# Операция «укус акулы»

Ник Картер

Операция «Укус акулы»


ПЕРВАЯ ГЛАВА


Ник Картер растянулся на вершине утеса, выудив бинокль из чехла. Слева от него море яростно штурмовало отвесные скалы мыса. Время от времени клочья морской пены долетали до берега, ощупывая всё вокруг влажными холодными «пальцами». Позади, милях в пяти, призрачное отражение валлийского Кардиффа сливалось с низкими облаками. Но прямо перед ним, отделенный лишь трехсотъярдовой бухтой, которую веками прорезала в камне мощь океана, лежал другой перешеек.


Там, на самом краю обрыва, прилепился дом Грейберна.


Сквозь прибор ночного видения Картер отчетливо разглядел «Роллс-Ройс», который с притушенными фарами катил по дороге со стороны материка. Ник вел его в бинокль, но даже мощные линзы не позволяли рассмотреть пассажиров сквозь густую тонировку стекол.


Электронные ворота разошлись, и роскошный лимузин проскользнул на территорию.


Картер выругался: машина не остановилась у парадного крыльца с его широкими каменными ступенями, а свернула за угол, к гаражам в задней части поместья. Похоже, ему не собирались давать даже мимолетного шанса рассмотреть почетного гостя, доставленного сегодня этим «Роллс-Ройсом». По крайней мере, пока.


Сам дом был невелик — во всяком случае, по меркам валлийских поместий. Классический викторианский стиль: два этажа по фасаду и третий, пристроенный в глубине, там, где склон уходил к морю.


К этому моменту Картер засек трех охранников. Один дежурил у ворот, второй — у невысокой насыпи со стороны моря, а третий патрулировал плоскую крышу. Последний двигался четко, почти по-военному: слева направо, от фасада к тылу.


Агент AXE позволил себе скупую улыбку.


Старый лорд Грейберн, один из вернейших столпов Империи и Королевского дома, перевернулся бы в гробу, узнай он, во что его дочь превратила семейное гнездо и состояние. Они называли себя «Джоуст». По словарю это означало «рыцарский поединок», но Картер понимал: никакого глубокого смысла в названии нет, просто хлесткое кодовое слово.


Всё началось много лет назад вполне безобидно. Некое объединение ультраконсерваторов «правого» толка собиралось дважды в год в Лондоне или Нью-Йорке, чтобы произнести пламенные речи о «красной угрозе» и иногда подкинуть денег какому-нибудь антикоммунистическому движению.


Однако год назад в «Джоусте» всё радикально изменилось. Организация перестала публично высказывать мнение и ушла в глубокое подполье. Сведения, которые всё же просачивались наружу, носили тревожный военный характер. То, что раньше было лишь словесными нападками на коммунизм, сменилось бряцанием оружия. Слова переросли в действия.


Их девиз гласил: «Бей первым — и бей наотмашь!»


До Вашингтона, Лондона и Москвы стали доходить пугающие слухи. «Джоуст» превращался в частную армию. С высокопоставленными американскими и британскими офицерами — из армии и флота — связывались доверенные лица, предлагая вступить в организацию. Сколько из них заглотило наживку, оставалось тайной.


Первой тревогу забила Москва, когда их высокопоставленный дипломат в Алжире был похищен и найден убитым. Сперва грешили на международных террористов, но когда туман рассеялся, улики однозначно указали на «Джоуст». Это был лишь «первый укус». За ним последовали другие, но ни один из них не был достаточно болезненным, чтобы заставить советского медведя нанести ответный удар.


Антон Брилович, один из лучших агентов КГБ, был заброшен в Лондон с четким приказом: внедриться в «Джоуст», вычислить главаря и ликвидировать его. Вместо этого погиб сам Брилович. Словно в насмешку, его расчлененное тело, упакованное в картонную коробку с надписью «Телевизионное оборудование», доставили прямо к дверям советского посольства.


Тут в дело вступила MI5. Разработку «Джоуста» поручили агенту Гарри Лордсу. Его задачей было внедриться и развалить организацию изнутри. Ему требовался контакт снаружи. К тому времени Вашингтон уже всерьез обеспокоился деятельностью «поединщиков», и американцы предложили своего человека.


Британцы согласились при одном условии: Гарри Лордс сам выберет себе напарника. У англичанина не было сомнений. Он уже работал с Ником Картером над другими «грязными» проектами, и если уж ставить жизнь на карту, то только с таким профессионалом за спиной. Лордс знал о Картере лишь то, что тот работает на сверхсекретную структуру в Вашингтоне. Он не мог назвать организацию по имени, но слышал, что она стоит выше ЦРУ и ФБР и без колебаний устраняет противника, если это признано целесообразным.


В итоге последние пять месяцев Картер был единственным связующим звеном Гарри Лордса с внешним миром. Как Лордс попал внутрь? Через Ленор Грейберн.


Первые робкие шаги были сделаны на шумной вечеринке на вилле в Вест-Энде. Сами же шаги к «помолвке» Лордс предпринял в со вкусом обставленной спальне леди Ленор в её квартире в Мейфэре. Помимо фанатичной веры в правое дело, Королеву и страну, а также лютой ненависти к Советам, у леди Грейберн была лишь одна страсть, достигавшая тех же высот, — жажда секса.


За полгода Гарри Лордс проделал долгий путь. Он добрался почти до самой вершины иерархии «Джоуста». И сегодня должна была состояться решающая схватка. Этой ночью Лордс должен был встретиться с Верховным главнокомандующим — человеком, который милитаризировал организацию. По словам Ленор, сегодня должны были обнародовать «окончательное решение коммунистической проблемы» — план, который готовился давно и в котором Лордсу отводилась ключевая роль.


Пришло время нанести удар — тихо и незаметно. Гарри Лордс — изнутри, Ник Картер — снаружи.


Лондон и Вашингтон надеялись, что всё пройдет гладко. Лордс добудет разведданные и уйдет, а утром MI5 и ФБР начнут одновременные аресты. Но на случай, если сценарий полетит к чертям, Ник Картер — агент N-3 из AXE — был экипирован как ангел смерти.


«Вильгельмина», его девятимиллиметровый «Люгер», покоилась в подмышечной кобуре. На ствол был навинчен новый глушитель, гасящий не только звук, но и вспышку. «Хьюго», длинный обоюдоострый стилет Картера, ждал своего часа в бархатных ножнах, пристегнутых к правому предплечью. А «Пьер» — компактная, но смертоносная газовая граната — была спрятана в паху, словно третье яичко. Для серьезного боя Картер взял девятимиллиметровую «Беретту» (модель 4) со скорострельностью 550 выстрелов в минуту и двойным спуском, позволявшим бить одиночными или очередями без переключения рычага. Если и этого окажется мало, в брезентовой сумке за спиной лежали четыре осколочные гранаты М-34 и несколько зажигательных бомб.


Коротковолновый приемник на поясе дважды коротко вибрировал. Пока всё под контролем. Сигналы шли от передатчика, который Лордс закрепил на правой ноге.


Это был уже третий сеанс связи. В десять вечера Лордс дал два коротких сигнала — «всё в норме». Сейчас было начало второго ночи. Минуты тянулись бесконечно. Картеру до смерти хотелось закурить, но он терпел. Огонек сигареты в темноте виден гораздо дальше, чем кажется, а охранники были слишком близко.


На верхнем этаже дома зажглись окна. Картер снова припал к биноклю. За тонкими занавесками мелькали тени, но лиц было не разобрать. Оставалось только ждать. Лоб и лицо покрылись испариной, хотя ночной воздух был прохладным.


1:50 ночи. В углу дома что-то шевельнулось. Картер навел оптику. Черный блестящий «Роллс-Ройс» элегантно сдал назад и замер перед парадным входом. Кто-то уже сидел внутри — задняя левая дверца открылась из салона.


В ту же секунду распахнулась массивная входная дверь особняка, и на пороге появилась леди Ленор Грейберн. Картер невольно залюбовался ею в бинокль: от иссиня-черных волос до острых шпилек. Шёлковое платье без рукавов облегало её фигуру так плотно, что читалась каждая линия тела. Красивое лицо, но холодное и высокомерное — в этой типично британской раздражающей манере.


Она спустилась к машине, и из салона протянулась рука, чтобы помочь ей сесть. Картера словно током ударило, а волосы на затылке встали дыбом. На рукаве синего кителя сверкало золото. Очень много золота. Картер попытался сосчитать нашивки, но рука скрылась в тени. Он успел заметить лишь одну широкую полосу и несколько узких над ней.


Этого было достаточно. Синий цвет кителя и широкая золотая полоса выдавали морского офицера в чине не ниже контр-адмирала. Картер не мог сказать наверняка, американец это или англичанин, но ставки только что взлетели до небес.


Если всё пройдет по плану, Лордс уже знает имя этого человека. — Это смертельный удар, — донесся голос леди Ленор. — Пощечина, на которую русские обязаны будут ответить.


«Роллс-Ройс» тронулся и покатил к воротам. Охранник в штатском вытянулся во фрунт и отдал честь. Машина была уже далеко, когда зуммер на поясе Картера снова ожил. Короткий щелчок... еще один... а затем — долгий, надрывный гул.


Сигнал тревоги. У передатчика Лордса был фиксатор, удерживающий кнопку. Этот звук означал только одно: «Приди и вытащи меня отсюда, чёрт возьми!»


Адреналин мгновенно ударил в кровь. Картер вскочил и, пригнувшись, бросился вниз по склону. Он заранее изучил путь, и теперь это пригодилось. Гарри Лордс не из тех, кто кричит «волк», если хищник еще не вцепился в горло. Длинными прыжками, бесшумно, точно черная кошка, Картер летел по склону.


Впереди выросла трехметровая кирпичная стена, окружавшая территорию подковой от обрыва до моря. Единственный путь внутрь, если не умеешь летать — ворота, которые еще не успели закрыться за лимузином.


На бегу Картер сорвал с предохранителя «Беретту» и перебросил ремень через плечо так, чтобы автомат висел под рукой.


До ворот оставалось ярдов двадцать. Вдоль дороги росла группа тополей, и Картер использовал их как прикрытие, пока не оказался в двадцати пяти ярдах от цели. Ворота еще были приоткрыты. Охранник стоял спиной, что-то помечая в блокноте. Картер выхватил «Вильгельмину» и опустился на колено. Он вытянул левую руку, оперся локтем о ствол дерева и положил на предплечье ствол «Люгера», удлиненный глушителем.


Быстрый взгляд на дом: охранник на крыше как раз уходил к заднему фасаду. Глубокий вдох. Выдох наполовину. Задержать дыхание. Плавно выжать спуск, будто выдавливаешь сок из лимона.


Пффф... И еще раз — для страховки. Второй выстрел был лишним.


Первая пуля вошла точно в грудь, раздробив грудину и вырвав кусок спины на вылете. Вторая прошила сердце. Мужчина был мертв еще до того, как упал. Удар пули отшвырнул его к стене караулки, и он сполз на землю, оставив на белом камне широкий кровавый след.


Через пять секунд Картер уже усадил труп в кресло, вложив ему в руки автомат «Стэн». Со стороны казалось, что часовой просто прикорнул. Из дверей караулки Картер окинул взглядом газон. Тихо. Только ветер шелестел в листве трех огромных дубов. Картер метнулся к ним.


Из тени деревьев был виден гараж. В открытых боксах стояли старый «Ягуар», тяжелый «Даймлер» и «Бентли». Прямо перед въездом на стуле качался охранник. Спинка стула ритмично стучала об опору крыши. В зубах — сигарета, на коленях — «Стэн».


Картер тихо выругался. С этой позиции он мог бы снять его из «Люгера», как и первого, но бетонная площадка перед гаражом была слишком гулкой. Если стул опрокинется или автомат звякнет о цемент, охранник на крыше точно услышит.


Придется импровизировать. Ник убрал «Вильгельмину» и присел. Пошарив по земле, он нашел подходящий камень. Не вставая, он запустил его в сторону каменной насыпи у гаража. Камень ударился, отскочил и с сухим стуком покатился по гравию.


Охранник вскочил, вскидывая автомат. Он всматривался в темноту, хмурясь, но покидать пост не спешил. Картер швырнул второй камень по низкой траектории, надеясь, что тот не заметит полет. Сработало. Мужчина осторожно двинулся к месту шума, держа пулемет наготове. Он прошел мимо деревьев. Картер, припав к земле, пополз на четверех к тропинке. Он не видел врага, но вел его по звуку шагов.


Шаги затихли. Картер напряг мышцы предплечья — пружина в ножнах сработала, и «Хьюго» прыгнул в ладонь. Ник подобрался, готовый к прыжку. Впереди он увидел охранника — тот подозрительно рассматривал что-то на тропе. В этот момент из кустов выскочил кролик и молнией исчез в темноте.


Картер облегченно выдохнул. Удача была на его стороне. Хотелось верить, что и Гарри Лордсу сегодня везет. Охранник тихо хмыкнул, проворчав что-то под нос, и расслабился. Когда он повернул обратно, Картер бесшумно, точно хищный кот, выскользнул из тени. Левая рука молниеносно перехватила автомат врага, одновременно зажимая ему рот. Правая рука коротким, мощным ударом вогнала стилет в область почки, по самую рукоять.


Мужчина умер мгновенно. Не сбавляя темпа, Картер подхватил обмякшее тело и оттащил в заросли, спрятав под густым кустом. Забрав трофейный «Стэн», он перебежками двинулся к дому.


У торца гаража нашлась дверь в коридор. В конце него была еще одна дверь — судя по всему, в главный холл, но слева Картер приметил узкую лестницу на второй этаж. Три бесшумных прыжка — и он наверху.


Длинный коридор, двери по обеим сторонам. В дальнем конце — большое окно, выходящее на внутренний двор с бассейном и причалом. У окна стоял высокий худощавый парень в серой форме. На бедре в кобуре висел тяжелый кольт 45-калибра. Парень явно был чем-то увлечен.


Картер успел пройти полкоридора, когда часовой почувствовал неладное. Он медленно обернулся, на губах заиграла странная, злая усмешка. Но секунду спустя он понял, что перед ним не напарник. Рука рванулась к кобуре, челюсть отвисла, рот округлился в изумлении. Эту «букву О» Картер и использовал как мишень, прострелив парню голову.


Тот рухнул как подкошенный. Картер перешагнул через него и припал к стеклу. — Проклятье... — выдохнул он.


Внизу, мимо бассейна, вели Гарри Лордса. Британский агент был бос и раздет по пояс. Даже в скудном свете ламп Картер разглядел жуткие синяки и кровавые полосы на его теле. Но хуже всего было то, что руки англичанина были связаны за спиной, а на глазах чернела повязка.


— О боже, — пробормотал Картер.


Сомнений не оставалось. Восемь человек в черных беретах, сопровождавших Гарри Лордса, составляли расстрельную команду.

Это была казнь.


ВТОРАЯ ГЛАВА


Ситуация прояснилась мгновенно. Они вели Лордса к невысокому каменному парапету у самого моря. По бокам шагали двое с крупнокалиберными «Кольтами» в брезентовых кобурах. Следом за ними — шестеро в хаки с винтовками M1. «Сумасшедшие, — подумал Картер. — Ведут себя как заправские солдаты».


Окно в коридоре не открывалось, но по бокам Ник заметил балконы. Чуть ниже правого выступала плоская крыша зимнего сада. Картер рванул к ближайшей двери. Заперто. Не раздумывая, он коротко разбежался и высадил дверь мощным ударом ноги чуть ниже ручки. Ворвавшись в комнату, он уже держал «Вильгельмину» наготове, но в помещении было пусто. Ник убрал «Люгер» в кобру и вскинул «Беретту». Стеклянная дверь на балкон была открыта. Картер выскочил наружу и упал на одно колено, пригнувшись за балюстрадой.


Гарри Лордса уже поставили спиной к дамбе. Двое офицеров отошли в стороны, давая сектор обстрела. Остальные шестеро выстроились в шеренгу. У Картера были считанные секунды. Он прижал приклад пистолета-пулемета к плечу и вскинул прицел. Фосфоресцирующая точка мушки слабо светилась в темноте. Палец лег на передний спусковой крючок — для одиночного выстрела.


