# Золотые ворота

Джеймс Понти

Содержание

Титульный лист

Посвящение

## Глава 1: "Сильвия Эрл", Северное море


## Глава 2: Сидней


## Глава 3: 21 минута 13 секунд


## Глава 4: Бум


## Глава 5: Хаос


## Глава 6: Унст, Шетландские острова


## Глава 7: ФЕРМА


## Глава 8: Логика Caterpillar


## Глава 9: Операция "Золотые ворота"


## Глава 10: Печенье с предсказаниями


## Глава 11: Наблюдатель за птицами


## Глава 12: Аббатство Кинлох


## Глава 13: Фейжоада


## Глава 14: Истина


## Глава 15: Сорока


## Глава 16: "Стэмфордское пойло"


## Глава 17: Странные птицы


## Глава 18: Бернхард Берлинер, доктор медицинских наук


## Глава 19: Работа в стиле Бодли


## Глава 20: Великий Том


## Глава 21: Парламент


## Глава 22: Пончик


## Глава 23: Кэт


## Глава 24: Розеттский камень


## Глава 25: Подполье


## Глава 26: Хлоя и Гриффин


## Глава 27: Блетчли-Парк


## Глава 28: Эта операция Очень сложная


## Глава 29: Китайский квартал


## Глава 30: Мюрский лес


## Глава 31: Роуз Хилл


## Глава 32: Рыбацкая пристань


## Глава 33: SFO


## Глава 34: Скала


## Глава 35: Форт-Пойнт


## Глава 36: Побег из Алькатраса


## Глава 37: Последствия


## Глава 38: Двойной Разбойник


## Глава 39: Операция "Золотые ворота"


## Глава 40: Берти и Джимми


Совершенно секретно

Бруклин

Париж

Сидней

Кэт

Рио

Благодарность

Об авторе

Авторские права

Похвала бестселлеру"Нью - Йорк таймс "

ГОРОДСКИЕ ШПИОНЫ

“Остроумно продуманный сюжет, вызывающий восторг”.

—People.com

“История Понти, основанная на приятном напряжении, показывает хорошо прорисованный актерский состав детей со всего мира, образующих избранную семью с динамикой, подобной динамике братьев и сестер. Умение перелистывать страницы, подходящее даже для самых неохотных читателей”.

—Publishers Weekly

“Хорошо развивающаяся история, пронизанная саспенсом, остроумием и занимательными диалогами. События разворачиваются в красочной парижской обстановке, которая включает Эйфелеву башню, Катакомбы и обманчиво убогий отель, находящийся в ведении британской разведки. Закладывая основу для нового сериала, это оживленное приключение наполнено тайнами, интригами и пятью умными молодыми героями ”.

—Список книг

“Подобные книги - причина, по которой дети любят читать”.

—КОЛБИ ШАРП, Книжный клуб ботаников

“Обязательно к прочтению всем, кто любит приключения, интриги, тайны и юмор”.

—СТЮАРТ, New York TimesНью - Йорк Таймсо Школе шпионажа " .

“Будьте осторожны, городские шпионы могут не дать вам уснуть всю ночь — читать!”

—КРИС ГРАБЕНШТЕЙН, автор бестселлера №1 New York Times, соавтор книги "Макс Эйнштейн: гениальный эксперимент"


РАДИ МОИХ БРАТЬЕВ,

КЭРИ И ТЕРРИ,

КОТОРЫЕ БЫЛИ ЧАСТЬЮ

ИЗ ПРИКЛЮЧЕНИЙ

С ТЕХ САМЫХ ПОР, КАК

НАЧАЛО


1.

The Сильвия Эрл, Северное море

ЭТО БЫЛО СРАЗУ ПОСЛЕ рассвета, поэтому одетых в черное угонщиков было едва видно, когда они с военной точностью двигались по палубе морского исследовательского судна"Сильвия Эрл". Их было семеро, и они были одеты в специальную нескользящую тактическую обувь, которая цеплялась за влажную металлическую поверхность, и лыжные маски-балаклавы, которые скрывали их личности и защищали от холодного океанского воздуха. Практически все пассажиры и экипаж судна еще спали, поэтому злоумышленники не встретили сопротивления, когда ворвались на мостик и застали дежурного офицера врасплох.

Сигнал тревоги не прозвучал.

По радио не было передано ни одного отчаянного призыва о помощи.

Это означало, что лучшая надежда спасти Сильвию Эрл была палубой ниже, она только наполовину проснулась и зевала, пока сонно искала свою лучшую подругу. В ее движениях не было точности, и ее пижама была удобной, а не тактичной: неоново-синие спортивные штаны, футболка Равенкло и шерстяные носки, украшенные мультяшными нарвалами. Согласно судовой декларации, ее звали Кристина Диас, но это было всего лишь прикрытие, созданное британской секретной разведывательной службой. Среди своих коллег-агентов МИ-6 она была из Бруклина.

Ей тоже было двенадцать лет.

Бруклин была разбужена не прибытием угонщиков, а скорее бесконечным храпом двух ее соседей по каюте. Она включила маленькую лампочку для чтения над своей кроватью, чтобы посмотреть, не постигла ли та же участь ее подругу Сидни, но обнаружила, что койка Сидни пуста. Сначала она предположила, что ее коллега-шпион находится дальше по коридору и пользуется туалетом, или “головой”, как называли это на корабле. Но когда Сидни через некоторое время не вернулась, а храп стал громче, Бруклин решил поискать ее.

Она бесшумно спустилась с верхней койки и выскользнула за дверь в коридор. Она направлялась на камбуз, чтобы посмотреть, не рылась ли Сидни в морозилке в поисках мороженого, когда из громкоговорителя донесся мужской голос. Это был первый признак неприятностей. На "Сильвии Эрл" не должно было быть мужчин. На борту корабля находились шестнадцать студентов, семь членов экипажа, трое ученых и режиссер-документалист, которые отправились в недельное путешествие, призванное вдохновить девушек на карьеру в науке. Все находившиеся на борту были женщинами.… до сих пор.

Кто-то испортил вечеринку.

“Внимание! Внимание!” У него был легкий скандинавский акцент, и говорил он пугающе монотонно. “Извините, что разбудил вас, но мы взяли управление кораблем на себя. Все должны немедленно подняться на главную палубу спокойно и организованно. Если вы будете следовать нашим инструкциям, никто не пострадает. Но если ты ослушаешься, то будешь нести ответственность за то, что произойдет дальше”.

Точно так же Бруклин была совершенно бодра и в полной боевой готовности, когда мчалась к своей каюте. МИ-6 отправила ее и Сидни в поездку специально для защиты двух девочек: Джуди Сомерсби, мать которой была высокопоставленным членом парламента, и Элис Хоторн, которая, несмотря на тринадцатилетний возраст, официально была леди Элис Хоторн, дочерью герцога Ковингтонского. Она была тридцать второй в очереди на трон, и для тех, кто этого не знал, ей удавалось использовать это в разговорах с поразительной частотой.

“ Вставай, сейчас же! - скомандовала Бруклин, распахивая дверь.

Комната была тесной — два комплекта двухъярусных кроватей с узким промежутком между ними едва ли шириной в плечо. Элис и Джуди были на нижних койках, и когда они не смогли отреагировать достаточно быстро, Бруклин наклонился, схватил оба комплекта покрывал и сдернул их, как фокусник.

“Я сказал, вставай!”

“Прошу прощения”, - воскликнула Элис. “Вы не можете говорить со мной в таком тоне. Я хочу, чтобы вы знали...”

“ Что? Перебил Бруклин. “ Что ты тридцать второй в очереди на трон? Если ты меня не послушаешь, есть приличный шанс, что все, начиная с тридцати трех, продвинутся на одно место выше.

Все еще сонная, Джуди села и пробормотала: “О чем ты говоришь?”

“Пираты захватили лодку”, - сказал Бруклин. “Я думаю, они придут за вами обоими”.

“ Пираты? Джуди бросила на нее озадаченный взгляд. - Ты имеешь в виду с пегими ножками и попугаями?

“Да, и крокодил с громкими часами в животе”, - саркастически ответил Бруклин. “Это не сборник рассказов. Это настоящие преступники двадцать первого века на море. А вы двое - самое ценное сокровище на этом корабле.

В коридоре поднялась суматоха, и они услышали, как один из угонщиков кричит всем подниматься на главную палубу.

“Это что, какой-то розыгрыш?” - спросила Алиса. “Потому что это совсем не смешно”.

- Эппл Джек! - выпалил Бруклин.

“ Что? - Спросила Джуди, все еще сбитая с толку.

“Эппл Джек”, - ответил Бруклин, хотя на этот раз с меньшей уверенностью. “Это код, не так ли? Разве твои родители не рассказывали тебе об ”яблочном джеке"?

МИ-6 передала этот код экстренной помощи родителям обеих девочек с инструкциями, что, если кто-то использует этот термин, они должны беспрекословно следовать указаниям этого человека. Ни Элис, ни Джуди не восприняли это всерьез, и если вообще восприняли, то ожидали, что это прозвучит от кого-то из начальства, одетого в униформу, а не от двенадцатилетней девочки в пижаме с Гарри Поттером. Но это потому, что они никак не могли знать, что, возможно, самым большим секретом британской секретной разведывательной службы была экспериментальная группа из пяти молодых агентов в возрасте от двенадцати до пятнадцати лет, которые называли себя Городскими шпионами. Их успех во многом зависел от того факта, что само их существование казалось невообразимым. Никто никогда не предвидел их появления. А даже если бы и предвидели, кто бы в это поверил?

“Да, но...” - пробормотала Алиса.

В этот момент дверной проем заполнил массивный мужчина. Он был таким большим, что у него были мускулы. “Все на главную палубу”, - прорычал он, его пожелтевшие зубы были видны сквозь отверстие в лыжной маске. - У тебя нет времени на макияж.

Он был угрожающим. Но в то время как Элис и Джуди были по-настоящему напуганы, Бруклин казался более ... раздраженным.

“Что ты хочешь этим сказать?” - спросила она.

Он ожидал только воплей, поэтому ее вопрос застал его врасплох. - Что ты на это скажешь?

“Эта чушь насчет макияжа”, - ответила она. “Ты думаешь, раз мы девочки, то все, о чем мы заботимся, - это наша внешность? Так ли это? Это действительно сексизм”.

“ Забирайся на верх лодки, сейчас же! ” проревел он. Чтобы подчеркнуть свою мысль, он переступил порог так, что навис над изножьем каждой кровати.

Это было именно то, чего хотел от него Бруклин.

Она уперлась руками в верхние койки, чтобы не упасть. Затем, как гимнастка на параллельных брусьях, она приподняла нижнюю половину своего тела и выполнила идеальный ножницеобразный удар ногой в нижнюю часть его челюсти. Он на мгновение замер, прежде чем рухнуть в кучу.

Бруклин повернулась к девочкам. “ Так вы идете или как? ” спросила она. “Потому что от него будет больше, а от меня на данный момент есть только один”.

Они вдвоем посмотрели на распростертое на полу чудовище, а затем на стройную девушку, которая его туда положила.

“Мы идем с тобой!” - сказали они в унисон, поднимаясь на ноги.

“ Хватай обувь, - сказала Бруклин, натягивая кроссовки. - Это связано с лазанием.

“Взбираясь на что?” Встревоженно спросила Элис, но Бруклин уже был за дверью.

В коридоре царило настоящее столпотворение. Завыла сигнализация и замигали аварийные огни. Их товарищи по команде направились к лестнице, в то время как мистер Жуткий продолжал говорить по громкоговорителю. Бруклин проигнорировала все это и сосредоточилась на том, чтобы идти в противоположном направлении с Элис и Джуди прямо за ней. Все это время она присматривала за Сидни, которая должна была прийти прямо в их каюту при первых признаках неприятностей. Бруклин не могла себе представить, где она находится, и это ее беспокоило.

“Куда мы идем?” Спросила Алиса.

“Я не собираюсь говорить это вслух, потому что не хочу, чтобы кто-нибудь еще слышал”, - сказал Бруклин. “Просто останься со мной”.

Она обернулась и увидела, что угонщик пришел в сознание и теперь выбирается из кабины. Он потер больную челюсть, осматривая коридор в поисках их. Когда он увидел Бруклин, его глаза наполнились яростью.

“ Вы! ” взревел он, неуклюже приближаясь к ним, отмахиваясь от людей со своего пути, как киношный монстр. “Я хочу тебя!”

“Прибавьте ходу”, - настойчиво приказал Бруклин остальным. “У нас гости”.

Они поспешили в комнату с надписью ВЛАЖНАЯ ЛАБОРАТОРИЯ и закрыли за собой металлическую дверь. Лаборатория была заставлена выставочными столами, научным оборудованием и неглубокими резервуарами с морской водой, в которых хранились морские образцы, которые они изучали в течение недели. Бруклин проверил, нет ли на двери замка, но его там не было.

- Что нам делать? - спросила Джуди.

“Прячься”, - сказал Бруклин. “Позволь мне разобраться с ним”.

“Как?” - спросила Алиса.

“Я пока не знаю”, - ответила Бруклин, осматривая стол в поисках чего-нибудь, что могло бы дать ему отпор. “Мы учитывали множество переменных, когда планировали эту операцию, но, к сожалению, не предусмотрели каких-либо конкретных непредвиденных обстоятельств для нейтрализации огромного угонщика с действительно плохими зубами”.

“Мы?” растерянно переспросила Алиса.

- Оп? - переспросила Джуди, не менее озадаченная.

Бруклин проигнорировал их и выключил верхний свет, так что теперь единственный свет исходил от аквариумов, встроенных в стену. Это придавало комнате туманно-голубой вид, в то время как мягкое движение воды в аквариумах отбрасывало на все призрачные тени.

Бруклин продолжала смотреть, пока не услышала, как открывается дверь. Тогда она нырнула за стол и постаралась оставаться совершенно неподвижной. Она надеялась, что им повезло настолько, что он не смог сказать, в какую комнату они вошли.

“Выходи, выходи, где бы ты ни был”, - сказал он, нажимая на выключатель, и флуоресцентные лампы с шипением ожили. “Я знаю, что ты здесь”.

Вот тебе и удача.

Он хотел напугать ее, поэтому Бруклин решила быть храброй. Она вышла из-за стола и выпрямилась во весь рост. Все это время она держала правую руку за спиной, чтобы он не мог видеть, что она нашла.

“Тебе повезло, что ты ударил меня с первого раза”, - сказал он, снимая лыжную маску. “Потому что балаклава закрывала мне обзор. Но только не снова.

“Сокрушительный удар”, - поправила она.

-Что? -спросиля

“Ты сказал "удачный" удар, но это термин ‘неудачный’ удар”, - сказала она. “Английский - непонятный язык. На чем ты обычно говоришь? Шведский? Норвежец?”

Мужчина зарычал, и Бруклин решила перестать исправлять его грамматику и задавать вопросы. Вместо этого она проанализировала ситуацию, как ее учили делать. Он был крупным, но выглядел неуверенно. Без маски она могла видеть опухоль на его челюсти. Она была уверена, что заработала ему сотрясение мозга. Это было его слабым местом. Она не могла перехитрить его, но, возможно, ей удалось бы перехитрить его.

“ Тебе следует уйти прямо сейчас, ” предложила она, все еще держа руку за спиной. - Не заставляй меня снова причинять тебе боль.

“ Что у тебя есть? он бросил вызов. - Какое-нибудь оружие?

“Лучше!”. Она вытащила ее за руку и поднял его в кулак перед ее лицом, чтобы показать, что она теперь … надев ярко-желтые резиновые перчатки. Она схватила его со стола прямо перед тем, как спрятаться. Открытие было драматичным, но ни капельки не пугающим.

“ Резиновую перчатку? Он громко рассмеялся. - Что ты собираешься делать? Помыть посуду, как хорошая девочка?”

Она разочарованно покачала головой. “Опять сексистские комментарии”, - сказала она. “Ты что, никогда ничему не учишься?”

Он двинулся к ней, но она молниеносно схватила что-то с витрины и швырнула в него. Он рефлекторно поймал его прямо перед тем, как тот попал ему в лицо, и на мгновение улыбнулся, думая, что сорвал ее жалкую попытку. Затем он взвыл от боли.

- Ч-ч-что? - пробормотал он, сбитый с толку происходящим.

“Ты уже чувствуешь это, не так ли?” - спросила она с уверенной улыбкой. “Это цветочный морской еж. У него красивое название, но то, что он делает с твоим телом, совершенно уродливо ”.

Он посмотрел на колючее морское существо в своей руке. Оно было шаровидным, около четырех дюймов в ширину, с крошечными розовыми лепестками, напоминающими цветы. Он уронил его на пол, но было слишком поздно. Его ладонь уже начала распухать.

“Это покалывание в твоей руке, ” продолжала она, “ вызвано ядом на лепестках. Довольно скоро он достигнет вашего кровотока, и вот тогда-то и начнутся настоящие неприятности ”.

Он посмотрел на нее со страхом в глазах.

“Сначала у тебя начнут неметь пальцы, а затем губы”, - сказала она. “Как только это коснется твоего языка, ты не сможешь звать на помощь”.

Он хотел что-то сказать, но понял, что едва может шевелить ртом.

“Итак, вопрос, который ты должен задать себе, заключается в следующем”, - продолжил Бруклин. “Ты хочешь продолжать преследовать нас, пока яд не распространится по всему твоему телу?" Или ты хочешь оставить нас в покое и выпить противоядие, которое спасет тебе жизнь? Это полностью твой выбор”.

Он попытался ответить, но лучшее, что он смог выдавить, было “Амп-ли-допинг”.

Она покачала головой. “ Прости. Я не понимаю, о чем ты говоришь.

- Амп-ли-допинг! - взмолился он.

“Я все еще не могу понять, но предполагаю, что это, вероятно, противоядие”, - ответила она. “Это был бы мудрый выбор”.

Он отчаянно закивал.

“ Это в аптечке первой помощи в глубине шкафа. Она указала на встроенную кладовку, где хранились лабораторные образцы и научные принадлежности. - Это желтый флакон с надписью “антитоксин”.

Он, пошатываясь, подошел и шагнул внутрь, чтобы поискать противоядие. Он все еще искал, когда Бруклин закрыл за ним дверь и задвинул засов, заперев его внутри. Он колотил в дверь, но ничего не мог сделать, чтобы выбраться. Он звал на помощь, но его приглушенные мольбы были совершенно неразборчивы.

Остальные вышли из своих укрытий. “Это аптечка первой помощи”, - сказала Джуди, указывая на металлическую перегородку с красным крестом на дверце.

Бруклин пожал плечами. “Да, но там его никак не запереть”.

“Так ты просто позволишь ему умереть?” Элис спросила недоверчиво.

“Конечно, нет”, - ответила Бруклин, осторожно поднимая морское существо с пола. “Цветочные морские ежи могут быть смертельно опасны, но этот экземпляр слишком мал. Эффект должен пройти примерно через пятнадцать минут. Вы бы знали об этом, если бы вчера обратили внимание на лабораторный сеанс. Я думаю, ты ходил по комнате, пытаясь найти место, где ты мог бы снимать бары на свой мобильный, что довольно забавно, учитывая, что мы находимся посреди Северного моря, где количество вышек сотовой связи ровно равно нулю ”. Она осторожно положила ежа обратно в аквариум.

Элис с любопытством посмотрела на нее. “Напомни, кто ты?”

“Я девушка, на которую ты не обращал внимания все те пять дней, что мы жили в одной комнате”, - ответила Бруклин, снимая резиновую перчатку и бросая ее на стол. - А теперь давайте двигаться дальше.

Она провела их в угол лаборатории, где открыла люк, за которым виднелась лестница, ведущая в машинный отсек внизу.

- Мы едем туда? - спросила Джуди.

“Ага”, - сказал Бруклин. “Мы нашли идеальное место для укрытия”.

“ Ну вот, ты опять говоришь ‘мы”, - сказала Джуди. - Кто такие “мы” и зачем ты это планировал?

“МИ-6 получила информацию о возможной угрозе, которая одновременно была направлена против парламента и королевской семьи”, - сказал Бруклин. “Они предполагали, что это произойдет в Лондоне, в Вестминстере или Букингемском дворце, но потом кто-то увидел, что вы двое собираетесь отправиться в эту поездку, и решил взять с собой кое-что на всякий случай”.

“Вы агент МИ-6?” - недоверчиво спросила Элис.

“Мы не собираемся беспокоиться о том, кто я такой”, - сказал Бруклин. “Мы просто спускаемся по этой лестнице, пока кто-нибудь еще не вошел в эту дверь”.

На самом деле на борту находились три агента МИ-6. Сидни и Бруклин были назначены защищать Элис и Джуди, в то время как среди экипажа корабля был взрослый человек, которому было поручено бороться с любыми возможными угонщиками. В соответствии с их сверхсекретным статусом в Разведывательной службе, Сидней и Бруклин понятия не имели, кем был агент, а агент понятия не имел, что Сидней и Бруклин чем-то отличаются от других ярких студентов, интересующихся морской биологией.

“Это отвратительно”, - сказала Алиса, когда они достигли подножия лестницы. “Что это за запах?”

“Этот запах спасет тебе жизнь”, - сказала Бруклин, повысив голос, чтобы ее услышали из-за генераторов, которые обеспечивали корабль электричеством. “Это смесь морской воды, дизельного топлива и смазочного масла. Это внутренности лодки, и они ведут нас в машинное отделение кормового двигателя”.

- Это было что-то еще, что я пропустила, когда мы должны были уделять внимание? - спросила Джуди со своей обычной язвительностью.

“Нет”, - сказал Бруклин. “Никто ничего не знает об этом, вот почему это такое превосходное место для укрытия”.

Глубоко в недрах корабля они добрались до переполненного оборудования помещения. Гигантская металлическая шахта проходила через середину всего этого, соединяя машинное отделение с гребным винтом. Поскольку корабль стоял на якоре, шахта была неподвижна. Над ней находилась платформа, достаточно большая, чтобы обе девушки могли спрятаться.

“Никто не найдет тебя там, наверху”, - сказал Бруклин, указывая на платформу. “Забирайся наверх и жди. Не двигайся, пока я не приду за тобой или кто-нибудь другой не скажет тебе ‘яблочный джек”.

Элис почувствовала кислый запах и уже собиралась сделать замечание, когда Бруклин перебил ее.

“ И да поможет мне бог, если ты на что-нибудь пожалуешься, я приведу их прямо к тебе. Понял?

Элис кивнула. “Поняла”.

- Разве ты не прячешься с нами? - спросила Джуди.

Бруклин покачала головой. “Нет. Я должна убедиться, что сигнал бедствия был отправлен. Вы двое здесь будете в безопасности”.

Элис посмотрела на нее. — Спасибо, эм... - Ее слова оборвались, и было очевидно, что она не знала имени Бруклин.

“ Неужели? - недоверчиво переспросил Бруклин. “Мы провели пять дней вместе в крошечной хижине, и ты все еще не знаешь моего имени?”

“Я понимаю”, - сказала Элис. “Я совершенно избалованная девчонка. Но я бы хотела это исправить. Скажи мне свое имя, и я обещаю, что не забуду его. Никогда.

Бруклин собралась ответить, но потом спохватилась. “На самом деле, тебе лучше не знать”, - сказала она. “Потому что, когда все это закончится и люди спросят тебя, как ты выжил, будет лучше, если ты вообще не будешь упоминать меня”.


2.

Сидней

ЗА ТРИ ГОДА РАБОТЫ В МИ-6 Сидни уже свисала вниз головой со скалы, пробивала лед замерзшего пруда, не раз обжигала брови и мчалась по крыше быстро движущегося индонезийского пассажирского поезда, неся при себе взрывное устройство собственного изготовления. Однажды она даже ускользнула от албанской тайной полиции, спрятавшись в канализационной трубе. Действующая канализационная труба.

Но из всех сложных, опасных и ужасно дурно пахнущих аспектов работы для Сидни самым худшим было то, что она никому не могла об этом рассказать. Поезда, брови, канализационные трубы - все должно было оставаться конфиденциальным. Только команда могла знать, что они сделали. Больше никто.

Не было ничего незначительного в том, что первым словом в слове “секретный агент” было “секретно”.

И на этой неделе в "Сильвии Эрл"сохранение этого секрета оказалось особенно неприятным. Окруженная потрясающими учеными, на которых она хотела произвести впечатление, и несколькими уверенными в себе девушками, с которыми ей хотелось бы сбить спесь, Сидни не могла сказать ни единого слова о вещах, которые делали ее жизнь по-настоящему захватывающей. Вместо этого ее работа требовала, чтобы она анонимно отошла на задний план.

Она тоже хорошо справилась с этим. Настолько хорошо, что во время всего угона никто, кроме Бруклина, даже не заметил ее исчезновения. Ее не было с девушками, запертыми на главной палубе, и она не была одной из тех, кого злоумышленники обнаружили прячущимися в прачечной. Ее нигде не было видно, потому что пока Сильвия Эрл находилась в осаде, Сидней был под водой.

Двенадцать метров, если быть точным.

Она тайком сбежала с корабля, чтобы понырять с аквалангом, надеясь проветрить голову. Что-то беспокоило ее уже несколько недель, и она никак не могла понять, что именно. В последнее время она чувствовала себя не в своей тарелке из-за своей роли в команде, и всякий раз, когда Сидни нужно было привести в порядок свои мысли, ее первым побуждением всегда было посмотреть в сторону океана.

Она выросла недалеко от пляжа в Австралии и чувствовала себя как дома, когда была в воде, будь то серфинг, плавание или дайвинг. Она была сертифицированным инструктором по подводному плаванию и прошла обучение в элитной школе подводного плавания Королевского военно-морского флота. Это означало, что она знала, как делать все - от спасательных операций в открытом океане до подрывных работ под водой. Это также означало, что она знала, что лучше не нырять с аквалангом в одиночку посреди ночи. Но для Сидни знать, что правильно, не всегда означало поступать правильно.

Согласно ее последней оценке МИ-6, у нее была “практически аллергия на соблюдение правил”. Тем не менее, для нее было редкостью нарушать так много правил одновременно. На данный момент она нарушила как минимум шесть:

Взлом камеры хранения для дайверов

“Заимствование” снаряжения для дайвинга без разрешения

Заход в воду без присмотра взрослых

Заход в воду без достаточного количества дневного света

Ныряние с аквалангом без партнера

И, что самое серьезное, отключение от сети во время миссии МИ-6

Это последнее было еще хуже из-за того факта, что Сидни была альфой, а это означало, что она отвечала за миссию, пока они были в полевых условиях. Она объясняла столь неудачное принятие решений тем, что после пяти дней в море без каких-либо видимых проблем была уверена, что операция провалилась.

У МИ-6 все было правильно с самого начала, сказала она себе, переодеваясь в комнате для дайвинга. Лондон - гораздо более вероятная цель, чем исследовательское судно, путешествующее по Шетландским Островам.

Кроме того, она не могла перестать думать о фитопланктоне.

Во время одной из их лабораторий главный научный сотрудник рассказал им о биолюминесцентном фитопланктоне: микроскопических морских организмах, которые светятся в темноте. Чтобы продемонстрировать это явление, она выключила свет и подняла мензурку с водой, содержащую несколько образцов.

Когда она встряхнула мензурку, и та превратилась в водоворот волшебного голубого света, Сидни была загипнотизирована. Когда морской биолог пояснила, что образец был собран из воды, где у Сильвии Эрл стоял на якоре, Сидней начал планировать.

И все же это был скорее сон, чем план, пока посреди ночи ее не разбудил храп. Леди Хоторн и Джуди Сомерсби храпели так много и так громко, что она прозвала их леди Ноузхорн и Джуди Бамблби. Обычно ей хотелось побить их подушками, когда они мешали ей спать, но на этот раз она восприняла это как счастливый случай. Было почти четыре часа, и она решила, что у нее как раз достаточно времени, чтобы нырнуть и вернуться на корабль до того, как кто-нибудь проснется.

В течение тридцати минут план работал идеально, пока она скользила по воде, оставляя за собой ленту света. Проблемы, которые мучили ее раньше, теперь казались далекими. И тот факт, что она нарушала правила, заставлял ее мятежное сердце трепетать. Она была расслаблена и воодушевлена одновременно.

Затем она услышала шум мотора.

Он был слишком мал, чтобы быть двигателем Сильвии Эрл, но пронзительный вой можно было безошибочно узнать. В воде была еще одна лодка, и, судя по звуку, она двигалась быстро.

С такой глубины это выглядело немногим больше чернильного пятна, мерцающего наверху. Когда он остановился рядом с "Сильвией Эрл", адреналин затопил организм Сидни. Ей нужно было вернуться как можно быстрее, но она должна была быть осторожна. Если бы она двигалась слишком быстро, это могло бы вызвать серьезные проблемы со здоровьем, которые усугубили бы ситуацию.

На полпути к поверхности ей пришлось сделать пятиминутную декомпрессионную остановку, чтобы ее тело могло приспособиться к меняющемуся давлению воды и вывести растворенные газы, скопившиеся в ее кровотоке.

Пока она ждала, она услышала, как двигатель снова заработал, и, подняв голову, увидела, что вторая лодка теперь движется к задней части "Сильвии Эрл". Теперь она была достаточно близко, чтобы разглядеть очертания, и могла сказать, что это был "Зодиак", высокоскоростная надувная лодка, способная перевозить до дюжины человек. Королевская морская пехота использовала их для диверсионных рейдов, хотя она была совершенно уверена, что на этом судне не было Королевской морской пехоты.

Она посмотрела на свои водолазные часы и увидела, что ей нужно подождать еще четыре минуты тринадцать секунд. Вместо того, чтобы злиться на себя за то, что оказалась в такой ситуации, она попыталась использовать время для разработки стратегии. Она пробежалась по плану, который они разработали в начале миссии. Это было надежно, и хотя Бруклин все еще была новичком в МИ-6, она уже доказала, что является отличным оперативником. Сидни была уверена, что сможет отвести Элис и Джуди в укромное место в машинном отделении кормового двигателя. Это означало, что на данный момент они вдвоем должны быть в безопасности.

Что бы сделала мама? спросила она себя.

Мама была агентом МИ-6, руководившим их командой. У него были маленькие поговорки, которые он называл материнскими, предназначенные для того, чтобы помочь им запомнить ключи к шпионскому ремеслу. Она попыталась придумать что-нибудь подходящее и пришла к выводу, что Все, что вы считаете неправильным, может сделать вас сильным. Это было напоминанием о том, что ей нужно превращать негатив в позитив, слабости в сильные стороны.

Она была не на своем месте, что было негативом. Но она также находилась там, где никто никогда не заподозрит ее присутствия, что могло быть огромным позитивом. На ее стороне был элемент неожиданности.

Пятнадцать секунд.

Это достаточно близко, подумала она, яростно работая плавниками и выныривая на поверхность.

Сначала она проверила, есть ли кто-нибудь на борту "Зодиака", и как только увидела, что все чисто, подплыла к нему и подтянулась, чтобы заглянуть через планшир. Вот тогда-то она и увидела коричневую деревянную коробку с веревочными ручками и по-настоящему запаниковала.

“Черт возьми!” воскликнула она, узнав это по своим тренировкам. “Это плохие новости”.

Коробка была контейнером для боеприпасов британской армии, в котором хранилась пластиковая взрывчатка PE4 военного образца. Что еще больше беспокоило, крышка была снята, и она могла видеть, что коробка пуста. Она должна была предположить, что содержимое было превращено в оружие и помещено где-то на Сильвии Эрл.

Сохранять спокойствие становилось все труднее.

Она посмотрела, нет ли здесь рации, чтобы позвать на помощь, но все, что она нашла, - это маленькую желтую портативную рацию. Она включила его, убедившись, что громкость невелика. Сначала никто не произнес ни слова, но затем она услышала обмен репликами.

- Вы нашли их? - нетерпеливо спросил чей-то голос.

“Нет”, - последовал неохотный ответ. “Их каюта пуста”.

-А Карл? - спросил я.

Последовала короткая пауза, а затем: “Его тоже нет”.

Первый говоривший издал разочарованный звук и рявкнул: “Найдите их сейчас же!”

Сидни не знала, кто такой Карл, но предположила, что другими людьми, которых они искали, были Элис и Джуди, а это означало, что Бруклин выполнила свою работу. Вот это моя девочка, подумала она, обрадованная новостями. Теперь моя очередь. Что мне делать? спросила она себя, снова сосредоточившись на взрывчатке. Чем я могу помочь?

К ней пришло еще одно проявление материнства. Когда есть сомнения, просто разберись.

Выяснить это означало выяснить, где находится бомба. Она подумала, что должна быть в состоянии это сделать. Она не только прошла обширную подготовку по взрывчатым веществам, но и изучила подробные схемы Сильвии Эрл, когда ей и Бруклину впервые дали задание.

Если бы я была злодейкой, куда бы я подложила бомбу? спросила она себя. Мост? Машинное отделение? Одна из кают?

Затем она подумала о том факте, что "Зодиак" на мгновение остановился рядом с "Сильвией Эрл". Они не стали бы поднимать его на борт корабля, подумала она с улыбкой осознания. Кто-нибудь может это найти. Они прикрепят это снаружи.

Сидни натянула маску для подводного плавания обратно на лицо и тихо скользнула в воду. Пришло время работать.


3.

21 Минута 13 секунд

ГЛАВНАЯ ПАЛУБА–ДОМ НА КОЛЕСАХ .

ЭМИЛЬ БЛИКС НИКОГДА раньше никого НЕ ПОХИЩАЛ, и начинало сказываться отсутствие у него опыта. Все началось достаточно хорошо со штурма мостика, но с тех пор дела пошли под откос. Во-первых, потребовалось гораздо больше времени, чем ожидалось, чтобы поднять всех на главную палубу. Затем один из его приспешников исчез, умоляя по рации произнести что-то вроде “амп-ли-допинг”. Но самое главное, его люди не смогли найти двух человек, которых он пришел похитить.

“ Где они? ” требовательно спросил он, показывая фотографии Элис и Джуди. Он разговаривал с дюжиной девушек, сбившихся в кучку на судовой платформе для наблюдения за морскими млекопитающими. Именно здесь они были днем раньше, широко раскрыв глаза от изумления, наблюдая за стаей косаток, плывущих по правому борту. Теперь их глаза были полны страха, когда Бликс расхаживал взад-вперед перед ними.

Было чуть больше шести, и воздух раннего утра был холодным и сырым. Четырнадцатилетняя девочка по имени Эшли пыталась казаться храброй, когда сказала: “Мы не знаем. Мы все спали. Никто их не видел”.

“Один из вас должен знать!” - кипятился он. Он снял лыжную маску, как только у них отобрали телефоны, и они могли видеть, что его щеки пылают от гнева. “Если ты мне не скажешь, все обернется очень плохо!”

Эта угроза отличалась двоякостью: она была одновременно зловещей и правдивой. Взрывное устройство, которое он прикрепил к корпусу корабля, должно было сработать через двадцать одну минуту и тринадцать секунд. Время Эмиля Бликса было на исходе.

Бруклин наблюдал за происходящим из укрытия за металлической лестницей, ведущей с главной палубы в рулевую рубку. Она низко присела, наблюдая, как он разворачивается через щель между двумя ступеньками. Никого из команды корабля или ученых не было среди тех, кто находился на смотровой площадке, и она предположила, что это означало, что взрослых держали в более безопасном месте. Но Сидни тоже не было с ними.

Где ты, Сид? она задумалась. Что ты задумал?

ВНЕШНИЙ КОРПУС–ФУРГОН

Голова Сидни была заполнена цифрами, и она пыталась запомнить их. Первой было шестьдесят пять. Это была длина в метрах Сильвии Эрл. Она знала это, потому что узнала о корабле все, что могла, пока готовилась к полету. Шестьдесят пять метров не казались такими уж большими, когда смотришь на схему на экране компьютера. В конце концов, один круг в бассейне олимпийского размера равен всего пятидесяти. Но ей показалось, что это было очень долго, когда она плыла рядом с кораблем в поисках взрывного устройства. Ее продвижение замедлилось, потому что ей приходилось следить за уровнем воды выше и ниже ватерлинии, бороться с океанским течением и, в отличие от олимпийских пловцов, носить тяжелое снаряжение для подводного плавания, рассчитанное на безопасность, а не на скорость.

Вторая цифра была пятьдесят. Именно туда указывала стрелка на ее манометре давления воздуха. Она была отмечена красным, потому что, достигнув ее, вы должны были закончить погружение. В лучшем случае у нее оставалось воздуха минут на пятнадцать, но это при условии, что она дышала спокойно и ровно. По мере того как адреналин бурлил в ее теле, она, несомненно, делала более глубокие вдохи и истощала то немногое, что у нее оставалось.

Она обнаружила бомбу в задней части корабля. Он был примерно на метр ниже ватерлинии и прикреплен к стальному корпусу магнитным устройством, известным как “подводная мина”. Она узнала о них в школе подводного плавания Королевского военно-морского флота. Одна тревожная деталь, которую она запомнила, заключалась в том, что иногда они были настроены на автоматическое взрывание, если кто-то пытался с ними что-то сделать.

Однако более тревожным было расположение мины. Пиявки не предназначались для взрыва кораблей или потопления их подобно торпедам. Они должны были выводить их из строя. Когда этот корабль взрывался, либо с помощью дистанционного подрыва, либо по таймеру, в корпусе пробивалась дыра, и внутрь начинала хлестать вода. Когда Береговая охрана и военно-морской флот прибудут на место происшествия, спасатели будут заняты эвакуацией пассажиров и попытками спасти судно, давая злоумышленникам дополнительное время для бегства.

Но расположение этой мины создавало дополнительную опасность. Когда Сидни провела лучом своего фонаря по корпусу, она увидела боковое подруливающее устройство, используемое для стабилизации корабля. Оно было всего в нескольких метрах от нее. Это означало, что мина была прикреплена снаружи машинного отделения кормового двигателя.

Если Бруклин следовал плану, то Джуди и Элис были прямо в центре зоны взрыва.

ГЛАВНАЯ ПАЛУБА—ДОМ НА КОЛЕСАХ .

Бруклин знала, что где-то на корабле находится третий агент МИ-6, но она не знала, кто это был. Они с Сидни пытались выяснить это во время поездки, и после того, как несколько дней склонялись к мнению одного из ученых, они остановились на Ханне Делапп в качестве основного кандидата. Ханна была вторым помощником капитана, и они подозревали ее, потому что она была самым новым членом экипажа, только что присоединившимся к этому плаванию. Ее основной работой было наблюдать за мостом в ночную смену, но днем, когда она должна была спать, она часто не спала и присматривала за происходящим.

“Абсолютный шпион”, - со знанием дела заявила Сидни.

Ханна должна была быть на дежурстве, когда корабль был захвачен, а это означало, что угонщики могли захватить ее прежде, чем она смогла послать сигнал бедствия. Бруклин пришлось предположить, что никто на берегу не знал, что они в опасности. Как бы сильно она ни хотела найти Сидни, ее главным приоритетом было активировать систему оповещения службы безопасности корабля. Система SSAS работала как бесшумная сигнализация в банке. Если бы Бруклин смог вызвать его, никто бы ничего не услышал на борту "Сильвии Эрл", но на материке прозвучали бы предупредительные сигналы, и к ним немедленно была бы направлена помощь.

Проблема заключалась в том, что кнопка вызова службы безопасности находилась на мосту, и Бруклин не знал, как добраться туда незамеченным угонщиками. Ей нужно было устроить массовый отвлекающий маневр, чтобы отвлечь их на достаточно долгое время, чтобы она могла взбежать по лестнице и войти в комнату, прежде чем кто-нибудь поймет, что происходит.

Лучшая идея, которая пришла ей в голову, - это привести в действие гигантский кран с А-образной рамой на хвостовой части корабля. Он был предназначен для подъема лодок и буев из океана, но, возможно, она смогла бы использовать его, чтобы выманить незваных гостей с позиции. Если бы ей только удалось заставить его начать движение, тогда угонщикам пришлось бы провести расследование, и это могло бы дать ей столько времени, сколько ей нужно. Она пыталась сообразить, как управлять им дистанционно, когда почувствовала руку на своем плече.

Очень крупный почерк.

Она обернулась и увидела, что ее старый друг мистер Амплидоп сумел выбраться из чулана во влажной лаборатории. Его челюсть распухла, по всему лицу были красные пятна, а губы распухли и стали фиолетовыми. Несмотря на это, Бруклин вел себя так, словно они были давними друзьями.

“ Эй, посмотри на себя, ” сказала она с улыбкой. “ Ты быстро поправляешься. Ты нашел антитоксин?

Он не столько ответил, сколько зарычал, крепко схватив ее за плечо и выводя из-за лестницы. Мысли Бруклин лихорадочно метались, пока она пыталась придумать что-нибудь, хотя бы отдаленно напоминающее план, пока он вел ее к Бликсу.

Она оказалась пустой.

“Карл, где ты был?” Сердито спросил Бликс. “Я пытался до тебя дозвониться....” Его слова оборвались, когда он заметил травмы мужчины. “Что случилось с твоим лицом?“

Карл попытался ответить, но его язык и губы еще не полностью функционировали, поэтому “цветочный морской еж” получилось “flabber bee gerkin”. Вместо того чтобы попробовать еще раз, он просто указал на фотографии Элис и Джуди в руке Бликса, а затем на Бруклин.

Даже без слов сообщение было громким и ясным.

Бликс повернулся к ней и сказал: “Ты знаешь, где они”. Он сверкнул зловещей улыбкой и добавил: “Как мило”.

Бруклин попыталась найти выход из сложившейся ситуации. — Ну, на самом деле, я знаю только...

Карл ничего этого не понимал. Он протянул руку и закрыл ей рот своей огромной левой лапой и сумел сказать что-то похожее на “Она знает”.

“ Отлично, ” сказал Бликс со злым хрипом. “ Отведи меня к ним. Сейчас же.

— Я... я... я не могу, — запинаясь, пробормотала она.

Бликс подошел ближе и наклонил голову, так что они оказались практически нос к носу. - О, но ты справишься.

Она попыталась придумать материнский подход, который помог бы, но не смогла придумать ни одного. Лучшее, что она могла сделать, это попытаться тянуть время. И лучший способ оттянуть время - перестать думать как шпионка и начать вести себя как двенадцатилетняя девочка. На ее глаза навернулись притворные слезы.

“ Если я отведу тебя к ним, Элис и Джуди увидят меня, ” всхлипнула Бруклин. “ Они тоже. Она кивнула в сторону других девочек. “Все узнают, что я помогла тебе. Ты знаешь, насколько могущественны их семьи? Мама Джуди член парламента. Элис - член королевской семьи. Они разрушат мою жизнь. Меня выгонят из школы. Все пойдет наперекосяк”.

Бликс усмехнулся. - Это не моя проблема.

Бруклин вытерла слезы со щек и отвернулась, чтобы взять себя в руки. Тут она вспомнила экскурсию, которую устроил им капитан сразу после отплытия из гавани Абердина. У нее появился намек на план. “Я не могу отвести тебя к ним”, - сказала она, успокаиваясь. Затем она обернулась и прошептала: “Но я могу показать тебе, где они”.

“ Что вы имеете в виду? - спросил он.

“ Вот подробная карта корабля. Отведи меня к ней, и я смогу точно указать, где они прячутся. Так Джуди и Элис не увидят меня, и никто не узнает, что я помогал им.

— На самом деле ты не в том положении, чтобы...

Бруклин прервал его. - Ты хочешь найти их или нет?

Бликс был не в настроении выслушивать указания двенадцатилетнего ребенка. Но у него не было времени, чтобы тратить его впустую. До взрыва бомбы оставалось меньше семнадцати минут, и для того, чтобы его план сработал, ему нужны были Элис и Джуди на "Зодиаке" до того, как это произойдет.

“Отлично”, - сказал он. “Где карта?”

Теперь настала очередь Бруклин улыбнуться, хотя она боролась с желанием. “ Это в рулевой рубке.… на мостике. Оказалось, что кран ей вообще не нужен. Она сама себя сильно отвлекала.

ВНЕШНИЙ КОРПУС—ФУРГОН

В отличие от бомб в боевиках, которые снабжались приятными, легко читаемыми цифровыми дисплеями, которые точно сообщали каждому, сколько у него времени, мина-лимпет не давала Сидни никаких указаний относительно того, когда она должна была взорваться. Она предположила, что злоумышленники не захотели бы, чтобы он сработал, пока они все еще были на борту, поэтому она чувствовала, что должна быть в безопасности, пока не услышит рев мотора "Зодиака". Ну, может быть, “безопасно” было неподходящим словом, но это то, что она говорила себе.

Однако она знала, что в ее баллоне осталось воздуха всего на несколько минут. Стрелка манометра теперь была далеко за красной чертой циферблата. Она старалась дышать медленно, неглубоко, изучая шахту.

Во время своего обучения она работала с тарелочками, изготовленными для военных, но эта больше походила на то, что ее собрали в чьем-то гараже. Это было и хорошо, и плохо. Хорошо, потому что это означало, что в нем мог быть какой-то дефект, которым она могла воспользоваться. Плохо, потому что это означало, что он мог сработать случайно.

Он напоминал металлическую чашу с двумя длинными пальцами, вытянутыми вдоль корпуса. Магниты были зажаты в пальцах, и она изучала один из них, когда услышала зловещий звук. Это был щелчок в ее регуляторе. Она никогда не слышала этого раньше, но знала, что это значит.

Ей не хватало воздуха.


4.

Бум

UMBRA БЫЛА ГЛОБАЛЬНЫМ ПРЕСТУПНЫМ синдикатом, движимым исключительно деньгами. Даже решение похитить Элис и Джуди было основано на прибыли, а не политике. У организации не было своего мнения о британской монархии, и ее не волновало, какую партию мать Джуди представляла в парламенте. Оно было заинтересовано исключительно в том, чтобы у их семей были средства и готовность заплатить большой выкуп за их возвращение.

Бликс ухватился за возможность провести эту операцию. До этого момента он работал в основном контрабандистом, перевозившим краденые товары между портами Северного моря. Это был его шанс показать руководству организации, что он способен на большее.

Это был тест ... и он с треском провалился.

Теперь он понял, что ему следовало взять с собой больше людей. На "Зодиаке" было семеро, но четверо были заняты охраной заложников, по двое в каждой группе, а еще один находился на мостике, контролируя все коммуникации. Таким образом, у него оставался только Карл, чье необъяснимое исчезновение выбило их из графика.

Бликс надеялся, что Бруклин - решение его проблем. Если бы она могла направить их к Элис и Джуди, тогда они могли бы вернуться в нужное русло. Когда он вел ее к мосту, то был удивлен, увидев, что Карл следует за ними. “Куда ты идешь?”

- С тобой, - пробормотал Карл.

-Почему? -спросиля.

Он кивнул в сторону Бруклин. - Она хитрая.

- Ей двенадцать, ” съязвил Бликс. “ Думаю, у меня все под контролем. Почему бы тебе не помочь присмотреть за заложниками? Твое лицо должно их здорово напугать ”.

Пристыженный Карл кивнул и вернулся на смотровую площадку с морскими млекопитающими, в то время как Бликс и Бруклин поднялись по лестнице.

“ Это ты сделал это с его лицом? - Спросил Бликс, скорее заинтригованный, чем сердитый.

“Я не понимаю, о чем ты говоришь”, - неубедительно ответил Бруклин.

Бликс рассмеялся. - Как интересно.

Бруклин изучала его, пока они шли, выискивая какие-нибудь подробности, которые она могла бы позже передать МИ-6. У него были черные волосы и густая борода. За ухом у него был неровный шрам, и она заметила две татуировки: сине-красного волка сбоку на шее и скопление из трех звезд на тыльной стороне левой ладони.

“ Откуда ты узнал, что мне двенадцать? ” спросила она. - У тебя есть полные биографические данные на всех, кто был на борту корабля?

“Нет”, - сказал он. “У меня три дочери-подростка. Я знаю, как выглядят двенадцатилетние девочки”. Он на мгновение замолчал, прежде чем добавить: “И я точно знаю, какими хитрыми они могут быть”.

Это удивило Бруклин. Она никогда не думала, что у террористов могут быть дети. “У вас есть дети?”

Он не ответил, поэтому она просто продолжала говорить. “ Должно быть, за ужином получится интересная беседа. - Как сегодня в школе? - спросила я. ‘Ладно, я получил хорошую оценку за отчет по учебе, но провалил тест по математике. Как работа?’ ‘Действительно хорошо. Я угнал корабль и терроризировал группу девушек. Не могли бы вы передать картошку?”

“Мои дочери - лучшие ученицы”, - с гордостью сказал он. “Они не проводят испытаниябомб”.

“Нет?” - спросил Бруклин. “А как насчет тебя? Что ты бомбишь?”

Он бросил на нее злобный взгляд, но ничего не ответил, и когда они поднялись по лестнице, Бруклин заметила, что он посмотрел на часы. Это был третий раз, когда она видела, как он это делает, и это напомнило ей о материнстве: ищи лазейку, а потом бей. Идея заключалась в том, чтобы найти слабое место противника, каким бы маленьким оно ни было, и использовать его как точку атаки. Возможно, часы были ключом к успеху.

“ Что случилось? ” спросила она. - Время на исходе?

Он проигнорировал ее вопрос, и они вошли в узкий коридор, который вел на мостик.

“ Это все, не так ли? ” продолжала настаивать она. “Потребовалось слишком много времени, чтобы найти Элис и Джуди, и это нарушило твой график”.

Он снова проигнорировал вопрос, хотя Бруклин видела, как напряглись мышцы его шеи. Она что-то заподозрила. Она нашла трещину, поэтому продолжала бить.

“Вы знаете, я уверен, что военно-морской флот и береговая охрана отслеживают все корабли в британских водах, а это значит, что, вероятно, какая-то группа находится в пути, чтобы спасти нас прямо сейчас. Если вы все еще будете на лодке, когда они прибудут, все закончится плохо. На вашем месте я бы сбежал, пока еще есть время. Вам бы не понравилось, если бы вашим дочерям пришлось навещать вас в тюрьме”.

Он медленно повернулся и, казалось, стал еще более угрожающим. “ У меня для тебя плохие новости. Никто не придет тебе на помощь. К тому времени, как Береговая охрана и военно-морской флот поймут, что что-то не так, меня уже не будет. Твоя судьба зависит только от меня. Так что, если бы я был тобой, я бы помалкивал.

Его глаза были пронзительного голубого оттенка, и она знала, что он серьезен. Она ответила не словами, а просто кивком.

“Разумное решение”, - сказал он, когда они продолжили.

Прямо перед тем, как подняться на мостик, они прошли мимо штурманской рубки, где хранились карты, таблицы и приборы, необходимые для навигации в открытом море. На данный момент в нем также находились все взрослые участники поездки. Всего их было одиннадцать: семь членов экипажа, трое ученых и режиссер-документалист. Бруклин быстро пересчитал и увидел, что все они были там. Это означало, что кто бы из них ни был тайным агентом МИ-6, он был схвачен. Двое людей Бликса охраняли дверь. Проходя мимо, каждый бросил на Бруклина недобрый взгляд.

“Куда вы ее ведете?” - потребовала ответа одна из женщин. “Она всего лишь ребенок”.

Это была Вирджиния Уэскотт, режиссер-документалист с Би-би-си. Она приехала, чтобы отснять материал для фильма, который она снимала о женщинах в науке. Бруклину нравилось проводить с ней время и узнавать о ее компьютерных программах для редактирования.

“Все в порядке”, - ответил Бруклин, пытаясь развеять ее беспокойство. “Со мной все будет в порядке”.

Бруклин и Бликс вошли на мост, нервный центр для каждого аспекта жизни Сильвии Эрл. Он был безупречно чистым и современным, с круглыми окнами, из которых открывался вид на все, что находилось перед кораблем и по обе стороны от него. Там была массивная консоль, заполненная циферблатами, мониторами, регуляторами и кнопками. Там стояли два высоких кресла — одно для любого офицера, находящегося на дежурстве, а другое предназначалось исключительно для капитана. Только теперь его занимал один из приспешников Бликса.

“Ты не должен здесь сидеть”, - вызывающе сказал Бруклин. “Это только для капитана”.

Мужчина усмехнулся и откинулся на спинку сиденья, заняв его как можно больше. - Полагаю, это означает, что теперь я капитан.

Бруклин окинул взглядом консоль и быстро заметил кнопку SSAS, которая была спрятана на самом видном месте в середине нижнего ряда. Она была без опознавательных знаков и ничем не примечательна, ничем не отличалась от других кнопок, так что ни один преступник или угонщик не смог бы ее обнаружить и отключить. Она знала его местонахождение только потому, что узнала его во время подготовки к миссии.

К сожалению, между картой на стене и консолью было почти десять футов. Бруклину пришлось придумать, как добраться до кнопки и нажать ее так, чтобы никто не заметил. В очередной раз она решила вести себя как двенадцатилетняя девочка, а не как шпионка.

Она метнулась через комнату и схватила трубку корабельной рации. “ Сигнал бедствия! Сигнал бедствия! - задыхаясь, произнесла она в микрофон. “Это исследовательское судно "Сильвия Эрл"! Нас захватили!”

Бликс просто стоял и качал головой.

“Импульсивна, как мои дочери”, - сказал Бликс. “Давай, зови на помощь. Это ни к чему не приведет, потому что я отключил радио. Как я уже говорил тебе, никто не придет тебя спасать.

Бруклин знала, что радио не работает, но она должна была играть свою роль. Она тяжело вздохнула и обмякла, признавая поражение. При этом ее рука опустилась к боку, и она незаметно нажала кнопку SSAS.

Помощь была уже в пути.

Она знала протокол шаг за шагом. Сначала прозвучит сигнал тревоги на ближайшей станции береговой охраны. Они немедленно пришлют спасательный вертолет и уведомят Секретную разведывательную службу. Как только МИ-6 получит известие, они поднимут по тревоге Королевский военно-морской флот, и будет задействована команда коммандос со Специальной лодочной службой. Проблема заключалась в том, что Сильвия Эрл находилась в отдаленном месте, и кому-либо требовалось время, чтобы прибыть.

“Игра окончена”, - сказал Бликс. “Покажи мне, где они”.

Карта корабля была разделена на шесть диаграмм в рамках, висевших на стене. Она подошла к плану главной палубы и указала на якорную рубку на баке, запретную зону, о которой она знала, потому что это была одна из комнат, которые они с Сидни собирались использовать, чтобы спрятать Джуди и Элис.

“ Они там, ” сказала она. - Они оба.

- Лучше бы так и было, - сказал он.

Он повернулся к помощнику, сидевшему в капитанском кресле, и сказал: “Якоб, поторопись и иди в якорную рубку. Забери девочек и приведи их прямо в ”Зодиак".

Мужчина выскочил за дверь, а Бликс повернулся к Бруклину. - Ты пойдешь со мной.

“Как ты можешь это делать?” - спросила она. “У тебя же есть собственные дочери”.

“Никто из вас не пострадает”, - сказал он.

“А как же Джуди и Элис?” - спросил Бруклин. “Они не пострадают?”

“ Нет” если их родители заплатят выкуп. Он улыбнулся и указал в сторону штурманской рубки. - А теперь иди туда.

Бликс открыл дверь штурманской рубки и жестом пригласил Бруклина войти. Фрида Ховланд, капитан корабля, направилась к нему. - Я требую, чтобы вы вернули мне управление кораблем.

Бликс рассмеялся. - Вы не в том положении, чтобы что-либо требовать.

Она разозлилась, и тут произошло нечто совершенно неожиданное. Они начали спорить на норвежском. Бруклин понятия не имел, о чем они говорят, и, похоже, никто в комнате этого не понимал, но разговор накалился и продолжался еще несколько разговоров, пока их не прервал отчаянный звонок по рации Бликса. “Опасно! Опасно! У тебя неприятности!”

Бликс включил рацию и спросил: “Что за неприятности?”

- Вертолет береговой охраны только что был отправлен из Самбурга, и специальная лодочная служба уже в пути.

“ Как? ” спросил он. - Кто предупредил их?

“Сигнал SSAS с корабля”.

Бликс попытался прокрутить все в голове. Он не знал, как это могло произойти, но затем ему в голову пришел намек на идею. Он посмотрел прямо на Бруклин, и гнев в его глазах заставил ее вздрогнуть. Он шагнул к ней, но кто-то встал между ними. Это была Вирджиния Уэскотт, режиссер-документалист.

“ У тебя что, нет дел поважнее? Холодно спросил Уэскотт.

Прежде чем он успел отреагировать, их разговор был прерван звуком громкого взрыва.

БУМ!


5.

Хаос

БРУКЛИН НЕ МОГЛА СКАЗАТЬ, действительно ли бомба заставила корабль сдвинуться с места или это было только ее воображение. Казалось, что так оно и было, но, возможно, это все люди, столпившиеся вокруг нее, зашевелились в ответ на взрыв. Она также не могла сказать, где произошел взрыв. Это могло быть где угодно на корабле: в машинном отделении, на главной палубе или, что хуже всего, в машинном отделении кормового двигателя. Возможно ли, что вместо того, чтобы спрятать Элис и Джуди в безопасном месте, она подвергла их опасности?Ее это беспокоило. Еще она беспокоилась о своей подруге.

Где ты, Сидни? Бруклин задумался. Почему ты до сих пор не появился?

Не только у нее были вопросы. Эмиль Бликс разговаривал по рации, требуя объяснить, что происходит.

“Что это было?” - крикнул он в рацию. “Кто взорвал этот заряд?”

Ответа не последовало, что только еще больше взбесило его. Все шло наперекосяк. Он не мог найти девушек, которых должен был похитить. Британские военные мчались на место происшествия. И теперь произошел незапланированный взрыв. Он полностью потерял контроль над своим захватом.

- Мне нужны ответы! - взревел он.

Неуверенно прозвучал ответный голос. “Босс”.

- Кто это? - спросил я.

“Jakob.”

Это был человек, которого он послал с моста за Элис и Джуди.

“Я не знаю о взрыве”, - продолжил он. “Но я точно знаю, что этих девушек нет в комнате ведущего. Я сейчас там, и от них нет никаких признаков”.

Бликс развернулся и уставился прямо на Бруклина, его лицо покраснело от гнева. Она попятилась и прижалась к стене.

Бликс уставился на нее и тяжело задышал, его ноздри раздулись. Он выглядел так, словно собирался что-то сказать, когда:

БУМ!

Еще один взрыв потряс "Сильвию Эрл", и Бруклин подумал, что это каким-то образом были британские военные. Прошло всего несколько минут с тех пор, как она нажала кнопку SSAS. Могли ли они уже прибыть на место происшествия? Они устроили взрывы, чтобы помешать угону самолета?

“ Что происходит? Бликс прокричал в рацию.

Никто из его людей не ответил, но капитан посмотрел ему прямо в лицо и что-то прогремел по-норвежски. “Gå av båten min! Nå!”

Бруклин ожидал, что он ударит в ответ, но он этого не сделал. Бликс понятия не имел, почему все пошло так плохо, но он знал, что его миссию не спасти. Это было безнадежное дело. Вместо того, чтобы спорить с капитаном, он спокойно сказал в свою рацию: “Прервать миссию. Прервать миссию. ”Зодиак" отправляется через девяносто секунд.

Он бросил последний взгляд на Бруклин, гадая, не она ли каким-то образом стала причиной того, что все рухнуло, а затем поспешил прочь, к хвостовой части корабля, к своему спасению.

Капитан повернулась к членам своей команды. “ Станции экстренной помощи. Сначала проверьте пассажиров, приготовьте спасательные шлюпки и жилеты, затем посмотрите, нет ли повреждений на судне”.

“Что мы можем сделать?” - спросил один из ученых.

“ Ищите девочек, ” сказал капитан. - Соберите их всех на сборном пункте рядом со спасательными шлюпками.

“Они на платформе для наблюдения за морскими млекопитающими”, - сказал Бруклин. “Я только что видел их там”.

Все бросились действовать, но Бруклин на мгновение заколебалась. Она хотела проверить Элис и Джуди, но ей нужно было убедиться, что угроза миновала. Что заполучить их было нормально.

