добраться. Не только его местоположение, но и как его выманить."

Она посмотрела вверх, как турист, на верхние этажи. Ни один человек не скользит по зданию, подобному этому. Тогда бы тоже не было никакого раннего века, размышляла она. Он был восстановлен после войн, но, по сути, был таким же, как исторический образ, который она изучала.

И, спускаясь от угла, в котором он доминировал, были магазин за магазином, выставка за демонстрацией украшений для тела. В этом единственном квартале на другом конце города хранились товары на миллионы. Было удивительно, что это не было хитом на ежедневной основе.

"Они даже не потрудились убрать камеры слежения", - прокомментировала она. "Входишь и выходишь, и не парься. Но копы бы их в конце концов опознали. У каждого из них был лист, кроме внутреннего парня, и его проблемы с азартными играми привлекли бы его внимание. Итак, они просто собирались оставаться под землей, прятать камни подальше, ждать, пока воздух остынет. Потом бац. Ты знаешь, почему это могло сработать?"

"Расследование было бы сосредоточено, по крайней мере, на начальном этапе, на человеке, находящемся внутри компании. Они бы решили, что он свихнулся, спланировали и привели в исполнение. Он ушел, бриллианты исчезли. Они двинулись на него ".

"Да, пока остальные разбегаются и переждут это. Команда поступила умно, устранив его, но он ушел, когда не избавился от тела. Умнее, намного умнее сбросить парня в реку, чтобы копы тратили время и ресурсы на поиски мертвеца. Не продумал это до конца, потому что он тоже хотел того, чего хотел. Как только он получил это, он просто захотел большего. Вот почему он закончил тем, что умер в тюрьме. Этот парень, наш парень, он немного умнее ".

Она изучала группу из трех женщин, которые остановились у витрины, чтобы издавать охающие звуки и восклицания. Да, материал был блестящим. Она не была до конца уверена, почему люди хотели сиять, но они хотели - и делали это с самого рассвета.

"Но он такой же одержимый", - прокомментировала Пибоди. "Команда была одержима бриллиантами, я думаю. Это то, что я почерпнул из книги. Он должен был иметь их все. Он не мог довольствоваться своей долей, чего бы это ни стоило. Я думаю, что этот парень такой же в этой области. Был одержим. Даже одержимый, в некотором смысле. Как будто они были - алмазы - прокляты ".

"Это камни на основе углерода, Пибоди. Неодушевленные предметы." Бессознательно она потерла пальцем бриллиант в форме слезы, который носила на цепочке под рубашкой. "Они ничего не делают, только сидят там".

Пибоди снова посмотрела в окно. "Блестящий", - снова сказала она с расфокусированным взглядом и отвисшей челюстью.

Вопреки себе, Ева рассмеялась. "Давай уберемся с этой жары и пойдем навестим Гэннона".

24.

Рембрандт, как обнаружила Ева, был одним из тех маленьких эксклюзивных отелей в европейском стиле, которые уютно расположились в Нью-Йорке, почти как в секрете. Никаких башен, достигающих неба, или вестибюля шириной в милю, никакого позолоченного входа. Вместо этого это было прекрасное старое здание, которое, как она предположила, когда-то было дорогостоящей резиденцией в стиле, который говорил об элегантной осмотрительности.

Вместо ее обычной перепалки со швейцаром, этот человек в своей строгой темно-синей форме и кепке подбежал к ней, чтобы поприветствовать ее уважительным кивком.

"Добро пожаловать в Рембрандт. Вы будете регистрироваться, мадам?"

"Нет". Она показала свой значок, но его вежливые манеры лишили ее веселья. "Я здесь, чтобы увидеть гостя".

"Должен ли я организовать парковку для вас во время вашего визита?"

"Нет, вы должны оставить этот автомобиль именно там, где я его поставил".

"Конечно", - сказал он, не вздрогнув и не ахнув, и высосал остатки ветра из ее парусов. "Приятного посещения "Рембрандта", лейтенант. Меня зовут Малкольм, если вам понадобится какая-либо помощь, пока вы здесь ".

"Да. Что ж. Спасибо." Его поведение застало ее врасплох настолько, что она нарушила свою собственную твердую политику. Она достала десять кредиток и протянула их ему.

"Большое вам спасибо". Он был у двери перед ней, распахивая ее.

Вестибюль был небольшим и обставленным как чья-то очень со вкусом подобранная гостиная с креслами с глубокими подушками, блестящим деревом, глянцевым мрамором, картинами, которые могли быть оригинальной работой. Там были цветы, но вместо двадцатифутовых композиций, которые Ева часто находила немного пугающими, на разных столах были маленькие, привлекательные букеты.

Вместо стойки регистрации со взводом зубастых клерков в форме за антикварным столом сидела женщина.

Помня о безопасности, Ева просканировала территорию и заметила четыре незаметно установленные камеры. Так что это было что-то.

"Добро пожаловать в Рембрандт". Женщина, стройная, одетая в бледно-персиковое платье, с короткой копной светлых с черными прядями волос, поднялась. "Чем я могу вам помочь?"

"Я здесь, чтобы увидеть Саманту Гэннон. В какой комнате она находится?"

"Один момент". Женщина снова села, просмотрела экран на своем настольном устройстве. Она посмотрела на Еву с извиняющейся улыбкой. "Мне жаль. У нас нет гостя с таким именем ".

Едва эти слова слетели с ее губ, как из боковой двери вышли двое мужчин. Ева пометила их как охрану и отметила по стойке "смирно", что они были вооружены.

"Хорошо. Я на работе ". Она обратилась к мужчинам, подняв правую руку. "Даллас, лейтенант, отдел убийств. Мой партнер. Пибоди, детектив. Скоро будут удостоверения личности ".

Она потянулась к своему значку двумя пальцами и не сводила глаз с команды безопасности. "Ваша безопасность лучше, чем кажется на первый взгляд".

"Мы очень заботимся о наших гостях", - ответила женщина и взяла бейдж Евы, чтобы отсканировать его, затем бейдж Пибоди. "Это по порядку", - сказала она и кивнула двум мужчинам. "Ср. Гэннон ожидает тебя. Я просто позвоню в ее номер и дам ей знать, что ты здесь."

"Прекрасно. Чем они тебя нагружают?" Ева кивнула в сторону охраны, и один из них откинул куртку, показывая ручной парализатор среднего радиуса действия в быстросъемной боковой кобуре. "Этого должно хватить".

"Ср. Гэннон готов принять вас, лейтенант. Она на четвертой. Ваш офицер находится в нише у лифта. Он покажет тебе ее комнату ".

"Ценю это". Она вместе с Пибоди подошла к лифту "два банка". "Она проявила здравый смысл, выбрав такое место, как это. Надежная безопасность, вероятно, такой сервис, который дает вам все, что вы хотите, за пять минут до того, как вы попросите об этом ".

Они поднялись, и Пибоди приказала подняться на четвертый этаж. "Как вы думаете, сколько здесь стоит ночь?"

"Я в этом ничего не смыслю. Я вообще не знаю, почему люди просто не остаются дома. Каким бы шикарным ни было заведение, когда вы находитесь в отеле, по соседству всегда находится какой-нибудь незнакомец. Вероятно, еще один над твоей головой, другой под твоими ногами. Затем есть звонок, уборка номеров и другие люди, которые входят и выходят все чертово время ".

"Ты точно знаешь, как извлечь из этого романтику".

Униформа ждала, когда они сойдут. "Лейтенант". Он колебался, выглядел огорченным.

"У вас возникли проблемы с тем, чтобы попросить меня проверить удостоверение личности, офицер? Откуда ты знаешь, что я не вышел в два, не выстрелил Далласу и Пибоди между глаз, не сбросил их безжизненные тела и не проехал остаток пути, намереваясь пристрелить тебя, а затем перейти к сути дела? "

"Да, сэр". Он забрал их удостоверения личности, использовал свой ручной сканер. "Она в четыре ноль четыре, лейтенант".

"Кто-нибудь пытался войти с начала вашей смены?"

"Как уборка, так и обслуживание в номерах, оба заказываются по субъекту, оба проверяются перед предоставлением доступа. И Рорк, который был оправдан на уровне лобби, субъектом и мной ".

"Рорк".

"Да, сэр. Он был с объектом в течение последних пятнадцати минут."

"Хм. Отставить, офицер. Возьми десять."

"Да, сэр. Спасибо вам, сэр ".

"Ты собираешься разозлиться на него?" Спросила Пибоди. "Я имею в виду Рорка".

"Я еще не знаю". Ева позвонила в звонок и была удовлетворена небольшим ожиданием, которое подсказало ей, что Саманта воспользовалась сигналом безопасности.

У Саманты были круги под глазами и бледность, которая говорила о бессонных ночах. Она, казалось, была тщательно одета, хотя, в темные брюки и белую сшитую на заказ рубашку. В ее ушах были крошечные квадратные обручи, а на запястье - тонкий браслет в тон.

"Лейтенант. Детектив. Я думаю, вы знаете друг друга, - добавила она, указывая туда, где сидел Рорк, потягивая то, что пахло превосходным кофе. "Я не собирал это воедино. Ты, мой издатель. Я, конечно, знал о связи, но со всем ... со всем, это просто не входило. "

"Ты ходишь вокруг да около", - сказала Ева Рорку.

"Как можно больше. Я хотел проверить одного из наших уважаемых авторов и убедить ее принять меры безопасности. Я полагаю, вы рекомендовали частную охрану в этом вопросе, лейтенант."

"Я сделал". Ева кивнула. "Это хорошая идея. Если он обеспечит это, - сказала она Саманте, - у вас будет все самое лучшее".

"Меня не потребовалось никаких уговоров. Я хочу прожить долгую и счастливую жизнь, и я приму любую помощь, которую смогу получить, чтобы убедиться в этом. Хочешь кофе? Что-нибудь?"

"Это настоящий кофе?"

"У нее есть слабость". Рорк улыбнулся. "Она вышла за меня замуж из-за кофе".

Румянец вернулся на щеки Саманты. "Я мог бы написать чертовски хорошую книгу о вас двоих. Гламур, секс, убийство, коп и миллиардер ".

"Нет", - сказали они вместе, и Рорк рассмеялся.

"Я так не думаю. Я разберусь с кофе, Саманта. Почему бы тебе не присесть? Ты устанешь".

"И это заметно". Саманта села, вздохнула и позволила Рорку сходить на кухню за еще одним кофе и чашками. "Я не могу уснуть. Я смогу работать. Я могу с головой погрузиться в работу, но когда я останавливаюсь, я не могу уснуть. Я хочу быть дома, и мне невыносима мысль о том, чтобы быть дома. Я устал от самого себя. Я жив, я здоров и целостен, а другие нет, и я все равно продолжаю впадать в жалость к себе ".

"Вы должны дать себе передышку" . .

"Даллас прав", - вставила Пибоди. "Ты был на ногах пару недель, вернулся домой к чему-то, что поставило бы многих людей под удар. На вас обрушилось все сразу. Немного жалости к себе не повредит. Тебе следует принять транквилизатор и отключиться на восемь или десять часов ".

"Я ненавижу транквилизаторы".

"Там вы беретесь за руки с лейтенантом". Вошел Рорк с подносом. "Она тоже не примет их добровольно". Он поставил кофе на стол. "Ты хочешь, чтобы я убрался с твоего пути?"

Ева изучала его. "Ты еще не в этом. Я дам тебе знать, когда ты будешь ".

"Ты никогда не терпишь неудачу".

"Саманта, почему ты не упомянула о семейных связях Алекса Крю в своей книге?"

"Связи?" Саманта наклонилась вперед за своим кофе и, как заметила Ева, избегала зрительного контакта.

"В частности, бывшая жена и сын Крю. Вы приводите значительные подробности о семье Майерса и о том, с чем они имели дело после его смерти. Вы так долго говорили об Уильяме Янге и вашей собственной семье. И хотя ты выделяешь команду на видном месте, там нет упоминания о жене или ребенке ".

"Откуда вы знаете, что у него были жена и ребенок?"

"Я задаю вопросы. Вы не упустили эти детали в своем исследовании. Почему их нет в книге?"

"Ты поставил меня в трудное положение". Саманта держала кофе, помешивая, помешивая, еще долго после того, как крошечная капелька сахара, которую она добавила, должна была раствориться. "Я дал обещание. Я не мог и не стал бы писать эту книгу без благословения моей семьи. В частности, без разрешения моих бабушки и дедушки. И я пообещал им, что не буду впутывать в это сына Крю ".

Словно осознав, что делает ее рука, она постучала ложечкой по краю своей чашки, затем отставила ее в сторону. "Он был всего лишь маленьким мальчиком, когда это случилось. Моя бабушка чувствовала - все еще чувствует, - что его мать пыталась защитить его от Команды. Спрячь его от команды."

"Почему она так подумала?"

Поставив свой нетронутый кофе, Саманта провела пальцами по волосам. "Я не могу свободно говорить об этом. Я поклялась, что не буду писать об этом или говорить об этом в интервью. Нет." Она подняла руки, прежде чем Ева смогла заговорить. "Я знаю, что вы собираетесь сказать, и вы абсолютно правы. Это не обычные обстоятельства. Это убийство ".

"Тогда ответьте на вопрос".

"Мне нужно сделать звонок. Мне нужно поговорить с моей бабушкой, которая собирается начать новый раунд требований, дебатов и беспокойства с ней и моим дедушкой. Еще одна причина, по которой я не сплю ".

Она прижала пальцы к глазам, прежде чем опустить их на колени. "Они хотят, чтобы я приехал в Мэриленд, остался с ними, или они угрожают напасть на меня здесь. Трудно будет удержать их от звонков моим родителям и братьям. Я сдерживаю их, и я с благодарностью принимаю предложение Рорка о безопасности для них, пока это не разрешится. Пока это не так, я остаюсь здесь. Я думаю, важно, чтобы я довел это до конца, чтобы я по-своему справлялся с тем, что происходит сейчас, точно так же, как они справлялись с тем, что произошло тогда ".

"Частью сделки является предоставление первичному лицу любых данных, которые могут относиться к этому расследованию".

"Да, ты снова прав. Просто позволь мне сначала позвонить, поговорить с ней. Мы в моей семье не нарушаем обещаний. Для моей бабушки это как религия. Я пойду в спальню, позвони ей сейчас, если ты можешь просто подождать несколько минут ".

"Продолжайте".

"Восхитительно", - сказал Рорк, когда она ушла. "Так дорожить своим словом, особенно перед семьей, когда по какой-то причине, чем вы более близки, тем легче нарушить обещание. Или, по крайней мере, подчинись обстоятельствам ".

"Ее прадедушка нарушил множество обещаний", - размышляла Ева. "Джек О'Хара нарушил множество обещаний, данных Лейну и матери Лейна. Итак, бабушка Саманты хотела разорвать цикл. Вы не намерены держать свое слово, даже когда это трудно, вы его не даете. Ты должен уважать это ".

Она посмотрела в сторону спальни, потом снова на него. "Предложить позаботиться о ее безопасности и мэрилендских Ганнонах - это классно. Но ты мог бы послать лакея, чтобы разобраться с этим."

"Я хотел встретиться с ней. Она задела тебя за живое, и я хотел понять, почему. Я делаю".

Когда Саманта вышла из спальни несколько минут спустя, у нее были заплаканные глаза. "Мне жаль. Я ненавижу беспокоить ее. Беспокоили их. Я собираюсь отправиться в Мэриленд и очень скоро успокоить их умы ".

Она села, сделала бодрящий глоток кофе. "Команда Джудит и Уэстли", - начала она. Она передала им данные фонда, которые у нее были, и в какой-то момент пошла за некоторыми своими заметками, чтобы освежить память.

"Итак, вы видите, когда мой дедушка выследил ее и обнаружил, что Крю был там, он полагал, что тот мог дать ребенку что-то, в чем были бриллианты. Во всяком случае, часть из них. Это было безопасное место, чтобы хранить их, пока он занимался своей работой ".

"У него была бы половина из них или доступ к половине из них в то время?" Ева делала свои собственные заметки.

"Да. С тем, что было найдено в депозитной ячейке, среди пропавших осталась четверть бриллиантов. Бывшая жена и сын Крю пропали. Все указывало, по крайней мере, для моей бабушки, что она скрывалась от Экипажа. Смена имен, тихая работа, район среднего класса. Затем то, как она собрала вещи и уехала - продала все, что могла, или раздала это и просто ушла. Казалось, что она снова убегает, потому что он нашел ее. Или даже больше, по мнению моей бабушки, мальчик. Видите ли, он был совсем маленьким мальчиком, и его мать пыталась защитить его от человека, который, как она узнала, был опасным и одержимым. Если вы посмотрите на прошлое Крю и его криминальное прошлое, на его модель поведения, она была права, что боялась ".

"Она могла сбежать, потому что у нее было несколько миллионов бриллиантов в ее распоряжении", - указала Ева.

"Да. Но мои бабушка и дедушка не верили, и я не верю, что такой человек, как Крю, дал бы их ей, сказал бы ей. Использовал ее, да, и мальчика, но не дал ей такой силы. Ему нужно было быть главным. Он бы нашел их снова, когда захотел. Я не сомневаюсь, что он угрожал женщине и отказался бы от нее, когда его сын стал бы старше. Достаточно взрослый, чтобы представлять больший интерес и быть полезным для команды. Мой дедушка отпустил это, отпустил оставшиеся бриллианты, отпустил их. Потому что моя бабушка попросила его об этом."

"Когда-то она была маленьким ребенком, - сказал Рорк, кивнув, - которого пришлось оторвать от дел или переместить, у которого никогда не было постоянного дома или безопасности, которая с ним связана. И, как бывшая Крю, ее мать сделала выбор - отделиться от мужчины и защитить своего ребенка ".

"Да. Да. Большая часть бриллиантов вернулась на свои места. И они были, как любит говорить моя бабушка, в конце концов, всего лишь вещами. Мальчик и его мать, наконец, были в безопасности. Если бы они преследовали его, а я не сомневаюсь, что мой дедушка мог бы их выследить, они были бы втянуты в эту историю. Маленькому мальчику швырнули бы в лицо все, что сделал его отец, и, скорее всего, он сам попал бы в историю национальных новостей. Его жизнь, возможно, была повреждена или серьезно изменилась из-за одной этой вещи. Поэтому они никому не сказали ".

Она наклонилась вперед. "Лейтенант, они утаили информацию. Вероятно, для них было незаконно скрывать это. Но они сделали это по наилучшей из возможных причин. Они получили бы больше. На пять процентов больше из более чем семи миллионов, если бы они выследили ее. Они этого не сделали, и миру удалось проскочить без этих конкретных камней ".

Саманта не просто защищала себя и своих бабушку с дедушкой, отметила Ева. Она защищала женщину и ребенка, которых никогда не видела. "Я не заинтересован втягивать в это твоих бабушку и дедушку. Но я заинтересован в том, чтобы найти Джудит и команду Уэстли. Бриллианты ничего не значат для меня, Саманта. Я не занимаюсь ограблением, я из отдела убийств. Две женщины мертвы, вы вполне можете стать мишенью. Мотивом для этого послужили бриллианты, и в этом мой интерес к ним. Кто-то другой может провести расследование и раскопать тот факт, что у Крю были жена и ребенок. Это могло бы сделать их мишенями ".

"Ну, боже мой". Когда это дошло до цели, Саманта крепко зажмурилась. "Я никогда не думал об этом. Никогда не рассматривал это ".

"Или человек, который убил Андреа Джейкобс и Тину Кобб, может быть связан с Crew. Это может быть его сын, который решил, что хочет вернуть то, что, как он чувствует, принадлежало его отцу ".

"Мы всегда предполагали ... Все, что мои бабушка и дедушка узнали о Джудит, показало, ясно показало, что она делала все, что могла, чтобы дать своему сыну нормальную жизнь. Мы предположили, что ей это удалось. Только потому, что его отец был убийцей, вором, сукиным сыном, не означает, что ребенок принял его образ. Я не верю, что мы так работаем, лейтенант. Что мы генетически предопределены. А ты помнишь?"

"Нет". Она взглянула на Рорка. "Нет, я не хочу. Но я верю, что, независимо от их происхождения, некоторые люди просто рождаются плохими ".

"Какая счастливая мысль", - пробормотал Рорк.

"Не закончено. Кем бы мы ни родились, в конечном итоге мы делаем выбор. Правильные, неправильные. Мне нужно найти Уэстли Крю и определить, какой выбор он сделал. Это нужно закрыть, Саманта. Это должно закончиться ".

"Они никогда себе этого не простят. Если каким-то образом это пройдет полный круг и ударит по мне, мои бабушка и дедушка никогда не простят себя за выбор, который они сделали много лет назад ".

"Я надеюсь, что они умнее этого", - сказал Рорк. "Они сделали выбор за ребенка, которого они даже не знали. Если этот ребенок сделал выбор как мужчина, это на его совести. То, что мы делаем со своей жизнью, всегда так."

Они ушли вместе, и Ева прокручивала новую информацию в своей голове, пока у нее не сформировались шаблоны. "Мне нужно, чтобы ты нашел их", - сказала она Рорку.

"Понял".

"Совпадения случаются, но в основном это чушь собачья. Я не куплюсь на то, что какой-то парень прочитал книгу Гэннона и у него встал из-за пропажи бриллиантов и решил убить пару женщин, чтобы их найти. У него есть инвестиции в них, связь с ними. Книга положила этому начало, но связь уходит еще дальше в прошлое. За сколько времени до выхода книги началась шумиха вокруг нее?"

"Я узнаю. Там также будет список определенного рода людей, рецензентов, аккаунтов и так далее, которым были отправлены предварительные копии. Боюсь, вам придется добавить к этому сарафанное радио. Люди, с которыми редакция, паблисити и другие могли бы поговорить ".

"У нас выходит эта замечательная книга", - начала Пибоди. "Это по поводу этой кражи бриллиантов прямо здесь, в Нью-Йорке".

"Именно так. Человек, которого вы ищете, возможно, слышал об этом где-то за выпивкой. Возможно, у вас был знакомый или вы присутствовали на вечеринке с одним из редакторов, рецензентом, кем-то из отдела продаж, кто говорил об этом ".

"Разве это не будет весело пройти? Дай мне список, - повторила она, когда они вышли в вестибюль. "И дайте мне знать, кого вы приставили к ней с точки зрения безопасности. Я хочу, чтобы мои люди знали ваших людей. О, и мне нужны два места в ложе, на матч "Метс"."

"Личное использование или взятка?"

"Подкуп. Пожалуйста, ты знаешь, что я фанат "Янкиз "."

"О чем я только думал. Как ты их хочешь?"

"Просто отправьте разрешение придурку в лабораторию. Беренски. Спасибо. Мне нужно бронировать ".

"Поцелуй меня на прощание".

"Я уже поцеловал тебя на прощание этим утром. Дважды."

"В третий раз повезло". Он крепко прижался губами к ее губам. "Я буду на связи, лейтенант". Он вышел прогуляться. Еще до того, как он упал на тротуар, к бордюру подъехала элегантная черная машина, и водитель выскочил, чтобы открыть дверь.

Как по волшебству, подумала Ева.

"Я хотел бы поддерживать с ним связь. В любое время. Где угодно. Любым способом."

Ева медленно повернула голову. "Ты что-то сказала, Пибоди?"

"Кто, сэр, я, сэр? Нет. Абсолютно нет ".

"Хорошо".

***

Затем она пошла на встречу с Мирой, пока Пибоди обедала за своим столом и обновляла файл. Что касается еды, Ева решила, что у Пибоди лучшая сторона палки.

В закусочной всегда было многолюдно, всегда шумно, независимо от времени суток. Это заставило Еву подумать о школьной столовой, за исключением того, что еда была еще хуже, и большинство людей, которые ели, были вооружены.

Мира была там раньше нее и у нее была своя кабинка. Ей либо очень повезло, подумала Ева, либо она использовала какое-то влияние, чтобы заказать его раньше. В любом случае, кабинка была большим шагом вперед по сравнению с одной из тесных четырехместных кабинок или стойкой обслуживания, где задницы полицейских нависали над обшарпанными табуретками.

Мира не была полицейским - технически - и уж точно, черт возьми, не выглядела как таковая. Она, по мнению Евы, не была похожа ни на криминолога, ни на врача, ни на психиатра. Хотя она была всем этим.

Она выглядела как симпатичная, хорошо одетая женщина, которую можно было увидеть прогуливающейся по дорогим магазинам на Мэдисон.

Возможно, она купила костюм в одном из них. Конечно, только очень смелые или очень стильные люди стали бы носить этот оттенок лимонной пены в таком городе, как Нью-Йорк, где грязь просто поднималась с асфальта и присасывалась к любой доступной поверхности, как пиявка к плоти.

Но костюм был безупречен и выглядел круто и свежо. Это подчеркивало блики в мягких каштановых волосах Миры и делало ее глаза более голубыми. Она носила с ним три длинных, тонких золотых шнурка, на которых камни более глубокого желтого цвета блестели, как маленькие кусочки солнечного света.

Она пила что-то из высокого стакана, который выглядел таким же морозным, как и ее костюм, и улыбнулась поверх края, когда Ева скользнула в кабинку напротив нее.

"Ты выглядишь горячей и измученной. У тебя должен быть один из них ".

"Что это?"

"Восхитительно". Не дожидаясь согласия Евы, Мира заказала одно блюдо из меню, прикрепленного к стенке киоска. "А как ты в остальном?"

"Хорошо". Еве всегда требовалось время, чтобы приспособиться, когда речь заходила о светской беседе. И с Мирой это была не совсем светская беседа. Люди делали это, когда им было наплевать так или иначе, и в основном, как она предположила, чтобы услышать свои собственные голоса. Мира заботилась. "Хорошо. Соммерсет в отпуске далеко-далеко отсюда. Поднимает мне настроение".

"Он быстро оправился от своих травм".

"Он все еще немного шатался на одной булавке, но да".

"И как поживает наш новый детектив?"

"Ей нравится вытаскивать свой значок и еще часто ему улыбаться. И ей удается вставить слово "детектив" в предложение несколько раз в день. Она одевается действительно странно. Выводит меня из себя. В противном случае, она просто струится вместе с этим ".

Ева взглянула на напиток, который выскользнул из прорези для подачи. Это действительно выглядело довольно неплохо. Она сделала один осторожный глоток. "На вкус как твой костюм. Прохладный, летний и немного терпкий." Она обдумала это. "Возможно, это прозвучало неправильно".

"Нет". Со смехом Мира откинулась на спинку стула. "Спасибо тебе. Такой цвет, как этот? Совершенно непрактично. Вот почему я не смог устоять перед этим. Я просто восхищался твоим пиджаком и тем, как тебе идет этот чудесный оттенок поджаренного хлеба. Это делало мой цвет лица мутным. И я просто не могу носить разделители с таким же щегольством, как ты ".

"Отделяется?"

Мире потребовалось мгновение, чтобы осознать, что такое базовое модное слово сбило с толку ее любимого полицейского. "Пиджак, брюки, что угодно, продавалось по отдельности, а не как часть комплекта, каким был бы костюм".

"Хах. Отделяется. Как насчет этого. И я всегда думал, что это, знаешь, куртка, брюки, что угодно ".

"Боже мой, я бы хотела пройтись с тобой по магазинам". На этот раз смех Миры перекрывал раздраженный шум Закусочной. "И ты выглядишь так, как будто я только что пырнул тебя вилкой под столом. Однажды я втяну тебя в это, но сейчас, чтобы не портить тебе аппетит, почему бы мне не спросить тебя, как дела у Мэвис?"

"Хорошо". Хотя Ева не была уверена, что разговоры о беременности возбуждают аппетит меньше, чем походы по магазинам. "Вы бы не узнали, что она, э-э, что-то там готовит, если бы она не рекламировала это. Они с Леонардо могли бы арендовать место на дирижабле. Он создает для нее всевозможные наряды для беременных, но я не могу действительно заметить разницу ".

"Отдам им все, что у меня есть. Я знаю, что ты хочешь перейти к делу. Почему бы нам сначала не сделать заказ? Я буду есть греческий салат. Обычно ты можешь доверять тем, кто здесь ".

"Да, это прекрасно".

Мира заказала два блюда из меню. "Ты знаешь, что я помню обрывки информации об ограблении на бирже? В то время это было очень важной новостью ".

"Как? Ты слишком молод."

"Теперь это настроило меня на сегодняшний день. На самом деле, я был только, что... О, как удручающе. Мне было около четырех, я полагаю. Но случилось так, что мой дядя встречался с женщиной, у которой был киоск на Бирже. Она была дизайнером ювелирных украшений и была там, на первом этаже, когда произошло ограбление. Я помню, как мои родители говорили об этом, и когда я был немного старше, у меня появился такой интерес к преступлениям, что я стал узнавать подробности. Семейная связь, какой бы отдаленной она ни была, добавила мне волнения ".

"Она все еще здесь? Дизайнер?"

"Я понятия не имею. У нее с моим дядей ничего не получилось. Я точно знаю, что она ничего не знала, пока охрана не закрыла заведение. Она не знала внутреннего человека. По крайней мере, это то, что я услышал от своего дяди, когда спросил его об этом позже. Я мог бы узнать тебе ее имя, я уверен, если ты хочешь попытаться разыскать ее."

"Я мог бы, но, вероятно, это неправильное направление. По крайней мере, на этом этапе. Расскажи мне об убийце."

"Ну. Действие, сами убийства не являются его приоритетом. Они - побочный продукт. Его жертвы и его методы разные, каждая соответствует его потребностям в данный момент. Он был бы больше всего заинтересован в своих собственных потребностях. Тот факт, что они обе были женщинами, даже привлекательными, не важен. Я сомневаюсь, что у него есть супруга или серьезные отношения, поскольку и то, и другое помешало бы его поглощенности собой. Не было ничего сексуального, несмотря на его роман с Тиной Кобб, и этот роман был не только средством для достижения цели, но и на его собственных условиях ".

"Занимал с ней места, которые он предпочитал, чтобы продемонстрировать свой превосходный интеллект и вкус".

"Да. В обоих убийствах не было ничего личного. Он видит общую картину своим собственным узким взглядом. Кобб можно было использовать и эксплуатировать, и так оно и было. Он планирует и обдумывает, из чего следует, что он знал, что может убить ее, когда ее использование для него закончится. Он знал ее, намеревался узнать ее. Он знал ее лицо, прикосновение ее руки, звук ее голоса, возможно, был близок с ней физически, если это двигало его к его цели, но для него не было бы личной связи ".

"Он уничтожил ее лицо".

"Да, но не из-за ярости, не из-за личных эмоций. Из чувства самосохранения. Оба убийства были результатом его потребности защитить себя. Он уберет, уничтожит, ликвидирует все или любого, кто встанет на пути к его цели или его собственной личной безопасности ".

"В его устранении Кобба было насилие".

"Да".

"Он причинил ей боль. Чтобы извлечь информацию?"

"Возможно, да. Более вероятно, что вы попытаетесь ввести полицию в заблуждение, заставить их думать, что это было преступление на почве страсти. Возможно, было и то, и другое. Он бы подумал. У него было время подумать. Он водил Кобб по людным местам, подальше от ее собственной опеки. Но его выбор отражает определенный стиль. Искусство, театр, модный ресторан."

"Отражая его покровительство".

"Он хотел бы, чтобы ему было удобно, да". Выдвинулась первая тарелка с салатом, и Мира поставила ее перед Евой. "Он вошел в дом Гэннон, когда знал, что ее нет дома. Он был осторожен, отключил систему безопасности, забрал диски. Чтобы защитить себя. Он принес оружие - хотя он думал, что дом пуст, он принес нож. Он готовится к неожиданностям, делает обходные пути, когда это необходимо. Он не пытался представить взлом и убийство как неудачную кражу со взломом, забрав ценные вещи ".

"Потому что это уже было сделано? Потому что Алекс Крю использовал этот метод с Лейн Тэвиш?"

Мира взяла вторую тарелку, улыбнулась. "Это отражает сильное эго, не так ли? "Я не буду повторять, я буду создавать". И уважение к искусству и антиквариату. Он не совершал актов вандализма, не уничтожал произведения искусства, ценную мебель. Он посчитал бы такое ниже своего достоинства. У него есть знания о таких вещах, вероятно, он сам владеет такими вещами. Конечно, он стремится к. Но если бы это было только стремление, он бы взял то, что отвечало его эстетическому чувству или жадности. Он очень сосредоточен ".

"Он образованный? Культурный?"

"Художественные галереи, музеи, театр Вест-Виллидж?" Мира пожала плечом. "Он мог бы отвезти девушку на Кони-Айленд, на Таймс-сквер, в дюжину мест, куда молодой человек ее круга мог бы повести девушку на свидание. Но он этого не сделал."

"Потому что, подобно краже произведений искусства или электроники, было бы ниже его достоинства жевать соевый соус на Кони-Айленде".

"Ммм". Мира откусила кусочек от салата. "Он не ищет славы или внимания. Он не ищет секса или даже богатства в традиционном смысле. Он ищет что-то очень специфическое ".

"У Алекса Крю был сын".

Брови Миры взлетели вверх. "Неужели он?"

"Ребенком в то время, когда все это произошло".

Она ввела Миру в курс дела, затем позволила доктору усвоить новые данные, пока они ели.

"Я вижу, о чем вы размышляете. Сын слышит об этой книге или читает ее и узнает, что один из предков бывших партнеров его отца находится прямо здесь, в Нью-Йорке. Что у нее достаточно информации для книги, и, скорее всего, больше. Что у нее вполне может быть доступ к бриллиантам. Но почему, если он знал о них все это время, он не попытался найти их или добраться до Гэннонов раньше?"

"Возможно, он не знал всей истории до выхода книги. Может быть, он не знал о связи." Ева помахала вилкой. "В любом случае, это мне предстоит выяснить. Что я хочу, так это ваше мнение. Следует ли шаблону, профилю, что человек, за которым я охочусь, является сыном Крю? "

"Это могло бы дать ему то, что он считал бы правом собственности на них. Они были собственностью его отца, так сказать. Но если его отец принес их ему, когда он был ребенком ...

"Этого не было в книге", - напомнила ей Ева. "И мы не можем знать, что команда сделала или не сделала, или сказала, или взяла, когда он нанес тот последний визит".

"Хорошо. Из того, что мы знаем о Команде, он чувствовал, что имеет право на всю добычу, и убил за это. Они были для него навязчивой идеей, которой он следовал, несмотря на то, что у него было достаточно средств, чтобы обеспечить себе благополучную жизнь до конца своей жизни. Возможно, сын работает с той же одержимостью, с тем же взглядом ".

"Моя интуиция подсказывает мне, что это исходит от Crew".

"И твоя интуиция обычно права. Тебя беспокоит эта реплика, Ева? Проигрывать грехи отца в своей голове?"

"Да". Она могла сказать это здесь, Мире. "Немного".

"Наследственность может быть сильным притяжением. Наследственность и раннее окружение вместе создают почти непреодолимое притяжение. Те, кто нарушает это, кто делает свое, несмотря на это, очень сильны ".

"Может быть". Ева наклонилась вперед. Никто вокруг них не слушал, но она наклонилась ближе, понизив голос. "Вы знаете, вы можете просто опуститься, вы можете опуститься и сказать, что это чья-то вина, что вы там, внизу, в моче и дерьме мира. Но это всего лишь предлог. Адвокаты, психиатры, врачи и социальные реформаторы могут сказать: "О, это не ее вина, она не несет ответственности. Посмотри, откуда она пришла. Посмотри, что он с ней сделал. Она травмирована. Она пострадала"."

Мира положила руку на руку Евы. Она знала, что думала о себе, о ребенке и о том, какой могла бы стать женщина. "Но?"

"Копы, мы знаем, что жертвы, те, кто сломлен, или раздроблен, или мертв ... или мертвы, им нужен кто-то, кто заступился бы за них, сказал: "Черт возьми, это ваша вина. Ты сделал это, и ты должен заплатить за это, независимо от того, била ли тебя твоя мать или твой отец ... Несмотря ни на что, ты не имеешь права причинять вред следующему парню ".

Мира сжала руку Евы. "И вот почему ты такой".

"Да. Вот почему я такой ".

25.

Ева смотрела сеанс в лаборатории с Дики Беренски, когда она проходила стоматологический осмотр. Ты должен был это сделать, и если тебе повезет, все будет не так плохо, как ты себе представлял. Но обычно было хуже.

И, как стоматологи из ее опыта, Придурок демонстрировала вкрадчивое, самодовольное удовлетворение, когда становилось хуже.

Она зашла в лабораторию с Пибоди и притворилась, что не заметила, как несколько техников посмотрели в ее сторону, а затем занялись чем-то другим.

Когда она не увидела никаких признаков Дики, она загнала в угол первого техника, который не смог ускользнуть достаточно быстро. "Где Беренски?"

"Um. Офис?"

Она не думала, что заслужила дрожащий голос или застывшую улыбку. Прошло несколько месяцев с тех пор, как она угрожала лаборанту. Кроме того, они должны знать, что для нее было физически невозможно выставить внутренние органы мужчины напоказ, вывернув его наизнанку.

Она пересекла главную лабораторию, по белым полам, вокруг белых станций, обслуживаемых людьми в белых халатах. Только машины, флаконы и трубочки, наполненные веществами, которые лучше не рассматривать, имели цвет.

В общем, она подумала, что предпочла бы работать в морге.

Она вошла в кабинет Дики без стука. Он откинулся на спинку стула за своим столом, задрав ноги и посасывая мороженое виноградного цвета.

"Ты получил места в ложе?" он спросил.

"Вы получите их, когда я получу свои результаты".

"У меня есть кое-что для тебя". Он оттолкнулся от стола, направился к выходу, затем остановился, чтобы изучить Пибоди. "Это ты там, Пибоди? Где форма?"

Обрадованная представившейся возможностью, она достала свой значок. "Я стал детективом".

"Ни хрена? Неплохо получилось. Хотя мне понравилось, как ты заполнила форму ".

Он запрыгнул на свой табурет и начал ездить на нем взад-вперед по длинной белой стойке, заказывая файлы, вводя коды своими быстрыми, как у паука, пальцами. "Ты уже получил кое-что из этого. Ни в одной из ВИК не было нелегалов. У жертвы номер один - это Джейкобс - уровень алкоголя в крови составлял целых восемь десятых. Она чувствовала себя довольно счастливой. Получила свой последний ужин. Никаких недавних выходок. Волокна на ее обуви совпадают с ковром на месте преступления. Пару других здесь она, вероятно, подобрала в такси по дороге домой ".

Его пальцы танцевали; экраны меняли цвета и формы. "Получила пару образцов волос, но здесь говорится, что она была в клубе перед тем, как умереть. Я мог бы купить их в клубе. Если какие-либо из них от убийцы, мы сравним их, когда вы его схватите.

"Теперь мы реконструировали рану - использовали ее идентификационную фотографию и некоторые другие, чтобы создать ее изображение в момент смерти".

Он упомянул об этом, чтобы Ева могла посмотреть на Андреа Джейкобс такой, какой она была на экране. Красивая женщина в модном платье, с глубокой раной на горле.

"Используя нашу техномагию, мы можем довольно точно определить размер и форму вашего орудия убийства".

Ева изучала изображение длинного гладкого лезвия на разделенном экране и спецификации под ним, которые указывали ее ширину и длину.

"Хорошо. Это хорошо, Дики ".

"Вы работаете с лучшими. Мы согласны со следователем и судмедэкспертом относительно положения жертвы в момент нанесения смертельного удара. Подошел сзади. Дернул ее за волосы. Мы взяли часть ее волос со сцены, которая подтверждает сценарий. Если только один из этих случайных волосков не принадлежал преступнику, и я не ставлю на это денег, мы ничего от него не получили. Ничего. Он был плотно запечатан.

"Теперь второй Вик-Кобб - другая игра с мячом. Ты уверена, что смотришь на того же парня?"

"Я уверен".

"Твой звонок. Избил ее. Труба, бита, металл, дерево. Не могу вам сказать, потому что нам не с чем работать, кроме формы переломов в костях. Ищите что-нибудь длинное, гладкое и около двух дюймов в диаметре. Вероятно, взвешенный. Удар в ногу свалил ее, удар в ребро не давал ей упасть. Но потом это становится интересным ".

Переключившись на другой экран, он вывел изображение обугленного черепа Кобба. "Вы видите сломанную скулу, и ... " Он прокрутил изображение. "Твой классический проломленный череп. Поджог уничтожил большую часть следов, но мы получили некоторые, которые прилипли к фрагментам костей - лица и головы ".

"Какого рода след?"

"Это средство для герметизации". Он разделил экран. Появилась серия зазубренных фигур в холодных синих тонах. "Огнезащитный состав. Умный парень пропустил этот шаг. Профессиональный уровень. Название бренда - Flame Guard. Гарри Хоуммейкер может получить это, но в основном им пользуются подрядчики. Вы уплотняете им основание пола или стены ".

"Основание пола. До того, как завершенная сделка сорвется?"

"Да. У нее были следы на лице и ранах на голове. Он поджег ее, но это дерьмо не сгорело. На этот раз правда в рекламе. Не запечатала кость, однако, поэтому она не была влажной, когда она соприкоснулась. Немного липкий, может быть, местами, но не мокрый ".

Ева наклонилась ближе, уловила виноградный запах, исходящий от Членоголового. "Она подняла след, ударяясь скулой об пол или стену. Потом снова с черепом. Никаких следов на ноге или ребрах из-за ее одежды. Была кровь, когда она ударилась, когда она ползла. Возможно, это помогло напасть на след. Возможно, к сломанным костям прилипли осколки, осколки от досок, о которые она ударилась ".

"Ты детектив. Но девушка такого роста, с таким ударом, она бы тяжело упала. Так что да, это может случиться. Мы вышли на наш след, так что это действительно произошло. Это тоже оставило после себя беспорядок ".

"Да". И это было решающим фактором. "Отнесите все это в мой офис. Не так уж и плохо, Дики".

"Привет, Даллас!" Он окликнул ее, когда она уходила. "Возьми меня с собой на бейсбольный матч".

"Они уже в пути. Пибоди." Она пригладила волосы, когда выстраивала новые данные. "Давайте проверим герметик. Посмотрим, что еще мы сможем выяснить. Он мог бы использовать для этого свое собственное место. Мог бы. Но он не похож на того, кто пачкает собственное гнездо. Профессиональный уровень, - пробормотала она. "У него могло бы быть место для реабилитации. Или доступ к строящемуся или реконструируемому зданию. Давайте начнем со строительных площадок рядом со свалкой. Он не выбирал эту пустую площадку из шляпы. Он ничего не вытаскивает из шляпы ".

Следуя этой линии, она позвонила Рорку. К тому времени, когда он появился, она уже была в своей машине и направлялась обратно в Центральный. "Лейтенант. У тебя появился блеск в глазах".

"Возможно, у меня был перерыв. У тебя в Алфавит-Сити что-нибудь намечается или делается подтяжка лица?"

"Восстановление жилого комплекса среднего размера. И ... Есть пара небольших предприятий, которые перестраиваются. Я должен был бы проверить, чтобы сообщить тебе подробности ".

"Сделай это. Пристрели их в моем офисе. Знаешь о чем-нибудь еще? Конкурент, партнер, что угодно?"

"Почему бы мне не выяснить?"

"Ценю это".

"Подожди, подожди". Он поднял руку, прекрасно понимая, что она прервала бы его, не сказав больше ни слова. "Есть небольшой прогресс в поиске. Не так много, чтобы танцевать, а мы с Фини оба заняты другими делами на следующую часть дня. Мы договорились уделить немного времени этим вечером у нас дома ".

"Хорошо". Она свернула в подземный гараж Централа. "Увидимся".

"Я должен спросить". Пибоди напряглась, когда Ева влетела в узкое парковочное место, затем выдохнула, когда столкновения не произошло. "Когда вы видите его лицо на экране, такое сексуальное и великолепное, с этим, знаете, ртом, вам когда-нибудь хотелось просто пыхтеть, как собака?"

"Господи, Пибоди".

"Просто интересно".

"Подавите гормоны и сосредоточьтесь на игре. У меня есть Уитни ". Она посмотрела на время. "Черт. Сейчас. Я хотел посмотреть, повезло ли нам с рендерингом художника ".

"Я могу это сделать. Если что-нибудь будет, я подниму это ".

"Это работает".

"Видите, как удобно иметь в напарниках детектива?"

"Я должен был знать, что ты найдешь способ справиться с этим".

Они расстались, и Ева проехала в ужасно переполненном лифте еще три этажа, прежде чем сбежала и переключилась на глайд до конца поездки в кабинет коммандера Уитни.

Уитни соответствовал его званию. Он был властным человеком с мощным телосложением и стальным умом. Морщины вокруг его глаз и рта только усилили имидж лидера и те потери, которые это нанесло мужчине.

Его кожа была темной, а в волосах были вкрапления седины, похожие на россыпи соли. Он сидел за своим столом, окруженный коммуникатором, центром обработки данных, файлами на дисках и голографическими изображениями своей жены и семьи в рамках.

Ева уважала этого человека, его ранг и то, чего он достиг. И втайне удивлялся, что он сохранил рассудок между работой и женой, которая жила, чтобы общаться.

"Коммандер, я приношу извинения за опоздание. Меня задержали в лаборатории."

Он смахнул это одной из своих огромных рук. "Прогресс?"

"Сэр. Мое дело и дело детектива Бакстера связаны через Саманту Гэннон ".

"Так я вижу из файлов".

"Дополнительная информация появилась после последующего интервью с Гэнноном этим утром: мы рассматриваем возможность того, что сын Алекса Кру или другой родственник или потомок может быть замешан в текущих делах ".

Она села только потому, что он указал на стул. Она предпочитала делать оральный прием стоя. Она рассказала подробности утреннего интервью.

"Капитан Фини лично руководит поисками", - продолжила она. "Я еще не говорил с ним сегодня днем, но слышал, что в этой области достигнут некоторый прогресс".

"Сыну было бы за шестьдесят. Немного староват, чтобы интересоваться девушкой возраста Кобба."

"Некоторых привлекают мужчины постарше из-за их опыта, их стабильности. И он, возможно, сошел за младшего." Хотя она сомневалась в этом. "Скорее всего, у него есть партнер, которого он использовал, чтобы добраться до Кобба. Если эта связь сохранится, коммандер, существует множество возможностей. Джудит Крю, возможно, снова вышла замуж, родила еще одного ребенка, и этот ребенок, возможно, узнал об алмазах и Гэнноне. У команды Уэстли могли быть дети, и они передали им историю своего отца, так же как Гэннону передали семейную легенду. Но это кто-то с имущественными интересами. Я уверен в этом, и профиль Миры подтверждает это. Я надеюсь, что художник сделает рендеринг в ближайшее время.

"Нам удалось прорваться через лабораторию. На Коббе были следы огнезащитного вещества. Герметик профессионального класса. Мы проверим это и сосредоточимся на зданиях рядом со свалкой. Он был очень осторожен, коммандер, и это было большой ошибкой. Я не верю, что он сделал бы такое, если бы сам наносил герметик. Зачем убивать ее на огнестойком материале или рядом с ним, если вы планируете поджечь ее? Это слишком банальная ошибка для этого парня. Как только мы найдем место преступления, мы на большой шаг приблизимся к его поимке ".

"Тогда найдите это". Он переместился, когда его межофисная связь подала сигнал. "Да".

"Коммандер, детективы Пибоди и Янси".

"Отправьте их сюда".

"Коммандер, лейтенант". Пибоди наклонилась, чтобы Янси, идент-художник, мог опередить ее. "Мы подумали, что было бы целесообразнее, если бы детектив Янси отчитывался перед вами обоими сразу".

"Хотел бы я иметь больше". Он раздал распечатки и диск. "Я работал со свидетелем в течение трех часов. Я думаю, что сблизил ее, но я не раздаю сигары. Ты можешь завести их только пока, - объяснил он и изучил распечатку, которую держала Ева. "И вы можете сказать, когда они просто что-то придумывают, или смешивают их, или просто идут дальше, чтобы вы закончили и отпустили их".

Ева уставилась на изображение и попыталась увидеть сходство с Алексом Крю. Может быть, может быть, вокруг глаз. Или, может быть, она просто хотела это увидеть.

Но это был не шестидесятилетний мужчина.

"Она пыталась", - продолжил Янси. "Она действительно сделала это наилучшим образом. Если бы мы подобрались к ней ближе к тому времени, когда она увидела парня, я думаю, мы могли бы все выяснить. Но прошло много времени, и она видит десятки мужчин за своими столиками каждый день. Как только мы дошли до определенного момента, она просто добавляла функции наугад ".

"Гипноз мог подтасовать ее память".

"Я пробовал это", - сказал он Еве. "Упомянул об этом ей, и она взбесилась. Ни за что, ни как. Вдобавок к этому, она прочитала сообщение СМИ об убийстве, и она взволнована этим. Это будет лучшее, что у нас получится ".

"Но это он?" Ева потребовала.

Йенси надул щеки, затем опустил их. "Я бы сказал, что мы подошли к тому, что касается тона кожи, волос, основной формы лица. Глаза, форма близка, но я бы не стал делать ставку на цвет. Она считала, что ей под тридцать, потом признала, что это из-за возраста девушки. Она подскочила до тридцати, вернулась к двадцатым, потом, может быть, старше, может быть, моложе. Она считает себя богатой, потому что у него было дорогое наручное устройство, заплатил наличными и добавил солидные чаевые. И кое-что из этого подошло к ее описанию ". Он дернул плечом. "Ровный цвет лица, приятные манеры".

"Это достаточно близко, чтобы передать это СМИ, дать немного поиграть?"

"Это вроде как задевает гордость, но я бы не стал. Вы должны решить это, лейтенант, но я чувствую, что мы уходим. Я думаю, что полицейский, опытный наблюдатель, мог бы вывести его из этого, но не гражданское лицо. Извини, что не смог замочить его для тебя ".

"Все в порядке. Ты, наверное, сблизил нас, как никто другой. Мы проверим это через программу идентификации, посмотрим, получим ли мы какие-либо совпадения ".

"Вы захотите настроить настройку по крайней мере на тридцать процентов". Янси покачал головой, глядя на свою собственную работу. "С этим вы получите несколько тысяч просмотров только по всему городу".

"Это только начало. Спасибо, Янси. Коммандер, я хотел бы начать действовать в этом направлении ".

"Держи меня в курсе".

***

Вернувшись в свой офис, она прикрепила копию рисунка художника к своей доске. За своим столом она собрала свои заметки в отчет, затем перечитала его, чтобы увидеть шаги и стадии.

Она оставила бы поиск людей Фини, электронные раскопки Макнабу. Она отправила Бакстеру записку с подробным описанием новых данных и приложила копию эскиза Янси.

Пока Пибоди работала над нанесением герметика, Ева осматривала строительные площадки. Ее 'ссылка сигнализировала о входящем сообщении через порт передачи данных, и, переключившись, она вывела список всех объектов с текущими лицензиями на строительство или реабилитацию в радиусе десяти кварталов от места свалки.

Рорк был не только быстр, подумала она, но и уловил суть, никому не потребовалось объяснять это.

Она разделила их на арендованных и необитаемых.

Пусто, подумала она. Конфиденциальность. Разве он не подождал, пока не поверил, что дом Гэннонов пуст? Там было достаточно мало рисунка, поэтому она примеряла этот на размер.

Сначала пустые здания.

Взяв их, она разбила их во второй раз на строительство и реабилитацию.

Пришлось ее заманить. Разумнее заманить ее, а не принуждать или ослаблять. Она молода и глупа, но она еще и девчушка. Захотел бы этот тип слоняться по строительной площадке, даже чтобы сделать свидание счастливым?

Она встала, прошлась по комнате. Наверное. Что она знала о такого рода вещах? Влюбленные молодые девушки или те, кто верил, что они влюблены, вероятно, совершали всевозможные поступки, которые шли вразрез с типажом.

Она никогда не была влюбленной юной девушкой. Несколько приступов похоти по пути, но это было совсем другое. Она знала это, видя, как любовь ударила ее и бросила прямо на колени Рорку. И разве она не приводила себя в порядок время от времени, возясь с украшениями и прической, надевая модные тряпки, потому что ему это нравилось?

Да, любовь может легко заставить тебя пойти против типа.

Но что насчет убийцы? У него не было причин идти против типа. Он не был влюблен. Он тоже не испытывал похоти. И его тип любил производить впечатление, выпендриваться. Ему нравилось чувствовать себя комфортно и быть главным. Ему нравилось планировать все с оглядкой на свои собственные цели, свое собственное эго, свое самосохранение.

Реабилитационный центр с некоторыми причудливыми штрихами. Место, которое, он знал, его не побеспокоят. Где его не допросили бы, если бы поймали на территории. Где он мог, опять же, разобраться с любыми функциями безопасности.

Она отправила данные на свой домашний компьютер, распечатала свои списки, затем отправилась в изолятор временного содержания за Пибоди. "Со мной".

"У меня заканчивается герметик".

"Проверь это при транспортировке".

"Куда мы направляемся?" Потребовала Пибоди, торопливо собирая свой рабочий диск, папки, куртку.

"Чтобы посмотреть на здания. Поговорить с парнями с электроинструментами ".

"Черт возьми!"

***

Первой остановкой был небольшой театр, первоначально построенный в начале двадцатого века. Ее значок помог им связаться с бригадиром. Хотя он ворчал по поводу рабочей нагрузки и графика, он довел их до конца. Полы в вестибюле были оригинальными из мрамора, и, по-видимому, это предмет гордости бригадира. Театральная секция представляла собой голую древесностружечную плиту на полу, еще не запечатанную. Стены были покрыты старой штукатуркой.

Тем не менее, она обошла все здание, используя свой оптический прицел в поисках следов крови.

Они пострадали в вечерних пробках по пути к следующей остановке.

"Герметик профессионального качества можно приобрести оптом или в розницу в пяти-, десяти- и двадцатипятигаллоновых ваннах". Пибоди считала данные со своего КПП. "Или вы можете, имея лицензию подрядчика, приобрести его в виде порошка и смешать самостоятельно. Жидкость бытового назначения выпускается в ваннах объемом один или пять галлонов. В наличии не было порошка. У меня есть поставщики ".

"Вам нужно будет поразить их. Нам понадобится список частных лиц и компаний, которые купили герметик, чтобы мы могли перепроверить их со строительными бригадами на этих объектах ".

"Это займет некоторое время".

"Он никуда не денется. Он прямо здесь ". Она оглядела улицу. "Обдумывал свой следующий ход".

***

Он вошел в свою квартиру и немедленно приказал домашнему дроиду принести ему джин с тоником. Это было так раздражающе - провести половину проклятого дня в офисе, не делая абсолютно ничего, что могло бы его заинтересовать.

Но старик тянул время, требуя, чтобы он проявлял больше интереса к компании.

Твое наследие, сынок. Что за херня! Его наследство составляло несколько миллионов русских белых.

Ему было наплевать на компанию. Как только он мог, как только он получал то, что принадлежало ему по праву, он говорил старику, чтобы тот трахался сам.

Это был бы прекрасный день.

Но тем временем ему приходилось успокаивать, нянчиться и притворяться хорошим сыном.

Он разделся, позволив одежде падать на ходу, и опустился в бассейн для одного человека, встроенный в зону отдыха пентхауса.

Тот факт, что компания, которую он презирал и порицал, заплатила за пентхаус, одежду, дроида, никогда не оставлял царапины на поверхности его эго.

Он протянул руку к g и t, а затем просто растянулся в прохладной воде.

Он должен был немедленно добраться до Гэннона. Он обдумал и отверг идею поехать в Мэриленд и просто выбить нужную ему информацию из пожилой пары. Это могло отразиться на нем слишком многими способами.

В том виде, в каком это было сейчас, они не могли иметь ни малейшего понятия. Он мог быть одержимым фанатом или любовником горничной, который был в сговоре с ней, чтобы ограбить резиденцию Гэннонов. Он вообще мог быть кем угодно.

Но если он поехал в Мэриленд, его могли увидеть или выследить. Он вряд ли смог бы хорошо вписаться в какой-нибудь глупый маленький городок. Если бы он убил бабушку и дедушку Саманты Гэннон, даже самые недалекие копы могли бы вернуться к бриллиантам как к причине.

Если бы он мог добраться до самой Гэннон ... Было так чертовски неприятно обнаружить, что она исчезла. Ни одно из осторожных зондажей, которые он отправлял, не дало ему ни единого намека на ее местонахождение.

Но она должна была когда-нибудь всплыть. Рано или поздно она должна была вернуться домой.

Если бы у него было все время в мире, он мог бы переждать ее. Но он больше не мог терпеть, когда тащился в этот дурацкий офис, общаясь с идиотским рабочим классом или на словах восхваляя своих жалких родителей. Все это время знать все, чего он хотел, все, чего он заслуживал, было просто за пределами его досягаемости.

Он потягивал напиток, держась одной рукой за край бассейна, чтобы не упасть. "Экран включен", - лениво сказал он, затем просмотрел новостные каналы на предмет каких-либо обновлений.

Ничего нового он не увидел с удовлетворением. Он не мог понять образ мыслей тех, кто питался средствами массовой информации, тем, что они воспринимали как славу. Настоящий преступник получал все необходимое удовлетворение, преуспевая в своей работе, в тайне.

Ему нравилось быть настоящим преступником, и нравилось - очень сильно - поднимать планку своих собственных подвигов.

Он улыбнулся про себя, оглядывая комнату, на полки и витрины с антикварными игрушками и играми. Машины, грузовики, цифры. Он украл некоторые из них, просто для кайфа. Таким же образом он иногда крал галстук или рубашку.

Просто чтобы посмотреть, сможет ли он.

Он воровал у друзей и родственников по той же причине, и задолго до того, как узнал, что у него появилась эта привычка ... честно. Это воровство было у него в крови. Кто бы поверил, глядя на его родителей?

Но тогда интерес к коллекции игрушек он унаследовал от своего отца, и это сослужило ему хорошую службу. Если бы его коллега-коллекционер и знакомый Чед Дикс не пожаловался ему на свою девушку, на книгу, которую она писала и которая отнимала все ее время и внимание, он бы не узнал о бриллиантах, о связи, так быстро, как узнал.

Он, возможно, никогда не читал книгу. В конце концов, это было не то, на что он тратил свое время. Но это было простым делом - выпытать у Дикса больше деталей, а затем выманить у него предварительный экземпляр.

Он прикончил выпивку, и хотя хотел еще, отказал себе. Ясная голова была важна.

Он отставил стакан в сторону, проехал несколько кругов. Когда он выбрался из бассейна, пустой стакан исчез, а полотенце и халат были разложены. В тот вечер он должен был пойти на вечеринку. У него была какая-то вечеринка, на которую он должен был ходить каждый вечер. И он нашел ироничным то, что он действительно встречал Саманту Гэннон несколько раз на различных мероприятиях. Как странно, что он не проявлял к ней никакого интереса, предполагал, что у них нет ничего общего.

У него никогда не было больше общего с женщиной.

Возможно, ему придется потратить время и потрудиться, чтобы завести с ней романтические отношения, которые, безусловно, были бы значительно менее унизительными, чем его краткое знакомство с Тиной Кобб. Больше не в его вкусе, когда дошло до этого. Во всяком случае, не из того, что он наблюдал за ней.

Самодовольная, подумал он, начиная одеваться. Достаточно привлекательная, конечно, но одна из тех умных, целеустремленных женщин, которые либо раздражали, либо наскучивали ему так быстро.

Из того, что ему рассказывал о ней Чед, она была хороша в постели, но слишком поглощена своими собственными потребностями за пределами простыней.

И все же, если он не сможет найти более эффективный, более прямой путь к бриллиантам, ему придется провести некоторое время с правнучкой Джека О'Хары.

В то же время, подумал он, проводя пальцем по ковшу умной экскаваторной модели в масштабе, он подумал, что, возможно, пришло время поговорить по душам с дорогим старым папой.

26.

К тому времени, когда Ева вернулась домой, у нее за глазами уже была головная боль, кипящая, как горячее рагу. Ей удалось зайти только на три сайта. Она узнала, что строители прекратили работу задолго до того, как это сделали копы. Она ничего не получила от тех, кого ей удалось осмотреть, кроме головной боли от грохота инструментов, громкой музыки, звонков рабочих, отдающихся эхом в пустых или почти пустых зданиях.

К этому добавились хлопоты по уговорам, запугиванию или выпрашиванию у поставщиков их списков клиентов. Если бы она никогда в этой жизни не посетила другой склад строительных материалов или торговую точку, она умерла бы счастливой женщиной.

Она хотела принять душ, вздремнуть десять минут и выпить галлон ледяной воды.

Поскольку она остановилась позади машины Фини, она не потрудилась проверить внутреннюю. Рорк был с ним наверху, в офисе или компьютерной лаборатории, играя в их электронные игры. Поскольку кот не вышел поприветствовать ее, она предположила, что он с ними.

Она отвергла идею о десяти минутах с закрытыми глазами. Она не могла заставить себя принять горизонтальное положение с другим полицейским в доме, особенно если полицейский был начеку. Было бы слишком неловко, если бы ее поймали. Она пошла на компромисс с дополнительными десятью минутами в душе и почувствовала себя оправданной, когда головная боль отступила до угрожающей.

Она обменяла дневную одежду - она собиралась запомнить это - на футболку и джинсы. Она думала о том, чтобы ходить босиком, но был фактор полицейского в доме, и босые ноги всегда заставляли ее чувствовать себя частично обнаженной.

Она пошла за теннисными туфлями.

Поскольку она снова чувствовала себя почти человеком, она заглянула в компьютерную лабораторию по пути в свой офис.

Рорк и Фини обслуживали отдельные станции. У Рорка были закатаны рукава и зачесаны назад волосы, что было его привычкой, когда он приступал к серьезной работе. Рубашка Фини с короткими рукавами выглядела так, как будто он смял ее в шарик и несколько раз подбросил, прежде чем надеть в то утро. Это также демонстрировало его костлявые локти. Она задавалась вопросом, почему она нашла их милыми.

Она, должно быть, серьезно устала.

Появились экраны с данными, проносящимися по ним слишком быстро, чтобы ее глаз мог их прочитать. Мужчины забрасывали друг друга комментариями или вопросами на языке гиков, который она никогда не могла расшифровать.

"Ребята, у вас есть что-нибудь для меня на обычном английском?"

Они оба оглянулись через плечо в ее сторону, и она была поражена, как у двух мужчин, которые не могли быть более разными внешне, могли быть одинаковые взгляды в их глазах.

Что-то вроде занудного отвлечения.

"Добиваюсь некоторого прогресса". Фини полез в пакет с засахаренными орехами на своем рабочем столе. "Возвращаясь к прошлому".

"Вы выглядите ... свежо, лейтенант", - прокомментировал Рорк.

"Я не сделал этого несколько минут назад. Сходил в душ." Она вошла в комнату, изучая экраны. "Что работает?"

Улыбка Рорка медленно расплылась по лицу. "Если бы мы попытались объяснить, ваши глаза бы остекленели. Этот здесь мог бы быть немного более простым ". Он жестом подозвал ее поближе, чтобы она могла видеть, как работает разделенный экран с фотографией Джудит Крю на одной стороне и размытыми изображениями на другой.

"Пытаешься сравняться лицом?"

"Мы откопали ее водительские права, выданные до развода", - объяснил Фини. "Там была еще одна пробежка по лицензии, которую она использовала, когда страховой агент обнаружил ее. Другое имя, и она сменила прическу, похудела. Компьютер выбрасывает возможные совпадения. Мы продвигаемся от этих дат вперед ".

"Затем мы используем программу морфинга на еще одном устройстве", - продолжил Рорк. "Искал совпадение по тому, как, по мнению компьютера, она выглядит сейчас".

"Штатский думает, что если бы изображение было близким, мы бы уже соответствовали".

"Я хочу, да".

Фини пожал плечами, грызя орехи. "Множество людей в мире. Много женщин в этой возрастной группе. И она могла бы жить за пределами планеты ".

"Она могла быть мертва", - добавила Ева. "Или она могла уклониться от стандартной идентификации. Она могла бы, черт возьми, жить в травяной хижине на каком-нибудь неизведанном острове, плести циновки ".

"Или подвергся реструктуризации лица".

"Дети сегодня". Фини обиженно выдохнул. "Нет веры".

"Что насчет сына?"

"Над этим тоже работаю над превращением. Мы рассмотрели несколько возможных вариантов. Делали вторичный анализ на них. И наш парень здесь ищет деньги ".

Ева отвела взгляд от экранов. Быстрые движения снова вызывали головную боль. "Какие деньги?"

"Она продала дом в Огайо", - напомнил ей Рорк. "Требуется немного времени для урегулирования, выплаты. Банку или риэлтеру пришлось бы отправить ей чек или сделать электронный перевод в соответствии с инструкциями. На имя, которое она использовала в то время, если только она не разрешила выплатить его другой стороне ".

"Ты можешь узнавать подобные вещи? С того давнего времени?"

"Если вы будете настойчивы. Она была осторожной женщиной. В то время она разрешила перевести расчетный чек в электронном виде своему адвокату, а затем отправить в другую юридическую фирму в Тусоне ".

"Тусон?"

"Аризона, дорогая".

"Я знаю, где находится Тусон". Более или менее. "Откуда ты это знаешь?"

"У меня есть свои способы".

Она прищурилась, когда Фини посмотрел на потолок. "Вы лгали, вы давали взятки и вы нарушили множество законов о неприкосновенности частной жизни".

"И это благодарность, которую я получаю. Насколько я могу найти, она была в Тусоне меньше месяца в начале 2004 года. Достаточно долго, чтобы забрать чек, внести его в местный банк. Мое обоснованное предположение было бы таким: она использовала это очко и эти средства, чтобы еще раз сменить личность, а затем переехала в другое место ".

"Мы сужаем круг поиска. Как только совпадения будут завершены, мы внимательно посмотрим на хиты ". Фини потер висок. "Мне нужен перерыв".

"Почему бы тебе не спуститься вниз, не поплавать, не выпить пива?" Рорк предложил. "Посмотрим, что у нас получится, через полчаса".

"Это план, от которого я могу отказаться. У тебя есть что-нибудь для нас, малыш?"

Никто, кроме Фини, никогда не называл ее "малышкой". "Я введу тебя в курс дела после того, как ты примешь тридцатку", - сказала ему Ева. "Мне нужно кое-что уладить в моем офисе".

"Тогда встретимся там".

"Я бы и сама не отказалась от пива", - прокомментировала Ева, когда Фини вышел.

"Перерыв, кажется, в порядке вещей". Рорк провел пальцем по тыльной стороне ее ладони, затем притянул его ближе, чтобы прикусить.

Она знала этот ход.

"Даже не начинай принюхиваться ко мне".

"Слишком поздно. Что это за аромат? По всей твоей коже?"

"Я не знаю". Она осторожно приподняла плечо, понюхала его сама. От нее пахло мылом. "Что бы ни было в душе". Она слегка дернула рукой, но совершила ошибку, оглянувшись вокруг на случай, если Фини все еще был поблизости. Момент отвлечения дал ему возможность обхватить ее ногу, вывести ее из равновесия и уложить к себе на колени.

"Иисус, прекрати это!" Ее голос был яростным и неистовым шепотом. По шкале унижения то, что вас застукали уютно устроившейся на коленях у Рорка, попало в тройку лучших, даже выше того, что другой полицейский застал вас врасплох или босиком. "У меня время поджимает. Фини прямо здесь ".

"Я не вижу Фини". Он уже прокладывал себе путь вдоль ее шеи к уху. "И как эксперт-консультант, гражданское лицо, я имею право на перерыв для отдыха. Я решил, что предпочитаю развлечения для взрослых напиткам для взрослых ".

Маленькие демоны похоти начали танцевать по ее коже. "Ты даже не можешь подумать, что я собираюсь возиться с тобой в компьютерном классе. Фини мог вернуться сюда ".

"Добавляет волнения. Да, да." Он усмехнулся, прикусив местечко - его личное любимое - прямо под ее челюстью. "Больной и извращенный. И хотя, держу пари, Фини подозревает, что мы время от времени занимаемся сексом, мы проведем наш рекреационный перерыв в другом месте ".

"У меня есть работа, которую нужно сделать, Рорк, и ... Эй! Руки!"

"Ну да, это действительно мои руки". Смеясь сейчас, он подсунул их под нее и поднялся со стула. "Я хочу свои тридцать", - сказал он и потащил ее к лифту.

"При том, как вы собираетесь, вы закончите за пять".

"Спорим".

Она боролась со своим собственным смехом и предприняла символическую борьбу, зажав рукой дверцу лифта. "Я не могу просто уйти и раздеться с Фини в доме. Это слишком странно. И если он вернется и-"

"Вы знаете, я подозреваю, что Фини раздевается с миссис Фини, и, вероятно, именно так у них появились свои маленькие Фини".

"О, Боже мой!" Ее рука задрожала, обмякла, а лицо значительно побледнело. "Это просто подло, самая грязная из грязных драк, чтобы вбить это мне в голову".

Поскольку он хотел вывести ее из равновесия, он потянулся к ней сзади и включил спальню, вместо того, чтобы использовать звуковую команду. "Что бы ни сработало. Теперь ты слишком слаб, чтобы удержать меня."

"Не рассчитывайте на это".

"Ты помнишь, как мы впервые занимались любовью?" Говоря это, он прикоснулся своими губами к ее губам, меняя тактику нежным прикосновением.

"У меня есть смутное воспоминание".

"Мы ехали вот так в лифте и не могли оторвать друг от друга рук, не могли добраться друг до друга достаточно быстро. Я сходил по тебе с ума. Я хотел тебя больше, чем хотел продолжать дышать. Я все еще люблю." Он углубил поцелуй, когда двери лифта открылись. "Это никогда не изменится".

"Я не хочу, чтобы это менялось". Она провела пальцами по его волосам, отодвигая ленту, так что весь этот густой, мягкий черный цвет проскользнул сквозь ее пальцы. "Ты так чертовски хорош в этом". Она прижалась губами к его горлу. "Но не настолько хорош, чтобы заставить меня делать это с открытой дверью. Фини мог, знаете ли, забрести. Я не могу сосредоточиться ".

"Мы это исправим". Когда ее ноги обвились вокруг его талии, руки обвились вокруг его шеи, а губы начали прокладывать горячую линию по его коже, он направился к двери. Он закрыл его. Запер ее. "Лучше?"

"Я не уверен. Может быть, тебе стоит еще раз напомнить мне, как мы делали это в первый раз."

"Я полагаю, если мне не изменяет память, это выглядело примерно так". Он развернул ее, зажав между стеной и своим телом. И его губы были лихорадочно горячими на ее.

Она почувствовала потребность, мгновенную и первобытную, пронзившую ее. Это было похоже на то, что ее раскололи надвое - женщину, которой она была до него, женщину, которую она открыла для себя с ним.

Она могла быть тем, кем она была, и он понимал ее. Она могла быть тем, кем стала, и он лелеял ее. И желание друг друга, несмотря на все перемены, все открытия, никогда не ослабевало.

Она позволила ему изнасиловать себя и почувствовала силу в капитуляции. Это пульсировало и набухало внутри нее, когда она скользила вниз по его телу. Ее руки были так же заняты, как и его, ее рот был таким же нетерпеливым, когда они тащили друг друга к кровати.

Они, спотыкаясь, поднимались на платформу, и, вспомнив, она рассмеялась. "Тогда мы тоже спешили".

Они упали на кровать в клубке конечностей, затем перекатились, пытаясь сорвать одежду, взять и пожрать. Раньше, в тот первый раз, это было в темноте. Нащупывание, хватание и отчаяние в темноте. Теперь они были в свете, который лился через окна, через небесное окно над кроватью, но отчаяние было таким же.

Это болело в ней, как рана, которая никогда полностью не заживет.

Тогда она тоже была массой и лабиринтом требований, вспомнил он. Весь этот жар и движение доводили его до безумия, так что он сгорал от желания вонзиться в нее и подтолкнуть их обоих к освобождению.

Но он хотел большего. Даже тогда он хотел от нее большего. И для нее. Он схватил ее руки, завел их за голову, и она выгнулась дугой, прижимаясь центр к центру, пока его пульс не превратился в барабанный бой джунглей.

"Внутри меня". Ее глаза были затуманенными и темными. "Я хочу, чтобы ты был внутри меня. Тяжело. Быстро."

"Подожди". Он знал, что это будет сейчас, куда они заведут друг друга, а контроль был тонким и скользким проводом. Он сковал ее запястья одной рукой. Если бы она прикоснулась к нему сейчас, этот провод лопнул бы.

Но он мог прикоснуться к ней. Боже, ему нужно было прикасаться к ней, наблюдать за ней, чувствовать, как ее тело напрягается и содрогается от приступа удовольствия. Ее кожа была влажной, когда он провел по ней свободной рукой. Стон сорвался с ее губ, затем сорвался с хриплым вскриком, когда он использовал эти умелые пальцы на ней.

Он наблюдал, как эти затуманенные глаза ослепли, почувствовал биение ее пульса на запястьях, которые он держал, и услышал, как она издала всхлип, прежде чем стала уступчивой. Воск плавился на жаре.

Снова, было все, о чем он мог думать, когда его рот опустился на ее, яростный и неистовый. Снова, и снова, и снова.

Затем ее руки были свободны и обвились вокруг него, а ее бедра приподнялись. Он был внутри нее, как она и требовала. Жестко и быстро.

Она знала, той частью своего мозга, которая все еще могла рассуждать, что он перешел, зашел туда, куда он так часто мог ее отправить. Где-то за пределами цивилизованного и разумного, где были только ощущения, подпитываемые потребностями. Она хотела, чтобы он был там, с ней, где контроль был невозможен, а удовольствие насыщало разум и тело.

Когда ее собственный организм дрогнул перед последним скачком, она услышала, как у него перехватило дыхание, как от боли. Обернувшись вокруг него, она отдалась ему. "Сейчас", - сказала она и потянула его за собой.

***

Она вытягивалась под ним, сгибала и разгибала пальцы ног. Ева обнаружила, что она чувствовала себя чертовски хорошо. "Хорошо". Она шумно шлепнула Рорка по заднице. "Перерыв для отдыха закончился".

"Господи. Иисус Христос."

"Да ладно, ты получил свои тридцать".

"Я уверен, что вы ошибаетесь. Я уверен, что у меня осталось пять или шесть минут. А если я этого не сделаю, они все равно у меня будут ".

"Выключен". Она дала ему еще один шлепок по заднице, затем ущипнула. Когда ни один из них не сдвинул его с места, она передвинула свое колено выше.

"Сукин сын". Это тронуло его. "Следите за товаром".

"Ты не обращай на это внимания. Я уже использовал это." Она была достаточно умна, чтобы перевернуться и уйти, прежде чем он смог нанести ответный удар. Она приземлилась на ноги, перекатилась по яйцам, вернулась к пяткам. "Чувак, я в восторге".

Он остался там, где был, лежа на спине, и смотрел на нее. Длинная, стройная, обнаженная, с сияющей кожей после энергичного отдыха.

"Ты выглядишь так". Затем он лукаво улыбнулся. "Интересно, закончил ли Фини свой заплыв".

Краска отхлынула от ее щек. "О боже, о, дерьмо !" Она нырнула за своей одеждой. "Он узнает. Он просто узнает, и тогда нам придется избегать смотреть друг на друга, пока мы притворяемся, что он не знает. Черт возьми."

Рорк смеялся, когда она бросилась со своим свертком одежды в ванну.

***

Фини втолкнул ее в кабинет, и это заставило ее вздрогнуть. Но она быстро вошла и направилась прямо к своему столу, чтобы разложить файлы.

"Где ты был?"

"Просто, ах, ты знаешь... разобраться с парой вещей".

"Я думал, ты собираешься ... " Он замолчал со звуком, который она распознала как смущенный ужас, не совсем подавленный. Она чувствовала, как горит ее кожа, и сосредоточила свое внимание на компьютере, как будто он мог спрыгнуть со стола и схватить ее за горло.

"Я думаю, что я - эм -" Его голос немного дрогнул. Она не оглядывалась, но чувствовала, как он лихорадочно оглядывает комнату. "Выпей немного кофе".

"Кофе - это вкусно. Это было бы хорошо ".

Когда она услышала, как он убежал на кухню, она потерла лицо руками. "С таким же успехом можно было бы носить табличку", - пробормотала она. "Только что трахнулись".

Она расставила свои диски, свой кейс, а затем бросила на Рорка злобный взгляд, когда он вошел. "Я не хочу такого выражения на твоем лице", - прошипела она.

"Какой взгляд?"

"Ты знаешь, какой взгляд. Сотри это".

Расслабленный, веселый, он сел на угол ее стола. Когда Фини вошел, он мог видеть исчезающий румянец. Фини очень нарочито прочистил горло, затем поставил вторую кружку кофе, которую он принес, на стол. "Я тебя ни разу не задел", - сказал он Рорку.

"Все в порядке. Я в порядке на данный момент. Как прошел твой заплыв?"

"Прекрасно. Хорошо". Он провел рукой по высыхающим побегам имбиря и серебристым волосам. "Все хорошо".

Он отвернулся, чтобы изучить доску.

Разве они не были парой? Подумал Рорк, два копа-ветерана, которые прошли через кровь и безумие. Но если между ними поставить на стол немного секса, они станут беспокойными, как девственницы на оргии.

"Я собираюсь ввести вас обоих в курс дела", - начала Ева. "Тогда я поработаю над своими углами зрения, пока вы работаете над своими. Вы видите эскиз художника на доске и на экране ".

Она взяла лазерную указку, направила ее на настенный экран. "Детектив Янси установил личность, но недостаточно уверен в этом воспроизведении, чтобы мы могли передать его средствам массовой информации. Но я думаю, что это дает нам некоторые основы. Цвет и базовая структура лица, в любом случае ".

"Выглядит, сколько, - спросил Фини, - диапазон тридцати?"

"Да. Даже если сын Крю потратил большую часть состояния на уход за лицом и скульптуру, я не думаю, что шестидесятилетний парень будет выглядеть так молодо. И свидетель никогда не говорил, что ему больше сорока. Возможно, мы ищем семейную связь или молодого друга, протеже. Мы должны стремиться к установлению связи. Это наиболее логично, учитывая шаблон и профиль ".

"Да, и это расширяет круг поиска вместо того, чтобы сужать его", - прокомментировал Фини.

"Мы получили передышку в сужении круга".

Ева рассказала им о следовых доказательствах и о своей работе на местах на сегодняшний день, пытаясь определить местоположение места преступления Кобба.

"Это первый след, который он оставил. Когда мы разберемся с этим, у нас будет еще одно звено к выявлению этого подонка. Он выбрал место, поэтому он знает это место. Он знал, что может проникнуть внутрь, сделать то, что хотел, в частном порядке и навести порядок настолько, чтобы преступление осталось незамеченным ".

"Да". Фини кивнул в знак согласия. "Пришлось разбрызгать вокруг немного крови. Он все убрал, иначе был бы отчет. Строительная бригада не собирается натягивать ремни с инструментами, заляпанные кровью по всему этому чертову месту ".

"Что означает, что ему пришлось потратить на это время. Снова наедине. Нужно было иметь transpo, нужно было знать, что есть удобное место для свалки и доступ к легковоспламеняющемуся ".

"Наверное, не запечатали для этого", - прокомментировал Фини. "Зачем беспокоиться?"

"Неэффективно использовал свое время", - согласилась Ева. "Он собирается сжечь тело и уничтожить все возможные следы, ведущие к нему, по крайней мере, он так думал. Зачем беспокоиться о том, чтобы избежать каких-либо следов на месте происшествия, если оно достаточно очищено? Особенно, если у него были какие-то законные причины находиться там ".

"Мог бы владеть этим местом, работать или жить в нем".

"Мог бы быть строительным инспектором", - вставил Рорк. "Хотя, если это так, с его стороны было бы неразумно забыть о противопожарном герметике".

"Вы получили данные, которые я запрашивал, о недвижимости, которая строится или восстанавливается в этом районе. Это то, что ты прислал мне целиком?"

"Это так, да. Но это не учитывает те, которые находятся под столом. Небольшие задания", - объяснил он. "Частный дом или квартира, где владелец может решить выполнить какую-то работу или нанять подрядчика, который готов отказаться от разрешений и сборов и работать неофициально".

Ева представила, как карта ее расследования внезапно покрылась сотнями тупиков и обходных путей. "Я не собираюсь беспокоиться о побочных сделках, пока мы не исчерпаем все законные. Придерживаясь этого, разве они иногда не используют газ на строительных площадках?"

"Для некоторых транспортных средств и механизмов". Рорк кивнул. "Поскольку перевозить его с одной из станций за городом неудобно, вы можете воспользоваться камерой хранения на месте или поблизости. За это тебе тоже придется заплатить ".

"Тогда мы тоже проследим за этим".

"Бюрократы в сфере разрешений и лицензирования собираются заставить вас прыгать через обручи", - напомнил ей Фини.

"Я разберусь с этим".

"Вам нужно будет наложить руку на этих парней, получить ордера, различные документы и прочую ерунду. Нам повезет со спичками, вы сократите это." Фини подумал, потянул себя за нос. "Но тебе так или иначе придется через многое пройти. Я могу отложить свой отпуск на несколько дней, пока это не закроется ".

"Уйти?" Она хмурилась на него, пока не вспомнила о его запланированном отпуске. "Черт. Я совсем забыл об этом. Когда ты уезжаешь?"

"У меня есть еще два дня в запасе, но я могу кое-что изменить".

Она испытывала искушение поддержать его в этом. Но она остановилась, тяжело вздохнув. "Да, прекрасно, ты сделаешь это, и твоя жена съест обе наши печени на завтрак. Сырой."

"Она жена полицейского. Она знает, как это происходит ". Но за его словами не было особой убежденности.

"Держу пари, она уже собрала вещи".

Фини изобразил похотливую улыбку. "Был чертовски упакован почти неделю назад".

"Ну, я не сталкиваюсь с ее гневом. Кроме того, ты уже достаточно жонглировал, чтобы уделить мне столько времени. Мы можем справиться с остальным ".

Он снова посмотрел на доску, как и она. "Мне не нравится оставлять дело в подвешенном состоянии".

"У меня есть Макнаб и этот парень". Она ткнула большим пальцем в сторону Рорка. "Если мы не завершим это до того, как вам придется уйти, мы будем держать вас в курсе. На большом расстоянии. Ты можешь уделить мне еще пару часов сегодня вечером?"

"Нет проблем. Слушай, почему бы мне не вернуться к этому, посмотреть, смогу ли я сотворить какую-нибудь магию?"

"Сделай это. Я посмотрю, смогу ли я оспорить какие-нибудь ордера. Ты не против, если мы проведем брифинг здесь завтра, о-восемьсот?"

"Только если это подается с завтраком".

"Я сейчас подойду", - сказал ему Рорк и подождал, пока они с Евой останутся наедине. "Я могу сэкономить вам время с помощью бюрократической волокиты. Немного времени на незарегистрированных, и у меня будет список разрешений для тебя ".

Она засунула руки в карманы, изучая свою доску убийств, когда смотрела на лица мертвых. Незарегистрированное оборудование Рорка ослепило бы немигающий глаз CompuGuard. Никто бы не узнал, что он взломал защищенные области и извлек данные своими умелыми руками.

"Я не могу оправдать это за это. Я не могу сократить это, просто чтобы сэкономить немного времени и много раздражения. Гэннон в безопасности. Насколько мне известно, она единственная, кому может угрожать непосредственная опасность со стороны этого парня. Я буду действовать по правилам ".

Он подошел к ней сзади, погладил ее по плечам, когда они оба смотрели на фотографии Джейкобса и Кобба. До и после.

"Когда ты не играешь по правилам, когда ты выбираешь этот короткий путь, это всегда для них, Ева. Это никогда не для себя ".

"Это не должно было быть для меня. Или обо мне."

"Если бы это было не для тебя, или о тебе, в некотором смысле, ты бы не смог продолжать день за днем, сталкиваясь с этим и заботясь, день за днем. И если бы вы этого не сделали, кто бы поднял знамя таких людей, как Андреа Джейкобс и Тина Кобб, и понес его в бой?"

"Какой-то другой коп", - сказала она.

"Нет другой такой, как ты". Он прижался губами к ее макушке. "Никто другой не понимает их, жертв и тех, кто преследует их, так, как вы. Видеть это, знать это, ну, это сделало из меня честного человека, не так ли?"

Она повернулась, чтобы посмотреть ему прямо в глаза. "Ты создал себя".

Она знала, что он думал о своей матери, о том, что он узнал совсем недавно, и она знала, что он страдал. Она не могла смириться с гибелью Рорка так, как переживала смерть незнакомцев. Она не смогла помочь ему добиться справедливости для женщины, о существовании которой он даже не подозревал, для женщины, которая любила его и погибла от жестокой руки его собственного отца.

"Если бы я могла вернуться назад", - медленно произнесла она, - "если бы был способ повернуть время вспять, я бы сделала все, что в моих силах, чтобы разоблачить его и посадить за то, что он сделал. Я хотел бы постоять за нее, за тебя."

"Мы не можем изменить историю, не так ли? Не ради моей матери, не ради нас самих. Если бы мы могли, ты единственный в этом мире, кому я бы это доверил. Единственный, кто мог бы заставить меня отступить и позволить закону делать то, что делает закон." Он провел пальцем вниз по ямочке на ее подбородке. "Итак, лейтенант, когда бы вы ни выбрали один из этих коротких путей, вы должны помнить, что есть те из нас, кто зависит от вас, кому наплевать на книгу".

"Может быть, и нет. Но я помню. Иди, помоги Фини. Достань мне что-нибудь, что я смогу использовать, чтобы мы могли заставить его заплатить за то, что он с ними сделал ".

Она сидела одна, когда он ушел, забыв про кофе и уставившись на доску убийств. Она видела себя в каждой из жертв. В Андреа Джейкобс, сраженной и покинутой. У Тины Кобб отняли ее собственную личность и выбросили.

Но она возвращалась после тех событий. Она была создана из этих вещей. Нет, ты не мог изменить историю, подумала она. Но ты, черт возьми, мог бы это использовать.

27.

Она потеряла счет времени, когда работала одна. Ева предположила, что, если на нее давили на эту тему, она теряла счет времени, когда работала с другими тоже.

Но было что-то успокаивающее в том, чтобы сидеть в одиночестве в своем офисе или расхаживать по нему, позволяя данным и предположениям прокручиваться у нее в голове в компании только с мягким голосом компьютера.

Когда ее "линк" подал звуковой сигнал, она вышла из полутранса и поняла, что единственным источником света в комнате были ее различные экраны.

"Даллас. Что?"

"Привет, лейтенант". Молодое, симпатичное лицо Макнаба появилось на экране. Она могла видеть кусок пиццы в его руке. Черт, поскольку она почти не чувствовала запаха пепперони, ей пришло в голову, что она пропустила ужин. "Ты спал или что-то в этом роде?"

Она чувствовала, как растет ее смущение только потому, что другой полицейский заметил ее, когда она засыпала. "Нет, я не спал. Я работаю".

"В темноте?"

"Чего ты хочешь, Макнаб?" Она знала, чего хотела. Она хотела его пиццу.

"Ладно. Я вставил некоторые OT в 'ссылки и d и c '." Он откусил кусочек пиццы. Еву заставили проглотить собственную слюну. "Позвольте мне сказать вам, что эти дрянные устройства прочнее, чем дорогие. Память - дерьмо, а широкополосный доступ...

"Не веди меня по этому пути, Макнаб. Подведи итог".

"Конечно. Прости."

Он лизнул - этот ублюдок на самом деле слизал соус со своего большого пальца.

"Я получил координаты двух передач, которые, как мы полагаем, убийца отправил Коббу. Одно из них совпадает с местоположением прерванного транса, отправленного в резиденцию Гэннонов и снятого автоответчиком в ночь убийства Джейкобса."

"Где?"

"Местоположение, которое попало в оба, - это общедоступная ссылка на Центральном вокзале. Другой, созданный в киберклубе в центре города. О, и есть второе сообщение, прерванное в резиденции Гэннон, через десять минут после первого, из другого общественного в трех кварталах от ее резиденции."

Общественные места, публичный доступ. Фальшивые аккаунты. Осторожно, осторожно, осторожно. "Ты с Пибоди?"

"Да. Она в другой комнате."

"Почему бы тебе не заглянуть в клуб? Посмотрите, сможете ли вы точно определить устройство, которое он использовал. Может быть, вы сможете дать нам лучшее описание ".

"Нет проблем".

"Мы собираемся провести брифинг в моем домашнем офисе, восемьсот часов".

Его рот, возможно, был набит пиццей, но она узнала стон, когда услышала его. Правильно подала ему за то, что ела на пустой желудок.

"Если у вас есть что-нибудь интересное, я хочу услышать это немедленно. Неважно, который сейчас час. Это хорошая работа над "ссылками".

"Я волшебник. У вас, ребята, есть что-нибудь из настоящего бекона?"

Она прервала его. Откинувшись на спинку кресла в окутанной синими тенями темноте, она думала о бриллиантах, пицце и убийстве.

"Лейтенант".

"Хм?"

"Свет горит, двадцать пять процентов". Даже в полумраке Рорк видел, как она моргает, как сова. "Тебе нужно поесть".

"Макнаб ел пиццу. Это нарушило мою сосредоточенность ". Она потерла свои усталые глаза. "Где Фини?"

"Я отправил его домой, не без борьбы. Позвонила его жена. Я думаю, что она впадает в состояние легкой паники из-за того, что он собирается сделать то, что предложил тебе ранее, и отложить эту семейную поездку ".

"Я не позволю ему. У тебя есть что-нибудь для меня?"

"Первая стадия подбора завершена для Джудит Крю, почти так же и для мальчика. Как только это будет сделано, мы ... " Он вспомнил, с кем разговаривал, и отредактировал техно-жаргон. "По сути, мы будем сопоставлять и ссылаться на два набора. Если бы она держала своего сына при себе до его совершеннолетия - а, похоже, она бы так и сделала, - мы смогли бы обнаружить это совпадение или несколько совпадений ".

Он склонил голову набок, глядя на нее. "Значит, для тебя это будет пицца?"

"Я бы дал тебе пятьсот кредитов за кусок пиццы с пепперони".

Он усмехнулся. "Пожалуйста, лейтенант. Меня нельзя купить ".

"Я окажу вам сексуальную услугу по вашему выбору при следующей возможности".

"Сделано".

"Дешевое свидание".

"Ты не знаешь, какую сексуальную услугу я имею в виду. Ты получил свои ордера?" он позвал, заходя на кухню.

"Да. Господи, мне пришлось отбивать чечетку, пока у меня не отвалились пальцы на ногах, но я их получу. И Макнаб фиксировал местоположения на передачах. Сегодня вечером они с Пибоди собираются посетить киберклуб, где один из них был отправлен Коббу ".

"Сегодня вечером?"

"Они молоды, способны и боятся меня".

"Я тоже" Он принес ей блюдо с шипящей пиццей и большой бокал красного вина.

"А где твой?"

"У меня кое-что было с Фини в лаборатории, и я по глупости предположил, что ты будешь питаться сам".

"Ты уже поел и все еще готовишь мне ужин?" Она зачерпнула пиццу, обожгла кончики пальцев. "Вау, ты как мой телесный раб".

"Эти роли поменяются местами, когда я получу свой платеж. Я думаю, это может включать костюмы ".

"Убирайся". Она фыркнула, откусила пиццу и обожгла язык. Это было здорово. "Он позвонил Коббу и Гэннону из порта на Центральном вокзале. Звонил Гэннону в ночь, когда он убил Джейкобса - дважды, в двух местах. Просто прикрывал свои базы, звучит как. Получает ее программу ответа на оба прерывания, подтверждает, что все чисто. Закончится ".

Она запивала пиццу вином и знала, что Бог был на Его небесах.

"Я мог бы уйти оттуда, вот как я бы это сделал. Лучше, чем такси. Безопаснее".

"И позволяет ему проверять окрестности", - добавил Рорк.

"Затем он добирается туда, проникает внутрь. Может быть, он достаточно умен, чтобы сначала проверить дом по комнатам. Нельзя быть слишком осторожным. Затем он поднимается наверх, чтобы начать, и, прежде чем вы это осознаете, входит няня. Столько забот, столько хлопот, и ради чего?"

"Разозлил его".

Ева кивнула, отпила еще вина, подумала о втором куске пиццы. Почему, черт возьми, нет? "Я думаю, да. Пришлось вывести его из себя. Ты знаешь, что он мог бы выбраться. Или он мог бы ослабить ее, ограничить ее. Но она разрушила его планы. Она стала мухой в его супе. Итак, он убил ее. Но он не был в ярости, когда делал это. Контролируемый, осторожный. Но не такой умный, как он думает. Что, если она что-то знает? Он не совершил такого скачка в логике ".

"Он нанес удар, холодно, но не потратил время, чтобы полностью успокоиться". Рорк кивнул. "Ему пришлось импровизировать. Мы могли бы предположить, что он не в лучшей форме, раз он не смог написать сценарий пьесы и следовать подсказкам ".

"Да, я могу заглянуть в его голову, но это не помогает". Она отложила кусок пиццы и уставилась на изображение художника, которое она держала на экране. "Если я правильно выстроил это расследование, я знаю, чего он хочет. Я знаю, что он сделает, чтобы получить это. Я даже знаю, если мы будем следовать той же логике, что его следующим шагом будет преследование Саманты Гэннон или кого-то из ее семьи. Подружиться с ними, если он считает, что это стоит времени и усилий, угрожать, пытать, убивать, если это не так. Чего бы это ни стоило, чтобы вытянуть из нее бриллианты или информацию, ведущую к ним ".

"Но он не может добраться ни до нее, ни до них".

"Нет, я их прикрыл. И, возможно, это часть проблемы. Почему это застопорилось ".

"Если ты используешь ее как приманку, ты можешь выманить его".

С бокалом вина в руке, Ева откинулась назад и закрыла глаза. "Она бы тоже это сделала. Я вижу это в ней. Она сделала бы это, потому что это способ покончить со всем этим, и потому что это хорошая история, и потому что она смелая. Не глупо, но достаточно смело, чтобы пойти на это. Совсем как ее бабушка ".

"Достаточно смелый, потому что она доверила бы тебе присматривать за ней".

Ева пожала плечом. "Мне не нравится использовать гражданских лиц в качестве приманки. Я мог бы поставить полицейского на ее место. Мы можем сделать так, чтобы одна была достаточно похожа на нее, чтобы пройти ".

"Он бы изучил ее. Он мог видеть это насквозь ".

"Возможно. Черт возьми, возможно, он даже знает ее. В любом случае, я слишком высокий. У Пибоди не тот тип телосложения ".

"Дроида можно было бы создать".

"Дроиды делают только то, на что они запрограммированы". И она никогда полностью не доверяла машинам. "Приманка должна уметь думать. Есть кто-то еще, к кому он мог бы привязаться ".

"Джудит Крю".

"Да. Если она все еще жива, он мог бы попытаться ради нее. Или сын. Если ни один из них не является частью этого, он может нажать на эти кнопки. С тех пор больше никого не осталось, никто не обладал прямым знанием о том, что произошло и как. Он даже не может быть уверен, что они существуют ".

"Ешь".

Отвлекшись, она посмотрела на пиццу. Поскольку это было там, она взяла это, откусила, прожевала. "Это своего рода фантазия. Теперь, когда я вижу, что он моложе, чем я предполагала, это приобретает для меня больше смысла. Это охота за сокровищами. Он хочет их, потому что чувствует, что имеет на них право, и потому что они ценные, но также и потому, что они блестящие ", - добавила она, думая о Пибоди за витринами на углу Пятой и сорок седьмой.

"Ты уговорил меня поплавать вокруг того рифа у острова. Помнишь? Ты сказал не надевать мою сделку с кулоном. Не только потому, что, эй, большие бриллианты могут затеряться в океане, но и потому, что я не должна носить там ничего блестящего. Барракуды приходят в восторг, когда что-то блестит в воде, и могут сильно вас укусить ".

"Итак, у вас есть барракуда на охоте за сокровищами".

Да, ей нравилось перекладывать дело на Рорка, подумала Ева. Тебе не нужно было говорить ему что-либо дважды, и в половине случаев не нужно было говорить ему с первого раза.

"Я не знаю, куда это меня заводит, но давайте разыграем это. Он хочет их, потому что чувствует себя вправе, потому что они ценны и потому что они блестящие. Это говорит мне о том, что он избалованный, жадный и инфантильный. И подлый. Как хулиган ведет себя подло. Он убивал не только потому, что это было целесообразно, но и потому, что мог. Потому что они были слабее, а у него было преимущество. Он причинил боль Кобб, потому что было время, и, вероятно, она ему наскучила. Таким я его вижу. Я не знаю, что это мне дает ".

"Признание. Продолжай идти".

"Я думаю, он привык получать то, что хочет. Брать это, если это не дано. Может быть, он воровал раньше. Вероятно, был более безопасный способ получить информацию, но он выбрал этот способ. Гораздо увлекательнее брать что-то, что тебе не принадлежит, в темноте, чем торговаться за это при свете ".

"Я, конечно, раньше так думал".

"Потом ты вырос".

"Ну, по-моему. В темноте есть что-то волнующее, Ева. Однажды испытав это, трудно сопротивляться ".

"Почему ты это сделал? Сопротивляйся."

"Я хотел кое-чего другого. Еще." Он сделал глоток ее вина. "Я прокладывал свой путь к этому, делая случайные и часто развлекательные побочные шаги. Тогда я хотел тебя. В темноте нет ничего, чего я мог бы хотеть так, как я хочу тебя ".

"У него никого нет. Он не любит. Он никого не хочет. Это то, чего он жаждет. Блестящие вещи, которые поблескивают в темноте. Они стали более блестящими, Рорк, потому что на них уже есть кровь. И я думаю, я чертовски уверен, что часть этой крови течет в нем. Они более ценны для него, более важны для него из-за крови ".

Она расправила плечи. "Да, я узнаю его. Я узнаю его, когда увижу. Но ничто из этого не приближает меня к тому, где он находится ".

"Почему бы тебе немного не отдохнуть?"

Она покачала головой. "Я хочу посмотреть на спички".

***

Стивен Уиттиер потягивал Эрл Грей из своей любимой красной кружки. Он утверждал, что это добавляло вкуса, и это заявление вызвало раздражение у его жены, которая предпочитала использовать антикварный мейсенский. Тем не менее, она любила его так же сильно за его обывательские манеры, как и за его стойкость, надежность и юмор.

Брак между ними - строителем и светской принцессой - изначально озадачил и взволновал ее семью. Патрисия была марочным вином и икрой, а Стив - пивом и соевыми сосисками. Но она уперлась в свои модные каблуки и проигнорировала мрачные предсказания своей семьи. Тридцать два года спустя все забыли эти предсказания, кроме Стива и Пэт.

Каждый год в их годовщину они чокались бокалами за тост "Это никогда не продлится". После чего они смеялись, как дети, натягивающие друг на друга кучу взрослых.

Они построили хорошую жизнь, и даже его ранние недоброжелатели были вынуждены признать, что у Стива Уиттиера были мозги и амбиции, и он сумел использовать и то, и другое, чтобы обеспечить Пэту приемлемый для них образ жизни.

С детства он знал, чем хочет заниматься. Создавать или воссоздавать здания. Он хотел покопаться в своих корнях, чего никогда не мог сделать в детстве, и предоставить другим возможность сделать то же самое.

Он построил "Уиттиер Констракшн" с нуля, благодаря собственному поту и желанию, несгибаемой вере в него его матери, а затем Пэт. За тридцать три года, прошедшие с тех пор, как он начал с командой из трех человек и мобильным офисом из собственного грузовика, он укрепил свой фундамент и добавлял историю за историей к зданию своей мечты.

Теперь, хотя у него на зарплате были менеджеры, бригадиры и дизайнеры, у него все еще вошло в привычку засучивать рукава на каждом рабочем месте, тратить свой день на поездки с одного места на другое или копаться в своих инструментах, как любой чернорабочий.

Мало что делало его счастливее, чем звон и гул создаваемого или улучшаемого здания.

Его единственным разочарованием было то, что Уиттиер еще не стал Уиттиером и сыном. Он все еще надеялся, что так и будет, хотя у Тревора не было интереса или таланта к практическому строительству.

Он хотел верить - нуждался в вере, - что Тревор скоро остепенится, поймет ценность честного труда. Он беспокоился о мальчике.

Они не воспитывали его поверхностным и ленивым или ожидающим, что мир преподнесут ему на блюдечке. Даже сейчас Тревор был обязан отчитываться в главных офисах четыре дня в неделю и каждый день работать за своим столом.

Ну, полдня, - поправился Стив. Так или иначе, это никогда не длилось больше половины дня.

Не то чтобы он успел что-то сделать за такое количество времени, подумал Стив, дуя на свой дымящийся чай. Им пришлось бы еще раз поговорить об этом. Мальчику платили хорошую зарплату, и он ожидал хорошего рабочего дня. Проблемой, конечно, или частью этого, были трастовые фонды и блестящие подарки со стороны его семьи по материнской линии. Мальчик выбрал легкий путь, независимо от того, как часто его родители пытались перенаправить его.

Давалось слишком много, слишком легко, подумал Стив, оглядывая свою уютную берлогу. Но Стив признал, что часть вины была его собственной. Он ожидал слишком многого, возлагал слишком много надежд на своего сына. Кто лучше него знал, каким ужасающим и изнуряющим может быть для мальчика, когда тень его отца маячит повсюду?

Пэт была права, подумал он. Они должны немного отступить, дать Тревору больше пространства. Это могло бы означать, что нужно вырвать клипсу из семейных уз и выпустить его на свободу. Было тяжело думать об этом, о том, чтобы вытолкнуть Тревора из гнезда и наблюдать, как он изо всех сил пытается пересечь границу взрослой жизни без сети, которую они всегда обеспечивали. Но если бизнес был не тем, чего он хотел для себя, тогда его следовало вытолкнуть из него. Он не мог продолжать просто отсчитывать время и получать зарплату.

Тем не менее, он колебался сделать это. Не только из любви, ибо Бог знал, он любил своего сына, но и из страха, что мальчик просто обратится к своим бабушке и дедушке по материнской линии и будет жить, слишком счастливо, за счет их щедрости.

Потягивая чай, он изучал комнату, которую его жена со смехом называла пещерой Стива. У него там был письменный стол, поскольку он чаще всего предпочитал сидеть на корточках в этой комнате, а не в большом, просторном офисе в центре города или в своем собственном хорошо оборудованном кабинете в доме. Ему нравились насыщенные цвета этой комнаты и полки, заполненные игрушками его детства - грузовиками, машинами и инструментами, которые он обычно просил на дни рождения и Рождество.

Ему нравились его фотографии, не только Пэт и Тревора, его матери, но и его самого со своими бригадами, со своими зданиями, со своими грузовиками, машинами и инструментами, с которыми он работал, будучи взрослым.

И он любил тишину. Когда на окнах были защитные экраны, а двери были закрыты, это вполне могло быть пещерой, а не одной из многих комнат в трехуровневом доме.

Он взглянул на потолок, зная, что если он в ближайшее время не поднимется в спальню, его жена перевернется на другой бок в постели, обнаружит, что его нет, а затем поднимется наверх, чтобы поискать его.

Он должен подняться, избавьте ее от этого. Но он налил вторую кружку чая и задержался в мягком свете и тишине. И почти задремал.

Звонок на панели безопасности заставил его вздрогнуть. Его первой реакцией было раздражение. Но когда он моргнул, чтобы прояснить глаза и посмотрел на экран, изображение его сына вызвало у него быстрый прилив удовольствия.

Он поднялся со своего широкого кожаного кресла, мужчина чуть ниже среднего роста, с едва заметными зачатками брюшка. Его руки и ноги были мускулистыми и твердыми, как кирпич. Его глаза были блекло-голубыми с паутиной морщинок, веером расходящихся от них. Хотя они стали каменно-седыми, у него все еще была большая часть его волос.

Он выглядел на свой возраст и избегал любых мыслей о скульптуре лица или тела. Он любил говорить, что честно заработал морщины и седину. Он знал, что это заявление заставило его модного и заботящегося о молодости сына поморщиться.

Он предположил, что если бы он когда-нибудь был таким же красивым, как Тревор, он мог бы быть немного более тщеславным. Мальчик был настоящей картинкой, подумал Стив. Высокий и подтянутый, загорелый и золотистый.

И он работал над этим, подумал Стив с легким уколом. Парень потратил целое состояние на гардероб, салоны красоты, спа-салоны и консультантов.

Он отбросил эту мысль, когда подошел к двери. Не было никакой пользы подтрунивать над мальчиком из-за вещей, которые не имели значения. И поскольку Тревор редко навещал нас, он не хотел все портить.

Он открыл дверь и улыбнулся. "Что ж, это сюрприз! Заходи." Он трижды легко похлопал Тревора по спине, когда Тревор проходил мимо него в вестибюль.

"Что ты делаешь вне дома в это время ночи?"

Тревор намеренно повернул запястье, чтобы проверить время на светящемся перламутровом циферблате своего наручного устройства. "Еще только одиннадцать".

"Это так? Я задремал в своей берлоге." Стив покачал головой. "Твоя мама уже ушла спать. Я пойду за ней ".

"Нет, не беспокойтесь". Тревор отмахнулся от него. "Вы снова изменили систему безопасности".

"Раз в месяц. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. Я дам тебе новые коды". Он собирался предложить им пойти в кабинет, выпить по чашечке чая, но Тревор уже перешел в более официальную гостиную. И наливал себе из винного бара.

"Рад тебя видеть. Что ты делаешь на улице, да еще так нарядно одетый?"

Повседневная куртка, независимо от лейбла и цены, вряд ли была тем, что Тревор считал нарядным. Но это, безусловно, был шаг вперед по сравнению с футболкой его отца Mets и мешковатыми брюками цвета хаки.

"Я только что пришел с вечеринки. Смертельный зануда". Тревор взял бокал с бренди - по крайней мере, у старика был приличный запас спиртного, - покрутил его, развалившись в кресле. "Кузен Маркус был там со своей раздражающей женой. Все, что они могли делать, это говорить, говорить и говорить о том ребенке, которого они сделали. Как будто они были первыми, кто произвел потомство ".

"Новые родители, как правило, замкнуты". Хотя он предпочел бы чай, Стив налил бренди, чтобы быть общительным. "Твоя мать и я, мы наскучили всем, кто не мог убежать и спрятаться в течение нескольких месяцев после твоего рождения. Ты сделаешь то же самое, когда придет твоя очередь ".

"Я не думаю, что в этом есть какая-то опасность, поскольку я ни в малейшей степени не заинтересован в создании чего-то, что пускает слюни, пахнет и требует каждой минуты вашего времени".

Стив продолжал улыбаться, хотя от тона и сентиментальности у него заныли зубы. "Как только вы встретите подходящую женщину, вы, вероятно, измените свое мнение".

"Не существует подходящей женщины. Но есть сколько угодно терпимых."

"Я ненавижу слышать, как ты говоришь так цинично и жестко".

"Честно", - поправил Тревор. "Я живу в мире таким, какой он есть".

Стив вздохнул. "Может быть, тебе нужно начать. Должно быть, так и должно было быть, что ты пришел сегодня вечером. Я думал о тебе до того, как ты это сделал. О том, куда ты направляешься со своей жизнью и почему ".

Тревор пожал плечами. "Ты никогда не понимал и не одобрял мою жизнь, потому что она не отражает твою. Стив Уиттиер, человек из народа, который создал себя из ничего. Буквально. Знаете, вы должны продавать историю своей жизни. Посмотрите, как хорошо женщина Гэннон справилась со своими семейными мемуарами ".

Стив поставил свой бокал, и впервые с тех пор, как Тревор вошел, в его тоне прозвучало предупреждение. "Никто не должен знать ни о чем из этого. Я ясно дал тебе это понять, Тревор. Я рассказал вам, потому что чувствовал, что вы имеете право знать, и что если каким-то образом благодаря публикации этой книги установится связь с вашей бабушкой, со мной, с вами, вы будете готовы. Это позорная часть нашей семейной истории, болезненная для твоей бабушки. И для меня."

"Это вряд ли повлияет на бабушку. Она была не в себе девяносто процентов времени ". Тревор обвел пальцем вокруг своего уха.

Неподдельный гнев вызвал румянец на лице Стива. "Я никогда не хочу слышать, как ты легкомысленно относишься к ее состоянию. Или отмахнуться от всего, что она сделала, чтобы сохранить меня целым и невредимым. Ты бы не был здесь, потягивая бренди и глумясь, если бы не она."

"Или он". Тревор наклонил голову. "В конце концов, он сыграл свою роль в создании тебя".

"Биология не делает отцом. Я объяснил тебе, кем он был. Вор и убийца."

"Успешный, пока не появились Ганноны. Давай сейчас". Тревор поерзал, наклонился вперед, бокал с бренди зажал между колен. "Разве ты не находишь его, по крайней мере, очаровательным? Он был человеком, который устанавливал свои собственные правила, жил своей жизнью на своих собственных условиях и получал то, что хотел ".

"Взял то, что хотел, не важно, чего это стоило кому-то другому. Кто так терроризировал мою мать, что она годами убегала от него. Даже после того, как он умер в тюрьме, она продолжала оглядываться через плечо. Я знаю, что бы ни говорили врачи, я знаю, что это из-за него и всех тех лет страха и беспокойства она заболела ".

"Признай это, папа, это психический дефект, и, скорее всего, генетический. Ты или я могли бы быть следующими. Лучше жить так, пока мы не закончили пускать слюни в каком-нибудь прославленном приюте ".

"Она твоя бабушка, и ты будешь проявлять к ней уважение".

"Но не для него? Кровь есть кровь, не так ли? Расскажи мне о нем." Он снова откинулся на спинку стула.

"Я сказал вам все, что вам нужно было знать".

"Ты сказал, что постоянно переезжал с места на место. Несколько месяцев, год, и ты бы снова собирал вещи. Он, должно быть, связался с ней или с тобой. Пришел повидаться с тобой. Иначе зачем бы ей продолжать убегать?"

"Он всегда находил нас. Пока они не поймали его, он всегда находил нас. Я не знал, что его поймали, до тех пор, пока месяцы спустя. Я не знал, что он умер больше года. Она пыталась защитить меня, но мне было любопытно. У любознательных детей есть способ все выяснить ".

Разве они не просто? Тревор подумал. "Вы, должно быть, задавались вопросом о бриллиантах".

"Почему я должен?"

"Его последняя большая работа? Пожалуйста, ты, должно быть, задавался вопросом, и будучи любопытным ребенком ... "

"Я не думал о них. Я думал только о том, что он заставил ее чувствовать. Что он заставил меня почувствовать, когда я видела его в последний раз ".

"Когда это было?"

"Он пришел в наш дом в Колумбусе. У нас там был хороший дом, хороший район. Я был счастлив. И он пришел, поздно ночью. Я знал, когда я услышал голос моей матери, и его, я знал, что нам придется уехать. У меня был друг прямо по соседству. Боже, я не могу вспомнить его имя. Я думал, что он был лучшим другом, который у меня когда-либо был, и что я никогда его больше не увижу. И что ж, я этого не сделал ".

Бу-у-у, с отвращением подумал Тревор, но сохранил свой легкий и дружелюбный тон. "Это было нелегко для тебя или бабушки. Сколько тебе было лет?"

"Семь, я думаю. Около семи. Трудно быть уверенным. Одной из вещей, которые сделала моя мать, чтобы скрыть нас, было изменение даты моего рождения. Разные имена, год или два добавленных или убранных к нашему возрасту. Мне было почти восемнадцать, когда мы застряли с Уиттиером. Он был мертв много лет, и я сказал ей, что сейчас мне нужно остаться одним человеком. Мне нужно было начать свою жизнь. Итак, мы сохранили это, и я знаю, что она ужасно волновалась из-за этого ".

Старая параноидальная крыса, подумал Тревор. "Как вы думаете, почему он пришел повидаться с вами там и тогда? Разве это не было примерно во время ограбления? Бриллианты?"

"Следил за мной, мучил ее. Я все еще слышу, как он говорил ей, что сможет найти ее, куда бы она ни убежала, что он может забрать меня у нее, когда захочет. Я все еще слышу, как она плачет ".

"Но прийти тогда". Тревор надавил. "Из всех времен. Вряд ли это могло быть совпадением. Он, должно быть, чего-то хотел. Сказал тебе что-то, или сказал ей."

"Почему это имеет значение?"

Он все тщательно спланировал. То, что он считал своего отца глупцом, не означало, что он не знал, как работает этот человек. "Я много думал об этом с тех пор, как ты впервые сказал мне. Я не хочу с тобой спорить, но, полагаю, меня огорчает осознание того, что на данном этапе моей жизни у меня в крови ".

"Он для тебя никто. Для нас это ничего не значило".

"Это просто неправда, папа". Тревор печально покачал головой. "Ты никогда не хотел замкнуть круг? Для себя и для нее? Для твоей матери? Там все еще есть бриллианты на миллионы долларов, и они были у него. Они были у твоего отца."

"Они вернули почти все это".

"Почти?Полная четверть так и не была восстановлена. Если бы мы могли собрать все воедино, если бы мы могли найти их, мы могли бы замкнуть этот круг. Мы могли бы найти способ вернуть их через эту писательницу - эту Саманту Гэннон ".

"Найти бриллианты спустя более пятидесяти лет?" Стив бы рассмеялся, но Тревор был таким серьезным, и он сам был так тронут тем, что его сын задумался о том, чтобы замкнуть этот круг. "Я не понимаю, как это возможно".

"Разве не вы тот, кто постоянно говорит мне, что все возможно, если вы готовы работать для этого? Это то, что я хочу сделать. Я сильно переживаю по этому поводу. Мне нужно, чтобы ты помогла мне собрать все воедино. Точно вспомнить, что произошло, когда он приходил к тебе в последний раз, точно вспомнить, что произошло потом. Он когда-нибудь связывался с тобой из тюрьмы? Ты или моя бабушка? Он когда-нибудь давал тебе что-нибудь, посылал тебе что-нибудь, говорил тебе что-нибудь?"

"Стив?"

Стив обернулся, услышав голос своей жены. "Давай пока отложим это", - тихо сказал он. "Твоя мать все знает об этом, но мне не нравится затягивать. Здесь, внизу, Пэт. Тревор заходил."

"Тревор? О, я сейчас спущусь".

"Нам нужно поговорить об этом", - настаивал Тревор.

"Мы сделаем". Стив кивнул своему сыну и одобрительно улыбнулся. "Мы это сделаем, и я постараюсь вспомнить все, что может помочь. Я горжусь тобой, Тревор, горжусь тобой за то, что ты думаешь о том, чтобы попытаться найти способ все исправить. Я не знаю, возможно ли это, но знать, что ты хочешь попробовать, очень много значит для меня. Мне стыдно, что я никогда не думал об этом сам. Что я никогда не думал о том, чтобы отложить все это в сторону и начать все сначала вместо того, чтобы начинать с чистого листа ".

Тревор скрывал свое раздражение за приятной маской, когда услышал, как его мать торопливо спускается по лестнице. "Я не мог думать ни о чем другом в течение нескольких недель".

***

Он ушел час спустя и побрел по раскаленной жаре, вместо того чтобы поймать такси. Он мог рассчитывать на своего отца в согласовании деталей. Стив Уиттиер был адом в деталях. Но визит уже подсказал ему следующий ход. Он изображал обеспокоенного внука на следующий же день и шел навестить свою бабушку в психушке.

***

Примерно в то время, когда Тревор Уиттиер пересекал парк, Ева подавила зевок. Она хотела еще одну порцию кофе, но знала, что это означало бы разговор с Рорком. У него была привычка узнавать, когда ее задница двигается, прежде, чем она это делала.

"Три потенциала у женщины, в два раза больше у ребенка". Она сильно почесала голову, чтобы разогнать кровь.

"Если мы не будем учитывать остальные матчи первого уровня".

"Я сбрасываю их со счетов. Компьютеру нравятся эти варианты выбора, поэтому мы выбираем их. Давайте перейдем к малышу-мужчине сейчас. Посмотри, хорошо ли что-нибудь выглядит ".

Она вывела эти шесть изображений на экран и начала сканировать прикрепленные данные. "Так, так, посмотри сюда. Стивен Джеймс Уиттиер, адрес в Ист-Сайде. Владеет и управляет собственной строительной компанией. Для меня это хорошая музыка ".

"Я знаю его".

Она резко оглянулась. "Ты знаешь этого парня?"

"В основном в этом смутном профессиональном смысле, хотя я несколько раз встречался с его женой на различных благотворительных мероприятиях. У его компании солидная репутация, и у него тоже. Он, рабочий, встречает ее голубой крови. Он делает хорошую работу ".

"Проверьте списки с сайтов о вакансиях, которые вы получили ранее. Давай посмотрим, есть ли у Уиттиера какие-нибудь дела в Алфавит-Сити или его окрестностях ".

Рорк открыл файл, затем откинулся на спинку стула. "Я должен научиться не подвергать сомнению твои инстинкты".

"Реабилитационный центр на авеню Б. Пятиэтажное здание, три секции". Она поджала губы, издала хлопающий звук. "Более чем достаточно, чтобы присмотреться повнимательнее. Видите там, у него есть сын. Один сын, Тревор, двадцати девяти лет. Давайте создадим этот образ ".

Рорк занимался техосмотром, и они вместе изучали лицо Тревора Уиттиера. "Не так близко к исполнению художника, как хотелось бы, но это не полный провал. Давай посмотрим, что еще мы сможем узнать о Треворе ".

"Ты ничего не можешь с ним поделать сегодня вечером. Уже почти час ночи. Если вы не думаете, что сможете выстроить достаточно вескую аргументацию, чтобы подойти и зачерпнуть его и посадить в клетку, вы отправляетесь спать. Я настрою компьютер на сбор данных, пока ты поспишь несколько часов."

"Я могла бы пойти разбудить его, побеспокоить его". Она задумалась. "Но это было бы просто для развлечения. И это дало бы ему шанс позвать адвоката. Это может подождать ". Она вскочила на ноги.

"До утра. Мы проверим это рабочее место, посмотрим, сможем ли мы найти следы от тела Кобба. Мне нужно связаться с Уиттиером и найти его мать, взять у нее интервью тоже. Они могли быть замешаны в этом. Этот Тревор вызывает у меня самые лучшие чувства. Разумнее было бы подождать с нападением на него, пока я все не улажу ".

"Пока он выстраивается, вы ложитесь".

Она бы поспорила, но ее глаза начали пульсировать. "Nag, nag, nag. Я просто свяжусь с командой и скажу им, что мы собираемся провести брифинг в семьсот вместо восьми ".

"Ты можешь сделать это утром. Это проще и гуманнее ".

"Да, но сейчас это делать веселее", - запротестовала она, когда он взял ее за руку и потащил из комнаты. "Таким образом, я могу разбудить их, чтобы им пришлось поработать над тем, чтобы снова заснуть. С другой стороны, я просто поднимаю их с постели немного пораньше ".

"Вы подлый человек, лейтенант".

"Да. И что?"

28.

Пока она спала, все это прокручивалось у нее в голове. Отец с сыном, убийство и жадность, кровь, поблескивающая на сверкающих камнях. Было наследие, от которого ты не мог убежать, независимо от того, как быстро или как далеко ты убежал.

Она могла видеть себя ребенком, без матери, которая могла бы паниковать или защищать. Некому было спрятать ее или встать как щит. Она могла видеть себя - она всегда могла видеть себя - одну в морозильной камере, с размытым красным светом от вывески, мигающей, мигающей, мигающей на здании по соседству.

Она почувствовала вкус своего страха, когда он вошел, этот яркий металлический привкус. Как будто у нее в горле уже была кровь. Горячая кровь против холода.

Дети не должны бояться своих отцов. Она знала, что теперь, в какой-то части своего беспокойного мозга, она знала это. Но ребенок не знал ничего, кроме страха.

Не было никого, кто остановил бы его, некому было бороться за нее, когда его рука полоснула, как змея. Некому было защитить ее, когда он набросился на нее, ворвался в нее. Не было никого, кто услышал бы ее крик, кто умолял бы его остановиться.

Только не снова, только не снова. Пожалуйста, пожалуйста, не снова.

Ей не к кому было бежать, когда кость в ее руке хрустнула, как веточка, сломанная неосторожной ногой. У нее была только она сама и нож.

Она чувствовала, как кровь заливает ее руки, лицо, и то, как дернулось его тело, когда она вонзила лезвие в его плоть. Она могла видеть себя измазанной этим, покрытой этим, истекающей этим, как животное на охоте. И даже во сне она осознавала безумие этого животного, полное отсутствие человечности.

Звуки, которые она издавала, были мерзкими. Даже после того, как он был мертв, звуки, которые она издавала, были мерзкими.

Она боролась, колола, колола, колола.

"Вернись. О Боже, детка, вернись ".

Паника и защита. Кто-то, чтобы услышать, помочь. Сквозь безумие воспоминаний она услышала голос Рорка, почувствовала его запах и крепко свернулась калачиком в его объятиях.

"Не могу". Не мог избавиться от этого. Было так много крови.

"Мы здесь. Мы оба прямо здесь. У меня есть ты." Он прижался губами к ее волосам, к ее щеке. "Отпусти это, Ева. Отпусти это сейчас ".

"Мне холодно. Мне было так холодно".

Он провел руками по ее спине, ее рукам, слишком боясь оставить ее даже на то время, которое потребовалось бы, чтобы встать за одеялом. "Держись за меня".

Он посадил ее к себе на колени, укачивая, как ребенка. И дрожь, которая сотрясала ее, постепенно ослабла. Ее дыхание выровнялось.

"Я в порядке". Она безвольно уронила голову ему на плечо. "Прости". Но когда он не ослабил хватку, когда продолжил раскачиваться, она закрыла глаза, пытаясь погрузиться в комфорт, в котором он нуждался так же сильно, как и она.

Тем не менее, она увидела, кем она была, что она сделала. Во что она превратилась в той ужасной комнате в Далласе. Рорк смог это увидеть. Он пережил это с ней, несмотря на ее кошмары.

Прижавшись к нему, она снова уставилась в темноту и задалась вопросом, смогла бы она перенести стыд, если бы кто-нибудь еще увидел, какой стала Ева Даллас.

***

Пибоди любила брифинги в домашнем офисе Евы. Каким бы серьезным ни был бизнес, всегда была неформальная атмосфера, когда вы добавляли еду. И встреча за завтраком означала не только настоящий кофе, но и настоящие яйца, настоящее мясо и всевозможную липкую, сладкую выпечку.

И она могла оправдать дополнительные калории, потому что это было топливо, связанное с работой. По ее мнению, в нынешней ситуации не было никаких недостатков.

Они все были загружены - Фини, Макнаб, Трухарт, Бакстер, Даллас, даже Рорк. И боже, о боже, взгляд на Рорка утром был таким же восхитительным толчком для организма, как крепкий черный кофе, подслащенный натуральным сахаром.

Неудивительно, что лейтенант был таким стройным. Ей приходилось сжигать калории, просто глядя на него. Учитывая это, Пибоди взяла еще пару ломтиков бекона и подсчитала, что она действительно может похудеть во время брифинга.

Это была довольно выгодная сделка.

"Обновления в ваших пакетах", - начала Ева, и Пибоди переключила свое внимание между своей тарелкой и своим партнером.

Ева облокотилась на угол своего стола, с чашкой в одной руке и лазерной указкой в другой. "Фини и наш гражданский добились некоторого прогресса прошлой ночью, как и Макнаб. Макнаб, передай команде свои данные ".

Ему пришлось проглотить, быстро и сильно, полный рот датского сыра. "Сэр. Моя область занимается ссылками, а также d и c от обеих жертв ".

Он пробежался по нему, точно определяя места передачи, с помощью значительного программного кода. Жаргон, а также вопросы и комментарии, которые Фини бросал ему в той же идиоме, дали Еве время допить кофе и подумать о другой чашке.

"Ты разведаешь эти места этим утром", - вставила Ева, когда наступило короткое затишье. "С этими изображениями. Экран первый. Это Стивен Уиттиер. Текущие данные заставляют нас полагать, что он сын Алекса Крю. На втором экране вы видите Тревора Уиттиера, сына Стивена Уиттиера и, вероятно, внука Экипажа. Учитывая накопленные данные и профиль, он подходит. Стивен Уиттиер - основатель и нынешний владелец "Уиттиер Констракшн"."

"Это приятная маленькая попса", - прокомментировал Бакстер.

"Более крупный и громкий, поскольку мы определили, что "Уиттиер Констракшн" является подрядчиком крупных восстановительных работ на авеню Б. Компания имеет лицензию на четыре склада бензина. Ни одно из других потенциальных совпадений не имеет такого количества ссылок, как это. Официальные данные Стивена Уиттиера гласят, что его отец скончался. Его мать... "

Она разделила экран и вывела на экран изображение женщины, известной как Джанин Гладит Уиттиер. "В настоящее время проживает в Leisure Gardens, учреждении по уходу за престарелыми на Лонг-Айленде, где у Уиттиер-старшего есть второй дом. Она принадлежит к нужной возрастной группе, имеет правильный расовый профиль и соответствует компьютерным морфам ".

"Мы пригласим Уиттиеров на собеседование, лейтенант?" Спросила Пибоди.

"Не в это время. У нас есть косвенные доказательства и предположения. Это хорошие обстоятельства и предположения, но этого недостаточно, чтобы подтолкнуть окружного прокурора к выдаче ордера. Недостаточно арестовать, не говоря уже об осуждении. Так мы получим больше ".

"Мы с Трухартом можем сделать снимки, добавить еще пару и показать их официантке. Она выбирает одного из этих парней ", - сказал Бакстер, "у нас есть еще ".

"Сделай это. Макнаб, найди мне кого-нибудь из источников передачи, кто помнит, что видел одного или обоих этих людей. Фини, мне нужно, чтобы ты копнул назад. Если Джанин и Стивен Уиттиер были под другими именами до этого, я хочу их ".

"Ты их получишь", - сказал он ей и зачерпнул полный рот яиц.

"Сначала мы с Пибоди отправимся на это рабочее место, сопоставим следы и проведем зачистку. Если Кобба убили там, будет кровь. Мне нужны свидетели, мне нужны вещественные доказательства. Мы блокируем это, а затем втягиваем их внутрь. Рорк, я рассчитываю на твою безопасность, чтобы держать Саманту Гэннон и ее семью в тайне, пока мы не раскроем это дело."

"Это сделано".

"Сэр". Как любой хорошо дисциплинированный студент, Трухарт поднял руку. "Детектив Бакстер и я могли бы зайти в отель и показать мисс Гэннон снимки. Она могла бы узнать одного или обоих из этих мужчин. Если да, то это могло бы дать нам еще одну ссылку ".

"Это хорошая мысль, Верное Сердце. Занимайся беготней. Давайте тщательно продумаем это дело ". Она взглянула на доску и жертв. "Никто больше не умрет из-за кучи гребаных камней".

Когда команда начала расходиться, Рорк провел кончиком пальца по плечу Евы. "Минутку, лейтенант?"

"Полминуты". Сосредоточившись на взаимосвязанных моментах расследования, она последовала за ним в его кабинет.

Он закрыл дверь, затем, взяв ее за локти, приподнял ее до носков сапог и завладел ее ртом в коротком и горячем поцелуе.

"Боже!" Она с глухим стуком упала обратно на пол. "Что с тобой не так?"

"Я должен был выбросить это из головы. Что-то в наблюдении за тем, как ты принимаешь командование, просто заводит меня ".

"Наблюдая, как растет трава, вы начинаете". Она повернулась к двери, но он хлопнул по ней ладонью. "Вам что-нибудь говорят слова "препятствование правосудию"?"

"Несколько. И хотя быстрый приступ обструкции может показаться забавным, это не то, что я имел в виду. У меня есть кое-какие дела, с которыми нужно разобраться этим утром, но часть дня можно перенести ".

"Если Фини хочет, чтобы ты участвовал в электронной работе, это касается только тебя и его".

"Теперь он вцепился в это зубами. Я не думаю, что ему нужно, чтобы я пережевывал остальное. Но ты, возможно, захочешь, чтобы я был с тобой, когда будешь говорить со Стивеном Уиттиером ".

"Почему?"

"Потому что он знает меня. И из того, что я знаю о нем, он не мог иметь отношения к тому, что было сделано с теми женщинами. Не сознательно."

"Люди могут делать много вещей, которые выходят за рамки их характера, когда они ослеплены яркими, блестящими камнями".

"Согласен. Еще одна причина, по которой ты, возможно, хочешь, чтобы я был с тобой. Я немного разбираюсь в такого рода вещах ". Он вытащил цепочку у нее из-под рубашки, так что бриллиант в виде слезинки, который он когда-то подарил ей, сверкнул между ними: "Я знал людей, которые убивали ради них. Я узнаю, сделал ли он это. Они просто вещи для тебя. Ты надел это для меня. Это его единственная ценность для тебя ".

Он слегка улыбнулся, когда снова скользнул ей под рубашку. "Если бы я дал вам кусок кварца, это означало бы то же самое".

"Возможно, он сделал это не ради бриллиантов, не напрямую, а чтобы защитить себя и свою семью. Саманта Гэннон знает о нем то, чего нет в книге. Вещи, о которых не знает никто за пределами этой группы, образованной полвека назад. Кто он такой, от кого он происходит. Люди убивают и за это тоже ".

"Этот ход мыслей вызвал ваш кошмар?"

"Я не знаю. Может быть, это направление мышления появилось из-за этого. На первый взгляд, Уиттиер построил хорошую, достойную жизнь. Но часто людьми движет то, что находится под поверхностью. Ему есть что терять, если это выйдет наружу - кем был его отец, что он сделал, что Стивен Уиттиер - вымысел ".

"Это то, что ты думаешь?" Он прикоснулся к ней, провел рукой по ее щеке, щеке, бледной от беспокойной ночи. "Поскольку имя было дано ему по ходу дела, а не в начале, оно ненастоящее?"

"Важно не то, что я думаю, важно то, что думает он".

Теперь он подставил ее лицо. "Ты знаешь, кто ты, Ева".

"Большую часть времени". Она подняла руку, положила ее на его запястье. "Ты хочешь пойти с нами из-за кошмара. Вы уже поняли, что я проводил корреляции с самим собой по этому поводу. Я не буду отрицать, что у меня есть, но это не мешает работе ".

"Я не думал, что так получится".

"Я подумаю об этом. Я свяжусь с тобой и дам тебе знать ". Она повернулась к двери, потом обратно. "Спасибо".

"Всегда пожалуйста".

***

Здание на авеню Б было красивым. Или, как ей сказал бригадир кооператива, три здания, превращенные в один многофункциональный комплекс, были прекрасны. Старый кирпич уже был очищен взрывом от грязи, сажи и граффити, так что цвет стал приглушенно-розовым.

Она сомневалась, что это продлится долго.

Линии были чистыми и прямыми, с красотой в простоте формы.

"Чертовски жаль, что все так вышло", - таково было мнение формана Хинки, когда он провожал их ко входу в среднее здание. "У нас были квартиры и тому подобное, и основные структуры были сохранены. Но, Джиманиз, ты бы видел, что здесь за нутро. Рвался в дерьмо и обратно. Дерево сгнило, полы провисли, сантехника вышла из гребаного ледникового периода. У тебя был потрескавшийся гипсокартон и разбитые окна. У некоторых людей просто нет уважения к зданиям, понимаешь?"

"Думаю, нет. Ты крепко запираешь это место, когда команды здесь нет?"

"Чертовски верно. У вас есть свои вандалы, свои мародеры, свои спящие на тротуарах придурки, которые ищут, где бы пошалить или заключить сделку ". Он покачал головой, украшенной пыльной кепкой от Whittier gimme. "У нас здесь много оборудования, не говоря уже о расходных материалах. Стив-мистер Уиттиер - он не скупится на охрану. Он запускает операцию класса ".

Она не знала о занятиях, но она знала о шуме. Внутри было много этого.

"Много места", - прокомментировала она.

"Пять этажей, три здания. У вас получилось около восемнадцати тысяч квадратных метров, не считая площади на крыше. Это будет сочетание жилого и делового. Сохраняя как можно больше оригинальных структур и функций, которые мы можем спасти, и мы установим новые там, где не сможем, сохраняя оригинальный стиль ".

"Да. Столько места, три здания, много входов и выходов. Многое нужно было охватить ".

"У нас есть центральная система безопасности и индивидуальные резервные копии в каждом здании".

"У кого есть коды?"

"А, это, должно быть, Стив, я, главный плотник, помощник мастера и охранная компания".

"Вы можете передать эти имена моему партнеру. Мы хотели бы осмотреться ".

"Если вы пойдете дальше этого, вам понадобится каска и защитные очки. Таков закон ".

"Нет проблем". Ева взяла канареечно-желтую строительную шапочку и защитные очки. "Не могли бы вы показать мне, где вы использовали огнезащитный состав?"

"Почти все черновые перекрытия были заделаны". Он почесал подбородок. "Вы хотите, мы можем начать здесь, проработать наш путь до конца. Но я говорю тебе, никто не смог бы проникнуть сюда в нерабочее время ".

"Проверить это - моя работа, Хинки".

"Должен делать то, что должен". Он дернул большим пальцем и начал обходить оборудование. "Это коммерческое помещение. Возможно, сдам его в аренду ресторану. Этот этаж был замурован. Пришлось вырвать то, что осталось от оригинала. Новое напольное покрытие еще не установлено, только подложка и уплотнитель ".

Ева достала сканер из своего походного набора и провела стандартный анализ крови. Прикинув размеры здания, время, которое потребуется для сканирования каждого участка пола, она выпрямилась, сидя на корточках.

"Ты можешь оказать мне услугу, Хинки? Как насчет того, чтобы кто-нибудь провел моего партнера по следующему зданию, пока мы с тобой осмотрим это? После этого мы перейдем к третьему. Сэкономь нам всем немного времени и неприятностей ".

"Все, что ты захочешь". Он снял двусторонку со своего ремня. "Эй, Кармайн. Ты нужен на первом этаже, корпус два".

Они разделились на команды, и Ева перемещалась из зоны в зону на первом этаже. Через некоторое время она смогла, по большей части, отключиться от шума. Жужжание и вращение, всасывание компрессоров и отдача пневматических пистолетов.

Голоса команды звучали с различными акцентами. Бруклин и Квинс, латиноамериканцы и уличный джайв. Она отфильтровала это, вместе с музыкой, которую каждая секция выбрала в качестве фоновых мелодий. Трэш-рок, жестяной кантри, сальса, рэп.

Поскольку он уделял ей время и не доставлял хлопот, она слушала текущие комментарии Хинки о ходе работы и деталях вполуха.

Он бубнил о климат-контроле, проверках, электрических и фильтрующих системах, стенах, отделке, труде, сантехнике. Ее мозг был забит этим к тому времени, как они добрались до второго этажа.

Он болтал об окнах, обрамлении, остановился, чтобы отчитать рабочего и проконсультироваться с другим членом команды по спецификациям. Это дало Еве надежду, что она избавится от него, но он догнал ее прежде, чем она добралась до третьего уровня.

"Апартаменты здесь, наверху. Дайте людям достойное место для жизни. Дело в том, что моя дочь выходит замуж следующей весной. Она и парень, они уже записались на это отделение прямо здесь ".

Ева оглянулась как раз вовремя, чтобы увидеть, что он выглядит немного сбитым с толку и сентиментальным. "Будь милым с ними, я думаю. И я знаю, что место построено хорошо. Твердый." Он постучал рукой по стене. "Никакого дерьма с зубочистками и клеем, которое используют некоторые из этих заведений, когда восстанавливают одно из этих старых зданий. Стив, он гордится ".

"Ты долго работал на него?"

"В октябре этого года исполняется семнадцать лет. Он не был ночным летчиком. Тоже знает свои здания. Работает бок о бок с тобой в трудную минуту ".

Она нашла несколько капель крови, отбросила это, как делала в других местах. Этого было недостаточно. И вы собрали кучу людей вместе с кучей инструментов, должно было пролиться немного крови.

"Он тратил много времени на эту работу?"

"О да. Самое большое, что у нас было. Надрывал задницу, чтобы получить это предложение, и он здесь каждый день ".

Он вышел с ней из отделения, по коридору, образованному стенами с шипами.

"Как насчет его сына?"

"Что насчет него?"

"Он уложился во время?"

Хинки насмешливо фыркнул, затем взял себя в руки. "Работает в офисе".

Ева сделала паузу. "Он тебе не очень нравится".

"Не мне говорить, так или иначе". Хинки приподнял мускулистое плечо. "Я просто скажу, что он не похож на своего старика, не то, что я вижу".

"Чтобы он не приходил в себя".

"Был здесь раз или два, может быть. Не вызывает особого интереса. Типичный костюм с галстуком, понимаешь?"

"Да, я знаю". Она перешагнула через штабель каких-то лесоматериалов. "У него были бы коды доступа?"

"Не понимаю, зачем ему это".

"Сын босса".

Пожатие плеч Хинки было его ответом.

У нее звенело в ушах, в голове стучало к тому времени, как они добрались до четвертого этажа. Она решила, что попросила бы защитные наушники, если бы знала, насколько все будет плохо. Ей казалось, что инструменты здесь дошли до вопиющего уровня. Она с некоторым уважением посмотрела на большую зубастую пилу, которой управлял мужчина, который, казалось, весил не меньше ста фунтов.

Она обошла это стороной, включила сканер.

И наткнулись на материнскую жилу.

"Что это за хуйня- прошу прощения".

"Это чертовски много крови, Хинки". Она провела сканером по полу, обнаружив ярко-синий рисунок на полу, размазанный по стене. "Один из ваших людей отрезал придаток вот этой пилой наверху?"

"Иисус Христос, нет. Лейтенант, я не понимаю, как это могла быть кровь."

Но она могла. Так же, как она могла видеть, как это пятно растекается по коридору. Где Тина Кобб пыталась ползти.

Он прошел через это, отметила она, присев на корточки, чтобы лучше рассмотреть. Он оставил несколько отпечатков, и разве это не было удобно?

Кобб тоже, она видела. Отпечатки ладоней, окровавленные. Попыталась подтянуться по стене, использовала ее для поддержки и прижала руку там, там.

Он не торопился с ней, Ева была уверена в этом. Он позволил ей ползти, хромать, спотыкаться по всей длине коридора четвертого этажа, прежде чем нанести смертельный удар.

"Это не может быть кровь". Хинки уставился на синеву, медленно покачивая головой из стороны в сторону. "Мы бы увидели это. Господи, ты не мог это пропустить ".

"Мне нужно, чтобы эта область была очищена. Я должен попросить вас вывести вашу команду из этого здания. Это место преступления ". Она достала свой коммуникатор. "Пибоди? Я нашел ее. Четвертый этаж."

"Я должен ... я должен позвонить боссу".

"Ты делаешь это, Хинки. Скажи ему, чтобы он был доступен, у себя дома, через час ". Ева повернулась к нему, почувствовав укол сочувствия, когда увидела ужас в его глазах. "Выведите свою команду из этого здания и позвоните Уиттиеру. Я хочу поговорить с ним ".

***

Менее чем через час шум стройки сменился шумом полицейских. Хотя у нее не было особой надежды обнаружить больше улик, она распределила команду уборщиков по всему зданию. Криминалисты сделали снимки отпечатков рук и ног и с помощью своей технической магии извлекли микроскопические следы крови для сопоставления с ДНК.

Она уже сравнила отпечаток пальца на стене с отпечатками в файле на Тину Кобб.

"Я знаю, вы скажете, что это просто полицейская работа, Даллас, просто пошаговое расследование, но это просто чудо, что мы смогли запечатлеть это место".

Пибоди изучала образцы крови, ярко-синие под сканерами, установленными на штативах.

"Еще несколько недель, может быть, дней, они бы застелили пол, покрыли стены. Он выбрал хорошее место для этого ".

"Никто ее не видел, не слышал", - заявила Ева. "Достаточно легко затащить ее внутрь, он мог бы использовать десятки причин. Там полно труб для орудия убийства, брезента, в который можно завернуть ее тело для транспортировки. Он первым заправлялся. Возьмите это с собой в транспортном средстве. Он вошел сюда, он мог получить доступ к газу. Мы продолжим там. Будут записи о том, что сохранено или приобретено через учетную запись Whittier ".

"Я займусь этим".

"Сделай это по дороге. Пойдем посмотрим на Уиттиера".

***

Она не хотела, чтобы он появлялся на сцене, пока нет. Она хотела этого первого контакта в его доме, где мужчина чувствовал себя наиболее комфортно. И где человек, виновный или невиновный, как правило, чувствовал себя наиболее неловко, когда сталкивался со значком.

Она не хотела, чтобы он был окружен своими сотрудниками и друзьями.

Он сам открыл дверь, и она увидела на его лице следы бессонной ночи, на которые теперь наложилось то, что могло быть шоком и беспокойством.

Он протянул ей руку, что она восприняла как автоматические манеры человека, воспитанного в вежливости. "Лейтенант Даллас? Стив Уиттиер. Я не знаю, что думать, что сказать. Я не собираюсь принимать это во внимание. Хинки думает, что произошла какая-то ошибка, и я склонен согласиться. Я хотел бы спуститься на сайт и -"

"Я не могу этого допустить, в данный момент. Мы можем войти?"

"Что? О, да. Извините. Прости меня. Ах... - Он махнул рукой, отступил назад. "Мы должны сесть". Он провел рукой по лицу. "Где-то. Здесь, я думаю. Моей жены нет дома, но я ожидаю, что она скоро вернется. Я не хочу, чтобы она узнала об этом. Я бы предпочел попытаться сказать ей ... Ну."

Он провел их в свой кабинет, протянул руки к стульям. "Хочешь чего-нибудь? Что-нибудь выпить?"

"Нет. Мистер Уиттиер, я собираюсь записать это интервью. И я собираюсь предоставить тебе твои права ".

"Боже... " Он опустился на стул. "Дай мне минутку, ладно? Меня в чем-то подозревают? Должен ли я ... нужен ли мне адвокат?"

"У вас есть право на адвоката или представителя в любое время в ходе этого процесса. Чего я хочу, так это получить от вас заявление, мистер Уиттиер. Чтобы задать тебе несколько вопросов." Она поставила диктофон на видном месте на столе и продекламировала исправленную "Миранду". "Понимаете ли вы свои права и обязанности в этом вопросе?"

"Да, я думаю, что знаю. Это все, что я действительно понимаю ".

"Можете ли вы сказать мне, где вы были в ночь на шестнадцатое сентября?"

"Я не знаю. Наверное, здесь, дома. Мне нужно проверить свою книгу ".

Он встал, чтобы подойти к письменному столу за изящным маленьким ежедневником. "Ну, насчет этого я ошибаюсь. Мы с Пэт ужинали с друзьями. Я вспомнил сейчас. Мы встретились примерно в половине восьмого в "Русалке". Это ресторан морепродуктов на Первой авеню между Семьдесят первой и второй. Сначала мы выпили, потом заняли столик около восьми. Не возвращался домой до полуночи ".

"Имена людей, с которыми ты был?"

"Джеймс и Кира Сазерленд".

"А после полуночи?"

"Мне жаль?"

"После полуночи, мистер Уиттиер, что вы делали?"

"Мы легли спать. Мы с женой легли в постель ". Он покраснел, когда сказал это, и выражение его лица напомнило ей о смущении Фини, когда он понял, чем они с Рорком занимались во время перерыва для отдыха.

Она пришла к выводу, что Уиттиер и жена предавались какому-то развлечению перед сном.

"Как насчет ночи четырнадцатого сентября?"

"Я этого не понимаю". Он пробормотал это, но заглянул в свою книгу. "У меня ничего не записано. Четверг, четверг", - сказал он, закрывая глаза. "Я думаю, мы были дома, но мне пришлось бы спросить Пэт. Она помнит эти вещи лучше, чем я. Мы, как правило, остаемся дома большую часть вечеров. Было слишком жарко, чтобы выходить на улицу ".

Он был ягненком, подумала она, невинным как ягненок, таким же, каким он был в семь. Она бы поставила на это весь банк. "Вы знаете некую Тину Кобб?"

"Я не думаю ... название немного знакомое - одна из тех вещей, которые, как вам кажется, вы где-то слышали. Мне жаль. Лейтенант Даллас, если бы вы могли просто рассказать мне, что происходит, что именно ... - Он замолчал.

Ева увидела выражение его лица в ту минуту, когда имя вспомнилось ему. И, увидев это, она поняла, что была права, поставив банк. Этот человек не имел отношения к разбрызгиванию крови девушки.

"О, мой сладкий Иисус. Девушка, которая была сожжена, сгорела на стоянке в нескольких кварталах от места происшествия. Ты здесь из-за нее."

Ева полезла в свою сумку, как раз в тот момент, когда прозвенел звонок в дверь. Рорк, подумала она. В конце концов, она сделала правильный выбор, связавшись с ним. Не для того, чтобы помочь ей определить причастность Уиттиера, а для того, чтобы дать мужчине кого-то знакомого в комнате, когда она давила на него из-за его сына.

"Мой партнер откроет дверь", - сказала она и достала фотографию Тины из сумки. "Вы узнаете эту женщину, мистер Уиттиер?"

"Боже, да, о Боже. Из сообщений СМИ. Я видел ее в отчетах. Она была едва ли старше ребенка. Ты думаешь, что ее убили в моем доме, но я не понимаю. Ее нашли сгоревшей заживо на той стоянке."

"Ее убили не там".

"Вы не можете ожидать, что я поверю, что кто-то из моей команды мог участвовать в чем-то подобном". Он поднял взгляд, на его лице отразилось замешательство, когда он поднялся на ноги. "Рорк?"

"Стив".

"Рорк - гражданский консультант в этом расследовании", - объяснила Ева. "У вас есть какие-либо возражения против его присутствия здесь в это время?"

"Нет. Я не-"

"У кого есть коды безопасности к вашему зданию на авеню Б?"

"Ах, Боже". Стив на мгновение прижал руку к голове. "Они у меня есть, и охранная компания, конечно. Хинки, ах... не могу ясно мыслить. Йоль, Победитель. Так и должно было быть ".

"Твоя жена?"

"Пэт?" Он слабо улыбнулся. "Нет. В этом нет смысла ".

"Твой сын?"

"Нет". Но его глаза стали пустыми. "Нет. Тревор не работает над сайтами."

"Но он был в том здании?"

"Да. Мне не нравится этот подтекст, лейтенант. Мне это совсем не нравится ".

"Знает ли ваш сын, что его дедушкой был Алекс Крю?"

Каждая унция краски отхлынула от щек Стива. "Я думаю, что мне бы сейчас понравился этот адвокат".

"Это ваш выбор". Стоял как щит, подумала Ева. Инстинкт. Отец, защищающий своего сына. "Конечно, сложнее скрыть определенные факты от СМИ, когда в дело вступают юристы. Трудно сохранить вашу связь с Алексом Крю и событиями, которые произошли пятьдесят лет назад, вне публичного потока. Полагаю, вы предпочли бы, чтобы некоторые детали вашего прошлого оставались в тайне, мистер Уиттиер."

"Какое это имеет отношение к Алексу Крю?"

"Что бы вы сделали, чтобы сохранить в тайне свое происхождение, мистер Уиттиер?"

"Почти все, что угодно. Почти. Сам факт этого, страх перед этим разрушил здоровье моей матери. Если это раскроется, это может убить ее ".

"Книга Саманты Гэннон раскрыла довольно многое".

"Это не установило связи. И моя мама не знает о книге. Я могу контролировать, в некоторой степени, то, о чем она слышит. Ее нужно защитить от этих воспоминаний, лейтенант. Она никогда никому не причиняла вреда, и она не заслуживает того, чтобы ее выставляли напоказ. Она нездорова ".

"У меня нет намерения делать это. Я не хочу говорить с ней, заставлять ее говорить со мной о чем-либо из этого ".

"Ты хочешь защитить свою мать", - тихо сказал Рорк. "Когда она защищала тебя. Но есть цены, которые нужно заплатить, Стив, так же, как она заплатила их в свое время. Тебе придется говорить за нее ".

"Что я могу вам сказать? Ради Бога, я был ребенком, когда видел его в последний раз. Он умер в тюрьме. Он не имеет никакого отношения ко мне, ни к кому из нас. Мы создали эту жизнь ".

"Бриллианты заплатили за это?" Ева задумалась, и его голова резко повернулась, на его лице было написано оскорбление.

"Они этого не сделали. Даже если бы я знал, где они, я бы не притронулся к ним. Я ничем из его вещей не пользовалась, ничего от него не хочу ".

"Ваш сын знает о них".

"Это не делает его убийцей! Это не значит, что он убил бы какую-то бедную девушку. Ты говоришь о моем сыне. "

"Мог ли он получить доступ к кодам безопасности?"

"Я не давал ему коды. Вы просите меня обвинить моего сына. Дитя мое."

"Я прошу вас сказать правду. Я прошу тебя помочь мне закрыть дверь, которую твой отец открыл много лет назад."

"Замкни круг", - пробормотал Стив и закрыл лицо руками. "Боже. Боже".

"Что Алекс Крю принес тебе в тот вечер? Что он принес в дом в Коламбусе?"

"Что?" Усмехнувшись, Стив покачал головой. "Игрушка. Просто игрушка ". Он указал на полки и антикварные игрушки. "Он подарил мне масштабную модель бульдозера. Я не хотел этого. Я боялась его, но я приняла это, потому что еще больше боялась не сделать этого. Потом он отправил меня наверх. Я не знаю, что он сказал моей матери в следующие несколько минут, кроме его обычных угроз. Я знаю, что слышал, как она плакала в течение часа после того, как он ушел. Тогда мы собирали вещи ".

"У тебя все еще есть игрушка?"

"Я храню это, чтобы напомнить себе, кем он был, что я преодолела благодаря жертвам моей матери. Действительно иронично. Бульдозер. Мне нравится думать, что я разрушил и похоронил прошлое ". Он посмотрел на полки, затем, нахмурившись, поднялся. "Это должно быть здесь. Я не могу вспомнить, как его передвигал. Странно."

Антикварные игрушки, размышляла Ева, пока Уиттиер искал. У бывшего Гэннона в офисе были антикварные игрушки и предварительный экземпляр книги.

"Ваш сын тоже коллекционирует подобные вещи?"

"Да, это единственное, что у нас с Тревором было общего. Его больше интересуют коллекционные ценности, с этой точки зрения он относится к этому более серьезно, чем я. Этого здесь не было".

Он повернулся, его лицо теперь было белым как полотно и, казалось, замкнулось в себе. "Это ничего не значит. Должно быть, я положил его не на то место. Это всего лишь игрушка ".

29.

"Могло ли это быть перемещено?" Ева изучала полки. У нее было смутное представление о том, как выглядит бульдозер. Ее знания о машинах были более точно настроены на городской стиль. Автобусы maxibus, которые рыгали вверх и вниз по проспектам, воздушные бомбы, которые разрушали улицы в самых неудобных местах в самое неподходящее время, гудящие устройства для уборки улиц, лязгающие мусоровозы.

Но она узнала модели старомодных пикапов и служебных фургонов, а также блестящий красный трактор, похожий на тот, который она недавно видела на ферме тети Рорка.

Там были игрушечные копии машин скорой помощи, которые, на ее взгляд, были более квадратными и неуклюжими, чем те, что проносились по улицам или небу Нью-Йорка. И несколько громоздких штуковин, похожих на грузовики, с черпаками, зубастыми лезвиями или прикрепленными к ним массивными трубками.

Она не понимала, как Уиттиер мог быть уверен, чего не хватает или что где находится. На ее взгляд, в коллекции не было ни рифмы, ни смысла, просто куча маленьких транспортных средств с колесами или крыльями, или и то, и другое вместе, словно в ожидании зеленого сигнала светофора.

Но он был парнем, и ее опыт общения с Рорком подсказал ей, что парень очень хорошо разбирается в своих игрушках.

"Я не передвинул это. Я бы запомнил ". Сейчас Стив рылся на полках, трогал различные транспортные средства или механизмы, передвигал некоторые по ним. "Я не могу понять, почему моя жена тоже, или экономка".

"Есть ли у вас что-нибудь подобное где-нибудь еще на территории?" Ева спросила его.

"Да, несколько экспонатов тут и там, и основная коллекция наверху, в моем кабинете, но ... "

"Почему бы вам не взглянуть? Пибоди, не могла бы ты помочь мистеру Уиттиеру?"

"Конечно. У моих братьев было несколько моделей игрушек", - начала Пибоди, выводя Стива из комнаты. "Ничего подобного тому, что у вас здесь".

Ева подождала, пока их голоса не стихнут. "Сколько стоит такая сделка?" Она махнула большим пальцем в сторону полок и повернулась к Рорку.

"Это немного не в моей среде, но антикварные, ностальгические, новинки коллекций любого рода имеют ценность". Он поднял маленький, накачанный грузовик, прокрутил колеса. Быстрая улыбка подтвердила теорию Евы о том, что такие вопросы действительно были мужскими. "И состояние частей дополняет это. Насколько я могу видеть, все это простые числа. Вы думаете, что игрушку украли ".

"Большая вероятность".

Он поставил грузовик на землю, но не отпускал его, пока не стал осторожно толкать взад-вперед. "Если Тревор Уиттиер украл его у своего отца, если бриллианты действительно были спрятаны внутри - и это то, куда вы направляетесь?"

"Направляясь в прошлое. Я буду там. Я не думаю, что тебе следует играть с ними ", - добавила она, когда он потянулся за трактором.

Он издал звук, который мог означать разочарование или легкое смущение, затем засунул руки в карманы. "Тогда зачем убивать? Зачем вламываться в дом Саманты? Почему бы не выпить за вашу удачу в Белизе?"

"Кто сказал, что он знает, что они там?" Она увидела, как Рорк поднял бровь. "Посмотри на его профиль. Он ленивый, эгоцентричный оппортунист. Держу пари, если Уиттиер проверит свою коллекцию, он обнаружит пропажу нескольких лучших экспонатов. Тупой ублюдок мог просто продать их, и бриллианты вместе с ними."

Она бродила вверх и вниз по полкам, разглядывая игрушки. "У бывшего Саманты Гэннон есть коллекция".

"Знает ли он сейчас?" Рорк кивнул. "Неужели он, правда?"

"Да. Не такая обширная, как эта, по крайней мере, не та коллекция, которую я видел в его кабинете. Сведи Тревора Уиттиера с бывшей." Она соединила кончики указательных пальцев. "Достопримечательность, антикварные игрушки и игры. У бывшего Гэннона был предварительный экземпляр книги, и он вполне мог рассказать об этом ".

"Перекрестки", - сказал Рорк, кивнув. "Это действительно маленький мирок, не так ли? Бывший покупает вещи у сына Уиттиера или, по крайней мере, знает его, возможно, общается, разделяет этот интерес. Из-за этого он упоминает книгу, рассказывает о ней. Бабушка Саманты владела антикварным магазином. Я верю, что она все еще любит. Еще одно пересечение, еще одна общая нить, которая могла бы побудить к разговору ".

"Стоит проверить. Я хочу, чтобы Тревор Уиттиер набрал все очки. Я хочу схватить его и допросить, и я хочу чертов ордер на обыск его квартиры. Обо всем этом потребуется немного быстрого разговора ". Она нахмурилась в сторону дверного проема. "Что ты думаешь? Будет ли Уиттиер молчать, или он попытается предупредить Тревора, что мы его ищем?"

"Я думаю, он попытается сотрудничать. Это было бы его первым побуждением. Поступай правильно. Он не будет рассматривать или верить, что его сын убийца. Это будет не в его компетенции. В беде, да, нуждаюсь в помощи. Но не хладнокровный убийца. Если он начнет думать в этом направлении, я не знаю, что он может сделать ".

"Тогда давайте будем занимать его так долго, как сможем".

***

Она позвала Бакстера и Трухарта, чтобы разобраться с Уиттиером. Они сопровождали его в офисы в центре города, где он хранил несколько экспонатов из своей коллекции.

"Мне нужно, чтобы вы дождались жену", - обратилась Ева к Бакстеру. "Держи ее при себе. Я не хочу, чтобы у кого-либо из них была возможность связаться с сыном. Давайте не будем впутывать его в эту историю так долго, как сможем. Нам немного повезет, и мы заберем его до того, как он поймет, что мы его ищем ".

"Как долго вы хотите, чтобы они были завернуты?"

"Постарайся уделить мне пару часов. Мне нужно получить ордер на обыск дома Уиттиера-младшего, и я хочу добраться до Чеда Дикса. Я собираюсь послать пару полицейских в форме на Лонг-Айленд, где живет мать Уиттиера. Просто на всякий случай."

"Мы будем тянуть время. Может быть, он разрешит нам поиграть с пожарной машиной ".

"Что не так с парнями и маленькими грузовиками?"

"Да ладно, у тебя были свои куклы и чаепития". Мужчина поменьше съежился бы под ее испепеляющим взглядом. "Ладно, может, и нет".

"Держи их завернутыми", - приказала Ева, направляясь к выходу. "Если это начнет распутываться, я хочу услышать об этом".

"Да, да. Бьюсь об заклад, у этого сосунка есть работающая сирена ".

Ева услышала пронзительный крик этого, когда она проходила в фойе. "Извините моего партнера-идиота, мистера Уиттиера. Мы ценим ваше сотрудничество ".

"Все в порядке. Я хочу, чтобы это уладилось ". Он выдавил из себя улыбку. "Я просто пойду и... " Он указал в сторону своего кабинета. "Я просто удостоверюсь, что детектив не ..."

"Идите прямо вперед. Ты ждешь жену", - вполголоса сказала Ева Трухарту. "Если сын случайно появится, держите его здесь, свяжитесь со мной".

"Да, сэр".

"Пибоди, со мной".

"Нет места, где я предпочел бы быть". Пибоди взглянула на Рорка. "Ты идешь с нами?"

"Я сомневаюсь, что лейтенанту есть от меня польза в данный момент".

"Я, вероятно, найду время для вас".

"Моя надежда вечно растет".

Она остановилась на тротуаре. "Если вы хотите оставаться доступным, я дам вам знать, когда Тревор будет у нас под стражей".

"Я ценю это. Тем временем я мог бы провести небольшой поиск среди известных коллекционеров и посмотреть, появлялась ли на рынке вещь, соответствующая описанию, за последние несколько месяцев ".

"Это бы покрыло некоторые основания. Цени это. Давайте попросим командира выпросить для нас ордер. Я хочу поговорить с Чедом Диксом. Доказательство связи там добавляет пару прутьев к клетке ".

Рорк приподнял рукой подбородок Евы - жест, от которого она вздрогнула, и Пибоди осторожно отошла в сторону. "Вы очень непреклонны в этом вопросе, лейтенант".

"Никаких касаний работы", - пробормотала она и оттолкнула его руку в сторону. "И я всегда тверд духом".

"Нет. Бывают моменты, когда ты выбиваешься из сил и изматываешь себя эмоционально, физически ".

"Каждый случай индивидуален. Это все по этапам. Если Тревор до сих пор не разобрался во всем этом, он не представляет особой угрозы ни для кого. Мы будем держать его родителей в секрете, и я посылаю пару полицейских в форме, чтобы они следили за домом бабушки. Мы защитили Гэннона. Это его самые очевидные цели. Я не имею дело с вопросом, кого какой-то псих собирается убить следующим. В мои легкие вливается немного больше воздуха, понимаешь?"

"Я хочу". Несмотря на ее предыдущее предупреждение, он снова прикоснулся к ней, проведя большим пальцем по теням у нее под глазами. "Но тебе все равно не помешало бы хорошенько выспаться ночью".

"Тогда мне придется закрыть это, чтобы я мог получить одно". Она засунула большие пальцы рук в передние карманы и тяжело вздохнула, потому что знала, что это позабавит его. "Давай, покончи с этим. Только сделай это быстро, и никаких языков ".

Он рассмеялся, как она и ожидала, затем наклонился, чтобы подарить ей очень целомудренный поцелуй. "Приемлемо?"

"Вряд ли даже это того стоило". И быстрый блеск в его глазах заставил ее хлопнуть рукой по его груди. "Оставь это, приятель. Возвращайся к работе. Купите большой мегаполис или что-то в этом роде ".

"Я посмотрю, что я могу сделать".

По сигналу Евы Пибоди подошла к машине. "Должно быть, это действительно настраивает вас, когда такой мужчина смотрит на вас так, как он смотрит каждый день".

"По крайней мере, это не удерживает меня от прогулок по улицам". Она скользнула внутрь, хлопнув дверью. "Давай приготовим этого ублюдка и, может быть, мы оба сможем вернуться домой вовремя для разнообразия".

***

Тревор ненавидел навещать свою бабушку. Понятие возраста и болезни вызывало у него отвращение. В конце концов, были способы подавить худшие симптомы процесса старения. Скульптурирование лица и тела, процедуры по омоложению, пересадка органов.

Выглядеть старым, по его мнению, было результатом лени или бедности. И то, и другое было неприемлемо.

Болезни нужно было избегать любой ценой. Большинство физических недугов были временными и легко излечимыми. Нужно было просто проявлять надлежащую осторожность. Психическое заболевание было не чем иным, как позором для всех, кто был связан с пациентом.

Он считал свою бабушку потакающей своим желаниям сумасшедшей, чрезмерно избалованной его отцом. Если бы столько времени и денег не было потрачено впустую, чтобы ей было комфортно в ее маленьком безумном мире, она бы достаточно быстро исправилась. Он очень хорошо знал, что это стоило огромных денег - его наследства - держать ее в отделанном позолотой дурдоме, платить за ее жилье, ее еду, ее уход, ее лекарства, ее сопровождающих.

Разозлился до чертиков, подумал он, загоняя свой новый двухместный Jetstream 3000 на подземную парковку дома отдыха. Сумасшедшая старая летучая мышь легко могла бы прожить еще сорок лет, проливая слюни на свое наследство, то, что принадлежало ему по праву.

Это приводило в бешенство.

Сентиментальная привязанность его отца к ней была такой же. За ней могли бы присматривать, достаточно прилично, в меньшем учреждении или даже в рамках государственного проекта. Он платил налоги, не так ли, чтобы субсидировать такого рода объекты? Какой был смысл не использовать их, поскольку он в любом случае платил за них кругленькую сумму?

Она бы не заметила чертовой разницы. И когда он отвечал за денежные потоки, она, черт возьми, была бы тронута.

Он достал из багажника белую коробку с цветами. Он приносил ей розы, играл в игру. Это стоило бы его времени и вложений в цветы, о которых она забыла бы через десять минут после того, как он подарил их ей, если бы она что-нибудь знала. Если бы каким-то чудом она вспомнила, что знала что-нибудь.

Это стоило того, чтобы попытаться. Поскольку старик, казалось, ничего не знал, возможно, у его сумасшедшей старой матери был какой-то свинец, спрятанный в ее затуманенном мозгу.

Он поднялся на лифте на уровень вестибюля, готовясь к выступлению. Когда он уходил, на его лице было приятное, слегка озабоченное выражение, представляя образ красивого молодого человека, наносящего нежный визит престарелому и больному родственнику.

Он подошел к столу охраны, поставив коробку с цветами на стойку, чтобы администратор мог прочитать название высококлассного городского флориста. "Я хотел бы увидеть свою бабушку, Джанин Уиттиер? Я Тревор. Я не позвонил заранее, так как это импульсивный визит. Я проходил мимо цветочного магазина и подумал о бабушке и о том, как сильно она любит розовые розы. Следующее, что я помню, это то, что я покупаю дюжину и направляюсь сюда. Все в порядке, не так ли?"

"Конечно!" Женщина улыбнулась ему. "Это так мило. Я уверен, что ей понравятся цветы почти так же сильно, как ей понравится видеть своего внука. Просто позволь мне просмотреть ее расписание и убедиться, что она свободна для визитов сегодня ".

"Я знаю, что у нее бывают хорошие дни и плохие дни. Я надеюсь, что это хорошая песня ".

"Ну, я вижу, что ее поселили в общую комнату на втором этаже. Это хороший знак. Если бы я мог просто пропустить тебя ". Она указала на подставку для ладони.

"О, конечно. Конечно." Он положил на него руку, подождал, пока он подтвердит его личность и допуск. Нелепые предосторожности, подумал он. Кому, черт возьми, понадобилось бы вламываться в дом престарелых? Это были такие вещи, которые добавляли к счету несколько тысяч в год.

"Вот вы где, мистер Уиттиер. Я просто отсканирую это ". Она провела наладонником по розам, чтобы проверить содержимое, затем сделала жест. "Вы можете подняться по главной лестнице на второй этаж или на лифте, если предпочитаете. Общая зона находится слева, дальше по коридору. Вы можете поговорить с одним из дежурных. Я сейчас отправляю вам разрешение ".

"Спасибо тебе. Это прекрасное место. Это такое утешение - знать, что за бабушкой так хорошо ухаживают ".

Он поднялся по лестнице. Он видел других людей, несущих цветы или подарки, завернутые в разноцветную бумагу. Персонал носил, как он предположил, униформу с цветовой кодировкой, все в спокойных пастельных тонах. В этой неограниченной зоне бродили пациенты, одни или с сопровождающими. Через широкие солнечные окна он мог видеть обширные сады внизу, с извилистыми дорожками, по которым прогуливалось больше пациентов, санитаров, посетителей.

Его постоянно поражало, что люди будут работать в таком месте, какой бы ни была зарплата. И что те, кому не платили за то, чтобы быть здесь, посещали бы добровольно, на любой регулярной основе.

Он сам не был внутри этого места почти год и искренне надеялся, что этот визит будет последним, что от него потребуется.

Когда он взглянул на лица, мимо которых проходил, он на мгновение испугался, что не узнает свою бабушку. Ему следовало освежить свою память перед поездкой, взглянуть на несколько фотографий.

Все старое казалось ему одинаковым. Они все выглядели обреченными. Более того, все они выглядели бесполезными.

Проезжавшая мимо женщина протянула руку, похожую на клешню, чтобы схватить ленту, свисающую с коробки цветочника.

"Я люблю цветы. Я люблю цветы". Ее голос напоминал свирель, доносящуюся из высохшего лица, что заставило Тревора подумать о сушеном яблоке. "Спасибо тебе, Джонни! Я люблю тебя, Джонни!"

"Итак, Тиффани". Дежурная, самоуверенная брюнетка, перегнулась через кресло с электроприводом и похлопала пожилую женщину по плечу. "Этот милый мужчина - не твой Джонни. Твой Джонни был здесь только вчера, помнишь?"

"Я могу забрать цветы". Она с надеждой посмотрела вверх, ее костлявая рука была похожа на крючок на ленте.

Тревору пришлось подавить дрожь, и он подвинулся, чтобы эта отвратительно пятнистая рука не коснулась какой-либо части его тела. "Это для моей бабушки". Даже когда желчь подступила к его горлу, он улыбнулся. "Очень особенная леди. Но... " Под довольным и одобряющим взглядом служащего он открыл коробку, достал единственный розовый бутон. "Я уверен, она была бы не против, если бы у тебя был такой".

"Это так любезно с вашей стороны", - ответил служащий. "Вот ты где сейчас, Тиффани, разве это не мило? Красивая роза от красивого мужчины ".

"Множество красивых мужчин дарят мне цветы. Их было много." Она погладила лепестки и погрузилась в какие-то расплывчатые воспоминания.

"Ты сказал, что был здесь, чтобы увидеть свою бабушку?" дежурный подсказал.

"Да, это верно. Джанин Уиттиер. Мне сказали внизу, что она была в общей комнате."

"Да, она такая. Мисс Джанин - прекрасная леди. Я уверен, что она будет рада тебя видеть. Если вам понадобится какая-либо помощь, просто дайте мне знать. Я скоро вернусь. Я Эмма".

"Спасибо". И поскольку он не мог быть уверен, что Эмма не будет полезна, он собрался с духом и наклонился, чтобы улыбнуться в лицо пожилой женщине. "Было приятно познакомиться с вами, мисс Тиффани. Я надеюсь увидеть тебя снова ".

"Красивые цветы. Холодные глаза. Мертвые глаза. Иногда блестящие фрукты гниют в сердцевине. Ты не мой Джонни ".

"Мне жаль", - прошептала Эмма и увезла старую женщину прочь.

Отвратительная старая тряпка, подумал Тревор и позволил себе содрогнуться, прежде чем пройти остаток пути в общую комнату.

Было светло, жизнерадостно, просторно. Зоны были выделены для определенных видов деятельности. Там были настенные экраны, на которых транслировались различные программы, столы, предназначенные для игр, посещений, поделок, зоны отдыха для посещения, а также для того, чтобы скоротать время с книгами или журналами.

Там присутствовало несколько человек, и уровень шума напомнил ему вечеринку с коктейлями, где люди разбились на группы и игнорировали разговоры вокруг них.

Когда он колебался, подошел другой служащий, опять женщина ". Мистер Уиттиер?"

"Да, я..."

"У нее сегодня действительно все хорошо". Она указала на столик у солнечного окна, где две женщины и мужчина, казалось, играли в карты.

На мгновение его охватила паника, поскольку он не был уверен, какая женщина была его бабушкой, затем он увидел, что у одной из них на правой ноге был гипс. Ему бы бесконечно говорили, если бы его бабушка поранилась.

"Она выглядит потрясающе. Это такое утешение - знать, как хорошо о ней заботятся, и насколько она довольна здесь. Ах, какой чудесный день - не такой жаркий, как был. Как ты думаешь, я мог бы вывести ее в сад на прогулку?"

"Я уверен, ей бы это понравилось. Ей понадобятся лекарства примерно через час. Если ты не вернешься, мы пошлем кого-нибудь за ней ".

"Спасибо". Теперь уверенный, он подошел к столу. Он улыбнулся, присел. "Привет, бабушка. Я принес тебе цветы. Розовые розы."

Она не смотрела на него, даже не взглянула, но сосредоточилась на картах в своих костлявых руках. "Я должен закончить эту игру".

"Все в порядке". Глупая, неблагодарная сука. Он выпрямился, держа коробку с цветами, наблюдая, как она тщательно выбирает карту и разыгрывает ее.

"Джин!" - позвала другая пожилая женщина удивительно сильным, ровным голосом. "Я снова надрал с тебя штаны". Она положила руку на стол, и их спутник-мужчина выругался.

"Следи за языком, ты, старый козел". Победительница повернулась на своем стуле, чтобы изучить Тревора, пока мужчина тщательно подсчитывал очки. "Итак, ты внук Джанин. Я впервые увидел тебя. Я здесь уже месяц и не видел, чтобы ты заходил. Я здесь всего на шесть недель ". Она похлопала по гипсовой повязке. "Несчастный случай на лыжах. Моя внучка приходит каждую неделю, как по маслу. Что с тобой не так?"

"Я очень занят, - холодно сказал он, - и я не верю, что это вас касается".

"Девяносто шесть - мой последний день рождения, поэтому мне нравится, чтобы все было моей заботой. Сын и невестка Джанин приходят дважды в неделю, иногда чаще. Жаль, что ты так занят ".

"Давай, бабушка". Не обращая внимания на назойливого посетителя, Тревор положил руки на спинку стула Джанин.

"Я могу ходить! Я прекрасно могу ходить. Мне не нужно, чтобы меня повсюду таскали ".

"Только пока мы не выйдем на улицу, в сады". Он хотел, чтобы она ушла, и быстро, поэтому он положил белую коробку ей на колени и направил ее стул к дверному проему. "Сегодня на улице не слишком жарко, красиво и солнечно. Держу пари, тебе не помешал бы свежий воздух."

Несмотря на чистоту заведения, потоки денег, которые уходили на его поддержание, все, что Тревор мог почувствовать, это запах старости и болезни. У него скрутило желудок.

"Я еще не закончил подсчитывать свои очки".

"Все в порядке, бабушка. Почему бы тебе не открыть свой подарок?"

"У меня сейчас не запланировано прогулки по саду", - очень точно сказала она. "Это не входит в мое расписание. Я не понимаю этой перемены ". Но ее пальцы теребили крышку коробки, когда он вел ее к лифту.

"О, они прекрасны! Розы. Мне никогда не везло с розами в саду. Я всегда сажал хотя бы один розовый куст, где бы мы ни были. Помнишь, милая? Я должен был попытаться. У моей матери был самый красивый розовый сад ".

"Держу пари, что так и было", - сказал Тревор без интереса.

"Ты должен был увидеть это один раз". Теперь она была оживлена, и часть красоты, о которой она когда-то заявляла, просвечивала сквозь. Тревор этого не видел, но он заметил жемчужные заклепки в ее ушах, дорогие туфли из мягкой кремовой кожи. И подумал о расточительстве.

Она продолжала нежно поглаживать розовые лепестки. Те, кто видел, как они проезжали, видели, как хрупкая пожилая женщина наслаждалась цветами, и красивый, хорошо одетый молодой человек, который катил ее.

"Сколько тебе было лет, детка? Четыре, я думаю." Сияя, она достала из коробки одну из красавиц на длинном стебле, чтобы понюхать. "Ты не будешь помнить, но я помню. Я могу вспомнить так ясно. Почему я не могу вспомнить вчерашний день?"

"Потому что вчерашний день не важен".

"Я сделала прическу". Она распушила их, поворачивая голову из стороны в сторону, чтобы продемонстрировать каштановые кудри. "Тебе это нравится, детка?"

"Это выглядит прекрасно". Он тут же решил, что даже миллионы в бриллиантах не заставят его прикоснуться к этим древним волосам. Сколько лет было мешку с костями, в любом случае? Он посчитал, просто чтобы занять свой ум, и был удивлен, поняв, что она моложе той сучки за карточным столом.

Казался старше, решил он. Казалась древней, потому что она была сумасшедшей.

"Мы вернулись, в тот единственный раз, когда мы вернулись". Она решительно кивнула головой. "Всего на несколько часов. Я так сильно скучал по своей матери, что это почти разбило мне сердце. Но была зима, и розы не цвели, так что тебе не удалось увидеть их снова ".

Она приложила бутон розы к своей щеке. "Я всегда сажал сад, цветочный сад, куда бы мы ни приезжали. Я должен был попытаться. О, оно яркое!" Ее голос дрожал, когда он выдвигал стул наружу. "Здесь ужасно светло".

"Мы уйдем в тень буквально через минуту. Ты знаешь, кто я, бабушка?"

"Я всегда знал, кто ты такой. Тебе было тяжело, так тяжело продолжать меняться, но я всегда знал, кто ты, детка. Мы оберегали друг друга, не так ли?" Она потянулась назад, похлопала своей рукой по его руке.

"Конечно". Если она хотела думать, что он был его отцом, это было прекрасно. На самом деле, лучше. Между ними была связь, не похожая ни на какую другую. "Мы оберегали друг друга".

"Иногда я едва могу вспомнить. Это приходит и уходит, как сон. Но я всегда могу видеть тебя, Уэстли. Нет, Мэтью. Нет, нет, Стивен." Она облегченно вздохнула, когда ухватилась за это имя. "Стивен сейчас, уже давно. Это тот, кем ты хотел быть, так что это тот, кто ты есть. Я так горжусь своим мальчиком ".

"Ты помнишь, когда он в последний раз нашел нас? Мой отец? Ты помнишь, когда видела его в последний раз?"

"Я не хочу говорить об этом. У меня болит голова." И ее голова моталась из стороны в сторону, когда он катил ее по дорожке, подальше от других. "Здесь все в порядке? Мы здесь в безопасности?"

"Совершенно безопасно. Он ушел. Он мертв, давно мертв ".

"Они говорят, " прошептала она, и было ясно, что она не была убеждена.

"Он не может причинить тебе боль сейчас. Но ты помнишь тот последний раз, когда он приходил? Он пришел ночью в дом в Огайо."

"Мы думали, что мы в безопасности, но он приходил. Я бы никогда не позволил ему причинить тебе боль. Не имеет значения, что он делает со мной, даже когда он бьет меня, но он не тронет тебя. Он не причинит вреда моему ребенку ".

"Да. Да". Господи, подумал он, преодолей это. "Но как насчет того последнего раза, в Огайо? В Колумбусе."

"Это было в последний раз? Я не могу вспомнить. Иногда я думаю, что он пришел, но это был сон, просто плохой сон. Но нам все равно пришлось уйти. Не мог рисковать. Они сказали, что он мертв, но откуда они могли знать? Он сказал, что всегда найдет тебя. Итак, нам пришлось бежать. Не пора ли снова бежать?"

"Нет. Но когда мы были в Колумбусе, он пришел. Ночью. Не так ли?"

"О Боже, он просто был там. Там, у двери. Нет времени убегать. Ты был напуган, ты так крепко держал меня за руку ". Она снова потянулась назад, сжала руку Тревора, пока кости не соприкоснулись. "Я бы не оставил тебя с ним ни на минуту. Он бы похитил тебя, если бы мог. Но он не хотел тебя, пока нет. Однажды он сказал бы мне. Однажды я оглянулся бы, а тебя бы не было. Я бы никогда не нашел тебя. Я не мог позволить ему забрать тебя, детка. Я бы никогда, никогда не позволил ему причинить тебе боль."

"Он этого не сделал". Тревор скрипнул зубами от нетерпения. "Что произошло в ту ночь, когда он пришел в дом в Коламбусе?"

"Я бы уложил тебя в постель. Пижама Фродо. Мой маленький Властелин колец. Но мне пришлось разбудить тебя. Я не знаю, что бы он сделал, если бы я отказалась. Я привела тебя вниз, и он сделал тебе подарок. Тебе это нравилось, ты был всего лишь маленьким мальчиком, но все равно ты его боялся. "Не для того, чтобы поиграть, - сказал он, - а просто чтобы сохранить. Однажды это могло бы чего-то стоить". И он смеялся и смеялся ".

"Что это было?" Возбуждение пробежало по позвоночнику Тревора. "Что он дал мне?"

"Он отослал тебя прочь. Ты была еще слишком молода, чтобы заинтересовать его. "Возвращайся в постель и помни, что я говорю. Держи это при себе". Я все еще вижу, как он стоит там, улыбаясь той ужасной улыбкой. Может быть, у него был пистолет. Он мог бы. Он мог бы."

"Оставить что?"

Но она была выше его, она вернулась на пятьдесят лет назад в страх. "Тогда нас было только двое. Мы были с ним наедине, и он положил руку мне на горло."

Она протянула руку со своей, когда ее дыхание сбилось. "Может быть, это было бы время, когда он убил бы меня. Однажды он убил бы меня, если бы я не продолжал убегать. Однажды он забрал бы тебя у меня, если бы мы не прятались. Я должен был пойти в полицию ".

Она сжала кулак, стукнула им по коробке. "Но я слишком боюсь. Он убьет нас, убьет нас обоих, если я пойду в полицию. Что они могли сделать, что? Он слишком умен. Он всегда говорил. Так что лучше спрятаться ".

"Просто расскажи мне о той ночи. Той единственной ночью."

"В ту ночь. Той ночью. Я не забываю. Я могу забыть вчерашний день, но я никогда не забываю. Я могу слышать его в своей голове ".

Она прижала руки к ушам. "Джудит. Меня звали Джудит."

Время было на исходе, подумал он. Вскоре они пришли за ней, чтобы дать ей лекарство. Обеспокоенный тем, что они придут раньше, если кто-нибудь увидит, что у нее небольшой припадок, или услышит, как она хнычет, он отодвинул стул дальше по дорожке, поглубже в тень.

Он заставил себя прикоснуться к ней, похлопать по ее худому плечу. "Сейчас, сейчас. Это не имеет значения. Только эта одна ночь имеет значение. Тебе станет лучше, если ты расскажешь мне об этом однажды ночью. Я тоже почувствую себя лучше ", - добавил он вдохновленно. "Ты хочешь, чтобы мне стало лучше, не так ли?"

"Я не хочу, чтобы ты волновался. О, детка, я не хочу, чтобы ты боялась. Я всегда буду заботиться о тебе ".

"Это верно. Расскажи мне о той ночи, ночи в Огайо, когда он пришел и принес мне подарок ".

"Он посмотрел на меня этими ужасными холодными глазами. Иди вперед и беги, беги сколько хочешь, я просто найду тебя снова. Если бы у мальчика не было с собой подарка, когда он нашел нас снова, он убил бы нас обоих. Никто никогда не нашел бы нас. Никто бы никогда не узнал. Если бы я хотел остаться в живых, если бы я хотел, чтобы мальчик остался жив, я бы сделал в точности то, что он сказал. Я так и сделал. Я сбежала, но сделала то, что он сказал, на случай, если он снова найдет нас. Он вернулся? В моих снах он продолжал находить нас ".

"Что он принес, черт возьми?" Он яростно встряхнул стул, затем обошел его, чтобы приблизить свое лицо к ее лицу. "Скажи мне, что он принес".

Ее глаза расширились и остекленели. "Бульдозер, ярко-желтый бульдозер. Хранил это в коробке, годы и годы в коробке, как секрет. Ты никогда не играл с этим. Потом ты положил это на свою полку. Почему ты хотел, чтобы это было на полке? Чтобы показать ему, что ты сделала то, что он тебе сказал?"

"Ты уверен?" Сейчас он схватил ее за плечи, хрупкое тело с его тонкими и хрупкими костями. "Ты, черт возьми, уверен?"

"Они сказали, что ты мертв". Ее цвет стал серым, дыхание коротким и хриплым. "Они сказали, что ты мертв, но это не так. Я знал, я знал, что ты не умер. Я вижу тебя. Это был не сон. Ты вернулся. Ты снова нашел нас. Пришло время бежать. Я не позволю тебе навредить моему малышу. Пора бежать".

Она боролась, и ее цвет изменился с серого на опасно красный. Тревор позволил ей оттолкнуть его и бесстрастно наблюдал, как она поднялась на ноги. Розы высыпались из коробки, устилая дорожку. С дикими глазами она пустилась бежать автостопом. Затем она споткнулась, упала, как безвольная кукла, в разноцветные цветы и неподвижно лежала под струящимся солнцем.

30.

Ева столкнулась с той же секретаршей в офисе Дикса, но процедура продвигалась гораздо быстрее. Женщина бросила один взгляд на Еву, пересекающую вестибюль, и вытянулась по стойке смирно на своем стуле.

"Детектив Даллас".

"Лейтенант". Ева показала свой значок, чтобы освежить память женщины. "Очистите меня от уровня Чеда Дикса".

"Да, конечно. Прямо сейчас". Ее взгляд скользил взад и вперед от лица Евы к лицу Пибоди, пока она проверяла безопасность. "Мистер Офис Дикса включен -"

"Я знаю, где это", - прервала Ева и направилась к лифту.

"Приятно ли вселять страх в сердца всех людей?" Пибоди задумалась. "Или это кажется справедливым?"

"Это кажется хорошим и справедливым. Однажды ты доберешься туда, Пибоди ". Ева ободряюще похлопала Пибоди по плечу. "Ты добьешься своего".

"Это цель моей жизни, сэр". Они вмешались. "Ты же не думаешь, что Дикс - часть этого".

"Парень прячет пригоршню бриллиантов в игрушечном грузовичке, где они потенциально пролежали полвека? Меня бы ничто не удивило. Но нет, Диксу не хватает воображения. Если у него есть эта вещь или он знает о ее местонахождении, это, вероятно, случайность. Если бы Дикс знал о бриллиантах и хотел больше информации, он бы привязался к Саманте Гэннон, сыграл Ромео и выкачал из нее больше информации, вместо того, чтобы разводить руками, пока она разрывала отношения. Не было необходимости в Тине Кобб, поскольку у него был доступ к дому Гэннона и он мог провести дюжину обысков, пока они были еще предметом ".

"Она бы не рассказала ему о Джудит и Уэстли Крю, даже если бы они оставались частью семьи".

"Нет. Саманта умеет постоять за себя. Дает ей слово, держит его. Дикс, однако, он нытик. Книга отвлекла внимание Саманты от него, поэтому книга его раздражает. Об этом говорят в СМИ и на коктейлях, поэтому он раздражен на нее. Бриллианты, по его мнению, не что иное, как пышная фантазия, и они доставляли ему неудобства. Но он - прямое звено между Тревором Уиттиером и Гэннонами. Он - поворот судьбы, который довел это до апогея ".

Они вышли из лифта, где их ждала бойкая ассистентка. "Лейтенант, детектив. Извините, мистера Дикса в это время нет в офисе. У него была выездная встреча, и его не ждут раньше, чем через час ".

"Свяжитесь с ним, позовите его".

"Но-"

"Между тем, мне нужен его офис".

"Но-"

"Вы хотите, чтобы я получил ордер? Тот, на котором твое имя стоит рядом с его именем, чтобы вы оба могли провести несколько часов в центре города в этот яркий солнечный день?"

"Нет. Нет, конечно, я не знаю. Если бы вы могли просто дать мне некоторое представление о природе бизнеса, который вы ...

"Какова была природа моего бизнеса в прошлый раз?"

Женщина прочистила горло, взглянула на Пибоди. "Она сказала "убийство".

"То же самое". Не дожидаясь согласия, Ева направилась в сторону офиса Дикса. Ассистентка наступала ей на пятки.

"Я позволю вам войти, но я настаиваю на том, чтобы присутствовать все время. Я не могу просто дать тебе волю. Мистер Дикс имеет дело с большим количеством конфиденциальных материалов ".

"Я здесь только для того, чтобы поиграть с его игрушками. Позови его ко мне".

Женщина открыла двери, затем направилась прямо к столу Дикса, чтобы воспользоваться его "линком" для совершения звонка. "Он не отвечает. Это передается на его голосовую почту. Мистер Дикс, это Джуна. Лейтенант Даллас в офисе. Она настаивает на том, чтобы поговорить с тобой немедленно. Если бы вы могли перезвонить мне как можно скорее и сообщить, как вы хотите действовать дальше. Я звоню по ссылке из твоего офиса. Не прикасайся к этому!"

Ее голос дрогнул, когда Ева потянулась к одному из механических грузовиков. Даже холодный взгляд, который Ева бросила через плечо, не проник внутрь.

"Я серьезно, лейтенант. Коллекция мистера Дикса очень ценная. И он очень разборчив в этом. Возможно, вы сможете доставить меня в участок, или в участок, или как вы там это называете, но он может меня уволить. Мне нужна эта работа ".

Чтобы успокоить женщину, Ева засунула большие пальцы рук в задние карманы. "Что-нибудь из этих вещей было бульдозером, Пибоди?"

"Вон тот малыш". Пибоди дернула подбородком, чтобы указать. "Но он слишком маленький, и он красный. Не подходит под описание Уиттиера ".

"А как насчет этого?" Ева протянула руку, остановившись всего в дюйме от прикосновения, когда у ассистентки перехватило дыхание от тонкого вскрика.

"Это - как ты это называешь - кугуар? Горный лев? Рысь!" - воскликнула она. "Это называется рысь, и не спрашивайте меня почему. И там есть насосная штуковина - пожарная машина - и, сильно обледеневший, межпланетный шаттл и аэротрам. Видите, он распределил их по категориям. Сельскохозяйственные машины, воздушный транспорт, наземный транспорт, строительное оборудование, вездеходы. Посмотрите на все эти маленькие педали и элементы управления. О, посмотри на маленький пресс-подборщик сена. У моей сестры был такой на ферме. И есть маленькие фермерские люди, которые ездят на нем ".

Ладно, может быть, это было не просто мужское увлечение. "Это действительно мило. Может быть, нам стоит просто посидеть здесь на полу и поиграть со всеми этими милыми игрушками, вместо того, чтобы тратить время, пытаясь поймать злобного старого ублюдка-убийцу."

"Просто смотрела", - сказала Пибоди себе под нос. "Чтобы убедиться, что рассматриваемый объект не находится в этом местоположении".

Ева повернулась к ассистенту. "Это все?"

"Я не понимаю, что ты имеешь в виду".

"Это вся коллекция мистера Дикса?"

"О нет. у мистера Дикса одна из самых обширных коллекций в стране. Он коллекционировал с детства. Это всего лишь образец; он хранит самое ценное у себя дома. Он даже одолжил музеям некоторые из самых редких экспонатов. Несколько его работ были включены в шоу в Метрополитен два года назад ".

"Где он?"

"Как я уже сказал, у него встреча вне дома. Он должен был вернуться -"

"Где?"

Теперь ассистент вздохнул. "Он обедает с клиентами в "Красной комнате" на тридцать третьей."

"Он звонит, вы говорите ему оставаться на месте".

***

Дикс уже закончил свою встречу и наслаждался мартини после обеда. Он был рад увидеть, как имя Тревора появилось в его идентификаторе "link", когда встреча подходила к концу. И я рад превратить утомительный бизнес-ланч в интересную личную встречу.

Достаточно того, что он проигнорировал звонок из своего офиса. Он заслужил перерыв после того, как провел утро.

"Нельзя было выбрать лучшего времени", - сказал он Тревору. "Я застрял с парой надутых олдлайнеров, у которых денег было больше, чем воображения. Я потратил девяносто минут, слушая их нытье о налогах, брокерских сборах и состоянии рынка ". Он попробовал жирную, пропитанную джином оливку.

Технически, его реабилитация запрещала алкоголь. Но, черт возьми, мартини - это не "Зонер" и не "попперс", ради бога. И, как указал Тревор, он заслуживал небольшого снисхождения. "Я более чем готов к перерыву".

Они сидели в баре ресторана с темными панелями и красными подушками. "У меня не было возможности много поговорить с тобой на вечеринке прошлой ночью. Ты рано ушел."

"Семейный бизнес". Тревор пожал плечами и отпил из своего бокала мартини. "Долг призывает старика".

"Ах. Я знаю, как это происходит. Ты слышал об этой неразберихе с Самантой? Я не мог говорить ни о чем другом весь вечер. Все приставали ко мне с расспросами о деталях ".

Тревор изобразил на лице недоуменное недоумение. "Саманта?"

"Мой бывший. Саманта Гэннон."

"Ох. Конечно, конечно. Длинный рыжий. Вы расстались?"

"Древняя история. Но копы приходят в мой офис, сучка-штурмовик женского пола. Саманты не было в городе, она заказала тур. Ты помнишь это, верно? Книга, которую она написала о той старой краже бриллиантов и ее семье?"

"Все это возвращается ко мне. Действительно увлекательно".

"Это становится еще больше. Пока ее не было, кто-то врывается к ней домой и убивает ее подругу. Андреа Джейкобс. Горячий номер."

"Господи, что за мир".

"Ты сказал это. Чертовски стыдно за Андреа. Она должна была тебе понравиться. Копы окружили меня со всех сторон ". Легкая гордость в тоне заставила Тревора улыбнуться в свой бокал.

"Из-за тебя? Не говори мне, что идиоты думали, что ты имеешь к этому какое-то отношение ".

"По-видимому. Они называют это рутиной, но я был так близок к тому, чтобы вызвать адвоката ". Он поднял руку, соединив большой и указательный пальцы вместе. "Позже я слышал, что уборщица Саманты тоже была убита. Можете поспорить, мне придется придумать алиби и на этот раз тоже. Полицейские-идиоты. Господи, я даже не знала уборщицу Сэма. Кроме того, я похож на какого-то психа? Вы, должно быть, слышали обо всем этом. Это было во всех новостях ".

"Я стараюсь не смотреть такого рода вещи. Это угнетает, и это не имеет ко мне никакого отношения. Хочешь еще?"

Дикс взглянул на свой пустой стакан. Он не должен, на самом деле. Но . . . "Почему, черт возьми, нет? Ты отстаешь".

Тревор подал знак, чтобы Диксу принесли еще один напиток, и улыбнулся, поднимая свой едва тронутый мартини. "Я наверстаю упущенное. Что Саманта может сказать обо всем этом?"

"Я не смог с ней поговорить. Сможешь ли ты победить это? Она ушла без связи с внешним миром. Никто не знает, где, черт возьми, она ".

"Кто-то должен", - возразил он.

"Ни единой чертовой души. "Умные деньги" сказали, что копы где-то ее спрятали ". Нахмурившись, он отодвинул свой пустой стакан в сторону. "Наверное, вытащите из этого еще одну чертову книгу".

"Что ж, она достаточно скоро всплывет. Между тем, я хотел поговорить с тобой об одной вещи, которую я продал тебе несколько месяцев назад. Масштабная модель бульдозера, около 2000 года."

"Прекрасная вещь, в отличном состоянии. Я не знаю, как ты с этим рассталась." Он ухмыльнулся, отсчитывая время до второго напитка с несколькими орешками для коктейля. "Даже за ту цену, за которую ты снял с меня скальп".

"В том-то и дело. Я понятия не имел, когда продавал его, что он был подарен моему отцу его отцом. Когда я видел его прошлой ночью, старик поднял этот вопрос. Сентиментальный вздор, вздор, вздор. Он хочет прийти и посмотреть на это, среди некоторых других. У меня не хватило духу сказать ему, что я его продал ".

"Ну... " Дикс взял свой новый бокал. "Ты сделал".

"Я знаю, я знаю. Я выкуплю его обратно за полную цену и добавлю фишку. Я не хочу большого, уродливого семейного кризиса из-за этого, так что для меня это того стоит ".

"Я хотел бы помочь тебе, Трев, но я действительно не хочу это продавать".

"Послушай, я удвою то, что ты мне за это заплатил".

"Двойной". Глаза Дикса блеснули над краем его бокала. "Вы, должно быть, действительно хотите избежать семейного кризиса".

"Это окупается, чтобы старик был счастлив. Ты знаешь о его коллекции."

"И завидую этому", - признался Дикс.

"Возможно, я смогу отговорить его от пары частей".

Размышляя, Дикс откусил оливку от палочки для коктейля. "Я ищу бурильщика скважин. Примерно в 1985 году. В статье, которую они опубликовали о нем в журнале масштабных моделей, говорилось, что у него была одна, первоклассная. "

"Я достану это для тебя".

Дикс издал звук, нечто среднее между интересом и отрицанием. Тревор сжал руку в кулак, представил, как снова и снова вгоняет ее в это самодовольное лицо, пока не потечет кровь.

Он потратил впустую достаточно времени.

"Хорошо, тогда сделай мне одолжение. Одолжи мне его на неделю. Я заплачу тебе тысячу за пользование этим, и я куплю бурильщика скважин, заключу с ним выгодную сделку." Когда Дикс ничего не сказал, просто продолжил потягивать джин, Тревор почувствовал, что его самообладание пошатнулось. "Ради всего святого, ты зарабатываешь штуку ни за что".

"Не впадайте в заблуждение. Я не сказал "нет". Я просто пытаюсь понять твою точку зрения. Тебе даже не нравится твой отец."

"Я терпеть не могу этого тупого сукина сына, но он нездоров. Возможно, ему осталось всего несколько месяцев ".

"Ни хрена?"

Загоревшись идеей, Тревор поерзал на своем сиденье, наклонился вперед. "Он узнает, что я продал эту вещь, он взорвется. В нынешнем виде я наследую коллекцию. Он узнает об этом, он, вероятно, оставит это какому-нибудь музею. Это случится, я не смогу продать вам ни одной из лучших работ, не так ли? Я проиграю, ты проиграешь, друг."

"Когда ты ставишь это таким образом ... Одна неделя, Трев, и мы собираемся написать об этом. Бизнес есть бизнес, особенно когда это между друзьями ".

"Нет проблем. Допивай свой напиток, и мы пойдем за ним прямо сейчас ".

Дикс проверил свое наручное устройство. "Я действительно опаздываю, возвращаясь в офис".

"Так ты станешь позже и в тысячу раз богаче".

Дикс поднял свой бокал в тосте. "Хорошее замечание".

***

Коммуникатор Евы подал сигнал, когда она искала место для парковки на тридцать третьей. "Даллас".

"Бакстер. У нас тут возникла заминка ".

"Неужели никто не пользуется общественным транспортом или просто остается, черт возьми, дома!" Раздраженная движением, забитым бордюром, она резко затормозила, включила дежурный свет и проигнорировала звуки клаксонов. Припарковавшись дважды, она показала большим пальцем Пибоди, чтобы та выходила. "В чем загвоздка?"

"Только что позвонили из учреждения по уходу, где живет мать Уиттиера. Она упала или потеряла сознание. Врезался жаткой в цветочную клумбу."

"Она плохая?" Спросила Ева, когда она перелезла, чтобы выбраться с обочины, вместо того, чтобы рисковать жизнью и конечностями, выходя из двери со стороны водителя.

"Ударилась головой, насколько я понимаю, возможно, сломала локоть. Они стабилизировали ее состояние и дали успокоительное, но Уиттиер и его жена оба хотят пойти посмотреть сами ".

"Отпустите их, возьмите пару униформ, которые вы выберете, возьмите их и придерживайтесь их".

"Это еще не все. Вот в чем загвоздка. Она не была снаружи, прогуливаясь по садовой дорожке в одиночестве. Ее внук нанес ей визит."

"Сукин сын. Он сейчас с ней?"

"Ублюдок ушел, оставив ее лежать там. Никому не сказал. Он зарегистрировался, Даллас. Зарегистрировался, принес ей цветы, поговорил с парой обслуживающего персонала. Он знал, что была запись о его присутствии там, но он ушел. Патрульные, которых вы послали, разминулись с ним на добрых полчаса."

"Я хочу, чтобы это место оцепили и обыскали".

"Уже в процессе".

"Оставил себя открытым". Она заскочила в ресторан. "Он знает, что ищет сейчас и где это найти. Он не заботится о том, чтобы оставлять следы. Вам нужно будет взять Уиттиеров, обработать сцену там. У меня тут кое-что прояснилось. Я вернусь к тебе ".

"Он оставил ее лежать там", - повторила Пибоди.

"Ей повезло, что он не потратил время или проблемы, чтобы прикончить ее. У него на прицеле приз. Теперь он будет действовать быстро. Чед Дикс", - сказала она хозяйке ресторана. "Где его столик?"

"Прошу прощения?"

"Не беспокойтесь, я спешу". Ева похлопала своим значком по подиуму. "Чед Дикс".

"Не могли бы вы быть еще более нескромным?" потребовала официантка и сунула значок обратно Еве.

"О да. Хочешь посмотреть?"

Хозяйка коснулась раздела на своем экране бронирования. "Он сидел за четырнадцатым столиком. Это было перевернуто ".

"Найди мне его сервер. Черт возьми. " Отступив в сторону, Ева выдернула свой линк и позвонила в офис Дикса. "Он вернулся?"

"Нет, лейтенант, он немного опаздывает. Он еще не перезвонил на мой звонок ".

"Когда и если, я хочу услышать немедленно". Ева прервала связь и повернулась к молодому, брутально опрятному официанту. "Вы видели, как Дикс, четырнадцатый столик, уходил?"

"Столик на троих, двое из них ушли вместе примерно полчаса назад. Один парень - парень, который заплатил - ответил на звонок, когда ужин подходил к концу. Извинился. Он подошел к туалетам. Я слышал, как он сказал, что встретится кое с кем в баре в десять. Звучал счастливым по этому поводу ".

"Этот бар?"

"Да. Я видел, как он подошел, чтобы занять столик ".

"Спасибо".

Ева пробралась между столиками в барную секцию, осмотрела помещение. Она схватила официантку за локоть. "Здесь был парень. Около тридцати. Рост около шести футов ста восьмидесяти, темные волосы, цвет лица средний, выглядит как мальчик с плаката."

"Конечно. Джин-мартини, экстра-сухой, три оливки. Ты только что разминулся с ним."

"Был ли он с кем-нибудь?"

"Длинная, стройная машина мечты. Темно-русые волосы, отличный костюм. Налил половину мартини в два бокала другого парня. Ушли вместе, может быть, пять, десять минут назад."

Ева развернулась на каблуках и бросилась к двери. "Узнай домашний адрес Дикса".

"Уже занимаюсь этим", - сказала ей Пибоди. "Ты хочешь вернуть Бакстера и Трухарта обратно?"

"Нет, потребуется слишком много времени, чтобы вернуть их, выбросьте Уиттиеров". Ева нырнула в машину, перекинула свои длинные ноги через. "Это может превратиться в ситуацию с заложниками по щелчку пальцев".

"Мы не можем быть уверены, что они направляются по домашнему адресу Дикса".

"Это лучшее предположение. Отмечай Фини и Макнаба. Мы вызовем дополнительную поддержку, если ситуация станет ужасной ". Поскольку она была зажата в пробке, она вырулила на прямую вертикаль, включила сирены и вылетела на высоту сто восемьдесят шесть футов над землей. "Верхний Восток, не так ли?"

"Да, у меня это здесь. Чертова отстойная навигационная система ". Пибоди выругалась, стукнула кулаком по приборной панели, и карта, содрогаясь, встала на место на лобовом стекле.

"Вы делаете успехи, детектив".

"Учился у лучших. Шестой - твой лучший выбор. Боже, смотри, как скользит тележка ".

Она промахнулась на добрых два дюйма и использовала встроенную ссылку, чтобы связаться с Рорком. "Подозреваемый, как полагают, направляется в резиденцию Чеда Дикса вместе с Диксом", - начала она без предисловий. "Мы считаем, что он узнал местонахождение алмазов. Бакстер и Трухарт были на полпути к Лонг-Айленду с Уиттиерами. На Фини и Макнаба повесили ярлык. В зависимости от того, как все обернется, я мог бы использовать эксперта по безопасности, даже гражданского. Ты ближе, чем Фини ".

"Какой адрес?"

Пибоди выкрикнула это и схватилась за куриную палочку на своей двери. "Расчетное время прибытия - пять минут, если только мы не окажемся размазанными по асфальту до этого".

"Я буду там".

Ева набрала шестую скорость, объезжая машины с водителями, слишком упрямыми или слишком глупыми, чтобы уступить дорогу сиренам. Она была вынуждена нажать на тормоза, чтобы не сбить толпу пешеходов, которые хлынули на перекресток по знаку "Пешеходный переход".

Они пронеслись мимо, не обращая внимания на вой сирен и злобный поток ругательств, которые она изливала из своего открытого окна. За исключением одного седого старика, который нашел время показать ей средний палец.

"Бог любит жителей Нью-Йорка", - прокомментировала Пибоди, когда ее сердце снова забилось. "Им просто насрать".

"Если бы у меня было время, я бы заставил Трафик ловить каждого из этих придурков.Черт возьми!" Она снова приняла вертикальное положение, но на этот раз машина лишь вздрогнула, на дюйм оторвалась от земли и снова с глухим стуком упала.

"Мы проясним ситуацию через минуту".

"Он собирается затащить его внутрь. Он собирается затащить его в квартиру. Как только он это сделает... "

***

На окраине Тревор расплатился с таксистом наличными. По дороге наверх, когда Дикс немного пьяно лепетал рядом с ним, ему пришло в голову, что он, возможно, не сможет немедленно выбраться из города, из страны, и он уже оставил слишком большой след.

Копы уже допросили и уволили старого доброго Чеда, так что вряд ли они будут беспокоить его снова в ближайшее время. Но не было никакого смысла оставлять кредитный след в такси до входной двери Дикса.

Это было умнее. Через пятнадцать минут, двадцать он уходил с миллионами. Он проходил мимо швейцара и дальше по кварталу, ловил такси и забирал свою машину со стоянки на тридцать пятой.

Ему нужно было время, чтобы вернуться к себе домой, забрать паспорт и несколько вещей первой необходимости. И он хотел несколько минут, хотя бы несколько, полюбоваться бриллиантами в уединении своего собственного дома. После этого он исчезал. Достаточно просто.

Он уже все это спланировал. Он исчез, почти так же, как исчезла Саманта Гэннон в последние несколько дней, но с гораздо большим стилем.

Частный трансфер в Европу, где он арендовал машину с поддельными документами в Париже и сам ездил в Бельгию к торговцу драгоценными камнями, которого он нашел через метро. У него было более чем достаточно денег для этого этапа путешествия, и как только он продаст часть бриллиантов, у него будет еще много на все остальное.

Еще одна сделка в Амстердаме, поездка в Москву для третьей.

Пересекая свой путь от точки к точке, используя различные идентификаторы, распродавая драгоценные камни тут и там - никогда не слишком много за раз, - пока, возможно, через шесть месяцев они не превратятся в жидкость, и он сможет жить жизнью, которой всегда заслуживал.

Ему требовалось немного подправить лицо, что было обидно, так как ему очень нравилось его лицо. Но жертвы должны были быть принесены.

Он положил глаз на остров в Южных морях, где он мог бы жить как король. Как гребаный бог, если уж на то пошло. И там был захватывающий и роскошный пентхаус на роскошном внеземном курорте Olympus Resort, который очень подошел бы ему в качестве частного лица.

Ему никогда, никогда больше не пришлось бы на словах соблюдать правила. Никогда не придется пресмыкаться перед его сопливыми родителями, изображать интерес к несносным родственникам его матери или проводить все эти утомительные часы каждую неделю в каком-нибудь ящике офиса.

Он был бы свободен, поскольку ему было предназначено быть свободным. Заявлял о своем законном наследии, наконец-то.

"Опять чертов офис".

Тревор настроился, чтобы увидеть, как Дикс хмурится, глядя на свою пищащую карманную ссылку.

"Пошли они". Тревор положил сдерживающую руку на руку Дикса. "Пусть они подождут".

"Да, пошли они к черту". Джин растекался по его крови, Дикс усмехнулся, опустил 'link обратно в карман. "Я так чертовски незаменим, что мне придется увеличить свои гонорары".

Он вошел в здание рядом с Тревором. "На самом деле, я думаю, что возьму отгул до конца дня. Позвольте кому-нибудь другому немного побегать за рулем. Знаешь, у меня не было отпуска три месяца. Прижался носом к гребаному точильному камню".

Он использовал свой пароль для доступа к лифту. "Ты знаешь, как это бывает".

"Это верно". Когда Тревор вошел с ним в лифт, его сердце начало слегка биться в груди.

"Сегодня вечером званый ужин. Ян и Люсия. Ты собираешься это приготовить?"

Теперь все это казалось ему таким мелочным, таким пресным, таким незначительным."Скучно".

"Я слышу это. Становится так, что это одно и то же изо дня в день. Те же люди, те же разговоры. Но ты должен что-то сделать. Все же не помешало бы немного волнения, чего-нибудь другого. Что-то неожиданное."

Тревор улыбнулся, когда они вышли из лифта. "Будь осторожен в своих желаниях", - сказал он и смеялся, смеялся, пока Дикс открывал дверь.

***

Ева с визгом остановилась у здания Дикса. Она вышла из машины, подняв свой значок, прежде чем швейцар смог возразить.

"Чед Дикс".

"Он только что вошел. Около десяти минут назад, с компаньоном. Боюсь, ты не сможешь припарковаться-"

"Мне понадобится план здания и квартиры".

"Я не могу помочь тебе с -"

Она прервала его, просто подняв руку, и посмотрела на подъехавшего Рорка. "Мне нужны чертежи, и мне нужна ваша охрана, чтобы отключить лифты, заблокировать лестничные клетки на каждом этаже. Рорк." Она дернула головой, зная, что он быстрее добьется результатов. "Говори то, что говоришь. Пибоди, давай вызовем подкрепление ".

Она вытащила свой коммуникатор, чтобы связаться со своим командиром и проинформировать его о ситуации.

К тому времени, когда она закончила, она была готова посовещаться с Макнабом и Фини в офисе службы безопасности. Схема здания появилась на экране.

"Мы отправляем форму в другие подразделения на этом этаже. Мы определяем, какие еще арендаторы находятся в резиденции, и выселяем их быстро и тихо. Затем мы снова блокируем этаж. Сделай так, чтобы это произошло", - сказала она Пибоди.

"Да, сэр".

"Экстренная эвакуация в отделении Дикса, здесь". Она постучала пальцем по экрану. "Это можно запечатать из этого места?"

"Конечно". Фини ткнул большим пальцем в сторону Макнаба, чтобы привлечь его к этой детали.

"Он никуда не денется", - заявила Ева. "Запер его, загнал в бокс. Но это не помогает Диксу. Мы ждем, а Уиттиер не подозревает о нашем присутствии, может быть, он просто уходит, но есть вероятность, что он убивает Дикса, забирает свой приз, а затем пытается уйти. Это его стиль, это его образец. Мы въезжаем, у нас на прицеле гражданское лицо. Мы дали Уиттиеру знать, что мы здесь, и он запечатан, у него заложник ".

"Нужно быть живым, чтобы быть заложником".

Она встретилась взглядом с Фини. "Да, но он не должен оставаться таким. Большое место", - продолжила она, изучая схему квартиры. "Чед нашел себе шикарное место. Никто не знает, где они в этом замешаны ".

"Они пришли по-дружески", - напомнил ей Фини. "Может быть, он забирает игрушку, оставляя Дикса в живых".

Она покачала головой. "Самосохранение превыше всего. Дикс представляет слишком большой риск, поэтому он должен устранить его. Легче сделать это сейчас. Он уже дважды убивал и выходил сухим из воды ".

Чтобы лучше воспринять все это, она отступила от экрана. "Мы запечатываем это, мы запечатываем это плотно. Изолируйте его. Давайте сначала разберемся с приманкой. Доставка. Посмотрим, сможем ли мы заставить Дикса открыть дверь. Он открывает это, мы вытаскиваем его, въезжаем. Он этого не делает, мы предполагаем, что он мертв или недееспособен, и открываем дверь ".

Она поправила свои волосы. "Мы работаем над тем, чтобы привлечь к этому внимание и уши, но сейчас мы пробуем приманку. Это превращается в ситуацию с заложниками, вы берете переговоры на себя?" она спросила Фини.

"Я все устрою".

"Ладно, кто-нибудь, принесите мне посылку. Макнаб, ты играешь в посланника. Я хочу, чтобы трое из тактической группы заняли позиции здесь, здесь, здесь ". Она снова постучала по экрану. "Фини, безопасность и связь на тебе. Макнаб, давай двигаться".

Она посмотрела на Рорка. "Можете ли вы взломать замки на двери, не сообщив об этом никому внутри?"

"Не должно быть проблем".

"Хорошо". Она расправила плечи. "Давайте зажигать".

31.

В квартире Дикс предложил еще выпить. "Поскольку я пропускаю этот день, я мог бы также сделать его стоящим".

Подсчитывая, Тревор наблюдал, как он достает шейкер для мартини. Швейцар видел, как он входил внутрь. На дисках безопасности было бы видно, как он входил. Если бы ему понадобилось немного дополнительного времени, было бы разумно подготовить почву для несчастного случая. Алкоголь в крови, промах в ванной? Он мог и ушел бы до того, как они нашли тело. Получите немного больше буфера, пока они исследовали то, что на первый взгляд может показаться падением в нетрезвом виде.

Боже мой, он был умен. Разве его дедушка не гордился бы им?

"Не отказался бы от выпивки. Я действительно хотел бы увидеть это произведение ".

"Конечно, конечно". Дикс отмахнулся от него, когда он смешивал напитки.

Он мог бы отправить текстовое сообщение по ссылке Дикса в его офис, решил Тревор. Настроил его на передачу через десять минут после того, как он покинул здание. Охрана и швейцар в случае необходимости проверили бы его выход, и сообщение оказалось бы - пока они не копнут глубже - отправленным самим Диксом, живым и здоровым, и одним в своей квартире.

Бог был в деталях.

Он мог вырубить его, где угодно, затем затащить в ванну, наклонить его, позволить ему упасть так, чтобы его голова ударилась об угол ванны, скажем.

В конце концов, ванные комнаты были смертельными ловушками.

"В чем прикол?" Спросил Дикс, когда Тревор начал смеяться.

"Ничего, ничего. Маленький приватный момент ". Он взял стакан. Его отпечатки не имели бы значения. На самом деле, тем лучше, что они видны на стакане. Приятно выпить в компании с другом. Я не пытался ничего скрыть.

"Итак, что не так с твоим отцом?"

"Он зацикленный на анале, упрямый, не одобряющий мудак".

"Немного грубо, учитывая, что он умирает".

"Что?" Тревор проклинал себя, когда вспоминал. "Смерть не меняет того, кто он есть. Я не собираюсь лицемерить из-за этого. Извини, что он болен и все такое, но я должен жить своей собственной жизнью. Старик уже получил свое, такое, какое оно есть."

"Иисус". Наполовину усмехнувшись, Дикс выпил. "Это холодно. У меня были проблемы с моим отцом. Черт возьми, кто не знает? Но я не могу представить, как можно было просто отмахнуться от этого, если бы я знал, что он собирается ударить. Довольно молод для того, чтобы рисковать, не так ли?" Он прищурился, пытаясь вспомнить. "Наверное, еще не стукнуло и семидесяти. Парень только вступает в свой расцвет ".

"Он никогда не был первоклассным". Поскольку это позабавило его, Тревор рассказал историю. Лгать было почти так же весело, как мошенничать, а мошенничество было очень близко к воровству. Убийство не давало такого же кайфа. Это было так чертовски грязно. Это была скорее рутинная работа, которую нужно было сделать. Но он начинал верить, что ему понравится покончить с Диксом.

"Какая-то генетическая сделка", - решил он. "Его мать передала это ему. Сукин сын, наверное, передал это мне. Какой-то мозговой вирус или веселое дерьмо. Он сойдет с ума, прежде чем ударит. Нам придется упрятать его в какую-нибудь плюшевую клетку для умственно отсталых ".

"Боже, Тревор, это действительно грубо". Проблеск мужчины, которым наслаждалась Саманта Гэннон, пробился сквозь дымку джина. "Мне жаль. Действительно извини. Слушайте, забудьте о деньгах. Я не знал, что это было что-то подобное. Я бы не чувствовал себя вправе брать деньги в долг, когда у тебя все это на уме. Просто чтобы все было чисто, я составлю бумагу, квитанцию, но я не могу взять за это никаких денег ".

"Это великодушно с твоей стороны, Чед". Это становилось все лучше и лучше. "Я не хочу торговать на сочувствии".

"Послушай, забудь об этом. У твоего отца сентиментальная привязанность к пьесе, я понимаю это. Я сам такой же. Я не смогла бы наслаждаться обладанием этим, если бы думала о том, что он был расстроен, при сложившихся обстоятельствах, тем, что это было продано. Когда, ах, остальная часть коллекции придет к вам, и вы захотите что-нибудь из этого выгрузить, просто имейте меня в виду ".

"Это обещание. Ненавижу обрывать это, но мне действительно нужно двигаться ".

"О, конечно". Дикс допил остатки своего напитка, отставил стакан в сторону. "Возвращайся в демонстрационный зал. Знаешь, причина, по которой я снял эту квартиру, была в этой комнате. Пространство, свет. Саманта говорила, что я был одержим ".

"Она твоя бывшая, какое тебе дело, что она говорила раньше?"

"Иногда скучаю по ней. Не нашел никого другого, кто интересовал бы меня и вполовину так сильно, как она. Поговорим о навязчивых идеях." Он остановился, загораживая дверной проем. "Она была так поглощена этой книгой, что не могла думать ни о чем другом. Не хотел выходить, едва замечал, был ли я рядом. И что в этом такого особенного? Просто пересказ семейных историй и этой ерунды про бриллианты. Кого это волнует? Могло ли это быть больше похоже на вчерашний день?"

Да, подумал Тревор, было бы приятно убить этого занудного придурка. "Никогда не знаешь, какой сок получится из немытых масс".

"Ты говоришь мне. Эта штука продается так, как будто это было новое Слово Господне. Тебе было очень интересно", - вспоминал он. "Ты когда-нибудь читал тот экземпляр, который я тебе передал?"

"Просмотрел это". Еще одна причина прервать эту нить, напомнил он себе. И быстро. "Это было не так убедительно, как я думал, что это будет. Как ты сказал, это было вчера. У меня сейчас немного не хватает времени, Чед ".

"Извини, отвлекся". Он повернулся к широкой двери из гравированного стекла. Сквозь него Тревор мог видеть плавающие полки, глянцевые черные шкафы, уставленные антикварными игрушками или заполненные ими. "Держите его заблокированным и с паролем. Не доверяйте службе уборки ".

Индикатор блокировки продолжал мигать красным, и голос компьютера сообщил ему, что он ввел неверный код доступа.

"Это то, что я получаю на три мартини. Подожди секунду."

Он вернулся, в то время как Тревор стоял, вибрируя, позади него. Он заметил сверкающий желтый бульдозер, припаркованный лезвием вверх на широкой плавающей полке.

"Для этого вам понадобится коробка", - прокомментировал Дикс, нажимая на кнопку. "Я храню кое-что в подсобном шкафу рядом с кухней. Там тоже были какие-то отступы ".

Он сделал паузу, прислонился к стеклянной двери, пока Тревор не представил, как бьется об нее головой. "Тебе придется пообещать вернуть его в том же состоянии, Трев. Я знаю, что твой отец осторожен, и у тебя самого приличная коллекция, так что ты знаешь, как это важно ".

"Я не буду играть с этим в грязи".

"Я действительно делал это, когда был ребенком. Не могу поверить в это сейчас. У нас все еще есть пара грузовиков и один из аэробус первой модели. Запороли довольно сильно, но сентиментальная ценность есть ".

Загорелся зеленый, и двери открылись. "С таким же успехом можно добиться полного эффекта. Зажегся свет на полную".

Они вспыхнули, осветив почти невидимые полки сверху и снизу. Ярко раскрашенные игрушки сияли, как драгоценные камни, своими рубиново-красными, сапфирово-синими, янтарными и изумрудными оттенками.

Взгляд Тревора скользнул по экрану, и он заметил широкое изогнутое окно без экрана приватности. Он небрежно подошел, как будто изучая коллекцию, и проверил окна в соседнем здании.

Экранизировали. Он не мог быть уверен, не на сто процентов уверен, что кто-то с другой стороны не смотрит на него. Он должен был убедиться, что Дикс был вне поля зрения, когда он опускал его.

"Коллекционирую с десяти лет. Серьезно, с тех пор, как мне было около двадцати, но за последние пять лет я действительно смог побаловать себя. Ты видишь это? Раздел о ферме. Это лифт, точная копия John Deere из прессованной стали в масштабе одной шестнадцатой. Примерно в 1960 году. В отличном состоянии, и я заплатил за него монетную монету, но оно того стоило. И это здесь... " Он сделал несколько шагов, покачнулся. "Фух. Джин ударил мне в голову. Я собираюсь немного протрезветь. Оглянись вокруг".

"Держись". Это не годилось бы, совсем нет. Тревор хотел, чтобы алкоголь, и побольше, был в его организме. Вдобавок к этому, ухудшение состояния упростило бы его убийство. "Что это за произведение?"

Этого было достаточно, чтобы привлечь интерес Дикса, заставить его изменить направление и уйти за пределы прямой видимости из бокового окна. "А, игровой отдел", - весело сказал Дикс. "Это автомат для игры в пинбол, версия размером с игрушку, в бейсбольной тематике. Примерно в 1970 году. В оригинальной упаковке он стоил бы больше, но есть кое-что, что можно сказать о том, что он получил небольшое распространение ".

"Хм". Тревор обернулся, широко улыбаясь. "Так вот, это чертовски интересная пьеса".

"Который?" Дикс тоже обратился. "В военном отделе?"

Тревор вытащил из кармана свою аккордеонную палочку. "Танк?"

"О да, это драгоценность".

Когда Дикс сделал шаг, Тревор щелкнул его запястьем, чтобы вытянуть дубинку. Он взмахнул им по дуге, а затем опустил его на затылок Дикса. череп.

Дикс упал, когда Тревор расположил его подальше от полок и вне поля зрения незащищенного окна.

"Проводя так много времени в вашей компании", - сказал Тревор, доставая носовой платок и тщательно протирая смертоносную палочку, - "Я обнаружил то, о чем раньше только подозревал. Ты невыносимо нудный придурок. Мир стал лучше без тебя. Но сначала о главном."

Он перешагнул через тело к игрушке, которая когда-то принадлежала его отцу. Когда он протянул руку, зазвонил дверной звонок.

Его сердце не подпрыгнуло, а осталось таким же ровным, как тогда, когда он проломил череп Диксу. Но он развернулся и подсчитал. Игнорировать это - и как он хотел игнорировать это, взять то, что принадлежало ему, и наконец увидеть это - было бы ошибкой.

Их видели входящими в здание, поднимающимися на лифте. В таком здании, как это, в коридорах снаружи были бы камеры слежения. Ему пришлось бы признать, кто бы ни был у двери, и отпустить их.

Скорее раздраженный, чем обеспокоенный, он поспешил ответить на вызов. Сначала он включил экран безопасности и изучил худощавого молодого человека в жгучей розовой рубашке, покрытой фиолетовыми пальмами. Мужчина выглядел скучающим и жевал что-то, похожее на комок жвачки размером с кулак. Он нес толстую сумку на молнии. Пока Тревор наблюдал, мужчина выдул пузырь размером с маленькую планету и снова нажал на кнопку звонка.

Тревор включил интерком. "Да?"

"Доставка для Dix. Чед Дикс."

"Оставь это там".

"Ничего не поделаешь. Нужен сигнал. Давай, приятель, я должен вернуться на свою лошадь и ускакать ".

Осторожный, Тревор расширил свой обзор. Он увидел фиолетовые облегающие штаны, розовые воздушные ботинки. Откуда у этих людей были их гардеробные? Он потянулся к замкам, затем отдернул руку.

Не стоило рисковать. Возникло бы слишком много вопросов, если бы он принял посылку, если бы он подписал именем Дикса или своим собственным, если уж на то пошло.

"Оставь это на столе внизу. Они подпишут. Я занят ".

"Эй, приятель-"

"Я занят!" Тревор сорвался с места и отключил интерком. Он наблюдал, просто чтобы быть уверенным, и усмехнулся, когда посланник поднял средний палец и скрылся из виду.

Удовлетворенный, он выключил экран. Пришло время ему принять свою собственную специальную доставку, давно просроченную.

***

"Выключи связь и экраны", - приказала Ева Фини через свой коммуникатор. "Нам придется открыть дверь".

"Закрываю их".

Она повернулась к Макнабу. "Отличная работа. Я бы купил это ".

"Если бы это был Дикс и на него не было давления, он бы открыл дверь". Макнаб вытащил свое оружие из основания позвоночника и сунул его в кобуру на боку.

"Да. Позаботься о замках", - сказала она Рорку. "Оружие на оглушение", - приказала она команде. "Я не хочу, чтобы захватили заложника. Не открывать огонь до моей команды. Мы с Пибоди заходим первыми. Ты повернешь направо. Макнаб, ты остался. Ты, ты, ты, расходишься веером, вторая волна. Я хочу, чтобы эта дверь была заперта позади нас. Рорк?"

"Почти приехали, лейтенант". Он сидел на корточках, деликатно отключая замки и сигнализацию тонкими, как нитки, инструментами.

Она присела на корточки рядом с ним, понизив голос. "Ты не пойдешь внутрь".

"Да, я не верю, что слышал свое имя в сегодняшнем составе".

Она подозревала, что он был вооружен - незаконно - и что он - вероятно - будет осторожен в этом. Но она не могла оправдать риск. "Я не могу пропустить гражданского через дверь, пока подозреваемый не будет задержан. Не с таким количеством копов вокруг."

Он перевел взгляд, и эти лазурно-голубые глаза встретились с ее. "Вам не нужно ничего объяснять или пытаться подавить даже мое пресловутое эго".

"Хорошо".

"И ты в деле".

Она кивнула. "Тебя удобно иметь рядом. Теперь отойди, чтобы мы могли взять этого засранца ".

Она знала, что ему было трудно сделать именно это, стоять в стороне, пока она проходила через дверь. Уиттиер почти наверняка был вооружен, и он убил бы без колебаний. Но Рорк исправился, отошел от команды.

Она вспомнит это, подумала она - или попытается вспомнить это, - когда между ними все накалится, как это обычно и бывало. Она напоминала себе, что, когда это имело для нее значение, он отступал в сторону, чтобы она могла выполнять свою работу.

"Фини? Экстренная эвакуация?"

"Он сломан. Он боксировал ".

"Мы на пороге. Пибоди?"

"Готовы, сэр".

С оружием в правой руке Ева левой открыла незащищенную дверь. Одним резким кивком она включила его, вошла низко и быстро.

"Полиция!" Она метнула взгляд и оружие, когда Пибоди отклонилась вправо, а Макнаб зашел сзади и выстрелил слева. "Тревор Уиттиер, это полиция. Это здание окружено. Все выходы заблокированы. Выходите с поднятыми руками и у всех на виду".

Она использовала сигналы руками, чтобы направлять свою команду в другие области, другие комнаты, когда она продвигалась вперед.

"Тебе некуда идти, Тревор".

"Не подходи! Я убью его. У меня был заложник. У меня Дикс, и я убью его." Она подняла сжатый кулак, давая сигнал своей команде остановиться, удерживать позиции, затем осторожно завернула за угол. "Я сказал, что убью его".

"Я слышала тебя". Ева осталась там, где была, глядя через открытые стеклянные двери. Свет поблескивал на полках с игрушками и на крови, размазанной по белому полу.

Тревор сидел в центре всего этого, приз, ради которого он убил, был рядом с ним. Его рука обвилась вокруг шеи Дикса, а нож приставлен к его горлу.

Глаза Дикса были закрыты, а на безупречно чистом полу была кровь. Но она могла видеть, как едва заметно поднимается и опускается грудь Дикса. Тогда был жив. Все еще жив.

Они выглядели как два мальчика-переростка, которые играли слишком жестко.

Она держала свое оружие нацеленным и устойчивым. "Похоже, ты уже это сделал. Убей его ".

"Он дышит". Тревор вонзил кончик ножа в плоть, отрезая неглубокий ломтик. Кровь стекала по лезвию. "Я могу это изменить, и я это сделаю. Опусти это оружие ".

"Это моя реплика, Тревор. Есть два способа, которыми ты можешь покинуть эту комнату. Ты можешь оставить это на ходу, или мы можем вынести тебя ".

"Я убью его первым. Даже если ты оглушишь меня, у меня будет время перерезать ему горло. Ты это знаешь, иначе ты бы уже ударил меня. Ты хочешь сохранить ему жизнь, ты отступаешь. Ты сейчас же отступаешь!"

"Убей его, и единственное, что я уничтожу, - это тебя. Ты хочешь умереть сегодня, Тревор?"

"Ты хочешь, чтобы он умер?" Он откинул голову Дикса назад, и, слегка пошевелившись, Дикс застонал. "Если вы не очистите это место, вот что произойдет. Мы начинаем переговоры, и мы начинаем сейчас. Отступи".

"Ты смотрела слишком много видео. Ты думаешь, я собираюсь иметь с тобой дело из-за одного гражданского, который, вероятно, все равно умрет, судя по всему? Хватайся за реальность, Трев." Она улыбнулась, когда сказала это, широко и белоснежно. "У меня в голове были картинки двух женщин, которых ты убил. Это просто, блядь, сделало бы мой день лучше, если бы я прикончил тебя. Так что давай, прикончи его ".

"Ты блефуешь. Ты думаешь, что я глуп ?"

"Да, на самом деле. Ты сидишь там на полу, пытаясь уговорить меня на переговоры, когда у тебя в руках нож, а у меня есть эта удобная маленькая штучка. Ты знаешь, что они делают, когда они на полную? Это некрасиво. И я начинаю немного уставать от этого разговора. Ты хочешь умереть из-за игрушечного грузовика, твой выбор ".

"Ты понятия не имеешь, что у меня есть. Уберите остальных. Я знаю, что где-то там есть и другие. Уберите их, и мы поговорим. Я заключу с тобой сделку всей жизни ".

"Ты имеешь в виду бриллианты". Она быстро и грубо фыркнула. "Господи, ты какой глупый. Я слишком высоко ценил тебя. Они у меня уже есть, Тревор. Это растение. Подставил тебя. Я подставил тебя и использовал этого клоуна в качестве приманки. Сработало как заклинание. Это всего лишь старая игрушка, Тревор, и ты на нее клюнул ".

"Ты лжешь!" Сейчас на его лице был шок, и был гнев, ясно читающийся на его лице.

Когда его голова резко повернулась к ярко-желтому грузовику, а рука с ножом чуть опустилась, Ева выпустила струю в его правое плечо. Его руку свело судорогой, и нож выпал из его дрожащих пальцев.

Даже когда его тело дернулось назад в ответ, она была в другом конце комнаты, с оружием, прижатым к его горлу. "Ну и дела, ты меня поймал. Я лгал".

Она была рада, что он был в сознании, рада, что смогла увидеть, как это дошло до нее. Слезы ярости собрались в уголках его глаз, когда она оттащила его подальше от Дикса.

"Подозреваемый задержан. Получите медицинскую помощь здесь!" Ей доставляло мрачное удовлетворение переворачивать его на живот, отводить его руки назад, чтобы снять ремни.

Она солгала о бриллиантах, но не о картинках в своей голове. "Андреа Джейкобс", - сказала она шепотом, близко к его уху. "Тина Кобб. Думай о них, ты, никчемный ублюдок. Думай о них до конца своей жалкой жизни ".

"Я хочу то, что принадлежит мне! Я хочу то, что принадлежит мне!"

"Они тоже. У тебя есть право хранить молчание, - начала она и перевернула его обратно, чтобы она могла видеть его лицо, пока зачитывала ему его права.

"У тебя все это есть?"

"Мне нужен адвокат".

"Вот так ты ведешь себя, будучи предсказуемым". Но сначала она хотела провести с ним несколько мгновений. Она оглянулась через плечо, где медики готовили Дикса к транспортировке. "Как у него дела?"

"У меня был хороший шанс".

"Разве это не радостная новость, Трев? На этот раз вы можете получить только обвинение в покушении на убийство. Это не так уж и много после двух первых степеней. Что такое несколько лет, привязанных к двум срокам жизни, в любом случае?"

"Вы ничего не сможете доказать".

Она наклонилась ближе. "Да, я могу. Достал тебя обоими орудиями убийства. Действительно ценю, что ты привел их обоих с собой сегодня ".

Она увидела, как его взгляд переместился туда, где Пибоди складывала дубинку в пакет.

Снова откинувшись назад, она положила руку на бульдозер, осторожно покатала его взад-вперед. "Ты действительно думаешь, что они здесь? Все эти блестящие камни? Было бы шуткой над тобой, не так ли, если бы твой дедушка провернул дело по-быстрому. Может быть, это просто детская игрушка. Все, что ты сделал, все годы, которые ты заплатишь за это, были бы напрасны. Ты когда-нибудь думал об этом?"

"Они там, внутри. И они мои".

"Это вопрос обсуждения, не так ли?" Она лениво вращала рычаг, который поднимал и опускал лезвие. "Довольно высокомерно с его стороны передавать это ребенку. Думаю, ты похож на него."

"Это было великолепно". Были адвокаты, подумал он. Его отец заплатил бы за лучшее. "Лучше, чем хранилище. Разве они не делали в точности то, что он им сказал? Даже после того, как он был мертв, они сохранили это ".

"Это привело меня туда. Ты хочешь, чтобы я рассказал тебе, где ты не был блестящим? С самого начала. Ты не сделал домашнее задание, Тревор, не расставил все свои i "ы. Твой дедушка не был бы таким неряшливым. Он бы знал, что у Саманты Гэннон была няня по дому. Эти бриллианты проскользнули сквозь твои пальцы в тот момент, когда ты приставил нож к горлу Андреа Джейкобс. На самом деле, раньше. Затем убийство Тины Кобб на рабочем месте твоего отца."

Ей нравилось смотреть, как его лицо становится серым от шока. Это было мало с ее стороны, признала она, но ей это нравилось. "Это тоже было неаккуратно. Вам просто нужно было немного больше предусмотрительности. Увезти ее, скажем, в Нью-Джерси. Романтический пикник в лесу, возьми у нее то, что тебе было нужно, забери ее, похорони ее." Ева пожала плечами. "Но ты не продумал это до конца".

"Ты не можешь отследить ее до меня. Никто никогда не видел- - Он оборвал себя.

"Никто никогда не видел вас вместе? Ошибался. У меня был свидетель. И когда Дикс придет в себя, он расскажет нам, как он говорил с вами о книге Гэннона. Твой отец заполнит пробелы, свидетельствуя о том, как он рассказал тебе о твоем дедушке, об алмазах ".

"Он никогда не будет свидетельствовать против меня".

"Твоя бабушка жива". Она увидела, как вспыхнули его глаза. "Сейчас он с ней, и он знает, что ты бросил его мать, женщину, которая потратила свою жизнь, пытаясь защитить его, лежащую в грязи, как мусор. Чего бы вам это стоило? Пятнадцать минут, полчаса? Вы зовете на помощь, разыгрываете обеспокоенного, преданного внука. Потом ты ускользаешь. Но она не стоила даже таких больших усилий с твоей стороны. Если подумать об этом, она все еще защищала своего сына. Только на этот раз она защитила его от тебя."

Она подняла бульдозер, держа его между ними. "История повторяется. Ты заплатишь, точно так же, как заплатил твой дедушка. Вы будете знать, точно так же, как знал он, что эти большие, яркие бриллианты навсегда вне его досягаемости. Что хуже? Мне интересно. Клетка или знание?"

Она поднялась на ноги, посмотрела на него сверху вниз. "Мы скоро снова поговорим".

"Я хочу их увидеть".

Ева подняла грузовик, сунула его под мышку. "Я знаю. Запиши его, - приказала она и ушла, пока Тревор проклинал ее.

Эпилог

Это было не то, что она назвала бы стандартной процедурой, но это казалось правильным. Она могла даже привести доводы в пользу logical. Нужно было принять меры предосторожности и безопасности и оформить документы. Поскольку все стороны сотрудничали, бюрократическая волокита была минимальной.

У нее была комната, полная гражданских в конференц-зале А, Полицейское управление. И копов тоже было много. Вся ее следственная группа присутствовала, как и командир.

Это была его идея предупредить СМИ - это была политическая сторона, которая раздражала ее, хотя она понимала причины. Понимала или нет, у нее была бы чертова пресс-конференция, с которой нужно было разбираться потом.

На данный момент гончие из СМИ остыли, и, несмотря на количество людей в комнате, было очень тихо.

Она добавляла имена к лицам. Саманта Гэннон, конечно, и ее бабушка с дедушкой, Лейн и Макс, которые стояли, держась за руки.

Они выглядели подтянутыми, подумала она, и непоколебимыми как скала. И объединились. На что это было похоже? она задумалась. Прожить вместе более полувека и все еще иметь, все еще нуждаться в этой связи?

Стивен Уиттиер и его жена были там. Она не знала точно, чего ожидать, смешивая эти два элемента, но иногда люди удивляют тебя. Не тем, что они были идиотами или засранцами, это никогда ее не удивляло. Но, будучи порядочным.

Макс Гэннон пожал руку Стивену Уиттиеру. Не жестко, а с теплотой. И Лейн Гэннон поцеловала его в щеку и наклонилась, чтобы прошептать что-то ему на ухо, от чего у Стивена заслезились глаза.

Момент - благопристойность этого момента - обожгла Еве горло. Ее глаза встретились с глазами Рорка, и она увидела в них отражение своей реакции.

С драгоценностями или без, круг замкнулся.

"Лейтенант". Уитни кивнула ей.

"Да, сэр. Полиция и Департамент безопасности Нью-Йорка высоко ценят ваше сотрудничество и ваше присутствие здесь сегодня. Это сотрудничество в очень значительной степени помогло этому департаменту закрыть это дело. Смерти... "

У нее были подготовлены очень конкретные, очень прямолинейные заявления. Она отпустила их и сказала то, что пришло ей в голову.

"Джером Майерс, Уильям Янг, Андреа Джейкобс, Тина Кобб. Их смерти никогда не могут быть раскрыты, только расследование этих смертей может быть завершено. Это лучшее, что мы можем сделать. Что бы они ни сделали, кем бы они ни были, их жизни были отняты, и никогда не было решения убивать. Офицеры в этой комнате - коммандер Уитни; капитан Фини; детективы Бакстер; Макнаб; Пибоди; офицер Трухарт - сделали все возможное, чтобы раскрыть дело и добиться справедливости для погибших. Это наша работа и наш долг. Здешние гражданские лица - Гэнноны, Уиттиеры, Рорк - уделили время, сотрудничали и обладали опытом. Благодаря этому, это сделано, и мы движемся дальше ".

Она достала бульдозер из коробки, которую распечатала. Это было отсканировано, конечно. Она уже видела, что было в нем на экране. Но это, она знала, было личным.

"Или, в данном случае, мы возвращаемся назад. Мистер Уиттиер, для протокола. Этот объект был определен как ваша собственность. Вы дали письменное разрешение на его демонтаж. Это верно?"

"Да".

"И вы согласились сделать этот демонтаж самостоятельно в это время".

"Да. Прежде чем я... я хотел бы сказать, извиниться за...

"В этом нет необходимости, Стивен". Лейн говорила тихо, ее рука все еще была в руке Макса. "Лейтенант Даллас прав. Некоторые вещи никогда не могут быть решены, поэтому мы можем только сделать все возможное ".

Ничего не сказав, он кивнул и взял инструменты со стола для совещаний. Пока он работал, Лейн снова заговорил. Теперь ее голос звучал легче, как будто она решила поднять настроение.

"Помнишь, Макс, как мы сидели за кухонным столом с этой глупой керамической собачкой?"

"Я хочу". Он поднес их соединенные руки к своим губам. "И эта чертова копилка. Все, что потребовалось, это пара ударов молотком. Здесь требовалось гораздо больше работы ". Он похлопал Стива по плечу.

"Ты раньше был копом", - вставила Ева.

"На рубеже веков я стал частным лицом. Не воображай, что все так сильно отличается. У тебя были игрушки-дождевики и инструменты, но работа всегда была работой. Если бы я родился на несколько десятилетий позже, я был бы электронным человеком ". Он ухмыльнулся Фини. "Хотелось бы посмотреть на ваши настройки здесь".

"Я был бы рад провести для вас персональную экскурсию. Ты все еще работаешь частным образом, не так ли?"

"Когда дело интересует меня".

"Они почти всегда так делают", - вставил Лейн. "Когда-то был полицейским", - сказала она со смехом.

"Расскажи мне об этом", - согласился Рорк.

Металлические детали с грохотом упали на стол и прервали разговор.

"Внутри есть набивка". Стив прочистил горло. "Это достаточно ясно, чтобы высказать это". Но он оттолкнулся от стола. "Я не хочу этого делать. Миссис Гэннон?"

"Нет. Мы выполнили свою часть. Все мы. Теперь это дело полиции, не так ли? Теперь это для лейтенанта Даллас. Но я надеюсь, ты сделаешь это быстро, чтобы я снова мог дышать ".

Чтобы решить проблему, Ева подняла отделенный кузов грузовика, потянулась внутрь, чтобы вытащить обивку. Она положила его на стол, разобрала и взяла мешочек, вложенный внутрь.

Она открыла мешочек и высыпала камни себе на ладонь.

"Я действительно не верила в это". Саманта задержала дыхание. "Даже после всего этого я на самом деле не верил в это. И вот они здесь ".

"После всего этого времени". Лейн наблюдал, как Ева высыпала сверкающие бриллианты в мешочек. "Мой отец смеялся бы и дальше. Затем попытался сообразить, как он мог бы подсунуть парочку из них по пути к двери."

Вмешалась Пибоди, и Ева дала ей мгновение выпучить глаза, прежде чем толкнула ее локтем в спину. "Они должны быть проверены, аутентифицированы и оценены, но -"

"Возражаешь?" Не дожидаясь ответа, Рорк поднял одну из них и достал из кармана лупу. "Ммм, впечатляюще. Первая вода, полная огранка, около семи карат. Вероятно, стоит вдвое больше, чем это было, когда оно было спрятано. Я полагаю, будут всевозможные интересные и сложные маневры между страховой компанией и наследниками первоначальных владельцев ".

"Это не наша проблема. Положи это обратно ".

"Конечно, лейтенант". Он положил это вместе с другими.

***

Еве потребовалось больше часа, чтобы преодолеть ажиотаж СМИ. Но она не удивилась, обнаружив Рорка в своем кабинете, когда все было закончено. Его откинуло назад в ее кресле, его ноги в элегантных ботинках лежали на ее столе, пока он возился со своим ПК.

"У тебя есть собственный офис", - напомнила она ему.

"Я люблю, да, и в нем гораздо больше атмосферы, чем в вашем. С другой стороны, в вагоне метро, находящемся в аварийном состоянии, больше атмосферы, чем в вашем. Я смотрел твой бой в СМИ ", - добавил он. "Отличная работа, лейтенант".

"У меня звенит в ушах. И единственные ноги, которые должны быть на моем столе, мои ". Но она оставила его там, села в углу.

"Это тяжело для Уиттиеров", - прокомментировал он.

"Да. Они провели жесткую черту. Я думаю, это нелегко, какими бы ни были обстоятельства, повернуться спиной к своему сыну. Джуниор не собирается выкачивать деньги из мамы и папы за свои судебные издержки. Он опускается все ниже, и они должны наблюдать за этим ".

"Они любили его, дали ему хороший дом, а он потратил его впустую. Его выбор."

"Да". Образы Андреа Джейкобс и Тины Кобб на мгновение задержались в ее голове, затем она отбросила их. "Просто ответьте на один вопрос, без ерунды. Ты не подменил тот бриллиант, не так ли?"

"Ты подключился?" сказал он с усмешкой.

"Черт возьми, Рорк".

"Нет, я не подменял бриллиант. Мог бы - просто ради забавы, конечно, но ты так злишься из-за такого рода вещей. Думаю, я все же куплю тебе парочку из них ".

"Мне не нужно-"

"Ням, ням, ням", - сказал он, взмахнув рукой, и ее глаза стали огромными. "Иди, сядь ко мне на колени".

"Если вы думаете, что это хотя бы отдаленная возможность, вам нужна немедленная профессиональная помощь".

"Ну что ж. Я собираюсь купить некоторые из этих бриллиантов ", - продолжил он. "Им нужно, чтобы с них смыли кровь, Ева. Они могут быть всего лишь вещами, как сказал Лейн Гэннон, но это символы, и они должны быть чистыми. Вы не можете разрешить смерть, как вы сказали. Ты делаешь все, что можешь. И когда ты наденешь камни, которые стоили всех этих жизней, они снова будут чистыми. Это будет своего рода значок, говорящий, что кто-то вступился за жертв. Кто-то всегда будет. И всякий раз, когда ты их наденешь, ты будешь помнить это ".

Она уставилась на него. "Боже, ты понимаешь меня. Ты проникаешь прямо в мою сердцевину ".

"Когда я увижу, что ты их носишь, я тоже это вспомню. И знай, что этот кто-то - это ты." Он накрыл ее руку своей. "Ты знаешь, чего я хочу от тебя, дорогая Ева?"

"Говори все, что хочешь, я все еще не сижу у тебя на коленях в Центральном управлении. Когда-либо".

Он рассмеялся. "Еще одна фантазия разбилась вдребезги. Чего я хочу от тебя, так это пятидесяти с лишним лет, которые я видел сегодня между Гэннонами. Любовь и понимание, воспоминания на всю жизнь. Я хочу этого от тебя ".

"У нас впереди один год. Вторая пока идет довольно хорошо ".

"Никаких жалоб".

"Я собираюсь выйти из игры. Почему бы нам обоим не прогулять работу до конца дня -"

"Уже половина шестого, лейтенант. Твоя смена все равно закончится ".

Она нахмурилась, глядя на свой наручный прибор, и увидела, что он был прав. "Важна сама мысль. Давай вернемся домой, уделим еще немного времени второму году ".

Он взял ее за руку, когда они вместе выходили. "Что делается с бриллиантами до тех пор, пока они не будут переданы тому, кто может быть законным владельцем?"

"Запечатан, зарегистрирован, отсканирован и заперт в ящике для улик, который находится в одном из хранилищ улик в недрах этого места". Она бросила на него косой взгляд. "Хорошо, что ты больше не воруешь".

"Разве это не так?" Он дружески обнял ее за плечи, когда они совершали скольжение. "Разве это не справедливо?"

И глубоко, глубоко под улицами города, в прохладной, тихой темноте, бриллианты ждали, чтобы снова засиять.

Дж. Ди Робб

Восторг в смерти

Ева Даллас и ее муж Рорк - #4

ГЛАВА ПЕРВАЯ

В переулке было темно и воняло мочой и блевотиной. Это был дом для быстроногих крыс и костлявых кошек с голодными глазами, которые охотились на них. Красные глаза блеснули в темноте, некоторые из них были человеческими, но все они были дикими.

Сердце Евы слегка подпрыгнуло, когда она скользнула в зловонные, с влажными краями тени. Он вошел, она была уверена в этом. Это была ее работа - следовать за ним, найти его, привести его. Ее оружие было в ее руке, и ее рука была твердой.

"Эй, сладенькие, хочешь сделать это со мной? Хочешь сделать это?"

Голоса из темноты, резкие от химикатов или дешевого пива. Стоны проклятых, хихиканье сумасшедших. Крысы и кошки жили здесь не одни. Общество человеческого мусора, который выстилал потные кирпичные стены, не приносило утешения.

Она взмахнула своим оружием, пригнулась, обходя разбитый утилизатор, который, судя по его запаху, не работал уже десять лет. Зловоние переваренной пищи пропитало влажный воздух и превратило ее в жирное рагу.

Кто-то захныкал. Она увидела мальчика лет тринадцати, почти голого. Язвы на его лице гноились; его глаза превратились в щелочки страха и безнадежности, когда он, как краб, отползал к грязной стене.

Жалость шевельнулась в ее сердце. Когда-то она была ребенком, обиженным и напуганным, прятавшимся в переулке. "Я не причиню тебе вреда". Она говорила тихо, едва слышно, не сводя с него глаз, поддерживая контакт, когда опускала оружие.

И вот тогда он нанес удар.

Он подошел сзади, рев движения и звука. Готовый убивать, он взмахнул трубой. Ее свист обжег ей уши, когда она развернулась, увернувшись. Едва было время проклинать себя за то, что потеряла концентрацию, забыв о своей главной цели, как двести пятьдесят фунтов мускулов и подлости отправили ее в полет к кирпичам.

Ее оружие вылетело из ее руки и со звоном улетело в темноту.

Она увидела его глаза, блеск хаоса, усиленный химическим веществом, Зевс. Она наблюдала за высоко поднятой трубой, рассчитала время и покатилась за секунды до того, как она треснула о кирпич. Качнув ногами, она нырнула головой вперед в его живот. Он застонал, пошатнулся, и когда он потянулся к ее горлу, она с силой ударила его кулаком под челюсть. Сила удара вызвала боль и напор в ее руке.

Люди кричали, пытаясь спастись в тесном мире, где ничто и никто не был в безопасности. Она развернулась, использовала импульс поворота, чтобы нанести удар с разворота, который раздробил нос ее противника. Кровь хлынула фонтаном, усиливая тошнотворные миазмы запаха.

Его глаза были дикими, но он едва дернулся от удара. Боль не шла ни в какое сравнение с богом химикатов. Ухмыляясь, когда кровь прилила к его лицу, он похлопал толстой трубкой по ладони.

"Убить тебя. Убью тебя, сука-полицейский". Он кружил вокруг нее, размахивая трубкой, как свистящим кнутом. Ухмыляясь, ухмыляясь, когда он истекал кровью. "Размозжи себе голову и съешь свои мозги".

Осознание того, что он имел в виду, накачало ее адреналином до предела. Живи или умри. Ее дыхание участилось, пот, как масло, стекал по ее коже. Она увернулась от следующего удара, упала на колени. Хлопнув рукой по ботинку, она поднялась, ухмыляясь." Съешь это вместо этого, сукин ты сын ". Ее запасное оружие было у нее в руке. Она не стала утруждать себя оглушением. Установка оглушения сделала бы немногим больше, чем пощекотала бы двухсотпятидесятифунтового мужчину, летящего на Зевсе. Это было настроено на завершение.

Когда он бросился к ней, она ударила его со всей силы. Его глаза умерли первыми. Она видела, как это происходило раньше. Глаза, которые стали стеклянными, как у куклы, даже когда он бросился на нее. Она отступила в сторону, готовясь выстрелить снова, но трубка выскользнула у него из пальцев. Его тело начало этот отрывистый танец, когда его нервная система перегрузилась.

Он упал к ее ногам, кучка разрушенного человечества, игравшего роль бога.

"Ты больше не будешь приносить в жертву девственниц, придурок", - пробормотала она, и когда эта дикая энергия иссякла, она провела рукой по лицу. Ее рука с оружием опустилась.

Слабый скрежет кожи по бетону насторожил ее. Она начала вращаться, поднимая оружие, но руки схватили ее, подняли на цыпочки.

"Всегда следи за своей спиной, лейтенант", - прошептал голос за мгновение до того, как зубы слегка прикусили мочку ее уха.

"Рорк, черт возьми. Я чуть не пристрелил тебя ".

"Ты даже близко не подошел". Со смехом он повернул ее в своих объятиях, и его рот был на ее губах, горячий, голодный. "Я люблю смотреть, как ты работаешь", - пробормотал он, и его рука, умная рука, скользнула вверх по ее телу, чтобы обхватить грудь. "Это... стимулирует".

"Прекрати это". Но ее сердце громыхало в ответ, и приказ был нерешительным. "Здесь не место для соблазнения".

"Наоборот. Медовый месяц - традиционное место для соблазнения ". Он притянул ее к себе, держа руки на ее плечах. "Я задавался вопросом, куда ты ушел. Я должен был знать ". Он взглянул вниз на тело у их ног. "Что он сделал?"

"У него была склонность выбивать мозги из молодых женщин, а затем есть их".

"О". Рорк поморщился, покачал головой. "В самом деле, Ева, неужели ты не могла придумать что-нибудь чуть менее отвратительное?"

"Пару лет назад в колонии Терра был парень, который соответствовал профилю, и я подумал ..." Она замолчала, нахмурившись. Они стояли в вонючем переулке, смерть была у их ног. И Рорк, великолепный темный ангел Рорк, был одет в смокинг и бриллиантовую запонку. "Для чего ты так вырядился?"

"У нас были планы", - напомнил он ей. "Ужин?"

"Я забыл". Она спрятала свое оружие подальше. "Я не думал, что это займет так много времени". Она выдохнула. "Думаю, мне следует привести себя в порядок".

"Ты мне нравишься такой, какая ты есть". Он снова вошел в нее, овладел. "Забудь об ужине... на данный момент". Его улыбка была медленной и неотразимой. "Но я настаиваю на чуть более эстетичном окружении. Завершить программу", - приказал он.

Переулок, запахи и кучка тел исчезли. Они стояли в огромной пустой комнате с оборудованием и мигающими лампочками, встроенными в стены. Пол и потолок были выполнены из черного зеркального стекла, чтобы лучше воспроизводить голографические сцены, доступные в программе.

Это была одна из новейших, самых сложных игрушек Рорка.

"Начинаем тропическую декорацию 4-B. Сохраняйте статус двойного контроля ".

В ответ раздался плеск волн, брызги звездного света на воде. Под ее ногами был белый сахарный песок, а пальмы раскачивались, как экзотические танцоры.

"Это больше похоже на правду", - решил Рорк, затем начал расстегивать ее рубашку. "Или это случится, когда я раздену тебя".

"Ты раздевал меня каждый раз, когда я моргал в течение почти трех недель".

Он выгнул бровь. "Привилегия мужа. Жалобы?"

Муж. Это все еще было потрясением. Этот мужчина с гривой черных волос воина, лицом поэта, дикими ирландскими голубыми глазами был ее мужем. Она никогда к этому не привыкнет.

"Нет. Просто- - Ее дыхание прервалось, когда одна из его рук с длинными пальцами скользнула по ее груди. "Наблюдение".

"Копы". Он улыбнулся, расстегнул ее джинсы. "Всегда наблюдающий. Вы свободны от дежурства, лейтенант Даллас."

"Я просто старался, чтобы мои рефлексы были острыми. За три недели без работы ты начинаешь ржаветь ".

Он скользнул рукой между ее обнаженных бедер, обхватил ее, наблюдая, как ее голова со стоном откинулась назад. "Твои рефлексы просто прекрасны", - пробормотал он и потянул ее вниз, на мягкий белый песок.

Его жена. Рорку нравилось думать об этом, когда она сидела на нем верхом, когда двигалась под ним, когда лежала рядом с ним измученная. Эта очаровательная женщина, этот преданный полицейский, эта беспокойная душа принадлежала ему.

Он наблюдал за ее работой в программе, в переулке, с помешанным на химикатах убийцей. И он знал, что она встретит реальность своей работы с той же жесткой, ужасающе мужественной решимостью, которой она обладала в иллюзии.

Он восхищался ею за это, сколько бы неприятных моментов это ему ни доставляло. Через несколько дней они вернутся в Нью-Йорк, и ему придется разделить с ней ее обязанности. Сейчас он не хотел делить ее ни с чем. Ни с кем.

Он не был новичком в глухих переулках, где воняло мусором и безнадежной человечностью. Он вырос в них, сбежал в них и, в конце концов, сбежал от них. Он превратил свою жизнь в то, чем она была, а затем в нее вошла она, острая и смертоносная, как выпущенная из лука стрела, и снова все изменила.

Копы когда-то были врагами, затем развлечением, и теперь он был связан с одним из них.

Чуть более двух недель назад он наблюдал, как она шла к нему в струящемся платье цвета богатой бронзы, с цветами в руках. Синяки на ее лице, которые нанес убийца всего несколько часов назад, были смягчены косметикой. И в этих глазах, в этих больших глазах цвета бренди, которые так много показывали, он увидел нервозность и веселье.

Поехали, Рорк. Он почти слышал, как она сказала это, когда она вложила свою руку в его. К лучшему или к худшему, я возьму тебя на себя. Да поможет нам Бог.

Теперь она носила его кольцо, а он - ее. Он настоял на этом, хотя подобные традиции не были строго модными в середине двадцать первого века. Он хотел ощутимого напоминания о том, кем они были друг для друга, символа этого.

Теперь он взял ее руку, поцеловал ее палец над украшенным гравировкой золотым ободком, который он сделал для нее. Ее глаза оставались закрытыми. Он изучал острые углы ее лица, слишком широкий рот, короткую шапку каштановых волос, взъерошенных в виде шипов.

"Я люблю тебя, Ева".

Слабый румянец расцвел на ее щеках. Она была так легко растрогана, подумал он. Он задавался вопросом, имела ли она хоть малейшее представление о том, насколько огромным было ее собственное сердце.

"Я знаю". Она открыла глаза. "Я, ах, начинаю к этому привыкать".

"Хорошо".

Слушая песню воды, плещущейся о песок, о приятном бризе, шепчущем в покрытых перьями ладонях, она подняла руку, убрала волосы с его лица. Такой мужчина, как он, подумала она, могущественный, богатый, импульсивный, мог вызвать подобные сцены одним щелчком пальца. И он сделал это для нее.

"Ты делаешь меня счастливым".

Его усмешка сверкнула, заставив мышцы ее живота сжаться от восторга. "Я знаю". С легкостью, не требующей усилий силой, он поднял ее вверх, пока она не оседлала его. Он лениво скользнул руками вверх по ее длинному, стройному, мускулистому телу. "Ты готова признать, что рада, что я увез тебя с планеты на последнюю часть нашего медового месяца?"

Она поморщилась, вспомнив свою панику, свой отчаянный отказ сесть в транспорт, который он ждал, и как он расхохотался и перекинул ее через плечо, забираясь на борт, когда она проклинала его.

"Мне понравился Париж", - сказала она, фыркнув. "И мне понравилась неделя, которую мы провели на острове. Я не видел никакой причины для нас приезжать на какой-то недостроенный курорт в космосе, когда мы все равно собирались большую часть времени проводить в постели ".

"Ты был напуган". Его восхитило, что она была взволнована перспективой своего первого путешествия за пределы планеты, и ему доставляло удовольствие занимать ее и отвлекать на протяжении большей части путешествия.

"Меня не было". Бескостный, подумала она. Напуган до смерти. "Я был справедливо раздражен тем, что ты составил планы, не обсудив их со мной".

"Кажется, я припоминаю, как кто-то был вовлечен в дело и сказал мне спланировать все, что мне подходит. Ты была прекрасной невестой".

Это заставило ее губы изогнуться. "Это было платье".

"Нет, это была ты". Он поднял руку к ее лицу. "Ева Даллас. Мой".

Любовь захлестнула ее. Казалось, это всегда накатывало огромными, неожиданными волнами, которые оставляли ее беспомощно барахтаться. "Я люблю тебя". Она наклонилась к нему, приблизила свои губы к его. "Похоже, ты мой".

***

Была полночь, прежде чем они поужинали. На залитой лунным светом террасе возвышающегося копья, которое было почти достроенным Гранд-отелем Olympus, Ева вгрызлась в фаршированного лобстера и созерцала открывающийся вид.

Курорт Olympus был бы, с Рорком, дергающим за ниточки, завершен и полностью забронирован в течение года. На данный момент они были предоставлены сами себе - если она проигнорирует строительные бригады, персонал, архитекторов, инженеров, пилотов и других разнообразных обитателей, которые делили огромную космическую станцию.

С маленького стеклянного столика, за которым они сидели, она могла видеть центр курорта. Для ночной команды ярко горел свет, тихий гул механизмов говорил о круглосуточном труде. Фонтаны, копья имитированного света факелов и разноцветные радуги, плавно струящиеся сквозь извергающиеся воды, были для нее, она знала.

Он хотел, чтобы она увидела, что он строит, и, возможно, начала понимать, частью чего она была сейчас. Как его жена.

Жена. Она выдохнула, отчего ее челка затрепетала, и отпила ледяного шампанского, которое он налил. Потребуется некоторое время, чтобы понять, как она превратилась из Евы Даллас, лейтенанта отдела по расследованию убийств, в жену человека, у которого, как утверждали некоторые, было больше денег и власти, чем у Бога.

"Проблема?"

Она скользнула глазами по его лицу, слегка улыбнулась. "Нет". С невероятной сосредоточенностью она окунула кусочек омара в растопленное сливочное масло - настоящее сливочное масло, не имитация для стола Рорка - и попробовала его. "Как я собираюсь смотреть в лицо картону, который в забегаловке выдают за еду, когда я вернусь к работе?"

"Ты в любом случае ешь шоколадные батончики на работе". Он долил ей вина, приподнял бровь, когда она сузила глаза.

"Ты пытаешься меня напоить, приятель?"

"Абсолютно".

Она засмеялась, что, как он отметил, в последнее время у нее получалось легче и чаще, и, пожав плечами, взяла свой бокал. "Какого черта, я буду тебе обязан. И когда я напьюсь, - она залпом выпила бесценное вино, как воду, - я подвезу тебя так, что ты не скоро забудешь."

Похоть, которую он считал удовлетворенной на мгновение, остро заползла в его живот. "Что ж, в таком случае", - он налил вина в свой бокал, чокнувшись с ним до краев, - "давайте оба напьемся".

"Мне здесь нравится", - объявила она. Отодвинувшись от стола, она отнесла свой бокал к толстым перилам из резного камня. Должно быть, это стоило целого состояния, чтобы добыть его, а затем отправить - но, в конце концов, он был Рорком.

Наклонившись, она наблюдала за шоу света и воды, осматривала здания, все купола и шпили, все блестящее и элегантное, чтобы вместить роскошных людей и роскошные игры, в которые они придут поиграть.

Казино было завершено и светилось в темноте, как золотой шар. Один из дюжины бассейнов был освещен на ночь, и вода мерцала кобальтово-синим. Скайуокеры петляли между зданиями и напоминали серебряные нити. Сейчас они были пусты, но она представила, какими они будут через шесть месяцев, год: битком набитые людьми, которые переливались шелками, сверкали драгоценностями. Они приходили, чтобы побаловать себя в мраморных стенах спа-центра с его грязевыми ваннами и средствами по уходу за телом, его мягкоговорящими консультантами и заботливыми дроидами. Они приходили, чтобы проиграть состояния в казино, выпить эксклюзивный ликер в клубах, заняться любовью с твердыми и мягкими телами лицензированных компаньонок.

Рорк предложил бы им целый мир, и они могли бы прийти. Но это был бы не ее мир, когда они заполнили бы его. Ей было комфортнее на улицах, в шумном полумире закона и преступности. Рорк понимал это, подумала она, поскольку он происходил из того же места, что и она. Итак, он предложил ей это, когда это принадлежало только им.

"Ты собираешься здесь что-то сделать", - сказала она и повернулась, чтобы прислониться спиной к перилам.

"Таков план".

"Нет". Она покачала головой, довольная тем, что она уже начала кружиться от вина. "Ты создашь то, о чем люди будут говорить столетиями, о чем они будут мечтать. Ты прошел долгий путь от молодого вора, который промышлял на задворках Дублина, Рорк."

Его улыбка была медленной и немного лукавой. "Не так уж далеко, лейтенант. Я все еще обчищаю карманы - я просто делаю это настолько легально, насколько могу. Быть замужем за полицейским ограничивает определенные действия ".

Теперь она нахмурилась, глядя на него. "Я не хочу о них слышать".

"Дорогая Ева". Он поднялся, прихватив бутылку с собой. "Так по книге. Все еще настолько выбита из колеи, что безумно влюбилась в сомнительного персонажа ". Он снова наполнил ее бокал, затем отставил бутылку в сторону. "Тот, кто всего несколько месяцев назад был в ее коротком списке подозреваемых в убийстве".

"Тебе это нравится? Быть подозрительным?"

"Я верю". Он провел большим пальцем по скуле, где синяк исчез - только в его сознании. "И я немного беспокоюсь о тебе". Много, признался он себе.

"Я хороший полицейский".

"Я знаю. Единственный, кем я когда-либо полностью восхищался. Какой странный поворот судьбы, что я влюбился в женщину, столь преданную справедливости ".

"Мне кажется еще более странным, что я связался с кем-то, кто может покупать и продавать планеты по своей прихоти".

"Женат". Он рассмеялся. Развернув ее, он уткнулся носом в ее затылок. "Продолжай, скажи это. Мы женаты. Слово не задушит тебя".

"Я знаю, кто мы такие". Приказав себе расслабиться, она прислонилась к нему спиной. "Позволь мне пожить с этим некоторое время. Мне нравится быть здесь, вдали от тебя ".

"Тогда, я так понимаю, ты рад, что позволил мне надавить на тебя в течение трех недель".

"Ты не давил на меня".

"Мне пришлось придраться". Он прикусил ее ухо. "Запугивание". Его руки скользнули к ее грудям. "Умоляй".

Она фыркнула. "Ты никогда ни о чем не умолял. Но, может быть, ты действительно придирался. У меня не было трех недель без работы ... никогда ".

Он решил не напоминать ей, что именно сейчас у нее этого не было. Она редко проходила через двадцатичетырехчасовой период без запуска какой-нибудь программы, которая ставила ее против преступления. "Почему бы нам не сделать это вчетвером?"

"Рорк - "

Он усмехнулся. "Просто проверка. Пей свое шампанское. Ты недостаточно пьян для того, что я имею в виду ".

"О?" Ее пульс участился, заставляя ее чувствовать себя глупо. "И что это?"

"Это проиграет в пересказе", - решил он. "Давайте просто скажем, что я намерен занять вас в течение последних сорока восьми часов, которые у нас здесь есть".

"Сорок восемь часов?" Со смехом она осушила свой бокал. "Когда мы начнем?"

"Нет такого времени, как ... " Он замолчал, нахмурившись, когда раздался звонок в дверь. "Я сказал персоналу оставить расчистку. Оставайся здесь ". Он запахнул ее халат, который только что развязал. "Я отошлю их прочь. Далеко отсюда".

"Возьми еще бутылку, раз уж взялся за это", - сказала она ему, ухмыляясь и вытряхивая последние капли в свой стакан. "Кто-то выпил все это".

Забавляясь, он проскользнул обратно внутрь, пересек просторное жилое пространство с прозрачным стеклянным потолком и мягкими, как перышко, коврами. Он хотел, чтобы она была там, чтобы начать, решил он, на этом податливом полу с кружащимися над головой звездами в ледяной оправе. Он сорвал длинную белую лилию с фарфорового блюда, представляя, как он покажет ей, что умный мужчина может сделать с женщиной с помощью лепестков цветка.

Он улыбался, когда вошел в фойе с позолоченными стенами и широкой мраморной лестницей. Включив обзорный экран, он приготовился отправить официанта, обслуживающего номера, на верную смерть за то, что тот помешал.

С некоторым удивлением он увидел лицо одного из своих помощников инженеров. "Картер? Проблемы?"

Картер провел рукой по лицу, которое было мертвенно-бледным и влажным от пота. "Сэр. Боюсь, что есть. Мне нужно поговорить с тобой. Пожалуйста."

"Хорошо. Всего лишь мгновение". Рорк вздохнул, выключая экран и отключая блокировки. Картер был молод для своей должности, ему было около двадцати пяти, но он был гением в дизайне и исполнении. Если была проблема со строительством, лучше всего было разобраться с ней сейчас.

"Это небесное скольжение в салоне?" - Спросил Рорк, открывая дверь. "Я думал, ты разобрался с этими перегибами".

"Нет, я имею в виду, да, сэр, у меня есть. Сейчас это работает идеально ".

Мужчина дрожал, понял Рорк и забыл о своем раздражении. "Произошел несчастный случай?" Он взял Картера за руку, провел его в гостиную и подтолкнул к стулу. "Кто-нибудь пострадал?"

"Я не знаю - я имею в виду, несчастный случай?" Картер моргнул, уставившись остекленевшим взглядом. "Мисс. Мэм. Лейтенант", - сказал он, когда вошла Ева. Он начал подниматься, затем снова безвольно упал, когда она быстро толкнула его.

"Он в шоке", - сказала она Рорку, ее голос был бодрым. "Попробуй немного того модного бренди, которое у вас здесь есть". Она присела, держа свое лицо на одном уровне с его. Его зрачки были как булавочные уколы. "Картер, не так ли? Не торопись".

"Я..." Теперь его лицо стало восковым. "Я думаю, что я собираюсь быть - "

Прежде чем он смог закончить, Ева опустила его голову между колен. "Дыши. Просто дыши. Давай выпьем бренди, Рорк." Она протянула руку, и он был там с бокалом.

"Возьми себя в руки, Картер". Рорк опустил его обратно на подушки. "Сделай глоток этого".

"Да, сэр".

"Ради Христа, перестань доводить меня до смерти".

На щеки Картера вернулся румянец, то ли от бренди, то ли от смущения. Он кивнул, сглотнул, выдохнул. "Мне жаль. Я думал, что со мной все в порядке. Я подошел вплотную. Я не знал, должен ли я ... Я не знал, что еще делать." Он провел рукой по лицу, как ребенок в фильме ужасов. Он задержал дыхание и сказал это быстро. "Это Дрю, Дрю Матиас, мой сосед по комнате. Он мертв ".

Воздух вырвался из его легких, затем с содроганием вернулся обратно. Он сделал еще один большой глоток бренди и поперхнулся.

Глаза Рорка потускнели. Он собрал фотографию Матиаса: молодой, энергичный, с рыжими волосами и веснушками, специалист по электронике, специализирующийся на автотронике. "Где, Картер? Как это произошло?"

"Я подумал, что должен сказать тебе прямо сейчас". Теперь на бледных щеках Картера были два красных флажка с высокими кровоподтеками. "Я пришел прямо сказать тебе - и твоей жене. Я подумал, раз она ... она из полиции, она могла бы что-нибудь сделать ".

"Тебе нужен полицейский, Картер?" Ева взяла бокал из его дрожащей руки. "Зачем тебе нужен полицейский?"

"Я думаю- он, должно быть ... он покончил с собой, лейтенант. Он висел там, просто свисал с потолочного светильника в гостиной. И его лицо... О Боже. О, Иисус."

Ева оставила Картера прятать лицо в ладонях и повернулась к Рорку. "У кого есть полномочия на месте для чего-то подобного?"

"У нас стандартная система безопасности, большая часть которой автоматизирована". Принимая, он склонил голову. "Я бы сказал, что это вы, лейтенант".

"Ладно, посмотрим, сможешь ли ты собрать для меня походный комплект. Мне нужен диктофон - аудио- и видеозапись - чтобы запечатать его, пакеты для улик, пинцет, пара маленьких кисточек."

Она с шипением выдохнула, проведя рукой по волосам. Он не собирался разбрасывать повсюду оборудование, которое могло бы точно определить температуру тела и время смерти. Там не было бы ни сканера, ни чистящих средств, ни одной из стандартных химикалий для криминалистов, которые она обычно носила с собой на места преступлений.

Они должны были бы управлять этим.

"Там есть доктор, верно? Позови его. Ему придется выступить в роли МЕНЯ. Я пойду оденусь".

***

Большинство техников использовали достроенные крылья отеля в качестве жилых помещений. Картер и Матиас, по-видимому, достаточно поладили, чтобы делить просторный номер с двумя спальнями во время своей смены на станции. Когда они спускались на десятый этаж, Ева протянула Рорку palm recorder.

"Ты можешь управлять этим, верно?"

Он приподнял бровь. Его изготовила одна из его компаний. "Думаю, я справлюсь".

"Прекрасно". Она слабо улыбнулась. "Ты уполномочен. Ты держишься, Картер?"

"Да". Но он вышел из лифта в коридор на десятом, как пьяный, пытающийся сдать тест на компетентность. Ему пришлось дважды вытереть вспотевшую руку о брюки, чтобы получить четкое изображение на экране на ладони. Когда дверь открылась, он отступил назад. "Я бы просто предпочел больше туда не заходить".

"Оставайся здесь", - сказала она ему. "Ты можешь мне понадобиться".

Она вошла внутрь. Свет был ослепительно ярким, включенным на полную мощность. Музыка гремела из настенного устройства: жесткий, сталкивающий рок с визгливым вокалистом, который напомнил Еве ее подругу Мэвис. Пол был выложен плиткой карибского синего цвета и создавал иллюзию ходьбы по воде.

Вдоль северной и южной стен были установлены группы компьютеров. Рабочие станции, предположила она, заставленные всевозможными электронными платами, микрочипами и инструментами.

Она увидела одежду, сваленную в кучу на диване, очки виртуальной реальности, лежащие на кофейном столике с тремя тюбиками азиатского пива - два из них расплющены и уже отправлены на переработку - и миску крендельков со специями.

И она увидела обнаженное тело Дрю Матиаса, мягко покачивающееся на самодельной петле из простыней, прикрепленной к сверкающему ярусу люстры из синего стекла.

"Ах, черт". Она выдохнула это. "Сколько ему, Рорку, двадцать?"

"Не намного больше, чем." Рот Рорка сжался, когда он изучал мальчишеское лицо Матиаса. Теперь оно было фиолетовым, глаза выпучены, рот застыл в отвратительной, зияющей ухмылке. Какой-то порочный каприз смерти заставил его улыбаться.

"Хорошо, давайте сделаем все, что в наших силах. Даллас, лейтенант Ева, полиция Нью-Йорка, остается на месте, пока не удастся связаться с соответствующими межпространственными властями и транспортировать их. Подозрительная, оставленная без присмотра смерть. Матиас, Дрю, Гранд-отель "Олимп", комната десять тридцать шесть, 1 августа 2058 года, сто часов."

"Я хочу сразить его", - сказал Рорк. Его не должно было удивлять, как быстро, как плавно она превратилась из женщины в полицейского.

"Еще нет. Для него сейчас это не имеет никакого значения, и мне нужно, чтобы сцена была записана до того, как что-то сдвинется с места ". Она обернулась в дверях. "Ты к чему-нибудь прикасался, Картер?"

"Нет". Он вытер рот тыльной стороной ладони. "Я открыл дверь, точно как сейчас, и вошел. Я увидел его сразу. Ты... вы видите его сразу же. Наверное, я простоял там минуту. Просто стоял там. Я знал, что он мертв. Я видел его лицо".

"Почему бы тебе не пройти через другую дверь в спальню". Она указала налево. "Ты можешь прилечь на некоторое время. Мне нужно с тобой поговорить ".

"Хорошо".

"Никому не звони", - приказала она.

"Нет. Нет, я никому не буду звонить ".

Она снова отвернулась, заперев дверь. Ее взгляд переместился на Рорка, и их взгляды встретились. Она знала, что он, как и она, думал о том, что есть некоторые - подобные ей, - у которых нет спасения от смерти.

"Давай начнем", - сказала она ему.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Доктора звали Ван, и он был стар, как и большинство медиков, работающих в проектах за пределами планеты. Он мог бы уйти на пенсию в девяносто, но, как и другие ему подобные, он предпочел кочевать с места на место, залечивая царапины и ушибы, раздавая лекарства от космической болезни и гравитационного баланса, время от времени принимая роды, проводя необходимую диагностику.

Но он узнал мертвое тело, когда увидел его.

"Мертв". Его голос был отрывистым, слегка экзотическим. Его кожа была желтой, как пергамент, и морщинистой, как старая карта. Его глаза были черными, миндалевидной формы. Его голова была глянцевой и скользкой, придавая ему вид древнего, несколько потрепанного бильярдного шара.

"Да, я получил столько". Ева потерла глаза. Ей никогда не приходилось иметь дело с космическими медиками, но она слышала о них. Они не хотели, чтобы их тепленькая рутина прерывалась. "Назови мне причину и время".

"Удушение". Ван постучал длинным пальцем по порочным отметинам на шее Матиаса. "Самоиндуцированный. Время смерти, я бы сказал, между десятью и одиннадцатью часами вечера в этот день, в этом месяце, в этом году ".

Она слабо улыбнулась. "Спасибо вам, доктор. На теле нет никаких других признаков насилия, поэтому я склоняюсь к вашему диагнозу самоубийства. Но я хочу результаты наркобизнеса. Давайте посмотрим, было ли это вызвано химическим путем. Вы лечили покойного от чего-нибудь?"

"Я не могу сказать, но он выглядит незнакомо. Конечно, у меня были бы его записи. По прибытии он пришел бы ко мне для стандартной диагностики ".

"Я тоже хочу это".

"Я сделаю все возможное, чтобы угодить вам, миссис Рорк".

Ее глаза сузились. "Даллас, лейтенант Даллас. Поторопись с этим, Ван." Она снова посмотрела на тело. Маленький человек, подумала она, худой, бледный. Мертв.

Поджав губы, она изучала лицо. Она видела, какие странные трюки смерть, особенно насильственная смерть, может проделывать с выражением лица, но она никогда не видела ничего подобного этой широкой, вытаращенной ухмылке. Это заставило ее содрогнуться.

Растрата, жалкая растрата такой юной жизни сделала ее невыносимо грустной.

"Возьми его с собой, Ван. Принеси мне отчеты. Вы можете перевести его основные документы на телемост в моем номере. Мне нужен ближайший родственник ".

"Несомненно". Он улыбнулся ей. "Лейтенант Рорк".

Она улыбнулась в ответ, показала зубы и решила, что не хочет играть в игру с именами. Встав, она положила руки на бедра, когда Ван приказал двум своим помощникам перенести тело.

"Ты находишь это забавным", - пробормотала она Рорку.

Он моргнул, сама невинность. "Что?"

"Лейтенант Рорк".

Рорк коснулся ее лица, потому что ему это было необходимо. "Почему бы и нет? Нам обоим не помешало бы немного комического облегчения ".

"Да, твой доктор Ван - это минутный смешок". Она смотрела, как доктор выплыл перед мертвым мальчиком на каталке. "Это выводит меня из себя. Меня это чертовски бесит".

"Это не такое уж плохое название".

"Нет". Она почти рассмеялась, когда потерла лицо руками. "Не это. Мальчик. Такой ребенок выбрасывает на ветер свои следующие сто лет жизни. Это выводит меня из себя ".

"Я знаю". Он протянул руку, чтобы погладить ее плечи. "Вы уверены, что это было самоубийство?"

"Никаких признаков борьбы. Никаких дополнительных оскорблений тела". Она пожала плечами под его руками. "Я возьму интервью у Картера и поговорю с некоторыми другими, но, как я это вижу, Дрю Матиас пришел домой, включил свет, музыку. Он выпил пару кружек пива, возможно, совершил виртуальное путешествие, съел несколько крендельков. Затем он вошел, сорвал простыни со своей кровати, сделал себе веревку, смастерил очень точную, профессиональную петлю ".

Она отвернулась, осматривая комнату, позволяя сцене проникнуть в ее голову. "Он снял свою одежду, отбросил ее в сторону. Он взобрался на стол. Вы можете видеть следы от его ног. Он привязал веревку к фонарю, вероятно, пару раз хорошенько дернул за нее, чтобы убедиться, что она надежно закреплена. Затем он просунул голову в петлю, использовал пульт, чтобы включить свет, и задушил себя до смерти ".

Она взяла пульт, который уже положила в сумку для улик. "Это не было бы быстро. Это медленное восхождение, недостаточное, чтобы красиво сломать ему шею, но он не сопротивлялся, не передумал. Если бы он это сделал, вы бы увидели царапины от его ногтей на шее и горле там, где он пытался вырваться ".

Рорк хмурит брови. "Но разве не было бы инстинктивно, непроизвольно поступить именно так?"

"Я не знаю. Я бы сказал, это зависело от того, насколько сильной была его воля, как сильно он хотел умереть. И почему. Возможно, он был под кайфом от наркотиков. Мы узнаем это достаточно скоро. Правильное сочетание химических веществ, разум не регистрирует боль. Возможно, он даже наслаждался этим ".

"Я не буду отрицать, что здесь бродят какие-то нелегалы. Невозможно регулировать и контролировать привычки и личный выбор каждого сотрудника ". Рорк пожал плечами и, нахмурившись, посмотрел на великолепную голубую люстру. "Матиас не производит впечатления человека, подходящего для постоянного, даже случайного пользователя".

"Люди - это постоянный сюрприз, и это бесконечное удивление, что они будут впрыскивать в свои кровеносные сосуды". Ева в свою очередь дернула своими плечами. "Я устрою в этом заведении стандартный прием для нелегалов и посмотрю, что смогу выяснить у Картера". Она откинула волосы назад рукой. "Почему бы тебе не вернуться наверх, немного поспать?"

"Нет, я останусь. Ева, - сказал он, прежде чем она смогла возразить, - ты назначила меня своим заместителем."

Это заставило ее слегка улыбнуться. "Любой приличный адъютант знал бы, что мне нужен кофе, чтобы пройти через это".

"Тогда я позабочусь, чтобы ты получил немного". Он обхватил ее лицо руками. "Я хотел, чтобы ты на некоторое время отошел от этого". Он отпустил ее и прошел в соседнюю кухню, чтобы посмотреть, готов ли ей кофе.

Ева вошла в спальню. Свет был приглушен, и Картер сидел на краю кровати, обхватив голову руками. Он резко выпрямился, когда услышал, как она вошла.

"Успокойся, Картер, ты еще не арестован". Когда его щеки побледнели, она села рядом с ним. "Извините, плохой юмор полицейского. Я записываю это, хорошо?"

"Да". Он тяжело сглотнул. "Хорошо".

"Даллас, лейтенант Ева, интервью с Картером - как ваше полное имя, Картер?"

"Ах, Джек. Джек Картер".

"Картер, Джек, по поводу оставленной без внимания смерти Матиаса, Дрю. Картер, вы делили номер десять тридцать шесть с покойным."

"Да, последние пять месяцев. Мы были друзьями ".

"Расскажи мне о сегодняшнем вечере. Во сколько ты вернулся домой?"

"Я не знаю. Около половины первого, я думаю. У меня было свидание. Я встречался кое с кем - Лизой Кардо - она один из ландшафтных дизайнеров. Мы хотели осмотреть развлекательный комплекс. Они показывали новое видео. После этого мы отправились в клуб Athena. Это открыто для сотрудников комплекса. Мы выпили пару раз, послушали музыку. Ей завтра рано вставать, так что мы не стали задерживаться. Я отвез ее домой ". Он слабо улыбнулся. "Пытался уговорить ее позволить мне подняться, но у нее ничего не было".

"Ладно, значит, ты завязал с Лизой. Ты пришел прямо домой?"

"Да. Она как раз в бунгало для персонала. Ей там нравится. Не хочет закрываться в гостиничном номере. Это то, что она говорит. На глиссаде требуется всего пара минут, чтобы вернуться сюда. Я поднялся." Он перевел дыхание, потер рукой сердце, как будто пытаясь успокоить его. "Дрю запер дверь. У него был пунктик по этому поводу. Некоторые из команды оставляют замки отключенными, но у Дрю было все это оборудование, и он был параноиком из-за того, что кто-то с ним возился ".

"Закодирована ли пластина на ладони для кого-либо, кроме вас двоих?"

"Нет".

"Хорошо, что потом?"

"Я видел его. Немедленно. Вот тогда я подошел к тебе ".

"АХ да. Когда ты в последний раз видел его живым?"

"Этим утром". Картер потер глаза, пытаясь представить себе нормальность происходящего. Свет, еда, невнятный разговор. "Мы немного позавтракали".

"Каким он был? Расстроен, подавлен?"

"Нет", - тогда глаза Картера сфокусировались и впервые оживились. "Это то, что я не могу уложить в голове. Он был в порядке. Он шутил, дергал меня за ниточку насчет Лизы, потому что я - ну, вы знаете - не забил гол. Мы подкалывали друг друга, просто дружеское дерьмо. Я сказал, что он так давно не забивал, что не узнал бы об этом, если бы забил. И почему он не нашел себе женщину и не пошел с нами сегодня вечером, чтобы посмотреть, как это было сделано ".

"Он с кем-нибудь встречался?"

"Нет. Он всегда говорил об этой малышке, на которой был помешан. Ее не было на станции. Младенец. Так он назвал ее. Он собирался использовать свой следующий свободный цикл, чтобы нанести ей визит. Он сказал, что у нее было все: мозги, красота, тело и непреодолимое сексуальное влечение. Почему он должен играть с меньшими моделями, когда у него есть современное оборудование?"

"Ты не знаешь ее имени?"

"Нет. Она была просто Малышкой. Честно говоря, я думаю, он ее выдумал. Знаешь, Дрю был не из тех, кого можно назвать детским материалом. И он стеснялся женщин и действительно увлекался фэнтезийными играми и своей автотроникой. Он всегда над чем-то работал ".

"А как насчет других друзей?"

"У него их было немного. Он был тихим среди многих людей, внутренним, понимаете?"

"Он использовал химикаты, Картер?"

"Конечно, твой основной стимулятор, если бы он работал всю ночь".

"Нелегалы, Картер. Употреблял ли он?"

"Дрю?" Его усталые глаза широко распахнулись. "Ни за что. Абсолютно ни за что. Он был настоящей стрелой, прямой, как стрела. Он не стал бы связываться с нелегалами, лейтенант. У него был хороший ум, и он хотел сохранить его таким. И он хотел сохранить свою работу, продвинуться. Тебя вышвыривают за такое дерьмо. Требуется только один раз для выборочной проверки ".

"Ты уверен, что знал бы, если бы он решил поэкспериментировать?"

"Ты знаешь кого-то, с кем общаешься пять месяцев". Глаза Картера снова погрустнели. "Ты привыкаешь к ним - привычкам и всему остальному. Как я уже сказал, он мало общался с другими людьми. Он был счастливее в одиночестве, возясь со своим оборудованием, погружаясь в свои ролевые программы ".

"Значит, одиночка внутренне".

"Да, это был его путь. Но он не был расстроен, у него не было депрессии. Он продолжал говорить, что наткнулся на что-то большое, на какую-то новую игрушку. Он всегда был увлечен новой игрушкой", - пробормотал Картер. "Только на прошлой неделе он сказал, что на этот раз собирается разбогатеть и дать Рорку возможность побороться за свои деньги".

"Рорк?"

"Он ничего такого не имел в виду", - быстро сказал Картер, защищая мертвых. "Ты должен понять, Рорк - для многих из нас - ну, он лед, понимаешь? Сплошной лед. Накапливающиеся кредиты, шикарная одежда, выдающиеся раскопки, сила плюс, сексуальная новая жена - - Он замолчал, покраснев. "Простите меня".

"Нет проблем". Позже она решит, была ли она удивлена или ошеломлена тем, что парень, которому едва исполнилось двадцать, счел ее сексуальной.

"Просто многие из нас, техников - ну, в общем, многие люди - вроде как стремятся. Рорк как воплощение. Дрю полностью восхищался им. У него были амбиции, миссис-лейтенант. У него были цели и планы. Зачем ему это делать?" Внезапно его глаза поплыли. "Зачем ему это делать?"

"Я не знаю, Картер. Иногда ты никогда не знаешь почему ".

Она привела его обратно, вела его до конца, пока у нее не появилась фотография Дрю Матиаса, которая застывала. Час спустя ей ничего не оставалось, как составить отчет для того, кого перевезут, чтобы закрыть дело.

Она прислонилась к зеркальной стене лифта, когда они с Рорком возвращались в пентхаус. "Это была хорошая мысль - поместить его в другую комнату на другом этаже. Возможно, сегодня ночью он будет лучше спать ".

"Он будет лучше спать, если примет транквилизаторы. Как насчет тебя? Ты будешь спать?"