Первой жертвой стал офицер справа, уже поднявший руку для команды «Пли!». Тяжелая пуля калибра 9-мм ударила ему в живот, и он, согнувшись, рухнул вперед. Его тело еще не коснулось земли, когда Картер перенес огонь на второго офицера. У того была отличная реакция — он успел упасть на колено и выхватить пистолет, но Ник оказался быстрее. Короткая очередь снесла человеку пол-лица и горло.


Расстрельная команда на мгновение оцепенела. — Гарри! — крикнул Картер. — Слышу тебя! — Слева... фонтан... ныряй! Англичанин, не колеблясь, бросился в сторону и покатился по плитке.


Палец Картера нащупал задний спуск для автоматического огня. Широким веером он прошил шеренгу карателей, опустошая магазин. Трое рухнули сразу. Остальные бросились врассыпную: кто за фонтан, кто в бассейн. Но шестой боец оказался крепким орешком. Припав на колено, он открыл методичный огонь по Гарри, который скорчился за каменным основанием фонтана. Картер увидел, как Лордс дернулся от попадания. Ник загнал новый магазин и короткой очередью перечеркнул стрелка по диагонали — от бедра до плеча.


Тут же ожил бассейн. Один из наемников вынырнул и открыл огонь из своей M1. Каменная крошка брызнула Картеру в лицо. В ответ он полоснул очередью по воде, заставив врага пригнуться, и спрыгнул на крышу зимнего сада. Он упал плашмя. Пули свистели над головой. Парень в бассейне был не прост: он использовал бетонный край как бруствер. Картер видел только кончик ствола и макушку. Несколько очередей Ника лишь взбили пену в бассейне. Еще двое зажали его перекрестным огнем: один за статуей «Писающего мальчика», второй за толстым дубом. Внезапно в доме и во дворе погас весь свет. В полной темноте прямо над головой Картера забарабанили пули.


Ник резко развернулся, вскидывая «Беретту». На балконе, с которого он только что прыгнул, темнели два силуэта. У одного — «Стэн», у другого — тяжелый револьвер. Картер, не целясь, всадил в них остаток магазина. Крик боли и звон разбитого стекла подтвердили: цель поражена.


Но снизу продолжали палить. Пули из бассейна начали прошивать тонкую крышу зимнего сада прямо под телом Картера. Это был вопрос времени. — Гарри! — заорал Ник, выхватывая левой рукой гранату М-34. — Здесь... — голос Лордса был слабым и напряженным. — Ложись! Картер выдернул чеку, выждал две секунды и швырнул гранату в сторону бассейна. — Одна тысяча... две тысячи... три!


Взрыв взметнул гейзер воды, в котором мелькнуло растерзанное тело стрелка. Стенка бассейна лопнула, и вода с ревом начала уходить. Ник скатился с крыши, приземлился на ноги и, пригнувшись, рванул к дубу. Охранник за деревом только успел обернуться, как очередь из «Беретты» снесла ему голову. Картер укрылся за стволом. Теперь он видел последнего — того, что прятался за фонтаном.


— Не стреляйте! Патроны кончились! — крикнул тот, отбрасывая винтовку. Ник медленно вышел из-за дерева, держа «Беретту» на мушке. — Сколько в доме? — прорычал он. — Никого... вы всех положили. — Кто этот златопогонный, что уехал? — Номер Один. — Догадался, — хмыкнул Картер. — Имя? — Я не знаю... Ник с силой ударил его дулом под ухо. — Правда! Клянусь! У нас только номера. Женщина — Номер Два. Имен никто не знает. — О чем была встреча? — Мы должны были допросить вашего напарника. — И всё? Не верю.


Картер выхватил из потайного кармана на бедре утяжеленную резиновую дубинку. — Знаешь, что это? Мозг — очень хрупкая штука. Если бить по затылку умеючи, можно ослепнуть или остаться парализованным на всю жизнь. Я — эксперт. Ник снова ударил его, методично и страшно. Мужчина задрожал, на шее выступил пот. Но вдруг он резко крутанулся, и в его руке блеснула сталь — загнутый нож-кукри. Рефлекс сработал быстрее мысли. Короткая очередь из «Беретты» в упор отшвырнула нападавшего в пустеющий бассейн.


Картер бросился к Гарри Лордсу. Агент лежал на боку. В него попали две пули: одна в бедро, вторая — навылет через грудь. Шансов не было. — Гарри? — Почти... — прошептал тот. Он уже не мог говорить, но его правая рука была измазана в крови. На сером цементе фонтана краснели корявые буквы:


Leak bridge (Мост-утечка) Shark bite (Укус акулы) 140-40 # 1-AD


Картер понял: «AD» — это «Адмирал». Лордс потратил последние силы, чтобы передать самое важное. — Ты отлично справился, Гарри. Я их достану.


Рев мощного мотора и визг шин у парадного входа заставили Ника вскочить. Он на бегу сменил магазин и ворвался в дом через заднюю дверь. На подъездной дорожке «Ягуар» рвал с места. За рулем сидел какой-то коротышка в очках. Он паниковал, путая передачи, и двигатель надрывно выл. Картер выскочил на лестницу. Он мог бы срезать водителя очередью, но хотел взять его живым. — Стой! «Ягуар» наконец врубил пониженную и рванул вперед, виляя задом. Картер опустился на колено и открыл огонь по колесам. Пули звонко рикошетили от кузова — проклятая машина была бронированной! «Ягуар» занесло, он ударился боком о столб ворот, но стальной кузов выдержал. Взревев мотором, машина скрылась в направлении Кардиффа.


В гараже Картер обнаружил, что у всех остальных машин — «Бентли» и «Даймлера» — изрезаны шины. И тут он почувствовал запах гари. На втором этаже начался пожар. Коротышка-радист успел поджечь шифровальные книги и передатчик перед побегом. Картер потратил почти полчаса, борясь с огнем с помощью шланга и огнетушителей. Ему нужно было время.


Добравшись до своего «Форда» в лесу, Ник нашел таксофон. — Восемьдесят восемь сорок пять. Код красный. — Дежурный на связи, — ответил спокойный британский голос. — Это Картер. Операция «Рыцарский турнир». Гарри Лордс мертв. Кто ты? — Джаррелл... Сидни Джаррелл. — Слушай меня, Джаррелл. Мне нужен Гамильтон. И нужна группа зачистки. Дом Грейберна под Кардиффом. Здесь гора трупов, уберите всё до рассвета. — Принято. — И пусть Гамильтон подготовит список всех адмиралов, американских и британских, которые сейчас в Англии. У нас утечка, кодовое имя «Бриджит». — В MI5? Это невозможно. — Еще как возможно, — отрезал Картер. — И еще: проверьте слова «Укус акулы» и код 140-40. Это ключ ко всей затее «Джоуста».


Ник повесил трубку. Пора было ехать в Лондон.


ТРЕТЬЯ ГЛАВА


Лейтенант Кэлвин Джейкобс спрятал руки под стол и вытер вспотевшие ладони о штанины. В кают-компании атомной субмарины «Шарк» («Акула»), помимо него, оставались еще одиннадцать членов экипажа, включая командира, Джоша Маккоя. Остальные восемнадцать офицеров сошли на берег — поужинать в клубе Субик-Бэй.


Они провели в море сорок три дня, патрулируя Южно-Китайское море в районе Гонконга. Экипаж рвался на берег. Вахта левого борта получила увольнительные еще в 16:00, а Джейкобс, как дежурный офицер, разрешил сойти на берег и части правого борта. Сейчас на борту — Джейкобс украдкой взглянул на часы за спиной капитана — было ровно 20:00. В отсеках находилось шестьдесят два человека, включая рядовой состав.


— Ваш кофе, сэр? Джейкобс поднял глаза и встретился взглядом с ледяной синевой глаз стюарда Лоуренса Клэри. — Спасибо, Клэри.


Джейкобс насыпал сахар и медленно мешал кофе, наблюдая за офицерами. Клэри на мгновение обернулся у входа в камбуз. Их взгляды встретились. Едва заметный кивок — и стюард исчез. Джейкобс знал: к кофе лучше не прикасаться. В нем была ударная доза транквилизаторов. Капитан Маккой, заядлый кофеман, уже начал подозрительно запинаться.


Помимо Джейкобса и Клэри, в заговоре на борту «Шарка» участвовали еще двое: главный инженер Артур Реддинг и эксперт по ядерному оружию, коммандер Ральф Пирсон. Джейкобс встал. — Прошу прощения, господа... мне пора заступать на вахту. Он вышел, зная: через десять минут все они будут спать мертвецким сном.


Диспетчерская управления портом Субик-Бэй напоминала вышку аэропорта: огромное квадратное помещение со стеклянными стенами и приглушенным светом, чтобы операторам было лучше видно зеленые отметки радаров. Было 20:13. В заливе стояли лишь четыре эсминца и две подлодки, поэтому в рубке царила сонная атмосфера.


Лейтенант Говард Карлсон всматривался в залив через прибор ночного видения. Его лоб был мокрым от пота. — Что ты там высматриваешь, Карлсон? Вторжение инопланетян? — усмехнулся кто-то из коллег. «Смейся, тупой кусок дерьма», — подумал Карлсон. Он презирал этих «мирных» техников, ждущих конца службы. Сам он вступил во флот, чтобы сражаться.


Улыбка тронула его губы, когда он увидел темные пятна у борта «Шарка». Пора. — Присмотрите за моим экраном, — бросил он. — Я в гальюн.


В туалете он заперся в дальней кабинке, достал из мусорного бака заранее спрятанную латексную маску и проверил фильтр. Отверткой он открутил решетку вентиляции и вставил в канал два баллончика с маркировкой «KPG/201». Это был мощный нервно-паралитический газ. Карлсон выждал ровно две минуты, представляя, как невидимое облако заполняет диспетчерскую.


Когда он вышел, двое людей в водолазных костюмах и противогазах уже оттаскивали обмякшие тела операторов к стене. — Спят? — Как младенцы.


Карлсон подошел к пульту командира порта. — «Шарк» и «Блоуфин» (подлодка по соседству), это диспетчерская. На связи? — «Шарк» слушает. — На связи «Блоуфин». — Ребята, мы временно отключаем портовое питание для проверки генераторов. Десять минут, не больше. Не переходите на свои дизели, подождите.


Карлсон щелкнул рубильником. Свет во всех десяти доках погас. Операция «Хаджи-Бид» перешла в активную фазу.


На борту «Шарка» Джейкобс как раз принимал вахту, когда наступила тьма. — Черт... вовремя, — проворчал сменяющийся офицер. — Поднимусь на мостик, глотну воздуха. Джейкобс молча последовал за ним. Когда они оказались у подножия лестницы, лейтенант выхватил тяжелый «Кольт» .45 калибра и наотмашь ударил офицера рукояткой в затылок. Подхватив тело, он запер его в каморке для инвентаря.


— Дежурный! — прохрипела внутренняя связь. — Почему погас свет? — Проверка береговых служб, квартирмейстер. Спокойно. Десять минут.


Джейкобс связался с машинным отделением. — Реддинг? Начинай предпусковой цикл, но дизели не заводить. Затем он включил общую связь по кораблю: — Внимание экипажу! Проверка питания. Вентиляция будет работать только в кормовых отсеках. Всему свободному от вахты составу из носовой части — немедленно перейти в корму.


Джейкобс поднялся на мостик и дал фонариком сигнал: три короткие вспышки. Тут же из воды у борта «Шарка» начали подниматься фигуры в черном неопрене. Одновременно с пирса бесшумно скользнули тени захватчиков.


Тем временем коммандер Ральф Пирсон стоял в кабинете капитана Питтса, офицера по вооружению базы. На столе лежал футляр с четырьмя ядерными детонаторами. — Капитан Маккой просил передать привет, сэр, — чеканил Пирсон.


Питтс, старый служака, недолюбливал этого чопорного выскочку. Он сверил серийные номера детонаторов с журналом. — Эта бюрократия меня доконает, — проворчал Питтс. — Подпишите здесь, коммандер.


Пирсон обошел стол. Левой рукой он взял бланк, а правой выхватил «Браунинг» с глушителем. Четыре пули малого калибра вошли точно в затылок капитана. Крови почти не было. Пирсон спрятал тело в ванной, рассовал детонаторы по карманам кителя и забрал кодовую книгу. Выходя, он бросил дежурным морпехам: — Капитан просил его не беспокоить пару часов.


В 20:33 Пирсон уже ехал в сторону причала.


Радист Вилли Карпентер мечтал о дембеле. Через десять дней он будет во Фриско со своими выигранными в покер двадцатью семью тысячами долларов. Он вышел на палубу «Шарка» в одних трусах, чтобы охладиться. — Карпентер, ты что тут голым шастаешь? — окликнул его рядовой Кловер на посту. — Живо вниз!


Вилли развернулся и поэтому не увидел, как черная тень вынырнула из-за фальшборта и сбила Кловера с ног. Но он увидел других — десятки блестящих черных фигур, заполонивших палубу субмарины. — Мамочки! — выдохнул Вилли и нырнул в первый попавшийся люк.


Он босиком промчался по коридору и ворвался в кают-компанию. — Капитан! На нас напали! Но офицеры сидели в странных, расслабленных позах. Они спали. Вилли бросился к камбузу, где увидел стюарда Клэри. Тот как раз навинчивал глушитель на пистолет. — Клэри! Дай мне пушку! Там русские на палубе!


Лоуренс Клэри не ответил. Он просто поднял пистолет и всадил две пули в сердце Вилли Карпентера.


Пирсон поднялся на мостик «Шарка». Джейкобс отдал честь. — Ситуация? — Всё под контролем. Лишний только радист, его убрали. Экипаж заперт в корме. Группы захвата заняли радиорубку и радар.


Пирсон подошел к пульту управления. — Порт, это «Шарк». У нас всё в порядке. Выходим в море. — Принято, «Шарк». Счастливого пути.


Атомная субмарина плавно отошла от пирса. — Мистер Джейкобс, как выйдем на глубину — погружение на триста футов. Курс по плану. Я в свою каюту. Пришлите мне шифровальщика — нужно сообщить Первому, что начальная фаза «Хаджи-Бид» завершена.


ЧЕТВЕРТАЯ ГЛАВА


Ник Картер припарковал неприметный автомобиль у обочины, затянув ручной тормоз. До дома № 19 по Старкли-лейн оставалось три квартала.


Он прибыл в Лондон всего полчаса назад и немедленно связался с MI5. Сидней Джаррелл, обменявшись с ним парой дежурных фраз, соединил его с коммандером Оуэном Гамильтоном. – Это скверно, Картер. Лордс был хорошим человеком. У Картера волосы на затылке встали дыбом. По тону Гамильтона было ясно: он считает Ника виновным в гибели напарника. Картер должен был обеспечивать прикрытие, но теперь Лордс мертв. — Гарри знал правила игры, коммандер, — так же хорошо, как и я. Мы все рискуем одинаково. Что нового? – В настоящее время в составе флота находятся четырнадцать американских и девять британских офицеров в звании контр-адмирала и выше. – Солидная компания. — Время выбрано «удачно», — последовал ответ. — В эти выходные в штаб-квартире НАТО в Брюсселе состоится совещание начальников штабов. Будут обсуждать предстоящие в следующем году крупные совместные десантные учения «Зеленый экспресс». — И все американские адмиралы решили задержаться в Англии, чтобы как следует «покрасить Лондон в красный цвет», прежде чем лететь на встречу? – Вроде того. У меня здесь есть список… – Придержите его. Я заберу его позже. Что удалось выудить по коду «Хайбид-140/40»? – Мы работаем над этим, связались с Вашингтоном. Пока безрезультатно. – Моя команда «уборщиков» уже закончила в Грейберн-Хаусе? Картер понимал, что говорит резко, но на дипломатию времени не оставалось. Голос Гамильтона прозвучал неодобрительно, но с оттенком уважения: – Они всё еще там. Обыскивают дом комната за комнатой. Ожидаю отчет к полудню. Некоторые из… э-э… погибших опознаны. Над остальными работаем. — В голосе Гамильтона послышалась хрипота. — Боже мой, Картер, что ты там использовал? – В основном M-34 и «Беретту» 38/49, плюс несколько мелочей. — Да сохранит нас Господь… там есть такие, кого можно опознать только по отпечаткам пальцев, да и то вряд ли. — Вы уж постарайтесь, — сухо заметил Картер. — Что насчет Бриджит?