Она ступила на мостик и осмотрела столпотворение через гигантское окно, выходящее на корабль. На первый взгляд казалось, что все на платформе в безопасности. Они были потрясены, но, похоже, никто из них не пострадал. Она снова быстро оглядела группу, надеясь увидеть Сидни, но ее нигде не было видно.

Капитан взял трубку внутренней связи, чтобы обратиться ко всему кораблю. “Это капитан Ховланд. Угонщики покинули корабль. Мне нужно, чтобы все были на главной палубе, на вашем посту спасателей, чтобы мы могли убедиться, что что все мы на месте, и быть готовыми на случай, если нам придется эвакуироваться с корабля.

На самом деле угонщики еще не уехали, подумал Бруклин.

Она направилась в заднюю часть корабля, чтобы увидеть, как Бликс и его люди уходят, но к ней протянулась рука. Это был капитан. До этого момента капитан была дружелюбной, хотя все еще немного чопорной. Большую часть поездки она пыталась вести себя как “одна из девушек”. Но теперь она была гораздо более грубой.

“ Куда ты идешь? - спросила она.

“Я хочу убедиться, что эти люди действительно уходят”, - ответил Бруклин. “И я хочу найти своего друга”.

“Это небезопасно”, - коротко ответил Ховланд. “Отправляйтесь на станцию спасательных шлюпок. Там будет ваш друг”.

— Но я...

“Никаких ”но", - сказал капитан и подал знак своему второму помощнику, Ханне Делапп. “Возьмите ее с собой”.

“Есть, капитан”, - сказала женщина, которую Бруклин и Сидней сочли шпионкой МИ-6.

“Я действительно беспокоюсь о своей подруге”, - сказал Бруклин, когда они выходили с моста. “Разве я не могу просто пойти поискать ее? Я сейчас вернусь.

“Вы слышали капитана”, - ответил Делапп. “С вашим другом все будет в порядке”.

Бруклин решила, что пришло время обратиться к своему агенту лично. Она оглянулась, чтобы убедиться, что больше никто не слышит, и сказала: “Яблочный джек”.

- Что? - спросила женщина.

Бруклин повторил аварийный код миссии. “Эппл Джек”.

“Я не понимаю”, - сказала женщина. “Это какая-то американская фраза?”

Либо она не была шпионкой, либо она была потрясающей актрисой, потому что по ее лицу было видно, что она не узнала эту фразу.

“Неважно”, - сказал Бруклин.

Когда она оставила Элис и Джуди в машинном отделении кормового двигателя, Бруклин сказала им не выходить, пока она не придет за ними или кто-нибудь не скажет им “яблочный джек”. Она не знала, последуют ли они этому указанию или нет, но сейчас она не могла уйти, не вызвав подозрений, поэтому она пошла с Делаппом на главную палубу, где все собрались у спасательных шлюпок. Двое ученых раздавали спасательные жилеты, и один из них передал один Бруклину.

- Надень это, - велела она.

Бруклин надела куртку и продолжила разглядывать лица в поисках Сидни, Элис и Джуди. Чем дольше она их не видела, тем больше беспокоилась. С другой стороны, корабль, похоже, не получил серьезных повреждений. Он вообще не кренился. Не было никаких признаков того, что он затонул.

Она хотела ускользнуть в суматохе, но, честно говоря, ее не было. Команда справлялась с ситуацией с большой эффективностью.

“Смотрите!” - воскликнула одна из девушек, указывая на воду. “Вертолет”.

Красно-белый вертолет береговой охраны направлялся прямо к ним, и все они издали радостные возгласы.

Несмотря на всеобщее облегчение при виде знака о спасении, Бруклин все еще был обеспокоен. С момента взрывов прошло по меньшей мере десять минут, а от ее соседей по каюте все еще не было никаких признаков жизни.

Она как раз собиралась броситься к лестнице, когда увидела, что они появляются из дверного проема. Элис и Джуди вышли первыми, а за ними последовала Сидни, которая сбросила свой гидрокостюм и теперь была одета в мешковатые спортивные штаны и футболку с длинным рукавом.

Бруклин глубоко вздохнула и улыбнулась, направляясь прямо к ним.

- Смотри, кого я нашла прячущимся, - сказала Сидни, подмигнув.

“Я так волновалась за тебя”, - ответила Бруклин, заключая ее в объятия.

“Не стоит беспокоиться”, - сказала Сидни. Затем она прошептала: “Отличная работа с твоей стороны”.

Бруклин ответила не сразу. Она просто крепко сжала. Но когда она, наконец, отпустила, у нее был вопрос к Сидни.

“Почему у тебя мокрые волосы?”

Сидни усмехнулась и ответила: “Забавная история...”


6.

Унст, Шетландские острова

СИДНИ СИДЕЛА НА СИНЕМ пластиковом стуле под плакатом "Где обитают дикие твари" и постоянно лгала детективу-инспектору Дженнифер Глашин из Отдела по борьбе с организованной преступностью и терроризмом полиции Шотландии.

“Я испугался и спрятался под койкой в своей каюте”.

“Было два взрыва, но я ничего не видел”.

“ Я никогда даже не слышал о машинном отделении кормового двигателя. Что это?

Дело было не в том, что Сидни хотела быть бесполезной. Просто, согласно Закону Соединенного Королевства о государственной тайне, ей было запрещено раскрывать кому бы то ни было свой статус в МИ-6. Это включало в себя правоохранительные органы, и она просто не могла сказать, что разобрала фугасную мину и произвела два контролируемых взрыва, не получив нескольких дополнительных вопросов, на которые невозможно было ответить. Итак, ложь продолжалась.

“Я подписался на эту поездку, потому что мечтаю однажды стать морским биологом”.

Интервью проходило в школьной библиотеке в деревне Балтасаунд на острове Унст. Известный потрясающими морскими скалами, шетландскими пони и тем, что является самым северным населенным пунктом Соединенного Королевства, Унст был настолько необычным и отдаленным, что полицейский не работал там более трех десятилетий. И все же каким-то образом он оказался в центре одной из самых громких криминальных историй года.

Неумелый угон судна "Сильвия Эрл" произошел недалеко от берега, и теперь остров фактически находился в карантине, поскольку команда солдат и полицейских проводила розыск Эмиля Бликса и его приспешников. Тем временем пассажиров и экипаж судна доставили в среднюю школу Балтасаунд, “Самую северную школу Великобритании”, которую теперь лучше было бы описать как “Самый северный временный центр реагирования на чрезвычайные ситуации Великобритании”.

В дополнение к детективам, проводившим допросы в библиотеке, трое врачей проверяли физическое и эмоциональное состояние каждого в спортзале, а работники школьной кухни готовили горячую еду в кафетерии. Именно туда Сидни пришла после того, как покончила с Глашин. И именно там она обнаружила Бруклина, поглощающего поздний обед.

“Этот хлеб изумительный”, - сказал Бруклин, макая кусочек в миску с тушеным мясом. “Напомни, как он называется?”

- Бэннок, - ответила Сидни, садясь рядом с ней.

Бруклин сглотнул, улыбнулся и подчеркнул это удовлетворенным “Ну, позволь мне просто сказать… пальчики оближешь! Она указала на оставшийся кусок на тарелке посреди стола. “Ты этого хочешь?”

“Вся твоя”, - ответила Сидни.

“ Ты уверен? Ты не голоден?

“ Нет. Я все еще слишком взвинчен из-за всего.

“ Понятно, - сказала Бруклин, зачерпывая хлеб и намазывая его ежевичным джемом. - Как прошло интервью?

“Довольно прямолинейно”, - ответила Сидни. “Я был так напуган, что прятался в нашей каюте на время угона, и поэтому у меня нет никакой полезной информации, которую я мог бы передать дальше”.

“Ну, разве ты не трусишка?” - пошутил Бруклин. - А та часть, где ты спасаешь жизни и не даешь кораблю затонуть?

“Знаешь, я совсем забыла упомянуть об этом”, - сказала Сидни, комично постукивая себя по лбу. “У меня такая плохая память”.

“Это очень плохо, потому что то, что ты там сделал, было потрясающе”, - сказал Бруклин. Затем ее настроение стало немного серьезнее, и она добавила: “Конечно, было бы лучше, если бы ты сказал мне об этом заранее”.

“ Рассказал тебе о чем? ” спросила Сидни. “ Что я собираюсь обезвредить бомбу под водой, задержав дыхание, потому что в баллоне для акваланга закончился воздух? На самом деле это не было чем-то таким, что я планировал заранее ”.

“Нет, это было не так”, - многозначительно сказал Бруклин. “План состоял в том, чтобы мы встретились в коттедже и поработали вместе. И когда ты не появился, я забеспокоился. А потом, когда один из угонщиков все-таки появился, он чуть не убил Элис и Джуди”.

Сидни недоверчиво покачала головой. - Ты действительно придираешься ко мне из-за того, что произошло? После того, что я только что сделала? Ты знаешь, насколько это было трудно и опасно?”

“Сложнее и опаснее, чем я могу себе представить”, - сказал Бруклин.

“Я знаю, что ты мисс Суперзвезда на подъеме”, - ответила Сидни, - “но не забывай, кто был альфой в этой миссии”.

“Я точно знаю, кто должен был быть альфой”, - ответил Бруклин, подражая поведению Сидни. Она глубоко вздохнула и добавила: “И я знаю, кто спас положение. Я не хочу с тобой спорить. Я просто говорю, что тебе следовало сказать мне, что ты покидаешь корабль, чтобы заняться дайвингом.

Сидни знала, что Бруклин права, но вместо того, чтобы признать это, она просто сказала: “Ну, я думаю, мы не все можем быть идеальными, как ты”.

В этот момент к ним сзади подошел полицейский и спросил: “Не могли бы вы двое пройти со мной, пожалуйста?”

Несмотря на то, что он говорил с шотландским акцентом, обе девочки мгновенно узнали этот голос. Они обернулись и увидели маму в полном режиме прикрытия, одетую как констебль. Он подмигнул им, но в остальном они придерживались своих ролей.

“Да, офицер”, - ответил Бруклин.

Мама отвела их в соседний класс, и как только они остались одни, он выскользнул из образа и стал самим собой — полным со своим обычным английским акцентом. “Так рад тебя видеть”, - сказал он с глубоким вздохом. “Я смертельно волновался. Ты в порядке? Ты ранен? Врачи тебя уже осмотрели?

“Да, нет, да”, - со смешком ответил Бруклин. “У нас все в порядке. Как и у Элис и Джуди”.

“ А взрывы? - спросил он. - Я слышал, взорвались две бомбы.

- Контролируемые взрывы, - сказала Сидни с намеком на гордую улыбку.

- Это был ты? - спросил я.

Сидни кивнула.

“Она была просто великолепна”, - сказал Бруклин без малейшего намека на напряжение, царившее в кафетерии. “Она полностью спасла положение”.

“Что ж, мы получили правильный результат”, - скромно сказала Сидни.

“ А тревога службы безопасности? ” спросила мама. - Это был кто-то из экипажа?

Бруклин поднял палец и сказал: “Вообще-то...”

Мать сияла от гордости. “Отличная работа. Вы оба”.

Сидни почувствовала себя неловко от похвалы и быстро сменила тему. - Им удалось найти угонщиков? - спросил я.

Мама покачал головой. “Нет, и я сомневаюсь, что они найдут их на острове. Спасатели прибыли сюда сразу, но поисковой команде потребовалось некоторое время. У угонщиков было достаточно времени, чтобы скрыться. Я предполагаю, что они встретились с рыболовецким судном или танкером и сейчас находятся на полпути к Норвегии или Исландии ”.

Мама достала из его кармана сложенный лист бумаги и развернула его, чтобы показать полицейский фоторобот Эмиля Бликса. “Это то, с чем они работают”, - сказал он, протягивая это им. “Он похож на главного парня?”

Бруклин секунду изучал его. “Все в порядке, за исключением того, что его волосы были короче, а борода пышнее. У него также была сине-красная татуировка с изображением волка прямо здесь. Она указала на место у него на шее. - И татуировка в виде трех звезд на тыльной стороне левой руки.

“Это приятные детали”, - сказал он. Он повернулся к Сидни и спросил: “А как насчет тебя? У вас есть что еще добавить?

“Нет”, - сказала она. Затем добавила почти шепотом: “Я никогда его не видела”.

Это показалось маме странным, но он ничего не сказал по этому поводу. Вместо этого он повернулся к Бруклину и сказал: “Тебе, наверное, стоит пойти в спортзал и найти ведущего детектива. Ее зовут Глэшин. Скажите ей, что у вас есть еще несколько деталей, и она сведет вас с художником-эскизистом, чтобы они могли обновить картинку.

- Понял, - сказал Бруклин, направляясь к двери.

“ И возвращайся, как только закончишь, ” сказал он ей. “ Я хочу увезти вас обоих с острова и вернуть домой как можно скорее. Пока что пресса не смогла добраться сюда, потому что остров слишком удален. Я хочу, чтобы вы ушли до того, как они прибудут.

- По-моему, звучит неплохо, - сказала Бруклин, выходя из библиотеки. - Я сейчас вернусь.

Мама села за стол и жестом пригласила Сидни сесть напротив.

Последовало продолжительное молчание, прежде чем он спросил: “Что случилось, Сид?”

- Ничего, - неубедительно ответила она.

-Неужели?

Она кивнула. “Все замечательно. Миссия завершена. Она прошла успешно”.

Мама попыталась прочесть по ее глазам. - Должна сказать, что у тебя, похоже, не все в порядке.

“Я просто устала”, - сказала она. “Это был долгий и довольно насыщенный день”.

“Почему ты не знаешь, как он выглядит?” спросил он. “В Бруклине, конечно, много специфики”.

“ Конечно, она это сделала, ” пробормотала Сидни. - Она идеальна.

“ Что ты хочешь этим сказать? - спросил он.

“Это означает именно то, на что похоже”, - сказала она, слегка повысив голос. “Бруклин идеален. Она все делает правильно. Она не совершает никаких ошибок.

Некоторое время они сидели молча, пока он снова не спросил: “Почему ты его не увидела, Сидни?”

Она не могла смотреть ему в глаза, когда наконец ответила: “Потому что меня не было на корабле”.

“ Что ты имеешь в виду? Как это вообще возможно?

“Я валяла дурака”, - сказала она. “Я ныряла с аквалангом”.

- С кем? - спросил я.

-Сам по себе.

“ Это невероятно опасно, Сидни. В котором часу это было?

“Незадолго до пяти часов утра”, - сказала она. “Оказывается, Элис и Джуди храпуны мирового класса. Они разбудили меня, я не мог снова заснуть, и, кроме того, мне очень хотелось увидеть биолюминесцентный фитопланктон. Который ты можешь увидеть только в темноте.

“Я не знаю, с чего начать. Вы отправились в исключительно рискованное погружение и оставили двух подопечных в середине задания, ” сказал он, выходя из себя. “О чем ты думал?”

“Я же не бросила их одних”, - огрызнулась она. “За ними все еще присматривала королева Б.”

“ Королева Би? Ты имеешь в виду Бруклин?

“Конечно, я имею в виду Бруклин”, - ответила она с совершенно неприкрытой ревностью в голосе. “Как ты назвал ее на нашем последнем задании? Прирожденная шпионка. Лучшее, что ты когда-либо видел?

“Это было вырвано из контекста”, - ответил он.

“Нет, это не так”, - сказала Сидни. “И в этом не было ничего плохого. Ты был абсолютно прав. Она совершенно потрясающая. Но как ты думаешь, что чувствуют остальные из нас? Знать, что, хотя она только что приехала сюда, мы уже второсортны?”

“Это чушь”, - сказал он. “Никто никогда не говорил и даже не подразумевал, что ты второй в чем-либо”.

“Правда?” ответила она. “Тогда почему вы двое тайно работаете над заданием без нас?”

“О чем ты говоришь?” спросил он. “Никакой секретной миссии нет”.

“С тех пор как мы вернулись из Парижа, вы двое над чем-то работали”, - сказала она. “Мы все видели, как вы проводите небольшие собрания, а Бруклин пишет смехотворно сложные алгоритмы. Они не для школы, так для чего же они?”

Мама вздохнула и прижалась лбом к его сложенным рукам. Он и не подозревал, что его отношения с Бруклин были настолько очевидны. Она помогала ему, но не с миссией. Это было что-то личное, касающееся его семьи. Что-то, о чем он не мог открыться в разгар очередного кризиса.

“ Вот видишь, ” сказала Сидни. - Ты даже не отрицаешь этого.

“Это сложно”, - сказал он.

“Конечно, это так”, - ответила Сидни. “Я понимаю. Но вы спросили меня, о чем я думаю, и это то, о чем я думаю. Я сидел на своей койке посреди ночи. Я не мог уснуть и решил, что хочу быть подальше от этих двух громко храпящих девушек, которых мы должны были защищать ”. И тут она кое-что поняла и добавила: “И я решила, что мне тоже нужно быть подальше от Бруклина. Мне до смерти надоело сидеть взаперти в комнате с Маленькой мисс Совершенство!”

Они долго сидели, глядя друг на друга. Ни один из них не произнес ни слова. На самом деле, следующий голос донесся со стороны двери. Это был Бруклин, и она вернулась в комнату в середине разговора.

“Что ж, это хорошо”, - сказала она, пытаясь скрыть обиду. “Если бы вы не были в воде, вы бы не нашли бомбу. Хороший результат. Это все, что имеет значение”.

Сидни повернулась к двери и посмотрела на подругу. — Бруклин, я не имела в виду...

“Я действительно не хочу это слышать”, - сказала Бруклин с опустошением на лице. “Детектив покинул здание, но я пойду поищу художника-фоторобота самостоятельно”.

Бруклин исчез за дверью прежде, чем Сидни или мама успели что-либо сказать.


7.

ФЕРМА

РАНЕЕ В ТОТ ДЕНЬ РИО торжествующе встал, победно раскинул руки и начал петь “Мы чемпионы”. Хотя в его версии не было “мы”. Речь шла только о нем.

“Я чемпион, друзья мои. И я буду продолжать побеждать до конца”.

“Приди в себя, приятель”, - сказал Пэрис со смехом. “Тебе просто повезло”.

“Полная случайность”, - добавила Кэт.

“Удача тут ни при чем”, - гордо ответил Рио, размахивая перед ними секундомером. “Читай это и рыдай. Одна минута и сорок две секунды. Это не случайность, это рекорд за все время”. Он исполнил небольшой победный танец и возобновил пение.

Они только что участвовали в гонках. Но в отличие от других детей, которые соревновались, кто быстрее всех сможет бегать или ездить на велосипедах, они пытались выяснить, кто быстрее всех взломает сейф с завязанными глазами. Вот такой была жизнь на ФЕРМЕ, где быть ребенком и быть шпионом шли рука об руку.

ФЕРМА получила свое название от Фонда атмосферных исследований и мониторинга, фальшивой организации MI6, созданной в качестве прикрытия в 1953 году, когда она превратила многовековую шотландскую усадьбу в ультрасовременный шпионский центр. Для внешнего мира это была метеостанция, но для городских шпионов это был дом.

Это был также их учебный центр.

Именно здесь они изучали боевые искусства, такие как Крав-мага и Джит Кун До, и где они изучали взлом кодов, сбор разведданных, методы наблюдения и все разновидности шпионского ремесла. Недавно они начали субботний день матчей, еженедельное соревнование, призванное сделать тренировки веселее. Недавние события в день матча определили, кто быстрее всех преодолеет полосу препятствий в почти полной темноте, кто сможет изготовить самую мощную взрывчатку из обычных бытовых предметов и кто сможет запомнить самую длинную цепочку цифр и букв.

В дополнение к праву похвастаться, победитель также получил в недельное владение старый футбольный трофей, который мама выиграла в начальной школе, а вместе с ним и право выбрать десерт на эту неделю.

- Я думаю о морковном пироге, - сказал Рио.

“Блин”, - сказал Пэрис, высунув язык. “Я ненавижу морковный пирог”.

“Тем более для меня”, - сказал Рио с широкой улыбкой.

Трофей был погнутым и уродливым и ласково назывался "Несчастный вратарь". Кэт, которая неделю назад выиграла соревнование на запоминание, как раз вручала его Рио, когда в комнату вошел Монти.

Александра Монтгомери, или Монти, была криптологом мирового класса и агентом, отвечавшим за ФЕРМУ. Она также была другим взрослым в их жизни и разделяла родительские обязанности с матерью.

“Произошел инцидент с "Сильвией Эрл", ” сказала она, пытаясь скрыть панику в голосе. “Мы еще не знаем, что произошло. Мы просто знаем, что был активирован аварийный сигнал”.

- Где мама? - спросил Рио.

“На самолете до Шетландских островов”, - ответила она. “Там это и произошло”.

Это была та часть шпионской работы, которая не доставляла удовольствия: моменты беспокойства о людях, которые значили для тебя все.

“Мы знали, что могут возникнуть проблемы”, - сказал Пэрис, стараясь звучать обнадеживающе. “Именно по этой причине МИ-6 направила Бруклин и Сидней. Но они были хорошо подготовлены. С ними все будет в порядке”.

Следующие несколько часов были мучительными в ожидании какой-либо информации. У BBC News были экстренные сообщения, но все, что они знали наверняка, это то, что был отправлен сигнал бедствия и что британские военные прибыли на место происшествия. Один журналист передал тот факт, что корабль находился в образовательной экспедиции, “направленной на то, чтобы побудить девушек делать карьеру в науке”, а другой сказал, что поступали сообщения о двух взрывах. Несмотря на тревогу, эта конкретная новость была странно утешительной.

“ Взрывы? - спросила Кэт с намеком на улыбку. - Похоже на Сидней.

Рио кивнул и добавил: “Определенно”.

Вскоре после этого позвонила мама и сказала, что и Сидней, и Бруклин в безопасности, как и все пассажиры и команда на корабле. Команда разразилась одобрительными криками, и Рио снова исполнил свой победный танец, хотя на этот раз к нему присоединились остальные. Закрыв глаза и произнеся про себя молитву, Монти начала делать то, что она всегда делала, когда ей нужно было избавиться от тревожной энергии.

Она начала печь.

Помимо того, что Монти был одним из лучших криптографов МИ-6, он был исключительным пекарем. Ее мать владела магазином десертов в Эдинбурге, и, когда она росла, она проводила бесчисленное количество часов, помогая на кухне. Она была настолько опытна, что дети придумали то, что они назвали монтиизмом: Коды предназначены для взлома; торты предназначены для выпечки.

- Мы начинаем с “ламингтонов", - сказала она, направляясь на кухню. “Тогда мы собираемся испечь перевернутый ананасовый пирог и песочное печенье ”миллионер". Она остановилась и оглянулась на них. “Ну, не стойте просто так. Хватайте фартуки и принимайтесь за работу. Они не собираются печь сами ”.

Они пекли весь день, и к тому времени, как закончили, им также удалось испечь двойную порцию сникердудлов и яблочный пирог во фритюре в дополнение к пирожным. Воздух был наполнен опьяняющим ароматом кокоса, ананаса и корицы, а столовая была похожа на пекарню. Но каким бы роскошным и соблазнительным оно ни было, никому не разрешалось откусить ни кусочка, пока мама, Сидни и Бруклин не вернутся домой.

Они вернулись в гостиную, и к тому времени все каналы освещали угон самолета. Многочисленные сообщения подтвердили, что имела место неудачная попытка захвата корабля, а также два необъяснимых взрыва. Ходили также слухи, что среди юных пассажиров были член королевской семьи и дочь члена парламента, хотя и Букингемский дворец, и парламент отказались что-либо подтверждать. Кроме того, имелся полицейский фоторобот Эмиля Бликса, хотя на данный момент его личность не установлена.

- Он выглядит виноватым, - сказала Кэт.

“Без сомнения”, - добавил Пэрис.

В этот момент открылась входная дверь, и мама крикнула: “Мы пришли”.

Все бросились им навстречу, и первой это сделала Кэт, которая заключила Бруклин и Сидни в объятия втроем. “Мы так волновались”, - сказала она. “Ты в порядке?”

- Прекрасно, - заверила ее Сидни.

“Абсолютно”, - сказал Бруклин.

“Да здравствуют герои-победители!” Парис воскликнул, обменявшись ударами кулаков.

Все были так счастливы видеть их целыми и невредимыми, что никто не заметил, что выражения их лиц были совсем не праздничными. Напряженность между Сиднеем и Бруклином преследовала их по домам. Они были измотаны этим испытанием и раздражены друг на друга, что стало очевидно, когда Рио сделал широкий жест.

“Я выиграл это сегодня, но я отдаю это вам двоим, чтобы вы поделились”, - сказал он, представляя им Несчастного Вратаря. “Ты можешь решить, как разделить его между вами. Ты можешь выбрать десерт на эту неделю, хотя, я думаю, ты поймешь, что мы уже неплохо начали”.

“ Просто отдай это ей, ” отрезала Сидни. “ Она настоящий герой. Я только все испортила.

“Не нужно нас унижать”, - сказал Пэрис, пытаясь разрядить обстановку. “Давайте съедим торт, и вы сможете рассказать нам все о нем. Мы испекли ламингтоны, песочное печенье миллионера...”

“Вот это в двух словах”, - лаконично сказала Сидни. “Абсолютно неудачная работа с моей стороны. Бруклин спас положение”.

“Нет, нет!” Сказал Бруклин. “Дело совсем не в этом...”

Сидни прервала ее. “ Послушай, Брук. Мне не нужно, чтобы ты защищала меня. Я могу говорить за себя. Сидни повернулась к остальным. “Я ценю это, но это был тяжелый день, и я устал. Я просто хочу спать”.

Она прошла мимо них к лестнице, а остальные наблюдали за ней, не зная, что сказать или сделать. Монти обменялся взглядом с мамой и кивнул, что все будет в порядке.

“ А как насчет тебя? Рио спросил Бруклина. “Новости были отрывочными. Не хочешь рассказать нам, что произошло?”

“Злодеи пытались захватить лодку, но Сидни спасла положение, вовремя подорвавшись”.

“ Я так и знала, ” сказала Кэт. - Я знала, что это дело рук Сидни.

“Расскажи нам подробности”, - попросил Пэрис. “Мы как на иголках”.

Бруклин глубоко вздохнул и сказал: “Знаешь, я тоже очень устал. Я смогу лучше рассказать тебе об этом утром. Я мало спал на этой неделе. Наши соседи по комнате были несносными храпунами”.

С этими словами она направилась к лестнице и поднялась в свою комнату. - Всем спокойной ночи.

Как только она ушла, Пэрис повернулся к остальным и сказал: “Что ж, среди наших многочисленных миссий я бы сказал, что операция ”Добро пожаловать домой" была грандиозным провалом".

“ Все в порядке? - спросила Кэт маму.

“Это был эмоциональный день для них”, - ответил он. “Много драмы. Я думаю, утром все почувствуют себя лучше”.

После недели жизни на корабле Сидней и Бруклин с облегчением вернулись в свои собственные комнаты. Здесь, без храпящих соседей по комнате, которые не давали им уснуть, и без угонщиков, которые вселяли в них страх, каждый из них погрузился в глубокий сон без сновидений. Они проспали почти двенадцать часов, пока не пришла мама и не постучала в их двери.

“Десять часов, пора вставать”, - крикнул он им. “Встречаемся в ”прист хоул" через двадцать минут".

Пещера священника была потайной комнатой глубоко под домом. Она была построена сотни лет назад как убежище, но теперь стала командным центром команды. МИ-6 оснастила его новейшим оборудованием и гаджетами, включая станцию виртуальной реальности, интерактивные столы и мониторы с сенсорным экраном, а также массивный суперкомпьютер Cray XC40, который был шестнадцатым по быстродействию в Соединенном Королевстве. Именно сюда команда приезжала для проведения брифингов по заданию и для выполнения своей самой сверхсекретной работы.

Сидни прибыла последней, наскоро приняв душ. Она села в конце стола для совещаний рядом с Кэт и предположила , что мама хочет подробно рассказать о том, что произошло на " Сильвии Эрл ".

“ Всем доброе утро, ” сказал он более деловым тоном, чем обычно. - Вы двое хорошо спали прошлой ночью?

- Да, - сказала Сидни.

“Я тоже”, - ответил Бруклин.

“Я не спала”, - сказала мама. “На самом деле, я вообще не спала. Вчера произошло кое-что, из-за чего я всю ночь ворочался с боку на бок, и я думаю, нам нужно разобраться с этим. Прямо сейчас. Всем нам ”.

“ Ты говоришь об угоне самолета? - Спросил Бруклин.

“Нет, не это”, - сказал он. “Нам нужно рассмотреть и это тоже. Но сначала нам нужно прояснить ситуацию по поводу того, что сказала Сидни.

Сидни не могла поверить, что он собирался заставить ее извиниться за то, что задел чувства Бруклина на глазах у всех. Она бы предпочла, чтобы это осталось между ней и Бруклином. — Послушай, я не хотел...

Мама подняла руку, и она остановилась. “Пожалуйста. Позволь мне сказать это”.

Сидни смутилась, но кивнула. “Хорошо”.

Теперь все взгляды были прикованы к маме, а он пытался придумать лучший способ поднять тему. “Я думаю, вы пятеро потрясающие. Я думаю, ты талантлив. Добрый. Умный. Интуитивно понятный. Как я уже сказал, потрясающий ”.

“Мы тоже думаем, что ты потрясающий”, - сказал Пэрис, пытаясь добавить немного легкомыслия к серьезному тону.

“Если я когда-либо давал кому-либо из вас повод полагать, что я ставлю одного из вас выше других, то это огромный просчет с моей стороны”.

Сидни обмякла на своем сиденье. Дело было не в ней и Бруклине. Дело было в ней и матери.

“Я глубоко и одинаково люблю каждого из вас и забочусь о нем”, - продолжил он. “И я одинаково ценю то, что вы привносите в эту команду. Я надеюсь, ты это понимаешь”.

Внезапно настроение в комнате изменилось.

“Я не сомневаюсь, что ты заботишься о нас так же”, - сказал Пэрис. “И я не знаю, что сказала Сидни. Но трудно поспорить с мыслью, что вы думаете о нас по-другому, когда речь заходит о том, что мы можем делать как шпионы ”.

- Почему ты так говоришь? - спросила мама.

- Ну, во-первых, секретный проект, над которым вы с Бруклином работали последние пару месяцев.

Сидни ничего не сказала, но чувствовала себя оправданной. И теперь, когда тема была поднята открыто, остальные присоединились.

“ Да, ” сказал Рио. “ Нас обучали вести наблюдение. Мы действительно замечаем такие мелочи, как личные встречи и негромкие разговоры, которые вы двое ведете ”.

- Мы все это видели, - сказала Кэт.

Бруклин смотрела прямо в стол. Для нее это была невозможная ситуация. Она не хотела держать от них что-то в секрете, но также не хотела нарушать доверие Матери. Она все еще была новичком в группе и беспокоилась, что что-то подобное может затруднить ее полное принятие.

“Ладно, ” сказала мама, “ это правда. Мы с Бруклин работали над проектом, о котором я никому из вас не рассказывала. Даже Монти.

Он бросил взгляд на Монти, и она заставила себя улыбнуться, понимая, что он борется с этим.

“Но причина, по которой я никому из вас не сказал, заключается в том, что я хочу защитить вас”, - продолжил он. “Это тот тип информации, который выходит далеко за рамки сверхсекретного”.

“Но разве ты не понимаешь?” Сказала Сидни, ее разочарование сквозило. “Это только доказывает нашу точку зрения. Это какой-то суперсекретный проект, о котором ты не рассказываешь даже Монти, но ты рассказываешь Бруклину. Как это не заставляет нас чувствовать себя второсортными?”

“Но я не сказал Бруклину”, - сказал он.

- В самом деле, тогда кто же это сделал?

Бруклин поднял глаза и посмотрел прямо на Сидни. “Клементина”.

Никакое имя не могло бы вызвать большего удивления.

“ Клементина? В смысле, мамина жена? - спросила Сидни.

-Да.

“Клементина - это агент, который отвернулся от своей страны и ушел из МИ-6, чтобы присоединиться к Умбре?” - спросил Рио.

“Может, и нет”, - ответил Бруклин.

- Так ты не уверен, что это она? - спросила Сидни.

“Я уверен, что это была она”, - сказал Бруклин. “Мы просто не уверены, что она отвернулась от своей страны”.

“Правда?” сказал Пэрис, вмешиваясь в разговор. “Потому что я такой. Я был там. Я видел это”.

Пятью годами ранее мать и его жена оба были агентами МИ-6, пытавшимися проникнуть в Умбру. Но, в шокирующем повороте, она объединила усилия с Умброй и бросила Мать, оставив его умирать при пожаре на складе. Он выжил только потому, что Пэрис увидела, что произошло, и бросилась в огонь, чтобы спасти его.

- Когда ты познакомился с Клементиной? - спросил Монти.

“В Париже”, - ответила Бруклин, имея в виду свою первую миссию с командой. “В отеле она была единственной, кто спас меня. Именно она помогла мне добраться до посольства.

- О чем ты говоришь? - спросил Рио.

“Я никому не говорила, потому что сначала не была уверена, что это она”, - ответила она. - Я хотел посоветоваться с мамой.

“Есть шанс, что она двойной агент, все еще работающий на МИ-6”, - сказала мама. “Что она полностью внедрилась в Умбру. И если это так, то чем больше людей знает, тем большей опасности она подвергается”.

“Подожди секунду”, - сказал Пэрис, не веря своим ушам. “Ты пытаешься защитить нас, или беспокоишься о ее безопасности?”

“И то, и другое”, - ответила мама.

“Ну, откуда ты вообще знаешь наверняка, что это была она?” Сидни спросила Бруклина. “Ты никогда ее раньше не видел”.

“Она дала мне флешку”, - сказал Бруклин.

- И на той дорожке было вот это, - сказала мама.

Он нажал кнопку на своем компьютере, и на большом экране перед ними появилась картинка. Это была фотография мальчика и девочки, улыбающихся в камеру.

- Неужели? - спросил Монти.

“ Да, ” сказала мама. - Это Энни и Роберт.

Вся команда уставилась на изображение детей Матери, и в комнате воцарилась тишина. Внезапно секретность обрела смысл.

“ Видишь ли, ” сказала мама, “ если Клементина в опасности, то и они тоже. А я этого допустить не могу.


8.

Логика Caterpillar

КОГДА ОНА ОБНАРУЖИЛА мину-ЛИМПЕТ, прикрепленную к борту "Сильвии Эрл", Сидни точно знала, что делать. В ходе обучения в МИ-6 ей были даны пошаговые инструкции по обезвреживанию чрезвычайно чувствительного взрывного устройства. Но здесь, в прист-хоул, когда она смотрела на фотографию Роберта и Энни, она была в полной растерянности. Она не знала, что думать, что чувствовать, и уж точно не знала, что сказать. Оказалось, что шпионская подготовка была совершенно бесполезна, когда дело доходило до ситуаций, в которых чувствительным устройством было чье-то сердце.

Люди на фотографии не были подозреваемыми или шпионами. Это были дети Матери. Дети, которых он не видел пять лет. Сидни всегда знала о них, но, увидев их, все изменилось. А то, что мама смотрела на них, было совершенно невыносимо. Внезапно ситуация стала реальной, и Сидни не знала, как справиться с этим.

Она была не одна. В комнате повисла неловкая тишина, пока все ждали, кто заговорит первым. Почувствовав это, мама попыталась все упростить.

“Я знаю, что это неловко”, - сказал он. “Но хотя для вас эта фотография новая, она не для меня. У меня было пару месяцев, чтобы осознать это. Мы с Бруклином ломали голову, и все, к чему мы пришли, - это тупики. Поэтому, пожалуйста, поделитесь своими наблюдениями. Поделитесь своими мыслями. Найди что-нибудь, что мы упустили”.

Он нажал кнопку, которая проецировала фотографию на каждый из настенных мониторов. Таким образом, все семеро могли изучать ее, не толпясь у одного экрана. На снимке оба ребенка сверкнули глуповатыми отпускными улыбками, которые, казалось, говорили: Мы тебе попозируем, но только в этот раз. Энни была высокой, с брекетами и выгоревшими на солнце волосами. Она обняла своего младшего брата за плечи и комично положила голову ему на макушку. У Роберта были пухлые щеки, очки с толстыми стеклами, и он носил футболку "Ливерпуля" с одиннадцатым номером. Оба казались счастливыми.

“У него хороший вкус в футболе”, - одобрительно сказал Пэрис. “В отличие от его отца”.

“Он выбрал Ливерпуль по той же причине, что и ты”, - ответила мама со смешком. “Потому что я люблю ”Эвертон", и они наши страшные соперники".

Монти подошел к одному из мониторов и вгляделся в лицо Роберта. - Он всегда носил очки?

“С тех пор, как ему исполнилось четыре”, - ответила мама. “Хотя у Энни брекеты новые”.

“Новые брекеты”, - нетерпеливо сказала Сидни, ухватившись за потенциальную подсказку. “Это означает, что должны быть записи к ортодонту и медицинские счета”. Она на мгновение задумалась и поникла. “Хотя мы не знаем, какое имя она использует, где она живет и когда за последние пять лет она их приобрела, так что это только сужает круг поисков до любой девушки с брекетами во всем мире. Извините. Это глупая идея”.

“Это не глупо”, - сказала мама. “Это именно те вещи, о которых нам нужно подумать. Это то, что приведет нас к ним. Мы должны смотреть на это как на головоломку. Ни один фрагмент не дает нам полной картины, но если мы сможем соединить несколько вместе, то внезапно изображение может начать обретать четкость ”.

Рио указал туда, где край фотографии обрывал какую-то надпись, нарисованную на витрине магазина позади них. - Это по-китайски, верно?

“Я думаю, да”, - сказала мама. “Хотя видна только часть персонажа, а других нет, он также может быть японским или корейским”.

“ Ты думаешь, это означает, что они в Азии? - Спросил Пэрис.

“ Могло бы, ” сказала мама. - Хотя Чайнатауны есть практически в каждом крупном городе мира.

“Мы даже составили электронную таблицу и попытались сосчитать их все”, - сказал Бруклин. “Только в Соединенных Штатах мы обнаружили более пятидесяти”.

Все на мгновение вернулись в режим размышлений, пока Рио не спросил: “Напомни, сколько им лет?”

“ Энни четырнадцать, а Роберту одиннадцать, ” ответила мама. - Хотя, когда была сделана эта фотография, ему было еще десять.

Сидни с любопытством посмотрела на него. - Откуда ты знаешь?

“Метаданные”, - ответил он. “Цифровая фотография содержит широкий спектр технической информации о снимке — все, начиная от типа камеры и объектива, которые были использованы, и заканчивая датой и временем, когда она была сделана. Этот снимок сделан пятнадцатого октября прошлого года.

“Хотя мы не можем доверять этому полностью”, - сказал Бруклин. “Там также сказано, что снимок был сделан через тринадцать минут после полуночи. Учитывая, что сейчас средь бела дня, это явно неправильно ”.

“ Есть ли что-нибудь полезное в метаданных? - Спросил Монти.

“ Очень много, ” сказал Бруклин. “В нем указан серийный номер камеры, и мы смогли отследить его до магазина Clarendon Photo в Оксфорде, где он был приобретен человеком по имени Р.Ф. Страуд”.

“Или, по крайней мере, они так себя называли”, - добавила мама. “Мы не нашли Р.Ф. Страуда, живущего в радиусе пятидесяти миль от Оксфорда”.

“Ты думаешь, Клементина использует псевдоним?” - спросил Пэрис.

“Я бы так и сделала, но не могу представить, чтобы она поехала куда-нибудь поблизости”, - ответила мама. “Ты знаешь, сколько людей из Разведывательной службы живет и работает поблизости? Вышедшие на пенсию агенты? Действующие? Не говоря уже о том факте, что Оксфордский университет долгое время был одним из основных центров вербовки МИ-6 ”.

- Там они меня и завербовали, - вставил Монти.

“Именно так”, - сказала мама. “Клементина должна была знать, что вероятность быть замеченной была значительной. Я не знаю, почему она рисковала этим ради чего-то столь обыденного, как фотоаппарат, который она могла купить в любом из тысячи мест ”.

“Значит, она пользовалась чужой камерой?” Ответил Пэрис. “Либо кто-то, кто дал ей ее, либо путешествовал с ней”.

“И если Оксфорд полон шпионов, - рассуждал Рио, - это означает, что камера могла принадлежать другому шпиону”.

Мать кивнула, пока он взвешивал эту идею. “В этом есть большой смысл”.

“Я скажу тебе, что не имеет смысла”, - сказала Сидни. “По крайней мере, не для меня”. Она повернулась к Бруклин и спросила: “Повтори, что она сказала? Когда она отдала тебе флешку.

“Она сказала мне, что Энни и Роберт счастливы и здоровы, и что маме нужно перестать их искать”, - ответил Бруклин.

- Это, - сказала Сидни, пытаясь прокрутить это в голове, - это вообще не имеет смысла.

“Возможно, я не передаю это слово в слово”, - ответил Бруклин несколько защищаясь. “Это была сумасшедшая ситуация, и она просто появилась из ниоткуда”.

“Нет, не это”, - сказала Сидни. “То, что ты сказал, имеет смысл. То, что она сказала, кажется неправильным”.

- Что ты имеешь в виду? - спросил Рио.

“Ты знаешь маму”, - сказала ему Сидни. “Он когда-нибудь перестанет искать Энни и Роберта?”

Рио покачал головой. - Нет, пока он их не найдет.

“Конечно, нет”, - сказала она. “Мы все это знаем, и Клементина тоже. Теперь добавим тот факт, что она дает ему огромную подсказку. Фотография с обоими детьми на ней, зная, что это произведет прямо противоположный эффект. Что это заставит его выглядеть еще суровее ”. Она повернулась к маме. “Она супер умная. Так зачем же ей отдавать тебе фотографию?

“Потому что она чувствует себя виноватой во всем?” Предположил Пэрис.

“Может быть, это просто то, что она сказала Бруклину”, - предположил Монти. “Что она хочет, чтобы мама знала, что дети счастливы и здоровы”.

“ Нет. Дело не в этом.

Голос был властным, и всем потребовалось мгновение, чтобы понять, что он принадлежал Кэт. Она стояла в стороне от остальных, рассматривая фотографию на мониторе в другом конце комнаты.

“Почему ты так говоришь?” Спросил Пэрис.

“Она может чувствовать себя виноватой и, возможно, хочет, чтобы мама знала, что с Энни и Робертом все в порядке”, - сказала Кэт. “Но это не имеет отношения к тому, почему она подарила Бруклину эту фотографию. Эта конкретная фотография была выбрана по определенной причине ”. Она остановилась на мгновение и еще раз обдумала это, прежде чем повернуться к ним. “Она выбрала это, потому что хочет, чтобы мама нашла их. Или, по крайней мере, найти, где был сделан этот снимок.

“И ты так думаешь, потому что?” Спросила мама.

Кэт пожала плечами, как будто ответ был очевиден. - Иначе зачем бы ей было так легко это выяснить?

Все остальные обменялись недоверчивыми взглядами.

“Ты думаешь, это легко?” Спросил Пэрис. “Потому что это никому из нас не кажется легким”.

“Это потому, что ты видишь только гусениц”, - сказала она.

Пэрис склонил голову набок и на секунду задумался об этом. Затем он улыбнулся Кэт и сказал: “Мне нравится, что, когда ты объясняешь вещи, это на самом деле делает их еще более запутанными”.

Кэт пыталась найти способ выразить словами то, что творилось у нее в голове. “Если вы посмотрите на гусеницу, то увидите только гусеницу”, - сказала она. “И если ты посмотришь на кокон, ты увидишь только кокон”.

“И к чему ты клонишь?” Спросил Пэрис, совершенно сбитый с толку.

“Ты должен смотреть на них обоих”, - попыталась она объяснить. “Вы должны посмотреть на гусеницу и кокон. А потом ты должен выяснить, как они сочетаются друг с другом ....”

“Если ты когда-нибудь захочешь найти бабочку”, - закончила Сидни свою мысль.

- Совершенно верно, - подтвердила Кэт.

“Это блестяще”, - сказал Бруклин. “Я не уверен, что это значит, но уверен, что это блестяще”.

“Ты думаешь, если мы перестанем искать гусениц, то сможем разобраться с этим?” - спросила Сидни.

Кэт кивнула и попыталась скрыть улыбку.

“Подожди секунду”, - сказала Сидни, внезапно взволновавшись. “Ты уже догадался. Ты уже нашел бабочку”.

Кэт больше не могла сдерживать улыбку. Она просияла, сказав: “Да”.

Мама посмотрела на Кэт с полным изумлением. - Как?

“ Начни со времени, ” сказала Кэт. - Который час на картинке?

“Это зависит от обстоятельств”, - сказал Бруклин. “Сейчас 12:13, если верить метаданным. Но мы знаем, что это неправильно”.

- Нет, это не так, - сказала Кэт.

“ Ты видишь весь солнечный свет, не так ли? - скептически спросил Рио. - Ты думаешь, на этой картинке полночь?

“ Нет, ” ответила Кэт. “Я думаю, что сейчас полночь в Оксфорде, где была куплена камера и где изначально были запрограммированы время и дата”. Она указала на фотографию. “Так как же нам определить, который час на картинке?”

“ Ее часы! - Воскликнула Монти, доставая их. Она использовала пальцы, чтобы увеличить часы Энни, которые были видны с того места, где она обнимала брата. - Ее часы показывают, что сейчас 4:13.

“ Верно, ” сказала Кэт. - И если в Оксфорде сейчас 12:13 ночи, то где сейчас 4:13 вечера?

Мама начала волноваться. “ Это на восемь часов раньше, ” сказал он, вслух подсчитывая часовой пояс. “До Нью-Йорка пять часов, и еще через три часа мы будем в… Калифорнии!”

Кэт улыбнулась. “ Вообще-то, это переносит нас на Западное побережье Северной Америки. Это может быть Калифорния, Орегон, Вашингтон, Британская Колумбия или северо-западный угол Мексики”.

- Она потрясающая, - прошептала Сидни Монти.

Монти кивнул. - Потрясающе.

“ Ты говорил, что в Америке больше пятидесяти Чайнатаунов, ” обратилась Кэт к Бруклину. - Сколько их на Западном побережье?

“ Куча. Лос-Анджелес, Сан-Франциско, Сан-Диего, Портленд, Сиэтл и еще несколько, ” ответил Бруклин. - И Ванкувер в Канаде.

“Что сужает круг поисков”, - сказал Пэрис. “Но предстоит охватить еще большую географию. Как нам определить, что это за штука?

Кэт улыбнулась. - Это лучшая часть.

Она подошла к монитору и пальцами увеличила изображение в витрине магазина. На нем была видна улица.

“ Что ты видишь? - Спросила Кэт.

- Дорога, - ответила Сидни.

- И... - ответила Кэт.

Сидни пожала плечами. “Ничего. Просто дорога. Даже машин нет, просто... асфальт”.

-И железнодорожные пути, - взволнованно сказал Рио.

“ Верно, ” сказала Кэт. “ Мы видели их в городах по всему миру. Мы видели их так часто, что даже не замечали. Пути для троллейбусов, трамваев, метро, поездов. За исключением того, что на тех путях есть два рельса, а если вы присмотритесь, то увидите, что на этом их три.

Они все присмотрелись повнимательнее и увидели, что посередине путей проходит третий рельс.

“Для чего это?” - спросил Пэрис. “Третий лишний?”

Мать ахнула и прикрыла ему рот рукой. Он не мог в это поверить. “Это гнездо для кабеля”, - сказал он. “Это рельсы для канатной дороги”. Он недоверчиво покачал головой. “Как я мог это пропустить?”

“И есть только один город в мире, который все еще пользуется канатными дорогами”, - торжествующе сказала Кэт. “И это в том часовом поясе, и там есть Китайский квартал”.

“Сан-Франциско”, - сказала мама, когда слезы навернулись ему на глаза. “Они в Сан-Франциско”.

В комнате воцарилась ошеломленная тишина, пока Пэрис не воскликнула: “Ну, я буду пушистой гусеницей”.

Остальные рассмеялись, а мама подошла к Кэт и заключила ее в объятия.

“ Спасибо тебе, милая, ” сказал он. - Большое тебе спасибо.

“Я знаю, что это эмоциональный момент, и я ненавижу критиковать в такой момент”, - сказала она. “Но тебе действительно следовало показать мне фотографию раньше”.

“Урок усвоен”, - сказал он, наполовину смеясь, наполовину плача. “Урок усвоен”.


9.

Операция " Золотые ворота "

ДАЖЕ В МИРЕ тайн существовали правила и записи.

Официально любая шпионская миссия МИ-6 должна была быть санкционирована штаб-квартирой на Воксхолл-Кросс в Лондоне. После утверждения ему было присвоено название, и был создан файл для хранения всей соответствующей информации и документов. В конце концов, этот файл хранился в надежном хранилище, расположенном недалеко от Челтенхэма, в здании под названием "Пончик". Но в предложении Монти не было ничего официального. На жаргоне шпионского бизнеса она предлагала “мошенническую операцию”, которая будет проводиться “неофициально”.

“Нам придется следовать этой зацепке, куда бы она ни вела”, - сказала она. “Мы назовем это операцией ”Золотые ворота", но никто не должен знать о ней, кроме нас семерых".

Она оглядела остальных, и каждый кивнул в знак согласия, за исключением мамы, которая колебалась. “Я не думаю, что это хорошая идея для кого—либо из вас...”

“Мы делаем это”, - сказал Пэрис, обрывая его. “И Монти прав. Никто другой не должен знать. Это слишком рискованно.

Риск был связан с тем фактом, что если Клементина была двойным агентом, никто не мог сказать, кому в Секретной разведывательной службе может угрожать эта информация. Что еще более тревожно, если крот Umbra, тайно работающий внутри Службы, наткнется на файл, прикрытие Клементины будет раскрыто, и последствия будут разрушительными.

- Давайте начнем с того, что нам известно, - предложил Монти.

- Все, в чем мы можем быть уверены, это в том, что Энни и Роберт были в Сан-Франциско четырнадцатого октября в 4:13 пополудни, - сказала Кэт.

- Я думала, пятнадцатого, - сказала Сидни.

“ Это было еще в Оксфорде, ” объяснила Кэт. - Но все равно это был четырнадцатый в Калифорнии.

Сидни поникла, смущенная тем, что не поняла этого сама. “Конечно. Восемью часами ранее”.

“ Каков наш первый шаг? - Спросил Рио. - Мы летим прямо в Сан-Франциско?

“Нет”, - ответила Монти, изучая фотографию. “Нет, пока мы в этом не разберемся”.

“Я думал, Кэт уже сделала это”, - ответил Бруклин.

“Она вычислила, когда и где”, - сказал Монти. “Но мы ничего не можем предпринять, пока не узнаем почему”. Она повернулась к маме, которая молчала, пытаясь осознать все происходящее. “Ты не согласна?”

Он постоял там мгновение, все еще пребывая в противоречии по поводу всего этого. “Я не уверен, что согласен с чем-либо из этого”, - сказал он. “Если есть миссия, то она должна принадлежать только мне. Руководство операцией изгоев может пойти наперекосяк во многих отношениях”.

“Без обид, мама, - ответила она, - но фотография была у тебя два месяца, и ты не сообразила, что она в Сан-Франциско”.

Он покачал головой. “Я знаю”, - сказал он. “Не могу поверить, что пропустил это”.

“Я могу”, - ответила она. “Это слишком близко к тебе. Тот факт, что это настолько личное, делает это еще более сложным. Вот почему мы собираемся помочь”.

“Вы знаете, каковы будут последствия, если МИ-6 узнает ?” - спросил он. “ Они, скорее всего, расформируют эту программу. Разделите команду”.

“ За исключением того, что мы не команда, ” сказала Кэт. - Мы семья. Она указала на фотографию Энни и Роберта и добавила: “А это о семье”.

На это у мамы не нашлось контраргументов. Второй раз менее чем за пятнадцать минут слова Кэт заставили зал замолчать.

Монти рассмеялся и сказал: “Для человека, который никогда не говорит, ты точно знаешь, что сказать”.

Кэт криво улыбнулась и ответила: “Я выбираю моменты”.

“Кроме того, ” добавил Бруклин, “ Клементина не отдавала фотографию тебе. Она отдала ее мне. Она вовлекла меня, и когда она сделала это, она вовлекла всех нас. Так что же это будет? Ты собираешься продолжать бороться с нами из-за этого, или ты собираешься взять на себя ответственность и быть альфой?”

Мать сделала несколько глубоких вдохов, пока он вглядывался в их лица и видел их решимость. Он был согласен. “Монти прав — мы никуда не поедем, пока не выясним, почему Клемми выбрала эту фотографию. Я гарантирую, что это было не для того, чтобы помочь мне найти детей. Вероятно, они втроем пробыли в Сан-Франциско всего несколько дней. Мы должны найти эту причину, а это значит, что мы должны точно определить, где они находятся ”.

- И как мы это сделаем? ” спросила Сидни. - Сан-Франциско - большой город.

“У меня есть идея”, - нетерпеливо сказала Бруклин, садясь за компьютерную клавиатуру и быстро выполняя поиск. Через несколько секунд она нашла то, что искала, и вывела это на главный настенный монитор. “На этой карте показаны различные маршруты канатной дороги в Сан-Франциско. Мы знаем, что они должны быть рядом с одним из них”.

“Это здорово”, - сказал Монти. “Это фокусирует поиск”.

На карте были показаны три отдельные линии. Они были названы в честь улиц, по которым путешествовали: Калифорния, Пауэлл / Мейсон и Пауэлл / Хайд. Каждый из них был примерно в полторы-две мили длиной.

“Мы заходим на street view и совершаем виртуальную прогулку по каждому из этих маршрутов, здание за зданием, пока не найдем витрину магазина на картинке”, - сказала мама. “Мы разделились на три команды по два человека, каждая команда заняла одну линию, и каждый участник занял одну сторону улицы. Таким образом, мы ничего не должны упускать из виду”.

“Три команды по два человека - это шесть”, - заметил Бруклин. “Но нас семеро”.

“Верно”, - сказала мама с усмешкой. “Это потому, что, пока мы собираемся на Street view, я хочу, чтобы вы с Бени пересмотрели все те поисковые профили, которые вы использовали за последние несколько месяцев. Только теперь ограничьте их радиусом в пятьдесят миль вокруг Сан-Франциско.

"Бени" - так они называли массивный суперкомпьютер, который хранился в части priest hole с климат-контролем. Последние несколько месяцев Бруклин использовал свои возможности для поиска Энни и Роберта. Она написала множество алгоритмов, программ распознавания лиц и поисковых кодов, пытаясь найти их. Но ей пришлось использовать их для поиска по всей планете, что привело к громоздким результатам, в которых было трудно разобраться. Теперь она могла сконцентрировать все свои силы на поиске по всем спискам рейсов, реестру отелей и базе данных в Сан-Франциско.

В комнате царил гул возбуждения, но в то же время чувствовалась некоторая неуверенность. Почувствовав это, Кэт повернулась к маме, чтобы напомнить ему о традиции приносить удачу, которая была у них в начале каждой операции. “Ты знаешь, что на самом деле это не миссия, пока ты сама не скажешь”.

Это было настолько близко к официальному, насколько это было возможно, но это был важный шаг, способ для Мамы дать понять остальным, что он полностью согласен.

“Операция горячая”, - сказал он с лукавой улыбкой. “Мы начинаем”.


10.

Печенье с предсказанием

СИДНИ ЛЮБИЛА СВОЮ КОМАНДУ, СВОЮ “семью”, как выразилась Кэт, и от этого ей становилось только хуже из-за того, как шли дела в последнее время. Раньше она всегда чувствовала себя нужной. Иногда она даже считала себя звездой. В конце концов, все говорили, что она была прирожденной, и ее выбирали альфой чаще, чем кого-либо другого. Но сейчас она не чувствовала себя звездой.

В Париже, на самом важном задании, которое они когда-либо выполняли, Бруклин была героем, хотя у нее практически не было подготовки. Это продолжилось на "Сильвии Эрл". Да, Сидни обезвредила бомбу и использовала взрывчатку, чтобы отвлечь внимание, но она также неправильно справилась со своей ролью альфы. Бруклин была надежной, кто доставил Элис и Джуди в безопасное место. Она была находчивой, кто дважды победил неповоротливого головореза. Она была самой умной из тех, кто пробрался на мостик, чтобы подать сигнал о помощи. Бруклин снова и снова доказывала, что она была прирожденной шпионкой. И как отреагировала Сидни? Она закатила истерику и задела чувства Бруклина.

Пока что операция "Золотые ворота" продвигалась ничуть не лучше. Кэт решила головоломку, которую, как знала Сидни, ей никогда не разгадать. И когда пришло время убедить маму, что они должны взять на себя эту миссию, убеждать стали другие. Все, что делала Сидни, - это делала бесполезные предложения и путала часовые пояса и даты. Она чувствовала себя бесполезной. Вот почему она была полна решимости самой найти витрину магазина, совершив виртуальную прогулку по Сан-Франциско по улицам Мейсон и Пауэлл. Это был своего рода небольшой, но важный вклад, который мог вернуть ее на правильный путь. Способ помочь ей и, возможно, вернуть часть ее доверия.

Работа была утомительной, усложнявшейся тем фактом, что теперь это были не изображения улиц, а скорее подборка фотографий, сделанных в течение последних нескольких лет. Предприятия переходили из рук в руки, здания перекрашивались, фасады реконструировались, и на фотографии было мало чего интересного: только часть окна, половинка китайского иероглифа и отражение улицы. Сидни нажала на маленькую стрелочку и проехала по тротуару несколько футов за раз, пока ...

“Нашел!”

Волна возбуждения прокатилась по комнате, как Сидни и надеялась. Только оно было направлено не на нее. Оно было сосредоточено на Рио, который сделал открытие. Он был в другом конце комнаты, отслеживая маршрут канатной дороги вниз по Калифорния-стрит вдоль окраины Чайнатауна. На экране своего компьютера он поместил фотографию Энни и Роберта рядом с витриной магазина для сравнения. “Они сменили краску, - сказал он, - но вы можете сказать, что окно то же самое, а на тротуаре в обоих местах есть пятна”.

Мама заглянула ему через плечо и внимательно изучила рисунок. “Ты абсолютно прав”, - сказал он. “Отличная работа!”

Рио сиял от гордости, а остальные улюлюкали и выкрикивали поздравления. Громче всех кричала Сидни, стараясь не выдать ревности в голосе, когда сказала: “Молодец, Рио!”

“ Как называется магазин? - Спросил Пэрис.

“Пекарня и кондитерская Зи”, - ответил Рио, открывая веб-сайт магазина. “Согласно этому, Zee's был завсегдатаем Чайнатауна более века. Он был известен тем, что помог популяризировать печенье с предсказанием, которое было изобретено в Сан-Франциско в 1907 году. Теперь пекарня готовит печенье для ресторанов по всей Калифорнии ”.

- Невероятно, - сказала мама.

“Я знаю”, - сказал Пэрис. “Я всегда предполагал, что печенье с предсказанием изобрели в Китае”.

Мама усмехнулась. “Это тоже удивительно. Но я имела в виду, что невероятно, что Клементина сделала снимок перед пекарней с печеньем с предсказаниями. Это так на нее похоже”.

- Что вы имеете в виду? - спросил Монти.

“Печенье с предсказанием имело для нас большое значение”, - сказал он. “Мы часто шутили, что печенье с предсказанием было главным символом шпионского ремесла, потому что это было послание, скрытое внутри чего-то, что не имело абсолютно никакого отношения к сообщениям. Мы использовали это как термин для описания любого зашифрованного сообщения. Он на мгновение замолчал. “Я даже предлагал именно так”.

“Подожди, что?” - спросила Сидни.