"Да. Я бы передал это легче, если бы у меня был проблеск того, что его беспокоило, что толкнуло его на это." Она вышла в коридор, подождала, пока Рорк отключит охрану в их номере. "У меня сложилась картина среднестатистического технического ботаника с грандиозными устремлениями. Стесняется женщин, погружается в фантазии. Счастлив в своей работе". Она подняла плечи. "Не было никаких входящих или исходящих звонков по его "линку ", никаких отправленных или полученных электронных писем, никаких сообщений, записанных, и охрана на двери была включена в тысячу шестьсот часов Матиасом, отключена в ноль тридцать три Картером. У него не было никаких посетителей, он никуда не выходил. Он просто устроился на вечер, а потом повесился ".

"Это не убийство".

"Нет, это не убийство". Стало ли от этого лучше, задавалась она вопросом, или хуже? "Некого винить, некого наказывать. Просто мертвый ребенок. Жизнь, потраченная впустую". Она внезапно повернулась к нему, крепко обняв его. "Рорк, ты изменил мою жизнь".

Удивленный, он приподнял ее лицо. Ее глаза были не влажными, а сухими, яростными и гневными. "Что это?"

"Ты изменил мою жизнь", - снова сказала она. "По крайней мере, часть этого. Я начинаю понимать, что это лучшая часть всего этого. Я хочу, чтобы ты знал это. Я хочу, чтобы ты помнил, что, когда мы вернемся и все войдет в рутину, если я забуду сообщить тебе, что я чувствую или что я думаю, или как много ты для меня значишь ".

Тронутый, он прижался изогнутыми губами к ее лбу. "Я не позволю тебе забыть. Иди в постель. Ты устал".

"Да, это я". Она откинула волосы с лица, когда они направились в спальню. Осталось меньше сорока восьми часов, вспомнила она. Она не позволила бы бесполезной смерти омрачить последние часы их медового месяца.

Она наклонила голову, ее ресницы затрепетали. "Знаешь, Картер считает меня сексуальной".

Рорк остановился. Он сузил глаза. "Прошу прощения?"

О, ей нравилось, когда этот мелодичный ирландский голос становился высокомерным. "Ты лед", - продолжила она, покачивая головой на напряженных плечах и расстегивая рубашку.

"Это я? Действительно ли я?"

"Сплошной лед, который, как сказала бы Мэвис, магический. И одна из причин, по которой ты лед, на случай, если тебе интересно, заключается в том, что у тебя новая сексуальная жена ".

Обнаженная по пояс, она села на кровать и стянула туфли. Она бросила на него быстрый взгляд и увидела, что он засунул руки в карманы и ухмыляется. Ее губы тоже изогнулись. Было очень приятно улыбаться.

"Итак, ледяной человек", - она склонила голову набок, приподняв бровь, - "что ты собираешься делать со своей новой сексуальной женой?"

Рорк провел языком по зубам, затем шагнул вперед. "Почему бы мне не продемонстрировать?"

***

Она думала, что так будет лучше, если ее столкнут с обратным путешествием, швырнут в космос, как детский лучевой мяч. Она была неправа.

Ева спорила, используя то, что она считала очень логичными причинами, почему она не должна садиться в личный транспорт Рорка.

"Я не хочу умирать".

Он посмеялся над ней, отчего у нее загорелись глаза, затем он просто подхватил ее на руки и отнес на борт. "Я не останусь". Ее сердце затрепетало в груди, когда он вошел в обитую плюшем каюту. "Я серьезно. Тебе придется вырубить меня, чтобы заставить остаться в этой летающей смертельной ловушке ".

"Ммм-хм". Он выбрал широкое кресло в форме ковша из маслянисто-черной кожи, усадил ее к себе на колени и, быстро двигаясь, пристегнул ремнями, зафиксировав ее руки, чтобы ограничить возможные репрессии.

"Привет. Прекрати это ". В панике она боролась, извивалась, ругалась. "Выпусти меня. Отпусти меня".

Ее упругая попка, покачивающаяся у него на коленях, дала ему четкую подсказку относительно того, как он намеревался провести первые часы поездки. "Взлетайте, как только получите разрешение", - приказал Рорк пилоту, затем улыбнулся стюардессе. "Какое-то время ты нам не понадобишься", - сказал он ей и защелкнул замки на дверях каюты в тот момент, когда она незаметно вышла.

"Я собираюсь причинить тебе боль", - пообещала Ева. Когда она услышала гул работающих двигателей, почувствовала слабую вибрацию под ногами, которая сигнализировала о скором взлете, она всерьез подумывала о том, чтобы перегрызть зубами ремни безопасности. "Я не буду этого делать", - сказала она определенно. "Я этого не делаю. Скажи ему, чтобы прервал ".

"Слишком поздно". Он обхватил ее руками, уткнулся носом в шею. "Расслабься, Ева. Поверь мне. Здесь ты в большей безопасности, чем когда едешь через центр города ".

"Чушьсобачья. О Боже." Она крепко зажмурилась, когда двигатель издал мощный рев. Шаттл, казалось, устремился прямо вверх, оставив ее животом шлепаться на землю внизу. Джи хлопнул ее по спине, прижимая к Рорку.

Она едва дышала к тому времени, когда поездка выровнялась, и она обнаружила, что давление в ее груди было вызвано тем фактом, что она задерживала дыхание. Она со свистом выдохнула, затем втянула воздух, как ныряльщик, всплывающий с большой глубины.

Она все еще была жива, сказала она себе. И это было нечто. Теперь ей придется убить его. Именно тогда она поняла, что не только сама была расстегнута, но и ее рубашка была расстегнута, а его руки были на ее груди.

"Если ты думаешь, что мы займемся сексом после тебя - "

Он просто развернул ее лицом к себе. Она уловила блеск юмора и похоти в его глазах как раз перед тем, как его рот коварно сомкнулся на ее груди.

"Ты ублюдок". Но она рассмеялась, когда удовольствие пронзило ее, и она сложила руки чашечкой у него за головой, чтобы подтолкнуть его к этому.

Она никогда бы не приняла как должное то, что он мог сделать с ней, сделать для нее. Эти дикие потоки удовольствия, его медленное, волнующее скольжение. Она прижалась к нему, позволив себе забыть обо всем, кроме того, как его зубы покусывали, его язык облизывал.

Так это она потянула его на толстый, мягкий ковер, она притянула его рот к своему. "Внутри меня". Она потянула его за рубашку, желая ощутить эту твердую, мускулистую плоть под своими руками. "Я хочу, чтобы ты был внутри меня".

"У нас еще есть несколько часов". Он снова опустился к ее грудям, таким маленьким, таким твердым, уже теплым от его рук. "Мне нужно попробовать тебя".

Он сделал, щедро. Тонкое разнообразие вкусов, от рта к горлу, от горла к плечу, от плеча к груди. Он пробовал с нежностью, с утонченностью, со спокойной сосредоточенностью, сосредоточенной на взаимном удовольствии.

Он почувствовал, как она начала дрожать под его руками и ртом.

Ее кожа стала влажной, когда он добрался до ее живота, стягивая брюки, прокладывая путь между ее бедер. Его язык скользнул там, заставив ее застонать. Ее бедра выгнулись для него, даже когда он обхватил их, приподнял, раскрывая ее. Когда его язык лениво скользнул в жар, он почувствовал, как ее пронзил первый оргазм.

"Еще". Теперь, жадный, он пожирал. Она отпустила бы ради него, как ни ради кого другого, он знал. Она потеряет себя в том, что они создали вместе.

Когда она содрогалась, когда ее руки безвольно лежали на ковре, он скользнул вверх по ее телу, проскользнул в нее. Совокуплялись.

Ее глаза распахнулись, встретились с его. Концентрация - вот что она увидела там. Абсолютный контроль. Она хотела, нуждалась в том, чтобы уничтожить это, знать, что она могла, как он мог уничтожить ее.

"Еще", - настаивала она, обвивая ногами его талию, чтобы принять его глубже. Она увидела блеск в его глазах, глубокую, темную потребность, которая жила внутри него, и, притянув его рот к своему, прикусив зубами эти красиво очерченные губы, она задвигалась под ним.

Он запустил руки в ее волосы, его дыхание участилось, когда он вонзился в нее, сильнее, быстрее, пока ему не показалось, что его сердце разорвется от ярости этого. Она соответствовала ему, удар за ударом, толчок за толчком, эти короткие, ненакрашенные ногти впивались в его спину, плечи, бедра. Восхитительные маленькие укусы боли.

Он почувствовал, как она снова кончила, неистовое сокращение ее мышц охватило его, как слава. Опять же, это было все, о чем он мог думать. Снова, и снова, и снова, когда он вонзался в нее, заглатывая ее вздохи и стоны, содрогаясь от волнующего звука влажного шлепка плоти о плоть.

Он почувствовал, как ее тело снова напряглось, приближаясь к пику. Когда этот долгий, низкий, хриплый стон сорвался с ее губ, он зарылся лицом в ее волосы и одним последним толчком опустошил себя.

Он рухнул на нее, его разум был затуманен, сердце громыхало. Она была безвольной, как вода, под ним, если бы не ярость ее сердца против его.

"Мы не можем продолжать в том же духе", - выдавила она через мгновение. "Мы убьем друг друга".

Ему удалось хрипло рассмеяться. "В любом случае, мы умрем достойно. Я хотел немного больше романтики - немного вина и музыки, чтобы завершить медовый месяц ". Он поднял голову, улыбнулся ей сверху вниз. "Но это тоже сработало".

"Это не значит, что я все еще не зол на тебя".

"Естественно. У нас был один из наших лучших занятий сексом, когда ты злился на меня ". Он зажал зубами ее подбородок, провел языком по небольшой вмятине в центре. "Я обожаю тебя, Ева".

Пока она привыкала к этому, как делала всегда, он откатился, легко поднялся на ноги и голым подошел к зеркальной консоли между двумя креслами. Он положил на нее ладонь, и дверь скользнула в сторону. "У меня есть кое-что для тебя".

Она с подозрением посмотрела на бархатную коробочку. "Ты не обязан дарить мне подарки. Ты знаешь, что я не хочу, чтобы ты ".

"Да. Это вызывает у тебя дискомфорт и неловкость ". Он ухмыльнулся. "Возможно, именно поэтому я это делаю". Он сел рядом с ней на пол, протянул ей коробку. "Открой это".

Она представляла, что это будут украшения. Он, казалось, преуспевал в украшении ее тела: бриллиантами, изумрудами, золотыми нитями, которые ошеломляли ее и вызывали чувство неловкости. Но когда она открыла его, она увидела только простой белый цветок.

"Это цветок?"

"Из твоего свадебного букета. Я лечил это".

"Петуния". Она обнаружила, что у нее на глазах выступили слезы, когда она доставала его из коробки. Простой, базовый, заурядный, такой, который мог бы расти в любом саду. Лепестки на ощупь были мягкими, влажными и свежими.

"Это новый процесс, над которым работает одна из моих компаний. Сохраняется без изменения основной текстуры. Я хотел, чтобы это было у тебя." Он накрыл ее руку своей. "Я хотел, чтобы это было у нас обоих, чтобы мы могли помнить, что некоторые вещи длятся вечно".

Она подняла на него глаза. Они оба произошли от страданий, подумала она, и пережили это. Их сблизили насилие и трагедия, и они преодолели это. Они шли разными путями и нашли общий маршрут.

Некоторые вещи длятся вечно, подумала она. Некоторые обычные вещи. Как любовь.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Три недели ничего не изменили в полицейском управлении. Кофе по-прежнему был ядовитым, шум отвратительным, а вид из ее убогого окна по-прежнему был жалким.

Она была взволнована возвращением.

Копы из ее подразделения договорились, что ее будет ждать сообщение. Поскольку он лукаво мигал на ее мониторе, когда она вошла, она решила, что должна поблагодарить своего старого приятеля Фини, электронщика, за то, что он обошел ее код.

С ВОЗВРАЩЕНИЕМ, лейтенант ЛАВДЖОЙ

Хабба-хабба

Хабба-хабба? Она фыркнула от смеха. Возможно, юмор второкурсников, но это заставляло ее чувствовать себя как дома.

Она окинула взглядом беспорядок на своем столе. У нее не было времени ничего прояснить между неожиданным закрытием дела во время ее мальчишника и днем ее свадьбы. Но она заметила аккуратно запечатанный диск с грамотной надписью, лежащий поверх ее стопки старых работ.

Это, должно быть, дело рук Пибоди, заключила Ева. Вставив диск в свое настольное устройство, она выругалась один раз и хлопнула по дисководу, чтобы избавиться от раздражающей икоты, которую он издавал, и увидела, что всегда надежная Пибоди действительно написала отчет об аресте, зарегистрировала его.

Это не могло, размышляла Ева, даться ей легко. Не тогда, когда она делила постель с обвиняемым.

Ева снова взглянула на старую работу, поморщилась. Она могла видеть, что в течение следующих нескольких дней у нее были назначены свидания в суде, набитые и уложенные друг на друга слоями. Жонглирование расписанием, которое ей пришлось сделать, чтобы удовлетворить требование Рорка о трехнедельном отъезде, имело свою цену. Пришло время расплачиваться.

Что ж, он тоже неплохо жонглировал, напомнила она себе. И теперь я вернулся к работе и реальности. Вместо того, чтобы просматривать дела, по которым ей вскоре предстояло давать показания, она нажала на свою ссылку и запустила поиск офицера Пибоди.

Знакомое серьезное лицо с темным шлемом волос промелькнуло на ее мониторе. "Сэр. С возвращением".

"Спасибо тебе, Пибоди. В мой кабинет, пожалуйста. КАК МОЖНО СКОРЕЕ".

Не дожидаясь ответа, Ева выключила устройство и улыбнулась про себя. Она позаботилась о том, чтобы Пибоди перевели в отдел по расследованию убийств. Теперь она намеревалась пойти немного дальше. Она снова включила 'связь.

"Лейтенант Даллас. Свободен ли командир?"

"Лейтенант". Секретарь командующего лучезарно улыбнулся ей. "Как прошел ваш медовый месяц?"

"Это было очень приятно". Она почувствовала быстрый прилив жара от блеска в глазах женщины. Хабба-хабба позабавил ее. От этого мечтательного взгляда ей захотелось поежиться. "Спасибо тебе".

"Вы были прекрасной невестой, лейтенант. Я видел фотографии, и было несколько выпусков новостей об этом событии, и каналы сплетен были полны этим. Мы тоже видели клипы с тобой в Париже. Это выглядело так романтично".

"Да". Цена славы, подумала Ева. И Рорк. "Это было... приятно. А, командир?"

"О, конечно. Пожалуйста, одну минуту".

Когда аппарат зажужжал, Ева закатила глаза. Она могла смириться с тем, что находится в центре внимания, но она никогда не собиралась наслаждаться этим.

"Даллас". Ухмылка коммандера Уитни была шириной в акр, и у него было странное выражение на его жестком, темном лице. "Ты выглядишь... что ж."

"Благодарю вас, сэр".

"Вам понравился ваш медовый месяц?"

Господи, подумала она, когда кто-нибудь собирался спросить, понравилось ли ей, когда ее трахали по всему миру и в открытом космосе? "Да, сэр. Спасибо. Я полагаю, вы уже прочитали отчет офицера Пибоди о закрытии дела Пандоры."

"Да, очень полный. ПА выжимает максимум из Касто. Вы были близки к этому, лейтенант."

Она очень хорошо осознавала, как близко подошла к тому, чтобы пропустить не только день своей свадьбы, но и всю оставшуюся жизнь. "Больно, когда это другой полицейский", - сказала она. "Я был в спешке, сэр, и у меня было время только для того, чтобы дать вам свою рекомендацию относительно перевода Пибоди на постоянной основе в мое подразделение. Ее помощь в этом вопросе и в других была бесценной ".

"Она хороший полицейский", - согласилась Уитни.

"Я согласен. У меня есть просьба, коммандер."

Пять минут спустя, когда Пибоди вошла в свой битком набитый офис, Ева откинулась на спинку стула, просматривая данные на своем мониторе. "У меня суд через час", - сказала Ева без предисловий. "По делу Сальватори. Что ты знаешь об этом, Пибоди?"

"Вито Сальватори судят за многочисленные убийства с добавлением пыток. Он является предполагаемым распространителем незаконных веществ и обвиняется в убийстве трех других известных дилеров Zeus и TRL. Жертвы были сожжены заживо в небольшом меблированном доме в Нижнем Ист-Сайде прошлой зимой - после того, как им вырезали глаза и языки. Ты был первичен".

Пибоди как ни в чем не бывало процитировала данные, стоя по стойке смирно в своей форменной форме.

"Очень хорошо, офицер. Вы читали отчет о моем аресте по этому делу?"

"Да, лейтенант, я это сделал".

Ева кивнула. Аэробус прогрохотал за окном, извергая шум и вытесняя воздух. "Тогда вы знаете, что перед тем, как я связал Сальватори, я сломал ему левую руку в локте, челюсть и выбил несколько зубов. Его адвокаты попытаются поджарить меня за применение чрезмерной силы ".

"Им придется несладко из-за этого, сэр, поскольку он пытался сжечь здание вокруг вас, когда вы загнали его в угол. Если бы ты не удержал его любым возможным способом, он был бы поджарен. Так сказать."

"Ладно, Пибоди. Мне нужно просмотреть это и несколько других до конца недели. Мне нужно, чтобы все дела из моего расписания судебных заседаний были загружены и сокращены. Вы можете встретиться со мной с запрошенными данными через тридцать минут, у восточного выхода ".

"Сэр. Я на задании. Детектив Крауч поручил мне проверить данные о регистрации транспортных средств ". Только легкая насмешка в ее голосе указывала на то, что Пибоди думает о Крауче и задании мусорщика.

"Я разберусь с Краучем. Командир удовлетворил мой запрос. Ты назначен ко мне. Так что оставь всю черную работу, которую на тебя свалили, и включай свою задницу в работу ".

Пибоди моргнула. "Приписан к вам, сэр?"

"У тебя ухудшился слух, пока меня не было?"

"Нет, сэр, но - "

"Ты неравнодушен к Краучу?" Еве было приятно видеть, как у Пибоди отвисает челюсть от серьезности.

"Ты шутишь? Он- - Она осеклась, напряглась. "Вряд ли он в моем вкусе, лейтенант. Я полагаю, что усвоил урок о романтических привязанностях на работе ".

"Не кори себя за это, Пибоди. Мне тоже понравился Касто. Ты проделал адскую работу над этим ".

Слышать это помогло, но рана все еще была свежей. "Спасибо вам, лейтенант".

"Вот почему ты теперь приставлен ко мне в качестве моего постоянного помощника. Вам нужен значок детектива, офицер?"

Пибоди знала, что ей дается: возможность, подарок из ниоткуда. Она на мгновение закрыла глаза, пока не взяла свой голос под контроль. "Да, сэр, верю".

"Хорошо. Ты будешь надрывать свою задницу ради этого. Получите данные, которые я запросил, и давайте двигаться ".

"Немедленно". У двери Пибоди остановилась, обернулась. "Я очень благодарен за шанс, который ты мне даешь".

"Не будь. Ты это заслужил. И если ты облажаешься, я загоню тебя в пробку." Ева тонко улыбнулась. "Воздушное движение".

***

Свидетельские показания в суде были частью работы, и поэтому, напомнила себе Ева, здесь были проныры высокого класса, такие как С. Т. Фицхью, адвокат защиты. Он был ловким и сообразительным, человеком, который защищал самых низких из подонков - до тех пор, пока у них были кредиты. Его успех в оказании помощи наркобаронам, убийцам и насильникам в ускользании из-под власти закона был таков, что он мог легко позволить себе костюмы кремового цвета и обувь ручной работы, которые ему нравились.

Он выглядел эффектно в зале суда, его кожа цвета тающего шоколада составляла прекрасный контраст с мягкими цветами и тканями, которые он обычно носил. Его вытянутое, эстетичное лицо было гладким, как шелк его пиджака, благодаря трехразовым еженедельным процедурам в Adonis, лучшем в городе салоне красоты для мужчин. Его фигура была подтянутой - узкой в бедрах, широкой в плечах - а голос был глубоким, сочным баритоном оперного певца.

Он обхаживал прессу, общался с криминальной элитой, владел собственной реактивной звездой.

Презирать его было одним из маленьких удовольствий Евы.

"Позвольте мне попытаться составить ясную картину, лейтенант". Фицхью поднял руки, сведя большие пальцы вместе, чтобы сформировать скобу. "Четкая картина обстоятельств, которые привели к тому, что вы напали на моего клиента в его офисе".

Прокурор возразил. Фицхью любезно перефразировал. "Вы, лейтенант Даллас, нанесли моему клиенту серьезные телесные повреждения в ту ночь, о которой идет речь".

Он оглянулся на Сальватори, который по этому случаю облачился в простой черный костюм. Следуя совету своего адвоката, он пропустил последние три месяца косметических процедур для восстановления молодости. В его волосах была седина, лицо и тело обвисли. Он выглядел старым, беззащитным.

Ева представила, что присяжные сравнили бы молодого, подтянутого полицейского с хрупким стариком.

"Мистер Сальватори оказал сопротивление при аресте и попытался поджечь катализатор. Было необходимо обуздать его".

"Чтобы обуздать его?" Фицхью медленно отошел назад, прошел мимо дроида-регистратора, двинулся вдоль скамьи присяжных, увлекая за собой одну из шести автоматических камер, и положил поддерживающую руку на худое плечо Сальватори. "Вам пришлось удерживать его, и это ограничение привело к перелому челюсти и раздробленной руке".

Ева бросила взгляд в сторону присяжных. Несколько членов комиссии выглядели чересчур сочувствующими. "Это верно. Мистер Сальватори отклонил мою просьбу покинуть здание - и положить тесак и ацетиленовую горелку, которые были у него".

"Вы были вооружены, лейтенант?"

"Я был".

"И вы носите стандартное оружие, выдаваемое сотрудникам полиции Нью-Йорка?"

"Я верю".

"Если, как вы утверждаете, мистер Сальватори был вооружен и оказывал сопротивление, почему вы не применили принятый электрошок?"

"Я промахнулся. Мистер Сальватори чувствовал себя довольно бодро в тот вечер ".

"Я понимаю. За десять лет службы в полиции, лейтенант, сколько раз вы считали необходимым применить максимальную силу? Чтобы покончить с собой?"

Ева проигнорировала дрожь в животе. "Три раза".

"Трое?" Фитцхью позволил слову повиснуть, пусть присяжные изучат женщину в кресле свидетеля. Женщина, которая убила. "Не слишком ли высокое соотношение? Не скажете ли вы, что этот процент указывает на склонность к насилию?"

Прокурор вскочил на ноги, с горечью возражая, переходя к стандартной фразе о том, что свидетель не был на суде. Но, конечно, она была, подумала Ева. Копы всегда были под судом.

"Мистер Сальватори был вооружен", - хладнокровно начала Ева. "У меня был ордер на его арест по обвинению в убийстве трех человек с применением пыток. Три человека, у которых были вырезаны глаза и языки перед тем, как их подожгли, и за это преступление мистер Сальватори сейчас обвиняется в этом зале суда. Он отказался сотрудничать, метнув тесак мне в голову, что сбило мою цель. Затем он атаковал, повалив меня на землю. Я полагаю, что его слова были: "Я собираюсь вырезать твое сердце полицейской сучки", и в это время мы вступили в рукопашную. В тот момент я сломал ему челюсть, выбил несколько зубов, а когда он замахнулся факелом в мою сторону, я сломал ему чертову руку ".

"И вам это понравилось, лейтенант?"

Она прямо посмотрела Фицхью в глаза. "Нет, сэр, я этого не делал. Но мне нравилось оставаться в живых ".

***

"Слизь", - пробормотала Ева, забираясь в свой автомобиль.

"Он не избавит Сальватори". Пибоди устроилась поудобнее и, чтобы избавиться от запертого внутри печного тепла, поиграла с блоком контроля температуры "Доказательства слишком очевидны. И ты не позволил ему встряхнуть тебя ".

"Да, я сделал". Ева провела рукой по волосам, затем влилась в послеполуденное движение в центре города. Улицы были настолько забиты, что заставили ее стиснуть зубы, но небо над головой было испещрено аэробус-ми, туристическими фургонами и пассажирами, прибывшими в полдень. "Мы хромаем вперед, убирая с улиц таких придурков, как Сальватори, а люди вроде Фицхью сколачивают состояния, уводя их обратно". Она дернула плечом. "Иногда это выводит меня из себя".

"Кто бы ни вытаскивал их обратно, мы все равно хромаем и снова вставляем их обратно".

Усмехнувшись, Ева взглянула на своего спутника. "Ты оптимистка, Пибоди. Интересно, как долго это продлится. Я собираюсь сделать крюк, прежде чем мы снова войдем в систему, - сказала она, импульсивно меняя направление. "Я хочу выпустить из своих легких воздух этого зала суда".

"Лейтенант? Я не был нужен тебе сегодня в суде. Почему я был там?"

"Если ты идешь за этим детективным щитом, Пибоди, тебе нужно видеть, с чем ты столкнешься. Это не просто убийцы, воры и наркоманы. Это адвокаты ".

Ее не удивило, что улицы забиты машинами, а парковки не существует. Философски рассуждая, Ева сунула нос в незаконную зону, включила дежурный свет.

Выходя из машины, она бросила на хастлера на глиссаде мягкий взгляд. Он ухмыльнулся, нахально подмигнул, затем унесся в сторону более благоприятной обстановки.

"В этом районе полно жуликов, дилеров и проституток без лицензии", - непринужденно сказала Ева. "Вот почему я люблю это". Она открыла дверь в клуб Down and Dirty, вошла внутрь, чтобы проветрить помещение, насыщенное кислыми запахами дешевой выпивки и плохой еды.

Комнаты уединения вдоль одной стены были открыты, из них выветривался мускусный запах несвежего секса.

Это было заведение, которому нравилось быть чернухой и которое просто обходило грань законов о здоровье и приличиях. Голографическая группа занимала сцену и вяло играла для небольшого количества незаинтересованных посетителей.

Мэвис Фристоун сидела в изолированной кабинке в задней части зала, ее волосы били пурпурным фонтаном, два лоскутка светящейся серебристой ткани были стратегически накинуты на ее маленькое, дерзкое тело. По тому, как двигались ее губы, как вращались бедра, Ева была уверена, что она репетировала один из своих самых интересных вокалов.

Ева подошла к стеклу, ожидая, пока закатившиеся глаза Мэвис обведут вокруг и остановятся на ней. Рот Мэвис, такого же жгучего фиолетового цвета, как и ее волосы, округлился в огромный круг восторга. Она исполнила быстрый буги-вуги, затем толкнула дверь, открывая ее. Оглушительный взрыв визжащих гитар вырвался из кабинки вместе с ней.

Мэвис бросилась в объятия Евы, и хотя она кричала, Ева расслышала только каждое второе слово из-за грохочущей музыки.

"Что?" Смеясь, Ева захлопнула дверь, вытряхнув эхо из головы. "Господи, Мэвис, что это было?"

"Мой новый номер. Это лишит их сознания ".

"Я верю в это".

"Ты вернулся". Мэвис наградила Еву двумя чмокающими и неизбежными поцелуями. "Давайте присядем. Давайте выпьем. Расскажи мне каждую деталь. Ничего не упускай. Привет, Пибоди. Чувак, разве ты не паришься в этой форме?"

Она потащила Еву к липкому столу, открыла меню. "Чего ты хочешь? Это на моей совести. Крэк платит мне довольно прилично за пару концертов в неделю, которые я здесь провожу. Он будет потрясен тем, что скучал по тебе. О, я так рад тебя видеть. Ты выглядишь потрясающе. Ты выглядишь счастливым. Разве она не потрясающе выглядит, Пибоди? Секс - это так, типа, терапевтически, верно?"

Ева снова рассмеялась, зная, что она пришла только за этим. Бессмысленное развлечение. "Всего лишь пару стаканчиков шипучей воды, Мэвис. Мы на службе".

"О, как будто кто-то здесь собирается донести на тебя. Расстегни немного эту униформу, Пибоди. Мне становится жарко от одного взгляда на тебя. Как прошел Париж? Каким был остров? Как прошел курорт? Он везде выебал тебе мозги?"

"Красиво, замечательно, интересно, и да, он сделал. Как Леонардо?"

Глаза Мэвис стали мечтательными. Она улыбнулась и ткнула ногтем с серебряным наконечником в панель меню. "Он потрясающий. Совместное проживание лучше, чем я думал, что это будет. Он разработал этот костюм для меня ".

Ева изучала тонкие серебристые бретельки, которые почти прикрывали аккуратные яблочные груди Мэвис. "Ты так это называешь?"

"Видишь, у меня появился этот новый номер. О, мне так много нужно тебе сказать." Она схватила шипучую воду, когда та пролилась через щель. "Я не знаю, с чего начать. Есть один парень, этот музыкальный инженер. Я работаю с ним. Мы записываем диск, полностью обработанный Eve. Он уверен, что сможет этим торговать. Он великолепен, Джесс Бэрроу. Пару лет назад он блистал своим собственным материалом. Может быть, вы слышали о нем ".

"Нет". Ева знала, что для женщины, которая большую часть своей жизни прожила на улице, Мэвис оставалась потрясающе наивной в некоторых вопросах. "Сколько ты ему платишь?"

"Все не так". Губы Мэвис надулись. "Я, конечно, должен выплатить гонорар за запись. Вот как это работает; и если мы попадем, он заберет шестьдесят процентов за первые три года. После этого мы пересматриваем условия ".

"Я слышала о нем", - прокомментировала Пибоди. Она расстегнула пуговицу на воротнике - дань ее любви к Мэвис. "Пару лет назад у него была пара крупных хитов, и он был связан с Кассандрой". Увидев выгнутую бровь Евы, она пожала плечами. "Певец, ты знаешь".

"Ты любитель музыки, Пибоди? Ты никогда не перестаешь меня удивлять ".

"Я люблю слушать мелодии", - пробормотала Пибоди в свою шипучую воду. "Как любой другой".

"Что ж, связь с Кассандрой прервана", - весело сказала Мэвис. "Он искал нового вокалиста. И это я".

Еве стало интересно, что еще он мог искать. "Что думает Леонардо?"

"Он думает, что это мэг. Ты должна прийти в студию, Ева, застать нас в действии. Джесс - признанный гений ".

Она намеревалась застать их в действии. Список людей, которых любила Ева, был очень коротким. И Мэвис была на нем.

Она подождала, пока не вернулась в машину с Пибоди, направляясь в полицейское управление. "Сделай заказ на Джесс Бэрроу, Пибоди".

Без удивления Пибоди достала свой дневник, включила порядок. "Мэвис это не понравится".

"Ей не обязательно знать, не так ли?"

Ева обогнула тележку, предлагающую замороженные фрукты на палочке, затем свернула на Десятую улицу, где автоматические отбойные молотки снова разрывали улицу. Над головой рекламный дирижабль рекламировал специальное предложение для покупателей в Bloomingdale's. Предсезонная распродажа зимних пальто в отделе мужской, женской одежды и унисекс со скидкой двадцать процентов. Такая сделка.

Она заметила мужчину в плаще, ковыляющего к трем девушкам, и вздохнула.

"Черт. Вот и Клевис".

"Клевис?"

"Это его территория", - просто сказала Ева, въезжая в зону погрузки. "Я раньше делал этот дрэг, когда был в форме. Он был рядом в течение многих лет. Давай, Пибоди, давай пощадим маленьких детей ".

Она ступила на тротуар, обогнув пару мужчин, спорящих о бейсболе. По их запаху она решила, что они слишком долго стояли на жаре и спорили. Она крикнула один раз, но отбойные молотки заглушили ее голос. Смирившись, она ускорила шаг и перехватила Клевиса прежде, чем он добрался до ничего не подозревающих розовощеких девушек.

"Привет, Клевис".

Он моргнул, глядя на нее сквозь бледные линзы солнцезащитных средств. Его волосы были песочно-белыми и вьющимися вокруг лица, невинного, как у херувима. Ему было восемьдесят, если он был днем. " Даллас. Привет, Даллас. Я не видел тебя в "большой голубой луне"." Он сверкнул большими белыми зубами, оценивая Пибоди. "Кто это?"

" Пибоди, это Клевис. Клевис, ты же не собираешься беспокоить этих маленьких девочек, правда?"

"Нет, черт, не-а. Я не собирался их беспокоить." Он пошевелил бровями. "Я просто собирался показать им, вот и все".

"Ты не хочешь этого делать, Клевис. Ты должен попасть внутрь, подальше от этой жары ".

"Я люблю горячее". Он издал хриплый смешок. "Вот они идут", - сказал он со вздохом, когда трио девушек, смеясь, побежало через улицу. "Думаю, я не смогу показать их сегодня. Я покажу тебе".

"Клевис, не - " Затем Ева тяжело вздохнула. Он уже разорвал свой плащ. Под ним он был обнажен, если не считать ярко-синего банта, празднично повязанного вокруг его увядшего члена. "Очень мило, Клевис. Это хороший цвет для тебя. Соответствует твоим глазам". Она дружески положила руку ему на плечо. "Давай прокатимся, хорошо?"

"Окидоки. Тебе нравится синий, Пибоди?"

Пибоди торжественно кивнула, открывая заднюю дверь квартиры, помогая ему забраться внутрь. "Синий - мой любимый цвет". Она закрыла дверь автомобиля, встретилась со смеющимися глазами Евы. "С возвращением, лейтенант".

"Хорошо вернуться, Пибоди. В целом, приятно вернуться ".

***

Также было хорошо вернуться домой. Ева проехала через высокие железные ворота, которые охраняли возвышающуюся крепость. Теперь это было меньшим потрясением - скользить по извилистой подъездной дорожке через ухоженные лужайки и цветущие деревья к элегантному дому из камня и стекла, где она теперь жила.

Контраст между тем, где она работала и где жила, больше не казался таким резким. Здесь было тихо - такую тишину в огромном городе могли позволить себе только очень богатые. Она могла слышать пение птиц, видеть небо, вдыхать сладкий аромат свежескошенной травы. В нескольких минутах, всего в нескольких минутах, была переполненная, шумная, потеющая масса Нью-Йорка.

Здесь, как она предположила, было убежище. Как для Рорка, так и для себя.

Две потерянные души. Он когда-то называл их так. Она задавалась вопросом, перестали ли они быть потерянными, когда нашли друг друга.

Она оставила свою машину у главного входа, зная, что ее потрепанный кузов и безвкусная форма оскорбят Соммерсета, заядлого дворецкого Рорка. Было несложно переключить его на автоматический режим, разослать по дому и вставить в гнездо, отведенное для ее устройства в гараже, но она наслаждалась своими мелкими подколками, когда дело касалось Соммерсета.

Она открыла дверь и обнаружила его стоящим в большом фойе с сопением в носу и насмешкой на губах.

"Лейтенант, ваша машина неприглядна".

"Эй, это городская собственность". Она наклонилась, чтобы поднять толстого кота со странными глазами, который пришел поприветствовать ее. "Ты не хочешь, чтобы это было там, убери это сам".

Она услышала, как по коридору прокатилась трель смеха, и приподняла бровь. "Компания?"

"Действительно". Своим неодобрительным взглядом Соммерсет окинул ее увядшую рубашку и брюки, скользнул по оружейной сбруе, все еще пристегнутой к ее боку. "Я предлагаю тебе принять ванну и переодеться перед встречей с твоими гостями".

"Я предлагаю тебе поцеловать меня в задницу", - весело сказала она и прошла мимо него.

В главном салоне, заполненном сокровищами, которые Рорк собрал со всей известной Вселенной, происходила элегантная, интимная вечеринка. Глянцевые канапе элегантно стояли на серебряных подносах, бледно-золотое вино наполняло сверкающий хрусталь. Рорк был темным ангелом в том, что он счел бы повседневной одеждой. Черная шелковая рубашка с расстегнутым воротом, идеально сидящие черные брюки, стянутые ремнем, поблескивающим серебром на пряжке, идеально подходили ему, делали его таким, каким он был: богатым, великолепным, опасным.

Только одна пара присоединилась к нему в просторной комнате. Этот человек был настолько же ярким, насколько Рорк был темным. Длинные золотистые волосы ниспадали на плечи под облегающим синим жакетом. Лицо было квадратным и красивым, с губами, чуть слишком тонкими, но контраст с его темно-карими глазами не позволял наблюдателю заметить.

Женщина была ошеломляющей. Копна темно-рыжих волос цвета крепкого вина была собрана в локоны, которые кокетливо спадали на затылок. Ее глаза были зелеными, острыми, как у кошки, и над ними возвышались красивые брови, черные, как чернила. У нее была кожа цвета алебастра, намазанная кремом на высокие скулы, и чувственно-щедрый рот.

Ее тело соответствовало ему и в настоящее время было заключено в облегающую изумрудную колонну, которая оставляла обнаженными сильные плечи и опускалась между ее потрясающими грудями до талии.

"Рорк". Она снова издала этот текучий смешок, запустила тонкую белую руку в гриву волос Рорка и нежно поцеловала его. "Я ужасно скучал по тебе".

Ева подумала об оружии, пристегнутом к ее боку, и о том, как даже при самой низкой настройке оно заставит рыжеволосую бомбу пуститься в нервный танец. Просто мимолетная мысль, уверила себя Ева и поставила кота Галахада на землю, прежде чем она протиснулась сквозь слои жира и сломала одно из его ребер.

"В тот раз ты не промахнулась по нему", - небрежно сказала Ева, входя внутрь. Рорк, черт бы его побрал, оглянулся и ухмыльнулся ей.

Нам просто нужно стереть это самодовольное выражение с твоего лица, приятель, подумала она. Очень скоро.

"Ева, мы не слышали, как ты вошла".

"Очевидно". Она схватила с подноса канапе неизвестного происхождения и отправила его в рот.

"Я не верю, что вы знакомы с нашими гостями. Рианна Отт, Уильям Шаффер, моя жена, Ева Даллас ".

"Будь осторожен, Ри, она вооружена". Усмехнувшись, Уильям подошел, чтобы протянуть руку. Он двигался вприпрыжку, как худая лошадь, выходящая на пастбище. "Приятно познакомиться с тобой, Ева. Подлинное удовольствие. Ри и я были так разочарованы, что не смогли присутствовать на твоей свадьбе ".

"Опустошен". Рианна улыбнулась Еве, ее зеленые глаза сверкали. "Уильям и я отчаянно хотели встретиться лицом к лицу с женщиной, которая поставила Рорка на колени".

"Он все еще стоит". Ева бросила взгляд на Рорка, когда он протягивал ей бокал вина. "На данный момент".

"Ри и Уильям были в лаборатории на Тарусе Три, работали над некоторыми проектами для меня. Они только что вернулись на планету, чтобы получить заслуженный R и R."

"О?" Как будто она дала по тощей заднице крысе.

"Проект "на борту" доставил особое удовольствие", - сказал Уильям. "В течение года, максимум двух, Roarke Industries представит новую технологию, которая произведет революцию в мире развлечений".

"Развлечение и забава". Ева слабо улыбнулась. "Что ж, это потрясающе".

"На самом деле, у этого есть потенциал быть именно таким". Рианна потягивала вино и оценивала Еву: привлекательная, раздраженная, компетентная. Жестко. "Существуют также потенциальные медицинские прорывы".

"Это конец Ри". Уильям поднял свой бокал за нее с непринужденной, интимной любовью в глазах. "Она эксперт по медицине. Я просто веселый парень ".

"Я уверен, что после долгого дня Ева не хочет слышать, как мы обсуждаем дела. Ученые", - сказала Рианна с извиняющейся улыбкой. "Мы такие скучные. Ты только что вернулся с Олимпа". - Прошептал Силк, когда Рианна переместила это шатающееся тело. "Уильям и я были частью команды, которая проектировала там развлекательные и медицинские центры. У тебя было время совершить с ними турне?"

"Ненадолго". Она была груба, напомнила себе Ева. Ей пришлось бы привыкнуть приходить домой и находить элегантную компанию, видеть, как великолепные женщины пускают слюни по ее мужу. "Очень впечатляет, даже на стадии середины строительства. Медицинское учреждение будет более привлекательным, когда оно укомплектовано персоналом. Был ли номер с голограммой в главном отеле твоим?" Ева спросила Уильяма.

"Виновен", - сказал он с искоркой. "Я люблю играть. А ты?"

"Ева считает, что это сработало. Так получилось, что у нас произошел инцидент, когда мы были там ", - вставил Рорк. "Самоубийство. Один из автотронных техников. Матиас?"

Уильям нахмурил брови. "Матиас... молодой, с рыжими волосами, веснушками?"

"Да".

"Боже милостивый". Он содрогнулся, сделал большой глоток. "Самоубийство? Ты уверен, что это не был несчастный случай? Я вспоминаю восторженного молодого человека с большими идеями. Не тот, кто покончил бы с собой ".

"Это то, что он сделал", - коротко сказала Ева. "Он повесился".

"Как ужасно". Побледневшая Рианна сидела на подлокотнике дивана. "Знал ли я его, Уильям?"

"Я так не думаю. Возможно, вы видели его в одном из клубов, когда мы были там, но я не помню его таким уж общительным ".

"В любом случае, мне ужасно жаль", - сказала Рианна. "И как ужасно для тебя иметь дело с такой трагедией в свой медовый месяц. Давай не будем зацикливаться на этом." Галахад запрыгнул на диван, просунул голову под изящную руку Рианны. "Я бы предпочел услышать о свадьбе, которую мы пропустили".

"Останься на ужин". Рорк извиняющимся жестом сжал руку Евы. "Мы наскучим тебе этим до слез".

"Я бы хотел, чтобы мы могли". Уильям погладил плечо Рианны так же гладко, как она погладила кошачью голову. "Мы должны быть в театре. Мы уже опаздываем ".

"Ты прав, как всегда". С явным сожалением Рианна поднялась. "Я надеюсь, вы приедете к нам в другой раз. Мы будем на планете в течение следующего месяца или двух, и я был бы так рад возможности узнать тебя, Ева. Мы с Рорком возвращаемся назад ... долгим путем ".

"Добро пожаловать в любое время. И я увижу вас обоих завтра в офисе, для получения полного отчета ".

"Ярко и рано". Рианна отставила свой бокал в сторону. "Возможно, мы сможем пообедать как-нибудь в ближайшее время, Ева. Только женщины". Ее глаза мерцали таким легким юмором, что Ева почувствовала себя глупо. "Мы можем сравнить заметки о Рорке".

Приглашение было слишком дружелюбным, чтобы обидеть. Ева обнаружила, что улыбается. "Это должно быть интересно". Она проводила их с Рорком до двери, помахала им на прощание. "Сколько нот, - спросила она, отступая назад, - можно было бы сравнить?"

"Это было очень давно". Он обнял ее за талию для запоздалого поцелуя в честь возвращения домой. "Годы. Эоны."

"Она, вероятно, купила это тело".

"Я бы назвал это отличной инвестицией".

Ева подняла подбородок, чтобы кисло взглянуть на него. "Есть ли хоть одна красивая женщина, которая не прыгала на твоей кровати?"

Рорк склонил голову набок, задумчиво прищурив глаза. "Нет". Он рассмеялся, когда она замахнулась на него. "Ты не это имел в виду, иначе ты бы меня ударил". Затем он застонал, когда ее кулак врезался ему в живот. Он потер это, благодарный, что она приняла удар на себя. "Мне следовало уйти, пока я был впереди".

"Пусть это будет тебе уроком, любовничек". Но Ева позволила ему сбить себя с ног и перекинуть через его плечо.

"Голоден?" он спросил ее.

"Умираю с голоду".

"Я тоже". Он начал подниматься по лестнице. "Давай поедим в постели".

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Ева проснулась с кошкой, растянувшейся у нее на груди, и писком связи у кровати. Только что забрезжил рассвет. Свет через небесное окно был слабым и серым из-за шторма, надвигающегося с наступлением утра. С полузакрытыми глазами она потянулась, чтобы ответить.

"Заблокируй видео", - приказала она, прогоняя сон из своего голоса. "Даллас".

"Диспетчер, Даллас, лейтенант Ева. Подозрительная смерть, Мэдисон-авеню, пять о-о-о-два, блок три тысячи восемьсот. Посмотри на резидента Фокса, Артура. Код четвертый".

"Депеша получена. Свяжитесь с Пибоди, офицером Делией, для оказания помощи. Мое разрешение".

"Подтверждено. Передача прервана".

"Код четыре?" Рорк переложил кота и сидел на кровати, лениво поглаживая Галахада, доводя его до кошачьего экстаза.

"Это значит, что у меня есть время на душ и кофе". Ева не заметила под рукой халата, поэтому она направилась в ванную голышом. "На месте преступления есть полицейский в форме", - крикнула она. Она вошла в душевую кабину, протирая запекшиеся глаза. "Полная мощность всех двигателей, сто два градуса".

"Ты вскипишь".

"Мне нравится кипеть". Она испустила громкий вздох удовольствия, когда пульсирующие струи горячей воды ударили ее со всех сторон. Постучав по стеклянному брусочку, она налила в ладонь темно-зеленого жидкого мыла. К тому времени, как она вышла из душа, она уже проснулась.

Ее бровь приподнялась, когда она увидела Рорка, стоящего в дверях с чашкой кофе в руках. "Для меня?"

"Часть служения".

"Спасибо". Она опустила чашку в сушильную трубу и сделала глоток, пока вокруг нее кружился теплый воздух. "Что ты делал, наблюдая, как я принимаю душ?"

"Мне нравится наблюдать за тобой. Что-то о длинных, худощавых женщинах, когда они мокрые и обнаженные ". Он сам зашел в душ и потребовал включить шестьдесят восемь градусов.

Это заставило Еву вздрогнуть. Она не могла понять, почему мужчина, у которого под рукой вся роскошь мира, на самом деле выбрал холодный душ. Она открыла сушильный тюбик и провела пальцами по своей не уложенной шапке волос. Она использовала немного косметики для лица, которую Мэвис всегда навязывала ей, почистила зубы.

"Тебе не нужно вставать, потому что я встаю".

"Я встал", - просто сказал Рорк и выбрал полотенце с подогревом вместо сушильной трубки. "У тебя есть время позавтракать?"

Ева наблюдала за его отражением в зеркале: блестящие волосы, блестящая кожа. "Я поймаю что-нибудь позже".

Он обернул полотенце вокруг талии, откинул назад мокрую гриву волос, склонил голову набок. "Да?"

"Думаю, мне тоже нравится смотреть на тебя", - пробормотала она и пошла в спальню, чтобы одеться для смерти.

***

Уличное движение было небольшим. Аэробус грохотал над головой под проливным дождем, развозя работников ночной смены по домам, таща дневных на работу. Рекламные щиты были безмолвны, а вездесущие грили glida и тележки с предлагаемыми продуктами питания и напитками уже были расставлены на весь день. Дым валил через вентиляционные отверстия на улицах и тротуарах из подземного мира транспорта и розничной торговли. Воздух наполнился паром.

Ева отправилась на другой конец города, хорошо проводя время.

Район Мэдисона, где ее ждало тело, был усеян эксклюзивными бутиками и серебристыми остриями зданий, построенных для размещения тех, кто мог позволить себе делать там покупки. Скайуокеры были застеклены, чтобы отделить посетителей от стихии и шума, который должен был начаться в течение часа или двух.

Ева проезжала мимо такси с одиноким пассажиром. Элегантная блондинка была одета в блестящий жакет, переливающийся всеми цветами радуги в тусклом свете. Лицензированный компаньон, размышляла Ева, направляясь домой после бессонной ночи. Богатые могли позволить себе покупать модный секс вместе со своей модной одеждой.

Ева заскочила в подземный гараж на месте преступления, показала свой значок посту охраны. Он просканировал это, просканировал ее, затем индикатор мигнул с красного на зеленый и высветил номер пустого места, назначенного для нее.

Это было, конечно, в дальнем конце помещения от лифта. Копам, подумала она со смирением, копая копытом, не предоставлены оптимальные пространства.

Ева продекламировала номер подразделения в громкоговоритель и была взбудоражена.

Было время, не так давно, когда на нее произвело бы впечатление роскошное фойе на тридцать восьмом этаже с бассейном из алого гибискуса и бронзовыми скульптурами. Это было до того, как она вошла в мир Рорка. Она оглядела маленькие, журчащие фонтанчики по бокам от входа и поняла, что весьма возможно, что здание принадлежит ее мужу.

Она заметила униформу, охраняющую дверь 3800, подняла свой значок.

"Лейтенант". Коп незаметно переключилась на внимание, втянув живот. "Мой партнер внутри с соседом покойного по дому. Мистер Фокс, обнаружив тело своего товарища, вызвал скорую помощь. Мы ответили дополнительно, согласно процедуре. Вызов скорой помощи приостановлен, сэр, пока вы не очистите место происшествия ".

"Это надежно?"

"Это сейчас". Ее взгляд метнулся к двери. "Мы не смогли многого вытянуть из Фокса, сэр. Он немного истеричен. Я не могу быть уверен, что он мог потревожить - кроме тела ".

"Он передвинул тело?"

"Нет, сэр. То есть, это все еще в ванне, но он попытался, э-э, оживить умершего. Нужно было быть в шоке, чтобы попытаться это сделать. Там достаточно крови, чтобы в ней искупаться. Перерезанные запястья", - объяснила она. "Судя по визуальному подтверждению, он был мертв по меньшей мере за час до того, как его сосед по дому обнаружил тело".

Ева покрепче ухватилась за свой походный набор. "Я был уведомлен?"

"В пути, сэр".

"Прекрасно. Пропустите офицера Пибоди, когда она прибудет, и продолжайте стоять. Открой это", - добавила она и подождала, пока полицейский вставит ее мастер-ключ в щель. Дверь в стене скользнула в сторону. Ева немедленно услышала тяжелые, рваные рыдания ужасного горя.

"Он был таким с тех пор, как мы прибыли", - пробормотал полицейский. "Надеюсь, ты скоро сможешь накачать его транквилизаторами".

Ничего не сказав, Ева вошла, позволив двери скользнуть и закрыться за ее спиной. Вход был искусно отделан черным и белым мрамором. Спиралевидные колонны были задрапированы чем-то вроде цветущей лозы, а над головой в пять богато украшенных ярусов свисала люстра из черного стекла.

За портиком была жилая зона, которая соответствовала теме. Черные кожаные диваны, белые полы, столы из черного дерева, белые лампы. Шторы в черно-белую полоску были задернуты, но с потолка лился свет, а с пола - прожекторы.

Развлекательный экран был выключен, но его не убрали обратно в нишу. Глянцево-белая лестница вела под углом на второй этаж, который был обнесен белыми перилами в стиле атриума. Пышные зеленые папоротники свисали в эмалированных горшках с высокого потолка.

Деньги могли капать, размышляла она, но смерть не испытывала к этому никакого уважения. Это был клуб без классовой системы.

Звуки скорби отдавались эхом и привели ее в маленький кабинет, уставленный антикварными книгами и уютный глубокими креслами цвета хорошего бургундского.

Погруженный в одно был человеком. Его красивое лицо было бледно-золотистым и опустошенным от слез. Его волосы тоже были золотыми, блестели, как новенькие монеты, и торчали из его рук пучками шипов. На нем была белая шелковая мантия, испачканная засыхающей кровью. Его ноги были босы, а руки унизаны кольцами, которые сверкали, когда его пальцы дрожали. На его левой лодыжке была татуировка черного лебедя.

Полицейский, который с несчастным видом сидел рядом с мужчиной, взглянул на Еву и начал говорить.

Ева быстро покачала головой, держа свой значок на виду. Она указала на потолок, вопросительно склонив голову.

Он кивнул, поднял большой палец вверх, затем покачал головой.

Ева выскользнула обратно. Она хотела увидеть тело, осмотреть сцену, прежде чем разбираться со свидетелем.

На втором этаже было несколько комнат. Тем не менее, найти свой путь было достаточно просто. Она просто следовала по кровавому следу. Она вошла в спальню. Здесь цветовая гамма была нежно-зеленой и синей, так что создавалось ощущение, что вы плывете под водой. Кровать представляла собой продолговатое покрывало из голубого атласа, заваленное подушками.

Здесь также были скульптуры классической обнаженной натуры. Выдвижные ящики были встроены в стены, придавая ему незагроможденный - и, по мнению Евы , неживой -вид. Ковер цвета синего океана был мягким, как облако, и испачкан кровью.

Она пошла по следу в главную ванную. Смерть не шокировала ее, но она ужаснула ее, и она знала, что так будет всегда: бессмысленность этого, насилие и жестокость этого. Но она слишком долго жила с этим, чтобы быть шокированной, даже этим.

Кровь хлестала, лилась, струилась по блестящим плиткам цвета слоновой кости и морской пены. Она фонтаном хлынула на стекло, растеклась по зеркальному полу из зияющей раны на запястье руки, которая безвольно свисала с края огромной ванны с прозрачными стенками.

Вода внутри была темной, неприятно розовой, а в воздухе витал металлический запах крови. Играла музыка, что-то со струнами - возможно, арфа. Толстые белые свечи были зажжены и все еще горели в изножье и в изголовье длинной овальной ванны.

Тело, которое лежало в этой мутно-розовой воде, покоилось головой на подушке для ванны с позолоченными краями, его взгляд был поднят и зафиксирован на пушистых хвостиках папоротника, которые свисали с зеркального потолка. Он улыбался, как будто его отчаянно забавляло наблюдать за собственной смертью.

Это не шокировало ее, но она вздохнула, покрывая свои руки и ноги прозрачной пленкой, включила магнитофон и отнесла свой набор внутрь, чтобы постоять над телом.

Ева узнала его. Обнаженный, почти весь в крови, и улыбающийся собственному отражению был известный адвокат защиты С. Т. Фицхью.

"Сальватори будет очень разочарован в вас, советник", - пробормотала она, приступая к работе.

Ева взяла образец окровавленной воды из ванны, сделала первоначальное сканирование, чтобы определить время смерти, упаковала руки покойного в пакеты и записала сцену, когда в дверях появилась слегка запыхавшаяся Пибоди.

"Я сожалею, сэр. У меня были некоторые проблемы с тем, чтобы добраться до центра города.

"Все в порядке". Она передала Пибоди складной нож с ручкой из слоновой кости, который она упаковала в прозрачный пластик. "Похоже, он сделал это вот этим. Я бы предположил, что это антиквариат. Коллекционная вещь. Мы проверим это на отпечатки ".

Пибоди спрятала нож в свой набор для улик, затем сузила глаза. "Лейтенант, разве это не -"

"Да, это Фицхью".

"Зачем ему убивать себя?"

"Мы не определили, что он это сделал. Никогда не делайте предположений, офицер, - мягко сказала она. "Первое правило. Вызывай уборщиков, Пибоди, и давай пометим место преступления. Мы можем предоставить тело самому СЕБЕ. На данный момент я с этим покончил ". Ева отступила назад, ее запечатанные руки были испачканы кровью. "Я хочу, чтобы вы взяли предварительное заключение у двух полицейских в форме, которые ответили, пока я разговариваю с Фоксом".

Ева оглянулась на тело, покачала головой. "Точно так же он ухмылялся бы тебе в суде, когда понял, что подставил тебе подножку. Сукин сын". Все еще изучая тело, она использовала чистящее средство из своего набора, чтобы удалить кровь, а также засунула испачканную салфетку в пакет. "Скажи МНЕ, что я хочу токсикологию как можно скорее".

Она оставила Пибоди и пошла по кровавому следу обратно вниз.

Теперь Фокс перешел на захлебывающиеся рыдания. Униформа выглядела смехотворно успокоенной, когда Ева появилась снова. "Подождите меня и моего адъютанта снаружи, офицер. Передайте офицеру Пибоди свой отчет. Сейчас я поговорю с мистером Фоксом ".

"Да, сэр". С почти неприличным восторгом он выбежал из комнаты.

"Мистер Фокс, я лейтенант Даллас. Я сожалею о вашей потере ". Ева нашла кнопку, которая открывала шторы, нажала на нее, чтобы впустить в комнату слабый свет. "Тебе нужно поговорить со мной. Ты должен рассказать мне, что здесь произошло ".

"Он мертв". Голос Фокса был слегка музыкальным, с акцентом. Прекрасно. "Фитц мертв. Я не знаю, как это может быть. Я не знаю, как я могу жить дальше ".

Каждый идет дальше. Ева подумала. Выбор невелик. Она села и положила свой диктофон на стол на самом виду. "Мистер Фокс, нам обоим было бы лучше, если бы вы поговорили со мной сейчас. Я собираюсь дать вам стандартное предостережение. Это всего лишь вопрос процедуры ".

Она процитировала исправленную "Миранду", пока его рыдания стихали, он поднял голову и уставился на нее опухшими, с красными ободками золотистыми глазами.

"Ты думаешь, я убил его? Ты думаешь, я мог бы причинить ему вред?"

"Мистер Фокс -"

"Я любила его. Мы были вместе двенадцать лет. Он был моей жизнью ".

У тебя все еще есть твоя жизнь, подумала она. Ты просто еще не знаешь этого. "Тогда ты захочешь помочь мне выполнять мою работу. Расскажи мне, что произошло ".

"У него -у него были проблемы со сном в последнее время. Не любит принимать транквилизаторы. Обычно он может почитать, послушать музыку, провести час с виртуальной реальностью или одной из своих игр, что угодно, чтобы расслабиться. Это дело, над которым он работает, беспокоило его ".

"Дело Сальватори".

"Да, я верю, да". Фокс вытер глаза влажным и окровавленным рукавом. "Мы не обсуждали его дела сколь-нибудь подробно. Это была привилегия, и я не юрист. Я диетолог. Так мы и встретились. Фитц пришел ко мне двенадцать лет назад за помощью со своей диетой. Мы стали друзьями, мы стали любовниками, потом мы просто стали ".

Ей нужно было бы знать все это, но в данный момент она хотела увидеть события, приведшие к тому последнему купанию. "У него были проблемы со сном", - подсказала она.

"Да. Его часто мучает бессонница. Он так много дает своим клиентам. Они охотятся на его разум. Я привык к тому, что он встает посреди ночи и уходит в другую комнату, чтобы запрограммировать игру или подремать перед обзорным экраном. Иногда он принимал теплую ванну ". И без того изуродованное лицо Фокса побледнело. "О Боже".

Слезы полились снова, горячим потоком стекая по его щекам. Ева быстро огляделась и заметила маленького дроида-сервировщика в углу комнаты. "Принесите мистеру Фоксу немного воды", - приказала она, и маленький дроид отодвинулся, чтобы выполнить.

"Это то, что произошло?" она продолжила. "Он проснулся посреди ночи?"

"Я даже не помню". Фокс поднял руки, позволил им упасть. "Я крепко сплю, у меня никогда не бывает неприятностей. Мы легли спать незадолго до полуночи, посмотрели последние новости, выпили бренди. Я проснулся рано. Я стремлюсь к этому".

"В котором часу это было?"

"Возможно, в пять, в пять пятнадцать. Мы оба любим рано вставать, и у меня вошло в привычку лично составлять программу утреннего приема пищи. Я увидел, что Фитца не было в постели, предположил, что у него была плохая ночь и что я найду его внизу или в одной из свободных спален. Затем я зашел в ванну и увидел его. О Боже. О Боже, Фитц. Вся кровь. Это было похоже на ночной кошмар ".

Его рука прижата ко рту, вся в блестящих кольцах и дрожит. "Я подбежал, я бил его в грудь, пытался привести его в чувство. Полагаю, я немного сошел с ума. Он был мертв. Я видел, что он мертв; тем не менее, я пытался вытащить его из воды, но он очень крупный мужчина, и меня трясло. Болен". Он опустил руку ото рта к животу, прижал. "Я вызвал скорую".

Она потеряет его, если ей не удастся обуздать его. Давать ему транквилизаторы было невозможно, пока у нее не будут факты. "Я знаю, что это трудно для вас, мистер Фокс. Мне жаль, что нам приходится делать это сейчас, но, поверь мне, так будет проще, если мы сможем ".

"Со мной все в порядке". Он потянулся за стаканом воды, стоящим на дроиде. "Я хочу покончить с этим".

"Можете ли вы рассказать мне о его настроении прошлой ночью? Ты сказал, что он беспокоился о каком-то деле."

"Взволнован, да, но не подавлен. Был полицейский, от которого он не мог отделаться на даче показаний, и это его раздражало ". Он сделал глоток воды, затем еще один.

Ева решила, что лучше не упоминать, что она была полицейским, который его разозлил.

"И была пара других незавершенных дел, по которым он планировал защиту. Видите ли, его разум часто был слишком занят, чтобы спать ".

"Он получал какие-либо звонки, делал какие-либо звонки?"

"Конечно, и то, и другое. Он часто приносил работу домой с собой. Прошлой ночью он провел пару часов в своем кабинете наверху. Он приехал домой около половины шестого, работал почти до восьми. Мы поужинали".

"Упоминал ли он что-нибудь, что его беспокоило, помимо дела Сальватори?"

"Его вес". Фокс слегка улыбнулся. "Фитц ненавидел набирать лишний фунт. Мы обсуждали, как он увеличивает свою программу упражнений, возможно, проводит какую-то работу по коррекции фигуры, когда у него будет время. Мы посмотрели комедию на экране в гостиной, затем легли спать, как я вам уже говорил ".

"Вы спорили?"

"Спорить?"

"У вас синяки на руке, мистер Фокс. Вы с мистером Фицхью поссорились прошлой ночью?"

"Нет". Он побледнел еще больше, и его глаза заблестели от угрозы нового приступа слез. "Мы никогда не сражались физически. Конечно, мы время от времени спорили. Люди делают. Я - я полагаю, я мог получить синяки на ванне, когда я был - когда я пытался ...

"Были ли у мистера Фицхью отношения с кем-либо еще, кроме вас?"

Теперь эти опухшие глаза стали холодными. "Если ты имеешь в виду, были ли у него любовницы со стороны, то у него их не было. Мы были преданы друг другу ".

"Кому принадлежит это подразделение?"

Лицо Фокса окаменело, а голос стал холодным. "Это было внесено в наши совместные названия десять лет назад. Он принадлежал Фитцу ".

И теперь это принадлежит тебе, подумала Ева. "Я бы предположил, что мистер Фитцхью был богатым человеком. Ты знаешь, кто наследует?"

"Помимо благотворительных завещаний, я бы унаследовал. Ты думаешь, я бы убил его за деньги?" Теперь в его тоне было отвращение, а не ужас. "Какое право ты имеешь приходить в мой дом в такое время и задавать мне такие ужасные вопросы?"

"Мне нужно знать ответы, мистер Фокс. Если я не спрошу их здесь, мне придется спросить их в участке. Я верю, что так тебе будет удобнее. Мистер Фитцхью коллекционировал ножи?"

"Нет". Фокс моргнул, затем стал бледным. "Я верю. У меня большая коллекция старинных клинков. Зарегистрирован", - быстро добавил он. "Они должным образом зарегистрированы".

"Есть ли у вас в коллекции нож с ручкой из слоновой кости, прямым лезвием, длиной около шести дюймов?"

"Да, это девятнадцатый век, из Англии". Его дыхание стало прерывистым. "Это то, что он использовал? Он использовал один из моих ножей, чтобы...? Я не видел. Я видел только его. Он использовал один из моих ножей?"

"Я взял нож в качестве улики, мистер Фокс. Мы проведем тесты. Я дам тебе расписку за это ".

"Я не хочу этого. Я не хочу этого видеть." Он закрыл лицо руками. "Фитц. Как он мог воспользоваться одним из моих ножей?"

Он снова разрыдался. Ева услышала голоса и гудение из соседней комнаты и поняла, что прибыли уборщики. "Мистер Фокс." Она встала. "Я собираюсь попросить одного из офицеров принести вам кое-какую одежду. Я собираюсь попросить тебя остаться здесь еще ненадолго. Есть ли кто-нибудь, кого я могу позвать для тебя?"

"Нет. Никто. Ничто".

***

"Мне это не нравится, Пибоди", - пробормотала Ева, когда они спускались к ее машине. "Фицхью встает посреди обычной ночи, берет антикварный нож, набирает себе ванну. Он зажигает свечи, включает музыку, затем разрезает свои запястья. Без особой причины. Вот человек на пике своей карьеры с дерьмовой кучей денег, шикарной квартирой, клиенты ломятся в его дверь, и он просто решает: "Какого черта, я, кажется, умру"?"

"Я не понимаю самоубийства. Думаю, у меня не хватает индивидуальности для больших взлетов и падений ".

Ева понимала это. Она даже мельком задумывалась об этом во время своего пребывания в государственных домах престарелых - и до этого, в темные времена, когда смерть казалась избавлением из ада.

Вот почему она не могла принять это ради Фицхью. "Здесь нет мотивации, по крайней мере, пока ничего не видно. Но у нас есть любовник, который коллекционировал ножи, который был весь в крови и который унаследует значительное состояние ".

"Ты думаешь, может быть, его убил Фокс". Пибоди обдумала это, когда они достигли уровня гаража. "Фицхью почти вдвое больше его. Он не ушел бы без борьбы, а там не было никаких признаков борьбы ".

"Знаки можно стереть", - пробормотала Ева. "У него были синяки. И если бы Фицхью был накачан наркотиками или химически поврежден, он бы не стал слишком сопротивляться. Мы увидим токсикологический отчет ".

"Почему вы хотите, чтобы это было убийство?"

"Я не знаю. Я просто хочу, чтобы это имело смысл, и самоуничтожение не подходит. Может быть, Фицхью не мог уснуть; может быть, он встал. Кто-то пользовался комнатой отдыха. Или так было сделано, чтобы так казалось ".

"Я никогда не видела ничего подобного", - размышляла Пибоди, вспоминая прошлое. "Все эти игрушки в одном месте. Это большое кресло со всеми элементами управления, настенный экран, автобар, виртуальная станция, mood tube. Вы когда-нибудь пользовались трубкой настроения, лейтенант?"

"У Рорка есть один. Мне это не нравится. Я бы предпочла, чтобы мои настроения приходили и уходили естественным образом, чем программировать их." Ева заметила фигуру, сидящую на капоте ее машины, и прошипела: "Как сейчас, например. Я чувствую, как меняется мое настроение. Думаю, я вот-вот разозлюсь ".

"Что ж, Даллас и Пибоди, снова вместе". Надин Ферст, ведущий репортер 75-го канала, грациозно выскользнула из машины. "Как прошел медовый месяц?"

"Личное", - отрезала Ева.

"Эй, я думал, мы приятели". Надин подмигнула Пибоди.

"Ты не терял времени на то, чтобы выпустить нашу маленькую вечеринку в эфир, приятель".

"Даллас". Надин развела свои красивые руки. "Ты поймал убийцу и закрыл очень публичное и сложное дело на собственном праздновании мальчишника, на которое я был приглашен, это новость. Публика не только имеет право знать, она съедает это ложкой. Рейтинги взлетели. Теперь посмотри на это, ты только что вернулся и прямо посреди чего-то другого большого. Что за дела с Фицхью?"

"Он мертвец. Мне нужно работать, Надин ".

"Давай, Ева". Надин дернула Еву за рукав. "После всего, через что мы прошли вместе? Дай мне откусить".

"Клиентам Фитцхью лучше начать искать другого адвоката. Это все, что я могу тебе дать ".

"Давай. Несчастный случай, убийство, что?"

"Мы расследуем", - коротко сказала Ева и ввела код, открывающий ее замки.

"Пибоди?" Но Пибоди только усмехнулась и пожала плечами. "Знаешь, Даллас, общеизвестно, что ты и покойный не были фанатами друг друга. Вчера после суда главной репликой было то, что он назвал тебя жестоким полицейским, который использовал свой значок в качестве тупого орудия. "

"Жаль, что он больше не сможет приводить тебе и твоим коллегам такие запоминающиеся цитаты".

Когда Ева захлопнула дверцу машины, Надин упрямо высунулась в окно. "Итак, ты даешь мне один".

"С. Т. Фицхью мертв. Полиция ведет расследование. Отвали." Ева завела двигатель, торпедой вылетев из щели, так что Надин пришлось отплясывать, чтобы спасти пальцы на ногах. Услышав смешок Пибоди, Ева бросила каменный взгляд в ее сторону. "Что-то смешное?"

"Она мне нравится". Пибоди не смогла удержаться, чтобы не оглянуться назад, и она заметила, что Надин ухмыляется. "Ты тоже".

Ева подавила смешок. "О вкусе не спорят", - сказала она и выехала в дождливое утро.

Все прошло идеально. Абсолютно идеально. Это было захватывающее, мощное чувство - знать, что у тебя есть контроль. Все сообщения, поступающие от различных информационных агентств, были должным образом запротоколированы. Подобные материалы требовали тщательной организации и были добавлены к небольшой, но удовлетворительно растущей куче дисков с данными.

Это было так весело, и это стало сюрпризом. Веселье, конечно, не было главным мотиватором операции. Но это был восхитительный побочный эффект.

Кто уступит следующим?

По щелчку выключателя лицо Евы вспыхнуло на мониторе, все соответствующие данные были разделены на экраны рядом с ней. Очаровательная женщина. Место рождения и родители неизвестны. Ребенок, подвергшийся насилию, обнаружен прячущимся в переулке в Далласе, штат Техас, тело избито, разум отключен. Женщина, которая не могла вспомнить ранние годы своей собственной жизни. Годы, которые сформировали душу. Годы, когда ее избивали, насиловали и мучили.

Что такого рода жизнь сделала с разумом? В сердце? Для человека?

Это сделало девушку социальным работником, а Еву Даллас - женщиной, которая стала полицейским. Полицейский с репутацией копающего глубоко, и который приобрел некоторую известность прошлой зимой во время расследования деликатного и уродливого дела.

Это было, когда она встретила Рорка.

Компьютер зажужжал, и на экране появилось лицо Рорка. Такая интригующая пара. Его прошлое было не красивее, чем у копа. Но он выбрал, по крайней мере изначально, другую сторону закона, чтобы оставить свой след. И его состояние.

Теперь они были парой. Набор, который можно уничтожить по прихоти.

Но не сейчас. Еще не скоро.

В конце концов, игра только началась.

ГЛАВА ПЯТАЯ

"Я просто не куплюсь на это", - пробормотала Ева, вызывая данные о Фицхью. Она изучила его смелое, поразительное лицо, появившееся на ее мониторе, покачала головой. "Я просто не куплюсь на это", - повторила она.

Она просмотрела дату и место его рождения, увидела, что он родился в Филадельфии в последнее десятилетие прошлого века. Он был женат на Милисент Бэрроуз с 2033 по 2036 год. Разведен, детей нет.

Он переехал в Нью-Йорк в тот же год, что и развелся, открыл практику уголовного права и, насколько она могла видеть, никогда не оглядывался назад.

"Годовой доход", - спросила она.

Субъект Фицхью, годовой доход за прошлый налоговый год. Два миллиона семьсот долларов.

"Кровосос", - пробормотала она. "Компьютер, составь список всех арестованных".

Поиск. В полицейском досье нет.

"Хорошо, значит, он чист. Как насчет этого? Перечислите все гражданские иски, поданные против субъекта."

Ей это понравилось, короткий список имен, и она заказала печатную копию. Она запросила список дел, которые Фитцхью проиграл за последние десять лет, отметила имена, которые отражали поданные против него иски. Это заставило ее вздохнуть. Это был типичный судебный процесс той эпохи. Твой адвокат не спасет тебя, ты подашь на адвоката в суд. Это дало еще один толчок ее обнадеживающей теории шантажа.

"Хорошо, так что, возможно, мы идем по этому неправильному пути. Новый объект, Фокс, Артур, резиденция Пять о оо два на Мэдисон-авеню, Нью-Йорк ".

Поиск.

Компьютер мигнул и заскулил, заставляя Еву хлопнуть по устройству тыльной стороной ладони, чтобы вернуть его обратно. Она не потрудилась проклинать сокращение бюджета.

Фокс появился на экране, немного колеблясь, пока Ева не дала компьютеру еще один шлепок. Более привлекательный, отметила она, когда он улыбнулся. Он был на пятнадцать лет моложе Фицхью, родился в Восточном Вашингтоне, сын двух кадровых военных, жил в разных точках земного шара, пока в 2042 году не обосновался в Нью-Йорке и не присоединился к организации "Питание для жизни" в качестве консультанта.

Его годовой доход только что перевалил за шестизначную цифру. На записи не было никаких браков, кроме однополых отношений, которые он разделял с Фицхью.

"Перечислите и детализируйте все аресты".

Машина заворчала, как будто устала отвечать на вопросы, но список выскочил. Одно нарушение общественного порядка, два нападения и одно нарушение общественного порядка.

"Что ж, теперь мы к чему-то приближаемся. Обе темы, перечислите и детализируйте любые психиатрические консультации."

На Фицхью ничего не было, но она получила еще одно попадание по Фоксу. С ворчанием она заказала печатную копию, затем подняла глаза, когда вошла Пибоди.

"Криминалисты? Токсикология?"

"Судебно-медицинская экспертиза еще не пришла, но у нас есть токсин". Пибоди протянула Еве диск. "Алкоголь низкого содержания, идентифицированный как парижский бренди, 2045 год. Этого недостаточно, чтобы ослабить. Никаких других следов наркотиков ".

"Черт". Она была полна надежд. "Возможно, у меня здесь что-то есть. Наш друг Фокс провел большую часть своего детства на кушетке терапевта. Он зарегистрировался в Институте Делроя всего два года назад на месяц. И он отсидел срок. Тратить время, но, тем не менее, время. Девяносто дней заключения за нападение. И ему пришлось носить браслет стажера в течение шести месяцев. У нашего мальчика есть некоторые склонности к насилию ".

Пибоди нахмурилась, просматривая данные. "Семья военного. Они, как правило, все еще сопротивляются гомосексуализму. Бьюсь об заклад, они пытались втянуть его в гетеросексуализм ".

"Может быть. Но у него в прошлом были проблемы с психическим здоровьем и криминальное прошлое. Давайте посмотрим, что обнаружили полицейские в форме, когда они постучали в двери здания Фицхью. И мы поговорим с партнерами Фитцхью в его фирме ".

"Ты не покупаешься на самоубийство".

"Я знал его. Он был высокомерным, напыщенным, самодовольным, тщеславным ". Ева покачала головой. "Тщеславные, высокомерные мужчины не хотят, чтобы их нашли голыми в ванне, купающимися в собственной крови".

***

"Он был блестящим человеком". Леанор Баствик сидела в своем кожаном кресле, изготовленном на заказ, в угловом офисе фирмы "Фитцхью, Баствик и Стерн" со стеклянными стенами. Ее стол был стеклянным бассейном, незапятнанным и сверкающим. Это подходило, подумала Ева, ее ледяной и сногсшибательной белокурой красоте. "Он был щедрым другом", - добавила Леанор и сложила свои идеально ухоженные руки на краю стола. "Мы здесь в шоке, лейтенант".

Было трудно увидеть шок на отполированной поверхности всего этого. Стальной лес Нью-Йорка, сверкая, возвышался за спиной Леанор, создавая величественную иллюзию того, что она правит городом. Бледно-розовый и нежно-серый цвета добавили элегантных приглушенных тонов офису, который был оформлен так же тщательно, как и сама женщина.

"Знаете ли вы какую-либо причину, по которой Фицхью мог покончить с собой?"

"Абсолютно никакого". Леанор держала свои руки очень неподвижно, ее глаза были на одном уровне. "Он любил жизнь. Его жизнь, его работа. Он наслаждался каждой минутой каждого дня так же, как и любой другой, кого я когда-либо встречал. Я понятия не имею, почему он решил покончить с этим ".

"Когда вы в последний раз видели его или говорили с ним?"

Она колебалась. Ева почти могла видеть, как за этими глазами с густыми ресницами плавно вращаются колесики. "На самом деле, я видел его мельком прошлой ночью. Я передал ему файл, обсудили дело. Это обсуждение, конечно, привилегированное ". Ее прилизанные губы изогнулись. "Но я скажу, что он был, как обычно, полон энтузиазма, и он с нетерпением ждал дуэли с тобой в суде".

"Дуэль?"

"Именно так Фитц ссылался на перекрестный допрос эксперта и свидетелей из полиции". Улыбка промелькнула на ее лице. "По его мнению, это был поединок ума и нервов. Профессиональная игра для прирожденного игрока. Я не знаю ничего, что доставляло бы ему столько удовольствия, как пребывание в суде ".

"В котором часу вы оставили файл прошлой ночью?"

"Я бы сказал, около десяти. Да, я думаю, это было около десяти. Я работал здесь допоздна и проскользнул мимо по пути домой ".

"Это было обычным делом, мисс Баствик, вы заскочили к нему по дороге домой?"

"Ничего необычного. В конце концов, мы были профессиональными партнерами, и наши дела иногда пересекались ".

"Это все, чем ты был? Профессиональные партнеры?"

"Вы предполагаете, лейтенант, что, поскольку мужчина и женщина физически привлекательны и находятся в дружеских отношениях, они не могут работать вместе без сексуального напряжения?"

"Я ничего не предполагаю. Как долго вы оставались - обсуждали ваше дело?"

"Двадцать минут, полчаса. Я не рассчитал время. С ним было все в порядке, когда я уходил, вот что я тебе скажу ".

"Не было ничего, что его особенно беспокоило?"

"У него были некоторые опасения по поводу дела Сальватори - и других тоже. Ничего необычного. Он был уверенным в себе человеком ".

"И вне работы. На личном уровне?"

"Частный человек".

"Но ты знаешь Артура Фокса".

"Конечно. В этой фирме мы заботимся о том, чтобы знать и общаться хотя бы слегка с супругами партнеров и компаньонов. Артур и Фитц были преданы друг другу ".

"Никаких... размолвок?"

Леанор приподняла бровь. "Я бы не знал".

Конечно, ты бы так и сделал, подумала Ева. "Вы и мистер Фитцхью были партнерами, у вас были близкие профессиональные и, по-видимому, близкие личные отношения. Должно быть, он время от времени обсуждал с тобой свою домашнюю жизнь ".

"Они с Артуром были очень счастливы". Первым признаком раздражения Леанор стало легкое постукивание ногтем кораллового оттенка по краю стекла. "Счастливые пары иногда ссорятся. Я представляю, как вы время от времени ссоритесь со своим мужем."

"Мой муж не так давно нашел меня мертвой в ванне", - спокойно сказала Ева. "О чем спорили Фокс и Фицхью?"

Леанор раздраженно вздохнула. Она встала, набрала код на своем автоповаре, достала дымящуюся чашку кофе. Ничего не было предложено Еве. "У Артура были периодические приступы депрессии. Он не самый самоуверенный из мужчин. Он был склонен ревновать, что выводило Фитца из себя ". Ее брови хмурятся. "Вы, вероятно, знаете, что Фитц был женат раньше. Его бисексуальность была в некотором роде проблемой для Артура, и когда он был в депрессии, он был склонен беспокоиться обо всех мужчинах и женщинах, с которыми Фитц контактировал в ходе своей работы. Они редко спорили, но когда это случалось, то, как правило, из-за ревности Артура."

"Была ли у него причина ревновать?"

"Насколько я знаю, Фитц был абсолютно верен. Это не всегда легкий выбор, лейтенант, быть в центре внимания, как он был, и учитывая его образ жизни. Даже сегодня есть те, кому, скажем так, некомфортно из-за нетрадиционных сексуальных предпочтений. Но Фитц не дал Артуру повода быть чем-то меньшим, чем довольным ".

"И все же он был. Спасибо", - сказала Ева, вставая. "Вы были очень полезны".

"Лейтенант", - начала Леанор, когда Ева и молчаливая Пибоди направились к двери. "Если бы я хоть на мгновение подумала, что Артур Фокс имеет какое-то отношение к ... " Она остановилась, втянув воздух. "Нет, в это просто невозможно поверить".

"Менее вероятно, чем поверить, что Фицхью перерезал себе вены и позволил себе истечь кровью до смерти?" Ева немного подождала, затем вышла из офиса.

Пибоди подождала, пока они не вышли на дорожку, которая огибала здание. "Я не знаю, сажали ли вы семена или выкапывали червей".

"И то, и другое". Ева смотрела сквозь стекло трубки. Она могла видеть офисное здание Рорка, стреляющее в высокое полированное черное дерево среди других копий. По крайней мере, он не имел никакого отношения к этому делу. Ей не нужно было беспокоиться о раскрытии чего-то, что он сделал, или кого-то, кого он слишком хорошо знал. "Она знала и жертву, и подозреваемого. И Фокс не упоминал, что она проскользнула мимо, чтобы обсудить работу прошлой ночью."

"Значит, вы превратили Фокса из свидетеля в подозреваемого?"

Ева наблюдала, как мужчина в сшитом на заказ халате раздраженно кричал в пальмовое звено, когда он скользил мимо. "Пока мы окончательно не докажем, что это было самоубийство, Фокс - главный, черт возьми, единственный подозреваемый. У него были средства. Это был его нож. У него была возможность. Они были одни в квартире. У него был мотив. Деньги. Теперь мы знаем, что в его прошлом были депрессии, случаи насилия и склонность к ревности ".

"Могу я спросить тебя кое о чем?" Пибоди дождалась кивка Евы. "Ты не заботился о Фицхью ни на профессиональном, ни на личном уровне".

"Я ненавидел его до чертиков. Ну и что?" Ева сошла со скайуокера на улицу, где ей посчастливилось найти место для парковки. Она заметила гриль glida, дымящиеся соевые сосиски и картофельные колечки, и направилась прямиком через плотный пешеходный поток. "Ты думаешь, мне должен нравиться труп? Дай мне пару собак и ложку картошки. Два тюбика Пепси".

"Диета для меня", - перебила Пибоди и закатила глаза, глядя на длинную, худощавую фигуру Евы. "Некоторым из нас приходится беспокоиться о весе".

"Диетическая собака, бодрящая диета". У женщины, управляющей тележкой, в центре верхней губы был потускневший CZ-гвоздик, а на груди татуировка с изображением системы метро. Линия А отклонялась и исчезала под свободной марлей, прикрывающей ее грудь. "Редж Дог, Редж Пеп, горячая картошка. Наличные или кредит?"

Ева сунула Пибоди картонку с едой и полезла за своими жетонами. "Какой ущерб?"

Женщина ткнула грязным пальцем с фиолетовым кончиком в свою консоль, послав звуковой сигнал. "Двадцать пять".

"Черт. Ты моргаешь, и собаки взлетают ". Ева высыпала кредиты в протянутую руку женщины, взяла пару салфеток толщиной с вафлю.

Она проделала обратный путь, плюхнулась на скамейку вокруг фонтана перед зданием суда. Попрошайка рядом с ней выглядел обнадеженным. Ева постучала по своему значку; он ухмыльнулся, постучал по лицензии нищего, висевшей у него на шее.

Смирившись, она достала пятикредитный чип, передала его. "Найди какое-нибудь другое место, где можно поторопиться", - приказала она ему, - "или я проверю эту лицензию и посмотрю, актуальна ли она".

Он сказал что-то нелестное о ее роде работы, но положил заслугу в карман и двинулся дальше, уступив место Пибоди.

"Леаноре не нравится Артур Фокс".

Пибоди храбро сглотнула. Рацион собак неизменно был зернистым. "Она не хочет?"

"Высококлассный юрист не дает так много ответов, если она не хочет. Она сообщила нам, что Фокс ревновал, что они ссорились ". Ева протянула ложку жирной картошки. После короткой внутренней борьбы Пибоди решилась. "Она хотела, чтобы у нас были эти данные".

"Все еще не так много. В записях Фитцхью нет ничего, что указывало бы на Фокса. Его дневник, его записная книжка, его журналы ссылок. Ни одна из данных, которые я отсканировал, не указывает на это пальцем. С другой стороны, ничто из этого также не указывает на склонность к самоубийству ".

Ева задумчиво посасывала свой тюбик Пепси, наблюдая, как мимо проносится Нью-Йорк со всем его шумом и потом. "Нам придется снова поговорить с Фоксом. Сегодня днем у меня снова суд. Я хочу, чтобы ты вернулся в полицейское управление, получил отчеты от двери к двери, попросил меня провести окончательное вскрытие. Я не знаю, в чем тут загвоздка, но я хочу получить результаты к концу смены. Я должен выйти из суда к трем. Мы совершим еще один обход квартиры Фитцхью и посмотрим, почему он пропустил небольшой визит Баствика ".

Пибоди жонглировала едой и должным образом заносила обязанности в свой дневник. "То, о чем я спрашивал раньше - о том, что тебе не нравится Фицхью. Я просто подумал, не сложнее ли нажимать на все кнопки, когда у тебя плохие предчувствия по поводу предмета ".

"У копов нет личных чувств". Затем она вздохнула. "Чушьсобачья. Ты откладываешь эти чувства в сторону и нажимаешь на кнопки. Такова работа. И если я считаю, что такой человек, как Фицхью, заслужил в конечном итоге искупаться в собственной крови, это не значит, что я не сделаю все необходимое, чтобы выяснить, как он туда попал ".

Пибоди кивнула. "Многие другие копы просто подали бы это в суд. Самоуничтожение. Конец передачи ".

"Я не другие копы, и ты тоже, Пибоди". Она оглянулась, слегка заинтересовавшись грохотом взрыва, когда столкнулись два такси. Едва остановилось движение пешеходов и улицы, как повалил дым, зазвенело Дюрагласс, и два разъяренных водителя выскочили, как пробки, из своих разрушенных автомобилей.

Ева доедала свой обед, пока двое мужчин толкались, пихались и выкрикивали изобретательные непристойности. Она вообразила, что это были непристойности, в любом случае, поскольку они не обменивались английским. Она посмотрела вверх, но не заметила ни одного из зависших транспортных вертолетов. С легкой улыбкой она скомкала картонку, свернула пустой тюбик и передала их Пибоди.

"Брось это в утилизатор, будь добр, затем возвращайся и помоги мне разогнать этих двух идиотов".

"Сэр, один из них только что вытащил биту. Должен ли я вызвать подкрепление?"

"Нет". Ева в предвкушении потерла руки и поднялась. "Я могу справиться с этим".

***

Плечо Евы все еще болело, когда она выходила из суда пару часов спустя. Она представила, что водителей такси к настоящему времени должны были освободить, чего не должно было случиться с убийцей детей, против которого Ева только что дала показания, подумала она с удовлетворением. Она будет в камере строгого режима минимум на следующие пятьдесят лет. В этом было некоторое удовлетворение.

Ева пошевелила ушибленным плечом. Таксист действительно не замахивался на нее, подумала она. Он пытался раскроить голову своего противника, а она просто встала у него на пути. Тем не менее, это не собиралось ранить ее чувства, что у них обоих будут приостановлены лицензии на три месяца.

Она забралась в свою машину и, придерживая плечо, перевела машину на автоматический режим, чтобы вызвать центральную полицию. Над головой туристический трамвай прогудел стандартную болтовню о весах правосудия.

Что ж, размышляла она, иногда они уравновешивались. Хотя бы на короткое время. Ее "линк" запищал.

"Даллас".

"Доктор Моррис". У судмедэксперта были ястребиные глаза с тяжелыми веками яркого зеленого оттенка, квадратный подбородок, покрытый щедрой щетиной, и зачесанная назад грива угольно-черных волос. Он нравился Еве. Хотя она часто расстраивалась из-за отсутствия у него звездной скорости, она ценила его тщательность.

"Вы закончили отчет о Фицхью?"

"У меня проблема".

"Мне не нужны проблемы, мне нужен отчет. Можете ли вы передать это по ссылке моего офиса? Я на пути туда ".

"Нет, лейтенант, вы направляетесь сюда. Мне нужно кое-что тебе показать ".

"У меня нет времени заезжать в морг".

"Найдите время", - предложил он и закончил передачу.

Ева скрипнула зубами один раз. Ученые чертовски расстраивали, подумала она, перенаправляя свое подразделение.

***

Снаружи городской морг Нижнего Манхэттена напоминал одно из офисных зданий, построенных по принципу улья, которые его окружали. Все смешалось, в этом и был смысл редизайна. Никому не нравилось думать о смерти, портить себе аппетит, когда они сбегали с работы в обеденный перерыв, чтобы перекусить в гастрономе на углу. Изображения тел, помеченных ярлыками и упакованных на охлажденных плитах, как правило, заставляют вас отказаться от макаронного салата.

Ева вспомнила, как впервые вошла через черные стальные двери в задней части здания. Она была новичком в форме плечом к плечу с двумя дюжинами других новичков в форме. В отличие от нескольких своих товарищей, она и раньше видела смерть близко и лично, но никогда не видела, чтобы ее демонстрировали, препарировали, анализировали.

Над одной из лабораторий для вскрытия была галерея, и там студенты, новички и журналисты или романисты с соответствующими полномочиями могли воочию убедиться в сложной работе судебной патологоанатомии.

Индивидуальные мониторы на каждом сиденье позволяли просматривать крупным планом тех, у кого хватало духу.

Большинство из них не вернулись для обратного путешествия. Многие, кто ушел, были казнены.

Ева ушла сама по себе, и с тех пор она возвращалась бесчисленное количество раз, но она никогда не с нетерпением ждала этих визитов.

На этот раз ее целью было не то, что называлось Театром, а лаборатория С, где Моррис проводил большую часть своей работы. Ева прошла по выложенному белой плиткой коридору с полами цвета зеленого горошка. Она чувствовала там запах смерти. Что бы ни использовалось для ее искоренения, отвратительная вонь от нее просачивалась сквозь щели, вокруг дверных проемов и отравляла воздух ухмыляющимся напоминанием о смертности.

Медицинская наука искоренила эпидемии, множество болезней и состояний, увеличив продолжительность жизни в среднем до ста пятидесяти лет. Косметическая технология гарантировала, что человек может жить привлекательно в течение своих полутора столетий.

Вы могли бы умереть без морщин, без пигментных пятен, без боли и разлагающихся костей. Но ты все равно должен был умереть рано или поздно.

Для многих, кто пришел сюда, этот день наступил раньше.

Она остановилась перед дверью в лабораторию С, поднесла свой значок к камере наблюдения и назвала свое имя и идентификационный номер говорившему. Отпечаток ее ладони был проанализирован и очищен. Дверь скользнула в сторону, открываясь.

Это была маленькая комната, без окон и унылая, уставленная оборудованием, пищащими компьютерами. Некоторые инструменты, аккуратно расставленные, как хирургический поднос, на прилавках, были достаточно варварскими, чтобы вызвать слабую дрожь. Пилы, лазеры, сверкающие лезвия скальпелей, шланги.

В центре комнаты стоял стол с желобами сбоку, чтобы собирать жидкости и переливать их в стерилизованные, герметичные контейнеры для дальнейшего анализа. На столе лежал Фицхью, на его обнаженном теле были шрамы от недавнего оскорбления в виде стандартного Y-образного пореза.

Моррис сидел на вращающемся стуле перед монитором, приблизив лицо к экрану. На нем был белый лабораторный халат, который развевался до пола. Это была одна из его немногих причуд, пальто, которое хлопало и развевалось, как плащ разбойника с большой дороги, когда он шел по коридорам. Его зачесанные назад волосы были собраны в длинный конский хвост.

Ева знала, поскольку он вызвал ее напрямую, а не передал одному из своих техников, что это было что-то необычное.

"Доктор Моррис?"

"Хм. Лейтенант, - начал он, не оборачиваясь. "Никогда не видел ничего подобного. Не за тридцать лет изучения мертвых ". Он развернулся, взмахнув своим лабораторным халатом. Под ним на нем были штаны с дымоходом и футболка ярких, конфликтующих цветов. "Вы хорошо выглядите, лейтенант".

Он одарил ее одной из своих быстрых, очаровательных улыбок, и ее губы изогнулись в ответ. "Ты и сам неплохо выглядишь. Ты потерял бороду".

Он поднял руку, потер свой щетинистый подбородок. До недавнего времени он носил аккуратную козлиную бородку. "Мне это не подходило. Но, Господи, я ненавижу бриться. Как прошел медовый месяц?"

Автоматически она засунула руки в карманы. "Это было хорошо. У меня сейчас довольно полная тарелка, Моррис. Что ты можешь мне показать, чего не смог показать на экране?"

"Некоторые вещи требуют личного внимания". Он подкатил свой табурет к столу для вскрытия, пока тот не остановился с легким визгом колес у головы Фицхью. "Что ты видишь?"

Она посмотрела вниз. "Мертвый парень".

Моррис кивнул, как будто был доволен. "То, что мы назвали бы обычным, повседневным мертвецом, который скончался из-за чрезмерной потери крови, возможно, по вине самого себя".

"Возможно?" Она ухватилась за это слово.

"На первый взгляд, самоубийство - логическое завершение. В его организме не было наркотиков, очень мало алкоголя, у него нет ран, нанесенных в нападении или обороне, или кровоподтеков, скопление крови соответствовало его положению в ванне, он не утонул, угол ран на запястьях ... "

Он придвинулся ближе, поднял одну из вялых, с прекрасным маникюром рук Фитцхью, где на запястье вырезанные раны напоминали какой-то сложный древний язык. "Они также очень соответствуют причинению себе вреда: мужчина-правша, слегка откинутый назад". Он продемонстрировал, держа воображаемый клинок. "Очень быстрые, очень точные удары по запястью, перерезающие артерию".

Хотя она уже сама изучила раны и их фотографии, она подошла ближе, посмотрела еще раз. "Почему кто-то не мог подойти к нему сзади, наклониться и ударить под тем же углом?"

"Это не выходит за рамки возможного, но если бы это было так, я бы ожидал увидеть несколько защитных ран. Если бы кто-то пробрался к вам в ванну и порезал вам запястье, вы были бы склонны к раздражению, склочности." Он просиял улыбкой. "Я не думаю, что ты бы просто откинулся в ванне и истек кровью до смерти".

"Итак, ты идешь на самоликвидацию".

"Не так быстро. Я был готов." Он потянул себя за нижнюю губу, позволив ей вернуться на место. "Я провел стандартный анализ мозга, необходимый при любом самоустранении или подозрении на самоустранение. Вот в чем загадка. Настоящая загадка".

Он подвинул свой стул к своему рабочему месту, жестом через плечо показывая ей следовать за ним. "Это его мозг", - сказал он, постукивая пальцем по органу, плавающему в прозрачной жидкости и прикрепленному к тонким кабелям, которые подключались к мэйнфрейму его компьютера. "Эбби нормальная".

"Я прошу у вас прощения".

Моррис усмехнулся и покачал головой. "Очевидно, у вас не хватает времени на просмотр достаточного количества классических видеороликов. Это начало мифа о Франкенштейне. Я хочу сказать, что этот мозг ненормален ".

"У него было повреждение мозга?"

"Ущерб - ну, это кажется чрезмерным словом для того, что я нашел. Здесь, на экране ". Он развернулся, нажал несколько клавиш. На экране вспыхнул крупный план мозга Фицхью. "Опять же, на поверхности, полностью так, как ожидалось. Но мы показываем поперечный разрез ". Он постучал еще раз, и мозг был аккуратно разрезан пополам. "Так много всего произошло на этой маленькой мессе", - пробормотал Моррис. "Мысли, идеи, музыка, желания, поэзия, гнев, ненависть. Люди говорят о сердце, лейтенант, но именно мозг хранит в себе всю магию и тайну человеческого вида. Это возвышает нас, разделяет нас, определяет нас как индивидуальностей. И секреты этого - ну, сомнительно, что мы когда-нибудь узнаем их все. Смотри здесь ".

Ева наклонилась ближе, пытаясь разглядеть, на что он указал, постукивая пальцем по экрану. "По-моему, это похоже на мозг. Непривлекательно, но необходимо ".

"Не волнуйся, я сам чуть не пропустил это. На этом изображении, - продолжал он, пока монитор менял цвета и формы, - ткань выглядит голубоватой, от бледной до темной, кость белой. Кровеносные сосуды красные. Как вы можете видеть, нет никаких сгустков или опухолей, которые указывали бы на возникающие неврологические расстройства. Усилить сектор Б, секции от тридцати пяти до сорока, тридцать процентов."

Экран подпрыгнул, и часть изображения увеличилась. Теряя терпение, Ева начала пожимать плечами, затем наклонилась. "Что это? Это выглядит как... Что? Пятно?"

"Это так, не так ли?" Он снова просиял, уставившись на экран, где слабая тень размером не больше мухиной соринки омрачала мозг. "Почти как отпечаток пальца, промасленного пальца ребенка. Но когда вы увеличиваете снова ", - он сделал это с помощью нескольких коротких команд, приблизив изображение, - "это скорее крошечный ожог".

"Как бы вы получили ожог в своем мозгу?"

"Именно". Явно очарованный, Моррис повернулся к рассматриваемому мозгу. "Я никогда не видел ничего подобного этому крошечному следу от булавочного укола. Это не было вызвано кровоизлиянием, небольшим инсультом или аневризмой. Я запустил все стандартные программы визуализации мозга и не могу найти никакой известной неврологической причины для этого ".

"Но это там".

"Действительно, это так. Это могло быть ничем, не более чем слабой аномалией, которая время от времени вызывала неясную головную боль или головокружение. Это, конечно, не было бы фатальным. Но это любопытно. Я отправил за всеми медицинскими записями Фитцхью, чтобы посмотреть, проводились ли какие-либо тесты или какие-либо данные об этом ожоге ".

"Может ли это вызвать депрессию, беспокойство?"

"Я не знаю. Это дефект левой лобной доли правого полушария головного мозга. Современное медицинское мнение таково, что определенные аспекты, такие как личность, локализованы в этой конкретной области мозга. Так что это действительно проявляется в той части мозга, которая, как мы теперь полагаем, получает и внедряет предложения и идеи ".

Он повел плечами. "Однако я не могу документально подтвердить, что этот недостаток способствовал смерти. Факт в том, Даллас, что в данный момент я сбит с толку, но очарован. Я не опубликую ваше дело, пока не найду ответы на некоторые вопросы ".

***

Ожог в мозгу, размышляла Ева, вскрывая замки в квартире Фицхью. Она пришла одна, желая пустоты, тишины, чтобы дать своему мозгу время поработать. Пока она не очистит место преступления, у Фоксса будут другие жилые помещения.

Она вернулась по своим следам наверх, снова изучила ужасную ванну.

Ожог в мозгу, снова подумала она. Наркотики казались наиболее логичным ответом. Если бы они не были обнаружены на токсикологии, возможно, это был новый тип препарата, который еще не был зарегистрирован.

Она вошла в комнату отдыха. Там не было ничего, кроме дорогих игрушек богатого человека, который наслаждался своим досугом.

Не могла уснуть, размышляла она. Зашел расслабиться, выпил бренди. Растянулся в кресле, смотрел на какой-то экран. Ее губы поджались, когда она взяла очки виртуальной реальности, лежащие рядом со стулом. Совершил короткое путешествие. Не хотел использовать камеру для этого, просто откинулся назад.

Заинтригованная, она надела защитные очки и приказала воспроизвести последнюю сцену. Ее погрузили в покачивающуюся белую лодку на прохладной зеленой реке. Птицы парили над головой, рыба метнулась вверх, сверкнула серебром и снова нырнула. На берегах реки были полевые цветы и высокие, защищающие деревья. Она почувствовала, что плывет, опустила руку в воду, чтобы оставить тихий след. Близился закат, и небо на западе стало розово-пурпурным. Она могла слышать низкое жужжание пчел, веселый стрекот сверчков. Лодка раскачивалась, как колыбель.

Подавив зевок, она снова сняла очки. Безобидная, успокаивающая сцена, решила она и опустила очки. Ничего, что вызвало бы внезапное желание перерезать себе вены. Но вода могла вызвать желание принять горячую ванну, поэтому он принял одну. И если бы Фокс подкрался, был достаточно тихим, достаточно быстрым, он мог бы это сделать.

Это было все, что у нее было, решила Ева, и достала свой коммуникатор, чтобы заказать второе интервью с Артуром Фоксом.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Ева изучила отчеты о стуках в двери от патрульных. Большинство из них были такими, как она ожидала. Фицхью и Фокс были тихими, замкнутыми, но дружелюбными со своими соседями по зданию. Но она ухватилась за заявление дроида, дежурившего на привратницкой, из которого следовало, что Фокс покинул здание в двадцать два тридцать и вернулся в две тысячи триста часов.

"Он не упоминал, что выходил, не так ли, Пибоди? Ни слова о небольшой прогулке вечером в одиночестве ".

"Нет, он не упоминал об этом".

"Мы уже получили записи с камер наблюдения в вестибюле и лифте?"

"Я загрузил их. Они под командованием Фитцхью десять пятьдесят один в вашем подразделении."

"Давайте взглянем". Ева загрузила свою машину, откинулась на спинку стула.

Пибоди посмотрела на монитор через плечо и удержалась от упоминания, что теперь они оба официально не на дежурстве. В конце концов, это было захватывающе - работать бок о бок с лучшим детективом по расследованию убийств в Центральном полицейском управлении. Даллас бы посмеялся над этим, подумала Пибоди, но это была правда. Она годами следила за карьерой Евы Даллас, и не было никого, кем она восхищалась или кому хотела бы подражать больше.

Самым большим потрясением в жизни Пибоди было то, что каким-то образом, в течение нескольких коротких месяцев, они тоже стали друзьями.

"Остановись". Ева села прямо, когда передача замерла. Она изучала стильную блондинку, входящую в здание в двадцать два пятнадцать. "Так, так, вот и наша Леанор, проскальзывает мимо".

"Она была близка к этому моменту. Десять пятнадцать."

"Да, она на высоте". Ева провела языком по зубам. "Что ты думаешь, Пибоди? Бизнес или удовольствие?"

"Ну, она одета по-деловому". Пибоди склонила голову набок и позволила слабому следу зависти пробежать по ее спине при виде элегантного костюма-тройки Леанор. "У нее в руках портфель".

"Портфель - и бутылка вина. Усилить сектор D, от тридцати до тридцати пяти. Дорогая бутылка вина", - пробормотала Ева, когда экран щелкнул и четко отобразил этикетку. "У Рорка есть кое-что из этого небольшого количества в винном погребе. Я думаю, что это длится около двухсот."

"Бутылка? Вау."

"Стакан", - поправила Ева, забавляясь, когда Пибоди вытаращила глаза. "Что-то не сходится. Восстановите нормальный размер и скорость, переключитесь на камеру лифта. Хм. Да, да, она прихорашивается, - пробормотала Ева, наблюдая, как Леанор достала золотую пудреницу из своего портфеля с тиснением, припудрила носик, освежила помаду, пока лифт поднимался. "И смотри-ка, только что расстегнул три верхние пуговицы ее блузки".

"Готовлюсь к встрече с мужчиной", - сказала Пибоди и пожала плечами, когда Ева бросила на нее косой взгляд. "Я бы предположил".

"Я бы тоже так подумал". Вместе они наблюдали, как Леанор прошла по фойе на тридцать восьмом этаже и влетела в квартиру Фитцхью. Ева увеличила время задержки, пока Фокс не вышел пятнадцатью минутами позже. "Не выглядит счастливым, не так ли?"

"Нет". Пибоди сузила глаза. "Я бы сказал, что он выглядит взбешенным". Она приподняла брови, когда Фокс раздраженно пнул дверь лифта. "Очень раздражен".

Они ждали продолжения драмы. Леанор ушла двадцать две минуты спустя, на ее щеках горел румянец, глаза блестели. Она ткнула пальцем в лифт, повесила портфель на плечо. Вскоре после этого Фокс вернулся с небольшим свертком.

"Она пробыла там не двадцать или тридцать минут, а больше сорока пяти. Что происходило в той квартире той ночью?" Ева задумалась. "И что же Фокс привез с собой обратно? Обратитесь в адвокатскую контору. Я хочу, чтобы Леанор была здесь для допроса. У меня Фокс в половине десятого. Приведи ее сюда в то же время. Мы будем играть в них командой ".

"Ты хочешь, чтобы я допросил?"

Ева отключила свою машину, расправила плечи. "Это хорошее место для начала. Мы встретимся здесь в восемь тридцать. Нет, приходи в мой домашний офис в восемь. Это даст нам больше времени ". Она взглянула на свой 'линк, когда он подал звуковой сигнал, решила проигнорировать его, затем сдалась.

"Даллас".

"Эй!" Сияющее лицо Мэвис заполнило экран. "Я надеялся, что поймаю тебя до того, как ты уйдешь. Как дела?"

"Достаточно хорошо. Я как раз собираюсь выйти из системы. Что случилось?"

"Хорошее время. Отличное время. Mag. Послушай, я в студии Джесс. Мы собираемся провести сеанс. Леонардо здесь. Мы собираемся устроить из этого вечеринку, так что приходите ".

"Эй, послушай, Мэвис, я потратил целый день. Я просто хочу- "

"Давай". Там были нервы, а также энтузиазм. "Мы собираемся принести еду, и у Джесс здесь самый потрясающий напиток. Это лишит тебя сил за считанные секунды. Он думает, что если мы сможем предложить что-нибудь приличное сегодня вечером, мы могли бы этим заняться. Я бы действительно хотел, чтобы ты был рядом. Ты знаешь, дерьмо с моральной поддержкой. Ты не можешь просто зайти на некоторое время?"

"Думаю, я мог бы". Черт возьми. Нет хребта. "Я дам Рорку знать, что буду поздно. Но я не могу остаться ".

"Эй, я уже позвонил Рорку".

"Ты - что?"

"Я связал его совсем недавно. Эй, ты знаешь, Даллас, я никогда не был в этом его мегакрутом офисе. У него там было что-то вроде ООН или что-то в этом роде, все эти парни из другой страны. Дикий. В любом случае, они соединили меня с внутренним святилищем, потому что я был твоим приятелем, и я поговорил с ним. Итак, - прощебетала Мэвис, перекрывая тяжелый вздох Евы, - я рассказала ему, что происходит, и он сказал, что заедет после встречи, или саммита, или чем бы он там ни увлекался.

"Похоже, все улажено". Ева наблюдала, как ее фантазия о джакузи, бокале вина и толстом куске стейка развеивается в дыму.

"Слишком круто. Эй, это Пибоди? Эй, Пибоди, ты тоже приходи. Мы будем веселиться. Скоро увидимся, верно?"

"Мэвис". Ева поймала ее за секунды до того, как она высвободилась. "Где ты, черт возьми?"

"О, разве я не говорил? Студия находится на восьмой авеню Б, на уровне улицы. Просто постучи в дверь. Кто-нибудь впустит тебя. Надо идти", - крикнула она, когда прогремело что-то, что могло быть музыкой. "Они настраиваются. Поймаю тебя".

Ева выдохнула, убрала волосы с глаз и оглянулась через плечо. "Ну что, Пибоди, хочешь пойти на сессию звукозаписи, поджарить уши, съесть плохую еду и напиться плохого пива?"

Пибоди не пришлось думать дважды. "На самом деле, лейтенант, я бы с удовольствием".

***

Потребовалось много колотить в серую стальную дверь, которая выглядела так, как будто где-то на линии ее били тараном не с того конца. Дождь с того утра превратился в пар, от которого неприятно пахло уличным маслом и утилизаторами, которые, казалось, никогда не ремонтировались в этой части города.

С большей покорностью, чем с энергией, Ева наблюдала, как два химика заключают сделки при грязном свете уличного фонаря. Никто из них даже глазом не моргнул при виде униформы Пибоди. Ева обернулась, когда один из порошковых наркоманов получил удар менее чем в пяти футах от нее.

"Черт возьми, это просто слишком высокомерно. Арестуй его ".

Смирившись, Пибоди направилась туда. Химиоголовый сосредоточился, выругался и, проглотив бумажку, в которую был завернут его порошок, развернулся, чтобы убежать. Его занесло на мокром асфальте, и он врезался лицом в фонарный столб. К тому времени, когда Пибоди добралась до него, он лежал навзничь, а из носа у него обильно текла кровь.

"Он без сознания", - крикнула она Еве.

"Идиот. Призови это. Вызовите сюда патрульную машину, чтобы затащить его в резервуар. Ты хочешь ошейник?"

Пибоди задумалась, затем покачала головой. "Не стоит того. Патрульный может это вынести." Она вытащила свой коммуникатор, назвала местоположение, возвращаясь к Еве. "Дилер все еще через дорогу", - прокомментировала она. "У него есть воздушные клинки, но я мог бы попытаться догнать его".

"Я чувствую недостаток энтузиазма". Ева сузила глаза, осмотрела дилера, неуклюже двигающегося через улицу, от воздушных лезвий шел пар. "Эй, придурок", - позвала она. "Вы видите здесь эту форму?" Она ткнула большим пальцем в сторону Пибоди. "Займись своими делами где-нибудь в другом месте, или я скажу ей поднять свое оружие до третьего уровня и посмотреть, как ты описаешься".

"Пизда", - крикнул он в ответ и унесся прочь на своих клинках.

"У тебя настоящий подход к общественным отношениям, Даллас".

"Да, это дар". Ева обернулась, готовая снова постучать в дверь, и обнаружила, что стоит лицом к лицу с женщиной массивных пропорций. Ей было около шести пяти лет, с плечами шириной с шоссе. Они выглядывали из кожаного жилета без рукавов и бугрились мышцами и татуировками. Под ним на ней был комбинезон, облегающий, как кожа, и цвета заживающего синяка. Она носила медное кольцо в носу и коротко подстриженные волосы, собранные в тугие блестящие черные локоны.

"Гребаные наркоторговцы", - сказала она голосом, похожим на пушечный гром. "Вонь на всю округу. Ты коп Мэвис?"

"Это верно, и я привел с собой своего полицейского".

Женщина смерила Пибоди взглядом молочно-голубых глаз. "Твердый. Мэвис говорит, что ты прав. Я Большая Мэри".

Ева наклонила голову. "Да, это так".

Это заняло около десяти секунд, затем лицо Большой Мэри размером с луну сморщилось в острой, как нож, ухмылке. "Заходи. Джесс просто распаляется ". В качестве приветствия она взяла Еву за руку, подняла ее и вывела в короткий коридор. "Давай, полицейский из Далласа".

"Пибоди". Осторожно оглядываясь, Пибоди осторожно держалась вне досягаемости Большой Мэри.

"Тело горошины. Да, ты не намного больше горошины ". Зарычав на собственную шутку, Большая Мэри затащила Еву в обитый тканью лифт, подождала, пока закроется дверь. Они были заключены в кокон вместе, тесно, как рыба на сковороде, когда Мэри приказала отряду поднять их на один уровень выше. "Джесс, он говорит взять тебя под контроль. У тебя есть деньги?"

Было трудно сохранять достоинство любого рода, когда нос Евы был прижат к подмышке Мэри. "Для чего?"

"Нам приносят еду. Ты должен получить свою долю за еду ".

"Хорошо. Рорк уже здесь?"

"Не видел никакого Рорка. Мэвис говорит, что ты не можешь скучать по нему, потому что он прекрасен ".

Обитая тканью дверь открылась, и Ева выпустила дыхание, которое она задерживала. Даже когда она втягивала воздух, ее уши были атакованы. Высокий, дикий голос Мэвис срывался на визг под аккомпанемент оглушительного шума.

"У нее все в порядке".

Только глубокая привязанность к Мэвис помешала Еве прыгнуть обратно в звукоизоляцию. "По-видимому".

"Я принесу вам напитки. Джесс, он принес зелье."

Мэри неуклюже удалилась, оставив Еву и Пибоди в контрольной кабине со стеклянными стенами, которая изгибалась полукругом на полуровня выше студии, где Мэвис пела от всего сердца и легких. С усмешкой Ева придвинулась ближе к стеклу, чтобы лучше видеть.

Мэвис собрала волосы так, что они разлетелись фиолетовым фонтаном из разноцветной ленты. На ней был модифицированный комбинезон, черные кожаные ремешки проходили по центру ее обнаженных грудей. Остальной материал представлял собой мерцающий калейдоскоп, который начинался на животе и заканчивался чуть южнее промежности. Она танцевала в такт на модных шлепанцах, которые оставляли ноги голыми и ставили их на четырехдюймовые ходули.

Ева не сомневалась, что костюм Мэвис разработал для нее любовник. Она заметила Леонардо в углу студии, он сиял, как солнечный луч, глядя на Мэвис, и был одет в облегающий комбинезон, который делал его похожим на элегантного гризли.

"Что за пара", - пробормотала она и засунула большие пальцы в задние карманы своих поношенных джинсов. Она повернула голову, чтобы заговорить с Пибоди, но заметила, что внимание ее спутницы было приковано к левой стороне, а выражение лица Пибоди, с некоторым любопытством отметила Ева, сочетало в себе шок, восхищение и похоть.

Проследив за рассеянным взглядом Пибоди, Ева впервые увидела Джесс Бэрроу. Он был прекрасен. Картина в движении с длинной, сияющей гривой волос цвета полированного дуба. Его глаза были почти серебристого цвета, с густыми ресницами, очень сосредоточенные, когда он работал с элементами управления сложной консоли. Цвет его лица был безупречен, загорелый до бронзы, подчеркиваемый округлыми скулами и волевым подбородком. Его рот был полным и твердым, а руки, когда они летали над рычагами управления, были точены, как мрамор.

"Закатай язык, Пибоди", - посоветовала Ева, "прежде чем наступишь на него".

"Боже. Святой Боже. Лично он лучше. Разве ты не хочешь просто укусить его?"

"Не особенно, но ты продолжай".

Взяв себя в руки, Пибоди покраснела до корней волос. Она переступила на своих крепких ногах. Это было, напомнила она себе, ее превосходством. "Я восхищаюсь его талантом".

" Пибоди, ты восхищаешься его грудью. Это довольно хорошая песня, так что я не могу держать на тебя зла ".

"Я бы хотела, чтобы он это сделал", - пробормотала она, затем прочистила горло, когда Большая Мэри вернулась с двумя темно-коричневыми бутылками. "Джесс получает этот напиток от своей семьи на юге. Это прекрасно ".

Поскольку он также не был помечен, Ева приготовилась пожертвовать несколькими слоями слизистой оболочки желудка. Она была приятно удивлена, когда жидкость мягко скользнула по ее горлу. "Это прекрасно. Спасибо ".

"Ты добавляешь к котенку, ты можешь получить больше. Я должен спуститься вниз, чтобы дождаться Рорка. Я слышал, у него есть деньги, которые он может вложить. Как так получилось, что ты не носишь какую-нибудь броскую одежду, ты связалась с богатым человеком?"

Ева решила не упоминать бриллиант размером с детский кулак, покоящийся между ее грудей под рубашкой. "Мое нижнее белье из чистого золота. Некоторых это раздражает, но это заставляет меня чувствовать себя в безопасности ".

После очередной короткой задержки с обработкой Мэри разразилась смехом, хлопнула Еву по спине достаточно сильно, чтобы та ударилась головой о стекло, а затем направилась прочь своим сокрушительным шагом.

"Мы должны записать ее", - пробормотала Ева. "Ей не понадобилось бы оружие или бронежилет".

Музыка достигла обжигающего слух крещендо, затем оборвалась, как будто ее отрезали ножом. Внизу Мэвис взвизгнула и бросилась в распростертые объятия Леонардо.

"Это был хороший дубль, сладкая". Голос Джесс лился, как сливки, и лениво растягивался с южным акцентом. "Возьми десять и дай отдохнуть этому золотому горлу ради меня".

Идея Мэвис дать отдых своему горлу заключалась в том, чтобы издать еще один крик, а затем отчаянно помахать Еве. " Даллас, ты здесь. Разве это не был мэг? Я поднимаюсь, никуда не уходи". Она протиснулась в дверь на своих модных ходулях.

"Так это и есть Даллас". Джесс оттолкнулся от своей консоли. Его тело было подтянутым и выгодно выделялось в таких же поношенных джинсах, как у Евы, и простой хлопчатобумажной рубашке, за которую можно было бы заплатить месячную зарплату патрульного полицейского. В ухе у него была бриллиантовая серьга, которая сверкала, когда он пересекал кабинку, а на запястье - плетеная золотая цепочка, которая плавно скользила, когда он протягивал одну из своих красивых рук. "Мэвис переполнена историями о своем полицейском".

"Мэвис обычно переполняется. Это часть ее очарования ".

"Так оно и есть. Я Джесс, и я рада наконец с тобой познакомиться ". Все еще держа свою руку поверх руки Евы, он обратил свою медленную, заставляющую сердце биться улыбку на Пибоди. "И, похоже, у нас есть два копа по цене одного".

"Я - я большая фанатка", - выдавила из себя Пибоди, борясь с нервным заиканием. "У меня есть все твои диски, аудио и видео. Я видел тебя на концерте ".

"Любителям музыки всегда рады". Он отпустил руку Евы, чтобы взять ее за руку. "Почему бы мне не показать тебе мою любимую игрушку?" предложил он, подводя ее к консоли. Прежде чем Ева смогла последовать за ним, ворвалась Мэвис.

"Что ты думал? Тебе понравилось? Я написал это. Джесс организовала это, но я написал это. Он думает, что это может ударить ".

"Я действительно горжусь тобой. Ты звучал великолепно. " Ева ответила на восторженные объятия Мэвис и улыбнулась Леонардо через плечо. "Каково это - быть связанным с восходящей музыкальной легендой?"

"Она замечательная". Он наклонился, чтобы сжать Еву одной рукой. "Ты выглядишь потрясающе. Я заметил в некоторых новостных роликах, что ты носила несколько моих дизайнов. Я благодарен ".

"Я благодарна", - сказала Ева и имела в виду именно это. Леонардо был талантливым и начинающим гением дизайна одежды. "Я не был похож на кузена Рорка, собирающего тряпки".

"Ты всегда похожа на саму себя", - поправил Леонардо, но прищурился и запустил пальцы в ее растрепанные волосы. "Тебе нужно немного поработать здесь. Если вы не приводите его в порядок каждые несколько недель, оно теряет форму ".

"Я собирался немного подправить это, я просто - "

"Нет, нет". Он торжественно покачал головой, но его глаза сверкнули, глядя на нее. "Дни, когда ты сам взламывал это, прошли. Ты позвонишь Трине, пусть она сделает это с тобой ".

"Нам придется тащить ее снова". Мэвис улыбалась всему. "Она будет продолжать придумывать оправдания и начнет подрезать это кухонными ножницами, когда это попадет ей в глаза". Она захихикала, когда Леонардо вздрогнул. "Мы заставим Рорка преследовать ее".

"Я был бы рад". Он вышел из лифта, направился прямо к Еве и, обхватив ее лицо руками, поцеловал ее. "О чем я тебя преследую?"

"Ничего. Выпей чего-нибудь". Она передала ему свою бутылку.

Вместо того, чтобы выпить, он поцеловал Мэвис в знак приветствия. "Я ценю приглашение. Это настоящая подстава ".

"Разве это не мэг? Звуковая система превосходна, и Джесс творит всевозможные чудеса с консолью. У него запрограммировано около шести миллионов инструментов. Он тоже может сыграть их все. Он может делать все, что угодно. Ночь, когда он пришел в D и D, изменила мою жизнь. Это было похоже на чудо ".

"Мэвис, ты чудо". Джесс плавно повела Пибоди обратно к группе. Она была раскрасневшейся, с остекленевшими глазами. Ева могла видеть, как пульс на ее горле бьется в своем собственном ритме.

"Пригнись, девочка", - пробормотала она, но Пибоди только закатила глаза.

"Ты познакомился с Даллас и Пибоди, верно? А это Рорк ". Мэвис подпрыгнула на своих ходулях. "Мои самые близкие друзья".

"Это подлинное удовольствие". Джесс протянул Рорку одну из своих тонкокостных рук. "Я восхищаюсь твоим успехом в мире бизнеса и твоим вкусом к женщинам".

"Спасибо тебе. Я склонен быть осторожным с обоими ". Рорк осмотрел местность, склонил голову. "Ваша студия впечатляет".

"Я люблю демонстрировать это. Это было на стадии планирования в течение некоторого времени. На самом деле Мэвис - первый художник, который использовал это, кроме меня. Мэри собирается заказать еду. Почему бы мне не показать вам мое замечательное творение, прежде чем я верну Мэвис к работе?"

Он первым вернулся к пульту, сел за него, как капитан за штурвал. "Инструменты запрограммированы, конечно. Я могу вызвать любое количество комбинаций и изменять высоту звука и скорость. Доступ к нему осуществляется по голосовой команде, но я редко этим пользуюсь. Отвлекает меня от музыки ".

Он переключил управление и заиграл простой бэкбит. "Записанный вокал". Он постучал пальцами по кнопкам, и раздался голос Мэвис, на удивление твердый и насыщенный. На мониторе отображались звуки со сменой цветов и форм. "Я использую это для компьютерного анализа. Музыковеды", - он сверкнул очаровательной, самоуничижительной улыбкой, - "мы ничего не можем с собой поделать. Но это уже другая история ".

"Она звучит хорошо", - прокомментировала Ева, довольная.

"И она будет звучать лучше. Дублирование." Голос Мэвис раздваивался, накладываясь друг на друга в тесной гармонии. "Наслоения и наполнение". Руки Джесс танцевали над рычагами управления, извлекая гитары, духовые, звон тамбурина, пронзительный вой саксофона. "Остынь". Все замедлилось, смягчилось. "Разогрей это". Сработал в два раза быстрее, взорвался.

"Это все очень просто, как и ее дуэт с записывающимися артистами прошлого. Вам придется услышать ее версию 'Hard Day's Night' с the Beatles. Я также могу закодировать любой звук ". С заигрывающей улыбкой на губах он повернул диск и пробежал пальцами по клавишам. Прошептал голос Евы.

"Пригнись, девочка". Слова сливались с голосом Мэвис, повторяясь, отдаваясь эхом, дрейфуя.

"Как ты это сделал?" Потребовала Ева.

"Я подключен к микрофону, - объяснил он, - и подключен к консоли. Теперь, когда у меня есть твой голос в программе, я могу попросить тебя заменить голос Мэвис ". Он снова пробежался по кнопкам управления, и Ева вздрогнула, услышав собственное пение.

"Не делай этого", - приказала она, и, смеясь, Джесс переключила его обратно.

"Извините, я не могу удержаться от игры. Хочешь услышать, как ты напеваешь, Пибоди?"

"Нет". Затем она прикусила губу. "Ну, может быть".

"Давайте посмотрим, что-нибудь дымчатое, сдержанное и классическое". Он немного поработал, затем откинулся на спинку стула. Глаза Пибоди округлились, когда она услышала, как она тихо прожигает "Ты у меня под кожей".

"Это одна из твоих песен?" она спросила. "Я не узнаю этого".

Джесс усмехнулась. "Нет, это было до моего времени. У вас сильный голос, офицер Пибоди. Хороший контроль дыхания. Хочешь бросить свою повседневную работу и присоединиться к вечеринке?"

Она покраснела и покачала головой. Джесс отключила вокал, настроила консоль на блюзовый инструментал. "Я работал с инженером, который разработал кое-какую автотронику для Disney-Universe. Потребовалось почти три года, чтобы завершить это ". Он похлопал по консоли, как любимого ребенка. "Теперь, когда у меня есть прототип и действующее устройство, я надеюсь изготовить больше. Она тоже работает на удаленке. Я могу быть где угодно и подключаться, управлять советом. У меня есть спецификации на меньшее портативное устройство, и я работаю над улучшителем настроения ".

Он, казалось, взял себя в руки, покачал головой. "Я увлекаюсь. Мой агент начинает жаловаться, что я трачу больше времени на электронику, чем на запись ".

"Еда здесь!" Большая Мэри взревела.

"Ну, тогда." Джесс улыбнулся, оглядывая свою аудиторию. "Давайте углубимся. Ты должна поддерживать свой энергетический уровень на высоком уровне, Мэвис ".

"Я умираю с голоду". Она схватила Леонардо за руку и направилась к двери. Внизу Мэри заносила сумки и коробки в студию.

"Идите, угощайтесь сами", - сказала им Джесс. "Мне нужно немного повозиться. Я скоро буду ".

"Что ты думаешь?" - Прошептала Ева Рорку, когда они направились вниз, сопровождаемая Пибоди.

"Я думаю, он ищет инвестора".

Ева вздохнула, кивнула. "Да, это было мое мнение. Мне жаль ".

"Это не проблема. У него интересный продукт ".

"Я попросил Пибоди проверить его. Ничего не всплыло. Но мне не нравится думать о том, что он использовал тебя - или Мэвис."

"Это еще предстоит увидеть". Он заключил ее в объятия, когда они вошли в студию, провел руками по ее бедрам. "Я скучал по тебе. Я скучаю по тому, чтобы проводить с тобой много времени ".

Она почувствовала, как между ее бедер разгорается жар, более горячий, похотливый, чем требовал момент. Ее груди покалывало от этого. "Я тоже скучал по тебе. Почему бы нам не придумать, как сократить вечер, пойти домой и потрахаться, как кролики?"

Он был тверд как железо. Когда он наклонился, чтобы прикусить ее ухо, он обнаружил, что изо всех сил старается не потянуть за ее одежду. "Хорошая мысль. Христос, я хочу тебя".

К черту то, где они были, подумал Рорк и за волосы оттянул ее голову назад, чтобы завладеть ее ртом.

За консолью, за пультом управления, Джесс наблюдала за ними и улыбалась. Еще несколько минут, размышлял он, и они вполне могли бы оказаться на полу, бездумно совокупляясь. Лучше не надо. Ловкими пальцами он пробежался по кнопкам, изменил программу. Более чем удовлетворенный, он встал и начал спускаться по лестнице.

***

Два часа спустя, возвращаясь домой по темным улицам, расцвеченным цветами от мигающих рекламных щитов, Ева вывела свою машину за пределы закона. Потребность была низким, пульсирующим биением между ее бедер, зудом, отчаянно требующим, чтобы его почесали.

"Вы нарушаете закон, лейтенант", - мягко сказал Рорк. Он снова был тверд как скала, как подросток, взбалмошный на гормонах.

Женщина, которая гордилась тем, что никогда не злоупотребляла своим значком, пробормотала: "Согнув его".

Рорк протянул руку и обхватил ее грудь. "Согни это сильнее".

"О, Иисус". Она уже могла представить, что он почувствует внутри нее, поэтому она нажала на акселератор и пулей помчалась по парку.

Оператор глиссера подняла средний палец, когда Ева с криком обогнула бордюр и направилась на восток. Тихо выругавшись, Ева включила свою дежурную лампочку, высветила красно-синий шар и заставила его мигать.

"Я не могу поверить, что я делаю это. Я никогда этого не делаю ".

Рорк скользнул рукой вниз к ее бедру. "Ты знаешь, что я собираюсь с тобой сделать?"

Она хрипло рассмеялась, с трудом сглотнув. "Не говори мне, ради Бога. Я убью нас".

Ее руки были приклеены к рулю и дрожали, ее тело вибрировало, как уже натянутая струна. Ее дыхание уже сбивалось. Облака проскользнули мимо луны и высвободили ее свет.

"Нажми на пульт для врат", - выдохнула она. "Нажми на пульт. Я не сбавляю темп ".

Он быстро закодировал это. Железные ворота величественно распахнулись, и она ворвалась внутрь с запасом в несколько дюймов. "Отличная работа. Останови машину ".

"Минутку, только минутку". Она помчалась по подъездной дорожке, пролетая мимо великолепных деревьев и музыкальных фонтанов.

"Останови машину", - снова потребовал он и прижал руку к ее промежности.

Она кончила мгновенно, яростно, едва удержавшись от того, чтобы не врезаться в дуб. Хватая ртом воздух, она остановила автомобиль, вильнув хвостом и завершив пьяный разворот по диагонали через дорогу.

Она бросилась на него.

Они рвали на себе одежду, борясь за то, чтобы найти друг друга в узких пределах автомобиля. Она укусила его за плечо, рывком расстегнула его брюки. Он ругался, она смеялась, когда он вытаскивал ее из машины. Они упали на траву в путанице конечностей и скомканной одежды.

"Поторопись, поторопись". Это было все, что она смогла выдавить из себя под невыносимым давлением. Его рот был на ее груди через разорванную рубашку, скрежеща зубами. Она потянула его за брюки, впилась пальцами в его бедра.

Его дыхание было быстрым, грубым, необузданная потребность царапала его так же настойчиво, как ее ногти царапали его спину. Он чувствовал, как бурлит его кровь, приливной волной по венам. Его руки оставляли на ней синяки, когда он откидывал ее ноги назад, входя глубоко в нее.

Она закричала, издав дикий звук наслаждения, ее ногти царапали его спину, зубы впились в его плечо. Она чувствовала, как он пульсирует внутри нее, наполняя ее с каждым отчаянным толчком. Удар оргазма был болезненным и не сделал ничего, чтобы уменьшить чудовищную потребность.

Она была влажной, горячей, ее мышцы касались его, как зубы, с каждым движением бедер. Он не мог остановиться, не мог думать и погружался снова и снова, как жеребец, покрывающий кобылу во время течки. Он не мог видеть ее сквозь красную дымку, которая затуманила его зрение, он мог только чувствовать ее, мчащуюся с ним, двигающую бедрами. Ее голос гудел в его ушах, сплошные всхлипы, стоны и вздохи.

Каждый звук бился в его крови, как первобытное песнопение.

Это разрушилось без предупреждения, вне его контроля. Его тело просто достигло пика, как двигатель на максимальной мощности, врезалось в нее, а затем взорвалось. Горячая волна освобождения захлестнула его, поглотила, утопила. Это был единственный раз с тех пор, как он впервые прикоснулся к ней, когда он не знал, последовала ли она за ним через край.

Он рухнул, слабо откатившись в сторону, пытаясь набрать воздуха в свои перегруженные легкие. В сияющем лунном свете они растянулись на траве, потные, полуодетые, дрожащие, как одинокие выжившие в особенно жестокой войне.

Со стоном она перевернулась на живот, позволяя траве охладить ее горящие щеки. "Господи, что это было?"

"При других обстоятельствах я бы назвал это сексом. Но..." Ему удалось открыть глаза. "У меня нет для этого слова".

"Я тебя укусил?"

Несколько болей давали о себе знать по мере того, как его тело восстанавливалось. Он повернул голову, взглянул на свое плечо и увидел отпечаток ее зубов. "Кто-то сделал. Я думаю, что это, вероятно, был ты ".

Он наблюдал, как падает звезда, проливая серебро с неба на землю. Это было очень похоже на это, подумал он, как беспомощное погружение в забвение. "Ты в порядке?"

"Я не знаю. Я должен подумать об этом". У нее все еще кружилась голова. "Мы на лужайке", - медленно произнесла она. "Наша одежда порвана. Я почти уверен, что у меня на заднице остались отпечатки твоих пальцев ".

"Я сделал все, что мог", - пробормотал он.

Она сначала хихикнула, затем хихикнула, затем разразилась приступами головокружительного, икающего смеха. "Иисус, Рорк, Иисус Христос, посмотри на нас".

"Через минуту. Я думаю, что я все еще частично слеп ". Но он ухмылялся, когда перемещался. Она все еще тряслась от смеха. Ее волосы торчали под странными углами, глаза были стеклянными, а на ее красивой заднице были пятна от травы, а также синяки. "Вы не очень похожи на полицейского, лейтенант".

Она перекатилась, чтобы сесть, как и он, наклонив голову. "Ты не очень похож на богатого парня, Рорк". Она потянула его за рукав - это было все, что осталось от его рубашки. "Но это интересный взгляд. Как ты собираешься объяснить это Соммерсету?"

"Я просто скажу ему, что моя жена - животное".

Она фыркнула. "Он уже решил это для себя". Выдохнув, она посмотрела в сторону дома. На нижнем уровне мерцали огни, приветствуя их возвращение домой. "Как мы собираемся попасть в дом?"

"Что ж..." Он нашел то, что осталось от ее рубашки, повязал ее вокруг груди и заставил ее беспомощно хихикать. Им удалось натянуть испорченные брюки, затем они сидели, глядя друг на друга. "Я не могу донести тебя до машины", - сказал он ей. "Я надеялся, что ты понесешь меня".

"Сначала мы должны встать".

"Хорошо".

Ни один из них не пошевелился. Смех начался снова, продолжался, пока они хватались друг за друга, как пьяные, и, пошатываясь, поднимались на ноги. "Оставь машину", - решил он.

"Ага". Они захромали прочь, пошатываясь. "Одежда? Туфли?"

"Оставь и их тоже".

"Хороший план".

Хихикая, как дети, нарушившие комендантский час, они, спотыкаясь, поднялись по ступенькам, шикнув друг на друга, когда ввалились в дверь.

"Рорк!" Шокированные голоса, торопливые шаги.

"Я знала это", - мрачно пробормотала Ева. "Я просто знал это".

Соммерсет выбежал из тени, на его обычно невозмутимом лице отразились шок и беспокойство. Он увидел изодранную одежду, покрытую синяками кожу, безумные глаза. "Был ли несчастный случай?"

Рорк выпрямился, продолжая обнимать Еву за плечи, скорее для равновесия, чем для поддержки. "Нет. Это было специально. Иди спать, Соммерсет."

Ева оглянулась через плечо, когда они с Рорком помогали друг другу подниматься по лестнице. Соммерсет стоял у подножия, разинув рот. Картина так понравилась ей, что она хихикала всю дорогу до спальни.

Они упали в постель, в точности как были, и заснули как младенцы.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Незадолго до восьми утра следующего дня, немного обиженная и с затуманенным сознанием, Ева сидела за своим столом в домашнем офисе. Она считала, что это скорее святилище, чем офис, на самом деле, квартира, которую Рорк построил для нее в своем доме. Дизайн был похож на квартиру, в которой она жила, когда встретила его, и от которой она не хотела отказываться.

Он обеспечил это, чтобы у нее могло быть свое собственное пространство, свои собственные вещи. Даже после всего того времени, что она прожила там, она редко спала в их постели, когда его не было. Вместо этого она свернулась калачиком в кресле для релаксации и задремала.

Теперь кошмары приходили реже, но возвращались в странные моменты.

Она могла работать здесь, когда это было удобно, запирать двери, если хотела уединения. И поскольку там была полностью оборудованная кухня, она часто выбирала автореф вместо Саммерсета, когда была одна в доме.

Под лучами солнца, струящимися через обзорную стену за ее спиной, она проанализировала свою работу, жонглировала ногами. Она знала, что не может позволить себе роскошь сосредоточиться исключительно на деле Фитцхью, особенно с учетом того, что речь шла о вероятном самоубийстве. Если она не найдет веских доказательств в ближайшие день или два, у нее не будет другого выбора, кроме как понизить их приоритет.

Ровно в восемь раздался резкий стук в дверь.

"Заходи, Пибоди".

"Я никогда не привыкну к этому месту", - сказала Пибоди, входя внутрь. "Это похоже на что-то из старого видео".

"Тебе следует попросить Соммерсета взять тебя с собой в тур", - рассеянно сказала Ева. "Я почти уверен, что есть комнаты, которые я никогда не видел. Есть кофе". Ева указала на кухонный альков и продолжала хмуро смотреть в свой журнал регистрации.

Пибоди побрела прочь, разглядывая увеселительные заведения вдоль стены, размышляя, каково это - иметь возможность позволить себе любое доступное развлечение: музыку, искусство, видео, голограммы, виртуальную реальность, комнаты для медитации, игры. Сыграйте партию в теннис с последним чемпионом Уимблдона, потанцуйте с голограммой Фреда Астера или совершите виртуальное путешествие во дворцы удовольствий на Regis III.

Немного помечтав, она повернула на кухню. Автоматическое приготовление кофе уже было запрограммировано, поэтому она заказала два, отнесла дымящиеся кружки обратно в офис. Она терпеливо ждала, пока Ева продолжала бормотать.

Пибоди отхлебнула кофе. "Боже. О Боже. Это реально ". Потрясенно моргая, она благоговейно обхватила кружку обеими руками. "Этот кофе настоящий".

"Да, ты становишься избалованным. Я с трудом перевариваю помои в полицейском управлении ". Ева подняла взгляд, поймала ошеломленное выражение лица Пибоди и усмехнулась. Не так давно у нее была похожая реакция на кофе Рорка. И за Рорка. "Довольно здорово, да?"

"Я никогда раньше не пил настоящего кофе". Словно потягивая жидкое золото - а с истощением дождевых лесов и плантаций оно было одинаково дорого - Пибоди медленно пила. "Это потрясающе".

"У тебя есть полчаса на передозировку, пока мы разрабатываем стратегию на день".

"Я могу получить больше?" Пибоди закрыла глаза и просто вдохнула аромат. "Ты бог, Даллас".

Фыркнув, Ева потянулась к своему пищащему "линку". "Даллас", - начала она, затем ее лицо осветила усмешка. "Фини".

"Как семейная жизнь, малыш?"

"Это терпимо. Довольно рано для вас, электронных детективов, не так ли?"

"Сработала горячая штучка. Драка в кабинете шефа. Какой-то шутник взломал его мэйнфрейм и чуть не поджарил всю систему ".

"Они вошли?" Ее глаза расширились от удивления. Она не была уверена, что даже Фини с его волшебным прикосновением сможет взломать систему безопасности шефа полиции.

"Выглядит именно так. Запутанное дерьмо, все в ад и обратно. Я развязываю это, - весело сказал он. "Подумал, что стоит проверить, посмотреть, что к чему, поскольку от тебя ничего не было слышно".

"Я взялся за дело с ходу".

"Ты не знаешь никакой другой скорости. Ты интересуешься Фицхью?"

"Это верно. Что-то, что я должен знать?"

"Нет. Разумные деньги - это то, что он заморозил себя, и никто здесь не слишком сожалеет. Этому маслянину нравилось давить на копов в суде. Забавно, однако, второе крупное самоубийство за месяц ".

Интерес Евы возрос. "Второй?"

"Да. О, верно, ты уехала в свадебное путешествие и строила коровьи глазки ". Он пошевелил своими кустистыми рыжими бровями. "Сенатор из Восточного Вашингтона пару недель назад. Выпрыгнул из окна здания Капитолия. Политики и юристы. Они в любом случае сумасшедшие ".

"Да. Не могли бы вы раздобыть мне данные об этом, когда у вас будет возможность? Перенеси это в мой офисный блок ".

"Что, ты собираешься вести альбом для вырезок?"

"Просто интересуюсь". Чувство вернулось к ней изнутри: "Я оплачу счет, когда мы в следующий раз будем в закусочной".

"Нет проблем. Как только я отключу эту систему, я скормлю ее тебе. Не будь незнакомкой", - сказал он ей и отключился.

Пибоди продолжала делать скупые глотки кофе. "Вы думаете, есть связь между Фицхью и сенатором, который совершил погружение?"

"Юристы и политики", - пробормотала Ева. "И инженеры-автотроники".

"Что?"

Ева покачала головой. "Я не знаю. Отключитесь", - приказала она своему устройству, затем перекинула сумку через плечо. "Поехали".

Пибоди с трудом сдерживалась, чтобы не надуться из-за отсутствия еще одной чашки кофе. "Два самоубийства в двух разных городах за месяц - не такая уж странная вещь", - начала она, ускорив шаг, чтобы догнать Еву.

"Три. На Олимпе был ребенок, который повесился, пока мы были там. Матиас, Дрю. Я хочу посмотреть, сможете ли вы найти связь, что-нибудь, что связывает их вместе. Люди, места, привычки, образование, хобби." Она бросилась вниз по лестнице, готовясь к прыжку.

"Я не знаю имени политика. Я не обратил внимания на сообщения о самоубийстве в Восточном Вашингтоне ". Пибоди деловито достала свой персональный компьютер Palm и начала поиск данных.

"Матиасу было чуть за двадцать, он был инженером по автотронике. Он работал на Рорка. Черт." У нее было плохое предчувствие, что ей снова придется втягивать Рорка в свою работу. "Если вы столкнетесь с проблемой, спросите Фини. Он может передавать данные в наручниках и пьяный, быстрее, чем любой из нас ".

Ева рывком открыла дверь, нахмурилась, когда не увидела свою машину в начале подъездной дорожки. "Проклятый Соммерсет. Я сказал ему выйти из моей машины, когда я ее припаркую ".

"Я думаю, что он сделал". Пибоди надела солнцезащитные очки, указала. "Это блокирует привод, видишь?"

"О, да". Ева прочистила горло. Машина была точно такой, какой она ее оставила, и на легком ветерке развевалось несколько порванных предметов одежды. "Не спрашивай", - пробормотала она и начала копытом спускаться по подъездной дорожке.

"Я и не собиралась". Голос Пибоди был гладким, как шелк. "Предположения интереснее".

"Заткнись, Пибоди".

"Заткнись, лейтенант". С ухмылкой Пибоди забралась в машину и подавила смешок, когда Ева развернула машину и выехала на подъездную дорожку.

***

Артур Фокс вспотел. Это было незаметно, всего лишь слабый блеск над его верхней губой, но Еве это понравилось. Она не была удивлена, обнаружив, что избранным им представителем был партнер Фитцхью, молодой энергичный бобер в дорогом костюме с модными медальонами, украшающими узкие лацканы.

"Мой клиент, по понятным причинам, расстроен". Адвокат сложил свое молодое лицо в мрачные морщины. "Поминальная служба по мистеру Фицхью назначена на час дня сегодня днем. Вы выбрали неподходящее время для этого интервью ".

"Смерть выбирает время, мистер Риджуэй, и обычно оно неподходящее. Интервью с Аутором Фоксом, ре Фицхью, дело номер три о-о-о девять один-РАС, проводила Даллас, лейтенант Ева. Дата 24 августа 2058 года, время ноль-ноль девять тридцать шесть. Назовете ли вы свое имя для протокола?"

"Артур Фокс".

"Мистер Фокс, вам известно, что это интервью записывается".

"Я есмь".

"Вы воспользовались своим правом на адвоката и понимаете свои дополнительные права и обязанности?"

"Это верно".

"Мистер Фокс, вы ранее давали показания относительно ваших действий в ночь смерти мистера Фицхью. Вы хотите просмотреть повтор этого заявления?"

"В этом нет необходимости. Я рассказал тебе, что произошло. Я не знаю, что еще ты ожидаешь от меня услышать ".

"Для начала скажите мне, где вы были между двумя двадцатью двумя тридцатью и двумя тысячами тремя сотнями в ночь происшествия".

"Я уже говорил тебе. Мы поужинали. Мы посмотрели комедию, легли спать и посмотрели последние новости ".

"Ты оставался дома весь вечер?"

"Это то, что я сказал".

"Да, мистер Фокс, это то, что вы сказали, в записи. Но это не то, что ты сделал ".

"Лейтенант, мой клиент находится здесь добровольно. Я не вижу- "

"Сохрани это", - предложила она. "Вы покинули здание примерно в половине одиннадцатого вечера и вернулись примерно через тридцать минут. Куда ты ушел?"

"Я- " Фокс дернул за серебряную нитку своего галстука. "Я вышел на несколько минут. Я совсем забыл".

"Ты забыл".

"Мой разум был в замешательстве. Я был в шоке ". Его галстук издавал тонкие звуки, когда его пальцы перебирали его. "Я не помнил ничего столь незначительного, как быстрая прогулка".

"Но теперь ты помнишь? Куда ты ушел?"

"Просто прогуляться. Несколько раз обошел вокруг квартала".

"Ты вернулся с посылкой. Что в этом было?"

Она видела момент, когда он понял, что камеры слежения зафиксировали его. Его взгляд переместился мимо нее, и пальцы на его галстуке стали более напряженными. "Я зашел в магазин 24/7, взял несколько вещей. Вегетарианские сигареты. У меня иногда возникает желание выпить ".

"Это простое дело - связаться с сервисом 24/7 и точно определить, что вы приобрели".

"Какие-то транквилизаторы", - выплюнул он. "Я хотел отключиться на ночь от транквилизаторов. Я хотел покурить. Нет закона, запрещающего это ".

"Нет, но есть закон, запрещающий давать ложные показания в ходе полицейского расследования".

"Лейтенант Даллас". Голос адвоката был по-прежнему ровным, но немного потрепанным по краям от раздражения. Это дало Еве подсказку, что Фокс был не более откровенен со своим представителем, чем с полицией. "Тот факт, что мистер Фокс покинул помещение на короткое время, вряд ли имеет отношение к вашему расследованию. И обнаружение тела любимого человека - более чем разумное оправдание для того, чтобы пренебречь запоминанием незначительной детали ".

"Может быть, одна незначительная деталь. Вы не упомянули, мистер Фокс, что у вас и мистера Фицхью был посетитель в вечер его смерти."

"Леанору вряд ли можно назвать гостьей", - натянуто сказал Фокс. "Она есть - была партнершей Фитца. Я думаю, им нужно было обсудить какое-то дело, и это еще одна причина, по которой я пошел прогуляться. Я хотел дать им несколько минут уединения, чтобы обсудить дело ". Он сделал неглубокий вдох. "В целом я обнаружил, что так удобнее для всех".

"Я понимаю. Итак, теперь вы утверждаете, что вы покинули квартиру, чтобы обеспечить вашему супругу и его партнеру уединение. Почему вы не упомянули визит мисс Баствик в вашем предыдущем заявлении?"

"Я об этом не подумал".

"Ты об этом не подумал. Вы заявили, что поужинали, посмотрели комедию и легли спать, но вы забыли добавить эти другие события. О каких еще событиях вы забыли мне рассказать, мистер Фокс?"

"Мне больше нечего сказать".

"Почему вы были сердиты, когда покидали здание, мистер Фокс? Вас раздражало, что красивая женщина, женщина, с которой мистер Фитцхью тесно сотрудничает, заглянула к вам домой так поздно вечером?"

"Лейтенант, вы не имеете права намекать -"

Она едва удостоила адвоката взглядом. "Я не намекаю, советник, я спрашиваю очень прямолинейно, был ли мистер Фокс зол и ревновал, когда выбегал из своего здания".

"Я не штурмовал, я шел". Фокс ударил кулаком по столу. "И у меня не было абсолютно никаких причин злиться или ревновать к Леаноре. Как бы часто она ни предпочитала бросаться на Фица, он был совершенно не заинтересован в ней на этом уровне ".

"Мисс Баствик бросилась на мистера Фитцхью?" Ева подняла брови. "Это, должно быть, вывело тебя из себя, Артур. Зная, что у вашего супруга не было сексуальных предпочтений между женщинами или мужчинами, зная, что они проводили вместе по нескольку часов каждый день в течение рабочей недели, пригласив ее прийти, покрасоваться перед ним в вашем собственном доме. Неудивительно, что ты был зол. Я бы хотел разделаться с ней ".

"Он подумал, что это забавно", - выпалил Фокс. "На самом деле он был польщен тем, что кто-то намного моложе и привлекательнее играл за него. Он смеялся, когда я жаловалась на нее ".

"Он смеялся над тобой?" Ева знала, как играть в эту игру. Сочувствие сочилось в ее голосе. "Это, должно быть, привело тебя в ярость. Это произошло, не так ли? Тебя разъедало, не так ли, Артур, представлять их вместе, как он прикасается к ней и смеется над тобой."

"Я мог бы убить ее". Фокс взорвался этим, отбиваясь от удерживающих рук своего адвоката, когда ярость залила его лицо краской. "Она думала, что сможет отвлечь его от меня, заставить его хотеть ее. Ей было наплевать на то, что мы женаты, что мы преданы друг другу. Все, чего она хотела, это победить. Гребаный адвокат."

"Тебя не очень интересуют адвокаты, не так ли?"

Его дыхание было прерывистым. Он поймал это, позволил ему содрогнуться, пока оно снова не выровнялось. "Нет, как правило, я этого не делаю. Я не думал о Фитце как об адвокате. Я думала о нем как о своем супруге. И если бы я был склонен совершить убийство той ночью или любой другой, лейтенант, я бы убил Леанор."

Он разжал руки, сложил их вместе. "Теперь мне больше нечего сказать".

Решив, что на данный момент этого достаточно, Ева завершила интервью, поднявшись. "Мы еще поговорим, мистер Фокс".

"Я хотел бы знать, когда вы собираетесь освободить тело Фитца", - сказал он, с трудом поднимаясь на ноги. "Я решил не откладывать сегодняшнюю службу, хотя мне кажется неприличным продолжать ее, когда его тело все еще находится на руках".

"Это решение судмедэксперта. Его испытания все еще не завершены ".

"Разве недостаточно того, что он мертв?" Голос Фокса дрожал. "Разве недостаточно того, что он покончил с собой без того, чтобы ты вытаскивал это наружу, вытаскивая мелкие и грязные личные подробности наших жизней?"

"Нет". Она подошла к двери, набрала код. "Нет, это не так". Она колебалась, решив нанести удар в темноте. "Я полагаю, мистер Фитцхью был очень шокирован и очень расстроен недавним самоубийством сенатора Перли".

Фокс только дернул головой в формальном кивке. "Он, конечно, был шокирован, хотя они едва знали друг друга". Затем мускул дернулся на его щеке. "Если вы подразумеваете, что Фитц покончил с собой, потому что на него повлияла Перли, это смешно. У них было не более чем легкое знакомство. Они редко общались".

"Я понимаю. Спасибо, что уделили мне время ". Она проводила их, бросив взгляд в конец коридора, ведущего в соседнюю комнату для допросов. Леанор, безусловно, должна быть сейчас внутри, ждать.

Не торопясь, Ева прошла по коридору к торговому автомату, обдумала свой выбор, позвякивая кредитками в кармане. Она остановилась на жевательном батончике и половине тюбика Пепси. Аппарат доставил товар, прогудел стандартный запрос на переработку и предложил потребителю мягкое предупреждение о потреблении сахара.

"Не лезь не в свое дело", - предложила Ева. Прислонившись спиной к стене, она задержалась над своей закуской, выбросила мусор в мусоропровод, затем неторопливо пошла по коридору.

Она рассчитала, что двадцатиминутное ожидание взволнует Леанору. Она была прямо у цели.

Женщина расхаживала, как кошка, изящные ноги быстрыми шагами разъедали истертый пол. В ту минуту, когда Ева открыла дверь, она резко обернулась.

"Лейтенант Даллас, мое время чрезвычайно ценно, даже если ваше - нет".

"Зависит от того, как ты смотришь на это", - легко сказала Ева. "Я не могу регистрироваться в оплачиваемые часы по два килограмма за штуку".

Пибоди прочистила горло. "Для протокола, лейтенант Ева Даллас вошла в комнату для допросов C, чтобы провести оставшуюся часть разбирательства. Субъект был проинформирован обо всех правах и выбрал самопрезентацию во время этого интервью. Все данные были занесены в протокол ".

"Прекрасно". Ева села, указала на стул напротив нее. "Как только вы закончите рыскать, мисс Баствик, мы сможем начать".

"Я был готов начать эту процедуру в подходящее время". Леанор села, скрестив свои атласные ноги. "С вами, лейтенант, а не с вашим подчиненным".

"Послушай это, Пибоди, ты моя подчиненная".

"Должным образом записано, сэр", - сухо сказала Пибоди.

"Хотя я считаю это оскорбительным и ненужным". Леанор поправила манжеты своего элегантного черного костюма. "Я иду на мемориал Фитца через несколько часов".

"Вы бы не были здесь, подвергаясь ненужным оскорблениям, если бы не солгали в своем предыдущем заявлении".

Глаза Леанор стали ледяными. "Я полагаю, вы можете обосновать это обвинение, лейтенант".

"Вы заявили для протокола, что вчера вечером были по месту жительства покойного по профессиональному вопросу. Что вы оставались, обсуждая случай, в течение двадцати-тридцати минут ".

"Более или менее", - сказала Леанор, ее голос был ледяным по краям.

"Скажите мне, мисс Баствик, вы всегда берете с собой на деловую встречу бутылку марочного вина и готовитесь к упомянутой встрече в лифте, как королева выпускного бала?"

"Нет закона, запрещающего хорошо ухаживать, лейтенант Даллас". Ее взгляд пренебрежительно скользнул по неопрятным волосам Евы вниз, к ее потрепанным ботинкам. "Ты мог бы попробовать это сам".

"О, теперь ты задел мои чувства. Ты привела себя в порядок, расстегнула три верхние пуговицы на блузке и захватила с собой бутылку вина. Звучит для меня как время соблазнения, Леанор." Ева придвинулась ближе, почти подмигнула. "Да ладно, мы все девушки. Мы знаем, как это делается".

Леанор не торопилась, изучала крошечный скол на своем маникюре. Она оставалась ледяной. В отличие от Фокса, женщина даже не вспотела. "Я зашел в тот вечер, чтобы проконсультироваться с Фитцем по профессиональному вопросу. У нас была короткая встреча, и я ушел ".

"Ты была с ним наедине все это время".

"Это верно. Артур попал в одну из своих язв и вышел ".

"Одна из его колкостей?"

"Это было типично для него". Теперь в ее голосе звучала насмешка, легкая и презрительная. "Он ужасно ревновал меня, уверенный, что я пытаюсь переманить Фитца у него".

"А ты был?"

Медленная, кошачья улыбка изогнула губы Леанор. "В самом деле, лейтенант, если бы я приложил к этому хоть какие-то усилия, вы не думаете, что я бы преуспел?"

"Я бы сказал, что ты приложил к этому усилия. И если бы это не удалось, ты бы действительно сгорел ".

Леанор повела плечом. "Я признаю, что я обдумывал это. Фитц растрачивал себя на Артура. У нас с Фитцем было много общего, и я находила его очень привлекательным. Я был очень привязан к нему ".

"Ты действовал из-за своего влечения и нежности в тот вечер?"

"Можно сказать, я ясно дала понять, что открыта для более близких отношений с ним. Он не сразу воспринял это, но это был только вопрос времени ". Она повела плечами, быстрым, уверенным движением. "Артур бы знал это". Ее глаза снова стали холодными. "И вот почему я верю, что он убил Фитца".

***

"Неплохая работа, не так ли?" Пробормотала Ева, когда интервью было завершено. "Не видит ничего плохого в попытке вовлечь мужчину в супружескую измену, разорвать давние отношения. Более того, она убеждена, что в мире нет мужчины, который мог бы устоять перед ней ". Она тяжело вздохнула. "Сука".

"Вы собираетесь предъявить ей обвинение?" Пибоди задумалась.

"За то, что была сукой?" С легкой улыбкой Ева покачала головой. "Я мог бы попытаться уличить ее в ложном заявлении, а она и ее приятели-юристы отмахнулись бы от этого, как от пух и прах. Не стоит тратить на это время. Мы не можем поместить ее на место преступления в момент смерти или повесить на нее какой-либо мотив. И я не могу представить, как эта эгоцентричная дурочка подкрадывается к мужчине весом в двести пятьдесят фунтов и перерезает ему вены. Она бы не хотела запачкать кровью свой изящный костюм ".

"Так ты вернулся к Фоксу?"

"Он ревновал, он был взбешен, он унаследовал все игрушки". Ева встала, прошлась к двери и обратно. "И у нас ничего нет". Она прижала пальцы к глазам. "Я должен согласиться с тем, что он сказал, когда потерял самообладание во время интервью. Он бы убил Леанор, а не Фицхью. Я собираюсь просмотреть данные по двум предыдущим самоубийствам ".

"У меня пока мало информации", - начала Пибоди, выходя вслед за Евой из комнаты для допросов. "Не было времени".

"Сейчас есть время. И Фини, вероятно, справился. Дай мне то, что у тебя есть, затем дай мне больше", - потребовала Ева и ворвалась в свой кабинет. "Включайся", - приказала она компьютеру, плюхнувшись перед ним. "Воспроизвести новые коммуникации".

Лицо Рорка выплыло на экран. "Я полагаю, вы боретесь с преступностью. Я на пути в Лондон, небольшой сбой, который требует личного внимания. Я не думаю, что это займет много времени. Я должен вернуться к восьми, что даст нам достаточно времени, чтобы вылететь в Новый Лос-Анджелес на премьеру ".

"Черт, я забыл".

На экране его изображение улыбалось. "Я уверен, что ты удобно забыла о помолвке, так что считай это мягким напоминанием. Береги себя, лейтенант."

Лететь в Калифорнию, чтобы провести вечер, общаясь локтями с надутыми видеомагнитофонами, есть маленькие глянцевые овощи, которые люди там считают едой, терпеть, когда репортеры тычут ей в лицо диктофонами и задают дурацкие вопросы, не было ее идеей провести развлекательный вечер.

Второе сообщение было от коммандера Уитни, приказывавшей ей подготовить заявление для СМИ по нескольким текущим делам. Черт возьми, кисло подумала она. Еще заголовки.

Затем на экране вспыхнули данные от Фини. Ева расправила плечи, присела на корточки и принялась за работу.

В два часа она вошла в деревенское бистро. Ее рубашка прилипла к спине, поскольку регулятор температуры на ее устройстве в очередной раз умер неестественной смертью. Воздух в ресторане tony был прохладным, как океанский бриз. В воздухе витали нежные, любящие зефиры, дразнящие перистые пальмы, которые росли в огромных горшках из белого фарфора. Стеклянные столики были расставлены на двух уровнях, умело расположенных рядом с небольшой лагуной с черной водой или перед экраном с широким обзором пляжа с белым песком. Официанты были одеты в короткую униформу тропических оттенков и прокладывали себе путь между столами с предлагаемыми красочными напитками и художественно оформленными блюдами.

Метрдотелем был дроид, одетый в струящийся белый комбинезон и запрограммированный с высокомерным французским акцентом. Он бросил один взгляд на поношенные джинсы Евы и линялую рубашку и сморщил свой выдающийся нос.

"Мадам, боюсь, у нас нет свободных столиков. Возможно, вы предпочли бы закусочную в следующем квартале к северу ".

"Да, я бы так и сделал". Поскольку его отношение раздражало ее, она ткнула своим значком ему в лицо. "Но я ем здесь. Мне насрать, если это поставит твои фишки в тупик, приятель. Где стол доктора Миры?"

"Убери это", - прошипел он, глядя сразу во все стороны и размахивая руками. "Вы хотите, чтобы у моих клиентов пропал аппетит?"

"Они действительно потеряют их, если я достану свое оружие, что я и сделаю, если ты в ближайшие двадцать секунд не покажешь мне стол доктора Миры и не проследишь, чтобы у меня был стакан газированной воды со льдом. Получил эту программу?"

Его губы сжались, и он кивнул. Выпрямив спину, он повел меня вверх по ступеням из искусственного камня на второй уровень, а затем в нишу, выполненную в виде океанской террасы.

"Ева". Мира немедленно поднялась из-за своего красивого столика и взяла Еву за обе руки. "Ты выглядишь потрясающе". К легкому удивлению Евы, Мира поцеловала ее в щеку. "Отдохнул. Счастлив."

"Думаю, да". После недолгого колебания Ева наклонилась вперед и, в свою очередь, коснулась губами щеки Миры.

Дроид уже подключился к серверу. "Доктор Спутница Миры желает газированной воды."

"Со льдом", - добавила Ева, скривив губы, глядя на метрдотеля.

"Спасибо тебе, Арман". Мягкие голубые глаза Миры блеснули. "Мы скоро сделаем заказ".

Ева еще раз окинула быстрым взглядом ресторан, посетителей в летней пастели и дорогом хлопке. Она поерзала на своем мягком стуле. "Мы могли бы встретиться в твоем офисе".

"Я хотел пригласить тебя на ланч. Это одно из моих любимых мест ".

"Дроид - мудак".

"Ну, возможно, Арман немного перепрограммирован, но еда замечательная. Тебе стоит попробовать моллюсков, Морис. Ты не пожалеешь об этом." Она откинулась назад, когда подали воду для Евы. "Скажи мне, как прошел твой медовый месяц?"

Ева выпила половину воды и снова почувствовала себя человеком. "Скажи мне, как долго я могу ожидать, что люди будут задавать мне этот вопрос?"

Мира рассмеялась. Она была симпатичной женщиной с мягкими волосами цвета соболя, зачесанными назад со спокойного привлекательного лица. На ней был один из ее обычных элегантных костюмов, на этот раз бледно-желтого цвета. Она казалась лощеной и аккуратной. Она была одним из ведущих поведенческих психиатров в стране, и полиция часто консультировала ее по поводу самых жестоких преступлений.

Хотя Ева не знала об этом, чувства Миры к ней были сильными и глубоко материнскими.

"Это смущает тебя".

"Ну, ты знаешь. Медовый месяц. Пол. Личное." Ева закатила глаза. "Глупо. Наверное, я просто не привык к этому. За то, что ты женат. Посвящается Рорку. Для всего бизнеса".

"Вы любите друг друга и делаете друг друга счастливыми. К этому не нужно привыкать, только наслаждаться этим. Ты хорошо спишь?"

"В основном". И поскольку Мира знала ее самые глубокие и мрачные секреты, Ева утратила бдительность. "Мне все еще снятся кошмары, но не так часто. Воспоминания приходят и уходят. Теперь, когда я с этим разобрался, все не так плохо ".

"Ты справился с этим?"

"Мой отец изнасиловал меня, издевался надо мной, бил меня", - категорично сказала Ева. "Я убил его. Мне было восемь лет. Я выжил. Кем бы я ни был до того, как меня нашли в том переулке, теперь это не имеет значения. Я Ева Даллас. Я хороший полицейский. Я создал себя ".

"Хорошо". Было бы больше, подумала Мира. Травмы, подобные той, которую пережила Ева, оставляли отголоски, которые никогда полностью не исчезали. "Ты все еще ставишь полицейского на первое место".

"Прежде всего, я полицейский".

"Да". Мира слегка улыбнулась. "Я полагаю, ты всегда будешь таким. Почему бы нам не заказать, тогда ты сможешь сказать мне, зачем ты позвонил ".

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Ева выбрала моллюсков, рекомендованных Мирой, затем угостилась настоящим дрожжевым хлебом, разложенным в серебряной корзиночке на столе. Пока она ела, она рассказала Мире о Фицхью и деталях его смерти.

"Вы хотели бы, чтобы я сказал вам, был ли он способен покончить с собой. Расположен к ней эмоционально, психологически".

Ева приподняла бровь. "Таков план".

"К сожалению, я не могу этого сделать. Я могу сказать вам, что каждый способен на это, учитывая правильные обстоятельства и эмоциональное состояние ".

"Я в это не верю", - сказала Ева так твердо, так решительно, что Мира улыбнулась.

"Ты сильная женщина, Ева. Сейчас. Ты сделал себя сильным, рациональным, твердолобым. Ты выживший. Но ты помнишь отчаяние. Беспомощность. Безнадежность".

Ева сделала это; слишком хорошо, слишком ясно. Она поерзала на своем стуле. "Фицхью не был беспомощным человеком".

"За поверхностью может скрываться большая суматоха". Доктор Мира подняла руку, прежде чем Ева смогла снова прервать. "Но я согласен с тобой. Учитывая ваш профиль о нем, его прошлое, его образ жизни, я бы не назвал его вероятным кандидатом на самоубийство - конечно, не такого резкого и импульсивного характера ".

"Это было неожиданно", - согласилась Ева. "Я имел дело с ним в суде прямо перед тем, как это произошло. Он был таким же самодовольным, заносчивым и преисполненным чувства собственной значимости, как всегда ".

"Я уверен, что это правда. Я могу только сказать, что некоторые из нас - многие из нас - столкнувшись с каким-то кризисом, каким-то личным переворотом в сердце или разуме, предпочитают покончить с этим, а не переживать это или менять это. Мы с вами не можем знать, с чем Фицхью мог столкнуться в ночь своей смерти ".

"Это чертовски мало помогает", - пробормотала Ева. "Хорошо, позволь мне дать тебе еще два". Коротко, с бесстрастием полицейского, она рассказала о других самоубийствах. "Закономерность?"

"Что у них было общего?" Мира откинулась назад. "Юрист, политик и технарь".

"Вспышка в мозгу. Возможно." Постукивая пальцами по ткани, Ева нахмурилась. "Мне нужно потянуть за несколько цепочек, чтобы получить все данные, но это может быть мотивом. Причина всего этого может быть скорее физиологической, чем психологической. Если есть связь, я должен ее найти ".

"Вы отклоняетесь от моей области, но если вы найдете данные, связывающие эти три случая, я был бы рад провести исследование".

Ева улыбнулась. "Я рассчитывал на это. У меня не так много времени. Дело Фитцхью не может оставаться приоритетом намного дольше. Если я не смогу в ближайшее время что-нибудь придумать и использовать это, чтобы убедить командира оставить файл открытым, мне придется двигаться дальше. Но сейчас- "

"Ева?" Рианна проскользнула к столу, выглядя сногсшибательно в облегающем лодыжки халате кроваво-радужных цветов. "Ну, как мило. Я обедал с коллегой и подумал, что узнал тебя ".

"Рианна". Ева изобразила улыбку. Она не возражала выглядеть уличной торговкой рядом с гламурной рыжей, но она была против того, чтобы прервать ее консультационный ланч. "Доктор Мира, Рианна Отт."

"Доктор Отт". Боже милостивый, Мира протянула руку. "Я слышал о вашей работе и восхищался ею".

"Спасибо тебе, и я скажу то же самое. Для меня большая честь встретиться с одним из лучших психиатров в стране. Я просмотрел несколько ваших работ и нашел их захватывающими ".

"Ты мне льстишь. Не хотите ли присесть, присоединиться к нам за десертом?"

"Я бы с удовольствием". Рианна бросила вопросительный взгляд на Еву. "Если я не прерываю официальные дела".

"Кажется, мы закончили с этой частью программы". Ева посмотрела на официанта, подозванного незаметным движением пальца Миры. "Просто кофе. Бренд дома. Черный."

"Я буду то же самое", - сказала Мира. "И блюдо с черничным паштетом. Я слаб".

"Я тоже". Рианна лучезарно улыбнулась официанту, как будто он лично приготовил бы ее выбор. "Двойной латте и кусочек шоколадного греха. Я так устала от переработанной пищи", - призналась она Мире. "Я намерен объесться, пока буду в Нью-Йорке".

"И как долго ты пробудешь в городе?"

"Это во многом зависит от Рорка", - она улыбнулась Еве, - "и от того, как долго он считает полезным мое присутствие здесь. У меня такое чувство, что он отправит и Уильяма, и меня на Олимп в течение нескольких недель ".

"Курорт Олимп - это серьезное предприятие", - прокомментировала Мира. "Все эпизоды, которые я видел в новостях и развлекательных каналах, были захватывающими".

"Он хотел бы, чтобы все было готово и полностью функционировало к следующей весне". Рианна провела рукой вверх и вниз по трем золотым запонкам, которые она носила на шее. "Посмотрим. Рорк обычно получает то, что хочет. Ты согласна, Ева?"

"Он не достиг того, что он есть, принимая "нет" в качестве ответа".

"Нет, в самом деле. Ты только что был на курорте. Он устроил тебе экскурсию по залу автотроники?"

"Ненадолго". Губы Евы слегка изогнулись. "Нам пришлось... многое преодолеть за короткое время".

Улыбка Рианны была медленной и лукавой. "Я представляю, что ты сделал. Но я надеюсь, что вы попробовали несколько существующих программ. Уильям так гордится этими играми. И вы упомянули, что видели комнату с голограммами в президентском люксе отеля."

"Я сделал. Использовал это несколько раз. Очень впечатляет".

"Большая часть этого - дизайн - дело рук Уильяма, но я возьму на себя частичную заслугу. Мы планируем использовать эту новую систему для улучшения лечения наркоманов и некоторых психозов ". Она пошевелилась, когда подали кофе и десерт. "Это могло бы вас заинтересовать, доктор Мира".

"Это, безусловно, было бы. Звучит завораживающе ".

"Это так. Безумно дорого прямо сейчас, но мы надеемся усовершенствовать и снизить стоимость. Но для Olympus Рорк хотел лучшего - и он это получает. Такие, как дроид Лиза."

"Да". Ева вспомнила потрясающую женщину-дроида со страстным голосом. "Я видел ее".

"Она будет заниматься пиаром и обслуживанием клиентов. Превосходная модель, на доводку которой ушли месяцы. Ее интеллектуальные чипы не имеют себе равных ни в чем на рынке. Она будет обладать способностями к принятию решений и личностными способностями, значительно превосходящими имеющиеся в настоящее время единицы. Уильям и я- - Она замолчала, посмеиваясь над собой. "Послушай меня. Я просто не могу оторваться от работы ".

"Это завораживает". Мира деликатно погрузилась в свой десерт. "Ваше исследование паттернов мозга и их генетического влияния на личность, а также их применение в электронике является убедительным даже для такого закоренелого психиатра, как я". Она поколебалась, взглянула на Еву. "На самом деле, ваш опыт мог бы по-новому взглянуть на конкретное дело, которое мы с Евой обсуждали".

"О?" Рианна подцепила вилкой немного шоколада и чуть ли не напевала над ним.

"Гипотетически". Мира развела руками, хорошо зная об официальном запрете консультаций для непрофессионалов.

"Естественно".

Ева снова забарабанила пальцами по столу. Она предпочла дубль Миры, но, взвесив варианты, решила расшириться.

"Очевидное самоуничтожение. Нет известного мотива, нет известной предрасположенности, нет химического побуждения, нет семейной истории. Поведенческие паттерны до момента прекращения в норме. Нет подтвержденных признаков депрессии или личностных колебаний. Субъект - мужчина шестидесяти двух лет, профессионал, с высшим образованием, успешный, финансово состоятельный, бисексуал, состоящий в длительном однополом браке."

"Физические недостатки?"

"Нет. Чистая медицинская карта."

Глаза Рианны сузились, сосредоточившись либо на профиле, либо на десерте, который она медленно отправляла ложкой в рот. "Какие-либо психологические дефекты, лечение?"

"Нет".

"Интересно. Я бы хотел увидеть схему мозговых волн. Доступно?"

"В настоящее время засекречен".

"Хм". Рианна задумчиво потягивала свой латте. "Без каких-либо известных физических или психических отклонений, без химической зависимости или употребления, я бы склонялся к вспышке в мозгу. Возможная опухоль. И все же, я полагаю, при вскрытии ничего не обнаружилось?"

Ева подумала о булавочном уколе, но покачала головой. "Не опухоль, нет".

"Есть случаи предрасположенности, которые проходят генетическое сканирование и оценку. Мозг - сложный орган, и он по-прежнему ставит в тупик даже самые сложные технологии. Если бы я мог увидеть историю его семьи... Ну, чтобы высказать смелое предположение, я бы сказал, что у вашего мужчины была генетическая бомба замедленного действия, которая осталась незамеченной при обычном анализе. Он достиг той точки в своей жизни, когда запал иссяк."

Ева приподняла бровь. "Значит, он просто взорвался?"

"В некотором смысле". Рианна наклонилась вперед. "Мы все закодированы, Ева, в утробе матери. Что мы такое, кто мы есть. Не только цвет наших глаз, наше телосложение, оттенки нашей кожи, но и наши личности, наши вкусы, наш интеллект и наш эмоциональный масштаб. Генетический код отпечатывается в нас в момент зачатия. Это может быть изменено до определенной степени, но основа того, чем мы являемся, остается. Ничто не может этого изменить ".

"Мы такие, какими родились?" Ева подумала о грязной комнате, мигающем красном свете и молодой девушке, забившейся в угол с окровавленным ножом.

"Именно". Улыбка Рианны засияла.

"Вы не принимаете во внимание окружающую среду, свободу воли, основное человеческое стремление к самосовершенствованию?" Мира возразила. "Считать нас просто физическими существами без сердца, души и выбора, который нужно сделать в течение жизни, низводит нас до уровня животных".

"И мы такие", - сказала Рианна, взмахнув вилкой. "Я понимаю вашу точку зрения как терапевта, доктор Мира, но моя, как физиолога, идет, так сказать, по другому пути. Решения, которые мы принимаем на протяжении всей нашей жизни, что мы делаем, как мы живем и кем мы становимся, были отпечатаны в нашем мозгу, пока мы плавали в утробе матери. Вашему субъекту, Еве, было суждено лишить себя жизни в то время, в том месте и тем способом, который он выбрал. Обстоятельства могли изменить это, но результаты в конечном итоге были бы теми же. Это было, по сути, его судьбой".

Судьба? Ева подумала. Было ли ей суждено быть изнасилованной собственным отцом? Стать меньше, чем человеком, прокладывать себе путь через эту бездну?

Мира медленно покачала головой. "Я не могу согласиться. Ребенок, родившийся в бедности на окраине Будапешта, отнятый у матери при рождении и выросший в привилегиях, с любовью и заботой в Париже, отражал бы это воспитание, это образование. Эмоциональное гнездо, - настаивала она, - и основное человеческое стремление к самосовершенствованию нельзя сбрасывать со счетов".

"В какой-то степени я согласна", - уточнила Рианна. "Но печать генетического кода - то, что предрасполагает нас к достижениям, неудачам, добру или злу, если хотите, - перекрывает все остальное. Даже при самом любящем и заботливом окружении монстры плодятся; и в туалетах Вселенной сохраняется доброта, даже величие. Мы такие, какие мы есть, остальное - показуха ".

"Если я соглашусь с вашей теорией", - медленно произнесла Ева, "рассматриваемому субъекту было суждено лишить себя жизни. Никакие обстоятельства, никакие изгибы или повороты окружения не помешали бы этому ".

"Именно. Предрасположенность была там, таилась. Вероятно, это вызвало событие, но, возможно, это была незначительная вещь, что-то легко передаваемое в другом мозговом шаблоне. Исследования, которые все еще ведутся в Институте Бауэрса, собрали убедительные доказательства генетических паттернов мозга и их неоспоримого влияния на поведение. Я могу достать вам диски на эту тему, если хотите ".

"Я оставляю основные занятия вам и доктору Мире". Ева отодвинула свой кофе в сторону. "Я должен вернуться в полицейский участок. Я ценю потраченное время, доктор Мира, - сказала она, вставая. "И теории, Рианна".

"Я бы хотел обсудить их подробнее. В любое время". Рианна подняла руку и тепло пожала Еве. "Передайте мои наилучшие пожелания Рорку".

"Я сделаю". Ева слегка пошевелилась на ногах, когда Мира поднялась, чтобы поцеловать ее в щеку. "Я буду на связи".

"Я надеюсь, что вы это сделаете, и не только тогда, когда вам нужно обсудить дело. Передай Мэвис привет от меня, когда увидишь ее ".

"Конечно". Повесив сумку на плечо, Ева направилась к выходу, ненадолго остановившись, чтобы усмехнуться метрдотелю.

"Очаровательная женщина". Рианна провела языком одним долгим, медленным движением по тыльной стороне своей ложки. "Контролируемый, немного сердитый в глубине души, прямолинейно сосредоточенный, непривычный и слегка неуютный от случайных проявлений привязанности". Она слегка рассмеялась, увидев приподнятую бровь Миры. "Извините, профессиональная ошибка. Это сводит Уильяма с ума. Я не хотел никого обидеть ".

"Я уверен, что ты этого не делал". Губы Миры изогнулись, и ее глаза потеплели от понимания. "Я часто ловлю себя на том, что делаю то же самое. И ты прав, Ева - очень очаровательная женщина. Довольно самодельный, что, боюсь, может вывести из равновесия вашу теорию генетической печати ".

"Неужели?" Явно заинтригованная, Рианна наклонилась вперед. "Ты хорошо ее знаешь?"

"Настолько хорошо, насколько это возможно. Ева - это... замкнутая личность ".

"Ты очень любишь ее", - прокомментировала Рианна, кивнув. "Я надеюсь, ты не поймешь неправильно, если я скажу, что она оказалась совсем не такой, как я ожидал, когда узнал, что Рорк собирается жениться. То, что он вообще собирался жениться, было неожиданностью, но я представлял его супругу как женщину утонченную. Детектив отдела по расследованию убийств, которая носит свой наплечный ремень, как другая женщина могла бы носить фамильное ожерелье, не соответствовала моему представлению о выборе Рорка. И все же они хорошо смотрятся вместе, подходят друг другу. Можно даже сказать, - добавила она с улыбкой, - "суждено".

"С этим я могу согласиться".

"Теперь скажите мне, доктор Мира, каково ваше мнение об извлечении ДНК?"

"О, что ж, теперь..." К счастью, Мира устроила себе веселый праздник для водителей автобусов.

***

За своим рабочим столом Ева жонглировала данными, которые она собрала на Фицхью, Матиаса и Перли. Она не могла найти никакой связи, никакой точки соприкосновения. Единственной реальной корреляцией между этими тремя был тот факт, что ни у кого из них не было суицидальных наклонностей до этого факта.

"Вероятно, рассматриваемые случаи связаны?" Потребовала Ева.

Работаю. Вероятность пять целых две десятых процента.

"Другими словами, молния". Ева выдохнула, автоматически нахмурившись, когда аэробус прогрохотал мимо, задребезжав ее жалким стеклом. "Вероятность убийства в деле Фицхью с использованием известных на данный момент данных".

По известным на данный момент данным, вероятность убийства составляет восемь целых три десятых процента.

"Брось это, Даллас", - пробормотала она себе под нос. "Отпусти это".

Она намеренно повернулась в своем кресле, наблюдая за воздушным движением, заполонившим небо за ее окном. Предопределение. Судьба. Генетический отпечаток. Если бы она верила во что-либо из этого, в чем был смысл ее работы - или ее жизни, если уж на то пошло? Если не было выбора, никаких изменений, зачем бороться за спасение жизней или вступаться за мертвых, когда борьба потерпела неудачу?

Если все это было физиологически запрограммировано, неужели она просто следовала шаблону, приехав в Нью-Йорк, пробиваясь из темноты, чтобы сделать из себя что-то достойное? И было ли это пятном на том коде, который блокировал те ранние годы ее жизни, который продолжал скрывать ее кусочки даже сейчас?

И может ли этот код сработать в любой данный момент и превратить ее в отражение монстра, который был ее отцом?

Она ничего не знала о других своих кровных родственниках. Ее мать была пустым местом. Если у нее и были братья и сестры, тети, дяди или бабушки с дедушками, все они затерялись в этой темной пустоте в ее памяти. Ей не на ком было основывать свой генетический код, кроме мужчины, который избивал и насиловал ее на протяжении всего детства, пока в ужасе и боли она не нанесла ответный удар.

И убит.

Кровь на ее руках в восьмилетнем возрасте. Так вот почему она стала полицейским? Пыталась ли она постоянно смыть ту кровь правилами, законом и тем, что некоторые все еще называют справедливостью?

"Сэр? Даллас?" Пибоди положила руку на плечо Евы и подпрыгнула, когда Ева дернулась. "Прости. С тобой все в порядке?"

"Нет". Ева прижала пальцы к глазам. Дискуссия за десертом обеспокоила ее больше, чем она осознавала. "Просто головная боль".

"У меня есть несколько выпускаемых департаментом обезболивающих".

"Нет". Ева боялась наркотиков, даже официально разрешенных доз. "Это отступит. У меня заканчиваются идеи по делу Фитцхью. Фини скормил мне все известные данные о ребенке с Олимпа. Я не могу найти никакой связи между ним и Фитцхью или сенатором. У меня нет ничего, кроме мелкого дерьма, которое можно повесить на Леанору и Артура. Я могу запросить обнаружение истины, но я этого не получу. Я не смогу держать его открытым больше, чем еще двадцать четыре часа ".

"Ты все еще думаешь, что они связаны?"

"Я хочу, чтобы они были связаны, а это совсем другое. Я не особо впечатлил тебя с твоим первым заданием в качестве моего постоянного помощника."

"Быть твоим постоянным помощником - это лучшее, что когда-либо случалось со мной". Пибоди слегка покраснела. "Я был бы благодарен, если бы мы застряли, перелопачивая бездействующих в течение следующих шести месяцев. Ты бы все еще тренировала меня ".

Ева откинулась на спинку стула. "Тебя легко удовлетворить, Пибоди".

Пибоди перевела взгляд, пока ее глаза не встретились с глазами Евы. "Нет, сэр, это не так. Когда у меня не получается самое лучшее, я становлюсь по-настоящему раздражительным ".

Ева засмеялась, провела рукой по волосам. "Вы подлизываетесь, офицер?"

"Нет, сэр. Если бы я подлизывался, я бы сделал какое-нибудь личное наблюдение, например, брак, очевидно, согласен с вами, лейтенант. Ты никогда не выглядела прекраснее ". Пибоди слегка улыбнулась, когда Ева фыркнула. "Так ты бы понял, что я подлизываюсь".

"Так принято к сведению". Ева на мгновение задумалась, затем склонила голову набок. "Разве ты не говорил мне, что твоя семья - люди свободного возраста?"

Пибоди не закатила глаза, но ей хотелось. "Да, сэр".

"Копы обычно не выходят из вольнонаемных. Художники, фермеры, случайные ученые, множество ремесленников ".

"Мне не нравилось ткать циновки".

"Ты можешь?"

"Если держать под прицелом лазера".

"Ну и что? Твоя семья вывела тебя из себя, и ты решил сломать стереотипы, заняться областью, резко далекой от пацифизма?"

"Нет, сэр". Озадаченная таким направлением допроса, Пибоди пожала плечами. "У меня замечательная семья. Мы все еще довольно близки. Они не поймут, что я делаю или хочу сделать, но они никогда не пытались блокировать меня. Я просто хотел быть полицейским, так же, как мой брат хотел быть плотником, а моя сестра - фермером. Один из самых сильных принципов свободомыслия - это самовыражение ".

"Но ты не подходишь под генетический код", - пробормотала Ева и забарабанила пальцами по столу. "Ты не подходишь. Наследственность и окружающая среда, генные паттерны - все они должны были повлиять на вас по-разному ".

"Плохие парни хотели бы, чтобы я был", - трезво сказала Пибоди. "Но я здесь, защищаю наш город".

"Если у тебя возникнет желание сплести циновку - "

"Ты будешь первым, кто узнает".

Устройство Евы дважды пропищало, сигнализируя о поступлении данных. "Дополнительный отчет о вскрытии ребенка". Ева жестом попросила Пибоди подойти ближе. "Перечислите любые аномальные структуры мозга", - приказала она.

Микроскопическая аномалия, правое полушарие головного мозга, лобная доля, левый сектор. Необъяснимо. Ведутся дальнейшие исследования и тестирование.

"Ну, что ж, я думаю, мы только что получили передышку. Визуализируйте лобную долю и аномалии ". На экране появилось поперечное сечение мозга. "Там". Быстрая волна возбуждения всколыхнулась в ее животе, когда Ева постучала по экрану. "Эта тень - булавочный укол. Видишь это?"

"Едва ли". Пибоди наклонилась ближе, пока не оказалась практически щека к щеке Евы. "Выглядит как изъян на дисплее".

"Нет, дефект в мозгу. Увеличьте шестой сектор на двадцать процентов ".

Изображение сместилось, и раздел с тенью заполнил экран. "Скорее ожог, чем дыра, не так ли?" Сказала Ева наполовину себе. "Вряд ли есть, но какой ущерб, какое влияние это оказало бы на поведение, личность, принятие решений?"

"Я довольно хорошо справился со своей необходимой аномальной физиологией в Академии". Пибоди повела своими крепкими плечами. "Я преуспел лучше в психологии, еще лучше в тактике. Это выше моих сил".

"Мой тоже", - призналась Ева. "Но это связующее звено, наше первое. Компьютер, поперечный срез аномалии мозга, Фицхью, файл один два восемь семь один. Разделите экран с текущим отображением."

Экран задрожал, стал нечетким серым. Ева выругалась, ударила по нему тыльной стороной ладони и вывела дрожащее изображение, размытое по центру.

"Сукин сын. Сукин сын. Это дешевое дерьмо, которое мы вынуждены использовать здесь. Удивительно, что мы можем закрыть дело о переходах улиц. Скачай все данные, ублюдок, на диск ".

"Может быть, если бы вы отправили это устройство на техническое обслуживание", - предложила Пибоди и получила рычание.

"Предполагалось, что его отремонтируют, пока меня не было. У ублюдков из техобслуживания пальцы в задницах. Я собираюсь провести это через одно из подразделений Рорка ". Она заметила приподнятую бровь Пибоди и постучала ногой, ожидая загрузки wheezy machine. "У вас с этим проблемы, офицер?"

"Нет, сэр". Пибоди прикусила язык к щеке и решила не упоминать серию кодов, которые Ева собиралась взломать. "Здесь нет проблем".

"Прекрасно. Начинайте разбираться с бюрократической волокитой и достаньте мне скан мозга сенатора для сравнения ".

Самодовольная улыбка Пибоди исчезла. "Ты хочешь, чтобы я столкнулся лбами с Восточным Вашингтоном?"

"Твоя голова достаточно твердая, чтобы справиться с этим". Ева извлекла диск и убрала его в карман. "Позвони мне, когда получишь это. В ту минуту, когда ты получишь это ".

"Да, сэр. Если мы найдем там связь, нам понадобится эксперт-аналитик ".

"Да". Ева подумала о Рианне. "У меня может быть только один. Двигайся, Пибоди".

"Выдвигаемся, лейтенант".

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Ева была не из тех, кто нарушает правила, и все же она обнаружила, что стоит за запертой дверью личной комнаты Рорка. Было неприятно осознавать, что после десятилетия следования правилам, ей было так легко обойти процедуру.

Оправдывает ли цель средства? она задавалась вопросом. И действительно ли средства настолько выходят за рамки дозволенного? Возможно, оборудование в комнате за пределами было незарегистрированным и не обнаруживаемым Compuguard и, следовательно, незаконным, но оно также было первоклассным. Жалкая электроника, заложенная в бюджет полиции и Департамента безопасности, устарела почти до того, как ее установили, а кусок бюджетного пирога Отдела убийств был скупым и черствым.

Она постучала пальцами по карману, где лежал диск, и переступила с ноги на ногу. К черту все это, решила она. Она могла быть законопослушным полицейским и уйти, или она могла быть умной.

Она положила руку на экран безопасности. "Даллас, лейтенант Ева".

Замки с тихим щелчком отсоединились и открылись в огромном центре обработки данных Рорка. Длинный ряд окон, которые были защищены от солнца и флайбайков, оставлял комнату в тени. Она заказала освещение, заперла дверь и подошла к широкой U-образной консоли.

Рорк запрограммировал отпечаток ее ладони и голоса в систему несколько месяцев назад, но она никогда не пользовалась оборудованием в одиночку. Даже теперь, когда они были женаты, она чувствовала себя незваной гостьей.

Она заставила себя сесть, придвинула стул к консоли. "Подразделение один, вступайте в бой". Она услышала шелковистое гудение отвечающего оборудования высокого уровня и почти вздохнула. Ее диск плавно скользнул внутрь, и в течение нескольких секунд был расшифрован и прочитан гражданским подразделением. "И это все из-за нашей продуманной системы безопасности в полиции Нью-Йорка", - пробормотала она. "Экран на стене включен на полную. Выведите на экран данные, файл Фицхью H-один два восемь семь один. Разделить экран с файлом Матиаса S-три ноль девять один два."

Данные текли, как вода, на огромный настенный экран, обращенный к консоли. В своем восхищении Ева забыла о чувстве вины. Она наклонилась вперед, просматривая даты рождения, кредитные рейтинги, покупательские привычки, политическую принадлежность.

"Незнакомцы", - сказала она себе. "У вас не могло быть меньше общего". Затем ее губы поджались, когда она отметила корреляции в разделе покупательских привычек. "Ну, вам обоим нравились игры. Много онлайн-времени, много развлечений и интерактивных программ ". Затем она вздохнула. "Вместе с примерно семьюдесятью процентами населения. Компьютер, разделенный экран, сканирование мозга, оба загруженных файла."

После почти плавного перехода Ева изучала изображения. "Увеличьте и выделите необъяснимые отклонения".

То же самое, размышляла она, прищурив глаза. Здесь двое мужчин были одинаковыми, как братья, близнецы в утробе матери. Тень от ожога была точно такого же размера и формы, в точно таком же месте.

"Компьютер, проанализируй аномалию и идентифицируй".

Работая... Неполные данные... Просматриваю медицинские файлы. Пожалуйста, дождитесь анализа.

"Это то, что они все говорят". Она оттолкнулась от консоли, чтобы ходить взад-вперед, пока компьютер манипулировал своим мозгом. Когда дверь открылась, она развернулась на каблуках и едва не покраснела, когда вошел Рорк.

"Здравствуйте, лейтенант".

"Привет". Она засунула руки в карманы. "У меня - э-э ... были некоторые проблемы с моим подразделением в полицейском участке. Мне нужен был этот анализ, так что я ... я могу приостановить его, если вам нужна комната."

"В этом нет необходимости". Ее очевидный дискомфорт позабавил его. Он подошел к ней, наклонился и легко поцеловал ее. "И вам не нужно вдаваться в объяснения, почему вы используете оборудование. Докапываешься до секретов?"

"Нет. Не то, что ты имеешь в виду ". Тот факт, что он ухмылялся ей, увеличивал уровень смущения. "Мне нужно было что-то более компетентное, чем консервные банки, которые есть у нас в полицейском управлении, и я подумал, что тебя не будет еще пару часов".

"Я вернулся ранним рейсом. Нужна помощь с этим?"

"Нет. Я не знаю. Может быть. Перестань ухмыляться мне".

"Был ли я?" Его ухмылка только расширилась, когда он обнял ее и засунул руки в задние карманы ее джинсов. "Как прошел ваш обед с доктором Мирой?"

Она нахмурилась. "Ты все знаешь?"

"Я пытаюсь. На самом деле, у меня была короткая встреча с Уильямом, и он упомянул, что Рианна столкнулась с тобой и доктором. Бизнес или удовольствие?"

"И то, и другое, я полагаю". Ее брови приподнялись, когда его руки занялись ее задницей. "Я на службе, Рорк. В данный момент твои руки потирают задницу работающего полицейского ".

"Это только делает это еще более захватывающим". Он переместился, чтобы покусать ее шею. "Хочешь нарушить несколько законов?"

"Я уже есть". Но она инстинктивно повернула голову, чтобы предоставить ему лучший доступ.

"Тогда каковы еще несколько?" пробормотал он и, вытащив руку из ее кармана, обвел ее тело, чтобы обхватить ее грудь. "Мне нравится чувствовать тебя". Его губы двигались вдоль линии подбородка к ее рту, когда компьютер подал звуковой сигнал.

Анализ завершен. Дисплей или аудио?

"Покажи", - приказала Ева и высвободилась.

"Черт", - вздохнул Рорк. "Я был так близко".

"Что, черт возьми, это такое?" Уперев руки в кулаки на бедрах, Ева осмотрела дисплей на обзорном экране. "Это тарабарщина. Чертова тарабарщина".

Смирившись, Рорк сел на край консоли и сам изучил дисплей. "Это технические; медицинские термины, в первую очередь. Немного за пределами моего понимания. Ожог, электронного происхождения. Имеет ли это смысл?"

"Я не знаю". Она задумчиво потянула себя за ухо. "Имеет ли смысл для пары мертвых парней прожигать электрическим током дыру в лобной доле их мозга?"

"Какая-то возня с оборудованием во время вскрытия?" Предложил Рорк.

"Нет". Она медленно покачала головой. "Не на двух из них, осмотренных разными специалистами МЧС в разных моргах. И это не поверхностные недостатки. Они внутри мозга. Микроскопические уколы."

"Какие отношения между двумя мужчинами?"

"Нет. Абсолютно никакого". Она поколебалась, затем пожала плечами. Он уже был вовлечен периферийным образом, почему бы не перетащить его в центр? "Один из мужчин твой", - сказала она ему. "Инженер по автотронике с курорта Олимп".

"Матиас?" Рорк оттолкнулся от консоли, его наполовину удивленное, наполовину заинтригованное выражение лица потемнело. "Почему вы расследуете самоубийство на Олимпе?"

"Официально это не так. Это предчувствие, вот и все. Другой мозг, который анализирует ваше навороченное оборудование, принадлежит Фитцхью. И если Пибоди сможет распутать волокиту, я подключу сенатора Перли ".

"И вы ожидаете найти этот микроскопический ожог в мозгу сенатора?"

"Ты быстро учишься, Рорк. Я всегда восхищался этим в тебе ".

"Почему?"

"Потому что раздражает необходимость объяснять все шаг за шагом".

Его глаза сузились. "Ева".

"Хорошо". Она подняла руки, позволила им упасть. "Фицхью просто не произвел на меня впечатления человека, способного покончить с собой. Я не мог закрыть дело, пока не изучу все варианты. У меня заканчивались варианты. Я мог бы в любом случае положить этому конец, но я продолжал думать о том, как тот парень повесился ".

Она начала беспокойно расхаживать. "Там тоже нет предрасположенности. Нет очевидного мотива, нет известных врагов. Он просто перекусывает и делает петлю. Потом я услышал о сенаторе. Получается три самоубийства без логических объяснений. Так вот, для таких людей, как Фитцхью и сенатор, с их финансовой базой консультация доступна по щелчку пальца. Или в случаях неизлечимой болезни - физической или эмоциональной - средства добровольного самоустранения. Но они покончили с собой кровавыми и болезненными способами. Не подходит ".

Рорк кивнул. "Продолжай".

"И я из Fitzhugh столкнулся с этой необъяснимой аномалией. Я хотела посмотреть, есть ли, на всякий случай, у ребенка что-нибудь подобное." Она указала на экран. "Он делает. Теперь мне нужно знать, что привело его туда ".

Рорк перевел взгляд обратно на экран. "Генетический изъян?"

"Возможно, но компьютер говорит, что маловероятно. По крайней мере, он никогда раньше не сталкивался ни с чем подобным - из-за наследственности, мутации или внешних причин ". Она переместилась за консоль, прокрутила экран. "Видишь там, в проекции возможных психических аффектов? Изменения в поведении. Схема неизвестна. Это большая помощь ".

Она потерла глаза, обдумывая это. "Но это говорит мне о том, что субъект мог и, вероятно, будет вести себя нестандартно. Самоубийство было бы необычным для этих двух мужчин ".

"Достаточно верно", - согласился Рорк. Прислонившись спиной к консоли, он скрестил ноги в лодыжках. "Но так же было бы танцевать голышом в церкви или пинать пожилых матрон с небесной прогулки. Почему они оба выбрали самоуничтожение?"

"Вот в чем вопрос, не так ли? Но этого мне достаточно, как только я выясню, как передать это Уитни, чтобы оставить оба дела открытыми. Загрузите данные на диск, распечатайте печатную копию", - приказала она, затем повернулась к Рорку. "Теперь у меня есть несколько минут".

Его бровь изогнулась, привычный жест, который она втайне обожала. "А ты?"

"Какие законы вы намеревались нарушить?"

"На самом деле, несколько". Он взглянул на часы, когда она шагнула вперед, чтобы расстегнуть его элегантную льняную рубашку. "Сегодня вечером у нас премьера в Калифорнии".

Ее пальцы остановились, лицо вытянулось. "Сегодня ночью".

"Но я думаю, что сначала у нас есть время для нескольких проступков". Со смехом он подхватил ее на руки и положил спиной на консоль.

***

Ева натягивала облегающее платье сиренево-красного цвета длиной до пола и горько жаловалась на невозможность надеть даже клочок нижнего белья под облегающий материал, когда запищал ее коммуникатор. Обнаженная по пояс, с тонким корсажем, свисающим до колен, она набросилась.

"Пибоди?"

"Сэр". Несколько выражений промелькнуло на лице Пибоди, прежде чем оно стало тщательно непроницаемым. "Это прелестное платье, лейтенант. Вы представляете новый стиль?"

Сбитая с толку, Ева посмотрела вниз, затем закатила глаза. "Черт. Ты уже видел мои сиськи раньше ". Но она отложила коммуникатор и с трудом застегнула лиф на место.

"И могу я сказать, сэр, они довольно милые".

"Подлизываешься, Пибоди?"

"Еще бы".

Ева подавила смешок и села на край дивана в раздевалке. "Сообщить?"

"Да, сэр. Я... ах..."

Заметив, что глаза Пибоди переместились и остекленели, Ева оглянулась через плечо. Рорк только что вошел в комнату, влажный после душа, крошечные капельки воды блестели на его обнаженной груди, белое полотенце едва прикрывало бедра.

"Будь добр, оставайся вне поля зрения, Рорк, пока у моего помощника не отнялся мозг".

Он посмотрел на экран коммуникатора, усмехнулся. "Пибоди, привет".

"Привет". Даже через громкоговоритель было слышно, как она сглотнула. "Приятно видеть тебя - я имею в виду, как ты?"

"Очень хорошо, а ты?"

"Что?"

"Рорк". Ева тяжело вздохнула. "Пожалуйста, дай Пибоди передохнуть, или мне придется заблокировать видео".

"Вы не обязаны этого делать, лейтенант". Голос ржавый, Пибоди сдулась, когда Рорк скрылся из виду. "Иисус", - пробормотала она себе под нос и глупо ухмыльнулась Еве.

"Приведи в порядок свои гормоны, Пибоди, и докладывай".

"Устраиваюсь, сэр". Она прочистила горло. "Я распутал большую часть бюрократической ленты, лейтенант. Еще пара загвоздок. На данном этапе мы должны получить запрошенные данные к девятистам часам ого. Но мы должны поехать в Восточный Вашингтон, чтобы посмотреть на это ".

"Я боялся этого. Хорошо, Пибоди. Мы сядем на шаттл в ноль восемьсот."

"Не будь глупой", - сказал Рорк из-за ее спины, критически изучая линии смокинга, который держал в руках. "Возьми мой транспорт".

"Это дело полиции".

"Нет причин втискивать себя в банку из-под тунца. Путешествие с комфортом не делает его менее официальным. В любом случае, у меня есть кое-какие дела, которыми я могу заняться в Восточном Вашингтоне сам. Я возьму тебя." Он перегнулся через плечо Евы, улыбнулся Пибоди. "Я пришлю за тобой машину. Семьдесят сорок пять? Это удобно?"

"Конечно". Она даже не была разочарована тем, что на нем теперь была рубашка. "Великолепно".

"Послушай, Рорк - "

"Прости, Пибоди". Он плавно прервал Еву. "Мы здесь немного опаздываем. Увидимся утром". Протянув руку, он вручную отключил коммуникатор.

"Знаешь, меня действительно бесит, когда ты делаешь такие вещи".

"Я знаю", - спокойно сказал Рорк. "Вот почему это непреодолимо".

***

"Я провела половину своей жизни на том или ином виде транспорта с тех пор, как встретила тебя", - проворчала Ева, устраиваясь на своем месте в частном самолете Рорка Star.

"Все еще капризничаешь", - заметил он и подал знак стюардессе. "Моей жене нужна еще одна порция кофе, и я присоединюсь к ней".

"Сию минуту, сэр". Она бесшумно и эффективно проскользнула на камбуз.

"Ты действительно получаешь удовольствие, говоря это, не так ли? Моя жена".

"Я верю, да". Рорк приподнял ее лицо кончиком пальца и поцеловал неглубокую вмятину на подбородке. "Ты недостаточно спала", - пробормотал он, потирая большим пальцем у нее под глазом. "Ты так редко отключаешь свой напряженный мозг". Он бросил взгляд на стюардессу, когда она ставила дымящийся кофе на стол перед ними. "Спасибо тебе, Карен. Мы вылетаем, как только прибудет офицер Пибоди ".

"Я сообщу пилоту, сэр. Наслаждайся своим полетом".

"Тебе ведь на самом деле не обязательно ехать в Восточный Вашингтон, не так ли?"

"Я мог бы справиться с этим из Нью-Йорка". Он пожал плечами, поднял свой кофе. "Личное внимание всегда оказывает большее влияние. И у меня есть дополнительное преимущество - наблюдать за твоей работой ".

"Я не хочу, чтобы ты был вовлечен в это".

"Ты никогда этого не делаешь". Он поднял ее чашку, протянул ей с легкой улыбкой. "Однако, лейтенант, я связан с вами, и поэтому вы не можете отгородиться от меня".

"Ты имеешь в виду, что ты не будешь изгнан".

"Именно. А, вот и грозная Пибоди сейчас ".

Она поднялась на борт отутюженной и отполированной, но эффект был испорчен тем, что у нее отвисла челюсть, когда она поворачивала голову вправо и влево в попытке увидеть все сразу.

Салон был шикарным и роскошным, как в пятизвездочном отеле, с глубокими, удобными сиденьями и сверкающими столами, в сверкающем хрустале стояли цветы, такие свежие, что на них блестела роса.

"Перестань разевать рот, Пибоди, ты похожа на форель".

"Почти закончено, лейтенант".

"Не обращай на нее внимания, Пибоди, она проснулась угрюмой". Рорк поднялся, приводя Пибоди в замешательство, пока она не поняла, что он предлагает ей сесть. "Не хотите ли кофе?"

"Ну, ах, конечно. Спасибо ".

"Я принесу это и оставлю вас вдвоем обсуждать вашу работу".

"Даллас, это... ультра."

"Это всего лишь Рорк", - пробормотала Ева в свой кофе.

"Да, как я и сказал. Ультра."

Ева подняла взгляд, когда он вошел с новой порцией кофе. Темный, великолепный и немного порочный, подумала она. Да, она предположила, что "ультра" - это подходящее слово. "Что ж, пристегнись, Пибоди, и наслаждайся поездкой".

Взлет был плавным, а поездка короткой, что дало Пибоди ровно столько времени, чтобы посвятить Еву в детали. Они должны были явиться в офис начальника службы безопасности государственных служащих. Все данные будут просматриваться в доме, и ничто не сможет быть передано или транспортировано.

"Гребаная политика", - пожаловалась Ева, когда они запрыгнули в такси. "Кого они защищают, ради Христа? Этот человек мертв ".

"Стандартная процедура CYA. И в Восточном Вашингтоне всегда есть много задниц, которые нужно прикрыть ".

"Толстые задницы". Ева внимательно посмотрела на Пибоди. "Бывал раньше в Восточном Вашингтоне?"

"Однажды, когда я был ребенком". Пибоди повела плечами. "Со своей семьей. Вольноотпущенники устроили молчаливый протест против искусственного осеменения крупного рогатого скота."

Ева не потрудилась приглушить фырканье. "Ты полна сюрпризов, Пибоди. Поскольку вы давно здесь не были, возможно, вам захочется полюбоваться пейзажем. Посмотри на мемориалы ". Она махнула рукой, когда они проносились мимо мемориала Линкольна и его толпы туристов и уличных торговцев.

"Я видела много видео", - начала Пибоди, но Ева подняла брови.

"Посмотри на пейзаж, Пибоди. Считай это приказом ".

"Сэр". С выражением, которое на другом лице можно было бы счесть надутым, Пибоди повернула голову.

Ева вытащила из сумки записывающее устройство и засунула его под рубашку. Она сомневалась, что охрана была настолько строгой, что потребовались бы рентгеновские снимки или обыск с раздеванием. И если бы это произошло, она бы просто заявила, что всегда носила запасной при себе. Ева бросила взгляд на водителя, но дроид смотрел на нее безучастно и на дорогу.

"Неплохой город для осмотра достопримечательностей", - прокомментировала Ева, когда они свернули на объездную дорогу Белого дома, где старый особняк был виден только через усиленные ворота и стальные бункеры.

Пибоди повернула голову, посмотрела мертвым взглядом в глаза Евы. "Вы можете доверять мне, лейтенант. Я думал, ты это знаешь ".

"Это не вопрос доверия". Услышав боль в голосе Пибоди, Ева заговорила мягко. "Это вопрос нежелания подставлять чью-либо задницу, кроме своей собственной, под удар".

"Если мы партнеры -"

"Мы не партнеры". Ева склонила голову, и теперь в ее тоне была властность. "Пока. Ты мой помощник, и ты на тренировке. Как твой начальник, я решаю, насколько далеко твоя задница торчит по ветру ".

"Да, сэр", - натянуто сказала Пибоди и заставила Еву вздохнуть.

"Не передергивай свои трусы, Пибоди. Придет время, когда я позволю тебе поссориться с командиром. И поверьте мне, у него адский удар ".

Такси остановилось у тротуара за воротами здания службы безопасности. Ева сунула титры в щель безопасности, вылезла и подошла к экрану просмотра. Она положила ладонь на пластину, вставила свой значок в идентификационную щель и подождала, пока Пибоди повторит процедуру.

"Даллас, лейтенант Ева и помощник, встреча с шефом Дадли".

"Один момент для подтверждения. Авторизация подтверждена. Пожалуйста, положите все оружие в контейнер для хранения. Предупреждение. Пронос любого оружия на объект является федеральным преступлением. Любой человек, вошедший с оружием при себе, будет задержан ".

Ева вытащила свой полицейский номер из кобуры, затем, с некоторым сожалением, наклонилась, чтобы достать клинч из ботинка. Под безразличным взглядом Пибоди она пожала плечами. "Я начал носить запасной после моего опыта с Casto. Клинч, возможно, избавил бы меня от некоторых огорчений ".

"Да". Пибоди выбросила свой стандартный парализатор в мусорное ведро. "Я бы хотел, чтобы ты пристрелил этого сукина сына".

Ева открыла рот, снова закрыла его. Пибоди была осторожна, не упомянув детектива-нелегала, который очаровал ее, уложил в постель и использовал, убивая ради прибыли.

"Смотри", - сказала Ева через мгновение. "Я сожалею о том, как все там закончилось. Если ты захочешь когда-нибудь излить душу по этому поводу ... "

"Я не очень люблю рисковать". Пибоди прочистила горло. "В любом случае, спасибо".

"Что ж, он будет вытягивать свои длинные ноги в тюрьме в следующем столетии".

Рот Пибоди мрачно изогнулся. "Это есть".

"Вам разрешено входить. Пожалуйста, пройдите через ворота, пройдите к автотраме на зеленой линии для транспортировки на второй уровень очистки ".

"Господи, можно подумать, мы собираемся увидеть президента, а не какого-нибудь полицейского в костюме и галстуке". Ева прошла через ворота, которые эффективно закрылись и заперлись за ними. Они с Пибоди устроились на жестких пластиковых сиденьях трамвая. С механическим гудением он пронес их через бункеры в коридор со стальными стенами, который шел под углом вниз, пока им не приказали выйти в приемную, заполненную резким искусственным светом и стенами с обзорными экранами.

"Лейтенант Даллас, офицер". Подошедший мужчина был одет в дымчато-серую форму государственной безопасности в звании капрала. Его светлые волосы были коротко подстрижены, так что сквозь них проглядывал бледно-белый скальп. Его худое лицо было одинаково бледным, оттенок кожи человека, который проводил время в помещении и под землей.

Его форменная рубашка вздувалась под огромными горами бицепсов.

"Оставьте свои сумки у меня, пожалуйста. После этого не разрешается использовать никакие электронные или записывающие устройства. Вы находитесь под наблюдением и будете оставаться таковым до тех пор, пока не покинете учреждение. Понял?"

"Понял, капрал". Ева протянула ему свою сумку, затем сумку Пибоди и положила в карман квитанции, которые он ей дал. "Какое-то место у тебя есть здесь".

"Мы гордимся этим. Сюда, лейтенант."

Поместив сумки в безопасное от бомб место, он повел их к лифту, запрограммировав его на третью секцию, уровень А. Двери закрылись без звука; машина тронулась с едва заметным движением. Ева хотела спросить, сколько налогоплательщики заплатили за эту роскошь, но решила, что капрал не оценит иронии.

Она была уверена в этом, когда их доставили в широкий вестибюль, украшенный пенопластовыми креслами и деревьями в горшках. Ковер был толстым и, несомненно, оснащен проводами для обнаружения движения. Консоль, за которой деловито работали три клерка, была оснащена полным набором компьютеров, мониторов и систем связи. Включенная музыка была не просто успокаивающей, она приближалась к притуплению разума.

Клерки не были дроидами, но они были такими чопорными и отполированными, настолько радикально консервативными в одежде, что она подумала, что им было бы лучше быть автоматами. Мэвис, подумала она с глубокой нежностью, была бы потрясена отсутствием стиля.

"Подтверждение отпечатков ладоней, пожалуйста", - попросил капрал, и Ева и Пибоди послушно положили свои правые руки плашмя на тарелку. "Сержант Хоббс сопроводит вас отсюда".

Сержант, аккуратно одетая в свою форму, вышла из-за консоли. Она открыла еще одну укрепленную дверь и повела нас по тихому коридору.

На последней контрольной точке был последний просмотр оружия, затем оно было закодировано ключом в кабинет начальника.

Отсюда открывался потрясающий вид на город. Ева предположила, после одного взгляда на Дадли, что он считал это своим городом. Его стол был широким, как озеро, а одна стена была увешана экранами, показывающими различные участки здания и территории. На другом были фотографии и голограммы Дадли с главами государств, членами королевской семьи, послами. Его центр связи соперничал с диспетчерской НАСА Два.

Но сам человек отбрасывал остальных в тень.

Он был огромным, примерно шести семи лет и мускулистым ростом в двести семьдесят. Его широкое, с грубыми костями лицо было обветренным и загорелым, с коротко подстриженными ослепительно белыми волосами. На руках, больших, как виргинские окорока, он носил два кольца. Один был символом воинского звания; другим было толстое золотое обручальное кольцо.

Он стоял прямо, как покер, и изучал Еву глазами цвета и текстуры оникса. На Пибоди он даже не взглянул.

"Лейтенант, вы расследуете смерть сенатора Перли".

Вот и все удобства, подумала Ева и ответила тем же. "Подтверждаю, шеф Дадли. Я расследую возможность того, что смерть сенатора связана с другим делом, в котором я главный. Ваше сотрудничество в этом вопросе должным образом отмечено и оценено ".

"Я нахожу возможность связи ничтожной. Однако, просмотрев ваше досье в полиции Нью-Йорка, я не нашел возражений против того, чтобы разрешить вам просмотреть досье сенатора ".

"Даже ничтожная вероятность требует расследования, шеф Дадли".

"Я согласен, и я восхищаюсь тщательностью".

"Тогда, могу я спросить, знали ли вы сенатора лично?"

"Я так и сделал, и хотя я не был согласен с его политикой, я считал его преданным государственному служащему и человеком с сильной моральной базой".

"Тот, кто покончил бы с собой?"

Глаза Дадли на мгновение сверкнули. "Нет, лейтенант, я бы сказал, что нет. Вот почему ты здесь. Сенатор оставил семью. В том, что касается семьи, мы с сенатором были в гармонии. Следовательно, его очевидное самоубийство не подходит этому человеку ".

Дадли коснулся кнопки управления на своем столе, наклонил голову к обзорной стене. "На первом экране его личное дело. На втором экране - его финансовые отчеты. Третий экран, его политическое досье. У вас будет один час на просмотр данных. Этот офис будет находиться под электронным наблюдением. Просто запроси сержанта Хоббса, когда отработаешь свой час ".

Мнение Евы о Дадли было небольшим гудением в ее горле, когда он выходил из офиса. "Он облегчает нам задачу. Если бы ему не особенно нравился Перли, я бы сказал, что он уважал его. Ладно, Пибоди, давай приступим к работе ".

Она просмотрела экраны, как глаза ее полицейского уже осмотрели комнату. Она была почти уверена, что заметила все камеры слежения и записывающие устройства, и, рискуя подвергнуться очень неудобному задержанию, переместилась так, чтобы ее тело было частично закрыто телом Пибоди.

Она вытащила бриллиант, подаренный ей Рорком, из-под рубашки, лениво провела им по цепочке, а свободной рукой вытащила маленький диктофон и, держа его прижатым к горлу, направила на экраны.

"Чистая жизнь", - сказала она вслух. "Никакого криминального прошлого вообще. Родители поженились, все еще живы, все еще живут в Кармеле. Его отец отсидел в армии, в звании полковника, служил во время Городских войн. Мать-МТ с перерывом в качестве профессионального родителя. Это довольно основательное воспитание ".

Пибоди не отрывала глаз от экрана и от диктофона. "И солидное образование тоже. Выпускник Принстона, работает аспирантом во Всемирном учебном центре на космической станции "Свобода". Это было прямо в его концепции, и только лучшие студенты могли попасть. Женился в тридцать, как раз перед своей первой выборной кампанией. Адаптированный защитник населения. Требуется один ребенок, мужчина ".

Она перевела взгляд на другой экран. "Его политика - это мертвый центр Либеральной партии. Бодался со своим старым другом Деблассом по поводу отмены запрета на оружие и законопроекта о морали, который продвигал Дебласс ".

"У меня такое чувство, что сенатор бы мне понравился". Ева слегка повернулась. "Прокрутите личные данные до истории болезни".

Экран щелкнул, и от технических терминов ей захотелось скрестить глаза. Она переведет их позже, подумала она, если ей удастся выбраться из учреждения с записывающим устройством.

"Выглядел как здоровый экземпляр. Физические и психические записи не показывают никаких отклонений. Миндалины, вылеченные в детстве, перелом большеберцовой кости в возрасте двадцати с небольшим лет в результате спортивной травмы. Коррекция зрения, стандартная, в середине сороковых. Процедура постоянной стерилизации в течение того же периода ".

"Это интересно". Пибоди продолжала сканировать политический экран. "Он поддерживал законопроект, который требовал бы, чтобы все юридические представители и технические специалисты проходили повторный скрининг каждые пять лет за свой счет. Это не слишком понравилось бы юридическому сообществу ".

"Или с Фицхью", - пробормотала Ева. "Похоже, он тоже охотился за электронной империей. Ужесточение требований к тестированию новых устройств, новые законы о лицензировании. Это тоже не сделало бы его мистером Популярность. Отчет о вскрытии, - потребовала она, затем сузила глаза, когда это вспыхнуло на экране.

Она просмотрела жаргон, покачала головой. "Боже, он был в ужасном состоянии, когда они его поцарапали. Не оставил им чертовски много работы. Сканирование и вскрытие мозга. Ничего, - сказала она через мгновение. Здесь нет сообщения об аномалии или недостатке ".

"Показывай", - потребовала она и шагнула ближе к экрану, чтобы самой изучить изображение. "Поперечный разрез. Вид сбоку, увеличить. Что ты видишь, Пибоди?"

"Непривлекательное серое вещество, слишком поврежденное для пересадки".

"Усилить правое полушарие, лобную долю. Господи, в какое гребаное месиво он превратил себя. Ты просто не можешь видеть. Не могу быть уверен ". Она смотрела, пока ее глаза не загорелись. Была ли это тень, или это просто часть травмы, вызванной жестоким ударом человеческого черепа о бетон?

"Я не знаю, Пибоди". У нее было все, что ей было нужно, и она снова сунула диктофон под рубашку. "Но я точно знаю, что в этих данных нет мотива или предрасположенности к самоуничтожению. И это составляет три. Давайте убираться к черту из этого места", - решила она. "У меня от этого мурашки по коже".

"Я с тобой до конца в этом вопросе".

***

Они купили тюбики Пепси и то, что сошло за сэндвич с хэшем, в закусочной на углу Пенсильвания-авеню и Секьюрити-роу. Ева как раз собиралась вызвать транспорт обратно в аэропорт, когда к тротуару подкатил элегантный черный лимузин. Заднее стекло скользнуло вниз, и Рорк улыбнулся им.

"Дамы, вас подвезти?"

"Вау", - это все, что смогла выдавить Пибоди, осматривая машину от бампера до бампера. Это был сверкающий антиквариат, роскошь другой эпохи, романтичная и соблазнительная, как грех.

"Не поощряй его, Пибоди". Когда Ева начала забираться внутрь, Рорк взял ее за руку и усадил к себе на колени. "Привет". Униженная, она ткнула его локтем.

"Я люблю волновать ее, когда она на дежурстве", - сказал Рорк, усаживая Еву обратно к себе на колени. "А как прошел твой день, Пибоди?"

Пибоди ухмыльнулась, обрадованная тем, что ее лейтенант покраснела и ругается. "Просто стало лучше. Если у этой штуки есть экран приватности, я могу оставить вас двоих наедине ".

"Я сказал не поощрять его, не так ли?" На этот раз ее локоть был нацелен лучше, и Еве удалось соскользнуть на сиденье. "Идиот", - пробормотала она Рорку.

"Она так во мне души не чает". Он вздохнул, откинулся на спинку стула. "Это почти удушает. Если вы закончили свои полицейские дела, могу я предложить вам экскурсию по городу?"

"Нет", - сказала Ева, прежде чем Пибоди смогла открыть рот. "Прямиком обратно в Нью-Йорк. Никаких обходных путей".

"Она тоже настоящая тусовщица", - серьезно сказала Пибоди, затем аккуратно сложила руки и стала смотреть, как мимо проплывает город.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Прежде чем Ева отправилась домой, она подготовила подробный отчет о сходстве предполагаемых самоубийств и о том, почему у нее возникли подозрения, что смерть сенатора была вызвана одними и теми же, пока неизвестными причинами. Она передала свои находки в подразделение командира, с флагом на его домашнюю ссылку.

Если только его жена не устраивала один из своих вездесущих званых обедов, она знала, что Уитни рассмотрит отчет до утра. С этой надеждой она перешла на Sky glide из отдела убийств в отдел электронных расследований.

Она нашла Фини за его столом, его короткие пальцы держали тонкие инструменты, микроглаза превращали его глаза в блюдца, когда он разбирал мини-доску.

"Ты занимаешься ремонтом и обслуживанием в эти дни?" Она оперлась бедром о край его стола, осторожно, чтобы не нарушить его ритм. Она не ожидала ничего большего, чем ворчание, которое получила в ответ, и ждала, пока он перекладывал кусочек чего-то на чистое блюдо.

"Кто-то развлекается и играет", - пробормотал он. "Удалось занести какой-то вирус прямо в подразделение шефа. Память была усилена, GCC скомпрометирован ".

Она взглянула на серебряную полоску и представила, что это GCC. Компьютеры не были ее сильной стороной. "Есть что-нибудь на этот счет?"

"Пока нет". Крошечным пинцетом он поднял осколок, изучил его через очки. "Но я сделаю. Я нашел вирус, ввел дозу, это первоочередная задача. Однако этот бедный маленький ублюдок мертв. Когда я произведу вскрытие, мы увидим ".

Ей пришлось улыбнуться. Это было так похоже на Фини - думать о своих компонентах и чипах человеческими терминами. Он вернул кусочек на место, запечатал блюдо, затем снял очки.

Его глаза сузились, моргнули, перефокусировались. И вот он там, подумала Даллас, помятый и мешковатый, именно такой, какой ей нравился больше всего. Он сделал ее полицейским, дав ей такую подготовку в полевых условиях, которой она никогда не смогла бы научиться с помощью дисков или виртуальной реальности. И хотя он перевелся из отдела по расследованию убийств в EDD до капитана, она продолжала зависеть от него.

"Итак", - начала она. "Ты скучал по мне?"

"Ты ушел?" Он ухмыльнулся ей, протянул руку к вазочке за засахаренным миндалем. "Тебе понравился твой роскошный медовый месяц?"

"Да, я сделал". Она сама съела орех. Прошло много времени с тех пор, как мы пообедали. "Даже с телом в конце этого. Я ценю данные, которые вы откопали для меня ".

"Нет проблем. Много шума из-за самоустранения ".

"Может быть". Его кабинет был больше, чем у нее, из-за его ранга и любви к пространству. Он мог похвастаться обзорным экраном, который, как обычно, был настроен на классический киноканал. Только что Индиану Джонса опускали в яму с аспидами. "Хотя в этом есть несколько интересных аспектов".

"Хочешь поделиться?"

"Вот почему я здесь". Она скопировала данные, которые взяла из файла сенатора, и достала диск из кармана. "У меня здесь есть вскрытие мозга, но картинка немного приблизительная. Ты можешь это почистить, немного усилить?"

"Могут ли медведи гадить в лесопарке?" Он взял диск, повернулся к своему устройству и загрузил его. Мгновение спустя он хмурился над изображением. "Жалкое изображение. Что ты делал, использовал портативный компьютер для записи за кадром?"

"Было бы лучше, если бы мы не касались этого".

Он повернул голову, изучая ее с тем же хмурым видом. "Ты балансируешь на грани, Даллас?"

"У меня хорошее равновесие".

"Будем надеяться на это". Предпочитая работать вручную, он выдвинул клавиатуру. Пальцы его рабочего танцевали по клавишам и пульту управления, как пальцы мастера-арфиста по струнам. Он дернул плечом, когда она наклонилась ближе. "Не дави на меня, малыш".

"Мне нужно увидеть".

Благодаря его опыту картина прояснялась, контрасты обострялись. Она боролась за терпение, пока он настраивался, баловался, напевая себе под нос во время работы. Позади нее разверзался настоящий ад между Харрисоном Фордом и the snakes.

"Это, пожалуй, лучшее, что мы можем сделать в этом подразделении. Ты хочешь большего, я должен взять это в свои руки ". Он бросил на нее быстрый взгляд. "Ты должен войти в систему для мастера. Технически."

Она знала, что ради нее он обойдет правила и рискнет пройти собеседование с IAD. "Давай пока остановимся на этом. Ты видишь это, Фини?" Она постучала пальцем по экрану прямо под крошечной тенью.

"Я вижу чертовски много травм. Этот мозг, должно быть, был хорошенько проломлен ".

"Но это". Она могла просто разобрать это. "Я видел это раньше. На двух других снимках."

"Я не невролог, но я бы предположил, что этого не должно быть".

"Нет". Она выпрямилась. "Этого не должно было там быть".

***

Она вернулась домой поздно и была встречена Соммерсетом у двери. "Вас хотят видеть двое... джентльменов, лейтенант".

С внезапным толчком она подумала о данных, которыми завладела. "Они носят форму?"

Поджатые губы Соммерсета еще больше сжались. "Вряд ли. Я поставил их в передней гостиной. Они настояли на том, чтобы подождать, хотя вы не указали, когда прибудете, а Рорк задержан в офисе."

"Хорошо, я с этим разберусь". Она хотела огромную тарелку чего-нибудь съедобного, горячую ванну и немного времени на размышления. Вместо этого она спустилась в гостиную и нашла Леонардо и Джесс Барроу. Сначала пришло облегчение, затем раздражение. Соммерсет, подонок, знал Леонардо и мог бы сказать ей, кто ждал встречи с ней.

"Даллас". Лицо Леонардо размером с луну расплылось в усмешке, когда он заметил ее. Он пронесся через комнату, гигант в костюме из пурпурной кожи, надутом изумрудной тканью. Неудивительно, что Мэвис обожала его. Он заключил Еву в сокрушительные объятия, затем сузил глаза. "Ты еще не разобралась со своими волосами. Я сам позвоню Трине ".

"Ох. Что ж." Напуганная, Ева запустила пальцы в свою короткую, взъерошенную шапку волос. "Прямо сейчас у меня действительно нет времени, чтобы - "

"Ты должен найти время для личного появления. Ты не только сама по себе важная общественная фигура, но и жена Рорка ".

Она была копом, черт возьми. Подозреваемым и жертвам было наплевать на ее прическу. "Верно. Как только- "

"Ты пренебрегаешь лечением", - обвинил он ее, просто откатываясь от ее оправданий, как большой гладкий валун вниз по ухабистому склону. "Твои глаза напряжены, а брови нуждаются в коррекции".

"Да, но - "

"Трина свяжется с вами, чтобы договориться о сеансе. Итак." Он протащил ее через комнату, практически швырнув на стул. "Расслабься", - приказал он. "Подними свои ноги. У тебя был долгий день. Могу я тебе что-нибудь принести?"

"Нет, правда. I'm - "

"Немного вина". Вдохновленный, он просиял, быстро погладил ее по плечу. "Я позабочусь об этом. И не волнуйся. Мы с Джесс не задержим вас надолго ".

"Нет смысла спорить с прирожденным воспитателем", - прокомментировала Джесс, когда Леонардо отошел, чтобы заказать вино для Евы. "Рад видеть вас, лейтенант".

"Ты не собираешься сказать мне, что я похудела, или набрала его, или мне нужен уход за лицом?" Но она выдохнула и откинулась назад. Было невероятно приятно сидеть в кресле, которое не предназначено для того, чтобы мучить задницу. "Хорошо, давайте сделаем это. Что-то должно быть с тобой, раз ты терпишь, когда Соммерсет оскорбляет тебя, пока я не вернусь домой ".

"На самом деле, он просто выглядел потрясенным и запер нас здесь. Я действительно думаю, что он собирается провести сканирование комнаты после того, как мы уйдем, чтобы убедиться, что мы не забрали ни одной безделушки ". Джесс села, скрестив ноги, на подушку у своих ног. Его серебристые глаза улыбались, его голос был мягким, как баварские сливки. "Кстати, отличные безделушки".

"Они нам нравятся. Если бы ты хотел турне, ты должен был сказать об этом до того, как Леонардо меня высадил. Я собираюсь остаться здесь ненадолго ".

"Смотреть на тебя будет просто замечательно. Я надеюсь, ты не возражаешь, что я говорю, что ты самый привлекательный полицейский, которого я когда-либо... общался плечом к плечу С."

"Мы общались плечом к плечу, Джесс?" Ее брови приподнялись, исчезая под челкой. "Я не заметил".

Он усмехнулся, похлопал ее по колену одной из своих красивых рук. "Я бы с удовольствием сходил в этот тур, когда-нибудь. Но прямо сейчас мы хотим попросить тебя об одолжении ".

"Тебе нужно исправить дорожное пятно?"

Его прекрасное лицо сияло. "Ну, теперь, когда ты упомянул об этом - "

Леонардо сам понес хрустальный бокал, наполненный бледно-золотистым вином, через комнату. "Не дразни ее, Джесс".

Ева приняла стакан, взглянула на Леонардо. "Он не дразнит меня, он флиртует со мной. Ему нравится жить в опасности ".

Джесс издала привлекательный музыкальный смешок. "Пойман. Флиртовать со счастливыми в браке женщинами безопаснее всего". Он развел руками, пока она потягивала, рассматривая его. "Никакого вреда, никакой скверны". Он взял ее руку, провел кончиком пальца по замысловатой резьбе на ее обручальном кольце.

"Последний мужчина, который приставал ко мне, отбывает пожизненное заключение", - небрежно сказала Ева. "Это после того, как я выбил из него все дерьмо".

"Ой". Усмехнувшись, Джесс отпустила ее руку. "Может быть, мне лучше позволить Леонардо попросить об одолжении".

"Это для Мэвис", - сказал Леонардо, и его глаза потеплели и увлажнились, когда он произнес ее имя. "Джесс думает, что демо-диск готов. Музыка и развлечения - сложная область, вы знаете. Переполненный, соревновательный, и Мэвис всем сердцем настроена на то, чтобы добиться успеха. После того, что случилось с Пандорой- - Он слегка вздрогнул. "Ну, после того, что случилось раньше, и ареста Мэвис, увольнения из "Синей белки", после всего этого... Это было жестоко по отношению к ней ".

"Я знаю". Снова возникло чувство вины за ее участие в этом. "Теперь это позади нее".

"Благодаря тебе". Хотя Ева покачала головой, Леонардо настаивал. "Ты верил ей, ты работал на нее, ты спас ее. Теперь я собираюсь попросить тебя кое о чем еще, потому что я знаю, что ты любишь ее так же сильно, как и я ".

Глаза Евы сузились. "Ты боксируешь со мной очень аккуратно, не так ли?"

Он не потрудился подавить улыбку. "Я надеюсь на это".

"Это моя идея", - перебила Джесс. "Леонардо нужно было немного подтолкнуть, чтобы он подошел к тебе с этим. Он не хотел воспользоваться вашей дружбой или вашим положением ".

"Мое положение полицейского?"

"Нет". Джесс улыбнулась, прекрасно прочитав ее реакцию. "Как жена Рорка". О, ее это не волновало, подумал он, забавляясь. Это была женщина, которая хотела твердо стоять на своем. "Твой муж имеет большое влияние, Даллас".

"Я знаю, что есть у Рорка". Это было не совсем правдой. Она понятия не имела о полном объеме его владений и операций. Она не хотела. "Чего ты хочешь от него?"

"Просто вечеринка", - быстро сказал Леонардо.

"Что?"

"Вечеринка в честь Мэвис".

"Броский", - вставила Джесс, ухмыляясь. "Сокрушительный".

"Событие". Леонардо бросил на Джесс предупреждающий взгляд. "Сцена, так сказать, где Мэвис может общаться с людьми, выступать. Я не говорил ей об этой идее на случай, если ты будешь возражать. Но мы подумали, что если Рорк мог бы пригласить ..." Теперь было очевидное смущение, поскольку она только смотрела на него. "Ну, он знает так много людей".

"Люди, которые покупают диски с выступлениями, ходят в клубы, ищут развлечений". Нисколько не смутившись, Джесс победно улыбнулась. "Может быть, нам стоит налить тебе еще вина".

Вместо этого она отставила едва притронутый стакан в сторону. "Ты хочешь, чтобы он устроил вечеринку". Опасаясь ловушки, она вгляделась в оба лица. "И это все?"

"Более или менее". Надежда зародилась в груди Леонардо. "Мы хотели бы запустить демо во время него, а также попросить Мэвис выступить вживую. Я знаю, что это издержки. Я более чем готов заплатить - "

"Его будут волновать не деньги". Ева задумалась, постучала пальцами по подлокотнику кресла. "Я поговорю с ним об этом и свяжусь с тобой. Я думаю, ты хочешь этого поскорее ".

"Как можно скорее".

"Я вернусь к тебе", - повторила она, затем встала.

"Спасибо тебе, Даллас". Леонардо наклонился в нескольких местах, чтобы поцеловать ее в щеку. "Мы уберемся с твоего пути".

"Она станет огромным хитом", - предсказала Джесс. "Ей просто нужен старт". Он достал диск из кармана. "Это копия демо", - сказал он ей. Специально отредактированная копия, подумал он, специально для лейтенанта. "Попробуй. Посмотрите, что у нас получилось ".

Она улыбнулась этому, думая о Мэвис. "Я сделаю".

***

Наверху, в одиночестве, Ева запрограммировала автоматическое приготовление и принесла тарелку дымящейся пасты и, несомненно, свежий соус из помидоров и зелени, выращенных в саду. Ее никогда не переставало удивлять, к чему у Рорка был доступ. Она проглотила это, пока набирала ванну. Запоздало подумав, она добавила немного пенящейся соли, которую он купил ей в Париже. Она думала, что они пахли как ее медовый месяц: богато и романтично. Она погрузилась в ванну размером с небольшое озеро и жадно вздохнула. Очисти разум, прежде чем думать, решила она и открыла панель управления в стене. Она уже загрузила демо в спальный гарнитур и переключила его для воспроизведения на встроенном экране в ванной.

Она снова опустилась в горячую пенистую воду, держа в руке второй бокал марочного вина, и покачала головой. Какого черта она здесь делала? Ева Даллас, полицейский, прошедший нелегкий путь; безымянный ребенок, найденный в переулке, брошенный и подвергшийся насилию, с убийством на ее руках, заблокированным из ее памяти.

Даже год назад это воспоминание было обрывочным, и ее жизнь состояла из работы, выживания и еще раз работы. Стоять за мертвых было ее делом, и она была хороша в своей работе. Этого было достаточно. Она сделала это достаточно.

До Рорка. Блеск кольца на ее пальце продолжал озадачивать ее.

Он любил ее. Он хотел ее. Он, компетентный, успешный и загадочный Рорк, даже нуждался в ней. Это была самая большая загадка из всех. И, может быть, поскольку она, казалось, не могла решить эту проблему, она в конечном итоге научилась бы просто принимать это.

Она поднесла вино к губам, опустилась чуть ниже в воду и нажала на пульт.

Мгновенно цвет и звук ворвались в комнату. Защищаясь, она убавила громкость, пока ее барабанные перепонки не лопнули. Затем Мэвис закружилась по экрану, экзотическая, как спрайт, крепкая, как неразбавленный виски. Ее голос был визгливым, но, тем не менее, привлекательным, и он подходил ей так же хорошо, как и музыка, которую Джесс создала для демонстрации вокала.

Это было горячо, безжалостно и грубо. Очень нравится Мэвис. Но по мере того, как Ева впитывала это, она поняла, что звук и шоу стали более отточенными. О, в работах Мэвис всегда были блеск, но теперь появился тонкий отблеск глянца, которого ей раньше не хватало.

Производственные ценности, предположила она. Оркестровка. И кто-то, у кого есть глаз, чтобы распознать необработанный алмаз, а также талант и желание помочь его отполировать.

Мнение Евы о Джесс поднялось на шаг. Возможно, он выглядел как дерзкий мальчишка, хвастающийся своей сложной консолью, но он явно знал, как заставить ее работать. Более того, он понимал Мэвис, осознала Ева. Он ценил ее за то, кем она была и что она хотела делать, и он нашел способ для нее делать это хорошо.

Ева усмехнулась про себя и подняла бокал в тосте за свою подругу. Похоже, они собирались устроить вечеринку по этому поводу.

***

В своей студии в центре города Джесс просмотрел демо. Он искренне надеялся, что Ева смотрела диск. Если бы она это сделала, ее разум был бы открыт. Широко открыт мечтам. Он хотел бы знать, какими они будут, куда они заберут ее. Тогда он мог видеть то, что увидела бы она. Он мог документировать. Переживи заново. Но его исследования еще не позволили ему найти путь в сны. Однажды, подумал он, однажды.

***

Сны Евы уносили ее обратно во тьму, в ужас. Они были перемешаны, затем потрясающе четкими, затем снова рассеялись, как листья на ветру. Это было ужасно. Ей снился Рорк, и это успокаивало. Смотрела с ним на взрывной закат в Мексике, занималась безрассудной любовью в темной, бурлящей воде лагуны. Слышать его голос в своем ухе, когда он был внутри нее, убеждающий ее отпустить. Просто отпусти.

Тогда это был ее отец, удерживающий ее, а она была ребенком, беспомощным, страдающим, напуганным.

Пожалуйста, не надо.

Его запах был там, конфеты поверх ликера. Слишком сладкий, слишком сильный. Она давилась этим и плакала, а его рука зажимала ей рот, чтобы заглушить ее крики, когда он насиловал ее.

Наши личности запрограммированы при зачатии. Донесся голос Рианны, холодный и уверенный. Мы такие, какими мы созданы. Наш выбор уже определен при рождении.

И она была ребенком, в ужасной комнате, холодной комнате, в которой пахло мусором, мочой и смертью. И на ее руках была кровь.

Кто-то держал ее, сковывая ей руки, и она боролась как дикая тварь, как боролся бы испуганный, отчаявшийся ребенок.

"Не надо. Не надо. Не делай этого".

"Ш-ш-ш, Ева, это сон". Рорк прижал ее ближе, покачивая, в то время как липкий пот на ее коже впитался в его рубашку и разбил его сердце. "Ты в безопасности".

"Я убил тебя. Ты мертв. Оставайся мертвым ".

"Проснись сейчас".

Он прижался губами к ее виску, изо всех сил пытаясь найти правильный способ успокоить ее. Если бы у него была сила, он бы вернулся в прошлое и с радостью убил то, что преследовало ее.

"Проснись, дорогая. Это Рорк. Никто не собирается причинять тебе боль. Он ушел, - пробормотал он, когда она перестала сопротивляться и начала дрожать. "Он никогда не вернется".

"Со мной все в порядке". Ее всегда унижало быть пойманной во власть кошмара. "Теперь я в порядке".

"Я не такой". Он продолжал держать ее, поглаживая, пока ее дрожь не ослабла. "Это было плохо".

Она держала глаза закрытыми, пытаясь сосредоточиться на его запахе: чистом и мужском. "Напомни мне не ложиться спать после того, как наелся спагетти со специями". Она поняла, что он был полностью одет, а свет в спальне был приглушен. "Ты не ложился спать".

"Я только что вошел." Он откинул ее назад, чтобы изучить ее лицо, и смахнул высыхающую слезу с ее щеки. "Ты все еще бледен". Это терзало его, и его голос был резким. "Какого черта ты не примешь хотя бы пустышку?"

"Они мне не нравятся". Как обычно, кошмар оставил после себя тупую пульсацию головной боли. Зная, что он увидит это, если присмотрится слишком пристально, она отодвинулась. "У меня давно ничего не было. На самом деле, недели". Теперь, успокоившись, она потерла свои усталые глаза. "Это все было перепутано. Странно. Может быть, это было вино ".

"И, может быть, это стресс. Ты будешь работать, пока не упадешь в обморок".

Она наклонила голову, взглянула на часы на его запястье. "И кто только что пришел с работы в два часа ночи?" Она улыбнулась, желая стереть беспокойство из его глаз. "Покупал какие-нибудь маленькие планеты в последнее время?"

"Нет, всего лишь несколько второстепенных спутников". Он встал, снял рубашку, затем приподнял бровь, когда поймал оценивающий взгляд, которым она одарила его обнаженную грудь. "Ты слишком устал".

"Мне не обязательно быть. Ты мог бы сделать всю работу ".

Смеясь, он сел, чтобы снять обувь. "Большое вам спасибо, но почему бы нам не подождать, пока у вас не наберется сил принять участие?"

"Господи, это так женато". Но она сползла на кровать, измученная. Головная боль была на самом краю ее мозга, хитро ожидая удара. Когда он скользнул в постель рядом с ней, она положила свою нежную головку ему на плечо. "Я рад, что ты дома".

"Я тоже", - Он провел губами по ее волосам. "Теперь ты будешь спать".

"Да". Ее успокаивало чувствовать ритм его сердца под своей ладонью. Ей было лишь немного стыдно за то, что она нуждалась в этом там, нуждалась в нем там. "Ты думаешь, мы запрограммированы при зачатии?"

"Что?"

"Я удивляюсь". Она уже погружалась в этот сумеречный сон, и ее голос был хриплым и медленным. "Это просто удача жеребьевки, генофонд, то, что передается с яйцеклеткой и спермой? Это все? Кем это делает нас, Рорк, тобой и мной?"

"Выжившие", - сказал он, но знал, что она спит. "Мы выжили".

Он долго лежал без сна, слушая ее дыхание, наблюдая за звездами. Когда он был уверен, что она спала без шрамов, он позволил себе последовать за ней.

***

Она была разбужена в семь коммюнике из офиса коммандера Уитни. Она ожидала вызова. У нее было два часа, чтобы подготовиться к очному отчету.

Ее не удивило, что Рорк уже встал, оделся и, потягивая кофе, просматривал биржевые отчеты на своем мониторе. Она проворчала ему, свое обычное утреннее приветствие, и взяла с собой кофе в душ.

Он был на 'линке, когда она вернулась. Его брокер, как она представила из обрывков разговора, который она уловила. Она схватила булочку, намереваясь запихнуть ее в рот, пока одевалась, но Рорк схватил ее за руку и потянул вниз, на диван.

"Я свяжусь с вами к полудню", - сказал он своему брокеру, затем закончил передачу. "Куда ты спешишь?" он спросил Еву.

"Я должен встретиться с Уитни через полтора часа и убедить его, что существует связь между тремя не связанными между собой жертвами, уговорить его позволить мне продолжить расследование и принять данные, к которым я получил доступ незаконным путем. Затем я снова должен выступить в суде, чтобы дать показания о том, что сутенер-подонок, который содержал нелицензионную конюшню с несовершеннолетними и забил одного из них до смерти своими руками, отправляется в клетку и остается там ".

Он легко поцеловал ее. "Просто еще один день в офисе. Съешь немного клубники".

Она питала к ним слабость и вытащила одну из миски. "У нас ведь не запланировано ничего - ну, ты знаешь - на сегодняшний вечер, не так ли?"

"Нет. Что ты имел в виду?"

"Я думал, мы могли бы просто потусоваться". Она повела плечами. "Если только меня не выгнали на собеседовании из-за нарушения государственной безопасности".

"Ты должна была позволить мне сделать это за тебя". Он ухмыльнулся ей. "Немного времени, и я мог бы получить доступ к данным отсюда".

Она закрыла глаза. "Не говори мне этого. Я действительно не хочу этого знать ".

"Что ты скажешь о просмотре нескольких старых видео, поедании попкорна и обнимании на диване?"

"Я говорю, благодарю тебя, Боже".

"Тогда это свидание". Он долил им кофе. "Может быть, нам даже удастся поужинать вместе. Этот случай - или эти случаи - беспокоят вас ".

"Я не могу уловить зацепку, фокус. Нет "почему", нет "как". Кроме супруги Фицхью и его коллеги, никто не переступил ни на шаг границы дозволенного. И они оба просто идиоты ". Она повела плечами. "Это не убийство, когда речь идет о самоуничтожении, но это похоже на убийство". Она с отвращением выдохнула. "И если это все, что у меня есть, чтобы убедить Уитни, я собираюсь вытащить свою задницу из его офиса после того, как он ее растопчет".

"Ты доверяешь своим инстинктам. Он производит на меня впечатление человека, который достаточно умен, чтобы доверять и им ".

"Скоро увидим".

"Если тебя арестуют, дорогая, я буду ждать тебя".

"Ha ha."

"Соммерсет сказал, что прошлой ночью у вас были посетители", - добавил Рорк, когда она встала, чтобы подойти к шкафу.

"О, черт, я забыл". Сбросив халат на пол, она обнажилась через одежду. Это был процесс, которым Рорк никогда не переставал наслаждаться. Она нашла рубашку из простого синего хлопка, натянула ее. "Я пригласил пару парней на быструю оргию после работы".

"Ты делал снимки?"

Она усмехнулась и нашла какие-то джинсы, вспомнила о корте и переключилась на сшитые на заказ брюки. "Это были Леонардо и Джесс. Они ищут одолжения. От тебя".

Рорк наблюдал, как Ева начала натягивать брюки, вспомнила о нижнем белье и рывком открыла ящик. "Oh-oh. Будет ли это больно?"

"Я так не думаю. И на самом деле, я отчасти за это. Они подумали, что ты мог бы устроить вечеринку для Мэвис здесь. Позволь ей выступить. Демо-диск готов. Я сам смотрел его прошлой ночью, и он действительно хорош. Это дало бы ей шанс, типа, на премьеру фильма, прежде чем они начнут его продавать ".

"Хорошо. Вероятно, мы могли бы сделать это через неделю или две. Я проверю свое расписание ".

Полуодетая, она повернулась к нему. "Вот так просто?"

"Почему бы и нет? Это не проблема ".

Она немного надулась. "Я подумал, что мне придется убедить тебя".

Предвкушение злобно загорелось в его глазах. "А ты бы хотел?"

Она застегнула брюки, сохраняя невозмутимое выражение лица. "Что ж, я действительно ценю это. И поскольку вы так любезны, я думаю, сейчас самое время поразить вас второй частью ".

Он лениво налил еще кофе, бросил взгляд на монитор, где начали прокручиваться отчеты о сельском хозяйстве за пределами планеты. Недавно он купил миниферму на космической станции Дельта.

"Что за вторая часть?"

"Что ж, Джесс придумала этот единственный номер. Он прогнал это мимо меня прошлой ночью ". Она посмотрела на Рорка, придумывая это по ходу дела. "Это дуэт, действительно впечатляющий. И мы подумали, что если для вечеринки - живой части выступления - вы могли бы сделать это с Мэвис ".

Он моргнул, потеряв всякий интерес к посевам. "Что делать с Мэвис?"

"Исполни это. На самом деле это была моя идея", - продолжила она, почти срываясь, когда он побледнел. "У тебя приятный голос. По крайней мере, в душе. Ирландец выходит. Я упомянул об этом, и Джесс подумала, что это потрясающе ".

Ему удалось закрыть рот, но это было нелегко. Он медленно потянулся, чтобы отключить монитор. "Ева -"

"Действительно, это было бы здорово. У Леонардо есть потрясающий дизайн для вашего костюма ".

"Ради моего - " Основательно потрясенный, Рорк поднялся на ноги. "Ты хочешь, чтобы я надел костюм и спел дуэтом с Мэвис? На публике?"

"Это бы так много значило для нее. Только подумайте о прессе, которую мы могли бы получить ".

"Нажимай". Теперь он побледнел. "Иисус Христос, Ева".

"Это действительно сексуальный номер". Испытывая их обоих, она подошла и начала играть с пуговицами его рубашки, с надеждой заглядывая ему в глаза. "Это могло бы вывести ее прямо на вершину".

"Ева, я люблю ее, действительно люблю. Я просто не думаю - "

"Ты такой важный". Она провела пальцем вниз по центру его груди "Такой влиятельный. И такой... великолепный".

Это было просто немного слишком густо. Он сузил глаза, уловив смех в ее глазах. "Ты меня разыгрываешь".

Ее смех вырвался наружу. "Ты купился на это. О, ты бы видел свое лицо". Она прижала руку к животу, вскрикнув, когда он дернул ее за ухо. "Я бы уговорил тебя на это".

"Я так не думаю". Совсем не уверенный в себе, он отвернулся и снова потянулся за своим кофе.

"Я мог бы. Ты бы сделал это, если бы я сыграл правильно ". Согнувшись почти пополам от смеха, она обвила его руками, прижалась к его спине. "О, я люблю тебя".

Он замер, когда эмоции нанесли ему сильный, болезненный удар в сердце. Потрясенный, он повернулся и схватил ее за руки.

"Что?" Смех исчез с ее лица. Он выглядел ошеломленным, и его глаза были темными и свирепыми. "Что это?"

"Ты никогда этого не говоришь". Ошеломленный, он притянул ее ближе и зарылся лицом в ее волосы. "Ты никогда не говоришь этого", - повторил он.

Она ничего не могла сделать, кроме как держаться, потрясенная эмоциями, исходящими от него. Откуда это взялось? она задавалась вопросом. Где он спрятал это? "Да, я верю. Конечно, хочу ".

"Не так". Он не знал, как сильно ему нужно было услышать, как она это сказала, просто так. "Не без подсказки. Не подумав сначала об этом ".

Она открыла рот, чтобы отрицать это, затем снова закрыла его. Это было правдой, и это было глупо, трусливо. "Мне жаль. Это тяжело для меня. Я действительно люблю тебя, - тихо сказала она. "Иногда это пугает меня, потому что ты первый. И единственный".

Он держал ее там, пока не был уверен, что может говорить, затем отпустил ее назад, посмотрел в ее глаза. "Ты изменил мою жизнь. Стань моей жизнью". Он прикоснулся своими губами к ее губам, позволил поцелую углубиться, медленно, шелковисто. "Ты нужен мне".

Она обвила руками его шею, тесно прижавшись. "Покажи мне. Сейчас."

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Ева отправилась на работу, напевая. Ее тело казалось мягким и сильным, ее разум отдохнул. Она восприняла это как предзнаменование, когда ее автомобиль, мурлыкая, ожил с первой попытки, а регулятор температуры показывал приятные семьдесят два градуса.

Она чувствовала себя готовой встретиться лицом к лицу со своим командиром и убедить его, что у нее есть дело, которым нужно заниматься.

Затем она добралась до пятой и сорок седьмой и попала в переплет. Уличное движение было остановлено, воздушные суда кружили, как стервятники, и никто не обращал никакого внимания на законы о шумовом загрязнении. Рога, крики, проклятия, свист раздавались эхом. В ту минуту, когда она остановилась, ее регулятор температуры радостно подскочил до девяноста пяти.

Ева выскочила из своей машины и присоединилась к схватке.

Разносчики на глайдкартах воспользовались моментом, проскальзывая сквозь толпу и делая чудовищный бизнес на замороженных фруктовых палочках и кофе. Она не потрудилась показать свой значок и напомнить кому-либо из них, что им не разрешается съезжать с бордюров. Вместо этого она поймала продавца, купила тюбик Пепси и спросила, что, черт возьми, происходит.

"Люди свободного возраста". Переводя взгляд в поисках новых клиентов, он опустил ее кредиты в свой сейф. "Протест против демонстративного потребления. Их сотни, они растянуты по пятой, как красивая лента. Пение. Хочешь к этому пшеничный маффин? Свежо."

"Нет".

"Побуду здесь некоторое время", - предупредил он и вскочил на свою тележку, чтобы проскользнуть сквозь стоящий транспорт.

"Сукин сын". Ева осмотрела сцену. Она была заблокирована со всех сторон разъяренными пассажирами. В ушах у нее звенело, а из ее машины, как из печи, вырывался жар.

Она ворвалась обратно, ударила кулаком по панели управления и сумела сбить температуру до шестидесяти. Над головой пролетел туристический дирижабль, полный зевак.

Не веря абсолютно в свой автомобиль, Ева перевела его в вертикальное положение и включила официальную предупреждающую сирену. Сирена продолжала хрипеть, не вяжясь с какофонией шума, но ей удалось с трудом подняться. Ее колеса не задели крышу машины перед ней по крайней мере на дюйм, когда ее транспортное средство закашлялось и задохнулось в воздухе.

"Следующая остановка - утилизационная куча. Я клянусь в этом", - пробормотала она и нажала на свой коммуникатор. "Пибоди, что, черт возьми, здесь происходит?"

"Сэр". На экране появилась Пибоди, глаза безучастные, рот трезвый. "Я полагаю, вы столкнулись с затором, спровоцированным протестом на пятой".

"Это не было запланировано. Я чертовски хорошо знаю, что этого не было в планах на сегодняшнее утро. У них не может быть разрешения ".

"Вольнонаемные не верят в разрешения, сэр". Она прочистила горло, когда Ева зарычала. "Я верю, что если вы отправитесь на запад, вам повезет больше на Седьмом. Движение там плотное, но оно движется. Если ты проверишь свой приборный щиток - "

"Да, как будто это сработает в этом куске дерьма. Позвони в техобслуживание и скажи им, что это мясо. Затем свяжитесь с командиром, объясните, что я, возможно, на несколько минут опоздаю на встречу ". Пока она говорила, она боролась с машиной, которая имела тенденцию нырять и заставлять как пешеходов, так и других водителей в ужасе смотреть вверх. "Если я ни на кого не упаду, я буду там через двадцать минут".

Она едва избежала края голограммы рекламного щита, рекламирующей прелести частных авиаперелетов. Она и Джет Стар двигались в противоположных направлениях с разной степенью успеха. Она задела бордюр, когда садилась на седьмом, и не могла винить костюм и галстук, раскачивающие его воздушные коньки за то, что он подбросил ей птицу.

Но она скучала по нему, не так ли?

Она как раз испускала вздох облегчения, когда ее коммуникатор заверещал.

"Любая единица, любая единица. Двенадцать семнадцать, крыша Таттлер Билдинг, Седьмая и сорок вторая. Отвечайте немедленно. Неопознанная женщина, предположительно вооруженная ".

Двенадцать семнадцать, подумала Ева. Угроза самоуничтожения. Что, черт возьми, это было? "Диспетчер, Даллас, лейтенант Ева, отвечает. Расчетное время прибытия пять минут".

Она вернула к жизни свою сирену и снова нажала на vertical.

Здание "Таттлер", где размещался самый популярный таблоид страны, было блестящим и новым. Здания на его прежнем месте были снесены в тридцатых годах в рамках программы городского благоустройства, которая была эвфемизмом для обозначения упадка инфраструктуры и строительства, от которых страдал Нью-Йорк в тот период.

Он был выполнен из серебристой стали в форме пули и был окружен кольцевыми дорожками skywalks и glides с рестораном на свежем воздухе, выходящим из его основания.

Ева дважды припарковалась, схватила свой полевой набор и протолкалась сквозь толпу, собравшуюся на тротуаре. Она показала свой значок охраннику и увидела, как облегчение отразилось на его лице.

"Слава Христу. Она там, наверху, отпугивает всех спреем от запаха. Попала Биллу прямо в глаза, когда он попытался схватить ее ".

"Кто она?" Потребовала Ева, когда он пробирался к внутренним рядам лифтов.

"Чериз Дивейн. Она владеет этим гребаным местом ".

"Дивейн?" Ева смутно ее знала. Чериз Дивейн, генеральный директор Tattler Enterprises, была одной из привилегированных и влиятельных людей, вращавшихся в кругах Рорка. "Чериз Дивейн на крыше, угрожает прыгнуть? Что это, какой-то безумный рекламный трюк, чтобы увеличить их тираж?"

"По-моему, выглядит реально". Он надул щеки. "У нее тоже голая задница. Это все, что я знаю", - заявил охранник, когда лифт рванулся вверх. "Ее помощник сделал звонок. Фрэнк Рэббит. Вы можете вытянуть из него больше - если он сейчас в сознании. Гай потерял сознание, когда она вышла на выступ. Это то, что я слышал ".

"Вы вызываете психолога?"

"Кто-то сделал. У нас там сейчас есть специалист по компании, и специалист по самоликвидации уже в пути. Пожарная служба тоже и служба спасения с воздуха. Все подкреплено. Ужасная пробка на пятой."

"Расскажи мне об этом".

Двери открылись на крышу, и Ева вышла на свежий, охлаждающий ветер, который не смог пробиться сквозь высокие стены зданий в долину улиц. Она быстро просмотрела.

Офис Cerise был встроен на крыше, или, точнее, в нее. Наклонные стены из обработанного стекла образовали вершину и позволили бы генеральному директору увидеть город на триста шестьдесят градусов и людей, которых она любила изображать в своей статье.

Сквозь стекло Ева могла видеть произведения искусства, декор и оборудование, предназначенные для первоклассного офиса. А на Г-образном диване для отдыха лежал мужчина с компрессом на лбу.

"Если это Кролик, скажи ему, чтобы он взял себя в руки и вышел сюда, чтобы ввести меня в курс дела. И уберите всех, кто не является необходимым, с этой крыши. Уберите эту толпу с улиц. Если она уйдет, нам не нужно, чтобы она давила прохожих ".

"У меня просто нет мужской силы", - начал охранник.

"Приведите сюда Кролика", - повторила она и позвонила в центральную полицию. "Пибоди, у меня возникла ситуация".

"Я слышал. Что тебе нужно?"

"Спускайтесь сюда, пришлите группу по разгону толпы, чтобы убрать этих людей с улицы. Принеси мне все доступные данные о Чериз Дивейн. Посмотрим, сможет ли Фини заморозить свои ссылки - домашние, личные и портативные - на последние двадцать четыре часа. Сделай это быстро ".

"Готово", - ответила Пибоди и прервала передачу.

Она повернулась, когда охранник почти нес к ней молодого человека. Фирменный галстук Рэббита был распущен, его стильно уложенные волосы были растрепаны и спутаны. Его руки с аккуратным маникюром дрожали.

"Расскажи мне точно, что произошло", - рявкнула она. "Сделай это быстро и проясни. Ты можешь развалиться на части, когда я закончу с тобой ".

"Она только что - только что вышла из офиса". Его голос дрогнул, и он слабо обвис на поддерживающей руке охранника. "Она выглядела такой счастливой. Она почти танцевала. Она - она сняла с себя одежду. Она сняла их".

Ева приподняла бровь. В тот момент Рэббит, казалось, был больше шокирован внезапной прихотью своего босса к эксгибиционизму, чем возможностью ее смерти. "Что привело к этому?"

"Я не знаю. Клянусь, я понятия не имею. Она хотела, чтобы я пришел пораньше, около восьми. Она была расстроена из-за одного из судебных процессов. На нас постоянно подают в суд. Она курила, глотала кофе и ходила взад-вперед. Затем она отправила меня разжечь костер в соответствии с Законом и сказала, что собирается потратить несколько минут, чтобы расслабиться и выровняться ".

Он остановился, закрыв лицо руками. "Пятнадцать минут спустя она вышла, улыбаясь и - и обнаженная. Я был так ошеломлен, что просто сидел там. Просто сидел там ". Его зубы начали стучать. "Я никогда даже не видел ее без обуви".

"Быть обнаженной сейчас не ее большая проблема", - отметила Ева. "Она говорила с тобой, говорила что-нибудь?"

"Я, ну, я был так ошеломлен, понимаете. Я сказал что-то, что-то вроде: "Мисс Дивейн, что ты делаешь? Что-то не так?' И она просто рассмеялась. Она сказала, что это было идеально. Теперь она все поняла, и все было замечательно. Она собиралась немного посидеть на выступе, прежде чем прыгнуть. Я подумал, что она шутит, и я занервничал, поэтому немного посмеялся ".

Его глаза были поражены. "Я засмеялся, а потом увидел, как она подошла к краю крыши. Иисус. Она просто выскочила за борт. Я подумал, что она прыгнула, и я выбежал вон и снова. Вот она, сидит на выступе, болтает ногами и напевает. Я попросил ее, пожалуйста, подняться, пока она не потеряла равновесие. Она просто рассмеялась, брызнула на меня немного спрея и сказала, что только что обрела равновесие и должна уйти, как хороший мальчик ".

"Она получала какие-нибудь звонки, совершала какие-нибудь?"

"Нет". Он вытер рот. "Любые передачи проходили бы через мое подразделение. Она собирается прыгнуть, говорю вам. Она наклонилась, пока я наблюдал, чуть не упала тогда. И она сказала, какая это будет приятная поездка. Она собирается прыгнуть ".

"Мы посмотрим на этот счет. Оставайся доступным ". Ева отвернулась. Вычислить корпоративного психиатра было достаточно легко. Он был одет в белый халат до колен и черные брюки-дудочки. Его успокаивающие седые волосы были собраны в аккуратную косичку, и он перегнулся через край крыши, его поза выдавала беспокойство.

Даже когда Ева направилась к нему, она выругалась. Она услышала шум взлетающих самолетов, затем снова проклинала СМИ, когда заметила первый воздушный фургон. 75-й канал, естественно, размышляла она. Надин Ферст всегда первой выходила за ворота.

Психиатр выпрямился, разгладил свой халат перед камерами. Ева решила, что будет ненавидеть его. "Доктор?" Она подняла свой значок и заметила нескрываемое волнение в его глазах. Все, о чем могла думать Ева, это то, что компания такого размера и силы, как Tattler, могла позволить себе лучшее.

"Лейтенант, я полагаю, что добился некоторого прогресса в этом вопросе".

"Она все еще на краю пропасти, не так ли?" Ева указала и протиснулась мимо него, чтобы наклониться. "Вишневый?"

"Еще компания?"

Изящная и хорошенькая, с кожей цвета краснеющих лепестков розы, весело болтая подтянутыми ногами, Чериз подняла глаза. Ее волосы были черными как смоль, их тщательно уложенные волны развевались на ветру. У нее было лисье, умное лицо и проницательные зеленые глаза. Только что эти глаза были мягкими и мечтательными.

"Почему, это Ева, не так ли? Ева Даллас, новая невеста. Прекрасная свадьба, между прочим. Действительно светское событие года. Мы переместили тысячи единиц с помощью нашего покрытия ".

"Молодец для тебя".

"Вы знаете, я потратил кучу времени на исследования и поиск данных, чтобы попытаться получить маршрут для медового месяца. Я не думаю, что кто-то, кроме Рорка, смог бы добиться полного отключения средств массовой информации ". Она игриво покачивала пальцем, и ее упругие груди колыхались. "Ты мог бы поделиться, совсем немного. Публика умирает от желания узнать ".

Она захихикала над этим, пошевелилась и почти потеряла равновесие. "Мы все умираем от желания узнать. Упс. Пока нет. Слишком весело, не хочу торопить события. Выпрямившись, она махнула в сторону воздушных фургонов. "Обычно я ненавижу чертовы визуальные медиа. Не могу понять, почему, прямо сейчас. Я люблю всех!" Она выкрикнула последнее, широко раскинув руки.

"Это мило, Вишневый. Почему бы тебе не подняться на минутку. Я дам вам некоторые данные о медовом месяце. Эксклюзивно".

Вишневый лукаво улыбнулся. "Э-э-э-э". Отказ снова был игривым, почти хихиканьем. "Почему бы тебе не спуститься и не присоединиться ко мне? Ты можешь пойти со мной. Говорю вам, это предел ".

"Итак, мисс Дивейн, - начал психиатр, - у всех нас бывают моменты отчаяния. Я понимаю. Я с тобой. Я слышу твою печаль".

"О, черт возьми". Чериз жестом отмахнулась от него. "Я разговариваю с Евой. Спускайся, милая. Но не слишком близко ". Она встряхнула распылитель и хихикнула. "Давай, присоединяйся к вечеринке".

"Лейтенант, я не рекомендую вам - "

"Заткнись и иди ждать моего помощника", - сказала ему Ева, перекидывая ногу через стальную защитную стенку и опускаясь с края.

Ветер не казался таким уж приятным, когда она болталась на высоте семидесяти этажей над улицей, опираясь на стальной выступ шириной едва в два фута. Здесь он бился и кружился, чему способствовала обратная промывка из воздушных фургонов. Оно дергало за одежду и шлепало по коже. Она приказала своему сердцу прекратить прыгать и прижалась спиной к зданию.

"Разве это не прекрасно", - вздохнула Чериз. "Я бы с удовольствием выпил немного вина сейчас, не так ли? Нет, большой бокал шампанского. Резервный номер сорок семь у Рорка прямо сейчас прошел бы гладко."

"Я думаю, у нас дома есть дело. Пойдем, откроем один ".

Сериз рассмеялась, повернула голову и широко улыбнулась. И это была улыбка, поняла Ева, когда ее сердце снова дрогнуло, которую она видела на лице молодого человека, подвешенного на самодельной петле. "Я уже опьянен счастьем".

"Если ты счастлив, почему ты сидишь голый на выступе, обдумывая последний прыжок?"

"Это то, что делает меня счастливым. Я не знаю, почему ты не понимаешь ". Сериз подняла лицо к небу, закрыла глаза. Ева рискнула придвинуться на несколько дюймов ближе. "Я не знаю, почему все этого не понимают. Это так прекрасно. Это так волнующе. Это все ".

"Чериз, ты сходишь с этого выступа, это ничего не значит. Все кончено ".

"Нет, нет, нет". Она снова открыла глаза, и они были остекленевшими. "Это только начало, разве ты не видишь? О, мы все так слепы".

"Все, что не так, можно исправить. Я знаю." Ева осторожно положила руку на руку Сериз. Она не хваталась, не хотела рисковать. "Выживание - вот что имеет значение. Ты можешь что-то изменить, сделать все лучше, но для этого тебе нужно выжить ".

"Ты знаешь, сколько это стоит? И какой смысл, когда столько удовольствия просто ждет. Я чувствую себя так хорошо. Не делай этого". Усмехнувшись, Чериз направила струю на лицо Евы. "Не порти это сейчас. Я так хорошо провожу время ".

"У тебя есть люди, которые беспокоятся о тебе. У тебя есть семья, Чериз, которая любит тебя." Ева напряглась, чтобы вспомнить. Был ли ребенок, супруг, родители? "Если ты сделаешь это, ты причинишь им боль".

"Только до тех пор, пока они не поймут. Наступает время, когда все поймут. Тогда будет лучше. Тогда прекрасно". Она мечтательно посмотрела в глаза Евы, на ее губах была эта сияющая и пугающая улыбка. "Пойдем со мной". Она схватила Еву за руку, сжала. "Это будет замечательно. Тебе нужно только отпустить ".

Пот выступил струйкой по спине Евы. Хватка женщины была подобна тискам, и борьба за свободу могла обречь их обоих. Она заставила себя не сопротивляться, игнорировать порывистый ветер и гул воздушных фургонов, фиксирующих каждое движение. "Я не хочу умирать, Чериз", - спокойно сказала она. "И ты тоже. Самоуничтожение - для трусов".

"Нет, это для исследователей. Но поступай как знаешь". Чериз похлопала Еву по руке, отпустила ее и издала долгий, заливистый смех, перекликающийся с ветром. "О Боже, я так счастлива", - сказала она и, широко раскинув руки, наклонилась вперед, в пространство.

Инстинктивно Ева схватила. Она чуть не потеряла равновесие, когда кончики ее пальцев коснулись изящной линии бедра Сериз. Она завалилась на бок, борясь с креном вперед, когда ветер и пространство тянули ее. Гравитация работала быстро, безжалостно. Ева смотрела в это дико улыбающееся лицо, пока оно не превратилось в размытое пятно.

"Иисус Бог. О, Господи Иисусе". Ошеломленная реакцией, она приподнялась, откинула голову назад, закрыла глаза. На нее обрушились крики, и воздух, вытесненный журналистским фургоном, подъехавшим для съемки крупным планом, ударил ее по щекам.

"Лейтенант. Даллас."

Голос был подобен пчелиному жужжанию в ее ушах, и Ева просто покачала головой.

На крыше Пибоди смотрела вниз и боролась с подступающей к горлу тошнотой. Все, что она могла видеть сейчас, это то, что Ева была прижата к выступу, белая как полотно, и одно осторожное движение отправило бы ее за женщиной, которую она пыталась спасти. Сделав глубокий вдох, Пибоди придала своему голосу резкие, профессиональные интонации.

"Лейтенант Даллас, вы нужны здесь. Мне нужен ваш диктофон для полного отчета ".

"Я слышу тебя", - устало сказала Ева. Глядя прямо перед собой, она протянула руку назад, чтобы ухватиться за край крыши. Когда чья-то рука накрыла ее руку, она поднялась на ноги. Повернувшись спиной к падению, она мертво посмотрела в глаза Пибоди, прочитав в них страх. "Последний раз, когда я думал о прыжках, мне было восемь". Хотя ее ноги немного дрожали, она качнулась обратно на крышу. "Я не пойду этим путем".

"Господи, Даллас". Забывшись на мгновение, Пибоди крепко обняла Еву. "Ты напугал меня до чертиков. Я думал, она собирается оттащить тебя ".

"Я тоже Она этого не сделала. Возьми себя в руки, Пибоди. У прессы сегодня выдающийся день ".

"Прости". Пибоди отстранилась, слегка покраснев. "Прости".

"Нет проблем". Ева посмотрела туда, где психиатр стоял на краю, прижав руку к сердцу в позе для занятых камер. "Мудак", - пробормотала она. Она засунула руки в карманы. Ей нужна была минута, всего лишь еще одна минута, чтобы успокоиться. "Я не мог остановить ее, Пибоди. Я не мог найти нужную кнопку, чтобы нажать ".

"Иногда его нет".

"Был один, который переключил ее на это", - тихо сказала Ева. "Должен был быть кто-то, кто отключил бы ее".

"Мне жаль, Даллас. Ты знал ее".

"Не совсем. Просто один из людей, которые проходят мимо уголка твоей жизни ". Она оттолкнула это, должна была оттолкнуть. Смерть, как бы она ни приходила, всегда оставляет ответственность. "Давайте посмотрим, что мы можем здесь сделать. Ты пометил Фини?"

"Подтверждаю. Он заблокировал ее ссылки из EDD и сказал, что отправится туда лично. Я загрузил данные по этому предмету, не потратив времени на их сканирование ".

Они направились к офису. Через стекло было видно, как Кролик сидит, зажав голову между колен. "Сделай мне одолжение, Пибоди. Передайте эту безвольную тряпку полицейскому для официального заявления. Я не хочу иметь с ним дело прямо сейчас. Я хочу, чтобы ее офис был защищен. Давайте посмотрим, сможем ли мы выяснить, что, черт возьми, она делала, что ее так разозлило ".

Вошла Пибоди, за считанные секунды подняла Рэббита и выдала ему форму. С дьявольской эффективностью она очистила комнату, запечатала внешние двери. "Это все наше, сэр".

"Разве я не говорил тебе не называть меня сэром?"

"Да, сэр", - сказала Пибоди с улыбкой, которая, как она надеялась, поднимет тяжелое настроение.

"Под этой униформой скрывается умная задница". Ева выдохнула. "Включи диктофон, Пибоди".

"Уже началось".

"Ладно, вот она. Она пришла рано, разозленная. Кролик говорит, что ее раздули из-за какого-то судебного процесса. Получите данные об этом ". Пока она говорила, Ева бродила по комнате, впитывая детали. Скульптуры, в основном мифологические фигуры из бронзы. Очень стилизовано. Темно-синий ковер в тон небу, письменный стол в розовых тонах с зеркальным блеском. Офисное оборудование, гладкое и современное, окрашено в тот же цветочный оттенок. Огромная медная ваза взорвалась экзотическими цветами, и Ева заметила пару деревьев в горшках.

Она подошла к компьютеру, достала свой мастер-пропуск из своего полевого набора и запросила отчет о последнем использовании

Последнее использование, 8:10 утра., позвоните по юридическому делу номер 3732-1, Custler против Tattler Enterprises.

"Это был бы иск, из-за которого она разозлилась", - заключила Ева. "Перекликается с предыдущим заявлением Рэббита". Она посмотрела на мраморную пепельницу, наполненную полудюжиной окурков. Используя пинцет, она подняла один, осмотрела его. "Карибский табак. Веб-фильтр. Дорого. Упакуйте это".

"Ты думаешь, они могут быть чем-то пропитаны?"

"Она была чем-то пропитана. Ее глаза были неправильными ". Ева знала, что она не забудет их долгое, долгое время. "Мы можем надеяться, что от нее осталось достаточно для токсикологического анализа. Возьмите также образец этих кофейных остатков ".

Но Ева не думала, что они найдут то, что она искала, в табаке или кофе. Ни в одном из других самоубийств не было никаких химических следов.

"У нее были неправильные глаза", - повторила Ева. "И ее улыбка. Я уже видел эту улыбку раньше, Пибоди. Уже пару раз."

Убирая пакеты с уликами, Пибоди подняла глаза. "Ты думаешь, это связано с другими?"

"Я думаю, что Чериз Дивейн была успешной, амбициозной женщиной. И мы пройдем процедуру, но я готов поспорить, что мы не найдем мотива для самоуничтожения. Она отсылает Кролика, - продолжала Ева, расхаживая по офису. Раздраженная постоянным гулом, она взглянула вверх, хмуро посмотрела на все еще зависший воздушный фургон. "Посмотри, сможешь ли ты найти защитные экраны. Я устал от этих придурков ".

"Очень приятно". Пибоди отыскала панель управления. "Мне показалось, что в одном из них я видел Надин Ферст. То, как она наклонялась, было хорошо, что на ней была сбруя. Она могла бы стать ведущей в своем собственном выпуске новостей ".

"По крайней мере, она все сделает правильно", - сказала Ева наполовину себе и кивнула, когда защитные экраны скользнули на место и закрыли стекло. "Хорошо. Свет, - приказала она и снова увеличила яркость. "Она хотела расслабиться, выровнять себя до конца дня".

Ева заглянула в холодильную камеру, нашла безалкогольные напитки, фрукты, вино. Одна из винных бутылок была открыта и вновь закупорена, но там не было стакана, указывающего на то, что Чериз рано начала пить. И это не из-за пары ремней, которые придали ее глазам такой взгляд, размышляла Ева.

В соседней ванной, оснащенной джакузи, персональной сауной и тюбиком для улучшения настроения, она обнаружила шкафчик, набитый пустышками, транквилизаторами и легализованными лифтерами. "Я большой сторонник химической помощи, нашей вишни", - прокомментировала она. "Возьмите их для тестирования".

"Господи, у нее своя аптека. Трубка настроена на режим концентрации, и последнее использование было вчера утром. Она не прокатилась этим утром ".

"Так что же она делает, чтобы расслабиться?" Ева вошла в соседнюю комнату, которая, как она отметила, была маленькой гостиной, с полным набором развлекательных устройств, креслом для сна, обслуживающим дроидом.

Прекрасный костюм цвета шалфея был аккуратно сложен на маленьком столике. Соответствующие туфли стояли на полу под ним. Украшения - тяжелая золотая цепочка, серьги сложной формы, тонкий браслет-часы-рекордер - были аккуратно сложены в стеклянную вазу.

"Она разделась здесь. Почему? В чем был смысл?"

"Некоторые люди лучше расслабляются без одежды", - сказала Пибоди, затем покраснела, когда Ева бросила оценивающий взгляд через плечо. "Я слышал".

"Да. Может быть. Но это ей не подходит. Она была настоящей собранной женщиной. Ее помощник сказал мне, что он никогда даже не видел ее без обуви, и вдруг она становится скрытой нудисткой. Я так не думаю ".

Ее взгляд упал на очки виртуальной реальности, лежащие на подлокотнике кресла для сна. "Может быть, она все-таки отправилась в путешествие", - пробормотала Ева. "Она измотана, хочет сгладить углы. Итак, она приходит сюда, растягивается, что-то программирует и немного катается ".

Ева села, взяла очки. Очки виртуальной реальности, размышляла она. Фицхью и Матиас тоже совершали путешествия перед смертью. "Я собираюсь увидеть, куда она ушла и когда. Ах, если у меня появятся какие-либо суицидальные побуждения после того, как я закончу - или решу, что могу лучше расслабиться без одежды - вам приказано вырубить меня ".

"Без колебаний, сэр".

Ева приподняла бровь. "Но от тебя не ожидают, что ты будешь наслаждаться этим".

"Я буду ненавидеть каждую минуту этого", - пообещала Пибоди и сложила руки.

Со слабым смешком Ева надела защитные очки. "Покажи журнал", - приказала она. "В яблочко. Она ушла в виртуальную реальность в 8: 17 этим утром ".

"Даллас, если это так, может быть, тебе не стоит этого делать. Мы можем принять это и протестировать в контролируемых условиях ".

"Ты - мой контроль, Пибоди. Если я выгляжу слишком счастливым, чтобы жить в ближайшее время, ударь меня. Воспроизвести программу последнего запуска", - приказала Ева и откинулась на спинку стула. "Иисус". Она прошипела это, когда к ней подошли два молодых парня. Одетые только в полоски блестящей черной кожи, усеянные серебром, они были смазаны маслом, мускулисты и полностью возбуждены.

Теперь ее окружением была белая комната, в основном кровать, и под ее обнаженным телом был атлас, а над головой была накинута кисея, чтобы отфильтровывать свет свечей от парящей люстры из блестящего хрусталя.

Музыка, что-то низкое и языческое, пульсировало в воздухе. Она была накинута на гору пуховых подушек, и когда она начала двигаться, первый молодой бог оседлал ее.

"Эй, послушай, приятель -"

"Только для твоего удовольствия, госпожа", - промурлыкал он и натер ее груди ароматическим маслом.

Это плохая идея, подумала она, когда легкая непроизвольная дрожь удовольствия сосредоточилась в ее животе. Масло растеклось по ее животу, бедрам, по ногам до кончиков пальцев.

Она могла понять, как текущая ситуация может заставить женщину раздеться и улыбнуться, но не то, как это может довести ее до самоубийства.

Терпи, приказала она себе и переключила свой разум на что-то другое. Она подумала об отчете, который ей нужно было передать своему командиру. Необъяснимых теней в мозгу.

Зубы деликатно сомкнулись на ее соске, язык влажно скользнул по захваченной точке. Она выгнулась в ответ, но рука, которую она выбросила в знак протеста, соскользнула с напряженного, смазанного маслом плеча.

Затем второй жеребец опустился на колени между ее ног и принялся обрабатывать ее своим ртом.

Она кончила, прежде чем смогла остановить себя, небольшой хлопок освобождения. Тяжело дыша, она сорвала очки и обнаружила, что Пибоди пялится на нее, разинув рот.

"Это была не прогулка по тихому пляжу", - выдавила Ева.

"Я мог это видеть. Что именно это было?"

"Пара почти голых парней и большая атласная кровать". Ева выдохнула, опустила очки. "Кто бы мог подумать, что она расслаблялась с сексуальными фантазиями?"

"Ах, лейтенант. Сэр. Я считаю, что как ваш помощник, я несу ответственность за тестирование этого устройства. Для контроля доказательств".

Ева прикоснулась языком к своей щеке. "Пибоди, я не мог позволить тебе пойти на такой риск".

"Я полицейский, сэр. Риск - это моя жизнь ".

Ева встала, протянула очки, и глаза Пибоди загорелись. "Покончи с этим, офицер".

Сдувшись, Пибоди бросила очки в тюленя. "Ад. Они хорошо выглядели?"

"Пибоди, они были богами". Она вернулась в собственно офис, сделала еще одно сканирование. "Я собираюсь заказать чистящие средства, но не думаю, что они что-нибудь найдут. Я отнесу диск, который ты загрузил, в Центральный, свяжусь с ближайшими родственниками - хотя СМИ уже будут транслировать это по всему гребаному радиоэфиру ".

Она подобрала свой походный комплект. "Я совсем не чувствую себя склонным к самоубийству".

"Я рад это слышать, лейтенант".

Ева все еще хмурилась, глядя на очки. "Как долго я катался на этом, пять минут?"

"Почти двадцать". Пибоди кисло улыбнулась. "Время летит, когда ты занимаешься сексом".

"У меня не было секса". Чувство вины заставляло ее теребить обручальное кольцо. "Именно. Если бы в той программе что-то было, я бы это почувствовал, так что это похоже на тупик. Все равно проанализируй это ".

"Сойдет".

"Ты ждешь Фини. Может быть, он найдет что-нибудь интересное в ее логах ссылок. Я собираюсь пресмыкаться перед командиром. Когда закончишь здесь, доставь пакеты в лабораторию, затем явись в мой офис ". Ева направилась к двери, бросив взгляд через плечо. "И, Пибоди, не играй с доказательствами".

"Испорченный вид спорта", - пробормотала она, когда Ева была вне пределов слышимости.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Коммандер Уитни сидел за своим массивным, хорошо организованным столом и слушал. Он оценил тот факт, что его лейтенант представила чистый и краткий отчет, и он восхищался тем, что она смогла без колебаний опустить некоторые детали.

Хороший полицейский должен был хладнокровно стоять под огнем. Ему было приятно узнать, что Ева Даллас была айс.

"Вы проанализировали данные вскрытия Фицхью за пределами департамента".

"Да, сэр". Она и глазом не моргнула. "Для анализа потребовалось более сложное оборудование, чем то, к которому в настоящее время имеет доступ полиция Нью-Йорка".

"И у тебя был доступ к этому более сложному оборудованию".

"Я смог получить доступ".

"И провести анализ?" спросил он, приподняв бровь. "Компьютерные науки - не твоя сильная сторона, Даллас".

Она посмотрела ему прямо в глаза. "Я работал над улучшением своих навыков в этой области, коммандер".

Он искренне сомневался в этом. "Впоследствии вы получили доступ к файлам в Правительственном центре безопасности, и там в ваши руки попали конфиденциальные отчеты".

"Это верно. Я не желаю раскрывать свой источник ".

"Твой источник?" он повторил. "Ты хочешь сказать, что у тебя в GSC есть проныра?"

"Ласки повсюду", - холодно сказала Ева.

"Это может сработать", - пробормотал он. "Или вы можете столкнуться с подкомитетом в Восточном Вашингтоне".

Желудок Евы дрогнул, но ее голос остался ровным. "Я готов к этому".

"Лучше бы тебе быть". Уитни откинулся назад, сложил руки домиком, постучал кончиками пальцев по подбородку. "Случай на курорте Олимп. Вы также получили доступ к данным там. Это немного выходит за рамки вашей юрисдикции, лейтенант."

"Я был на месте происшествия во время этого инцидента, и я сообщил о своих находках межпространственным властям".

"Который затем взял на себя решение вопроса", - добавила Уитни.

"Я уполномочен запрашивать данные, когда посторонний случай касается одного из моих, коммандер".

"Это еще предстоит подтвердить".

"Данные необходимы мне, чтобы подтвердить связь".

"Это было бы справедливо, Даллас, если бы имело место убийство".

"Я полагаю, что их четверо, включая Чериз Дивейн".

"Даллас, я только что просмотрел запись этого инцидента. Я видел полицейского и прыгуна на выступе, полицейский пытался обсудить тему, а объект выбирал прыжок. Ее не подталкивали, ее не принуждали, ей никоим образом не угрожали ".

"Мое профессиональное мнение, что ее вынудили".

"Как?"

"Я не знаю". И впервые сквозь него просочилось разочарование. "Но я уверен, абсолютно уверен, что если бы у них было достаточно ее мозга, чтобы собрать его на улице для анализа, они бы обнаружили тот же ожог на лобной доле. Я знаю это, командир. Я просто не знаю, как это происходит ". Она немного подождала. "Или быть помещенным туда".

Его глаза блеснули. "Вы предполагаете, что кто-то воздействует на определенных людей с целью самоуничтожения с помощью какого-то мозгового имплантата?"

"Я не могу найти никакой генетической связи между испытуемыми. Нет социальной группы, сферы образования или религиозной принадлежности. Они не выросли в одном городе, не пили одну и ту же воду, не посещали одни и те же оздоровительные клубы или центры. Но у всех них был один и тот же недостаток в мозге. Это не просто совпадение, коммандер. Это было вызвано, и если то, что было вызвано, вынудило этих людей покончить с собой, тогда это убийство. И это мое".

"Ты ходишь по тонкому проводу, Даллас", - сказала Уитни через мгновение. "У мертвых есть семьи, и семьи хотят, чтобы это убрали. Ваше продолжение расследования продлевает процесс скорби ".

"Я сожалею об этом".

"Это также вызывает вопросы у Башни", - добавил он, имея в виду начальника полиции и безопасности.

"Я готов представить свой отчет шефу Тибблу, если будет указание". Но она надеялась, что этого не произойдет. "Я сохраню свой послужной список, коммандер. Я не новичок, играющий в терьера с мертвым делом ".

"Даже опытные копы переусердствуют, совершают ошибки".

"Тогда позволь мне сделать их". Она покачала головой, прежде чем он смог заговорить. "Я был сегодня на том выступе, командир. Я смотрел на ее лицо, в ее глаза, когда она уходила. И я знаю".

Он сложил руки на краю стола. Управление всегда было борьбой за компромисс. У него были другие дела, и он нуждался в ней в них. Бюджет был невелик, и никогда не хватало времени или человеческих сил. "Я могу дать тебе неделю, не больше. Если к тому времени у вас не будет правильных ответов, вы закроете файлы ".

Она перевела дыхание. "А вождь?"

"Я поговорю с ним лично. Дай мне что-нибудь, Даллас, или будь готов двигаться дальше ".

"Благодарю вас, сэр".

"Свободен", - сказал он, затем добавил, когда она подошла к двери. "О, и Даллас, если ты собираешься выйти за пределы официальной сферы для ... исследований, смотри под ноги. И передай мои наилучшие пожелания твоему мужу".

Она слегка покраснела. Он определил ее источник, и они оба знали это. Она что-то пробормотала и убежала. Увернулась от этого оглушающего потока, подумала она и провела рукой по волосам. Затем, выругавшись, она бросилась к ближайшему спуску. Она собиралась опоздать в суд.

Она приближалась к концу своей смены, когда вернулась в свой офис и обнаружила, что Пибоди устроилась за столом с чашкой кофе в руке.

Ева прислонилась к дверному косяку. "Удобно, офицер?"

Пибоди дернулась, выплеснула немного кофе, прочистила горло. "Я не знал вашего расчетного времени прибытия".

"По-видимому. Что-то не так с вашим подразделением?"

"Ах, нет. Нет, сэр. Я подумал, что будет эффективнее ввести новые данные непосредственно в ваши."

"Это хорошая история, Пибоди, придерживайся ее". Ева подошла к своей кофеварке и запрограммировала кофе для себя. Это была смесь Рорка, а не яд, который подавали в загоне для быков, что объясняло, почему Пибоди уютно устроилась за столом своего начальника.

"Какие новые данные?"

"Капитан Фини отключил все средства связи на линках Дивейна. Не кажется, что это что-то связанное, но это все здесь. У нас есть ее личная записная книжка со всеми назначениями и самыми последними данными с ее последнего медицинского осмотра ".

"У нее там были какие-нибудь проблемы?"

"Ни одного. Она была табачной наркоманкой, зарегистрирована и регулярно принимала противораковые инъекции. У нее не было никаких признаков болезни: физической, эмоциональной или умственной. Склонен к стрессу и переутомлению, которым противодействовали успокоительные и транквилизаторы. Она сожительствовала, счастливо, по всем сообщениям. Ее партнер в настоящее время находится за пределами планеты. У вас есть имя ближайшего родственника, ее сына от предыдущего партнерства ".

"Да, я связался с ним. Он работает в офисе "Таттлер" в Нью-Лос-Анджелесе, Он приезжает." Ева наклонила голову. "Тебе удобно, Пибоди?"

"Да, сэр. О, прости." Она быстро встала из-за стола и пересела на потрепанный стул рядом с ним. "Ваша встреча с командующим?"

"У нас есть неделя", - быстро сказала Ева, садясь. "Давайте воспользуемся этим по максимуму. Мой отчет о Дивейне?"

"Пока недоступно".

Ева повернулась к своей 'ссылке. "Давайте посмотрим, сможем ли мы его немного подтолкнуть".

***

К тому времени, как она добралась домой, ее шатало. Она пропустила ужин, который, по ее мнению, был к лучшему, поскольку она закончила день в морге, осматривая то, что осталось от Чериз Дивейн.

Даже у опытного полицейского может скрутить живот.

И она ничего не получила бы там, совсем ничего. Она сомневалась, что даже оборудование Рорка могло воссоздать достаточно Девейна, чтобы чем-то помочь.

Она вошла, чуть не споткнувшись о кота, который растянулся на пороге, и собралась с силами, чтобы нагнуться и поднять его. Он изучал ее, раздражение мерцало в его двухцветных глазах.

"Тебя бы не надрали, приятель, если бы ты пристроил свою жирную задницу где-нибудь в другом месте".

"Лейтенант".

Она переместила кота, посмотрела на Соммерсета, который, как обычно, появился из ниоткуда. "Да, я опаздываю", - отрезала она. "Сделай мне выговор".

Он не добавил своего обычного уничтожающего замечания. Он видел клипы по новостному каналу, и он наблюдал за ней на выступе. Он видел ее лицо. "Ты захочешь поужинать".

"Нет, я не хочу". Она хотела спать и направилась к лестнице.

"Лейтенант". Он ждал ее раздраженного ругательства, ждал, пока она не повернет голову, чтобы хмуро взглянуть на него. "Женщина, которая выходит на уступ, либо очень храбрая, либо очень глупая".

Хмурый взгляд превратился в насмешку. "Мне не нужно спрашивать, к какой категории ты меня причисляешь".

"Нет, ты не понимаешь". Он наблюдал, как она карабкается вверх, и думал, что ее мужество было ужасающим.