На другом конце провода повисла долгая тишина. Послышался шорох бумаги. — По нашим данным, в MI5 работают три Бриджит. Первая — незамужняя женщина за пятьдесят, всю жизнь просидела в архивах. Это не она — у нее нет доступа к делу. Вторая работает на коммутаторе — её мы тоже снимаем с подозрений. — А третья? – Бриджит Майклс. Работает в отделе связи. Она обеспечивает коммуникацию с MI6 и вашим ведомством. Маловероятно, но она могла выудить информацию о «Рыцарском турнире» из переписки между Лондоном и вашим начальством. – Даже если переписка была зашифрована? – В том-то и беда. По долгу службы она может иметь доступ к кодам управления. «Неужели?» — подумал Картер, чувствуя сухость во рту. — Насколько мне известно, официально она об этом не просила, — неохотно добавил коммандер. — Но в нашей организации всякое случается. Я готов отправить к ней группу захвата. — Не нужно, — коротко отрезал Картер. – Э-э… так я и думал. Вы, американцы, предпочитаете действовать напрямую. Полагаю, вы найдете её сами. — Где? — спросил Картер, мысленно видя перед собой искаженное болью лицо Гарри Лордса. – Паддингтон… Старкли-лейн, 19. Могу прислать машину. – Спасибо, я доберусь сам.


Картер проверил магазин «Вильгельмины» и вогнал его в рукоятку «Люгера». Спрятав ключи от машины в карман, он вышел на залитую дождем улицу. Близился рассвет; небо над городом затянуло призрачной предрассветной дымкой.


По пути к девятнадцатому дому мимо проехали две машины и фургон, но водители не обратили на него внимания. Единственным пешеходом оказалась пожилая дама с собакой. Пёс тявкнул на Картера и деловито задрал лапу на кованую ограду. Дом номер 19 был типичной пятиэтажкой. В вестибюле Ник быстро нашел нужный почтовый ящик: квартира 3С, Б. Майклс. Он поднялся на второй этаж, бесшумно ступая по тонкому ковровому покрытию коридора. Несмотря на ранний час, из-под двери 3С пробивался слабый свет.


Картер поднялся выше, на чердак, и через люк выбрался на плоскую крышу. Пара голубей, не смутившись его появлением, продолжали ворковать у края. Ник подошел к парапету и посмотрел вниз. В переулке по диагонали от дома стоял закрытый «Ягуар». Снизу его было легко не заметить, но отсюда Картер отчетливо видел две мужские фигуры — на переднем и заднем сиденьях. Чуть дальше припарковался старый фургон. Картер уже собирался отвести взгляд, когда за лобовым стеклом фургона вспыхнул огонек сигареты. Значит, подкрепление. Определенно, Бриджит стоило нанести визит.


Тщательно изучив задний фасад, Картер убедился, что двор пуст. Он начал бесшумный спуск по ржавой пожарной лестнице. Окна квартиры 3С выходили как раз на эту сторону. На каждом этаже лестница имела узкий проход прямо под окнами. Ник опустился на четвереньки и прополз к освещенному окну, осторожно заглядывая в щель между шторами.


Перед ним была уютная гостиная. Дорогая обстановка: огромный телевизор, ультрасовременная стереосистема, мягкий диван и журнальный столик с массивной стеклянной столешницей. В большой пепельнице на столе громоздилась гора окурков. Бриджит Майклс явно провела бессонную ночь. Ник хотел было двинуться к следующему окну, но тут в комнате появилась сама хозяйка.


На ней была полупрозрачная ночная сорочка от «Оле Лукойе», отороченная перьями, едва прикрывавшая идеальные ягодицы. Под сорочкой не было ровным счетом ничего. На вид ей было около двадцати пяти: пепельно-русые волосы до плеч, расчетливые голубые глаза и безупречная, хотя и чуть полноватая фигура. Она заметно нервничала, жадно затягиваясь сигаретой. Взяв бокал, она направилась к барной стойке в углу.


Картер скользнул к окну спальни и осторожно поднял створку. Она поддалась совершенно бесшумно. Спальня выглядела подчеркнуто женственной: мягкие игрушки, огромный плюшевый мишка и кровать с балдахином, к которой этой ночью никто не прикасался. В открытом встроенном шкафу висел ряд роскошных платьев от модных домов, чьи названия были на слуху даже у Картера.


Он замер в дверях гостиной. Бриджит стояла у бара; горлышко хрустального графина мелко дрожало, звеня о край бокала, пока она наливала виски. – Налей два. Ночь была долгая.


Она вскрикнула и выронила графин. Он не разбился, но янтарная жидкость расплылась пятном по дорогому ковру. Бриджит резко обернулась, вжавшись спиной в стойку бара и прижав руки к горлу. С лица мгновенно сошли все румяна. Ничего не говоря, Картер спокойно поднял графин и долил виски в её бокал. — Вы пьёте чистый? — спросил он, протягивая ей стакан. Она автоматически кивнула и приняла его. — Может, присядете? — предложил Картер и сам опустился на диван. — Да, спасибо, я с удовольствием. А вы, мисс Майклс?


Скованными, почти механическими движениями она подошла к креслу. – Кто вы?.. — Кто я? — переспросил Ник. — Вы это и сами знаете, мисс Майклс. Разве ваши подружки из фургона еще не отзвонились, чтобы сообщить о моем визите? Она побледнела еще сильнее, рука с бокалом заметно задрожала. Картер наклонился вперед, выхватил стакан, поставил его на столик и крепко сжал её запястье левой рукой. – Не хотите ли мне что-нибудь рассказать?


О чем вы? — Это Паддингтон, дорогая моя. Рабочий район. Один только этот ковёр стоит пару тысяч, да и диван не дешевле. А в шкафу у вас тряпок еще тысяч на пять. — Он кивнул в сторону спальни. — Вывод прост: либо вы нашли золотую жилу, либо вы элитная проститутка. Что из этого правда?


Она возмущенно зашипела, пытаясь вырваться, но Картер сжал пальцы сильнее. — Боже, — выдохнула она. — Вы сломаете мне руку! Картер улыбнулся: – Не сопротивляйся, и будет не так больно. – Я вызову полицию... — Я уже сделал это за вас, — холодно бросил Ник. Он сдавил её запястье так, что лицо девушки исказилось от боли. — Меня зовут Картер. Ник Картер. Вам это о чем-то говорит? – Отпустите меня… – Гарри Лордс мертв. Пуля в живот. Ты понимаешь, что это значит, Бриджит?


О Боже… — Её голос сорвался, ужас в глазах был неподдельным. — Это мучительная смерть, — безжалостно продолжал Картер. — Человек испытывает все муки ада часами, прежде чем затухнет.


Говоря это, он спокойно вытащил «Вильгельмину» из плечевой кобуры и позволил холодному дулу «Люгера» скользнуть по тонкому шелку её сорочки, пока оно не уперлось ей в пупок. — Вы ведь не хотите… такой же участи? — с трудом выдавила она. На лбу выступил пот. — Разве нет? Гарри Лордс был не единственным, кто вчера «отбросил копыта», моя дорогая. Около дюжины наемников «Джоуста» отправились следом за ним. – Вы… убили двенадцать человек? – Меньше чем за двадцать четыре минуты. В среднем — по две минуты на каждого. Именно столько я даю тебе, Бриджит, чтобы ты выложила мне всю историю.


И Бриджит заговорила. Её история была банальна: страсть к азартным играм и красивой жизни. – Как называется клуб? – «Мейнстем». На Чаринг-Кросс-роуд, рядом с Сохо. – Слышал о таком. Дальше. – Когда я погрязла в долгах — несколько тысяч фунтов — ко мне пришел человек. Он пообещал всё уладить, если я буду снабжать его информацией. Он не только списал долги, но и стал выплачивать мне содержание ежемесячно… Картер оглядел роскошную квартиру: – Вижу, содержание весьма щедрое. Она кивнула, на щеках снова появился румянец: – Кто-то из руководства MI5 организовал мой перевод и повышение. Мне дали ключи от отдела кодирования и работу, требующую задержек допоздна…


В голове Картера зазвенел колокольчик. Всё верно: в MI5 сидит «крот» высокого ранга, который манипулирует такими, как Бриджит. – Как звали того парня? – Стайлз. По крайней мере, так он представился. – Англичанин? – В том-то и дело, что американец. И еще… мне показалось, он связан с флотом. У него проскакивали морские словечки. У меня брат служил на флоте, я их узнаю.


Картер вопросительно посмотрел на неё. Она вдруг осознала, что почти раздета, и, неверно истолковав его взгляд, попыталась запахнуть прозрачную сорочку и скрестила ноги, что лишь добавило пикантности. — Я верю, что вы сказали часть правды, — холодно произнес Картер. — А теперь выкладывайте остальное. Она прикусила губу и приложилась к бокалу. – Вчера вечером мне звонили… но не те люди, что снаружи. – А кто? – Стайлз. Сказал, что план сорвался и что вы… можете прийти ко мне. Он хотел выяснить, как много вам известно. Если бы вы появились, я должна была…


Что? — Соблазнить вас и подсыпать это в выпивку. — Она разжала кулак: на ладони лежали две белые таблетки в целлофане. – И почему же вы этого не сделали? – Я собиралась! Но вы вошли… с пистолетом. Мне стало страшно. Мне и сейчас страшно. — А что насчет «Рыцарского турнира»? – Клянусь, я не знаю, что это! Это было просто ключевое слово, которое я должна была отслеживать в документах. – А что еще? – Найм персонала по контракту… досье на офицеров с правыми взглядами… и всё, что касается леди Грейберн. – Сходится. Было что-то еще? – Да. — Она прикусила губу. — Сведения о попытках проникновения на «Рыцарский турнир». — Внезапно она разрыдалась. — Клянусь, я не думала, что прольется кровь! Стайлз уверял, что я делаю это на благо страны!


— Да, многие предатели так себя утешают, — проворчал Картер. — Что вы знаете о коде «Хайбид»?


О чем? – Ясно, забудьте. А что за три бабуина дежурят под окнами? – Я не знала, что они там! Но после звонка Стайлза могла бы догадаться… Картер забрал у нее таблетки. – Что бы вы сделали, если бы вам удалось меня усыпить? – Он дал номер, по которому я должна была позвонить. — А если бы сон не сработал? – Другой вариант… — Она сглотнула. — Соблазнить вас. А когда бы вы уснули — ну, после всего… я бы сделала вид, что мне нужно в туалет. Выскользнула бы в коридор и помахала полотенцем из окна в конце коридора.


И? – Дверь должна была остаться открытой. Они бы вошли и арестовали вас. — Какая наглость, — прошипел Картер. — Арестовать меня? – Да. А если бы и это не вышло — я должна была просто кричать, пока не сбегутся соседи или пока вы не уйдете, а потом отрицать все ваши обвинения.


Картер откинулся на диван. Он не сомневался: таблетки в его руке — не просто снотворное, а билет в один конец. А вариант с криком — верный способ подставить его под пули наемников на выходе. Однако оставался второй вариант. – Бриджит?


Да? – Вы глубоко увязли. Ваши «друзья» играют по-крупному. – Я не знала Лордса! Не знала, что его убьют! — Но вы знали, что предаете службу. Понимаете, чем это пахнет? Лицо девушки снова стало серым. – Да… но меня уверяли, что это великое дело для родины… Нику стало почти жаль её, но он подавил это чувство. – У вас есть парик? – Что?.. Зачем? – Парик. Есть или нет? – Да… бывает, нет времени на укладку… — Тащите его сюда, — резко приказал Картер. — И самое большое полотенце, какое найдете.


ПЯТАЯ ГЛАВА


Картер съежился в шкафу. Его нос наполнил сильный запах духов, исходивших от висевших здесь платьев Бриджит. В правой руке он сжимал дубинку, которой совсем недавно угрожал одному из наемников в Грейберн-Хаусе, но на всякий случай в левой руке он держал наготове «Вильгельмину».


В квартире уже не горел свет, но сквозь щель между плотно задернутыми шторами пробивались первые лучи восходящего солнца. Они падали узкой полосой на кровать, где несколько подушек, пара свернутых одеял и пепельно-русый парик Бриджит, искусно накинутый на одну из подушек, создавали полное впечатление, будто под одеялом спят две фигуры.


Дверь в гостиную была приоткрыта, и Картер мог видеть происходящее снаружи сквозь узкую щель. Прошло почти десять минут с тех пор, как Бриджит высунула полотенце из окна в конце коридора. Теперь она сидела — полностью одетая — на узком проходе пожарной лестницы за окном. «Но что мне делать, если меня увидит кто-нибудь из соседей?» — спросила она перед выходом. — Помашите им рукой. Вы просто жаворонок и вышли насладиться свежим воздухом и восходом солнца.


На несколько секунд Картер задумался о том, чтобы позвонить Гамильтону и MI5 в качестве подстраховки, но он быстро отбросил эту идею. Если в организации, помимо Бриджит, окажется еще один крот, это может сорвать весь его план.


Раздался слабый скрип… безошибочно узнаваемый скрип дерева… но откуда? Ах да, он доносился от входной двери квартиры. Картер заставил себя расслабиться и дышать спокойно.


Дверь в спальню немного приоткрылась... а потом еще немного. Первое, что показалось из щели, — это черный глушитель, прикрученный к стволу пистолета-пулемета Heckler & Koch VP-70. Мужчина за пистолетом выглядел довольно молодым. Он был одет в джинсы и толстый свитер с высоким воротником, который, казалось, был ему на несколько размеров больше. Вероятно, он спрятал пистолет-пулемет под ним, когда переходил улицу и поднимался по лестнице в квартиру номер 3С.


Он выглядел так, будто не спал почти всю ночь. Его обгоревшее на солнце лицо отчаянно нуждалось в бритье. Он толкнул дверь и бесшумно, словно кошка, скользнул к кровати. Казалось, будто он вообще не двигается, а это всего лишь VP-70 и рука, держащая его, плывут по комнате.


Когда дуло глушителя оказалось в нескольких сантиметрах над изножьем кровати, из него внезапно начали вырываться небольшие языки пламени, а черный цилиндр слегка задрожал из стороны в сторону. Воздух наполнился запахом горящего пороха, но не было слышно ничего, кроме приглушенных глухих ударов пуль о постельное белье.


Ник Картер был настоящим профессионалом. Он сразу понял, что перед ним серьезный боец. Этот парень не рисковал — он просто методично расстреливал цель. Картер считал выстрелы автоматически: три… шесть… девять… Выстрелы шли короткими, редкими очередями по три. Шесть умножить на три — это восемнадцать, ровно столько, сколько вмещал магазин H&K VP-70.


Стрелок подвинулся к той стороне кровати, где должен был лежать Картер, чтобы осмотреть свою работу. В этот момент N3 выскользнул из шкафа.


У этого парня, должно быть, был кошачий слух. Картер был готов поклясться, что его шаги по толстому ковру были абсолютно бесшумными, но убийца все равно его услышал.


Дубинка неслась к голове убийцы — прямо в уязвимое место за правым ухом, — но промахнулась, потому что тот успел увернуться. Он развернулся и поднял пистолет-пулемет, чтобы заблокировать удар. Наемник издал приглушенный рык, когда дубинка вместо головы ударила его по руке, державшей ствол; несмотря на то, что удар был достаточно сильным, чтобы сломать пару костей, он немедленно ответил, попытавшись ударить противника прикладом по голове.


Картер отскочил назад, уворачиваясь от удара, и с силой хлопнул его по запястью. Раздался приглушенный сухой хруст — кость в руке мужчины сломалась, и пулемет полетел на пол. Но тот еще не был готов сдаться. Левая рука безвольно свисала вдоль тела, но он резко рванулся вперед и попытался ударить Картера ножом в живот.


Острый носок ноги Картера ударил его прямо в коленную чашечку, но и это его не остановило. Он с огромной силой ударил Картера головой в грудь, и они оба повалились на пол. Картер едва избежал попадания двух вытянутых пальцев в глаза, резко дернув головой. Удар пришелся в лоб, вызвав резкую боль в шее. Ему очень хотелось просто воспользоваться своим «Люгером» — выстрелить и покончить с этим, — но он сдержался. Ему нужен был живой свидетель для допроса.