Мама улыбнулась при этом воспоминании. “Недалеко от Паддингтона был китайский ресторан, который был нашим любимым местом для ночных свиданий. Еда была дешевой, но вкусной. Я приготовила специальное печенье с предсказанием судьбы и договорилась с официантом, чтобы он принес его в нужный момент. Когда Клемми открыла его, там было написано: "Ты выйдешь за меня замуж?" И, конечно, Клемми есть Клемми, она ответила на китайском. Мне пришлось попросить официанта перевести, чтобы убедиться, что она сказала ”да".

- Она говорит по-китайски? - спросила Сидни.

“ Свободно, ” ответила мама. - Наряду с семью другими языками.

История была одновременно милой и душераздирающей. Напоминание о том времени, когда мама и Клементина были счастливой парой.

“ Значит, теперь ты думаешь, что она посылает тебе сообщение? - Спросил Рио. - Печенье с предсказанием.

Мама кивнула. “Я уверена в этом. Я просто надеюсь, что это на языке, который я знаю”.

Тут вмешался Бруклин. Она использовала Beny для поиска в больших данных и нашла кое-что интересное. - Кажется, я знаю, о чем это может быть.

- Что это? - спросила мама.

- Р.Ф. Страуд, - представилась она.

“Это тот парень, который купил камеру в Оксфорде, верно?” - спросил Пэрис.

“ Да, ” ответил Бруклин. - А еще это тот парень, которого нашли мертвым в Мьюир Вудс утром четырнадцатого октября.

Из комнаты словно выкачали воздух, когда все бросились в Бруклин, чтобы посмотреть на экран ее компьютера.

- Что такое Мьюир Вудс? - спросил Рио.

“Это лес секвой недалеко от Сан-Франциско”, - сказал Бруклин. “Послушайте отчет об этом инциденте”, - продолжила она. “Тело мужчины было обнаружено рейнджером К. Гилсоном в 10:47 утра в Соборной роще. Мужчина не реагировал, и рейнджер делал искусственное дыхание до тех пор, пока не прибыли парамедики и не доставили его в медицинский центр Калифорнийского университета, где он был констатирован мертвым. Причиной смерти был определен сердечный приступ, и позже мужчину опознали как Р.Ф. Страуда из Уотлингтона, Соединенное Королевство”.

- Уотлингтон? - переспросила мама, широко раскрыв глаза от удивления.

“Я часто навещал там друга, когда учился в университете”, - сказал Монти. “Это прямо за Оксфордом”.

“Я точно знаю, где это”, - сказала мама. “И теперь я точно знаю, кто такой Р.Ф. Страуд”.

- Правда? - спросил Бруклин.

“Он давний шпион по имени Паркер Ратледж”, - сказала мама . “Я работал с ним в команде первые пару лет, пока был на Службе. Я многому научился у Паркера. Он был великолепен. Я слышал, что он умер от сердечного приступа, когда был в отпуске в Калифорнии, но к тому времени, когда до меня дошло, никаких подробностей не было ”.

“Тогда как вы можете быть уверены, что это один и тот же сердечный приступ?” - спросил Рио.

“Уотлингтон”, - ответил он. “Это маленький городок, всего пара тысяч человек. Здесь Паркер провел всю свою жизнь. Его отец был профессором в Оксфорде. Он преподавал орнитологию”.

“Это изучение птиц, верно?” - спросил Бруклин.

“Паркер тоже увлекался этим”, - сказала мама. “Он также был профессором и президентом Оксфордского орнитологического общества. С тех пор как он ушел на пенсию из МИ-6, он путешествовал по миру, наблюдая за птицами. Именно этим он и занимался в Калифорнии, когда умер ”.

- Если вы знали его в начале своей карьеры, - сказал Рио, - значит ли это, что Клементина тоже знала его?

“Мы оба были в его команде, когда встретились”, - сказал он. “Паркер был одним из наставников Клемми”.

“ И в тот день, когда он умер в Сан-Франциско, она была в городе, пользуясь его камерой? ” спросила Пэрис. “ Это не может быть совпадением. Должна быть какая-то связь, которую мы не видим. Было ли что-нибудь подозрительное в его смерти?”

“Насколько я знаю, нет”, - ответила мама, пожав плечами. “Но, как я уже сказал, к тому времени, когда история дошла до меня, в ней было не так уж много подробностей”.

“В этом что-то не так”, - сказала Бруклин, продолжая искать информацию вместе с Бени. “Согласно рукописным заметкам рейнджера, Страуд — который на самом деле Ратледж - был доставлен в медицинский центр Калифорнийского университета, где была констатирована смерть от сердечного приступа. Но нет никаких записей о том, что он прибыл в отделение неотложной помощи Калифорнийского университета в то время ”.

“ Они перечисляют пациентов по именам? ” удивленно спросил Монти. - Я думал, это конфиденциально.

“Они не перечисляют имена”, - сказал Бруклин. “Но они перечисляют время и описания. В течение часа после того, как его забрали, никого нет. А самые близкие - женщина с тяжелой рваной раной и молодой человек с огнестрельным ранением”.

- А как же “скорая помощь”? - спросил Пэрис.

“То же самое”, - сказал Бруклин. “Согласно этому диспетчерскому журналу, скорая помощь была отправлена в 10: 46, что соответствует записям рейнджера, но нет никаких записей о том, что она возвращалась. О нем ничего не упоминается до тех пор, пока он не выйдет на другой звонок в 12:41 ”.

“МИ-6, должно быть, стерла это”, - сказала мама. “Вы, вероятно, также не найдете записей о том, что он останавливался в отеле”.

- Тогда почему они не стерли отчет рейнджера? - спросил Рио.

“Они, наверное, не знали об этом”, - сказала мама. “Ты сказал, что это написано от руки, верно?” он спросил Бруклина.

“Да”. Она вывела это на настенный монитор, чтобы они все могли прочитать.

“Это означает, что, возможно, это не было сразу отсканировано в компьютерных записях”, - объяснил он. “Ты не можешь стереть что-то, если не знаешь, что это существует”.

“Но зачем им понадобилось что-то стирать?” - спросила Сидни. “У агента на пенсии случился сердечный приступ. Это печально, но вряд ли это государственная тайна”.

“ Если только он не был отставным агентом в отпуске, ” сказал Монти. - И на самом деле он был активным агентом на задании.


11.

Наблюдатель за птицами

УОТЛИНГТОН, АНГЛИЯ —ДВУМЯ ГОДАМИ РАНЕЕ

ПОСЛЕ ТРЕХ ДЕСЯТИЛЕТИЙ РАБОТЫ В МИ-6 уход Паркера Ратледжа из мира шпионажа длился в общей сложности шестнадцать дней. Семнадцатого числа он ухаживал за цветочной клумбой перед своим причудливым домом из красного кирпича, когда поднял голову и увидел нечто настолько удивительное, что ему пришлось поправить очки, чтобы убедиться, что глаза не обманывают его.

Ну, я буду ошарашен! сказал он себе, когда понял, что это не так.

Прямо к нему направлялся не кто иной, как сэр Дэвид Дентон Дуглас, человек, который, несмотря на то, что все три его имени начинались на D, был повсеместно известен как C - титул, исторически присвоенный начальнику Секретной разведывательной службы.

Дуглас был главным шпионом Великобритании.

Тем более любопытным был тот факт, что он, казалось, материализовался из воздуха. Не было никаких признаков пуленепробиваемого внедорожника, который каждый день высаживал его на Воксхолл-Кросс, или группы охраны, которая сопровождала его во время частых визитов в парламент и Букингемский дворец. Там был просто аристократичный мужчина в прекрасно сшитом костюме, с портфелем в руке, который шел по очень неаристократической Уоткомб-роуд.

“ Добрый день, Си, ” недоверчиво произнес Паркер, вставая и поспешно отряхивая грязь с одежды. - Что привело тебя сюда? - спросил я

“Просто подумал, что стоит заглянуть и выпить чашечку чая с моим любимым орнитологом”, - сказал шеф полиции с улыбкой и подмигнул.

В МИ-6 ”наблюдатель за птицами“ было самым распространенным сленговым обозначением "шпиона”, но для Паркера оно имело двойное значение. Как и у всех агентов, его роль в Службе была засекречена. Насколько знал остальной мир, на самом деле он наблюдал за птицами. Он преподавал орнитологию в Оксфорде, как и его отец до него.

“ Пожалуйста, входите, ” сказал Паркер. - Я поставлю чайник.

Несколько минут спустя они сидели на кухне, когда Си спросил: “Итак, скука отставки еще не свела тебя с ума?”

Паркер усмехнулся, наливая чай, и ответил: “У него не было такой возможности. Моя прощальная вечеринка состоялась всего три недели назад”.

“Верно, верно”, - сказал Си, делая глоток. “Когда мы пели вам дифирамбы, вы упомянули что-то о работе над… напомните, что это было… твой список птиц?”

“Список моей жизни”, - сказал Паркер. “Для птицелова это значит все. Это список всех видов, которые вы видели в полевых условиях за свою жизнь. Моя цель - дожить до тысячи. Как мой отец”.

“Мне жаль, что я так и не познакомился с ним”, - сказал К. “Это он научил тебя птичьим повадкам?”

“Действительно”, - сказал Паркер. “Он также тот, кто научил меня методам шпионажа, хотя сам никогда об этом не знал”.

- Что ты имеешь в виду?

“Он был директором Института полевой орнитологии Эдварда Грея здесь, в Оксфорде”, - объяснил Паркер. “С самого раннего возраста я сопровождал его в поездках за птицами по Европе. И все навыки, которым он научил меня для их обнаружения — скрытность, терпение, внимание к деталям и, самое главное, способность наблюдать, оставаясь незамеченным, — это те же самые черты, которые я использовал в течение тридцати лет, служа своей стране ”.

“И вы подали его очень хорошо”, - сказал шеф, поднимая свою чашку так, словно произносил тост.

“Спасибо, сэр”, - гордо ответил Паркер в ответ.

Разговор зашел в тупик, пока Паркер ждал, что шеф скажет, что привело его к нему, и пока Си пытался придумать, как лучше затронуть эту тему.

“ Как далеко вы продвинулись? - спросил он. - В вашем списке?

-Восемьсот тридцать шесть, - ответил Паркер.

“ Впечатляет, ” сказал шеф полиции. Он наклонился вперед на своем сиденье и добавил: “У меня есть предложение по номеру восемьсот тридцать семь, но его будет трудно отследить”.

“Если бы это было легко, что бы это было за развлечение?”

“ Я надеялся, что вы это скажете. ” шеф озорно ухмыльнулся. “Показывая то, что я собираюсь вам показать, я нарушаю по меньшей мере три положения Закона о государственной тайне. Так что давай оставим этот разговор между нами”.

- Конечно, сэр.

“По меньшей мере десять лет, а возможно, и дольше, в МИ-6 был крот, который передавал секреты Umbra. Этот двойной агент дорого нам обошелся. Безопасность была нарушена, были потеряны жизни, и меня это порядком достало. И все же, несмотря на все наши поиски, мы мало что можем показать в результате наших усилий ”.

Си положил на стол между ними папку из плотной бумаги с грифом "СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО: ТОЛЬКО ДЛЯ ПОСТОРОННИХ". Паркер осторожно открыл ее. На первой странице отчета было написано только одно слово: СОРОКА.

“Если вы ищете крота, почему назвали его в честь птицы?”

“Скажите мне, - сказал К., - Вы орнитолог”.

Паркер на мгновение задумался и начал понимать причину. “Сорока сливается с толпой, потому что выглядит обычной, хотя на самом деле она необычная. Это одно из немногих животных во всем мире, которое может узнать себя в зеркале. Сороки - умные, расчетливые и печально известные воры, которые крадут из гнезд других птиц, чтобы украсить свои собственные. Они одни из самых обманчивых существ на планете”.

“Да, это они”, - холодно сказал Си. “И один из них разгуливает внутри МИ-6. Я хочу, чтобы ты нашел для меня эту сороку. Вот твоя птичка. Вот твой номер восемь тридцать семь.


12.

Аббатство Кинлох

С ТЕХ ПОР, КАК ОНИ ВЕРНУЛИСЬ ДОМОЙ ОтСильвии Эрл, Бруклин старался избегать Сидни. И Сидни, почувствовав, что чувства подруги задеты, предоставила ей достаточно пространства. Но когда в понедельник они вернулись в школу, Сидни решила проверить ситуацию во время поездки на поезде в Кинлох. Она подождала, пока они почти дошли, прежде чем сесть рядом с Бруклин, которая листала свой учебник, решая задачу по алгебре.

- Привет, - сказала Сидни, слишком стараясь, чтобы ее голос звучал дружелюбно.

- Привет, - проворчал Бруклин, не потрудившись поднять голову.

Повисло неловкое молчание, прерываемое только звуком поезда, пока Сидни не спросила: “Итак, что ты делаешь? Готовишься к тесту?”

Бруклин указала на свой учебник, а затем на бумаги, разложенные на столе перед ней, прежде чем сказать: “Это потрясающе. Обучение наблюдению действительно приносит свои плоды. Как ты до этого додумался?

Сидни поборола инстинктивное желание огрызнуться в ответ и вместо этого глубоко вздохнула. “Значит, вот как все будет отныне?”

Бруклин наконец оторвала взгляд от своей работы и спросила: “Чего ты хочешь, Сидни?”

“ Ничего. Я просто хотел посидеть здесь. С тобой.

“ Это так? Потому что на днях ты совершенно ясно дала понять, что не хочешь быть со мной.

“Я знаю, что я это сказала”, - ответила Сидни. “Но я не это имела в виду”. Она издала смущенный стон. - А если и понял, то не так, как ты это воспринял.

“Мне до смерти надоело сидеть взаперти в комнате с Маленькой мисс Совершенство!” -сказала Бруклин, добавив при этом намек на сиднейский акцент. “Я правильно цитирую?”

Сидни поникла, когда признала: “Слово в слово”.

- Ну, а как еще я должен был это воспринять?

Сидни на мгновение задумалась. “Я не знаю. Я просто знаю, что моя проблема была не в тебе. Она была во мне. Я хотела быть подальше от этого. Подальше от того, что я чувствовал. Я хотел немного тишины и покоя, чтобы попытаться понять, как я ... вписываюсь в жизнь ”.

- Как ты вписываешься? Бруклин недоверчиво посмотрела на нее. “ Это круто. Я тот, кто пытается вписаться. Я аутсайдер, присоединившийся к команде, которая дружна, как воры. Вы, ребята, были вместе много лет, и ты был вторым, так что это делает тебя ОГ. Я новичок. И после всего, через что мы с тобой прошли за последние несколько месяцев, я подумал, что мы подходим друг другу. Я думал, мы друзья”.

“ Мы были. Я имею в виду, что мы есть. Конечно, есть. Мы больше, чем друзья. Мы лучшие друзья”.

“ Правда? Потому что так говорить друг о друге - это не то, что делают лучшие друзья.

“Ты прав. Это просто какая-то извращенная ревность”, - сказала Сидни. “Но мне нужно, чтобы ты был моим другом. Мне нужно, чтобы ты простил меня. ” Она на мгновение замолчала. “Потому что прощать друг друга - это то, что делают лучшие друзья”.

Поезд прибыл в Кинлох, и Бруклин быстро засунула свои бумаги в рюкзак. “Я твоя пара и я действительно прощаю тебя”. Она подумала об этом секунду, пока застегивала сумку. “Или, по крайней мере, прощу… но в данный момент я все еще злюсь”.

Когда она встала, Бруклин увидела, что Пэрис, Кэт и Рио избегают зрительного контакта, собирая свои рюкзаки в ряд позади себя. Они, несомненно, слышали каждое слово, что объясняло, почему они пытались обойти ее стороной.

“Вы все это получили?” Бруклин спросил их со вспышкой нью-йоркского настроя.

“Мы ничего не получили”, - ответил Пэрис. “Я был в наушниках”.

“Не понимаю, о чем ты говоришь”, - сказал Рио, изображая замешательство и делая паршивую работу. “Абсолютно без понятия”.

“Вау, вам двоим действительно стоит подумать о прослушивании в молодежный драматический кружок”, - сказала Кэт, качая головой двум мальчикам. “Пойдем, Брук, я проверю тебя для контрольной по алгебре, пока мы идем в школу”.

Как только они оказались на платформе, Бруклин повернулся к Сидни. “Я действительно прощаю тебя. Мне просто нужно немного времени и пространства, чтобы не злиться на тебя”.

“Я могу это сделать”, - сказала Сидни с облегчением. “Я могу уделить тебе столько времени и пространства, сколько тебе нужно”. Чтобы подчеркнуть это, она плюхнулась на деревянную скамейку, чтобы Бруклин и остальные могли опередить ее. “Понимаете, что я имею в виду? Это я даю вам пространство. Вы все продолжайте ”.

Железнодорожная станция Кинлох состояла из небольшого бело-голубого здания с окошком для продажи билетов, четырьмя крытыми скамейками и хитроумным торговым автоматом, который воровал деньги гораздо чаще, чем выдавал шоколадные батончики или чипсы. Платформа располагалась между северным и южным путями, поэтому пассажирам приходилось подниматься на нее по деревянному пешеходному мосту, чтобы попасть в город. Пока ее друзья пересекали его, Сидни осталась на скамейке и попробовала быстрое медитативное упражнение, которому научилась у Монти, чтобы помочь себе очистить разум. В последнее время она чувствовала себя не в своей тарелке и была готова к тому, что это закончится.

С пешеходного моста открывался прекрасный вид на город, а также живописный вид на школу. Именно здесь фотографы устраивались всякий раз, когда приходило время сделать снимок для новой вступительной брошюры или обновить веб-сайт. Это было незабываемое первое впечатление, которое поразило будущих студентов и их родителей.

Аббатство Кинлох было одной из лучших подготовительных школ Шотландии. Это выглядело как нечто среднее между небольшим колледжем и большим поместьем, с классическими каменными зданиями и пышными игровыми полями, окружавшими величественный особняк. Несмотря на ее естественные антиправительственные наклонности, даже Сидни была вынуждена признать, что это было красиво.

“Это страна чудес”, - сказала она Монти и маме, когда они провожали ее по мосту во время ее первого визита в кампус. Но, глядя на него сейчас, она заметила кое-что неуместное. В отличие от панорамы школы, вид на главные ворота был в основном заслонен гостиницей Кинлох и Банком Шотландии. Несмотря на это, Сидни могла видеть ровно столько, чтобы понять, что там происходит какая-то активность. Она встала на цыпочки и перегнулась через перила достаточно далеко, чтобы разглядеть группу людей, собравшихся прямо у входа. Это само по себе было необычно. Но когда она наклонилась немного дальше, то увидела нечто еще более любопытное.

Почему в Кинлохе два грузовика с телевизионщиками? спросила она себя. Ей стало интересно , не произошло ли чего - нибудь заслуживающего освещения в прессе, пока она была на " Сильвии Эрл ".

И вот тогда до нее дошло.

Что, если бы она не пропустила эту историю? Что, если она была сюжетом? Она и Бруклин.

В выходные они были так сосредоточены на Клементине, Паркере Ратледже и попытках выяснить, что произошло в Сан-Франциско, что упустили из виду тот факт, что для остальной Британии самой большой новостью был неудачный угон Сильвии Эрл.

В нем было все, чего жаждали таблоиды и кабельное телевидение: драма с высокими ставками, слухи о связях с парламентом и королевской семьей и злобные злодеи, которые все еще были на свободе. Но больше всего в этом была тайна.

В течение трех дней СМИ публиковали репортажи, в которых было гораздо больше вопросов, чем ответов. Во многом это было связано с тем фактом, что преступление произошло в таком отдаленном месте. В Унсте не было коммерческого аэропорта — только взлетно-посадочная полоса, контролируемая правительством. К тому времени, когда прессе удалось организовать доставку их туда на лодках, большинство пассажиров и экипажа уже улетели. В результате новостные агентства практически не располагали информацией из первых рук. Не было видеозаписи последствий. Никаких интервью с травмированными жертвами. Что еще более важно, поскольку эти пассажиры были несовершеннолетними, их личности держались в секрете.

Или, по крайней мере, они должны были быть секретными. Возможно ли, что они каким-то образом узнали, что они вдвоем были на борту? Если так, это было бы очень опасно. Предполагалось, что шпионы должны сливаться с фоном, а не попадать в новости или размещать свои фотографии на первой полосе. Не говоря уже о том, что Эмилю Бликсу было бы не очень хорошо знать, где они жили и ходили в школу.

“Бруклин!” Сидни безрезультатно кричала, ее голос заглушали расстояние и движение. “Бруклин!”

Она помчалась за ними, но пропустила светофор на пешеходном переходе, из-за чего еще больше отстала. К тому времени, когда она наконец догнала их, они были уже за углом школы.

“Бруклин”, - крикнула она, тяжело дыша. “Подожди меня!”

Бруклин наконец остановился и повернулся к ней лицом. “Когда я сказал, что мне нужно немного времени, я имел в виду больше трех минут”. Она сказала это в шутку, но в ее словах было нечто большее, чем просто намек на серьезность.

“Я знаю”, - ответила Сидни. “И ты можешь снова немного разозлиться на меня. Но прямо сейчас ты должен пойти со мной. Нам нужно выбираться отсюда.

- О чем ты говоришь? - спросил я.

“Ты пока этого не видишь”, - сказала Сидни. “Но неприятности не за горами. Я заметил это с пешеходного моста.

- Какого рода неприятности?

“Папс”.

“ Папилломы? ” спросил Бруклин. - Что такое папилломы?

“Папарацци”.

- Ждешь нас? - спросил я.

“Да”, - сказала Сидни. Затем она задумалась на секунду. “По крайней мере, я так думаю”.

“Ты думаешь, папарацци только и ждут, чтобы сфотографировать нас, как будто мы знаменитости?” Бруклин рассмеялся. “Ты действительно совсем спятил, не так ли?" Расслабься, Сидни. У нас с тобой все хорошо. Извинения приняты. Тебе больше не нужно об этом беспокоиться. Она кивнула в сторону школы. “И тебе не нужно придумывать безумные ситуации, чтобы спасти меня”.

Сидни задавалась вопросом, сделала ли она именно это. Если бы она уловила проблеск чего-то одного и превратила это в какую-то высокую драму, которой на самом деле не было. Это соответствовало бы ее недавнему поведению, не похожему на поведение Сидни. Ее лицо покраснело от смущения.

-Извини.

“ Пойдем, ” сказал ей Бруклин. - Пройдемся с нами.

Сидни оставалась смущенной из-за своей чрезмерной реакции до того момента, пока они не завернули за угол и не поняли, что она была абсолютно права. Там, сразу за границей школьной территории, стояла дюжина репортеров и три оператора с телекамерами.

“Вот и они”, - сказала одна репортерша своему оператору. “Начинайте снимать”.

В течение нескольких секунд цепная реакция распространилась по ним, и все они двинулись в сторону Сиднея и Бруклина.

“Вы, ребята, прикрываете нас, ” сказала Сидни остальным. “ Постарайтесь выиграть нам немного времени. Она дернула Бруклина за руку и побежала вниз по улице. “Мы должны убираться отсюда”.

“Они убегают”, - крикнул другой репортер, и вскоре пресса бросилась за ними в погоню. Это было несколько комично, поскольку операторы тащили тяжелое снаряжение, репортеры в прямом эфире пытались бежать в неудобной обуви, не пачкая при этом свой макияж или одежду, а журналисты газет и таблоидов вырвались вперед.

“В чем дело?” Бруклин спросил Сидни на бегу.

- Сильвия Эрл, ” объяснила Сидни. “Это огромная история, и мы - ее часть”.

- Да, но откуда они это знают?

- Мы можем спросить их, если они нас поймают.

Когда они завернули за угол, обе девушки оглянулись и увидели, что приближается первая волна репортеров. Они вдвоем помчались по Хай-стрит, проносясь мимо всех ресторанов и магазинов.

- А не поехать ли нам на вокзал, - предложил Бруклин, - чтобы выбраться из города?

- Другого поезда не будет в течение получаса, - сказала Сидни. “Они загнали бы нас в угол на платформе”.

- Тогда куда мы направляемся?

- Магазин чипсов, - сказала Сидни.

“ Серьезно? ” переспросил Бруклин, тяжело дыша на бегу. “ Мы только что позавтракали. За нами гонятся папарацци, а ты не хочешь остановиться перекусить рыбой с жареной картошкой?”

“Просто доверься мне”, - сказала Сидни.

В центре квартала располагался Scrod Save the Queen, лучший в городе магазин чипсов и популярное место встречи студентов Кинлоха. Но Сидни не интересовали их вкусные блюда, прожаренные во фритюре. Она направлялась туда из-за подвала.

“Доброе утро, Кэлвин”, - сказала Сидни мужчине за прилавком, когда они с Бруклином вбежали в магазин.

“ Доброе утро, Сидни, ” ответил он. - Разве ты не должна быть в школе?

“ Уже иду, ” ответила она. - Не возражаешь, если мы закроем на секунду? Мы пытаемся избежать встречи с папарацци ”.

“Меня это устраивает”, - ответил он так, как будто это была обычная просьба.

Она повернула замок на двери и перевернула пластиковую табличку так , чтобы на ней было написано ЗАКРЫТО.

“Просто дай нам немного, ладно?” - продолжила она.

“Конечно”, - ответил Кэлвин.

Сидни повела Бруклина в заднюю часть магазина и вниз по лестнице.

“Ладно, это было нереально”, - сказал Бруклин. “Ты его знаешь?”

“Кэлвин? Годами. Он великолепен, и за его чиппи можно умереть”.

“ Зачем мы спускаемся сюда? - Спросил Бруклин. - Это здесь мы собираемся прятаться?

“Тебе будет легче объяснить, когда ты это увидишь”, - ответила Сидни.

Когда они подошли к задней стене подвала, то оказались в тупике. Но Сидни действовала молниеносно, быстро отодвинув с дороги несколько коробок и сдвинув шкаф в сторону, чтобы открыть металлическую панель с засовом и защелкой. Она открыла ее и увидела каменную лестницу, уходящую в темноту.

“Вау”, - сказал Бруклин.

“Пошли”, - сказала Сидни, щелкнув выключателем и осветив длинный кирпичный туннель. - Давай отведем тебя на контрольную по алгебре.

- Что это? - спросил Бруклин.

“На протяжении последних пяти столетий аббатство Кинлох было замком, фортом, монастырем и школой”, - объяснила Сидни. “И не важно, что это было, всегда были люди, отчаянно пытавшиеся проникнуть внутрь или сбежать. Для этого есть разные способы, но этот мой личный любимый. Легенда гласит, что он был построен в 1568 году сэром Уильямом Дугласом как способ контрабанды Марии, королевы Шотландии, чья двоюродная сестра королева Елизавета хотела ее смерти. Папарацци ни за что не найдут сюда дорогу.

Несмотря на то, что было темно и сыро, Бруклину понравился туннель. Одна мысль об этом была экзотичной и волнующей. Она была достаточно узкой, чтобы она могла коснуться обеих сторон одновременно, и любому, кто был выше, пришлось бы пригнуться, чтобы не врезаться в потолок. Это заняло у них около десяти минут, как раз достаточно времени, чтобы расслабиться от неожиданного утреннего выброса адреналина.

Они были примерно на полпути, когда Сидни сказала: “Я имела в виду то, что сказала в поезде. Мне действительно очень жаль”.

“Я знаю”, - ответил Бруклин. Она немного помолчала, прежде чем спросить: “Ты также имел в виду ту часть, где говорилось о ревности ко мне?”

“Да”, - решительно сказала Сидни. “Я знаю, что это глупо, но это правда”.

“ Почему? Как я могу заставить тебя ревновать?

Сидни остановилась и обернулась, половина ее лица была освещена электрической лампочкой в проволочной корзине, свисавшей с потолка.

“Ты великолепен во всем”, - сказала она. “Даже без тренировок”.

“Я не очень хорошо разобрался в этой фотографии Энни и Роберта”, - ответил Бруклин. “За двадцать минут Кэт решила то, что ставило меня в тупик в течение двух месяцев”.

Даже при слабом освещении Бруклин увидел, как по лицу Сидни расползлась улыбка.

“Мне это очень понравилось”, - призналась Сидни, пытаясь подавить смех.

“О, ты это сделал?” Ответил Бруклин, смущенный и удивленный. “Тебе понравилось, что я с треском провалился?”

“Нет”, - сказала Сидни. “Ты вовсе не потерпела неудачу. Никто не может думать так, как Кэт. Но это было хорошим напоминанием мне о том, что я не единственный, кто совершает ошибки ”.

Через несколько минут они подошли к старой дубовой двери и вошли в школьную котельную. Она была тесной и мало чем отличалась от школьной версии машинного отделения на корме. Среди прочего оборудования там были старые резервуары для воды, шипящие паропроводы, электрогенератор. Явно не к месту здесь был щеголеватый мужчина в твидовом костюме в клетку, который, прислонившись к стене, читал книгу.

-Доктор Грэм?

Доктор Кристофер Грэм, директор школы в Кинлохе, закрыл книгу и посмотрел на них. “Ах, Элеонора, Кристина, так приятно вас видеть”, - сказал он, называя их псевдонимами МИ-6, которые они использовали в школе. “Добро пожаловать обратно в Кинлох. Надеюсь, вы провели ... насыщенное ... время на ”Сильвии Эрл".

“ Что ты здесь делаешь? - Спросила Сидни.

“Жду вас, конечно”, - сказал он. “Во-первых, я ужасно сожалею о толпе, которая приветствовала вас этим утром. Мы этого не предвидели, но поверьте мне, что у нас есть высокопоставленные юристы, занимающиеся этими медиа-организациями, пока мы говорим. Я направлялся на вокзал, чтобы лично поприветствовать вас, когда увидел схватку и увидел, как вы убегаете. Я знал, что никогда тебя не догоню, поэтому решил подождать тебя здесь.

Сидни огляделась, пытаясь во всем этом разобраться. - И ты знал, что мы будем здесь, потому что...

“Потому что задолго до того, как я стал директором в Кинлохе, я был студентом в Кинлохе”, - сказал он. “ Я тоже пробирался туда и обратно через потайной ход Марии, королевы Шотландии. Я официально не одобряю это, но в данном случае я посмотрю в другую сторону ”.

Сидни и Бруклин рассмеялись. Доктор Грэм был необычным персонажем, но его обожали студенты. Сидни покопалась в его прошлом и ценила его даже больше, чем большинство. До того, как стать педагогом, он был офицером армейской разведки в Королевской шотландской армии. Она часто задавалась вопросом, имело ли его разведывательное прошлое какое-то отношение к тому, почему МИ-6 поместила их всех в Кинлох.

“Теперь перейдем к более насущным вопросам”, - сказал он. — Мы никогда не говорили о нашем... — он поискал подходящее слово, -особом соглашении. Ты и твои друзья с ФЕРМЫ часто исчезаете без предупреждения, и я знаю ровно столько, чтобы понимать, что мне не следует задавать никаких вопросов. Однако на этот раз я должен заставить себя нарушить это негласное правило”.

Сидни и Бруклин приготовились к любому вопросу, который он мог бы задать.

“ Ты в порядке? Я могу чем-нибудь помочь?

Вопрос был явно искренним, и обе девушки были тронуты.

“Я с величайшим уважением отношусь к короне и стране”, - продолжил он. “Но я говорю вам со всей искренностью, что ничто не имеет для меня большего значения, чем благополучие моих студентов. Я даже представить себе не могу, через что тебе пришлось пройти.

- У нас все в порядке, - сказала Сидни.

“В полном порядке”, - добавил Бруклин. “Но спасибо, что спросили”.

Он на секунду с облегчением закрыл глаза. - Больше никаких вопросов, ” сказал он. “И, возможно, это просто школьный дух и личная гордость, но пока кто-нибудь не разубедит меня в этом, я хотел бы думать, что двое моих блестящих, находчивых, замечательных учеников из Кинлоха несут справедливую долю ответственности за тот факт, что план угонщиков с треском провалился. Что, возможно, вы двое на самом деле герои дня.

Сидни и Бруклин улыбнулись, переглянувшись. Это было настолько близко, насколько они когда-либо могли быть близки к признанию своей тайны за пределами круга.

- Ну, я не собираюсь разубеждать тебя, - сказала Сидни.

“Я тоже”, - добавил Бруклин.

Директор хлопнул в ладоши и просиял. “Ди-си-сияющий”. Он крепко, с энтузиазмом пожал каждому руку, а затем, как только момент поздравлений закончился, у него появилось комично суровое выражение лица и он сказал: “Ну, а теперь идите в класс. Герои они или нет, но я не потерплю опозданий”.

Они рассмеялись и направились в класс, и по пути услышали, как он рассеянно насвистывает школьную песенку, направляясь к своему кабинету.


13.

Feijoada

- ВЫ БЫЛИ В УЖАСЕ?

- Это правда, что на борту был член королевской семьи?

- На что это было похоже, когда взорвались бомбы?

“Боже мой, расскажи мне все!”

Сидней и Бруклин никогда не были так популярны, как в тот день в школе. Все хотели услышать об угоне самолета. Даже их учителя. Контрольную по алгебре, из-за которой Бруклин так волновалась, пришлось отложить, потому что слишком много времени в классе было занято ее пересказом событий.

Обычно они ни словом не обмолвились бы ни об одной из своих миссий, но мама беспокоилась, что умолчание об этом покажется более подозрительным и, возможно, вызовет более пристальное любопытство и проверку. Кроме того, Сидней и Бруклин поклялись хранить тайну. Но здесь, в Кинлохе, они были Элли и Кристиной, двумя школьными подругами, которые случайно попали в самую громкую новостную историю за всю историю. Ни для кого не было секретом, что они ушли из школы, чтобы отправиться в путешествие. Фактически, оба должны были выступить с презентациями об этом на своих уроках естествознания. Только теперь, вместо того чтобы говорить о морских млекопитающих и биолюминесцентном фитопланктоне, они обсуждали угонщиков самолетов и спасение людей в море. В течение дня обе девушки предлагали смягченные версии событий, опуская любые детали, которые могли бы намекнуть на их действительные роли. И хотя ни один из них не признавался в этом, обоим нравилось хотя бы немного быть в центре внимания.

- Мне никогда в жизни не было так страшно.

- Да, она из королевской семьи, но не из тех, кого ты знаешь.

“К тому времени, когда прогремел второй взрыв, я подумал, что на нас напали”.

После школы доктор Грэм отвез их обратно на ФЕРМУ, чтобы убедиться, что больше никаких неприятностей не будет. Затем он встретился с Монти, и они разработали план, как избежать повторения.

“Как пресса вообще узнала о них?” - спросила она.

“Наш адвокат считает, что СМИ выяснили, какие школы отправили учеников в поездку, а затем они проверили аккаунты учащихся этих школ в социальных сетях”, - объяснил Грэм. “Должно быть, кто-то перехватил сообщение между двумя нашими студентками, которые говорили о том, что девушки отправятся в поездку”.

Обычно у команды были дела по дому, которые они должны были выполнить, вернувшись домой из школы, но сегодня они были отложены, чтобы все могли посмотреть новости. Поскольку Эмиль Бликс и его команда все еще на свободе, а вопросов об угоне самолета так много, что на них нет ответов, Сильвия Эрл по-прежнему доминировала в репортажах. У Би-би-си были лучшие репортажи, чему способствовал тот факт, что одна из их режиссеров-документалистов, Вирджиния Уэскотт, была на борту. Она дала обширное интервью, когда еще работала на Unst, с Сильвией Эрл, видимой на заднем плане, и сделала более официальное интервью в лондонской студии телеканала.

“Знаешь, я думаю, она, возможно, спасла мне жизнь”, - предположил Бруклин.

- Каким образом? - спросила Кэт.

“В конце, когда все развалилось, я думаю, главный парень понял, что я, возможно, виновата”, - сказала она. “Он сделал движение ко мне, но она встала между нами и предупредила его, чтобы он не приближался”.

- Это довольно смело, - сказал Монти.

“Она крутая”, - сказал Бруклин. “Она рассказала нам несколько удивительных историй о том, что происходило, когда она снимала документальные фильмы”.

Во время интервью Вирджиния объяснила, что правительство изъяло все кадры, которые она сняла на Сильвии Эрл, в качестве потенциальных доказательств, хотя они разрешили телеканалу показать несколько снимков корабля, выходящего в море, и экипажа, на котором не видно студентов. Это было немного, но по сравнению с тем, что было у других сетей, это была настоящая сокровищница.

Они продолжали смотреть, и в бесконечном поиске “последних новостей” первыми вышли следующие сюжеты:

Угонщики все еще были на свободе, но лидер был идентифицирован как Эмиль Бликс, темная фигура из Бергена, Норвегия. В прошлом он был связан с несколькими печально известными преступными синдикатами, включая "Умбру" и тот, чей символ соответствовал татуировке волка, которую Бруклин видел у него на шее.

Много говорилось о том факте, что Фрида Ховланд, капитан корабля, тоже была из Норвегии. Хотя никто прямо не говорил, что она была связана с угонщиками, именно это подразумевалось. Это согласуется с теорией о том, что кто-то из экипажа, возможно, помог угонщикам выследить корабль в таком удаленном месте.

Взрывы вызвали большой интерес. Согласно заявлениям полиции, все на корабле слышали их оба, но никто не видел ни того, ни другого и не мог объяснить, почему они не причинили никакого ущерба. У каждой сети были свои собственные "экспертные” теории, самая нелепая из которых заключалась в том, что у Королевского военно-морского флота была сверхсекретная программа, по которой дельфинов и морских львов обучали обнаруживать и уничтожать подводные мины и взрывчатые вещества. Это мгновенно привело к прозвищу Сидни Морской лев, на которое Сидни отреагировала лающим звуком и движениями рук, как ластами.

Интересно, что человек, которого больше всего отождествляли с захватом, даже не был тем, кто находился на корабле. Это была мать Джуди. Мэри Сомерсби использовала свое положение в парламенте для нападения на МИ-6, которую она обвинила в том, что она не предотвратила нападение. Она появлялась на всех телеканалах и, не называя имени своей дочери, призналась, что кто-то из близких ее семьи был на борту. Она плакала во время одного клипа, который часто проигрывали, и пообещала провести тщательное расследование того, что пошло не так.

“ Ну разве это не классика? Рио пожаловался. “Она нападает на МИ-6, в то время как пара агентов МИ-6 спасли ее дочь”.

“Разве она не знает этого?” - спросил Пэрис. “Она высокопоставленный член парламента”.

“Не имеет значения”, - ответил Монти. “Все, что делает эта команда, обеспечивается высочайшим уровнем безопасности. Невозможно было бы объяснить, что пара девушек спасла ее дочь, если бы она не захотела узнать больше об этой паре девушек ”.

“Можно подумать, что ее дочь могла бы дать ей небольшой намек”, - предположил Рио.

Сидни рассмеялась. “ Ты не знаешь эту девушку. Она беспокоится о своей репутации, и только о своей.

“ Как вы думаете, мог ли кто-то на корабле работать с угонщиками? ” спросила Кэт. “ А что насчет капитана? Похоже, они думают, что она может быть замешана в этом деле.

“Я так не думаю”, - сказала Сидни. “Она довольно крутая”.

“Я согласен”, - сказал Бруклин. “Но между ней и Бликсом произошло два странных инцидента. Дважды она кричала на него, и он просто принимал это. Он не огрызался на нее в ответ ”.

- Что она сказала, когда накричала на него? - спросил Пэрис.

“Я не знаю”, - ответил Бруклин. “Она кричала по-норвежски. Я не понял ни слова”.

Продолжив просмотр, они с облегчением увидели, что юридические угрозы, похоже, сработали. Ни на одном канале не было видеозаписи преследования Сиднея и Бруклина по городу. Однако был одиннадцатисекундный клип, снятый на чей-то телефон, который попал в социальные сети. Но в нем были не они двое. Вместо этого на нем был показан Пэрис, стоящий твердо, как кирпичная стена, когда оператор врезался в него на полной скорости только для того, чтобы комично рассыпаться и рухнуть на землю. Пользователь добавил музыку и звуковой эффект "шлепок по ошибке", а также баннер с надписью ОСТАНОВИСЬ, АРАЦЦИ!

В тот вечер, когда все помогали готовить ужин, Морская львица Сидни и подающая надежды онлайн-знаменитость Пэрис были главными темами обсуждения.

“Ты только что набрала более тысячи лайков”, - сказала Сидни, проверяя свой телефон. “Ты становишься популярной!”

- Знаешь, - сказала Кэт, - прямо как болезнь.

Две девушки обменялись ударами кулаков.

“Что будет дальше?” - спросил Бруклин. “Мемы? Фан-клуб? Футболки с надписью ”Стоп-арацци"?"

“ Хватит уже, ” сказал Рио. “ Мы можем просто сосредоточиться на ужине? Я уже отложил этот прием пищи на день. Я не позволю, чтобы все было испорчено из-за какого-то дурацкого видео на YouTube ”.

- Дурацкое видео на YouTube? - спросила Сидни помешивала рис в кастрюле. - Похоже, у кого-то припасен ящик желе.

“ Ревнуешь? Ко мне? - запротестовал Рио. “ К чему? Все, что он делал, это ... стоял там.

“Верно”, - сказал Пэрис. “Думаю, никому не пришло в голову снимать, как ты прячешься за машиной”.

- Я не прятался, - сказал он, защищаясь. “Я ... убирался с дороги, чтобы избежать травм”.

“Чем это отличается от прятки?” - спросила Кэт, вызвав всеобщий смех.

То есть все, кроме Рио.

“Просто готовь, ладно?” сказал он.

Еда на ФЕРМЕ, как правило, имела интернациональный колорит, поскольку и Монти, и мама считали важным, чтобы в меню были блюда с родины каждого. В результате кухня превратилась в культурный плавильный котел, часто наполненный манящими ароматами со всего мира, такими как запах карри и шафрана от вкусного непальского ужина или пикантный аромат обжигающе горячих австралийских мясных пирогов.

Эти так называемые блюда для домашнего стола готовились исключительно детьми и обычно готовились по воскресеньям. Но из-за всего этого безумия ужин на этой неделе был перенесен на день назад, в отличие от контрольной Бруклина по алгебре. Они готовили любимое блюдо Рио - гигантскую кастрюлю фейхоады, тушеную говядину, свинину и черную фасоль, которую подавали с рисом и копченой колбасой.

- Выглядит и пахнет потрясающе, - сказал Монти, когда они сели ужинать.

- Спасибо, - сказал Рио.

“Вопрос в том, какое оно на вкус?” - сказала мама. Он набрал полную ложку и уже собирался откусить, когда раздался звонок в дверь. “Придержи эту мысль”, - сказал он, комично останавливая ложку в нескольких дюймах от своего рта.

- Интересно, кто это? - спросил Монти.

“Наверное, помешалась на погоде”, - ответила Бруклин, вставая и направляясь к двери.

Поскольку ФЕРМА официально являлась институтом метеорологических исследований, люди, интересующиеся метеорологией, иногда появлялись у дверей в неурочное время. Дети обычно называли их погодными чудаками.

“ Подожди, ” сказала мама. “ Дай мне ответить. Я хочу убедиться, что никто из средств массовой информации не выследил вас”.

- Если они это сделали, - сказала Сидни, - скажи им, что нас здесь нет.

“И если это кто-то из моего фан-клуба, скажи им, что меня здесь тоже нет”, - пошутил Пэрис.

Через несколько мгновений мама вернулась и сказала: “Это не помешанный на погоде и не репортер. Скорее всего, это высокопоставленный чиновник из МИ-6.

В комнату вошла Гертруда Шепард, известная всем как Тру, легендарная шпионка, которая была почти шести футов ростом, прихрамывала и у нее не хватало левого мизинца. После долгой карьеры полевого агента Тру теперь был офицером штаба на Воксхолл-Кросс и непосредственным начальником матери. Она также была одной из немногих людей в МИ-6, которые знали о квинтете молодых оперативников, известных как Городские шпионы. Ее сопровождал ее личный ассистент, агент лет под тридцать, одетый в пиджак и галстук.

“ Всем добрый вечер, ” сказала она с широкой улыбкой. “ Пахнет восхитительно. Хватит ли еще на двоих?


14.

Правда

МИ-6 НЕ ПЛАНИРОВАЛА СОЗДАВАТЬ команду несовершеннолетних шпионов. Ни один здравомыслящий офицер разведки никогда бы не подумал о подобном. Но эта невероятность была частью того, почему команда добилась такого успеха. Это выросло органично, как случайный побочный продукт серии случайных событий, начиная с пожара, который чуть не убил маму.

Насколько знал остальной мир, мама погибла в том пожаре, как и предполагал Умбра. Но неожиданным джокером стал Париж. Он был бездомным десятилетним мальчиком, который жил один на складе. Он привык прятаться в тени и смог освободить маму и отвести себя в безопасное место так, что никто этого не заметил. Мама ни за что не собиралась оставлять своего спасителя здесь, поэтому он забрал его обратно в Британию, и однажды поздно ночью они оба появились на пороге дома Тру.

Тру мгновенно понял, что нет более эффективного шпиона, чем мертвый. Если шпионский мир будет думать, что Мать погибла, это облегчит ему продолжение преследования Умбры. Это была ее идея спрятать их двоих на отдаленной криптографической станции в северной Шотландии, откуда они и попали к Монти и ФЕРМЕ. В дополнение к изучению Умбры, Мама начал искать своих детей по всему миру. По пути он наткнулся на других удивительных нуждающихся детей, которых он не мог бросить. Он привез их обратно на ФЕРМУ, и вскоре родились Городские шпионы: команда молодых, опытных агентов, которые могли действовать незамеченными в ситуациях, когда взрослые выделялись бы на общем фоне.

Сохранение команды в секрете было жизненно важно как для команды, так и для Секретной разведывательной службы. Что касается их эффективности и безопасности, то важно, чтобы об их существовании знало как можно меньше людей. И насколько МИ6 авторитет , они просто не могли позволить никому знать, что они используют группу детей в возрасте от двенадцати до пятнадцати.

Только четыре человека в МИ-6 на самом деле знали, что происходит со шпионами проекта "Сити", и только двое из них были осведомлены об истинной личности Матери. Ассистент Тру был не из таких людей, что делало разговор за ужином немного затруднительным.

“ Ребята, я хотела бы познакомить вас с моим ассистентом Джеком Фисселлом, ” сказала она. - Это легко запомнить: “Фисселл” рифмуется с "свистом".

“ Приятно познакомиться, ” сказал Джек. - Тру мне все о вас рассказал.

“У нее есть?” Удивленно спросила Сидни.

“ Совершенно верно, ” вмешался Тру. “Я рассказал ему, что вы все участвуете в специальной стипендиальной программе, проводимой Фондом атмосферных исследований и мониторинга”.

“О”, - сказала Сидни, осознав, что на самом деле она не все рассказала ему о них. “Точно, ФЕРМА”.

“Это захватывающе”, - сказал Джек. “Вы все надеетесь стать климатологами?”

“Или что-то в смежной области”, - сказал Пэрис.

“ФЕРМА занимается исследованиями климата”, - сказал Монти. “У нас есть программа FARM Fellows, чтобы дать детям практический научный опыт, независимо от того, какой карьерный путь они выберут”.

“Полное признание”, - сказал Тру, снова направляя разговор. “Как мой помощник, Джек полностью осведомлен о том, что Монти иногда консультируется с МИ-6 по вопросам криптографии”.

“ Вы и это все знаете? - Спросил Джек у детей.

“ Было бы довольно сложно сохранить это в полном секрете, ” предложила Сидни. - Мы живем вместе.

“Но мы действительно не знаем никаких подробностей”, - добавил Бруклин. “Только то, что ее работа связана с Бени”.

- Кто такой Бени? - спросил я

“Так мы называем суперкомпьютер Cray XC40, который является ключом к тому, что мы здесь делаем”, - ответил Монти. “Причина, по которой я иногда консультируюсь с МИ-6, заключается в том, что точная модель компьютера, используемая для прогнозирования погодных условий, идеально подходит для криптографии”.

Пока они ели, Тру объяснила, что они приехали сюда по делам и что она хотела заехать и уточнить в Сиднее и Бруклине насчет Сильвии Эрл. “Как вы знаете, много говорят о роли МИ-6 в реагировании на угон самолета, и я пытаюсь собрать воедино информацию, полученную от как можно большего числа пассажиров и членов экипажа”.

Бруклин начала рассказывать ей, но Тру отмахнулся от нее.

“ Пока нет, милая, ” сказал Тру. “ Мы можем поговорить позже. Сейчас давай просто насладимся отличной компанией и этим фейжоадом, который пахнет потрясающе. Кстати, если хочешь, я могу преподать тебе небольшой урок шпионажа.

“Правда?” спросил Пэрис. “Это было бы потрясающе”.

- Что это? - спросила Сидни.

“Фейхоада - национальное блюдо Бразилии, любимое по всей стране”, - сказал Тру. “Но даже если бы я не знал, откуда родом наш друг, я мог бы сказать вам, что это рецепт специально из Рио-де-Жанейро”.

“Как?” - спросил Бруклин. “Из-за ингредиентов?”

- Это из-за мяса, - предположила Сидни.

“ Рис? - спросил Пэрис.

- Бобы? - предположила Кэт, пожимая плечами.

“Нет, нет и еще раз нет”, - ответил Тру.

“Тогда в чем же дело?” - спросил Бруклин.

Тру подмигнул Рио, и он ответил: “Апельсиновые дольки”.

У Сидни был растерянный вид, когда она сказала: “Но здесь нет никаких апельсиновых долек”.

“ Вот именно, ” сказал Тру. “ В любой другой части страны это подают с дольками апельсина. Но в Рио они упорно отказываются это делать”.

“Почему?” - спросил Парис.

“Понятия не имею”, - сказал Тру. “Это одна из величайших загадок жизни”.

“ Я тоже не знаю, ” сказал Рио. - Я просто знаю, что это правда.

“Как это - урок шпионажа?” - спросил Бруклин.

Тру улыбнулся и сказал: “Это напоминание о том, что иногда, когда ты читаешь ситуацию, ответ лежит не в том, что ты видишь, а в том, чего не хватает”.

Ужин был отличным. Тру рассказала несколько удивительных историй. И все получили удовольствие от видео Пэрис с остановкой Арацци и от оператора.

“Это великолепно!” Тру сказала со смешком, когда смотрела это по телефону Сидни. “Абсолютно великолепно!”

Она подмигнула Пэрису, и он улыбнулся, узнав ее.

После ужина Тру предложил им спуститься в "пещеру священника", чтобы обсудить угон самолета. Джек Фисселл двинулся было за ней, но она остановила его.

“Вообще-то, я справлюсь с этим сама”, - сказала она.

“ Ты не хочешь, чтобы я делал заметки? - Спросил Джек.

Она покачала головой. “Я хочу, чтобы это было немного менее официально”. Она повернулась к детям. “Как насчет того, чтобы вы трое показали Джеку это ваше заведение. Проведите для него ту же экскурсию, что и для чудаков с погодой, которые прибывают без предупреждения ”.

- С удовольствием, - ответил Парис.

Джек выглядел уязвленным, но протестовать не стал. Он знал, что лучше не перечить своему боссу. Тру спустился в приют вместе с Сидни, Бруклином, мамой и Монти и убедился, что они заперли дверь, как только оказались внутри.

“Прежде всего, - сказал Тру, когда они сели за стол переговоров, - я хочу сказать вам двоим, как я горжусь вами. Вы проделали потрясающую работу на том корабле и, без сомнения, спасли жизни этим девушкам”.

Сидней и Бруклин поблагодарили ее.

“Теперь я хочу, чтобы вы оба рассказали мне о том, что произошло”, - проинструктировала она. “Идите шаг за шагом и постарайтесь ничего не упустить”.

Каждая девушка рассказала свою версию событий, стараясь включить как можно больше деталей, которые смогла вспомнить. Сидни честно рассказала, где она была и почему. Она была удивлена, что Тру, казалось, не возражал против того, что она нарушила некоторые правила.

“Истина заключается вот в чем”, - сказал Тру. “Если бы вы не ныряли с аквалангом, результат мог бы быть гораздо менее позитивным, так что давайте порадуемся на этот раз, что вы не так хороши, когда дело доходит до соблюдения правил”. Сидни улыбнулась, и Тру добавил: “Хотя, в будущем...”

- Да, мэм, мне будет лучше.

Тру взял портфель и достал из него папку.

“Вы можете подтвердить, что это тот человек, который был главным?” спросила она, протягивая Бруклину фотографию.

“Да”, - сказал Бруклин. “В новостях сказали, что его звали Бликс, верно?”

“К сожалению”, - ответил Тру.

“Почему это прискорбно?” - спросила мама.

- Потому что когда-то он был одним из нас.

- Бликс был из МИ-6? - удивленно спросил Монти.

“ До того, как его обратила Умбра, ” сказал Тру. - Совсем как Клементина.

Сидни почти незаметно вздрогнула при упоминании Клементины.

Тру снова обратила внимание на Бруклин. - Ты говоришь, капитан наорал на него?

Бруклин кивнул. - Дважды.

- И все по-норвежски?

“Да”, - сказал Бруклин. “Я не понял ни слова”.

“ А что насчет ее тона? Ты можешь это прочесть?

“ Злой. Я бы, наверное, назвала это вызывающим.

“ Могла ли она отдавать ему приказы? ” спросил Тру. - Работала вместе с ним?

“Она могла бы быть такой”, - сказал Бруклин. “Но это прозвучало не так”.

“Я не думаю, что капитан был замешан”, - сказала Сидни.

Тру поднял бровь и спросил: “И на чем ты это основываешь?” Затем она наклонилась и добавила: “Учитывая, что тебя там не было, когда это случилось”.

Сидни немного отстранилась и сказала: “Основываясь на том факте, что я провела с ней время в поездке и...”

“ Она тебе понравилась? - Саркастически спросил Тру.

Сидни замолчала и кивнула.

“Я готов принять агента, который время от времени нарушает правила”, - сказал Тру. “В конце концов, нарушение правил лежит в основе того, что мы делаем. Но я не могу принять агента, который судит о чьей-то потенциальной вине, основываясь на симпатии этого человека. Несмотря на то, что вы видели в фильмах, не у всех злодеев есть шрамы и повязки на глазах”.

- Да, мэм, - ответила Сидни.

“У меня есть вопрос”, - сказал Бруклин.

- В чем дело, дорогая? - спросил Тру.

“Что сказал другой агент?” - спросила она. “Или, еще лучше, кто был другим агентом?”

“Да”, - сказала Сидни. “Когда мы планировали операцию, вы сказали, что на борту корабля будет еще один агент”.

- И тогда я назвал вам ее имя? - спросил Тру.

- Нет, - сказал Бруклин.

“Итак, я не собираюсь отдавать это вам сейчас”, - ответила она. “Точно так же, как она понятия не имеет, что вы двое были кем-то иным, кроме студентов во время поездки. Анонимность - ключ ко всему, что мы делаем. Что касается того, что она сказала, у меня не было возможности расспросить ее ”.

“Я думаю, мы и так знаем, кто это”, - сказала Сидни с кривой улыбкой.

“ Правда? - спросил Тру. - Кто?

“ Второй помощник, ” ответила она. - Ханна Делапп.

“И что заставляет тебя так говорить?” Спросил Тру. “И, пожалуйста, не говори мне, что это было внутреннее чувство”.

“Нет”, - сказала Сидни. “То, как она изучала людей. Тот факт, что она несла ночную вахту на мостике, но при этом большую часть дня не спала, присматривая за происходящим.

Последовала долгая пауза, пока все изучали реакцию Тру, которая ничего не выдавала. Наконец она улыбнулась и сказала: “Ты думал, я собираюсь сказать тебе, прав ты или нет?”

Они все рассмеялись, когда поняли, что она не собиралась давать им ни малейшего намека.

“Как ты называешь эти свои высказывания?” Тру спросил маму.

“Материнство”, - сказал он.

“Вот тот, по которому я живу своей жизнью”, - сказала она, поворачиваясь обратно к Сиднею и Бруклину. “Несмотря ни на что, мои уста на замке. Мои секреты никогда не будут раскрыты”. Она на мгновение задумалась, прежде чем сказать: “Что подводит меня к следующей теме. Мама думает о вас всех в первую очередь как о детях, и это хорошо. Он должен так поступить. Но это моя работа - думать о вас в первую очередь как об агентах. И вы двое очень хорошие агенты ”.

Они оба улыбнулись.

“Но ты вот-вот столкнешься с чем-то, что будет очень трудным”.

Впервые за этот вечер мама перебила его.

- Что это? - спросил он.

- Не “что”, а "кто", - уточнил Тру. “Кровавая Мэри”.

- Кто такая Кровавая Мэри? - спросил Бруклин.

- Мэри Сомерсби, - ответил Тру.

- Мама Джуди?

“Которая также является членом парламента и мечтает однажды стать премьер-министром”, - сказал Тру. “Она планирует использовать этот инцидент, чтобы сделать себя звездой. Через день или два она собирается объявить, что ведет специальное парламентское расследование произошедших событий. Все, кто был на корабле, будут вызваны для дачи показаний ”.

“Ты серьезно?” - спросила мама. “Это покажут по телевидению?”

“К счастью, нет”, - ответил Тру. “Все это будет храниться в секрете, чтобы сохранить личности студентов, которые были в поездке. Таким образом, после каждого сеанса Кровавая Мэри сможет выходить и обращаться к прессе самостоятельно ”.

“Если это будет личное, то почему это будет сложно?” - спросила Сидни.

“Потому что мне нужно, чтобы ты солгал”, - ответил Тру. “Ну, для Бруклина это одно. Ей всего двенадцать. Но тебе четырнадцать, а это значит, что ты достаточно взрослая, чтобы быть приведенной к присяге.

“ Вы хотите, чтобы я солгал? В парламенте? Под присягой? Сидни не могла в это поверить.

“Дело не в желании”, - сказал Тру. “Это вопрос закона. Вы принесли присягу хранить государственную тайну Соединенного Королевства. Это заменяет любую другую клятву. Вы не можете никому говорить, что вы агент МИ-6”.

- Значит, что бы я ни делал, я нарушу по крайней мере один закон?

“ Боюсь, что да. Хотя я нахожу, что тебе будет легче, если ты положишься на свое прикрытие.

- Что ты хочешь этим сказать? - спросила Сидни.

“Ваше имя для прикрытия - Элеонора Кинг”, - ответила она. - Это было имя, которое вы использовали на корабле, и имя, под которым вы будете приведены к присяге. Думай об этом как о лжи Элли, а не тебя.

- Можно нам с мамой присутствовать при дознании? - спросил Монти.

- Ты можешь, Монти, но не мама.

“Почему бы и нет?” - спросила мама.

“Потому что Монти - их официальный опекун, так что у нее есть законное право”, - ответил Тру. “Если бы вы были там, это только привлекло бы внимание комитета, а это не то, чего мы хотим”.

Она повернулась к Сидни и Бруклину. “Тем не менее, она не сможет свидетельствовать ни за кого из вас. Вам придется вести все переговоры. Ты понимаешь?”

Сидни неохотно кивнула. “Да”.

“ Вы делаете честь Службе, ” сказал Тру. - Вам обоим.


15.

Сорока

КИМ ФИЛБИ БЫЛ САМЫМ БОЛЬШИМ злодеем в истории британской разведки. Работая высокопоставленным сотрудником МИ-6, он тайно руководил группой двойных агентов, известной как Кембриджская шпионская сеть, которые десятилетиями передавали секреты КГБ. Его историю рассказывали начинающим шпионам как поучительную историю. Практически все презирали его, потому что он предал свою страну и стоил бесчисленных жизней.

Сорока презирала его за то, что он попался.

Как и Филби, Мэгпи провел годы в качестве двойного агента, передавая секреты врагам Соединенного Королевства, в первую очередь преступному и террористическому синдикату, известному как Umbra. В течение почти десяти лет МИ-6 знала, что у нее есть "крот", но не могла выяснить, кто это был.

Сорока ускользала от разоблачения, проявляя осторожность и хитрость, сочетая смелые действия со сложным планированием. Это был успешный рецепт вплоть до угона "Сильвии Эрл", где он с треском провалился.