Спальня была пуста. Она сказала себе, что просканирует дом на предмет местонахождения Рорка всего за минуту, затем упала лицом вниз на кровать. Галахад высвободился из-под ее руки и взобрался на ее задницу, чтобы кружить и месить свой путь к утешению.

Рорк нашел ее там несколько минут спустя, распростертую в изнеможении, кот в форме сосиски охранял ее с боку.

Он просто изучал ее некоторое время. Он тоже видел выпуски новостей. Они парализовали его, высушили слюну у него во рту и превратили его кишечник в воду. Он знал, как часто она сталкивалась со смертью - чужой и своей собственной - и сказал себе, что принял это.

Но в то утро он беспомощно наблюдал, как она балансировала на грани. Он посмотрел в ее глаза, увидел твердость и страх. И он страдал.

Теперь она была здесь, дома, женщина, в которой было больше костей и мускулов, чем изгибов, с волосами, которые остро нуждались в уходе, и ботинками, изношенными на каблуках.

Он подошел, сел на край кровати и положил руку на ту, что свободно лежала на покрывале.

"У меня просто открывается второе дыхание", - пробормотала она.

"Я могу это видеть. Через минуту мы пойдем танцевать".

Она выдавила смешок. "Ты можешь убрать этот камень с моей задницы?"

Рорк услужливо поднял Галахада, пригладил взъерошенный мех. "У вас был отличный день, лейтенант. Средства массовой информации были полны тобой ".

Она перевернулась, но еще минуту держала глаза закрытыми. "Я рад, что пропустил это. Тогда ты знаешь о вишневом цвете ".

"Да, я включил 75-й канал, когда готовился к своему первому собранию этим утром. Я поймал все это вживую ".

Она услышала напряжение в его голосе и открыла глаза. "Прости".

"Ты скажешь, что выполняла свою работу". Он отложил кошку в сторону и убрал шерсть со щеки Евы. "Но это было выше и запредельнее, Ева. Она могла бы забрать тебя с собой ".

"Я не был готов уйти". Она накрыла ладонью ту, которую он прижимал к ее щеке. "У меня была вспышка, когда я был там, наверху. Вспышка памяти о том, как я был ребенком, стоя у окна какого-то грязного бара, в который он нас записал. Тогда я думал о том, чтобы прыгнуть, просто покончить с этим, черт возьми. Я не был готов уйти. Я все еще не такой ".

Галахад слез с колен Рорка и растянулся всем своим телом на животе Евы. Это заставило Рорка улыбнуться. "Похоже, мы оба намерены подержать тебя здесь некоторое время. Что ты ел сегодня?"

Она поджала губы. "Это что, тест?"

"Не о чем говорить", - решил он.

"Еда сейчас не на первом месте в моем списке. Я только что из морга. Контакт с бетоном после семидесятиэтажных пролетов делает плоть и кости непривлекательными ".

"Я не думаю, что их было достаточно для сканирования для сравнения с другими".

Несмотря на ужасный образ, она усмехнулась, села и быстро и звонко поцеловала его. "Ты загнан в угол, Рорк. Это одна из вещей, которые мне больше всего нравятся в тебе ".

"Я думал, что это мое тело".

"Это прямо в списке", - сказала она ему, когда он встал и подошел к встроенному автомату. "Нет, этого будет недостаточно, но должна быть связь. Ты видишь это, не так ли?"

Он подождал, пока принесут протеиновый напиток, который он заказал. "Чериз была умной, рассудительной и целеустремленной женщиной. Она часто была эгоистичной, постоянно тщеславной и могла быть огромной занозой в заднице ". Он вернулся к кровати, протянул стакан. "Она была не из тех, кто спрыгивает с крыши собственного здания - и позволяет визуальным средствам массовой информации освещать ее собственную организацию".

"Я добавлю это к своим данным". Она нахмурилась, глядя на кремовый напиток мятного цвета в своей руке. "Что это?"

"Питание. Выпей это. - Он поднес бокал к ее губам. "Все".

Она сделала первый глоток из соображений самозащиты, решила, что напиток не совсем отвратительный, и залпом осушила его. "Вот. Теперь чувствуешь себя лучше?"

"Да. Уитни дала тебе возможность продолжить?"

"У меня есть неделя. И он знает, что я пользовался твоими... возможностями. Он притворяется, что это не так ". Она отставила стакан в сторону, начала потягиваться обратно, затем вспомнила. "Мы должны были смотреть видео, есть попкорн и трахаться".

"Ты меня подвела". Он потянул ее за волосы. "Мне придется развестись с тобой".

"Боже, ты строг". Внезапно занервничав, она потерла руки друг о друга. "Пока ты в таком состоянии, я думаю, мне лучше признаться".

"О, ты гуляла с кем-то еще?"

"Не совсем".

"Прошу прощения?"

"Хочешь выпить? У нас здесь есть немного вина, не так ли?" Она начала вставать с кровати, но совсем не удивилась, когда его рука вытянулась и схватила ее за руку.

"Проясни".

"Я собираюсь. Я просто думаю, что это могло бы лучше подействовать с небольшим количеством вина. Понятно?" Она попыталась улыбнуться, но знала, что это было далеко от обаяния, когда он встретил это долгим, стальным взглядом. Его хватка ослабла достаточно, чтобы она вскочила и поспешила к холодильнику в спальне. Она не торопилась наливать его и держалась на расстоянии, когда начала.

"Мы с Пибоди проводили первую зачистку офиса и жилых помещений Дивейна. У нее есть комната отдыха ".

"Я осознаю это".

"Конечно, ты такой". Сначала она сделала глоток, чтобы подкрепиться для исповеди, прежде чем перейти обратно. "В любом случае, я заметил, что на ручке ее кресла для сна были очки виртуальной реальности. Матиас был в виртуальной реальности до того, как повесился. Фицхью любил использовать виртуальную реальность. Это тонкая связь, но я подумал, что это лучше, чем никакой связи ".

"Более девяноста процентов населения этой страны имеют по крайней мере одну виртуальную реальность на семью", - указал Рорк, все еще не сводя с нее прищуренных глаз.

"Да, но ты должен с чего-то начать. Это недостаток мозга, виртуальная реальность связана с мозгом так же, как и с чувствами. Мне пришло в голову, что если в очках был дефект, преднамеренный или случайный, это могло вызвать желание самоубийства ".

Он медленно кивнул. "Хорошо. Я следую этому".

"Итак, я попробовал ее сет".

"Подожди". Он поднял руку. "Вы подозревали, что очки были причиной ее смерти, поэтому вы весело надели их на себя. Ты в своем уме?"

"Пибоди была там в качестве контролера, с приказом оглушить меня, если потребуется".

"Ну что ж". Испытывая отвращение, он вскинул руку. "Это просто прекрасно. Тогда это совершенно разумно. Она вырубит тебя до потери сознания, прежде чем ты спрыгнешь с крыши ".

"Вот ты где". Она села рядом с ним, протянула ему его бокал. "Я проверил журнал последнего использования. Она погрузилась в виртуальную реальность за несколько минут до того, как вышла на тот выступ. Я был уверен, что найду что-нибудь в любой программе, на которой она была ". Она сделала паузу, чтобы почесать затылок. "Знаешь, я подумал, что это будет какая-то программа релаксации. Может быть, пробежка для медитации, ваш стандартный морской круиз или загородный луг."

"Я так понимаю, что этого не было".

"Нет, это было не так. Это был, ах, фантастический забег. Ты знаешь, сексуальная фантазия ".

Теперь, заинтригованный, он поджал ноги под себя, склонил голову набок. Его рот оставался невозмутимым, а ирландские голубые глаза - мягкими. "Это было на самом деле?" Он сделал небрежный глоток вина, прежде чем отставить бокал в сторону. "И состоял из?"

"Ну, там были эти парни".

"Множественное число?"

"Только двое". Она чувствовала, как жар поднимается к ее горлу, и ненавидела это. "Это было официальное расследование".

"Ты был обнажен?"

"Господи, Рорк".

"Я полагаю, что это совершенно разумный вопрос".

"Может быть, на минутку, хорошо? Это была программа, и я должен был протестировать программу, и это была не моя вина, что эти парни были повсюду вокруг меня - и я прервал это раньше, ну, почти до ... "

Она виновато остановилась и с ужасом увидела, что он ухмыляется ей. "Ты думаешь, это смешно?" Сжав кулак, она ударила его в плечо. "Я весь день чувствовал себя как слизняк, а ты думаешь, это забавно".

"Перед чем?" - спросил он, выхватывая стакан из ее руки, прежде чем она смогла опрокинуть его над его головой. Он поставил его рядом со своим собственным. "Вы прервали программу почти до того, как что именно?"

Ее глаза превратились в щелочки. "Они были великолепны. Я получаю копию программы для моего личного использования. Ты мне больше не будешь нужен, потому что у меня есть пара рабынь любви ".

"Хочешь поспорить?" Он толкнул ее обратно на кровать, боролся с ней и сумел стянуть ее рубашку через голову.

"Прекрати это. Я не хочу тебя. Мои рабы любви удовлетворяют меня ". Она перевернула его, почти придавила, когда его рот сомкнулся на ее груди, и его рука аккуратно скользнула вниз, чтобы обхватить ее поверх тонкой шерсти, плотно прилегающей к ее промежности.

Жар пронзил ее, как молния.

"Черт побери". У нее перехватило дыхание. "Я просто притворяюсь, что наслаждаюсь этим".

"Хорошо".

Он стянул брюки с ее бедер, затем провел по ней кончиками пальцев. Она уже была влажной, заманивая его внутрь. Его зубы сомкнулись на ее соске, потянули, как раз в тот момент, когда он подтолкнул ее к пику.

На этот раз это был не нежный хлопок. Оргазм пришел одной жесткой, быстрой волной, которая захлестнула ее, утопила, а затем беспомощно перебросила через следующий гребень.

Она простонала его имя. Это всегда было его именем. Но когда она потянулась к нему, он сковал наручниками ее запястья, завел ее руки за голову. "Нет". Его собственное дыхание было неровным и хриплым, когда он смотрел на нее сверху вниз. "Просто возьми это. Возьми меня".

Он медленно проскользнул в нее, дюйм за дюймом, наблюдая, как ее глаза слепнут и темнеют, когда он двигался. Подавляя желание изнасиловать, ответить на внезапный дикий толчок ее бедер, он позволил ей довести себя до следующего предела.

И когда она обмякла, а ее дыхание стало прерывистым, он перешел к длинным, уверенным ударам. "Возьми больше", - пробормотал он, глотая ее стоны, держа ее в плену, руками, ртом, чреслами. "И многое другое".

Ее организм был перегружен, сбивался, как и ее пульс. Ее тело было в осаде, ее секс был настолько чувствительным, что дикое удовольствие было сродни боли. И все же он двигался медленно, лениво. "Я не могу", - выдавила она, и ее голова качнулась, даже когда ее бедра выгнулись для большего. "Это слишком".

"Отпусти, Ева". Он держался за контроль ногтями. "Еще раз".

Он не позволил себе упасть, пока это не сделала она.

***

Ее голова все еще кружилась, когда ей удалось приподняться на локтях. Удивительно, но они оба были все еще наполовину одеты и лежали поверх покрывала. В углу кровати сидел Галахад, наблюдая за ней с кошачьим отвращением. Или, может быть, это была зависть.

Рорк перевернулся на спину, и на его губах появилось то, что можно было истолковать только как самодовольную улыбку.

"Полагаю, это подстегнуло твой тестостерон".

Его улыбка стала шире. Она ткнула пальцем ему в ребра.

"Если это было для того, чтобы наказать меня, ты не попал в цель".

Теперь он открыл глаза, и они были наполнены теплым весельем. "Дорогая Ева, ты действительно думала, что я сочту твое маленькое приключение своего рода виртуальным прелюбодеянием?"

Она немного надулась. Как бы нелепо это ни звучало, она была обижена тем, что он совсем не ревновал. "Может быть".

С долгим вздохом он сел, положил руки ей на плечи. "Вы можете предаваться фантазиям профессионально или лично. Я не твой хранитель".

"Тебя это не беспокоит?"

"Ни в малейшей степени". Он дружески поцеловал ее, затем крепко взял ее за подбородок своей рукой. "Попробуй это во плоти, хотя бы раз, и мне придется тебя убить".

Ее зрачки расширились, и по глупости сердце радостно подпрыгнуло. "О, что ж, это справедливо".

"Это факт", - просто сказал он. "Теперь, когда мы с этим разобрались, тебе следует немного поспать".

"Я больше не устаю". Она натянула брюки обратно на бедра и заставила его снова вздохнуть.

"Я полагаю, это означает, что ты хочешь работать".

"Если бы я мог воспользоваться вашей системой, всего на пару часов, я мог бы ускорить свою работу завтра".

Смирившись, он натянул свои собственные брюки. "Тогда пойдем".

"Спасибо". Она дружески вложила свою руку в его, когда они шли к частному лифту. "Рорк, ты бы на самом деле не убил меня, не так ли?"

"О да, я бы так и сделал". Легко улыбаясь, он подтолкнул ее к машине. "Но, учитывая наши отношения, я бы постарался сделать это быстро и с как можно меньшей болью".

Она бросила на него взгляд. "Тогда я должен сказать то же самое".

"Естественно. Восточное крыло, третий уровень, - приказал он и дружески сжал ее руку. "Я бы не хотел, чтобы было по-другому".

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

В течение следующих нескольких дней Ева билась головой о стену каждого тупика. Когда ей нужно было сменить темп, чтобы очистить разум, она била Пибоди головой о стену. Она преследовала Фини, чтобы использовать любое свободное время, которое он мог, чтобы найти для нее что-нибудь. Что угодно.

Она скрипела зубами, когда на ее стол попадали другие дела, и работала сверхурочно.

Когда мальчики из лаборатории волочили ноги, она запрыгивала им на спины и безжалостно на них скакала. Дошло до того, что лаборатория начала уклоняться от ее сообщений. Чтобы бороться с этим, она потащила Пибоди в лабораторию для небольшого личного убеждения.

"Не пытайся всучить мне этот SOS о поддержке, Дики".

Дики Беренски, в частном порядке известный как Придурок, выглядел огорченным. Как главный лаборант, он должен был иметь возможность делегировать полдюжины дронов, чтобы предотвратить личную конфронтацию с разгневанным детективом, но все они покинули его.

Полетели бы головы, подумал он и вздохнул. "Что вы имеете в виду под SOS?"

"Все то же старое дерьмо, Дики. Для тебя это всегда SOS".

Он нахмурился, но решил использовать аббревиатуру по-своему. "Послушай, Даллас, я раздобыл тебе информацию по всем прилавкам, не так ли? Отметил их лично в качестве одолжения".

"Сделай одолжение, задница моя, я подкупил тебя местами в ложе для плей-офф "Арена Бол"".

Его лицо стало чопорным. "Я предположил, что это был дар".

"И я не собираюсь снова тебя подкупать". Она ткнула пальцем в его тщедушную грудь. "Что за дела с очками виртуальной реальности? Почему я не получил ваш отчет?"

"Потому что я не нашел ничего, о чем можно было бы сообщить. Это горячая программа, Даллас- - Его брови изобразили небольшой намекающий танец. "Но это было чисто. Никаких дефектов. Как и все другие опции на этом устройстве - чистые и в соответствии с кодом. Лучше, чем," добавил он, его голос слабо хныкал. "У нас должно быть так хорошо. Я попросил Шейлу разобрать все устройство на части и собрать его обратно. Чертовски отличное оборудование, на высшем уровне - выше, чем на вершине. Технология зашкаливает. Но этого следовало ожидать. Это продукт Roarke ".

"Это- " Она замолчала, изо всех сил стараясь не показать своего удивления или огорчения от этого нового лакомого кусочка информации. "На каком заводе это производится?"

"Черт возьми, у Шейлы есть эти данные. Вне планеты, я почти уверен. Более дешевая рабочая сила. И этот ребенок был прямо с корабля. В открытой продаже не более месяца."

Ее желудок сжался еще сильнее. "Но это не дефектно?"

"Нет. Это настоящий мед. Я уже подал заявку на одного из своих ". Он с надеждой пошевелил бровями. "Конечно, вы, вероятно, могли бы достать мне единицу по себестоимости".

"Ты сейчас же предоставь мне отчет, каждую деталь, и предоставь мне подразделение, и я подумаю об этом".

"Сегодня у Шейлы день флекса", - заныл он, его рот растянулся в поисках жалости. "Она закончит отчет и положит его вам на стол завтра к полудню".

"Сейчас, Дикки". Хороший полицейский знал слабости своей жертвы. "И я подумаю о том, чтобы сделать тебе подарок в виде твоего собственного подразделения".

"Что ж, в таком случае... повесить на десять ". Приободрившись, он поспешил к компьютерному блоку, спрятанному в одном из отсеков лабораторного улья.

"Даллас, одна из этих единиц, вероятно, стоит две тысячи, база". Пибоди с отвращением смотрела вслед Дикки. "Ты перекупил его".

"Я хочу этот отчет". Ева предположила, что у Рорка где-то был ящик с блоками для раздачи в рекламных целях. Подарки, подумала она с тошнотворным скручиванием в животе, политикам, сотрудникам, видным гражданам. "У меня осталось три дня. И ничего. Я не смогу уговорить Уитни на продолжение ". Она оглянулась, когда Дикки вытолкнули из кабинки.

"Шейла почти прибила его гвоздями". Он предложил запечатанный диск и печатную копию. "Посмотри на это. Это компиляция шаблона виртуальной реальности для последней программы. Шейла выделила пару точек."

"Что вы имеете в виду, всплески?" Ева схватила страницу и изучила то, что казалось серией молний и завитков.

"Не могу сказать наверняка. Вероятно, подсознательное расслабление, или, в данном случае, вариант замещения. Некоторые из новых устройств предлагают несколько расширенных пакетов для подсознания. Вы можете видеть, как они затеняют программу, вставляя слайды каждые несколько секунд ".

"Предложения?" Она почувствовала прилив своей энергии. "Вы имеете в виду, что программа была снабжена подсознательными внушениями пользователю?"

"Достаточно распространенная практика. Его десятилетиями использовали для избавления от привычек, сексуального улучшения, расширения кругозора и так далее. Мой старик бросил курить на подсознании пятьдесят лет назад."

"А как насчет побуждений к посадке... например, самоуничтожение?"

"Смотри, сабы слегка подталкивают тебя к голоду, покупают потребительские товары или помогают избавиться от привычек. Такого рода прямое внушение?" Он потянул себя за губу, покачал головой. "Вам пришлось бы пойти глубже, и я бы сказал, что потребовалась бы длинная серия сеансов, чтобы внушение закрепилось в нормальном мозге. Инстинкт самосохранения слишком силен".

Он снова покачал головой, убежденный. "Мы проигрывали эти программы снова и снова".

Особенно последовательности сексуальных фантазий, подумала Ева.

"Прогнал их на подопытных, в дроида для анализа. У нас никто не прыгает с крыши. На самом деле, мы не получили никакой необычной реакции ни от кого, ни от дроида. Это просто высший пилотаж, вот и все ".

"Я хочу полный анализ теней подсознания".

Он уже предвидел это. "Тогда мне нужно сохранить подразделение. Шейла начала это делать, как вы можете видеть, но это требует времени. Ты должен запустить программу, отказаться от открытой виртуальной реальности, удалить подсознание. Затем компьютеру требуется время для тестирования, анализа и отчета. Хорошее подсознание, и я гарантирую, что это ас, тонкое. Прослеживать ее закономерности - это не то же самое, что читать анализ истины ".

"Сколько времени?"

"Два дня, полтора дня, если нам повезет".

"Пусть тебе повезет", - предложила она и передала печатную копию Пибоди.

***

Ева старалась не беспокоиться о том факте, что виртуальная реальность была одной из игрушек Рорка, или о том, какими могут быть последствия, если это действительно окажется частью принуждения. Подсознательные тени. Это могло быть той связью, которую она искала. Следующим шагом было пометить устройства виртуальной реальности, которые были во владении Фитцхью, Матиаса и Перли на момент смерти.

Не отставая от Пибоди, она торопливо шла по тротуару. Ее автомобиль был - все еще - в ремонте. Ева не думала, что это стоит невероятной головной боли, связанной с реквизицией подлодки для похода в три квартала.

"Приближается осень".

"А?"

Любопытно, что Ева, казалось, не замечала свежести в воздухе, благоухания восточного бриза, Пибоди остановилась, чтобы сделать глубокий вдох. "Ты можешь почувствовать это".

"Что ты делаешь?" Потребовала Ева. "Ты с ума сошел? Вдыхай достаточно Нью-Йорка, и тебе придется провести день в детоксикации ".

"Ты избавляешься от транспортных паров и запаха тела, и это замечательно. Они могли бы просто принять этот новый законопроект о свежем воздухе на этих выборах ".

Ева бросила на своего помощника быстрый взгляд. "Твоя свобода проявляется, Пибоди".

"В заботах об окружающей среде нет ничего плохого. Если бы не любители обниматься с деревьями, мы бы все носили фильтрующие маски и зонтики круглый год ". Пибоди с тоской смотрела на a people glide, но подстраивалась под размашистую походку Евы. "Не хочу ничего усложнять, лейтенант, но вам придется станцевать большую чечетку, чтобы получить доступ к этим устройствам виртуальной реальности. Было бы хорошо, если бы к этому времени они были возвращены в поместья умерших ".

"Я доберусь до них - и я хочу, чтобы это хранилось в тайне, только исходя из того, что мне необходимо знать, - пока я с этим не разберусь".

"Понял". Она подождала мгновение. "Я бы предположил, что у Рорка так много щупалец, что было бы невозможно узнать, кто именно что делает в любой момент времени".

"Это конфликт интересов, и мы оба это знаем. Я подставляю твою задницу под удар этим ".

"Извините, что не согласен, сэр, но я сам отвечаю за свою задницу. Это только на кону, если я поставлю это туда ".

"Это замечено и оценено".

"Тогда вы также можете отметить, что я тоже большой поклонник Arena Ball, сэр".

Ева остановилась, долго смотрела, затем рассмеялась. "Один билет или два?"

"Два. Мне может повезти".

Они обменялись ухмылками как раз в тот момент, когда воздух пронзил вой сирены. "О черт, о черт, пять минут в любом случае, и мы бы проскочили мимо этого".

Ева выхватила свое оружие и развернулась на каблуках. Сигнал тревоги прозвучал из центра обмена кредитами прямо перед ней. "Какой дурак нападает на ЦИК в двух кварталах от полицейского управления? Очисти улицу, Пибоди, - приказала она, - затем прикрой запасной выход.

Первый приказ был почти излишним, поскольку пешеходы уже разбегались, давя друг друга на спусках и мостках в спешке в поисках укрытия. Ева достала свой коммуникатор, отдала стандартный приказ о подкреплении, прежде чем нырнуть в автоматические двери.

В вестибюле царила полная неразбериха. Ее единственным преимуществом было то, что волна людей выбегала, когда она вбегала, и они предлагали какое-то прикрытие. Как и в большинстве CECs, вестибюль был маленьким, без окон, с высокими стойками для личной конфиденциальности. Только одна из стоек персонального обслуживания обслуживалась человеком, остальные три - дроидами, которые автоматически отключились, как только была нажата тревожная кнопка.

Одиноким человеком была женщина, вероятно, лет двадцати пяти, с коротко подстриженными черными волосами, в аккуратном, консервативном белом комбинезоне и с выражением крайнего ужаса на лице, когда ее держали за горло через защитный люк.

Мужчина, который схватил ее, был занят тем, что выдавливал из нее воздух и размахивал чем-то, что, несомненно, было самодельной взрывчаткой свободной рукой.

"Я убью ее. Я, блядь, запихну это ей в глотку ".

Угроза взволновала Еву не так сильно, как спокойная, обдуманная манера, в которой она была произнесена. Она не принимала во внимание химикаты и профессиональный статус. По виду его поношенных джинсов и рубашки, усталому, небритому лицу она заключила, что перед ней один из самых отчаянных бедняков города.

"Она ничего тебе не сделала". Когда первый безумный бросок уже был за дверью, Ева медленно приблизилась. "Она не несет ответственности. Почему бы тебе не отпустить ее?"

"Каждый что-то сделал со мной. Каждый - часть системы ". Он дернул, протаскивая незадачливого клерка немного дальше через порт безопасности. Теперь она была втиснута в плечи и слегка посинела. "Отойди", - тихо сказал он. "Мне нечего терять и некуда идти".

"Ты душишь ее. Прикончи ее, и у тебя не останется щита. Расслабься немного. Как тебя зовут?"

"Имена ни хрена не значат". Но он ослабил хватку достаточно, чтобы молодой клерк захрипел в отчаянном вдохе. "Деньги - вот что имеет значение. Я ухожу с мешком кредитов, никто не пострадает. Черт возьми, они просто сделают больше ".

"Это так не работает". Осторожно Ева сделала еще три шага, не сводя с него глаз. "Ты знаешь, что не собираешься выбираться отсюда. К настоящему времени улица перекрыта, подразделения безопасности развернуты. Господи, приятель, в этом районе полно копов в любое время дня и ночи. Ты мог бы выбрать что-нибудь получше этого ".

Краем глаза она увидела, как Пибоди проскользнула через задний проход и заняла свою позицию. Ни один из них не мог рискнуть выстрелить, пока в его руках были клерк и взрывчатка.

"Если ты уронишь эту штуку, даже слишком сильно вспотеешь, она может взорваться. Тогда здесь все умрут".

"Тогда мы все умрем здесь. Это больше не имеет значения ".

"Отпустите клерка. Она гражданское лицо. Она просто пытается зарабатывать на жизнь ".

"Таким был и я".

Она увидела это в его глазах на мгновение позже, чем следовало. Полное отчаяние. В мгновение ока он подбросил ручной бумер высоко и вправо. Жизнь Евы непристойно промелькнула у нее перед глазами, когда она рванулась вперед и совершила прыжок. Она промахнулась на кончик пальца.

Даже когда она приготовилась к оскорблению от взрыва, грубо сделанный мяч откатился в угол, подпрыгнул, затем тихо сел.

"Неудача". Потенциальный вор издал слабый смешок. "Разве это просто не понятно?" Затем, когда Ева вскочила на ноги, он атаковал.

У нее не было времени прицелиться, не говоря уже о том, чтобы выстрелить из своего оружия. Он ударил ее, как таран, с силой отбросив ее к одной из стоек самообслуживания. Взрыв произошел сейчас, в ее голове, когда ее бедро больно ударилось о край. Чистая удача заставила ее схватиться за оружие, когда в ее голове вспыхнули звезды. Она надеялась, что треск, который она услышала, был треском дешевого ламината, а не кости.

Он сжал ее в трогательно любовных объятиях, которые оказались на удивление эффективными. Он заблокировал ее оружие и прижал к стойке, так что она была вынуждена перенести вес своего тела, а не поворачиваться.

Они упали на пол, и на этот раз ей не повезло приземлиться первой, так что его худое, охваченное паникой тело тяжело упало на нее. Ее локоть треснулся о плитку, колено дернулось и сильно вывернулось. С большим энтузиазмом, чем изяществом, она ткнула рукоятью своего оружия ему в висок.

Этот прием оказался таким же эффективным, как оглушение. Его глаза побелели, прежде чем она оттолкнула его в сторону и встала на колени.

Тяжело дыша, борясь с тошнотой, которая была результатом удара какой-то костлявой частью его тела в живот, она сдула волосы с глаз. Пибоди тоже стояла на коленях, в одной руке у нее был "бумер", в другой - ее оружие.

"Я не смог сделать четкий снимок. Сначала я пошел за бумером, думал, ты сможешь его одолеть ".

"Прекрасно, это просто денди". У нее болело везде, и теперь ее пульс участился при виде ее помощника, сжимающего бомбу. "Не двигайся".

"Не двигаюсь. Едва дыша".

"Я позвоню в чертово подразделение по обезвреживанию бомб. Немедленно принеси сюда сейф ".

"Я как раз собиралась- " Пибоди замолчала, побледнев как смерть. "О, черт, Даллас. Это накаляется ".

"Брось это. Брось это сейчас же! Укройся". Взмахнув одной рукой, Ева затащила мужчину без сознания за прилавок, накрыла его собой, затем сцепила руки на затылке.

Взрыв взметнул воздух, выбросил сгусток тепла, и Бог знает что обрушилось на нее дождем. Заработала автоматическая система управления огнем, извергая струи ледяной воды, издавая новый сигнал тревоги, предупреждая сотрудников и клиентов покинуть здание спокойно и организованно.

Она быстро поблагодарила всех, кто слушал, за то, что она не чувствовала сильной боли, и что все части ее тела, казалось, были прикреплены.

Кашляя от густого дыма, она выползла из-за того, что осталось от прилавка. "Пибоди. Христос". Она рубилась, вытирала жгучие глаза и продолжала ползти по мокрому, теперь грязному полу. Что-то горячее обожгло тыльную сторону ее ладони, заставив ее снова выругаться. "Давай, Пибоди. Где ты, черт возьми?"

"Здесь". Ответ был слабым, за ним последовал приступ хриплого кашля. "Я в порядке. Я думаю."

Они встретились на четвереньках сквозь завесу дыма и воды и смотрели на почерневшие лица друг друга. Ева небрежно протянула руку и несколько раз стукнула Пибоди по голове. "Твои волосы были в огне", - мягко сказала она.

"Ох. Спасибо. Как поживает этот засранец?"

"Все еще без сознания". Ева присела на корточки и провела быструю самооценку. Она не увидела никакой крови, что было немалым облегчением. Большая часть ее одежды все еще была там, что вряд ли имело значение, поскольку она была испорчена. "Знаешь, Пибоди, я думаю, это здание принадлежит Рорку".

"Тогда он, вероятно, будет взбешен. Повреждения от дыма и воды - это сука ".

"Ты говоришь мне. Давайте назовем это проклятым днем. Кредитные копы могут с этим справиться. Сегодня вечером я устраиваю вечеринку ".

"Да". Скривив рот, Пибоди потянула за оторванный рукав своей униформы. "Я с нетерпением жду этого". Затем она покачнулась, прищурилась. "Даллас, сколько пар глаз было у тебя, когда мы вошли сюда?"

"Один. Только один."

"Черт. Теперь у тебя их двое. Я думаю, у одного из нас есть проблема ". С этими словами Пибоди упала вперед в объятия Евы.

Не было времени убираться. После того, как она вытащила Пибоди из-под обломков и передала ее медицинским техникам, ей нужно было передать отчет офицеру, отвечающему за службу безопасности, затем она передала те же данные в подразделение по обезвреживанию бомб. В промежутках между сообщениями она беспокоила MTS о состоянии Пибоди и блокировала их попытки сделать ей сканирование травмы.

Рорк уже был одет для вечера, когда она ворвалась в дверь. Он прервал свой разговор с Токио по телефонной связи, отойдя от команды флористов, которые в настоящее время расставляли розовые и белые гибискусы в фойе.

"Что, черт возьми, с тобой случилось?"

"Не спрашивай". Она промчалась мимо него и со всех ног взлетела по лестнице.

К тому времени, как он вошел в спальню и закрыл дверь, на ней не было того, что осталось от ее рубашки. "Я спрошу".

"В конце концов, бомба была не разряженной". Не желая садиться и размазывать по мебели то, что было на ее брюках, она балансировала на одной ноге и боролась с ботинком.

Рорк глубоко вздохнул. "Бомба?"

"Ну, самодельный бумер. Очень ненадежно". Она стянула второй ботинок, затем начала стаскивать свои порванные и почерневшие брюки. "Парень напал на ЦИК в двух кварталах от полицейского управления. Идиот". Она сбросила лохмотья на пол, развернулась, чтобы направиться в ванну, но остановилась, когда Рорк взял ее за руку.

"Именем Бога". Он повернул ее, чтобы поближе рассмотреть багровый синяк, который расползался по ее бедру. Это было больше, чем его протянутая рука. Ее правое колено было в ссадинах, а на руках и плечах расцветало еще больше синяков. "Ты в беспорядке, Ева".

"Ты должен увидеть другого парня. Что ж, по крайней мере, он получит три квадратных метра и крышу над головой на несколько лет, любезно предоставленную государством. Мне нужно привести себя в порядок".

Он не отпустил ее, только перевел взгляд на нее. "Я не думаю, что ты потрудился позволить МТС поработать над тобой".

"Те мясники?" Она улыбнулась. "Я в порядке, просто болит. Я могу пройти быстрое лечение завтра ".

"Тебе повезет, если к завтрашнему дню ты сможешь ходить. Давай."

"Рорк - " Но она вздрогнула и заковыляла, и он затащил ее в ванну.

"Сядь. Будь спокоен".

"У нас нет на это времени". Она села, закатив глаза. "Мне понадобится пара часов, чтобы избавиться от вони и сажи. Господи, как воняют эти бумеры". Она повернула голову, чтобы понюхать свое плечо, и поморщилась. "Сера". Затем она настороженно посмотрела на него. "Что это?"

Он приблизился с толстой прокладкой, пропитанной чем-то розовым. "Лучшее, что мы можем сделать на данный момент. Прекрати извиваться ". Он положил прокладку на ее поврежденное колено, удерживая его на месте и игнорируя ее проклятия.

"Это жалит. Господи, ты с ума сошел?"

"Я начинаю так думать". Свободной рукой он взял ее за подбородок, внимательно осмотрел ее почерневшее лицо. "Рискую повториться, ты в полном беспорядке. Держи этот блокнот на месте ". Он слегка сжал ее подбородок. "Я серьезно".

"Хорошо, хорошо". Она тяжело вздохнула и держала блокнот на колене, пока он возвращался к стенному шкафу. Жало ослабевало. Она не хотела признавать, что назревшая боль в колене отступала. "Что в этом веществе?"

"То-то и то-то. Это снимет отек и обезболит рану на несколько часов ". Он вернулся с маленьким тюбиком жидкости. "Выпей это".

"Э-э-э, никаких наркотиков".

Очень спокойно он положил руку ей на плечо. "Ева, если тебе сейчас не больно, то это из-за адреналина. Тебе будет больно, и очень больно очень скоро. Я знаю, каково это - быть весь в синяках и побоях. Теперь выпей это".

"Со мной все будет в порядке. Я не хочу - - Она ахнула, когда он ущипнул ее за нос, откинул ее голову назад и влил жидкость ей в горло. "Ублюдок", - выдавила она, задыхаясь и отбиваясь от него.

"Это хорошая девочка. Теперь, в душ". Он подошел к стеклянной пробирке и заказал спрей с половинной силой и успокаивающей температурой восемьдесят шесть градусов.

"Я доберусь до тебя за это. Я не знаю как, я не знаю когда, но я сделаю это." Она захромала в душ, все еще бормоча. "Сукин сын заливает наркотики мне в горло. Обращается со мной как с чертовым идиотом ". Стон облегчения вырвался непроизвольно, когда мягкая вода заскользила по ее измученному телу.

Он наблюдал за ней, улыбаясь, когда она оперлась обеими руками о стену и подставила голову под брызги. "Тебе захочется надеть что-нибудь свободное длиной до пола. Попробуйте синюю подметку для лодыжек, разработанную Leonardo специально для вас."

"О, иди к черту. Я могу одеться сам. Почему бы тебе не перестать пялиться на меня и не пойти отдать приказ кому-нибудь из своих приспешников?"

"Дорогая, теперь они наши приспешники".

Она подавила смешок и постучала рукой по панели душа, чтобы получить доступ к встроенному там "соединению". "Медицинский центр Брайтмор", - приказала она. "Приемная на пятом этаже". Она дождалась соединения и умудрилась намылить волосы одной рукой. "Это лейтенант Ева Даллас. У вас есть моя помощница, офицер Делия Пибоди. Я хочу статуса ". Она слушала стандартную линию примерно пять секунд, прежде чем прервать дежурную медсестру. "Тогда выясни, и выясни сейчас. Я хочу получить ее полный статус, и, поверь мне, ты не хочешь, чтобы я приезжал туда за этим ".

***

Это заняло у нее час, относительно безболезненный час, она была вынуждена признать. Что бы Рорк ни заставил ее выпить, это не оставило в ней того чувства беспомощности, легкости на плаву, которое она ненавидела. Вместо этого она чувствовала себя бодрой и лишь слегка головокружительной.

Возможно, это был наркотик, который заставил ее признать, по крайней мере, перед самой собой, что он был прав насчет платья. Платье невесомо скользнуло по ее коже, стильно скрыв синяки благодаря высокому вырезу, длинным, сужающимся к низу рукавам и ниспадающей юбке. Она добавила бриллиант, который он подарил ей в качестве символического извинения за то, что обругала его, хотя он это заслужил.

С меньшим негодованием, чем обычно, она возилась со своим лицом, боролась со своими волосами. Результат, решила она, изучая себя в трех зеркалах в шкафу, был не так уж и плох. Она предположила, что выглядела настолько элегантно, насколько когда-либо собиралась.

Когда она вышла на террасу на крыше, где должно было состояться выступление на вечеринке, быстрая улыбка Рорка согласилась с ней. "Вот она", - пробормотал он и подошел, чтобы взять обе ее руки, поднося их к своим губам.

"Я не думаю, что я с тобой разговариваю".

"Хорошо". Он опустил голову и, помня о синяках, легко поцеловал ее. "Чувствуешь себя лучше?"

"Может быть". Она вздохнула и не потрудилась убрать руки. "Полагаю, мне придется терпеть тебя, поскольку ты делаешь все это ради Мэвис".

"Мы делаем это ради Мэвис".

"Я ничего не сделал".

"Ты вышла за меня замуж", - указал он. "Как Пибоди? Я слышал, как ты звонил в медицинский центр из душа."

"Легкое сотрясение мозга, шишки и ушибы. Она была немного шокирована, но ее состояние стабилизировалось. Она отправилась за бумером ". Вспоминая тот момент, Ева медленно выдохнула. "Он начал нагреваться прямо у нее в руке. Я никак не мог добраться до нее ". Она закрыла глаза, покачала головой. "Напугал меня до чертиков. Я думал, что найду кусочки ее повсюду ".

"Она жесткая и умная, и она учится у лучших".

Ева открыла глаза, сузила их. "Лесть не заставит меня простить тебя за то, что ты накачал меня наркотиками".

"Я найду что-нибудь другое, что поможет".

Она удивила его, протянув руку и обхватив его лицо руками. "Мы собираемся поговорить об этом, эйс".

"В любоевремя. Лейтенант."

Но она не улыбнулась. Ее взгляд стал только более напряженным. "Есть еще одна вещь, о которой мы должны поговорить. Это серьезно ".

"Я могу это видеть". Обеспокоенный, он оглянулся на суетящихся поставщиков провизии, обслуживающий персонал уже выстроился в очередь для их последнего инструктажа. "Соммерсет может справиться с последним из этого. Мы можем воспользоваться библиотекой ".

"Я знаю, это неподходящее время, но ничего не поделаешь". Она взяла его за руку, инстинктивный жест поддержки, когда они вышли из комнаты и направились по широкому коридору к библиотеке.

Оказавшись внутри, он закрыл дверь, заказал легкие закуски, затем налил напитки. Минеральная вода для Евы. "Тебе придется отказаться от алкоголя на несколько часов", - сказал он ей. "Болеутоляющее плохо сочетается с этим".

"Я думаю, что смогу сдержать себя".

"Скажи мне".

"Хорошо". Она отставила стакан в сторону, так и не отпив, запустила обе руки в волосы. "У вас на рынке появилось новое устройство виртуальной реальности".

"Я верю". Он сел на подлокотник кожаного дивана, достал сигарету и зажег ее. "Это случилось месяц назад, шесть недель назад, в зависимости от региона. Мы улучшили ряд опций и программ."

"С подсознанием".

Он задумчиво выпустил дым. Прочитать ее было нетрудно, подумал он, когда ты ее понимал. Она была обеспокоена, испытывала стресс, и успокаивающая сила препарата не могла превзойти ее в этой области. "Естественно. Несколько пакетов опций включают в себя различные подсознательные сигналы. Они очень популярны". Все еще наблюдая за ней, он кивнул. "Я так понимаю, у Чериз было одно из новых устройств, и она использовала его перед прыжком".

"Да. Лаборатория пока не смогла идентифицировать подсознание. Может оказаться, что это ничто, но ...

"Ты так не думаешь", - закончил он.

"Что-то спровоцировало ее. Что-то привело их всех в действие. Я работаю над конфискацией устройств виртуальной реальности, принадлежащих другим субъектам. Если окажется, что у всех у них была эта новая модель... расследование будет вращаться вокруг вашей компании. На тебе".

"У меня возникло внезапное желание способствовать самоуничтожению?"

"Я знаю, что ты не имеешь к этому никакого отношения", - сказала она быстро и яростно. "Я собираюсь сделать все, что в моих силах, чтобы уберечь тебя от этого. Я хочу- "

"Ева", - тихо прервал он, переместившись, чтобы раздавить сигарету, - "ты не обязана оправдываться передо мной". Он полез в карман, достал свою визитную карточку и набрал код. "Исследования и разработки по этой модели проводились в двух местах. В Чикаго и на Трэвисе II. Производством занималась одна из моих дочерних компаний, опять же для Travis II. Распределение и доставка, на планету и за ее пределы, флотом. Упаковка от Trillium, маркетинг от Top Drawer здесь, в Нью-Йорке. Я могу отправить все данные в ваш офис, если это наиболее удобно ".

"Мне жаль".

"Остановись". Он убрал карточку и поднялся. "В этих компаниях буквально сотни, возможно, тысячи сотрудников. Я, конечно, могу достать тебе список, какой бы пользы это ни принесло. " Затем он сделал паузу, наклонился и потер большим пальцем бриллиант, который она носила. "Вы должны знать, что я лично работал над дизайном и одобрил его, инициализировал схемы. Устройство разрабатывалось больше года, и я выборочно проверял каждый этап в то или иное время в течение этого периода. Мои руки повсюду на нем ".

Она была уверена в этом, боялась этого. "Это могло бы ни к чему не привести. Придурок утверждает, что моя теория подсознательного принуждения к самоуничтожению переходит грань невероятного в невозможное ".

Рорк слегка улыбнулся. "Как можно доверять человеку по имени Придурок? Ева, ты сама использовала устройство."

"Да, что также сильно изменило мою любимую теорию. Все, что я получила от этого, был оргазм ". Она сама не смогла выдавить улыбку. "Я хочу ошибаться, Рорк. Я хочу ошибаться и закрыть эти дела как добровольное самоустранение. Но если я не - "

"Мы разберемся с этим. Завтра первым делом я сам этим займусь ". Она начала качать головой, но он взял ее за руку. "Ева, я знаю правила игры; ты нет. Я знаю своих людей, по крайней мере, руководителей отделов на каждой стадии. Мы с тобой уже работали вместе раньше ".

"Мне это не нравится".

"Какая жалость". Он снова поиграл с бриллиантом между ее грудей. "Я верю, что верю".

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

"Рорк определенно знает, как устроить вечеринку". Мэвис отправила в рот перепелиное яйцо, запеченное в духовке, и принялась его жевать. "Все, и я имею в виду, что все здесь. Ты видел Роджера Кина? Он как лучший исполнитель на Be There Records. А Лайла Монро? Она разрывает их на части своим новым шоу с участием зрителей на Бродвее. Может быть, Леонардо сможет очаровать ее, чтобы она использовала его для нового дизайна костюмов. И есть- "

"Сделай вдох, Мэвис", - посоветовала Ева, когда ее подруга что-то лепетала и постоянно запихивала канапе в рот. "Отрегулируй скорость".

"Я так нервничаю". На мгновение освободив руки, Мэвис прижала их к животу - обнаженные, но для художественного изображения спелой красной орхидеи. "Я не могу выровняться, понимаешь? Когда я так взвинчен, мне просто нужно поесть и поговорить. И ешь, и разговаривай".

"И тебя вырвет, если ты не притормозишь", - предупредила Ева. Она оглядела комнату и вынуждена была признать, что Мэвис была права. Рорк знал, как устроить вечеринку.

Комната сверкала, и люди тоже. Даже еда казалась блестящей и отполированной, почти слишком декоративной, чтобы ее можно было есть, хотя Мэвис не смогла бы этого доказать. Поскольку погода благоприятствовала, крыша была открыта, приглашая свежий бриз и потоки звездного света. Одна стена была заполнена обзорным экраном, и Мэвис кружилась и гарцевала над ним, ее музыка с шипением разносилась по комнате.

Рорк был достаточно хитер, чтобы приглушить звук.

"Я никогда не смогу отплатить тебе за это".

"Давай, Мэвис".

"Нет, я серьезно". Послав Леонардо сияющую улыбку и преувеличенно воздушный поцелуй, она повернулась обратно к Еве. "Ты и я, Даллас, мы возвращаемся на некоторое время назад. Черт возьми, если бы вы меня не поймали, я бы, вероятно, до сих пор обчищал карманы и занимался мошенничеством ".

Ева выбрала для себя интересное пятно на крекере. "Это копает глубоко, Мэвис".

"Возможно, но это не меняет фактов. Я многое сделал, чтобы выпрямиться и изменить направление. Я отчасти горжусь этим ".

Переделываем себя, подумала Ева. Это могло случиться. Это действительно произошло. Она посмотрела туда, где Рианна и Уильям болтали с Мирой и ее супругом. "Ты должен быть. Я горжусь тобой ".

"Но я говорю вот о чем. Я хочу вытащить это наружу - хорошо? - прежде чем я поднимусь туда и попытаюсь выбить бриллианты из ушей этой группы ". Мэвис прочистила горло и тут же забыла о небольшой речи, которую она подготовила: "К черту все это. Я знаю тебя, и я действительно люблю тебя. Как будто действительно люблю тебя, Даллас ".

"Господи, Мэвис, не доводи меня до слез. Рорк уже накачал меня наркотиками ".

Не стыдясь, Мэвис провела рукой под носом. "Ты бы сделала это для меня, если бы знала как". Когда Ева моргнула и нахмурилась, Мэвис обнаружила, что ее чувства сменяются весельем. "Черт, Даллас, ты бы понятия не имел, как заказать что-нибудь более сложное, чем соевые сосиски и вегетарианский хэш. Руки Рорка повсюду на этой вечеринке ".

"Мои руки повсюду на нем". Слова Рорка эхом отозвались в голове Евы и заставили ее содрогнуться. "Да, это так".

"Ты попросил его сделать это, и он сделал это для тебя".

Решив не позволить ничему омрачить вечер, Ева стряхнула с себя страх. Она покачала головой. "Он сделал это для тебя, Мэвис".

Губы Мэвис медленно изогнулись, а ее глаза снова затуманились. "Да, я думаю, он сделал. У тебя есть гребаный принц, Даллас. Гребаный принц. Меня сейчас должно стошнить. Скоро вернусь".

"Конечно". Усмехнувшись, Ева взяла немного газированной воды с проходящего мимо подноса и направилась к Рорку. "Извините, одну минуту", - сказала она и потащила его прочь от группы людей. "Ты гребаный принц", - сказала она ему.

"За что спасибо тебе. Я думаю." Он нежно обвил рукой ее талию, другой рукой накрыл ее руку, которая держала ножку бокала. Он удивил ее, закружив в очень плавном танце. "Ты должен использовать свое воображение в ... стиле Мэвис", - решил он. "Но это можно почти считать романтичным".

Ева подняла бровь и настроилась на голос Мэвис, возвышающийся над звоном меди. "Да, это действительно старомодная, сентиментальная мелодия. Я никудышный танцор ".

"Тебя бы не было, если бы ты не пытался руководить. Я решил, что раз ты не собираешься присесть и дать отдых своему избитому телу, ты мог бы ненадолго опереться на меня ". Он улыбнулся ей сверху вниз. "Ты снова начинаешь прихрамывать, совсем чуть-чуть. Но ты выглядишь почти расслабленным ".

"Колено немного затекло", - призналась Ева. "Но я довольно расслаблен. Я думаю, это было слушание лепета Мэвис. Ее сейчас тошнит".

"Прелестно".

"Это просто нервы. Спасибо ". Она поддалась импульсу и подарила ему один из своих редких публичных поцелуев.

"Всегда пожалуйста. Для чего?"

"За то, что убедился, что мы не едим соевые сосиски и вегетарианский хэш".

"С удовольствием". Он притянул ее ближе, не разжимая объятий. "Поверь мне, это доставляет мне удовольствие. Что ж, Пибоди хорошо носит базовое черное и легкое сотрясение мозга ", - отметил он.

"Что?" Отпрянув, Ева проследила за его взглядом и заметила, что ее помощница как раз проходит через широкие двойные двери и берет с подноса флейту. "Она должна лежать на спине", - пробормотала Ева и отстранилась от Рорка. "Извините, я пойду, положу ее туда".

Она прошествовала через комнату, сузив глаза, когда Пибоди попыталась изобразить зубастую улыбку. "Какая-то вечеринка, лейтенант. Спасибо за приглашение ".

"Какого черта ты не в постели?"

"Это просто шишка на голове, и все, что они делали, это тыкали в меня. Я не собирался позволять такой мелочи, как взрыв, помешать мне отыграть вечеринку у Рорка ".

"Ты принимаешь лекарства?"

"Всего пара стандартных обезболивающих и - " Ее лицо вытянулось, когда Ева выхватила шампанское у нее из рук. "Я просто собирался подержать это. Действительно."

"Подержи это", - предложила Ева и сунула стакан с водой в руку Пибоди. "Мне следовало бы отвезти твою задницу обратно в медицинский центр".

"Ты не пошел", - пробормотала Пибоди, затем вздернула подбородок. "И я свободен от дежурства. В личное время. Ты не можешь приказать мне вернуться ".

Как бы сильно она ни сочувствовала и ни восхищалась решимостью, Ева держалась твердо. "Никакого алкоголя", - отрезала она. "Никаких танцев".

"Но- "

"Я вытащил тебя сегодня из того здания, и я могу вытащить тебя отсюда. Кстати, Пибоди, - добавила Ева. "Ты мог бы сбросить несколько фунтов".

"Так мне всегда говорит моя мать". Пибоди тяжело вздохнула. "Никакой выпивки, никаких танцев. Теперь, если вы покончили с ограничениями, я собираюсь пойти поговорить с кем-нибудь, кто меня не знает ".

"Прекрасно. О, Пибоди?"

Пибоди обернулась, нахмурившись. "Да, сэр?"

"Ты сегодня хорошо поработал. Мне не придется дважды думать, прежде чем войти в дверь с тобой ".

Когда Ева уходила, Пибоди с разинутым ртом смотрела ей вслед. Это было сказано просто, даже небрежно, но это был лучший профессиональный комплимент, который она когда-либо слышала.

***

Общение не было любимым занятием Евы, но она старалась изо всех сил. Она даже смирилась с танцами, когда не могла выкрутиться из этого. Итак, она обнаружила, что Джесс ведет ее - именно так она представляла себе танец - по танцполу.

"Твой приятель Уильям?" Начала Джесс.

"Еще один приятель Рорка. Я не очень хорошо его знаю ".

"В любом случае, у него был интересный вклад в разработку интерактивного сопровождения к этому диску. Погрузи аудиторию в музыку - в Мэвис ".

Приподняв бровь, Ева снова посмотрела на экран. Мэвис вращала едва прикрытыми бедрами и кричала о том, что сгорает в огне любви, в то время как вокруг нее били красные и золотые языки пламени.

"Ты действительно думаешь, что люди захотят пойти туда?"

Он усмехнулся, позволив своему голосу прокатиться глубже на юг. "Милая, они растопчут друг друга, чтобы попасть внутрь. И дорого заплатите за этот шанс ".

"И если они это сделают", - сказала она, поворачиваясь к нему, - "вы получите хороший процент жира".

"Это стандарт для подобных сделок по разработке. Посоветуйся со своим мужчиной. Он скажет тебе ".

"Мэвис сделала свой выбор". Она смягчилась, заметив, что несколько гостей были поглощены показом на экране. "Я бы сказал, что она сделала хороший снимок".

"Мы оба сделали. Я думаю, у нас есть хит ", - сказал он ей. "И когда мы дадим им почувствовать шоу вживую и во плоти - что ж, если бы крыша еще не съехала, мы бы ее снесли".

"Ты не нервничаешь?" Она посмотрела на него: уверенные глаза, дерзкий рот. "Нет, ты не нервничаешь".

"Я играл на свой ужин слишком много лет. Это работа." Он улыбнулся ей, небрежно прошелся пальцами по ее спине. "Ты не нервничаешь, выслеживая убийц. Набрал обороты, верно? Взволнован, но не нервничаю ".

"Зависит". Она подумала о том, что она отслеживала сейчас, и ее желудок затрепетал.

"Нет, ты стальной. Я понял это, когда впервые посмотрел на тебя. Ты не отдаешь, ты не отступаешь. Ты не дрогнешь. Это придает вашему мозгу, ну, вашему макияжу, так сказать, очарование. Что движет Евой Даллас? Справедливость, месть, долг, мораль? Я бы сказал, что это очень уникальное сочетание всего этого, подпитываемое конфликтом уверенности и неуверенности в себе. У тебя сильное чувство того, что правильно, и ты постоянно задаешься вопросом, кто ты такой ".

Она не была уверена, что ей понравился поворот разговора. "Кто ты, музыкант или психиатр?"

"Творческие люди изучают других людей; и музыка - это наука в такой же степени, как искусство, эмоция в такой же степени, как наука". Его серебристые глаза не отрывались от нее, пока он плавно вел ее вокруг других пар. "Когда я создаю серию заметок, я хочу, чтобы это повлияло на людей. Я должен понять, даже изучить человеческую природу, если я хочу получить правильную реакцию. Как это заставит их вести себя, заставит их думать, заставит их чувствовать?"

Ева рассеянно улыбнулась, когда Уильям и Рианна танцевали мимо, поглощенные друг другом. "Я думал, это было для развлечения".

"Это поверхность. Только поверхность ". Его глаза были возбуждены, светились этим, когда он говорил. "Любой музыкальный хакер может запустить тему через компьютер и получить грамотную мелодию. Музыкальный бизнес становится все более и более обычным и предсказуемым благодаря технологиям ".

Приподняв брови, Ева посмотрела на экран и Мэвис. "Я должен был бы сказать, что я не слышу здесь ничего обычного или предсказуемого".

"Именно. Я потратил время на изучение того, как тона, ноты и ритмы влияют на людей, и я знаю, на какие кнопки нажимать. Мэвис - сокровище. Она такая открытая, такая податливая ". Он улыбнулся, когда глаза Евы посуровели. "Я имел в виду это как комплимент, а не то, что она слабая. Но она любит рисковать, женщина, которая готова обнажиться и стать сосудом для послания ".

"В чем послание?"

"Зависит от мнения аудитории. Надежды и мечты. Мне интересно о твоих снах, Даллас."

Я тоже, подумала она, но вежливо встретила его взгляд. "Я бы предпочел придерживаться реальности. Сны обманчивы".

"Нет, нет, они раскрывают. Разум, и бессознательный разум в частности, - это холст. Мы постоянно рисуем на нем. Искусство и музыка могут добавить таких красок, такого стиля. Медицинская наука понимала это десятилетиями и использует это для лечения и изучения определенных состояний, как психологических, так и физиологических ".

Она наклонила голову. Было ли здесь другое сообщение? "Сейчас ты больше похож на ученого, чем на музыканта".

"Я смешался. Однажды вы сможете выбрать песню, разработанную лично для ваших собственных мозговых волн. Возможности улучшения настроения будут бесконечными и интимными. Это ключ. Близость".

Она почувствовала, что он делает подачу, и прекратила танцевать. "Я бы не подумал, что это будет экономически эффективно. И исследование технологии, разработанной для анализа и координации с отдельными мозговыми волнами, является незаконным. По уважительной причине. Это опасно ".

"Вовсе нет", - не согласился он. "Это освобождает. Новые процессы, любой реальный прогресс обычно начинаются как незаконные. Что касается стоимости, изначально она была высокой, затем снизилась, поскольку дизайн был скорректирован для массового производства. В конце концов, что такое мозг, как не компьютер? У вас есть компьютер, анализирующий компьютер. Что может быть проще?"

Он взглянул на экран. "Это вступление к последнему номеру. Я должен проверить свое оборудование перед подачей сигнала ". Он наклонился и легко поцеловал ее в щеку. "Пожелайте нам удачи".

"Да, удача", - пробормотала она, но ее желудок скрутило узлом.

Чем был мозг, как не компьютером? Компьютеры, анализирующие компьютеры. Индивидуальные программы, разработанные для индивидуальных моделей мозговых волн. Если бы это было возможно, можно ли было бы добавить наводящие программы, связанные непосредственно с мозгом пользователя? Она покачала головой. Рорк никогда бы этого не одобрил. Он бы не пошел на такой глупый риск. Но она пробралась к нему сквозь толпу, положила руку ему на плечо.

"Мне нужно задать тебе вопрос", - тихо сказала она. "Проводила ли какая-либо из ваших компаний тайные исследования по разработке виртуальной реальности для персональных моделей мозговых волн?"

"Это незаконно, лейтенант".

"Рорк".

"Нет. Было время, когда я бы отважился на любое количество не совсем законных направлений в бизнесе. Это не было бы одним из них. И нет, - добавил он, предвосхищая ее. "Эта модель виртуальной реальности разработана универсально, а не индивидуально. Пользователь может настраивать только программы. То, о чем вы говорите, - это непомерно высокая стоимость, запутанная логистика и просто чертовски много проблем ".

"Ладно, это то, что я понял". Ее мышцы расслабились. "Но можно ли это сделать?"

Он сделал паузу на мгновение, затем приподнял плечо. "Я понятия не имею. Вам потребуется сотрудничество индивидуума или доступ к сканированию мозга. Это также включает личное одобрение и согласие. И тогда... Понятия не имею, - повторил он.

"Если я смогу застать Фини одного - " Она повернула голову, пытаясь найти детектива-электронщика в кружащейся толпе.

"Возьмите выходной, лейтенант". Рорк обнял ее одной рукой. "Мэвис вот-вот окажется в центре внимания".

"Хорошо". Она заставила себя отодвинуть беспокойство на задний план, когда Джесс сел за свой пульт и произнес вступительный рифф. Завтра, пообещала она себе и вызвала аплодисменты, когда Мэвис развернулась на танцполе.

Затем беспокойство ушло, растаяв от взрыва энергии Мэвис и ее собственного дикого удовольствия, когда свет, музыка и зрелищность объединились в головокружительном калейдоскопе.

"Она хороша, не так ли?" Она не осознавала, что схватила Рорка за руку, как мать ребенка в школьном спектакле. "Другой, странный, но хороший".

"Она - это все". Столкновение нот, звуковых эффектов и вокала никогда не было его любимой музыкой, но он обнаружил, что ухмыляется. "Она покорила толпу. Ты можешь расслабиться ".

"Я расслаблен".

Он засмеялся и крепче обнял ее. "Если бы на тебе были пуговицы, ты бы их расстегнула". Он не возражал против того факта, что ему пришлось прижаться губами к ее уху, чтобы она услышала его. И поскольку он все равно был там, он добавил оригинальное предложение для after the party.

"Что?" Она вся вспыхнула. "Я считаю, что этот конкретный акт является незаконным в этом штате. Я проверю свою кодовую книгу и свяжусь с тобой. Прекрати это ". Она вздернула плечо в ответ, когда его зубы и язык занялись мочкой ее уха.

"Я хочу тебя". Похоть покалывала его кожу, как сыпь, мгновенно, зудящая, немедленная. "Прямо сейчас".

"Ты не можешь быть серьезным", - начала она, но обнаружила, что он был серьезен, яростно, когда его рот накрыл ее в диком и настойчивом поцелуе. Кровь ускорила ее пульс, вызвав к жизни трепет, и мышцы на ее бедрах обмякли. "Возьми себя в руки". Ей удалось отодвинуться на полдюйма, и она затаила дыхание, была шокирована и почти покраснела. Не все внимание было сосредоточено на Мэвис. "Мы здесь в самом разгаре события. Публичный ".

"Тогда давай уйдем". Он был тверд как скала, болезненно готов. Внутри него был волк, готовый к броску. "В этом доме много отдельных комнат".

Она бы рассмеялась, если бы не чувствовала исходящую от него вибрацию потребности. "Возьми себя в руки, Рорк. Это важный момент для Мэвис. Мы не убегаем в чулан, как пара похотливых подростков ".

"Да, мы такие". Полуслепой, он тащил ее сквозь толпу и из нее, пока она что-то лепетала в ошеломленном протесте.

"Это безумие. Ты что, дроид для удовольствий? Ты, черт возьми, вполне можешь держать себя в руках пару часов ".

"К черту все это". Он рывком открыл ближайшую дверь и втолкнул ее внутрь того, что на самом деле было шкафом. "Сейчас, черт возьми". Ее спина ударилась о стену, и прежде чем она смогла даже ахнуть, он задрал ее юбки и вошел в нее.

Она была сухой, неподготовленной, потрясенной. Опустошенный, было все, о чем она могла думать, когда прикусила губу, чтобы не закричать. Он был груб, небрежен и заставил синяки петь, когда он снова и снова впечатывал ее в стену. Даже когда она оттолкнула его, он вонзился в нее, его руки прошлись по ее бедрам, погружаясь внутрь и вырывая испуганный крик боли из ее горла.

Она могла бы остановить его, ее подготовка была тщательной. Но тренировки растворились в чисто женском страдании. Она не могла видеть его лица, не была уверена, что узнала бы его, если бы могла.

"Рорк". Это был шок, глубокий, как кость, который дрожал в ее голосе. "Ты делаешь мне больно".

Он что-то пробормотал на языке, которого она не понимала и никогда не слышала, поэтому она перестала сопротивляться, схватила его за плечи и закрыла глаза на то, что происходило с ними обоими.

Он все еще врезался в нее, руки впились в ее бедра, чтобы держать ее открытой для него, его дыхание свистело у ее уха. Он взял ее жестоко, без всякой утонченности или контроля, которые были такой врожденной частью его характера.

Он не мог остановиться. Даже когда часть его мозга отступила назад, потрясенный тем, что он делал, он просто не мог остановиться. Потребность была подобна раковой опухоли, пожиравшей его, и он должен был удовлетворить ее, чтобы выжить. Где-то в его голове звучал голос, жадный и задыхающийся. Сильнее. Быстрее. Еще. Это подгоняло его, толкало его, пока одним последним жестоким толчком он не опустошился.

Она держалась. Это было так или сползти на пол. Он дрожал, как человек в лихорадке, и она не знала, успокаивать его или пристегнуть ремнем.

"Черт возьми, Рорк". Но когда он, покачнувшись, прижал руку к стене, чтобы сохранить равновесие, она потеряла всякое чувство обиды, сменившись беспокойством.

"Эй, что это? Сколько ты выпил, в любом случае? Давай, обопрись на меня".

"Нет". Когда яростная потребность была удовлетворена, его разум прояснился. И раскаяние было горячей тяжестью в его животе. Он стряхнул головокружение и расслабился. "Боже милостивый, Ева. Боже милостивый. Мне жаль. Мне так жаль ".

"Хорошо. Все в порядке". Он был белым как полотно. Она никогда не видела, чтобы он выглядел даже отдаленно больным, и была в ужасе. "Я должен позвать Соммерсета, кто-нибудь. Ты должен лечь".

"Прекрати это". Он очень осторожно оттолкнул ее поглаживающие руки и отступил назад, пока они больше не соприкасались. Как она могла вынести, когда он прикасался к ней? "Ради Христа. Я изнасиловал тебя. Я только что изнасиловал тебя ".

"Нет". Она сказала это твердо, надеясь, что тон ее голоса будет таким же эффективным, как пощечина. "Ты этого не сделал. Я знаю, что такое изнасилование. То, что ты сделал, не было изнасилованием, даже если это было немного чересчур ".

"Я причинил тебе боль". Когда она потянулась, он поднял руки, чтобы остановить ее. "Черт возьми, Ева, ты вся в синяках с головы до ног, а я прижал тебя к стене в каком-то гребаном чулане и использовал тебя. Использовал тебя, как - "

"Хорошо". Она шагнула вперед, но он покачал головой. "Не отступай от меня, Рорк. Вот что будет больно. Не делай этого ".

"Мне нужна минута". Он потер руками лицо. Он все еще чувствовал головокружение и тошноту, и, что еще хуже, был слегка не в себе. "Господи, мне нужно выпить".

"Что возвращает меня к моему вопросу. Сколько ты выпил?"

"Недостаточно. Я не пьян, Ева." Он опустил руки и огляделся. Шкаф, было все, о чем он мог думать. Ради Бога, в чулане. "Я не знаю, что произошло, что на меня нашло. Мне жаль ".

"Я вижу это". Но она все еще не могла видеть картину целиком. "Ты продолжал что-то говорить. Странно. Как у Лиомсы".

Его глаза потемнели. "Это гэльский. Это значит "Моя". Я не использовал гэльский с ... с тех пор, как был мальчиком. Мой отец часто использовал его, когда был ... пьян ".

Он поколебался, затем протянул руку, чтобы провести кончиками пальцев по ее щеке. "Я был так груб с тобой. Такой беспечный".

"Я не одна из твоих хрустальных ваз, Рорк. Я могу это вынести ".

"Не так". Он подумал о хныканье и протестах уличных шлюх, которые проникали сквозь тонкие стены и преследовали его, когда его отец укладывал их в постель. "Никогда так. Я никогда не думал о тебе. Мне было все равно, и этому нет оправдания ".

Она не хотела, чтобы он был смиренным. Это нервировало ее. "Что ж, ты слишком занят самобичеванием, чтобы мне было о чем беспокоиться, так что давай вернемся".

Он коснулся ее руки, прежде чем она успела открыть дверь. "Ева, я не знаю, что произошло. Буквально. Минуту назад мы стояли там, слушая Мэвис, а в следующую... это было подавляюще, порочно. Как будто моя жизнь зависела от того, что у меня будешь ты. Не просто секс, но выживание. Я не мог это контролировать. Это не оправдывает то, что ... "

"Подожди". Она на мгновение прислонилась спиной к двери, пытаясь отделить женщину от полицейского, жену от детектива. "Ты не преувеличиваешь?"

"Нет. Это было как кулак на моем горле". Он выдавил из себя очень слабую улыбку. "Ну, возможно, это неправильная часть анатомии. Я ничего не могу сказать или сделать, чтобы - "

"Отбрось на минутку чувство вины, будь добр, и подумай". Теперь ее глаза были холодными, твердыми, как агат. "Внезапный и непреодолимый порыв - скорее принуждение. То, что вы, очень сдержанный человек, не смогли контролировать? Ты только что вонзился в меня со всем изяществом потного безбрачника, нарушающего пост с арендованным секс-дроидом ".

Он вздрогнул от этого, почувствовав слезу вины. "Я слишком хорошо это осознаю".

"И это не в твоем стиле, Рорк. У тебя есть приемы, я не могу за всеми угнаться, но все они ловкие, отработанные. Ты можешь быть грубым, но никогда не подлым. И как тот, кто занимался с тобой любовью всеми анатомически возможными способами, я могу подтвердить, что ты никогда не был эгоистом ".

"Что ж". Он не был вполне уверен, как реагировать. "Ты смиряешь меня".

"Это был не ты", - пробормотала она.

"Я позволю себе не согласиться".

"Это было не то, во что ты превратил себя", - поправила она. "И это то, что имеет значение. Ты сорвался. Что-то внутри тебя оборвалось. Или дальше. Этот сукин сын". У нее перехватило дыхание, когда она встретилась взглядом с Рорком, и в них она увидела зарождающееся понимание. "В этом сукином сыне что-то есть. Он рассказывал мне, пока мы танцевали. Он, блядь, хвастался, а я этого не понял. Но ему просто нужно было провести небольшую демонстрацию. И это то, за что его повесят ".

На этот раз хватка Рорка на ее руке была твердой. "Ты говоришь о Джесс Бэрроу. О сканировании мозга и предложениях. Контроль разума".

"Музыка должна влиять на то, как люди ведут себя, как они думают. Что они чувствуют. Он сказал это мне за несколько минут до начала представления. Самоуверенный ублюдок".

Рорк вспомнил шок в ее глазах, когда он прижал ее к стене и вонзился в нее, как таран. "Если ты права", - его голос был холоден сейчас, слишком холоден, - "Я хочу минуту побыть с ним наедине".

"Это дело полиции", - начала она, но он шагнул немного ближе, и его глаза были холодными и решительными.

"Ты дашь мне минутку побыть с ним наедине, или я найду способ воспользоваться этим. В любом случае, я это получу ".

"Хорошо". Она накрыла его руку своей, не для того, чтобы ослабить хватку, а в знак солидарности. "Хорошо, но ты будешь ждать своей очереди. Я должен быть уверен ".

"Я подожду", - согласился он. Но этот человек заплатит, пообещал себе Рорк, за то, что привнес в их отношения хотя бы одно мгновение страха и недоверия.

"Я позволю представлению закончиться первым", - решила она. "Я возьму у него неофициальное интервью в моем кабинете внизу, с Пибоди в качестве контролера. Не приближайся к нему, Рорк. Я имею в виду это ".

Он открыл дверь, позволил ей выскользнуть. "Я сказал, что подожду".

Музыка все еще звучала мощно, и она поразила их высокой, скрипучей тональностью за несколько ярдов до того, как они достигли дверного проема. Но ей стоило только войти в толпу и пробраться сквозь нее, как глаза Джесса оторвались от пульта управления и встретились с ее глазами.

Его улыбка была быстрой, дерзкой, веселой.

И она была уверена.

"Найди Пибоди и попроси ее спуститься в мой офис и договориться о предварительном собеседовании". Она встала перед Рорком, желая, чтобы его взгляд переместился на нее. "Пожалуйста. Мы говорим здесь не просто о личном оскорблении. Мы говорим об убийстве. Позволь мне делать мою работу ".

Рорк повернулся, не говоря ни слова. В тот момент, когда она потеряла его в толпе, она проложила себе путь к Соммерсету. "Я хочу, чтобы ты понаблюдал за Рорком".

"Прошу прощения?"

"Послушай меня". Ее пальцы прорвались сквозь его аккуратный пиджак к кости. "Это важно. У него могут быть проблемы. Я не хочу, чтобы ты выпускал его из виду, по крайней мере, в течение часа после выступления. Если с ним что-нибудь случится, я поджарю твою задницу. Понял?"

Ни в малейшей степени, но он понимал ее настойчивость. "Очень хорошо". Он говорил с достоинством, грациозно пересек комнату, но его нервы были расшатаны.

Уверенная, что Соммерсет будет наблюдать за Рорком, как мать-ястреб, она снова прошла через аудиторию, пока не встала на переднем крае группы. Она аплодировала вместе с остальными, приучила себя улыбаться в поддержку, когда Мэвис вышла на бис. И когда раздался следующий взрыв аплодисментов, она скользнула к Джесс и обошла управление.

"Настоящий триумф", - пробормотала она.

"Я говорил тебе, она сокровище". В его глазах был злой блеск, когда он улыбнулся ей. "Вы с Рорком пропустили пару номеров".

"Кое-какие личные дела", - ровно сказала она. "Мне действительно нужно поговорить с тобой, Джесс. О твоей музыке."

"Рад этому. Ничто мне так не нравится ".

"А теперь, если ты не возражаешь. Давай пойдем куда-нибудь в более уединенное место."

"Конечно". Он выключил свою консоль, заблокировавшись на коде. "Это твоя вечеринка".

"Чертовски верно", - пробормотала она и пошла впереди.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Она выбрала лифт, желая передвигаться быстро и уединенно. Она запрограммировала его на короткое вертикальное скольжение, затем на горизонтальный переход с крыла на крыло.

"Я должен тебе сказать, у вас с Рорком здесь фантастическое место. Просто ультра маг."

"О, это сойдет, пока мы не найдем что-то большее". Она сказала это сухо и не позволила его смеху действовать ей на нервы. "Скажи мне, Джесс, ты серьезно решила работать с Мэвис до или после того, как узнала о связи с Рорком?"

"Я говорил тебе, Мэвис - одна на миллион. Достаточно было увидеть ее всего пару раз, на коротком концерте в the Down and Dirty, чтобы понять, что мы отлично сольемся ". Сверкнула усмешка. Очаровательно. Мальчик из хора, держащий лягушку под мантией. "Конечно, ей ничуть не повредило, что на ее стороне был такой контакт, как Рорк. Но она должна была получить товар ".

"Но ты знал об этой связи раньше".

Он повел плечом. "Я слышал об этом. Вот почему я спустился, чтобы увидеть ее. Такого рода клубы - не мое обычное место. Но она вспыхнула для меня. Если я смогу привлечь ее к каким-нибудь крутым выступлениям, тогда, если Рорк или, скажем, кто-то ему подобный заинтересован в инвестициях в предстоящий номер, это успокоит всех ".

"Ты гладкая, Джесс". Она вышла из машины, когда двери открылись. "Действительно гладко".

"Как я уже сказал, я с детства выступаю на потрясающих концертах. Кажется, я записал это ". Он оглядел коридор, пока она шла впереди. Старинное искусство, настоящая вещь, отметил он, дорогое дерево, ковер, который соткал какой-то мастер столетием раньше.

Это были деньги, подумал он. Тот, кто строил империи.

В дверях своего кабинета она обернулась. "Я не знаю, сколько у него есть", - сказала она, прекрасно понимая его. "И мне на самом деле все равно".

Улыбка не сходила с его лица, он приподнял бровь, опустил взгляд на крупный бриллиант в форме слезы, лежащий на корсаже из мягкого шелка цвета полуночи. "Но ты не носишь клей и тряпки, сладкая".

"У меня есть, и я мог бы снова. А Джесс?" Она щелкнула кодовым замком. "Не называй меня сладеньким".

Ева скользнула внутрь, кивнула озадаченной, но внимательной Пибоди. "Присаживайся", - сказала она Джесс и направилась прямо к своему столу.

"Приятная обстановка. Ну, привет, милая." Он ни за что на свете не смог бы вспомнить ее имя, но он улыбнулся Пибоди, как будто они были старыми, дорогими друзьями. "Ты уловил действие?"

"Большая часть этого".

Он упал в кресло. "Итак, что ты думаешь?"

"Я думал, это было здорово. Вы с Мэвис действительно устроили шоу." Она рискнула улыбнуться, совсем не уверенная, чего Ева хотела от нее. "Я готов купить первый диск".

"Это то, что мне нравится слышать. Может ли парень здесь что-нибудь выпить?" он спросил Еву. "Мне нравится оставаться сухим перед выступлением, и я более чем готов промокнуть".

"Нет проблем. Чего бы ты хотел?"

"Это шампанское выглядело аппетитно".

"Пибоди, на кухне должна быть бутылка. Налей нашему гостю бокал вина, хорошо? И почему бы тебе не принести нам кофе?"

Она откинулась назад и задумалась. Технически, она должна записывать с этого момента, но она хотела, чтобы кто-то начал, прежде чем она войдет в журнал. "Кто-то вроде тебя, кто создает музыку и окружающую ее атмосферу, должен быть в такой же степени техником, как и художником, верно? Это то, что ты объяснял мне перед выступлением ".

"Именно так сейчас рушится бизнес, так было на протяжении многих лет". Он взмахнул одной из своих красивых рук, украшенных золотым браслетом. "Мне повезло, что у меня есть склонность и к тому, и к другому, и интерес. Дни, когда мы извлекали мелодию на пианино или играли рифф на гитаре, прошли, как ископаемое топливо. Почти исчезнувший".

"Где ты получил техническое образование? Я бы сказал, что это намного выше обычного ".

Он снова улыбнулся, когда Пибоди вернулась с напитками. Он чувствовал себя комфортно, расслабленно и предположил, что находится в середине своего рода собеседования при приеме на работу. "На работе, в основном, много ночных взломов. Но я занимался домашним редактированием в Массачусетском технологическом институте."

Она уже знала некоторые данные от производителя Пибоди, но хотела убаюкать его. "Впечатляет. Вы сделали себе имя как в исполнении, так и в дизайне. Не так ли, Пибоди?"

"Да. У меня есть все твои диски, и я с нетерпением жду чего-то нового. Это было давно ".

"Я это где-то слышал". Ева подобрала мяч, который Пибоди не заметила, что она бросила. "У тебя сухой период, Джесс?"

"Вовсе нет. Я хотел не торопиться, совершенствуя новое оборудование, собирая воедино только нужные элементы. Когда я выступлю с новым материалом, это будет нечто такое, чего никто никогда раньше не видел и не слышал ".

"А Мэвис - это как трамплин".

"В некотором смысле. Ей повезло. Она продемонстрирует некоторые материалы, которые мне не подходили, и я индивидуализировал некоторые фрагменты, чтобы они соответствовали ей. Я планирую провести несколько своих собственных сессий через несколько месяцев ".

"После того, как все будет на месте".

Он поднял тост за нее, сделал глоток. "Именно".

"Ты когда-нибудь создавал саундтреки для виртуальной реальности?"

"Время от времени. Это неплохой концерт, если программа интересная ".

"И бьюсь об заклад, ты знаешь, как воздействовать на подсознание".

Он сделал паузу, затем снова отхлебнул. "Подсознание? Это настоящая технология ".

"Но ты чертовски хороший техник, не так ли, Джесс? Достаточно хорош, чтобы разбираться в компьютерах от и до. И мозги. Мозг - это всего лишь компьютер, не так ли? Разве не это ты мне говорил?"

"Конечно". Его внимание было полностью сосредоточено на Еве, так что он не заметил, что Пибоди привлекла внимание.

"И тебе нравятся улучшения настроения, которые приводят к смене настроения. Поведенческие и эмоциональные паттерны. Образцы мозговых волн." Она взяла со своего стола диктофон, поставила его на видное место. "Давай поговорим об этом".

"Что, черт возьми, это такое?" Он поставил свой стакан, подвинулся на край своего стула. "В чем дело?"

"Сделка в том, что я собираюсь сообщить вам о ваших правах, затем мы собираемся поболтать. Офицер Пибоди, включите резервную запись и войдите в систему, пожалуйста."

"Я не соглашался ни на какое гребаное интервью". Он поднялся на ноги. Ева добралась до своего.

"Все в порядке. Мы можем сделать это обязательным и доставить вас в полицейский участок. Возможно, придется подождать. Я не забронировал комнату для интервью. Но ты не будешь возражать провести несколько часов в карцере ".

Он медленно сел снова. "Ты быстро становишься полицейским, Даллас".

"Нет, я не хочу. Я остаюсь полицейским. Всегда. Даллас, лейтенант Ева", - начала она для диктофона и добавила "Время и место", прежде чем процитировать исправленную "Миранду". "Ты понимаешь свои права и возможности, Джесс?"

"Да, я понимаю. Но я не знаю, о чем, черт возьми, идет речь ".

"Я собираюсь сделать это очень ясным для вас. Вас допрашивают по делам о нераскрытых смертях Дрю Матиаса, С. Т. Фицхью, сенатора Джорджа Перли и Чериз Дивейн ".

"Кто?" Он выглядел убедительно сбитым с толку. "Дивейн? Не та ли это женщина, которая спрыгнула со здания "Таттлер"? Какое отношение я должен иметь к самоубийству? Я даже не знал ее ".

"Вы не знали, что Чериз Дивейн была генеральным директором и мажоритарным акционером "Таттлер Энтерпрайзиз"?"

"Нет, я думаю, я знал, кем она была, но - "

"Я полагаю, вы время от времени попадали в "Таттлер" во время вашей карьеры".

"Конечно, они всегда копаются в грязи. Они подбросили кое-что в мою сторону. Это просто часть бизнеса ". Страх отступил и оставил его слегка раздраженным. "Смотрите, леди прыгнула. Я был в центре города, на сеансе, когда она совершила прыжок. У меня есть свидетели. Например, Мэвис."

"Я знаю, что тебя там не было, Джесс. Я был. По крайней мере, я знаю, что тебя не было там во плоти".

Его скульптурно очерченный рот скривился в усмешке. "Я что, чертов призрак?"

"Знаете ли вы или у вас когда-либо был контакт с техником автотроники по имени Дрю Матиас?"

"Никогда не слышал о нем".

"Матиас также прошел обучение в Массачусетском технологическом институте".

"Как и тысячи. Я выбрала домашний. Я даже ни разу не ступал на территорию кампуса".

"И никогда не имел никаких контактов с другими студентами?"

"Конечно, я сделал. По ссылке, электронной почте, лазерному факсу, как угодно." Он пожал плечами, побарабанил пальцами по верху ботинка ручной работы, который он поставил на колено. "Я не помню ни одной технологии автотроники с таким названием".

Она решила сменить тактику. "Сколько работы вы проделали над индивидуализированными подсознаниями?"

"Я не знаю, о чем ты говоришь".

"Ты не понимаешь этого термина?"

"Я знаю, что это значит". На этот раз его пожатие плечами было отрывистым. "И, насколько я знаю, этого никогда не было сделано, так что я не понимаю, о чем ты меня просишь".

Ева воспользовалась шансом. Она посмотрела на своего помощника. "Ты знаешь, о чем я его спрашиваю, Пибоди?"

"Я думаю, это достаточно ясно, лейтенант". Она боролась с грязью замешательства. "Вы хотели бы знать, сколько работы субъект интервью проделал над индивидуальным подсознанием. Возможно, субъекту интервью следует напомнить, что в настоящее время не является незаконным проводить исследования или проявлять интерес в этой области. Только разработка и внедрение противоречат действующим законам штата, федеральным и международным ".

"Очень хорошо, Пибоди. Это помогает тебе прояснить ситуацию, Джесс?"

Эпизод дал ему достаточно времени, чтобы успокоиться. "Конечно, меня интересует этот район. Многие люди таковы ".

"Это немного не в твоей компетенции, не так ли? Ты всего лишь музыкант, а не лицензированный ученый ".

Это была именно та кнопка. Он выпрямился в своем кресле, его глаза вспыхнули один раз. "Я полностью сертифицирован в области музыковедения. Музыка - это не просто набор нот, соединенных вместе, милая. Это жизнь. Это память. Песни вызывают специфические и часто предсказуемые эмоциональные реакции. Музыка - это выражение эмоций, желаний".

"И вот я подумал, что это просто приятный способ скоротать время".

"Развлечения - это всего лишь кусок пирога. Кельты отправлялись на войну с волынками. Они были для них таким же оружием, как топор. Воюющие туземцы в Африке подбадривали себя барабанами. Рабы выживали благодаря своим спиритуалам, и мужчины веками соблазняли женщин музыкой. Музыка играет разумом".

"Что возвращает нас к вопросу. Когда вы решили пойти дальше и привязать это к индивидуальным паттернам мозга? Ты просто наткнулся на это, своего рода слепая удача, пока наигрывал мелодию?"

Он издал короткий смешок. "Ты действительно думаешь, что то, что я делаю, это просто слайд, не так ли? Просто сядь, набери несколько нот и вперед. Это работа. Это тяжелая, требовательная работа ".

"И ты чертовски гордишься своей работой, не так ли? Давай, Джесс, ты хотела сказать мне раньше ". Ева встала, обошла стол, чтобы сесть на передний край. "Ты умирал от желания рассказать мне. Рассказать кому-нибудь. Что в этом хорошего, какое удовлетворение в том, чтобы создать что-то настолько потрясающее, а затем держать это при себе?"

Он снова взял свой бокал, провел пальцами по длинной, тонкой ножке. "Это не совсем так, как я себе это представлял". Он сделал глоток, обдумал последствия - и вознаграждение. "Мэвис говорит, что ты можешь быть гибким. Для тебя это не просто кодовые книги и процедуры ".

"О, я могу быть гибким, Джесс". Когда это оправдано. "Поговори со мной".

"Ну, давайте просто скажем, что если бы - гипотетически - я разработал технику для индивидуализированных замен, улучшения настроения на персональном мозговом шаблоне, это могло бы быть грандиозно. Такие люди, как Рорк и вы, с вашими связями и финансовой базой, вашим влиянием, скажем так, могли бы обойти несколько устаревших законов и заработать большую кучу. Произведите революцию в индустрии персональных развлечений и улучшений, пока вы этим занимались ".

"Это деловое предложение?"

"Гипотетически", - сказал он и сделал жест своим бокалом. "У Roarke industries есть исследования и разработки, оборудование, человеческие ресурсы и кредиты, чтобы взять что-то подобное и запустить с этим. И умный полицейский, как мне кажется, мог бы найти способ обойти закон, ровно настолько, чтобы все прошло гладко ".

"Черт возьми, лейтенант", - сказала Пибоди с улыбкой, которая не коснулась ее глаз. "Звучит так, будто вы с Рорком - идеальная пара. Гипотетически."

"И Мэвис как проводник", - пробормотала Ева.

"Эй, Мэвис замерзла. Она получила то, что хотела. После сегодняшней ночи она отправится в круиз ".

"И ты полагаешь, что это уравняет использование ее, чтобы добраться до Рорка".

Он снова повел плечом. "Спины нужно почесать, милая. Я устроил ей настоящее полноценное лечение ". Злое веселье снова вспыхнуло в его глазах. "Вам понравилась неофициальная демонстрация моей гипотетической системы?"

Не уверенная, что даже ее тренировки смогут согнать ярость с ее лица, она повернулась и скользнула обратно за стол. "Демонстрация?"

"В ту ночь, когда вы с Рорком пришли в студию, чтобы посмотреть сеанс. Мне показалось, что вы двое очень хотели уйти, побыть наедине ". Уголки его улыбки заострились. "Немного вспомнить медовый месяц?"

Она на мгновение задержала руки за столом, пока не смогла разжать кулаки. Она посмотрела в сторону двери смежного кабинета Рорка и с ужасом увидела, что контрольная лампочка над ней мигает зеленым.

Он наблюдал, поняла она. Это было не только незаконно, но и опасно при данных обстоятельствах. Она снова перевела взгляд на Джесс. Она не могла позволить себе нарушать ритм. "Кажется, ты необычно интересуешься моей сексуальной жизнью".

"Я говорил тебе, ты очаровываешь меня, Даллас. У тебя есть разум. Это гребаная сталь, со всеми этими выжженными в ней темными пространствами. Интересно, что бы произошло, если бы вы открыли эти пространства. И секс - это главный ключ ". Он наклонился вперед, пристально глядя ей в глаза. "О чем ты мечтаешь, Даллас?"

Она вспомнила сны, их болезненный ужас, ту ночь, когда она смотрела диск Мэвис. Диск, который он ей дал. Ее руки дрогнули один раз, прежде чем она смогла контролировать их. "Ты сукин сын". Она медленно поднялась, положила руки на стол. "Тебе нравится устраивать демонстрации, придурок? Это то, кем Матиас был для тебя? Демонстрация?"

"Я же сказал тебе, я не знаю, кто это".

"Может быть, вам нужна технология autotron для совершенствования вашей системы. Затем ты опробовала это на нем. У тебя были его мозговые волны, поэтому ты запрограммировал их. Ты запрограммировал его на то, чтобы он сам завязал петлю и накинул ее себе на шею, или ты оставил метод на его усмотрение?"

"Ты только что сильно отклонился от орбиты".

"А Перли? Какая здесь связь? Политическое заявление? Ты смотрел вперед? Ты настоящий провидец. Он бы выступил против легализации твоей новой игрушки. Почему бы не использовать это на нем?"

"Держи это. Держи это". Он поднялся на ноги. "Ты говоришь об убийстве. Господи, ты пытаешься обвинить меня в убийстве ".

"Тогда Фицхью. Тебе нужна была еще пара демонстраций, Джесс? Или ты только вошел во вкус? Мощно, не правда ли, быть способным убивать, не пачкая руки в крови?"

"Я никогда никого не убивал. Ты не можешь взвалить это на меня ".

"Дивейн был бонусом, пресса тут как тут. Ты должен смотреть. Держу пари, ты действительно любишь смотреть, не так ли, Джесс? Держу пари, тебе стало жарко смотреть. Как будто тебе стало жарко при мысли о том, куда бы ты толкнул Рорка сегодня вечером своей чертовой игрушкой ".

"Это то, что тебя потрясает, не так ли?" Разъяренный, он облокотился на стол. Теперь его улыбка была не очаровательной, а дикой. "Ты хочешь ужалить меня, потому что я подключилась к твоему мужчине. Ты должен благодарить меня. Бьюсь об заклад, вы двое трахались, как дикие норки ".

Ее рука была сжата в кулак, ее кулак врезался ему в челюсть, прежде чем ее мозг зарегистрировал это действие. Он рухнул, как камень, лицом вперед, раскинув руки, и отправил ее ссылку в полет.

"Черт возьми". Прерывистое дыхание, она разжала кулак, снова сжала его. "Черт возьми".

Голос Пибоди звучал холодно и спокойно, несмотря на жужжание в ушах. "Пусть резервная запись покажет, что субъект физически угрожал лейтенанту во время допроса. В результате субъект потерял равновесие и ударился головой о стол. Кажется, что он на мгновение ошеломлен ".

Пока Ева не могла больше ничего сделать, кроме как пялиться на нее, Пибоди поднялся, подошел и потащил Джесс вверх за воротник рубашки. Она подержала его там мгновение, как будто обдумывая его состояние. Его колени подогнулись, глаза закатились, побелели.

"Это подтверждаю", - заявила она, затем бросила его в кресло. "Лейтенант Даллас, я полагаю, что ваш диктофон был поврежден". Легким движением руки Пибоди вылила кофе Евы на плиту, эффективно поджарив чипсы. "Мой в рабочем состоянии, и его будет достаточно для репортажа об этом интервью. Ты ранен?"

"Нет". Ева закрыла глаза, вернув себе контроль на место. "Нет, я в порядке. Спасибо. Интервью заканчивается в час тридцать три ноль-ноль. Субъект Джесс Барроу будет доставлен в Медицинский центр Брайтмор для обследования и лечения, и там будет содержаться под стражей до девятисот часов, когда это интервью продолжится в Центральном полицейском участке. Офицер Пибоди, пожалуйста, организуйте транспортировку. Объект задержан для допроса, обвинения не предъявлены ".

"Да, сэр". Пибоди оглянулась, когда дверь в кабинет Рорка открылась. Мне хватило одного взгляда на его лицо, чтобы понять, что могут быть проблемы. "Лейтенант", - начала она, старательно отводя диктофон в сторону. "Я получаю помехи на свой коммуникатор, и ваша 'связь, возможно, была повреждена, когда объект уронил ее на пол. Разрешите воспользоваться другой комнатой, чтобы послать за МТС ".

"Продолжай", - сказала Ева и вздохнула, наблюдая, как входит Рорк и выходит Пибоди. "Вы не имели права следить за этим интервью", - начала она.

"Я позволю себе не согласиться. У меня были все дела ". Он взглянул вниз на стул, когда Джесс застонала и пошевелилась. "Он приходит в себя. Я бы хотел провести этот момент с ним сейчас ".

"Послушай, Рорк - "

Он оборвал ее одним быстрым, ледяным взглядом. "Итак, Ева. Оставьте нас в покое".

Вот в чем была проблема между ними, решила она. Они оба так привыкли отдавать приказы, что ни один из них не воспринимал приказы хорошо. Но она помнила пораженный взгляд в его глазах, когда он отступил от нее. Их обоих использовали, подумала она, но Рорк стал жертвой.

"У тебя есть пять минут. Вот и все. И я собираюсь предупредить вас прямо сейчас. Запись показывает, что он относительно невредим. Если на нем есть отметины, это обернется против меня и поставит под угрозу мое дело против него ".

Его губы дрогнули в едва заметном подобии улыбки, когда он взял ее за руку и повел к двери. "Лейтенант, отдайте мне должное. Я цивилизованный человек ". Он захлопнул дверь у нее перед носом, запер ее.

И, как он думал, он знал, как причинить большой дискомфорт человеческому телу, не оставляя даже вмятины.

Он подошел, поднял Джесса со стула и тряс его, пока его глаза не сфокусировались. "Теперь ты проснулся, не так ли?" Тихо сказал Рорк. "И осознающий?"

Холодный пот выступил у основания позвоночника Джесс. Он смотрел в лицо убийству, и он знал это. "Мне нужен адвокат".

"Сейчас ты имеешь дело не с копами. Ты имеешь дело со мной. По крайней мере, в течение следующих пяти минут. И у тебя здесь нет никаких прав или привилегий ".

Джесс сглотнула, изо всех сил пытаясь изобразить хладнокровие. "Ты не можешь поднять на меня руку. Если ты это сделаешь, это ударит прямо по твоей жене ".

Губы Рорка изогнулись и ударили новым кулаком ужаса в живот Джесс. "Я собираюсь показать тебе, насколько ты ошибаешься в этом".

Его глаза не отрывались от лица Джесса, когда он наклонился, схватил свой пенис и повернулся. Было некоторым удовлетворением видеть, как каждая капля крови отхлынула от лица мужчины, и наблюдать, как его рот двигается, как у гуппи, когда он хватал ртом воздух. Большим пальцем он мягко надавил на трахею Джесс и перекрыл даже этот тонкий проход воздуха, пока серебристые глаза не выпучились.

"Ад, не правда ли, когда тебя водит за нос петух?" Он в последний раз дернул запястьем, прежде чем позволить Джесс рухнуть в кресло и свернуться, как креветка.

"Теперь давай поговорим", - сказал он достаточно любезно. "О личных делах".

Выйдя в коридор, Ева ходила взад и вперед, каждые несколько секунд поглядывая на толстую дверь. Она очень хорошо знала, что если бы Рорк предусмотрел звукоизоляцию, Джесс мог бы вопить во все горло, а она бы не услышала.

"Если бы он убил его... Боже милостивый, если он убил его, как она собиралась с этим справиться? Она остановилась, потрясенная, и прижала руку к животу. Как она могла даже подумать об этом? Она была обязана защищать ублюдка. Были правила. Каковы бы ни были ее личные чувства, существовали правила.

Она прошла к двери, ввела код и с шипением выдохнула, когда ее код был отклонен. "Сукин сын. Черт возьми, Рорк." Он знал ее слишком хорошо. Без особой надежды она помчалась по коридору в его кабинет и попыталась открыть смежную дверь.

Вход воспрещен.

Она метнулась к монитору, настроила камеру наблюдения в своем офисе и обнаружила, что он запер ее и от этого.

"Боже всемогущий, он убивает его". Она снова бросилась к двери, бесполезно колотя по ней кулаком. Мгновение спустя, как по волшебству, замки отодвинулись, и дверь тихо открылась. Она быстро прошла мимо и увидела Рорка, спокойно сидящего за ее столом и курящего.

Ее сердце бешено колотилось, когда она посмотрела вниз на Джесс. Он был бледен как смерть, его зрачки были размером с булавочные уколы, но он дышал. На самом деле, он с хрипом выдыхал воздух, как неисправный регулятор температуры.

"Он без опознавательных знаков". Рорк взял бренди, которое налил себе. "И я верю, что он начал видеть ошибочность своих путей".

Ева наклонилась, пристально посмотрела в глаза Джесса и увидела, как он съежился на стуле, как побитая собака. Звук, который он издал, едва ли был человеческим. "Что, черт возьми, ты с ним сделал?"

Он сомневался, что Ева или полиция Нью-Йорка одобрили бы трюки, которым он научился в своих более темных путешествиях. "Гораздо меньше, чем он заслуживал".

Она выпрямилась и теперь бросила долгий, тяжелый взгляд на Рорка. Он выглядел как человек, собирающийся развлекать поздних гостей или председательствовать на важной деловой встрече. Его костюм был без единой морщинки, волосы не растрепаны, руки совершенно спокойны. Но его глаза, как она заметила, были просто с обратной стороны дикими.

"Господи, ты пугаешь".

Он осторожно поставил свой бренди на стол. "Я никогда больше не причиню тебе боль".

"Рорк". Она подавила желание подойти к нему, обнять его. Это было не то, чего требовал момент, решила она. Или то, чего он хотел. "Это не может быть чем-то личным".

"Да". Он втянул дым, медленно выпустил его. "Это может. И есть."

"Лейтенант". Вошла Пибоди с невыразительным лицом. "МТС здесь. С вашего разрешения, я сопровожу подозреваемого в медицинский центр ".

"Я пойду".

"Сэр". Пибоди скользнула взглядом по Рорку. Она отметила, что он все еще не сводил глаз с Евы. И эти глаза выглядели более чем немного опасными. "Если вы меня извините, я полагаю, у вас здесь есть более неотложные дела. Я могу справиться с этим. У вас в доме все еще много гостей, включая прессу. Я уверен, что вы предпочли бы, чтобы это дело оставалось в тайне до его решения ".

"Хорошо. Я свяжусь с Центром отсюда, сделаю необходимые приготовления. Приготовьтесь ко второму этапу собеседования завтра, девятьсот часов."

"Я с нетерпением жду этого". Пибоди взглянула на Джесс, приподняв бровь. "Должно быть, он довольно сильно ударился головой. Все еще выглядит ошеломленным, кожа липкая ". Она одарила Рорка широкой улыбкой. "Я знаю, каково это".

Рорк рассмеялся, чувствуя, как напряжение спадает. "Нет, Пибоди. В данном случае, я не верю, что ты понимаешь ".

Он встал, подошел к ней и, обхватив ее квадратное лицо своими изящными руками, поцеловал ее. "Ты прекрасна", - пробормотал он, прежде чем повернуться к Еве. "Я позабочусь об остальных наших гостях. Не торопись".

Когда он выходил, Пибоди поднесла кончики пальцев к губам. Удовольствие разлилось по ее телу до кончиков пальцев ног и вышло наружу через усиленные носки ботинок. "О, вау. Я прекрасен, Даллас ".

"Я твой должник, Пибоди".

"Я думаю, мне только что заплатили". Она отступила к двери. "А вот и МТС. Мы вытащим нашего мальчика отсюда. Скажи Мэвис, что она была абсолютно ультра ".

"Мэвис". Ева прижала пальцы к глазам. Как она собиралась сказать Мэвис?

"На твоем месте, Даллас, я бы подарил ей сегодня вечером сияние. Ты можешь рассказать ей об этом позже. С ней все будет в порядке. Сюда, - позвала она, указывая. "Мы получили то, что выглядит как легкое сотрясение мозга".

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Получение ордера на обыск и изъятие в два часа ночи было непростым делом. Ей не хватало прямых данных, чтобы получить автоматическое разрешение, и ей нужен был судья. Судьи, как правило, раздражались из-за звонков посреди ночи. И пытаться объяснить, почему ей понадобилось разрешение на зачистку и сканирование музыкальной консоли, которая в настоящее время находится в ее собственном помещении, было рискованной работой.

Учитывая это, Ева терпела отрывистую, сердитую лекцию от своего избранного судьи.

"Я понимаю это, ваша честь. Но это не может подождать до приличного часа утра. У меня есть сильное подозрение, что консоль, о которой идет речь, связана со смертью четырех человек. Его дизайнер и оператор в настоящее время находятся под стражей, и я не могу рассчитывать на его немедленное сотрудничество ".

"Вы говорите мне, что музыка убивает, лейтенант?" Судья фыркнул. "Я мог бы сказать тебе это. Дерьмо, которое они выкачивают в эти дни, может убить слона. В мое время у нас была музыка. Спрингстин, Live, Культовые убийцы. Это была музыка".

"Да, сэр". Она закатила глаза. Ей пришлось выбрать любительницу классической музыки. "Мне действительно нужен этот ордер, ваша честь. Капитан Фини готов приступить к первоначальному сканированию. Оператор признался в незаконном использовании консоли, под запись. Мне нужно больше, чтобы связать это с рассматриваемыми случаями ".

"Вы спрашиваете меня, эти музыкальные консоли должны быть запрещены и сожжены. Это полное дерьмо, лейтенант."

"Нет, если доказательства подтверждают мое убеждение, что эта консоль и ее оператор связаны со смертью сенатора Перли и других".

Последовала пауза, хрип. "Это большой скачок. Каламбур неуместен."

"Да, сэр. Мне нужен ордер, чтобы преодолеть разрыв ".

"Я отправлю это до конца, но вам лучше иметь что-нибудь при себе, лейтенант. И лучше бы это было прочно".

"Спасибо тебе. Извините, что побеспокоил... " Ссылка щелкнула у нее над ухом, с силой. "Твой сон", - закончила она, затем взяла свой коммуникатор и набрала Фини.

"Привет, Даллас". Его лицо раскраснелось от веселья, на нем была широкая ухмылка. "Где ты был, малыш? Вечеринка только что закончилась. Ты пропустил выступление Мэвис с голограммой the Rolling Stones. Ты знаешь, что я чувствую к Джаггеру ".

"Да, он тебе как отец. Не уходи, Фини. У меня есть для тебя работа ".

"Работа? Сейчас два часа ночи, и моя жена чувствует, вы знаете- - Он небрежно подмигнул. "Заинтересовался".

"Извините, отложите гланды. Рорк позаботится о том, чтобы вашу жену забрали домой. Я буду через десять. Примите дозу протрезвления, если вам это нужно. Это может быть долгая ночь ".

"Протрезветь?" Его лицо приобрело свои обычные угрюмые черты. "Я работал всю ночь, чтобы напиться. О чем это?"

"Десять минут", - повторила она и прервала его.

Она потратила время, чтобы сменить вечернее платье, и обнаружила, что синяки, о которых она не подозревала, пульсируют совсем недавно. Она воспользовалась моментом, чтобы нанести слой обезболивающего крема там, где могла дотянуться, и, морщась, натянула рубашку и брюки.

Тем не менее, она была верна своему слову и вышла на террасу на крыше десять минут спустя.

Рорк был здесь на работе, отметила она, и выпроводил задержавшихся гостей. Если и были какие-то отставшие, он разбирался с ними в другом месте, предоставляя ей четкую сцену.

Фини в одиночестве сидел на стуле рядом с изуродованным шведским столом и мрачно ел паштет. "Ты точно знаешь, как вывести меня из праздничного настроения, Даллас. Жена была так ошеломлена тем, что меня отвезли домой на лимузине, что забыла, что собиралась наброситься на меня. И Мэвис повсюду искала тебя. Я думаю, она была немного обижена, что ты не задержался рядом, чтобы поздравить ее ".

"Я заглажу это перед ней". Ее порт-линк зажужжал, сигнализируя о входящей передаче. Она прочитала дисплей, нажала распечатать. "Вот наш ордер".

"Ордер?" Он потянулся за трюфелем и отправил его в рот. "Для чего?"

Ева пошевелилась, указывая на консоль. "За это. Готов сотворить свою магию?"

Фини проглотил трюфель, посмотрел в сторону консоли. Свет, который некоторые назвали бы любовью, сиял в его глазах. "Ты хочешь, чтобы я с этим поиграл? Черт возьми."

Он вскочил, почти прыгнул к оборудованию и благоговейно провел по нему руками. Она услышала, как он бормочет что-то о TX-42, высокоскоростных звуковых отключениях и возможностях зеркального слияния. "Ордер разрешает мне переопределить его код блокировки?"

"Это так. Фини, это серьезно ".

"Ты говоришь мне." Он поднял руки, потирая кончики пальцев друг о друга, как взломщик сейфов старого света, собирающийся добиться успеха. "Этот ребенок - одна серьезная мать. Дизайн вдохновенный, полезная нагрузка зашкаливает. Это - "

"Очень вероятно, что ответственен за четыре смерти", - прервала Ева. Она подошла, чтобы присоединиться к нему. "Позволь мне ввести тебя в курс дела".

В течение двадцати минут, используя портативный набор из своей машины, Фини был на работе. Ева не могла понять, о чем он бормотал, и он не воспринял это любезно, когда она склонилась над его плечом.

Это дало ей время походить, а затем позвонить для отчета о состоянии Джесс. Она только что закончила отдавать приказ Пибоди передать дежурство охраннику в форме и отправиться домой немного поспать, когда вошел Рорк.

"Я передал твои сожаления нашим гостям", - сказал он ей и налил себе еще бренди. "Я объяснил, что тебя внезапно призвали на службу. Мне было очень жаль жить с полицейским ".

"Я пытался сказать тебе, что это была плохая сделка".

Он только улыбнулся, но улыбка не совсем коснулась его глаз. "Это успокоило Мэвис. Она надеется, что ты свяжешься с ней завтра ".

"Я сделаю. Мне нужно кое-что объяснить. Она спрашивала о Барроу?"

"Я сказал ей, что он был ... нездоров. Довольно резко." Он не прикасался к ней. Он хотел, но был не совсем готов. "Тебе больно, Ева. Я могу это видеть ".

"Еще раз ущипнешь меня за нос, и я тебя расплющу. У нас с Фини здесь много работы, и я должен быть начеку. Я не хрупкая, Рорк." Послание было в ее глазах, просящих его отложить это в сторону. "Привыкай к этому".

"Пока нет". Он отставил свой бренди, сунул руки в карманы. "Я мог бы помочь здесь", - сказал он, кивая головой в сторону Фини.

"Это дело полиции. Вы не уполномочены прикасаться к этому устройству ".

Когда он только перевел свои глаза обратно на нее с некоторой долей прежнего юмора в них, она испустила глубокий вздох. "Это зависит от Фини", - отрезала она. "Он выше меня по званию, и если он хочет, чтобы ты запустил пальцы в его пирог, это его дело. Я не хочу об этом знать. Мне нужно собрать отчеты ".

Она начала с раздражения в каждой линии тела. "Ева". Когда она остановилась и сердито посмотрела на него через плечо, он покачал головой. "Ничего". Он пожал плечами, чувствуя себя беспомощным. "Ничего", - снова сказал он.

"Уложи это в постель, черт возьми. Ты выводишь меня из себя ". Она вышла, почти заставив его улыбнуться.

"Я тоже тебя люблю", - пробормотал он, затем направился к Фини. "Что у нас здесь?"

"Вызывает слезы на моих глазах, я клянусь в этом. Это прекрасно, блестяще. Говорю вам, этот парень - гений. Сертифицировано. Подойдите сюда и взгляните на эту доску изображений. Просто взгляни на это ".

Рорк скинул куртку, присел на корточки и принялся за работу.

***

Она так и не легла спать. На этот раз Ева похоронила свои предубеждения и приняла разрешенную дозу усилителей. Тревога полностью сняла пелену усталости и большую часть паутины с ее мозга. Она воспользовалась душем у себя в офисе, не выдержала и наложила повязку со льдом на больное колено, сказав себе, что разберется с синяками позже.

Было шесть утра, когда она вернулась на террасу на крыше. Консоль была методично разобрана на части. Провода, платы, чипы, диски, приводы, панели были разложены по блестящему полу в том, что, как она могла только предположить, было организованными кучами.

В своей элегантной шелковой рубашке и сшитых на заказ брюках Рорк сидел, скрестив ноги, среди них, старательно занося данные в бортовой журнал. Она отметила, что он завязал волосы сзади, чтобы они не падали на лицо. И это лицо было напряженным, сосредоточенным, темно-синие глаза были до смешного настороже в течение часа.

"Я понял это", - пробормотал он Фини. "Сейчас запускаю компоненты. Я видел нечто подобное раньше. Что-то близкое. Это калибровка ". Он протянул журнал регистрации наружу и под ударную панель консоли. "Взгляни".

Протянулась рука, схватившая бортовой журнал. "Да, это могло бы сделать это. Это могло бы, блядь, сделать это. Соси мой член".

"Ирландцы умеют обращаться со словами".

Услышав сухой тон Евы, Фини вскинул голову. Его волосы торчали дыбом, как будто он ударил себя током, когда возился с электроникой. Его глаза были яркими и дикими. "Привет, Даллас. Я думаю, мы только что справились с этим ".

"Почему ты так долго?"

"Что за шутка". Голова Фини снова исчезла.

Ева обменялась долгим, трезвым изучением с Рорком. "Доброе утро, лейтенант".

"Тебя здесь нет", - сказала она, проходя мимо него. "Я не вижу тебя здесь. Что у тебя есть, Фини?"

"У меня много вариантов для этого ребенка", - начал он и снова вскочил, чтобы устроиться в формованном кресле у консоли. "Много рисунков, и они впечатляют. Но то, что нам пришлось копнуть поглубже, чтобы найти под слоями довольно надежной защиты, - это мед ".

Он снова провел руками по консоли, поглаживая пальцами гладкую поверхность, которая теперь покрывала пустые внутренности. "Из дизайнера вышел бы отличный электронный детектив. Большинство парней под моим началом не могут делать то, что может он. Творчество, понимаешь." Он погрозил ей пальцем. "Это не просто формулы и доски. Творчество превращает угол в открытое поле. Этот парень прошел это поле. Он, блядь, владеет этим. И это то, что он назвал бы своим венцом славы ".

Он предложил бортовой журнал, зная, что она нахмурится из-за кодов и компонентов. "И что?"

"Потребовалось некоторое искусство, чтобы дойти до этого. Он спрятал его под своим личным пропуском, своим голосовым рисунком, отпечатком ладони. Некоторые уровни безотказности тоже. Примерно час назад мы чуть не взорвали себя, верно, Рорк?"

Рорк поднялся и засунул руки в карманы. "Я ни на мгновение не сомневался в вас, капитан".

"Как в аду". В согласии со своим мужчиной, Фини ухмыльнулся. "Если ты не произносил свои молитвы, парень, то я произносил свои. Тем не менее, я не могу вспомнить многих других, с кем я был бы рад отправиться в ад ".

"Это чувство почти взаимно".

"Если вы двое закончили свой маленький мужской танец единения, не могли бы вы объяснить, на что, черт возьми, я должен здесь смотреть?"

"Это сканер. Самое сложное, что я видел за пределами тестирования ".

"Испытание?"

Это была процедура, которой боялся каждый полицейский, и с которой сталкивался каждый полицейский, когда они были вынуждены установить свое оружие на максимум для уничтожения.

"Несмотря на то, что каждый образец мозга NYPSD зарегистрирован, во время тестирования проводится сканирование. Ищите повреждения, изъяны, любые отклонения, которые могли способствовать применению максимальной силы. Этот снимок сравнивается с последним, затем объект отправляется в пару поездок в виртуальной реальности, в которых используются данные, загруженные со скана. Скверное дело".

Фини столкнулся с этим только однажды и надеялся никогда больше не проходить через этот процесс.

"И ему удалось воспроизвести или симулировать этот процесс?" Спросила Ева.

"Я бы сказал, что он улучшил это на пару уровней". Фини указал на стопку дисков. "Это множество моделей мозговых волн. Не должно быть слишком сложно сравнить их с жертвами и идентифицировать ".

Ее рисунок был бы на одном, подумала она. Ее разум, на диске. "Опрятно", - сказала она наполовину себе.

"Блестяще, действительно. И потенциально смертельный. У нашего парня есть несколько изящных поворотов в подборе настроения. Все они связаны в музыкальные паттерны, вы знаете, ноты и аккорды. Он выбирает мелодию, понимаете, затем усиливает то, что вы бы назвали тоном, чтобы усилить реакцию цели, скажем, ее душевное состояние, ее бессознательные импульсы ".

"Таким образом, он использует это, чтобы проникнуть в их головы, глубоко. Подсознание."

"Есть много медицинских технологий, с которыми я на самом деле не знаком, но я бы сказал, что это все. Погружен в сексуальные порывы ", - добавил Фини. "Это специальность нашего мальчика. Мне нужно еще немного разобраться, но я бы сказал, что он мог бы запрограммировать мозговую схему, настроить улучшение настроения и дать целевому разуму хороший мощный толчок ".

"Сорвался с обрыва?" - потребовала она.

"Это сложно, Даллас. То, к чему я здесь отношусь, - это улучшение, наводящее на размышления дерьмо. Конечно, если бы кто-то наклонился к выступу, думая о том, чтобы перебраться через него, это могло бы дать ему последний толчок. Но чтобы заставить разум действовать совершенно противоположным образом, совершенно не в его характере, мне пришлось бы пока отказаться от этого ".

"Они прыгнули, захлебнулись и истекли кровью до смерти", - нетерпеливо напомнила она ему. "Возможно, у всех нас есть суицидальные побуждения, похороненные в подсознании. И это просто выводит их на поверхность ".

"Для этого тебе нужна Мира, а не я. Я буду продолжать копать ". Он с надеждой улыбнулся. "После завтрака?"

Она подавила нетерпение. "После завтрака. Я ценю долгую ночь, Фини, и быструю работу. Но мне нужно было лучшее ".

"И ты получил это. Парень, с которым ты решила связать себя, тоже не так уж и плох как технарь. Я бы сделал из него достойного электронного человека, если бы он отказался от рутинного образа жизни ".

"Мое первое предложение за день". Рорк улыбнулся. "Ты знаешь, где находится кухня, Фини. Добро пожаловать в автореферат, или вы можете попросить Соммерсета приготовить блюдо по вашему выбору ".

"Где-то здесь это означает настоящие яйца". Он растягивал мышцы, хрустели суставы. "Ты хочешь, чтобы я заказал ему завтрак на троих?"

"Ты начинай", - предложил Рорк. "Мы скоро спустимся". Он подождал, пока Фини неторопливо вышел, присвистнув при мысли о яйцах "Бенедикт" и блинчиках с черникой. "У тебя не так много времени, я знаю".

"У меня достаточно, если тебе есть что сказать".

"Я верю". Для него было редкостью чувствовать себя неловко. Он почти забыл это ощущение, пока оно не захлестнуло его. "То, на что Фини только что указал вам, о его мнении о здешних возможностях. Тот факт, что на субъекта вряд ли можно повлиять, чтобы он действовал не по своему характеру, делал что-то отвратительное ".

Она сразу поняла, к чему он клонит, и хотела выругаться. "Рорк - "

"Я закончу это. Я был мужчиной, который взял тебя прошлой ночью. Я жил в этой оболочке, и не так давно я забыл его. Я превратил его во что-то другое, потому что хотел этого. И я мог. Помогли деньги и определенная потребность в... полировке. Но он все еще там. Он все еще часть меня. Прошлой ночью мне довольно жестоко напомнили об этом ".

"Ты хочешь, чтобы я ненавидел тебя за это, винил тебя за это?"

"Нет, я хочу, чтобы ты понял это, и я. Я произошел от человека, который причинил тебе боль прошлой ночью ".

"Я тоже".

Это остановило его, в его глазах снова появились эмоции. "Христос, Ева".

"И это пугает меня. Это будит меня посреди ночи, я задаюсь вопросом, что же у меня внутри. Я живу с этим каждый божий день. Я знал, откуда ты взялся, когда брал тебя, и мне все равно. Я знаю, что ты совершал поступки, нарушал законы, жил вне их. Но я здесь ".

Она тяжело вздохнула, переступила с ноги на ногу. "Я люблю тебя, хорошо? Вот и все. Теперь я голоден, и у меня впереди целый день, так что я иду вниз, пока Фини не очистил нас от яиц ".

Он встал перед ней, прежде чем она смогла вырваться. "Еще одна минута". Он обхватил ее лицо руками, наклонился к ее рту и превратил ее хмурый взгляд во вздох поцелуем, таким нежным, что у нее заболело горло и подогнулись пальцы на ногах.

"Ну", - выдавила она, когда он отстранился. "Так-то лучше, я полагаю".

"Намного лучше". Он переплел свои пальцы с ее. И поскольку он использовал это, когда причинил ей боль, он уравновесил это, используя это сейчас. "А гхра".

"А?" Между ее бровями появилась морщинка. "Это снова гэльский?"

"Да". Он поднес их соединенные пальцы к своим губам. "Любовь. Любовь моя."

"У него красивое кольцо".

"Это так, да". Он слегка вздохнул. Прошло много времени с тех пор, как он позволял себе слышать музыку этого.

"Это не должно тебя огорчать", - пробормотала она.

"Это не так. Просто вдумчивый". Он дружески сжал ее руку. "Я бы с удовольствием угостил вас завтраком, лейтенант".

"Уговорил меня на это". Успокоившись, она усилила хватку. "У нас есть какие-нибудь блинчики?"

Проблема с химикатами, думала Ева, готовясь к следующему интервью с Джесс Барроу, заключалась в том, что какими бы безопасными, мягкими и полезными они ни казались, они всегда заставляли ее чувствовать фальшь. Она знала, что от природы не была бдительной, что под этой бурлящей индуцированной энергией ее тело было массой отчаянной усталости.

Она продолжала представлять, как ее система надевает огромную клоунскую маску энтузиазма на серое, измученное лицо.

"Снова в седле, Пибоди?" Спросила Ева, когда ее помощница вошла в комнату с белыми стенами, без загромождения.

"Да, сэр. Я ознакомился с вашими отчетами, заскочил к вам в офис по пути сюда. У вас сообщение от командира, ожидающего ответа, и два от Надин Ферст. Я думаю, она чует историю ".

"Ей придется подождать. Я передам командиру во время нашего первого перерыва здесь. Знаешь что-нибудь о бейсболе, Пибоди?"

"Я два года играл в короткометражках в Академии. Золотая перчатка".

"Ну, разогревайся. Когда я бросаю тебе мяч, ты выбрасываешь его на поле и отбрасываешь обратно. Здесь мы собираемся поработать с Эверсом на Чэнсе, а Фини выйдет на замену до конца иннинга ".

Глаза Пибоди загорелись. "Эй, не знал, что ты историк".

"У меня много скрытых граней. Просто выставляй мяч, Пибоди. Я хочу стереть этого сукина сына с лица земли. Вы читали отчет, вы знаете, как это делается ". Она подала знак, чтобы привели подозреваемого. "Давайте приготовим его. Если у него появятся адвокаты, нам придется поднапрячься. Но я рассчитываю на то, что он будет слишком самонадеян, чтобы изначально пойти этим путем ".

"В основном, мне нравятся дерзкие мужчины. Полагаю, здесь мне придется сделать исключение ".

"И у него такое красивое лицо", - добавила Ева, затем отошла в сторону, когда полицейский доставил ее мужчину. "Как дела, Джесс? Чувствуешь себя лучше сегодня?"

У него было время перегруппироваться и прийти в себя. "Я мог бы повесить тебя за применение чрезмерной силы. Но я собираюсь пропустить это мимо ушей, потому что, прежде чем это будет сделано, ты станешь главной шуткой в своем идиотском отделе ".

"Да, он чувствует себя лучше. Присаживайтесь". Она подошла к маленькому столику, включила записывающее устройство. "Даллас, лейтенант Ева, с Пибоди, офицером Делией, в качестве помощника. Время в тысяча девятьсот девятом году, 8 сентября 2058 года. Тема интервью Барроу, Джесс, файл номер S-один девять три ноль пять. Не могли бы вы, пожалуйста, назвать свое имя для протокола?"

"Джесс Бэрроу. В этом ты во многом прав".

"Во время нашего предыдущего интервью я рассказал вам о ваших правах и возможностях в соответствии с законом, это верно?"

"Ты, конечно, обучил меня". За все хорошее, что это ему принесло, подумал он и осторожно поерзал на своем сиденье. Его член ныл, как гнилой зуб.

"И вы понимаете эти права и возможности, как указано?"

"Я получил их тогда; я получаю их сейчас".

"Желаете ли вы в данный момент воспользоваться своим правом на адвоката или представителя?"

"Мне не нужен никто, кроме меня самого".

"Тогда все в порядке". Ева села, сцепила пальцы, улыбнулась. "Давайте начнем. В вашем предыдущем заявлении вы признались в разработке и использовании оборудования, созданного для изменения личных моделей мозга и поведения."

"Я ни в чем не признавался".

Она продолжала улыбаться. "Это вопрос интерпретации. Теперь вы отрицаете, что во время общественного собрания у меня дома прошлым вечером вы использовали программу, которую вы разработали, чтобы подсознательно сделать определенные внушения субъекту Рорку?"

"Эй, если твой муж снял тебя и задрал юбки тебе через голову, это твое дело".

Ее улыбка никогда не сходила с лица. "Это, безусловно, так". Ей нужно было повесить его здесь, на этом одном пункте, чтобы повесить его на все остальное. "Пибоди, возможно, Джесс не знает о наказании за дачу ложных показаний сотруднику полиции во время допроса".

"Это наказание", - мягко сказала Пибоди, - "предусматривает максимальный срок в пять лет полной изоляции. Должен ли я воспроизвести соответствующие данные из первоначального интервью, лейтенант? Память субъекта может быть ошибочной из-за травмы, полученной при нападении на офицера."

"Нападение, моя задница". Он зарычал на Пибоди. "Ты думаешь, что можешь таким образом объединить меня в две команды? Она ударила меня без повода, затем позволила этому ублюдку, за которым она вышла замуж, войти и ..."

Он замолчал, вспомнив предупреждение, которое Рорк произнес мягким, шелковистым голосом прямо ему в ухо. В то время как боль, почти сладкая по своей интенсивности, разлилась по его организму.

"Вы хотите подать официальную жалобу?" Спросила Ева.

"Нет". Даже сейчас легкая полоска пота выступила бисером на его верхней губе и заставила Еву задуматься, что именно Рорк с ним сделал. "Я был расстроен прошлой ночью. Ситуация вышла из-под контроля". Он сделал успокаивающий вдох. "Послушай, я музыкант. Я очень горжусь своей работой, ее искусством. Мне нравится думать, что то, что я делаю, влияет на людей, трогает их. Моя гордость за это могла создать у вас неверное впечатление о масштабах моей работы. В принципе, я не знаю, из-за чего весь сыр-бор ".

Он снова улыбнулся, со значительной долей своего обычного обаяния, и развел свои красивые руки. "Те люди, о которых ты говорил прошлой ночью. Я их не знаю. Я слышал о некоторых из них, конечно, но я не знал их лично и не имел никакого отношения к их решению покончить с собой. Я сам против этого. На мой взгляд, жизнь и так слишком коротка. Это все недоразумение, и я готов забыть об этом ".

Ева откинулась на спинку стула, бросив взгляд на своего помощника. "Пибоди, он готов забыть об этом".

"Это великодушно с его стороны, лейтенант, и неудивительно, учитывая обстоятельства. Нарушение закона о неприкосновенности частной жизни с помощью электроники требует строгих мер. И, конечно, есть дополнительная плата за разработку и внедрение оборудования, предназначенного для индивидуального подсознания. Прямо здесь, с учетом многочисленных подсчетов, вам грозит как минимум десятилетнее заключение в клетках ".

"Ты не можешь начать доказывать что-либо из этого. Что угодно из этого. У тебя здесь нет никакого дела ".

"Я даю тебе шанс перевернуться здесь, Джесс. Они действуют на тебя легче, когда ты катаешься. И что касается гражданского иска, который мой муж и я имеем право возбудить против вас, я заявляю здесь, для протокола, что я откажусь от этого права, при условии вашего признания вины по уголовным обвинениям - если это признание поступит в течение следующих тридцати секунд. Подумай об этом".

"Мне не нужно ни о чем думать, потому что у тебя ничего нет". Он наклонился вперед. "Ты не единственный, у кого за спиной есть люди. Как ты думаешь, что случится с твоей большой, неудачной карьерой, если я пойду с этим в прессу?"

Она ничего не сказала, просто наблюдала за ним, затем взглянула на отсчет времени на диктофоне. "Предложение отменяется". Ева кивнула на камеру наблюдения. "Пибоди, пожалуйста, откодируй дверь для капитана Фини".

Когда Фини вошел, он сиял. Он положил диск и файл на стол и протянул руку Джесс. "Я должен сказать тебе, что твоя работа - лучшая из всех, что я когда-либо видел. Мне очень приятно познакомиться с вами ".

"Спасибо". Джесс переключилась в режим аудитории, тепло пожала руку. "Я люблю свою работу".

"О, это заметно". Фини сел, устраиваясь поудобнее. "Уже много лет ничто так не радовало меня, как разборка этой консоли".

В другое время, в другом месте, это могло бы показаться комичным, то, как лицо Джесс претерпело трансформацию от услужливой звезды к пустому шоку и зрелой ярости. "Ты облажался с моим оборудованием? Разобрал это на части? Ты не имел права поднимать на это руку! Ты - мясо! Ты мертв! Ты уничтожен!"

"Пусть запись покажет, что субъект перегружен", - вежливо продекламировала Пибоди. "Его угрозы в адрес капитана Фини воспринимаются скорее как эмоциональные, чем буквальные".

"Ну, во всяком случае, в первый раз", - весело сказал Фини. "Ты должен быть осторожен там, друг. Слишком много всего этого записывается, и мы склонны раздражаться. Сейчас. - Он наклонился вперед, опираясь на локти. "Давай поговорим о работе. У тебя была большая уверенность, достойная восхищения. Мне потребовалось некоторое время, чтобы обойти. Но, с другой стороны, я в игре столько, сколько ты дышишь. Разработка этого персонального сканера мозга была некоторым достижением. Такой компактный, такой нежный на ощупь. Я оценил дальность его действия в два ярда. Что ж, это чертовски хорошо для такого маленького и портативного устройства ".

"Ты не залезал в мое оборудование". Голос Джесс дрогнул. "Ты блефуешь. Ты не смог добраться до сути ".

"Ну, три сейфа были сложными", - признал Фини. "Я потратил почти час на вторую, но последняя была действительно просто дополнением. Я думаю, ты никогда не думал, что тебе что-то понадобится на таком уровне ".

"Ты прогнал диски, Фини?" Спросила его Ева.

"Началось с них. Ты здесь, Даллас. У нас нет досье на Рорка. Гражданский, ты знаешь. Но я нашел твое и Пибоди ".

Пибоди моргнула. "Мой?"

"Я провожу сравнительную проверку имен, которые вы запрашивали, Даллас". Он снова широко улыбнулся Джесс. "Ты был занят, собирая образцы. Это отличный вариант хранения, который вы разработали, с потрясающими возможностями сжатия данных. Уничтожение этого оборудования разобьет мне сердце ".

"Ты не можешь!" Теперь это была искренняя боль и страдание. Его глаза поплыли от этого. "Я вложил в это все, что у меня было. Не только деньги, но время, мысли и энергия. Три года моей жизни, почти без перерыва. Я отошел от своей карьеры, чтобы создать это. Ты хоть представляешь, чего я могу с этим добиться?"

Ева подобрала мяч. "Почему бы тебе не рассказать нам, Джесс? Твоими собственными словами. Мы бы хотели это услышать ".

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Джесс Барроу начал медленно, урывками, рассказывая о своих экспериментах и исследованиях, о своем увлечении влиянием внешних стимулов на человеческий мозг; о чувствах и усилении чувств с помощью технологий.

"Что мы можем сделать для удовольствия, для наказания - мы даже не коснулись поверхности. Это то, что я хотел сделать ", - объяснил он. "Коснитесь поверхности и пройдите под ней. Мечты, Даллас. Потребности, страхи, фантазии. Всю мою жизнь музыка была тем, что двигало мной к... все: голод, страсть, страдание, радость. Насколько более интенсивным было бы все это, если бы вы могли просто проникнуть внутрь, по-настоящему использовать разум для эксплуатации и исследования?"

"Итак, ты работал над этим", - подсказала она. "Посвятил себя этому".

"Три года. Более серьезно, но на три солидных по дизайну, экспериментированию, совершенствованию. Каждый пенни, который у меня был, был вложен в это. Теперь у меня почти ничего не осталось. Вот почему мне нужна была поддержка. Зачем ты мне был нужен".

"И Мэвис была твоим связующим звеном со мной, а от меня - с Рорком".

"Смотри". Он поднял руки, провел ими по лицу, уронил их на стол. "Мне нравится Мэвис, и в ней есть настоящая искра. Да, я бы использовал ее, если бы она была безвкусной как дроид, но это не так. Я не причинил ей никакого вреда. Если уж на то пошло, я дал ей толчок вверх. Уровень ее эго был чертовски низок, когда мы переспали. О, она довольно хорошо это маскировала, но она потеряла уверенность в себе из-за того, что случилось раньше. Я придал ей уверенности в себе".

"Как?"

Он колебался, решив, что потерпит большее поражение, уклоняясь. "Хорошо, я подсознательно подтолкнул ее в правильном направлении. Она должна быть благодарна", - настаивал он. "И я работал с ней, над прямыми вещами, заставляя ее сиять, не лишая ее естественной привлекательности. Ты сам ее слышал. Она лучше, чем когда-либо была ".

"Ты экспериментировал на ней", - сказала Ева и хотела повесить его только за это, "без ее ведома или согласия".

"Это не было похоже на то, что она была какой-то крысой-дроидом. Господи, я довел систему до совершенства". Он ткнул пальцем в Фини. "Ты знаешь, что это главное".

"Это прекрасно", - согласился Фини. "Не делает это законным".

"Черт, генная инженерия была незаконной, работа в пробирке, проституция. Что это нам дало? Мы прошли долгий путь, но мы все еще в темных веках, чувак. Это преимущество, это способ подтолкнуть разум вперед, к мечтам, и сделать то, о чем мы мечтаем, реальным ".

"Не все из нас хотят, чтобы наши мечты стали реальностью. Что дает тебе право делать этот выбор за кого-то другого?"

"Хорошо". Он поднял руку. "Возможно, я несколько раз переусердствовал. Ты попадаешь в ловушку. Но все, что я сделал с тобой, это расширил то, что там было. Итак, я улучшил полосы похоти той ночью в студии. Чему это причинило боль? В другой раз я слегка подтолкнул твою память, сдвинул несколько прядей. Я хотел иметь возможность доказать, что можно сделать, чтобы, когда придет время, я мог обратиться к тебе и Рорку с деловым предложением. И прошлой ночью..."

Он замолчал, понимая, что здесь сильно просчитался. "Ладно, прошлой ночью я зашел слишком далеко, тон был слишком мрачным. Я увлекся этим. Снова выступать перед настоящей аудиторией - это как наркотик. Это возбуждает тебя. Может быть, я слишком сильно ударил по нему силой. Честная ошибка". Он снова попытался улыбнуться. "Послушай, я использовал это на себе, десятки раз. Нет вреда, ничего постоянного. Просто временное улучшение настроения ".

"И ты выбираешь настроение?"

"Это часть всего. Со стандартным оборудованием у вас нет такого контроля, даже близко нет глубины резкости. С тем, что я разработал, вы можете включать и выключать это, как свет. Сексуальная потребность или удовлетворение, эйфория, меланхолия, энергия, расслабление. Назови это, и ты это получишь".

"Желание смерти?"

"Нет". Он быстро покачал головой. "Я не играю в эти игры".

"Но для тебя это все игра, не так ли? Вы нажимаете кнопки, и люди танцуют. Ты электронный бог".

"Вы упускаете общую картину", - настаивал он. "Знаете ли вы, сколько люди заплатили бы за такого рода возможности? Ты можешь чувствовать все, что захочешь".

Ева открыла файл, который принес Фини. Она выбросила фотографии лицевой стороной вверх. "Что они чувствовали, Джесс?" Она подтолкнула к нему снимки четырех смертей, сделанные в морге. "Что было последним, что вы заставили их почувствовать, чтобы они покончили с собой с улыбками на лицах?"

Он побледнел, как сама смерть, глаза остекленели, прежде чем он успел их закрыть. "Нет. Ни за что. Нет". Согнувшись пополам, его вырвало завтраком из центра здоровья.

"Пусть запись покажет, что подозреваемому на мгновение стало нехорошо", - сухо сказала Пибоди. "Должен ли я вызвать техобслуживание и санитарного помощника, лейтенант?"

"Господи, да", - пробормотала Ева, когда Джесс продолжила рвать. "Мы прервем это интервью в десять пятнадцать ноль-ноль. Даллас, лейтенант Ева, запись окончена ".

"Великий мозг, слабый желудок". Фини подошел к автомату в углу и налил в чашку воды. "Вот, парень, посмотри, сможешь ли ты проглотить что-нибудь из этого".

Глаза Джесс наполнились слезами. Мышцы его живота были напряжены. Вода плескалась в чашке так, что Фини пришлось подносить ее ко рту. "Ты не можешь повесить это на меня", - выдавил он. "Ты не можешь".

"Мы посмотрим на этот счет". Ева отступила в сторону, чтобы вошедший помощник мог отнести его в лазарет. "Мне нужно немного воздуха", - пробормотала она и вышла.

"Держись, Даллас". Фини поспешил за ней, оставив Пибоди руководить обслуживанием и собирать файл. "Нам нужно поговорить".

"Мой офис ближе". Она тихо выругалась, когда ее колено запульсировало. Ледяная повязка изнашивалась, и ее нужно было заменить. Ее бедро было убийственным.

"Вчера тебя избили из-за того удара по ЦИК, не так ли?" Фини сочувственно кудахтала, ковыляя. "Тебя уже осмотрели?"

"Позже. У меня было мало времени. Давайте дадим этому подонку час, чтобы привести свой желудок на место, затем ударим его снова. Он еще не кричал "адвокат", но это приближается. Это не будет иметь ни малейшего значения, как только мы сопоставим эти мозговые структуры с жертвами ".

"В этом-то и проблема. Сядь, - посоветовал он, когда они вошли в ее кабинет. "Сними нагрузку с этой ноги".

"Это колено, и сидение заставляет его напрягаться. В чем проблема?" спросила она и направилась за кофе.

"Ничто не совпадает". Он печально изучал ее, когда она повернулась. "Ни одного совпадения во всей партии. Многие пока неопознаны, но у меня есть отпечатки пальцев всех жертв, нет результатов вскрытия Дивейн, но я получил снимок с ее последнего осмотра. Нет равных, Даллас ".

Итак, она действительно тяжело села. Не было необходимости спрашивать, был ли он уверен. Фини был так же скрупулезен, как домашний дроид, ищущий пыль в углах. "Ладно, они у него где-то в другом месте. Мы получили ордер на его студию и жилые помещения?"

"Команда проходит через это прямо сейчас. Я не получал отчета ".

"У него мог бы быть сейф, какая-нибудь безопасная дыра". Она закрыла глаза. "Черт, Фини, зачем ему хранить их, когда он покончил с ними? Он, вероятно, уничтожил их. Он высокомерен, но он не глуп. Они бы повесили его, и он бы это знал ".

"Вероятность этого высока. С другой стороны, он мог бы сохранить их как сувениры. Меня никогда не перестает удивлять то, что люди хранят. Тот парень в прошлом году, который зарезал свою жену? Сохранил ее глаза, запомни. В чертовой музыкальной шкатулке ".

"Да, я помню". Откуда взялась эта головная боль? она задумалась и бесполезно потерла виски, чтобы стереть это. "Так что, может быть, нам повезет. Если мы этого не сделаем, у нас сейчас их предостаточно. И хороший шанс сломить его ".

"Вот в чем дело, Даллас". Он сел на край ее стола, полез в карман за пакетиком засахаренного миндаля. "Это кажется неправильным".

"Что ты имеешь в виду, это кажется неправильным? Мы взяли его холодным ".

"Мы взяли его холодным, все в порядке. Но не от убийства ". Фини задумчиво жевал орех, покрытый глазурью. "Я не могу решиться на это. Парень, который разработал это оборудование, блестящий, немного уверенный в себе, погруженный в себя. Парень, которого мы только что сбили с ног, обладает всеми этими качествами, и вы можете добавить ребячество. Для него это игра, в которой он хочет получить большую прибыль. Но убийство..."

"Ты просто влюблен в его консоль".

"Это я", - признал он без стыда. "Он слаб, Даллас, и не только его желудок. Как он собирается разбогатеть, убивая людей?"

Она выгнула бровь. "Полагаю, вы никогда не слышали об убийстве по найму".

"У этого парня не хватит для этого ни мужества, ни стали". Он съел еще один орех. "И где мотив? Он выбирал этих людей из шляпы? И вот это. То, что у него есть, требует близости, чтобы затронуть подсознание. Вы не можете представить его ни в одной из сцен ".

"Он сказал что-то о возможностях дистанционного управления".

"Да, у него был отличный вариант, но он не будет использовать эту опцию. Не то, чтобы я мог понять ".

Она откинулась назад, опустошенная. "Ты не делаешь мой день здесь лучше, Фини".

"Просто пища для размышлений. Если он приложил к этому руку, у него есть помощь. Или более персональное, портативное устройство ".

"Можно ли это приспособить к очкам виртуальной реальности?"

Идея заинтриговала его, заставила заблестеть его похмельные глаза. "Не могу сказать наверняка. Потребуется некоторое время, чтобы разобраться с этим ".

"Я надеюсь, у тебя есть время. Он - все, что у меня есть, Фини. Если я не смогу расколоть его, он будет ходить по убийствам. Укрывать его от десяти до двадцати долларов за счет того, что у нас есть, мне это не подходит ". Она тяжело вздохнула. "Он пойдет на психологическую экспертизу. Он пойдет на все, что, по его мнению, даст ему шанс. Может быть, Мира сможет прижать его ".

"Пришлите его ко мне после перерыва", - предложил Фини. "Позволь ей взять его на несколько часов и сделай себе одолжение. Иди домой и немного поспи. Ты бежишь на пустом месте достаточно долго, ты падаешь ".

"Может быть, я так и сделаю. Я все устрою, разберусь с Уитни. Пара часов отдыха могла бы прояснить мою голову. Должно быть, я чего-то не понимаю".

***

На этот раз Соммерсет не парил рядом. Ева пробралась в дом, как вор, прихрамывая, поднялась наверх. Она оставила за собой след из одежды по пути к кровати, и она жадно вздохнула, когда упала на нее.

Десять минут спустя она лежала на спине, уставившись в потолок. Боли были достаточно сильными, ворчливо подумала она. Но действие стимулятора, который она приняла несколько часов назад, не закончилось. Это проходило, оставляя ее головокружение от усталости, в то время как ее организм все еще бурлил, как варево.

Сон не собирался происходить.

Она поймала себя на том, что разбирает по частям чемодан, складывает их обратно. Каждый раз головоломка складывалась по-разному, пока не превратилась в размытую мешанину фактов и теорий.

С такой скоростью она не была бы близка к тому, чтобы связно мыслить, когда встретилась с Мирой.

Она подумывала о том, чтобы принять долгую горячую ванну вместо сна. Затем, вдохновленная, она вскочила и схватила халат. Она поднялась на лифте, с целью избежать встречи с Соммерсетом, и ступила на нижний уровень на садовую дорожку солярия. Сеанс в бассейне в виде лагуны, решила она, был просто билетом.

Она сбросила халат, обнаженная подошла к темной воде, отделанной стеной из натурального камня и обрамленной ароматными цветами. Когда она окунула палец ноги, он показался ей блаженно теплым. Она села на первую ступеньку и настроила панель управления струями и пузырьками. Когда вода начала бурлить, она начала программировать музыку. С быстрой гримасой она решила, что не в настроении слушать мелодии.

Сначала она просто плыла, благодарная, что рядом не было никого, кто мог бы услышать ее хныканье, пока пульсирующая вода утоляла ее боль. Она позволила себе вздохнуть. Цветочные духи. Она позволила себе плыть по течению. Простые удовольствия.

Конфликт усталости и возбуждения уравновесился расслаблением. Наркотики, решила она, были сильно переоценены. Вода творила чудеса. Лениво перевернувшись, она начала плавать, сначала медленно, пока ее мышцы разогревались и разминались. Затем она немного взбодрилась, надеясь избавиться от избытка стимулятора и оживить себя естественными упражнениями.

Когда щелкнул таймер и вода успокоилась, она продолжила длинными, уверенными гребками, скользнула к глянцево-черному дну, пока не почувствовала себя эмбрионом в утробе матери, а затем с громким удовлетворенным стоном вынырнула на поверхность.

"Ты плаваешь как рыба".

Инстинкт заставил Еву потянуться к своей боковой руке только для того, чтобы наткнуться на собственные обнаженные ребра. Она быстро сморгнула воду с глаз и сосредоточилась на Рианне.

"Это клише". Она подошла к краю бассейна. "Но точный". Она отложила туфли в сторону, села и опустила ноги в воду. "Ты не возражаешь?"

"Помоги себе сам". Ева не считала себя фанатично скромной, но она опустилась немного ниже. Она ненавидела, когда ее застали голой. "Ты искал Рорка?"

"Нет, на самом деле, я только что ушла от него. Они с Уильямом все еще занимаются этим наверху, в его кабинете. Я как раз уходил на прием в салон красоты ". Она потянула себя за свои великолепные, блестящие рыжие кудри. "Я должен что-то сделать с этой шваброй. Соммерсет упомянул, что вы были здесь, поэтому я подумал, что просто заскочу к вам ".

Соммерсет. Ева мрачно улыбнулась. Он все-таки заметил ее. "У меня было пару часов личного времени. Подумал, что воспользуюсь этим ".

"И какое прекрасное место для этого. У Рорка такой потрясающий класс, не так ли?"

"Да, можно и так сказать".

"Я действительно просто хотел остановиться на мгновение, чтобы сказать вам, как сильно я наслаждался прошлым вечером. Я едва смог поговорить с вами - такая толпа. А потом тебя отозвали".

"Копы - паршивые социализаторы", - прокомментировала Ева и задумалась, как выйти и надеть халат, не чувствуя себя идиоткой.

Рианна наклонилась, зачерпнула воды и позволила ей вылиться из ее руки. "Я надеюсь, это не было чем-то ... ужасным".

"Никто не умер, если ты это имеешь в виду". Затем Ева заставила себя улыбнуться. У нее не получалось общаться, и она сказала себе приложить больше усилий. "На самом деле, я получил перерыв в деле, над которым я работал. Мы взяли подозреваемого под стражу ".

"Это хорошо". Рианна наклонила голову, ее глаза были заинтригованы. "Это и есть вопрос о самоубийстве, который мы обсуждали раньше?"

"На самом деле я не волен говорить то или иное в данный момент".

Рианна улыбнулась. "Разговоры полицейских. Ну, так или иначе, я об этом довольно много думал. Из вашего дела, или как бы вы его ни назвали, получился бы увлекательный документ. Я был так занят технологиями, что некоторое время ничего не писал. Я надеюсь, что когда вы разрешите этот вопрос и это станет достоянием общественности, я смогу обсудить это с вами в некоторых деталях ".

"Вероятно, я смогу это сделать. Если и когда." Она немного наклонилась. В конце концов, эта женщина была экспертом и могла бы оказать некоторую помощь. "Так получилось, что подозреваемый прямо сейчас проходит обследование у доктора Миры. Вы когда-нибудь проводили поведенческие и личностные оценки?"

"У меня есть, конечно. Под другим углом, чем Мира. Ты должен был бы сказать, что мы две стороны одной монеты. Наш окончательный диагноз часто был бы одним и тем же, но мы использовали бы другой процесс и другую точку зрения ".

"Возможно, мне понадобятся две точки зрения, прежде чем закончится эта", - размышляла Ева, оценивая Рианну. "У тебя случайно нет допуска к секретной информации, не так ли?"

"Так получилось, что я верю". Она продолжала лениво покачивать ногами, но ее глаза были настороженными, заинтересованными. "Четвертый уровень, класс Б."

"Это просто проносится мимо. Если это всплывет, как бы вы отнеслись к работе в сити в качестве временного консультанта? Я могу гарантировать долгие часы работы, паршивые условия и низкую оплату ".

"Кто мог бы устоять перед таким предложением?" Рианна рассмеялась, отбросив назад волосы. "На самом деле, я был бы рад возможности снова поработать над собой. Слишком долго в лабораториях, работая с машинами. Уильям обожает это, ты знаешь, но мне нужны люди ".

"Я мог бы просто позвонить тебе". Решив, что более глупо ютиться в воде, чем небрежно выбираться, Ева встала.

"Ты знаешь, где меня найти - Дорогой Боже, Ева, что с тобой случилось?" Мгновенно Рианна откинула ноги назад, поднимаясь. "Ты весь в синяках".

"Опасности работы". Ей удалось схватить одно из полотенец для тела, сложенных у края, и она начала наматывать его на себя, когда Рианна отдернула его.

"Дай мне взглянуть на тебя. Тебя не лечили". Ее пальцы ощупали бедро Евы.

"Эй, ты не возражаешь?"

"Конечно, хочу". Нетерпеливая, Рианна подняла глаза. "О, успокойся. Я не только женщина и лично знакома с женским телом, но и имею медицинскую степень. Что ты сделал с этим коленом? Это выглядит отвратительно ".

"Ледяная повязка. Так лучше".

"Тогда я бы не хотел видеть это, когда этого не было. Почему ты не был в медицинском центре или, по крайней мере, на остановке MT?"

"Потому что я ненавижу их. И у меня не было времени ".

"Что ж, теперь у тебя есть время. Я хочу, чтобы ты лег на тот массажный стол. Я возьму свой аварийный набор из машины и разберусь с этим ".

"Послушай, я ценю это". Ей пришлось повысить голос, поскольку Рианна уже удалялась широкими шагами. "Но это всего лишь синяки".

"Тебе повезет, если ты не сломал кость в этом бедре". С этим мрачным обещанием Рианна вошла в лифт, и двери захлопнулись.

"О, спасибо, теперь я чувствую себя намного лучше". Смирившись, Ева вытерлась полотенцем, надела халат, затем неохотно подошла к столу с мягкой обивкой под беседкой из буйно цветущей глицинии. Не успела она успокоиться, как вернулась Рианна, вышагивающая по плиткам с аккуратным кожаным футляром в руке.

Женщина могла двигаться, размышляла Ева. "Я думал, у тебя свидание в салоне".

"Я звонил, поменял время. Ложись на спину, сначала мы разберемся с этим коленом ".

"Вы берете дополнительную плату за вызовы на дом?"

Рианна слегка улыбнулась, открывая свой чемодан. Ева бросила один взгляд внутрь, отвернула голову. Господи, но она ненавидела медицину.

"Этот свободен. Мы можем считать это практикой. Я не работал над человеком почти два года ".

"Это вселяет уверенность". Ева закрыла глаза, когда Рианна достала минисканер и осмотрела ее колено. "Почему ты этого не сделал?"

"Хм. Что ж, он не сломан, так что это уже что-то. Сильно искалеченный и воспаленный. Почему?" Она снова углубилась в свой кейс. "Рорк - одна из причин. Он сделал Уильяму и мне предложение, от которого невозможно отказаться. Деньги были соблазнительными, и Рорк знает, на какие кнопки нажимать ".

Ева зашипела, когда что-то обжигающе холодное прижалось к ее колену. "Ты говоришь мне".

"Он знал, что у меня был давний личный интерес к поведенческим моделям и эффектам стимуляции. Возможность создать новую технологию, работающую с практически неограниченными средствами, была слишком заманчивой, чтобы ее упустить. Vanity не смогла устоять перед шансом стать частью чего-то нового, и с Рорком, стоящим за этим, несомненно, успешного ".

Ева поняла, что закрыть глаза было ошибкой. Она начинала плавать. Пульсация в ее бедре замедлилась. Она почувствовала, как нежные пальцы Рианны поглаживают что-то прохладное и скользкое на нем. Ее плечо подверглось такому же лечению. Отсутствие боли было подобно транквилизатору и затягивало ее все глубже.

"Кажется, он никогда не промахивается".

"Нет. Нет с тех пор, как я его знаю ".

"У меня встреча через пару часов", - хрипло сказала Ева.

"Сначала отдохни". Рианна сняла припарку с колена Евы и с удовлетворением увидела, что опухоль уже спала. "Я собираюсь наложить еще одну припарку глубокого заживления на это, затем повязку со льдом, чтобы закончить это. Вероятно, он все еще будет немного жестким после длительного использования. Я бы посоветовал тебе нянчиться с этим следующие пару дней ".

"Конечно. Нянчись с этим ".

"Вы получили все это прошлой ночью, окружая своего подозреваемого?"

"Нет, раньше. Он не доставлял мне никаких хлопот. Маленький ублюдок". Ее брови хмурятся, пролегая между ними. "Хотя я не могу прижать его к ногтю. Просто не могу это зафиксировать ".

"Я уверен, что ты это сделаешь". Голос Рианны был успокаивающим, когда она продолжила лечение. "Ты основательный и вовлеченный. Я видел тебя на одном из новостных каналов. Выходя на карниз с Чериз Дивейн. Рискуя своей жизнью".

"Потерял ее".

"Да, я знаю". Рианна умело покрыла обработанные синяки обезболивающим кремом. "Это было ужасно. Визуально шокирует. Я бы предположил, что для тебя это особенно важно. Вы бы видели ее лицо, ее глаза, вблизи, когда она уходила ".

"Она улыбалась".

"Да, я мог это видеть".

"Она хотела умереть".

"Неужели она?"

"Она сказала, что это было прекрасно. Наивысший опыт".

Довольная, что сделала все, что могла, Рианна взяла другое полотенце, накрыла им Еву. "Есть некоторые, кто верит в это. Смерть как высший человеческий опыт. Независимо от того, насколько развиты медицина и технологии, никто из нас не избежит этого. Поскольку мы в любом случае обречены на это, почему бы не рассматривать это как цель, а не как препятствие?"

"С этим нужно бороться. Каждый чертов дюйм пути".

"Не у всех есть энергия или потребность сражаться. Некоторые уходят мягко". Она взяла безвольную руку Евы, автоматически проверяя пульс. "Некоторые уходят с сопротивлением. Но все уходят".

"Кто-то послал ее. Это делает его убийством. Это делает его моим ".

Рианна засунула руку Евы под полотенце. "Да, я полагаю, это так. Немного поспи. Я скажу Соммерсету, чтобы он разбудил тебя вовремя, чтобы успеть на встречу ".

"Спасибо. Действительно."

"Это ничто". Она коснулась плеча Евы. "Между друзьями".

Она изучала Еву еще мгновение, затем взглянула на свои часы, усыпанные бриллиантами. Ей нужно было поднажать, чтобы перенести свидание в салоне, но оставалось еще обсудить одну незначительную деталь.

Она перепаковала свой набор, оставила тюбик с обезболивающим кремом на столе для Евы и поспешила выйти.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Ева мерила шагами мягкий, красивый ковер в кабинете доктора Миры, руки засунуты в карманы, голова опущена, как у быка, готовящегося к атаке.

"Я этого не понимаю. Как его профиль может не соответствовать? Я задержал его по менее важным обвинениям. Маленький засранец играл с мозгами людей, упиваясь этим ".

"Это не вопрос соответствия, Ева. Это вопрос вероятностей ".

Терпеливая, спокойная, Мира сидела в своем удобном, облегающем тело кресле и потягивала жасминовый чай. Она нуждалась в этом, размышляла она. Воздух был наполнен разочарованием и энергией Евы.

"У вас есть его признание и доказательства того, что он экспериментировал с индивидуальным влиянием на структуру мозга. И я вполне согласен, что ему за многое придется ответить. Но что касается принуждения к самоуничтожению, я не могу каким-либо решительным образом подтвердить ваши подозрения своей оценкой ".

"Что ж, это просто здорово". Она развернулась на каблуках. Лечение Рианны и часовой сон восстановили ее силы. Если уж на то пошло, ее румянец был ярким, а глаза - чересчур яркими. "Без вашего подтверждения Уитни не купит пакет, что означает, что окружной прокурор его не купит".

"Я не могу настроить свой отчет так, чтобы он подходил тебе, Ева".

"Кто тебя об этом просит?" Ева вскинула руки, затем засунула их в карманы. "Что не подходит, ради Христа? У этого человека комплекс Бога, который мог заметить любой идиот до операции по восстановлению зрения ".

"Я согласен, что его характер склоняется к избытку эго, а его темперамент обладает высоким уровнем артиста в осаде". Мира вздохнула. "Я бы хотел, чтобы ты сел. Ты меня утомляешь ".

Ева упала в кресло, нахмурилась. "Вот, я сижу. Объясни."

Мира вынуждена была улыбнуться. Чистый драйв и неослабевающая сосредоточенность были достойны восхищения. "Знаешь, Ева, я никогда не могу понять, почему нетерпение так привлекает тебя. И как, при таком большом объеме этого, вам все еще удается быть тщательным в своей работе ".

"Я здесь не для анализа, доктор".

"Я знаю. Я только хотел бы убедить вас согласиться на регулярные сеансы. Но это другая тема, для другого времени. У вас есть мой отчет, но, подводя итог моим выводам, субъект эгоцентричен, самовосхваляет и обычно рационализирует свое антисоциальное поведение как искусство. Он также великолепен ".

Доктор Мира слегка жестикулировала, покачав головой. "Поистине прекрасный ум. Его результаты в стандартных тестах Trislow и Secour почти зашкаливали ".

"Хорошо для него", - пробормотала Ева. "Давайте запишем его мозг на диск и дадим ему несколько советов".

"Твоя реакция понятна", - мягко сказала Мира. "Человеческая природа устойчива к любому виду контроля разума. Наркоманы рационализируют, обманывая себя, что они все контролируют ". Она пожала плечами. "В любом случае, субъект обладает замечательным, даже поразительным навыком визуализации и логики. Он также полностью осведомлен и самодовольен, если хотите, об этих навыках. Под внешним очарованием он - используя ваш ненаучный термин - придурок. Но я не могу с чистой совестью назвать его убийцей ".

"Я не беспокоюсь о твоей совести". Ева стиснула зубы. "Он способен проектировать и эксплуатировать оборудование, которое способно влиять на поведение целевых индивидуумов. У меня есть четыре мертвых тела, на разумы которых, как я полагаю - нет, я знаю - повлияло самоуничтожение ".

"И, по логике вещей, здесь должна быть связь". Мира откинулась назад, протянула руку и запрограммировала чай для Евы. "Но у тебя в руках нет социопата, Ева". Она передала Еве ароматную, дымящуюся чашку, они обе знали, что она не хотела. "Поскольку пока нет четкого мотива для этих смертей, и если они действительно были совершены по принуждению, я придерживаюсь взвешенного мнения, что ответственность несет социопат".

"Так что же его отличает?"

"Ему нравятся люди", - просто сказала Мира, - "и он хочет, довольно отчаянно, чтобы они нравились ему и восхищались им. Манипулирует, да, но он верит, что создал великое благо для человечества. Тот, на котором он, безусловно, получит прибыль ".

"Так, может быть, он просто увлекся". Разве не так он назвал свое использование Рорка прошлой ночью? Ева подумала. Он просто увлекся. "И, возможно, он не так хорошо контролирует свое оборудование, как думает".

"Это возможно. С другой стороны, Джесс наслаждается своей работой; ему нужно быть участником ее результатов. Его эго требует, чтобы он увидел, испытал хотя бы часть того, что он вызвал ".

Его не было с нами в этом чертовом шкафу, подумала Ева, но испугалась, что поняла значение слов Миры: то, как Джесс искал ее, смотрел на нее, когда они вернулись на вечеринку, то, как он улыбался. "Это не то, что я хочу услышать".

"Я знаю это. Послушай меня." Мира отставила свою чашку в сторону. "Этот человек - ребенок, эмоционально отсталый ученый. Его видение и его музыка более реальны для него, безусловно, более важны, чем люди, но он не сбрасывает людей со счетов. В целом, я просто не нахожу доказательств того, что он рискнул бы своей свободой и свободой самовыражения ради убийства ".

Ева отпила чай скорее рефлекторно, чем из желания. "Если бы у него был партнер?" она размышляла, думая о теории Фини.

"Это возможно. Он не был бы человеком, который с радостью поделился бы своими достижениями. Тем не менее, у него большая потребность как в лести, так и в финансовом успехе. Возможно, если бы он обнаружил, что ему нужна помощь на каком-то уровне его замысла, он вступил бы в партнерство ".

"Тогда почему он не перевернулся?" Ева покачала головой. "Он трус; он бы сдался. Он ни за что не принял бы удар на себя только за это ". Она снова отпила, позволяя своим мыслям разыграться. "Что, если бы он был генетически предрасположен к социопатическому поведению? Он умен, достаточно хитер, чтобы замаскировать это, но это просто часть его характера ".

"Заклейменный при зачатии?" Мира чуть не фыркнула. "Я не принадлежу к этой школе. Воспитание, окружающая среда, образование, выбор, как моральный, так и аморальный, формируют нас такими, какие мы есть. Мы не рождаемся монстрами или святыми".

"Но есть эксперты в этой области, которые верят, что мы такие". И у нее был один, размышляла Ева, в ее распоряжении.

Мира достаточно легко прочитала ее и не смогла предотвратить укол в свою гордость. "Если вы хотите проконсультироваться с доктором Оттом по этому вопросу, это ваша привилегия. Я уверен, что она была бы в восторге ".

Ева не была уверена, морщиться ей или улыбаться. Мира очень редко казалась раздраженной. "Это не было оскорблением ваших навыков, доктор. Мне нужен молоток здесь; вы не можете его предоставить ".

"Позвольте мне сказать вам, что я думаю о проблеме клеймения при рождении, лейтенант. Это отговорка, простая и непринужденная. Это костыль. Я не мог удержаться, чтобы не поджечь то здание и не сжечь заживо сотни людей. Я родился поджигателем. Я не смог удержаться от того, чтобы забить ту старую женщину до смерти за ее горстку кредитов. Моя мать была воровкой".

Ее просто приводила в бешенство мысль о том, что эта уловка использовалась, чтобы снять с себя ответственность - и, с другой стороны, оставить шрамы тем, кто был беззащитен перед чудовищами, которые их несли.

"Это освобождает нас от человечности, - продолжила она, - от морали, от правильного и неправильного. Мы можем сказать, что были отмечены в утробе матери и у нас никогда не было шанса ". Она наклонила голову. "Ты из всех людей должен знать лучше".

"Это не обо мне". Ева резко поставила свою чашку. "Дело не в том, откуда я пришел или что я сделал сам. Это о четырех людях, о которых я знаю, которым не дали выбора. И кто-то должен за это ответить ".

"Одна вещь", - добавила Мира, когда Ева поднялась. "Вы сосредоточены на этом человеке из-за личных оскорблений в ваш адрес и тех, кого вы любите, или из-за мертвых, которых вы представляете?"

"Может быть, это и то, и другое", - признала Ева через мгновение.

***

Она не связывалась с Рианной, пока нет. Она хотела немного времени, чтобы все это осело у нее в голове. И она задержалась, обнаружив Надин Ферст в ее офисе.

"Как ты прошел мимо охраны на рабочем месте?" Потребовала Ева.

"О, у меня есть свои способы". Надин качнула ногой, излучая дружелюбную улыбку. "И большинство здешних копов знают, что у нас с тобой есть история".

"Чего ты хочешь?"

"Я бы не отказался от чашки кофе".

Ева неохотно повернулась к автомату, налила две чашки. "Сделай это быстро, Надин. В нашем городе свирепствует преступность ".

"И это помогает нам обоим заниматься бизнесом. По какому поводу тебя вызвали прошлой ночью, Даллас?"

"Прошу прощения?"

"Давай. Я был на вечеринке. Мэвис, кстати, была потрясающей. Сначала вы с Рорком взлетаете ". Она сделала изящный глоток. "Не нужно было быть таким проницательным репортером, как я, чтобы понять, о чем это было". Она пошевелила бровями, посмеиваясь, когда Ева просто уставилась на нее. "Но твоя сексуальная жизнь не новость - по крайней мере, в моем районе".

"У нас заканчивались котлеты с креветками. Мы сбегали на кухню и что-то приготовили. Это было бы так неловко ".

"Да, да". Надин отмахнулась от этого и сосредоточилась на своем кофе. Даже в высших эшелонах 75-го канала редко имели доступ к такому крепкому напитку. "Затем я замечаю, будучи проницательным наблюдателем, каким я и являюсь, что ты подхватываешь Джесс Бэрроу с места в карьер в конце сета. Так и не вернулся. Любой из вас."

"У нас безумный, незаконный роман", - сухо сказала Ева. "Возможно, вы захотите передать это в отдел сплетен".

"И я трахаюсь с одноруким секс-дроидом".

"Ты всегда был исследователем".

"На самом деле, когда-то была такая единица ... Но я отвлекся. Рорку в своей обычной очаровательной манере удается расшевелить замешкавшихся гостей, загнать прихлебателей в центр отдыха - кстати, великолепную голографическую палубу - и выразить вам свои сожаления. Долг зовет?" Надин наклонила голову. "Забавно. На моем полицейском сканере не отображается ничего, что могло бы вывести нашего первоклассного детектива из отдела убийств в это ночное время."

"Не все попадает на сканер, Надин. А я всего лишь солдат. Я иду, когда и куда мне скажут".

"Продай это кому-нибудь другому. Я знаю, как ты близок с Мэвис. Ничто, кроме высшего уровня, не отвлекло бы тебя в ее важный момент ". Она наклонилась вперед. "Где Джесс Бэрроу, Даллас? И что, черт возьми, он натворил?"

"Мне нечего тебе дать, Надин".

"Давай, Даллас, ты меня знаешь. Я придержу это, пока не получу добро. Кого бы он убил?"

"Переключи канал", - посоветовала Ева, затем вытащила свой коммуникатор, когда он запищал. "Только дисплей, без звука".

Она быстро просмотрела сообщение от Пибоди, вручную запросила встречу, включая Фини, через двадцать минут. Она положила коммуникатор на стол, повернулась к автомату, чтобы посмотреть, есть ли в наличии соевые чипсы. Ей нужно было что-нибудь, чтобы разбавить кофеин.

"У меня есть работа, Надин", - продолжила Ева, когда обнаружила, что у нее в запасе нет ничего, кроме сэндвича с облученным яйцом. "И ничего, что могло бы поднять твой рейтинг".

"Ты что-то скрываешь от меня. Я знаю, что Джесс у вас под стражей. У меня есть источники в запасе ".

Раздраженная, Ева повернула назад. Холдинг изначально был подвержен утечкам. "Я не могу тебе помочь".

"Вы предъявляете ему обвинение?"

"Обвинения не предназначены для трансляции в это время".

"Черт возьми, Даллас".

"Я здесь на грани", - отрезала Ева. "И это может пойти любым путем. Не дави на меня. Если и когда я смогу свободно поговорить со средствами массовой информации по этому вопросу, вы будете первыми. Тебе придется удовлетвориться этим ".

"Ты имеешь в виду, что я не должен быть удовлетворен ничем". Надин Роуз. "У тебя есть что-то большое, иначе ты не был бы таким высокомерным по этому поводу. Я всего лишь прошу- "

Она замолчала, когда ворвалась Мэвис. "Иисус, Даллас, Иисус. Как ты мог арестовать Джесс? Что ты делаешь?"

"Мэвис, черт возьми". Она могла представить, как уши репортера Надин становятся длиннее и острее. "Сядь", - потребовала она, указывая пальцем на стул, затем на Надин. "Ты, вон".

"Имей сердце, Даллас". Надин привязалась к Мэвис. "Разве ты не видишь, как она расстроена? Позволь мне налить тебе кофе, Мэвис."

"Я сказала, и я имею в виду это". В конце своего остроумия Ева потерла руками лицо. "Убирайся, Надин, или я внесу тебя в черный список".

Как угроза, это был удар. Черный список означал, что в отделе убийств не будет полицейского, который дал бы Надин нужное время, не говоря уже о сюжетной зацепке. "Ладно, прекрасно. Но я не собираюсь отказываться от этого ". Были другие способы копать, подумала она, и другие инструменты для копания. Она схватила свою сумку, бросила на Еву последний горький взгляд, затем выбежала.

"Как ты мог?" - Потребовала Мэвис. "Даллас, как ты мог это сделать?"

Чтобы обеспечить некоторый уровень уединения, Ева закрыла дверь. Ее головная боль прошла полный круг и теперь радостно пульсировала за глазами. "Мэвис, это моя работа здесь".

"Твоя работа?" Сегодня ее глаза были лазурно-голубыми и с красными ободками от слез. Трогательно, как они сочетались с кобальтовыми прядями в ее алых волосах. "А как же моя карьера? Я, наконец, получаю перерыв, которого так долго ждал, ради которого работал, а ты бросаешь моего партнера в клетку. И ради чего?" Ее голос дрогнул. "Потому что он пристал к тебе и разозлил Рорка".

"Что?" Ее рот открылся, она работала беззвучно, прежде чем ее язык смог подобрать слова. "Где, черт возьми, ты это взял?"

"Я только что закончил связь с Джесс. Он опустошен. Я не могу поверить, что ты так играешь, Даллас ". Из ее глаз снова потекли слезы. "Я знаю, что премьера Рорка с тобой, но у нас есть история".

В тот момент, когда Мэвис громко рыдала у нее на руках, Ева могла бы с радостью придушить Джесс Бэрроу. "Да, у нас есть история, и ты должен знать, что я так не играю. Я не бросаю кого-то в клетку, потому что нахожу это личным раздражением. Не могли бы вы присесть?"

"Мне не нужно сидеть". Она выкрикнула это, заставив Еву вздрогнуть, поскольку звук подействовал на ее мозг как тупое острие острого ножа.

"Ну, я верю". Она упала на стул. Как много она могла безопасно рассказать гражданскому лицу, не переходя черту? И как далеко за черту она была готова зайти? Она снова посмотрела на Мэвис, вздохнула. Насколько это было возможно. "Джесс - главный подозреваемый в четырех смертях".

"Что? Какой поворот ты обогнул со вчерашнего вечера? Джесс не стала бы - "

"Замолчи", - отрезала Ева. "Я еще не убедил его в этом, но я работаю над этим. Я, однако, привлекаю его по другим обвинениям. Серьезные обвинения. Теперь, если ты прекратишь рыдать и сядешь, черт возьми, я скажу тебе, что я могу ".

"Ты даже не остался и не понаблюдал за всем моим выступлением". Мэвис удалось упасть на стул, но ей не удалось перестать рыдать.

"О, Мэвис, мне... жаль". Ева провела рукой по волосам. Она была отвратительна со слезами. "Я не мог - я ничего не мог сделать. Мэвис, Джесс увлекается контролем разума."

"А?" Это было такое дикое заявление, исходящее от самого приземленного человека, которого она знала, что Мэвис перестала плакать достаточно надолго, чтобы шмыгнуть носом и разинуть рот. "А?"

"Он разработал программу, которая получает доступ к шаблонам мозговых волн и влияет на поведение. И он использовал это на мне, на Рорке и на тебе ".

"На мне? Нет, он этого не сделал. Будь искренним, Даллас, это слишком похоже на Франкенштейна. Джесс не сумасшедший ученый. Он музыкант".

"Он инженер, музыковед и придурок". Ева сделала глубокий вдох, затем рассказала столько, сколько, по ее мнению, было необходимо. Пока она говорила, слезы Мэвис высохли, затвердев в глазах. Ее нижняя губа дрогнула один раз, затем разжалась.

"Он использовал меня, чтобы добраться до тебя, добраться до Рорка. Я был просто пружиной. Затем, как только я отправил его к тебе, он трахнул твой разум ".

"Это не твоя вина. Прекрати это", - приказала Ева, когда глаза Мэвис снова начали мерцать. "Я серьезно. Я устал, на меня давят, и моя голова вот-вот взорвется. Мне не нужна эта скучная рутина от тебя прямо сейчас. Это не твоя вина. Тебя использовали, как и меня. Он надеялся на поддержку Рорка в его проекте. Это не делает меня меньшим копом или тебя меньшим исполнителем. Ты хорош, и тебе стало лучше. Он знал, что ты можешь, и именно поэтому он использовал тебя. Он слишком чертовски самонадеян в отношении своего таланта, чтобы связывать себя с неудачником. Он хотел кого-то, кто мог бы сиять. И ты сделал ".

Мэвис провела рукой у себя под носом. "Неужели?"

Это было одно слово, произнесенное с такой шаткой надеждой, которое заставило Еву осознать, как низко пало эго Мэвис. "Да, действительно. Ты была великолепна, Мэвис. Это надежно ".

"Хорошо". Она вытерла глаза. "Я думаю, мои чувства были задеты, когда тебя не повесили за это деяние. Леонардо сказал, что я веду себя глупо. Ты бы не раскололся, если бы тебе не пришлось расколоться ". Она сделала долгий вдох, от которого ее худые плечи приподнялись, затем снова опустились. "Затем, Джесс, когда он позвонил, он выложил все это на меня. Я не должен был купиться на это ".

"Это не имеет значения. Остальное мы уладим позже. На меня давят, Мэвис. У меня не так много времени, чтобы закончить с этим ".

"Ты думаешь, он убивал людей?"

"Я должен выяснить". Она оглянулась на стук в ее дверь. Пибоди вошла, поколебавшись.

"Извините, лейтенант. Должен ли я подождать снаружи?"

"Нет, я ухожу". Мэвис шмыгнула носом, поднялась, послала Еве водянистую улыбку. "Прошу прощения за потоп и все остальное".

"Мы это вычистим. Я поговорю с тобой, когда смогу. Не беспокойся об этом ".

Мэвис кивнула, и ее опущенные ресницы скрыли быстрый огонек в ее глазах. Она намеревалась сделать больше, чем беспокоиться.

"Здесь все в порядке, лейтенант?" Спросила Пибоди, когда Мэвис оставила их одних.

"На самом деле, Пибоди, все в дерьме". Ева села, попыталась просверлить пальцами отверстия в висках, чтобы ослабить давление. "Мира не думает, что у нашего мальчика подходящий профиль личности для убийства. Я оскорбил ее, потому что собираюсь найти другого консультанта. Надин Ферст вынюхивает слишком близко к центру, и я только что разбил сердце Мэвис и растоптал ее эго.

Пибоди немного подождала. "Ну, а кроме этого, как обстоят дела?"

"Милый". Но это вызвало неохотную улыбку. "Черт возьми, в любой день устройте мне красивое чистое убийство из-за этого физиологического дерьма".

"Это были старые добрые времена, все верно". Пибоди подвинулась, освобождая место, когда вошел Фини. "Что ж, вся банда в сборе".

"Давайте приступим к работе. Статус?" Ева спросила Фини.

"Чистильщики нашли еще диски в студии подозреваемого. Пока нет совпадений с жертвами. Он вел журнал своей работы ". Чувствуя себя неуютно, Фини поерзал. Джесс был очень откровенен в своих рассуждениях о результатах, включая сексуальное подталкивание, которое он оказал Еве и Рорку. "Он называет имена, времена, ах, предложения. Там нет упоминания ни о ком из четырех погибших. Я прошел через его систему связи. Никаких сообщений ни к одной из жертв, ни от нее ".

"Что ж, это денди".

Фини снова переступил с ноги на ногу, и его цвет сменился румянцем. "Я запечатал рабочий журнал только для твоих глаз".

Ее брови хмурятся. "Почему?"

"Он, ах, много говорит о тебе. На личном уровне". Он сфокусировал свой взгляд в дюйме над головой Евы. "Опять же, он очень откровенен в своих рассуждениях".

"Да, он ясно дал понять, что чрезмерно интересуется моей головой".

"Его интересует не только эта часть твоей анатомии". Фини надул щеки, выпустил воздух. "Он считал, что было бы интересным экспериментом попытаться ах..."

"Что?"

"Повлияй на свое поведение по отношению к нему... сексуальным образом".

Ева фыркнула. Это были не просто слова, но и чопорно-формальное выступление Фини. "Он решил, что сможет использовать свою игрушку, чтобы затащить меня в постель? Великолепно. Мы можем предъявить ему другое обвинение. Намерение сексуального домогательства ".

"Он говорил что-нибудь обо мне?" Пибоди хотела знать и получила свирепый взгляд от Евы.

"Это отвратительно, офицер".

"Просто интересно".

"Мы увеличиваем его время в клетке", - продолжила Ева, - "но мы не возлагаем на него большие надежды. И профиль Миры сработает против нас ".

"Лейтенант". Пибоди задержала дыхание и воспользовалась шансом. "Ты подумал о том, что она права? То есть он не несет ответственности?"

"Да, у меня есть. И это пугает меня до чертиков. Если она права, то где-то есть кто-то еще с игрушкой для мозга, а мы даже не близки. Так что нам всем лучше надеяться, что наш человек надежно заперт ".

"Говоря о нашем человеке", - вмешался Фини. "Тебе лучше знать, что он сам нанял адвоката".

"Я полагал, что он так и сделает. Кто-нибудь, кого мы знаем?"

"Леанор Баствик".

"Ну, ад. Мир тесен".

"Она хочет заработать на тебе очки, Даллас". Фини достал свой пакет с орехами и предложил их Пибоди. "Она рвется уйти. Хочет организовать пресс-конференцию. Говорят, она взяла его на безвозмездной основе, просто для того, чтобы выстрелить в тебя, и освещение в СМИ это получит, как только это произойдет ".

"Она может сделать свой выстрел. Мы можем заблокировать пресс-конференцию на двадцать четыре часа. Нам лучше укрепиться до этого ".

"Я оборвала ниточку", - сказала ей Пибоди. "Это могло бы распутаться еще больше, если немного подергать. Матиас действительно посещал Массачусетский технологический институт в течение двух семестров. К сожалению, его срок пребывания там истек через три года после того, как Джесс получил степень на дому, но Джесс использовал свой статус выпускника для доступа к данным из их файлов. Он также преподавал в электронном классе факультатив по музыковедению, который университет загрузил в свою библиотечную программу. Матиас прослушал курс в течение своего последнего семестра."

Ева почувствовала быстрый прилив сил. "Это то, за что стоит ухватиться. Хорошая работа. Это соединяет, наконец. И, возможно, мы искали не в том месте. Перли была первой известной жертвой. Что, если он тот, кто был связан с другими? Это могло быть так же просто, как их общий интерес к электронным играм ".

"Мы уже смотрели туда".

"Так что посмотри еще раз", - сказала она Пибоди. "И посмотри глубже. Не все трефы и петли находятся над землей. Если бы Матиаса использовали для разработки системы, он мог бы этим похвастаться. Эти хакеры-любители используют всевозможные компьютерные названия. Ты можешь найти его?"

"В конечном счете", - согласился Фини.

"Ты можешь связаться с Джеком Картером. Он был его соседом по комнате на Олимпе. Может быть, он сможет дать тебе толчок к ним. Пибоди, свяжись с сыном Дивейна, посмотрим, что ты сможешь из него вытрясти по этому поводу. Я буду работать над углом зрения Фицхью ". Она взглянула на свои часы. "Сначала я сделаю остановку. Может быть, я смогу преодолеть некоторые слои ". Она чувствовала, что вернулась к исходной точке, ища связь. Должен был быть один, и она собиралась привлечь Рорка, чтобы найти его. Она позвонила ему по телефону из своей машины.

"Ну, привет, лейтенант. Как прошел твой сон?"

"Слишком коротко и слишком давно. Как долго ты собираешься пробыть в Мидтауне?"

"Во всяком случае, еще несколько часов. Почему?"

"Я иду мимо. Сейчас. Ты можешь втиснуть меня внутрь?"

Он улыбнулся. "Всегда".

"Это бизнес", - сказала она и прервала его, прежде чем смогла улыбнуться в ответ. Дерзнув на автопривод, она запрограммировала пункт назначения, затем снова воспользовалась своей 'связью. "Надин".

Надин наклонила голову, бросив на Еву холодный взгляд. "Лейтенант".

"Девять утра, мой офис".

"Должен ли я привести адвоката?"

"Принеси свой диктофон. Я расскажу вам о завтрашней пресс-конференции с участием Джесс Бэрроу ".

"Какая пресс-конференция?" Качество изображения и голоса стало четче, когда Надин сразу же перешла на приватный режим, натянув наушники на волосы. "В расписании ничего нет".

"Будет. Ты хочешь этот прыжок, и ты хочешь официальный отчет с праймериз, будь там в девять ".

"В чем подвох?"

"Сенатор Перли. Достань мне все. Не официальные данные, тихий материал. Его хобби - игровые площадки. Его связи в подполье".

"Перли была чиста, как церковный хор."

"Не обязательно быть грязным, чтобы играть в андеграунде, вам просто нужно быть любопытным".

"И что заставляет вас думать, что я могу получить личные данные о правительственном чиновнике?"

"Потому что ты - это ты, Надин. Передайте данные на мой домашний компьютер, и я увижу вас в девятьсот часов. Ты с легкостью опередишь стаю на два часа. Подумайте об этих рейтингах ".

"Я думаю. Договорились", - отрезала она и отключилась.

Когда Ева смогла плавно въехать на парковку офиса Рорка в центре города, она стала более благожелательно относиться к обслуживанию автомобилей. Ее VIP-зал ждал, заблокировав свой защитный экран в тот момент, когда она отключилась.

Лифт принял отпечаток ее ладони и тихо, с достоинством поднял ее на верхний этаж.

Она никогда к этому не привыкнет.

Личный помощник Рорка лучезарно улыбнулся ей, приветствовал ее дома, пригласил войти и провел через шикарные приемные, по обтекаемому коридору в элегантный и деловитый личный кабинет Рорка.

Но он был не один.

"Прости". Она изо всех сил старалась не хмуро смотреть на Рианну и Уильяма. "Я прерываю".

"Вовсе нет". Рорк подошел и легко поцеловал ее. "Мы как раз заканчиваем".

"Твой муж настоящий надсмотрщик за рабами". Уильям протянул руку, чтобы тепло пожать Еве. "Если бы ты не пришел, нам с Рианной пришлось бы обойтись без нашего ужина".

"Это Уильям". Рианна рассмеялась. "Он думает либо об электронике, либо о своем желудке".

"Или ты. Ты можешь присоединиться к нам?" он спросил Еву. "Я подумал, что мы могли бы попробовать французское заведение на уровне skyline".

"Копы никогда не едят". Ева попыталась настроиться на легкий светский тон. "Но спасибо".

"Вам нужно регулярное топливо, чтобы помочь процессу исцеления". Рианна прищурила глаза для быстрого профессионального обзора. "Есть боль?"

"Не очень. Я ценю личное служение. И я хотел бы знать, могу ли я поговорить с вами несколько минут по официальному вопросу - если у вас найдется время после еды ".

"Конечно". Любопытство промелькнуло на ее лице. "Могу я спросить, о чем это?"

"Возможность провести консультацию по делу, над которым я работаю. Если вы согласны, мне нужно было бы сделать это завтра, пораньше ".

"Консультация по реальному человеческому существу? Я там ".

"Рианна устала от машин", - вставил Уильям. "Она неделями поднимала шум о возвращении к частной практике".

"Виртуальная реальность, голограммы, автотроника". Она закатила свои прекрасные глаза. "Я жажду плоти и крови. Рорк устроил нас на тридцать втором уровне, в западном крыле. Я должна быть в состоянии подтолкнуть Уильяма к трапезе через час. Просто встреться со мной там ".

"Спасибо".

"О, и Рорк", - продолжила Рианна, когда они с Уильямом направились к двери. "Мы бы хотели, чтобы вы лично ознакомились с новым подразделением, как только сможете им управлять".

"И она называет меня надсмотрщиком над рабами. Сегодня вечером, прежде чем я уйду ".

"Замечательно. Позже, Ева".

"Еда, Рианна. Мне снится Кокиль Сен-Жак". Уильям смеялся, когда вытаскивал ее за дверь.

"Я не хотела прерывать ваше собрание", - начала Ева.

"Ты этого не сделал. И ты дал мне передышку, прежде чем мне придется копаться в горе отчетов о состоянии дел. Я передал все данные о том устройстве виртуальной реальности, о котором вы беспокоитесь. Я просмотрел поверхность, но пока не нашел ничего необычного ".

"Это что-то". Она успокоилась бы легче, как только смогла бы устранить этот угол.

"Уильям смог бы быстрее обнаружить любую проблему", - добавил он. "Но поскольку он и Ри участвовали в разработке, я не думал, что ты захочешь пропустить это мимо ушей".

"Нет. Давайте держать это при себе ".

"Рианна беспокоилась о тебе. Я тоже".

"Она дала мне представление. Она хороша".

"Да, это она". Тем не менее, он откинул лицо Евы назад кончиком пальца. "У тебя болит голова".

"Какой смысл в незаконных сканированиях мозга, когда вы уже можете заглянуть в мою голову?" Она сомкнула ладонь на его запястье, прежде чем он смог опустить руку. "Я не могу заглянуть в твое. Это раздражает ".

"Я знаю". Его губы изогнулись, когда он прижал их к ее лбу. "Я люблю тебя. Смешно."

"Я пришла сюда не за этим", - пробормотала она, когда его руки обвились вокруг нее.

"В любом случае, уделите минутку. Мне это нужно." Он мог чувствовать контур бриллианта на ее шее, который она носила сначала неохотно, а теперь привычно. "Этого хватит". Он отпустил ее назад, довольный, что она продержалась еще мгновение. Она так редко держалась. "Что у вас на уме, лейтенант?"

"Пибоди раскопала тонкую связь между Барроу и Матиасом. Я хочу посмотреть, смогу ли я затянуть это. Насколько сложно было бы получить доступ к подземным передачам, используя онлайн-сервисы MIT в качестве отправной точки?"

Его глаза загорелись. "Я люблю бросать вызов". Он обошел стол, включил свой аппарат, затем сдвинул скрытую панель под ним, щелкнул переключателем вручную.

"Что это?" Ее зубы заходили ходуном. "Это блокирующая система? Ты только что отключил Compuguard?"

"Это было бы незаконно, не так ли?" весело сказал он. Он протянул руку через плечо, чтобы похлопать ее по руке. "Не задавайте вопрос, лейтенант, если не хотите услышать ответ. Итак, какой период времени вас интересует, в частности?"

Нахмурившись, она достала свой журнал и зачитала даты посещения Матиасом Массачусетского технологического института. "Я ищу конкретно Матиаса. Я еще не знаю, какие названия строк он использовал. Фини их получит ".

"О, я думаю, что смогу найти их для тебя. Почему бы тебе не подумать о том, чтобы заказать нам еду? Нет причин голодать".

"Кокиль Сен-Жак?" сухо сказала она.

"Стейк. Редкий." Он выдвинул клавиатуру и начал работать вручную.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Ева ела стоя, дыша Рорку в затылок. Когда ему это надоело, он просто протянул руку и ущипнул ее.

"Отвали".

"Я просто пытаюсь увидеть". Но она отступила. "Ты занимаешься этим уже полчаса".

Он представил, что с оборудованием, имеющимся в полицейском управлении, даже Фини потребовалось бы вдвое больше времени, чтобы добраться до той же точки. "Дорогая Ева", - сказал он, затем вздохнул, когда она только нахмурилась на него. "Здесь есть слои, лейтенант. Слои за слоями. Вот почему они называют это подпольем. Я обнаружил два закодированных имени, которые использовал наш юный, обреченный ас автотоники. Это будет еще не все. Тем не менее, требуется кое-что сделать, чтобы расшифровать передачи ".

Он включил автомат, чтобы сам мог насладиться ужином.

"Это все просто игры, не так ли?" Ева переместилась так, чтобы она могла видеть, как по экрану бегут цифры и странные символы, когда это работает. "Просто взрослые дети, играющие в игры. Тайные общества. Черт возьми, это просто высокотехнологичные клубы ".

"Более или менее. Большинству из нас нравятся развлечения, Ева. Игры, фантазии, анонимность компьютерной маски, чтобы мы могли на время притвориться кем-то другим ".

Игры, снова подумала она. Возможно, все это сводилось к играм, и она просто недостаточно внимательно изучала правила и игроков. "Что плохого в том, чтобы быть тем, кто ты есть?"

"Этого недостаточно для всех. И такого рода вещи привлекают одиноких и эгоцентричных ".

"И фанатики".

"Конечно. Электронные сервисы, особенно подпольные, предоставляют фанатику открытый форум ". Он приподнял бровь, аккуратно разрезая свой стейк. "Они также предоставляют услугу - образовательную, если уж на то пошло, - информативную, интеллектуальную. И может быть совершенно безобидным развлечением. Они законны", - напомнил он ей. "Даже подпольные не слишком строго регулируются. И это проистекает главным образом из того факта, что это почти невозможно сделать. И стоимость непомерно высока".

"ЭДД следит за ними".

"В какой-то степени. Посмотри сюда". Он повернулся назад, нажал несколько клавиш, и дисплей переместился на один из настенных экранов. "Видишь это? Это не более чем несколько забавная обличительная речь о новой версии Camelot. Многопользовательская ролевая программа, голограмма необязательна ", - объяснил он. "Каждый хочет быть королем. И вот." Он указал на другой экран. "Очень простая реклама партнера по эротике, программа виртуальной реальности для сексуальных фантазий, обязательное двойное дистанционное управление". Он усмехнулся, глядя на ее нахмуренный лоб. "Одна из моих компаний производит это. Это довольно популярно ".

"Держу пари". Она не спросила, пробовал ли он это сам. Некоторые данные, в которых она не нуждалась. "Я этого не понимаю. Вы можете арендовать лицензированного компаньона, возможно, дешевле, чем стоимость этой программы. Вы получаете секс во плоти. Зачем тебе это нужно?"

"Фантазия, дорогая. Обретение контроля или отречение от него. И вы можете запускать программу снова и снова, с практически неограниченными вариациями. Это снова настроение и разум. Все фантазии - это настроение и разум."

"Даже те, кто со смертельным исходом", - медленно произнесла она. "Разве не в этом все дело? Обладание контролем. Абсолютный контроль над чьим-либо настроением и разумом. Они даже не знают, что играют в игру. Это большой удар. Тебе понадобилось бы огромное эго и отсутствие совести. Мира говорит, что Джесс не подходит ".

"Ах. Это проблема, не так ли?"

Она бросила взгляд на него сверху вниз. "Ты не кажешься удивленным".

"В мои дни в Дублине, в переулке, мы бы назвали его фагом - помесь ебли с мопсом. Много рта и нет яиц. Я никогда не встречал мерзавца, который мог бы пустить кровь, не скуля."

Она очистила стейк со своей тарелки и отставила его в сторону. "Мне кажется, что убийство таким образом бескровно. Трусливый. Как в бегах".

Он ухмыльнулся на это. "Хорошо сказано, но фуги не убивают, они просто разговаривают".

Она ненавидела то, что начинала соглашаться и проложила себе путь к тому, что выглядело как тупик с Джессом Бэрроу. "Мне нужно больше. Как ты думаешь, сколько еще продлится?"

"Пока я не закончу. Вы можете занять себя данными на устройстве виртуальной реальности ".

"Я вернусь к этому. Я собираюсь спуститься в офис Рианны. Я могу просто оставить ей записку о Джесс, если она не вернется с ужина ".

"Прекрасно". Он не пытался ее разубедить. Она должна была двигаться, он знал. Предпринять какие-то действия. "Ты вернешься, когда закончишь, или я встречу тебя дома?"

"Я не знаю". Он выглядел там идеально, подумала она, сидя в своем шикарном кабинете и управляя приборами. Возможно, каждый хотел быть королем, размышляла она, но Рорку нравилось быть Рорком.

Его пристальный взгляд переместился на нее, удерживаемый. "Да, лейтенант?"

"Ты именно тот, кем ты хочешь быть. Это довольно хорошая сделка ".

"Большую часть времени. И ты такой, каким хочешь быть".

"Большую часть времени", - пробормотала она. "Я свяжусь с Фини и Пибоди после того, как встречусь с Рианной. Посмотри, не отвалилось ли что-нибудь. Спасибо за ужин - и за компьютерное время ".

"Ты можешь отплатить мне тем же". Он взял ее за руку, поднялся. "Я хочу, очень сильно, заняться с тобой любовью сегодня вечером".

"Тебе не обязательно спрашивать". Взволнованная, она повела плечами. "Мы поженились и все такое".

"Допустим, просить - это часть фантазии". Он придвинулся, совсем чуть-чуть; прикоснулся губами к ее губам, всего лишь шепотом. "Позволь мне ухаживать за тобой сегодня вечером, дорогая Ева. Позволь мне удивить тебя. Позволь мне... соблазнить тебя." Он положил руку на ее сердце, почувствовал его сильное биение. "Вот", - пробормотал он. "Я уже начал".

Ее колени дрожали. "Спасибо. Это как раз то, что мне нужно, чтобы мой разум был сосредоточен на моей работе ".

"Два часа". На этот раз он задержался на поцелуе. "Тогда давай возьмем что-нибудь для себя".

"Я попытаюсь". Она отступила, пока была уверена, что все еще может, и быстро направилась к двери. Затем она повернулась назад, просто посмотрела на него. "Два часа", - сказала она ему. "Тогда ты сможешь закончить то, что начал".

Она услышала его смех, когда закрывала дверь и поспешила к лифту. "Тридцать девять, запад", - приказала она, затем обнаружила, что улыбается.

Да, они возьмут что-нибудь для себя, решила она. Что-то, что Джесс и его мерзкая маленькая игрушка пытались у них украсть.

Затем она остановилась, и ее улыбка исчезла. Была ли в этом проблема здесь? она задавалась вопросом. Была ли она настолько сосредоточена на этом - на своего рода личном возмездии, - что упустила что-то большее? Или меньше?

Если Мира была права, и Рорк со своей теорией fug был на высоте, то она ошибалась. Она признала, что пришло время немного отступить. Переориентируйся.

Это было технологическое преступление, размышляла она. Но технические преступления по-прежнему требуют человеческого элемента: мотива, эмоций, жадности, ненависти, ревности и власти. Что из этого - или какая комбинация из этих - было в основе всего этого? Она могла видеть в Джесс и жадность, и жажду власти. Но стал бы он убивать ради них?

Обладая стальным разумом, она прокрутила в уме его реакцию на снимки из морга. Стал бы человек, который вызвал это, направил, чтобы это произошло, отреагировал бы с таким жестоким страданием, столкнувшись с результатами?

Не исключено, решила она. Но это не соответствовало ее представлению о руке на кнопке.

Ему нравилось видеть результаты своей работы, вспомнила она. Ему нравилось посмеиваться над ними и записывать их в свой журнал. Было ли у него еще одно бревно, которое не заметили чистильщики? Ей пришлось бы самой совершить экскурсию по его студии.

Погруженная в раздумья, она вышла на тридцать девятой, осмотрела экранированные стеклянные стены лаборатории. Здесь было тихо, охрана работала вовсю, о чем свидетельствовали камеры в полный рост, предупреждающий красный сигнал детекторов движения. Если какие-то дроны все еще работали, они были за закрытыми дверями.

Она положила ладонь на пластину, получила подтверждение, ответила на запрос о голосовом отпечатке, назвав свое имя, затем запросила местоположение офиса Рианны.

Ты допущен к высшему уровню, Даллас, лейтенант Ева. Идите налево через переход, затем направо до конца. Кабинет доктора Отта в пяти метрах от этого места. Нет необходимости повторять эту процедуру, чтобы получить доступ. Вы очищены.

Она задавалась вопросом, пропустили ли ее Рорк или Рианна и следовали ли указаниям. На нее произвел впечатление проход, откуда открывался полный вид на город со всех сторон. Она могла смотреть себе под ноги и видеть жизнь, бурлящую на улице внизу. Музыка, которую включали, была энергичной и заставила ее с грустью вспомнить идею какого-то музыковеда о том, чтобы подпитывать дронов энтузиазмом к их работе. Не было ли это просто еще одним видом контроля над разумом?

Она прошла мимо двери с отпечатком, который идентифицировал ее как дверь Уильяма. Мастер игры, подумала она. Возможно, было бы полезно услышать его мнение, покопаться в его мозгах, вытрясти из него несколько гипотез. Она постучала, увидела, как индикатор его диктофона сигнализирует красным о заперто.

Прошу прощения, Уильяма Шаффера в настоящее время нет в его офисе. Пожалуйста, оставьте свое имя и любое сообщение. Он ответит как можно скорее.

"Это Даллас. Послушай, Уильям, если у тебя найдется пара минут, когда ты закончишь ужин, у меня есть кое-что, о чем я хотел бы рассказать тебе. Я собираюсь сейчас заскочить в офис Рианны. Я оставлю записку, если ее там не будет. Я буду в здании или дома позже, если у тебя найдется время поговорить со мной ".

Когда она отвернулась, она взглянула на свои часы. Сколько времени потребовалось, чтобы поесть, ради Бога? Вы взяли еду, положили ее в рот, прожевали и проглотили.

Она нашла кабинет Рианны, постучала. Она колебалась меньше пяти секунд, когда индикатор записи загорелся зеленым, затем открыла дверь. Если бы Рианна не хотела, чтобы она была внутри, она бы держала дверь запертой, решила Ева, и позволила себе тщательное изучение.

Это было похоже на Рианну, решила она. Отполированный до яркого блеска, подчеркивающий сексуальные тона в огненно-красных штрихах лазерного рисунка на холодных белых стенах.

Стол был обращен к окну, чтобы обеспечить Рианне постоянный обзор оживленного движения в небе.

Зона отдыха была роскошной, с глубоким мягким шезлонгом в форме тела, который все еще хранил отпечаток его последнего обитателя. Изгибы Рианны были впечатляющими даже в силуэте. Стол из прозрачного пластилида был твердым, как камень, и украшен замысловатой резьбой с ромбовидными узорами, которые улавливали и преломляли свет от лампы с изогнутым горлом и розовым абажуром.

Ева подняла лежащие на нем очки виртуальной реальности, увидела, что они действительно были последней моделью Рорка, и снова положила их. Они все еще заставляли ее чувствовать себя неуютно.

Отвернувшись, она изучала рабочее место в другом конце комнаты. Она отметила, что в этой области нет ничего мягкого или женственного. Это был всего лишь бизнес. Гладкий белый стол, оборудование для тренировки мышц, даже сейчас усердно работающее. Она услышала низкое гудение компьютера в автоматическом режиме, нахмурилась при виде символов, мерцающих на мониторе. Они выглядели похожими на то, что она пыталась расшифровать с экрана Рорка.

Но тогда все компьютерные коды выглядели для нее одинаково.

Заинтригованная, она подошла к столу, но ничего интересного не было оставлено для изучения. Серебряная ручка, пара симпатичных золотых сережек, голограмма Уильяма, одетого в летный костюм и молодо улыбающегося. Короткая распечатка, опять в том же непонятном компьютерном коде.

Ева присела на край стола. Она не хотела вписывать свое жилистое телосложение в отпечаток, оставленный Рианной. Достав свой коммуникатор, она набрала Пибоди.

"Что-нибудь?"

"Сын Дивэйна готов сотрудничать. Он знает об интересе, который она испытывала к играм, особенно к ролевым играм. Он не разделял этого интереса, но он утверждает, что знает одного из ее обычных партнеров. Он встречался с ней короткое время. У меня есть ее имя. Она живет прямо здесь, в Нью-Йорке. У меня есть данные. Должен ли я передавать?"

"Я думаю, ты справишься с интервью в одиночку. Организуйте встречу, приводите ее, только если она откажется сотрудничать. Отчитывайся ".

"Да, сэр". Голос Пибоди оставался трезвым, но ее глаза загорелись от полученного задания. "Я уже в пути".

Удовлетворенная, Ева попыталась дозвониться до Фини, включила запись на его частоте, занятой. Ей пришлось довольствоваться тем, что она оставила запрос на контакт.

Дверь открылась. Рианна остановила свой порыв внутрь, когда заметила Еву за своим столом. "О, Ева. Я не ожидал тебя так рано ".

"Время - часть моей проблемы".

"Я вижу". Она улыбнулась, позволив двери закрыться. "Я полагаю, Рорк оправдал тебя".

"Я думаю, он сделал. Проблема?"

"Нет, нет". Рианна махнула рукой. "Я отвлекся, я полагаю. Уильям бесконечно говорил о каких-то сбоях, которые его беспокоят. Я оставила его размышлять над своим крем-брюле ". Она бросила взгляд на свой гудящий компьютер. "Работа здесь никогда не останавливается. Исследования и разработки - это предложение на двадцать четыре / семь ". Она улыбнулась. "Как полицейская работа, я полагаю. Ну, у меня не было времени на бренди. Хочешь немного?"

"Нет, спасибо. При исполнении".

"Тогда кофе". Рианна подошла к стойке, попросила бокал бренди и чашку черного кофе. "Вам придется извинить мою рассеянность. Сегодня мы немного отстаем от графика. Рорку нужны были данные о новой модели виртуальной реальности, и он хотел получить ее от концепции до реализации ".

"Это было твое. Я не осознавал этого, пока он не упомянул об этом только что ".

"О, в основном Уильяма. Хотя у меня была небольшая роль. Сейчас." Она протянула Еве кофе, затем обошла стол со своим бренди, чтобы сесть. "Что я могу для тебя сделать?"

"Я надеюсь, вы согласитесь на эту консультацию. Субъект в настоящее время находится под стражей, сейчас у него есть адвокат, но я не думаю, что там нам что-то помешает. Мне нужен профиль, относящийся к вашей конкретной области знаний ".

"Генетическое клеймение". Рианна постучала пальцами. "Интересно. В чем вас обвиняют?"

"Я не волен обсуждать это, пока не получу вашего согласия и не согласоваю сеанс с моим командиром. Как только это будет сделано, я бы хотел, чтобы тестирование было назначено на семьсот ".

"В семь утра?" Рианна поморщилась. "Ой. И здесь я скорее ночная сова, чем жаворонок. Ты хочешь, чтобы я был на ногах в этот час, дай мне какой-нибудь стимул ". Она слегка улыбнулась. "Я могу предположить, что вы уже попросили Миру протестировать ваш объект - и результаты вам не понравились".

"Второе мнение не является чем-то необычным". Это был защитный ответ. Она чувствовала себя защищающейся. И Ева поняла, что чувствовала себя виноватой.

"Нет, но отчеты доктора Миры безупречны, и они очень редко подвергаются сомнению. Ты ужасно хочешь его ".

"Я ужасно хочу правду. Чтобы найти это, я должен отделить теорию от лжи и обманов". Она оттолкнулась от стола. "Послушай, я думал, тебе интересно заниматься такого рода вещами".

"Я есть, очень. Но мне нравится знать, с чем я имею дело. Мне понадобится сканирование мозга субъекта."

"Я понял это. В доказательство".

"Неужели?" Ее глаза по-кошачьи заблестели. "Также важно иметь все доступные данные о его биологических родителях. Известны ли они?"

"Мы получили доступ к этим данным для теста доктора Миры. Это будет доступно тебе ".

Рианна откинулась назад, взбалтывая свой бренди. "Должно быть, это убийство". Ее губы дрогнули от выражения лица Евы. "В конце концов, это твоя область. Изучение отнятия жизней".

"Можно сказать и так".

"Как ты это сформулируешь?"

"Расследование в отношении берущих".

"Да, да, но для того, чтобы сделать это, вы изучаете мертвых - и саму смерть. Как это произошло, что вызвало это, что произошло в те последние мгновения между берущим и жертвой. Завораживающий. Что за личность требуется, чтобы изучать смерть регулярно, день за днем, год за годом, как призвание? Это ранит тебя, Ева, или ожесточает?"

"Это выводит тебя из себя", - коротко сказала она. "И у меня нет времени философствовать".

"Прости, дурная привычка". Рианна вздохнула. "Уильям говорит мне, что я анализирую все до смерти". Она улыбнулась. "Не то чтобы это преступление - такого рода убийство. И я заинтересован в том, чтобы помочь вам. Позови своего командира", - пригласила она. "Я подожду и посмотрю, будет ли получено разрешение. Тогда мы сможем обсудить детали ".

"Я ценю это". Ева убрала свой коммуникатор, отвернулась и запросила только отображение. Это заняло больше времени и, как она чувствовала, было менее эффективным. Сквозное кодирование информации и запроса. Как вы могли бы добавить свои инстинкты, свою решимость к демонстрации?

Но она делала все возможное и ждала.

Какого черта ты пытаешься сделать, Даллас, переопределить Миру?

Я хочу услышать другое мнение, коммандер. Это вполне укладывается в процедуру. Я исследую все углы. Если я не смогу убедить окружного прокурора обвинить Джесс в принуждении к самоубийству, я не хочу, чтобы были выдвинуты менее серьезные обвинения. Мне нужно подтверждение намерения причинить вред.

Это давило на нее, и она знала это. Ева ждала со скрученным желудком, пока Уитни обдумывал свое решение.

Просто дай мне возможность открыться, подумала она. Ему нужно прижать уши назад. Он должен заплатить.

Вы можете действовать по моему разрешению, лейтенант. Лучше бы это не было пустой тратой бюджета. Мы оба знаем, что отчет Миры будет иметь большое значение.

Понято и оценено. Отчет доктора Отта доставит адвокату Барроу головную боль, если не что иное. В настоящее время я работаю над детализацией связи между подозреваемым и жертвами. Результаты будут доступны через девятьсот часов.

Будь чертовски уверен в этом. Моя задница теперь болтается рядом с твоей. Уитни уходит.

Ева испустила долгий, тихий вздох. Она выиграла еще немного времени, и это было все, призналась она себе, чего она добивалась. Со временем она смогла копнуть глубже. Если Рорк и Фини не смогли извлечь данные, то не было никого, ни за пределами планеты, ни на ней, кто мог бы.

Джесс заплатит, но убийство останется неотомщенным. Она на мгновение закрыла глаза. И вот где она стояла. Мстя за мертвых.

Она снова открыла глаза, желая привести себя в порядок, прежде чем сообщать подробности Рианне.

Именно тогда она увидела это, черно-белое изображение на мониторе компьютера.

Матиас, Дрю зарегистрировался как автофил. Матиас, Дрю зарегистрирован как Бэнгер. Матиас, Дрю зарегистрирован как Голодик.

Ее сердцебиение участилось, но рука была тверда как скала, когда она переключила свой коммуникатор с выключенного на открытый, подавая сигнал Пибоди и Фини по первому коду. Требуется подкрепление. Немедленно отреагируйте на источник передачи.

Она положила карточку в карман, повернулась. "Командир одобрил консультацию. Неохотно. Мне понадобятся результаты, Рианна ".

"Ты их получишь". Рианна отхлебнула бренди, затем перевела взгляд на изящный маленький прибор на своем столе. "Твой пульс только что ускорился, Ева, и уровень адреналина в крови резко вырос". Она наклонила голову. "О боже", - пробормотала она и подняла свою сверкающую руку. В нем был официальный парализатор полиции Нью-Йорка. "Это проблема".

Несколькими этажами выше Рорк просматривал новые данные о Матиасе, напевая над ними. Теперь мы к чему-то приближаемся, подумал он. Он снова переключился на авто и настроился на данные нового устройства виртуальной реальности. Не было ли странным, подумал он, и интересным, что некоторые компоненты консоли magic Джесса Бэрроу так точно отражают компоненты его нового устройства?

Затем он тихо выругался, когда зажужжал его внутренний канал связи.

"Я не хочу, чтобы меня прерывали".

"Я сожалею, сэр. Здесь есть Мэвис Фристоун. Она утверждает, что ты увидишь ее ".

Он переключил второй компьютер в режим авто, заблокировал аудио и видео. "Впусти ее, Каро. И вы можете выйти из системы на день. Ты мне больше не будешь нужен ".

"Спасибо тебе. Я немедленно верну ее обратно ".

Рорк нахмурился про себя, лениво поднял устройство виртуальной реальности, которое оставила ему Рианна, чтобы опробовать. Несколько корректировок, размышлял он. Улучшено для следующего выпуска. Это было загружено подсознательными вариантами и могло бы объяснить совпадение сходства. Тем не менее, ему это было безразлично. Он начал обдумывать возможную утечку в своем научно-исследовательском подразделении.

Он поинтересовался, что именно Уильям придумал в качестве изменений для второго производственного цикла, и вставил диск в свой запасной блок. Не помешало бы просмотреть данные, пока он видит, что у Мэвис на уме.

Его машина просигналила о принятии, начала загрузку, когда открылась его дверь. Мэвис ворвалась, как причудливый шторм.

"Это моя вина, полностью моя вина, и я не знаю, что делать".

Рорк обошел стол, взял Мэвис за руки и бросил понимающий взгляд на своего сбитого с толку помощника. "Иди домой. Я разберусь с этим. О, и оставьте систему безопасности открытой для моей жены, пожалуйста. Садись, Мэвис." Он подвел ее к стулу. "Сделай вдох". Точно прочитав ее, он погладил ее по голове. "И не плачь. В чем вообще твоя вина?"

"Джесс. Он использовал меня, чтобы добраться до тебя. Даллас сказал, что это не моя вина, но я думал об этом, и это так ". Она издала долгий, героический всхлип. "У меня есть это". Она подняла диск.

"И это что?"

"Я не знаю. Может быть, доказательство. Ты принимаешь это".

"Хорошо". Он выхватил диск у нее из рук, когда она дико замахала им. "Почему ты не отдал это Еве?"

"Я бы- я собирался. Я думал, что она была здесь. Я не думаю, что у меня должно это быть. Я даже не сказала об этом Леонардо. Я ужасный человек", - закончила она.

Истеричные женщины встречались ему и раньше. Рорк сунул диск в карман, подошел и заказал соску для умывания более мягкой разновидности. "Вот, выпей это. Как ты думаешь, Мэвис, что это за доказательство?"

"Я не знаю. Ты ведь не ненавидишь меня, правда?"

"Дорогая, я обожаю тебя. Выпей это до дна".

"Неужели?" Она послушно сглотнула. "Ты мне действительно нравишься, Рорк, и не только потому, что ты зарабатываешь кредиты или что-то в этом роде. Это хорошо, что ты есть, потому что бедный отстой, верно?"

"Это действительно так".

"Но в любом случае, ты делаешь ее такой счастливой. Она даже не знает, насколько счастлива, потому что она никогда не была. Ты знаешь?"

"Да. Теперь три медленных спокойных вдоха. Готов? Один."

"Хорошо". Она восприняла их очень серьезно, ее глаза встретились с его. "Ты хорош в этом. Успокаиваю людей. Бьюсь об заклад, она не часто позволяет тебе делать это за нее ".

"Нет, она этого не делает. Или она не знает этого, когда я знаю." Он улыбнулся. "Мы знаем ее, не так ли, Мэвис?"

"Мы любим ее. Мне так жаль ". Навернулись слезы, но они были успокаивающими и мягкими. "Я понял это после того, как прослушал диск, который я тебе дал. По крайней мере, я понял кое-что из этого. Это копия "ложись" из моего видео. Я провернул это потихоньку. Я хотел этого для потомков, понимаешь? Но после этого есть памятка ".

Она посмотрела вниз на свои руки. "Это первый раз, когда я играл это, первый раз, когда я услышал все это. Он отдал копию Далласу, но после этой версии сделал заметки о ..." Она замолчала, подняла внезапно сухие глаза. "Я хочу, чтобы ты причинил ему за это боль. Я хочу, чтобы ты причинил ему по-настоящему сильную боль. Сыграйте это, исходя из того, откуда я это записал ".

Рорк ничего не сказал, но встал и вставил диск в свой проигрыватель. Экран наполнился светом, музыкой, затем громкость и интенсивность уменьшились, как фон для голоса Джесс.

"Я не уверен, какими будут результаты. Однажды я найду ключ, чтобы прикоснуться к источнику. На данный момент я могу только строить догадки. Предложение адресовано памяти. Воссоздание травмы. Что-то кроется в основе этих теней в сознании Далласа. Что-то завораживающее. О чем она будет мечтать сегодня вечером после прослушивания диска? Сколько времени пройдет, прежде чем я смогу соблазнить ее, чтобы она разделила все это со мной? Какие секреты она скрывает? Это так забавно - удивляться. Я просто жду шанса прикоснуться к темной стороне Рорка. О, у него есть это, так близко к поверхности, что вы почти можете это увидеть. Мысль о них вместе, когда под контролем только животное, вызывает у меня такой прилив сил. Я не могу придумать двух более увлекательных сюжетов для этого проекта. Боже, благослови Мэвис за то, что открыла дверь. В течение шести месяцев я буду знать этих двоих так хорошо, предугадывать их реакцию так ясно, что смогу привести их именно туда, куда я захочу. Тогда нет предела. Слава, богатство, преклонение. Я буду чертовым отцом виртуального удовольствия".

Рорк хранил молчание, пока не закончился диск. Он не убрал его, уверенный, что его пальцы раздавят его как порошок.

"Я уже причинил ему боль", - сказал он наконец. "Но этого недостаточно. Этого и близко недостаточно". Он повернулся к Мэвис. Она поднялась и стояла, маленькая, как фея, в своем розовом газовом платье с открытыми плечами, выглядевшем как-то отважно. "Ты не несешь ответственности за это", - сказал ей Рорк.

"Может быть, это правда. Я должен разобраться с этим. Но я знаю, что он не подобрался бы так близко к ней или к тебе без меня. Поможет ли это удержать его в клетке?"

"Я думаю, он услышит, как поворачивается замок, и будет долго ждать, прежде чем услышит, как он открывается снова. Ты оставишь это мне?"

"Да. Теперь я от тебя отвяжусь".

"Тебе здесь всегда рады".

Ее губы изогнулись. "Если бы не Даллас, ты бы со всех ног помчался в противоположном направлении, когда впервые увидел меня".

Он подошел к ней, крепко поцеловал ее в этот искривленный рот. "Это было бы моей ошибкой - и моей потерей. Я вызову для тебя машину ".

"Тебе не обязательно-"

"Машина будет ждать вас у главного входа".

Она потерла рукой под носом. "Один из тех волшебных лимузинов?"

"Абсолютно".

Он проводил ее до двери, заботливо прикрыл ее за ней. Он надеялся, что этого диска будет достаточно, чтобы вбить еще один гвоздь в Джесс. Но это все еще не указывало на убийство. Он вернулся, приказал обеим своим машинам вывести на экран.

Сидя за своим столом, он взял очки виртуальной реальности и изучил данные.

***

Ева опустила взгляд на парализатор. С ее точки зрения, она не могла быть уверена, какая настройка была выбрана. Она знала, что внезапное движение может привести к чему угодно - от легкого дискомфорта и частичного паралича до смерти.

"Для гражданского лица незаконно владеть этим оружием или управлять им", - холодно сказала она.

"Я не думаю, что это особенно актуально при данных обстоятельствах. Вытаскивай свою, Ева, медленно, кончиками пальцев. Тогда поставь это на стол. Я не хочу причинять тебе боль", - добавила Рианна, когда Ева не сделала ни малейшего движения, чтобы подчиниться. "У меня никогда не было. Не совсем. Но я сделаю все, что необходимо ".

Не сводя глаз с Рианны, Ева медленно потянулась к ее боковой руке.

"И не думай о том, чтобы пытаться использовать это. У меня нет этого на max, но оно на очень высоких настройках. Вы не сможете использовать свои конечности в течение нескольких дней, и хотя возможное повреждение мозга не обязательно является необратимым, это очень неудобно ".

Ева очень хорошо знала, на что способен парализатор, и она осторожно достала свое оружие, положив его на угол стола. "Тебе придется убить меня, Рианна. Но тебе придется сделать это лицом к лицу, лично. Это не будет похоже на другие ".

"Я собираюсь попытаться избежать этого. Короткий, безболезненный, даже приятный сеанс виртуальной реальности, и мы сможем настроить вашу память и направить вашу цель. Ты метко нацелилась на Джесс, Ева. Почему бы нам просто не оставить все так, как есть?"

"Почему ты убила тех четырех человек, Рианна?"

"Они убили себя, Ева. Ты был прямо там, когда Чериз Дивейн спрыгнула с того здания. Нужно верить в то, что видишь собственными глазами". Она вздохнула. "Или большинство так и делает. Ты не самый, не так ли?"

"Почему ты убил их?"

"Я просто поощрял их заканчивать свои жизни определенным образом в определенное время. И почему?" Рианна пожала своими прекрасными плечами. "Почему, потому что я мог".

Она красиво улыбнулась и издала звук, похожий на смех колокольчика.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

По подсчетам Евы, Пибоди или Фини не потребуется много времени, чтобы вернуться по ее сигналу. Ей просто нужно было время. И у нее было чувство, что Рианна обеспечит это. Некоторые эго, как и некоторые люди, питались регулярным восхищением. Рианна подходит на оба уровня.

"Ты работал с Джесс?"

"Этот любитель". Рианна тряхнула волосами при этой мысли. "Он пианист. Не то чтобы у него не было определенного таланта к базовой инженерии, но ему не хватает видения - и мужества, - добавила она с медленной кошачьей улыбкой. "В целом, женщины намного мужественнее и порочнее мужчин. Ты не согласен?"

"Нет. Я думаю, что мужество и порочность не имеют пола ".

"Что ж". Разочарованная, Рианна на мгновение поджала губы. "В любом случае, я недолго переписывался с ним пару лет назад. Мы обменялись идеями, теориями. Анонимность подпольных электронных сервисов удобна. Я наслаждался его разглагольствованиями и смог польстить ему, заставив поделиться некоторыми своими техническими достижениями. Но я был намного впереди него. Честно говоря, я никогда не думал, что он зайдет так далеко, как, по-видимому, зашел. Простое настроение, расширяющееся, я полагаю, при некотором прямом внушении ". Она склонила голову набок. "Достаточно близко?"

"Ты пошел дальше".

"О, лиги. Почему бы тебе не присесть, Ева? Нам обоим было бы удобнее ".

"Мне удобно стоять на ногах".

"Как тебе угодно. Но на несколько шагов назад, если вы не возражаете." Она взмахнула парализатором. "Я бы не хотел, чтобы ты пытался достать свое оружие. Мне пришлось бы использовать это, и я бы не хотел терять такую хорошую аудиторию ".

Ева сделала шаг назад. Она подумала о Рорке, несколькими этажами выше. Он не спустился бы, чтобы найти ее. По крайней мере, у нее не было такого беспокойства. Во всяком случае, он бы позвонил, если бы зацепился за что-то. Итак, он был в безопасности, и она могла тянуть время.

"Ты врач", - указала Ева. "Психиатр. Вы потратили годы на то, чтобы учиться помогать состоянию человека. Зачем отнимать жизни, Рианна, когда ты обучена их спасать?"

"Возможно, заклейменный при зачатии". Она улыбнулась. "О, тебе не нравится эта теория. Ты бы использовал это, чтобы продвинуть свое дело, но тебе это не нравится. Ты не знаешь, откуда ты пришла, или от чего." Она увидела, как глаза Евы вспыхнули, и кивнула, довольная. "Я изучил все доступные данные о Еве Даллас, как только узнал, что Рорк был связан с тобой. Я очень привязан к Рорку, однажды поиграл с идеей превратить нашу слишком короткую связь во что-то более постоянное ".

"Он бросил тебя?"

Улыбка застыла, когда оскорбление попало в цель. "Это ниже твоего достоинства, такой мелкий женский хит. Нет, он этого не сделал. Мы просто дрейфовали в противоположных направлениях. Я намеревался вернуться, скажем так, в конце концов. Так что я был заинтригован, когда он проявил такой живой интерес к полицейскому, ко всему прочему. Не в его обычном вкусе, определенно не в его обычном стиле. Но ты... интересный. Особенно после того, как я получил доступ к данным о тебе ".

Она удобно устроилась на подлокотнике кресла для релаксации. Оружие оставалось нацеленным и устойчивым. "Юный, подвергшийся насилию ребенок, найденный в аллее Далласа. Сломленный, избитый, сбитый с толку. Никаких воспоминаний о том, как она туда попала, кто ее избил, изнасиловал, бросил. Пустота. Я нашел это захватывающим. Ни прошлого, ни родителей, ни намека на то, что сделало ее. Мне понравится изучать тебя ".

"Ты не запустишь свои руки в мою голову".

"О, но я сделаю это. Вы даже предложите это сами, как только совершите пару поездок на устройстве, которое я приготовил специально для вас. Я действительно ненавижу, что мне придется позаботиться о том, чтобы вы забыли все, что мы здесь обсуждали. У тебя такой острый ум, такая сильная энергия. Но это даст нам шанс поработать вместе. Как бы я ни любила Уильяма, он такой ... близорукий ".

"Насколько он вовлечен?"

"Он понятия не имеет. Первый тест, который я провел на исправленном устройстве, был на Уильяме. Это был настоящий успех, и все стало намного проще. Я мог бы поручить ему настроить каждую единицу, которую я хотел. Он быстрее, более сведущ в электронике, чем я. Он на самом деле помог мне усовершенствовать дизайн и персонализировать тот, который я отправил сенатору Перли ".

"Почему?"

"Еще одно испытание. Он очень громко говорил о неправильном использовании подсознания. Ему нравились игры, как, я уверен, вы уже поняли, но он постоянно настаивал на правилах. Цензура, если вы спросите меня. Он сунул нос в порнографию, соглашаясь на двойной контроль взрослых, коммерческую рекламу и ее использование для внушения, всевозможные вещи. Я думал о нем как о своем жертвенном агнце".

"Как вы получили доступ к структуре его мозга?"

"Уильям. Он очень умен. Ему потребовалось несколько недель напряженной работы, но ему удалось взломать систему безопасности ". Она наклонила голову, наслаждаясь моментом. "Также на высшем уровне Нью-Йоркской полиции. Он ввел туда вирус. Просто чтобы занять ваших людей из EDD ".

"И именно там ты получил доступ к моему шаблону".

"Действительно, это так. У него мягкое сердце, мой Уильям, ему было бы ужасно больно узнать, что он сыграл важную роль в принуждении ".

"Но ты использовал его, ты сделал его частью этого. И это совсем не причиняет тебе боли".

"Нет, это не так. Уильям сделал все это возможным. И если бы не он, был бы другой ".

"Он любит тебя. Ты можешь это видеть ".

"О, пожалуйста". Это заставило ее рассмеяться. "Он щенок. Все мужчины таковы, когда дело доходит до привлекательных женских форм. Они просто садятся и просят. Это забавно, иногда раздражает и всегда полезно ". Заинтригованная, она коснулась языком верхней губы. "Только не говори мне, что ты не использовала свое основное женское преимущество на Рорке".

"Мы не используем друг друга".

"Ты упускаешь простое преимущество". Но Рианна отмахнулась от этого. "Уважаемая доктор Мира назвала бы меня социопатом с склонностью к насилию и непреодолимой потребностью в контроле. Патологический лжец с нездоровым, даже опасным увлечением смертью ".

Ева немного подождала. "И вы согласились бы с этим анализом, доктор Отт?"

"Да, действительно. Моя мать покончила с собой, когда мне было шесть. Мой отец так и не оправился от этого. Он передал меня моим бабушке и дедушке и ушел исцеляться. Я не верю, что он когда-либо это делал. Но я видел лицо моей матери после того, как она приняла смертельную горсть таблеток. Она выглядела довольно красивой и очень счастливой. Так почему же смерть, если ее принять, не должна быть приятным опытом ".

"Попробуй", - предложила Ева, - "и увидишь". Затем она улыбнулась. "Я помогу тебе".

"Возможно, однажды. После того, как я закончу свое исследование ".

"Тогда мы лабораторные крысы; не игрушки, не игры, а эксперименты. Дроиды для препарирования."

"Да. Молодой Дрю. Я сожалел об этом, потому что он был молод и имел потенциал. Я консультировался с ним, как я теперь понимаю, опрометчиво, когда мы с Уильямом работали на курорте Олимп. Он влюбился в меня. Такой молодой. Я был польщен, а Уильям очень терпим к внешним отвлекающим факторам ".

"Он просто слишком много знал, поэтому вы послали ему модифицированную единицу и сказали ему повеситься".

"В принципе. В этом не было бы необходимости, но он не хотел позволить отношениям умереть. Это означало, что он должен был, прежде чем он потерял тот блеск, которым влюбленность застилает глаза человека, и посмотрел слишком пристально ".

"Ты раздевал своих жертв", - добавила Ева. "Окончательное унижение?"

"Нет". Рианна казалась шокированной и оскорбленной этой идеей. "Вовсе нет. Основная символика. Мы рождаемся голыми, и голыми мы умираем. Мы завершаем круг. Дрю умер счастливым. Они все это сделали. Никаких страданий, вообще никакой боли. Радость, на самом деле. Я не монстр, Ева. Я ученый ".

"Нет, ты монстр, Рианна. И в наши дни общество сажает своих монстров в клетку и держит их там. Ты не будешь счастлив в клетке".

"Этого не произойдет. Джесс заплатит. Ты будешь бороться, чтобы отправить его туда после моего отчета завтра. И если вы не сможете предъявить обвинения в принуждении, вы всегда будете верить, что он был ответственен. И когда будут другие, я буду очень отборным, очень осторожным, и я прослежу за тем, чтобы каждый субъект самостоятельно заканчивал вне вашего диапазона. Тебя это больше не будет беспокоить ".

"Ты договорился о двух в моем диапазоне". Тошнота скрутила ее желудок. "Чтобы привлечь мое внимание".

"Отчасти. Я действительно хотел посмотреть на тебя за работой. Внимательно наблюдайте за собой, шаг за шагом. Просто чтобы посмотреть, так ли ты хорош, как сообщалось. Ты ненавидел Фицхью, и я подумал, почему бы не оказать моей новой подруге Еве небольшую услугу? Он был напыщенным ослом, раздражителем общества и очень плохим игроком. Я хотел, чтобы его смерть была кровавой. Он предпочитал кровавые игры, ты знаешь. Я никогда не встречался с ним лично, но время от времени встречался с ним в киберпространстве. Бедный неудачник".

"У него была семья", - выдавила Ева. "Как Перли, Матиас и Чериз Дивейн".

"О, жизнь продолжается". Она махнула рукой, отпуская. "Все наладится. Такова человеческая природа. А что касается Чериз, то в ней было не больше материнства, чем в бродячей кошке. Для нее все это было честолюбием. Она наскучила мне до бесчувствия. Самым развлечением, которое она когда-либо предоставляла, была смерть на камеру. Что за улыбка. Они все улыбнулись. Это была моя маленькая шутка - и мой подарок им. Последнее предложение. Умирать, это так прекрасно, это забавно и так радостно. Умри и испытай наслаждение. Они умерли, испытывая наслаждение".

"Они умерли с застывшей улыбкой и ожогом мозга".

Брови Рианны сошлись вместе. "Что ты имеешь в виду, ожог?"

Где, черт возьми, было ее прикрытие? Сколько еще она сможет тянуть? "Ты не знал об этом? В твоем маленьком эксперименте есть небольшой дефект, Рианна. Это прожигает дыру в лобной доле, оставляя то, что мы могли бы назвать тенью. Или отпечаток пальца. Твой отпечаток пальца".

"Это ничего не значит". Но она закусила губу, когда обдумывала это. "Интенсивность подсознания могла вызвать это, я полагаю. Это должно проникнуть внутрь, твердо, чтобы обойти инстинктивное сопротивление, инстинкт самосохранения. Нам придется поработать над этим, посмотреть, что можно скорректировать ". Раздражение омрачило ее глаза. "Уильяму придется действовать лучше. Мне не нравятся недостатки ".

"Ваш эксперимент полон ими. Ты должен контролировать Уильяма, чтобы продолжать. Сколько раз ты использовала систему на нем, Рианна? Увеличит ли дальнейшее использование этот ожог? Интересно, какой ущерб это могло бы нанести ".

"Это можно исправить". Она рассеянно постукивала пальцами свободной руки по своему бедру. "Он все исправит. Я сделаю ему новое сканирование, изучу изъян - если он у него есть. Исправь это ".

"О, у него будет один". Ева подошла ближе, оценивая расстояние, риск. "У всех у них был один. И если вы не сможете восстановить Уильяма, вам, вероятно, придется его уничтожить. Вы не могли рисковать тем, что этот недостаток станет больше, вызывая неконтролируемое поведение. Ты мог бы?"

"Нет. Нет. Я займусь этим немедленно. Сегодня вечером".

"Возможно, уже слишком поздно".

Глаза Рианны резко открылись. "Можно внести коррективы. Будет совершено. Я не зашел так далеко, не достиг так многого, чтобы смириться с какой бы то ни было неудачей ".

"И все же, чтобы добиться полного успеха, тебе придется контролировать меня, и я не буду облегчать это".

"У меня уже есть схема твоего мозга", - напомнила ей Рианна. "Я уже реализовал вашу программу. Это будет очень просто ".

"Я удивлю тебя", - пообещала Ева. "И Рорк. Вы не сможете творить без него, и он узнает. Ты рассчитываешь также контролировать его?"

"Это будет особое удовольствие. Мне действительно пришлось скорректировать график. Я надеялась сначала насладиться им. Можно сказать, небольшое путешествие по дорожке памяти. Рорк такой изобретательный в постели. У нас не было времени сравнивать эти записи, но я уверен, вы согласитесь ".

Это заставило Еву сжать зубы, но она говорила спокойно. "Используете свою игрушку для сексуального удовлетворения, доктор Отт? Как ненаучно".

"И как весело. Я не такой мастер, как Уильям, но мне нравится хорошая, творческая игра ".

"И так ты встретил всех своих жертв".

"Пока. Через петли и подполье. Игры могут быть расслабляющими и развлекательными. И мы с Уильямом согласились, что обработка информации, поступающей от игроков, поможет нам разработать более креативные варианты для новой виртуальной реальности." Она взъерошила волосы. "Не то чтобы кто-то имел в виду то, что я создавал".

Ее взгляд переместился на монитор, нахмурившись над данными, передаваемыми из офиса Рорка. Сейчас он обрабатывал спецификации виртуальной реальности, отметила она. "Но ты уже заставил Рорка копать глубже. Не только над молодым Дрю, но и над самим подразделением. Меня это не обрадовало, но всегда есть способы обойти неудобства ". Ее улыбка покосилась на присутствующих. "Рорк не так необходим, как ты думаешь. Как ты думаешь, кому все это будет принадлежать, если с ним что-то случится?"

Она снова засмеялась, в чистом восторге, когда Ева безучастно уставилась на нее.

"Ну, ты поймешь, дорогая. Все это будет твоим, под твоим контролем, и, следовательно, моим. Не волнуйся, я не позволю тебе долго оставаться вдовой. Мы найдем кого-нибудь для тебя. Я выберу его лично ".

Ужас заморозил ее кровь, сковал льдом мышцы, ледяным кольцом сжал сердце. "Ты создал для него единицу".

"Только что закончен сегодня днем. Интересно, испытал ли он это уже? Рорк так эффективен и так лично заинтересован во всех своих владениях ".

Она выпустила струю к ногам Евы, предвосхищая ее. "Не надо. Я просто оглушу тебя, и это займет больше времени ".

"Я убью тебя своими собственными руками". Ева втягивала и выпускала воздух из легких, приказывая себе думать. "Я клянусь в этом".

***

В своем кабинете Рорк, нахмурившись, просматривал данные, которые он преобразовал. Чего-то не хватает, подумал он. Чего мне не хватает?

Он потер глаза от напряжения, откинулся на спинку стула. Он решил, что ему нужна передышка. Очисти разум, дай отдых глазам. Взяв устройство виртуальной реальности со своего стола, он повертел его в руках.

***

"Ты не станешь рисковать. Если ты это сделаешь, и я оглушу тебя, ты никогда не доберешься до него вовремя. Всегда есть надежда, что ты сможешь остановить это, спасти его." Ее улыбка снова стала насмешливой. "Видишь, я прекрасно понимаю тебя, Ева".

"А ты?" Спросила Ева, и вместо того, чтобы броситься вперед, отпрыгнула назад. "Отбой", - крикнула она, хватаясь за оружие, когда комната погрузилась во тьму. Она почувствовала легкий укол, когда прицел Рианны дрогнул, задел ее плечо.

Затем она упала, заблокированная столом, и стиснула зубы от боли. Она перекатилась быстро, но не очень хорошо, и сильно ударилась о больное колено.

"У меня это получается лучше, чем у тебя", - спокойно сказала Ева. Но пальцы в ее правой руке покалывало и дрожали, заставляя ее переложить оружие в левую. "Ты здесь дилетант. Брось оружие, и я, возможно, не убью тебя ".

"Убей меня?" Голос Рианны был шипящим. "В тебе запрограммировано слишком много полицейского. Максимальная сила только тогда, когда все другие методы терпят неудачу ".

Рядом с дверью, сказала себе Ева, задерживая дыхание, напрягая слух. Справа от нее. "Здесь нет никого, кроме тебя и меня. Кто должен знать?"

"Слишком много совести. Не забывай, я знаю тебя. Я был в твоей голове. Ты не смог бы с этим жить ".

Придвигаюсь ближе к двери. Вот и все, продолжай. Еще немного. Попробуй выбраться, ты, сука, и я отброшу тебя, как кусок испорченного мяса.

"Возможно, ты прав. Может быть, я просто покалечу тебя ". Сжимая оружие, Ева налегла на живот вокруг стола.

Дверь открылась, но вместо выбежавшей Рианны вошел Уильям. "Рианна, что ты делаешь в темноте?"

Даже когда Ева вскочила на ноги, палец Рианны дернулся на оружии, заставив нервную систему Уильяма затрепетать.

"О, Уильям, ради Бога". Это было скорее отвращение, чем страдание. Когда он начал падать, Рианна поднырнула под него и бросилась на Еву. Ее ногти злобно царапнули грудь Евы, когда обе женщины рухнули на пол.

Она знала, куда стремиться. Она ухаживала за каждой шишкой и синяком на теле Евы и теперь била по ним, выворачивала, колола. Колено врезалось в это нежное бедро, сжатый кулак врезался в вывихнутое колено.

Ослепнув от боли, Ева выбросила локоть, услышав удовлетворительный хруст хряща, когда он соприкоснулся с носом Рианны. Рианна закричала высоким женским звуком и впилась в него зубами.

"Сука". Опустившись на тот же уровень, Ева схватила горсть волос и дернула. Затем, слегка устыдившись промаха, она ткнула своим оружием в подбородок Рианны. "Дыши слишком тяжело, и я тебя выгоню. Горит свет ".

Она задыхалась, истекала кровью, ее тело пело от боли. Она надеялась, что позже испытает удовлетворение, увидев красивое лицо своей противницы в синяках, измазанное кровью, которая продолжала течь из ее сломанного носа. Но сейчас было слишком много страха.

"Я все равно выставляю тебя вон".

"Нет, ты этого не сделаешь". Голос Рианны был стальным и спокойным, а ее губы изогнулись в широкой, ослепительной улыбке. "Я сделаю", - сказала она и повернула запястье руки, в которой Ева держала оружие, пока острие не уперлось сбоку в ее шею. "Я ненавижу клетки". И, улыбаясь, она выстрелила.

"Иисус, Иисус Христос". Она вскарабкалась, пока тело Рианны все еще содрогалось, толкнула Уильяма, выхватила у него из кармана линк. Он дышал, но ей было на это наплевать.

Она бросилась бежать.

"Ответь мне, ты ответь мне!" - прокричала она в 'link, когда нащупала его. "Рорк", - приказала она, - "главный офис. Ответь мне, черт возьми ". Затем она подавила крик, когда передача отказалась проходить.

Строка, которая в настоящее время используется. Пожалуйста, подождите или повторите попытку на мгновение.

"Обходи, сукин ты сын. Как ты обходишь эту штуку?" Она ускорила шаг до хромающего галопа, даже не осознавая, что плачет.

В коридоре послышались приближающиеся к ней шаги, но она даже не остановилась.

"Даллас, святой Боже".

"Там, сзади". Она промчалась мимо Фини, едва расслышав его безумные вопросы сквозь ревущее море ужаса в своей голове. "Там, сзади. Пибоди, со мной. Поторопись".

Она вошла в лифт, нажала на кнопку вызова. "Скорее, скорее".

"Даллас, что случилось?" Пибоди коснулась своего плеча, и ее передернуло. "Ты истекаешь кровью. Лейтенант, каков статус?"

"Рорк, о Боже, о Боже, пожалуйста". Текли слезы, обжигая ее, ослепляя. Панический пот хлынул из ее пор, пропитывая кожу. "Она убивает его. Она собирается убить его ".

В ответ Пибоди вытащила свое оружие, когда они ворвались в открывающиеся двери лифта. "Верхний этаж, восточное крыло", - крикнула Ева. "Сейчас, сейчас, сейчас!" Она практически кинула ссылку на Пибоди. "Заставь этого ублюдка обойти".

"Он поврежден. Это было отброшено или что-то в этом роде. У кого Рорк?"

"Рианна. Она мертва. Мертв, как Моисей, но она убивает его ". Она не могла дышать, не могла. Ее легкие не удерживали воздух. "Мы остановим его. Что бы она ни сказала ему сделать с собой, мы остановим его." Она обратила дикие глаза на Пибоди. "Она не заберет его".

"Мы остановим его". Пибоди прошла через двери вместе с ней, прежде чем они полностью открылись.

Ева была все еще быстрее, даже раненая, она набирала скорость благодаря ужасу. Она дернула дверь, проклиная охрану, и хлопнула рукой по накладке на ладонь.

Она едва не налетела на него, когда он ступил на порог.

"Рорк". Она зарылась в него, забралась бы в него, если бы могла. "О Боже. С тобой все в порядке. Ты жив".

"Что с тобой случилось?" Он крепче сжал ее, когда она вздрогнула.

Но она отпрянула назад, обхватив его лицо руками, глядя ему в глаза. "Посмотри на меня. Ты использовал это? Вы тестировали устройство виртуальной реальности?"

"Нет. Ева - "

"Пибоди, бросай, если он сделает неверное движение. Позвони в МТС. Мы везем его на сканирование мозга ".

"Черт бы тебя побрал, но давай, позвони им, Пибоди. На этот раз она отправится в медицинский центр, даже если мне придется оглушить ее до потери сознания ".

Ева отступила назад, борясь за дыхание, когда она тщательно измерила его. Она не чувствовала своих ног, удивляясь, почему она все еще может стоять прямо. "Ты не использовал это".

"Я сказал, что не делал". Он запустил руку в свои волосы. "На этот раз это нацелено на меня, не так ли? Я должен был это увидеть." Он отвернулся, бросив взгляд через плечо, когда Ева подняла свое оружие. "О, положи эту чертову штуку на место. Я не склонен к самоубийству. Я взбешен. Она подсунула это прямо мне. Он начал щелкать всего пять минут назад. Внимание. Доктор разума", - уточнил он. "Это название, которое она использовала в своей игре. Она все еще использует это, все еще играет. У Матиаса были десятки передач к ней за год до его смерти. И я внимательно просмотрел отчет о данных по устройству. Тот, который они только что дали мне, и статистика из файлов. Они похоронили их недостаточно глубоко ".

"Она знала, что ты найдешь это. Вот почему она- - Ева замолчала, втянув воздух, который, как она могла слышать, жутко свистел в ее кружащейся голове. "Вот почему она персонализировала устройство для тебя".

"Я мог бы приступить к тестированию, если бы меня не прервали". Он подумал о Мэвис и почти улыбнулся. "Я сомневаюсь, что Ри приложил много усилий для изменения данных. Она знала, что я доверял ей и Уильяму ".

"Это был не Уильям - не добровольно".

Он только кивнул, посмотрел на ее испорченную рубашку, на ярко-красные пятна. "Она пустила тебе кровь?"

"Это в основном ее". Она надеялась. "Она не хотела, чтобы ее приняли". Ева выдохнула. "Она мертва, Рорк. Покончил с собой. Я не мог остановить ее. Может быть, я не хотел. Она сказала мне - единица, твоя единица". Ее дыхание снова стало хриплым, прерывистым, прерывистым. "Я думал - я не думал, что успею вовремя. Я не мог заставить 'link работать, и я не мог попасть сюда ".

Она не слышала, как Пибоди закрыла дверь, чтобы оставить ее в покое. Она не заботилась о личной жизни. Она только продолжала смотреть, теперь слепая, и содрогаться. "Я не могла", - снова сказала она. "Я загонял ее в тупик, все это время я загонял ее в тупик, выстраивая свое дело, и ты мог бы быть - "

"Ева". Он подошел к ней, прижал ее к себе. "Я не такой. И ты все-таки добрался сюда. Я не оставлю тебя." Он прижался губами к ее волосам, когда она уткнулась лицом в его плечо. "Теперь все кончено".

Она знала, что будет проигрывать этот бесконечный бег, панику и беспомощное горе тысячу раз в своих снах. "Это не так. Будет проведено полное расследование, не только в отношении Рианны, но и в отношении вашей компании, людей, которые работали с ней над проектом ".

"Я могу это вынести". Он откинул ее голову назад. "Компания чиста. Я обещаю. Я не причиню вам никакого официального неудобства, лейтенант, будучи арестованным."

Она взяла носовой платок, который он вложил ей в руку, высморкалась. "Быть замужем за мошенником - это ад для моей карьеры".

"Будь спокоен на этот счет. Почему она это сделала?"

"Потому что она могла. Вот что она сказала. Она наслаждалась властью, контролем ". Она быстро вытерла щеки тыльными сторонами ладоней, которые теперь были почти твердыми. "У нее были большие планы на меня". Дрожь была сильной, но короткой. "Что-то вроде домашнего животного, я полагаю. Как Уильям. Ее маленькая дрессированная собачка. И с твоей смертью она решила, что я унаследую все твои прелести. Ты же не собираешься сделать это со мной, не так ли?"

"Что, умереть?"

"Оставь мне все это барахло".

Он засмеялся, поцеловал ее. "Только тебя это могло бы разозлить". Он откинул волосы с ее лица. "У нее была единица для тебя".

"Да, у нас не было времени протестировать это. Фини сейчас там, внизу. Мне лучше сообщить ему, что произошло ".

"Нам придется спуститься. Она отключила связь, вот почему я был на пути к тебе, когда ты набросился на меня. Я волновался, когда не смог дозвониться ".

"Это тяжело". Она коснулась его лица. "Заботливый".

"Я могу жить с этим. Я полагаю, ты захочешь пойти в участок, чтобы навести здесь порядок сегодня вечером ".

"Это процедура. У меня есть труп - и четыре смерти, которые нужно закрыть ".

"Я отвезу тебя, после того как ты побываешь в медицинском центре".

"Я не собираюсь в медицинский центр".

"Да, это так".

Пибоди постучала в дверь, открыла ее. "Извините меня, здесь MTS. Они должны быть проверены службой безопасности ".

"Я позабочусь об этом. Попроси их встретиться с нами в кабинете доктора Отта, хорошо, Пибоди? Они могут осмотреть Еву там, прежде чем я заберу ее для полного лечения ".

"Я сказал, что не собираюсь проходить лечение".

"Я услышал тебя". Он нажал кнопку на своем столе. "Пропустите медиков, пожалуйста. Пибоди, у тебя есть ограничения?"

"Они стандартного выпуска".

"Я хотел бы знать, не могли бы вы одолжить их мне, чтобы я мог сдерживать вашего лейтенанта, пока не доставлю ее в ближайшее медицинское учреждение".

"Просто попробуй, приятель, и увидишь, кому нужен врач".

Пибоди мужественно прикусила внутреннюю сторону своей щеки. Ухмылка в данный момент не понравилась бы ее лейтенанту. "Я сочувствую твоей проблеме, Рорк, но не могу подчиниться. Мне нужна эта работа ".

"Не бери в голову, Пибоди". Он обхватил Еву рукой за талию, принимая на себя ее вес, пока она хромала к двери. "Я уверен, что смогу найти замену".

"Мне нужно подать отчет, закончить работу. Мне нужно перевезти мертвое тело ". Ева хмуро посмотрела на него, когда он вызывал лифт. "У меня нет времени на экзамен".

"Я услышал тебя", - повторил он и просто поднял ее на руки и понес в лифт. " Пибоди, скажи этим людям, чтобы они пришли вооруженными. Она, вероятно, попытается сбежать ".

"Отпусти меня, идиот. Я не пойду". Она смеялась, когда за ними закрылись двери.

***

Дж. Ди Робб

Чистота в смерти

Ева Даллас и ее муж Рорк #17

Мы склоняем наши головы перед Тобою, и мы восхваляем

И возвеличивай имя твое, Всемогущий Боже!

Но человек - твой самый ужасный инструмент

В выработке чистого намерения.

- Уильям Вордсворт-

В дружбе фальшивый, неумолимый в ненависти, Решивший разрушить или управлять государством.

- Джон Драйден-

ПРОЛОГ

Жар был убийственным. Джули размяла свои потные мышцы, посмотрела на цель и бросила Нью-Йорк в душную летнюю баню. Некоторым удалось спастись, сбежав в свои дома на побережье, где они могли потягивать прохладительные напитки и нежиться на океанском бризе, пока занимались своими делами по телемосту. Некоторые загрузились припасами и забились в свои дома с воздушным охлаждением, как племена в осаде.

Но большинству просто пришлось пережить это.

Когда влажность достигла трехзначных значений, и конца этому не видно, настроение стало угрюмым, дезодоранты перестали действовать, а мелкие неприятности подталкивали даже самые кроткие души к насилию.

Центры неотложной медицинской помощи были забиты ранеными солдатами летом 2059 года. Многие, кто при нормальных условиях даже не стал бы переходить улицу, увидев полицейские участки и цистерны с водой, вынуждены звонить адвокатам, чтобы объяснить, почему они пытались задушить коллегу или толкнуть совершенно незнакомого человека под колеса такси Rapid.

Обычно, когда они остывали, они не знали почему, но сидели или стояли с пустыми лицами и сбитые с толку, как люди, выходящие из транса.

Но Луи К. Когберн точно знал, что он делал, почему он это делал и как он намеревался продолжать это делать. Он был мелким дилером нелегалов, который в основном торговал Зонером и джазом. Чтобы увеличить свою прибыль, Луи нарезал "Зонер" из сухой травы, собранной в городских парках, а "Джаз" - из разрыхлителя, который он покупал в контейнерах размером со склад. Его целевой аудиторией были дети из среднего класса в возрасте от десяти до двенадцати лет в трех школьных округах, ближайших к его квартире в Нижнем Ист-Сайде.

Это сокращает время в пути и расходы.

Он предпочитал представителей среднего класса, поскольку у бедных обычно были свои поставщики в семейных рядах, а богатые слишком быстро переходили на траву и разрыхлитель. Целевая возрастная группа соответствует логике Луи. Он любил говорить, что если ты зацепил их молодыми, у тебя клиент на всю жизнь.

До сих пор это кредо не оправдало себя, поскольку Луи еще не поддерживал деловые отношения с клиентом до окончания средней школы.

Тем не менее, Луи серьезно относился к своему бизнесу. Каждый вечер, когда его потенциальные клиенты делали свою домашнюю работу, он делал свою. Он гордился своим бухгалтерским делом и, несомненно, зарабатывал бы в год больше, работая вычислителем в любой фирме среднего уровня, чем занимаясь торговлей. Но он был человеком, который чувствовал, что настоящие мужчины работают на себя.

Совсем недавно, если и возникала волна неудовлетворенности, легкая раздражительность, острая грань отчаяния после того, как он потратил час на запуск своих бизнес-программ на своем подержанном компьютере, он списывал это на горячку.

И головная боль. Злобный ублюдок с головной болью, которую не могла облегчить никакая доза его собственных продуктов.

Он потерял три дня работы, потому что боль стала центром его мира. Он отсиживался в своей студии, изнывая от жары, врубая музыку, чтобы заглушить бушующий шторм в своей голове.

Кто-то собирался заплатить за это, это все, что он знал. Кто-нибудь.

Чертов ленивый управляющий не починил климат-контроль. Он думал об этом с растущим гневом, пока его покрасневшие глаза-бусинки просматривали цифры. Он сидел в нижнем белье у единственного открытого окна своей однокомнатной квартиры. Сквозь нее не проникало ни дуновения ветерка, но уличный шум был ужасающим. Крики, гудки, визг шин по асфальту.

Он включил треш-рок, который играл на своем древнем развлекательном устройстве, чтобы заглушить шум. Побеждать боль.

Кровь сочилась у него из носа, но он не замечал.

Луи К. потер лоб чуть теплой бутылкой домашнего самогона. Он пожалел, что у него нет бластера. Если бы у него был чертов бластер, он бы высунулся в чертово окно и разнес бы чертов городской квартал.

Его самым жестоким поступком на сегодняшний день было вышвырнуть провинившегося клиента за борт самолета, но образ смерти и разрушения подпитывал его сейчас, когда он потел над своими книгами, а безумие расцветало в его мозгу, как черные розы.

Его лицо было бледным как воск, струйки пота стекали с его спутанных каштановых волос, стекая по узким щекам. В ушах у него звенело, а в животе колыхалось нечто, похожее на океан жира. От жары его тошнило, подумал он. Он заболел, он потерял деньги. Следовало бы вытащить это из шкуры управляющего. Должна.

Его руки дрожали, когда он смотрел на экран. Уставился на экран. Не мог оторвать глаз от экрана.

У него был образ самого себя, идущего к окну, вылезающего на карниз, бьющего кулаками по этой горячей стене воздуха, по шуму, по людям внизу. Бластер в его руках, несущий смерть и разрушение, когда он кричал на них. Кричал и вопил, когда он прыгнул.

Он приземлялся на ноги, а затем...

Стук в дверь заставил его резко обернуться. Оскалив зубы, он снова влез в окно.

"Луи К., ты мудак! Выключите эту гребаную музыку там!"

"Иди к черту", - пробормотал он, поднимая бейсбольную биту, которую он часто брал с собой в зоны отдыха, чтобы пообщаться с потенциальными клиентами. "Иди к черту, иди к черту. Давайте все отправимся в ад".

"Ты слышишь меня? Черт возьми!"

"Да, я слышу тебя". Там были шипы, большие железные шипы, вонзающиеся в его мозг. Он должен был вытащить их. Издав тонкий крик, он выронил биту, чтобы вцепиться себе в волосы. Но удары не прекращались.

"Сьюз звонит в полицию. Ты слышишь меня, Луи? Если ты не откажешься от этого дерьма, Сьюз вызовет полицию ". Каждое слово было подчеркнуто ударом кулака в дверь.

Под музыку, удары, крики, шипы, все это стучало у него в голове, пот заливал его, Луи снова взял биту.

Он открыл дверь и начал раскачиваться.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Лейтенант Ева Даллас слонялась у своего стола. Она тянула время, и она не гордилась этим. Идея переодеться в маскарадный костюм, поехать в центр города, чтобы встретиться с мужем и группой незнакомцев на деловом ужине, тонко замаскированном под светское мероприятие, была такой же привлекательной, как залезть в ближайший утилизатор и включить Shred.

Прямо сейчас Центральное полицейское управление было очень привлекательным.

В тот день она поймала и закрыла дело, так что была бумажная волокита. Это была не просто задержка. Но поскольку все свидетели согласились с тем, что парень, который снес голову с шестиэтажного аттракциона people glide, был тем, кто затеял драку с двумя туристами из Толедо, это не было большой потерей времени.

За последние несколько дней каждое дело, которое она расследовала, было вариацией на одну и ту же тему. В семьях, где супруги сражались насмерть, уличные драки перерастали в смертельные, даже смертельная схватка на угловом карусели над ледяными конусами.

Жара делала людей глупыми и подлыми, подумала она, и от этого сочетания проливалась кровь.

Она и сама чувствовала себя немного подло при мысли о том, чтобы переодеться и провести несколько часов в каком-нибудь пафосном ресторане, болтая с людьми, которых она не знала.

Вот что ты получаешь, подумала она с отвращением, когда выходишь замуж за парня, у которого было достаточно денег, чтобы купить пару континентов.

Рорку действительно нравились подобные вечера. Тот факт, что он никогда не переставал сбивать ее с толку. Он чувствовал себя как дома в пятизвездочном ресторане - который, скорее всего, все равно принадлежал ему - и ел икру, сидя дома и поглощая бургер.

И она предположила, что, поскольку их брак приближался ко второму году, ей лучше перестать беспокоиться об этом. Смирившись, она отодвинулась от стола.

"Ты все еще здесь". Ее помощница, Пибоди, остановилась в дверях ее кабинета. "Я думал, ты договорился о каком-нибудь шикарном ужине в верхней части города".

"У меня есть время". Взгляд на ее наручный прибор вызвал небольшой укол вины. Ладно, она собиралась опоздать. Но не очень. "Я только что закончил на глайддайвере".

Пибоди, чья летняя хандра бросала вызов всему естественному порядку и умудрялась оставаться свежей в изнуряющую жару, сохраняла трезвость своих темных глаз. "Вы бы не стали тянуть время, не так ли, лейтенант?"

"Один из жителей нашего города, которому я поклялся служить и защищать, оказался раздавленным, как жук, на Пятой авеню. Я думаю, он заслуживает дополнительных тридцати минут моего времени ".

"Должно быть, это действительно тяжело - быть вынужденным надеть красивое платье, обвешать себя бриллиантами или чем угодно еще и захлебываться шампанским и крокетами из лобстера рядом с самым красивым мужчиной, когда-либо рожденным, на планете или за ее пределами. Я не знаю, как ты переживаешь день с таким грузом на своих плечах, Даллас ".

"Заткнись".

"И вот я здесь, могу свободно протиснуться в местную пиццерию с Макнабом, где мы разделим пирог и счет". Пибоди медленно покачала головой. Темная копна волос под ее шапочкой покачивалась в тщеславии. "Я не могу передать вам, насколько виноватым я себя чувствую, зная это".

"Ты ищешь неприятностей, Пибоди?"

"Нет, сэр". Пибоди изо всех сил старалась выглядеть благочестивой. "Просто предлагаю свою поддержку и сочувствие в это трудное время".

"Поцелуй в задницу". Разрываясь между раздражением и весельем, Ева начала проталкиваться мимо. На ее рабочем столе запищал линк.

"Мне принести это для вас, сэр, и сказать им, что вы ушли на весь день?"

"Разве я не говорил тебе заткнуться?" Ева повернулась обратно к столу, взяла передачу. "Отдел убийств. Даллас."

"Сэр. Лейтенант."

Она узнала лицо офицера Троя Трухарта, когда оно появилось на экране, хотя никогда не видела его молодые, типично американские черты такими напряженными. "Истинное сердце".

"Лейтенант", - повторил он после слышимого сглатывания. "У меня произошел инцидент. В ответ на... о боже, я убил его ".

"Офицер". Она вывела его местоположение на экран, пока говорила. "Ты на дежурстве?"

"Нет, сэр. Да, сэр. Я точно не знаю ".

"Возьми себя в руки, Верное Сердце". Она отдала приказ, наблюдая, как дернулась его голова, как будто он почувствовал это физически. "Докладывай".

"Сэр. Я только что закончила смену и возвращалась домой пешком, когда гражданская женщина позвала на помощь из окна. Я ответил. На четвертом этаже указанного здания человек, вооруженный битой, напал на женщину. Другой человек, мужчина, был без сознания или мертв в коридоре, из головы у него текла кровь. Я вошел в квартиру, где происходило нападение, и... Лейтенант, я пытался остановить его. Он убивал ее. Он отвернулся от меня, проигнорировал все предупреждения и приказы воздержаться. Мне удалось вытащить свое оружие, чтобы оглушить. Клянусь, я намеревался оглушить, но он мертв."

"Верное Сердце, посмотри на меня. Послушай меня. Оцепите здание, сообщите о происшествии через диспетчерскую и сообщите им, что вы доложили мне, и я выезжаю. Я вызову медицинскую помощь. Ты удерживаешь сцену, Верное Сердце. Придерживайся правил. Ты понимаешь?"

"Да, сэр. Я должен был сначала позвонить в диспетчерскую. Я должен был..."

"Ты стоишь, Верное Сердце. Я в пути. Пибоди, - скомандовала Ева, выходя за дверь.

"Да, сэр. Я с тобой".

***

Там были двое черно-белых, нос к носу, и медицинский фургон, втиснутый между ними у обочины, когда Ева подъехала. Район был из тех, где люди скорее разбегались, чем собирались, когда появлялись копы, и в результате на тротуаре было не более горстки зевак, которым пришлось сказать держаться подальше.

Двое полицейских, стоявших по бокам от входа, уставились на нее, затем обменялись взглядами. Она была из латуни, и той, кто вполне мог положить в блендер яйца одного из членов их собственного ранга.

Она могла чувствовать холод, когда приближалась.

"Копы не должны доставать копов за то, что они делают свою работу", - пробормотал один из них.

Ева остановилась на полпути и уставилась на него сверху вниз.

Он увидел ранг в образе высокой, худощавой женщины с золотисто-карими глазами, которые были плоскими и невыразительными, как у змеи, когда встретились с его взглядом. Ее волосы, короткие и порывистые, были почти того же цвета и обрамляли узкое лицо, подчеркнутое широким ртом, который теперь сжался в одну тонкую линию. На подбородке была неглубокая вмятина, которая выглядела так, будто могла выдержать удар кулака.

Под ее взглядом он почувствовал, как сжимается.

"Полицейский не должен давать пощечину полицейскому за то, что он делает свое дело", - холодно сказала она. "У вас со мной проблемы, офицер, подождите, пока я не выполню эту работу. Тогда замолчи ".

Она вошла в вестибюль с обувными коробками, нажала пальцем на кнопку подъема единственного лифта. От нее уже шел пар, но это имело мало общего с удушающей жарой. "Что такого в некоторых мундирах, что они хотят перегрызть тебе горло, когда ты в звании?"

"Это просто нервы, Даллас", - ответила Пибоди, когда они вошли в лифт. "Большинство полицейских в форме из Централа знают Трухарта, и он должен тебе понравиться. Униформа прекращает свое существование вот так, Проверка будет жестокой ".

"Тестирование в любом случае жестокое. Лучшее, что мы можем для него сделать, это поддерживать здесь чистоту и порядок. Он уже облажался, пометив меня до того, как позвонил ".

"Ему за это достанется? Ты тот, кто прошлой зимой вытащил его из отдела по уборке тротуаров в Центральный отдел. Внутренний должен понимать..."

"ОВР не силен в понимании. Так что давайте надеяться, что этого не произойдет ". Она вышла из лифта. Изучал сцену.

Он был достаточно умен, достаточно легав, отметила она с некоторым облегчением, чтобы не потревожить тела. Двое мужчин лежали, распластавшись в коридоре, один из них лицом вниз в луже застывающей крови.

Другой лежал лицом вверх, с некоторым удивлением уставившись в потолок. Через открытый дверной проем рядом с телами она могла слышать звуки плача и стонов.

Дверь напротив тоже была открыта. Она заметила несколько свежих дыр и вмятин в стенах коридора, осколки обшивки, брызги крови. И то, что когда-то было бейсбольной битой, теперь было сломанной дубинкой, покрытой кровью и мозговым веществом.

Прямой, как солдат, бледный, как призрак, Трухарт стоял в дверном проеме. В его глазах все еще был стеклянный оттенок шока.

"Лейтенант".

"Держи себя в руках, Верное Сердце. Продолжай записывать, Пибоди". Ева присела, чтобы осмотреть два тела. Окровавленный был большим и мускулистым, из тех, кто имеет смешанное телосложение с жиром и мышцами, которые обычно могли пробивать стены, если были достаточно раздражены. Задняя часть его черепа была похожа на яйцо, которое разбили кирпичом.

На втором теле была только пара серых жокейских шорт. На его худом костлявом теле не было видно ни ран, ни синяков, ни каких-либо повреждений. Тонкие струйки крови сочились из его ушей, ноздрей.

"Офицер Трухарт, у нас есть документы на этих людей?"

"Сэр. Первоначальная жертва была идентифицирована как Ральф Вустер, который проживал в квартире 42E. Мужчина, которого я... - Он замолчал, когда голова Евы вскинулась, когда ее глаза впились в его.

"А второй индивидуум?"

Трухарт облизнул губы. "Второй человек идентифицирован как Луис К. Когберн из квартиры 43F".

"И кто в настоящее время плачет в квартире 42E?"

"Сюзанна Коэн, сожительница Ральфа Вустера. Она звала на помощь из окна указанной квартиры. Луис Когберн напал на нее с чем-то, похожим на дубинку или биту, когда я прибыл на место происшествия. В то время..."

Он снова замолчал, когда Ева подняла палец. "Предварительный осмотр жертв показывает, что мужчина смешанной расы - лет тридцати пяти, примерно двести тридцать фунтов, примерно шесть футов один дюйм - получил тяжелую травму головы, лица и тела. Орудием нападения, по-видимому, является бита, по-видимому деревянная, с пятнами крови и мозгового вещества. Второй мужчина, также лет тридцати пяти, белого цвета, весом примерно сто тридцать фунтов, примерно пять футов восемь дюймов, идентифицирован как нападавший. Причина смерти пока не установлена. У второй жертвы шла кровь из ушей и носа. Нет визуальной травмы или ранения".

Она выпрямилась. " Пибоди, я не хочу, чтобы к этим телам прикасались. Я проведу полевой экзамен после того, как поговорю с Коэном. Офицер Трухарт, вы разряжали свое оружие в ходе этого инцидента?"

"Да, сэр. Я-"

"Я хочу, чтобы вы передали это оружие моему помощнику, который в это время упакует его".

От двух полицейских в форме в конце коридора послышалось ворчание, но она проигнорировала их, удерживая взгляд Трухарта. "Вы не обязаны сдавать свое оружие без присутствия представителя. Вы можете запросить представителя. Я прошу вас отдать ваше оружие Пибоди, чтобы не было сомнений относительно последовательности этого расследования ".

Несмотря на шок, она увидела его абсолютное доверие к ней. "Да, сэр". Когда он потянулся за своим оружием, она положила руку ему на плечо.

"С каких это пор ты левша, Верное Сердце?"

"У меня немного побаливает правая рука".

"Были ли вы ранены в ходе этого инцидента?"

"Он получил пару ударов, прежде чем ..."

"Человек, на которого вы были обязаны обратить внимание, напал на вас при исполнении ваших обязанностей?" Она хотела встряхнуть его. "Почему, черт возьми, ты так и не сказал?"

"Это произошло ужасно быстро, лейтенант. Он бросился на меня, замахнулся и...

"Сними свою рубашку".

"Сэр?"

"Сними рубашку, Верное Сердце. Пибоди, запиши здесь ".

Он покраснел.Боже, какая невинность, подумала Ева, когда Трухарт расстегнул свою форменную рубашку. Она услышала, как Пибоди втянула воздух, но было ли это из-за бесспорно красивой груди Трухарта или из-за синяка, который разросся над его правым плечом и покрыл руку до локтя, она не была уверена.

"Судя по всему, у него была пара хороших ударов. Я хочу, чтобы MTS посмотрели на тебя. В следующий раз, когда вас ранят на работе, офицер, сообщите об этом. Будь наготове".

Квартира 42E была в беспорядке. Хотя, судя по тому, что осталось от обстановки, Ева предположила, что ведение домашнего хозяйства не было главным приоритетом его жителей. И все же было сомнительно, что это место обычно представляло собой минное поле из битого стекла или стены, украшенные сюрреалистическими картинами с брызгами крови.

Женщина на каталке выглядела так, словно знавала и лучшие дни. Повязка пересекала ее левый глаз, и над ним, под ним, кожа была сырой.

"Она в здравом уме?" Ева спросила одного из медицинских техников.

"Просто. Удерживал ее от полного погружения, так как мы подумали, что ты захочешь с ней поговорить. Но сделай это быстро, - сказал он ей. "Нам нужно впустить ее. У нее отслаивается роговица, раздроблена скула, сломана рука. Парень облапошил ее хорошо и пристойно ".

"Пять минут. Мисс Коэн". Ева подошла, наклонилась. "Я лейтенант Даллас. Можете ли вы рассказать мне, что произошло?"

"Он сошел с ума. Я думаю, что он убил Ральфа. Просто сошел с ума ".

"Луис Когберн?"

"Луи К., да". Она застонала. "Ральф был взбешен. Музыка звучала так громко, что ты не мог нормально думать. Чертовски сексуально. Просто захотелось пару кружек пива и немного тишины. Что за черт? Луи К., в основном, он играет музыку громко, но это надрывало наши барабанные перепонки. Она причитала над ним несколько дней ".

"Что сделал Ральф?" Ева подсказала. "Ср. Коэн?"

"Ральф пошел и постучал в дверь, сказал ему, чтобы он сократил это. Следующее, что я помню, это как Луи выбежал, размахивая битой или чем-то вроде того. Выглядел безумно. Текла кровь, он кричал. Я был напуган, действительно напуган, поэтому я захлопнул дверь и подбежал к окну. Позвал на помощь. Я мог слышать, как он кричал там, и эти ужасные глухие звуки. Я не мог слышать Ральфа. Я продолжал звать на помощь, затем он вошел ".

"Кто вошел?"

"Луи К. Даже не был похож на Луи. Он был весь в крови, и что-то было не так с его глазами. Он бросился на меня с битой. Я бежал, пытался бежать. Он крушил все подряд и кричал о шипах у себя в голове. Он ударил меня, и я не помню после этого. Ударили меня по лицу, и я ничего не помню, пока MTS не начали воздействовать на меня ".

"Вы видели или говорили с офицером, который откликнулся на ваш призыв о помощи?"

"Я не видел ничего, кроме звезд. Ральф мертв, не так ли?" Одинокая слеза скатилась по ее щеке. "Они не скажут мне, но Луи никогда бы не прошел мимо него, если бы он не был мертв".

"Да, мне жаль. Были ли у Ральфа и Луи в прошлом ссоры?"

"Ты имеешь в виду, занимались ли они этим раньше? Иногда орали друг на друга из-за музыки, но они, скорее всего, выпили бы пару кружек пива или выкурили немного Zoner. Луи просто маленький наглец из парней. Он никогда не создавал здесь никаких проблем ".

"Лейтенант". Один из МТС въехал. "Мы должны перевезти ее".

"Хорошо. Пошлите кого-нибудь взглянуть на моего офицера. Он получил пару твердых ранений в руку и плечо ". Ева отступила назад, затем направилась к двери позади них. "Верное Сердце, ты собираешься предоставить мне отчет, под запись. Я хочу, чтобы это было ясно, я хочу, чтобы это было подробно ".

"Да, сэр. Я закончил работу в восемнадцать тридцать и направился на юго-восток от центра пешком."

"Каково было ваше предполагаемое предназначение?"

Он слегка покраснел. Краска появлялась и исчезала на его лице. "Я, э-э, направлялся в дом друга, где у меня были приготовления к ужину".

"У тебя было свидание".

"Да, сэр. Когда я подходил к этому зданию, я услышал крики о помощи и, посмотрев вверх, увидел женщину, высунувшуюся из окна. Она, казалось, была в значительном отчаянии. Я вошел в здание, поднялся на четвертый этаж, откуда доносились звуки ссоры. Несколько человек подошли к их дверям, но никто не попытался выйти. Я позвонил и попросил, чтобы кто-нибудь позвонил в девять-одиннадцать."

"Вы поднимались по лестнице или на лифте?" Детали, подумала она. Ей нужно было рассказать ему о каждой детали.

"Лестница, сэр. Я думал, так будет быстрее. Когда я поднялся на этот этаж, я увидел мужчину, идентифицированного как Ральф Вустер, лежащего на полу в коридоре между квартирами 42E и 43F. В то время я не проверял его на наличие травм, поскольку мог слышать крики и звон бьющегося стекла, исходящие от 42E. Я отреагировал на это немедленно и стал свидетелем того, как человек, идентифицированный как Луис К. Когберн, напал на женщину с чем-то, похожим на бейсбольную биту. Оружие было..."

Он сделал паузу на мгновение, тяжело сглотнул. "Оружие было покрыто чем-то похожим на кровь и серое вещество. Женщина была без сознания на полу, а Когберн склонился над ней. Он держал биту над головой, как будто готовился нанести еще один удар. В это время я вытащил свое оружие, призвал нападавшего остановиться, представившись полицейским ".

Трухарту пришлось остановиться, и он вытер рот тыльной стороной ладони. Взгляд, который он послал ей, был одновременно беспомощным и умоляющим. "Лейтенант, с этого момента все произошло быстро".

"Просто скажи это".

"Он отвернулся от женщины. Он кричал что-то о шипах в голове, о взрыве из окна. Безумные вещи. Затем он снова поднял биту, переместившись так, чтобы это выглядело так, будто он собирается ударить женщину. Я вмешался, чтобы предотвратить это, и он обвинил меня. Я пытался уклониться, чтобы получить биту. Он нанес пару ударов - я полагаю, в тот момент это сломалось - и я упал назад, что-то опрокинул, ударился о стену. Я видел, как он снова приближался ко мне. Я крикнул ему, чтобы он остановился ".

Трухарт сделал ровный вдох, но это не остановило дрожь в его голосе. "Он отвел биту назад, как будто замахивался на цель, и я разрядил свое оружие. Он настроен на низкое оглушение, лейтенант, на самую низкую настройку. Ты можешь видеть..."

"Что произошло дальше?"

"Он кричал. Он кричал как... Я никогда не слышал ничего подобного. Он закричал и выбежал в коридор. Я преследовал. Но он пошел ко дну. Я думал, он был ошеломлен, просто ошеломлен. Но когда я спустился, чтобы надеть на него наручники, я увидел, что он мертв. Я проверил его пульс. Он был мертв. Я запутался. Сэр, я что-то перепутал. Я знаю, что это была неправильная процедура - пометить тебя перед вызовом ..."

"Не обращай на это внимания. Офицер, испытывали ли вы в момент применения оружия страх за свою жизнь и / или жизни гражданских лиц?"

"Да, сэр. Да, сэр, я был."

"Проигнорировал ли Луис К. Когберн все ваши предупреждения прекратить и сдать свое оружие?"

"Да, сэр, он сделал".

"Ты". Ева указала на одного из полицейских в форме дальше по коридору. "Сопроводите офицера Трухарта вниз. Была вызвана медицинская помощь в связи с его травмами. Поместите его в одну из черно-белых камер, пока его не смогут увидеть полицейские. Оставайся с ним, пока я здесь не закончу. Верное Сердце, позвони своему представителю ".

"Но, сэр..."

"Я советую вам позвонить своему представителю", - сказала она. "Я заявляю здесь, для протокола, что, по моему мнению, после беглого изучения доказательств, после интервью с Сюзанной Коэн, ваш рассказ об этом инциденте является удовлетворительным. Применение вашего оружия, по-видимому, было необходимо для защиты вашей жизни и жизни гражданских лиц. Это все, что я могу вам сказать, пока мое расследование этого дела на месте не будет завершено. Теперь я хочу, чтобы ты пошел, встал на ноги, позвонил своему представителю и позволил MTS позаботиться о тебе ".

"Да, сэр. Благодарю вас, сэр".

"Давай, Верное Сердце". Другой полицейский похлопал Трухарта по спине.

"Офицер? Кто-нибудь из патрульных знал этих мертвых парней?"

Полицейский оглянулся на Еву. "Этот сектор принадлежит Проктору. Он мог бы."

"Возьми его", - сказала она, запечатываясь и входя в 43F.

"Он ужасно потрясен", - сказала Пибоди.

"Ему придется смириться с этим". Она обвела взглядом комнату.

Это был отвратительный беспорядок, сильно пахнущий испорченной едой и грязным бельем. Тесная кухонная зона состояла из двухфутовой столешницы, мини-кофеварки и мини-холодильника. На прилавке стояла огромная жестяная банка. Ева подняла брови, когда прочитала этикетку.

"Знаешь, я просто не представляю, чтобы наш Луи К. пек много тортов". Она открыла один из двух шкафов и внимательно осмотрела аккуратный ряд запечатанных банок. "Похоже, Луи был в линии нелегалов. Забавно, здесь все аккуратно, как у тети Марты, а остальное место похоже на свинарник ".

Она обернулась. "Хотя на мебели нет пыли. Это тоже забавно. Вы бы не подумали, что парень, который спит на простынях, пахнущих, как болото, будет гоняться за пылью ".

Она открыла шкаф. "Здесь тоже наведите порядок. Одежда демонстрирует отсутствие модного вкуса, но она вся чистая. Посмотри на это окно, Пибоди."

"Да, сэр?"

"Стекло чистое, внутри и снаружи. Кто-то вымыл их в течение последних двух недель. Почему ты моешь окна и уходишь - что, черт возьми, это такое?- неустановленное пищевое вещество, разлитое по всему полу?"

"У горничной выходной на неделю?"

"Да, у кого-то неделя отпуска. Примерно столько времени здесь лежало это нижнее белье ". Она взглянула на дверь, когда вошел полицейский.

"Вы Проктор?"

"Да, сэр".

"Ты знаешь тех двух мертвых парней?"

"Я знаю Луи К." Проктор покачал головой. "Черт, извините, лейтенант, но, черт возьми, это какой-то бардак. Этот парень Трухарт там, внизу, блюет свои кишки ".

"Расскажи мне о Луи К., и позволь мне беспокоиться о Трухарте и его мужестве".

Проктор поднял руку. "Мелкие нелегалы, крысы, охотились за школьниками. Дал им образцы зонера и джаза, чтобы привлечь их. Пустая трата воздуха, вы спрашиваете меня. Отсидел какой-то срок, но в основном он был довольно ловок в этом, и парни из Нелегалов так и не добились многого от детей ".

"У него склонность к насилию?"

"Что угодно, только не. Держался в тени, никогда не позволял себе дерзить. Ты сказал ему пошевеливать задницей, он пошевелил ею. Время от времени он бросал на тебя взгляд, как будто хотел бы сделать больше, но у него никогда не хватало на это смелости ".

"Хватило смелости раскроить голову Ральфу Вустеру, избить женщину и напасть на полицейского".

"Должно быть, пробовал его собственную продукцию все, что я могу подумать. И это тоже не профиль. Возможно, он время от времени курил немного "Зонера", но он был слишком скуп, чтобы делать больше. То, что там, снаружи, похоже на Зевса, - добавил Проктор, ткнув большим пальцем в сторону коридора. "Такой маленький парень, как этот, сходит с ума. Но он никогда не брал в руки ничего настолько горячего, о чем я слышал ".

"Хорошо, Проктор. Спасибо".

"Парень продает нелегалы школьникам, мир без него лучше".

"Это не наше призвание". Ева отвергла его, повернувшись спиной. Она подошла к столу, хмуро посмотрела на экран компьютера.

ДОСТИГНУТА АБСОЛЮТНАЯ ЧИСТОТА

"Что, черт возьми, это значит?" - спросила она вслух. "Пибоди, на улицах появилось какое-нибудь новое дерьмо под названием "Чистота"?"

"Я не слышал об этом".

"Компьютер, определи Чистоту".

НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНАЯ КОМАНДА.

Нахмурившись, она ввела свое имя, номер бейджа и разрешение. "Определите чистоту".

НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНАЯ КОМАНДА.

"Ха. Пибоди проверь новых и известных нелегалов. Компьютер, сохраните текущее отображение. Покажите, что последнее задание выполнено ".

Экран дрогнул, затем открылась аккуратная, организованная таблица с подробным описанием запасов, прибыли, убытков и кодированной клиентской базы.

"Итак, согласно последнему заданию и зарегистрированному времени, Луи сидел здесь, очень эффективно занимаясь своими бухгалтерскими книгами, когда ему в задницу засел жук, который раскроил голову его соседу".

"Жарко, Даллас". Пибоди посмотрела через плечо Евы. "Люди могут просто сойти с ума".

"Да". Может быть, все было так просто. "Да, они могут. Ничто в его инвентаре не называлось Чистотой."

"В текущем списке нелегалов с таким названием тоже ничего нет".

"Так что же это, черт возьми, такое, и как это было достигнуто?" Она отступила назад. "Давайте взглянем на Луи К., посмотрим, что он нам скажет".

ГЛАВА ВТОРАЯ

Он рассказал ей не так много, как ей бы хотелось.

Лучшее, что она смогла определить на месте с помощью своего полевого набора, это то, что Луи К. умер из-за неврологического срыва. Это был не совсем тот термин, который вызвал мудрые кивки у начальства.

Она передала тело судмедэксперту с пометкой "Приоритет".

Что означало, из-за летних часов и летнего перенасыщения, ей повезет, если к первым заморозкам у нее подтвердится патология.

Она хотела поднажать, сделав ставку на главного судмедэксперта.

Тем временем она поговорила с представителем департамента Трухарт по 'link и станцевала бюрократический танец. Она отправила все еще потрясенного новичка домой и приказала ему приготовиться к тестированию.

Затем она вернулась в Управление, чтобы написать и переписать подробный отчет об инциденте, который привел к двум смертям и одному тяжелому ранению.

И хотя ее желудок скрутило, она следовала процедуре и скопировала внутренние дела.

К тому времени, как она добралась домой, время ужина давно миновало.

Горел свет, так что городская крепость, построенная Рорком, светилась в ночи, как маяк. Зеленые тени от величественных деревьев с густой листвой отбрасывали узоры на бархатную траву и мягко скользили по цветочным рекам, которые днем были яркими и дерзкими.

Район Нижнего Ист-Сайда, который поглотил большую часть ее вечера, был миром, далеким от этого частного рая богатства, привилегий, снисхождения.

Теперь она почти привыкла балансировать между мирами, не теряя равновесия. Почти.

Она оставила свой автомобиль у подножия каменных ступеней и взбежала по ним трусцой скорее из отчаянного желания сбросить с себя тяжесть жары, чем из спешки.

Едва она вошла, сделала первый глоток прохладного, чистого воздуха, как Соммерсет, мажордом Рорка, появился в фойе, как непрошеное видение.

"Да, я пропустила ужин", - сказала она, прежде чем он смог открыть рот. "Да, я жалкая неудачница как жена и плохой пример человеческого существа. У меня нет класса, нет вежливости и нет чувства приличия. Меня следовало бы вытащить голым на улицы и побить камнями за мои грехи".

Соммерсет приподнял одну серо-стальную бровь. "Ну, это, кажется, покрывает это".

"Хорошо, экономит время". Она начала подниматься по лестнице. "Он вернулся?"

"Просто".

Немного раздраженный тем, что она не дала ему возможности критиковать, он нахмурился ей вслед. В следующий раз ему придется быть быстрее.

Когда она была уверена, что он испарился туда, откуда появился, Ева остановилась у одного из домашних экранов. "Где Рорк?"

ДОБРЫЙ ВЕЧЕР, ДОРОГАЯ Ева. РОРК В СВОЕМ КАБИНЕТЕ.

"Цифры". Продолжение делового ужина. Она с блаженной мыслью направилась в спальню, бросившись очертя голову в душ. Но чувство вины заставило ее направиться в его офис.

Дверь была открыта. Она могла слышать его голос.

Она предположила, что он уточнял детали какой-то сделки, которую собирался заключить, скорее всего, той, которая включала сегодняшний ужин. Но ее не волновали слова.

Его голос был поэзией, соблазнительной сама по себе даже для женщины, которая никогда не понимала сердце поэта. Обрывки Ирландии витали в нем, добавляя музыки к тому, что она считала сухими фактами и цифрами.

Это подходило к его лицу, которое несло в себе всю эту дикую кельтскую красоту в крепких, острых костях, глубоких синих глазах, в полных, твердых губах, которые, возможно, были созданы каким-то хитрым богом в особенно хороший день.

Она шагнула к дверному проему, увидела, что он стоял у одного из окон, выглядывая наружу, пока диктовал свою записку. Она отметила, что он зачесал волосы назад, весь этот плотный черный шелк, который он обычно носил распущенным, так что они струились почти до плеч.

Он все еще был одет в свой вечерний костюм, черный и гладкий, облегающий его длинную, поджарую фигуру. Вы могли бы посмотреть и увидеть элегантного бизнесмена, безумно успешного, совершенно цивилизованного. Он отполировал себя, подумала Ева, но этот опасный кельт все еще был, всегда, под поверхностью.

Это все еще, всегда, манило ее.

Она уловила это сейчас, когда он повернулся, хотя она не издала ни звука, и его глаза встретились с ее.

"Подпишите Рорка, - сказал он, - и передайте. Копия файла Хагерман-Росс. Здравствуйте, лейтенант."

"Привет. Извини за ужин ".

"Нет, ты не такой".

Она засунула руки в карманы. Это было смешно, на самом деле, то, как у них постоянно чесалось от желания завладеть им. "Я вроде как сожалею об ужине".

Он ухмыльнулся, эта молния обаяния и юмора. "Тебе было бы не так скучно, как ты думаешь".

"Возможно, ты прав. Если бы мне было так скучно, как я думал, я бы впал в кому. Но мне жаль, что я подвел тебя ".

"Ты меня не подводишь". Он подошел к ней, приподнял пальцем ее подбородок и легко поцеловал. "Это значительно повышает мой престиж, когда я приношу извинения за свою жену, которая была вызвана на дежурство по делу. Убийство всегда вызывает оживленную беседу за ужином. Кто мертв?"

"Пара парней в центре города. Мелкий торговец химией избил своего соседа бейсбольной битой, затем напал на женщину и полицейского. Его забрал полицейский ".

Рорк приподнял бровь. Еще, подумал он. В ее глазах было гораздо больше беспокойства, чем можно было ожидать от ее краткого изложения. "Это не похоже на те пререкания, из-за которых вы могли бы задержаться на дежурстве так поздно".

"Полицейский был искренним".

"Ах". Он положил руки ей на плечи, потер. "Как у него дела?"

Она открыла рот, затем покачала головой и отошла. "Черт. Черт, черт, черт".

"Так плохо, да?"

"Малыш ломает свою вишенку, это достаточно жестко".

Рорк погладил рукой жирного кота, растянувшегося на консоли, затем слегка подтолкнул Галахада, чтобы тот двигался дальше. "Это интересный способ выразить это".

"Есть копы, которые всю жизнь выполняют свою работу, не раскрываясь. Парню в форме меньше года, и он добился увольнения. Это меняет все".

"Сделал это для тебя? Ваше первое увольнение на работе ", - добавил он. Они оба знали, что она убивала задолго до того, как у нее появился значок.

"Для меня все было по-другому". Она часто задавалась вопросом, не сделало ли то, как она начала жизнь, смерть для нее каким-то иным образом.

Холодное и личное оскорбление.

"Верное Сердце, ему едва исполнилось двадцать два, и он ... все еще блестящий". Жалость - темный, скользкий цветок - расцвела внутри нее. Она присела, рассеянно почесала Галахада под подбородком. "Он не будет спать сегодня ночью. Он будет прокручивать это снова и снова, и снова и снова в своей голове. Если бы я сделал это, если бы я сделал то. И завтра..." Выпрямляясь, она провела руками по лицу. "Я не могу заблокировать тестирование для него. Я не могу остановить процесс ".

Она знала, что это было. Раздетый догола, под наблюдением, под вопросом, вынужденный впускать машины и техников в свою голову. В твоем кишечнике, как опухоль.

"Ты беспокоишься, что он не пройдет через это?"

Она оглянулась, взяла бокал вина, который он ей налил. "Он крепче, чем кажется, но он напуган до мозга костей. И он купается в чувстве вины. Подвергни всю эту вину, все эти сомнения испытанию, они могут тебя утопить. И должно быть проведено расследование. Внутренняя."

"Почему это?"

Она села, рассказала ему подробности, в то время как кот вскочил и свил гнездо у нее на коленях. Произнесение этого вслух помогло ей прояснить разум, особенно для того, кто быстро все понял и увидел полную картину до того, как вы нарисовали все линии.

"Парализатор в форме не может подействовать при таких условиях".

"Да". Ева кивнула. "Именно. Это должно было быть на полном оглушении и зажато на пульсе на горле. Даже тогда потребовался бы не один толчок".

"Что означает, что версия событий Трухарта не совсем соответствует действительности".

IAB так бы не подумала, она знала, и проверила это для себя, как сделала бы для них. "Он находился под серьезным давлением. Гражданское лицо убито, другой в крайней опасности, сам ранен ".

"Так вот как ты собираешься сыграть это с IAB?"

Да, он всегда видел картину целиком. "Довольно близко к этому". Она беспокойно барабанила пальцами по своему бедру, по кошке, потягивала вино. "Мне нужен отчет судмедэксперта. Но это ни за что не выйдет наружу - Сердце, прерванное обдуманно. Паникуй, ладно. Он получит пощечину за панику, тридцатидневную дисквалификацию, какую-нибудь обязательную терапию. Я не могу этому помешать. Для него это уже рискованно, потому что он пометил меня вместо того, чтобы сообщить об этом через диспетчерскую. ОВР учует сокрытие, и парню конец ".

Рорк сел, потягивая свое вино. "Ты думал о том, чтобы поговорить со своим старым другом Вебстером?"

Теперь она постукивала пальцами по подлокотнику своего кресла и не отрывала взгляда от Рорка. Возможно, на его лице было веселье - или что-то еще. Часто было трудно позвонить.

Дон Вебстер точно не был старым другом. Он был любовником очень недолго и за много лет до этого. Тот факт, что он, по причинам, которые никогда не были понятны Еве, так и не смог оправиться от той единственной ночи, которую они провели вместе, вызвал жестокую и увлекательную ссору между ним и Рорком.

Это было не то, что она хотела повторить.

"Может быть, если только ты не думаешь, что это была бы отличная возможность снова набить ему морду".

Рорк отпил глоток, улыбнулся. "Я верю, что у нас с Вебстером есть разумное взаимопонимание. Я не могу винить его за влечение к моей жене, поскольку меня самого к ней очень влечет. И он знает, что если он снова прикоснется к тому, что принадлежит мне, я переломаю каждую косточку в его теле на маленькие, зазубренные кусочки. Это хорошо работает для нас ".

"Великолепно. Денди". Она сказала это сквозь зубы. "Он пережил это. Он так сказал", - добавила она, и Рорк просто снова улыбнулся. Теперь лениво. Как у кошки.

"Знаешь что, мне есть о чем подумать, поэтому мы просто не собираемся идти туда сегодня вечером. Я хочу позвонить командиру", - сказала она. "И я не могу. Я должен воспроизвести это на каждой странице книги. После этого парнишку стошнило, как собаку. Я ничего не мог для него сделать ".

"С ним все будет в порядке, мам".

Ее глаза сузились. "Осторожно. Я тот, кто привел его из отдела убийств Lite. Я положил его в больницу несколько месяцев назад ".

"Ева".

"Хорошо, хорошо. Я поставил его в ситуацию, когда он оказался в больнице. Теперь он имеет дело с подозрительным прекращением. На мне лежит ответственность".

"Ты бы посмотрел на это именно так". Он провел рукой по тыльной стороне ее беспокойных пальцев. "Это то, что делает тебя тем, кто ты есть. И почему он в первую очередь обратился к вам. Он был напуган, он был потрясен. Лишение жизни - непростой вопрос для большинства, и так не должно быть. Разве это не делает его лучшим полицейским, если он что-то почувствовал?"

"Да, и я тоже этим воспользуюсь. Это просто не подвешено, Рорк. Просто не зависает ", - сказала она, поднимаясь на ноги, чтобы снова пройтись. Раздраженный кот взмахнул хвостом в воздух и гордо вышел из комнаты.

"Никаких следов ожога на его горле. Если Трухарт ударил его таким образом, должны были остаться следы. Почему ее не было?"

"Мог ли он использовать другое оружие, обладающее смертельной силой?"

Она покачала головой. "Я не знаю никого, у кого было бы меньше шансов носить с собой дробовик. Если я ошибаюсь насчет него, то где она? Это было не на нем. Этого не было ни в одной квартире. Я проверил утилизаторы. Его звонок мне поступил через несколько минут после окончания. Нет времени подумать достаточно ясно, чтобы безопасно избавиться от одного. Кроме того, когда ты возвращаешься через это, все это не имеет смысла ".

Она снова села, наклонилась. "Возьми этого Луи К. Избитый полицейский, соседи, даже женщина, на которую он напал, - все описывают его как вашего обычного подлого слабака. Охотился на школьников. У него есть простыня, но на ней нет следов насилия. Никаких нападений, никаких побоев. На его провале нет никакого оружия ".

"Летучая мышь?"

"Он играл в мяч. Итак, он сидит там в нижнем белье и занимается своими книгами. Аккуратные книги, грязная квартира. Но не логически грязная. Шкафы расставлены, окна вымыты, но есть еда и грязная посуда, разбросанное белье. Как будто он заболел или ушел в запой на неделю ".

Она провела рукой по волосам, вызывая в голове картину его тесной квартирки. Представила его в ней. Сидит в жару за своим рабочим столом, у открытого окна. Его жокейские шорты пропитаны потом.

"У него потрясающая музыка, по словам соседей, ничего нового. Ральф с другого конца коридора подходит и барабанит в дверь. Опять же, ничего нового. Но на этот раз, вместо того, чтобы выключить музыку, Луи К. берет биту и избивает ею своего когда-то собутыльника до смерти ".

"Раскалывает ему череп", - продолжила она."Превращает его лицо в желе, бьет достаточно сильно, чтобы сломать хорошую бейсбольную биту. Сосед перевешивает Луи К. более чем на сто фунтов, но у него нет шанса поставить на нем метку ".

Он знал, что она видит это сейчас, вызывая в своем мозгу образы того, что произошло. Хотя она и не была там, она увидит это. "Трудно сопротивляться, если у тебя мозги вытекают из ушей".

"Да, это недостаток. Но затем, не переставая кричать, Луи К. выбивает дверь соседа и идет за женщиной. Полицейский отвечает, и Луи бросается на него ".

"Жара может обратить людей".

"Да, это возможно. Это выявляет подлость. Но этот молокосос сидел там и занимался своими книгами. Делаю записи. Точно так же, как он делал каждый вечер примерно в то время. Это кажется неправильным ".

Нахмурившись, она откинулась на стол Рорка. "Ты знаешь о каком-нибудь незаконном средстве, которое называется Чистотой?"

"Нет".

"Как и никто другой. Когда я вошел в его квартиру, его экран был включен. Там говорилось, что достигнута абсолютная чистота. Что, черт возьми, такое абсолютная чистота, и как она была достигнута?"

"Если это что-то новое, зачем мелкому торговцу игровыми площадками находиться на первом этаже?"

"Я задавал себе этот вопрос. Компьютер не идентифицировал, даже с моим кодом авторизации. Итак, я отправил это в EDD. Не могу привлечь Фини ", - размышляла она. "Кажется неправильным указывать главу отдела электронных расследований для стандартного поиска данных".

"Ты мог бы пометить меня".

"Поговорим о том, как выглядеть неправильно. Кроме того, ты работал".

"Так что я был, и ел, чего, я полагаю, ты не был. Голоден?"

"Теперь, когда ты упомянул об этом. Что у тебя было?"

"Хм. Охлажденный сливовый суп, крабовый салат и превосходный тюрбо на гриле".