Вместо выстрела он нанес убийце молниеносную комбинацию из двух ударов: рывок рукояткой «Вильгельмины» по виску и сокрушительный удар дубинкой по переносице. На этот раз не было ни крика боли, ни рычания. Раздался лишь приглушенный стон, и парень погас, как свеча.


Картер оттолкнул безжизненное тело и поднялся. Бриджит смотрела в окно. Она стояла на коленях на металлической решетке пожарной лестницы снаружи, просунув голову в щель между занавесками. – Он что…? Ты… убил его?


Картер внимательно осмотрел противника. Этот парень был сложен как бык. Он истекал кровью, как зарезанная свинья, и наверняка получил тяжелое сотрясение мозга, но его сердце билось тяжело и размеренно. – Нет, к сожалению, не совсем. Вы его знаете?


Она пролезла внутрь через окно и, содрогнувшись, посмотрела на лежащего без сознания мужчину. – Какая ты добрая… Он ужасно выглядит. – Просто у него разбит нос. Картер схватил его за волосы, приподнял голову и вытер кровь краем простыни. – Вот, смотрите. – Да, я его знаю… Не знаю, как его зовут, но я его видела. Он был… и есть… один из вышибал в клубе «Мейнстем». – Там, где вы проиграли все деньги? – Д-да. Боже мой, неужели ты должен был так с ним поступить? Он всегда был так добр ко мне.


– Иди сюда! Картер отпустил голову наемника и схватил Бриджит за руку. Он потащил её к кровати и ткнул пальцем: – А как ты думаешь, что это? Следы от моли? Она уставилась на изрешеченное дырами постельное белье. До нее постепенно начал доходить смысл увиденного. – Пулевые отверстия…? – Ага. И заметь, что они разбросаны по всей кровати от одного края до другого.


Картеру не нужно было объяснять дальше. Если бы они оставались в той постели, они оба были бы мертвы. Бриджит медленно вырвалась из его рук и села на край кровати, скрестив руки на животе. Казалось, её вот-вот стошнит.


Ник больше не терял времени. Он быстро перебрал содержимое карманов потерявшего сознание мужчины. Добычи было немного, но он быстро распихал всё по своим карманам, за исключением запасного магазина для VP-70. Затем он прошел в гостиную и снял тяжелые, скрученные шелковые шнуры с дорогих бархатных штор. Крепко связав убийцу, он подобрал его пистолет-пулемет, вставил новый магазин и вернулся к Бриджит.


– Эй… Она сидела в трансе, переводя взгляд с окровавленного лица убийцы на разорванное белье. Её тело дрожало, словно в лихорадке. — Эй, ты… ты еще с нами? Картер схватил её за плечи и тряхнул так сильно, что у неё застучали зубы. – Да… хорошо. Ты должен извиниться… — Вот, возьми! — Картер сунул ей в руки пистолет-пулемет. — Это автоматическое оружие. Оно может убивать, если не быть осторожной. Парень связан, но он опаснее змеи. Если он начнет двигаться или попытается встать, суй ствол — вот так — ему в нос и вежливо проси лежать неподвижно. А если не послушается — нажимай эту кнопку, и пистолет сделает остальное. – Но… что ты собираешься делать? – Позабочусь о его партнёрах.


Он уже направлялся к окну, когда звук её голоса заставил его остановиться. – Они хотят посадить меня в тюрьму, верно? – Что ты имеешь в виду? – За нарушение конфиденциальности. Сейчас она выглядела испуганной и жалкой. Тушь размазалась по лицу, глаза были красными и опухшими. Белый свитер и брюки, которые она надела для выхода на лестницу, были измяты. Внезапно она перестала быть красивой — она просто выглядела старой... и озлобленной.


«Да, — подумал Картер. — Ей действительно следовало выбрать профессию проститутки. Это подошло бы ей больше, и в долгосрочной перспективе было бы менее опасно». — Возможно, нет, — сказал он вслух. — Я замолвлю за тебя словечко.


Затем он исчез, выпрыгнув в окно и направившись по пожарной лестнице на крышу. Возможно, где-то в глубине души ему было жаль, что он не нашел времени взглянуть на неё в последний раз. Тогда бы он, возможно, заметил тот расчетливый взгляд в её глазах. Но сейчас его голова была занята другими мыслями.


Поднявшись на крышу, Картер быстро огляделся. Шло воскресное утро, по всему Паддингтону зазвонили церковные колокола, но Старкли-лейн и прилегающие переулки всё еще были пустынны. Фургон был припаркован на прежнем месте. Сквозь лобовое стекло Картер видел мужчину за рулем. Только одного. В «Ягуаре» всё еще мерцал огонек сигареты, но машина казалась пустой.


Картер знал, где находится один из мужчин. Но где был второй? Он скользнул вперед по краю крыши. Наконец он увидел его — высокого, худощавого парня в потертых джинсах и водолазке. Тот небрежно прислонился к ступеням дома № 19, курил и время от времени нетерпеливо поглядывал на дверь. Ни один из мужчин не мог разглядеть «Ягуар» со своей позиции. Но они оба могли заметить его «Форд», если бы потрудились присмотреться. Что ж, это был риск, на который пришлось пойти.


Ник воспользовался пожарной лестницей в конце здания и быстро прокрался через цепочку тенистых задних дворов, пока не вышел на Старкли-лейн в пятидесяти ярдах от цели. – Не желаете ли порцию рыбы с картошкой, господин? Торговец был почти на голову ниже Картера, но широкоплечий. Волосы под соломенной шляпой были седыми и жесткими, а белый халат доходил почти до щиколоток. Перед ним стояла двухколесная тележка. Из дымохода жаровни поднимался легкий дымок, из-под стеклянных пластин ящика струился аппетитный пар.


— Нет, есть я не хочу, — сказал Картер, стараясь имитировать монотонный говор кокни, обычный для этой части города. — Но ты мог бы подзаработать, если одолжишь мне тележку и халат на пару минут. — А? Это еще зачем? — подозрительно спросил парень. – Видишь ли, мы с той длинноволосой красоткой как раз расстаемся. – И при чем тут моя тележка? – Да она выставила меня из квартиры, понимаешь? Все мои вещи лежат в багажнике того «Форда», но… видишь того парня на лестнице? Это её новый ухажер… из крутых. Боксер, говорят… — А-а, теперь понятно! — Старик тихо усмехнулся. — Мне просто нужно забрать свои вещи без лишнего шума. – Десять шиллингов, дружище. И смотри, не разбей тележку. — Буду беречь её, как родную.


Банкнота перешла из рук в руки, и они быстро поменялись одеждой. Картер натянул шляпу на лоб и двинулся по улице, толкая тележку перед собой. Добравшись до багажника «Форда», он остановился и сделал вид, что возится с рыбой под стеклянной крышкой. Дважды он наклонялся и доставал из шкафчика в задней части тележки свежее филе. В третий раз он молниеносно открыл багажник «Форда», схватил сумку с гранатами и фосфорными бомбами, быстро спрятал её под халат и двинулся обратно. – Рыба… свежая рыба с картошкой! – несколько раз крикнул он для убедительности.


Завернув за угол, он увидел старика, который вовсю улыбался. — Умный малый, — одобрительно сказал тот, пока они снова переодевались. — Ты мог бы стать настоящим профи. — Кто знает, приятель, — весело ответил Картер с подмигиванием. — Может, я уже такой!


Картер покинул улицу и поспешил на параллельную. Пройдя квартал, он повернул направо в переулок. «Ягуар» был совсем рядом. Ему потребовалось совсем немного времени, чтобы вскрыть пассажирскую дверь и скользнуть внутрь. Присев на корточки, он закрепил ручную гранату за пучком проводов под приборной панелью. Он наполовину вытащил чеку так, чтобы она держалась под углом, а затем своим стилетом — «Хьюго» — перерезал тонкий провод от антенны. Сняв изоляцию, он скрутил проволоку в маленький комочек. Один конец он вставил под педаль газа, другой привязал к кольцу гранаты, закрепив его у переднего края педали. Он тщательно отрегулировал натяжение: если нажать плавно, ничего не случится, но при резком рывке педали чека неминуемо вылетит.


Две минуты спустя он вернулся к углу, где встретил торговца. То, что он задумал, было опасно, но только для него самого и двух наемников, втянутых в этот «Рыцарский турнир». Улицы были еще пустынны, мирные жители не пострадали бы. Держа ключ наготове, Картер дождался момента и бросился к «Форду».


Он уже запрыгнул в машину и рванул с места, прежде чем парень на лестнице понял, что происходит. Тот оттолкнулся от стены и побежал к «Ягуару». Проезжая мимо фургона, Картер убедился, что там всё еще один водитель. Тот отчаянно крутил руль, пытаясь развернуться.


Картер вел «Форд» на второй передаче, создавая много шума, но не слишком разгоняясь. В зеркале заднего вида он увидел, как из утреннего тумана вынырнул «Ягуар». У двигателя M-34 была функция задержки зажигания. Все три машины успели миновать несколько поворотов и были уже далеко от дома Бриджит, когда «Ягуар» внезапно взорвался. Машину подбросило на три метра в воздух, она перевернулась и с оглушительным грохотом рухнула на крышу, мгновенно вспыхнув.


В зеркале Картер увидел, как вильнул фургон, и мельком заметил изумленное лицо водителя. Через мгновение тот удивится еще больше. Ник нажал на газ. «Форд» перешел на третью передачу, входя в поворот на двух колесах. Фургон бросился в погоню. Машина задела бордюр, но уверенно гналась следом.


Впереди показался небольшой парк. Картер промчался прямо через ворота, свернул на влажный, подстриженный газон. Он летел как ракета между высокими деревьями, виляя зигзагами. Фургон не отставал, снося кору с деревьев своими защитными решетками.


В центре парка находилось озеро. Картер направился прямо к нему, словно собирался въехать в воду. Фургон следовал за ним, водитель сбавил скорость, стараясь удержать тяжелую машину на грязной траве. В десяти метрах от воды Картер резко затормозил, заблокировав колеса, и одновременно вывернул руль. «Форд» ушел в скольжение, развернувшись носом к преследователю.


Одним прыжком Картер выскочил из машины. Засунув руку в сумку, он быстрыми шагами направился к озеру. Водитель фургона, решив, что его жертва бежит к воде, от шока открыл рот. Он переключился на пониженную передачу и рванул за убегающей фигурой.


У самого края озера Картер резко развернулся. Его правая рука метнулась под лацкан, а левая совершила мощный бросок сверху. Агент N3 опустился на одно колено, держа «Вильгельмину» наготове, но крепко зажмурил глаза, спасаясь от ослепительной вспышки фосфорной бомбы, взорвавшейся прямо у лобового стекла фургона.


Вспышка длилась доли секунды, но этого хватило, чтобы ослепить водителя. Тот с криком бросил руль и закрыл глаза руками. Фургон без управления заскользил боком по грязи прямо на Картера.


Ник, уже открыв глаза, следил за целью через прицел «Люгера». Первый выстрел ушел чуть выше и с визгом отрикошетил от рамы окна. Картер хладнокровно выстрелил еще дважды. На этот раз оба снаряда попали в цель: одна пуля пробила голову водителя насквозь, оторвав значительную её часть.


В следующую секунду Картер, словно тигр, совершил дикий прыжок в сторону, уходя с траектории скользящей махины. Фургон пролетел мимо и с тяжелым плеском перевернулся в воде. Картер даже не оглянулся. Он и так знал, что делает его 9-миллиметровая пуля с человеческой головой.


Спокойно, не нарушая правил дорожного движения, Картер поехал обратно к Старкли-лейн. Так же спокойно, с небрежно свисающей из уголка рта сигаретой, он поднялся на второй этаж. – Бриджит…? Тишина. – Это я, Бриджит… только не пали в меня из этой игрушки…


Голос Картера затих. Он замер, увидев свежие следы крови на подоконнике. Окно в гостиной, выходящее на пожарную лестницу, было распахнуто. Осторожно подняв «Вильгельмину», он скользнул к спальне.


Фигура наемника, лежавшая связанной на полу, исчезла. Осторожный взгляд в овальное зеркало над туалетным столиком подтвердил: живых в комнате нет. Бриджит Майклс лежала на кровати в отвратительной позе. Она безучастно смотрела в побеленный потолок широко раскрытыми, полными ужаса глазами.


Картер потянулся к её запястью, зная, что это бесполезно. Следы на шее и неестественный угол наклона головы говорили сами за себя. Убийца обладал необычайной силой — шея была сломана.


Стоя там, Ник отчетливо представил картину произошедшего. Её погубили страх перед тюрьмой, растерянность и слепая наивность. Картер почти слышал вкрадчивый голос убийцы. Разве этот «Рыцарский турнир» не поддерживал её? Это могущественная организация. Никакой тюрьмы не будет, если она поможет ему освободиться. Вероятно, он обещал ей золотые горы, Ямайку и Бермуды в придачу. И она, в своей голубоглазой наивности, поверила. Она сама ослабила путы, которые его сдерживали...


ШЕСТАЯ ГЛАВА


Пепельница рядом с Картером была до краев забита окурками, а в желудке неприятно урчало от бесконечного черного кофе. Глаза жгло от недосыпа и многочасового изучения личных дел сотрудников MI5. Белые часы на стене бесстрастно отсчитывали время — три часа ночи. Он работал без перерыва уже три часа.


Покинув Старкли-лейн, Ник сразу направился в Леконфилд-Хаус, штаб-квартиру контрразведки. Пройдя кордоны охраны, он оказался в скромном кабинете Оуэна Гамильтона. За все время охоты на «Рыцарский турнир» это была их первая очная встреча. До этого момента и Картер, и «лорды» действовали вслепую, общаясь лишь через посредников.


Гамильтон полностью соответствовал ожиданиям Ника: необычайно высокий, худощавый, с кожей, похожей на натянутый на кости пергамент. Ему могло быть и пятьдесят, и семьдесят — возраст застыл в этой сухой британской выправке. Командующий приветствовал Картера со всей чопорностью, которая, впрочем, быстро испарилась, стоило Нику рассказать о событиях на Старкли-лейн.


— Боже правый! — взорвался Гамильтон. — Мало того, что вы превратили загородное поместье в мясную лавку, так теперь проделали то же самое в пригороде Лондона! И это средь бела дня! Командующий разогревался пятнадцать минут. Он вещал о том, что Лондон — не Дикий Запад, и правительство не потерпит здесь методов Ирландской республиканской армии. Картер слушал этот поток красноречия с каменным лицом. Когда Гамильтон наконец замолчал, чтобы перевести дух, Ник мягко вставил: — Вы, безусловно, правы, сэр… — Можете в этом не сомневаться! — Приношу извинения жителям столицы и лично Королеве. Не возражаете, если я присяду? Ноги гудят. — Садитесь. Хотите бренди? — Не откажусь.


Следующий час они обсуждали отчеты из Грейберн-Хауса. Большинство наемников оказались «дикими гусями» — бывшими военными из Британии, Франции и США, искавшими кровавой наживы по всему миру. Многие из них в свое время служили под началом печально известного генерала Гельмута Грегора в Африке, сражаясь с кубинцами и коммунистическими группировками.


Картер знал о Грегоре. Этот фанатик был изгнан из армии США еще во Вьетнаме за садизм. До своей гибели (по слухам, пуля в спину от своего же солдата) он был костью в горле у всех западных держав. Гамильтон и Картер молчаливо согласились: тот, кто собрал под своим крылом остатки армии Грегора, должен быть столь же опасным радикалом.


Обыск в доме Грейбернов не дал зацепок к личности «Номера Один». Леди Ленор Грейберн была объявлена в розыск по всем каналам, но надежды найти её было мало — такие люди исчезают профессионально.


Гамильтон передал список старших офицеров флота. Картер быстро вычеркнул контр-адмиралов. Эмблема, которую он мельком видел на рукаве «Первого», соответствовала более высокому рангу. – Могу я забрать это? Нужно изучить подробнее. – Разумеется. Ник закурил новую сигарету. – Есть новости по объекту «Акула 140/40»? — Пока нет, — ответил Гамильтон. — Вашингтон в курсе, наши люди на связи.