Поиски Сороки, чтобы выяснить, что пошло не так, привели ее за Полярный круг и в крошечную норвежскую деревушку Рейне. Именно здесь скрывался Эмиль Бликс и именно сюда Сорока отправилась в поисках ответов. Они встретились у старого деревянного рорбу, рыбацкого домика, построенного наполовину на суше, наполовину на сваях над водой. Он был красным, с крышей из травянистого дерна, и они вдвоем сидели снаружи, глядя на воду, когда солнце садилось за скалистые гранитные пики Райнефьорда.

- Что случилось? - спросила Сорока.

“Это ты мне скажи”, - сказал Бликс, который сбрил бороду и перекрасил волосы в светлый цвет, чтобы его не узнали. - На том корабле должны были быть две девушки, которые, по вашим словам, принесут нам миллионы.

“ Они были там, ” заверила его Сорока. - Просто ты был слишком неумелым, чтобы найти их.

Бликсу не понравилось, что с ним так разговаривают, но он знал, что потерпел неудачу, и был не в том положении, чтобы спорить.

- Они должны были быть в своей каюте, как ты и обещал.

“ А как насчет кнопки SSAS? ” спросила Сорока. - Кто ее нажал?

Бликс подумывал упомянуть, что, по его мнению, виновником может быть Бруклин. Но это было всего лишь мимолетное предчувствие, и все, что касалось угона, уже вызывало смущение. Мысль о том, что двенадцатилетняя девочка сорвала его план, была бы непростительной и, несомненно, положила бы конец его карьере в Umbra. Вместо этого он предложил своему спутнику более разумную теорию.

“Должно быть, это был кто-то из команды”, - сказал он. “Вероятно, где-то была спрятана вторая кнопка”.

“Все это выглядит скверно”, - сказала Сорока. “Что выставляет меня в скверном свете”.

“ Ты? ” переспросил Бликс, пытаясь сдержать раздражение. - Я тот, чья фотография во всех новостях.

“ Вот именно, ” сказал Сорока. - И я тот, кто выбрал тебя для этой работы. Поэтому, когда Le Fantôme пытается указать пальцем, он направлен прямо на меня ”.

Фантом был лидером Umbra, и упоминание его имени добавляло серьезности разговору.

- Он сердится? - спросил Бликс.

“ Он не злится, ” ответила Сорока. “ Он добивается результатов. И если мы не сможем отдать их ему, он перейдет к кому-нибудь другому, и мы мгновенно станем расходным материалом ”.

Бликс кивнул.

“Хотя, ” добавил Сорока, “ он был раздражен из-за взрывчатки. Как ты мог так все испортить?”

“ Я ничего не напутал со взрывчаткой, - сказал Бликс, защищаясь. - Я сам установил эту мушку.

“ Тогда как вы объясните тот факт, что произошло два взрыва вместо одного? И если взрывчатка была прикреплена к фугасной мине, почему корабль не был поврежден?”

- Должно быть, в шахту кто-то вломился.

Сорока рассмеялась над абсурдностью этого. - Кем?

- Кто-нибудь из МИ-6?

“ Ты кое о чем забываешь, ” сказал Сорока. - Я из МИ-6. Я бы знал.

Они на мгновение замолчали и посмотрели через воду на небо, теперь сверкающее красными, пурпурными и оранжевыми бликами.

“Может быть, ты не знаешь всего, потому что я установил эту бомбу, и она была идеальной. Может быть, МИ-6 ввела в курс дела кого-то, о ком вы не знаете ”.


16.

"Стэмфорд Свиззл "

ПРОШЛО ПОЧТИ ДВЕ недели с момента визита Тру на ФЕРМУ, и вся команда приехала в Лондон, чтобы выслушать показания Бруклина и Сидни в парламенте. Поскольку это было секретное слушание, только Монти разрешалось находиться в комнате во время допроса, но остальные хотели быть там для моральной поддержки. Что еще более важно, они хотели быть там, чтобы добиться прогресса в операции "Золотые ворота". Лондон находился всего в нескольких минутах езды на поезде от Оксфорда, где они могли расследовать все дела Паркера Ратледжа.

Этот аспект поездки должен был храниться в секрете от всех в МИ-6. Никто не должен был знать, что они задумали. Даже Тру. Мама сказала ей, что они приедут на пару дней раньше, чтобы осмотреть достопримечательности, и устроила их на конспиративной квартире в Ноттинг-Хилле, одном из самых красивых районов города. Обычно им не досталось бы такого шикарного жилья, но это было единственное доступное место, где хватило бы комнат для них всех. Кроме того, Тру хотел вознаградить девочек за их отличную работу над "Сильвией Эрл".

“ Мы остаемся здесь? - Не веря своим ушам, спросила Сидни, когда они подошли к ряду викторианских таунхаусов пастельных тонов, выстроившихся вдоль Портобелло-стрит. “Это похоже на фильтр Instagram, только настоящий”.

“Подарок от Тру”, - сказала мама. “Это ее способ выразить благодарность”.

“Да здравствует Тру!” Парис ответил, когда они с Рио обменялись "дай пять".

“Намного лучше, чем бетонный бункер, который я ожидала увидеть”, - добавила Кэт в своей обычной сдержанной манере.

Конспиративные квартиры МИ-6, как правило, представляли собой небольшие квартиры в неприметных кварталах, но этот был исключением. Он был спроектирован для высокопоставленных представителей иностранных правительств и был хорошо обставлен хорошей мебелью, роскошной кухней и ультрасовременным домашним кинотеатром. Он также был хорошо оснащен подслушивающими устройствами, скрытыми камерами и широким спектром передового оборудования для наблюдения.

МИ-6 шпионила за всеми, включая своих друзей, повторила мать пойнта, когда они пробирались по лабиринту торговцев, ремесленников и коммерсантов, чьи прилавки заполнили улицу из-за субботнего рынка на Портобелло-Роуд.

“Вы должны исходить из того, что кто-то всегда вас слушает и что каждое ваше действие отслеживается и записывается”, - сказал он. “Когда ты в доме, ты не можешь сказать ни слова о Золотых воротах”.

Они провели день, осматривая достопримечательности, как и обещали Тру. Это был первый визит Бруклина в город, и они хотели похвастаться им. Они наблюдали за сменой караула у Букингемского дворца, позировали для фотографий на Тауэрском мосту и осмотрели Розеттский камень в Британском музее. После вкусного ужина в индийском кафе на Ковент-Гарден они завершили вечеринку просмотром мюзикла из Вест-Энда.

Как и подозревала мама, их передвижения отслеживались, хотя и не полностью. Агент МИ-6, выдававший себя за продавца продуктов, отметил их прибытие в 9:47 утра и последующий отъезд в 10:21. Программное обеспечение искусственного интеллекта, которое отслеживало все разговоры на конспиративной квартире, не обнаружило ни одного из ключевых слов, которые могли бы инициировать более глубокое наблюдение. И Тру была уведомлена своим ассистентом Джеком Фисселлом, когда группа прибыла в театр "Лицеум". Она заказала билеты отчасти в качестве награды, но также и для того, чтобы присматривать за ними.

- Интересно, - сказала мама Монти, когда они вошли в театр.

- Что это? - спросила она.

“Не смотрите сейчас, но Джек Фисселл, который рифмуется с whistle, сидит за одним из столиков на улице в пабе Wellington”, - ответил он. “Без сомнения, он только что сказал Тру, что мы находимся там, где и должны быть”.

“Мы предполагали, что она будет присматривать за нами”, - ответил Монти. “Почему это интересно?”

“Она использует своего личного помощника”, - сказал он. “Кого-то, кого мы могли бы узнать. Это означает, что она не слишком обеспокоена. Это также, вероятно, означает, что у нее ограниченные силы и ресурсы ”.

-Значит, завтра?

“Мы встряхнем их пораньше, и все будет в порядке”.

-Превосходно.

Операция "Золотые ворота" началась всерьез на следующее утро с маневра, который Монти окрестил "Стэмфордским пойлом". Цель состояла в том, чтобы сделать практически невозможным для кого-либо слежку за ними, но таким образом, чтобы это не вызвало подозрений. Для этого им нужно было сильно отвлечься, и мама выбрала футбольный матч между "Челси" и "Ливерпулем" на "Стэмфорд Бридж", одном из самых легендарных стадионов Великобритании.

Они поехали на метро до станции “Фулхэм Бродвей”, где влились в море болельщиков в ярко-синих футболках, которые иногда на полную громкость разражались песнями вроде “Держи голубой флаг высоко развевающимся", которые исполнялись на мотив "О, рождественская елка”. На улице мама купила всем рубашки в сувенирном киоске и быстро раздала их.

“ Держи, - сказал он. - Надень это поверх того, что на тебе надето.

Пэрис не поверил своим ушам. “Ты хочешь, чтобы я надел синий ”Челси" на матч с "Ливерпулем"?"

“Нет”, - ответила мама. “Я хочу, чтобы ты смешался с толпой и исчез”. Затем он улыбнулся и добавил: “И мне повезло, что сделать это будет намного легче, когда ты наденешь форму ”Челси"".

“Но здесь много болельщиков ”ливерпуля", - возразил он. “Позвольте мне надеть красное”.

“Извини”, - ответила мама, явно наслаждаясь затруднительным положением Пэрис. “Это слишком бросается в глаза. Ты - иголка, а стог сена голубой”.

Пэрис недоверчиво покачал головой, неохотно натягивая его. “Ты делаешь это только потому, что мы выиграли четыре матча подряд у "Эвертона". Ты ревнуешь.

Мама засмеялась и сказала: “Я не знаю, Пэрис. Тебе идет синий. Может быть, тебе стоит сменить команду”.

А затем, чтобы усугубить горе Пэрис, Сидни быстро сделала снимок на свой телефон.

“ Для чего это? - спросил он.

“Никогда не знаешь, когда тебе может понадобиться мгновенное фото для шантажа”.

Парис погрозил ей пальцем. “Если бы я знал, что ты предатель, я бы не использовал свое тело, чтобы помешать оператору преследовать тебя”.

Несмотря на жалобы Пэриса, план сработал идеально. Вскоре их стало невозможно выделить из массы людей, медленно бредущих по Фулхэм-роуд. Как только их билеты были отсканированы у турникета, они вошли на территорию и обошли половину стадиона, прежде чем выйти обратно на улицу.

Для Парижа это было даже хуже, чем надеть футболку не той команды. “Я не могу поверить, что у нас есть билеты на игру ”Ливерпуля" на "Бридж", и мы не собираемся ими пользоваться", - сказал он, качая головой. “Сегодня один жестокий трюк за другим”.

Мать утешающе обняла его за плечи и повторила одно из его высказываний: “Большинство может пойти туда, куда выпадет удача, но шпион должен идти туда, куда зовет долг”.

Пэрис бросил на него взгляд и ответил со своим собственным импровизированным материнством: “Я знаю, что ты так думаешь, но что касается меня, я думаю, что это отвратительно!”

Мама расхохоталась. “Очень умно, Пэрис. Я думаю, это футболка "Челси". Она делает тебя умнее”.

Выйдя со стадиона, они сели на метро до Паддингтона, чтобы сесть на поезд до Оксфорда. По пути они пользовались наличными, чтобы не оставлять цифровых следов, проводя по своим Oyster card, специально изготовленным дебетовым картам, используемым для оплаты проезда в лондонском метро. Они должны были предположить, что МИ-6 сможет отследить их, когда бы они ни использовались.

Поезд до Оксфорда ехал около часа, и им удалось найти свободный вагон, где никто не мог подслушать, как они обсуждали свои планы. Монти был экспертом по Оксфорду. Ей нравилось бывать там в студенческие годы, и благодаря своим обширным знаниям местных условий она провела инструктаж с командой во время поездки на поезде.

“Я так взволнована, что вы, наконец, увидите мечтающие шпили”, - сказала она, имея в виду шпили и башни, украшающие горизонт Оксфорда. “Первое, что вы должны знать, это то, что здесь все устроено не так, как в большинстве университетов. Вместо главного кампуса с общежитиями и лекционными залами университет состоит из тридцати девяти различных колледжей, расположенных группами по всему городу. Лучший из них, конечно, Эксетер, куда я и отправился. Но остальные тоже хороши. Думайте о колледжах как о планетах, а об университете как о солнечной системе, которая удерживает их на орбите ”.

- Если это планеты, - спросила Кэт, - то что тогда солнце?

“Бодлианский”, - ответил Монти. “Огромная библиотека прямо посреди всего. Она великолепна. Они использовали его как библиотеку в фильмах о Гарри Поттере. И это будет наше место встречи ”.

“Если у нас есть точка встречи”, - сказал Пэрис, - “означает ли это, что мы разделяемся?”

“Да”, - ответила мама. “Нам нужно многое сделать быстро, поэтому мы разделяемся на четыре группы. Бруклин и Кэт направляются в магазин, где Паркер купил свой фотоаппарат, Сидни собирается со мной навестить свою престарелую мать, Монти собирается воспользоваться своими связями с выпускниками, чтобы проверить колледж, в котором он преподавал, а вы с Рио пойдете на ежемесячную встречу the Dodos.

“Что?” - спросил Пэрис.

“Дронты”, - ответила мама. “Так называют себя члены Оксфордского орнитологического общества. Они собираются в третье воскресенье каждого месяца в Музее естественной истории.

“ Наблюдатели за птицами? переспросил Парис. “Я пропускаю футбольный матч на ”Стэмфорд Бридж", чтобы послушать группу орнитологов?"

“Ты не будешь просто слушать”, - сказала мама. “Я уверена, у них будут фотографии”.


17.

Странные птицы

ОКСФОРДСКИЙ СОЮЗ БЫЛ ОДНИМ из старейших и наиболее уважаемых дискуссионных обществ в мире. На протяжении почти двухсот лет ведущие деятели, включая президентов и премьер-министров, участвовали в оживленных и часто острых дискуссиях на самые разные темы - от искусства и науки до глобальной политики.

Профсоюз располагался на Фревин-корт, недалеко от Корнмаркет-стрит, и, когда городские шпионы проходили мимо, они тоже были поглощены страстными дебатами.

- Мороженое, - твердо сказала Кэт.

- Кексы, - возразил Пэрис.

“Я с Кэт”, - добавил Бруклин. “Кафе ”джелато" выглядело потрясающе".

“Ну, я на стороне Пэрис”, - сказал Рио. “И все, что имеет значение, - это то, что я думаю”.

“Правда?” - спросила Сидни. “Почему это?”

“Потому что я установил рекорд по взлому замков и выиграл субботний матч”, - гордо сказал он. “И победитель получит то, что у нас есть на десерт”.

- Не навсегда, ” сказала Сидни. “Это было две недели назад, и это все равно не должно учитываться, потому что в то время нас с Бруклином угоняли”.

“Я тебя не угонял, и это не моя вина, что мы были слишком заняты, чтобы провести еще один матч”, - сказал Рио. “Так что, пока мы этого не сделаем, я действующий чемпион. Правила есть правила”.

“За исключением того, что разве ты не передал трофей Сидни и Бруклину, когда они вернулись домой той ночью?” - спросил Монти. “Ты был так рад видеть их целыми и невредимыми. Это было очень мило и прелестно”.

“Так оно и было, не так ли?” - добавила мама. “Я была тронута”.

“ Но... но... Рио сдался.

“Значит, это джелато!” Торжествующе сказал Бруклин. “Я думаю, что возьму одну ложку кокоса и одну ложку шоколада”.

“Не так быстро”, - сказала Сидни. “Он отдал приз нам обоим, и я голосую за ту кондитерскую, которую мы видели на Пикадилли. Пахло потрясающе.

Монти и мама улыбнулись, наблюдая за этим движением взад-вперед, и когда они дошли до угла, где должны были разделиться на свои группы, мама внесла предложение. “Как насчет того, чтобы провести День матча прямо сейчас, здесь, на поле?”

“О-о-о, - сказал Монти, - это великолепно. Тот, кто вернется с лучшей информацией, выигрывает матч и выбирает десерт”.

“ День матча в реальном мире? - спросила Сидни. - Мне нравится.

“Я тоже”, - добавил Бруклин. “Я уже чувствую вкус кокоса”.

“Ни за что”, - запротестовал Пэрис. “Это даже близко не справедливо. Мы получили худшее задание. Мы отправляемся в чертово общество наблюдения за птицами”.

Сидни рассмеялась и сказала: “Ну, по крайней мере, ты отлично вписываешься”.

“Почему это?” - спросил Пэрис.

Она встала перед ним и сказала: “Потому что ты гигантский цыпленок”. Она начала махать руками, как крыльями. “Баук, баук. Я не могу добывать информацию так же хорошо, как Сидни, Кэт и Бруклин. Баук, баук.

Теперь смеялись все. “Это война”, - сказал Пэрис. “Вы в эфире, и я объявляю об этом прямо сейчас: сегодня вечером у всех будут кексы”.

“ Что ж, отлично, ” сказал Монти. “Теперь, когда мы с этим разобрались, вы все знаете, когда и где мы встретимся?”

- В три тридцать в библиотеке, - ответили они в унисон.

“Тогда я хочу сказать еще кое-что”, - ответила она. “Эта операция горячая, и мы начинаем”.

РАТЛЕДЖ ХОУМ, УОТЛИНГТОН

Мама и Сидни поехали на такси в Уотлингтон, в дом на Уоткомб-роуд, который Паркер Ратледж называл домом большую часть своей жизни. Мать навещала его несколько раз, в том числе однажды на рождественском ужине. В то время он был членом так называемой Zoo Crew, шпионской группы под руководством Ратледжа, которая работала на Лондонский зоопарк в качестве прикрытия. В этот период мать пользовалась псевдонимом Гордон Свифт, именно так он представился, когда мать Паркера открыла дверь.

“ Здравствуйте, миссис Ратледж, ” сказала мама с лучезарной улыбкой. “ Меня зовут Гордон Свифт. Я был коллегой Паркера по Лондонскому зоопарку.

Пожилая вдова приоткрыла дверь лишь настолько широко, насколько позволяла цепочка, и подозрительно посмотрела на него сквозь щель. - Я тебя не помню.

“Однажды я ужинал на Рождество и случайно уронил пудинг на кухонный пол”, - сказал он.

Она просияла и ответила: “Ты устроил настоящий беспорядок, не так ли?”

- Боюсь, что это ужасно.

- Я помню это. ” Она сверкнула улыбкой и сняла цепочку, чтобы открыть дверь. - Это был Гордон, не так ли?

“ Да, хотя ваш сын всегда называл меня Гордо. Он указал на Сидни. - Это моя дочь Элеонора.

- Элли, - приветливо поздоровалась Сидни, помахав рукой.

“Мы зашли, потому что были в городе, и я хотел выразить свои соболезнования по поводу Паркера”, - добавил он, протягивая букет цветов, который купил в цветочном магазине рядом с железнодорожной станцией. “У меня было разбито сердце, когда я узнал, что он скончался”.

“ Спасибо, дорогая, ” сказала миссис Ратледж. - Пожалуйста, входи. Извините, что кажусь таким неприветливым, но у меня было несколько взломов, и вы не можете быть слишком осторожны.

“Нет, ты не можешь”, - сказала мама. “Тебе вообще нельзя быть слишком осторожным”.

ФОТОАТЕЛЬЕ CLARENDON, ЦЕНТР ОКСФОРДА

Clarendon Photo представляла собой необычный фотоателье с ярко-желтой витриной и услужливыми сотрудниками в одинаковых синих поло. Камеры были расставлены производителем по витринам, и Кэт с Бруклином осматривались, пока не нашли ту же модель, которую купил Ратледж.

“ Три тысячи пятьсот фунтов? Кэт ахнула, увидев ценник. - Они серьезно?

“Этого не может быть”, - сказал Бруклин.

“Посмотри сам”.

Бруклин проверила и была в равной степени ошеломлена. “Это невероятно”. Она проверила ближайшие камеры, которые были намного дешевле. “Почему бы ему не купить одну из этих? Они намного дешевле”.

“Это отличный вопрос”, - сказала Кэт.

К вам подошла продавщица и спросила: “Чем могу быть полезна вам двоим?”

“ Да, пожалуйста, ” сказала Кэт. “ Нас заинтересовала эта камера. Почему она такая дорогая?

“Это лучшая в своем роде, новейшая зеркальная камера”, - ответила она, как будто что-то из этого имело смысл для нормальных людей.

-ЗЕРКАЛЬНАЯ камера? - спросил Бруклин.

“Цифровой однообъективный рефлектор, ” сказала женщина. “Это нечто среднее между камерой, подобной той, что есть у вас в телефоне, и более традиционной, предназначенной для замены объективов. Но вам двоим не понадобится ничего настолько продвинутого. У нас есть множество недорогих моделей, которые делают красивые фотографии ”.

“Тогда зачем кому-то платить столько?” - спросил Бруклин. “Кто вообще будет пользоваться такой камерой?”

“В основном профессиональные фотографы”, - ответила она. “Он снимает фотоснимки и видео, так что вы можете использовать его для съемки чего угодно - от портретов до свадеб”.

Кэт взяла камеру и осмотрела ее. - Ты можешь назвать какую-нибудь причину, по которой она могла понадобиться человеку, который действительно любит наблюдать за птицами?

Женщина на мгновение задумалась и сказала: “Знаете, примерно год назад в магазин пришел орнитолог, и я помогла ему выбрать фотоаппарат. Если подумать, я думаю, что это та модель, на которой он остановился ”.

- Ты что-нибудь помнишь о нем? - спросил Бруклин.

“Прошел год, и я продала много фотоаппаратов”, - сказала она, пытаясь вспомнить. “Как его звали? Дауд? Гордишься?”

- Страуд? - предположила Кэт.

Женщина улыбнулась. - Вот и все, Страуд. Затем она вопросительно посмотрела на них. - Вы его знаете?

МУЗЕЙ ЕСТЕСТВЕННОЙ ИСТОРИИ ОКСФОРДСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

В коллекции Музея естественной истории Оксфордского университета насчитывалось более семи миллионов предметов, но самым известным был оксфордский дронт. Это был образец мягких тканей вида птиц, вымершего с 1680 года, и ничего подобного ему в мире не было. Как символ гордости, дронт служил логотипом музея и был тезкой общества наблюдения за птицами, которое собиралось здесь раз в месяц.

Орнитологи собрались в небольшом лекционном зале с тяжелыми дубовыми стульями и панелями из темного дерева. Каждое собрание сопровождалось презентацией одного из его участников, за которой следовала неформальная дискуссия и закуски, обычно бутерброды к чаю. Пэрис и Рио с трудом нашли зал, и они вошли как раз в тот момент, когда презентация должна была начаться. Несмотря на перерыв, одиннадцать присутствовавших, казалось, были в восторге от их прибытия.

“Вы пришли на собрание?” - спросил лидер клуба, пожилой мужчина с жидкими седыми волосами и длинным тонким носом.

“Это зависит от обстоятельств”, - сказал Пэрис. “Мы немного свернули, и я не уверен, что мы в нужном месте. Вы тот самый… Dodos?”

“Мы что, Дронты?” - взволнованно спросил мужчина, повернувшись к остальной группе, и все они начали издавать громкие пронзительные звуки.

Пэрис бросила на Рио косой взгляд, который спрашивал Во что мы вляпались? прежде чем сказать: “Я предполагаю, что это означает ”да"".

“Это точно”, - радостно ответил мужчина. “Вы начинающие орнитологи?”

“ Да, сэр, ” сказал Рио, стараясь говорить убедительно. - Мы очень интересуемся птицами.

“ Что ж, вы отлично выбрали время. Марни как раз собирается показать фотографии из своей поездки.

Пэрис и Рио натянуто улыбнулись и постарались, чтобы их ответ звучал убедительно.

“Отлично”.

- Не могу дождаться, когда увижу их.

В передней части комнаты стояла Марни Стерн, лет тридцати пяти, в рубашке цвета хаки и брюках цвета хаки, ее длинные черные волосы были собраны сзади в конский хвост. Она была научным сотрудником Института полевой орнитологии Эдварда Грея и только что вернулась из трехмесячной экспедиции, изучавшей, как она сказала в своем очень подробном введении, “причины и последствия межвидовой конкуренции между видами в национальном парке Ньюнгве Форест”.

“Понимаете, что я имею в виду?” - обратился лидер к Пэрису. “Безупречный выбор времени”.

“Да”, - ответил Пэрис. “Звучит заманчиво”.

Марни показала фотографии из своей поездки на мониторе, подключенном к ноутбуку. Другие дронты охали и ахали, как будто смотрели фейерверк, пока она рассказывала, используя такие слова, как “орнитофауна”, "эндемик” и “таксономический”.

Через пять минут Рио уже изо всех сил старался держать глаза открытыми, а Пэрис мог думать только о матче "Ливерпуль"– "Челси", который он мог бы смотреть вместо этого.

ПАБ "КОРОЛЕВСКИЙ ГЕРБ"

Монти нисколько не удивился, узнав, что Паркер Ратледж преподавал в Линкольн-колледже. МИ-6 активно вербовала сотрудников по всему Оксфорду, но нигде больше, чем в Линкольне. Связь с Секретной разведывательной службой была настолько сильной, что четыре гоночных снаряда, используемых гребным клубом колледжа, были названы Жестянщик, Портной, Солдат, и Шпион в честь бестселлера о шпионаже, написанного бывшим агентом МИ-6 и выпускником Линкольна Джоном ле Карре.

Она также знала, что если действительно хочет выяснить, чем занимался Ратлидж в последний год своей жизни, то лучше всего обойти студентов и преподавателей и обратиться прямо к портье.

Носильщики были основой оксфордской жизни. Их домики располагались у входа в каждый колледж, что в буквальном смысле делало их привратниками школы. У них были места в первом ряду на всех приходах и уходах, и их услуги представляли собой сочетание безопасности, поддержки, а иногда даже консультирования.

Монти была так близка с некоторыми носильщиками, когда была студенткой Эксетерского колледжа, что до сих пор обменивалась с ними рождественскими открытками. К счастью, Линкольн и Эксетер находились буквально по соседству, и сотрудники хорошо знали друг друга. Один из друзей Монти поручился за нее перед Найджелом Томпкинсом, старшим портье в отеле Lincoln lodge, который согласился встретиться с ней во время своего ланча в соседнем пабе под названием King's Arms.

Они заняли столик в задней части зала у окон, подальше от телевизоров, где большинство посетителей смотрели футбольный матч "Челси"– "Ливерпуль", на котором группа предположительно присутствовала. Найджел заказал пирог со стейком и пинту "Гиннесса", а Монти - корзиночку чипсов с тройным сыром и имбирный эль.

“Я подсела на них на первом курсе университета, и они должны быть у меня всякий раз, когда я возвращаюсь”, - сказала она. “Это была комфортная еда, которая помогла мне сдать экзамены”.

“Должно быть, они сработали”, - ответил он. “Томас сказал, что ты был исключительным студентом даже по оксфордским стандартам. Он также сказал, что у вас есть вопросы об одном из наших профессоров.

“ Да, ” сказала она. “ К сожалению, покойный профессор. Его звали Паркер Ратледж.

Носильщик на мгновение замолчал, макая вилку с куском стейка в соус. Затем он поднял на нее глаза и спросил: “Что бы ты хотела узнать о нем?”

- Все, что ты мог бы мне рассказать, правда, - сказала она, оставляя дверь открытой, чтобы он мог поделиться как можно большим.

Он ответил прямо перед тем, как откусить кусочек: “Ну, я знаю, что он был шпионом”.

Монти была так удивлена этим, что чуть не подавилась чипсом. - Что заставляет тебя так говорить?

“Двадцать с лишним лет собирал его почту, наблюдал, как он приходит и уходит, наблюдал за некоторыми довольно странными привычками”, - ответил он. “На самом деле это не такой уж большой скачок”.

Он откусил еще кусочек и добавил: “Кроме того, ты не первая, кто приходит спрашивать о нем. Были еще двое, и они не могли бы быть более заметными, даже если бы они играли тему ”дважды семь ноль-ноль", когда входили в комнату ".

Монти не был уверен, означало ли это, что он тоже предположил, что она шпионка, но она просто пропустила это мимо ушей и спросила: “Еще двое? Ты можешь рассказать мне о них?

“Первое пришло через неделю после смерти Паркера”, - сказал он. “Он мне совсем не нравился. Он был большим и дородным, с черными волосами и в темных очках. Походка как у боксера. Он сказал, что он племянник и пришел забрать несколько книг Паркера”.

- И что ты ему сказала?

Я сказал ему, что у Паркера Ратледжа было два племянника и что я знал обоих лично, потому что они были студентами Линкольнского университета. Это как бы положило конец тому разговору”.

- Повезло, что ты их знал, - сказал Монти.

“ Я их не знал. ” Он лукаво улыбнулся. “ Эту часть я выдумал. Но мистер Солнечные очки этого не знал.

Монти усмехнулся. - А как насчет другого?

“ Женщина, ” сказал он. “ По крайней мере, она была умна. Сразу видно. Она сказала мне, что она орнитолог и работала с Паркером в этой области.

- Она упоминала что-нибудь о книге?

Он кивнул. - Она сказала, что хочет заглянуть в его дневник, чтобы проверить некоторые записи, которые он сделал , когда они вместе были в экспедиции. Я сказал ей, что все его личные вещи были возвращены его семье”.

- И вы уверены, что они оба работали на Секретную разведывательную службу?

Он пожал плечами. “Я уверен, что они оба были шпионами. Были ли они из МИ-6 или нет, я, наверное, не знаю. У мужчины был легкий скандинавский акцент, так что это не очень подходит.

- Не могли бы вы описать мне эту женщину?

- Среднего роста, в хорошей физической форме, блондинка, но это мог быть парик.

- Она просила о чем-нибудь еще?

- Нет, только дневник.

ДОМ РАТЛЕДЖА

В отличие от швейцара Линкольн-колледжа, мать Паркера Ратледжа никак не показала, что знала о том, что ее сын был кем-то иным, кроме профессора колледжа и заядлого любителя птиц. Пока они сидели за кухонным столом, она рассказывала маме и Сидни длинные, бессвязные истории о нем и его путешествиях. Мама вообще не перебивала. Он знал, что она скучает по нему, и хотел, чтобы она смогла вернуть его , хотя бы в разговоре. Когда одна история подошла к концу, он сказал: “Вы упоминали что-то о взломах. Что произошло?”

“ Их было двое, ” ответила она. - Один влез через окно в спальню Паркера, а другой вломился через заднюю дверь.

- Вы были дома, когда это произошло?

“ К счастью, нет. В первый раз я ходила по магазинам, а во второй - навещала сестру.

- Что они забрали? - спросила мама.

“Ну, это и есть самое странное”, - ответила она. “Они ничего не взяли. Даже моих колец нет, а они довольно симпатичные.

“ Вы уверены? Может быть, они забрали что-нибудь из вещей Паркера.

“Они не могли этого сделать”, - сказала она. “Я бы пожертвовала все”.

- Что ты имеешь в виду? - спросила мама.

“Паркер был человеком небогатым”, - объяснила она. “Когда он скончался, я отнесла его одежду в приют для бездомных. Они были милыми и ухоженными”.

“Конечно”, - сказала мама.

- И я отнес все его бумаги и книги в Бодлианский музей.

- В библиотеку?

“Да”, - сказала она. “Там уже были работы моего покойного мужа, поэтому я пожертвовала и работы Паркера. Они для будущих орнитологов.

Мама улыбнулась. - Как великодушно с вашей стороны.

ФОТО КЛАРЕНДОНА

Кэт и Бруклин сказали продавщице, что на самом деле они не знакомы со Страудом, но что он читал лекцию в их школе.

“Мы делали блок о птицах на нашем уроке естествознания”, - сказал Бруклин. “И он пришел и показал нам кучу фотографий”.

“Если он снимал их на такую камеру, держу пари, они были прекрасны”, - сказала продавщица.

- Удивительно, - сказала Кэт.

“Он сказал мне, что провел свое исследование и назвал эту модель bird-watcher deluxe”, - продолжила женщина. “Например, ему понравился тот факт, что камера была беззеркальной, потому что это означало отсутствие шума затвора, который, как правило, отпугивал птиц. Ему также понравилось, что она снимала видео высокой четкости даже при слабом освещении. Он сказал, что часто снимал на видео птиц в полете ранним утром и в сумерках, когда было темно”.

Кэт и Бруклин быстро поняли, что в дополнение к наблюдению за птицами для шпиона идеально подошла бы бесшумная камера, снимающая высококачественное видео при плохом освещении.

“А еще был Bluetooth”, - сказала продавщица. “Это была важная функция для него”.

“Я знаю, что такое Bluetooth”, - сказала Кэт. “Но ты же думаешь, что это наушники или телефон. Чем это полезно для фотоаппарата?”

“Эта камера может загружать снимки непосредственно в облако”, - ответила она. “Обычно вам приходится ждать, пока вы загрузите изображения на свой ноутбук, но эти отправляются сразу. Он хотел этого. Сказал, что это жизненно важно”.

МУЗЕЙ ЕСТЕСТВЕННОЙ ИСТОРИИ ОКСФОРДСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

Пэрис взглянул на часы. Презентация длилась сорок пять минут, а Марни Стерн никак не показывала, что приближается к концу. Она нажала кнопку на своем кликере, и изображение сменилось на маленькую красно-коричневую птичку, сидящую на ветке.

“Это горный болтун с красным воротничком”, - сказала она. “Очень общительный и шумный. Обратите внимание на рыжую шею, грудь и крестец. Интересным моментом об этом виде является то, что он был перенесен из рода Kupeornis в род Turdoides в 2018 году ”.

“И почему это произошло?” - спросил один из Дронтов.

“Это было определено молекулярно-филогенетическим исследованием”, - объяснил Стерн.

“Да, да”, - сказал мужчина. “Очень интересно”.

Рио наполовину подавил всхлип и наклонился к Пэрис. - Они все еще говорят по-английски? Потому что я понятия не имею, о чем они говорят.

“Тсс”, - сказал Пэрис, пытаясь расшифровать это. Несмотря на то, что большая часть терминологии была ему чужда, он обнаружил, что на удивление заинтересовался презентацией. “ Мисс Стерн, - сказал он, поднимая руку.

“Пожалуйста, зовите меня Марни”, - ответила она. “Дронты - все по именам”.

“Почему число триста семьдесят четыре отмечено в правом верхнем углу фотографии? Это как-то связано с ее местоположением?”

“Нет”, - сказала она. “Это часть моего жизненного списка. Горный болтун с красным воротничком - триста семьдесят четвертый вид, который я видел в полевых условиях.

“ А как вы узнали номер на картинке? - спросил он.

“Приятно видеть в клубе профессора науки о квантовой информации ”, - сказала она, указывая на мужчину с тонкими усиками, который приветствовал их ранее. “Саймон разработал замечательную программу, которая отслеживает цифры для всех нас”.

“На самом деле все гораздо проще, чем кажется”, - скромно сказал Саймон. “Это логарифм для базовых вычислений. Мы загружаем изображения непосредственно в наш облачный аккаунт и отмечаем, какие из них новые, и программа автоматически добавляет их количество ”.

ПАБ KING'S ARMS

Трапеза подходила к концу, и Монти почувствовала, что получила неплохие поверхностные сведения о Паркере Ратледже. Ничего полезного в конкретной ситуации, но все полезно для общего понимания его.

Найджел Томпкинс некоторое время изучал ее, как бы оценивая. Он что-то обдумал, прежде чем спросить: “Вы знаете, кем был Ким Филби?”

“Конечно”, - сказал Монти. “Он был вероломным двойным агентом, который предал МИ-6”.

- А вы знаете, в каком университете он учился?

Это заставило Монти улыбнуться. “Кембридж”.

“Совершенно верно”, - презрительно сказал Томпкинс. “Вся его банда была из Кембриджа. Хотя, вы знаете, он пытался завербовать нас здесь, в Оксфорде. На самом деле, он пытался завербовать Джона ле Карре вон за тем столом.

“ Серьезно? ” переспросил Монти. - Здесь, в “Кингз Армз"? Я никогда такого раньше не слышал.

“Конечно, наш мальчик сказал ”нет", - гордо сказал Найджел.

Монти был совершенно очарован портье и задавался вопросом, не потому ли он так много знает о МИ-6, что тоже имеет к ней какое-то отношение.

“Так вот, я не говорю, что те два других агента, которые рылись в округе, были из Кембриджа”, - продолжил он. “Но я уверен, что они не учились в Оксфорде”.

- Почему это? - спросил я.

“ Потому что, если бы они учились в Оксфорде и понимали, как все здесь работает, они бы знали, какой правильный вопрос задать привратнику колледжа. Но они этого не сделали. Он наклонился вперед и спросил: “Интересно, знаешь ли ты это”.

Он явно пытался куда-то ее повести, но она не знала куда. Она ломала голову, думая обо всем, что делает носильщик, и тут до нее дошло. Была одна ключевая вещь, с которой носильщики справлялись для всех в колледже.

- Почта, - сказала она.

- А как насчет почты? - застенчиво спросил он.

- Получали ли вы какое-нибудь письмо для Паркера Ратледжа, которое вам так и не удалось ему доставить?

Он улыбнулся, и она поняла, что была права.

А потом он сказал: “Нет”.

Она обмякла на стуле, совершенно сбитая с толку.

“Хотя, - добавил он, - я действительно получил конверт для Р.Ф. Страуда”.

Глаза Монти широко раскрылись от предвкушения.

“ Хорошего дня, - пожелал Томпкинс, вставая из-за стола. - Было приятно пообедать с вами.

Он ушел, и она, опустив глаза, увидела, что он положил на стол толстый желтый конверт. Оно было адресовано Р.Ф. Страуду на попечение привратницкой колледжа Линкольна. Обратного адреса не было, но на нем стоял почтовый штемпель Сан-Франциско, Калифорния.

Оно было нераспечатанным.


18.

Bernhard Berliner, MD

МОНТИ ВСКРЫЛ КОНВЕРТ только после того, как все заказали еду. Они были в закусочной с гамбургерами дальше по улице от Оксфордского вокзала, и предвкушение убивало ее.

“Это может быть пустяком”, - напомнила она им всем, взяв со стола нож, чтобы аккуратно разрезать его.

“И это может быть ключом ко всему”, - с надеждой добавил Пэрис.

Толщина конверта определялась по его набивке. Внутри был только тонкий карманный календарь с простой черной обложкой, на которой серебряными буквами был выбит год, а также слова ВСЕПОГОДНЫЙ—ВОДОСТОЙКИЙ. Каждый двухстраничный разворот представлял собой одну неделю. На протяжении всей книги Паркер Ратледж записывал свои встречи очень четким почерком, всегда используя карандаш. Некоторые недели были пустыми, а некоторые переполненными, но, похоже, в назначениях не было никакой закономерности.

Монти пролистала страницы, пока не добралась до последней, исписанной. “Последняя запись за пятнадцатое октября”.

“Это на следующий день после его смерти”, - добавил Пэрис.

“Собрание. В четыре часа дня Бернхард Берлинер, доктор медицины”, - прочитал Монти.

“ Так вот с кем он должен был встретиться, ” сказала мама. - Может быть, у этого доктора Берлинера есть ключ к разгадке всего этого.

Бруклин быстро набрала номер в своем телефоне и прочитала вслух остальным. “Доктор Бернхард Берлинер. Родился в Ганновере, Германия. Получил образование в Лейпцигском университете. Поселился в Сан-Франциско, где стал известным психоаналитиком”.

Мать с любопытством посмотрела на нее. “Интересно, зачем Паркер встречалась с психоаналитиком?” - спросил он. “Хотя он был бы не первым шпионом, которому потребовалась бы некоторая терапия”.

- Умер двадцать пятого ноября 1976 года, - продолжил Бруклин.

“Подожди, что?”

“Бернхард Берлинер, доктор медицины, мертв уже более сорока лет”, - сказал Бруклин. “Я не думаю, что он нам сильно поможет”.

- Тогда как Ратлидж планировал встретиться с ним? - растерянно спросил Рио.

“Отличный вопрос, ” сказал Монти. Она пролистала несколько страниц назад, присматриваясь, и спросила: “А как он встречался с ним дважды за неделю до этого?”

На мгновение все замолчали. Это расстраивало, потому что казалось важной подсказкой, но в то же время это было похоже на тупик. Буквально.

“Мы внимательно изучим эту книгу, и, возможно, эти ответы придут к нам”, - сказала мама. “Но давайте ненадолго отложим доктора Берлинер и поговорим о том, что мы узнали сегодня. Выясним, кто будет выбирать десерт”.

“Мы узнали, что камеры могут быть очень дорогими”, - сказала Кэт. “Ратледж” стоил три тысячи пятьсот фунтов".

- Ух ты! - воскликнула Сидни.

“Очевидно, для него было важно загружать свои фотографии непосредственно в облако”, - сказал Бруклин. “Почему, мы понятия не имеем”.

Рио посмотрел на нее и улыбнулся. “Мы знаем”, - сказал Рио, указывая на Пэрис. “Это было для его списка на жизнь”.

- Что такое список жизненных задач? - спросил Монти.

“Это список всех видов птиц, которых орнитолог видит в полевых условиях за всю их жизнь”, - ответил Рио. “Это очень важно для дронтов. Они только об этом и говорили. Между ними даже существует постоянное соревнование. Ратлиджу досталось больше всех ”.

“Почему это связано с облаком?” - спросила Сидни.

“Потому что там они хранят свои списки”, - ответил Пэрис. “Когда вы видите птицу в первый раз, вы фотографируете ее, чтобы задокументировать. Они держат их в облаке, чтобы они могли смотреть фотографии друг друга ”.

“И загружая напрямую, - сказал Рио, - это позволяет вам доказать, кто первым увидел этот вид”.

- Похоже, вам, ребята, понравился день с Дронтами, - сказала мама.

“ Пэрис понравилось больше, чем мне, - ответил Рио. - Но бутерброды к чаю были восхитительны.

- Что еще нам известно? - спросил Монти.

“Мы знаем, что вскоре после его смерти в дом Паркера было совершено два взлома”, - сказала мама.

- Как скоро? - спросил Монти.

- Один через неделю после его смерти, а другой несколькими неделями позже.

“Интересно”, - сказал Монти. “Это довольно хорошо совпадает с хронологией пары визитов в колледж Линкольна. Портье сказал, что два человека, мужчина и женщина, оба, в чем он был совершенно уверен, были шпионами, приходили искать книгу или книги, принадлежащие Ратлиджу.

- Они их нашли? - спросил Бруклин.

“Нет”, - ответил Монти. “Они ушли с пустыми руками”.

“Следуя этой логике, ” сказала мама, “ если те же самые два человека были теми, кто вломился в дом Паркера, возможно, они искали там книги. Хотя, если это и было так, они снова вышли из игры. Ничего не было украдено ”.

- Интересно, что это за книги? - спросила Кэт.

“ Его книги о птицах, - вставил Рио. - Возможно, они искали его книги о птицах.

“Я думаю, ты прав”, - сказал Пэрис.

Рио любил редкие моменты, когда он знал больше остальных. “Похоже, мы единственные, кто сегодня получил полезную информацию, Пэрис”.

Они обменялись ударом кулаков.

- Что такое книги о птицах? - спросил Монти.

“Дронты были в восторге от них на собрании”, - сказал Рио. “Как только мы заговорили о Ратледже, они не могли остановиться. Они любили его. Он был как их рок-звезда”.

“И у него были эти запутанные дневники, которые он вел”, - сказал Пэрис. “Рисунки, детали, факты о разных птицах. Он называл их своими книгами о птицах. Они все тоже начали их делать”.

- Марни показала нам кое-что из своих, - сказал Рио.

- Марни? - спросила мама.

“Она полевой орнитолог из Института Эдварда Грея”, - ответила Пэрис. “У нее только что была увлекательная поездка в Африку”.

“ Дневники выглядели вот так? - Спросил Монти, показывая ежедневник Ратлиджа.

“ Нет, ” сказал Пэрис. “ Они в твердом переплете. Как те дневники с чистыми страницами, которые можно купить в канцелярском магазине.

“Конечно”, - сказала мама. “Почему я об этом не подумала? Я помню их. Он всегда рисовал в них.” Он на мгновение задумался об этом, и воспоминание приобрело большее значение. “Но они были не только о птицах. Так думали все. Но на самом деле они касались наших миссий. У него были эти маленькие коды для отслеживания наших операций ”.

“Ну, это определенно было бы то, что МИ-6 захотела бы заполучить в свои руки”, - сказал Монти. “Ты думаешь, они их нашли?”

Сидни покачал головой и улыбнулся. “Нет. Они этого не делали”.

- Откуда ты это знаешь? - спросила Кэт.

- Потому что миссис Ратледж пожертвовала их Бодлианскому обществу.

- Это значит, что сегодня у нас будут кексы, - сказал Рио.

“Подожди секунду”, - сказала Сидни. “Я была частью команды, которая узнала о бодлианце”.

“Гм”, - сказал Монти. “Мы что, забыли об этом?” Она показала карманный календарь.

“День матча предназначен только для молодежи”, - запротестовал Рио.

- Кто сказал? - спросил Монти.

“Я не помню этого правила”, - сказала мама. “Мы только сказали, что лучшая информация - это выбор десерта”.

“ Это будут макароны, - сказал Монти, - из французской пекарни у Паддингтонского вокзала. Она помолчала немного и добавила: “Но с этим придется подождать”.

- За что? - спросил Рио.

“Чтобы Париж, Сидней и я вернулись в Лондон”, - сказала она. “Вы, ребята, сейчас пойдете, а мы вернемся более поздним поездом”.

“Мы?” - спросил Парис.

“Да”, - сказала она. “Я собираюсь отвести тебя и показать мой старый колледж. А потом, когда стемнеет, может быть, мы втроем проникнем в ”Бодлиан" и украдем эти книги о птицах.


19.

Бодлианская работа

ПРОЙТИ ЧЕРЕЗ СТОРОЖКУ ПРИВРАТНИКА в Эксетерский колледж было все равно что попасть в другое время. Для Парижа и Сиднея это было так, словно они перенеслись в средневековье, глядя на средневековую архитектуру многовековых зданий. Но для Монти путешествие во времени было гораздо короче. Ей казалось, что она вернулась на пятнадцать лет назад, когда была студенткой и это был ее дом.

“Это прекрасно”, - радостно сказала она, когда они шли по заросшему травой двору. “Ничуть не изменилось”.

“Да, - добавил Парис, - со времен Карла Великого”.

Монти бросил на него взгляд и улыбнулся. - Экзетер стар, но не совсем Карл Великий. Он был основан в 1314 году”, - сказала она, взяв на себя роль экскурсовода. “Среди известных выпускников - Дж. Р. Р. Толкин, который впервые начал писать о Средиземье, когда был студентом и жил прямо там”.

Она указала на здание на другой стороне двора, и Пэрис, чьей любимой книгой был "Хоббит", изумленно посмотрела на нее.

“Среди других известных экзонианцев - писатель Филип Пулман, актер Ричард Бертон и сэр Роджер Баннистер”.

- Кто такой сэр Роджер Баннистер? - спросила Сидни.

“ Выдающийся невролог, который также оказался первым человеком, пробежавшим милю менее чем за четыре минуты, ” ответил Монти. “Он поставил отметку чуть дальше по улице на Иффли-роуд после того, как провел утро, совершая обход в качестве студента-медика в больнице Святой Марии”.

“Ты определенно знаешь историю своей школы”, - сказал Пэрис.

“Конечно, хочу. Комната отдыха для младших школьников - это общество студентов-старшекурсников, и на последнем курсе я был президентом ”. Она лукаво подмигнула Пэрису и добавила: “Совсем как у Толкина на последнем курсе”.

Они добрались до башни Палмера, которая, как сообщил им Монти, была самым старым зданием колледжа. “Это резиденция некоторых из самых выдающихся профессоров школы, включая человека, с которым я хочу вас познакомить”.

Поднявшись на второй этаж, они добрались до квартиры и услышали, как внутри кто-то играет на скрипке. Монти улыбнулся и помолчал, словно возвращаясь к приятному воспоминанию, прежде чем постучать в дверь.

Ответа не последовало, только музыка продолжала играть, поэтому она постучала еще три раза, только громче, чем раньше.

Музыка прекратилась, и изнутри раздался взволнованный голос. “Разве ты не видишь, что я репетирую?”

“ Ты так это называешь? - Спросил Монти в ответ. “Ты практиковался с тех пор, как я был президентом JCR. Ты думаешь, что к этому времени тебе могло бы стать хотя бы немного лучше.

Изнутри послышалось движение, а затем дверь широко распахнулась, и на пороге появился уважаемый математик и посредственный скрипач Дункан Флетчер, под пятьдесят, высокий и долговязый, с густой шевелюрой серебристо-седых волос. Первой мыслью Пэриса, когда он увидел его, было, что из него получился бы отличный врач в "Докторе Кто.

“ Александра Монтгомери! Флетчер просиял, на его лице появилась широкая улыбка. - Скажи мне, что ты пришел вернуть деньги, которые тебе должны.

Она рассмеялась. - Ты имеешь в виду пять фунтов, которые я возвращала по меньшей мере дюжину раз?

“Сложные проценты - сложная и сбивающая с толку концепция. Возможно, вы поняли бы это, если бы уделяли больше внимания моим урокам ”.

- Так приятно видеть тебя, Флетч, - сказала она, тепло обнимая его.

- Я тоже рад тебя видеть, Монти. Прошло слишком много времени.

“Я хотела бы представить вам моих друзей, Элеонору и Лукаса”, - сказала она, используя их псевдонимы.

“Приятно познакомиться с вами обоими”, - сказал он, пожимая им руки. “Позвольте мне предупредить вас сейчас, не одалживайте деньги этой женщине. Она может выглядеть заслуживающей доверия, но уверяю вас, она шарлатанка.

“Приятно это знать”, - ответил Пэрис, довольный тем, что его включили в их внутреннюю шутку.

“ Заходи, ” сказал Флетчер, указывая на свою комнату. - Жилье скудное, но я смогу раздобыть банку печенья.

- Вообще-то, мы только что поели, - сказал Монти.

Флетчер обернулся и вопросительно поднял бровь.

- Хотя пара бисквитов была бы не лишней, - уступила она.

- Я так и думал, - ответил Флетчер.

Квартира изобиловала тесными книжными полками и антикварной мебелью, но каждый дюйм был тщательно прибран и безупречно чист. Они сели за кофейный столик в главном зале и выпили чай "Эрл Грей" с печеньем с заварным кремом.

После нескольких любезностей и краткого общения Флетчер спросил: “Итак, что привело вас обратно в Эксетер? Я имею в виду, кроме изысканной музыки и увлекательной беседы.

- Мне нужна твоя помощь.

“ Конечно, моя дорогая, все, что угодно. Что это?

Она встала и раздвинула шторы, открывая захватывающий вид на бодлианскую библиотеку. “Нам нужно проникнуть туда”, - сказала она. - Желательно сегодня вечером.

“Проникнуть в Кабинет?” ответил он, смеясь. “И что после этого? Лондонский тауэр?

Сидни и Пэрис были потрясены, осознав, что Монти имела в виду то, что сказала ранее. Они действительно думали, что просто наносят дружеский визит.

“О, и завтра Элеонора должна предстать перед тайным расследованием в парламенте”, - добавил Монти. “Так что было бы лучше, если бы нас не поймали и не арестовали”.

“ Подожди секунду, ” ответил Флетчер. - Ты серьезно?

-Вполне.

“Я ничего подобного не сделаю”, - сказал он. “Я преподаю в этом университете, а Бодлианский - это священное хранилище бесценных книг и рукописей. Там есть Библия Гутенберга. Не говоря уже о четырех оригинальных копиях Великой хартии вольностей.

“Нас ничего из этого не интересует”, - сказала она. “Но мы бы очень хотели заполучить в свои руки несколько недавно подаренных журналов по наблюдению за птицами. Поверь мне, когда я говорю, что никто не заметит, когда они уйдут ”.

“О, так вы не просто взламываете дверь?” - спросил он. “Вы также планируете украсть то, что найдете? Преступления продолжают множиться”.

“Мы не преступники, мы шпионы”, - сказала она. “Это директива МИ-6”.

Он недоверчиво посмотрел на нее и указал на Пэрис и Сидней. - Для тебя безопасность ничего не значит?

“Не волнуйтесь, они знают, что я шпионка”. Затем она повернулась к детям и сказала: “И вы не волнуйтесь. Он не только знает, что я шпион, но и тот, кто завербовал меня для МИ-6. Она улыбнулась, когда кое-что поняла. “Если подумать, это означает, что во всем этом в первую очередь виноват ты. Так что ты должен мне помочь”.

“ Ты шпион? - Спросил Пэрис Флетчера.

“Меньше шпиона, больше консультанта”, - сказал он. “И по совместительству ищущий таланты”. Он снова обратил внимание на Монти. “ И даже если бы я был склонен помочь, у меня не было бы ни малейшего представления о том, как это сделать. Бодлианский дворец - очень охраняемое здание.

“Это было построено, когда на переднем крае безопасности были ров и человек с заостренной палкой”, - сказал Монти со смехом. “Я предполагаю, что в этих старых средневековых доспехах должно быть несколько уязвимых мест. Кроме того, я ни на секунду не поверю, что ты потратил годы, глядя из окна на это великолепное здание, и не придумал, как проникнуть в него. ” Она бросила на него взгляд. “Или, что более важно, как это сделал бы Ньютон Айзекс”.

“ Ньютон Айзекс? ” переспросила Сидни. - Вы имеете в виду Исаака Ньютона?

“Исаак Ньютон - великий ученый и математик”, - сказал Монти. “Ньютон Айзекс - главный герой ”Убийств принципов", серии детективных романов, написанных не кем иным, как Дунканом Флетчером".

- Вы писатель? - спросила Сидни.

“ Да, ” сказал он с легким поклоном. “Хотя мои книги печатаются всего в небольшом издательстве и продаются примерно так же хорошо, как, по-вашему, могли бы продаваться романы, написанные профессором прикладной математики”.

“Они замечательные”, - заявил Монти. “И Ньютон тоже. Он блестящий оксфордский математик и хитрый детектив. И я гарантирую, что вы придумали для него способ проникнуть в это здание.

Флетчер немного помолчал, прежде чем застенчиво признать: “Возможно, я набросал несколько идей. Или, если быть более точным, шесть возможных сценариев”.

- Я так и знал! - воскликнул Монти.

Сидни и Пэрис обменялись счастливыми взглядами, восхищенные развитием событий.

“ Просто дай мне секунду. Флетчер подошел к деревянному картотечному шкафу и достал старую папку из манильской бумаги, которую положил на стол.

“В чем заключается бодлианская работа?” - спросил Пэрис, читая на вкладке.

“Это идея для романа, в котором кого-то убивают в ту же ночь, когда была украдена Библия Гутенберга”, - объяснил он. “Это, казалось бы, не связанные события, но Айзекс понимает, что на самом деле они являются частью одного и того же преступления”.

“Я бы прочитал это”, - ответил Пэрис.

“Я бы тоже”, - добавила Сидни.

Флетчер комично вздохнул и сказал: “Жаль, что тебя не было рядом, чтобы сказать это моему редактору. На нее это не произвело впечатления”. Он открыл папку, вытащил небольшую стопку машинописных страниц, уголки которых пожелтели от времени, и начал их перелистывать.

“Давай посмотрим, вот хорошая статья”, - сказал он, водя пальцем по странице по мере чтения. “О, подожди, нет. Чтобы это сработало, нужно устроить большое празднование Нового года на лужайке перед библиотекой. Он поднял глаза от газеты. - Полагаю, вы не сможете подождать до конца декабря?

- Нет, - сказал Монти, - мы не можем.

Этот процесс продолжался и по другим сценариям. Для каждого он изучал статью, указывал на дисквалифицирующий элемент и переворачивал страницу, переходя к следующей.

“Нам нужен русский шпион”.

“Не работает без полнолуния”.

“Температура должна быть ниже нуля”.

- Мы бы никогда не смогли организовать отару овец так поздно.

Пэрис повернулась к Сидни и одними губами произнесла: “Овца?” Все, что она могла сделать, это пожать плечами.

Когда он добрался до последнего сценария, шесть идей быстро превратились в одну. Он с надеждой просматривал его, пока не добрался до конца и не сказал: “О боже, боюсь, это тоже не сработает”.

- Почему это? - спросил Монти, обескураженный.

“Взлом - это нормально, - ответил он, - но для побега требуется спуститься по веревкам с крыши библиотеки”.

Монти посмотрел на Сидни и Пэрис, и все трое улыбнулись.

Она повернулась к Флетчеру и сказала: “Продолжай”.


20.

Большой Том

Для МОНТИ это БЫЛО так, словно она снова была студенткой одного из учебных пособий Флетчера. Она сидела на диване рядом с Сидни и Пэрис и делала заметки, пока ее любимый профессор объяснял тонкости сложного процесса. Только вместо обсуждения вероятности и исхода на этот раз речь шла о взломе.

“Это будет предприятие из четырех этапов”, - сказал он, отсчитывая шаги пальцами и перечисляя их:

ШАГ ПЕРВЫЙ — Войдите в библиотеку через Rad Cam и ссылку Gladstone

ШАГ ВТОРОЙ — Поднимитесь в верхний читальный зал по северной лестнице

ШАГ ТРЕТИЙ —Извлеките книги птиц

ШАГ ЧЕТВЕРТЫЙ —Выход по веревке с крыши

“Чтобы это увенчалось успехом, нам потребуется в общей сложности пятеро из нас”, - продолжил он.

- Пять? - растерянно переспросила Сидни.

“ Да, ” ответил Флетчер. “ Вы трое - взломщики. Я буду отвлекающим маневром. А еще есть Большой Том. Он наш звонарь. Он улыбнулся и сказал: “В буквальном смысле”.

Монти рассмеялся. - Мне это нравится.

“Люблю что?” - спросила Сидни. “Кто такой Великий Том?”

“В Лондоне есть Биг Бен; в Оксфорде есть Великий Том”, - ответил он. “Он - массивный колокол на часовой башне в Крайст-Черч. Каждую ночь он звонит сто один раз, сигнализируя о том, что когда-то в университете был введен комендантский час. Именно в этот период бодлианец обнаруживает ”уязвимость в своих средневековых доспехах", как выразился Монти.

Он провел их по этапам взлома, пока они все это не запомнили. Затем им пришлось выполнить два поручения, чтобы, как выразился Флетчер, “приобрести надлежащие инструменты, необходимые для ограбления”.

Первая остановка была в Альпинистском клубе Оксфордского университета. К счастью, Флетчер был давним членом клуба и смог позаимствовать оборудование, которое им понадобилось бы для спуска по веревке со здания. Он был подержанным и немного вонючим, но более чем достаточно хорошим, чтобы сделать свое дело.

Затем они направились в библиотеку.

“ Что мы здесь получаем? ” спросила Сидни. - Книга о том, как грабить?

- Она дерзкая, - сказал Флетчер Монти.

- Расскажи мне об этом.

- Вообще-то, моя дорогая, мы получаем читательские билеты, - сказал Флетчер Сидни.

Пэрис с любопытством посмотрела на него. “Мы получаем читательские билеты, чтобы что-то украсть из библиотеки? Разве это не единственное, в чем мы не нуждаемся?”

“Это кажется нелогичным, но это совершенно необходимо”, - сказал Флетчер. “Каким был первый шаг?”

“Войдите в библиотеку через Rad Cam и Gladstone Link”, - повторили Пэрис и Сидни в хорошо отработанный унисон.

“Совершенно верно”, - сказал Флетчер. “И вы не можете войти в Rad Cam без считывающей карты. Так вот что мы собираемся получить”.

Оказавшись в библиотеке, Пэрис и Сидни сделали то, чему их учили. Они начали создавать мысленную карту здания, изучая поток людей, запоминая точки выхода, выискивая любые потенциальные проблемные места в плане. Монти, однако, ничего из этого делать не нужно было. Она провела здесь так много времени, что могла нарисовать это с закрытыми глазами.