"Ха". Ева вскочила на ноги. "Я мог бы пойти за бургером".

"Каким-то образом я знал это".

***

Позже Ева лежала без сна, уставившись в потолок, восстанавливая данные, свидетельства, теорию. Все это не казалось правильным, подумала она, но не могла быть уверена, насколько на это повлияла забота о молодом, многообещающем полицейском.

У него был хороший ум и идеализм, который был таким же ярким и сияющим, как полированное серебро. Чистота, снова подумала она. Если бы ей пришлось использовать одно слово, чтобы определить это, это было бы Истинное сердце.

Сегодня он частично утратил эту чистоту. Она знала, что некоторых он никогда не сможет вернуть. Он пострадает за это больше, чем должен.

И она не была мамочкой, подумала она, поворачивая голову ровно настолько, чтобы хмуро взглянуть на Рорка в темноте.

"Ну что ж". Он придвинулся к ней, безошибочно скользя руками по ее грудям. "Поскольку у тебя есть вся эта энергия..."

"О чем ты говоришь? Я сплю здесь".

"Ты не такой, не с твоими мыслями, мечущимися достаточно громко, чтобы разбудить мертвых. Почему бы мне просто не помочь тебе со всей этой энергией?"

Когда он притянул ее к себе, она усмехнулась. "У меня для тебя новости, эйс. Это не твоя рука".

***

В тридцати шести кварталах отсюда Трой Трухарт лежал в темноте, уставившись в потолок. Никто не делил с ним постель, чтобы предложить утешение или отвлечься. Все, что он мог видеть, отпечатанное в темноте, было лицом человека, которого он убил.

Он знал, что должен принять одобренный департаментом транквилизатор. Но он боялся спать. Он снова увидит все это в своих снах.

Точно так же, как он мог видеть все это, когда лежал без сна.

Брызги крови, костей и чего похуже по всем стенам того сырого коридора. Даже здесь, в своей прибранной квартире, он чувствовал этот запах. То, как жар усиливал зловоние крови, запекшейся крови. Он мог слышать крики, женские, не более чем вой ужаса и ужасной боли. И у мужчины. Луис К. Когберн. Мужчина кричит, как дикое животное, обезумевшее от охоты. Голоса других жильцов, кричащих из-за запертых дверей. Крики гремят в окна с улицы.

И его собственное сердце, бушующее в его груди.

Почему он не вызвал подкрепление? В ту минуту, когда он услышал, как женщина зовет на помощь, он должен был вызвать подкрепление.

Но он ворвался внутрь, думая только о том, чтобы защищать и служить.

Он крикнул в ответ - он крикнул, по крайней мере, он кричал, когда бежал вверх по лестнице, чтобы кто-нибудь позвонил 911. Ни у кого не было. Он понял это сейчас. Никто этого не делал, иначе копы пришли бы задолго до лейтенанта Даллас.

Как могли люди стоять за запертыми дверями и ничего не делать, в то время как их сосед взывал о помощи? Он никогда бы этого не понял.

Он видел человека в коридоре, которому никто не мог помочь. Он видел это, почувствовал, как его желудок скрутило, а кровь с ревом ударила в голову гудящим белым шумом, который был звуком страха. Да, он боялся, очень боялся. Но это была его работа - пройти через дверь. Открытая дверь, подумал он сейчас, пройди через нее и окажись в криках, крови и безумии.

Что тогда? Что тогда?

Полиция! Брось свое оружие! Брось оружие сейчас.

В его руке был парализатор. Он нарисовал это по пути наверх. Он был уверен в этом. Мужчина. Луис К. Когберн. Он повернулся, держа окровавленную биту обеими руками, как тесто на тарелке. Крошечные глазки, подумал сейчас Трухарт. Крошечные глазки, почти исчезающие на худом лице, которое было красным от ярости и запекшейся крови.

Темная кровь, более свежая кровь вытекла из его носа. Только что вспомнил это, подумал он. Имело ли это значение?

Он атаковал. Безумец в жокейских шортах, который двигался как молния. Бита опустилась на его плечо так быстро, так сильно. Отшатнулся, чуть не потерял парализатор. Ужас, яркий, как кровь.

Мужчина. Луис К. Когберн. Он развернулся обратно к женщине. Она была подавлена, ошеломлена, плакала. Беспомощный. Бита взметнулась высоко вверх. Смертельный удар.

Но затем он дрогнул. Его глаза - о Боже, его глаза - демонически красные, расширились, прыгнули внутрь черепа. Его тело тряслось, как марионетка, танцующая на веревочке, когда он пробегал мимо. Выходим в коридор.

Он танцевал, все еще танцуя. Затем он упал, как бы свернувшись калачиком, лицом вверх и уставился в потолок своими ужасными красными глазами.

Мертв. Мертв. И я стою над ним.

Сегодня я убил человека.

Трухарт зарылся лицом в подушку, пытаясь стереть образы, которые хотели пронестись в его мозгу. И он оплакивал мертвых.

***

Утром Ева позвонила главному судебно-медицинскомуэксперту Моррису и постаралась, чтобы ее голос звучал не слишком сердито, когда ее заставили оставить сообщение на его голосовой почте. Если необходимо, она найдет время съездить в морг и поговорить с ним лично.

На самом деле, это было именно то, что она собиралась сделать - и еще раз взглянуть на тело Когберна.

Как бы сильно это ни раздражало, она позвонила Дону Вебстеру из отдела внутренних расследований. На этот раз она не потрудилась скрыть раздражение, когда ее перевели на голосовую почту.

"У Крысиного отряда есть несколько приятных часов. Мы, настоящие копы, уже на дежурстве. Позвони мне, Вебстер, когда придешь, чтобы провести свой день за письменным столом и вынюхивать грязь о коллегах-офицерах ".

Вероятно, неразумно раздражать его, подумала она, прерывая передачу. С другой стороны, если бы она попыталась уболтать Вебстера, он бы понял, что она что-то замышляет.

"Лейтенант". Кепка в руке, Верное Сердце стояла в дверном проеме. "Ты посылал за мной".

"Это верно, Истинное Сердце. Входи. Закрой дверь".

Она не переходила никаких границ, вызывая его к себе в офис перед тестированием. Она была главной в этом деле.

Это была ее история, подумала она, и она придерживалась ее.

"Садись, Верное Сердце".

Он выглядел таким же бледным, с ввалившимися глазами, как она и ожидала. Каким-то образом ему удавалось оставаться по стойке смирно, даже сидя. Она запрограммировала свою кофеварку на два вида кофе, черного, хотел он того или нет.

"Тяжелая ночь?"

"Да, сэр".

"У тебя будет более тяжелый день. Тестирование - это не прогулка по пляжу ".

"Нет, сэр. Я слышал."

"Тебе лучше быть готовым к этому. Смотрите на меня, когда я говорю с вами, офицер ". Она выпалила это, наблюдая, как он поднял голову и его усталые глаза сфокусировались. "Ты надеваешь форму, берешь значок, убираешь оружие в кобуру и берешь на себя все, что это значит. Было ли ваше увольнение Луиса К. Когберна оправданным?"

"Я не..."

"Да или нет. Здесь нет середины, нет ограничений. Твоя интуиция, Верное сердце. Было ли использование вашего оружия необходимым?"

"Да, сэр".

"Если бы вы оказались в такой же ситуации сегодня, вы бы снова применили свое оружие?"

Он вздрогнул, но кивнул. "Да, сэр".

"В этом суть". Она передала ему кофе. "Держись за суть этого, ты пройдешь через все остальное. Не пытайтесь переосмыслить Испытание. У тебя еще не хватает духу для этого. Отвечайте правильно, отвечайте правдиво. И как бы они ни искажали вопрос оправдания, вы применили свое оружие оправданно, чтобы сохранить жизнь гражданского лица и свою собственную ".

"Да, сэр".

"Иисус, Верное Сердце, ты приятный ублюдок. На каком расстоянии вы находились от объекта, когда осуществляли развертывание?"

"Я думаю..."

"Не думай. Как далеко?"

"Шесть футов, может быть, пять с половиной".

"Сколько толчков ты ему сделал?"

"Два".

"Вступало ли ваше оружие в какой-либо момент во время ссоры в прямой контакт с объектом?"

"Контакт?" На мгновение он выглядел озадаченным. "О, нет, сэр. Я был подавлен, а он отходил, когда я развернулся. Затем он повернулся, двигаясь ко мне, когда я развернулся во второй раз ".

"Что ты сделал с выпадающим фрагментом?"

"Тот..." Чистый шок отразился на его лице. Она смотрела, как он становится розовым, с тем, что могло быть только возмущением. "Сэр, у меня не было никакого дополнительного оружия, и у меня его нет. У меня был только уличный парализатор, который я уполномочен носить и который вы взяли в качестве вещественного доказательства на месте преступления. Сэр, я возмущен ..."

"Оставь это". Она откинулась назад. "Если они не зададут вам этот вопрос при тестировании, я буду удивлен. Можешь поспорить, что твоя задница из ОВР задаст этот вопрос. И они будут давить. Так что прибереги моральное возмущение для них. Ты не пьешь кофе, Верное Сердце?"

"Да, сэр". Он с несчастным видом заглянул в чашку, затем поднял ее и сделал глоток. У него перехватило дыхание. "Это не кофе".

"Да, это так. Это настоящий кофе. Для этого нужно гораздо больше, чем это вегетарианское дерьмо, не так ли? Сегодня тебе не помешал бы дополнительный удар. Послушай меня, Трой. Ты хороший полицейский, и с некоторой приправой ты станешь еще лучше. Завершение не должно быть легким. Мы не должны быть в состоянии отмахнуться от отнятия чьей-либо жизни, как от пустяка, или мы слишком близко подходим к тому, чтобы быть тем, от чего мы здесь, чтобы избавиться ".

"Я желаю... Я хотел бы, чтобы был другой способ ".

"Ее не было, и не забывай об этом. Это нормально - сожалеть, даже немного чувствовать себя виноватым. Но это не нормально - чувствовать что-то меньшее, чем абсолютную уверенность в том, что ты сделал то, что должно было быть сделано, учитывая обстоятельства. Дай им увидеть, что ты не уверен, и они разорвут тебя, как леопард газель ".

"Я должен был это сделать". Он крепко держал кофе обеими руками, как будто боялся, что тот выпрыгнет у него из рук. "Лейтенант, я прокрутил это в голове сотней разных способов прошлой ночью. Я не мог поступить иначе. Он бы убил ту женщину. Он, вероятно, убил бы меня и любого другого, кто встал бы у меня на пути. Но я совершал ошибки. Я должен был вызвать подкрепление перед входом в здание. Я должен был сообщить об этом в Диспетчерскую вместо того, чтобы вешать на тебя ярлык ".

"Да, это ошибки". Она кивнула, довольная, что он все продумал, разобрал все по частям. "Ни то, ни другое не изменило бы прекращения. Но это были ошибки, которые могут стоить вам небольшого блеска. Почему ты не вызвал подкрепление?"

"Я отреагировал. Женщина, казалось, была в непосредственной опасности. Я действительно выкрикнул приказ кому-то позвонить в девять-одиннадцать, как только оказался внутри, но я должен был сделать это лично. Если бы мне не удалось остановить преступника, не было бы подкрепления по пути, могло быть потеряно больше жизней ".

"Хорошо. Урок усвоен. Почему ты позвонил мне, а не диспетчеру?"

"Я был... Лейтенант, я не думал здраво. Я понял, что оба мужчины мертвы, что я прикончил нападавшего, и я ...

"Ты был дезориентирован от полученных ударов", - быстро сказала она. "У вас были некоторые опасения, что вы можете потерять сознание. Вашей первой мыслью было сообщить об убийстве и увольнении, и вы сделали это, связавшись с лейтенантом отдела по расследованию убийств, с которым вы работали в прошлом. Ты понимаешь это, Верное Сердце?"

"Да, сэр".

"Ты испытывал физические и умственные страдания. Лейтенант, которому вы сообщили о своей ситуации, приказал вам оцепить место происшествия и оставаться там до ее прибытия. Ты сделал это".

"Это не было процедурой".

"Нет, но это выдержит. Будь уверен, что ты делаешь. Я привел тебя с улицы не для того, чтобы наблюдать, как ты вымываешься ".

"Я получу обязательное тридцатидневное отстранение".

"Возможно. Вероятно."

"Я могу это вынести. Я не хочу потерять свой значок ".

"Ты не потеряешь свой значок. Явитесь на тестирование, офицер Трухарт." Она поднялась на ноги. "И покажи им, из чего ты сделан".

***

Она сделала еще один назойливый звонок Моррису, затем решила заскочить в EDD, прежде чем схватить Пибоди и отправиться в морг.

ЭДД всегда ставил ее в тупик. Как у кого-то что-то получалось, когда они все расхаживали туда-сюда, разговаривая по наушникам, или зарывались в кубики, споря с компьютерами, было выше ее понимания.

И они редко одевались как копы. Макнаб, тощий модельер, который в настоящее время был занят в сменах с Пибоди, о чем Еве не хотелось думать, возможно, был самым возмутительным из всей компании. Но он не сильно выиграл.

Она как можно быстрее ретировалась в скучный рабочий кабинет Фини.

Его дверь была открыта. Он редко закрывал это, даже когда, как сейчас, отчитывал подчиненного за какую-нибудь оплошность.

"Ты думаешь, что эти помещения здесь для твоего развлечения, Хэллоуэй? Ты думаешь, что можешь расслабиться и немного поиграть в космического крестоносца на пятак налогоплательщиков?"

"Нет, сэр, капитан, я не был..."

"Этот отдел - не твоя гребаная коробка для игрушек".

"Капитан, это был мой обеденный перерыв и ..."

"У тебя есть время пообедать?" На лице бассет-хаунда Фини отразились шок, изумление и тайная радость. "Что ж, это очаровательно, Хэллоуэй. Я могу обещать вам, что в ближайшее время перерывы на обед станут приятным, нежным воспоминанием. Возможно, вы не заметили, поскольку были так заняты спасением виртуальной вселенной, пока набрасывались на сэндвич, но мы здесь в затруднительном положении. Преступность стремительно растет, как и здешние времена, и мы, должным образом присягнувшие слуги закона, должны пристегнуть свои задницы и спасти город, прежде чем отправимся в космос к чертовым инопланетным захватчикам. Я хочу, чтобы отчет о хакере Дубреке был у меня на столе через тридцать минут."

Хэллоуэй, казалось, съежился в своем светло-зеленом комбинезоне. "Да, сэр".

"Когда ты закончишь с этим, ты свяжешься с Силби по "ссылкам со взлома Стюарта". И когда ты закончишь с этим, я дам тебе знать. Проваливай".

Хэллоуэй вскочил, бросив один униженный взгляд на Еву, когда выбрался наружу и вернулся к своему кубу.

"Сердцу полезно, - сказал Фини со вздохом, - содрать кожу с тощей задницы утром. Что с тобой?"

"Какой у него был счет в "Крестоносце"?"

"Поднялся до пятидесяти шести миллионов на уровне коммандос". Фини фыркнул. "Я был чертовски близок к тому, чтобы побить свой рекорд, а он держится уже три года, четыре месяца и двадцать два дня. Маленький придурок".

Она вошла, села на угол его стола и зачерпнула горсть засахаренного миндаля, который он держал в вазочке. "Ты слышал о Верном сердце?"

"Нет. Был похоронен". Его мешковатое лицо сморщилось от беспокойства. "Что?"

Она рассказала ему, ничего не упуская, пока они оба жевали орехи. Фини провел рукой по своей буйной рыжеватой шевелюре. "С ним будет жестко".

"Закаляет гребаный характер", - пробормотала она. "Он говорит мне все прямо, Фини. Парень скорее проглотит живую крысу, чем соврет мне. Но это не выдерживает критики. Я привел в действие центр обработки данных и связи Когберна. Я надеялся, что вы могли бы сделать это приоритетным. Послушай, я знаю, что ты завален делами, - добавила она, прежде чем он смог заговорить. "Но мне нужны все боеприпасы, которые я могу достать для этого. И в этом что-то есть. Я знаю, что она есть. Этот бизнес с чистотой дурно пахнет".

"Не могу дать тебе Макнаба. Я уже научил его жонглировать. Хэллоуэй, - сказал он и просветлел. "Я просто не думаю, что у этого парня достаточно дел. Я поручу ему это. Немного сверхурочной работы должно пойти ему на пользу ".

"И помоги сохранить свой высокий балл".

"Само собой разумеется". Но юмор на его лице быстро исчез. "ОВР собирается нанести несколько жестких ударов по этому парню".

"Я знаю это. Я собираюсь посмотреть, смогу ли я отразить несколько из них." Она оттолкнулась от стола. "Я собираюсь пойти досаждать Моррису. Если моя догадка подтвердится, Верное Сердце сорвалось с самого острого крючка ".

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Когда Ева вернулась в Отдел убийств, чтобы схватить Пибоди, несколько детективов в КПЗ посмотрели многозначительными взглядами в ее сторону.

"Крыса в норе", - прокомментировал Бакстер, проходя мимо нее, и мотнул головой в сторону ее кабинета.

"Спасибо". Она засунула большие пальцы в передние карманы брюк и направилась в свой кабинет.

Лейтенант Дон Вебстер сидел на ее единственном свободном стуле, его начищенные ботинки были заброшены на ее захламленный стол. Он пил ее кофе.

"Привет, Даллас. Прошло немного времени".

"Но почему-то никогда не бывает достаточно долгой". Она сбросила его ноги со своего стола. "Это мой кофе в той кружке?"

Он сделал большой глоток, испустил счастливый вздох. "Должно быть, это здорово - иметь возможность вызывать настоящие чувства всякий раз, когда ты в настроении. Как поживает Рорк в эти дни?"

"Это социальный призыв? Потому что у меня нет времени на болтовню. Я на службе".

"Не социальная, но это могло бы быть дружеским". Он повел плечами, когда выражение ее лица осталось застывшим и каменным. "Или нет. Хотя должен сказать, ты выглядишь просто шикарно ".

Она потянулась за собой, закрыв дверь. "Вы бы получили отчет об инциденте, произошедшем вчера между тысяча девятьсот и тысяча девятьсот тридцатым, с участием офицера в форме, приписанного к Центральному управлению, который, будучи не при исполнении, отреагировал на ..."

"Даллас". Вебстер поднял руку. "Я получил отчет. Я знаю этот случай. Я знаю, что офицер Трой Трухарт - чертовски красивое имя, ха - в это время проходит тестирование. Отдел внутренних расследований опросит субъекта и расследует увольнение после того, как будут оценены результаты указанного тестирования ".

"Ему двадцать два года. Он все еще зеленый, но он твердый. Я прошу тебя быть с ним помягче ".

Раздражение отразилось на его лице. Сделала это жестче. "Ты думаешь, я встаю утром, думая о том, скольких полицейских я могу уничтожить за день?"

"Я не знаю, о чем думаешь ты или остальная часть твоей стаи". Она начала заказывать кофе для себя, затем резко обернулась. "Я думал, ты вернешься. Я думал, ты решил снова стать полицейским ".

"Я чертов полицейский".

"После того, как вся эта грязь вышла изнутри ОВР ..."

"Вот почему я остался". Он сказал это тихо и прервал ее тираду. "Я думал об этом". Он провел рукой по своим волнистым каштановым волосам. "Я думал об этом долго и упорно. Я верю в Бюро, Даллас ".

"Как? Почему?"

"Сдерживает и уравновешивает. Нам нужны сдержки и противовесы. Когда есть власть, есть и разложение. Они идут рука об руку. Неверный полицейский не имеет права на значок. Но он заслуживает того, чтобы другой коп увидел, что у него это отняли ".

"Мне не нужны грязные копы". Раздраженная миром в целом, она взяла у него кофейную кружку и выпила. "Черт возьми, Вебстер, ты был хорош на улице".

У него мурашки побежали по коже, когда он услышал, как она это сказала. Знать, что она имела в виду это. "Я хорош в Бюро. Я думаю, что я что-то меняю ".

"Избивая новичка вроде Трухарта за то, что он сделал то, что должен был сделать, чтобы защитить гражданских и себя?"

"Знаешь, первое, что я сделал, когда вернулся в ОВР, это убрал все стойки, винты для большого пальца и другие приспособления для пыток. Я прочитал отчет, Даллас. Ясно, что возникла непосредственная опасность. Но есть пробелы, и есть вопросы. Ты это знаешь".

"Я изучаю это. Позволь мне прояснить это ".

"Ты знаешь. Я бы хотел оказать тебе услугу, просто чтобы ты был у меня в долгу. Но у него нужно взять интервью, он должен сделать заявление. У него может быть там своя репутация. Он может заполучить тебя там. Господи, Даллас, мы не собираемся трахать этого парня. Но когда полицейский прекращает использовать свое оружие, это должно быть пересмотрено ".

"Он чист, Вебстер. Он чертовски чистоплотен ".

"Тогда ему не о чем беспокоиться. Я приму это на свой счет, если это что-то значит для тебя ".

"Я думаю, это так".

"Ты сказал Рорку, что приставал ко мне из-за этого? Или он собирается разозлиться, и мне снова придется надрать ему задницу?"

"О, это то, что вы делали, когда вас выносили из комнаты без сознания?"

"Мне нравится вспоминать, что у меня только что открылось второе дыхание".

Вебстер потер рукой челюсть. Он все еще мог вспомнить, каково было ощущать, как кулак Рорка врезался в него. Как метко брошенный кирпич.

"Все, что работает для тебя. И я не отчитываюсь перед Рорком ".

"Ты продолжаешь так думать". Он забрал у нее кофе, допил его. "Ты так женат, что я вижу маленьких голубков, кружащих над твоей головой".

Это приводило в ужас, вплоть до кончиков пальцев на ногах. "Рорк не единственный, кто может оглушить тебя".

"Мне действительно нравится, как ты выглядишь". Он усмехнулся, когда ее глаза сузились. "Просто смотрю", - заверил он ее. "Никаких прикосновений. Там я усвоил свой урок. Вы можете доверять мне, что я сохраню это в чистоте, личной и профессиональной. Это достаточно хорошо для тебя?"

"Если бы это было не так, я бы не позвонил тебе".

"Проверьте. Я буду на связи ". Он открыл дверь, оглянулся. Ему действительно нравилось, как она выглядит - стройная, жесткая и сексуальная. "Спасибо за кофе".

Оставшись одна, она покачала головой. Она могла слышать, как уровень шума в КПЗ упал и наступила тишина, когда Вебстер проходил через него. Он выбрал очень трудный путь, подумала она. К бейджу, который следил за другими бейджами, относились с подозрением, насмешкой и страхом.

Скользкая черта, по которой нужно идти. Она предположила, что в целом он ей нравился достаточно, чтобы надеяться, что он сохранит равновесие.

Она проверила свой наручный прибор, прикидывая, сколько еще времени Трухарт будет находиться в процессе тестирования. Более чем достаточно времени, подумала она, чтобы запугать Морриса и получить результаты по Когберну.

***

Они были сложены, разложены на полках и упакованы в морге. Редко за одиннадцать лет работы Ева видела столько трупов в одном месте одновременно.

Троих упакованных с бирками положили на каталку и прижали к стене возле одного из кабинетов для вскрытий.

Возьми цифру, подумала она. Слишком поздно быть защищенным, но в конце концов тебе послужат.

Когда Ева шагала по ярко-белому коридору мертвых, Пибоди спешила рядом с ней.

"Чувак, в этом месте всегда немного жутковато, но это за гранью. Ты знаешь, как наполовину ожидаешь, что одна из этих сумок сядет и вцепится в тебя?"

"Нет. Подожди здесь. Если кто-то из них попытается сбежать, позвони мне ".

"Я не думаю, что это особенно смешно". И, настороженно наблюдая за неподвижными черными мешками, Пибоди заняла свой пост у двери.

Внутри Моррис был занят работой, лазерный скальпель был на середине Y-образного разреза на одном из шести тел, распростертых на столах.

На его приятном лице были защитные очки, на длинных темных волосах, заплетенных в косу, пластиковый капюшон, а поверх элегантного темно-синего костюма - прозрачное защитное пальто.

"Какой смысл в голосовой почте, если вы не разговариваете с ней?" Потребовала Ева.

"Этим утром прибыло много неожиданной компании из-за столкновения airtram. Ты что, не слышал репортаж? Тела, падающие с неба, как летучие обезьяны".

"Если бы они могли летать, их бы не упаковывали и не помечали. Сколько?"

"Двенадцать убитых, шестеро раненых. Какой-то придурок на аэромобиле протаранил его. Пилот трамвая сумел удержать управление большую часть пути, но люди запаниковали. Добавьте к этому драку с поножовщиной в клубе, в которой погибли оба участника и один случайный прохожий, женщину-неизвестную Доу, найденную набитой в утилизаторе, и ваши повседневные удары, избиения дубинками и жестокость, и у нас будет полный зал ".

"У меня увольнение из полиции с несколькими вопросами. Форма новичка оглушает сумасшедшего, сумасшедший умирает. Никаких признаков контакта со станнером на жертве. Парализатор, конфискованный у офицера, был установлен на низкий уровень."

"Значит, это его не убило".

"Он мертв, как и остальные ваши гости".

Моррис завершил свою Y-образную стрижку. "Единственный способ, которым бесконтактный выстрел из штатного станнера мог бы уничтожить человека, сумасшедшего или нет, был бы, если бы у упомянутого потенциального сумасшедшего было респираторное или неврологическое заболевание такой серьезности, что электронный удар обострил его и привел к смерти".

Это было именно то, что она хотела услышать. "Если это так, то на самом деле это не прекращение с применением максимальной силы".

"Технически, нет. Однако..."

"Технически сойдет. Будь другом, Моррис, взгляни на него. Это истинное сердце".

Моррис поднял глаза и поправил очки. "Парень с персиковым пушком на лице, который выглядит как реклама зубной пасты на экране?"

"Это тот самый. Он проходит испытание. Следующий IAB. И что-то не сходится в том, как это произошло. Ему не помешала бы передышка".

"Позвольте мне взглянуть на него".

"Он вон там. Четвертый номер в очереди". Она ткнула большим пальцем.

"Позвольте мне поднять отчет".

"Я могу..."

"Дай мне это прочитать" Моррис прервал ее взмахом руки и направился к центру обработки данных. "Имя сумасшедшего мертвеца?"

"Когберн, Луис К."

Моррис вызвал полевой отчет, пока он читал, он напевал про себя. Это была какая-то запоминающаяся мелодия, смутно знакомая ей. И это начало прокручиваться у нее в голове таким образом, что подсказало ей, что это застрянет там на несколько часов.

"Торговец нелегалами", - начал Моррис. "Возможно, было чрезмерное взятие проб, возможны сердечные или неврологические повреждения. Кровотечение из ушей, носа, лопнувшие кровеносные сосуды в глазах. Хм."

Он подошел к столу, на котором лежал Луи К., тощий и голый. Он снова надел очки, приблизил свое лицо так близко к лицу Луи, что казалось, будто он собирается поцеловать мертвеца.

"Запись начинается", - сказал он и начал диктовать предварительные данные, визуальные находки.

"Что ж, давайте откроем его, посмотрим, что мы видим. Ты собираешься за это повеситься?"

"Да, если это быстро".

"Никто не торопит гениев, Даллас". Он взял пилу для черепа, завел ее на вращение.

Ева часто задавалась вопросом, почему кто-то выбрал именно это направление работы, или как они могут быть такими жизнерадостными, занимаясь этим. По крайней мере, воздух в комнате был прохладным, подумала она и отошла, чтобы изучить предложения маленького фриджи. Она ограничилась бутылкой имбирного эля, прежде чем вернуться к Моррису.

"Что ты..."

"Тсс!"

Она нахмурилась, но успокоилась. Моррис обычно был разговорчив, когда работал. В этом случае он выполнял свою работу молча, ссылаясь на внутреннюю часть черепа Когберна, на компьютерные изображения на экране рядом со столом.

Она изучала это сама, но не видела ничего, кроме форм и цветов.

"Вы проводите медицинский осмотр этого парня?"

"Да. Он не был на какой-либо работе или проверке в течение нескольких лет. Ничего не лопнуло".

"О да, что-то щелкнуло. Его мозг и никакой стандартный парализатор не нанесли такого урона. Насколько я вижу, опухоли нет. Нет свертывания. Если это была эмболия, то должна быть... Что у нас есть, так это сильное внутричерепное давление. Его мозг сильно распух."

"Существовавший ранее?"

"Я не могу сказать, пока нет. Это займет время. Завораживает. Pop - это именно то, что сделал этот мозг. Как надутый воздушный шарик. Я могу сказать вам, что, по моему мнению, это не было сделано никаким оружием. Это внутреннее".

"Значит, медицинская".

"Я не собираюсь это подтверждать. Я собираюсь провести несколько тестов ". Он прогнал ее прочь. "Я свяжусь с тобой, когда у меня будет что-то серьезное".

"Дай мне что-нибудь".

"Я могу сказать вам, что, похоже, мозг этого парня был в тяжелом состоянии, которое продолжалось до каких-либо действий вашего офицера прошлым вечером. То, что здесь произошло, произошло не в результате оглушения. Этого бы не случилось, если бы он приставил полицейский лазер к уху парня и выстрелил. Я не могу сказать, вызвало ли оглушение какую-то цепную реакцию, которая привела к досрочному прекращению. Но, судя по этому мозгу, этот парень был бы мертв в течение часа. Я дам вам знать, когда выясню, как и почему. А теперь иди и дай мне поработать".

***

Ева обошла печать на квартире Когберна. Зловоние, затхлый, запертый жар ударил, как грязный кулак, когда она открыла дверь.

"Боже. Это отвратительно".

"О да". Пибоди повернула голову, сделала то, что, как она думала, было ее последним легким вздохом, затем последовала за Евой внутрь.

"Давай, открой окно, пока мы здесь. Это должно быть лучше, чем работать в закрытом ящике ".

"Что мы ищем?"

"Предварительная версия Морриса склоняется к предсуществующему состоянию. Возможно, мы найдем здесь что-нибудь, подтверждающее это, указывающее на то, что он занимался самолечением. Место выглядит так, будто он был не в себе, болел. Это то, что поразило меня с самого начала. Он подонок, но аккуратный, организованный подонок. Обычно держит свое гнездо в чистоте. Но последние несколько дней он падает на домашнем фронте. Однако не отстает от своего бизнеса. Ты болен, тебе жарко, ты раздражителен. Сосед пристает к тебе, ты срываешься. Так будет разумнее".

"Но, ну, на самом деле не имеет значения, почему Когберн тренировался отбивать мяч на своем соседе".

"Всегда важно, почему", - ответила Ева. "Ральф Вустер мертв, и Когберн заплатил за это. Но важно, почему."

Она открыла ящики, которые открывала и обыскивала накануне. "Возможно, у него все это время был стояк из-за Вустера. Может быть, он хотел трахнуть женщину Ральфа или был должен ему денег. И теперь он чувствует себя дерьмово, а старина Ральф стучит в его дверь и орет на него ".

Она присела на корточки, посветила фонариком-ручкой глубоко в ниши шкафа. "Суть в том, что что-то заставило его сорваться, выйти из себя. Возможно, его мозг поджаривался. Моррис сказал, что он был мертвецом ".

"Даже если так, Истинное Сердце проходит испытания". Пибоди взглянула на свой наручный прибор. "Или просто выходя из нее. Ему придется столкнуться с ОВР, независимо от того, существовал Когберн ранее или нет ".

"Да, но он почувствует себя лучше, если выяснится, что он нанес парню стандартное и приемлемое оглушение, и ранее существовавшее было причиной смерти. Мы дадим ему это, он не получит обязательного тридцатидневного отпуска ".

Она оставалась на корточках, хмуро глядя в пространство. "В любом случае, мне не нравится, как это ощущается. Просто мне это не нравится".

"Что это за песня, которую ты напеваешь?"

Ева остановилась, проклинала себя, выпрямилась. "Я не знаю. Будь проклят Моррис. Давайте постучимся в двери".

***

Было удивительно, сколько людей потеряли чувство слуха или способность связно излагать свои мысли, когда дело касалось значка.

Более половины дверей, в которые стучала Ева, оставались плотно закрытыми, и любые звуки, доносившиеся изнутри, мгновенно заглушались. Открывшиеся двери показали, что люди не стали более полезными, и ответы варьировались от неожиданности до того, что я ни от кого ничего не слышал.

На втором этаже, в квартире 11F, истощающееся терпение Евы было вознаграждено.

Блондинка была молода и выглядела полусонной. На ней была крошечная пара белых трусиков и тонкая майка. Она широко зевнула в лицо Еве, затем моргнула при виде значка, когда его сунули перед ней.

"Моя лицензия оплачена. У меня есть еще шесть месяцев до продления, и я только что прошел обязательную проверку здоровья. Я получил согласие ".

"Приятно знать". Что касается лицензированных компаньонов, то этот был молод и все еще выглядел свежо. Лицензия, скорее всего, была выдана в первый год. "Я здесь не по этому поводу. Это касается того, что произошло вчера на четвертом этаже ".

"О! Вау! Это было определенно что-то. Я прятался в шкафу, пока крики не прекратились. Я был действительно напуган. Была большая драка, погибли люди и все такое ".

"Вы знали кого-нибудь из убитых мужчин?"

"Вроде того".

"Можем ли мы зайти внутрь. Скучаю..."

"О, о, я Рини, Рини Пайк-ну, Пиковски, но я меняю имя на Пайк, потому что, знаете, так сексуальнее. Я думаю, да - о приходе. Мой тренер рассказал, как мы должны сотрудничать с полицией, чтобы нас не разгромили и все такое ".

Ева подумала, что она была Истинным Сердцем лицензированной компании компаньонок. Все еще сияющая и невинная, несмотря на выбранную ею профессию. "Это хорошая политика, Рини. Почему бы нам всем не сотрудничать? Внутри."

"Ладно, но здесь довольно грязно. Я сплю днем, в основном, особенно из-за того, что так жарко. Super не починил климат-контроль. Я не думаю, что это правильно ".

"Может быть, я смогу поговорить с ним за тебя", - предложила Ева, когда она осторожно вошла в дверь.

"Неужели? Это было бы здорово. Трудно приводить сюда клиентов, потому что здесь слишком жарко для секса и прочего, а у меня лицензия только на уличную работу, а большинство уличных клиентов не хотят заскакивать в гостиничный номер и все такое. Ты знаешь?"

Мебель была запасной, планировка идентичная Когберновской. Беспорядок исходил от разбросанной одежды ярких, пришедших сюда цветов, от трех париков, разбросанных повсюду, как спутанные скальпы, и армии косметических усовершенствований, беспорядочно разложенных на сундуке под окном.

Воздух был достаточно горячим, чтобы испечь печенье.

"Что вы можете рассказать мне о Луисе Когберне?" Начала Ева.

"Ему нравилось все прямо и быстро. Никаких изысков".

"Это действительно интересно, Рини, но я на самом деле спрашивал не о его сексуальных предпочтениях. Но раз уж вы упомянули об этом, был ли он постоянным клиентом?"

"Вроде того". Она прошлась по комнате, собирая одежду, бросая ее в шкаф. "Раз в пару недель с тех пор, как я переехал. Он был по-настоящему вежлив по этому поводу, сказал, как было приятно иметь права в здании. Он сказал, как мы могли бы договориться о сделке, но я сказала ему, что предпочла бы деньги, потому что я коплю на статус дежурного, и я не занимаюсь нелегалами и прочим. О. " Она прижала руку ко рту. "Я не хотел говорить о его торговле, но, думаю, все в порядке, раз он мертв".

"И прочее. Да, мы знаем о его бизнесе. Он когда-нибудь ссорился с кем-нибудь из других жильцов до вчерашнего дня?"

"О нет, не-а. Он был очень тихим, и, как я уже сказал, вежливым и все такое. В основном держался особняком".

"Упоминал ли он когда-нибудь при вас Ральфа Вустера или Сюзанну Коэн, какие-либо проблемы или недовольство, которые у него были по поводу них?"

"Не-а. Я вроде как знаю Сьюз. Вроде того. Я хочу сказать "привет" и "Как дела". И всего несколько дней назад мы сидели на крыльце и пили пиво, потому что внутри было так жарко. Она милая. Она рассказала, как они с Ральфом подумывали о том, чтобы пожениться и все такое. Она работает в круглосуточном кафе за углом, а он прыгает в клубе. Я забыл, какой именно. Может быть, мне стоит навестить ее в больнице ".

"Держу пари, она бы это оценила. Вы заметили что-нибудь необычное в мистере Когберне за последние несколько дней?"

"Вроде того. Эй, хочешь чего-нибудь холодного? У меня есть немного шипучего лимона ".

"Нет, все в порядке. Ты иди вперед".

"Мне бы не помешало немного воды", - вставила Пибоди. "Если ты не возражаешь".

"Конечно, хорошо. Тяжело ли быть полицейским и все такое?"

"Это может быть". Ева наблюдала, как дерзко приподнялась маленькая попка Рини, когда она наклонилась, чтобы найти свой шипучий лимон в холодильнике. "Но это показывает тебе... все стороны человеческого состояния".

"Ты тоже видишь во многом anLC".

"Что, по-вашему, изменилось в мистере Когберне в последнее время?"

"Что ж..." Рини вернулась со стаканом воды для Пибоди, затем воспользовалась моментом, чтобы деликатно пригубить свой безалкогольный напиток. "Возьмем тот день, когда мы со Сьюз были на крыльце. Луи К. подошел по пути внутрь. Он выглядел довольно скверно, знаете, весь бледный, потный, измотанный и все такое. Итак, я сказал, ты знаешь, достаточно горячо для тебя? И он бросил на меня этот по-настоящему злобный взгляд и сказал, чтобы я держал рот на замке, если все, что я могу сказать, - это какая-нибудь глупость ".

Ее ненакрашенные губы слегка надулись. "Это действительно задело мои чувства, но ты знаешь, Луи К. просто не такой злой, и он действительно выглядел не очень хорошо, поэтому я сказал: "О, Луи К., ты выглядишь таким измученным". Хочешь немного моего напитка? И на минуту он выглядел так, словно снова собирался быть противным, и Сьюз вся напряглась. Но потом он как бы потер лицо и сказал, как ему жаль, что он это сказал, и как его бросило в жар, и у него сильно разболелась голова и все такое. Я сказал, что у меня есть несколько блокаторов, если он захочет, что, я думаю, тоже было глупо из-за его бизнеса. Но он этого не сказал, а просто сказал, что, возможно, приляжет ненадолго и попытается отоспаться от головной боли ".

Она помолчала минуту, как будто обдумывая это. "И вот так", - заключила она.

"Вы видели его между тем временем и вчерашним днем?"

"Не видеть. Но я слышал его вчера утром. Я спал, но он разбудил меня, стуча в дверь управляющего и крича на него, чтобы он починил климат-контроль. Он проклинал серию, что было не тем, что вы часто слышали от него, но управляющий не открыл дверь, и Луи К. вернулся наверх, а не вышел, как делал в большинстве дней ".

"Он вернулся в свою квартиру после того, как попробовал супер".

"Да, и это немного странно, потому что Луи К. был действительно, знаете, как бы дисциплинирован в работе. Я не думаю, что он выходил какое-то время, теперь, когда вы упомянули об этом. В любом случае, вчера я одевалась, когда услышала крики и грохот наверху. Я выглянул всего на секунду и увидел, как вбегает тот симпатичный полицейский. Затем я спрятался в шкафу. Симпатичный полицейский звал кого-то позвонить в 911. Наверное, я должен был, но я был ужасно напуган и все такое ".

"Вы слышали, как дежурный офицер просил кого-нибудь вызвать полицейское подкрепление?"

Рини склонила голову. "Да. Прости, что я не помог, но я думал, что кто-то другой поможет, и я был напуган. Я думаю, это все равно ничего бы не изменило, потому что все закончилось довольно быстро. Парень-полицейский, милый парень, я думаю, он настоящий герой, раз пошел туда так, как он сделал, когда все остальные оставались внутри, где было безопасно. Может быть, если ты увидишь его и все такое, ты мог бы передать ему, что я так и сказал. И я чувствую себя виноватым, что не помог ".

"Конечно", - ответила Ева. "Я дам ему знать".

***

Вместо того, чтобы писать обновленный отчет, Ева решила обратиться прямо к коммандеру Уитни с устным сообщением. Ей пришлось выпросить пятиминутное окно через помощника командира, но она была готова принять то, что могла получить за воздействие личной встречи.

"Спасибо, что нашли время, коммандер".

"Если бы я мог выкроить время, мой день был бы намного менее напряженным. Сделайте это быстро, лейтенант ".

Он продолжал считывать любые данные, которые были на экране его стола. Его профиль был каменным. Его фигура подходила для большого и в настоящее время загроможденного стола, как и вес его команды. И эта масса, и этот вес, Ева имела основания знать, несли в себе стальные мускулы.

"Что касается инцидента с участием офицера Трухарта, сэр. Я собрал дополнительные данные, которые указывают на то, что убитый нападавший, возможно, страдал от ранее существовавшего заболевания, которое стало причиной его смерти. Доктор Моррис все еще проводит тесты, но заявил, что из-за этого состояния субъект умер бы в течение часа ".

"Моррис коротко рассказал мне об этом. У тебя есть верные соратники, Даллас ".

"Сэр. На данный момент Trueheart завершил тестирование. Результаты должны быть к утру. Я хотел бы отложить любое вмешательство ОВР до тех пор, пока расследование вчерашнего инцидента не покажет четко, является ли какое-либо такое участие оправданным или необходимым ".

Теперь Уитни повернулся к ней, его широкое, темное лицо было замкнутым. "Лейтенант, у вас есть какие-либо основания полагать, что стандартное расследование и допрос ОВР бросят какую-либо тень на действия, предпринятые этим офицером?"

"Нет, командир".

"Тогда пусть это прокатит. Пусть это прокатит, - повторил он, прежде чем она смогла заговорить. "Позволь мальчику постоять за себя. Позволь ему очистить себя. От этого ему будет только лучше. Иметь тебя в своем углу - это одно. Когда ты стоишь как щит, это совсем другое ".

"Я не пытаюсь..." Она замолчала, осознав, что делает именно это. "Разрешите говорить откровенно, коммандер".

"Пока это ненадолго".

"Я чувствую некоторую ответственность, поскольку пригласил Трухарта из его прежней группы. Несколько месяцев назад он был серьезно ранен на одной из моих операций. Он следует приказам в точности, и у него очень твердый характер. Но его инстинкты все еще развиваются, и его кожа все еще тонкая. Я просто не хочу видеть, как он получит за это больше ударов, чем он заслуживает ".

"Если он не может противостоять этому, лучше, чтобы он узнал сейчас. Ты знаешь это, Даллас."

"Если есть ранее существовавший, обязательный тридцатидневный период может быть отменен. Вы знаете это, коммандер, как вы знаете, к каким эмоциональным и психическим расстройствам может привести даже условное отстранение. Он откликнулся на призыв о помощи. Он без колебаний поставил себя на кон".

"Он не вызвал подкрепление".

"Да, сэр, он сделал. Вы когда-нибудь не вызывали подкрепление?"

Брови Уитни приподнялись. "Если бы я это сделал, я заслужил, чтобы меня за это пнули".

"Я ударю его".

"Я рассмотрю отказ, лейтенант, как только все данные и результаты будут получены и изучены".

"Благодарю вас, сэр".

***

Забившись в свой куб, Хэллоуэй провел еще одну серию сканирований на аппарате Когберна. И ворчал.

Поиграй немного в крестоносца в перерыве, и на тебя вываливают все дерьмовые подробности. Кого, черт возьми, волновали данные, хранящиеся на диске устройства мертвого дилера kiddie? Что собирался делать Фини? Сплетничать о клиентах размером с пинту своим мамочкам?

Четыре часа, подумал он и проглотил блокатор от жестокой головной боли, бушующей в его черепе. Четыре долбаных часа возни с бесполезными данными на бесполезном второсортном устройстве, и все потому, что большая шишка Даллас пришел просить милостыню к большой шишке Фини.

Он откинулся на спинку стула, потер затуманенные глаза.

Он не смог преодолеть щит на этой передаче Чистоты. Когберн не генерировал сообщение. В этом он убедился. Это пришло извне, но так какого хрена?

Абсолютная чистота. Наверное, какой-то детский лосьон.

Его голова убивала его. И Боже, как здесь было жарко. Чертов климат-контроль, должно быть, снова вышел из строя. Никто больше не делал свою работу. Никто, кроме него.

Он оттолкнулся от стола, вытолкнулся из своего куба, отчаянно нуждаясь в воде, в воздухе.

Он убирал локтями других копов со своего пути, заработал несколько изобретательных советов по самоудовлетворению.

У кулера с водой он выпивал чашку за чашкой, отслеживая передвижения своих коллег.

Посмотри на них. Как кучка муравьев в гнезде. Кто-то должен оказать миру услугу и раздавить несколько муравьев.

"Привет, Хэллоуэй". Макнаб только что вернулся с полевого задания. "Как дела? Слышал, ты уловил дерьмовую деталь ".

"Пошел ты, мудак".

На лице Макнаба отразилось раздражение, но затем он заметил бледность Хэллоуэя и капли пота. "Ты выглядишь немного опустошенным. Может быть, тебе стоит сделать перерыв ".

Хэллоуэй выпил еще воды. "Кто-то напьется. Отвяжись от моего дела, пока я не показал остальным этим придуркам, что такое на самом деле домашнее животное пэнси Фини ".

"У тебя проблемы со мной?" Если так, то это было что-то новое. До этого момента Макнаб и Хэллоуэй шли гладко. "Мы можем пойти в спортзал и потренироваться. Посмотрим, кто такой пэнси ЭДД ".

Фини ворвался внутрь, остановился у холодильника, когда почувствовал горячую стену напряжения. "Макнаб, я хочу этот отчет десятиминутной давности. Хэллоуэй, у тебя есть все это время, чтобы стоять у холодильника, я могу найти для тебя еще занятие. Двигай этим".

"Позже", - пробормотал Хэллоуэй себе под нос и зашагал обратно в свой куб с раскалывающейся головой.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Сопровождаемая Пибоди, Ева заехала в больницу для последующего интервью с Сюзанной Коэн. Женщина была плаксивой и подавленной, обнаружив, что ее привязанность к Ральфу стала значительно глубже теперь, когда он был мертв.

Но ей нечего было добавить к этой смеси. Ее версия инцидента на крыльце повторяла версию Рини, как и ее основной взгляд на Луика.

Он был тихим, за исключением своей музыки, и держался в основном сам по себе.

"Разве не так всегда?" Заметила Ева. "Каждый раз, когда какой-нибудь парень пускается в загул, который заканчивается кровью, люди говорят, что он был тихим и держался особняком. Хотя бы раз я хотел бы услышать, каким он был маньяком, который ел живых змей ".

"В прошлом году был один парень, который откусывал головы голубям, прежде чем спрыгнуть с крыши своего жилого дома".

"Да, но он только обрызгал себя, и этого мы не поймали. Нет смысла пытаться подбодрить меня "пожирателями голубей". Сама впав в уныние, Ева вытащила свой пищащий коммуникатор. "Даллас".

"Подумал, что ты захочешь обновления", - начал Моррис. "Я все еще провожу тесты, и результаты в основном неубедительны".

"Боже, это определенно поднимает мне настроение".

"Терпение, Даллас, терпение". Его лицо светилось так, как светились некоторые люди, когда они утверждали, что нашли Иисуса, подумала Ева.

"То, что мы здесь имеем, достойно публикации в медицинских журналах по всей стране. Мозг этого парня завораживает. Как будто на нее напали изнутри. Но нет ни опухоли, ни образования, ни признаков болезни как таковой ".

"Но есть ущерб. Повреждение мозга".

"Я скажу. Как будто кто-то поместил в нее микроскопические заряды. Биф, бам, бум. Знаешь, как я сравнил это с надутым воздушным шаром?"

"Да".

"Представьте этот воздушный шар в замкнутом пространстве, в данном случае в виде черепа. Воздушный шар раздувается, все больше, больше. Пространство остается неизменным. Она продолжает давить, расширяться, но ей некуда идти. Давление нарастает, нарастает, нарастает. Капилляры лопаются. Звон, звон, звон. Из носа течет кровь, из ушей течет кровь, пока... Хлоп!"

"Это действительно симпатичный образ".

"Бедный молокосос, должно быть, страдал от сильных головных болей. Гора Везувий головных болей. Я отправил ткани в лабораторию для дальнейшего анализа, и я вызываю невролога ".

"Могло ли это повреждение вызвать его внезапное агрессивное поведение?"

"Я не могу сказать вам этого, не окончательно. Но боль, возможно, толкнула его через край. Природная система предупреждения о боли. Ой, со мной что-то не так. Однако достаточное количество боли может свести тебя с ума. И инвазивный орган, такой как опухоль в мозге, может вызывать отклоняющееся поведение. Этот мозг, несомненно, подвергся вторжению ".

"Чем?"

"Лучшее, что я могу вам сказать, это то, что это похоже на какой-то неврологический вирус. Закрепление этого факта не будет быстрой работой ".

"Хорошо, достань мне все, что сможешь, когда сможешь". Она отключилась. "Похоже, это выходит из области полицейских проблем в область медицинских. Мы закроем это. Субъект, страдающий пока еще недиагностированным неврологическим расстройством, нападает на соседа и убивает его, нападает на другого. Реакция полиции приводит к смерти нападавшего. Трухарт просто должен держаться, несмотря на всю эту чушь IAB ".

"Ты собираешься сообщить ему, что парень был почти мертв до оглушения?"

"Да, но сначала он должен разобраться с ОВР. Уитни права. Я выхожу, стоя перед ним, это заставляет его выглядеть слабым ".

"Он не такой, ты знаешь". Пибоди слегка улыбнулась. "Он просто... чист".

"Да, что ж, его чистота сейчас немного запятнана, и ему, вероятно, будет лучше. Мы зайдем в EDD и посмотрим, нашли ли они другую Чистоту. Я хочу связать это и убрать подальше ".

***

В своем кубе Хэллоуэй бушевал, потел и работал. Он не знал, что умирает, но он знал, он чертовски хорошо знал, что над ним издевались.

Он не мог вспомнить, не совсем точно, зачем ему этот старый и дрянной дата-центр на его рабочем столе. Но он помнил, о, он помнил, как Фини дал ему пощечину, как Фини унизил его.

И Макнаб, этот засранец, врывается и глумится. Смеяться над ним за его спиной. Смеюсь прямо ему в лицо. Почему именно ему всегда доставались самые сливовые задания? Эти сливы должны достаться сыну Колин Хэллоуэй, Кевину. И они бы это сделали, если бы этот предатель Макнаб не целовал задницу Фини при каждом удобном случае.

Они подавляли его, сдерживали его. Они оба, подумал он, проводя предплечьем по залитому потом лицу. Пытаясь погубить его.

Им это не сошло бы с рук.

Бог. Боже! Он хотел пойти домой, лечь в постель. Он хотел быть один в своем собственном месте, подальше от этой жары, подальше от этого шума, подальше от боли.

Его зрение затуманилось, когда он уставился в внутренности устройства, над которым Фини приказал ему работать.

И он увидел, как кишки Макнаба расползаются и блестят под его руками.

Сходить с этим в спортзал? Он издал короткое фырканье, которое закончилось всхлипом. Черт с этим! Черт с ними. Он вскочил на ноги, сжимая рукой оружие в кобуре. Нарисовал это.

Они бы справились с этим здесь и сейчас. Как у мужчин.

***

Ева шагнула в скольжение. "Ты мне для этого не нужна, Пибоди".

"Сэр, я ваш верный помощник. Я чувствую себя обязанным оставаться рядом с тобой ".

"Если ты думаешь, что идешь со мной в EDD, чтобы поиграть в "хваталку" с Макнабом, ты очень сильно ошибаешься, верный помощник".

"Эта мысль никогда не приходила мне в голову".

"Это так? Почему у тебя горят штаны?"

Пибоди усмехнулась. "Это не потому, что я не лгу. Я имел в виду похлопывание по заднице, а не хватание за задницу. Он такой тощий, что довольно сложно схватить хорошую пригоршню ".

Она спрыгнула рядом с Евой, и поскольку ей показалось, что рот ее лейтенанта дрогнул в том, что могло быть улыбкой, а не обычным мышечным тиком во время таких разговоров, она толкнула.

"И я могу получить информацию из первых рук о состоянии подразделения Когберна, напишите эту часть отчета для вас. Как ваш верный и трудолюбивый помощник ".

"Это хорошая взятка, Пибоди. Я горжусь тобой".

"Я научился у мастера".

Они закончили прогулку по переходу, который соединял EDD, повернули к сектору детективов. И весь ад вырвался на свободу.

Крики, характерный гул выстреливаемого оружия, топот ног. Оружие Евы было у нее в руке, и она бежала, прежде чем услышала первый грохот.

Полицейский выкатился из дверного проема, когда другие бросились по коридорам.

"Он ударил его! Иисус Христос, он ударил его. Вызовите врача ".

"Кто ранен? Детектив, изложите мне ситуацию."

"Я-Бог. Макнаб повержен ".

Ева схватила Пибоди за руку, когда ее помощница бросилась вперед. "Держи!" - приказала она, когда мышцы задрожали под ее рукой. "Офицер ранен, офицер ранен!" - рявкнула она в свой коммуникатор. "ЭДД, уровень детективов. Объясни мне чертову ситуацию".

"Я не знаю! Хэллоуэй, он только что подошел к кубу Макнаба. Ударил его, после чего все разбегаются, а Хэллоуэй кричит, выпуская потоки. У него есть капитан. Я видел, как он забрал капитана."

"Не подходи!" Ева шагнула к двери, приказав копам, которые высыпали из дверей и коридоров, держаться подальше. "У нас потенциальная ситуация с заложниками, по крайней мере, один ранен. Мне нужно, чтобы эта область была защищена. Мне нужен переговорщик. Пибоди, проинформируй командира об этой ситуации ".

"Да,сэр". Слезы собрались в уголках ее глаз. "Макнаб".

"Мы входим. Достань свое оружие ". Она придвинулась ближе, понизив голос только для Пибоди. "Если ты не можешь справиться с этим, скажи об этом сейчас. Ты не поможешь им, если не сможешь поддерживать."

"Я могу. Я сделаю это". Страх уже прошел через нее и снова вырвался наружу. "Мы должны попасть туда".

"Не стрелять", - крикнула Ева. "Не стрелять".

Она вошла медленно, подметая сначала. Копы были рассеяны, кубики взорваны, некоторые из них все еще дымились. Она увидела их кучку, сгрудившихся на полу - куб Макнаба, - отметила она, и почувствовала, как в животе собирается лед. Еще больше было снаружи кабинета Фини, кричавших через дверь.

"Я лейтенант Даллас!" Ей пришлось кричать, чтобы быть услышанной. "Я здесь главный, пока коммандер Уитни не возьмет ситуацию в свои руки. Вы, мужчины, отойдите от этой двери ".

"У него капитан! У него там капитан ".

"Убирайся к черту от двери. Сейчас! Каков статус Макнаба?"

Она могла видеть его сейчас, лежащим без сознания, с лицом, белым как кость. Она ничего не сказала, когда Пибоди опустилась рядом с ним, проверила его пульс.

"Он жив". Неуверенно ответила Пибоди. "Пульс нитевидный".

"Не получил полного оглушения. Детектив Гейтс." Женщина с волосами в полоску цвета зебры выступила вперед. "Я видел, как Хэллоуэй подошел к кубу. Что-то в этом было не так, потом я увидел оружие. Я что-то крикнул. Макнаб огляделся, увидел, он оттолкнулся от своего стула, и поток Хэллоуэя сбил его с ног. Это было плохо. Это было плохо, но я не думаю, что это было полное оглушение ".

"Медицинская помощь в пути. Мне нужны глаза в офисе Фини. Дай мне туда глаза. А пока доставь меня на станцию связи, чтобы я мог поговорить с ним. Пибоди, оцени, сколько раненых и в каком состоянии."

Она подключилась к 'линку, заказала передачу на "Фини". Он пищал, пищал, пищал. И ее сердце громыхнуло.

"Это гребаный капитан Хэллоуэй". Лицо Хэллоуэя, почти такое же белое, как у Макнаба, заполнило экран. Белки его глаз были потресканы красными линиями, а из носа сочилась струйка крови. "Я здесь главный!"

Он прокричал это, затем отступил назад, так что Ева увидела, как он держит свое оружие под челюстью Фини.

Один поток, подумала она, оцепенев от страха, мгновенная смерть.

"Это лейтенант Даллас".

"Я знаю, кто ты, черт возьми. Великий странник. Теперь я выше тебя по званию. Какого черта ты хочешь?"

"Вопрос в том, чего ты хочешь, Хэллоуэй".

"Капитан Хэллоуэй".

"Капитан". Ее глаза встретились с глазами Фини. Тысяча сообщений прошла между ними за долю секунды. "Если бы вы сказали мне, сэр, чего вы хотите, в чем, по-видимому, проблема, мы могли бы все прояснить без дальнейшего насилия. Ты же не хочешь навредить капитану Фини. Я не смогу помочь тебе получить то, что ты хочешь, если ты причинишь вред капитану Фини ".

"Тебе нужно поговорить с нами, сынок". Голос Фини был спокоен, как озеро. "Скажи нам, в чем проблема".

"Проблема в тебе, и я не твой сын. Так что заткнись! Заткнись!" Он дернул голову Фини назад своим оружием и прервал передачу.

Каждая клеточка тела Евы кричала, чтобы она бросилась к двери. Каждый инстинкт, каждый час тренировок приказывали ей сдерживаться.

"Глаза. Вставь мне туда глаза сейчас же! Мне нужны все доступные данные о Хэллоуэе. Если он женат, пригласите его жену сюда или по 'ссылке. Приведи мне его мать, его брата, его священника. Тот, кого он, скорее всего, послушает. Я хочу, чтобы весь второстепенный персонал убрался из этой зоны. Кто здесь знает Хэллоуэя лучше всех?"

Потрясенные лица, мрачные лица, сердитые лица смотрели на нее в ответ. Наконец-то заговорил Гейтс. "Я думаю, мы все думали, что знали его. Это не имеет смысла, лейтенант."

"Поговори с ним". Ева указала на "ссылку. "Сохраняй спокойствие и дружелюбие. Вы спрашиваете его, чего он хочет, что мы можем для него сделать. Не критикуй его. Не говори ничего, что могло бы вывести его из себя. Просто заставляй его говорить ".

Она отвернулась, отойдя за пределы досягаемости, и достала свой коммуникатор. "Командир".

"В пути". Его лицо могло быть высечено из гранита. "Ситуация?"

Она передала это, быстро и кратко.

"Переговорщик тоже в пути. Что тебе нужно?"

"Снайперы. У меня появляются глаза, но на данный момент я не могу определить область поражения. Фини обычно держит свои очки поднятыми, но они могут быть опущены. Торопить события в комнате или закрывать ее слишком рискованно. Он бросил бы Фини прежде, чем мы смогли бы добраться до него ".

"Я в двух минутах езды. Продолжай с ним говорить. Выясни, чего он хочет".

"Да, сэр". Она двинулась обратно к 'ссылке. Гейтс вручную нажал на клавиши мини-устройства.

Он не слушает меня. Бессвязный, рассеянный. Ответов нет. Выглядит больным.

Ева кивнула и перешла на 'связь. "С вами там все в порядке, капитан Хэллоуэй? Нужно что-нибудь?"

"Мне нужно немного уважения! Я не собираюсь, чтобы меня игнорировали ".

"Я не игнорирую тебя. Ты завладел моим полным вниманием. У меня небольшие проблемы с концентрацией. Если бы ты мог немного ослабить хватку своего оружия, чтобы мы могли все обсудить ".

"Значит, ты можешь ворваться сюда?" Его смех был писклявым хрипом. "Я так не думаю".

"Никто не войдет туда. Нет причин, по которым мы не можем решить это без новых травм. Фини, ты дашь Хэллоуэю слово оставаться на месте и сотрудничать, не так ли?"

Фини понял послание. Оставайся там, где ты есть, как можно дольше. "Конечно. Я посижу прямо здесь, пока мы с этим разберемся ".

"Здесь жарко. Здесь чертовски жарко ". Говоря это, Хэллоуэй свободной рукой вытер кровь, которая сочилась у него из носа.

Увидев это, Ева похолодела. "Я прикажу отрегулировать климат-контроль". Она указала за кадром на Гейтса. "Мы охладим это там для тебя. В остальном ты чувствуешь себя нормально, Хэллоуэй?"

"Нет! Нет, я не чувствую себя хорошо. Этот сукин сын заставляет меня работать, пока мои чертовы глаза не начнут кровоточить. Моя голова". Он схватил себя за волосы и яростно дернул. "Моя голова убивает меня. Я болен. Он сделал меня больным ".

"Мы можем предоставить вам медицинскую. Вы позволите мне прислать врача? Ты неважно выглядишь, Хэллоуэй. Позвольте мне оказать вам некоторую медицинскую помощь ".

"Просто оставь меня в покое". Когда слеза скатилась из его глаза, она была окрашена кровью. "Оставь меня в покое. Мне нужно подумать!"

Он прервал передачу.

"Статус", - рявкнула Уитни из-за ее спины.

"Он болен. У него проявляются те же симптомы, что и у Когберна. Я не могу этого объяснить, коммандер, но он умирает там, и он мог бы забрать Фини с собой. Нам нужно вытащить его, оказать ему медицинскую помощь ".

"Лейтенант. Ах, командир." Подоспел другой детектив. "У нас твои глаза". Он выдавил слабую улыбку. "И уши вместе с ними".

Вместе с Уитни Ева склонилась над монитором. Теперь она могла видеть весь офис Фини - солнце и опущенные шторы для уединения. Для снайперов не было бы внешнего изображения. Фини сидел в своем рабочем кресле, наручники приковывали его руки к подлокотникам.

Хэллоуэй расхаживал позади него, его молодое, приятное лицо было опустошено. Его собственная кровь испачкала его, как боевую раскраску. Одной рукой он рвал на себе волосы, другой яростно размахивал оружием.

"Я единственный, кто знает, что я здесь делаю". Он был в ярости, злобно пнув стул Фини, когда тот проходил мимо. "Я тот, кто главный. Ты стар и глуп, и мне до смерти надоели твои приказы ".

Ответ Фини был тихим и взвешенным. "Я не знал, что ты так себя чувствуешь. Что я могу сделать, чтобы все уладить с тобой?"

"Ты хочешь исправить их? Ты хочешь исправить их?" Он снова приставил оружие к подбородку Фини и заставил Еву приготовиться броситься к двери офиса. "Мы собираемся написать нам памятку, Рай".

"Хорошо, хорошо". Она глубоко вздохнула. "Занимай его".

"Сэр. Переговорщик на месте".

"Введи его в курс дела, Даллас", - приказала Уитни. "Затем мы структурируем альтернативы".

Она проинформировала переговорщика, установила с ним связь. И, обернувшись, увидела Рорка, входящего в дверь. "Какого черта ты здесь делаешь?"

"Информационный бюллетень". Он не говорил об ужасе, с которым жил с тех пор, как услышал сообщение о стрельбе из оружия, ранении офицеров и захвате заложника в полицейском участке. И, быстро окинув взглядом комнату, он оценил самые важные аспекты ситуации.

Его жена была невредима. И Фини пропал.

"Фини?"

"Заложник. У меня нет на тебя времени ".

Он положил руку ей на плечо, прежде чем она смогла уйти. "Что я могу сделать, чтобы помочь?"

Она не стала тратить время на расспросы, как он вообще попал в охраняемую зону. Он был человеком, который шел туда, куда хотел идти. Она также не спросила, как он рассчитывает помочь, когда в секторе полно полицейских, чья работа - справляться с кризисом.

Никто не был лучшим в преодолении кризиса.

"Макнаб был ранен".

"Христос". Он повернулся, как и она, и обнаружил Пибоди на полу с первой медицинской бригадой.

"Я не знаю его статуса. Я бы чувствовал себя лучше, если бы знал тот или иной способ ".

"Сделано". Теперь в нем был гнев, своего рода холодная ярость, более смертоносная, чем жар. "Лейтенант, если ему нужны деньги, в распоряжении департамента будут неограниченные средства".

"Ценю, но дело не в деньгах. Иди, подставь плечо Пибоди. Мне нужно сосредоточиться на том, чтобы вытащить Фини оттуда живым. Рорк. Подожди." Она провела рукой по волосам. "Найди, какой куб принадлежит Хэллоуэю. У него там есть блок данных. Выключи это. Не прикасайтесь к ней, не подходите к ней ближе, чем необходимо. Просто выключи это ".

***

В кабинете Фини Хэллоуэй закричал в "линк". Ржавые ножи прокладывали себе путь через его мозг. Он чувствовал, как она кровоточит. "Ты хочешь поговорить со мной? Затем уменьшите температуру в этой печи. Ты продолжаешь пытаться поджарить меня, я бросаю этот бесполезный старый электронный пердун. Я не с тобой разговариваю, придурок. Верни Даллас обратно. Надень эту чертову лживую суку обратно. У тебя есть десять секунд!"

По сигналу она бросилась к 'линку. "Я здесь, Хэллоуэй".

"Разве я не приказывал тебе убавить здесь температуру? Разве я не отдавал тебе прямой приказ?"

"Да, сэр. Я последовал этому приказу".

"Не лги мне. Ты хочешь, чтобы я начал с его рук ". Хэллоуэй сильно надавил своим оружием на тыльную сторону ладони Фини. "Я даю ему хороший сильный толчок, он больше не будет дрочить этой рукой".

"Я прикажу, чтобы это было отклонено дальше. Хэллоуэй, просто послушай меня. Посмотри на Фини. Он не потеет. Вы можете сделать временную проверку. В комнате осталось шестьдесят пять."

"Это чушь собачья! Я сгораю здесь изнутри ".

"Потому что ты болен. У тебя какой-то вирус, вроде инфекции. У тебя сильно болит голова, не так ли, Хэллоуэй? И у тебя идет кровь из носа. Это инфекция, которая заставляет вас так себя чувствовать, инфекция, которая причиняет вам боль. Тебе нужна медицинская помощь. Позвольте нам оказать вам некоторую помощь, и мы все это уладим ".

"Почему ты не заходишь, сука?" Его рот скривился. "Заходи, и ты увидишь, как быстро мы все уладим".

"Я могу войти. Я могу принести тебе лекарство".

"Пошел ты".

"Я прихожу, Хэллоуэй, и не доставляю. У вас было бы двое заложников. Ты контролируешь ситуацию. Ты главный. Ты знаешь, что Фини - мой друг. Я бы не стал делать ничего, что могло бы поставить под угрозу его благополучие. Я могу принести тебе лекарства от головной боли и все остальное, что ты захочешь ".

"Пошел ты", - снова сказал он и прервал передачу.

"Обменять другого заложника - не лучший выход в этой ситуации". Переговорщик протиснулся между Евой и связующим звеном. "Нам не нужны никакие жертвы, нам не нужны никакие горячие головы".

"Обычно я бы согласился с тобой, но человек, у которого на руках карты, не собирается слушать обычные реплики. Во-первых, он коп и он знает порядок. Во-вторых, он страдает от какого-то неврологического расстройства, которое влияет на его поведение, его суждения, его поступки ".

"Я отвечаю за эти переговоры".

"Это не соревнование по писанию, черт возьми. Мне не нужна твоя работа. Я хочу увидеть, как оба этих копа выйдут оттуда целыми и невредимыми. Коммандер, извините, у меня нет времени все это объяснять. Физическое и психическое состояние Хэллоуэя ухудшается. Я не знаю, сколько еще у него есть времени, прежде чем он полностью потеряет ее. Но когда он это сделает, он собирается забрать Фини с собой ".

"Снайперы на позициях. Они могут убрать его, используя изображение на экране ".

"Один оглушающий удар, и он мертв. Это то, что произошло с Когберном. Хэллоуэй все еще значок, коммандер. И то, что он сделал, то, что он делает, находится вне его контроля. Я хочу получить шанс взять его живым ".

"Вы входите, - сказал переговорщик, - и трое полицейских умирают".

"Или жить. Я могу накачать его транквилизаторами. Ему очень больно. Если лекарства там, он захочет их. Коммандер, Фини обучил меня, он воспитал меня. Мне нужно войти ".

Уитни пристально посмотрела ей в глаза. "Уговори его на это. Сделай это быстро ".

Это заняло у нее драгоценные минуты торга, но она вошла в ритм пресмыкательства. Она поняла, что это было то, в чем он нуждался. Не просто быть признанным ответственным, но и демонстрировать абсолютное подчинение.

"Он вполне может выстрелить в тебя, как только ты переступишь порог". Рорк тихо говорил, пока она ждала, пока МТС приготовит лекарства и шприцы под давлением.

"Он мог".

"Но ты идешь без жилета, без оружия".

"Таков был уговор. Я знаю, что я делаю ".

"Ты знаешь, что ты должен делать. Есть тонкое и опасное различие. Ева". Он положил руку ей на плечо. Ему потребовались все силы, чтобы не выдернуть ее из комнаты. Уведи ее. "Я знаю, что он значит для тебя. Помни, что ты для меня значишь ".

"Я вряд ли это забуду".

"Состояние Макнаба серьезное. Он получил сильный удар с близкого расстояния. МТС охраняли, но он ненадолго пришел в себя, прежде чем его перевезли. Это хороший знак".

"Хорошо". Она не могла думать о Макнабе. Я не мог беспокоиться о нем сейчас.

"Еще трое были ранены, прежде чем Хэллоуэй схватил Фини и, используя его как щит, проник в офис. Я хотел бы знать, просто ради любопытства, как один человек убивает четырех других полицейских, не нанеся ни единого удара ".

"Господи, Рорк, это ЭДД. Половина здешних копов - прославленные трутни или гики. Вы, скорее всего, увидите, как они достают электронный блокнот, чем оружие ".

"Лейтенант". Подошел МТ с прозрачным пакетом лекарств. "Расставь это так, как ты хотел. Шприц с красной точкой на депрессоре - это транквилизатор. Убивает человека меньше чем за пять секунд. Второй - манекен. Ничего, кроме мягкого блокатора. Таблетки - стандартные блокаторы, за исключением той, что с маленькой желтой полоской. Это еще один транквилизатор. Если заставить его использовать что-либо из этого, он довольно быстро сдается. Пять секунд".

"Ладно, понял. Вернусь через несколько минут", - сказала она Рорку.

"Увидь, что ты есть". И поскольку в тот момент ему было наплевать на ее высоко ценимую репутацию, он притянул ее к себе и поцеловал.

"Боже. Сохрани это, ладно?" Но это согрело ее, придало уверенности, когда она подошла к 'линку и включила следующую передачу. "Я достал ваши лекарства, сэр". Она подняла пакет. "Обезболивающие, оральные и кровеносные. МТ сообщает мне, что шприц устранит инфекцию и довольно быстро избавит вас от головной боли ".

Она подняла руки вверх, медленно описала круг. "Я не несу. Я знаю, что ты все контролируешь. Я просто хочу дать вам то, что вам нужно, чтобы разрешить эту ситуацию к вашему удовлетворению ".

"Чертов скиппи". Он снова вытер кровь, текущую из носа. Он раскачивался, раскачивался взад-вперед на пятках, как будто хотел унять боль. Его песочного цвета волосы торчали безумными пучками там, где он за них дергал. Пот и кровь пропитали верх его веселенького зеленого комбинезона.

"Заходи, Даллас". Его рот растянулся в ужасной ухмылке, когда он снова направил свое оружие под челюсть Фини. "Я собираюсь показать вам, что мне нужно, чтобы разрешить эту ситуацию к моему удовлетворению. Держи эту "связь открытой".

Он сделал паузу, с шипением выдохнул, затем ударил себя по глазу тыльной стороной свободной руки. "Сохраняй это изображение, чтобы я мог видеть тебя всю дорогу до двери. Если кто-нибудь попытается передать вам оружие, этому старику конец. Держи руки поднятыми, держи их так, чтобы я мог их видеть ".

Он снова прижал тыльную сторону ладони к глазу, другая рука дико вращалась, когда он пытался сосредоточиться на экране. "Моя голова!"

"У меня есть лекарство, которое поможет тебе". Ева говорила спокойно, медленно, пока шла к двери кабинета Фини. По обе стороны от него, вне поля зрения, стояли двое полицейских в полном боевом снаряжении, вооруженных лазерами. "Мне нужно, чтобы вы открыли замки, сэр".

"Любой, кто попытается взломать эту дверь, я выведу его".

"Я прихожу один. Я не вооружен. У меня нет с собой ничего, кроме лекарства. Ты здесь все контролируешь. Все знают, что ты все контролируешь".

"О, проклятое время!" Он отпустил замки, затем откинул голову Фини назад, вонзаясь деловым концом своего оружия.

И теперь, подумала Ева, если она ошибалась, все умерли. Она приоткрыла дверь, затем, высоко подняв руки, до упора толкнула ее носком ботинка.

"Я одна, капитан Хэллоуэй", - сказала она, вошла и закрыла за собой дверь.

Она рискнула бросить быстрый взгляд на Фини. Она прочла гнев, разочарование на его лице. И увидел синяки, собирающиеся под его челюстью, куда Хэллоуэй раз за разом вонзал свое оружие.

"Положи сумку на стол". Хэллоуэй облизал свои сухие, потрескавшиеся губы, когда она повиновалась.

"Сделай шаг назад, руки за голову".

"Да, сэр".

"Почему здесь два шприца?"

"Сэр, МТ сказал, что вам может потребоваться вторая доза для полного облегчения".

"Медленно обойди вокруг стола".

Она могла слышать, как он скулит себе под нос, как животное, которому неведома боль.

Ему, наверное, еще нет тридцати, подумала она. Ему не могло быть и тридцати, и за несколько часов до этого Фини отчитал его за драку с виртуальными пришельцами.

Кровь медленно сочилась из его носа. Левый рукав его комбинезона был красным от вытирания. Она чувствовала запах его пота, его крови, его бурлящей ярости.

"Сколько раз ты должен трахнуть этого старого ублюдка, чтобы дослужиться до лейтенанта?"

"Сэр, капитан Фини и я не были близки".

"Лживая сука". Он размахнулся, ударив ее наотмашь быстрее, сильнее, чем она ожидала. Потеряв равновесие, она упала обратно на стул. "Сколько раз?"

"Столько, сколько потребовалось. Я сбился со счета".

Его голова быстро качнулась. "Вот как это работает. Кто-то всегда обманывает кого-то, чтобы они могли обмануть кого-то другого ".

"Все знают, что ты достиг своего ранга и положения благодаря своим собственным заслугам".

"Ты понял это. Ты, блядь, понял это." Он вытащил из сумки синий блокиратор. "Откуда мне знать, что это не яд? Вот." Он сунул это в рот Фини. "Проглоти это! Проглоти это, или я сделаю это с ней ". Он взмахнул оружием в сторону Евы.

Они были близко, но не настолько, чтобы она могла разглядеть, была ли на таблетке тонкая желтая полоска. Она ждала, отсчитывая секунды, пока Фини сглатывал, чтобы посмотреть, не проиграла ли она уже в азартной игре.

Но его глаза оставались ясными. "Хэллоуэй". Как и его голос. "Все здесь хотят разрешить это. Ты должен сказать нам, чего ты хочешь, чтобы все ушли ".

"Заткнись". Он с небрежной жестокостью полоснул своим оружием по щеке Фини. Затем достал из пакетика еще одну таблетку, сунул ее в рот и разжевал, как конфету.

"Может быть, в этих шприцах яд. Вытащи одного, вытащи одного ". Он разжевал вторую таблетку. "У нас будет небольшой тест".

"Да, сэр". Она притворилась, что немного пошарила, когда полезла в сумку. "Мне жаль. Я немного нервничаю ". Она достала манекен. "Вы хотите, чтобы я провел это, сэр, или вы предпочитаете сделать это сами?"

"Ты идешь вперед и управляешь этим. Нет, - сказал он, когда она начала подниматься. "Сядь прямо здесь. Накачайте это в себя. Ты переживаешь это, может быть, ты проживешь немного дольше ".

Она не сводила с него глаз, пока поворачивала шприц к своей руке, устанавливала его, нажимала на поршень.

"Я следовал вашим приказам, сэр. Мне жаль, что тебе больно. Трудно ясно мыслить, когда испытываешь боль. Я надеюсь, что после того, как это лекарство облегчит ваши физические страдания, мы сможем разрешить эту ситуацию к вашему удовлетворению ".

"Ты хочешь стать капитаном, тебе придется начать трахаться со мной. Теперь я главный. Вставай, вставай! Отдай мне этот чертов шприц. Эти таблетки бесполезны ".

Она шагнула вперед. Теперь в его ушах была кровь. Она не сводила с него глаз, когда поднимала шприц. "Это сработает быстрее".

Она положила большой палец на кнопку нажатия.

"Яд!" Он закричал это, дернулся в сторону. "Яд! Моя голова раскалывается. Я убью тебя. Убью вас всех ".

Она услышала шум у двери, представила, как снайперы прицеливаются. Он был полицейским, это было все, о чем она могла думать, прыгая на него, отклоняя его оружие за мгновение до того, как поток попал в нее.

Она опустила шприц на его плечо и вколола ему транквилизатор.

"Не стрелять! Прекратить огонь!" Она выкрикивала это, когда Хэллоуэй бегал кругами по комнате, крича и рвя на себе волосы. "Я обезоружил его. Он безоружен".

Дверь распахнулась. Она прыгнула между Хэллоуэем и лазерами. "Я сказал, придержи свой чертов огонь".

Она резко обернулась. Это заняло больше пяти секунд. Хэллоуэй бросался на стену. Вопли, рыдания. Затем его тело затанцевало, как это делают тела, когда их уносит поток.

Кровь фонтаном хлынула из его носа, когда он рухнул вперед.

"Вызовите сюда врача", - приказала Ева, бросаясь на колени рядом с Хэллоуэем.

Она слишком часто видела смерть, чтобы ошибиться. Но все же она проверила его пульс.

"Черт возьми. Черт возьми." Она ударила сжатым кулаком по колену, оглянулась, чтобы встретиться со знанием в глазах Фини. "Мы все равно потеряли его".

ГЛАВА ПЯТАЯ

"Он действительно здорово тебя зацепил". Ева присела на корточки туда, где Фини сидел под присмотром медтеха. Она поджала губы, осматривая длинную неглубокую рану на его щеке. "Давненько ты не получал по морде, да?"

"Я не сую свой нос не в свое дело так часто, как другие люди. Ты и я, мы собираемся пройти круг, Даллас. Я научил тебя лучшему, чем это. Добавление заложника..."

"Я похож на заложника? Я не помню, чтобы в последнее время я был прикован к своему рабочему стулу собственными наручниками ".

Фини вздохнул. "Глупая удача, которая сработала. И глупая удача..."

"Это приятный бонус к солидной полицейской работе. Кто-то сказал мне это однажды ". Она улыбнулась ему, накрыла его руку своей. Под ее прикосновением его рука повернулась так, что их пальцы переплелись.

"Не думай, что я у тебя в долгу. Не для слепого везения. И ты убедись, что твой мужчина знает, что ... э-э ... бизнес насчет перепихона и всего такого был просто дымом ".

"Я знаю, что он кипит от черной ревности и планирует избить тебя, но я сделаю все, что смогу, чтобы успокоить его".

Он кивнул, но его усмешка исчезла, когда он отвел взгляд. "Поймали нас со спущенными штанами, Даллас. Штаны спущены до наших чертовых лодыжек. Я никогда не предвидел, что это произойдет ".

"Ты не мог бы. Не могла", - быстро повторила она, прежде чем он смог заговорить. "Он был болен, Фини. Какой-то вирус, какая-то инфекция. Я не знаю, какого черта. Моррис работает над этим. Это та же сделка, которая произошла с парнем, которого убрал Трухарт. Это в компьютере. Это должно быть в компьютере".

Господи, он устал. Больной и уставший. Все, что он мог сделать, это покачать головой. "Это научно-фантастическое дерьмо, Даллас. Вы не улавливаете ничего, кроме напряжения глаз от устройства ".

"Ты назначил Хэллоуэя в подразделение Когберна. К концу дня у него проявляются те же симптомы, что и у Когберна. Дедукция 101, Фини, научная фантастика или нет. В этой штуке что-то есть, и она помещена в карантин, пока мы не получим ответы на некоторые вопросы ".

"Он был хорошим парнем. Он немного облажался, но он был хорошим парнем и порядочным копом. Я надрал ему задницу этим утром, но ему нужен был пинок. Видел, как он перестреливался с Макнабом сегодня днем и ..."

Фини потер виски. "О Боже".

"Они заботятся о Макнабе. С ним все будет в порядке. Он крепче, чем кажется. Он должен был бы быть таким, не так ли?" Она изобразила улыбку, когда сказала это, и проигнорировала болезненный страх в животе.

"Четверо моих мальчиков ранены, один из них мертв. Я должен знать почему ".

"Да, мы должны знать почему".

Она оглянулась на куб Хэллоуэя, на старый, сломанный центр обработки данных на его рабочем столе.

Абсолютная чистота, подумала она.

Она вернулась в кабинет Фини. Тело Хэллоуэя уже было упаковано. Кровь, которая вытекла из него, была разбрызгана, как какой-то безумный рисунок на индустриальной бежевой стене.

Она указала на МП, который приготовил ей транквилизаторы. "Что ты об этом думаешь?"

Он посмотрел вниз, как и она, на мешок для трупов. "Какой-то разрыв. Будь я проклят, если знаю. Я никогда не видел ничего подобного, по крайней мере, без серьезной травмы головы в первую очередь. Тебе нужен МОЙ взгляд. Возможно, опухоль мозга, возможно, эмболия, обширный инсульт. Чертовски молод. Не могло стукнуть и тридцати."

"Двадцать восемь". У него была невеста, которая спешила вернуться из деловой поездки в Восточный Вашингтон. Родители и брат, приезжают из Балтимора.

И если бы она знала Фини, детектив Кевин Хэллоуэй был бы похоронен со всеми почестями, подобающими бейджу, погибшему при исполнении служебных обязанностей.

Потому что именно это и произошло, подумала она, когда они уносили сумку. Он делал свою работу и умер из-за этого.

Она не знала как, она не знала почему. Но молодой человек из ЭДД умер сегодня, ради работы.

"Лейтенант".

Она повернулась к двери, и Уитни. "Сэр".

"Мне нужен ваш отчет как можно скорее".

"У тебя это будет".

"То, что здесь произошло..." Он уставился на кровь на стене. "У тебя есть ответы на это?"

"Некоторые. Больше вопросов, чем ответов. Нам нужно, чтобы Моррис немедленно обследовал Хэллоуэя. Я верю, что он обнаружит аналогичные неврологические повреждения, которые он обнаружил у Когберна. В блоке данных Когберна есть ответы, но его нельзя проверить, пока не будут разработаны некоторые разумные меры безопасности. Я точно знаю, что детектив Хэллоуэй не был ответственен за то, что здесь произошло."

"Я должен проинформировать шефа Тиббла и мэра, прежде чем мы обратимся к средствам массовой информации. Я позволю тебе прокатиться на этом, на данный момент ", - добавил он. "На данный момент официальным сообщением будет то, что детектив Хэллоуэй страдал от какой-то пока неустановленной болезни, которая вызвала его ненормальное поведение и привела к его смерти".

"Насколько я знаю, это чистая правда".

"Меня не волнует правда, когда дело доходит до официального слова. Но я хочу этого, всего этого. Этот вопрос - ваш единственный приоритет. Любые другие расследования, которые вы проводите, должны быть переданы дальше. Найди ответы".

Он начал было, затем повернул обратно. "Детектив Макнаб пришел в сознание. Он перешел от критического к серьезному ".

"Благодарю вас, сэр".

***

Когда она вышла из EDD, на ней был изображен Рорк, лениво прислонившийся к стене и работающий со своим PPC.

Она никогда не видела никого, менее похожего на полицейского, менее похожего на жертву. Что касается другого элемента, который часто посещал полицейские участки, он все еще мог незаметно подобраться к этой опасной группе.

Он поднял глаза, протянул ей руку.

"Ты не мог бы сделать больше, чем ты сделал".

"Нет". Она знала это, приняла это. "Но он все еще мертв. Я приставил орудие убийства к его голове. Я этого не знал, нельзя было ожидать, что я это узнаю, но это то, что я сделал. И я даже не знаю, что это за оружие ".

Она пожала плечами. "В любом случае, Макнаб проснулся и стал серьезным. Я думаю, мне следует заскочить и взглянуть на него, прежде чем я отправлюсь домой ".

"Взять у него интервью?"

"Сначала я подарю ему какие-то дурацкие цветы".

Рорк рассмеялся и почти поднес ее руку к своим губам, когда она резко опустила ее. Прошипел.

"Дорогая, тебе действительно не стоит так стесняться публичных проявлений чувств".

"Общественность - это одно, копы - другое".

"Разве я этого не знаю", - пробормотал он и пошел с ней на уровень гаража.

"Я поеду вместе с тобой. Кто-то из нас должен позаботиться о том, чтобы Пибоди немного покормили или подставили плечо ".

"Я оставляю этот конец тебе". Ева села за руль. "У тебя лучше получается "там-там", чем у меня".

Он коснулся кончиков ее волос. Просто нужно было прикоснуться. "Она держалась очень хорошо".

"Да, она повесилась".

"Это нелегко, когда кто-то, о ком ты заботишься, получает травму или находится в опасности быть раненым".

Она бросила на него косой взгляд. "Люди хотят легкости, им следует связаться с офисным дроном, а не с полицейским".

"Более правдивые слова. Но на самом деле, я думал о том, как тяжело тебе было почти час стоять и смотреть, как Фини угрожают смертью ".

"Он держал себя в руках. Он знает, как... " Это пронеслось сквозь нее, схватило ее за горло острыми когтями. "Хорошо". На выезде из гаража она остановилась, уронив голову на руль. "Хорошо. Напугала меня. Иисус, Иисус. Он точно знал, где держать это чертово оружие. Просто правильный момент. Один рывок, и Фини больше нет. Исчез в мгновение ока, и ты ничего не можешь сделать ".

"Я знаю". Рорк переключился на авто, запрограммировал адрес больницы и, наклонившись, потер затылок Евы, когда машина влилась в поток машин. "Я знаю, детка".

"Он знал это. Мы посмотрели друг на друга, и мы оба знали. Это могло закончиться так быстро. Нет времени что-либо говорить, что-либо делать. Черт возьми."

Она положила голову на спинку сиденья, закрыла глаза. "Я уговорил его взять это подразделение, выдвинув его в очередь. Я знаю, я знаю, что случилось, что могло случиться, не было моей вины. Но в любом случае это так. У него шея, как у глупого петуха. На нем синяки там, где Хэллоуэй продолжал засовывать оружие под свою дурацкую отвисшую челюсть. Сколько раз его жизнь проходила перед его глазами? Никогда больше не увидит свою жену, своих детей, внуков".

"Ты берешься за работу, ты берешь на себя риски. Кто-то всегда напоминает мне об этом ".

Теперь она открыла глаза, посмотрела на него. "Должно быть, так и подмывает шлепнуть ее в ответ за то, что она такая прижимистая всезнайка".

"О, бесконечно". Он легко провел пальцами по ее щеке. "Но кто-то всегда опережает меня в этом".

Теперь она улыбнулась. "Меня больше не бьют по лицу каждые пару недель, я чувствую себя не в порядке. Я в порядке".

"Да, ты такой".

Она снова была тверда, когда вошла в вестибюль приемного покоя больницы. Достаточно устойчив, чтобы наброситься, как волк, на дюжину репортеров, уже разбивших лагерь и пытающихся вынюхать историю.

"Без комментариев".

"Ваше имя упоминалось как часть команды по переговорам, которые привели к освобождению капитана Райана Фини. Почему Отдел убийств был частью этой команды?"

"Без комментариев".

"Источник в полиции заявил, что детектив Кевин Хэллоуэй стрелял в нескольких других детективов, взял в заложники капитана Фини из отдела электронных детективов Центрального полицейского управления и впоследствии был убит во время инцидента".

Она протолкалась сквозь наступающих репортеров и - упс - опрокинула камеру. "Возможно, вы не слышали часть фразы "без комментариев"."

"Вы ликвидировали детектива Хэллоуэя в своих попытках добиться освобождения капитана Фини?"

Она повернулась при этих словах, ее глаза были плоскими, как у акулы. "Коммандер Уитни вместе с начальником полиции и мэром Нью-Йорка в течение часа проинформируют средства массовой информации о сегодняшних событиях. Если хочешь насытиться, иди пожуй эту кость. Я просто здесь, чтобы навестить больного друга ".

"Почему он это сделал?" - крикнул кто-то, когда она пробиралась к лифтам. "Что за копы у вас там работают?"

"Из тех, кто жертвует собой, чтобы служить и защищать, даже когда в этом замешаны такие стервятники, как ты. Черт возьми, - пробормотала она, как только оказалась внутри лифта. Она ударила кулаком в стену, в результате чего пожилая женщина, наполовину зарывшаяся в цветочную композицию, попыталась забиться в угол машины. "Это будет вращающийся звуковой фрагмент сегодняшнего вечера. Я знаю лучше, гораздо лучше, чем позволить им проникнуть мне под кожу ".

"Это должно быть сделано из усиленной стали, чтобы время от времени не уколоться, лейтенант. И что касается звуковых фрагментов, я подумал, что они сильные и содержательные ".

"Содержательно, моя задница. Черт возьми, я не понял, на каком этаже он живет ".

"Я сделал. Двенадцать. Мадам." Рорк обаятельно улыбнулся их спутнице в лифте. "Ваш этаж?"

"Я могу выйти где угодно". Она заметила оружие, выглядывающее из-под куртки Евы, "Вообще где угодно".

"Все в порядке". Гладкий и красивый в своем деловом костюме, он сохранял свой голос легким, дружелюбным. "Она из полиции. Это прекрасная цветочная композиция ".

"Да. Что ж. У моей внучки только что родился ребенок. Мальчик".

"Поздравляю. Я полагаю, тебе бы понравилось материнство. Ах, шесть." Как только он определил их цели, он повернулся к ней, осторожно, чтобы своим телом блокировать пистолет Евы. "Я надеюсь, что у матери и сына все хорошо".

"Да, спасибо. Это мой первый правнук. Они назвали его Люк Эндрю ".

Она осторожно скользнула взглядом по Еве, когда двери лифта открылись на шестой. Держа цветы как щит, она выбежала.

"Что? Я похож на того, кто топчет старушек ради развлечения?"

Рорк наклонил голову. "На самом деле..."

"Просто придержи свой шелковый язычок".

"Это не то, что ты сказал прошлой ночью".

И поскольку он заставил ее смеяться, она смогла спуститься в комнату Макнаба с меньшим грузом на плечах. Все вернулось на круги своя, когда она вошла, увидела Пибоди, сидящую у кровати, и Макнаба в ней.

Он выглядел слишком молодым, лежа там с закрытыми глазами, с белым лицом, таким белым на фоне белых простыней. Они забрали украшения его тела, подумала она. Он выглядел обнаженным, уязвимым, неправильным без своих сережек.

Тощие плечи, подумала Ева с волной беспокойства. У парня были тощие плечи, и им не место было под какой-то серой больничной рубашкой. Ему нужно было что-то яркое, смелое, глупое поверх его недоделанного тела.

Его волосы были распущены, так что весь этот солнечный блондин выглядел слишком блестящим, слишком здоровым на фоне остального его тела.

Она ненавидела больницы. Они раздели тебя до плоти и костей, оставили слабым и одиноким на какой-то узкой кровати, где машины фиксировали каждый твой вздох.

"Разве мы не можем забрать его отсюда?" она услышала свой голос. "Разве мы не можем..."

"Я устрою это", - прошептал Рорк ей на ухо.

Конечно, он бы так и сделал. Он бы все устроил, пока она стояла здесь, застряв в этом чертовом дверном проеме. Злясь на себя, Ева вошла внутрь. "Пибоди".

Пибоди вскинула голову. Ева могла видеть, что она плакала. Ее рука скользнула по простыне, накрыла руку Макнаба.

"Он вышел. Доктор говорит, что у него все в порядке. Он получил довольно сильный удар, но... Я ценю, что ты позволил мне покинуть сцену, чтобы прокатиться с ним ".

"Я слышал, что он оправился от этого".

"Да, он..." Пибоди остановилась, сделала один долгий вдох и, казалось, втянула себя внутрь. "Он входил и выходил несколько раз. Он был расплывчатым в том, что произошло, но он был последовательным. Они не обнаружили никаких повреждений мозга. Это нанесло его сердцу довольно сильный удар, и я думаю, они немного обеспокоены, потому что ритм все еще неровный. И его, эм, его правый бок все еще онемел. Они думают, что это временно, но прямо сейчас он не может пошевелить рукой или ногой с той стороны ".

"Буду смешно ходить". Голос был немного сиплым, но привлек всеобщее внимание к лицу Макнаба. Его глаза все еще были закрыты, но его рот изогнулся, совсем чуть-чуть, в попытке улыбнуться, от которой у Евы скрутило живот.

"Ты там, Макнаб?"

"Да". Он попытался сглотнуть. "Да, лейтенант, все присутствуют и учтены. Женское тело?"

"Прямо здесь".

"Мне бы не помешало немного воды или еще чего-нибудь. Пиво было бы неплохо."

"Ты получаешь воду". Она схватила чашку с крышкой, поднесла соломинку к его губам. После двух неглубоких глотков он отвернулся. "Я не чувствую запаха цветов. Парень попадает в больницу, люди должны приносить ему какие-то чертовы цветы ".

"Я немного отвлеклась по дороге в сувенирный магазин". Ева перешла на правую сторону кровати. "Пришлось пнуть нескольких репортеров".

Он открыл глаза. Они были зелеными, и они были затуманены. От наркотиков или боли, она не могла быть уверена, но, по мнению Евы, одно было таким же плохим, как и другое.

"Ты вытащил капитана? Я не могу вспомнить..."

"Он зайдет повидаться с тобой, как только освободится от бумажной волокиты. С ним все в порядке ".

"Хэллоуэй".

"Он не выжил".

"Иисус. Иисус." Макнаб снова закрыл глаза. "Что, черт возьми, произошло?"

"Ты скажи мне".

"Я ... я не могу это прояснить".

"Успокойся на некоторое время, потом мы поговорим об этом".

"Ты так быстро меня бросаешь? Должно быть, я в довольно плохой форме. Пибоди, если я сдохну, ты получишь мою коллекцию видео ".

"Это не смешно".

"Хорошо, хорошо, ты тоже можешь забрать все серьги. Но моя кузина Шейла будет очень зла. Кто-нибудь может помочь мне немного приподняться здесь?"

"Доктор сказал, что тебе нужно отдохнуть". Но Пибоди уже приводила кровать в откинутое сидячее положение.

"Если я сдохну..."

"Может, ты перестанешь так говорить?"

Ему удалось ухмыльнуться, в то время как Пибоди нахмурилась, приблизив свое лицо к его. "Как насчет того, чтобы возложить ее на меня?"

"Я положу одну на тебя". Она пробормотала это, затем нежно прижалась своими губами к его.

Когда она оглянулась, то заметила, что Ева пристально смотрит в потолок. "Прости", - пробормотала Пибоди. "Просто потакаю умирающему парню".

"Нет проблем". Она оглянулась, когда услышала, как вошел Рорк. Он кивнул, затем подошел к изножью кровати. "Кажется, на этом уровне слишком много привлекательного женского медицинского персонала, Иэн. Но я не думаю, что ты заметил."

"Взрыв не испортил мне зрение".

"В таком случае, возможно, вы не захотите менять местоположение. Соммерсет, хотя и эффективен, не так уж и красив ".

"Прости. А?"

"Лейтенант подумал, что тебе было бы приятнее выздоравливать в другом месте. У нас есть комната для вас дома, но там не хватает привлекательного женского медицинского персонала ".

"Ты бы вызволил меня?" Слабый намек на румянец появился на его щеках. "К тебе домой?"

"Ваш врач хочет сначала еще раз осмотреть вас, но мы должны быть в состоянии перевезти вас через час или два. Если это тебя устраивает ".

"Я не знаю, что сказать. Это так прочно. Лейтенант..."

"Да, да". Ева переступила с ноги на ногу. "Давай посмотрим, насколько ты благодарен, когда Соммерсет подначивает тебя. У меня есть дела, которые нужно сделать ".

"Он выглядел больным", - сказал Макнаб и остановил Еву, прежде чем она повернулась к двери.

"Хэллоуэй?"

"Да, я возвращался с полевого задания, а он был у холодильника. Он действительно разозлился. Подлый и агрессивный. Не такой, как он. Время от времени он мог причинять боль. Полон собой, но мы поладили. Мы были в команде вместе два года ".

Он снова закрыл глаза. "Иисус. Я этого не понимаю. Он набросился на меня, как будто хотел попробовать немного крови. Это было не просто то, что он сказал - в половине случаев вы катаетесь друг на друге просто ради удовольствия. Ты знаешь, как это бывает ".

"Конечно". Ева вернулась к кровати. "Но это была не просто езда".

"Нет. Дело было в том, как он это сказал, как он посмотрел на меня, когда сказал. Я разгорелся настолько, что предложил пойти в спортзал и поколотить друг друга, но вошел капитан и все разогнал. Он выглядел не очень хорошо. Привет. Весь потный, а его глаза заплыли. Твои глаза иногда трахаются со всеми данными, но его были плохими. Я вернулся к своему кубу, он пошел к своему. Я забыл об этом".

"Ты говорил с ним снова? Видели, как он говорил или ссорился с кем-нибудь еще?"

"Нет. Я должен был опубликовать этот отчет. И был поиск и сканирование по паре ссылок, которые я откладывал, потому что они обещали утомить мои мозги. Я взял немного кофе, чушь собачья с Гейтсом. Застрял на передаче от какой-то женщины, которая думает, что ее компьютер захвачен инопланетянами. Мы получаем это постоянно. У нас есть эта процедура, через которую мы проводим их, чтобы... Не имеет значения. Я только что закончил разговор и слышу, как кто-то кричит. Кто-то кричит в EDD половину времени, но это было по-другому. Это было проблемой. Я обернулся, чтобы посмотреть, что, черт возьми, происходит ".

На этом он остановился. Ева могла слышать быстрые звуковые сигналы монитора. Его сердцебиение участилось, подумала она. Время отступать.

"Хорошо, остальное мы получим завтра".

"Нет. Нет, я помню, как все прошло. Я видел, как он приближался ко мне. Это не сработало во всех цепях сразу. Я имею в виду, господи, с чего бы Хэллоуэю бросаться на меня с оружием в руках? Не имеет значения. Его лицо... Он выглядел сумасшедшим, и он уже сметал потоки, как какой-нибудь боевой полицейский, открывающий огонь на подавление. Кто-то закричал. Я вскочил ... начал вскакивать. У меня не было при себе оружия. Вряд ли кто-то из нас носит это, когда мы работаем. Я думаю, может быть, я собирался нырнуть в укрытие. Я думаю, может быть, я начал. Затем бац - пара слонов врезалась мне в грудь, и меня не стало. Скольких из нас он уничтожил?"

"Трое других получили уколы, им оказали медицинскую помощь и отпустили на месте. Тебе досталось самое худшее".

"Просто мне повезло. Хэллоуэй, он был в порядке до этого. Мы бы время от времени обливали друг друга грязью, но именно так, как это делаешь ты. Между нами не было вражды. Ему нравилась его работа, и вот эта юбка, из-за которой он так увлекся, что они собирались пожениться. Иногда он ворчал на Фини. Думал, что капитан старомоден или что-то в этом роде, но все время от времени ссорятся из-за званий. Не имеет смысла, что он набросился на меня таким образом. Что-то в этом не так ".

"Что-то в этом не так", - согласилась она.

"Мне нужно участвовать в расследовании".

Да, подумала она, он сделал. На его месте она бы нуждалась в этом. "Завтра состоится полный брифинг, девятьсот, в моем домашнем офисе. А пока тебе лучше вернуться в форму, потому что у меня нет времени повсюду таскать тебя на руках ".

"Да, сэр. Спасибо".

"Мы должны пойти и запастись в автокефале кашей и другой вкусной едой для инвалидов. Увидимся".

"Каша была очень вкусной", - сказал ей Рорк, когда они шли по коридору.

"Я так и думал".

"Придай его лицу приятное счастливое сияние".

"Лейтенант! Даллас!"

Она обернулась, чтобы увидеть Пибоди, спешащую по коридору, затем сделала шатающийся шаг назад, когда ее помощник заключил ее в крепкие объятия. "Спасибо. Спасибо тебе".

"О, боже". Униженная, Ева подняла руку и неловко похлопала Пибоди по спине. "Хорошо".

"Его сердце остановилось. Во время транспортировки. Они должны были убить его. Прошло всего несколько секунд, но я подумал: что мне делать? Что мне делать? Он такой засранец", - сказала Пибоди и разрыдалась.

"Человек. Бог. Рорк."

"Интересный и лестный состав", - сказал Рорк в ответ на сдавленный призыв своей жены о помощи. "Здесь и сейчас, дорогая". Он мягко ослабил мертвую хватку Пибоди на Еве и, приобняв ее, повел в небольшую зону ожидания. Он усадил ее и промокнул ей щеки носовым платком.

Ева переступила с ноги на ногу, затем села. Затем провел рукой по бедру Пибоди. "Ты только раздуешь его эго, если он узнает, что ты плачешь из-за него. С ним уже трудно жить ".

"Я знаю. Извините. Это было, я думаю, это было слышать, как он рассказывал, как это произошло. У меня от этого в голове все перемешалось".

"Вокруг происходит много такого".

Пибоди выдавила из себя слабый смешок и положила голову на плечо Рорка. Ее душевное состояние было таким, что физический контакт не вызвал у нее обычного сексуального трепета. "Вы, ребята, ульт. Серьезно. Беру его на несколько дней, пока его организм приходит в норму ".

"Что ж". Ева вздохнула. Дружба, подумала она, может быть такой чертовски неудобной. "Он наверняка будет довольно требовательным. Я чертовски уверен, что не собираюсь быть его личной сиделкой. Тебе придется пойти с нами и взять на себя этот долг ".

Губы Пибоди задрожали. Ее глаза снова наполнились.

"Не надо! Больше так не делай. Это приказ".

"Да, сэр". Она испустила громкий вздох. "Я собираюсь пойти и сунуть голову под кран, прежде чем вернусь к нему. Я буду держать его подальше от тебя, Даллас ".

"Смотри, что ты делаешь".

Ева сидела там, где была, через мгновение после того, как Пибоди ушла. "Не делай никаких умных комментариев о том, что я мягкотелая", - предупредила Ева. "Или ты будешь рад, что мы оказались в медицинском учреждении, когда ты полностью придешь в сознание".

"Даже не мечтал об этом". Рорк провел ладонью по ее руке. "Лейтенант Софти".

Она бросила на него косой взгляд, но поднялась на ноги, не прибегая к насилию. "Давайте убираться отсюда к черту".

Она позволила ему отвезти себя домой, потому что хотела подумать. Электроника не была ее сильной стороной. На самом деле, она и технология вели непрекращающуюся войну, и пока что она проиграла большинство сражений.

Фини был капитаном EDD, потому что он был хорошим полицейским, и потому что он не только понимал странный мир электроники, у него была любовная связь с ней на всю жизнь. Она могла рассчитывать на Макнаба, если бы он был физически готов к этому. Он привнес в эту область молодую, свежую, новаторскую руку.

И, после сегодняшнего дня, она могла рассчитывать на полное сотрудничество каждого полицейского, беспилотника и дроида в EDD.

Но у нее было еще одно оружие, и оно лежало рядом с ней, заставляя ее неуклюжий ведомственный автомобиль мурлыкать, как котенка, когда он мчался сквозь невзгоды вечернего движения.

Она могла бы быть женой Рорка, а махинации с деньгами были его любимым занятием. Ладно, второе любимое, поправила она с ухмылкой. Но электроника была его любимой любовницей.

"Нам нужно попасть в подразделение Когберна", - начала она. "Нам нужно разобрать это и поместить каждый чип, каждую схему, каждую плату под прицел. И нам нужно сделать это быстро, без того, чтобы тот, кто работает над этим, не превратился в маньяка-убийцу. Есть идеи?"

"У меня может быть несколько. Я мог бы потратить время и потрудиться, чтобы усовершенствовать их, если бы я был официально прикреплен к расследованию. Эксперт-консультант, гражданское лицо."

Да, подумала она. Всегда есть чем заняться. "Я подумаю об этом, после того как услышу идеи".

"Я буду обсуждать идеи, после того как вы обдумаете это".

Она только нахмурилась и отметила Морриса по ссылке в тире.

Его предварительный осмотр у Хэллоуэя показал такое же сильное внутричерепное давление. Необъяснимо.

Ранние результаты анализов мозговой ткани Когберна указали на какую-то неопознанную вирусную инфекцию.

Она нахмурилась, когда они проезжали через ворота по направлению к дому. "Компьютеры заражаются вирусами".

"Не биологические вирусы", - указал Рорк. "Больной компьютер может заражать и заражает другие компьютеры, но не своего оператора".

"Этот сделал". Она была абсолютно уверена в этом. "Подсознательное программирование, направленное на контроль разума? Мы уже сталкивались с подобными вещами раньше ".

"У нас есть". И он обдумывал это. Он свернул от дома в сторону гаража, чтобы избавить Соммерсета от необходимости переносить его туда позже. "Как я уже сказал, у меня есть несколько идей".

Она вышла в том, что, как она думала, было его складом автомобильных игрушек. Она никогда не поймет, что нужно одному мужчине с двадцатью машинами, тремя гидроциклами, миникоптером и парой внедорожников. И это не считая тех, что он припрятал в другом месте.

"Я буду управлять статусом консультанта при командующем. Статус временного консультанта".

"Я действительно думаю, что на этот раз мне следует получить значок". Он схватил ее за руку. "Давай прогуляемся".

"Что?"

"Прогулка", - повторил он, выводя ее на улицу. "Это приятный вечер, и, вероятно, он будет последним, который мы проведем наедине какое-то время. Мне не терпится подышать с вами свежим воздухом, лейтенант." Он наклонил голову, легко поцеловал ее. "Или, может быть, это просто привязанность к тебе".

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Она была не против прогуляться. Хотя она предпочитала ходьбу для тренировки мозга.

И действительно, это было более извилисто, так что ей пришлось дважды замедлить шаг, чтобы вернуться к его темпу.

Забавно, подумала она, как он мог так легко сдерживаться. От действия и стресса к облегчению без каких-либо видимых усилий. Это был навык, которым она никогда не владела.

Воздух был тяжелым от жары, густым от нее, так что они прогуливались по теплому сиропу. Но резкий белый свет дня смягчился в сторону позолоченного вечернего света, который был таким мягким, что казалось, будто его можно погладить.

Даже жара здесь была другой, подумала она. Впитывается в траву, деревья и цветы, а не отскакивает от тротуара и врезается обратно тебе в лицо.

Но было что-то... что-то прямо под поверхностью безмятежного спокойствия Рорка. Она чувствовала отточенное лезвие, словно нож, завернутый в бархат.

"Что происходит?"

"Лето длится не очень долго". Он повел ее по каменной дорожке, которую она не была полностью уверена, что видела раньше. "Приятно наслаждаться этим, пока это происходит. Особенно в это время суток. Сады в самом расцвете сил".

Она предполагала, что так оно и было, хотя они всегда выглядели эффектно. Даже зимой было что-то притягательное в формах, текстурах, тонах. Но теперь это был весь цвет, весь аромат. Эффектные здесь с высокими, колючими растениями с яркими и экзотическими цветами, очаровательные там с запутанными рядами простых соцветий. И все пышное и каким-то образом совершенное, без создания впечатления, что к нему прикасалась чья-то рука, кроме Матери-Природы.

"Кто вообще здесь делает всю работу?"

"Эльфы, конечно". Он засмеялся и увлек ее в туннель с деревьями, где сотни роз взбирались вверх и капали на зеленую, тенистую землю.

"Привезен из Ирландии?"

"Естественно".

"Здесь прохладно". Она подняла глаза. Маленькие проблески солнца и неба просвечивали сквозь потолок из цветов. "Природный климат-контроль". Она фыркнула. "Пахнет как..." Ну, розы, конечно, подумала она, но все было не так просто. "Пахнет романтично".

Она повернулась, улыбнулась ему. Но он не улыбался в ответ.

"Что?" Инстинктивно она оглянулась через плечо, как будто ожидая какой-то угрозы. Змея в саду. "Что это?"

Как он мог объяснить, что это было - видеть ее, стоящую там в пестрой, пропитанной розами тени, выглядящую сбитой с толку, немного смущенной красотой? Высокая, худощавая, ее растрепанные волосы выгорели на солнце. Носит свое оружие так, как другая женщина носила бы нитку хорошего жемчуга. С беспечной уверенностью и гордостью.

"Ева". Затем он покачал головой, шагнул к ней. Прижавшись лбом к ее лбу, он провел руками вверх и вниз по ее рукам.

И как он мог объяснить, каково это было - стоять в стороне и смотреть, как она входит безоружная, незащищенная в комнату, чтобы встретиться лицом к лицу с безумцем в одиночку? Знать, что он мог потерять ее в одно мгновение.

Он знал, что она сталкивалась со смертью бесчисленное количество раз. Столкнулся с этим вместе с ней. На их руках раньше была кровь друг друга.

Он удерживал ее во снах, более жестоких и порочных, чем должна была вынести любая человеческая душа. Он прошел с ней через кошмар ее прошлого.

Но это было по-другому. Она была защищена только своим собственным мужеством и умом. И отступление, не имея выбора, кроме как стоять в стороне и наблюдать, и ждать, не имея выбора, кроме как принять, что это было то, что ей пришлось сделать, вонзило невыразимый страх в его сердце, как шип.

Он знал, что для них обоих будет лучше, если он не будет говорить об этом.

Но она поняла. Внутри него были карманы и тени, которые она все еще не до конца понимала. Но она пришла к пониманию любви. Это она подняла свое лицо к его лицу, когда он хотел отшатнуться. Она, которая подняла свои губы к его.

Он хотел быть нежным. Это казалось правильным в "романтике роз", в благодарности за то, что она была здесь, целая и невредимая. Но поток эмоций почти затопил его. Захлестнутый этим, он сжал руку в кулак на спине ее рубашки, как будто это была веревка, брошенная в бушующее море. Эта буря пронеслась сквозь него и в поцелуе.

Она ждала, когда жар от этого опадет на них обоих, и его рука разорвет ее рубашку на ленты.

Но его пальцы разжались, погладили одну жесткую, собственническую линию вдоль ее спины, прежде чем его руки поднялись, чтобы обхватить ее лицо.

Она могла видеть бурю в его глазах, бурлящую в их синеве с какой-то первобытной жестокостью, от которой у нее перехватило дыхание, а пульс участился в ответ.

"Ты нужна мне". Его пальцы погрузились в ее волосы, отводя их с лица, снова сжимая. "Ты не можешь знать, какого рода нужда во мне для тебя. Бывают моменты, ты понимаешь меня, я этого не хочу. Я не хочу, чтобы это бушевало внутри меня. Это не остановится ".

Его рот обрушился на ее, и она ощутила эту потребность, ее яростную и сосредоточенную интенсивность. И жадность, отчаяние от этого.

Она отдалась этому без колебаний. Потому что он был неправ, поскольку он очень редко ошибался. Она понимала необходимость, и она понимала разочарование от осознания того, что это не будет контролироваться.

Та же война велась в ней.

Он расстегнул ее оружейный ремень, стащил его и отбросил в сторону. Она только крепче обхватила его, застонав от наркотического удовольствия, когда его рот, его зубы зафиксировались на изгибе ее горла.

Где-то птица пела от всего сердца, и аромат роз становился тяжелым, гипнотизирующим. Воздух, который казался таким прохладным в зеленой тени, стал густым, стал горячим.

Он стянул рубашку через ее голову, и эти руки с их длинными, ловкими пальцами пробежались по плоти, пока она почти не почувствовала, как та тает. Но когда она потянула его за рубашку, он оттолкнул ее руки, сцепив их в запястьях у нее за спиной.

Ему нужен был контроль, каким бы мимолетным, каким бы слабым он ни был.

"Я забираю тебя". Его голос был таким же густым, как воздух. "Мой путь".

"Я хочу..."

"Ты получишь то, что хочешь, достаточно скоро". Он расстегнул крючок на ее брюках. "Но сначала я получу то, что хочу".

И он хотел ее обнаженной.

Он наклонился, прикусил ее нижнюю губу. "Сними сапоги".

"Отпусти мои руки".

Он просто скользнул своим в разрез ее брюк, усилив хватку на ее запястьях, когда ее тело дернулось.

"Сапоги".

Он прикоснулся губами к ее губам, провел по ней рукой. Его язык скользит внутрь, чтобы успокоить, его палец скользит внутрь, чтобы возбудить с терпеливым соблазнением, противоположным этой стальной хватке на ее запястьях.

Даже когда она пробормотала протест, ее руки обмякли. Ошеломленная, она начала снимать ботинки, и движение ее собственного тела заставило ее содрогнуться на пике.

Она была горячей, влажной и дрожащей.

Он хотел прикоснуться, попробовать на вкус, исследовать и эксплуатировать каждый дюйм ее тела. Отпустив ее руки, он двинулся вниз по ее телу. И когда его рот накрыл ее, она изверглась.

Ее руки вцепились в его волосы, когда она задыхалась. Но он только сжал ее бедра и продолжил уничтожать ее.

Теперь она принадлежала ему. В этом саду, в этом мире. Она была его.

Ее мир вращался, все цвета и ароматы вокруг нее сошли с ума. Его рот был подобен лихорадке, обжигая ее такой изысканной мукой, что казался смертью.

Она чувствовала, как жар снова прокатывается по ней, наполняет ее, проникает в ее кровь и кости, пока не взорвался, как новая звезда, и не разбил ее вдребезги.

И все же он не останавливался.

"Я не могу. Я не могу".

"Я могу".

Когда от следующего порыва у нее подогнулись колени, он потянул ее вниз.

На этот раз он завел ее руки за голову и снова сцепил ее запястья вместе. "Ты помнишь, когда ты был у меня в первый раз? Я не могу, ты сказал, но ты сделал ".

"Черт возьми". Ее тело выгнулось. "Я хочу, чтобы ты был внутри меня".

"Я буду". Он накрыл свободной рукой ее грудь. "Я могу заставить тебя пройти этот путь сейчас. Ты подготовлен к этому. Все в тебе готово для меня".

Его рука была подобна волшебству на ее коже. Под ним ее грудь казалась невероятно полной, невыносимо чувствительной. И ее сердце билось, как кулак.

"Мне доставляет удовольствие наблюдать, как это захватывает тебя".

Сейчас он наблюдал, как беспомощное удовольствие промелькнуло на ее лице, как участилось дыхание через губы. Она снова поклонилась дрожащей дугой. Затем взрыв. Затем растаяла.

Он отодвинулся и начал раздеваться.

Она лежала, распластавшись, влажная, обнаженная, покоренная, на мягкой зеленой траве. На ней была только длинная цепочка, с которой капала крупная бриллиантовая слеза, и простая медаль Святого Иуды. Он дал ей это, символы и щиты. То, что она будет носить их вместе, невыносимо тронуло его.

Ее руки оставались закинутыми за голову, как он их и оставил. Сдалась, как она не сдавалась никому другому.

Он был тверд как скала и отчаянно хотел спариться.

Он оседлал ее, провел руками по ее лицу, горлу, грудям. "Ева".

Она видела его лицо таким напряженным, таким сильно красивым в глубокой тени. Три тонких солнечных луча пробились сквозь листву и осветили его волосы.

"Я хочу, чтобы ты взял меня. Это то, что тебе нужно услышать? Я хочу, чтобы меня взяли, пока это делаешь ты ".

Он загнал себя в нее. Откинул ее колени назад и вогнал себя глубже. Она вскрикнула, шок от ощущений пронзил ее, когда он погрузился.

"Сильнее", - потребовала она и дернула, пока его рот снова не оказался на ее. "Жестче".

Его тело задрожало, и контроль сломался, как хрупкое стекло. Захваченный собственным безумием, он насиловал ее рот, ее тело. Пульсирующий, когда он услышал ее крик, пульсирующий, когда он почувствовал, что она снова собирается.

"Со мной". Он взял ее за руки, теперь переплетая пальцы. "Пойдем со мной".

Он отдал себя, как отдала она, чтобы они могли взять друг друга.

Кровь все еще шумела у него в ушах, когда ему удалось перекатиться, увлекая ее за собой, так что она была смягчена его телом, а не придавлена им.

Буря внутри него перегорела сама собой. Его рука была нежной, когда он гладил ее по спине.

"Некоторые ходят".

Он слегка улыбнулся. "Да, что ж, немного свежего воздуха всегда идет телу на пользу".

"Да, я уверен, что свежий воздух сделал свое дело". Она хихикнула. "Теперь я понимаю, почему люди едут в сельскую местность, чтобы немного расслабиться".

"В данный момент я чувствую себя довольно отдохнувшим и расслабленным".

Теперь она подняла голову, изучая его лицо. "Да?"

Он знал, о чем она просила. Знал, что она поняла. "Да. Полагаю, нам лучше привести себя в порядок и зайти внутрь. Они должны скоро привести Макнаба, а я еще не сказал Соммерсету ".

"Я оставляю эту маленькую счастливую работу тебе".

"Трус".

"Ставлю свою задницу". Она скатилась с него, затем огляделась на траве в поисках своей одежды. "Где, черт возьми, моя рубашка? Ты это съел?"

"Насколько мне известно, нет". Он взглянул вверх, указал. "Там, висит на розах".

"Множество применений сада", - прокомментировала она, подходя, чтобы освободить его. "Визуальная и обонятельная стимуляция, сексуальные шапочки и вешалка для одежды".

Он встал, смеясь, и его глубокий, непринужденный звук сказал ей, что они снова вернулись на твердую почву.

Как только они оказались внутри, Ева направилась прямиком к лестнице и поднялась прямо в свой офис. У нее была работа, сказала она себе. Не то чтобы она хотела избежать любого разговора, который Рорк собирался провести с Соммерсетом

Или дело было не только в этом.

Сначала она позвонила командиру. Нежелание, которое она проявила по поводу включения Рорка в состав в качестве консультанта, было напускным. Она уже планировала официально пометить его за это.

Но не было никаких причин морочить ему голову по этому поводу.

"Разрешение уже получено", - сказала ей Уитни. "Фини просил, чтобы Рорка попросили проконсультироваться. Мне сказали, что детектива Макнаба выписали из больницы и передали на ваше попечение."

"Не моя забота - так сказать".

"Я уже говорил с его родителями. Вы можете ожидать передачи от них ".

"Ах..." Ее разум начал строить планы, как передать это и Соммерсету. "Он молод и в хорошей форме. Я ожидаю, что он снова встанет на ноги через день или два. Я буду работать в основном из своего домашнего офиса, коммандер. Если Фини не считает иначе, я хочу, чтобы подразделение Когберна перевели сюда ".

"Это твой призыв. Завтра у нас встреча с шефом Тибблом, мэром Пичтри и Чангом, представителем по связям со СМИ. Тысяча четырнадцать сотен, в Башне. Требуется твое присутствие".

"Да, сэр".

"Дайте мне несколько ответов, лейтенант".

Когда он прервал передачу, она села за свой стол. Возможно, у нее пока нет ответов, но она могла бы выстроить в ряд все вопросы.

Она делала заметки, проверяла предыдущие заметки. Перемешал их вместе и создал новые.

Когберн, Луис К.- нелегалы с игровой площадки. Можно ли отследить покупку блока данных? Найдите записи данных, чтобы определить, как часто он ими пользовался - в неделю, часы в день.

Внезапное насилие, проявляющееся в примитивном физическом избиении. Отсутствие предшествующего ВТ, указанного в показаниях свидетелей.

Физические симптомы проявились за несколько дней до инцидента, как указано в показаниях свидетелей.

Медэксперт сообщает о внутричерепном давлении, аномальном и массивном отеке, поврежденных тканях. Конец. Физические симптомы: головная боль, кровотечение из носа и ушей, потливость.

Хэллоуэй, детектив Кевин. Детектив ЭДД, назначенный для поиска и сканирования подразделения Когберн. Проверьте, сколько часов зарегистрировано на объекте unit.

Внезапное насилие, проявившееся в развертывании полицейского выпуска. Наиболее конкретно нацелен на Макнаба и Фини. Ассоциированный и непосредственный начальник.

Методы насилия, подходящие для типов личности? Проконсультируйтесь с Мирой для проверки профиля.

О предыдущем VT не сообщалось.

ME сообщает о тех же предварительных результатах, что и Когберн. Отображаемые симптомы совпадают.

Смерть наступила без внешней травмы или силы.

Орудие убийства = единица измерения.

Это было убийство, подумала она. Технология была инструментом. Но каков был мотив?

"Даллас?"

"А?" Она подняла глаза, откинула волосы назад и тупо смотрела на Фини, пока ее разум не прояснился. "Я полагал, что к этому времени ты уже будешь дома".

"Приехала из больницы с мальчиком".

Ева заметила, что на его лице появилось несколько новых морщин, и он выглядел измученным. "Иди домой, Фини. Дай себе передышку".

"Ты из тех, кто говорит". Он указал на ее записи. "Просто хотел увидеть, как Макнаб устроится. Это было хорошо, что ты сделал, позвав его сюда. Он кажется довольно бодрым ". Он упал в кресло. "Черт, Даллас. Черт. Он наполовину парализован".

"Это временно. Ты знаешь, что это может случиться, если ты неправильно примешь удар ".

"Да, да. Пойми это достаточно неправильно, это навсегда. Ему двадцать гребаных шесть лет. Ты знаешь это?"

Это свернулось у нее в животе. "Нет. Думаю, я этого не сделал ".

"Его родители в Шотландии. Проводи там большую часть лета. Они собирались возвращаться, но он отговорил их от этого. Я думаю, что часть его боится, что они увидят его таким. Часть его боится, что он не пройдет весь обратный путь ".

"Мы позволяем ему так думать - мы так думаем - мы ему не помогаем".

"Я знаю это. Я продолжаю видеть Хэллоуэя, то, как он выглядел, когда падал ". Он глубоко вздохнул. "Мне тоже пришлось поговорить с его семьей. Не знал, что, черт возьми, им сказать. И эти чертовы репортеры, и моя команда - мои дети ".

"Фини. Ты прошел через плохое. Это отличается от того, когда это происходит в поле. Тебе следует поговорить с психиатром департамента ". Она вздрогнула от взгляда, который он бросил на нее. "Я тоже знаю, как это звучит, когда это исходит от меня. Но, черт возьми, ты был заложником, у твоего горла было приставлено оружие одним из твоих собственных людей. Ты видел, как он умирал. Если это не вскружило тебе голову, то что могло бы? Итак, вам следует поговорить с психиатром или... Мира. Если бы это был я, я бы пошел к Мире. Она бы сохранила это без протокола, если бы вы попросили ее ".

"Я не хочу раскрывать свою голову или вываливать свои внутренности". Его голос стал напряженным, окутанным полосами оскорбления и гнева. "Мне нужно работать".

"Хорошо". Распознав признаки, которые она достаточно часто видела в своем собственном зеркале, она отступила. "У нас будет всего вдоволь. Я бы предпочел пока поработать отсюда, если ты не против. Но первым делом нужно установить на это устройство какой-нибудь экран или фильтр. Никто не прикасается к ней, пока мы не защитим ее ".

"От чего? Как мы должны спроектировать правильный щит, если мы не знаем, что он должен блокировать?"

"Это проблема. Я ожидаю, что вы и эксперт-консультант, гражданский, которого вы уже запросили, что-нибудь придумаете ".

Он почти улыбнулся. "Подумал, что это может тебя немного обжечь. Но ты чертовски хорошо знаешь, что он лучший ".

"Тогда заставь его работать и достань мне щит". Она поднялась на ноги. Было неловко, но также казалось правильным подойти к его креслу, присесть, пока их глаза не оказались на одном уровне.

"Иди домой, Фини. Выпей пива, побудь со своей женой. Она жена полицейского, но ей будет нелегко, пока она не увидит тебя. И ты не будешь чувствовать себя уверенно, пока не увидишь ее. Ты нужен мне в этом. Ты нужен мне устойчивым".

Между ними было сказано гораздо больше того, что не требовало слов. "Современные дети, - сказал он наконец, - думают, что они знают каждую чертову вещь".

Его рука накрыла ее руку, сжала один раз. Затем он встал, вышел. Пошел домой.

Она на мгновение села там, где сидел он, положила свои руки туда, где лежали его. Затем она встала, подошла к своему столу. Вернулся к работе.

Она открыла данные Когберна, затем личное дело Хэллоуэя. Она была на полпути к поиску каких-либо подключений, когда ее "ссылка" подала звуковой сигнал.

"Даллас".

"Есть кое-что, на что ты захочешь посмотреть". Лицо Бакстера занимало большую часть экрана, но она могла видеть движения, слышать звуки с места преступления позади него.

"У меня приоритет, Бакстер. Я не могу взяться за другое дело. Справься с этим ".

"Ты захочешь этого. Жертве пятьдесят три года, мужчина. На первый взгляд кажется, что кто-то проник внутрь, напал на него. Но если присмотреться, он сам нанес здесь весь ущерб. Включая перерезание собственного горла".

"У меня нет времени на..."

"Много предсмертного кровотечения. Уши и нос. И взгляните на это ".

Он повернулся. Она мельком увидела просторную комнату, основательно разгромленную. Затем настольный прибор, который лежал экраном вверх на полу.

ДОСТИГНУТА АБСОЛЮТНАЯ ЧИСТОТА

"Не позволяйте никому прикасаться к этому устройству. Я уже в пути ".

Она была на полпути к двери, когда, выругавшись, вернулась к столу, чтобы найти служебную записку.

"Послушай", - проговорила она в микрофон, проходя в кабинет Рорка. "Меня отметили. Связанная смерть. Я вернусь... когда я вернусь. Прости."

Она бросила записку на его консоль, затем сбежала.

***

Чедвик Фицхью жил, и жил неплохо, в двухуровневом кондоминиуме в Верхнем Ист-Сайде. Его профессия заключалась, в первую очередь, в том, чтобы быть одиноким мужчиной четвертого поколения Фицхью, что означало, что он легко общался, элегантно выглядел в вечернем костюме, неплохо играл в поло и мог, если на него надавить, обсудить фондовые опционы.

Семейным бизнесом были деньги, во всех их многочисленных формах. И у Фицхью ее было в избытке.

Его хобби были путешествия, мода, азартные игры и совращение молодых парней.

Бакстер ввел ее в курс основных данных, пока Ева изучала кровавое месиво, которое теперь было Чедвиком Фицхью.

"Имя выскочило при поиске данных. Известный педофил. Троллил клубы, просматривал чаты ", - заявил Бакстер.

"Они нравились ему между четырнадцатью и шестнадцатью. Схема заключалась в том, чтобы купить им алкоголь, Зонер, что бы ни работало, заманить их сюда, пообещав еще. Затем он вытаскивал игрушки. В рабство. Он совершил бы их, хотели они того или нет. Похоже, он снимал видео, если судить по его самодельному запасу. Затем он давал им немного наличных, гладил их по голове и говорил им, что если они будут кричать об этом, у них будет больше проблем, чем у него ".

Бакстер посмотрел вниз на тело. "В основном они верили ему".

"Если мы это знаем, у нас есть запись этого, по крайней мере, один из детей заверещал".

"Да, о нем сообщали четыре раза за последние два года". Бакстер вытащил пачку жевательной резинки из кармана своего служебного костюма, предложил ее. "Во всяком случае, в Нью-Йорке", - продолжил он, пока они с Евой задумчиво жевали мяту. "Получил обвинение. Вмешались семейные деньги и множество высококлассных адвокатов, и все это исчезло. К этому подонку ничего не прилипло. Мир стал лучше без него ".

Ева хмыкнула и, надев микрошаблоны, осмотрела рану на горле. Она зияла, как широкий, кричащий рот. "Никаких видимых следов колебания".

"Когда ты должен уйти, ты должен уйти".

Запечатанным пальцем она повернула голову Фитцхью. Его ушной канал был густ от крови. "Просматривал чаты?"

"Я получил заявление здесь, в файле, из одной из жалоб. В любом случае, именно так он связал этого парня. Искал молодых парней, переживающих кризис сексуальной идентичности, или тех, кто просто забавляется. У меня манеж наверху. Комната отделана черной кожей. У вас есть наручники, кнуты, кляпы с шариками, анальные пробки и различные механические устройства. Первоклассная настройка видео."

Он убрал свой блокнот. "Как это выглядело, у него здесь был какой-то ребенок, который сходил по нему с ума. Место довольно разгромленное, и у него здесь довольно много нелегалов. Но на дисках службы безопасности не видно, чтобы кто-то входил сюда или выходил за последние три дня. Даже мертвый парень."

"Кто вызвал это?"

"Сестра. Живет на Сент-Томасе. Думаю, вы уже много раз бывали на островах ", - добавил он. "Голубая вода, белый песок, в основном обнаженные женщины. Был бы не прочь сменить эту жару на что-нибудь из этого ".

Он тоскливо вздохнул, затем присел на корточки рядом с Евой, осторожно, чтобы на его манжеты не попала кровь. "В любом случае, братан должен был прилететь сегодня. Большая семейная вечеринка или что-то в этомроде. Не показывается, она беспокоится, звонит ему. Он ответил - кричал на нее, проклинал, из носа текла кровь, как из крана. Она решила, что он был ранен, подвергся нападению, и сообщила об этом ".

"Мне нужно будет поговорить с ней, получить официальное заявление". Уперев руки в бедра, Ева посмотрела на Бакстера. "Я должен забрать это у тебя".

"Да". Он тяжело вздохнул, поднялся на ноги. "Понял. Все знают, что произошло сегодня в EDD ". Он огляделся, нахмурился на экран компьютера. "Что, черт возьми, происходит?"

"Я собираю команду, чтобы выяснить". Она выпрямилась. "Ты хочешь поучаствовать в этом?"

Он оглянулся на нее. "Я хочу войти".

"Тогда ты в деле. Мне нужны копии дисков безопасности, досье Фитцхью, имя и местонахождение сестры. Мы разговариваем с соседями, семьей, известными партнерами. Посмотрим, сможем ли мы определить, когда Фитцхью ... заразился ". Она почесала голову. "Нам нужно просмотреть его личную коллекцию видео".

"О да, это мое представление о хорошем времяпрепровождении. Наблюдаю за какими-то мерзкими маленькими мальчиками-свиньями ".

"Может быть, один из этих маленьких мальчиков играл с компьютерными программами. Это устройство необходимо перевезти в мой домашний офис ".

"Мы работаем над этим в твоей берлоге?" Он сразу просветлел. "Твердый".

"Никто не вмешивается в это. Никакого поиска, никакого сканирования. Это закрывается и остается закрытым, пока я не скажу иначе. То же самое касается любого из центров обработки данных в этом месте ". Она огляделась. "Мы проходим через это место сверху донизу. Посмотри, записал ли он что-нибудь на бумажном носителе. Его арестовывают и отправляют к Моррису с красным флагом ".

"Понял. Эй, где твоя тень?"

"Моя тень?"

"Бесценная Пибоди. В эти дни она выглядит довольно хорошо ".

"Дырка от сучка в дубе тебе идет, Бакстер".

"Только после очень долгого, очень тяжелого дня. Почему ты не посвятил ее в это?"

"Она внутри, она просто... Она с Макнабом ".

Его юмор угас. "Как у него дела?"

"С ним все в порядке. Бодрое, последовательное, хорошее отношение. Он..." Она засунула руки в карманы. "У него небольшая проблема с правой стороной".

"Что вы имеете в виду, неприятности?" Но он знал. Каждый полицейский знал. "Ах, черт, Даллас. Черт возьми. Временно, верно? Это просто временно".

"Да, они так говорят".

Они постояли мгновение в тишине. "Давайте приступим к работе здесь", - приказала она.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Она нашла Рорка в его кабинете, когда вернулась домой. Поскольку это было там, она взяла кофе у его локтя и выпила его одним глотком, как воду.

"Мертвый педофил. Перерезал себе горло. Сначала сошел с ума, разнес свою собственную шикарную квартиру. У Морриса обнаружат сильное внутричерепное давление. Сообщение о чистоте было на его автоответчике ".

"Только одна единица?"

"Я еще не знаю. Я отправляю их всех сюда. Я должен выяснить, как были взломаны эти устройства. Как это приводит к тому, что человеческий мозг, по сути, взрывается ".

"Ты не говоришь, что тебе нужно выяснить, почему".

"Чистота", - сказала она и села. "Очисти грязь и установи абсолютную чистоту. Мир был бы лучше без них", - сказала она вслух, думая о комментарии Бакстера.

"Группа бдительности с превосходными техническими знаниями". Он кивнул. "Хэллоуэй был просто жертвой войны. Обе ваши жертвы охотились на детей ".

"Да, они были отбросами, особенно отвратительного сорта".

"Но теперь они твои отбросы".

"Ты понял это. Мне нужно будет просмотреть известных жертв моих жертв. Дети, которые могли бы обладать сильными техническими навыками. Скорее всего, члены семьи, которые это делают. Может быть, мы найдем кого-нибудь, у кого был ребенок, с которым связались и Когберн, и Фитцхью ".

"Чедвик Фицхью?" Рорк взял свою кружку с кофе, хмуро посмотрел в нее, затем направился к кофеварке. "Скользкая лужа мочи".

"Эй, только потому, что я пил твой кофе, это не повод обзывать меня".

"Фицхью. Кровавый самодовольный ублюдок, трахающий молодых парней. Кто-то должен был приставить нож к его горлу задолго до этого ".

"Я так понимаю, ты знал его".

"Достаточно хорошо, чтобы считать его отвратительным всеми возможными способами".

Это был другой тон, другой взгляд, чем когда Бакстер описывал Фицхью. Гораздо более опасная в этом ледяном контроле, в этом музыкальном ритме.

"Старые деньги его семьи", - продолжил Рорк. "Очень грубый и породистый. Слишком хорош, чтобы иметь дело с такими, как я. Хотя они и сделали это ", - добавил он, поворачиваясь обратно. Теперь его лицо было холодным. Холодный воин. "Пока любимая форма развлечения этого подлого барсука не вышла наружу. Тогда это я не стал бы иметь с ними дела. Даже у дублинской уличной крысы должны быть стандарты ".

"Не иметь с ним дела - это одно. И троекратное приветствие для вас там. Убить его - совсем другое."

"Перерезал себе горло, не так ли?" Он сделал глоток кофе. "На мой взгляд, ему больше подошло бы, если бы он сначала отрезал себе яйца. Но жизнь не всегда стремится быть поэтичной ".

Теперь она тоже стала холодной. Холодная, как лед, который поселился у нее в животе. "Никто не имеет права предстать перед судом, надеть капюшон палача без надлежащей правовой процедуры".

"Бывают моменты, лейтенант, когда я не так люблю эту строчку закона, как вы. На самом деле, выпей кофе. Думаю, я выпью за тост за кончину педераста Фитцхью ".

Она встала, когда он подошел к шкафу, открыла его и внимательно осмотрела винные бутылки на полке. "Если такова ваша позиция, вы не можете помочь мне в этом".

"Это моя позиция". Он выбрал хорошее каберне. Исключительно хорошая. "Но это не значит, что я не могу и не буду помогать тебе. Не проси меня сожалеть о его смерти, и я не буду просить тебя радоваться этому ".

Они и раньше были по разные стороны баррикад, подумала она. Но это были противоположные стороны на очень, очень зыбкой почве. "Что бы он ни делал, кем бы он ни был, кто-то убил его. Это ничем не отличается от линчевания человека или того, чтобы поставить его к стене и разорвать на куски. Закон определяет вину и наказание".

"Мы не собираемся маршировать в ряд по этому поводу, Ева. И подумай вот о чем: со всеми этими прекрасными словами, которые ты только что произнес, разве ты не стоишь там прямо сейчас, осуждая меня?"

"Я не знаю". Но в животе у нее начинало бурлить. "Но я точно знаю, что не хочу все испортить из-за личных отношений между нами".

"Мы можем согласиться с этим". Он говорил оживленно, как будто они обсуждали разные взгляды на то, в какой цвет покрасить гостиную. "Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь вам найти того, кто или что это делает. Пусть этого будет достаточно".

Наблюдая, как он пьет, она волновалась, что этого будет недостаточно. "Ты думаешь, его убийство было правильным?"

"Я думаю, это правильно, что он мертв. Достаточно ли этого различия для вас, лейтенант?"

Она не знала и почувствовала, как земля задрожала у нее под ногами. "Я должен подготовить отчеты для утреннего брифинга".

Итак, подумал он, они оставят это там. На данный момент. "Ты мог бы позвонить Пибоди, чтобы она помогла тебе. Ей не помешало бы отвлечься ".

"Как Макнаб?"

"Устроился. Немного угрюм, поскольку Соммерсет накормил его легкой пищей, а не стейком на ужин его мечты. Его отношение жизнерадостное, но напряженное по краям. Пока нет никаких чувств".

"Это может занять до двадцати четырех часов. Обычно она возвращается в пределах от одного до трех, но это... Ад".

"Если понадобится, мы обратимся к специалистам. В Швейцарии есть клиника, которая добилась больших успехов в этой области ".

Она кивнула. Вот, подумала она, был человек, который верил, что убийство, при правильных обстоятельствах, было жизнеспособным вариантом. Или, по крайней мере, результат этого - нечто, достойное личного тоста. И он мог бы, захотел бы, потратить время, свои собственные деньги без колебаний, чтобы помочь другу.

"Я посмотрю, не захочет ли Пибоди потратить на это несколько часов".

***

Время приближалось к двум часам ночи, когда она отправила Пибоди спать и подумала о том, чтобы отправиться к себе. Дверь между ее кабинетом и кабинетом Рорка теперь была закрыта. И свет над ним указывал, что он все еще был там.

Работает, подумала она. Очень вероятно, что он занялся делами, которые он запланировал на следующий день. Чтобы он мог освободить свое время для нее.

Она ходила взад-вперед перед дверью. Она хотела бы прикоснуться к кому-нибудь другому. Хотела бы она, чтобы у нее был другой источник с половиной его мастерства и половиной его ресурсов, к которому она могла бы обратиться, чтобы они могли не пробираться по этой болотистой почве противоположных убеждений.

Выбирая свой путь в ад. Ни у кого из них не хватило терпения ходить изящно. Некоторые вещи были обречены быть раздавленными под ногами.

Она не могла позволить себе беспокоиться об этом.

Она быстро постучала, толкнула дверь. "Извини, просто сообщаю тебе, что я сдаюсь. Брифинг в девять."

"Ммм-хм". Он продолжал изучать данные на своем мониторе. "Встречное предложение, четыре целых шесть десятых миллиона долларов. Твердый. Условия: десять процентов депонируется по устному соглашению, сорок при подписании, остальное при расчете. Принятие ..." Он взглянул на свой наручный прибор. "... завтра в полдень по восточному времени, или переговоры закончены. Передавай".

Он отвернулся, улыбнулся ей. "Я скоро подойду".

"Что ты покупаешь?"

"О, просто маленькая вилла в Тоскане с довольно хорошим виноградником, за которым плохо ухаживали".

"Звучит как куча бабла для маленькой виллы и неумело управляемого виноградника".

"Не волнуйся, дорогая. Мы все еще можем позволить себе эти новые занавески для кухни ".

"Знаешь, мне не нужно притворяться, что мне интересно то, что ты делаешь, если ты собираешься расколоться, когда я это сделаю".

Его улыбка только расширилась. "Ты абсолютно прав. Как грубо с моей стороны. Хотите посмотреть прогнозы расходов на реабилитацию? Затем есть отчет винодела и финансовые отчеты от ..."

"Укуси меня".

"Могу я сделать повторную проверку по этому поводу? Я бы действительно хотел закончить это. Если дела пойдут хорошо, я думаю, мы могли бы выжать деньги и на новый диван для гостиной ".

"Я иду спать, прежде чем отстрелю ребрышко, смеясь над всеми твоими забавными шутками. Девятка, туз. Острый."

Она отвернулась, затем злобно выругалась, когда на ее столе запищал канал связи. "Что теперь?"

Она пронеслась через комнату, зарычала в "линк". "Даллас. Что?"

"Всегда так приятно видеть твое жизнерадостное лицо, Даллас". Надин Ферст, репортер 75-го канала в прямом эфире, захлопала ресницами.

"Без комментариев, Надин. Без гребаных комментариев. Уходи".

"Держи это, держи это! Не прерывай меня. Во-первых, просто позволь мне сказать, что мои чувства сокрушены тем, что ты не заметил, что меня не было рядом сегодня для веселья. Я вернулся в город всего двадцать минут назад ".

"И ты позвонил мне в два часа ночи, чтобы сообщить, что ты дома в целости и сохранности?"

"Второе", - холодно сказала Надин. "Просматривая свою почту, сообщения, рассылки, которые накопились за время моего отсутствия, я наткнулся на это". Она подняла диск. "Содержание очень, очень острое и, я думаю, представляет для вас профессиональный интерес".

"Кто-то присылает тебе видео с сексом, позвони в отдел нравов".

"Это от группы, называющей себя "Искатели чистоты".

"Не пользуйся своим компьютером", - отрезала Ева. "Выключи это сейчас же. Не прикасайся к этому. Не запускайте этот диск снова. Я уже в пути ".

"Послушай..."

Но она прервала передачу и помчалась к двери.

"Я поведу". Рорк сбежал по ступенькам рядом с ней. "Не спорь. Возможно, я смогу найти что-нибудь на ее компьютере или на диске ".

"Я не собирался спорить. Я собирался сказать тебе, чтобы ты выбрал одну из своих более быстрых игрушек ".

***

Они добрались до квартиры Надин менее чем за восемь минут. "Отдай диск Рорку", - потребовала Ева, как только Надин открыла дверь. "Я отвезу тебя в ближайший медицинский центр".

"Всего лишь минуту, всего лишь проклятую минуту". Она толкнула Еву, когда Ева схватила ее за руку. "Диск не заражен. Они ясно дали это понять. Перестань тащить меня! Они хотят освещения в СМИ. Они хотят, чтобы общественность знала об их цели ".

Ева отстранилась, выключила изображение того, как подруга умирает с криками. "Они хотят, чтобы ты выпустил диск в эфир?"

"Это только текст. Они хотят, чтобы я отчитался. Это то, что я делаю. " Надин тяжело вздохнула, потерла руку в том месте, куда впились пальцы Евы. "Думаю, я должен ценить, что ты беспокоишься о моем здоровье, но здесь будет синяк".

"Ты будешь жить". И в этом был смысл. "Мне нужен диск".

Надин изогнула одну из своих бровей идеальной формы. Ее привлекательное, лисье личико было таким же решительным, как и у Евы. Она была ниже Евы, с пышными формами и, без сомнения, мягче. Но когда дело доходило до истории, она могла вдоволь надрать себе задницу.

"Ты этого не получаешь".

"Это расследование убийства".

"И это целая история. Свобода прессы, Даллас, возможно, ты слышал об этом. Диск был отправлен мне по почте".

"Я получу ордер на конфискацию и брошу твою хорошенькую задницу в клетку, если ты утаишь улики и воспрепятствуешь правосудию".

Надин пришлось подняться на цыпочки, чтобы компенсировать разницу в росте, но ей удалось прижаться лицом к Еве.

"Я ничему не препятствую, и ты это знаешь. Мне не нужно было связываться с тобой. Я мог бы сразу выйти в эфир с этим, так что просто выключи свои двигатели, сестра ".

"Дамы. Дамы." Рискуя, которого боятся все мужчины, Рорк встал между двумя рычащими женщинами. "Давайте просто сделаем глубокий вдох. У вас обоих есть веские аргументы. Это могло бы немного уладить дело, если бы мы взглянули на диск ".

"Нет никакой гарантии, что это не заражено. Я могу поместить это в карантин ".

"Ты знаешь, что это чушь". Надин отбросила назад свою прядь светлых волос. "У них нет ко мне претензий. Они хотят того, что я могу им дать. Выставление на всеобщее обозрение. Если вы прочтете текст, вы поймете, что именно я имею в виду. Даллас, они только начали ".

"Хорошо, давайте взглянем. И если у всех нас начнется кровотечение из ушей, эй, шутка в нашу пользу ".

Надин провела нас через жилую зону в большое офисное помещение, выполненное в стильных пастельных тонах и с чистыми линиями. Она плюхнулась за стол. "Запустите диск".

"Я сказал тебе выключить устройство".

"Просто прочти этот чертов экран".

Дорогая мисс Ферст,

Мы - Искатели Чистоты, и обращаемся к вам из-за нашей веры в ваше уважение к общественному благополучию. Мы хотим заверить вас, что восхищаемся вашей преданностью своей работе и не желаем вам никакого вреда. Этот диск чист. Мы даем вам слово, что через нас вам не причинят вреда.

Мы ищем только чистоты справедливости. Правосудие, которого нет, не всегда может быть осуществлено в рамках закона, который слишком часто вынужден игнорировать жертву и служить преступнику. Наша полиция, наши суды, даже наше правительство часто обнаруживают, что их руки связаны скользкой веревкой запутанных законов, разработанных для защиты тех, кто охотится на невинных.

Мы были созданы и поклялись служить невинным.

Некоторые сочтут наши средства удручающими. Некоторые сочтут их пугающими. Ни одна война не может и не должна вестись без страданий или страха.

Но большинство сочтет наши средства справедливыми, а наши цели - победой для всех, кто был потерян в системе, которая больше не служит общему благу.

К тому времени, когда это сообщение дойдет до вас, первая казнь уже состоится. Луис К. Когберн был отравой для общества, человеком, который развратил и пристрастил наших детей. Он охотился на них на игровых площадках, во дворах школ и в парках нашего города, заманивая эти молодые и невинные тела и умы нелегалами.

Ему предъявили обвинение, его судили, он был приговорен.

Он был казнен.

Абсолютная чистота в деле Луиса К. Когберна была достигнута.

Он был заражен с помощью технологии, которую мы разработали. Как его душа была осквернена, так и мы оскверняли его мозг, до самой смерти.

Эта инфекция не представляет опасности ни для вас, ни для невинных, ни для общественности. Мы не террористы, а стражи, которые поклялись служить нашим соседям, чего бы это ни стоило.

Других судили, признали виновными и приговорили. Мы не перестанем искать тех, кто наживается и получает удовольствие от горя и вреда других, пока в Нью-Йорке не будет достигнута Абсолютная Чистота.

Мы просим вас проинформировать общественность о нашем послании, о наших целях и заверить их, что мы работаем для защиты жертвы, которой закон не может служить.

Мы надеемся считать вас нашим представителем средств массовой информации в этом вопросе.

- Искатели чистоты.

"Это опрятно, не так ли?" Прокомментировала Ева. "Настоящий порядок. Они не потрудились упомянуть Ральфа Вустера, которому проломили мозги, или Сюзанну Коэн, которую избили до потери сознания. Никаких разговоров о мертвом полицейском или о том, кто, возможно, парализован. Насколько чисты и верны их цели - служить обществу. Что ты собираешься делать?"

"Моя работа", - сказала ей Надин.

"Ты собираешься выпустить этот мусор в эфир".

"Да, я собираюсь выпустить это в эфир. Это новости, и сообщать новости - моя работа ".

"Хорошая прибавка к твоим рейтингам".

"Я собираюсь оставить это без внимания", - сказала Надин через мгновение. "Потому что у вас есть мертвый полицейский, и еще один - тот, кого я считаю другом, - который ранен. И я пропускаю это мимо ушей, потому что, да, это здорово поднимет рейтинги. Ты прямо сейчас здесь, читаешь это перед моим выходом в эфир, потому что я уважаю тебя, потому что ты еще один человек, которого я считаю другом, и потому что я верю, что у правосудия нет коротких путей. Если вы не уважаете меня и мою цель, тогда я совершил ошибку ".

Ева отвернулась, пнула маленький диван с достаточной силой, чтобы заставить Надин поморщиться. "Вы единственный репортер, которого я смог выдержать, на профессиональном уровне, более десяти минут".

"О боже. Я так тронут".

"Дружба - это отдельная тема. Давайте пока просто придерживаться программы. Ты хорош в своей работе, и ты ведешь себя честно ".

"Спасибо тебе. И возвращаюсь к тебе".

"Это не значит, что я собираюсь танцевать от счастья, зная, что ты будешь транслировать это дерьмо. Стражи, черт возьми. Вы не можете создать чертов ореол на убийстве ".

"Хороший вопрос. Могу я процитировать тебя?"

Ярость вспыхнула в глазах Евы. "Это не для протокола".

"Это все неофициально", - спокойно согласилась Надин. "Но ты захочешь записать это очень быстро. Мне нужно поговорить с тобой один на один, взять интервью у Уитни, у Тиббла, у Фини, Макнаба. Мне нужно поговорить с людьми Хэллоуэя. Семья, друзья, соратники. Мне нужно заявление от мэра ".

"Хочешь, я обвяжу все это бантиком для тебя, Надин?"

Надин уперла руки в бока. "Это моя область, и я знаю, как на ней играть. Если вы хотите, чтобы эта история была сбалансированной, если вы надеетесь повернуть ее по-своему, мне нужно эфирное время со всеми ключевыми игроками ".

"Ева". Рорк положил руку на напряженное плечо Евы. "Она права. Она не могла быть более права. Большинство зрителей будут очарованы этой группой. Они посмотрят на Когберна и Фицхью..."

"Кто такой Фицхью?" - Потребовала Надин. "Ты говоришь о Чедвике Фицхью? Он мертв?"

"Заткнись", - огрызнулась Ева. "Дай мне подумать".

"Позволь мне закончить", - поправил Рорк. "Они посмотрят на людей, которых казнила эта группа, и подумают: ну, это не больше, чем они заслужили. Они были паразитами, охотящимися на наших детях".

"Как ты", - сказала она, прежде чем смогла остановить себя.

Лицо ничего не выражало, он склонил голову. "Если ты все еще надеешься, что я обойдусь без возмущения смертью такой свиньи, как Фитцхью, ты обречен на разочарование. Разница в том, что я видел, что случилось сегодня с молодым полицейским. Что случилось с Йеном, что могло случиться с Фини. Тебе. Это меняет облик этого напыщенного, эгоцентричного и корыстолюбивого заявления. Но некоторые, кто это услышит, сочтут эту группу Purity героями ".

"Героизм не достигается дистанционным управлением", - отрезала Ева.

"Если ты продолжишь произносить подобные звуковые фрагменты вне записи, - сказала Надин, - я не выдержу и расплачусь".

"Тогда покажи им, что они трусы", - сказал ей Рорк. "Пусть общественность увидит, какое горе испытывает семья Хэллоуэя, потому что их сын стал невинной жертвой. Полицейский, который погиб при исполнении служебных обязанностей из-за чего-то, что затеяла эта группа. Ты позволяешь им увидеть Макнаба, молодого, нетерпеливого, раненого. Вам нужно использовать средства массовой информации так тщательно, так умело, как они будут ".

"Мне нужно найти их, мне нужно остановить их, а не играть в того, кто сейчас крутит колесо СМИ".

"Лейтенант". Рорк сжал ее плечо. "Тебе нужно делать и то, и другое".

"Мне нужен этот диск".

Надин извлекла его, протянула. "Это оригинал. Я уже сделал копию для себя ". Она улыбнулась, когда Ева выхватила его у нее из рук. "С тобой будет так весело работать".

"Я ничего не сообщу вам официально, пока не улажу это с Уитни".

"Давай, позвони ему. Я бы сказал, что нам всем не помешало бы выпить кофе ".

"Я помогу тебе с этим". Рорк вышел из комнаты вместе с ней.

Еве потребовалось мгновение, чтобы успокоиться. Она ненавидела знать, что Надин была права. Ей пришлось бы участвовать в этой битве в прямом эфире.

Она использовала линк Надин, чтобы разбудить своего командира.

"Она была там долгое время". Надин налила вторую чашку кофе.

"Вы бы не стали рассказывать историю в это утреннее время". Поскольку Надин курила одну из своих травяных настоек, Рорк позволил себе сигарету. Он предпочитал настоящий табак. "Вы будете ждать до шести, чтобы максимально увеличить зрительскую аудиторию и рейтинги, застать своих конкурентов врасплох и основательно испортить их трансляции первого дня".

"Ты хорош в этом".

"У меня есть некоторый опыт в манипулировании".

"Я даю ей еще десять минут, затем я должен позвонить в участок, засечь время, провести подготовку, вызвать эксперта по электронике. Я не думаю, что ты бы..."

"Я думаю, что нет. Это было бы нарушением границы, которую Ева уже провела в своем уме по этому поводу. Но я могу порекомендовать пару имен, если у вас нет кого-то конкретного на примете ".

"Я думал о Майе Даббер".

"Она превосходна. Уверенный пользователь электроники и приятный способ общения на техническом жаргоне в простых терминах ".

"Она работает на тебя, не так ли?"

"В качестве внештатного сотрудника, да".

Не в силах больше сидеть, Надин встала и принялась расхаживать по комнате. "Она подводит меня к этому вплотную. Мне нужно провести исследование, написать копию, организовать интервью. Эта история унесет все остальное из эфира. Кто следующий? Это будет одним из вопросов. И они будут продолжать настраиваться, пока не будет ответа ".

"И мой полицейский зарывается в землю, чтобы попытаться обойти этот ответ, так что следующего не будет".

"Вот почему ты должен уважать ее. И вот почему она всегда создает чертовски хорошую историю. Вы двое бодаетесь из-за этого?"

Он выпустил ленивую струйку дыма. "Не столько головы, сколько философии. Ей труднее принять мою, чем мне принять ее. Мы пройдем через это".

"Я ценю, что ты поддерживаешь меня в этом".

"Я сделал это не для тебя", - спокойно заявил он. "Я сделал это ради нее".

"Я знаю. Я ценю это в любом случае ". Надин резко обернулась, услышав, как вошла Ева. "Ну?"

"Ты выйдешь один на один со мной и Уитни как можно скорее. Мэр подготовит заявление, которое может быть зачитано заместителем мэра. Это еще не решено. Он или она ответит на несколько вопросов, ожидая одобрения. Мы не собираемся связываться с семьей Хэллоуэя в этот час и усугублять их страдания. Если утром они захотят поговорить с вами, мы это организуем. То же самое касается Фини. Сегодня ему пришлось нелегко, - сказала она, прежде чем Надин смогла заговорить. "Я не буду будить его для этого. Вы можете взять интервью у Макнаба у нас, до получения медицинского разрешения. Я дам тебе знать, как только смогу. Шеф Тиббл также подготовит заявление и рассмотрит возможность собеседования после того, как изучит все данные. Прими это, Надин, потому что это лучшее, что ты можешь получить ".

"Выпей немного кофе. Мне нужно позвонить и переодеться в гардероб. Мы сделаем это один на один с тобой и Уитни в студии. Один час".

***

Она прошла через это, придерживаясь ведомственной линии на протяжении всего собеседования. Если Надин не была в восторге от содержания интервью, она знала, что это были не те слова, которые составят часть. Это была сама лейтенант Ева Даллас, выглядевшая бледной, измученной и абсолютно спокойной.

К удивлению Евы, мэр Стивен Пичтри прибыл как раз в тот момент, когда она уходила за кадр. В сорок три года он излучал одновременно юный и уравновешенный образ. Он был полон достоинства и красив в консервативном сером костюме с голубой рубашкой для выхода в эфир и идеально завязанным галстуком в серых и голубых тонах.

Он вошел, выглядя настороженным и мрачным, с небольшой свитой элегантно одетых помощников, он игнорировал, как вы игнорируете собственную тень.

"Командир". Он кивнул Уитни и был теперь достаточно близко, чтобы Ева заметила слабые следы недосыпа у него под глазами. "Я чувствовал, что этим нужно заняться лично и быстро. Мне сказали, что вы также консультировались с официальными заявлениями Чан Ре ".

"Это верно. Нам нужно объединение в этом. Сплошная линия".

"Я абсолютно согласен. Отдел по связям со СМИ подготовит обновленные заявления для всех сторон к восьмистам. Лейтенант."

"Мэр".

"Нам нужны быстрые и решительные действия по этому вопросу. Мой офис должен быть в курсе каждого предпринятого действия ". Он взглянул в сторону студии. "Мы собираемся держать этот чертов беспорядок под контролем. Мы будем кормить мисс Ферст и других не больше того, что, по нашему мнению, пригодно для общественного потребления ".

"Мы не единственные, кто ее кормит", - отметила Ева.

"Я в курсе этого". Его голос умудрялся быть одновременно глубоким и холодным. "Что бы они ни выбросили, мы вернем. В этом мы можем рассчитывать на Чанга. Ты будешь работать непосредственно с ним и заместителем мэра Франко по связям со СМИ ".

Он взглянул на свой наручный прибор. Нахмурился. "Держите меня в курсе", - приказал он, затем зашагал в комнату подготовки.

"Он хорош в этом", - сказала Уитни Еве. "Он выйдет сильным, контролируемым и заинтересованным. Нам понадобится сильная проекция изображения, чтобы эта крышка не сорвалась и содержимое не разлилось по всему Нью-Йорку ".

"Мне кажется, способ держать все под контролем - это выявлять и останавливать Искателей Чистоты".

"Это ваш приоритет, лейтенант. Но у работы больше, чем один канал. Поминальная служба по детективу Хэллоуэю назначена на завтра, на десять. Полные почести. Я хочу, чтобы ты был там ".

"Да, сэр. Я буду там".

"Число участников сегодняшнего собрания увеличилось до тысячи трехсот. Немного поспи ", - добавил он, прежде чем подошел, чтобы занять свою очередь в студии. "Это будет долго".

Дома она упала лицом вниз на кровать на три с половиной часа.

Будильник на ее запястье разбудил ее своим непрерывным писком. Она выползла из постели в темноте, поплелась в душ и оставалась под горячими перекрещивающимися струями целых двадцать минут.

Когда она вернулась в спальню, Рорк как раз вставал. "Я тебя разбудил? Ты мог бы выиграть еще полчаса ".

"Я в порядке". Он критически изучил ее лицо, затем кивнул. "И ты выглядишь значительно лучше, чем в четыре утра сегодня. Почему бы тебе не заказать нам завтрак, пока я приму душ?"

"Я как раз собирался взять рогалик со своего стола".

"Ты передумала", - сказал он, заходя в ванну. "Потому что ты вспомнил, что твоему организму нужно правильное топливо для поддержания энергии и здоровья, и потому что ты предпочел бы, чтобы я не заливал тебе в горло протеиновый коктейль, потому что это просто начало твоего выходного дня не с той ноги. Яичница-болтунья была бы хороша, не так ли?"

Она оскалила зубы, но он уже был в душе.

Она ела, сказала она себе, потому что была голодна.

И когда Рорк позвонил Соммерсет по внутренней связи и спросил о Макнабе, она попыталась настроиться оптимистично, узнав, что пациент провел спокойную ночь.

Точно так же, как она боролась с отчаянием, когда наблюдала, как он въезжает в ее офис на электронном инвалидном кресле.

"Эй!" Его лицо было просто слишком жизнерадостным. Его голос был просто немного слишком ярким. "Я собираюсь прокатиться на одном из этих аттракционов, когда снова встану на ноги. Они правят".

"Никаких гонок по коридорам".

Он усмехнулся ей. "Слишком поздно".

"Мы подождем Фини, прежде чем я начну брифинг", - начала Ева.

"Мы получили утренний отчет о 75-м, лейтенант". Глаза Пибоди затуманились, и в них было больше, чем немного отчаяния, когда они встретились с глазами Евы за спиной Макнаба. "Я бы сказал, что мы неплохо начали инструктаж".

"Мне нужен кофе". Она жестом попросила Рорка отвлечь Макнаба, затем ткнула большим пальцем в сторону кухни. "Ты должна держаться получше этого", - сказала она Пибоди, как только они оказались вне пределов слышимости. "Он не глуп".

"Я знаю. Я в порядке. Просто, когда я вижу его в том кресле, меня немного трясет. Нет никаких изменений. Они сказали, что он должен начать чувствовать покалывание, как вы делаете, когда ваша нога затекла и начинает просыпаться. Это означало бы, что нервы возвращаются. Но он не такой, они не такие ".

"Время восстановления варьируется. Я получил заряд бодрости на все тело, и в течение нескольких минут у меня не было заметного онемения. И у меня был скользящий поток, попавший мне на руку и оставивший ее на несколько часов ".

"Он напуган. Он притворяется, что это не так, но на самом деле он напуган ".

"Если он может притворяться, что это не так, то и ты сможешь. И если вы хотите что-то сделать с людьми, которые посадили его в это кресло - временно, - тогда вам нужно взять себя в руки и сосредоточиться ".

"Я знаю". Пибоди глубоко вздохнула, расправила плечи. "Я могу с этим справиться".

"Хорошо, тогда начинай с приготовления кофе".

Она вышла обратно и замерла, увидев Фини в дверях своего кабинета. Его лицо было воплощением страдания, печали и ярости, когда он смотрел на спинку стула Макнаба.

Ева начала издавать звук, что угодно, что заставило бы его отступить, но прежде чем она смогла, он нажал на какой-то внутренний переключатель. Его лицо прояснилось.

"Что все это значит?" Он вошел, хмуро глядя на Макнаба. "Для меня это выглядит как симуляция. Верю, что тебе удастся сделать из всего этого игрушку ".

"Со льдом, да?"

"В первый раз, когда ты переезжаешь мне ногу, я расплющиваю тебя. Бакстер уже в пути. Есть кофе?"

"Да". Ева кивнула. "У нас есть кофе".

К половине десятого она сообщила команде основные детали. К девяти сорока пяти она заполнила пробелы, а к десяти добавила основную теорию.

"По крайней мере, один из ключевых людей в этой группе лично пострадал от преступления, скорее всего, преступления против ребенка. Скорее всего, больше, чем один из них. Вам нужны единомышленники, чтобы сдвинуть что-то подобное с мертвой точки. Они обладают превосходными и пока неизвестными электронными возможностями, и у них должен быть какой-то медицинский консультант. Также вероятно, что у них есть какие-то контакты с полицией или с судебной системой. Или и то, и другое.

"Они организованы, они красноречивы и разбираются в средствах массовой информации".

"Когда у вас есть такая группа, - сказал Бакстер, - у вас схожие взгляды. Но почти всегда есть один или несколько человек, которые ввязываются в это ради острых ощущений, крови или потому, что они просто серьезно чокнутые ".

"Согласен. Вы можете начать поиск серьезных психов, которые соответствуют профилю другой группы. Они снова свяжутся с Надин ", - продолжила она. "Они хотят общественного внимания и одобрения".

"Они получат это". Фини отхлебнул кофе. "Это как раз то, что выводит людей из себя, они спорят на улицах, придумывают футболки, принимают чью-либо сторону".

"Мы не можем остановить медиа-поезд, поэтому делаем все возможное, чтобы направить его по нашему пути. Надин хочет взять интервью у тебя и Макнаба. Ты можешь дунуть", - сказала она, прежде чем Фини успел это сделать. "Но ты не скажешь ничего, чего бы я уже не сказал или не подумал. Дело в том, что департамент считает, что это будет полезно ".

"Ты думаешь, я даю этому эфирное время?" Фини со стуком поставил свою чашку на стол. "Ты думаешь, я собираюсь появиться на экране и вопить о том, что произошло вчера, говорить об этом мальчике?"

"То, что ты скажешь, поможет людям понять, что произошло с Хэллоуэем". Рорк говорил тихо. "Это заставит их увидеть его таким, каким он был - хорошим полицейским, который делал свою работу. Который был убит при исполнении служебных обязанностей группой людей, которые хотят, чтобы их воспринимали как блюстителей справедливости. Ты заставил бы их увидеть в нем личность ".

"Я хотел бы поговорить об этом". Макнаб был пристегнут к креслу. Это было то, что он не мог игнорировать, как бы сильно ни старался. Он не просто сидел, но был в безопасности. Чтобы он не упал, как тряпичная кукла, не вывалился, как ребенок.

Это жгло его живот вместе со страхом, что он будет привязан к стулу до конца своей жизни. "Если люди послушают, они поймут, что это не он меня унизил. Это был тот, кто заразил устройство, над которым он работал. Хэллоуэй не помещал меня сюда, и он не заслуживает, чтобы кто-то думал, что это сделал он. Итак, я хотел бы взять интервью. Я хотел бы сказать то, что должен сказать ".

"Если это то, чего ты хочешь". Фини снова взял свой кофе, выпил его, чтобы смыть комок размером с кулак в горле. "Тогда это то, что мы сделаем".

"Опубликованные заявления департамента. Вам обоим нужно прочитать их." Ева подошла к своему столу, давая себе время успокоиться. "Они не будут исключать или подвергать цензуре все, что вы чувствуете, что хотите сказать, но они хотели бы, чтобы вы ознакомились с основными пунктами и некоторыми формулировками. Важно, чтобы полиция Нью-Йорка продемонстрировала единство в этом отношении. Надин может давать интервью здесь ".

Она повернула назад. "Теперь, может быть, мы сможем приступить к работе полицейского. Нам нужно определить природу вируса в подразделениях, а это невозможно сделать, пока у нас не будет какой-то защиты от этого вируса ".

"Я немного поработал над этим", - сказал ей Рорк. "И взял на себя смелость пригласить технического консультанта". Он повернулся к 'ссылке. "Соммерсет, отправьте его наверх".

"Ты должен был обсудить это со мной", - начала Ева.

"Для этого тебе нужны особые навыки. Фини и Макнабу нужно больше, чем мне. И мне нужно больше, чем помощник. У меня есть кое-кто, кто проделал очень инновационную работу с моими научно-исследовательскими отделами, и я не думаю, что вам есть о чем беспокоиться в отношении его лояльности или допуска ".

Ева посмотрела на дверной проем. И у нее отвисла челюсть. "Ну, ради Бога, Рорк, я не могу использовать ребенка для этого".

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

"У гения нет возраста".

Так сказал Джейми Лингстром, с важным видом входя в ее офис в паре ветхих воздушных ботинок.

Он носил свои песочного цвета волосы коротко подстриженными и заколотыми на макушке с более длинным пучком спереди, который спадал ему на лоб. Единственный пирсинг - по-видимому - предназначался для размещения крошечного серебряного обруча в конце его левой брови. Его лицо немного разгладилось с тех пор, как она видела его в последний раз, и прямо сейчас его рот был скривлен в ухмылке.

Он всегда был самоуверенным.

Его дед был полицейским, который погиб, неофициально расследуя культ. Культ убил сестру Джейми и был неприятно близок к тому, чтобы принести в жертву Еву.

Он вырос как минимум на два дюйма. Когда дети перестали расти? она задумалась. Ему было шестнадцать - нет, скорее всего, сейчас семнадцать. И ему следовало заниматься тем, чем занимаются подростки, а не стоять в ее кабинете с таким самоуверенным выражением лица.

"Почему ты не в школе?"

"В основном я занимаюсь домашними делами по рабочей программе. Ты можешь заниматься всякой ерундой без отрыва от работы, пока это связано с бизнесом, который заключает контракты через школу и прочее дерьмо ".

Ева повернулась к Рорку. "Один из твоих".

"На самом деле, у меня есть несколько компаний, которые заключают контракты с образовательной программой. В конце концов, сегодняшняя молодость - это надежда на завтра".

"Итак". Джейми оглядел комнату, затем опустил большие пальцы в передние карманы мешковатых джинсов с дырками на обоих коленях. "Когда мы начнем?"

"Ты". Ева ткнула пальцем в Рорка. "Вот". Указав на его кабинет, она вошла впереди него, резко захлопнув дверь.

"Какого черта, по-твоему, ты делаешь?"

"Привлечение опытного помощника".

"Он ребенок".

"Он блестящий ребенок. Ты помнишь, как ему удалось обойти охрану здесь с помощью самодельного глушителя?"

"Значит, ему повезло".

"Удача не имела к этому никакого отношения". Это конкретное домашнее блюдо было усовершенствовано, скорректировано, расширено. "У него больше, чем просто знания в электронике - хотя этого у него в избытке, я могу вам обещать. У него есть чувство, инстинкт, который очень редок ".

"Я бы хотел сохранить его мозг в его голове, по крайней мере, до тех пор, пока ему не исполнится двадцать один".

"Я не собираюсь позволять ему делать что-либо, что подвергает его физической опасности".

"Никто из нас также не планировал это последнее падение, но он был чертовски близок к этому. И он, ну, он как семья Фини ".

"Именно. Это поможет Фини поработать с ним. Факт в том, Ева, что нам нужен кто-то вроде него. Кто-то с открытым разумом и быстрым умом. Он не будет автоматически думать, что что-то нельзя сделать, потому что это не было сделано раньше ". Рорк развел руками. "Он увидит возможности. Он хочет быть полицейским", - добавил он, прежде чем Ева смогла заговорить.

"Да, я помню, но..."

"Полон решимости быть, если только я не смогу подкупить его на постоянное место в одном из моих научно-исследовательских подразделений большими кусками денег". Его губы дрогнули. "Что я, безусловно, попытаюсь. На данный момент он планирует отбросить всякую мысль о колледже и прыгнуть прямиком в Академию, когда ему исполнится восемнадцать в следующем году."

"Ну и что. Ты надеешься использовать это задание, чтобы отвратить его от этой идеи, отправить в колледж, чтобы ты мог использовать его гениальный мозг для своих собственных нужд?"

Он медленно и с большим обаянием улыбнулся. "Это прекрасная мысль. Но на самом деле, я думал, что это было бы ценным опытом для него. И мы нуждаемся в нем. Я не выдыхаю дым, когда говорю это. То, что вам нужно в электронном виде, потребует значительной работы, исследований и экспериментирования, и все это вам потребуется в сжатые сроки. Верно?"

"Да, но..."

"Смотри. Я ваш эксперт-консультант за довольно жалкую денежную плату, и по этому соглашению у меня есть возможность выбрать технического помощника. Он мой".

Она выдохнула, подошла к окну. Отступил назад. "Не только твоя. Это делает его и моим тоже. Я не знаю, как вести себя с людьми подросткового типа ".

"Ах, ну, я бы сказал, что ты поступишь с ним так же, как со всеми остальными. Ты приказываешь ему, и если он спорит или недостаточно быстро вскакивает, ты замораживаешь его кровь одним из тех злобных взглядов, в которых ты так хорош, и словесно оскорбляешь его. У тебя это всегда так хорошо получается ".

"Ты так думаешь?"

"Вот, смотри". Он взял ее за подбородок. "Вот оно сейчас. Я действительно чувствую, как моя кровь стынет в жилах ".

"Вы можете оставить его, но он на испытательном сроке. И ты отказался от своего жалкого денежного вознаграждения ".

"Должен ли я?" Он нахмурился. "Кажется, я не могу припомнить, чтобы делал это".

"И его гонорар выходит из твоего кармана".

Он уже намеревался заплатить Джейми, но знал, как вести игру. "Это чрезвычайно несправедливо. Я собираюсь поговорить с представителем моего департамента об этом своевольном обращении ".

"У тебя нет репутации в департаменте". Она вернулась к двери. "Ты поймал меня".

"К моей радости и печали", - ответил он за ее спиной, когда она зашагала в свой кабинет.

Джейми сидел на корточках между Фини и Макнабом, демонстрируя какое-то портативное устройство. "Он будет считывать все системы на рынке и некоторые, которые еще не представлены", - говорил он. "Тогда это клонирует..."

Его голова поднялась, а затем и его тело. Карманный компьютер был засунут в его задний карман. "Итак, привет. Мы заключили сделку или как?"

Рорк просто подошел к нему, протянул руку.

Опустив плечи, Джейми вытащил глушилку из кармана. "Я только позаимствовал один, чтобы посмотреть, как настроить пару функций".

"Не поливай меня из шланга, Джейми. И если вы продолжите одалживать оборудование, вы очень быстро потеряете свои привилегии в рабочей программе ". Глушилка исчезла в одном из карманов Рорка.

"Это был мой прототип".

И гонорары от этого, размышлял Рорк, сделали бы мальчика очень богатым молодым человеком. Но он ничего не сказал, просто поднял бровь и подождал, пока Джейми скривится.

"Хорошо, хорошо. Не поджаривай свои микросхемы ". Надувшись, он посмотрел на Рорка, посмотрел на Еву. Он никогда не был до конца уверен, кто из них главный.

В любом случае, он знал, что они оба могут растоптать его прежде, чем он увидит, что они пошевелили ногой.

До развода с его родителями было легко. Его отец был главным. После, особенно после смерти Элис, главным был сам Джейми.

Но здесь, вы просто никогда не знали.

"Что это за слово?" он потребовал.

"Ты прикреплен как техник Рорка на испытательный срок", - сказала ему Ева. "Ты выходишь за рамки, за черту, пытаешься поднырнуть под черту, я раздавлю тебя, как жука. Итак, ты видишь всех в этой комнате?"

"Да, с шарами все в порядке. И что?"

"Они все твои боссы. Что означает, что любой здесь отдает тебе приказ, в том числе приказывает встать на голову и свистеть сквозь зубы, ты это делаешь. Ясно? Далее, - продолжила она, прежде чем он успел возразить, - все данные, вся информация, все разговоры, все действия или предлагаемые действия, сделанные или обсуждаемые, относящиеся к этому заданию, являются конфиденциальными. Ты никому не говоришь об этом, включая своего лучшего друга, свою мать, любую девушку, которую ты надеешься увидеть обнаженной, или своего любимого пуделя ".

"Я не болтаю лишнего", - сказал он с некоторой горячностью. "Я знаю, как это работает. И у меня нет никакого хромого пуделя. Плюс, я видел обнаженных девушек ". Теперь он усмехнулся. "Включая тебя".

"Осторожнее, парень", - тихо сказал Рорк. "Ступай осторожно".

"У тебя умный язык. Я помню это о тебе." Ева намеренно обошла его по кругу. "Мне нравится умный язык, при определенных обстоятельствах. Так что вместо того, чтобы натягивать уши на голову и завязывать их узлом, я собираюсь пропустить этот комментарий мимо ушей. Однажды. Бакстер, отведи этого дрона в рабочую зону. Покажи ему основную установку. Если он к чему-нибудь прикоснется, сломайте ему пальцы".

"Ты понял это. Поехали, парень". Когда они достигли дверного проема, Бакстер наклонился. "Как ты увидел ее обнаженной?"

"С ним будут проблемы", - пробормотала Ева.

"Он того стоит". Рорк провел рукой по глушилке в кармане. "Поверь мне".

"Он хороший парень, Даллас". Фини вскочил на ноги. "Умный и настолько уравновешенный, насколько это возможно в этом возрасте. Мы будем держать его в узде ".

"Я рассчитываю на это. Я сваливаю его на вас, электронные парни. Надин и ее камера должны появиться примерно через двадцать. Она никогда не опаздывает. Вы оба согласны поболтать тет-а-тет где-нибудь внизу?"

"Мне подходит". Макнаб взглянул на Фини. "Я хочу покончить с этим и приступить к работе".

"Она сюда не поднимается", - предупредила Ева. "Она и близко не подходит к ребенку. Любой прогресс, вообще любой, отмечайте меня. У меня встреча в центре города в тысяча триста. До тех пор я буду работать вне дома ".

"Давайте начнем". Фини положил руку на неповрежденное плечо Макнаба. "Мы покажем мальчику, на что способны настоящие мужчины из EDD".

"Верните Бакстера в эту сторону. Мне нужно его куда-нибудь пристроить ".

"Я позабочусь об этом. Ты захочешь, чтобы он был на этом уровне", - предположил Рорк.

"Прекрасно. И что бы это ни было у тебя в кармане, Туз, держи это там ".

Он одарил ее такой горячей, наводящей на размышления улыбкой, что Пибоди была вынуждена сглотнуть.

"Выброси непристойные образы из своей головы, Пибоди", - приказала Ева. "У нас есть работа".

Она запустила Пибоди по вероятностному сканированию. Когда имеешь дело с начальством и бюрократами, чем больше данных, чем больше бумаги, тем лучше.

Ева начала охоту на известных насильников детей, которые прошли через систему и снова вышли из нее.

Как так много из них смогли обойти закон? она задумалась.

Она пошла на попятный, ища любую связь между одним или несколькими из ее возможных вариантов и друг другом, между одним или несколькими и либо Когберном, либо Фицхью.

Птицы одного полета, размышляла она. Кто-то из них, должно быть, когда-то запятнал одно и то же гнездо. Было раздражающе указывать номера дел, а не имена, но большое количество файлов были запечатаны. Несовершеннолетним жертвам часто ставили печати на их досье.

Используя цифры, отчеты об инцидентах, описания, она сократила все до короткого списка, просчитала вероятности.

Поскольку в ее коротком списке было более двадцати пяти возможных кандидатов, она работала над вторичными связями.

У двенадцати несовершеннолетних жертв был один и тот же представитель службы по уходу за детьми.

КЛАРИССА ПРАЙС, РОДИЛАСЬ 5-16-2O2I, КВИНС, Нью-ЙОРК. ИДЕНТИФИКАЦИОННЫЙ НОМЕР 8876-LHM-22. МАТЬ МЮРИЭЛ ПРАЙС, ОТЕЦ НЕИЗВЕСТЕН. СЕМЕЙНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ, ХОЛОСТ. ТРУДОУСТРОЙСТВО, СЛУЖБА ПО ДЕЛАМ детей, МАНХЭТТЕНСКИЙ ОТДЕЛ. РАБОТАЕТ С 2-1-43- В НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ УРОВЕНЬ B.

ОБРАЗОВАНИЕ: МАГИСТЕРСКИЕ СТЕПЕНИ, СОЦИОЛОГИЯ, ПСИХОЛОГИЯ, ПОЛУЧЕННЫЕ В Нью-Йоркском университете.

НЕТ СУДИМОСТИ.

"Визуально", - приказала она и изучила изображение Клариссы Прайс. Привлекательная женщина смешанной расы, с компетентным, прямолинейным взглядом. Не многие в службах по уходу за детьми продержались так долго без работы по добавлению линий и слоев. Но кожа Клариссы была гладкой. Ее рыжевато-каштановые волосы были вьющимися и были аккуратно зачесаны назад на затылке.

Ева вызвала домашний и рабочий адреса, скопировала и сохранила данные. Затем снова отправился на охоту.

На этот раз она нашла полицейского.

Сержант детективной службы Томас Дуайер арестовал Когберна четырьмя годами ранее за хранение с умыслом. Но он поторопился, подхватил Когберна, не убедившись, был ли у него при себе. Арест не затянулся.

Ему больше повезло с дилером нелегалов, который снабжал подростков из верхнего города. Но к тому времени, когда дело дошло до суда, дело было рассмотрено как незаконное хранение, и дилеру пришлось заплатить штраф и уйти.

Он также столкнулся с Фицхью, принимая жалобу о похищении и изнасиловании, которую подал прокурор.

Восемнадцать месяцев назад Дуайер работал в команде, занимавшейся расследованием детской порнографии. Женщина управляла лицензированным центром дневного ухода. Дело дошло до суда, в результате которого был вынесен оправдательный приговор.

Мэри Эллен Джордж, подумала Ева, которая, согласно документам, просто оказалась известной помощницей Чедвика Фитцхью.

"Седлай коня, Пибоди". Ева сунула диски с данными в свою сумку. "Мы собираемся сделать пару остановок перед собранием в Башне".

***

"Мэри Эллен Джордж. Это было какое-то испытание ". На пассажирском сиденье Пибоди изучала данные, накопленные Евой. "Ты купился на этот ее поступок?"

"Какое действие?"

"Этот разбитый, невинный поступок школьной учительницы", - Пибоди оглянулась, прищурилась. "Ты что, не видел ничего из судебного процесса на экране?"

"Я не смотрю это дерьмо".

"Ну, вы, должно быть, видели упоминания в сообщениях СМИ, читали комментарии и все такое".

"Я взял за правило избегать сообщений СМИ, комментариев, редакционных статей и так далее".

"Но, сэр, вы должны смотреть новости на экране или читать их".

"Почему?"

"Что ж... чтобы быть в курсе текущих событий".

"Почему?"

"Потому что, потому что". Взволнованная, Пибоди сдвинула на затылок форменную фуражку, чтобы почесать затылок. "Потому что мы живем в этом мире".

"Да, это так. Кажется, мы ничего не можем с этим поделать. Теперь расскажи мне, как просмотр новостей и канала On Trial сделает меня лучшим человеком ".

"Только что сообщили", - ответила Пибоди.

"Мне кажется, это новость только на несколько минут. Тогда это устарело, и они должны взорвать что-то еще, что является новостью. Порочный круг, если вы спросите меня. Я не попадаюсь на это, потому что, по определению, события, которые актуальны сегодня, уже не актуальны завтра. И не успеешь оглянуться, как все равно наступит завтра. Так что ты просто потратил все это время впустую, раздражаясь из-за чего-то, что прошло, когда ты просыпаешься на следующий день ".

"У меня болит голова. Я знаю, что во всем, что ты только что сказал, есть серьезный изъян, но у меня от этого разболелась голова, так что я не могу думать об этом ".

"Не беспокойся об этом. Мы проверим Джорджа позже. Сначала мы попытаемся разобраться с Клариссой Прайс ".

Парковка возле Манхэттенского отдела по делам детей была шуткой. Двухуровневые проезды, которые город проложил вдоль улицы, были забиты автомобилями, которые выглядели так, как будто они не решались съехать за последние пять лет. Ева видела по меньшей мере троих с пробитыми шинами и еще одного с ветровым стеклом, настолько покрытым пылью и копотью, что потребовалась бы кирка, чтобы очистить его.

Она дважды припарковалась, подняла табличку "На дежурстве". И лениво размышляла, насколько сильно восстановится движение, прежде чем она снова выйдет.

Здание представляло собой приземистую двенадцатиэтажную коробку блочной конструкции, которая, несомненно, не получала должной доли городских средств на содержание с тех пор, как ее снесли после Городских войн.

Вестибюль, каким бы он ни был, был маленьким и переполненным и мог похвастаться древним справочником вручную.

"Шестой этаж". Она прошла прямо мимо осажденной секретарши в вестибюле и вошла в лифт. Вот и все, размышляла Ева, для укрепления безопасности.

И поскольку у нее был личный опыт работы со службами по уходу за детьми, она знала, что дети, которых засосало в систему, могут быть такими же опасными, как и взрослые, которые их туда поместили.

Она вышла на шестой и увидела, что кто-то пытался добавить иллюзию веселья в этой области. Под окном была секция с детскими креслами основных цветов и набором пластиковых игрушек. Напротив находились два игровых модуля, на которые в данный момент напала пара скучающих, угрюмых подростков в повстанческом черном.

Она увидела, как один из них поднял глаза и принял ее за полицейского, прежде чем его взгляд прошелся по форме Пибоди и отпустил их обоих.

Она подошла к нему, подождала, пока его ленивый взгляд снова встретится с ее. Затем она наклонилась. "Достань нож из своего ботинка, очень медленно, и отдай его мне, и я не привлеку тебя к ответственности за скрытое ношение".

Поскольку это было скрыто, и, по его мнению, очень хорошо, он только усмехнулся. "Отвали".

Рука Евы легла на рукоять под штаниной его брюк за секунду до того, как он сам. "Ты хочешь неприятностей со мной, я соглашусь. В противном случае, я просто возьму это и позволю тебе провести свой обязательный час, вешая лапшу на уши своему социальному работнику ".

Она выдернула нож из его ботинка, сунула его в свой. "Хороший клинок. Достойный баланс".

"Стоила мне семидесяти пяти".

"Тебя облили из шланга, приятель. Это не так уж хорошо ".

Она повернулась к нему спиной и подошла к молодому администратору с жизнерадостным лицом. Они всегда были молоды и с жизнерадостными лицами, потому что они редко продержались год, прежде чем сбежать, оставив за собой разбитый вдребезги идеализм.

"Мне нужно увидеть Клариссу Прайс". Ева положила свой значок на прилавок.

"Мисс Прайс на семейном сеансе. Она должна быть закончена через десять минут ".

"Мы подождем". Ева вернулась и намеренно опустилась на сиденье рядом с Мальчиком с ножом.

Ему потребовалось двадцать секунд притворного безразличия, чтобы сломаться. "Как ты заметил наклейку?"

"Это было бы красноречиво".

"Давай".

Она уже заметила синяки на его запястьях - свежие - и когда он пошевелился, увидела старые следы ожогов на его плече, лишь частично скрытые футболкой крутого парня.

Это была единственная вещь, которую ее отец не сделал с ней, подумала она. Ни ожогов, ни шрамов. Не хотелось бы снижать ценность товара.

"Когда ты создавал меня, ты отвел правую ногу назад, повернул лодыжку, чтобы проверить, находится ли лезвие под ней и надежно ли оно. Тебя поймают за ношение оружия, отправят в колонию для несовершеннолетних. Когда-нибудь был внутри?" То, как он пожал плечами, сказало ей, что это не так. Пока. "У меня есть. Какую бы сделку ты ни заключил, это лучше, чем быть внутри. Через пару лет они вышвырнут тебя из системы, и твоя жизнь будет принадлежать тебе. Ты идешь внутрь на этой стадии, они будут следить за тобой, пока тебе не исполнится двадцать один ".

Поскольку это было настолько близко к совету или лекции, насколько она намеревалась дать, она снова поднялась и вышла, чтобы найти торговый автомат.

К тому времени, как ей принесли плохой кофе, секретарша сказала ей, что у мисс Прайс есть пять минут свободных до следующего сеанса.

Это был маленький офис, но снова была предпринята попытка украсить его. Картины, явно созданные детьми, были вставлены в рамки и занимали две стены. Папки были аккуратно сложены на столе и стояли рядом с маленькой вазой со свежими маргаритками. За ними Кларисса выглядела такой же аккуратной и компетентной, как на фотографии в удостоверении личности.

"Мне жаль, что тебе пришлось ждать", - начала она. "Боюсь, Лорен не узнала твоего имени".

"Даллас, лейтенант Даллас".

"Мы не встречались на работе?"

"Нет, я из отдела по расследованию убийств".

"Отдел убийств. Я понимаю. О чем это? Один из моих детей?"

"Нет, не напрямую. Вы работали с несколькими несовершеннолетними, которые были связаны с торговцем игровыми площадками Луисом К. Когберном и предполагаемым педофилом Чедвиком Фицхью ".

"Я работал с несовершеннолетними, которых эксплуатировали эти люди".

"Пара ваших дел также пересекалась с другими известными или предполагаемыми случаями хищения детей. Но на данный момент нас интересует Когберн, Фицхью ".

"Которые мертвы", - решительно сказала Кларисса. "Сегодня утром я выслушал сообщение о 75-летии. Какая-то параорганизация берет на себя ответственность ".

"Террористическая организация", - поправила Ева. "Который также несет ответственность за смерть не связанного между собой гражданского лица и офицера полиции. Ты много смотришь на экран? Прости." Ева позволила своим губам изогнуться. "Просто личная дискуссия между моим помощником и мной о достоинствах сообщений СМИ и о том, чтобы быть в курсе текущих событий".

"Почти каждое утро у меня 75, и я обычно настраиваюсь, по крайней мере ненадолго, по вечерам". Она улыбнулась в ответ. "На чьей я стороне?"

"Ее". Ева мотнула головой в сторону Пибоди. "В любом случае, я главный следователь по этим вопросам, и я изучаю возможность связей между членами группы, известной как Искатели чистоты, и несовершеннолетними, которые, возможно, подверглись эксплуатации со стороны Когберна и / или Фитцхью, а также другими похитителями детей, целью которых могла быть эта группа. Поскольку имена этих несовершеннолетних запечатаны, и многие из тех, кто достиг совершеннолетия, просили, чтобы они оставались запечатанными, мне нужна ваша помощь ".

"Я не могу нарушить доверие этих детей и их семей, лейтенант, чтобы помочь вам в расследовании". Она подняла красивые руки без колец. "Для этих печатей есть причина. Эти дети пострадали, и пока у тебя есть твоя работа, у меня тоже есть моя. Моя задача - защитить этих детей и сделать все, что в моих силах, чтобы помочь им исцелиться ".

"Печати можно сломать, мисс Прайс. Это займет у меня время, но я могу получить приказ открыть файлы для этого расследования ".

"Я понимаю это". Кларисса снова подняла обе руки. "И когда у тебя будет это разрешение, я помогу тебе любым способом, который позволяет закон. Но я работаю с этими жертвами каждый день, и достаточно сложно завоевать доверие детей, которым взрослый уже причинил боль, завоевать доверие их семей, даже найти членов семьи, которым не все равно. Я не могу помочь тебе, пока мне не прикажут ".

"У вас когда-нибудь был личный контакт с Когберном или Фитцхью?"

"Профессиональный контакт. Я дал показания прокурору на обоих мужчин. То есть о психологическом ущербе, нанесенном несовершеннолетним из моего дела, которые имели с ними дело. Я никогда не разговаривал ни с одним из них, и я не буду притворяться, что сожалею, что их больше нет рядом, чтобы охотиться на других детей ".

"Мэри Эллен Джордж".

Лицо Клариссы замкнулось. "Она была оправдана".

"Должна ли она была быть?"

"Жюри из ее коллег так и подумало".

"У вас был личный контакт с ней?"

"Да. У меня была возможность посетить и изучить условия в ее детском саду, и я сотрудничал с полицией, которая в конечном итоге арестовала ее. Она была очень убедительна. Очень... по-матерински".

"Но она тебя не убедила".

"Эта работа требует определенного инстинкта, точно так же, как и ваша. Я знал, кем она была ". Холодное отвращение, граничащее с яростью, ожесточило черты Прайса. "Ты выигрываешь битвы и проигрываешь их. Проигрывать тяжело, но если ты не перейдешь к следующему в этой области, ты перегреешься. И сейчас я должен перейти к следующему. У меня еще один сеанс, и я уже опаздываю ".

"Я ценю потраченное время". Ева шагнула к двери. "Я получу это разрешение, мисс Прайс".

"Когда ты это сделаешь, я в твоем распоряжении".

Выйдя на улицу, Ева проигнорировала пробки, пробивающиеся вокруг ее автомобиля. Она не потрудилась отреагировать на гудки, проклятия, разнообразные непристойные жесты. Она просто забралась внутрь.

"Она действует по правилам", - начала Пибоди, когда Ева влилась в поток машин. "Но она будет полезна, как только ты получишь разрешение".

"В ее руках больше, чем запечатанные. Она знала, кто я такой, но притворилась, что не знает ".

"Откуда ты знаешь, что она знала, кем ты был?"

"Она регулярно смотрит "75". Ты регулярно смотришь "75", ты увидишь меня. Вы чертовски уверены, что видели меня этим утром - во время доклада, в котором она призналась, что смотрела, - когда я выступал один на один. Она сыграла слишком осторожно, не упомянув об этом ".

Ева повернула на запад, едва не задев бампер такси "Рэпид". "Кларисса Прайс возглавляет короткий список".

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Джейми изо всех сил старался вести себя круто. Все, чего он хотел в своей жизни, так неожиданно свалилось к нему на колени, что он испугался, что сделает что-нибудь, чтобы снова все испортить. Насколько Джейми был обеспокоен, электроника заставляла мир вращаться. Было только одно, чего он хотел больше, чем работать с ними. Это означало работать с ними в качестве полицейского.

Благодаря Рорку у него появился этот шанс. Вроде того. И о расследовании убийства, которое ставило в тупик первоклассного копа ult.

Лучше не стало.

Что ж, было бы лучше, если бы у него был значок и звание. Но техническая помощь эксперту-консультанту была воздушной пробкой в двери.

Он собирался заставить это считаться.

Он зациклился на работе с Фини, это точно. Дядя Финн был настоящим электронным полицейским, со всевозможными историями о дерьме, которое творилось до того, как появился EDD.

И Макнаб был полностью заморожен. Он наговорил много чепухи, но он знал свою иронию. Джейми считал себя настоящим героем теперь, когда его ранили на передовой. Здесь он был наполовину заморожен и продолжал работать.

Это то, что сделали копы.

Это то, что сделал Даллас. Ничто не остановило ее. Несмотря ни на что, она встала. Как у нее было для его дедушки и для Элис.

Ему все еще было больно думать о своей сестре. Он знал, что его мать никогда не сможет смириться с этим, не до конца. Может быть, ты не должен был.

Иногда, когда он оглядывался назад на все, что произошло прошлой осенью, это было похоже на сон. Особенно в ее конце. Весь этот дым и огонь в той ужасной комнате, куда этот ублюдок Альбан отвез Даллас после того, как накачал ее наркотиками.

Дым, огонь и кровь, и стерва Селина, лежащая мертвой на полу. Рорк и Албан дерутся, как дикие собаки, и Даллас кричит на него, чтобы он достал нож, достал нож, чтобы освободить ее от того места, где Албан привязал ее голой к какому-то алтарю.

Он разрезал путы, но чувствовал холод. Холод повсюду, несмотря на дым. И обнаженный, все еще не пришедший в себя от наркотиков, Даллас прыгнул прямо с плиты на спину Альбану.

Мечтательно, все это было так странно и мечтательно. Он видел, как кулак Рорка взлетел вверх, лишив Албана сознания. Он слышал приближающийся вой сирен, он слышал разговор Рорка и Даллас - не слова, просто звуки. Огонь потрескивает, дым обжигает.

И нож в его руке.

Она закричала, когда увидела, что он собирался сделать. Но было слишком поздно. Она не смогла бы остановить его. Он не смог бы остановить себя.

Ублюдок, убивший его семью, был мертв, и его горячая кровь была на руках Джейми.

Он не мог вспомнить, как на самом деле это делал. Не в тот момент, не в то мгновение, когда он вонзил клинок в сердце Альбана. Это было как какая-то временная вспышка, и он не мог вспомнить.

Но это случилось. Это не было сном. И Даллас сказал Фини, Пибоди и другим ворвавшимся полицейским, что Олбан был убит во время борьбы. Она выхватила у него ритуальный нож, оставила свои отпечатки на рукояти и солгала.

Потому что она тоже заступилась за него.

"Джейми. Оставайся сосредоточенным ".

Он моргнул, покраснел и ссутулил плечи по отрывистому приказу Рорка. "Да, конечно. Правильно".

Он работал над симуляцией вируса, его третьей с тех пор, как они начали.

"Эти симы не собираются генерировать достоверные данные без результатов диагностики одного из зараженных устройств".

"Так ты говорил, разными способами, уже шесть или восемь раз".

Джейми отвернулся от своего рабочего места. Позади него Рорк работал над конструкцией фильтра. Большую часть программирования он выполнял вручную, быстрыми щелчками пальцев. По оценке Джейми, любой электронщик, достойный своих фишек, должен был уметь работать как вручную, так и голосом и должен был знать, когда один метод подходит для работы лучше другого.

Рорк был ультрамагнитным электронщиком.

"Мне потребовалось бы максимум пять минут, чтобы провести диагностику", - продолжил Джейми.

"Нет".

"Дайте мне десять, и я смогу обнаружить и изолировать вирус".

"Нет".

"Без идентификации на..."

Он замолчал, когда Рорк поднял руку и закрыл ему рот.

Он завершил симуляцию, ввел результирующие данные, затем запустил следующую программу. Он включил его на авто, когда встал, чтобы достать тюбик Пепси из полноразмерного холодильника.

"Я возьму один из них", - сказал Рорк, не оборачиваясь.

Джейми вытащил вторую пробирку. В другом конце комнаты Фини и Макнаб работали над анализом фильтров. Джейми никогда не был в доме, который мог бы похвастаться собственной полностью оборудованной электронной лабораторией.

С другой стороны, он никогда не был ни в одном другом доме, подобном этому. То, чего в ней не было, не было изобретено.

Пол был выложен стальной серой плиткой. Стены были бледно-зеленого цвета и покрыты экранами. Свет исходил из небесных окон, их было с полдюжины, все затемненные, чтобы уменьшить яркий свет и высокую температуру, которые могли привести к разрушению оборудования.

И это оборудование было настолько передовым, что кромка еще даже не была обрезана. Там была целая дюжина центров обработки данных и связи, включая один из RX5000K, который, как он видел, тестировался в R и D. Релиз альбома не планировался в течение трех месяцев, может быть, шести. Там были три станции виртуальной реальности, сим-карта, голографическое устройство с возможностями d и c, а также навигатор глобального и межзвездного поиска и сканирования, который ему не терпелось заполучить в свои руки.

Он взглянул на свой собственный экран, проверил статус запуска сима, затем сел рядом с Рорком. Он просмотрел коды, набитые из конца в конец по экрану, подсчитал.

"Если вы отфильтруете звук, очистите все частоты, вы не получите идентификатор или источник".

"Ты что-то упустил. Посмотри еще раз ". Рорк продолжал работать, пока Джейми переставлял коды в его голове.

"Хорошо, хорошо, но если вы перевернете это уравнение, понимаете? И это повеление. Тогда..."

"Подожди". Глаза Рорка сузились, когда он читал свою собственную программу, обдумывал направление предложений Джейми.

Мальчик был хорошим.

"Так-то лучше. Да, это еще лучше ". Он внес коррективы и, помня о них, приступил к следующей серии команд.

"Рорк".

"Нет смысла спрашивать меня снова. Ответ по-прежнему отрицательный ".

"Просто послушай, хорошо? Ты всегда говоришь, что парень должен уметь подать свою подачу ".

"Нет ничего более раздражающего, чем когда в тебя бросают твои собственные слова". Но он остановился, откинулся на спинку стула и взял тюбик Пепси. "Тогда подавай".

"Хорошо. Без диагностики, с прямыми данными от одного из зараженных подразделений, мы слепы. Вы можете придумать фильтры, защитные экраны, но какими бы хорошими они ни были, вы не можете быть на сто процентов уверены, что они не позволят проникнуть вирусу. Если это вирус, о котором мы не узнаем без диагностики."

"Мы будем намного более уверены в безопасности оператора, как только установим защитные экраны. Если это подсознательное, что наиболее вероятно, использующее для заражения визуальное или звуковое сопровождение, я уже сталкивался с чем-то подобным раньше и создаю серию экранов, чтобы отфильтровать это ".

"Да, но сходство не на сто процентов. Так что ты все еще будешь играть на шансы ".

"Сынок, игра на шансы - это своего рода религия для меня".

Джейми ухмыльнулся, и поскольку от него не отмахивались, углубился в работу. "Ладно, шансы велики, учитывая время, которое было у детектива Хэллоуэя, когда у него впервые проявились симптомы, - и учитывая, как долго находились под наблюдением другие плохие парни, - чтобы попасть в опасную зону, требуется пара часов, может быть, больше. Логично, что у Хэллоуэя произошло извержение мозга быстрее, потому что у него было все это время одновременно. Прямое компьютерное время вместо включения и выключения, постановки задач, серфинга, чего угодно. И он был в подразделении, а не просто работал над этим ".

"И ты думаешь, я этого не учел?"

"Если у тебя есть, ты знаешь, что я прав".

"Возможно, ты прав. Вероятно, это слишком много, чтобы рисковать смертью ".

"Вы бы увеличили вероятность успеха, если бы использовали первый из готовых фильтров перед входом". Джейми пришлось бороться с желанием поерзать на своем стуле, потому что он знал, что делает успехи. "Время ведения журнала составило менее десяти минут. Проверил оператора, пока он включен, на предмет любых неврологических изменений. У вас здесь есть оборудование, которое можно приспособить для этого ".

И Рорк подумывал сделать именно это после того, как уберет с дороги мальчика и копов.

Но, возможно, был более простой метод для всего этого.

"Ты видишь, к чему я клоню с этим фильтром здесь?" он спросил Джейми.

"Да, я понял это".

"Заканчивай это", - приказал Рорк, затем встал, чтобы сделать свою подачу Фини.

***

Макнаб был полностью за это. Возможно, подумал Рорк, молодежи было легче играть со смертностью.

"Мы можем неделями делать симуляции, анализы, вероятности и не доводить это до конца", - настаивал Макнаб. "Ответы находятся в зараженных подразделениях, и единственный способ добраться до них - это добраться до них".

"Мы еще не отработали целый день". Фини знал, что ему предназначено быть голосом разума, но ему не терпелось ворваться в одно из зараженных подразделений. "Чем больше тестов и симуляций мы проведем, тем выше наши шансы".

"У меня будет фильтр - лучшее, на что, я думаю, мы можем надеяться в этих условиях, - готовый к подключению в течение часа". Рорк оглянулся на Джейми. "Сначала мы можем запустить симов с его помощью, забросать одно из подразделений вирусами и подсознанием и посмотреть, как это выдержит. В этот момент, я бы сказал, настанет время для просчитанного риска ".

Фини вытащил свой пакет с засахаренным миндалем. "Первичный на это не пойдет".

"Первичный, - сказал Рорк, хладнокровно отвергая любовь всей своей жизни, - это не электронный человек".

"Нет, она чертовски уверена, что нет. Никогда не мог заставить ее испытывать хоть какое-то уважение к технологиям. Завершаем фильтр, запускаем the sims. Если это выдержит, мы войдем ".

"Я буду оперировать", - быстро сказал Макнаб.

"Нет, ты этого не сделаешь".

"Капитан..."

"Ты уже проходишь частичную медицинскую. Результаты были бы искажены ". Это была чушь собачья, подумал Фини, но будь он проклят, если посадит Макнаба на горячее сиденье. Он не терял двух человек за два дня.

"Я должен это сделать". Джейми развернулся. "Это была моя идея".

Рорк едва удостоил его взглядом. "Поскольку мы оба должны отчитываться перед твоей матерью, я даже не признаю эту глупость".

"Я не понимаю, почему ..."

"Ты закончил это программирование, Джейми?" - Спросил Рорк.

"Нет, но..."

"Закончи это". Он повернулся обратно к Фини. "Я бы сказал, что это зависит от нас с тобой".

"Только я. Я - значок".

"Электронный человек есть электронный человек, со значком или без. Мы можем поспорить об этом, о том, что у тебя есть значок, о том, что мы используем здесь мое снаряжение. Но почему бы нам не решить этот вопрос, как ирландцы?"

Одновременно веселье и вызов осветили лицо Фини. "Ты хочешь драться, или ты хочешь выпить?"

Рорк рассмеялся. "Я думал о другом способе урегулирования ситуации. Азартные игры". Рорк вытащил монету из кармана. "Орел или решка?" он спросил. "Ты зовешь".

***

Ева считала шефа Тиббла хорошим полицейским, для костюма.

Он был жестким, он был честным, и у него был очень сильный датчик дерьма. Он играл в политику своей работы лучше, чем большинство, и, как правило, держал мэра и других городских чиновников подальше от рядовых.

Но когда убийство стало достоянием каждого жителя города - каждого избирателя в городе, когда средства массовой информации заработали на полную катушку, а один полицейский взял другого в заложники в центре, политики собирались нанести удар.

Заместитель мэра Дженна Франко была известна тем, что сильно качалась.

Ева раньше не имела с ней дела лично, но она видела ее в мэрии или на экране. У нее был твердый лоск женщины, которая знала, что важно выглядеть наилучшим образом, выполняя свою работу на арене, где голоса часто колебались из-за привлекательности кандидата.

Она была маленькой женщиной, которая компенсировала это шикарными трехдюймовыми каблуками. Она была женщиной с пышными формами, которая воспользовалась тем, что дала ей природа или ее скульптор по телу, создав элегантные костюмы смелых цветов. Сегодняшнее платье было ярко-красного цвета и сочеталось с массивным золотым ожерельем и серьгами, которые выглядели так, словно весили по пять фунтов каждая.

От одного взгляда на них у Евы начинали пульсировать мочки.

Она больше походила на какую-нибудь избалованную светскую матрону, направляющуюся на дамский обед, чем на заядлого политика. И противники, которые пришли к такому выводу, были обращены в прах.

Это было то, что Ева могла уважать.

Тот факт, что Пичтри послал ее вместо себя, говорил о том, что он также уважал ее.

С ней был Ли Чанг, представитель средств массовой информации. Он был невысоким, стройным, идеально ухоженным в сером костюме в тонкую полоску, с зачесанными назад прямыми черными волосами.

У него была азиатская кровь, оксфордское образование и способность жонглировать фактами с учетом целесообразности, пока это не звучало правдиво.

Он никогда не нравился Еве, и это чувство было полностью взаимным.

"Лейтенант, - начал Тиббл, - у нас проблема".

"Да, сэр".

"Во-первых, я так понимаю, детектив Макнаб восстанавливается после полученных травм у вас дома".

"Да, сэр. У нас есть врач, наблюдающий за ним ..." Хотя она не была уверена, как она объяснит Соммерсета, если на него надавят. "Мы чувствовали, что ему было бы комфортнее в знакомой обстановке, а не в больнице".

"И каково его состояние сегодня днем?"

"В это время не произошло никаких изменений".

"Я вижу". Тиббл остался сидеть за своим столом. "Вы будете информировать этот офис в этой области".

"Да, сэр".

"И статус вашего расследования".

"Я ищу возможные связи с жертвами, которые могут привести к установлению личности членов группы, называющей себя "Искатели чистоты". Капитан Фини и его электронная команда работают над созданием щита, чтобы зараженные устройства можно было исследовать и анализировать с разумной безопасностью. Медицинские и лабораторные тесты продолжают проводиться на жертвах в попытке установить природу и причину повреждения головного мозга, которое привело к их смерти ".

"Разумная безопасность". Дженна Франко подняла руку - не как человек, спрашивающий разрешения говорить, а как человек, привыкший быть услышанным. "Что именно это означает?"

"Я не электронщик, мисс Франко. Эта часть расследования в руках капитана Фини. Все усилия сосредоточены на разработке щита для максимальной безопасности оператора ".

"Лейтенант, мы не можем допустить, чтобы еще один сотрудник полиции Нью-Йорка взорвался и потенциально убил или ранил коллег-офицеров или гражданских . Я не могу вернуться к мэру или средствам массовой информации с термином "разумная безопасность "."

"Ср. Франко, полицейские выходят на смену каждое утро в условиях не более чем разумной безопасности ".

"Обычно они не обстреливают помещение своего отделения и не берут в заложники своего командира".

"Нет, мэм, и командир детектива Хэллоуэя отвечает за команду, которая работает со всей возможной скоростью, чтобы гарантировать, что это не повторится".

"Если можно". Руки Чанга оставались аккуратно сложенными; на его лице продолжало сохраняться теплое и приятное выражение. "Можно сказать, что полиция использует все ресурсы в этом расследовании, чтобы выявить источник предполагаемой электронной инфекции. Средства массовой информации, конечно, проконсультируются с электронными экспертами, чтобы помочь им сформулировать свои вопросы и вызвать дискуссию на экране. Мы, естественно, сделаем то же самое".

"И когда мы обсуждаем на экране", - жестко сказала Ева, "мы даем этой террористической группе именно то, что они хотят. Внимание, экранное время. Законность".

"Обсуждение, полемика и вопросы будут иметь место в любом случае", - сказал ей Чанг. "Важно, чтобы мы контролировали тон".

"Важно, чтобы Чистота была остановлена".

"Это, лейтенант, мы можем с радостью согласиться, ваша работа, не моя".

"Лейтенант". Уитни не повысил голос, но стальной командный тон в нем остановил любой комментарий, который собиралась сделать Ева. "Медиа-машина уже запущена. Мы поднимаемся на борт, или это погубит нас ".

"Понял, командир. Моя команда и я будем следовать директивам департамента по контактам со СМИ. Мы будем придерживаться официального заявления ".

"Этого будет недостаточно", - вставил Франко. "Вы высокопоставленный коп, лейтенант, расследующий громкое дело. Глава EDD и еще один член вашей команды были непосредственно вовлечены во вчерашний разгром в Central."

"Заместитель мэра Франко, мой лейтенант рисковала своей жизнью, чтобы разрядить эту ситуацию".

"Именно это я и хочу сказать, коммандер. И из-за ее ключевого участия, общественного интереса к ее личной и профессиональной жизни, нам нужно, чтобы она появлялась на экране как можно чаще ".

"Нет".

"Лейтенант".

Она заставила себя говорить спокойно, когда обернулась на голос Тиббла. "Нет, сэр, я не буду отнимать свое время и силы от расследования, чтобы играть роль рупора департамента. Я не буду играть никакой роли в оказании группе, ответственной за смерть сослуживца и возможный паралич другого, внимания, которого они добиваются. Сейчас я должен быть на поле боя, а не стоять здесь, обсуждая последствия термина "разумная безопасность " ".

"Вы использовали средства массовой информации, когда это было вам удобно, лейтенант Даллас".

"Да, сэр. И когда мне это удавалось, я делал это, используя свои собственные слова, а не извергая написанную по сценарию чушь. И моя личная жизнь именно такая и не имеет никакого отношения к этому расследованию ".

"Опытный гражданский консультант в вашей команде имеет большое отношение к вашей личной жизни. Лейтенант, - продолжил Тиббл, - я сочувствую вашей позиции и вашему желанию уединения. Но если мы не будем хорошо играть в эту игру, Чистота не только привлечет внимание СМИ, но и продолжит завоевывать поддержку. У мистера Чанга есть результаты опросов ".

"Опросы?" Ева не смогла скрыть яростного отвращения в своем голосе. "Мы проводили опросы?"

"Две службы средств массовой информации провели опросы, подготовленные до одиннадцати часов утра". Чанг достал из кармана записную книжку. "Мэрия провела свою собственную, для внутренних целей. Когда их спросили, считают ли они группу, известную как "Искатели чистоты", террористической организацией, пятьдесят восемь процентов респондентов ответили отрицательно. Когда их спросили, беспокоятся ли они о своей личной безопасности, сорок три процента ответили "да". Естественно, мы хотели бы, чтобы оба этих показателя уменьшились ".

"Ты меня поражаешь", - пробормотала Ева.

"Факты таковы", - сказал Тиббл. "Подавляющее большинство публики воспринимает эту группу именно так, как они хотят, чтобы их воспринимали. Дополнительные опросы практически не показывают сочувствия к Когберну и Фицхью, равно как и сожаления о том, как они умерли. Пытаться вызвать сочувствие к этим людям невозможно или политически неблагоразумно. Система - это то, что нужно защищать ".

"И у системы должно быть лицо", - добавил Чанг. "Это должно быть персонализировано".

"Это тонкая грань, лейтенант", - продолжил Тиббл. "Если эту группу публично осудят неправильным тоном, может возникнуть паника. Предприятия закрываются из-за страха перед использованием своей электроники. Люди, боящиеся включать свои центры обработки данных. Люди наводняют медицинские центры и пункты неотложной помощи, потому что у них болит голова или идет кровь из носа ".

"Нам нужно, чтобы люди и индустрия оставались спокойными и защищенными", - вставил Франко. "Важно, чтобы мы показали, что мы контролируем эту ситуацию".

"Чистота до сих пор не нацеливалась ни на кого, кроме определенного профиля", - начала Ева.

"Именно". Франко кивнул. "И это, лейтенант Даллас, ключевое послание, которое мэр, все мы, хотим послать. У семьи в лофте в центре города нет причин для тревоги. Кафе midtown может продолжать работать в обычном режиме. Программа Чистоты их не включает ".

"Пока".

Брови Франко приподнялись. "У вас есть основания полагать иначе?"

"У меня есть основания полагать, что линчевателям начинает нравиться их работа. Эта неконтролируемая сила извратит свои собственные планы. Это насилие, учитывая безнаказанность и одобрение, порождает еще больше ".

"Это хорошо", - сказал Чанг, снова доставая свой блокнот. "С поправками..."

"Не морочь мне голову, Чанг, или ты съешь эту книгу".

"Даллас". Уитни поднялся на ноги. "Мы все на одной стороне. Инструменты и методы могут различаться, но конечная цель одинакова для всех нас. Забудьте на мгновение об опросах и политике. Вы достаточно знаете о человеческой природе, чтобы понять, что без серьезной рекламы люди начнут видеть в этой группе героев. Они увидят преступников, хищников, которые проскользнули сквозь пальцы системы, наконец, встретившись с правосудием. Сегодня наши дети в безопасности, потому что кто-то занял твердую позицию ".

"Правосудие не прячется за анонимностью. Это не работает без правил поведения ".

"В двух словах, в этом суть. Пресс-конференция в шестнадцать тридцать, медиа-центр Централа. Будьте там в тысяча шестьсот, чтобы пройти инструктаж и подготовиться ".

"Да, сэр".

"У всех нас есть своя работа, лейтенант". Франко наклонился, поднял изящный кожаный портфель. "И некоторые из этих работ неприятны или раздражают. Но по сути, безопасность этого города касается всех нас ".

"Согласен, мэм. К счастью, мое беспокойство не зависит от опросов или голосов ".

Губы Франко изогнулись. "Мне говорили, что ты крутой. Хорошо. Я тоже, шеф Тиббл, коммандер Уитни." Она махнула Чангу, затем вышла в своих шикарных туфлях.

"Лейтенант". Тиббл оставался на своем властном посту за письменным столом. "Вам необходимо будет поработать с заместителем мэра Франко над этой ситуацией. Я ожидаю, что вы будете сотрудничать с ней и офисом мэра и окажете ей уважение, которого заслуживает офис. Это понятно?"

"Да, сэр".

"Потенциал кризиса здесь многоуровневый. Общественная безопасность, общественное доверие, финансовые и политические последствия. Все это должно быть рассмотрено. Ущерб городским доходам, индивидуальным предприятиям, личным доходам может быть серьезным, если туристический поток сократится из-за того, что люди боятся приезжать в город и пользоваться общественным центром обработки данных, если сотрудники отказываются выходить на работу или использовать свои домашние офисы. Если родители отказываются отправлять своих детей в школу или использовать варианты домашнего обучения из страха, что учебные заведения заражены. Средства массовой информации могут раскручивать подобные вещи на десять центов. И если вы считаете, что это область, которая вас не касается, я бы посоветовал вам спросить мнение вашего мужа ".

"Мнение моего мужа не влияет на то, как я выполняю свой долг, шеф Тиббл, и не влияет на направленность моих расследований".

"Любой женатый человек на планете или за ее пределами знает, что это утверждение - чушь собачья, лейтенант. На данном этапе вы не можете позволить себе роскошь игнорировать политику или средства массовой информации. Добро пожаловать в мой мир". Он откинулся назад, изучая ее тщательно опущенное лицо. "Иногда, Даллас, ты меня утомляешь".

Это приоткрыло маску достаточно, чтобы она моргнула ему, один раз. Медленно. "Я прошу прощения, сэр".

"Нет, ты не понимаешь". Он помахал ей рукой, затем провел ею по лицу. "Теперь, расскажите мне подробности вашего расследования, которые вы не хотели разглашать в присутствии Франко и Чанга".

Она начала вводить его в курс дела. Он прервал однажды. "Социальный работник и полицейский? Сколькими еще способами ты намереваешься усложнить мою жизнь?"

"Мне еще предстоит поговорить с детективом Дуайером, сэр, и у меня нет прямых доказательств, связывающих его с организацией. Но, поскольку я подозреваю, что гражданские родители несовершеннолетних, подвергшихся насилию, также могут быть вовлечены, я бы сказал, что уровень осложнений возрастет довольно высоко ".

"Это вытечет. Одно из ваших интервью попадет в СМИ. Нам понадобится контроль ущерба ".

"Шеф Тиббл ..." Когда запищал ее коммуникатор, у нее было достаточно самообладания, чтобы понять, что ее только что спас звонок. "С вашего разрешения, сэр?"

"Ответь на это".

"Даллас".

"Диспетчер, Даллас, лейтенант Ева, возможно, приоритетное убийство, 5151 Риверсайд драйв. Жертва идентифицирована как Мэри Эллен Джордж. Увидеть офицера в форме на месте происшествия".

"Подтверждена". Ее лицо снова было пустым, когда она снова посмотрела на Тиббла. "Все просто усложнилось или упростилось, в зависимости от вашей точки зрения".

Он вздохнул. "Иди".

Тиббл вскочил на ноги, когда она вышла. "Пятьдесят, что она использует это, чтобы сорвать пресс-конференцию".

"Я выгляжу как лох?" Уитни покачал головой. "Я прослежу, чтобы она была там. Так или иначе."

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Прошло много времени с тех пор, как Рорк провернул такую простую аферу, как подбрасывание монеты. Все, что для этого потребовалось, - это быстрые пальцы и немного неправильного направления.

Этот навык детства плавно вернулся к нему, когда Фини объявил "орел".

Рывок, легкое потирание большим пальцем по гравировке монеты, чтобы определить, какой конец тебе нужен, и решка шлепнулась на тыльную сторону его ладони.

Все было сделано быстро, и, если он сам так сказал, действительно очень хорошо. Фини, возможно, был раздражен и подозрителен к результатам, но сделка есть сделка.

Даже когда игра была исправлена.

"Мы могли бы сделать еще один или два прохода", - сказал Фини, когда все они стояли во временной лаборатории с Рорком, держащим фильтрующий диск. "Может быть, мы бы..."

"Не будь такой матерью", - мягко сказал Рорк.

"Моя жизнь не будет стоить мочи, что-то случится с тобой в мое дежурство".

"Ну а теперь, взбодрись. Если бы бросок пошел другим путем, я мог бы сказать то же самое. Она съела бы мои кости на завтрак ".

"Насчет того броска..." Фини не видел в этом ничего подозрительного, но с Рорком никогда нельзя быть уверенным. "Я предлагаю сделать это снова, но пусть Бакстер сделает сальто".

"Я мог бы расценить это как то, что ты называешь меня мошенником - хотя ты сам исследовал монету, сделал выбор орлов без подсказки. Но, учитывая, что между нами долгая и дружеская история, я просто приму это как беспокойство. Дело сделано, Фини, и ни один ирландец не проиграет Уэльсу на спор."

"Не втягивай меня в это". Бакстер надежно держал руки в карманах. "Что бы, черт возьми, ни случилось, Даллас будет взбешен. Так что давай сделаем это, пока она не начала надрывать нам яйца ".

"Мы пройдем диагностику, мы сохраним наши яйца". Джейми был на небесах. Они не только собирались сделать что-то сверх охлажденного, но и он стоял рядом и нес чушь с копами. "Зараженный объект - это улитка, и программа фильтрации сложная. Загрузка щита займет девяносто три секунды ", - сказал он Рорку. "Если вы запустите диагностику во время загрузки, вы бы ..."

"Джейми, у тебя сложилось впечатление, что это, так сказать, мой первый день на работе?"

"Нет, но пока выполняется диагностика, вы хотите загрузить результаты на ..."

"Уходи".

"Да, но..."

"Джейми, парень". Фини положил руку ему на плечо. "Мы будем наблюдать извне. Вы можете приставать к человеку оттуда. Десять минут, - сказал Фини Рорку. "Ни секундой больше".

"Я буду управлять временной последовательностью".

"Нет, десять минут, ни секундой больше". Его челюсть стала твердой как камень. "Я хочу, чтобы ты сказал об этом".

"Хорошо. Она у тебя есть ".

Настолько удовлетворенный, насколько это было возможно, Фини кивнул. "Если мы увидим что-нибудь тревожное в медицинских показаниях, вы отключите это".

"Если ты думаешь, что я готов к тому, чтобы мои мозги вывалились из ушей, позволь мне тебя успокоить". Затем он сверкнул усмешкой. "Но если такое случится, я буду иметь удовлетворение от осознания того, что Ева отправит многих из вас в ад прямо за мной".

"Она будет снисходительна ко мне". Макнаб изобразил улыбку. "Я инвалид".

"Не рассчитывай на это. Теперь, если бы вы все вышли, мы могли бы покончить с этим до того, как мы все состаримся и поседеем ".

"Ты будешь ждать, пока я не дам тебе добро. Сначала я хочу проверить твою медицинскую карту ". Фини остановился в дверях, оглянулся. "Убитый".

"Ты можешь повторить это еще раз, совсем скоро, за парой гиннессов".

Когда они вышли, Рорк открыл дверные замки. Он не хотел, чтобы его сообщники запаниковали и снова ворвались к нему. Оставшись один, он расстегнул рубашку, затем прикрепил датчики, которые будут следить за ним.

Ты сошел с ума, не так ли?он думал.Не просто работать на копов, что само по себе плохо, но и рисковать ради них своими чертовыми мозгами.

Жизнь была чертовски странной штукой.

Он не потерял бы свои мозги или свою жизнь, как лабораторная крыса, если бы до этого дошло.

Он сел лицом к машине Когберна и пошарил под рабочим столом, позволив своим пальцам слегка поиграться с оружием, которое он там закрепил.

Он выбрал девятимиллиметровую полуавтоматическую "Беретту" из своей коллекции. Это был его первый пистолет, приобретенный в возрасте девятнадцати лет у человека, который целился ему в голову. Запрещенное оружие, конечно, даже тогда. Но контрабандисты не были так разборчивы в таких вещах.

Ему казалось, что, если что-то пойдет не так, это будет поистине ироничный цикл, если он завершит все это, покончив с собой тем самым оружием, с которого началась его коллекция и которое помогло ему на пути к богатству.

Он не ожидал, что что-то пойдет не так. Они приняли все возможные меры предосторожности, и те, кто их принял, были одними из лучших электронных людей - и парней - из имеющихся. Но шанс всегда был, каким бы ничтожным он ни был.

Если дело дойдет до драки, он сам решит свою судьбу.

Затем он убрал руку с холодной стали и выбросил это из головы.

"Собираюсь проверить твои жизненные показатели".

Рорк взглянул на настенный экран, кивнул Фини. "Прекрасно. Вырежьте звук, когда закончите. Я не хочу, чтобы все вы ворчали на меня, когда я работаю ".

Он сунул руку в карман, потер маленькую серую пуговицу между пальцами на удачу. Ради любви. Оно отвалилось от пиджака того самого нелестного костюма, который был на Еве, когда он увидел ее в первый раз.

"Ты готов идти", - сказал ему Фини.

"Тогда загружаемся. Заведи часы".

***

Мэри Эллен Джордж, благодаря гонорарам за книгу, которую она написала о своем аресте, суде и оправдании, а также гонорарам за выступления, которыми она распоряжалась, жила очень комфортной жизнью в своей квартире в Вест-Сайде.

Она тоже умерла там, но это не было комфортно.

В отличие от Когберна и Фицхью, признаки ее болезни не были ни жестокими, ни разрушительными. Было очевидно, что она уложила себя в постель, в течение нескольких дней пичкала себя безрецептурными лекарствами - затем сильнодействующими уличными аналогами, - в течение которых она блокировала звонки по "линку" и отказывалась открывать дверь.

Она взяла с собой в постель ноутбук, по сути, уничтожив себя, подумала Ева, пытаясь исцелиться.

Одним из ее последних действий было истеричное сообщение бывшему любовнику, в котором она умоляла его о помощи, рыдая из-за криков в своей голове.

Ее последним поступком было сделать из шелковых простыней петлю и повеситься.

На ней была только белая ночная рубашка, непристойно испачканная. Ее волосы были спутаны, ногти обкусаны ниже пупка. На прикроватном столике валялись салфетки и мочалки, испачканные кровью.

Пытаясь остановить кровотечение из носа, заключила Ева и взяла пузырек с лекарством запечатанными пальцами. Пытаюсь лечить мозг, который вот-вот взорвется, десятидолларовыми блокаторами.

Ноутбук все еще лежал на кровати, его четкое сообщение заполнило экран.

ДОСТИГНУТА АБСОЛЮТНАЯ ЧИСТОТА

"Запишите этот снимок, Пибоди. Жертва: Джордж, Мэри Эллен, женщина, белая, возраст сорок два. Тело обнаружено в квартире жертвы в тысяча четырнадцать ноль шестнадцать минут управляющим зданием, офицером Деброй Банкер и Хиппелем, Джеем, который установил девять-одиннадцать."

"Запись места происшествия и тела завершена, лейтенант".

"Ладно, Пибоди, давай уложим ее".

Это была отвратительная работа. Никто из них не произнес ни слова, пока они боролись с самодельной петлей, пока взваливали на плечи мертвый груз и опускали его на кровать.

"Визуальное свидетельство крови в ушах жертвы, в носовых проходах. Признаки прорезывания кровеносных сосудов в глазах. Никаких видимых травм головы или лица. На теле нет видимых ран, кроме кровоподтеков на шее, что соответствует удушению через повешение ".

Она открыла свой полевой набор, достала датчик. "Время смерти установлено в четырнадцать десять".

Ева потянулась, выключила ноутбук. "Упакуйте это, внесите в журнал и отправьте в мой домашний офис".

Затем она отступила назад и окинула спальню долгим, внимательным взглядом. "Она не демонстрировала такого же уровня насилия, как другие жертвы. Вы можете видеть, что она проводила большую часть своего времени здесь, глотая блокаторы и транквилизаторы, пытаясь отоспаться от боли. Она стала немного неряшливой, немного небрежно относилась к ведению домашнего хозяйства и внешнему виду, но она не бегала повсюду, ломая мебель ".

"Люди по-разному переносят боль", - сказала Пибоди, укладывая ноутбук в сумку. "Как ты. Ты притворяешься, что ее там нет. Как будто это личное оскорбление, и ты собираешься проигнорировать его, чтобы оно прошло. Что касается меня, то я сразу перехожу к холистическим вещам. Воспитание в раннем детстве. Но если это не сработает, лучше жить через химию. И парни, такие как мои братья и мой отец, они ноют. Парень заболевает, он возвращается в детство. Которая включает в себя вспышки гнева ".

"Это интересно, Пибоди".

"Ну, ты знаешь. Тестостерон".

"Да, я знаю. В этих случаях двое мужчин - трое, считая Хэллоуэя, - пытались победить боль и любого, кто вставал на пути. И женщина пыталась подавить это традиционными методами. Все потерпели неудачу, все умерли. И вот что еще все сделали. Зарыта в землю".

"Зарылись, сэр?"

"Отсиживался. Забрался в их гнездо, или самое близкое к нему. Когберн был заперт в своей квартире. Может быть, если бы не появился его сосед, который колотил в дверь, кричал, проклинал его, он оставался бы там до самой смерти или пока не покончил с собой ".

Она изучила грязную, самодельную петлю. "Покончи с болью. Бьюсь об заклад, это запрограммировано в вирусе. Фитцхью, отсиживающийся, покончивший с собой. Хэллоуэй, единственный, кто не был мишенью, единственный, кого разоблачили за пределами его собственного дома, проник в кабинет Фини. Если бы мы не отвлекли его, я думаю, он бы прикончил Фини, а затем переключил поток на себя ".

"Когберн и Хэллоуэй". Пибоди кивнула, следуя за точками. "Они были единственными, кто контактировал с кем-либо на последних стадиях заражения. Если бы они не..."

"Они бы просто отказались, как Мэри Эллен Джордж? Замыкается в себе, блокирует свои поступления, игнорирует любого, кто подходит к двери. Заканчивается ".

"Уязвленный животный инстинкт? Закапывание", - спросила Пибоди.

"Человеческая природа. Это логично. И это имеет смысл для Чистоты. Они не хотят уничтожать невинных, только тех, кого они признали виновными. Они ищут минимальные негативные последствия. Они хотят общественной поддержки своего дела. Даже с учетом случайных жертв, они начинают это понимать ".

"Они не сохранят это. Нет, Даллас, они этого не сделают. Я не собираюсь верить, что большинство людей действительно хотят чего-то подобного ". Она указала на тело.

"У нас были законные казни за что, более двухсот лет в великих старых Соединенных Штатах А.", - напомнила ей Ева. "Незаконные преступления продолжаются с тех пор, как Каин избил Авеля. Под лоском, Пибоди, мы все еще примитивный вид. Насильственной".

Она подумала о Рорке. И вздохнул. "Передайте ее МНЕ. Откройте сцену уборщикам. Я буду говорить с Хиппелем ".

Она включила свой собственный магнитофон, когда вошла в небольшое, уютное офисное помещение рядом с жилой зоной. Офицер Бейкер стоял на посту, в то время как молодой чернокожий мужчина мускулистого телосложения сидел, опустив голову и свесив руки между колен.

Ева указала большим пальцем на дверной проем, и Бейкер вышел.

"Мистер Хиппель?"

Он поднял голову. Только что его кожа была цвета насыщенного шоколада, слегка окрашенного зеленью тошноты.

"Я никогда не видел... Я никогда... Это первое..."

"Хотите немного воды, мистер Хиппель?"

"Нет, я... Офицер принес мне стакан. Мои внутренности слишком расшатаны, чтобы пить ".

"Мне нужно задать тебе несколько вопросов. Я лейтенант Даллас."

"Да. Я видел, как ты на экране заключал сделку с Надин Ферст ". Он попытался заставить свои губы изогнуться, но они только дрожали. "Она горячая. Я всегда стараюсь уловить ее фрагменты ".

"Она будет взволнована, услышав это". Ева села на маленький ворсистый стул. "Мисс Джордж связалась с вами".

"Да. Я не получал от нее известий уже пару недель. Мы все порвали. Взаимно, - быстро сказал он. "Мы не ссорились или что-то в этом роде. Просто пришло время двигаться дальше, вот и все. Ладно, может быть, она была немного взвинчена. Может быть, я хотел двигаться дальше больше, чем она, но мы не ссорились. Ладно, может быть, мы поссорились."

Он задыхался от собственной вины, выплевывал информацию, пока Ева сидела молча, и позволял ему прогонять ее. "Может быть, мы немного поорали друг на друга. Господи, Господи, она сделала это не потому, что я ее бросил, не так ли?"

"Когда произошел выброс, Джей?"

"Может быть, две недели назад. Это надвигалось. Я имею в виду, эй, она симпатичная, сексуальная леди и все такое. И денег тоже много. Но мне двадцать четыре, а ей нет. Парню время от времени нужен кусочек-другой его возраста, верно? Только естественная. А Мэри Эллен, она становилась немного территориальной. Обжимаешь мой стиль, понял меня?"

"Да. Когда ты видел ее в последний раз, ты заметил в ней что-нибудь необычное?"

"Другой? Нет. Все та же старая Мэри Эллен ".

"Она не жаловалась на головные боли или дискомфорт".

"Она чувствовала себя прекрасно. Мы пошли в клуб, немного посмеялись, сняли уединенную комнату и трахнулись. Вернулся пропустить пару стаканчиков, и она видит, как я выбираю какие-то юбки, и распаляется. Итак, у нас был своего рода спор, и мы прекратили его ".

"А сегодня, когда она связалась с тобой?"

"Она выглядела плохо. Человек. Из носа шла кровь, ее глаза все красные. Она плачет и вопит. Я не знал, какого черта ".

"Что она тебе сказала?"

"Сказала, что я должен был ей помочь. "Кто-то должен мне помочь". Сказала, что больше не может этого выносить. "Они кричат в моей голове", - вот что она сказала. Я пытался успокоить ее, но я даже не думаю, что она услышала меня. Мне показалось, она сказала: "Они убивают меня". Но она так сильно плакала, что я не уверен. Я подумал, что кто-то, должно быть, причиняет ей боль, вся эта кровь у нее на лице. Поэтому я вызвал скорую помощь и притащил сюда свою задницу. Я работаю прямо за углом, в кафе "Риверсайд". Как я встретил ее. Я добрался сюда прямо перед полицейским, и я пытаюсь заставить их позволить мне подняться . Потом пришел полицейский, и мы поднялись, зашли внутрь. Там была она".

Он снова опустил голову, на этот раз до упора между колен.

***

Закончив осмотр места преступления, она заскочила в морг. Моррис уже удалил мозг Мэри Эллен Джордж.

Даже для опытного копа из отдела убийств вид этой мясистой массы серого вещества на стерильных весах был немного отталкивающим.

"Определенно расширила ее кругозор", - сказал Моррис. "Но не похоже, что ей это удалось, читая великие произведения литературы или исследуя другие культуры".

"Хар-де-хар. Скажи мне, что ты вычленил причину ".

"Я могу сказать тебе вот что. Предварительное сканирование показывает здоровую сорокадвухлетнюю женщину. Однажды сломала левую большеберцовую кость, прекрасно зажила. У нее были небольшие изменения в лице и теле. Отличная работа со всех сторон. Нужно дождаться результатов токсикологического анализа, чтобы сказать вам, считала ли она свое тело храмом или верила в химические усовершенствования ".

"Ее тело меня сейчас не сильно беспокоит. Расскажи мне о ее мозге".

"Массивный отек, который привел бы к смерти в течение нескольких часов. Необратимо, на мой взгляд, после первоначального распространения инфекции, что подтверждено на других мозгах, о которых идет речь, неврологом, которого я привел. В мозге нет посторонних веществ, нет опухоли, нет химического или органического стимулятора. Инфекция, за неимением лучшего слова, остается неопознанной ".

"Ты не делаешь мой день здесь, Моррис".

Он слегка подтолкнул ее пальцем, сполоснул руки, затем вывел изображение на монитор. "Здесь у вас компьютеризированное поперечное сечение мозга нормального, здорового пятидесятилетнего мужчины. Вот." Он нажал на клавишу. "У тебя есть Когберновская".

"Христос".

"Одним словом. Вы можете видеть увеличившуюся массу, синяки там, где она была сдавлена, когда давление возросло. Красные области указывают на инфекцию ".

"Это распространилось, сколько, более чем на пятьдесят процентов?"

"Пятьдесятвосемь. Обратите внимание, что некоторые красные оттенки темнее других. Старая инфекция. Похоже, это та область, где все началось. Это наводит нас на мысль, что это была первоначальная оптическая атака, и здесь... аудио."

"Итак, это вызвано чем-то, что он видел, чем-то, что он слышал".

"Возможно, он не был способен слышать или видеть это - не ушами и глазами. Но бомбардировка этих двух чувств в доли мозга, которые ими управляют ".

"Значит, подсознательно".

"Возможно. Я могу сказать вам, что то, что мы обнаружили на данный момент, указывает на то, что инфекция может распространяться и распространяется быстро, вызывая увеличение опухоли, сектор за сектором. Является ли это самогенерацией или требует дополнительных стимулов, мы не определили. Я могу сказать вам, что боль и страдание, которые вызвал бы этот процесс, невыразимы ".

"Последние опросы показывают, что большинство людей не думают, что это так уж плохо".

"Большинство людей, по крайней мере в академическом плане, варвары". Моррис улыбнулся, когда она посмотрела на него. "Легко сказать "Отрубить им головы", когда тебе не нужно стоять в крови и смотреть, как эта голова катится у тебя под ногами. Немного этого брызжет на них, и они начинают звать полицейского ".

"Я не знаю, Моррис, иногда это попадает на достаточное количество из них, и они получают хороший вкус, они превращаются в толпу". Она вытащила свой коммуникатор, когда он запищал.

"Даллас".

"Лейтенант, вы должны быть в медиа-центре через тридцать минут".

"Коммандер, я в морге со судебно-медицинским экспертом, ожидающим дальнейших анализов мозга Мэри Эллен Джордж. Мне нужно закончить эту консультацию и обновить свою команду. Я прошу, чтобы..."

"Отказано. Через тридцать, Даллас. Попросите вашего помощника как можно скорее передать ваш отчет об инциденте и любые дополнительные данные в мой офис. Это нужно будет пересмотреть и распространить в средствах массовой информации ".

Когда Уитни прервала передачу, Моррис слегка похлопал ее по спине. "Я знаю, я знаю. Отстой на стороне".

"Они натравили на меня заместителя мэра и Чанга".

"Я бы не удивился, если бы Франко и Чанг подумали, что тебя натравили на них. А теперь беги и убеди зрителей, что город в твоих руках в безопасности ".

"Если бы ты мне не был нужен, я бы испытал искушение избить тебя за это".

***

Она страдала во время брифинга перед совещанием, прочитала недавно подготовленные заявления, отложила в сторону то, что, как ей сказали, можно обсуждать, а то, что, как ей сказали, нельзя. Но она оскалила зубы, когда Франко предложил ей освежиться перед камерами и попробовать немного подкрасить губы.

"Тот факт, что у меня есть грудь, не требует, чтобы я прибегала к усовершенствованиям".

Франко вздохнула и махнула своим маячащим помощникам выйти из комнаты. "Лейтенант. Я не имел в виду это как оскорбление. Мы женщины, и какое бы положение власти мы ни занимали, мы остаемся женщинами. Некоторым из нас это нравится больше, чем другим ".

"Мне совершенно комфортно быть женщиной. Я сделаю то, что мне прикажут, заместитель мэра. Мне не обязательно это должно нравиться. Я даже не обязан с этим соглашаться. Я просто должен это сделать. Но я чертовски уверен, что мне не нужно наряжаться, потому что вы предпочли бы другой образ полицейского на экране, чем тот, который я мог бы представить ".

"Согласен, согласен, согласен". Франко всплеснула руками. "Я приношу извинения за оскорбительное предположение, что вы могли бы немного подкрасить рот. Я не думаю о краске для губ как об инструменте сатаны ".

"Я тоже. В основном мне просто не нравится, как это выглядит на мне, или какой у этого вкус".

Франко испустил еще один вздох, сел. "Послушайте, это была тяжелая пара дней для всех нас. Вероятно, станет грубее. Мэр хочет, чтобы я работал с вами, ваш босс хочет, чтобы вы работали со мной. Мы застряли здесь. Я не хочу спорить с тобой из-за каждого шага и детали ".

"Тогда отстань".

"Иисус. Позволь мне сказать это. Мы с тобой обе женщины с сильным чувством общественного долга. Мы привержены выполнению нашей работы, хотя мы можем использовать совершенно разные методы и придерживаться разных взглядов. Я люблю Нью-Йорк, лейтенант. Я искренне люблю этот город, и я горжусь тем, что служу ему ".

"Я не сомневаюсь в этом, мэм".

"Дженна. Мы работаем вместе, зовите меня Дженной. Я буду звать тебя Евой".

"Нет. Но ты можешь называть меня Даллас ".

"Ах, и вот она, одна из наших ключевых вариаций. Вы отстаиваете свою линию, как женщина, используя более традиционно мужские методы. Я храню свое с женщиной. Мне нравится использовать свою внешность, свою женственность в своих целях. У меня это работает, это помогло мне достичь того, что я есть, представить привлекательную упаковку вместо мозгов, амбиций, пота. Точно так же, как ваш метод сработал для вас. Я не доверяю таким женщинам, как ты. Ты не доверяешь таким женщинам, как я ".

"Я вообще не доверяю политикам".

Франко наклонила голову. "Если ты думаешь оскорбить меня настолько, что я вышвырну тебя с этой пресс-конференции, позволь мне сказать тебе, что в игре с оскорблениями копы - любители по сравнению с политиками".

Она проверила свой тонкий золотой браслет на запястье. "Мы должны. По крайней мере, расчеши волосы".

Старательно сохраняя бесстрастное выражение лица, Ева дважды провела пальцами по волосам. "Вот и все".

Франко остановилась, держа руку на дверной ручке, оглядела Еву с ног до головы. "Как, во имя всего святого, тебе удалось прикончить такого человека, как Рорк?"

Очень медленно Ева поднялась на ноги. "Если ты думаешь оскорбить меня настолько, чтобы я ткнул тебя кулаком в лицо и отстраниться от этого расследования, чтобы ты мог создать в СМИ более привлекательный образ главного, я скажу тебе, что, хотя это очень заманчиво, я собираюсь довести это дело до конца. Я собираюсь закрыть это. После этого все ставки отменяются ".

"Тогда мы понимаем друг друга. Каковы бы ни были наши личные чувства, мы считаем это дело закрытым ".

Франко вышла и была немедленно проглочена ее сворой помощников.

"Лейтенант! Лейтенант!" Чанг потрусил за Евой, торопясь догнать ее длинными, сердитыми шагами. "У меня есть твое расписание выступлений в СМИ на завтра".

"О чем, черт возьми, ты говоришь?"

"Твое расписание". Он протянул ей диск. "Вы начнете в семичасовой час планеты с двухминутного интервью с К. С. Стюарт. Это глобальное мероприятие с самыми высокими рейтингами. В десять мы организовали прямую трансляцию из вашего офиса в Central с командой из City Beat. Опять же, это самый высокий рейтинг - "

"Чанг, я должен объяснить тебе, где окажется этот диск, если ты продолжишь со мной разговаривать?"

Его рот вытянулся, затем поджался. "Это моя работа, лейтенант, и я очень усердно работал, чтобы организовать эти выступления, чтобы сохранить повестку дня полиции Нью-Йорка и офиса мэра в центре внимания этого медиа-блица. Последние опросы - "

"Последние опросы закончатся там же, где и этот диск, если ты не уберешься с глаз моих долой". Верхом на ярости она разломила диск пополам, затем развернулась и бросилась прямо к командиру.

"Тебе нужен либо коп, либо зазывала из СМИ. Я не буду и тем, и другим. Если, по вашему мнению, восприятие СМИ важнее моего расследования, то при всем уважении, сэр, вы полны дерьма ".

Он поймал ее за руку, прежде чем она смогла отвернуться. "Одну минуту, лейтенант".

"Вы можете написать обо мне, вы можете понизить мой ранг, но я не буду тратить часы, которые я должен быть на местах, выполняя свою работу в качестве какой-то говорящей головы на экране, чтобы офис мэра получал лучшие цифры ".

"Пока вы находитесь под моим командованием, лейтенант, вы не будете указывать мне, что вы будете или не будете делать".

Позади нее Чанг ухмыльнулся. Затем, тщательно скрыв свое лицо, он протянул копию сломанного диска. "Коммандер Уитни, поскольку лейтенант Даллас повредила свою копию, я предпочту ознакомить вас с расписанием ее выступлений в СМИ на завтра".

"Какой график работы СМИ?"

"У нас забронировано несколько важных сегментов, включая выступления на Planet, City Beat, Del Vincent и The Evening Report. Мы ждем подтверждения по "Преступлению и наказанию" и ответим ".

"Вы назначили моему лейтенанту не менее четырех выступлений в средствах массовой информации?"

Чанг кивнул. "Мы очень довольны графиком, но его можно улучшить. Мы организуем спутниковое интервью из колонии Дельта. Там очень высокие рейтинги по криминальным сегментам ".

"Вам известно, мистер Чанг, что лейтенант Даллас является главным ответственным за приоритетное расследование убийства?"

"Да, вот почему..."

"Вам также известно, что стандартная процедура требует, чтобы ваш офис согласовал любые подобные требования, подобные этому графику работы СМИ, с моим офисом, прежде чем подтверждать выступления?"

"Я полагал, что это было ясно разъяснено на сегодняшнем дневном собрании. Мэр..."

"На сегодняшнем утреннем совещании было ясно сказано, что лейтенант Даллас примет участие в этой пресс-конференции и что по моему указанию она будет доступна для комментариев средствам массовой информации. Это расписание не было и не будет одобрено мной. Я не собираюсь тратить драгоценное время моего лейтенанта на потворство СМИ ".

"Офис мэра..."

"Можешь связаться со мной", - перебила Уитни. "Больше не смей отдавать приказы одному из моих копов, Чанг. Ты превышаешь свои полномочия. Теперь отойди. Мне нужно поговорить с моим лейтенантом ".

"Пресс-конференция..."

"Я сказал, отвали". Вспышка из глаз Уитни могла прожечь камень. Ева услышала, как Чанг отползает назад.

"Командир..."

Он поднял руку. "Вы подошли опасно близко к тому, чтобы вас обвинили в неподчинении, лейтенант. Я ожидаю от тебя лучшего контроля, и у меня редко возникала необходимость напоминать тебе об этом ".

"Да, сэр".

"Более того, я считаю себя оскорбленным как на личном, так и на профессиональном уровне тем, что вы предположили, что у меня был или будет одобрен идиотский график, который отвлекает вас от приоритета".

"Я приношу извинения, коммандер, и могу предложить лишь слабое оправдание, что любой контакт с Ли Чангом приводит к моему временному помешательству".

"Понял". Уитни повертел диск в руке. "Меня удивляет, Даллас, что ты не запихнул это ему в глотку".

"На самом деле, сэр, я имел в виду другое отверстие".

Его губы слегка изогнулись. Затем он разломил диск надвое, точно так же, как это сделала она.

"Благодарю вас, командир".

"Давай покончим с этим чертовым цирком, чтобы мы оба могли вернуться к работе".

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Она прошла через это, повторяя припев департамента. В результате подавления собственного мнения, игнорирования собственных инстинктов, она тушилась в собственном кипящем соку всю дорогу домой.

"Даллас". Они были почти у ворот, когда Пибоди осмелилась заговорить. Таким образом, если бы Ева выбросила свое тело из машины, ей не пришлось бы далеко идти пешком. "Не отрывай мне голову, хорошо? Ты сделал то, что должен был сделать ".

"Что я должен сделать, так это расследовать это дело и закрыть его".

"Да, но иногда служить обществу сложно. Есть много людей, которым сегодня ночью будет спокойнее спать, потому что они слышали, что их домашнее подразделение не поджарит им мозги, если они сядут и приведут в порядок свои финансовые показатели или отправят какую-нибудь электронную почту. Если их ребенок сделает свой школьный отчет. Это важно".

"Я скажу тебе, что я думаю". Ева направилась к воротам, не снижая скорости, так что сердце Пибоди рядом с ней быстро подпрыгнуло к горлу. "Я думаю, люди не всегда должны верить тому, что они слышат".

"Сэр. Я не уверен, что понимаю тебя ".

"Возможно, тому, кто управляет коммутатором, не нравится, как мистер Смит с его хорошенькой женой, очаровательной маленькой девочкой и маленьким домашним любимцем живет своей жизнью. Может быть, он решает, что мистеру Смиту не следует бродить по порносайтам, или заезжать в стрип-клуб после тяжелого дня, когда он торгует мебелью, или время от времени трахаться на Зонере со своей хорошенькой женой. Мистер Смит не следует всем правилам так хорошо, как следовало бы. Время показать пример мистеру Смиту, чтобы другие, подобные ему, поняли программу ".

"Но они охотятся на известных хищников. Я не говорю, что это правильно. Я не говорю этого, Даллас, потому что это не так. Но это действительно большой скачок - перейти от торговцев со школьного двора и педофилов к какому-то парню, который развлекается в субботу вечером ".

"Так ли это?" Ева остановила машину у подножия крыльца. "Закон игнорирует мистера Смита. Это не наказало его, точно так же, как не наказывало других. Чистота наказала их, и многие люди подумали: эй, это неплохая идея. Копы не справились с работой, настолько хорошо, что это сделал кто-то другой. Никто и не думает, хм, что Мэри Эллен Джордж была оправдана. Может быть, она была невиновна ".

"Она не была, так что..."

"Нет, она не была, но следующая могла быть. Тот, что после этого. Нелегко смотреть, как кто-то уходит, но это, черт возьми, намного легче, чем знать, что невиновный этого не сделал. Эти люди решают, кто виновен. С какими критериями, какой системой, каким авторитетом? Их собственная. Они продвигаются, Пибоди, и общественное мнение движется вместе с ними. Давайте посмотрим, насколько счастливы люди, когда это начинает приходить в их дома, в их жизни ".

"Ты действительно думаешь, что это произойдет?"

"Чертовски верно, это произойдет, если мы их не остановим. Это произойдет, потому что они на задании, а нет ничего опаснее, чем кто-то на задании ".

Она должна знать, подумала Ева, выскакивая из машины. Она была на одном из них с тех пор, как получила значок.

Когда она вошла, это был один из редких случаев, когда она не была раздражена, увидев Соммерсета, притаившегося в фойе.

"Лейтенант, я хотел бы иметь некоторое представление о том, сколько ваших гостей останется на ночь".

"Они не гости. Они копы и ребенок. Выше голову, Пибоди, мне здесь нужно кое-что сделать ".

"Да, сэр". И предполагая, что что-то должно было устроить ее обычную ссору с Соммерсетом, Пибоди бросилась наверх, чтобы проверить Макнаба.

"Дай мне статус по Макнабу, и передай это по-английски", - потребовала Ева.

"Нет никаких изменений".

"Этого недостаточно. Разве ты не должен что-то делать?"

"Нервы и мышцы не реагируют на раздражители".

"Возможно, нам следовало оставить его в больнице". Она мерила шагами фойе. "Может быть, нам не следовало приводить его сюда".

"Простая истина в том, что там они могли бы сделать для него немногим больше того, что можно сделать здесь в течение первых двадцати четырех часов".

"Нам уже за двадцать четыре", - отрезала она. "Мы покончили с этим, и он должен получить это обратно". Она остановила себя, натянула его обратно и изучила мертвенно-бледное лицо Соммерсета. "Каковы его шансы? Не приукрашивай это. Каковы его шансы на восстановление чувствительности и подвижности?"

"Теперь они уменьшаются с каждым часом. Быстро."

Он наблюдал, как Ева закрыла глаза, отвернулась. Но прежде, чем она это сделала, он увидел неприкрытое горе. "Лейтенант. Макнаб молод и он в хорошей форме. Эти качества сильно играют в его пользу. То, что ему разрешено работать в это время, помогает поддерживать его разум активным и избегать трудностей. Это нельзя сбрасывать со счетов".

"Они переведут его на инвалидность или засунут в куб, где он выполняет работу дрона. Он никогда больше не почувствует себя полицейским, как только это произойдет. Он гарцует, когда ходит, - тихо сказала она. "Теперь он застрял в этом кресле. Черт возьми."

"Были достигнуты договоренности с клиникой в Швейцарии. Я полагаю, Рорк упоминал об этом ". Он подождал, пока она обернется, снова посмотрел на него. "Они заберут его уже на следующей неделе. У них впечатляющий уровень успеха в регенерации нервов. Он должен продолжать свое лечение, пока..."

"Какова их норма?"

"Семьдесят два процента с травмами, подобными травме Макнаба, полностью выздоравливают".

"Семьдесят два".

"Не исключено, что он выздоровеет естественным путем. Через час. День."

"Но его шансы на это ничтожны".

"Одним словом. Мне жаль".

"Да, я тоже", - начала она.

"Лейтенант? Он напуган. Он притворяется, что это не так, но он очень напуганный молодой человек ".

"Раньше они всаживали в тебя пули", - пробормотала она. "Маленькие стальные снаряды, которые разрывали плоть и кости. Интересно, когда дойдет до этого, станет ли это чище ".

Она поднялась и прошла в свой кабинет, чтобы, как оказалось, отдохнуть. Ее команда рассредоточилась, развалившись, кисло подумала она, в то время как каждый потягивал напиток по своему выбору.

Джейми кормил Галахада маленькими кусочками того, что казалось сэндвичем размером с Юту. Присев на подлокотник кресла Макнаба, Пибоди посвятила их в детали пресс-конференции.

"Что ж, все это выглядит так мило и уютно", - сказала она. "Держу пари, что у этих террористов дрожат ноги".

"Ты должна давать отдых клеткам мозга и глазным яблокам каждые несколько часов", - сказал ей Фини.

Она переступила через ноги, которые протянул Рорк. Он мог бы считать себя счастливчиком, решила она, она не дала им хорошего пинка. Она направилась прямо к своему столу. Сб. "Может быть, пока вы даете отдых этим клеткам и сферам, кто-нибудь мог бы на минутку отвлечься от игры и сообщить мне новости".

"Ты опять пропустил обед, не так ли?" Мягко сказал Рорк.

"Да, я сделал. Это было как-то связано с женщиной, которая повесилась на собственных простынях, досадными подробностями серийных убийств, раздражающей встречей с городскими чиновниками - некоторые из которых, похоже, больше заинтересованы в имидже СМИ, чем в этих неудобных мертвецах, - и часом или около того, который мне было приказано потратить на кормление этих собак из СМИ ".

Она обнажила зубы в улыбке, которая заставила Джейми сползти на стуле. "И как прошел твой день?"

Рорк поднялся, взял половину сэндвича, который Джейми и кот еще не успели съесть, и поставил перед ней. "Ешь".

Ева отбросила это в сторону. "Докладывай".

"Теперь давайте обойдемся без кровопролития". Фини покачал головой. Эти двое заставили его подумать о паре быков, собирающихся таранить головы. "У нас есть для вас кое-какой прогресс, именно поэтому у нас перерыв. Мы создали щит, который частично фильтровал вирус. Мы думаем, что мы почти изолировали инфекцию в отделении Когберна. Мы смогли экстраполировать часть этого. Компьютер сейчас проводит анализ. Как только мы получим это, мы сможем смоделировать остальную часть программы, не возвращаясь к зараженному модулю ".

"Как долго?"

"Я не могу дать тебе этого. Это программа, подобной которой я никогда не видел. Зашифрованный, безотказный. Мы работаем с теми фрагментами, которые мы получили до того, как the sucker самоликвидировался ".

"Ты потерял устройство?"

"Этот ребенок поджарился", - вставил Джейми. "Не просто взорвал программу, это убило всю машину. Выпил за это. Но мы получили несколько хороших данных. У нас было бы достаточно информации, чтобы быть уверенными в симе, если бы у Рорка была еще минута - даже сорок пять секунд, но ...

Он замолчал, потому что Ева поднялась на ноги. Действительно медленно. Что-то в этом движении заставило его подумать о змее, которая сворачивается кольцом прямо перед тем, как вонзить клыки.

"Вы управляли подразделением Когберна?"

"Я сделал, да".

"Вы управляли зараженным устройством, используя экспериментальный фильтр, который впоследствии вышел из строя? И вы предприняли этот шаг без прямого разрешения первоисточника ".

"Даллас". Фини поднялся. Свидетельством его мужества под огнем было то, что он не отступил, когда она убила его одним злобным взглядом. "Электронное завершение этого расследования ложится на меня. Лабораторная работа попадает в мои руки ".

"И твоя рука ложится под мою. Я должен был быть уведомлен об этом шаге. Ты это знаешь".

"Это был мой призыв".

"Было ли это?" Говоря это, она оглянулась на Рорка. "Убирайся".

Никто не ошибся, она хотела, чтобы Рорк ушел. Общий исход был скорее суматохой. И в дверях Фини ударил Джейми ладонью по затылку.

"Что?" Джейми угрюмо потер место. "Что?"

"Вот что я тебе скажу", - пробормотал Фини и закрыл дверь за своей спиной.

Ева держала стол между ними. Она не была полностью уверена, что могла бы делать без символического барьера, удерживающего линию. "Вы можете управлять половиной известной Вселенной, но вы не руководите моим расследованием, моими операциями или моей командой".

"И у меня нет никакого желания, лейтенант". Его голос был таким же холодным, таким же твердым, как и у нее.

"Какого черта, по-твоему, ты делал? Подвергать себя неизвестной инфекции, чтобы доказать, что у тебя самый большой член?"

Его глаза вспыхнули жаром, затем похолодели. "У тебя был очень трудный день, так что я приму это во внимание. Фильтр нужно было протестировать, программу изолировать и проанализировать ".

"С симами, с компьютерными прогонами, с ..."

"Ты не электронный человек", - перебил он. "Вы можете отвечать за расследование, но то, что происходит в лаборатории, выходит за рамки вашей компетенции".

"Не говори мне, что выходит за рамки моего понимания".

"Я говорю тебе. Я мог бы потратить следующий час, объясняя вам технические тонкости этой штуки, и вы бы не поняли и половины из этого. Это не твоя область, но это одна из моих ".

"Ты..."

"Не вываливай на меня это гражданское дерьмо, только не из-за этого. Ты хотел моей помощи, поэтому я часть этой команды ".

"Я могу исключить тебя из команды".

"Да, ты мог бы". Он кивнул, затем протянул руку, сжал в кулак ее рубашку и потянул ее через стол. "Но ты этого не сделаешь, потому что мертвые значат для тебя больше, чем даже твоя гордость".

"Они значат не больше, чем ты".

"Ну, черт возьми". Он отпустил ее, засунув руки в карманы. "Это был удар ниже пояса".

"Ты не имел права рисковать собой. Даже не для того, чтобы сказать мне. Ты обошел меня в этом, и это меня бесит. Ты рискнул своей жизнью, что я нахожу неприемлемым ".

"Это было необходимо. И это не был какой-то слепой скачок, ради всего Святого. Я не дурак".

Он подумал об оружии, которое припрятал на всякий случай. И маленькая серая кнопка, которую он потер, как талисман, прежде чем приступить к работе.

Нет, он не был дураком, но чувствовал себя немного таковым.

"В той лаборатории было четверо электронщиков, которые согласились с необходимостью предпринять этот шаг", - продолжил он. "За мной наблюдали, и воздействие было ограничено десятью минутами".

"Фильтр лопнул".

"Это сработало, да. Взорвался к чертям всего за восемь минут. У Джейми есть несколько идей на этот счет, которые я считаю здравыми ".

"Как долго ты был беззащитен без щита?"

"Меньше четырех минут. На самом деле, немного ближе к трем. Никаких побочных эффектов ", - добавил он. "Кроме небольшой ноющей головной боли".

Он ухмыльнулся, когда сказал это, и ей захотелось придушить его. "Это не смешно".

"Может быть, и нет. Извините. Мои медицинские показания чисты, и у нас есть частичная картина инфекции. Для этого требовался человек-оператор, Ева, тот, кто знает, как работать с компьютером, и кто знает приемы и блокировки, которые использует хороший программист. Если бы я этого не сделал, это сделал бы Фини ".

"Это должно заставить меня чувствовать себя лучше? Почему он этого не сделал? - требовательно спросила она. "Он бы просто не передал это тебе".

"Мы решили это логически. Мы подбросили монетку".

"Ты..." - Она замолчала, грубо потерла руками лицо. "Кто-то намекнул сегодня, что я решил действовать или думать как мужчина. Боже, она была не в себе по этому поводу ".

Она опустила руки. "Вне зависимости от того, выходит лаборатория электроники за рамки моей компетенции или нет, она находится в моем ведении. Я ожидаю и настаиваю на том, чтобы меня проинформировали и проконсультировали, прежде чем предпринимать какие-либо шаги, которые несут личный риск для любого из моей команды ".

"Согласен. Ты прав", - сказал он через мгновение. "Тебя должны были проинформировать. Это может быть сложным актом балансирования. Я сожалею о своей роли в том, чтобы вывести вас из игры ".

"Принято. И хотя я почти исчерпал свою норму извинений на сегодня, я добавлю еще одно за то, что втянул твой член в спор ".

"Принято".

"Мне нужно задать тебе вопрос".

"Хорошо".

У нее скрутило живот, но она произнесет нужные слова. Она задала бы вопрос. "Если вы думаете, что эти люди оправданы в том, что они делают, если вы думаете, что их жертвы заслуживают того, что они получают, зачем вам рисковать этим? Почему ты рискуешь своим собственным благополучием, чтобы помочь мне остановить их?"

"Ради Христа, Ева, ты как чертова шахматная доска. Черное и белое". Гнев был там, бурлил так, что, как она знала, это означало, что он мог вырваться наружу в любой момент.

"Я не думаю, что это необоснованный вопрос".

"Ты бы не стал. Почему ты думаешь, что я считаю это оправданным? Я не испытываю ни малейшего раскаяния или жалости к кому-то вроде Фитцхью, и вдруг я на стороне террористов?"

"Я не имел в виду это в точности как... Может быть, я так и сделал ".

"Ты думаешь, я способен найти какое-либо оправдание тому, что случилось с тем бедным мальчиком, Хэллоуэем?"

"Нет". Она почувствовала смутное недомогание. "Но другие".

"Возможно, я могу поверить в чистую философию этого. Это зло, настоящее зло, может и должно быть уничтожено любыми возможными средствами. Но я не настолько глуп и не настолько эгоцентричен, чтобы верить, что в пролитии крови может быть чистота. Или что это может быть сделано, в общем, без закона, судов и гуманности ".

"В общем".

"Ты бы закрепил это, не так ли?" Он чуть не рассмеялся. "Мы не можем думать одинаково по этому вопросу".

"Я знаю это. Думаю, это не должно меня беспокоить. Но это так. Черт возьми, Рорк, это так".

"Так я вижу. Я не могу быть чистым ради тебя, Ева ".

"Я не хочу этого. Все это сбивает меня с толку. Может быть, потому, что я тоже не могу испытывать жалость к кому-то вроде Фицхью или Джорджа. Я не могу этого чувствовать, и в то же время я возмущен, я оскорблен тем, что кто-то, кто угодно считал, что у них есть право сидеть сложа руки и нажимать кнопку, которая их убила. Тогда называйте себя стражами".

"Я не говорю, что ты неправ. Я не верю, что ты такой. Но моя мораль, скажем так, более гибкая, чем ваша. Тем не менее, чтобы прояснить вам, как вам, кажется, это нужно, я не разделяю их средства, их методы или их повестку дня. Если и когда вы противостоите злу, вы делаете это лицом к лицу и врукопашную ".

Как и она, подумал он. Как у него самого.

"И вы не распространяете свое послание среди публики, как будто вы продаете новую линейку чертовых спортивных автомобилей. Съешь немного этого сэндвича, хорошо?"

"Я думаю, может быть, мы немного ближе к этому, чем я предполагал". Успокоившись, она взяла его, откусила. "Боже, что в этом такого?"

"Я почти уверен, что это все. Мальчик ест так, словно еда вот-вот будет запрещена, и ему лучше проглотить все это, пока он может ".

Она откусила еще кусочек. "Это довольно хорошо. Я думаю, что здесь есть солонина. И, может быть, шоколад".

"Меня бы это нисколько не удивило. Теперь мы вернулись на правильный путь, ты и я?"

"Да. Такие же, какими мы были всегда ".

"Прежде чем мы оставим эту тему, я назову вам еще одну причину, по которой я сделал то, что сделал сегодня днем".

"Потому что тебе нравится выпендриваться?"

"Естественно, но это не то, что я собирался сказать. Я сделал это, потому что, что бы я ни чувствовал, во что бы я ни верил, я верю в тебя. А теперь, почему бы тебе не выпить немного кофе, чтобы смыть это, а потом мы покажем тебе, что у нас есть ".

***

Она не была электронщиком, но могла следовать основам. Даже, если она нажала, то чуть более сложная. Но когда она изучала распечатку данных, к которым Рорк смог получить доступ из теперь поджаренного устройства Когберна, она, возможно, пыталась расшифровать иероглифы.

"Это действительно круто", - сказал ей Джейми, наблюдая за ходом разработанной им программы декодирования. "Полностью. Кто бы ни создал программу, он совершенен. Ни один чип-жокей не смог бы этого сделать. Это даже выше уровня коммандос ".

"Хотя я согласен, я очень сомневаюсь, что это работа одного программиста. Единственное, в чем мы уверены, это то, что для этого потребовались превосходные знания в области программирования, а также медицины. Неврологический."

"Им понадобилась бы команда", - согласился Фини. "Первоклассная лаборатория, оборудование и глубокие карманы. Изолятор."

"Как много ты знаешь на данный момент о том, как это работает?"

"Глаза и уши", - сказал Джейми, переходя от одного устройства к другому и нажимая клавиши. "Свет и звук".

"Свет и звук".

"Спектр и частота. Ты продолжаешь, включаешь милую игру в мировое господство, чтобы отлить немного времени, и вот что происходит: на тебя обрушивается свет и звук, которые твои глаза и уши не могут уловить на обычном уровне. Ты знаешь, что у них есть эти свистки для собак, которых люди не слышат?"

"Да, я знаю, как это работает".

"Хорошо, хорошо, насколько я могу судить, это идея с этим вирусом. Мы не рассчитали структуру спектра или частоты, но мы это сделаем. Прелесть в том, что вирус проникает в систему, но он не делает компьютер больным, не портит ни одну из программ на нем, или любую другую, которую оператор мог бы загрузить позже. Все это просто проходит без сучка и задоринки".

"И убивает оператора", - заключила Ева.

"Убивает его насмерть", - согласился Джейми. "Мы работаем над тем, сколько времени это займет, но для переноса инфекции в старое серое вещество требуется по меньшей мере час, может быть, два".

"Мы этого не подтвердили", - напомнил ему Фини.

"Первый щит не сработал", - добавил Макнаб. "Но это продолжалось достаточно долго, чтобы мы смогли извлечь данные, которые помогут нам усовершенствовать следующее".

"Как долго?" Потребовала Ева.

"Мы можем провести еще один эксперимент примерно через два часа". Макнаб пожал здоровым плечом. "Дольше, если нам придется ждать, пока мы не взломаем код".

"Человек, она плотная". Джейми взял свою пепси, отхлебнул. "Вы прорываетесь через один уровень, и оттуда выскакивают еще шесть. Я собираюсь срезать путь к альтернативному подразделению, посмотрим, смогу ли я проскользнуть ".

"Сделай это. И, Джейми." Рорк дотронулся рукой до плеча мальчика. "Нам нужно, чтобы ты спал здесь, пока мы не покончим со всем этим".

"Frig-o." Он подкатил свое кресло к другому рабочему месту и присел на корточки.

"Хорошо, позволь мне сообщить тебе статус, затем мы все можем вернуться к работе". Ева подождала, пока внимание сосредоточится на ней. "Ты". Она указала на Джейми. "Ты трутень. Будь трутнем".

Он пробормотал, скривив губы, но снова повернулся к своему монитору.

"Выводы судмедэксперта на сегодняшний день согласуются с вашей теорией аудио- и визуальных точек атаки. Он также сообщает, что как только вирус начинает распространяться, это, скорее всего, необратимо. У последней жертвы, Мэри Эллен Джордж, согласно сообщениям свидетелей, еще восемь дней назад не было симптомов. После этого момента мы не нашли никого, кто имел с ней какой-либо контакт ".

"Анализируя сцену, я пришел к выводу, что жертва, почувствовав недомогание, легла в постель, пытаясь облегчить дискомфорт безрецептурными препаратами. Она заблокировала свои поступления, опустила шторы для уединения и зарылась. Она также взяла с собой в постель свой ноутбук, тем самым, безусловно, ускорив заражение и продолжив воздействие ".

"Фицхью тоже заперся", - предположил Фини.

"Как и Когберн, пока его не подстрекнул его сосед. В случае с Хэллоуэем, он был заражен на работе, но предпочел устроиться в вашем офисе. Мы предположим, что поиск такого рода убежища или изоляции также симптоматичен ".

"Запрограммирован, - сказал Рорк, - чтобы уменьшить вероятность внешнего вмешательства или травм".

"Согласен. Чистота не хочет истерии или осуждения со стороны выживших невинных жертв. Она ищет конкретные цели. Это привлекает внимание средств массовой информации. Это игра в Бога и политику ".

"Очень изменчивое сочетание".

"Ставлю свою задницу", - сказала она Рорку. ", Что заставляет полицию Нью-Йорка разыгрывать ту же комбинацию. Мэрия и Тауэр выкладывают свое блюдо перед СМИ. Заместитель мэра Франко - это острие копья ".

"Хороший выбор символов", - прокомментировал Рорк. "Привлекательный, умный, сильный, но не властный".

"Это ты так говоришь", - усмехнулась Ева.

"Символически говоря. Используя ее в качестве представителя, а не мэра, создается впечатление, что это не кризис, а проблема. Подталкивая вас вперед, это добавляет элемент компетентности и упорства. Город в хороших руках, заботливых руках. Женские руки, которые традиционно ухаживают и лелеют, а также защищают ".

"Что за чушь собачья".

"Ты знаешь, это не так". Бакстер заговорил. "Заноза в заднице для тебя, Даллас, без вопросов, но это хороший ракурс. Вы оба хорошо выглядите на экране. Приятный контраст. Как, я не знаю, воин и богиня. Затем у вас есть Уитни, Тиббл, выглядящий трезвым и суровым, несколько комментариев мэра в его лучшем виде, в которых он с достоинством заявляет о своей абсолютной уверенности в полиции Нью-Йорка и системе, и люди чувствуют себя спокойно и не бунтуют на улицах и не портят движение ".

"Может быть, ты упустил свое призвание, Бакстер. Ты должен заниматься пиаром ".

"И отказаться от этой тепленькой работы и отличной зарплаты?"

Она рассмеялась. "Чушь собачья или нет, таков текущий план игры. И если в ближайшее время у нас не будет существенного перерыва, я собираюсь закончить на утренних шоу, рекламируя справедливость, как будто это был последний развлекательный ролик. Если это случится, я заставлю всех вас страдать за гранью воображения".

Она повернулась к двери. "Пибоди, со мной".

Она подождала, пока они вернутся в ее кабинет. "Не нависай вот так над Макнабом".

"Сэр?"

"Ты нависаешь над ним, ты заставишь его думать, что ты беспокоишься".

"Я обеспокоен. Двадцать четыре..."

"Волнуйся сколько хочешь, сваливай на меня, если нужно. Но не позволяй ему видеть это. Он начинает сдавать, и он изо всех сил старается не показывать этого. Ты так же стараешься не показывать этого. Если вам нужно выпустить пар, идите туда, на кухонную террасу. Кричи изо всех сил".

"Это то, что ты делаешь?"

"Иногда. Иногда я пинаю неодушевленные предметы. Иногда я прыгаю на Рорка и занимаюсь сексом в джунглях. Последнее, - сказала она после паузы, - это не вариант для тебя".

"Но я думаю, что это действительно помогло бы мне чувствовать себя лучше и быть более продуктивным членом следственной группы".

"Хорошо, юмор - это хорошо. Принеси мне кофе".

"Да, сэр. Спасибо. На кофе уйдет минута. Думаю, я попробую что-нибудь с террасой ".

Ева села и начала прокладывать свой путь через жизнь Мэри Эллен Джордж.

Запечатанные файлы остались запечатанными. Она получила ордер, и Служба по делам детей немедленно выдала временный запретительный судебный приказ. TRO будет удерживать ее, пока адвокаты не разберутся с этим в суде.

Дни, подумала она. Потерянные дни. Если только она не выбрала другой путь.

Прежде чем она это сделает, она попробует более законный подход. В третий раз за день она позвонила детективу-сержанту Томасу Дуайеру.

На этот раз она отметила его вместо голосовой почты.

"Сержант, лейтенант Даллас. Я пытался пометить тебя ".

"Я в суде". У него было жесткое, обжитое лицо. "Мы на пятнадцатом. Что я могу для вас сделать, лейтенант?"

"Я главный по убийствам "Чистоты". Ты слышал об этом?"

"А у кого ее нет? Ты пристукиваешь меня из-за этого мудака Фитцхью?"

"Я копаю то, что могу найти. Я бы хотел поковыряться в твоих мозгах по этому поводу. Вы также были частью команды над "Мэри Эллен Джордж ".

"Да, мы думали, что она у нас крепкая, но она ускользнула. Какая связь?"

"Она мертва".

"Итак, колесо вращается снова и снова. Не знаю, что я могу рассказать вам ни об одном из них, чего нет в файлах ".

"Почему бы мне не угостить тебя пивом после суда? Я зажат, Дуайер. Мне бы не помешала некоторая помощь ".

"Конечно, какого черта. Ты знаешь, что О'Мэлли снялся с восьмой на двадцать третьей?"

"Я найду это".

"Должно быть закончено здесь через час".

"Встретимся у О'Мэлли". Она взглянула на время. "Тысяча семьсот".

"Должно сработать. Они зовут нас обратно. Позже".

Она отвернулась от 'link, когда Пибоди поставила кружку с кофе на стол. "Лучше?"

"Да, я думаю. Горло немного болит. В твоем холодильнике и в твоей разливочной не осталось пепси ".

"Джейми, должно быть, пьет это целыми грузовиками. Скажи Соммерсету, тогда..."

Она замолчала, когда маленький торнадо ворвался в ее офис.

Мэвис Фристоун действовала быстро. Двухдюймовые платформы на ее фиолетовых гелевых сандалиях, казалось, не влияли на скорость или равновесие. Она приблизилась к офису Евы, размытое пятно фиолетового, розового и, возможно, багрового цветов, все смешалось в микроюбке и трубочке для сисек, которая почти закрывала самое необходимое. Ее волосы были заплетены в то, что казалось полумиллионом косичек, которые повторяли цветовую тему.

Она развернулась к столу, обогнула его - мягкий гель на ее ногах издавал слегка чавкающие звуки - и поймала Еву в объятия, закрывающие голову, которые перекрыли доступ кислорода к мозгу.

Еве удалось хлюпнуть, шлепнуть по рукам, которые давили на ее трахею.

"Это лучший день! Самый настоящий день волшебства, когда-либо изобретенный. Я люблю тебя, Даллас".

"Тогда почему ты пытаешься убить меня?"

"Прости, прости". Но она сжимала снова, пока у Евы не зазвенело в ушах. "Я должен поговорить с тобой".

"Не могу". Освободившись, Ева закашлялась, потирая горло. "Даже если бы я был физически в состоянии, я похоронен здесь. Я позову тебя, когда выйду на поверхность ".

"Я должен. Это важно. Это как жизнь. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста". Она подпрыгивала, когда умоляла, и от ядовитого сочетания цветов в движении у Евы закружилась голова.

"Две минуты. Говори быстро".

"Это личное. Прости, Пибоди, но... пожалуйста!"

"Пибоди, иди найди Соммерсета, скажи ему, чтобы он нашел грузовой самолет, полный пепси".

"Закрой дверь, хорошо. Ты бы хотел? Спасибо". Все еще подпрыгивая, Мэвис сцепила руки и зажала их между своими маленькими, едва сдерживаемыми грудями. Ее пальцы подмигивали и светились кольцами. На ее левой руке от запястья до локтя змеилась какая-то спираль. Еве стало интересно, останется ли впечатление от этого навсегда у нее на горле.

"Сделай это быстро, Мэвис". Ева откинула назад волосы, залпом допила кофе. "На меня действительно давят. Разве ты не должен был где-то быть?"

"Свободная звезда номер один. Курорт Олимп. Отыграл неделю в казино Apollo. Это потрясло. Я только сегодня утром вернулся ".

"Хорошо. Великолепно. " Ева перевела взгляд на свой экран, начала обрабатывать данные в своей голове. "Мы встретимся, когда я буду чист. Ты можешь рассказать мне все об этом ".

"Я залетела".

"Прекрасно. Мы рассмотрим это. Мы можем..." Ее мозг просто отключился, как будто кто-то щелкнул выключателем, который отключил все цепи. Когда он щелкнул обратно, казалось, что была какая-то вспышка, отключающая основные функции рассуждения.

"Что ты сказал?"

"Я залетела". Мэвис издала фыркающий смешок, затем закрыла рот руками. Ее глаза, такие же фиолетовые, как ее сегодняшние туфли, танцевали, как пара хористок.

"Ты... Ты..." Ошеломленная до заикания, Ева уставилась на обнаженный живот Мэвис, на три болтающихся животика, которые сверкали у ее пупка. "У тебя там что-то растет?"

Все еще прижимая руки ко рту, Мэвис быстро кивнула. "Ребенок". Смех струился сквозь ее пальцы. "У меня там внутри ребенок. Это ульт? Это за пределами запредельного? Чувствуй!" Она схватила руку Евы и прижала ее к своему животу.

"О, Иисус. Может быть, мне не стоит к этому прикасаться ".

"Все в порядке, все набито и все такое. Что ты думаешь?"

"Я не знаю". Осторожно, Ева убрала руку, спрятав ее за спину. Логически она знала, что беременность не заразна, но все же. "Что ты думаешь? Я имею в виду, ты... ты... Черт, я еще не перевариваю. Это было что-то вроде несчастного случая?"

"Нет. Мы сделали это нарочно". Она взгромоздила свой крошечный зад на стол, качнула своими красивыми ножками так, что гелевые сандалии стукнулись и захлюпали по дереву. "Некоторое время мы пытались произвести потомство. Мы с Леонардо действительно хороши в этом процессе. Поначалу нам не везло, но знаешь, попробуй, попробуй еще раз. Мы много пытались ", - сказала она, снова дико захихикав.

"Ты уверен, что ты не просто пьян?"

"Нет, полностью беременна". Она похлопала себя по животу. "Эмбрион внутри и готовится".

"О, Боже, не говори "эмбрион"." По какой-то причине это слово в сочетании с хлюпающим звуком геля вызвало у Евы тошноту.

"Да ладно, мы все начинали как одно целое".

"Может быть. Но мне не нравится думать об этом ".

"Сейчас я как бы полностью сосредоточен на этом. Но подождите, потому что я забегаю вперед. В любом случае, когда я был на Олимпе, у меня было такое чувство, что, возможно, я пекся - я мылся по утрам и ...

"Хорошо, пропустим и эту часть". Теперь ее определенно подташнивает, поняла Ева и сделала мысленную пометку стерилизовать руку, которая прижималась к голому животу Мэвис.

"Хорошо, итак, я прошла предварительный тест, и он был положительным. Потом, знаете, я забеспокоился, что все испортил, потому что так сильно этого хотел, поэтому взял еще три. Старт."

Она оттолкнулась от стола, закружилась по комнате. "Затем я отправился в тамошнюю клинику, просто чтобы быть более уверенным. Я не хотел ничего говорить своей медвяной росе, пока не стал абсо-позо. Я заключаю сделку через шесть недель ".

"Шесть недель".

"Мы играли довольно регулярно, так что я подумал, что поначалу мне просто было не по себе, и я немного побоялся проверять, потому что ты так расстраиваешься, когда ничего не получается. Но когда свист продолжался - о, извините. Я только что узнал, что на прошлой неделе что-то произошло. Я только что был в здешней клинике. Просто еще одна проверка, вы знаете, заключить сделку на планете. Система запущена. Я пошел домой и рассказал Леонардо. Он плакал".

Ева поймала себя на том, что потирает рукой сердце. "В хорошем смысле?"

"О да. Он бросил все и сразу же занялся дизайном - ну, не сразу, потому что мы должны были отпраздновать это повторным запуском программы зачатия, - но позже он начал разрабатывать для меня одежду для беременных, когда я растолстею. Я не могу ждать. Ты можешь себе представить?"

"Нет. Это нечто другое, что выходит за рамки моей компетенции. Ты действительно счастлив?"

"Даллас, каждое утро, когда я просыпаюсь и меня тошнит, я так счастлив, что мог бы просто..." Она замолчала и разразилась слезами.

"О Боже. О боже." Ева вскочила, поспешила к нему, затем не совсем была уверена, что делать. Она попыталась обнять, намереваясь сделать это легко - на всякий случай, - но Мэвис крепко вцепилась.

"Это лучшее, что когда-либо случалось со мной, за всю мою жизнь. Я должен был сначала рассказать Леонардо, потом тебе. Потому что ты мой лучший друг. Теперь мы можем рассказать всем остальным. Я хочу сказать всем. Но я должен был сначала сказать тебе"

"Хорошо, значит, ты плачешь, потому что ты счастлив".

"Да. Она такая ледяная. У меня могут быть перепады настроения, когда я захочу, и без химической помощи. Никакого питья, это своего рода удар, но это не хорошо для маленькой Евы или Рорка ".

Ева отстранилась так резко, что Мэвис чуть не согнулась пополам от смеха. "На самом деле мы не собираемся называть ребенка так. Мы просто одалживаем их для развлечения, пока они не смогут сказать нам, какое оборудование у них есть. Ты можешь называть эти имена, когда ты и Рорк ..."

"Заткнись. Не начинайте идти по этому пути. Я не хочу причинять боль беременной женщине ".

Она только усмехнулась. "Мы сделали ребенка. Мы с Леонардо сделали ребенка. Я собираюсь быть лучшей мамочкой, Даллас. Я собираюсь полностью оторваться ".

"Да". Ева провела рукой по толстым, разноцветным косам. "Ты будешь".

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Еве было намного спокойнее заходить в бар, где пахло копом, чем обнимать беременную женщину.

Ты знал, чего ожидать в полицейском баре - хорошей жирной еды, алкоголя без изысков и людей, которые сделали тебя таким, каким ты был, в ту минуту, когда ты переступил порог.

Освещение было приглушенным. Разговоры не прекратились, когда она вошла внутрь, но она почувствовала едва заметное перемещение тел. Затем все вернулись к обычному делу, когда они признали ее одной из своих.

Она заметила Дуайера в конце бара, уже наполовину допившего свой первый бокал пива и поставившего перед ним неглубокую черную миску с крендельками.

Она спустилась, опустилась на табурет рядом с ним. Было очевидно, что он претендовал на это, поскольку все остальные места в заведении были заняты.

"Детектив-сержант Дуайер". Она протянула руку. "Лейтенант Даллас".

"Метча", - сказал он над крендельками, затем запил их большим глотком пива.

"Они досрочно уволили тебя со двора?"

"Да. Предполагалось, что это дойдет до меня сегодня. Не сделал. Теперь я должен дать им больше времени завтра. Колющие адвокаты ".

"В чем дело?"

"Нападение со смертельным исходом и кража".

"Ограбление?"

"Да. Парень порет этот костюм, возвращаясь с поздней встречи на Лексе. Забирает его браслет, бумажник, обручальное кольцо и все такое прочее, а потом все равно бьет его по голове, потому что парень просит его не брать обручальное кольцо. Застал его врасплох, засовывая браслет. Хандра говорит, О, привет, это? Я нашел это на улице. Вик выбирает свое лицо вне очереди, говорит моп, Ошибочная идентификация. Есть какой-то сердобольный полицейский, который пытается это протолкнуть. Заявляю, что жертва, видя, как ему повредили мозги, не может должным образом идентифицировать себя. Говорят, что браслет не может быть напрямую связан с преступлением, поскольку это обычный бренд и стиль ".

"Как все складывается?"

"Черт". Он положил еще крендельков, прожевал. "Пустая трата моего времени и налоговых долларов. У Хандры три судимости. Думаю, они бы признали вину, если бы полиция не была такой зеленой и глупой. Ты пьешь?"

"Да, я бы выпил пива". Она сделала знак бармену, подняв два пальца. "Я ценю, что ты нашел здесь время, Двайер".

"Не возражаю потратить это на пиво. Ты читаешь файлы. Данные есть".

"Иногда в файлах не хватает оттисков".

"Вы хотите знать мое впечатление о Фицхью и Джордже? Им пришлось бы ползти вверх, чтобы достичь уровня отбросов. Фицхью..." Двайер допил первую кружку пива. "Высокомерный ублюдок. Даже не вспотел, когда мы его вытаскивали. Просто сидел там, ухмыляясь, прячась за спинами своих дорогостоящих адвокатов. Достаточно умен, чтобы держать рот на замке, но это было видно по его глазам. Он сидел там и думал: "Вы, копы, не можете меня тронуть". Оказалось, что он был прав ".

"Вы говорили с жертвами, с их родителями?"

"Да". Он выдохнул. "Это было тяжело. Сексуальные преступления всегда рискованны, но когда это касается несовершеннолетних... Ты знаешь, как это бывает?"

"Да". Она была несовершеннолетней. И когда она была на той больничной койке, сломленная, она прочитала в глазах полицейского, который пытался поговорить с ней, то, что она читала в глазах Дуайера сейчас. Усталая жалость.

"Кто-нибудь из членов семьи кажется вам человеком, способным преследовать Фицхью? Кто-нибудь говорил о стремлении отомстить вне закона?"

"Ты винишь их?"

"Речь идет не о моих личных чувствах или ваших, речь идет о расследовании. Фицхью был казнен, как и Джордж, как и остальные. Это моя работа - выяснить, кто нажимает на выключатель ".

"Я бы не хотел твоей работы". Он взял вторую бутылку пива. "Никто, кто работал над делом Фицхью или Джорджа, не собирается лить слезы по этому поводу".

"Я не прошу слез, я прошу информации. Я прошу коллегу-офицера протянуть руку помощи ".

Он задумчиво уставился в пиво, затем сделал первый пенистый глоток. "Я не могу сказать, что кто-либо из жертв или членов их семей действовал так, как вы не ожидали. Большинство из этих людей были разбиты. Дети, которых он насиловал, были самыми разными: смущенными, испуганными и виноватыми. Семья, которая пришла, подала жалобу, была разорвана на части. Парень дрожал в носках. Но они хотели поступить правильно. Они хотели, чтобы его посадили, чтобы он не смог наложить лапу на следующего ребенка ".

"Можешь ли ты назвать мне имя?"

Его взгляд переместился на нее. Теперь в этом не было жалости. "Имена запечатаны. Ты это знаешь".

"Служба по делам детей подписала мой ордер на вскрытие запечатанных файлов. У меня есть террористическая организация, технология которой превосходит все, что видели мои эксперты, приводящие в исполнение по желанию. Между жертвами есть связи, и я думаю, что одна из этих связей - их жертвы ".

"Я не называю вам имен. И я скажу вам прямо, я надеюсь, что они аннулируют ваш ордер. Я не хочу видеть, как эти люди снова проходят через это дерьмо. У тебя есть работа, которую нужно делать, и говорят, что ты хорош в этом. Я не могу оказать вам больше помощи, чем у меня есть. Я ценю пиво ".

"Хорошо". Она встала, достала титры. "Вы знаете Клариссу Прайс из службы по делам детей?"

"Конечно". Двайер потянулся за еще одной порцией крендельков. "Она забрала несколько жертв из этих дел. Если ты думаешь о том, чтобы выудить у нее имена, ты напрасно тратишь свое время. Она не дрогнет ".

"Посвященный тип?"

"Еще бы".

"Достаточно преданная, чтобы выйти за пределы системы, если ей не нравится, как это работает?"