Картер кивнул и предложил проверить личные дела сотрудников MI5, чтобы вычислить куратора покойной Бриджит Майклс. Несмотря на вспышку гнева, Гамильтон согласился. Также было решено установить наблюдение за клубом «Мейнстем».


Шесть огромных папок с досье превратились для Картера в сплошное серое пятно. — Ты выглядишь как тухлое яблоко, старина, — заметил Сидни Джаррелл, сидевший напротив. — Знаю. Осталось две папки.


Вдруг Картер замер. – Эй… подождите-ка. Сидни, это фото можно увеличить и спроецировать? И позовите художника. Спустя полчаса сомнений не осталось. Художник убрал усы с фотографии и «надел» мужчине очки в роговой оправе. С экрана на них смотрел тот самый лысеющий коротышка, сбежавший из Грейберн-Хауса на «Ягуаре». – Харли Донн, — пробормотал Джаррелл. — Кадры, в прошлом — связист. Радиолюбитель. Последние две недели в отпуске.


В этот момент в кабинет ворвался Гамильтон: – Картер, звонок из Вашингтона. Шифрованная линия в моем кабинете. Это был Дэвид Хок, глава AXE. – Ник? Это Джинджер… соединяю. Голос Хока звучал непривычно напряженно. – N-3? Ты хоть понимаешь, в какое змеиное гнездо ты залез? – Что случилось, Дэвид? – В заливе Субик-Бэй захвачена атомная подводная лодка «Шарк». Вместе с четырьмя ракетами и кодовыми детонаторами. У Картера пересохло в горле. – Вымогательство? – Если это «Турнир», то всё гораздо хуже. Последний раз лодку видели у Лусона. Они высадили экипаж на плоты и ушли на глубину. Президент уже связался с Москвой по «горячей линии». Кремль обещал содействие.


– Вы думаете, они планируют… — Картер не договорил. — Третью мировую? — мрачно закончил Хок. — Это ужасная мысль, но мы должны быть готовы. Выясни, кто этот чертов «Номер Один», пока всё не взлетело на воздух.


СЕДЬМАЯ ГЛАВА


Клуб «Мейнстем» считался одним из самых закрытых заведений Лондона. Специальный отдел Скотланд-Ярда снабдил Картера кредитной картой министерства и пропуском налогового инспектора по надзору за игорным бизнесом. Это гарантировало, что за ним будут следить, но и давало легальный повод изучать посетителей.


Официальным владельцем числился Энтони Адамо, американец с британским паспортом. За зеркальными дверями скрывалось «святая святых» — зал с приглушенным светом, дубовым баром и зеленым сукном столов. Здесь не было шума автоматов, только тихий шелест рулетки и сухой стук фишек.


Картер устроился у бара. Рыжеволосый бармен немедленно поставил перед ним сухой виски. В этот момент за стойку, тремя стульями правее, опустилась эффектная блондинка в нежно-голубом вечернем платье. Пепельные волосы, загорелые плечи, идеальная фигура — она была бы королевой зала, если бы не была мертвецки пьяна.


– Я сказала, плесни мне еще! — рыкнула она на бармена. – Мэм, закон запрещает… – К черту закон! Двойной виски!


Она начала лихорадочно искать огонь в своей сумочке. – Над чем смеетесь, мистер? — уставилась она на Ника. – Над вами. Вы редкостная красавица, даже когда пьяны. – Остроумно. Огонь есть? Картер просто подвинул ей свою зажигалкус по стойке. – Пожалуйста. Она закурила, а бармен, поставив напиток, поспешил к телефону. Картер заметил, как он махнул официанту, и тот начал обходить столы, негромко повторяя: – Мистер Стайлз… Вас просят к телефону, мистер Стайлз. Никто не отозвался. «Стайлз» — это имя Картер запомнил из дела Бриджит. Куратор либо был слишком умен, либо его здесь не было.


В этот момент к блондинке подошел невысокий плотный мужчина с пронзительными глазами — Энтони Адамо. – Миссис Пирсон, я вынужден просить вас уйти. – Отвали, Тони! — огрызнулась она. — Уводи свою ручную гориллу.


Фамилия «Пирсон» сработала в мозгу Картера как детонатор. В списке подозреваемых по захвату подлодки значился лейтенант-командор Ральф Пирсон. Ник лихорадочно восстановил в памяти досье: Элиз Тайсон, дочь богатого промышленника из Вирджинии, вышла за Пирсона пять лет назад. Это была она.


Спор между Адамо и Элиз стал слишком громким. Владелец клуба, побагровев, резко развернулся и ушел. Картер решил действовать. – Простите, — произнес он с безупречным оксфордским акцентом. — Кажется, мы встречались в охотничьем клубе под Арлингтоном? Вы — Элиз Тайсон? – Была когда-то, — горько усмехнулась она. — Теперь я Элиз Пирсон. Мой муж на флоте. – Он здесь, в Англии? – Я понятия не имею, где он сейчас, — отрезала она и сползла со стула. — Простите, мне нужно в дамскую комнату.


Картер подождал десять минут. Слишком долго. Он направился к нише, где располагались двери: «Дамы», «Месье» и «Частный сектор». Зайдя в мужской туалет, он столкнулся с тем самым рыжеволосым барменом. Тот приложил палец к губам и показал жетон Специального отдела Скотланд-Ярда на имя Клода Дакина. Дакин указал на головки винтов у зеркала — микрофоны прослушки. Они подошли к писсуарам, и под шум автоматического смыва Дакин прошептал: – Женщину только что вывели через черный ход. Вышибала Билдо и еще двое. Лимузин уже ждет на улице.


– Мне нужна машина и водитель, — быстро ответил Картер. – Зеленый BMW снаружи. Водитель — Стаффорд. – Действуйте. Устройте здесь облаву, тащите всех в участок, — приказал Ник.


Через минуту Картер уже был на тротуаре. Черный «Роллс-Ройс» как раз выруливал из переулка. Ник запрыгнул в BMW. – Стаффорд? За тем «Роллсом». Тихо. – Слушаюсь, сэр.


Они преследовали лимузин через Трафальгарскую площадь к набережной Виктории. Туман сгущался, превращаясь в липкую белую стену. У моста Блэкфрайарс «Роллс» свернул на узкую улочку, ведущую к реке. – Это тупик, сэр, — заметил Стаффорд. — Дорога закрыта из-за тумана. – Вызывай речную полицию! Живо!


Стаффорд связался с катером Y-26 капитана Монро. Тем временем Картер выскочил из машины. «Роллс-Ройс» стоял брошенный у каменной лестницы. Ник выхватил «Вильгельмину» — он приклеил её скотчем к икре, так как под смокингом плечевая кобура была слишком заметна.


Спускаясь к воде, он услышал голоса с южным акцентом. – Она в отключке. Проклятая кобыла чуть не откусила мне палец! – Почему не на машине? – По реке безопаснее. В таком тумане нас не найдут.


Раздался мощный рев двигателей. Картер выбежал на пирс и увидел большой катер, похожий на спасательные суда ВВС времен войны. Двойные моторы «Паккард» взбили воду в пену. Судно растворилось в тумане.


Картер бросился назад к Стаффорду. – Передай Монро: они идут вниз по реке. Пусть перехватит их у «Дискавери» Скотта! Сирена BMW взрезала тишину. Стаффорд гнал машину по набережной, чудом не задевая стены. – Радио сообщает: «Мейнстем» взят, — выдохнул он. — В офисе нашли передатчик. Адамо пытался его использовать. – Удалось? — напрягся Картер. – Нет. Он мертв. Застрелился при задержании. «Фанатики, — мрачно подумал Ник, сжимая рукоять пистолета. — Мы имеем дело с чертовыми фанатиками».


ВОСЬМАЯ ГЛАВА


Речной полицейский катер оказался баржей с широким носом. Он выглядел старомодным и казался слишком тяжелым для быстрой езды, но, как вскоре выяснил Картер, скорость на Темзе не была приоритетом. Настоящие погони здесь случались редко, а если и возникали, их доверяли полицейским вертолетам. Недостаток мощности компенсировался феноменальным знанием реки капитаном Монро и его командой, а также их способностью видеть сквозь туман.


— Те скоростные посудины, что жмут шестьдесят узлов, в таком тумане бесполезны, — прорычал Монро в ответ на расспросы Картера. — Видимость упала до десяти метров, а на реке сейчас тесно, как в час пик.


Они скользили сквозь мглу со скоростью около десяти узлов. Электрический горн на крыше рубки каждые десять секунд издавал пронзительный вой, похожий на стон скорби. Время от времени Монро приказывал заглушить двигатель, и тогда катер бесшумно дрейфовал по течению. В эти минуты они замирали, вслушиваясь в чужие сирены и рокот моторов.


Картер знал, что даже для тех, кто изучил Темзу при свете дня, в тумане река превращалась в замкнутый и враждебный лабиринт. Но Монро и его рулевые словно обладали шестым чувством. Едва уловив рев мощных двигателей «Паккард», они приклеились к катеру наемников, следуя за ним так точно, будто на борту стояло новейшее радарное оборудование.


— Где мы? — шепотом спросил Картер. — Проходим Вестминстер. Будь сейчас ясно, справа по борту вы бы увидели здание Парламента.


Картер всматривался в пустоту, но видел лишь молочную стену. — Что эти парни натворили? — пробасил Монро, снова приказав заглушить мотор. — Украли королевские регалии? — Не совсем, — ответил Картер. — Но их добыча может обойтись миру гораздо дороже. Я слышал, они хотят высадиться на частном причале. Есть здесь такие? — Раньше были повсюду, — проворчал капитан. — Но теперь они остались только к западу от Баттерси, в жилых районах за чертой города. — Ставлю на то, что они направляются именно туда.


Погоня в тумане тянулась мучительно долго. Прошел час. — Глуши, — скомандовал Монро, коснувшись плеча рулевого. Вибрация под ногами исчезла. — Я ничего не слышу... — начал было Картер. — Тише! — Монро сжал его плечо так крепко, что Ник невольно замолчал. Внезапно сквозь плеск воды донесся низкий рокот. — Швартуются, — констатировал капитан. — Слева по борту, чуть впереди.


Они развернулись. — Мы прошли Баттерси-роуд, сэр, — доложил молодой рулевой. — Должно быть, мы на полпути к Эпсому. Монро кивнул. — Здесь начинаются особняки. Большие поместья с садами, выходящими прямо к воде.


На воду спустили резиновую лодку. Двое полицейских исчезли в тумане и вернулись через пять минут. — Вы угадали, сэр. Причал в миле отсюда. Большая вилла, катер наполовину спрятан под навесом. — Сэр? — заговорил младший полицейский, веснушчатый парень лет двадцати. — Я знаю этот дом. Я вырос в Эпсоме и мальчишкой подрабатывал там помощником садовника. Это поместье сэра Томаса Карстерс-Райта, члена парламента.


Юноша обладал превосходной памятью. Он описал планировку так подробно, что Картер уже видел её перед глазами. — Вы ведь не пойдете туда один? — с сомнением спросил Монро. Картер кивнул. Он не мог рисковать: при виде группы захвата MI5 фанатики из «Турнира» не задумываясь ликвидировали бы заложницу.


Ник переоделся в свитер с высоким воротником и темную вязаную шапку, одолженные у команды. — Прямо как рейд спецназа во время войны, — пробормотал полицейский. Картер лишь мрачно улыбнулся. Он знал, что эта война — самая настоящая.


Вилла была окружена высокой кирпичной стеной. Картер затаился в тени деревьев на противоположной стороне дороги. Единственным путем внутрь были стальные ворота высотой более двух метров, увенчанные острыми пиками.


Внезапно послышались шаги. Из тени вышел охранник с помповым дробовиком «Браунинг» на плече. Почти одновременно со стороны дороги показались фары. Охранник отпер замок. Черный четырехдверный «Ягуар» проехал внутрь и резко затормозил.


Картер приник к земле, прячась в облаке поднятой пыли, и заглянул в окна машины. Он едва не присвистнул. Состав участников «саммита» впечатлял: за рулем сидел убийца Бриджит Майклс с забинтованным лицом, рядом — предатель Харли Донн, а на заднем сиденье — леди Ленор Грейберн в светлом парике.


Как только охранник закрыл ворота и последовал за машиной к дому, Картер вышел из укрытия. Он набросил веревку на стальные пики, быстро взобрался наверх и спрыгнул на мягкую траву с внутренней стороны.


Дом выглядел внушительно, в окнах горел свет. Картер прокрался к открытому гаражу. Там стояли три машины: прибывший «Ягуар», еще один — старый и потрепанный, и «Форд Кортина». Ключи оказались только в «Кортине». Ник сунул их в карман — это был его единственный шанс на быстрый отход.


Он обогнул дом с темной стороны и обнаружил спуск в подвал. Дверь была заперта на массивный ржавый замок, который Картер вскрыл с помощью тонкой отмычки — «ключа Хьюго». Чтобы петли не заскрипели, он использовал сок сорванных одуванчиков — импровизированную, но эффективную смазку.


Через винный погреб Ник добрался до кухни. Сквозь стеклянные вставки в двери он увидел Ленор Грейберн. Она уже сняла парик, и её иссиня-черные волосы рассыпались по плечам черного вечернего платья. — Подайте коктейли в библиотеку, — распорядилась она дворецкому. — И приготовьте поднос для нашей «гостьи». Я сама отнесу его наверх по задней лестнице.


Картер дождался, пока кухня опустеет, и скользнул внутрь. Сняв ботинки и повесив их на шею, чтобы не шуметь кожаными подошвами, он начал подниматься по служебной лестнице вслед за Ленор. На втором этаже он увидел финал маршрута: здоровяк Билдо сидел на стуле у последней двери.


Когда Ленор подошла с подносом, Билдо встал и открыл дверь ключом. — Выходи, сукина дочь! — донесся резкий выкрик Ленор, прежде чем дверь захлопнулась.


Элиз была жива. И, судя по голосу, не сломлена. Картер бесшумно выскочил на балкон соседней комнаты. Он перелез через перила и, балансируя на узком шестидюймовом карнизе, начал пробираться к окну пленницы. Единственной опорой служили толстые стебли бугенвиллеи, вьющейся по стене.


— Мне плевать на ваши жертвы! — доносился из окна яростный голос Элиз. — Когда я выберусь, вы все сгниете в тюрьме. Отдайте мне мою одежду! — Спустите её в подвал, когда Карстерс-Райт уйдёт, — холодно приказала Ленор охраннику. — И попроси Гарольда вырыть могилу в саду.


Когда Ленор ушла, а Билдо вышел на балкон покурить, Картер вжался в стену, молясь, чтобы его не заметили в тумане. Как только великан вернулся в комнату и закрыл дверь, Ник добрался до окна и заглянул внутрь.


Картина была гнетущей. В пустой комнате без штор и ковров стоял лишь голый матрас. Элиз Пирсон стояла посреди этого каменного мешка, скрестив руки на груди. Её лицо пылало гневом. На её теле действительно не было ни единого шрама... но на нем не было и ни единого лоскута одежды.


ДЕВЯТАЯ ГЛАВА


Картер колебался, прежде чем предпринять дальнейшие действия. Он мог бы просто распахнуть окно и войти, но какой была бы реакция женщины? Зная о её взрывном темпераменте и силе голоса, он понимал: если она закричит, Билдо ворвется внутрь как ураган. Даже простой стук в стекло мог вызвать непредсказуемую реакцию.


Тем временем он ждал и наблюдал. Несмотря на всю свою браваду перед Ленор, было ясно, что Элиз Пирсон смертельно напугана. Она нервно расхаживала по комнате, теребила руки и кусала губы. В какой-то момент она подошла к окну и замерла, глядя в темноту. Картер едва не подал ей знак, но вовремя сдержался.


Ему было на что посмотреть. Она была поистине прекрасна: высокая, стройная, с длинными изящными ногами и красивой грудью. Пепельно-русые волосы мягкими волнами падали на плечи, смягчая гневное выражение лица и контрастируя с яркими зелеными глазами. В физическом плане она ничем не уступала Ленор Грейберн, но в ней было нечто большее. Картер чувствовал, что под этой жесткой маской скрывается вулкан страстной женственности.