Флетчер провел их в кабинет и подвел к столу с надписью ПРИЕМНАЯ КОМИССИЯ БОДЛИАНСКОЙ БИБЛИОТЕКИ.

“ Добрый день, - сказал Флетчер молодому библиотечному помощнику, работавшему за стойкой. “Я доктор Дункан Флетчер, старший научный сотрудник Фицхью по прикладной математике, директор Оксфордского центра нелинейных дифференциальных уравнений в частных производных и исполнительный посредник между университетом и Институтом Алана Тьюринга. А ты кто?..

Помощница посмотрела на него, более чем немного испугавшись, и кротко ответила: “Шона”.

“Ах, да, Шона, рад с тобой познакомиться”, - ответил Флетчер. “Мы здесь сегодня, потому что трем моим коллегам нужно получить читательские карточки, чтобы они могли получить доступ к ”Бодлиану" для исследований".

Шона из запуганной превратилась в сбитую с толку, подозрительно разглядывая Пэрис и Сидни. - Но они же...дети.

“Очень проницательная, Шона”, - ответил Флетчер. “Хорошо за тобой присматриваю. Они действительно молоды. Но они вполне опытны, уверяю тебя. Они помогают мне в проекте для Института Тьюринга и обладают незаурядным интеллектом”. Он повернулся к Сидни и сказал: “Давай, дорогая, продемонстрируй свой интеллект”.

“Что?” Спросила Сидни, совершенно сбитая с толку.

- Скажи что-нибудь умное.

Сидни была на месте, и у нее не было времени подготовиться, поэтому она просто выпалила самое умное, что пришло ей в голову. “Чтобы произвести тринитротолуол, вы должны сначала получить мононитротолуол путем нитрования толуола смесью серной и азотной кислот. Его необходимо повторно нитровать до динитротолуола, а затем до тринитротолуола с использованием безводной смеси азотной кислоты и олеума”.

Служащая библиотеки подняла ошеломленный взгляд.

“ Понимаете, что я имею в виду, ” сказал Флетчер. “ Блестяще. Он искоса взглянул на Монти и добавил: “И немного пугающий”.

“Хорошо”, - сказала Шона, кивнув. “Позвольте мне оформить документы”.

Она подошла к шкафу с документами, чтобы взять какие-то формы, и когда она была вне пределов слышимости, Пэрис наклонился и прошептал Сидни: “Это было объяснение того, как сделать бомбу?”

Сидни лукаво улыбнулась ему и ответила: “Возможно”.

Все трое заполнили анкеты и сфотографировались, но прежде чем им выдали читательские билеты, они должны были произнести бодлианскую клятву.

“ Это правда? - Спросила Сидни у Флетчера, взглянув на бумагу, которую ей протянули.

“О да”, - ответил он. “Эта клятва восходит столетиями к самому Томасу Бодли. Она переведена более чем на сто языков, и вы можете читать ее на любом из них, на какой вам заблагорассудится”.

“Я думаю, я просто выберу английский”, - сказала она.

Она опустила взгляд на бумагу и продекламировала: “Настоящим я обязуюсь не выносить из Библиотеки, не маркировать, не уродовать и не повреждать каким-либо образом ни один том, документ или другой предмет, принадлежащий Библиотеке или находящийся на ее хранении; не приносить в Библиотеку и не разжигать в ней огонь и не курить в Библиотеке; и я обещаю соблюдать все правила Библиотеки”.

“И ты молодец”, - сказала Шона, протягивая Сидни читательскую карточку.

Следующим был Пэрис, и когда он подошел, то спросил: “Клятва переведена на сотню языков?”

- Более чем, - ответила Шона.

- Один из них говорит на суахили?

- Конечно, - сказала Шона.

“Я хотел бы принести присягу на суахили”, - ответил Пэрис с довольной улыбкой. Он повернулся к остальным и объяснил. “Это был язык моего дедушки, и он был большим любителем книг. Я думаю, он мог бы гордиться этим”.

- Я уверен, что так и будет, - ласково сказал Монти.

После того, как Пэрис принесла присягу на суахили, Монти решила сделать аналогичный жест в адрес своего дедушки и произнесла его на шотландском гэльском. Как только они закончили и получили свои карточки, они совершили короткую прогулку обратно в квартиру Эксетера и Флетчера для последних приготовлений. Там они упаковали снаряжение для спуска по трем рюкзакам, съели еще несколько печений с заварным кремом, и Монти позвонил маме, она вкратце изложила ему план и сказала, чтобы он не ждал их возвращения раньше позднего времени.

Они ждали в квартире, пока до закрытия библиотеки не осталось один час пятнадцать минут.

“ Все в порядке, ” сказал Флетчер. - С этого момента мы работаем по расписанию. Важна каждая минута. В нужном месте, в нужное время, или мы пропали.

“ Не волнуйся, Флетч, ” сказал Монти. “ Планы Ньютона Айзекса всегда срабатывают. Они надежны.

ШАГ ПЕРВЫЙ—ВОЙДИТЕ В БИБЛИОТЕКУ ЧЕРЕЗ RAD CAM И ССЫЛКУ GLADSTONE

Камера Рэдклиффа не имела ничего общего с фотографией. Круглое здание с куполом было потрясающим примером неоклассической архитектуры и стало культовым образом Оксфорда. Его название отсылает к латинскому слову “camera”, что означает “комната”,” и среди студентов его ласково называли Rad Cam, Раддерами или просто Камерой.

Хотя это было отдельное здание, технически оно являлось читальным залом Бодлианского музея и было закрыто для широкой публики. По иронии судьбы, именно поэтому Флетчер хотел, чтобы команда использовала его в качестве точки входа. Как только они отсканировали свои читательские карточки и прошли мимо первой волны библиотекарей, они уже нарушили систему безопасности библиотеки. Они были внутри. Если бы они вошли через Старое бодлианское здание, которое было открыто для публичных экскурсий, им пришлось бы ориентироваться в дополнительных слоях библиотекарей и сотрудников службы безопасности.

“ Помните, что мы работаем круглосуточно, - напомнила им Монти, ведя их мимо компьютерного отсека к правой задней лестнице. Пэрис и Сидней с трудом подавили желание остановиться и поглазеть на прекрасный интерьер библиотеки.

Они спустились по лестнице в Gladstone Link, подземную библиотеку, которая соединяла Rad Cam с Bod. Он выглядел современно, с яркими флуоресцентными лампами и оранжевыми архитектурными акцентами, которые тянулись по потолку.

Монти посмотрела на часы и остановилась. “ Три минуты двадцать семь секунд до начала отвлекающего маневра. Давай подождем здесь.

- Понял, - сказал Пэрис.

"Гладстоун Линк" закрылся на сорок пять минут раньше остальной библиотеки, чтобы дать службе безопасности возможность провести тщательную проверку. Это было почти в то же время, так что студенты в округе собирали вещи, чтобы уехать.

- Вы знаете, эта часть библиотеки названа в честь премьер-министра Уильяма Гладстона, - сказала Монти, возвращаясь в режим экскурсовода.

“Почему это?” - спросил Пэрис. “Это он одобрил выделение денег на его строительство?”

“Нет”, - сказала она со смешком. “Хотите верьте, хотите нет, именно ему пришла в голову идея создания полок на колесиках, чтобы библиотеки могли хранить больше книг”.

Сидни рассмеялась. - То, что ты знаешь, Монти.

“ Все в порядке, - сказал охранник, стоявший у стойки поддержки. “ Время закрываться. Вставайте и к ним.

Монти, Пэрис и Сидни снова были в движении, изо всех сил стараясь затеряться среди студентов, покидающих "Гладстон", хотя они ушли в противоположную сторону от того места, откуда пришли, и вышли через черно-белый туннель, который больше походил на фильм "Звездные войны", чем на библиотеку четырехсотлетней давности. Она привела их к основанию северной лестницы в Старом бодлианском здании, где они подождали, пока не услышали шум.

“А вот и мой мальчик”, - сказал Монти. “И я гарантирую, что он наслаждается каждой секундой этого”.

На первом этаже Флетчер изображал идеальную модель чокнутого, рассеянного профессора, когда что-то в его портфеле “случайно” привело в действие сигнализацию у входа в читальный зал. Это привлекло внимание библиотекарей, работавших в отделе обслуживания читателей прямо рядом с лестничной клеткой, и в результате никто из них не заметил трех человек, которые быстро поднялись по лестнице и вошли в близлежащие туалеты.

Это был не первый случай, когда члены Городских шпионов использовали ванную комнату в качестве укрытия. Пэрис был в мужском туалете, сидя на бачке унитаза в задней кабинке, задрав ноги на унитаз, чтобы никто не мог увидеть их из-под двери, которую он надежно запер. В дамской комнате был чулан, достаточно большой, чтобы Монти и Сидни могли спрятаться внутри. Им пришлось молча ждать почти час, пока не пришло время для второго шага.

ШАГ ВТОРОЙ— ПОДНИМИТЕСЬ В ВЕРХНИЙ ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ ПО СЕВЕРНОЙ ЛЕСТНИЦЕ

Вот как Дункан Флетчер объяснил недостаток в самой современной системе безопасности библиотеки:

“Безопасность чрезвычайно важна в Bodleian, но такова же история”, - сказал он во время их урока. “Другими словами, вы должны защищать сокровища внутри библиотеки, но вы также должны защищать саму библиотеку, потому что это тоже сокровище. И, как заметил Монти, это сокровище было построено сотни лет назад, когда обеспечение безопасности было гораздо более простым делом ”.

“Так как же они решили проблему?” - спросила Сидни. “Как они обновили библиотеку, не повредив ей?”

“Университет нанял выдающуюся компанию по обеспечению безопасности музеев и библиотек для разработки системы, адаптированной для Совета директоров. Это компания из Токио, и они проделали потрясающую работу. Они хотели сохранить архитектуру основных читальных залов, поэтому сосредоточили свое внимание на точках входа и лестничных клетках, каждая из которых теперь оснащена современной системой сигнализации с активацией движения. Там есть фонари, камеры, лазеры - все необходимое. Чтобы проиллюстрировать, насколько это чувствительно, однажды маленькая крыса забралась на южную лестничную клетку и в течение двадцати секунд включила все до единой сигнализации ”.

“Ладно”, - скептически сказал Пэрис. “Учитывая, что мы намного крупнее крысы, как мы собираемся подняться по лестнице?”

“Вот тут-то и появляется Великий Том”, - сказал Флетчер. “Каждую ночь Великий Том звонит сто один раз, чтобы возвестить о том, что когда-то в университете был введен девятичасовой комендантский час. Поскольку Том очень громкий, а колокольня находится очень близко к зданию Совета директоров, охранная фирма знала, что от звонка сработает сигнализация. Поэтому они встроили это в систему. Каждый вечер в девять часов алгоритм внутри программы отключает звук колокольного звона”.

“И как это нам поможет?” - спросила Сидни. “Если это только заглушит звук звонка, разве он все равно не обнаружит нас?”

Монти начала смеяться, когда поняла, в чем проблема.

- Почему бы тебе не объяснить им это, Александра?

“ Потому что Большой Том учится в Крайст-Черч, а колледжем долгое время управляли очень упрямые люди. Она от души рассмеялась. - Это чертовски блестяще, Флетч.

Париж и Сидней были совершенно сбиты с толку.

“Видите ли, чего охранная компания не знала — и, честно говоря, я не могу их винить, потому что это смешно, - сказал Флетчер, - так это того, что в 1880 году, когда все время в Соединенном Королевстве было стандартизировано, единственным несогласованным был участок в сто семьдесят пять акров, который составляет Крайст-Черч в Оксфорде. Колледж упорно отказывался адаптироваться и был полон решимости придерживаться так называемого оксфордского времени, отставая от остальной части страны на пять минут и две секунды ”.

“Значит, их звонок звонит на пять минут позже, чем была запрограммирована система безопасности”, - понял Пэрис.

“Совершенно верно”, - сказал Флетчер. “Когда система загружалась, звонок срабатывал каждую ночь. Это сводило с ума персонал, и им пришлось принимать решение. Они могли либо заплатить целое состояние, чтобы полностью переписать и переустановить программное обеспечение, либо...”

“Они могли бы отключить это”, - сказал Монти.

“Это именно то, на что пошли те, кто принимает решения с учетом затрат”, - сказал он. “Он выключается каждую ночь на время большого номера Большого Тома. И в это время лестничные клетки полностью слепы и уязвимы. Все, что вам нужно сделать, это подняться по лестнице на третий этаж и добраться до главного читального зала до того, как это будет сделано ”. Затем с драматическим талантом он продекламировал знаменитую стихотворную строку: “ Не спрашивай, по ком звонит колокол, он звонит по тебе”.

- Откуда ты все это знаешь? - спросила Сидни.

“Ну, они стараются держать это в секрете”, - сказал он. “Но, к счастью, один из людей в этой комнате также входит в комитет по надзору за факультетом”.

Пэрис улыбнулся, прокручивая разговор в уме. Он прятался в задней кабинке почти час, и почти пришло время совершить безумный рывок на третий этаж. Он взглянул на часы и увидел, что было три минуты десятого. Он опустил ноги на пол и уже собирался отпереть щеколду, когда услышал, как открылась дверь и кто-то вошел в ванную.

Пэрис быстро подтянул ноги обратно и наклонился, чтобы заглянуть в щель, отделявшую дверь кабинки от ее рамы. В одном из зеркал он увидел отражение уборщика, направлявшегося к писсуарам. Пэрис посмотрел на часы. Пришло время.

Бом. Бом. Бом.

Большой Том начал звонить, и все, что мог сделать Пэрис, это продолжать прятаться в стойле.

Бом. Бом. Бом.

Он сосчитал каждый звонок, пока уборщица заканчивала у писсуара и направлялась к раковине.

Бом. Бом. Бом.

Вымыв руки, мужчина прихорашивался перед зеркалом, пытаясь поправить пробор в волосах, и Пэрис потребовались все силы, чтобы не закричать.

Бом. Бом. Бом.

К тому времени, как сторож вышел из туалета, Большой Том, по подсчетам Пэриса, позвонил уже шестьдесят восемь раз. Таким образом, у него оставалось еще тридцать три, чтобы подняться на верхний уровень и попасть в верхний читальный зал. Изначально он планировал подниматься по лестнице медленно и осторожно, но сейчас на это не было времени.

Он выглянул за дверь в коридор, чтобы убедиться, что смотритель ушел, а затем со всех ног помчался по лестнице.

Бом. Бом. Бом.

Он попытался запомнить номер в уме, но в такой спешке это было трудно, и он больше не был уверен.

Бом. Бом. Бом.

Когда он добрался до верхнего этажа, то увидел, что Монти и Сидни придерживают дверь в читальный зал, давая ему знак поторопиться.

Он со всех ног бросился через прихожую и фактически проскользил последние несколько футов по мраморному полу в комнату.

Бом. Бом.

Ему удалось сделать это, когда оставалось всего двое.

- Где ты был? - спросила Сидни.

Парис беспечно пожал плечами и ответил: “В туалете”.

ШАГ ТРЕТИЙ— ИЗВЛЕКИТЕ КНИГИ ПТИЦ

Как только они добрались до верхнего читального зала, команде оставалось только полагаться на старомодное подкрадывание. Они обошли высокотехнологичную часть системы безопасности. Теперь им просто нужно было вести себя тихо, убедиться, что они не привлекают внимания, и прислушиваться к любым охранникам, которые могли быть на обходе.

“Мы ищем комнату два ноль два пять”, - сказал Монти, который просматривал онлайн-каталог библиотеки, чтобы узнать местонахождение специальных коллекций библиотеки по орнитологии. Они нашли дверь достаточно быстро, но им потребовалось некоторое время, чтобы взломать замок.

“В чем проблема?” Спросила Сидни, пока Пэрис возился с замком. “Я думала, ты хорошо умеешь вскрывать замки?”

“Ты думаешь о Рио”, - сказал он. “Я неплохо разбираюсь в современных замках, но я никогда не выбирал такой старый. Ни один из моих трюков не срабатывает.

Они услышали приближение охранника и нырнули за книжный шкаф, пока горизонт не очистился. Как только это произошло, Сидни взломала дверь и вскрыла замок за сорок пять секунд.

“ Можешь воспользоваться фонариком, - сказал Монти, как только дверь закрылась. - Нас здесь никто не должен увидеть.

Сидни включила приложение-фонарик на своем телефоне и чуть не вскрикнула. Всего в нескольких дюймах от ее лица находилось чучело ястреба, сделанное так, словно оно находилось в полном полете и было готово броситься на добычу. Свет отражался в фальшивых глазах, похожих на черно-желтые шарики.

“Я думаю, можно с уверенностью сказать, что мы нашли специальные коллекции по орнитологии”, - сказала она, ее сердце все еще бешено колотилось.

Они рыскали по комнате около пятнадцати минут, пока не нашли три коробки, сложенные в углу, с надписью "ПАРКЕР РАТЛЕДЖ". Коробки все еще были заклеены скотчем, и, очевидно, их не открывали в течение шести месяцев с тех пор, как миссис Ратледж оставила их. Монти задавался вопросом, считают ли сотрудники библиотеки их такими же важными с точки зрения образования, как мать Паркера.

ШАГ ЧЕТВЕРТЫЙ—ВЫХОД По ВЕРЕВКЕ С КРЫШИ

Дункан Флетчер стоял на лужайке, отделявшей библиотеку от расположенного неподалеку театра Шелдониан. Его взгляд был прикован к крыше "Бодлиана", и когда он увидел быструю двойную вспышку света, он понял, что они зашли так далеко.

Он убедился, что поблизости никого нет, и, когда убедился, что это безопасно, подал сигнал “вперед” тремя быстрыми вспышками.

Первым упал Сидней, всего через тридцать секунд за ним последовал Пэрис. Монти последовала за группой, и в тот момент, когда ее ноги коснулись земли, Сидни и Пэрис начали спускать веревку и сматывать ее.

Менее чем через две минуты после того, как Флетчер подал им сигнал, они шли обратно к Эксетерскому колледжу и выглядели как обычная группа студентов и преподавателей, вышедших на прогулку.

- Как прошло ограбление? - спросил Флетчер.

- У нас есть все книги, - ответила Сидни.

- Сколько это? - спросил я.

“ Двадцать семь, ” сказал Монти. “ Это был настоящий улов. Она посмотрела на своего старого друга и сказала: “Извини, что превратила тебя в преступника”.

“ Я не преступник, - сказал он. “ Шпион. Кроме того, я уже много лет так не развлекался.

Было уже поздно, когда Монти и дети вернулись в безопасное место, но остальные все еще не спали, ожидая, что произойдет. Они должны были быть осторожны в своих словах, потому что знали, что в доме есть подслушивающие устройства.

“Все хорошо?” Спросила мама.

“Все замечательно”, - ответил Монти.

Они зашли в домашний кинотеатр, потому что в нем не было окон и он казался самой безопасной комнатой в доме. Там они втроем расстегнули рюкзаки и начали доставать книги о птицах. Они выстроили все двадцать семь книг на столе, и остальные были ошеломлены.

“Вау!” - воскликнул Бруклин.

“Ты все правильно понял”, - сказала Сидни. “Вау”.

Измученные за день, Монти, Пэрис и Сидни плюхнулись в ряд кожаных глубоких кресел. Это был долгий день с перипетиями и поворотами, но им удалось умело справиться с ними. Они ускользнули от тех, кто, возможно, следил за ними, обошли самую современную систему безопасности Бодлиана и сумели вернуть книги о птицах. Они устали, но чувствовали себя превосходно.

- Ну и что ты думаешь? - спросила мама.

“Это очень много информации”, - ответил Монти.

“Мы начнем разбираться с этим завтра, когда вы, ребята, будете в парламенте”, - сказал он.

“Я просмотрела некоторые из них в поезде”, - сказала Сидни. “И я думаю, что ключ имеет отношение к кому-то по имени Сорока”.

Мама поднесла его палец ко рту, призывая к тишине. Он давно знал о попытке МИ-6 обнаружить Сороку. Но его предупреждение было слишком запоздалым. При упоминании этого единственного слова сработала программа искусственного интеллекта, отслеживающая разговоры на конспиративной квартире. “Сорока” была золотым словом, и система мгновенно начала записывать все разговоры в доме, а на компьютер на Воксхолл-Кросс было отправлено предупреждение.


21.

Парламент

НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ОНА ПОЧТИ не выспалась, Сидни чувствовала себя прекрасно, когда проснулась на следующее утро. Отчасти это, возможно, было связано с тем, что городской дом был обставлен первоклассными роскошными матрасами. Но в основном это было потому, что проникновение в "Бодлиан" было именно тем, что ей было нужно. Это было весело, возбуждающе, незаконно и здорово укрепило ее уверенность в себе.

Помогло и то, что Монти выбрал ее для этой работы. Это было напоминанием о том, что она верила в нее.

“ Готова на сегодня? - Спросила мама, когда Сидни вошла на кухню позавтракать.

“Абсолютно”, - ответила она. “Тру дала нам инструкции о том, как мы должны давать показания. И она очень конкретно напомнила нам о клятве хранить тайну. Я знаю, что говорить, а чего нет”.

“Отлично”, - ответила мама. “И правда в том, что допрос должен быть легким для тебя и Бруклина. В конце концов, вы жертвы. Кровавая Мэри не преследует тебя. Она преследует МИ-6 ”.

- Тру собирается давать показания? - спросила Сидни.

“Это произойдет позже, на отдельном закрытом заседании”, - ответила мама. “Таким образом, они смогут взять все, что вы все скажете, и швырнуть это прямо в нее”.

“Мне жаль ее”, - сказала Сидни. “Она патриотка. Она посвятила свою жизнь защите этой страны. И они собираются напасть на нее, хотя она не сделала ничего плохого”.

Мама усмехнулась. “Она жесткая. С ней обращались гораздо хуже, чем с чрезмерно амбициозным членом парламента. Кроме того, помни, что она сказала, что это ее правило жить.

“Несмотря ни на что, мои уста на замке. Мои секреты никогда не будут раскрыты, - сказала Сидни.

“Совершенно верно”, - сказал он, улыбаясь. “Она соответствует этому”.

Возникли некоторые споры о том, как они будут одеваться для дачи показаний. В какой-то момент Монти предложил им надеть школьную форму, на что Сидни тут же ответила отказом. У нее было сильное чувство стиля, и после недели попыток слиться с Сильвией Эрлей захотелось показать себя настоящей. Таким образом, в то время как Бруклин пошла по консервативному пути с простым темно-синим платьем, Сидни надела черные брюки и белую блузку с приталенным блейзером в клетку и ярким красным поясом. Это был ее силовой наряд, и он позволял ей чувствовать себя сильной, а именно в этом она нуждалась в данный момент.

От Ноттинг-Хилла они взяли такси, но вышли на пару кварталов раньше. Монти хотел пройтись пешком, чтобы она могла ознакомиться с ситуацией. Несмотря на то, что слушание было закрытым, пресса знала, что что-то происходит. Монти хотел убедиться, что у входа не толпятся ЖУРНАЛИСТЫ, высматривающие девочек школьного возраста, которые придут давать показания.

“Теперь запомни, Сидни”, - сказал Монти, когда они шли по Виктория-стрит рядом с Вестминстерским аббатством. “Бруклин слишком молод, но ты собираешься принять присягу. С тобой все будет в порядке, если ты будешь лгать под присягой?

“Это будет у меня не в первый раз”, - ответила Сидни.

-Этого не произойдет?

“ Разве ты не помнишь прошлую ночь? Настоящим я обязуюсь не удалять из Библиотеки... Как только ты нарушишь одну клятву, ты нарушишь их все”.

Она пыталась отнестись к этому легкомысленно, но Монти знал, что это будет нелегко. Моральный компас Сидни был тверд, и лгать, даже по правильным причинам, было для нее тяжело. Не помогало и то, что ей предстояло делать это в одном из самых известных — и самых устрашающих — зданий в мире.

Хотя люди часто называли это здание парламентом, официально это был Вестминстерский дворец. Точно так же, как большинство туристов думали, что его гигантская башня с часами была названа Биг Бен, хотя на самом деле так назывался колокол внутри нее.

Чтобы избежать внимания ПРЕССЫ, пассажиры и экипаж "Сильвии Эрл" обошли вход для посетителей на Кромвелл-Грин и вошли через гораздо менее заметную дверь, обычно предназначенную для персонала. Хотя с момента этого испытания прошло всего несколько недель, это было похоже на воссоединение старых друзей, когда все они собрались в богато украшенной приемной с не слишком дружелюбным названием - Столовая для незнакомцев.

Комната была достаточно большой, чтобы они могли разбиться на группы поменьше. Трое ученых стояли посреди комнаты, проверяя всех присутствующих. Капитан корабля Фрида Ховланд стояла в углу вместе с несколькими членами своей команды, включая Ханну Делапп, второго помощника капитана.

“Тот, кто разговаривает с капитаном, как мы думаем, из МИ-6”, - прошептала Сидни Монти.

“Хотя, если это и так, я не видел, чтобы она сделала что-нибудь полезное во время нападения”, - добавил Бруклин.

- То, что мы делаем, не всегда заметно, - напомнил ей Монти.

к большому удивлению Сиднея и Бруклина, к ним подошла Джуди Сомерсби, но она выглядела иначе, чем на корабле. Вместо уверенности, которую она излучала, как Сильвия Эрл, теперь она казалась неуверенной в своих манерах, с опущенными плечами и опущенными глазами.

“ Привет, ” приветливо поздоровалась Джуди. - Рада видеть вас двоих.

Сидни не знала, как отнестись к этому дружескому жесту; в конце концов, она почти не разговаривала с ними, когда они жили в одной комнате. Тем не менее, Джуди вела себя мило, поэтому ответила в том же духе. “Я тоже рада тебя видеть”.

- Как у тебя дела? - спросил Бруклин.

“ Думаю, хорошо, - сказала она. “ Все еще немного взволнована. А как насчет тебя?

- То же самое, - сказал Бруклин.

“У меня так и не было возможности должным образом поблагодарить вас обоих”, - сказала она. “На том острове было безумие, и когда я искал тебя, я не мог найти”.

- Не стоит благодарности, - решительно сказала Сидни, не вполне доверяя этой новой и усовершенствованной Джуди.

Они немного неловко постояли, и Джуди добавила: “Я также хотела сказать, что сожалею о своей матери. Я держал это в секрете, как ты мне велел, но я бы действительно хотел рассказать ей. Я все еще не понимаю, кто ты, но я знаю, что нам с Элис невероятно повезло, что ты был там, на лодке. Так что спасибо тебе.”

“Мы ценим это”, - сказал Бруклин. “Но будет действительно лучше, если это останется между нами”.

- Просто чтобы ты знал, - многозначительно добавила Сидни, -удача тут ни при чем.

“ Хорошо, ” сказала Джуди. “ Еще раз спасибо. Она собралась уходить, но по пути повернулась к Сидни и сказала: “Кстати, мне действительно нравится твой пояс”.

“ Ну? - Спросил Монти, как только Джуди оказалась вне пределов слышимости. - Что ты думаешь?

“Лучше бы она не хвалила мой пояс”, - сказала Сидни.

“Почему?” - спросил Бруклин.

“Потому что как раз в тот момент, когда я решила, что она неискренняя и полная дерьма, она мне немного понравилась”, - ответила она.

“Почему ты думаешь, что она неискренняя?” - спросил Монти.

“То, как она обращалась с нами всю неделю на корабле”, - ответила Сидни. “Она вела себя так, словно нас там вообще не было. Что мы были ниже ее достоинства.

“Я не знаю”, - сказал Бруклин. “Мне показалось, что она говорила искренне. Возможно, угон изменил ее”.

“Я не убеждена”, - сказала Сидни. “Легко прийти сюда и поблагодарить нас, когда никто не слышит. Я все еще думаю, что это притворство”.

- А комментарий по поводу ремня? - спросил Монти.

“О, она именно это и имела в виду”, - пошутила Сидни. “Говорите что хотите о ее навыках общения с людьми, но у нее отличное чувство стиля”.

Монти и Бруклин рассмеялись, а затем в комнате воцарилась тишина, когда Мэри Сомерсби вошла в сопровождении небольшой свиты помощников и обратилась к собравшимся. “Прежде всего, спасибо вам за то, что вы были здесь сегодня”. Она торжественно посмотрела на лица собравшихся. “То, что случилось с вами, непростительно. Ваше правительство — точнее, МИ-6 - подвело вас. Как представитель этого правительства, я приношу свои самые искренние извинения вместе с обещанием, что мой комитет докопается до сути этого. Будут назначены надлежащие наказания, а виновные будут пойманы и привлечены к ответственности”.

В зале раздались вежливые аплодисменты.

Сидни повернулась к Джуди, на лице которой было написано презрение.

“Не похоже, что Джуди большая поклонница ”дорогой старой мамы"", - прошептала Сидни остальным, которые заметили это выражение.

“Теперь я хочу поговорить с вами о том, как пройдет этот день”, - продолжил Сомерсби. “Мы просто пытаемся получить от каждого из вас как можно больше информации о том, что произошло на корабле. Для этого мы соберемся группами по четыре человека, что избавит нас от необходимости повторять слишком много и позволит каждому из вас иметь достаточно времени для разговора. Более того, что касается пассажиров, мы собираемся доставить вас в каюте, так что вы будете жить с теми соседями по комнате, которые были у вас в поездке. Мы думаем, это поможет вам лучше запомнить детали ”.

“Это хорошо для нас”, - прошептала Сидни Бруклину.

- Почему это? - спросил я.

“Потому что Джуди и Элис будут в центре внимания, и они будут вести все разговоры”, - объяснила Сидни. “Все, что нам нужно делать, это тихо кивать”.

“Теперь одна вещь, которая действительно важна”, - продолжил Сомерсби. “Вы должны оставаться в этой комнате, пока не дадите показания. Это делается для того, чтобы защитить вас от прессы как можно больше, чем угодно еще. Если вам понадобится воспользоваться туалетом, один из наших замечательных помощников по работе с посетителями проводит вас в соседнюю комнату, обычно зарезервированную для членов клуба. Кроме того, после того, как вы дадите показания, вы не сможете вернуться в эту комнату, поэтому обязательно возьмите с собой все, что у вас есть. И, наконец, нам нужно забрать ваши телефоны до завершения сеанса. Поверьте мне, они будут в полной безопасности, но это необходимо. Несколько охранников обходят комнату, чтобы забрать их.

“Что это все значит?” Бруклин спросил Монти.

“Во-первых, они хотят убедиться, что никто ничего не записывает и никто не публикует в социальных сетях”, - ответил Монти. “Но что более важно, я предполагаю, что они не хотят, чтобы экипаж мог координировать свои действия друг с другом или предупреждать о том, какие вопросы задаются”.

“Почему бы и нет?” - спросил Бруклин.

“Потому что они могут подумать, что кто-то из экипажа замешан в этом, - сказала она, - что они помогали угонщикам. И они захотят застать их врасплох в этой комнате для слушаний ”.

“Еще раз приношу свои извинения за все неудобства этого дня”, - сказал Сомерсби. “Мы постараемся побыстрее пройти в комнату для слушаний, и как только я здесь закончу, у нас будет приготовлена вкусная еда, которую нам принесут. Спасибо вам всем. И еще раз, я обещаю, что это правительство восстановит справедливость”.

Что касается ее обещаний, то в Сомерсби все было пятьдесят на пятьдесят. Примерно так, как можно ожидать от политика. Питание было восхитительным, как и рекламировалось. В основном это были закуски, но их было много, и среди них были лучшие булочки, которые Бруклин когда-либо пробовал. Однако что касается быстроты разбирательства, то это было менее точное описание.

Каждая группа, казалось, занимала целую вечность, а слушания длились часами. К сожалению, столовая для незнакомцев не располагала к многочасовому развлечению. В дополнение к еде на стенах висели девять картин, в основном портреты бывших спикеров палаты представителей. От нечего делать Бруклин и Пэрис потратили уйму времени на изучение деталей произведений искусства, и среди их проницательных наблюдений был тот факт, что премьер-министр восемнадцатого века Уильям Питт и голливудская звезда двадцать первого века Брэд Питт не имели ничего общего, кроме фамилии.

Монти пыталась понять, что происходит в комнате, когда вызывали разных людей. Особенно она изучала капитана, который, казалось, был обеспокоен всей ситуацией. Монти попытался завязать с ней разговор, но после нескольких отрывистых ответов она оставила эту попытку. Ей больше повезло с Вирджинией Уэскотт, режиссером-документалистом.

“ Какие документальные фильмы вы сняли? - Спросил Монти. - Какие-нибудь, которые я, возможно, видел?

“Давайте посмотрим”, - сказал Уэскотт. - Несколько лет назад я снял один фильм о забастовке шахтеров в середине восьмидесятых, а другой - о женщинах-шифровальщицах, которые работали в Блетчли-парке во время Второй мировой войны.

“Я видел оба фильма”, - сказал Монти. “Они мне очень понравились. Особенно тот, что в Блетчли-Парке. История захватывающая”.

“Потрясающе”, - сказал Уэскотт. “Вы знаете, некоторые из этих женщин никогда не рассказывали о проделанной ими работе. Десятилетиями жили со своими супругами и ни разу не обмолвились ни словом о Блетчли-парке. Они сказали, что поклялись хранить тайну и унесут это с собой в могилу ”.

Монти действительно так понравился документальный фильм о Блетчли-парке, что она посмотрела его несколько раз. Вирджиния Уэскотт поднялась в своем мнении на несколько позиций.

“Последние несколько лет я потратил на создание многосерийного документального фильма об истории Олимпийских игр”.

“Я это видела”, - добавила Сидни, сияя, когда присоединилась к разговору. “Это было превосходно”.

- Спасибо, - сказал Уэскотт.

Сидней и Бруклин были в числе предпоследних групп, вызванных для дачи показаний. Единственными, кто еще оставался, были Вирджиния Уэскотт, капитан Ховланд и двое морских ученых, участвовавших в поездке.

Первым человеком, которого Сидни увидела, войдя в комнату заседаний комитета, был Тру, который сидел в углу и быстро подмигнул ей. Рядом с ней сидел ее личный помощник Джек Фисселл. За U-образным столом сидели девять членов парламента, а Мэри Сомерсби занимала место посередине, отведенное для председателя. Все они сидели лицом к длинному деревянному столу, за которым бок о бок сидели Джуди, Элис, Бруклин и Сидни.

“Добро пожаловать, девочки”, - сказал Сомерсби. “В Соединенном Королевстве людям любого возраста разрешено давать показания, но те, кому четырнадцать и старше, должны быть приведены к присяге. Поэтому, прежде чем мы зададим какие-либо вопросы, Элис и Элеонора, - сказала она, обращаясь к Сидни под ее псевдонимом, - я бы хотела, чтобы каждая из вас подняла правую руку и повторила эту клятву. ”Я обещаю перед Всемогущим Богом, что доказательства, которые я приведу, будут правдой, всей правдой и ничем, кроме правды".

Во второй раз менее чем за сутки Сидни дала клятву, которую, как она знала, она немедленно нарушит. Полицейские опрашивали девушек по порядку слева направо, начиная с Джуди, а затем Элис. Сначала вопросы были общими: их спрашивали, как случилось, что они отправились в поездку и каковы были впечатления. Они стали более конкретными, когда дело дошло до событий дня угона самолета.

Вот тогда-то вопросы и стали каверзными. Мэри Сомерсби знала, что с ее стороны было бы неуместно задавать вопросы собственной дочери, поэтому она уступила другому члену парламента от своей партии.

“Как вы узнали, что корабль подвергся нападению?” - спросила женщина.

“Элис и я проснулись, когда Эмиль Бликс начал говорить по внутренней связи, чтобы сообщить нам, что они взяли под контроль корабль”, - сказала Джуди хорошо отработанным ответом.

“ И как же получилось, что ты спрятался в... Член парламента подошел, чтобы прочитать название комнаты в своих записях, но Джуди заполнила ответ за него.

“ Машинное отделение кормового двигателя, - ответила она так, словно теперь была экспертом в мореходстве. “ На самом деле, это был инстинкт. Учитывая, что моя мать была членом парламента, а Элис - членом королевской семьи, имело смысл только то, что мы стали мишенями угонщиков ”.

“Это очень быстрое мышление”, - сказал депутат.

“ Спасибо, мэм, ” ответила Джуди. “Готовясь к путешествию, я тщательно изучил ”Сильвию Эрл" и я знал, что наш лучший шанс - это поискать место, где можно спрятаться, на машинном отсеке".

“Очень храбрый”, - сказал член парламента. “Блестящий и отважный”.

Несмотря на то, что это было именно то, что им нужно было услышать от Джуди, показания свели Сидни с ума. Вот Джуди получила все похвалы, которых заслуживал Бруклин. Бруклин был единственным, кто был блестящим и храбрым.

Аналогичный вопрос был задан Элис, а затем и Бруклину. Хотя после краткого представления Мэри Сомерсби задала Бруклину неожиданный вопрос, скорее обвиняющий, чем любознательный.

“Почему тебя не было на платформе для наблюдения за морскими млекопитающими?” - спросила она.

- Простите, мэм, я не понимаю.

“Это не такой уж сложный вопрос”, - сказал Сомерсби. “Согласно показаниям, которые мы услышали сегодня, все остальные девушки были на платформе для наблюдения за морскими млекопитающими, но вас там не было. Почему нет?”

Монти, Тру и Сидни внимательно следили за тем, как Бруклин справился с этим вопросом. Они собирались выяснить, насколько быстро она сможет говорить на ногах.

“Эти показания неточны”, - сказал Бруклин.

- Ты называешь других девушек лгуньями?

-Нет, мэм.

- Значит, ты называешь меня лжецом?

“Нет, мэм”, - ответил Бруклин. “Дело в том, что на платформе не было ни одной девушки. Элис и Джуди обе прятались в машинном отделении. А Элеонора пряталась в нашей каюте.

И на этом остальные расслабились. Как и во многих других аспектах шпионажа, Бруклин, казалось, вполне подходила для этого.

“ Конечно, ” сказал Сомерсби, засуетившись. “ Но, в отличие от них, вы были на главной палубе. Вы были близко к платформе. Но вместо того, чтобы поместить тебя с остальными, Эмиль Бликс отвел тебя, и только тебя, на мостик. Зачем это было?

В этот момент Бруклин пришлось быстро принять решение. Она должна была предположить, что одна из девушек на платформе подслушала ее разговор с Бликсом и дала показания об этом. Это означало, что она должна была рассказать правду о том, что произошло. По крайней мере, большую часть правды.

- Он отвез меня туда, потому что я обещала рассказать ему, где прячутся Элис и Джуди.

Внезапно атмосфера в комнате изменилась.

“И вы знали, где они прятались?” - спросил депутат.

“Нет, мэм”, - сказал Бруклин.

- Тогда почему ты сказал ему, что сделал это?

“Потому что он угрожал мне, и я хотел заставить его остановиться”.

"Кровавая Мэри" подозрительно посмотрела на нее. - И что произошло на мосту?

“На мостике есть подробные карты корабля, и на одной из них я указал на якорное отделение на баке”, - сказал Бруклин.

-И зачем ты ему это сказал?

- Потому что я хотел отправить его в погоню за несбыточным.

Монти понял, что ответ был ошибкой, и по реакции Кровавой Мэри понял, что она тоже.

“Тогда я в замешательстве”, - сказал Сомерсби. - Несколько минут назад вы сказали, что не знаете, где они прячутся.

- Совершенно верно, я этого не делал.

“Тогда как вы узнали, что отправляете его в погоню за дикими гусями?” Спросил Сомерсби, ухватившись за оплошность. “Как вы узнали, что девочек на самом деле не было в комнате для ведущих?”

Бруклин даже не сбился с ритма. “Я видел, как они направлялись к задней части корабля”.

“ Подождите секунду, ” сказал Сомерсби. - Мне казалось, вы только что сказали, что не видели их.

Бруклин был невозмутим. “Нет. Я сказал, что не знаю, где они. Но я точно знал, что они направились к корме лодки, и именно поэтому я выбрал самое дальнее от нее место. Она немного помолчала и добавила: “Я пыталась помочь вашей дочери”.

Кровавая Мэри немного сдулась, разочарованная тем, что ей не удалось поймать Бруклин в ловушку. Но ее главный приз был еще впереди.

Она даже не стала утруждать себя беглыми вопросами, чтобы установить основу истории Сидни. Она просто перешла прямо к делу. - Почему у тебя были мокрые волосы?

- Прошу прощения, - ответила Сидни.

“Согласно показаниям, никто не видел вас во время нападения, но позже, когда все были вместе, ваши волосы были мокрыми”, - объяснила она, сфокусировавшись, как лазер. “Но в своих показаниях полиции вы сказали только, что прятались в своем домике. Хотя ни Джуди, ни Элис вас там не видели. Поэтому я спрашиваю еще раз, почему у тебя были мокрые волосы?

“Я... эм ... не...” начала говорить Сидни, подыскивая ответ.

“И я напоминаю вам, что, в отличие от вашего друга, вы находитесь под присягой”, - заявил Сомерсби.

Сидни даже не успела ответить, но Мэри Сомерсби застала ее врасплох, и она уже начала вырываться. Она бросила несколько отчаянный взгляд в сторону Тру, но она ничего не могла сделать, чтобы помочь ей.

- Я солгал полиции.

Это ошеломило зал, и теперь каждый член парламента был полностью вовлечен в дачу показаний.

- Что ты сделал? - спросил Сомерсби.

“ Я солгал полиции. Я не сказала им, потому что я делала то, чего не должна была делать, - запинаясь, сказала Сидни, бросив еще один косой взгляд на Тру.

“Что вы делали?” - спросил член парламента.

“Принимаю душ, ” ответила Сидни. “На "Сильвии Эрл" есть только один душ, и он был зарезервирован для офицеров и ученых. После почти недели, проведенной на море, я больше не могла этого выносить. Мои волосы были жирными и отвратительными, поэтому я пробралась в душ, чтобы быстро ополоснуться. Когда я вышел, то услышал, что происходит, и спрятался прямо там, в капитанской каюте. Вот почему у меня были мокрые волосы. Вот почему остальные меня не видели.

- И вы сочли, что это достойно того, чтобы солгать властям?

“Оглядываясь назад, я думаю, что это было довольно глупо с моей стороны”, - сказала Сидни. “Но угон или не угон, я нарушал правило, и я боялся, что это может привести к неприятностям в моей школе. Я уже отработал максимум штрафных санкций за этот семестр.

Сомерсби выглядела неубежденной, но она продолжила. - Я заметила, что твоих родителей сегодня здесь нет.

Этот вопрос был действительно резким, и он вызвал все тенденции Сиднея, направленные против истеблишмента. “И насколько это актуально?”

“Просто герцог Ковингтонский нашел время побыть здесь с Элис”, - сказала она. “И мой бывший муж смог освободиться от своих юридических обязанностей, чтобы быть здесь с Джуди. Но твоих родителей здесь нет”.

“Я здесь как ее опекун”, - сказал Монти.

“Прошу прощения, ” сказал Сомерсби, свирепо глядя на Монти. “Вы не были приведены к присяге, и вы не будете говорить, пока к вам не обратятся напрямую”.

“Я здесь как ее опекун и защитник, чтобы защитить ее от подобного обращения”, - сказал Монти, не отступая. “Она ребенок, и ты делаешь совершенно неуместные намеки”.

“Все в порядке, Монти”, - сказала Сидни, глядя на нее через плечо. “Я могу объяснить”. Сидни снова повернулась к Кровавой Мэри и улыбнулась. “Я ценю, что и герцог, и ваш бывший муж смогли найти время, чтобы побыть здесь со своими дочерьми”, - сказала она. “Я уверен, что один из моих родителей сделал бы то же самое, если бы они оба не были мертвы. Это усложняет задачу, если только у тебя нет хрустального шара или доски для спиритических сеансов. Так что мисс Монтгомери придется поступить.

Это вызвало смешки у некоторых других членов парламента и членов галереи.

“Интересно, что ты так говоришь”, - ответила она. “Потому что нигде нет упоминания о твоих родителях. Рекордный путь Элеонор Кинг начался три года назад, когда ты поступила в Кинлохское аббатство. Ты как будто материализовалась из воздуха. Или, возможно, где-то там спрятана другая личность.

Сидни посмотрела сначала на Монти, а затем на Тру, совершенно не зная, что сказать дальше, поэтому она просто тихо сидела, пытаясь придумать ответ.

“ Что? - Саркастически переспросил Сомерсби. “ Никакого остроумного ответа. Что ж, мы вернемся к этому, потому что я чувствую, что следующий вопрос откроет шлюзы ”.

Глаза Сидни широко раскрылись, когда она приготовилась ко всему, что могло произойти.

“Два месяца назад вы заказывали ингредиенты, необходимые для изготовления взрывного устройства, у химической компании в Саутгемптоне или нет ?” член парламента показал квитанцию. - И я еще раз напоминаю вам, что вы находитесь под присягой.

Именно тогда Сидни осознала всю глубину того, на что была готова пойти член парламента. Она пыталась обвинить ее в угоне самолета. Сначала отрывочное алиби. Затем недокументированное прошлое. А теперь взрывчатка. Сидни купила их для субботних тренировок в день матча на ФЕРМЕ, но Кровавая Мэри собиралась сказать, что она была частью террористической команды. Она обвиняла ее в том, что она преступница. И все же, если Сидни скажет правду, она действительно станет преступницей.

Никогда прежде в жизни она не чувствовала себя такой уязвимой. Она понятия не имела, что могла сказать в свою защиту.

“ Это абсурд! - Воскликнула Монти, вскакивая на ноги.

“Судебный пристав, заставьте эту женщину замолчать”, - прогремела Сомерсби, указывая на Монти. Она сосредоточилась на Сидни и продолжила: “Скажите нам правду. Ты связан со всем этим, не так ли? Ты ”крот", которого внедрили иностранные агенты, решившие...

“ЯБЛОЧНЫЙ ДЖЕК”!

Прерывание было неожиданным и застало всех врасплох.

“ЯБЛОЧНЫЙ ДЖЕК”!

Сидни повернулась, чтобы посмотреть на другой конец стола, и увидела, что это Джуди.

“ Джуди, что ты делаешь? - Спросила Сомерсби у дочери.

“Перед тем, как я отправилась в путешествие, ты рассказал мне об эппл джеке”, - сказала Джуди. “Точно так же, как герцог и герцогиня сказали Элис”.

Элис утвердительно кивнула.

“Вы сказали нам, что если кто-нибудь скажет "яблочный джек", мы должны прекратить то, что делаем, и следовать их инструкциям”, - продолжила она. “Ну, я говорю тебе ‘яблочный джек’ по той же причине. Чтобы сказать тебе прекратить то, что ты делаешь”.

“Эппл Джек не имеет к этому никакого отношения”, - сердито сказал депутат.

“Эппл Джек имеет самое отношение к этому”, - твердо ответила ее дочь. “Яблочный джек - это причина, по которой нас с Элис не заперли в каком-нибудь крошечном чулане на корабле, плывущем в Исландию. Это причина, по которой мы двое все еще живы. И это причина, по которой вы должны перестать обвинять этих двух девушек и начать благодарить их. Потому что они не подозреваемые. Они герои ”.

“И как же это?” - взревела мать.

“Я не могу сказать тебе, как”, - ответила Джуди.

-Потомучто?

- Потому что у вас недостаточно высокий уровень допуска.

Тру попытался подавить смех кашлем.

“Я не знаю, что на тебя нашло”, - сказал Сомерсби. “ Но я здесь не как мать, с которой ее испорченная испорченная дочь может разговаривать раздраженно. Я здесь как представитель правительства и народа Саутгейта, и я буду задавать вопросы так, как сочту нужным”.

“Что ж, я собираюсь изложить это тебе, мама”, - сказала Джуди. “У тебя есть два варианта, и я собираюсь позволить тебе выбрать, какой из них выбрать”.

- Как великодушно с вашей стороны.

Вариант первый: прекратите свои нелепые вопросы, поблагодарите этих двух девушек за спасение жизни вашей дочери и обратитесь к представителям средств массовой информации, которым вы сообщали информацию, и объявите, что после тщательного расследования становится очевидным, что МИ-6 не допустила ошибок в отношении угона “Сильвии Эрл”.

-А второй вариант?

“Вы продолжаете задавать свои нелепые вопросы, а я выхожу и обращаюсь к тем же представителям средств массовой информации”, - холодно ответила Джуди. “И я рассказываю им все о нашей семье. Я рассказываю им о твоих ночных телефонных звонках, когда ты думаешь, что я сплю и не слышу, с кем ты ведешь дела. И, конечно, я объясняю им, почему я живу со своим отцом, а не с матерью ”. Краска отхлынула от лица Кровавой Мэри. “Я не знаю, понравится ли добрым людям Саутгейта то, что они услышат, но я уверен, что прессу в полной мере развлечет трогательная мыльная опера, которой является наша семья”.

В комнате воцарилась ошеломленная тишина, пока Элис не встала и не указала прямо на Джуди. “То, что она сказала!”


22.

Пончик

НА МЭГПИ ВСЕГДА НЕ ОБРАЩАЛИ ВНИМАНИЯ. Во-первых, она росла в семье, где хвалу и внимание уделяли старшему сыну. Тогда это была школа-интернат, где детям богатых и могущественных предоставлялись наилучшие возможности. Теперь это была МИ-6, где шпионы с нужными связями получали все блестящие задания и относились к ним как к героям.

На каждом из этих этапов Magpie добивалась успеха, но никогда не слишком. Приятный ребенок, хорошая ученица, уважаемый агент. Солидный, но не особенный. Конечно, не эффектный.

Это очень обрадовало Сороку.

Все внимание было приковано к звездам, а это означало, что каждое их движение тщательно отслеживалось. Дублеры могли сновать в тени, а это именно то место, где хотела быть Сорока. Мир теней изобиловал возможностями для любого, у кого был талант, но не хватало морали.

Единственным человеком, который не недооценивал Сороку, был Ле Фантом. Их сотрудничество было очень прибыльным, и он нашел агента невероятно квалифицированным, вот почему он хотел, чтобы они работали вместе над специальным проектом. Несколькими месяцами ранее план Umbra с треском провалился в Париже. Организация намеревалась выпустить смертельный вирус во время молодежного саммита по окружающей среде, но человек, ответственный за выполнение плана, внезапно исчез. Ле Фантом подозревал, что МИ-6 имеет к этому какое-то отношение, и поручил Сороке выяснить это.

Вместо того, чтобы копаться в файлах о саммите или Umbra, которые могли привлечь внимание, Сорока разработал более хитрую схему и организовал угон Сильвии Эрл.

“ Как это поможет раскрыть то, что произошло в Париже? Le Fantôme asked.

“Возможно, и нет”, - ответила Сорока. “Но МИ-6 не хватает креативности, и она склонна повторяться. Как и молодежный саммит, в этом сценарии студенты находятся в научной среде. Они могут попытаться повторить то, что сработало у них в Париже; возможно, разместив агента на борту в качестве ученого или члена экипажа ”. Двойной агент помолчал немного и добавил: “И даже если они этого не сделают, вы все равно заработаете миллионы на выкупе”.

Фантом рассмеялся и сказал: “Я думаю, что ты, возможно, единственный человек, которого я когда-либо встречал, более достойный сожаления, чем я”.

- Приму это как комплимент.

- Я имел в виду именно это.

В то время план казался блестящим. Мэгпи убедился, что МИ-6 перехватила сообщение об угоне самолета, а затем убрался с дороги. По крайней мере, один агент был помещен на борт, но не было никаких указаний на то, что она вообще сорвала захват самолета. В этом не было необходимости. Эмиль Бликс сам все испортил.

Или это сделал он?

Когда они встретились в Норвегии, Бликс был непреклонен в том, что кто-то подделал его бомбу. Сорока думал, что это была отчаянная попытка спасти свою репутацию, но расследование в парламенте изменило ситуацию. Несмотря на статус слушания “секретно”, Сороке удалось получить доступ ко всем показаниям. Первоначально это делалось для того, чтобы убедиться, что ничто из этого не приведет к Бликсу и не поможет связать его с Умброй. Но теперь Сорока задался вопросом, возможно ли, что МИ-6 была достаточно умна, чтобы разместить на борту более одного агента. Провал Бликса могли объяснить многочисленные агенты, работающие независимо. Недооценил ли крот Секретную разведывательную службу?

- Кто там? - спросил охранник, совершавший свой ежечасный обход.

“Это всего лишь я”, - невинно ответила Сорока, дружески помахав рукой. “У босса были срочные дела поздней ночью, которые нужно было просмотреть для встречи завтра утром”.

Охранник покачал головой и ответил: “Разве так не всегда бывает? У босса срочное дело, но это ты работаешь допоздна, пока он крепко спит.

“Всегда”, - ответила Сорока, не потрудившись указать, что босс на самом деле была "она", а не "он".

“Будьте осторожны и выключите свет, когда будете уходить”, - сказал охранник, возобновляя свой обход.

“ Обязательно. Спокойной ночи.

Вот насколько легким был обман, когда люди постоянно упускали тебя из виду. Охранник так привык видеть, как Сорока приходит и уходит выполнять черную работу, такую как сдача или забирание файлов, что он дважды не задумывался о ситуации. Даже посреди ночи в GCHQ, штаб-квартире правительственной связи. Это было здание, повсеместно известное как "Пончик", где МИ-6 хранила свои самые секретные записи. Сорока искала именно его. Имя всплыло из ниоткуда и внезапно показалось заслуживающим внимания.

Ярлык на папке гласил: АЛЕКСАНДРА МОНТГОМЕРИ.


23.

Кэт

КАТМАНДУ, НЕПАЛ —ТРЕМЯ ГОДАМИ РАНЕЕ

МАМА И МОНТИ ИСКАЛИ кофейню, спрятанную где-то в лабиринте многолюдных переулков, составляющих район Тамель в Катманду, Непал. Здесь не было тротуаров — только узкие полоски тротуара, кишащие побитыми машинами, шипящими мотоциклами и своенравными пешеходами.

“Я никогда в жизни не видела столько знаков”, - сказала мама, изумленно качая головой.

Вывески были повсюду. Они покрывали стены каждого здания, украшали каждый фонарь и электрический столб, свисали с балконов и баннеров, протянувшихся через улицу. Они рекламировали все - от сувенирных лавок и интернет-кафе до недорогих пансионатов и гималайских горных походов.

“Ну, на одном из них написано ”Кафе "Лхаса"", - сказал Монти, когда она ободряюще похлопала его по спине. “Все, что нам нужно сделать, это найти его”.

Он усмехнулся и ответил: “Мне нравится твой оптимизм”.

Им потребовалось около двадцати минут поисков, но в конце концов они нашли узкую витрину магазина, втиснутую между пунктом обмена валюты и небольшим магазинчиком, торгующим местными изделиями ручной работы. Кофейня была чуть шире входной двери. Внутри находилась барная стойка с табуретками и тремя деревянными столами. За одним из столиков сидела молодая женщина лет двадцати с небольшим. Она подняла глаза и улыбнулась им.

- Александра? - спросила женщина.

“Да”, - ответил Монти. “Вы, должно быть, Элейн”.

“Надеюсь, найти тебя было не слишком сложно, но моя мама сказала, что ты хотел встретиться в глуши”, - ответила Элейн. “Кроме того, в этом заведении лучший кофе в КТМ”, - сказала она, назвав город по прозвищу.

Монти представил маму, и все они сели за стол. Следуя рекомендации Элейн, они заказали на завтрак "алу чана" - блюдо с карри из картофеля и нута.

- Знаешь, твоя мама - мой самый любимый врач на все времена, - сказал Монти.

“Я думаю, это что-то вроде общества взаимного восхищения”, - ответила Элейн. “Она в восторге от тебя. Она говорит, что ты математический гений, и сказала мне, что я должен сделать все, что в моих силах, чтобы помочь тебе, не задавая лишних вопросов.

- Она как-нибудь намекнула вам, где я работаю?

“Это был единственный вопрос, который мне специально сказали не задавать”, - ответила она. “Но, судя по всему, что происходит в ”плаще и кинжале", у меня есть довольно хорошее предположение".

Монти улыбнулся. - Давай просто оставим все как есть.

- Хорошо, тогда что привело вас в Непал?

“Я знаю из ежегодного рождественского письма твоей мамы, что ты работаешь в ЮНИСЕФ, помогая детям здесь, в Катманду”, - сказала она. “И как бы безумно это ни звучало, я надеялся, что вы поможете мне найти что-то конкретное”.

Монти достала из сумочки листок бумаги и протянула его Элейн. Это была фотография, распечатанная из Интернета, на которой была изображена непальская девушка, держащая в руках кусок ткани с нарисованными на нем геометрическими узорами. Девочке было около десяти лет, и вместо того, чтобы смотреть прямо в камеру, она смотрела немного вниз и в сторону от нее.

- Ты хочешь найти эту девушку? - спросила Элейн.

- Очень, - ответил Монти.

“Вы знаете, что в Катманду проживает более миллиона человек, не считая десятков тысяч, которые оказались здесь из-за землетрясений и наводнений”, - сказала Элейн. “Найти ее будет действительно трудно”.

“На самом деле, найти это кафе было действительно сложно”, - сказала мама. “Найти ее будет практически невозможно”. Затем он сверкнул улыбкой. “Но практически невозможное - это наша специальность”.

Пока они завтракали, Элейн изучала фотографию, ища подсказки, которые могли бы помочь. “Это называется янтра танка”, - сказала она, указывая на произведение искусства. “Это используется в медитации”.

“Я нашел фотографию на веб-сайте ЮНИСЕФ”, - сказал Монти. “Там была пара других девочек, и в статье говорилось, что они были частью программы, которая учит девочек-сирот мастерить поделки. Но в нем не было указано название конкретной программы ”.

“Их много”, - сказала Элейн. “Но я знаю одного из парней, который пишет посты для веб-сайта. Он должен быть в состоянии помочь нам.

Остаток утра и весь день они провели, заходя в один тупик за другим, пока не добрались до маленькой школы на окраине города.

“Вы должны быть осторожны, когда имеете дело с местными агентствами”, - сказала Элейн. “Не все из них являются законными, но при таком количестве нуждающихся детей социальные службы просто перегружены”.

“Как тебе этот?” Спросила мама.

“Хорошо”, - сказала она. “Женщина, которая управляет этим заведением, действительно заботится о девочках. Это так называемый центр временного обучения”.

Они втроем встретились с директором, и, как они ее проинструктировали, Элейн представила Монти и Маму как представителей британского общества помощи.

- Что привело вас к нам? - спросила она.

“Мы бы очень хотели познакомиться с этой девушкой”, - сказал Монти, показывая ей фотографию. “Она здесь?”

На лице директора появилось слегка страдальческое выражение. Выражение, которое, как они скоро поймут, было выражением жалости. “Да”, - сказала она. - Ее зовут Амита.

- А ее семья? - спросил Монти.

Женщина покачала головой. - Она потеряла семью во время землетрясения два года назад.

- Мы можем с ней поговорить?

“Ты можешь попробовать”, - ответила она. “Но Амита почти не разговаривает”.

- Она что, не может говорить? - спросила мама.

“О нет”, - сказала женщина. “Дело не в этом. Она просто предпочитает не делать этого”.

“ Даже своим друзьям? - Спросил он.

Женщина думала об этом, когда они выходили из комнаты, и подвела их к Амите. “Я не знаю, есть ли у нее на самом деле друзья. По крайней мере, не такая, как другие девушки.

Школе удалось быть одновременно скромной и впечатляющей. В одном коридоре располагались комнаты общежития, а в другом - классные комнаты.

“Девочки живут здесь и ходят в школу”, - объяснила она. “Мы также стараемся обучать их рукоделию, чтобы у них могло быть ремесло, когда они вырастут”.

“ Дай угадаю, - сказал Монти. - Амита - одна из твоих лучших учениц.

“Безусловно, лучший”, - сказал режиссер. “Как вы узнали?”

Монти понимающе кивнул. - Просто предположение.