Его глаза оставались пустыми. "Если бы мне пришлось сказать, я бы сказал, что она действует по правилам. Не всем всегда нравится, как это читается, но это книга. В любом случае, пока не будет написано что-то лучшее. Позволь мне спросить тебя кое о чем".

"Конечно".

"Копы-убийцы другие. Любой на работе знает это. Но разве у тебя не засело в горле, что ты работаешь на таких подонков, как этот?"

"Я не выбираю мертвых, за которых я стою, Дуайер. Они выбирают меня. Удачи завтра в суде".

Она вышла, затем просто села в свой автомобиль. У нее что-то застряло в зобу, подумала она. Последним было то, что ее инстинкты говорили ей, что человек, который был довольно хорошим полицейским, перешел черту на своем пути.

Если Двайер еще не был членом Purity, он был главным кандидатом для подачи заявления.

***

Когда Ева вернулась в дом, Мира спускалась по лестнице.

"Ева. Я думал, что буду скучать по тебе ".

"У нас была запланирована консультация?"

"Нет, хотя я скинул профиль, который вы хотели". Мира остановилась у подножия ступеней, положив красивую руку на блестящее дерево перил. Ее теплые каштановые волосы были мягкой волной вокруг нежного, женственного лица. Ее рот был бледно-кремово-розовым, глаза - ясной летней синевой.

У ее костюма была струящаяся драпировка цвета подсолнухов. Ева предположила, что это было стильно в некотором классическом смысле и сочеталось с любимыми жемчугами Миры.

Она выглядела идеально, по сути, по-женски, невероятно успокаивающе. И был одним из лучших криминальных профайлеров в стране, а также специалистом по психиатрии, прикрепленным к полиции Нью-Йорка.

"Спасибо, но тебе не нужно было сходить со своего пути".

"Я все равно собирался зайти. Я хотел увидеть Макнаба ".

"О". Мгновенно руки Евы полезли в карманы. "Что ж".

"Я хотел бы знать, могу ли я поговорить с вами несколько минут. Рядом с гостиной есть прекрасная терраса в саду. Я бы с удовольствием посидел снаружи ".

"Ах". Разум Евы устремился к ее офису, к ее работе. "Конечно. Прекрасно".

"Не желаете ли чего-нибудь освежающего, доктор?" Соммерсет притаился на краю фойе. "Хочешь чаю? Возможно, немного вина."

"Спасибо тебе. Я бы с удовольствием выпил бокал вина ".

Прежде чем она смогла прокомментировать, Мира взяла Еву под руку и направилась в гостиную. "Я знаю, у тебя есть работа. Я обещаю не задерживать тебя надолго. У тебя был трудный день. Пресс-конференция не могла быть для тебя приятной ".

"Это мастерски преуменьшено". Ева открыла двери террасы, вышла.

Как и все у Рорка, это место было прекрасно спланировано и выполнено.

Сама терраса была построена из камней, различных форм, размеров, тонов, сглаженных в плавный изгиб, который сливался с садовыми дорожками. Там было два стола из стекла и железа, расставленных среди горшков, в которых росли цветы или карликовые деревья. За поворотом сады взорвались летом.

Вечернее солнце проливало бледное золото на камни и сквозь решетку, увитую виноградными лозами и ярко-синими цветами.

"Такое очаровательное место". Мира заняла место за одним из столов. Вздохнул. "Боюсь, я обнаружил бы, что сижу здесь при каждом удобном случае, предаваясь мечтам". Она улыбнулась. "Ты когда-нибудь грезишь наяву, Ева?"

"Я полагаю". Она села, размышляя, стоит ли ей еще раз прочитать досье Двайера. "На самом деле, не так уж и много".

"Ты должен. Это хорошо для тебя. Когда я была девочкой, я обычно сворачивалась калачиком на подоконнике в библиотеке моего отца. Я мог бы мечтать целый день, если бы был предоставлен самому себе. Он учитель. Я когда-нибудь говорил тебе это? Он встретил мою мать, когда порезал руку, нарезая помидоры для сэндвича. Он всегда был немного неуклюж. Она была молодым ординатором, дежурила в отделении неотложной помощи. И он приударил за ней ".

Она слегка рассмеялась, подняв лицо к солнцу. Жар прожигал ее кожу, проникал в кости. "Так странно думать об этом. И сладкая. Они оба сейчас на полувыставке. Они живут в Коннектикуте со своим древним псом Спайком и у них есть небольшой огород, чтобы выращивать помидоры ".

"Это мило". И это было. Это тоже сбивало с толку.

"Тебе интересно, почему я тебе все это рассказываю. Спасибо тебе, Соммерсет, - сказала она, когда он поставил на стол два бокала вина и небольшой поднос с канапе. "Как мило".

"Наслаждайся. Просто дай мне знать, если я смогу принести тебе что-нибудь еще ".

"Без особой причины", - сказала она Еве, когда Соммерсет вернулся в дом. "Я полагаю, спокойствие этого места заставило меня подумать о них, оценить их. Не у всех было такое спокойное, нетребовательное детство ".

"У меня нет времени на сеанс", - начала Ева, но Мира накрыла ее руку своей.

"Я говорил не только о тебе. Детям, которые пострадали от рук этих людей, предстоит многое преодолеть. Ты понимаешь это".

"И я бы понял, убивая то, что причиняет тебе боль?"

"Это другой вопрос, и я задавался вопросом, смогли ли вы разделить это. То, что ты сделал, было сделано с болью, страхом и безотлагательностью. Чтобы защитить себя, чтобы спасти себя. То, что здесь делается, холодно, расчетливо, тщательно. Это организованно и помпезно, за неимением лучшего слова. Это не самооборона. Это высокомерие".

Напряжение в плечах Евы ослабло. "Я начал задаваться вопросом, видел ли это кто-нибудь еще. Начинаю задаваться вопросом, проводил ли я жесткую линию по этому поводу, потому что, если бы я этого не сделал, это сделало бы то, что произошло со мной, таким же ".

"Ты убивал, чтобы жить. Эта группа живет, чтобы убивать ".

"Я бы хотела увидеть это в чертовом пресс-релизе". Ева подняла свой бокал, выпила.

"Кто бы ни сформировал группу, кто бы ни занимал высшую руководящую должность, он умен, организован и умеет убеждать. Пришлось бы привлекать других, набирать на узкоспециализированные технические должности. Они понимают силу средств массовой информации. Им нужна общественная поддержка ".

"Они довольно хорошо бьют в этот барабан".

"Да, пока. Я не думаю, что эта инфекция, используемая для прекращения, является совпадением. Это еще один символ. Наши дети были заражены этими монстрами. Теперь мы заражаем их, потому что закон не мог, не хотел. Использование слова guardian, еще одного символа. Мы защитим тебя. Теперь, когда мы здесь, ты в безопасности ".

"Как скоро они расширят свои горизонты?"

"Непроверенный?" Мира взяла маленький ломтик хлеба и сливочный сыр. "Группы имеют тенденцию развиваться. Успешные группы склонны искать другие способы использовать свои навыки и свое влияние. Сегодня ребенок-хищник, завтра оправданный убийца. Уличный вор, наркоман. Если Нью-Йорк хочет быть чистым, эти инфекции должны быть устранены ".

"Я думаю, что в этом замешан по крайней мере один полицейский. Социальный работник. Некоторые семьи, с которыми связалась жертва."

Мира кивнула, как будто ничего другого и не ожидала. "Ищите людей, имеющих связи с вашими жертвами, которые обладают навыками высокого уровня. Неврология, информатика, физика, социология, психиатрия. И ищите богатство. Необходимые здесь исследования и оборудование потребовали бы значительного финансирования. Вы можете ожидать еще одной смерти и другого заявления очень скоро. Им нужно, чтобы эта история была в центре внимания. У Чистоты есть миссия, Ева, и она использует наших детей, чтобы управлять ею ".

"Им придется раскрутить то, что произошло с Хэллоуэем - с Фини и Макнабом".

"Да". Мира наблюдала, как колибри, переливающаяся, как драгоценный камень, устремилась к цветку, размахивая крыльями. "Я уверен, что это будет очень хорошо написано".

Ева водила своим бокалом маленькими кругами по столешнице. "Мы с Рорком уже несколько раз обсуждали этот вопрос. Я полагаю, мы близки к одной черте, но не совсем по одну ее сторону ".

"Я бы сказал, что это было хорошо".

Удивленная, Ева подняла глаза. "Как?"

"Ты уже не тот человек, Ева, и никто из вас не хотел бы быть таким. Я думаю, если посмотреть на это с двух сторон, это поможет вам обоим оставаться честными. И заинтересованный."

"Может быть. Мы разозлили друг друга ".

"Другая часть брака".

"Это чертовски большой наш кусок". Но ее плечи немного расслабились. "Будьте честны друг с другом", - пробормотала она. "Может быть. Итак ... ты поговорил с Фини?"

"Он не готов. Он хорошо держит себя в руках. Работа исцеляет его, как и тебя ".

"Что насчет Макнаба?"

"Я не могу рассказать вам подробно о том, что мы обсуждали. Это конфиденциально ".

"Хорошо". Ева уставилась на переплетенные лозы и яркие синие цветы. "Можешь ли ты сказать мне... как ты думаешь, я должен освободить его от обязанностей по этому поводу? Рорк может отправить его в швейцарскую клинику, которая специализируется на такого рода травмах, на следующей неделе, но пока, возможно, ему не стоит выходить на работу. Может быть, ему следует быть со своей семьей или что-то в этом роде ".

"Он со своей семьей. Удерживая его в команде, продолжая ценить его вклад, его ресурсы, вы помогаете ему справиться. То, что ты делаешь для него прямо сейчас, помогает намного больше, чем все, что я могу сделать. Рорк договорился с клиникой Джонаса-Людворга? Как это типично для него ".

"Это хорошее место, верно?"

"Нет ничего лучше".

"Хорошо". Она прижала ладони ко лбу. "Это хорошо".

"У тебя был паршивый день, не так ли?"

"О, да".

"Я надеюсь, что появятся новости получше".

"В любом случае, у меня есть кое-какие новости". Она опустила руки. "Мэвис залетела".

"О, мой Бог. На Мэвис напали?"

"Нет, это был Леонардо".

Мира прижала руку к груди. Шок отразился на ее лице. "Леонардо? Леонардо избил Мэвис?"

"Избил ее? Нет, он трахнул ее. Ты знаешь, обрюхатил ее." Сбитая с толку, Ева покачала головой, затем начала смеяться, когда прозрел свет. "Сперматозоид встречается с яйцеклеткой", - выдавила она, когда впервые за день искренне рассмеялась. "Она беременна".

"Беременна? Мэвис беременна? Залетела. Господи, я забыл этот термин. Это новость. Довольны ли они?"

"Вращаясь вокруг Плутона. Он уже разрабатывает дизайн ее толстой одежды ".

"О боже. Разве это не будет зрелищем. Когда она должна родить?"

"Из-за чего? О, точно. Она сказала, что должна появиться к марту. Она пишет песню об этом. Залетела от любви".

"Звучит как еще один хит. Из них получатся замечательные и уникальные родители. Что ты чувствуешь по этому поводу? Тетя Ева?"

Был толчок, прямо в центр живота. "Я чувствую, что если кто-нибудь назовет меня так, мне придется причинить им боль. Даже ты".

Мира со смехом откинулась на спинку стула. "За всем этим будет увлекательно наблюдать. Если ты еще раз поговоришь с Мэвис до того, как это сделаю я, обязательно передай ей мою любовь и поздравления ".

"Конечно. Нет проблем". Ева бросила еще один взгляд на свое наручное устройство.

"И я вижу, тебе не терпится вернуться к работе. Ты не возражаешь, если я просто посижу здесь еще немного, допью свое вино?"

"Нет, продолжай. Я действительно должен вернуться к этому ".

"Удачи". Когда Ева вошла, Мира потягивала вино, смотрела на цветы и яркую-яркую птицу. И немного помечтал наяву.

***

Ева сначала заглянула в лабораторию, затем просто отступила снова. Было какое-то обсуждение, полемика или спор на каком-то техническом жаргоне, который неизменно вызывал у нее головную боль.

Решив, что они дадут ей знать кое-что, когда у них будет что сообщить ей, она зашла в комнату, которую Бакстер использовал в качестве офиса.

"Что это за слово?"

"У меня есть много имен, связанных с одной или несколькими жертвами, которые есть в системе. Копы, адвокаты, Службы по делам детей, медики, горстка заявителей, которые не были опечатаны. Разложил это по именам, которые фигурировали по крайней мере у двух жертв, и прогнал их. Просто заархивировал данные на свое устройство. Наша подруга Надин Ферст освещала процесс Джорджа. Это лишает Чанга должности представителя СМИ ".

"Я полагаю, это имеет значение". Она присела на край его стола. "Что у тебя на уме?"

"Что если у нас есть какие-либо вовлеченные члены семьи, а мы участвуем, они в запечатанных. Ты переживаешь из-за этого; ты носишь раны из-за этого; ты хочешь уединения ".

"Да, это и мое тоже. И если вы собираетесь поговорить с кем-нибудь об этом, о том, что вы несете, это будет кто-то, кто был там с вами. Кто-то, кто знает и стоял за тебя и твоих ".

"Ты смотришь на Клариссу Прайс".

"И пристально смотрю. Ты знаешь что-нибудь о сержанте Дуайере из шестнадцатого?"

"Ничего такого, чего бы я не прочитал в его досье, когда он появился. Хочешь, я поспрашиваю вокруг?"

"Да, тихо". Она колебалась. "Тебя это беспокоит?"

"Смотришь на другой значок?" Бакстер надул свои худые щеки. "Да, немного. Это должно беспокоить нас. Иначе мы все были бы ОВР, не так ли?"

"Вот так. Ты можешь перегнуть палку. Иногда вы даже можете немного сдвинуть это с места. Но ты не можешь ее нарушить. Наруши это, и ты больше не мы. Ты - это они. Двайер нарушил это, Бакстер. Это моя интуиция ".

Она оттолкнулась от стола, прошлась по комнате. "Ты использовал Trueheart несколько раз, верно?"

"Пара. Хороший парень. Пока свежая, как маргаритка, но нетерпеливая".

"Если бы я втянул его в это, ты бы использовал его?"

"У меня нет проблем избавиться от некоторых ..." Он откинулся на спинку стула, прочистил горло. "Ты просишь меня обучить его?"

"Нет, просто... хорошо, да. Вроде того. Ты второй сорт, так что ты подходишь, и ему не помешал бы кто-нибудь поработать с ним, стереть с него немного росы, не притупляя блеск. Интересно?"

"Может быть. Я возьму его на этот случай -непредвиденный. Посмотрим, насколько мы подходим друг другу ".

"Хорошо". Она направилась к двери, затем остановилась. "Бакстер, почему ты перевелся из отдела по борьбе с преступностью?"

"Не мог подобраться к тебе достаточно близко, милая". Он многозначительно подмигнул, и когда она просто вежливо посмотрела, пожал плечами. "Стал беспокойным. Разыскиваемое убийство. Никогда не бывает скучно".

"Ты можешь сказать это снова".

"Никогда не..."

"Ты такой придурок", - ответила она. И, повернувшись, налетел прямо на Рорка.

Этот человек мог двигаться как призрак.

"Извините, что прерываю этот нежный момент", - начал он. "Но у нас готов второй щит. Мы собираемся запустить это с одним из подразделений Фицхью ".

"Кто выиграл в жеребьевке?"

Он улыбнулся. "После некоторых дебатов было решено, что первоначальный оператор продолжит выполнять эту функцию. Вы хотите наблюдать отсюда или из своего кабинета?"

"Мы воспользуемся моим. Это нечто большее". Она сомкнула руку на его запястье. "Никакого героизма".

"Я бы никогда не смог претендовать на статус героя".

"Я приказываю прекратить работу, вы отключаетесь". Ее рука скользнула вниз, пока их пальцы не переплелись. "Ты понял это?"

"Громко и ясно. Вы за главного, лейтенант."

***

Ева пила кофе, потому что хотела чем-то занять свои руки. Фини сидела за своим столом, управляя вспомогательным устройством, которое они ввели в качестве контрольного. Если что-то пошло не так в лаборатории, он мог удаленно отключить систему.

Джейми навис над ним, так близко, что они выглядели как одно тело с двумя головами.

"Почему мы не можем сделать все это дистанционно?" Спросила Ева.

"Ты теряешь инстинкт оператора", - сказал ей Макнаб. "Вы поймали его прямо там, в зараженном отделении. Он может выносить решения в мгновение ока ".

"Кроме того... Ой". Джейми потер живот, куда пришелся локоть Фини.

"Кроме чего?" Потребовала Ева. "Не разыгрывай передо мной эту чушь об электронной солидарности. Макнаб?"

"Хорошо, хорошо, проще говоря, мы не можем быть уверены, что щит отфильтрует инфекцию во время взаимодействия. Это могло бы, вероятно, распространилось бы от одного подразделения к другому. Мы полагаем, что именно так она закачивалась в восемь единиц, которые мы вытащили из дома Фитцхью. Зарази одного, зарази всех. Эффективно, экономит время и тщательно. Поэтому, если мы попробуем использовать пульт дистанционного управления, это может просочиться в другое устройство, потенциально через всю систему ".

"Нам нужно больше данных для подтверждения", - подхватил Джейми. "Тогда мы создадим щит, чтобы справиться с этой областью. Приоритетом было прикрытие оператора, пока он извлекает данные. Когда вы имеете дело с удаленной и мультисистемной сетью, у устройств есть язык. Они, типа, разговаривают друг с другом, верно? У зараженного подразделения другой язык, совместимый, но другой. Как, я не знаю, испанский и португальский или что-то в этомроде ".

"Хорошо". Ева кивнула. "Я понимаю это. Продолжай идти".

"Я и Макнаб, мы работаем над тем, что вы могли бы назвать контрактом на перевод. Тогда мы сможем запустить sims. Мы защитим всю систему. Мы полагаем, что сможем подключиться к CompuGuard и защитить весь чертов город ".

"Забегаешь вперед, Джейми. По одной вещи за раз". Фини взглянул на настенный экран, где они могли видеть, как Рорк подключает датчики.

"Собираюсь заняться твоим лечением. Ты понял?"

"Да".

"Врачи в норме. Ты готов идти ".

"Загрузка".

Ева никогда не отводила своего внимания от экрана. Рорк завязал волосы сзади, как он часто делал, когда работал. И его рубашка была небрежно расстегнута. Его руки были быстрыми и уверенными, когда он вставлял диск в гнездо.

"Загружаю фильтр. Приблизительно семьдесят две секунды для загрузки на это устройство. Загружаю взломщик кодов Джейми. Сорок пять. Запускаю диагностику с момента последней попытки. Многозадачность с поиском и сканированием любых программ, загруженных в течение последних двух недель."

Он работал вручную, этими быстрыми и уверенными руками, передавая свои намерения голосом, который был бодрым, прохладным и красивым.

"Диск и печатная копия запрошенных данных, по мере доступа. Загрузка завершена. Мы защищены. Ну вот, Джейми. Отличная работа. Данные становятся доступными для чтения. Вот теперь, что это? Ты видишь данные на мониторе, Фини?"

"Да, да, подожди.Хммм".

"Что?" Ева потрясла Макнаба за здоровое плечо. "О чем они говорят?"

"Тсс!" - Он был так сосредоточен, что не заметил, как у нее отвисла челюсть по его команде, когда он пододвинул свой стул ближе к экрану. "Это так тотально". Забывшись, он начал подталкивать себя вверх. И его мертвая рука соскользнула с подлокотника кресла.

На мгновение он просто замер, и у Евы перехватило горло от выражения потрясенной паники на его лице. Затем он плавно отрегулировал кресло, переместив его в другое положение, чтобы он был выше и прямее, с лучшим обзором монитора.

Комната снова была полна жаргонизмов, быстрых вопросов, комментариев, наблюдений, столь же чуждых ей, как греческий.

"Кто-нибудь, говорите по-английски, черт возьми".

"Это чертовски блестяще. Я не должен был пропустить это с первого раза ". Рорк потянулся к другому пульту управления, вводя команды на ощупь. "Ах, черт с ним. Она старается быть безотказной. Еще нет, ты, сука, я с тобой не закончил ".

"Щит разваливается", - предупредил его Фини.

"Отключись", - приказала Ева. "Выключи это".

"Это все еще на уровне девяноста процентов. Держите свои двигатели на месте, лейтенант."

Прежде чем она смогла повторить заказ, Фини перебил. "С ним пока все в порядке, Даллас. Медики держатся. Пульс сукиного сына едва заметно бьется. Он должен бежать по льду. Рорк, отправляйся в шелл. Попробуй..."

"Я в пылающей оболочке". Его голос был невнятным, а ирландский теперь напоминал трилистник. "И я уже пробовал это. Умный ублюдок. Посмотри сюда, посмотри на это. Это отпечатанный голос. Невозможно переопределить вручную. К черту все, вот и она ".

Ева увидела, как его монитор вспыхнул черно-белыми полосами. Он переключил диски с данными за мгновение до того, как из динамиков донесся неприятный скрежещущий звук, и из задней части устройства вырвалась небольшая серая струйка дыма.

"Поджаренный", - сказал Джейми.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

"Подразделение - полная потеря". Рорку еще предстояло застегнуть рубашку, однако он снял датчики. "Но он отдал свою жизнь за благое дело".

Он повертел один из дисков в руке. "Они должны быть чистыми - ничто в этой программе не было подключено к внешнему диску. Но они должны быть помечены и отложены для тестирования после того, как нам удастся извлечь всю программу. Пока хватит печатной копии. Джейми, ты можешь начать вводить данные утром ".

"Я могу начать сейчас".

"Вы поужинаете, затем двухчасовой перерыв на отдых. Если вам захочется посвятить этому час после этого - всего час - это прекрасно. В постели, выключив свет, к полуночи. Если ты не дашь отдых своему мозгу, мне от этого не будет никакой пользы ".

"Чувак, моя мать даже не настолько строгая".

"Я не твоя мать. Фини-"

"Ты не хочешь указывать мне, когда ложиться спать, малыш. Я достаточно взрослая, чтобы быть твоей матерью ".

"Я собирался спросить, не могли бы вы чего-нибудь поесть. Я думаю, мы все могли бы ".

"Держи это. Просто подержи это ". Расстроенная, Ева подняла обе руки. "Никто ничего не ест, пока я не получу объяснения. Что ты получил, и что это значит? И если я услышу хоть слово на компьютерном диалекте, все получат кроличий корм ".

"Поговорим о строгости", - возразил Джейми.

"Скажи мне", - приказала Ева.

"Он получил частоту", - сказал ей Макнаб. "И спектр. Еще минута, максимум, и у нас были бы пульс и скорость ".

"В основном, лейтенант". Рорк выдернул ленту из волос, и они упали черным дождем. "Если немного доработать, мы поймаем ваш вирус".

"Вы подхватили метод заражения?" она спросила.

"Возможно. Есть данные для анализа, но, судя по тому, что я смог увидеть на свитке, я ставлю свои деньги на простоту электронной почты ".

"Они отправили это по электронной почте? Гребаная электронная почта?" Ева хотела простоты, но это... это было почти оскорбительно. "Ты не можешь заразить таким образом. Принуждение..."

"Никогда не видел ничего подобного этому", - прервал его Рорк. "Я предполагаю, что ..." Он замолчал, жестикулируя. "Давай, Джейми, пока ты не взорвался".

"Ладно, посмотрим, на что это похоже - и я должен выяснить, как это сделать - они замаскировали документ, сделали микро-запись и украли ..."

"Ты хочешь есть редиску и листья салата?" Мягко спросила Ева.

"Правильно". Он приспособил свой мозг к простым терминам. "Итак, они прикрепили вирус к электронному письму, только оно не отображалось как имеющее вложение, не предупреждало получателя. Отправитель может проверить, дошло ли оно, просто выполнив стандартное сканирование, когда письмо было прочитано. Пришлось загружать быстро, действительно быстро, не показывая оператору, что он делает. Он должен был поговорить с устройством, по крайней мере, временно отключить подсказки и оповещения для загрузки. Затем он зарегистрировал себя как документ, невидимый документ в программе главного привода. Это не регистрировалось бы при стандартном поиске и сканировании документов. Это не идентифицирует. Она просто есть, словно притаилась и выполняет свою работу. Это слишком радикально".

"Хорошо, я понимаю это". Ева посмотрела на Рорка. "Если это можно было сделать, почему ты не знал об этом?"

"Лейтенант, я огорчен".

"Я, я просто умираю с голоду". Джейми похлопал себя по животу. "Есть пицца с пепперони?"

***

Ева сама съела пару ломтиков, выждала время во время шумной, сумбурной трапезы, позволила своим мыслям переместиться к делу, отвлечься от него, вернуться снова.

Она не была уверена, когда это осенило ее - может быть, когда Фини случайно подцепил макароны с тарелки Рорка, или когда Джейми положил еще один кусок пиццы на тарелку Макнаба, когда тот потянулся через стол за другим для себя. Может быть, это всегда было там, и просто выбрал этот момент, чтобы прояснить.

Мира сказала это на террасе. Семья.

Это было то, что делали семьи, поняла она. Это было то, чего она никогда не испытывала в детстве. Шумные, беспорядочные ужины, когда все говорили друг за друга, что было не так раздражающе, как должно было быть.

Глупые шутки и случайные оскорбления.

Она не была вполне уверена, что с этим делать, когда это относилось к ней самой, но она могла видеть, что это может сделать с этим шаблоном, когда что-то или кто-то повреждает часть целого.

Это развалилось бы на части. Временно для тех, кто был достаточно силен, чтобы склеить все это обратно в шаблон или создать другой. Навсегда для тех, кто не смог. Или не стал бы.

Она взглянула на Макнаба. Даже здесь, со всей этой болтовней, чувствовался налет беспокойства по поводу всего этого. Если бы эта часть из них осталась сломанной, остальные рухнули бы, как черепица. Они сформировали бы новый шаблон - в этом заключалась их работа, - но они никогда не забудут, как это было.

Она оттолкнулась от стола. "Мне нужно кое-что сделать".

"Ходячие мертвецы сказали, что там был шоколадный торт".

"Джейми", - мягко сказал Рорк.

"Извини", - неохотно сказал Джейми. "Мистер Ходячие мертвецы, также известный как Соммерсет, сказал, что там был шоколадный торт".

"И если ты съешь все это, я убью тебя во сне. Тогда вы можете присоединиться к The Walking Dead. Рорк, мне нужно с тобой поговорить ".

Когда они начали, она услышала, как Джейми спросил: "Думаешь, они собираются это сделать?" И услышал быстрый шлепок руки Фини по подростковому черепу.

"Мы собираемся пойти и сделать это?" Рорк схватил ее за руку.

"Хочешь, я попрошу Фини тебя тоже поколотить?"

"Я пока немного быстрее Джейми. Но я так понимаю, это означает, что мы не собираемся возвращаться наверх для быстрого падения ".

"Сколько раз в день ты думаешь о сексе?"

Он бросил на нее оценивающий взгляд. "Было бы это активным размышлением об этом или просто представлением о том, что это скрывается там, как невидимый документ Джейми?"

"Неважно. Ты видел Миру раньше?"

"Я этого не делал, нет. Я был в лаборатории. Прости, что я упустил ее. Пибоди сказала, что Мэвис тоже заходила, и ей нужно было поговорить с тобой наедине. С ней все в порядке?"

"Она постучала..." У нее снова не было времени на эту маленькую рутину. "Она беременна".

"Что?" Он остановился как вкопанный.

Видеть его ошеломленным всегда было удовольствием, редким удовольствием. "Полностью преображается, как она выражается. И нарочно тоже."

"Мэвис? Наша Мэвис?"

"Один и тот же. Она вошла, прыгая, кружась и танцуя. Я не знаю, должна ли она сейчас вот так подпрыгивать. Кажется, что ты мог бы, я не знаю, убрать эту штуку оттуда. Она действительно раскручена ".

"Ну, это... прелестно", - решил он. "С ней все хорошо?"

"Я думаю. В любом случае выглядит великолепно. Сказала, что ее тошнило по утрам, но ей это нравилось. Я этого не понимаю ".

"Нет, я тоже не могу сказать, что верю. Мы пригласим их поужинать, как только сможем. Я должен проверить ее выступление и график записи ". Он знал об уходе и кормлении будущих матерей ничуть не меньше, чем Ева. Которая была ничем. "Я не думаю, что она должна переусердствовать".

"Если судить по сегодняшнему дню, у нее достаточно энергии для них обоих, а то и для некоторых".

Когда они вошли в ее кабинет, она закрыла дверь. Это действие заставило его приподнять бровь. "Поскольку ты наложил вето на секс, я предполагаю, что ты хочешь уединения по менее приятной причине".

"Они блокируют мой ордер, и когда у вас есть две бюрократии, оспаривающие это в суде, вы можете умереть от естественных причин до вынесения решения. У меня была короткая консультация с Мирой. Я все еще должен прочитать ее профиль, но она изложила мне суть устно. Я понял точку зрения Бакстера ".

"Ева, что ты хочешь, чтобы я сделал такого, чего бы ты предпочла не хотеть, чтобы я делал?"

"Люди умирают прямо сейчас. Они не знают этого, но они заражены, и для некоторых уже слишком поздно. Это будет продолжать распространяться. Хороший полицейский мертв. Другой ... другой, который является моим другом - и, Господи, я не могу поверить, что дружу с таким идиотом, - возможно, больше не сможет ходить своей собственной силой. Некоторые ответы на вопрос, кто это делает, находятся в тех запечатанных файлах ".

"Тогда мы сломаем печать".

Она уставилась на него, затем, выругавшись, отвернулась. "И что отличает меня от них? Я готов обойти закон, потому что думаю, что я прав ".

"Потому что они убивают людей".

"Я могу сказать себе это. Но это всего лишь вопрос степеней ".

"Что это за ад. У тебя всегда будет совесть, и ты всегда будешь сомневаться в том, что в ней правильно, а что нет. Переживай это до смерти, и себя вместе с этим. Ты знаешь, как далеко нужно зайти, прежде чем она сломается, Ева. Ты никогда не нарушишь это. Ты не можешь".

Она закрыла глаза. "Я сказал нечто подобное Бакстеру. Они используют закон, чтобы замедлить меня. Я не могу им позволить ".

"Было бы лучше, если бы мы использовали незарегистрированный".

Она кивнула. "Давайте сделаем это".

***

В комнату можно было попасть только по голосу и отпечаткам ладоней. Только три человека были допущены к въезду.

Там было единственное окно, широкое и открытое для умирающего вечера. Но она знала, что это уединение, соблюдаемое для того, чтобы никто, достаточно нервный, чтобы попытаться совершить пролет, не смог заглянуть внутрь.

Сама комната была спроектирована почти жестко. Это было рабочее место. Серьезное пространство. Там была широкая U-образная консоль гладкого черного цвета, которая управляла всеми исследовательскими, поисковыми, коммуникационными системами и данными. Системы, незарегистрированные в CompuGuard, и, следовательно, незаконные.

Когда она впервые увидела это, больше года назад, даже она признала, что уровень оснащения превосходит все, что было в Централе. С тех пор некоторые юниты были модернизированы.

Она представила, что здесь есть какие-то игрушки, которых еще нет на рынке.

Там были компьютерные станции с мониторами, голографический блок, небольшая вспомогательная станция, которая теперь могла похвастаться собственным миниголо.

Проходя по застекленной черной плитке, она изучала новое дополнение. "Никогда не видел ничего подобного".

"Прототип. Я хотел провести несколько тестов на нем, не документируя их. Кажется, все складывается удачно ".

"Она действительно маленькая".

"Мы работаем над еще меньшим. Размером с ладонь".

Она подняла взгляд. "Убирайся. Ладони с полной холофункцией?"

"Три года, может быть, меньше, и ты положишь один в свой карман точно так же, как свою ссылку". Он положил ладонь на идентификационный экран консоли. "Рорк. Открытые операции".

Консоль ожила, засветившись огнями. Ева подошла, чтобы присоединиться к нему, положила свою ладонь. "Даллас".

Идентификация подтверждена, дорогая Ева.

Она прошипела. "Зачем ты это делаешь? Это смущает ".

"Дорогая Ева, компьютер, каким бы блестящим он ни был, является неодушевленным предметом и никого не может смутить. С чего бы вы хотели начать?"

"Начни с Когберна. Он был их первым. Вы можете получить данные с моего устройства ". Она дала Рорку номер дела и папки для своих записей.

Он получил к ним доступ, скопировал и вывел на экран почти за меньшее время, чем потребовалось ей, чтобы дать ему номера.

"Ты видишь его простыню? Я сделал пометки в материалах дела, которые связывают его с другими жертвами через офицеров, производивших арест, социальных работников, юристов, медиков. Бакстер начал допросы, на которых у нас есть документы жертвы, но он не получил ни шишки."

"Удар".

"Атмосфера".

"На жертве нет шишки", - повторил Рорк со смешком. "И ты угрожал едой для кроликов за компашеский жаргон".

"Боже. Опросив идентифицированных жертв, связанных с этим делом, детектив Бакстер не обнаружил никакой связи с Искателями чистоты и не почувствовал никаких признаков связи из заявлений, отношения или проверки биографических данных."

"Я понял это в первый раз, дорогой, но так забавно слышать, как ты объясняешь мне это таким официальным тоном".

"Двигаемся дальше", - продолжила она. "В отчетах об инциденте перечислены интервью с двумя дополнительными несовершеннолетними. Записи запечатаны".

"Это займет у меня несколько минут".

"Да. Я принесу кофе".

"Давайте вместо этого выпьем немного вина", - сказал он, начиная работать на клавиатуре. "Я бы предпочел не накачиваться кофеином".

"Мне нужно быть начеку".

"Еще острее, и у тебя пошла бы кровь. Вот это уже интересно ".

"Что?"

"В этом файле есть дополнительный блок. Это необычно для стандартной печати. Тоже чертовски хороший блок. Ну что ж." Он расправил плечи, как боксер, собирающийся выйти на ринг.

"Когда это было надето?" Она поспешила вернуться, чтобы опереться на его плечо. "Можете ли вы сказать, когда это было надето?"

"Никаких разговоров". Он погладил ее по спине и продолжил работать одной рукой. "Да, действительно, я видел ваши работы раньше, не так ли? Вы хороши, очень, очень хороши. Но..."

"Он умеет говорить", - проворчала Ева, и поскольку наблюдение за скоростью его пальцев, порхающих по клавишам, заставляло ее нервничать, она пошла за вином.

"Поймал его." Рорк на мгновение откинулся назад, протянул руку, не глядя на нее, чтобы взять бокал вина. "Все было бы не так быстро, если бы я уже не разобрался с его работой над этими двумя устройствами в лаборатории".

Итак, вот это удар, подумала она. "Ты уверен в этом?"

"У хорошего компьютерщика есть стиль. Поверьте мне на слово, блокировка была добавлена техническим специалистом, разработавшим вирус. Или технари. Я сомневаюсь, что это была работа одного ".

"Организованный, тщательный и опытный". Ева кивнула. "И осторожен. Давайте посмотрим, кого они хотели спрятать ".

"Третий экран. Показ."

"Девин Дьюкс", - прочитала Ева. "Двенадцать на момент происшествия". Она быстро просмотрела данные, чтобы перейти к мясу. "Ладно, Когберн продал ему немного джаза. Родители - Сильвия и Дональд - включили громкость, встретились лицом к лицу с ребенком, нажали нужные кнопки и получили историю. Привели парня, чтобы подать жалобу, и сержант Дуайер взялся за это дело ".

"Возможно, было бы разумнее оставить копов в покое".

Она холодно оглянулась в ответ. "Прошу прощения?"

"Просто мысль. Тащит парня в полицейский участок, вводит его в систему. Подставь ему спину, не так ли?"

"Было совершено преступление".

"Абсолютно. Я просто задаюсь вопросом, могло ли быть проще и чище изначально поставить ребенка, так сказать, на голову дома, вместо того, чтобы окружать его значками и отчетами ".

"В наши дни мы редко пытаем несовершеннолетних. Они так легко ломаются, что это не очень весело ".

"Пытка имеет другое определение для двенадцатилетнего мальчика. Но..." Он элегантно пожал плечами. "Вряд ли это относится к нашей теме, не так ли? Кажется, это относительно незначительное событие - идти на такие неприятности, чтобы запереться ".

"Когберна доставили, опознали, предъявили обвинение", - продолжила Ева. "Но родители скрыли доказательства. Когберн утверждал, что он пил в баре в то время, когда парень заявил, что покупка сорвалась. Бармен поддерживает Когберна. Вероятно, чушь собачья. Такие места, как это, поддержат Джека Потрошителя, если Джек намажет достаточно жира. Двайер все испортил ".

Раздражение прозвучало в ее голосе. "Ему не следовало так быстро нападать на Когберна. Почему он сначала не поработал с ним, с барменом? Отойти в сторонку, разобраться в его рутине, перехватить его за другой сделкой? Предъявите ему подобное обвинение, он прибегнет к адвокатам, замолчит. Он знает, что у Дуайера нет ничего, кроме слова ребенка. И смотрите здесь, у вас есть отчет Службы по делам детей. Кларисса Прайс. Говорит, что несовершеннолетний был неохотным, вызывающим, отказывающимся сотрудничать. Конфронтация с родителями. Рекомендует семейное консультирование и бред-бред. Двайеру пришлось попотеть над Когберном, потому что его свидетель был враждебным и никчемным ".

"Это все равно, что сказать, что он стоял спиной вперед. Посмотри дальше, - сказал он, прежде чем она смогла зарычать на него, - в отчет CS. Прайс заявляет, что успеваемость мальчика в школе неуклонно снижается. Его отношение в школе и дома оставляло желать лучшего. Размышляет в своей комнате, затевает драки. И так далее. Корень проблемы был не в покупке джаза, корень был в мальчике и дома ".

"Может быть, и так, но в результате родители слишком остро отреагировали, коп прыгает слишком быстро, социальный работник изрекает банальности, и система подводит ребенка".

"Вот как ты это видишь?"

"Я вижу, что Дуайер не выполнил свою чертову работу над этим, но я не знаю, как я вижу картину в целом". Она изучала данные, рассеянно накручивая прядь волос Рорка на палец. "Я знаю, что они смотрят последнюю часть. Система дает сбой. Но ты прав, этого недостаточно, чтобы скрывать. Итак, это еще не все. Давайте покопаемся в материалах Фитцхью ".

Рорк нашел там и другие блоки. Но теперь у него был настрой, и он быстро сломал их. "Мелкие истцы, Джансан, Рудольф... а, вот и мы. Сильвия и Дональд Дьюкс, подающие документы от имени своего четырнадцатилетнего сына Девина."

"Да, да, представитель CS, Прайс, офицер-расследователь сержант Дуайер. Щелк, щелк, щелк."

"Там есть..."

"Никаких разговоров", - приказала она.

"Туше", - парировал он и откинулся назад, чтобы наблюдать за ее работой.

"На этот раз парень попадает в медицинский центр. Изнасилован, синяки на лице, вывихнутое запястье. Анализ на токсины ... Снова напился и заглушил это алкоголем. Теперь у меня есть пирсинг на теле. Украшения для члена и сосков. Двайер снова улавливает это. Но посмотри сюда, именно на нем была указана цена. Что-то происходит между ними ".

Она достала свою записную книжку, начала делать заметки, просматривая данные. "Доктор определяет изнасилование" -Стэнфорд Квилленс. Посмотрим, всплывет ли он снова. Но они не вытрясают имя Фицхью из парня в течение двадцати четырех часов. Не хочет об этом говорить. Почему они думают, что ты хочешь говорить об этом? Нападите на него дома на следующий день. Прайс, Двайер, родители, консультант по изнасилованиям, кто это? Марианна Уилкокс. Надо было нанять консультанта-мужчину. Он не хочет делиться этим с женщиной. Они просто глупы? Компьютер, скопируй текст интервью с жертвой в мой домашний отдел."

Но она прочитала это с того места, где стояла. От этого у нее появился кислый привкус во рту, ощущение жирности в животе. Так много вопросов были знакомы. О том же ее просили однажды.

КТО СДЕЛАЛ ЭТО С ТОБОЙ?

МЫ ХОТИМ ПОМОЧЬ ВАМ, НО ВЫ ДОЛЖНЫ РАССКАЗАТЬ НАМ, ЧТО ПРОИЗОШЛО.

ТЫ ПОЧУВСТВУЕШЬ СЕБЯ ЛУЧШЕ, КАК ТОЛЬКО ИЗБАВИШЬСЯ ОТ ЭТОГО.

"Чушь собачья, чушь собачья, ты не чувствуешь себя лучше. Иногда ты никогда не чувствуешь себя лучше. Почему они не говорят все как есть? Тебя облажали, парень, и нам очень жаль, что нам приходится трахать тебя снова. Расскажите нам, как это было, и не жалейте деталей, чтобы мы могли все это записать и снова сделать реальным ".

"Ева".

Она яростно покачала головой. "У них благие намерения. По крайней мере, большинство из них. Но они не знают ".

"Этот мальчик не похож на тебя". Теперь он стоял позади нее, положил руки ей на плечи и начал растирать. "Он обеспокоен и ищет неприятностей. Я знаю об этом. Конечно, он получил больше, чем заслуживал в этой области, но он не такой, как ты ".

Она успокоилась, прислонилась к нему спиной. "На тебя тоже не похоже. Ты был умнее, подлее, и ты не был геем ".

"С этим не поспоришь". Он поцеловал ее в макушку. "Его замешательство по поводу своей сексуальности, вероятно, является причиной большей части его поведения и его последствий".

"Это и его родители. У вас здесь Дональд, восемь лет военной службы. Морские пехотинцы. Когда-то морской пехотинец, всегда морской пехотинец. Мама выбирает путь профессиональной матери. Они отправляют вас в частные школы, три за пять лет. Перевести тебя на домашнее обучение за два месяца до инцидента с Фитцхью. У него здесь есть младший брат. На три года моложе. Здесь нет проблем, по крайней мере, это проявляется в личных данных. Но они также отдают его на домашнее обучение. Не рисковать".

"Вы обратили внимание на профессию отца?"

"Да, специалист по компьютерам. Щелк, щелк." Она отвернулась, чтобы взять свой кофе, вспомнила, что это вино. Слегка нахмурившись, она согласилась на это.

"Девин нападает на Фицхью, утверждает, что его подобрали в клубе после того, как он тайком выбрался из дома. Признает, что показал поддельное удостоверение личности, признает, что был немного пьян, и что Фитцхью рассказал, что у него дома вечеринка. Он уходит с ним. Большая часть этого, вероятно, крепкая, но потом становится дымной. Он утверждает, что Фицхью накачал его, но уровень токсинов слишком низок для того, как он играет. Он был под кайфом, не понимал, что происходит. Фицхью затащил его в игровую комнату, надел на него наручники. Он пытался убежать, но Фицхью одолел его, избил, а затем изнасиловал ".

"Это было бы не в первый раз. Волки охотятся на овец. Такова их природа".

"Но здесь все было не так. Двайер должен был знать, что это не пройдет просто так. Возможно, это было изнасилование, парень был несовершеннолетним, так что по обоюдному согласию или нет, Фицхью свинья. Но он не поколотил Девина. Отец сделал. Ты смотришь на лист Фицхью. Он никогда не бил своих жертв. Он не применял силу. Он использовал убеждение, подкуп, угрозы. Попытка доказать это силой была одной из причин, по которой они потеряли его ".

"Итак, вы читаете это, когда Дуайер, вероятно, вместе с герцогами и Прайсом, пытался построить свое дело из соломы, а волк его снес".

Она сидела на консоли. "Ложь, полуправда и паршивая полицейская работа. Я думаю, это солома. Я расскажу вам, как это произошло. Ребенок тайком выходит из дома. Вероятно, он делал это десятки раз. Они пытаются заключить его в клетку, но у него это не получается. Он не его чертов отец. Он не его брат-говнюк с ангельским личиком. Он направляется в клуб, который обслуживает однополую ориентацию. Он не ищет девушку. Фитцхью ловит на троллинг и пахнет свежим мясом. Покупает парню выпивку, возможно, предлагает ему что-нибудь нелегальное. Приходи ко мне, там, откуда это пришло, есть еще кое-что. Малыш поддерживает приятный, устойчивый шум, и Фицхью делает то, что делает Фицхью. Кайф проходит".

"Нет ничего прекраснее картины, нарисованной твоим образом".

"Не красивее", - согласилась Ева. "Но это правильная картина. Парню четырнадцать. Он зол, он смущен, ему стыдно.Он идет домой, пробирается обратно. Но он разоблачен. От него пахнет алкоголем и сексом, и отец выходит из себя. Хватает его за запястье, дает пощечину. Слезы, крики, взаимные обвинения. Вероятно, отец пожалел о каком-то обзывательстве после. Отведите его в медицинский центр, прикажите ему сказать, что незначительные травмы были результатом сексуального насилия. Он причинил семье достаточно неприятностей, черт возьми, и он собирается делать то, что ему сказали ".

"И в конце концов, - продолжил Рорк, - все развалилось. Фицхью ушел, потому что, помимо всего прочего, остальные были слишком заняты защитой своего имиджа ".

"Да, и это заставляет меня чувствовать себя лучше, если я пойду к ним завтра и расспрошу семью. Они будут не единственными. Давайте найдем остальных".

"Я уже настроил поиск, добавив файл Джорджа". Он улыбнулся ей, придвинулся, раздвигая ее колени, чтобы он мог поместить свое тело между ними. "Это отметит заблокированных запечатанных, и я ввел серию команд, чтобы обойти блокировку, открыть печать".

"Занятые пальцы".

"И в них еще есть жизнь". Он скользнул ими под ее рубашку. "Потребуется немного времени, чтобы закончить выполнение заданий. Просто, я бы сказал, достаточно времени ".

"Я на службе".

"Я тоже". Он осторожно вошел и нашел своим ртом местечко прямо под ее подбородком, которое ему нравилось больше всего. "Почему бы вам не отдать мне приказ, лейтенант?" Его пальцы скользнули по ее грудям, бокам и спине, танцуя вдоль позвоночника.

Трепет устремился за ними. Она знала, что он делал - смывал тени с картины, которую они только что нарисовали. Вызывая сильные, чистые цвета их собственных.

"Прекрати это". Она наклонила голову, чтобы его губы могли подняться выше. "Через минуту".

"Это увеличивает даже мою скорость и проворство, но мы начнем с минуты". Он поймал мочку ее уха зубами. "И посмотрим, как это получится".

Ее мозг начал затуманиваться, ее тело начало преображаться. "Боже, ты хорош в этом".

"Это войдет в мое официальное досье как..." Его рот нашел ее рот, погрузился в. "... эксперт-консультант, гражданское лицо?"

"Я сохраню это в своих личных записях". У нее перехватило дыхание. Как, черт возьми, ему удалось так быстро снять с нее рубашку? "Это... мы не можем сделать это на командной консоли ".

"Я думаю, мы могли бы". Он уже расстегнул ее брюки. "Но ей чего-то немного не хватает. Держись, - сказал он и подтолкнул ее бедра, пока ее ноги не обвились вокруг его талии.

"Минута, должно быть, истекла", - прошептала она, но не смогла удержаться, чтобы не прикусить его горло.

"Давайте посмотрим, сможем ли мы остановить время".

Он открыл стенную панель. Кровать выдвинулась. Когда он повалил ее на матрас, она обхватила его ногами и руками и использовала инерцию, чтобы перекатиться на него сверху.

"Это будет быстро", - предупредила она его.

"Я могу жить с этим".

Она разорвала его рубашку, одним жестким движением провела руками по его груди, затем опустилась, чтобы поцарапать зубами плоть.

Его вкус уже был частью ее, жил внутри нее. Тем не менее, она всегда хотела большего. И взял больше, прижимая ее рот к своему, пока жар не пропитал ее.

Она могла чувствовать, как это вытекает из него, из нее, когда рты и руки стали жадными. Это подпитывало ее, пульсируя в ее организме, как выброс адреналина.

Когда он повернул ее, чтобы стянуть брюки, она стянула его. Ее сердце колотилось под его беспокойным ртом. Его мышцы напряглись под ее нетерпеливыми руками.

Они тянули, тянули, дергали и разрывали так, что она была обнажена и смеялась, когда снова перекатилась, чтобы оседлать его. Смех превратился в мурлыканье удовольствия, когда она приняла его в себя.

Она сжалась вокруг него и свела его с ума от желания. Приподнявшись, он прижался ртом к ее груди, всасывая ее, пока не почувствовал, что может питаться биением ее сердца. Вкус, жар, аромат мате. Она выгнулась, позволяя ему заполнить ее.

Затем начал двигаться.

Она отбросила его назад, уперлась руками по обе стороны от его головы и использовала свои бедра, чтобы задать бешеный темп.

Волнение, темная и опасная грань этого, пронзила его насквозь. Ее лицо было живым, таким живым от цели и удовольствия. И она скакала на нем так, как будто от этого зависели их жизни.

Воздух сгустился, его зрение затуманилось. Она была размытым бело-золотым пятном.

"Ты переходишь". Ее голос был грубым. "Ты отпускаешь".

Его тело погрузилось в ее. Он думал, что это все равно, что быть проглоченным заживо. Он услышал ее крик, когда она нырнула за ним.

***

Он потянул ее вниз, притянул к себе, пока они плыли обратно.

"Секс - это забавно", - пробормотала она.

"Я все еще смеюсь".

Она фыркнула и на мгновение уткнулась лицом в его шею. "Да, это была действительно хорошая шутка, но я имел в виду, что иногда это выбивает тебя из колеи, и тебе кажется, что ты мог бы проспать месяц. В других случаях это накачивает вас так, что вы чувствуете, что могли бы пробежать марафон. Интересно, почему это так?"

"Я не мог бы сказать, но у меня такое чувство, что этот попадает в последнюю категорию".

"Да, я в восторге". Она подвинулась, запечатлела быстрый, жесткий поцелуй на его губах. "Спасибо".

"О, все, что я могу сделать, чтобы помочь".

"Ну, ты можешь поднять свою великолепно выглядящую задницу, чтобы я мог увидеть остальные данные". Она радостно втянула воздух, затем откатилась в сторону. "Я хочу кофе".

"Это будет долгая ночь. Почему бы нам не взять немного этого торта в дополнение к нему?"

Она схватила свою рубашку. "Хорошая мысль".

***

Из-за секса и кофеина уровень ее энергии оставался высоким до трех часов ночи, пока в ее списке не появилось еще шесть имен, и она не сомневалась, что их было больше. План игры уже сформировался в ее голове.

Она бы начала утром с герцогов.

Когда она потянулась за очередной чашкой кофе, Рорк просто отодвинул ее за пределы ее досягаемости. "Вы уволены, лейтенант, и снимаетесь с дежурства".

"У меня есть еще один час во мне".

"Ты не понимаешь, нет. Ты побледнел, что является верным признаком того, что ты уперся в стену. Тебе нужно немного поспать, иначе завтра ты не будешь в форме. Вы должны быть такими, если собираетесь делать то, что, как я предполагаю, вы собираетесь делать, и настаивать на интервью с этими семьями. Ты возьмешь Пибоди?"

Он спросил больше, чтобы отвлечь ее, чем для того, чтобы узнать. Он выключил оборудование, обнял ее за талию.

"Я возвращался к этому вопросу снова и снова. Если я возьму ее, я поставлю ее в затруднительное положение. Если я этого не сделаю, она разозлится и будет дуться. Она действительно раздражает, когда дуется ".

Он овладел ею в лифте прежде, чем она осознала это. Что доказывало, как она полагала, что она потеряла самообладание на ночь.

"Думаю, я оставлю это на ее усмотрение. Или, может быть, я..."

"Реши утром", - закончил он и повел ее в постель.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Макнабу не очень повезло, что он отключился на ночь. Он чувствовал себя беспокойным и бесполезным, лежа в постели. В темноте. Более осведомленный о своих онемевших частях, чем остальные. Отсчитывает удары собственного сердца. Как будто они были тиканьем часов, подумал он, отсчитывая остаток своей жизни как наполовину там, наполовину ушедший.

Днем было легче, когда работа занимала его разум, заставляла думать о чем-то другом, кроме себя. И это тик-так. Пока он не пошел дотянуться до чего-нибудь, или встать, или просто почесать свою чертову задницу.

Это нахлынуло тогда, парень. Как чертова приливная волна.

Тик-так.

Если бы он закрыл глаза, он мог бы увидеть, как все это происходит снова. Крик, движение, размытая рука Хэллоуэя, поднимающая оружие, целящаяся. И он мог чувствовать это снова, этот ледяной горячий поток, который пинал его вверх, назад и вниз. Это одно мгновение, всего одно, когда ты ничего не чувствуешь.

Если бы он двигался чуть быстрее, если бы он прыгнул в другую сторону. Если бы Хэллоуэй не выстрелил так близко и так чисто.

Если, если, если.

Теперь он знал, каковы его шансы на возвращение. Упала до тридцати процентов и продолжает падать.

Он был в жопе, и все это знали. Им не нужно было этого говорить. Он мог слышать, как они думали об этом.

Особенно Пибоди.

Он практически мог слышать, как она думает об этом во сне.

Он повернул голову и смог разглядеть ее очертания в темноте, на кровати рядом с ним.

Он подумал о том, как она без умолку болтала - о работе, о деле, о малыше Джейми, о тысяче вещей, чтобы избежать любых пауз молчания, пока она помогала ему раздеваться на ночь.

Господи, он даже не мог расстегнуть свои штаны.

Заметка для себя, кисло подумал он. Застежки-молнии, липучки и tipcot появятся только в будущем.

Он бы с этим справился. Ты бежал с теми данными, которые получил. Но будь он проклят, если она застрянет с ним.

Он схватился здоровой рукой за столбик кровати, пытаясь приподняться.

Она пошевелилась, пошевелилась, и ее голос донесся из темноты, слишком отчетливый для нее, чтобы она спала.

"В чем дело?"

"Ничего. Просто хочу встать. У меня это есть ".

"Я протяну тебе руку помощи. Свет горит, десять процентов".

"Я сказал, что у меня все получилось, Пибоди".

Но она уже встала с кровати, подходя к нему сбоку. "Держу пари, тебе нужно пописать. Вы с Джейми, должно быть, выпили по галлону молока каждый с этим тортом. Я мог бы сказать тебе ..."

"Возвращайся в постель".

"Все равно не могу уснуть. Я продолжаю думать об этом случае ". Ее движения были такими же быстрыми и практичными, как и ее тон, когда она подтолкнула его, приподняла, переместила и усадила в кресло. "Ты должен понять, что Даллас и Рорк над чем-то работают, иначе они бы ..."

"Сядь".

"Я собираюсь набрать немного воды".

"Садись, Пибоди".

"Конечно, хорошо". Она сохранила полуулыбку на лице, когда села на край кровати лицом к нему. Было ли это слишком? она задумалась. Недостаточно? Ее мышцы были настолько напряжены, что казалось, будто отряд юных скаутов тренировался вместе с ними на получение значка "За заслуги".

Он выглядел таким усталым, подумала она. Так ужасно, ужасно хрупко как-то.

"Это не сработает. Мы не собираемся работать ".

"Глупо говорить об этом в три часа ночи". Она начала вставать, но он положил здоровую руку ей на колено.

На ней была ярко-красная ночная рубашка, и ее пальцы были выкрашены в тот же оттенок. Ее волосы были растрепаны, рот мрачен.

И Макнаб понял, что Рорк был прав в том, что он однажды сказал. Он был влюблен в нее. Это означало, что он должен был сделать это правильно.

"Послушай, что я собирался сделать, так это затеять драку, разозлить тебя настолько, чтобы ты сбежал. Не так уж трудно это сделать. Тебя довольно легко согнуть. Мы бы порвали с этим и пошли разными путями. Но это не кажется правильным. Кроме того, ты бы все равно к этому прикипел. Так что я собираюсь играть с тобой откровенно, Пибоди ".

"Слишком поздно заводить такого рода споры. Я устал".

"Ты не спал. Как и я. Давай, Она-Тело, выслушай меня ". Он увидел, как ее глаза засияли, и закрыл свои. "Не открывай кран, хорошо? Это уже полный отстой ".

"Я знаю, что ты собираешься сказать. Ты запутался, ты ущербен, и ты хочешь все порвать, потому что ты не хочешь портить мою жизнь. Бла-бла-бла."

Она шмыгнула носом, провела рукой под носом. "Ты хочешь, чтобы я ушел, потому что ты не можешь, чтобы у меня была полноценная, осмысленная жизнь без бремени быть привязанным к тебе. Что ж, проваливай, Макнаб, потому что я не пойду пешком. И тебе прекрасно удалось вывести меня из себя, думая, что я так и сделаю ".

"Это покрывает часть этого". Он вздохнул, держа руку на ее колене. "Ты бы не ушла, Пибоди. Ты твердый, и ты бы не ушел, когда я ... когда я в таком состоянии. Ты бы держался, и ты бы продолжал держаться, даже если бы твои чувства ко всему изменились. Ты твердый, и это то, что делает твердый. Через некоторое время никто из нас не знал бы наверняка, была ли ты со мной, потому что хотела быть или потому что чувствовала себя обязанной ".

Между ее бровей пролегла упрямая складка, и она повернула голову так, что теперь смотрела в стену, а не в эти трезвые, серьезные зеленые глаза. "Я не собираюсь это слушать".

"Да, ты такой". Он откинулся назад, вцепился в подлокотник кресла здоровой рукой. "Я не хочу быть медиком, и ты не хочешь им быть. Ради всего святого, я бы не смог отлить сам, если бы Рорк и Даллас не дали мне этот гребаный стул. Она держит меня на работе, и ей это не обязательно. Я не собираюсь этого забывать ".

"Ты просто жалеешь себя".

"Гребаный А." Он почти улыбнулся. "Попробуй умереть на двадцать пять процентов и посмотри, как быстро ты вытащишь скрипки. Я зол и напуган, и я не знаю, что, черт возьми, я собираюсь делать завтра. Если я должен так жить, то это перерыв ".

Он не собирался быть нытиком, напомнил он себе. Он не собирался быть нытиком. "Но у меня есть право устанавливать правила, и я не хочу, чтобы ты был рядом".

"Ты не знаешь, что тебе придется так жить". Она вскинула руки, пытаясь изобразить раздражение, в то время как слезы обожгли заднюю стенку ее горла. "Если это не вернется через несколько дней, ты отправишься в ту клинику".

"Я уйду. Я тоже буду в большом долгу перед Далласом и Рорком за это, но я уйду. И, может быть, мне повезет".

"У них семидесятипроцентный показатель успеха".

"У них тридцатипроцентный процент неудач. Не говори цифры электронщику, детка. Я должен сосредоточиться на себе на некоторое время. Я не могу думать о том, как у нас все может получиться, а может и нет ".

"Значит, мы просто упаковываем это, чтобы вам не пришлось беспокоиться об этом? Теперь ты еще и трус ".

"Черт возьми! Черт возьми, неужели ты не понимаешь, что мне нужно сделать это для тебя? Неужели ты не можешь дать мне здесь паршивую передышку?"

"Думаю, что нет". Ее подбородок выпятился. "У тебя уже был свой паршивый перерыв. И я скажу вам, я тоже не знаю, как у нас все сложится. Половину времени я не знаю, какого черта я в тебе вижу. Ты раздражающий, ты неряшливый, ты тощий, и ты определенно не соответствуешь моему детскому образу мужчины мечты Делии. Но я в этом сейчас и я делаю свои собственные звонки. Когда я захочу выйти, я выйду. До тех пор ты можешь заткнуться, потому что я возвращаюсь в постель ".

"Думаю, Рорк больше соответствует образу мужчины мечты Делии", - проворчал он.

"Чертовски верно". Она забросила ноги обратно в кровать, взбила подушки. "Гладкая, сексуальная, великолепная, богатая и опасная. Ничего из того, чем ты являешься сейчас, или был до того, как тебя шокировали. Ни на что из этого ты тоже не можешь надеяться, когда встанешь и снова будешь танцевать. Верни свое жалкое "я" обратно в постель. Я не твоя нянька".

Он изучал ее, когда она легла на спину, скрестила руки на груди и уставилась в потолок.

И он начал улыбаться. "Ты хорош. Я не ожидал, что это произойдет. Выведи меня из себя, оскорбь меня - кстати, именно это несексуальное замечание задело - и сведи спор с его орбиты ".

"Поцелуй меня в задницу".

"Это одно из моих любимых развлекательных занятий. Я не хочу сражаться с тобой, Женское Тело. Я просто думаю, что нам обоим не помешало бы немного времени, немного пространства. Я забочусь о тебе, Ди. Я действительно забочусь о тебе ".

От этого у нее снова защипало глаза. Он никогда не называл ее Ди. Она крепко сжала губы, боясь, что может начать рыдать. Уверенная, что убийственное выражение, которое она придала своему лицу, заставило бы лейтенанта гордиться ею, она повернула голову.

Затем она выпрямилась, как ракета, отрывающаяся от стартовой площадки, и уставилась. "Ты чешешь руку".

"Что?"

Очень медленно, лишь слегка дрожа, она указала. Он проследил направление и увидел, что рассеянно почесывает свою правую руку. "Итак, это зудит. То, что я пытаюсь сказать..."

Его тело стало очень неподвижным. Он мог бы поклясться, что его собственное сердце остановилось. "Это зудит", - выдавил он. "Это похоже на кучу иголок под кожей. О Боже."

"Это пробуждение". Она вскочила с кровати, чтобы опуститься на колени рядом с его креслом. "Что с твоей ногой? Ты что-нибудь чувствуешь?"

"Да, да, я..." Зуд становился невыносимым, и его сердце начало колотиться. "Помоги мне, ладно? Прямо вдоль бедра. Я не могу достичь. Аааа."

"Я должен позвонить Соммерсету".

"Прекрати царапаться, и я убью тебя".

"Ты можешь пошевелить пальцами рук, ног, чем угодно?"

"Я не знаю". Он надавил, пытаясь игнорировать ощущение в своих бицепсах, в бедре, которое было похоже на укол тысячи раскаленных иголок. "Я так не думаю".

"Ты чувствуешь это?" Она прижала большой палец к его бедру, и ей показалось, что она почувствовала дрожь мышц.

"Да". Он боролся с горячим потоком эмоций, который подступил к его горлу. "Почему бы тебе не сместить этот захват на несколько дюймов влево? Отвлеки меня, прежде чем я начну кричать от этого зуда ".

"Твой член никогда не немел".

Слеза скатилась с ее щеки, шлепнулась ему на руку. И он знал, что самое сладкое ощущение, которое он когда-либо испытает, - это теплая, влажная слеза на его пробуждающейся руке.

"Я люблю тебя, Пибоди".

Она посмотрела на него с удивлением. "Послушай, не сходи с ума..."

"Я люблю тебя". Он положил здоровую руку на ее щеку. "Я подумал, что упустил свой шанс сказать тебе это. Я не собираюсь рисковать пропустить это снова. Ничего не говори, хорошо? Может быть, ты мог бы просто дать этому шанс прижиться ".

Она облизнула губы. "Я мог бы это сделать. Мне нужно, чтобы Соммерсет был здесь. Он должен... сделай что-нибудь. Вероятно." Когда она выпрямилась, ее колени задрожали. И она повернулась и ловко треснулась голенью о кровать. "Черт. Черт. Вау."

Она захромала к дому, пока Макнаб чесал свою пульсирующую руку и ухмылялся ей вслед.

***

К половине восьмого Ева снова накачивала себя кофеином. Со второй чашкой в руке она направилась в лабораторию для быстрой проверки с Рорком, прежде чем остальная команда отправится в ее офис.

Она была почти за дверью, когда услышала его голос.

Она уже слышала этот ледяной тон раньше - такой, который пронзает живот, вываливая кишки, прежде чем жертва почувствует боль.

Хотя жертва в этом случае была несовершеннолетней, никто не собирался звонить в Службу по делам несовершеннолетних.

"Есть ли что-то в правилах этого дома и вашем нынешнем положении в нем, что ускользнуло от вас?" Рорк поставил вопрос так, как кошка прячется за мышиной норкой.

Со смертоносным терпением и блеском клыков.

"Послушай, что такое BFD?"

И ребенок, подумала Ева, качая головой, реагировал как мышь, достаточно глупая, чтобы думать, что она может переждать или перехитрить кошку. Глупый, безрассудный мальчик, размышляла она. Ты уже мертвое мясо.

"Ты следи за своим тоном, когда говоришь со мной, Джеймс. Я потерплю от тебя определенную долю идиотизма из-за твоего возраста, но я не потерплю никакого нахальства вообще. Ясен ли нам этот конкретный момент?"

"Да, хорошо, но я просто не..."

Ева не могла видеть лица Рорка, но она могла ясно представить выражение его глаз. Тот, который заставил Джейми проглотить все, что он собирался сказать, и пересмотреть это.

"Да, сэр".

"Это хорошо. Экономит время и душевную боль. Теперь я объясню тебе, что это за чертовщина, словами, которые должны быть легко поняты. Потому что я отдал вам конкретный приказ, а когда я отдаю конкретные приказы, им нужно следовать. И на этом все заканчивается. Какая-нибудь часть этого туманна для тебя?"

"Предполагается, что люди должны думать сами за себя".

"Таковы они. И люди, которые работают на меня, должны делать то, что я им говорю. Или они больше не работают на меня. Если ты собираешься дуться из-за этого, уйди куда-нибудь в другое место, чтобы мне не приходилось смотреть на тебя ".

"Мне почти восемнадцать".

Рорк оперся бедром на рабочий стол. "Ты мужчина, не так ли? Тогда веди себя как единое целое, а не как мальчик, которого поймали с рукой в банке из-под печенья ".

"Я мог бы получить больше данных".

"Ты мог бы разбить свой впечатляющий мозг. Дело в том, Джейми, что у меня есть планы относительно тебя, которые не включают посещение твоих похорон ".

Плечи Джейми теперь сгорбились, его взгляд опущен. Он лениво пнул основание рабочей станции носком своего древнего воздушного ботинка. "Я бы был осторожен".

"Осторожен? Осторожность - это не пытаться проникнуть в лабораторию посреди ночи, чтобы загрузить зараженный компьютер без чьего-либо контроля, без чьего-либо наблюдения. То, что это такое, высокомерно и глупо. Я потерплю немного высокомерия, даже восхищаюсь им. Но глупость - это другое дело. Помимо всего этого, ты ослушался приказа ".

"Я хотел помочь. Я просто хотел помочь ".

"Ты помогал, и ты продолжишь помогать, если дашь мне слово, что не попытаешься повторить то же самое снова. Посмотри на меня. Ты говоришь, что хочешь быть полицейским. Бог знает почему, поскольку вы будете работать до полусмерти за нищенскую зарплату и практически без благодарности со стороны людей, которых вы клялись защищать и служить. Хороший полицейский следует приказам. Он не всегда соглашается с ними, не всегда они ему нравятся, но он следует им ".

"Я знаю". Казалось, ветер покинул его, снова опустив плечи. "Я облажался".

"Ты действительно это сделал. Но не так сильно, как ты мог бы. Твое слово в этом, Джейми ". Рорк протянул руку. "Как мужчина".

Джейми опустил взгляд на протянутую руку. Его плечи распрямились, и он сжал ее. "Я не буду делать это снова. Я обещаю".

"Тогда это конец. Иди, позавтракай. Мы вернемся к этому через полчаса ".

Ева осторожно завернула за угол, подождала, пока Джейми выскочит и уйдет.

Рорк уже был на рабочем месте, когда она вошла. Она отметила, что он не занимался расследованием дел, а передавал какие-то сложные инструкции для своего брокера. Когда он закончил, она открыла рот, чтобы заговорить, затем снова закрыла его, когда он немедленно начал другую передачу своему администратору.

Она напомнила себе обо всем том времени, которое он ей уделял, о работе, которой он жонглировал, перетасовывал, приспосабливался, чтобы выкроить время. Это помогло ей не скрипеть зубами, когда он продолжил передачу своему администратору с one на FreeStar One.

"Если вы собираетесь стоять там, переминаясь с ноги на ногу, лейтенант, вы могли бы принести мне чашечку кофе. Мне понадобится здесь еще десять минут ".

Он делал ей одолжение, сказала она себе, подавляя дерзость и беря кофе. Она слушала вполуха, как он включал передачи, отвечал, переводил, инструктировал и, насколько она могла судить, управлял своей империей с рабочего места, более подходящего для дрона, чем короля.

"То, на что ты предлагал цену, офисный комплекс. Полагаю, они уступили и приняли твое предложение ".

"Да".

"И я не переминался с ноги на ногу".

"Мысленно ты был. Я собираюсь провести собрание сегодня днем. Это не должно связать меня больше чем на девяносто минут ".

"Чего бы это ни стоило. Вы уже дали департаменту больше, чем он мог ожидать ".

"Заплати мне", - сказал он и притянул ее к себе для поцелуя.

"Ты дешево работаешь, Ас".

"Это был только залог. Ты решил, как собираешься справиться с этим утром?"

"В значительной степени. Прежде чем я проинформирую команду, я хотел сказать, что это была хорошая техника с ребенком раньше. Сбейте его с ног, сломайте его, раздавите в пыль, затем восстановите его снова ".

Он попробовал кофе. "Слышал, что ты сделал?"

"Я мог бы добавить пару креативных угроз. Что-то, что дает хороший визуальный эффект. Но в целом, это было очень впечатляюще ".

"Маленький пибрейн, думающий, что он придет, запустит зараженного и представит нам данные этим утром. Я чуть не засадил ему ботинком в задницу ".

"Откуда ты знаешь, что он пытался?"

"Потому что я принял меры предосторожности, добавив дополнительный уровень безопасности к двери, и заблокировал все помещения". Едва заметная улыбка тронула уголки его рта. "И я ожидал, что он попробует это, как сделал бы я в его возрасте".

"Я удивлен, что он не справился".

"У меня немного больше навыков, чем у подростка, спасибо".

"Да, да, и яйца побольше тоже. Я думал об этом его глушителе. Ты отобрал у него прототип, но я бы поставил месяц своей нищенской зарплаты, что у него был другой ".

"Ты имеешь в виду это?" Рорк вытащил это из кармана. "Я заставил Соммерсета перевернуть его комнату вверх дном - незаметно. Когда его там не нашли, я предположил - правильно - что он был при нем. Итак, вчера вечером я залезла к нему в карман по пути на ужин. И подсунула ему другую с несколькими особыми дефектами".

"Дефекты?"

"Дает вам быстрый, довольно неприятный небольшой толчок, когда вы начинаете функцию клонирования. Это было мало с моей стороны, я полагаю. Но его нужно было поставить на место ".

Забавляясь, она чокнулась своей кофейной кружкой с его. "Да, в целом, довольно впечатляюще. Ты хочешь принять участие в этом брифинге, или тебе нужно еще немного времени, чтобы купить Сатурн или Венеру?"

"Я не покупаю планеты. Они просто неэффективны с точки зрения затрат ". Он воскрес.

Они вошли в кабинет Евы и увидели, как Джейми, Фини и Бакстер поглощают пищу со стола, установленного в центре комнаты и заставленного едой.

"Эти яйца", - Бакстер проглотил, подцепив вилкой еще кусочек, - "от цыплят. Цыплята".

"Кряк-кряк". Ева подошла, чтобы взять кусочек бекона.

"Ты влюбилась в этого парня, Даллас. Без обид, - сказал Бакстер Рорку и положил еще яиц.

"Не обижайся". Развеселившись, он кивнул в сторону мясного блюда. "Вы пробовали ветчину? Это от свиньи".

"Хрю-хрю", - сказал Джейми, подшучивая над самим собой.

"Если мы закончили посещать животных на ферме, у тебя есть десять минут, чтобы доесть остальное". Ева покончила с ломтиком бекона. "И, Бакстер, если ты разнесешь по Центральному управлению слух о том, что я упала в соус, я позабочусь о том, чтобы у тебя никогда в жизни не было больше куриного яйца".

Она хмуро посмотрела на свой наручный прибор. "Почему здесь нет Пибоди и Макнаба?" Она повернулась, намереваясь использовать связь с домом, чтобы разбудить их. Рорк остановил ее, положив руку ей на плечо.

"Ева". Он сказал это тихо, подталкивая ее локтем, пока она не оказалась лицом к двери.

У нее перехватило горло. Ее рука, в свою очередь, легла на плечо Фини и сильно сжала. Они смотрели, как Макнаб медленно входит в комнату.

Он использовал трость. Каким-то образом это выглядело почти стильно - глянцево-черный, с серебряным наконечником. Он вспотел. Она могла видеть, как на его лице проступают бусинки усилия, даже когда он ухмылялся от уха до уха.

Его шаги были нетвердыми, явно натруженными. Но он был на ногах. Хождение.

Пибоди была прямо за ним, изо всех сил стараясь не заплакать.

Ева почувствовала, как рука Фини поднялась и крепко накрыла ее руку.

"Самое время тебе оторвать свою ленивую задницу". Его голос был хриплым, но Фини боялся поднять чашку и сделать глоток, чтобы очистить его. Его рука была далека от твердой. "Команда несла тебя достаточно долго".

"Я думал о том, чтобы попытаться отложить это еще на один день". Макнаб запыхался, когда добрался до стола. Тем не менее, он протянул правую руку, сомкнул пальцы на ломтике бекона, поднес его ко рту. "Но я почувствовал запах еды".

"Ты хотел позавтракать, тебе следовало прийти двадцать минут назад". Ева подождала, пока он посмотрит на нее. "Лучше поешь побыстрее", - приказала она. "У нас есть работа".

"Да, сэр". Он попытался отступить к стулу, пошатнулся. Ева поймала его за локоть, держала его, пока он снова не обрел равновесие.

"Даллас?"

"Детектив".

"Я полагаю, что это единственный шанс, который у меня когда-либо будет в этом". Он крепко, шумно поцеловал ее в губы, что заставило Бакстера зааплодировать.

Ева подавила смешок и холодно посмотрела на него. "И ты думаешь, я не надеру тебе задницу за это?"

"Не в этот раз". Измученный, он упал в кресло. У него перехватило дыхание. "Эй, парень, передай сюда эти яйца, пока Бакстер не облизал это чертово блюдо".

После завтрака, после брифинга, Ева распустила свою команду, оставив только Пибоди.

"Он хорошо выглядит", - начала Ева. "Немного изношенный, но хороший".

"Не выспался. Он исполнял обычную песню "горе мне, ты должен уйти", когда ...

"Что?"

"Он чувствовал себя подавленным, и он вбил себе в голову, что хочет, чтобы я шел пешком, чтобы он не чувствовал себя обузой, или мне не хотелось этого, неважно. Мы спорили, и это началось. У него начинает чесаться рука, затем ноги, а затем... Прости, я запутываюсь, когда говорю об этом ".

"Хорошо, тогда давай не будем говорить об этом. Если не считать того, что я рада, что он... - Она замолчала, прижала пальцы к глазам и глубоко вздохнула.

"Тебя это тоже портит". Пибоди шмыгнула носом, достала свой носовой платок. "Это так мило".

"Мы все рады, что он вернулся. Давай пока оставим это в покое ".

Она вздохнула один раз, затем переключила передачу. "Данные попали в мои руки через альтернативный источник. Я не собираюсь называть этот источник. Я намерен действовать на основании этих данных, которые включают имена и информацию в запечатанных файлах, которые у меня пока нет полномочий вскрывать ".

Пибоди сидела тихо. Она знала, над чем сейчас работали Рорк и ее лейтенант. Она не знала, как, черт возьми, они попали в "запечатанных". Вероятно, не хотел знать.

"Да, сэр. Мне кажется, что действовать на основе этих данных, которые попали в ваши руки из альтернативного источника, было бы правильной процедурой. Игнорировать данные во время расследования, помеченного как приоритетное, было бы нарушением служебных обязанностей ".

"Хочешь быть моим представителем, если меня арестуют за это?"

"Я полагаю, Рорк может нанять для нас лучших".

"Ты не будешь на линии огня. Ты можешь выбрать другое назначение ".

"Даллас..."

"Или," продолжила Ева, "ты можешь сопровождать меня, как мой помощник. И, как мой помощник, твоя задница не будет в этом участвовать. Ты просто выполняешь приказы ".

"Со всем уважением, сэр, моя задница рядом с вашей. Если вы ожидаете чего-то другого, у вас не тот помощник ".

"Я не ошибся помощником. Возможно, мы немного перегреемся ради этого, Пибоди, но я не думаю, что это будет гореть очень жарко или очень долго. Я введу тебя в курс дела по пути ".

***

Дональд и Сильвия Дьюкс жили в аккуратном двухэтажном таунхаусе. Ева заметила занавески с оборками на окнах и одинаковые белые горшки с красными цветами, стоящие по обе стороны от входной двери. Как солдаты, подумала она, охраняющие форт.

Она нажала на звонок, достала свой значок.

Ответившая женщина была маленькой, стройной и такой же упорядоченной, как и ее цветы. На ней было платье в бело-голубую клетку, а на талии был повязан белый фартук. Она накрасила губы бледно-розовой краской, надела серьги из трех маленьких жемчужин треугольником и безупречно белые парусиновые туфли.

Без фартука она выглядела бы как женщина, собирающаяся отправиться на целый день по делам.

"Миссис Герцоги?"

"Да. Что не так? Чего ты хочешь?" Ее осторожный взгляд метнулся от лица Евы к значку и обратно. Ева могла слышать нервный хриплый звук в своем голосе.

"Все в порядке, мэм. Я хотел бы задать вам несколько вопросов. Ничего, если мы войдем?"

"Я посреди... Я очень занят. Сейчас неподходящее время ".

"Я мог бы назначить встречу в удобное для вас время. Но сейчас я здесь, и я постараюсь не задерживать тебя надолго ".

"Кто это, Сильвия?" Дональд Дьюкс подошел к двери. Он возвышался над своей женой, атлетически сложенный мужчина шести футов двух дюймов. Его песочного цвета волосы были коротко подстрижены по-военному.

"Полиция", - начала Сильвия.

"Лейтенант Даллас, полиция Нью-Йорка, и мой помощник, офицер Пибоди. У меня есть несколько вопросов, мистер Дюкс. Если бы у меня было несколько минут вашего времени ".

"В чем дело?"

Он уже отодвинул свою жену в сторону и стоял, загораживая дверной проем. Теперь форт охраняли не только цветы, решила Ева.

"Это касается смертей Чедвика Фицхью и Луиса К. Когберна".

"К нам это не имеет никакого отношения".

"Сэр, в свое время вы выдвинули обвинения от имени вашего сына Девина против обоих этих мужчин".

"Мой сонДевин мертв".

Он сказал это так категорично, так холодно, как будто говорил о потере своего любимого галстука.

"Мне жаль". Ева услышала, как его жена подавила рыдание позади него. Дьюкс и глазом не моргнул ". Мистер Герцоги, это то, что вы хотите обсудить в дверях?"

"Это то, что я вообще не хочу обсуждать. Файлы Дэвина закрыты, лейтенант. Откуда у вас наше название?"

"Ваши имена всплыли в ходе моего расследования". Тогда жестко по отношению к жестко по отношению к заднице, решила Ева, холодно глядя на него. "Файлы могут быть запечатаны, мистер Дьюкс, но люди болтают".

"Папа?" Мальчик прошел половину лестницы вниз. Он был высоким, как его отец, с такими же коротко остриженными волосами. На нем были синие брюки, голубая рубашка, и то и другое было остро, как лезвие ножа. Как униформа, решила Ева.

"Джозеф, возвращайся наверх".

"Что-то не так?"

"Это тебя не касается". Дюкс быстро оглянулся. "Немедленно иди наверх".

"Да, сэр".

"Я не позволю тебе разрушать мой дом", - сказал он Еве.

"Вы бы предпочли отнести это в Центральный?"

"У тебя нет полномочий, чтобы..."

"Да, сэр. Я верю. И тот факт, что вы неохотно отвечаете на несколько обычных вопросов, побуждает меня воспользоваться этими полномочиями. Это может быть простым или сложным. Это твой выбор".

"У тебя есть пять минут". Он отступил назад. "Сильвия, иди наверх с Джозефом".

"Мне нужна миссис Герцоги тоже."

Ева могла видеть, как он боролся с яростью. Горячий румянец залил его скулы, и его челюсть задвигалась. Это был не тот человек, который привык, чтобы любой приказ подвергался сомнению, а тем более отменялся.

Она могла бы встретиться с ним лицом к лицу, или она могла бы сдержаться. Она приняла мгновенное и инстинктивное решение сменить тактику.

"Мистер Герцоги, мне жаль приносить это в ваш дом, беспокоить вас и вашу семью. Я должен делать свою работу ".

"И ваша работа - допрашивать порядочных граждан по поводу смерти подонков?"

"Я всего лишь пехотинец, выполняющий приказы".

Она сразу увидела, что это была правильная кнопка. Он кивнул и, не говоря ни слова, повернулся и прошел в гостиную. Сильвия осталась стоять, сжав кулаки, костяшки пальцев побелели, как ее фартук.

"Должен ли я... не хотите ли немного кофе, или ..."

"Они не гости, Сильвия". Дюкс вырвал это. Ева увидела, как его жена вздрогнула, словно от удара.

"Не утруждайте себя, миссис Герцоги".

Жилая зона была безупречно чистой. По бокам дивана, выполненного в приглушенных синих тонах, стояли два одинаковых столика. На каждом была подходящая лампа. Там стояли два стула с тем же рисунком, что и диван, а на зеленом коврике не было видно ни пылинки, ни ворсинки.

Там была ваза с желтыми и белыми цветами, расставленными слишком аккуратно, чтобы быть веселыми. Он был установлен точно в центре кофейного столика.

"Я не буду просить тебя сесть".

Дюкс встал, сцепив руки за спиной на уровне талии.

Еще один солдат, подумала Ева, приготовившийся к допросу.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

"Мистер Дьюкс, насколько я понимаю, примерно четыре года назад у вашего сына был случай приобрести незаконное вещество у Луиса К. Когберна."

"Это верно".

"И, узнав об этом, вы сообщили о том же в полицию, подав официальную жалобу в то время".

"Это тоже верно".

"Впоследствии обвинения по этому делу против Когберна были сняты. Можете ли вы сказать мне, почему?"

"Прокуратура отказалась довести дело до конца". Он стоял по стойке "смирно". "Когберна вернули на улицу, где он мог продолжать развращать молодые умы, молодые тела".

"Я предполагаю, что ваш сын дал полное заявление о случившемся, и с учетом того, что незаконное вещество в качестве улики восходит к Когберну, кажется необычным, что прокурор не стал настаивать ".

Губы Когберна сжались. "Запрещенное вещество было уничтожено. Я бы не хотел, чтобы это было в моем доме. Казалось, моего слова, слова моего сына, было недостаточно против слова мусора ".

"Я понимаю. Это было трудно для тебя. Разочарование, я уверен, для вашей семьи ".

"Это было".

Интересно, подумала Ева, что Дьюкс носил почти такую же синюю форму, как и его маленький сын. Складки посередине его брюк были такими острыми, что, казалось, могли порезать плоть.

Более интересными были волны ярости, исходящие от него. Горячие, удушающие волны ярости, едва сдерживаемые.

"Насколько вам известно, ваш сын продолжал иметь дело с Когберном?"

"Он этого не сделал".

Но Ева увидела правду на лице Сильвии. Парень вернулся за добавкой, подумала Ева. И все это знали.

"Я предполагаю, что Служба по делам детей рекомендовала Девину проконсультироваться с нелегалами".

"Они сделали".

Ева немного подождала. "И он выполнил программу?"

"Я не понимаю, какое это имеет отношение к вашему расследованию, лейтенант", - натянуто сказал он.

Она снова изменила тактику. "Можете ли вы рассказать мне о событиях, связанных с опытом Девин с Чедвиком Фицхью?"

"Мужчина сексуально домогался моего несовершеннолетнего сына". Самообладание Дьюкса дало первую трещину. Но Ева увидела не столько горе, сколько отвращение. "Он навязал себя моему сыну и участвовал в противоестественных действиях".

"И это растление имело место в доме Фитцхью?"

"Это произошло".

"Как Дэвин оказался в доме Фитцхью?"

"Его заманили".

"Дэвин рассказал тебе, как его заманили?"

"Не имеет значения, как. К нему приставали. Об этом было должным образом сообщено в полицию. Виновный не был наказан ".

"Обвинения были сняты? Почему?"

"Потому что закон защищал хищника, а не жертву. Твое время истекло".

"Как и когда умер Дэвин?"

Проигнорировав вопрос, Дьюкс направился из гостиной к входной двери.

"Я могу получить эту информацию через публичные записи".

"Мой сын покончил с собой". Дюкс стоял, прижав руки к бокам, сжатые в кулаки. "Восемь месяцев назад. Он накачивал свое тело мусором, пока не умер. Система не смогла защитить его. Это не помогло мне защитить его ".

"У тебя есть еще один сын. Как далеко бы ты зашел, чтобы защитить его?"

"Джозеф не будет развращен раком, который разъедает наше общество".

"Рак - это своего рода вирус, не так ли? Вы можете убить вирус вирусом. Заражать хозяина до тех пор, пока плохие клетки не будут уничтожены. Вы специалист по компьютерам, мистер Дьюкс. Ты знаешь о вирусах".

Она увидела это тогда - признание, даже своего рода гордость, которая вспыхнула на его лице, а затем исчезла снова. "Я сказал, что твое время вышло".

"Как и ваша, мистер Дьюкс", - тихо сказала Ева. "Тебе, наверное, захочется начать готовить для своей жены и сына то, что случится, когда ты умрешь вместе с остальными участниками Purity".

"Убирайся из моего дома. Я намерен позвонить своему адвокату ".

"Хорошая идея. Она тебе понадобится".

***

Когда они вернулись в машину, Пибоди хмуро оглянулась на дом. "Почему ты дал ему чаевые?"

"Если бы он не был достаточно умен, чтобы понять, что я смотрю на него, а он смотрит, то кем бы он ни собирался сообщить об этом визите, он был бы. Я давал чаевые жене ".

"Ты не думаешь, что она часть этого?"

"Он никогда не прикасался к ней, едва взглянул на нее. Она стоит там со слезами, текущими по ее лицу, а он даже не замечает ее присутствия. Нет, это его сделка. Что ты увидела в том доме, Пибоди?"

"Что ж, он правит".

"Более того. Это гребаная казарма, и он командир. Она открывает дверь до девяти утра, разодетая, как женщина из рекламы автозаправок. Парню около четырнадцати, но он убегает обратно наверх по щелчку пальца Дюкса. Держу пари, что все кровати были уже застелены, и ты мог бы сбросить с каждой из них монетку в пять кредиток ".

Подумав, она направилась в центр. "Как бывший морской пехотинец, который требует, чтобы все вокруг него было улажено, справится с сыном, который развращает свой разум и тело нелегалами? Это был его термин, верно? Точно так же, как "неестественные действия" было его термином. Сын-химик, гомосексуалист. Боже, это должно было спалить его белую, гомофобную задницу ".

"Бедный ребенок".

"Да, и теперь его отец может использовать его как символ, как оправдание для убийства. Есть все виды рака, - пробормотала она. "Даллас", - сказала она, когда ее dash 'link запищал.

"В вашем транспортном средстве?" Спросила Надин. "Возможно, вы захотите где-нибудь остановиться. Вы наверняка захотите это услышать ".

"Я могу слышать и вести машину одновременно. В этом смысле я талантлив".

"Я получил еще одно заявление от Искателей чистоты. Выходит в эфир через пятнадцать."

"Отложите трансляцию. Нам нужно..."

"Я не могу придержать эту историю для тебя, Даллас. Я не буду. Я предупреждаю вас. Я также передам в эфир любой комментарий, который вы захотите сделать, любое заявление, которое вы или NYPSD захотите опубликовать. Но это в пятнадцатом выпуске ".

"Черт возьми". Расстроенная, Ева свернула к обочине, подрезая такси, прежде чем она взлетела по пандусу парковки у тротуара на переполненный второй уровень. "Давай сделаем это".

"Граждане Нью-Йорка", - прочла Надин безупречным голосом в эфире, - "мы хотим заверить вас в вашей безопасности и подтвердить наше обещание добиваться справедливости от вашего имени. Мы привержены нашей клятве защищать невиновных, одновременно назначая виновным должное наказание, которого не могут обеспечить скованные руки закона ".

"Мы - это вы: ваши братья, ваши сестры, ваши родители, ваше дитя. Мы ваша семья, поскольку мы ваши опекуны".

"Как и вы, мы опечалены трагической гибелью сотрудника полиции и службы безопасности Нью-Йорка, который скончался два дня назад. Смерть детектива Кевина Хэллоуэя при исполнении служебных обязанностей - еще один пример разложения, поразившего наш город. Мы возлагаем на Луиса К. Когберна прямую ответственность за это отвратительное преступление. Если бы не предыдущие действия Луиса Когберна, которые сделали необходимым наказание, которое он получил, детектив Кевин Хэллоуэй был бы жив сегодня, делая то, что ему было разрешено делать - в рамках ограничений наших нынешних законов - служить этому городу ".

"Мы просим вас, граждане Нью-Йорка, присоединиться к нам сегодня в минуту молчания в память о детективе Хэллоуэе. И мы выражаем его семье, его друзьям, его коллегам-офицерам наши соболезнования в это скорбное время".

"Луис Когберн был наказан. Правосудие восторжествовало и будет продолжаться".

"Мы посылаем это предупреждение всем, кто стремится причинить вред нашим братьям, всем, кто охотится на наших детей и невинных, что наша рука будет быстрой, она будет надежной. Вы больше не найдете убежища за законом".

"Мы выступаем за чистоту".

"Мы выступаем за жителей Нью-Йорка".

"Умно", - сказала Ева, когда Надин закончила.

"Очень умный. Стань одним из людей, чтобы не было слишком похоже, что за тобой наблюдает Большой брат. Выразите сожаление по поводу смерти полицейского и укажите пальцем на кого-то другого. Сформулируйте свои цели так, чтобы ваше послание было громким и ясным, и пусть оно звучит в ушах вашей аудитории так, чтобы вы отстаивали интересы людей. Это хрестоматийный пиар ".

"Неужели никто не слышит того, что слышу я?" Потребовала Ева. "'Никто из вас не забивает свои бедные глупые головы ничем из этого. Мы позаботимся об этом. Мы решим, кто виновен, кто невиновен.Кто живет, кто умирает. И если, черт возьми, кто-то попадет под перекрестный огонь, это не наша вина ".

"Нет, ты не единственный, кто это слышит". Надин покачала головой. "Но многие люди услышат именно то, что они хотят услышать. Вот почему это хрестоматийный пиар, Даллас. Это работает".

"Будь я проклят, если они собираются использовать одного из нас в качестве символа. Хочешь комментарий, Надин, вот он: лейтенант Ева Даллас, главный следователь по делам об убийствах "Непорочности", заявляет, что детектив EDD Кевин Хэллоуэй был убит при исполнении служебных обязанностей террористической организацией, называющей себя "Искатели непорочности". Эта организация подозревается в причастности к убийствам четырех гражданских лиц и офицера полиции. Лейтенант Даллас далее заявляет, что она, члены ее следственной группы и каждый офицер, все ресурсы нью-йоркской полиции и Департамента безопасности будут работать, чтобы раскрыть, идентифицировать и арестовать всех членов этой террористической организации, чтобы они могли предстать перед судом в соответствии с кодексами этого города и, если их признают виновными, понести наказание по всей строгости закона ".

"Понял, понял. Неплохо, - сказала Надин, отрываясь от своего магнитофона. "Как насчет продолжения один на один?"

"Нет. Я занят, Надин. И сегодня я должен помочь похоронить полицейского ".

***

Они увековечили память Кевина Хэллоуэя в доме престарелых в центре города, всего в нескольких кварталах от полицейского управления. Еве часто приходило в голову, когда ей приходилось отдавать дань уважения другим погибшим полицейским, что тот, кто начал этот бизнес, решил, что расположение рядом с крупным полицейским участком будет плюсом.

Для Halloway они открыли весь первый этаж, и все равно там было полно народу. Копам всегда удавалось найти время, чтобы разбудить другого копа.

Она заметила мэра Пичтри, спрятавшегося среди своей свиты, когда он пожимал руку и выглядел должным образом мрачным, сочувствующим или понимающим.

Ева ничего не имела против него лично, и он, казалось, выполнял свою работу с минимумом суеты и самовозвеличивания. Возможно, он был искренен.

Он казался искренним - искренне взбешенным, подумала она, - когда его сверкающий взгляд встретился с ее через толпу.

Был приказ в одном резком жесте, который призвал ее к нему.

"Мэр".

"Лейтенант". Он понизил голос. В таком месте это можно было бы принять за благоговение, но она услышала за этим раздражение. "Ваш послужной список впечатляет. Ваше начальство полностью верит в ваши способности. Но вы не просто полицейский чиновник в этом вопросе. Ты общественный деятель. Ваше заявление Ферсту в 75 лет не было ни проверено, ни санкционировано ".

"Мое заявление было отзывчивым и точным".

"Точность". Казалось, он втягивает в себя. "Точность - это не проблема. Восприятие, образ и послание таковы. Лейтенант, мы должны быть единым целым, командой, во время этого кризиса ".

Он положил руку ей на плечо. В этом жесте была теплота, страна отточенного дружелюбия, точно так же, как был отточен легкий изгиб его губ. "Я завишу от тебя".

"Да, сэр".

Он отступил, вскоре был поглощен своим народом и другими, кто хотел этого краткого контакта с властью и знаменитостью.

Ева предпочитала тихое присутствие коммандера Уитни сияющему присутствию Пичтри. Он привел свою жену, отметила Ева. Если и было что-то, в чем Анна Уитни преуспела, так это публичные и социальные сферы жизни жены высокопоставленного полицейского. На ней был черный, простой, неброский костюм, и, стоя рядом со своим мужем, она держала женскую руку в обеих своих.

"Мать Хэллоуэя". Фини подошел к Еве вплотную. "Я уже говорил с ней. Она специально попросила встретиться с тобой ".

"Человек".

"Я знаю. Я тоже ненавижу эти вещи. Привлекательная рыжеволосая другая сторона шефа? Девушка Хэллоуэя. Меня зовут Лили Дуган. Она довольно разорвана. Здесь есть значки из каждого района. Это о чем-то говорит".

"Да. Это о чем-то говорит".

"Они положили его в соседнюю комнату. Макнаб там, внутри ". Фини глубоко вздохнул. "Усадил его в кресло. Я еще долго не могу спокойно стоять. Рорк там, с ним ".

"Рорк здесь?"

"Да". Горе пропитало его. "Я не мог больше оставаться там. Просто не смог этого сделать ".

"Достаточно быть здесь, Фини".

"Не похоже на это. Я отведу тебя к его матери".

Они пробирались сквозь толпу скорбящих, сквозь приглушенный гул разговоров. Воздух был тяжелым от аромата цветов, тусклым от тихого света, который, казалось, предпочитали скорбящие.

"Лейтенант".

Ева повернулась, почувствовав прикосновение руки к своей руке, и посмотрела в глаза Дженны Франко. Она не видела в них горя, но она видела много раздражения. Она не маскировала это так гладко, как Пичтри.

"Заместитель мэра".

"Мне нужно поговорить с тобой. Наедине."

"Сначала мне нужно кое-что сделать. Тебе придется подождать".

Она высвободила руку, повернулась спиной. Это было мелочно, она знала. Но поскольку у нее была чертовски хорошая идея, что повлечет за собой приватный чат, она сомневалась, что они с Дженной Франко собирались тратить много времени на удобства.

Ева собралась с духом, прежде чем подойти к Колин Хэллоуэй. Ей, вероятно, было бы за сорок, может быть, за пятьдесят, подсчитала Ева, но выглядела моложе. Горе придало ее коже своего рода прозрачность, которая добавила юношеской хрупкости на фоне непроницаемой черноты ее траура.

"Лейтенант".

Первой заговорила Анна Уитни. Ева часто оказывалась не на стороне жены командира. Но в данный момент на ее лице не было ни намека на обычное нетерпение или раздражение.

И, к удивлению Евы, Анна взяла ее за руку и сжала ее.

"Миссис Уитни."

"Мать детектива Хэллоуэя надеялась поговорить с вами". Ее голос был низким, она слегка повернулась спиной, так что слова предназначались только Еве. "Знаете ли вы, что есть одна вещь, более трудная, чем быть замужем за полицейским, лейтенант?"

"Нет. Я всегда полагал, что это была короткая соломинка ".

Едва заметная улыбка появилась на губах Анны. "Есть еще один, покороче. Это рождение одного. Будь осторожен с ней ".

"Да, мэм".

"Колин?" С естественной мягкостью, которой восхищалась Ева, Анна обняла женщину за плечи. "Это лейтенант Даллас. Лейтенант, мать Кевина".

"Миссис Хэллоуэй. Я очень сожалею о вашей потере".

"Лейтенант Даллас". Колин сжала руку Евы. Это было сильнее, тверже, чем Ева ожидала. "Большое вам спасибо, что пришли. Интересно, наверху есть небольшая комната для уединения. Не могли бы вы уделить мне несколько минут? Я хотел бы поговорить с тобой ".

"Хорошо".

Она вывела Еву из полутемной гостиной, вверх по лестнице. Копы высыпали наружу, тоже столпились там. Но они отступили в сторону, почтительно опустив глаза, когда Колин проходила мимо.

"Мой муж тоже хотел бы с вами познакомиться. И Лили. Но я спросил их, могу ли я провести это время наедине с тобой. Они поняли".

Она открыла дверь, вошла в маленькую гостиную. Больше цветов, мягкие ткани, чуть преувеличенные по стилю, чуть слишком темные в своих винно-красных тонах.

"Эти места так ужасно угнетают, не так ли? Интересно, почему они не впускают свет ". Колин подошла к окну, раздвинула тяжелые шторы и впустила солнце. "Я полагаю, что многие люди находят утешение в тени".

"А ты?" - спросила она Еву, затем покачала головой. "Мои мысли бессвязны. Пожалуйста, присаживайтесь".

Колин взяла стул, села с очень прямой спиной. "Я видел тебя на экране. Ты всегда кажешься такой компетентной, даже когда это освещение одного из тех общественных мероприятий, которые вы посещаете со своим мужем. Он ужасно красив, не так ли?"

"Да, мэм".

"С его стороны было любезно тоже прийти. Чтобы найти время, поговорить со мной, моим мужем, Лили. Очень добрый. Кевин иногда говорил о тебе. Однако ты никогда с ним не работал, не так ли?"

"Не напрямую, нет. Но я часто завишу от EDD в своей работе. Зал... Кевин был ценным сотрудником департамента ".

"Он восхищался тобой. Я хотела сказать тебе, - добавила она, слегка улыбнувшись отсутствующему выражению лица Евы. "Он иногда говорил о том, что ты работал с капитаном Фини и другим молодым детективом, Иэном Макнабом. Я думаю, он немного завидовал твоим отношениям как с Йеном, так и с капитаном."

"Миссис Хэллоуэй..."

"Я говорю вам это только для того, чтобы вы могли понять, почему он мог сказать или сделать то, что он сказал или сделал, когда он был в такой ужасной беде".

"Миссис Хэллоуэй, мне не нужны объяснения. Кевин был болен, очень болен, и ничто из того, что произошло после того, как они заразили его, не было его виной ".

"Приятно слышать, как ты это говоришь. Я слышал заявления этим утром. Они оба. Я не был уверен, была ли ваша позиция просто ведомственной, или вы имели это в виду ".

"Я действительно имел это в виду. Каждое ее слово".

Колин кивнула. Ее губы дрогнули один раз, затем укрепились. "Я знаю, что ты сделал, пытаясь спасти Кевина. Я знаю, что ты рисковал своей собственной жизнью, чтобы сделать это. И я знаю, - продолжила она, когда Ева начала говорить, - что ты скажешь, что выполняла свою работу. Это то, что вы все говорите. Но сначала я хочу поблагодарить тебя как мать, просто как мать ".

В ее глазах все поплыло, и хотя она моргнула, чтобы сдержать слезы, одна из них выкатилась и потекла по ее щеке. "И я хочу поблагодарить тебя за Кевина. Пожалуйста... позволь мне закончить".

И все же ей пришлось на мгновение остановиться, прочистить горло. "Мой сын гордился тем, что был офицером полиции. Он верил в то, что это означало, уважал это и старался изо всех сил. Они могли бы отнять у него это, а также его жизнь, если бы не ты. Если бы не вы, его капитан, его командир, его коллеги-офицеры... у него могли отнять эту гордость и уважение. Вместо этого..."

Она полезла в маленькую черную сумочку и достала значок своего сына. "Вместо этого есть честь. Я никогда этого не забуду." Теперь она наклонилась вперед, выражение ее лица было напряженным. "Останови их. Ты остановишь их".

"Да, мэм. Я остановлю их".

Кивнув, Колин снова откинулась назад. "Я держал тебя достаточно долго. Я уверен, что у вас много работы. Я думаю, я хотел бы немного посидеть здесь, на свету".

Ева встала и направилась к двери. Затем она повернулась и сказала то, что было у нее на уме. "Миссис Хэллоуэй? Он, должно быть, тоже ужасно гордился тобой."

Снова эти губы изогнулись, совсем чуть-чуть. Снова одинокая слеза скатилась по ее щеке.

Ева выскользнула и закрыла дверь.

Она была почти у лестницы, когда Франко налетел на нее. Чанг поспешил за ней, как домашняя собачка. "Мы поговорим сейчас".

Когда она направилась в комнату уединения, Ева поймала ее за руку. "Там миссис Хэллоуэй".

Нетерпение на лице Франко исчезло. Ее последний взгляд на дверь был полон сочувствия. Затем это исчезло, когда она прошла по коридору, протолкнулась в другую комнату.

Это было что-то вроде офиса, в котором в данный момент работала молодая женщина за блестящей деревянной стойкой для завтрака, превращенной в рабочее место.

"Мне нужно это пространство", - отрезал Франко. "Тебе придется уйти".

Ева подняла брови, когда девушка выбралась наружу. Франко была женщиной, которая шла туда, куда хотела, когда хотела. Ева восхищалась этой чертой.

Когда Чанг закрыл за ними дверь, Франко перешел в атаку. "Вам было поручено использовать официальное заявление при ответе средствам массовой информации. Мы не можем тратить время и ресурсы, бегая за вами и разгребая беспорядок ".

"Тогда тебе лучше постараться не отставать. Я получил предупреждение за несколько минут до того, как должно было выйти в эфир последнее заявление Purity. Я ответил на указанное заявление так, как посчитал нужным ".

"Не твое дело решать, что является подходящим ответом средствам массовой информации". Это пришло от Чанга, в резких тонах. "Это моя работа - рассказывать вам, что уместно в этой области".

"Когда я смотрел в последний раз, я не отвечал тебе, и если этот день когда-нибудь наступит, я уйду в отставку".

"Шеф Тиббл приказал вам сотрудничать", - напомнил он ей. "И все же вы отказываетесь принимать заказы, которые были организованы для максимального раскрутки и эффекта. И теперь вы делаете свое собственное заявление без разрешения. Заявление, которое говорит не только за вас, лейтенант, но и за весь департамент. Это неприемлемо".

"Если шеф или мой командир определит, что я сделал или сказал неприемлемое, тогда они могут наказать меня, Чанг. Ты не можешь".

Она сделала шаг к нему, была мрачно рада видеть, что он сделал шаг назад. "Никогда не пытайся указывать мне, как делать мою работу".

"У тебя никогда не было никакого уважения ко мне или моему положению".

Ева наклонила голову. "И к чему ты клонишь?"

"Посмотрим, что скажет по этому поводу шеф Тиббл".

"Беги и сплетничай, ты, маленькая ласка. И пусть взрослые закончат говорить ". Она повернулась к Франко, который ничего не сказал во время обмена репликами. "Ты хочешь мне еще что-то сказать?"

"Да, на самом деле. Почему бы тебе не уделить нам минутку, Чанг? Остальное мы обсудим в моем кабинете в ..." Она проверила время. "Тридцать минут".

Он вышел, угрюмо хлопнув дверью.

"Ты пытаешься раздражать людей, Даллас, или это просто врожденный навык?"

"Я думаю, это второе, потому что это дается действительно легко. Особенно с такими придурками, как Чанг ".

"Если я скажу вам, что согласен с тем, что Чанг раздражающий, самодовольный и скучный придурок - утверждение, которое я буду категорически отрицать, если повторю, - можем ли мы смягчить некоторую враждебность?"

"Тогда зачем ты используешь его?"

"Потому что он хороший. Он очень, очень хорош. Если бы мне должны были нравиться все, с кем я работал или кто работал на меня, я бы точно не занимался политикой. Теперь, вопрос первый, ваше заявление сегодня утром. Чанг считает, и я согласен - как и мэр, - что использование вами смерти детектива Хэллоуэя было опрометчивым."

"Моя польза? Всего одна чертова минута.Они использовали его, уклоняясь от ответственности за его смерть. Я ответил и засунул ответственность обратно им в задницу ".

"И я понимаю инстинкт, который побудил тебя сделать это. Ради бога, Даллас, ты думаешь, я функционирую без сердцебиения? Я не верю. И это сердце разбивается из-за той женщины дальше по коридору. Черт возьми. Она потеряла своего сына. У меня есть сын. Ему десять. Я не могу представить, что мне придется прощаться с ним так, как сегодня прощается Колин Хэллоуэй ".

"Мне кажется, было бы сложнее, если бы людям позволили думать, что ее сын умер ни за что".

"Не так ли?" Парировала Франко, затем покачала головой. "О, я знаю, как вы, копы, думаете. На работе. Я не буду с тобой спорить, потому что я этого тоже не понимаю. Но дело в том, что чем чаще упоминается его имя, чем больше он делает истории, тем труднее сосредоточить средства массовой информации и общественность на послании, которое мы хотим донести. Что бы ты ни думал, - добавила она, поворачиваясь обратно.

"Я знаю об этом больше, чем знаете вы с Чангом.Второй момент заключается в том, что ни одно заявление не должно было быть сделано без разрешения ".

"Ты не будешь боксировать со мной таким образом. Я не охотник за СМИ, но если и когда я почувствую, что это поможет моему расследованию, я воспользуюсь этим ".

"И все же ты отбрасываешь заказы, которые организовал Чанг, программируя там, где у нас был бы некоторый контроль".

"Я не сижу в какой-нибудь студии, повторяя ответы и заявления, одобренные департаментом или мэрией, когда мое время и энергия требуются для приоритетного расследования. Факт в том, что я никогда этого не делаю ".

"Да, так ясно дал понять ваш командир".

"Тогда в чем проблема?"

"Пришлось рискнуть". Франко развела руками. "Мы могли бы использовать эфирное время. Другой вопрос, который я должен обсудить с вами, потенциально намного серьезнее. До мэра уже дошло, что вы допрашивали герцогов этим утром в ходе вашего расследования. Семья, которая также недавно потеряла своего сына и которая защищена закрытыми файлами ".

"Он не терял времени даром. Информация о герцогах попала в мои руки. Связь с двумя жертвами, а также профессия Дональда Дюкса привели меня к мысли, что неофициальное интервью было оправдано. Ты собираешься сейчас пытаться указывать мне, как делать мою работу?"

"О, ради Христа". Франко всплеснула руками. "Почему ты настаиваешь на том, чтобы вести себя так, как будто мы на противоположных сторонах".

"Это так ощущается".

"Вы знаете, что произойдет, если Дональд Дьюкс обратится к средствам массовой информации? Если он расскажет о домогательствах в его собственном доме со стороны праймериз в этой и без того острой ситуации? Когберн подсадил их сына на нелегалов -"

"Нет никаких доказательств, подтверждающих, что Когберн был его первым дилером".

"Неважно, есть ли доказательства", - парировал Франко. "Вот что можно было бы сказать. Когберн зацепил невинного, ранимого двенадцатилетнего мальчика из хорошей, солидной, посещающей церковь семьи. Полиции не удалось возбудить дело. Позже этот мальчик - то проблемный, то непокорный из-за своей зависимости - попадает в руки педофила. Чедвик Фицхью избивает и насилует юную Девин, которой сейчас всего четырнадцать. Семья разрушена, мальчик травмирован, и снова полиции не удается возбудить дело ".

"Все произошло не так".

"Именно так это будет представлено, сообщено, обсуждено, если они станут достоянием общественности. Правда, кусочки правды, откровенная ложь, это не имеет значения, когда это в эфире. Будет нарисована картина, затем вы войдете в нее, задавая вопросы этой поврежденной, скорбящей семье, которая пыталась поступить правильно, которая вверила свою веру и благополучие своего сына в руки системы только для того, чтобы потерпеть неудачу самым ужасным образом. Вы пытаетесь вовлечь их в расследование убийства. Вы обвиняете их в принадлежности к группе, которую вы публично назвали террористами. И ты делаешь это в их доме. Разве ты не видишь, к чему это приведет?"

"Я расскажу тебе, как это работает, Франко. Дональд Дьюкс не мог или не захотел принять сексуальную ориентацию своего сына -"

"О, мой Бог, о, мой Бог". Франко прижала пальцы к вискам, казалось, пытаясь просверлить их насквозь. "Если ты начнешь говорить, что этот ребенок был геем, на тебя подадут в суд, как и на департамент, возможно, и на город, прежде чем я смогу выкинуть тебя из окна ближайшего двадцатого этажа".

"Нет, если я сначала подтолкну тебя. В любом случае, доказательства указывают на то, что он был геем, или, конечно, смущен своей собственной сексуальностью. У него никогда не было шанса принять решение. Его отец жесткий, властный. Такой парень, который просто не собирается ошибаться. Он уничтожает улики, которые, возможно, помогли возбудить дело против Когберна, но это вина системы. Он редактирует и изменяет факты в деле Фитцхью, так что дело разваливается, и опять же, это вина системы. Теперь он нашел выход для своей агрессии и своей точки зрения: Чистота ".

"У тебя есть доказательства всего этого?"

"Некоторых. Я доберусь до остального".

"Даллас, если мне трудно поверить во что-либо из этого, никто другой в это не поверит. Кроме того, вы говорите о фактах и предположениях, которые были в запечатанном. Официального и публичного выговора от вашего командира может оказаться недостаточно, чтобы остановить судебный иск или бурю в СМИ ".

"Если и когда мой командир сочтет необходимым сделать мне выговор, это его право, и это моя проблема. Буря в СМИ - твоя и Чанга. Герцоги могут начинать все юридические действия, какие захотят. Они никуда не денутся, как только я посажу его в клетку. Мы закончили на этом?"

"Тебе лучше быть очень уверенным в себе", - предупредил Франко.

"Я уверен в своей работе, и это одно и то же".

Ева ушла. Когда она начала спускаться вниз, она услышала чистый, сильный голос тенора, исполняющего вступительные такты "Дэнни Боя".

Копы всегда пели "Дэнни Бой" на похоронах, подумала она. Она никогда точно не знала, почему.

"Лейтенант". Рорк встретил ее у основания лестницы.

"Мне нужно немного воздуха", - это все, что она сказала, и вышла за дверь.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Дважды припаркованный фургон доставки перекрыл движение на протяжении, как оказалось, добрых шести кварталов. Результирующий шум от трубящих рожков и сыплющихся непристойностей превратил воздух в один долгий крик ярости.

Оператор глиссадной тележки переварил кебаб и пересолил его. Вонь от жирного дыма была потрясающей.

Ева предпочла шум и вонь шепоту и цветам внутри.

Она прошла прямо через тошнотворный запах и достала кредиты. "Дайте мне шоколад", - приказала она оператору.

"Есть палочки. Много ты хочешь?"

"Шесть".

"Есть твой фруктовый сок, есть твоя пепси, есть твоя кола, есть твоя газированная вода. Чего ты хочешь?"

"Только шоколад".

Она бросила ему деньги, выхватила тонкие палочки у него из рук. Она яростно вгрызлась в первое. Они уже таяли в порочном кулаке жары.

Рорк купил большую бутылку воды и захватил небольшую гору салфеток. "Отдай одну. Ты заболеешь, если съешь их все ".

"Я уже болен". Но она доказала свою безграничную любовь, подарив ему одну. "Пичтри читает мне тридцать вторую лекцию о командной работе, заканчивающуюся словами "Тепло, мы оба просто государственные служащие, пожимающие друг другу руки ". Затем Чанг и Франко набрасываются на меня из-за заявления, которое я дал 75 этим утром. Не проверено, не одобрено. Давайте не будем путать общественность с правдой. Я коп, а не марионетка по связям с общественностью ".

"На что, я уверен, ты указал".

"Да". Она мрачно улыбнулась, съела еще шоколада. "Было это. Франко не кажется идиотом, особенно для политика. Но она - и все они - определенно кажутся более заинтересованными в восприятии, в изображении, в вращениях, чем в расследовании ".

"Они не поняли бы расследование так, как они воспринимали бы, представляли и раскручивали".

Он выпил воды, чтобы запить то, что городские торговцы в шутку называли шоколадом, затем смочил салфетку, чтобы стереть это пятно с пальцев.

"И они не поймут тебя и тот факт, что тебя меньше волнует освещение в СМИ, чем то, какую рубашку ты надеваешь утром", - добавил он, дважды отправляя салфетку в утилизатор. "Которой вообще нет".

Ева посмотрела вниз на свою рубашку. Это было белое, подумала она. Это было чисто. О чем еще тебе нужно было беспокоиться?

"Нам всем было бы лучше, если бы они сделали то, что сделали, и оставили меня в покое делать то, что я делаю. У меня есть подозреваемые, черт возьми. Прайс, Двайер, а теперь герцоги. Я взламываю любой из них, и это раскрывается ".

Она начала с третьей палочки. "Дюкс вызвал адвоката. Ухватился прямо за это. Нытье, домогательства, шум судебных процессов, которые вывели Франко и компанию на орбиту ".

"Это было неожиданно?"

"Нет, я ожидал этого. Наверное, я надеялся, что это продержится до окончания мемориала ". Она оглянулась на центр скорби. Несколько копов направлялись к выходу. Назад к долгу, подумала она. Жизнь не всегда продолжалась, но работа продолжалась.

"Он в этом замешан, Рорк. Герцоги. Вписывается в профиль, как будто это сшитый на заказ костюм. Ты помнишь, как ты обошелся с Джейми этим утром, что я сказал о том, чтобы отбросить его назад, размолоть в пыль, а затем снова построить его? Дюкс не стал бы утруждать себя последней частью этого цикла. У меня сложилось впечатление, что он превратил жизнь своего ребенка в маленький личный ад. Я собираюсь низвергнуть его, и остальных вместе с ним ".

Она подняла глаза, выбрала окно комнаты, где она сидела с Колин Хэллоуэй. "Я собираюсь остановить их. Мне нужно, чтобы ты достал мне как можно больше данных и предыстории о Дональде Дьюксе - в рамках закона ".

"Если вы хотите, чтобы это было в рамках закона, почему спрашиваете меня, а не Фини или Макнаба?"

"Потому что мне могут приказать отстать от герцогов, и если я это сделаю, я не смогу попросить их. Поэтому я спрашиваю вас на случай, если это сыграет именно так. Мне кажется, парень из всех ваших компаний всегда был бы в поисках хорошего специалиста по информатике. Вы бы проверили биографию, занятость и так далее, прежде чем рассматривать возможность найма кого-либо, верно?"

"Я, конечно, хотел бы. И я мог бы случайно упомянуть кое-что из этой информации моей жене ". Он провел пальцем по ее подбородку. "Это очень умно, лейтенант".

"Я хочу, чтобы он был в коробке, и чтобы доставить его туда, мне нужны все ракурсы. Сегодня днем я собираюсь еще раз поговорить с Клариссой Прайс. Она не будет рада меня видеть. Тогда я, возможно, перейду к Движе".

Она посмотрела вниз на свою руку. Оставшаяся палочка превратилась в кляксу и безнадежную потерю. "Ну и гадость".

Она выбросила это в утилизатор, вымыла пальцы водой и салфетками, которые предоставил Рорк.

"Эй, леди!" Мужчина высунул голову из окна своей машины и закричал на нее через клаксоны. "Почему бы тебе не взорвать этого мудака там, наверху, и не дать остальным нам чертову передышку?"

"Твое оружие видно", - сказал ей Рорк, и она снова накинула на него тонкую черную куртку.

Быстрый просмотр, и она заметила пару полицейских в форме, выходящих из центра. "Йоу!" - Она показала свой значок. "Поднимите вон того придурка с доставкой. Он не продвигается ни в одном из них, влепите ему штраф ".

"Ты гребаный коп?" - крикнул мужчина.

"Нет, мне просто нравится носить гребаный значок и бластер. Убери рог ". Она повернулась обратно к Рорку, заметив, что он ухмыляется ей. "Что?"

"У тебя шоколад на твоем гребаном значке, лейтенант".

"Черт возьми". Она почти вытерла его о брюки, прежде чем он выхватил его у нее из рук, использовав последнюю из салфеток. "Подними подбородок", - приказал он.

"Что? Это у меня на лице?"

"Нет". Он наклонился - идеальный угол - и поцеловал ее. "Я просто хотел это сделать".

"Умный парень. Верни мне мой щит".

"Это снова у тебя в кармане".

Она проверила, покачала головой. "Иди, используй свои быстрые пальцы, чтобы достать мне кое-какие данные. Я собираюсь забрать Пибоди и направиться в службу по делам несовершеннолетних ".

"Я просто посмотрю, готов ли Макнаб уйти".

"Ты привез их в лимузине, не так ли?" - спросила она, когда они возвращались.

"Да, почему?"

"Ты портишь мою команду". Она повернулась к двери как раз в тот момент, когда вышла Уитни.

"Лейтенант, Рорк. Я думал, ты ушел ".

"Мы собирались это сделать, коммандер, как только я соберу свою команду".

"Оставь это Рорку. Пойдем со мной обратно в Центр".

"Да, сэр. Скажи Пибоди, чтобы встретила меня в Центральном", - сказала Ева Рорку. Она сделала шаг, остановилась. "Скажи ей, чтобы шла", - добавила она. "Я не хочу, чтобы ты отвозил ее в лимузине".

"Как вам будет угодно, лейтенант". Рорк провел пальцем по вмятине у нее на подбородке. "Увидимся дома. Джек." Он кивнул Уитни, затем вошел внутрь.

"Судя по этому трафику, он не смог бы сесть в машину рядом с центром в течение следующих тридцати минут".

"Он бы нашел способ", - ответила Ева, "и это создает чертово зрелище".

"Я предпочитаю ходить пешком, когда могу это сделать", - сказала Уитни, когда они начали спускаться по тротуару. "Вы провели некоторое время, разговаривая с матерью Хэллоуэя наедине".

"У нее сильный характер".

"Да, это так. Я полагаю, вы также говорили с мэром ".

"Да, сэр".

"Понятно, что он обеспокоен этой ситуацией".

"Я думаю, будет справедливо сказать, что мы все по понятным причинам обеспокоены этой ситуацией".

"Наши опасения могут проявляться по-разному. Вы также говорили с Чангом и заместителем мэра ".

"У нас были слова".

Уитни посмотрела на нее. "Сегодня ты поговорил со многими людьми".

"Да, сэр. Я считаю, что заявление, которое я дал Надин Ферст в ответ на релиз Purity, было уместным. Это также было фактом. Детектив Хэллоуэй и его семья заслуживают большего, чем позволить террористам использовать его в качестве инструмента для распространения своих идей. Работа обязана ему большим, чем это ".

"Я прекрасно осознаю, чем обязана работе, лейтенант". Он остановился на пешеходном переходе с толпой других пешеходов, ожидающих светофора. "Так получилось, что я не нашел ничего неподобающего в вашем заявлении, как и шеф. Мэрия менее удовлетворена, но Чанг уже работает над максимальным эффектом в нашу пользу. Это имеет значение ", - сказала Уитни, хотя она ничего не говорила. Не собирался.

Толпа начала волну за секунды до того, как сменился свет. И Ева, и Уитни прошли через это, набирая темп, чтобы освободиться.

"Я мог бы потратить наше время, рассказывая вам стандартные фразы о политике, отношениях со СМИ, связях с общественностью, имидже и восприятии, а также о часто непростых взаимоотношениях между полицией Нью-Йорка и офисом мэра".

Уитни высыпал кредиты из своего кармана в чашку для попрошаек, не сбавляя шага. "Но я не буду. Вы уже знаете обо всем этом, так же как я знаю, что вас это не особенно волнует. Я скажу, что это было бы полезно, и для всех участников было бы проще, если бы вы как можно больше сотрудничали с Чанем. Когда это не мешает вашему расследованию."

"Да, сэр".

"Что касается вашего интервью с Дональдом и Сильвией Дьюкс этим утром".

"Это было не интервью, коммандер, а несколько неофициальных вопросов в их доме и с их разрешения".

"Ты можешь играть в семантическую игру, когда тебе это подходит. Какой бы термин ни использовался, файлы на Девина Дьюкса были запечатаны и остаются таковыми в настоящее время ".

"К данным не всегда можно получить доступ через файлы, сэр".

"Да, ты можешь играть в эту игру. Готовы ли вы раскрыть свой источник?"

"Нет, сэр, и я не обязан этого делать в соответствии со статьей 12 Кодекса департамента ..."

"Не цитируй мне ведомственные кодексы, Даллас". Он продолжал идти легко, несмотря на давящую жару. Но его тон стал резким. "Если дело дойдет до гражданского процесса, и вы, и эти кодексы будут проверены".

"Этого не будет. Мало того, что этот вопрос будет спорным, когда я предъявлю Дональду Дьюксу обвинение в заговоре с целью совершения преступления, но ему нужно будет объединить все свои юридические ресурсы для своей защиты ".

"Он часть этого?"

"Он по уши увяз".

"Мать?"

Ева покачала головой. "Я так не думаю. Она слишком пассивна. Я провожу предысторию, чтобы попытаться определить, насколько квалифицированным программистом может быть Дюк. Несмотря ни на что, я считаю его ключевым игроком. На меньшее он бы не согласился. Я мог бы сломить его в интервью. Он зол и высокомерен, и ему нужно быть правым. Ему также не нравятся женщины, облеченные властью, так что это подтолкнет. Любит их на своем месте", - продолжила она, наполовину про себя. "Жена вся сияет, как выставочная собачка, в фартуке. Краска для губ и серьги в девять утра ".

"Моя жена наносит макияж перед завтраком"

"Странно. Но никто не запугивает миссис Уитни. Никто не помыкает ею ". Ева взяла себя в руки, поморщилась. "Не хочу проявить неуважение, коммандер".

"Не обижайся".

"Мне нужно еще несколько нитей, чтобы связать Дьюкса, тогда я смогу привести его".

"Найди нити и сделай их прочными".

"Я думаю, он поддерживал отношения с социальным работником и полицейским, которые занимались делом его сына. И я думаю, что они вовлечены. Я свяжу любого из них, я свяжу их всех ".

Они проехали еще один перекресток, повернули на запад.

"Убедись в этом. Ошибка бросит это нам в лицо, и вы примете на себя основную тяжесть этого. С другой стороны, было приятно видеть Макнаба на ногах ".

"Да, сэр, очень хорошо".

"Он все еще выглядит немного неуверенным".

"Я облегчаю его нагрузку, а у Пибоди..." Она замолчала, переориентировавшись. Должно быть, что-то в прогулке на улице, как у пары туристов, развязало ей язык, решила она. "Пибоди берет паузу".

"Вы думаете, я не осведомлен об отношениях между детективом EDD и вашим помощником, лейтенант?"

Ева смотрела прямо перед собой. "Я не люблю говорить об этом. Это заставляет меня нервничать ".

"Прошу прощения?"

"Буквально. У меня каждый раз этот тик прямо под глазом... Неважно. И детектив Макнаб, и офицер Пибоди выполняют свои обязанности неподражаемым образом. Я планирую представить имя Пибоди на рассмотрение для повышения до детектива первого класса ".

"Сколько лет ей осталось?"

"Почти три, и из них больше года в отделе убийств. Ее работа и послужной список заслуживают внимания, сэр. Если бы вы могли найти время, чтобы просмотреть ее файлы и мои оценки, и если вы согласны с моей рекомендацией, она могла бы начать готовиться к тестированию ".

"Я дам тебе знать. Ты можешь уделить Макнабу час, может быть, два, сегодня днем?"

"Да, сэр, если необходимо".

"Тогда я вытаскиваю его. Он проведет тет-а-тет с Ферстом в студии в ответ на заявления, опубликованные этим утром ".

"Сэр, это дается нелегко. Выставлять его на всеобщее обозрение после полученных травм? В день поминовения Хэллоуэя?"

"Это то, что известно как компромисс, лейтенант". Его тон оставался мягким, словно капля ледяной воды на ее жар. "Сила и авторитетность требуют компромисса. Ты сомневаешься, что он справится с этим? Более того, ты сомневаешься, что он поддержит Хэллоуэя?"

"Нет, сэр, я в этом не сомневаюсь".

"Тебе не нравится, что его используют как символ". Уитни направилась ко входу в полицейское управление. "Но это то, что он есть. И вы, лейтенант, тоже."

Внутри он оглядел огромный вестибюль с его многочисленными станциями передачи данных, анимированными картами локаторов. На копов, на жертв, на виновных.

"Итак, - сказал он, - вот что. Это означает закон и порядок, и это выставлено напоказ. Это, очень просто, дело передано в суд из-за манипуляций и маневров группы террористов. Это больше, чем закрытие твоего дела. Это выносит вердикт. Найди нити. Если вы собираетесь убрать отца мертвого подростка, убедитесь, что вы крепко их связали ".

***

Она решила связать другие нити, потратив время на написание официального отчета о своих утренних действиях. Но когда она вошла в свой офис, Дон Вебстер был за ее столом.

"Я продолжаю находить IAB в своем кресле, мне придется его заменить".

"Закрой дверь, Даллас".

"Мне нужно написать отчет, затем я должен выйти на поле".

Он встал, сам закрыл дверь. "Мы сделаем это быстро. Я должен записать этот разговор ".

"Что это за разговор, и почему ты должен его записывать?"

"Это касается вашего доступа к данным, содержащимся в запечатанных файлах. Подумай минутку, - сказал он, прежде чем она смогла заговорить. "Найдите минутку, чтобы подумать, прежде чем включить магнитофон".

"Мне не нужна минута. Включи это и покончи с этим. Мне нужно раскрыть несколько досадных убийств, пока ты разбираешься со своими внутренностями ".

"Это СОП. Ты это знаешь. Ты должен был знать, что это грядет ".

"По правде говоря, я об этом не подумала". И позже она бы пнула себя за это. "Сегодня у меня было несколько мыслей".

"Присаживайтесь".

"Я не обязан сидеть".

"Ладно, прекрасно". Он включил свой магнитофон. "Вебстер, лейтенант Дональд, прикрепленный к Бюро внутренних расследований в интервью с Далласом, лейтенантом Евой, Отдел убийств, Центральное полицейское управление, по делу о Дьюксе, Дональде, Сильвии и несовершеннолетнем сыне Девине, погибших. Лейтенант Даллас, желаете ли вы пригласить представителя вашего департамента или любого стороннего юридического представителя для этого собеседования?"

"Нет".

"Посещали ли вы в своем официальном качестве дом Дональда и Сильвии Дьюкс", - он зачитал адрес, - "примерно в девять утра этим утром?"

"Да".

"Задавали ли вы в то время вышеупомянутым лицам вопросы относительно инцидентов, связанных с их умершим несовершеннолетним сыном Девином Дьюксом?"

"Да".

Он поднял брови, но было ли это раздражением или одобрением ее односложных ответов, она не знала. Или забота.

"Знали ли вы, что данные об определенных инцидентах, относящихся к несовершеннолетнему, по которым вы допрашивали герцогов, находятся в закрытых файлах?"

Она и глазом не моргнула. "Я был проинформирован об этом мистером Дьюксом в его резиденции этим утром".

"Вы не знали ранее, что эти данные были защищены печатью?"

"Я сделал вывод, что это было".

"Как ты пришел к такому выводу?"

"Поскольку я не смог найти открытых файлов с вышеупомянутыми данными при поиске информации в ходе моего расследования".

Взгляд Вебстера оставался на одном уровне с ее. "Как вы получили информацию о Девине Дьюксе?"

"Через внешний источник".

"Из какого источника вы получили эту защищенную информацию?"

"Я не обязан называть источник, используемый в ходе расследования, особенно приоритетного расследования. Эта информация защищена в соответствии с Ведомственным кодексом двенадцать, статьей восемьдесят шесть B."

Монотонность его голоса никогда не менялась. "Ты отказываешься назвать свой источник?"

"Да. Это поставило бы под угрозу источник и мое расследование ".

"Лейтенант Даллас, использовали ли вы ведомственное оборудование и / или источники для доступа к закрытым записям?"

"Я этого не делал".

"Это вы, лейтенант Даллас, взломали печать на файлах Девина Дюкса?"

"Я этого не делал".

"Приказывали ли вы кому-либо из полиции Нью-Йорка сделать это?"

"Нет".

"Вы принуждали, подкупали, угрожали или приказывали какому-либо другому лицу сломать печать суда на этих файлах?"

"Нет".

"Будете ли вы, если это будет сочтено необходимым, подвергаться проверке на истинность по этому вопросу?"

"Я не буду добровольно подвергаться испытанию, но сделаю это по приказу моего начальства".

"Благодарю вас за сотрудничество, лейтенант. Интервью окончено. Запись окончена. Хорошо".

"Это все?"

"На данный момент. Можно мне немного твоего кофе?"

Она просто ткнула большим пальцем в автозапуск.

Он подошел, запрограммировал чашку. "Если дело дойдет до суда, было бы разумно использовать правдивую версию. Не могли бы вы передать это?"

"Интервью окончено, Вебстер. У меня есть работа ".

"Послушай, я ухватился за это интервью, потому что пытаюсь помочь тебе. IAB официально не проводит ничего подобного, это попахивает сокрытием. Никому из нас это не нужно ".

Часть гнева, который она сдерживала во время допроса, просочилась наружу. "Есть сокрытие, Вебстер, но оно связано с тем, что Чистота скрывает файлы под официальными печатями, выполняя юридическое танго, чтобы держать их запечатанными как можно дольше, чтобы попытаться остановить или повредить этому расследованию. Я обошел их, и им это не нравится ".

"Ты нюхаешь на кого-нибудь из копов?" Когда она ничего не сказала, просто села и повернулась к своему компьютеру, он пнул ногой ее стол. Это был жест, который она понимала и к которому испытывала некоторое уважение. "Неужели так трудно поверить, что я в этом на твоей стороне?"

"Нет. Но я не перебрасываю копов в ОВР. По крайней мере, пока я не буду уверен. Если я найду кого-нибудь, кто причастен к этому, я отнесу их к тебе на своей спине. Но не раньше, чем я узнаю, что без тени они грязны ".

Он отхлебнул кофе. Она буквально видела, как он использует это, чтобы успокоиться, сгладить углы. "Если у вас есть имена, я мог бы заняться этим неофициально".

Она изучила его профиль. Он бы так и сделал, решила она. "Я верю тебе, и я ценю это. Но сначала мне нужно поработать с некоторыми аспектами. Если я упрусь в стену и подумаю, что ты можешь помочь, я отмечу тебя. Ты закончил с Истинным сердцем?"

"Да, он допущен к исполнению обязанностей. Парень не заслуживал того, чтобы пройти через отжим ".

"До тех пор, пока он не вышел с другой стороны. У меня есть работа, Вебстер ".

Он направился к двери. "Если в этом замешаны копы, я хочу их видеть".

"Становись в очередь", - ответила она, затем сделала свой первый звонок.

Пока она ждала ответа, она составила свой отчет, обратившись к своему собственному послужному списку, чтобы быть уверенной, что не упустила ни малейшей детали.

Она доработала его, зарегистрировала и передала соответствующие копии. Когда она получила разрешение, она связалась с Трухарт.

"Мне нужна униформа", - отрывисто сказала она. "Ворчание и гудение работают. Обратитесь к детективу Бакстеру, в мой домашний офис ".

"Сэр, я назначен на дежурство до дальнейшего уведомления".

"Это ваше дальнейшее уведомление. Я очистил это. В мой домашний офис, офицер, КАК МОЖНО СКОРЕЕ ".

"Да, сэр. Благодарю вас, сэр".

"Посмотрим, поблагодаришь ли ты меня после того, как проведешь несколько часов с Бакстером".

Она прервала передачу, затем вышла, чтобы забрать Пибоди.

"Пибоди, ты со мной".

"Сэр". Это было все, что сказала Пибоди, пока они не оказались в машине Евы. "Я не хотел упоминать ничего внутри здания, на всякий случай. Бакстер передал мне кое-какую информацию для тебя. О детективе-сержанте Дуайере."

"Что он получил?"

"Он завязал несколько бесед на мемориале. Место было полно полицейских, и некоторые из них были из Сто шестой. Он обратился с этим к Дуайеру, и оказалось, что один из парней есть в его команде. Кажется, Двиеру пришлось нелегко несколько лет назад. Развод. Жена переехала в Атланту с его ребенком, поэтому он не может видеть своего сына так часто, как ему хотелось бы. Согласно этому источнику, он был изрядно раздавлен этим. Но вскоре после этого он кое с кем познакомился - познакомился с ней по работе. Он регулярно встречается с ней, и в последний год или около того, кажется, отношения накаляются. Она работает в службе по уходу за детьми ".

"Иногда это падает прямо тебе на колени".

Пришло время навестить Клариссу Прайс.

Она едва успела выехать из гаража, когда ей позвонили.

Была достигнута абсолютная чистота.

***

Новое убийство задержало ее, так что она прибыла в Службу по делам детей за несколько минут до того, как двери закрылись на весь день. Она протиснулась мимо секретарши и направилась прямо в кабинет Клариссы Прайс.

На брюках Евы была кровь. Он едва выделялся на фоне черноты, но она все еще чувствовала его запах.

"Извините, лейтенант, я не могу уделить вам время". Аккуратная и симпатичная Прайс сидела за своим столом. Она намеренно закрыла данные на своем экране, взглянула на устройство на запястье. "Я должен закончить этот отчет, затем у меня назначена поздняя встреча".

"У тебя будет время".

Губы Прайс сжались, и она сложила руки. "Лейтенант, вы уже нарушили веру, вторгшись сегодня утром в семью Дьюкс и запустив цикл, который принесет еще больше горя и почти наверняка судебный процесс, в который могут быть вовлечены это учреждение и я. Самое последнее, что я склонен делать, это уделять тебе время или терпеть, как ты врываешься в мой офис в конце очень тяжелого дня ".

"Нарушаешь веру? Ты так это называешь?" Ева положила ладони на стол, наклонилась. "И как вы называете то, что делает Чистота?" Сохраняя веру? Я только что вернулся с очередной их казни, мисс Прайс. Имя Ника Грина тебе что-то говорит? Может быть, вы слышали о нем в течение одного из ваших трудных дней. Занимался нелегалами, порнофильмами, секс-брокерством, услугами для вечеринок, которые не относятся к тому, что вы назвали бы мейнстримом. Клиент хотел этого, Ник предоставил. Вкусы некоторых из этих клиентов были ориентированы на несовершеннолетних. Большинство из нас не назвали бы Ника Грина действительно отличным парнем, но я могу гарантировать, что у него самого совсем недавно была пара трудных дней ".

"Если это ваш способ сообщить мне, что кто-то еще умер, то это не дело этого офиса. И если этот человек когда-либо появлялся в ходе выполнения обязанностей, выполняемых Службой по делам детей, пока мне не вручат надлежащие документы, я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть ".

"Рано или поздно я собираюсь свергнуть того, кто блокирует ордера. Это обещание. Вот еще одно имя, которое может вам что-то сказать. Ханна Уэйд. Шестнадцатилетняя девушка смешанной расы. Повторяющийся побег. Родители отказались от нее, когда она в последний раз выходила на прогулку. По моей информации, на этот раз она была на улице около трех месяцев. Занимался нелицензионным крючкотворством, мелкой торговлей, мелким воровством. У Ханны время от времени возникали проблемы с тех пор, как ей исполнилось двенадцать. Но сейчас она не собирается создавать никаких проблем. Она мертва".

Ева вытащила три свежих фотоснимка из своей сумки для улик, бросила их на стол. "Она была милой девушкой, судя по ее фотографии в удостоверении личности, по словам свидетелей, которые ее видели. По этим не скажешь, не так ли? Никто не выглядит красивым после того, как его пырнули ножом пятьдесят, шестьдесят раз."

Ее лицо болезненно-белое, Прайс ткнул пальцем в фотографии. "Я ее не знаю. У тебя нет права..."

"Тяжело смотреть на результаты, не так ли? Не такая уж, блядь, и чистая, когда смотришь этому в лицо. Я только что перешел вброд ее кровь. Это тоже тяжело. В девочке-подростке, Клариссе, много крови. Много крови, которая все брызжет и брызжет, пока она пытается убежать от парня с ножом, у которого мозг пытается вырваться из черепа. Много крови, чтобы пролиться и скопиться, когда она упадет, потому что она не может убежать от него ".

"Она... Грин сделал это с ней?"

"Нет. Чистота сделала это с ней ". Ева пододвинула фотографии поближе к Прайсу. "Внимательно посмотри на то, что они с ней сделали. Их исследование, очевидно, не выявило того, что она спала с Грином последнюю неделю или две. Это не идентифицировало подростка-беглеца, который барахтался у себя дома. Спал в своей постели, в то время как инфекция начала вариться в его мозгу. Может быть, и в ее тоже. Вскрытие подтвердит это ".

"Я тебе не верю. Я хочу, чтобы ты ушел ".

"Ничто не чисто, Прайс, неужели ты не понимаешь? Ничто не приходит в мир и не уходит из него без порока. Ни одна система не является надежной. Только когда это не удается, невинные люди умирают. Она была ребенком. Ты должен был защитить ее. Но ты не можешь защитить их всех. Никто не может защитить их всех.

"Это была твоя идея?" Спросила Ева. "Или тебя завербовали? Кто отвечает за чистоту?"

"Я не обязана с тобой разговаривать". Губы Прайс побелели, а голос был далек от спокойного. "Я не хочу с тобой разговаривать".

"Дьюкс помог создать вирус. Кто еще? Двайер втянул тебя в это, или ты втянула его?"

Прайс оттолкнулась от своего стола, вскочила на ноги. Ева могла видеть, что ее руки дрожали. "Убирайся".

"Я разрушаю это, и ты пойдешь ко дну вместе с этим. Ты и Дуайер. Кем, черт возьми, ты себя возомнил? Предстаю перед судом, казню с помощью дистанционного управления. Затем отмахиваемся от смертей случайных прохожих как от жертв порчи общества. Ты чертова порча, Кларисса. Все вы самодовольные, самозваные стражи".

Ева схватила фотографии смерти Ханны Уэйд. "Ты убил этого ребенка. И ты заплатишь за это".

"Я-я звоню адвокату". Но слезы плавали в ее глазах, собираясь в уголках, готовые пролиться. "Это домогательство".

"Ты называешь это домогательством?" В улыбке Евы не было юмора. Это резало, как топор с тонким лезвием. "Не заставляй меня начинать. У тебя есть двадцать четыре часа, чтобы сдаться. Вы приходите, сдаете улики, и я буду настаивать на создании реабилитационного центра на планете. Я приду за тобой через двадцать четыре часа и одну минуту, ты отправишься в бетонную клетку за пределами планеты, Ты никогда больше не увидишь настоящего дневного света ".

Ева посмотрела на время. "Завтра в пять двенадцать. Ни минутой больше".

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Ева знала, что потрясла Клариссу Прайс, и потрясла сильно. Она также знала, что Прайс не стал бы звонить никакому адвокату, если бы он не был одобрен Purity. Но она бы позвонила Дуайеру.

Она видела ужас на лице Прайса, когда Прайс просмотрел фотографии Ханны Уэйд с места преступления. Вместе с этим были шок и неверие, но это был ужас, который продолжал всплывать на поверхность. Это будет стоить ей жизни, пока она не проснется с криком ночью.

Чтобы удержать себя от того же, Ева знала, что должна сделать то, что было дальше, предпринять следующие шаги. Сосредоточься на работе. Это то, что она сказала себе, когда прикрепляла последние фотографии к доске объявлений в своем офисе.

Она не могла позволить своему собственному ужасу снова всплыть на поверхность, чтобы он врезался в ее живот, как это было, когда она вошла в квартиру Грина на Парк-авеню. Ужас, который на мгновение вернул ее в маленькую ледяную комнату в Далласе, где воняло кровью и в ее руке был зажат покрытый ею нож.

Вошел Рорк, закрыл дверь. Запер ее.

"Мне нужна здесь вся команда, кроме Джейми, чтобы проинформировать их о последних убийствах".

"Через минуту". Он подошел к ней, взял за плечи, развернул лицом к себе. Ее глаза были омрачены. Отчасти это была усталость, он знал. Но большая часть этого была кошмаром.

"Я вижу это в тебе". Он прижался губами к ее лбу. "Боль от этого".

"Это не стоит у меня на пути".

"Нет, этого не может быть, не так ли? Подожди минутку, Ева. Всего на минуту".

Его руки уже обнимали ее, и теперь ее руки, в свою очередь, обвились вокруг него. "Это было не то же самое. Это было совсем не то же самое. Но... это отбросило меня назад. Это отбросило меня прямо туда. Я стоял там, глядя сверху вниз на нее, на него. Мне было так холодно. Я видел подобные вещи раньше, и он не толкал меня туда снова ".

"Это была девушка. Молодая девушка".

"Старше, чем я был. Вдвое старше, чем я был. Она могла бы быть мной ". Она глубоко вздохнула после того, как сказала это. "Вот о чем я думал, когда стоял там. Когда я стоял над ней. Если бы я не убил его первым. Если бы я не убежала от него, она могла бы быть мной ".

Успокоившись, она повернула голову на его плече, снова посмотрела на доску ясными глазами. "Ты видишь, что они с ней сделали?"

Сколько бы он ни видел, сколько бы он ни сделал в своей жизни, образ Ханны Уэйд все еще заставлял его кровь стыть в жилах.

Девушка была разрублена на куски. Рубашка и шорты, которые она носила, были в лохмотьях и пропитаны ее собственной кровью.

"Ты можешь", - тихо сказал он. "Ты видишь это снова и снова, и не важно, как часто ты это делаешь, это все еще имеет значение. Это то, что делает тебя".

"Мне нужно сделать это сейчас". Сделай шаг, подумала она. Делай свою работу. "Я хочу, чтобы Джейми был где-нибудь занят. Он этого не увидит. Я сниму ее снимки между брифингами ".

"Я отправлю его в бассейн или игровую комнату, пусть Соммерсет присмотрит за ним, чтобы убедиться, что он держится подальше отсюда, пока ты не закончишь".

Она кивнула, отступила назад. "Одна вещь. Я принуждал, подкупал или угрожал вам, чтобы вы открыли запечатанные файлы?"

"Нет. Ты спросил, с некоторой неохотой и скрежеща зубами."

Ей почти удалось улыбнуться. "За исключением скрежета зубов, вот как я это видел. Если бы "запрошенный" был в списке, я бы все равно сказал "нет" в запросе IAB. Я бы солгал. Мне не нравится это знать, но я могу с этим жить ".

Она снова посмотрела на фотографию Ханны Уэйд. "Да, я могу с этим жить".

***

Когда ее команда была собрана, она проверила детали для них.

"Ник Грин оказывал услуги. Его место работы указано как консультант по развлечениям. Хотя у него и была какая-то обычная клиентура, большая ее часть скрывалась за поверхностью. Нелегалы, видео, которые нарушают кодекс, поскольку в них, как правило, участвуют несовершеннолетние, подлинное насилие и зоофилия. Он также предоставил нелицензированных компаньонов любого пола для тех, кто ищет немного большего, чем позволяет закон, или кому просто нравятся острые ощущения от его нарушения. У него есть лист, который указывает, что он часто лично прослушивал этих товарищей.

"Его забирали для допроса в общей сложности восемь раз, но никогда не предъявляли обвинений. Его бизнес, очевидно, хорошо оплачивался. Его берлога была ровной на Парк-авеню ".

"Он связан с Прайсом или Двайером?" - Спросил Бакстер.

"Я не нахожу их имен ни в одной из данных. Я не сомневаюсь, что он был известен Службам по делам несовершеннолетних. Из восьми случаев, когда его вызывали на допрос, два были связаны с жалобами, касающимися несовершеннолетнего. Одна из этих жалоб запечатана. И под этой печатью мы найдем одного или нескольких членов Purity ".

"Лейтенант". Трухарт поднял руку, как ребенок за школьной партой. "Возможно ли, что Грин был заражен из-за того, что он был один, без какой-либо другой связи с группой?"

"Им еще слишком рано ставить такую цель. Первая волна включает личные планы ".

"Должно быть", - согласился Фини. "Когда вы создаете такую группу, как эта, люди чертовски многим рискуют. Большинство не собирается делать это просто из принципа. Сначала им нужно немного расплатиться. У рядовых должен быть стимул. У вас тоже будет несколько буйствующих фанатиков. Социопаты, которым просто нравится идея убрать кого-нибудь без крови ".

"Ученики, - продолжил Рорк, - жаждущие следовать по пути. Разочарованные копы, городские власти, социальные работники и им подобные, которые слишком часто видели, как виновные уходят на свободе. И некоторые, я думаю, которые просто интеллектуально заинтригованы идеей такого рода искусственного отбора ".

"Они подготовили свою первую волну". Ева указала на доску. "Работаем быстро. Мое мнение таково, что к этому времени они заразили или собираются заразить всю свою первую волну. Обеспечьте их членству массовое удовлетворение, быстрые и многократные успехи и держите СМИ в курсе событий. Сосредоточение внимания на объектах, которые в некотором роде стали жертвами детей, является очень преднамеренным. Даже у копов другое отношение, когда жертвами становятся дети ".

Она снова посмотрела на доску.

"Согласно заявлениям тех, кто постучал в дверь, Ханну Уэйд впервые видели в здании десять дней назад. Возможно, она пробыла там дольше, поскольку ее родители не видели и не слышали о ней три месяца. На этот раз они не потрудились подать на нее заявление в полицию или CS. Она была обычной беглянкой. Макнаб, ты проверишь диски системы безопасности здания и установишь точную дату, когда она поселилась у Грина."

"На этом".

"Я хочу знать, как часто она приходила и уходила, и кто еще посещал Грин за последние две недели. У нас есть список ее известных партнеров от ее родителей. Мы с Пибоди займемся этим. Бакстер, посмотри, не выйдет ли на связь кто-нибудь из копов, которые допрашивали Грина. Фини, Рорк и малыш продолжат работу по извлечению данных из единиц, которые мы конфисковали ".

"Мы справляемся с этим", - сказал ей Фини. "У нас должно быть достаточно средств, чтобы обмануть вирус еще за восемь-десять человеко-часов".

"Держи меня в курсе этого. Удар Грина / Уэйда следует основной схеме. Грин отсиживался на своем месте последние пять дней. В здании работают живые швейцары с восьми до полуночи, в три смены. Дроид управляет кладбищем. Никто из них не видел, как Грин приходил или уходил в тот промежуток времени. Заявления указывают на то, что это было необычно для него. Обычно он отсутствовал большую часть дней и, по крайней мере, пять ночей из семи. Человек из третьей смены подтверждает, что Грин привел к себе домой девушку, соответствующую описанию Уэйда, десять дней назад, и что с тех пор она, казалось, свободно приходила и уходила. Никто не помнит, чтобы видел, как она выходила или входила вчера ".

Она повернулась. "Запись с места преступления, первый экран".

Изображение, которое появилось, было резким и ужасающим. Гостиная зона "белое на белом" была забрызгана кровью. Осколки стекла искрились в тонких струйках, которые змеились и струились по ковру. Перевернутые столы, разбитый развлекательный экран, пышные тропические растения, которые создавали контраст с белым, но теперь были вырваны с корнем, подготовили почву для тела девушки.

Ее бросили лицом вниз, раскинув руки и ноги. Ее волосы были длинными и вьющимися и когда-то были светлыми с сапфировыми бликами. Немного этого золотого и синего все еще просвечивало сквозь слипшуюся кровь.

Ева услышала свой собственный голос, подробно описывающий сцену, увидела, как она выходит в поле зрения и приседает у тела.

"Вы можете видеть нелегалы, разбросанные по ковру. То, что, по-видимому, было миской для гостеприимства, было найдено разбитым в этой гостиной. В поврежденной чаше все еще оставались следы веществ, идентифицированных как джаз и эротика. Переключись на запись в спальне ".

Диск сдвинулся, показав большую, залитую солнцем комнату, выполненную в черно-красных тонах. Простыни на кровати были сорваны. Монитор настольного устройства был обращен к записывающему устройству и гласил:

ДОСТИГНУТА АБСОЛЮТНАЯ ЧИСТОТА

"Чашу поменьше, неповрежденную, можно увидеть здесь, на комоде. Различные запрещенные вещества все еще находятся в нем, а другие - на полу. Похоже, Грин продолжал употреблять, пока проявлялись симптомы инфекции. На простынях были следы крови, вероятно, от кровотечения из носа, и следы спермы, указывающие на то, что он был способен мастурбировать или вступать в сексуальные отношения с Уэйдом до смерти. Вскрытие покажет нам, что именно. На теле Уэйда не было никаких признаков недавней сексуальной активности ".

"Где он, черт возьми?" - Спросил Бакстер.

"Мы доберемся туда. Реконструкция говорит мне, что он, вероятно, провел некоторое время, закрывшись в спальне, потрахиваясь с нелегалами, дроча, в то время как в последние часы Уэйд развлекалась в гостиной. Ел нездоровую пищу, напивался, смотрел какой-то экран. Грин не был бы хорошей компанией, но зависать в кондоминиуме на Парк-авеню, где есть легкий доступ к нелегалам, много еды, много алкоголя, было лучше, чем подучиться нескольким трюкам на улице, возможно, быть пойманным. Она бы выдержала это, пока он не пришел в себя ".

Трухарт снова поднял руки. Бакстер просто легонько пнул его и покачал головой. "Ух-ух", - прошептал он. "Она в зоне".

"За последние три дня поступило восемь передач. Ни один из них не ответил. Они все были за Грина. Ей не было бы интересно играть роль его администратора. В какой-то момент сегодня днем она встает. Может быть, она хочет выйти, поискать какое-нибудь действие. Может быть, она идет в спальню, но он запер дверь. Мудак. Ее одежда там. Как она должна выходить, если она не может взять свою одежду, привести себя в порядок? Она хочет, чтобы он открыл дверь, открыл чертову дверь, но он не делает. Она пинает его, оставляя синяки на пальцах ног. Выводит ее из себя. Пару раз ударяется об нее левым бедром, у некоторых тоже синяки . Пошел он нахуй".

Она могла видеть это, почти чувствовать острое разочарование девушки. Все взвинчено, и некуда идти. "Она направляется на кухню в поисках чего-нибудь сладкого. Вы получаете сладкую атаку с джазом. Берет себе немного мороженого и, чувствуя себя подавленной, пишет на прилавке "мудак" шоколадным соусом.

"Она оборачивается, и вот он. Он выглядит плохо, действительно плохо. Из его носа течет кровь, глаза красные. Его дыхание ужасное, а все остальное от него воняет, как канализация. Не похоже, что он несколько дней не снимал нижнее белье. Если он думает, что она собирается сделать это с ним сейчас, он сильно ошибается ".

Она вернула кухню кондоминиума в свою голову. Белый, серебристый и красный от крови. "Она что-то говорит, что-то, что подросток считает умным и резким. Он бьет ее, сильно бьет по лицу. Отбрасывает ее назад, так что она ударяется головой о автокефир, роняет свою миску с мороженым. Это причиняет боль. Она ударилась головой достаточно сильно, чтобы порвать кожу, достаточно, чтобы оставить немного кожи и волос на дверце автоповара. Это на секунду затуманивает ее зрение и пугает ее. Но не так сильно, как видеть, как Грин достает нож, большой серебряный нож, из блока.

"Он наносит ей удар. Она вскидывает руки, и нож рассекает обе ее ладони. Она пытается убежать, и кровь с ее рук брызжет на белую стену. Затем с ее плеча, вероятно, с ее плеча, когда он снова наносит ей удар. Он не взламывает. Никаких ударов сверху вниз в той комнате. Только эти длинные, размашистые порезы. Слева направо, справа налево.

"Она кричит, умоляет, плачет, пытается убежать. Уходи. Но эти удары продолжают цеплять ее. Снова спина, ягодицы, плечи. Через обеденный альков. Он хорошо вскрывает ее там, задевает артерию, и начинает биться кровь. Тогда она мертва. Она не знает этого. Она все еще думает, что может уйти. Она добирается до гостиной, прежде чем упасть на тот белый ковер. Отползает на несколько дюймов. Затем он начинает взламывать ".

"Иисус", - сказал Макнаб тихо, как в молитве.

"Он не знает, кто она, ему все равно". Лицо Евы было каменно-холодным, когда она смотрела на экран. "Она перестала кричать, но его голова - нет. Он швыряет миску для сладостей, разбивает экран, опрокидывает столы, несколько раз ударяет ножом диван. Он должен остановить боль. Он возвращается в спальню, но не может этого вынести. Он распахивает двери террасы. У него все еще есть нож, и он выглядит так, будто его покрасили в красный цвет. Он кричит, и кричит. На воздушное движение, на улицу внизу, на его соседку, которая выходит на свою террасу двумя квартирами ниже. Она вбегает обратно, запирается и вызывает полицию. К тому времени все закончится. Вид на террасу из спальни, - приказала она.

Он лежал на спине и выглядел как человек, который плавал в реке крови.

Он вонзил нож в собственное сердце.

***

"Ты рассчитал время".

Желая оставаться в курсе событий в лаборатории, Макнаб устроился в углу. Ему нравилось слушать знакомый язык компьютерных игр, когда Фини и Джейми обсуждали следующий уровень, или когда Рорк высказывал свое мнение.

Они были близки, он знал, что они были прямо на грани дублирования вируса. Как только у них это было, они могли бороться с этим.

Ева подошла к нему. Она не была уверена, зачем пришла в лабораторию - последнее место, где она была нужна. Если только это не было для того, чтобы убежать от ее собственных мыслей.

"Вот наша девушка", - продолжил он, выводя изображение на экран. "Приезжаю с Грином. У швейцара это было. Она не появляется до этого времени и даты. Извращенка трет свою задницу, когда они входят. Он достаточно стар, чтобы быть ее отцом ".

"Она вошла по своей собственной воле". Ева изучала лицо девушки. Вызывающая ухмылка, сверкающие глаза. О да, подумала она. Я думал, ты знаешь, в чем дело. Ты ни черта не знал.

"Да, ну, это не делает его менее извращенным. Она появляется и выходит. Никогда не встречай ее раньше полудня. Когда она появляется при дневном свете, она возвращается до наступления темноты. Обычно носит с собой пару сумок. Магазины высокого класса. Он должен оплатить счет за покупки. Она думает, что у нее все хорошо получается ".

"Хм. Они уходят вместе".

"Да". Он быстро просмотрел диск. "Вскочил, чтобы провести ночь вне дома. Выглядишь уже наполовину пьяным, весь вымотанный. Вплоть до шести дней, предшествовавших взрыву, они выходили из дома каждую ночь. За это время у нас было трое посетителей, все мужчины ".

Он переключился на вид из окна квартиры Грина. "Этот первый заходит, остается шестнадцать минут. Держу пари, содержимое его портфеля поменялось местами во время того небольшого светского визита."

"Время протестировать товар и посчитать деньги", - согласилась Ева. "Знаем ли мы, выслеживали ли нелегалы этого парня?"

"Не надо. Может." Бессознательно Макнаб согнул пальцы, работая над покалыванием, которое еще не совсем исчезло. "У меня там есть кое-какие контакты. Насколько я могу судить, извращенец обходил черту, оставлял открытыми законные пути ведения бизнеса, не торговал слишком дорого ".

"Второй посетитель?"

"Другое дело. Пробыл девяносто восемь минут. Нет сумки,"

Ева изучала второго мужчину, входящего, выходящего. "Секс", - сказала она категорично. "А как насчет третьего?"

"Сорокаминутное пребывание, носил сумку с дисками туда и обратно. Я думаю, ему нравится его секс на видео ".

"Я знаю этого парня. Я знаю его. Триппс. Занимается контрабандным видео. У него есть несколько бегунов на улице. Да, я знаю его. Я прикоснусь к нему, если понадобится, посмотрим, сможет ли он нарисовать мне картинку. Опознайте другие лица на случай, если они нам понадобятся ".

Ева видела, как он массировал свое правое бедро, готовясь к поиску. "Нет, не сейчас. Утро уже достаточно скоро. Приготовь это на ночь. Почему бы вам с Пибоди не пойти поплавать в бассейне или еще куда-нибудь? Или просто выйди на некоторое время ".

"Да? Сжалился над выздоравливающим калекой?"

"Хватайся за это, пока можешь, приятель. Это не продлится долго".

Он усмехнулся. "Я бы не возражал против небольшой клубной акции. Немного музыки. Пока не до танцев. Вы знаете, что действительно могло бы это сделать? Сцена виртуального клуба. Если бы мы могли воспользоваться голокомнатой."

"Если ты собираешься программировать какую-то извращенную сексуальную фантазию, я не хочу об этом слышать".

"Мама - это слово".

Она вернулась в свой кабинет и провела следующий час, анализируя жизнь Ника Грина.

Студент колледжа, специалист по бизнесу, у которого начались проблемы в подростковом возрасте. Незначительные штрафы за хранение, незаконное проникновение, бутлегерские видео. Всегда предприниматель, подумала она.

На какое-то время это окупилось. Шикарные апартаменты на Парк-авеню, шкаф, полный шикарных дизайнерских шмоток.

Она нахмурилась, продолжая просматривать его финансовые отчеты. Он поставил в гараж два автомобиля высокого класса, а третий и плавсредство хранил в своем доме на выходные в Хэмптоне. Его произведения искусства и драгоценности были застрахованы более чем на три миллиона.

"Что-то не сходится".

Она вышла на 'линк и подала сигнал Рорку. "Мне нужно, чтобы ты взглянул на кое-что в моем кабинете".

Он вошел, выглядя слегка раздраженным. "Если вы хотите, чтобы работа была выполнена, лейтенант, вы должны позволить мне сделать это".

"Мне нужно ваше экспертное мнение кое о чем другом. Посмотрите на эти активы, заявленный доход, списания. Дай мне свою долю".

У нее были цифры на экране, и она ходила по кабинету, пока Рорк изучал их.

"Очевидно, кто-то не сообщил о всех своих доходах. Это шокирует ".

"Отбрось сарказм. Сколько сверх этого ты мог бы заработать на нелегальном бизнесе среднего уровня, содержании нескольких нелицензированных шлюх, продаже нескольких порнофильмов, небольшом секс-посредничестве?"

"Я решил быть скорее польщенным, чем оскорбленным тем, что вы предположили, что я знаю о таких вещах. Зависит, конечно, от накладных расходов. Вам пришлось бы покупать или готовить нелегалов, прежде чем вы смогли бы их продать, снаряжать и содержать проституток, создавать видео. Тогда есть расходы на взятки, охрану, сотрудников. Если бы вы были хороши в этом, имели постоянную клиентуру, вы бы получили два или три миллиона прибыли ".

"Все еще не сходится. Он сохранил это маленьким, эксклюзивным. Тебя не будут ловить так сильно или так часто, если ты будешь вести себя сдержанно. Допустим, вы добавите эти три миллиона к тому, что он сообщил в прошлом году. Это удерживает его под пятью миллионами. На этом ты мог бы жить по-настоящему комфортно ".

"Некоторые могли. Теперь мы закончили?"

"Нет. У тебя есть пять миллионов, с которыми можно поиграть. Посмотри на его расходы на одежду в прошлом году ".

Сдерживая нетерпение, Рорк просмотрел данные, которые она вывела на экран. "Значит, он не был щеголем в одежде".

"Но он был. Шкаф, полный дизайнерских этикеток. У меня должно было быть сто пар обуви. Поскольку я живу с человеком с такой же непонятной зависимостью, я могу распознать дорогие вещи. В шкафу был легкий миллион. Возможно, больше ".

"Тогда он предпочитает платить наличными", - сказал Рорк, но он невольно заинтересовался.

"Хорошо, вычтите миллион из пяти. Его произведения искусства и безделушки застрахованы более чем на три."

"Редко кто покупает все их безделушки за один год".

"Да, но в прошлом году было оценено более трех четвертей миллиона. Никаких дебетовых записей. Снова наличные. Вычтите еще семьдесят пять. Видеоаппаратура, застрахованная на один и пять десятых миллиона. В прошлом году в списке появились две новые камеры на сумму в полмиллиона. Два автомобиля в гараже в городе. Ежегодно за вот сколько, по две-три тысячи в месяц каждому. Один из них - XR-7000Z, новый в сентябре прошлого года. Чем они управляют?"

"А ... двести кусков, если он их зарядил".

"Кондоминиум с тремя спальнями на парковой. Годовой примерно такой же, как автомобиль, верно?"

Он производил расчеты в своей голове. "Достаточно близко".

"Затем вы добавляете пляжный домик с пятью спальнями в Хэмптонсе, гонорар за его плавсредство. Что это?"

"Оцени его почти в миллион".

"Хорошо. Вы добавляете, что он ужинает и кутит почти каждую ночь. Основные расходы на жизнь сверх этого. Что ты получаешь?"

"Либо я преуспеваю в оценке прибыли от его бизнеса, либо у него был другой источник дохода".

"Другой источник". Она задрала бедро на свой стол. "Следуй за мной здесь. У вас подпольный бизнес, который обслуживает довольно эксклюзивную клиентуру. Некоторые из которых могли бы покраснеть, если бы их маленькое хобби выплыло на свет. У тебя дорогой вкус, и твой бизнес идет неплохо, но, черт возьми, ты хочешь лучшего. Что ты делаешь?"

"Шантаж".

"И у нас есть победитель".

"Хорошо, значит, он занимался вымогательством на стороне. Выгодный вариант, судя по всему. Какое это имеет отношение к рассматриваемому вопросу?"

"Речь идет об убийстве. Это хит Purity, и это взаимосвязано, но вы все еще оцениваете это по цифрам. Возможно, он хранил свои данные о шантаже в сейфе. Если бы он это сделал, он бы держал это как можно ближе к дому. Легкий доступ. Мы можем проверить банки и депозитарии. Но, возможно, он держал их еще ближе к дому. Я собираюсь пойти еще раз проверить его квартиру ".

"Хочешь компанию?"

"Двое могли бы бросить это быстрее, чем один".

***

Он думал, что она напрасно тратит свое и его время. Но он предположил, что полицейскому в ней нужно было обрубить все концы.

И у него не было намерения отпускать ее одну в место, которое насмехалось над ее кошмарами.

Он подождал, пока она обойдет полицейскую печать, раскодирует замки.

Воздух все еще нес смерть. Это было первое, что поразило его, когда он встал рядом с ней. Грубое, прискорбно человеческое зловоние этого задерживалось под запахом химикатов, используемых командой криминалистов и подметальщиками.

Красные пятна, брызги, потоки были смертельным ужасом по сравнению с белым. Стены, ковер, мебель. Он мог видеть, куда упала девушка. Мог видеть, куда она заползла. Где она умерла.

"Господи, как ты встречаешь это лицом к лицу? Как ты смотришь на это и не ломаешься?"

"Потому что она есть, смотришь ты или нет. И если ты сломаешься, тебе конец ".

Он коснулся ее руки. Он не осознал, что произнес это вслух. "Тебе нужно было видеть это снова? Столкнуться с этим снова, чтобы доказать, что ты мог?"

"Может быть. Но если бы это было все, я бы пришел сам. Вторая спальня и кабинет вон там. Мы тщательно осмотрели это место при первом осмотре. Но мы не искали тайника. Теперь мы это делаем".

Она поселила Рорка во второй спальне и сама занялась офисом. Они забрали центр обработки данных и связи, прошлись по рабочей зоне, через шкаф, где Грин хранил свои дополнительные принадлежности.

Она проделала все это снова, пункт за пунктом. Там был сейф. Один из криминалистов провел по нему сканером, отметил комбинацию. Она не нашла в этом ничего неожиданного. Немного наличных, документы на диски, немного бумажной работы.

Не хватает наличных, подумала она сейчас. Этого и близко недостаточно. Если бы за последние несколько дней пришли три клиента - по крайней мере, двое из них, когда симптомы Грина усилились бы, - где был выигрыш?

Послал бы он Уэйда с наличными, чтобы тот спрятал их в сейф? Она так не думала. Ты мог бы трахнуть подростка, продать ее клиентам, но ты не вложил ей в руку наличные и не помахал на прощание.

Она сняла со стены две картины и скульптуру, поискала за ними панели.

"Спальня чистая", - сказал ей Рорк.

"У него есть еще один сейф. У него дыра. Это логичное место. Офис - логичное место ".

"Может быть, это слишком логично. Первое место, на которое ты посмотрел, не так ли?"

Она перестала скользить вдоль плинтуса и села на пятки. "Хорошо, если это было твое место, где твой тайник?"

"Если мне нравилось совмещать бизнес и удовольствие, как, похоже, ему нравилось, то в главной спальне".

"Хорошо, давай попробуем".

Она указала путь, затем встала с ним в дверях, осматривая комнату.

"За деньги не всегда можно купить вкус, не так ли, дорогая?" Он покачал головой, глядя на черно-красный декор. "Немного очевидно для притона страсти".

Он подошел к шкафу, открыл его. "Ну, здесь, по крайней мере, он показал некоторый уровень класса. Очень красивые ткани".

"Да, и он умер в нижнем белье. Это просто говорит само за себя".

"Только что город делает с такого рода вещами?"

"Одежда? Если у него нет семьи, наследников и тому подобного, они передаются в приюты ".

Он нажал кнопку, которая заставила первый ряд костюмов повернуться, чтобы открыть второй. "Спящие на тротуарах в этом году будут одеты получше".

Он отодвинул второй ряд в сторону, изучил стену с обувью справа от себя. Улыбнулся. "Вот, она у тебя есть".

"Иметь что?"

"Дайте нам минутку", - сказал он, проводя кончиками пальцев по полкам, под ними. "Ах, вот мы и пришли. Давайте посмотрим".

Он нажал на маленький рычажок. Нижняя треть полок медленно открылась. Он присел. "Вот ваш тайник, лейтенант. И твой второй сейф".

Она уже дышала ему в затылок. "Ты можешь открыть это?"

"Это был бы риторический вопрос?" он усмехнулся.

"Просто открой эту чертову штуковину".

Он вытащил из кармана глушилку, которую забрал у Джейми. "Ну, вот почему ты полицейский, а я нет".

"Потому что ты можешь открыть сейф?"

"Нет. Я мог бы научить тебя делать это достаточно быстро, даже без этой удобной маленькой игрушки. Потому что я думал, что ты зря тратишь время, возвращаясь сюда сегодня вечером ".

"Ты все еще думаешь, что я зря трачу время".

"Полагаю, что да, но ты нашел свой сейф". Дисплей на глушилке начал мигать, цифры проносились размытым пятном. Затем несколько из них сомкнулись. Сейф зажужжал один раз, затем щелкнул.

"Абракадабра", - заявил Рорк и открыл его.

"Вот это уже больше похоже на правду". Присев на корточки рядом с ним, Ева изучала аккуратные стопки наличных. "Вот почему он так долго оставался вне клетки. Никаких кредитов, никаких электронных переводов. Наличные на кону. И картотека, набитая дисками и видео."

"Лучше всего". Рорк полез внутрь, достал КПП. "Его личная ладонь, скорее всего, незараженная и битком набитая интересными данными".

"Давайте загрузим это, внесем". Она достала свою записную книжку.

"Что ты делаешь?"

"Регистрирую запись. Лучше бы я не видел, как что-нибудь из этой зеленой дряни или безделушек попадает в твои карманы, Туз."

"Теперь я оскорблен". Он выпрямился, отряхнул рубашку. "Если бы я что-нибудь пресек, ты можешь поспорить на свою задницу, что не увидел бы, как я это делаю".

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Ева начала прослушивать диски, как только вернулась в свой офис. Она отложила те, что были помечены как финансовые и бухгалтерские, в сторону. Они могли подождать.

Она передала КПП Рорку, чтобы тот отнес его в лабораторию для тестирования. Вскоре она обнаружила, что слушает то, что было ежедневным дневником Грина.

Он упоминал клиентов, но всегда по инициалам или очевидному прозвищу. Лардбатт внес свой ежемесячный платеж. Джи Джи умоляла о еще одной отсрочке. Он делал записи о покупках, о клубной сцене, о сексуальных подвигах. Все они были записаны в тоне презрительного юмора и насмешек.

Грин презирал людей, которым служил.

Значит, он шантажировал их, размышляла Ева. Сжимал их, пока сам в конце концов не стал ими. Богатый, скучающий и извращенный.

Сегодня принес домой классную задницу, отметил он в тот день, когда переспал с Ханной Уэйд.Я наблюдал за ней несколько дней. Она слоняется по клубам, выбирает свою цель и уговаривает его принять ее. В большинстве случаев прямиком в комнату уединения. Когда она заканчивает, она путешествует по клубу в поисках действия. Я решил дать ей немного. У меня есть клиенты, которые заплатят максимум за сеанс с этим маленьким номером. Она знает счет. Думаю, я подержу ее здесь пару недель, воспользуюсь дополнительными преимуществами, немного подучу ее. Одень ее как следует, она могла бы сойти за четырнадцатилетнюю. Эйч Си просил немного свежего молодого мяса. Я только что привел домой корову.

"Подонок", - сказала Ева вслух и пробежала глазами журнал за неделю. Она достигла следующего уровня через два дня после того, как он привез Уэйда домой.

Чертова головная боль. Чертова головная боль весь день. Зонер едва прикасается к этому. Сегодня у меня собрания. Не могу пропустить. Сказала Джи-Джи, чтобы она договорилась об оплате плюс неустойка к завтрашнему дню, или ее любящий муж получит посылку. Интересно, что он почувствует, увидев, как его жена вытворяет гадости с сенбернаром?

Придурки. Она пытается обмануть меня, она пожалеет.

В течение следующих трех дней было еще больше того же самого. Все более гневные записи, полные неясных угроз, жалоб, разочарования. Он говорил о головных болях и впервые упомянул кровотечение из носа.

За день до его смерти диск был полон рыданий, стука, как будто он бил кулаком по стене.

Пытаешься обмануть меня. Все пытаются меня надуть. Я убью их первыми. Убейте их. Выгнал ее, выгнал маленькую сучку. Она думает, что я не знаю. О Боже, о Боже, о Боже, моя голова. Она вложила что-то в мою голову! Не могу позволить ей увидеть. Не могу позволить никому увидеть. Оставайся внутри. Внутри безопасно. Мне нужно поспать. Мне нужно поспать. Заставь это уйти! Запри это. Я должен все крепко запереть. Она не получит того, что принадлежит мне. Маленькая шлюха-сучка.

Ева поставила диск, пошла на кухню выпить кофе. Затем она просто распахнула двери террасы и вдохнула.

Было легко увидеть, как прогрессировала инфекция Грина. Паранойя, гнев, страх. Симптомы начались вскоре после того, как он поселил Уэйда в квартире, поэтому он считал, что она была ответственна за них.

В своей извращенной манере, он убил ее в целях самообороны.

Она взяла свой кофе, вернулась к своему столу, чтобы делать заметки. Затем, хотя ее голова гудела от сочетания кофеина, усталости и стресса, она начала просматривать видео.

***

Было ясно, как Грин поднял свой доход в несколько раз. Видео были не только технически хорошо сделаны, но и демонстрировали необычно творческое чувство театра.

Если вам понравилось ваше развлечение, грубое и извращенное.

"Все еще этим занимаешься?" Вошел Рорк и направился прямо на кухню, не взглянув на экран. "Не хотите ли сейчас немного вина?"

"О да. Я бы не отказался от выпивки".

"Я отправил остальных в путь. Вы выпьете свой маленький стаканчик на ночь здесь, лейтенант, затем я собираюсь..."

Он замолчал, вернувшись с двумя бокалами вина. От того, что происходило на экране, расширились даже его измученные глаза. "Что это? Маленький медведь?"

"Нет, я думаю, это действительно большая собака. Сенбернар."

Он сделал глоток вина, подошел ближе. "Я верю, что ты прав. Кто-то должен сообщить об этой деятельности в Лигу защиты прав животных или что бы это ни было. Хотя... хммм. Он, безусловно, кажется, наслаждается собой, если размер его... Матерь Божья".

"Дай мне это вино". Она схватила его, сделала большой глоток. "Есть больные и есть нездоровые. Это зашкаливает. У меня нет термина для этого. Ты узнаешь женщину, играющую с Фидо?"

"При данных обстоятельствах немного сложно сказать".

"Грин называет ее Джи Джи. Я запустил поиск по ее изображениям, пока она натирала себя маслом, чтобы помочь вовлечь Фидо в игру. Гретта Гоуэн, жена Джона Гоуэна. Это профессор Джона Гоуэн из Нью-Йоркского университета. Он глава департамента социологии. Убежденный член консервативной партии и методистский дьякон. Готов поспорить, Кларисса Прайс посещала некоторые из его уроков?"

"Никогда не ставь против казино", - заявил Рорк, невольно очарованный происходящим на экране.

"Она завербовала его в Чистоту, или он убил ее. Я бы поставил на это. В любом случае, Грета там мать двоих детей и - вау, это просто отвратительно! Гретта возглавляет несколько комитетов, в том числе садовый клуб, который, без сомнения, не одобрил бы ее глубокую привязанность к собакам ".

"На КПП есть запись в журнале - кстати, она чистая - о шести тысячах, выплаченных Джи Джи за шесть дней до убийств".

"Соответствует его дневнику. Это видео было сделано не у него дома ", - сказала Ева. "Некоторые из других, которые я просмотрел, были. Он использовал вторую спальню. Они более ручные, чем это. Групповой секс с костюмами, связыванием и ролевыми играми. Один использовал девочку-подростка. Я также запустил ее изображение. Она появилась как еще одна беглянка. Грин знал, как их вынюхивать. Скопируйте диск, войдите в файл ".

Рорк глубоко вздохнул. "Как насчет того, чтобы показать хорошую классическую комедию, чтобы очистить вкус?"

"Я хочу закончить это сегодня вечером. По крайней мере, получите удостоверения личности ".

"С какой целью, Ева?"

"Знать, во-первых". Она подала диск, выбрала другой. "И, во-вторых, посмотреть, найду ли я связь".

"Вы действительно думаете, что террористы убивают всех этих людей, чтобы избавиться от шантажиста?"

"Нет, но я думаю, что каждая из жертв была тщательно отобрана, и в случае с Грином шантаж был частью этого. Может быть, просто бонус, но часть этого. Запустите диск. Тебе не обязательно оставаться ради этого ".

"Если ты можешь это переварить, то и я смогу".

"Снова дома", - сказала Ева, узнав спальню в квартире Грина. "Я предполагаю, что он установил камеры до прихода клиента, управлял ими дистанционно, пока сеанс не закончился. Отредактировал, сделал копию. Дает это клиенту с требованием оплаты. Возможно, таким образом он потерял клиентов, но сохранил доход. Никаких накладных расходов вообще. Просто чистая прибыль. Поехали, поднимаем занавес ".

Из соседней ванной вошла женщина. Довольно элегантная женщина в убийственном черном платье с длинными, пышными волнами ледяных светлых волос, ниспадающих на плечи. Ее ноги были обуты в черные колготки, ступни обуты в туфли на каблуках высотой в милю.

На ней было бриллиантовое колье, а ее губы были кроваво-алыми.

"Выглядит знакомо", - начала Ева. "Кто она? Клиент или проститутка?"

"Хотите поиск по изображению?"

"Пусть это сначала немного побудет".

Мужчина вошел через внешнюю дверь. Он был раздет до пояса, затянутый в обтягивающую черную кожу. Его грудь блестела от масла. Его волосы были зачесаны назад с поразительного лица, заостренного, как кость. Под его левым соском была татуировка. Когда Ева заморозила и увеличила изображение, она увидела, что это был крошечный череп.

Он пропустил тонкий хлыст для верховой езды сквозь пальцы.

"Розанна". Он произнес имя, и женщина подняла руку к бриллиантовому колье на своей шее.

"Как ты сюда попал?"

"Ролевая игра", - сказала Ева. "Мы запускаем поиск по ним обоим". Она снова заморозила диск, заблокировала лица, запустила задание.

"Ева?"

"Хм?"

"Посмотри на нее хорошенько".

"Я есть. Я знаю это лицо. Продолжайте воспроизведение диска".

С полуулыбкой на лице Рорк прислонился к столу. "Посмотри получше".

Нахмурившись, Ева наблюдала за разыгрывающейся сценой. Мужчина провел хлыстом по центру тела женщины. Она вздрогнула. Она повернулась, словно собираясь бежать. Он оттащил ее назад. Долгий, небрежный поцелуй. Множество рук.

Руки.

Ева резко выпрямилась. "Это не женщина".

Отвлекшись, Ева смотрела, как мужчина с обнаженной грудью стягивает платье до талии блондинки. Под ней был черный кружевной корсет на талии. Хотя груди, которые вываливались поверх нее, были полными и пышными, Ева не сомневалась, что они были просто еще одной частью костюма.

Мужчина нанес пару резких шлепков по ягодицам, когда его партнер сопротивлялся.

Теперь слышались стоны, хриплые протесты. Платье упало на пол.

"Выглядит довольно неплохо для парня", - заметила Ева. Стройные ноги подчеркивались черными чулками до бедер и старомодными подвязками. Хотя плечи слишком широкие, размышляла она, и руки слишком большие. Она могла видеть намек на адамово яблоко под сверкающим колье.

Мысленно она стерла парик, красные губы, глаза с сильным акцентом и попыталась заглянуть под женскую искусственность. Она узнала это лицо.

И когда это заполнило экран, покраснев от волнения, когда камера увеличила изображение, она услышала щелчок.

"О, Боже милостивый".

"Ты создал его? Я еще не совсем там. Дай мне еще минуту". Но когда мужчина с обнаженной грудью поставил своего пленника на колени, обнажив себя, Рорк поморщился. "Неважно, поскольку я скоро пропущу эту часть. Это не... Ну что ж."

Он выдохнул, когда лицо снова заполнило экран, под другим углом, когда глаза, кристально-голубые, уставились вверх - полные голода.

"Да, действительно, я бы предпочел пропустить просмотр того, как его честь мэр делает кожаному мальчику минет".

Он отвернулся от экрана, взял Еву за подбородок своей рукой. "Вот почему ты полицейский, все верно. Ты не тратил ничье время. Это научит меня сомневаться в тебе ".

"Я должен досмотреть остальное".

"Ты должен?"

"Я принимаю это завтра, я должен знать, с чем я имею дело. Это не обычный трансвестит. Это бросает Пичтри прямо в центр сексуального скандала и расследования крупного убийства ".

"Тогда я возьму еще выпить". Он взял ее бокал. "Для нас обоих".

***

"Умный", - сказала она позже. "Грин обслуживает небольшую клиентуру, богатую извращенными прихотями. Из этого эксклюзивного клуба он выбирает группу поменьше. Горстка людей, которые воспользовались его услугами, завоевали определенный уровень доверия к нему, которые не могут позволить себе даже намека на скандал. Выплаты высоки, но ни одна из них не слишком высока для тех немногих избранных, которые могут себе позволить. У тебя есть еще дюжина, выплачивающая средний гонорар в двадцать пять тысяч в месяц, ты загребаешь ... "

"Дополнительные три миллиона шесть в год. Никого не сжимают так сильно, что они лопнут, и ты живешь в роскоши ".

"И из того, что я могу сказать из его записей, большинство, кого он шантажировал, продолжали оставаться клиентами".

"Дьявол, которого ты знаешь", - решил Рорк. "Ты вводишь мэра в чистоту?"

"Я не знаю. Но у меня наверняка есть достаточно, чтобы спросить его об этом, не так ли?"

"Вы сунете руку в огонь, лейтенант".

"Да, это у меня тоже есть". Она ущипнула себя за переносицу, чтобы унять нарастающую головную боль. "Должно быть написано "нужно знать". СМИ чувствуют запах, это катастрофа. Черт, я голосовал за этого парня ".

"Он мог бы получить еще больше голосов, если бы проводил кампанию в том маленьком черном платье. Очень привлекательно". Рорк только усмехнулся, когда она уставилась на него. "Я бы сказал, что пора спать. Мы устали".

"Ты начинаешь говорить о парнях в черных платьях, которые выглядят симпатично, ты более чем устал, приятель".

"Я сказал привлекательной", - поправил он. "И я имел в виду платье. Я был бы не прочь увидеть тебя в одном из этих корсетов, на шпильках и с маленькими подвязками ".

"Да". Она зевнула, когда они ехали в спальню. "На этом ты задерживаешь дыхание".

Через пять минут она была в постели, через десять заснула.

Когда начался сон, она не знала.

Белая комната, омытая кровью. Она могла представить себя идущей через это, ее ботинки забрызганы красным, когда она ступает в ужасные лужи.

Даже во сне она чувствовала этот запах.

Девушка лежала лицом вниз на белом ковре, густо залитом красной кровью. Ее рука была вытянута, пальцы растопырены, как будто она к чему-то тянулась.

Но там ничего не было.

Нож был там.

Во сне она присела на корточки, взяла нож за рукоять.

Она почувствовала скользкую теплую влагу, которая стекала с него на ее руку.

Когда она посмотрела, это была уже не девочка, а ребенок. Едва ли больше, чем у младенца. Разрезанный на куски, туго свернутый. Ее глаза были пристальными, как у куклы.

Она вспомнила. Она вспомнила. Такая мелочь. Так много крови для такого маленького тела. И человек, который это сделал, отец, без ума от Зевса. Ребенок кричал, кричал, когда Ева бросилась вверх по лестнице.

Слишком поздно. Она опоздала спасти ребенка. Убил отца, но потерял ребенка.

Она не спасла их, ребенка, девочку. И их кровь была на ее руках.

Нож блеснул над ее пальцами.

Комната больше не была белой. Это было маленькое, дежурное и холодное. Так холодно. Красный свет, льющийся из окна, омывал комнату. Над ее руками. Маленькие ручки теперь на рукояти ножа.

Когда он вошел в дверь, красный свет отразился от его лица, как тень крови, которую еще предстоит пролить.

"Ева". Рорк прижал ее к себе, крепко держа, когда она сопротивлялась. Ее кожа была ледяной. Когда она плакала во сне, это разрывало его сердце на части. "Ева, проснись. Вернись сейчас. Просто сон." Он прижался губами к ее лбу, к ее щекам. "Просто сон".

"Убей отца, спаси ребенка".

"Ш-ш-ш". Он успокаивающе провел руками по ее спине, под старой белой рубашкой, которую она предпочитала для сна. "Я здесь, с тобой. Ты в безопасности".

"Так много крови".

"Бог". Он сел рядом с ней, держал ее на коленях и укачивал в темноте.

"Со мной все в порядке". Она уткнулась лицом в его плечо. Каким-то образом только его запах мог сосредоточить ее. "Прости. Я в порядке".

"Я не такой, так что ты можешь немного подержаться за меня".

Она обвила руками его талию. "Кое-что о Ханне Уэйд, о том, как... то, как она умерла. Это напомнило мне об этой маленькой девочке. Действительно, детка. Маленькая девочка, чей отец разорвал ее. Я пришел туда слишком поздно ".

"Да, я помню. Это было как раз перед тем, как мы встретились ".

"Она преследует меня. Я не смог спасти ее, не смог добраться до нее вовремя. И я думаю, что, возможно, если бы ты не появился в моей жизни сразу после этого, это то, что могло бы сломить меня. Но она преследует меня, Рорк. Маленький призрак, добавляющийся ко всем остальным. Чтобы добавить к себе".

"Ты помнишь ее, Ева". Он провел губами по ее волосам. "Возможно, ты единственный, кто это делает".

Утром она встала достаточно рано, чтобы сделать тяжелую, потную тренировку, затем долго плавала. Она избавилась от усталости и смутного, ноющего похмелья после ночного кошмара.

И поскольку она знала, что он все равно будет давить на нее, пока она не сдастся, она села в гостиной в спальне и съела овсянку, которую Рорк заказал для нее.

Но она бросила подозрительный взгляд на молочную жидкость в стакане рядом с ее кофе. "Что это?"

"Протеиновый напиток".

"Мне не нужен протеиновый напиток. Я ем дурацкую овсянку, не так ли?"

"У тебя будет и то, и другое". Он провел рукой по голове Галахада, затем обратил свое внимание на Еву, а не на утренние финансовые сводки, прокручивающиеся на экране. "Они компенсируют шоколадный батончик, который вы, вероятно, планируете съесть на обед. Ты плохо спал."

"У меня много чего на уме. Почему тебе не нужно пить протеиновый напиток?"

Он подцепил вилкой дольку грейпфрута. "Терпеть не могу эту дрянь. И я не тот, кому сегодня придется иметь дело с мэром ".

"Да. Я должен начать с этого ".

"Я уверен, что для него это будет еще более неприятным началом дня, чем для тебя. Выпейте, лейтенант."

Она нахмурилась, но выпила. Ей действительно начинало нравиться все, что он добавлял в эти миксы. "Эти данные еще не переданы остальным членам команды. Я должен сообщить об этом Уитни, возможно, Тибблу, и разве это не будет весело?"

"Сегодня мы должны полностью ИДЕНТИФИЦИРОВАТЬ ваш вирус. Ты приближаешься ".

"Я тоже думал об этом". Она посмотрела в сторону центра обработки данных. "Я наделал много шума. Они поймут, что теперь у меня есть несколько надежных зацепок. Могли бы они сбросить этот вирус сюда, в эту систему?"

"Безопасность этой системы намного сложнее, чем в других домашних системах".

Галахад медленно двинулся к столу, к тарелкам. Рорк просто бросил на него один холодный взгляд. Кот задрал лапу и начал мыться, как будто так и было задумано с самого начала.

"И я принял отдельные меры предосторожности, - продолжил он, - основываясь на щите, над которым мы работали в лаборатории. Я не могу дать вам стопроцентную гарантию, но если они не обновят и не модифицируют то, что они использовали на сегодняшний день, нет. Они не могут заразить эту систему ".

"Позвольте мне направить это в другом направлении. Если была попытка заражения, можете ли вы установить какую-нибудь сигнализацию, какой-нибудь детектор, что угодно, чтобы предупредить нас об этом, возможно, отследить источник?"

"Вы меня заинтересовали, лейтенант. Я уже начал работать над этим. Это не может быть сделано с каким-либо реальным успехом, пока мы не завершим полную идентификацию. Но ваши лабораторные крысы разработали несколько творческих вариантов. Джейми особенно искусен в этой области. Клянусь, если бы мальчик не был полон решимости стать тобой, он заработал бы свой первый миллиард раньше ... Ну, до того, как я заработал свой."

"Если бы вы могли отследить это из этой системы, смогли бы вы отследить это с одного из зараженных устройств?" Она увидела выражение его лица. "Хорошо, итак, я на шаг отстаю от плана master geek. Ты дашь мне это сегодня, я мог бы просто откопать пару подвязок ".

"Я тоже хочу корсет. И туфли."

"Ты даешь мне местоположение источника, ты получаешь обувь".

"Мне действительно начинает нравиться эта работа. Ты должен носить обувь все время, пока мы..."

"Давай не будем настаивать, приятель". Она воскресла. "Я собираюсь позвонить из своего офиса".

***

Она закрыла свою дверь. Хотя она не была уверена в расписании Уитни, она предположила, что он уже на пути из Вестчестера. Она попробовала ссылку на его машину и была не против признаться самой себе, что она рассчитала время, чтобы ей не пришлось отмечать его дома и иметь дело с его женой.

"Уитни".

"Сэр. В расследовании произошло событие, которое требует вашего внимания, и я полагаю, шефа Тиббла."

"Какое развитие?"

"Я не думаю, что могу обсуждать это по 'линку, коммандер. Мое суждение относит это к пятому коду ".

Она увидела, как сузились его глаза. Код пять означал полную блокировку мадиа, и все ведомственные записи будут опечатаны на время расследования.

"Ты в своем домашнем офисе?"

"Да, сэр. Я могу быть в Центре внимания в..."

"Нет. Шеф ближе к вам, чем к центру города. Если уж на то пошло, на данный момент я тоже. Я свяжусь с ним. Ожидайте нас в течение тридцати минут ".

"Да, сэр".

"Была ли ваша команда проинформирована об этой разработке?"

"Нет, сэр. Просто эксперт-консультант, который работал со мной, когда всплыла эта новая разработка ".

"Пока оставь это так. Вон".

Даже когда экран погас, раздался быстрый стук в ее дверь. Ворвалась Надин.

"Черт возьми, Надин, когда я закрываю дверь, это потому, что я хочу, чтобы она была закрыта. У меня нет времени на СМИ. Уходи".

"Не будь таким поспешным". Она закрыла дверь за своей спиной, затем быстро пересекла комнату и бросила диск Еве. "Я приложил немало усилий, чтобы донести это до тебя, и я не хочу, чтобы кто-нибудь знал, что ты получил это от меня".

"Почему, и что это такое?"

"Почему, потому что это может быть воспринято как заходящее слишком далеко в отношениях СМИ и полиции. У меня сильное чувство, что боссы в 75 лет подумали бы так же. Что это такое, так это копия домашнего видео 75, купленная после того, как, как мне сказали, были быстрые и оживленные переговоры с туристом. Турист, который катался на аэротраме, когда Ник Грин выбежал на свой балкон. Они выйдут в эфир ровно в девять. Я хотел предупредить вас ".

"75 канал покажет парня, который покончил с собой?"

"Я не говорю, что одобряю. Я не говорю, что не одобряю. Это начнется в девять, это будет грандиозно. Что я скажу, только для ваших ушей, так это то, что я не одобряю обнародование этого без предварительного уведомления полиции. Видеозапись не меняет исхода расследования, но мне не нравится, как это может усилить поддержку Чистоты. Итак, я даю вам время структурировать ответ ".

"Ты смотрел на это?" Ева подняла диск.

"Я проверил это по пути сюда. Это мрачно, это уродливо. И это делает Грина похожим на монстра. Будет легко смотреть на это и думать: слава Богу, он мертв ".

"Назови мне имя туриста".

"Я не могу этого сделать". Она нетерпеливо откинула свою гриву волос. "Даллас, даже если бы я знал, я не смог бы этого сделать. Источник есть источник".

"Это твоя история?"

"Нет".

"Тогда он не твой источник".

Надин покачала головой. "Я зайду так далеко, так же, как и ты. Если вы думаете, что этот парень был подсадным, я не понимаю, как он мог им быть. Но я разберусь с этим. Я обещаю, что если почувствую подвох, я проболтаюсь ".

Удовлетворенная, Ева кивнула. "Скажи мне одну вещь. Сколько они выкладывают за это?"

"Даллас..."

"Не для протокола, Надин. Для нас обоих. Мне просто любопытно".

"Один холодный миллион за двадцать секунд кормления".

"Я думаю, он действительно сорвал джекпот. Я знаю, ты не должен был этого делать. Я этого не забуду".

"Итак, ты у меня в долгу".

"Я не люблю быть в долгу. Что-то собирается сломаться ", - сказала она через мгновение. "Вероятно, в течение следующего дня или двух. Не трудитесь задавать никаких вопросов, я не буду отвечать. Когда все закончится и я смогу говорить об этом, я дам тебе эксклюзив ".

"В течение часа после того, как это произойдет".

"Я не могу этого обещать. При первой же возможности".

"Достаточно хорошо. Я должен идти. И меня никогда здесь не было".

Когда дверь снова закрылась, Ева вставила новый диск, заказала прогон.

Она увидела балкон Грина, увидела, как распахнулась дверь. Он вышел быстро, он вышел окровавленный. Изображение дрогнуло, когда оператор дернулся от того, что он увидел через свой вьювер, и она услышала его сдавленное ругательство. Но он был достаточно крут, чтобы увеличить изображение.

Да, он выглядел как монстр, подумала Ева. Кровь буквально капала с его пальцев, с его волос. Его рот был широко раскрыт, глаза дикие и красные, как у демона. Он рубанул ножом воздух, ударил кулаком по собственной голове.

Он метался от одного конца террасы к другому, размахивая руками в воздухе, словно отмахиваясь от насекомых. Затем, схватив нож обеими руками, он запрокинул голову. И вонзил его в свою собственную грудь.

"Срань господня". Джейми стоял в дверном проеме, ведущем в кабинет Рорка. Его челюсть отвисла, его взгляд был прикован к обзорному экрану Евы.

"Черт возьми. Конец бега. Та дверь была закрыта".

"Прости. Рорк попросил меня... Я просто покупал кое-что для него и хотел спросить тебя - не имеет значения ". Он сделал ровный вдох, вытер рот тыльной стороной ладони. "Это вчерашний парень, верно? Вчерашнее убийство".

"Ты должен быть в лаборатории".

"Я часть этой команды". Он вздернул подбородок. "Мой дедушка был полицейским, и я собираюсь им стать. Я видел кровь раньше. Я убил человека".

"Заткнись". Она выпалила это, подходя, чтобы закрыть за ним дверь. "Есть официальный отчет, в котором указано мое имя, в котором говорится, что Альбан был убит во время борьбы за разоружение и арест. Ты хочешь наебать меня, Джейми, ты продолжаешь говорить, что убил человека ".

"Я бы не сделал ничего, что могло бы тебя испортить". Что-то из того, что он чувствовал к ней, сердцевину любви, которую он пытался похоронить под одеялом подростковой невозмутимости, отразилось на его лице. "Я бы никогда этого не сделал, Даллас".

Поскольку она увидела это, она отступила назад, прежде чем это смутило их обоих. "Хорошо".

"Это между тобой и мной. Я знаю, что ты не допустил меня вчера на брифинг, и я могу понять почему. Ты не думал, что я должен увидеть что-то подобное." Он кивнул в сторону экрана. "Новый парень, Трухарт, он кто? На три года старше меня? Может быть, четыре. В чем разница?"

"Он одет в форму".

"Я тоже".

Она изучала его лицо. Что-то в этих серых глазах уже было наполовину полицейским. "Да. Да, ты будешь. Послушай, я не говорю, что ты не можешь постоять за себя. Вокруг много плохого дерьма. Ты видишь слишком многое слишком рано, это может поглотить тебя, прежде чем ты начнешь ".

"Я уже видел многое из этого".

"Есть и другие вещи, которые так же плохи. Есть еще кое-что похуже. Ты заканчиваешь Академию, ты надеваешь форму. Этого достаточно скоро, чтобы начать с этим разбираться ".

"Хорошо".

"А теперь проваливай. И сделай мне одолжение. У меня встреча, частная встреча через несколько минут. Убери всех отсюда к чертовой матери".

"Конечно". Он ухмыльнулся и выглядел ужасно молодым. "У Trueheart есть кое-что для тебя".

"Убирайся".

Пока он смеялся, она толкнула его и захлопнула дверь у него перед носом. Она вернулась к своему столу, скопировала диск для своих файлов, затем запечатала другой для своего командира.

Оставшееся время она потратила на обновление своего журнала свидетельских показаний, запечатав и это. Затем привела в порядок свои мысли.

Услышав стук в дверь, она глубоко вздохнула и встала, чтобы открыть ее двум лучшим полицейским города.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

"В ходе расследования убийств Грин / Уэйд", - начала Ева, - "Я обнаружила, что финансовые показатели Грина не соответствовали его образу жизни. Даже если предположить, что значительный неучтенный доход от его предполагаемых сделок с нелегалами и сексуальных услуг, покупок и других активов, накопленных за предыдущий год, намного превысил любые прогнозируемые денежные средства ".

"Вы предположили, что у него был другой источник", - вставила Уитни.

"Да, сэр. Во время первоначального обыска и зачистки помещений -"

"Лейтенант". Тиббл поднял руку, чтобы остановить ее. "Есть ли причина, по которой ты ведешь нас по этому длинному пути сюда?"

"Я думаю, что мои выводы в этом вопросе потребуют прочной основы".

"Прекрасно. Но нет необходимости в формальностях. Просто изложи это ".

"Да, сэр. Мы нашли сейф, когда делали первый заход. Этого было недостаточно, поскольку просмотр записей с камер безопасности показал нам три вероятные сделки, имевшие место в его берлоге за последнюю неделю. Он не выходил сам, поэтому он не сделал бы никаких депозитов. Парень в основном имел дело с наличными. Он ни за что не передаст свои полномочия подростку, которого он нашел в клубе, и не доверит ей перевести деньги в его сейф или на фиктивный счет. На его месте должен был быть другой тайник, точно так же, как должен был быть другой источник дохода. Учитывая тип клиентуры, которую он обслуживал, шантаж казался наиболее логичным побочным ходом ".

"Вы чувствовали, что эта предполагаемая побочная линия связана с Чистотой?" Тиббл спросил ее.

"Недостаточно установить связь, исследовать общую картину. Каждый случай должен решаться индивидуально, по номерам, иначе вы упустите детали ".

Тиббл кивнул. "Поскольку мы здесь, я полагаю, вы не упустили деталей".

"Я вернулся в квартиру Грина с гражданским консультантом. Мы обнаружили второй сейф. Я зарегистрировал это содержимое в то время и обновил журнал по мере просмотра этого содержимого. В нем было восемьсот шестьдесят пять тысяч наличными, код от сейфа в отделении Национального банка безопасности на 88-й улице, пять дисков с данными и двенадцать видеодисков."

Она указала на свой стол. "Все содержимое зарегистрировано и опечатано, как и мой отчет об их изъятии из сейфа".

"Поскольку вы очень осторожны, лейтенант, содержимое должно быть горячим".

Она встретилась взглядом с Уитни. "Они есть. Диски с данными содержат его подпольные книги. Он вел хорошие записи. Они также содержат его ежедневные дневники. Его ухудшение после инфекции хорошо задокументировано на них, демонстрируя усиливающуюся боль, паранойю, гнев и замешательство ".

"И видео", - сказал Тиббл. "Шантаж?"

"Да, сэр. Я провел поиск личности и нашел совпадения по личностям, записанным Грином. Нет сомнений, что они не знали, что их записывали во время их деятельности, поскольку упомянутые действия носили чрезвычайно наглядный характер. Некоторые записи происходят в пока неизвестном месте, другие - в свободной спальне в квартире Грина. На этих видео есть ряд очень известных граждан, зарегистрированных в компрометирующих, незаконных и / или смущающих сексуальных ситуациях. Среди них судья уголовного суда, жена профессора колледжа и ярая сторонница Консервативной партии, которую, я верю, я могу и свяжу с Клариссой Прайс, известной личностью из средств массовой информации и мэром Нью-Йорка ".

"О, Христос". Тиббл смотрел на него целых пять секунд, затем прижал пальцы к вискам. "Это подтвержденная идентификация на Пичтри?"

"Да, сэр. Я узнал его, но продолжил сканировать изображение ".

"Тогда это гребаный беспорядок". Он опустил руки. "Ладно, этот идиот изменил своей жене и был записан".

"Сэр. Это немного более ... запутанно, чем прямое развращение ".

"Объясни это, Даллас", - нетерпеливо сказала Уитни. "Мы здесь взрослые".

"Он был одет в женскую одежду и имел потный сексуальный сеанс с другим мужчиной, который включал в себя небольшое доминирование и наказание, а также, гм, оральное удовлетворение и завершение".

"Становится все лучше и лучше". Тиббл откинулся назад, словно устал, положил голову на подушку кресла и стал изучать потолок. "Мэр Стивен Пичтри - трансвестит, которого шантажировал посредник по торговле сексом и нелегалами, который сейчас мертв, и чья смерть была спровоцирована террористической организацией, которая в настоящее время несет ответственность за семь убийств".

"В двух словах", - согласилась Ева.

"Средства массовой информации ухватились за это..." Он покачал головой, поднялся на ноги. Он подошел к ее окну. "Для него все кончено, так или иначе. Даже талантливый Чанг не сможет вытащить его из унитаза. В городе и без этого достаточно шума. Мы пока держим это в секрете ".

"Мне нужно взять у него интервью, шеф, а также у других людей на видео".

Тиббл оглянулся через плечо, изучая ее лицо. "Вы верите, что Пичтри причастен к Чистоте? Мэр, натравливающий террористическую организацию на свой собственный город? Возможно, он проявил крайне неразумное суждение в личном вопросе, но он не настолько глуп, чтобы помочиться в собственный бассейн ".

Почему бы и нет? она подумала. Ты используешь секс-брокера, чтобы осуществить свою мечту о свидании, ты достаточно глуп для чего угодно. "Я не могу принять это решение до тех пор, пока с ним не проведут собеседование".

"Ты хочешь втянуть его в расследование крупного убийства, потому что он носил чертов лифчик".

Она чувствовала, что ее терпение иссякает, шелушится, как виноградина на солнце. "Сэр, меня не волнует, если он одевается как пастушка и соблазняет свою паству в свободное время. Если только это не приведет его в мое дело. Мое утверждение, как первостепенное в этом вопросе, заключается в том, что у Purity есть люди, обладающие властью и влиянием среди своих членов. Мой запрос на выдачу ордера на вскрытие закрытых файлов по делам несовершеннолетних был заблокирован и продолжает блокироваться вне зависимости от всех разумных возражений. Ордера на просмотр файлов в Службах по делам детей также были заблокированы или отклонены. Эти блоки препятствуют дальнейшему ходу моего расследования ".

"Ты нашел способ обойти их с герцогами".

Она сделала глубокий вдох. "Да, сэр, я сделал. И я продолжу находить способы обойти их. Семь человек, включая офицера полиции, мертвы. Я буду продолжать искать способ, пока не получу ответы и справедливость не восторжествует. Мэр Нью-Йорка теперь подозреваемый в этом расследовании, устраивает это вас или нет ".

"Шеф Тиббл". Уитни поднялся на ноги, почти поддавшись желанию встать между ними, как рефери на боксерском поединке. "Лейтенант Даллас прав".

Тиббл перевел свой обжигающий взгляд на Уитни. "Ты думаешь, я не знаю, что она права? Ради Бога, Джек, я носил тин дольше, чем она была жива. Я знаю, что она права. Я также знаю, что мы будем месяцами выбираться из-под последствий, как только это произойдет. Террорист-трансвестит. Боже милостивый, ты можешь себе представить, что средства массовой информации сделают с этим?"

"Средства массовой информации меня не касаются".

Тиббл повернулся к Еве. "Если вы хотите подняться по лестнице, это лучше. Вы бы сейчас носили решетки, если бы уделяли больше внимания восприятию и имиджу. Ты сделала выбор, который помешал тебе стать самой молодой женщиной-капитаном в полиции Нью-Йорка ".

"Гарри".

Тиббл отмахнулся от тихого возражения Уитни и снова отвернулся. "Я приношу извинения за это. Это ошеломило меня. Я работаю с этим человеком. Я не могу сказать, что мы друзья, но мы определенно дружелюбны. Я знаю его семью. Я верил, что знал его. Я бы выпил немного кофе. Черный, без сахара. Если ты не возражаешь."

Ева ничего не сказала, не доверяла себе, чтобы заговорить. Вместо этого она пошла на кухню, запрограммировала автоматическое приготовление, пока самообладание боролось с тренировками.

Они могли бы взять решетки своего капитана и засунуть их.

Она вернулась. Когда Тиббл снова повернулся лицом к окну, она поставила его кофе на свой стол, затем протянула Уитни вторую чашку.

"Мне приказано игнорировать улики, которые попали в мои руки, и отклониться от следственного маршрута, который ведет к мэру Стивену Пичтри?"

"Я не сомневаюсь, лейтенант", - сказал Тиббл, стоя спиной к комнате, "что если бы я отдал этот приказ, вы бы не подчинились упомянутому приказу или бросили свой значок мне в лицо. Поскольку я полагаю, что в данный момент ты достаточно зол, чтобы выбрать последнее, я еще раз приношу извинения ".

"У меня не было права персонализировать это или вымещать на вас свое разочарование. Я скажу, что есть оттенки правоты, лейтенант Даллас, и чем выше вы поднимаетесь, тем больше оттенков, и тем глубже они становятся ".

"Я осознаю сложность ситуации и ваше положение, шеф Тиббл".

"Но в основном ты думаешь, что это чушь собачья". Он растянул губы в ухмылке, которая годами наводила ужас как на копа, так и на преступника. Он подошел, взял свой кофе и выпил. "И в основном ты прав. Нет, лейтенант, вам не приказывали игнорировать улики, которые попали в ваши руки."

Недолго думая, он сел за ее стол. "Я прошу вас отложить это интервью, пока я не поговорю с мэром. Любая часть беседы, имеющая значение для вашего расследования, будет передана вам. Дело не только в человеке, но и в офисе. Офис требует некоторого уважения и защиты. Я надеюсь, вы можете доверить мне отстранить человека от должности и лично провести этот предварительный допрос ".

"Я верю, что вы более чем способны справиться с таким допросом, сэр. Как вы хотите, чтобы я поступил с другими людьми, идентифицированными на видео?"

"Осторожно. Мне нужны копии этих видео, твоих заметок и файлов ".

"У меня есть все это для тебя".

Он взял пакет для улик, который она предложила. "Джек, похоже, мы собираемся начать день с порнухи".

"Я покончила с этим", - сказала Ева и заставила Тиббла расхохотаться.

"Работа никогда не бывает скучной".

"Насколько я могу рассказать своей команде?"

"Доверие - это улица с двусторонним движением. Я оставляю это тебе". Он поднялся. "Если Пичтри замешан в этом, мы его уничтожим. Даю тебе слово." Он протянул руку.

"Мы уничтожим их всех, сэр. В этом я согласен с тобой".

***

После того, как они ушли, Ева позвала Пибоди к себе в кабинет.

"Сядь", - приказала она, затем, как это сделал Тиббл, заняла командную позицию за своим столом. "Появились новые данные, которые могут иметь прямое отношение к этому расследованию. Я не могу сейчас поделиться с вами всеми деталями этих данных, но сегодня вы будете сопровождать меня в нескольких конфиденциальных интервью. Пока я не дам тебе разрешение, ты ничего не должен говорить об этом другим членам команды ".

"Ты не приводишь команду?"

"Не в это время. Это пятый код. Любая запись, которую я прикажу тебе сделать, будет запечатана".

Пибоди подавила дюжину вопросов, вертевшихся у нее на языке. "Да, сэр".

"Прежде чем мы начнем этот новый раунд интервью, мы проведем последующую беседу с Дюками. Ему нужен толчок. И я решил завершить день Прайсом и Дуайером. Как, я не знаю, подставки для книг ".

"Связано ли то, что находится между полками для книг, с целым?"

"Все это взаимосвязано. Я введу тебя в курс дела, насколько смогу, по дороге к герцогам."

***

"Шантаж", - сказала Пибоди на первом светофоре на маршруте. "Грин, несомненно, замешан во многих отвратительных делах".

"Прибыльные пироги. С помощью этой аферы зарабатывал более трех миллионов в год ".

"Вы думаете, Чистота заразила его из-за шантажа?"

"Да, я верю. Посмотри на других. Это были дети-хищники. Грин, он имел дело с подростками, но основную часть его клиентуры и сотрудников составляли взрослые люди ".

"Ты сказал, что думаешь, что Чистота начнет расширять их критерии".

"И они будут. Не так скоро. В роду Фитцхью есть еще много людей, которые могут занять их. Грин балансирует на грани. Я думаю, что у кого-то, возможно, не у одного, были личные причины желать смерти Грина. Устранение другого отморозка было важным фактором, но отказ от выплаты за шантаж и угрозы разоблачения - это действительно приятный бонус. Но это было глупо. Ошибка. Убейте шантажиста, прежде чем уничтожите улики, которые связывают вас с ним ".

"Можете ли вы сказать мне, был ли Дюкс в списке шантажистов?"

"Нет. Но он знает, как это делается. Он знает, кто был заражен или намечен к заражению. Он - часть основания, поэтому мы потрясаем его. Или его жена. Она - слабое место".

"Ты думаешь, она набросится на него?"

"Она могла бы, если она достаточно напугана. Она не игрок, но она знает Дюкса - его расписание, его привычки. Как еще она могла приспособить домашнее хозяйство к его нуждам? И если он подумает, что мы давим на нее, он может разозлиться настолько, что оступится. У него есть горячая кнопка ".

Ева отыскала место для парковки, затем перешла улицу по диагонали в сторону резиденции герцогов. Первое, что она заметила, были увядшие цветы у двери.

"Они ушли".

Пибоди проследила за направлением холодного взгляда Евы. "Может быть, она забыла их полить".

"Нет, она бы не забыла. Вероятно, у него есть список ежедневных обязанностей. Черт возьми. Черт возьми." Она все равно нажала на звонок, подождала, позвонила снова.

"Занавески все еще на окнах". Пибоди вытянула шею, чтобы заглянуть внутрь. "Мебель все еще там".

"Они оставили это. Быстро выбрался. Вероятно, они были упакованы и ушли в течение двадцати четырех часов после нашего первого визита ".

Она начала работать на улице, стучась в двери, пока одна из них не открылась для нее. Она протянула свой значок белоснежноволосой женщине в розовом спортивном костюме.

"Что-то не так? Произошел ли несчастный случай? Мой муж..."

"Нет, мэм. Все в порядке. Простите, что беспокою вас. Я ищу кое-кого из ваших соседей. Герцоги. Они не открывают свою дверь ".

"Герцоги". Она погладила себя по волосам, как будто желая привести в порядок свои мысли. "Я не уверен, что я... О, конечно. Конечно. Я видел эту историю в репортаже СМИ. О, дорогая, ты женщина-полицейский, на которую они собираются подать в суд ".

"Я не верю, что до сих пор были предприняты какие-либо юридические действия. Ты знаешь, где они?"

"Благость. На самом деле я их не знаю. Симпатичная молодая женщина. Я видел, как она ходила на рынок каждый понедельник и четверг. Девять тридцать. Ты мог бы настроить свой наручный прибор по ней. Но теперь, когда вы упомянули об этом, я не знаю, когда в последний раз... Они потеряли своего старшего сына, не так ли? Они въехали всего два года назад. Я никогда ничего об этом не знал. На самом деле они не разговаривали ни с кем из соседей. Некоторые люди никогда этого не делают. Это ужасно, ужасная вещь - потерять ребенка ".

"Да, мэм".

"Я бы видел, как он приходит и уходит время от времени. Не был похож на очень доброго человека. По воскресеньям они все ходили куда-нибудь вместе. Ровно в десять часов. В церковь, я полагаю, судя по тому, как они были одеты. Вернусь к половине двенадцатого. Вы никогда не видели мальчика, играющего на улице с другими детьми. Я никогда не видел, чтобы другой ребенок заходил в этот дом ".

Она вздохнула, теперь глядя через улицу. "Я полагаю, они держали его при себе, боясь, что с ним тоже что-нибудь случится. Подождите, вон Нита выходит. Мой партнер по бегу трусцой".

Она дико замахала женщине, которая вышла из здания прямо через улицу. Она тоже была одета в спортивный костюм. В порошкообразно-синем цвете.

"Нита ничего не упускает из виду", - сказала другая женщина уголком рта. "Ты спроси ее о них".

"Чтобы тебя арестовали?" Весело сказала Нита, когда присоединилась к ним. "Лучше заприте ее покрепче, офицер. Сэл скользкий тип ".

"Мы поговорим о скользком позже", - сказал ей Сэл. "Они спрашивают о герцогах. Через две двери от тебя".

"Пару дней назад они отправились в путешествие. Загрузили машину чемоданами. Жена была не слишком довольна этим, если хотите знать мое мнение. Она плакала. Это было бы... дай мне подумать. Среда. Утро среды, яркое и раннее. Я был у входа, поливал свои горшки, когда увидел, как они загружаются ".

"Вы заметили, чтобы кто-нибудь посещал их до этого?"

"Видела тебя", - сказала Нита с усмешкой. "Предыдущим утром. То, что я позже увидел на экране, изрядно взбудоражило коменданта ".

"Нита".

"О, перестань суетиться, Сэл. Мне не понравился этот человек, и я не боюсь сказать это вслух ".

Она махнула рукой и устроилась поудобнее, как будто для милой, дружеской беседы. "У меня был старый кокер-спаниель, старый Фрэнки. Умер в прошлом году. За несколько месяцев до этого я гулял с ним, как делал каждый день, дважды в день. Остановился на минутку перед Дьюкс-плейс, чтобы поговорить с соседом, который тоже вышел прогуляться. И что ж, старина Фрэнки занимался своими делами там, на границе их владений, пока я не видел ".

Она вздохнула, одним долгим выдохом воздуха. "Старина Фрэнки. Теперь я бы все убрал. Я убирал за этой собакой шестнадцать лет. Но комендант подходит к двери и объясняет мне, зачем, говорит, что собирается доложить на меня. Ведет себя так, что можно подумать, он никогда раньше не видел маленьких какашек. Что ж, я вернул ему то, за что заплатил. Я ни от кого не принимаю такого рода вещи ".

Она тяжело вздохнула, очевидно, все еще возмущенная. "Он хлопает дверью, я собираю какашки, заканчиваю выгуливать старину Фрэнки и иду домой. Несколько минут спустя патрульный полицейский у моей двери. Молодая женщина, выглядевшая подавленной, сказала мне, что Дюкс подал жалобу. Ты можешь себе это представить? Поскольку я уже смыл улики, из этого ничего не вышло. Полицейский просто хотел сообщить мне, что он покраснел, сказал, что она охладила его пыл, но, возможно, для всех будет лучше, если я позабочусь о том, чтобы держать собаку подальше от его собственности ".

"Это единственная сделка, которую вы с ним заключили?"

"Никогда больше не говорил ни слова этому человеку, ни он мне".

"Они потеряли ребенка", - напомнил ей Сэл. "Это может отравить человека".

"Некоторые рождаются кислыми". Нита кивнула на дом через дорогу. "Я бы сказал, что этот человек был".

***

Ева провела первые три интервью из списка Грина в уединении каждого испытуемого дома или в офисе. В каждом случае были разные степени отрицания, возмущения, смущения и мольбы.

А в случае с судьей Верой Арчер - холодное принятие.

"Я бы предпочел продолжить эту дискуссию без присутствия вашей формы, лейтенант Даллас".

"Пибоди, подожди снаружи".

Арчер сложила руки на своем столе. Ее покои были обтекаемым, организованным пространством, которое соответствовало ее имиджу. Она была высокой, сурово привлекательной, худощавой женщиной шестидесяти трех лет, с короткими прямыми темными волосами. У нее была репутация человека, принимающего быстрые и тщательные решения, которые редко не удавалось обжаловать.

Она не терпела театральности в зале суда.

Очевидно, подумала Ева, она наслаждалась ими наедине. На диске она была одета в розовое бальное платье и исполнила довольно гламурный стриптиз - вплоть до стрингов и пирожков - для двух мускулистых мужчин в качестве прелюдии к очень спортивному танцу втроем.

"Я предполагал, что буду иметь с этим дело, когда услышал, что Ник Грин был убит. Моя личная жизнь не подлежит обсуждению. Я не нарушал никаких законов, кроме законов здравого смысла ".

"И все же вы платили Нику Грину семьдесят пять сотен долларов в месяц".

"Я сделал. Нет ничего противозаконного в том, чтобы платить такой гонорар. И если мы определим, что это был шантаж, преступление заключалось в том, что он вымогал такой гонорар. Я не собираюсь объяснять ни содержание диска, ни мотивацию, стоящую за этим содержанием. Я имею право на личную жизнь ".

"Да, ваша честь, и вы, безусловно, достаточно заплатили за это. Однако содержимое этого диска и ваши платежи теперь являются частью расследования убийства ".

Взгляд Арчера ни разу не дрогнул. "Мне было лучше, когда он был жив. Я мог бы позволить себе денег намного больше, чем я могу позволить себе рекламу от exposure. Позор моей одежде, мой муж. Я полностью раскрыла этот вопрос своему мужу почти год назад. Вы можете подтвердить это, если сочтете это необходимым, но это, опять же, личное дело каждого. Я скажу вам, что мы согласились продолжать выплаты ".

"Вы осведомлены об обстоятельствах смерти Ника Грина?"

"Я есть".

"Хотя я сочувствую вашему стремлению к уединению, ваша честь, это сочувствие не распространяется на мое преследование террористов, которые несут ответственность за его смерть и смерть еще шести человек на сегодняшний день".

"И как раскрытие содержимого этого диска поможет вашему преследованию? Я должен пользоваться уважением в зале суда, когда я на скамье подсудимых. Вы преследуете, вы арестовываете, но затем суд завершает цикл отправления правосудия. Как я могу это сделать, если я посмешище, позор?"

"Я сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить вашу частную жизнь. Расскажи мне, как ты стал пользоваться услугами Ника Грина ".

Арчер скривила губы в почти невидимую линию. "Я слышал о нем от знакомого. Это казалось безобидным, и хотя его услуги, по общему признанию, были на грани, я ими воспользовался. Можно сказать, выпускной клапан от давления работы. Я пользовался ими раз в месяц в течение нескольких месяцев. Затем он дал мне копию диска, объяснил график платежей и последствия неуплаты. Все очень разумно и по-деловому".

"Ты, должно быть, был очень зол".

"Я был зол. Более того, я чувствовал себя дураком. Женщину, которая прожила более шестидесяти лет, четырнадцать просидела на скамейке запасных, не должно быть так легко обмануть. Я заплатил, потому что за глупость всегда платят, и я перестал пользоваться его услугами ".

"Ты боялся, что он все равно разоблачит тебя?"

Она наклонила голову в притворном удивлении. "И лишиться небольшого, но стабильного дохода? Нет."

"Он когда-нибудь повышал платежи или угрожал сделать это?"

"Нет. По-своему, он был хорошим бизнесменом. Если ты истекаешь кровью слишком быстро и сильно, тебя потрошат".

Арчер подняла руки, единственное лишнее движение, которое она сделала за все интервью. "Я даже не возмущался выплатами. Они напомнили мне, что я был человеком. Вот почему я с самого начала воспользовался его услугами. Мне нужно было напомнить, что я человек. Ты навел справки обо мне. Личная, профессиональная?"

"Да, ваша честь, первый заход".

"Я служил закону, и служил ему хорошо. Мой послужной список подтверждает это. Я не готов уходить на покой ". Она взглянула на маленький экран просмотра на ее стене. "Я видел передачу на 75 сегодня утром. Это была порочная, ужасная смерть, которую они выбрали для него. Он был шантажистом, и он торговал тем, что можно назвать грехом, безусловно, эксплуатировал тайные слабости людей. Но он не заслуживал такой смерти. И этот ребенок тоже ".

Она снова посмотрела на Еву, ее взгляд был прямым и ровным. "Вы подозреваете, что я могу быть частью этих линчевателей, называющих себя чистыми? Они олицетворяют все, что я ненавижу, лейтенант. Все, чему я посвятил свою жизнь, чтобы бороться против. Они хулиганы и трусы, играющие в Бога. На данный момент я готов отказаться от юридического представительства и пройти проверку на правдивость. Мои условия таковы, что это должно быть сделано частным образом, единственным уполномоченным и лицензированным специалистом, и что, когда результаты снимут с меня подозрения, они, а также диск и любые файлы, относящиеся ко мне по этому делу, будут запечатаны ".

"Я соглашусь на эти условия и устрою это. Я могу попросить доктора Миру лично провести тестирование ".

"Доктор Мира приемлема".

"Я верю, что результаты положат конец вашему участию в этом деле, ваша честь".

"Спасибо тебе".

"Могу я спросить вашего совета и мнения по другому вопросу, связанному с моим расследованием?"

"Да".

"Я запросил ордера на вскрытие закрытых файлов на несовершеннолетних жертв, которые непосредственно относятся к этому делу. Служба по делам детей подала иск, запрещающий мне доступ к этим записям и к дополнительным записям их агентства. Прокуратура вступила в стандартный юридический спор по этому поводу. Блок остается".

"Запечатанные, особенно в случае несовершеннолетних, являются деликатными вопросами".

"Как и серийное убийство. Как и терроризм. То же самое относится и к воспрепятствованию приоритетному расследованию. Время имеет существенное значение, но важный инструмент находится вне моей досягаемости. Речь идет не о том, чтобы открыть запечатанные файлы для публики, а о расследовании, имеющем достаточные основания. Если бы этот вопрос стоял перед тобой, как бы ты правил?"

Арчер откинулся назад. "Ваша вероятная причина убедительна, лейтенант - и не шутите со мной".

"Это твердо, как скала. TRO утверждает, что запечатанные должны остаться, чтобы защитить несовершеннолетних и их семьи от дальнейших неприятностей, обеспечить их конфиденциальность. Прокурор утверждает, что вероятная причина при расследовании убийства имеет первостепенное значение, и далее утверждает, что содержимое запечатанных конвертов будет известно только следственной группе ".

"Если бы аргументы были такими элементарными, у вас были бы свои ордера в моем суде. Кто подписал первоначальные ордера?"

"Судья Мэтьюз?"

"И впоследствии он удерживал запечатанных?"

"Нет, ваша честь. Аргументы представлены судье Линкольну ".

"Линкольн. Я понимаю. Я наведу несколько справок".

***

Ева вышла из здания суда с Пибоди рядом с ней и немного подышала воздухом. "Если она не чиста, я потерял всякое чувство направления".

"Продолжаем ли мы работать по списку?"

"Да, мы продолжаем работать над этим. Тем временем, проверь судью Линкольна ".

"Другой судья? Боже."

"Его нет у Грина. Но он на стороне Арчера. Она хороша", - сказала Ева, садясь в свой автомобиль. "Но она не настолько хороша. Я увидел что-то на ее лице, когда я сказал ей, что он слышал споры о запечатанных ".

Нахмурившись, она вытащила свой пискнувший карманный линк. "Даллас".

"У О'Мэлли", - отрывисто сказал Двайер. "Двадцать минут. Приходи один".

"Синяя белка", - ответила Ева, желая получить преимущество на домашнем поле. "Пятнадцать".

Она прервала передачу.

***

Ева не посещала "Синюю белку" так часто, как раньше. Это было заведение без каких-либо искупающих качеств, включая еду и обслуживание. В течение дня заведение обслуживало горстку угрюмых завсегдатаев и случайных заблудших душ, которые были достаточно глупы, чтобы думать, что могут позволить себе дешевую еду и немного развлечений.

По ночам там обычно было полно людей, которые совершали акцию и были достаточно жесткими или сумасшедшими, чтобы рисковать своими жизнями ради того, что в таких местах считается алкоголем.

Музыка была громкой, столики маленькими и редко чистыми, а воздух, как правило, был пропитан плохой выпивкой и несвежим зонером.

Ева испытывала к нему странную привязанность и была рада обнаружить, что он не изменился со времени ее последнего визита.

Какое-то время Мэвис была одной из популярных исполнительниц, кружась в костюмах, которые не поддавались описанию, и выкрикивая свою музыку на переполненный танцпол, где люди, казалось, действительно ее понимали.

Думая о Мэвис, Ева задавалась вопросом, смягчит ли ее предстоящее материнство.

Ни единого шанса.

"Займи столик напротив", - приказала Ева Пибоди. "Ешь, если осмелишься".

"Их картофель фри с соей только наполовину плох. Я рискну этим ".

Ева выбрала столик в дальнем углу, скользнула внутрь. И решил, что Пибоди была права. Картофель фри был только наполовину плох и заслуживал еще одного шанса.

Она ввела заказ в меню и решила не приближаться к краю, рискуя кофе. Она выбрала воду в бутылках, которая, как она боялась, была разлита в одной из неприглядных подсобок мужчинами с плоским носом и волосатыми костяшками пальцев.

Не увидев никаких признаков Двайера, она достала свой коммуникатор и связалась с Фини. "Каков статус?"

"Почти пришли". На его лбу был слабый блеск пота, а волосы торчали пучками. "Через два часа мы с этим разберемся. Над чем ты работаешь?"

"Через пару минут обед. Синяя белка".

"Ты ходишь по темной стороне, Даллас".

"Да, это я. Встретился с Двайером. Он должен скоро появиться. Я думаю, он хочет заключить сделку ".

"Я предложу ему чертову сделку". Фини выпустил воздух из носа. "Не хочешь рассказать мне, что начальство делало здесь этим утром?"

"Не могу. Я должен дождаться некоторой информации. Пугает меня, Фини, но я не могу ".

"Ты поймал на крючок крупную рыбу, не так ли, малыш? Нет, не переживай ", - сказал он. "Просто помни, у какой-то большой рыбы есть зубы".

"Я осторожен. Двайер только что вошел. Позже".

Она убрала коммуникатор в карман, затем подождала, пока он подойдет к столу.

"Я сказал "один". Избавься от униформы, или это закончится сейчас ".

"Униформе нужна еда. Ты хочешь идти, это твой выбор ". Она прикусила бутылку с водой, когда та выскочила из прорези для сервировки. "Держись подальше от кофе", - сказала она непринужденно. "Если ты хочешь жить".

Он опустился на стул напротив нее. Она не удивилась, когда он заказал пиво в бутылках.

"Твоя девушка рассказала тебе о нашем вчерашнем разговоре?"

"Ты проявляешь некоторое уважение, когда говоришь о Клариссе. Она леди. В твоем типе не распознают леди ".

"Мой тип распознает не тех копов, заговорщиков, убийц, фанатиков". Наблюдая за его лицом, она сделала глоток воды. "Меня не волнует, как растягивается их кожа".

"Я хочу, чтобы ты отстал от нее. Я даю тебе одно предупреждение на этот счет ".

Она наклонилась вперед. "Ты угрожаешь мне, Дуайер? Вы намекаете на то, что, если я продолжу придерживаться линии расследования, которая касается Клариссы Прайс, вы можете попытаться причинить мне физический вред?"

"Что, ты подключен?"

"Нет, я не подключен. Я просто хочу внести ясность в природу вашего предупреждения. Таким образом, я не буду пинать твою жалкую задницу по этому липкому полу, выставлять за дверь и переводить через улицу из-за недопонимания ".

"Ты думаешь, что ты какой-то крутой, не так ли? Вы, копы из отдела убийств, все думаете, что вы чертовски важны. Элита или что-то в этом роде. Ты выходишь на улицу и некоторое время роешься в мусоре, подбираешь осколки какого-нибудь изнасилованного и избитого ребенка, или протаскиваешь блевотину какого-нибудь засранца-подростка, у которого передозировка джазом, который он получил от какого-то стервятника, работающего на школьных дворах. Посмотри, как долго ты будешь таким крутым ".

Она почувствовала некоторую симпатию, ее осколок скользнул по ней к полицейскому, который видел больше, чем мог выдержать. Но там снова была черта, черта, которую можно было сдвинуть только до тех пор, пока она не упадет с края.

"Так вот почему ты участвуешь в этом, Двайер? Просто не смог справиться со всеми шагами, видя, как некоторые из этих шагов ускользают у тебя из-под ног? Поэтому вы решили быть судьей, присяжными и палачом?"

Ее картошка фри выскользнула, и она проигнорировала их. Его бутылка лопнула секундой позже. Он схватил его, закрутил крышку с жестокостью человека, который хотел бы, чтобы это была человеческая шея.

"Я хочу, чтобы ты убрался со спины Клариссы".

"Ты повторяешься. Расскажи мне что-нибудь новое".

Он сделал два глубоких глотка из бутылки. "Я не говорю, что мне есть что тебе сказать. Но если бы я это сделал, мне нужна была бы сделка ".

"Не могу иметь дело без карт".

"Не пытайся облить меня из шланга". Он фыркнул на нее, и она потеряла даже эту толику сочувствия.

Он был не просто полицейским, который сломался под давлением. Он был из тех, кто раздувался от этого и наполнял себя до отказа - как тонкая оболочка воздушного шарика, - раздуваясь от высокомерия, от праведности.

"Я значок. Я знаю, как это работает. Если бы мне было что сказать по поводу недавних убийств, мне бы понадобился иммунитет для Клариссы и для меня относительно любой возможной причастности ".

"Неприкосновенность". Она откинулась назад, тщательно выбрала картофель фри, изучила его. "Ты просто хочешь, чтобы я стерла твою доску? Семеро убитых, один коп, и ты хочешь бесплатной поездки для себя и своей дамы? И как, по-твоему, я смогу провернуть это для тебя, Двайер?"

"Ты справишься с этим. У тебя есть вес".

"Давайте сформулируем это так". Она посыпала картофель фри солью. Они отчаянно нуждались в помощи. "Как ты думаешь, почему я использую вес, который, по твоему мнению, у меня есть, чтобы помочь тебе кататься на этом?"

"Ты хочешь бюст. Я знаю твой тип. Крах на первом месте. Поддерживайте высокий процент разрешенных дел. Ты полагаешь, что они нацепят на тебя еще одну гребаную медаль ".

"Ты меня не знаешь". Ее голос был низким и смертельным. "Ты хочешь картинку в своей голове, Дуайер? Как насчет этого? Шестнадцатилетняя девушка, разрезанная на ленточки, ее кровь по всем стенам, идущая по тропе, по которой она бежала, пытаясь убежать от мужчины, которого свела с ума группа людей, решивших, что он должен умереть. Ее звали Ханна Уэйд. Она была глупым ребенком с плохим поведением, который оказался не в том месте не в то время. Как Кевин Хэллоуэй, солидный молодой коп, просто делающий свою работу. Как люди, нажимающие на ваши кнопки, оценивают это в своем списке процентов. Приемлемая потеря?"

"Кларисса больна из-за этой девушки. Она разорвана на куски из-за этого. Не сомкнул глаз всю ночь".

Ева почувствовала, как желчь приливает к горлу, и смыла ее обратно водой. "Раскаяние будет влиять на обвинителя. Возможно, вас ввели в заблуждение. Возможно, вы оба были введены в заблуждение людьми, отвечающими за Чистоту. Ты просто искал способ защитить детей на твоем дежурстве ".

"Да". Он выпил, набрал в меню вторую бутылку. "Если бы это было так, это привело бы к иммунитету. Дело в том, что если бы мы знали что-то важное, мы были бы готовы отказаться от этого - добровольно ".

Тебя тошнит, подумала она, ее лицо было пустым, как стертая доска. "Ты знаешь, я не могу гарантировать неприкосновенность. Это решение исходит не от меня. Я могу только просить об этом".

"Ты можешь подтолкнуть это. Ты знаешь кнопки".

Она на мгновение отвела от него взгляд, потому что от осознания того, что она попытается заключить сделку, ее затошнило. Высшее благо, сказала она себе. Иногда правосудие не могло подмести чисто.

"Я буду настаивать на неприкосновенности. Но ты отстранен от работы, и она тоже...

"Ты не можешь..."

"Заткнись, Двайер. Просто заткнись, потому что то, что я собираюсь изложить здесь, самое лучшее, что ты когда-либо получишь. И предложение только разовое. Я делаю ставку на иммунитет. Докажите прокурору, что ваша информация и информация Прайса были ключевыми для моего расследования. Если это не главное, Двайер, этот разговор спорный. Вы с Прайсом гуляете, времени в клетке нет. Но вы подаете заявление на пенсию, и она увольняется из Службы по уходу за детьми. Это зависит от прокурора и начальства относительно того, сохраняете ли вы свои льготы. Это не в моей власти. Но ты ходишь".

Она отодвинула свою тарелку в сторону. "Ты отказываешься от этой сделки, и я даю тебе клятву охотиться на вас обоих, пока у меня не будет достаточно средств, чтобы покончить с вами обоими. Я буду настаивать на нескольких обвинениях, убийстве первой степени по предварительному сговору. Я буду настаивать на убийстве офицера полиции. Я буду давить изо всех сил, и вы двое проведете остаток своих жизней за решеткой. Твой последний вздох будет в клетке. Я сделаю это своей личной миссией ".

Его глаза блестели - гнев, ужас, алкоголь. И, подумала Ева с тупым изумлением, с обидой.

"Я получил шестнадцать лет. Шестнадцать лет, надрывающих мне горб ".

"А теперь у тебя есть пять минут, чтобы принять решение". Она оттолкнулась от стола. "Уходи или будь готов поговорить, когда я вернусь".

Проходя через клуб, Пибоди начала подниматься. Ева просто покачала головой и продолжила.

Она ворвалась в то, что Белка назвала их комнатой отдыха. Пять узких кабинок и две неглубокие ямы для умывальников. Она пустила холодную воду, плескала ее на лицо снова и снова, пока жар ее гнева и отвращения не остыл.

С лица стекала вода, она подняла голову и уставилась на себя в зеркало с черными крапинками. Семь человек мертвы, подумала она. Семь. И она собиралась помочь двум ответственным освободиться, чтобы она могла остановить остальных.

Это то, что потребовалось, чтобы говорить от имени Кевина Хэллоуэя, от имени Ханны Уэйд? Это то, что потребовалось?

Оттенки правоты, сказал Тиббл. И только сейчас она почувствовала себя запятнанной тенями.

Она насухо вытерла лицо, затем достала свой коммуникатор.

"Командир. Мне нужна сделка для Томаса Дуайера и Клариссы Прайс ".

***

Двайер все еще был за столом, когда она вернулась, и приступал к третьей бутылке. Она задавалась вопросом, как давно он утопил свою совесть.

"Говори", - сказала она.

"Мне нужны какие-то гарантии".

"Я изложил это для тебя однажды, я не собираюсь излагать это снова. Говори или ходи".

"Я хочу, чтобы вы поняли, мы сделали то, что должны были сделать. Ты работаешь, чтобы убрать подонков с улиц, и прежде чем ты поставишь свои пятерки, они возвращаются. Система размякла. Все это дерьмо о гражданских правах застряло у нас в горле, адвокаты проскальзывают сквозь пальцы, вы не можете выполнять свою работу, "

"Я не хочу лекций, Дуайер. Мне нужны данные. Кто заправляет шоу?"

"Я собираюсь рассказать это по-своему". Он провел тыльной стороной ладони по рту, сгорбившись над столом. "Я и Кларисса, мы стали близки. Она посвятила свою жизнь помощи детям, только для того, чтобы увидеть, как половина из них, а может и больше, облажались с системой. Мы начали встречаться, в основном, чтобы выпустить пар, и мы сблизились. После того, что случилось с ребенком Дьюкса, она подумывала о том, чтобы покончить с этим. Это почти сломило ее. Она взяла отпуск на пару недель, чтобы решить, чем она хочет заниматься. И... Дон пришел, чтобы увидеть ее ".

"Дон? Это был бы Дональд Дьюкс?"

"Да. Она была в трудном положении. Трудное место. И он рассказал ей об этой группе, которая искала ответы, которая работала, чтобы найти лучший способ. Подпольная группа".

"Чистота?"

"Искатели чистоты. Он сказал, что собралось много людей, таких, как он, как она, других неравнодушных граждан. Он спросил, придет ли она на собрание."

"Где?"

"Церковный подвал. Центр города. Церковь Спасителя".

"Церковный подвал?" Она не знала, почему это оскорбляло ее чувства. Она не была, никогда не была религиозной. Но это ужаснуло что-то глубоко внутри нее. "Это исходит из церкви?"

"Это одно из мест встречи. Мы перемещаемся по церквям и школам. Она пошла на первое с Доном, с Дьюксом. Это вернуло ее к жизни, вытащило ее из депрессии. Это снова дало ей возможность контролировать ситуацию. В следующий раз я пошел с ней. Это имеет смысл ", - настаивал он. "Программа имеет смысл. Ты хочешь навести порядок в городе, ты должен вынести мусор. Копы и суды в наручниках. Никто не уважает закон, потому что закон не работает. Это, блядь, не работает, и ты это знаешь ".

Она посмотрела на его лицо, румянец, вызванный пивом и праведностью. Не всегда, подумала она. Это не всегда срабатывает, потому что это не собирается сажать вас в клетку.

"Кто руководит собраниями?"

"Это демократия", - сказал ей Двайер с некоторой гордостью. "У всех нас есть право голоса. Дюкс - один из основателей. У нас есть копы, врачи, судьи, ученые, проповедники. У нас есть мыслители".

"Имена".

Он опустил голову. Провел бутылкой по его лбу. "Мы обращаемся по именам, но я узнал некоторых, проверил некоторых других. Ты должен знать, с кем ты в постели. Послушайте, у нас были некоторые сбои в программе. Возможно, мы слишком торопили события. Техники полагали, что смогут удалить вирус после достижения абсолютной чистоты, но произошла некоторая путаница. Они работают день и ночь, чтобы исправить это. Мы собрали коллекцию для Halloway. Мы делаем взнос в Фонд выживших сотрудников полиции от его имени ".

"Я уверен, что это принесет его семье много утешения, Дуайер. Назови мне имена".

"Ты думаешь, легко обласкать?" Он хлопнул почти пустой бутылкой по столу. "Ты думаешь, легко подставлять людей, с которыми ты работал?"

"Было ли легче убивать? Легче бросить несколько баксов в шляпу мертвому полицейскому, потому что произошла путаница? Я не хочу слышать о твоей боли, Дуайер, или о твоем искаженном чувстве преданности. Мне нужны имена. Это зависит от вас или от них. Нет имен - нет сделки ".

"Сука".

"Да. Имейте это в виду. Дональд Дьюкс? Его жена?"

"Нет. Он уберег ее от этого. Ему не очень нравится работать с женщинами ".

"Но он завербовал Клариссу".

"Я полагаю, на него оказывалось некоторое давление, чтобы он забрал ее, поскольку у них была история". Двайер дернул плечом. "Мэтью Сойер, врач-шишка из Мемориала Кеннеди. Парень с мозгами. Кит Бернс, один из тех компьютерных фанатов. Работал с Дьюксом над вирусом. Он был крестным отцом ребенка, Девина. Стэнфорд Квилленс, другой доктор. Судья Линкольн, Энджи и Рэй Андерсон - их ребенка изнасиловал Фитцхью. Энджи руководит собственной фирмой медиаконсультантов в центре города."

Он продолжал перечислять имена. Ева записала их. Он заказал еще пива. Она отметила, что он еще не был неряшливым. Четыре кружки пива меньше чем за час, и он этого не показывал. Это сказало ей, что его тело привыкло к постоянному приему.

Там были другие врачи, другие полицейские, член городского совета, еще программисты, два бывших социальных работника и министр.

"Это все, что я получил подтверждение. У Клариссы может быть еще парочка."

"А как насчет финансирования?"

"Каждый вкалывает, что может, жертвует временем". Он присосался к бутылке. "У некоторых участников глубокие карманы, и они кладут свои деньги туда, где находится их рот. У нас мощная поддержка - политическая поддержка - и мы могли бы расширить ее без несчастных случаев ".

"Кто ваша политическая поддержка?"

"Мэр. Пичтри, он не приходит на собрания. Но он посылает заявления и пожертвования. Я считаю, что он подставил Сойера и Линкольна, а также Дьюкса ".

"Вы хотите сказать мне, что эта организация возникла из офиса мэра?"

"Вот как я это вижу, да. Пичтри хочет реформ, и он не может провести их через опросы. Он нашел другой путь. Он, черт возьми, герой ".

Она сохранила это, подавив очередную волну отвращения. "Как вы выбираете цели?"

"Мы указываем имена, листы для членства. Мы голосуем".

"Кто еще номинирован?"

"Заразился только еще один. Мы решили повременить, пока не разберемся с глюками. Дрю Геллер. Управляет частными клубами, продает молодое мясо посетителям. В основном, она подбирает беглецов и накачивает их эротикой. Ее осмотр назначен в течение десяти часов ".

"Откуда ты знаешь, когда это достигнуто?"

"Это в основном технические штучки. Не моя область. Но мы можем отслеживать использование их зараженного устройства или устройств. Они запускали симы, чтобы знать, сколько времени требуется для завершения ".

"Когда следующая встреча?"

Двайер закрыл глаза. "Сегодняв восемь. Церковь в центре города".

"Где Дюкс?"

Он покачал головой. "Безопасный дом на севере штата. Олбани. Я должен помочь с переселением. Он все еще работает над программой. Он, Бернс и другие техники. Они доведут это до совершенства через несколько дней. Они уверены в этом. Никто не ожидал, что эта девушка окажется на месте Грин. Как, черт возьми, ты можешь предвидеть нечто подобное? Но если уж на то пошло, она ничем не отличалась от Грин. Получила то, что заслуживала, так же, как и он. Просто маленькая шлюха..."

Она, сука, дала ему пощечину. Ее рука была поднята и замахнулась, прежде чем она поняла, что ярость взяла верх, прежде чем он смог увидеть это в ее глазах и уклониться. Резкий удар плоти о плоть рассек дубинку. Несколько человек повернули головы, затем быстро отвели взгляд снова.

Ева поднялась на ноги. "Оставайся там, где ты есть. Пибоди! Ты идешь внутрь. Ты можешь рассказать свою историю П.А. Прайса забирают прямо сейчас ".

"Всего лишь гребаную минутку".

"Заткнись, ты, пульсирующий кусок дерьма. Ты получишь свой иммунитет. Вы входите сейчас и остаетесь там, пока не заберут остальных ваших самопровозглашенных героев. Снаружи черно-белое изображение и представитель прокуратуры. Томас Двайер, ты сейчас под стражей. Сдать свой щит и оружие? Сейчас, - сказала она, кладя руку ему на плечо. "Или я уничтожу тебя так, как хочу, а не по правилам, к которым ты проявил такое презрение".

"Люди знают, что мы были правы". Он положил свое оружие на стол, бросил свой значок рядом с ним. "Благодаря нам с улиц исчезли четыре монстра".

Она забрала его оружие, забрала его значок. Затем поднял его на ноги. "Есть все виды монстров, Дуайер. Ты не совсем подходишь. Ты просто хорек. И позор для работы ".

***

Когда он был запечатлен в черно-белом, Ева села в свой собственный автомобиль. Затем просто прижалась лбом к колесу.

"Ты в порядке, Даллас?"

"Нет. Нет, со мной не все в порядке ". Она вытащила значок Двайера и оружие из своего кармана. "Запечатай это. Я не хочу, чтобы мои руки снова касались их. Я обеспечил ему иммунитет. Я подвез его. Может быть, может быть, я втяну его, наброшусь на него на интервью, я заставлю его уйти без сделки. Но я заключил сделку, потому что, возможно, он не прокатит, и я не могу уделить время, чтобы выяснить ".

"Прокурор не стал бы предоставлять иммунитет, если бы не считал, что это правильный путь".

"Когда вы хотите получить пирог целиком, пожертвовать одним маленьким кусочком - разумная сделка. Вот как это понял прокурор. Так Двайер знал, что он это поймет. Я хотел бы, чтобы я мог. Дай мне адрес некоего Дру Геллера. Она будет в системе ".

Она достала свой коммуникатор, чтобы обсудить следующие действия с командиром.

***

Потребовался час, чтобы настроить его к ее удовлетворению. Драгоценное время, но она не собиралась терять еще одного полицейского. Не сегодня.

"Мы не можем быть уверены, в какой она форме", - напомнила Ева кризисной команде, которую она подобрала сама. "Мы предположим, что она жестока и вооружена. Трое мужчин у двери, трое у окон. Мы начинаем быстро. Мы подчиняем, охраняем и транспортируем. Объект не может быть поражен стандартным оружием, даже при низких настройках. Высока вероятность того, что инфекция распространилась до такой степени, что это привело бы к прерыванию. Мы используем транквилизаторы, и только транквилизаторы ".

Она указала на план квартиры на экране. "Вы ознакомились с установкой. Мы знаем, что объект находится в этом месте. Мы не знаем, где она находится в пределах его периметра, но наибольшая вероятность - в главной спальне, вот здесь. Коммуникации должны оставаться открытыми на протяжении всей операции. Когда объект будет в безопасности, она будет немедленно передана медицинским специалистам в сопровождении двух членов команды во время транспортировки в назначенный медицинский центр, где ждет медицинская бригада ".

Может быть, они спасут ее, подумала Ева, подходя к двери в квартиру Дрю Геллер. И, возможно, они бы этого не сделали. Если информация Двайера была точной, у нее оставалось меньше восьми часов. Моррис назвал инфекцию необратимой после первоначального распространения.

Она рисковала шестью полицейскими, своим помощником и собой из-за женщины, которая, по всей вероятности, была уже мертва.

Она достала свой транквилизатор, кивнула полицейскому из кризисной группы, чтобы тот вскрыл замки. "Расшифровка", - тихо сказала она в свой коммуникатор. "Замки отключены. Жди моего сигнала".

Она приоткрыла дверь. Она уловила запах испорченной пищи, несвежей мочи. Свет был выключен, на окнах плотно закрыты солнцезащитные щитки. Комната выглядела и пахла как пещера.

Она жестом указала, чтобы Пибоди и второй офицер ушли. Она вошла быстро, низко и верно. "Жилая зона очищена".

Тогда она услышала это, что-то вроде рычания. Звук, который может издавать бешеная собака, загнанная в угол. "Переезжаю в главную спальню. Держитесь у окон".

Она встала сбоку от двери, снова кивнула, затем распахнула ее.

Дрю Геллер была прижата спиной к стене. На ней не было ничего, кроме трусиков. На ее груди была кровь, груди, поцарапанные ее собственными ногтями. Из ее носа тоже текла кровь, и красная струйка стекала по оскаленным губам, окрашивала зубы, капала с подбородка.

Ева увидела все это за мгновение ока и увидела ножницы с длинным лезвием в своей руке.

Ножницы вылетели, как стрела из лука. Ева развернулась, использовала транквилизатор. Пуля попала Геллеру в левую часть груди. "Сейчас! Вперед! Ударь ее еще раз ", - приказала она, когда Геллер рванулся вперед.

Второй транквилизатор попал ей в середину тела, и все же она прыгнула на Еву, как дикая кошка, сплошными зубами и когтями. Она видела, как вращаются красные глаза, чувствовала, как кровь капает ей на лицо. Геллер взвыла, когда третий транквилизатор попал ей в правое плечо.

Она отключилась, как свет, красные глаза закатились, конечности обмякли.

Это заняло секунды, только секунды. Последовал шквал движений, когда Геллер откатили в сторону, удерживая ее бессознательное тело.

"Доставьте ее в МТС, пусть ее перевезут", - приказала Ева. "Двигайся".

"У нас ранен офицер".

"Что?" Вытирая кровь с лица, Ева поднялась на ноги, развернулась.

И увидел Пибоди, лежащую на полу, истекающую кровью, ножницы глубоко вонзились ей в плечо.

"Нет. Черт возьми. Нет." Одним быстрым движением она оказалась на коленях и, не задумываясь, провела рукой по бледному лицу Пибоди.

"Свернул направо, следовало свернуть налево", - сумела выдавить Пибоди. Она повернула голову, тупо уставившись на блестящие серебряные ножницы. "Это не так уж плохо, не так ли? Не так уж плохо".

"Нет, это ничего. Немедленно окажите мне медицинскую помощь. Прямо сейчас!" Ева сняла куртку, готовясь использовать ее, чтобы остановить поток крови.

"Вытащи их, хорошо? Хотел бы ты?" Пибоди нащупала руку Евы. "Меня довольно тошнит от того, что они торчат из меня".

"Лучше не надо. Это происходит прямо сейчас. Они приведут тебя в порядок".

"Они попали бы на дюйм выше, защитный жилет отразил бы их. Каковы шансы? Действительно больно. Господи, это действительно больно. Мне холодно. Просто шок, верно? Верно, Даллас? Я не умираю или что-то в этом роде?"

"Ты не умираешь". Она стащила мятое покрывало у одного из кризисной команды. "У меня нет времени тратить на обучение другого помощника".

Ева повернула голову, когда в комнату ворвался МТ. "Сделай что-нибудь", - приказала она.

Не обращая на нее внимания, он провел сканером по месту входа, записал жизненные показатели Пибоди. "Хорошо, офицер. Как тебя зовут?"

"Пибоди. Я Пибоди. Не могли бы вы вытащить из меня эти чертовы ножницы?"

"Конечно. Сначала я собираюсь дать тебе кое-что небольшое ".

"Дай мне много. Даллас - тот, кто живет ради боли ".

Он улыбнулся ей, вставил свой шприц под давлением.

"Она теряет кровь", - отрезала Ева. "Ты просто собираешься позволить ей истечь кровью на полу?"

"Просто продолжай давить", - мягко сказал он. "Очень плохо с этой курткой. Выглядит как хорошая ткань. Я собираюсь вытащить инвазивный объект. На счет три, Пибоди, хорошо?"

"Раз, два, три".

МТ встретился глазами с Евой и одними губами произнес: "Держи ее".

Ева почувствовала это нутром, ощутила острый удар лезвий, вонзающихся в плоть Пибоди. Почувствовала это в быстром рывке тела ее помощника против ее удерживающих рук.

Кровь текла по ее пальцам, теплая и влажная.

Затем ее оттолкнули с дороги, пока МТ обрабатывал рану.

Двадцать минут спустя она расхаживала по комнате ожидания скорой помощи.Она почти уложила доктора, который приказал ей покинуть зону лечения. Сдерживала себя только потому, что считала, что медики должны быть в сознании, чтобы работать с Пибоди.

Макнаб, прихрамывая, ворвался в двери, Рорк следовал за ним по пятам.

"Где она? Что они делают для нее? Насколько это плохо?"

"Она на лечении. Они подлатывают ее. Все так, как я тебе говорил, Макнаб. У нее глубокий прокол в плече, но он не задел главные артерии. Они не думают, что есть какие-либо повреждения мышц. Они собираются очистить рану, дать ей немного крови и жидкостей, зашить ее. Тогда они, вероятно, освободят ее ".

Она увидела, как он уставился на ее руки. У нее не было времени, чтобы смыть кровь. Проклиная себя, она засунула их в карманы.

"В каком процедурном кабинете?"

"Б. За углом налево".

Он умчался, а Ева провела руками по лицу. "Я не могу оставаться здесь", - пробормотала она и поспешила наружу.

"Это серьезнее, чем ты сказал Макнабу?" Спросил ее Рорк.

"Я так не думаю. Гора казалась прочной. Он сказал, что это было слишком серьезно, чтобы рассматривать и выпускать на сцене, но не главное. Она потеряла много крови".

Она уставилась на свои руки.

"Ты сам немного потерял". Он провел пальцами по ее подбородку, по которому прошлись ногти Геллера.

"Это ничто. Черт возьми, это ничто ". Она отвернулась от него, пнула колесо машины скорой помощи, припаркованной в заливе. "Я привел ее туда".

"Она меньше полицейский, чем ты?"

"Дело не в этом. Не в этом, блядь, суть". Она резко повернулась назад. "Я забрал ее и шестерых других полицейских туда. Я сделал звонок, я организовал операцию. Я увернулся, когда Геллер бросил в меня ножницы ".

Поскольку ее глаза заплыли, а голос начал срываться, он взял ее за плечи. "И Пибоди действовала не так быстро. Это твоя вина?"

"Дело не в вине. Все дело в разуме. Я забрал ее, забрал их всех, чтобы обезопасить и доставить в больницу женщину, которая, вероятно, все равно умрет. Я приказал этим людям рискнуть своими жизнями ради нее. Женщина, которая продает маленьких девочек. Парень, в этом есть ирония для тебя. На моих руках кровь Пибоди из-за женщины, которая продает детей ради секса ".

Она вцепилась в его рубашку, сжала руки в кулаки. "Для чего?" - требовательно спросила она. "В чем, черт возьми, смысл?"

"Лейтенант".

Она вздрогнула на голос Макнаба, быстро обернулась.

Он никогда раньше не видел ее плачущей. Не знал, что она могла. "Она проснулась. Ты был прав, они собираются освободить ее. Они хотят сначала подержать ее около часа. Она все еще немного не в себе. Она спросила, рядом ли ты ".

"Я войду и увижу ее".

"Даллас". Макнаб встал у нее на пути, взял ее за руку. "Если ты спросишь ее, в чем смысл, она тебе скажет. Ты меня не спрашивал, но я все равно тебе скажу. Потому что, когда что-то должно быть сделано, мы те, кто должен это сделать. Мне не обязательно было быть там, чтобы знать, что ты вошла в дверь первой. Итак, вы уже знаете, в чем смысл ".

"Возможно, мне нужен был кто-то, кто напомнил бы мне".

Рорк смотрел, как она возвращается внутрь. "Ты хороший человек, Йен". Он положил руку на плечи Макнабу. "Пойдем купим Пибоди цветов".

"Обычно я просто краду их".

"Давайте сделаем исключение для этого".

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Уитни принял отчет Евы устно, в своем кабинете. Она была в рубашке с короткими рукавами, и на рубашке было небольшое пятно засохшей крови.

"Пибоди выписали из медицинского центра?"

"Они готовились выписать ее, когда я уходил. Ей нужно будет взять отпуск по болезни на пару дней ".

"Проследи, чтобы у нее было то, что ей нужно. Двайер и Прайс взяты под стражу и будут содержаться без связи с внешним миром, пока ситуация не разрешится. У нас есть место в Олбани под наблюдением. Когда вы здесь приберетесь, Дональда Дьюкса заберут. Мы согласны, что его не следует арестовывать до окончания вашего рейда на сегодняшнее собрание?"

"Да, сэр. Двайер и Прайс были просто солдатами. Дюкс - один из генералов." Комендант, вспомнила Ева. "Вероятно, он продолжает поддерживать контакт с другими ключевыми членами организации. Мы позволяем ему сидеть, пока не сломаем ему хребет. Сэр, поскольку Двайер еще больше обвинил мэра Пичтри, я прошу разрешения на официальный допрос ".

"Мэр согласился на временный домашний арест. Его входящие и исходящие передачи отслеживаются. По совету адвоката он признался в сексуальном ... проступке, но продолжает отрицать любую связь с Чистотой. Политически с ним покончено".

"Политически", - начала Ева.

"Да. Этого недостаточно. Я не буду спорить. Однако операция этим вечером имеет приоритет над допросом его. Мы уничтожим большинство, если не всех остальных участников этой зачистки, по сути уничтожив эту организацию. Это первейший порядок ведения бизнеса ".

"Когда офис мэра является прикрытием для террористов, это важная часть бизнеса, коммандер".

"И будет ли иметь значение для закрытия этого дела, если вы допросите его сейчас или подождете до завтра?"

Она хотела взять его сейчас. Она хотела ощутить его вкус в своем горле. "Это возможно, если он предоставит дополнительную информацию".

"Я могу обещать вам, что с его флотом адвокатов вам предстоит долгий и трудный путь, чтобы добиться большего, чем его имя. Сегодня у тебя нет свободного времени. Он на льду, Даллас. С ним покончено. Довольствуйся этим еще несколько часов. Я даю тебе слово, что с десяти утра завтрашнего дня он принадлежит тебе ".

"Да, сэр. Спасибо тебе".

"Вы проделали превосходную работу над этим, несмотря на ряд сложных препятствий". Он колебался, изучая ее лицо. "Я хотел бы прокомментировать то, что сказал сегодня утром шеф Тиббл. Ты заслуживаешь решетки, Даллас ".

"Они не имеют значения".

"К черту все. Это между тобой и мной, здесь, в этой комнате. Ты заслуживаешь носить решетки. Ты заслужил их. Если бы это было только вопросом заслуг, ты бы носил их. К сожалению, это не только вопрос заслуг. Твой возраст - это соображение. Сколько тебе, Даллас, тридцать?"

"Тридцать один, сэр".

Он издал полу-смешок. "У меня есть рубашки старше тебя. Я должен скрывать их от своей жены, но они у меня есть. Тем не менее, это соображение, которое можно решить, даже использовать с пользой, при некоторых обстоятельствах ".

"Коммандер Уитни. Я осознаю, что моя личная жизнь является фактором в этом вопросе. Что мой брак с Рорком, к которому в некоторых кругах, безусловно, в департаменте, относятся с подозрением - если только он не приносит пользы, - больше вредит моему продвижению по службе, чем мэр, использующий нелегального секс-брокера и исполняющий мамбо в женской одежде, его будущему политическому положению. Шеф Тиббл был прав. Это был мой выбор ".

"Я надеюсь, вы в равной степени осознаете, что ваш брак не рассматривается в этом офисе как ущерб".

"Я есть".

И, если уж на то пошло, не от вождя. Если бы это зависело от меня, у тебя были бы твои бары ".

"Раньше это имело значение для меня. Это больше не кажется таким важным. Я никогда не смог бы играть в игру с той же страстью, которую могу вкладывать в работу ".

"Ты узнаешь по-другому". Его стул скрипнул, когда он откинулся назад. "Пока все обстоит так, как есть, до этого еще несколько лет. Но вы узнаете по-другому. Иди домой, приведи себя в порядок. Приготовьтесь. Тогда иди и уничтожь этих ублюдков ".

Ева решила в точности следовать приказам. Как только она вернулась домой, она направилась в душ. Она только хотела, чтобы она могла смыть разочарование и гнев так же легко, как кровь и пот.

Упершись руками в кафель, она опустила голову, чтобы струи воды били по ней, заглушая легкую боль.

Она не думала. В течение двадцати минут под струей она позволила себе расслабиться. Успокоившись, она шагнула в сушильную трубу, позволив горячему воздуху кружиться и обдувать ее. Она накинула полотенце, вернулась в спальню.

И увидела Рорка.

"Сядь, Ева".

Ее кровь иссякла. "Пибоди".

"Нет. Нет, у нее все хорошо. На самом деле, она сейчас на пути сюда. Тебе просто нужно сесть".

"У меня важная операция через несколько часов. Следственная группа заслуживает того, чтобы взяться за расследование. Они нуждаются в инструктаже".

"Это может подождать, пока ты потратишь еще несколько минут, чтобы успокоиться". Он оторвал ее от земли.

"Эй! Что ты, чертов кролик. У меня нет времени на секс ".

"Если бы я думал, что секс - это то, что тебе нужно, мы были бы в постели". Вместо этого он бросил ее на диван, сел рядом с ней. "Повернись сюда. Закрой свои глаза".

"Посмотри, Рорк - о Боже". Ее глаза затрепетали, когда он впился пальцами в ее плечи.

"У тебя здесь узлы размером с мой кулак. Я мог бы влить в тебя пустышку, но вместо этого мы попробуем это ".

"Да? Что ж, если ты не прекратишь это в течение пятнадцати минут, я собираюсь надрать тебе задницу ".

Он наклонил голову, прикоснулся губами к ее узловатому плечу. "Я люблю тебя, Ева. Каждый упрямый дюйм тебя".

"Я не чувствую себя упрямым. Я чувствую..." Она почувствовала, как ее снова наполняют сомнения и отвращение. "Я не уверен в себе. Ты должен знать, что ты прав. Разве тебе не нужно знать? Этот мудак Двайер, он знает, что он прав. Ни малейшего сомнения в его разуме, ни малейшего укола. Он просто пытается спасти свою шкуру и шкуру своей женщины ".

"Многие люди знают, что они правы, когда то, чем они являются, неправильно. Наличие сомнений делает тебя человеком ".

"Не так. Не тогда, когда вы начинаете сомневаться в сути. Разве не так эта группа привлекала людей? Те, кто начал сомневаться в сути, не доверяя ей. Сегодня я обменял Дуайера на это дело. Я отпустил не того полицейского, чтобы я мог закрыть это дело ".

"Тебе нужно было сделать выбор".

Она потянулась назад, сжала его руку. Он был одним из ее вариантов. Лучший выбор в ее жизни. По крайней мере, там у нее не было сомнений. "Он сказал... он сказал, что они собрали коллекцию для Хэллоуэя, как мемориал. Как будто они были правы ".

Рорк обнял ее за талию, притянул к себе спиной и позволил ей излить все это. "Я сижу там, смотрю на него, слушаю его дерьмовые оправдания, пропаганду программы, и я помню, как Колин Хэллоуэй благодарила меня. Она поблагодарила меня, и я освобождаю одного из людей, ответственных за смерть ее сына ".

Она подтянула колени, прижалась к ним лицом. "Я вижу, что случилось с Ханной Уэйд. Я вижу, как она лежит лицом вниз в собственной крови. И он говорит, что это слишком плохо по отношению к ней. Сказал, что это был несчастный случай. Но она получила то, что заслуживала, только потому, что была просто шлюхой. Я хочу врезать кулаками по его плоти за это, избить его до бесчувствия за это. Но я поддерживаю связь с окружным прокурором, чтобы обеспечить ему иммунитет, чтобы ему не пришлось за это платить. Для любого из них. Я стою за мертвых, или я переступаю через них?"

"Ты знаешь ответ на это". Он заставил ее развернуться. Ее щеки снова были влажными. "Ты знаешь ответ в своем сердце".

"Раньше я знал это нутром. Раньше я знал это нутром. И я не знаю, что за полицейский из меня получится, если я не почувствую этого снова ".

"Я не знаю этого Дуайера, но я знаю одно: он может и не проживет свою жизнь в клетке, но он никогда больше не будет свободным. Я действительно знаю тебя, Ева. Что бы ты ни сделал, ты сделал для Хэллоуэя, для Ханны Уэйд и остальных. Ты променял свои собственные потребности на их."

"Я не знаю, сделал ли я это. Но я молю Бога, чтобы оно того стоило." Она использовала руки, чтобы вытереть щеки насухо. "Я собираюсь разрушить их сегодня вечером. И завтра я собираюсь отправить Пичтри в ад вместе с ними ".

Она выдохнула, откинула назад волосы. "Чтобы сделать это, я должен избавиться от этого ".

"Хотите немного позитивных новостей?"

"Я мог бы использовать это".

"Мы завершили полную идентификацию вируса. Мы повторили это. Это означает, что мы можем создать постоянный щит против этого, который даст нам полный доступ к данным в оставшихся блоках ".

"Ты можешь отследить это до источника?"

"Мы можем. Мы будем. Это займет немного больше времени, но мы на нашем пути, хорошо на нем, к этому моменту ".

"Хорошо. У меня есть ордер. Тот, кто прошел через это ", - добавила она, думая о судье Арчере. "Все снаряжение Дюкса - все, что осталось на его месте - подлежит конфискации. Мне нужно, чтобы ты раскопал передачи. Кто-то дал ему слово бежать, и куда бежать. Мы тоже получаем Двойера и Прайса. На всякий случай, если они утаивают какие-то имена ".

"Мы будем заняты".

"Вы с Джейми можете уделить им немного времени сегодня вечером, пока мы проводим операцию".

"Я помню, вы говорили, что следственная группа будет участвовать в этом аресте".

"Я не могу взять ребенка на операцию". Она встала, подошла к шкафу. "Ты был бы намного более ценным для меня в лаборатории. Это не обман, и чтобы доказать это, я не приказываю тебе оставаться ". Она схватила рубашку, повернулась обратно. "Я спрашиваю".

"Это хитро с твоей стороны". Он поднялся на ноги. "Тогда я буду твоей лабораторной крысой, еще немного".

"Цени это".

"Не надевай эти брюки с этой рубашкой. О чем ты думаешь?"

"Я иду на облаву, а не на вечеринку".

"Это не причина не выглядеть наилучшим образом. Давайте посмотрим, что в наши дни надевает хорошо одетый полицейский, чтобы обезвредить крупную террористическую организацию? Вы не ошибетесь с базовым черным цветом ".

"Это что, шутка?" спросила она, когда он выбрал другую рубашку.

"Хорошее чувство стиля - это никогда не шутка". Он протянул ей рубашку, провел пальцем по вмятине у нее на подбородке. "Но приятно снова видеть вашу улыбку, лейтенант. О, и надень черные ботинки, а не коричневые ".

"У меня нет никаких черных ботинок".

Он сунул руку внутрь и вытащил пару ботинок из прочной черной кожи. "Ты делаешь это сейчас".

***

В полуквартале от церкви Спасителя Ева сидела в машине наблюдения и спорила с Пибоди.

"Послушай, тебе повезло, что ты вообще здесь. Ты в отпуске по болезни".

"Нет, это не потому, что я не подписывался".

"Я подписал тебя".

"Я снова подписал контракт".

Ева оскалила зубы. "Вы забыли "сэр"."

Подбородок Пибоди вздернулся. "Нет, я этого не делал".

"Как насчет того, чтобы я подал на тебя в суд за неподчинение?"

"Продолжай". Пибоди скрестила руки на груди. "Я могу справиться с этим. Точно так же, как я могу справиться с этой операцией ".

Ева испустила порывистый вздох. "Возможно, ты прав".

Рядом с ней Фини перевел взгляд с монитора на Еву. И подумал: О-о.

"Я подлатана", - заявила Пибоди, немного расслабившись, когда увидела свое открытие. "Я гожусь для исполнения обязанностей. Это было не так уж и важно ".

"Наверное, я просто немного перегибаю палку". Ева подняла руки, затем поднялась на ноги. "Ты должен знать, что ты чувствуешь, верно?"

"Абсолютно. Сэр, - сказала она.

"Ну что ж". Ева легонько похлопала Пибоди по плечу. Затем сжата. Она наблюдала, как бледнеет ее помощница, наблюдала, как ее рот расслабляется в шокированном и страдальческом жесте. "И как ты себя чувствуешь сейчас?"

"Я чувствую просто..."

"Все подлатано?" Она смотрела на жемчужину пота на лбу Пибоди. "Пригоден для службы?"

"I'm..."

"Садись. Заткнись".

"Да, сэр". От нежного толчка Евы ноги Пибоди подогнулись. Она не была уверена, она ли опустила голову между колен или это сделала Ева, но в любом случае она была благодарна.

"Ты останешься в машине наблюдения и будешь помогать Макнабу. У вас есть какие-нибудь аргументы, детектив?" сказала она, глядя на Макнаба.

"Нет. Нет, сэр, лейтенант." Он похлопал Пибоди по спине. "Ты в порядке, милая?"

"Никаких сладостей!" Ева дернула себя за волосы. "На операции нет милашек, ради всего святого. Продолжайте в том же духе, просто продолжайте в том же духе, и я переведу одного из вас в Квинс ".

Она повернулась на каблуках, снова опустилась рядом с Фини. "Каков статус?"

"Появляются несколько ранних пташек. Пока довольно тихо". Он понизил голос. "Хорошая работа. Она еще не готова зажигать. Но у девушки есть характер ".

"Будут и другие операции", - согласилась Ева и изучила монитор. "Всегда есть другая операция".

Церковь была маленькой, непритязательное здание, которое, возможно, изначально было белым. Теперь он был серым, мягким и тускло-серым, на котором красовался простой черный крест. У него не было шпиля, и только россыпь окон по фасаду.

Ева знала, как это выглядит внутри. Она изучила чертежи и запись, которые сделал Бакстер. Он был одет как спящий на тротуаре, шатался внутри. Хотя он не смог добраться до подвала, он получил хорошее представление о главном уровне.

И получил десять кредитов от дикона, который, наконец, снова продвинул его вперед.

Там было пятьдесят скамеек, по двадцать пять с каждой стороны. Подиум в центре спереди. В зоне поклонения было две двери. Бакстеру удалось пролезть в одну из них, сделать быструю запись офисного помещения, прежде чем дикон ворвался, чтобы суетиться вокруг него.

Оборудование в офисе было первоклассным и на несколько уровней превосходило то, что могла позволить себе любая небольшая церковь по соседству.

Снаружи было три двери. Передняя, восточная сторона и задняя, которая вела в подвал.

Все были покрыты. Когда они переместятся, подумала она, они окружат здание, как кольца вокруг Сатурна.

"Сейчас слышу больше болтовни", - сказал ей Фини.

Ева подняла наушник, настроилась.

Был разговор о спорте. Как насчет тех янки? Женщины обменивались рецептами и говорили об уходе за детьми. Кто-то упомянул распродажу в Barney's.

"Иисус". Фини покачал головой. "Звучит как чертово родительское собрание".

"Что?"

"Школьная сделка. Родители, учителя. Что они за террористы?"

"Обычные люди", - сказала Ева. "Вот что делает их такими опасными. Большинство из них просто обычные Джо, ищущие способ навести порядок на улицах. Я смотрел это видео с Рорком. Эта старая западная штука. Плохие парни надирают задницы в этом городе. Закон не может их остановить, потому что они надирают задницу и закону тоже. Итак, люди собираются вместе, объединяют немного денег и нанимают эту банду стрелков - отличное слово, не так ли? Стрелок".

Она смаковала это всего мгновение, зацепив несколько засахаренных орешков Фини. "В любом случае, они наняли этих парней, чтобы избавиться от других парней. И они делают. Но потом стрелки решают, эй, нам здесь нравится, так что мы собираемся повеселиться и управлять делами по-своему. Что ты собираешься с этим делать? Так что город оказывается у них под каблуком ".

"Просто поменяй одно оружие на другое".

"Да, плюс вы теряете деньги, многие люди, которые заботились о своих, страдают. Заканчивается тем, что появляется этот тип Маршалла из США - что следовало сделать в первую очередь - и после множества перестрелок, когда люди ныряют с крыш, их таскают лошади и прочее дерьмо, он убирает это место ".

"У нас нет лошадей, но мы приберемся здесь сегодня вечером".

"Чертовски верно".

Они ждали. Скучный разговор, долгое молчание, быстрые обновления от других подразделений, размещенных по периметру. Работа полицейского, думала Ева, потягивая черный кофе и наблюдая, была часами ожидания, горами бумажной волокиты, отрезками невероятной скуки. И моменты, экстремальные моменты, когда дело доходило до жизни и смерти.

Она взглянула на Пибоди. Мгновения, подумала она, и дюймы. И судьба.

"Они начинают", - тихо сказал Фини. "Должно быть, это все, чего они ожидают сегодня вечером. Ублюдки начинают свое предсмертное собрание с молитвы Господней".

"У них скоро будет о чем помолиться". Ева поднялась на ноги. "Давайте соберем их и уничтожим".

Она проверила каждого капитана подразделения, приказала удерживать все позиции, пока они с Фини двигались к Бакстеру и Трухарту.

Ее подразделение первым делом взломало бы дверь в подвал.

Она быстро ткнула Бакстера в грудь, чтобы убедиться, что на нем защитное снаряжение. Ухмыляясь, он толкнул ее в ответ. "Чертовски тяжелая штука, не так ли?"

"Меня чертовски раздражает", - призналась она. Она обвела свой палец. Он повернулся, чтобы она могла отодвинуть потайной клапан и показать эмблему полиции Нью-Йорка на спине его куртки.

"Встреча в разгаре", - сообщил Макнаб через ее наушник. "Председательствует судья Линкольн. Они читают гребаные протоколы последнего собрания ".

"Давайте дадим им пару минут", - приказала Ева. "Записывайте больше. Чем больше у нас есть, тем глубже мы погружаем их в себя".

"Лейтенант?" Прошептал Трухарт, как будто уже был в церкви. "Я хочу поблагодарить вас за то, что позволили мне быть частью этой операции".

"Ты собираешься подлизываться", - сказал ему Бакстер. "Теперь ты подлизываешься ко мне.Я подлизываюсь к Далласу. Это пищевая цепочка ".

"Открываюсь для нового бизнеса", - сообщил Макнаб. "Обсуждение увольнения Грина. Прекращение беременности Уэйд назвал неудачным системным побочным продуктом. Иисус. Единственное возражение от участников ".

"Сэр?" Послышался голос Пибоди. "Только что пришло сообщение. Геллер не выжил ".

Восемь мертвых, подумала Ева. Это заканчивается сейчас. "Эта встреча окончена".

"Заперт и заряжен", - сказал Бакстер.

"Всем подразделениям, вперед. Вперед"

Она вошла в дверь первой и спустилась по старой железной лестнице. В своем воображении она представила другие подразделения, идущие спереди, сбоку, струящиеся по главному этажу.

Обнажив оружие, подняв значок, она прошла через дверной проем в подвальную комнату.

"Полиция Нью-Йорка! Никто не двигается".

Были какие-то крики, отдельные выкрики. Несколько человек бросились врассыпную, то ли в поисках укрытия, то ли бегства. Второстепенные подразделения набежали, как муравьи на пикник. Муравьи, вооруженные лазерными винтовками и двуствольными парализаторами.

"Поднимите руки вверх. Руки вверх, - крикнула Ева, - или вы будете оглушены. Это здание окружено. Выхода нет. Вы арестованы за террористические акты, за сговор с целью совершения убийства, за убийство сотрудника полиции и другие обвинения, которые будут доведены до вашего сведения ".

Она двинулась вперед, подметая лица, движения. Некоторые теперь плакали, а другие стояли неподвижно в ярости. Еще больше опустилось на колени, сложив руки, как мученики, которых собираются скормить языческим львам.

"На пол", - приказала она. "На ваших лицах. Руки за головы".

Она сильно размахнулась, увидев, как судья Линкольн полез под пиджак. "Сделай это", - тихо сказала она. "Назови мне причину".

Его рука опустилась. У него было жесткое лицо из темного камня с резко вырезанными чертами. Она сидела в его зале суда, давала там показания. Доверял ему вершить правосудие.

Она достала оружие из-под его куртки, обыскала его.

"Мы - решение", - сказал он ей. "Мы достаточно смелы, чтобы действовать, пока другие сидят и ждут".

"Держу пари, Гитлер сказал то же самое. На полу." Она толкнула его на колени. "На лице, руки за спиной".

Она сама надела на него оковы. "Это для Колин Хэллоуэй", - тихо сказала она ему на ухо. "Она знает о мужестве больше, чем ты когда-либо узнаешь. Ты чертов позор".

Она поднялась на ноги. "Бакстер, зачитай этой кучке героев их права".

***

Было два тридцать, когда она добралась до дома. Но сейчас ее преследовала не усталость, а усталость настолько внутренняя, что она давила и на тело, и на разум.

Она не чувствовала ни прилива победы, ни прилива энергии от доведения дела до конца. Когда она закрыла дверь за своей спиной, она не смогла найти в себе сил, чтобы бросить оскорбление в адрес ожидающего Соммерсета.

"Несмотря на поздний час, должен ли я ожидать, что гости вашего дома прибудут со своим обычным желанием перекусить?"

"Нет. У них есть собственные дома, и они ими пользуются ".

"Ты добился успеха?"

"Они забили восемь голов, прежде чем я их остановил. Я думаю, это будет зависеть от твоего определения успеха ".

"Лейтенант".

Ее разум был слишком затуманен для чего-то большего, чем легкое раздражение. Она остановилась на второй ступеньке, оглянулась. "Чего ты хочешь?"

"Во время Городских войн существовало несколько организаций, управляемых гражданским населением. Некоторые рисковали собственной жизнью, пытаясь защитить осажденные кварталы или восстановить те, которые были разрушены. Было много актов героизма. И были другие группы, которые также были организованы. Они стремились только разрушать, наказывать, вести другие виды войны. Некоторые создали свои собственные суды, проводили судебные разбирательства. Как ни странно, все эти судебные процессы заканчивались обвинительным вердиктом, за которым быстро следовала казнь.

"Каждый, - сказал он, - добился значительного успеха в своих отдельных программах. История, однако, просвещена одним и запятнана другим ".

"Я не стремлюсь творить историю".

"Какая жалость", - сказал он, когда она продолжила подниматься по лестнице. "Потому что ты сделал это сегодня вечером".

Сначала она зашла в лабораторию, но там был только Джейми. Очевидно, что он вышел из режима работы и погрузился в отдых. На его мониторе было изображение стадиона "Янки". Он играл против "Балтимора", и "О" выиграли два раунда в конце шестого.

"Черт, ты что, ослеп?" Он ударил по блоку, когда ump объявил забастовку по его отбивающему. "Это было высоко и снаружи, мудак".

"Это зацепило за живое", - не согласилась Ева. "Отсек зону удара. Хорошая подача".

"Как в аду". Он поставил игру на паузу, развернулся. "Хочешь сразиться со мной? Лучше с двумя реалами, чем играть против соперника ".

"Я наброшусь на тебя как-нибудь в другой раз. Ложись на простыни".

"Эй, эй, подожди!" Он вскарабкался. "Ты не собираешься рассказать мне, как это произошло?"

"Это пошло ко дну".

"Ну, я знаю. Нам позвонили по этому поводу. Но никаких подробностей. Расскажи кое-что о себе, Даллас ".

"Завтра. У нас будет полный брифинг ".

"Один факт. Ты даешь мне одну, тогда у меня есть одна для тебя ".

"Мы конфисковали диски с записями каждой встречи. Мы зашили их так туго, что они не могут прорубить себе путь из мешка палашом. Отдавай".

"Ладно, фриг-о. У нас есть какой-то трек ".

"Ты нашел источник?"

"Ничего особенного, когда мы клонировали. Вирус был разослан из устройства, конфискованного в рабочей зоне нижнего уровня Dukes. Он отправил их, пошатываясь, в течение трехдневного периода. Он нажал кнопку на каждом из них ".

"Его привезли из Олбани сегодня вечером. У него есть адвокат. Я разберу его на части завтра. Иди спать, малыш."

"Сначала нужно расставить все точки над "О"".

Она пожала плечами. "Неважно". Она подошла к двери, остановилась. "Джейми. Я был против того, чтобы Рорк взял тебя в команду. Я был неправ. Ты проделал отличную работу ".

Его лицо просияло, как солнце. "Спасибо".

Она оставила его сражаться с птицами и пошла в офис Рорка. Он тоже был в своем подразделении, но она сомневалась, что он играл. Каким бы ни был его бизнес, он закрыл его, когда она вошла.

"Поздравляю, лейтенант. Где твоя команда?"

"Они направлялись в какое-то нерабочее место, чтобы пропустить пару стаканчиков. Я прошел ".

"Тогда ты можешь выпить ее здесь, со мной". Он встал, чтобы долить свой бренди и налить ей бокал вина. "У нас есть твой источник".

"Да, Джейми сказал мне. Я зашел в лабораторию по пути."

"Он все еще на ногах?"

"Янки и О", конец шестого. У него двое проигравших, двое выбывших и бегущий первым ".

"А, ну что ж". Он дал ей вино. "Он сказал вам, что мы также обнаружили несколько передач? Для Прайса и Дуайера и от них. И третье, на данный момент, из ссылки офиса мэра Пичтри. Последнее пришествие во второй половине дня вашего визита в дом герцогов. Только текст. В нем Дьюксу советуется провести небольшой отпуск со своей семьей и предлагается адрес в Олбани. Это тщательно сформулировано, но при данных обстоятельствах достаточно убийственно ".

"Завтра я беру Дюкса и мэра". Она сидела на ручке кресла, но вино не пила. "Я разделил интервью после ареста. Давил на подозреваемых различными членами команды и комбинациями. Все кричали "Адвокат", как будто это было приветствие их команды. Я разорил какую-то жалкую домохозяйку меньше чем за тридцать минут. Излила душу, пока ее адвокат пыхтит о принуждении. Умолял ее спуститься на пару уровней ниже, чтобы она заткнула ему рот, и она перевернулась, как щенок ".

"Ты остановил их. Ты разрушил их".

"Я принял судью, двух других полицейских - полицейского в отставке, который отсидел тридцать лет. Я принимал матерей, которые были почти в такой же панике по поводу уведомления своего поставщика услуг по уходу за детьми, как и по поводу ночевки в клетке. Я приютил мальчика, которого едва успели побрить, и женщину, которая больше не доживет до ста лет. Она плюнула в меня." Ее голос немного дрогнул при этом. "Она плюнула в меня, когда мы сажали ее в фургон".

Рорк провел рукой по ее волосам, и когда она повернула голову, прижал ее лицо к своему боку. "Мне жаль".

"Я тоже", - пробормотала она. "Я просто не знаю, о чем я сожалею. Я должен идти спать ". Она отстранилась, встала. "Я просмотрю данные, которые вы с Джейми извлекли утром".

"Я буду рядом, когда смогу. У меня скоро встреча".

"Встреча? Уже почти три часа ночи".

"Это в Токио. Мы проведем голоконференцию".

Она кивнула, затем отставила нетронутое вино в сторону. "Ты должен был быть там? В Токио?"

"Я могу быть там, где я хочу. И я хочу быть здесь ".

"В последнее время я отнял у тебя много времени".

Он провел большим пальцем по теням у нее под глазами. "У тебя, безусловно, есть, и я ожидаю получить должное вознаграждение". Он прикоснулся губами к ее лбу. "Теперь иди спать. Я здесь работаю".

"Я мог бы как-нибудь приехать в мидтаун и... проконсультироваться".

"Я хотел бы знать, что я сделал, чтобы заслужить подобную угрозу".

Это помогло улыбнуться. "Или, знаешь, пойти с тобой по магазинам. Помогу тебе выбрать костюм или что-то в этом роде ".

"Я почувствовал этот холод прямо до костей. Уходите, лейтенант."

"Хорошо. Увидимся позже".

"Ммм". И когда его голографическое устройство подало сигнал, он смотрел, как она уходит.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Она проснулась до рассвета и определила время по качеству темноты. Она подсчитала, что до рассвета оставался час, и подумала о том, чтобы попытаться снова отключиться для лучшей части этого.

Она спала как женщина в коме, упав лицом вниз на кровать после того, как разделась до нитки. Она не слышала, как Рорк лег спать. Но, по крайней мере, ей это не снилось.

Она повернулась на бок и разглядела его очертания. Не часто она просыпалась раньше него. Из-за этого у нее редко была возможность лежать в темноте, в тишине дома и слушать, как он спит.

Он спал как кошка, подумала она. Нет, тише кошки. Легкий рокот храпа, который она слышала, доносился с другой стороны кровати, где Галахад лежал, растянувшись на спине, как убитый на дороге.

Это было отчасти приятно, решила она, когда все были укутаны в одеяло, в безопасности и тепле.

Слишком приятно, чтобы тратить лучшую часть часа, который у нее был, на сон.

Она заползла на Рорка, нашла его рот именно там, где она его оставила. И разбудила его жаром.

Она почувствовала, как его тело сбрасывает с себя сон. Щелчок пальцами. Соберись, оцени, снова расслабься.

"Работаешь допоздна?" - спросила она у его рта.

"Ммм".

"В чем спишь?"

"Больше нет".

Она засмеялась и провела зубами по его челюсти. "Просто откинься назад. Я сделаю всю работу ".

"Если ты настаиваешь".

Она была теплой, обнаженной и все еще мягкой после ночи. В темноте перед рассветом она двигалась над ним, как сон, весь из запаха, прикосновения и тени. Ее губы и пальцы гладили его, пробуждая потребности, которые никогда не были совсем спокойными.

Ее руки обхватили его лицо. Ее рот опустился к его.

Она вздохнула в него. Он услышал что-то тоскливое в этом звуке, и когда она легла на него, он провел руками вверх и вниз по ее спине, по этой длинной, стройной линии, как для утешения, так и для соблазнения.

Его полицейский, подумал он. Так обеспокоена. Такой разорванный. Но здесь они были в безопасности и уверены. Здесь они были правы.

Он знал, поняла она, и уткнулась лицом в его горло. Он всегда знал. И дар иметь кого-то, кто сделал, кто мог, был ошеломляющим.

"Я люблю тебя. Рорк. Я люблю тебя." Ее рот снова встретился с его ртом, теперь более горячим, с первым привкусом настойчивости. "Я люблю тебя. Каждый раз, когда я забываю это сказать ".

Поцелуй вернулся к сладости. Ее сердце билось сильно, ровно, рядом с его.

Долгим, медленным движением он перевернул ее на спину. Он прикоснулся губами к ее ключице, когда их ноги переплелись, когда ее ноги раздвинулись. Теперь он мог видеть ее, форму ее лица, блеск ее глаз. Он скользнул в нее, атласное скольжение плоти к плоти. Быстрый и тихий вдох.

Снова долго, снова медленно и глубоко, когда ее тело поднимается навстречу его телу, а его опускается навстречу ее. Она вздрогнула и нащупала его руки. Их пальцы переплелись, их рты встретились.

Над головой забрезжил рассвет.

***

Было еще около семи, когда она изучила данные, к которым Рорк и Джейми получили доступ прошлой ночью. Она нахмурилась над этим, обдумала это. Обдумано.

"Дюкс падает, все ниже и ниже. Он должен знать это. По сути, он был человеком с пуговицами. Даже без признания я передаю прокурору дело, которое он должен быть бабуином, чтобы проиграть ".

"Тогда почему ты выглядишь раздраженным?"

"Мне просто интересно, знает ли этот парень, что он был козлом отпущения. Все это время. Что бы там ни было, кто бы ни падал, он совершает самое тяжелое падение. Его имя будут трубить СМИ, изображение сожженных фигур, как только толпа отвернется. Если бы он этого не понял, я мог бы использовать это, чтобы убедить его указать пальцем на любого, кого у меня нет в ящике ".

"И они обратятся", - соглашается Рорк.

"Да, они будут". Она нахмурилась. "Политика", - тихо сказала она. "Адская игра".

Она взглянула на Рорка. "Я собираюсь проверить пару вещей, затем отправлюсь разбирать его на части. Я хочу провести с ним хороший кусок времени, прежде чем передам его Фини и перейду к Пичтри ".

"Ты снимаешься в "Пичтри" в "Сентрал"?"

"Его дом. Его причастность остается под пятым кодом, пока ему не будет предъявлено официальное обвинение ".