Внезапно она решительно повернулась. Только когда дверь ванной закрылась за ней, Ник осмелился действовать. Одним плавным движением он распахнул окно, проскользнул внутрь и прижался к стене рядом с ванной. Услышав звук льющейся воды, он вздрогнул. Когда дверь открылась и Элиз сделала шаг в комнату, он молниеносно бросился на неё.


Одной рукой он прижал её локти к туловищу, а другой намертво закрыл ей рот. Он затащил её обратно в ванную и захлопнул дверь. Очнувшись от шока, Элиз начала яростно сопротивляться. Она была спортивной и на удивление сильной женщиной — она боролась как раненая тигрица. Картеру стоило немалых трудов удерживать её, пока он не смог приникнуть к её уху.


— Я не из их числа, — прошептал он. Сопротивление немного ослабло. — Я здесь, чтобы помочь вам. Напряженное тело расслабилось, но Ник не рисковал. — Я уберу руку, если вы пообещаете не кричать. Просто кивните.


Она слабо кивнула. Чтобы подстраховаться, Картер свободной рукой спустил воду в унитазе — шум воды должен был заглушить случайный возглас. Элиз отскочила от него, её глаза сверкали. — Ты?! — Я, — Ник снова заговорил с тем оксфордским акцентом, который использовал в клубе. — Седрик Доббинс к вашим услугам, мэм. — Полная чушь! — огрызнулась она. Картер улыбнулся. В ней всё еще было много огня. — Вы правы. Меня зовут Ник Картер, я агент американского правительства. — Тогда искренне надеюсь, что вы хороший агент, — выдохнула Элиз, и на её лице наконец появилось облегчение.


— Тише, — осадил её Картер, прислушиваясь к двери. — Насколько вы осведомлены о делах своего мужа? — Ха! — она горько рассмеялась. — Я не видела его больше года. — Боюсь, Ральф во всё это втянут по самые уши, — Ник оглядел пустую ванную. Здесь не было даже занавески. — Я ищу хоть какую-то одежду для вас.


Только в этот момент Элиз, кажется, осознала, что стоит совершенно обнаженной перед незнакомцем. Она попыталась прикрыться руками, но это было малоэффективно. Картер лишь пожал плечами, а она в ответ безвольно опустила руки. — Что теперь? — Нужно уходить. — Откуда мне знать, что с тобой я не попаду из огня да в полымя? — Не знаете. Но выбора у вас нет.


Она быстро пришла в себя. — Зачем они меня привезли сюда? Это связано с Ральфом? — Он член организации под названием «Рыцарский поединок». В её глазах что-то мелькнуло. Картер понял: она что-то знает. — Вы ведь слышали о них? — Только случайно. Не знаю, кто они. — Достаточно того, что они готовы вас убить. Дворецкий прямо сейчас копает для вас могилу в саду.


Элиз побледнела. Настало время для решительных действий. Картер достал из кармана глушитель и начал прикручивать его к стволу «Вильгельмины». — Что это? Глушитель? Ты собираешься... — Да, — отрезал Ник. — Делай, как я скажу, и не смотри.


Он засунул рулон туалетной бумаги в слив унитаза. Вскоре вода перелилась через край и начала заливать пол, просачиваясь в комнату. — Готова? — шепнул он. Элиз постучала в дверь. — В чем дело? — донесся грубый голос Билдо. — Можете забрать поднос, мне ничего не нужно. И тут проблема — туалет переполнен, вода повсюду!


В замке повернулся ключ. Билдо вошел, ворча под нос, его взгляд был прикован к луже на паркете. — Как это вышло? — спросил он, заходя в ванную. — Я не сантехник! — огрызнулась Элиз.


Когда Билдо наклонился над унитазом, Картер вышел из-за стеклянной стены душевой кабины. Дуло «Вильгельмины» оказалось в двух дюймах от затылка гиганта. Щелчок — и сила удара 9-миллиметровой пули буквально разнесла голову Билдо. Кровь и костная крошка забрызгали кафель.


Элиз стояла в дверях, вцепившись в косяк. Её лицо стало землистым. — Я же просил не смотреть, — Картер быстро снял свой свитер и натянул его на Элиз. — Обыщите его, мне нужны ключи.


Взяв связку ключей Билдо, Картер выглянул в коридор. Он быстро проверил соседние комнаты и нашел спальню Ленор. Через минуту он вернулся с вещами: темные брюки, блузка и туфли на плоской подошве. Элиз переоделась, свитер вернулся к Нику. Одежда Ленор сидела на ней идеально.


Они бесшумно спустились по задней лестнице. На кухне дворецкий разделывал ростбиф. — Отрежьте пару кусков, я отнесу охраннику наверху, — сказала девушка-служанка. Картер понял: через минуту труп Билдо найдут. У него оставались секунды. Он заметил распределительный щит над головой. — Готовы? — шепнул он Элиз. — Прямо по курсу дверь в кладовую, семь метров. Идите вслепую.


Ник рванул рычаг. Кухня погрузилась в полную тьму. Пока слуги в панике кричали о перегоревшем предохранителе, Картер и Элиз промчались через кухню и нырнули в подвал.


Оказавшись на улице, они добежали до гаражей. — Умеешь водить? — спросил Ник. — Всё, кроме «Формулы-1». — Садись в «Кортину». Будем толкать, пока не отъедем подальше, чтобы не шуметь мотором.


Они вытолкали машину на подъездную дорожку. Когда дорога пошла под уклон, Картер запрыгнул на пассажирское сиденье. — Заводи! Мотор чихнул и завелся. Но впереди в свете фар возникли двое охранников с дробовиками. Элиз вцепилась в руль, оцепенела. — Дави на газ! — крикнул Картер.


Видя, что она не может заставить себя наехать на людей, Ник левой рукой сбил её с сиденья, навалился сверху и своей ногой 44-го размера вдавил педаль газа в пол. Машина рванулась вперед. Охранники открыли огонь. Лобовое стекло разлетелось вдребезги.


— Уходи! — рявкнул Ник, пересаживаясь за руль. Он выбил остатки стекла рукояткой пистолета. Впереди неслись ворота. — Ложись! — крикнул он.


Удар был страшным. «Кортина» врезалась в стык створок. Металл взвизгнул, замок выдержал, но ворота приоткрылись наполовину. Машина заглохла. Сзади уже бежал охранник, вскидывая ружье. Картер включил заднюю передачу и нажал на газ. Машина отскочила назад, сбивая охранника задним бампером. Мужчина отлетел на обочину, но, обливаясь кровью, начал снова заряжать дробовик.


Картер не стал ждать. Он выставил ствол «Вильгельмины» в окно и всадил две пули в грудь наемника. Затем он снова включил вторую передачу и на скорости пятьдесят километров в час протаранил ворота во второй раз. На этот раз они распахнулись, и искореженная «Кортина» вылетела на ночное шоссе.


ДЕСЯТАЯ ГЛАВА


Ник Картер был довольно известен здесь, на юго-востоке Лондона. Он быстро добрался до Каслбар-роуд и разогнал машину до девяноста миль в час.


— С тобой всё в порядке? — Ладно… теперь уже да! — Элиза поднялась с пола и плюхнулась на переднее сиденье.


Картер мельком взглянул на неё искоса — ну, по крайней мере, она выглядела вполне нормально. На её лице читалась мрачная решимость.


— Простите… что я спасовала раньше. Я никогда никого не убивала… по крайней мере, не намеренно. — Да, я знаю. Это сложно… в первый раз. — Неужели вам обязательно нужно каждый раз быть настолько прямолинейным? — Не всегда, — Картер громко рассмеялся. — Но это помогает.


Картер выжимал из машины всё, что мог. Столкновение с воротами превратило «Кортину» почти в груду обломков, но двигатель, казалось, был в порядке. Он резко повернул, и с визгом шин машина снова помчалась вперед.


— Насколько я могу судить, с твоей головой всё в порядке, — бросил он Элизе. — А как же остальное тело? — Насколько я могу судить, переломов нет. Возможно, сейчас у меня были бы некоторые трудности с родами, но, к счастью, мне это не грозит.


Картер с облегчением улыбнулся. Она явно оправилась от шока. — У тебя нет никаких нарушений зрения? — Что? — Ты видишь дорогу? — спросил он. — Фары разбиты, а единственная уцелевшая противотуманка, кажется, указывает в сторону Франции. Думаешь, сможешь вести?


Она пристально посмотрела на темную дорогу впереди, и Картер заметил, что её мысли заняты не только вождением. Когда она снова заговорила, в её голосе больше не было дрожи. Вместо этого в тоне появилась какая-то жесткость.


— Эти мужчины… они пытались нас убить, не так ли? — Думаю, на это можно смело рассчитывать. — Я смогу вести в темноте. — Молодец. На нас мчатся фары нескольких машин. Возможно, это наши друзья на «Ягуаре». Если так, опасность еще не миновала. У той машины наддув, у нас нет шансов от неё просто убежать. — Не беспокойся, — сказала Элиза, и Ник увидел, как она решительно выставила подбородок вперед. — Что мне делать? — Садись за руль… проскользни под мной.


Она придвинулась к нему через сиденье, и Картер, ни на секунду не сбавляя скорости, приподнялся. Она обхватила его и перехватила руль. — Порядок? — Порядок, — твердо ответила она.


Картер быстро перебрался на пассажирское сиденье. — Просто держи педаль в пол. Повороты на этом участке можно проходить на полной скорости.


Она кивнула. Хотя он видел, что она так крепко сжимает руль, что костяшки пальцев побелели и стали похожи на маленькие шарики, казалось, она полностью контролирует машину. Успокоившись, Картер откинулся на спинку и достал «Вильгельмину». Он быстро открутил глушитель и положил его в карман. Если позади «Ягуар», глушитель будет излишним — «Люгер» удобнее в ближнем бою без лишнего веса на стволе.


Он услышал сухой смешок от женщины рядом. — Если бы меня сейчас увидели мои модные знакомые… — Что ты говоришь? — Ничего, — сказала она, снова тихо посмеиваясь. — А ведь это я жаловалась, что жизнь серая и скучная. — Возможно, к концу вечера вам захочется, чтобы она снова стала такой!


Картеру показалось, что она пробормотала «Никогда», но он не был уверен, так как уже перелезал на заднее сиденье. — Он всё ещё идет за нами, кто бы это ни был. — Это «Ягуар»? — Пока не знаю… Что будем делать? — Стрелка застряла на отметке сто десять, я не могу выжать больше! — Держись! — прорычал Картер.


Он видел, как фары преследователя слепят через зеркала. Другая машина шла как минимум на двадцать километров быстрее «Кортины». Должно быть, это наемники из «Турнира». Никто другой не рискнул бы ехать на такой безумной скорости в темноте.


— Они подошли слишком близко. Когда они пойдут на обгон — резко бей по тормозам, поняла?


Она не ответила, но Картер увидел кивок. Он опустил заднее боковое стекло. Другая машина была всего в пятидесяти ярдах позади, и расстояние сокращалось с каждой секундой. Преследователь выехал вправо для обгона. Из окна «Кортины» виднелись только ствол «Люгера» и лоб Картера.


В «Ягуаре» было трое: двое спереди и один сзади. За рулем сидел убийца Бриджит Майклс, «Мумия». Картер собирался устранить его первым, но заметил автомат в руках человека на заднем сиденье и сменил цель.


— Сейчас! — взревел Картер, перекрывая шум двигателя, и одновременно нажал на курок.


Маленькая «Кортина» словно встала на дыбы. Шины протестующе взвизгнули, машина задрожала от резкого торможения, и тяжелый «Ягуар» пронесся мимо. Но прежде чем он скрылся впереди, Картер успел увидеть результат: стрелок на заднем сиденье всё еще сидел прямо, наполовину подняв автомат над краем стекла, но лица у него уже не было.


— Снова газ в пол и разворот на сто восемьдесят! — скомандовал Картер.


Она выполнила маневр прежде, чем успела осознать приказ. — Сразу за поворотом была боковая дорога. Туда!


Элиза вошла в поворот слишком неосторожно. Колеса вылетели в кювет, бок машины зацепил дерево, но их отбросило обратно на дорогу. В следующее мгновение она снова взяла управление под контроль. — Прекрасное вождение! — Большое спасибо, но это уже почти чересчур.


Позади них «Ягуар» тоже разворачивался. Прежде чем они скрылись за углом, Картер увидел, как его ослепительные фары снова рванулись в погоню. — Там! Боковая дорога! — приказал Картер. — Поворачивай!


Элиза выглядела удивленной, но послушалась. С её храбростью всё было в порядке. Машина заскользила, но вцепилась в грунт и рванулась вперед. — О боже! — воскликнула она, когда мимо пролетел знак. — Это тупик! — Я знаю. — Взгляд Картера был прикован к огням сзади. — Дорога кончается фермерским двором. Как доберешься — снова разворот на сто восемьдесят, выключай фары и несись обратно. — Ты хочешь сказать… прямо им навстречу? — Именно это я и имею в виду, — ответил Картер.


Они миновали два поворота и выскочили на небольшую площадку, окруженную тополями. Элиза резко ударила по тормозам и выкрутила руль. Колеса заблокировались, «Кортина» закрутилась, как игривый котенок, но в итоге замерла капотом в нужную сторону.


— Вперёд! — крикнул Картер, увидев фары «Ягуара» на последнем изгибе.


Элиза не жалела машину. Она переключала передачи как профессиональный гонщик, почти не трогая сцепление. «Кортина» рванула с места, подняв тучу пыли и грязи. Словно стрела, они пронеслись мимо «Ягуара», прежде чем «Мумия» успел среагировать и перегородить дорогу.


— Кажется, мы справились! — Ещё нет, — холодно бросил Картер, не спуская глаз с заднего окна и сжимая «Вильгельмину».


Как он и ожидал, облако пыли ослепило водителя «Ягуара» ровно настолько, чтобы тот не понял, в какую ловушку заехал. Зона разворота была тесно зажата тополями. Пытаясь резко затормозить, «Ягуар» занесло, и он на полном ходу боком врезался в одно из деревьев.


— Кругом и рядом, — прохрипел Картер. — Что именно?


— Делай, как я говорю, к черту всё! Разворот на сто восемьдесят и обратно. На этот раз — прямо в них!


Элиз не стала протестовать. С хладнокровием каскадера она заблокировала колеса «Кортины», развернулась как волчок и снова вжала газ в пол — прямо на «Ягуар».


— Держись чуть правее! — Картер сердито взглянул на дорогу и уперся ногами в левую сторону машины, поддерживая рукоятку «Вильгельмины» коленями. — Обязательно возьми левее перед ударом, чтобы мы ударили их боком. Когда дам команду — выпрыгивай из машины!


Безумный, головокружительный занос длился всего несколько секунд — а может, и доли секунды, — но Картеру они показались вечностью. Затем «Кортина» всей мощью врезалась в бок «Ягуара». Удар был настолько сокрушительным, что Картера едва не выкинуло из кресла. Как он и ожидал, такая лобовая атака застала врагов врасплох.


Однако Ник никак не ожидал появления четвертого мужчины на заднем сиденье. Тот держал перед собой тело своего мертвого товарища в качестве щита, пытаясь нацелить на Картера крупнокалиберную винтовку. Из-за тела убитого была видна лишь макушка стрелка, но на таком расстоянии не нужно было быть снайпером, чтобы попасть. Картеру показалось, что он на долю секунды встретился взглядом с единственным широко открытым глазом врага, прежде чем тот исчез в кровавом пятне.


Дверь с другой стороны «Ягуара» распахнулась, и двое с переднего сиденья вывалились наружу. Прежде чем Картер успел их выцелить, они скрылись в темноте за машиной. Ник выругался, потянулся назад, рванул правую дверь «Кортины» и выкатился на дорогу.


Элиз лежала в четырех-пяти метрах от него, распластавшись на асфальте, и вопросительно смотрела на него. — Катись! — прошипел Картер. — Катись к тем деревьям!


Она подчинилась без промедления. Это спасло ей жизнь: в то же мгновение грохнул выстрел, и пуля взрыла землю прямо там, где она только что лежала.