Они прошли через мастерскую с несколькими ткацкими станками, где девочки-подростки учились ткать декоративные ковры, и, наконец, нашли Амиту в комнате одну . Она нанизывала бирюзовые и коралловые бусины на ожерелье, которое делала.

Говоря по-непальски, режиссер сказал Амите, что у нее посетители, но девушка не подняла глаз. Она просто продолжала нанизывать бусы.

“ Вы можете мне перевести? - Спросил Монти у женщины.

“Конечно”, - ответила она.

“Привет, Амита, меня зовут Александра”.

Она села на противоположной стороне стола, пока режиссер переводил ей.

“Я хочу спросить вас о ваших работах”, - сказала она. “Твоя янтра танка.”

Монти подвинул к ней газету через стол.

“Где вы взяли свой дизайн?”

Она с тревогой ждала перевода. Амита сначала не ответила, но затем, по-прежнему не поднимая глаз, тихо ответила.

“Она просто выдумала это”, - сказала ей женщина.

“ У нее не было образца, который она скопировала? - спросил Монти. - Не было никакой компьютерной программы, которая помогла бы ей?

“Нет”, - ответил директор. “У нас ничего подобного нет”.

- Возможно ли, что она когда-либо занималась математикой или продвинутой геометрией?

Женщина рассмеялась. “ Боюсь, вы слишком высокого мнения о нашей школе. Мы не оборудованы для преподавания подобных предметов. Почему ты спрашиваешь?

“Потому что дизайн этой танки представляет собой визуальное представление довольно сложного математического принципа”, - сказал Монти. “Он состоит из идеально сформированных фракталов, то, что я мог бы ожидать увидеть созданным докторантом с компьютером, а не нарисованным вручную десятилетней девочкой с ограниченным математическим образованием”.

Женщина некоторое время смотрела на фотографию, обдумывая это. “Я не знаю, что сказать”.

Монти вздохнула, пытаясь придумать, что делать дальше. Она посмотрела на Амиту, чьи глаза все еще были сосредоточены на ожерелье, которое она делала.

- Могу я поговорить с ней наедине? - спросил Монти.

Мама засмеялась. “Ты что, вдруг выучил непальский, пока я не обращала внимания?”

“ Нет, ” сказал Монти. - Поговорим на математике.

Элейн, директор и мама вышли из комнаты, а Монти спокойно наблюдал, как Амита продолжает работать.

Монти был застенчив по натуре, но совсем не похож на Амиту. Во время учебы в колледже она подрабатывала няней в семье, чья дочь была чрезвычайно застенчивой. Она узнала тот же отстраненный взгляд и отвращение к зрительному контакту. Она знала, что ключ к общению - не принуждать ни к чему, а просто оставить дверь открытой, чтобы Амита могла связаться с ней.

“Я проделала долгий путь, чтобы встретиться с тобой, Амита”, - ласково сказала она, хотя знала, что девушка ее не поймет. “Ты не возражаешь, если я тоже сделаю ожерелье?”

Она сняла с катушки фут толстой нити и завязала узел на одном конце.

“Я научилась делать ожерелья у своей бабушки, ” продолжала Монти. - Но мне всегда было трудно решить, какого цвета использовать бусины.

Говоря это, она начала нанизывать бусины на нить. Сначала она надела одну коралловую бусину, а затем бирюзовую. За этим она добавила два коралла, три бирюзы и пять кораллов.

“Давай посмотрим, что мне делать дальше?” - сказала она. “Как насчет восьмого бирюзового?”

Она нанизала бусинки на нитку и положила ее на стол прямо туда, куда смотрела Амита.

“Сколько должно быть коралловых бусин?”

Она просто ждала, и почти через минуту Амита взяла ожерелье и начала нанизывать коралловые бусины. Монти считал, пока она это делала, и когда Амита закончила, она положила ожерелье обратно на стол.

- Я назову твои тринадцать и увеличу ставку до двадцати одного.

Монти нанизал на ожерелье двадцать одну бирюзовую бусину и положил его обратно на стол.

Амита издала слабый смешок и взяла ожерелье. Она нанизала на нитку тридцать четыре коралловые бусины и вместо того, чтобы положить ее на стол, протянула Монти. Впервые она подняла на нее глаза.

На мгновение их взгляды встретились, и Монти улыбнулся.

“ Приятно познакомиться с тобой, Амита. Очень приятно.

Вскоре остальные вернулись в комнату.

“Какое красивое ожерелье вы вдвоем делаете”, - сказал режиссер.

“Дело не только в этом”, - сказал Монти. “Это ряд Фибоначчи. Каждое число прогрессирует путем сложения двух последних чисел. Впервые он появился в Древней Индии и был завезен на Запад в 1300-х годах итальянским математиком, известным как Фибоначчи. Я предполагаю, что вы не изучали это здесь в школе. ”

“Нет”, - сказал директор со смехом. “У нас нет”.

“Значит, ты этому не учился”, - сказал Монти Амите. “Ты просто это знаешь”.

Женщина начала переводить, но Монти отмахнулся от нее.

“Нет, лучше скажи ей это”. Монти глубоко вздохнул. “Амита, мы с подругой живем в местечке, которое далеко отсюда, но очень милое. Мы хотели бы знать, не хотите ли вы переехать туда и жить с нами. У вас будет своя комната, и вы сможете узнать все, что нужно знать о математике ”.

Женщина на мгновение замолчала, удивленная таким развитием событий, но затем перевела для Амиты.

Девушка снова подняла голову и посмотрела Монти в глаза. Уголки ее губ медленно сложились в улыбку, и она кивнула.


24.

Розеттский камень

ЭШЛИНГ, ШОТЛАНДИЯ—НАШИ ДНИ

КЭТ ПО-ПРЕЖНЕМУ была ТИХОЙ И застенчивой, но уже не такой, какой была в приюте. За три года, прошедшие с тех пор, как она покинула Непал, она выбралась из своей скорлупы, особенно здесь, на ФЕРМЕ, в окружении людей, которые теперь были ее семьей. Тем не менее, она довольно редко созывала собрание с намерением целенаправленно выступить перед группой. Поэтому, когда она это сделала, первой мыслью Пэрис было, что она шутит. Особенно учитывая время.

“ Серьезно? - спросил он. “Ты хочешь, чтобы все были в ”пещере священника", сейчас?"

“Да”, - ответила она. “А что плохого в ”сейчас"?"

-Вообще-то...

Он был готов сесть и посмотреть, как "Ливерпуль" играет с "Арсеналом". Прошла неделя после того, как они купили билеты на матч "Ливерпуль" – "Челси", но покинули стадион только перед началом матча. Его домашние дела были завершены, домашнее задание выполнено, а закуски готовы и вкусны. Он ждал этого несколько дней. Но в ту наносекунду до него дошло, насколько необычно для Кэт было созывать собрание. Если она хотела, чтобы они все собрались вместе, чтобы она могла им что-то сказать, это должно было быть важно. Даже если ни по какой другой причине, кроме того, что это было важно для нее.

“Вообще-то,… сейчас идеально”, - сказал он. “Я помогу собрать всех”.

Группа собралась вокруг стола для совещаний с Кэт во главе и Бруклин рядом с ней с ноутбуком. Остальным было чрезвычайно любопытно, зачем они здесь оказались.

“Не знаю, как вы, ребята, - сказала мама, когда он устроился на своем месте, - но я предполагаю, что это будет потрясающе”.

Кэт застенчиво улыбнулась и просто ответила: “Да”.

Кэт видела мир как серию взаимосвязанных математических задач. Для нее все было своего рода уравнением или закономерностью, вот почему она была таким невероятным взломщиком кодов. Самым сложным было перевести это. Часто ей было гораздо легче расшифровать код, чем объяснить, как она это сделала. Вот почему она пригласила Бруклина помочь с презентацией.

Сначала, однако, она хотела проверить одну вещь, чтобы убедиться, что она права.

- Мама, когда ты была в шпионской команде с Паркером Ратледж, Клементина была с тобой в команде?

“Да”, - ответила мама. “В МИ-6 мы были известны как команда зоопарка, потому что под прикрытием работали в Лондонском зоопарке”.

- И в течение этого времени она пользовалась именем Робин?

Мать удивленно посмотрела на нее. “ Да. Откуда ты это знаешь? Ее псевдоним был Робин Линч.

“Это очень хорошие новости”, - ответила довольная Кэт. Затем она повернулась к Бруклин и сказала: “Первый слайд, пожалуйста”.

Бруклин нажал клавишу, и на настенном мониторе появилось изображение. Это был один из участников группы, сделанный неделей ранее в Британском музее.

- Что это? - спросила Кэт.

Рио огляделся, не уверенный, что это был какой-то вопрос с подвохом. - Это мы возле Розеттского камня.

“Совершенно верно”, - сказала она. “И почему Розеттский камень так важен?”

“Это важно, потому что...” Рио начал отвечать, но потом до него дошло, что он действительно понятия не имеет, почему это важно. Он просто знал, что это большое событие и что каждый, кто проходил через музей, обязательно проверял его. “Потому что это ... действительно старый камень с надписями на нем”.

“Это менее правильно”, - сказала Кэт, приподняв бровь.

“Это важно, потому что это взломало код”, - сказал Монти.

“Да”, - сказала Кэт. “До тех пор, пока не был обнаружен Розеттский камень, никто в наше время не мог понять иероглифы. Но на камне был высечен указ, написанный на трех языках: древнеегипетских иероглифах, которые были языком, подходящим для священников, издавших указ; демотическом, который использовался народом в то время; и древнегреческом, который был официальным языком правительства. Поскольку древнегреческий был записан и переведен на современные языки, лингвисты смогли сравнить три версии указа и перевести древнеегипетский. Затем, как только они поняли эти иероглифы и то, как они использовались, они смогли расшифровать весь язык, где бы они его ни нашли ”.

“Это здорово”, - сказал Пэрис. “Но почему это важно для нас?”

“Чтобы помочь объяснить это”, - сказала она, держа в руках карманный календарь, который Паркер Ратледж отправил сам себе по почте. “Это Розеттский камень Паркера Ратледжа. Это ключ ко всему пониманию”.

Мама наклонилась вперед, взволнованная тем, что говорила.

“У нас есть двадцать семь его книг о птицах шестнадцатилетней давности”, - сказала она. “Каждый из них охватывает период примерно от шести до девяти месяцев, и они заполнены обозначениями, расшифровка которых может быть такой же запутанной, как и иероглифов”. Она кивнула Бруклин, и та щелкнула мышкой.

На экране появились четыре изображения. Это были страницы из разных книг о птицах, и они представляли собой смесь рисунков, диаграмм, символов, карт и цифр наряду с короткими записями о птицах. Все это было написано тем же точным карандашом, который они видели в его календаре.

“Это кровавое месиво”, - сказала Сидни.

“ Да, ” сказала Кэт. “ Но это также прекрасный беспорядок. Я не верю, что они предназначались для чтения кем-то еще. Это были личные заметки для него самого. В них подробно описаны его путешествия и птицы, которых он видел в поле. Они включают информацию и научные обозначения. Но они также отслеживают его работу на МИ-6 и миссии, которые он выполнял. И что делает это таким запутанным и прекрасным одновременно, так это то, что он писал обо всем так, как если бы писал только о птицах ”.

Монти нравился тот факт, что в том, что большинство людей считает замешательством, Кэт видела красоту.

“Не забывай, что ты здесь разговариваешь с коррекционной группой”, - пошутил Пэрис. “Ты можешь объяснить, что ты под этим подразумеваешь?”

“Когда он был частью команды зоопарка, Мамин псевдоним был Гордон Свифт. Свифт - это разновидность птиц”. Она подошла к монитору и указала на страницу с изображением птицы. “Эта страница относится к тому времени, а на этом рисунке изображен стриж. Когда он пишет об этой птице, он на самом деле пишет о маме”.

Она указала на следующую страницу. - Итак, здесь говорится о стриже и малиновке.

“Тоже птица”, - сказала Сидни. “Но на самом деле это о маме и Клементине”.

- Совершенно верно, - сказала Кэт.

“А как вы можете определить, когда он пишет о птицах, а когда о других вещах?” - спросил Монти.

Кэт показала одну из книг о птицах и карманный календарь. “ Они пересекаются на три месяца. Так что за эти три месяца я могу сравнить их ”.

“Как с древнегреческим и иероглифами”, - сказал Пэрис. “Это блестяще”.

“ Но это еще не все, - сказала Кэт. - Бруклин, почему бы тебе им не показать?

Щелчком мыши Бруклин открыл на мониторе огромную фотогалерею. Почти все изображения птиц были сделаны по всему миру в самых разных местах - от спокойных горных озер до оживленных городских пейзажей.

“Помните, что Паркер хотел камеру со встроенным Bluetooth?” - спросила она.

“Верно”, - сказал Рио. “Чтобы он мог загружать свои фотографии в облако, чтобы остальные Дронты могли их видеть”.

“Это те фотографии”, - сказал Бруклин. “Я взломал его облачный аккаунт. Здесь тысячи фотографий, и им по меньшей мере десять лет”.

“Насколько сложно было взломать?” - спросил Монти.

“Для меня, когда в моем распоряжении суперкомпьютер?” Бруклин сказал с улыбкой. “Совсем не сложно. Но, чтобы быть справедливым, они были едва зашифрованы. Он намеревался поделиться ими с другими Дронтами ”.

“Хорошая новость в том, что все они датированы”, - сказала Кэт. “Поэтому, когда вы сравниваете их с книгами о птицах, становится еще больше информации. Мы только начали изучать поверхность, но уже знаем, что за последние несколько лет он много путешествовал ”.

“Берлин, Пекин, Москва, Париж, Токио, Мехико”, - сказал Бруклин. “Он путешествовал по миру, и, похоже, в этом нет никакой закономерности”.

“А ты знаешь, как я ненавижу, когда нет шаблона”, - пошутила Кэт.

“Ну, я знаю одну закономерность”, - сказала мама. “Я не уверен насчет того, какие птицы там водятся, но я точно знаю, что эти города идеально подошли бы для шпионского тура великих людей всех времен. Они представляют некоторые из самых важных шпионских центров за последние пятьдесят лет.

“И он обращался ко всем из них по нескольку раз, несмотря на то, что ушел на пенсию из МИ-6”, - сказал Бруклин.

“ Вот тут-то и начинается самое любопытное, ” сказала Кэт. “В это время птица, которой он больше всего интересуется, - это сорока, что странно, потому что сороки - обычное дело. Вы можете найти их по всей Европе, Азии и западной части Северной Америки”.

“ Точно, сорока, ” сказала Сидни. - Это имя я вычитала в книгах о птицах и ляпнула на конспиративной квартире, хотя не должна была. Она повернулась к маме и сказала: “Ты шикнула на меня и сказала, чтобы мы не говорили об этом, но ты так и не сказала почему”.

“Сорока - кодовое имя, данное двойному агенту, работающему внутри МИ-6”, - сказала мама. “Я знаю об этом только потому, что однажды помогла при попытке покушения. По крайней мере, в течение десяти лет кто-то в МИ-6 передавал Umbra секреты. Поскольку я пытался внедриться в Umbra, они попросили меня помочь внедрить кое-какую недостоверную информацию, чтобы посмотреть, поможет ли это, но это не помогло ”.

“ Значит, Ратлидж объехал весь мир, пытаясь выяснить, кто такой Сорока? - Спросил Рио.

“В этом было бы много смысла”, - сказала мама. “Особенно учитывая его отставку”.

- Что вы имеете в виду? - спросил Бруклин.

“Мэгпи буквально находится внутри МИ-6 и, следовательно, потенциально может вмешаться в любые расследования, проводимые МИ-6”, - сказал он. “Но пенсионеру, не работающему на Службе, легче передвигаться, не привлекая внимания”.

“ Пока он этого не сделал, ” сказала Кэт. “ Скажи им ты, Бруклин. Ты единственный, кто это понял.

“Хорошо”, - ответил Бруклин.

Она пролистала галерею фотографий, пока не дошла до последней страницы с изображениями.

“Нам не хватает одной книги о птицах”, - сказала она. “Той, которой пользовался Ратлидж, когда умер”.

“И он брал их с собой повсюду, так что это все равно было бы в Сан-Франциско”, - сказала мама.

“ Но у нас есть фотографии, которые он сделал до самого конца. Она нажала на последнее изображение, и оно расширилось и заполнило весь экран. На нем были изображены три большие птицы с черными перьями. “Это последняя”.

- Это сороки? - спросила Сидни.

“ Сначала мы так и подумали, ” сказала Кэт. “ Но на самом деле это вороны. Они похожи внешне и принадлежат к одному семейству, но это разные виды ”.

“И вот что странно”, - сказал Бруклин. “Они были сделаны через два дня после смерти Ратледжа. И мы проверили метаданные на снимке и знаем, что он был сделан той же камерой ”.

У мамы было совершенно растерянное выражение лица. - Ты имеешь в виду фотоаппарат, которым Клементина фотографировала детей?

- Да, - сказал Бруклин.

- Значит, Клементина сделала этот снимок?

Бруклин кивнула. “Это печенье с предсказанием”, - сказала она. “Это секретное послание, которое она тебе посылает”.

“Я не понимаю”, - сказала мама. “Зачем ей присылать мне фотографию трех воронов?”

“Ты знаешь, как называется группа воронов?” Спросил Бруклин.

“Нет”, - сказал он. “Что?”

“ Вообще-то, есть два термина. Я наткнулся на них, когда мы пытались идентифицировать фотографии. Группа воронов называется заговором или убийством”.


25.

Подполье

НАЧАЛЬНИК СЕКРЕТНОЙ разведывательной службы каждый день приезжал на работу на бронированном внедорожнике, которым управлял специально обученный агент в сопровождении сотрудника личной охраны, известного как PPO. Это было необходимо по соображениям безопасности и уместно для человека, возглавляющего такое важное и деликатное агентство. Что касается остального руководящего персонала, то большинство из них также прибыли на впечатляющих автомобилях, которыми управляли внушительные агенты. Вопрос о том, у кого какая марка и модель автомобиля и какой специально обученный водитель, сталчем-то вроде символа статуса в группе, состоящей в основном из мужчин, все из которых были очень конкурентоспособны.

Тру взял трубку.

“Если лондонский метрополитен был достаточно хорош для того, чтобы мой отец каждый день ездил на работу, то и для меня он определенно достаточно хорош”, - однажды сказала она одному из своих уважающих себя коллег, который спросил ее об этом. - Кроме того, мне нравится смотреть на своих людей.

“Мои люди” - термин, который Тру использовал для описания обычных британских граждан. Не те, кого показывали по телевизору или кто сидел за столом переговоров в МИ-6. Но настоящие люди с портфелями и рюкзаками, с насморком и пускающими слюни младенцами. Это были те, кого она поклялась защищать, и видеть их лица на работе и с работы было дважды в день напоминанием о том, насколько важна ее работа.

Она прогуливалась среди них на станции метро King's Cross St. Pancras в понедельник утром, когда мужчина начал осторожно следовать за ней. За годы работы в МИ-6 он прошел подготовку по слежке высокого уровня, но вряд ли ему нужны были эти навыки для этого. Из-за ее роста и хромоты Тру было легко узнать даже в толпе пассажиров.

Ему никогда не приходилось подходить ближе, чем на пятнадцать метров, чтобы держать ее в поле зрения. Чтобы убедиться, что она его не видит, он надел синюю кепку и солнцезащитные очки, а когда они дошли до платформы линии Виктория, он повернулся в другую сторону и не сводил с нее глаз, наблюдая в зеркало безопасности, подвешенное к потолку. Когда прибыл поезд, направлявшийся в сторону Воксхолл-Кросс, он подождал, пока она сядет, прежде чем сесть в один вагон позади нее.

Они только отъехали от станции, когда его телефон зазвонил, оповещая о поступлении серии сообщений:

Я увидел тебя в тот момент, когда переступил порог Кингс-Кросс.

Встретимся на выходе с вокзала Виктория на Уилтон-роуд.

Шляпа и очки никого не обманут.

Мама покачал головой и рассмеялся. Ему следовало бы знать лучше, чем думать, что он сможет перехитрить лису. Он приехал в Лондон только по одной причине: поговорить с Тру. Дело дошло до того, что ему нужно было рассказать ей о Мэгпи, и он должен был сделать это с глазу на глаз, вдали от любопытных глаз и ушей Воксхолл-Кросса.

Теперь, когда он подозревал, что Ратлидж, возможно, был убит, он хотел, чтобы команда отправилась в Сан-Франциско, а он не мог этого сделать, не подключившись к Делу. Однодневная поездка в Оксфорд - это одно. Но то, что они семеро улетают в Калифорнию, скрыть будет невозможно. Кроме того, если они раскроют личность Сороки, ему придется рассказать ей.

Его проблема заключалась в том, что он не хотел ничего упоминать о Клементине или фотографии детей. Если его жена на самом деле была двойным агентом, то велика вероятность, что Тру уже знал и был каким-то образом замешан. Он хотел получить зеленый свет на поездку в Сан-Франциско, не подавая виду, что приближается к поиску Клемми.

Мать сошла с поезда на вокзале Виктория и вышла на Уилтон-роуд. Там он увидел Тру, нетерпеливо ожидавшую его, ее воротник был поднят, чтобы защититься от утреннего холодка, на лице застыло неодобрительное выражение.

- Почему ты так чертовски долго? - раздраженно спросила она.

“Я поднялся прямо с поезда”, - сказал он. “Вы не могли ждать больше пятнадцати секунд”.

“Не то, почему тебе потребовалось так много времени, чтобы встретить меня на улице”, - ответила она. “Но то, почему тебе потребовалось так много времени, чтобы приехать в Лондон и завести этот разговор. Я ждал несколько дней.

Он посмотрел на нее в полном замешательстве.

- Полагаю, вы пришли обсудить “Сороку”.

Вот и все его тщательно продуманные планы. Как и на протяжении всей его карьеры, Тру была на пять шагов впереди него.

- Ты знаешь?

- Я знаю, что ты тут покопался.

- Я знал, что ты установил “жучки” на конспиративной квартире.

“Конечно, знала”, - сказала она. “Я очень высокая женщина, которая выделяется в толпе, но при этом сумела сделать довольно успешную карьеру в сфере шпионажа. Я не продержался тридцать девять лет в МИ-6, доверяя людям и предоставляя их самим себе. Теперь давайте поговорим о Сороке, и давайте сделаем это быстро. В восемь пятнадцать у меня встреча с Си, а я никогда не опаздываю.

Мать объяснила, что он был уверен, что Ратлидж был убит, и рассказала о фотогалерее изображений птиц и зловещем значении изображения трех воронов.

“Снимок был сделан его камерой через два дня после его смерти”, - сказал он. “Кто-то пытается отправить сообщение”, - добавил он, не делая никаких предположений относительно того, кто этот кто-то может быть.

Он не упомянул книги о птицах, потому что это потребовало бы от него признания во взломе в "Бодлиане". Но он рассказал ей о карманном календаре, сообщив лишь, что “Он пришел по почте после его кончины и был передан Монти носильщиком, которого она знала в Оксфорде”.

У Тру было много вопросов, но у нее не было ни времени, ни желания задавать их. То, как эта информация стала известна, было далеко не так важно, как сам факт ее появления. Кроме того, несмотря на то, что она говорила о недоверии людям, она безоговорочно доверяла Матери. Если она иногда и подглядывала или подслушивала, то только из желания защитить его.

- Какой у тебя план? - спросила она.

“ Мы все семеро поедем в Сан-Франциско. Мы придумаем историю для прикрытия, чтобы объяснить почему, но когда мы доберемся туда, мы воспользуемся его календарем, чтобы проследить его последние дни и посмотреть, сможем ли мы продвинуться в поисках того, кто мог его убить ”.

- Если ты сможешь ответить на этот вопрос, то, возможно, узнаешь истинную личность Сороки.

- Вот именно, - сказал он.

“Хорошо, миссия одобрена. Но это будет только устное одобрение. Только этот разговор. Никакой записи. Никакой связи. Никто на Воксхолл-Кросс не узнает. Неизвестно, что услышит ”Сорока" в этом здании, поэтому нам придется сохранять радиомолчание ".

“Конечно”, - сказал он.

“Если возникнет острая необходимость связаться, пока вы находитесь в полевых условиях, вы должны связаться со мной напрямую по моему личному мобильному телефону, а не по рабочему, на который я только что отправил вам сообщение”.

Он бросил на нее взгляд. - У меня нет номера твоего личного мобильного.

“Нет, хочешь”, - заверила она. “Я вставила это в контакты твоего телефона, пока стояла здесь и ждала тебя”.

“Ты можешь это сделать?” - удивленно спросил он.

“Я Тру. Я могу делать все, что мне заблагорассудится. Я на имя Харрисон Маркус”.

Он улыбнулся. - Ты не очень-то похож на “Харрисона Маркуса”.

- Говорит человек по имени “Мама”.

Он ухмыльнулся и спросил: “Что-нибудь еще?”

“Да”, - сказала она. “Тебе отчаянно нужно поработать над навыками наблюдения. Сегодняшняя демонстрация была жалкой. Ты действительно заржавел.

“Да, мэм”, - сказал он, должным образом наказанный. “Но, честно говоря, я рассчитывал, что вы меня увидите. Я просто не хотел подходить к тебе близко ни к дому, ни к работе”.

“Скажи себе это, если тебе от этого станет лучше”, - сказала она, подмигнув. Она начала уходить, но остановилась и обернулась, чтобы сказать: “И обязательно передайте Сидни и Бруклину, что они были выдающимися во время своих свидетельских показаний в парламенте. Я очень гордилась ими обоими ”. Последовала пауза, а затем она добавила: “Вы с Монти проделали с ними отличную работу. Со всеми пятью”.

- Благодарю вас, мэм.

В тот вечер мама вернулась на ФЕРМУ и сообщила всем, что они направляются в Калифорнию для участия в операции "Золотые ворота". Он сидел за обеденным столом и вместе с Монти и Сидни разрабатывал легенду для обложки, когда Бруклин вошла в комнату с ошеломленным выражением лица.

- Ты в порядке, милая? - спросил Монти.

“ Да, Брук, ” сказала Сидни. - Ты выглядишь так, словно увидела привидение.

- Я нашла их, - медленно произнесла Бруклин, как будто сама не верила в то, что говорила.

- Кто? - растерянно спросила Сидни.

Бруклин посмотрел прямо на маму и сказал: “Я нашел Роберта и Энни”.


26.

Хлоя и Гриффин

- ЧТО ЗНАЧИТ “ТЫ нашла Роберта и Энни”? - спросила пораженная мать достаточно громким голосом, чтобы привлечь внимание остальных из соседних комнат.

“Я имею в виду, что я определил имена, которые они используют, и школу, которую они посещают”, - сказал Бруклин. “Возможно, Клементина забрала их, но они были там совсем недавно, всего несколько месяцев назад”.

Мать сидела в оцепенении, пока он обдумывал это развитие событий.

“Я правильно расслышал?” Спросил Пэрис, когда он поспешил в комнату с Рио и Кэт прямо за ним.

“ Ты нашел их? ” спросил Рио. - Как?

“С тех пор, как Кэт выяснила, что снимок был сделан в Сан-Франциско, я запускал различные протоколы поиска через Бени”, - сказал Бруклин. “ Во-первых, я проверил списки отелей в радиусе пятидесяти миль от города примерно на те даты, когда был сделан снимок. Но это не сработало, потому что комнат было слишком много, и невозможно было узнать, внесла ли Клементина их все в реестр. Или даже снимала ли она отель. Затем я просмотрел списки рейсов на предмет прибытия в близлежащие аэропорты за три недели до этой даты и вылета в течение трех недель после ”, - сказал Бруклин. “Это шесть недель полетов в три крупных международных аэропорта и обратно”.

“Вау”, - сказала Сидни. “Это, должно быть, было больше, чем номеров в отеле”.

“Намного больше”, - сказал Бруклин. “Но это также было точное число. Я знал, что если они летели в Сан-Франциско, у каждого из них должен был быть билет. Я также знал, что Клементина - эксперт по залеганию на дно, поэтому я подумал о том, как мы летаем: обычно по разным бронированиям, но всегда одним и тем же самолетом. Поэтому я попросил Бени поискать каждую комбинацию из трех человек, которые прибыли и вылетели одними и теми же рейсами в течение этих временных интервалов. Затем я сузил этот список, включив в него только группы, в которых по крайней мере один из этих пассажиров был ребенком ”.

- И что тебе после этого осталось? - спросил Рио.

“Огромное количество”, - ответила она. “Но у нас есть суперкомпьютер, который может выполнять пятьсот триллионов операций с плавающей запятой в секунду”. Она гордо улыбнулась. “Мой мальчик Бени был создан для массового использования. Поэтому я попросил его начать поиск каждого из этих людей в социальных сетях ”.

“Клемми ни за что не позволила бы детям появляться в социальных сетях”, - сказала мама.

“Верно”, - сказал Бруклин. “Вот тогда Тру и пришел на помощь”.

“ Ты рассказала об этом Тру? - Что? - в панике спросила мама.

“Нет”, - сказала она. “Конечно, нет. Но я подумала о том, что она сказала в тот вечер, когда мы ели фейжоаду. Она сказала, что может сказать, что рецепт был из Рио-де-Жанейро, не из-за ингредиентов, которые в нем были, а потому, что в нем отсутствовали дольки апельсина ”.

“Иногда ответ кроется не в том, что вы видите, а в том, чего не хватает”, - сказала Сидни, повторив то, что сказал им Тру.

- Вот именно, - сказал Бруклин.

Кэт улыбнулась. “Вы попросили Бени определить, у каких имен нет аккаунтов в социальных сетях”.

“Да”, - ответил Бруклин. “Я сказал ему исключить имена всех, чьи фотографии он находил более пяти раз. Я подумал, что там может быть пара промахов или фотографии были помечены неправильно ”.

“ Значит, он ищет людей, которых там нет? ” спросила Сидни. - Это...

- Блестяще, - сказал Монти, заканчивая фразу.

“Спасибо”, - сказал Бруклин. “Все равно осталось много людей, особенно потому, что мы имеем дело с кучей детей, которые слишком малы, чтобы общаться. Но теперь это было гораздо более управляемое число. Поэтому я взял то, что мы знаем о Роберте и Энни, и включил это в качестве переменных поиска, таких как очки Роберта и астма, а также тот факт, что Энни отличная пловчиха и носит брекеты. Это привело меня к Хлое и Гриффину из Массачусетса. Его окулист работает прямо через дорогу от ее ортодонта. И хотя ее команда по водному поло чемпионского уровня, она всегда отсутствует на фотографиях, отмечающих их победы ”.

“ Хлоя и Гриффин? - спросил он. Голос матери был полон эмоций. “Хлоей звали лучшую подругу Клемми, когда она была маленькой, а Гриффин - девичья фамилия ее матери”. Для него это было подтверждением. “Ты действительно нашел их. Это потрясающе. Где они?”

Это была та часть, которая заставила Бруклина заколебаться. Единственное серое облачко в радостных новостях.

“Роуз Хилл”, - сказала она. “Это школа-интернат в Австралии. Недалеко от Сиднея”.

Новость на мгновение повисла в воздухе, прежде чем Пэрис повернулась к матери. - Я думал, ты проверил все школы-интернаты в Сиднее несколько лет назад.

“Не все”, - тихо сказала Сидни, ее голос дрогнул.

Именно такая реакция беспокоила Бруклин. Тремя с половиной годами ранее мать поспешила в Австралию после того, как Клементину заметили в аэропорту Сиднея. У него был список всех школ-интернатов в округе, и он посещал их одну за другой, выдавая себя за офицера полиции, разыскивающего пару пропавших детей.

“Ему еще предстояло проверить три школы, когда он встретил меня”, - продолжила она. “Или, скорее, когда он застрял со мной”. Она посмотрела на него со слезами на глазах. “Это из-за меня ты их пропустил. Это моя вина. Мне так жаль”.

“Сидни, все совсем не так”, - сказал он. Но было слишком поздно.

Она попыталась сдержать слезы, но не смогла. Вместо этого она выбежала из комнаты и побежала вверх по лестнице.

Мать бросилась за ней, но быстро остановилась, чтобы сказать Бруклин: “Большое тебе спасибо, Бруклин, но я должна...”

“Конечно”, - сказал Бруклин.

Мать погналась за Сидни и догнала ее в ее комнате. Она сидела на краю своей кровати и рыдала, спрятав лицо в ладонях.

Мама села, он обнял ее и крепко прижал к себе, его тело слегка покачивалось. “Ты ни в чем не виновата. Ты должен это понимать.

Она хотела ответить, но не смогла вымолвить ни слова. Поэтому она просто закрыла глаза, прижалась к нему и продолжала плакать.


27.

Блетчли Парк

РАБОТА, ПРОДЕЛАННАЯ В БЛЕТЧЛИ-парке, была, возможно, величайшим достижением в истории Секретной разведывательной службы. Во время Второй мировой войны особняк и прилегающее к нему поместье были переоборудованы в подпольный центр по взлому кодов. В МИ-6 работали математики, лингвисты и даже чемпионы по шахматам. В какой-то момент Служба тайно провела конкурс кроссвордов вDaily Telegraph, а затем тайно связалась с победителями, чтобы завербовать и их. Вот насколько отчаянно британское правительство пыталось найти людей, которые хорошо решали головоломки.

Это окупилось. Многие считали, что работа, проделанная в Блетчли-парке, сократила войну на два-четыре года и изменила исход в пользу союзников.

Интересно, что, хотя героев войны часто представляют сильными молодыми мужчинами, семьдесят пять процентов людей, работавших в Блетчли, были женщинами. Всего их было почти восемь тысяч, и после войны они были вынуждены хранить свою службу в секрете более тридцати лет.

Это всегда беспокоило Сороку, чья бабушка была одной из них. Она была Крапивницей, так называют женщин-военнослужащих Королевского военно-морского флота, и работала в Восьмой хижине, которая сыграла решающую роль в истории Блетчли. Именно здесь команда под руководством Алана Тьюринга впервые расшифровала невероятно сложные коды, созданные немецкой машиной Enigma, что стало ключом к успеху Блетчли. У Мэгпи не было проблем с тем, чтобы боготворить женщину, которая помогла бы спасти Британию, в то же время работая с ее нынешними врагами над ее подрывом.

Теперь, когда он был окончательно рассекречен, Блетчли стал историческим парком, открытым для публики. Туристы приезжали, чтобы узнать о жизненно важной работе, которая здесь велась. Пары и семьи приезжали сюда на пикник и наслаждались приятной дневной прогулкой по великолепному поместью. А Сорока приходила за вдохновением, когда проблема или загадка казались слишком трудными для решения. Не было лучшего места для поиска решений, чем сидеть на скамейке и смотреть через озеро в сторону Восьмой хижины.

Что это за код, Нэн? Как части сочетаются друг с другом?

Загадка, которая в настоящее время мучает Сороку, имела отношение к Александре Монтгомери.

Изучив ее послужной список в МИ-6, Мэгпи узнала, что она была чрезвычайно талантливым криптологом, работающим в исследовательском центре, известном как ФЕРМА. Интересно, что ФЕРМА была не просто прикрытием МИ-6. Это была также реально работающая станция климатических исследований. И это имело особое значение для молодых людей из трудных семей, которые стремились стать учеными.

Это была та часть, которая раздражала Сороку.

Как дети вписываются во все это?

Официально они были известны как the FARM Fellows, и Сорока попыталась узнать о них побольше, выполнив быстрый поиск по телефону. На веб-сайте ФЕРМЫ была некоторая информация, но она была расплывчатой и не давала никаких указаний на то, как отбирались дети для участия в программе. Кроме того, ни у одного из нынешних стипендиатов, как оказалось, не было аккаунтов в социальных сетях, что казалось необычным для детей этого возраста............

Сорока знала, что две девушки из семьи Сильвии Эрл посещали элитное аббатство Кинлох, которое находилось недалеко от ФЕРМЫ. И именно веб-поиск Kinloch привел к прорыву.

Это было вирусное видео. Одиннадцатисекундный клип под названием “Стоп-арацци”. В клипе телеоператор врезается в ученика и комично падает на землю у главных ворот школы. Сорока узнала мальчика, она видела его с другими в Лондоне.

Сорока смотрела его снова и снова по меньшей мере двадцать раз, смеясь над каждым просмотром. Смеялся сначала из-за юмора этой болтовни, но позже из-за осознания того, что сделал мальчик.

Это было легко не заметить.

На первый взгляд казалось только, что Пэрис стоял во весь рост, а оператор врезался в него и упал. Но после повторных просмотров Сорока понял, что Пэрис действительно переставил ноги и сделал незаметный поворот. Если бы он этого не сделал, его бы снесло бульдозером, или они оба разбились бы.

Это было настолько рефлекторно, что Пэрис, вероятно, даже не осознал, что он это сделал. Вот что происходит, когда тебя хорошо натренировали. Вы действуете автоматически, когда возникает ситуация. Это не был инстинктивный маневр; этому учили и усвоили.

Мэгпи научилась тому же маневру в учебной академии МИ-6.

“ Ну, посмотри на себя, ” сказала Сорока экрану. “ Ты не мальчик. Ты шпион. И если он был шпионом, то, возможно, две девушки на корабле тоже были шпионами.


28.

Эта операция является горячей

ИЗ ВСЕГО, ЧТО ОНА делала хорошо, а их было много, одним из самых важных навыков, которыми обладала Монти, была способность привносить юмор и легкость в моменты, которые в противном случае казались бы ошеломляющими. То, как она делала это, заключалось не в том, чтобы обходить проблемы стороной, а скорее в том, чтобы принимать их лицом к лицу. Именно такого подхода она придерживалась, когда они ехали из Эшлинга в Эдинбургский аэропорт в крупногабаритном пассажирском фургоне, давно вышедшем из моды, выкрашенном в океанский синий цвет с логотипом ФЕРМЫ по бокам.

Она, как обычно, сидела за рулем и заметила, что позади нее было особенно тихо. В зеркало заднего вида она увидела, что все были в наушниках и погружены в свой собственный мир, их лица были погружены в раздумья.

“ Сними наушники, ” крикнула она в ответ. - У тебя будет достаточно времени, чтобы прозябать в самолете до Америки. Кроме того, если вы хотите послушать музыку, у нас в ”Синем ките" есть отличная звуковая система ", - сказала она, назвав фургон по прозвищу.

“Вы называете это звуковой системой?” - спросила Сидни. “Это кассетный проигрыватель. Он 1900-х годов”.

“Да, ну, я тоже”, - ответил Монти.

“Я даже не думаю, что они больше делают кассеты”, - сказала Кэт.

“ Им и не нужно, ” сказал Монти. - Потому что я делаю сам.

В фургоне раздался стон. Самодельные микстейпы Монти были наполнены тем, что они все вместе называли “музыкой для старых людей”.

“Вот сделка: мы можем либо поговорить, либо я могу сыграть один из моих микстейпов”, - предложил Монти.

“ Говори, ” быстро сказала Сидни. - Мы можем поговорить.

“Это больно, Сид, но нам полезно поговорить”, - ответила она. “Так скажи мне, почему у тебя такие мрачные лица?" Что вас беспокоит, ребята?”

“Я не знаю”, - сказал Пэрис. “Может быть, тот факт, что мы выполняем невероятно сложную миссию”.

“ Правда? ” спросил Монти. “ Давай разложим это по полочкам и посмотрим. Рио, почему бы тебе не перечислить одну из целей?”

“Задача номер один - выяснить, кто убил Паркера Ратледжа”, - ответил он.

“Ладно, звучит просто”, - сказала она. “Что в этом такого сложного?”

“Тот факт, что он мертв уже шесть месяцев, и почти наверняка не осталось никаких зацепок”, - ответил Пэрис. “Или что, когда он умер, власти сочли это естественной смертью, поэтому они не стали расследовать обстоятельства, когда могли”.

“Хорошо, я дам тебе это”, - уступил Монти. “Кто может дать мне другую цель?”

“ Задача номер два, опознать Сороку, ” сказала Сидни. “Это должно быть легко, учитывая, что МИ-6 пыталась сделать это почти десять лет и безуспешно”.

“Мы также ищем книгу о птицах, которая, возможно былаsomewhere в большом Сан-Франциско”, - сказала Кэт.".

“О”, - сказала мама. “Не забывайте, что мы пытаемся отследить встречу Ратледжа с доктором Берлинером, вы знаете, который умер почти пятьдесят лет назад”.

Монти изобразил в зеркале комичную хмурую рожицу, чтобы они увидели. “Ладно, теперь я убежден. Это действительно звучит сложно”.

“И мы забываем о самой большой цели из всех”, - сказала Сидни. “Как только мы приземляемся в Сан-Франциско, мама садится в самолет до Австралии, чтобы отправиться на поиски Роберта и Энни. Это было главной целью с самого начала”.

“ Позвольте мне прояснить ситуацию, ” сказал Монти. “Это пять практически невыполнимых задач, разбросанных по двум континентам, трем, если считать тот, на котором мы находимся, при абсолютном отсутствии поддержки со стороны МИ-6”.

“Звучит примерно так”, - сказал Бруклин.

“Нам придется изменить нашу поговорку”, - сказал Монти.

- Что ты имеешь в виду? - спросила Кэт.

- Эта операция не горячая, ” сказал Монти. “Эта операция - настоящий кавардак!” Все рассмеялись, и она позволила этому чувству овладеть собой на мгновение. Затем со всей серьезностью она добавила: “Но мы все еще в движении. И нет команды, лучше оснащенной для осуществления этого безумия, чем семь человек в этом нелепом синем фургоне”.

Она протянула руку и вставила кассету в стереосистему, и заиграла тема Джеймса Бонда. Это была часть ее Суперсекретного шпионского микстейпа, который она любила использовать, чтобы всех раззадорить. Мама протянула руку с пассажирского сиденья и до упора увеличила громкость, и хотя в песне не было слов, все они все равно подпевали.

Добравшись до аэропорта, они последовали своему обычному протоколу и разделились на отдельные группы для перелета: сначала из Эдинбурга в Лондон, а затем из Лондона в Сан-Франциско, прежде чем Мама самостоятельно улетела в Австралию. Рио и Бруклин сидели вместе, что было положительным знаком для роста их дружбы. Сначала они не поладили, но постепенно узнавали друг друга. Мама усадила их в один ряд, надеясь, что за тринадцать часов полета они, возможно, найдут несколько новых тем для разговора и сблизятся. Кэт была не слишком разговорчива, но, как и Монти, она находила взлом кодов захватывающим занятием. Они вдвоем сидели рядом и работали с компьютерными планшетами, на которые копировали страницы из книг Ратлиджа о птицах. Чем лучше они понимали его символы, тем больше у них было шансов выяснить, что он узнал о Сороке. Мама сидела одна на заднем сиденье, что позволяло ему следить за всеми. Одиночество помогло ему морально подготовиться к тому, что он, возможно, увидит своих детей впервые за пять лет.

Таким образом, Сидни осталась с Пэрис, что идеально соответствовало ее настроению. Они были не только самыми старшими, но и первыми, кто присоединился к группе. У них была своя история, и были некоторые вещи, которые она могла сказать только ему.

Она смотрела на Атлантический океан, когда сказала: “Эта операция - не единственное, что вызывает беспокойство. Я был бесполезен в течение нескольких месяцев.

“Это безумие”, - ответил он. “Ты была потрясающей с того дня, как я встретил тебя. Я не видел никакого беспорядка”.

Она повернулась к нему и улыбнулась. “Тогда ты слепой. Сначала я думаю, что это была в основном ревность к Бруклину. Мне немного стыдно за это. Она была для меня просто великолепна. И я люблю ее, но иногда я начинаю завидовать тому, насколько она хороша во всем этом ”.

- Как ты думаешь, что я почувствовал, когда ты появился?

- Ты ревновал меня? - удивленно спросила она.

“Я не уверен, что ‘ревную’ - подходящее слово”, - сказал он. “Но мне определенно казалось, что ты был хорош во многих вещах, в которых я не был хорош”.

“Но ты великолепен во многих вещах”, - сказала она. “У тебя безумно хорошие навыки”.

“ Совершенно верно, ” сказал он. “ Как и ты. Каким бы талантливым и удивительным ни был Бруклин, это никак не влияет на то, насколько вы талантливы и удивительны. Мы не соревнуемся. Мы сговорились, как вороны. Мы команда. Чем лучше каждый из нас, тем лучше все мы”.

“Я знаю”, - сказала она. “Но иногда это похоже на соревнование”.

“Например, когда ты думал, что мама выбрала Бруклин для какой-то секретной миссии и оставила тебя на холоде?” сказал он. “Но ты ревновал к чему-то, чего не было на самом деле. Это была не миссия; все дело было в фотографии. Это было о его детях ”.

“Я тоже это знаю”, - сказала она. “И тут меня осенило. Вот тогда-то я и понял, в чем заключалась большая проблема”.

“Есть проблема посерьезнее?” - спросил он со смесью юмора и сострадания.

Она кивнула. “Массивный”.

-Что? -спросиля

“Роберт и Энни”, - сказала она. “Я имею в виду, я ненавижу себя за то, что даже подумала об этом, не говоря уже о том, чтобы сказать это вслух. То, что произошло, ужасно, и я буквально молюсь, чтобы, когда мама уедет в Австралию, он воссоединился с ними и они снова стали семьей ”.

“Я тоже”, - сказал Пэрис. “Почему это проблема?”

“ А как насчет нас? Мы - дети на замену, на которых он наткнулся, когда искал их. Но когда он найдет их, мы ему больше не будем нужны. Что с нами будет?”

“Все не так”, - сказал Пэрис. “Мы семья”.

“Я тоже так подумала”, - сказала Сидни. “Но на самом деле это не так. Мы как семья, но мы не являемся единым целым. Есть разница. Это то, что я понял во время слушаний в парламенте. Мы ведем себя как семья, но когда эта злая корова напала на меня, она ясно дала понять, что для остального мира я сирота. Я был меньше, чем”.

Она вздохнула и снова отвернулась к окну, чтобы посмотреть на бескрайний океан и солнце, садящееся за далекий горизонт. “Я никогда в жизни не чувствовала себя такой одинокой”.


29.

Китайский квартал

САН-ФРАНЦИСКО БЫЛ КОСМОПОЛИТОМ с разнообразными кварталами и культурной индивидуальностью, построенной на противоречиях. Это был мировой лидер в развитии новых технологий, но единственный город в мире, который все еще пользовался старомодными канатными дорогами. Окруженный с трех сторон водой, он был компактным и многолюдным, но все еще являлся домом для огромных общественных парков, в том числе одного, где бродило небольшое стадо бизонов. И, несмотря на бесчисленные захватывающие дух виды, его самая большая туристическая достопримечательность была громоздкой и непривлекательной: бывшая тюрьма,известная как Скала. Даже в прозвище Сан-Франциско чувствовалась неуверенность.

Город туманов.

На любые вопросы о том, почему это было названо именно так, были даны ответы в первое утро приезда команды в город. Они проснулись рано, их внутренние часы сбились с синхронизации в восьми часовых поясах от дома, и они вышли из отеля в туманный городской пейзаж. Видимость была настолько плохой, что они услышали свою первую канатную дорогу еще до того, как увидели ее, ее колокольный звон доносился сквозь утренний туман.

Команда разделилась на две группы, надеясь восстановить последние дни жизни Паркера Ратледжа. Монти, Сидни, Бруклин и Кэт направились в Мьюир-Вудс, где было обнаружено тело Ратлиджа, в то время как Пэрис и Рио отправились в Китайский квартал искать некую Фэй Чи Хонг. Согласно его ежедневнику, Паркер встречался с Хонгом за два дня до его смерти.

“Это так круто”, - сказал Рио, когда они запрыгнули на канатную дорогу. Вместо того чтобы сесть, он встал на подножку и свесился с борта, крепко держась одной рукой, в то время как другая рассекала воздух, как кончик орлиного крыла.

“Почему бы тебе не присесть?” Пэрис нервно спросил. “Если ты пострадаешь, Монти обвинит меня”.

- Все, что я делаю, - это катаюсь верхом, - запротестовал Рио.

“Нет”, - сказал Парис. “Я еду верхом. Ты... болтаешься.

“Весь этот столб здесь для того, чтобы люди могли держаться”.

Пэрис был не в настроении спорить, поэтому он выбрал верный прием, чтобы заставить Рио сделать то, что он хочет. - Если ты присядешь, я позволю тебе выбрать, где мы пообедаем.

-Неужели?

Парис кивнул. “Действительно”.

Любовь Рио к еде превзошла все остальное, и он тут же сел на деревянную скамейку рядом с Пэрис. “Я думаю об одном из трех: бургеры, буррито или пицца”, - сказал он. “Я знаю хорошие места для них всех”.

Пэрис бросила на него взгляд. “ Ты знаешь хорошие места? Здесь, в Сан-Франциско?

“Я изучил кучу сайтов с отзывами о ресторанах”, - ответил он. “Я загрузил лучшие места в картографическое приложение на своем телефоне, так что я всегда могу сказать, какое из них ближе всего”.

Пэрис изумленно покачал головой. “Как так получается, что ты можешь это делать, но, похоже, никогда не делаешь домашнее задание?”

“Поверь мне, - сказал Рио, - если бы алгебра была такой же вкусной, как буррито с говядиной ”фахита“ в кесо, я бы никогда не пропустил ни одного задания”. Он сделал паузу и смаковал эту мысль. “Вау, просто произнеся это вслух, я проголодался”.

Пэрис не могла в это поверить. - Ты плотно позавтракала блинчиками с беконом в отеле всего полчаса назад, а уже проголодалась?

Рио гордо улыбнулся и сказал: “Я знаю. Это подарок”.

Они сошли с канатной дороги рядом с пекарней и кондитерской Зи. Именно здесь Клементина сфотографировала Роберта и Энни. Они огляделись по сторонам, чтобы посмотреть, нет ли поблизости чего-нибудь, что намекало бы на связь с Ратледж, но ничего не нашли. Тем не менее, Пэрис сделала три панорамных снимка окрестностей, чтобы они могли осмотреть их позже, когда будут вместе со всеми остальными. Кэт много раз доказывала, что замечает то, чего не замечает никто другой.

Рио вдохнул полной грудью сладкий запах печенья с предсказанием, выпекаемого в промышленных количествах. “Они кладут бумажку с предсказанием судьбы внутрь печенья до того, как испекут его, или после?”

Пэрис усмехнулся, как будто это был нелепый вопрос, но затем сделал паузу. “Знаешь, я понятия не имею. Можно подумать, что состояния сгорят, если их отправить в духовку, верно?

“Но если подождать до конца, как ты вставишь его, не разбив печенье?”

Пэрис быстро набрал данные в своем телефоне. “Это в середине процесса”.

- Что ты имеешь в виду? - спросил Рио.

“Они выпекают печенье в виде плоских кружочков”, - ответил Пэрис, прочитав об этом. “Затем они кладут туда фортуну и сворачивают печенье, пока оно еще теплое. Когда оно остывает, оно сохраняет свою форму, и удача оказывается внутри”.

“Посмотри на нас”, - пошутил Рио. “Еще рано, а мы уже учимся чему-то новому. Интересно, как мама испекла печенье с предсказанием судьбы, когда он сделал предложение Клементине.

“Вы говорите о парне, у которого могут быть поддельные паспорта или подделанные шедевры, произведенные на месте. Я предполагаю, что предложение, спрятанное в печенье с предсказанием судьбы, легко по сравнению с этими вещами ”.

Рио посмотрел на тротуар, где на фотографии стояли Роберт и Энни. Он повернулся к Пэрису и спросил: “Ты думаешь, он собирается их найти?”

-Кто?-спросиля.

“ Мама, ” ответил Рио. - Как ты думаешь, он найдет Роберта и Энни?

Пэрис много думал об этом после своего разговора с Сидни в самолете. “Я надеюсь на это”, - ответил он. “Я думаю, Бруклин проделал потрясающую работу по поиску своей школы, и я думаю, что он, вероятно, найдет их, когда доберется до Австралии”. Он сделал паузу на мгновение и обдумал вопросы, которые задала Сидни о том, как это повлияет на них. “Что произойдет после этого? Я не знаю”.

Рио прочел тревогу в его голосе и улыбнулся. “ Конечно, ты знаешь. Мы есть друг у друга. Ты, я, Бруклин, Сидни и Кэт - братья и сестры. С остальным мы разберемся”.

“Да, мы это сделаем”, - ответил Пэрис. “Теперь давайте найдем Фэй Чи Хонг”. Он проверил свой телефон, чтобы посмотреть на сделанную им фотографию записи в ежедневнике Ратлиджа:

Фэй Чи Хонг – 14:30 вечера

Данкомб + Джексон

Китайский квартал

В Сан-Франциско жили семь разных Фэй Хонг, но ни у одной из них не было второго имени Чи. Однако трое — Фэй Линь Хонг, Фэй Чжун Хонг и Фэй Сан Хонг — жили в Китайском квартале. Поскольку это было самое близкое совпадение, какое только могли найти Париж и Рио, они начали с них.

Хотя Чайнатаун был популярным местом среди приезжих, он не привлекал туристов. Это был один из крупнейших китайских анклавов за пределами Азии — оживленное, процветающее сообщество, простиравшееся на двадцать четыре квартала. Как только они прошли через Ворота Дракона, похожие на Открытку, им показалось, что они попали в другую страну. Архитектура изменилась, на всех вывесках появились китайские иероглифы, и внезапно многие люди заговорили на кантонском диалекте. Это также сбивало с толку, потому что в дополнение к главным улицам здесь был лабиринт узких переулков и аллей, которые не отображались в GPS.

Им потребовалось некоторое время, чтобы найти квартиру, принадлежащую не–Фэй Чие Хонг номер один, но когда они постучали в дверь, никто не ответил. Им повезло больше со вторым номером не–Фэй Чи Хонг, но ненамного. Ответил мужчина и сказал, что она переехала в Сан-Диего.

“Это очень плохо”, - ответил Пэрис. “Я не думаю, что ты знаешь, когда она переехала”.

Он бросил на Пэриса раздраженный взгляд и ответил: “Семнадцатого января, около половины шестого вечера”.

“Вау”, - сказал Пэрис. “Это действительно конкретно”.

“Да”, - отрезал мужчина. “Я помню, потому что именно тогда я вернулся домой с работы и нашел записку, в которой говорилось, что она ушла от меня к ведущему гитаристу группы под названием Sonic Platypus”.

Пэрис и Рио переглянулись, не зная, как реагировать, и после неловкого молчания Пэрис сказал: “Гитаристы — я ненавижу этих парней”.

Оттуда они пошли по аллее с фресками по каждой стороне и бельем, которое свисало с пожарных лестниц наверху. “Я чувствую себя немного нехорошо”, - сказал Пэрис.

- Почему, потому что ты заставила его заговорить о том, что его бросили?

“Это, - сказал он, - но также и потому, что я действительно хочу посмотреть Sonic Platypus, чтобы услышать, какую музыку они играют”.

“ Я знаю, ” сказал Рио. “ Я тоже. Что-то в этом имени.

Они оба быстро вызвали группу на своих телефонах. Пэрис нажал кнопку воспроизведения, и звуки кричащего панк-рока заполнили переулок примерно на шесть секунд, пока он не выключил его. Их больше не интересовал Звуковой Утконос.

“Теперь я чувствую себя по-настоящему плохо”, - сказал Рио. “Она не только бросила его, но и бросила ради парня из ужасной группы”.

В отличие от двух предыдущих, они действительно встретились лицом к лицу с не–Фэй Чие Хонг номер три. Она жила на Олд-Чайнатаун-лейн в складском помещении, переоборудованном под мастерские художников. Ее визитная карточка была прикреплена скотчем к кнопке звонка рядом с входной дверью с надписью "ИЛЛЮСТРАЦИИ И КОМИКСЫ ФЭЙ САН ХОНГ". Под этим она от руки написала: “Для доставки нажмите 2”.

“Она рисует комиксы”, - взволнованно сказал Рио.

“Это довольно круто”, - сказал Пэрис. “Интересно, делала ли она что-нибудь из того, что мы знаем”.

Студия Фэй Сан Хонг была самым крутым рабочим местом, которое Пэрис и Рио когда-либо видели. Что о чем-то говорило, учитывая, что их “офис” представлял собой секретную подземную комнату с суперкомпьютером. Повсюду были наброски и иллюстрации различных персонажей. Для вдохновения у нее были тонны фигурки в разных позах. А книжные шкафы, стоявшие вдоль стены, ломились от комиксов и графических романов.

“Это действительно работающий классический автомат для игры в пинбол с Человеком-пауком?” Пораженный Рио спросил.

“Да”, - сказала она. “Я играю в нее, чтобы прочистить мозги, когда мне нужно проработать сюжетную линию”.

Несмотря на то, что ее студия была великолепной, что касается операции "Золотые ворота", Фэй Сан Хонг номер три была большой промашкой. Она никогда не слышала о Паркере Ратледже или Р.Ф. Страуде, и у нее никогда не было назначено свидание с кем-либо, соответствующим его описанию.

“Хочешь посмотреть еще раз, чтобы убедиться?” - спросил Пэрис, показывая ей фотографию Паркера, которую он получил от одного из Дронтов. - Это было бы шесть месяцев назад.

“Я уверена”, - сказала она. “Я хорошо запоминаю лица. Это необходимость моей работы”.

“Хорошо, спасибо”, - сказал Рио. “Кстати, мне действительно нравятся твои рисунки. Могу я получить визитку, чтобы заказать несколько твоих комиксов, когда мы вернемся домой?”

“Да”, - добавил Пэрис. “Это было бы здорово”.

“Я могу придумать что-нибудь получше”, - сказала она с дружелюбной улыбкой. Она подошла к столу и достала из коробки два комикса. “Каждый из вас может взять по одной такой штуке. Если вы хотите заказать еще, информация на обратной стороне”.

- О чем это? - спросил Рио.

- Девушка по имени Молли Ву, член тайного общества, которое следит за нежитью, живущей в подземных туннелях под Сан-Франциско.

- Под Сан-Франциско есть туннели? - спросил Пэрис.

“О, да”, - сказала Фэй Сан. “В городе полно скрытых секретов. Туннели, пещеры, темные переулки. Это такой город”.

Их глаза загорелись, когда она протянула им книги.

“Большое спасибо”, - сказал Пэрис.

“Город туманов”, - сказал Рио, прочитав название с обложки, на которой была изображена девушка, сражающаяся с зомби перед Вратами Дракона. “Это выглядит потрясающе”.

Когда они вернулись в переулок, Рио начал листать комикс и спросил Пэриса: “Что дальше? Мы посетили все Фэй-хонги в Чайнатауне. Я предлагаю найти мексиканское заведение, заказать буррито и почитать этот потрясающий комикс ”.

“Мы в Чайнатауне, и тебе хочется мексиканской еды?” - спросила Пэрис. “Чего бы ты хотел, если бы мы были в Маленькой Италии?" Индеец?”

“Ничего не могу с собой поделать”, - сказал Рио. “Мне вдруг захотелось буррито, а когда дело доходит до аппетитных блюд, я должен доверять своей интуиции. Буквально”.

“Теперь, когда вы упомянули об этом, буррито действительно вкусно”, - согласился Пэрис. “Но в дополнение к имени Фэй Хонг, в дневнике также упоминаются Данкомб и Джексон, поэтому мы должны сначала проверить это пересечение”.

“ Ладно, ” сказал Рио. “ Но потом мы поедим. Я умираю с голоду.

И снова у GPS возникли проблемы с навигацией в лабиринте глухих переулков. Они думали, что находятся недалеко от Данкомб-Корт, когда срезали путь по проходу, проходящему позади ряда ресторанов. Это был не тот переулок, который обычно посещают туристы. Он был грязным и тесным. Дорожка была частично перегорожена мусорными баками, урнами для вторичной переработки и стопками упакованного картона. Двое кухонных работников во время перерыва сидели на паре перевернутых ящиков из-под молока.

Один из них был большим и дородным и носил фартук, который выглядел так, словно когда-то был белым, а теперь стал серым, как после мытья посуды. Он сидел, прислонившись спиной к стене, и ел из маленькой металлической миски. Другой был худощавым и пил из чашки, глядя на что-то на экране своего телефона.