"Я хочу наблюдать за интервью". Он посмотрел туда, где сидел на диване в спальне, отслеживая биржевые отчеты на мини-устройстве и утренний репортаж СМИ на настенном экране.

"В чем смысл?"

"Суть в завершении. Прошлой ночью я уступил на бюсте. Я хочу этого".

"Что с тобой такое, Эйс? Ты воскрес. Работа выполнена, игра окончена. Ты можешь пробить мяч. Ты можешь вернуться к работе и купить... Аляска или что-то в этом роде".

"У меня столько площадей и интересов на Аляске, сколько мне нужно на данный момент. Но если твое сердце остановилось на леднике, просто пришли мне записку. Вы можете это устроить, лейтенант. Это достаточно разумная просьба ".

"Для герцогов, да, но Пичтри ..."

"У него была моя финансовая поддержка. Ты не единственный, кто взбешен этой ситуацией. Я хочу быть там до конца этого ".

"Хорошо. Хорошо, я с этим разберусь. Но я уезжаю через десять, так что тебе придется...

"Подожди минутку". Его пристальный взгляд сузился на настенном экране, когда Надин Ферст вышла с экстренным бюллетенем.

"Это просто так. Сорок три человека, подозреваемых в принадлежности к группе, известной как "Искатели чистоты", были взяты под стражу прошлой ночью в церкви Спасителя на Франклин-стрит. Эту операцию полиции Нью-Йорка возглавляла лейтенант Ева Даллас. Источники в полиции идентифицируют некоторых из арестованных подозреваемых как судью Линкольна, судью уголовного суда в этом городе, Майкла и Эстер Стански ..."

"Откуда она взяла имена!" Ева взорвалась и едва удержалась, чтобы не ударить кулаком по экрану. "Мы пока не разглашаем имена".

"Послушай остальное", - сказал ей Рорк. "Этого не может быть. В такого рода утечках нет смысла ".

"Дональд Дьюкс, - продолжила Надин, - бывший сержант морской пехоты и специалист по информатике, был арестован в частном доме в Олбани и взят под стражу. Против Дьюкса было выдвинуто несколько обвинений, включая заговор с целью совершения убийства, в связи с убийствами в "Чистоте" на прошлой неделе."

Последовала небольшая пауза, затем Надин продолжила. "Но самым тревожным событием в вопросе чистоты являются обвинения, выдвинутые против мэра Стивена Пичтри. Официальные источники подтверждают, что мэр Нью-Йорка является главным подозреваемым в преступлениях, приписываемых "Искателям чистоты", и сегодня утром его официально допросят. Доказательства, связывающие мэра Пичтри с Чистотой, включают видеозапись предполагаемых сексуальных домогательств, которая была обнаружена в резиденции Ника Грина во время расследования смерти Грина. Есть подозрение, что видео было использовано как часть схемы шантажа. Связаться с мэром для комментариев не удалось, и его офис не опубликовал заявление по поводу обвинений ".

"Сукин сын". Даже когда Ева выругалась, ее коммуникатор запищал, как и прикроватный "линк, ее карманный" линк. Она представила, что коммуникационные центры в ее офисе, здесь и в Центральном, были освещены, как на Рождество.

"Вы сейчас в центре внимания СМИ, лейтенант", - сказал ей Рорк. "Тебе придется оседлать это".

Игнорируя 'ссылки, она выдернула свой коммуникатор.

"Лейтенант", - это все, что Уитни смогла сказать.

"Да, сэр. Я видел это. Я не знаю, где она это взяла, но я выясню, что смогу ".

"Быстро. Адвокаты Пичтри уже жаждут крови ".

"Утечка или не утечка, коммандер, сегодня я произвожу арест. И это останется".

"Никаких заявлений в средствах массовой информации", - приказал он. "Не подтверждай и не отрицай, пока я не проясню это. Возьми Дьюкса первым и сломай его, Даллас. Я дам тебе знать, когда и где Пичтри ".

"Не отвечай на звонки", - сказала она Рорку, засовывая коммуникатор обратно в карман. "Скажи Соммерсету, чтобы он проверял все передачи и держал Джейми здесь в тайне. Я не хочу, чтобы он с кем-либо о чем-либо разговаривал. Даже его мать."

"Ты думаешь, мальчик слил это? Канун..."

"Нет, он не сливал это. Он и так слишком хороший полицейский. Я знаю, откуда произошла утечка ". Она схватила куртку. "Возможно, это не моя игра, но я знаю, как в нее играть, когда нужно. Я знаю, как ее завоевать. Если ты со мной ", - добавила она. "У тебя есть пять минут".

***

Она позволила ему вести машину и провела все время на связи, обсуждая ситуацию со своей командой, координируя их действия и организуя дополнительные органы в Центральном управлении, чтобы сдержать СМИ, которые, несомненно, сбились бы в стаю за дверями.

Затем она отметила Надин.

"Послушай, прежде чем ты набросишься на меня, мне дали этот бюллетень за тридцать секунд до эфира. Не было даже времени отполировать копию. Я не смог бы передать это тебе, даже если бы захотел ".

"Кто дал это тебе?"

"Ты просишь меня раскрыть источник, и ты знаешь, что я этого не сделаю. Но так получилось, что это было дано мне моим продюсером. Я не знаю его источника. Источники", - поправила она. "Он никогда не заводился так сильно меньше чем с двумя. Все, что я знаю, это то, что кто-то высокопоставленный слил ему информацию с условием, что я прочитал историю - он подтвердил, и мы вышли в эфир ".

"Ты конкретно?"

"Это верно".

"Умно", - решила Ева.

"Здесь все меняется, Даллас. Вы захотите сделать мне заявление как можно скорее. Какие у вас есть доказательства, связывающие мэра Пичтри с деятельностью Искателей чистоты?"

"Без комментариев, Надин".

"Дерьмо, попадающее в вентилятор, не все попадет на лицо Пичтри. Многое из этого влетит в твою". Говоря это, Надин повернула свой стул, вручную выводя данные на экран своего компьютера. "До этого у него был рейтинг популярности в пятьдесят три процента. И многие из избирателей, включенных в этот процент, являются очень красноречивыми, очень стойкими и очень состоятельными сторонниками. На другой стороне есть фракция, которая захочет линчевать его политически, и будет использовать тебя в качестве веревки ".

"Без комментариев. Любопытно. На чью сторону ты ставишь? Сторонники или участники линчевания?"

Это был хороший ракурс, размышляла она, и ей не помешало бы за него ухватиться. "Он уйдет в отставку. Из этого нет выхода. Без грязных подробностей этого сексуального проступка я не могу проецировать. Он получит удары за измену своей жене и за любую связь с Грином ".

"Неофициально, Надин?"

Ева могла видеть, как Надин напрягается в оковах. "Ладно, черт возьми, не для протокола".

"Может быть, это немного сочнее, чем измена? Если бы это включало в себя какие-то сексуальные перегибы?"

"О Боже, ты убиваешь меня. Если мясо вкусное и сочное, оно, вероятно, приготовлено, по крайней мере, на короткий срок. Обвинять его в убийстве, если только вы не поймали его со свежей кровью на руках, - это другое дело. Общественная поддержка будет колебаться в обе стороны, что ставит его в центр ринга. У людей короткая память, причем избирательная. Они не обязательно будут помнить, виновен он или невиновен, но они будут помнить, что он сделал что-то большое. Если ему не придется туго, если он сможет скользить по сексу, он может снова сбежать через несколько лет. И он, вероятно, победил бы ".

"Это политика", - заявила Ева. "Позже".

"Даллас..."

Но Ева прервала ее.

"Вы дергаете за ниточку, лейтенант", - сказал Рорк. "Я начинаю видеть форму шара, из которого она исходит".

"Да, давайте посмотрим, как это распутывается. Направляйтесь прямо на уровень гаража. О, и если ты задавишь кого-нибудь из репортеров, я начислю тебе дополнительные баллы ".

Внутри она двигалась быстро. Она допрашивала Дюкса и его команду юристов в течение пятнадцати минут. Она объединилась с Пибоди, намеренно решив разозлить Дюкса, заставив двух женщин наброситься на него.

Она включила диктофон, ввела основные данные, затем откинулась на спинку стула. "Давайте начнем".

"Лейтенант Даллас". Глава юридической команды, широкоплечий мужчина с квадратной челюстью по имени Снайдер, прервал: "Мистер Dukes предпочел, чтобы все вопросы и комментарии направлялись через меня или одного из моих партнеров и на них отвечал я. Это его право. Он предпочитает не говорить с вами напрямую и не позволять вам говорить с ним ".

"Нет проблем. Вы захотите сообщить своему клиенту, что на основании должным образом оформленных ордеров его центры обработки данных и связи были конфискованы в его резиденции в этом городе, а также с зарегистрированного на него портативного устройства, найденного в районе Олбани. Затем указанные единицы были официально зарегистрированы. Техники, прикрепленные к NYPSD, извлекали данные и передачи из указанных устройств. Эти данные, эти передачи запирают вашего клиента в клетке, вдали от его семьи, вдали от его друзей, вдали от всего, что ранее считалось его миром, до конца его естественной жизни ".

Она улыбнулась, когда сказала это, и не сводила глаз с лица Дьюкса. "Вы также можете передать своему клиенту, что я рад этому настолько, насколько это возможно. Я танцевал всю дорогу сюда этим утром. Верно, Пибоди?"

"Вы исполняете отвратительное танго, лейтенант".

"Ваш сарказм отмечен в протоколе", - сказал Снайдер.

"Еще бы".

"Если, как вы утверждаете, у вас есть такие изобличающие улики против моего клиента, я не понимаю, почему вы тратите свое время на это интервью".

"В основном я хотел позлорадствовать". Она усмехнулась. "И, как бы это ни оскорбляло мои чувства, я обязан дать этому мудаку - извините меня - вашему клиенту возможность проявить раскаяние и сотрудничать, чтобы такое раскаяние и сотрудничество могли быть учтены при вынесении приговора. Вы, ребята, посчитали? Восемь случаев убийства первой степени. Там находится коп, что влечет за собой пожизненное заключение по этому единственному пункту, отделение за пределами планеты, без возможности условно-досрочного освобождения ".

"Лейтенант". Снайдер развел руками. "У вас нет первого, и вы, конечно, не можете повесить полицейского на моего клиента. Факт в том, что у вас нет никаких прямых доказательств, связывающих Дональда Дьюкса с предполагаемой деятельностью этой предполагаемой организации ".

"Либо ты такой же кровожадный, как твой клиент, либо он не раскрыл тебе все до конца. Что ты думаешь, Пибоди?"

"Я думаю, мы должны дать мистеру Снайдеру презумпцию невиновности. Я думаю, что Дюкс слишком раздут от собственной важности, чтобы поверить, что ему нужно все рассказать своему адвокату. Ему слишком нравится быть главным ".

"Ты думаешь, что ношение этой формы делает тебя кем-то", - сказал Дюкс себе под нос.

"Да". Пибоди придвинулась ближе. "Это делает меня полицейским. Это делает меня тем, кто поклялся защищать общество от таких людей, как вы. Это делает меня, - сказала она, хлопнув ладонями по столу и приблизив свое лицо к его лицу, - одной из людей, которые прошли через пролитую тобой кровь".

"Вы не будете говорить напрямую с моим клиентом". Снайдер вскочил на ноги, и, к радости Евы, Пибоди подвинулась и встала у него перед носом.

"Ваш клиент говорил непосредственно со мной, под запись. Он делает это, я волен ответить, под запись ".

"Сейчас, сейчас, класс". Ева хлопнула в ладоши один раз, сделала жест, приглашающий сесть. "Давайте не позволим нашему темпераменту взять верх над нашими манерами. Если мы собираемся дать Снайдеру презумпцию невиновности, то мы обязаны сделать это ради него и его коллег здесь, проинформировать их о доказательствах, которые сейчас в наших руках ".

"Может, нам стоит просто передать его в прокуратуру, Пусть они тонут".

"Пибоди, это очень жестоко".

"Если вы двое думаете, что можете провести со мной процедуру "хороший полицейский / плохой полицейский", - начал Снайдер.

"Даже не подумала бы об этом". Ева свирепо усмехнулась. "И просто к твоему сведению, я плохой полицейский. Я всегда плохой полицейский ".

"Сука", - пробормотал Дюкс.

"Видишь, он знает. Отвечая на комментарий "стерва", - продолжила Ева, - позволь мне просто сказать, ты еще ничего не видел, Дон. Мы ИДЕНТИФИЦИРОВАЛИ ваше детище. Мы обманули это, и мы отследили это до источника. Твоя маленькая мастерская. Ваши отпечатки пальцев, отпечатки вашего голоса, ваш личный код. Ты и никто другой. Не думал, что мы сможем вытащить это, не так ли?"

Теперь Ева наклонилась вперед. "В моем распоряжении есть пара техников, по сравнению с которыми ты выглядишь как хакер-первокурсник".

"Это чушь собачья".

"Зараженное электронное письмо, переданное вами из вашего подразделения Луису К. Когберну, восьмого июля 2059 года, в тысячу четырнадцать ноль-ноль. Зараженное электронное письмо, отправленное Чедвику Фицхью, восьмого июля, в двадцать три четырнадцать."

Не сводя с него глаз, она процитировала каждую передачу, которую запомнила. Она увидела, как неверие отразилось на его лице, затем его затопил гнев.

Она хотела гнева.

"Мы поймали тебя на крючок. Они знали, что мы тебя повесим, когда вскрывали это дело. Ты не генерал, Дон. Ты даже не солдат для тех, кто руководит этим шоу. Ты жертвенный агнец".

"Ты не знаешь сквота. Ты всего лишь какая-то высохшая самка, пытающаяся сойти за мужчину ".

"Ты так думаешь? Я покажу тебе свои яйца, Дон, а ты покажи мне свои".

"Я хочу проконсультироваться со своим клиентом", - прервал Снайдер. "Наедине. Я хочу прекратить это интервью, пока не проконсультируюсь со своим клиентом ".

"Ты уничтожил их, не так ли?" Потребовала Ева.

"Мы казнили их". Дюкс выплюнул это в нее, затем взмахнул рукой, почти выбив Снайдера из его кресла, когда адвокат попытался прервать. "Заткнись. Заткнись, черт возьми. Ты - часть проблемы. Такая, какая она есть. Достаточно денег, и ты бы защищал сатану. Вы помогаете выносить мусор обратно на улицу. Ты мне не нужен. Мне никто не нужен".

"Вы отказываетесь от своего юридического представительства на данный момент, мистер Дьюкс?" Спросила Ева.

"Я настаиваю на консультации с..."

"Пошел ты". Дюкс вскочил на ноги. Его стул вылетел, врезавшись в стену. "Пошли вы все нахуй. Мы сделали нечто великое. Ты думаешь, я боюсь сесть за это в тюрьму? Я служил своей стране. Я служил своему сообществу ".

"Как вы служили своему сообществу?"

Его рот скривился. "Путем истребления тараканов".

"Мистер Герцоги". С восхитительным спокойствием Снайдер поднялся. "Я попрошу вас еще раз позволить себе ваше право хранить молчание. Лейтенант Даллас закончит это интервью, и мы пройдем в комнату для консультаций, чтобы обсудить ..."

"Убирайся к черту", - приказал Дюкс, не глядя на него. "Ты и твои братья-тараканы уволены".

"Пусть протокол покажет, что Снайдер и партнеры больше не являются официальными адвокатами Дональда Дьюкса". Снайдер поднял свой портфель, подал знак двум своим помощникам. "Лейтенант Даллас".

"На двери", - сказала она, и Пибоди подошла, чтобы открыть ее и выпустить адвокатов.

"Дональд Дьюкс, вы участвовали в заговоре с целью убийства Луиса К. Когберна?"

Его плечи были расправлены, голова высоко поднята. И ненависть сочилась, как пот, из его пор. "Ты чертовски прав, я сделал".

"Вы участвовали в заговоре с целью убийства Чедвика Фицхью?"

"Я создал вирус. Большую часть работы сделал сам. Она красавица. Я выстрелил в него. Во всех них".

"Своим заговором с целью вызвать эти смерти, вы, в свою очередь, стали причиной смерти детектива Кевина Хэллоуэя?"

"Да. Что такое еще один мертвый коп? Мы убрали эту сучку Джордж, Грин - вместе со шлюхой на тренировке, как бы ее ни звали, и Геллером. Это покрывает это?"

"Кто отдает тебе приказы?"

"Я не подчиняюсь приказам".

"Вступали ли вы в сговор с мэром Стивеном Пичтри с целью убийства лиц, указанных в протоколе?"

"Разберись с этим".

"У меня есть", - сказала она ему. "С тобой покончено. Ты мне не нужен. Уведи его отсюда, Пибоди. Уберите его, чтобы он мог начать жить остаток своей жизни в клетке ".

Он набросился на нее. Бесшумный прыжок пантеры. Ее кулак взметнулся и врезался ему в подбородок. Когда его голова откинулась назад, она вытащила свое оружие. Но Пибоди выхватила свой парализатор и сразила его наповал.

"Черт возьми". Ева, хлопнула себя руками по бедрам, когда он растянулся у ее ног. "Я хотел это сделать".

"Я тоже, и я победил тебя. Кроме того, ты должен сначала прикончить его. Командная работа".

"Да". Ева улыбнулась, но улыбка все еще не коснулась ее глаз. "Отличная командная работа, Пибоди".

***

Рорк подтвердил это мнение, когда несколько минут спустя встретился с ней в ее офисе.

"Вы двое играли на нем, как на скрипке. Это превосходная виртуозность, когда понимаешь, что встречался с ним всего один раз ".

"Я знал его".

"Ты сделал, да. Точно знал, что проникнет ему под кожу и подтолкнет к понтификату. Отличная работа, лейтенант ".

"Пока нет. Это еще не сделано ". Она слышала споры, повышенные голоса, доносившиеся через КПЗ к ее офису. "Но вот наступает следующий этап. Ты хочешь держаться за это?"

"Я бы ни за что не пропустил это".

"Из которых у тебя есть несколько", - пробормотала она, прежде чем Чанг ворвался в ее кабинет подобно цунами.

"Вы сделаете заявление. Я написал это. Вы немедленно опубликуете это заявление, взяв на себя полную ответственность за передачу дезинформации представителю СМИ ". Он швырнул оба диска и печатную копию на ее стол. Его волосы были растрепаны; его глаза были дикими.

"Зачем мне это делать?"

"Потому что я говорю тебе сделать это. Потому что это последний раз, когда ты подрываешь мою работу. В последний раз ты посмеешься над тем, что я делаю ".

"То, что ты делаешь, - это издевательство, Чанг".

Он сделал шаг к ней. Она была почти уверена, что он представлял, как сжимает свои руки вокруг ее горла и сжимает до тех пор, пока у нее не вылезут глаза. Но был ли это вызов в ее глазах или присутствие Рорка, он сопротивлялся.

"Вы сливаете историю в СМИ раньше времени. Вы используете свое влияние на репортера в прямом эфире, чтобы продвигать свою собственную повестку дня. Вы создаете бурю, чтобы отвлечься от того факта, что вы неправильно справились со своей собственной работой. Чтобы-чтобы располнеть и прихорашиваться перед публикой, оставляя меня убирать за тобой беспорядок. Мэру Пичтри не было предъявлено обвинение. Он еще не был допрошен, но вы позаботились о том, чтобы он был виновен в глазах общественности ".

"Конечно, выглядит именно так, не так ли? Однако, одна маленькая поправка. Я не сливал историю ".

"Ты думаешь, что сможешь спасти себя, солгав мне?"

Она переместила вес своего тела, и очарованный, Рорк отступил назад. Он задавался вопросом, знал ли Чанг, насколько близок он был к уничтожению.

"Не называй меня лжецом, Чанг. Ты из всех людей".

"Кто это, у кого личные отношения с Надин Ферст? Кто это регулярно отдает предпочтение ей и 75 каналу с эксклюзивами и советами?"

"Это был бы я. И знаешь почему? Потому что я могу доверять, что она думает не только о рейтингах. Именно из-за этих отношений тот, кто слил это, увидел, что история дошла до нее. Это твой вид маневра, Чанг".

Изображение руки на горле было достаточно привлекательным, чтобы она использовала его сама. Она поймала его одной рукой, впечатала обратно в стену и подняла на цыпочки. "Все это вращение, весь этот шторм, все эти последствия. Это на какое-то время сделает тебя очень занятым мальчиком, не так ли?"

"Убери от меня свои руки. Я добьюсь, чтобы тебя арестовали за нападение ".

"Да, ты можешь поспорить, что целый отряд копов ворвется сюда, чтобы спасти твою жирную задницу от меня. Вы собираетесь извлечь из этого большую выгоду - гонорары, бонусы. Добавь в пирог "облапошив меня", и это действительно вкусно. Это ты слил историю, Чанг?"

Он приобретал интересный багровый оттенок, когда отбивался от ее руки. "Уходи, уходи!"

"Ты слил эту чертову историю?"

"Нет! Это не то, о чем вы рассказываете, пока не будете готовы. Пока вращение не будет на месте. Ты слил это ".

"Нет, я этого не делал". Она отпустила его так, что он упал на пол с двумя резкими ударами. "Подумай об этом. А теперь убирайся к черту из моего офиса ".

"Я подаю жалобу". Он дернул себя за воротник. "Ты прочитаешь заявление или..."

"Укуси меня", - предложила она и оттолкнула его всем телом.

"Это было очень забавно", - прокомментировал Рорк.

"Мы еще не закончили. Второй акт должен начаться с минуты на минуту ".

"Пока это не произойдет..." Он пригладил пальцами кончики ее волос, затем скользнул рукой по задней части ее шеи. Она напряглась, выглядела такой смертельно смущенной, что он рассмеялся. "Что?"

"Я здесь на дежурстве. Просто отвали. Действительно." Она быстро отвернулась и направилась к автомату. Даже когда она готовила кофе, она услышала быстрый, жесткий стук высоких каблуков. "Это мой сигнал".

Ворвался Франко. Она выглядела такой же разъяренной, как и Чанг, хотя и более элегантной. "Лейтенант Даллас". Она впилась зубами в слова, как будто могла разжевывать их на кусочки. Она коротко кивнула Рорку. "Извините, но мне нужно поговорить с лейтенантом наедине".

"Конечно".

"Возможно, ты захочешь пойти помочь Фини, Конференц-зал Б", - сказала ему Ева. "Он работает над некоторыми техническими вещами, которые могли бы вас заинтересовать. На один уровень ниже", - добавила Ева. "Пятый сектор".

"Хорошо. Я оставлю вас, леди, заниматься своими делами ". Бросив один случайный взгляд на Еву, он выскользнул, закрыв дверь.

"На этот раз ты зашел слишком далеко". В отличие от Чанга, Франко говорила тихо и контролировала себя.

"В какой области?"

"Кто вы такой, чтобы решать, виновен ли мэр Пичтри, сливать информацию, которая разрушит его политическую карьеру, повредит его личной жизни. И все это до того, как ты даже усомнился в нем. Ты не дал ему шанса защититься ".

"Утечка информации здорово его подкосила, не так ли? Кофе?"

"Ты смеешь стоять здесь, такой высокомерный, такой чертовски самоуверенный после того, что ты сделал?"

"Да. Так же, как и ты. " Ева откинулась на автоподжиг, отхлебнула кофе. "Ты слил историю, Франко".

"Ты с ума сошел?"

"Нет, ты тоже. Ты очень умная женщина. Чего я не могу понять, так это сделали ли вы все это, создали свою организацию, убили людей, разрушили несколько жизней, потому что хотели очернить Пичтри или вы действительно верили в то, что делали. Я много думал об этом сегодня утром, но я просто не уверен. Я думаю, что было и то, и другое ".

"Если ты думаешь, что сможешь спасти себя, нарисовав меня той же кистью, которой ты рисуешь мэра, ты очень ошибаешься".

"Он не делал передач".

"О чем ты говоришь?"

"Пичтри не делал передач из своего офиса Дьюксу. Ты сделал. Ты воспользовался его кабинетом, ты воспользовался его ссылкой. Сообщение, в котором Дьюксу предлагалось пропустить, было отправлено из этого подразделения в шестнадцать сорок восемь. Пичтри ушла на весь день в шестнадцать сорок две. Он у нас на камере видеонаблюдения. Мы видим, как он выходит из здания в то время, когда была сгенерирована передача. Эти шесть минут имеют значение".

Ева сделала жест своей кружкой, затем сделала большой глоток. "Ты все еще был в офисе. Преданный государственный служащий, которым вы являетесь. Его помощник видел, как вы вошли через пару минут после его ухода. Ты был единственным, кто мог связаться с Дьюксом из этого подразделения в то время."

Франко одернула пиджак своего шиферно-серого костюма. "Это чушь".

"Нет, это просто мелкие детали. Та, которая обычно сбивает с толку плохих парней. Вы, вероятно, не думали, что мы сможем отследить источник, Но зачем рисковать? Вы все это время использовали мэра, использовали его как прикрытие. Политика - странная область для меня, но вот как я это вижу ".

Ева подошла, села на край своего стола. "Ты хочешь его работу. Возможно, нечто большее, но мэр Нью-Йорка - хорошее место для начала. Он довольно популярен. Может быть, он получит еще один срок, и это свинство - ждать, изображать заместителя, когда ты можешь быть шефом ".

"Это то, что ты думаешь?"

"Я думаю, ты увидела возможность устранить препятствие, даже использовать это препятствие для продвижения своих собственных амбиций - особенно когда он облегчает тебе задачу, связавшись с Ником Грином".

"Сексуальные пристрастия мэра Пичтри должны быть частным делом".

"Должно быть. Давайте вернемся на некоторое время назад, до этого. Вы следите за текущими событиями. Вы следите за новостями сообщества, опросами, мнениями. Там эксплуатируют детей - будущих избирателей, этих детей. Их родители, другие родители, другие граждане, избиратели расстроены, разочарованы и просто взбешены. Что-то должно быть сделано, и ты как раз та девушка, которая это сделает. Много контроля. Много силы. У тебя диплом юриста. Ты знаешь, что некоторые из этих отбросов никогда не заплатят. Ты нашел способ заставить их заплатить. Это чертовски большое достижение ".

Призрачная улыбка появилась на губах Франко. Ее глаза были полны этого - и, отметила Ева, высокомерия. "Ты действительно веришь, что сможешь сыграть что-нибудь из этой пьесы?"

"У меня есть герцоги". Ева пожала плечами. "У меня есть Чистота по частям. То, что ты ускользнул от меня, не так уж трудно вынести, учитывая более сорока других арестов и закрытое дело в моем послужном списке ".

"Итак, этот небольшой сценарий, который вы здесь пишете, останется между нами".

"Только ты и я. Девчачьи разговоры. Болтовня после игры".

"Тогда во что бы то ни стало". Франко жестом дал добро. "Продолжай".

"Все развалилось из-за тебя, Франко, но у тебя все еще была кнопка, на которую нужно было нажать. Выложи историю. Засунь мэра в грязь. Защищай его, но осторожно. Если его осудят, вы скорбите о потере человека, который был развращен своей собственной властью, своим собственным искаженным чувством долга. Если он оправдан, вы хвалите систему за то, что она оправдала невиновного человека. Но в любом случае, ты становишься на его место и управляешь городом. Может быть, может быть, отчасти это было связано с твоим извращенным чувством справедливости. Но под всем этим скрывалась всего лишь политика ".

"Ты ошибаешься". Франко подошел, взял вторую чашку кофе, которую запрограммировала Ева. "Поскольку нас здесь только двое, поскольку я уважаю тебя, я не буду говорить, что ты ошибаешься во всем этом. Чистота была решением. Уничтожение чумы. Это могло бы быть снова ".

Она наклонила голову. "Мы могли бы использовать кого-то вроде тебя. Стремление сделать тебя символом СМИ не было случайностью. Ты производишь впечатление, Даллас. С твоей страстью, твоими навыками, твоим присутствием ты бы поддерживал актуальность истории столько, сколько мне было нужно. Думаю, я знал, когда мы встретились в офисе Тиббла, что ты найдешь способ разорвать это на части. Я должен был принять это, смириться с этим. Я всегда выбираю свои битвы ".

"Почему именно эта?"

"Каждому политику нужна платформа. Это мое. Герцоги хотели заразить тебя ", - добавила она. "Но это не входило в повестку дня. Это не входило в программу. Сколько невинных детей мы спасли, Даллас?"

"Это ты так говоришь?"

"Если бы мне это было нужно, это было бы. И это правда. У Пичтри благие намерения, но он мягок и осторожен в политическом плане. И рано или поздно его разоблачили бы за его сексуальность. Почему я должен идти ко дну вместе с ним?"

"Итак, вы выдвинули Грина в качестве двоечника. Вы устраняете другого хищника, и вы видите, что сексуальное поведение Пичтри раскрыто, и что он одновременно находится под подозрением в нескольких убийствах. Меня беспокоило, что не было предпринято никаких попыток добраться до видео с шантажом. Не имело смысла, если только вы не повернете это так, что идея заключалась в том, чтобы их восстановить и использовать ".

"Люди на этих видео заслуживают разоблачения. За их слабости. За их глупость и за их отношения с таким человеком, как Грин ".

"И ты - судья всего этого, всех них".

"Я есть. Или часть группы людей, которые верят, что пришло время для суда. Ты и я, Даллас, мы не мягкие и не осторожные. Мы действуем. Мы заставляем вещи происходить. Я буду мэром Нью-Йорка", - просто сказала она. "И через несколько лет, губернатор. Оттуда, из Восточного Вашингтона. Я буду третьей женщиной-президентом Соединенных Штатов до того, как мне исполнится пятьдесят. Я мог бы взять тебя с собой. Разве ты не хотел бы быть лучшим полицейским Нью-Йорка, Даллас? Начальник полиции Ева Даллас. Я могу сделать так, чтобы это произошло через пять, может быть, шесть лет ".

"Нет, спасибо. Для меня слишком много политики. Как ты планируешь сделать все это, Франко, из клетки?"

"Как ты собираешься посадить меня в клетку?" возразила она. "Я был очень осторожен. Что касается передачи из офиса Пичтри, моя команда юристов разберется с этим. Возможно, это было настроено и сохранено для отправки. Возможно, ассистент ошибся, увидев, что я вхожу в его кабинет именно в это время. Это очень оживленное место ".

"Но это не было установлено и сохранено, и ассистент не ошибся".

"Нет, но ты никогда этого не докажешь. Ничто из того, что я сказал в этой комнате, не принесет тебе никакой пользы. Это будет твое слово против моего. И на данный момент, Даллас, когда очень умелый Чанг убедил тебя передать эту историю Ферсту, когда общественное мнение все еще находится в тупике по поводу Чистоты и твоей роли в ее уничтожении, мое слово имеет гораздо больше силы, чем твое. "

"Может быть. Может быть, так и есть. Но твои слова сработают просто отлично ". Ева взяла свой коммуникатор. "Я думаю, это завершает все", - сказала она.

Франко со стуком поставила свою чашку на стол. "Ты был подключен".

"О да".

"Ничто из сказанного здесь не допустимо. Ты не зачитал мне мои права и заманил меня в ловушку. Все, что я сказал, было сказано сгоряча, просто чтобы отомстить вам за утечку информации ".

"Хорошая мысль. Посмотрим, что ваши адвокаты смогут с этим сделать. Дженна Франко, вы арестованы за сговор с целью убийства ". Перечисляя имена, Ева вытащила свои оковы. Как только Франко отступил назад, дверь открылась.

Мэр вошел первым, за ним Уитни и Тиббл. "Ты позоришь, Дженна", - тихо сказала Пичтри. "Я надеюсь, что система, которой вы так бессердечно злоупотребляли, воздаст вам по заслугам".

"Мне нечего сказать". Лицо Франко окаменело, когда Ева надела на нее наручники. "Мне нужны мои адвокаты. Я не буду делать никаких заявлений ".

"Немного поздновато для этого". Ева оглянулась, когда Надин подошла к дверному проему, держа камеру за спиной. "Ты получаешь все это?"

"Каждое слово", - заверила ее Надин. "Прямая трансляция. Мы зашкаливаем ".

"Ты вещаешь..." Каменное лицо Франко побелело как полотно. "У вас здесь были камеры?"

"Просто мой маленький поворот. О, и если вы думаете о том, чтобы выбросить это из головы или использовать это, чтобы покусать полицию Нью-Йорка, я напомню вам, что это мой офис, и вы вошли в него без приглашения. У меня не было юридических обязательств информировать вас о безопасности или присутствии СМИ. Извините меня, джентльмены". Ева провела Франко сквозь мужчин, которые столпились в ее крошечном кабинете. "Пибоди".

"Сэр". Пибоди поднялась со своего места в холле.

"Зачитайте ей ее права. Закажи ее ".

Когда Франко уводили, а Надин следовала за ней по пятам, стреляя вопросами, как лазерными разрядами, Ева могла слышать краткое и яростное: "Без комментариев" Франко.

"Лейтенант". Пичтри вышла. "Молодец. Я хотел бы поблагодарить вас за то, что вы сделали для этого департамента, этого города и для меня лично ".

"Я сделал свою работу. Если бы ты был частью этого, я бы расправился с тобой так же жестко ".

"Разве не так?" - сказал он, глядя вслед Франко. "За то, что не видел того, что было у меня под носом?"

"То, что под ней, обычно труднее увидеть, чем то, что находится на расстоянии".

"Возможно". Он протянул руку, пожал ее. "Вождь, командир. Нам нужно это убрать ".

Проходя мимо, Тиббл кивнул Еве. "Пресс-конференция через час. Отличная работа, лейтенант."

"Благодарю вас, сэр".

"Тебе и твоей команде воздается должное", - сказала ей Уитни. "Мне нужен ваш отчет до пресс-конференции".

"Да, сэр. Я займусь этим прямо сейчас ".

Она как раз сидела за своим столом, когда вошел Рорк. "Это было настоящее шоу".

"Да. Передача ее СМИ была просто бонусом. Мне пришлось собрать это воедино довольно быстро. У меня не было времени сказать тебе ".

"Ты сделала это", - поправил он, - "когда ты выглядела испуганной при мысли о том, что я поцелую тебя здесь".

"Да, ну, ребята из EDD будут хихикать над этим несколько дней".

"Камеры все еще включены?"

"Нет".

Он наклонился и поцеловал ее, долго, медленно и глубоко.

"Ну вот теперь", - сказал он. "Я чувствую себя лучше".

"Хватит валять дурака, Эйс. У меня есть работа. Проваливай".

"Позвольте мне сначала задать вам вопрос. Ты знаешь, что ты прав?"

Она закрыла глаза. Он всегда знал. И когда она открыла их снова, встретилась с ним взглядом, они были чистыми. "Я знаю, что я прав. Я чувствую это нутром. Я чувствую это всеми своими костями".

"Я тоже". Он подошел к двери, оглянулся. "Лейтенант?"

"Да, что?"

"Ты отличный коп".

Она усмехнулась. "Ставлю свою задницу".

Она отодвинула свой остывший кофе, повернулась к своему настольному прибору. Пока другие играли в политику, она вернулась к работе.

***

Дж. Ди Робб

Обещания в смерти

Ева Даллас и ее муж Рорк #34

Сама любовь навлекает на женщину почти все невезение в мире.

-УИЛЛА КЭТЕР

Немного больше, чем родственники, и меньше, чем добрые.

-УИЛЬЯМ ШЕКСПИР

ПРОЛОГ

ОНА БЫЛА МЕРТВА В ТУ МИНУТУ, КОГДА ОТВЕТИЛА НА "ССЫЛКУ. ОНА не задавала вопросов о звонившем или срочности запроса. На самом деле, удовольствие и возбуждение захлестнули ее, когда она отложила свои планы на раннюю ночь. Ее движения одновременно грациозны и эффективны, она быстро оделась, собирая то, что ей было нужно.

Она прошлась по своей красивой квартире, приказав приглушить свет, и не забыла включить маленького котенка-дроида, которого ее возлюбленный подарил ей в качестве компаньона, чтобы он заснул.

Она назвала это Sachmo.

Он мяукнул, моргнул своими ярко-зелеными глазами и свернулся в клубок. Она ласково погладила его гладкий белый мех.

"Скоро вернусь", - пробормотала она, давая обещание, о котором не могла знать, что оно будет нарушено.

Она оглядела квартиру, когда открывала дверь, улыбнулась букету красных роз в полном и эффектном цветении на столе у окна на улицу. И подумал о Ли.

Она заперла свою дверь в последний раз.

Следуя укоренившейся привычке, она поднялась по лестнице. Она была стройной, атлетически сложенной женщиной с темно-синими глазами. Ее светлые волосы рассыпались по плечам, как занавес с пробором, открывающий милое лицо. Ей было тридцать три, она была счастлива в своей жизни, флиртовала на грани любви с мужчиной, который подарил ей котят и розы.

Она думала о Нью-Йорке, об этой жизни, об этом мужчине как о новой главе, которую она была довольна пройтись по ней, страница за страницей, и открыть для себя.

Она спрятала это подальше, чтобы обратить свой разум к тому, куда ей нужно было идти, что ей нужно было делать. Менее чем через десять минут после звонка она сбежала по второму пролету лестницы, повернула к следующему.

У нее было мгновение, чтобы заметить движение, когда ее убийца вышел. Еще одно за удивление, когда она узнала лицо. Но недостаточно, не совсем достаточно, чтобы заговорить, прежде чем парализатор поразил ее в середину тела и сбил с ног.

Она пришла в себя от шокирующего толчка, с ожогом кожи и кровью. Бросок из тьмы к свету. Взрыв парализатора оставил ее тело онемевшим, бесполезным, даже когда ее разум прояснился. Внутри парализованной оболочки она боролась, она напрягалась. Она посмотрела в глаза своему убийце. В глаза друга.

"Почему?" Вопрос был слабым, но его нужно было задать. Должен был быть ответ. Ответ был всегда.

У нее был ответ, когда она умерла, в подвале пятью этажами ниже ее красивой квартиры, где цвели красные розы и мурлыкал во сне котенок.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ЕВА ВЫШЛА ИЗ ДУША И НАПРАВИЛАСЬ К сушильной трубе. Пока теплый воздух кружился вокруг нее, она закрыла глаза и барахталась. Она проспала целых восемь часов и проснулась достаточно рано, чтобы побаловать себя тем, что она считала водной терапией.

Тридцать кругов в бассейне, вращение в джакузи, после чего двадцатиминутный горячий душ. Это был чертовски приятный способ начать день.

За день до этого у нее был продуктивный день, когда она закрыла дело в течение двух часов. Если парень собирался убить своего лучшего друга и попытаться выдать это за ограбление, он действительно не должен быть пойман с браслетом с надписью мертвого друга.

Она давала показания в суде по предыдущему делу, и позерство адвоката защиты, его позерство и высокопарность не затронули и волоска в ее показаниях.

В завершение дня она поужинала дома со своим мужем, посмотрела видео. И у нас был очень превосходный секс, прежде чем мы закрылись на эти восемь лет подряд.

Жизнь, на данный момент, абсолютно не отстой.

Почти напевая, она схватила халат с обратной стороны двери - затем остановилась, нахмурилась и изучила его. Они были короткими, шелковистыми и цвета черной вишни.

Она была абсолютно уверена, что никогда не видела этого раньше.

Пожав плечами, она надела его и пошла в спальню.

Для хорошего утра были способы стать лучше, подумала она, и этот был первым в списке. Рорк потягивал кофе в гостиной, просматривая утренние биржевые отчеты на экране.

Были те руки, которые творили свое волшебство прошлой ночью, одна держала кофейную кружку, другая рассеянно поглаживала своего жирного слизняка-кота. Двухцветные глаза Галахада были щелочками экстаза - она могла понять.

Этот прекрасно вылепленный рот вывернул ее организм наизнанку, скрутил его в узлы кричащего удовольствия, а затем оставил безвольным и удовлетворенным.

Осталось всего два года брака, размышляла она, и накал между ними не проявлял никаких признаков ослабления. Словно в доказательство этого, ее сердце подпрыгнуло в груди, когда он повернул голову, и его смелые голубые глаза встретились с ее.

Чувствовал ли он это? она задумалась. Мог ли он чувствовать это каждый раз? Все время?

Он улыбнулся, так что на лице отразились и знание, и удовольствие, глупо подумала она, должно быть, боги плачут от радости над своей работой.

Он поднялся, подошел к ней - весь такой длинный и худощавый - чтобы взять ее лицо в свои руки. Просто порхание этих умелых пальцев по ее коже, прежде чем его рот нашел ее рот и сделал утро лучше блестящим.

"Кофе?" он спросил.

"Да. Спасибо ". Она была опытным полицейским, начальником отдела убийств, жесткой сукой по ее собственному определению. И ее колени были ватными. "Я думаю, нам следует подождать несколько дней". Он запрограммировал автоповарку на кофе и - если она знала своего мужчину - на завтрак, который, по его замыслу, она должна была съесть. "Я имею в виду, может быть, в июле. Как на нашу годовщину. Если вы сможете работать над этим в промежутке между мировым господством и планетарными приобретениями ".

"Забавно, что ты заговорила об этом". Он поставил ее кофе на стол, затем две тарелки. Кажется, яичница с беконом была в меню этим утром. На диване Галахад дернулся и открыл глаза.

Рорк просто ткнул пальцем, твердо сказав: "Нет". И кот перевернул свое пухлое тело. "Я думал несколько недель".

"Что? Мы? Прочь? Недели? Я не могу-"

"Да, да, преступность охватила бы город в июле 2060 года, превратив его в тлеющий пепел, если бы лейтенанта Даллас не было здесь, чтобы служить и защищать". Айрленд соткал туманную магию в своем голосе, когда он поднял неподвижного кота и поставил его на пол, чтобы освободить место на диване для Евы.

"Возможно", - пробормотала она. "Кроме того, я не понимаю, как ты можешь уходить на несколько недель, когда тебе нужно управлять девяноста процентами предприятий в известной вселенной".

"Не больше пятидесяти". Он снова взял свой кофе, ожидая, когда она присоединится к нему. "В любом случае, какой смысл иметь все это и тебя, дорогая Ева, если я не могу проводить с тобой время вдали от твоей и моей работы?"

"Я, наверное, мог бы потерпеть неделю".

"Я думал о четырех".

" Четыре?Четыре недели? Это месяц".

Его глаза смеялись над краем чашки. "Это сейчас? Я верю, что ты прав ".

"Я не могу взять отпуск на месяц. Месяц - это как... месяц."

"В отличие от чего? Курица?"

"Ha. Слушай, может быть, я мог бы растянуть это до десяти дней, но ...

"Три недели".

Ее лоб наморщился.

"Дважды в этом году нам приходилось отменять планы на короткий уик-энд. Один раз для твоей работы, один раз для моей. Три недели".

"Я не смог бы вынести больше двух, даже-"

"Два с половиной. Мы разделяем разницу". Он протянул ей вилку.

Она нахмурилась, глядя на это. "Ты всегда рассчитывал на два с половиной".

Он взял ее руку, поцеловал ее. "Не дай своим яйцам остыть".

Она выжимала признания из каменных убийц, вытягивала информацию из скользких проныр, но она никогда бы не одержала стопроцентную победу над Рорком в переговорах. "Куда бы мы пошли в течение этих знаменитых двух с половиной недель?"

"Куда бы ты хотел пойти?"

Теперь она улыбнулась. Кому нужны были сто процентов? "Я подумаю об этом".

Она поела, оделась, счастливая, что оставила себе достаточно времени, чтобы не торопиться. Пристегивая ремень безопасности с оружием, она подумала о том, чтобы выпить еще одну чашечку кофе, прежде чем отправиться в центр полиции.

Ее коммуникатор подал сигнал. Она вытащила его из кармана и, увидев на дисплее надпись "Dispatch", сразу перешла в режим полного полицейского.

Он наблюдал, как это происходило. Его всегда завораживало, как эти глаза цвета виски могли меняться от непринужденных, даже смеющихся, до плоских и пустых. Теперь она стояла прямо, ее высокое, долговязое тело напряглось, длинные ноги расставлены, ботинки надеты. Ее лицо, все эти восхитительные его черты, ничего не выражали. Щедрый рот, который был изогнут несколько мгновений назад, сжат.

"Даллас".

Диспетчер, Даллас, лейтенант Ева. Обратитесь к полицейским, Западная двадцать третья улица, 525. Подвал жилого многоквартирного дома. Возможное убийство, женщина.

"Подтверждено. В пути. Свяжитесь с Пибоди, детективом Делией. Я встречу ее на сцене ".

"Ну, ты сначала позавтракала", - прокомментировал Рорк, когда она убрала коммуникатор в карман. Он легко провел пальцем по неглубокой вмятине на ее подбородке.

"Да. Я не получу эту последнюю чашку кофе. С другой стороны, женщина на Двадцать третьей Западной тоже ничего не получит."

Улицы были забиты машинами. Весна, думала Ева, пробираясь сквозь нее, время нарциссов и свежих туристов. Она проложила себе путь к седьмому месту, где сделала перерыв на целых десять кварталов. Опустив окна, она позволила воздуху с городским ароматом обдувать ее и развевать ее короткие, коротко подстриженные каштановые волосы.

От глиссадных тележек исходили яичные пузыри и кофейный осадок, каменная пыль поднималась от команды, которая атаковала широкий кусок тротуара воздушными бомбами. Их звук, симфония клаксонов, когда она нажала на очередное рычание, топот ног по асфальту, когда пешеходы переходили пешеходный переход, создали городскую музыку, которую она понимала.

Она наблюдала, как уличные торговцы, у которых могут быть лицензии, а могут и не быть, выдвигают свои столики в надежде застать ранних пассажиров или туристов на завтраке. Бейсболки и футболки заменили тяжелые зимние шарфы и перчатки. На рынках, открытых для бизнеса, выставлены ящики с фруктами или цветами, красочные массивы, чтобы накормить тело и душу.

Трансвестит, рост которого легко превышал шесть с половиной футов, ковылял на узких синих каблуках. Она откинула назад свой золотой водопад волос, деликатно проверяя дыню на спелость. Пока Ева ждала, когда погаснет свет, она наблюдала, как миниатюрная женщина, давно перевалившая за столетний рубеж, подскакивает на своем самокате. Трансвестит и центурианка, казалось, дружелюбно болтали, пока выбирали фрукты.

Ты должен был любить Нью-Йорк, подумала Ева, когда сменился свет. Или держись подальше от этого.

Она пробилась в Челси, абсолютно соответствующий ее городу.

На 525 она дважды припарковалась и, включив дежурный свет, проигнорировала горькие проклятия и грубые жесты, брошенные в ее адрес другими жителями Нью-Йорка. Жизнь и смерть в городе, подумала она, редко проходили гладко.

Она прикрепила значок к куртке, достала из багажника свой полевой комплект, затем подошла к полицейским у главного входа.

"Что у нас есть?"

"DB в подвале, женщина, около тридцати. Ни документов, ни украшений, ни кошелька, ничего. Все еще одет, так что это не похоже на сексуальное преступление ". Он ввел ее внутрь, пока говорил. "Арендатор и его ребенок нашли ее, когда спустились, чтобы забрать велосипед ребенка из камеры хранения. Парня наказали или что-то вроде того. В любом случае, они вызвали это. Парень думает, что, возможно, она живет здесь или поблизости. Может быть, он видел ее раньше, но он не уверен. Он вытащил парня довольно быстро и не стал как следует разглядывать ".

Они направились вниз по лестнице, ботинки и ботинки полицейского лязгали по металлу. "Не видел оружия, но у нее здесь ожоги". Он постучал пальцами по своей сонной артерии. "Похоже, ее шарахнуло".

"Я хочу, чтобы два офицера стучали в двери. Кто что видел, когда. Смотри, чтобы арендатор и его мальчик были в безопасности. Имена?"

"Бернбаум, Терренс. Малыш - Джей. Мы выполняем их в шесть ноль две ".

Она кивнула двум полицейским, охраняющим место происшествия, включила свой диктофон. "Даллас, лейтенант Ева, на месте происшествия в пять двадцать пять по западной двадцать третьей. Мой партнер уже в пути. Выясните, есть ли в здании управляющий на месте. Если так, я хочу его увидеть ".

Сначала она осмотрела местность. Бетонный пол, запертые шкафчики, трубы, паутина. Ни окон, ни дверей. Никаких камер слежения.

"Мне понадобятся любые диски безопасности со входов и с лестничных клеток. Найди супер ".

Заманил ее сюда, подумала Ева, открывая свой набор за банкой Seal-It. Или принудил ее к этому. Может быть, она спустилась за чем-то и на нее напали. Выхода нет.

Она изучала тело с того места, где стояла, покрывая руки и ботинки герметиком. Худощавого телосложения, но не выглядел мягким. Голова была отвернута, длинные светлые волосы закрывали лицо. Волосы блестели, а одежда была хорошего качества.

Не с улицы, подумала она. Не с такими волосами, не в такой одежде, не с такими ухоженными пальцами на руке, которые она могла видеть.

"Жертва лежит на левом боку, спиной к лестнице. Никаких видимых отпечатков на бетонном полу. Это выглядит чистым. Бернбаум передвигал тело?"

"Он говорит "нет". Говорит, что он подошел, взял ее за запястье. Сказал, что было холодно, пульса не было, и он знал. Он только что вытащил своего ребенка ".

Ева обошла тело, присела. Что-то вызвало низкий сигнал тревоги в ее мозгу, своего рода болезненный страх в ее животе. Она приподняла завесу из волос.

На мгновение, одно резкое мгновение, все в ней похолодело. "Черт возьми. Черт возьми. Она одна из нас ".

Полицейский, который оставался с ней, выступил вперед. "Она коп?"

"Да. Колтрейн, Амариллис. Выполняй это, выполняй это сейчас. Дай мне адрес. Детектив Колтрейн. Сукин сын".

Моррис, подумала она. О, черт возьми.

"Это ее место, лейтенант. У нее четыре ноль пять, у этого здания ".

Она проверила отпечатки, потому что это должно было быть сделано, должно было быть официально. Болезненный страх перерос в холодную ярость. "Жертва идентифицирована как Колтрейн, детектив Амариллис. Полиция Нью-Йорка. Этот адрес, квартира четыре ноль пять."

Она откинула легкую куртку. "Где твоя пьеса, Колтрейн? Где твой чертов кусок? Они использовали это на тебе? Ты делаешь это своим собственным оружием? Никаких видимых защитных ран, одежда выглядит нетронутой. На теле нет следов насилия, за исключением ожогов от парализатора на горле. Он приставил твой собственный кусок к твоему горлу, не так ли? По полной."

Она услышала лязг на лестнице, посмотрела вверх, когда ее партнер спускался.

Пибоди выглядела по-весеннему свежей. Ее волосы разметались по шее, темная дерзость обрамляла квадратное лицо. На ней был розовый блейзер и розовые ползунки - выбор цвета, по поводу которого Ева при любых других обстоятельствах сделала бы множество содержательных комментариев.

"Мило с их стороны подождать, пока мы почти официально не выйдем на смену", - весело сказала Пибоди. "Что у нас есть?"

"Это Колтрейн, Пибоди".

"Кто?" Пибоди подошла, посмотрела вниз, и весь румянец сошел с ее щек. "О, мой Бог. О Боже. Это дело Морриса . . . О. Нет."

"Она не носит своего оружия. Это может быть орудием убийства. Если это здесь, мы должны найти это ".

"Даллас".

Слезы навернулись на глаза Пибоди. Ева поняла их, почувствовала их в своем собственном горле. Но покачала головой. "Об этом позже. Позже. Офицер, я хочу, чтобы вы взяли человека и проверили ее квартиру, убедитесь, что там чисто. Я хочу знать в любом случае. Сейчас."

"Да, сэр". Она услышала это в его голосе - не слезы, но закипающий гнев. То же самое, что крутилось у нее в животе.

"Даллас. Даллас, как мы собираемся сказать ему?"

"Работайте на сцене. Это сейчас. Это позже". И у нее не было ответа. "Ищите ее оружие, ее кобуру, что-нибудь еще, что может принадлежать ей. Работай на сцене, Пибоди. Я заберу тело".

Ее руки не дрожали, когда она доставала свои приборы и принималась за работу. И она выбросила этот вопрос из головы. Вопрос о том, как она скажет главному судебно-медицинскому эксперту, скажет своему другу, что женщина, от которой у него в глазах заплясали звездочки, мертва.

"Время смерти двадцать три сорок".

Когда она сделала все, что могла, Ева выпрямилась. "Есть успехи?" - сказала она Пибоди.

"Нет. Все эти шкафчики. Если убийца хотел оставить оружие и спрятать его, есть много мест."

"Мы установим место преступления". Ева потерла пространство между глазами. "Мы должны поговорить с парнем, который вызвал полицию, и его сыном, и забрать ее квартиру. Мы не можем забрать ее, пока Моррис не узнает. Он не может узнать таким образом ".

"Нет. Боже, нет".

"Дай мне подумать". Ева пристально смотрела на стену. "Выясни, в какую смену он работает. Мы не позволим отделу морга забрать ее, пока ... "

"Униформа знает, что полицейский был убит, Даллас. Это начнет распространяться. Полицейский. Женский. Этот адрес или только этот район. Если Моррис пронюхает-"

"Черт. Ты прав. Ты прав. Ты становишься здесь главным. На Терренсе Бернбауме и его парне из шесть ноль две уже сидят полицейские. Сначала поговори с ними. Не позволяй им убрать ее со сцены, Пибоди ".

"Я не буду". Пибоди просмотрела текст на своем КПП. "Одно хорошо, Моррис работает с полудня до восьми. Он не был бы в морге так рано ".

"Я пойду к нему домой. Я сделаю это".

"Господи, Даллас". Слова дрожали. "Иисус".

"Если закончишь в шесть ноль две до моего возвращения, начни с ее квартиры. Ты молодец, Пибоди." Шаги, напомнила себе Ева. Сделай все шаги. Подумай о страданиях позже. "Свяжись с Эддом, но дай мне фору. Все ее сообщения, все ее данные. Полицейские находят супермена, так что конфискуйте диски безопасности. Не надо-"

"Даллас". Пибоди говорила мягко. "Я знаю, что делать. Ты научил меня, что делать. Я позабочусь о ней. Ты можешь доверять мне".

"Я знаю. Я знаю." Ева изо всех сил пыталась выдохнуть, который хотел застрять у нее в горле. "Я не знаю, что я собираюсь ему сказать. Как это сказать."

"Легкого пути не существует".

Не может быть, подумала Ева. Не должно быть.

"Я отмечу тебя, когда я ... когда это будет сделано".

"Даллас". Пибоди потянулась, сжала руку Евы. "Скажи ему - если это кажется правильным - скажи ему, что я сожалею. Мне так жаль ".

Кивнув, Ева начала подниматься. Убийца пошел этим путем, подумала она. Единственный выход. Вверх по этой же лестнице, через эту же дверь. Она снова открыла свой набор, не уверенная, тянет ли она время или просто выполняет свою работу. Но она достала мини-жучки, изучила замок, косяк и не нашла никаких признаков взлома.

Могла бы воспользоваться карточкой-ключом Колтрейн, подумала Ева. Если только он не был первым, набросился на нее, когда она спустилась.

Черт возьми, черт возьми, она не могла видеть этого. Не смогла очистить свой разум, чтобы увидеть. Она поднялась на следующий уровень, повторила процесс на задней двери здания с теми же результатами.

Жилец, кто-то, кого впустил жилец, включая жертву, кто-то с мастерскими или превосходящими навыками по взлому замков.

Она изучила камеру безопасности над задней дверью. Затем закрыла дверь, заперла ее, когда один из полицейских подбежал к ней.

"В квартире чисто, лейтенант. Постель застелена, вокруг нет посуды. Все аккуратно. Свет был тусклым. У нее, ах, был этот домашний дроид - маленькая кошечка. Он был переведен в спящий режим ".

"Ты видел ее оружие, ее значок?"

Его челюсть сжалась. "Нет, сэр. Мы нашли сейф в шкафу в ее спальне. Место для ее пистолета и клатча, кобуры для обоих. Ни одного из них там не было. Ящик не был заперт. Я не видел ее значка, лейтенант. Мы не искали, но-"

"Что вы делаете со своим значком, когда вы освобождаетесь от дежурства на ночь, офицер ... Джонас?"

"Положи это на мой комод".

"Да. Запри оружие, оставь значок на комоде. Может быть, на крышке сейфа, но к нему легкий доступ. Теперь здесь за главного детектив Пибоди. Я не хочу, чтобы ее имя упоминалось, ты меня слышишь? Я не хочу утечки информации об этом. Ты держишь это здесь, пока я не разберусь с этим. Понял?"

"Да, сэр".

"Это один из нас там, внизу. Она будет пользоваться этим уважением ".

"Да, сэр".

Она вышла, затем остановилась на тротуаре и перевела дыхание. Просто позволь себе дышать. Она посмотрела вверх, наблюдая, как по небу ползут облака. Серое поверх синего. Это было единственно правильным, подумала она. Это было единственно правильным.

Она подошла к своей машине, открыла ее ключом. Оказавшийся в ловушке водитель высунул голову из окна своей машины и погрозил ей кулаком.

"Гребаные копы!" - заорал он. "Думаешь, ты владеешь улицами, или что?"

Она представила, как подходит к окну и бьет его кулаком в лицо. Потому что один из копов, которого он проклял, лежал мертвый на бетонном полу в подвале без окон.

Возможно, что-то из этого отразилось на ее лице, в холодном жестком взгляде. Он втянул голову обратно, поднял окно, щелкнул замками.

Ева смотрела еще мгновение, наблюдая, как он съежился за рулем. Затем она села в свою машину, выключила свет и уехала.

Ей нужно было найти адрес Морриса, и она воспользовалась встроенным компьютером. Странно, подумала она. Она никогда не была у него дома. Она считала его другом, хорошим - не просто знакомым по работе или связью. Но они редко общались вне работы. Почему это было?

Может быть, потому, что она сопротивлялась общению, как она бы сопротивлялась удалению зуба? Могло бы быть так.

Она знала, что он любил музыку, и особенно любил джаз и блюз. Он играл на саксофоне, одевался как рок-звезда из верхнего города, его ум был полон интересных, часто непонятных мелочей.

У него были юмор и глубина. И большое уважение к мертвым. Великое сострадание к тем, кого смерть оставила позади.

Теперь это была женщина, которую он ... любил ли он ее? Ева задумалась. Может быть, может быть. Он, безусловно, глубоко переживал за женщину, полицейского, которая была мертва. И теперь именно он остался позади.

Облака принесли мелкий весенний дождь, из тех, что скорее брызгали, чем шлепались на лобовое стекло. Если бы это продолжалось или увеличивалось, продавцы наполнились бы подставками для зонтиков. Магия нью-йоркской коммерции. Движение транспортных средств замедлилось бы; движение пешеходов ускорилось бы. И какое-то время улицы сияли, как черные зеркала. Нелегалы-дилеры натягивали капюшоны и занимались бизнесом или прятались в дверных проемах, пока шторм не утихал. Дождь лил больше часа? Вы могли бы найти бриллиант на тротуаре легче, чем найти свободное такси.

Боже, благослови Нью-Йорк, подумала она, пока он не съел тебя заживо.

Моррис жил в Сохо. Она должна была догадаться об этом. Было что-то богемное, экзотическое, артистичное в человеке, который решил лечить мертвых.

Она вспомнила, что у него была татуировка Мрачного жнеца, которую она случайно увидела, когда позвонила ему посреди ночи, и он не потрудился отключить видео. Хотя он был в постели и едва прикрыт простыней.

Мужчина был горяч. Неудивительно, что Колтрейн ...

О Боже. О Боже.

Она остановилась, ничего не могла с собой поделать, ища место для парковки вдоль улицы. Художники расставляли свои товары в палатках или хватали их с маленьких прилавков, чтобы укрыться с ними от дождя. Те, кто был слишком холоден, чтобы довольствоваться модными магазинами, жили здесь, среди лофтов и разнообразных ресторанов, модных клубов и ночных клубов.

Она нашла место в трех кварталах от дома Морриса. И она шла под дождем, в то время как другие метались вокруг нее, ища укрытия от сырости.

Она поднялась к главной двери, начала нажимать на его звонок. Не смог. Он видел ее через свой экран, и это давало ему слишком много времени на размышления, или он спрашивал, а она не могла ответить. Вместо этого она нарушила его уединение и использовала своего хозяина, чтобы проникнуть в крошечный вестибюль, общий с другими лофтами.

Она поднялась по лестнице, выиграла себе еще немного времени и обогнула его дверь. Что бы она сказала?

Это не могло быть стандартом здесь. Это не могло быть резервом: С сожалением сообщаю вам ... Я сожалею о вашей потере.Не здесь, не с Моррисом. Молясь, чтобы это пришло к ней, чтобы это каким-то образом было правильным, она нажала на звонок.

За прошедшее время ее кожа похолодела. Ее сердце глухо забилось. Она услышала, как щелкнули замки, увидела, как индикатор его замка сменил цвет с красного на зеленый.

Он открыл дверь и улыбнулся ей.

Его волосы были распущены. Она никогда не видела их распущенными, струящимися по его спине, а не заплетенными. На нем были черные брюки, черная футболка. Его экзотические миндалевидные глаза выглядели немного сонными. Она услышала сон в его голосе, когда он приветствовал ее.

"Даллас. Неожиданность на моем пороге дождливым утром".

Она увидела любопытство. Никакой тревоги, никакого беспокойства. Она знала, что ее лицо ничего ему не говорило. Пока нет. Еще секунда или две, подумала она. Всего за несколько секунд до того, как она разбила его сердце.

"Могу я войти?"

ГЛАВА ВТОРАЯ

СТЕНЫ УКРАШАЛО ЭКЛЕКТИЧНОЕ сочетание произведений ИСКУССТВА - от смелых, ярких цветов и необычных форм до элегантных карандашных рисунков обнаженных женщин на разных стадиях раздевания.

Это было открытое пространство с кухней в черно-серебристых тонах, переходящей в столовую в ярко-красных тонах, которая переходила в гостиную. Открытая серебряная лестница вела на второй этаж, снова открытая и окруженная блестящими перилами.

Было ощущение движения в пространстве, возможно, из-за энергии всего цвета, подумала она, или из-за всех проявленных там частей его самого и его интересов.

Чаши, бутылки, камни, фотографии боролись за место с книгами - неудивительно, что Моррис и Рорк поладили - и музыкальными инструментами, скульптурами драконов, маленьким медным гонгом и тем, что она приняла за настоящий человеческий череп.

Наблюдая за выражением ее лица, Моррис указал на длинный диван без подлокотников. "Почему бы тебе не присесть? Я могу предложить вам сносный кофе. Ничего такого простого, к чему ты привык".

"Нет, все в порядке". Но она подумала, да, давай посидим, выпьем кофе. Давай просто не будем этого делать.

Он взял ее за руку. "Кто мертв? Это один из нас." Его пальцы сжались на ее. "Пибоди-"

"Нет. Пибоди ... нет". Только делает все хуже, подумала она. "Моррис, это детектив Колтрейн".

Она могла видеть по его лицу, что он не понял, он не связал свой вопрос с ее ответом. Она сделала единственное, что могла сделать. Она вонзила нож в его сердце.

"Она была убита прошлой ночью. Она мертва, Моррис. Она ушла. Мне жаль".

Он отпустил ее руку, отступил от нее. Как будто, она знала, разрыв контакта остановит это. Просто останови все это. "Амми? Ты говоришь об Амариллис?"

"Да".

"Но-" Он остановил себя, чтобы начать отрицать. Она знала первые вопросы в его голове - была ли она уверена? Может ли быть ошибка? Должно быть, произошла ошибка. Но он знал ее и не тратил слов впустую. "Как?"

"Мы собираемся сесть".

"Скажи мне, как".

"Она была убита. Похоже, что против нее было использовано ее собственное оружие. Оба ее оружия пропали. Мы ищем. Моррис-"

"Нет. Пока нет ". Его лицо стало пустым и гладким, маской, вырезанной из одного из его собственных отполированных камней. "Просто скажи мне, что ты знаешь".

"У меня пока не так много. Она была найдена этим утром в подвале своего дома соседом и его сыном. Ее время смерти было около двадцати трех сорока прошлой ночью. Нет никаких признаков борьбы на месте преступления или в ее квартире. На ней нет видимых ран, если не считать ожогов от парализатора на горле. При ней не было ни документов, ни украшений, ни сумки, ни значка, ни оружия. Она была полностью одета".

Она увидела, как что-то промелькнуло на его лице при этих словах, рябь по камню, и поняла. Изнасилование всегда усугубляло убийство. "Я еще не просмотрел диски безопасности, потому что мне нужно было сказать тебе. Пибоди на сцене ".

"Я должен измениться. Я должен измениться и войти. Иди и присмотри за ней".

"Нет, ты этого не сделаешь. Ты скажешь мне, кому ты доверяешь больше всего, кого ты хочешь, и мы организуем для них вскрытие. Ты этого не делаешь ".

"Это не тебе говорить. Я главный судебно-медицинский эксперт ".

"Я первичен. И мы с тобой оба знаем, что твои отношения с- " она проглотила слово "жертва", - с детективом Колтрейн означают, что ты должен отступить от этой части. Уделите минуту, уделите столько минут, сколько вам нужно, чтобы дойти до этого. Ты не можешь работать над ней, Моррис, ради себя и ради нее."

"Ты думаешь, я ничего не сделаю? Что я буду стоять в стороне и позволю кому-то другому прикоснуться к ней?"

"Я не прошу тебя ничего не делать. Но я говорю тебе, что ты этого не сделаешь." Когда он повернулся и направился к лестнице, она просто взяла его за руку.

"Я остановлю тебя". Она говорила тихо, чувствуя, как вибрируют мышцы на его руке. "Замахнись на меня, накричи, швырни чем-нибудь, все, что тебе нужно. Но я остановлю тебя. Теперь она тоже моя ".

Ярость отразилась в его глазах, выжгла их до черноты. Она приготовилась к удару, она даст ему это. Но ярость растворилась в горе. На этот раз, когда он повернулся, она отпустила его.

Он подошел к длинному широкому окну, из которого открывался вид на гул и вибрацию Сохо. Он положил руки на подоконник, наклонился, чтобы его руки могли выдержать часть веса, который не могли выдержать его ноги.

"Клипер". Теперь его голос был таким же грубым, как и его глаза. "Тай Клиппер. Я хочу, чтобы он позаботился о ней ".

"Я позабочусь об этом".

"Она носила, всегда носила кольцо на среднем пальце правой руки. Розовый турмалин квадратной огранки, обрамленный маленькими зелеными турмалиновыми багетами. Серебряная лента. Ее родители подарили это ей на двадцать первый день рождения."

"Хорошо".

"Ты сказал подвал ее здания. У нее не было бы причин спускаться туда ".

"Здесь есть камеры хранения".

"Она не сдержала ни одного. Она сказала мне однажды, что они взимали смешную цену за маленькие клетки там, внизу. Я предложил хранить все, что ей нужно, но она сказала, что пока у нее накопилось не так много, что ей нужно дополнительное пространство. Почему она была там?"

"Я узнаю. Я обещаю тебе. Моррис, я обещаю тебе, что выясню, кто это сделал и почему ".

Он кивнул, но не повернулся, только уставился на движение, цвет, жизнь. "Есть место внутри, когда ты связан с полицейскими - как друзья, как любовники, даже как соратники, - которое осознает риск этой связи, вовлеченности. Я работал с достаточным количеством мертвых копов, чтобы знать эти риски. Но вы должны отложить это в сторону, запереть подальше, потому что вы должны сохранить эту связь. Это то, что ты делаешь, кто ты есть. Но ты знаешь, ты всегда знаешь, и все равно, когда это случается, это кажется невозможным.

"Кто знает смерть лучше, чем я? Чем мы, " сказал он, поворачиваясь. "И все же, это кажется невозможным. Она была такой живой. А теперь ее нет".

"Кто-то забрал у нее жизнь. Я найду их".

Он снова кивнул, сумел добраться до дивана, опуститься на него. "Я влюблялся в нее. Я чувствовал, что это происходит - это долгое, медленное падение. Мы хотели не торопиться, наслаждаться этим. Мы все еще открывали друг друга. Все еще на той стадии, когда она входила в комнату, или я слышал ее голос, вдыхал запах ее кожи, все внутри меня пело ".

Он уронил голову на руки.

Утешение не было ее лучшим умением. У Пибоди, подумала Ева, были бы правильные слова, правильный тон. Все, что она могла сделать, это следовать инстинкту. Она подошла к дивану, села рядом с ним.

"Скажи мне, что для тебя сделать, и я это сделаю. Скажи мне, что тебе нужно, и я это получу. Li-"

Возможно, это было использование его имени, чего она никогда не использовала, но он повернулся к ней. Когда он повернулся, она держала его. Он не нарушил, пока нет, но продолжал прижиматься щекой к ее.

"Мне нужно ее увидеть".

"Я знаю. Сначала дай мне немного времени. Мы позаботимся о ней для тебя ".

Он отстранился. "Тебе нужно спросить. Включите свой диктофон и спрашивайте ".

"Хорошо". Рутина, подумала она. Разве это не было своего рода утешением? "Скажи мне, где ты был прошлой ночью между двумя тысячами первым и двумя тысячами четырьмя сотнями".

"Я работал почти до полуночи, выкроил несколько дополнительных часов, улаживая кое-какие документы. Мы с Амми планировали уехать на несколько дней на следующей неделе. Проведите долгие выходные. Мемфис. Мы забронировали эту старую гостиницу. Мы собирались совершить экскурсию по саду, посмотреть Грейсленд, послушать музыку. Я поговорил с несколькими людьми в ночную смену. Я могу назвать вам имена".

"Они мне не нужны. Я проверю это, и мы будем двигаться дальше. Она рассказывала вам что-нибудь о своей работе? О ком-нибудь, о ком она беспокоилась?"

"Нет. Мы не очень много говорили о делах. Она была хорошим копом. Ей нравилось находить ответы, и она была организованной и точной. Но она не жила своей работой. Она была не такой, как ты. Работа была тем, что она делала, а не тем, кем она была. Но она была умной и способной. Всякий раз, когда наши рабочие места пересекались, это совпадало ".

"А как насчет на личном фронте? Бывшие?"

"Мы начали встречаться вскоре после того, как она перевелась сюда из Атланты. И пока мы не торопились, позволяя всему этому ... разворачиваться, ни один из нас не видел никого другого. У нее были серьезные отношения в колледже. Это продолжалось более двух лет. Она какое-то время была связана с другим полицейским, но сказала, что, как правило, предпочитает случайные свидания. Что я нарушал ее правило. Я знаю, что был кто-то еще, кто-то серьезный, и это закончилось до того, как она переехала в Нью-Йорк ".

"Есть жалобы на соседей, на кого-нибудь в здании, кто приставал к ней?"

"Нет. Она любила свою маленькую квартирку. Даллас, у нее есть семья в Атланте ".

"Я знаю. Я уведомлю их. Могу ли я связаться с кем-нибудь для вас?"

"Нет. Спасибо тебе ".

"Я не привел консультанта по скорби, потому что -"

"Мне не нужен консультант по скорби". Он прижал пальцы к глазам. "У меня есть ключ от ее квартиры. Ты захочешь этого".

"Да".

Она подождала, пока он поднимался по серебряной лестнице, и ходила по его жилому помещению, пока он не вернулся с карточкой-ключом. "Было ли у нее что-нибудь в этом месте?"

"Да".

"Измените свои коды".

Он перевел дыхание. "Да, все в порядке. Мне нужно, чтобы ты держал меня в курсе. Мне нужно быть вовлеченным в это ".

"Я буду держать тебя в курсе".

"Мне нужно быть частью этого. Мне это нужно".

"Позволь мне поработать над этим. Я свяжусь с тобой. Если вам нужно поговорить со мной, я доступен для вас двадцать четыре / семь. Но я должен вернуться к этому, вернуться к ней ".

"Скажи Таю ... Скажи ему, чтобы он сыграл для нее Эрика Клэптона. Любой из дисков в моей коллекции. Ей особенно понравилась его музыка." Он подошел к лифту, открыл решетку.

"Я бы хотел, чтобы "прости" что-то значило. Пибоди... она просила меня передать тебе то же самое." Она вошла, не сводя с него глаз, пока закрывалась решетка и пока не закрылись двери.

На обратном пути она позвонила Пибоди. "Чистильщики нашли оружие?"

"Это отрицательный ответ".

"Черт возьми. Я возвращаюсь на место преступления. Свяжитесь с моргом. Главный судебно-медицинский эксперт Моррис назначает МЕНЯ Таем Клиппером для расследования этого дела. Он просит МЕНЯ сыграть Эрика Клэптона во время вскрытия ".

"О, чувак. Как он? Как-"

"Он держится. Убедитесь, что они понимают, что это указания Морриса. Я на обратном пути. Мы с тобой собираемся осмотреть ее квартиру, дюйм за дюймом ".

"Я как раз собирался начать с этого. Я разговаривал с Бернбаумом и его сыном. Больше там ничего нет. Стук в дверь ничего не прояснил. Безопасность -"

"Введи меня в курс дела, когда я туда доберусь. Десять минут".

Она отключилась. Она хотела тишины. Просто помолчи, пока эмоциональные узлы не ослабнут. Она не принесла бы пользы Амариллис Колтрейн, если бы позволила себе оставаться расстроенной из-за горя в глазах подруги.

В квартире она подождала, пока команда морга вынесет тело. "Она идет прямо ко МНЕ, Машинка для стрижки", - отрезала Ева. "Она полицейский. Она получает приоритет ".

"Мы знаем, кто она". Один из команды обернулся после того, как тело погрузили в фургон. "Она не только полицейский, она была подругой Морриса. Мы хорошо позаботимся о ней, лейтенант."

Удовлетворенная, она вошла внутрь, поднялась по лестнице в квартиру Колтрейн. Используя ключ-карту, которую дал ей Моррис, она нашла Пибоди внутри.

"Это было тяжело", - сказала Пибоди после первого взгляда. "Это показывает".

"Тогда мне лучше смириться с этим. Безопасность?"

"Я быстро просмотрел. На задней двери ничего. Он должен был прийти таким образом, заглушить камеру. ЭДД этим занимается. Камера на входной двери работала все время. По моим данным, она придет примерно через тысячу шестьсот, с сумкой для документов - которая все еще здесь - и сумкой на вынос. Она больше не выходила, не через парадный вход. На лестнице установлены камеры, и они были взломаны. Обе камеры заднего вида и на лестнице отключаются примерно с двадцати двух тридцати до примерно двух тысяч четырехсот. В лифте есть камеры, и они пробежали. Она не воспользовалась лифтом. Сосед подтверждает, что она обычно пользовалась лестницей ".

"Убийца должен был знать ее, знать ее распорядок дня. Пришлось взять ее на лестнице ".

"У меня там сейчас целая команда чистильщиков, они проверяют все сверху донизу".

"Убив ее так быстро, так чисто, убийца должен был знать, что она уходит. Так что либо это была еще одна привычка, либо он выманил ее. Мы проверим ее передачи, но если все происходило именно так, то он воспользовался ее карманной связью, а затем забрал ее с собой. Кто-то, кого она знала. Друг, бывший, один из ее приятелей, кто-то в здании или поблизости. Кто-то, кому она позволила бы опозорить себя ".

Ева оглядела квартиру. "Впечатления?"

"Я не думаю, что она ушла под каким-либо принуждением. Все слишком аккуратно для этого, а этот котенок-дроид?" Когда Пибоди махнула рукой, Ева нахмурилась, глядя на дремлющий меховой комочек. "Я проверил его показания. Она перевела его в спящий режим в двадцать три восемнадцать. Это не похоже на то, что ты бы сделал, если бы попал в беду ".

Ева изучала комнату, пока бродила по ней. В этом было женское чувство, суетливый женский порядок. "Убийца связывается с ней по ее карманной ссылке. Выходи, встретимся за выпивкой, или у меня была ужасная ссора с моим парнем, приходи, чтобы я могла поухаживать за тобой. Нет, нет. " Ева покачала головой, вошла в маленькую спальню с горой подушек на аккуратно застеленной кровати. "У нее был свой клатч. Большинство копов будут носить оружие, но я не вижу, чтобы она пристегивала клатч, чтобы пойти выпить ".

"Одна из ее ласк. Встретимся здесь, в такое-то время. У меня есть кое-что хорошее ".

"Да, да, это может сработать. Мы поговорим с ее боссом, ее партнером, ее подразделением, посмотрим, чем она увлекалась. Она могла встретиться с источником другого рода или просто с кем-то, кому она не полностью доверяла. Небольшая дополнительная страховка с помощью детали сцепления. И все же он добился своего, уложил ее без борьбы ".

"Она не ожидала увидеть его на своей лестнице. Ее бдительность ослабла, и все ".

Ева ничего не сказала. Ей нужно было немного обдумать это, пройти через это. "Давайте посмотрим, что мы можем здесь найти".

Они принялись за работу, роясь в ящиках, в шкафах, в одежде, в карманах. У мертвых не было личной жизни, и Ева думала как полицейский; Колтрейн знала бы и приняла это.

Она нашла в прикроватном столике ящичек со сладостями - масла для тела, несколько игрушек - и ей пришлось отогнать образ, который все время пытался поселиться у нее в голове: Моррис и Колтрейн, катающиеся голышом по кровати.

"Ей нравилось красивое нижнее белье", - прокомментировала Пибоди, просматривая другие ящики. "Все ее вещи находятся на уровне нижнего белья. Сексуальная, девчушка. Ей нравились красивые вещи. Маленькие бутылочки, лампы, подушки. Ее ящики аккуратные и организованные, совсем не похожие на мои. У нее не так уж много вещей, ты знаешь. Никакого беспорядка. И то, что здесь, не совпадает-совпадает, но все это работает вместе. Это просто действительно красивое место, чтобы продолжать придерживаться одного и того же слова ".

Ева подошла к умному маленькому угловому столику, на котором стояла компактная система передачи данных и связи. В единственном узком ящике она нашла записную книжку. Но когда она попыталась открыть данные, ей было отказано в доступе.

"Она полицейский. Она бы зашифровала это, " сказала Ева. "Мы хотим, чтобы это было помечено для EDD. Я хочу войти".

Она узнала больше о жертве во время поиска. Пибоди была права, ей нравились красивые вещи. Не слишком вычурная, просто женская. Но никакого беспорядка, не теснота, и все на своих местах. Розы в гостиной были настоящими и свежими.

Она нашла коробочку для безделушек, в которой были открытки флориста, все от Морриса. Он сказал, что они были эксклюзивными в течение нескольких месяцев. По крайней мере, в том, что касается цветов, подумала Ева, он был прав.

Это не означало, что у нее не было чего-то на стороне. Когда женщина выходит из дома в такое время ночи, это может быть секс по вызову.

И все же, это просто не сработало должным образом. Она видела Колтрейн с Моррисом. Она почувствовала связь между ними.

"Безопасное здание", - сказала Ева вслух. "Хорошая, компактная квартира, домашнее животное-дроид. Хорошая мебель, хорошая одежда. Не так уж много ни того, ни другого. Она избирательна. Не так много украшений, но, опять же, то, что у нее есть, хорошего качества ".

"То же самое с продуктами для волос, усилителями", - вставила Пибоди. "Она знала, что ей нравится, что работает для нее, и придерживалась этого. Что касается меня, то у меня полный ящик старой краски для губ, гнили для глаз, дерьма для волос. Духи. Один аромат. В холодильнике есть остатки китайской еды в вакуумной упаковке, немного здоровой пищи, вода в бутылках и соки. Две бутылки вина".

"У нее есть любовник, но живет она одна. Мужской набор туалетных принадлежностей, вероятно, принадлежит Моррису. Мы проверим у него, а не отправим это сразу в лабораторию. Мужская рубашка, боксеры, носки, брюки, они похожи на него. Впрочем, здесь его немного. Они, вероятно, проводили больше времени у него дома. Он примерно в четыре раза больше этого, а расположение отличное для кафе, клубов, ресторанов, галерей. Как убийца узнал, что она была прошлой ночью? Преследуешь ее? Я должен был спросить Морриса, как часто они были вместе, был ли у них распорядок ".

"Даллас, ты дал ему передышку. Дал ему немного времени. Мы продолжим ".

"Убийца сюда не заходил. Слишком рискованно. Почему шанс быть замеченным? Нет, нет, он отметил ее по ссылке в ее кармане ".

"Они могли бы назначить встречу раньше".

"Зачем так рисковать? Она могла бы рассказать кому-нибудь - Моррису, своему партнеру, своему боссу. Сегодня вечером я встречаюсь с Иксом, и тогда мы бы поговорили с Иксом, вместо того чтобы гадать, кто он, черт возьми, такой. Моррис работал, она бы знала это. Так что она не собирается звонить ему в этот час и говорить, что она куда-то направляется. Она просто берет свои вещи, выключает своего кота и уходит. Она знала своего убийцу, или того, кто это подстроил.

"Давайте пригласим сюда уборщиков, и пусть ЭДД заберет ее электронику". Она проверила свое наручное устройство. "Мы зайдем в морг, прежде чем уведомлять ближайших родственников".

"Я сделаю это. Ты рассказал Моррису", - добавила Пибоди. "Я расскажу ее семье".

"Хорошо. Тогда мы оба поговорим с ее напарником, ее командой, ее боссом ".

В машине Пибоди сидела, ссутулившись на сиденье, и смотрела в боковое окно. "Даллас? Меня гложет эта штука, и я просто хочу избавиться от нее ".

"Ты чувствовал себя стервозным и обиженным, потому что она переспала с Моррисом".

"Да". Пибоди выдохнула это слово, как облегчение. "Я даже не знал ее, почти совсем, и я позволил себе подумать, типа, кто она, черт возьми, такая, чтобы раскачиваться - я даже подумал о слове sashay, потому что она была с Юга - здесь и целовалась с нашим Моррисом? Глупо, потому что я с Макнабом, и у меня все равно никогда ничего не было с Моррисом, за исключением случайных совершенно допустимых и здоровых фантазий. Но я решил, что она мне не нравится, просто за это. И теперь она мертва, и я чувствую себя дерьмово из-за этого ".

"Я знаю. У меня происходит то же самое. За исключением фантастической части ".

"Думаю, это заставляет меня чувствовать себя немного лучше". Она снова подвинулась, изучая профиль Евы. "У тебя действительно никогда не было ни малейшей фантазии о Моррисе?"

"Нет. Боже."

"Совсем маленький. Как будто однажды ночью вы приходите в морг, и там на удивление пусто, так что вы заходите в главную разделочную, а там Моррис. Обнаженный."

"Нет! Прекрати забивать мне голову этим дерьмом ". Но, как ни странно, больная тяжесть в животе Евы немного ослабла. "Разве вы с Макнабом не трахаетесь достаточно часто, чтобы удержать себя от похотливых фантазий о коллеге? В этом долбаном мертвом доме?"

"Я не знаю почему. В морге жутко, но Моррис очень сексуален. Мы с Макнабом много трахаемся. Только прошлой ночью мы-"

"Я не хочу слышать о том, как вы с Макнабом трахаетесь".

"Ты заговорил об этом".

"Что иллюстрирует, как твои больные фантазии о Моррисе подорвали мое психическое здоровье".

Пибоди отмахнулась от этого. "Моррис приставил кого-нибудь конкретно к Колтрейн?"

"Клипер".

"Умереть за тебя? Поговорим о сексе. Почему так много врачей-смертников полностью заморожены?"

"Загадка, над которой я размышлял на протяжении всей своей карьеры".

"Нет, серьезно. Клипер такой ммм.Он гей, и у него есть партнерша, но вкуснятина для глаз. Его партнер - художник. Он рисует людей, я имею в виду буквально. Роспись тела. Они были вместе около шести лет ".

"Откуда ты все это знаешь?"

"В отличие от тебя, мне нравится слушать о личной жизни людей, особенно когда это связано с сексом".

"По крайней мере, поскольку Клипперу не нравятся женщины, тебя не будут беспокоить сексуальные фантазии".

Пибоди задумчиво поджала губы. "Я могу с этим работать. Два голых парня, краски для тела, я. О да, бесконечные возможности".

Ева позволила Пибоди насладиться моментом. Она знала, что легче думать о сумасшедшем сексе, чем об убийстве другого полицейского, чем о горе коллеги и друга.

Момент прошел достаточно быстро. Как только они прибыли в морг и начали спускаться по длинному туннелю, выложенному белой плиткой, настроение изменилось. Это была не просто смерть, это было не просто убийство. Стремление к объективности было острыми зубами личной потери.

Их пути пересеклись с техником, который остановился, засунув руки в карманы своего длинного белого халата. "Ах, Клиппер пользуется апартаментами Морриса. Я не знаю, собирается ли он ... собирается ли Моррис зарегистрироваться или что-то в этом роде, так что, может быть, когда вы поговорите с ним, вы могли бы сказать ему ... Мы все здесь ".

"Хорошо".

"Все, что мы можем сделать". Техник беспомощно пожал плечами, сказал: "Черт", и зашагал прочь.

Ева перешла в комнату для вскрытия, где Моррис обычно делал свою работу. На его месте стоял Ме Тай Клиппер, крепкий шестифутовый мужчина с мускулистым телом, одетый в бледно-голубую рубашку и брюки цвета хаки. Он аккуратно закатал рукава до локтя, надел прозрачный плащ.

Он убирал волосы в коротко остриженную тюбетейку. Короткая, аккуратная козлиная бородка добавляла остроты его консервативному наряду и интереса к его угловатому лицу. Но с Clipper все дело было в глазах. Огромные, с тяжелыми веками, они были цвета кристаллизованного янтаря и резко контрастировали с его темной кожей.

"Я не закончил. Мне жаль". В его голосе слышался намек на его родную Кубу.

"Что ты можешь мне сказать?"

"Она не была изнасилована. Нет доказательств сексуального насилия или сексуальной активности. Это имело бы значение для Морриса ".

"Да, так и будет". Как шепот на заднем плане, мужчина пел мольбу к кому-то по имени Лейла. "Это Эрик Клэптон?"

"Да".

"Для него это тоже будет иметь значение". Ева отложила это в сторону, шагнула вперед.

Колтрейн лежала на плите. "Никаких защитных ран". Ева изучила тело так, как изучила бы любую улику. "Никаких признаков насилия, кроме ожогов на горле".

"У нее небольшие ушибы на лопатках и затылке." Клипер указал на экран компьютера, вызвал сканирование. "Что-то вроде того, что ты навлек бы на себя, ударившись спиной о стену".

"Ее толкнули, столкнули".

"Возможно. Вскоре после этого последовала смерть. Ожоги на горле соответствуют воздействию парализатора, прижатого к этой области. Контакт обжигает. Ты нашел ее оружие?"

"Нет".

"Пока вы этого не сделаете, я не могу подтвердить, что это было орудие убийства или использовалось ли другое. Только то, что раны соответствуют контактным ожогам от полицейского оружия ".

"Если было использовано ее собственное оружие, как, черт возьми, он обезоружил ее? Толкает ее назад, она ударяется о стену. Этого недостаточно, не для полицейского. Нет никаких порезов, никаких следов ограничений ". Поскольку он не предложил, как сделал бы Моррис, Ева сама взяла пару микрогогглов, наклонилась над Колтрейн, чтобы рассмотреть. "Никаких ссадин на ее запястьях, лодыжках. Вот. Прямо здесь. На ее бицепсах. Шприц под давлением?"

"Я верю в это".

"Как он подобрался к ней достаточно близко, без ее сопротивления, чтобы накачать ее наркотиками?"

"У меня токсикологический анализ отмечен как приоритетный. Ты прав, что нет никаких признаков насилия вне тела. Но они есть, в".

Ева взглянула на Клиппер, затем переместилась, чтобы изучить, что показывает точный Y-образный разрез. "Что я ищу?"

"Ее внутренние органы демонстрируют признаки дистресса".

"Смерть сделает это". Но она последовала за ним, присмотрелась внимательнее. "Она приняла удар?"

"Мне нужно пройти больше тестов, прежде чем я смогу быть уверен. Я понимаю, ты хочешь быстрых ответов ", - добавил он в ответ на нетерпеливое шипение Евы. "Но-"

Она покачала головой, заставляя себя сдержаться. "Моррис хотел заполучить тебя, потому что, я бы сказал, ты основательный и точный. Дай мне лучшее предположение. Я не буду заставлять тебя это делать ".

"Оглушение с большой дистанции, лобовая атака. Расстояние не более трех-пяти футов. Выстрел в тело".

"Что привело бы ее к падению, падению и исчезновению. Она получает удар, он отбрасывает ее спиной к стене - на лестничной клетке, и она падает. Он должен отвести ее в подвал. Никаких признаков того, что ее тащили. Поэтому он должен нести ее. Или могло быть больше, чем один нападавший. Отнеси ее вниз. Почему бы просто не прикончить ее на лестнице и покончить с этим?

"Потому что было что-то, чего они хотели, что-то сказать, что-то, что им нужно было, чтобы она сказала, рассказала им", - продолжила Ева. "Итак, он / они везут ее вниз, и они возвращают ее с толчком - дозой амфетамина, адреналина". Боль, подумала Ева, они вернули ее к боли. Беспомощный. Тело парализовано от оглушения, разум в сознании. "Сказать ей что-нибудь, спросить ее о чем-нибудь. И когда они закончили, они закрыли ее. Она бы знала, что это приближается. Когда они прижали парализатор к ее горлу, она бы знала."

Она сняла очки, отбросила их в сторону. "Они использовали ее оружие. Они использовали это, чтобы убить ее, потому что это более оскорбительно, более унизительно. Подкараулил ее на лестнице, сбросил. Увлек ее вниз, встряхнул ее назад, вытащил ее. Где-то через двадцать минут. Это быстро. Забрал ее оружие, удостоверение личности, значок, ссылку, украшения. Зачем украшения? Остальное имеет смысл. Это профессионально, но ювелирное дело - час влюбленных. Так почему? Только потому, что ты можешь? Только потому, что ты хочешь? Сувениры, памятные вещи?"

"Потому что это оставило ее ни с чем?" Пибоди озвучила вопрос. "Это раздевает ее. Они оставляют ее одетой, может быть, потому, что речь идет не о такой силе или насилии, даже не о таком унижении. Но они забирают то, что для нее важно, и оставляют ее на полу. Ни с чем".

"Возможно". Ева кивнула. "Может быть, и так. Я не думаю, что Моррис придет сегодня", - сказала Ева Клипперу. "Но если он это сделает, делай все, что ты должен сделать, чего бы это ни стоило, чтобы держать его подальше от нее, пока она ... "

"Я сделаю".

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ЕВА БЫСТРО ПРОШЛА Через ЦЕНТРАЛЬНЫЙ. ОНА воспользовалась планерами, а не лифтом, чтобы не попасть в будку с другими полицейскими. Она прошла достаточно мимо них - униформы, мягкой одежды, детективов, начальства - чтобы понять, что слух распространился.

Когда она превратилась в свой собственный КПЗ, всякое движение, всякая болтовня прекратились. И она знала, что с этим нужно было разобраться.

"Прошлой ночью в двадцать три сорок детектив Амариллис Колтрейн была убита неизвестным лицом или лицами. Настоящим каждый сотрудник этого подразделения уведомлен или будет уведомлен о том, что любой запланированный отпуск может быть отменен и, скорее всего, будет отменен до тех пор, пока это дело не будет закрыто. Я отработаю сверхурочно для всех, кого привлекут в следственную группу. Любой из вас, кому на время потребуется отпуск по личным обстоятельствам или в связи с трудностями, должен будет согласовать это со мной, и сделать это чертовски хорошо.

"Не будет никаких заявлений для средств массовой информации, официальных или неофициальных, по этому вопросу, если это не будет согласовано через меня. Вы все можете рассматривать это как часть вашей текущей нагрузки. Теперь она наша ".

Она прошла в свой офис, прямиком к автомату за кофе. Она только взяла дымящуюся кружку, когда детектив Бакстер вошел позади нее. "Лейтенант".

"Сделай это быстро, Бакстер".

"Я хотел сказать, что мы с Трухартом подчищаем несколько незакрытых концов в одном деле. Мы должны покончить с этим довольно скоро. Тебе нужна тяжелая работа, беготня, дерьмовая работа, что угодно в этом деле, мой мальчик и я, - продолжил он, говоря о своем стойком помощнике, " мы готовы к этому. К черту сверхурочные, Даллас. Мы не вкладываемся ни во что из этого, только не в это ".

"Хорошо". Она не ожидала меньшего, но было приятно, что ее ожидания оправдались. "Я собираюсь поговорить с ее боссом, ее партнером, с кем бы она ни работала в Атланте. Я собираюсь потребовать копии файлов ее дела, открытых и закрытых, ее записей. И я собираюсь взглянуть на них свежим взглядом. Мне понадобятся пробежки по всем в ее многоквартирном доме. Все, с кем она регулярно вступала в контакт. Ее соседи, парень, у которого она покупала еду, который доставлял ей пиццу. Любые предыдущие отношения, любые текущие. Ее друзья, бармен , где она пила. Я хочу узнать ее вдоль и поперек ".

"Моррис-"

"Я вернусь туда, но ему нужно некоторое время. К тому времени, как ты свяжешь эти концы, у меня будет достаточно денег для тебя и Верного Сердца ".

"Хорошо. Я, ах, разыграл для нее половину пьесы несколько месяцев назад ".

"Бакстер, ты делаешь половину игры для любой женщины".

Он слегка улыбнулся, оценив ее попытку держаться непринужденно. "Что я могу сказать? Женщины - лучшее, что есть на свете. Она ответила мне легким флиртом, понимаешь? Но она была целиком посвящена Моррису. Нет никого, кто бы не взялся за это дело, потому что она была копом. Но каждый из них прыгнет выше, прыгнет быстрее благодаря Моррису. Просто хотел сказать."

"Дай мне знать, когда закроешь свое дело".

"Да, сэр".

Она отнесла свой кофе на свой стол, заметила, что у нее было несколько входящих сообщений. Некоторые будут из средств массовой информации, подумала она, а те, что она передаст связному, пока не прикажут иначе.

Ева перебирала, проходила, отбрасывала, удерживала. И сыграла песню от ее командира. Административный помощник Уитни передал его распоряжения. Она должна была сообщить, как только войдет в свой кабинет.

Она отставила свой кофе в сторону, встала и пошла обратно в КПЗ. "Пибоди, свяжись с лейтенантом Колтрейн и попроси о встрече с ним при первой возможности. Также попросите его договориться о том же с ее партнером или партнерами. Я с Уитни ".

Она могла бы пожелать больше времени, думала Ева, путешествуя по лабиринту полицейского управления к владениям коммандера Уитни. Время собраться с мыслями, начать свою книгу убийств, уточнить свои записи, начать холодный и навязчивый поиск в жизни мертвого полицейского. Но когда Уитни нажала на звонок, ты открыла дверь.

Он тоже не заставил ее ждать. В ту минуту, когда она вошла во внешний офис, администратор направил ее во внутреннее святилище.

Он поднялся из-за своего стола и наполнил комнату своим присутствием. Он носил командование так, как мужчина носит костюм, идеально подогнанный под его рост, его обхват. Это принадлежало ему, Ева всегда думала, потому что он заслужил это - каждым шагом.

Хотя он сидел за письменным столом, а не на улицах, этот костюм командира был сшит на заказ для полицейского.

"Лейтенант".

"Сэр".

Он не жестом предложил ей сесть. Они сделали бы это стоя. Он изучал ее мгновение, его широкое, темное лицо было серьезным, глаза холодными.

"Докладывай".

Она изложила это быстро, прямолинейно, во всех деталях, даже когда раскладывала копии своих выступлений на его столе. "Я договариваюсь о встрече с ее лейтенантом, ее напарником, с кем угодно из ее дома, кто может предоставить информацию или детали".

"Моррис прикрыт".

"Да, сэр. Он работал, и есть свидетели, а также диски безопасности и его журнал для подтверждения. Нет необходимости тратить время на выяснение его местонахождения. Он чист".

"Хорошо. Это хорошо. Разыграй это для меня, Даллас. Твой взгляд".

"Она была дома. Ей либо позвонили по ее карманной "ссылке, либо у нее была предыдущая встреча - личная или официальная, подтвердить в настоящее время невозможно - по предварительной договоренности. Ее ящик с оружием был открыт и пуст. Есть отделения для ее стандартного комплекта и клатча меньшего размера, а также кобуры для обоих. Она использовала набедренную кобуру в качестве своего стандарта ".

Что касается ее самой, Ева предпочитала упряжь - ее ощущение и вес.

"Она ушла вооруженной".

"Да, сэр. Я больше склонен думать, что она ушла по работе, чем из общества. Из-за детали сцепления. Но я еще не знаю ее. Я еще не знаю, каким полицейским она была ".

Он кивнул. "Продолжай".

"Она покинула квартиру где-то после двадцати трех восемнадцати. У нее был питомец-дроид, и в то время она переключила его в спящий режим. Она включила свою систему безопасности и поднялась по лестнице. Остроумие утверждает, что это было ее привычкой. Засада произошла на лестнице, лобовая атака. Она приняла удар, который отбросил ее спиной к стене. Нападавший отвез ее в подвал здания, ввел пока неизвестный стимулятор, чтобы привести ее в себя. В двадцать три сорок к ее горлу приставили оружие, возможно, ее собственное, и выстрелили. У меня есть EDD, проверяющий безопасность. Мы знаем, что кулачок задней двери был заклинило. Он вошел таким образом, и, судя по моему осмотру, замок выглядел чистым. Значит, у него была карта-ключ и код, или он очень опытный. Он знал ее привычки и знал, что она будет спускаться по лестнице. Он связался с ней, и она вышла ему навстречу. Вот как я это вижу. Она знала своего убийцу ".

"В настоящее время любые средства массовой информации будут направляться через отдел связи департамента. Смерть одного полицейского в любом случае не всколыхнет ситуацию. Если это изменится, я дам тебе знать. Вы вольны назначить в свою следственную группу столько людей, сколько сочтете необходимым. Опять же, если это изменится, вы будете проинформированы. Теперь это помечено как приоритетное для каждого задействованного отдела. Мне нужны копии всех отчетов по мере их поступления или по мере их завершения ".

"Да, сэр".

"Все, что вам понадобится по этому делу, лейтенант".

"Понял".

"Я скоро поговорю с ее семьей, как и ее лейтенант. Я предполагаю, что они захотят провести похороны или мемориал в Атланте, но мы проведем мемориал здесь. Я дам тебе знать, когда все будет устроено ".

"Я прослежу, чтобы мое подразделение было проинформировано о деталях".

"Я удерживал тебя от этого достаточно долго. Но прежде чем ты уйдешь, я хочу спросить тебя кое о чем на личном уровне. Есть ли у Морриса все, что ему нужно?"

"Хотел бы я знать. Я не знаю, что еще можно сделать для него в это время. Я думаю, они становились очень серьезными ".

Уитни кивнула. "Тогда мы сделаем то, что мы делаем, и найдем ответы для него".

"Да, сэр".

Она вернулась к этому, закрылась в своем кабинете, чтобы просмотреть свои записи, открыть книгу убийств, запустить свою доску.

"Даллас?"

"Отчеты из лаборатории уже поступают", - сказала Ева, когда Пибоди вошла внутрь. "Мне не пришлось никому угрожать или подкупать, чтобы получить их так быстро. Это не только потому, что упал полицейский. Это потому, что коп была девушкой Морриса. Они вкололи ей стимулятор - достаточно, чтобы она была в сознании, но не могла двигаться, бороться. Никаких следов на ней. Никаких отпечатков пальцев снаружи, на задней двери. Запечатано, и пришлось стереть это для пущей убедительности. Никаких отпечатков, вообще. У ее внутренних органов были обнаружены сильные повреждения от электрошока. Если бы она выжила, она была бы в плохой форме. Он не рисковал, но был осторожен и достаточно осведомлен, чтобы знать, какие настройки использовать, чтобы она сильно пострадала, осталась внизу, но выжила. Пока он не был закончен ".

"Я говорил с местными жителями в Атланте. Я договорился о консультанте по скорби для ее родителей и ее брата ".

"Хорошо. Это хорошо ".

"Ее лейтенант может и будет говорить с нами в любое время. Они работали в стиле отряда, так что она была партнером или объединилась со всеми в своем подразделении ".

"Тогда мы поговорим со всеми в ее подразделении. Давайте начнем".

Пибоди взглянула на доску, и удостоверение Колтрейн выстрелило. "Она была действительно красива". Она отвернулась и последовала за Евой. "Я начал наезжать на других жильцов, и Дженкинсон сказал, что у него есть немного времени, так что он помогает в этом. Я связался с EDD. Макнаб сказал, что они на высоте. И они уже послали кого-то, чтобы забрать ее устройство у нее дома. Ее полицейский дом."

"Я знаю, что ты имеешь в виду".

"Он сказал мне, что она сохранила на своем домашнем компьютере электронные письма от Морриса. Забавные, романтичные, сексуальные." Она вздохнула, когда они спускались по горкам. "И кое-что от ее родителей, ее брата, кое-что от друзей из Атланты. У нее все это было в разных файлах. Там тоже была информация о работе. Он разбирается с этим. Ее последнее сообщение по домашней связи было около восьми прошлой ночью. От Морриса. Он разговаривал с ней во время обеденного перерыва. Вчера на ее домашнем компьютере больше ничего не было. Она работала в смену с восьми до четырех."

"Нам нужно знать, когда она получила китайское, было ли это самовывозом или доставкой".

"Китайский?"

"Остатки на ее кухне. Когда она вошла, у нее была с собой сумка на вынос с дисками безопасности. Когда она это заказала, останавливалась ли по дороге домой, приносила ли это с работы? Начни проверять пункты выдачи еды на вынос рядом с ее домом ".

"Хорошо".

"В отчете судмедэксперта говорится, что она поела около половины восьмого, выпила бокал вина. Она запустила утилизатор, так что для криминалистической лаборатории мало что осталось. Давайте выясним, ела ли она одна. Мы собираемся собрать воедино каждый шаг, который она сделала, с того момента, как она встала вчера утром ".

"Вы спрашивали Моррис, были ли они вместе в ночь перед ее смертью?"

"Нет. Черт. Нет. Я должен был. Черт возьми." Она остановилась в гараже, достала карманный линк. "Дай мне немного места, Пибоди". Она набрала номер Морриса. Она не ожидала, что он ответит, и была сброшена прямо на голосовую почту. "Моррис, это Даллас. Мне очень жаль беспокоить вас. Мне нужно составить график на вчерашний день. Когда сможешь, если сможешь, дай мне знать, были ли вы с детективом Колтрейн вместе вчера утром, это было бы -"

"Да". Его лицо появилось на экране. Его глаза были тусклыми, темными и пустыми. "Она оставалась здесь прошлой ночью. Мы ужинали за углом, в бистро. Jaq"s. Около восьми, я думаю. И мы вернулись сюда. Она ушла вчера утром, около семи. Чуть позже семи. У нее была смена с восьми до четырех."

"Хорошо. Спасибо ".

"Вчера я дважды разговаривал с ней. Она позвонила мне где-то днем, и я позвонил ей домой, во время обеденного перерыва. Она была в порядке. Я не могу вспомнить последнее, что я сказал ей, или она мне. Я пытался, но не могу ".

"Не имеет значения, что было последним. Все остальное, что вы сказали друг другу за эти последние месяцы, вот что складывается. Вот что имеет значение. Я зайду позже, если ты-"

"Нет, но спасибо тебе. Мне лучше какое-то время побыть одному".

"Это была хорошая вещь, которую ты ему сказала", - прокомментировала Пибоди, когда Ева сунула ссылку обратно в карман. "Обо всем, что они сказали друг другу".

"Я не знаю, было ли это правильно, или чушь собачья. Я использую это ".

Полицейский участок Колтрейн примостился между корейским рынком и еврейским гастрономом в уродстве после городских войн. Бетонный ящик, вероятно, выдержал бы бомбу, но не выиграл бы никаких призов за красоту.

Внутри пахло копом. Отвратительный кофе, пот, крахмал и дешевое мыло. Униформы слонялись в своих жестких ботинках, возвращаясь с работы или снова уходя, в то время как гражданские пробирались через охрану. Ева приложила свой значок к сканеру, его и ее отпечатки пальцев сверили с отпечатками Пибоди и пропустили.

Она направилась прямо к столу сержанта, прикрепила к нему бейдж. Он был ветеринаром с жестким взглядом и морщинистым лицом, который выглядел так, будто ему понравилась миска гвоздей на завтрак.

"Лейтенант Даллас и детектив Пибоди, из центра, к лейтенанту Делонгу".

Эти жесткие глаза остановились на лице Евы. "Вы те, кто раскрыл это дело?"

Ему не нужно было уточнять, по какому делу - ни для Евы, ни для копов в пределах слышимости. "Это верно".

"Восемнадцатое отделение этажом выше. Лестница там, лифт там. У тебя есть на это что-нибудь интересное?"

"Мы только начали выжимать. Кто-нибудь навещал ее, кто-нибудь, с кем мы могли бы захотеть поговорить, за последние несколько дней?"

"Никто не приходит на ум. Если вам нужно посмотреть мой журнал, я прослежу, чтобы вы его получили. Остальная часть дежурной смены тоже."

"Ценю это, сержант".

"Я не знаю, каким копом она была, но она никогда не проходила мимо этого стола, не сказав "Доброе утро". Это что-то говорит о человеке, когда он находит минутку, чтобы пожелать доброго утра ".

"Да, я думаю, это так".

Они поднялись по открытой металлической лестнице, и Ева почувствовала, что взгляды полицейских следуют за ней на второй этаж. Комната для дежурных была меньше, чем ее КПЗ - и тише. В комнату втиснуто шесть столов, четыре из них заняты. Двое детективов работали по своим делам, двое других - по своим "связям". Помощник по общественным вопросам сидел за невысокой стойкой. Его глаза были красными, заметила Ева, его белая-белая кожа покрылась пятнами, как будто от недавнего приступа плача. Он выглядел, по ее мнению, очень молодым.

"Лейтенант Даллас и детектив Пибоди к лейтенанту Делонгу".

"Да, мы- он ожидает тебя".

Ева снова почувствовала на себе взгляд полицейского. На этот раз она перекинулась, встретила их, одно за другим, когда рутинная деятельность в дежурной части прекратилась. Она видела гнев, обиду, горе и измерение. Ты достаточно хорош, чтобы постоять за одного из наших?

И сквозь стеклянную стену она увидела, как мужчина, которого она приняла за Делонга, встал из-за стола и направился к выходу.

Он был немного ниже среднего роста, на вид лет сорока пяти, подтянутый, с сильными плечами. На нем был темно-серый костюм с белой рубашкой и серым галстуком. Копна волнистых черных волос, зачесанных назад с худого лица, на котором было видно напряжение вокруг глаз и рта.

"Лейтенант, детектив". Он предложил рукопожатие обоим. "Пожалуйста, вернись".

Тишина последовала за ними в комнату со стеклянными стенами. Делонг закрыл дверь. "Во-первых, позвольте мне сказать, что вы будете полностью сотрудничать со мной и командой. Все, что тебе нужно, в любое время, когда тебе это нужно ".

"Спасибо тебе".

"Я уже скопировал все материалы дела детектива Колтрейн и разрешил ЭДД забрать ее электронику. У меня также есть копии ее личного дела и моих оценок." Он поднял мешочек. Пибоди взяла это, сунула в свою папку. "Вы можете воспользоваться моим кабинетом, чтобы поговорить с командой, или одной из наших лож. Наверху есть небольшой конференц-зал, если так будет лучше."

"Я не хочу выгонять вас из вашего кабинета, лейтенант, или заставлять ваших людей чувствовать, что их допрашивает другой полицейский. Конференц-зал был бы прекрасен. Я сожалею о вашей потере, лейтенант. Я знаю, как тяжело потерять полицейского под твоим командованием ".

"Достаточно тяжело, если бы она опустилась в очереди. По крайней мере, тогда ты знаешь. Но это ... Есть ли что-нибудь, что ты можешь мне сказать?"

"Мы считаем, что на нее напали из засады на лестничной клетке ее дома, отвели в подвал. Мы не нашли ее оружие. Возможно, это было использовано, чтобы убить ее. Над чем она работала?"

"Ограбление в Чайнатауне, взлом в магазине электроники - была похищена пара ящиков карманных линков и ПК, вооруженный угонщик. Все это есть в файлах ".

"Сообщала ли она о каких-либо угрозах в ее адрес?"

"Нет. Нет, она этого не сделала. У меня политика открытых дверей. Мы маленькая команда. Если что-то происходит, я обычно слышу об этом ".

"С кем она была партнером?"

"Мы работаем как команда. Когда-то она работала бы со всеми. Обычно я ставил ее в пару с Клео. Детектив Грейди. У них был хороший ритм. Но она была со взломом вместе с О'Брайаном ".

"Как она ладила с остальной частью команды?"

"Она скользнула прямо внутрь. У нас продолжались некоторые подколки. Пересадка с Юга и ее внешность. Но она выстояла и заслужила уважение. Я собираюсь сказать, что моя команда работает чертовски гладко. Амми подходит под это".

"Каким копом она была?"

Он слегка вздохнул. "Она была твердой. Полицейский из отдела охраны. Организованный, наметанный глаз. Она доводила дело до конца, не ныла по поводу ОТ, не придиралась к бумажной работе. Она была ценным приобретением. Она очистила свою долю дел. Она не была броской, ей не нужен был большой ошейник. Она была непоколебима. Выполнила свою работу ".

"А ее личная жизнь?"

"Там она тоже не была броской. Все знали, что она была связана с Моррисом. У нас здесь команда из четырех человек. Трудно хранить секреты. Она была счастлива. Если у нее и были проблемы, она не делилась ими, она не показывала этого ".

"Почему она перевелась из Атланты?"

"Я спросил ее, как ты бы сделал. Она сказала мне, что начала чувствовать, будто вошла в колею, что ей нужна смена обстановки, рутины. Я хотел бы, чтобы у меня были ответы. Я хотел бы, чтобы у меня было что-то четкое, чтобы дать тебе. Я знаю вашу репутацию, лейтенант. Детектив, - добавил он, кивнув Пибоди. "Хотя часть меня хочет, чтобы этим делом занималась моя команда, я знаю, что Эмми в хороших руках".

"Спасибо тебе. Если вы проводите нас в конференц-зал, мы подготовимся. Если ее самый обычный напарник, детектив Грейди, свободен, мы можем сначала поговорить с ней."

"Я заберу тебя наверх".

В комнате был один длинный стол, множество скрипучих стульев, два настенных экрана, широкая белая доска и старая кофеварка.

Пибоди попробовала кофе, бланшированный. "Это хуже, чем у нас. Я не думал, что это возможно. Я собираюсь купить безалкогольный напиток в магазине. Ты хочешь одно?"

"Да, спасибо".

Пока она ждала, Ева думала о Делонге. Она поняла. Если бы Колтрейн погибла в строю, под его командованием, было бы чувство вины, горя и гнева. Но он бы знал почему. В тот день плохой парень получил преимущество. Он бы знал, кто, и даже если бы этого плохого парня нужно было поймать, он бы знал.

Она положила свой диктофон и блокнот на стол. Достала свой ПК, чтобы освежить информацию о детективе Клео Грейди.

Тридцать два, размышляла Ева. Детектив третьего класса с восьмилетним стажем. Пересадка в Нью-Йорке из Джерси. Никаких браков, никаких сожительств, никаких детей. Несколько благодарностей и пригоршня дисциплинарных пощечин. Входила в состав команды Делонга в течение трех лет, переведена по собственной просьбе из спецслужб. Родители уехали во Флориду. Никаких братьев и сестер.

Она подняла взгляд, когда Клео постучала в дверной косяк. "Детектив Грейди, лейтенант".

"Присаживайтесь".

Это было видно по глазам, подумала Ева. Гнев и обида. И в сжатой линии рта. Клео носила свои светлые волосы с прожилками короткими, прямыми, гладкими и демонстрировала пару мерцающих голубых гвоздиков в мочках ушей. Глаза, глубокие, почти темно-синие, оставались на одном уровне с Евой, когда она пересекала комнату.

Она достигла пяти футов пяти дюймов, с телом одновременно твердым и соблазнительным. На ней были простые коричневые брюки, белая рубашка и тонкий бежевый жакет поверх них. Как и Ева, она предпочитала плечевые ремни.

"Босс хочет, чтобы мы сотрудничали, поэтому мы будем". У нее был быстрый, отрывистый голос, немного грубоватый на грани. "Но это должно быть нашим делом".

"Если бы это был мой партнер или член моей команды, я бы, вероятно, чувствовал то же самое. Но это не твой случай. Мы ведем запись, детектив." Она замолчала, когда вошла Пибоди и закрыла дверь.

"Я взяла немного воды и пепси", - сказала Пибоди и поставила бутылки на стол.

Клео покачала головой. "Меньшее, что ты можешь сделать, это рассказать мне, что у тебя есть".

"Вы можете поговорить об этом со своим лейтенантом. Мы ввели его в курс дела. Вы можете изображать из себя крутого парня с нами, но это не поможет детективу Колтрейн ".

"Если ты хочешь накопать на нее компромат -"

"Зачем нам быть? Мы не IAB. Мы из отдела по расследованию убийств. Ваш напарник был убит, детектив. Так что хватит нести чушь. Вы с Колтрейн часто были партнерами."

"Да, босс думал, что мы дополняем друг друга".

"Вы также взаимодействовали на личном уровне? В социальном плане?"

"Конечно, мы сделали. Почему бы и нет... " Она снова покачала головой, подняла руку. Она взяла бутылку воды, от которой поначалу отказалась, откупорила ее, выпила. "Послушай, может быть, я сожалею о таком отношении, но это тяжело. Она была частью моей команды, и мы стали друзьями. Мы чертовски хорошо сработались вместе, вы можете взглянуть на наши материалы по делу и убедиться в этом. И у нас получилось так, что мы иногда тусовались. Выпейте после смены или еды. Может быть, только мы вдвоем, или, может быть, с кем-то из других парней. Это тоже не всегда было связано с работой. Мы бы поговорили о обычных вещах. Волосы, вес и мужчины".

"Ты был близок", - прокомментировала Пибоди.

"Да. У каждого из нас была своя жизнь, но мы поладили. Вы должны знать, как это бывает. Когда ты работаешь с другой женщиной, есть вещи, в которые ты можешь вникнуть, которые ты можешь сказать, чего не сделал бы с мужчиной ".

"Она рассказывала тебе о каких-нибудь старых любовниках, парнях, парнях, которые хотели быть с ней?"

"Она случайно встречалась с парой парней в Атланте, прежде чем ее перевели. Один был другим полицейским, и это был, по сути, приятель по сексу, с которым она была близка некоторое время назад. Другой был адвокатом. Она сказала, что это просто не подходило, и они оба просто плыли по течению в отношениях. Одна из причин, по которой она перешла, заключалась в том, что она чувствовала, что ее личная жизнь заглохла, и она чувствовала, что теряет преимущество в профессиональном плане. Она хотела чего-то нового ".

"Никто серьезно?" Ева настаивала, думая о том, что сказал ей Моррис. И увидел, что Клео колеблется.

"Она упомянула, что там был кто-то, довольно интенсивный некоторое время. Но из этого ничего не вышло ".

"Имя?"

"Нет. Но это немного ранило ее - эмоционально. Она сказала, что они разорвали отношения, и она пару месяцев вела себя как ни в чем не бывало с адвокатом. Но она хотела перемен - нового места, новых лиц. Вот так."

"И как только она перешла - на этот личный уровень".

"История со МНОЙ началась довольно быстро. Она пробыла здесь недолго, когда они встретились. Эмми сказала, что была эта мгновенная искра. Они не торопились. Я имею в виду, они не сразу прыгнули в постель. Когда они это сделали . . . Как я уже сказал, ты рассказываешь женщине-партнеру разные вещи. Она была без ума от него, и это было взаимно. Я ходил с ними на свидания - как на двойное свидание - несколько раз. Они дали это - ту искру. Она ни с кем другим не встречалась ".

"Она никогда не упоминала, что кто-то давил на нее на этом личном фронте".

"Нет".

"Она участвовала в соревнованиях самостоятельно? С хорьками, другими информаторами или договориться о том, чтобы иметь дело с подозреваемыми в одиночку?"

"Как правило, нет. Я имею в виду, она могла бы подцепить одну из своих ласк соло. Но она работала в этой области меньше года. У нее было не так уж много."

"Имена?"

Спина Клео поднялась, Ева могла это видеть. Ни один коп не любил делиться ласками. "В основном она использовала этого парня, который держит ломбард на Спринг. Стью Боллимер. Он родом из Джорджии, так что она сыграла на связи ".

"Вы использовали его для чего-нибудь в настоящее время?"

"Я знаю, что она навела его на мысль об ограблении в Чайнатауне, над которым мы работаем, и он сказал, что будет держать ухо востро".

"Что-нибудь, над чем ты работал, создало проблемы, кто-то, кто хотел бы причинить ей боль?"

"Ты приводишь плохих парней, они не будут счастливы с тобой. Ничто не выделяется. Я прокручивал это снова и снова с тех пор, как услышал. Мы маленькая команда, и большая часть того, с чем мы справляемся, просто не настолько пикантна. Ей нравилось выполнять мелкую работу. Мама с папой, чей рынок ограбили, ребенок, которого сбросили с самолета, чтобы какой-то мудак мог его украсть. Правда в том, что она думала, может быть, в будущем, о браке и создании семьи, о том, чтобы стать профессиональной матерью. Ей нравилась ее работа, и она была хороша в этом - не поймите меня неправильно. Но она думала, особенно после Морриса, что в будущем ... "

"Хорошо, детектив. Если бы вы прислали детектива О'Брайана, я был бы признателен. Если он недоступен, ваш лейтенант может прислать любого, кого сможет выделить."

"О'Брайан работает за своим столом. Я пошлю его." Клео поднялась на ноги. "Я не думаю, что это слишком большая просьба, чтобы вы пришли к нам, если вам нужно больше людей для этого. Не каждый коп работает вне централа."

"Я буду иметь это в виду. Спасибо вам, детектив." После того, как Клео ушла, Ева откинулась на спинку стула. "Неужели она просто не понимает этого? Это просто слепое пятно?"

"Что каждый полицейский в этом отделении в настоящее время является подозреваемым?" Пибоди покачала головой. "Я думаю, ты не смотришь в первую очередь на свою семью".

"Гражданские этого не делают. Копы делают - или должны." Ева сделала пару заметок, затем просмотрела свои данные об О'Брайане.

"Следующая запись через двадцать три года. Он пошел в первый класс пять лет назад. Он был в этой команде дюжину лет. Второй брак, спустя пятнадцать лет. Нет детей от первого брака, двое от второго брака. Благодарности и две похвалы за доблестное поведение. Работал над важным делом, пока не перевелся сюда. Это большой сдвиг ".

Ева, наконец, открыла свой тюбик Пепси, сделала глоток. "Он пробыл здесь дольше всех, дольше, чем его нынешний лейтенант".

"Такие парни, как этот, могут стать пробным камнем команды. Тот, к кому обращаются другие, когда не хотят идти к начальству ".

"Мы собираемся пробыть здесь еще некоторое время. Зарегистрируйся, ладно? Посмотрим, есть ли что-нибудь новое, что мы могли бы здесь использовать ".

О'Брайан, мускулистый, с длинной челюстью и острыми глазами, вмешался, когда Пибоди отошла к дальнему концу стола. "Лейтенант. Детектив."

"Детектив О'Брайан. Мы разделяем обязанности здесь, чтобы попытаться идти на опережение. Мы можем поговорить, пока мой партнер устанавливает некоторые контакты ".

"Прекрасно". Он сел. "Позволь мне сэкономить тебе немного времени. Детектив Колтрейн был хорошим, уравновешенным копом. Надежный. Ей нравилось копаться в кусочках в поисках мелких деталей. Когда она впервые присоединилась к команде, у меня были сомнения, что она пройдет отбор. Это было мое собственное предубеждение, потому что она выглядела как человек, который должен снимать красивое видео. После пары смен я увидел, что было под ней. Она знала, как быть частью команды, как вести себя на поле и с остальными членами команды.

"Если ее сбили с ног на лестничной клетке ее собственного дома, это был не незнакомец".

"Откуда ты знаешь, как ее уничтожили?"

Его глаза не отрывались от Евы. "У меня есть связи. Я использовал их. Я не поделился тем, что раскопал, с остальной частью команды. То, чем там делятся, зависит от босса. Но я говорю вам здесь, если она ушла из своего дома прошлой ночью, захватив оба своих оружия, она была на работе. Она опустилась в очереди. И я собираюсь настаивать на том, чтобы она удостоилась этой чести ".

"Кто мог проникнуть в ее здание?"

"Черт возьми, если я знаю. Мы здесь не работаем с таким жаром. У нее не было ничего такого, чтобы кто-то развернулся и убил полицейского. У нас взлом электроники. Внутренняя работа, без вопросов. Мы бы зашили парня сегодня до полудня. Я все равно пришью его до конца смены. Он идиот, облажавшийся. Он не убийца копов. Я знаю, что Делонг передал тебе материалы дела. Ты увидишь сам".

"Могла ли она, разбирая по кусочкам мелкие детали, на этом, на чем-то другом, наскрести что-то горячее? Что-то, что вернулось к ней?"

"Если и так, она мне не сказала. У нас были - я думаю, я хочу сказать, что-то вроде отношений, когда она обсуждала со мной дело ". Горе проявилось сейчас. Он уставился на стол, но Ева видела, как это отразилось на его лице. "Она несколько раз ужинала у меня дома. Она нравилась моей жене, очень. Мы все это сделали. Может быть, это был Моррис ".

"Прошу прощения?"

"Что-то, над чем он работал или что у него было. Кто-то, кто хотел отплатить ему тем же. Куда ты попадаешь? Она была влюблена в парня. Это проявилось. Те несколько раз, когда он приходил, чтобы переспать с ней в конце смены? Это было повсюду с ними обоими. Я не знаю. Я достигаю. Я не вижу ничего, на чем она была, с чем она была связана, за что она бы умерла ".

"Не могли бы вы сказать мне, почему вас перевели из отдела по особо важным делам?"

Он пожал плечами. "Работа - одна из причин, по которой мой первый брак распался. У меня есть еще один шанс. Вышла замуж и родила этого ребенка. Маленькая девочка. Я решил, что не собираюсь рисковать этим снова, поэтому я перевелся. Это хорошая команда. Мы делаем здесь хорошую работу, и в большом количестве. Но мне не часто звонят посреди ночи, и в большинстве случаев я ужинаю дома со своей семьей. Так что тебе не нужно спрашивать, вот где я был прошлой ночью. Моей дочери - самой старшей - сейчас четырнадцать. Она пригласила подругу на учебное свидание. В основном, чушь собачья", - сказал он с намеком на улыбку. "Около полуночи я доставлял им обоим массу огорчений за то, что они хихикали, как пара психически больных, когда им следовало бы спать".

"Детектив Грейди упоминал проныру, Стью Боллимера".

"Да, Эмми воспитывала его. Он из Мэйкона, поэтому она воспользовалась старым домашним подключением. Парень родился пронырой. Я не могу представить, чтобы он подставлял ее, не для этого. Он - мелочь ".

"Хорошо. Я ценю это, детектив."

"Ты собираешься держать босса в курсе?"

"Это мое намерение".

"Он хороший босс". Он оттолкнулся от стола. "Если бы она чувствовала, что что-то приближается, о чем-то беспокоилась, она бы пошла к нему или ко мне".

"Каковы были ее инстинкты?"

Впервые он заколебался. "Возможно, они не так настроены, как могли бы быть. Она все еще чувствовала свой путь сюда, немного. Как я уже сказал, она была чертовски внимательна к деталям, и она была хороша с людьми. Успокоите разум и жертв. Но, думаю, я бы не сказал, что у нее хватило смелости. Голова, да, но, возможно, не кишки. Это не делает ее меньшим копом ".

"Нет, это не так. Она получит все, что в наших силах, детектив О'Брайан ".

"Не могу просить большего".

"С кем нам следует поговорить следующим?"

"Возможно, Ньюман. В любом случае, он не собирается делать член сегодня ".

"Не могли бы вы отправить его наверх?"

Пибоди подождала, пока закроется дверь. "Пробный камень", - снова сказала она. "Он воспримет это тяжелее всего. Босс есть босс, но он лидер команды ".

"У нее не было кишки копа. Он не хотел этого говорить, потому что это кажется неуважительным. Но он знал, что это может помочь расследованию. У нее не хватило мужества. Получил звонок, вышел. Вероятно, никогда не испытывал никаких угрызений совести. Ее подставили - и это не похоже на порыв, но что-то спланированное. Но она этого не почувствовала. Приятно это знать".

Она просмотрела свои данные о детективе Джоше Ньюмане.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ЕВА НАШЛА ДЖОША НЬЮМАНА ГРУСТНЫМ, УРАВНОВЕШЕННЫМ И разговорчивым. Покладистый тип, решила она. Такой, который делал свою работу, делал ее компетентно, затем уходил домой после смены и оставлял работу без присмотра.

Средний, вот как она думала о нем. Семейный человек, который просто оказался полицейским, который вряд ли дослужился бы до детектива второго класса. И который не дал ей никаких новых сведений о Колтрейн.

Она пошла дальше и взяла Дэка Клифтона. Хотя в свои двадцать девять лет он был самым молодым членом отделения, он проработал в полиции восемь лет и почти четыре из них носил звание детектива. Она думала о нем, в течение нескольких минут, как о крутом кадре.

Его сильная, приятная внешность - теплая золотистая кожа, стальные голубые глаза и вьющиеся каштановые волосы с выгоревшими на солнце кончиками - вероятно, сослужила ему хорошую службу в плане женского ума. Точно так же, как его агрессивный, надирающий вам задницу стиль интервью, возможно, заставил некоторых подозреваемых содрогнуться.

Еве было все равно, что это было направлено на нее.

Он наклонился, вторгаясь в ее пространство, его глаза были горячими и яркими. "Нам не нужны сторонние авторитеты для этого. Этим расследованием нужно заниматься в этом доме, в этом отделе. Здесь мы заботимся о своих ".

"Не тебе решать, кто ведет это расследование. Это сделано. Если вы собираетесь позаботиться о себе, детектив, вы можете начать с того, что отступите. "

"Мы работали с ней. Ты этого не сделал. Для тебя она просто еще один случай ".

Поскольку его слова перекликались со словами Клео Грейди, Ева ответила ему тем же. "Ты не знаешь, кто она для меня. Ты хочешь жаловаться, жалуйся кому-нибудь другому. Теперь ты ответишь на мои вопросы ".

"Или что? Ты отвезешь меня в Центральный? Большое, блядь, дело. Ты здесь издеваешься над нами, когда должен быть там, выслеживая того, кто ее убил ".

"Я скажу тебе, в чем, блядь, дело, Клифтон. Детектив Колтрейн мертва. Ты здесь тратишь мое время и выводишь меня из себя, когда ты должен делать все возможное, чтобы помочь расследованию в отношении коллеги-офицера ".

Теперь Ева вторглась в его пространство. "И это заставляет меня задуматься. Ты просто мудак? Или есть какая-то причина, по которой ты не хочешь отвечать на мои вопросы? Давай предположим, что ты просто мудак, и начнем с твоего вчерашнего местонахождения с двух тысяч двухсот до двух тысяч четырехсот часов."

Золотистая кожа стала горячей, когда он показал зубы. "Вы ничем не лучше крыс ОВР".

"Считай меня хуже. Местонахождение, детектив, или да, мы продолжим это в Центральном офисе, в ложе. "

"Я был дома, с женщиной, с которой встречаюсь". Усмехнувшись, он откинулся назад, намеренно потирая промежность. "Хотите знать, что мы делали, и сколько раз мы это делали?"

"Пибоди?" - спросила она, не сводя глаз с Клифтона. "Кого-нибудь из нас интересует, что этот мудак делал или не делал со своим членом между двадцатью двумя и двадцатью четырьмя сотнями прошлой ночью?"

"Мы не могли быть меньше".

"Назови женщину, Клифтон, и считай, что тебе повезло, что у меня сейчас есть более важные дела, чем писать о тебе".

"Поцелуй меня в задницу".

"Твоя задница интересует меня не больше, чем твой член. Назови, Клифтон, или я найду время написать тебе, и ты получишь за это тридцатидневную отсрочку. Ты начнешь потеть в коробке в моем доме, если не прекратишь издеваться надо мной. Назови."

"Шерри Лопер. Она наверху, в отделе связи ".

"Расскажите мне о ваших отношениях с детективом Колтрейн".

"Мы работали вместе".

"Я осознаю это. Были ли вы дружелюбны, недружелюбны?"

"Мы прекрасно ладили".

"И иногда работали над делами вместе?"

Он пожал плечами, уставился в потолок. "Некоторые из нас действительно выполняют эту работу".

Ева откинулась назад. "Если ты продолжишь пытаться надрать мне яйца здесь, Клифтон, я собираюсь надрать твои. Поверь мне, у меня это получается лучше. Я высокого ранга, и не забывай об этом. Теперь прояви немного уважения к званию и к своему мертвому товарищу по команде ".

"Я сказал, что мы прекрасно поладили, и мы поладили. Черт возьми, Эмми прекрасно ладила со всеми. У нее был такой путь. Она хорошо ладила с людьми. Ты думаешь, я не хочу знать, кто ее прикончил? Мы все хотим знать. Это не имеет никакого смысла ". Часть бравады дала трещину, когда он запустил пальцы в волосы. "Какого черта ты не набрасываешься на людей в ее здании? Это должен был быть кто-то там, внутри. Она жила в охраняемом здании, и она была осторожна ".

"Вы были в ее доме, в ее квартире?"

Он снова замкнулся. "Конечно, пару раз. Подобрал ее, высадил, когда мы вместе работали над делом. Меня подвезут, ее - нет. Ну и что?"

"Были ли у вас с детективом Колтрейн личные отношения?"

"Ты имеешь в виду, трахнул ли я ее. Смотри, сука-"

Ева снова наклонилась. "Я высокопоставленный офицер. Если ты называешь меня сукой, тебе лучше, черт возьми, поставить перед этим лейтенанта. Ответь на вопрос".

"Нет. Не то, что ты имеешь в виду. Мы время от времени выпивали, как и все остальные в команде. Может быть, мы захватили еду. Она была связана с доктором смерти. Тебе следовало бы поговорить с ним. У него был доступ в ее дом, в ее квартиру, он бы знал, как быстро убрать ее, оставить место преступления незапятнанным ".

"Есть ли у вас какие-либо сведения о том, что между ней и доктором Моррисом были какие-либо трения?"

Он пожал плечами, хмуро отвернулся к окну. "Люди занимаются сексом, у них возникают трения. Первый, с кем вы сталкиваетесь при убийстве, - это супруг или любовник. Но ты здесь, заставляешь нас проходить через это ".

"Так отмечено. С вами покончено, детектив."

Ева сидела и смотрела, как он вышел, хлопнув дверью за собой. "Он заигрывал с ней, это мое мнение. Там слишком много жара. Он начал игру, и она отмахнулась от него, а затем набросилась на Морриса. Он из тех, кто привык, чтобы женщины западали на него, а не на кого-то другого ".

"Было бы глупо с его стороны давать нам алиби, которое мы можем разрушить", - сказала Пибоди.

"Да, но мы все равно это проверим. На самом деле, вы делаете это сейчас. Я пойду поблагодарить Делонга".

"Если бы между ним и Колтрейн что-то было - или между ними была напряженность, потому что она не позволила этому случиться - разве остальная часть команды не знала бы?"

"Копы хороши в хранении секретов".

Они встретились на улице, где, по настоянию Пибоди, быстро перекусили в гастрономе. Ева не была уверена, что было внутри булочки, которую она ела, пока они прислонялись к ее машине, но это было чертовски вкусно.

"Итак, алиби Клифтона подтверждается". Пибоди с явным удовольствием вгрызлась в свой сэндвич. "Но она была довольно недовольна этим. "Да, мы провели ночь вместе, ну и что". Огрызающийся, защищающийся. Она и Клифтон заслуживают друг друга ".

Ева ела, смотрела, как копы приходят и уходят. Оживленный маленький дом, подумала она. И немного означало больше взаимодействия, больше внутренних отношений. Копы, как правило, стояли друг за друга, это было частью кодекса. Она и раньше убирала не тех копов, и это был тяжелый и уродливый процесс.

Она надеялась, что ей не придется убивать одного из них за этого.

"У Клифтона было много дисциплинарных пощечин и несколько отметок за применение чрезмерной силы. У него вспыльчивый характер. Это убийство не похоже на разгар. Но нам нужно покопаться в нем и его алиби немного глубже ".

"Я ненавижу это. Я ненавижу смотреть на нас из-за этого ".

"Тогда мы надеемся, что это обычный плохой парень, без значка. Но мы смотрим. Следующим мы возьмем "ласку ", затем я хочу вернуться к сцене, пройти через это снова ". Она обошла машину, чтобы сесть в нее, не оставив Пибоди другого выбора, кроме как запрыгнуть внутрь.

Они довольно легко нашли ломбард и его владельца. Парень был немного похож на хорька, подумала Ева - или на то, на что, по ее мнению, был похож хорек. Он сидел за своим защитным стеклом, заключая сделку с парнем, который потел в ожидании следующей дозы.

Длинный, острый нос Боллимера дернулся в центре его длинного, худого лица. Почуяв копа, решила Ева, когда яркие черные глаза мужчины метнулись к ней и Пибоди.

"У тебя есть пятьдесят".

"Давай, чувак". Тело наркомана дернулось, в его голосе прозвучало отчаяние. "Мне нужна сотня. Это стоит большего. Стоит двести пятьдесят легко. Имей сердце, чувак. Мне нужен тот единственный".

Боллимер шмыгнул носом, притворившись, что более тщательно изучает наручный блок. "Семьдесятпять. Это лучшее, что я могу сделать ".

"Как насчет девяноста, может быть? Как насчет девяноста? Это хорошая вещь ".

"Семьдесят пять - это предел".

"Хорошо, хорошо. Я приму это".

Боллимер нажал несколько клавиш на своем миникомпьютере, и тот выдал форму. Он пропустил это через желоб. "Ты знаешь правила".

Наркоман нацарапал свое имя на обеих частях, оторвал язычок, другой конец вернул Боллимеру. После ввода другого кода Боллимер отправил семьдесят пять, звеня, в трубу. "У тебя есть тридцать дней, чтобы вернуть свои права", - сказал он и только покачал головой, когда мужчина выбежал из магазина.

"Он вернется, но не для того, чтобы требовать этого". Боллимер пометил наручное устройство, отложил его в сторону. Затем он провел рукой по почти зеркальному блеску своих зачесанных назад волос. "Что я могу сделать для вас, офицеры, сегодня?"

"Постоянный клиент?" Спросила Ева.

"Бинкс? Конечно. Это его собственность". Боллинджер постучал по наручному устройству. "Я видел, как он носил это раньше".

"Рано или поздно он получит Джонса, которому не на что будет опереться. Затем он собирается начать воровать, в конечном итоге ограбив кого-нибудь ".

Боллимер глубокомысленно кивнул. "Таков путь этого печального, очень печального мира. Я управляю честным местом. Лицензированный. Я каждый день проверяю список украденных товаров и сотрудничаю с властями. Если вы ищете что-нибудь горячее, возможно, еще не попавшее на простыни, вы можете осмотреться ".

"Мы из отдела по расследованию убийств". Ева достала свой значок, поднесла его к экрану безопасности. "Мы расследуем убийство детектива Колтрейн".

У него отвисла челюсть, в то время как его черные хитрые глаза широко распахнулись. "Что ты сказал? Амми? Ты говоришь мне, что Эмми убили?"

"СМИ сообщили об этом. Ее имя было обнародовано им пару часов назад. Ты что, не слушаешь экран, Стью?"

"Какого хрена я хочу слышать это дерьмо? Держись. Просто держись".

Он нажал кнопку, и экран на его входной двери опустился. Ева услышала, как щелкнул замок. Хотя его шок и страдание звучали правдиво, она положила руку на бедро ближе к оружию, когда он оттолкнулся от своего табурета на колесиках, встал и поспешил отпереть дверь своей клетки.

Когда он вышел, она увидела блеск слез в его глазах. "Что случилось? Что случилось с той девушкой?"

"Кто-то убил ее прошлой ночью. Ее тело было обнаружено в подвале ее жилого дома этим утром ". Это все, что было у СМИ.

"Это неправильно. Это просто неправильно ". Он на мгновение прижал пальцы к глазам. "Ты понял, что она использовала меня как конфиденциального информатора?"

"Да. Ты недавно кормил ее чем-нибудь, что могло кого-то разозлить настолько, чтобы она ушла?"

"Нет. Нет. Мелкое дерьмо, просто мелкое дерьмо. Раньше я был более высокого уровня. Попался. Отсидел срок. Ты тоже все это знаешь. С тех пор я, в основном, придерживаюсь этого. Мне не понравился the slam, и я не хочу возвращаться. Однажды пришла Эмми с блондином-копом. Они ищут драгоценности, украденные при ограблении. Оказывается, у меня была одна из частей - кольцо. Я совершил транзакцию примерно за час до этого. Сукин сын. Обычно у меня нюх на горячее".

Он постучал пальцем по краю своего похожего на лезвие клюва. "Блондинка, она жестко кончает - но дело в том, что это еще не было на горячей странице. Я что, говорю, гребаный телепат? Я отдаю им кольцо, билет, копию удостоверения личности. Полное сотрудничество. Что касается меня, то у меня закончились двести, которые я заплатил, но так оно и есть ".

"Они поймают парня?"

"Да. Эмми, на следующий день она возвращается одна, чтобы поблагодарить меня. Как насчет этого?" - добавил он с медленной, сочной улыбкой. "Она приходит поблагодарить меня и сказать, что парень, который раскрутил пару из-за драгоценностей и прочего дерьма, подарил кольцо своей девушке. И она тут же развернулась и приходит сюда, чтобы заполучить это. Итак, они заставили ее сдать бойфренда, восстановили все дерьмо. Вряд ли когда-либо случается таким образом. Мы разговорились, потому что мы оба из Джорджии. Я не был к югу от Джерси около двадцати лет, но все же. Она возвращалась сама, приносила мне кофе. Как на счет этого? И я вроде как решил передать ей информацию, если она у меня была. Она была милой. Чертова возлюбленная". Эти слезы заблестели снова. "Они причинили ей боль?"

"Не так много, как они могли бы иметь". Ева рискнула. "Они забрали ее часть. У тебя есть оружейный бизнес на стороне, Стью?"

"Я даже не возьму ножи, не говоря уже о парализаторах или бластерах. Но я знаю людей, которые знают людей, которые, возможно, делают. Я проверю все вокруг ". Он прочистил горло. "Будет ли для нее служение, что-нибудь подобное? Я бы хотел прийти. Я бы хотел выразить свое почтение. Она была душкой ".

"Я позабочусь, чтобы ты знал, когда у меня будут подробности этого". Она вытащила карточку, передала ее ему. "Если ты что-нибудь узнаешь, услышишь что-нибудь, подумаешь о чем-нибудь, свяжись со мной".

"Ты получишь это".

Ева начала уходить, повернулась. "Ты сказал, что она вернулась, одна. Она всегда приходила сюда или встречалась с тобой одна?"

"Почти всегда. Ты знаешь, каково это, когда ты ухаживаешь за хорьком. Это один на один ".

"Да. Да, это так. Спасибо ".

Пибоди шмыгнула носом, когда они вышли на улицу. "Боже, он чуть не заставил меня истекать кровью. Я думаю, он любил ее - искренне. Не то чтобы я хотела обваляться с тобой в шоколадном соусе, но как дочь или что-то в этомроде ".

"Похоже, что она оказывает такое влияние на людей. Может быть, она собиралась встретиться с другим пронырой. Тот, за кем она ухаживала ".

"Мне нравится это больше, чем думать, что кто-то из ее собственной команды убил ее".

"Должно быть что-то в ее записях или в ее сочинениях. Что-то, где-то, если она работала с другим информатором - или работала над его культивированием." Ева села в машину, посидела, подумала. "Она могла бы вмешаться во что-то большее, чем она думала. Или ухаживала за кем-то, кто некоторое время водил ее за нос. Она сказала не то, задала не тот вопрос. Хорек или кто-то выше по звену должен ее убрать ".

"Она участвовала во множестве ограблений. Кто бы это ни был, он проник в ее здание, ловко и безукоризненно. Итак, кто-то, кто увлекается чем-то большим, чем мелочными вещами ".

Все еще размышляя, Ева выехала, чтобы вернуться на место происшествия. "Мы поймаем Фини, никто не проводит поиск и пересечение быстрее. Ну, кроме, может быть, Рорка. Фини может проверить в отделе ограблений, убийств с целью ограбления, крупное дело. Что бы ни связывало. Сверьтесь с материалами ее дела. Может быть, что-нибудь всплывет ".

"Даже с Фини и Макнабом - и, возможно, с магией Рорка - на это уйдет много человеко-часов. Фини втянул бы в это Каллендара, если бы ты попросил. Она быстрая ".

Прежде чем она смогла ответить, Ева заметила китайский ресторан. Меньше чем в двух кварталах от квартиры Колтрейн, подумала она, останавливаясь. "Ты получил тот список ресторанов?"

"Да". Пибоди вытащила свой ПК. "Эта должна быть на ней, поскольку мы почти у нее дома. Китайский сад. Это самое близкое приближение с этого направления. Есть еще одно, с другой стороны ее здания, это немного ближе. Множество других в радиусе пяти кварталов ".

"Она поднялась по лестнице. Держу пари, она ходила на работу пешком, когда могла. Это близко к миле, но ей нужно было выучить улицы, и она воспользовалась лестницей. Она прошла бы прямо здесь. Даже если бы она поехала на метро, она вышла бы на квартал ниже и все равно прошла бы мимо здесь. Давайте проверим это ".

Узкая столовая сверкала красным и золотым. Несмотря на недавнее поглощение сэндвичей, Ева поняла, что обычный обеденный перерыв закончился, все еще слишком рано для ужина. Тем не менее, несколько столиков были заняты людьми, которые пили из маленьких чашек или откусывали от мини-яичных рулетов. Когда они вошли, женщина с короткой, торчащей короной волос выскользнула из угловой кабинки, чтобы подойти.

"Добрый день. Хотите столик?"

"Нет, спасибо". Ева взяла в ладонь свой значок, прижала его к боку.

"Ах". Женщина посмотрела вниз, затем снова вверх. Ее глаза, цвета морской волны на ее экзотическом лице, выражали одновременно понимание и печаль. "Вы здесь по поводу детектива Колтрейн. Пожалуйста, подойди и сядь. У тебя будет чай".

Она повернулась, негромко отдала приказ на музыкальном китайском и пошла обратно к кабинке. Молодая женщина, которая сидела с ней, быстро поднялась и поспешила в заднюю часть. "Я Мэри Хон". Она жестом пригласила Еву и Пибоди сесть. "Моя семья и я были очень огорчены, очень опечалены, услышав о том, что произошло".

"Вы знали детектива Колтрейн".

"Она была хорошей покупательницей, милой леди. Мы все молимся за ее безопасный переход и молимся, чтобы ее убийца предстал перед правосудием ".

"Она приходила вчера?"

"Я служил ей сам". Мэри кивнула, когда принесли свежий чайник с чаем и чашки. Она налила из приземистого белого кофейника. "Я вспомнил после того, как мы услышали, на случай, если это было важно. Было рано, около шести. Может быть, около шести. Она сказала мне, что по дороге домой осмотрела витрины магазинов и примерила туфли, которые не могла себе позволить. Мы немного пошутили насчет обуви. Она не знала, что хочет съесть, и попросила меня сделать ей сюрприз. Иногда она делала это. Я дала ей цыпленка му-шу - вчера вечером он был очень вкусным - и два спринг-ролла, потому что знала, что она их любит ".

"Она пришла одна?"

"Да. Она сказала, что хочет еду на вынос, так как будет есть дома, одна, и делать кое-какую работу. Было рано, как я уже сказал, и мы еще не были очень заняты. Итак, мы разговаривали, пока на кухне готовили ей еду. Я спросил, почему у нее не было свидания. Она сказала мне, что ей нужно работать, и ее парень тоже работал. Тратили дополнительное время, потому что скоро у них были долгие выходные вместе. Она казалась очень счастливой. Она приняла заказ и оплатила, даже не взглянув на то, что мы ей дали. Она сказала "До свидания", и она скоро увидит меня. Я думаю, она была здесь всего пятнадцать минут. Недолго. Не очень долго."

"Обычно она приходила одна?"

"Почти всегда". Мэри подняла свою чашку своими изящными руками. Она носила широкое золотое кольцо, а ее ногти были длинными, выкрашенными в глянцевый насыщенный красный цвет. "Раз или два она приходила с мужчиной, с которым встречалась. Она назвала его Ли. Их повсюду окружала любовь. Я надеюсь, ты не скажешь мне, что это он причинил ей боль."

"Нет, это не он причинил ей боль. Спасибо вам, миссис достопочтенная. Вы были очень полезны ".

"Я буду скучать по встрече с ней".

"Все печальнее и печальнее", - сказала Пибоди, когда они вернулись на тротуар. "Я думаю, ты не думаешь о том, со сколькими людьми ты сталкиваешься, или как они могут запомнить тебя. Парень в твоем гастрономе на углу или владелец твоего любимого заведения на вынос. Продавец, где ты обычно покупаешь одежду. Не хочу показаться слишком развязным, но это имеет значение. Все это имеет значение, что мы оставляем после себя с людьми, с которыми сталкиваемся ".

"Кто-то, с кем она столкнулась, хотел ее смерти. Давай уйдем отсюда. Следуйте по ее стопам".

Где-то около шести, по подсчетам Евы, Амариллис Колтрейн прошла этим путем, неся китайскую еду на вынос для одного. Хороший день, лучше, чем сегодня, когда небо не могло решить, хочет ли оно дождя или просто оставаться мрачным. Прогуливалась ли она, или подхватила нью-йоркский темп и ускорила шаг?

Прогулялся, решила Ева. К чему была спешка? Она не была особенно голодна, не ела около часа. Судя по всему, она планировала провести вечер дома, наверстывая упущенное по небольшой работе.

"Даже если бы она не торопилась, меньше пяти минут, чтобы пройти это". Ева вошла спереди, как сделала бы Колтрейн, используя своего хозяина, где Колтрейн использовала бы свою карточку-ключ. "Проверь ее тайную рассылку".

Пибоди использовала своего мастера на узком боксе, как и в то утро. И, как это было тем утром, коробка была пуста.

"Она поднималась по лестнице".

Они прошли мимо лифтов, свернули направо. Они прошли через пожарную дверь, и Ева остановилась, чтобы еще раз изучить планировку. Задняя дверь прямо напротив, лестница, ведущая вверх и вниз направо.

"В какую сторону она уходила, спереди или сзади? Ее никто не подвез, так кто-то за ней заехал, или она добиралась туда, куда, по ее мнению, направлялась, пешком, на метро, такси? Они не устраивали ей здесь засаду. Не имеет смысла, не если бы они были внутри, подводить ее так близко к пожарной двери в вестибюле. У кого-то больше шансов войти с этого уровня, чем с любого другого ".

"Может быть, она вышла через черный ход или начала выходить. Они подстерегали, бросили ее. Им не пришлось бы получать доступ таким образом. Она бы открыла дверь ".

"Возможно. Да, возможно. Но когда ты околачиваешься в задней части здания, ты разоблачен. Ты выглядишь подозрительно. И все же, если бы ты был достаточно быстр... возможно."

Они начали. "Лестница чистая. Никакого мусора, никаких граффити, никаких пятен от рук на перилах или стенах - все то, что можно получить при длительном регулярном использовании. Большинство людей, вероятно, пользуются лифтом." Ева остановилась на следующей площадке. "Вот куда я бы ее отвел. Держись за лестницей. Вы бы услышали, как она спускается, смогли бы оценить ее скорость. Она поворачивается здесь, чтобы перейти на следующий уровень, ты стоишь лицом к ней. Закрыть. Взрыв. Выполнено. Ты вытаскиваешь ее наверх, или ты и твой сообщник вытаскиваете ее наверх, несете ее вниз на два уровня. Маловероятно, что вы столкнетесь с кем-нибудь в это время ночью, но если вы это сделаете, вы вооружены. Ты просто забираешь и их тоже".

Ева сузила глаза, изучая Пибоди. "Ты весишь больше, чем она".

"Спасибо, что напомнил мне о восьми фунтах, которые я не могу сбросить со своей задницы".

"Она была больше моего веса", - продолжила Ева, игнорируя недовольство. "Короче, но мы взвесили почти то же самое. У тебя сильная спина. Отведи меня в подвал ".

"А?"

"Через плечо. Пожарный несет. Именно так он бы это и сделал. Оставь его руку с оружием свободной, если ему это нужно." Ева прижалась спиной к стене, представляя, как ударяется об нее от сильного оглушения. И позволила себе соскользнуть на пол. "Поднимите меня, повозите меня вниз".

"Чувак". Пибоди передернула плечами. Она присела на корточки, крякнула. Ей потребовалось две попытки, чтобы взвалить мертвый груз Евы на свои плечи. И еще один долгий стон, чтобы выпрямиться.

"Я чувствую себя глупо", - пробормотала она, потащившись к лестнице. "К тому же ты тяжелее, чем кажешься".

"Она не была бы пушинкой". Ева безвольно лежала на плече Пибоди. "Без сознания, с двумя видами оружия, ее "линком", ее коммуникатором, наручниками. Что бы еще она ни взяла с собой. Ты хорошо проводишь время", - добавила она, когда Пибоди повернулась на последней лестничной площадке. "Даже ныть по этому поводу. Если убийца был мужчиной, у него, вероятно, было больше мускулов, больше роста, чем у вас. Плюс у него есть цель. Отведи ее вниз, быстро в дверь. Он хочет, чтобы это было сделано ".

"Хорошо". Слегка отдуваясь, Пибоди остановилась у двери в подвал. "Что теперь? Дверь запечатана".

"Сломай печать, используй своего мастера. Он бы использовал свой или ее ключ-карту, чтобы открыть дверь." Ева нахмурилась, когда Пибоди толкнула ее, перенося вес, чтобы достать то, что ей было нужно. Когда они вошли, она закрыла дверь своим оклеветанным задом.

"Хорошо, ты скоро убьешь меня. Что ты делаешь в первую очередь?"

"Я бросаю тебя на пол".

"Но он этого не сделал. У нее было бы больше шишек и синяков, если бы он просто бросил ее. Он уложил ее. Уложи меня".

"Боже".

Она справилась с этим, затем просто присела, наклонившись вперед и уперев локти в бедра.

"Тебе нужно больше времени проводить в спортзале, приятель". Ева лежала там, где была. "Он обезоруживает ее. Я сломаю тебе пальцы, если ты попытаешься это сделать", - предупредила она Пибоди. "Забирает ее значок, ее "ссылку". Забирает все. Приводит ее в чувство с помощью стимулятора ". Снова нахмурившись, Ева проверила время. "Она покинула квартиру - мы должны оценить примерно двадцать три двадцать два. Возможно, она дурачилась после того, как выключила дроида, но мы должны оценить это. Не более минуты или двух, чтобы спуститься по лестнице. Устроить засаду, схватить ее. Меньше трех минут, пока ты тащишь меня. Сделай так, чтобы прошло двадцать три-двадцать пять, чтобы добраться до этого момента. Даже добавляя время на то, чтобы забрать оружие, значок, украшения, добавляя еще на стимулятор - который бы тут же подскочил к ней - остается минут десять или около того до СМЕРТИ. Это долгий срок".

"Ему было что сказать".

"Да, или то, что он хотел, чтобы она сказала. Разговор? Эмоциональная пытка? Он выполняет ее, но не торопит уход. Он не отключал камеры еще десять минут ".

"Может быть, он не брал ее оружие и остальное до тех пор, пока не убил ее?"

"Сначала разоружись. СОП. Было бы глупо оставлять при ней оружие - на всякий случай. Он проверял свои следы после того, как прикончил ее. Я бы сказал, чтобы убедиться. Убедившись, что он не оставил никаких следов, не допустил никаких ошибок ". Ева села, изучая комнату со своей выгодной точки. "Насколько мы можем судить, он этого не сделал. Если только он не настолько идиот, чтобы попытаться присвоить ее кольцо, ее оружие, он ничего не оставил после себя."

Она поднялась на ноги. "Давайте еще раз пройдемся по ее заведению, затем вернемся в Центральный, подключим к нему Фини и соберем воедино то, что у нас есть".

Она хотела бы, чтобы это было нечто большее, подумала Ева, снова садясь за свой стол в central. Целый день работы, и большая часть того, что у нее было, это впечатления - как люди видели жертву, что чувствовали по отношению к ней. У нее был свой собственный образ Колтрейн, чтобы добавить к этому. Она могла ходить по своим следам, создавать то, что, по ее мнению, было довольно точной временной линией событий. Но она не могла знать, кто или что выманило мертвого полицейского из ее квартиры.

Час, который они с Пибоди потратили на поиски, надеясь найти ответ или тайник, где Колтрейн спрятала какой-то секрет, не дал ей ничего больше.

Она привлекла Фини и нескольких его лучших электронных фанатов к исследованиям и перекрестной проверке. У нее было несколько своих людей, которые занимались делами Колтрейн, прошлыми и настоящими. У нее была резервная записная книжка Колтрейн, в которой не было записи в ночь ее смерти.

Этого просто было недостаточно.

Она скопировала все данные доктору Мире, ведущему профайлеру департамента, и попросила о встрече при первой возможности. Она скопировала все данные своему командиру, затем в свое родное подразделение.

Она начала подниматься. Еще одна чашка кофе, еще один заход, прежде чем она заберет все это домой и попробует новый подход к этому там.

Вошел Бакстер, неся запечатанную коробку. "Это пришло для тебя, специальный посланник. Они просмотрели это внизу. Внутри есть оружие. Проблема полиции ".

"Где посланник?"

"В ожидании. Это было отсканировано на предмет отпечатков. На нем находятся посыльные и еще два комплекта - оба сотрудника почтового отделения бросили там, где они были оставлены. Взрывчатка не проверена ".

Пибоди столпилась позади Бакстера. "Они должны принадлежать ей. Чем еще они могут быть?"

"Давайте выясним. Запись продолжается. Посылка, адресованная лейтенанту Еве Даллас, отдел убийств, Центральное полицейское управление, доставлена специальным курьером. Отсканировано и очищено". Она достала нож, разрезала печать.

Внутри были два полицейских удостоверения, значок Колтрейн и ее удостоверение личности. Единственный диск, помещенный в защитный футляр. Ева подавила нетерпение. "Давайте проверим содержимое на наличие отпечатков, и очистим этот диск".

"У меня в столе есть мини-набор". Пибоди выбежала.

"Это пощечина", - сказал Бакстер, его ярость едва скрывалась. "Мы уже знаем это. Вот, я снял это с копа, убил ее. Посмотри, что ты можешь с этим сделать ".

"Да. Но если ты достаточно самоуверен, чтобы принять пощечину, ты достаточно самоуверен, чтобы начать совершать ошибки ". Она взяла набор для распечатки, который принесла Пибоди, и использовала его сама. "Стерты с лица земли. Содержимое, внутренняя часть коробки, все чисто. Ни волоска, ни волокна, ничего".

Она пропустила диск через ручной анализатор. "Текстовый диск. Ни видео, ни аудио. Вирусы не обнаружены. Давайте посмотрим, что скажет этот ублюдок ".

Она подключила его к своей машине, приказала отобразить.

Текст был набран жирным шрифтом, все заглавными буквами.

Я СНЯЛ ЭТО С ПИЗДАТОГО КОПА И УБИЛ ЕЕ ИЗ ЕЕ ЖЕ СОБСТВЕННОГО ОРУЖИЯ. С НЕЙ БЫЛО ЛЕГКО. ТЫ МОЖЕШЬ ПОЛУЧИТЬ ИХ ОБРАТНО. МОЖЕТ БЫТЬ, КОГДА-НИБУДЬ СКОРО я ОТПРАВЛЮ ТВОИ КОМУ-НИБУДЬ ДРУГОМУ.

"Давайте зарегистрируем их", - холодно сказала Ева. "И немного поболтай с посланником. Бакстер, вы с Трухартом отправляете почту."

"Я возьму мальчика и уйду".

"Пибоди, со мной".

ГЛАВА ПЯТАЯ

КОГДА ЕВА ЕХАЛА ДОМОЙ, ОНА задавалась ВОПРОСОМ, понимал ли убийца Колтрейн всю важность возвращения оружия и значка в официальные руки. Несмотря на оскорбительность послания и его скрытую угрозу, их возвращение значило очень многое.

Оружие полицейского не было бы использовано для причинения вреда.

Жест, говорящий тебе в лицо, конечно, подумала Ева и ухмыльнулась. Я взял это, я использовал это, держи.

Посланник не был подключен. Парень просто делал свою работу. Ева признала, что она довольно сильно на него опиралась, давила, подталкивала, возможно, напугала на несколько недель его жизни. Но теперь она была уверена, что он не был в этом замешан.

Отправка почты ни к чему не привела. Фальшивое имя и адрес в квитанции, предоплате, сгенерированном на компьютере бланке, который убийца мог получить в любом из сотен мест в любое время, или, фактически, загрузить на свой компьютер или в любое кибер-кафе & # 233;.

Все, что у нее там было, - это местоположение отправки и время, когда посылка была получена и авторизована.

Доставка в тот же день, заказанная и оплаченная ускоренная доставка.

Он был подготовлен, подумала она теперь. Готов приступить к делу, как только СМИ опубликуют эту историю и сообщат об убийстве - и имя главного следователя. Заполните ее имя, выбросьте посылку, уходите.

Это сказало ей, что это всегда было частью плана. Не только отправка прямо тебе в лицо в полицейский участок, но и использование оружия Колтрейн против нее. Вся установка была спланирована поэтапно.

И это было чем обдумать.

Она подумала о Моррисе, о том, что он делал, как он справлялся, когда она повернула через ворота к дому. Источник, о котором она почти забыла за этот долгий день, взорвался здесь. Белые и розовые цветы мерцали на деревьях, сияя в сумерках, как цепочки пастельных драгоценных камней.

Жизнерадостные головки нарциссов танцевали с более элегантными чашечками тюльпанов в веселых замысловатых взмахах. Ей казалось, что какой-то счастливый художник размазал, погладил и закрутил всю свою радость по этому уединенному кусочку города, выплеснув ее сюда, чтобы сквозь нее мог возвышаться величественный дом.

Башни устремлялись в темнеющее небо, выступали террасы и прочные линии. Свет во многих окнах приветствовал ее и заставил богатый камень заискриться, когда вечер сменился ночью.

Она оставила свой скромный автомобиль у подножия великолепия, прошла между анютиными глазками, которые Рорк посадил для нее - это цветущее добро пожаловать домой - и вошла в дом.

Соммерсет не маячил в фойе, как черная туча над солнечным весенним днем. Это на мгновение выбило ее из колеи, что она не стала немедленно противостоять мажордому Рорка и своему личному врагу. Но она услышала голоса из главной гостиной и поняла, что он, вероятно, кому-то что-то подавал.

И мгновенно подумал: Дерьмо. Кто здесь?

Она подумывала о том, чтобы прокрасться вверх по лестнице, закрывшись в своем кабинете. Но служба безопасности уже зарегистрировала бы ее прохождение через ворота. Застряв, она пересекла фойе в гостиную.

Она увидела Рорка первой - ей пришло в голову, что она почти всегда так делала. Он сидел в одном из кресел насыщенных тонов с высокой спинкой, выглядя расслабленным, веселым. Дома.

Несмотря на то, что она вздрогнула, осознав, что ребенок у него на коленях.

Несколько мыслей пронеслись в ее мозгу одновременно. Счастливое хихиканье ее подруги Мэвис, довольная улыбка Леонардо, когда он поднял руку жены, чтобы поцеловать ее пальцы. Присутствие тощего Соммерсета, одетого в черное, и широкая ухмылка - пугающая, подумала она, - на его костлявом лице, когда толстый кот присел на корточки у его ног.

И малышка, Белла Ева, вся розовая, белая и золотая.

Наконец, пришло воспоминание, что они планировали пригласить Мэвис и ее семью на ужин.

Опять дерьмо.

"Привет". Она вмешалась. "Прости, я опоздал".

"Даллас!" Пучок красок и веселья с ее искусно спутанными светлыми локонами с розовыми кончиками, Мэвис подпрыгнула.

Она имела тенденцию подпрыгивать, подумала Ева, когда Мэвис поспешила к ней на высоких каблуках треугольной формы, покрытых радужными зигзагами. От удара зелено-розовый ромбовидный узор на ее микроюбке затрепетал. Она заключила Еву в объятия, затем просто лучилась удовольствием из глаз, в настоящее время таких же ярко-зеленых, как ее юбка.

Слава Богу, Мэвис и там не увлеклась розовым.

"Ты пропустил лучшее время. Мы ели как ненормальные, и Белль показала всем, как она может переворачиваться и трясти своей погремушкой ".

"Вау", было все, о чем Ева могла подумать.

Леонардо начал все сначала. Он был крупным, тогда как Мэвис была крошечной, с медной кожей, тогда как его жена была розово-бледной. И вместе, Еве пришлось признать, они выглядели чертовски идеально.

Он наклонился, поцеловал Еву в щеку. Колбасные завитки волос в стиле, который он сейчас носил, касались ее кожи, как шелк. "Мы скучали по тебе".

"Да. Прости."

"Ничего". Мэвис сжала руку Евы. "Мы знаем, насколько завершена работа. Приходите посмотреть на ребенка!"

Мэвис потащила ее через комнату. Дело не в том, что она не хотела видеть Белл, сказала себе Ева. Точно. Просто ребенок выглядел таким совершенным - как куколка. И куклы были просто причудливыми.

Сначала она посмотрела на Рорка, увидела, что его веселье возросло. "Добро пожаловать домой, лейтенант".

"Да". Она могла бы поцеловать его - скорее в качестве извинения, чем приветствия, - но это означало склониться над идеальной розово-золотой куклой с ее большими, яркими, пристально смотрящими глазами.

"Ты не поприветствовал всех наших гостей". Плавно, так плавно, что она не заметила, как это произошло, он поднялся и передал ребенка ей на руки.

Еве удалось подавить проклятие, поэтому звук, который она издала, был больше похож на сдавленный писк. Она держала Белль на расстоянии вытянутой руки, как будто та была потенциально взрывным устройством. "А, привет. Красивое платье".

Тот факт, что оно было розовым, полным и пушистым, скрывал под собой крошечную реальность. Как такое маленькое существо может быть человеком? И что происходило в его мозгу, когда он смотрел в ту сторону? Смотрел, пока тонкая струйка пота не поползла по твоей спине?

Не уверенная, что делать дальше, Ева начала поворачиваться - очень медленно - чтобы передать ребенка Мэвис, Леонардо. Даже Соммерсет. Возможно, кошка. Когда Белль моргнула своими большими, как у куклы, глазами и расплылась в широкой, липкой улыбке.

Она дрыгала ногами, размахивала своей розовой погремушкой и издавала какие-то гукающие звуки.

Так немного менее страшно, особенно со слюной, стекающей по ее подбородку. И будь я проклят, если она не была до смешного милой. Ева слегка согнула руки в локтях, слегка, в качестве эксперимента, подпрыгнула на ребенке. И что-то белое пузырилось из ее ухмыляющегося рта.

"Что это? Что я сделал? Я на что-то надавил?"

"Это просто немного молочной рвоты". Смеясь, Мэвис промокнула рот Белл крошечной розовой салфеткой. "Она тоже ела как огурчик".

"Хорошо. Что ж. Держи. " Она протянула ребенка Мэвис.

Когда Мэвис забрала Белль, Леонардо выхватил большую розовую ткань - как фокусник - и набросил ее на плечо Мэвис.

"Лейтенант".

От голоса Соммерсета плечи Евы напряглись. Вот оно, подумала она. Он изливал свое неодобрение на нее, как молочную блевотину, потому что она забыла, что у них была компания, и пропустила ужин.

Она приготовилась к этому, прокрутила в голове несколько рычащих ответов и повернулась. Он просто протянул ей бокал вина. "Я принесу твою еду сюда".

Ее глаза оставались прищуренными, когда она смотрела, как он выходит из комнаты. "Это все? Это все? Он болен или что-то в этом роде?"

"Он знает, почему ты опоздал", - сказал Рорк. "Что вы расследуете убийство коллеги-офицера. Отдайте ему должное".

Она нахмурилась, глядя в свое вино, отпила немного. "Должен ли я?"

Поскольку было очевидно, что она не может сразу отправиться на работу, она села на ручку кресла Рорка. "В любом случае, я оставил тебе сообщение об опоздании. Я не забыл это сделать. Я тоже получаю признание ".

"Так принято к сведению". Рорк провел рукой по ее бедру. "Прогресс?"

"Не так уж много. Это достаточно тяжело, когда это другой полицейский. Но необходимость рассказать Моррису, видеть его лицо... "

"Моррис?"

"У них было что-то, у Морриса и Колтрейн - жертвы. Серьезная вещь".

"О, Нет". Мэвис крепче обняла Белл. "Это была Эмми? Женщина, с которой он встречался? Мы так и не включили экран сегодня, никогда не слышали. Рорк только что сказал нам, что вы поймали дело, убийцу полицейского. Мы не знали, что это был... О, Леонардо ".

Он обнял ее, притянул обеих своих девочек ближе. "Это... ужасно. Однажды вечером мы столкнулись с ними в клубе, сели с ними. Вы могли видеть, как сильно они ... Это было между ними ", - сказал Леонардо с печалью в своих позолоченных глазах. "Мне так жаль, так жаль. Можем ли мы что-нибудь для него сделать?"

"Я, честно говоря, не знаю".

"Мы встречались с ней только один раз". Слеза скатилась по щеке Мэвис, прежде чем она прижала ее к макушке Белль. "Она казалась такой возбужденной, и они были так увлечены друг другом. Тотальная атмосфера, тотальная искра. Помнишь, горшочек с медом, как я сказал после того, как они только что ушли, расправившись друг с другом ".

"Я помню".

"Хорошо, что это ты". Мэвис вздернула подбородок, похлопала Белл по спине. "Ты найдешь ублюдка, который это сделал. Моррис знает это. Мы собираемся уйти, чтобы ты мог заняться полицейскими делами. Если есть что-то - ну, знаешь, то, что я умею делать, - ты просто отмечаешь меня. Я там".

Они начали перекладывать Белль в переноску, когда вошел Соммерсет с подносом. "Ты уходишь".

"Беллиссимо нужно продолжать ночь-ночь". Мэвис поднялась на свои радужные цыпочки, чтобы поцеловать Соммерсета в щеку. "Мы вернемся - мы, девочки - к большой вечеринке. Свадебный душ и все эти девчачьи штучки - это как раз то, что нам всем нужно. И вы, ребята ". Она толкнула локтем своего мужа. "Срываюсь в Вегас на мужскую вечеринку".

"Вегас?" Ева моргнула. "А?"

"Мои обязанности шафера", - сказал ей Рорк. "Я с нетерпением жду этого".

Когда она осталась наедине с Рорком, вином и элегантно сервированной тарелкой с едой, она нахмурилась. "Зачем тебе ехать аж в Лас-Вегас - черт, ты ведь имеешь в виду Лас-Вегас, верно? Ты не отправишься с планеты в Вегас II ".

"Нет, мы идем к оригиналу".

"Но что, если мне понадобится помощь со всеми этими женщинами? Я даже не знаю, что они планируют, потому что Пибоди и Надин делают все это, так что, если -"

"Ты мог бы легко узнать планы, вместо того чтобы притворяться, что этого на самом деле не произойдет. И с тобой все будет в порядке. Они твои друзья". Он постучал кончиком пальца по ее подбородку. "Ешь свой ужин, пока он не остыл".

"Я собираюсь заняться этим, поесть за своим столом".

"Прекрасно. Тогда вы можете рассказать мне, что случилось с леди Морриса, и что я могу сделать, чтобы помочь вам найти ее убийцу. Он тоже мой друг ", - добавил Рорк.

"Да, да, я знаю". Она на мгновение сдалась, придвинулась к нему, уткнулась лбом в его плечо. "Боже. О, Боже, это было ужасно. Самая трудная вещь, которую мне когда-либо приходилось делать. Мне стало плохо внутри, просто тошно от того, что я постучал в его дверь. Знать, что я собирался разорвать друга надвое. Я должен найти ответы для него. Это больше, чем работа ".

"Это так, да". Он держал ее близко и крепко, и, как Мэвис с Белль, прижался щекой к ее голове. Боролся со своими собственными страхами. "Все, что тебе нужно от меня".

Она кивнула, отстранившись. "Давай отнесем это наверх. Это всегда помогает мне видеть вещи яснее или под другими углами, когда я веду дело с тобой ".

Они начали. "Сначала расскажи мне немного о ней. Ты хорошо ее знал?"

"Нет. Я сталкивался с ней пару раз в морге. Она перевелась сюда несколько месяцев назад. Из Атланты. У Мэвис было это - та самая атмосфера. Он был влюблен в нее, Рорк, и, учитывая все, что я узнал с этого утра, она чувствовала то же самое по отношению к нему. Я понимаю, что она была хорошим полицейским, ориентированным на детали. Она не жила своей работой." Она взглянула на него. "Я думаю, ты понимаешь, что я имею в виду под этим".

Он слегка улыбнулся. "Я делаю".

"Организованная, женственная. Она проработала восемь лет. Никакой яркой вспышки в ее куртке, никаких больших падений. Спокойно. Она нравилась людям, многим. Ее команда, ее главный проныра, черт возьми, женщина, которая владеет китайским заведением, где она заказывала еду на вынос. Я не могу понять, что она сделала, кого она обманула, чтобы стать такой мишенью ".

"Это была конкретная цель?"

"Да". В своем кабинете она села за стол, рассказала ему подробности, пока ела.

"Замки были проверены на предмет взлома?"

"Да, и они говорят "нет". Мог бы использовать мастера, мог бы быть другим арендатором в том же здании. Возможно, удалось подделать ее ключ-карту или чью-то еще в здании. Или он мог бы быть таким же хорошим, как ты, и не оставил бы следов ".

"Она была убита парализатором", - размышлял Рорк. "Их нелегко получить, и они очень дорогие. Мог ли он сначала разоружить ее и оба раза использовать ее же оружие?"

"Это не играет. Никаких защитных ран, и кроме ожогов от убийства и шишек на затылке, лопатках, никаких оскорбительных ран. Ни один коп так не отдаст свое оружие, даже тому, кого она знает ".

"Ты бы отдала свои мне", - указал он. "Если бы я попросил взглянуть на это на мгновение, ты бы дал это мне".

Ева обдумала это. "Ладно, может быть, она бы так и сделала, кому-то, с кем она была действительно близка. Но для меня это все еще не так. Она направлялась к выходу, прихватив пистолет и клатч. Поднимаясь по лестнице, потому что она всегда так делала. Это подстава. И это должно было быть сделано быстро и гладко. Нет времени вежливо спрашивать ее, позволит ли она тебе подержать ее станнер."

Она оттолкнулась, начала расхаживать. После, отметил Рорк, она съела только половину своей порции. "Мы проверили всех жильцов. Получил несколько криминальных известий, но ничего серьезного. Мы снова опросим всех, кто придумал какую-либо версию, но я должен спросить себя, почему она вышла вооруженной на встречу с одним из своих соседей ".

"Возможно, она воспользовалась лестницей просто для того, чтобы попасть на один из других этажей, а не к выходу".

Ева остановилась, нахмурилась. "Ладно, это мысль. Однако сначала она вооружается, так что это не соседский визит. Было бы неразумно отправляться на встречу в другую квартиру, когда она находится в тени. Тогда зачем убийце, если он внутри, понадобилось глушить камеру слежения за задней дверью? Может быть, чтобы сбить нас с толку", - сказала она, отвечая самой себе. "Итак, мы смотрим снаружи здания".

Она снова зашагала. "Ненужное усложнение. Но мы еще раз опросим жильцов. Это просто похоже на дополнительный шаг, который нужно предпринять, когда SOP в любом случае должен был бы бежать и опрашивать всех ".

"Я могу помочь с электроникой".

"Это решение Фини. Он всегда рад иметь на борту uber e-geek, но у него все может быть под контролем. Мне нужно просмотреть много материалов по делу. Мне нужно изучить ее течения, ее закрытость, ее открытость и то, что я получил из Атланты. Ты можешь - да, да, это оскорбление для тебя - но ты можешь думать как полицейский. Может быть, ты сможешь взглянуть на Атланту, пока я занимаюсь Нью-Йорком. Кроме того, на них нужны перекрестные ссылки. Мне нужно знать, связано ли что-нибудь из прошлого с настоящим ".

"И я могу сделать это быстрее, чем ты".

"Да, ты можешь". Она наклонила голову. "Ты также можешь думать как преступник, что удобно. Отправили бы вы ее оружие в первичный отдел? Почему или почему нет?"

"Я бы не принял их в первую очередь. Умный преступник ничего не берет - если только это не прямое воровство, которым это не было, - и ничего не оставляет после себя. В остальном, есть эта связь ".

"Но он действительно принял их. И я не думаю, что он глуп ".

"Должно быть, они служили какой-то цели. Оставить их - особенно если он использовал одно из них, чтобы убить ее - было бы, на мой взгляд, большим оскорблением для нее. И ты, или тот, кто занимался этим делом. Так что взятие их послужило другой цели, даже если это был просто укол тебе, отправив их обратно. Он не профессионал ".

"Потому что?"

"Профессионал делает работу, уходит, двигается дальше. Он не насмехается над полицией ".

"Согласен. Он мог быть профессиональным преступником, но это не было профессиональным убийством. На первый взгляд это выглядит просто, но на самом деле это было слишком сложно - и слишком персонально - для прямого попадания. Прямое попадание, ты не берешь ее в многолюдном здании, а выманиваешь ее оттуда, возможно, на встречу. Отведи ее туда или по пути. Он хотел что-то, информацию или что-то, что она могла взять с собой, о чем мы не можем знать. Или он хотел передать ей сообщение, прежде чем прикончить ее. И он хотел, чтобы ее нашли без особых задержек.

"Я хочу установить здесь свою доску и проверить некоторые вероятности, прежде чем я начну с материалов дела". Она достала диск. "Вот Атланта. Все данные на моем офисном устройстве, к которому, я знаю, у тебя есть доступ ".

"Тогда я начну".

"Рорк". Это мучило ее весь день, и все же она не собиралась спрашивать. Не хотел поднимать этот вопрос. "Моррис ... когда я был с ним сегодня, он сказал, что быть связанным с полицейским, быть в отношениях с ним ... Он сказал, что каждый день ты должен блокировать беспокойство. Страх, " поправила она. "Он сказал "страх". Так ли это на самом деле?"

Он сунул диск в карман, чтобы взять ее за руки, и провел большим пальцем по ее обручальному кольцу. Рисунок, который он выгравировал на нем, был древним талисманом. Для защиты. "Я влюбился в то, кто ты есть, в то, что ты есть. Я взял на себя весь пакет ".

"Это не ответ на вопрос. Или, я полагаю, так оно и есть ".

Его взгляд оторвался от ее кольца, встретился с ее взглядом. Сдержала свое. "Как я могу любить тебя и не бояться? Ты моя жизнь, Ева, мое сердце. Вы спрашиваете, вам интересно, беспокоюсь ли я когда-нибудь, боюсь ли я, что однажды Пибоди или Фини, ваш командир - полицейский, который стал другом, - постучат в мою дверь? Конечно, я делаю ".

"Мне жаль. Я хотел бы-"

Он прервал ее, коснувшись губами ее рта - один раз, затем два. "Я бы ничего не стал менять. Моррис прав, ты должен блокировать это и жить своей жизнью. Если бы я этого не сделал, не смог, я бы никогда не позволил тебе выйти из дома ". Теперь он поднес ее руки к своим губам. "Тогда где бы мы были?"

"Я осторожен".

Он бросил на нее взгляд, наполненный смесью веселья и разочарования. "Ты умный", - поправил он, - "ты опытный. Но не всегда так осторожны, как могли бы быть вы. Я вышла замуж за полицейского ".

"Я говорил тебе не делать этого".

Теперь он рассмеялся и снова поцеловал ее в то место, где она нахмурила лоб. "И стал бы я слушать? Я чертовски хороша в том, чтобы быть замужем за полицейским ".

"Лучшее, что я когда-либо видел".

Его брови взлетели вверх. "Что ж, это настоящий комплимент".

"Я не принимаю это как должное. Я знаю, это может показаться, что я делаю, но это не так. Я не принимаю как должное, что когда я прихожу через два часа - или, может быть, это было три - поздно, как сегодня, забудь, что у нас были планы, ты не злишься. Или все другие вещи. Я не принимаю это как должное ".

"Приятно это знать". Странно, он понял, что здесь ей понадобится подтверждение. Или не так уж странно, на самом деле. Смерть другого полицейского, которого любил мой друг, вернула это домой. "Мы дали друг другу обещания почти два года назад. Я бы сказал, что мы проделали чертовски хорошую работу по их выполнению до сих пор ".

"Я думаю, у нас есть. Послушай, если иногда ты не можешь сдержаться, ты должен сказать это. Даже если мы поссоримся из-за этого, у тебя есть право сказать это ".

Он провел пальцем вниз по ямочке на ее подбородке. "Приступайте к работе, лейтенант. Сегодня вечером не о чем беспокоиться".

Конечно, были, подумала она, когда он вошел в свой кабинет. Но казалось, что они справлялись с ними нормально.

Она вспомнила, что говорила ему не жениться на ней. Слава Богу, он не послушал.

Она установила свою доску, прикрепив к листу Колтрейн, ее команду, имена всех жильцов в ее здании, имена конкретных лиц по ее самым текущим делам. Она добавила фотографию коробки для доставки, оружия, записки, значка. Лабораторные отчеты, установленные сроки. У нее было описание кольца, которое должно было быть на жертве, и его крупный план, который она извлекла из фотографии в квартире Колтрейн.

Почему убийца вернул пистолет, но сохранил кольцо?

Она изучила доску, повернув ее так, чтобы она могла изучать ее со своего стола. Вооружившись чашкой свежего кофе, она села, чтобы прогнать ряд вероятностей.

Компьютер подсчитал, что восемьдесят два целых шесть десятых процента того, что жертва и ее убийца знали друг друга или имели какой-то предыдущий контакт. Девяносто восемь целых восемь десятых процента, что жертва была конкретной целью.

Пока, подумала она, она и машина были в согласии.

Она решила оставить это там и начать с материалов дела.

Ни в одном из случаев не было фактического насилия, отметила она. Угроза этого в случае с Чайнатауном, но никакого применения насилия. Двое мужчин в масках врываются на рынок при закрытии, хватают женщину-владельца, когда она катила одну из тележек на тротуаре, и приставляют нож к ее горлу. Потребуйте всю наличность и кредиты в помещении, а также диски безопасности. Получите оба. Прикажите обоим владельцам - мужу и жене - лечь на пол. Очевидно, возьмите несколько упаковок с закусками и заказывайте.

Меньше трех сотен нетто - мелочь за вооруженное ограбление, размышляла она.

Жертвы были потрясены, но невредимы. Хотя они перевернули диски, муж заметил татуировку на запястье человека с ножом - маленького красного дракона - и оба заявили, что, по их мнению, грабители были молоды. Подростки до двадцати с небольшим.

Стукач с упаковкой закусок сказал Еве то же самое.

Они дали полиции очень приличное - и необычайно последовательное - представление о росте, весе, телосложении, цвете кожи, одежде. Два свидетеля видели двух молодых людей, соответствующих описанию, убегающих со стороны рынка.

Ставка на пенни, размышляла Ева. Пара глупых детей. Подтверждено, поскольку офицеры, проводящие расследование, выследили тату-салон и были готовы выследить и забрать одного семнадцатилетнего Денни Су, у которого были чернила на правом запястье.

Ни у одного подростка-идиота и его пока еще неопознанного тупого друга не хватило ума проникнуть в здание Колтрейн и напасть на полицейского.

Взлом - буквально, когда было разбито окно для доступа - принес большую прибыль. Но парень, который мог справиться с надежной охраной в здании Колтрейн, имел навыки, чтобы справиться с менее надежной охраной в магазине электроники. Кроме того, стекло было разбито изнутри, что привело следователей к выводу - та-да-да-внутренняя работа. Они начали давить на одного из сотрудников. Из заметок, которые читала Ева, она бы сказала, что они склонялись в правильном направлении.

В этом случае подозреваемый снова был молод, довольно глуп и имел короткий список обвинений в магазинных кражах. Парню нравилось воровать, вот так просто, размышляла Ева. Он не забил ей как убийца копов.

Она потратила время, чтобы прогнать оба варианта через вероятность, и в каждом случае машина согласилась с ней, причем оба процента были меньше восемнадцати процентов.

Ева откинулась назад, изучая доску. "Я управляю твоим отрядом через свой компьютер, Колтрейн? Это отвратительный бизнес, копы управляют копами. Компания будет благосклонна к ним. В их данных нет ничего, что намекало бы на грязное. Почему чистый полицейский, по крайней мере, чистый на записи, убивает другого полицейского? Машина не сочтет это логичным.

"Я тоже. Но я должен управлять этим ".

"Ева".

"Что?" Она оглянулась и увидела Рорка в дверном проеме, который примыкал к их домашним офисам. "Извини, разговариваю сам с собой. Ты нашел кое-что интересное в Атланте ".

"Я кое-что нашел. Дело, над которым она работала около трех лет назад. Вы еще не просматривали эти файлы?"

"Нет. Я получил их только сегодня днем. Как насчет дела, над которым она работала три года назад?"

"Ограбление. Высококлассный антикварный магазин. Менеджер был избит, товаров забрали на несколько тысяч долларов, почти столько же уничтожили. Они также заставили его открыть сейф и отдать все наличные, кредиты и квитанции, в которых содержались данные кредитной и дебетовой карт. Один из других сотрудников нашел его, когда он пришел на работу, уведомил полицию и MTS. Был назначен Колтрейн ".

"Хорошо. И что?"

"В ходе расследования она допросила владельца магазина и, согласно ее материалам дела, несколько раз говорила с ним по этому вопросу. Его зовут Рикер. Алекс Рикер."

ГЛАВА ШЕСТАЯ

"РИКЕР". ЭТО ИМЯ ВРЕЗАЛОСЬ В ЕВУ, КАК удар голыми кулаками. Сокрушительный удар. "Сын Макса Рикера?" "Да. Я проверил, чтобы быть уверенным ".

Она сделала один долгий вдох, чтобы восстановить равновесие. "Итак, у Алекса Рикера есть собственность и бизнес в Атланте. Разве он не был в Германии или что-то в этом роде?"

"Он вырос там, и его отец держал его изолированным. Когда у нас с Рикером были ... совместные дела, Алекса держали в стороне. Я никогда не встречал его. Я не уверен, что кто-либо из партнеров Рикера сделал это - не тогда ".

Да, теперь к ней вернулось равновесие, и она прошла через это. "Ты работал с Рикером в старые недобрые времена. Ушел сам, сделал чертовски много лучше. Годы спустя ты помогаешь мне свергнуть Рикера, так низко, что он проводит остаток своей жалкой жизни в бетонной клетке за пределами планеты. Интересно, что об этом думает его мальчик ".

"Я ничего не знаю об их отношениях, но я знаю, что Рикер связан со мной - с моим отцом, с твоим. Я знаю, что он приложил немало усилий, чтобы победить меня, и потерпел неудачу. И покончить с тобой, и потерпел неудачу. Теперь его сын вполне может быть связан с вашей жертвой ".

Ева откинулась назад, постучала пальцами по бедрам. Думать, думать. "У Макса Рикера было много копов в кармане. Много чиновников, много политиков. Мы раскопали некоторые из них в прошлом году, но маловероятно, что мы раскопали их все. Передал бы Рикер их своему сыну?"

"Я не могу сказать наверняка - пока. Но кто еще?"

"Да. И его бизнес тоже - то, что мы не нашли и не закрыли. Конечно, его связи, его точки влияния, и были бы финансы. Колтрейн встречает сына известного преступника, который теперь отбывает пожизненный срок - ну, несколько сроков пожизненного - она бы его прогнала. Она управляла владельцем бизнеса, который пострадал. Это рутина. Убедитесь, что это, по крайней мере, не связано со страховым мошенничеством. Когда она это сделала, она установила бы связь с его отцом. Она спросила бы его об этом. Должны."

Она поднялась, подошла к своей доске, чтобы изучить снимок Колтрейн, удостоверяющий личность. "Она должна была бы спросить. Три года назад Рикер все еще был на свободе, все еще проскальзывал через лазейки, но любая постоянная проверка прошлого сына выкашляла бы данные об отце."

"Я не знаю, имеет ли это какое-либо отношение к вашему делу, но ... "

"Да, но". Она оглянулась на Рорка. "Она закрыла его? В чем дело?"

"В некотором смысле. Она сузила круг подозреваемых до трех. В каждом случае, когда она получала ордер на обыск и отправлялась его вручать, она обнаруживала, что подозреваемые исчезли, а несколько предметов из антикварного магазина остались на месте. В течение двух дней тела трех мужчин были найдены плавающими в реке Чаттахучи - прикованными друг к другу".

"Какая река? Ты это выдумал?"

"Полагаю, я мог бы, но нет. Я подозреваю, что некоторые коренные американцы делали это несколько столетий назад ".

"Я думаю, было бы неловко оказаться мертвым в реке Хучи-Кучи".

"Чаттахучи".

"В чем разница?"

"Совсем немного, я бы подумал, для атлантийцев". Он подошел к ней, положил руку на ее щеку. "И теперь, когда ты закончил поднимать настроение, пока не разберешься с этим ... "

Через некоторое время, подумала Ева, брак превратил стены в прозрачное стекло, чтобы вы оба могли видеть друг друга насквозь. "Хорошо. Ладно, так, может быть, это как отец, как сын? Рикер - убийца. Он не думал дважды о том, чтобы свернуть шеи или перерезать их. Сына обкрадывают, он выслеживает потрошителя- предлагает - или следует указаниям Колтрейн то же самое - и выполняет их. Или уже их выполнил. Она должна была бы посмотреть туда ".

"Согласно материалам дела, Алекс Рикер присутствовал на благотворительном мероприятии в Майами в присутствии нескольких сотен свидетелей в момент смерти трех подозреваемых".

"Не хотел пачкать руки, заказал убийство, когда он был прикрыт".

"Возможно. Если так, то он оказался таким же неуловимым, как и его отец. О, и я получил доступ к отчетам судмедэкспертов о мертвых ворах." Он наблюдал, как она начала говорить - возражать, без сомнения, - затем проглотила это. "Их избивали в течение нескольких часов, им переломали множество костей, прежде чем им перерезали горло. На мой взгляд, это более хитрый штрих ".

"Она должна была это знать". Ева снова изучала Колтрейн, пытаясь заглянуть в ее голову. "Все говорят, что она была тщательной, ориентированной на детали. Она бы не пропустила ссылку ".

"В файлах отмечается последующее интервью с Алексом после того, как тела были найдены, и проверка его алиби. В то время как дело об убийстве было закрыто, все имущество Рикера было возвращено."

Ева потерла заднюю часть шеи. "Три года назад. Она подала заявление о переводе сюда чуть меньше года назад. Как бы мне ни хотелось сжечь еще одну Рикер практически за что угодно, я не вижу связи между ее убийством и тремя убийствами из мести три года назад ".

"Может быть, их и нет. Но Алекс Рикер в Нью-Йорке, и был там всю последнюю неделю ".

"Это так?" Ева засунула руки в карманы, покачалась на каблуках. "Так вот, видите, это просто слишком много совпадений. Где он?"

"У него крытая территория на Парк-авеню".

"Удобно. Мне придется нанести ему визит утром ".

"Я пойду с тобой". Он поднял руку, прежде чем она смогла заговорить. "Все, что связано с Рикером, его сыном, его троюродным братом, его чертовым домашним пуделем, я тоже в этом участвую".

"В исправительную колонию Омега не пускают собак. Хорошо. Я не собираюсь спорить о Рикере - ни о ком из них. Мы сделали достаточно этого год назад ".

"Год назад", - указал Рорк. "Своего рода годовщина. И вот у нас есть еще один мертвый полицейский - и вы были усеяны ими прошлой весной - а также еще один Рикер. О, да, здесь слишком много совпадений ".

Она уже следовала по этому пути. "Нам нужно тщательно изучить Алекса Рикера. Когда он купил недвижимость на Парк-авеню, какие еще предприятия у него есть, и сколько их в Нью-Йорке? Как часто его имя всплывает в связи с расследованием? И что он делал в течение последнего года? Связался ли он со своим отцом? Много вопросов."

"Вы не найдете ответы на все из них в этих подразделениях. Не с законами о неприкосновенности частной жизни и CompuGuard. Поверьте мне, он будет защищен несколькими слоями ".

"Тогда мы воспользуемся твоим незарегистрированным".

Он наклонил голову. "Это быстрый скачок для вас, лейтенант".

"Может быть". Она стояла, как была, засунув руки в карманы, и смотрела в лицо Колтрейн. "И, возможно, она узнала об Алексе Рикере три года назад больше, чем указано в ее файлах".

"Ты думаешь, у него, как и у его отца, были копы в кармане? Включая ее?"

"Я не знаю". Внутри ее живота скрутились узлы. "Боже, я надеюсь, что нет, ради Морриса. Но если она была грязной, мне нужно выяснить. Была ли она чиста, и имел ли Алекс Рикер какое-то отношение к ее смерти, мне нужно выяснить ".

В охраняемом офисе Рорка окна с защитными экранами выходили на огни города. Гладкая U-образная консоль вмещала в себя самое современное оборудование - к тому же защищенное - от бдительного ока CompuGuard.

Незаконно, подумала Ева, поэтому то, что они нашли здесь, не могло покинуть комнату. Но она бы знала. Ради Морриса, ей нужно было знать.

Рорк, его волосы были собраны сзади в короткий хвост, рукава закатаны, шагнул за консоль. Он положил руку на ладонную пластину. "Рорк. Включите питание".

Консоль вспыхнула, море драгоценных огней и элементов управления.

Рорк признал. Включите питание.

"Мы будем пить кофе", - сказал он Еве.

"Я принесу". Она запрограммировала полную кастрюлю из офисного автомата, налила две высокие кружки. Когда она повернулась, Рорк стоял там, где был, и наблюдал за ней. Ждал.

"Хорошо". Она подошла, поставила его кружку, а свою поставила на выступ, на котором стоял вспомогательный компьютер.

Для Морриса, да, подумала она. Но не только.

"Мой отец работал на Рикера. Твой отец работал на него, и мы установили ранее, что они встречались и выполняли одну и ту же работу до той ночи в Далласе. До того, как я убил своего отца ".

"До того, как ты, восьмилетняя девочка, остановила его от повторного изнасилования".

"Хорошо". Правда все еще может высушить горло и охладить кровь. "Факт в том, что он все еще мертв. Как и твой отец. И твой отец обманул Рикера в сделке с оружием. Около двадцати четырех лет назад."

"В Атланте".

"Да. В Атланте. В дальнейшем ты работал на Рикера ".

Тон Рорка стал очень холодным. "В некотором смысле".

"Были связаны с ним. Прыгни дальше по линии, Рикер появляется в Нью-Йорке, и он одержим желанием уничтожить тебя ".

"И ты".

"Три года назад, когда Рикер, вероятно, мечтал съесть твою печень, Колтрейн связалась с сыном Рикера. В Атланте. Между тем моментом и этим мы уложили Макса Рикера. Год назад. И через пару месяцев после этого Колтрейн просит перевести ее в Нью-Йорк. Она сближается с главным судмедэкспертом. Мужчина, с которым у меня тесные рабочие отношения, и которого мы оба считаем другом. Алекс Рикер приезжает в Нью-Йорк; она умирает. Я думаю, когда у тебя так много перекрестков, ты должен по-настоящему внимательно смотреть на дорогу ".

"И как это будет для тебя, если это каким-то образом приведет к твоему отцу и моему?"

"Я не знаю. Я думаю, нам придется это выяснить ". Она сделала вдох. "Я не знаю, как это будет для любого из нас, но нам нужно выяснить".

"Мы делаем, да".

"Убийца вернул мне ее оружие, ее значок. Лично. Может быть, у него есть "крот" в диспетчерской и он организовал мое назначение. Но факт в том, что не нужно обладать мозговым трестом, чтобы понять, что даже если бы кто-то другой раскрыл это дело, я был бы вовлечен. Из-за Морриса. Эта посылка всегда должна была прийти ко мне ".

"Тогда мы на одной волне. И записка внутри пакета становится скорее угрозой, чем бравадой ".

"Возможно. Она не была уличным копом, Рорк. Она умела решать головоломки, выслеживать детали. Но она не была улицей, уж точно не была Нью-Йоркской улицей. Никто не собирается убивать меня моим же оружием. Будь я проклят, если в конце дня это будет у меня в кармане ".

Он почти улыбнулся. "Значит, гордость сохранит тебя в безопасности?"

"Среди прочего. Если я цель, зачем уничтожать ее? Зачем приводить в боевую готовность каждого полицейского в городе, а потом нападать на меня?" Она посмотрела на Рорка сквозь мерцание драгоценных огней. "Я лучше, чем она была. Это не хвастовство, это просто факт. Так что разумнее попытаться вырубить меня хладнокровно, чем пытаться это сделать, когда я уже ищу убийцу полицейского. И когда, в течение первых двадцати четырех часов, я найду Алекс Рикер в ее файлах."

"Логично. И несколько утешительные".

"В любом случае, это все предположения. Нам нужны данные ".

"Потребуется некоторое время, чтобы проникнуть под слои".

"Я воспользуюсь вспомогательным средством и продолжу просматривать файлы по ее делу".

Рорк сел и начал снимать первые слои.

Рикер, подумал он. Это имя было как вирус в его жизни, появляющийся, распространяющийся, затем уползающий обратно в укрытие только для того, чтобы выскользнуть снова. И снова.

У него была причина задуматься, не был ли Рикер ответственен за то, что несколько лет назад воткнул нож в горло Патрика Рорка в том переулке в Дублине. И это, признал Рорк, было единственной вещью, за которую он должен быть благодарен Рикеру.

Неправда, поправил он, не совсем правда.

Он мог быть благодарен за то, чему научился во время общения с Рикером. Он узнал, как далеко он зайдет, и куда он не зайдет. Он знал, что Макса Рикера одновременно забавляло и раздражало то, что он не стал бы заниматься секс-торговлей, когда в ней участвовали несовершеннолетние или те, кто этого не хотел. Что он не стал бы убивать по команде или ради пролития крови.

В свое время он забирал жизни, признал Рорк. Он пролил кровь. Но всегда с определенной целью. Никогда ради выгоды. Никогда не ради забавы.

Он предположил, что каким-то странно извращенным образом он узнал больше о своих собственных репликах, своей собственной морали от Макса Рикера, чем от своего собственного оплакиваемого отца.

Чему, спрашивал он себя, научился Алекс Рикер у своего отца?

Немецкие школы-интернаты, отметил Рорк. Военный тип. Очень строгие, очень дорогостоящие. Частные репетиторы на каникулах, затем частный университет. Изучал бизнес, финансы, языки, политику и международное право. Играл в футбол - в футбол для янки.

Охватывающие многие основы там.

Никаких браков, никаких зарегистрированных детей.

Алекс Максим Рикер, тридцать три года, жил в Атланте, Берлине, Париже и совсем недавно в Нью-Йорке. Финансист и предприниматель, занесенные в список рекордных профессий.

Также охватывают множество оснований. Текущее состояние: 18,3 млн.

О, нет, будет нечто большее, чем это. Итак, подумал Рорк. Давайте приступим к этому.

Он стабильно работал в течение часа, заказывая несколько запусков и откалывая вручную.

"Ты тоже прикрываешь задницы, не так ли?" Рорк что-то пробормотал себе под нос, когда врезался в блок, толкнул его и проложил туннель вокруг и под ним. "Не так быстро гуди в свой собственный рог, как твой отец. Умнее. Все это позерство и прихорашиванье помогли его сломить, не так ли? А, вот и начало".

"Что? Что у тебя есть?"

"Хммм?"

"У меня ничего нет". Ева повернулась к нему. "Молния. У тебя что-то есть. Что?"

"Очевидно, это не кофе", - сказал он, взглянув на свою пустую кружку.

"Я что, домашний дроид?"

"Если так, то почему ты не носишь свой белый фартук с оборками и маленькую белую шапочку, и ничего больше?"

Она послала ему страдальческий взгляд, полный искреннего недоумения. "Почему мужчины думают, что такой наряд сексуален?"

"Хм, дай мне подумать. В основном обнаженные женщины, одетые только в символы рабства. Нет, я сам этого не могу понять ".

"Извращенцы, весь ваш вид. Что у тебя есть?"

"Кроме очень четкой картинки тебя в моей голове в белом фартуке с оборками и маленькой белой шапочке?"

"Господи, я принесу этот чертов кофе, если ты прекратишь".

"То, что я нашел, - это причина, по которой Алекс Рикер не появлялся на моем радаре, не то чтобы я придавал ему большое значение. Но с чисто деловой точки зрения, почему он не проговорился ".

"Почему?"

Рорк указал на настенный экран, когда приказал передать данные туда. "Он рассеян и самоутверждается, имея множество компаний малого и среднего размера. Ни у кого из них нет активов, которые пересекают черту и становятся интересными ".

"За какой чертой они становятся интересными?"

"О, для меня? От восьми до десяти миллионов, если только я не собираюсь приобрести небольшую индивидуальную собственность или бизнес."

"О да, все, что меньше десяти миллионов, скучно". Она встала, чтобы принести кофе. "Он отмывает или скрывает доход?"

"Не то, что я нашел до сих пор. Он покупал или основывал компании. Некоторые из них принадлежат ему напрямую, другие - контрольный пакет акций. Третьи - небольшой процент. Некоторые из его компаний являются подразделениями других его компаний ".

Он взял кофе, который она принесла ему, приглашающе похлопал себя по колену и рассмеялся над ее кислым видом. "Некоторые из его компаний владеют недвижимостью - домами в Афинах, Токио, Тоскане. Он владеет некоторыми из этих интересов с помощью операции в Атланте, которая называется - что вполне логично - Varied Interests. Другие принадлежат корпорации Моранди, так звали его мать ".

"Мертвая мать, насколько я помню".

"Очень мертв. Ему было шесть, когда она приняла нездоровое количество транквилизаторов и предположительно упала или выпрыгнула из окна своей спальни, расположенного на высоте двадцати двух этажей над улицами Рима."

"Где был Макс Рикер?"

"Отличный вопрос. Согласно заявлениям в очень тонком полицейском досье о ее смерти, он был в Амстердаме, когда она прыгнула или упала. У Алекса также есть компания, которую он назвал Maximum Exports, которая владеет, среди прочего, антикварным магазином в Атланте, на который было совершено нападение. На нем нет состава преступления. Его по разным поводам допрашивали различные власти на разных континентах. Но так и не предъявленные.

"Вся эта деловая активность и структурирование совершенно законны", - сказал он ей. "Некоторые близки к краю, но никогда не переходят. Я не сомневаюсь, если только он не полный профан, у него есть второй комплект бухгалтерских книг по каждому из его предприятий и значительные средства, спрятанные на закодированных счетах ".

Рорк откинулся на спинку стула, потягивая кофе. "Видите ли, он остается вне поля зрения. Очень тщательно под. Никакого всплеска, никакой вспышки. Тихий успешный бизнес, который не производит особого шума. Пока вы не докопаетесь, не сложите их вместе и не увидите, что на самом деле есть один объект, который стоит примерно в десять раз больше, чем указано в его официальных данных ".

"И, вероятно, это еще не все".

"О, очень вероятно. Я могу найти это, теперь, когда у меня есть его образец. Я мог бы найти эти зашифрованные учетные записи, если бы у меня было достаточно времени ".

"Вероятно, это все еще было бы законно. А как насчет незаконной стороны?"

"Некоторые из них могут быть прикрытием. Или я найду более мелкие, более навязчивые предприятия, которые служат прикрытием. Антикварный бизнес, которого у него несколько по всему миру, - это всегда удобный способ провозить контрабандой всевозможные вещи. Для меня есть более простой способ выяснить, перенял ли он что-то из ремесла своего отца. Я могу спросить людей, которые знают людей ".

"Пока нет. Во-первых, я не хочу, чтобы люди, которые знают людей, сигнализировали ему, что мы идем к нему. Во-вторых, я не хочу так увязать в Алексе Рикере, когда нет четких доказательств его причастности. Колтрейн - приоритет. Я собираюсь заняться ее финансами. Я собираюсь запустить их отсюда, потому что я также не хочу устанавливать там какие-либо флаги. Я надеюсь, что она была чистой, и если она была чистой, я не хочу нести ответственность даже за шепот, что она могла быть грязной ".

"Я их выполню. Я сделаю это", - сказал он, когда она начала протестовать. "Я могу сделать это быстрее, как мы оба знаем. И тебе будет легче, если тебе не придется делать это самому. Я знаю, тебя беспокоит, когда ты так смотришь на кого-то из своих ".

"Это хуже. Она мертва. Я не могу попросить ее. Она не может защитить себя. Она не может сказать: "Пошла ты, сука, даже за то, что подумала об этом ".

Она провела рукой по волосам, затем пересекла комнату, чтобы встать и посмотреть в окно. "И вот я здесь, использую незаконные средства, чтобы попытаться выяснить, была ли она замешана в чем-то неправильном. Если бы она брала взятку, или ласка Алекса Рикера."

"Как главный судебно-медицинский эксперт, Моррис мог получить доступ к этому делу?"

"Да, он мог бы найти способ получить это. Итак, убедившись, что этой области расследования нет в этом файле, я защищаю его или себя? "

"Дорогая Ева, я не вижу ничего плохого в том, чтобы делать и то, и другое. Если ты обнаружишь худшее, он должен будет знать. Если вы этого не сделаете, что хорошего принесет вам или ему, если он узнает, что вы чувствовали себя обязанным посмотреть?"

"Ты прав. Ты делаешь это. Ты будешь быстрее ".

Она осталась у окна, глядя на темноту и свет. Принял ли Моррис пустышку, дал ли себе шанс поспать, чтобы отложить это на несколько часов? Или он смотрел в темноту и на свет?

Она пообещала, что найдет ответы для него. Но что, если эти ответы были такими: женщина, которую он любил, была плохим полицейским, лгуньей, что она использовала его? Что, если ответы были бы такими же болезненными, как и вопросы?

"Ева".

Она повернулась, приготовившись. "Что?"

"Я могу пройти еще один или два уровня, попробовать некоторые трюки, но то, что я вижу здесь, - это женщина, которая жила по средствам. Возможно, вам будет интересно узнать, что детектив третьего класса из Нью-Йорка зарабатывает немного больше, чем детектив из Атланты. Но стоимость жизни уравновешивает это. Она вовремя оплачивала свои счета, и время от времени немного превышала бюджет по своей кредитной карте, и у нее оставался остаток на месяц или два. Нет никаких необычных депозитов или снятий средств, никаких крупных покупок.

"Я попробовал самое обычное сочетание имен - ее, ее семьи, Атланта и другие ключевые слова, которые имеют смысл для меня и компьютера, чтобы найти вторую учетную запись. Я не нашел ни одного ".

Большая часть напряжения ослабла. "Итак, на данный момент не похоже, что она брала взятку".

"Ты был в ее квартире. Было ли там какое-нибудь искусство, какие-нибудь украшения?"

"Ничего, что напоминало бы о себе. Плакаты в рамках, стрит-арт, пара хороших украшений, остальное со вкусом подобранные костюмы. Давайте оставим это в покое, пока не поговорим с Алексом Рикером. Я больше не хочу делать этого с ней, пока не буду вынужден ".

"Хорошо". Он приказал сохранить все данные, затем снова положил руку на ладонную пластину. "Рорк. Отключите питание ".

Когда консоль отключилась, он подошел к ней, положил руки ей на плечи. "Это сложнее, когда это личное".

Она на мгновение закрыла глаза. "Я не могу перестать думать о нем. Как он справляется или не справляется. Что я мог бы найти, и как, что бы это ни было, повлияет на него. Я должен отстраниться от дела по тем же причинам, по которым я не могу и не буду отстраняться от дела. Потому что жизнь друга была вывернута наизнанку ".

Понимающе кивнув, он отступил, чтобы взять ее за руку и проводить к лифту. "Расскажи мне о своих инстинктах относительно нее - о своих чувствах. Никаких фильтров", - добавил он, когда они сели в машину. "Хозяйская спальня", - приказал он.

Ева поколебалась, затем пожала плечами. "Я был немного стервозен из-за нее, я думаю".

"Потому что?"

"Ну, это звучит глупо. Но из-за Морриса. Потому что он ... Он Моррис, и я не заметил ее приближения, пока она уже не была там, и у него слипающиеся глаза. Не похоже, что у меня когда-либо были такие вещи с Моррисом. Или хотел одного, или даже думал о нем. Не то, что Пибоди с ее сексуальными фантазиями. Я имею в виду Иисуса".

"Почему эта шлюха. Я думал, что я был ее сексуальной фантазией ".

Успокоенная тем, как он сыграл, она одарила его мягким взглядом, когда они вошли в спальню. "Ты возглавляешь атаку, но, очевидно, у Пибоди есть потенциал для множества партнеров по фантазиям. Вероятно, все в одно и то же время".

"Хм. Интересно."

"И я, вероятно, только что нарушила какой-то девичий кодекс, сказав это, что в любом случае не относится к твоему вопросу". Она запустила руки в волосы. "Я точно не знаю, что я о ней думал, потому что все это было отфильтровано через это "Подожди, черт возьми, минутку, это отношение Морриса ". Что смущает теперь, когда я действительно думаю об этом ".

"У вас есть связь. Близость. Не все интимные отношения являются сексуальными. Она была незваной гостьей ".

"Вот и все". Ева указала на него пальцем. "Это именно так. И она не заслужила этого от меня. Она сделала его счастливым. Любой мог это увидеть. Я бы сказал, теперь, когда я думаю об этом, ее квартира меня не удивила. Внешний вид этого, аккуратность этого, потому что именно так она меня поразила. Женщина, у которой все было на месте, и которая знала, что ей нравится. Одет хорошо - не броско, но со вкусом. Сексуальные. Она отдавала сексуальностью и женственностью больше, чем полицейский, но полицейский был там. Под этим. Она не торопилась, в том, как она говорила, как она двигалась. Это южный стиль, не ли? В ней нет ничего нью-йоркского. Я не знаю ". Она снова пожала плечами. "Это не так уж много".

"Твои инстинкты при очень коротком знакомстве подсказали тебе, что она была женщиной утонченной - не броской. Довольная своей сексуальностью, которая не торопилась, любила порядок, уважала собственные вкусы и была готова попробовать что-то новое. Новый город, новый человек. Я бы сказал, это значительно. Ваши инстинкты и то, что вы узнали с тех пор, подтверждают, что ее работа была именно такой для нее. Работа. Это не двигало ее жизнью. Учитывая это, очень возможно, не так ли, что сексуальная женщина со вкусом могла бы увлечься таким мужчиной, как Алекс Рикер. И он ей. Разве эти отношения, если бы они сложились, в конечном итоге не вступили бы в противоречие с ее работой или не стали бы несколько проблематичными?"

"Коп встречается с парнем с сомнительной репутацией?" Она выгнула брови. "Ну и дела, почему это должно быть проблемой?"

Он рассмеялся. "Мы разные, ты и я." Он обнял ее. "Но интересно, не так ли, порассуждать о том, как похожая ситуация могла бы закончиться очень, очень плохо".

"Мы могли бы повернуть, в итоге -"

Он покачал головой, прикоснулся губами к ее губам, чтобы остановить слова. "Нет. Нам всегда было суждено закончить здесь ". Он нажал на застежку на ее оружейном ремне. "Всегда хотели найти друг друга. Спасайте друг друга. Будьте друг с другом ".

Она положила руки на его щеки. "Это ирландцы. Но мне нравится мысль об этом. Эти странные пересечения в прошлом - твой отец, мой, Рикер. Они не помешали нам добраться сюда. Рорк." Она опустила руки, сняла ремни. "Когда Рикер снова пересекся с нами, это на какое-то время сбило нас с толку. Я не хочу, чтобы это повторилось. Я не хочу, к чему бы это расследование ни привело, чтобы между нами снова произошел раскол ".

"Я бы не хотел видеть, как вы переносите это расследование в область, которая вызывает раскол. Та же цель, - сказал он, когда она нахмурилась. "Разные углы подхода. Ты хочешь, чтобы я пообещал, Ева, что я не разозлюсь, если ты попадешь в поле зрения Алекса Рикера, как ты сделала с его отцом? Я не могу. Имя Рикер делает это личным. От этого никуда не деться".

"Ты должен доверять мне, чтобы я делал свою работу, справлялся сам".

"Я делаю. Каждый день моей жизни".

Тогда она поняла, что именно его доверие к ней, его вера в нее сдерживали его страх за нее. "Тогда я кое-что пообещаю. Что я постараюсь предупредить вас заранее, когда мне придется иметь дело с Алексом Рикером во время этого расследования ".

"Попробовать?"

"Если что-то случится, если я не смогу потратить время или, черт возьми, не узнаю заранее, тогда я не смогу тебе сказать. Я не могу дать тебе обещание, которое, возможно, придется нарушить ".

"Хорошо. Это достаточно справедливо. Я обещаю постараться не злиться ".

Теперь она улыбнулась. "Вероятно, мне придется что-то сделать, и ты, вероятно, разозлишься".

"Но мы попытаемся".

"Да. Итак, на случай, если попыток окажется недостаточно, позвольте мне сказать это сейчас. Я люблю тебя".

Удовольствие теплом поднялось в нем, обволокло его сердце. Снова его руки обвились вокруг нее, снова его рот опустился к ее губам. "Никто, кроме тебя", - пробормотал он. "Всегда".

Она обернулась вокруг него, сильно и тесновато, давая то, в чем он нуждался, прежде чем он попросил. Все. Все. Это уничтожило его, эту любовь, к ней и от нее. Глубина и широта этого оставили его слабым и желающим, отчаявшимся и пошатнувшимся.

Она вложила себя в поцелуй и наполнила его. И все же, подумал он, всегда будет что-то еще.

Сколько бы раз они ни любили друг друга, сколькими способами, это всегда было сейчас, и всегда по-новому. Ее вкус, знакомый и свежий, возбудил его, как в первый раз. Эти сильные руки, обнимающие его, этот рот, одновременно податливый и жадный. Да, это было все. Это было все.

Его шепот исходил из глубины его сердца, на языке его крови. "Гриха."

Он поднял ее. Эта быстрая, небрежная сила, ощущение того, что ее взяли, заставили ее голову закружиться. Его сила, ее, объединились, так что она почувствовала себя немного пьяной, когда он положил ее на кровать, когда его тело накрыло ее. Его вес, форма, ощущение от него. Как она вообще могла насытиться?

Неужели все те годы, когда они оба изголодались по любви, вызвали эту безграничную потребность друг в друге? Его запах - она уткнулась лицом в его горло, вдыхая его. Его прикосновение - и выгнулась под ударами его рук. Его вкус - этот взрыв ощущений всякий раз, когда их губы встречались.

Никто другой никогда не приводил ее сюда. Никто другой никогда не заставлял ее брать его с собой.

Медленные, мечтательные, одурманивающие, руки и губы, вздохи и движения. Его рубашка и ее расстегнулись, чтобы плоть могла встретиться с плотью, чтобы руки могли блуждать по изгибам, по плоскостям, соблазняя и восхищая.

Ее длинные строки никогда не переставали очаровывать и возбуждать его. Ее фигура - тонкие изгибы пленили его этими соблазнительными контрастами. Кожа такая мягкая, такая гладкая на упругих мышцах.

Тело воина, часто думал он. Та, кто отдала ему себя и принесла ему бесконечный трепет и невозможный покой. Она дрожала за него, поднималась все выше и выше. Потерян, как был потерян он. И когда он скользнул в нее, она произнесла его имя. Произнесла его имя, когда ее тело выгнулось навстречу его телу, когда она обвилась вокруг него, когда их глаза встретились.

Он тоже был там, внутри, подумал он. В этих глазах, в этих золотисто-карих. Потерянные и найденные. И это было ее имя на его губах, когда они овладели друг другом.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ЕВА СВЯЗАЛАСЬ С ПИБОДИ С ПРИКАЗОМ возвращаться в Центр и следить за ЭДДОМ. Она держала своего партнера в резерве относительно интервью с Алексом Рикером. Казалось хорошей стратегией для нее и Рорка встретиться с сыном человека, который с удовольствием посмотрит, как они вдвоем поджариваются на открытом огне без дополнительного присутствия полицейского.

Лавируя в утреннем потоке машин по направлению к кондоминиуму на Парк-авеню, она надеялась, что это не ошибка.

"Мне нужна информация от него", - начала Ева. "Более того, мне нужно получить представление о том, какие у него были отношения с Колтрейн - если у них были отношения".

"Хорошо". Пока она вела машину, Рорк продолжал работать со своим КПП.

"Мы ему не понравимся, или он не оценит, что мы оказались у его порога. Его отец заперт в клетке. Мы повернули ключ".

"Одно из моих самых теплых воспоминаний".

"Это именно то, что мы не можем бросить ему в лицо, если хотим какого-либо сотрудничества".

"И ты думаешь, я пойду с ничтожеством?"

Она бы посмеялась над этим термином, если бы не была обеспокоена, что он использует эквивалент Рорка. Ледяной трах-ты посмотри. "Я говорю, что мы либо дистанцируемся от прошлой истории, либо используем ее. В зависимости от его реакции. Его реакция может подсказать нам, было ли убийство Колтрейн каким-либо образом связано с нами. Мне кое-что нужно от него, так что подходи к делу ".

Рорк слегка улыбнулся, говорил вежливо. "И, конечно, я ничего не знаю об искусстве переговоров и интервью".

"Я видел, как ты работаешь, приятель. Я не хочу, чтобы он требовал адвоката, потому что ты изобразил Страшного Рорка ".

"Я видел, как ты работаешь, приятель. Так что я бы посоветовал тебе держать лейтенанта Пипец в секрете."

Она нахмурилась, прежде чем свернуть на тротуар перед величественным старым зданием. "Мне нужно задать тон, темп".

"Ты должен помнить, что я уже брал у тебя интервью раньше".

Рорк вышел. Швейцар остановил свое быстрое шествие на полпути. Кислое выражение, которое придало его лицу грязное полицейское удостоверение, превратилось в вежливое приветствие.

Раздражает, подумала Ева. Один взгляд на Рорка, носящего свою власть так же, как он носил идеально скроенный костюм и итальянские туфли, и это перешло от "Уберите этот кусок дерьма из моего здания" к "Что я могу для вас сделать, сэр?"

"Доброе утро, сэр. Что я могу для тебя сделать?"

Ева чуть не фыркнула. Рорк просто наклонил голову и послал ей очень тонкую ухмылку. "Лейтенант?"

Показуха, подумала она. Но сказал: "Полиция Нью-Йорка". Ева показала свой значок швейцару. "Здесь, чтобы увидеть Алекса Рикера. Моя поездка остается там, где она есть ".

Взгляд швейцара переместился с Евы на Рорка и обратно. Недоумение было очевидным, но, очевидно, он знал, что человек не смог бы сохранить первозданный вид за дверью, подобной этой, задавая неправильные вопросы не тем людям. "Я позвоню, узнаю, дома ли мистер Рикер и доступен ли он. Не хотите ли пройти в вестибюль?"

Он быстро подошел к двери, придержал ее открытой для них.

Внешнее достоинство сохранялось внутри благодаря мраморному полу с черными прожилками и богатым тонам дерева, которые, вероятно, использовались в течение нескольких столетий. Кресла были красными и плюшевыми, на столах стояли старинные лампы с элементами позолоты, все под многоярусной люстрой из хрусталя с каплями.

Швейцар открыл панель, чтобы показать ссылку на стену. После ввода кода он прочистил горло, расправил плечи.

Ева изучала лицо, появившееся на экране. Не Рикер, размышляла она, а мужчина примерно того же возраста. То, что она назвала бы гладким персонажем с дорогой стрижкой, уложенной так, что темные волны изгибались вокруг гладкого лица с ровными чертами.

"Извините, что беспокою вас, мистер Сэнди. У меня в вестибюле полиция, которая просит разрешения поговорить с мистером Рикером ".

На лице Сэнди ничего не отразилось, и его тон был очень холодным, очень авторитетным, слегка европейским. И, подумала Ева, просто немного чопорная.

"Подтвердите их личность, пожалуйста".

Ева просто снова подняла свой значок, ожидая, пока швейцар проведет по нему сканером, прочитает дисплей. "Даллас, лейтенант Ева, подтверждено". Он повернулся к Рорку.

"Эксперт-консультант, гражданское лицо. Рорк, " быстро сказала Ева. "Со мной".

"Отправьте их наверх, пожалуйста". - приказала Сэнди. "Я сообщу мистеру Рикеру".

"Да, сэр".

Швейцар направился к лифту, когда его тускло-золотая дверь открылась. "Двум пассажирам разрешен проезд в пентхаус Рикера".

Ева и Рорк вошли внутрь. Двери закрылись без звука. "Милое здание", - сказала она непринужденно. "Твои?"

"Нет". Зная, как, он был уверен, знала Ева, что система безопасности лифта, вероятно, подключена как к аудио, так и к видео, он небрежно прислонился спиной к стене. "Я сомневаюсь, что он чувствовал бы себя ... комфортно, живя в здании, которым я владел".

"Думаю, нет. Держу пари, что из пентхауса открывается прекрасный вид ".

"Без сомнения".

Лифт открылся прямо в фойе, где пахло розами из леса, из которых они безумно цвели в китайской вазе на столе размером с пруд. Скользкий характер стоял рядом с этим.

"Лейтенант Даллас, мистер Рорк, я Род Сэнди, личный помощник мистера Рикера. Если бы ты пошел со мной?"

Он проложил путь в широкое жизненное пространство.

Она была права насчет вида, это было убийственно. Стена из окон и стеклянных дверей выходила на кирпичную террасу, которая выступала в сторону шпилей и башен Нью-Йорка. Внутри солнечное открытое пространство журчало с европейским достоинством. Антиквариат, смешанный с креслами и диванами с глубокими подушками, все в глубоких оттенках, которые передавали богатство без блеска.

Комната, размышляла Ева, которую одобрила бы Амариллис Колтрейн.

В камине вместо огня стояло еще больше цветов, обрамленных мрамором. Обшитые панелями стены скрывали такие мирские вещи, подумала она, как экраны для развлечений и настроения, безопасность в помещении, центры передачи данных и связи.

Все, что было продемонстрировано, - это комфорт, стиль и деньги, необходимые для поддержания того и другого.

"Мистер Рикер как раз заканчивает передачу по "линку". Он присоединится к вам, как только будет свободен ". Суть заявления указывала на то, что мистер Рикер был очень занятым, очень важным человеком и находил время для своих младших, когда это было ему удобно. "А пока, пожалуйста, садитесь, устраивайтесь поудобнее. Могу я предложить вам кофе?"

"Нет, спасибо". Ева осталась стоять. "Вы давно работаете на мистера Рикера?"

"Несколько лет".

"Несколько лет в качестве его помощника. И вы не спрашиваете о природе нашего бизнеса здесь?"

Губы Сэнди изогнулись, очень слегка. "Сомневаюсь, что ты сказал бы мне, если бы я это сделал. В любом случае, в этом нет необходимости ". Что-то самодовольное появилось в вежливой улыбке. "Мистер Рикер ждал тебя ".

"Это так? Где вы были позапрошлой ночью с двадцати одного до двадцати четырехсот?"

"Вот. Мистер Рикер ужинал здесь, как и я. Мы остались там в тот вечер".

"Ты живешь здесь?"

"Когда мы будем в Нью-Йорке, да".

"Планируешь пробыть здесь долго?"

"На данный момент наши планы гибки". Он посмотрел мимо Евы. "Должен ли я остаться?"

"Нет, все в порядке".

Алекс Рикер стоял в широком арочном проходе рядом с жилой зоной. Его глаза, темные, ровные карие, скользнули по Еве, чтобы остановиться, удержать, на Рорке. У него было такое лицо, подумала Ева, которое, казалось, было тщательно выточено из углов и плоскостей. Темные, бронзовые волосы с легким завитком зачесаны назад со лба. Как и Рорк, он носил костюм идеального покроя. Она думала, что они похожи на тьму и свет.

Он шагнул вперед, плавная походка, стройное телосложение, со всеми признаками непринужденности. Но он был не в своей тарелке, решила Ева. Не совсем в своей тарелке.

"Лейтенант Даллас". Он протянул руку и крепко, по-деловому пожал ее. "Рорк. Я задавался вопросом, встретимся ли мы когда-нибудь. Лицом к лицу. Почему бы нам не сесть?"

Он выбрал стул, расслабленно откинулся на него. И снова, подумала Ева, не совсем расслабилась.

"Ваш помощник сказал, что вы ожидали нас".

"Ты", - сказал Алекс Еве. "Очевидно, я следил за вашей ... работой".

"Это так?"

"Я думаю, что это достаточно естественно - интересоваться офицером полиции, ответственным за нынешнюю ситуацию моего отца".

"Я бы сказал, что твой отец несет ответственность за свое нынешнее положение".

"Конечно". После вежливого согласия он оглянулся на Рорка. "Даже без этой связи у меня было бы некоторое любопытство к вашей жене".

"И у меня вошло в привычку проявлять личный интерес к тем, кто проявляет такой же интерес ко мне".

Страшный Рорк, подумала Ева, но Алекс улыбнулся и продолжил, прежде чем она смогла заговорить.

"Я уверен, что ты делаешь. В любом случае, я понимаю, что вы двое часто работаете вместе, или, полагаю, правильнее сказать, что вы иногда привлекаете Рорка в качестве гражданского эксперта. Я не думал, что это будет один из таких случаев ".

Пауза была не колебанием, а скорее биением, как истолковала это Ева. Тот, который отделял один тон и тему от другого.

"Ты здесь из-за Амариллис. Я слышал, что с ней случилось вчера, так что я ожидал тебя. Ты бы изучил ее досье, как из Атланты, так и отсюда. Как только вы увидите мое имя, вам придется задуматься ".

"Какие у вас были отношения с детективом Колтрейн?"

"Мы были вовлечены". Его взгляд оставался на одном уровне со взглядом Евы. "Были тесно связаны почти два года".

"Любовники?"

"Да, мы были любовниками".

"Были?"

"Это верно. Мы не были вместе уже около года ".

"Почему?"

Он поднял руки. "Это не сработало".

"Кто решил, что это не сработало?"

"Это было взаимно. И дружелюбные".

Ева сохраняла острый взгляд, ее голос был приятным. "Я обнаружил, что когда люди тесно связаны, скажем, на протяжении почти двух лет, разрыв отношений редко бывает дружеским. Обычно кто-то злится ".

Алекс скрестил ноги в лодыжках, и его плечи дернулись в легчайшем пожатии. "Мы наслаждались друг другом, пока это продолжалось, и расстались друзьями".

"Ее работа, твое ... прошлое. Это было бы проблематичным сочетанием для нее ".

"Мы наслаждались друг другом, " повторил он, " и в основном не обращали внимания на работу - ее и мою".

"Почти два года? Это странный вид близости ".

"Не всем нужно сочетать все сферы своей жизни. Мы этого не сделали ".

Сейчас я проникаю ему под кожу, отметила Ева, просто маленький укол под кожу. Она копнула глубже. "Очевидно, нет. Я говорил с ее бывшим напарником, ее бывшим лейтенантом, и мы связались с ее семьей. Никто не упоминал тебя, ее любовника почти два года. Это просто заставляет меня задуматься. Вы действительно были такими близкими и дружелюбными, или вам было что скрывать?"

Что-то ожесточилось в его глазах. "Мы держали это в секрете, по тем самым причинам, которые вы назвали. Мои семейные связи были бы трудны для нее в профессиональном плане, поэтому не было причин включать их в наши отношения - или привлекать других. Это была наша личная жизнь. Наше личное дело. Я думаю, ты должен это очень хорошо понимать ".

Ева подняла брови.

"Лейтенант и я были откровенны в наших отношениях с самого начала", - отметил Рорк.

"Каждый делает свой собственный выбор".

"Твой отец не одобрил бы этого, не больше, чем ее начальство", - размышлял Рорк, изучая лицо Алекс. "Нет, ему бы не понравилось, что его сын и наследница спит с врагом, если только это не было сделано с целью вербовки. Которые он бы одобрил, вполне."

"Если ты хочешь использовать наши отношения, чтобы запятнать репутацию Эмми, ты -" Он замолчал, откинулся назад, но гнев вырвался наружу, оставив обиду в воздухе. "Мы держали бизнес вне наших отношений. И наступает время, когда одобрение отца перестает быть движущей силой в жизни мужчины ".

"Макс знал?"

"Тебе придется спросить его", - холодно сказал Алекс. "Ты знаешь, где его найти".

"Да". Меняя тактику, Ева снова привлекла его внимание к себе. "Бетонная клетка на Омеге. Дерьмовое место, не так ли?"

"Это касается моих отношений с Амариллис или с моим отцом?"

"Зависит. Когда вы в последний раз видели детектива Колтрейн?"

"За день до того, как она была убита. Я связался с ней, когда приехал в город. Она пришла сюда. Мы выпили, догнали друг друга. Она была здесь пару часов."

"Один? Только вы двое?"

"Род был здесь. Наверху, в офисе".

"О чем вы говорили?"

"Как ей нравился Нью-Йорк, как она осваивалась в своем новом доме, на своей новой работе. Что я сделал в Париже. Я пришел бы оттуда. Она сказала мне, что у нее был роман с кем-то. Серьезно вовлечен, и что он сделал ее счастливой. Было легко увидеть, что это правда. Она выглядела счастливой".

"А в ночь, когда она была убита?"

"Я ужинал в. Около восьми, я думаю. Род бы знал. Занялся кое-какой работой. Он ушел в свою комнату около десяти, и я вышел вскоре после этого ".

"Ты выходил? Где?"

"Я был беспокойным. Я подумал, что прогуляюсь, так как я не часто бываю в Нью-Йорке. Мне нравится город. Я пошел на Бродвей ".

"Ты прошел пешком от парка до Бродвея?"

"Это верно". Вкрался слабый оттенок раздражения. "Это была хорошая ночь, немного прохладная. Я хотел света, шума, толпы, поэтому в итоге я побродил по Таймс-сквер ".

"Один".

"Да. Я зашел в пару игровых автоматов. Мне нравится играть. Я зашел в бар. Многолюдно, шумно. У них была игра на экране. Американский бейсбол. Я предпочитаю футбол. Не то, что вы, люди, называете футболом. Настоящий футбол. Но я выпил пива и посмотрел часть игры. Затем я вернулся сюда. Я не уверен насчет времени. Не очень поздно. Я бы сказал, до одного ".

"Как называется бар?"

"Понятия не имею. Я прогуливался; мне захотелось пива ".

"Есть расписка?"

"Нет. Это было одно кровавое пиво. Я заплатил наличными. Если бы я знал, что мне понадобится алиби, я бы справился значительно лучше ".

Характер, характер, подумала Ева. "Человек в вашем положении, бизнесмен с международными интересами - и учитывая, опять же, ваше прошлое - может счесть необходимым владеть лицензированным оружием".

"Ты знаешь, что я делаю. Ты бы уже проверил ".

"У вас есть лицензия на гражданский парализатор, который зарегистрирован на ваше имя. Может быть, раз вы так склонны к сотрудничеству, вы позволили бы мне взять это с собой, протестировать и изучить. Поскольку вы пили пиво и смотрели игру, когда был убит детектив Колтрейн."

На его лице застыло негодование. "Если бы моим отцом был кто-то другой, а не Макс Рикер?"

"Я бы все равно просил об этом. Я могу получить ордер, если вы предпочитаете."

Он ничего не сказал, только поднялся. Он подошел к столу, открыл ящик. Это было оружие меньшего размера, изящнее и менее мощное, чем у нее. Тот, который только ошеломил. Он предложил ей это вместе с лицензией.

"Удобно", - сказала она.

"Как я уже сказал, я ожидал тебя. Я не мой отец". Он вырезал слова, когда Ева положила оружие и документы в пакет для улик, надписала его, запечатала. "Я не убиваю женщин".

"Только мужчины?"

"Я заботился о ней, иначе у нас не было бы этого разговора. Теперь мы закончили ". Он принял квитанцию, которую Ева распечатала из своего PPC. "Я ожидаю, что коп, который посадил Макса Рикера в ту клетку, поймает человека, который убил Амариллис".

Он вернулся в фойе, вызвал лифт.

"Ты знаешь рутину, не уезжай из города, оставайся доступной, бла-бла-бла". Ева вошла в лифт вместе с Рорком.

"Да, я знаю рутину. Я также знаю, что если бы наше происхождение сделало нас теми, кто мы есть, нам всем был бы пиздец ".

Он ушел, когда двери закрылись.

Когда они вышли на тротуар, Ева остановилась, повернулась, чтобы заговорить. Рорк просто покачал головой, затем взял ее за руку и повел к машине.

"Что?" - спросила она и повторила, когда они оказались внутри: "Что?"

"Веди. Если бы я был человеком, который ожидал визита полицейского, который обвинял бы меня в убийстве другого полицейского, я бы завел себе растение на улице, с глазами и ушами. И тогда я бы точно знал, что тот коп думал обо мне и нашем разговоре ".

Ева нахмурилась, ведя машину. "У вас действительно есть люди, которые ходят и слушают других людей?"

Он похлопал ее по руке. "Мы говорим не обо мне, не так ли?"

"Законы о неприкосновенности частной жизни-"

"Там, там". Он снова похлопал ее по руке. "Он был влюблен в нее, и все еще влюблен. В какой-то степени, все еще есть ".

"Люди часто убивают тех, кого любят".

"Ну, если он это сделал, то он либо удивительно глуп в этом, либо чертовски умен. Вот такое жалкое алиби. Вы получите ордер на доступ к дискам системы безопасности его здания, чтобы подтвердить его приход и уход ".

"Первый в списке. Он должен был бы знать это, поэтому он приходил и уходил в значительной степени так, как было сказано. Он широко открыт для рассматриваемого времени. Широкие. И он нервничал, когда мы добрались туда. У него немного сдали нервы, пока мы шли вперед, потому что он разозлился. Парализатор не сработает. Он отказался от этого слишком легко. У него мог быть другой, незарегистрированный, нелицензированный. Черт возьми, у него мог бы быть долбаный арсенал ".

"Максу действительно нравилось ремесло владения оружием. Он более сговорчивый, чем его отец ", - прокомментировал Рорк. "И все же не все так гладко. Странно, действительно. Макс не проявил бы таких нервов, не почувствовал бы, как они дошли до этого. И все же у сына есть лоск, которого не хватало отцу. Он, кажется, не из тех, кто использует слово "пизда", когда речь идет об Амариллис. Это слишком вульгарно".

"Может быть, он нанимает вульгарных подчиненных".

"Очень возможно. Или это был преднамеренный выбор, потому что это кажется неправильным. Потому что это больше похоже на его отца ".

"Может быть. Он заинтересован в нас, был заинтересован в нас. Но-"

"Кажется, не более, чем разумно. Учитывая обстоятельства."

"Похоже", - согласилась она. "Либо между ним и его отцом есть какая-то напряженность, либо он хотел, чтобы мы думали, что есть. Интересно, какие. В любом случае, ты собираешься в мидтаун? В ваш офис?"

"Я полагаю, что да".

"Я брошу тебя там".

"Показывает мне, чего я стою для тебя. Теперь меня бросили".

"Я имею в виду, высадить тебя там, забрать тебя. Неважно. Но, говоря о демпинге. Она разрывает отношения еще в Атланте. Он бесится из-за этого - дружелюбный, моя задница - но, может быть, это как, конечно, к черту, кому ты нужен. Или, может быть, он что-то ей оставляет, и именно поэтому она решает перевестись ".

"Время указывает на то, что она хотела дистанцироваться".

"Что он сказал? Он не часто бывает в Нью-Йорке. Затем он приходит сюда, вступает с ней в контакт. Ну вот, опять, думает она, и как раз тогда, когда у нее завязался роман с Моррисом. Когда все уладится. Она идет к нему, пытается убедить его, что все кончено. Он мог бы разыграть это. Как ты и сказал, он гладкий, он отполированный. Но это сжигает его внутренности. Эта сука не может меня бросить. Ей это не сойдет с рук. Накручивает себя. Действительно поднимает пар. Связывается с ней той ночью, требует, чтобы она пришла встретиться с ним, или он собирается осложнить ей отношения с Моррисом, с департаментом."

"Она могла бы поспорить с ним или попытаться урезонить", - продолжил ее мысль Рорк. "Или просто соглашайся. Но она приняла бы меры предосторожности, пристегнув свое оружие."

"Да, но он ждет ее. Уже внутри. Может быть, ему удалось получить ее ключ-карту, когда она пришла в гости, или это сделал его приятель Сэнди - клонировал ее, вернул незаметно для нее. Выводит ее на лестницу, несет вниз, возвращает обратно, чтобы он мог сказать ей, что ни одна женщина не скажет ему, что все кончено. Может быть, он позволяет ей умолять его, обещать ему, говорить ему, что она любит его - все, что, по ее мнению, спасет ее жизнь. Но он знает, что она лжет, и от этого становится только хуже, так что проваливай. Отбой."

Она покачала головой. "И мне это просто ни о чем не говорит".

"Он причинил бы ей больше боли. Это то, о чем ты думаешь ".

"А ты бы не стал? Сука бросила тебя, теперь она распространяет их ради какого-то другого мужчины. Придется заплатить ".

"Он любил ее. Может быть, достаточно, чтобы убить ее, и слишком много, чтобы причинить ей боль."

Поскольку она точно поняла, что он имел в виду, она покачала головой. "Люди такие странные. Это был не импульс, это другое дело. Это не было похоже на: "Я пойду туда и разберусь с этой сукой". Это было слишком организовано для этого. Итак, возьми свои слова обратно, представь, что он планировал это некоторое время. Еще до того, как он добрался до Нью-Йорка. Он бы знал о Моррисе. Он мог бы установить за ней слежку, и тогда бы он узнал о Моррисе. Играет почти так же, за исключением того, что он приглашает ее в гости, делает приятное. Так приятно видеть тебя снова, рад, что ты счастлив. Разве мы не зрелые взрослые? Затем он звонит ей, говорит, что ему нужно ее увидеть, или он в беде, ему нужна ее помощь, чего бы это ни стоило. И она уходит".

Она пробиралась через весь город. "Или, и вот одно, которое мне не нравится, потому что это может сработать. Они все еще дурачились. Она была у него в кармане. Все пошло наперекосяк, и он сделал ее или заставил ее сделать. Я ненавижу, что это то, что работает лучше всего ".

"Это лучше всего работает только с текущими данными", - отметил Рорк. "Могу ли я что-нибудь сделать, чтобы помочь с Моррисом?"

"Нет, на самом деле нет. Я позвонил, прямо на его голосовую почту этим утром. Я не хотел... ты знаешь. Просто сказал, что хочу, чтобы он знал, что мы работаем над этим, и он мог отмечать меня, когда ему понадобится. Я должен спросить его, знал ли он, что она была связана с Алексом Рикером. Я должен спросить, и я не думаю, что он это сделал. Он бы сказал мне вчера. В каком бы сильном шоке он ни был, он бы сказал мне об этом, дал мне зацепку. Так что я собираюсь быть тем, кто снова пнет его в живот ".

Рорк знал, что для нее это труднее, чем встретиться лицом к лицу с вооруженным психопатом. "Я могу перенести некоторые дела, пойти с тобой. Мы можем пойти навестить его сейчас ".

От этого предложения у нее обожгло горло. Он сделал бы это. Он всегда будет это делать. У нее это было. "Я не могу. Я должен вернуться, занести все это в книгу, отнести парализатор в лабораторию. Мне нужно ввести Пибоди в курс дела. И другие вещи. Я надеюсь, что у меня будет что-то более основательное, когда я поговорю с Моррисом ".

Она подобралась так близко к большой черной башне, в которой размещалась "Рорк Индастриз", насколько позволяло безумие Нью-Йорка. "Спасибо".

"Действия говорят громче". Он обхватил ее шею и, наклонившись к ней, запечатлел на ее губах поцелуй, который заставил ее поклясться, что она могла видеть маленькие красные сердечки, танцующие над ее головой. "Позаботься о моем полицейском".

"Я пытаюсь сделать это привычкой".

"Если бы только ты сделал". Он вышел, бросил на нее последний взгляд своими голубыми глазами-лазерами, затем зашагал по тротуару к черному шпилю, который он создал.

Сначала она зашла в лабораторию, вручила парализатор. По пути в отдел по расследованию убийств она составила в уме список того, что нужно было сделать. Поместите интервью с Алекс Рикер в файл вместе с ее впечатлениями. Проверьте, ради собственного любопытства, как часто отец и сын общались. Просчитай вероятности всех сценариев, через которые она прошла с Рорком. Встреться с Мирой, чтобы получить подробный профиль как на жертву, так и на убийцу. Проинформируйте Пибоди, изучите результаты EDD.

Затем, поскольку откладывать было нельзя, она разберется с "другими вещами", которые не объяснила Рорку.

Она свяжется с Доном Вебстером из ОВР.

Потому что, черт возьми, если бы кто-то и имел представление о Колтрейн и сыне Макса Рикера, то это был бы IAB. Если бы они знали, информация об этих отношениях была бы передана из Атланты в Нью-Йорк.

Вебстер бы знал.

Мысль о необходимости выпытывать информацию из отдела внутренних расследований - и из бывшего любовника на одну ночь - просто обожгла ее задницу. Размышляя об этом, она раздраженно зашагала в КПЗ.

"Даллас! Эй! Подожди!"

Нахмурившись, она отмахнулась от крика Пибоди. "Мне нужно пять".

"Но-"

"Пять!" Прокричала Ева в ответ и протопала в свой кабинет.

Моррис села в кресло для посетителей.

"О, привет". В следующий раз, когда Пибоди сказала ей подождать, Ева пообещала себе, что подождет.

"Я знаю лучше". Он поднялся на ноги. Она могла видеть на нем долгую, бессонную ночь - тени под глазами, бледность. "Лучше, чем вставать у тебя на пути, лучше, чем задавать вопросы, давить на тебя, когда ты давишь на себя сильнее, чем кто-либо мог. Я знаю лучше. Но это не имеет значения ".

"Все в порядке". Она закрыла дверь. "Все в порядке".

"Я собираюсь увидеть ее. Мне нужно было сначала прийти сюда, нужно было, чтобы ты рассказал мне все, что мог, прежде чем я пойду к ней ".

Ссылка Евы подала звуковой сигнал, но она проигнорировала его. "Немного молока в твой кофе, верно?"

"Да, немного. Спасибо ".

Она запрограммировала кофе, используя это время, чтобы привести в порядок свои мысли. "Я говорил с ее семьей".

"Я знаю. Как и у меня сейчас ".

Она подала ему кофе, села на свое место, развернув его лицом к нему. "И я говорил с ее лейтенантом здесь и в Атланте. Со своим напарником там, со своим отрядом здесь. Ее очень любили".

Он кивнул. "Ты пытаешься утешить меня, и я благодарен. Мне нужно больше. Мне нужны факты. Теории, если это все, что у вас есть. Мне нужно знать, что, по-твоему, произошло. И почему. Мне нужно, чтобы ты пообещал, что скажешь мне правду. Если ты дашь мне свое слово, ты его не нарушишь. Ты пообещаешь мне правду?"

"Хорошо". Она кивнула. "Истина. Я даю тебе свое слово. Мне нужно то же самое от тебя. Я должен спросить тебя кое о чем, и мне нужна правда ".

"Ложь ей не поможет".

"Нет, они этого не сделают. Моррис, ты знал, что детектив- что у Амариллис были интимные отношения с сыном Макса Рикера, с Алексом Рикером, до того, как она переехала в Нью-Йорк?"

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ОНА МГНОВЕННО ПОНЯЛА ОТВЕТ. ЕГО ГЛАЗА расширились, губы дрогнули. Минуту или две он ничего не говорил, пока она смотрела, как он пьет кофе и приходит в себя. Он сидел не в одном из своих строгих, стильных костюмов, а в легком черном свитере и джинсах, с волосами, собранными сзади в простой хвост без каких-либо обычных украшений.

Пока он сидел в тишине, она поняла, как и сказала Рорку, что во второй раз пнула друга в живот.

"Моррис-"

Он поднял руку, прося еще минуту. "Вы подтвердили это?"

"Да".

"Я знал, что у нее кто-то был, что у нее были отношения с кем-то до того, как она уехала из Атланты". Он поднял руку, чтобы потереть висок. "Они разорвали отношения, и это расстроило ее, она оказалась в безвыходном положении. Это была одна из причин, по которой она решила перевестись. Просто начать все сначала, с чистого листа - некоторое расстояние между тем, что было, и тем, что могло бы быть. Вот как она выразилась. Я должен был сказать тебе вчера. Я не подумал об этом. Я не мог подумать-"

"Все в порядке".

"Она упомянула об этом, как ты делаешь, когда узнаешь кого-то получше. Она сказала... Что она сказала? Я пытаюсь вспомнить. Только то, что у них не получилось, не смогли быть такими, какими они были нужны друг другу. Она никогда не упоминала его имени. Я никогда не спрашивал. Зачем мне это?"

"Можете ли вы сказать мне, у вас возникло ощущение, что она беспокоилась о нем, о том, как они закончили это?"

"Нет. Я только помню, как думал, какой дурак позволил ей уйти. Она больше не поднимала эту тему, и я тоже. Это было в прошлом. Мы оба были сосредоточены на настоящем моменте, на том, куда мы направлялись. О том, что могло бы быть, я полагаю. Он сделал это?"

"Я не знаю. Это зацепка, и я последую за ней. Но я не знаю, Моррис. Я расскажу тебе то, что знаю, если ты доверяешь мне справиться с этим ".

"Нет никого, кому я доверяю больше. Это правда".

"Алекс Рикер в Нью-Йорке".

Краска, которая появилась на его лице, была яростью, едва контролируемой. "Выслушай меня", - потребовала она. "Он связался с ней, и она пошла к нему за день до своей смерти. Он добровольно поделился со мной этой информацией сегодня утром, когда я пришел к нему ".

Моррис отставил свой кофе в сторону и, встав, подошел к узкому окну Евы. "Они все еще не были вовлечены. Я бы знал ".

"Он сказал, что это не так, и что они разорвали свои отношения полюбовно. Они встретились как друзья. Они выпили и разговорились, в ходе которого она сказала ему, что встретила кое-кого, была вовлечена. Он заявил, что она выглядела счастливой ".

"Ты поверил ему?"

Черт возьми, подумала она, как ей удалось обойти свои подозрения и сдержать свое слово? "Я верю, что он, возможно, говорил правду, или часть правды. Если бы она чувствовала угрозу или волновалась, сказала бы она тебе?"

"Я хочу так думать. Я хочу думать, что даже если бы она этого не сделала, я бы увидел это, почувствовал это. Она не сказала мне, что встречается с ним, и теперь я не могу спросить ее, почему она этого не сделала. Что это значит, что она этого не сделала."

Ей не нужно было видеть его лицо, чтобы понять, что там была боль. "Возможно, это так мало значило для нее, что она не чувствовала, что об этом стоит упоминать".

Он повернул назад. "Но ты так не думаешь".

"Моррис, я знаю, что люди в отношениях совершают странные вещи. Они говорят слишком много, не говорят достаточно ". Возьми меня, подумала она. Сказала ли она Рорку, что намерена связаться с Вебстером?

"Или это могло быть, особенно с тех пор, как наши отношения стали очень серьезными, я мог бы задавать вопросы. На которые она не хотела отвечать. Дело не в том, что у нее раньше были отношения с кем-то, никто из нас не был ребенком. Но она была связана с Алексом Рикером."

"Да".

"Сын известного преступника, известного убийцы. Тот, кто, когда они были вовлечены, все еще был на свободе. Все еще у власти. Насколько вероятно, что Алекс Рикер непричастен, не связан с деятельностью своего отца? Но она, полицейский чиновник, связалась с ним ".

"Он никогда не был арестован или обвинен в каком-либо преступлении".

"Даллас".

"Ладно, да, это рискованно, это сложно. Это липко. Я полицейский чиновник, Моррис, и я не только связалась с человеком, на которого копы всей планеты - и за ее пределами - положили глаз, я вышла за него замуж ".

"Человек забывает", - пробормотал он. Он вернулся, чтобы сесть, чтобы снова взять свой кофе. "Это вызвало бы у нее некоторые трения на работе. Как это случилось с тобой." Когда она ничего не сказала, Моррис опустил кружку. "Было ли с ней проведено расследование?"

"Я собираюсь выяснить это. Но... " Правда, напомнила она себе. Таков был уговор здесь. "Она держала это при себе. Из заявления Рикер, из того, что я узнал из Атланты, и из ее команды здесь, никто не знал, что у нее были личные отношения с ним ".

"Я вижу".

Хуже, поняла Ева, хуже для него, что отношения с Алексом были достаточно важными, чтобы она держала их в секрете.

"На это могло быть много причин. Самое простое - она хотела оградить свою личную жизнь от работы ".

"Нет, ты снова пытаешься утешить меня, пощадить. Я знаю, как работает виноградная лоза. Каждый в моем доме, в ее доме, я бы поспорил, что почти каждый коп, клерк, беспилотник и техник в Центральном знает, что мы с Амми были вовлечены. Сохранение этого в тайне должно было быть преднамеренным, и из-за того, кем он был. И хранить это в тайне так долго? Это серьезно ".

Он сделал паузу на мгновение, и его брови сошлись вместе. "Ты собираешься узнать. Ты имеешь в виду, что собираешься поговорить с IAB?"

"Это необходимо".

"Если они не знали, то узнают сейчас. После того, как ты поговоришь с ними ".

"Я не могу обойти это. Я буду настолько осторожен, насколько смогу, но ...

"Дай мне минуту". Он уставился в свой кофе. "Макс Рикер носил копов в своих карманах, как другие мужчины носят свободные кредиты. Теперь вы задаетесь вопросом, была ли Амми у его сына."

"Я должен спросить. Я должен взглянуть на это. Если я отброшу это, отложу это, чтобы пощадить ее репутацию, возможно, ее убийца проскользнет через брешь. Этого не произойдет. Даже для тебя."

"Я знал ее. Я знаю, как она думала, что чувствовала, как она спала, ела и жила. Я бы знал, если бы она была грязной. Я знаю, как она определяла свою работу и что она чувствовала, делая это ".

"Ты не знал об Алексе Рикере".

Он уставился. Она смотрела, как опускается заслонка, та, что закрыла ее от нее как друга, как полицейского, как коллеги. "Нет, я этого не делал". Он поднялся на ноги, натянуто заговорил. "Спасибо, что держишь меня в курсе".

Она добралась до своего раньше, чем он смог добраться до двери ее кабинета. "Моррис, я не могу и не буду извиняться за то, что выполняю свою работу, но мне может быть жаль, что то, как я должен это делать, причиняет тебе боль. Точно так же, как мне жаль, что приходится это говорить. Держись подальше от Алекса Рикера. Если у меня не будет твоего слова, что ты будешь держаться подальше, не вступай с ним в контакт, я приставлю к тебе хвост. Я не позволю тебе препятствовать расследованию ".

"У тебя есть мое слово". Он вышел и закрыл за собой дверь.

Оставшись одна, Ева села за свой стол, уронив голову на руки. Дружба, подумала она, была такой чертовски сложной, такой переплетенной с острыми краями, которые могли проделать в тебе дыру в любой момент.

Почему люди всегда путаются с другими людьми? Зачем подвергать себя этому дерьму?

Она должна была рассмотреть возможность того, что Колтрейн была грязной. Разве это было недостаточно сложно? Должна ли она была нести вину за то, что причинила боль Моррису вместе с этим?

Дерьмо. Да, она дала. Выхода из этого нет.

Она хотела проигнорировать стук в дверь, на самом деле хотела просто немного погрязнуть в жалости к себе. Но долг победил.

"Что? Какого хрена ты хочешь?"

Дверь приоткрылась на несколько дюймов, и Пибоди заглянула внутрь. "Ах. Ты в порядке?"

Вот оно, предположила Ева. Там был ответ на то, почему люди путались с людьми. Потому что, когда тебе было плохо, когда ты барахтался, кто-то, для кого ты был важен, спрашивал, все ли с тобой в порядке.

"Нет. На самом деле нет. Входи. Закрой дверь". Когда они были даны, Ева выдохнула и стряхнула их. "ЭДД?"

"На ее домашнем или рабочем оборудовании ничего не отключено. Никаких отклонений по ссылкам на ее дом или офис. Ничего, что указывало бы на встречу в ночь ее смерти. Ее ежедневники проверяются. Единственное, что мы пока не смогли определить, это запись для AR за день до ее убийства. Это указано в разделе "Личное". Ни адреса, ни номера, с дополнительным обозначением через косую черту, что соответствует "после смены" в других ее записях ".

"У меня есть это. Садись. АР - это Алекс Рикер ".

"Алекс ... как Макс Рикер?"

"Как в его единственном сыне. Вот в чем дело ".

Хотя она хранила молчание во время рассказа Евы, по лицу Пибоди пробежали разные выражения, и Ева могла их прекрасно прочитать. Они варьировались от "Срань господня" до "Бедный Моррис" и "Что теперь".

"Ты сказал ему?"

"Да".

Пибоди кивнула. "Ну, ты должен был".

"Я не сказал ему о неубедительном алиби Рикера, потому что он не спрашивал. Я не сказал ему, что мне было чертовски ясно, что у Рикера все еще есть чувства к Колтрейн. Даже без этого, это было достаточно плохо. Мне нужно, чтобы вы получили ордер на обыск пентхауса Алекса Рикера, а также на конфискацию и досмотр его электроники. Он будет ожидать этого. Он прикроет себя, если понадобится. Но мы здесь чертовски умны. Мы можем увидеть, что скрывается под одеялом, если будем смотреть достаточно пристально. Мы должны проверить его идиотское алиби. Посмотрим, кто свободен, чтобы пройтись по Таймс-сквер с фотографией. В центре внимания - спортивные бары. Мы займемся этим, как только я закончу и смогу вернуться на поле ".

Ева потерла глаза. "Теперь я должен уговорить Вебстера встретиться со мной где-нибудь подальше отсюда, где мы не столкнемся с другими полицейскими или кем-либо еще".

"Позволяет вам увидеть, как это было для нее. Я имею в виду разные причины и все такое, но это стресс - пытаться договориться о встрече с кем-то на самом низком уровне. Я не могу представить, что буду заниматься этим почти два года. Либо она действительно любила его, либо секс был, типа, потрясающе волшебным ".

"Или ей нравились острые ощущения и выгода".

"О, точно". Лицо Пибоди вытянулось. "Трудно идти туда".

"Скажи мне. Но я ухожу, и ... Я только что подумал об идеальном месте ". Она переключилась на свой "линк. "Закрой дверь, когда будешь уходить. Нет смысла рекламировать, я вызываю крысиный отряд ".

The Down and Dirty был заведением секса и стриптиза, где посетители пили обжигающие горло напитки для взрослых, обжигающие желудок, и им это нравилось. Для тех, кто мог оплатить перевозку, отдельные комнаты предлагали койку и замок, а также пространство, в котором они могли совершать любые естественные или неестественные действия по своему выбору.

Кабинки для уединения часто задыхались от дыма, в то время как нелегалы передавались из рук в руки, как кукурузные конфеты. По ночам на сцене обычно выступала какая-нибудь группа, на разных стадиях раздевания и с сомнительными талантами. К ним обычно присоединялись танцоры с такой же квалификацией, как и посетители, на которых могли повлиять эти напитки для взрослых и / или нелегалы.

Известно, что насилие вспыхивало - внезапно и радостно, - что было частью привлекательности для некоторых. Странные и непривлекательные вещества прилипли к полу, а еда была полным дерьмом.

Там проходила мальчишник Евы, во время которого она поймала убийцу. Хорошие времена.

Мужчина за стойкой возвышался примерно до шести с половиной футов мускулатуры. Его черная кожа блестела на фоне расстегнутого кожаного жилета и туши для тела. Его бритая голова сияла, как темная луна, когда он протирал барную стойку, а голобэнд отбивал ритм джунглей для трио впечатляюще сложенных и бездарных танцоров.

В это время дня в клуб не набивалась толпа, но несколько мужчин сгрудились за столиками, посасывая пиво, очевидно, довольствуясь наблюдением за неуклюжей работой ног, поскольку она была прикреплена к обнаженным сиськам.

Двое из них оглядели ее, когда она проходила мимо, затем пригнулись, чтобы заставить себя, как она предположила, исчезнуть. Парень за стойкой одарил ее хорошим, долгим взглядом. Оскалил зубы.

"Привет, тощая белая девушка".

"Привет, большой черный парень".

Его широкое, невзрачное лицо расплылось в усмешке. Он протянул через стойку руки длиной с Пятую авеню, оторвал ее от пола и шумно прижался губами к ее рту.

"Давай" было все, что она могла сказать.

"Ничего не могу с этим поделать. Я скучал по твоему лицу, плюс я думал о тебе только этим утром. Как насчет этого?"

"Да, как насчет этого. Как дела, Крэк?"

"Будь на высоте, будь на дне. В основном, в эти дни не спят. Сегодня утром я пошел в парк, как делаю время от времени, взглянуть на дерево, которое ты посадил для моей малышки. Моя младшая сестра. Все становится зеленее. Мне приятно видеть, как все становится зеленым ".

Выражение его лица сменилось с приятного на опасное, как щелчок выключателя, когда кто-то осмелился подойти к бару за обслуживанием, в то время как он был занят другим.

Клиент улизнул.

Они называли его Крэк, это было хорошо известно, за его привычку раскалывать черепа всем подряд - будь то сотрудникам или покровителям, - если их поведение вызывало у него неудовольствие.

"Что ты делаешь на моем месте?"

"У меня назначена встреча, и я хотел провести ее наедине".

"Тебе нужна комната?"

"Не такого рода личные".

"Приятно слышать. Мне нравится твой мужчина. Я надеюсь, что он уже встал ".

"Когда Рорк встает, это никогда не проблема".

Смех Крэка был подобен раскату грома.

"В любом случае, я подумал, что смогу встретиться здесь и не столкнуться с другим полицейским. Если для тебя это не проблема."

"Ты хочешь, я вышвырну этих придурков отсюда, закрою это место, и ты можешь пользоваться им в свое распоряжение столько, сколько захочешь".

"Просто столик, спасибо".

"Пить?"

"Я похож на самоубийцу?"

"У меня есть немного воды в бутылках на заднем сиденье". Его взгляд отвел от нее. "Ты не хочешь встречаться с другими копами, у тебя проблема, потому что один из таких, как ты, только что пришел".

Она кивнула, заметив Вебстера. "Все в порядке. Это моя встреча ".

"Садись за любой столик, какой захочешь".

"Спасибо". Она подошла к Вебстеру, затем указала на угловой столик и продолжила идти.

Она признала, что всегда было немного неловко иметь с ним дело. Не потому, что она однажды столкнулась с ним, когда они оба были детективами, работающими в отделе убийств. Но потому что он воспринял отказ намного серьезнее, чем она.

Еще более неловко, когда спустя годы он, по-видимому, сошел с ума и начал приставать к ней. Тот, на кого наткнулся Рорк, даже когда она отклоняла его. Они набросились друг на друга, как пара обезумевших волков, разгромили ее домашний офис и причинили друг другу значительные телесные повреждения, прежде чем Рорк вырубил Вебстера без сознания.

Они пришли к соглашению, напомнила она себе. Она и Рорк, Рорк и Вебстер, она и Вебстер, неважно.

Все еще. Неловко. И это было до того, как вы добавили липкий слой внутренних расследований.

Вебстер, симпатичный мужчина с острым взглядом, осмотрел комнату, затем сел - как Ева - спиной к стене. "Интересный выбор места".

"Работает для меня. Я ценю, что ты встретил меня ".

"Разве мы не вежливы?"

"Не начинай с меня".

Он пожал плечами, откинулся назад. "Можем ли мы выпить кофе в этом месте?" "Конечно. Если у тебя есть желание умереть."

Он улыбнулся ей. "Рорк знает, что ты встречаешься со мной в секс-заведении?"

"Вебстер, я бы предпочел, чтобы никто не знал, что я встречаюсь с ОВР где угодно и когда угодно".

И, прислонившись к стене, его спина поднялась. "У всех нас есть работа, которую нужно делать, Даллас. Если бы вам не нужен был IAB, нас бы здесь не было ".

Поскольку он был прав, она не стала спорить. "Мне нужно знать, имеет ли ОВР какое-либо отношение к моему расследованию убийства детектива Амариллис Колтрейн или какой-либо интерес к нему".

"Почему ты спрашиваешь?"

"Да или нет, Вебстер".

"Обнаружили ли вы какие-либо доказательства или проводите какое-либо расследование, которое указывает на то, что есть или должно быть участие ОВР?"

Она наклонилась вперед. "К черту это. Полицейский мертв. Постарайся немного заботиться ".

Он повторил ее движение. "К черту это. Если бы мне было все равно, я бы не был IAB ".

"Ответь мне "да" или "нет" на мой вопрос, я отвечу тебе "да" или "нет" на твой".

Он снова откинулся назад, изучая ее. Расчетливая, она знала, как с этим справиться. "Да".

Узел в ее животе скрутило, но она кивнула. "Да. Мне нужно знать, была ли она грязной, Вебстер."

"Не могу тебе сказать. Не могу тебе сказать, " повторил он, указывая предупреждающим пальцем, когда ее глаза вспыхнули, " потому что я не знаю."

"Скажи мне, что ты действительно знаешь. Услуга за услугу ", - добавила она. "Я отвечу взаимностью, с условием, что мы оба сохраним этот разговор в наших записях, если только оба не согласятся на иное".

"Я могу это сделать. Тебя бы здесь не было, если бы ты уже не установил связь между Колтрейн и Алексом Рикером. Он подозреваемый?"

"Он есть. У меня недостаточно или почти ничего на него нет. Но я смотрю. Значит, ОВР следит за ней с Атланты?"

"Тамошнее бюро получило наводку, что она была связана с Рикером".

"Чаевые?" Ева подсказала.

"Несколько фотографий Колтрейн и Рикера - держащихся за руки, целующихся губами - попали на стол IAB".

"Удобно. Кто-то хотел, чтобы ее поджарили ".

"Возможно. Это не меняет картины. IAB получил посылку примерно за девять месяцев до того, как она обратилась с просьбой о переводе. Они выполнили это, подтвердили. Хотя у каждого было отдельное место жительства, по сути, они жили вместе в третьем - кондоминиуме в Атланте в здании, принадлежащем Максу Рикеру. Отдельный вход, частный лифт, частный гараж. Она могла приходить и уходить с небольшим риском быть замеченной. Они также проводили время вместе, когда она была вне списка. Она путешествовала с ним в Париж, Лондон, Рим. Он покупал ей драгоценности, дорогие вещи ".

"Никаких дорогих вещей в ее заведении", - вставила Ева. "Никаких доказательств, что она где-то хранила сейф".

"Она вернула все это, когда они расстались".

"Откуда ты знаешь? Вы установили за ней наблюдение? Ты подключил все к сети?"

"Я не могу подтвердить или опровергнуть. Я говорю тебе то, что знаю ".

"Если все это происходило, почему ОВР не привлекло ее к ответственности?"

"Вопреки распространенному мнению, мы преследуем копов не ради забавы. Алекс Рикер? Нет преступника, нет доказательств преступника. Нет доказательств, что Колтрейн брала взятку или передавала ему полицейскую информацию. Гипотетически, если место было прослушано, Алекс Рикер и его старик - это те типы, которые регулярно проверяют места ".

"И которые достаточно умны, чтобы не обсуждать ничего компрометирующего, если они не уверены, что это безопасно".

"Им достались обрывки".

"Она встречалась с Рикером?" Ева потребовала: "Макс Рикер? Имеете с ним какие-нибудь дела?"

"Ничего не произошло. С другой стороны, как я уже сказал, она и сын Рикера, Алекс, путешествовали. Так что они могли бы. Но эти фрагменты включали в себя мальчика, ясно давшего понять, что он не хочет обсуждать папу. Так что они этого не сделали. В итоге в раю все пошло наперекосяк, серьезно пошатнулось после того, как папа слег ".

"Когда мы сняли его", - пробормотала Ева.

"Да. Она начала проводить больше времени у себя дома. Они несколько раз спорили, когда на них кто-то смотрел. Затем это прекратилось. Несколько недель спустя она подала заявление о переводе в Нью-Йорк ".

"Вот когда вы, ребята, взяли верх".

"Мы не спускали с нее глаз. Ничего близкого. Может быть, если бы мы это сделали, она была бы жива. Факт в том, что мы искали, не смогли найти и поставили ее на последнюю ступеньку. Ничто из того, что мы обнаружили с момента ее перевода, не указывает на какой-либо контакт с Рикер-Максом или Алексом ".

"Алекс Рикер в Нью-Йорке. Она встречалась с ним за день до того, как ее убили."

"Трахни меня".

"Ты не знал".

"Я просто сказал, что мы сбили ее с ног". Разочарование выплеснулось из него. "Мы не распинаем копов, черт возьми. Она крутила с сыном известного плохого парня, но никто ничего не может повесить на сына. Это пахло, конечно, но никто не нашел ничего, что можно было бы повесить на нее. Она пришла сюда, судя по всему, не совала нос в чужие дела. Мы не преследовали ее. Я хотел бы, чтобы мы были. Я не люблю грязных копов, Даллас, но я чертовски уверен, что ненавижу мертвых ".

"Ладно, прекрасно. Сбрось газ, Вебстер ".

"К черту и это тоже. Ты смотришь на ревнивого бывшего любовника здесь? Он делает с ней или уже сделал с ней, потому что она ушла, и она разогревает простыни с Моррисом?"

Ева подняла брови.

"Господи, каждый гребаный человек знает, что у Морриса с ней что-то было. Мне его чертовски жаль ".

"Хорошо. Ладно." Она сама сдерживала себя, потому что знала, что это правда. "Да, это могло бы сыграть таким образом. Проблема в том, что у него действительно дерьмовое алиби. Если он плохой парень, то он действительно умный, так почему у него нет надежного алиби?"

"Иногда дерьмовые обещания более правдоподобны".

"Да, я тоже прошел через это. Он все еще был влюблен в нее, по крайней мере, частично. Все еще привязан к ней ".

Вебстер скривил губы в болезненной улыбке. "Я знаю, как это происходит".

Ева отступила назад, проклиная себя за то, что пошла прямо на это. "Давай".

"Я выздоровел", - легко сказал он. "Но я знаю, как это происходит. Это выводит тебя из себя и давит на тебя. Хотя я никогда не хотел убивать тебя ".

"Тот, кто убил ее, хотел этого. Спланировал это. Ты в любом случае не можешь сказать мне, была ли она грязной или нет ".

"Нет. Ты тоже не можешь мне сказать. Ты не можешь дать ей презумпцию невиновности. Что бы вы ни хотели сказать об IAB, вы знаете, что должны смотреть на нее как на взятку или, по крайней мере, под влиянием ее чувств к парню. Ты должен следовать линии".

"Мне не обязательно это должно нравиться".

Тепло вернулось в его глаза. "Ты думаешь, я верю?"

"Зачем делать это иначе?"

"Потому что мы поклялись соблюдать закон, а не использовать его. Защищай и служи, а не хватай все, что захочешь по пути. Не делай того, что ты хочешь. Предполагается, что мы должны что-то отстаивать ".

Она не могла спорить. "Смотрело ли на меня ОВР, когда я переспала с Рорком?"

"Да, некоторые. Ты знал это, нутром чуял. Твоя репутация, твой рекорд подтверждены. Плюс, " добавил он с быстрой усмешкой, " на него тоже никто никогда ничего не вешал. Факт в том, что я знаю по личному опыту, он мог бы быть самым крутым из крутых парней, и он никогда бы не использовал тебя ".

Он колебался, затем, казалось, пришел к решению. "Возможно, ты никогда не увидишь капитана. Возможно, они никогда не вытащат прутья из своих тугих задниц ради тебя ".

"Я знаю. Это не имеет значения ".

"Так и должно быть".

Она удивилась, услышав обиду - за нее саму - в его голосе. И оставил ее без понятия, что сказать.

"В любом случае". Вебстер пожал плечами. "Я посмотрю на вещи в свое свободное время. Поэтому мы не порочим ее, если она этого не заслужила. Если ты узнаешь что-нибудь еще о Рикере, в любом случае, я был бы признателен, если бы ты передал это дальше ".

"Хорошо. Я могу это сделать ".

"Как много знает Моррис?"

"Я рассказал ему о Рикере, прежде чем пометил тебя. Я не собираюсь обходить его в этом ".

"Значит, он знает, что ты собирался обсудить это с IAB".

"Он соединил точки воедино, да".

"Если ты заговоришь с ним снова, скажи ему, что я буду держать это в секрете".

"Я сделаю. Он оценит это".

"Да, если я ничего не найду. Тогда он захочет съесть мое сердце с клюквенным соусом. Я должен вернуться ". Он поднялся на ноги. "Будь осторожен с Рикером. Ты заменил его отца. Скорее всего, он был бы счастлив съесть твое сердце сырым ".

Ева подождала, пока Вебстер выйдет, затем подошла попрощаться с Крэк.

Ева предположила, что для большинства это было бы странно, и просто еще один день в жизни полицейского, перейти от встречи в секс-клубе к консультации в красивом, проветренном кабинете доктора Шарлотты Мира.

Будучи ведущим профайлером департамента и главным психиатром, Мира занимала просторное помещение, оформленное по ее собственному вкусу. Которые касались женщин и класса.

Точно так же, как и сама доктор.

Мира сидела, скрестив ноги и выгодно демонстрируя бледно-розовый костюм. Ее темно-каштановые волосы мягко вились вокруг ее спокойного, прекрасного лица, когда она потягивала чай.

"Я отправила открытку с соболезнованиями Моррису", - сказала она Еве. "Это кажется такой мелочью - сделать что-то для друга в такое время. Ты, конечно, видел его."

"Да. Он держится. Это разрушило его, вы можете это видеть, но он держится. Вы смогли прочитать файлы, обновления? Все?"

"Да. Один из нас погибнет, это приоритет. У нее был роман с сыном Макса Рикера. Опасный бизнес. Профессиональный риск. И все же я бы не охарактеризовал ее как любительницу риска ".

"Она была полицейским".

"Да, что всегда сопряжено с риском. Но согласно ее документам, она ни разу за свою карьеру не стреляла из своего оружия. Она решала головоломки. Она была мыслителем. Организованный, ориентированный на детали мыслитель. Она происходила из хорошей семьи, принадлежала к верхушке среднего класса, состояла в одном браке. Она преуспевала в школе. Ее оценки работы всегда были твердыми и устойчивыми. Никаких черных отметин, никаких блестящих звезд. Это была осторожная женщина. Алекс Рикер был исключением ".

"Любовь, вожделение или выгода?"

"Если выгода, или только выгода, зачем рисковать связью, близостью? Продолжать отношения больше года, идти на все, чтобы скрыть это от своих коллег, своей семьи? Похоть может разжечь огонь, но она редко поддерживает его надолго. Возможно, было все три ".

"Сначала влечение - похоть. Горячий парень, интересный парень, классный. Опасно. Хорошая девочка получает покалывание от плохого мальчика ".

Мира слегка улыбнулась. "Ты проецируешь?"

"У меня не было покалывания. Меня ударили кирпичом. Да, я вижу некоторые параллели, но то, как она сыграла это ... "

"Это было не так, как ты сделал", закончила Мира, "или когда-либо будет. Возможно, тайный характер добавил немного волнения. Все, что я изучил об этом, указывает на то, что она следовала правилам. Кроме этого. Это еще одна форма возбуждения ".

"Итак, она ведет с вожделением, и есть все эти мурашки - возбуждение. Уедем со мной в Париж сегодня ночью. Хот-дог. И да, она преодолела множество препятствий, чтобы быть с ним, " размышляла Ева, " и остаться с ним, поэтому любовь - или то, что она считала таковой - должна была сыграть свою роль. Она влюблена, и он говорит: "Может быть, ты мог бы оказать мне это маленькое одолжение". Ничего особенного. Звезды в глазах, ты оказываешь маленькую услугу. Чему это причиняет боль?"

"И следующая услуга будет больше. Ты увяз еще глубже". Мира кивнула. "Это логическая схема".

"Возможно, он начинает требовать слишком многого. Для женщины, не настроенной на них, больше риска, и все начинает идти наперекосяк. Согласно моему источнику, все пошло наперекосяк примерно в то время, когда погиб Рикер. Она видит, что произошло, задается вопросом, произойдет ли это с сыном и с ней ".

"Это меняет схему", - согласилась Мира. "Теперь, после поражения своего отца, Алекс главный".

"Она не может с этим справиться, разрывает это. Создает дистанцию между ними. С чистого листа, вот что она сказала Моррису. Начать все сначала. Алекс Рикер теряет возлюбленную и источник. Плохой перерыв для него ".

"Его отец - жестокий, неуравновешенный человек. Известный преступник, человек власти и без совести. Его мать умерла, когда он был совсем маленьким. Несчастный случай, самоубийство."

"Или убийство", - добавила Ева.

"Да, или. Хотя ему дали превосходное образование, и он вырос с преимуществами, которые можно купить за деньги, он был помещен в закрытые учреждения, школы с регламентированным режимом. Как его единственный признанный кровный родственник - как единственный сын - Макс Рикер ожидал бы многого. Потребовал этого. От него ожидали бы, что он преуспеет, и ожидали, что - когда его отец будет готов - он сделает шаг вперед и встанет у руля. Он тоже, судя по тому, что я изучил, осторожный человек. Хотя он может быть связан с риском, он, безусловно, минимизировал его, покрывая себя слоями защиты. Его публичная персона гораздо более отточена, чем у его отца. Он, с осторожностью, даже дотошным пиаром, избежал скандала, связанного с осуждением одного из родителей за все преступления, за которые был осужден Макс Рикер ".

"Это все равно ужалит его".

"О, это было бы необходимо. Его единственный оставшийся в живых родитель, и тот, кто заботился о его нуждах большую часть его жизни, заперт. Большая часть его богатства конфискована. И, как вы сказали, арест его отца, последствия этого, почти совпали с разрывом с детективом Колтрейн."

"Держу пари, у него была действительно плохая неделя".

"Он должен был бы разозлиться, почувствовать себя преданным, покинутым. Снова. Его мать бросила его, теперь его отца забрали, и женщина, которую он любит - или с которой он тесно связан - уходит ".

"Осторожный человек мог бы выждать свое время".

"Да, осторожный человек мог бы. Но-"

"Черт возьми. Я знал это".

"В убийстве нет интимности. Нет страсти, нет возмездия. Это холодно, расчетливо, отстраненно. Она принадлежала ему, в самом реальном смысле. Либо просто как женщина, либо как женщина и как ресурс. Если это чувство предательства и этот гнев - даже холодный и контролируемый - побудили его убить ее, я бы ожидал увидеть какой-нибудь знак ".

Мира отпила чаю, поерзала. "Мог ли он удержаться, чтобы не причинить ей боль, не потратить больше времени? Конечно, человек с его профилем был бы гораздо более склонен выбрать более безопасное место для убийства. Тем не менее, использование ее собственного оружия является личным, даже интимным. Это оскорбительно ".

"Он нанял это".

"Гораздо более вероятно, на мой взгляд. Осторожный человек, привыкший защищать себя и свои интересы. Заказное убийство, инсценированное, чтобы выглядеть как личное. Отправлять оружие обратно, вам, с личным сообщением? Снова противоречивые значения. Осторожный человек ушел бы или приказал оставить оружие на месте преступления. Если нет, то избавился бы от этого. Отправлять их обратно - это насмешка ".

"Это вызов-твоей-заднице. Убийца гордился своей работой и хотел нанести последний удар ".

"Да. Скажи мне, она была влюблена в Морриса? Ты бы знал ".

"Да. Я думаю, что она была."

Мира вздохнула. "Только более болезненные для него. Но если бы она была влюблена в Морриса, я не верю, что она бы его предала. Это ей не подходит. Если бы она прекратила отношения с Алексом Рикером и нашла кого-то другого, она бы не предала его ".

"Что дает Рикеру еще один мотив. Если их личные отношения были мертвы, как насчет их деловых отношений? Если бы они у них были."

"Я бы сказал, если бы они были, они были связаны друг с другом. Зачем ей рисковать этим?"

"Возможно, он не дал ей выбора. Я хочу, чтобы она была чистой ".

Мира потянулась, чтобы коснуться руки Евы. "Да, я знаю, что ты это делаешь. Я тоже. Больно видеть, как другу больно".

"Он доверяет мне выполнять работу, но я не знаю, простит ли он меня когда-нибудь, если выполнение этого докажет, что она грязная. Меня бесит, что я должен заботиться об этом. Мне не пришлось бы беспокоиться, если бы... "

"Тебе было все равно".

"Вот сука". Она оттолкнулась. "Спасибо".

"Все, что вам нужно по этому поводу, в любое время. Я очистил это ".

Ева вышла, направилась обратно в Отдел убийств. Делать все, что требовала работа.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ПРОБЛЕМА С ТЕМ, ЧТО ТЫ СЫН ИЗВЕСТНОГО преступника, заключалась в том, что копам было намного проще получить ордер на обыск. С одним в руке и небольшим батальоном копов за спиной Ева во второй раз вошла в пентхаус Алекса Рикера.

Тот факт, что с ним было три адвоката, ее не удивил. Главный парень, который представился как Генри Проктор, производил впечатление пожилого государственного деятеля с его седыми волосами, грубоватым лицом, консервативным темным костюмом. Она представила, как его богатый баритон эхом разносился по многим залам суда, высекая закон, как резец на мраморе, для защиты своих высокопоставленных клиентов.

"Мой клиент полностью готов сотрудничать с полицией в этом вопросе в соответствии с буквой закона".

"Вы можете прочитать эту букву закона". Ева протянула ордер. "Мы уполномочены произвести обыск в помещении, а также конфисковать и изучить все информационные и коммуникационные устройства, включая портативные устройства и личные вещи".

"Один из юрисконсультов или сотрудников мистера Рикера будет наблюдать за каждым этапом исполнения ордера. Которые будут проводиться под запись. Мистер Рикер также воспользуется своим правом на запись обыска и конфискации. Он не будет делать никаких заявлений, и в это время его не будут допрашивать ".

"Меня устраивает. Капитан Фини".

Для главы EDD не было обычным делом помогать в исполнении ордера. Но Ева не хотела ошибок - и Фини хотел участвовать. Она кивнула своему бывшему партнеру, своему тренеру.

Его лицо бассет-хаунда оставалось трезвым. Она задавалась вопросом, была ли она единственной в комнате, кто знал, насколько он наслаждался собой. Любой удар по столяру придавал дню немного блеска.

"Ладно, мальчики и девочки, вы знаете правила". Он шагнул вперед, контрастируя с лощеным видом в своем помятом костюме и стоптанных ботинках. "Будут выданы квитанции за любое изъятое оборудование".

"Мы были бы признательны за предполагаемое время возвращения. Это причиняет значительные неудобства".

Фини почесал голову сквозь жесткую копну рыжих с серебром волос. "Зависит, не так ли?"

"Детектив Бакстер, вы и ваша команда начнете обыск на третьем этаже. Офицер Кармайкл, займите этот уровень. Пибоди, " добавила Ева, " мы займем второй этаж."

Она хотела спальни, личные пространства, зоны интимности. Даже люди, которые знали лучше, обычно чувствовали себя в безопасности там, где они спали, занимались сексом, одевались, раздевались. По мнению Евы, это было наиболее вероятным местом, где Алекс мог совершить ошибку, забыть что-то, что могло связать его с убийством Колтрейн.

Они не разговаривали. Она уже проинформировала команду, вплоть до самого низкого дрона в форме, что все, что они сказали, все, что они сделали, каждое выражение, жест и чихание могут и будут записываться. И может быть использовано адвокатами для того, чтобы поставить под сомнение как процедуру, так и цель обыска и изъятия.

"Мы начнем со спальни мистера Рикера", - сказала она Роду Сэнди.

Он стоял позади них, неодобрение читалось в каждой черточке его лица и тела. Он вышел из просторной гостиной на втором этаже в просторную хозяйскую спальню.

Алекс знал, как жить, размышляла Ева. Гостиная превратилась в аккуратный офис / гостиную с рабочей стойкой из черного стекла, на которой стояли мини-приборы. Соответствующий бар, пара клубных стульев и развлекательный экран заполнили пробелы. Зная любовь Рорка к панелям, она провела пальцами по стенам.

"Это то, что ты ищешь". Сэнди зашла за стойку для напитков, открыла панель. Внутри в шкафу хранились вино и ликер. "Мы будем сотрудничать, лейтенант", - сказал он, источая презрение, "так что вы закончите это вторжение и уберетесь".

"Так принято к сведению". Ева повторила тон Сэнди и, не сводя с него глаз, добавила к команде: "Проверьте других".

Она ушла с Пибоди.

Мужчина любил пространство, решила она. Просторная спальня, одна стена полностью застеклена, чтобы выходить на террасу и город за ней. Алекс мог наслаждаться утренним кофе или вечерним бренди, сидя за столиком в бистро или полулежа на гелевом диване. На антикварном письменном столе стояли еще мини-буквы d и c. В зеркалах отражались стены, обтянутые полинялым шелком, и огромная кровать с балдахином.

В тишине Сэнди прошлась по комнате, открывая панели для другого бара, авточехла, экранов. Ева побродила, осмотрела гардеробную с ее вешалками, ящиками и стойкой - и подумала, что, возможно, наконец-то она приударила за кем-то, у кого было столько одежды, сколько у Рорка. И в роскошь ванны из мрамора и камня.

Это должно было занять некоторое время.

"Закатай рукава, Пибоди. Давайте начнем".

Потребовался человек с мозгами и некоторым опытом, чтобы тщательно, даже педантично удалить все, что хоть отдаленно компрометирует, из своего домена и оставить личное.

Она нашла презервативы и секс-игрушки, различные лосьоны, выставленные для усиления сексуального опыта. Ничего, что выходило бы за рамки закона. Она нашла целую армию средств для ухода за собой и гигиены, которые сказали ей, что Алекс много думал и уделял времени своей внешности.

Но тщеславие не было преступлением.

Его гардероб подсказал ей, что он предпочитает натуральные волокна и может позволить себе индивидуальный пошив, что даже его повседневная одежда отличается изысканностью стиля. Она обнаружила, что он любил спокойные цвета и комфорт, предпочитал боксеры трусам - и если его чтение перед сном не было подспорьем для нее, ему нравились шпионские романы.

Чего она не нашла в его спальне, так это персонального карманного компьютера.

"Я не нахожу КПП, Род".

Он стоял, по-солдатски выпрямившись, скрестив руки. "Я бы предположил, что у мистера Рикера его при себе".

"И не иметь никого у его постели? Мне кажется странным. Тебе не кажется странным, Пибоди, что у мистера Рикера не было удобного ПК у кровати, с помощью которого он мог бы работать в постели, когда придет настроение, проверять результаты на ящике, отправлять электронное письмо, что угодно?"

"Это действительно звучит странно, лейтенант".

"Будет ли нарушением законов этого штата не владеть двумя персональными компьютерами?" Холодно сказала Сэнди.

"Нет, просто эта странная записка".

Она вышла, прошла через гостиную, открыла дверь. Внутри она обнаружила то, что выглядело как маленькая комната для гостей. Кровать, ширма, крошечная кухонька. Она перешла к другому прилавку из черного стекла. На нем стояла ваза со свежими цветами и декоративная ваза.

"Еще одно странное замечание. Это выглядит как рабочий стол, как тот, что в главной спальне. Такие, в которых обычно хранится оборудование. И вместо этого у нас есть цветы ".

Она нарочито фыркнула. "Красивая".

"Я тоже не верю, что цветы запрещены законом".

"Нет, но мы набираем странные ноты, Род. Например, почему на этой двери табличка с изображением ладони. Дополнительная охрана в этой комнате ".

"Мистер Рикер первоначально рассматривал возможность сделать это своим офисом, затем передумал."

"Ага". Она подошла к узкому комоду, начала открывать его. "И это выглядит совершенно, шлепающе новым. Как будто это никогда не использовалось. Как будто, может быть, это было просто вставлено сюда. У тебя не часто бывает компания?"

Его улыбка была идеальной серединой между кислой и самодовольной. "Мы делаем косметический ремонт".

"Да, держу пари". Она указала Пибоди на единственный шкаф, а сама вошла в примыкающую ванную.

Компактный, эффективный, безупречно чистый. Но она готова была поспорить, что им воспользовались. Она готова была поспорить, что оборудование, когда-то размещавшееся в "комнате для гостей", было перенесено в другое место совсем, совсем недавно.

"О, привет, Род? Есть еще одно странное замечание. Тот, в котором, по твоим словам, вы с Алексом провели ночь - это была ночь убийства детектива Колтрейн, - и Алекс сказал мне, что он вышел."

"Я предполагал, что Алекс был внутри".

"Не очень-то хорошо следишь за своим боссом для личного помощника, не так ли, Род?"

Он ощетинился; ей это понравилось. "Я не слежу за Алексом. Мы поужинали в, как я уже говорил. Я поднялся наверх около десяти. Я не знал, пока он не сказал мне сегодня днем, что он ушел той ночью. Я верю, что в этой стране все еще законно, когда мужчина может прогуляться и выпить пива ".

"Последнее, что я проверил. Итак, как вы ладили с детективом Колтрейн?"

"Мы очень хорошо ладили, хотя я не видел ее около года. Я сожалею о том, что с ней случилось, и сожалею, что это расстраивает Алекс ".

"Ты не видел ее, когда она приходила к нему пару дней назад?"

"Нет. Алекс хотел увидеть ее наедине. Я был здесь, наверху ".

"Кажется, ты проводишь здесь много времени". Она послала ему чрезмерно жизнерадостную улыбку. "Раз уж ты это делаешь, почему бы нам не взглянуть на твою каюту, Род?"

Она проделала все необходимые действия - как для процедуры, так и для того, чтобы уколоть надоедливого ПА, - но знала, что искать будет нечего. Алекс был умен, у него был опыт, и он предвидел поиски.

Как только это было сделано, и они оказались снаружи, она посовещалась с Фини. "Ты видел маленькую спальню рядом с большой гостиной на втором этаже?"

"Да. Табличка на ладони и голосовой код на двери. Если только он не использует это, чтобы удерживать своих сексуальных рабынь против их воли, я бы сказал, что оборудование оттуда было вывезено в последние день или два. И это оборудование, вероятно, незарегистрировано ".

"Забавно, я думал о том же. За исключением возможных сексуальных рабынь ".

"Парни думают о секс-рабынях больше, чем женщины. Вероятно."

"Я могу только предполагать. Он бы стер все, что есть на его оборудовании ".

"Если только он не глуп, конечно". Фини достал из кармана пакет с орехами, потряс им. Предложил это Еве. "Мы сможем сказать, стер ли он, может быть, найдем отголоски".

Поскольку они были там, она взяла пару миндальных орешков в сахаре, раскрошила. "Но если бы он не зарегистрировался, он бы сохранил что-нибудь компрометирующее в этом".

"Если, опять же, не глупо".

"Я думаю, было слишком надеяться, что мы найдем кольцо Колтрейн, спрятанное в коробочке в ящике для носков".

"Стоит попробовать. Парень попал в тень." Фини мотнул подбородком в сторону здания. "Подлизался больше, чем его старик, но на нем тень".

"Да, он делает. Но Шейди далеко ушел от убийцы полицейских. Я собираюсь работать из дома. Ты получишь что-нибудь, я хочу услышать об этом ".

"Возвращаюсь к тебе. Я не знал эту леди, но она была значком. И есть Моррис. У тебя есть ЭДД и я, круглосуточно, пока мы не уберем этого ".

Она подошла к Пибоди, которая столпилась со своим сожителем Макнабом и его приятелем по EDD Каллендаром.

Макнаб стоял, позвякивая всем, что могло зазвенеть в двух карманах его огненно-красных штанов maxicargo. Его светлые волосы были заплетены в косу, закрывавшую его худое, симпатичное лицо, и спадали на спину легкой куртки цвета нарцисса. Рядом с ним Каллендар выглядела пышногрудой красоткой в футболке с зигзагообразным рисунком, просторной верхней рубашке и глянцевых брюках.

"Пицца бьет по всем нотам". Каллендар жевала жвачку, так что от движений ее челюсти огромные треугольники, свисающие с ушей, подпрыгивали. "Ты покупаешь".