Одновременно Картер услышал быстрые шаги, приближающиеся к задней части машины. Трудно было поверить, но один из нападавших решил пойти ва-банк. Вместо того чтобы встать, Картер резко перекатился под ноги бегущему. Тот споткнулся о него и буквально взлетел в воздух. Пока он летел, «Вильгельмина» дважды вспыхнула в руках Ника, и мужчина с глухим стуком рухнул на землю замертво.


Ладно, с этим покончено. Но что стало с «Мумией»? Картер подкатился к переднему колесу и осторожно выглянул. Тишина. Рискнув, он вскочил и зигзагами рванул к группе деревьев в пятидесяти метрах. Он ждал выстрела в спину, но его не последовало.


Двигаясь по кругу, Ник перебегал от ствола к стволу, пока не оказался напротив «Ягуара». Туман, поднимавшийся от реки, сильно ограничивал видимость, но, насколько он мог судить, рядом с машиной никого не было. Картер уже собирался сменить позицию, когда услышал тихий скрежет металла. Он затаил дыхание. В следующую секунду краем глаза он уловил движение.


Это был «Мумия». Он осторожно пробирался сквозь траву справа. Очевидно, ему пришла в голову та же идея — немедленно контратаковать. Это и стало его роковой ошибкой. Картер подождал, пока тот приблизится почти вплотную к его дереву.


— Эй, забавный парень! — прошептал он. — Ты помнишь Бриджит Майклс?


Голова в белых бинтах резко дернулась вверх. Картер дважды выстрелил в упор. «Лицо-мумия» рухнуло в траву. Ник быстро обыскал его карманы. Пусто… кроме папки, в которой лежал билет на коммерческий рейс. Картер сунул папку в карман и поднялся в полный рост.


— Миссис Пирсон? — Не пора ли тебе уже называть меня Элизой? — Она вышла из-за деревьев и направилась к нему. — Они все мертвы? — Да. — Я рада.


«Боже мой! — подумал Картер. — Как же люди меняются за такое невероятно короткое время».


ОДИННАДЦАТАЯ ГЛАВА


Ник Картер сделал заказ оператору трансатлантической линии и дождался, пока в комнате охраны офиса на Дюпон-Серкл не ответили. Прежде чем начать разговор, он нажал кнопку шифровального устройства. В это время в мастерской, за стеклом круглосуточного бокса, молодой механик с помощью лома отделял помятый передний бампер «Ягуара» от колеса.


Поскольку «Мумия» любезно предоставил ему в ходе погони автомобиль с наддувом, Картер не видел причин не использовать его, чтобы выиграть время — тем более что «Кортина» была в гораздо более плачевном состоянии. Механик хмуро поглядывал на него сквозь стекло. Картер почти читал его мысли: только безумный американец мог так обойтись с шедевром британского автопрома.


Картер приоткрыл окно: — Что-то не так? — Шина, — буркнул механик. — Край крыла прорезал протектор. Есть риск лопнуть на скорости. — Замените её.


Щелчок в трубке вернул внимание Ника к связи. — N-3? — Я, сэр. — Надеюсь, у вас хорошие новости, — голос Дэвида Хоука звучал бесконечно устало.


Картер кратко доложил о событиях ночи. Он добавил, что намерен потратить следующие часы на то, чтобы выжать всю информацию из Элиз Пирсон. — Хорошо, — сказал Хоук. — Надеюсь, она прольет свет на это проклятое дело. Британцы сотрудничают? — Пока да, сэр. Есть новости о «Шарке»? — Наш AWACS засек след в Восточно-Китайском море, но снова потерял его. Неудивительно — субмарина оснащена всеми средствами радиоэлектронного противодействия. — Есть понимание курса? — Она идет зигзагами, общее направление — северо-запад. — К России, — констатировал Картер. — Возможно, — сухо ответил Хоук. — Если конечный пункт — Владивосток или Находка, какое расчетное время прибытия? — Примерно восемнадцать часов.


— Черт, — пробормотал Картер. Он вспомнил о авиабилете в кармане. — Подождите, сэр. У «Мумии» я нашел билет. Рейс JAL 1217, Сан-Франциско — Токио. Билет туда и обратно, срок истек три недели назад. Возможно, он просто забыл его в кармане, но это след. — Мы проверим. Что по списку адмиралов? — Лондон пока молчит. — Понял. Займитесь женщиной, Ник. И если она заупрямится — забудьте о бархатных перчатках.


Связь прервалась. Перед следующим звонком Картер помедлил. Он сомневался, что у MI5 есть дешифратор, способный обойти американскую кодировку, но рисковать не хотел. Наконец он набрал Сидни Джаррелла. — Где ты, дружище? — Джаррелл звучал обеспокоенно. — Скотланд-Ярд требует отчета по поводу твоего самоуправства. — Не говорите им, что я звонил. Что с рейдом на клуб «Мейнстем»? — Крупные суммы денег уходили в никуда. Похоже, «Мейнстем» — лишь часть сети клубов в Германии, Франции и США. Владелец — холдинг в Женеве, концы в воду. Швейцарские банки неприкасаемы.


Картер помрачнел. — А что в доме Карстерс-Райта? — Мы наблюдаем. По всем признакам, там был обычный званый ужин. — Ужин?! — Картер едва не взорвался. — Ты видел их выбитые ворота? Это ли не повод войти? — Если бы ты не действовал в одиночку, шансов было бы больше. Ты забрал жену Пирсона? — Да. Где мне её спрятать?


Джаррелл дал координаты «The Briars» в Богнор-Реджисе. Картер повесил трубку, и тут его осенило: Откуда Джаррелл узнал, что похищенная женщина — именно Элиз Пирсон? Он не сообщал этого в первом рапорте.


Дом «The Briars» на вершине известняковой скалы оказался идеальным убежищем. Картер проверил периметр: отвесный обрыв в сто метров делал дом неприступным сзади.


Внутри Элиз уже развела огонь в камине и нашла джин. — Зачем вы приехали в Лондон? — спросил Картер, принимая бокал. — Идея Ральфа. Он сказал, что у него секретное задание, и я не могу оставаться в нашем доме в Мэйне, возле Бакс-Харбора.


Картер замер. — Рассказывай с самого начала. Кто вас познакомил? — Ленор Грейберн. На вечеринке у адмирала Кэррингтона.


Шаг за шагом Элиз раскрывала правду. О том, как Ральф изменился после свадьбы, о его одержимости политикой и «ошибками Вьетнама». Но самым важным был рассказ о её отце, Милфорде Тайсоне. — Он строил объекты по всему миру. Пентагон заказывал ему «частные» заводы, причалы, склады. — На виду у публики, — прошептал Картер. — Но на самом деле это были ракетные шахты и базы подводных лодок. И Ральф знал об этом? — Думаю, да. Однажды я слышала, как отец кричал на него. Упоминалось название «Joust». Отец назвал Ральфа пешкой в смертельной игре. Он сказал, что его задача — предотвратить Рагнарок, а не вызвать его.


Картер вглядывался в пламя камина. Теперь всё сходилось. «Шарк» не просто угнан — он направляется к одной из таких секретных баз, построенных Тайсоном. И кто-то из адмиралов в списке Картера точно знает, где она находится.


— Адмирал Кэррингтон? — Нет, это был не он. Папа считал Кэррингтона идиотом. — Подумай еще, Элиза… помимо Кэррингтона и леди Грейберн, с кем еще Ральф был близок? С кем он поддерживал связь?


Она задумалась и назвала пять или шесть имен — как гражданских, так и военных. Ни одно из них ничего не говорило Картеру, но он запомнил их для дальнейшего использования. — Были еще люди? — с нетерпением спросил он. — Много, но я не могу вспомнить имена. Я идиотка в этом плане. С другой стороны, я хорошо запоминаю лица. Увижу лицо — и обычно вспоминаю имя. Извини. — Всё в порядке. Возможно, этого будет достаточно для начала. Скажи мне ещё кое-что... Часто ли вы бывали в клубе «Мейнстем»? — Нет… может быть, три или четыре раза за всё время. — Почему именно там? В Лондоне десятки подобных клубов, и многие гораздо престижнее. Почему «Мейнстем»? — Всё довольно просто, — Элиза пожала плечами. — Ральф — член этого клуба. Я привезла с собой его карточку.


В голове Картера что-то щелкнуло. Перед ним внезапно открылась совершенно новая перспектива. Вместо того чтобы искать владельцев или правление, нужно было изучить списки рядовых членов. Эти списки казались безобидными, но Ник готов был поклясться: именно в них скрыты участники «Турнира». Игорный клуб — идеальный способ финансирования наемников: выплаты и расходы легко маскируются под выигрыши и проигрыши, не оставляя зацепок в официальных отчетах.


На столе стоял телефон. Картер поднял трубку и начал набирать номер. Он был уже на середине комбинации, когда услышал в трубке отчетливый сухой щелчок. Линия прослушивалась.


Ник быстро повесил трубку и задумался. Этот дом был явочной квартирой MI5, и прослушка могла быть стандартной мерой безопасности — автоматической записью на магнитофон для последующей проверки. Тем не менее, Картеру это не понравилось. Он снова подумал о Сидни Джаррелле. Что, если он — очередной «крот» организации в британской разведке? Если так, то Джаррелл знает, где они находятся.


Картер взглянул на часы. Три часа ночи. С моря надвигался густой туман. Он принял решение: больше не пользоваться телефоном и уйти из дома, как только начнет светать. До рассвета здесь было безопаснее, чем на шоссе, где «Рыцари» могли выставить посты. Здание было настоящей крепостью с решетками и тяжелыми цепями на дверях. Удовлетворенно вздохнув, Картер опустился в кресло и провалился в сон.


Его разбудил рассвет и рокот приближающегося автомобиля. На часах было 6:30. Картер вскочил и бросился наверх, чтобы разбудить Элизу. — Что случилось? — сонно спросила она. — Пока не знаю. К дому едет машина. Одевайся, быстро.


Он проверил магазин «Вильгельмины» и спустился к узкому окну-бойнице у двери. Из-за занавески он увидел большой черный «Даймлер» с тонированными стеклами. Машина остановилась у крыльца. Из неё вышли трое крепких молодых людей в темной одежде — характерные выпуклости под мышками не оставляли сомнений в наличии оружия.


Один из них открыл заднюю дверь. Картер уже поднял «Вильгельмину», но, увидев выходящего Сидни Джаррелла, опустил ствол. Следом за Джарреллом из машины появилась другая фигура — Оуэн Гамильтон.


Картер с облегчением выдохнул и открыл дверь. — Вы как нельзя кстати, — сказал он, выходя на крыльцо. — Могу себе представить, — отозвался Гамильтон, направляясь к входу. — Мне доложили, вечер у вас выдался бурный. — Я планировал утром сам ехать в Лондон. — У меня возникла идея, и я решил, что будет быстрее, если мы сами спустимся сюда.


Картер отступил, пропуская командира. — Не мог бы ты убрать это? — сухо спросил Гамильтон, кивнув на «Люгер» в руке Ника. — Извините. После вчерашнего я не знал, чего ожидать.


Ник спрятал пистолет под куртку. Джаррелл и остальные вошли в дом, закрыв за собой дверь. С лестницы спустилась Элиза. Увидев гостей, она облегченно вздохнула. Гамильтон улыбнулся ей: — Доброе утро, моя дорогая девочка… — Доброе утро, адмирал.


Картер замер. — Адмирал? — Да, мой мальчик, — спокойно ответил Гамильтон. — Здесь это обычное дело. Офицер сохраняет звание, даже перейдя на госслужбу. — И в каком же звании вы ушли? — медленно спросил Картер. — Вице-адмирал.


Рука Картера метнулась к плечевой кобуре, но прежде чем он коснулся «Вильгельмины», страшный удар по затылку обрушил на него тьму. Вселенная взорвалась ослепительной вспышкой. Последним, что он услышал, был пронзительный, полный ужаса крик Элизы...


ДВЕНАДЦАТАЯ ГЛАВА


Картер постепенно приходил в себя. Где-то за глазами у него ощущалось тупое, мерцающее давление, а в затылке — сильная, пронзительная боль. Он попытался осторожно открыть один глаз, но тут же снова закрыл его. Постепенно боль начала немного утихать, и он смог открыть глаза и оценить ситуацию.


Он лежал на тонком матрасе на железной кровати. Посреди комнаты стоял небольшой круглый столик, а рядом с ним — плетеное кресло. Солнечный свет проникал желтоватым лучом сквозь небольшое квадратное окно высоко в одной из стен. Все стены были кирпичными, а в массивной на вид дубовой двери было маленькое смотровое окошко. Что касается него самого, он был раздет до пояса, и обувь тоже была снята. Вильгельмины и Хьюго, конечно же, не было, и даже его наручные часы, одни из особых часов AXE с полуметровой рояльной проволокой, спрятанной в корпусе, исчезли.


Картер опустил руку к промежности и улыбнулся. Его обыскали, но не раздели догола. Пьер, его маленькая газовая бомба, всё ещё лежал на своём месте, спрятанный за фамильскими драгоценностями Картеров.


Слегка пошатываясь, Картер поднялся на ноги и, шатаясь, подошел к небольшой раковине в углу комнаты. В кране была вода. Он открыл крышку и просунул голову под струю воды. Вода обжигала рану на затылке, но немного прояснила его затуманенное сознание. После нескольких небольших, осторожных, гимнастических упражнений, чтобы убедиться, что все его конечности работают как положено, он подтолкнул стол под окно и забрался на него.


Даже сквозь грязное окно солнечный свет слепил глаза, пока они постепенно к нему не привыкли. По всей видимости, он находился на какой-то военной базе — по крайней мере, он мог видеть неподалеку дюжину длинных низких кирпичных казарм, которые, по всей вероятности, были в той же ситуации, в которой он сам оказался. Они расположились вокруг квадратной площадки, а позади них он видел высокий забор с двумя или тремя рядами колючей проволоки наверху. Справа и слева, прямо на краю его поля зрения, находились две высокие сторожевые башни. Обе были укомплектованы персоналом, одетым в серо-коричневую рабочую форму британского спецназа и вооруженным пулеметами. Их стальные каски и мрачные выражения лиц заставили Картера задуматься, не началась ли уже Третья мировая война.


Он уже собирался снова спрыгнуть со стола, когда из-за угла здания справа от него появился мужчина. Это был молодой человек, невысокого роста, но крепкого телосложения. В отличие от людей на сторожевых вышках, он был одет в светлые брюки, спортивную рубашку и клетчатый спортивный пиджак, а вместо пистолета-пулемета был вооружен крупнокалиберным пистолетом, который Картер мельком увидел из-под расстегнутой куртки. Следом за мужчиной шли два огромных черных добермана — пара внушительных представителей породы, выглядевших свирепо опасными и настороженными. Собаки держались рядом с мужчиной, когда он шел через открытое пространство к одному из зданий на другой стороне.


Как только он дошел до него, дверь открылась, и Сидни Джаррелл — или то, что от него осталось — был жестоко вытолкнут наружу. Как и Картер, Джаррелл был раздет до пояса и босиком, но если у Картера была лишь одна болезненная рана на голове, то Джаррелл выглядел ужасно. Его лицо было опухшим, с несколькими кровоточащими ранами, и даже с этого расстояния Картер мог видеть, что один из глаз мужчины был опухшим и, вероятно, сломан. И как будто этого было недостаточно, на обеих руках у него были толстые бинты. Бинты выглядели свежими, но кровь все еще просачивалась сквозь них.


«Ладно», — подумал Картер. — «По крайней мере, я получил хоть какое-то доказательство того, что мои подозрения насчет Джаррелла были необоснованны».


В дверях появились еще двое мужчин, оба в повседневной гражданской одежде. Они что-то сказали кинологу и вернулись внутрь, после чего дверь закрылась. Дрессировщик что-то сказал Джарреллу и толкнул его. Джаррелл резко повернулся, но остался стоять неподвижно. Движения начались, когда две собаки оскалили зубы в рычании и напрягли мышцы, словно собираясь прыгнуть. Джаррелл что-то сказал кинологу и сплюнул кровь. Затем он пожал плечами, повернулся и направился прямо к зданию, где находился Картер.


Картер услышал, как открылась дверь, послышались шаркающие шаги и низкое, предупреждающее рычание одной из собак. Открылась и другая дверь, и приглушенный мужской голос произнес что-то, чего он не смог разобрать в соседней комнате. Затем дверь снова с глухим стуком закрылась, и повернули ключ.