Между кучами мусора, рабочими и узостью переулка Пэрис и Рио не могли пройти, не вторгнувшись в их личное пространство.

“Извините”, - сказал Пэрис, пытаясь проскользнуть мимо.

Мужчина покрупнее рявкнул на него на кантонском диалекте, и Пэрис непонимающе посмотрел на него.

“ Извините, - сказал он. - Мы просто пытаемся пройти.

Мужчина продолжал говорить.

“Извините, я не понимаю”, - ответил Пэрис. “Мы заблудились. Вы знаете, где находится Данкомб-корт? Данкомб-корт?

Мужчина ответил снова, становясь все более оживленным, и Пэрис решил рискнуть и назвать ему имя человека, которого они искали.

- Фэй Чи Хонг?

Мужчина показал ему "юниверсал" Что ты только что сказал? выражение, хотя Пэрис не могла сказать, было ли это положительным или отрицательным употреблением.

Он повторил это снова, стараясь тщательно выговаривать, но “Фэй Чи” было все, что у него получилось.

Мужчина встал со своего импровизированного сиденья и выпятил грудь. Он молниеносно сменил растерянность на гнев, но, к счастью для Пэриса, другой мужчина встал между ними. Двое мужчин вели оживленный разговор, все на кантонском диалекте, который закончился тем, что худощавый мужчина указал в сторону ресторана, а другой мужчина вернулся внутрь.

Пэрис вздохнула с облегчением и спросила: “Он знает...”

- Ты назвал его “толстячком”, - сказал худощавый мужчина.

Пэрис была в ужасе. “Подожди, что? Я сделал? Это ужасно. Это была полная случайность”.

“Я знаю, что так и было”, - сказал мужчина. “Это было очевидно, но он чувствителен к своему весу. Вы ищете Фэй Чи Хонг?”

“Да”, - взволнованно сказал Пэрис. “Ты ее знаешь?”

“Фэй Чи Хонг - это не человек. Это место. Это то место, - сказал он, указывая на переулок.

Пэрис и Рио растерянно оглянулись. “Это Фэй Чи Хонг?”

“Я знаю, это не так уж много”, - сказал мужчина. “Если вы хотите осмотреть Чайнатаун, я рекомендую Грант-авеню”.

“На самом деле мы ничего не исследуем”, - ответил Рио. “Мы кое-кого ищем”.

Пэрису пришла в голову идея. “Подожди секунду, это место, куда ты приходишь отдохнуть”.

“Дважды в день по пятнадцать минут”, - ответил мужчина.

“Может быть, вы сможете помочь”, - ответил Пэрис, доставая свой телефон, чтобы показать фотографию Паркера Ратледжа. “Этот человек встретил кого-то в этом переулке в октябре прошлого года. Я знаю, это маловероятно, но я не думаю, что вы видели его и помните что-нибудь о нем?

Мужчина взглянул на фотографию и, к своему большому удивлению, узнал Паркера. Он видел его в переулке в октябре прошлого года, когда тот встречался с парой мужчин, которые были постоянными посетителями ресторана. И хотя он ничего не знал о Паркере, он точно знал, кто эти двое мужчин. Они были из Министерства государственной безопасности и работали в китайском консульстве на Лагуна-стрит. Это была тайная полиция, и им не нравилось, когда люди суют нос в их дела, вот почему мужчина вернул телефон Пэрис и сказал: “Извините, нет. Я никогда не видел его раньше.


30.

Мюрский лес

УТРЕННИЙ ТУМАН ВСЕ ЕЩЕ ПОКРЫВАЛ воду, поэтому, когда Монти и девочки приблизились к мосту Золотые ворота, им показалось, что его знаменитые оранжевые башни волшебным образом поднимаются из облаков. Это был главный символ Сан-Франциско, превзошедший все ожидания.

“Я знала, что это будет красиво”, - восхитилась Сидни. “Но это абсолютно великолепно”.

Мост обозначал границу между Тихим океаном и заливом Сан-Франциско и соединял два полуострова, на одном из которых расположен город, а другой богат природными красотами. Трансформация была настолько быстрой и драматичной, что всего в десяти милях к северу от вздымающихся небоскребов вырос лес из высоких деревьев высотой в сотни футов, многим из которых было от пятисот до восьмисот лет. На этом жизнь Паркера Ратледжа подошла к концу и здесь должны были начаться их поиски ответов.

- Посмотри на это, - сказала Кэт, указывая на простую деревянную вывеску, висящую над входом в лес.

МЮРСКИЙ ЛЕС

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ПАМЯТНИК

СЛУЖБА НАЦИОНАЛЬНЫХ ПАРКОВ, ДЕПАРТАМЕНТ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ

“ Ратлидж сфотографировал этот знак в то утро, когда умер. Она вывела изображение на свой телефон и изучила его, пытаясь определить, где он стоял, когда делал снимок.

“Я думала, он фотографирует только птиц”, - сказала Сидни.

“В основном”, - сказал Бруклин. “Но также на многих из них есть указатели таких мест, как национальные парки, заповедники дикой природы, границы городов и тому подобное. Это действительно блестяще”.

- Каким образом? - спросила Сидни.

“В его облачном аккаунте тысячи фотографий”, - ответил Бруклин. “Было бы трудно вспомнить, где каждая была сделана. Но всякий раз, приезжая в какое-нибудь новое место, он всегда фотографировал вывеску этого заведения. Поэтому, просматривая галерею, вы всегда знаете, где находитесь ”.

- Это умно, - сказала Сидни.

“ Поехали, - сказала Кэт, все еще сверяя фотографию с табличкой. - Вот здесь он стоял.

“Ты меня немного пугаешь”, - сказал Бруклин. “Почему тебя волнует, где он стоял?”

“Потому что кто-то убил его менее чем через два часа после того, как он взял это”, - сказала она. “Эти снимки максимально приближены к фотографиям с места преступления”.

“Ладно, в этом есть смысл”.

Сидни встала позади Кэт и посмотрела на фотографию, чтобы сравнить прошлое с настоящим. “На фотографии вывеска выглядит темнее”, - сказала она. “Я думаю, что он мокрый. Полагаю, это означает, что день был дождливый”.

“ Это хорошо, ” сказал Монти. - Каждая деталь помогает.

Рядом со входом располагался центр приема посетителей с тремя билетными кассами. Монти оплатил их входной билет и спросил человека, работающего там: “Вы не знаете, рейнджер Джилсон сегодня здесь?”

“ Кристин? - позвал он. “ Конечно. Она в торговой компании, чуть дальше по набережной направо.

- Благодарю вас.

Кристин Гилсон обнаружила тело Ратледжа и подала отчет, который Бруклин нашел в Интернете. Она была единственным человеком, которого они знали наверняка, который непосредственно знал о том, что произошло в тот день. Взять у нее интервью было необходимо, вот почему Монти подготовился.

Всякий раз, когда у нее была возможность, она пыталась изучить чье-то прошлое, прежде чем задавать вопросы. Обычно у вас был только один шанс пройти собеседование. Правильная порция информации может означать разницу между тем, кто открывается, и тем, кто дает короткие, бесполезные ответы.

Для нешпионов, или “гражданских лиц”, как они их называли, исследование обычно было таким же простым, как быстрое сканирование в социальных сетях. Например, у Гилсона были активные аккаунты на нескольких платформах, а также блог о путешествиях и приключениях. Через двадцать минут Монти узнал, что она коренная калифорнийка, сделавшая карьеру в армии, прежде чем поступить на службу в Службу национальных парков. Она была заядлой скалолазкой, любила походы и лабрадоров-ретриверов.

Именно ее любовью к собакам Монти планировал воспользоваться.

Как и многие здания в национальных парках, здание торговой компании Muir Woods было выкрашено в темно-коричневый цвет, чтобы придать ему деревенский, естественный вид. Он был расположен в сотне ярдов вглубь парка и включал в себя небольшой магазин, кафе и справочное бюро, в котором работал смотритель парка.

Именно здесь они нашли Кристин Гилсон. Она была высокой и подтянутой, с длинными черными волосами, о ее любви к скалолазанию свидетельствовали стройные, сильные руки. На ней была стандартная форма смотрителя парка: коричневая рубашка, темно-зеленые брюки и широкополая коричневая шляпа.

Монти направился прямиком к стойке информации, в то время как остальные зашли в магазин, чтобы не мешаться под ногами. Люди, как правило, больше разговаривали, когда вокруг было меньше людей.

“ Доброе утро, ” поздоровался Монти. - Вы рейнджер Джилсон?

“Да, это я”, - ответила женщина. “Чем я могу вам помочь?”

- Я надеялся, что вы сможете дать мне какую-нибудь информацию, - сказал Монти.

“ Вот почему я здесь. Хочешь узнать о парке? Секвойях?

“На самом деле, это о том, что произошло здесь примерно шесть или семь месяцев назад”. Монти незаметно добавила нотку эмоций в свой голос. “Друг семьи скончался в парке. У него случился сердечный приступ”.

Поведение рейнджера мгновенно изменилось с веселого на натренированное. — Мне жаль это слышать, но я не уполномочен обсуждать...

Монти удалось изобразить намек на подступающие слезы, когда она перебила его. “Я имею в виду, он был больше, чем другом. Он был как семья. Он жил дальше по улице и был лучшим другом моего отца. Он много путешествовал, и когда я рос, я всегда присматривал за его собаками, когда он отправлялся в поездки”.

При упоминании собаки Джилсон слегка наклонился вперед. Стратегия Монти сработала, но ей все еще предстоял путь. Она старалась не торопить свой рассказ.

“На самом деле, мой отец заботился о своих собаках, когда приезжал в ту последнюю поездку в Калифорнию”, - продолжил Монти. “Они до сих пор у папы. Он, конечно, приютил их. Но даже несмотря на то, что прошло полгода, у меня такое чувство, что собаки продолжают ожидать, что он вернется домой и войдет в дверь ”.

Рейнджер откашлялась и спросила: “Что это за собаки?”

“ Лабрадоры, ” ответил Монти. - У него всегда были Лабрадоры. Он любил бывать на природе и сказал, что это лучшая порода собак для похода в поход ”.

“Он был абсолютно прав”, - сказал Джилсон. “У меня самого две лаборатории”.

И Монти поняла, что она попалась. Но она все еще не давила. Она подождала, позволив разговору прерваться, пока рейнджер не закончит. Джилсон посмотрел по сторонам, чтобы убедиться, что никто не слышит, и спросил: “Это был мистер Ратледж?”

“ Это он, ” сказал Монти. “ Паркер Ратледж. Хорошая память.

“ Ну, конечно, я помню. Такое случается не каждый день. Я очень сожалею о вашей потере. Чем я могу вам помочь?”

“Я даже не уверен, что ты сможешь”, - сказал Монти. “Я учитель, совершающий школьную поездку, и я пришел засвидетельствовать свое почтение. Наверное, я хотел спросить, не могли бы вы просто рассказать мне, что произошло. Таким образом, когда я вернусь домой, я, возможно, смогу заполнить некоторые пробелы для моего отца. Немного успокои его.

“ Конечно, ” сказал Джилсон. “ Он был в Соборной роще. Я могу показать вам где на карте. Она открыла карту-путеводитель и обвела место кружком. “Если это тебя хоть немного утешит, роща мирная и духовная. Она получила свое название, потому что, когда стоишь там, кажется, что находишься в большой церкви. Ты должен сказать своему отцу, что последние изображения, которые видел его друг, были одними из самых прекрасных творений Бога”.

Монти была тронута чувствительностью рейнджера. Она даже почувствовала вину за то, что заставила ее пройти через все эти эмоциональные испытания. “Есть ли какие-нибудь конкретные детали, которые вы помните о том дне, которые я могу передать своему отцу?”

“Насколько я помню, шел мелкий дождь. Лично я думаю, что именно тогда лес красивее всего. В тот день я открыл парк и помню, что мистер Ратледж пришел первым. По какой-то причине это мне запомнилось. Не думаю, что я сказал что-то большее, чем ‘Добро пожаловать в Мьюир Вудс ’. Но я помню, что он был первым ”.

“ Он был заядлым наблюдателем за птицами, ” подсказал Монти. “Есть ли в лесу участок, который особенно хорош для этого?”

“Не совсем”, - сказал Джилсон. “Здесь водятся пятнистые совы и дятлы, но, честно говоря, леса из секвой не очень подходят для наблюдения за птицами. Насекомых не так много, и птицы летят туда, где они есть. Я вижу гораздо больше птицеловов, когда работаю на мысе Марин ”.

- У тебя есть другая работа? - спросил Монти.

“Та же работа, но в другом месте”, - сказал рейнджер. “Парковая служба управляет более чем двадцатью объектами в национальной зоне отдыха "Золотые ворота". Я переключаюсь между тремя из них, хотя в основном нахожусь здесь, в Мьюир Вудс ”.

Монти сделал паузу, когда она перешла к деликатному вопросу. - Вы знаете, кто его нашел?

Джилсон торжественно кивнул. “ Да. Он был в роще, рядом с мемориальной доской Рузвельту. Он не дышал, поэтому я вызвал помощь по радио и начал делать искусственное дыхание, чтобы реанимировать его. Но это не сработало. Я сожалею об этом. Это как бы преследует тебя. Кто-то умирает прямо у тебя на глазах. Я задавался вопросом, что могло бы случиться, найди я его всего несколькими минутами раньше. Интересно, смог бы я спасти его?”

“Ты не можешь так думать”, - сказал Монти. “То, что ты сделал, было здорово. Даже героично”.

“ Спасибо. Есть что-нибудь еще?

- И еще одно. Он обычно брал с собой в путешествия фотоаппарат. Ты не помнишь, был ли он у него?

Женщина покачала головой. “ Нет, не знаю. Но любое личное имущество было загружено в машину скорой помощи вместе с ним. Вам нужно будет проконсультироваться по этому поводу в больнице”.

“ Я так и думал, ” сказал Монти. - Большое вам спасибо.

“ Вот, ” сказала женщина, вытаскивая визитную карточку из нагрудного кармана. - Здесь указан номер офиса здесь, в Мьюир Вудс. Если твой отец захочет меня о чем-нибудь спросить, я буду более чем счастлив обсудить это с ним.

“Вы очень добры”, - сказал Монти, беря карточку. “Я действительно ценю, что вы поговорили об этом со мной. И я действительно ценю все, что вы сделали, пытаясь помочь Паркеру. Хорошего дня.”

-Ты тоже.

Монти сунула карточку в карман и подошла к магазину, где девушки разглядывали футболки и различные безделушки в стиле красного дерева.

“Посмотри на это”, - взволнованно сказала Сидни, увидев Монти.

Она провела ее мимо сувениров к секции для туристов, посещающих парк. Там были походные принадлежности, консервы, походное снаряжение и другие предметы повседневного обихода, которые могли понадобиться вдали от дома.

- Ты видишь это? - спросила Сидни, указывая на полку.

Это заняло у Монти мгновение, но когда она это сделала, то улыбнулась. - Конверт.

“Совершенно верно”, - сказала Сидни. “Он купил это здесь”.

На полке, рядом с ручками и блокнотами, лежали конверты, идентичные тому, который Паркер использовал для отправки своего карманного календаря обратно в Оксфорд.

“Итак, он приезжает сюда, покупает конверт и отправляет свой календарь домой”, - сказала она. “Зачем? Очевидно, он не планировал этого делать. Что здесь произошло?”

“ Должно быть, что-то его напугало, - предположила Сидни. - Или кто-то.

Монти повернулся к мужчине, работавшему за кассой. “ Извините. Если бы я захотел отправить письмо, мог бы я сделать это из парка?”

“Абсолютно”, - ответил мужчина. “Мы продаем марки, и прямо перед зданием торговой компании есть почтовый ящик. Многим людям нравится отправлять оттуда свои открытки. Я думаю, они ожидают, что на них будет какой-то особый почтовый штемпель, но это не так. И все же это удобно.

- Спасибо, - сказал Монти.

Она попыталась собрать воедино то, что произошло. Она подумала, что Сидни, возможно, что-то заподозрила. Он приехал сюда, а потом испугался. Чем?

Они направились к двери, но им пришлось подождать Бруклина, который что-то покупал.

- Что ты получишь? - спросила Сидни.

“Новое дополнение к моей коллекции”, - ответил Бруклин, держа в руках снежный шар со сценой из красного дерева внутри. - Только на этой не выпадает снег.

“ Снежный шар, который не производит снега? ” спросила Сидни. - А что он производит?

“Туман”, - сказала Бруклин. Она энергично встряхнула мяч, и туман заполнил шар. “Разве это не здорово?”

- Мне это нравится, - сказал Монти.

Монти всегда хотел, чтобы детям нравились удивительные места, которые они посещали, даже когда они были на задании. Вот почему она не спешила, когда они прошли полмили от торговой компании до Соборной рощи. Она хотела, чтобы они насладились естественной красотой секвой.

“Цвета такие яркие”, - сказал Бруклин. “Такие глубокие зеленые и коричневые”.

“Мне нравится, как солнечный свет время от времени пробивается сквозь деревья”, - сказала Сидни. “Кажется, что они почти светятся”.

Кэт сделала глубокий вдох. “ Мне нравится этот запах. Он напоминает мне о Непале.

Монти сфотографировал их троих, сидящих на маленьком деревянном мостике, перекинутом через ручей, протекающий через парк, и еще одного рядом с гигантским поперечным сечением упавшей секвойи, которая прожила более тысячи лет. В поперечном разрезе они могли видеть все кольца, отмечающие каждый год жизни дерева. Маленькие стрелки соответствовали историческим событиям на кольце этого года.

“Это так круто”, - сказала Бруклин, проводя пальцем по кольцам. “Вот так выглядит тысяча лет”.

Они добрались до Соборной рощи, где деревянная табличка гласила: "ВХОДИТЕ ТИХО.

Это было место размышлений для посетителей парка, поэтому Монти говорила вполголоса, описывая сцену так, как ее описал рейнджер.

“ Его тело было прямо здесь, ” прошептала она. - Рядом с этой мемориальной доской.

Рядом с тропинкой, в центре рощи, стояла бронзовая мемориальная доска в память о собрании, состоявшемся в 1945 году. Делегаты недавно созданной Организации Объединенных Наций пришли на поминальную службу в честь президента Франклина Рузвельта, который умер всего месяц назад. ООН провела свои первые заседания в Большом оперном театре Сан-Франциско, и мне показалось уместным почтить память президента, сыгравшего такую важную роль в создании организации.

Они осматривали рощу около десяти минут, делая снимки и выискивая хотя бы малейший намек на то, что могло бы послужить зацепкой. Закончив, они вернулись по тропинке и сели на ряд деревянных скамеек. Здесь, вдали от тишины рощи, они могли поговорить более открыто.

“Что мы знаем?” - спросил Бруклин, задавая вопрос, с которого часто начинались подобные разговоры.

“Мы знаем, что Паркер Ратледж первой вошла в лес, когда он открылся в восемь часов, и что согласно ее отчету, рейнджер Джилсон обнаружила его тело в десять сорок семь”, - сказал Монти.

“Значит, в течение этих трех часов произошло что-то, что привело к его убийству”, - сказал Бруклин.

“Мы знаем, что он испугался”, - сказала Сидни. “Или, по крайней мере, мы думаем, что испугался. Случилось нечто такое, что заставило его купить конверт и отправить ежедневник обратно в Оксфорд. Зачем ему это делать?”

“Потому что он хотел убедиться, что никто этого не видел?” - спросил Бруклин.

“Или, может быть, чтобы убедиться, что кто-то конкретный этого не видел”, - сказала Сидни. “Может быть, он увидел здесь кого-то и испугался, что это попадет к ним в руки”.

- Кто? - спросил Бруклин.

“ Проверь фотографии с места преступления. - Давай посмотрим на снимки, которые он сделал, чтобы понять, есть ли на них какой-нибудь намек, - сказала Сидни.

Кэт загрузила все фотографии на свой телефон и отсканировала их. “В то утро он сделал одиннадцать снимков”, - сказала она. “На первом изображен знак. У него связка с этой совой. Есть только несколько секвой. И еще вот это. - Она показала им, чтобы они увидели.

Фотография была сделана с другого берега ручья, оглядываясь в сторону торговой компании. На снимке смотритель парка разговаривал с тремя людьми, стоявшими спиной к камере.

- Эта рейнджер - та самая женщина, с которой вы только что разговаривали? - спросила Кэт.

“Думаю, да”, - ответила Монти, пальцами увеличивая изображение. “Это имело бы смысл. Мы знаем, что она была рейнджером, открывшим парк в тот день.

“ Тогда с кем же она разговаривает? ” спросила Кэт. “ Он фотографирует птиц и знаки. Иногда деревья. Но никогда людей. Кто был настолько интересен, что решил сделать этот снимок?”

“Ты имеешь в виду, кто напугал его настолько, что он решил отправить домой свою ежедневную книгу?” - спросил Бруклин.

У Сидни что-то щелкнуло, и она схватила телефон. “Дай мне посмотреть”, - взволнованно сказала она.

“Что это?” - спросил Бруклин. “Что ты видишь?”

“Мо Салах! Мо Салах!”

“Кто такой Мо Салах?” - спросил Бруклин.

“ Он футболист, ” сказала Кэт. - Даже я это знаю, а я ничего не смыслю в футболе.

“Я не понимаю”, - сказал Бруклин.

- Я тоже, - добавил Монти.

“Мальчик на фотографии одет в футболку "Ливерпуля" с номером одиннадцать Мо Салаха”, - объяснила Сидни. “Это Роберт. И на этой девушке та же рубашка, что и на фотографии перед пекарней Fortune cookie. Это Роберт и Энни.

Кэт посмотрела на женщину, стоявшую между ними, и сказала: “Что означает, что это Клементина”.

Сидни кивнула. - Значит, он увидел Клементину и запаниковал.


31.

Розовый Холм

ЭННИ

ЭННИ БЫЛА ТАКОЙ ХОРОШЕЙ игроком в водное поло, что ее тренер дал ей ключ от водного центра, чтобы она могла дополнительно тренироваться, когда захочет. Ей нравилась тишина у бассейна в такие моменты, как этот, когда она была полностью предоставлена самой себе. Она подошла к кромке воды, заправила волосы под купальную шапочку и нырнула.

Прошло почти шесть лет с тех пор, как она в последний раз видела своего отца. Шесть лет, семь стран, девять школ и десять разных имен. Она так часто меняла личность, что стала весьма искусной в заполнении пробелов в недавно созданных биографиях. Она была симпатичной и дружелюбной, но избегала заводить друзей. По крайней мере, не настоящие. Она уже совершала эту ошибку раньше и пожалела об этом, когда пришло резкое, но неизбежное объявление, что они снова переезжают. Помимо плавания, единственной связью в ее жизни был брат.

Они были близки, и хотя мать запрещала им этого делать, когда они оставались наедине, они все равно называли друг друга своими настоящими именами. Это был их единственный настоящий акт восстания в безвыходной ситуации. Они не знали, почему их жизни перевернулись с ног на голову, когда они это сделали. Они знали, что их мать работала на МИ-6 и что что-то пошло не так. Им сказали, что они прячутся от очень плохих людей, что казалось единственным логичным объяснением их нынешнего образа жизни. Им также сказали, что их отец умер, и хотя они оба вели себя так, как будто верили в это, втайне они молились, чтобы это было неправдой. Они оба мечтали, что однажды дверь откроется и он вернется в их жизнь.

МАТЬ

Почти шесть лет, прошедших с тех пор, как он в последний раз видел своих детей, мать неустанно искала их. Он так часто представлял, каково это - воссоединиться с ними, что у него было несколько вариантов, полностью написанных по сценарию и выученных наизусть.

Было с полдюжины раз, когда он думал, что близок к тому, чтобы найти их, но ни один из них не был таким многообещающим, как этот. И все же, подходя к главному офису Академии Роуз Хилл, он попытался умерить свои ожидания. Он слишком часто разочаровывался. Он глубоко вздохнул, прежде чем войти, и напомнил себе выглядеть подтянутым и вести себя счастливым — черты, соответствующие роли, которую он играл. Он выдавал себя за отца будущей студентки и организовал экскурсию по кампусу.

ЭННИ

Несмотря на свое кочевое существование, Энни считала себя счастливой. Каким-то образом ей удалось отделить странность своих обстоятельств от повседневной жизни подростка. Кроме того, все остальные дети в ее подготовительной школе были далеко от своих домов, и родители тоже. И у многих из них были семьи, которые они называли “шоу уродов”. Она любила свою маму и искренне уважала ее. Независимо от того, какой была реальная история, случилось что-то плохое, и ее мама обеспечила безопасность семьи. И хотя Энни не всегда верила ей, она всегда верила в нее.

МАТЬ

“Это великолепный кампус”, - сказала мама, когда директор показывал ему школу. “У вас сильная спортивная программа?”

“Это очень энергично”, - сказал он. “Легкая атлетика не обязательна, но практически все наши студенты занимаются спортом, независимо от уровня их квалификации. И наши девочки соревнуются в высшем дивизионе по всем направлениям в баскетболе, футболе, нетболе, называйте как хотите ”.

“А как насчет водного поло?” - спросила мама. “Моя дочь любит водное поло и участвует в соревнованиях туристической команды”.

“Тогда ей повезло”, - сказал директор с широкой ухмылкой. “Наша команда по водному поло - одна из лучших в Новом Южном Уэльсе”.

Мама улыбнулась. “Ей понравится это слышать. Не думаю, что смогу уделить несколько минут тренеру”.

“ Не понимаю, почему бы и нет. Она должна быть в своем офисе в водном центре.

“Чудесно”.

Сердце матери бешено колотилось, когда они направлялись к бассейну. И хотя он был взволнован возможностью воссоединения со своими детьми, у него было одно ноющее беспокойство. Что, если они меня не узнают? подумал он. Мало того, что прошли годы с тех пор, как они видели его в последний раз, но мать пережила ужасный пожар. После восстановительной операции МИ-6 позаботилась о том, чтобы изменить его внешность. Это было сделано для того, чтобы убедиться, что никто в Умбре не сможет его узнать. Но как насчет его собственной семьи? Захотят ли они?

ЭННИ

Мышцы Энни горели, когда она проплывала круг за кругом в воде. Было межсезонье, и она работала над повышением своей выносливости. Когда она коснулась стены на последнем круге, то вытянула руки и оперлась о край бассейна, делая глубокие, полные вдохи.

В этот момент дверь открылась. Она подняла глаза, ожидая увидеть своего тренера, но вместо него это был член семьи. Она улыбнулась, как только увидела его.

Он посмотрел по сторонам, чтобы убедиться, что они одни. - Привет, Энни.

“ Привет, Роберт. Что привело тебя в бассейн?

“Ищу свою любимую сестру”, - ответил он. “Если ты почти закончил, мы можем поужинать, пока ты пытаешься объяснить мне мое домашнее задание по математике”.

МАТЬ

Тем временем, в 4 859 милях отсюда, Мама пыталась скрыть его эмоции, когда тренер по водному поло из Роуз Хилл сообщил ему неутешительные новости.

“Хлоя была нашей звездой”, - сказала она, имея в виду Энни под псевдонимом, которое выбрала для нее Клементина. “Жаль, что она переехала. Вы говорите, ваша дочь играла с ней?

“Они познакомились в летнем лагере”, - ответил он. “Они поддерживали связь онлайн. Я не знал, что она переехала”.

“Примерно два или три месяца назад”, - ответил тренер.

“ Ты знаешь, куда она пошла? - спросил он.

“Вообще-то, нет”, - ответила она. “Это было как-то неожиданно. Но ее уход открывает брешь в преступлении, так что, возможно, ваша дочь будет той, кто заполнит ее ”.

Мама выдавила улыбку. - Это было бы здорово.

ЭННИ

Прошло три месяца с тех пор, как они внезапно покинули Роуз Хилл и Австралию. Было обидно, потому что ей действительно нравилась школа и нравилось быть частью команды по водному поло. Команда в ее новой школе была и близко не такой хорошей, но в остальном она хорошо приспосабливалась.

Новая страна. Новая школа. Новое имя. Все та же рутина.


32.

Рыбацкая пристань

КОМАНДА КУПИЛА УЖИН в киоске с морепродуктами на Рыбацкой пристани и съела его в конце одного из близлежащих пирсов. С сувенирными лавками, экскурсионными катерами и уличными артистами пристань определенно была больше для туристов, чем для местных жителей. Но похлебка из моллюсков была восхитительной, а вид на закат невозможно было превзойти. Они нашли пару скамеек подальше от всех, чтобы поговорить о том, что узнали за день.

“Итак, Клементина была в Мьюир Вудс, когда был убит Паркер Ратледж?” Сказал Пэрис, прокручивая это в голове. “Как ты думаешь, что это значит?”

“Я думаю, увидев ее, он испугался”, - сказала Сидни. “Во-первых, он сфотографировал ее, а он никогда не фотографировал людей. Затем он купил конверт и использовал его, чтобы отправить домой свой ежедневник. Я думаю, он беспокоился, что он может попасть к ней в руки ”.

“ И что? ” скептически спросил Рио. - Вы думаете, что Клементина убила Ратлиджа?

“Мы не хотим думать, что она это сделает, но это определенно возможно”, - сказал Бруклин.

“Вау, несколько месяцев назад она спасла тебе жизнь, а теперь ты думаешь, что она убийца”, - сказал Рио. “Я на это не куплюсь. Ни за что”.

Сидни только что проглотила кусочек своего сэндвича с крабами и спросила: “Почему бы и нет?”

“ По двум причинам, - сказал Рио. - Во-первых, мы думаем, что Ратледжа убил Сорока, верно?

“ Верно, ” сказала Сидни. - А Клементина могла бы быть Сорокой.

“Нет, она не могла”, - сказал Рио. “Сорока - двойной агент, крадущий информацию у МИ-6 и передающий ее Умбре. Клементина не может этого сделать, потому что она ушла из МИ-6 пять лет назад. Это должен быть кто-то, кто все еще может легко приходить и уходить на Воксхолл-Кросс. Если бы Клемми появилась там, на нее надели бы наручники прежде, чем она добралась бы до металлодетекторов.

“Но она все равно могла убить его”, - сказал Бруклин.

“Нет, она не могла этого сделать”, - сказал Рио.

“И ты знаешь это потому, что?” - спросил Бруклин.

Рио недоверчиво посмотрела на нее. “ Потому что именно она дала нам ключ к разгадке. Если бы Клементина не дала вам фотографию и не разместила фотографию трех воронов в облачном аккаунте Ратлиджа, никто бы не подумал, что его убили. Ей бы это сошло с рук. Так зачем же ей было давать нам улики, позволяющие изобличить саму себя?

“Хорошо”, - сказала Сидни. “В этом есть большой смысл. Но все же она была там, и он ее сфотографировал. Почему?”

“ Этого я не знаю, ” сказал Рио. “ Я бы выяснил, но я только что потратил кучу энергии на все эти дедуктивные рассуждения. Думаю, мне нужно еще немного похлебки из моллюсков, чтобы зарядиться энергией.

Он с надеждой посмотрел на Монти, но она не укусила.

“Я думаю, ты сегодня достаточно наелся, приятель”, - сказал Пэрис. “Мы практически объелись на другом конце города”.

“Это была всего лишь еда?” - спросил Бруклин. “Или тебе удалось найти что-нибудь полезное?”

“Мы, безусловно, это сделали”, - гордо ответил он. “Мы кое-что выяснили о ежедневнике. Или, что более важно, мы кое-что выяснили об именах в ежедневнике.

- Что? - спросила Кэт, ее интерес возрос.

Пэрис достал из рюкзака карманный календарь Ратлиджа и открыл его на последней неделе. “Посмотри сюда. Фэй Чи Хонг, Бернхард Берлинер, доктор медицинских наук, и Чарльз Блайт - все назначены на эту неделю ”.

“ Верно, ” сказала Кэт. “ Мы это знали. Мы просто не смогли выяснить, кто они такие.

“Потому что они не люди”, - сказал Пэрис.

Девушки посмотрели на него в замешательстве.

“Это места”, - ответил Пэрис. “Каждое из них - это определенное местоположение. Фэй Чи Хонг - это переулок в Китайском квартале, причем довольно схематичный. Кстати, это буквально переводится как ‘аллея толстяков", так что будьте осторожны с теми, кого спрашиваете об этом ”.

“ А Бернхард Берлинер, доктор медицины? ” спросила Кэт. - Что это за место?

“Это самое лучшее”, - сказал Рио.

“Он так говорит, потому что он единственный, кто это понял”, - пошутил Пэрис.

“Это моя история, и я расскажу ее так, как хочу”, - сказал Рио. Он повернулся к остальным. “После Чайнатауна мы отправились на другой конец города в парк Золотые Ворота”.

- Почему? - спросила Сидни.

Парис рассмеялся. “Почему ты так думаешь?”

“Конечно”, - сказала она, закатывая глаза. “Еда”.

“Да, речь шла о еде. Но дело было не только в еде”, - сказал Рио. “Там также есть отличный магазин волшебства, и мы зашли посмотреть последние фокусы. И еда была не просто едой. Это были самые вкусные буррито, которые я когда-либо ел ”.

“Они были действительно хороши”, - согласился Пэрис.

- В общем, после того, как мы поели, Пэрис предложила сходить в ботанический сад, который был чуть дальше по улице.

“Я вспомнил, что Ратлидж сфотографировал вывеску там же, а потом каких-то птиц в саду”, - сказал Пэрис. “Поэтому я вернулся и посмотрел, в какой день он их забрал. Затем я сверил это с календарем. Он забрал их в тот же день, когда должен был встретиться с Бернхардом Берлинером.

- Который мертв уже сорок четыре года, - сказала Сидни.

“А потом случилось самое удивительное....” Пэрис сделала драматическую паузу.

“ Что? ” спросил Монти, наслаждаясь услышанным. - Мы как на иголках.

Пэрис рассмеялась и сказала: “Наконец-то Рио начал есть. Он действительно был сыт”.

Остальные отреагировали комично. “Этого не может быть”.

-Невероятно.

“Невозможно”.

- Возможно, я съел слишком много буррито, - признался Рио.

- Буррито с буквой “S"во множественном числе? ” спросила Сидни. “Сколько их у тебя было?”

“Номер не важен”, - сказал Рио. “Важно то, что произошло дальше. Я почувствовала, как карне асада и чоризо бурлят у меня в животе, и сказала Пэрис, что мне нужно сделать перерыв, поэтому села на одну из скамеек. Я подумала, что посмотрю на цветы и позволю всему уладиться. Но пока я сидел там, я заметил, что на скамейке есть мемориальная доска, посвященная женщине по имени Бланш Тебом”.

- Кто такая Бланш Тебом? - спросила Кэт.

“Понятия не имею”, - сказал Рио. “Но это заставило меня задуматься об именах на скамейках запасных. Итак — и это была моя идея — мы начали проверять имена на всех скамейках запасных”.

“Просто для справки, - вмешался Пэрис, - ботанический сад занимает пятьдесят пять акров и в нем установлены сотни скамеек”.

“После того, как мы досчитали до тридцати, Пэрис захотел остановиться”, - сказал Рио. “Но я настоял, чтобы мы продолжали”.

- И что? - спросил Бруклин.

“Номер сорок два”, - сказал Пэрис, поднимая свой телефон, чтобы они увидели картинку. Это была фотография деревянной скамейки с памятной табличкой, на которой было написано:

BERNHARD BERLINER, MD

1885–1976

“ Невероятно, ” изумился Монти. Она сунула руку в карман, вытащила десятидолларовую купюру и протянула ее Рио.

“ Для чего это? - спросил он.

“ Пойди купи себе еще похлебку из моллюсков в хлебнице на закваске, - сказала она. - Ты рок-звезда.

Рио с широкой ухмылкой забрал деньги и помчался по пирсу к киоскам с морепродуктами.

“Значит, имена - это не люди, с которыми он встречается”, - сказал Бруклин. “Это места, где он с ними встречается”.

“Классическое шпионское ремесло, если вдуматься”, - сказал Монти. “Вы бы никогда не захотели рисковать, выдавая агента, поэтому не стали бы записывать его имя. Нет даже кодового имени или псевдонима. Но если это места встреч, то человек все равно остается анонимным ”.

- Так с кем же он встречается в этих местах? - спросила Кэт.

Пока Монти обдумывала ответ, она смотрела в окно, на солнце, садящееся за мост Золотые ворота. Небо загорелось красками.

“Давайте подумаем”, - сказал Монти. “Он пытается установить личность Сороки. Для этого ему пришлось бы отправиться в любое место, где есть хоть малейший намек на то, что Сорока побывал. В каждом городе шныряют старые шпионы. Особенно в городах, которые он посещал, таких как Москва, Берлин, Пекин и Токио. Поэтому ему пришлось побывать в этих местах и встретиться с местными активистами, чтобы попытаться раскопать что-нибудь о Сороке. Но это очень опасно”.

“Каким образом?” - спросил Бруклин.

“ Потому что эти старые шпионы и агенты, вероятно, одни из тех же людей, которых Сорока использует для передачи секретов и помощи Умбре во всей их преступной деятельности. Не всегда легко определить, кто на чьей стороне. Так что, если он попадется не на ту сторону, это может быть плохо ”.

“ Хуже, чем плохо, ” сказала Сидни. - Это может быть смертельно опасно.

“ Ладно, ” сказала Кэт. - Если названия - это места, а не люди, тогда какие еще места он посещал?

Пэрис улыбнулся. “ У меня есть для тебя странное письмо. ” Он открыл ежедневник и сказал: “Двенадцатое октября: Чарльз Блайт, четыре пятнадцать’. Затем под ним он написал инициалы СВ.”

“Это инициалы названия объекта?” - предположил Бруклин.

“Нет, я не думаю, что он сделал бы это”, - сказал Монти. “Вы должны защитить эти имена. Даже инициалы.

- Силиконовая долина, - ответила Кэт.

“Ты быстрый”, - сказал впечатленный Пэрис. “Это именно то, о чем я тоже подумал, хотя мне потребовалось намного больше времени, чтобы до этого додуматься. В этом есть полный смысл. Силиконовая долина - крупнейший технологический центр в мире. Что делает ее гигантской кондитерской для любых кибершпионов. К тому же это всего в тридцати милях к югу от Сан-Франциско.

“Но...” - сказала Сидни, чувствуя проблему с логикой.

“Но Чарльз Блайт не имеет никакого отношения к Силиконовой долине”, - ответил Пэрис. “Там живет несколько человек с таким именем, но мы больше не ищем людей. Мы ищем места”.

“ Ты нашел что-нибудь? - спросил Бруклин. - Я имею в виду место.

“ Да, ” сказал он, сияя. - В двухстах милях к северо-востоку отсюда есть небольшой горнолыжный курорт Скво-Вэлли. Также SV. ” Он подошел к своему телефону и открыл облачный аккаунт Ратлиджа. “Итак, я дважды проверил его фотографии, и, конечно же, в тот день он сделал кучу снимков птиц в горах. И надпись в начале этих фотографий была такой”.

На телефоне была фотография гигантского знака восьмидесяти футов в высоту и тридцати футов в ширину. Он был изогнут и украшен гербами различных стран, а также надписью СКВО-ВЭЛЛИ, США. На самом верху были олимпийские кольца.

“Это называется Башня наций”, - сказал Пэрис. “И это было центральным элементом зимних Олимпийских игр 1960 года. Именно здесь находился олимпийский факел и вручались медали”.

“А какое отношение Чарльз Блайт имеет к Олимпийским играм?” - спросил Бруклин. “Он выиграл там медаль?”

“Нет, но он был ключевым человеком, который привез Олимпийские игры в Скво-Вэлли, и поэтому они назвали каток в его честь”, - сказал он. “Катка больше нет, но в память о нем есть мемориальная доска, и я смог найти его фотографию в Интернете”.

“Давайте разберемся”, - сказала Сидни. “Всю неделю он встречается со шпионами и агентами в Сан-Франциско. Затем, за два дня до убийства, он четыре часа едет на встречу с кем-то в Скво-Вэлли, Калифорния. Я имею в виду, одно дело - искать шпионов в Москве и Пекине. Но маленький городок, о котором никто из нас никогда не слышал?

“Я могу придумать худшее место для уединения, чем горнолыжный курорт”, - сказал Монти.

Рио вернулся с новой миской для хлеба, полной похлебки из моллюсков. “ Это так вкусно, ” пробормотал он с набитым ртом. “Как далеко ты продвинулся?”

“Олимпиада в Скво-Вэлли”, - сказал Пэрис.

“ Круто, не правда ли? ” сказал Рио. - В этом есть смысл.

“ Только это не так, ” сказала Кэт. - Дай-ка мне взглянуть, - сказала она, забирая ежедневник Пэрис.

“Эй, то, что на этот раз загадку разгадал не ты, не означает, что мы ошибаемся”, - сказал Рио.

“ Я вовсе не думаю, что вы неправы, ” сказала Кэт. “ Совсем наоборот. Я думаю, вы совершенно правы. Это блестящее решение”.

При упоминании о великолепии Рио гордо улыбнулся и съел еще ложку похлебки из моллюсков.

“Я не сомневаюсь, что вы правы”, - сказала она. “Что делает эту запись еще более запутанной”.

Она открыла ежедневник. - Вот, за день до смерти у него была назначена встреча с Р.Ф. Страудом в девять тридцать утра.

- Но он Р.Ф. Страуд, - сказал Рио.

“Совершенно верно”, - ответила Кэт. “И когда я подумала, что все записи были написаны людьми, я убедила себя, что это был его маленький способ сэкономить время, чтобы побыть одному. Я не действительно верил в это, но я проигнорировал проблему. Что ж, теперь я не могу игнорировать это ”.

“Что ты имеешь в виду?” - спросил Парис.

“Я верю в закономерности. Закономерности - это все”, - сказала она. “И вы убедили меня, что эти записи - места, а не люди. Это образец, за исключением того, что этот не вписывается. Как он мог думать о себе как о месте, которое стоит посетить?”

У Монти зазвонил телефон, и она посмотрела на определитель номера. “Это мама”, - сказала она. Затем она отошла, чтобы поговорить наедине.

Все внимательно наблюдали, пытаясь прочесть ее реакцию. Это был звонок, которого они ждали. Им до смерти хотелось узнать, нашел ли он Энни и Роберта. Разговор был быстрым, и когда Монти вернулся к группе, отсутствие улыбки было красноречивым.

- Их там не было, - сказала она.

“О нет”, - сказал Бруклин. “Я ошибался. Не могу поверить, что совершил такую большую ошибку и обманул его надежды”.

“ Ты не ошиблась, милая, ” сказал Монти. “ Они были в школе. Ты справилась. Но Клементина отозвала их несколько месяцев назад.

- Есть какие-нибудь идеи, куда они пошли? - С надеждой спросила Сидни.

Монти покачала головой. “ Никаких, - ответила она. - Они исчезли.

Оживленное настроение командного решения проблем быстро омрачилось, когда они взвесили новости. Они тихо сидели и представляли, через что проходит мама.

Сидни была готова разрыдаться, поэтому подошла к концу причала и посмотрела на воду, отвернувшись от остальных.

Монти придвинулся к ней. Она знала, что Сидни винит себя и перенесет это тяжелее всего. Она могла бы привести тысячу аргументов, почему ни в чем из этого не было ее вины, но она знала, что Сидни не хотела слышать ничего из этого. По крайней мере, не сейчас. Поэтому она просто протянула руку и обняла ее.

Солнце уже село, и в воздухе повеяло прохладой, так как с залива дул ветер. Вскоре все собрались у перил, кроме Кэт, которая осталась на скамейке, глядя в свой телефон.

За тот час, что они пробыли на пристани, весь вид с набережной преобразился. Когда солнце садилось, внимание, естественно, привлек мост Золотые ворота и Тихий океан за ним. Но теперь, когда наступила ночь и небо почернело, внимание переключилось на остров всего в миле от берега.

Это был Алькатрас, печально известная тюрьма, которая сейчас была самой популярной туристической достопримечательностью города. Ночью все это было освещено, и группа несколько минут молча смотрела на это. Никто не хотел разговаривать, пока Кэт не взвизгнула.

“ Что это? - спросил Монти.

Кэт оторвала взгляд от телефона и неуверенно ответила: “Я не знаю, стоит ли мне говорить”.

- Что вы имеете в виду? - спросил Монти.

Кэт сморщила лицо. “Я не сильна в распознавании социальных сигналов. И я не всегда знаю, что уместно”.

Монти усмехнулся откровенности Кэт.

“Мне очень жаль маму”, - продолжила Кэт. “А когда мне грустно, я люблю решать проблемы. Это помогает отвлечь мой мозг”.

- Это хорошо, - сказал Монти.

“И до того, как поступил звонок, мы пытались решить проблему ... что я и сделал. Я ее решил. Но я не знаю, стоит ли мне подождать до более позднего времени, чтобы сообщить вам решение ”.

“Какая проблема?” - спросил Пэрис. “Р.Ф. Страуд?”

Кэт кивнула.

- Ты догадался? - спросил впечатленный Рио.

Она снова кивнула.

- Пожалуйста, - попросил Монти, - расскажи нам.

“Да”, - добавил Бруклин. “Было бы приятно услышать что-нибудь позитивное”.

Они повернулись лицом к Кэт, хотя у Сидни все еще было похмельное выражение лица, когда она вытирала слезы рукавом толстовки.

“Как я уже говорила ранее, я верю в закономерности”, - сказала Кэт. “И эта закономерность не имела для меня смысла. Но она не единственная. Еще одна закономерность не давала мне покоя в течение нескольких дней. Когда мама впервые присоединилась к МИ-6 и была в шпионской команде Ратлиджа, какой псевдоним дал ему Ратлидж?”

“ Свифт, ” сказал Пэрис. - Гордон Свифт.

“ Да. А что принадлежало Клементине?

- Робин какой-то, - сказал Бруклин.

“ Точно, Свифт и Малиновка, ” сказала Кейт. “ Обе птицы. Это закономерность, и в ней есть смысл, потому что Ратлидж любит птиц ”.

- Так что же не укладывается в схему? - спросил Рио.

“ Он не знает, ” сказала Кэт. “ Его псевдоним Р.Ф. Страуд, который не имеет никакого отношения к птицам. Или, по крайней мере, я так не думал. Но запись в ежедневнике заставила меня задуматься, поэтому я поискал кое-что и нашел это ”.

Она посмотрела на свой телефон и прочитала, что там было написано. “Роберт Франклин Страуд был печально известным преступником, который большую часть своей взрослой жизни провел в тюрьмах по всей территории Соединенных Штатов. Находясь в одиночной камере в one, он обнаружил гнездо с ранеными птицами и ухаживал за ними. Он увлекся птицами, изучал их и стал известным орнитологом. Находясь в тюрьме, он писал научные статьи о различных видах животных, в первую очередь о канарейках”.

“Вау”, - сказал Пэрис. “Это настоящий переход от преступника к ученому”.

“Но это объясняет, почему Ратлидж использовал это имя в качестве псевдонима”, - сказал Бруклин.

“Это еще не все”, - сказала Кэт. “Страуд стал настолько знаменит, что о его жизни сняли фильм. Фильм даже был номинирован на четыре премии ”Оскар"".

“Правда?” спросил Бруклин. “Это отчасти удивительно”.

- Как назывался фильм? - спросил Рио.

Кэт посмотрела на воду и сказала: “Птицелов из Алькатраса”.


33.

SFO

Через ОДИННАДЦАТЬ ЧАСОВ И ПЯТНАДЦАТЬ МИНУТ после вылета из Лондона рейс 287 авиакомпании British Airways приземлился в международном аэропорту Сан-Франциско незадолго до полуночи. Среди тех, кто сидел в элитном бизнес-классе, был пассажир по имени Джордан Поуп.

По крайней мере, так было указано в фальшивом паспорте.

Настоящее имя Поупа было скрыто под таким количеством псевдонимов и фальшивых удостоверений личности, что оно давно потеряло всякий смысл. Такова была цена того, чтобы быть шпионом. В какой-то момент вы перестали быть тем человеком, которым были когда-то, и просто стали временной личностью.

“Добро пожаловать в Сан-Франциско”, - сказал сотрудник иммиграционной службы. “Паспорт, пожалуйста”.

Поуп сунул паспорт мужчине и стал ждать. Что касается подделок, то этот был ничуть не хуже предыдущего. Не было никаких сомнений, что он пройдет проверку. Офицер просмотрел его через считывающее устройство, поднял глаза и спросил: “Итак, что привело вас в Соединенные Штаты? Бизнес или удовольствие?”

Сорока улыбнулась и сказала: “На самом деле, я думаю немного и о том, и о другом”.


34.

Камень

УТРО БЫЛО ПРОХЛАДНЫМ, с воды дул резкий ветер, поэтому большинство пассажиров оставались внутри и наслаждались видом из панорамных окон во время пятнадцатиминутной поездки на пароме от пирса 33 до Алькатраса. Сидни была исключением. Она стояла на носуклипера "Алькатрас", и морские брызги касались ее лица, ее щеки становились розовыми и нежными. Ей нравилось все это: запах, привкус соли в воздухе, мост Золотые ворота, возвышающийся слева от нее.

“ Тебе не холодно? - спросил я. - Спросила Бруклин, натягивая концы своей толстовки на руки, когда присоединилась к Сидни у передних перил.

“Не-а”, - сказала Сидни. “Это ничто по сравнению с путешествием по Северному морю на ”Сильвии Эрл", Которое было холодным".

“И все же ты все равно нырял с аквалангом”, - пошутил Бруклин.

Они оба рассмеялись, и это было приятно. Это был первый раз, когда они пошутили о том, что произошло на "Сильвии Эрл".

- Ты можешь поверить, что это было всего месяц назад? - спросила Сидни.

“Правда?” спросил Бруклин. “Это кажется намного длиннее”.

“Я знаю”, - сказала Сидни. “Надеюсь, мне не придется долго извиняться”.

“Извиниться за что?” - спросил Бруклин.

Сидни посмотрела на нее. “ За то, что я сказал. За то, как я себя вел. За... все.

Бруклин посмотрела на свою подругу и подмигнула ей. “Лучшие подруги”.

Сидни кивнула. “ Лучшие друзья. Она глубоко вдохнула соленый воздух и добавила: “И как твоя лучшая подруга, я должна попросить тебя об одолжении”.

“Вау, это было быстро”, - пошутил Бруклин.

“Когда мы вернемся на ФЕРМУ, мне нужно, чтобы ты показал мне, как я могу помочь в поисках Энни и Роберта”, - сказала она. “Мне ужасно жаль маму. Очевидно, я не так хорошо разбираюсь в компьютере, как ты, но должно же быть что-то, что я могу сделать ”.

“Абсолютно”, - сказал Бруклин. “Я полон решимости, что мы их найдем. Вчерашний день зашел в тупик, но это был не the конец”.

“Знаешь, - пошутила Сидни, - для этого есть материнство”.

- Конечно, есть.

“Тупики - это всего лишь корректировки курса, которые помогут вам найти правильное направление.”

Бруклин рассмеялся. “Боже, он так банально обращается с этими вещами”.

“Я знаю”, - сказала Сидни. “Но они действительно работают”.

Алькатрас был скалистым островом с небольшим количеством растительности, который высоко возвышался над водой в полутора милях от берега в заливе Сан-Франциско. За свою историю он был домом для маяка, форта, военной тюрьмы и птичьего заповедника. В течение девятнадцати месяцев он был оккупирован активистами, протестующими за лучшее обращение с коренными американцами. Но больше всего он был известен своей историей как федеральная тюрьма.

С 1934 по 1963 год Алькатрас был домом для некоторых из самых опасных и печально известных преступников страны, в том числе Аль Капоне, Пулемета Келли, Микки Коэна и Роберта Страуда, знаменитого Бердмена. Теперь это была историческая достопримечательность, находящаяся в ведении Службы национальных парков, которая принимала почти полтора миллиона посетителей в год.

Одним из этих посетителей был Паркер Ратледж, приехавший на остров за день до того, как его убили. Теперь Сидней, Бруклин, Пэрис, Рио и Кэт шли по его следам, чтобы выяснить, смогут ли они найти какое-либо значение в его запланированной ”встрече" с Р.Ф. Страудом. Монти все еще был в городе, завершая несколько других встреч, которые они нашли в его ежедневнике. Обычно они бы разбились на команды, но Монти не хотела, чтобы кто-то из детей пропустил посещение Алькатраса, поэтому она отправилась одна.

“Тебе будет очень весело”, - сказала она тем утром в отеле. “Определенно веселее, чем если бы ты весь день разъезжала со мной”.

Тем временем мама совершала марафонский перелет продолжительностью тринадцать с половиной часов из Австралии и должна была прибыть в Сан-Франциско в семь вечера того же дня. Они все собирались поужинать вместе и обдумать свои следующие шаги.

“Добро пожаловать на Скалу!” - сказал смотритель парка по громкоговорителю, когда пассажиры сошли с Клипера. Она провела краткую ознакомительную беседу в том же месте, куда когда-то прибывали заключенные, чтобы начать отбывать наказание. Над ней виднелась потрепанная табличка с надписью:

США

ПЕНИТЕНЦИАРНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ПЛОЩАДЬ ОСТРОВА АЛЬКАТРАС 12 АКРОВ

1 1/2 МИЛИ До ТРАНСПОРТНОГО ПРИЧАЛА

РАЗРЕШЕНЫ ТОЛЬКО ПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЕ СУДА

ОСТАЛЬНЫЕ ДОЛЖНЫ ДЕРЖАТЬСЯ НА РАССТОЯНИИ 200 ЯРДОВ

НИКОМУ НЕ РАЗРЕШАЛОСЬ СХОДИТЬ На БЕРЕГ

БЕЗ ПРОПУСКА

“Представьте, как страшно было прийти сюда и увидеть эту вывеску”, - сказал Пэрис. “Все, что вам нужно было сделать, это посмотреть на воду, и вы могли увидеть цивилизацию и свободу, но вы понимали, что, даже если вы могли это увидеть, вы никогда не смогли бы туда попасть”.

Перепад высот от скамьи подсудимых до тюрьмы составлял сто тридцать футов, и команде пришлось подниматься по ряду крутых тропинок и лестниц. Добравшись туда, они присоединились к экскурсии, которую проводил другой смотритель парка. Это было увлекательно. Они шли вдоль разных тюремных блоков по бетонным дорожкам, названным в честь знаменитых американских улиц, таких как Бродвей и Мичиган-авеню. Они обошли камеры, прошли через кафетерий и прачечную и прошли через прогулочный двор. Кульминационный момент был в конце, когда они осматривали одну из камер, и рейнджер спросил: “Кто-нибудь хочет знать, каково это - слышать, как за тобой закрывается дверь?”

В группе было пятнадцать человек, но руку поднял только Рио.

“Я сделаю это”, - сказал он.

“Вы уверены?” - спросил мужчина. “Там немного страшно”.

“Нет проблем”, - заявил Рио.

“Ну, тогда давай запрем тебя”, - игриво сказал рейнджер. “Властью, данной мне Службой национальных парков, я приговариваю вас к отбыванию срока в Алькатрасе”.

Пока рейнджер продолжал, Рио вошел в тесную камеру.

“Здесь пять футов в ширину и девять футов в глубину”, - сказал он. “Надеюсь, ты не страдаешь клаустрофобией”.

- Со мной все будет в порядке, - уверенно сказал Рио.

“Ты так говоришь сейчас, но как это меняет дело?” ответил рейнджер.

Он закрыл дверь, и она издала громкий звон металла о металл, от которого по спине Рио пробежали мурашки.

“ Ничего страшного, - сказал Рио, стараясь не показывать страха. - Я мог бы остаться здесь на весь день.

“Я рад, что ты это сказал”, - ответил рейнджер. “Потому что мой начальник не появится здесь с ключом по крайней мере еще час”.

“ Подожди, что? - Спросил Рио, внезапно запаниковав.

Мужчина улыбнулся и вытащил из кармана связку ключей, и все рассмеялись.

“Давайте послушаем это в честь нашего заключенного”, - сказал рейнджер, освобождая Рио, и все в группе захлопали.

“Как это было?” Пэрис спросил Рио, когда тот вернулся к группе.

“ Ты не смог бы заплатить мне за возвращение, ” сказал Рио. - Даже едой.

Рейнджер спросил, есть ли у кого-нибудь вопросы, и Пэрис поднял руку и спросил: “Можете ли вы сказать нам, в какой камере находился Роберт Страуд?”

“А, Птицелов”, - сказал рейнджер. “Он провел большую часть своего времени в одиночной камере в больничном крыле, которую вы не можете видеть. Но когда он был здесь, среди населения, он находился в блоке для собак — это тюремный блок D, самая последняя камера в конце ”.

После экскурсии команда направилась прямо в тюремный блок D и камеру Роберта Страуда. Он был очень похож на тот, в котором только что заперли Рио . Он был выкрашен в светло-зеленый цвет вдоль нижней половины и белый сверху. Там была детская кроватка с одеялом, небольшая раковина и унитаз, а также рабочий стол, который отодвигался от одной стены. В задней части располагалось окно с двумя слоями решеток и парой полок, на которых стояли несколько личных книг Страуда. Камера была открыта, но дверь из оргстекла не давала посетителям войти и потревожить ее.

“Мы думаем, Ратлидж приходил именно сюда?” - спросила Сидни.

“ В этом есть смысл, - сказала Кэт. “ Всякий раз, когда в его ежедневнике появлялось имя, оно обозначало место. Это самое логичное место для Р.Ф. Страуда”.

“Да”, - сказала Сидни, глядя на информационный плакат. “Согласно этому документу, он почти всегда находился в одиночной камере, поэтому редко покидал эту камеру”.

“Значит, это должно быть то самое место”, - сказал Пэрис. “Но с кем он встречался?”

-Еще один шпион? - спросил Рио.

“Мне трудно это понять”, - сказал Пэрис.

-Почему? -спросиля.

“Встреча двух шпионов в переулке Чайнатауна или на скамейке в парке вполне логична”, - ответил он. “Оба этих места в некотором роде анонимны, и в них легко попасть и выйти из них. Но чтобы попасть в Алькатрас, вам нужно купить билеты, сесть на паром, подняться на холм и найти блок D. А потом, когда вы встречаетесь, вас окружают туристы, которые прогуливаются и фотографируют, и если что-то пойдет не так, вы застрянете на острове ”.

“Я согласна”, - сказала Сидни. “Это не похоже на встречу со шпионом”.

- Тогда кто? - спросил Бруклин.

“Я думаю, он пришел встретиться со Страудом”, - сказала Кэт, указывая на камеру. “Подумай об этом. Они двое не могли быть более разными. Один - ужасный преступник, а другой - шпион МИ-6. Один - злодей, а другой - герой. Но они оба любят птиц. Они действительно любят птиц. Поэтому я думаю, что он пришел, потому что ему было любопытно и он хотел получить представление о Страуде. Посмотреть на его клетку. Посмотри, какие книги по орнитологии у него были. Посмотри на...”

Она замолчала на полуслове, когда что-то привлекло ее внимание, и на ее лице медленно появилась улыбка.

“И?” - спросил Парис.

- И что? - спросила Кэт, все еще глядя на полку.

- Ты был на середине пути к тому, чтобы что-то сказать, а потом просто остановился.

Кэт повернулась к Рио. - Ты можешь открыть этот замок? - спросила она, указывая на замок на двери из оргстекла.

“Конечно, я могу взломать любой замок”, - сказал он. “Но я не пойду в камеру, если это то, о чем ты думаешь”.

“ Мне не нужно, чтобы ты заходил, - сказала она. “ Мне нужно, чтобы ты только выбрал его. Точно так же, как это сделал Ратлидж.

“Откуда ты знаешь, что Ратлидж вскрыл замок?” - спросил Пэрис.

“Верхняя полка, третья книга справа”, - сказала она. “Это его книга о птицах”.

- Это все его книги о птицах, - растерянно ответил Рио.

“ Не у Страуда, ” сказала Кэт. “ У Ратледжа. Тот, что пропал.