"Я согласен на пиццу, но счет можно взять с собой". Макнаб протянул кулак, и глаза Евы сузились, когда два электронных детектива прошли первый раунд игры "Камень, ножницы, бумага".

"Ну и дела, извини, что прерываю игру, но есть такая неприятная рутина - выслеживать убийцу полицейского".

"Мы этим занимаемся". Макнаб посмотрел на нее серьезными зелеными глазами. "Мы собираемся спрятаться в загоне. Мы просто договариваемся о топливе и покупке ".

"Я расчистил ночь для этого, лейтенант", - сказал ей Каллендар. "Но ты должен заправить насос. Мы забрали из тех раскопок восемь настольных устройств, двенадцать настенных и шестнадцать портативных. Все, что там касается детектива Колтрейн, мы собираемся это найти ".

Но насосы должны были быть заправлены. Ева порылась в своих карманах. "Пицца за мой счет. Пибоди, я работаю из дома. Вы можете координировать результаты поиска и изъятия, регистрировать все это. Перечеркни все буквы "т". После этого выбери, где ты будешь наиболее полезен ".

"Понял. Одна вещь." Она быстро шагнула с Евой к машине Евы. "Если Рикер и компания вынесли оттуда оборудование или что-то еще, это должно быть на дисках системы безопасности здания. Поэтому мы должны -"

"Они у меня есть. Я собираюсь просмотреть их дома ".

"О". На лице Пибоди отразилось легкое разочарование. "Наверное, я должен был догадаться, что ты подумаешь об этом. Я просто не хотел ничего говорить об этом, пока мы были внутри и на записи ".

"Хорошо, что ты подумал об этом".

"Что ж. О, и еще кое-что. Если ты думаешь, что нам следует перенести свадебный душ Луизы и все такое, я могу позаботиться об этом ".

"Дерьмо". Ева провела рукой по волосам. "Я забыл об этом". Снова. "Нет, просто оставь это. Посмотрим. Если ты поговоришь об этом с Надин, и она использует это, чтобы попытаться выкачать из тебя -"

"Расследование активно и продолжается. Мы проверяем все версии. Бла-бла-бла."

"Тогда ладно". Ева забралась в свою машину.

Она напала на хвост в трех кварталах. На самом деле, это была настолько неряшливая тень, что она почувствовала себя оскорбленной.

Последняя модель, невзрачный черный седан. Тонированные стекла. Нью-йоркские номера. Она отметила номера, повернулась, чтобы добавить несколько кварталов к своей дороге домой. Седан совершил поворот, отъехав на две длины назад. Она подумывала о том, чтобы съехать на обочину, посмотреть, последует ли ее хвост примеру и проедет мимо, а затем рвануть назад.

Вместо этого она позволила поймать себя на следующем светофоре, в то время как перед ней текла река пешеходов. Зачем Рикеру нанимать такого дерьмового хвоста? она задумалась. Мужчина с его связями, его досягаемостью должен быть способен приставить к ней кого-то с большим мастерством и большей технологией.

Гомер на ее машине - или, по крайней мере, трехконечный хвост, который мог бы все перепутать. В этом потоке она, возможно, пропустила это. Глупый, любительский ход, решила она. Может быть, она немного поездит вокруг, потратит их время, посмотрит, подъедут ли они достаточно близко, чтобы она могла использовать свою машину, чтобы забаррикадироваться, а затем поднять их.

Между тем, она могла бы также выяснить, кому принадлежал седан.

Она включила свой компьютер dash. "Запустите регистрацию транспортного средства, Нью-Йорк. Восемь, шесть, три, Зулу, Браво, Эхо".

Подтверждены. Работаем...

Когда загорелся светофор, она перешла пешеходный переход, бросив взгляд в зеркало заднего вида.

Она поймала фургон краем глаза. Зажатая в пробке, ей некуда было повернуться. Когда машина неслась на нее, она нажала на акселератор и переключилась на вертикальное положение.

"Давай, ты, кусок дерьма. Давай дальше." На мгновение ей показалось, что у нее получится, но мчащийся фургон зацепил ее медленно поднимающиеся задние колеса. Удар отбросил ее назад на сиденье. Когда машина развернулась, неуклюже нырнув в сторону Мэдисон-авеню, она наполнилась защитным гелем.

Она подумала: Черт. И потерпел крах.

Она услышала это - приглушенные гелем звуки - удар, хруст, визг. Она перешла на другую наклонную триста шестьдесят, когда машина, которая была прямо за ней на светофоре, врезалась в ее переднее крыло. Или, точнее, она захлопнула ее. Несмотря на гель, она почувствовала, как толчок прошел по всему ее телу.

Ошеломленная, дезориентированная, она выскочила из машины, нащупала свое оружие. Люди столпились вокруг нее, и все говорили одновременно сквозь звон колоколов в ее голове.

"Отойди, держись подальше. Я полицейский ". Она бросилась к разбитому фургону. Ее быстрый просмотр показал ей седан, степенно движущийся по Мэдисон.

Ушли, детка. Исчезли.

Кровь в ее глазу, в прямом и переносном смысле, она подошла к двери фургона, размахивая своим оружием. И обнаружил, что кабина пуста.

"Они убежали!" Один из нетерпеливых свидетелей прокричал это ей. "Двое мужчин. Я видел, как они бежали в ту сторону ". Свидетель указал на восток, в сторону парка.

"Я думаю, что одна из них была женщиной", - вмешался другой свидетель. "Боже, они просто протаранили тебя, а затем уехали".

"Они были белыми парнями".

"Один был латиноамериканцем".

"У них были темные волосы".

"Один был блондином".

Ева пробилась сквозь услужливую толпу, рывком открыла задние двери. С отвращением она изучила оборудование для наблюдения.

Хвост не был глупым и неаккуратным. У нее были.

Она выдернула свой коммуникатор. "Даллас, лейтенант Ева, задействованный офицер транспортного средства, Мэдисон и ... Семьдесят четвертая. Требуется помощь". Она локтями прокладывала себе путь обратно к машине, которая сбила ее после аварии. Женщина сидела внутри, моргая.

"Мэм? Мэм? Ты ранен?"

"Я не знаю. Я не думаю." Женщина уставилась на нее стеклянными глазами с узкими зрачками. "Что случилось?"

"Требуется медицинская помощь гражданскому лицу", - добавила она, затем повернулась, чтобы посмотреть на свой покореженный автомобиль.

"Черт возьми", - пробормотала она. "Requisitions собирается заключить со мной контракт".

Информация, которую он получил, утверждала, что она не пострадала. Но Рорк не верил ничьему слову, когда дело касалось его жены - даже ее. Конечно, подумал он с закипающим гневом, который он использовал, чтобы скрыть страх, не она была той, кто связался с ним. Она также не ответила по ссылке в своем кармане, поскольку он пытался это сделать с тех пор, как начал работать на другом конце города.

Когда он добрался до баррикады, он просто оставил свою машину там, где она была. Они могли бы, черт возьми, отбуксировать это, подумал он. И выстави ему счет.

Оставшуюся часть пути он преодолел пешком, двигаясь быстро.

Он первым увидел обломки - металлические складки гармошкой, разбитое стекло, обглоданные куски стекловолокна.

Страх перехлестнул через гнев, как лава.

Затем он увидел ее, стоящей на ногах. Стоя. Целиком. И, судя по всему, спорил с одним из медицинских техников перед машиной скорой помощи.

"Я не ранен. Мне не нужно проходить обследование, и я чертовски уверен, что не сяду в этот автобус. Защитный гель разрядился. Ты видишь, как много на мне надето? Как там гражданские? Как поживает женщина?"

"Потрясен, вот и все", - сказал ей МТ. "Но мы забираем ее, чтобы ее осмотрели. Ты должен войти. Твои глаза кажутся мне шокирующими ".

"Мои глаза не шокированы. Мои глаза налиты злобой. Теперь уходи и ... " Она замолчала, когда заметила Рорка, и он заметил, что ее взгляд из разъяренного превратился в озадаченный.

Он направился прямо к ней, сдерживая ужасное желание просто подхватить ее на руки и унести прочь. Он провел пальцем рядом с неглубоким порезом и синевой вокруг него, которая портила ее лоб.

"Значит, это самое худшее из всего этого?" он спросил ее.

"Да. Как ты-"

"Я позабочусь о ней", - сказал он MT. "Если ей понадобится пройти лечение или обследование, я позабочусь об этом".

"Да? Как?"

"Она моя жена".

"Да?" - повторил МТ. "Удачи, приятель".

"Тебе обязательно было-"

"Да. Моя машина за баррикадой. Поехали".

"Я пока не могу покинуть сцену. Я не все прояснил, и мне нужно убедиться, что отвечающие офицеры получили -"

Он повернулся к ней, медленно, очень медленно. "Смогли бы вы покинуть место происшествия, если бы были без сознания и вас перевозили в ближайшую больницу или медицинский центр?"

Прищуренный взгляд, который она направила на него, не проник внутрь. "Пойдем", - повторил он.

"Минутку. Офицер Лэйни, я ценю ваш быстрый ответ."

"Жаль, что это не могло произойти раньше, лейтенант, и мы бы поймали этих засранцев". Лейни, чернокожая женщина с ястребиными глазами, сердито смотрела на фургон, который в настоящее время загружали на платформу. "Чистильщики проверят каждый дюйм этого, и седан тоже. Вам следовало бы пойти с МТС, сэр. Ты здорово прокатился ".

"Я просто собираюсь пойти домой. Спасибо ". Она повернулась обратно к Рорку, пошла с ним. "Я не ранен".

"Большинство людей, которые не ранены, не истекают кровью".

"Я ударился головой, вот и все. Боже, если бы я знал, что ты поедешь домой таким образом и увидишь это, я бы первым делом пометил тебя ". Она оглянулась, поморщившись при виде нечестивого беспорядка на перекрестке. "Это выглядит хуже, чем есть на самом деле. Причинение вреда здоровью. Позвольте мне попросить их пропустить нас сюда ".

Она подошла к одному из полицейских в форме на баррикаде, у них состоялся короткий разговор. Когда она обернулась и увидела, как Рорк открывает для нее дверцу машины своего богача, она снова поморщилась.

"Не надо, ах, гладить меня или что-то еще, пока мы не выберемся отсюда. Это заставляет меня выглядеть сосиской ".

"Да будет это далеко от меня". Он сел за руль, пролез в отверстие, сделанное для него в форме. Он направился вверх по Мэдисон, чтобы обогнуть грейт-парк и направиться домой.

"Что случилось?"

"Я был идиотом. Повелся на это. Глупо. Черт возьми."

"Кроме этого, что произошло?"

"Провели обыск и наложили арест на квартиру Рикера, чего он и ожидал. Тем не менее, это должно было быть сделано. Я отделился после, чтобы отправиться домой, работать оттуда. Заметил хвост. Я должен был знать.Это было небрежно, очевидно, и я стал самодовольным. Обратил мое внимание на хвост, и, проверив регистрацию, начинаю пересекать на светофоре, и бац."

Она хлопнула в ладоши для выразительности, и от этого движения рана на ее голове запульсировала с удвоенной силой. Она сгорбилась и удержалась от того, чтобы ткнуть в это пальцем, поскольку Рорк мог заметить.

"Затем этот фургон появляется из ниоткуда, поджидая меня. Я бил по нему снова и снова, но такая машина, как эта, не реагирует, как долбаный ветер. Итак, он зацепил мои задние колеса, отправив меня в пике. Я разбиваюсь, разрушаю свою поездку. Женщина позади меня на светофоре ловит мое крыло, отправляя меня в очередной штопор. Я весь там, но Иисус, снова и снова. Тем временем парни - или парень и женщина, - которые могут быть белыми или латиноамериканцами, могут быть чертовыми пришельцами с планеты Вулкан, по словам свидетелей, - выходят и исчезают прежде, чем я успеваю выйти из машины. Седан вылетел на Мэдисон и был брошен на углу восемьдесят шестой и третьей. Пока никаких остроумных решений там не предвидится ".

Поскольку он, казалось, следил за движением, она осторожно ткнула пальцем в свой пульсирующий лоб. И, конечно, увеличил пульсацию в три раза.

"Оставь все как есть", - мягко сказал Рорк.

Раздраженная, смущенная, она опустила руку. "Сегодня утром поступило сообщение об угоне фургона какой-то компанией по доставке в Бронксе", - продолжила она. "Седан зарегистрирован на парня в Квинсе, и, по словам его жены и босса, он в Кливленде по делам, и был там два дня. Автомобиль был заменен после длительной стоянки в транспортном центре в Квинсе ".

Она резко опустилась на свое место. "Черт возьми".

"Это глупый способ пытаться убить тебя", - сказал Рорк через несколько мгновений.

"Они не пытались убить меня. Просто запутай меня, встряхни меня, облажайся. Хорошая работа. Но в чем смысл?" Она снова приподнялась на своем сиденье. "Даже если ты меня запутаешь, расследование продолжается. У нас есть электроника от Ricker's. У меня есть диски безопасности. Мы же не собираемся сказать: "оооо, кто-то испортил машину Далласа, поэтому мы должны свернуть наше расследование и спрятаться ".

"Почему ты не ответил на твою ссылку?"

"Моя "ссылка? Это не было сигналом ". Она вытащила его из кармана, хмуро посмотрела на него. "Это мертво. Должно быть, накачался. Природа аварии. Гель просто взорвался. Не просто удобные пакеты, но и дерьмо. Повсюду." Она почесала голову и стряхнула с волос маленькие капельки голубого геля. "Видишь?"

"Я благодарен за это".

Она позволила себе надуться. "Они никогда не соберут этот автомобиль обратно. Это лучшее, что у меня когда-либо было. Теперь все разрушено ".

"Беспокойство на другой день".

Он проехал через ворота, остановился. "Боюсь, теперь тебе придется побыть сосиской, поскольку я намерен погладить тебя".

"Я действительно в порядке".

Он привлек ее к себе, держал ее, дышал ею. "Я не такой, так что тебе придется дать мне следующую чертову минуту или две".

Он коснулся губами ее щеки, затем слегка коснулся ими ее поврежденного лба. Затем нашел ее рот и немного уступил страху.

"Мне жаль". Она взяла его лицо в ладони, отодвинула его назад. "Мне жаль. Я не думал о том, что ты придешь таким образом, придешь с этим. Пугаться таким образом. Я бы испугался, если бы все было наоборот ".

"Пибоди связалась со мной". Он прижал палец к ее губам, прежде чем она успела выругаться. "Чтобы заверить меня, что с тобой все в порядке, ты серьезно не пострадал. Она боялась, что они высветят это в сообщениях СМИ, на дорогах, на чем-то еще, и я услышу об этом таким образом. Она не хотела, чтобы я волновался ".

"И я не подумал об этом. Еще раз извини ".

"Ты был немного озабочен. Ты скажешь мне правду сейчас. Шишка на голове - это все?"

"Почти уверен. Мне немного больно от того, что меня толкают. Немного подташнивало и кружилась голова от погружения и вращения. Это прошло".

"Что ж, тогда мы войдем и приведем тебя в порядок".

"Мы - это вы, верно? Не его пугливость ".

"Пока нет ничего серьезного, нам не нужен Соммерсет".

"Это то, что я говорю все время, нам не должен был понадобиться Соммерсет. Но ты слушаешь?"

Он улыбнулся, поцеловал ей руку и поехал к дому.

Она была готова к критическому взгляду черного ворона из фойе. Соммерсет не разочаровал. "Я вижу, вы уничтожили еще одну полицейскую машину. Возможно, теперь рекорд принадлежит тебе".

Поскольку она боялась, что это возможно, Ева только скривила губы и начала подниматься по лестнице. Стоявший рядом с ней Рорк уловил вопрос в глазах Соммерсета и покачал головой.

Соммерсет присел, чтобы погладить кошку. "С ней все в порядке. Просто пара ударов. Он позаботится о ней. Ты останешься со мной, пока она не станет более самостоятельной. Ни одного неприятного комментария от нее." - приказал Соммерсет, когда они с Галахадом возвращались на кухню. "Я уверен, что завтра она будет более самостоятельной".

Поднявшись наверх, Ева без протеста приняла блокатор, который дал ей Рорк, и сидела, пока он обрабатывал ее рану на голове. они оба знали, что было время, когда она боролась бы с ним за оба. поэтому, когда он предложил ей успокоительное, а она отказалась, он просто кивнул.

"Ты почувствуешь себя лучше, если понежишься в ванне".

"Ты хочешь увидеть меня обнаженной".

"В каждый момент каждого дня". Он пошел в ванную, приказал наполнить ванну до температуры кипения, которую она предпочитала. Он добавил в воду какую-то соль, затем повернулся туда, где она ждала, и начал раздевать ее сам.

"Собираешься со мной?"

"Я не такой, нет. Хотя и заманчивые. Ты понежишься, используй виртуальную реальность для программы релаксации. Тогда ты съешь что-нибудь успокаивающее ". Каждый дюйм, который он раздевал, он изучал на предмет синяков, припухлостей и с облегчением ничего не обнаружил. "Поскольку это альтернатива поездке в больницу, ты будешь подчиняться приказам, как хорошая девочка".

"Я бы предпочел, чтобы ты понежился со мной и, возможно, попробовал двойную виртуальную реальность. Что-нибудь сексуальное. И я могла бы быть плохой девочкой ".

Он выгнул бровь. "Ты пытаешься отвлечь меня от того факта, что тебе причинили боль. Это чертовски хорошая попытка ". Он подарил ей легкий, почти отеческий поцелуй. "Идите вы, лейтенант. В одиночестве".

"Ты отказываешься от секса. Может быть, это тебя ударили по голове ". Но она ступила в пенистую, бурлящую воду широкой ванны и не смогла сдержать стон удовольствия. "Ладно, да, это хорошо".

Он достал из ящика очки виртуальной реальности, установил программу. "Расслабься".

"Есмь".

Он надел на нее очки, услышал ее вздох. Он взял себе бокал вина, не хуже успокаивающего, подумал он. И, прислонившись к двери, он медленно потягивал его и наблюдал за ней, пока она смывала боль.

Дом, сказал он себе. Она была дома, целой и невредимой.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

РАССЛАБЛЕННАЯ, ОТДОХНУВШАЯ, ЕВА, ЗАКУТАННАЯ В ХАЛАТ. Она подошла к зеркалу, откидывая волосы назад, чтобы осмотреть порез на лбу. Неплохо, решила она и поправила челку. Вы едва могли это увидеть.

Это была чушь собачья, признала она, раздраженно выдыхая, сдувая челку, потому что он бы это увидел. Он знал, что это было там. Она напугала его, оторвала от его собственной работы - с гарниром из беспокойства - и без веской причины. Если бы она потратила две секунды на то, чтобы подумать, связаться с ним, сказать ему, что она разбила свою машину, но с ней все в порядке, он бы не волновался.

Большая черная метка в колонке "Хорошая жена". Она, как правило, собирала их в кучу.

Хуже того, он слышит, что она попала в аварию, когда расследует убийство другого полицейского. Просто нехорошие.

Чувство вины сменилось расслаблением, когда она вернулась в спальню. "Послушай, я хочу сказать... " - Она замолчала. Сначала она почувствовала запах красного соуса, затем заметила тарелки со спагетти и фрикадельками на столе в гостиной. "Черт возьми".

"Не в настроении есть макароны?" Он прищурил свои смелые голубые глаза, критически изучая ее. "Ты, должно быть, ударился головой сильнее, чем мы думали".

"Я собирался это сделать - приготовить ужин, я имею в виду. Одна из причудливых вещей, которые тебе нравятся, потому что - Ад." Она сдалась, поспешила к нему, чтобы обнять его. "Мне жаль. Мне жаль. Я был так зол на то, что произошло, на себя, что не подумал ".

Сначала он провел рукой по ее волосам, затем быстро потянул за непослушные кончики. "Я не сержусь на тебя".

"Я знаю. Ты мог бы быть, но ты не такой. Так что я должен сожалеть еще больше ".

"Твоя логика завораживает и неуловима".

"Я не могу отплатить тебе сексом, морским окунем в соленой корочке или чем-то еще, потому что ты слишком занят заботой обо мне. Так что теперь у меня в моей колонке черная метка против яркой звездочки в твоей, и...

Он приподнял ее голову. "Ведем ли мы счет?"

"Нет. Может быть. Черт."

"Как у меня дела?"

"Бесспорный чемпион".

"Хорошо. Мне нравится побеждать ". Он зачесал ее челку назад, чтобы самому осмотреть рану. "Ты сделаешь. Давайте поедим".

Вот так, подумала она. Тогда нет. Нет, не просто так. Она переместила свою хватку на него так, что ее руки сомкнулись вокруг его шеи. "Я люблю тебя". И поцеловала его, нежно, медленно, глубоко. "Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я просто собираюсь продолжать говорить это ", - сказала она ему, прижимаясь своим телом к его. "Накапливаю их, так что у меня есть запас на случай, если я забуду это сказать. Мне нравится, кто ты, что ты такое, как ты говоришь, как ты смотришь на меня ".

Ее губы блуждали по его лицу, вниз по горлу, вдоль челюсти, возвращаясь к нему с мягким, роскошным обольщением. "Я люблю твое тело, то, что ты заставляешь меня чувствовать. Я люблю твое лицо, твой рот, твои руки. Возложи на меня свои руки, Рорк. Возложи на меня свои руки".

Он планировал проследить, чтобы она поела, немного отдохнула. Не спускать с нее глаз на случай... на случай. Теперь она подводила его. Тянет его вниз, чтобы он утонул в ней.

Он стянул халат с ее плеч, так что он соскользнул на пол. И возложил на нее свои руки.

"Еще. Еще. Я люблю тебя." Ее губы скользнули по его уху; ее зубы царапнули по его шее, чтобы добавить шок от похоти. "Я хочу большего. Я хочу тебя." Она потянула его за куртку, и ее смех был низким, возбуждающим мурлыканьем. "Слишком много одежды. Как и в первый раз, на тебе слишком много одежды. Я должен это исправить ".

Чтобы решить проблему, она разорвала его рубашку и снова рассмеялась. "Да, так-то лучше. О Боже, я люблю тебя." У нее перехватило дыхание от мастерства его рук, его рта, даже когда ее пальцы занялись крючком на его брюках. Даже когда она нашла его, горячего, твердого.

"Во мне, я хочу, чтобы ты был во мне. Я хочу, чтобы ты сошла с ума и была внутри меня. Я хочу увидеть, что это делает с тобой, пока я чувствую, что это делает со мной ".

Он бы поднял ее, подхватил на руки и отнес на кровать. Довел себя, довел ее до безумия. Но ее рот вернулся к его, так нежно. Сладко, так сладко. Он беспомощно упал в теплый жидкий туман любви.

"Иди в постель", - пробормотал он. "Пойдем со мной в постель".

"Слишком далеко". В молниеносной смене настроения она зацепила его ногу своей, переместила вес. Он приземлился под своей голой женой с горящими глазами на диване.

Прежде чем он смог перевести дыхание, ее рот был на его, язык дразнил, зубы покусывали. Его тело дрожало, когда он пытался обрести равновесие.

"Я собираюсь взять тебя". Ее затаенная угроза пульсировала в его крови. "Я не остановлюсь, пока не закончу, и ты не закончишь, пока не окажешься во мне. Пока я не впущу тебя в себя".

Она требовала, она брала, она тащила его к пьянящей грани контроля, только чтобы оставить его дрожащим, пока она успокаивала и сглаживала нежность над жадностью.

Он думал, что мог бы умолять ее или проклинать ее. И все же она безжалостно распоряжалась его телом, его сердцем.

Его глаза были дикими, и эти сильные, подтянутые мышцы дрожали под ее руками, ее губами. Он произносил ее имя снова и снова, перемешивая слова на английском и гэльском. Молитвы, мольбы, проклятия, она не могла знать. Мне было все равно. Его пальцы впились в нее, болезненное свидетельство потери контроля. Когда она предложила, он пировал на ее груди, как умирающий от голода мужчина. Даже когда эти пальцы, этот рот довели ее до оргазма, она держалась. Держался.

Она забрала бы его.

Ее дыхание вырывалось из легких; ее сердце билось так, что готово было разорваться. Но она смотрела, что она с ним сделала, смотрела, как его глаза расплавились от того, что она могла с ним сделать.

Она сжала его руки, словно тиски из пальцев. "Сейчас", - сказала она. "Сейчас, сейчас, сейчас". И, взяв его, оседлал его, как демон.

Его зрение затуманилось, и сквозь дымку она была бело-золотой, стройной и сильной. Его тело выгибалось под ней, доведенное до неистовства наслаждением. И, нанося удар, темное лезвие этого удовольствия вырезало в нем пустоту.

Он не двигался, не был уверен, что способен. Разум, реальность медленно подкрадывались к нему, и он осознал, что они лежат, сплетясь вместе, на диване, потное, липкое месиво из все еще дрожащих конечностей и прерывистого дыхания.

Иисус Христос, был ли более удачливый человек во Вселенной?

Ее кожа все еще была горячей, почти лихорадочной. Ее голова камнем лежала у него на груди. Он серьезно подумывал о том, чтобы просто закрыть глаза и заснуть так, как они спали, на следующий день или два.

Затем она застонала, и она вздохнула. Он искал и нашел связь между своим мозгом и рукой, чтобы он мог поднять ее и погладить ее по спине.

И она замурлыкала.

"Держу пари, ты этого не предвидел", - пробормотала она.

"Я этого не делал, нет. Если бы я понимал, что удар по твоей голове превратит тебя в ненасытного сексуального маньяка, который будет использовать меня так жестоко, я бы хладнокровно взведенный тебя задолго до этого ".

Она хихикнула, уткнувшись ему в шею, затем снова вздохнула. "Это был не удар по голове, это были спагетти. Или спагетти были последними в очереди ".

"Мы будем есть это до конца наших жизней. Каждый кровавый прием пищи." Она немного подвинулась, прижалась. "Это просто, все это просто заставило меня стать таким липким - и я собирался быть таким липким и романтичным и соблазнить тебя". Она подняла голову, улыбнулась ему сверху вниз. "Потом я действительно проголодался".

"Я счастлив быть в меню в любое время".

"Я вышиб тебе мозги".

"И еще кое-что".

"И теперь мы действительно отвратительны".

"Никаких вопросов по этому поводу".

"Думаю, нам следует принять душ, прежде чем есть холодные спагетти".

"Мы можем разогреть это".

"Я люблю холодное".

"Только ты", - пробормотал он. "Хорошо, тогда, душ. Но ты будешь держать свои руки при себе, извращенец. Ты использовал меня".

Она издала фыркающий смешок. "Парень, когда меняются ролями, они действительно меняются. Давай, приятель, я помогу тебе".

Они ели холодные спагетти, и, поскольку она доказала, что достаточно здорова, Рорк налил ей в дополнение бокал вина.

"Расскажи мне об Алексе Рикере, поисках и так далее. Мне интересно".

"Я думаю, у него столько же одежды и обуви, сколько у тебя".

"Ну вот, это неправильно. Мне нужно будет сразу же сделать пометку, чтобы пополнить свой гардероб ".

"Дело в том... " Она погрозила ему вилкой: "Я знаю, ты не шутишь".

"Зачем мне это?"

"В любом случае". Она крутила макароны. "Он ожидал нас и подготовился. Три адвоката на месте, чтобы убедиться, что мы были хорошими маленькими полицейскими. Полное сотрудничество и все такое. Место идеальное и в значительной степени соответствует вашим ожиданиям. Но там были не те заметки. Особенно комната для гостей, которая, очевидно, никогда не использовалась, с парой предметов мебели в ней, которые выглядели так, будто их только что вытащили из демонстрационного зала. Не преступление покупать новую мебель или иметь неиспользуемую комнату, а также ручную и голосовую охрану ".

"Ах, его личный кабинет. Он, вероятно, удалил из него незарегистрированное оборудование до того, как мы поговорили с ним этим утром ".

"Это было бы мое мнение. Фини с этим тоже согласен. У меня есть диски системы безопасности здания, но даже если мы увидим, как он лично выносит коробки или тащит комод, он чист. Полностью в пределах его прав. У меня на него нет ничего, кроме подозрений и понимания, что он неправ ". Она нахмурилась, снова набила вилку. "Он просто неправ".

"Настолько неправильно, что убил ее, или ее убили?"

"Я не знаю. Пока. Папаша Сэнди прикрывает свою большую жирную ложь этим утром, говоря, что он предполагал, что Алекс был дома весь вечер. Чушь собачья".

"Я склонен согласиться, но потому что?"

"Потому что они живут в одном пространстве, потому что они знают друг друга со времен колледжа. Потому что этот маленький засранец точно знает, что происходит, когда, где и как."

"Зачем лгать, когда Алекс собирался сказать, что он ушел?"

"Хороший вопрос. Возможно, он посоветовал Алексу сказать, что был дома, сказал ему, что подтвердит, затем Алекс передумал. В любом случае, мы проверяем алиби, но ни в ту, ни в другую сторону не продвинулись. Он умен", - пробормотала Ева. "Алекс умен и довольно хладнокровен. Так зачем ему делать что-то настолько неуклюжее и бесполезное, как срыв моей поездки?"

"Ты мог пострадать гораздо серьезнее. Да, ты могла бы быть, - сказал Рорк, прежде чем она смогла возразить. "Если бы ты дал полный бортовой залп, я бы сегодня вечером ел холодную пасту рядом с твоей больничной койкой. Эти полицейские проблемы похожи на чертовы консервные банки ".

"Они подкреплены", - начала она, затем пожала плечами под его стальным взглядом. "Ладно, это дерьмо. Но это мне вроде как понравилось, черт возьми. В нем были некоторые ходы, и он не был полностью уродливым. Я привык к этому. А теперь я собираюсь потратить пару часов с головной болью на бумажную работу. Отстой на стороне".

"Это может быть твоим ответом. Вы получили травму - незначительную или серьезную - ваш автомобиль разбит, и вы обязаны тратить время на рутинную бумажную работу, а не на расследование ".

"Большой риск, маленький Бенни. Вы должны угнать две машины, пометить мою, нанять людей, готовых врезаться в другую машину средь бела дня на оживленной улице. Я не знаю, почему это того стоило бы для него ".

"Ты ответственен за тюремное заключение его отца, и ты мой. Все, что он мог бы сделать, чтобы причинить тебе боль, может стоить того для него ".

"Может быть. Может быть. Возможно, это была идея маленького придурка и ее исполнение. Я ему не нравлюсь".

"И я готов поспорить, что ты был таким дружелюбным и вежливым в своих отношениях с ним".

"Не, мне нравилось щипать его за тугую задницу. В любом случае, я имею в виду, что если кто-то из них устроил ту дурацкую засаду, это сбьет их с толку. И Алекс поселится в клетке рядом с клеткой своего старика. Я работаю с Мирой. В чем-то он соответствует ее профилю, в чем-то не совсем подходит. Я должен продолжать смотреть на нее. Есть связь между Колтрейн и ее убийцей, и, глядя на нее, можно найти его. Найди его, заверни его, уложи его ".

"Ты хочешь, чтобы это был Алекс из-за его отца?"

Она потратила время, чтобы выпить немного вина, подумай об этом. "Я надеюсь, что нет, но я не могу сбрасывать со счетов этот элемент. Я знаю - кому знать лучше? - что то, кем и от чего мы произошли, имеет большое значение для формирования того, кто мы есть. Был бы я полицейским, если бы не то, что со мной сделали? Что он сделал со мной? Был бы ты тем, кто ты есть, без того, что с тобой сделали?"

"Я думаю, для меня это сводится к судьбе. Конечно, на каждом шагу приходится делать выбор, но то, что мы делаем, - это часть судьбы ".

Она нахмурилась. "Это имеет смысл, только если ты ирландец".

"Могло быть. Ты выбрала, Ева, закон, порядок этого. Ты мог бы спрятаться внутри жертвы вместо того, чтобы стоять за других ".

"Я не мог быть жертвой. Это был не выбор. Я не мог быть тем, кем они пытались меня сделать, и жить таким образом. Ты тоже не смог. Ты не мог быть таким человеком, каким был твой отец, тем, кто выполнял приказы других, кто бил маленьких мальчиков, кто убивал невинных ".

"И наслаждался этим".

"Да, понравилось. Твой отец и мой". Все внутри нее потемнело. "И Макс Рикер. Им нравилась жестокость и власть, которую она давала им над кем-то меньшим или слабее. Итак, мы много знаем об этом, ты и я - и он. И Алекс. Мы много знаем об этом, потому что это в нас. Ты и я, мы выбрали разные дороги, но мы никогда не выбирали ту. Мы никогда не шли на жестокость ради нее. Но это в нас".

"И вам нужно задаться вопросом, какой путь выбрал Алекс".

"Он был обучен управлять империей своего отца. Эта империя получила серьезный удар в прошлом году. Но у сына тоже появились свои интересы. У него есть эти контакты, эта поддержка, этот фонд, а также ум и ноу-хау, чтобы поглотить некоторые из активов своего отца - некоторые, которые ускользнули. Перестраивать других. Он мошенник, а полицейский, с которым он раньше спал, мертв ".

Она вонзила нож в кусок фрикадельки. "Может быть, Колтрейн была грязной, а может быть, и нет. Но она была связана с ним. И, может быть, с тех пор, как она преодолела дистанцию, начала все сначала, она готовилась к тому, чтобы донести на него. Это хороший, сильный мотив для ее убийства ".

"Но?"

"Но". Она покачала головой, пока ела. "Где ее документы? Фини и его банда придурков обнаружили бы стирание или подделку. Я чертовски хорошо думаю, что обнаружил бы, что кто-то был на ее месте и делал это стирание или вмешательство. Но ее намерения ясны. Он не так хорош, как ты ".

"Что ж, спасибо тебе, дорогая".

"Я серьезно. В его прошлом нет ничего, что заставило бы меня поверить, что он настолько подкован в электронной работе. Что он настолько чертовски хорош, что смог бы все это провернуть. Доберись до нее, доберись до ее файлов и ничего не оставляй. Никаких следов".

Она уставилась в свое вино, как будто могла найти этот след, эту единственную важную подсказку, плавающую в темно-красном. "Если бы она преследовала его или собиралась бросить там десятицентовик, у нее были бы документы. Она была помешана на документации. Ее отчеты и заметки по делу - гребаный учебник. В этом была ее сила ".

"Выполняются в другом месте".

"Да, да, черт, как будто я об этом не подумал?" Расстроенная, она сделала еще глоток вина. "У меня нет ничего, что указывало бы на то, что у нее был безопасный дом, банковская ячейка, тайник. Ничего такого, что ... О, трахни меня. Трахни меня!"

"Опять? Боже милостивый, Ева."

"Да, буйный смех". Она сунула свой бокал ему в руку, подняла. "Моррис. Она встречается, влюбляется в Морриса. Проводит много времени с ним, много времени у него дома ".

"Ах. И, возможно, закодировал пароль и спрятал что-то на одном из своих устройств. Или спрятал копии указанных данных среди своих информационных дисков."

"Я идиот, что не подумал об этом".

"Это сделало бы меня идиотом, поскольку я тоже об этом не подумал. И я чертов гений в этих вещах ". Он улыбнулся, когда она уставилась на него. "Так мне сказали".

"Я должен это проверить. Я должен- Черт, он тоже может быть мишенью ".

"Я полагаю, мы собираемся куда-нибудь", - сказал Рорк и отставил свое вино и ее в сторону.

Стоя на тротуаре, Ева смотрела на окна лофта Морриса, в то время как ее желудок сжался. Защитные экраны были включены, и она могла видеть только слабое свечение за стеклом.

"Боже, я ненавижу это. Он хочет побыть один, просто хочет времени и пространства, чтобы погоревать, и я должен пойти туда, вмешаться туда ".

"Меньший друг подождал бы до завтра и послал бы контингент EDD. Ты уважаешь его и его горе настолько, насколько это возможно." Рорк взял ее за руку. "Я не хочу ставить себя на его место, но если бы я был? Я бы хотел того же ".

"Я обещал рассказать ему правду и держать его в курсе. Что ж, это чертова петля ". Она опустилась, подошла и нажала на его звонок.

Это заняло время, но она увидела, что загорелся индикатор безопасности. Она повернулась лицом к камере. "Прости, Моррис, действительно прости, что беспокою тебя. Нам нужно подняться. Нам нужно поговорить ".

Единственным ответом было зеленое свечение и механический щелчок открываемых замков. Они вошли, но когда она повернулась к лестнице, решетка лифта открылась, и его индикатор стал зеленым.

"Тогда ладно". Она сделала вдох, вступила в игру вместе с Рорком.

Когда решетка снова открылась, Моррис стоял с другой стороны.

Он выглядел так же, как и в тот день. Немного усталый, подумала Ева, немного более изношенный, но почти такой же. Огни лофта были тихими, как и музыка, витающая в воздухе.

"Вы произвели арест?"

"Нет. Но мне нужно взяться за другую линию расследования ".

Он кивнул, затем, казалось, впервые сосредоточился на Рорке. "Пожалуйста, входите. Вам обоим."

Рорк дотронулся до руки Морриса, это был самый легкий контакт. "Я хотел бы, чтобы было больше, чем слова, потому что их никогда не бывает достаточно, или их просто слишком много. Но я очень сожалею ".

"Я сидел здесь, в темноте - или почти темноте - один, пытаясь прийти к соглашению. Смерть - это мое дело. Это реальность, окончательность, которую я превратил в свою профессию. Но я не могу прийти к соглашению ".

"Смерть - это твое дело", - сказал Рорк, прежде чем Ева смогла прокомментировать. "Ева часто говорит то же самое. Я, конечно, нахожусь снаружи, но я никогда не видел это таким образом. Правда - это ваше дело. Искать это для тех, кто не может искать это для себя - это то, что вы превратили в свою профессию. Она беспокоится за тебя ".

"Рорк".

"Тихо", - мягко сказал он Еве. "Больно за тебя. Ты много значишь для нее. Нам обоим. Мы сделаем все возможное, чтобы помочь Амариллис найти правду ".

"Я видел ее сегодня". Моррис отошел, усталость чувствовалась в каждом движении. "Клип сделал все, что мог. Люди в моем доме, все, что они могли. Сколько раз я стоял там, пока кто-то смотрел на мертвую любовь? Сколько сотен раз? Это не готовит тебя к тому, что это твое. Они скоро освободят ее. Я, э-э, договорился о том, чтобы завтра устроить ее поминальную церемонию в одном из номеров Централ для скорбящих. В два. У ее семьи будет одно на следующей неделе в Атланте. Я уйду. И все равно, это кажется нереальным ".

Ева села на стол перед ним, лицом к нему. "Вы говорили с консультантом по скорби?"

"Пока нет. Я еще не готов к этому. Я должен предложить тебе выпить ". Когда Ева начала качать головой, он продолжил. "Я мог бы использовать один. Я был осторожен, чтобы не использовать это, чтобы заблокировать это. Но я думаю, что мне не помешало бы выпить. На буфете есть бренди".

"Я достану это", - сказал ему Рорк.

"Если бы не советник, ты бы поговорил с Мирой? Друг?"

Он подождал, пока Рорк не вернулся с бокалом. "Спасибо. Я не знаю", - сказал он Еве. "Я еще не знаю. Я думал о мертвой любви ".

Он отпил немного бренди, встретился с ней взглядом. "Но вот ты здесь", - пробормотал он. "Ты знал, что у меня был брат?"

"Нет".

"Я потерял его, когда был мальчиком. Ему было двенадцать, а мне было десять. Мы были очень близки. Однажды летом, когда мы были в отпуске, произошел несчастный случай. Он утонул. Он хотел выйти, в океан ранним утром. Нам, конечно, было запрещено. Не без наших родителей, но мы были просто мальчиками. Он был сильным пловцом и сорвиголовой. Я боготворил его, как это делают мальчишки".

Он откинулся на спинку стула, потягивая бренди. "Я обещал, что не расскажу, дал ему клятву. Итак, он позволил мне пойти с ним, и я была так взволнована и напугана ". Воспоминание вызвало тень улыбки на его губах, в его глазах. "Мало что мне нравилось больше, чем когда он вовлекал меня в приключение. Наш отец спустил бы с нас шкуру, если бы узнал, что делало это только более захватывающим. Мы вошли - теплая вода, теплые волны, едва взошло солнце и кричат чайки".

Он закрыл глаза, и даже этот намек на улыбку исчез. "Я не был таким сильным пловцом и не мог за ним угнаться. Он смеялся и дразнил меня, пока я пробирался обратно к берегу.

"Задыхаюсь, глаза щиплет от соли, солнце начинает палить над водой. Я помню все это. Я все еще могу чувствовать все это. Я повернулся на мелководье, тяжело дыша, чтобы крикнуть ему, чтобы он шел дальше, возвращался, пока нас не поймали ".

Он открыл глаза, снова посмотрел в глаза Евы. Она увидела в них старую боль.

"И он ушел. Я не мог доплыть обратно, не мог спасти его. Не мог видеть его. Я полагаю, что если бы я попытался, если бы мне пришло в голову сделать что-нибудь, кроме как бежать за моим отцом, я бы тоже утонул ".

Он выдохнул. "Итак. Они сказали, что у него, возможно, начались судороги, или его захлестнула волна, он просто устал или его подхватило подводным течением. Я хотел знать, как и почему мой брат был мертв. Я хотел правды. Но они не могли сказать мне ".

"Значит, ты ищешь это сейчас", - сказал Рорк.

"Так что я жду этого сейчас". Он посмотрел на Рорка. "Ты прав. Дело истины. Я никогда не находил этого с моим братом. Я не уверен, что смогу вынести потерю того, кого люблю, во второй раз и не знаю почему. Не знать правду".

"Как его звали?"

Моррис поднял взгляд от бренди, в лицо Евы. На мгновение его глаза наполнились воспоминаниями, слезами и благодарностью. "Джин. Его звали Джин. " Он подался вперед, сжал руку Евы. "Я рад, что ты пришел. Я рад, что ты здесь. Ты ... ты повредил голову, " сказал он резко.

"Это ничего. Просто трахнул его ".

"Ты не неуклюжий".

Правда, она вспомнила и рассказала ему.

"Вы не рассматриваете, что это может быть кто-то, кто просто хочет убить или ранить копов?"

"Так не играют. Ни один из инцидентов не был случайным ".

"Нет". Он прижал пальцы к глазам. "Ты прав. Ты пришел сюда не для того, чтобы рассказать мне об этом. Почему ты это сделал?"

"ЭДД прочесывал ее электронику. Ничего не всплывает, Моррис. Расследования, над которыми она работала, просто не вяжутся с убийством. В ее файлах, ее записях, ее личных данных нет ничего, что указывало бы на то, что она была в беде, чувствовала себя неловко, ей угрожали. Есть только одна запись о Рикер - и это запись в ее ежедневнике о том, что она встречалась с АР, в то время и дату, которые он подтверждает. Нет ничего, что указывало бы на то, что она знала, что находится или была под наблюдением ОВР. И она была."

"ОВР навело на нее справки".

"Они получили наводку о ее отношениях с Рикером, когда они были в Атланте. Они не спускали с нее глаз, глаза и уши, когда у них это получалось. Они прожили вместе, по сути, больше года ".

Он не отводил взгляда. "Я знал, что у нее были серьезные отношения. Она никогда не лгала мне об этом и не пыталась преуменьшить это ".

"Хорошо. Она иногда путешествовала с Рикером. Что-то типа отпуска. Он купил ей несколько украшений. Это все, что у них было. Они так и не собрали никаких доказательств того, что это было что-то иное, кроме личных, романтических отношений ".

"И, конечно, никогда просто не спрашивал ее".

"Согласно моему источнику, нет".

"Это был бы Вебстер, Даллас, я не дурак. Они держали ее здесь под наблюдением?"

"Изначально. Отношения с Рикер закончились, казалось, закончились за пару месяцев до того, как она попросила о переводе. Их контакт был минимальным после расставания и свелся к нулю. Но нью-йоркское бюро было уведомлено и взглянуло на нее. Вебстер сказал, что они сбили ее с ног - там просто ничего не было - и их не было на ней, когда Рикер связался с ней, когда он добрался до Нью-Йорка ".

"Он твой главный подозреваемый".

"Он подозреваемый. Прайм настаивает на том, что у меня есть. Я знаю, что он нечестный. Она бы тоже это знала. Вебстер собирается немного покопаться и держать это в секрете. Он будет осторожен с ней, Моррис."

"IAB, теперь - это-" Он замолчал, покачав головой.

"Мне жаль. Возможно, она была источником для Алекса в Атланте. Моррис, ты знаешь, я должен это учитывать. Если бы она была связана с ним, влюблена в него, она могла бы переступить черту ради него. Я должен смотреть туда, пока я смотрю на него. И я должен подумать, как бы то ни было, возможно, она трезво смотрела на вещи. После того, как она приехала сюда, после того, как она прошла это расстояние, и ты. Может быть, она начала излагать все по порядку, думала о том, чтобы изложить детали и свалить на него ".

Гнев и усталость исчезли с его лица, когда он выслушал ее. "Если это правда, и он узнал -"

"Если и если. Но на ее устройствах ничего нет. Ничего. Она провела здесь много времени. Много времени с тобой. Может быть, время здесь, когда тебя не было ".

"Да, в зависимости от наших смен, или если кого-то из нас вызовут. Ты думаешь, она могла воспользоваться моими рецептами, подсунуть что-нибудь, потому что так было безопаснее. Более надежные".

"Я бы хотел, чтобы мой эксперт-консультант взглянул на это. И, я знаю, это странно, но если бы я мог выполнить поиск. На случай, если она спрятала диски или какую-либо документацию ".

"Да. Пожалуйста. " Он поднялся на ноги. "Я приготовлю кофе".

Моррис помогал с поиском, и Еве показалось, что он стал более самим собой - аккуратным, сосредоточенным - для выполнения. Она заняла кухню, гостиную, оставив его в спальне, в то время как Рорк сосредоточился на офисе.

Она рылась в контейнерах и прозрачных баночках, в ящиках и за ними. Под столами, подушками, за картинами и через обширную коллекцию музыкальных дисков Морриса. Она осмотрела каждую ступеньку лестницы, прежде чем подняться.

В спальне Моррис стоял перед шкафом, держа в руках прозрачный белый халат.

"Это пахнет ею", - тихо сказал он. "Это пахнет ею". И снова повесил трубку. "Я ничего не могу найти".

"Может быть, Рорку повезет больше. Можете ли вы вспомнить, куда еще она могла бы что-нибудь положить? Что-то скрываешь?"

"Я не могу. Она была дружелюбной, но отстраненной со своими соседями. Ты знаешь, как это бывает. Она была ближе всех со своим отрядом. Но если бы она дала одному из них что-нибудь, они бы уже пришли с этим к вам или, конечно, к своему лейтенанту."

"Да".

Она выдохнула. "Может быть, здесь ничего нет, потому что нигде ничего нет".

"Такое чувство, что это первое, что я сделал, имеющее какое-либо значение, первое, что я сделал, чтобы помочь ей. Даже если это было для того, чтобы ничего не найти. Ты веришь, что она перешла черту."

"ОВР не смогло этого доказать".

"Это уклонение. Ты так думаешь."

"Правда, Моррис? Я не знаю ".

"Что она сделала с драгоценностями, которые он ей купил?"

"Она вернула его, когда они расстались".

Он улыбнулся, по-настоящему улыбнулся, впервые с тех пор, как она постучала в его дверь накануне. "Вот кем она была, Даллас".

Она размышляла об этом по дороге домой. "Пустая трата трех часов. Ничего. Там ничего нет. Если мы ничего не смогли найти между нами, значит, там ничего нет. Потерянное время".

"Этого не было, и далеко от этого. Он снова выглядел живым, когда мы уходили. В боли, в печали, но живой". Рорк потянулся, чтобы накрыть ее руку. "Не потраченное впустую время".

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ВЕРНУВШИСЬ В СВОЙ ДОМАШНИЙ ОФИС, ОНА ЗАПУСТИЛА диски безопасности. Она наблюдала, как Род Сэнди с портфелем в руке вышел из лифта, пересек вестибюль, вышел из здания в одиннадцать двадцать шесть утра после убийства Колтрейн.

Он выглядел мрачным.

"Сделай одолжение", - обратилась она к Рорку, - "сделай поиск по времени, когда появились первые сообщения СМИ об убийстве Колтрейн".

Пока Рорк выполнял их, она продолжала бегать, наблюдая, как люди приходят и уходят. Никто не выходил - согласно показаниям лифта - на уровнях пентхауса, пока Сэнди не вернулась в двенадцать ноль восемь.

"Первое сообщение поступило в десять пятьдесят три по ЭНН", - сказал Рорк, имея в виду All News Network. "Репортажи широкой зачистки последовали на всех крупных станциях к одиннадцати".

"Быстрая работа", - пробормотала Ева. "Это быстрая работа, если Сэнди унес диски и что-нибудь компрометирующее или сомнительное с собой - что он, черт возьми, хорошо сделал - в другое место".

"Он бы не повел свою незарегистрированную машину через общественный вестибюль".

"Нет". Она переключилась на охрану лифта. Снова она увидела, как Сэнди входит, спускается, выходит. Другие увезли машину на другие этажи. Затем экран стал пустым и черным. "Что это - это диск или мое оборудование?"

"Ни то, ни другое. Камера безопасности отключилась. Был закрыт ", - поправил Рорк. "Никаких всплесков, никаких помех, никаких скачков, которые могли бы возникнуть при неисправности. В здании должны были быть подвал, подсобные помещения, вход для доставки."

"Вход для доставки на перекрестке улиц". Ева переключилась на этот диск. "Сукин сын, скоординированное отключение. Гладко. Даже если я откопаю записку из здания или из зданий через дорогу, в которых происходила погрузка и разгрузка, это ничего не доказывает. И все же... "

"Ему понадобилось бы транспортное средство - грузовик или ... фургон, чтобы перевезти оборудование".

"И занести новую мебель. Он бы не воспользовался украденным фургоном ", - добавила она в ответ на невысказанный вопрос Рорка. "Возможно, грузовик для доставки мебели. Он владеет антикварным магазином на Мэдисон и еще одним в центре. Может быть, я попрошу кого-нибудь опознать это и сказать: "Да, я видел, как эти парни вытаскивали коробки, таскали в комод", - это не улика. Но это говорит мне о том, что он позаботился о делах на следующее утро после убийства Колтрейн. Он прикрыл свою задницу ".

"Адвокат дьявола, дорогая, но при тех же обстоятельствах я бы прикрыл свою несколькими часами раньше, если бы совершил убийство. К тому времени, когда тело будет обнаружено, в помещении не останется ничего, что я не хотел бы показать копам ".

"Он не так хорош, как ты. Я говорил это раньше ".

"Я никогда не устану это слышать".

"В ночь, когда она умерла, мы засняли его на камеру, он приходил и уходил в указанное им время. Или достаточно близко, чтобы не спорить. Но он закрывает его, чтобы удалить свою незарегистрированную и взять доставку мебели. Нет, не так хорош, как ты ".

Она бросила на Рорка задумчивый взгляд. "Ты бы подправил диски, если бы чувствовал, что это необходимо. Но, скорее всего, вы бы позволили всему этому пройти регистрацию. Какое тебе, блядь, дело, если копы увидят, как из твоего дома выносят посылки? Грядет нечто новое. В этом нет преступления. Копы не успели перемолвиться с тобой ни словом. Ты бы оставил это в силе и сказал, докажи это. С подразумеваемым "пошел ты"."

"Как утешительно быть так хорошо понятым. Он дал тебе именно то, что ты хотел знать, не так ли? Он, как ты выразился, на теневой стороне, и ему было что скрывать."

"Что не делает его убийцей", - признала Ева. "Но если теневая сторона включала копов в платежную ведомость, зачем останавливаться на одном? Я должен еще раз взглянуть на ее команду, что, вероятно, означает снова обратиться в IAB. Дерьмо".

"Снова. Да, я понял это, когда ты разговаривал с Моррисом."

Осознав, что она еще не упомянула о своей встрече с Вебстером, она оглянулась. "Если зацепка указывает на то, что жертва, возможно, была грязным полицейским, я должен использовать этот ресурс".

"Определи прикосновение".

Даже при том, что она поняла, что это было его намерением, Ева почти извивалась. "У меня была встреча с Вебстером. Я использовал низость и пошлость-Крэк говорит "привет". Мы оба пока держим это в секрете ".

"Интересное место".

"Связь с Крэком делает это моей территорией. Мы обмениваемся данными ".

Рорк коснулся ее подбородка. "Разве это не счастье, что я не ревнивый тип?"

Она просто уставилась на него. "О да, это к счастью".

Когда он засмеялся, она покачала головой, затем подошла, чтобы в последний раз изучить свою доску убийств. "Убийца здесь. Спусковой крючок или тот, кто его взвел. Ничто другое не имеет смысла. Но что она сделала? Что она сделала, что она знала, кому она угрожала, чтобы обрушить это на нее?"

Она спала на этом, и спала плохо.

Во сне Ева сидела на плите в морге, а Колтрейн сидела сама по себе. Они смотрели друг на друга, пока скорбные звуки саксофона разносились в холодном воздухе.

"Ты недостаточно рассказываешь мне", - сказала Ева.

"Может быть, ты не слушаешь".

"Это чушь собачья, детектив".

"Ты не можешь думать обо мне как об Амми или даже Амариллис. Тебе тяжело видеть во мне просто женщину ".

"Ты не просто женщина".

"Из-за значка". Колтрейн держала свой в руке, переворачивая его, изучая. "Мне понравилось иметь это. Но мне это было не нужно. Не такой, как ты. Для некоторых работа - это просто работа. Ты знаешь это обо мне, ты знаешь так много. Это одна из причин, по которой вы можете думать, можете верить, что я использовал значок для личной выгоды ".

"А ты?"

Свободной рукой Колтрейн откинула назад свои светлые, блестящие волосы. "Разве не все мы? Не так ли? Я не имею в виду жалкую плату. Лично вы выигрываете каждый день, будучи ответственным, контролируя, выполняя работу. Отталкивать, отталкивать, отталкивать то, кем ты был, в сторону от того, кто ты есть ".

"Это не обо мне".

"Это всегда о тебе. Жертва, убийца, следователь. Триада, всегда связанная. Каждый связывает другого, каждый приносит то, что они приносят к столу. В этой игре нельзя обходиться без двух других." Колтрейн выдохнула с тихим звуком раздражения. "Я никогда не ожидал, что умру за это, и это- позвольте мне сказать вам, полная сука. Ты делаешь".

"Я ожидаю умереть?"

"Сидишь на плите, не так ли? Совсем как я. Но ожидать - это неправильное слово. Ты подготовлен ". Как будто довольная, она кивнула. "Да, так лучше. Ты готов умереть за значок. Я не был. Я был готов выполнять работу, пока не пришло время отойти от нее и жениться, создать семью. Ты все еще удивлен, что тебе удалось быть полицейским и женой. Ты не можешь понять, как возможно быть единым целым и иметь семью, поэтому ты не думаешь об этом ".

"Дети пугают. Они чужды и-"

"Кем ты был, когда он причинил тебе боль. Когда он бил тебя, терроризировал и изнасиловал. Как ты можешь иметь ребенка, пока ты полностью не поймешь, не примешь, не простишь ребенка, которым ты был?"

"То, что тебя убили, дало тебе лицензию на психиатрию?"

"Это ваше подсознание, лейтенант. Теперь я просто один из твоих мертвых ". Она посмотрела на стену и все эти холодные стальные ящики. "Одно из многих. Тебе и Моррису, обоим так странно комфортно здесь. Ты действительно никогда не думал о том, чтобы нажать на это?"

Даже во сне Ева почувствовала, как жар приливает к ее лицу. "Иисус, это не мое подсознание".

"Это точно, черт возьми, не мое". Со смехом Колтрейн откинула назад волосы. "Но любить кого-то без секса, даже сексуального кайфа? Это особенное. Я рад, что у него есть ты сейчас, рад, что у него есть это с тобой. У нас с ним все было по-другому. Этот сексуальный кайф?" Она щелкнула пальцами. "Почти так же быстро. И оттуда, намного больше. Он был единственным, я думаю, он был бы тем, с кем можно было бы быть, в кого можно было бы верить, с кем можно было бы создать семью ".

"А как насчет Алекса Рикера? Сексуальный кайф?"

"И еще кое-что. Ты знаешь это. Ты точно знаешь, какой сексуальный кайф излучает такой мужчина ".

"Он не такой, как Рорк".

"Не настолько разные, не все настолько разные". Колтрейн указала на Еву, легко улыбнулась. "Это беспокоит тебя. Мы тоже не настолько отличаемся. Мы повелись на это, мы хотели этого. Мы просто справились с этим по-другому. Ты бы, смогла бы ты уйти от него, если бы он не избавился от тени?"

"Я не знаю. Не могу быть уверен. Но я знаю, что если бы он попросил меня быть с ним, строить с ним жизнь и смотреть сквозь пальцы, когда он нарушал закон, он не был бы Рорком. Рорк - тот, с кем я осталась ".

Теперь Колтрейн погрозила этим пальцем туда-сюда. "Но он действительно нарушает закон".

"Трудно объяснить, даже мне. Он не нарушает их ради собственной выгоды, ради собственной выгоды. Не сейчас, больше нет. Если он это делает, то это потому, что он верит в правоту, в справедливость. Не всегда такое же право, такая же справедливость, как у меня. Но он верит. Рикер лил не ради тебя. Я тоже получил это ".

"Они пришли от суровых отцов и мертвых матерей, эти мужчины. Разве это не часть того, что их создает, и не часть нашего влечения к ним? Они опасны и неотразимы. Они хотят нас и хотят дать нам вещи ".

"Меня не волнуют эти вещи. Но ты сделал. Ты это сделал, иначе ты бы не вернул их обратно. Ха. Подсознательные оценки. Ты вернул их, потому что они действительно имели значение, и поскольку они имели значение, ты не смог их сдержать. Тогда это не было бы разрывом, не чистым разрывом. Вместо этого ты носил кольцо, которое подарили тебе твои родители, напоминание о том, кто и откуда ты. Солидная семья среднего класса".

"Может быть, ты слушаешь".

"Может быть, ты смотрела в другую сторону, когда была с ним. Может быть, вы даже сказали ему то, чего не должны были - потому что значок был просто работой, и второстепенной. Но ты не был грязным. Ты не брал взятку. Это не то, чего ты хотел от него, и не то, что ты бы ему дал. Если бы это было так, ты бы тоже вернул значок. Ты могла лгать себе, когда была с ним, что никого не касается, чем ты занимаешься в свободное время, никого не касается, кого ты любишь ".

Улыбка Колтрейн потеплела и стала шире. "Итак, кто этот психиатр?"

Проигнорировав комментарий, Ева продолжила. "Но даже когда работа второстепенна, это мешает. Это встало на пути, и он не собирался меняться. Ты не мог продолжать любить его, когда он не мог любить тебя достаточно, чтобы видеть это. Итак, ты вернул вещи и ушел. Но ты сохранил значок ".

Колтрейн изучила это снова. "Это принесло мне много пользы". Затем она посмотрела на Еву, и ее глаза, такие смелые и зеленые, наполнились печалью. "Я не хочу здесь оставаться".

"Они скоро тебя отпустят".

"Как ты думаешь, кто-нибудь из нас пойдет куда-нибудь, пока не узнает правду? Ты думаешь, что может быть мир без справедливости?"

"Нет, я не верю", - призналась Ева, зная, что это всегда будет вести ее. Всегда заставляли ее давить. "Ты не останешься здесь. У тебя есть мое слово. Я обещаю тебе, ты здесь не останешься ".

Могли бы вы дать обещание умершей женщине во сне? Ева задумалась. И что это значило, что у нее было, что ей нужно было?

Одеваясь, она взглянула на Рорка, который сидел со своим кофе, биржевыми отчетами и котом. Теперь это не выглядело таким опасным, размышляла она. Не такой уж плохой мальчик. Просто абсурдно красивый мужчина, начинающий повседневную рутину.

За исключением, конечно, того, что он, вероятно, начал рутину за добрый час или два до этого, с какой-нибудь международной передачи по каналу связи или голографической встречи. Но все же, не выглядело таким опасным.

Что, как она предположила, было лишь одной из причин, по которой он был. Очень.

"Ты уже отказывался от этого".

Он переключил свое внимание с прокручивающихся кодов и цифр на экране на Еву. "Отказ от чего?"

"Предположительно преступная деятельность. Когда мы встретились, ты уже линял. Я просто ускорил процесс ".

"Значительно". Он откинулся на спинку стула со своим кофе. "И с окончательностью. В противном случае, я бы, скорее всего, сунул палец в несколько вкусных пирожков. От привычек трудно избавиться, особенно от забавных ".

"Ты знал, что иначе у нас бы этого никогда не было. Мы всегда будем оступаться и скользить по той черте, которая меняется для нас, но это? Это было бы стеной, и у нас никогда бы не было этого, если бы между нами была стена. Ты хотел этого, хотел меня больше ".

"Больше, чем что-либо когда-либо до или после".

Она подошла и, как и с Моррисом прошлой ночью, села на стол лицом к нему. Галахад плюхнулся на колени Рорка, чтобы положить лапу ей на колено. Странно милый жест.

Были всевозможные семьи, предположила Ева.

"Я не хотел этого, потому что я не знал, что это такое. Но я хотел тебя больше, чем что-либо до или после. Я не мог бы смотреть в другую сторону, но я не мог бы хотеть тебя больше всего на свете, даже если бы ты попросил меня об этом. Я мог бы попытаться, но это не осталось бы между нами ".

"Нет".

"Привычка, ... хобби - это именно то, чем они станут для тебя. Они не были движущей силой, не такими, какими они были, когда ты начинал. Не выживание, не твоя личность. Успех, положения, богатство, власть, безопасность, да, все это важно. Но вам не нужно обманывать, чтобы получить их или сдержать. Помимо меня, свою роль сыграла твоя собственная гордость. Конечно, обманывать весело, но после, это просто не так приятно, как делать это трудным путем ".

"Иногда обман - это трудный путь".

Она улыбнулась. "Может быть, и так. Вот в чем дело. Он - Алекс Рикер - он отказался от этого не ради нее. Он ожидал, что она посмотрит в другую сторону, и она смотрела, почти два года. Но это не могло состояться. Он не отказался или не захотел отказаться от этого, потому что не хотел ее больше всего на свете. Она была вторична для него, так же как работа была вторична для нее. Может быть, у них был жар, и, может быть, они любили друг друга ".

"Но этого было недостаточно".

"Я задавался вопросом, были ли мы связаны с ее убийством. Я еще не знаю этого, но мы связаны с ней. Мы уложили Макса Рикера, и когда мы это сделали, динамика изменилась. Сын поднимается на несколько ступенек в цепочке власти, не так ли? Или свободен-"

"Отбрось тень", - закончил Рорк. "И он этого не сделал. Он этого не выбирал ".

"На том перекрестке она должна была знать, что он никогда этого не сделает. Она сделала свой выбор, из-за этого. Или это должно было закончиться. Просто время слишком хорошо подходит для другого ".

"Он не выбирал ее, она не могла выбрать его".

"Да". Она подумала о Колтрейн, сидящей на плите в морге с ее значком в руке и слезами на глазах. "Он не убивал ее. Если она была второстепенной, какой в этом смысл? Он сделал выбор, она сделала свой. Если он был так зол из-за этого - потому что это не могло быть из-за гордости и эгоизма - вы получаете преступление на почве страсти. Зачем ждать год, а потом суетиться с этим?"

"Может быть, он передумал".

"Да, я думаю, он мог бы. По крайней мере, изменил это настолько, чтобы приехать сюда, чтобы увидеть ее, оценить почву. Он бы знал, что у нее были другие отношения. Может быть, гордость снова, тщеславие взяло верх. У него много и того, и другого. Он видит, что она счастлива, что она двигается дальше. Это должно было немного ужалить, но достаточно, чтобы вывести ее из строя?"

Она снова покачала головой. Это просто не сработало для нее. "Он позволил ей уйти в первую очередь. И, несмотря на это, он по-прежнему хочет ее не больше, чем ту жизнь, которую ведет. Он бизнесмен - продажный бизнесмен, но достаточно хороший, чтобы знать, когда сделка не обсуждается. Там просто недостаточно любви для убийства, не для хладнокровного, преднамеренного убийства ".

"Тогда не из-за любви или страсти". Поскольку она ничего не взяла для себя, Рорк предложил ей свой кофе. "Если у нее было что-то на него, работала ли она на него? Или были?"

"Если у нее и было что-то, она держала это при себе во время их разрыва, после него и в течение года".

"Зачем бить ее сейчас?" - спросил он, когда она допила его кофе и вернула ему пустую кружку.

"Я продолжал настаивать на этом, потому что думал как я, я имею в виду, видел в ней полицейского. Не как женщина, которая была влюблена. Если бы она хотела наказать его, она бы пошла за ним, когда ее информация была горячей, когда она была обижена или разозлена. Она никогда не была грязной. Она вернула драгоценности ".

"Так ты говорил раньше, но ты вернулся к этой возможности".

"Да, потому что я пропустил шаг, и я думаю, это то, что меня беспокоило. Дело не только в том, что она вернула драгоценности, но и в том, что она сохранила значок. Это была просто работа, но это была ее работа. И она сдержала их. Это то, чего мне не хватало ".

Теперь она поднялась, чтобы думать на ногах, думать в движении. "Если бы она не была грязной, не была увлечена им - и, черт возьми, у таких, как она, были бы документы, которые мы не можем найти, - и он позволил бы ей уйти, все, что у нас есть между ними двумя, - это пара людей, которые решили, что это не сработало, и сократили свои потери. Не все убивают из-за несостоявшегося романа ".

Она повернула назад. "Алиби слишком неубедительное. Я боролся с этим. Если бы он сделал это или ему поручили это сделать, он был бы прикрыт. Это не одна из тех психологических штучек - самодовольное "если бы я знал, что мне понадобится алиби, ты не думаешь, что у меня было бы таковое". Он слишком аккуратен, чтобы у него их не было. Я все смотрел и смотрел на него, потому что его зовут Рикер. Я потратил время впустую".

"У тебя их нет, нет. Не больше, чем ты сделал прошлой ночью у Морриса. Ты прояснил. Как ты мог не посмотреть на него, пройти все этапы, собрать по кусочкам? Он самый логичный подозреваемый ".

"Да, и это... Сукин сын".

"И всего в полушаге позади вас, я спрошу, кто выиграет, поместив Рикера на ваши сайты в качестве подозреваемого в убийстве?"

"Конкурент. Множество плохих парней не стали бы чесать задницу из-за убийства полицейского ".

"Ты такое утешение для меня", - пробормотал Рорк.

"Я умнее плохих парней. Разве я не был на полшага впереди тебя?"

"Только потому, что я подтолкнул тебя. Тем не менее, это не то, что я бы назвал экспертной подставной работой ".

"Этого не должно быть, очевидно. С тех пор у меня был Рикер на горячем месте. Ему пришлось сломать свой пентхаус, перевезти документы, оборудование. Стоили ему времени и неприятностей. Вы, вероятно, могли бы узнать, готовит ли он какие-нибудь горячие предложения, что-нибудь, что это неудобство может усугубить ".

"Я, наверное, мог бы".

"И я снова сосредоточена на нем". Она ущипнула себя за переносицу. "Но он - единственное, что имеет смысл, эта связь - это.У нее не было случаев с таким накалом страстей, который приводит к убийству. Ни у кого в ее здании не было с ней ничего общего, ничего против нее, что мы можем найти. И она уходила - вот как это происходит, неважно, сколько раз я прокручиваю это, переворачиваю. Она выходила, вооруженная. Кто бы ни был на той лестнице, он был плохим парнем или копом. А неверный полицейский хуже, чем плохой парень ".

"Кто-то, кроме Алекса, с копом в кармане".

"Могло быть. Да, это действительно может быть. И если все так и пойдет, коп должен быть в ее команде ".

"Назад в IAB".

"Я думаю, да".

"Ну, сначала позавтракай".

"Я возьму что-нибудь. Я должен войти и . . . Дерьмо. Черт возьми. Моя поездка".

"Позавтракайте", - повторил Рорк, - "затем мы займемся вашим транспортом".

Нахмурившись, она засунула руки в карманы. "Я потерял аппетит, думая об этих ублюдках из Реквизиций".

Рорк просто подошел и запрограммировал ей кармашек для ветчины и яиц. "Здесь, быстро и просто".

"Я думаю". Она угрюмо откусила кусочек, не сходя с места. "Я бы заставил Пибоди снова предложить личные сексуальные услуги, но они не купятся на это во второй раз. Они заставят меня умолять, а потом все равно дадут мне самый дерьмовый кусок хлама из кучи хлама. Я могла бы подкупить Бакстера, чтобы он сделал это", - подумала она.

"Личные сексуальные услуги?"

"Нет, но... может быть. Реквизируйте новое транспортное средство. Как будто он в них нуждается. Он им нравится. За исключением того, что они уже знают, что это моя поездка ". Ее тон стал горьким, как кофе полицейского. "У них повсюду свои шпионы".

"Это очень сложная проблема, лейтенант. Я думаю, что могу помочь тебе с этим ".

"Они отдали бы мне лучший выбор флота, если бы ты предложил им личные сексуальные услуги. Но я не собираюсь туда идти. Должны быть границы, должны быть ограничения. Кроме того, я чертов лейтенант." Она набила рот яичницей с ветчиной и тонким теплым хлебом. "Я не должна была умолять", - пробормотала она за едой. "Я босс".

"Ты абсолютно прав. Ублюдки". Он обнял ее за плечи. "Давай спустимся вниз. Я думаю, у меня есть способ обойти все это ".

"Не похоже, что я что-то сделал. Это разрушено, конечно, но это было разрушено в очереди. Ублюдки".

"Я согласен. Ублюдки".

Веселье в его тоне ускользнуло от нее, пока она барахталась и тушилась. "Я ненавижу играть таким образом. Это просто огорчает меня. Но я не могу увязнуть в этом во время расследования. Итак, может быть, вы могли бы предложить пару ящиков первоклассного пива или VIP-места на бейсбольном матче. Действительно блестящая взятка ".

"Я мог бы, без сомнения. Но давай вместо этого попробуем это ".

Он открыл входную дверь.

На подъездной дорожке стоял автомобиль унылого серого цвета. Его линии были слишком практичными, слишком обычными для уродливых - так что лучшее, на что он мог претендовать, было серым. Он мог похвастаться несколькими блестящими кусочками хрома, которые многообещающе поблескивали на утреннем солнце.

"Пибоди уже позаботилась об этом?"

"Нет".

Она начала подходить к нему, борясь с личным разочарованием из-за того, что оно выглядело гораздо скромнее, чем ее старое - намного скромнее, так что блестящие кусочки выглядели так же жалко, как дешевая краска для губ на невзрачной женщине. Затем она остановилась, нахмурилась.

"Не говори мне, что это твое. У тебя в коробке с игрушками нет ничего такого обычного ".

"Это не мое. Это твое".

"Ты сказал, что Пибоди не ... " Итак, кто был на полшага позади? "Вы не можете купить мой официальный автомобиль".

"Не существует никаких правил, ограничивающих вас в управлении собственным транспортным средством при исполнении служебных обязанностей. Я проверил ".

"Да. Я имею в виду, нет. Я имею в виду, ты не можешь просто подвезти меня ".

"Конечно, я могу, и полностью намеревался это сделать. Это должно было стать подарком на твою годовщину. И теперь мне придется придумать там что-нибудь еще ".

"Ты собирался подвезти меня полицейским на нашу годовщину в июле. Что, ты теперь чувствительный и предсказал, что моя поездка будет испорчена?"

"Это был только вопрос времени. Но нет. Я думал, это подарок, который ты оценишь. Так вот, это не подарок. Так вот, это просьба. Ты окажешь мне услугу и примешь это, используй это ".

"Я не понимаю, почему ты -"

"Это заряжено", - прервал он. "Внутренние данные и коммуникации, как первичные, так и вторичные, находятся на современном уровне. Его вертикальность и воздушность сравнимы с новым XS-6000 ".

"ХЗ... Ты, должно быть, издеваешься надо мной".

"Как и во многом другом, здесь важно то, что внутри. Оно увеличится с нуля до шестидесяти - на земле или в воздухе - менее чем за одну и три десятых секунды."

"Сладкие".

"Он может достичь вертикального подъема на пятнадцать футов за то же время". Он улыбнулся, когда она начала обводить его, изучать. Улыбка расширилась до оскала, когда она открыла капот. Она почти ничего не знала о двигателях.

"Это действительно большое и блестящее вот здесь, внизу".

"Он запрограммирован на солнечное, негорючее и горючее топливо. Его корпус взрывозащищен, как и его окна. Это чертов танк, который будет двигаться как ракета. Автоматическая навигация, конечно, голокарта, голосовое или ручное управление. В нем есть электронный детектор, который уведомит вас, если кто-то его подстроил - или попытался это сделать. В приборной панели есть камера с радиусом действия сто пятьдесят ярдов в любом направлении."

"Иисус".

"Места памяти. Сигналы тревоги, огни и сирены, как того требует департамент. Защитный экран, который может быть активирован между передней и задней секциями, если вам нужно перевезти каких-либо подозрительных персонажей. Давайте посмотрим, я ничего не забыл?"

"Да, учебное пособие на двенадцати дисках, в котором рассказывается, как его запустить. Рорк, я не могу-"

"Он запрограммирован на ваш голос и печать, никаких кодов не требуется". Она бы не вышла из этого, он решил, таким образом. "Сейчас ты просто говоришь ему, что делать. Это запрограммировано и для Пибоди, поскольку я знаю, что ты очень редко позволяешь ей сесть за руль. И для меня. Если в любой момент вы захотите, чтобы кто-то другой сел за руль, вы можете разрешить им ".

"Хорошо, теперь держись. Это стоит в пять, может быть, в десять раз дороже, чем поездка в департамент. На самом деле я никогда не покупал транспортное средство, так что я тут прикидываю. Я не могу разъезжать на чем-то, что стоит больше, чем все аттракционы в моем отделе, вместе взятые. В значительной степени ".

Он думал, что она может быть пугливой, как девственница, когда дело касается денег. "Но я могу подкупить ваших ублюдков ящиками пива и билетами на спорт".

"Да. Не логично, но да ".

Он просто коснулся пальцем заживающего пореза у нее на лбу. "Подумай об этом. Если бы вы были за рулем этого вчера, вы бы не только избежали аварии, вы бы задержали тех, кто был в фургоне. Вполне возможно, что к настоящему времени вы закрыли свое дело ".

"О, это не-"

"Но больше того, я скажу снова. Это не подарок. Это услуга для меня. Я буду знать, когда ты окажешься в ней, ты в безопасности. Поэтому я прошу тебя сделать это для меня ".

"Это подло с твоей стороны". Она с шипением выдохнула. "Чертовски подло с твоей стороны не злиться и не требовать. Сделай это одолжением. Что ты делаешь это в такой же степени для себя, как и для меня ".

Когда их окружало мягкое весеннее утро, когда они ехали в домашней машине рядом, его глаза встретились с ее. "Это было бы правдой".

"Да", - сказала она через мгновение. "Да, это было бы. Я могу оказать тебе услугу ".

"Спасибо". Он прикоснулся своими губами к ее.

"Привет". И она схватила его за лацканы пиджака, оттащила его назад для долгого поцелуя. "Чертовски умен, не так ли? Ты сделал это достаточно уродливо. Незаметный. Никто не смотрит дважды ".

"Я должен признать, это было тяжело для меня. Я думаю, у одного из дизайнеров случился срыв. Проплакал целый час".

Она рассмеялась. "Это хорошо. Это действительно хорошо. Ты построил это для меня. Боже, это мой первый по-настоящему принадлежащий мне автомобиль, и ты построил его для меня ".

"Это DLE Urban - и единственный в своем роде".

"Что? Что-о". Это заняло у нее минуту и доставило ей абсурдное удовольствие. "Даллас, лейтенант Ева".

"И, как я уже сказал, есть только одно. Мы производим другие модели с таким типом кузова - для экономичной линейки, - но ни одна из них не будет обладать такими уникальными возможностями, как эта ".

"Что это даст?"

"Я продержался до двух десяти по прямой -дороге и воздуху. Но я лучший водитель, чем ты, так что не настаивай ".

"Чувак, это почти делает меня джонсом для автомобильной погони. Ну, однажды."

"Без сомнения".

"Я могу сказать ублюдкам из Реквизиций, чтобы они проваливали". Одна мысль об этом заставила ее танцевать, покачивая бедрами на подъездной дорожке. "Черт ! Я должен попробовать это, должен приступить к работе, должен показать Заявителям средний палец ". Она снова схватила его, снова поцеловала. "Спасибо. Возможно, это лучшее одолжение, которое я когда-либо кому-либо оказывал. Увидимся позже".

"Да, ты будешь".

Он смотрел, как она забирается внутрь, усмехнулся, когда ее задница ударилась о сиденье. Она прижала большой палец к клавиатуре, и двигатель, заурчав, ожил.

"Черт!" - снова крикнула она, одарив его той же усмешкой. И помчался по подъездной дорожке, как будто в погоне за преступниками, превышающими скорость.

"Ну что ж, Христос. Она могла бы пробить кирпичную стену в этом и уйти, насвистывая ".

"Я вижу, лейтенанту нравится ее новая машина", - сказал Соммерсет с порога.

"Она делает. Ах, Боже." Он затаил дыхание, пока она трижды поворачивала на 360 градусов, очевидно, проверяя маневренность. Затем резко повернул вертикально, чтобы проехать над воротами, а не через них. "У нее никогда раньше не было своих собственных. Я не знаю, почему я забываю подобные вещи. На какое-то время это будет как новая игрушка. Тогда она смирится с этим ".

"Твой первый, усиленный примерно в возрасте двенадцати лет, закончился тем, что ты уткнулся носом в канаву за пределами Дублина".

Рорк обернулся. "Я не думал, что ты знаешь об этом".

Соммерсет только улыбнулся. "Или что тебе удалось спрятать его в гараже дяди Мика на две недели или около того, пока он не был у тебя, прежде чем ты стал самоуверенным и разбился? Ты усвоил урок, не так ли, и был более осторожен со следующим, которого ты усилил ".

"Это был кайф. Воровство в той же степени, что и вождение ".

"Ты скучаешь по этому?"

"Воровство? Время от времени, " признался он, зная, что Соммерсет поймет. "Не так много, как я думал, что мог бы".

"Я бы сказал, было бы больше, если бы в твоей жизни не хватало других острых ощущений". Когда лицо Рорка расплылось в ухмылке, Соммерсет фыркнул. "Вытащи свой разум из канавы, парень. Я говорю о работе, которую вы выполняете, о своей собственной и с полицией. И это может относиться к одному или другому, или к обоим, но пока вы показывали лейтенанту ее новую игрушку, позвонил Алекс Рикер. Я не хотел прерывать и сказал ему, что ты ему перезвонишь ".

"Это интересно, не так ли?"

"Будь осторожен. Рикер с удовольствием искупался бы в твоей крови. У его сына могут быть те же чувства ".

"Тогда он будет точно так же разочарован".

Рорк вошел, чтобы ответить на звонок, и подумал, какие острые ощущения может принести этот день.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ЭТО БЫЛО ТЯЖЕЛО, НО Ева УДЕРЖАЛАСЬ ОТ ТОГО, чтобы ВКЛЮЧИТЬ светофоры и сирены и курить всю дорогу до центра города. Она не сопротивлялась танцу на сиденье, пока пробиралась сквозь пробки, объезжала автобусы maxibus, обгоняла конкурирующие скоростные такси на светофорах.

Подавив восторг в своем голосе, она связалась с Вебстером. Она знала, что в ту минуту, когда он появился на милом новом приборном экране ее милой новой машины, она разбудила его ото сна.

"У ОВР есть часы выбора".

Он ткнул себя ребром ладони в глаз. "Я сегодня, черт возьми, не в ударе".

"Как я и сказал. Ты один?"

"Нет, со мной здесь шесть стриптизерш и пара порнозвезд".

"Меня не интересуют твои жалкие мечты. Я придерживаюсь другой линии. Мне нужно знать, находится ли кто-нибудь из отделения Колтрейн под наблюдением ОВР или был под ним."

"Вы хотите, чтобы я нарушил конфиденциальность целого отделения, чтобы вы могли продолжить линию?"

Ева чуть не отпустила ехидный комментарий по поводу IAB и конфиденциальности, но передумала. "Я должен учитывать, что жертва не выходила из дома со своим оружием и клатчем, чтобы выпить с друзьями. Я должен учитывать, что в то время она считала себя при исполнении служебных обязанностей. Я должен учитывать, что, судя по ее профилю, она шла на дежурство не одна ".

"Рассмотреть" - это просто более причудливое слово для обозначения догадки."

"Она была командным игроком, Вебстер. Она была частью отряда. Я должен учитывать, что один или несколько членов этой команды убили ее или подстроили это. Если это так, я должен учитывать, что человек или люди, возможно, привлекали интерес IAB в прошлом ".

"Ты мог бы обратиться к этому через каналы, Даллас. Это законная линия расследования ".

"Я даже не собираюсь удостаивать этого".

"Черт. Я должен буду вернуться к тебе ".

"Используй режим конфиденциальности, если и когда", - сказала она ему, затем прервала его. Ее следующим шагом было связаться с офисом Уитни и попросить о встрече, чтобы проинформировать и обновить своего командира.

Как только она прибыла в Центральный, она направилась прямо в свой офис, намереваясь разобраться в новых теориях. Она хотела проверить несколько вероятностей - надеюсь, с информацией, полученной от Вебстера, - перед встречей с Уитни. Вторая консультация с Мирой, подумала она, надавливание на связь в отделении могло бы добавить веса.

Сначала она выпила кофе, затем увидела диск с отчетом от Бакстера на своем столе.

Она подключила его, включила, пока пила кофе. И, взвесив информацию, откинулся на спинку стула и обдумал ее, выпив еще кофе.

Она начала "вероятности" без Вебстера, когда вошла Пибоди.

"Они объявили о поминках Колтрейн", - сказала ей Пибоди. "Сегодня в тысячу четырнадцать ноль-ноль, в Центре по уходу за больными".

"Да, я получил это от Морриса. Подготовьте служебную записку, хорошо? Любой, кто не принимает активного участия в полевых условиях или не может присутствовать по долгу службы, должен явиться. Не теряя времени. Предпочитаю одеваться в синее".

"Конечно. Я просто-"

"Держись. Вопрос. Что бы вы сказали по поводу того факта, что Алекс Рикер нанес один-единственный визит своему отцу на Омеге восемь месяцев назад. И не было зафиксировано никакой переписки любого рода между ними во время заключения отца?"

"Ну ... Это могло бы привести к паре направлений. Рикер, возможно, не хотел, чтобы его сын отправился туда, чтобы увидеть его в тюрьме, бессильным. Возможно, он запретил это после первого посещения и сказал своему сыну двигаться дальше, не связываться с ним, а сосредоточиться на своей собственной жизни ".

"Маленькие розовые феи поют и танцуют в твоем мире, Пибоди?"

"Иногда, когда очень тихо и никто больше не может видеть. Но я собирался сказать, что, скорее всего, отношения между отцом и сыном здесь не очень близкие. На самом деле могут быть напряженными, даже антагонистичными ".

"Да, если то, что Бакстер раскопал у руководителей в Omega, является фактом, я бы выбрал второй вариант - с добавлением того, что Алекс Рикер решил дистанцироваться от своего отца. По его собственным причинам. Интересно, что это такое ".

"Плохо для бизнеса".

"Почему? Твой старик - известный, успешный, крутой злодей. Да, он получил по морде от этого крутого парня, но сначала ему пришлось чертовски постараться. Построил свою преступную империю и так далее. Люди в этом бизнесе будут уважать и бояться имени Рикер, " заключила Ева, " связи с Рикер. Кровные узы".

"Ладно, может быть. Давайте вернемся на минуту назад. Ты думаешь, может быть, данные, которые получил Бакстер, неверны?"

"Я думаю, это очень странно, что в списке практически нет сообщений от Макса Рикера с тех пор, как он поселился на Омеге".

"Никаких? Как в нулевом? Я знаю, что там, наверху, строго, но заключенные получают определенное пособие на общение каждый месяц, верно? "

"Они делают", - подтвердила Ева. "Но с Рикером? Никто не звонит, никто не пишет. Чушь собачья. Никаких посетителей, кроме единственного, задокументированного от Алекса. Нет, даже в мире с танцующими феями я на это не куплюсь ".

Нахмурившись, Пибоди прислонилась к дверному косяку. "Тогда вы должны были бы спросить, почему он - Макс Рикер - хотел скрыть сообщения и посетителей, сохранить их в тайне. И как, черт возьми, он справился бы с этим в таком месте, как Омега."

"Не обращай внимания на этих фей, Пибоди. Взятки универсальны. Он мог бы справиться с этим, и мы будем изучать это. Что касается почему? Скрывать связи с вышеупомянутой преступной империей. Возможно, сын прикрывает отца или счастлив занять первое место в качестве номинального руководителя, в то время как отец продолжает дергать за ниточки ".

"Имя остается сильным, " подсчитала Пибоди, - и сын получает славу, пока папа все еще играет. Это хорошо ".

"Это может быть. Возвращаясь к текущему делу, возможно, Колтрейн знала об этом больше, чем делало отца или сына счастливыми после прекращения отношений. Я голосую за папу, если дело пойдет таким образом. Алекс не знал, что Колтрейн собираются убить. Он слишком умен, чтобы внести себя в список подозреваемых в убийстве полицейского ".

"Но видишь ли, ты думаешь, что он слишком умен, так что это придает ему солидности".

"Люди придумывают неубедительные, когда думают, что копы идиоты. Он этого не делает. Они придумывают неубедительные, когда они самодовольны и хотят поиграть в игры. Он осторожен. Все, что у меня есть на него, говорит о том, что он осторожен ".

Она развернулась лицом к своей доске убийств. "Единственный неосторожный шаг, который я вижу, что он делает где угодно и когда угодно, - это вступает в личную связь с полицейским. Он наложил на это дополнительные слои, но это все равно было неосторожно. Приехать в Нью-Йорк за несколько дней до теракта, остаться после этого теракта? Это просто безмозглость ".

Она взглянула на время, проклиная Вебстера. "Я должен пойти проинформировать командира. Продолжайте придерживаться этих вероятностей. И заведите досье на каждого отдельного члена отделения Колтрейн, включая ее лейтенанта."

"Мужчина".

"Становится все хуже. Я ожидаю возвращения от Вебстера, режим конфиденциальности. Подайте мне звуковой сигнал, если это придет, пока меня не будет ".

Ева вытащила свой коммуникатор, когда вышла из Отдела убийств и направилась к глайдам. Фини ответил "Йоу".

"Какой наилучший способ узнать, блокирует ли кто-то на Омеге или изменяет записи посещений и общения?"

"Иди туда, проверь это на месте". Он одарил ее долгим, тяжелым взглядом. "Не делаю этого, малыш, даже ради тебя".

"Хорошо, какой второй лучший способ?"

"Найди кого-нибудь достаточно молодого, чтобы думать, что это захватывающе, достаточно умного, чтобы вести раскопки, и отправь их на эту богом забытую скалу".

"Кого ты можешь выделить, кто соответствует этим требованиям и может уйти сейчас?"

Фини выдохнул так, что его губы задрожали. "Поскольку это будет связано с убийством Колтрейн, вам понадобятся молодые, умные и уже знакомые с ходом расследования. Я могу вытащить Каллендар, отправить ее ".

"Какого рода разрешение вам нужно, чтобы-"

"Эй. Капитанские решетки здесь."

"Верно. Ты можешь отправить ее как можно скорее? Я вижу, что она получает полный инструктаж по пути. Не отправляй ее одну, Фини. Пошли с ней кого-нибудь из мускулов, на всякий случай. У тебя есть здесь какие-нибудь мускулы?"

"У гиков тоже есть мускулы". Он напряг свои бицепсы, как будто чтобы доказать это. "Объясни мне, почему нам нужно копать, и я доведу это до конца".

"Спасибо". Она переключилась на Пибоди. "Передай Фини данные от Бакстера и напиши мое мнение о том, почему это чушь собачья. Он отправит Каллендара и гика мускула на Омегу, чтобы проверить это ".

"Боже, только не Макнаб".

"Вы бы охарактеризовали Макнаба как мускулистого выродка?"

"Он... Ладно, нет".

"Поднажми, Пибоди. Я хочу, чтобы она отправилась в путь быстро, без промедления".

"На этом. Только что пришло зашифрованное сообщение о конфиденциальности ".

"Хорошо". Она оттолкнула свой коммуникатор, достала карманный линк. Ей потребовалось несколько минут, чтобы вспомнить, как перевести передачу с клавиатуры со своего настольного устройства на портативное, поэтому ей пришлось замедлить темп.

Она просматривала показания на ходу, просматривая основные моменты. Она сохранила это, прокрутила заново, затем убрала свою ссылку, прежде чем зайти в кабинет Уитни.

Она давала отчет на ногах, пока Уитни сидел за своим столом.

"Детектив Пибоди продолжает расследование вероятностей. Далее-"

"Вы не верите, что присутствие Алекса Рикера в Нью-Йорке, его воссоединение с Колтрейн в ночь перед ее смертью - совпадение?"

"Нет, сэр. Я твердо намерен взять у него официальное интервью здесь, в Central. Я верю, что воссоединение, возможно, было частью мотива и выбора времени. Я не верю, что он сам убил Колтрейн или приказал это сделать. На самом деле, я полагаю, что если бы он знал об убийстве, он предпринял бы шаги, чтобы остановить это, или предупредил бы ее ".

Она сделала паузу на мгновение, обдумывая формулировку. "Я верю, что она была важна для него, просто не самой важной. Он предпринял шаги, чтобы сохранить свою связь с ней в тайне, как ради себя, своей репутации, так и ради нее. Ее смерть вытащила эту связь на поверхность. Он знал, что так и будет. Он ожидал, что копы постучат в его дверь, как только он узнает, что она была убита ".

"Почему его должно волновать, если о его связи с ней станет известно, во время их романа или после?"

"Гордость и осторожность. Просто нехорошо для человека в его положении, с его интересами, иметь в любовниках полицейского. Для него бизнес на первом месте, и его репутация является важным элементом этого бизнеса. Ее убийство, возможно, было попыткой подставить его, бросить на него подозрение, тем самым повредив его репутации. Его репутация публичного бизнесмена и его репутация в подполье ".

"Используя ее как оружие против него".

"Да, сэр. Из-за того, кто он есть - возможно, больше из-за того, кто его отец, - его предыдущий роман с Колтрейн ставит его на первое место в списке подозреваемых в ее убийстве. Плохо для бизнеса", - добавила Ева.

"Ты склоняешься к конкуренту?"

"Возможно. Возможно, она была убита, потому что он считал ее слабостью. Она была, по сути, единственной ошибкой, которую он совершил в профессиональном плане. Была ли она у него в кармане или нет - а я не думаю, что была, учитывая ее профиль и послужной список, ее прошлое и личность. Если она была, то он, в свою очередь, был глуп, развивая и поддерживая интимные отношения с одним из своих инструментов ".

Она поколебалась мгновение, затем решила говорить откровенно. "Я в курсе, что в некоторых уголках ходят слухи, что я инструмент Рорка. Или наоборот. На самом деле, то, что я полицейский, для него более проблематично, чем отсутствие. И, ну, в общем, наоборот. Для Алекса Рикера жить с полицейским, поддерживать интимные отношения и профессиональные? Это значит напрашиваться на неприятности, а он этого не делает ".

"Итак, вы пришли к выводу, что Колтрейн, возможно, была убита из-за Алекса Рикера, но не им или для него".

"Да, сэр".

"Конкурент, подчиненный. Это широкое поле, лейтенант."

"Я думаю, что это может быть более узким, коммандер. Согласно записи, Алекс Рикер навещал своего отца на Омеге только один раз за последние восемь месяцев. Между ними не было никакой связи, или, фактически, между Максом Рикером и кем-либо еще с тех пор, как он начал отбывать многочисленные пожизненные сроки ".

"Никаких сообщений, вообще, в исправительную колонию или из нее?"

"Согласно записям, нет, сэр".

Улыбка Уитни была натянутой и жесткой. "Насколько глупыми он нас считает?"

"Макс Рикер не испытывает ничего, кроме презрения к полицейским, и в последние несколько лет его эго намного затмило его суждения. Это одна из причин, по которой он в клетке. Поскольку мы не дураки, я попросил капитана Фини отправить пару электронщиков на Омегу, чтобы проверить достоверность этих записей."

"Когда они уходят?"

"Сегодня, сэр. Я надеюсь, в течение часа. Мы могли бы ускорить процесс, попросив гражданского консультанта предоставить департаменту транспорт для этой цели ".

Слабый отблеск юмора зажегся в глазах Уитни. "Я оставляю приготовления на вас, лейтенант. У меня есть кое-какие связи на Омеге. Я использую их, чтобы ускорить процесс, как только они окажутся в колонии ".

Он откинулся назад, юмор пропал, забарабанил пальцами. "Не конкурент. Не подчиненный. Вы верите, что Макс Рикер заказал убийство детектива Колтрейн."

"Да, сэр. Я выполняю".

"Нанести удар своему сыну или защитить его?"

"На этот вопрос я надеюсь ответить, когда получу Алекса Рикера в штрафной".

Пока Ева отчитывалась перед своим командиром, Рорк вышел из машины, кивнул своему водителю. Алекс Рикер сделал то же самое. Стально-голубая вода плескалась о песок Кони-Айленда, когда мужчины приблизились друг к другу.

Нейтральная территория, размышлял Рорк, не обязательно должна быть мрачной, уравновешенной и серьезной. Бизнес такого рода не требовал атмосферы сырых подсобных помещений или пустующих участков. Ему понравилась идея провести эту встречу на территории обновленного развлекательного центра. Реконструированное колесо обозрения что-то символизировало, по его мнению.

Жизнь была полна кругов.

Хотя было еще слишком рано для этого аттракциона или любого другого, чтобы крутиться и играть, люди прогуливались по пляжу, потягивали ароматный кофе или сладкие напитки, прогуливаясь по дощатому настилу.

В море ходили как прогулочные катера, так и оживленные паромы.

Океанский бриз трепал подол его легкого пальто, когда он поднял руки и позволил человеку Алекса просканировать его на предмет оружия и жучков. И он выполнил ту же задачу с Алексом.

"Я хочу поблагодарить вас за то, что согласились встретиться со мной", - начал Алекс, когда они оба освободились. "Даже если это странный выбор места".

"Ты так думаешь? Весеннее утро, на улице, морской бриз."

Алекс огляделся. "Карусели".

"И многое другое. Достопримечательность Нью-Йорка, традиция, которая вышла из употребления и пришла в упадок - и была закрыта. Жаль, что. После Урбанов был толчок к оживлению, обновлению, и это место выиграло от этого. Вселяет надежду, не так ли, что веселью есть место в мире?"

"Сколько из этого тебе принадлежит?"

Рорк только улыбнулся. "Что ж, тогда ты мог бы выяснить это сам, не так ли? Что ты хочешь мне сказать, Алекс?"

"Можем ли мы идти?"

"Конечно". Рорк махнул рукой, и они пошли по деревянным перекладинам, их водители в нескольких шагах позади.

"Ты был моим заклятым врагом, когда мы были молоды", - сказал ему Алекс.

"Был ли я?"

"Мой отец толкнул тебя мне в лицо, по крайней мере, вначале. Это то, кем тебе нужно быть. Безжалостный, холодный, всегда думающий наперед о других. Пока он не решил, что ты недостаточно безжалостна, достаточно холодна, и беспокоился, что ты слишком далеко забегаешь вперед. Тем не менее, тебя столкнули со мной. По его меркам, я должен был бы преуспеть лучше тебя, иначе я потерпел бы неудачу ".

"Это мерзко, не так ли?"

"Это было. Когда он начал бояться и ненавидеть тебя, это было еще хуже. Он заказал три покушения на тебя, о которых я знаю ".

Рорк продолжал прогуливаться. "На самом деле их было пять".

"Почему ты никогда не мстил?"

"Мне не нужна кровь моих конкурентов. Или даже мои враги. Несколько лет он был для меня никем. Но он никогда не должен был прикасаться к моей жене. Я бы убил его за это, если тебе интересно. За то, что оставил на ней метку ".

"Ты этого не сделал, а он жив".

"Потому что это наложило бы на нее еще один отпечаток, поскольку она такая, какая есть".

"Ты оставил его в живых, чтобы защитить свою жену?"

Рорк сделал паузу, посмотрел Алексу в лицо. "Если вы думаете, что лейтенант нуждается в защите, моей или чьей-либо еще, вы сильно недооценили ее. Я позволяю ему жить из уважения к ней. И я убедился, что жить так, как он обречен жить сейчас, было хуже смерти".

"Это для него. Он никогда не признается в этом, даже самому себе. Часть его всегда будет верить, должна верить, он будет пробиваться обратно. Не просто покинуть Омегу, но вернуться на вершину своей игры. Он будет жить ради этого, и, я думаю, проживет долго, мечтая о твоей крови. И твоего полицейского ".

"Я искренне надеюсь, что ты прав". В улыбке, которую он послал Алексу, Ева увидела бы опасного человека, который жил внутри поляка. "Я действительно желаю ему очень долгой жизни".

"Я ненавижу его больше, чем ты когда-либо мог".

Да, подумал Рорк. Он слышал ненависть в каждом слове, а также между каждым из них. "Почему это?"

"Он убил мою мать". Алекс остановился, повернулся к поручням, посмотрел на море. "Всю свою жизнь я верил, что она пала. Что это был ужасный несчастный случай. В то время как часть меня задавалась вопросом, сдалась ли она и прыгнула. Но ни одно из них не было правдой ".

Рорк ничего не сказал, просто ждал.

"В последние годы он постепенно терял контроль. Становятся все более и более нестабильными. Он всегда был жестоким, склонным к насилию, легко впадающим в ярость. Я никогда не знал, что с ним делать, когда был ребенком. В одну минуту со мной обращались бы как с принцем, его самым дорогим сыном. В следующий раз я бы поднялся с пола с разбитой губой или окровавленным носом. Так что я вырос, боясь его и поклоняясь ему, и отчаянно пытаясь угодить ему ".

"Многие, если не большинство, кто работал на него, чувствовали то же самое".

"Не ты. В любом случае, за последние десять лет, скажем так, некоторые из его требований, его решений были опасными. Ненужные и опасные. Мы спорили. Мы начали спорить о том времени, когда я поступил в университет. Мы дошли до того, что я не потерпел бы, чтобы меня сбивали с ног, поэтому у него не было этого оружия, чтобы использовать. Итак, когда он понял, что не сможет сбить меня с ног физически, он использовал другое средство.

"Он должен был сделать со мной то, что он сделал с сукой, которая родила меня. Вот как он мне это объяснил ". Костяшки пальцев Алекса на перилах побелели. "Он должен был избавиться от меня так же, как избавился от нее. Смотрел, как я падаю, смотрел, как мои мозги разбрызгиваются по улице ".

Алекс улучил минуту, просто вдохнул морской воздух. "Я спросил его, почему он это сделал. Он сказал, что она перестала быть полезной, и она раздражала его. Я должен быть осторожен, чтобы не делать то же самое. Позже он отрекся. Он сказал это только потому, что я разозлила его, потому что я проявила к нему неуважение. Но я знал, что он сказал мне абсолютную правду. Так что, ты можешь поверить мне, когда я говорю, что желаю ему долгой, долгой жизни так же сильно, как и ты ".

"Мне очень жаль. Ты тоже можешь в это верить ".

"Я делаю. Одна из причин, по которой он ненавидел тебя, ненавидит потому, что у тебя есть кодекс. Твой собственный моральный кодекс, который он не смог поколебать ".

Теперь он отвернулся от моря, чтобы встретиться лицом к лицу с Рорком. "У тебя нет причин полагать, что у меня есть свои, но я говорю тебе, я не убивал Амариллис. Я не приказывал ее убивать. Я бы никогда не причинил ей вреда или не пожелал ей зла. Я любил ее когда-то. Я все еще заботился о ней, очень сильно. Кто бы это ни сделал, он использует меня как щит. Отвлекающий маневр. И это приводит меня в ярость".

"Зачем говорить мне?"

"Кто еще?" Алекс потребовал с некоторым жаром. "Твой полицейский? На моем месте ты бы выпустил кишки копу? Полицейский, у которого есть все основания подозревать тебя в убийстве?"

"Я бы не стал, нет. Ты смотришь на меня за то, что я замолвил за тебя словечко?"

"Твое чувство честной игры вызвало отвращение у моего отца. Полагаю, я рассчитываю на это. Я не знаю, кто ее убил, или даже почему. Я перепробовал все ресурсы, какие только мог придумать, чтобы выяснить, и у меня ничего не вышло ".

Море расстилалось за спиной Алекса, и солнце заливало его. В ее ярком свете Рорк увидел боль и борьбу за ее подавление.

"Я собираюсь сказать вам, что я приехал в Нью-Йорк, надеясь убедить ее вернуться ко мне. Потому что никто другой в моей жизни никогда ничего не менял. И я мог видеть в одно мгновение, что этого никогда не произойдет. Она была счастлива, и она была влюблена. И мы все еще были теми, кем мы были в Атланте, все еще теми, кем мы были, когда наши пути разошлись. Она никогда не смогла бы принять меня, такой, какая я есть, что я делаю, и быть счастливой. Она столкнулась с этим лицом к лицу и ушла. Увидев ее снова, я столкнулся с этим ".

"Ты думал, она изменила бы то, кем она была в Атланте или сейчас?"

"Да. Да, я сделал. Или что она просто проигнорирует мои деловые отношения. Они не имели никакого отношения ни к ней, ни к нам. Но она не смогла решить это. И через некоторое время не смог с этим жить. Или мне."

"Тебе никогда не приходило в голову скорректировать свои деловые отношения?"

"Нет. Это то, что я делаю. Если во мне есть мой отец, то это так. Я надеюсь на Бога, что это все, что у меня есть от него. Я никогда не убивал и не приказывал убивать. Это не... практично".

"Мне сказали, что люди, которые напали на ваш антикварный магазин в Атланте, умерли очень жестоко".

"Они сделали. Я этого не приказывал ".

"Макс сделал?"

"Они оскорбили его - из-за его образа мыслей - выставив меня дураком. Из его крови. Итак, он справился с этим по-своему. И его путь поставил меня и мои интересы под гораздо более пристальное внимание, чем это было необходимо. Я не убиваю, это просто нехороший бизнес ".

Он отмахнулся от этого, как мог бы мужчина, когда обсуждал свое предпочтение взаимных фондов отдельным акциям в качестве инвестора. "Я был бы непрактичным, и к черту хороший бизнес, если бы знал, кто убил Эмми. Потому что я любил ее когда-то, и потому что у меня никогда не хватало чертовых яиц убить своего отца за то, что он сделал с моей матерью."

Когда Алекс замолчал, когда он снова повернулся к воде, Рорк подошел к перилам рядом с ним. "Чего ты ждешь от меня?"

"Я хочу- мне нужно знать, кто ее убил и почему. У тебя есть ресурсы, превосходящие мои. Я не знаю, сколько из них вы могли бы использовать в своей связи с полицией, или что я могу предложить вам, чтобы использовать больше для этого. Для нее. Но тебе нужно только назвать свою цену".

"Ты не знаешь мою жену. Ты знаешь о ней, но ты не знаешь ее. Тебе лучше довериться ей, чтобы найти эти ответы. Добавленные к этому? Тебе не нужно платить за мои ресурсы, Алекс, когда моей жене стоит только попросить о них ".

Алекс изучал лицо Рорка, затем кивнул и снова посмотрел на воду. "Хорошо. Я обещаю тебе, что если я узнаю что-нибудь, вообще что-нибудь, что могло бы помочь, я скажу тебе ".

"Я приму твое обещание, но я не могу дать тебе то же самое. Это будет зависеть от лейтенанта. Но я дам тебе вот что: когда она найдет того, кто это сделал - а она найдет, - если этого человека постигнет плохой конец, я оставлю твою роль в этом при себе ".

Алекс издал смешок. "Это что-то". Он повернулся, протянул Рорку руку. "Спасибо тебе".

Они были примерно одного возраста, размышлял Рорк, и оба начали свою жизнь с мужчинами, которым нравилось проливать кровь. Алекс в роли принца, а он сам в роли нищего.

Несмотря на некоторые основные сходства, а также на весь лоск Алекса и его привилегированное прошлое, Рорк почувствовал наивность.

"Кое-что, чего твой отец не сказал бы тебе", - начал он. "Принимая кровь, она оставляет на тебе след. Не имеет значения, как это сделано, или как это оправдано, это оставляет глубокий след. Убедитесь, что вы готовы носить эту метку, прежде чем брать кровь ".

Вернувшись в машину, Рорк отключил диктофон, встроенный в его запонку. Он подумал, не убрать ли микростаннер в ботинок, затем оставил его там, где он был. Ты просто никогда не знал.

Оба были прототипами, находящимися в настоящее время в разработке, изготовленными из материалов, которые невозможно обнаружить даже самыми чувствительными сканерами, доступными в настоящее время. Он знал, поскольку его компания также разрабатывала сканер, который мог бы их обнаружить.

Всегда учитывай оба конца игры, подумал он.

Часть его сожалела, что он не мог сказать Алексу, что он не был главным подозреваемым Евы. Или даже подозреваемый в ее сознании на данный момент. Но это тоже зависело от лейтенанта. Но он мог сожалеть. У него тоже была мать. Мать, которая любила его, и которую убил его отец. Она пережила свою полезность, не так ли? Становятся раздражением. Да, там он мог сочувствовать Алексу.

Он мог чувствовать, даже когда удивлялся недостаточной осведомленности этого человека. Мужчина, который скорее позволил бы любви уйти, чем уступить, или попытался бы, по крайней мере, найти ее середину. И теперь, размышлял Рорк, не мог видеть, что смотрело ему прямо в лицо.

Его "ссылка подала сигнал. Его губы изогнулись, когда он прочитал на дисплее "Дорогая Ева". "Привет, лейтенант".

"Эй. У меня есть услуга. Можешь - где ты?"

"В данный момент я в пути. У меня была встреча ".

"Это ... у вас была встреча на Кони-Айленде?"

"Я сделал. Жаль, что было так рано и я не смог побаловать себя катанием на американских горках. Нам придется вернуться, тебе и мне, и наверстать упущенное".

"Конечно, когда я схожу с ума и хочу с криком мчаться по воздуху в маленькой машине. Неважно. Благосклонность. Мне нужно-"

"Сначала ответь на вопрос, и я обещаю оказать тебе какую бы то ни было услугу".

Подозрение сузило ее глаза. Ему нравился этот взгляд.

"Какого рода вопрос?"

"Да или нет на данный момент. Вопрос, лейтенант. Стоит ли Макс Рикер за убийством детектива Колтрейн?"

"Что, ты меня подключил? Прослушивался ли офис Уитни?"

Рорк взглянул на свою запонку. "Не в данный момент. Я воспринимаю это как "да ".

"Это не "да" или "нет". Я сильно подозреваю, что за этим стоит Макс Рикер ".

"Для меня этого достаточно. В чем заключается услуга?"

"Мне нужен ваш самый быстрый транспорт с планеты. От Нью-Йорка до колонии Омега".

"Мы отправляемся на Омегу?"

"Нет, Каллендар и еще один электронный детектив будут. Я думаю, что Рикер дергает за какие-то ниточки там, наверху, полагаю, что записи о его общении и посещениях были стерты или подделаны. Я хочу знать, с кем он разговаривал. Может потребоваться двадцать шесть часов или больше, чтобы добраться до Омеги обычным способом."

"Я могу сократить это более чем на треть. Я устрою это и свяжусь с тобой с деталями ".

"Хорошо. Я твой должник".

"По крайней мере, прокатиться на американских горках".

"Нет, я не так уж много тебе должен".

Он рассмеялся, когда она отключилась. Договорившись о полете, передав информацию обратно, Рорк успокоился и подумал о Максе Рикере.

Время должно было остановиться, подумала Ева, переодеваясь в платье синего цвета. Мертвые заслужили свой момент, она предположила, что это было достаточно правдой. Но, по ее мнению, мемориалы были для живых, оставшихся позади. Итак, время должно было остановиться для Морриса. Она могла бы принести Колтрейн чертовски много пользы на поле или проложить себе путь к тому, чтобы заполучить Алекса Рикера в штрафную. Но были и другие обязанности.

Она натянула жесткие черные туфли, встала и поправила на голове форменную фуражку.

Она вышла из раздевалки, чтобы спуститься на глайдах в центр помощи пострадавшим.

Она подумала о Каллендаре и каком-то громоздком электронщике по имени Систо, готовящихся быть брошенными, как пара камней из пращи, на холодные скалы Омеги. Каллендар, вспомнила Ева, казалась серьезно воодушевленной перспективой своего первого внепланетного задания.

Это требовало всех видов.

Завтра в это время они будут там, будут копать глубже. Они изучат эти журналы и найдут то, что ей нужно. Им, черт возьми, было бы лучше найти то, что ей было нужно. Потому что каждый дюйм ее нутра говорил, что Макс Рикер заказал убийство. Она доберется до "почему"; она доберется до "как". Но электронной команде пришлось заполучить ее Рикера и его контакт.

Макс Рикер не стал бы платить за убийство полицейского. Что еще можно сделать человеку, который проведет остаток своей жалкой жизни в клетке? Но другие могли и заплатили бы, и этого должно быть достаточно.

Она надеялась, что этого будет достаточно.

Двери комнаты, которую выбрал Моррис, были открыты, так что музыка лилась через них. Блюзовый сорт, которым наслаждались он и женщина, которую он любил. Она уловила аромат цветов - роз - прежде, чем вошла в комнату, переполненную полицейскими.

Красные розы, отметила Ева, и фотографии мертвых. Случайные, откровенные снимки улыбающейся Колтрейн, смешанные с официальными. Колтрейн в униформе выглядит лощеной и серьезной, в летнем платье на каком-нибудь пляже смеется. Маленькие белые свечи горели мягким, успокаивающим светом.

С некоторым облегчением она не увидела никакого гроба - ни закрытого, ни открытого - никакой модной в настоящее время коробки с прозрачными стенками, в которой было бы видно тело. Фотографий было достаточно, чтобы привести ее в комнату.

Она увидела Морриса сквозь толпу, стоящего с мужчиной лет под тридцать. Брат Колтрейн, поняла Ева. Сходство было слишком сильным для чего-либо еще.

Пибоди отделилась от группы и перешла на сторону Евы. "Это большая явка. Это хорошо, если только может быть что-то хорошее. Странно чувствовать себя снова в блюзе, но ты был прав насчет этого." Она поправила свой жесткий жакет, чтобы он был на месте более идеально. "Это более уважительно".

"Не весь ее отряд так думал". Взгляд Евы скользнул по ней. Лейтенант Колтрейн и детектив О'Брайан были одеты в синее, но остальные в ее отделе предпочли остаться в мягкой одежде.

"Многие копы заезжали с поля или заходили до того, как им пришлось снова отправиться в путь. Не всегда есть время измениться ".

"Да".

"Тяжело видеть Морриса таким. Видеть, как ему больно ".

"Лучше понаблюдай за копами", - предложила Ева. "Следи за ее отрядом. Убедитесь, что вы поговорили с каждым из них. Я хочу впечатлений. Я буду делать то же самое ".

Но сейчас, подумала Ева, она должна принять трудное и поговорить с Моррисом.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ЕВА СНАЧАЛА НАМЕРЕННО ЗАДЕЛА О'Брайана, затем остановилась. "Детектив".

"Лейтенант". Он встретился с ней глазами, затем отвел взгляд к розам и свечам. "Моррис сделал прямо здесь. Это правильный путь. Для нее, для нас. Это правильный путь".

"По-полицейски?"

Он улыбнулся, совсем чуть-чуть. "Кое-что из этого. Но остальное? Это показывает, кем она была. Вы можете увидеть ее здесь ".

"Тебе тяжело терять одного из своей команды".

"Я вижу ее стол каждый день. Вскоре там будет сидеть кто-то другой, и вы привыкнете к этому. Но тяжело не видеть ее там. Труднее понять, почему. Только что вошла моя жена. Простите меня".

Он двинулся прочь, прокладывая себе путь к женщине, которая стояла сразу за дверями. Она протянула руку, и О'Брайан взял ее.

Ева отвернулась. Она подождала, пока группа людей, разговаривавших с Моррисом, отошла. Затем пошел к нему.

"Даллас". Теперь Моррис протянул руку, и она приняла ее.

"Здесь ты поступил правильно", - сказала она, вторя О'Брайану.

Пальцы Морриса на мгновение сжали ее руку. "Это все, что я мог сделать. Лейтенант Даллас, это Джули Колтрейн, брат Эмми."

Сосредоточенный взгляд Джулай сузился. "Ты тот, кто отвечает за ..."

"Да. Я очень сожалею о вашей потере, о потере вашей семьи ".

"Ли говорит, что нет никого лучше. Можешь ли ты сказать мне ... Есть ли что-нибудь, что ты можешь мне сказать?"

"Все, что я могу сказать вам сейчас, это то, что ваша сестра завладела всем моим вниманием и вниманием каждого назначенного офицера".

Шок и горе затуманили глаза, такие же темно-синие, как у его сестры. Ева видела, как двигалась его грудь, когда он пытался дышать, чтобы успокоиться. "Спасибо тебе. Я забираю ее домой сегодня вечером. Мы чувствовали, моя семья и я, мы чувствовали, что кто-то должен быть здесь на этом мемориале и вернуть ее домой. Здесь так много людей. Так много пришло. Это важно. Это очень много значит".

"Она была хорошим копом".

"Она хотела помогать людям".

"Она сделала. Она помогла многим людям ".

"Сейчас не время спрашивать, не место, но я забираю ее домой сегодня вечером. Когда мои родители - мне нужно сказать им. Мне это нужно. Ты собираешься найти того, кто ее забрал?"

"Да".

Он кивнул. "Прости меня".

Моррис снова взял Еву за руку, когда Джулай поспешил прочь. "Спасибо тебе. За синюю форму, за то, что ты ему сказал ".

"Я сказал ему правду, как я ее знаю. Она была хорошим полицейским, все, что я нахожу, подтверждает это. И я найду, кто ее убил".

"Я знаю, что ты это сделаешь. Это помогает мне двигаться от момента к моменту ".

Он был одет в простой и элегантный черный костюм, с черным шнуром, обвивающим его длинную, тщательно заплетенную косу. И она подумала, что его лицо выглядело более худым, чем даже днем ранее. Как будто часть плоти была срезана.

Это беспокоило ее.

"Ее брат был прав", - сказала она ему. "Важно, что здесь так много людей". Она оглянулась, заметила Боллимера и владельца китайского ресторана, где Колтрейн заказывала свою последнюю еду. "Она имела значение для многих людей".

"Я знаю. Они кремируют ее завтра и проведут поминальную церемонию через несколько дней. Ради этого я поеду в Атланту, где будет больше людей, для которых она была важна. Я знаю, что странным образом в этих вещах я найду некоторое утешение. Но знание, что ты найдешь того, кто ее убил, захватывает меня от мгновения к мгновению. Ты поговоришь со мной позже, расскажешь мне, что ты знаешь?"

"Да".

Моррис снова сжал ее руку, затем его взгляд переместился через ее плечо. Ева повернулась, чтобы увидеть Миру и ее мужа.

Мира двигалась естественно, просто обняла Морриса и держала его. Когда он уронил голову на плечо Миры, Ева отвела взгляд.

Деннис Мира погладил Еву по руке, отчего у нее запылало в горле. "Когда смерть наносит удар по дому, " сказал он в своей спокойной манере, " я думаю, это тяжелее для тех, кто сталкивается с этим каждый день".

"Я думаю, может быть, так и есть".

Что-то в нем, подумала Ева - его долговязая фигура в странно строгом черном костюме - было таким успокаивающим, каким она представляла объятия Миры. "Это знание того, как это работает, и что это оставляет после себя".

Он изучил одну из фотографий. "Она была очень мила, очень молода". И посмотрел на Еву. "Не думаю, что когда-либо раньше видел тебя в форме. Так ли это?" Его глаза приобрели тот неопределенный, рассеянный вид, который привлек ее. "В любом случае, ты выглядишь устрашающе".

"Думаю, да".

Он улыбнулся ей, затем подошел к Моррису. Ева ускользнула.

Следующим она взяла Клифтона, направляясь к детективу, где он стоял с группой полицейских. Она уловила обрывок разговора, в центре которого был бейсбол.

Ничего не значили, признала Ева. Люди говорили обо всех существенных вещах на мемориалах.

"Детектив".

Это заняло у него половину удара, отметила Ева. Форма сбила его с толку, подумала она. "Лейтенант". Он отодвинулся от остальных. "Есть какие-нибудь известия?"

"У нас есть пара зацепок. Мы выполняем их. У тебя есть какие-нибудь собственные мысли?"

"Я рассказал тебе то, что знаю, и из того, что я слышал, ты должен быть осторожен".

"Должен ли я?"

"Слышал, убийца отправил тебе ее значок и оружие, затем попытался убрать тебя. Пахнет как убийца копов, который нападает на женщин-офицеров ".

"Что ж. Тогда ты был бы в безопасности ".

Она видела, как в его глазах вспыхивает гнев. "Я взял значок не для того, чтобы быть в безопасности".

"Нет? Ты подобрал это, чтобы настроить подозреваемых?"

"Я выполняю свою работу".

"У вас на куртке несколько интересных прорех, детектив".

"Какое тебе до этого дело?"

"Просто поддерживаю разговор".

"Вы, копы из отдела убийств. Ты приходишь после того, как все закончится. Мы те, кто участвует в этом каждый день, пытаясь удержать придурков от убийства друг друга ".

"Ну и дела, я думаю, если бы ты проделал работу получше, я бы остался без одного".

Он приблизился к ней небольшим жестким движением парня - быстрое движение плеч, изгиб губ. "Послушай, сука, ты понятия не имеешь, что делает настоящий коп".

"О? Тогда почему бы тебе не просветить меня?"

Изгиб губ превратился в усмешку.

"Дак". Клео Грейди подошла. "Ньюман ищет тебя. Он добился успеха в деле Джейн Стрит ".

Клифтон еще несколько секунд пристально смотрел на Еву. "Школа окончена. Я должен пойти поработать настоящим копом ".

"Удачи с этим", - любезно сказала Ева, затем повернулась к Клео. "Это было правдой или способом удержать своего товарища по отделению от выстрела в вышестоящего офицера?"

"Это правда, другая часть - просто удача. Мы все немного напряжены в эти дни, лейтенант."

"У меня сложилось впечатление, что Клифтон всегда был немного натянутым".

Клео только пожала плечами. "Мы чувствуем себя изолированными от некоторых, в довершение ко всему. Мы приходим сюда, и это ударяет нам в лицо. Кто-то ее убрал, и мы не участвуем в расследовании. Мы не знаем тебя, но мы знаем, что ты смотришь на нас. Ты не ожидаешь какого-то негодования?"

"Обида меня не беспокоит, детектив Грейди. Убийство? Это просто выводит меня из себя. Если Ньюману повезло, почему он не пометил Клифтона вместо того, чтобы искать его в толпе?"

"Тебе придется спросить его", - холодно сказала Клео. "Но, может быть, чтобы проявить некоторое уважение".

"Когда один из вас получает пощечину в продолжающемся, когда у вас нет смены или вы разделены, как вы отмечаете друг друга?"

"Зависит от обстоятельств".

"Я бы сказал, коммуникатор, если ты выступаешь в одиночку на поле. Но если один из вас был, скажем, дома, тег "ссылка" имеет больше смысла. Многие копы прячут свои коммуникаторы вместе с оружием, значком и так далее ".

"Это то, что я бы сделал. Если ты спрашиваешь."

"Я тоже. Но я бы сначала попробовал ссылку на дом. Висит дома, почему у тебя при себе карман? За исключением того, что тогда этот тег был бы на "ссылке. Ты помечаешь карман, что ж, все, что тебе нужно сделать, это взять это с собой ".

"Черт возьми", - пробормотала Клео себе под нос. "Ты смотришь на нас".

"Я смотрю на всех".

"Смотри сколько хочешь, пока тот, кто сделал это с Эмми, не уйдет. Какой коп тащит других копов по крови?"

Клео развернулась и умчалась прочь.

"И вот ты здесь, заводишь друзей, как всегда".

Ева оглянулась через плечо, в глаза Рорка. "У меня осталось еще парочка".

"Я оставляю вас с этим и выражаю свои соболезнования Моррису". Он провел пальцем по плечу ее форменной куртки. "Нам нужно поговорить".

"Хорошо. Как только смогу. Толпа начинает редеть, так что я должен разозлить еще пару человек, прежде чем это закончится ".

"Если кто-нибудь может", - сказал Рорк и оставил ее с этим.

Она нашла Делонга прямо за дверями за разговором со МНОЙ, Клиппером. Делонг замолчал, когда Ева приблизилась.

"Лейтенант Даллас".

"Лейтенант Делонг".

"Если вы извините меня, " сказал Клиппер, " я еще не выразил своего почтения".

Делонг подождал мгновение, затем подал Еве сигнал "пойдем со мной" и отошел еще на пару футов от входа. "Я знаю, что у тебя есть работа, которую нужно выполнить, - начал он, - и никто, никто не хочет, чтобы ты успешно справился с этой работой больше, чем я. Но я говорю вам, здесь и сейчас, я возмущен тем, что вы давите на мой отряд. Я особенно возмущен тем, что ты давишь на мою команду, когда мы оплакиваем одного из наших ".

"Так принято к сведению".

"Я надеюсь, что это так. Я также скажу вам, что я полностью намерен высказать свои чувства по этому поводу коммандеру Уитни ".

"Ты свободен сделать это. Между тем, я скажу вам, что, по моему мнению, детектив Колтрейн покинула свою квартиру той ночью, чтобы отправиться на работу. Она ушла из своей квартиры, чтобы пойти на работу, потому что кто-то связался с ней и выманил ее. Кто-то, кто знал ее привычки, кто-то, кому она доверяла. Кто-то, с кем она работала. Или для."

Краска залила лицо Делонга. "Ты этого не знаешь. Полицейский выходит, она пристегивает его ремнем. Ради работы или чтобы сходить за чертовым молоком."

"Не этот полицейский. Если бы вы знали своего детектива, вы это знаете ".

У него не было приемов крутого парня Клифтона, но он все равно приблизился к Еве. "Как ты думаешь, ты можешь попытаться раскопать компромат на моих людей? Скажем, один из них убил своего товарища-офицера и не заплатил за это цену?"

"Нет, я не хочу. Если бы кто-то сделал то же самое с моими людьми, я бы надрал кому-нибудь задницу. Я бы также задал себе несколько трудных вопросов. Я бы смотрел усерднее и глубже, чем кто-либо другой ".

"Я - это не ты".

"Нет, ты не такой".

"Будь осторожен, куда ты нажимаешь, и насколько сильно".

Он мог бы тогда убежать, но Уитни и его жена сошли с трапа. Вместо этого Делонг чопорно подошел к ним. Ева отметила, что руки были пожаты, соболезнования, безусловно, высказаны. Затем она увидела, как Уитни кивнула, прежде чем Делонг ступил на восходящую дорожку.

Уитни преодолели расстояние до Евы.

"Коммандер, миссис Уитни."

Миссис Уитни, подтянутая в своем строгом черном костюме, взяла Еву за руку обеими руками. Этот жест, столь нехарактерный для Евы, заставил Еву моргнуть. "У тебя трудная работа. Сегодня сложнее".

"Да, мэм".

"Я сейчас приду", - сказал Уитни и похлопал жену по руке. Он выдохнул, когда она вошла в комнату скорби. "Полицейский падает, те, кому не повезло быть женатым на одном, чувствуют это. Что ж. Лейтенант Делонг хочет поговорить со мной при первой же возможности. Вы не знаете, о чем это может быть, не так ли, лейтенант?"

"Я не могу сказать, сэр".

"Не скажу. Я полагаю, ты задеваешь за живое. Как босс отделения, он хотел бы защищать своих людей ".

"Да, сэр. Или он защищает себя ".

"Если вы свяжете его или кого-либо из его команды с Рикером, сделайте это надежно. Если мы стремимся посадить полицейского в клетку, я не хочу никакого права на ошибку ".

Хотя Ева хотела вернуться наверх, она нашла время, чтобы загнать Клиппера в угол. "Чего хотел Делонг?" - требовательно спросила она. Когда Клиппер просто выглядела огорченной, она с шипением выдохнула. "Я расследую убийство полицейского. Если это применимо к моему случаю, я хочу знать, что он сказал ".

"Он просто спросил, могу ли я что-нибудь ему сказать, и почему ему заблокировано получение каких-либо отчетов по делу. Он расстроен, Даллас. Кто бы не был?"

"Что ты ему сказал?"

"Что мои руки связаны. Ты главный. Так оно и есть, и именно этого хочет мой босс. Так что мои руки связаны ". Клиппер использовал одно из них, чтобы потереть заднюю часть своей шеи. "Он дымится из-за тебя. Я полагаю, ты это уже знаешь ".

"Да, у меня есть предчувствие".

"Каждый из его людей связывался с моргом или приезжал в него, надеясь получить информацию. У меня все заблокировано ".

"Я ценю это. Какие-нибудь из них огорчают тебя?"

Клипер медленно, вдумчиво погладил свою подстриженную козлиную бородку. "Скажем, детектив Клифтон предложил мне заняться любовью с самим собой и предположил, что я уже делал это со своей матерью, несколько раз".

"Ты - карта, Клип. Он подвергался физическому воздействию?"

"Во время нашего разговора я держал лазерный скальпель. Могу сказать, что у меня сложилось впечатление, что он, возможно, хотел танцевать иначе ".

"Хорошо".

"На самом деле я ничего не могу сказать никому из них".

"Да, но они этого не знают. Давайте оставим все так, как есть".

Ева поймала взгляд Рорка, когда он разговаривал с Уитни. Она повернула голову в сторону двери, затем сделала знак Пибоди.

Рорк, подумала она, знал, где ее найти.

"Впечатления", - сказала Ева, начиная разговор с Пибоди.

"Это очень несчастная команда, с некоторой долей гнева под чертой. Ходят слухи, что мы тратим больше времени и энергии на поиски компромата на них, чем на поиск альтернативных версий ".

"Откуда взялось это слово?"

"Ты знаешь, как это бывает, Даллас. Этот говорит, что слышал это от того, кто это сказал. Копы - шлюхи-сплетницы. Я скажу, что меня не прокачивали так много раз за такой короткий промежуток времени с тех пор, как мы с Макнабом переехали в квартиру и сочли долгом чести делать это в каждой комнате. Дважды."

"Да, мой день не был бы полным, если бы я не услышал это".

"Различные техники, " продолжила Пибоди, " которые также пробуждают приятные воспоминания о той ночи. Делонг говорит прямо, с авторитетным щелчком. Как будто я обязан отвечать на его вопросы, потому что он высокого ранга. Парень Ньюман ходит вокруг да около, пытаясь заставить тебя оступиться и проболтаться. У О'Брайана печальные глаза и отеческое поведение, которые идут ему. Грейди пытается проявить солидарность между нами, девушками-детективами. И Клифтон переходит прямо к хулиганству ".

"Он поднимал на тебя руки?"

"Не совсем. Я думаю, что это должно было быть следующим, но О'Брайан отвлек его. Перед этим Клифтон разозлился, что я не рассказываю ему то, что он хотел знать, и обвинил меня в том, что я целуюсь в жопу. Я ответил, что мне еще предстоит иметь честь поцеловать твою задницу, которую я оцениваю как лучшую - женскую разновидность - в отделе ".

"Для меня это звучит как предательство".

Пибоди фыркнула. "Это того стоило. Он весь покраснел. Или это цвет фуксии? Что это за странное название, которое означает ярко-розовый?"

"Я понятия не имею и не хочу иметь".

"В любом случае, он выбрал этот цвет, и я почти уверен, что он собирался меня подтолкнуть. Затем подошел О'Брайан, встал перед ним ".

"Этого было достаточно?"

"Он сказал: "Помни, где ты находишься, Дак. Не позорь нашу Эмми или остальную часть твоего отделения." Клифтон сказал, что это была пара сучек из отдела убийств, пытающихся опозорить отдел. Но он отступил, ушел. Затем О'Брайан извинился за него, с грустными глазами и отцовским поведением ".

Ева хмыкнула и прошла прямо в раздевалку. "Интересно. Интересная динамика вон там ". Она обдумывала это, пока раздевалась.

"О'Брайан - фигура отца. Самый старый, самый опытный. Остальные смотрят на него, даже прежде, чем на лейтенанта. Он приглашает их на барбекю и - как вы это называете - совместные ужины ".

Ева села, чтобы снять жесткие черные туфли. "Ньюман, он обычный Джо, просто твой опытный парень. Тот, с кем ты пьешь пиво после смены. Держит голову опущенной, и его рот в основном закрыт. Прямая противоположность Клифтону. Вспыльчивый, вспыльчивый, плохое отношение. Ему нравится использовать значок или кулаки, чтобы помыкать людьми ".

"Ну, ты тоже. Вроде того."

"Да, я тоже. Но для меня это приятный побочный продукт. Для него это приоритет. Правила и распорядки, к черту это. Если вы входите в дверь, он тот, кто должен войти первым. У него неисправна кнопка управления. Остальные приглядывают за ним, уговаривают его успокоиться. Но рано или поздно... " Она покачала головой. "Этот короткий предохранитель вот-вот взорвется".

Ева повесила свою форму, убрала туфли, затем начала одеваться. "Грейди? Она достаточно умна, чтобы использовать тот факт, что у нее есть сиськи, когда это ей подходит, и забыть о них, когда это не поможет. Она амбициозна, и вы можете поспорить, что она знает, как работать со всеми остальными в команде ".

"Она хочет кресло босса?"

Ева огляделась вокруг. "Возможно, но она не так усердно работает для этого, как я ожидал. Но ей, кажется, нравится быть в маленьком пруду. Что касается лейтенанта, он из тех, кто придерживается принципа. Занимается в основном бумажной работой. Защищает своих людей, и я не могу его в этом винить, но, Господи, он собирается пожаловаться Уитни на то, как я выполняю свою работу. Это слабо. Это чертовски слабо - вот так идти командовать. У вас не будет сильной команды, если рулевой слаб ".

Пибоди вздохнула, застегивая рубашку. "Это будет одно из них, не так ли?"

"Это мои деньги. Может быть, больше, чем одно из них." Ева проверила свое наручное устройство. "Каллендар" и "Систо" должны причалить примерно через двенадцать часов. Я разместил отчет Вебстера по вашему подразделению. Прочтите это. У Рорка что-то есть, так что я собираюсь с ним поговорить. Тогда, может быть, мы посмотрим, сможем ли мы пригласить Алекса Рикера на какой-нибудь разговор ".

"Он будет по уши в адвокатах".

"И разве это не будет весело?"

"Как бочка с бешеными обезьянами. О, заходила Надин. Она не привела команду, " быстро сказала Пибоди. "Это был призыв к сочувствию. Подлинные. Она не могла остаться, а ты был занят, поэтому она сказала, что увидится с тобой завтра."

"О чем?"

"Даллас. Душ завтра. Душ Луизы."

"О". Дерьмо. "Правильно".

"Мы будем около двух, чтобы все уладить".

"Какие вещи?"

"Ерунда".

"Если я смогу разжечь огонь под ... " Лицо Пибоди стало жалким, как у побитого щенка. "Хорошо, хорошо". Нет смысла вырывать волосы, подумала Ева. Просто нет смысла. "Устанавливай все, что угодно, и дай мне знать, когда это будет сделано. Я могу работать до."

Может быть, дольше, чем до, подумала Ева, направляясь к выходу, если Каллендар справится. Вероятно, надеяться на это было слишком, но помогала мысль, что она, возможно, накладывает ограничения на контакт Рикера вместо того, чтобы наблюдать, как кучка женщин воркует над каким-то дурацким подарком для душа. Кроме того. . .

"О черт, о черт, дурацкий подарок для душа!"

Теперь она действительно потянула себя за волосы, когда бежала в свой офис.

Рорк сидел в ее кресле для посетителей, удобно занимаясь своим ПК. Он поднял взгляд, испустил вздох сожаления. "Ты изменился. И у меня не было времени глазеть на тебя в форме ".

"Мне нужно пройтись по магазинам!"

Глядя на нее, Рорк прижал кончики пальцев к виску. "Извините, я думаю, у меня, должно быть, был небольшой инсульт. Что ты сказал?"

"Это не смешно". Она наклонилась, схватила его за лацканы. "Я забыл купить вещь для этой вещи, и я даже не знаю, какой должна быть эта вещь.Теперь я должен выйти и кое-что выследить. За исключением- " Ее взгляд из слегка безумного превратился в задумчивый. "У нас дома есть всевозможные вещи. Не мог бы я просто кое-что завернуть и..."

"Нет".

"Дерьмо!"

Рорк спокойно сидел, пока она опускалась в свое рабочее кресло и закрывала голову руками. "Правильно ли я интерпретирую вещь в обмен на вещь как подарок для девичника Луизы?"

"Что еще в данный момент запихивают мне в глотку?"

"Ммм-хм. Дай мне мгновение". Пробормотала Ева, но ее голова взлетела вверх, когда она услышала, как он сказал: "Каро".

"Да! Гений. Каро может получить это ".

"Нет", - твердо сказал Рорк, и Ева снова поникла. "Каро", - повторил он. "Если бы вы устраивали свадебный душ для хорошего друга, какой подарок был бы подходящим?"

Ева повернулась так, чтобы она могла удариться головой о стол. Рорк и Каро поговорили - вопросы, ответы, - но она не восприняла это. Они могли бы говорить по-гречески.

"Спасибо. Тут кое-что прояснилось, так что, скорее всего, позже я буду работать из дома. Дай мне знать, если я тебе для чего-нибудь понадоблюсь. Хороших выходных ".

Он отключился, и Ева открыла один глаз, чтобы взглянуть на него. "Что сделало-"

Он поднял палец и продолжил работать над PPC. "Тогда ладно", - сказал он через мгновение. "Каро считает, что, учитывая ваши отношения и повод, ты должен подарить Луизе что-то личное и романтическое".

"Что, секс-игрушка?"

"Нет. Не совсем, " поправился он. "Нижнее белье. Ночная рубашка, или, как она деликатно выразилась, ансамбль ".

Ева выпрямилась. "Я должен купить Луизе одежду для ебли?"

"Как бы это нескромно выразиться".

"Я не могу этого сделать. Это ... Даже если бы я захотел, что - кто бы стал - я не знаю ее размера или чего-то еще."

"Я делаю. Я только что взломал ее аккаунт и у меня есть все ее размеры. Теперь, боюсь, вам придется пойти в настоящий магазин, поскольку вы оставили это слишком поздно, чтобы купить что-нибудь подходящее онлайн ".

"О Боже. Просто убей меня".

"Не волнуйся. Я как раз знаю это место".

"Конечно, ты это делаешь. Я хотел поднять Алекса Рикера, попотеть с ним в боксе некоторое время ".

"Я думал, вы не обвиняете его в убийстве Колтрейн".

"Я не такой. Но я не могу сказать, что он знает, пока не узнаю я. Он может не знать того, что знает, пока я не вытяну это из него. Если Макс Рикер заказал убийство, причина в его сыне. Так или иначе. Сейчас он управляет бизнесом. Он должен что-то знать ".

"Я так не думаю. Это то, о чем я хотел поговорить с тобой, прежде чем мы перейдем к нижнему белью ".

Она поморщилась, взглянув на свою открытую дверь. "Не продолжай говорить здесь о нижнем белье. Это полицейская контора ".

"Я встретил Алекса этим утром. На самом деле, я только что закончил встречу, когда ты связался со мной по поводу транспортировки на Омегу."

"Ты-Иисус. Ты не можешь просто так - на Кони-Айленде ".

"Мой выбор - место встречи". Рорк устроился как можно удобнее в ее продавленном кресле для посетителей. "Он попросил о встрече".

"Это могло быть ловушкой. Это могло бы -"

"Этого не было. И, как я уже сказал, мой выбор места проведения. Поверьте мне, я был хорошо обеспечен ".

Она подняла руки. Спорить было пустой тратой времени, поскольку это уже было сделано. И напрасная трата сил не верить, что он был, как он утверждал, хорошо обеспечен. "Чего он хотел?"

Рорк протянул ей диск. "Ты можешь послушать это, пока я веду машину. Видишь ли, ты будешь работать, и мы посетим этот очаровательный магазин, который я знаю. Они упакованы в подарочную упаковку ".

Ева нахмурилась, глядя на диск. "У тебя есть записывающее устройство после него?"

Рорк только улыбнулся.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

ЕВА ПРОСЛУШАЛА ЗАПИСЬ от начала до конца, дала ей прокрутиться в голове, затем воспроизвела ее. Она откинулась на спинку стула, задумалась - и смутно заметила, что Рорк прекрасно проводит время, лавируя в уличном движении на окраине города, как змея в высокой траве.

"Ты веришь ему? Ты веришь, что он прямо говорит о своих чувствах и верности - или ее отсутствии - своему отцу?"

Рорк свернул на восток, прошел вертикально над дважды припаркованным грузовиком доставки, затем спокойно подождал на светофоре. "Я делаю, да. Я должен был попробовать видеоэлемент, тогда у вас было бы лучшее представление. Это было в его глазах. Я признаю эту пронизывающую насквозь ненависть, поскольку сама испытываю ее к себе ".

"По той же причине", - указала Ева. "Может быть, он знает. Может быть, он разыграл эту карту, потому что знает, что вы бы поняли ".

"Это не невозможно, но это было бы разумной работой с его стороны, поскольку я сам узнал об этом только в прошлом году. Ты думаешь, он лжет о своей матери?"

"Когда я прочитал файл, моей первой мыслью было, что Рикер убил ее. Первые мысли не всегда правильные. Но моя вторая мысль, и моя третья мысль вернулись к этому. Нет, я не думаю, что он лжет о том, что Рикер выбросил свою мать из окна. Я работаю над тем, важно ли это для него ".

"Ты снова пробуешь зеркало, чтобы посмотреть, отражается ли оно. Он и я - оба с жестокими отцами - оба кровожадные ублюдки. Если мой не выбил из меня дух к закату, что ж, для него это был потерянный день. Его, по крайней мере, так он утверждает, в один момент обнял его, а в следующий надел наручники. Если это правда, то, на мой взгляд, у него была худшая сделка. По крайней мере, я всегда ожидал пинка ".

"У него была мать, - указывает он, - которая любила его в первые годы его жизни".

"И я этого не сделал. Я думаю, что он и там получил короткий конец. Я никогда не знал, чего мне не хватало. Он говорит, что вырос, пытаясь угодить своему отцу. Я никогда не заботился о том, чтобы угодить своим, кроме как избежать этого пинка. Я возненавидел его с первого воспоминания, так что это становится просто нормой. Я бы подумал, что, придя к этой ненависти позже в жизни, она, так сказать, разгорается еще сильнее.

"Я полагаю, ты захочешь запустить его с помощью Mira", - добавил Рорк, проезжая по Мэдисон. "Но он не лгал".

"Хорошо". Если она не могла поверить на слово Рорку в этом, подумала Ева, тогда чье? "Ладно, это подходит. Один визит от него к Омеге, потом ничего. Нет контакта. И если вы повернете это в сторону его отношений с Колтрейн, то время ... "

"Ты убиваешь Макса, и часть этого выплескивается на Алекса. Он крутится, реструктурирует, переоценивает. И его дама понимает, что он не собирается использовать этот шанс, чтобы отступить, стать полностью законным. Он никогда этого не сделает ".

"Она принимает решение, разрывает его. Он выполняет свои. Он скорее откажется от нее, чем от теневого. Он не является твоим отражением", - заявила Ева.

Рорк взглянул на нее. "И он снова получил короткую часть сделки, не так ли? Ибо вот я здесь со своей женой, собираюсь купить нижнее белье. И у него никого нет".

"Он пришел сюда, надеясь изменить это. Это спусковой крючок. Вот почему Рикер нажал на кнопку. Дать пинка его сыну".

"Я уверен, что ты прав. Это, по крайней мере, часть всего ".

"Значит, он знает, что задумал его сын", - подсчитала Ева. "Что означает, что кто-то в организации Алекса кормит Рикера. Кто-то достаточно близкий, чтобы знать, что Алекс намеревался связаться с Колтрейн, на что он надеялся. И когда. Я голосую за-"

"Род Сэнди".

"Я голосовала", - пожаловалась Ева. "Черт возьми".

"Ну вот." Рорк похлопал ее по руке, придвинулся к ней. "Личный помощник Алекса, его друг - давний друг. Безусловно, доверенное лицо. Он бы знал, как вы заключили, что Колтрейн никогда не брала взятку. Что она не повернулась бы таким образом. Он бы знал, когда они встретились здесь, в Нью-Йорке, как это произошло между ними ".

"И на следующий день она мертва. Сэнди не звонил ей. Она была вооружена, и это все еще говорит мне один из ее команды. Но он мог быть на лестнице. Если бы ему удалось подлечить охрану или найти другой выход - зная, что Алекса там нет, тогда ...

"Интересная теория. Придержи эту мысль. Или, скорее, отложи это и подумай о нижнем белье ".

"Зачем мне- о". Она сосредоточилась на своем окружении и заметила, что они были припаркованы. То, как мужчине удалось найти место на уровне улицы в центре города в пятницу вечером, сбило ее с толку. "Где это место?"

"Прямо за углом, на Мэдисон". Он присоединился к ней на тротуаре, взял ее за руку. "Мы должны воспользоваться удачей - с парковкой и вечером, и завершить покупки ужином. Есть милое местечко прямо через дорогу. Мы можем посидеть снаружи, распить бутылку вина и поужинать ".

"Я действительно должен-"

"Работать, да". Он поднял ее руку, чтобы поцеловать костяшки пальцев.

Он бы сидел и ел с ней в ее кабинете, пока она делала именно это, подумала она. Потому что это был естественный порядок для нее.

Она остановилась на углу, посмотрела на него. "Может быть, если бы это было свидание".

"Прости?"

Она наклонила голову, подняла брови. И наблюдала, как расплывается его улыбка. "Ах. Дорогая, не могла бы ты поужинать со мной сегодня вечером?"

"Она не будет, я буду", - сказала женщина, проходя мимо них. "Я даже куплю".

"Да, я пойду с тобой поужинать сегодня вечером". Она держала свою руку в его, пока они шли полквартала.

В заведении под названием "Секреты" в витрине были выставлены человеческие копии, развалившиеся в шелковых халатах, позирующие в причудливых кусочках кружева и атласа, флиртующие в корсетах, подчеркивающих грудь. Лепестки роз устилали пол. Ева изучила окно, пришла к выводу, что при обычных обстоятельствах ей пришлось бы приставить парализатор к голове, чтобы попасть в дверь.

Она предполагала, что дружба часто сводится к одному и тому же.

"Это твое?"

"Магазин? У меня есть небольшой интерес. Двадцать процентов, - добавил он, когда она нахмурилась, глядя на него.

"Почему только двадцать?"

"Пара, которая управляет этим - и владеет остальным - раньше работала на меня. Они пришли ко мне со своей идеей, концепцией, предложением и бизнес-планом. Мне это понравилось. Так что я поддержал их. Около пяти лет назад. Сейчас в центре города, в Деревне, есть еще один. Но это немного прикольнее. Я думаю, эта больше похожа на Луизу ".

"Тогда я мог бы просто заказать что-нибудь, чтобы мне это доставили. На самом деле не обязательно ... делать покупки ".

"Будь храбрым, маленький солдат", - сказал он и открыл дверь.

Он получил бы локтем в ребра за щелчок, но он знал ее достаточно хорошо, чтобы уклониться.

Пахло здесь... сексуально, решила она. Как тлеющие свечи и тонкий аромат духов. Избранные товары разлетелись, как экзотические бабочки, по витринам, где другие парили, как подвешенные драгоценности. Женщина сидела в позолоченном и бархатном кресле, рассматривая подборку миниатюрных бюстгальтеров и трусиков, как будто это действительно были драгоценности.

Другой стоял в другом конце комнаты, аккуратно заворачивая что-то красное и шелковистое в ткань для клиента.

"Это даже не заметно", - пробормотала Ева. "Что такого особенного, когда ты просто собираешься прикрыть это одеждой?"

"Позволь мне сосчитать пути".

"Видишь?" Она толкнула его бедром своим. "Это просто долбоебизм, как я уже сказал. Я не уверен, что хочу -"

Она замолчала, когда продавщица салфеток заметила Рорка и расплылась в мегаваттной улыбке. "Так приятно видеть вас снова", - сказала она покупателю. "Наслаждайся".

"О, я сделаю. Он сделает". Рассмеявшись, покупательница направилась к выходу, размахивая своей крошечной блестящей серебристой сумочкой.

"Какой замечательный сюрприз". Хозяйка, заключила Ева, подошла на своих узких розовых каблуках и протянула обе руки для руки Рорка.

"Адриан. Ты выглядишь прекрасно".

"О". Она пригладила мягкие солнечные волны своих волос. "Это был напряженный день. Не могли бы вы просто уделить мне еще одну минуту?"

"Не торопись". Когда она перешла к бюстгальтеру и трусикам, Рорк повернулся к Еве. "Видишь что-нибудь, что тебе нравится?"

"Так вот откуда берется мое нижнее белье? Я имею в виду вещи, которые появляются как по волшебству в моих ящиках? А халаты, которые таинственным образом попадают в мой шкаф или на крючок в ванной?"

"Иногда". Он отошел на пару шагов, чтобы рассмотреть короткое платье, бледное, как вода, и почти такое же прозрачное. "У Адриана и Лив изысканный вкус. Будучи женщинами, они понимают, что заставляет женщину чувствовать себя сексуальной или романтичной, уверенной, желанной. И будучи женщинами, которых привлекают женщины, они знают, что привлекает внимание и делает женщину сексуальной и так далее для другого ".

"Так это магазин одежды для лесбиянок?" Она закатила глаза, когда Рорк направил на нее свой. "Просто говорю. И да, хорошо, это классный материал в классной атмосфере. Секс, но без шлюхи".

"Это должно быть их лозунгом".

Она усмехнулась. "Это то, что ты получаешь за то, что вытаскиваешь меня из моей стихии".

Он взял ее лицо в свои руки, удивив ее веселым поцелуем. "Я не хотел бы, чтобы ты был другим".

"Ты западаешь на шлюху так же, как и на любого другого парня".

"Дорогая Ева, только когда шлюха - это ты".

Она засмеялась, ткнула его в грудь. "Продолжай в том же духе, приятель".

"Извините, что заставил вас ждать". Адриан поспешил к ним, когда Лифчик и трусики вышли из магазина - с сумкой. "Я отпустил Венди, нашего клерка, около часа назад. Горячее свидание. Конечно, когда вы предоставлены сами себе, это когда вы получаете трех или четырех клиентов одновременно. Лейтенант Даллас."

Она взяла Еву за руку, с энтузиазмом пожала ее. "Так приятно наконец встретиться с тобой. Рорк говорит, что ты не из тех, кто ходит по магазинам."

"Нет. На самом деле нет. Но у вас здесь действительно хорошее место ".

"Нам это нравится, спасибо. Мой партнер и я."

"Как Лив?" Спросил ее Рорк.

"Она великолепна. Она беременна", - сказал Адриан Еве. "Тридцать две недели".

"Поздравляю".

"Мы на седьмом небе от этого. Она просто так устала сегодня, поэтому я заставил ее пойти домой в полдень. Ей будет неприятно знать, что она скучала по тебе. Вы оба. Чем я могу вам помочь? Что-то особенное?"

"Для меня? Нет. Нет. Я хорош. Более чем."

"Тот самый". Рорк указал на похожее на воду платье. "Но мы вернемся к этому после. Ева?"

"О, да. Что ж. У меня есть эта штука, и говорят, что такого рода вещи для этого подойдут ".

Адриан прищурила глаза - безмятежно голубые - в раздумье. "Вещь, но не для тебя. Тебе нужен подарок".

"Да". Слава Богу. "Да, мне нужен подарок".

"Повод?"

"Похоже на вырывание зубов, не так ли?" Прокомментировал Рорк.

"Заткнись". Ева выдохнула. "Хорошо. Это касается душа. Что-то вроде свадебного душа".

"О, да, мы найдем именно то, что нужно. Какие у вас отношения с невестой? Я имею в виду," добавила она, правильно предположив, что Ева собиралась снова запаниковать. "Она хороший друг, родственница, знакомая?"

"Друг".

"Ева заступается за нее на свадьбе", - вставил Рорк.

"Значит, очень хороший друг. Расскажи мне о ней. Как она выглядит для начала".

"Она блондинка".

Рорк вздохнул. "Опишите предмет, лейтенант".

"Правильно". Что она могла сделать. "Белая женщина, чуть за тридцать, блондинка с проседью. Примерно без пяти пять, примерно в час пятнадцать. Стройное телосложение, правильные черты лица".

"Тогда все в порядке". Довольный, Адриан решительно кивнул. "Вы бы сказали, что она традиционная, острая, артистичная, яркая -"

"Классика".

"Превосходно. Итак." Адриан приложила палец к губам, прогуливаясь по магазину. "Что она делает?"

"Она врач".

"Это ее первый брак?"

"Да".

"Она безумно влюблена?"

"Я думаю. Конечно. Зачем еще?"

"Возможно, она уже купила что-то для своей первой брачной ночи. Но ... как ее подружка невесты, я бы посоветовала тебе стремиться именно к этому. Классический. Романтично." Адриан открыл дверцу высокого, узкого шкафа. "Вот так".

Это был длинный прозрачный халат, распахнутый поверх длинного переливающегося платья. Не совсем серый, размышляла Ева, не совсем серебристый. Но цвет... лунного света, решила она. "Это могло бы сработать".

"Шелковое, с атласными вставками на лифе, бретельках. А спинка-" Адриан повернул ее, чтобы показать нижнюю часть спины с перекрещивающимися атласными полосками. "Я люблю спину".

"Да, это может сработать", - повторила Ева.

"Хотел бы я, чтобы у тебя была ее фотография. Это важный дар. Это должно быть идеально ".

"Хочешь фотографию?" Озадаченная, но играющая, Ева вытащила свой КПП. Она заказала стандартное обследование Луизы Диматто, затем повернула экран к Адриану, чтобы показать удостоверение личности с фотографией. "Это Луиза".

"О, это мэг! Разве она не хорошенькая? Ты можешь принести это сюда? Могу ли я просто отсканировать это - фотографию?"

"Что ж-"

"Тебе это понравится", - сказал Рорк и взял Еву за руку, чтобы провести ее через открытый дверной проем. Пока Эдриан сидела за компьютером, Рорк взял КПП Евы, внес некоторые изменения и распечатал фотографию Луизы. "Используй это".

"Идеально. Мы единственный магазин интимной одежды в городе, где установлена эта система. Которые мы никогда не смогли бы себе позволить без поддержки Рорка. Я просматриваю ее фотографию и ввожу данные, которые вы мне дали, о ее росте и весе. Теперь давайте добавим ансамбль Latecht boudoir -Moonlight Elegance. И взгляните".

Компьютер направил луч на маленький столик, и луч выпустил водоворот светящихся точек. Светящиеся точки переместились, соединились.

"Миниголо", - пробормотала Ева.

"В некотором смысле, да. Он берет данные и реконструирует. И... Там. Что ты думаешь?"

Ева наклонилась, чтобы рассмотреть их на уровне глаз, когда голограмма Луизы кружила в нескольких дюймах от стола в платье лунного света. "Я должен сказать, что это серьезно заморожено. Это действительно близко. Может быть, у нее не так уж много -" Ева пошевелила пальцами перед собственной грудью.

"Там более деликатно?" Адриан внес небольшую поправку.

"Хорошо, да. Очень холодно. Если бы у меня в отделе был такой ... Я не уверен, что бы я с ним делал, но я бы нашел применение. Мы можем делать голограммы, но не прямо с компьютерной станции. Они чаще используют их в лаборатории, для судебной экспертизы. Реконструируем базу данных ".

"DB?"

"Мертвое тело".

"О".

"Прости". Ева покачала головой, выпрямилась. "Это в яблочко. Спасибо ".

"Я люблю, когда это работает! Компьютер выдает шестой размер, что также соответствует моему мнению, основанному на данных, но ...

"Это моя информация", - заверил ее Рорк.

"Превосходно. Тем не менее, если по какой-либо причине у нее это не сработает, она может вернуть это. Я упакую это для тебя. Но в то же время. Мини-водопад, не так ли? У нас здесь уже есть ваши данные, так что это займет всего минуту ".

Ева едва успела моргнуть, как Луиза исчезла, и она увидела свою собственную фигуру, одетую в короткое, почти прозрачное платье. "Срань господня".

Адриан рассмеялся. "На тебе это выглядит восхитительно. Ты никогда не ошибаешься", - сказала она Рорку.

"У нас тоже это будет".

Ева сглотнула, приказала себе отвести взгляд от себя и не смогла. "Не могли бы вы выключить это? Это странно тревожит ".

"Конечно". Все еще сияя Еве, Адриан приказал отключить изображение. "Есть ли что-нибудь еще, пока ты здесь? У вас достаточно танков?"

"Достаточно чего?"

"Поддерживайте танки. Ты предпочитаешь их лифчику для работы ".

Ева открыла рот, но не смогла выдавить ни слова.

"Вероятно, ей не помешало бы полдюжины", - сказал Рорк.

"Я позабочусь об этом".

"Я знаю, что ты это сделаешь". Рорк наклонился, чтобы поцеловать Адриана в щеку. "Мы собираемся поужинать. Почему бы тебе не завернуть все это, не занести на аккаунт и не отправить?"

"С удовольствием. Искренне, лейтенант."

"Спасибо".

"Наши наилучшие пожелания Лив", - добавил Рорк, выводя Еву на улицу.

"Она знает, что я ношу под одеждой. Она знает, как я выгляжу голым. Да, это очень тревожно ".

"Это ее дело - знать", - указал Рорк. "И каким бы привлекательным ты ей ни казался, она предана Лив".

"Дело не в этом. Не в этом суть. И люди удивляются, почему я ненавижу ходить по магазинам. Я хочу это вино. Действительно большой стакан этого ".

"Я могу позаботиться об этом". Он обнял ее за плечи, поцеловал в макушку, пока они шли по Мэдисон.

Это было хорошо и правильно, думала Ева позже, время от времени вспоминать свою настоящую жизнь. Ты отвлекаешься от работы, хотя бы на несколько часов, и наслаждаешься тем, что сидишь за столиком на тротуаре теплым майским вечером в городе, пьешь хорошее вино и ешь вкусную еду с мужчиной, которого любила.

Она наклонилась к нему через стол. "Считай, что в этом говорит вино".

Он наклонился к ней так, что их лбы почти соприкоснулись. "Хорошо".

"Ты никогда не ошибаешься, как она и сказала".

"Насчет ночной рубашки?"

"Это для тебя, и мы оба это знаем. Насчет ужина. Здесь. Мы. Это хорошая вещь ".

"Это хорошая вещь".

"Я не помню, чтобы давал тебе достаточно хороших вещей".

"Ева". Он накрыл своей рукой ее руку на столе. "Я думаю, ты помнишь точно нужное количество".

"Это вино говорит".

"Может быть. Или мой расчет заставить тебя надеть - и снять - эту ночную рубашку сегодня вечером."

"Ловкий оператор". Она откинулась назад, сделала глубокий вдох, наблюдая за людьми, за движением. Поторопись, поторопись мимо. "Это хороший город", - тихо сказала она. "Это не чисто и это не идеально. В этом есть несколько неприятных граней, несколько жестких линий. Но это хороший город. Мы оба выбрали это ".

"Я никогда не спрашивал тебя, почему именно. Почему ты выбрал это."

"Побег". Ее брови приподнялись, когда она нахмурилась, глядя в свое вино. "Может быть, это вино для того, чтобы это было первой мыслью. Я думаю, это было частью мотивации. Оно было достаточно большим, чтобы проглотить меня, если бы мне это понадобилось. Это быстро, и я хотел быстро, и толпы. Работа. Тогда я нуждался в работе больше, чем в том, чтобы дышать ".

"Это не слишком изменилось".

"Может быть, и нет, но сейчас я дышу". Она подняла бокал с вином, сделала глоток.

"Так и есть".

"Когда я пришел сюда, я знал. Я не могу объяснить почему, но я знал. Это мое место. Затем был Фини. Он увидел что-то во мне, и он поднял меня. Он сделал для меня больше, чем я когда-либо думал, что смогу быть. Это было мое место, но если бы он перевелся в Бумфак, штат Айдахо, я бы пошел с ним ".

Думала ли она когда-нибудь об этом раньше? Ева задумалась. Когда-нибудь осознавал или признавал это? Она не была уверена.

"Почему ты выбрал это?" - спросила она Рорка.

"Я мечтал о Нью-Йорке, когда был мальчиком. Это было похоже на блестящее золотое кольцо, и мне хотелось обхватить его пальцами. Я хотел много мест и сделал то, что сделал, чтобы их получить. Но вот где я хотел найти свою базу. Это блестящее золотое кольцо. Я не хотел, чтобы меня проглотили; Я хотел владеть. Владеть здесь."

Он огляделся, как и Ева, на толпы, движение, спешку. "Ну, это о чем-то говорит, не так ли? Тогда я купился на это, как мужчина может влюбиться в очаровательную и опасную женщину. И это стало чем-то большим, чем обладание - доказательство самому себе и, я полагаю, мертвецу - и стало больше о бытии ".

"И ты привел сюда Соммерсета".

"Я сделал".

Она отпила вина. "Отцы вносят изменения, и им не обязательно быть кровными, чтобы делать это. Мы оба нашли отцов, или они нашли нас, как бы это ни сработало. Это имело значение ".

"И ты думаешь, Алекс Рикер потерял свои в тот день, когда узнал, что его отец убил его мать. И это имело значение ".

"Ты довольно хорошо меня понимаешь".

"Я действительно делаю. Пойдем домой, приступим к работе".

Она подождала, пока он оплатит счет, затем поднялась вместе с ним. "Спасибо за ужин".

"Пожалуйста".

"Рорк?" На тротуаре она остановилась, изучила его лицо, затем пожала плечами. "Что за черт, это же Нью-Йорк". И обвила его руками, завладела его ртом в долгом, трепетном поцелуе. "За то, что хорошо прочитал меня", - сказала она, когда отпустила его.

"Я покупаю чертов ящик этого вина".

Она смеялась всю дорогу до машины.

Дома она сняла куртку, бросила ее на спальное кресло. Без рукавов она обвела свою доску убийств.

"Ты сказал, что тоже собираешься работать из дома. Каро, " напомнила ему Ева.

"Так и есть. Но не раньше, чем ты скажешь мне, что ты планируешь делать ".

"Я подумываю о том, чтобы попросить тебя связаться с твоим новым лучшим другом, прежде чем начинать заниматься своими делами".

"И зачем мне это делать?"

Это, должно быть, из-за вина, подумала она, потому что иногда, когда он говорил - просто так, что в словах сквозил намек на кельтскую музыку - ей хотелось пускать слюни. "Эм". Она стряхнула это. "Сказать ему, что важно, чтобы и он, и его отец остались в Нью-Йорке. И что я хотел бы поговорить с каждым из них завтра ".

"В субботу. Когда ты устраиваешь вечеринку."

"Я могу сделать это утром. Пибоди и Надин набрасываются Бог знает на что. Я не обязан делать ничего из этого. Они сказали."

"Полегче, дорогая. И я бы сказал это своему новому лучшему другу, потому что?"

"Проявление доброй воли. Я склонен верить ему, бла-бла-бла. Завтра утром я хочу обсудить некоторые детали, которые могут помочь мне в текущем направлении расследования ".

"И добавь жару Сэнди. Может сработать. Я сделаю это. Я буду через пару часов, я полагаю, после. Ты помнишь, что завтра я уезжаю в Вегас?"

"Я... " Теперь она сделала. "Да, да, мужской разврат".

"Вероятно, я мог бы подстроить все и пойти с тобой утром, поскольку Пибоди занята".

"Нет. Нет. Ты уже достаточно жонглировал". Она могла бы справиться с этим одна, но он бы разозлился из-за этого. И он был бы прав, признала она. "Я достану Бакстера".

"Тогда все в порядке".

Вооружившись кофе, Ева села писать свои заметки. Она заказала повторную проверку рода Сэнди, включая его финансовые отчеты. Этот человек был в "Рикер рагу" со времен колледжа, подумала Ева. Долгое время.

Он бы знал, как прятать деньги здесь и там. Возможно, деньги, заплаченные отцом за предательство сына.

Она просмотрела отчеты EDD о данных, добытых из ссылок и компов, конфискованных в пентхаусе Рикера. Ничего Омеге, конечно. Это было бы не так просто. Ничего для Колтрейн, кроме единственного контакта от Алекс, пригласившей ее выпить. Ничего участку Колтрейн или любому члену ее команды.

Но такой умный парень, как Сэнди? Он не оставил бы такого четкого следа - на самом деле, его приятель Алекс мог бы наткнуться на него и задать вопросы.

Где-то есть ссылка на второй карман. Припрятанные, спрятанные, уже выброшенные на помойку?

Она проверила свое наручное устройство. Часы, подумала она, все еще часы до того, как "Каллендар" причалит, не говоря уже о том, чтобы начать раскопки. Ева сказала себе, что пришло время уточнить свою теорию, проверить, нет ли неверных поворотов.

Она налила еще кофе и едва начала, когда Рорк вернулся. "Ты дозвонился до Алекса?"

"Да, это сделано, и он ожидает тебя около девяти. Ева, Моррис был у ворот. Я попросил Соммерсета пропустить его ".

"Моррис?"

"Пешком".

"О, черт". Она оттолкнулась от своего стола и начала спускаться по лестнице. "В каком он состоянии? Он -"

"Я не спрашивал. Я подумал, что лучше всего доставить его сюда. Соммерсет прислал ему тележку ".

"Тележка?"

"Боже, как долго ты здесь живешь? Одна из тележек. Это приведет его прямо сюда".

"Откуда я должен знать, что у нас есть тележки? Пользуюсь ли я когда-нибудь автоматической тележкой? Что ты думаешь? " спросила она Соммерсета, спускаясь с последнего лестничного пролета. "Его состояние?"

"Потеряно. Не географически. Трезвый. В боли".

Ева встала, запустив руки в волосы. "Сделай что-нибудь с кофе", - сказала она Соммерсету. "Или ... может быть, мы должны позволить ему напиться. Я не знаю. Что нам здесь делать? Я не знаю, что для него сделать ".

"Тогда разберись с этим". Соммерсет двинулся к двери. Затем он сделал паузу, повернулся к ней. "Выпивка лишь на время затуманивает боль, поэтому она возвращается с большей остротой. Кофе лучше всего, когда ты слушаешь его, потому что это то, что ему нужно. Кто-то, кому не все равно, кто будет его слушать ".

Он открыл дверь. "Продолжай, продолжай. У него все получится лучше, если ты пойдешь к нему ".

"Не пинай меня", - пробормотала она, но вышла.

Тележка была почти бесшумной, когда он степенно проехал по подъездной дорожке, сделал изящный поворот. Он остановился у основания ступеней.

"Мне жаль". Моррис потер руками лицо, как человек, пробуждающийся ото сна. "Мне так жаль. Я не знаю, зачем я пришел. Я не должен был этого делать ". Он слез с тележки, когда она спускалась по лестнице. "Я не думал. Мне жаль".

Она протянула руку. "Заходи внутрь, Ли".

Он вздрогнул, словно борясь с ужасной болью, и только покачал головой. Она познала боль и борьбу с ней, поэтому подошла к нему и приняла на себя его вес, часть горя, когда его руки обняли ее.

"Вот", - пробормотал Соммерсет. "Она поняла это, не так ли?"

Рорк положил руку на плечо Соммерсета. "Кофе было бы неплохо, я думаю. И что-то ... Я сомневаюсь, что он поел."

"Я позабочусь об этом".

"Заходи внутрь", - повторила Ева.

"Я не знал, куда идти, что делать. Я не мог пойти домой после того, как... ее брат забрал ее. Я пошел и наблюдал за ними. , , Они погрузили ее на транспорт. В коробке. Ее там нет. Кто знает это лучше? Но я не мог этого вынести. Я не мог пойти домой. Я даже не знаю, как я сюда попал ".

"Это не имеет значения. Давай." Она, продолжая обнимать его, повела его вверх по лестнице, где ждал Рорк.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

"Я ВТОРГАЮСЬ, ПРЕРЫВАЮ".

"Ты не такой". Ева повела его в гостиную. "Пойдем, присядем. Мы собираемся выпить кофе ". Его руки были холодными, подумала она, а тело казалось хрупким. Жертв всегда было больше, чем мертвых.

Кто знал лучше?

Она подвела его к креслу у камина, радуясь, что ей не пришлось просить Рорка зажечь огонь. Он уже предвосхитил ее, поэтому она развернула стул так, чтобы сесть лицом к Моррису.

"Почему-то было легче, - начал Моррис, - когда нужно было разобраться в деталях. Легче как-то проходить по этапам. Мемориал, он сосредоточил меня. Каким-то образом. Ее брат - помогать ему - это было то, что нужно было сделать. Затем она ушла. Она ушла. И это окончательно, и мне ничего не остается делать ".

"Расскажи мне о ней. Какая-нибудь мелочь, что-нибудь неважное. Просто что-то".

"Ей нравилось гулять по городу. Она предпочла бы идти пешком, чем брать такси, даже когда было холодно ".

"Ей нравилось видеть, что происходит, быть частью этого", - подсказала Ева.

"Да. Ей нравилась ночь, прогулки ночью. Найти какое-нибудь новое место, чтобы выпить или послушать музыку. Она хотела, чтобы я научил ее играть на саксофоне. У нее не было никакого таланта к этому вообще. Боже." Дрожь пробежала по его телу. Мучили его. "О, Боже".

"Но ты пытался научить ее".

"Она бы отнеслась к этому так серьезно, но шум - вы бы никогда не назвали это музыкой, - который получился, заставил бы ее рассмеяться. Она протягивала мне саксофон и просила сыграть что-нибудь. Ей нравилось растягиваться на диване и просить меня поиграть ".

"Ты можешь видеть ее там?"

"Да. Свет свечи на ее лице, эта ее полуулыбка. Она расслаблялась и смотрела, как я играю ".

"Ты можешь увидеть ее там", - повторила Ева. "Она не ушла".

Он прижал ладони к глазам.

В панике Ева посмотрела на Рорка. И он кивнул, сосредоточив ее. Итак, она продолжала говорить.

"Я никогда не теряла никого, кто имел значение", - сказала Ева Моррису. "Не такие. Долгое время у меня не было никого, кто имел бы значение. Так что я не знаю. Не до конца. Но я чувствую, из-за того, что я делаю. Я чувствую. Я не знаю, как люди проходят через это, Моррис, клянусь Христом, я не знаю, как они ставят одну ногу перед другой. Я думаю, им нужно за что-то держаться. Ты можешь увидеть ее, и ты можешь держаться за это ".

Моррис опустил руки, уставился на них. Пустые. "Я могу. Да, я могу. Я благодарен вам обоим. Я продолжаю полагаться на тебя. И вот, я появился на твоем пороге, проталкивая это в твой вечер ".

"Остановись. Смерть - ублюдок", - сказала Ева. "Когда придет ублюдок, тем, кто остался, понадобится семья. Мы семья".

Соммерсет вкатил маленький столик. Деловой и эффективный, он передал это Еве и Моррису ".Доктор Моррис, сейчас ты поешь немного супа".

"Я-"

"Это то, что тебе нужно. Это то, что тебе нужно ".

"Не могли бы вы посмотреть, приготовлен ли голубой люкс на третьем этаже". Теперь Рорк подался вперед, чтобы сесть на подлокотник кресла Евы. "Доктор Моррис останется на ночь ".

Моррис начал говорить, затем просто закрыл глаза, сделал вдох. "Спасибо тебе".

"Я позабочусь об этом". Когда Соммерсет начал выходить, Ева соскользнула со стула и пошла за ним. Она поймала его в дверях, тихо заговорила.

"Ты не подсыпал транквилизатора в тот суп, не так ли?"

"Конечно, нет".

"Ладно, не обижайся".

"Я никогда не раздражаюсь. "

"Прекрасно. Неважно ". У нее были дела поважнее, чем препираться с Соммерсетом.

"Лейтенант", - сказал он, когда она отвернулась. "Вероятно, пройдет очень много времени, прежде чем я когда-либо повторю это, если этот день когда-нибудь наступит. Но я скажу сейчас, в этот самый момент, я горжусь тобой ".

Ее челюсть почти врезалась в носки ботинок. Она вытаращила глаза на его жесткую, тощую спину, когда он уходил. "Странно", - пробормотала она. "Очень, очень странно".

Она вернулась внутрь, заняла свое место. Ей стало легче от того, что Моррис поел, что его голос снова стал ровным, когда они с Рорком разговаривали. "Должно быть, какая-то часть моего мозга функционировала, потому что это привело меня сюда".

"Ты поговоришь с Мирой, когда будешь готова?"

Моррис обдумал вопрос Рорка. "Полагаю, я так и сделаю. Я знаю, что она предложит. Я знаю, что это правильно. Мы сталкиваемся с этим каждый день. Как ты сказал, Даллас, мы чувствуем ".

"Я не знаю, что ты думаешь о такого рода вещах", - начала Ева. "Но я знаю этого священника".

Слабый призрак улыбки тронул губы Морриса. "Священник".

"Парень-католик, с этим делом я работал".

"О да, отец Лопес, из испанского Гарлема. Я говорил с ним во время того дела ".

"Конечно. Верно. Ну, в любом случае ... в нем что-то есть. Что-то солидное, я полагаю. Может быть, если бы вам нужен был кто-то вне круга, вне работы, вы знаете, вы могли бы поговорить с ним ".

"Я был воспитан буддистом".

"Ну что ж..."

Тот призрак улыбки остался. "И пока я рос, я экспериментировал и играл с различными верованиями. Организованный тип, как я обнаружил, мне не приглянулся. Но, возможно, было бы полезно поговорить с этим священником. Ты веришь, что после смерти есть нечто большее?"

"Да", - ответила Ева без колебаний. "Мы ни за что не пройдем через все это дерьмо, тогда все. Если это так, я буду серьезно взбешен ".

"Именно. Я чувствую их, и я уверен, что ты тоже. Иногда, когда они приходят ко мне, это делается. Они ушли, и все, что у меня есть, - это оболочка того, кем они были. Другие, это еще не все. Это ненадолго задерживается. Ты знаешь?"

"Да". Это было не то, что она легко выразила или разделила. Но она знала. "Это труднее принять, когда это затягивается".

"Для меня это вселяет надежду. Она ушла, когда я увидел ее. Я эгоистично хотел почувствовать ее. Но она ушла, туда, куда ей нужно было идти. Я думаю, мне нужно было напомнить об этом. Что она не ушла, не от меня, потому что я могу видеть ее. И что она там, где ей нужно быть. Да, отец Лопес может помочь мне прийти к соглашению. Но ты тоже можешь".

"Что тебе нужно?"

"Приведи меня. Расскажи мне, что ты знаешь, все это, абсолютно все. Не только то, что, по твоему мнению, я должен знать, но все. И дай мне что-нибудь сделать, какую-то часть этого. Какими бы приземленными они ни были. Проверка фактов или последующие действия, покупка гребаных пончиков для команды. Мне нужно быть вовлеченным. Мне нужно принять какое-то участие в поисках человека, который это сделал ".

Она изучала его лицо. Да, в этом была необходимость. Интенсивность этого почти прожгла дыру в ее сердце. "Ты должен сказать мне это, скажи мне прямо. Уважай ее, уважай меня и скажи мне правду ".

"Я сделаю".

"Чего ты хочешь, когда мы найдем его? Что ты хочешь, чтобы было сделано?"

"Ты спрашиваешь, хочу ли я убить его, лишить его жизни?"

"Это то, о чем я прошу".

"Я думал об этом, даже представлял это. Есть так много способов, и в моем положении нужно воспользоваться множеством путей. Я действительно думал об этом. Это было бы для меня, а не для нее. Это было бы не то, чего она хотела. Я бы... разочаровал ее. Как я мог это сделать? Я хочу того, чего хотела бы она ".

"Что это?"

"Справедливость. Однако там много красок, много степеней и уровней. Мы это тоже знаем". Его взгляд скользнул к Рорку. "Все мы это знаем. Я хочу его боли, и я хочу, чтобы его боль длилась очень долго. Смерть заканчивается - по крайней мере, эта часть нас. Я не хочу его смерти, и я обещаю тебе за нее, что я ничего не сделаю, чтобы покончить с ним. Я хочу, чтобы он был в клетке, годы, десятилетия в клетке. Тогда я хочу, чтобы он был в любом аду, который может существовать, когда смерть положит этому конец. Я хочу принять участие в том, чтобы это произошло ".

Теперь он потянулся через стол, сжал ее руку. "Ева. Я не предам ни ее, ни тебя. Я клянусь тебе".

"Хорошо. Ты в деле." Она взяла свой кофе. "Я собираюсь начать с того, что скажу вам, что она была чиста. Нет никаких доказательств, что она была на взятке или у кого-то в кармане. Все свидетельствует об обратном. Она прекратила свои отношения с Алексом Рикером в Атланте. Ее единственной связью с ним была дружба".

"Он убил ее?"

"Все идет не так. Это читается так, как будто она была убита из-за него, но не им, и не с его ведома, не по его приказам, его желаниям. Я думаю, Макс Рикер приказал это сделать, чтобы наказать сына, издеваться над ним ".

"Он убил ее, чтобы ... Да, я вижу это". Когда он брал свой кофе, рука Морриса оставалась твердой. "Я могу легко увидеть это сейчас".

"Чтобы сделать это, ему нужен кто-то близкий к Алексу, и кто-то близкий к Кол-Амми", - поправила она. "Два моих электронных детектива сейчас на пути к Омеге. Я думаю, у Рикера есть кто-то там, наверху, кто скрывает его журнал посещений и сообщений. Я думаю, что он был на связи, и он организовал это - возможно, нечто большее, чем это. Я собираюсь увидеть Алекса утром - но более того, я собираюсь встретиться с его личным помощником. Это парень, на которого я смотрю. Никто не ближе Алексу, чем этот парень, этот Род Сэнди. С другой стороны, я смотрю на ее команду ".

"Один из ее команды?" Моррис снова поставил свою чашку. "Иисус. Иисус."

"Это был внутренний удар - в ее мире, в мире Алекса Рикера. Я знаю это".

Долгое мгновение он смотрел на огонь. Смотрел в тишине.

"Я не думал, что вы были так близки. Я не верил, что ты зашел так далеко. Я должен был знать лучше. Что я могу сделать?"

"Ты можешь провести некоторое время сегодня вечером, размышляя обо всем, что она рассказала тебе о людях, с которыми она работала. Мелочи: комментарии, наблюдения, жалобы, шутки. Все, что ты помнишь. Все, что вы наблюдали лично, когда ходили к ней на работу, когда присоединялись к ней выпить, поужинать с кем-нибудь из ее команды. Запишите это ".

"Я сделаю. Я могу это сделать ".

"И попытайся уснуть. Ты не годишься для меня, если твой мозг затуманен от истощения. Думай, отмечай, спи. Утром я отправляюсь на собеседование с Алексом и его помощником. Присылайте что-нибудь в мой отдел сюда, и я рассмотрю. Я смогу поговорить с тобой об этом подробнее, когда вернусь ".

Его глаза встретились с ее, и они снова были острыми - тупость, отточенная целеустремленностью. "Хорошо. Я начну прямо сейчас ".

"Почему бы мне не взять тебя наверх?" Рорк поднялся.

"Я как раз собирался это сделать". Вошел Соммерсет. "Позвольте мне показать вам вашу комнату, доктор Моррис, и вы сможете сказать мне, нужно ли вам что-нибудь еще".

"Спасибо". Моррис оглянулся на Еву. "У меня есть то, что мне нужно".

Когда Моррис уходил с Соммерсетом, Рорк провел рукой по волосам Евы. "Ты бесполезен для меня, если твой мозг затуманен от истощения. Я не знаю, как ты мог выдавить эти слова без того, чтобы они не обожгли твой язык. Однако, неплохо сделано. Он заставит себя уснуть из-за этого ".

"Таков план. Мне нужно закончить и убрать доску для убийств. Я не допущу, чтобы он забрел в мой кабинет и увидел это." Она улыбнулась ему, вставая. "Было приятно, что ты сделал, увидев, что он остался здесь сегодня вечером".

Рорк взял ее за руку. "Мы семья".

Где-то в тусклые утренние часы Ева почувствовала, что ее поднимают. Ей удалось сосредоточиться примерно в то время, когда Рорк нес ее в лифт из ее офиса.

"Черт возьми, я отключился. Который час?"

"Около двух, помутнение рассудка".

"Прости. Прости."

"Так получилось, что я сам запутался, и работа заняла больше времени, чем я ожидал. Я только что всплыл сам ".

"О". Она зевнула. "Может быть, я должен нести тебя".

"Легко говорить теперь, когда я тащу тебя в спальню". Пересекая ее, он бесцеремонно бросил ее на кровать. "И я сомневаюсь, что у кого-то из нас хватит сил на новую сексуальную ночную рубашку".

Ей удалось стянуть ботинок, бросить его. "Я не знаю. Я мог бы подзарядиться, если ты поставишь одну ".

"Разве ты не забавный, когда спишь на ногах?"

Она бросила второй ботинок. "Я не стою на ногах". Она стянула с себя рубашку, вылезла из штанов. Затем заполз на кровать. "К черту ночные рубашки", - пробормотала она, затем уютно устроилась в нижнем белье.

Когда Рорк скользнул рядом с ней, она уже снова спала.

Во сне Колтрейн обвела доску убийств Евы. На ней был бледно-голубой свитер и аккуратно сшитые брюки, а ее оружие висело у бедра.

"Я пару раз работала над делами об убийствах", - сказала она. "Не как основной, но как часть команды. Взломанный дом или совершенное ограбление, что-то в этом роде. Это всегда угнетало меня. Я не могу сказать, что когда-либо думал, что кто-то будет заниматься моим убийством ".

"Кто выполняет?"

Колтрейн улыбнулась Еве. "Хорошее замечание. Сейчас ты знаешь обо мне больше, чем когда начинал ".

"Обычно так это и работает".

"Кое-что из этого ты получаешь глазами Ли. Ты не можешь доверять этому на сто процентов ".

"Нет, но он не будет лгать".

"Нет, он не будет". Колтрейн подошла к тому месту, где Ева сидела за своим столом, затем оперлась на него бедром. "Раньше я думал, что нужно быть хладнокровным, чтобы быть копом-убийцей. Достаточно холодно, чтобы ходить в смерти каждый день, или почти каждый день. Перебирать жизни, раскрывать все секреты людей, которые больше не могли их скрывать. Но я был неправ. Вы должны быть в состоянии контролировать накал, но должен быть накал. Иначе тебе было бы наплевать, на самом деле нет. Тебе было бы все равно делать то, что ты должен делать, чтобы преследовать убийцу ".

"Иногда это приводит к простуде".

"Может быть. Теперь я тоже знаю о тебе больше, поскольку я застрял у тебя в голове. Вы боретесь с законом, потому что испытываете к нему такое глубокое уважение. Такая сильная вера. Но именно жертва тянет вас, жертва, которая может заставить вас усомниться в этой линии закона. Даже больше, чем правосудие, а правосудие - это ваша вера".

"Это не обо мне".

"Ты знаешь, что это так. Теперь мы близки, как любовники. Полицейский /жертва. Я теперь одно из лиц в твоей голове, в твоих снах. Ты никогда не забываешь их, независимо от того, сколько их. Это твое бремя и твой дар. Ты впускаешь Ли, когда правила и предписания противоречат этому. Он слишком близко. Но вы размыли правила, потому что он тоже жертва. И он нуждался в этом. Это холодная часть тебя, которая сомневается в этом сейчас, в глубине твоего разума. И это жар, который знает, что это правильно ".

"Какая часть тебя ушла от Алекса Рикера?"

"Это вопрос, не так ли?" Колтрейн поднялась, наклонилась, чтобы погладить Галахада, когда он ударился о ее ногу. "Хороший кот".

"Как насчет ответа?"

"Тебе интересно, ушла ли я, потому что он недостаточно любил меня, чтобы отступить от этой черты. Чтобы показать мне, как много я значил. Или если бы я ушел, потому что вспомнил, что я коп, и у меня есть долг перед этой строкой закона ".

"Это не имеет значения". Ева пожала плечами. "Ты шел, и это то, что играет здесь роль".

"Это важно для тебя, из-за Ли. Это важно из-за значка. И это важно, потому что ты задаешься вопросом, что бы ты сделал, если бы Рорк не показал тебе, как много ты значишь ".

"Не совсем. Раз и два, это правда. Но последнее? Он показывает мне каждый день. Думаю, я понимаю, как тебе больно, когда Алекс этого не сделал, потому что мне не нужно удивляться. Я знаю. И я не думаю, что это был полицейский, который ушел. Я думаю, что полицейский пришел после. Я думаю, может быть, ты был лучшим полицейским, когда пришел сюда ".

"Это мило. Спасибо. Тем не менее, я не был достаточно хорошим полицейским, чтобы уберечься от моего собственного чертового оружия ".

"Да, это сука. Но я смотрю на вас, детектив. Я смотрю на то, как, я думаю, это тебя настроило. И я думаю, что у тебя не было шансов в аду ".

"Что ж". Колтрейн уперла руки в бедра. "Теперь это для меня настоящее утешение".

"Лучшее, что у меня есть".

Мягкий весенний дождик встретил Еву, когда она вышла на улицу, чтобы встретиться с Бакстером. Она смотрела, как он ведет свой шикарный двухместный автомобиль по подъездной дорожке, и указала большим пальцем на непривлекательный кузов ее собственного автомобиля.

"О, да ладно, Даллас, зачем забирать свой последний кусок барахла, когда у меня есть мой primo?"

"Официальное дело, и я за рулем".

"Человеку приходится вытаскивать свою задницу из постели в дождливую субботу, и он даже не может посадить ее в приличную поездку". Он ворчал всю дорогу, но перенес свою задницу из одной машины в другую. "Что ж, должен сказать, хорошие места".

"Теперь твоей заднице удобно?"

"На самом деле это так. Удивительно, как ... что, вау. " Он наклонился вперед, чтобы посмотреть на приборную панель. "Посмотри на это! Испепеляющий Иисус, эта куча загружена. Это-"

Он замолчал, откинувшись на сиденье, когда она поливала его по дороге. "И она, блядь, двигается, детка! Это не проблема департамента. Я не дурак".

"Зависит от того, кого ты спрашиваешь. И у меня есть возможность, согласно правилам, использовать мою личную поездку, если она соответствует коду. Точно так же, как ты используешь вон ту игрушку ".

"Даллас, в тебе есть глубины, в которые я никогда не погружался".

"Ты никогда не проникал ни в одну из моих глубин".

"Это твоя потеря, сестра. И Пибоди никогда ни словом не обмолвилась об этой поездке ".

Ева действительно поморщилась, когда вспомнила. "Она еще этого не видела. Так что ты будешь держать это в секрете. Иначе она начнет ныть, что не увидела этого первой, или что-то в этом роде. Партнеры могут быть занозой в заднице ".

"Не мои. Парень - сокровище. Итак, ты считаешь, что отец Рикера-младшего и его лучший приятель облапошили его и убили Колтрейн."

"Убил ее или помогал подставлять ее для этого. И подставь Алекса Рикера для пущей убедительности".

"Лучшие друзья могут быть занозой в заднице".

Она не могла не рассмеяться. "Ты не можешь даже начать знать. Мы разберем их по отдельности. Начните с прямого интервью. Просто перебираю детали. Тогда я собираюсь избавиться от Сэнди, оставив тебя на Рикере. Я хочу разогреть его, и я не хочу, чтобы его лучший приятель встал у меня на пути ".

"Работает для меня. Ты действительно не думаешь, что Джуниор в этом замешан? Мотив есть, возможность есть, даже с алиби. Все, что ему нужно было сделать, это щелкнуть пальцами ".

"Если бы он собирался их выполнить, он бы сделал это на расстоянии. Его старик подставил его, это в точности на него похоже. Как только мы прижмем Сэнди, он взбесится. Он перебежчик, так что он обратится снова. И мы проткнем любого, кто есть у Рикера в восемнадцатом отделении ".

"Я ненавижу, что это полицейский. Но да, я просмотрел файлы, твои заметки. Это должно быть ".

В приборной панели Евы раздался звуковой сигнал. "Даллас".

"Каллендар докладывает с Омеги". Лицо Каллендара, усталые глаза, широкая ухмылка заполнили экран. "Произошла некоторая задержка при стыковке, но Систо и я в деле. Мы прошли проверку и вошли в систему, и нас вот-вот сопроводят прямо к коммуникациям. Начальник тюрьмы разрешил нам доступ к ... ну, почти ко всему."

"Принеси мне что-нибудь, Каллендар".

"Если это здесь, мы это получим. Черт возьми, это мрачное место. Ты когда-нибудь был здесь?"

"Нет".

"Хороший выбор. Даже персонал и административные помещения мрачны. Бьюсь об заклад, если бы вы устроили детям обязательную экскурсию по этому месту, они бы никогда даже не подумали о том, чтобы поднять чей-то аэромобиль ". Она отвела взгляд, подавая знак. "Они готовы для нас".

"Я хочу услышать, как только у тебя что-нибудь появится. Даже половину чего угодно."

"Ча. Назад, когда. Каллендар вышел."

"Ча?" Ева повторила.

"Как в "попался". Бакстер закатил глаза. "Электронные фанаты".

Ева покачала головой, в полном согласии. "Электронные фанаты".

Она свернула на обочину у здания Рикера. "На службе", - сказала она и немного приосанилась, когда у нее загорелся свет.

"Твердые".

"Если мы закончим это, я покажу тебе, как она поворачивает по вертикали, когда мы возвращаемся".

Она зарегистрировала свой путь, направилась прямо к лифту, когда швейцар сказал, что они уже свободны и мистер Рикер ожидает их.

Он встретил их в фойе. "Лейтенант".

"Мистер Рикер. Детектив Бакстер. Мы ценим, что вы нашли время ответить еще на несколько вопросов ".

Его тон был таким же вежливым и нейтральным, как у Евы. "Я хочу сотрудничать любым доступным мне способом".

"Как и обсуждалось, мы также хотели бы поговорить с мистером Сэнди".

"Да. Он, наверное, на кухне, готовит кофе. Пожалуйста, сядьте. Я доберусь до него ".

"Первоклассные раскопки", - прокомментировал Бакстер, оглядываясь по сторонам. "И они говорят, что преступление не окупается".

"Только идиоты так говорят".

"Мир полон идиотов".

Алекс вернулся один. "Извини, он обычно рано встает, поэтому я предположил ... Он, должно быть, наверху. Простите меня".

Когда Алекс начал подниматься, Ева и Бакстер обменялись взглядами.

"Ты думаешь о том же, о чем и я?" Пробормотал Бакстер.

"Кто-то сошел с ума. Черт возьми. Обычное наблюдение, что его напугало? Здесь нет ничего, что могло бы заставить его сбежать, рискнуть своим положением, отвести наши подозрения. Это глупо ".

"Лейтенант". Алекс поднялся на верхнюю площадку лестницы, и она увидела это по бледности его лица. "Рода здесь нет. В его постели никто не спал. Я не буду возражать, если ты захочешь посмотреть сам ".

Чертовски верно, они бы это сделали. Ева встрепенулась. "Когда ты в последний раз видел его?"

"Прошлой ночью, около восьми. У него было свидание. Но он знал, что тебя ожидали этим утром. На него не похоже пропускать встречу. И он не отвечает на его ссылку. Я только что попробовал это ".

Ева подошла к двери комнаты Сэнди. "С кем свидание?"

"Я не знаю. Я не спрашивал."

Она прошла мимо Алекс, чтобы проверить шкаф, затем нахмурилась. "Его вещи все еще здесь. Чего-нибудь не хватает, что ты можешь сказать?"

"Во что бы он ни был одет прошлой ночью - ах, дайте мне подумать. На нем была коричневая кожаная куртка, черные брюки, я думаю. Я не могу вспомнить, какого цвета рубашка. Повседневная обувь. Случайное свидание. Его одежда здесь, насколько я могу судить. Но почему бы им не быть? У него не было причин уходить, и он не ушел бы, не сказав мне ".

"Возможно, это было внезапное решение", - предположил Бакстер с достаточным сарказмом, чтобы заставить Алекса обратить на него холодный взгляд.

"Он не принимает внезапных решений, и он работает на меня. Он мой самый старый друг, и он работает на меня. Очевидно, свидание превратилось в нечто большее, чем обычное, и он остался на ночь. Он проспал и не слышит свою ссылку. Я совершенно готов ответить на любые вопросы, которые у вас есть для меня сейчас, и я прослежу за тем, чтобы Род был доступен для вас, как только вернется ".

Затем он повернулся к Еве. "Я не связывался со своими адвокатами. Они даже не знают, что ты здесь. Я не играю с тобой. Род просто-"

"Повезло?" Предложила Ева. "Бакстер, подожди меня внизу".

"Конечно".

"Род не сделал ничего, кроме небрежного отношения к назначенной встрече", - начал Алекс.

"Убери это. Кто был вашим водителем вчера?"

Резкость и холод заменили вежливость и нейтральность. "И это имеет значение, потому что?"

"Потому что я хочу знать, мистер Сотрудничество. Кто отвез тебя на встречу с Рорком?"

"Кармин. Кармайн Лука, " добавил он, когда Ева просто уставилась. "Он внизу, в квартире, которую я держу как помещение для персонала".

"Приведи его".

"Я не понимаю, почему вы хотите взять интервью у моего водителя".

"Ты поймешь после того, как я это сделаю. Приведите его сюда или позвоните своим адвокатам и попросите их встретиться с вами в центре города ".

Глаза, и без того холодные, превратились в лед. "Возможно, я неправильно оценил ситуацию. Я расскажу о нем, и мы посмотрим, заставишь ли ты меня понять. В противном случае, если у вас нет ордера, вы пропали ".

Алекс вытащил "ссылку, указывая Еве на дверь. "Кармайн, ты нужен мне здесь, наверху".

Через несколько минут в комнату ввалился большой, дородный Кармайн. У него, подумала Ева, было каменное лицо, десятилетиями потрепанное ветром и водой. Жесткие, без косточек и пустые.

"Эти офицеры хотели бы задать тебе несколько вопросов, Кармайн. Ответь на них, это ясно?"

"Да, сэр, мистер Рикер".

"Когда Род Сэнди спрашивал вас о встрече мистера Рикера с Рорком?"

"Я не знаю ни о какой встрече".

Ева посмотрела на Алекса. "Вы хотели бы прояснить это, или это должен сделать я?"

"Кармайн, я хочу, чтобы ты ответил на вопросы лейтенанта. Вчера утром у меня была встреча с Рорком на Кони-Айленде. Ты довел меня ".

"Да, сэр, мистер Рикер, но я думал -"

"Не думай", - сказал Алекс, с добротой в его тоне, которой Ева не ожидала. "Я ценю это, Кармайн, но мы просто пытаемся кое-что прояснить. Так что ты можешь ответить на вопросы. Если я не скажу иначе. Все в порядке?"

"Да, сэр, мистер Рикер".

"Когда Род Сэнди спрашивал вас о встрече мистера Рикера с Рорком".

"В который раз?"

"Во все времена".

"Ладно, хорошо, он спрашивал меня об этом раньше. Убедившись, что все было устроено. Мистер Сэнди следит за тем, чтобы все было устроено для мистера Рикера. Итак, я рассказал ему, как все было, и у нас была готова машина, и сканеры- " Он остановился, посмотрел на Алекса.

"Все в порядке".

"И кофе в мини-кондиционере. И все в таком духе".

"Он спрашивал тебя об этом и после?"

"После он спросил, как чувствует себя мистер Рикер. Вы знаете, его душевное состояние и все такое. И я сказал, что все прошло нормально, и, возможно, мистер Рикер казался немного подавленным по дороге обратно. Но все прошло хорошо, и не было никаких проблем или вообще ничего. Я сказал, что, похоже, мистер Рикер и Рорк неплохо поладили, и как они немного поговорили. Он беспокоится о вас, мистер Рикер. Это мистер Сэнди, так что я не подумал, что это был разговор вне очереди или ничего подобного ".

"Все в порядке, Кармайн".

"Что еще ты ему сказал?" Спросила Ева.

Взгляд Кармайна снова скользнул к Алексу, и снова Алекс дал согласие. "Рассказывать особо нечего. У нас было пиво, и мы немного поговорили об игре, и он сказал, как бы размышляя вслух, что мистер Рикер и Рорк в конце концов заключат эту сделку. Итак, я сказал, я не думал, что это была какая-то деловая сделка. Как я мало что уловил, потому что ты не должен слушать, но иногда ветер доносил голоса. Как оказалось, они в основном говорили о мисс Колтрейн и отце мистера Рикера, и как, возможно...

"Может быть?"

"Мистер Рикер".

"Продолжай", - потребовал Алекс, теперь уже не так любезно.

"Ну, это звучало так, как будто, возможно, мистер Рикер думал, что его отец мог что-то сделать. Я только что разговаривал с мистером Сэнди, мистером Рикером ".

"Да, ты был", - сказала Ева, прежде чем Алекс смог заговорить. "Ты говорил с ним о чем-нибудь еще?"

"Не совсем. Я не так уж много слышал. Я не пытался услышать, клянусь. Думаю, теперь, когда я думаю об этом, мистер Сэнди задавал много вопросов, и он был не совсем доволен, что я не знал больше, чем знал. Я просто сказал, как в конце вы с Рорком пожали друг другу руки, и на этом все ".

"Это прекрасно, Кармайн, спасибо", - сказал Алекс. "Теперь ты можешь вернуться в свою каюту".

"Да, сэр, мистер Рикер. Если бы я что-нибудь сделал ..."

"Ты этого не сделал. У нас все хорошо ".

"Еще кое-что", - сказала Ева. "Вы вчера куда-нибудь возили мистера Сэнди?"

"Нет. Я вожу мистера Рикера, если только мистер Рикер не скажет иначе ".

"Вы или кто-нибудь еще возил мистера Сэнди куда-нибудь на этой неделе?"

"Нет. У нас здесь только одна машина, и я на ней езжу. Верно, мистер Рикер?"

"Это верно, Кармайн. Ты можешь идти ".

Алекс повернулся, прошел в гостиную, сел. "Ты думаешь, Род работает на моего отца".

"А ты этого не делаешь?" Ева возразила.

"Мы знаем друг друга больше дюжины лет. Мы друзья. Друзья. Он знает почти все, что можно знать обо мне. Он знал, что Эмми значила для меня. Ты не можешь ожидать, что я поверю, что он часть этого ".

"Почему ты не рассказал ему подробности вашей встречи с Рорком?"

"Это было личное. Даже друзья не делятся всем."

"Я бы сказал, судя по тому, как Сэнди накачивал Кармайна, он с этим не согласен".

Алекс прижал пальцы к глазам. "Так что он никогда по-настоящему не был моим другом. Просто еще один инструмент. Все эти годы."

"Может быть, или, может быть, кто-то подобрал и обратил совсем недавно".

"Если он убил Эмми-"

"Мог ли он покинуть квартиру той ночью, не задев охрану?"

"Всегда есть способы", - сказал Алекс. "Да. Сукин сын. Этот сукин сын сказал мне той ночью, он сказал, что я должен выйти, совершить долгую прогулку, зайти на Таймс-сквер, зарядиться энергией от толпы. Так я и сделал".

"Он указал, что думал, что вы были в квартире всю ночь".

"Мы лжем, лейтенант". Алекс вырезал слова. "Ты знаешь это. Я предположил, что он прикрывал меня, поэтому я сделал то же самое и сказал вам, что вышел, когда он был наверху. Что он не знал, что я ушла. Просто пара удобной лжи. Я не причинил ей вреда. Я бы никогда не причинил ей боль. Итак, мы прикрыли друг друга. Он подставил меня, мой давний друг, так что я гуляю по Нью-Йорку, пью пиво, просто еще одно лицо в толпе, пока он убивает ее. Для чего? Для чего?"

"Куда бы он пошел?"

"В тысяче мест. Если бы я знал, клянусь, я бы сказал тебе. Он убедил меня приехать в Нью-Йорк ", - объяснил Алекс. "Прийти сейчас - для бизнеса, для нее. Убедила меня, что мне нужно увидеть ее, поговорить с ней. Он знал, что я чувствовала, чувствовал. Я доверился ему, как доверил бы брату. И он использовал это против меня ".

"Мне нужны все данные о его финансах. Все его финансовые дела. Ты понимаешь меня?"

"Да. Ты это получишь".

"Он совершает поездки, отпуск и так далее без тебя. Свободное время, когда ты не следил бы за ним ".

"Конечно".

Времена, когда он мог посетить Омегу, подумала Ева. "Ты знаешь, кто у твоего отца в отряде Колтрейн?"

"Нет. Я не знаю, есть ли у него кто-нибудь, не то, что я могу подтвердить. Он всегда был собственником в таких вещах ".

"О чем вы говорили со своим отцом, когда навестили его на Омеге?"

"Ничего, что относится к этому".

"К этому относится все".

Гнев промелькнул на его лице. "Поймите, я не обязан отвечать вам или сотрудничать в этом вопросе. Но я скажу вам, что я ясно дал понять своему отцу, что я не вернусь, не буду общаться с ним каким-либо образом. Что я пришел увидеть его только потому, что хотел взглянуть на него - в этот последний раз - и знать, что он был именно там, где я хотел, чтобы он был ".

"И его реакция?"

"Он не нуждался во мне, или хотел меня. Он обещал низвергнуть меня, и когда он закончит со мной, у меня ничего не останется. Поскольку ничто не было тем, чего я заслуживал. В этом была суть ".

Алекс закрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. "Что он мог предложить Роду, чтобы заставить его сделать это? Что он мог пообещать ему, о чем он не мог попросить меня?"

"Ты расскажешь мне все, что знаешь о Сэнди, все, чего нет в его официальных данных. И ты достанешь мне эти финансовые документы. Пока ты будешь это делать, детектив Бакстер вывернет свою комнату наизнанку. Включайте запись", - приказала она. "Мистер Рикер, у нас есть ваше разрешение на обыск жилищ Рода Сэнди в этом помещении в это время?"

"Да, ты делаешь. У тебя есть мое разрешение обыскать его комнату, мое разрешение затравить его, как собаку. Мое разрешение сделать все, что потребуется, чтобы уничтожить его. Этого достаточно?"

"Это хорошее начало. Бакстер."

"Я займусь этим".

Ева села. "Расскажи мне о Роде Сэнди".

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

ЕВА ТОЛКАЛАСЬ, ПИХАЛАСЬ И ИЗДЕВАЛАСЬ, ПРОКЛАДЫВАЯ СЕБЕ ПУТЬ в субботнем утреннем потоке машин. Рядом с ней Бакстер яростно работал на встроенном вспомогательном компьютере.

"Нам нужен e-man, если мы хотим получить доступ к некоторым из этих учетных записей", - сказал он ей. "Я могу привести стандартные. Никакой серьезной активности за последние десять дней. Но другие сложнее. Это займет у меня некоторое время ".

"У меня есть электронный человек. Перепроверьте транспортировку ".

"Он не садился ни на один общественный транспорт из города, не используя свое законное удостоверение личности. Наедине это займет больше времени. И приватный - это тот путь, которым он пошел бы. Он мог бы взять такси или автосервис в Нью-Йорке и нанять частного в любом чертовом месте, с той зацепкой, которая у него есть на нас ".

"Он должен подключиться к одному из своих аккаунтов". Всегда был след, подумала Ева, и деньги были самой большой крошкой. "И он свяжется с Рикером на Омеге. Он делает то, что ему сказали. Он трутень, просто чертов трутень. Он будет следовать инструкциям, если не напрямую от Рикера, то от того, кого Рикер поручил ему работать ".

"Он запаниковал, ушел с одеждой на спине, со всей наличностью, которая у него была, возможно, с какими-то файлами. Но паника работает на него ".

"Ненадолго. Он может выйти, убежать, но он уже мертвец. Господи, Бакстер", - сказала она, когда он повернулся к ней. "Рикер не собирается позволять ему разгуливать на свободе. Его ценность только что достигла дна. Он ничего не стоит. Мы найдем его первыми, или Рикер прикроет его ".

Слишком нетерпеливая, чтобы дождаться врат, Ева нажала на vertical и воспарила над ними. Бакстер сказал: "Ага".

"Мы выясним, к какому счету он подключался". Ева сломала диск. "Когда он нажал на это, и вернитесь туда, где он был, когда он нажал на это. Мы осуществляем поиск на частном транспорте, начиная с города, тренируясь. И мы опрашиваем местных жителей во всех домах Сэнди и во всех домах Алекса Рикера. Ему понадобится место, чтобы перевести дух, забрать больше своих вещей. Если у него есть хоть капля мозгов, а они у него есть, он быстро справится с этим, и его уже нет. Но мы узнаем, где он был, и начнем отслеживать, куда он уходит оттуда ".

Она выскочила из машины, поднялась по ступенькам.

"Ты". Она ткнула пальцем в притаившегося Соммерсета. "Будь полезен. Свяжись с Фини и Макнабом, скажи им, что они нужны мне здесь. Сейчас. Бакстер, позови своего мальчика, - добавила она, направляясь наверх.

"Ты помнишь", - крикнул Соммерсет ей вслед, - "ты устраиваешь свадебный душ примерно через шесть часов".

Звук, который издала Ева, был опасно близок к крику.

"Свадебный душ?" Бакстер повторил.

"Заткнись. Заткнись. Никогда не говори об этом." Она повернула к своему офису и чуть не столкнулась с Моррисом.

Бакстер резко остановился. "А, привет, Моррис".

"В тебе что-то есть", - сказал Моррис.

"Нашел кого-то, потерял его, теперь мы собираемся его найти". Она протиснулась мимо него, затем выругалась, когда увидела, что дверь, соединяющая ее кабинет с кабинетом Рорка, была закрыта. Красная лампочка над ним указывала на то, что он работал.

Она была бы у него в долгу, сказала она себе. Грандиозно.

Она постучала.

Когда он открыл дверь, в его глазах вспыхнуло раздражение. "Ева. Закрытая дверь. Красный свет".

"Прости, я буду унижаться позже, если ты этого хочешь". За ним она могла видеть несколько фигур в костюмах. Голографическая встреча, поняла она, и решила, что пресмыкательство будет серьезным. "Мне нужна твоя помощь, и у меня есть тикающие часы".

"Десять минут", - сказал он и захлопнул дверь у нее перед носом.

"Чувак, я собираюсь заплатить за это. Бакстер, используй вспомогательный корабль, чтобы продолжать транспортировку. Нам нужно начать проталкиваться через друзей Сэнди, родственников, контакты, знакомых, подруг, парней, его гребаного портного. Этот парень не одиночка. Он кого-то где-то пометил ".

"Я могу помочь". Моррис стоял в центре комнаты. "Позволь мне помочь".

Она быстро изучила его. Он выглядел отдохнувшим, и это было плюсом. Соммерсет, должно быть, откопал рубашку и брюки для него - где-то. "Моррис, мне придется принести сюда мою доску для убийств. Ты сможешь с этим справиться? Не говори этого, если ты этого не имеешь в виду".

"Да".

"Я должен буду ввести тебя в курс дела по ходу дела. А пока иди туда". Она указала в сторону кухни. "Запрограммируйте целую пачку кофе. Это не просто грязная работа. Это необходимо".

"Я не против грязной работы".

Она направилась к своему столу, пока он шел на кухню. "Компьютер, все известные данные о Роде Сэнди, на первом экране. Приоритетный запуск разрешен, Даллас, лейтенант Ева."

Подтверждены. Работаем . . .

"Он беспокоится", - начала она, когда данные начали прокручиваться. "Это вызывает легкое покалывание, когда Алекс говорит ему, что собирается встретиться с Рорком. Он поддерживает, конечно, это его работа. Но он беспокоится об этом. Он пережевывает это. Накачивает водителя, потому что он не уверен - не на сто процентов, - что что-то в том разговоре не вызвало звоночка, который зазвенит слишком близко к нему. Не могу проникнуть слишком глубоко в Алекса, и заставить этот колокол звенеть громче. Водитель не слишком умен. Верный, но не слишком умный, и привет, это мистер Сэнди, и у него есть первоклассное пиво ".

Она ходила взад-вперед, изучая данные по мере их обработки.

"Он получает достаточно от водителя, чтобы превратить беспокойство в серьезную озабоченность. Что он делает дальше? Ему нужен кто-то, кто скажет ему, что делать. Связывается ли он с Рикером? Нет, нет, он трутень. Он привязан. Существует пищевая цепочка. Дроны не попадают прямо на вершину. Он связывается со своим хранителем. Тот, кто работал с ним над Колтрейн. Это то, что он делает ".

Она наклонила голову. "Прокрутка остановки компьютера. Посмотри на это, как насчет того? Никогда не берет на себя инициативу. Десятый в его выпускном классе, и Алекс в первом. Сокапитаны футбольной команды в выпускном классе, но посмотрите, кто становится MVP. Не наш мальчик Род, а Алекс. И кто должен занять место вице-президента после президента класса Алекса? Да, старый занявший второе место Род Сэнди снова. Никогда не хватает кольца, всегда второе место. Бьюсь об заклад, он наложил в штаны, когда Макс Рикер предложил ему шанс натравить на него своего хорошего приятеля Алекса. Бьюсь об заклад, он плакал слезами гребаной радости.

"Держу пари, что были и женщины, которых он хотел, которые никогда не удостаивали его второго взгляда, потому что Алекс добрался туда первым. Бьюсь об заклад, Колтрейн была одной из них. Она, вероятно, тоже это знала. Конечно, она умна, она осознает себя. Она бы знала, что он неравнодушен к ней. Вероятно, мне было жаль его. Он должен был бы возненавидеть ее за это. Помощь в ее убийстве была бы как бонус."

Она снова повернулась, чтобы расхаживать по комнате, и увидела, что Моррис наблюдает за ней. "Черт. Мне жаль. Я не-"

"Не будь". Он подошел к ней с кофе, протянул кружку, которую налил для нее. "Я достану твою доску для убийств, если ты скажешь мне, где она. Я вижу ее такой, какой она была ", - добавил он.

"Панели вон там открываются в кладовку. В любое время, когда тебе нужен перерыв ... "

"Не беспокойся обо мне. Это о ней ".

"Никаких частных воздушных перевозок из города, соответствующих временным рамкам", - объявил Бакстер. "Ни с кем, использующим его удостоверение личности, или с кем-либо, подходящим под его описание. Я расширю круг".

"Сделай это". Она вернулась к своему столу, чтобы рассчитать график, и подняла глаза, когда вошел Рорк.

"Пресмыкательство может подождать", - сказал он, прежде чем она смогла заговорить. "И я имею в виду здесь конкретику. Но сейчас, что это такое?"

"Фини и Макнаб уже в пути. Мне нужен подробный и глубокий поиск по финансам Сэнди. У меня есть учетные записи hideaway от Алекса. Те, о которых он знает. Я полагаю, что есть по крайней мере еще одно. Сэнди превратился в кролика ".

"И любому уважающему себя кролику нужны средства. Хорошо, я посмотрю, что смогу найти. Но ты потеряешь свою электронную команду в четыре ".

"Но-"

"Мы уезжаем, лейтенант, как и договаривались, в Вегас. Мальчишник Чарльза."

"Вы, ребята, собираетесь в Вегас?" Подал голос Бакстер, выглядя одновременно грустным и полным надежды. "Я знаю Чарльза".

Рорк улыбнулся ему. "Вы хотели бы пойти, детектив?"

Ева буквально взмахнула руками в воздухе. "Эй, эй!"

"Я уже там. Могу ли я привести моего мальчика?"

"Чем больше, тем веселее". Рорк ткнул пальцем в Еву, пока она что-то бормотала. "Ты будешь занят сам. И то, что мы не сможем найти в ближайшие несколько часов, не должно быть найдено. Но в этом маловероятном случае я запрограммирую автоматический поиск ".

"Я не понимаю, почему мы не могли просто отложить все это до -"

"Конечно, ты этого не делаешь. Но за тебя проголосовали в меньшинстве".

"Жизнь должна быть". Моррис отступил от доски, которую он установил в центре комнаты. "Или в этом нет смысла".

"Ладно, подожди. Подожди." Ей пришлось подумать. "До четырех. Но если мы точно определим местоположение Сэнди или что-то столь же важное в три пятьдесят, черт возьми, девять ...

"Мы перейдем этот мост", - закончил Рорк. "Отдай мне то, что у тебя есть". Он взял диск, который она дала ему. "Фини и Макнаб? Тогда мы воспользуемся компьютерной лабораторией. Отправь их с собой, когда они доберутся сюда ".

Пока нетерпение боролось с чувством вины, Ева шагнула за ним. "Послушай, я что-нибудь испортил - что-нибудь важное - прерывая?"

"О, что такое несколько миллионов, потерянных время от времени в великой схеме? Я постараюсь отыграться в Вегасе ".

"О Боже. О, мой бог."

Смеясь, он взял ее испуганное лицо в свои руки. "Я тебя разыгрываю, хотя я не должен был так легко отпускать тебя с крючка. Это прекрасно. Но раздражает, так что ты будешь планировать это пресмыкательство. Теперь уходи. Мне нужно посмотреть другие вещи, помимо твоей электронной работы, прежде чем я уйду ".

Конечно. Прекрасно. Она вернулась к работе.

"Ничего", - сказал ей Бакстер. "Я проверил все пункты. Мы получили пару попаданий, но ни одно из них не оказалось Сэнди. Моррис перепроверил свои счета и карточки."

"По-прежнему никакой активности. Я могу помочь Бакстеру с поиском, транспортировкой."

Она кивнула, вернулась к своей временной линии. Когда она закончила это, разместив на своей доске, вошла ее электронная команда.

Она уставилась на Фини. "Что на тебе надето? Не ты", - сказала она Макнабу. "Я никогда не ожидал от тебя иного".

"Это моя счастливая рубашка". Фини выпятил подбородок.

Счастливая рубашка была цвета морской болезни и покрыта маниакально ухмыляющимися розовыми фламинго. На его буйной шевелюре красовалась черная бейсболка, на клюве которой был изображен еще один фламинго, ухмыляющийся.

"Господи, Фини, ни одному мужчине не повезет в такой одежде".

"Не настолько удачливый". Он бросил на Бакстера стальной взгляд, когда детектив заулюлюкал. "У меня есть жена, не так ли? У этой футболки есть история. Пока что это принесло мне восемьсот с четвертью."

"Это не может того стоить. Неважно. Компьютерная лаборатория. Рорк уже там. Вкратце, " начала она и выложила им голые кости.

"Я думаю, что эта рубашка обожгла мои роговицы", - пробормотала она, когда они вышли из ее кабинета.

"Электронные фанаты. Что ты можешь сделать?"

Она взглянула на комментарий Бакстера и увидела, что Моррис, стоящий рядом с ним, улыбается. "Запустите это авто на минуту. Взгляните на график ". Она указала на доску. "Алекс Рикер связывается с Рорком в половине восьмого. Соммерсет говорит, что Алекс Рорк вернется к нему. Рорк связывается с Алексом сразу после восьми, и они договариваются о встрече. Передача длится восемь минут. Встречаемся на Кони-Айленде в десять. Встреча длится около тридцати минут. По словам Алекса, он сделал две остановки, прежде чем вернуться в пентхаус. Первый, его антикварный магазин в Трайбеке, где, бьюсь об заклад, было похищено незарегистрированное до нашего обыска. Он ушел оттуда примерно в тринадцать тридцать и договорился о деловом обеде - подтверждено - в Мидтауне. Он вернулся домой только в тысяча шестьсот. Он утверждает, что Сэнди в то время была в пентхаусе. Они коротко поговорили, и во время этого разговора Алекс упомянул, что водитель моет и обслуживает машину."

"Держу пари, он начал потеть", - сказал Бакстер.

"Он не сможет добраться до водителя до семнадцати сотен. Он возвращается в пентхаус в соответствии с отметкой времени на диске системы безопасности, в семнадцать сорок три. И да, он выглядит немного потным. Возможно, он пометил свой контакт тогда, но он чертовски уверен, что сделал это, когда Рорк связался с пентхаусом и сообщил Алексу, что я буду рядом на следующее утро с некоторыми дополнительными вопросами. Это в девятнадцать ноль пять. Это слишком. Слишком многое наваливается. Тем не менее, он не уйдет еще в течение часа. Время получить инструкции, захватить то, что ему нужно больше всего ".

"Вы не можете знать, сколько у него могло быть наличных", - указал Моррис. "Его собственные, или то, что могло быть у Алекса на этом месте".

"Этого не могло быть много, не могло быть достаточно. Алекс хранит деньги в пентхаусе, в сейфе, но они все еще там. Сэнди не могла открыть сейф без того, чтобы это не подало сигнал Алексу. Это запрограммировано. Достаточно, мы скажем, достаточно, чтобы он убрался из города. Может быть, затаиться, пока он не сможет получить доступ к большему, договориться. Все происходит в спешке, а он методичен ".

Паника, паника, снова подумала Ева. Что мне делать, куда мне идти?

"Возможно, у него есть кредитный счет, о котором Алекс не знал, и мы его еще не нашли. Может быть. Заряжай транспорт, " подсчитала она, " и по ветру. Но если так, мы найдем это, и мы выследим его. Он не может функционировать без средств ".

"Поступают сообщения от местных жителей о некоторых горячих точках. Никаких признаков его, никаких признаков того, что он пришел и ушел ".

Ева кивнула Бакстеру. "И я держу пари, что он оставил бы одно. Ему никогда раньше не приходилось убегать, поэтому он не знает как. Он прожил привилегированную жизнь. Он не продержится без привилегии ". Она сделала паузу, нахмурилась. "Где, черт возьми, Истинное сердце?"

"Ах, он был в пути, но ты знаешь, Вегас. Он делает небольшой крюк. У меня должен быть надлежащий наряд, не так ли?"

"Ты послал его упаковать вещи вместо тебя?"

"Мне не нужно много. В любом случае, Моррис все предусмотрел ".

"Может быть, ты хочешь поехать в Вегас", - огрызнулась она на Морриса, затем мгновенно поморщилась. "Черт, я-"

"Это почти заманчиво", - легко сказал он. "Вот насколько я уверен в тебе. Но нет, не в этот раз."

Она снова села за свой стол и начала пробираться через людей Сэнди. Родители, разведенные, вступили в повторный брак - по два раза каждый. Один брат, одна половина брата. По словам Алекса, Сэнди не был близок ни с кем из своей семьи. Тем не менее, семья была обычным колодцем, не так ли, когда тебе приходилось копаться в деньгах. Она начала утомительный процесс установления контакта, допроса, запугивания, устранения.

Она едва подняла взгляд, когда вошел Трухарт, но отметила, что свежая, молодая ученица Бакстера, очевидно, оделась для предстоящих празднеств. Отглаженные брюки, повседневная рубашка, хорошие кроссовки.

Она пыталась не думать о том, как Бакстер мог развратить милого и работящего Троя Трухарта в Вегасе.

Она проложила себе путь через семью, нынешних женщин и через другую сторону бывших. Она нахмурилась, когда Соммерсет вкатил большой стол.

"Что?"

"Обед".

"Мальчик, я мог бы поесть". Бакстер откинулся на спинку стула, запустил пальцы в волосы. "Получил нада, Даллас. И мои глаза начинают кровоточить ".

"Я буду пользоваться вашей кухней, " сообщил ей Соммерсет, " чтобы заказать то, что я приготовил".

Она продолжала хмуриться, когда Соммерсет проходил мимо ее стола, кот, с надеждой, следовал за ним по пятам.

"Когда вы ничего не находите, " сказал Моррис, - это означает, что вы устраняете то, что окружает это нечто".

"Это что, дзенская штука?" Ева усомнилась.

"Если нет, то так и должно быть".

Ева поднялась на ноги, когда вошли Рорк, Фини и Макнаб. С противоположного конца комнаты Соммерсет вкатил тележку с двойными полками, о существовании которой она и не подозревала.

"Я протяну тебе руку помощи". Макнаб направился прямиком.

"У меня это есть, детектив. Но на кухне есть вторая тележка. Если ты не возражаешь."

"Все, что я могу сделать, ведет к еде". Макнаб почти пританцовывая прошел на своих фиолетовых воздушных ботинках до колен на кухню.

Фини покрутил головой на шее, расправил плечи. Ева услышала хлопки с другого конца комнаты. "Становится скрипучим".

"Я договорился о паре массажисток на борту", - сказал ему Рорк.

"Ты мужчина. Бакстер хлопнул в ладоши.

"Близнецы".

"О, мое ноющее сердце".

"Не помешало бы потереть. Строго терапевтические, - добавил Фини, поймав взгляд Евы-бусинки. "Мы нашли аккаунт. Он хорошо похоронил это. Он не дурак. Получил двенадцать миллионов с мелочью. Пошли традиционным путем и использовали Цюрих. Не прикасался к этому", - сказал он, прежде чем Ева смогла спросить. "Но мы совершили пару небольших трюков. Он проверил это - или кто-то проверил - через "link. Сообщение о передаче пришло из Нью-Йорка, и время проверки совпадает с шестнадцатью пятьюдесятью пятью по восточному времени."

"До того, как он поговорил с водителем", - сказала Ева и поднялась, чтобы обновить свой график. "Начинает прикрывать свои базы. Волнуюсь ".

"Ни один из его счетов не был затронут", - вставил Рорк. "У него есть банковские ячейки в четырех местах". Он приподнял брови, когда Ева повернулась. "Мы облапошили. Он не подписывался ни на какие."

"Друзья", - предложил Фини. "Семья".

Ева покачала головой: "Ничего не получается".

Фини взглянул на Морриса, надул щеки. "Возможно, у нас есть что-то, что делает, на детектива Колтрейн. "Ссылка, используемая для проверки учетной записи в Цюрихе. Мы покопались там и ИДЕНТИФИЦИРОВАЛИ это. Это зарегистрировано для различных интересов ".

"Компания Алекса Рикера".

"Да, компания "link - и мы справились с этим и избавились от трансов. Мы получили их, перейдя по другой ссылке. Выброшенный, не могу отследить его владельца, но у нас есть идентификатор и частоты. Есть передачи по каналам связи, из Нью-Йорка в Нью-Йорк, за день до убийства, на следующий день после ".

"Ты можешь зафиксировать это поподробнее?"

"Дешевый мусор, вот как это читается. Никаких звонков, никаких свистков. Практически невозможно прочитать что-либо об этих ублюдках. На нем есть фильтр. Должно было быть дополнение ". Фини почесал затылок. "Но у нас есть его отпечаток. То же, что отпечаток пальца. Хороши, как ДНК ".

"А если Каллендар получит этот отпечаток, придя в Омегу?"

"Мы можем соответствовать этому".

"Она получит это, если это там". Макнаб наблюдал, как Соммерсет расставляет подносы с мясными деликатесами, хлебом, сырами, фруктами, овощами, салатами с той же интенсивной преданностью, что и кот. "Она - стрела в такого рода вещах. Когда она это сделает, мы, возможно, сможем объединить то, что есть у нее, и то, что есть у нас, и сделать больше ".

"Это все, что можно получить с тем, что у нас есть", - сказал ей Рорк. "Мы управляем автоматом. Если какой-либо из его счетов будет открыт - даже для получения чека - или потребуется какой-либо из его банковских ячеек, мы узнаем ".

"Хорошо. Это хорошо ".

"Итак, мы едим". Макнаб совершил первое погружение.

Копы, подумала Ева, кишат, как муравьи на пикнике. Она начала подходить к Моррису, но увидела, как Рорк подошел к нему. У нее сжалось сердце - хорошее - когда она увидела, как он уговаривает Морриса сесть за стол.

Она вернулась к своему столу и, пока царил хаос, запустила вероятность, чтобы увидеть, согласен ли компьютер с ее инстинктами. Мгновение спустя Рорк подошел к ней сзади, погладил ее по плечам.

"Моррис в порядке?"

"Думаю, лучше". Поверх ее головы Рорк наблюдал за происходящим за столом. "Я бы сказал, что это помогает. Не просто работа, ощущение выполнения, но и пребывание здесь, с другими. Ты вернул доску убийств ".

"Я спросил его первым".

"Нет, я имею в виду, ты принес это. И он может видеть, что она в центре всего этого. Даже когда они там поглощают сэндвичи, как будто их вот-вот объявят вне закона, он может видеть, что она в центре всего этого. Это помогло бы ".

"Это не поможет, если мы с компом окажемся правы". Она повернулась к нему лицом.

"Я должен понимать это двумя способами. Сэнди был вне поля зрения почти семнадцать часов. Во-первых, он где-то отсиживается, забившись в угол и посасывая большой палец. Или два, он уже мертв ".

"И ты, и вероятностное сканирование, которое ты только что запустил, говорят в пользу смерти. Я тоже. Он - обуза при жизни. Рикеру нет необходимости поддерживать его дыхание, и у него есть все основания покончить с ним ".

"Кто-то, кому он доверял, как доверяла Колтрейн. Это вернулось к команде. Это одно из них".

"Ты не можешь сделать больше, чем ты делаешь. Оставь это, Ева, ненадолго. Кто бы это ни был, чувствует себя в безопасности, чувствует себя защищенным. Он не будет бегать, как Сэнди ".

"Нет, он не убежит. И пока он ценен для Рикера, он останется в живых ".

"Тогда давайте что-нибудь поедим, пока ваши копы не изжевали даже скатерть. Мне еще нужно кое-что сделать, прежде чем мы уйдем ".

"Да, ты прав. Близнецы?" добавила она, когда они направились к тому, что осталось от обеда.

"Это казалось как раз тем, что нужно".

Она соорудила сэндвич, откусила первый кусочек. Сквозь гул мужских разговоров и причмокивание губ она уловила звук женского смеха.

Пибоди и Надин, обе в девчачьих платьях, появились в дверях.

"Мммм, Женское тело, посмотри на себя".

Любовь, предположила Ева, могла заставить даже Макнаба забыть о своем желудке на несколько секунд.

Он подскочил к ней, развернул ее, затем окунул ее, пока она хихикала - на самом деле хихикала - прежде чем он засадил ей один.

"Нет! Нет! Это все еще комната для полицейских. В комнате полицейского не обмакивают и не целуют ".

Пибоди просто послала своему лейтенанту улыбку из сияющих глаз. "Слишком поздно". Для верности она сжала задницу Макнаба, когда он развернул ее обратно.

"Разве все это не выглядит восхитительно?" Надин захлопала ресницами. "И еда тоже выглядит аппетитно". Проходя мимо, она похлопала Еву по щеке, и вызвала огненный румянец на лице Трухарта, когда она бочком подошла к нему. "Вы на службе, офицер?"

"Брось это, дорогая". Рорк провел рукой по спине Евы. "Смена окончена".

И это, как она предположила, было так.

Пибоди схватила морковную палочку. "Я пока придерживаюсь корма для кроликов. У нас есть удивительные волшебные вкусности на потом. Ариэль дала их. Я набрала пять фунтов, просто таская коробки. Ты можешь посвятить меня во все это ".

"Позже", - решила Ева. "Мы на остановке".

"Хорошо". Пибоди с удовольствием похрустела морковкой. "Мы с Надин принесли почти все. Мэвис и Леонардо должны быть здесь с минуты на минуту, и у них есть еще. "

"Ура".

"Трина и ее консультанты будут здесь к четырем, чтобы начать подготовку".

"Радость и -что? Кто? Трина? Почему?Что ты наделал?"

"Ты сказала, никаких глупых игр и никаких стриптизерш", - напомнила ей Пибоди. "Мы устраиваем полноценную девичью вечеринку. Шампанское, декадентская еда, процедуры для тела, волос, лица. Видео с цыпочками, подарки, сладкие десерты. Вечеринка с ночевкой для больших девочек, за которой завтра последует бранч с шампанским."

"Ты имеешь в виду..." Шок был острым и жестоким, удар парализатором в сердце. "За одну ночь? Всю ночь до завтрашнего дня?"

"Ага". Пибоди ухмыльнулась, не отрываясь от морковки. "Разве я не упоминал об этом?"

"Я должен убить тебя сейчас".

"Не-а. Никаких игр, никаких стриптизерш. Это были твои единственные правила ".

"Я найду способ причинить тебе боль за это".

"Это будет весело!"

"Причинять тебе боль, пока ты не завизжишь, как свинья".

Ева заметила, как Рорк направляется к своему офису, и бросилась за ним. "Подожди, подожди!" Она бросилась за ним, закрыла дверь.

"Ты не можешь поехать в Вегас".

"Потому что?"

"Потому что ты не можешь оставить меня здесь. Мы женаты, и есть правила. Я пытаюсь следовать им. Я не знаю их всех, но Бог знает, что я стараюсь. И это должно стать правилом. Ты не можешь оставить меня одного в подобной ситуации ".

"В какой ситуации?"

"Все эти женщины. И Трина. Трина, - повторила она с немалой страстью, вцепившись в его рубашку. "И липкий десерт, и всякие штучки для тела, и видео с цыпочками. Всю ночь. Вечеринка с ночевкой. Ты знаешь, что это значит?"

"У меня было много снов о них. Будут ли бои подушками?"

Она развернула его так, что он ударился спиной о дверь. "Не надо. Уходи. Я."

"Дорогая". Он поцеловал ее в лоб. "Я должен. Я должен".

"Нет. Ты можешь перенести Вегас сюда. Потому что... ты - это ты. Ты можешь это сделать. У нас здесь будет Вегас, и это будет хорошо. Я куплю тебе приватный танец ".

"Это так мило. Но я ухожу. Я вернусь завтра и положу прохладную ткань на твой разгоряченный лоб ".

"Завтра?"У нее действительно закружилась голова. "Ты не вернешься сегодня вечером?"

"Ты не был бы сейчас в таком состоянии, если бы уделил внимание. Сегодня вечером я сажусь на автобус, полный мужчин, в Лас-Вегас. Будет грубость и, возможно, потребуется внести залог. Я принял меры. Я верну этот же шаттл, полный людей - надеюсь - завтра днем ".

"Позволь мне пойти с тобой".

"Дай мне увидеть твой пенис".

"О, Боже! Разве я не могу просто воспользоваться твоими?"

"В любое другое время. Теперь возьмите себя в руки и помните, что, когда все это закончится, вы, скорее всего, арестуете убийцу, который к тому же является грязным полицейским. Это как раздвоение ".

"Это не заставляет меня чувствовать себя лучше".

"Лучшее, что у меня есть".

Она с шипением выдохнула. "Я собираюсь найти какое-нибудь место в этом доме, где никого нет. И кричать."

"Это прекрасная идея". Он подтолкнул ее к двери в коридор. "Я приду и найду тебя, прежде чем уйду".

"Еще нет четырех часов", - мрачно сказала она. "Что-то может нарушиться".

"Это может быть твоя шея, если ты не уберешься и не позволишь мне закончить мою работу". Он дал ей что-то похожее на толчок, затем во второй раз за день захлопнул дверь у нее перед носом.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

ОНА НЕ РАССМАТРИВАЛА ЭТО КАК СОКРЫТИЕ. ВОЗМОЖНО, ОНА была в комнате, в которой не была полностью уверена, что бывала раньше, с закрытой дверью. И заперт. Но это не было сокрытием.

Это сработало, сказала себе Ева. В тихом месте, где ее никто не отвлекал бы. Она, вероятно, могла бы оставаться здесь в течение следующих двадцати четырех часов, вообще без проблем. У нее было кресло для сна, рабочее место -мини-устройство, но очень изящное. Она не увидела настенный экран, но когда она загрузилась и запросила его, стекло на модном зеркале почернело.

Немного поиграв с панелью управления, она заработала мини-автоматом и фригги, когда прилавок под окном открылся, и они поднялись.

Она заглянула в смежную ванную и нашла все необходимое, включая душ, выполненный в виде небольшого водопада. Да, она могла бы быть счастлива здесь. Может быть, на годы.

Она взяла кофе, устроилась на рабочем месте. Сначала Каллендар, подумала она.

"Йоу", - сказала Каллендар, когда она появилась на экране.

"Докладывай".

"Это место - чертова дыра, но там есть серьезное оборудование. Ты здесь в клетке, ты серьезно в клетке. Охрана такая же строгая, как у моего дяди Фреда в канун Нового года. Даже с разрешением и сотрудничеством нам потребовалось некоторое время, чтобы добраться до сути системы. У нас есть устройства личной связи, потому что мы копы и получили разрешение. В противном случае, они задерживаются при стыковке ".

"Как далеко ты продвинулся в работе?"

"Я работаю над трансом, Систо работает над посещениями. Пока что он - гусиное яйцо. У меня есть много маленьких звоночков, но это далеко от гонга. Это займет некоторое время ".

"Что за звон?"

"На самом деле это больше похоже на отрыжку. Ты действительно хочешь, чтобы я тебе это объяснил?"

Разговоры гиков или тусовщиц? Ева подумала и решила, что они оценили жеребьевку. "У меня есть минутка".

"Позвольте мне выразить это так. Отрыжка может быть трансом отсюда до Нью-Йорка, но мне нужно пройти через полмиллиона фильтров, чтобы уловить это. Я делаю это, потому что пока это читается так, как будто это произошло в Нью-Йорке в день смерти Колтрейн - и это не зарегистрировано. Может быть, один из здешних техников сделал это не по записи, потому что он звонил в Нью-Йорк для какого-нибудь "секса по ссылке". Но у меня подозрительный ум ".

"У меня есть отпечаток - или что там еще, черт возьми, - по ссылке "Выброси" здесь. Мне нужно знать, совпадает ли это."

"Я это фиксирую, я могу подтвердить совпадение. Проще простого".

"У вас есть координаты Рикера, когда была сделана передача?"

"Это все еще отрыжка, но на записях он в клетке. Но записи также показывают, что за тридцать минут до отрыжки он пользовался своей привилегией ежедневной гигиены. Одиночный душ, под полной охраной. Я заказал А и В этой записи, и колесо медленно вращается ".

"Он мог бы отправить перевод с задержкой или заплатить кому-то другому, чтобы тот отправил его за него. У вас есть имя охранника или охранников, которые забрали его из клетки для гигиены?"

"Да. Мы выполнили стандартную проверку. Я подумал, что мы пойдем глубже, если отрыжка превратится в действительно сочную отрыжку ". Каллендар отпил что-то розовое из прозрачной бутылки. "Ты хочешь их?"

"Да". Ева записала имена. "Хорошо. Продолжай копать".

Ева отключилась, откинулась на спинку стула и задумалась. Это был зеленый свет от Рикера его нападающему из Нью-Йорка. Это должно было быть. "Компьютер, полный запуск, приоритет разрешен". Она зачитала имена и идентификационные номера охранника и офицера связи. "Давайте посмотрим, что у нас есть".

Час спустя вошел Рорк. "Ева" - это все, что он сказал.

"У меня кое-что есть. Каллендар услышал отрыжку, и у меня кое-что есть. Руш, Сесил, охранник клетки на Омеге -шесть лет в тюрьме. Назначен в крыло максимальной безопасности. Крыло Рикера. Разведен. Но, как ни странно, финансовые показатели его бывшей жены серьезно выросли за последний год. Ну, не столько ее финансовые показатели, сколько страховое покрытие. Она увеличила их до пяти миллионов. Итак, что есть у бывшей жены охранника "Омеги", которая также восемь месяцев назад уволилась с работы дроном среднего звена, когда она также переехала из арендованного дома в Дэнвилле, штат Иллинойс, на двадцатикомнатную виллу на юге Франции, что стоит пять миллионов? "

"Искусство, украшения. Превращение наличных в надежные инвестиции ".

"Ты получил это. Плюс недвижимость. Она заплатила наличными за дом, который записан как на ее имя, так и на имя бывшего. Каллендар вызовет его на собеседование, как только все наладится. И они будут. Я пока не смог отследить деньги. Не могу отследить это от бывшей жены до Рикера. Ты, вероятно, мог бы-"

"Нет, я еду в Вегас".

Она вытаращилась на него, челюсть отвисла, глаза выпучились. "Но, Иисус. "

"Каллендар, который более чем квалифицирован, у которого есть охрана, находится в поиске. У тебя есть связь, твоя ниточка к Рикеру, который никуда не денется. Охота на Сэнди продолжается, которая, как вы считаете, все равно, вероятно, мертва."

"Но-"

Рорк не отступил ни на дюйм. "Зная методы Рикера, крайне маловероятно, что у этого охранника есть имена нью-йоркских контактов. Вы сузили круг поиска до команды, что было вашим инстинктом все это время. И в понедельник вы продвинетесь вперед в этом. Кем бы ни был этот коп, ты умнее и, клянусь Богом, упорнее. Но прямо сейчас у вас полный дом женщин, у меня лимузин, ожидающий снаружи, и группа мужчин, которым не терпится как следует напиться и проиграть свои деньги. Это жизнь".

Он взял ее лицо в свои руки и поцеловал ее. "Это наша жизнь. Мы собираемся жить этим в течение следующих двадцати четырех часов ".

"Когда ты так об этом говоришь", - пробормотала она.

"Моррис ушел домой".

"Ох. Черт возьми."

"Он просил передать тебе, что хотел подумать о том, как ты получишь удовольствие в течение нескольких часов. Что, уходя отсюда, он чувствовал себя легче, чем когда приезжал. Я думаю, что он сделал, и я знаю, что он говорил с Мирой в течение короткого времени, прежде чем он ушел ".

"Я думаю, это хорошо. Я думаю, это уже что-то ".

"Тогда давай, проводи меня. Поцелуй меня на прощание".

Пойманная в ловушку, она восстала. "Как ты нашел меня здесь? Сканирование дома", - поняла она. "Не думал об этом. Для чего вообще эта комната?"

"Гостевой кабинет. Очевидно, никогда не знаешь, когда кому-то это может понадобиться. Хорошая работа, между прочим, с финансами ".

"Я не думаю, что на шаттле ты мог бы -"

"Нет, я не мог", - сказал он очень твердо. "Завтра, после того как я вернусь домой и твои гости разойдутся, уже достаточно скоро. Мы собираемся наслаждаться собой ".

"Тебе легко говорить".

"Да". Он одарил ее полной и совершенно несимпатичной улыбкой. "Это так".

"Вот ты где!" Мэвис, в полном праздничном наряде невесты - белом мини и кричаще красных кожаных сапогах до колен, вприпрыжку прошла по коридору. Ее волосы, такого же кричащего красного цвета, как и ботинки, подпрыгивали, падая до талии. "Все спрашивают. Я просто проверял, как там Белла. Ты величайший из магов! Маленькая детская такая милая!"

"Мы хотим, чтобы Белль была счастлива и чувствовала себя комфортно, когда бы она ни приезжала", - сказал ей Рорк.

В шаге Евы произошла еще одна заминка. "Ты принесла ребенка?"

"Я собирался взять с собой няню, но Соммерсет сказал, что он предпочел бы быть с Беллисимо, чем ехать в Вегас. Мужчина - это сахар. Они сейчас там, играют с кисой-киской и щенячьими какашками ".

Ева не хотела знать, что такое Кисси Китти и Щенячья какашка, или представлять, как Соммерсет играет с ними. Или что угодно. Она сделала все возможное, чтобы стереть все образы из своей головы, пока Мэвис продолжала.

"У нас будет абсолютно-мега лучшее время. Подождите, пока не увидите украшения, еду.И салон полностью на окраине города. Я собираюсь посадить большую мокрую на моего медвежонка, чтобы мы могли начать эту вечеринку ".

"Что я собираюсь делать?" Ева справилась, когда Мэвис сбежала вниз по лестнице.

"Ты собираешься насадить на меня большую мокрую штуку. После этого? Я в альтернативной реальности ".

Их было так много, подумала Ева, когда все высыпали наружу, где ждал лимузин размером с Лонг-Айленд. Она не могла знать всех этих людей. Когда ее голова перестала звенеть, она поняла, что не сделала этого. Незнакомые лица вперемешку со знакомыми.

Будущий жених заключил ее в восторженные объятия. "Спасибо", - сказал ей Чарльз. "За все. Луиза так взволнована всем этим ".

Ева оглянулась и увидела Луизу с Деннисом Мирой. Боже милостивый, Иисус милосердный, подумала Ева, Рорк везет мистера Миру в Вегас. Ее мир был вывернут наизнанку.

Где-то в хаосе люди набивались в огромный лимузин. Когда он катился по подъездной дорожке, Бакстер выскочил из одного из люков, стреляя в знак победы, пока дамы приветствовали.

Затем она осталась с ними наедине.

Они визжали. Прыгал вокруг. Они издавали нечеловеческие звуки и кружились в размытом пятне цвета и конечностей. И побежал к дому, продолжая их давать.

"Может быть, это все какой-то странный сон".

Смеясь, Мира подошла, чтобы обнять Еву за плечи.

"Я не знал, что ты был здесь".

"Это была довольно большая толпа и такая интересная динамика. Мужчины уходят, чтобы потворствовать своим желаниям, а женщины собираются здесь, чтобы их ". Мира слегка похлопала Еву по плечу. "Празднования, очень определенные, очень традиционные, чтобы подготовить двух индивидуумов к тому, чтобы стать одним целым".

"В основном это похоже на много выпивки и криков".

"И на самой границе твоего понимания я знаю. Но это будет весело ".

"Хорошо". Она заметила, что на Мире было платье - светлое, бледно-голубое и утонченно элегантное. "Должен ли я измениться?"

"Я думаю, ты должен. Это поднимет тебе настроение. На самом деле, я бы хотел взглянуть на твой гардероб и выбрать что-нибудь для тебя ".

"Хорошо, конечно". Компромисс дал бы ей время забрать мозг Миры. "Рорк сказал, что ты разговаривал с Моррисом перед его уходом".

"Да, и мы поговорим снова. Он упомянул, что вы предложили ему встретиться с отцом Лопесом, " продолжила Мира, когда они вошли внутрь и начали подниматься по лестнице. "Я рад, что ты подумал об этом. Моррис - духовный человек, и я верю, что Лопес может помочь ему справиться со всем, с чем ему приходится справляться. Работа, которую вы ему дали, тоже помогает, и это хорошо, что он достаточно осознает себя, чтобы попросить об этом. Это поддерживает активность его разума и, более того, делает его частью поиска ответов ".

"У меня есть несколько вопросов".

"Я представлял, что ты сделал". Мира вошла в спальню, и по жесту Евы, к шкафу. Она открыла его, вздохнула. "О, Ева".

"Он всегда что-то вкладывает туда".

"Это фантазия. Как маленький эклектичный бутик ". Она оглянулась. "Видишь, мне уже весело. Задавайте свои вопросы. Я буду выполнять несколько задач. Боже мой, одна только вечерняя одежда!"

"Мне не обязательно носить официальную одежду, не так ли?"

"Нет, нет, просто отвлекусь на мгновение. Расскажите мне, что вы узнали со времени последнего отчета ".

Ева рассказала ей о заявлениях Алекса Рикера о его отце, о Роде Сэнди, прогрессе Каллендара, тюремном охраннике. Судя по почти сексуальным звукам, которые Мира издавала в глубине шкафа, Ева решила, что она разговаривает сама с собой. Тем не менее, устные выступления всегда улучшали ее мышление.

"Это". Мира вышла в струящемся платье на тонких бретелях цвета спелых слив. "Это просто, удобно, великолепно".

"Хорошо".

"В нем также есть карманы с разрезами, так что ты можешь держать свой линк и коммуникатор при себе". С понимающей улыбкой Мира передала платье Еве. "Вам интересно, мог ли Рикер и убил бы Колтрейн просто в наказание за своего сына. Заказать убийство без какой-либо выгоды. Просто назло".

"Я не думал, что ты слушаешь".

"Я растил детей. Я знаю, как слушать и делать множество других вещей одновременно. ДА. Он мог и он сделал бы. Это абсолютно его патология. Более того, его сын свободен, он - нет. Его сын презирает его. Ему нужно было бы только еще больше презирать своего сына. Да, опять же, он использовал бы - с удовольствием использовал - человека, которого его сын считает своим самым близким другом. Он бы упивался этим ".

"Самое интересное было в приезде в Нью-Йорк, не так ли? Колтрейн идет сюда, туда, где я, туда, где Рорк. Она подписала свой смертный приговор, когда ее перевели сюда ".

"Это не твоих рук дело, Ева".

"Я знаю это. Я спрашиваю, по вашему мнению, приказал ли он убить ее, чтобы отомстить своему сыну и мне. Он использовал полицейского, чтобы сделать это. У него были бы другие пути, другие средства. Но он использовал полицейского. Я знаю это. Это было для меня. Направляет свое оружие ко мне. Прямая угроза, небольшое напоминание о том, что это мог быть я. Это было для Рорка ".

"В это время", - сказала Мира через мгновение, "с этими данными, с этой историей, да. Он манипулировал этим одним действием, чтобы нанести удар по трем людям, которые больше всего его преследуют ".

"Это то, о чем я думал. Это заставит его спустить курок и пихнуть это ему в лицо с большим удовлетворением ".

"Я знаю, что ты думаешь не о том, что происходит внизу".

"Все в порядке". Ева потянула за юбку платья. "Я буду выполнять несколько задач".

Некоторое время спустя она не была уверена, что у нее есть разум. домик у бассейна был превращен в женскую фантазию с золотыми, белыми и серебряными балдахинами, шезлонгами, высокими белыми свечами. На белых столах стояли пенистые розовые напитки в хрустальных бокалах и серебряные подносы с разноцветной едой. Еще один держал башню из подарков со свисающими лентами.

На дальней стороне темно-синей воды бассейна находился салон. Кресла с откидывающейся спинкой, массажные столы, маникюрные и педикюрные станции - и столы со всеми теми инструментами, от которых у Евы всегда слегка подташнивало в животе.

"Беллинис!" Мэвис сунула один в руку Евы. "Мои связаны с нежирными пузырьками, так как я кормлю грудью. Но они все равно восхитительны. Через несколько минут мы собираемся тянуть жребий для служений. После небольшого количества смазки ".

"Не вкладывай мои".

Мэвис усмехнулась. "Слишком поздно", - сказала она и, пританцовывая, ушла.

Ева подумала: Что за черт. И отбил половину "Беллини". Это было довольно вкусно.

"Что ты думаешь?" - Спросила Пибоди и жестом обвела все пространство.

"Я думаю, это выглядит как действительно классный бордель без всяких клиентов. В хорошем смысле".

"В этом и заключалась идея. Послушай, пока это все болтовня, мы можем ускользнуть. Ты можешь посвятить меня во что-нибудь новое ".

Ева посмотрела на Пибоди, посмотрела в пространство, посмотрела туда, где Луиза смеялась с группой женщин. "Это вечеринка. Остальное может подождать. Но поскольку ты спросил и имел в виду именно это, обида понижается от поросячьего визга до мучительного стона ".

"Неужели?"

"Действительно".

"Вау!"

Когда Мэвис объявила имена первых участников службы, женщины завизжали. И Ева отшлифовала первый "Беллини".

Луиза вложила еще один в ее руку, постучала по нему своим бокалом. "Когда я была девушкой, " начала она, " я мечтала о замужестве и обо всем, что с этим связано. Долгое время, после того как я вырос, я откладывал эти мечты в сторону. Из-за работы и потому, что никто не соответствовал тому, о чем я мечтала в детстве. Теперь, с Чарльзом и тем, что у нас есть, со всем этим, и тем, что у меня есть прямо в эту минуту, это намного больше, чем я когда-либо мечтала ".

"Ты выглядишь глупо со счастьем, Луиза".

"Я есть. Я глуп от счастья. Я знаю, что это плохое время для тебя - и праздновать, когда Моррис через столько проходит -"

"Мы не думаем об этом сейчас. Итак, как скоро кто-нибудь напьется и упадет в бассейн?"

"О, не более часа".

Прошел час, почти с точностью до минуты, но никто не упал. Мэвис сняла ботинки, стянула платье через голову и нырнула в воду с голой задницей. Жест был встречен с таким энтузиазмом, что платья полетели, туфли взлетели. К ней присоединились женщины самых разных размеров и форм.

"Мои глаза", - простонала Ева. "В мире недостаточно Беллини, чтобы спасти мои глаза".

Они плавали обнаженными, и когда кто-то заказывал музыку, они танцевали. Они болтали, как сороки, и пили, как рыбы. Они полулежали в салоне, их лица и тела были покрыты слизью странного цвета. Они собрались по углам для напряженных дискуссий.

"Это затрагивает каждую ноту".

Ева взглянула на Надин. "Так ли это?"

"Посмотри на Пибоди, пожимающую его Луизе. И Мира там, болтающая с Рео и - кто бы это ни был, какой-то подругой Луизы из больницы. Они болтают, как сестры, пока им делают уход за лицом. Я поглощен работой. Ты знаешь, как это бывает. И я забываю просто тусоваться с женщинами. Просто быть с другими из моего вида без каких-либо планов. Тогда есть что-то подобное этому, такое полностью женское, и мне это нравится. Много. Это попадает в ноты ".

"Я не видел, как ты прыгала голой в бассейне".

"Я еще недостаточно выпил. Но ночь только началась". Надин одарила его своей медленной кошачьей улыбкой. "Хочешь потанцевать, милашка?"

Ева рассмеялась. "Нет, но спасибо. Две вещи, потом мы еще выпьем. Возможно, у меня будет перерыв в деле Колтрейн, и я предупрежу вас, когда оно раскроется. Не спрашивай, не здесь. Во-вторых, я прочитал книгу. Твоя любимая книга. Ты получил это. Я уже знал концовку, но ты справился с этим, поэтому я хотел посмотреть, как ты это разыграл ".

"Меня убивало не просить тебя". Надин закрыла глаза, снова выпила. "Спасибо. Серьезное и искреннее спасибо, Даллас ".

"Я этого не писала". Ева посмотрела на свой стакан. "Я опустошен".

"Давай исправим это".

Это стало еще более странным. Еда "Я-должна-следить-за-своей-фигурой" исчезла, чтобы быть замененной клейкой. Маленькие тортики с глазурью, печенье, тарталетки, блестящие от сахара, пирожные, сочащиеся кремом. Поскольку она надеялась услышать что-нибудь от Каллендара, Ева переключилась на кофе. Надин, вдоволь выпив, продемонстрировала впечатляющий обнаженный складной нож с трамплина для прыжков в воду. Несколько пар грудей покачивались в бурлящей воде угловых форсунок. Ева усердно работала, чтобы скрыть тот факт, что пара из них принадлежала Мире.

Это просто было неправильно.

"Мы собираемся начать раунд "открывай подарки"", - сказала ей Пибоди.

"Хорошо, это должно быть - Что на тебе надето?"

"Моя пижама для вечеринки". Пибоди посмотрела вниз на свою ярко-желтую майку для сна и штаны. Брюки были покрыты красочными рисунками обуви. "Милый".

"Зачем кому-то носить обувь на брюках? Обувь идет к твоим ногам".

"Мне нравятся туфли. Я люблю свою пижаму ". Небрежно улыбаясь, Пибоди обхватила себя руками и покачнулась. "Они забавные".

"Пибоди, ты совершенно напрасно потратилась".

"Я знаю. У меня был миллион трусиков, пупков, бимини, чего угодно. И я тоже много ел. Так что, если меня вырвет, ничего из этого не считается! Знала ли ты, что Макнаб звонил мне из Вегаса? Он выиграл сотню долларов ".

К черту все, подумала Ева. Вечеринка была вечеринкой. "Сотня долларов?"

"Ага. Он сказал, что если выиграет еще сотню, то купит мне подарок. Упс! Подарки! Время открывать подарки!"

Ева осталась в стороне, так как казалось, что открытие подарков включало в себя какой-то ритуал и смену места проведения с домика у бассейна на гостиную за ним. Следуя примеру Пибоди, многим гостям также потребовалась смена гардероба.

Вошла Мэвис, одетая в майку в горошек и полосатые брюки, с ребенком на руках, на котором была подходящая пижама.

Женщины слетались к ним, как воркующие голубки.

"Она голодна", - объяснила Мэвис. "Плюс она не хотела пропустить всю вечеринку". С этими словами Мэвис села, выпятив грудь. Белла с энтузиазмом ухватилась за них.

Женщины сидели или растянулись повсюду, в то время как Луиза начала ритуал снятия лент, бантов и бумаги. Раздавались воркование и охи, непристойный смех над подарками в виде секс-игрушек с кляпом во рту. И разговор вокруг дебютов перешел к свадьбам, мужчинам и сексу.

Мужчины, подумала Ева, понятия не имеют, что женщины говорят о них, когда их нет рядом. Сравнительные исследования, опросы - обсуждения длины, толщины, продолжительности, позиций, причуд, предпочтений.

Мэвис переключила Беллу на другую грудь. "Леонардо может идти всю ночь. Он-"

"Медвежонок-обнимашка", - сказала Ева и заставила Мэвис хихикнуть.

"Да, но у этого медведя есть выносливость".

"Какая запись?" - спросил ее кто-то.

"Шесть за одну ночь. Конечно, это было до того, как здесь появилась Беллалока ", - сказала она под аплодисменты. "В эти дни мы должны выжимать из себя все, что можем, когда и где можем. Но медведь знает, как привлечь к себе внимание ".

"Однажды ночью нам исполнилось пять". Пибоди взмахнула своим новым стаканом. "А четыре - это стандартно для особых случаев. Но в основном это одно - приятное длинное, возможно, с кратким резюме. Макнаб скорее щенок. Любит играть, а потом ему нужно свернуться калачиком и уснуть ".

"Однажды я встречалась с парнем, который был сплошным накапливанием и без отдачи. Огромный член", - добавила Надин, демонстрируя руками - к веселью женщин. "И он пристыковывался и сдувался. Как черепаха, прячущаяся в панцирь. Он Черепаха".

"Однажды я трахнул этого парня". Трина проглотила é клер, проглотила бледно-золотистую выпечку, которая почти соответствовала цвету ее волос. "Неплохо. Мы встречались пару раз, затем он говорит, что, возможно, я хочу поднять это на несколько ступеней. Я представляю игрушки, замороженные. Но он хочет секс втроем. Нужно быть открытым, верно?" Она добавила к выпечке розовый Беллини. "Но оказывается, что третьей стороной была его чертова сестра. Он Змея", - сказала она под хор отвращения.

"Деннис все еще может справиться с двумя".

"Я не могу этого слышать". Ева зажала уши руками. "Моя голова взорвется".

"Что? У меня есть внуки, поэтому я не занимаюсь сексом?" Спросила Мира.

"Да. Нет. Я не знаю. В этом суть".

Мира ткнула пальцем в руку Евы. "В тебе есть такая очаровательная жилка ханжи. Как я уже говорил, Деннис, при правильной стимуляции, все еще может выдержать двоих. Когда вы женаты так долго, как мы, часто бывают периоды, когда тепло, комфорт, ритм жизни заменяют секс. Я желаю этого тебе, Луиза. Тепло и комфорт долгой совместной жизни, с двумя раундами, которые удивят вас обоих. Деннис - Сова. Мудрый и спокойный".

"Что такое Чарльз?" - Потребовала Надин. "Обходительный лицензированный компаньон, ставший сексуальным терапевтом. Секс должен быть потрясающим ".

"Разве это не справедливо?" Луиза медленно, удовлетворенно улыбнулась, что придало блеск ее серым глазам. "Он Леопард. Элегантный, грациозный, сильный - и, поверьте мне, он может пересечь плоскогорье. И обратно".

"Леопарды, щенки, совы - даже змеи сексуальны", - пожаловалась Надин. "Я получаю хромую черепаху. Твоя очередь", - сказала она Еве, затем погрозила пальцем, когда Ева покачала головой. "Тогда я буду проецировать. Пантера. Гладкий, таинственный, извилистый, с элегантностью и целью движения ".

"Хорошо".

"Нечестно! Ладно, какая запись? Сколько раз?"

"Если ты можешь их сосчитать, он не бросил тебя".

Надин застонала, содрогнулась, усмехнулась. "Сука".

Под смех Луиза открыла следующий подарок. Ева отхлебнула кофе. "Волк", - пробормотала она, не подумав.

"Да". Мира, стоявшая рядом с ней, похлопала ее по руке. "Они спариваются на всю жизнь".

Когда последний подарок был оплакан, Трина поднялась на ноги. "Ладно, девочки, возвращайтесь на свои места. Следующий раунд лечения ". Она повернулась, оскалив зубы на Еву. "Я вытащил тебя".

"Нет. Я не-"

"Да, это так. Все играют. Кто-нибудь, принесите этой женщине выпить. Волосы. Это мое".

Она могла справиться со стрижкой. Вероятно. Особенно с тех пор, как не было спасения. "Я не хочу процедуры для тела", - начала Ева. "Я не хочу уход за лицом. Я не хочу-"

"Да, да, бла, бла. Садись". Кто-то передал Трине "Беллини", который она сунула в руку Евы. "В любом случае, я приберег тебя для последнего, первого раунда. Мы здесь на время, если кто-нибудь захочет пойти снова. Приятно, что ты здесь делаешь ".

Ева подозрительно прищурилась, пока Трина раскладывала свои пыточные инструменты. "Что я здесь делаю?"

"Когда все здесь вот так. Луиза в порядке. Действительно хорошо. Получили прочную основу. Что касается меня, то у меня не так уж много способов нихуя не делать, но я не мог бы попасться на LC и застрять. Не такое уж большое падение, понимаешь? Но она сделала, потому что он был тем парнем. И теперь у нее целая пи &# 241;ата и все конфеты внутри. Приятно, что все собрались здесь, чтобы получить от этого удовольствие ".

Как только Ева расслабилась, когда она подумала, что здесь может быть какой-то узкий клочок взаимопонимания, Трина повернулась, и ее глаза превратились в щелочки. "Теперь, что, черт возьми, ты сделал с моими волосами? Взломал это, не так ли? Просто не мог оставить это в покое или позвать меня для сделки?"

"Я не сделал - я только. Это мои волосы".

"Ни разу я не брался за это ножницами, сестра. Тебе повезло, что я гений и гуманист. Я это исправлю, и я не буду брить их наголо посередине, чтобы подчеркнуть свою точку зрения ".

Трина схватила флакон и начала распылять туман на волосы Евы, пока та обрабатывала его пальцами. "Плюс тебе нужен уход за лицом и за глазами. У тебя есть некоторая усталость ".

"Это не усталость, это алкоголь. Я был пьян ".

"Я говорю, что у тебя есть усталость, у тебя есть усталость. Я знаю о даме Морриса. Болен этим, потому что это один из лучших людей - по всем статьям. Ты собираешься заполучить ублюдка, но ты не собираешься делать это со всклокоченными волосами и уставшей кожей. У меня есть стандарты ".

"Ты хочешь волосы? Возьми волосы, но оставь остальную часть меня в покое. У меня есть..."

Ее "ссылка запищала. Ева изо всех сил пыталась засунуть руку под мили плаща, в карман своего платья. Трина просто вмешалась, вытащила это. "Она занята", - отрезала она, даже когда Ева проклинала ее.

"Отпечаток нераспознанного голоса. Передача для Далласа, лейтенант Ева ".

"Дай мне это, черт возьми". Ева схватила, толкнула. "Даллас".

"Диспетчер, Даллас, лейтенант Ева. Явитесь на Перл-стрит, 509. Офицеры на месте. Тело на втором этаже, визуально идентифицированное как Сэнди, Род, объект вашего объявления."

"Место происшествия обеспечено?"

"Подтверждаю".

"Я в пути".

Прежде чем Ева закончила заявление, Трина сорвала плащ и вернула стул в вертикальное положение. "Должен ли я найти Пибоди?"

"Нет, она может остаться здесь. Я могу справиться с этим. Если кто-нибудь спросит, просто скажи, что я пошел спать ".

"Ты получил это".

Ева выскользнула из комнаты, начала убегать.

"Эй, эй!" Заметив ее, Пибоди, пошатываясь, пустилась в погоню.

"Ты не можешь убежать. Мы собираемся начать просмотр видео. У тебя-у тебя что-то есть, " сказала она, когда ей удалось сосредоточиться.

"У меня это есть. Возвращайся. Иди разберись ... что бы, черт возьми, там ни было внизу ".

"Нет, сэр. Я с тобой. У меня с собой немного протрезветь. Я могу быть на уровне довольно быстро. Это касается Колтрейн, так что я с тобой ".

"Хорошо, но сделай это быстро. Я должен пойти переодеться. И ты тоже, клянусь всем, что свято".

Когда Ева вызвала лифт, Мира поспешила к ней. "Что случилось?"

"DB ИДЕНТИФИЦИРОВАЛ себя как Сэнди. Я должен идти. Она должна протрезветь, если хочет войти ".

"Я хочу войти".

"Иди переоденься", - приказала Мира и обняла Пибоди за талию. "Я позабочусь об этом. Она встретит тебя наверху ".

"Десять минут", - отрезала Ева. Она запрыгнула в лифт, думая, что ни за что на свете ее партнер не будет чистым и трезвым за десять.

И, думала она, подъезжая, как бы сильно она ни старалась в тот день, у нее никогда не было шанса взять Рода Сэнди живым.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

ЕВА СНЯЛА ПЛАТЬЕ, НАТЯНУЛА БРЮКИ, рубашку, свое оружие. Она разыскала короткую кожаную куртку и, натянув ее, побежала трусцой вниз по лестнице. Она поняла, что недооценила Пибоди, когда ее партнер вышел из лифта в фойе вместе с Мирой и Мэвис.

"Я примерно на полпути к этому", - сказала ей Пибоди.

"Ты будешь на месте, когда мы прибудем на место, или останешься в машине. Ах, делай все, что, по твоему мнению, работает внизу, " сказала она Мире.

"Не волнуйся. Здесь все под контролем ".

"Мы полностью на высоте", - заверила ее Мэвис. "Я сказал Соммерсету "что", поэтому он пригнал твою машину".

"Хорошая мысль. Мы вернемся, когда мы вернемся. Пибоди."

Пибоди слегка побледнела, когда на нее подул свежий воздух, но села в машину с минимумом стонов.

"Если ты даже подумаешь о том, чтобы загрузиться здесь -"

"Нет, я прошел через это. Где сцена?"

"Опираясь на Перл".

"Я выровняюсь к тому времени, когда мы ... Откуда у тебя это транспортное средство?"

"Это мое. С этого момента мы будем использовать это ".

"Твоя, как твоя?" Пибоди изучала приборную панель. "Очень морозное приспособление".

"Используй это очень морозное приспособление, чтобы проложить кратчайший маршрут к 509 Жемчужине и определить, что это за здание".

Пибоди обращалась с просьбами. "Трехуровневый, с несколькими арендаторами, в настоящее время свободен. Реабилитация в ожидании разрешений. Вы хотите, чтобы маршрут был в тире или на аудио?"

"В тире. Я ненавижу, когда это говорит с тобой. Внутри пустующего здания, на втором этаже. Похоже, на этот раз убийца не хотел, чтобы тело нашли так быстро. Это здание находится за пределами территории Восемнадцатого, но недалеко. Отделение Колтрейн знало бы местность."

"Как насчет Каллендара и Систо? Мне нужно наверстать упущенное".

Ева заполнила пробелы, ускоряя свой путь в центр города.

Здание было приземистым и печальным, серая плита, щедро покрытая непристойными граффити. Окна разинуты - рты с зазубренными краями битого стекла, как плохие зубы. Некоторые из них были заколочены, и более чем несколько досок накренились по пьяни. Засов и цепочка на входной двери позабавили кого-то настолько, что он потратил время на то, чтобы разнести ее на куски.

Если бы он был в идеальном состоянии, это все равно было бы шуткой.

Двое черно-белых столкнулись носами у обочины. Пара полицейских в форме стояли на мелкой бетонной платформе перед входом, разинув рты. Они разорвали их, когда Пибоди и Ева выбрались наружу.

"Отдел убийств", - сказала Ева, доставая свой значок и прикрепляя его к поясу, пока Пибоди доставала из багажника походные аптечки.

"База данных на втором этаже. Мы - подмога. Первый, кто появляется на сцене, внутри. Место пусто - мы провели зачистку. Добавил пару огней, потому что там царит смола ".

Ева кивнула, изучая цепочку и засов. "Они не были скомпрометированы сегодня вечером".

"Нет, сэр. Мы патрулируем здесь. Так продолжалось пару месяцев в любом случае. Фанки-наркоманы провалились сюда. Владелец пожаловался, и мы прогнали их. Они просто находят другую дыру ".

Это воняло. Старая моча, старая блевотина, десятилетний слой пыли и копоти.

Полицейские включили один из своих полевых фонарей на первом уровне, поэтому тени танцевали над кучами тряпья, бумаг и разного мусора, оставленного наркоманами. Она представила, что недостающие половицы были помещены в ржавую металлическую банку, чтобы гореть для тепла. То же самое с несколькими недостающими ступеньками лестницы, подумала она, перешагивая через провалы по пути наверх.

Свет от ее походного набора осветил мышиное гнездо в одной из нор, детеныши, похожие на комочки с кожурой, сосали набухший живот своей матери. Позади нее Пибоди сказала: "Ууууу".

"Не говори "ууууу", ради Бога. Мы копы-убийцы ".

"Я не люблю мышей. Или, может быть, это были крысы. Они могли быть крысами. И папы там не было, значит, он где-то в другом месте ". Пибоди посветила фонариком влево, вправо, вверх, вниз. "Жду шанса забраться по штанинам моих штанов и укусить меня за задницу".

"Если это произойдет, не говори "ууууу". Лейтенант Даллас и детектив Пибоди, " позвала Ева. "Отдел убийств".

На втором этаже, в ярком свете фонаря, один из полицейских в форме направился к лестнице. "Офицер Гульден, лейтенант. Мой партнер взял под охрану девять абонентов "один-один". Ты хочешь их или сначала тело?"

"Тело".

"Он вон там. Пара мусорщиков вызвали его. Здесь нечего собирать. То, что осталось, даже наркоманам было не нужно, но они пришли, чтобы разобраться. Заявили, что нашли его, когда разбирали груду старых одеял. Сначала подумал, что он спит, потом понял, что он мертв. Вызвал это ".

"Гражданские мусорщики?"

"Да, каковы шансы? Но они доходят прямо до меня. У них нет оружия. Даже наклейки нет. Когда мы откликнулись, они направили нас к телу. Мы узнали его по ориентировке, вызвали полицию ".

Гилдер махнул рукой. "Вот он".

Ева стояла в дверях того, что в каком-то смутном прошлом могло быть экономичной квартирой. "Да, вот он".

Он сидел на грязном полу, спиной к стене. Он был раздет, оставив открытой маленькую дырочку и струйку крови из сердца на его обнаженной груди.

Не осталось ничего, что можно было бы убрать, подумала Ева. Убийца надеялся, что это будет читаться именно так. Она присела на корточки, чтобы изучить угол наклона тела и то, что его окружало.

"Здесь в пыли есть какие-то отпечатки, вероятно, от мусорщиков. Эти? Пятна? Убийца был запечатан, судя по всему, на нем были ботинки с места преступления. Все пошло по-другому, проходит несколько дней, неделя, больше пыли. Ты не видишь пятен. Выстрел в сердце, прямо в цель. Один удар, тонкое лезвие. Близко и лично. Подтверди личность и ТОД, Пибоди."

Ева запечатала, достала пару микрогогглов и приблизилась к телу. "Вероятно, от стилета", - сказала Ева, осматривая рану. "Не хочу никаких брызг, никакого беспорядка. Хочу, чтобы это было сделано быстро. Набросьте на него тряпки и бесполезный брезент. Ты можешь пройти прямо мимо этой кучи в темноте. Окно заколочено. Кто-нибудь найдет его, наркомана, спящего на тротуаре, мусорщика, большинство из них не собираются сообщать об этом ".

"Отпечатки подтверждают. Род Сэнди, " сказала Пибоди. "Сегодня в час пятнадцать утра".

"Умный. Умный. Дай ему время запаниковать, попотеть, немного побегай с ним. Тогда замани его сюда, когда он настолько запутался, что не может ясно мыслить. Тебе нужно увести его куда-нибудь внутрь, укрытым, с трассы. Ты бы добрался сюда первым, замани его наверх. Он, должно быть, вспотел. Он не хочет оставаться в таком месте, как это. Ему нужно выбраться, ты должен помочь мне выбраться. Я не могу оставаться в этой крысиной норе. И это похоже на "успокойся, все получилось". Вы могли бы даже положить руку ему на плечо. Держит его ровно, дает тебе цель, пока ты смотришь ему в глаза и протыкаешь его ".

Она сняла защитные очки. "Разденьте его, чтобы выглядело так, будто его убили из-за его одежды, из-за того, что у него в карманах. Но не так уж умно его прикрывать. Это слишком. Точно так же, как один выстрел в сердце - это слишком много. Это не ограбление МО. Ты переосмыслил это, вот что ты сделал. Здесь тоже есть немного выпендрежа".

"Убийца должен был его немного попортить", - вставила Пибоди. "Затем оставил его поверх тряпья, а не под ними".

"Это верно. Смертельный выстрел указывает на мастерство. В этом есть гордость. Никаких посмертных ран, которые вы бы увидели, если бы его повалили, пока кто-то стаскивал с него одежду. Но он должен был быть осторожен, не оставлять следов. В любом случае, все это пустая трата времени, потому что мы не идиоты ".

Она выпрямилась. "Давайте вызовем уборщиков и морг. Я возьму на себя падальщиков".

Они выглядели типично, размышляла Ева. Два человекоподобных комка, настолько покрытые одеждой и грязью, что было почти невозможно определить пол или возраст. Они сидели на полу, между ними стояла корзина на колесиках. В нем было больше одежды, обуви, того, что могло быть сломанными игрушками и любым количеством поврежденной электроники.

Они идентифицировали себя как Кип и Боп.

"Официальные имена были бы оценены".

"Мы их не сдержали", - сказал Кип. "Мы выполняем только то, что хотим".

Боп сжимал огромную сумку. "Мы храним их, используем и продаем. Это никому не причиняет вреда ".

"Хорошо. Вы пришли сюда в поисках вещей, которые могли бы оставить, использовать или продать?"

"Они больше никому не нужны". Кип пожал плечами. "Здесь никто не живет. Никому нет дела".

"Ты видел здесь кого-нибудь еще?"

"Человек, который мертв".

"Может быть, ты тоже заходил сюда прошлой ночью".

"Нет. Прошлой ночью мы были на Бликере. Леди там оставляет вещи каждую пятницу вечером, и это хорошая добыча, если вы доберетесь туда быстро ".

"Хорошо. Во сколько ты пришел сюда сегодня вечером?"

Кип поднял руку, постучал по разбитой поверхности своего наручного устройства. "Это всегда одно и то же время. Вот что. Мы входим, поднимаемся на верхний этаж, чтобы мы могли разобраться с этим внизу. Наверху не так много, поэтому мы спускаемся и работаем над этим. Может быть, мы найдем хорошее одеяло или несколько носков в куче. Но мы нашли человека, который мертв ".

"Ты брал что-нибудь у него или из кучи?"

"Мы нашли его довольно быстро. Не бери у мертвых ".

"Ты отправишься в ад другим", - сказал Боп с мудрым кивком.

"Что ты сделал потом?"

"Мы называем девять единым и одну. Это правильно".

"Да, это правильно. У тебя есть "связующее звено"? На вопрос Евы Боп крепче сжал сумку.

"Это мое!"

"Это верно. Это твое. Спасибо, что воспользовались этим. Мы можем отправить тебя в приют, если хочешь ".

"Не люблю убежища. Кто-нибудь наверняка заберет твои вещи ".

Ева почесала за ухом. "Хорошо. Как насчет провала на пару ночей. Комната, кровать. Нет убежища".

Кип и Боб обменялись взглядами. "Где сейчас?" - Потребовал Кип.

"Офицер Гилдер, есть ли поблизости отель, в котором они смогут остановиться на пару ночей?" На город".

"Конечно. Я знаю место на Броуд. Метро вооружается".

Мусорщики обменялись еще одним взглядом. "Мы не платим?"

"Нет, город платит, чтобы выразить признательность за вашу помощь". Хотя ее обещания все еще были запечатаны, Ева не стала пожимать руку.

"Не нужно убивать ни за что", - сказал Кип.

"Люди все равно оставляют это", - добавил Боп.

Выйдя на улицу, Ева изучала здание и тех, кто его окружал, пока уборщики входили и выходили. "Если вы живете или работаете где-то здесь, вы знаете здания, подобные этому. Территория убийцы, с тем преимуществом, что она находится далеко-далеко от территории жертвы ".

"И без Кипа и Бопа мы будем гоняться за Сэнди несколько дней, а может, и больше. Все стрелки указывают на него из-за Колтрейн. Когда мы находим его, все выглядит так, будто он залег на дно, его перевернули, убили. Вы могли бы истолковать, что он сбежал, чтобы избежать ареста - и что, будучи близок с Алексом, Алекс остается подозреваемым по делу Колтрейн ".

"Ты мог бы истолковать".

"За исключением нашего девиза". Пибоди напустила на себя серьезный вид. "Мы не идиоты".

"Слишком плохо для Сэнди, он был. Пойдем, напишем это".

"Я боялся, что ты собираешься это сказать".

В Центре было много событий в темные часы. Скулеж уличных журналистов, стоны или хихиканье наркоманов, рыдания жертв. Ева закрылась в своем кабинете, чтобы перевести свои записи в отчет.

Когда ее "линк подал сигнал, она набросилась на него. "Каллендар. Дай мне."

Каллендар ухмыльнулся. "У меня есть кое-что. Позвольте мне начать с большой, сочной отрыжки. Фактически, два. Подтверждены сообщения с Омеги в Нью-Йорк. Как отправка, так и получение по незарегистрированным ссылкам. И да, детка, это была бы та же самая ссылка, которая использовалась на родной планете. Они совпадают".

"О да, детка", - эхом повторила Ева.

"Зашифрованные передачи отсюда туда не регистрировались. Большой запрет на посещение дворца вечеринок Омеги ".

"Ты можешь их нарушить?"

"Никакое шифрование не победит меня. Но это займет немного времени и пару часов сна. Тем временем Систо немного поболтал с собутыльником нашего старого друга Сесила Руша, который также случайно оказался на связи в то время, о котором идет речь. Парень по имени Арт Зибан. Зебан прикинулся дурачком в прыжке, но поумнел, когда Систо оперся на него. Систо сообщает, что он наслаждался букетами. Зебан утверждает, что Руш давал ему по тысяче за штуку, чтобы не регистрировать трансвеститов. Просто услуга приятелю с компенсацией ".

"Это хорошо".

"Лучше то, что Gs включал в себя стирание записи о нарушении гигиены Рикером".

"Это ушло".

"Пожалуйста". Каллендар взмахнул рукой в воздухе, как будто отгоняя комара. "Ничто никогда не исчезает, когда я рядом. Я выкопаю это. Тем временем, тем временем, я получил разрешение на обыск в квартире Руша."

"Знает ли он?"

"Пока нет. Мы-"

"Держи его в неведении. Убедитесь, что он не сможет установить какой-либо контакт на планете - или за ее пределами. Никаких сообщений. Заверни его, Каллендар, и заверни покрепче. Приведи его и его собутыльника домой ".

"Все кончено с этим. Это дерьмо веселое!"

"Пока вы развлекаетесь, убедитесь, черт возьми, что ничего из этого - ни малейшего намека на это - не просочится к Рикеру. Я хочу, чтобы его закрыли. Если у начальника тюрьмы возникнут проблемы, он может связаться со мной. Но Рикер закрыт до дальнейшего уведомления ".

"Всего", - сказал Каллендар и отключился.

Ева добавила новые данные, затем поднялась, чтобы расширить свою доску убийств.

"Со мной все ясно", - сказала Пибоди, входя. "Если вы не хотите уведомить ближайших родственников сегодня вечером, мы ... " Она замолчала, когда заметила дополнения к доске. "У тебя снова что-то есть".

"Каллендар подтверждает передачу "Омега". Они зашифрованы, но она говорит, что может это взломать. И она сопоставила отправку и получение на планете с найденной Фини ссылкой. У нее есть технология-" Ева постучала по фотографии Зибана. "Подкуп охранника Рикера дал ему взятку, чтобы он убрал их из журнала и стер запись душа Рикера. Но она говорит, что может восстановить ".

"Она хороша. Макнаб говорит прямо. Это слишком много подкупа ".

"Да, дача взятки в исправительной колонии. Я был потрясен. Это пищевая цепочка, " пробормотала Ева. "Рикер наверху. У тебя есть Сэнди, и Руш, и Зебан, и, возможно, еще кто-то под этим. Но есть связь между Рикером и Сэнди. Этот уровень. Нам нужно заполнить это, чтобы все это сохранилось ".

Она обернулась, нахмурилась. "Который час во Франции?"

"Um."

"Я тоже не знаю. Я не должен был знать. Рорк бы знал, но он в Вегасе. Я тоже не знаю, который там час ". Она махнула рукой, прежде чем Пибоди смогла сообщить ей. "Найдите мне главного французского копа, того, кто контролирует район, где живет бывшая Руша. Я хочу, чтобы за ней присматривали. Мне нужно, чтобы ее сообщения отслеживались ".

"Возможно, тебе больше повезет с Global".

"Они жадные. Они захотят, чтобы она принадлежала им. Давайте сначала попробуем местных ".

Потребовались убеждения, задабривание и, в конце концов, упоминание о незаконных средствах и значительных товарах, купленных на эти незаконные средства - все размещенные во Франции - чтобы обеспечить сотрудничество.

Возможность конфискации нескольких миллионов стоила времени и усилий, потраченных на то, чтобы следить за одной Луанн Дебуа и отслеживать ее сообщения.

"Это займет время", - пожаловалась Ева, когда они спускались к гаражу. "Надлежащее разрешение - что означает бюрократическую неразбериху - прежде чем они смогут внедрить часы. Но у него заблестели глаза, когда я рассказал об отмывании денег, видя, что в результате это происходит, в первую очередь, на его территории ".

"Ты получишь это, и Каллендар справится, мы прижмем Рикера. Не указывает и даже не идентифицирует своего следующего командира здесь ".

"Работаю над этим".

Пибоди остановилась и сузила глаза, когда Ева подошла к своей машине.

"Я этого не понимаю. Я просто не понимаю, почему тебе приходится выбирать что-то настолько уродливое, когда ты мог бы получить все, что угодно. Например, 2X-5000, или большой, крепкий вездеход, или ...

"Это выбирал не я, это сделал Рорк".

"Ты разбиваешь все мои надежды и мечты".

"Потому что он достаточно умен, чтобы знать, что это сочетается. Никто не посмотрит на это дважды. Ты хочешь, чтобы тебя подвезли домой или нет?"

"Я не собираюсь домой". Пибоди вмешалась раньше Евы. "Я возвращаюсь к тебе домой. Все мои вещи там, и именно туда придет Макнаб, когда вернется. Плюс, поздний завтрак ".

Ева почувствовала предупреждающую пульсацию в глубине ее глаз. "Их все еще нет. Так ли это? Почему?"

"Потому что таков был план, и да, так оно и есть. Я зарегистрировался ".

"Я собирался зайти в морг".

"Почему?"

"Потому что. Мы могли что-то упустить ".

"Я отмечу морг отсюда, пока ты отвезешь нас в маголичный завтрак "шведский стол"".

Жизнь должна была быть, сказал Моррис, иначе в чем был смысл? В данный момент она, возможно, хотела бы, чтобы это было в другом месте, но она смирилась с поражением. Она могла бы работать из дома, сказала она себе. Прятаться в ее офисе, пока поток женщин в доме, наконец, не уйдет. Она могла бы поработать над закреплением этого последнего звена, пока ждала, когда Каллендар завершит работу.

Ей нужно было разобраться с Раушем, и нужно было обсудить эту сделку с офисом окружного прокурора. Что ж, АДА Шер Рео отсыпалась после ночи пьяного разгула, как и все остальные, так что это было бы кстати.

Плюс, у нее тоже была Мира прямо на месте. Мира была бы хороша с дополнительным профилированием.

Они хотели поздний завтрак? она подумала. Прекрасно. Но они собирались работать для этого.

Она скользнула взглядом вправо и заметила, что Пибоди привалилась к двери и погасла, как огонек.

Ладно, они будут работать над этим, как только проснутся.

Рассвет украшал воздух, когда она приближалась к дому. Вероятно, так же хорошо, что они спали, решила Ева. Это дало бы ей время перезарядиться, подумать, сменить темп, поработать над некоторыми аспектами без кучи отвлекающих факторов.

Тихо, подумала она. Ей определенно не помешала бы тишина.

Она толкнула Пибоди в плечо и получила шокированное фырканье от своего партнера. "Просыпайся, входи, поднимайся, ложись спать".

"Я проснулся. Я хорош. Где. . . ох. Снова дома".

"Не привыкай к этому. Отдохни пару часов. Ты можешь поесть, когда встанешь, тогда ты в деле, пока я не скажу иначе ".

"Хорошо. Хорошо". Она потерла глаза, следуя за Евой к двери. "Ты идешь ко дну?"

"Я хочу воспользоваться тишиной, пока-"

Она открыла дверь, и пронзительный крик заставил ее потянуться за оружием. Пибоди схватила Еву за руку. "Не опускай руки. Это ребенок ".

Ева держала руку на своем оружии, в то время как в ушах у нее звенело от воплей. "Это невозможно. Ничто настолько маленькое не может издавать эти звуки ".

Но она последовала за звуками в гостиную, где одетая в пижаму Мэвис вела визжащую, покрасневшую Беллу.

"Эй!" Мэвис шла, похлопывала, покачивалась. "Ты вернулся. Извини, она немного привередлива ".

"Звучит так, будто ее зарубили топором". Более того, подумала Ева, как будто она хотела зарубить кого-то другого топором.

"У нее хорошие легкие".

Ева вздрогнула, когда Мира - Мира в халате цвета павлина - поднялась с дивана. "Вот, милая, позволь мне взять ее ненадолго. Иди к тете Чарли, малышка. Да, вот и мы ".

"Фух". Мэвис схватила кружку со стола, выпила. "Я привел ее сюда, чтобы у нее наверху не лопнули барабанные перепонки. Она определенно взбешена ".

"Почему? Что ты сделал? Это не может быть нормальным. Ты врач", - добавила Ева, указывая на Миру. "Ты должен что-то сделать".

"Я есть". Мира ходила, гладила, напевала. "У нее просто режутся зубки, и она злится, не так ли, бедняжка? Бедная Белль. Держу пари, тебе не помешало бы немного кофе ".

"Держу пари, она могла бы", - пробормотала Ева.

Мэвис встала, протягивая Мире какое-то розово-голубое устройство, которое Мира вставила в рот Белл, затем Мэвис налила еще одну кружку кофе. "Вот так. Пибоди?"

"Да, спасибо".

Поскольку то, что грызла Белль, сводило крики к сосущим звукам и хныканью, Ева пила. "Итак ... все остальные спят".

"Насколько я знаю", - сказала ей Мэвис. "Некоторые спали внизу, смотря видео. Другие уползли в отведенные им комнаты. У всех был мега-взрыв. Извини, что тебя отозвали ".

Ева настороженно следила за Белль, чьи глаза остекленели, когда она сосала. "Эта штука накачана транквилизаторами? Это законно?"

"Нет, это не транквилизатор; да, это законно. Это холодно. От холода ее воспаленным деснам становится лучше ". Мира погладила Белль по щеке своей собственной. "Она измотала себя. Разве ты, милая, только что не измотала себя? Звонок был связан с делом Колтрейн?"

"Да, один из наших главных подозреваемых в морге". Ева держалась настороже, на случай, если ребенок решит извергнуться снова. "Каллендар нанес горячий удар по Омеге. Я жду ответа от нее. Мне нужно просмотреть пару строк. Я мог бы... я поднимусь".

"Тебе нужен мой вклад?"

"Это может подождать".

"Я могу взять ее". Мэвис подвинулась, потянулась к Белл. "Она почти готова снова спуститься. Бедный маленький пупок, ты у мамочки. Спасибо", - сказала она Мире.

"Мне это понравилось".

Сбитая с толку, потому что заявление казалось искренним, Ева направилась наверх. "Рео все еще здесь, не так ли?"

"Да. Она пошла спать около двух, я думаю. Вы тоже ищете информацию от ADA?"

"В какой-то момент, да".

"Почему бы мне не пойти за ней?"

"Это могло подождать ... Но почему это должно? Да, почему бы тебе не пойти и не забрать ее?" Ева продолжила подниматься в свой кабинет и оглянулась на Пибоди. "Я сказал, что у тебя может быть пара часов".

"Я проснулся. И я голоден. Я собираюсь достать кое-что для завтрака, если мы собираемся проконсультироваться. Вы ищете белок или углеводы?"

"Неважно". Ева повернула в свой кабинет. Она пошла прямо к своей доске и обновила ее. Когда она начала просчитывать вероятности, Пибоди поставила тарелку и свежую кружку кофе на ее стол.

"Яичница с беконом показались мне подходящими. Доктор Мира, как насчет завтрака? Я выполняю их".

"Ох. Это идея ". Вошла Мира, подошла к доске. "Все, что есть у Евы, прекрасно". Она изучила фотографию Сэнди, на которой был убит. "Одна рана?"

"Да. Одна палка, прямо в сердце".

"Снова личное. Завершите работу. Другое оружие, иная методология, чем у Колтрейн, но те же чувства, если хотите. Ему нравится смотреть, как он умирает. Любит быть связанным. Относитесь к этому по-деловому, но не отстраняйтесь ".

"Убийство - это бизнес для копов. Можно сказать."

"Оставляя его обнаженным. Унижение, например, с использованием собственного оружия Колтрейн против нее, забрав его и ее значок с места преступления ".

"Думаю, да". На мгновение это сбило ее с толку - и Ева поняла, что этого не должно было быть, - видеть женщину, которая только что обнимала и успокаивала кричащего ребенка, а в следующую минуту хладнокровно составляет портрет убийцы.

"Это прикрытие, способ сделать вид, что его раскрутили и дело с концом", - продолжила Ева. "Например, похищение драгоценностей Колтрейн, ее кошелька было или могло быть истолковано как сокрытие, чтобы изначально это выглядело как ограбление. Но за этим следует унижение. Это благо. Он был накрыт потрепанными одеялами, грязной одеждой, мерзким брезентом".

"Убийца невзлюбил его, посчитал малоценным. От них легко избавиться".

"Рикеру нравится избавляться от людей, которые перестают быть ему полезными".

"Возможно, Рикер и заказал убийство, но человек, который его выполнил, выбрал бы - или, конечно, мог - метод. Время, место. Спасибо тебе, Пибоди." Мира села с тарелкой, которую принесла ей Пибоди. "Ты сосредоточен на команде Колтрейн. Давайте посмотрим на них ".

"Я чувствую запах еды". Шер Рео, растрепанная, в пижаме, усыпанной желтыми маргаритками, остановилась по пути в комнату, чтобы понюхать воздух. "И кофе. Еду и кофе, пожалуйста ".

"Я могу быть официанткой". Мэвис последовала за Рео в комнату. "Белль спит, а я умираю с голоду. Я чувствую себя как французский тост ".

"Ммм", - сказал Рео. "Французский тост".

"Я сделаю это двумя. Эй, Надин, хочешь поужинать втроем с французскими тостами?"

"Я был бы дураком, если бы не. Кого убили?" Спросила Надин, когда вошла. "Мира бы не разболтала".

"Иисус, уходи", - приказала Ева, но удержалась, чтобы не дернуть себя за волосы. Или Надин. "Я работаю".

"Я сохраню это без протокола". Надин схватила ломтик бекона с тарелки Евы. "Я могу помочь. Мы умные девочки. Давайте раскроем какое-нибудь преступление!"

Когда она потянулась к кружке Евы, Ева схватила ее за запястье. "Произойдет еще одно убийство, если ты прикоснешься к моему кофе".

"Я пойду за своим". Но она первой подошла к доске и нашла фотографию Сэнди. "Один в сердце. Никакой суматохи, никакой суеты".

Ева нахмурилась, когда Надин направилась на кухню. Черт возьми, они были умными девушками.

"Ладно, все в порядке. Рео, закрой чертову дверь, пока сюда еще кто-нибудь не забрел ". Затем она выдохнула, когда Луиза сделала именно это.

"Я не мог уснуть, так что ... О, французский тост!"

"Она умная девочка", - отметила Надин и подошла, чтобы закрыть дверь сама. "Мэвис, Луиза хочет французский тост. Мы помогаем Далласу в одном деле ".

Ева с трудом подавила желание побиться головой о стол. "Все просто сядьте и заткнитесь. Надин, я не хочу, чтобы что-то здесь было в эфире, пока я это не проясню. И я не хочу видеть ничего из этого в чертовой книге ".

"Я ничего не выпущу в эфир без вашего разрешения. Что касается книги? Хммм, интересно."

"Я серьезно. Луиза, ты отвезешь свой медицинский фургон в Перл, не так ли?"

"Конечно".

"Вы когда-нибудь лечили пару мусорщиков по имени Кип и Боп".

"На самом деле, я так и сделал. Они-"

"Ты можешь остаться. У меня могут возникнуть вопросы. Рео, позволь мне рассказать тебе об этом охраннике на Омеге."

Поскольку они были, Ева принялась за яйца, одновременно подводя итог связи Сесиль Руш с Рикером.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

ЭТО БЫЛО НЕЛЕПО - ИНФОРМИРОВАТЬ ГРУППУ женщин - в основном гражданских - об убийстве. Женщины в пижамах, подумала Ева, просматривая это для Рео. Женщины в пижамах едят французский тост и откусывают кусочек бекона.

Умные девочки, хорошо. Но все же. Кроме Пибоди, Рео и Миры, что они знали о работе полицейского? Она могла бы растянуть это для Надин, предположила она. Работа в криминальном отделе дала Надин некоторое представление. И ей можно было доверять, что она не поставит историю выше этики. Это было что-то.

Возможно, Луиза была не так уж далека от истины. Будучи врачом, она лечила множество жертв. Что касается Мэвис, она знала улицы, что здесь было неприменимо. Но она все равно в основном подавала кофе.

Что за черт.

"Итак, вы хотите заключить сделку с Рушем, дать ему стимул сдать Макса Рикера - и его нью-йоркского связного, который, по вашему мнению, убил и Колтрейн, и Сэнди".

"Да. Если у Руша есть имя."

"Если они у него есть", - согласился Рео. "И оказать на него давление, чтобы он выставил Макса Рикера организатором убийств. Рикер, который уже отбывает несколько пожизненных заключений в самом суровом исправительном учреждении, которое у нас есть. Мы больше ничего не можем с ним сделать, в любом реальном смысле, но Руш, соучастник до и после, возможно, в сговоре с целью убийства - он заплатит за это. Если Каллендар даст тебе то, на что ты надеешься, у тебя будет достаточно для этого, и достаточно, чтобы подтолкнуть его к тому, чтобы назвать тебе имя настоящего убийцы - если оно у него есть."

"Дело не в этом. Если Рикер нажал на кнопку, и он чертовски хорошо это сделал, он должен понести ответственность." Ева не могла - не хотела - сдвинуться с этого единственного пункта. "Обвинен, предан суду и признан виновным в этих двух убийствах. Один из них полицейский. Может быть, добавленная еще пара пожизненных сроков практически ничего не значит. Но они имеют значение. Это важно для Колтрейн ".

"Возможно, закон не сможет заставить его заплатить, в каком-либо реальном смысле, больше, чем он уже заплатил". Луиза посмотрела на доску убийств и фотографию Колтрейн. "Но если он не привлечен к ответственности, это не правосудие, не так ли? Два человека мертвы, потому что он хотел их смерти ".

"Правосудие также включает семьи и тех, кто любил жертв", - добавила Мира. "Они имеют на это право".

Рео выдохнула. "Я не возражаю, и мне придется выложить все это - и даже больше - чтобы убедить моего босса дать Рикеру метафорическую пощечину и позволить другой рыбке сорваться с крючка, чтобы сделать это. Но он не пойдет на это, Даллас. Руш и технология, они не уходят ".

"Я не хочу, чтобы они это делали. Получение и обмен взятками, вмешательство в систему безопасности, фальсификация документов, отмывание денег. Мы можем прижать и его бывшую жену, что добавляет давления. Он отсидит в клетке, но я держу пари, что Рауш сочтет срок в десять лет подарком против пожизненного ".

"Обвините его в заговоре с целью совершения преступления", - предположил Рео, "затем разберитесь с этим. Я передам это своему боссу, если вы получите то, что нам нужно. Но эта сделка будет зависеть от того, что Руш предложит на стол. Как вы думаете, он знает имя убийцы?"

"Настоящая личность - нет. Я полагаю, он прошел через Сэнди. Но он может знать достаточно, чтобы сузить поле. И он может знать достаточно, чтобы помочь нам перекрыть воронку, через которую Рикер финансирует свою операцию. Если у него в кармане все еще есть один полицейский, то, вероятно, у него их больше ".

"Ты уверен, что это коп?" Спросила Надин.

"Не только полицейский, но и один из команды Колтрейн". Она выводила данные на свой настенный экран. "Делонг, Вэнс, ее лейтенант. Авторитетная фигура, которая любит держать все в секрете. Семейный человек. Двадцать лет работы, больше административных интересов и навыков, чем следственных. Он редко работает в поле, но делает это при случае ".

"Он предпочитает постоянный поток", - сказала Мира, когда Ева кивнула ей. "Хотя он и обладает твердыми лидерскими качествами, он лучше подходит для руководства этим небольшим подразделением, чем для руководства более крупным и сложным отделом".

"О'Брайан, Патрик. Детектив, " продолжила Ева. "Старший в отряде. Откройте для себя вики. Утверждает, что предпочитает более медленный темп своей команды работе, которую он привык выполнять. Его личные отношения с Колтрейн считаются чем-то вроде сделки отца и дочери. С тем, как организована команда, он - и другие - были бы партнерами, если бы Делонг поставил их в пару ".

"Он был бы, на мой взгляд, самым надежным членом команды. Другие уважали его ", - добавила Мира. "Мое ознакомление с файлами и заметками Далласа показало, что отделение доверяло его мнению больше, чем мнению своего лейтенанта. Он лидер команды ".

"Колтрейн не стала бы его допрашивать", - сказала Пибоди. "Если бы он связался с ней, сказал ей, что она нужна ему по делу, для продолжения, для любой операции, она бы сделала именно то, что, по нашему мнению, она сделала той ночью. Возьми ее оружие, выйди ему навстречу. Но ... Ну, он выглядел очень грустным на ее поминках. И пришла его жена. Это было искренне ".

"Иногда, для некоторых, убийство - это просто бизнес", - сказала Ева.

"Верно". Мира кивнула в знак согласия. "И этот бизнес можно рассматривать отдельно от искренности. Копы очень часто разделяют свои эмоции. Человек с его долголетием потенциально может совершить поступок, как работу, которую нужно выполнить, и сожалеть о потере друга или коллеги. У него есть зрелость, необходимая для контроля убийств, и опыт. Но личные элементы поступков не совсем соответствуют его профилю, опять же, на мой взгляд. Унижение обеих жертв".

"Возможно, это было частью приказа", - предположила Луиза. "Часть задания".

"Достаточно верно", - признала Мира.

"Он бы не использовал слово "пизда". В послании ко мне." Ева изучала лицо О'Брайан. "Это слишком грубо для его типа. "Сука", но не "пизда". К тому же, я не думаю, что он навел бы на меня хвост. Он слишком опытен. Делонг бы сделал, но не О'Брайан. На данный момент он последний в моем списке ".

Она заговорила о следующем. "Клифтон, Дэк, детектив. Теперь он использовал бы "пизда". И он бы поджал хвост. Он самоуверенный, самодовольный и далеко не так хорош, как сам о себе думает. Самый молодой мужчина в отряде, думает, что он дамский угодник, и приударяет за Колтрейн. Она отклонилась ".

"Парни это ненавидят". Надин отрезала еще кусочек французского тоста. "Убийство - это немного экстремально, но они это ненавидят".

"В убийствах есть элементы гнева", - отметила Мира. "Эта потребность или это наслаждение в убийстве крупным планом. Задержка с убийством Колтрейн, чтобы она знала, что за этим последует. Снова унижение. Я бы ожидал от людей его типа наличия признаков сексуального насилия. Если не настоящее изнасилование, то какое-то приставание. Доказывающие его власть над ней ".

"Возможно, Он сделал это, не оставив следа, знака". Луиза обдумала полученные данные. "Прикосновение к ней или словесное оскорбление. Ты не думаешь, что это он", - сказала она Еве. "Почему?"

"Я бы хотел, чтобы это был он. Он придурок. Но он горячая голова, в куртке, на которой написано "чрезмерная сила", "неподчинение". Рикер стремится быть умнее, хладнокровнее. С другой стороны, он, возможно, был единственным, кого Рикер мог получить в этом деле. Он не вышел из этого, он просто не первый в моем списке ".

Она двигалась дальше. "Ньюман, Джош, детектив. Легкое прикосновение, успокаивает. Не высовывается и выполняет свою работу ".

"Он тоже не первый в твоем списке". Мэвис стояла у доски с тарелкой в руке. "Это женщина". Она съела еще кусочек, повернулась туда, где сидела Ева. "Это должна быть женщина. Она подходит как нельзя лучше ".

"Почему?" Надин хотела знать.

"Ну, господи, Колтрейн, возможно, уважала своего лейтенанта и старика. Возможно, этот засранец ей понравился, даже если она отмахнулась от него в ответ. Потому что, эй, у Морриса и у нее был хороший вкус. Может быть, она тоже прекрасно ладила с этим последним парнем. Но она и этот? В клубе только женщины, верно? У них будут вещи другого рода. Женщины наговаривают друг на друга всякую чушь и говорят о том, что они делают не с пенисами. Посмотри на нас. Прости", - резко сказала она Мире. "Наступаю на твое место".

"Нет, это интересно. Ваша идея заключается в том, что Клео Грейди убила Колтрейн, потому что они были женщинами. "

"Я просто подумал, что она подошла бы ближе, чем другие, узнала бы больше о том, что было, когда Колтрейн была не в себе - ну, вы знаете, время R & R. Как будто она не собирается рассказывать этому мудаку, что у нее месячные и она хочет горячую ванну, или старику, что у нее возбуждение и ей не терпится наброситься на Морриса. Вот так. Этот, вероятно, знал все это ".

"И знала бы больше, чем другие, что той ночью она будет дома одна". Надин поджала губы. "Хорошая шутка, Мэвис".

Мэвис усмехнулась, пожала плечами. "Хорошо", - сказала она Еве, - "я права или я ошибаюсь?"

"Ты выиграешь премию "Умная девочка".

"Верхний город!"

"Грэйди - твой расцвет? Ты мог бы сказать мне", - пожаловалась Пибоди.

"Я не поднимал ее до сегодняшнего утра. Она хладнокровна, но в ней есть что-то такое, что возбуждает. Вот кольцо. Ладно, ты принимаешь это, потому что играешь в то, чтобы это выглядело как ограбление. Но вы не отправляете это обратно вместе со значком и оружием. Ты их выполняешь. Мужчина мог бы сделать то же самое, ради трофея. Но ей нравятся украшения - утонченные, стильные. Так что это элемент. Колтрейн, возможно, сказала всему отделению, что проведет вечер дома одна, но, учитывая ее тип, она, скорее всего, обсудила бы это с Грейди. К тому же, она и Грейди работали над делом вместе. Больше возможностей. И возможность для Грейди пометить ее, сказать ей, что у нее есть что-то горячее в расследовании. И Рикеру нравится использовать женщин. Ему нравится использовать их, причинять им боль, избавляться от них. Для него выгодно противопоставлять одно другому ".

"Сэнди". Пибоди отставила тарелку и встала, чтобы подойти к доске. "Женщине было бы легче сблизиться с ним. Сыграй на его эго, и у него было бы меньше причин - в его сознании - беспокоиться о ней физически ".

"Однако физическое состояние - это фактор, не так ли?" Надин указала на фотографию Грейди. "Разве убийца не отнес Колтрейн в подвал? Или ты думаешь, что Сэнди был там и выполнил тяжелую работу?"

"Может быть. Но она могла бы это сделать ".

"Я понес Даллас вниз". Пибоди улыбнулась. "Мы воспроизвели".

"Исходя из предположения, что это твой убийца, она бы не хотела, чтобы он был там. Или кто-нибудь еще там." Мира махнула своей кофейной чашкой. "Принимая во внимание теории, это был бы разговор один на один, от женщины к женщине. Возможно, по приказу, но личному."

"Тебе нужно больше, чем теории. Прости." Рео развела руками. "У вас нет ни вероятной причины, ни свидетеля, ничего, что указывало бы на вашего подозреваемого на обоих местах преступления. Если только Руш не работал с ней напрямую и не может дать нам какую-нибудь главу и стих - или Рикер не придет в ярость и не решит наброситься на нее ради забавы - нет никаких физических доказательств и никаких реальных косвенных улик ".

"Дерьмовый город". Мэвис плюхнулась задницей на стол Евы. "Потому что все мои мурашки говорят, что эта сука виновна".

"Обычно для осуждения требуется нечто большее, чем покалывание", - отметил Рео. "Сначала Каллендар должен пройти через это. Тогда, учитывая это, Руш должен проболтаться. В принципе, мне может понравиться эта теория, но с моей точки зрения, у тебя на нее не больше информации, чем на любого из них. Которые ничем не являются ".

"Мурашки должны учитываться", - запротестовала Мэвис. "Кроме того. Упс!" Она соскользнула со стола. "Белламина проснулась", - сказала она, похлопав по большой розовой бабочке, приколотой у нее над ухом. "Ча!"

"Мэвис", - позвала Ева, когда Мэвис бросилась к двери. "Спасибо за вклад".

"Эй, мы, хромосомы с двойным Икс, должны держаться вместе".

"Некоторые из остальных, вероятно, уже зашевелились". Луиза поднялась на ноги. "Я соберу их и отведу в столовую, и не буду им мешать".

"Я думаю, вечеринка подходит к концу". Надин вытянула ноги. "Я могу провести некоторое исследование, посмотреть, смогу ли я найти где-нибудь, где путь Рикера мог пересекаться с этим Клео Грейди. Они должны были где-то соединиться. Я так понимаю, вы проверили ее карманы. Маловероятно, что она убила двух человек из-за любви или забавного фактора ".

"Я изучил ее финансовые показатели настолько, насколько мог, не имея вероятной причины копать глубже. Я полагаю, что ей заплатили, но я не сбрасываю со счетов забавный фактор - или то, что такие люди, как она, считают любовью. Рикеру нравились женщины помоложе.

"Но это вернется", - размышляла Ева. "Эта связь не будет недавней. Она не появилась при зачистке после того, как мы его арестовали, но она не новобранец. Это означает, что на ней есть несколько слоев, и какое-то время ".

"Если ты найдешь мне связь между ней и Рикером - что-то надежное - я могу использовать это и ее связь с Колтрейн. Возможно, я смогу получить ордер на обыск и разрешение на более глубокое проникновение в финансовые дела ". Рео обдумал это. "Если ты сможешь заставить Руша сказать, что у Рикера есть кто-то в команде Колтрейн. Мне не нужно имя, просто подтверждение того, что у Рикера есть кто-то внутри этого подразделения, я могу получить ордера. Может быть, ЯБ-"

"У них на нее ничего нет", - сказала Ева Рео. "Я проверил".

"Ну, может быть, им стоит посмотреть еще раз".

"Я еще раз взгляну на ее досье", - сказала Мира. "И ее биографические данные. Я составлю более полный профиль ".

"Я напишу это, проверю вероятности". Пибоди встала, чтобы собрать пустые тарелки. "Пока Надин ищет тот пересекшийся путь с Максом Рикером, я могу поискать его между Грейди и Сэнди. Возможно, он завербовал ее."

"Или она завербовала его". Ева заказала дополнительные данные на экране - разделенный экран. "Сэнди, Грейди, Алекс Рикер. Они все примерно одного возраста. Да, это может быть что-то. Вернитесь на десять лет назад, на пятнадцать. Приятели по колледжу. Если бы она была у Рикера так давно, он мог бы использовать ее, чтобы добраться до Сэнди. Давай- придержим это".

Она вернулась к своей "ссылке. "Даллас".

"Чего ты хочешь в первую очередь, Даллас?" Спросил Каллендар. "Потому что у меня есть для тебя куча дерьма".

"Ты взломал шифрование?"

"Чертово траханье-Зубоскальство. Боже, я действительно устал сейчас. Усилитель изнашивается. Сообщение, Омега в Нью-Йорк." Она зевнула, моргнула. "Прости. Текст: "Порази цель в течение сорока восьми. Полное избавление. Полная договоренность с Хантером. Обычные сборы списываются после подтверждения утилизации."

"Второе сообщение, Омега в Нью-Йорк", - продолжил Каллендар. "О, это тот, кого мы подбирали на выброс вон там. Текст: "Иди. Координируйте действия с кротом. Не разочаровывай меня, дорогая".

"Есть ли еще какие-нибудь?"

"Разве этого недостаточно?"

"Ничего за последние двадцать четыре от Омеги?"

"Не на этом. Но забегая вперед, есть одно из Нью-Йорка в Омегу, те же ссылки, что и во втором переводе. Текст: "Утилизация завершена. Я никогда не разочаровываю." Это было отправлено через час после смерти Колтрейн по незарегистрированной ссылке, которую мы откопали в квартире Руша. Мы также откопали неплохую бухгалтерию. Он вел записи, Даллас, о доходах. Платежи перечислены по датам - за десять месяцев - и по номерам счетов, где он прятал средства. Это была возня среди ромашек. Затем есть электронное письмо. Мы сняли их с компьютера в его комнате. Все e должны проходить проверку безопасности, но, похоже, он заставил своего приятеля Арта обойти. Учетная запись получателя находится на имя Луанн Дебуа ".

"Да, держу пари, это так".

"Много нежностей. И множество инструкций и сообщений о том, где и как получить доступ к средствам, что с ними делать. Он так облажался ".

"Заверни его и приведи сюда. Но держи это в секрете. Я не хочу, чтобы Рикер знал, что его парень прижат. Нарушения безопасности, братание с заключенными, подозрение в сговоре. Этого достаточно, чтобы привести их сюда. Раздели их на обратном пути. Полная безопасность отсюда и туда. Если тебе это нужно, попроси начальника тюрьмы прислать с тобой пару людей, которым он может доверять. Я свяжусь с ним напрямую, проясню это. Продолжай в том же духе, Каллендар".

"Систо, мы убираемся к черту с этой скалы!"

"Хорошая работа", - добавила Ева и подписалась.

"Это дает нам преимущества на Руше, но если мы не сможем передать это звено в руки Рикера -"

"Не порть мне настроение, Рео. У меня есть работа, и я действительно счастлив ".

Она связалась с начальником тюрьмы, затем с Уитни. Затем, поскольку при данных обстоятельствах то, что она была информатором ОВР, не сделало ее больной, она связалась с Вебстером.

Она уставилась на синий экран заблокированного видео.

"Господи, Даллас, сейчас воскресное утро. Я ухожу ".

"У меня есть информация для ОВР, но если ты слишком занят, чтобы -"

"Что, что, что?"

"Ты один?"

"Какое тебе до этого дело?" Он выругался в тишине. "Да, да, я один. Я тоже в постели, в основном голый. Я могу разблокировать видео, чтобы подтвердить, если ты хочешь увидеть сон обо мне ".

"Я уже видел тебя в основном обнаженной, и это никогда не вызывало у меня снов".

"Холодно".

"Слушайте внимательно. Я информирую ОВР, что сильно подозреваю детектива Клео Грейди в сговоре с Максом Рикером, в том, что она состояла у него на жаловании, и в убийствах детектива Амариллис Колтрейн и Рода Сэнди ".

"Держи это. Держи это. Вы производите арест?"

"Я сказал, что производил арест? Я сообщаю вам, как член ОВР, что я подозреваю, что коллега-офицер вовлечен в незаконную деятельность с целью получения выгоды с известным и находящимся в заключении преступником. Я подозреваю, что этот коллега-офицер убил детектива Колтрейн по приказу Макса Рикера, и что она убила Рода Сэнди."

"Кто, черт возьми, такой Род Сэнди?"

"Личный помощник Алекса Рикера. Он в морге. Я подозреваю, опять же по приказу Макса Рикера, что Грейди и Сэнди работали вместе, чтобы убить Колтрейн и бросить тень подозрения на Алекса Рикера ".

"Какие у вас доказательства?"

"Я не обязана давать вам доказательства", - сказала Ева, когда Вебстер, натягивая футболку, появился на экране. "Я делюсь своими подозрениями, и этого достаточно для IAB, чтобы начать действовать. Если учесть, что в основном ты голый, Вебстер, неудивительно, что воскресным утром ты в постели один ".

"Я надеваю одежду. Перестань дергать меня за цепь. Мы не спускаем собак на полицейского только по приказу другого полицейского ".

"Ты знаешь, что это не то, что сейчас. Присмотритесь к ней хорошенько, Вебстер, и, ради Христа, не сбивайте ее с толку. Я строю дело, и оно обретает форму. Если я ухожу, то ухожу, и никакого вреда не причинено. Но я не такой. У меня есть экспертное подтверждение этого ".

"Какое подтверждение?"

"Мурашки", - сказала она и прервала его.

Мяч катится, мяч в воздухе, подумала она. В тот момент больше ничего не оставалось делать, кроме как ждать. Она начала выходить, вспомнила всех женщин, которые, вероятно, толпились вокруг дома. Она свернула к лифту. Когда дверь открылась в ее спальне, она подкралась и закрыла дверь. Затем она подошла к кровати, испустила один вздох и упала на нее лицом вниз.

Колтрейн сидела за своим столом в дежурной комнате, в то время как Ева стояла рядом с Грейди.

"Она никогда не была другом, никогда партнером". Печаль придавила голос Колтрейн. "Ни мне, ни кому-либо из нас. Она убила бы любого из нас, если бы Рикер приказал это ".

"Я сомневаюсь, что ты был у нее первым. Обычно требуется больше, чем один, чтобы сделать это так хладнокровно. На ее счету нет ни одного убийства на работе. Вероятно, слишком плохо, поскольку тестирование после прекращения довольно интенсивное. Более интенсивные, чем отбор, оценки, чтобы получить значок ".

"Ты, кажется, так уверен, что это была она".

"Ты смотрел ей в лицо, когда она убивала тебя".

Колтрейн повернула свой стул из стороны в сторону. "Твоя мечта, Даллас, твоя перспектива. Я не могу сказать тебе ничего, чего ты уже не знаешь ".

"Хорошо, мы сыграем именно так. Да, это она. Это моя точка зрения ".

"Потому что мы женщины".

"Играет на этом, да. Я думаю, что у Мэвис было несколько хороших моментов. Но она была в двух моих лучших с самого начала. Ньюман был там, наверху, с ней, потому что он не высовывается, остается вне поля зрения. Выполняет свою работу, приятный парень, не поднимает волн. Человек, который может это сделать, становится хорошим инструментом. Вот почему Клифтон просто не подходил. Слишком изменчивы. ЛТ? Слишком уж все по правилам, а О'Брайан ... Он просто играет честно для меня. Хороший полицейский, который гордится своей работой. Ты не можешь гордиться тем, чем злоупотребляешь, тем, что предаешь. Плюс жена, семья. Зачем бороться, чтобы оплачивать счета, давать детям образование, если у тебя есть этот источник, в который можно окунуться?"

"Он тебе нравится".

"Я думаю. Делонгу нужна команда - они семья, и ему нужна эта динамика. Клифтон позирует, тусуется с парнями, чтобы он мог похвастаться, чьи отбивные он надрал в тот день, и использовать это, чтобы залезть под юбку, когда сможет. Ньюман, он пробивается до конца, может быть, выпивает после долгой смены со своим напарником на день, затем идет домой к своей жене и собаке.

"Грэйди, она одиночка. Когда она приходит домой, там никого нет. Я знаю, как это бывает. Но она не живет работой, дело не в этом. Если бы она это сделала, она достаточно умна, достаточно сообразительна, чтобы сейчас быть вторым классом - ближе к тому, чтобы стать первым - работать в более мощном подразделении, в более сексуальной команде ". Ева постучала пальцами по столу Грейди. "Но она не такая, и она не делает. Потому что слишком много внимания заставляет некоторых людей смотреть слишком пристально. Ей есть что скрывать ".

"Ты тоже. Зарубить своего отца, когда тебе было восемь, - это большой секрет для копа ".

"Я не помнил этого, неясно. Это не имело бы значения, если бы я это сделал. Я действительно жил своей работой. Мне это было нужно, как дышать. И Фини хотел, чтобы я- " Она замолчала, наклонив голову. "Кто-то хотел меня. Это было впервые. Кто-то увидел меня, захотел меня, был готов инвестировать в меня. Это был порыв. Может быть, Рикер видел ее. Что, если... - Она снова замолчала, выругавшись.

"Кошка на твоей заднице", - сказала Колтрейн.

Ева проснулась, чувствуя, как лапы Галахада разминают ее задницу. Затем его значительный вес исчез. Она перевернулась и увидела Рорка с надутым котом на руках.

"Прости", - сказал он ей. "Он толстый, но подлый. Он опередил меня перед тобой".

"Ты собирался надрать мне задницу?"

"Я ни о чем другом не думаю ни днем, ни ночью". Он сидел рядом с ней, поглаживая кошку. "Мне сказали, что тебя отозвали с вечеринки прошлой ночью. Род Сэнди".

"Да". Она села. "Я не думаю, что кто-то особенно скучал по мне, так что -"

"Я сделал".

Теперь она улыбнулась. "Да?"

"Да". Он наклонился вперед, чтобы поцеловать ее.

"Думаю, я должен спросить, было ли тебе весело".

"Я был с группой мужчин, друзей, в казино, в стриптизных заведениях высшего и самого низкого класса".

"Ты водил Трухарта в стриптиз-клуб?"

"Он почти светится в темноте, когда краснеет. На самом деле, это очаровательно. Мальчик также сорвал более пяти тысяч долларов в каком-то нелепом игровом автомате под названием Pirate Quest."

"Пять? Йо-хо, Верное сердце".

Рорк рассмеялся. "И с тех пор я слышал все варианты этого".

"О, мой Бог. Мой милый краснеющий Иисус, подожди. Перемотайте назад. Ты водил мистера Миру в стриптиз-заведения."

"Он большой мальчик, и ему понравилось. У него есть пара пирожков, чтобы доказать это."

"Нет, нет, нет". Она зажала уши руками в знак защиты. "Я не хочу слышать мистера Миру в одном предложении с пирожками".

"И он выиграл около тысячи двухсот в кости. Макнаб вышел вперед на две тысячи триста долларов и восемьдесят пять центов. Именно - о чем он часто нам сообщал. Чарльз закончил как раз из-за этого. Фини выиграл около двадцати пяти долларов, сохранив репутацию своей счастливой рубашки нетронутой. Бакстер был безубыточен ".

"Как насчет тебя, горячая штучка?"

"Поскольку это было мое казино, если я выигрываю, я проигрываю - проще говоря. А как насчет тебя? Тебе было весело?" Когда она сидела там, нахмурившись, он провел пальцем по вмятине у нее на подбородке. "Это не был вопрос с подвохом".

"Я должен был подумать об этом. Я должен сказать, что я сделал, странным образом. Я удивлен. Затем этим утром я заканчиваю тем, что провожу встречу за завтраком с основной группой. Не по моему плану. И Мэвис указывает пальцем на убийцу ".

"Мэвис?"

"Да. У меня есть все эти мозги - я не имею в виду, что Мэвис глупа, но у меня есть полицейский детектив, профайлер, первоклассный репортер и доктор. И это бывшая аферистка, ставшая звездой музыкальных дисков и матерью, которая добивается своего. Я введу тебя в курс дела позже, если хочешь, но, думаю, мне нужно спуститься вниз и делать со всеми то, что я должен делать, пока они не отправятся ко всем чертям домой ".

"Они все отправились к черту домой".

"Не играй со мной".

"С большой благодарностью за замечательную вечеринку".

Она начала ухмыляться, но остановила себя. "Это плохо, верно? Это значит быть дерьмовой хозяйкой. Я просто собирался спуститься вниз на час, пока остальные будут готовить завтрак и все такое. Я должен был быть там, внизу, махать рукой на прощание и благодарить всех за то, что пришли ".

"Я могу сказать вам, что все, кто все еще был здесь, когда мы прибыли, надеялись, что вы получили столь необходимый отдых. Макнабу пришлось подняться и разбудить Пибоди, так что ты был не один. Я думаю, ты справился очень хорошо ".

"Как долго я был в отключке?"

"Я не знаю, когда ты, наконец, упал ничком, но сейчас почти четыре".

"Черт. черт. Я должен проверить, убедиться, что Каллендар в пути."

"Я могу сказать вам, что она, вместе с другим детективом, является двумя заключенными и представителем "Омеги". Они должны были освободить шаттл вместе со мной. Так что." Он подвинулся, отодвинулся, чтобы сесть в изголовье кровати, похлопал по месту рядом с собой. "Почему бы тебе не подойти сюда и не рассказать мне, каких заключенных мой шаттл перевозит в Нью-Йорк, и как они связаны с Рикером, Колтрейн и Сэнди".

"Это займет некоторое время", - предупредила она его.

"Поверьте мне, после почти двадцати часов азартных игр, обнаженных женщин, музыки в стиле стриптиз и необычайно грязных шуток я готов отправиться домой".

Она перевернулась, пока не прижалась к нему. "Я тоже скучал по тебе".

И пока кот сидел в ногах кровати и умывался, она посвятила Рорка в ход расследования.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

РОРК СЛУШАЛ, РАССЛАБЛЯЯСЬ, Когда ЕГО ЖЕНА свернулась калачиком рядом с ним. Кот взобрался на кровать, чтобы положить книгу ему на бедро.

Да, было хорошо вернуться домой.

"Они прикроют его на некоторое время", - сказал он, думая о Рикере. "Но в конце концов он найдет другой способ.... другой способ. Его сила уменьшилась, его свобода ушла - ему нужен какой-то выход. Какое-нибудь... развлечение."

"У него достаточно власти и свободы, чтобы совершить два убийства. Или один, во всяком случае", - размышляла Ева. "Я не думаю, что он заказал "Сэнди". Если Каллендар не нашел передачу об этом, я должен верить, что ее там не было. Грейди сделала это бесплатно, для себя."

"Рикер не стал бы возражать. Не в долгосрочной перспективе. Сэнди была на шаткой почве, достаточно шаткой, чтобы показать это. Рикер, возможно, решил оборвать эту нить, даже когда он организовал убийство Колтрейн ".

"Я не знаю". Она начала откатываться, и Рорк крепче сжал ее. "Я вернусь. Он использовал Сэнди годами - более чем вероятно ", - продолжила она, вставая с кровати. "Сэнди, шаткий или нет, был его лучшей репликой своему сыну. Его безошибочный способ следить за Алексом. Теперь этого нет".

"Грэйди может подумать, что она может найти способ заставить это работать на нее". Рорк наблюдал, как Ева подошла к панели, открыла ее, чтобы выбрать бутылку вина.

"Я унаследовал от нее амбиции и не мог понять, почему она застряла в третьем классе, работая в этой маленькой команде низкого уровня. Теперь это имеет смысл, потому что ее амбиции лежат в другом месте ". Ева выбрала тосканское красное, открыла его. "Так что да, я должен понять, что у нее есть планы. И она должна думать, что с Колтрейн все в порядке. Сэнди берет на себя ответственность за это. Или я работаю над тем, чтобы связать Алекса с его мертвым приятелем. Вот как это будет выглядеть ".

"У тебя есть планы".

"Я работаю над некоторыми". Она налила два бокала вина, затем отнесла их к автомату. Она запрограммировала ассортимент сыров, хлеба, крекеров, фруктов. Она принесла вино, вручила бокал Рорку, поставила свой на ночной столик, прежде чем вернуться за едой. Когда она поставила поднос на кровать, оба кота, который положил голову на бедро Рорка, и ее муж изучали ее.

"Ну что ж, разве это не по-домашнему?"

"Немного... " Она потянулась через него за вином, коснулась губами его губ на обратном пути. "Можно было бы счесть это пресмыкательством".

"Это могло бы стать началом".

Она намазала сыр на маленький круг хрустящего хлеба, предложила его. "Алекс и Сэнди познакомились в колледже. Отец и сын были не в лучших отношениях в тот момент. Так что, возможно, Рикер завербовал Сэнди, чтобы сблизиться, завязать дружбу." Она приготовила еще по одной порции для себя. "Дело в том, что, судя по тому, что у меня есть на данный момент, Грейди поступил в колледж. Не тот колледж, но она отучилась шесть месяцев в Европе. Своего рода сделка по обмену ".

"Тебе интересно, была ли она у Рикера уже тогда, и она завербовала Сэнди для него".

"Это мысль. Она была бы довольно молода. Но тогда таким был и ты, когда у тебя были дела с Рикером. Ты не помнишь ее? Возможно, она использовала другое имя, когда пришла в себя, возможно, у нее была другая внешность ".

"Конечно, были женщины. Молодые женщины. Он наслаждался ими. Использовал их. Сексуально или для любой другой цели, которая лучше всего подходит. Я видел ее снимок на опознание, и взглянул на нее на мемориале. Она не выглядела знакомой."

Ева размышляла над этим. "Это не соответствует тому, что она для него новенькая. Он не мог знать, что Колтрейн переедет в Нью-Йорк, прежде чем она сама об этом узнала. Грейди в этом отделе три года, а копом больше восьми. И он никогда бы не доверил такое задание кому-то настолько новому, как это. Плюс, он был в клетке дольше, чем Колтрейн была в Нью-Йорке, так как бы он выбрал и убедил Грейди убить ее? Охотник.Это был его термин для нее в передаче. Она делала это раньше ".

"Итак, она была на месте, и это оказалось правильным местом и правильным временем для этой цели".

"Да. Если бы не она, у него была бы кто-то другой. Но это была она, так как, почему и когда она обратилась, подписалась ли она? Она не присоединилась к полиции сразу после колледжа. Она потратила еще пару лет. У меня нет никакой работы на тот период ".

"Нет ничего необычного в том, что между выпуском и началом карьеры проходит несколько месяцев или год. В этом случае пришло бы время для более специфической подготовки и воспитания ".

"Детектив третьего класса, маленький отряд - там не особо обращают внимания. Она живет одна, никто не интересуется, где она, что она делает. Она берет каждый день - всегда брала - свой отпуск и больничный ".

"В отличие от кого-то, кого мы знаем", - сказал Рорк Галахаду, предлагая коту маленький крекер и кусочек сыра.

"Регулярно сокращаю время", - добавила Ева. "Недостаточно, чтобы вызвать удивление, но значительное. Достаточно времени, если сложить все, чтобы она могла выполнять другие задания.Мне нужно знать, где она была в тот период между колледжем и выходом на работу. Если она пересекалась с Сэнди в течение тех шести месяцев в Европе. Куда она ходит в свободное время. Мне нужна только одна связь, один раз пути пересеклись. Рео может достать мне ордер на обыск по этому поводу ".

"Я так понимаю, мы работаем сегодня вечером".

Ева отправила в рот виноградину, прежде чем отнести поднос к своему комоду. "Еще не ночь". Она заползла обратно на кровать и на своего мужчину. "И я должен закончить пресмыкаться".

"Правильно, ты делаешь". Быстрым движением он поменял их позиции. Он опустил голову, прикусил ее нижнюю губу зубами. Потянуло. "Здесь предстоит довольно много унижений. Так что это может занять некоторое время ".

"Какой у меня есть выбор? Мое слово - это мои узы".

Сон, секс, немного еды - это было, подумала Ева, тройным эффектом повышения энергии. и поскольку она собиралась использовать эту энергию для работы, она заслужила свою самую удобную одежду. В древних джинсах и еще более древней футболке с эмблемой полицейской академии она принесла кофе из кухни своего офиса. И обнаружила, что Рорк изучает ее доску.

"Потому что она женщина?"

Ева передала ему одну из кружек. "Я знаю, это звучит шатко. Я думаю, ты должен был быть здесь. Это может быть любая из них, но она подходит лучше всего. И подгонять ее ... Это все голова и нутро. В этом проблема. Без большего, без какого-нибудь удара по пути, я не могу получить поиск. И поиск может быть единственным способом найти шишки ".

"Если шишки есть, мы бы нашли их у незарегистрированных".

"Не могу этого сделать. Раньше это было для Морриса ". Она покачала головой, зная, что логика снова пошатнулась. "Я иду за другим полицейским. Я должен сделать это прямо. Каждый шаг, который я предпринимаю, должен быть сделан по инструкции для расследования. И для меня. Она где-то допустила ошибку, что-то упустила, когда-то. Она дала одно, отправив оружие и значок Колтрейн обратно. Провалив засаду на меня ".

"Предполагая, что это Грейди. Этот." Рорк постучал по фотографии Клифтона. "Он - проблема. Я знаю его тип ".

"Да, и я не удивлюсь, если в какой-то момент ему прикажут сдать свои фигурки и значок. И если бы Колтрейна сбили с ног, он был бы первым в моем списке. Это было ошибкой", - размышляла Ева. "Грэйди сделал это слишком чисто. Это просто было недостаточно физически, ни одно из попаданий. Это гордость. Она гордится своей работой. Она хорошо справляется с работой, она получает похвалу от своего лейтенанта. Она хорошо справляется со своей миссией, она получает их от Рикера. Она покрывает оба ".

"Не разочаровывай меня, дорогая", - вспоминал Рорк. "Это действительно звучит как предупреждение для женщины. Тот, который ставит ее в подчиненное положение, и тот, который подразумевает отношения ".

"Вы когда-нибудь называете своих подчиненных "дорогими"?"

"Боже правый, я надеюсь, что нет. Это своего рода пощечина наотмашь, не так ли? Если мне нужно дать пощечину сотруднику, я делаю это лицом к лицу ".

"Именно. Рикер не может, будучи полностью занятым в клетке за пределами планеты. Вся фраза является оскорблением и предупреждением. Его история с женщинами, это просто подходит снова. Так где же она привлекла его внимание? Думаю, я начну с тех шести месяцев в Европе, учебы в колледже. Возможно, я найду какое-нибудь пересечение с Сэнди, тогда я смогу работать назад и вперед оттуда ".

Она подошла к своему столу, чтобы сделать именно это. Рорк продолжал стоять, изучая доску.

Привлекательная женщина, подумал он. Компактное, спортивное, волевое лицо, но очень женское в форме рта, линии челюсти. Определенно, один из типов Рикера, размышлял он - насколько он мог вспомнить. И все же, если бы эта связь уходила в прошлое так далеко, как, казалось, думала Ева, ей было бы восемнадцать, возможно, двадцать. Рикер, конечно, был не прочь использовать молодость для секса, но проявлял ли он когда-нибудь реальный интерес к девушке такого возраста?

Не в память Рорка о нем.

Нет, эта часть не подходила, не для человека, которого он знал в своей юности. Женщины были товаром, чем-то, что можно использовать. Легко отбрасываются. Оплачено, отброшено, утилизировано. Или, как в случае с матерью Алекса, устранены.

"Посмотри на ее мать".

"Что?"

"Ее мать", - повторил Рорк. "Управляй ее матерью, ее родителями. Побалуй меня", - сказал он, когда она нахмурилась на него.

Ева приказала бежать, и данные Лиссы Грейди на экране.

"Привлекательная женщина", - прокомментировал Рорк. "Работает неполный рабочий день в художественной галерее, где она и ее муж вышли на пенсию. Пригород Флориды. Достойная зарплата".

"Никакого преступника. Я проверил связи каждого раньше. Отец тоже чист", - отметила она. "У него была собственная бухгалтерская фирма. Небольшая компания с двумя сотрудниками. Чистые. Сейчас он много играет в гольф и работает внештатно ".

"Хм. Они, должно быть, значительно пожертвовали, чтобы дать дочери такое образование, какое она получила. Где они были, когда она поступила в колледж?"

Ева упорядочила историю. "Блумфилд, Нью-Джерси".

"Нет, работа. Она клерк, а он работает в бухгалтерской фирме. Возвращайся к ней. Где она была, скажем, за девять месяцев до того, как родила?"

"Чикаго", - объявила Ева. "Проходит свой путь в аспирантуре по специальности "История искусств" в качестве помощника менеджера в частной художественной галерее. Она переехала в Нью-Джерси, где жили ее родители, во время беременности. Она получала пособие по беременности и родам, затем стипендию профессиональной матери ".

"И была одинока, пока, как бы там ни было, ей не исполнилось около четырех месяцев".

"Как будто этого никогда не бывает. Это... Подожди".

"Управляй галереей, Ева. Где она работала, когда забеременела."

Начала она, покачав головой. "Этого больше не существует, и не было в течение шести лет. Теперь это антикварный магазин. О, большой, гигантский взрыв. Я идиот. Не протеже, не совсем. Не работник - не только. Не любовник. Его долбаная дочь ".

"Алекс сказал, что провел большую часть своей жизни, пытаясь угодить своему отцу. Может быть, она делает то же самое. Рикер владел несколькими художественными галереями, отличным прикрытием для контрабанды и подделки произведений искусства. Лисса Грейди - или Лисса Нил в то время - могла бы привлечь его внимание ".

"А если бы она оказалась беременной? Он избавился бы от нее?"

"Если только она не носила сына, я полагаю, что да. Она проверена, это женщина. Он мог бы - если бы был великодушен - дать молодой женщине какую-то форму оплаты. Если нет, он бы вынес предупреждение ".

"И Лисса, получив либо плату, либо предупреждение, вернулась домой в Нью-Джерси. Отказалась от своего шанса получить высшее образование, от своей работы, родила ребенка. Вышла замуж за какого-то парня ".

"Какой-то парень застрял более чем на тридцать лет. Итак, я бы сказал, что Лисса нашла кого-то и что-то сделала."

"Стал бы он следить за ней?" Ева задумалась. "Посмотрел на парня?"

"Я бы так не думал, нет. Женщина и ребенок не существовали бы для него ".

"Хорошо. Ладно." Она прибавила шагу. "Итак, в какой-то момент они говорят ей. Или, может быть, они были откровенны об этом все это время. Может быть, она всегда знала, что парень, воспитывающий ее, не был ее биологическим. Ей становится любопытно, она начинает копать."

"И находит Макса Рикера".

"Большинство людей, они будут больны, если будут искать биологический образец и обнаружат криминального авторитета, подозреваемого в том, что он несет ответственность за большее количество смертей, чем множество маленьких войн. Если это верно, если это, - она указала на изображение Лиссы на настенном экране, - и есть связь, Грейди пошел к нему. Она установила контакт. Я твой ребенок, мудак, что ты собираешься с этим делать? Что бы он сделал?"

"Опять зависит от его настроения", - сказал Рорк. "Но его мог бы развлечь прямой подход. И поскольку на тот момент они с Алексом были не в лучших отношениях, это могло заинтриговать его. Мысль о том, что у тебя есть шанс создать потомство ".

"Обучай ее, тренируй ее. Используй ее". Она знала все об этом, подумала Ева, все о методах, которые мог использовать отец, чтобы формировать.Она заблокировала это, сосредоточившись на Грейди. "И Боже, разве не было бы мило использовать ее, чтобы издеваться над сыном, который разочаровал его?"

"И для нее, как ты думаешь?" Рорк вернулся к доске. "Для нее также приятно принять участие в подрыве доверия к сыну-принцу, каким он может показаться со стороны. Та, у кого было все, чего не было у нее. Богатство, преимущества, внимание. Имя. Все становится на свои места благодаря этому единственному элементу. Но тогда вы должны доказать, что этот единственный элемент является фактом ".

"Я могу это сделать". Ева свирепо усмехнулась. "ДНК не лжет. Я собираюсь все это записать, передать Мире, чтобы она добавила в рагу для профиля. Мне все еще нужно что-то, что объединит ее и Сэнди, хотя бы в одном и том же общем месте, в одно и то же общее время ".

"Это было бы моим заданием".

"Было бы, но ты должен играть честно".

"Ты всегда портишь мне веселье".

"Ты уже повеселился. Я пресмыкался".

"Верно". Он подошел, положил руки ей на плечи, прикоснулся губами к ее губам. "Я знаю тебя". Он слегка погладил ее по плечам. "Та часть вас, которая не работает над этим делом в своей голове, задается вопросом, правда ли все это, она такая, какая она есть, сделала ли она то, что сделала, из-за этой ДНК".

Да, подумала она, он знал ее. "Это вопрос".

"И зеркало поворачивается так, что ты задаешься вопросом о своей собственной крови. То, что переходит от отца к дочери".

"Я знаю, что я не такая, как она. Но это другой вопрос ".

"Вот ответ. Три отца - ее, мой, твой - и три продукта этой крови, так сказать. И все мы сделали то, что мы сделали с этим. Может быть, из-за этого. Ты знаешь, что ты не такая, как она, ты уверена в этом. Я знаю тебя. Я уверен, что ты никогда не смог бы быть."

Он снова поцеловал ее, прежде чем уйти.

Она убрала это, убрала ту часть себя, которая не работала над делом в ее голове. Это было на потом.

Она собрала теорию воедино для Миры и подумала, что это позор, что ДНК Грейди не была зарегистрирована. Она получила бы свои ордера в мгновение ока, если бы доказала, что Грейди была дочерью Макса Рикера. Тем не менее, это не заняло бы много времени. Немного слюны, кожи, волос, крови - все, что подвернулось под руку, - это все, что ей было нужно.

Она отправила сообщения своему командиру, Рео, Пибоди и, после недолгого колебания, Моррису.

Откинувшись на спинку стула, Ева вычислила лучший, законный и наиболее удовлетворяющий метод сбора ДНК Клео Грейди.

"Вот интересная мелочь", - прокомментировал Рорк, когда вернулся. "Футбольная команда, представляющая университет, где Алекс и Сэнди стали друзьями, случайно играет против команды, представляющей университет, где Грейди был приглашенным студентом".

"Это что, гребаный факт?"

"Это так. На самом деле, эти команды поддерживают глубокое соперничество, и их матчи - это то, что вы бы назвали событиями. Митинги, танцы, безумные празднования. Они провели два таких мероприятия - по одному на домашнем поле каждой команды, в то время, когда Грейди был там ".

"Мне это нравится".

"Алексу уделили немного внимания в прессе, поскольку он забил голы в обоих этих матчах. Я не нашел имени Сэнди ни в каких СМИ, но он указан как член команды ".

"Игрок второго плана. Должно быть, он зануда. Рео собирается поднимать шум - или издавать звуки, которые ее босс собирается издавать, - что тысячи людей, должно быть, были на тех играх. Трудно доказать, что Сэнди и Грейди действительно встречались. Но этого будет достаточно. Это будет иметь значение. Может быть, Алекс встретил ее ", - предположила она. "Или видел Сэнди с ней. Знал бы он о ней, о том, что у него есть сестра?"

"Макс сказал бы ему, только если бы это было полезно. Для Макса полезнее держать это при себе ".

"Тем не менее, это должно быть рассмотрено. Утром мне нужно поговорить со многими людьми ". Она наклонила голову. "То, что вы сказали раньше о ее образовании и финансах ее родителей. Если Рикер заплатил за это, где-то есть запись, как бы глубоко она ни была похоронена. Я не могу смотреть на Грейди глубже, чем раньше, но Рикер - открытая книга. Я могу пойти туда, куда захочу. До тех пор, пока я играю честно ".

"Я знал, что ты собираешься это сказать, и как раз в тот момент, когда я был взволнован".

Ева улыбнулась. "Давайте найдем ее фонд для колледжа. Добавь еще немного веса на чашу весов для Рео ".

Она подготовила все, что могла, затем уточнила шаги на брифинге на следующее утро в центральном офисе.

"Не только моя задница окажется на перевязи, если я буду настаивать на этом ордере, а ты выйдешь ни с чем", - сказал ей Рео. "Это будет твоим, и департамент там со мной".

"Мы что-нибудь найдем. Ордер не является чем-то из ряда вон выходящим из того, что у нас есть. Добавьте к этому кровную связь с профилем Рикера и Миры, это не просто коробка, это замок ".

"Предполагаемая кровная связь", - напомнила ей Рео. "И профиль зависит от этого. Необходимость произвести впечатление на ее отца, наказать ее брата и остальная болтовня психоаналитика - без обид."

"Не обижайся", - заверила ее Мира.

"Все это зависит от того, что она дочь Рикера и знает это".

"Мы будем подтверждать это сегодня. Ты готов к этому, Моррис?"

"Да. Да, это так".

"Мы с Пибоди вытащим Алекса Рикера, обработаем его. Если он знает о сестре, даже подозревает, что она у него может быть, мы вытянем это из него. И пусть разнесется слух, что мы задержали Алекса Рикера, берем у него интервью по делу Колтрейн и Сэнди? Это даст Грейди чувство выполненного долга. Держу пари, она захочет, чтобы папа похлопал ее по спине ".

"Это подошло бы", - согласилась Мира. "Она может попытаться связаться с ним через свои обычные источники".

"Которые мы получим, также в коробке, в течение нескольких часов. Руш даст нам Рикера, и он даст нам Сэнди. Возможно, нам повезет, и мы получим еще одно полено, чтобы подбросить его в костер Грейди ". Она посмотрела на Фини. "Нам нужно знать как можно скорее, попытается ли она установить контакт. Ты будешь установлен".

"Мы будем готовы. Если она отправит что-нибудь по ссылке, которую Каллендар нашел в квартире Рауша, мы поймаем это. Как только ты отработаешь процесс возврата с Руш, мы отправим ей все, что ты захочешь вернуть ".

"Тогда мы начинаем. Достань мне эти чертовы ордера, Рео. Пибоди, подожди снаружи, пожалуйста. Макнаб, организуй это. Моррис, еще минутку."

Ева подождала, пока комната опустеет. "Макнаб будет следить за тобой все время, пока ты с ней".

"Меня это не беспокоит".

"Она убийца. Это ее работа. Тебе следует беспокоиться об этом. Если она почувствует что-то не так, она сначала займется тобой, подумай об этом позже. Ты просто должен-"

"Мы обсуждали, что ты хочешь, чтобы я сделал, как ты хочешь, чтобы я это сделал, три раза. Я могу это сделать. И я должен быть тем, кто сделает это, не только ради Амариллис, но и потому, что я - единственный логичный выбор. Вы должны доверять мне, чтобы я выполнил свою часть. Я доверяю тебе выполнить свое ".

Нет выбора, подумала она, кроме как отступить. "Вызови это в любом случае".

"Я сделаю".

Ева смотрела, как он уходит, затем сунула руки в карманы, когда подошла Пибоди. "С ним все будет в порядке, Даллас. Макнаб будет прямо там. Практически."

"Если он повернет не так, и она достанет свое оружие или нож, Макнаб запишет это в протокол. Моррис все еще ранен. Я не смог придумать способ сделать это сам. Она будет настороже со мной. Я думал о том, чтобы подтолкнуть ее к тому, чтобы замахнуться на меня, чтобы я мог замахнуться в ответ. Затем, упс, у меня на рубашке ее кровь. Но тогда я спровоцировал ее на отказ от ДНК вместо того, чтобы она - по сути - добровольно это сделала ".

"Он сделает это. Ему нужно, поэтому он сделает ".

"Верно. Свяжись с Алексом Рикером и очень вежливо попроси его спуститься, чтобы мы могли поболтать ".

"Он приведет кучу адвокатов".

"Я с нетерпением жду этого".

Она пошла в свой кабинет, чтобы подготовиться, выровнять все нити, которые она намеревалась связать воедино. Она могла бы туго завязать этот узел вокруг Клео Грейди, но ей нужны были все эти нити, чтобы завязать его бантиком.

Теперь оставалось ждать, подумала она. Подождите, пока Рео получит ордера, подождите, пока Каллендар и Систо доставят Руша, подождите, пока Моррис сыграет свою роль.

Алекс Рикер? В этот момент он был скорее пешкой, чем ниточкой. Она использовала бы его - и доказала бы, что его отец, его друг и его сводная сестра использовали его. И она докажет, что все нити исходили от него, просто потому, что он был.

Она бы не пожалела об этом. Он сделал свой выбор - пойти по стопам своего отца или быть достаточно близко к ним, чтобы пересечь границы. Он предпочел остаться на этом пути, а не менять его ради женщины, которая, должно быть, любила его. Женщина, которая умерла, потому что любила его и бросила.

Она стояла у своего окна, пила кофе, обдумывая варианты. Когда она услышала стук в свою дверь, она позвала: "Давай".

Мира вошла, закрыла за собой дверь. "Ты хочешь, чтобы я наблюдал, когда ты будешь брать интервью у Алекса Рикера?"

"У меня это есть".

"Хорошо. Я хочу понаблюдать, если и когда ты возьмешь интервью у Клео Грейди ".

"Когда. ДНК собирается заблокировать это. Мне это нужно, потому что закон говорит, что я это делаю. Но я знаю, кто она. Она - отродье Рикера. Чего я не знаю, что мне любопытно, так это то, чего она хотела, или в чем нуждалась, от него. Было ли это признанием, деньгами, острыми ощущениями? Может быть, все это. Это соответствует тому, что она искала его, а не наоборот. Это соответствует их профилю ".

"Да. Она была бы ничем для него, а он был бы важен для нее. Она могла бы стать важной для него."

"Он дал ей образование, так что она, должно быть, получила. Деньги на колледж, поступающие через стипендию - с ней единственным получателем. Это было глупо и жадно со стороны Рикера. Почему бы не потратить несколько долларов, чтобы отправить в путь еще нескольких детей? Он похоронил платеж, пропустив его через одно из подразделений одного из своих фронтов. Он мог бы заключить законную сделку, проделать то же самое несколько раз. Получил налоговые льготы или что-то в этом роде ".

"Он никому бы не дал и доллара без цели, личного интереса. Это не в его компетенции ".

"Как только она приняла это, она принадлежала ему. Была ли она слишком глупа, чтобы понять это, или ей было все равно? Ей было все равно ", - сказала Ева, прежде чем Мира заговорила. "Я прочитал ваш профиль. Я просто говорю вслух ".

"Все это беспокоит тебя. Генетика этого".

"Может быть, так и есть. Но это только усиливает мою решимость убрать ее. У нее была довольно хорошая жизнь, насколько я могу судить. Родители, которые застряли, приличный дом. Она выбросила его. Некоторые люди просто рождаются облажавшимися. Я знаю это".

Она изучала фотографию Грейди на своей доске. "Может быть, она была, может быть, она всегда собиралась стать плохой - даже не зная Рикера, не зная, что она произошла от него. И, возможно, необходимость узнать, откуда она пришла, и выяснение этого превратило ее, этого было достаточно. Ровно настолько, чтобы она продолжала идти и не могла вернуться. Мне любопытно."

"Изменит ли это то, что ты делаешь?" Мира спросила ее. "Или как ты справляешься с тем, что ты сделал, после?"

"Нет первому. Я не уверен до секунды. Я не собираюсь говорить, что в ее уничтожении нет ничего личного, потому что это так. Потому что она коп, из-за Рикера. Из-за Морриса и из-за Колтрейн. Это личное, вплоть до конца ".

"И так легче, понятнее предпринимать шаги, делать то, что должно быть сделано, когда это не так. Или не это личное."

Ева встретилась взглядом с Мирой и заговорила спокойно, хладнокровно. "Я хочу причинить ей боль, дотронуться до нее своими руками, испачкать их ее кровью. Я хочу этого по всем причинам, которые я только что назвал. И я хочу этого только для себя ".

"Но ты этого не сделаешь".

Ева пожала плечами. "Я думаю, мы увидим".

"Ты не будешь ставить под угрозу дело ради собственного удовлетворения, как бы тебе это ни нравилось. Одно это должно ответить на один из твоих вопросов, Ева. Генетика накладывает на нас отпечаток, мы не можем этого отрицать. Но мы строим, исходя из этого. В конце дня ты сделаешь то, что должно быть сделано, по всем причинам, которые ты назвал. Но в основе этого, в самом сердце, ты сделаешь то, что должно быть сделано для Амариллис Колтрейн ".

"Я не дал ей шанса, понимаешь?"

"Каким образом?"

Она выдохнула, откинула волосы. "Когда она была жива, с Моррисом. Я не дал ей шанса. По какой-то причине меня немного раздражало, что он зациклился на ней. Глупо."

"Не глупый, на самом деле. Ты не знал ее, и ты очень привязан к нему ".

"Не таким образом".

Мира улыбнулась. "Не таким образом. Но ты не из тех, кто доверяет быстро или легко. Бог знает. Ты еще не доверял ей."

"У меня были сны, своего рода разговорные сны с ней. Это странно. Странно, потому что я знаю, что в моей голове хранятся оба конца разговора, но ... У меня была эта мысль прошлой ночью на раздаче душа. Эта мысль, которая, я полагаю, приходит из тех странных снов о разговорах. Я думаю, она бы мне понравилась, если бы я дал ей больше шансов, когда был шанс. Я думаю, если бы эта сделка с душем продлилась еще полгода или около того, она была бы там ".

"Это труднее, зная это".

"На самом деле, это чертовски жестоко".

"Даллас. Извините, доктор Мира." Пибоди просунула голову в дверь. "Алекс Рикер уже в пути".

"Хорошо. Готовьтесь к собеседованию ".

Ожидание закончилось, подумала она.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

АЛЕКС СИДЕЛ Со СВОИМИ АДВОКАТАМИ, пока Ева и Пибоди готовились, пока Ева включала диктофон и зачитывала основные положения. Хотя она и превозносила его раньше, она сделала это снова.

"Вопросы?" - любезно спросила она. "Комментарии? Ехидные замечания?"

Как она и ожидала, главный судья перешел к подготовленному риффу о добровольном присутствии мистера Рикера, о его готовности сотрудничать, о предыдущих примерах его сотрудничества. Она пропустила это мимо ушей, затем кивнула.

"Это все? Теперь все закончено? Или вы хотели бы привести примеры доброты мистера Рикера к маленьким детям-сиротам и маленьким щенкам?"

Гарри Проктор опустил свой важный нос. "Я приму к сведению твой сарказм и невежливое отношение".

"Мой партнер хранит их на диске".

"Я могу достать тебе копию", - предложила Пибоди.

"И вот что я хочу отметить. Склонный к сотрудничеству и граждански настроенный мистер Рикер приходит на собеседование не с одним, не с двумя, а с тремя - считайте их, с тремя - адвокатами. Заставляет меня задуматься, о чем тебе стоит беспокоиться, Алекс ".

"Я верю в то, что нужно быть готовым, особенно когда дело касается полиции".

"Держу пари, что да. Но, черт возьми, странно, что кто-то, кто подготовлен, бизнесмен вашего ... калибра, как он утверждает, не обращает внимания на махинации - тебе не нравится это слово, Пибоди?"

"Фаворит в первой десятке".

"Давайте скажем это снова, о махинациях его личного помощника и давнего лучшего друга Рода Сэнди. Что ты просто пребывал бы в блаженном неведении о заговорах и планах Сэнди и твоего отца. Это делает тебя своего рода идиотом, не так ли?"

От этого на его скулах заиграл румянец, но голос Алекса оставался нейтральным. "Я доверял Роду. Моя ошибка".

"О боже, разве это не было просто? Мы говорим здесь о годах, Алекс. Твой парень спускал деньги, которые твой папочка платил ему, чтобы он шпионил за тобой, передавал информацию. Вероятно, вы можете вспомнить сделку, которая не удалась так, как вы хотели, и задаться вопросом, не потому ли это, что у вашего старика был внутренний след и ему хотелось подшутить над вами ".

"Я здесь для того, чтобы признать, что верный друг использовал меня в своих корыстных целях, а моему отцу нравится усложнять мне жизнь? Допущен. Свободно. Это все?"

"Даже близко нет. Это должно вывести тебя из себя ".

"И снова, добровольно допущенный".

"На твоем месте я бы хотела немного отомстить". Ева бросила на Пибоди задумчивый взгляд. "Если бы мой партнер вот так обработал меня, и я узнал? Она не могла убежать далеко или достаточно быстро ".

"И я могу бегать довольно быстро при правильном стимуле".

"Я бы заставил ее заплатить за это. Как ты думаешь, Пибоди, как я заставлю тебя заплатить за это?"

"Самым болезненным и унизительным из возможных способов".

"Видишь, как хорошо мы знаем друг друга? Разница в ситуациях и личностях, как я это вижу, в том, что я бы не прикончил ее. Я бы хотел, чтобы ей было больно и она боялась меня долгое, долгое время. Но у всех нас свое определение веселья. Тебе понравилось убивать Сэнди, Алекс?"

"Это обвинение-"

Алекс просто поднял руку, чтобы прервать адвоката. "Род мертв? Как?"

Она скрывала это и теперь видела, что была права, поступая так. Он не знал, подумала Ева. Его сеть не нашла Сэнди, или ему не было приказано искать достаточно глубоко. "Я задаю вопросы. Он предал тебя, сделал из тебя дурака, теперь он мертв. Здесь это своего рода сделка типа "один плюс один равно двум". Конечно, это если мы поверим, что козлом был ты ".

Она небрежно откинулась на спинку стула. "Мы могли бы предположить, что вы с Сэнди обманывали своего отца. Возьми его деньги, и Сэнди накормит его тем, что ты хочешь, чтобы он съел. Ты достаточно умен, чтобы сделать это ".

"Это именно то, что я бы сделал, если бы знал".

"Ты здесь в трудном положении, Алекс. Скажи, что ты знал, и это могло бы снять тебя с крючка в деле об убийстве Сэнди. Но скажи, что ты знал, и - поскольку он замешан в убийстве Колтрейн - это может связать тебя с убийством полицейского. Скажи, что ты не знаешь, и ты останешься дураком, который, вероятно, захочет вернуть что-то свое ".

"Лейтенант Даллас, " начал Проктор, " мой клиент вряд ли может нести ответственность за действия ..."

Ева не потрудилась слушать, не потрудилась перебивать. Она просто продолжала смотреть на Алекса. Это был Алекс, который, наконец, отключил адвоката и наклонился к Еве. "Я не знаю, когда мой отец попал на крючок к Роду. Я намерен выяснить, но я не знаю, как давно. Я не знаю, почему Род предал меня из-за денег. Теперь я никогда не узнаю. Вы можете не думать, что "почему" было бы важно. Это важно для меня. Я не хотел смерти Рода. Я хотел знать почему, я хотел знать, имел ли он что-нибудь, хоть какое-нибудь отношение к смерти Эмми. Я хотел посмотреть ему в лицо и узнать, мог ли он так поступить с ней, со мной. И почему."

"Он не только мог, он сделал. Почему? Денег часто бывает достаточно. Добавьте секс и потенциал власти, и у вас есть все. Черт возьми, Алекс, он, наверное, регулярно трахает твою сестру со времен колледжа ".

"У меня нет сестры, поэтому предположение такое -"

"Господи, Пибоди, может быть, он просто забывчивый идиот". Ева достала фотографию Клео Грейди, бросила ее на стол. "Не так уж много семейного сходства, но это понятно, когда речь идет о наполовину сибсах".

Алекс уставился на фотографию, и Ева наблюдала, как его цвет тускнеет тень за тенью. "Убирайтесь", - сказал Алекс адвокатам. "Все вы, убирайтесь".

"Мистер Рикер, это не в твоих интересах, чтобы...

"Убирайся сейчас же, или ты уволен". Он уставился на Еву, когда адвокаты собрали свои портфели и вышли из комнаты. "Если ты лжешь об этом, если ты разыгрываешь меня на этом, я использую все имеющиеся в моем распоряжении средства, чтобы получить твой значок".

"Теперь мне страшно".

"Не трахайся со мной!"

Это был гнев, сквозящие в нем грубые эмоции, которые дали Еве некоторые ответы, которые она хотела. "Мы останемся на записи. Вы уволили своих адвокатов?"

"Да, я, черт возьми, отмахнулся от них. Скажи мне, кто это, и какое она имеет ко мне отношение ".

Моррис открыл дверь квартиры Эмми для Клео Грейди. Она шагнула вперед, сказала только "Моррис" и протянула ему обе руки.

"Мне жаль, что я втянул тебя в это, Клео. Я не думал ".

"Не будь. Ты не должен пытаться сделать это в одиночку. Она была моим другом. Я хочу помочь".

Она звучала так искренне, подумал он. С едва заметной дрожью в голосе. Как легко было бы поверить ей, если бы он не знал. Он подвинулся, чтобы пропустить ее внутрь, закрыл дверь. "Я не знаю, смогу ли я сделать это в одиночку. Но когда ее семья спросила, я ... Они не хотят возвращаться сюда. Я не могу их винить. Но перебирать ее вещи, собирать их... В них так много от нее. И ничего от нее."

"Я могу позаботиться об этом. У меня наступает личное время. Мой лейтенант знает, что я сегодня здесь. Почему бы тебе не позволить мне разобраться с этим, Моррис? Ты не обязан-"

"Нет, я сказал, что сделаю. Я начал, но я продолжаю, ну, увязать ". Успешная ложь, подумал Моррис, обернута правдой. "У полиции все еще есть ее электроника, ее файлы, но я начал с ее одежды. Ее семья сказала мне сохранить все, что я захочу, или отдать то, что я сочту нужным, ее друзьям здесь. Откуда я знаю, Клео? Как я могу?"

"Я помогу тебе". Она встала, оглядела гостиную. "Она всегда содержала свое пространство в порядке. Здесь, на работе. Заставил остальных из нас выглядеть разгильдяями. Она бы хотела, чтобы мы убрали ее вещи, мило, если вы понимаете, что я имею в виду ".

"С осторожностью".

"Да, с осторожностью". Она повернулась к нему. "Мы сделаем это для нее, Моррис. Ты хочешь сначала закончить с одеждой?"

"Да, это, наверное, лучше всего". Он повел меня в спальню, где с трудом начал процесс упаковки вещей Эмми. Теперь он продолжил задание с женщиной, которая, как он считал, убила его любовника.

Они говорили о ней и о других вещах. Он посмотрел прямо в глаза Клео, когда она складывала один из любимых свитеров Эмми. Он мог бы это сделать, подумал Моррис. Он мог позволить этой женщине трогать вещи Амми, говорить о ней, передвигаться по комнате, где они с Амми были близки, любили друг друга. Он мог делать все, что ему нужно, и сейчас - по крайней мере, сейчас - ничего не чувствовать.

Боль, просто боль пронзила, когда она начала упаковывать украшения.

"Она всегда знала, что с чем надеть". Клео встретилась с ним взглядом в зеркале, улыбнулась. "Это талант, которым я не разделяю. Раньше я восхищалась ... о." Она показала пару маленьких, простых серебряных обручей. "Она часто носила это, во всяком случае, на работу. Они так похожи на нее, понимаешь? Совершенно верно, не слишком много, не слишком мало. Они просто... она. "

Это причиняло боль, сердцу и кишкам. Но он сделал то, что должен был сделать. "Они должны быть у тебя".

"О, я не мог. Ее семья -"

Сука, подумал он, наблюдая за ней. Ты холодная сука. "Ее семья сказала мне отдать то, что подходит друзьям. Она хотела бы, чтобы они были у тебя, поскольку они напоминают тебе о ней ".

"Я бы действительно хотел, если ты уверен. Я бы хотел иметь что-то от нее ". Слезы заблестели в ее глазах, когда она улыбнулась. "Я буду дорожить ими".

"Я знаю, что ты это сделаешь".

Было так много способов убивать, думал он, когда они закрывали и запечатывали коробки. Медленными, болезненными способами, быстрыми, милосердными способами. Непристойные способы. Он знал их все. Сделала ли она? Сколькими способами она убила?

Чувствовала ли она что-нибудь, когда забирала жизнь Эмми? Или это была просто задача, которую нужно было выполнить, например, запечатать коробку для отправки? Он хотел спросить ее об этом, только об одной вещи. Вместо этого он спросил, не хочет ли она кофе.

"На самом деле, я бы не возражал. Почему я этого не понимаю? Я знаю, где все находится ".

Когда она вышла на кухню, он последовал за ней до гостиной и присел на корточки перед котенком-дроидом. Он активировал его, затем отошел, чтобы отнести коробки и защитную пленку к стулу.

Он начал тщательно заворачивать вазу из бледно-зеленого стекла, которую она использовала для роз, которые он ей прислал. И котенок мяукнул, как запрограммированный. Оно потянулось своим шелковисто-белым телом, когда Клео вернулась с кофе.

"Спасибо". Он держал руки занятыми - кофе, упаковка - в то время как котенок извивался между ног Клео.

"Она любила эту вещь". Клео посмотрела вниз, когда котенок жалобно мяукнул и уставился на нее обожающими глазами. "Ей это просто понравилось. Ты сдержишь их?"

"Полагаю, я так и сделаю. Я еще не думал так далеко ".

Клео немного посмеялась, когда котенок продолжил тереться, мяукать, пялиться. "Дроидам бывает одиноко? Можно поклясться, что он отчаянно нуждается в небольшом внимании ".

"Он запрограммирован на дружеские отношения, так что ... "

"Да. Хорошо, хорошо." Клео поставила кофе, наклонилась.

Моррис продолжал наматывать, даже когда задержал дыхание.

"Это отчасти мило, если ты идешь на такие вещи. И она сделала. Она купила ему маленькие игрушки и кошачью кроватку." Клео подобрала котенка. Нанесла ему удар. Проклят.

"Не говори мне, что это тебя поцарапало". Моррис отложил упаковку, чтобы подойти к ней.

"Нет, но что-то произошло". Клео подняла руку, и кровь хлынула из неглубокого пореза на ее указательном пальце. "Что-то на ошейнике".

"Проклятые стразы". Его собственная кровь бурлила, но его тон, его прикосновение были легкими, когда он взял раненую руку Клео. "Рана неглубокая, но мы ее почистим".

"Это ничего. Царапина."

"Ты должен вымыть и защитить это". Он достал из кармана носовой платок, промокнул кровь. "У нее в ванной будет все, что тебе нужно. Предписания врача", - сказал он.

"С этим не поспоришь. Я скоро вернусь".

Он сложил ткань, засунул ее в пакет для улик. Он снял ошейник с дроида, изучил - всего на мгновение - слабое пятно крови на блестящих камнях, которые он заточил сам. И он тоже их выполнил.

Затем он поднял котенка, ткнулся в него носом. "Да, ты пойдешь со мной домой. Ты не будешь одинок".

Когда Клео вернулась, он сидел в одном из кресел Эмми в гостиной. "Все в порядке?" он спросил.

"Как новенький". Она подняла палец с прозрачной полоской на кончике. "Где кот?"

"Я перевел его в спящий режим". Он рассеянно указал на белый шар на подушке. "Клео, я хочу еще раз поблагодарить тебя за все, что ты сделала сегодня. Это помогло больше, чем ты думаешь. Но я должен остановиться, на данный момент. Я думаю, что я сделал все, что мог сделать за один день ".

"Это много". Она подошла, положила руку ему на плечо.

Ему хотелось вскочить со стула, сомкнуть руки на ее горле и задать свой единственный вопрос. Что ты чувствовал, когда убивал ее?

"Ты хочешь, чтобы я вернулся завтра, чтобы помочь тебе с остальным?"

"Могу ли я связаться с вами? Я просто не уверен ".

"Абсолютно. В любое время, Моррис. Я серьезно. Все, что тебе нужно ".

Он подождал, пока она уйдет, прежде чем сжать руки в кулаки, сжал их и попытался представить в них всю свою ярость. Когда его коммуникатор дважды пискнул - с Макнабом все чисто - он поднялся. Он подошел, чтобы поднять спящего котенка, его подушку, его игрушки.

Он забрал их и ничего больше из дома женщины, которую любил. Но кровь ее убийцы.

В комнате для допросов Ева посмотрела на Алекса через стол. "Ты хочешь, чтобы я поверил, что твой отец никогда не говорил тебе, что у тебя есть наполовину сиб?"

"Я хочу знать, почему ты, кажется, веришь, что оно у меня есть".

"Ты когда-нибудь видел Сэнди с этой женщиной?"

"Нет".

"Ты ответил ужасно быстро, Алекс. Ты знаешь Сэнди со времен колледжа, но ты абсолютно уверен, что никогда не видел его с этой женщиной."

"Я не узнаю ее. Если ты пытаешься сказать мне, что у нее с Родом были отношения, то я не знал об этом. Я не встречала всех женщин, с которыми он когда-либо был. Почему ты думаешь, что она моя сестра?"

"Ее мать была связана с твоим отцом".

"Ради Христа-"

"Твой отец отправил эту женщину в колледж. Заплатил за все ", - продолжила она, увидев, как раздражение превращается в недоумение. "Она проучилась шесть месяцев в Университете Штутгарта. Серьезный соперник твоей альма-матер, верно? Футбольные соперники. Взгляни еще раз ".

"Говорю вам, я никогда в жизни не видел эту женщину".

"Может быть, тебе стоит вспомнить колледж. Второй курс и большая игра. Ты попал в университетскую команду. Твой приятель все еще был новичком ".

"Мы не были..."

"Пока еще приятели". Ева улыбнулась.

"Мы знали друг друга. Конечно. Мы были достаточно дружелюбны ".

Ева достала другую фотографию, на которой Клео была восемнадцатилетней. "Попробуй это, снятое в прошлом".

"Я не ... " Но он замолчал.

"Да, там она выглядит по-другому. Моложе, но это еще не все. Много длинных светлых волос. Лицо полнее. Она выглядит более девчачьей, свежей. Что-нибудь напоминает?"

"Ты говоришь о том, что было более десяти лет назад. Я не могу вспомнить всех женщин, которых я встречал или видел ".

"Теперь ты лжешь мне. Хорошо, мы просто будем двигаться дальше ".

Он хлопнул ладонью по фотографии, прежде чем Ева смогла поднять ее. "Кто она?"

"Я задаю вопросы, ты отвечаешь на них. Теперь ты помнишь ее?"

"Я не уверен, что делаю. Она похожа на кого-то, кого я видел вокруг, в то время. С Родом. Мы становились друзьями, настоящими друзьями. Я видел его с ней несколько раз, или кого-то, кто напоминает мне ее. Я спросил его о ней, так как мы начали немного зависать - и, честно говоря, мне понравился ее вид. Он был уклончив, не сказал больше, чем она поехала в Штутгарт. Я помню только потому, что называл ее мисс Тайна. Просто дурацкая шутка между нами, которая длилась месяцами. Достаточно долго, чтобы я помнил это и ее. Она не моя сестра ".

"Потому что?"

"Потому что у меня нет сестры. Ты думаешь, я бы не узнал? Что он - мой отец - не использовал бы это каким-то образом против меня? Он бы-"

Он замолчал, и снова Ева ждала, пока он обдумает это.

"Ты думаешь, мой отец отправил ее к Роду. Завербовать его, завербовать его как шпиона. Быть ближе ко мне. Что все это время, с самого начала, Род был собакой моего отца?"

Он оттолкнулся от стола, подошел к двустороннему стеклу и уставился сквозь свое собственное изображение. "Да, я понимаю. Я вижу, как это могло бы быть, как он мог и организовал бы это. Это не делает эту женщину моей кровью. Моя сестра. Это просто делает ее еще одним инструментом Макса Рикера ".

Коммуникатор Пибоди подал сигнал. Она взглянула на текст, кивнула Еве.

"Вскоре мы сможем это проверить. Если ты честен со мной в этом, и если ты был честен со мной в желании узнать, кто убил Колтрейн и почему, ты сделаешь то, что я тебе сейчас скажу ".

"Что ты мне хочешь сказать?"

"Остаться здесь. Потребуется некоторое время, чтобы завершить это, и я хочу, чтобы ты был внутри ".

Алекс продолжал смотреть сквозь стекло. "Мне нигде не нужно быть".

Ева вышла в коридор, чтобы посовещаться с Пибоди. "Моррис справился с этим".

"Макнаб подает сигнал идти туда. Она ушла от Колтрейн. Мы за ней, и она возвращается к работе. Это большой плюс, поскольку они делаются не в ее квартире. Я получаю миллионы сигналов во время интервью с Рикером. На ее компьютере зашифрован пароль, и он защищен от сбоев. Они передают это Фини. Они пока не нашли связующего звена ".

"Она бы оставила это при себе. Это то, что я бы сделал ".

"Если она и сохранила кольцо Колтрейн, то не с другими ее украшениями. Они еще не нашли этого. Шаттл Каллендара прибывает по расписанию. Моррис лично отвезет образец в лабораторию ".

"Придурок не будет связываться с ним", - пробормотала Ева, думая о главном лаборанте. "Не с Моррисом. Я хочу забрать ее, но у нас этого нет. Пока нет. Нужна ДНК, нужно кольцо, связующее звено. Любой из них сделал бы это ".

"Мы могли бы доставить ее сюда. Используйте отдел по расследованию убийств Сэнди, связанный с Алексом Рикером. Мы считаем, что он ответственен за оба убийства. Мы хотим изучить ее мозг, все, что она может знать, любой подход, который у нее может быть. Как мы пытаемся убрать его, но натыкаемся на стены ".

"Неплохо, Пибоди. Сделай так, чтобы это произошло. Устройте конференц-зал подальше от места проведения собеседования. Я не хочу, чтобы она столкнулась с Рушем, когда Каллендар доставит его."

Она отвернулась, чтобы самой связаться с Бакстером. "Почему ты не нашел то, что мне нужно?" она потребовала.

"Работаю над этим. Мы нашли пароль. Фальшивое дно сейфа для ее оружия. Это банковская ячейка. И прежде чем ты скажешь мне связаться с Рео, я уже связался. Мы не можем распространить ордер на банковскую ячейку. Нам нужен отдельный ордер, а у нас для этого недостаточно ".

"Черт возьми".

"Второе это. Пока здесь нет ничего, что не соответствовало бы жизни полицейского, зарплате полицейского. Никакой высококлассной электроники, украшений, произведений искусства. Однако у нее есть довольно серьезное оружие. Шесть штук сверх ее ведомственной проблемы. Долбаная армия ножей. И не все в рамках закона, но у нее есть лицензия коллекционера. Мы проверили на отпечатки пальцев, на кровь. Они чисты в демонстрационном зале. Она заботится о своих инструментах ".

"Есть ли стилет?"

"Несколько. Мы отобрали их для судебно-медицинской экспертизы ".

"Продолжай копать".

Она отключилась, когда вернулась Пибоди. "Грейди улаживает это со своим лейтенантом. Она сочная, я мог это видеть. Идея прийти и выручить нас, найти способ закрутить гайки с Алексом. Она накачана ".

"Хорошо. Продолжай, придурок, ладно? Но недостаточно, чтобы поддержать его. Я собираюсь переместить Алекса в одну из комнат для посетителей, приставить к нему няню. Мы будем работать с Грейди, Раушем и Зибаном одновременно, учитывая то, как происходит панорамирование. Ты забираешь Зебана. Он на низкой ступени, но это означает, что он собирается перевернуться. Он только что помог своему собутыльнику, и теперь он в беде. Обработай его быстро и усердно, Пибоди. Напугай его до усрачки ".

"О, боже, о, боже". Подпрыгивая на цыпочках, Пибоди потерла руки. "Кто сейчас в ударе?"

Ева перевезла Алекса, договорилась, чтобы Клео отвезли прямо в конференц-зал по прибытии.

Она некоторое время ходила взад-вперед, обдумывая наилучшую стратегию. И была готова, когда ей сообщили, что детектив Грейди был в доме. Она схватила кружку кофе, пакет с документами и рассчитала время так, чтобы ворваться в конференц-зал через несколько минут после Пибоди.

"Ценю, что ты спускаешься". Она сохраняла свой голос спокойным, лишь на волосок превратившись в обиженный.

"Для меня это не проблема", - заверила ее Клео. "Каждый в команде хотел поучаствовать в этом. Теперь у нас есть одно. Я слышал, у вас в руках этот сукин сын ".

"На данный момент. С ним три адвоката, и еще больше на подходе. Я хочу записать это. Ты согласен?"

"Конечно".

"Хотите кофе, детектив?" - Спросила Пибоди.

"Конечно. Спасибо. Я слышал о втором убийстве. Род Сэнди? Это тоже касается Рикера?"

"Должно быть. Ладно, вот как это происходит ". Теперь все по делу, коп к копу, Ева села напротив Клео. "Рикер и Сэнди убивают Колтрейн. Рикер убивает Сэнди, чтобы повесить на него первое убийство. Могло бы сработать, но где мотив Сэнди? Нет никаких доказательств чего-либо между Колтрейн и Сэнди. Сэнди - инструмент Рикера. Был. Каков отец, таков и сын", - сказала Ева, пожимая плечами. "Ты используешь инструмент, пока не закончишь, а потом ломаешь его, чтобы никто другой не смог. Кровь Рикера? Это яд".

Клео только улыбнулась. "Возможно, это твое мнение, но это не отменит Алекса Рикера из-за Эмми. Если это все, что у тебя есть, ты не так хорош, как все о тебе говорят ".

"Я убрал старика". Ева позволила гневу - и некоторой гордости - пробиться сквозь слова. "Никто другой никогда не делал и не мог. Не забывай об этом. Я тоже получу его потомство. Рассчитывай на это".

"Тогда зачем я тебе нужен?"

"Ты работал с ней. Моррис, он слишком близко. Я не могу получить от него то, что мне нужно. Там все окрашено эмоциями. Ты работал с ней, дружил с ней. По словам моего партнера, тот факт, что ты женщина, добавляет к этому еще один слой ".

"Ты сама это сказала", - сказала Пибоди Клео, "женщины говорят о вещах друг с другом. Может быть, они не говорят об этих вещах даже парням, с которыми спят. Плюс, вы оба были полицейскими ".

"Она никогда не упоминала Рикера при мне, не по имени. Но, как я уже говорил вам, она говорила о парне, с которым у нее был роман. Как они разорвали это, и она приехала сюда ".

"Она, должно быть, дала тебе больше, чем это", - настаивала Ева. "Ты хочешь сказать, что никогда не спрашивал, что произошло? Ничего?"

"Это было ее делом. Может быть, я слегка ткнул." Словно неохотно, Клео поколебалась, затем отхлебнула кофе. "Я не знаю, как это помогает, не в случае серьезного дела, но она время от времени говорила кое-что. Как будто у него были деньги, и она немного путешествовала с ним. Этому просто не суждено было сбыться, и тому подобное. Она однажды сказала, что он слишком похож на своего отца, но она не стала вдаваться в подробности. Я не давил, потому что не знал, что мы говорим о Рикере, ради Бога ".

Она на мгновение нахмурилась. Ева могла почти видеть, как в ее голове крутятся колесики. Сколько добавить, сколько сфабриковать. "Знаешь, я помню, она что-то говорила о том, что у него был этот друг. Как они были практически соединены в бедре, и это раздражало. Она сказала, что могла бы подумать, что у них была любовная связь, если бы он не был слишком занят, занимаясь ею ".

Нет, она этого не сделала, подумала Ева. Колтрейн не сказала бы этого и из миллиона.

"Она не понравилась другу", - добавила Клео. "Напряжение есть. Обижался на нее. В конце у них были слова. Он назвал ее пиздой ".

Ева взяла свою реплику, прищурив глаза. "Ты уверен в этом. Это точное слово?"

"Пиздатый коп, это то, что она сказала, что он сказал. Сказал это ей, когда она выходила с вещами, которые были у ее парня. Она просто продолжала идти. Это была Эмми. Нет смысла путать, когда это было сделано, понимаешь? Она была рада, что все закончилось, и на этом все закончилось. Она решила перевестись сюда. Это то, что она сказала ".

"Но?" Ева подсказала.

"Я прокручивал это снова и снова, пытаясь уловить нюансы. Оглядываясь назад. Думаю, я должен был бы сказать, что она была влюблена в Морриса. Она действительно заботилась о Моррисе. Но она все еще была привязана к парню дома. Если бы мне пришлось судить об этом, судить ее, я бы сказал, что если бы Рикер связался с ней, сыграл роль, она бы пошла за ним. Ему. Он мог бы использовать ее чувства, чтобы добраться до нее."

Ева начала говорить, но замолчала, когда подал сигнал ее коммуникатор. "Дерьмо. Извините. Я должен с этим справиться ".

"Нам может пригодиться кое-что из этого", - сказала Пибоди, когда Ева вышла. "Нюансы, как ты сказал, чтобы попытаться надавить на Рикера".

Продолжай в том же духе, Пибоди, подумала Ева и ответила на сигнал Морриса.

"Даллас".

"Я в лаборатории. Клео Грейди - дочь Макса Рикера. Мы проводим второй тест, но -"

"Это все, что мне нужно".

"Я вхожу, Даллас. Мне нужно быть там, когда ты заберешь ее ".

"Теперь она у меня, сейчас я с ней работаю. Она думает, что помогает мне прижать Алекса Рикера. Я не хочу, чтобы она видела тебя, Моррис."

"Она не будет".

Он прервал ее, поэтому она связалась с Бакстером. "Анализ ДНК подтвержден. Свяжитесь с Рео. Я хочу ордер на обыск этого банковского ящика ".

Она, в свою очередь, отключила его, отключила свой линк, когда он подал сигнал. И коммуникатор в ее руке запищал. Она увидела Рорка на дисплее "линка", ответила: "Подожди чертову минуту", затем переключилась на связь.

"Эй, лейтенант! Мы вернулись на планету Земля ".

"Тащи сюда свою задницу, Каллендар. Выдайте своих пленников. Иди домой".

"Подтверждаю первому и второму. Отрицательно на счет три. Давай, Даллас, я хочу довести это до конца ".

"Твой выбор. Пибоди сообщит вам, в каких комнатах для допросов. Отличная работа, детектив."

"Гребаный А."

Ева закончила передачу, переключилась на "link. "Да?"

"Занятая девушка".

"Да, и я весь день пыталась сделать маникюр".

"Я отменил встречу, и у меня есть немного свободного времени. Для эхо Каллендара я бы хотел довести это до конца ".

"Здесь будет на что посмотреть. Если ты действительно хочешь приехать, может быть, ты мог бы потусоваться с Моррисом. Фини занимается электроникой. Если он не решит, что ему нужен супер-гик, я бы хотел, чтобы у Морриса был друг поблизости ".

"Я могу это сделать".

Да, он мог, подумала она. "Тогда тащи свою задницу сюда".

"Гребаный А."

Она сунула свой линк обратно в карман, снова вытащила коммуникатор, чтобы отметить Фини. "Есть попадание?"

"Никаких попыток связаться со ссылкой Рикера".

"Я дам ей больше времени, чтобы попытаться поговорить с папой". Как боксер перед важным матчем, она расправила плечи. Затем вернулся в конференц-зал.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

ХИТРОСТЬ, ПОДУМАЛА ЕВА, ЗАКЛЮЧАЛАСЬ БЫ В том, ЧТОБЫ НАТРАВИТЬ всех игроков друг на друга и уничтожить их всех. Выбор времени был бы важен. Слишком много времени, и Грэйди заподозрил бы неладное.

"Ты собираешься взять Систо и поработать с Зебаном. Ты главный".

"Мне нравится часть "главный"". Пибоди счастливо улыбнулась. "Что насчет Грэйди?"

"Я собираюсь разобраться с ней через минуту. Между тем, нам нужно дать ей время и пространство, достаточное, чтобы она могла им воспользоваться, если захочет позвонить своему папочке за похвалой или инструкциями. Но... небольшой мозговой штурм." Ева снова связалась с Фини.

"Не огорчай меня, малыш. Я не могу заставить женщину воспользоваться проклятой "ссылкой. А что касается подразделения, то им занимается Макнаб ".

"Вот в чем дело. Приходит гражданский консультант, потому что он хочет поиграть. Но я хочу, чтобы ты дал ему другое задание, на случай, если она не воспользуется ссылкой. Тебе нужно будет обсудить это с Уитни и Омегой, но вот что я имею в виду ".

"Мне это нравится", - сказал Фини, когда она прочитала это. "Мне это просто отлично нравится".

"Ты можешь заставить это работать?"

"Малыш, вот где находится магия. Мы сделаем это".

"В течение часа?"

"Это давит, но с гражданским мы сможем это протолкнуть".

"Тогда я собираюсь расположиться здесь. Посигналь мне, когда получишь это ".

"Это коварно", - прокомментировала Пибоди, когда Ева отключилась. "Но как ты можешь быть уверен, что они, ну, не объединятся вместо того, чтобы наброситься друг на друга?"

"Потому что это те, кто они есть. Пойдем, дадим Грейди немного работы, и дело сдвинется с мертвой точки ".

Она вернулась в конференц-зал, позволив себе немного разочарования. "Прости. На меня оказывают большое давление, требуя произвести арест Колтрейн. Я собираюсь снова поработать с Рикером, но он твердый орешек. Слушай, если я улажу это с твоим лейтенантом, ты сможешь смириться с этим? У меня есть несколько файлов, которые я хотел бы, чтобы вы просмотрели, чтобы посмотреть, можете ли вы что-нибудь добавить, или если что-то в них всплывет для вас. У меня много точек над "i", но мне нужно соединить их, чтобы повесить этого ублюдка ".

"Я проясню это. Мой босс хочет покончить с этим так же сильно, как и все мы ".

"Отлично. Ты хочешь поработать с кем-то еще из своей команды? Я могу-"

"Нет, по крайней мере, пока. Я взгляну на файлы. Мы пойдем оттуда ".

"Твой звонок". Ева достала диски. "Если ты хочешь больше глаз, просто дай мне знать. Я ценю это, детектив, ценю, что вы не сдержались, потому что я должен был напасть на вас и остальных членов команды с первого захода."

"Это работа". Она протянула руку за дисками. "Все, что убивает этого ублюдка, работает на меня".

"Подходит ли тебе это пространство?"

"Кофе в кондиционере?"

"Конечно".

"Тогда я тверд".

"Я свяжусь с тобой, как только смогу. Пибоди, со мной".

"Что ты ей дал?" Пибоди хотела знать, когда они направятся по коридору.

"Чушьсобачья. Занятая работа. Достаточно, чтобы занять ее, достаточно, чтобы заставить ее придумать другую маленькую ложь. Подготовлено для Систо и Зебана." Она заметила Рео, направляющегося в ее сторону. "Переверни его, Пибоди. Быстро и жестко".

"Это лучший день. Привет, Рео."

Ева подождала, пока Рео догонит. "Дочь Рикера и мой главный подозреваемый в конференц-зале. Она думает, что помогает мне повесить Алекса. Я собираюсь повесить пару полицейских в форме на дверь, на всякий случай, но комната прослушивается ".

"Ты подключил комнату? Ты-"

"Я сразу спросил ее, не возражает ли она, чтобы ее записали. Она сказала "нет" - официально. Это скользко, но это выдержит. Алекс находится в одной из зон для посетителей. Я мог бы освободить его, на данный момент ему больше нечего мне дать. Но я думаю, что он должен остаться до финала. Он преступник, но он заботился о Колтрейн. Его отец, его сестра и его лучший друг пытались обвинить его - пусть и небрежно - в ее убийстве. Я полагаю, он имеет право на вознаграждение ".

С ее более короткими ногами и острыми каблуками Рео торопилась, чтобы не отставать от длинных шагов Евы в ботинках. "Что именно?"

"Пибоди собирается натравить Зебана на Руша. Я переключаю Rouche на Ricker, в который должны входить Сэнди и, возможно, Грэйди. Затем я собираюсь вытянуть из Грейди признание в отношении Колтрейн и Сэнди и натравить ее на своего отца ".

"И это все?"

"Они все связаны. Это рухнет, как домик домино ".

"Я думаю, это карточный домик, может быть, ряды костяшек домино".

"Как бы то ни было, это происходит". Она остановилась у торгового автомата, достала кредиты. "Принеси мне тюбик Пепси. Я не хочу взаимодействовать с этой чертовой машиной. Я здесь в ударе, и я не сглазил это ".

"У тебя какие-то странные привычки, Даллас".

Ева изучала высокие элегантные туфли Рео, пока представитель АПА заказывал Пепси. "Я не тот, кто ходит на ходулях. Это шоу потребует долгих переходов из одной комнаты в другую. Твои ноги будут плакать, как у младенцев, прежде чем это будет сделано ".

Ева выпила, объяснила ситуацию. "Я хочу, чтобы Моррис наблюдал - все, что он захочет наблюдать. Мира хочет наблюдать, когда я буду брать интервью у Грейди ".

"Я могу позаботиться об этом. Если ваши люди найдут что-нибудь в банковской ячейке, а я держу пари, что они найдут, вам не понадобятся все эти навороты."

"Этого недостаточно. Конечно, это кольцо будет там и, возможно, еще что-то, чтобы уложить Грейди, и этого достаточно для ареста. Но это недостаточная расплата, не в моем масштабе. Я обещал Моррису правосудие для Колтрейн ". И, предположила Ева, она обещала то же самое мертвому копу. "Я собираюсь вернуть ему каждую унцию этого".

"Если ты справишься с этим, ты очень облегчишь мою работу".

"Я рассчитываю на то, что ты это сделаешь".

"Йоу". Подскочил Каллендар с очень пустыми глазами. "Глоток этого?" сказала она и выхватила тюбик из руки Евы. Выпил немного. "Спасибо".

"Сдержи это".

"Двойная благодарность. Систо подсел на Пимистера. Я засуну твою задницу в интервью А, как и было приказано ". Она проглотила еще пепси. "Этот снимок должен помочь мне избежать наблюдения, пока ты поджариваешь его задницу".

"Ты не в наблюдении. Ты забираешь его со мной ".

"На собеседовании?" Усталые глаза Каллендара широко распахнулись. "Черт возьми, это в верхней части города, за мостом".

"Ты это заслужил".

"Я начну со своей стороны", - сказал Рео. "Удачи".

"Как у тебя получилось с этим парнем?"

"Держал это тихо и хладнокровно", - начал Каллендар. "Я просто девушка". Она захлопала измученными глазами. "Его интересуют мои сиськи, но они все такие. Кто мог бы винить?"

"Да, они исключительные. Используй их, если это сработает ".

"Он еще не произнес слово на букву "Л", но он думает об этом. Я могу сказать ".

"Он может быть адвокатом. Это не будет иметь значения. Если он это сделает, он не получит сделку. Я собираюсь быть злым. Вы можете быть шокированы. Поехали".

Она вмешалась. "Запись включена", - быстро сказала она, едва взглянув на большого, грузного мужчину, съежившегося за столом. Она зачитала основные моменты, указав на него пальцем, чтобы он заткнулся.

Широкое лицо, отметила она, короткие, щетинистые волосы. Страх в его глазах.

Она села. "Офицер Руш, добро пожаловать на Землю". И улыбнулся. "У тебя есть право хранить молчание", - начала она, не сводя с него глаз, пока не закончила декламацию. "Понимаете ли вы свои права и обязанности в этом вопросе?"

"Да, я понимаю. Я не понимаю, какого черта мне нужны права и обязанности. Я не понимаю, какого черта меня уволили с работы и притащили сюда, как какого-то преступника ".

Ева наклонилась вперед. "О да, ты делаешь. И когда ты вернешься наверх, это будет не к работе. Это будет в клетке. Может быть, очень близок к твоему хорошему приятелю, Максу Рикеру ".

"Ты, должно быть, сумасшедший. Я хочу-"

"Скажи "адвокат", и мы закончили". Она наставила на него указательный палец, подняв большой. "Я не даю тебе шанса, просто заверну тебя и отряхну руки, пока тебя обвиняют, судят и признают виновным в заговоре с целью убийства офицера полиции".

"Кон-" Он буквально задохнулся, а его лицо стало красным, как сырая свекла. "Я никогда - какого черта? Я никогда никого не убивал ".

"Отсюда и слово "заговор". Тебе не обязательно убивать, чтобы падать так же тяжело, так же долго. Такова жизнь, Руш. Но, эй, не так уж плохо, поскольку ты уже живешь на Омеге. Я имею в виду, это не похоже на то, что ты планировал уйти на пенсию и переехать, скажем, на юг Франции ".

Она усмехнулась, когда он потерял каждую унцию гневного цвета.

"Держи, Руш". Каллендар подошел к нему, предложил чашку воды. "Ты действительно выглядишь так, как будто тебе это нужно. Боже, убийство полицейского. Ты так обожжен. Я имею в виду, вау. И посадить туда бывшего охранника, с главными задирами, с которыми он обычно возился? Ой. Быть тобой - это полный отстой ".

"Твой приятель Зебан сейчас в другой комнате, точно такой же, как эта", - добавила Ева. "И он собирается перевернуться так быстро, что будет похож на цирковую собаку. Я слышу стук в эту дверь перед тем, как ты выполнишь свой дневной трюк, и ты мне не нужен ".

Каллендар присвистнул. "Привет, парень, я бы прыгал, катался, вставал и умолял".

"Я не знаю, о чем она говорит". Теперь он обращался непосредственно к Каллендару, и на его верхней губе выступили маленькие капельки пота. "Клянусь Богом, я никогда никого не убивал. Я ничего не знаю об убийстве полицейского. Зачем мне это делать?"

"Я слышу тебя". Каллендар сочувственно похлопал его по руке. "Но - и мне отчасти жаль это говорить, учитывая обстоятельства - ты был приятелем с Максом Рикером. Я сам нашел данные. Чувствую себя вроде как ответственным за то, что происходит сейчас. Но, ты знаешь, я просто делал свою работу. Подправленные журналы, ссылка на выброс в твоей каюте. Текстовое сообщение. Плюс ... о, юг Франции!" Каллендар посмотрел на Еву так, как будто она только что поняла. "Переписка с бывшей женой!"

"Что ставит ее задницу на ту же перевязь. Ее арестовывают прямо сейчас, и это обвиняет ее в заговоре с целью убийства, в дополнение к налоговому мошенничеству, отмыванию денег, взяточничеству и множеству других ".

"Луэнн не имеет к этому никакого отношения. Она просто сделала, как я сказал. Что, черт возьми, это такое?"

"Макс Рикер приказал убить офицера полиции, детектива Амариллис Колтрейн, используя предоставленную вами ссылку. Ты принял от него плату. Множественные выплаты, которые мы теперь задокументировали. Вы организовали изменение журнала посещений, а также удаление сообщений, отправленных и полученных Рикером, из записи. Ты вручил ему гребаное оружие, которое забрало жизнь Колтрейн.

"Посмотри на меня, на меня!" - рявкнула она, когда он в отчаянии повернулся к Каллендару. "Я знал Колтрейн. Поверь мне, когда я говорю тебе, что у меня есть личная заинтересованность в этом, что мне будет наплевать, если ты и твой жадный бывший проведете остаток своих бесполезных жизней в клетке. На самом деле, я буду ежедневно устраивать небольшой праздник по этому поводу. Ты мне веришь?"

"Да".

Каллендар убедилась, что ее сглатывание было слышно. "Вау. Я тоже".

"Вот в чем дело. Предложение сделано один раз, и я надеюсь, ты слишком глуп, чтобы принять его. Обвинения в заговоре будут сняты с вас и с вашей жены, если вы признаетесь в обвинениях во взяточничестве и сговоре, в изменении записей. Ты отработаешь от десяти до пятнадцати на планете, при условии, что будешь сотрудничать и расскажешь нам все, что знаешь о сообщениях Рикера."

"Десять-пятнадцать на планете -сущий пустяк по сравнению с жизнью без права досрочного освобождения на Омеге". Каллендар еще раз слегка похлопал Руша по руке. "На твоем месте я бы запел, как птица весенним утром. Что ты думаешь?"

Руш вытер вспотевшую губу тыльной стороной ладони. Он прочистил горло. И он пел.

Когда это было сделано, Каллендар стоял возле интервью с Евой. "Это потрясло. Серьезно. Он просто раскрылся и вылил это наружу, как ... что-то, что всплывает и в нем есть что-то еще. Я действительно устал ".

"Иди домой, немного поспи. Ты проделал здесь солидную работу ".

"Я так увлечен этим. Привет, Пибоди. Я помогал Даллас готовить индейку. Увидимся".

"Она выглядит измотанной, как и Систо. Но мы сами приготовили индейку ".

"Мы сравним заметки". Она кивнула Рео, когда Рео вышла из-под наблюдения. "Иди и говори. Нам нужен... Моррис".

"Он идиот. Жадный идиот. И что жадность и глупость помогли убить ее ".

"Я знаю, что десяти-пятнадцати может показаться недостаточно, это может показаться не -"

"Нет". Он прервал, покачав головой. "Этого достаточно. Для него".

"Ты можешь пойти с Рео. Вы двое и Мира можете наблюдать за следующим этапом. Мы приготовили для тебя комнату." Она вытащила свой коммуникатор, когда тот подал сигнал, заметив, что это Бакстер. "Ты иди вперед. Мы почти готовы начать ".

Она подождала, пока Моррис не окажется вне пределов слышимости, прежде чем ответить. "Скажи мне".

"Целая куча наличных денег, кредитных карт и удостоверений личности на вымышленные имена, еще больше паролей, которые, как я понимаю, являются банковскими счетами. Незарегистрированная ссылка и PPC, еще не активированы. И денежный выстрел, Даллас: кольцо Колтрейн ".

"Запакуйте это, внесите в журнал, принесите это. Сегодня ты заслужил свои пончики, Бакстер."

"Поджарь ей задницу, Даллас".

"Ты можешь положиться на это".

Она отключила Бакстера, чтобы отметить Фини. "Она кусалась?"

"Ни кусочка от "ссылок".

"Как насчет ее подразделения?"

"С помощью пароля и безотказной защиты - у нее есть кое-какие навыки, но у меня есть больше. Я только начинаю работать с данными ".

"Тогда план Б. Рорк?"

"Спроси его сам. Эй, красавчик, твоя жена хочет тебя ".

Ева поморщилась при слове "твоя жена", затем пожала плечами, когда заговорил Рорк. "Привет, дорогая".

"Не делай этого. Я отсчитываю время. Ты подключил это?"

"Готов, когда ты будешь. И позвольте мне просто сказать, что это блестящая идея на очень многих уровнях. Я рад приложить к этому руку ".

"Думал, что ты будешь. Я подам тебе два звуковых сигнала, когда буду готов ".

"Мне нравится "дорогая", " прокомментировала Пибоди. "Это старомодно и романтично. Особенно с акцентом ".

"Пибоди".

"Просто размышляю вслух. Так мы можем поджарить ее сейчас?"

"Прямо сейчас".

Когда она дошла до конференц-зала, она остановилась, чтобы отдать униформе новые приказы. "Она не пройдет мимо меня, но при малейшем шансе, что это произойдет, убери ее".

Она вошла в конференц-зал. Грейди сидел за столом для совещаний, пил кофе, изучая экран. Смотрю, подумала Ева, очень довольная собой.

"Я как раз собирался поохотиться за тобой. Я думаю, у меня может что-то получиться ".

"Забавно, у меня тоже кое-что есть. Ты помогла мне добраться до этого ".

"Да?" Неподдельное удовольствие осветило лицо Клео. "Могу я быть там, когда вы арестуете этого ублюдка?"

"Впереди и в центре. Ты думаешь, это передается с кровью?" Спросила Ева непринужденно. "Ты знаешь, дурная кровь порождает дурную кровь? Я сам думаю, что это отговорка. Ты на работе достаточно долго, ты видишь, что это не так просто. Ты видишь людей, которые вылезают из дерьма и выползают из него, чтобы начать достойную жизнь. Другие, которые приходят из приличных и лезут в дерьмо. Потому что им это нравится. С другой стороны, кровь Рикера частично загрязнена ".

"У Алекса Рикера нет мозгов его отца. Он просто ходил в халате. Без обид, но кто-то собирался рано или поздно его прижать ".

"Может быть. Его проблема была в том, что он зациклился на женщине. Недостаточно, чтобы заставить его изменить свои привычки, но достаточно, чтобы запутать его. В парне есть мягкая жилка, сентиментальный, я полагаю. Мужчины". Она покачала головой. "Они думают, что они сильнее, выносливее женщин. Мы знаем лучше. Самыми хладнокровными убийцами, которых я знал, были женщины.

"Но вернемся к крови. Мне любопытно. Была ли ты холодной, кровожадной сукой до того, как узнала, что в тебе течет кровь Рикера, или превратилась в одну из них после? Пока не отвечай", - продолжила Ева, когда Грейди медленно поднялся. "Давайте разберемся с формальностями. Клео Грейди, вы арестованы за убийство Амариллис Колтрейн, убийство Рода Сэнди. Другие обвинения включают в себя-"

Даже когда Клео потянулась за своим оружием, Ева потянулась за своим. Они сблизились.

"Я бы с удовольствием это сделала", - сказала Ева. "Я бы чувствовал радость в своем сердце, наблюдая, как ты падаешь. Но, может быть, ты бросишь меня. Может быть. Тогда моя напарница, которая приставила свое оружие к твоей спине, бросит тебя. Ты не выйдешь из этой комнаты, Грейди. Опусти свое оружие, или ты почувствуешь вкус того, что ты дал Колтрейн ".

"Мои на полную. Ты идешь ко дну, ты не встанешь".

"Может быть. Мой партнер все равно собирается тебя бросить. Опусти свое оружие".

"Нахуй я это сделаю. Ты отдаляешься от-"

Ева выстрелила. Ее оружие было на самом низком уровне и лишь слегка встряхнуло Клео, заставив ее отшатнуться, когда ее собственное оружие с грохотом упало на пол. "Это было приятно. Мало с моей стороны, но, черт возьми, это было приятно. Ее оружие надежно закреплено, Пибоди?"

"Да, сэр, верю. И здесь мне тоже было хорошо ".

"Руки за спину, Клео". Ева достала свое собственное оружие, сняла путы. "О, и, пожалуйста, попробуй открыть дверь", - пригласила она, - "чтобы у меня был повод надрать тебе задницу".

"Легко говорить, когда ты и твой партнер наставили на меня оружие".

"Да, это так". Ева усмехнулась. "Хочешь, я повторю это снова?"

"Ты не можешь заставить это держаться. Ничего из этого не сбудется ".

"Спорим?" Она толкнула Клео в кресло, закрепила ремни безопасности через задние перекладины и приковала ее к нему, когда заканчивала исправленную Миранду.

На моих руках нет крови, подумала Ева. "Я думаю, Мира была права", - пробормотала она, затем покачала головой в ответ на вопросительный взгляд Пибоди. "Ничего. Я знаю, что ты дочь Макса Рикера", - сказала она Клео. "Я знаю, что вы наняли Рода Сэнди, чтобы он передавал данные об Алексе Рикере Максу Рикеру. Я знаю, что вы поддерживали связь со своим отцом с момента его заключения на Омеге, и что вы общались с ним в ночь убийства Колтрейн."

"Ты можешь дать мне пощечину за это, ты можешь стоить мне работы. Но вы не можете повесить на меня убийство ".

"О, я сделаю. Ты отправился на его поиски, не так ли? Пошел искать папочку ".

"Что, если бы я сделал? Никакого преступления".

"Надеясь на его любовь и привязанность. Может быть, щенок. Жалкие."

Оскорбление заставило Клео дернуться в оковах. "Я знаю о тебе, как тебя воспитывало государство. Ты даже не знаешь, откуда ты пришел. Это жалко".

"Я знаю, где я приземлился". Ева принесла стул, оседлала его. "Макс Рикер отправил тебя в колледж, оплатил твой транспорт".

"Ну и что? Никакого преступления".

"Но это было не бесплатно. Никаких бесплатных обедов от Макса. Ни для кого. Но тогда, для тебя должно было быть удовольствием найти способ навязать это своему брату ".

"Половина".

"Половина, которая привлекала все внимание, все деньги все эти годы. Сын. Мужчины так чертовски рады иметь сыновей ".

"Зависит от сына".

"Рода Сэнди было легко сформировать. Он так ревновал к Алексу. Тебе просто нужно было посеять семена, показать ему возможность и награды ".

"Не могу доказать это, потому что, о да, это верно. Он мертв".

"У тебя есть стилет, Клео".

"Я коллекционер. У меня есть лицензия ". Она намеренно зевнула. "Я бы стал адвокатом, но это слишком занимательно".

"Мы получили доступ к вашему банковскому ящику. У нас есть кольцо Колтрейн. Это было глупо. Полицейский, забирающий трофей, который может связать ее с убийством."

Клео просто дернула плечом и выглядела скучающей. "Она одолжила его мне за пару дней до своей смерти. Я вставил это туда из уважения ".

"Да, это сработает. Ты думаешь, это сработает, Пибоди?"

"Даже в мире, где розовые феи поют и танцуют". Покачав головой, Пибоди приподнялась, чтобы сесть на стол для совещаний. "Держу пари, Макс сказал ей избавиться от этого, вместе со всем остальным. Но это действительно красивое кольцо ". Она улыбнулась Клео. "Я думаю, ты просто хотел этого".

"Она одолжила это мне. Ты не можешь доказать обратное".

"Ты думаешь, Макс все это исправит для тебя?" Ева позволила себе короткий смешок, прозвучавший во время вопроса. "Что у него есть сила, средства, связи, чтобы исправить это? Может быть, он так и делает. Но ему должно быть не все равно. Он этого не делает ".

Клео снова потянула за оковы, и в ее глазах Ева распознала жажду крови. "Ты ни хрена не знаешь".

"Я знаю, что он использовал тебя. Вы использовали друг друга, чтобы получить то, что хотели. Причинить боль Алексу. И если Колтрейн пришлось умереть, чтобы по-настоящему облапошить его, она ничего не значила. Означает конец. Сколько еще раз ты убивал ради него?"

"Ты скажи мне. У вас есть косвенные доказательства, у вас есть предположения. Сука, у тебя ничего нет. "

"У меня их много". Ева воскресла. "Он ничего не любит, Клео, ничего не ставит выше себя. Ты была интересной и полезной для него какое-то время. Но твоя ценность для него только что достигла дна. Он вырежет тебя, как опухоль".

"У тебя ничего нет", - процедила Клео сквозь зубы. "Ты ничего не знаешь".

"Хорошо. Почему бы не получить это прямо из источника ". Она подала знак Рорку. "Ты можешь посмотреть на экране, Клео. Я передам от тебя привет твоему отцу".

Было странно находиться в конференц-зале, знать, что она осталась там, и все же видеть, как ее изображение формируется на настенном экране. Знать, что она осталась на месте, и смотреть вокруг и видеть холодную бетонную клетку. Видеть мужчину на тонкой, узкой койке внутри ничем не украшенной серой коробки.

Она отметила, что он плохо перенес тюрьму. Его волосы поредели, тело начало обвисать, кожа приобрела желтоватый оттенок. Но его глаза, подумала она, были такими же живыми и порочными, как всегда.

"Привет, Макс".

Он медленно сел. Она видела дрожь - шок, возбуждение, страх? Она не могла быть уверена. "Лейтенант Даллас". Его зубы обнажились в свирепой улыбке, когда он прыгнул.

Он прошел сквозь голографическое изображение и оцарапал руки о стену, когда вскинул их, чтобы остановить свое движение вперед.

"Да, я тоже рад видеть тебя снова. Почему бы тебе не присесть? Мы поболтаем".

Он вернулся, встал так, что их лица почти соприкасались. Хотя она знала лучше, она почти чувствовала его дыхание на своей коже. "Я не обязан говорить с вами. Ваше голографическое присутствие нарушает мои права ".

"Я думаю, ты захочешь поговорить со мной. Что касается прав, давайте освежим вашу Миранду." Как только она это сделала, она улыбнулась. "Опять попался, Макс. Заговор с целью убийства офицера полиции. Мы знаем, что вы заказали убийство Колтрейн. Мы взяли это под контроль. Глава и стих. Я хотел быть тем, кто расскажет вам об этом, чтобы вы знали лично, что вам будет предъявлено обвинение, и вы будете осуждены, и получите еще один пожизненный срок ".

Он действительно сел, положил руки на колени. "Я не знаю, о чем ты говоришь. Но если бы я это сделал, ты думаешь, это имеет значение для меня? Сучка мертва, не так ли?"

"У нас есть Руш, так что он не будет в твоем распоряжении. Вдобавок ко всему, теперь, когда надзирателю известно о вашей деятельности, вы будете отрезаны. Больше никаких разговоров с друзьями и семьей на планете, Макс ".

Его лицо напряглось. "Всегда есть кто-то, готовый заключить сделку. Всегда кто-то. Однажды они добавят еще один пожизненный срок за твое убийство. Я об этом много думал. Много размышлений".

"Сэнди не сможет помочь тебе с этим. Он мертв".

Она видела, как по его лицу пробежала волна гнева, прежде чем оно стало жестким и холодным. "Жаль. Но всегда есть другой Сэнди ".

"Твой сын раскусил тебя. Потерял там своего мальчика для битья, Макс."

"Мой сын бесполезен. Он даже не смог удержать женщину в узде, не так ли? У него в постели была полицейская, но он не положил бы ее в карман ". Улыбка, тонкая и лукавая, скользнула по его губам. "Он был счастлив помочь убить, когда я предложил это, когда я организовал это".

"Пожалуйста. Алекс для тебя не что иное, как разочарование, потому что он не стал бы делать все по-твоему. Он не убивал Колтрейн. У меня есть твоя девушка, Макс ".

"Я не знаю, о чем ты говоришь". Теперь он отвернулся, переминаясь с ноги на ногу, как обиженный ребенок. "Я сыт тобой по горло".

"Клео под стражей. На счету два убийства. Она не связалась с тобой перед тем, как убить Сэнди. Плохая девочка. Она все испортила, Макс, и теперь ты должен заплатить. Это ее вина, что у тебя ничего не получилось ".

Полная сочувствия и разума, она прислонилась спиной к стене, когда он снова придвинулся к ней. "Ты действительно побил ноль в отделе потомства. Но, может быть, видя, что ты уже в полной заднице, ты захочешь ей помочь. Отдувайся по полной, дай ей что-нибудь для ее защиты. Ты вынудил ее, ты шантажировал ее, ты промыл ей мозги, угрожал ей. Возможно, вы смогли бы убедить меня пойти на меньшую плату. Черт возьми, она полицейский. Я разберусь. Возможно, я мог бы дать ей двадцать вместо жизни. В конце концов, она твоя кровь".

"Она ничто. Никогда не было и никогда не будет. Меньше, чем ничего. Клео получила от меня все, что могла, и это больше, чем она заслуживала. Колтрейн на ее стороне. Я старик, в тюрьме", - добавил он с насмешкой. "Я не могу контролировать то, что какая-то сука делает на планете. Ты не докажешь обратного".

"Эта сука - твоя дочь, Макс".

"Она ничто, и она ничего не получит от меня. Она ненавидела Алекса - ненавидела его, потому что он был моим сыном, моим наследником. Очевидно, что она убила шлюху-копа, чтобы отомстить ему, и для меня это ничего не значит ".

"Минуту назад ты пытался сказать мне, что Алекс совершил убийство".

"У Алекса нет яиц.По крайней мере, Клео знает, как добиваться того, чего она хочет, чего бы это ни стоило. Но у нее нет мозгов Алекс. Между ними едва ли есть один полезный человек ".

"Известно ли вам, что Клео Грейди убила детектива Колтрейн".

Он снова улыбнулся. "Она хотела сделать это два года назад, когда коп жил с Алексом в Атланте. Я советовал не делать этого, так что для меня это ничего не значит. Она ничто для меня. Запри ее подальше. Тупая сука. Тупая сука". Он стукнул кулаком по койке. "Глупая сука", - повторял он снова и снова.

"Покончи с хоро", - приказала Ева и услышала, как горький рефрен эхом отдается в ее ушах, когда она уставилась на Клео. "Папа в очень плохом настроении", - прокомментировала Ева.

Ева заметила, что там были слезы, лишь слабый проблеск их за яростью в глазах Клео. "Он лжец".

"О да, но не об этом. Он у нас, Клео. У нас есть ты. И если ты не полный дурак, ты знаешь, что он и пальцем не пошевелит, чтобы помочь тебе ".

"Я хочу сделку".

"Ты их не получишь". Ева снова села, убедившись, что Клео смогла прочитать твердую правду об этом на ее лице. "Убийство в первом для Колтрейн. Мы завернем тебя в это. Твоя связь с Рикером поможет покончить с этим ".

"Я хочу гребаную сделку".

"Ты, блядь, их не получишь! Не для Колтрейн. Нет, пока я дышу. Ты хотел угодить своему отцу и причинить боль своему брату, поэтому ты убил невинную женщину. Коллега-офицер, товарищ по отделению. Ты заплатишь за это всей своей оставшейся жизнью. И для Сэнди. Он не значит для меня то же самое, это факт, но такова моя работа. Ты тоже заплатишь за него ".

"Тогда нам нечего сказать".

"Решать тебе. Давай предъявим ей, Пибоди, два обвинения в убийстве по первому."

"Дай мне что-нибудь, черт возьми".

"Вы чего-то хотите, детектив? Ты хочешь от меня какого-то внимания? Тот факт, что ты в сознании и не истекаешь кровью, - это все, что тебе будет оказано ".

"Я знаю контакты Макса, те, которые ты пропустил. Я знаю, где у него есть счета, на которых достаточно средств, чтобы продолжать платить этим контактам ".

"Мне все равно. Хороший полицейский мертв, так что поверь мне, меня не волнует твое жалкое ремесло. У тебя нет ничего, чего я хочу и вполовину так сильно, как хочу, чтобы ты доживал свою жизнь в клетке ".

Ева сделала паузу на мгновение, как будто раздумывая. "Но я дам тебе шанс отомстить Максу Рикеру. Я дам тебе шанс опустить на него молоток ".

Она наблюдала, как разгораются интерес и ярость. И сыграл на этом. "Он говорит, что это не имеет значения, но ты знаешь лучше. Еще одно пожизненное заключение, больше никаких дыр, через которые можно пролезть, чтобы нажимать кнопки здесь, внизу. Лиши его той силы, которая у него осталась. Я дам тебе шанс на это, прямо здесь и сейчас. Я ухожу, и ты теряешь даже это. Отплати ему, Клео. Отплати ему за то, что он выбросил тебя, как мусор ".

"Это была его идея. Колтрейн. Он хотел ее смерти, поэтому он подстроил это. Она не единственная ".

Ева вернулась, чтобы сесть. "Давайте начнем с нее".

"У него все еще есть некоторое влияние и кое-какие связи в Атланте. Он использовал их, когда она начала говорить о переводе, чтобы расчистить путь в Нью-Йорк, в мой отряд. Если бы она не кусалась, я бы перевелся туда, куда она пошла. Но она упростила это ".

"Он нацелился на нее из-за Алекса?"

"У него с Алексом были разногласия перед тем, как Макс упал, и сразу после. Да, он долго думал о расплате там - черт возьми, он обещал Алексу, что заплатит. Колтрейн была платой ".

"Ты связался с ней той ночью".

"Макс все устроил. Пришлось Сэнди убедить Алекса, что им нужно ненадолго приехать в Нью-Йорк, разобраться здесь с кое-какими делами. Сэнди знал, что у Алекса были некоторые сожаления по поводу Колтрейн, и он сыграл на них - подтолкнул его связаться с ней, пригласить ее к себе. После этого было легко. Сэнди уговорила Алекса выйти, прогуляться. Я пометил ее, сказал, что у меня есть веские доказательства по делу Чайнатауна, и мне нужно, чтобы она пришла. Макс сказал мне, как он хотел, чтобы все прошло, и я сделал именно то, что он хотел ".

"Ты ждал ее на лестнице".

"Просто оглушение там. Макс хотел, чтобы это было сделано определенным образом, поэтому это было сделано определенным образом. Я отнес ее в подвал, вернул ее, чтобы я мог передать ей сообщение Макса. "Алекс убивает тебя, сука. Алекс берет твое собственное чертово оружие и прижимает его к твоему горлу. Чувствуешь это? Ты не можешь уйти от Рикера и остаться в живых." Он хотел, чтобы она умерла, думая, что Алекс заказал убийство. Если Алекс пошел на это, тем лучше. В любом случае, это была расплата. И самое интересное, что это произойдет на твоей территории. Маленькая иголка в твоей руке.

"Он много думает о тебе".

"Ты тоже", - сказала Ева.

ЭПИЛОГ

КОГДА ЭТО БЫЛО СДЕЛАНО, Когда ЕВА ПОЧУВСТВОВАЛА столько же ОТВРАЩЕНИЯ, сколько и удовлетворения, она приказала униформе отвести Клео в booking.

"Ты хочешь пройти через это?" Пибоди спросила ее.

"Нет, я действительно не хочу".

"Я позабочусь об этом", - предложила Пибоди. "Это оставляет тебя немного уязвленным. Она убила более дюжины людей ради него. Просто потому, что он сказал ".

"Нет, не только потому, что. Это только часть всего. Остальное? Это просто в ней. Бог знает почему".

"Я напишу это. Я бы хотела", - добавила она, прежде чем Ева смогла заговорить. "Для Колтрейн".

"Хорошо".

Оставшись одна, Ева просто села в конференц-зале. Слишком много всего крутится, поняла она. Слишком много гудящих мыслей.

Моррис тихо вошел, сел напротив нее. "Спасибо тебе".

По причинам, которые Ева не могла назвать, она оперлась локтями о стол и прижала пальцы к глазам, которые жгло.

"Ты испытываешь к ней некоторую симпатию".

"Я не знаю, что я чувствую", - выдавила она.

"Какое-то маленькое зернышко сочувствия к женщине, чей отец мог испытывать к ней такое презрение. Я видел ее лицо, когда он говорил тебе о ней. Его слова разрывают ее на части. Я был рад этому, и все же я тоже это чувствовал. Это маленькое зернышко сочувствия".

Ева опустила руки. "Она заслужила это. Все это. Больше этого".

"Да. И все же. Это то, что отличает нас от нее, Евы. Мы можем чувствовать это, несмотря на то. Я уезжаю сегодня вечером в Атланту. Я хотел бы сказать ее семье, что ее убийца - ее убийцы - предстал перед правосудием. Я бы хотел сделать это сам ".

"Да, хорошо. Конечно. Ты ... " Она почти боялась спросить. "Ты возвращаешься?"

"Да. Это мое место, это моя работа. Я возвращаюсь". Он поставил коробку на стол. "Это было ее. Я хочу, чтобы у тебя это было ".

"Моррис, я не могу-"

"Это мелочь". Он сам открыл крышку. Внутри была стеклянная бабочка, поднявшая украшенные драгоценными камнями крылья. "Она сказала мне, что это было первое, что она купила себе, когда приехала сюда. Что это всегда заставляло ее улыбаться. Для меня было бы много значит, если бы ты согласился ".

Она кивнула, затем накрыла его руку своей. "На этот раз дело было не только в работе".

"Я знаю. Но тогда, для тебя, этого никогда не будет." Он поднялся, перешел. Он взял ее лицо в свои руки и нежно поцеловал в губы. "Я вернусь. Я обещаю", - сказал он и оставил ее с украшенной драгоценностями бабочкой.

Она потеряла счет времени, когда сидела там, ожидая, когда все успокоится, сгладится. Потеряла счет времени, пока была одна, прежде чем Рорк вошел в комнату.

Как и Моррис, он сел напротив нее. Он молча изучал ее лицо.

"Я устала", - сказала она ему.

"Я знаю, что ты есть".

"Я хочу чувствовать себя хорошо по этому поводу, но у меня не совсем получается. Это была хорошая работа, я знаю это. Все проделали хорошую работу. Но я не могу чувствовать себя хорошо из-за этого. Я просто чувствую усталость ".

Она сделала вдох. "Я хотел, чтобы ее разрезали на куски, и я знал, что Рикер сделает именно это. Я знал это. Я хотел этого. У меня и без этого было достаточно информации о ней для ареста. Но-"

"Колтрейн и Моррис заслуживали большего. И мы оба знаем, что арест - это не обвинительный приговор ".

"Рео бы прибил ее. Но, да, Колтрейн и Моррис заслуживали большего ".

"Они так легко предали друг друга. Использовали, нападали и предавали друг друга без колебаний, без угрызений совести. Хотя мне нравилось наблюдать, как ты расправляешься с Рикером, нравилось видеть его в том каменном ящике, просто трудно чувствовать себя хорошо, наблюдая, как люди, которые должны чувствовать какую-то преданность, которые что-то чувствуют друг к другу, слетаются, как стервятники на труп ".

"Она действительно что-то чувствовала к нему. Может быть, в этом-то и проблема ".

"Ты прав, да. Но это не остановило ее. Ты знал, что она что-то почувствовала, каким бы извращенным оно ни было, и использовала это. И это, лейтенант, хорошая работа." Он постучал по открытой коробке. "Что это?"

"Это принадлежало Колтрейн. Моррис ... он хотел, чтобы это было у меня ".

Поверх этих украшенных драгоценностями крыльев он улыбнулся ей. "Я думаю, вы сможете взглянуть на это в ближайшие дни и почувствовать себя хорошо. Ты можешь пойти домой?"

"Да. Пибоди выполняет черную работу ".

"Давай пойдем домой и проведем вечер, будучи благодарными за то, кто мы есть". Она закрыла крышку на коробке, сунула ее в карман. Она обошла стол, обняла его. "Я есть. Благодарен. Бог. Я хочу посмотреть видео, где много чего взрывается, и поесть попкорна, выпить много вина, а затем заняться пьяным сексом на полу ".

"Как ни странно, именно это я и имел в виду". Он переместил ее, взял ее руку в свою. "Мы идеально подходим друг другу".

Возможно, она была не совсем готова к хорошему, подумала Ева, когда они покинули конференц-зал и направились к планерам. Но она определенно чувствовала себя лучше.

Дж.Ди Робб

Обладание в смерти

Ева Даллас и ее муж Рорк #39

Любовь сильна, как смерть.

ПЕСНЬ СОЛОМОНА

Откуда и что ты, отвратительный облик?

ДЖОН МИЛЬТОН

Один

Она провела утро с убийцей.

Он был под охраной на больничной койке, выздоравливая после почти смертельного ранения - благодаря оплошности его сообщницы по преступлению, - но у нее не было сочувствия.

Она была рада, что он выжил, пожелала ему долгой-долгой жизни - в инопланетной бетонной клетке. Она верила, что дело, которое она и ее команда построили, будет надежным - как и почти ликующий прокурор. Брызги на глазури этого конкретного кекса были признанием, которое она вытянула из него, когда он насмехался над ней.

Учитывая, что он пытался убить ее менее двадцати четырех часов назад, усмешка была небольшим изменением.

Сильвестр Мориарти получил бы лучшую медицинскую помощь, какую только мог предоставить Нью-Йорк, затем он присоединился бы к своему другу Уинстону Дадли за решеткой до того, что обещало стать сенсационным, пропитанным прессой судебным процессом, учитывая состояние и имена их семей.

Дело закрыто, сказала она себе, пробираясь сквозь пропитанный жарой субботний полдень поток машин по направлению к дому. У мертвых теперь была единственная справедливость, которую она могла предложить, а у их семей и друзей - утешение - если это было утешением, - что виновные заплатят.

Но это преследовало ее: расточительство, жестокость, крайний эгоизм двух мужчин, которые были настолько надуты собственной значимостью, своим положением, что считали убийство формой развлечения, извращенным видом потворства своим желаниям.

Она маневрировала в нью-йоркском потоке машин, едва слыша звуки клаксонов, раздражающе веселый ажиотаж рекламных дирижаблей, возвещающих о распродажах в середине лета в Sky Mall. Туристы заполонили город - и, вероятно, торговый центр Sky Mall тоже, - поедая соевых сосисок из дымящихся тележек, выискивая закуски и выгодные предложения среди магазинов и уличных торговцев.

Кипящее рагу, подумала она, в жару и влажность лета 2060.

Она уловила молниеносное движение ловкого уличного вора, наткнувшегося на пару туристов, больше увлеченных разглядыванием зданий и их звенящих табличек с людьми, чем собственной безопасностью. Он одним щелчком пальцев засунул бумажник в аккуратный разрез своих мешковатых брюк и заскользил, как змея, сквозь лес людей, с грохотом переходящих пешеходный переход.

Если бы она шла пешком или, по крайней мере, направлялась в том же направлении, она бы погналась - и погоня, возможно, подняла бы ей настроение. Но он и его добыча дымили вовсю, и он, без сомнения, продолжит хорошо забивать в сегодняшних стрельбах по мишеням.

Жизнь продолжалась.

Когда лейтенант Ева Даллас наконец въехала в величественные ворота дома, она снова напомнила себе об этом. Жизнь продолжалась - и в ее случае, сегодня, это включало в себя пикник, орду полицейских и ее странный ассортимент друзей. Пару лет назад это было бы последним способом, которым она провела бы субботу, но все изменилось.

Ее жилищные условия, безусловно, изменились, от скудно обставленной квартиры до дворца-крепости, построенного Рорком. У ее мужа - и это было изменением, даже если они только что отпраздновали второй год брака - было видение, потребность и, видит Бог, средства для создания великолепного дома с множеством комнат, наполненных стилем и функциональностью. Здесь трава была сочной летней зелени, деревья и цветы в изобилии.

Здесь был мир, тепло и радушие. И она нуждалась в них, может быть, просто немного отчаянно в данный момент.

Она оставила свой автомобиль у главного входа, зная, что Соммерсет, мажордом Рорка, отправит его на место в гараж. И надеялась, что хотя бы на этот раз он не маячил, как пугало, в фойе.

Она хотела прохлады и тишины спальни, которую делила с Рорком, нескольких минут одиночества. Пора, подумала она, шагая к дверям, избавиться от этого настроения перед вторжением.

На полпути к дверям она остановилась. Ради всего святого, вход был не через переднюю дверь - и почему она никогда не думала об этом раньше? Повинуясь импульсу, она пробежалась трусцой - длинные ноги разъедали землю, - пересекла один из внутренних двориков, повернула через небольшой сад, обнесенный стеной, и вошла через боковую дверь. В гостиную, или гостиную, или утреннюю комнату - кто знал? она подумала, закатив усталые карие глаза - и пробралась так же незаметно, как уличный вор, через коридор, вниз и на более знакомую территорию игровой комнаты, где она знала, как обстоят дела.

Она вызвала лифт и сочла это маленькой личной победой, когда двери закрылись за ней. "Главная спальня", - приказала она, затем просто прислонилась спиной к стене, закрыла глаза, пока устройство двигалось своим путем.

Когда она вошла в спальню, она провела рукой по своей растрепанной шапке каштановых волос, сняла куртку со своего долговязого тела и бросила ее на самый удобный стул. Она ступила на платформу и села на край кровати размером с озеро. Если бы она верила, что может убежать в сон, она бы вытянулась, но в ее голове, в ее животе было слишком много всего для отдыха.

Итак, она просто сидела, коп-ветеран, лейтенант отдела по расследованию убийств, которая проходила через кровь и смерть больше раз, чем могла сосчитать, и немного оплакивала.

Рорк нашел ее там.

Он мог оценить ее душевное состояние по тому, как поникли ее плечи, по тому, как она сидела, уставившись в окно. Он подошел к ней, сел рядом, взял ее за руку.

"Я должен был пойти с тобой".

Она покачала головой, но прислонилась к нему. "Гражданским лицам не место на собеседовании, и ты все равно ничего не смог бы сделать, если бы я потянул время и пригласил тебя в качестве эксперта-консультанта. Я застал его врасплох и разрубил его батальон дорогих адвокатов, как гребаное мачете. Я думал, что окружной прокурор собирается поцеловать меня в губы ".

Он поднес руку, которую держал, к своим губам. "И все равно тебе грустно".

Она закрыла глаза, немного успокоенная его твердостью рядом с ней, этим ирландским шепотом в его голосе, даже таким неповторимым его ароматом. "Не грустно, или ... Я не знаю, кто я, черт возьми. Я должен быть возбужден. Я сделал свою работу; я захлопнул ее - и я должен посмотреть им обоим в лицо и дать им это понять ".

Она оттолкнулась, подошла к окну, снова отошла и поняла, что в конце концов, она хотела не покоя и комфорта. Не совсем еще. Это было место, где можно было все отпустить, дать волю гневу.

"Он был взбешен. Мориарность. Лежит там с дырой в груди, которую его приятель проделал в нем своей долбаной антикварной итальянской фольгой ".

"То, что предназначено для тебя", - напомнил ей Рорк.

"Да. И он зол, серьезно зол, Дадли промахнулся, и это был не я на плите в морге ".

"Я полагаю, что так оно и было", - холодно сказал Рорк. "Но это не то, что заставляет тебя двигаться".

Она помолчала минуту, просто посмотрела на него. Потрясающие голубые глаза на потрясающем лице, грива густых черных волос, рот поэтессы сейчас твердо сжат, потому что она заставила его подумать о ней на той плите в морге.

"Ты знаешь, у них никогда не было шанса забрать меня. Ты был там".

"И все же он пустил кровь, не так ли?" Рорк кивнул на заживающую рану на ее руке.

Она постучала по нему. "И это помогло их зашить. Покушение на убийство офицера полиции - всего лишь мазок по глазури. Они не смогли забить следующий гол. Теперь они должны завершить свое соревнование ничьей, чего, как ни странно, я думаю, они всегда хотели. Они просто планировали, что конкурс продлится намного дольше. И вы знаете, какой приз был в конце? Ты знаешь, какой был кошелек на этом чертовом турнире?"

"Я не знаю, нет, но я вижу, что ты избавился от этого сегодня в Мориарти".

"Да, я завел его так сильно, что ему пришлось выпустить это наружу. Доллар. Гребаный доллар, Рорк - просто одна большая шутка между ними. И от этого меня тошнит".

Это потрясло, даже немного ужаснуло ее, то, что у нее защипало глаза, что она почувствовала, как наворачиваются слезы. "Меня от этого тошнит", - повторила она. "Все эти люди мертвы, все эти жизни разбиты, и от этого меня тошнит? Я не знаю почему, я просто не знаю, почему у меня сводит живот. Я видел и похуже. Боже, мы оба видели и похуже ".

"Но редко бывает более бесполезным". Он встал, взял ее за руки, нежно потирая. "Без причины, без безумной вендетты или лихорадочной мечты, без мести, жадности или ярости. Просто жестокая игра. Почему это не должно вызывать у вас тошноту? Это касается и меня тоже ".

"Я связалась с ближайшими родственниками", - начала она. "Даже те, кого мы нашли до того, как они начали этот матч в Нью-Йорке. Вот почему я так поздно возвращаюсь. Я думал, что мне это нужно, и думал, что если я закрою это полностью, я почувствую себя лучше. Я получил благодарность. Я получил гнев и слезы, все, что вы ожидаете. И каждый из них спрашивал меня, почему. Почему эти люди убили свою дочь, своего мужа, свою мать?"

"И что ты им сказал?"

"Иногда нет причин, или мы не можем их понять". Она крепко зажмурила глаза. "Я хочу быть взбешенным".

"Ты находишься под этим. И, несмотря на это, вы знаете, что проделали хорошую работу. И ты жива, дорогая Ева." Он привлек ее к себе, чтобы поцеловать в лоб. "Что, если перевести это на их уровень, делает их неудачниками".

"Я думаю, это так. Я думаю, этого должно быть достаточно ".

Она взяла его лицо в свои руки, слегка улыбнулась. "И есть дополнительный бонус, что они ненавидят нас обоих. Действительно ненавидят нас. Это добавляет импульс".

"Я не могу вспомнить никого, кого бы я предпочел, чтобы меня ненавидели, или кого бы я предпочел, чтобы меня ненавидели".

Теперь улыбка появилась в ее глазах. "Я тоже. Если я сохраню это в центре внимания, у меня может быть настроение повеселиться. Я думаю, нам следует спуститься и сделать то, что мы должны сделать, прежде чем все соберутся здесь ".

"Сначала изменитесь. Вы будете больше чувствовать себя в режиме вечеринки без ботинок и оружия ".

К тому времени, как она сменила брюки на хлопчатобумажные штаны, ботинки на кроссовки и спустилась вниз, она услышала голоса в фойе. Она заметила свою партнершу, Пибоди, ее короткий темный хвостик подпрыгивал, летнее платье развевалось. Сожитель Пибоди, электронный детектив и главный гик Макнаб, стоял рядом с ней в кожаной майке, переливающейся всеми цветами радуги, в сочетании с мешковатыми ярко-розовыми шортами до колен и гелевыми шлепанцами.

Он повернулся, лес серебряных колец на мочке его левого уха мерцал, и одарил Еву широкой улыбкой. "Привет, Даллас. Мы принесли тебе кое-что".

"Домашнее вино моей бабушки". Пибоди подняла бутылку. "Я знаю, что у вас винный погреб размером с Калифорнию, но мы подумали, что вы получите плату. Это хорошая штука ".

"Давай выйдем и откроем это. Я готов к чему-нибудь хорошему ".

Пибоди, не отводя глаз, приподняла брови. "Все в порядке?"

"ПА, вероятно, все еще исполняет свой счастливый танец. Дело закрыто ", - сказала она и опустила остальное. Нет смысла сейчас добавлять детали, которые вызвали бы у ее партнера такое же беспокойство, как и у нее.

"Мы сначала выпьем и выпьем за отдел убийств полиции Нью-Йорка и отдел электронных детективов", - сказал Рорк, подмигнув Макнабу.

На широкой каменной террасе стояли столы, уже уставленные едой и укрытые зонтиками, а сады взорвались цветом и ароматом. Гриль-монстр, который покорил Рорк - в основном - выглядел устрашающе, а вино действительно было хорошим.

В течение тридцати минут аромат жарящегося мяса смешивался с ароматом летних цветов. Терраса, стулья вокруг столов, сады, заполненные людьми. Ее все еще поражало, что она каким-то образом собрала так много.

Ее копы - все, кто работал над делом Дадли-Мориарти, - вместе с Шер Рео, помощником прокурора, молодоженами доктором Луизой ДиМатто и бывшим лицензированным компаньоном Чарльзом Монро стояли, сидели, бездельничали или набивали морды.

Моррис, я, который вдохновил ее на организацию этой вечеринки, чтобы помочь ему справиться с затянувшимся горем по поводу убитой любви, выпил пива с отцом Лопесом, который стал его другом и советчиком.

Немного странно видеть священника на вечеринке - даже того, кто ей нравился и уважался, - но, по крайней мере, на нем не было костюма.

Надин Ферст, автор бестселлеров и первоклассный репортер, весело поболтала с доктором Мирой, психиатром отделения, и очаровательным мужем Миры, Деннисом.

Это было хорошо, решила она, выпустить пар таким образом, собраться вместе, чтобы сделать это, даже если собираться вместе было не так естественно для нее, как для некоторых. Было приятно наблюдать за техникой приготовления гриля Фини Кибица Рорка и наблюдать, как Трухарт хвастается своей симпатичной девушкой с застенчивыми глазами.

Черт возьми, она могла бы просто выпить еще один бокал вина бабули Пибоди и -

Мысль улетучилась, когда она услышала веселый смех.

Мэвис Фристоун выбежала на улицу в серебристых босоножках, шнуровка которых доходила до подола ее легкомысленной юбки цвета лаванды, оголяющей бедра. Ее волосы, собранные в корончатый хвост, гармонировали с юбкой. На руках она несла малышку Беллу. Леонардо, лучезарно улыбаясь своим девушкам, последовал за ними.

"Даллас!"

"Я думала, ты в Лондоне", - сказала Ева, когда ее окутал цвет, аромат и радость.

"Мы не могли пропустить вечеринку! Мы вернемся завтра. Трина остановилась, чтобы поговорить с Соммерсетом.

Ева почувствовала, как ее кожа покрылась мурашками. "Трина... "

"Не волнуйся, она здесь, чтобы повеселиться, а не лечить тебя. Она сделала прическу Белле - разве это не Мэг?"

Полмиллиона солнечных локонов окружали счастливое личико ребенка. Каждый из них был украшен крошечными розовыми бантиками.

"Да, это - "

"О, все, кто имеет значение, здесь! Я должен раздавать пожатия. Вот, подержи Белламизу минутку."

"Я принесу нам выпить". Леонардо погладил Еву по голове своей огромной рукой, затем скользнул прочь в своих красных ягодицах, обнажающих икры.

"Я - " Поскольку руки Евы немедленно оказались с прыгающим, пищащим ребенком, протест закончился сдавленным глотком.

"В эти дни ты приобрел некоторый вес", - сумела выдавить Ева, затем оглядела толпу в поисках простака, которому можно было бы передать груз. Белла взвизгнула, заставив сердце Евы учащенно забиться, затем схватила Еву за волосы и дернула с неожиданной силой.

И запечатлел влажный поцелуй с открытым ртом на щеке Евы. "Слоуч!" - сказала Белла.

"Что это значит? О Боже."

"Чмок", - позвала Мэвис, указывая пенистым розовым напитком. "Она хочет, чтобы ты поцеловал ее в ответ".

"Мужчина. Ладно, прекрасно ". Ева осторожно прикоснулась губами к щеке Беллы.

Очевидно довольная, Белла издала смех, так похожий на смех Мэвис, что Ева усмехнулась. "Ладно, парень, давай поищем тебе кого-нибудь другого, чтобы ты пооблизывался".

Два

Никто не ел так, как копы. Священники не так уж и плохи, заметила Ева, а врачи держались молодцом, решила она, пока Луиза, Моррис и Мира поглощали бургеры. Но против орды полицейских свирепая стая гиен потерпела бы неудачу.

Возможно, это были все пропущенные приемы пищи, банальный пончик, схваченный на лету. Но когда копы садились за бесплатную еду, они делали это с целеустремленностью.

"Это мило". Надин подошла, постучала своим бокалом по бутылке пива Евы. "Хороший день, хорошая компания, хороший шанс просто расслабиться и потусоваться. Вот почему я жду до понедельника, чтобы уговорить тебя прийти сейчас и обсудить убийства Дадли-Мориарти ".

"Это завернуто".

"Я знаю, что это завернуто - у меня есть свои источники. Если бы я не уехал из города, занимаясь рекламой книги, я бы уже был у тебя перед носом до этого ".

Надин улыбнулась. Она носила свои выгоревшие на солнце волосы длиннее и распущеннее и выбрала майку без рукавов поверх брюк, коротко обрезанных, чтобы продемонстрировать цепочку на лодыжке, - но репортер, готовый к съемке, все еще был там.

"Но сегодня я буду держаться от этого подальше", - добавила Надин и сделала еще один глоток вина. "Знаешь, что мне нравится, когда ты устраиваешь одно из этих собраний, Даллас?"

"Еда и алкоголь?"

"Это всегда первоклассно, но помимо этого. Это всегда такое интересное сочетание людей. Я знаю, что могу сесть рядом с кем угодно здесь и не скучать. У тебя талант коллекционировать разнообразное и интересное. Я только что разговаривала с Крэком ", - добавила она, имея в виду владельца секс-клуба ростом шесть с половиной футов, покрытого татуировками. "Теперь, я думаю, я собираюсь сесть рядом с застенчивым и рослым офицером Трухартом и симпатичной юной девушкой, с которой он ".

"Кэсси из архива".

"Кэсси из архива", - повторила Надин. "Я думаю, я хотел бы выяснить, что именно происходит между этими двумя".

Ева побрела к грилю, где Рорк передал факел Фини под присмотром Денниса Миры. Они были своего рода странной парой - разной, как и сказала Надин, - долговязый профессор с мечтательными глазами и помятый полицейский с буйной копной рыжих волос.

"Как дела?" она спросила.

"Получил еще пару заказов на коровьи котлеты и эти кебабные угощения". Фини перевернул пирожок.

"Я не знаю, куда они это девают". Деннис покачал головой.

"Желудки полицейских". Фини подмигнул Еве. "Мы едим то, что перед нами, и вдоволь, когда у нас появляется такая возможность".

"Кто-то должен оставить место для лимонного пирога с безе и клубничного коржа".

Фини остановился с бургером на плавниках. "У нас есть лимонный пирог с безе и клубничное песочное печенье?"

"Это слово на улице".

"Где это находится?"

"Я не знаю. Спроси Соммерсета."

"Не думай, что я не буду". Он перевернул бургер, затем ткнул лопаткой в Денниса. "Захвати власть. Я получу свою долю, прежде чем эти стервятники пронюхают ".

Когда Фини умчался, взгляд Денниса стал еще мягче. "Есть ли взбитые сливки?"

"Возможно".

"Ах". Он протянул ей лопаточку. "Ты не возражаешь?" спросил он, добавляя отеческое похлопывание по голове. "У меня слабость к песочному пирогу и взбитым сливкам".

"Гм - " Но он уже уходил.

Ева посмотрела вниз на шипящие котлеты, овощи на вертеле. Это было не так страшно, как иметь на руках пускающего слюни ребенка, но ... Как, черт возьми, ты узнала, когда они закончили? Что-то подало сигнал? Должна ли она тыкать в них пальцем или оставить их в покое?

Все шипело и дымилось, и было бесчисленное множество циферблатов и датчиков. Когда она осторожно подняла еще одну блестящую крышку, она обнаружила жирных собак - вероятно, настоящее свиное мясо, - поджаривающихся, как горячие, набухшие пенисы.

Она снова закрыла крышку, затем вздохнула с облегчением, когда Рорк присоединился к ней.

"Они покинули поле боя, соблазненные слухами о пироге. Ты справишься с этим." Она отдала лопаточку. "Я мог бы сделать что-нибудь, что заставит Луизу и ее врачебный саквояж работать".

Он смотрел на шипение и дым так, как она часто видела, как он смотрит на какой-то сложный компьютерный код. Со светом вызова в его глазах.

"На самом деле, это доставляет удовольствие, готовить на гриле". Он предложил лопаточку. "Я мог бы научить тебя".

"Нет, спасибо. Есть это приятно, и я уже это сделал ".

Он переложил бургеры с гриля на блюдо, затем использовал что-то вроде щипцов, чтобы переложить кебаб.

"Если бы я знал, что с ними покончено, я мог бы это сделать".

"У тебя есть другие таланты". Он наклонился, поставив блюдо с едой между ними, и поцеловал ее.

Хороший момент, подумала она - ароматы, голоса, жаркое летнее солнце. Ева начала улыбаться, затем увидела Лопеса, идущего в их направлении. Он шел как боксер, которым он был, подумала она, компактное тело, легкие ноги.

"Готов к следующему раунду, Чейл?" Спросил его Рорк.

"Первого было более чем достаточно. Я хочу поблагодарить вас обоих за то, что вы есть у меня. У тебя прекрасный дом, прекрасные друзья".

"Ты еще не уходишь?"

"Боюсь, я должен. У меня вечерняя месса с крещением. Семья попросила меня, поэтому я должен вернуться в Сент-Крист ó бал и подготовиться. Но я не могу придумать более приятного способа провести день ".

"Я отвезу тебя", - сказала Ева.

"Это мило с твоей стороны". Он посмотрел на нее - теплые карие глаза, в которых, по ее мнению, всегда был затяжной намек на грусть. "Но я не мог увести тебя от твоих гостей".

"Нет проблем. Они сосредоточены на еде, и скоро будет десерт ".

Он продолжал смотреть на нее, искать, и она знала, что он что-то увидел, когда кивнул. "Я был бы признателен".

"Почему бы тебе не взять это?" Рорк протянул Еве блюдо. "Накрывай, а я попрошу Соммерсета упаковать что-нибудь из десертов для Чейла".

"Ты сделал бы меня героем в доме священника сегодня вечером. Тогда я просто попрощаюсь ".

"Спасибо", - сказала Ева, когда Лопес вернулась на вечеринку. "Есть всего пара вещей, которые я хотел, чтобы он воспринял. Это не займет много времени ".

"Тогда продолжай. Я распоряжусь, чтобы твою машину подогнали ".

Она не была уверена, как подойти к этому, или даже почему она чувствовала необходимость в этом. Но он облегчил ей задачу - возможно, именно это делали мужчины вроде Лопеса.

"Ты хочешь спросить меня о Ли", - начал он, когда она проходила через ворота.

"Да, во-первых. Я вижу Морриса в основном над мертвыми телами, но я могу понять, где он находится. Для начала просто гардеробом. Я знаю, что он проходит через это, но ... "

"Тяжело смотреть, как друг горюет. Я не могу рассказать вам подробности, поскольку кое-что из того, о чем мы говорили, было конфиденциальным. Он сильный и духовный человек, тот, кто, как и вы, живет со смертью ".

"Это помогает - работа. Я вижу это", - сказала Ева, "и он сказал, что это так".

"Да, заботящийся о тех, чьи жизни были отняты, как его Амариллис. Это сосредотачивает его. Он скучает по ней, упускает потенциал того, что они могли бы создать вместе. Я могу сказать вам, что большая часть его гнева прошла. Это только начало ".

"Я не знаю, как люди избавляются от гнева. Не знаю, хотел бы я этого на его месте ".

"Ты даровал ему правосудие - земное правосудие. Оттуда ему нужно было обрести принятие, а затем веру в то, что Амариллис в руках Божьих. Или, если не Бог, то вера в то, что она тоже перешла к следующему этапу ".

"Если следующий этап так велик, почему мы так усердно работаем, чтобы остаться в этом? Почему смерть кажется такой бесполезной и причиняет так чертовски много боли? Все эти люди просто идут вперед, живут своей жизнью, пока кто-то не решит закончить это за них. Мы должны быть взбешены. Мертвые должны быть взбешены. Может быть, так оно и есть, потому что иногда они просто не отпускают ".

"Убийство нарушает как Божий закон, так и человеческий, и оно требует - требует - наказания".

"Значит, я сажаю их в клетку, и следующая остановка - огненный ад? Может быть. Я не знаю. Но как насчет убитого? Некоторые из них невинны, просто живут своей жизнью. Но другие? Другие так же плохи, или почти так же, как тот, кто их прикончил. На этом этапе я должен относиться ко всем одинаково, выполнить работу, закрыть дело. Я могу это сделать. Я должен это сделать. Но, может быть, иногда я задаюсь вопросом, достаточно ли этого для невинных и для тех - таких, как Моррис, - кого оставляют позади ".

"У тебя была трудная неделя", - пробормотал он.

"И еще кое-что".

"Если бы закрытие дел было всем, что имело для тебя значение, если бы это начиналось и заканчивалось там, ты бы никогда не предложил своему другу встретиться со мной. Мы с тобой не вели бы этот разговор. И ты не стал бы, не смог бы сохранить свою страсть к работе, для которой, я верю, ты был рожден ".

"Иногда я хотел бы увидеть или почувствовать ... Нет, я хотел бы знать, хотя бы однажды, что этого достаточно".

Он протянул руку, коротко коснулся ее руки. "Наша работа не такая, но некоторые вопросы, которые мы задаем себе, такие".

Она взглянула на него. Из бокового окна она уловила движение. На мгновение показалось, что улицы, тротуары были пусты. За исключением пожилой женщины, которая пошатнулась и поднесла уже окровавленную руку к груди за мгновение до того, как упала с бордюра на улицу.

Ева ударила по тормозам, включила мигалку. Даже когда она выскочила из машины, она выдернула свой 'линк из кармана. "Чрезвычайная ситуация, Даллас, лейтенант Ева. Мне нужен МТС, мне нужен автобус, шестисотый квартал 120-й улицы. Аптечка первой помощи в багажнике", - крикнула она Лопес. "Код два-пять-шесть-ноль-Бейкер-Зулу. Женщина-жертва", - продолжила она, опускаясь рядом с женщиной. "Множественные ножевые ранения. Держись, " пробормотала она. "Подожди". И, отключив связь, она прижала руки к ране на груди. "Помощь приближается".

"Беата". Веки женщины дрогнули, открылись, открыв глаза, настолько темные, что Ева едва могла разглядеть зрачки. "В ловушке. Красная дверь. Помоги ей".

"Помощь приближается. Назови мне свое имя", - сказала Ева, когда Лопес достала прокладку из аптечки первой помощи. "Как тебя зовут?"

"Она Беата. Моя красота. Она не может выбраться ".

"Кто сделал это с тобой?"

"Он дьявол". Эти черные глаза впились в Еву. В словах, которые она выдавила, был акцент, сильный, как жара.

Восточная европеец, подумала Ева, записывая это в уме.

"Ты... ты - воин. Найди Беату. Спаси Беату".

"Хорошо. Не волнуйся ". Ева взглянула на Лопеса, который покачал головой. Он начал бормотать на латыни, перекрестившись и начертив знак на лбу женщины.

"Дьявол убил мое тело. Я не могу бороться, я не могу найти. Я не могу освободить ее. Ты должен. Ты единственный. Мы говорим с мертвыми ".

Ева услышала сирены, знала, что они будут слишком поздно. Прокладки, ее собственные руки, улица были пропитаны кровью. "Хорошо. Не беспокойся о ней. Я найду ее. Скажи мне свое имя".

"Я - Гизи. Я - обещание. Ты должен впустить меня и сдержать свое обещание ".

"Хорошо, хорошо. Не волнуйся. Я позабочусь об этом". Быстрее, кричал ее разум сиренам. Ради Бога, поторопись.

"Моя кровь, твоя кровь". Женщина с удивительной силой сжала руку, которую Ева прижимала к ране на груди, царапая плоть ногтями. "Мое сердце, твое сердце. Моя душа, твоя душа. Прими меня".

Ева проигнорировала быструю боль от маленьких порезов на ладони. "Конечно. Хорошо. Вот они идут". Она подняла глаза, когда машина скорой помощи с визгом скрылась за углом, затем снова посмотрела в эти свирепые, бездонные черные глаза.

Что-то горело в ее руке, вверх по предплечью, пока шокирующий удар в грудь не лишил ее дыхания. Вспыхнул свет, ослепив ее, затем наступила полная темнота.

В темноте слышались голоса, более глубокие тени и яркая фигура молодой женщины - стройного телосложения, с водопадом черных волос и глазами глубокого, бархатисто-коричневого цвета.

Она Беата. Я - обещание, и обещание в тебе. Ты - воин, и воин держит меня. Мы вместе, пока не сдержим обещание и борьба не закончится.

"Ева. Ева. Лейтенант Даллас!"

Она дернулась, втянула воздух, как ныряльщик, всплывающий на поверхность, и обнаружила, что смотрит в лицо Лопес. "Что?"

"Слава Богу. С тобой все в порядке?"

"Да". Она провела окровавленной рукой по волосам. "Что, черт возьми, произошло?"

"Честно говоря, я не знаю". Он взглянул туда, где в футе от него двое мужчин работали над женщиной. "Она ушла. Там был свет - такой свет. Я никогда не видел ... Потом она ушла, и ты была ... " Он с трудом подбирал слова. "Не бессознательное, но пустое. Просто не существует на мгновение. Мне пришлось оттащить тебя, чтобы они могли добраться до нее. Ты увидел свет?"

"Я кое-что видел". Почувствовала что-то, подумала она. Что-то слышал.

Теперь она видела только старую женщину, чья кровь запятнала улицу. "Я должен сообщить об этом. Я думаю, ты собираешься опоздать на мессу. Мне нужно, чтобы ты дал показания ".

Она вскочила на ноги, когда один из МТ переступил через нее.

"Мы ничего не можем для нее сделать", - сказал он. "Она холодная. Должно быть, она лежала там пару часов, прежде чем вы нашли ее. Гребаный Нью-Йорк. Люди должны были проходить прямо мимо нее ".

"Нет". Теперь на тротуаре толпились люди, выстроившиеся в ряд, как хор для мертвых. Но не было... "Нет", - повторила Ева. "Мы видели, как она упала".

"Тело холодное", - повторил он. "Ей девяносто, если не больше, чем на день, и, вероятно, больше. Я не понимаю, как она могла пройти два фута со всеми этими порезами в ней ".

"Я думаю, нам лучше выяснить". Она подняла свой линк, вызвала его.

Три

Смыв кровь со своих рук, она оцепила место происшествия, достала из багажника свой походный набор. Она просматривала отпечатки жертвы, когда появились первые черно-белые.

"Ее нет в базе данных". Расстроенная, Ева поднялась на ноги, повернулась к полицейским. "Держите этих людей подальше. Поговори с ними. Выясни, знал ли ее кто-нибудь, видел ли кто-нибудь что-нибудь. Здесь кровавый след, и я не хочу, чтобы эти люди затоптали его ".

И где, черт возьми, они были, задавалась она вопросом, когда женщина, шатаясь, шла по улице, истекая кровью до смерти? Улица была пуста, как пустыня.

"Что я могу сделать?" Лопес спросил ее.

"Пибоди уже в пути - небольшая удача, что в нескольких минутах езды находится группа копов-убийц. Я хочу, чтобы вы дали ей показания. Расскажи ей все, что ты видел, все, что ты слышал ".

"У нее был акцент. Толстая. Поляк или венгр, может быть, румын".

"Да, скажи Пибоди. Как только ты это сделаешь, я могу попросить одного из копов отвезти тебя туда, куда тебе нужно ".

"Если тебе нужно, чтобы я остался - "

"Ты больше ничего не можешь здесь сделать. Я буду на связи ".

"Я хотел бы закончить проводить ее Последние обряды. Я начал, но ... У нее на шее распятие. "

Она размышляла. Его руки уже были по всему телу, и его одежда, как и ее, была испачкана кровью старой женщины. "Хорошо. Ты можешь сделать это, пока я займусь ею. Постарайся свести контакт к минимуму ".

"У тебя немного кровоточит рука".

"Она довольно сильно впилась ногтями. Это всего лишь пара царапин ".

Лопес опустилась на колени у изголовья женщины, пока Ева доставала датчики и инструменты из своего набора.

"Жертва - белая или, возможно, смешанной расы женщина неопределенного происхождения, возраст приблизительно девяносто. Перед смертью она назвалась Гизи. Множественные ножевые ранения, " продолжила Ева, " грудь, туловище, руки. Выглядит как защитные раны на руках, кистях. Она не просто стояла там и принимала это ".

"Она должна была умереть дома, в своей постели, в окружении своих детей, внуков. Мне жаль", - сказал Лопес, когда Ева подняла взгляд. "Я прервал твою запись".

"Не имеет значения. И ты прав."

"В этом разница между смертью и убийством".

"Это большая проблема. Как по-твоему, ее одежда выглядит самодельной?" Как она и просила, Ева задрала подол длинной юбки в широкую цветную полоску. "На мой взгляд, это ручная работа, причем тщательно выполненная. На ней сандалии - прочные, на них несколько миль пути. Сделал татуировку на внутренней стороне левой лодыжки. Павлиньи перья? Я думаю, что это павлиньи перья ".

"Она носит обручальное кольцо. Извини", - снова сказал Лопес.

"Да, обручальное кольцо или, в любом случае, простое золотое кольцо, подвеска в виде креста вместе со вторым кулоном, звездообразный узор с бледно-голубым камнем в центре, золотые серьги. Ни сумки, ни портмоне, но если это было жестокое ограбление, почему не забрали драгоценности?"

Она скользнула запечатанной рукой в карман сбоку юбки, сомкнула пальцы на маленьком мешочке. Оно было белоснежным, на ощупь напоминало шелк и точно завязано серебряным шнуром в три узла.

Она знала, что это было, еще до того, как развязала его и изучила содержимое. Она видела подобные вещи раньше. "У-у-у", - сказала она Лопес.

"Что?"

"Волшебная штука. Колдовство или что-то еще. У нас есть травы, маленькие кристаллы. Я бы сказал, что она подстраховалась. Амулет и распятие - и сделка с заклинаниями у нее в кармане. Это ей не помогло ".

Хотя она уже отметила время смерти, она использовала свой датчик для подтверждения. "Черт возьми, эта штука, должно быть, сломана. Это дало мне TOD чуть больше тысячи трехсот. Она умерла прямо здесь, у нас на глазах, в шестнадцать сорок две."

"У нее холодная кожа", - пробормотал Лопес.

"Мы видели, как она умирала". Ева вскочила на ноги, поворачиваясь, когда Пибоди подбежала трусцой, Моррис следовал за ней.

"Этого не было в расписании вечеринки", - сказала Пибоди, глядя на тело.

"Держу пари, на ней этого тоже не было". Ева взяла оружие и сбрую, которые она попросила Пибоди принести, и, пристегнув их, накрыла курткой, которую протянул ее партнер.

Она села на бордюр, сменила полозья на ботинки.

"Вам нужно получить заявление от отца Лопеса, чтобы мы могли освободить его. Попросите одного из полицейских отвезти его обратно, когда закончите. Тебе не обязательно было приходить", - сказала она Моррису. "Я уведомил ваших людей".

"Я отозвал их. В конце концов, я прямо здесь ".

"Вообще-то, я могу использовать главного парня. Мой калибр шаткий. Я записал ТОД как чертову ТОД, поскольку она умерла у меня на глазах. Но мой датчик показывает, что это произошло почти на четыре часа раньше. Причина довольно ясна, но вы можете найти что-то еще. Если ты сможешь завладеть телом, я хочу пойти по этому кровавому следу, найти место убийства ".

"Продолжай".

Она последовала за кровавым западом.

По соседству было тихо. Возможно, жара удерживала людей внутри, подумала она, или, возможно, большинство из них были на распродаже в Sky Mall или на пляже. Но было некоторое пешеходное и уличное движение.

Неужели никто не увидел шатающуюся, истекающую кровью старую женщину и не попытался помочь? Даже для Нью-Йорка в это было слишком холодно поверить. Но след продолжался на запад на протяжении двух кварталов, прямо по пешеходным переходам - как будто умирающий чувствовал себя обязанным не переходить проезжую часть. Затем он направился на север.

Здания здесь более старые, отметила она, приземистые башни с квартирами и ночлежками, крошечные рынки и закусочные, круглосуточные магазины, кофейни, пекарни и винные погреба - и все больше людей выходят по своим субботним делам.

Она прошла еще три квартала, затем побежала трусцой на север, где тропа вела в начало узкого переулка между зданиями.

И там, без сомнения, было место убийства.

Глубоко в узкой траншее, затененной выступами, провонявшей мусором из переполненного утилизатора, кровь забрызгала неровные бетонные стены, пропитала грязную землю.

Она достала из своего походного набора фонарик и провела им по стенам, земле, аккуратно завязанному мешку с мусором рядом с утилизатором.

"Ты завязала это, Гизи? Выносить мусор? Ты здесь работаешь, живешь здесь? Что ты делал в переулке в противном случае? И как, черт возьми, тебе удалось пройти больше шести кварталов после того, как он разрезал тебя на куски? И почему? Помощь была бы прямо за углом ".

Присев, она развязала мешок для мусора. Она заметила фруктовые и овощные очистки, упаковку от небольшой буханки хлеба, пустую коробку из-под сухого молока, длинную, тонкую бутылку, в которой было что-то вроде вина . . .

Она завязала сумку, пометила ее как улику и, перекладывая ее, нашла ключ.

Старый, тяжелый, отметила она, изучая его. Но тогда здесь были старые здания, которые, возможно, все еще были заперты на ключ. Она повернулась к двери в переулок и ее кнопке. Вход защищен цифровым способом, но внутри?

Она должна была бы увидеть.

Она положила ключ в пакет, наклеила на него ярлык, затем вернулась к двери в переулок и попыталась разглядеть его.

Хочет вынести мусор, выходит со своей маленькой сумкой, идет к утилизатору.

Ждал ли он ее? Почему? Она участвовала в незаконной сделке?

Ставит свою сумку на пол, поворачивается - спэттер говорит, что она повернулась примерно в трех четвертях от стены, когда на нее напали. Так что, скорее всего, он подошел к ней сзади. Из устья переулка или через дверь позади нее.

Ева заняла позицию, начала поворот от стены. Первый разрез разорвал заднюю часть ее правого плеча, вызвав такой болевой шок, что она ударилась о утилизатор. Она схватилась за оружие, замахнулась, чтобы защититься, но каким-то образом нож вонзился ей в спину, раз, другой. Она смутно услышала, как что-то звякнуло о землю, и подумала: "Мой ключ".

Затем она соскользнула на ту грязную землю. Но чьи-то руки схватили ее, развернули, сильно прижали к стене. Глазами, остекленевшими от шока и боли, она увидела лицо демона - изогнутые рога, пронзающие лоб, кожа, красная, как адское пламя, прорезанная черным и грязно-золотым. Оно оскалило свои свирепые зубы, когда нож пронзил ее грудь.

Она подняла руки, чтобы сражаться, и лезвие порезало их. Она открыла рот, чтобы закричать, выругаться, но у нее не было голоса.

Когда она падала, единственной мыслью в ее голове была Беата.

Она пришла в себя, покрытая потом. Рука, держащая ее оружие, дрожала, когда она шлепала другой по своему телу в поисках крови.

Но она стояла, невредимая, точно такая же, какой была до того, как почувствовала первый удар.

"Что, черт возьми, это было?" У нее закружилась голова, она наклонилась, зажав голову между колен, пока не восстановила дыхание.

"Даллас? Эй!" Пибоди бросилась вперед. "Ты в порядке?"

"Прекрасно".

"Боже, ты бледен, как привидение".

"Я в порядке", - настаивала она. "Это от жары". Чтобы доказать это, возможно, чтобы уверить себя в этом, она провела тыльной стороной ладони по вспотевшему лбу. "Кто на месте преступления?"

"Пять полицейских в форме, Моррис. Место преступления было там до того, как я ушла, чтобы последовать за тобой." Пибоди осмотрела пол переулка, стены, вонючий утилизатор. "Это чертовски много крови. Как ей удалось пройти весь этот путь после этого?"

"Хороший вопрос. Похоже, она спустилась, чтобы вынести мусор. Содержимое пакета, который я пометил, выглядит как обычный мусор из одного. И между ним и утилизатором был ключ. Может принадлежать ей, так как это, пожалуй, единственная чистая вещь здесь. Свяжитесь с местом преступления. Они нужны нам здесь, внизу. Держись за сумку, пока они не доберутся сюда. Я собираюсь проверить здания. Если это ее мусор, она должна была прийти из одного из этих двух зданий ".

Она не могла перевести дух, пока не вышла из переулка - и в тот момент, когда она это сделала, дрожь и головокружение исчезли, как будто их никогда и не было.

Сначала она попробовала магазин на первом этаже, пройдя мимо витрин с летними фруктами и букетами цветов в относительную прохладу магазина.

Она подошла к стойке, где женщина, сидевшая на табурете за ней, приветствовала ее широкой улыбкой. "Добрый день. Могу ли я помочь тебе кое в чем найти?"

"Полиция Нью-Йорка". Ева назвала ее. "Знаете ли вы женщину, которой за девяносто, длинные седые волосы, вероятно, собранные в пучок, темные глаза, оливковый цвет лица, рост пять футов четыре дюйма, вес около ста двадцати фунтов?" Обветренное лицо. Показывает свои возможности. Сильный восточноевропейский акцент. Мог бы носить крест и амулет с синим камнем."

"Это определенно похоже на мадам Сабо". Улыбка женщины исчезла. "С ней все в порядке? Она была только этим утром ".

"Ты знаешь, где она живет?"

"В одном из еженедельных выпусков выше. На счет три, я думаю."

"Ты знаешь ее полное имя?"

"Ах, это Гизи, Гизи Сабо. Она из Венгрии. У нее проблемы?"

"На нее напали и убили сегодня днем".

"О, мой бог. О нет. Подождите. " Она толкнула дверь, открыв то, что выглядело как крошечный офис / кладовка. "Зак. Зак, выйди сюда. Кто-то убил мадам Сабо ".

"О чем ты говоришь?" На мужчине, который вышел, было выражение раздражения, а также рубашка с короткими рукавами и воротником и шорты до колен. "Она в порядке. Мы видели ее только этим утром ".

"Это полиция".

"Лейтенант Даллас, отдел убийств".

Раздражение быстро сменилось беспокойством. "Что, черт возьми, произошло? Кто-то вломился в ее квартиру?"

"Я бы хотел проверить ее отделение, если вы знаете номер. И мне понадобятся ваши имена".

"Кэрри и Зак Моргенштерн", - сказала ей женщина. "Это наше место. О, Зак." Кэрри обвила рукой его руку. "Она заходила сюда почти каждый день с тех пор, как приехала".

"Как долго это длится?"

"Может быть, около месяца. Она пришла, чтобы найти свою правнучку. Это ужасно; я с трудом могу это принять. Она мне действительно нравилась. У нее были такие интересные истории - и однажды она предсказала мне судьбу. Она - что это, Зак?"

"Цыганский. Цыганка. И реальная сделка тоже. Она в четвертом Д, лейтенант. Я пару раз приносил ей кое-что наверх. Чувак, это дерьмо, ты знаешь это? Просто дерьмо. Она была милой. Ты хочешь, чтобы я поднял тебя?"

"Нет, я найду это. Переулок между зданиями. В этом здании используется этот утилизатор?"

"Да. Чертова штука была сломана почти неделю назад, и мы не можем заставить их прийти и ... " Зак замолчал. "Это там, где она была убита? В переулке? Ты хочешь сказать, что мы были прямо здесь, когда... "

"Ты ничего не мог бы сделать. Есть ли кто-нибудь, кого вы знаете, кто доставлял ей какие-либо неприятности? Кто-нибудь, кто хотел бы причинить ей вред?"

"Я действительно не хочу". Зак посмотрел на Кэрри, получил отрицательное покачивание головой. "Она была милой. Красочный. Немного погадала на ее месте ".

"Вы сказали, что она была здесь, чтобы искать свою правнучку".

"Да". Кэрри шмыгнула носом, сморгнула слезы. "Боже, это действительно поражает меня. Она приехала - внучка - около года назад. Она жила недалеко отсюда, и она заходила пару раз. Вот почему мадам сняла квартиру наверху. В общем, внучка пришла на работу, захотела танцевать - на Бродвее, как они все делают, понимаете? Затем, около трех месяцев назад, ее семья перестала получать от нее известия, не могла с ней связаться. И в том месте, где она работала официанткой, сказали, что она просто перестала появляться. Они связались с полицией, но копы мало что сделали, я думаю ... Извините. "

"Нет необходимости. Вы знаете имя внучки?"

"Конечно. Мадам Сабо говорила со всеми о ней, распространяла листовки ". Кэрри продолжила, сунув руку под стойку: "Она работала в венгерском ресторане "Гуляш" в квартале к западу. Мы раздаем листовки для нее. Ты можешь получить это. Она прекрасна, не так ли? Я думаю, что именно это означает ее имя ".

"Беата", - пробормотала Ева и почувствовала, как будто ее сердце треснуло в груди. Такое горе, такая скорбь, что она чуть не упала на колени, когда изучала фотографию на листовке.

Лицо, которое было светом в темноте.

"Мэм? Um, Lieutenant? Ты в порядке?"

"Да. Спасибо за вашу помощь. Возможно, мне понадобится поговорить с тобой снова ".

"Если нас здесь не будет, мы будем жить на шестой. Шесть А, перед зданием", - сказала ей Кэрри. "Все, что мы можем сделать".

"Если ты что-нибудь вспомнишь, ты можешь связаться со мной в полицейском управлении". Ева порылась в своем походном наборе в поисках карточки. "Тебя поражает все, что угодно".

Ева вышла как раз в тот момент, когда подошла Пибоди. "Подметальщики захватили аллею", - сказала она.

"Жертвой была Гизи Сабо, и у нее была еженедельная группа на четверых. Утверждал, что он цыган из Венгрии ".

"Вау. Настоящая?"

"Никто не утверждает, что это подделка", - ответила Ева и почувствовала, что немного успокоилась. "Был здесь около трех месяцев, искал правнучку, которая пропала". Ева использовала своего хозяина, чтобы получить доступ ко входу в жилой дом. "Немного погадала на ее месте".

Один взгляд на древний лифт заставил Еву выбрать лестницу. Она протянула Пибоди листовку. "Управляй ими обоими", - сказала она. "Моррис подтвердил ТОД до того, как вы ушли?"

"Его TOD совпадал с твоим калибром. Около часа дня сегодня."

"Это просто подделка". И это взбесило ее больше, чем должно было. "Я знаю, когда кто-то умирает, когда мои руки на его гребаном сердце, и я разговариваю с ними".

"Венгерская цыганская гадалка. Может быть, это какой-то ...

"Даже не начинай с этим вуду, ву-ву, дерьмом свободного возраста. Она была жива, истекала кровью и разговаривала примерно час назад ".

У двери 4 D Ева взяла ключ, который она нашла из пакета для улик, вставила его в замок. И повернул ручку.

Четыре

Это напомнило ей ее первую квартиру - размер, возраст. Это то, что она сказала себе, когда ее на мгновение пронзило острое чувство узнавания.

Одноместный номер, без сомнения, был снят с мебелью: пара дешевых стульев и кушетка с тонким матрасом, недавно ярко выкрашенный сундук, который служил комодом и столом.

Из ткани с дерзким рисунком были сделаны занавески для единственного окна, и с ними, а также шарфами и шалями, наброшенными на выцветшие стулья, расстеленные на узкой кровати, комната наполнилась обнадеживающим настроением.

В одном углу стояли раковина, посудомоечная машина, холодильник, все небольшого размера, а также единственный шкаф. Там стоял еще один стол, выкрашенный в темно-глянцевый красный цвет под шарфом с бахромой. Для сидения там были два табурета без спинок.

Ева увидела там старуху, предсказывающую судьбу тем, кто стремился узнать свое будущее.

"Она сделала это красиво", - прокомментировала Пибоди. "Ей не с чем было работать, но она сделала это красиво".

Ева открыла единственный узкий шкаф, изучила аккуратно развешанную одежду Сабо, единственную пару прочных ботинок для ходьбы. Опустившись на колени, она вытащила две коробки из шкафа.

"Вещи Беаты. Одежда, обувь, балетное снаряжение, я бы сказал. Несколько украшений, предметы для лица и волос. Домовладелец, должно быть, упаковал его, когда она не вернулась, не заплатила арендную плату ".

Было больно, невыносимо смотреть сквозь, трогать, чувствовать Беату, когда она рылась в красивых блузках, скользила по поношенным тапочкам.

Она знала лучше, напомнила она себе, знала лучше, чем быть вовлеченной лично. Беата Варга не была ее жертвой, не напрямую.

Обещание в тебе.

Голос настойчиво звучал в ее голове, в ее сердце.

"Пометьте это", - приказала Ева, вскакивая на ноги. Она подошла к сундуку, изучила фотографию Беаты, прислоненную к нему и окруженную тремя свечами с надписями. Рядом с фотографией на маленьком блюде поблескивала горсть цветных кристаллов, а также богато украшенный серебряный колокольчик и ручное зеркальце в серебряной оправе.

"Что у нас есть на внучку?" Спросила Ева.

"Беата Варга, двадцать два года. Она здесь по рабочей визе и работала - пока не пропала три месяца назад - в "Гуляше". Нет преступника. Семья подала заявление. Детектив Ллойд указан в качестве офицера, проводящего расследование. Отдел по розыску пропавших без вести из числа Один-три-шесть."

"Дотянись туда", - сказала ей Ева. "Пусть он встретится с нами в ресторане. Тридцать минут."

Она открыла первый ящик комода, нашла аккуратно сложенное нижнее белье и ночную рубашку, а также шкатулку из резного дерева. Она подняла крышку, изучила колоду карт Таро, павлинье перо, маленький хрустальный шар и подставку.

Инструменты ее ремесла, подумала Ева, начала откладывать коробку в сторону. Затем, повинуясь импульсу, прижала большие пальцы к вырезанным цветам по бокам. Левой, левой, правой. И узкий выдвижной ящик выдвинулся из основания.

"Вау". Пибоди наклонилась к ней через плечо. "Потайной ящик. Ледяной. Как ты ее открыл?"

"Просто ... удача", - сказала Ева, даже когда волосы у нее на затылке встали дыбом.

Внутри лежал локон темных волос, перевязанный золотым шнурком, кристалл в форме волшебной палочки на цепочке и сердце из белого камня.

"Они ее". В горле у Евы пересохло и заныло. "Беаты. Ее волосы, что-то, что она носила, к чему она прикасалась ".

"Возможно, ты прав. Сабо, вероятно, использовал их вместе с картами и кристаллами, возможно, колокольчиком и зеркалом в заклинаниях поиска. Я не говорю, что вы можете находить людей с помощью заклинаний, " добавила Пибоди, когда Ева просто уставилась на нее. "Но она думала, что сможет. В любом случае, детектив Ллойд собирается встретиться с нами."

"Тогда давайте сначала посмотрим, что еще мы можем здесь найти".

Пожилая женщина жила просто, аккуратно и осмотрительно. В матерчатом мешочке на дне сундука Ева нашла небольшую сумму наличных, еще один мешочек с кристаллами и травами, карту города и карту метро, а также удостоверение личности, паспорт и несколько листовок с изображением Беаты и информацией.

Но под кикиморой, заклеенной скотчем, они нашли конверт с наличными деньгами с павлиньим пером, прикрепленным по диагонали поперек печати.

"Это около десяти тысяч", - подсчитала Пибоди. "Ей не нужно было гадать по ладони, чтобы платить за квартиру".

"Это то, что она сделала. Что удерживало ее сосредоточенной. Упакуйте это, и давайте опечатаем это место. Мы должны добраться до ресторана ".

"Она сделала это красиво", - повторила Пибоди, еще раз оглядевшись вокруг. "Я думаю, это то, что делают путешественники. Создайте дом, где бы они ни приземлились, затем соберите его и создайте следующий ".

Беата не собрала вещи, подумала Ева, и где бы она ни была, это был не дом.

В

В субботу вечером Гуляш сделал оживленный бизнес. Воздух, наполненный ароматами специй, звенел голосами, звоном столового серебра и бокалов. Официанты носили красные пояса на талии черной униформы, быстро перемещаясь от кухни к столу.

Розовощекая женщина лет сорока приветливо улыбнулась Еве. "Добро пожаловать на Гуляш. У вас есть бронь?"

Ева потрогала свой значок. "Мы здесь не на ужин".

"Беата! Ты нашел ее ".

"Нет".

"О". Улыбка исчезла. "Я подумал ... Прости, что я могу для тебя сделать?"

"Мы встречаемся с детективом Ллойдом по полицейскому делу. Нам нужно где-нибудь поговорить. И мне нужно будет поговорить с вами и вашими сотрудниками ".

"Конечно". Она огляделась вокруг. "У нас не будет свободного столика по крайней мере в течение получаса, но вы можете воспользоваться кухней".

"Это прекрасно. Твое имя?"

"Мириум Фридо. Это мое место, моего мужа и мое. Он шеф-повар. Это из-за Беаты? Беата Варга?"

"Косвенно".

"Дай мне одну минуту, чтобы выставить кого-нибудь другого за дверь". Мириум поспешила к одной из официанток. Девушка взглянула на Еву и Пибоди, кивнула.

Мириум подала Еве знак идти вперед, затем провела их через столовую, мимо бара и через одну из двух вращающихся дверей в хаос кухни.

"Спешка на ужин. Я накрою для вас вон там - стол нашего шеф-повара. Ян иногда приглашает клиентов вернуться - угощает их. Я сказал Ви, чтобы она отправила детектива Ллойда обратно, когда он приедет. Он несколько раз заходил по поводу Беаты, так что все его знают. Можете ли вы рассказать мне что-нибудь о ней? У вас есть дополнительная информация?"

"Я узнаю больше, когда поговорю с детективом. Она работала на тебя ".

"Да. Красивая девушка и хороший работник. Она была удовольствием ". Мириум вернулась к полке, взяла три набора и расставила их на столе. "Я знаю, они думают, что она просто сбежала - Цыганские ноги - но это не имеет смысла. Она давала потрясающие советы - о внешности, голосе, личности. И ... ну, она просто не была бы такой грубой и беспечной, не ушла бы, не сказав нам. Или ее семья."

"Парень?"

"Нет. Ничего серьезного и никого конкретного. Она встречалась - она молода и великолепна. Но она серьезно относилась к своему танцу. Ходил на прослушивания, посещал занятия каждый день. У нее было место дублерши в небольшом музыкальном обзоре. И она только что получила роль в припеве в новом музыкальном проекте за пределами Бродвея. Не было достаточно времени для серьезного парня. Извините, пожалуйста, сядьте. Как насчет чего-нибудь поесть?"

"У нас все хорошо, спасибо. Я заметил, что у вас есть листовки на станции бронирования."

"Да. Ее бабушка - ну, прабабушка - приехала из Венгрии. Она придумала их и возит по городу. Она приходит сюда каждый день. Детектив - "

"Лейтенант", - автоматически сказала Ева.

"Лейтенант, Беата проработала здесь почти год. Ты узнаешь людей, которые работают на тебя, и я обещаю тебе, она не стала бы так беспокоить свою семью. Я так боюсь, что с ней что-то случилось. Я знаю, что мадам Сабо полна решимости найти ее, но с каждым днем, который проходит... "

"С сожалением сообщаю вам, что Гизи Сабо была убита сегодня днем".

"Нет". Мгновенно глаза Мириум наполнились слезами. "О, нет. Что произошло?"

"Мы собираемся выяснить".

"Она предсказала мою судьбу", - пробормотала Мириум. "Сказал, что у меня будет ребенок, сын. Мы с Джен не ... Это было два месяца назад. Вчера я узнала, что беременна. Я сказал ей только сегодня ".

"Она была сегодня".

"Да, около одиннадцати, я думаю". Покачав головой, Мириум смахнула слезу, пока вокруг них бушевала кухонная суета. "Она была так счастлива за меня. Она сказала, что почувствовала его поиск, моего сына. Старая душа, сказала она, которая снова повернула колесо. Она так говорила", - пробормотала Мириум. "Я на самом деле не верю в такого рода вещи, но когда она смотрит на тебя ... Она - она была - цыганкой и говорящей от имени мертвых".

Я тоже, подумала Ева с быстрым ознобом. Я говорю от имени мертвых. "Во сколько она ушла?"

"Она была здесь всего несколько минут. Она сказала, что идет домой. Она сказала, что чувствовала себя ближе к Беате, чувствовала, что что-то приближается. Или кем-то. Я не знаю, она была... я хочу сказать, оптимисткой. Она собиралась отдохнуть, а затем сотворить новое заклинание, потому что она прорывалась сквозь, ну, завесу. Она сказала, что Беата была навстречу заходящему солнцу, под лучами, мм, запертая за красной дверью. Я понятия не имею, что это значило ", - добавила Мириум. "Или, если это что-то значило, но она была яростна по этому поводу. Она клялась, что Беата была жива, но в ловушке. Дьяволом.

"Я знаю, как это звучит", - продолжила она. "Но- " Она оглянулась. "Вот детектив Ллойд. Прости, что я продолжал в том же духе ".

"Не будь", - сказала ей Ева. "Каждая деталь, каждое впечатление полезны".

"Я просто не могу поверить, что мадам ушла. Она была таким присутствием, даже за то короткое время, что я знал ее. Простите меня. Мне нужно сказать Джен. Здравствуйте, детектив Ллойд, присаживайтесь."

Ллойд был мужчиной с квадратным лицом и квадратным телом, который передавал "Я коп" с тридцати шагов. Он коротко кивнул Еве и Пибоди, затем сел за маленький квадратный столик. Пожали друг другу руки.

"Это слишком плохо для старой леди. В ней была какая-то сила, был какой-то стержень. Ей следовало остаться дома ".

Она попала домой там, где приземлилась, подумала Ева, вспоминая дубль Пибоди. "Расскажи мне о Беате Варга".

Он подтянул бедро, достал диск из кармана. "Я пошел дальше и сделал копию файла для вас".

"Цени это".

"Она красотка. Умный, насколько я понимаю, сообразительный, но все еще зеленый, когда дело доходит до города. Привыкла скитаться со своей семьей - племенем, вы бы сказали. Приехал сюда, желая стать звездой Бродвея, а семье это не понравилось ".

"Это так?"

"Хотел, чтобы она вернулась домой. Хотел, чтобы она оставалась чистой, можно сказать. Жениться, рожать детей, поддерживать связь, что-то в этом роде. Но пожилая женщина - Сабо - отвергла их. Она хотела, чтобы девушка сделала свой выстрел, нашла свою судьбу, вот так. Девушка нашла здесь работу и место в паре кварталов отсюда. Начал посещать занятия - уроки танцев, актерского мастерства, что-то в этом роде, в Вестсайдской школе искусств. Регулярно ходил на выгон скота. Никакого парня - или не одного в частности. Встречалась с несколькими парнями. У меня есть имена и заявления, данные вон в том файле ". Он кивнул в сторону диска. "Никто не звонил в звонок".

Он сделал паузу, когда Мириум подошла с подносом, на котором стояли три высоких бокала. "Я не хотел прерывать. Просто выпей чего-нибудь холодного, пока разговариваешь. Если я тебе для чего-нибудь понадоблюсь, я буду у входа ".

"Они хорошие люди", - прокомментировал Ллойд, когда она ушла от них. "Она, ее муж. Они выходят чистыми. Руководил всем персоналом, когда я заразился этим делом. Получил несколько ударов тут и там, но никто не выскочил ".

"Какова временная линия?"

Когда он не сослался на свои записи, Ева поняла, что дело завладело им, и его зубы все еще были в нем.

"Беата Варга ходила на свой обычный урок танцев с восьми утра до десяти. Сходи на репетицию шоу, на которое она только что приехала, в театр Кармайн на десятой в одиннадцать. Прибыл сюда для работы в one, все в восторге от шоу. Работала в две смены, поэтому заканчивала в три, посещала уроки актерского мастерства с половины четвертого до пяти, возвращалась на работу в половине шестого, заканчивала в одиннадцать. Прогулялся по кварталу с парой друзей с работы - имена в файле - затем отделился, чтобы пойти домой. Это последнее, что кто-либо может подтвердить, видя ее. Одиннадцать десять, затем бац.

"В квартире не слишком много охраны. Никаких камер ", - добавил он. "Нет входа в систему. Соседи не могут сказать, приходила ли она той ночью, но никто ее не видел. Сумка и некоторые из ее одежды и личных вещей исчезли, и денег там не было. Согласно заявлениям, она получала солидные чаевые и экономила. Похоже, у нее зачесались ноги, она побросала то, что хотела, в сумку и ушла ".

"Это не то, что ты думаешь", - сказала Ева, наблюдая за его глазами.

"Нет. Я думаю, что по пути отсюда до дома она попала в беду. Кто-то похитил ее. Я думаю, что она была мертва с той ночи. Вы знаете не хуже меня, лейтенант, мы не всегда находим тела."

Нет, подумала Ева. "Если она мертва, значит, ее убил кто-то, кого она знала. Зачем еще пытаться представить все так, будто она сбежала? Зачем упаковывать одежду?"

"Я наклоняюсь в ту сторону, но ничего не могу найти". Разочарование окутало его волнами. "Возможно, тот, кто ее убил, использовал ее удостоверение личности вместо адреса, у него был ее ключ - все это она носила в сумочке. Пытался скрыть это. Я все еще работаю над этим, когда могу, как член парламента, но мне кажется, это больше по твоей части ".

Он огляделся вокруг, потягивая свой напиток. "Старая женщина не купилась на это дешево", - сказал он. "Утверждала, что разговаривала с мертвыми, и если бы девушка была мертва, она бы знала. Я не покупаю это бесплатно, но ... Теперь старую женщину убивают? В городе люди умирают ", - добавил он, ставя свой бокал. "Но в этом есть какой-то запах. Я был бы признателен, если бы вы рассказали мне, что у вас есть на это. Что-то или кто-то может где-то пересечься."

"Ты получишь это", - пообещала Ева. Потому что что-то или кто-то перешел бы.

Пять

Балетная студия располагалась на четвертом этаже старого здания в Вест-Сайде. В ярком свете уличных фонарей кирпичи с выбоинами были тусклыми и посерели от времени и загрязнения, но стекла в каждом окне сверкали.

На облупленных серых дверях обоих лифтов висели таблички "Не работает". Студенты, персонал и посетители выражали свое мнение о ситуации с разной степенью юмора или раздражения, помечая двери непристойностями, анатомически невозможными предположениями и иллюстрациями о том, как попробовать внушения. Все на множестве языков.

"Полагаю, они какое-то время были не в порядке", - прокомментировала Пибоди.

Ева просто уставилась на один из серии странных символов и букв, в то время как ее разум - что-то там внутри - перевел это с каким-то сухим юмором.

"Трахни свою мать", - пробормотала она, и Пибоди моргнула.

"Что? Почему?"

"Не твоя мать".

"Но ты только что сказал - "

Ева нетерпеливо покачала головой. "Это по-русски. Классическое русское оскорбление". Она протянула руку, провела кончиком пальца по надписи на двери. "Твой любимый мат".

Пибоди изучила фразу, начертанную Евой, и подумала, что это с таким же успехом могли быть иероглифы. "Откуда ты это знаешь?"

"Должно быть, я видел это где-то еще". Но это не объясняло, откуда она знала - знала - что лифты не работают уже несколько недель. Отвернувшись, она начала подниматься по лестнице.

Она также не могла сказать, почему ее сердце забилось быстрее, когда они поднимались, проходили мимо других студий и классных комнат. Чечетка, джаз, сеансы детского балета. Или почему, когда она приближалась к четвертому этажу, доносящаяся музыка задела какую-то струну внутри нее.

Она последовала за музыкой, шагнула в дверной проем.

Женщина была невероятно худой в своем черном трико и прозрачной юбке. Ее волосы, ярко-рыжие, зачесанные назад с лица, которое показалось Еве на тридцать лет старше ее тела. Ее кожа была белой, как луна, губы красными, как ее волосы.

Она обратилась по-французски к группе танцоров у длинного бара, которые в ответ переместили ноги из одного положения в другое - заостренные пальцы, плоские ступни, поднятая нога, согнутые колени.

В углу студии мужчина наигрывал яркий и устойчивый ритм на старом пианино. Казалось, он вообще ни на что не смотрит с полуулыбкой на лице, темные глаза мечтательны на лице с резкими чертами, окруженном темными волосами с широкими, эффектными белыми прядями.

Когда Ева и Пибоди вошли в зал, один из танцоров, мужчина лет двадцати с небольшим, с темными волосами, собранными в завивающийся хвост, слегка повернул голову, чтобы посмотреть и нахмуриться.

Интересно, подумала она, парень в трико и балетных туфлях так быстро превратился бы в пару копов.

Женщина остановилась, уперев руки в бедра. "Хочешь уроков, записывайся. Урок начался ".

Ева просто показала свой значок.

Женщина тяжело вздохнула. "Алексей, записывайся на урок".

Услышав заказ, хмурый мужчина вскинул голову, фыркнул, затем вышел из бара. Женщина жестом пригласила их в коридор.

"Чего ты мог хотеть?" - потребовала она хриплым, нетерпеливым голосом, полным родины. "Я учу".

"Наталья Баринова?"

"Да, да. Я - Баринова. Чего я хочу от полиции?"

"Ты знаешь Гизи Сабо?"

"Да, да", - сказала она тем же пренебрежительным тоном. "Она ищет Беату, которая сбежала в Лас-Вегас".

"Ты знаешь, что Беата Варга уехала в Вегас?" Потребовала Ева.

"Где еще? Они думают, эти девушки, что они зарабатывают большие деньги, показывая свои сиськи и нося большие перья на головах. Они не хотят работать, потеть, страдать, учиться ".

"Беата сказала тебе, что уходит?"

"Нет, она мне ничего не говорит, эта девушка. Но она не возвращается. Она не первая и не будет последней. Приходит ее старая бабушка - хорошая женщина - ищет эту взбалмошную девчонку, у которой есть талант. Теперь потрачено впустую. Потрачено впустую".

То, как она рассекла рукой воздух, ясно показало ее гнев.

"Я говорю ей это, скажи Гизи, у Беаты талант. Нужна дисциплина, нужна практика. Не стоит тратить так много времени на чечетку, джаз и современный бизнес. Я говорю Беате то же самое, но она только улыбается. Затем бац, она убегает ".

"Когда вы в последний раз видели мадам Сабо?"

"А... " Баринова нахмурилась, махнула рукой в воздухе. "Думаю, день назад. Да, вчера. Она приходит часто. Иногда мы пьем чай. В свое время она была танцовщицей, рассказывает она мне, и мы разговариваем. Она хорошая женщина, и Беата не проявляет к ней никакого уважения. Она думает, что Беате причинили вред, но я говорю, как это могло быть? Беата сильная и умная - за исключением того, что она глупа, что сбежала в Лас-Вегас. Итак, она попросила тебя прийти? Как другие полицейские?"

"Нет. Мадам Сабо была убита сегодня днем."

"Нет". Баринова протянула обе руки, как будто пытаясь оттолкнуть эти слова. "Нет. Как это происходит?"

"Ее зарезали в переулке возле ее жилого дома".

Баринова закрыла глаза. "Такая жестокость. Я буду молиться, чтобы она обрела покой, а ее убийца поджарился в аду. Беата, должно быть, несет какую-то вину за это. Эгоистичная девчонка".

"Когда ты в последний раз видел Беату?"

"Ах". Она снова рассекла рукой воздух, но теперь в ее глазах стояли слезы из-за пожилой женщины и отвращение к молодой. "Уже недели, может быть, месяцы. Она приходит в класс, взволнованная ролью в каком-то мюзикле. Она усердно работает, это правда. Я исполняю для нее па-де-де с Алекси на нашем осеннем гала-концерте. Мой сын", - добавила она. "Она хорошо танцует с ним на тренировке, затем она говорит, что у нее есть эта роль - может быть, есть, может быть, нет. Но вскоре после этого она больше не приходит на занятия. Я попросил моего брата Сашу позвонить ей по 'линку, но она не отвечает. Мы рассказываем все это полиции, когда они приезжают ".

"Говорила ли вам мадам Сабо, что она беспокоилась о ком-нибудь? У нее были какие-нибудь зацепки по Беате?"

"Она сказала, что в последний раз, когда она была здесь, она верила, что Беата была близка. Она была цыганкой, вы понимаете, и у нее был дар. Что касается меня, у меня в крови есть цыганство, но с давних пор. Она использовала свой дар и сказала, что Беата была близко, но в ловушке. Внизу, за красной дверью." Баринова пожала плечами. "Она была очень старой и одаренной, да, но иногда надежды и желания перевешивают правду. Девочка убежала, как это обычно бывает у девочек, и теперь хорошая женщина мертва ".

"Было бы полезно, если бы мы могли поговорить с вашим сыном и братом, возможно, с кем-то из студентов, которые посещали занятия с Беатой".

"Да, да, мы поможем. Я буду скучать по чаю с Гизи и нашим беседам ". Она вернулась в студию, перешла к своему сыну. Она быстро заговорила по-русски, жестикулировала, затем заняла его место, когда он вышел.

"Ты прерываешь мою практику". В отличие от своей матери, у него не было и следа акцента. Что у него было, так это отношение.

"Да, убийство прерывает многие вещи".

"Какое убийство?" Усмешка сошла с его лица. "Беата? Она мертва?"

"Я не знаю, но ее прабабушка - да".

"Мадам Сабо?" Его потрясение выглядело достаточно искренним, как и его облегчение, отметила Ева. "Зачем кому-то убивать старую женщину?"

"Кажется, у людей всегда есть причина. В данном случае, возможно, потому, что она была близка к выяснению того, что случилось с Беатой."

"Беата ушла". Он резко дернул плечом. "У нее не было того, что нужно".

"К чему?"

"Танцевать, жить полной жизнью".

Ева склонила голову набок. "Не переспала бы с тобой?"

Он откинул голову назад, чтобы посмотреть на свой длинный нос. "У меня нет проблем с тем, чтобы затащить женщину в постель. Если бы мы танцевали вместе на гала-концерте, мы бы переспали вместе. Одно похоже на другое ".

"Я думал, вы действительно танцевали вместе".

"Практикуйся".

"Так тебя, должно быть, раздражало, что она не захотела заняться с тобой сексом".

"Эта женщина, та женщина". Он медленно улыбнулся. "Одно похоже на другое".

"Очаровательно. Когда вы в последний раз видели мадам Сабо?"

"Только вчера. Она часто посещала занятия и мою мать. Поговорите с другими танцовщицами здесь и в других студиях на втором и третьем этажах, где Беата брала несколько уроков. Она пила чай с моей матерью, сидела с моим дядей за пианино. Она сказала, что чувствовала близость к Беате здесь ".

"И она упомянула что-то о близости Беаты. Быть внизу".

"Она была цыганкой - и относилась к этому серьезно. Я на это не куплюсь, но да, она кое-что говорила по этому поводу. Не имело никакого смысла, потому что, если Беата была близка, почему она перестала приходить на занятия? Почему она отказалась от роли, которую получила, и облажалась с должностью дублерши, которая у нее была? Танцоры танцуют. Она ушла, вот что она сделала, чтобы потанцевать где-нибудь в другом месте. Нашел латунное кольцо побольше, чтобы схватиться."

"Где ты был сегодня, Алексей? Скажем, с полудня до четырех?"

"Копы". Он снова принюхался. "Я допоздна спал в квартире Элли Мэдисон. Мы с ней будем танцевать на гала-концерте, и мы с ней будем спать вместе. На данный момент ", - добавил он. "Мы оставались в постели примерно до двух, затем встретились с друзьями за небольшим поздним завтраком. Затем мы пришли сюда, чтобы попрактиковаться, а затем взять урок. Она блондинка, высокая, с татуировкой жаворонка на левой лопатке. Мне нужно практиковаться ".

"Продолжай. Попроси своего дядю выйти ".

Ева подождала, пока он снова не ушел. "Ты управляла им?" - спросила она Пибоди.

"О да. У него есть несколько случаев пьянства и нарушения порядка, пара мелких незаконных владений, драка в баре, к которой добавились уничтожение частной собственности, нарушение общественного порядка, сопротивление. Ему двадцать шесть, он числится главным танцором и инструктором здесь, в школе, и живет со своей матерью на шестом этаже."

Вспыльчивый, подумала Ева, когда пианист вышел.

"Офицер?"

"Лейтенант Даллас, детектив Пибоди. И ты Саша?"

"Саша Корчов, да. Мой племянник сказал, что вы пришли, потому что мадам Сабо была убита." Его мечтательные глаза были мягкими и печальными, как этот голос. Как медленное скольжение смычка по струнам скрипки. "Мне очень жаль это знать".

"Вы были здесь, когда она вчера пришла?"

"Я ее не видел. Наталья использовала музыкальный диск "Продвинутые студенты" для работы над танцами для гала-концерта. Я нахожусь на складе, я думаю, с реквизитом, когда она была здесь. Моя сестра говорит мне, что я скучал по ней. Нам нравилось разговаривать о музыке и танцах. Я видел ее накануне, на улице, недалеко отсюда. Я собирался на рынок. Но она была на другой стороне улицы и не слышала, когда я окликнул ее. Мы говорили по-русски", - сказал он с тенью улыбки. "Ее мать была русской, как моя и мой папа, поэтому иногда мы разговаривали по-русски. Я буду скучать по этому и по ней ".

"А как насчет Беаты?"

"Беата". Он вздохнул. "Моя сестра, она думает, что Беата сбежала в Лас-Вегас, но нет, я думаю, с ней случилось что-то плохое. Я не говорю этого Гизи, но ... Я думаю, она знает, что я верю в это. Она могла заглянуть внутрь, если бы заглянула, поэтому я думаю, иногда ей было грустно разговаривать со мной. Я сожалею об этом ".

"Как ты думаешь, что случилось с Беатой?"

"Я думаю, она любила свою семью, и танцевать, и Нью-Йорк. Я не думаю, что она оставила бы все это по собственному выбору. Я думаю, что она мертва, а теперь и Гизи. Теперь Гизи найдет ее, так что они, по крайней мере, будут друг у друга ".

"Ваш племянник интересовался Беатой - лично".

"Ему нравятся красивые девушки", - осторожно сказала Саша. "Какой молодой человек этого не делает?"

"Но она не была заинтересована в нем?"

"Она больше интересовалась танцами, чем мужчинами. Чистая сердцем, и с музыкой в крови".

"Можете ли вы сказать мне, где вы были сегодня днем?"

"Я пошел на рынок после утренних занятий - мне нравится ходить туда в большинстве дней. Я пришел домой, чтобы пообедать и поиграть. Я открыл окна, чтобы музыка могла выйти. Я спустился, чтобы поговорить со своей сестрой и поиграть для двухчасового класса. Когда с этим покончено, мы пьем чай, Наталья и я ".

"Хорошо, спасибо. Ты бы отправил Элли Мэдисон на улицу?"

"Они отправят ее тело домой?"

"У меня нет такой информации".

"Я надеюсь, что она отправится домой", - пробормотала Саша, затем побрела обратно в дом.

"Он иммигрировал сюда из России со своей сестрой и ее ребенком - Алекси было пару месяцев - двадцать шесть лет назад", - добавила Пибоди. "Муж сестры числится мертвым, прямо перед рождением ребенка. Корчову было тридцать пять, и он был большим балетным парнем, пока не попал в автомобильную аварию. Они вылечили его, но его карьере пришел конец. Сестре было тридцать, и у нее самой была довольно приличная карьера. Они открыли школу. У него своя квартира на шестой. Судимости нет. Зарегистрированных браков нет, два сожительства, оба в России. Второй погиб в той же аварии, которая его покалечила ".

"Хорошо". Ева смотрела, как гибкая блондинка выскользнула из комнаты.

"Ты хотел меня видеть?" У нее был хриплый, кукольный голос, который заставил Еву подумать, что это "Удача Элли", балет не требовал вокала.

"Просто проверяю кое-какую информацию. Не могли бы вы сказать мне, где вы были сегодня днем?"

"Конечно. У нас с Алексом был поздний завтрак с друзьями в Quazar's. Икра и шампанское - это был день рождения Сиси, что, вероятно, было не очень хорошей идеей прямо перед тренировкой. Я все еще ношу с собой те блины ". Она легко улыбнулась. "Думаю, Алекса это не беспокоит, потому что он сразу же вмешался, как только мы пришли сюда. Заставляла меня проходить это чертово па-де-де, пока я не подумал о том, чтобы просто засунуть пальцы себе в горло. Но Баринова сдерет с тебя шкуру за очищение, и она всегда знает. В любом случае, я прошел через это. Мой Ангел своему дьяволу".

"Его что?"

"Дьявол". Она подняла бутылку с водой, которую несла, и сделала большой глоток. "Мы исполняем заключительное па-де-де из "Diabolique". Я танцующий ангел. Алекс - дьявол. Позвольте мне сказать вам, это убийца ".

Ева посмотрела мимо нее на дверной проем студии. "Я просто держу пари".

Шесть

"Это то, что я бы назвала дьявольским совпадением", - прокомментировала Пибоди, когда они вышли на улицу.

"Ты покупаешься на это?"

"Даже за пару пустых кредитов в моем кармане".

"Я хочу, чтобы ты проверил других людей, которых нам дала блондинка, и ресторан. Посмотрим, удалось ли бы Алекси ускользнуть. Посмотри, какое время выбрано для перехода из ресторана в переулок, из школы в переулок ".

"Беата отвергла его, разозлила. Он убивает ее, хоронит тело". Пибоди осмотрела местность. "Бог знает где, но это вписывалось бы в сделку "К западу от аллеи, подполье".

"Она не мертва. Она в ловушке ". Ева яростно выпалила это, шокировав себя не меньше, чем Пибоди.

"Хорошо ... Так ты думаешь - "

"Это то, что она подумала. Сабо." Ева потерла рукой между грудей, где билось ее сердце, тяжело и тупо, как молоток по ткани. "Я говорю, что Сабо думал, что Беата жива".

"Верно. За красной дверью. Почему люди должны быть такими загадочными?"

Думай как коп, приказала себе Ева. Факты, логика, инстинкт. "Сабо проводит время в школе с Алекси и другими, вынюхивает это, подозревает, намекает. Возможно, пытается заставить Алекси сделать ход. Он убивает ее ". Ева развернула это. "Чертовски аккуратно, но иногда так и есть".

"Ну, пожилая леди сказала всем, что Беата все еще жива, так что это не очень хорошо для поездки на поезде".

"Она какает. У нее есть работа, ее занятия, она получила роль. Звучит так, будто у нее все получается, но она сдается. Скорее всего, она не испражнялась добровольно - это мнение Ллойда, и я согласен ".

"Три месяца - долгий срок", - вставила Пибоди. "Долгое время удерживать кого-то, кто не хочет, чтобы его держали. И по какой причине?"

"Сабо не хотел верить, что девушка мертва, и кто может винить ее?" Добавила Ева. "Не только ее правнучка, но и она отвергла остальных членов семьи, чтобы Беата могла приехать в Нью-Йорк".

"Должно быть, меня от этого тошнило". Как и Ева, Пибоди осматривала улицу, здания, движение. "Что именно она сказала? Для тебя, я имею в виду."

Ева не хотела возвращаться туда, стоять на коленях на улице, сжимая руку женщины в своей. Кровь к крови.

"Она произнесла имя Беаты, она сказала, что была в ловушке, не могла выбраться. Нижняя часть, красная дверь. Она попросила о помощи ".

Ты - воин. Я - обещание.

Стараясь оставаться спокойной, Ева запустила руку в волосы. "Она умирала".

Но ее глаза, вспомнила Ева, были настороженными, живыми.

"Мы проверим алиби, проверим другие места ее обитания". Делай свое дело, подумала Ева, предпринимай шаги. "Я собираюсь связаться с Моррисом, связаться с офицерами, производившими арест, по поводу Алекси, узнать их мнение о нем".

"Исчезновение Беаты и убийство пожилой женщины - если они не связаны, то это еще одно дьявольское совпадение".

"Мы ведем расследование так, как если бы они были. Мы выясняем одно, у нас есть другое ".

"Я мог бы пометить Макнаба, попросить его встретиться со мной, сходить в театр, где она должна была работать. Ллойд скрыл это, " добавила Пибоди, " но мы могли бы взглянуть на это свежим взглядом ".

"Хорошая мысль. Присылай мне все, что получишь".

Ей нужно время подумать, сказала себе Ева, когда они расстались. Остановка в морге для подтверждения ТОД - что было просто глупо, поскольку она была прямо там, в ТОД - чтобы посмотреть, смогли ли Моррис или лаборатория определить тип используемого лезвия, нашли ли чистильщики какие-либо следы.

Сначала разберись с фактами, подумала она, садясь в свой автомобиль, а потом переходи к теории. Но она посидела мгновение, внезапно устав, внезапно разозлившись. Она чувствовала, как будто что-то толкнулось в ее мозгу, пытаясь направить ее мысли по касательной.

Недостаточно простоя, решила она. Нет времени сделать несколько хороших, глубоких вдохов между делами. Так что она приняла их сейчас, просто закрыв глаза на мгновение, приказывая своему разуму и телу очиститься.

Живой. В ловушке. Справка.

Сдержи свое обещание!

Голос был настолько ясен в ее голове, что она дернулась, положив руку на оружие, когда поворачивалась, чтобы проверить сиденье рядом с ней, позади нее. Ее сердце болезненно колотилось о ребра, в горле, в ушах, когда она опустила дрожащую руку.

"Остановись. Просто остановись", - приказала она себе. "Делай то, что ты должен сделать, а потом немного поспи". Она отъехала от обочины, но уступила нужде и позвонила домой.

И ее сердце замедлилось, немного успокоилось, когда на экране появилось лицо Рорка.

"Лейтенант, я надеялся, что я... Что случилось?"

"Ничего. Ну, ничего, кроме того, что какая-то старая венгерская женщина истекает кровью у меня на руках. Устала", - призналась она. "Я должен отправиться в морг, потому что произошел сбой с TOD. Мне нужно разобраться с этим, затем поговорить с кучей копов о русском балетном парне. Извини", - добавила она. "Этот буквально упал мне на колени".

"Встретимся в морге".

"Почему?"

"Где еще мужчина может встретить свою жену - когда они ты и я?" Она выглядела бледной, подумал он, ее глаза были слишком темными на фоне ее кожи.

"Да, хорошо. Увидимся там".

Когда она прервала передачу, Рорк уставился на пустой экран своего "линка". Даже не символический протест? Больше, чем усталость, подумал он.

Его лейтенант была не в себе.

Она потерялась. Она сочла бы это невозможным, но она не могла найти свой путь. Улицы казались слишком людными, слишком запутанными, а рев клаксонов, когда она замешкалась на светофоре, заставил ее подпрыгнуть на месте. Разочарование превратилось в потный страх, который змеящейся линией пробежал по центру ее спины. Борясь с этим, она приказала навигатору dash проложить ее маршрут, затем сдалась и перевела свой автомобиль на автоматический режим.

Усталость, уверила она себя и закрыла глаза. Просто устал. Но было затяжное беспокойство, что она больна - или хуже.

Нужен толчок, подумала она, почти дрожа от облегчения, когда прибыла в морг. Она брала в автомате тюбик Пепси, запивала его кофеином. Может быть, даже проглотить батончик, потому что, Господи, она умирала с голоду.

Что было не так с воздухом здесь? размышляла она, спускаясь по белому туннелю. Свет, отражающийся от плитки, ударил ей в глаза и вызвал в них боль. Это было холодно, ледяной порыв ветра после жары летней ночи. И все же под ее холодной кожей ее кровь била горячо, как в бушующей лихорадке.

Она направилась к торговому автомату, роясь в карманах, ее мысли были заняты едой и кофеином. Женщина сидела на полу рядом с машинами, закрыв лицо руками, и плакала.

"Я напуган. Я напугана", - повторила она. "Никто не видит меня сейчас".

"В чем проблема?" Когда Ева присела, женщина опустила руки. Ее лицо, багровое от синяков, светилось шоком и тем, что могло быть надеждой.

"Ты можешь видеть меня?"

"Конечно, я могу видеть тебя. Тебе нужна медицинская помощь. Успокойся. Я собираюсь заполучить кого-нибудь, тогда ... "

"Слишком поздно". Слезы потекли по распухшему лицу, когда женщина снова опустила голову. "Посмотри, что он сделал со мной".

Ева застыла, уставившись на зияющую рану на затылке женщины, на засохшую кровь, спутавшую волосы, пропитавшую блузку.

"Держись. Просто- " Ева протянула руку, и ее ладонь прошла сквозь руку женщины. "Иисус Бог".

"Это была Ренни". Шмыгая носом, она протирала ладони сквозь слезы.

"Кто ты? Что это?"

"Я не знаю, но я должен кому-нибудь рассказать. Это была Ренни, " повторила она. "Ублюдок. Он был зол на меня, потому что я помогла Саре сбежать от него. Он, должно быть, следил за мной с работы, и когда я была в парке, он просто был там. И он закричал и ударил меня. Он продолжал бить меня, и я не мог вырваться. Никто не пришел на помощь. Никто не видел, и он бил меня, и бил, и я упал. И он поднял камень и убил меня. Это неправильно. Что мне теперь делать? Я боюсь быть здесь. Я боюсь быть мертвым ".

Ева не могла сглотнуть, едва могла дышать. "Это должно прекратиться".

"Ренни убил меня".

Женщина - галлюцинация - протянула руки. Разорвала их, подумала Ева какой-то холодной частью своего мозга. Разорвал их, когда она упала, когда пыталась уползти.

"Он убил меня, и теперь я никогда не женюсь, не буду есть мороженое, покупать новые туфли и пить с Сарой. Ренни Фостер убил меня камнем в парке Риверсайд, и, возможно, следующей он убьет Сару. Что должно произойти?"

"Я не знаю".

"Разве я не должен куда-то идти? Я не хочу здесь оставаться. Здесь холодно. Слишком холодно и слишком ярко. Ты можешь мне помочь? Я Жанна, Жанна Дорчестер, и я не сделала ничего плохого. Это ад?"

"Нет". Но она не была полностью уверена.

Возможно, ад был холодным и ярким. Может быть, ад сводил тебя с ума.

"Ева". Рорк опустился рядом с ней, взял ее за руки. "Господи, ты горишь. Давай сейчас".

Он начал поднимать ее, но она сопротивлялась. "Нет. Подожди. " Она втянула воздух, выдохнула с дрожью. "Ты не видишь ее?"

Он прижал руку к ее лбу. "Я вижу тебя, сидящего на полу морга и похожего на привидение".

"На час", - пробормотала она.

"Я думаю, он не может видеть меня, потому что я мертва и все такое", - сказала Жанна. "Почему ты?"

"Я не знаю. Мне нужен Моррис", - сказала она Рорку. "И, Боже, мне нужно что-нибудь выпить".

"Не оставляй меня", - умоляла Жанна, снова опуская голову, чтобы Ева могла увидеть уродливую рану, которая убила ее. "Пожалуйста, не оставляй меня здесь одного".

"Я просто собираюсь посидеть здесь. Приведи Морриса, ладно? Мне просто... нужно посидеть здесь ". Сдавайся, приказала она себе. Разберись с тем, что перед тобой, затем разберись с остальным. "Действительно, не помешало бы выпить чего-нибудь холодного".

Рорк поднялся, выругавшись себе под нос, и заказал тюбик Пепси.

"Он великолепен". Жанна слегка улыбнулась, даже когда сдерживала слезы. "Мега замороженный. Он твой парень?"

"Мы женаты", - пробормотала Ева.

"Серьезно ледяная для тебя", - сказала Жанна, когда Рорк посмотрел вниз.

"Так и есть", - сказал он. "И я в скором времени отвезу свою жену к врачу. Сначала я достану тебе Морриса, но потом ты закончишь здесь ".

"У него также действительно сексуальный голос". Жанна вздохнула, когда Ева взяла тюбик, который открыл Рорк, и выпила.

"Спасибо. Я собираюсь посидеть прямо здесь, " сказала она, обращаясь не столько к Рорку, сколько к Жанне, " пока ты позовешь Морриса".

И пока она сидела, гадая, была ли у нее опухоль мозга или ей приснился какой-то странный, яркий сон, она включила копа и допросила мертвеца.

Несколько минут спустя Моррис спешил по туннелю вместе с Рорком.

"Даллас". Он опустился на колени, положил руку ей на лоб, как это делал Рорк. "У тебя жар".

"Просто скажите мне, нашли ли вы тело внутри - женщины, смешанной расы, лет двадцати пяти, идентифицированной как Жанна Дорчестер. Избиение до смерти в парке Риверсайд".

"Да. Она только что вошла. Как ты - "

"Кто подхватил дело?"

"Ах ... Стьюбен главный".

"Мне нужно связаться с ним. Вы можете раздобыть мне его контактные данные?"

"Конечно. Но ты неважно выглядишь."

"На самом деле, я чувствую себя лучше". Странно, подумала она, как подход полицейского придал ей уверенности, даже когда ее собеседник был мертв. "Думаю, я почувствую себя еще лучше, когда поговорю со Стьюбеном. Я был бы признателен тебе, Моррис ".

"Дай мне минуту".

"Ева". Рорк взял ее за руку, когда Моррис зашагал прочь. "Что здесь происходит?"

"Я не уверен, и мне нужно, чтобы ты отнесся ко мне по-настоящему непредвзято. Я имею в виду широко открытую. Ты уже более открыт, чем я, в отношении, ну, ты знаешь, странных вещей ".

"О каких странных вещах мой разум будет широко открыт?"

"Хорошо". Она посмотрела в его глаза, такие голубые, такие красивые. Глазам она доверяла всем, что у нее было. "Прямо рядом со мной сидит мертвая женщина. Ее зовут Жанна Дорчестер, и какой-то мудак по имени Ренни Фостер проломил ей голову камнем в парке Риверсайд. Она беспокоится, что ее подруга Сара может быть следующей в его списке. Итак, я собираюсь передать информацию первичному. Я умею читать по-русски".

"Прошу прощения?"

"Я умею читать по-русски. Думаю, я тоже умею говорить на нем, и я почти уверен, что смогу приготовить венгерский гуляш. И, может быть, борщ, возможно, вареники. Пожилая женщина, та, что упала мне на колени и оказалась цыганкой, говорящей от имени мертвых, что-то сделала со мной. Или у меня опухоль мозга ".

Глядя в ее глаза, Рорк обхватил лицо Евы ладонями. "Как ваши дела?"

"У меня все по-другому. Эй, ты говоришь по-русски?"

Он откинулся на пятки, потрясенный до глубины души. "Несколько фраз, и, конечно, не так бегло, как ты, по-видимому. И, несмотря на твой ответ, я сомневаюсь, что с тобой все в порядке."

Они подняли глаза, когда Моррис вернулся. "У меня есть то, что тебе нужно".

"Отлично". Ева отключила свой линк и, оставаясь на месте, связалась с детективом Стьюбеном. "Лейтенант Даллас", сказала она, "Отдел убийств, из Центрального. У меня есть кое-какая информация о вашей жертве, о Жанне Дорчестер." Говоря это, она смотрела на Жанну. "Ты захочешь найти Ренни Фостер и обеспечить некоторую защиту Саре Джаспер. Позволь мне изложить это тебе ".

Когда она одержала, она ответила на его вопрос о том, как она получила информацию, заявив, что является конфиденциальным информатором.

"Если только Стьюбен не идиот - и он не ударил меня таким образом - этого должно хватить". Ева поднялась на ноги. "Это все, что я могу сделать".

"Я все еще мертв, но я не так напуган. Уже не так холодно".

"Я не думаю, что тебе обязательно оставаться здесь".

"Может быть, на некоторое время. Мне помогло поговорить с тобой. Я все еще хотела бы, чтобы я не была мертва, но ... " Она замолчала, пожав плечами.

"Удачи". Ева повернулась к Моррису. "Я не знаю, как это объяснить. Мне нужно увидеть Жизи Сабо ".

"Даллас, у тебя только что был разговор с мертвым?"

"Это определенно было так. И я был бы действительно признателен, если бы ты не распространялся об этом. Мне нужно работать, мне нужно продолжать, или я почти уверен, что сойду с ума. Итак... " Она двинулась вперед, оглянулась и увидела, как Жанна подняла руку в знак прощания. "Мне нужно подтвердить TOD на Сабо".

"Я запускал это три раза, используя различные компоненты. Все еще тысяча триста."

"Это невозможно". Она толкнула двери кабинета для вскрытия. "Я был там. Лопес был там несколько часов спустя. Она упала с бордюра, мы оказали первую помощь. Она - "

"Ева", - прервал ее Рорк, - "ты только что говорила с женщиной, убитой более двух часов назад, и ты сомневаешься в возможности?"

"Я знаю разницу между мертвым и живым". Она подошла к телу. "Почему я не могу ее увидеть? Почему я не могу поговорить с ней? Я смотрю на нее и чувствую ... ярость и разочарование. И ... обязательство."

"Я говорил с Чейлом", - сказал ей Моррис. У раковины он промыл тряпку холодной водой, отжал ее. Затем он подошел к ней и сам провел им по ее лицу, чтобы охладить его.

"Он сказал то же самое, но он также сказал, что она взяла тебя за руку, заговорила с тобой, и был свет - взрыв света и энергии. И на мгновение после этого ты казался пустым. Просто пустота. Он сказал, что между вами, казалось, что-то произошло ".

Она взяла тряпку, слегка смущенная тем, что он ухаживал за ней - что она позволила ему. "Ты не веришь в такого рода вещи".

"Наука утверждает, что эта женщина умерла сегодня в час дня - неопровержимо, - но в мире есть нечто большее, чем наука".

Возможно, подумала она - трудно спорить об этом прямо сейчас. Но это была рутина и порядок, которые помогли ей пережить опыт с Джанной. Так что она оставалась там так долго, как могла.

"Давайте пока остановимся на науке. Что вы можете рассказать мне об оружии?"

"Хорошо. Тонкий, обоюдоострый клинок. Семь с четвертью дюймов в длину". Он повернулся к экрану, чтобы вывести изображение, которое он восстановил по ранам, затем снова повернулся к телу. "Вы видите здесь, где убийца полностью вонзил это в нее, синяки от подушки".

Она наклонилась, изучая выбоины, порезы. "Кинжал".

"Да. Он ударил кость. Кончик будет отколот ". Моррис показал ей крошечный кусочек стали, запечатанный на подносе. "Я восстановил это".

"Ладно, это хорошо. Сначала он ударил ее ножом в спину - в заднюю часть плеча." Она помнила шокирующую, разрывающую боль. "Потому что он трус, и потому что он боялся ее. Она не видела его лица - на нем была маска или грим. Своего рода костюм, потому что он театральный. Дьявол, " пробормотала она, " потому что это роль, которую он играет, или хочет играть. Потому что это сильно, потому что это вселяет страх, потому что он хотел, чтобы это изображение было последним, что она видела ".

"Почему?" - Спросил Моррис.

"У него есть то, что она хотела, и она бы не остановилась, пока не получила это обратно. Разоблачила его. Наказала его. Лишило его".

"Теперь ты получишь это обратно".

Она повернулась к Рорку, кивнула. "Да. Я буду. Мне нужно домой. Ты мог бы сесть за руль, пока я поговорю с копами ".

"Даллас, " сказал Моррис, " я хотел бы поговорить об этом в какой-то момент".

"Да. В какой-то момент." Она поколебалась, вернула ему ткань, затем на мгновение накрыла его руку своей. "Спасибо".

Хладнокровная, уравновешенная, она шла по туннелю с Рорком.

"Она там?"

Ева сделала паузу, посмотрела вниз, на пол, где она сидела с Дженной. "Нет. Я думаю, она ушла туда, куда должна была пойти. Господи, Рорк."

Он твердо взял ее за руку. "Давай докопаемся до сути, потому что прямо сейчас я не знаю, нужен ли тебе врач или чертов священник".

"Священник?"

"Для изгнания нечистой силы".

"Это не смешно", - пробормотала она.

"Это не так, нет".

Семь

Рорк дал ей время, в котором она нуждалась, пока он вел машину. Он ничего не сказал, слушая ее разговор с горсткой полицейских о ком-то по имени Алексей Барин. Поскольку ее цвет вернулся, а кожа больше не казалась такой, будто могла обгореть до костей, он подавил желание отвезти ее прямиком в медицинский центр.

Он считал свою жену, помимо всего прочего, циничной, стабильной и часто раздражающе укорененной в реальности и логике.

Когда она рассказала ему с невозмутимым лицом и ясными глазами, что у нее был разговор с мертвым, он склонялся к тому, чтобы поверить ей. Особенно добавляя в свой решительный ответ на его простое "Как дела?". на русском.

Она снова щелкнула по своей ссылке, сказала: "Хммм".

"Как вы готовите венгерский гуляш?"

"Что? Я не готовлю гуляш ".

"Я не просил тебя сделать это, но как ты сделаешь".

"О, это испытание. Ну, ты нарезаешь немного лука и обжариваешь его в горячем масле - просто до золотисто-коричневого цвета, затем берешь говядину, нарезанную кубиками и обвалянную в муке, добавляешь ее и немного паприки в масло и лук. Тогда - "

"Этого достаточно".

"Зачем тебе обмазывать хорошее мясо мукой? Я думал, мука предназначена для выпечки ".

"Что доказывает, что ты знаешь о кулинарии меньше, чем я, а это почти ничего, и все же ты можешь отказаться от рецепта гуляша".

"Это странно, и это чертовски раздражает. Вот почему я еду домой, а не в Центральную. Я не собираюсь обнаруживать, что разговариваю с каким-то мертвецом или кем-то еще в присутствии других копов ".

"Ты все еще ты", - пробормотал он с глупым облегчением. "Ты скорее смущен, чем напуган ситуацией, в которой, похоже, находишься".

"Я даже не верю, что это происходит, но я знаю, что это так. Я не уверен, что не предпочел бы иметь опухоль мозга ".

Она сделала вдох, затем другой. "Я прокручиваю это в своей голове. Она шла, пошатываясь, повсюду истекая кровью. Наука говорит, что она была мертва, но Лопес тоже видела ее - и медиков, когда они туда добрались. Она говорила со мной. Она посмотрела на меня ".

Она вернулась на место преступления. "Но она прошла этим путем несколько кварталов - я шел по кровавому следу обратно. И никто не помог ей, никто не позвал на помощь. Я не могу на это купиться, поэтому, используя извращенную логику всей этой сделки, я должен заключить, что никто ее не видел ".

"Продолжая эту так называемую извращенную логику, она пришла к тебе. В ней осталось достаточно, чтобы пересечь твой путь, оставить тебе след, дать тебе то, что тебе нужно, чтобы помочь ей ".

"Ты мог бы теоретизировать. И первое, что она сказала, было имя девушки: Беата. Что она была в ловушке, нуждалась в помощи. Она назвала мне свое имя, и когда я спросил, кто сделал это с ней, она сказала, дьявол. И . . . "

"Что?"

"Она сказала, что я был воином. Ее глаза были такими темными, черные глаза, такими напряженными. Она сказала, что я должен принять ее, впустить. Она просила меня, умоляла меня. Прими меня, поэтому я сказал "Конечно". Я просто хотел сохранить ее спокойной и живой, пока туда не доберутся MTS ".

"Ты согласился".

"Думаю, я так и сделал". Тяжело вздохнув, она провела рукой по волосам. "Думаю, я так и сделал, затем она схватила меня за руку, и бац - ослепительный свет и как будто электрический разряд. Эти голоса. Я видел ее лицо - девушку - Беату. Следующее, что я помню, Лопес зовет меня по имени, там медики, и Сабо мертв. Холодная и мертвая."

"Потому что, по крайней мере, с научной точки зрения, она умерла несколькими часами ранее".

"Это пиздец", - было мнение Евы. "Я чувствовал себя неуверенно и сбитым с толку. Думаю, с тех пор я не чувствовал себя настолько устойчивым. Я узнал то, чего у меня не должно было быть, и не узнал то, что должен был. Боже, Рорк, я заблудился, когда ехал в морг. Я просто не мог вспомнить улицы ".

Он подумал о том, как она выглядела, лицо мертвенно-белое, блестящее от пота. "Я думаю, нам следует позвонить Луизе, пусть она придет взглянуть на тебя".

"Я не думаю, что врач поможет, или священник тоже. Я не могу поверить, что говорю это, но я думаю, это похоже на Джанну. Когда мы закроем дело, это будет сделано ".

Она переместилась к нему. "Она немного порезала меня своими ногтями, видишь?" Она подняла руку ладонью наружу. "Говорил всю эту чушь о крови к крови и сердце к сердцу. К тому времени я был весь в ее крови. И она сказала, что это не будет закончено, пока обещание не будет выполнено. И дело в том, что я обещал найти Беату, пока пытался сохранить старушке жизнь."

"Ты заключила кровавый договор с цыганкой".

"По-видимому, говорящий на цыганском от имени мертвых. Не нарочно, " добавила она с некоторой горячностью.

"Случайный договор крови", - уточнил он.

"Ты бы сделал то же самое, черт возьми". Раздраженная, она снова отодвинулась. "И ты гражданское лицо. Я полицейский. Защищай и служи, черт возьми".

"Которая редко включает в себя кровавые соглашения с мертвыми путешественниками".

"Ты пытаешься разозлить меня?"

"Вернул свой цвет", - легко сказал он.

"Ну, упс. Глаза на приз. Я должен выяснить, кто убил Жизи Сабо, и я должен найти Беату ".

"Она жива, Беата. Ты уверен."

"В моем нынешнем состоянии отбрасывать логику, которая говорит об обратном? Я думаю, Сабо знал бы, если бы девушка была мертва. И я думаю, что я бы знал это сейчас. Вместо этого у меня есть уверенность, вопреки всей этой логике, что она жива, пойманная в ловушку тем же дьяволом, который убил ее прабабушку. Он хочет сохранить девушку, а пожилая женщина позаботилась о том, чтобы люди знали, что она была близка к тому, чтобы найти ее. Может быть, она сделала это, чтобы выманить его, может быть, она сделала это, потому что это поддерживало ее. Но она была угрозой ".

Ее нервы успокоились еще на несколько ступеней, когда Рорк въехал в ворота, когда она увидела дом. Главная. Ее.

"Беата теперь - обуза", - добавила Ева. "И это может давить на него сильнее, чем его потребность удержать ее. Сабо все взбудоражил, и теперь я сделал то же самое. Он может решить убить ее, а не рисковать разоблачением."

"Этот Алексей Барин?"

"Он возглавляет список. Он знал ее, хотел ее, но она его остановила. У него эго размером с Юту. Он знал, где она жила, где работала, очень вероятно, знал ее основной распорядок дня. Добавлено, что они репетировали для этого большого танца - Diabolique, Angel and Devil, что не является гребаным совпадением ".

"Я бы согласился. Так было бы еще легче заманить ее. Дополнительная тренировка, после работы".

"Вот так. У него были жестокие стычки, он получил простыню, и копы, которые его арестовали, все говорят, что у него вспыльчивый характер, который зажигает его - быстро. И именно поэтому он сейчас не на собеседовании ".

"Потому что, хотя Сабо был убит насильственно и, возможно, импульсивно, если Беата все еще жива, удерживаемая против ее воли, это требовало определенного планирования. И продолжает принимать планирование ".

"Прямо сейчас хорошо, что ты можешь думать как коп, потому что я не знаю, работает ли мой мозг по всем каналам". Она вышла из машины. "Мне нужно быть дома. Мне нужно вернуть контроль. И если вы готовы к этому, мне бы не помешала помощь в поиске всех в моем списке, кто знает Беату, учился у нее, работал с ней. Ее соседи, ее друзья, люди, которые видели ее регулярно. Ты хочешь того, что видишь - или должен это видеть, чтобы хотеть этого ".

"Ты называешь мне имена, я начинаю твои пробежки - при условии, что ты отдохнешь. Час, - сказал он, когда она начала протестовать. "Не подлежит обсуждению".

"Мне просто нужно прочистить голову. И я умираю с голоду", - призналась она. "Я чувствую, что не ел несколько дней, как будто все сгорело".

"Возможно, побочный эффект одержимости".

"Это тоже не смешно". Она вошла внутрь, одарила Соммерсета пристальным взглядом-бусинкой. "Бей мэг", - предложила она и увидела, как расширились его глаза.

Подозревала, что она увидела, как его губы дрогнули в том, что могло быть сдержанной улыбкой.

"Я вижу, ты расширяешь свои познания в лингвистике".

"Это было не по-русски", - сказал Рорк, когда они поднимались по лестнице.

"Я думаю, это венгерское. Это только что пришло ко мне - и я полагаю, он знает, что я только что сказал ему отвалить ".

"Грубо, но завораживающе". Он пошел с ней в ее офис. "Ты, вставай". Он указал на кошку, в настоящее время развалившуюся в кресле Евы для сна. "Ты, лежать", - приказал он. "Дай мне свой список, и я начну эти пробежки". Он провел рукой по ее волосам, борясь с беспокойством. "Как насчет пиццы?"

"Я мог бы съесть целый пирог". Она упала в кресло. "Слава Богу, мой аппетит не тянет к этому борщу, потому что я действительно предпочла бы иметь опухоль мозга, чем свекольный суп". Она вытащила свой блокнот из кармана. "Большинство имен здесь. Я должен получить больше. Пибоди и Макнаб ходили по театрам, где она работала или собиралась работать, и мне нужны соседи. Но это большое начало ".

"Сначала еда". Он прошел на кухню.

Галахад не прыгнул к ней на колени, а сидел, разглядывая ее.

"Я все еще я", - пробормотала она. "Я не она. Я все еще я ". Когда он ударился головой о ее ногу, у нее защипало глаза. "Я все еще я", - повторила она.

Рорк вернулся с тарелкой на подносе. "Я заказал целую, но ты начни с этого. И выпей успокоительное. Не спорь", - предупредил он. "Я сомневаюсь, что ты смотрелась в зеркало за последние несколько часов, но когда я пришел в морг, ты выглядела так, как будто тебе там самое место. Ты поешь, выпьешь пустышку, тогда посмотрим ".

С этими словами он повернулся к ее столу, сел и начал вводить имена в ее компьютер. Ева ела как лошадь.

"Боже, так лучше. Никаких потрясений ". Она протянула руку, твердую. "Никакой тошноты, никаких прыжков". Она все еще смотрела вниз на кошку. "Он не сядет ко мне на колени даже за пиццей. Он не уверен во мне. Я думаю, он чувствует, что что-то не так. Что я ухожу. Как долго, по-твоему- " Она не смогла это произнести.

"Все будет хорошо". Он поднялся, чтобы подойти к ней. "Мы сделаем все, что нужно сделать, затем мы сделаем все, что будет после этого. С тобой все будет в порядке ".

"Я должен жить с мертвыми, Рорк, я не хочу с ними общаться. Я вижу преимущество для полицейского, занимающегося убийствами. Эй, извини за невезение, но кто тебя убил? О да, мы поедем и заберем его. Двигайся дальше. Я не хочу так работать. Я не хочу так жить. Я не думаю, что смогу ".

"Тебе не придется". Он взял поднос, отставил его в сторону. "Я клянусь тебе, мы найдем все, что нужно найти".

Она поверила ему. Возможно, ей пришлось, но она поверила ему.

"Тем временем... " Она взяла его за руку. "Ты можешь быть со мной? Мне нужно быть собой. Мне нужно, чтобы ты прикоснулся ко мне - ко мне - и почувствовал, что я делаю, когда ты со мной. Знай, что ты чувствуешь меня".

"Нет никого, кроме тебя". Он скользнул на стул рядом с ней. "Никогда никто, кроме тебя".

"Не будь нежным". Она притянула его рот к своему. "Хочешь меня".

Ей нужны были эти ищущие руки, этот рот, жаждущий ее. Нуждался в ощущении, вкушении и боли, нуждался в знании, что это ее разум, ее тело, ее сердце слились с его.

Любовь, ее темнота и свет, были силой, и она взяла это у него.

Он стянул ее куртку с плеч, нажал на кнопку крепления оружия, когда его рот захватил и покорил ее. И эти руки, эти чудесные руки зажгли новое пламя, новую лихорадку, которая бушевала чистой и яркой в ее крови. Ее пальцы нащупали рычаги управления креслом, поэтому они откинулись назад, когда оно заскользило плашмя.

Он знал, что она хотела не комфорта, а похоти - жадности и скорости. Возможно, ему нужно было то же самое. Поэтому он закинул ее руки за голову, использовал свободную руку, чтобы мучить, пока она не выгнулась под ним, вскрикнув, когда кончила.

И это было еще не все. Влажная плоть, дрожащая под его руками, бешеный пульс, подскакивающий на кончиках его зубов. Вожделение, которого она хотела, билось в нем так же дико, как и ее сердце.

Его женщина. Только его. Ее плоть, ее губы, ее тело. Снова сильный.

"Сейчас. ДА. Сейчас!" Ее ногти впились в его бедра, когда она выгнулась навстречу ему, открылась ему.

Горячая и влажная, она сомкнулась вокруг него, снова вскрикнув, когда он вошел сильно и глубоко, когда она наклонилась, чтобы взять его. Удерживая там, удерживая в течение одного пьянящего момента, когда он смотрел в ее глаза. Когда он видел только Еву.

Затем вихрь, злой и дикий, закручивающий их обоих слишком высоко для воздуха, слишком быстро для страха.

И когда мир успокоился, все цвета, формы и свет вернулись, тогда пришло утешение. Она лежала, заключенная в его объятиях, вдыхая его. Ее тело - ее тело - казалось использованным, грубым и прекрасным.

Закрыв глаза, она провела рукой по его волосам, вниз по спине. "Без проблем, учитывая, что ты, возможно, только что косвенно трахнул девяностошестилетнюю женщину?"

"Если бы я это сделал, она дала столько, сколько получила".

Она засмеялась, переплела свои ноги с его. "Мы все равно будем трахаться, когда нам будет девяносто, верно?"

"Рассчитывай на это. К тому времени у меня разовьется вкус к пожилым женщинам, так что это можно считать хорошей практикой ".

"Должно быть, это отвратительно - даже думать таким образом, но, вероятно, это все равно что отпускать шутки в морге. Это то, как ты проходишь через это ". Она распуталась, села. "Что я собираюсь сделать, так это принять душ, затем выпить кофе, а затем повторить твои пробежки. Я собираюсь работать с этим так, как нужно работать, и оставить это другое в стороне. Потому что, если я буду думать об этом слишком усердно, я просто сойду с ума ".

Он сел рядом с ней, взял ее за плечи. И то, что она увидела в его глазах, перекрыло доступ воздуха в ее легкие. "Что? Что?"

"Ты тот, кто ты есть. Я знаю тебя. Ты веришь в это?"

"Да, но - "

"Ты Ева Даллас. Ты любовь всей моей жизни. Мое сердце и душа. Ты коп, умом и телом. Ты женщина силы и стойкости. Упрямый, твердолобый, временами подлый, как барсук, и более щедрый, чем ты готов признать."

Страх отступил, ледяным лезвием по позвоночнику. "Почему ты это говоришь?"

"Потому что я не думаю, что ты можешь оставить случившееся в стороне, не совсем. Сделай вдох".

"Почему - "

"Сделай вдох". он сказал это резко, добавив пожатия, так что она сделала это автоматически. "Теперь другой". Он держал одну руку на ее плече, когда переместился и коснулся другой ее лодыжки.

И татуировка в виде павлиньего пера.

Восемь

Она приняла душ, выпила кофе. Она сказала себе, что спокойна - будет спокойной. Паника не помогла бы; ярость могла бы быть приятной, но в конце концов тоже не помогла бы.

"Есть варианты", - сказал ей Рорк.

"Не произноси слово на букву "Е". Никаких экзорцизмов. Я не потерплю, чтобы какой-нибудь священник, или знахарь, или вудуист танцевал вокруг меня, стуча по своим волшебным кокосам ".

"Магия... Это эвфемизм?"

"Может быть". Это помогло увидеть его улыбку - думать, что она могла бы. "Но я не собираюсь туда идти, Рорк".

"Тогда все в порядке. Что насчет Миры?"

"Ты думаешь, она может заставить меня отказаться от Сабо?"

"Гипноз может найти некоторые ответы".

Она покачала головой. "Я не упрямлюсь. Или, может быть, я такая", - признала она, когда он поднял брови. "Прямо сейчас я бы предпочел никого больше не втягивать в это. Я просто не хочу никому говорить, что пригласил мертвую женщину поселиться в моей голове, или где бы она ни была. Потому что это то, что я сделал ".

Она оттолкнулась, начала расхаживать. "Я сказал, конечно, заходи прямо сейчас. Может быть, если бы я обращал внимание на то, что она говорила, что она имела в виду, я бы запер дверь. Вместо этого я вся такая, да, да, какая угодно, потому что я пытаюсь уберечь женщину, которая, по мнению науки, уже умерла от кровотечения. В этом нет никакого смысла, черт возьми. И поскольку этого не происходит, я должен отложить это в сторону. Я должна", - настаивала она. "Я должен работать с делами - кейсами - головой, своим нутром. Трахаю мину. Что я, черт возьми, сделал бы в любом случае, если бы она оставила меня в покое, черт возьми."

"Так ты будешь бороться с этим с помощью логики и инстинкта?" Он решил, что им обоим не помешало бы выпить по бокалу вина.

"Это то, что у меня есть. Это то, что принадлежит мне. И если есть какая-то логика в этой другой части, той части, которая не имеет смысла, когда я найду убийцу, когда я найду Беату, это - она - исчезнет. Если я не поверю в это, я собираюсь запереться в шкафу и начать сосать большой палец ".

Он взял у нее вино, коснулся ее щеки. "Тогда мы найдем убийцу и Беату. И пока мы оставим все остальное между нами. Двадцать четыре часа. Мы сделаем по-твоему, и я найду того, кто сможет исправить то, что было сделано. Если это не разрешится в течение двадцати четырех часов, мы будем действовать по-моему ".

"Это звучит как ультиматум".

"Это, безусловно, так. Вы можете тратить время на споры, или вы можете приступить к работе. Я не собираюсь делить свою жену ни с кем больше, чем на день ".

"Я тоже не твоя собственность, приятель".

Он снова улыбнулся. "Но ты принадлежишь мне. Мы можем поспорить из-за этого." Он пожал плечами, отпил вина. "И ты потратишь впустую часть своих двадцати четырех. Тем не менее, это может тебя возбудить, так что я открыт для этого ".

"Самодовольный ублюдок".

"Может быть, ты захочешь выругаться на меня по-русски или по-венгерски".

"И ты сказал, что я подлый. Двадцать четыре." Она сделала глоток вина, размышляя о том, как бы она настояла на большем, если бы ей это было нужно. "Давайте посмотрим на пробежки".

Рорк вывел данные на экран, прислонился бедром к краю ее стола. "Ваш главный подозреваемый", - начал он. "У тебя было почти все это, но на втором уровне немного прибавилось, и я экстраполировал из твоих заметок. Квартира Элли Мэдисон, где, как подтверждено, Алекси Барин начал день, находится в десяти минутах ходьбы от переулка - значительно меньше, если бы здоровый, спортивный мужчина пробежал ее трусцой, даже пробежкой. Примерно то же самое из ресторана, где он завтракал. Как и его собственная квартира ", - добавил Рорк, выводя на экран карту, которую он сгенерировал. "Эти местоположения сгруппированы, более или менее, в общей области".

"Значит, он мог выскользнуть, ускользнуть, надеть маску, порезать Сабо и вернуться. Что означало бы знать, что она будет в переулке в этот удобный момент, и надеть что-нибудь от брызг крови. Потому что ты не взламываешь кого-то так, как ее взломали, и не уходишь чистым и свежим, чтобы прихватить свое алиби на поздний завтрак ".

Она расхаживала перед экраном. "Он мог бы назначить ей встречу, точно рассчитав время. Сказал ей, что у него есть кое-какая информация о Беате. Это слишком много планирования для импульсивного парня с характером ".

"Что-то вывело его из себя на позднем завтраке, если мы пойдем с твоим ТОДОМ, или приоре, если мы останемся с наукой", - предположил Рорк. "Он пошел, чтобы встретиться с ней лицом к лицу, увидел ее в переулке - он бы пришел с этой стороны, так что он бы миновал переулок. Он огрызается, вытаскивает нож, входит ".

"Почему он замаскирован?"

"Она могла бы видеть его лицо, Ева. В каком состоянии она была, когда вы нашли ее? Не будет преувеличением поверить, что она не была в здравом уме ".

"Она этого не видела. Она видела дьявола." Ева сделала паузу на мгновение. "Я знаю. Это то, что я видел. У меня был ... момент в переулке. Я знаю, что она видела ".

"Хорошо".

Поскольку она ожидала ссоры, даже жаждала ее, она набросилась на него. "Я не знаю, быть ли мне благодарным или злиться, что ты так легко соглашаешься".

"Не так просто, как может показаться, просто легче, чем тебе. Так что, если ты говоришь, что видел то, что видела она, я знаю, что это так. Оккультизм, на каком-то уровне, задействован - даже это логично ".

"Если ты суеверный ирландский парень".

"Если ты в данный момент способна ругаться по-венгерски и готовить гуляш", - возразил он - и заткнул ей рот. "Возможно, ваш подозреваемый обладает какой-то собственной силой".

"Я не собираюсь туда. Логика, факты, данные. Так что, хотя возможно, что Алекси ускользнул и совершил убийство, это низко по логике и шкале вероятности с данными, которыми мы располагаем на данный момент. Назови мне парня, с которым работала Беата. Тот, кто вышел с ней из ресторана в ночь, когда ее видели в последний раз."

"Дэвид Ингалл, двадцать два года, холост. У него было две шишки. Один за инцидент с воздушным бортом, когда он не справился с управлением и сбил группу пешеходов на Таймс-сквер, а другой за изготовление и использование поддельного удостоверения личности - он был несовершеннолетним и попал в секс-клуб, прежде чем его поймал агент под прикрытием. Он бросил Нью-Йоркский университет и посещает пару виртуальных курсов в семестр, живет в квартире с одной спальней в нескольких кварталах от ресторана с двумя соседями по комнате. Он проработал в Goulash три года ".

"Звучит не особенно убийственно".

"Кроме того, в досье вашего детектива Ллойда есть заявление одного из соседей по комнате, подтверждающее его прибытие домой - и последовавшую за этим пьяную ночь компьютерных игр, в ночь исчезновения Беаты Варга".

"Соседи по комнате затрудняют ему забрать Беату, удерживать ее, если только они не соучастники".

"Информация о соседях по комнате такая же безопасная, как и эта".

"Переключись на театр", - решила Ева. "Где она была дублершей. Что получила Пибоди?"

Она изучала данные по мере их прокручивания, слушала резюме Рорка. И ходил взад и вперед.

Ни один из них не выскочил ради нее. Удержание женщины против ее воли в течение длительного периода времени требовало уединения, звукоизоляции, расходных материалов и времени.

Может быть, она была неправа - может быть, старая женщина была неправа - и девушка была мертва. И мысль об этом пронзила ее так глубоко, что она содрогнулась.

"Ева -"

"Нет, это ничего. Продолжай. Мне нужно создать доску убийств. Я должен был уже это сделать ".

Она прикрепила свои фотографии, пропустив информацию, предоставленную Рорком, через себя, пока она размещала то, что ей было нужно, на доске.

"Работа и школа", - сказала Ева. "Ее самые обычные места, кроме ее квартиры. Мы сосредотачиваемся на этом. Она ходила на прослушивания, и это будет другой уровень, если мы взорвемся здесь. Работа, школа, ее соседи. Затем театр, затем места прослушивания, магазины и так далее.

"Дай мне еще раз взглянуть на карту".

Она придвинулась ближе к экрану. "Она проходит этот маршрут практически каждый день. Домой, на утренний урок. Затем из класса на работу, если она была запланирована. Возвращайся в класс, на работу или на прослушивание. Вечерние занятия три раза в неделю, и снова работа четыре ночи."

"Постоянный клиент в ресторане", - предположил Рорк. "Кто-то, кого она обслуживала регулярно. Хотел ее, взял ее ".

Она кивнула. "Возможно. Кто-то, кого она знала, наиболее вероятен. Кто-то, кто мог заманить ее туда, куда он хотел, чтобы она пошла. Не вызывает волнения, которое вызвало бы насильственное похищение. Должно было быть место. Под землей. Подвал? Подвал?"

"Само подполье", - прокомментировал Рорк. "Под улицами есть места, где никто не обратит внимания на женщину, которая борется, кричит, зовет на помощь".

"Слишком много", - согласилась Ева. "Но это было бы рискованно. Кто-то может забрать ее у тебя. Личное, " повторила она. "Можете ли вы достать чертежи здания - школы танцев?" Когда его ответом был просто долгий взгляд, она закатила глаза. "Давай, выпендривайся. Позвольте мне взглянуть на данные дяди. Саша Корчов."

"У меня также есть более глубокие данные о Наталье Бариновой".

"Это мужчина. Сначала разберись с мужчиной ".

Доброкачественная. Это было слово, которое Рорк использовал, чтобы описать коллегу Беаты и его соседей по комнате. Это слово пришло на ум Саше. Она вспомнила мечтательные глаза - немного похожие на Денниса Миру - и действительно, на его идентификационной фотографии было то же самое, наряду с мягкой улыбкой.

Но изображения, которые Рорк откопал до несчастного случая, который стоил ему карьеры и его возлюбленной, показывали динамичного, интенсивного, страстного мужчину. Прыжки, вращение длинного, худощавого мускулистого тела, демонстрируемого в драматических костюмах. Грива волос угольно-черная, глаза горят.

"Как ты это теряешь?" - пробормотала она. "Потерять эту энергию, эту страсть, эту свирепость? Должно быть, это почти как смерть или потерять кого-то до смерти. Что-то ломается, что-то большее, чем нога, рука. Что-то раздавливается, больше, чем нога, больше, чем ребра ".

Как вы справляетесь с гневом - вот что она спросила Лопес о выживших, о семьях, которые потеряли кого-то из-за убийства.

"Однажды ты потеряла свой значок", - напомнил ей Рорк. "Что это с тобой сделало?"

"Уничтожила меня. Временно. Оторви меня от того, кем я был. Но ты помогла мне вернуться, и я вернул свой значок. Он тоже потерял свою женщину. Его женщина, " повторила она. "Еще один танцор. И посмотрите сюда, они вместе танцевали балет "Дьяволица". Дьявол был его коронной ролью. Сукин сын. Я должен был это увидеть ".

"В здании есть подвал", - сказал ей Рорк. "Оно тянется по длине и ширине здания и вмещает несколько комнат, указанных на планах как складские и / или подсобные и обслуживающие".

"Кому принадлежит здание?"

"Забавно, что ты спрашиваешь. Он владеет этим. Он заработал довольно много денег за свою карьеру и получил крупное возмещение после несчастного случая ".

"У него нигде нет записей. Если только это не было скрыто. В истории насилия не было ".

"Деньги могут облегчить путь".

"Да". Она наклонила голову к Рорку. "Это может. Но обычно вы можете найти несколько упоминаний в средствах массовой информации. Предположения, сплетни. Человеку может не быть предъявлено обвинение, и он все равно будет виновен ".

"Я посмотрю, на что я наткнусь, и, я думаю, это говорит о том, что он не давал никаких интервью, которые я могу найти, никаких публичных заявлений или появлений после аварии ".

"Он ушел в подполье", - пробормотала Ева. "Так сказать. Потерял все, что имело для него значение? Это могло бы быть так. У него была сестра, и она оставила свой дом и, возможно, остатки своей карьеры, чтобы приехать сюда с ним, приведя своего маленького сына. Мечтательные глаза", - вспоминала она. "Лекарства? Его медицинские документы показывают обширные травмы в результате несчастного случая, такие, которые человеку повезло пережить. Пришлось испытать много боли ".

Больше, чем физическое, решила она, думая о том, чтобы снова потерять свой значок. Гораздо больше, чем физическая боль.

"Сейчас он сидит в этой студии и играет музыку, под которую другие могут танцевать. Для этой красивой молодой женщины, которая примерно того же возраста, того же телосложения и цвета кожи, что и женщина, которую он любил. Она собирается станцевать ту же роль с его племянником.

"Разозлило бы это его, огорчило бы? Они отправляются в Вегас". Она остановилась, когда ее внутренности скрутило. "Наталья сказала, что они едут в Лас-Вегас, чтобы стать танцовщицами. Может быть, Беата не первая."

Она подошла к вспомогательному компьютеру, начала поиск пропавших людей, женщин той же возрастной группы, закодированных в балет.

"Есть некоторые предположения относительно молодого Саши Корчова и его характера. Срываться со сцены на репетициях, ругать других танцоров - ни в том, ни в другом нет ничего необычного ", - добавил Рорк. "И еще, тут и там, о диких вечеринках, разорении гостиничных номеров и тому подобном. До того, как он встретил и станцевал с Ариал Нуренски. Она, как предполагают здесь, была бальзамом для его беспокойного духа и другими романтическими аналогиями. Она изменила его, успокоила его, вдохновила его. Они должны были пожениться через две недели после несчастного случая, в котором она погибла."

"Ванессу Уорвич, двадцати двух лет, в последний раз видели выходящей из кафе é чтобы пойти на репетицию в Вестсайдскую школу искусств. Она должна была танцевать роль Ангела на их осеннем гала-концерте - совсем как Беата. Это было два года назад. Это еще не все ". Она посмотрела на Рорка. "Мне нужно сопоставить ссылки, найти связь со школой, или Барином, или ролью".

"Пришли мне свой список. Я возьму половину ".

Она загрузила данные в его компьютер. "Рорк, если он забирал этих женщин, удерживал их, запертых в подвале? Он дьявол".

Они нашли восьмерых.

Девять

Это не было барбекю на заднем дворе, но список гостей был почти таким же. В конференц-зале Центрального полицейского управления Ева выложила все, что у нее было.

"Девять женщин старше двадцати трех лет, " начала она, " имеющих прямое или косвенное отношение к школе или балету, пропали без вести. Всем было от двадцати до середины, темные волосы, худощавое телосложение. Все они были танцорами, и все исчезли без веского объяснения ".

Она повернулась к экрану, к изображениям. "В некоторых случаях они поднимали шум по поводу отъезда из города; в большинстве случаев из их квартир пропадали личные вещи, как будто они это сделали".

"Девятка включает в себя эту Беату Варгу". Коммандер Уитни изучила доску, которую устроила Ева, с фотографиями пропавших без вести. "Кто связан с вашей жертвой убийства".

"Она последняя. Детектив Ллойд может рассказать вам об этом." Она кивнула на него.

Ллойд встал и подошел к доске. "Последний раз ее видели выходящей из ресторана, где она работала. Вот." Он воспользовался лазерной указкой, которую дала ему Ева. "В компании двух коллег. Здесь они расстались, и Беата продолжила путь на юг, в направлении своей квартиры ".

Он просмотрел временные рамки, другие подробности, пересмотрел свои показания в интервью. "До того момента, как она пропала без вести, у нее был регулярный контакт со своей семьей. Ее рабочее время не было регулярным, поскольку ее работодатели расписывали ее занятия, прослушивания и репетиции, но когда она должна была выходить на работу, она появлялась, и заявления ее работодателей, коллег, клиентов подтверждают, что она была ответственной. Счастлив. Посвятила себя построению своей карьеры. Она только что получила роль в бродвейском мюзикле. Она была не из тех, кто просто уходит ".

"Как и Ванесса Уорвич". Ева использовала свой собственный указатель, чтобы выделить фотографию. "Пропала двадцать шесть месяцев назад, в последний раз ее видели выходящей из своей квартиры - здесь - на репетицию в школе. Она поступила всего пять недель назад, у нее был новый парень. Или Аллегра Мартин, двадцати четырех лет, главная танцовщица Городского балета, которая играла главную роль Ангела, когда пропала четыре с половиной года назад.

"Люси Куинн, семь лет как пропавшая без вести", - продолжила Ева и продолжила дальше. "Схема ясна, как и тип жертвы".

"Вы верите, что Саша Корчов заменяет своего любовника этими женщинами".

Ева кивнула Мире. "Я знаю, что это так. Он потерял ее, потерял все в один ужасный момент. Он покинул свой дом и вынужден учить других танцевать, больше для того, чтобы наблюдать, как они - эти молодые женщины - танцуют, когда его возлюбленная не может, в то время как он играет для них ".

"Он играет мелодию", - добавила Мира. "Они танцуют. Если он взял этих женщин, возможно, ему нужно, чтобы они танцевали для него - только для него. Ему нужно сохранить их при себе, возможно, чтобы воссоздать отношения, которые у него были со своей невестой, профессионально и лично ".

"Могут ли они все еще быть живы?" - Спросила Пибоди.

"Я думаю, что за раз могло быть только одно", - сказала ей Мира. "Один танцор, один любовник, один партнер, если хотите, или иллюзия разрушится. Было бы более вероятно, что он со временем заменяет замены, чем увеличивает их количество ".

"Беата жива". Ева чувствовала это всеми своими костями. "Но он убил Сабо, чтобы защитить себя. Она дала понять, что, по ее мнению, Беата жива и находится поблизости, в ловушке. Под землей. Цыган, мертвый говорун, дышащий ему в затылок ".

Она увидела, как Бакстер закатил глаза при этих словах, руководствуясь логикой. "В нем есть немного цыганской крови. Его сестра и пожилая женщина регулярно разговаривали - она вынюхивает, подбирается слишком близко. Он боится ее, суеверный. Достаточно, чтобы он замаскировался, прежде чем убить ее. Он не хочет, чтобы она видела его истинное лицо. И теперь из-за этого у него под дверью были копы. Как долго он сможет поддерживать жизнь Беаты?"

"Давление может подтолкнуть его к ее устранению", - согласилась Мира.

"Мне нужен ордер. Нам нужно обыскать тот подвал, его квартиру, все это чертово место ".

"Я могу получить его". АПА Рео вскочила на ноги. "Схемы и связей должно быть достаточно". Она проверила свой наручный прибор, поморщившись от времени. "Разбудить судью или прервать субботнюю вечеринку не принесет мне награды за популярность".

Когда Рео вышла из комнаты, Ева приказала вывести чертежи на экран. "Его квартира. Мы должны схватить его первыми, обезопасить его, чтобы у него не было шанса запаниковать и убрать Беату. Мы также заботимся о сестре и племяннике. Они могут быть вовлечены, могут защищать его. Фини, я хочу определить местонахождение всех в здании, прежде чем мы войдем."

"Мы это устроим. Получаю изображения источника тепла ".

"Мне нужно, чтобы выходы были защищены", - продолжила она. "И их много: двери, окна, пожарные лестницы, доступ на крышу. Лифты не работают. Если Корчов в своей квартире, мы его обезвредим. Если это не так, мы найдем его. Мы также ищем орудие убийства. Кинжал, семь с четвертью дюймов, вероятно, со сколотым кончиком. Реники, Джейкобсон, вы за счет квартиры. Бакстер, Трухарт, Пибоди, мы займем подвал ". Она взглянула на Рорка. "Мы возьмем гражданского".

Она подумала, что с запертой дверью было бы легче справиться, если бы с ними был бывший вор.

"Фини, Макнаб, Каллендар, вы отвечаете за электронику. Мне нужны местоположения, движения. Как только подозреваемый, сестра, племянник будут в безопасности, вы переедете к ним ".

Она повторила остальные задания, подробно описывая операцию этап за этапом.

Это то, что она сделала, сказала она себе. Это была логика, инстинкт, тренировка. И если что-то внутри нее подталкивало ее, почти умоляло поторопиться, она должна была игнорировать это.

"Я хочу, чтобы все вы следили за своими задницами", - заключила она. "Этот мужчина подозревается в похищении и заключении в тюрьму по меньшей мере девяти женщин, весьма вероятно, что он убил их, когда закончил. Он подозревается в том, что среди бела дня зарезал девяностошестилетнюю женщину. То, что он носил колготки и балетные туфли, не означает, что он не опасен ".

"Потенциально очень," подтвердила Мира, "когда загнана в угол, когда в отчаянии. Я поеду с Эддом ", - добавила она. "Если кто-то из его жертв жив, я, возможно, смогу помочь".

"Ценю это". Она посмотрела на Морриса. "А если это не так".

Он кивнул. "Да".

"Давайте двигаться. Заряжайся, выдерживай это. Отец Лопес, если бы у меня была минутка."

Она жестом указала ему в сторону комнаты. "У меня нет привычки вызывать священника на операцию, но - "

"Я благодарен вам за то, что вы сделали в этом случае. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь ".

"Ты был там, когда умер Сабо. Ты совершил Последний обряд. Я подумал, что если пожилая женщина была католичкой, то девушка, вероятно, такая же. Между тобой и Мирой она была бы прикрыта ".

"Это мило с твоей стороны".

Она не знала, было ли это ... не знала, было ли это ее импульсом вызвать его или ее направили.

"Как ты, Ева?"

"Черт возьми, если я знаю, и у меня не так много времени, чтобы думать об этом прямо сейчас".

"Если я тебе понадоблюсь - "

"Я надеюсь, что не пойду туда. Без обид ".

Он улыбнулся ей. "Никто не обижается".

"Мне нужно, чтобы ты оставался в фургоне EDD с Мирой, пока мы не освободимся".

"Понял, даже если это разочаровывает, что я не могу принять участие в некоторых действиях".

"Этот дьявол - моя битва. Держись Мира", - сказала она, прежде чем направилась к Рорку.

"Я не могу понять, как ты соединил точки". Пибоди остановила ее. "Подвал, все эти пропавшие женщины, тихий пианист. Я чувствую, что пропустил пару дюжин шагов ".

"Все только что начало становиться на свои места. Давайте просто скажем, что я последовал за Сабо. Она уже приближалась. Посоветуйся с Рео. Посмотри, есть ли у нее ордер ".

Она продолжила разговор с Рорком. "Мне нужно попросить тебя кое о чем".

"Вы спрашиваете своего мужа или своего гражданского?"

"Похоже, вы оба. Мне нужно, чтобы ты оставался рядом со мной. Если я начну терять это - "

"Ты этого не сделаешь".

"Если, я думаю, ты можешь помочь мне оставаться на земле. Она здесь ". Ева прикоснулась рукой к своей груди. "Это парень, который забрал Беату, парень, который ее убил. Возможно, она хочет немного отомстить. Если кажется, что я бы повернул в ту сторону, останови меня. Ты останавливаешь меня ".

"Я полностью доверяю лейтенанту Даллас, но если вам от этого станет легче, я не позволю вам сделать ничего такого, о чем вы будете сожалеть".

"Хорошо. Но, знаете, будьте в этом деликатны ".

Ему пришлось рассмеяться. "Ты - это абсолютно ты. Хорошо, тогда, не давая тебе отомстить мертвому цыгану, я сделаю все, что смогу, чтобы сохранить твое достоинство. Как это?"

"Сойдет".

Она еще раз просмотрела чертежи по дороге к зданию, связалась со своими командами, сосредоточилась на работе.

"Мы заходим спереди, проходим по главной лестнице, направо и прямо к входной двери в подвал. Она будет заперта. Если мастер не работает, мы используем таран или, " она взглянула на Рорка, - другие средства. Если Фини поднимет изображения там, внизу, мы последуем его примеру. В противном случае, Пибоди, Бакстер, Трухарт, возьмите этот сектор. Мы с Рорком этот. Один из вас видит, как мышь захватывает дух, все слышат об этом. Мы зачищаем сектор за сектором. Если дверь заперта, разберите ее. Вызови подкрепление, если оно тебе понадобится ".

Она переключилась на внешний вид. "Подсвечиваются местоположения камер. Я не вижу, чтобы кто-нибудь наблюдал за ними в это время ночи. Но там, внизу, очень вероятно, есть камеры, не указанные на чертежах ".

Думай, как он, приказала она себе. Не как у обезумевшей старухи.

"Он хотел бы наблюдать за ней и хотел бы, чтобы его территория была защищена внутри и снаружи. Не может допустить, чтобы кто-то наткнулся на нее, и не может позволить ей найти выход. Если Реники и Джейкобсон арестуют его, они могут поработать с ним для получения дополнительной информации, но мы не будем рассчитывать на ее получение. Мы приведем остальных и обыщем каждый дюйм этого подвала.

"Фини, " сказала она в свой микрофон, " дай мне слово".

"У подозреваемого ничего нет на месте. Двое в другой квартире. Все остальное на поверхности ясно. В подвале для тебя ничего нет, но там внизу пустоты, Даллас, либо из-за толщины стен, глушилок, либо из-за блоков датчиков."

"Подтягивает их туго", - пробормотала она. "Дай мне местоположение пустот".

Она включила их, почувствовала, как начинает накачиваться адреналин. "Мы ударим по ним первыми. Если он не наверху и не пошел на чертову прогулку, он сейчас там, внизу, с ней. Мы зеленые. Все команды, мы зеленые. Двигайся".

Она выпрыгнула из задней части транспорта, вынимая оружие. Она молилась, чтобы не упустить более высокий уровень безопасности, молилась, чтобы он не следил за камерами, когда она использовала своего хозяина для доступа к главной двери.

Копы рассредоточились к выходам, вверх по лестнице, двигаясь быстро и тихо, в то время как она и ее команда бросились к двери в подвал.

"Мастер неэффективен".

"Дай мне минуту", - сказал ей Рорк. "Тараны грубы, и они шумные".

Она отступила, чтобы дать ему место, мысленно отмечая каждый выход, поскольку ее люди сообщали, что они в безопасности.

Когда хитроумные инструменты и пальцы Рорка открыли дверь, она подала знак Пибоди. "Вверх и влево, - сказала она ей, - затем прямо вниз".

Она нанесла удар низко и верно - и сразу поняла, что ее инстинкты попали в цель.

На потолке горел свет, тусклый, но включенный. Старая металлическая лестница вела вниз, к бетонному полу, толстым стенам, узким коридорам.

Она дала знак Пибоди возглавить ее команду, затем отправилась в противоположном направлении с Рорком.

Они прошли через похожую на пещеру комнату, заваленную старой мебелью, лампами, тканями, по другому тусклому коридору. Она услышала лязг и гул строительных механизмов, когда они проходили через подсобное помещение, где инструменты были аккуратно сложены на отдельно стоящих полках.

"Эту область нужно поддерживать", - тихо сказала она, взмахивая своим оружием, пока Рорк делал то же самое с тем, которое вытащил из кармана. "Место, где он их хранит, должно быть звукоизолировано и полностью защищено".

"Пустота этого сектора находится на западе. Вон туда, вниз".

Ева начала поворачиваться, затем присела, подняв оружие. Ее мышцы задрожали, когда балерина преградила ей путь.

"Я не могу выбраться", - сказала женщина и протянула руки. "Мы не можем выбраться. Ты можешь мне помочь?"

"Ты должен подождать".

"Ева?"

"Это Ванесса Уорвич". Ева подавила дрожь, когда ее кожа задрожала от внезапного холода. "Тебе придется подождать еще немного".

"Я больше не мог танцевать". Она приподняла свою сверкающую белую юбку. "Он плакал, когда убивал меня". Она дотронулась пальцами до зияющей раны на горле. "Но я больше не мог танцевать".

"Просто подожди". И, стиснув зубы, Ева прошла сквозь умоляющую женщину. Она протянула руку, чтобы попытаться сохранить равновесие, когда у нее закружилась голова.

Рорк схватил ее, поддержал. "Черт возьми. Оставайся здесь ".

"Я должен закончить это. Ты знаешь, я должен закончить это. Я должен остановить это ". Она оглянулась и посмотрела в глаза Ванессе Уорвич, но увидела остальных позади нее. Все эти симпатичные девушки в своих сверкающих юбках и туфлях на каблуках.

Все эти белые зияющие глотки.

"Она ждет. Уоридж в ожидании - в ловушке. И, Боже, она не одинока. Мы должны двигаться ".

"Держись за меня, если нужно".

Он взял инициативу в свои руки, не терпя возражений. Она взяла себя в руки, следуя за ним, прочистила горло, слушая обновления команды.

Ее операция, напомнила она себе. Она была здесь главной. Она должна была быть.

Наталья и Алексей были в безопасности, Пибоди достигла первой из своих пустот. Пустая комната. В квартире Саши проводился обыск, но ни он сам, ни орудие убийства найдены не были.

Рорк поднял руку, останавливая ее. "Сенсоры", - пробормотал он. "Они прочтут нас".

"Тогда мы приближаемся".

"Скорее всего, они подадут сигнал в его квартире, но вполне могут предупредить его, если он здесь. Дай мне минуту, чтобы заглушить их ".

"Ты ловок".

"Мы делаем, что можем". Он достал то, что выглядело как невинный PPC, введенный в различные коды. "Это элементарно", - сказал он ей. "Просто мера предосторожности, чтобы дать ему знать, если кто-нибудь спустится сюда".

"Или если его нынешней балерине удалось выбраться. Все ясно?"

"Мы есть".

"Пибоди, мы подключили сенсоры. Следите за ними. Мы движемся ".

Еще один поворот, еще двадцать футов, и они заметили дверь. "Запертая дверь", - сказала она в свой микрофон. "Доступ к настоящему моменту".

Она пожала плечами, когда Рорк приступил к работе. Она была готова, подумала она. Она была самой собой.

Когда он кивнул, они вместе прошли через дверь, подмели ее.

Она предположила, что это можно было бы назвать гостиной - без окон, но с мягко выцветшим ковром, диваном, лампой. И небольшая станция мониторинга.

Он мог бы сидеть здесь и наблюдать за ней, прежде чем войти, подумала она, изучая пустой монитор, затем вторую защищенную дверь, выкрашенную в ярко-кроваво-красный цвет.

"Красная дверь", - пробормотала она. "Заперт за красной дверью".

Не говоря ни слова, Рорк подошел к двери, проверил систему безопасности. Ей приходилось дышать глубоко, медленно, борясь с голосом внутри, умоляющим ее поторопиться, поторопиться, поторопиться.

"Нашла его логово", - сказала она Пибоди. "Подключись ко мне. Второстепенная дверь и внутренняя безопасность были обойдены. Фини, у меня здесь станция мониторинга. Отправьте Макнаба. Между нами все ясно ", - сказала она в ответ на кивок Рорка. "Мы идем внутрь".

Она смотрела на него, доверяя ему удерживать ее сосредоточенной. Она подняла три пальца, сжатых в кулак, затем подняла один, два. На счет "три" они прошли через дверь.

Десять

Он оборудовал свою тюрьму сценой с прозрачными белыми занавесками по обе стороны и огнями, чтобы усилить настроение звучащей музыки. Розы, их лепестки, светящиеся серебром на свету, наполняли воздух ароматом. Ева заметила все это и другую дверь в одно мгновение, но ее внимание было сосредоточено на сцене и танцорах.

Беата, с бледным от изнеможения лицом и глазами, лишенными надежды, была одета в белую прозрачную юбку, увенчанную лифом, сверкающим золотом, как кольцо, венчавшее ее.

Тот же костюм, что и у всех остальных. Все красивые танцовщицы.

Беата поднялась, текучая, как вода, на пуантах и в арабеске, прежде чем оказаться в объятиях дьявола.

Он схватил ее за талию, высоко поднял, в то время как его глаза сияли сквозь отверстия в маске. Его плащ спал с плеч, когда он опустил ее голову к полу.

Оружие Евы, казалось, горело в ее руке. Она жаждала выстрелить из него, жаждала этого, пока ее сердце бешено колотилось в груди. И слова, мысли, которые ревели в ее голове, были на цыганском.

Рорк коснулся рукой ее поясницы, просто легким касанием пальцев. "Ваш ход, лейтенант", - пробормотал он под раскаты музыки.

Ее ход, подумала она, и воспользовалась им, когда танцоры отпрыгнули друг от друга.

"Хороший прыжок", - крикнула она, направляя свое оружие на Сашу. "Теперь замри, или я сброшу тебя с твоих изящных пальчиков".

Она услышала крик Беаты, клялась, что почувствовала, как он разрывает ее душу, но не сводила глаз с Саши.

"Ты прерываешь представление". Он говорил с некоторой горячностью - как человек, которого яростно толкнул на улице незнакомец.

"Шоу отменяется".

"Не будь смешным". Он отпустил ее взмахом руки, затем протянул ее своему партнеру. Рорк уже вмешался и встал между ними.

Саша вытащил кинжал из-за пояса. "Я убью тебя за то, что ты прикоснулся к ней".

"Ты, конечно, можешь попытаться, и я признаю, что с удовольствием отправил бы тебя в ад и обратно, но я верю, что лейтенант действительно бросит тебя, если ты сделаешь шаг к этой девушке".

"Она моя". Он повернулся обратно к Еве. "Никто не заберет ее у меня. Она мой Ангел, и здесь она живет вечно ".

"Я Беата Варга". Беата сорвала корону со своей головы, подняла ее. "Я не твой Ангел, и ты отправляешься в ад".

Саша бросилась на нее, и даже когда Рорк приготовился отразить атаку, Ева сдержала свое слово. Она бросила его, ошеломленного и дрожащего, в центр сцены.

Когда он упал, Беата закрыла лицо руками и соскользнула на пол на краю этих сверкающих огней. "Я знал, что кто-то придет. Я знал, что кто-то придет ".

Ева двинулась вперед, опустилась на колени и обхватила Беату руками, когда команда Пибоди ворвалась внутрь.

И снова Рорк встал между ними. "Я думаю, вы могли бы захотеть задержать подозреваемого до того, как он придет в себя, и убрать его. Дай Беате минутку ". Он легонько пнул кинжал через всю сцену. "А вот и твое орудие убийства".

"Да". Если Пибоди и показалось странным видеть, как ее партнер укачивает плачущую девушку, она ничего об этом не сказала. "Мы освободим его, и я скажу отцу Лопесу и доктору Мире, чтобы они были наготове".

"Сумасшедший ублюдок". Бакстер оглядел комнату, защелкивая наручники на Саше. "Весь его мир - долбаная сцена. Трухарт отметил MTS. Для нее ", - добавил он и с помощью Трухарта поднял Сашу на ноги.

Ева позволила полицейской рутине разыграться у нее за спиной - под контролем, подумала она и сосредоточилась на Беате. "Тебе больно? Он причинил тебе боль?"

"Не совсем, не сильно. Как долго? Как долго я здесь нахожусь? Иногда он давал мне что-то, от чего я засыпал, и я терял счет ".

"Теперь с тобой все в порядке. Вот что имеет значение ".

"Он запер меня. Там, внутри ". Хотя ее продолжало трясти, она подняла подбородок в сторону внутренней двери. "Эта ужасная, прекрасная комната. Он приносил мне цветы и шоколад, и всю эту красивую одежду. Он не в своем уме, не в своем уме". Она снова уронила голову на плечо Евы.

"Он прикасался к тебе? Беата". Она притянула девушку обратно.

"Нет, нет, нет. Не таким образом. Я думала, что он изнасилует меня, убьет меня, но это было не то, чего он хотел ".

Она продолжала дрожать под руками Евы, но даже когда по ним текли слезы, в ее глазах была ярость.

"Он сказал, что мы будем вместе навсегда, и я буду делать то, для чего я была рождена: танцевать. Всегда танцуй. И ночь за ночью он приходил и надевал костюм. Если бы я не надела свою, он дал бы мне наркотик, и когда я проснулась, я была бы в нем. Поэтому я надеваю это, чтобы он не прикасался ко мне. И я танцевала, потому что, если бы я отказалась или если бы я боролась, он связал бы меня и оставил в темноте ".

"Ты сделала то, что должна была сделать", - сказала ей Ева. "Ты поступил совершенно правильно".

"Я звал, но никто не услышал, и я попытался выломать дверь, но не смог. Я не мог. Я не мог ".

"Хорошо. Все в порядке ".

"Каждый день я пытался найти выход, но его не было. Я не знаю, где я. Как ты нашел меня?"

"Ты в подвале школы, где ты проводил занятия. Мы войдем во все детали позже. Мы собираемся вытащить тебя отсюда прямо сейчас ".

"Моя семья".

"Ты можешь связаться с ними". Ева положила руку на щеку Беаты. "Твоя семья всегда с тобой, где бы ты ни был, куда бы ты ни пошел".

Беата сомкнула руку на запястье Евы, положив свою голову на руку Евы. "Это то, что говорила мне моя бабушка всякий раз, когда мне было грустно или страшно".

Я знаю, подумала Ева и помогла Беате подняться на ноги. "Я хочу, чтобы ты сейчас же пошел с этими офицерами. Они уберут тебя ".

"Разве ты не идешь со мной?"

"Я скоро буду там. Есть вещи, которые я должен сделать. Беата, они знали, были ли они частью этого? Наталья, Алексей."

"Нет. Он сказал, что это были только мы, наш секрет - что они хотели, чтобы он был спокоен, принял, жил без меня. Она, Ариаль, та, чьим именем он назвал меня. Но этого он никогда не сделает. Он не стал бы делить меня с ними или с миром. На этот раз он не потеряет меня. Он часто говорил мне."

"Хорошо, теперь продолжай. Выйди наружу. Иди подыши воздухом".

Ева знала, что значит быть запертой, быть пойманной в ловушку и беспомощной. И хотеть дышать свободно.

Ева выключила свой диктофон, посмотрела на Рорка. "Это не сделано. Я надеялся, что когда мы найдем ее ... я должен найти остальных. Я знаю, где они, - сказала она, прежде чем Рорк ответил. "Они давят на меня. Мертвый. Я знаю, где они, и я думаю - надеюсь - я знаю, что делать ".

"Тогда мы пойдем и найдем их".

Она снова включила свой диктофон, подключила микрофон. "Мне нужно подразделение здесь, внизу, с инструментами. Нам нужно снести стену. И мне понадобится Моррис. Я в движении. Сообщите о моем местонахождении, когда я туда доберусь, и отправьте команду обследовать эту чертову тюрьму.

"Пойдем", - сказала она Рорку.

Ей не нужно было просить его держать ее за руку, прижимать к себе, пока они шли по темным коридорам, или говорить с ней тихо, успокаивающе.

"Должно быть, он построил это место много лет назад", - сказала она. "И обновлял это, поддерживал это - здесь, в недрах здания. В той подсобке, через которую мы проходили, были инструменты. Кувалдой и - "

"Я что-нибудь достану". Она снова была бледна, подумал он, ее снова лихорадило. Это должно было закончиться. "С тобой все в порядке в одиночестве?"

"Я не совсем одинок, но да".

Пока Рорк разворачивался, она направилась прямо в пустоту, в пустую комнату, о которой сообщила Пибоди, уставилась - ее глаза горели сухостью - на дальнюю стену. Старое дерево, старый кирпич, так что все выглядело залатанным, отремонтированным и неописуемым. Но она чувствовала страдание, ужас и должна была заставить себя не нападать на это голыми руками.

Моррис вошел следом за ней. "Я прошел мимо Рорка. Он сказал мне принести это ".

Она выхватила монтировку из его рук, начала вытаскивать доски, шипы и гвозди.

"Даллас -"

"Они вернулись туда. Там, в ловушке".

"Кто?"

"Другие. Все остальные. Они не могут выбраться, не могут добраться до другой стороны. Их нужно увидеть, их нужно показать ". Ее мышцы задрожали от усилия, когда доски раскололись. "Им нужна помощь".

"Отойди", - рявкнул Рорк, входя. "Ева, отойди".

Он ударил кувалдой, которую носил с собой, по кирпичу, взметнув пыль и осколки. Когда он бил снова, снова, она двинулась вперед, уходя от дуги его замаха, чтобы рвать и поддевать.

Зловоние просочилось внутрь, то, что она знала слишком хорошо. Смерть вошла в комнату.

"Я вижу ее". Ева схватилась за фонарик на поясе. "Она - они. Три, я думаю. Завернутый в пластик".

Пока она говорила, Рорк снова ударил молотком. Через образовавшуюся брешь протянулась костлявая рука ладонью вверх, словно в мольбе.

"Теперь осторожнее". Моррис положил руку на плечо Евы. "Сейчас нам нужно действовать осторожно. Это для моей команды и криминалистов ".

"Позволь мне увидеть твой свет". Рорк забрал это у Евы, посветил в щель. "Иисус Христос. Он сложил их, как спальные места в чертовом поезде ".

"И когда кирпичи доставляли слишком много хлопот или у него просто заканчивались, он переключался на доски. Ты видишь, сколько их?" Спросила его Ева.

"Пять, я думаю. Я не могу быть уверен ".

"Сейчас подожди. Этого достаточно ". Она достала свой коммуникатор. "Пибоди, у нас есть тела. Восемь, может больше. Мне нужна восстановительная команда, чистильщики. Моррис зовет своих людей ".

"Признано. Господи, Даллас, восемь?"

"Может быть, больше. Теперь они найдены. И, Пибоди, пришлите сюда священника ".

Она отключилась, ничего не сказав, пока Рорк поднимал стойку и продолжал аккуратно выбивать незакрепленные кирпичи. Вместо этого она протянула руку и положила ее на пластик, покрывающий разрушенную оболочку Ванессы Уорвич.

Теперь ты найдена, подумала она. Теперь ты свободен.

Она вышла из комнаты, просто прислонилась к стене, борясь с волнами горя.

И пожилая женщина шагнула к ней, заговорила.

"Ты нашел нашу Беату".

"Я бы нашел ее по-своему. Я бы остановил это по-своему ".

"Я думаю, возможно, ты бы так и сделал. Но ребенок так дорог для меня, как я могла рисковать им? Я был направлен к тебе, или ты ко мне, когда я был между. Кто может сказать?"

"Я бы подумал, что в этот момент ты мог бы. Смерть должна прийти с несколькими ответами ".

Теперь Гизи улыбнулась. "Возможно, так и будет. Ты не убивал его ".

"Это не то, как я работаю".

"Я бы так и сделала", - просто сказала она, - "но твоего пути будет достаточно. Ты - воин. Я могу оставить подарок тебе ".

"Нет. Серьезно."

"Тогда это уходит со мной. У меня была хорошая, долгая жизнь, но он не имел права обрывать ее. Ты увидишь, что есть равновесие ".

"Он заплатит, за все это". Она поколебалась, затем спросила то, о чем спрашивала Лопеса, спросила саму себя. "Этого достаточно?"

"На этот раз. Для других?" Гизи приподняла плечи, позволила им упасть. "Кто может сказать?"

"Тогда на этот раз. Я должен закончить. Я должен закончить свой путь ".

"Да. Как и я. Ты освободил их. Теперь я поведу их на другую сторону, где будут свет и покой. Пока нас не призовут снова. Папа чив тука, Ева Даллас."

"Ни ева тука". Ева покачала головой. "Не за что", - поправила она.

Она снова увидела свет, теперь не ослепляющий, а теплый. Она просто закрыла глаза, когда жар прошел через нее, а затем снова вышел. Когда она открыла их, не было ничего, кроме тусклого коридора и звука приближающихся шагов.

Она оттолкнулась от стены, двинулась вперед, чтобы направить копов и техников. Чтобы делать свою работу. "Они там", - сказала она Лопес. "Может быть, ты сможешь сделать ... то, что ты делаешь".

"Да. Девушка, Беата, она ждет тебя. Она не уйдет, пока не поговорит с тобой ".

"Я поднимусь".

"Очень тяжелый день", - сказал он. "И все же... "

"Да". Она протянула руку, когда Рорк вышел, отряхивая известку и кирпичную пыль со своей рубашки. "Давай поднимемся".

"Расскажи мне, как ты".

"Я покажу тебе". Она остановилась, задрала штанину брюк. Ее клатч болтался на ее безымянной лодыжке. "Больше никаких татуировок. Здесь намного меньше народу ". Она постучала себя по голове. "Скажи что-нибудь по-русски".

"У меня есть только несколько фраз, но эта кажется подходящей. Ya liubliu tebia."

Она улыбнулась ему, почувствовав легкость, которой не чувствовала уже несколько часов. "Я понятия не имею, что ты сказал. Слава Богу".

Он схватил ее, крепко держал. Затем он приподнял ее лицо, прижался губами к ее рту.

"На операции", - пробормотала она, но поцеловала его в ответ, прежде чем отстраниться.

Взявшись за руки, они продолжили путь по коридору. "Я сказал, что люблю тебя - и это правда на всех языках".

"Мило. Давайте просто оставим все это на английском какое-то время. Боже, я снова умираю с голоду". Она прижала руку к животу. "В любом случае, спасибо за помощь. Там и повсюду вокруг ".

"Нет проблем. Но в следующий раз, когда у нас будет барбекю, лейтенант, мы оба останемся, черт возьми, дома ".

"Это сделка".

Наверху она остановилась, подошла туда, где на ступеньках сидели Наталья и Алексей, кивнула полицейскому, стоящему рядом с ними. Наталья подняла взгляд, глаза наполнились слезами.

"Они сказали - мы слышали - что есть тела".

"Да".

"Мой брат". Ее голос сорвался, когда она прижалась лицом к груди сына. "Он был сломлен, но принимал лекарства. Мы продолжали - мы оба продолжали. Что он сделал? По милости Божьей, что он сделал?"

"Она не знала". Алекси прижимал ее к себе, пока она рыдала. "Мы не знали, я клянусь в этом. Мой дядя, он такой тихий человек. Такой тихий человек. Беата? С ней все в порядке?"

"С ней все будет в порядке. Нам придется отвезти тебя и твою мать в Центральную. Нам нужно поговорить ".

Он только кивнул и погладил волосы своей матери. "Мы не знали".

"Я верю тебе".

"Кошмар для них", - прокомментировал Рорк, когда они вышли на улицу в теплую ночь.

"Та, которая не закончится в ближайшее время".

Зеваки теснились за баррикадами. Копы кишели, вспыхивали огни, и воздух был наполнен голосами и коммуникаторами. Репортеры, привлеченные к месту происшествия, выкрикивали вопросы.

Ева проигнорировала их всех, когда Беата вырвалась из рук Миры и подбежала к ней.

"Они сказали, что Мамока мертв. Саша убил ее - мою прабабушку ".

"Да. Мне очень жаль ".

Звук, который она издала, был глубоким, темным горем. "Мамока. Она пришла за мной, чтобы найти меня. И он убил ее ".

"Он заплатит за это, за все это". И на этот раз, напомнила себе Ева, этого было достаточно. "Она действительно нашла тебя, и это то, что имело для нее наибольшее значение. Она сказала мне твое имя. Она... показала мне путь ".

"Она говорила с тобой?"

"Она сделала. И я знаю, что с ней все в порядке, потому что с тобой все в порядке. Ты сможешь увидеть ее завтра. Я это устрою. Но сейчас тебе нужно сходить в медицинский центр, провериться. Тебе нужно прислушаться к доктору Мире. Мы поговорим снова ".

"Были и другие". С застывшим лицом Беата уставилась на старое здание с его сверкающими окнами. "Я слышал -"

"Мы поговорим снова", - сказала Ева.

Беата прижала пальцы к глазам, кивнула, затем опустила их. "Мне жаль. Я никогда не спрашивал твоего имени".

"Я Даллас". Насквозь, подумала она, внутрь и наружу, и так до конца. "Лейтенант Ева Даллас".

"Спасибо вам, лейтенант Даллас". Беата протянула руку. "На каждый день оставшейся части моей жизни".

"Используй их с толком". Ева пожала ей руку, затем отправила ее обратно к Мире.

Ева сделала вдох, затем настроилась на свет, шум, движение. Ее мир, подумала она и вернулась к Рорку.

"Нужно кое-что закончить", - сказала она ему. "Отчеты к делу, убийц к допросу".

"Ты выглядишь довольно довольным этим".

"В целом, я есть. Но завтра? Почему бы нам не остаться дома, смотреть старые видео и есть нездоровую пищу, может быть, выпить целую кучу вина и заняться полупьяным сексом?"

"Генеральный план. Я в деле ".

"Превосходно. Я должен вернуться туда. Ты мог бы подождать здесь или идти домой ".

"Лейтенант". Он снова взял ее за руку. "Я с тобой".

"Что ж, ты ловок", - сказала она, снова усмехнувшись.

Она пошла с ним обратно к зданию, чтобы выполнить работу. Она чувствовала себя усталой, ужасно голодной и полностью собой.

____________________________________________________________

© Робб Дж.Ди. Дж.Ди Робб сборник 1

Origin: http://samlib.ru/i/inzhener_l/dzhdirobbsbornik1.shtml

Создан: 19/06/2023, изменен: 19/06/2023, 11005k

Роман: Детектив, Приключения