Остальные посмотрели и поняли, о чем говорила Кэт. Рядом с книгами Страуда о канарейках, пеликанах и других был том с характерным синим корешком с красными горизонтальными полосами. Он соответствовал корешкам книг, которые Сидни и Пэрис украли из Бодлианского музея. Это был последний из рукописных полевых дневников Ратлиджа.

“Здесь?” - спросил Пэрис. “Зачем ему оставлять это? Он пытался это спрятать?”

“ Может быть, он покончил с этим, ” предположила Кэт. “Может быть, он больше не нуждался в нем и подумал, что было бы дерзко оставить его с книгами Птицелова”.

“Если это правда и он покончил с этим”, - сказал Бруклин, “тогда, возможно, он раскрыл дело, выяснил, кто такой Сорока”.

Рио потребовалось всего тридцать пять секунд, чтобы взломать замок, а поскольку камера была такой маленькой, Сидни пришлось сделать всего два шага, чтобы дотянуться до полки. Она схватила книгу и, даже не взглянув на нее, спрятала под толстовку и направилась к выходу. Рио снова заперла дверь из оргстекла, и все последовали за ней.

Сидни повела их в дальний конец прогулочного дворика, и они встали полукругом вдоль забора. Это было самое большее уединение, какое они могли получить.

“Мы не знаем наверняка, принадлежит ли она Ратледжу”, - сказала Сидни, все еще пряча книгу под толстовкой.

“Давайте выясним”, - сказал Бруклин.

Сидни вытащила его и протянула Кэт, которая выполняла большую часть работы по расшифровке других книг о птицах. Она открыла его на первой странице и улыбнулась.

“Вот оно”.

“Вау!” - воскликнул Пэрис. “Просто вау”.

“С помощью этого мы можем узнать все, что произошло за последние шесть месяцев его жизни”, - сказала Сидни. - Мы можем сравнить это с его ежедневником и фотографиями и выйти на его след.

“Мы можем придумать что-нибудь получше”, - сказала Кэт. “Бруклин был прав. Здесь, на последней странице, написано, что он выяснил, кто такой Сорока.

“ Ты серьезно? ” спросил Рио. - Что там написано?

“Это рисунок сороки в птичьей клетке”, - ответила она. - Внизу написано: “Двенадцатое октября”. А рядом: "Сорока: жизненный список номер восемь три семь".

- Там написано, кто это? - спросил Рио.

“Насколько я могу судить, нет”, - ответила она. “По крайней мере, пока. Но дай мне немного времени”.

“ Двенадцатого октября? ” спросила Сидни. “ Но он был здесь тринадцатого. Где он был двенадцатого?

“Скво-Вэлли”, - ответил Пэрис. “Мы должны выбраться отсюда и позвонить Монти”, - продолжил он, доставая телефон. - Мы встретимся в отеле и все выясним.

“О нет”, - сказал Бруклин. “Это плохо”.

“ О чем ты говоришь? ” спросила Кэт. - Это здорово.

“Нет, это очень, очень плохо!”

Бруклин глубоко и нервно вздохнул.

- О чем ты говоришь? - спросила Сидни.

Двор для отдыха выходил на крутую тропинку, ведущую к тюрьме. Пока остальные были сосредоточены на книге о птицах, кто-то привлек внимание Бруклина. Это был мужчина, и он выделялся тем, что, в отличие от других туристов, которые осматривали тюрьму и окрестности, он шел быстро, не отрывая глаз от своего телефона. В его походке было что-то особенное, что она узнала. Сначала она не могла опознать его, но тропинка вилась туда-сюда до самого верха, и когда он повернулся, она точно знала, кто это был.

Он сбрил бороду и перекрасил волосы в светлый цвет, но она все равно узнала его лицо и заметила татуировку на шее.

- Это Эмиль Бликс.


35.

Форт -Пойнт

“КАК ОНИ ТЕРПЯТ это чертово движение?” Разочарованно воскликнула Монти, глядя через лобовое стекло на бесконечную череду задних фар. Ей было достаточно трудно перейти с левой стороны дороги, как это делают в Великобритании, на правую. Но бесконечные крутые холмы Сан-Франциско и его пресловутые пробки делали этот день еще хуже.

Она уже уперлась в два тупика, пытаясь разыскать адреса, указанные в ежедневнике Ратлиджа, а затем отправилась в больницу, чтобы проверить, не попало ли что-нибудь из его вещей в бюро находок.

“Извините, но у нас нет записей о том, что некий мистер Страуд когда-либо поступал в эту больницу”, - сказала она, насмешливо изображая администратора, который был крайне бесполезен.

Она старалась быть терпеливой с этой женщиной. Она даже показала ей копию отчета службы парков, который подала Кристин Гилсон, в котором говорилось, что скорая помощь доставила его “в медицинский центр Калифорнийского университета”.

“Ну, в компьютере его нет, а это значит, что он сюда так и не попал”, - сказал Монти, произведя еще одно язвительное впечатление. “Возможно, тот, кто написал отчет, ошибся”.

Монти задумалась, так ли это было на самом деле. Мог ли рейнджер ошибиться? Она остановилась и порылась в сумочке, пока не нашла визитную карточку рейнджера Джилсона. Она схватила телефон и набрала номер.

- Офис лесничего Мьюира, - ответил мужской голос.

“ Да, здравствуйте, ” сказал Монти. “ Я ищу рейнджера Джилсона. Она свободна?

“Извините, Крис здесь нет”, - сказал мужчина. “Сегодня она работает в Форт-Пойнте”.

“ Форт-Пойнт? ” спросил Монти. - Где это?

“У основания моста Золотые ворота”, - ответил он. “Со стороны города”.

Монти могла видеть мост из машины. Она была близко. Наконец-то сегодня повезло.

“ Отлично, ” сказал Монти. - Спасибо.

- Ты хочешь оставить сообщение?

“ Нет, спасибо, - сказала она. - Я поговорю с ней в другой раз.

Она завершила разговор и запрограммировала Форт-Пойнт в своем GPS.

Несмотря на то, что она была всего в нескольких милях, дорога туда заняла чуть больше тридцати минут. Рейнджер по телефону не преувеличивал. Форт-Пойнт представлял собой четырехэтажный форт из красного кирпича, который находился буквально на южной якорной стоянке моста Золотые ворота. Одна из опорных арок моста простиралась прямо над ним, очень похожая на крышу стадиона с куполом.

Табличка у входа уведомляла посетителей о том, что весь верхний этаж и части второго и третьего этажей закрыты для посетителей, поскольку ведется проект по восстановлению кирпичной кладки.

“Извините”, - обратился Монти к рейнджеру. “Я ищу рейнджера Джилсон. Она свободна?”

“Она в офисе”, - сказал мужчина. “Она вас ждет?”

- Нет, но вчера она помогала мне, и мне нужно задать ей еще несколько вопросов.

Рейнджер достал рацию и повернулся к Монти. - Как тебя зовут? - спросил я.

“Александра Монтгомери”.

“ Привет, Крис, ” позвал рейнджер в свою рацию. - У меня здесь некая Александра Монтгомери, она хочет вас видеть.

“Я не знаю никакой Александры Монтгомери”, - последовал ответ.

“Конечно”, - сказал Монти. “Я, вероятно, никогда не называл ей своего имени. Просто скажи ей, что это женщина из Англии, которой она помогала вчера. Тот, у которого был друг семьи, который любил лабрадоров.

Он передал сообщение, и Джилсон ответил, что должен немедленно отправить ее наверх.

Мужчина объяснил ей, как пройти к офису рейнджера, который находился на третьем этаже.

“Эта часть форта закрыта для гостей”, - объяснил он. “Поэтому, пожалуйста, не трогайте ни одно из помещений, где они делают ремонт”.

“Конечно, нет”, - сказала она. “Большое вам спасибо”.

Форт имел пять сторон, окружавших открытый внутренний двор. Монти поднялся по указанию на третий этаж и постучал в дверь с надписью КАБИНЕТ РЕЙНДЖЕРА.

- Войдите, - позвал чей-то голос.

Войдя, Монти увидел Джилсон, сидящую за столом. Очевидно, она работала на своем компьютере.

“ Привет, ” сказал Монти. “ Извините за беспокойство. Я позвонил в Мьюир Вудс, но рейнджер сказал, что ты здесь, и, поскольку я был поблизости, я просто заскочил, а не позвонил. Это займет всего секунду.

“ Хорошо, ” сказала она. - Чем я могу вам помочь?

“ Ну, во-первых, я хотел спросить, возможно, наш вчерашний разговор вообще освежил вашу память. Ты случайно ничего не вспомнил после того, как я ушел?

“Нет”, - ответила она. “Я рассказала тебе все, что помню”.

“И больницу”, - добавил Монти. “Я был сегодня в медицинском центре Калифорнийского университета, и у них не было записей о том, что он когда-либо там был. Мог ли он пойти куда-нибудь еще?

Джилсон подумал об этом. “Он мог бы”, - сказала она. “Я был там, когда они грузили его в машину скорой помощи, но в конечном счете парамедики сами решают, куда его везти. Я предположил, что это UCSF, но я мог ошибиться ”.

Монти мысленно перебрала все, что произошло накануне. Она представила Соборную рощу.

- И в Соборной роще вы нашли его у мемориальной доски президенту Рузвельту, верно?

В этот момент рейнджер начал беспокоиться. “Да, как я и говорил вам вчера. А теперь, я действительно сожалею о мистере Ратледже, но мне больше нечего вам сказать, и у меня куча бумажной работы, с которой я должен разобраться ”.

“ Да, конечно, ” смущенно ответил Монти. - Прошу прощения, что отнял у вас так много времени.

Она встала, чтобы уйти, и именно тогда поняла, что ее мучило. Та часть, которая не подходила.

- Еще кое-что, - сказала она.

“ В чем дело? Гилсон раздраженно спросил.

- Откуда вы узнали, что его фамилия Ратлидж?

Рейнджер вопросительно посмотрел на нее. - Что?

“ Ты сказал это вчера и повторил только что. Ты назвал его Ратледж. Откуда ты знаешь, что это его имя?

- Я уверен, что прочитал это на его удостоверении личности, найденном в бумажнике.

- Но в своем отчете вы написали “Страуд”.

- Простите, что? - спросил Джилсон.

Монти открыла фотографию на своем телефоне и посмотрела прямо на нее. Она не могла поверить, что не заметила ее раньше. “Прямо здесь вы написали: ”Мужчина был позже опознан как Р. Ф. Страуд из Уотлингтона, Соединенное Королевство“.” Она посмотрела на Гилсона и сказала: "Тем не менее, вы сказали мне, что это был Ратледж".

Какое-то время они молча смотрели друг на друга, а затем из соседнего кабинета донесся женский голос.

“Серьезно, ты что, ничего не можешь понять правильно?” - спросила женщина. “Вот почему я ненавижу работать с бывшими сотрудниками ЦРУ. Вы все такие неряшливые”.

Монти повернулась на голос и увидела пистолет, направленный прямо на нее.

- Привет, Монти, - сказала Сорока.


36.

Побег из Алькатраса

“ЭМИЛЬ БЛИКС ЗДЕСЬ?” ПЭРИС спросила Бруклина. - Тот страшный чувак, который угнал“Сильвию Эрл”?

“Единственный”, - ответила она.

“ Это не имеет смысла. Зачем ему здесь быть?

“Отличный вопрос”, - раздраженно сказал Бруклин. “К сожалению, я не знаю ответа. Я просто знаю, что не хочу его больше видеть”.

“ Ты уверен, что это он? ” спросила Кэт. - Он довольно далеко.

“Да”, - сказал Бруклин. “Он сбрил бороду и покрасил волосы, но я полностью узнаю его, и я вижу татуировку у него на шее”.

Какое-то время они наблюдали за ним, пока он продолжал подниматься по тропинке. Он двигался быстрым шагом и почти не смотрел, куда идет. Вместо этого его глаза были прикованы к экрану телефона.

- На что он смотрит? - спросил Рио.

“О-о”, - сказал Пэрис. “Возможно, это маячок”.

“Что заставляет тебя так думать?” - спросил Бруклин.

“Вы можете сказать, что он не читает текст”, - сказал Пэрис. “Это как будто он смотрит на карту. Вот почему он идет так быстро. Я думаю, он, возможно, следит за тобой.

“ Как он вообще мог это сделать? - Спросил Бруклин.

“На самом деле это не так уж сложно”, - сказал он. “У него когда-нибудь был доступ к твоему телефону?”

“Да”, - саркастически сказал Бруклин. “В разгар угона мы на мгновение остановились и сравнили телефоны и планы мобильной связи”.

“ Я думаю, Пэрис права, ” сказала Сидни. “ Я думаю, он выслеживает тебя. Или меня. Или нас.

В этот момент Бликс оторвал взгляд от экрана и посмотрел в их сторону. Они быстро отступили назад и скрылись из виду.

“Это нехорошо”, - сказал Пэрис. “Мы должны подумать”.

Бликс фактически отслеживал Бруклин и Сидней с помощью устройства Magpie, подключенного к их телефонам, когда они давали показания в парламенте. На его экране они выглядели как две точки на карте. По мере приближения точки становились ярче, а звуковой сигнал, который он слышал в наушниках, становился все громче.

Звуковой сигнал. Звуковой сигнал.

Он вошел в тюрьму и прошелся вдоль тюремных блоков, следуя указаниям точек.

Бип. Бип. Бип.

Точки стали ярче , когда он свернул в коридор , известный как Мичиган - авеню , и пошел вдоль тюремного блока Б.

Бип. Бип. Бип. Бип.

Он был почти рядом с ними.

Бип. Бип. Бип. Бип. Бип. Бип.

Писк усилился, когда он приблизился к камере. Он обернулся, чтобы посмотреть и ...

Их не было видно. Просто пустая ячейка. Тем не менее, точки практически светились, а звуковой сигнал был молниеносным. Он вошел в камеру и, оглядевшись, увидел, что оба телефона стоят на книжной полке. Он понятия не имел, что происходит, пока не услышал громкий шум позади себя.

ЛЯЗГ!

Удар металла о металл. Он обернулся и увидел, что дверь камеры за ним закрыта. Он схватился за нее и попытался открыть, но она была заперта.

Бруклин вышел из-за угла и посмотрел на него сквозь решетку.

“Тебе лучше привыкнуть к этому”, - сказала она. “Оказывается, твоим дочерям придется навещать тебя в тюрьме”.

Как раз в этот момент подбежали Сидни и Рио с смотрителем парка, который проводил для них экскурсию.

“Вот он”, - задыхаясь, сказала Сидни, указывая на Бликса. “Я видел его в новостях — это тот человек, который угнал ту лодку в Шотландии!”


37.

Последствия

ЭМИЛЯ БЛИКСА БОЛЬШЕ НЕ БЫЛО в тюремном блоке B. Его перевели в настоящую камеру предварительного заключения, которую Служба национальных парков использовала для тех, кто нарушал закон во время посещения Алькатраса. Его опознали, агенты ФБР поспешили на место происшествия, и несколько видеороликов, снятых туристами на свои телефоны, уже начали распространяться.

Быстро распространилась новость о том, что печально известный Эмиль Бликс был схвачен. Хотя то, как он был схвачен, было неясно даже среди рейнджеров парка, которые предположительно совершили этот захват. В разгар всего этого пятеро Городских шпионов устроили представления, достойные любой актерской награды. Именно то, как история передавалась от человека к человеку, делало ее одновременно правдоподобной и невозможной для понимания.

“Мы шли по тюремному блоку В, когда я заметила этого парня, который странно себя вел”, - сказала Сидни.

“Она указала на это, и я сказал: ”Ты права, он ведет себя странно", - добавил Бруклин.

- Но его узнала Кэт, - сказал Рио.

Кэт кивнула. “Я часто смотрю новости и была очарована угоном самолета. Я смотрела все передачи об этом. На одной из них были фотографии Бликса без бороды, и по ним я его и узнал”.

“И татуировка”, - добавил Бруклин. “Мой двоюродный брат - татуировщик, и я изучаю их, и я заметила его и узнала по специальному отчету, который я увидела в Интернете”.

“Мы не знали, что делать”, - сказал Пэрис. “Мы не хотели спугнуть его и показать, что знаем, что это был он”.

“А потом я вспомнил тебя и то, каким милым ты был в туре”, - сказал Рио, намазывая маслом "рейнджровер". “Поэтому я побежал искать тебя”.

“А потом Бликс оказался перед той же камерой, где вы разыграли эту шутку”, - сказал Пэрис. “И я не знаю, что на меня нашло, но я просто втолкнул его в камеру и захлопнул дверь”.

“А потом появились вы, ребята, чтобы спасти положение”, - сказала Сидни, указывая на "рейнджерс". “Слава богу, что есть вы”.

“Но мы действительно не хотим быть частью этой истории”, - сказал Бруклин. “Он член опасной преступной организации, и если они узнают о нас, у нас могут быть неприятности”.

“Хотя мы хотели бы вернуть наши телефоны”, - сказала Сидни.

Объяснение было ошеломляющим и сбивающим с толку. Но что не смущало, так это то, что печально известный преступник был буквально пойман в Алькатрасе, и рейнджеры были в хорошем положении, чтобы их приветствовали как героев, которые его поймали. На самом деле им не нужно было путать проблему с историей о пятерых детях, которая с самого начала не имела особого смысла.

Каждый из пятерых заполнил личное заявление и подписал его вымышленным именем и адресом.

Как только они закончили, они запрыгнули на клипер "Алькатрас", чтобы отправиться на пароме обратно к пирсу 33. На этот раз они все стояли на передней палубе, обдумывая свои дальнейшие действия. Бруклин начал разбирать Сидни и ее телефоны в поисках маячков, в то время как Пэрис позвонила Монти, чтобы сообщить ей новости. Как только раздался звонок, он начал выкладывать, что произошло.

“Монти, ты не поверишь”, - сказал он, задыхаясь. “Мы нашли книгу о птицах на Алькатрасе, и Эмиль Бликс объявился и был арестован. Ах да, согласно книге птиц, Ратлидж выяснил личность Сороки, но мы не знаем, кто это ”.

Повисла пауза, пока Пэрис ждал ответа. Но Монти ничего не сказал. Вместо этого женщина, чей голос он не узнал, сказала: “Ну, разве вы все не были заняты”.


38.

Двойной мошенник

ТРИ ЧАСА.

Именно столько времени у них было, чтобы спасти Монти.

Сорока все им выложила. У нее была Монти, и она сказала, что немедленно обменяет ее на книгу о птицах. Обмен должен был произойти в восемь часов. Один из них приносил книгу на место, а Сорока доставляла Монти. Она звонила и сообщала им место за двадцать минут до обмена.

Сидни потребовала доказательств того, что Монти действительно у нее, и через десять минут после телефонного звонка появилась пятисекундная видеозапись, на которой Монти с кляпом во рту и связанным стоит перед кирпичной стеной.

Дети были в своем отеле недалеко от Рыбацкой пристани.

“ Что нам делать? ” спросил Пэрис. - Вызвать полицию?

“И что ты им скажешь? ” спросила Сидни. - Что мы на самом деле молодые агенты МИ-6, которым нужна помощь в поимке “крота" и спасении шифровальщика, который нам как мать? Я предполагаю, что к тому времени, когда они нам поверят, будет уже слишком поздно ”.

- Как скоро приземлится мамин самолет? - спросила Кэт.

“ Два часа, ” сказал Пэрис. - Если успеем.

- А как насчет того, чтобы предупредить МИ-6? - предложил Бруклин.

“Кому мы можем позвонить?” Спросила Сидни. “Тру дал только устное одобрение и сказал, что МИ-6 откажется от операции, если что-то пойдет не так. Мы находимся в разгаре нелегальной миссии ”.

“Тогда мы становимся двойными мошенниками”, - сказал Пэрис.

- Что такое “двойной разбойник”? - спросила Кэт.

“Это одна мошенническая операция поверх другой”, - сказал он. “Мы выясняем миссию. Мы спасаем положение”.

- Совершенно верно, - ответила Сидни.

“ Итак, какой у нас план? - спросил он ее.

- Почему ты спрашиваешь меня? - спросила она.

Он улыбнулся. “Я не знаю. бунтарские штучки Double rogue звучат как раз по твоей части. Я думаю, ты должен быть альфой в этом деле ”.

“ Я? ” растерянно переспросила она. “ Зачем я тебе понадобился? Я был полным неудачником в течение нескольких месяцев.

Пэрис кивнул и сказал: “Итак, я думаю, пришло время тебе взять себя в руки”.

“ Да, ” сказал Бруклин. - Ты нам нужен.

- Я согласна, - сказала Кэт.

“Мы знаем, что вы можете это сделать; просто расскажите нам план”, - добавил Рио.

Сидни посмотрела на их лица и поняла, что они не просто так это говорят. Они имели в виду именно это. Они верили в нее, и это придавало ей сил и уверенности. Нужно было учесть миллион вещей, и все происходило со скоростью света. Поэтому она решила притормозить и разбить все это на более мелкие части.

“В чем главное преимущество Сороки?” - спросила она.

“Анонимность”, - сказал Пэрис.

“Верно”, - сказала Сидни. “Так давайте заберем это у нее”. Она повернулась к Кэт и Бруклину. “ Возьми книгу о птицах, ежедневник и фотографии Ратлиджа и выясни личность Сороки. Он понял это, а значит, ответ где-то там.

Они вдвоем перенесли книги на стол и приступили к работе.

“Какая наша самая большая слабость?” - спросила она Пэрис и Рио. “Что мешает нам спасти Монти?”

- Мы понятия не имеем, где она.

“ Тогда найдите ее, ” сказала она. - Вы оба.

“Как?” - спросил Парис.

“Используй свои большие мозги”, - сказала она. “Начни с видео и действуй оттуда”.

- И что ты собираешься делать? - спросил Рио.

Сидни улыбнулась и ответила: “Мне нужно сделать кое-какие покупки”.

Она ушла, и две команды приступили к работе.

“Что ты видишь на видео?” Спросил Пэрис.

Они сыграли это пару раз.

- Кирпичи, - сказал Рио.

“Да”, - сказал Пэрис. “Но с очень четким рисунком. Как арка”.

Тем временем в другом конце комнаты Кэт и Бруклин рылись в книге о птицах в поисках информации.

“ Он действительно раскрыл это дело в Скво-Вэлли? - спросил Бруклин.

- Так написано в книге, - ответила Кэт.

Бруклин рассмеялся. “Из всех экзотических мест, которые он посетил, он нашел ответ в Скво-Вэлли, Калифорния. Расскажите о своих моделях, которые не работают: Берлин, Москва, Пекин, Токио, Мехико и Скво-Вэлли”.

Несмотря на то, что он находился в другом конце комнаты, работая в другой команде, именно Пэрис догадался об этом.

Он подслушал ее и сказал: “Этот шаблон работает идеально”.

“ Действует? ” спросила Кэт. - Каким образом?

“Олимпийские игры!” - воскликнул он.

“Верно”, - ответил Бруклин. “Скво-Вэлли принимала зимние Олимпийские игры”.

“Нет”, - сказал он. “Все эти города принимали Олимпийские игры. Вот что у них общего. Такова закономерность”.

“ Хорошо, ” сказала Кэт. - Но как Олимпийские игры помогут нам?

“Давайте посмотрим на это совершенно по-другому”, - сказал Пэрис. “Мы предположили, что Ратлидж путешествовал по миру по стопам Сороки и что Сорока путешествовал по всему миру, чтобы встретиться со шпионами”.

“ Верно, ” сказала Кэт. - Так как же нам перевернуть это с ног на голову?

Пэрис улыбнулся. “Что, если Сорока путешествовала по миру для чего-то другого, а шпионы приходили туда, где они были?”

“Тогда нам нужно определить, зачем кому-то ехать в города, где проводились Олимпийские игры”, - рассуждала Кэт.

“Совершенноверно”, - сказал Пэрис.

Бруклин ахнул и взволнованно начал подпрыгивать вверх-вниз. “Я знаю, кто такая Сорока! Я знаю, кто такая Сорока!” Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и сказала: “Это Вирджиния Уэскотт”.

- Кто такая Вирджиния Уэскотт? - спросил Рио.

- Она была с нами на “Сильвии Эрл”, - ответила она. “Она режиссер-документалист с Би-би-си. Она сняла огромный сериал об Олимпийских играх. Ей приходилось ездить в эти города снова и снова”.

- И если она двойной агент, это означает, что именно туда “Умбра” отправила бы своих людей поговорить с ней.

“Знаете, режиссер-документалист - блестящее прикрытие для шпиона”, - сказал Пэрис. “Они путешествуют повсюду. Они получают доступ туда, куда большинству людей доступ закрыт. У них самое лучшее звукозаписывающее оборудование”.

“Она была другим агентом МИ-6 на яхте”, - сказала Бруклин, качая головой.

“ Итак, с этим мы разобрались, ” сказал Рио. - Почему бы тебе не подойти сюда и не помочь нам найти Монти?


39.

Операция " Золотые ворота "

МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ САН- ФРАНЦИСКО

МАМИН РЕЙС ПРИЗЕМЛИЛСЯ с опозданием на ШЕСТНАДЦАТЬ МИНУТ, и в тот момент, когда он коснулся земли, он включил свой телефон, и тот мгновенно засветился. Было несколько сообщений из Парижа, каждое более срочное, чем предыдущее. Он проверил время и, даже не пытаясь дозвониться до него, позвонил Тру. Она дала ему свой личный номер, чтобы воспользоваться им в случае крайней необходимости.

Это более чем уместно.

В Лондоне было сразу после трех утра, и Тру не был счастлив.

“ Это Харрисон Маркус? - спросил он, назвав номер на обложке.

“ Ты хоть представляешь, который сейчас час? - Спросил Тру.

“Конечно, знаю”, - сказала мама. “Я собираюсь рассказать тебе кое-что, мягко говоря, неожиданное. Мне нужно, чтобы ты выслушал и поверил. И затем мне нужно, чтобы ты действовал в соответствии с ними. Мы можем поговорить позже о ”почему" и "как".

Он ждал, что она возразит, но она молчала.

“Хорошо”, - сказал он. “Я только что прибыл в Сан-Франциско из Сиднея, где проследил за Энни и Робертом до их последней школы. Пока я был в полете, моя команда инициировала арест Эмиля Бликса, нашла последнюю книгу Паркера Ратледжа о птицах и раскрыла личность Сороки. Пока они это делали, Сорока схватила Монти и удерживает ее, чтобы обменять на книгу. Обмен запланирован через несколько минут в месте под названием Форт-Пойнт у основания моста Золотые ворота. Мне нужно, чтобы ЦРУ и ФБР прибыли на место происшествия. И мне нужна машина, которая ждала бы меня, как только я пройду паспортный контроль, чтобы доставить на место ”.

Подождав, пока она убедится, что он закончил, Тру ответил: “Ну, ты точно знаешь, как кого-то разбудить”.

ФОРТ -ПОЙНТ

Было два ключевых элемента, которые позволили им выяснить, где держат Монти. Первым была кирпичная кладка на заднем плане фотографии. Это было заметно, но невозможно было найти. Но потом Кэт сделала острое наблюдение, пока они еще были в отеле.

“Мы все предположили, что Ратлидж был удивлен, увидев Клементину в Мьюир Вудс, и именно поэтому он сделал снимок. Вот что его напугало ”, - сказала она. “Но Клементина, Энни и Роберт были не единственными на фотографии. Смотритель парка тоже был на фотографии. Она могла быть той, кто напугал его.

Это изменило все. Идея о том, что смотритель парка может быть злодеем, изменила их поиск. Они осмотрели Национальные парки в районе Сан-Франциско и быстро наткнулись на Форт-Пойнт. Кирпичная кладка идеально подходила друг другу. Вот почему Пэрис и Сидни взбирались по внешней стене здания, когда раздался телефонный звонок от Сороки, сообщивший им, что обмен произойдет прямо у входа в форт через двадцать минут.

Сорока знала, что двадцати минут недостаточно, чтобы что-то спланировать. Но чего она не знала, так это того, что Городские шпионы находились там уже больше часа. Расположение форта по отношению к мосту Золотые ворота служило ширмой, скрывающей их восхождение.

- Нам нужно быть там через пятнадцать минут, - сказал Пэрис Сидни.

“У нас все получилось”, - ответила она. “Кстати, ты был прав в самолете”.

- Что вы имеете в виду?

“Когда ты сказал, что это не соревнование”, - ответила она. “Это правда. Чем лучше любой из нас, тем лучше все мы”.

“Я знаю”, - сказал Пэрис. “Это часть того, что делает нас семьей”.

КИНГС-КРОСС, ЛОНДОН, ВЕЛИКОБРИТАНИЯ

Несмотря на то, что Тру все еще была в пижаме, она встала, разговаривая с шефом МИ-6. Это был официальный звонок, и стоять было правильно.

“Да, Си, я знаю о времени”, - сказала она. “Но два года назад ты попросил Паркера Ратледжа вернуться с пенсии и найти Мэгпи. Это стоило ему жизни. Что ж, теперь одна из моих команд нашла не только Сороку, но и человека, убившего Ратледжа. И я буду откровенен, сэр, им нужна помощь прямо сейчас.

ФОРТ -ПОЙНТ

Было без десяти восемь, и Бруклин был на месте. Она стояла у входа в форт, держа в руках книгу Ратлиджа о птицах. Они обсуждали, использовать ли саму книгу. Они знали, что это будет важным доказательством того, что Вирджиния Уэскотт была Сорокой, поэтому не хотели рисковать, чтобы она досталась ей. Но они также знали, что им нужно подыграть, чтобы спасти Монти, и это было более важно.

Бруклин сохранила свою позицию и сосредоточила внимание на крыше. Она увидела, как дважды вспыхнул свет. Затем была пауза, и он вспыхнул еще два раза. Это был сигнал. Сидней и Париж заняли свои позиции. Все шло по графику.

Несмотря на то, что никто не мог ее слышать, Бруклин знала, что миссия нереальна, пока кто-нибудь не произнес волшебные слова. Поэтому она произнесла их вслух и предположила, что ее товарищи по команде делают то же самое.

“Эта операция горячая. Мы начинаем”.

МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ САН- ФРАНЦИСКО

Как только он прошел иммиграционный контроль, мама помчалась через аэропорт. Как только он подъехал к тротуару, подъехал черный седан с правительственными номерами США. Стекло с электроприводом опустилось, и водитель спросил: “Мама?”

КРЫША ФОРТ—ПОЙНТА

Как только они добрались до крыши, Пэрис и Сидни привязали веревку и опустили другой конец на землю. Рио и Кэт поднялись быстро, как и в недавнем субботнем соревновании. Сидни посмотрела на часы.

“ Поторопись, - сказала она, протягивая руку и помогая Рио поднять последний кусок. “Мы должны придерживаться графика, иначе покинем Бруклин ни с чем”.

ФОРТ—ПОЙНТ-ВХОД

Бруклин осторожно приблизился к форту и подождал возле двери с надписью "ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА", как и велел Сорока. Хотя к двери подошел не Сорока. Это был Джилсон.

- Где книга? - спросил рейнджер.

Бруклин достала его из рюкзака и показала ей. - Где Монти? - спросила я.

“Ах, насчет этого. Планы изменились”, - сказала она . - Ты отдашь мне книгу и уберешься отсюда.

- А как же Монти? - спросил я.

- Не беспокойтесь о Монти, - сказала женщина.

“Тогда сделка расторгается”, - ответил Бруклин. - Нет Монти, нет книги. - Она положила дневник обратно в рюкзак и застегнула его.

Джилсону это не понравилось. “Отдай мне книгу”.

“Или что?” - спросил Бруклин. “Ты собираешься поступить со мной так же, как с тем агентом в Маниле?”

Джилсон бросил на нее сердитый взгляд. - О чем ты говоришь?

“Или это будет как в тот раз в Куала-Лумпуре?” Спросил Бруклин. “У тебя из-за этого были большие неприятности. Вот почему они выгнали тебя из армии. Или, скорее, ЦРУ притворялось, что ты служил в армии”.

Джилсон был готов взорваться.

“Видите ли, я взломал ваши записи”, - сказал Бруклин. “И что мне кажется интересным, так это то, что сделка в Куала-Лумпуре действительно нанесла ущерб Umbra. Это стоило им миллионов. Интересно, знают ли они, что именно ты был ответственен за это.

- Кто вы? - спросил я.

- Я двенадцатилетняя девочка, которая бегает вокруг тебя кругами.

Джилсон схватил ее за руку и потащил обратно в офис. Именно так, как изложила Сидни в своем плане.

КРЫША ФОРТ—ПОЙНТА

“Она в пути”, - сказала Сидни, проверяя показания своих умных часов. Они были подключены к приложению "Найди моих друзей" на телефоне Бруклина. “Она должна привести нас прямо к Монти. Ты встала, Кэт”.

Кэт достала свой телефон и вошла в поддельную учетную запись электронной почты, которую она только что открыла в отеле. Она нажала “Отправить", а затем повернулась к остальным и сказала: "Удивительно, как легко отправить 3797 электронных писем. Все, что мне нужно было сделать, это нажать одну кнопку”.

“Три тысячи семьсот девяносто седьмой?” - спросил Пэрис. “Это кажется чем-то случайным”.

“Ничто из того, что я делаю, не является случайным”, - ответила Кэт. “Это простое число с возможностью усечения влево и вправо. Праймы делают для меня то же, что буррито карне асада для Рио ”.

ОФИС РЕЙНДЖЕРОВ ФОРТ—ПОЙНТА

Сорока мерила шагами кабинет лесничего, с нетерпением ожидая возвращения Джилсона с книгой о птицах. Внезапно ее телефон начал непрерывно вибрировать, когда ее почтовый ящик взорвался. Она посмотрела и увидела сотни приходящих электронных писем. Темой каждого из них была “Сорока”. И когда она открыла одно, там была анимация с пронзительно кричащей черной птицей.

- Что, черт возьми? - спросила она, пытаясь разобраться в происходящем.

Гилсон прибыл вместе с Бруклином.

- Зачем ты привел ее? - требовательно спросила она

- Она слишком много знает, - сказал Джилсон.

Сорока быстро обыскала Бруклин и обнаружила ее телефон. Она пролистала пару экранов, пока не нашла приложение "Найди моих друзей".

“ Ты идиот! ” завопила Сорока. - Теперь они точно знают, где мы.

“Они просто дети”, - сказал Джилсон.

Сорока швырнула телефон на пол и топтала его до тех пор, пока он не разбился вдребезги. “Они совсем не просто дети”.

КРЫША ФОРТ—ПОЙНТА

Сидни посмотрела на свой экран и увидела, что сигнал внезапно пропал. “Сорока нашла телефон”, - сказала она остальным. “Нам нужно ускорить темп”.

- Вы смогли зафиксировать местоположение? - спросил Рио.

“Можешь не сомневаться, что так и было”, - ответила Сидни. “А теперь давай позовем остальных членов нашей семьи”.

Это слово нашло отклик у Пэриса, и он улыбнулся ей, когда они помчались по крыше.

ФОРТ ПОЙНТ—СКЛАДСКОЕ ПОМЕЩЕНИЕ

Монти был связан и с кляпом во рту в затемненной кладовой. Внезапно дверь открылась, и Бруклина втолкнули в комнату. Ее руки были примотаны скотчем, и когда Джилсон толкнул ее, она упала на пол и приземлилась рядом с Монти, их лица оказались совсем рядом друг с другом. Джилсон захлопнул дверь и запер ее, но света было еще достаточно, чтобы они могли смотреть друг на друга.

У Монти был испуганный вид, и он что-то обеспокоенно пробормотал.

“Не волнуйся”, - сказал Бруклин, которому не заткнули рот. “Я здесь, чтобы спасти тебя”.

Она сверкнула улыбкой.

Именно тогда прогремел первый взрыв.

КАЛИФОРНИЙСКОЕ ШОССЕ 1—В СЕВЕРНОМ НАПРАВЛЕНИИ—САН-ФРАНЦИСКО

Мама была впечатлена водительским мастерством агента, когда он проносился сквозь пробки, уворачиваясь от машин и мчался к месту происшествия. По радио раздался вызов.

- Мы только что получили сообщение о взрыве в Форт-Пойнте, - сказал голос.

Водитель выглядел обеспокоенным, но мама улыбнулась.

-Сидни! -позваля

ОФИС РЕЙНДЖЕРОВ ФОРТ—ПОЙНТА

Мир Сороки разваливался на части. Ее почтовый ящик начал заполняться новой порцией электронных писем, но они также отправлялись правительствам и информационным агентствам по всему миру. Они подробно описали некоторые операции, которыми она руководила. Просто несколько недавних моментов, которые Кэт смогла расшифровать. Этого было достаточно, чтобы раскрыть ее прикрытие повсюду. Выражаясь языком шпионов, она была сожжена.

Второй взрыв прогремел на крыше. Он был рассчитан на минимальный ущерб и максимальную наглядность. За пределами форта это выглядело как фейерверк и, несомненно, привлекло бы массу внимания.

ФОРТ ПОЙНТ—СКЛАДСКОЕ ПОМЕЩЕНИЕ

Несмотря на протесты Сороки, рейнджер Гилсон не совсем понимал, что Бруклин был чем-то большим, чем просто умным ребенком, который знал какую-то порочащую информацию. Если бы она знала, что Бруклин прошла тщательную подготовку в МИ-6, она могла бы быть более осторожной, когда связывала свои запястья скотчем.

Пока Джилсон связывал ее, Бруклин крепко прижала локти и предплечья друг к другу и сжала ладони в кулаки, как ее учили на курсах выживания заложников. Это произвело эффект уплотнения между ее руками. Как только Бруклин убедилась, что Джилсон ушел, она встала, подняла руки над головой и одновременно быстро опустила их вниз и развела в стороны. Лента разорвалась, и ее руки были свободны. Она вытащила кляп из рта Монти и начала развязывать веревку, которая ее связывала.

ФОРТ ПОЙНТ—ВНУТРЕННИЙДВОР

У Сиднея не было намерения наносить ущерб форту. Ее взрывы были рассчитаны на разрушение, а не на уничтожение, точно так же, как это было на Сильвии Эрл. Только здесь у нее не было никакой пластиковой взрывчатки для работы. К счастью, Китайский квартал славился фейерверками, и хотя они были запрещены законом, в сувенирных лавках работало множество торговцев на черном рынке. Она нашла более чем достаточно материала, чтобы сделать несколько “сосисок”, как она любила их называть. Она как раз собиралась выставить третью на плацу внутреннего двора, когда к выходу подбежала Сорока.

Сорока просто пыталась сбежать, но когда она увидела Сидни, ее желание убежать превратилось в желание бороться. Они провели вместе неделю на "Сильвии Эрл" и подружились. Теперь они были смертельными врагами. Сорока двинулась к Сидни, ее глаза наполнились яростью, и она бросилась в атаку.

Сидни не хотела иметь с этим ничего общего. Она бросила свой последний коктейль и побежала к выходу из форта, надеясь исчезнуть в ночной темноте.

Сорока догоняла, и это был всего лишь вопрос нескольких секунд, прежде чем она догнала бы ее.

Добравшись до парковки, Сидни споткнулась о бордюр и ударилась о тротуар, порезав ладони и разбив левое колено.

Она посмотрела на Сороку, которая почти добралась до нее, и приготовилась к удару.

Затем сбоку появилось размытое пятно, и точно так же, Сорока исчезла из поля зрения Сидни. Она услышала два громких удара и обернулась, чтобы посмотреть, что произошло.

Там, сбившись в кучу на земле, Мать лежала поверх Сороки. Идеальный прием в полете, от которого у них обоих перехватило дыхание.

Когда пара агентов ФБР бросилась надевать наручники на Сороку, Сидни увидела, как их целая армия ворвалась в форт.

— Берегись... - начала было она, но мама перебила ее.

“Они будут”, - сказал он. “Они знают, кто все хорошие парни”.

Мама и Сидни переглянулись, и после пары глубоких вдохов Сидни улыбнулась и сказала: “Это заняло у тебя достаточно много времени”.


40.

Берти и Джимми

БЫЛА СУББОТА, через ДВЕ недели после возвращения команды из Сан-Франциско, и на ФЕРМЕ пахло, как в пекарне. Второй раз за шесть недель Монти была помешана на выпечке. Только теперь она готовила любимые блюда всех. Поездка в Сан-Франциско имела огромный успех, и пришло время отпраздновать. В дополнение к ламингтонам, ананасовому торту "вверх тормашками" и песочному печенью "миллионер", она также готовилакейджадинью, шоколадный слоеный пирог и макаронс. Бруклин помогала на кухне, хотя на самом деле казалось, что она была там скорее для экстренной дегустации, когда раздался звонок в дверь.

“Погодный чудак”, - догадался Бруклин.

“ Возможно, ” сказал Монти. - Ты можешь это понять?

“ Абсолютно. Она направилась к двери, но по пути умудрилась намазать палец шоколадной глазурью.

- Я это видел, - сказал Монти.

- Не понимаю, о чем ты говоришь, - пробормотала Бруклин с набитым ртом.

Она открыла дверь и увидела довольно высокого, хорошо одетого мужчину. Он показался ей знакомым, хотя она не смогла вспомнить его лицо. “Добрый день”, - сказал он. - Берти дома? - спрашиваю я

“Мне очень жаль”, - ответил Бруклин. “Здесь не живет никто с таким именем”.

“Верно, верно”, - ответил он. “Я полагаю, вы называете его мамой”.

“ Подожди секунду. Настоящее имя матери Берти?

- Разве я не должен был этого говорить? - спросил он, съежившись.

- Заходи, я позову его, - сказала она.

- Благодарю вас.

Когда он вошел, Бруклин понял, почему он показался ему знакомым. - Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты похож на принца Уэльского?

“К сожалению, да”, - сказал мужчина. “Хотя я думаю, что его прическа еще более нелепа, чем моя. Вы согласны?”

Глаза Бруклин широко раскрылись, когда она поняла. “ Подожди секунду, ” выдохнула она. -Вы принц Уэльский? - спросил я.

Как раз в этот момент по лестнице спустилась мама в его лучшем костюме.

“А, вот и человек дня”, - сказал принц. “Как дела, Берти?”

Другие дети вернулись после просмотра телевизора и были ошеломлены разворачивающейся перед ними сценой.

“Серьезно, Джимми”, - сказала мама. “Сколько раз я должна говорить тебе, чтобы ты не называл меня так?”

“Ты знаешь принца Уэльского и называешь его Джимми?” - спросила Сидни.

- Ну, я, конечно, не собираюсь называть его “Ваше высочество” или что-то в этом роде.

Мама спустилась вниз по лестнице, и двое мужчин поприветствовали друг друга медвежьими объятиями.

- Рад тебя видеть, приятель, - сказал принц.

“Спасибо, что пришли”, - ответила мама.

“Подожди секунду!” - воскликнул Пэрис. “Что здесь происходит?”

Прежде чем мама успела ответить, из кухни вошла Монти. Ее волосы были небрежно собраны на макушке. На ней были футболка, спортивные штаны и фартук, перепачканный мукой, шоколадом и кокосовой стружкой. Увидев своего будущего короля, она быстро попыталась взять себя в руки. Она выпрямилась, откинула волосы с лица (при этом размазав муку по лбу) и улыбнулась, совершенно не замечая шоколадной глазури на переднем зубе.

- Добрый день, ваше королевское высочество.

- Вы, должно быть, Монти! - сказал принц.

“ Да, ” ответил Монти, сбитый с толку, но все еще соблюдающий надлежащий этикет. - Я должен.

Принц повернулся к матери и сказал: “Она именно такая, какой ты ее описала”.

Монти бросил на маму яростный взгляд и повернулся к остальным.

“Отлично, мы все в сборе”, - сказал он. “Я хотел бы представить вам друга из университета, которого, я полагаю, вы все уже узнали к этому моменту. Это Джеймс, принц Уэльский.

- Рад познакомиться с вами, - сказал принц.

“ Вообще-то он здесь по небольшому официальному делу, ” сказала мама. “ Итак, если вы все будете так любезны провести для него небольшую экскурсию, мне нужно ненадолго поговорить с Монти. Давай предположим, что мы встретимся в ”пещере священника" ровно через десять минут.

“ Прелестно, ” сказал Джеймс. - Итак, кто из вас Сидни?

- Да, - кротко ответила она.

“Как нога?” спросил он. “Я слышал, что вы приняли неудачное падение в Сан-Франциско.”

Сидни не могла поверить, что принцу Уэльскому известно не только ее имя, но и то, что он также знал о ее поврежденной ноге.

“ Хорошо, ” сказала она. - Спасибо.

Сидни и остальные повели их по кругу, пока мама подошла к Монти.

- Я заметил, что ты одета в свое лучшее платье, - сказал Монти.

“Что, эта старая вещь?” он пошутил. “Хотел хорошо преподнести. В конце концов, здесь принц Уэльский”.

“ Так ты знал, что он приедет? - спросила она.

- Да, - сказал он.

- И тебе никогда не приходило в голову сообщить мне об этом?

“Что?” - спросил он. “И скучаешь по этому?” Он указал на ее гардероб для выпечки.

- Так ты собираешься рассказать мне, в чем дело? - спросила она.

Мама кивнула и начала объяснять ситуацию.

Семь минут спустя все были внизу, в пещере для священников. Первоначальный шок от прибытия королевской семьи начал проходить. Принц был очень искусен успокаивать других , и когда Пэрис узнала, что он фанат "Ливерпуля", он был на седьмом небе от счастья.

“ Хорошо, ” сказала Сидни. - Теперь, когда мы все здесь, объясните, как получилось, что вы знаете друг друга.

“Мы встретились на Неделе первокурсников в Сент-Эндрюсе”, - сказал принц. “Все относились ко мне так, как вы относились бы к принцу. Но Берти относился ко мне так, как относились бы к партнеру. И это то, в чем я нуждалась больше всего на свете. С тех пор мы друзья ”.

- Но вы здесь по официальному делу? - спросил Рио.

“Да”, - сказал он. “В моем положении я знаю, кто вы и чем занимаетесь. И хотя мы никогда не сможем говорить о таких вещах публично, здесь, среди нас, позвольте мне выразить вам самую большую благодарность от всех в Букингемском дворце. И я имею в виду всех.

Они просияли.

“Ваши достижения в Сан-Франциско ошеломляют”, - продолжил он. “По моей оценке, вы лучший в Британии”.

Они поблагодарили его, и мама добавила: “Казалось бы, самое меньшее, что ты мог бы сделать, это вручить им медаль или что-то в этом роде”.

“Я также понимаю, что вы двое несете ответственность за спасение Сильвии Эрл и в процессе спасения очень надоедливой девчонки, которой является моя кузина Элис. Так что спасибо тебе за это. Я думаю.”

“Не за что”, - сказали Сидни и Бруклин, смеясь.

Они все собрались вместе, поздравляя друг друга, когда принц заговорил снова.

“Есть кое-что еще”, - сказал он. “Некоторое время назад Берти обратился ко мне с просьбой. Это было задолго до этой последней миссии или событий с Сильвией Эрл. Он попросил меня оказать ему услугу, и я был рад выполнить ее, хотя даже в моем положении это заняло некоторое время, не говоря уже о том, что пришлось немного выкручивать руки и дергать за веревочки ”.

Он повернулся к Сиднею и Бруклину и сказал: “Последнее препятствие было преодолено после того, как вы двое дали показания в парламенте. Кровавая Мэри Сомерсби была справедливо смущена своими действиями, и я предложил ей шанс загладить свою вину”.

“Что это?” Спросила Сидни, совершенно сбитая с толку.

“Видите ли, наряду с моей ролью принца Уэльского, у меня есть различные должности и покровительство, которые мне очень дороги. Самое важное - это то, что я являюсь королевским покровителем благополучия детей. Хотя это ответственность, которую я разделяю с парламентом, и именно поэтому мне понадобилась помощь Мэри Сомерсби ”.

- Я не понимаю, - сказала Сидни.

“Может быть, маме стоит объяснить эту часть”, - сказал он.

Мать пыталась найти слова, чтобы выразить то, что он чувствовал.

“То, что у нас здесь есть — наша команда - очень необычно”, — сказал он. “Но это очень много значит для меня. Так же, как ты значишь для меня весь мир. И по всем важным определениям, мы... семья ”. Ему пришлось на мгновение замолчать, чтобы сдержать слезы. “Я знаю, вы привыкли называть меня матерью, но для меня было бы честью, если бы вы пятеро также называли меня отцом”.

Сидни была ошеломлена. Все они были ошеломлены.

“ Ты хочешь сказать, что усыновляешь нас? ” спросила она. - Законно?

Мать посмотрела на них, и он больше не мог сдерживать слезы.

- Если ты меня примешь.

Первой, кто подбежал к нему, была Сидни, она крепко обняла его и держала так, словно могла никогда не отпустить.


ТОЛЬКО ДЛЯ ГЛАЗ В ВЕЛИКОБРИТАНИИ

Секретная разведывательная служба/MI6

Воксхолл-Кросс, Лондон, Великобритания

Шпионы проекта City (он же Project Neverland)

Досье , подготовленное А. Монтгомери


БРУКЛИН

ИМЯ: Сара Мария Мартинес

АВТОР ОБЛОЖКИ: Кристина Диас

ВОЗРАСТ: 12

МЕСТО РОЖДЕНИЯ: Вега Альта, Пуэрто-Рико

НАБОР НАВЫКОВ: компьютерный виртуоз. Ей было тайно поручено взломать персональные компьютеры нескольких высокопоставленных сотрудников МИ-6, когда программный сбой изменил их пароли. В качестве оплаты были специально доставлены десять пицц из ее любимой нью-йоркской пиццерии.

ЛЮБИМЫЕ ВЕЩИ: Любит сочетание искусства и технологий и начал изучать графический дизайн ради удовольствия.

СЧАСТЛИВОЕ МЕСТО: С момента переезда в Великобританию она пристрастилась к просмотру фильмов Болливуда по телевизору поздно вечером. Обычно она смотрит вместе с Кэт, жуя огромную миску попкорна масала. Они танцуют вместе с персонажами, когда думают, что никто больше не смотрит.


ПАРИЖ

ИМЯ: Саломон Омборенга

АВТОР ОБЛОЖКИ: Лукас Дуанель

ВОЗРАСТ: 15

МЕСТО РОЖДЕНИЯ: Кигали, Руанда

НАБОР НАВЫКОВ: У Есть удачливая крикетная бита по имени Чарли, с помощью которой он отбивается от злоумышленника в маске, врывается на индонезийскую железнодорожную станцию и помогает вытащить Сидни в безопасное место после того, как она провалилась под лед на замерзшем пруду. Странно, но он никогда не использовал его для игры в крикет, который считает умопомрачительно скучным.

ЛЮБИМЫЕ: Не пауки! Они его пугают. Однажды он, ничуть не вспотев, извлек ключ, спрятанный в баке, наполненном змеями, только для того, чтобы вернуться в отель, где увидел безобидного домашнего паука и чуть не упал в обморок.

СЧАСТЛИВОЕ МЕСТО: Просмотр футбольного матча "ливерпуль" на широкоэкранном экране с полным набором закусок. Предупреждение: На каждую игру он надевает одни и те же красные носки и стирает их только по окончании сезона.


СИДНЕЙ

ИМЯ: Оливия Роуз

ИМЯ На ОБЛОЖКЕ: Элеонора Кинг

ВОЗРАСТ: 14

МЕСТО РОЖДЕНИЯ: Бонди-Бич, Новый Южный Уэльс, Австралия

НАБОР НАВЫКОВ: Настоящий мастер побега. Во время спасательной операции она ускользнула от албанской тайной полиции, спрятавшись в действующей канализационной трубе. Находясь в отпуске, она обогнала (технически - на скейтбордах) шестерых членов королевской гвардии после выполнения нескольких трюков, включая “олли”, “зад на 180 градусов” и “кикфлип” в закрытой зоне Букингемского дворца.

ФАВОРИТЫ: нарушение правил. (Смотрите историю со скейтбордингом выше.)

СЧАСТЛИВОЕ МЕСТО: океан. Она регулярно занимается серфингом в холодных водах Северного моря на участке пляжа, который другие окрестили “Сиднейский прибой”.


КЭТ

ИМЯ: Амита Бишвакарма

АВТОР ОБЛОЖКИ: Суприя Рай

ВОЗРАСТ: 13

МЕСТО РОЖДЕНИЯ: Монджо, Непал

НАБОР НАВЫКОВ: Видит закономерности там, где другие видят случайность. Это помогло ей опознать шпиона под прикрытием, выдававшего себя за почтальона, потому что он толкал свою тележку иначе, чем его коллеги.

ФАВОРИТЫ: Обладает тонким чувством юмора и пишет шутки, которые регулярно публикует в онлайн-сообществе математиков. Примеры: “Почему вы не должны прислушиваться к совету частного инспектора? Это нерационально”. “Почему 4, 12 и 34 перешли на сверхурочную работу? Потому что все они были квиты.

СЧАСТЛИВОЕ МЕСТО: Жизненные цели включают в себя составление кроссворда, который напечатают в Times, учебу в Тринити-колледже, как Исаак Ньютон, и посещение Comic-Con в Сан-Диего в костюме Чубакки (несмотря на свой миниатюрный рост).


РИО

NAME: João Cardozo

АВТОР ОБЛОЖКИ: Рафаэль Роша

ВОЗРАСТ: 12

МЕСТО РОЖДЕНИЯ: Копакабана, Рио-де-Жанейро, Бразилия

НАБОР НАВЫКОВ: Опытный фокусник, он бесчисленное количество раз использовал ловкость рук и обман во время операций. Кроме того, каждый декабрь он устраивает магическое шоу для пациентов Королевской детской больницы Абердина.

ЛЮБИМЫЕ ПЕСНИ: Обладает прекрасным певческим голосом и является солистом хора мальчиков аббатства Кинлох.

СЧАСТЛИВОЕ МЕСТО: Он одержим едой и ведет дневник, в котором оценивает еду по шкале от одного до ста в соответствии с секретной формулой, которой он не хочет делиться. Кэт и Бруклин соревнуются, кто первым взломает код.


Благодарность

Команда City Spies, собравшаяся для публикации этих книг, ничуть не менее замечательна и впечатляюща, чем команда, изображенная на страницах. И, как и их коллеги-секретные агенты, большая часть их важной работы выполняется за кулисами и без признания. Тем не менее, я хотел бы выразить признательность некоторым из тех, кто помог воплотить в жизнь "Золотые ворота".

Прежде всего, это потрясающая Кристин Гилсон, которая отредактировала книгу и помогла превратить ее в нечто большее, чем это было бы без нее. Она продемонстрировала огромное терпение, ясное мышление и, что самое главное, юмор во весь голос. Это первое из многих совместных проектов, которые, я надеюсь, будут продолжаться. Я также очень рад работать с выдающимся издателем Валери Гарфилд. Мы только начали, но я чувствую, что у нас прекрасное начало, и мне не терпится увидеть, куда мы пойдем дальше.

Это мой восьмой роман с Аладдином, и я постоянно поражаюсь творчеству и тяжелой работе, которую все там прикладывают, чтобы воплотить книгу в жизнь. Огромная благодарность Кэсси Мальмо, Лорен Хоффман, Ребекке Виткус, Саре Вудрафф, Эмили Хаттон, Николь Руссо, Кейтлин Суини, Эми Бодуэн, Анне Джарзаб, Алиссе Нигро, Саванне Брекенридж, Тиаре Яндиорио, Эрин Толлер, Бет Паркер, Бет Адельман, Джинни Нг, Челси Морган и Аманде Ливингстон. Кроме того, я влюблен в произведения искусства, созданные Яояо Ма Ван Ас.

Мне невероятно повезло называть Розмари Стимола своим агентом и другом, хотя и не в таком порядке. Вся семья Stimola (как буквальная, так и профессиональная) на высоте. Особая благодарность Алли Хеллегерс, Питеру Райану и Нику Кроче. Я также хотел бы выразить огромную благодарность Джейсону Дравису из агентства Dravis.

Хотя идея подростков-супершпионов может будоражить воображение, я стремлюсь к точности почти во всем остальном. Во многом это означает звонить (и, вероятно, раздражать) экспертов и друзей со случайными вопросами о мельчайших деталях.

В вопросах, касающихся Оксфордского университета, я полагался на Клементину Гейсман и Джастина Грэма. По всем вопросам, связанным с мореходством, я обратился к Ханне Делапп и Джею Коулзу. Эд Марш - кладезь знаний по всему спектру и был замечательным другом еще со времен киношколы. Алекс Роша оказал кулинарную и культурную поддержку, а Крис Грэм ответил не менее чем на двести вопросов о фотоаппаратах и метаданных фотографий. Рейнджер Майя Фоллин из Департамента рекреации и парков Сан-Франциско предоставила замечательную информацию. Я также хотел бы поблагодарить Шеннон Джордж за ее многочисленные материалы для всех моих книг.

Я в долгу перед молодыми читателями во всем мире, и особенно перед горсткой тех, кто читает, пока я пишу, за то, что они дают мне важную обратную связь. Сюда входят Хлоя, Джек, Мэдлин, Харрисон и Лиз.

Больше всего я благодарен за невероятную любовь и поддержку, которые получаю от своей семьи.


Еще из этой серии


Городские шпионы

Книга 1


Еще от автора


В ловушке!

Исчез!


Подставили!

Темные дни

Об авторе

ДЖЕЙМС ПОНТИ родился в Италии, вырос во Флориде и поступил в колледж в Калифорнии. Получив степень сценариста в киношколе USC, он начал карьеру сценариста и продюсера телевизионных шоу для таких телеканалов, как Nickelodeon, Disney Channel, PBS, Spike, History Channel и Golf Channel. Джеймс любит писать, путешествовать и играть за "Бостон Ред Сокс". Он живет со своей семьей в Орландо, Флорида.

JAMESPONTI.COM

Аладдин

SIMON & SCHUSTER, NEW YORK

Посетите нас по адресу simonandschuster.com/kids

www.SimonandSchuster.com/Authors/James-Ponti

ТАКЖЕ ДЖЕЙМСОМ ПОНТИ

Подставленный! Серии

Подставили!

Исчез!

Вловушке!

Трилогия о Мертвом городе

Мертвый город

Голубая Луна

Темные дни

Серия "Городские шпионы "

Городские Шпионы


Эта книга - художественное произведение. Любые ссылки на исторические события, реальных людей или реальные места используются вымышленно. Другие имена, персонажи, места и события являются плодом воображения автора, и любое сходство с реальными событиями, местами или людьми, живыми или умершими, является полностью случайным.

АЛАДДИН

Оттиск детского издательства Simon & Schuster

Авеню Америк, 1230, Нью-Йорк, Нью-Йорк 10020

www.SimonandSchuster.com

Первое издание Аладдина в твердом переплете в марте 2021 года

Авторское право на текст (C) 2021, Джеймс Понти

Авторские права на иллюстрации (C) 2021 автор Яояо Ма Ван Ас

Все права защищены, включая право на воспроизведение полностью или частично в любой форме.

АЛАДДИН и связанный с ним логотип являются зарегистрированными товарными знаками Simon & Schuster, Inc.

Для получения информации о специальных скидках при оптовых закупках, пожалуйста, обращайтесь

Специальные предложения Simon & Schuster по телефонам 1-866-506-1949 или business@simonandschuster.com.

Бюро спикеров Simon & Schuster может пригласить авторов на ваше живое мероприятие. Для получения дополнительной информации или бронирования мероприятия свяжитесь с бюро спикеров Simon & Schuster по телефону 1-866-248-3049 или посетите наш веб-сайт по адресу www.simonspeakers.com.

Книга , созданная Тиарой Яндиорио

Иллюстрации к этой книге были выполнены в цифровом формате.

Серия , разработанная Тиарой Яндиорио

Иллюстрация к куртке авторское право (C) 2021 автор Яояо Ма Ван Ас

Контрольный номер Библиотеки Конгресса 2020947148

ISBN 978-1-5344-1494-5 (hc)

ISBN 978-1-5344-1496-9 (электронная книга)