Итак, Джаррелл, судя по всему, был в соседней камере. А где была Элиза? Он начал отодвигать стол обратно в центр комнаты, когда его внимание привлек скрежет из раковины. Он посмотрел и увидел, как задвигается кран. В мгновение ока он оказался там. Рядом с краном была трещина. Он опустился на колени и заглянул в нее. Примерно в тридцати сантиметрах от него он увидел еще один глаз.


— Джаррелл? — прошептал он. — Ага. Как твоя голова, старина? — Болит, — прорычал Картер. — Но не так сильно, как у тебя. Насколько сильно? — У меня сломан нос и несколько рёбер. Я выживу. — А что насчет ваших рук?


Последовала короткая пауза. Затем Джаррелл хрипло произнес: — Они отрезали самые внешние суставы у нескольких пальцев. — Боже мой! — выдохнул Картер. — Что за чертовщина? — Гамильтон, должно быть, подумал, что я иду по его следу. Я не шел, но он хотел убедиться наверняка. Они также хотели знать, сколько вы рассказали Вашингтону прошлой ночью, прежде чем позвонить мне. Я этого не знал, потому что вы мне ничего не рассказывали, но опять же, они хотели убедиться наверняка. — А потом они тебе пальцы отрезали?


По ту сторону стены раздался приглушенный, слегка горьковатый смешок. — Они немного сумасшедшие… полностью поглощены своим священным делом. Никто не должен им мешать. Боюсь, с вами будут обращаться точно так же, как только они решат, что вы достаточно здравомыслящий человек, чтобы отвечать на вопросы. — А какой в этом смысл? — спросил Картер, теперь совершенно убежденный в том, что Джаррелл достаточно хорош. — Честно говоря, понятия не имею, старик. Но, видимо, я приблизился к истине, даже не осознавая этого. — Что ты имеешь в виду? — Прошлой ночью, примерно через час после вашего звонка… — Да? — …Мне позвонили на горячую линию. Это был парень по имени Хок — один из ваших людей, верно? — Я его знаю, — сухо ответил Картер, даже не потрудившись сказать Джаррелла, что Хок был боссом AXE, о котором мало кто знал. — Он попросил меня передать вам, что они отследили найденный вами билет на рейсы Japan Air Lines. — И? — Этого парня зовут Бернхард Кеттеринг, и он… — Был! — поправил его Картер. — Он мертв. — Он был удивлен, что, похоже, никто еще не обнаружил разбитую «Кортину» и тела, которые они с Элизой оставили после себя. — Ладно, как хотите. Кеттеринг был полковником в вашем спецназе. Он уволился из армии в гневе после Вьетнама, а позже появился в качестве боевика на стороне какой-то ультраправой группировки. Два года назад его арестовали в Африке за покушение на одного из их кандидатов в президенты-социалистов. Его приговорили к смертной казни, но за несколько дней до казни он был освобожден в результате тщательно спланированного рейда спецназа на тюрьму. — Рыцарский поединок…! — пробормотал Картер. — Сейчас это может выглядеть вот так… — Узнали ли они что-нибудь о его связях в Японии? — Верно. Ваш господин Хок попросил меня передать вам, что его отследили до Носиро на севере Японии. Затем он исчез из поля зрения на пять дней, прежде чем снова появиться… опять в Носиро. — Хм… Ничего из этого я не вынесу, — сказал Картер. — Я тоже так не думал. Но до прихода в MI5 я был штурманом в Королевских ВВС... — И …?


— А ваш господин Хоук также сказал мне, что вы получили новый азимут на «Шарк». Я достал карту и провел прямую линию между двумя азимутами, а затем еще одну от Носиро до Владивостока.


Где-то в затылке Картера зазвенел маленький колокольчик. — И две линии пересеклись в точке, расположенной на 140 градусах долготы и 40 градусах широты! — Именно так… это немного южнее Носиро, примерно на полпути к Ога-Пен. Это довольно пустынная местность, но… — Но ведь несколько лет назад Вооруженные силы США построили там что-то подобное? — добавил Картер, вспоминая Милфорда Тайсона. — Не вооруженные силы, а частный англо-американский консорциум под названием Cal-Brit Limited. Это компания с глобальными интересами. В Японии это был рыбоконсервный завод, но они также построили крупный рыболовный порт на севере Шотландии и подземный прокатный стан в Германии…


Джаррелл продолжал говорить, но в голове Картера уже вовсю крутились мысли. Картина вырисовывалась с неприятной ясностью. Милтон Тайсон, должно быть, работал на Cal-Brit, которая внешне могла выглядеть как частный консорциум, но на самом деле представляла собой англо-американскую сеть секретных баз… секрет хранился настолько хорошо, что левая рука ничего не знала о том, что делает правая.


Но теперь это обернулось против нас, как бумеранг.


В обязанности Тайсона входило строительство этих баз, которые на самом деле представляли собой хорошо замаскированные хранилища различных типов ядерного оружия. Даже если бы они были полностью обустроены, их бы не стали укомплектовывать персоналом — по крайней мере, официально — до тех пор, пока мирные движения и антиядерные движения в соответствующих странах не были бы подавлены, или пока не возник бы кризис в мировой ситуации, вынудивший бы западные державы проявить свою силу.


Но любая из этих баз идеально подошла бы для «Рыцарского поединка». После того как Пирсон — с помощью Элизы — вник в жизнь старого Тайсона и выведал у него местоположение некоторых из этих баз, «Джоуст» смог спокойно строить планы.


Картер был готов поспорить десять к одному, что задание Кеттеринга в Японии заключалось в том, чтобы возглавить рейд спецназа на японский рыбоконсервный завод к югу от Носиро, и именно здесь «Шарк» должен был нырнуть со своими смертоносными ракетами, нацеленными через Японское море на советские военные объекты вокруг Владивостока.


Голос Джаррелла снова прервал ход мыслей Картера. — …поэтому я на самом деле не был уверен, есть ли у меня что-нибудь или нет, и когда в кабинет вошел командующий Гамильтон, я изложил ему свои теории… просто в качестве предложения. — И одновременно сообщили ему, где мы с Элизой находимся? — Именно. Он предложил нам вместе съездить сюда и безопасно доставить вас в Лондон. — Значит, у вас тоже не было никаких подозрений в его отношении? — О боже, нет! — ответил Джаррелл. — Я просматривал списки действующих адмиралов — и никогда не думал, что среди них может оказаться отставной. Но теперь… — Он сделал паузу и тихо вздохнул. — Что случилось? — спросил Картер, заметив изменение в тоне собеседника. — Только что допрос меня проводил Гамильтон. Он… он был совершенно другим человеком, не тем, которого я знаю уже несколько лет. Он казался… сумасшедшим. — И все окружающие его люди одинаково бешены? — Безусловно. Все они, включая леди Грейберн, твердо убеждены, что мы должны нанести удар первыми, и что это должно произойти немедленно. В противном случае Советский Союз сделает это в ближайшее время. Командир Гамильтон назвал это «атакой, призванной предотвратить внезапное нападение». — Где мы сейчас находимся? — В Ланкашире, недалеко от Ирландского моря. Это бывший лагерь для военнопленных, который был передан силам безопасности для учебных целей. — Вы что-нибудь знаете об установке? — Немного. Я сам здесь обучался. Подождите-ка…


Картер услышал, как Джаррелл пошевелился. Через мгновение он вернулся. — Это был наш маленький друг. У нас похожий способ общения. Она хотела узнать, как ты себя чувствуешь.


Картер почувствовал лёгкий укол раскаяния. Всё это время, пока он говорил с Джарреллом, ему и в голову не приходило спросить об Элизе. — Передай ей, что со мной всё в порядке. А как же она? — О, с ней все в порядке… она довольно шокирована, но, похоже, они считали ее некомбатантом, поэтому обращались с ней совершенно подобающим образом. Вот что делает все это таким безумным, Картер — каждый из этих сумасшедших считает себя «офицером и джентльменом». Они, кажется, даже не могут понять, почему мы пытаемся их остановить, когда они действуют исключительно в интересах своей страны и королевы. — Я не уверен, что ни королева, ни большинство населения страны с ними согласятся.


Картер не расслышал, что ответил Джаррелл, потому что в тот момент услышал, как подъехала и остановилась машина. Он вскочил на стол, чтобы задвинуть его обратно под окно.


Это снова был черный «Даймлер». Из здания напротив вышли несколько человек. Это были те же трое, что были с Гамильтоном тем утром, только теперь они были в полной военной форме. Гамильтон тоже был там, в полном адмиральском мундире, с грудью, увешанной лентами.


Он стоял у задней двери «Даймлера», которую держал приоткрытой, и разговаривал с леди Грейберн. Она кивала на всё, что он говорил, и Картер видел, как она взглянула в сторону здания, где он находился. Затем в «Даймлер» сели Гамильтон и его «персонал». Картеру почти казалось, что Ленор Грейберн стояла в напряженной позе, когда машина отъезжала.


Когда машина скрылась из виду, она обернулась и что-то сказала дрессировщику собак. Тот кивнул.


Картер знал, что теперь настала его очередь...


ТРИНАДЦАТАЯ ГЛАВА


Невысокий светловолосый мужчина с ледяными серыми глазами лишь охранял Картера, когда тот вел его через открытое пространство к зданию. Всю работу выполняли собаки. Мужчина держался в нескольких футах позади Картера, в то время как собаки шли прямо за ним и по обе стороны от него.


Сразу за рядом зданий напротив, но все еще в пределах огороженной территории, Картер увидел длинный, поросший травой земляной холм — подземный бетонный бункер, — который был буквально усеян антеннами, включая одну очень большую и несколько спутниковых тарелок поменьше. Цементированный пандус вел вниз к двери в конце бункера, и у двери стоял охранник в форме с автоматом. Он вежливо придержал дверь для Картера и сказал: «Добрый день, сэр».


— Да, возможно, для вас, — сухо ответил Картер и вошёл внутри.


Из небольшой прихожей узкая дверь вела в длинный коридор, тянувшийся вдоль всего бункера. По обе стороны находились комнаты, наполненные хаотичной радиоактивностью приборов. Мужчины и женщины — все в форме своих стран — сидели за радиоприемниками, телетайпами и компьютерными системами. Если у Картера и были какие-либо сомнения относительно масштаба и значимости «Рыцарского турнира» раньше, то теперь они исчезли.


— Впечатляюще, — сказал он, и он говорил это совершенно искренне. — Это было старое убежище, — сказал мужчина позади него. — Мы перестроили его, когда взяли под свой контроль базу. — Как все эти люди объясняют свое отсутствие на работе? — Это их обычная работа, — сухо ответил он. — Теперь до конца коридора и через последнюю дверь справа, приятель. Убирайся отсюда к черту.


Картер подчинился. Дверь вела в кабинет. Он казался немного холодным — или, возможно, лучше сказать, стерильным, — но это было большое помещение. Письменный стол, диван, обитый кожей, пара кресел и барная стойка. Целая стена была занята дополнительным коммуникационным оборудованием.


— Садитесь и ждите. Она сейчас будет здесь, — сказал кинолог. Сам он остался стоять в дверном проеме. — Сидите! — сказал он собакам. — Позаботьтесь о нем.


Обе собаки сели. Дрессировщик ушел. Картер, который сел в одно из кресел, заметил серебряную коробочку, похожую на ту, в которой лежали сигареты. Он уже собирался встать, чтобы взять ее, но тут же снова упал в кресло, когда обе собаки подняли верхние губы и обнажили свои внушительные клыки, издав глухое, предупреждающее рычание.


— Это была всего лишь проверка, — сказал Картер и замер.


Десять минут спустя дверь в другом конце комнаты открылась, и Ленор Грейберн скользнула внутрь, словно большая кошка. Картер сделал движение, чтобы встать, и обе собаки снова зарычали и наполовину поднялись.


— Тишина! — сказала она.


Собаки мгновенно снова опустились на землю. Она обошла стол и подошла к Картеру, протянув ему руку. — Рада наконец-то познакомиться с вами, мистер Картер!


Картер проигнорировал её руку. — А сигареты вон там, в коробке? — спросил он.


Она поняла оскорбление, но быстро скрыла свой гнев. — Да, бери сам, — сказала она, протягивая ему коробку. — Напиток? — Не если он отравлен.


На этот раз ей было сложнее сдержаться. — Ну, не будьте такими инфантильными, мистер Картер. Мы оба цивилизованные люди и, по сути, пытаемся — независимо друг от друга — достичь одной и той же цели. Просто наши методы разные. — Это полная чушь, леди Грейберн, — если вы простите меня за такое выражение, — и вы сами это знаете. Да, пожалуйста, я бы хотел выпить — бренди, если он у вас есть.


Помимо того, что на виске запульсировала тонкая вена, она даже не показала, что слышала его. Длинными — почти мужественными, но все же грациозными — шагами она подошла к бару, налила два бокала бренди и вернулась. Картер тем временем закурил сигарету и разглядывал её.


Она была одета в явно сшитый на заказ костюм и шелковую блузку, которая прикрывала ее пышную грудь, но не оставляла никаких сомнений в том, что скрывалось под ней. Ее иссиня-черные, блестящие волосы были разделены тонким пробором посередине и облегали голову, словно шлем. У нее были темно-синие глаза, высокие скулы и длинный, но аристократичный нос. Ее губы были полными, но в данный момент сжаты в неодобрительную линию, и у нее был очень решительный подбородок. При ближайшем рассмотрении Картер мог убедиться лишь в правильности своей первой оценки: Ленор Грейберн была очень красивой женщиной, но холодной и бесстрастной, как статуя.


Он взял протянутый ею стакан, несколько раз покрутил в нем темно-коричневую жидкость и понюхал. — Наш врач осмотрела вас, пока вы еще были без сознания, — сказала она. — Признаков сотрясения мозга нет, но рану на голове пришлось зашить четырьмя швами. — Благодарю вас за беспокойство, — сухо ответил Картер. — Мне остается только сожалеть, что вы не столь чутки к благополучию Сидни Джаррелла. — Но нам стыдно, — так же холодно ответила она. — Мы просто хотели убедиться, что он теперь тоже рассказал нам всю правду. Мы знали, что с помощью правильных методов убеждения мы сможем этого добиться. — То есть вы отрезали ему пару пальцев, и когда это не заставило его изменить свои показания, вы поняли, что он сказал правду? — Именно так, — сказала она, поднимая бокал.


Картер и раньше встречал холодных, бесчувственных женщин. Когда им позволяли выразить себя, они могли быть даже хуже мужчин. Но Ленор Грейберн превзошла всех. Когда он посмотрел в ее совершенно бесстрастные глаза, по его спине пробежал холодок.


— А теперь ты хочешь попробовать то же самое со мной? — Вовсе нет, мистер Картер. Вы совершенно другой тип, чем мистер Джаррелл. Применение пыток сделало бы вас непокорным. — Отлично, — сказал Картер. — Главное, чтобы мы понимали друг друга. — Надеюсь, мы это сделаем… до конца этого разговора. Еще выпить? — Нет, спасибо. Солнце еще не показалось над хребтом, и сегодня мне, возможно, нужно будет поработать.


Ей не ускользнула едва завуалированная угроза в его словах. Она улыбнулась, но Картер заметил, что в ее глазах не было ни малейшего блеска. Женщина была просто ошеломлена.


Следующие полчаса Ник Картер сидел, выкуривая одну сигарету за другой в ледяном молчании, пока Ленор Грейберн объясняла кредо «Рыцарского турнира». Это практически дословно совпало с тем, что он предположил заранее. «Поступай с ближним своим так, как ты хотел бы, чтобы поступали с тобой!» — так это звучало в своей простоте.


Единственным новым событием стало окончательное подтверждение того, что Оуэн Гамильтон был мозгом и душой этого движения. В юности Гамильтон стал свидетелем зарождения нацизма в Германии — почти пятьдесят лет назад. Он буквально присутствовал при приходе Гитлера к власти. Именно это, больше всего остального, убедило его раз и навсегда в том, что на земле нет силы злее коммунизма. В этом вопросе Картер был вынужден согласиться с Гамильтоном.


В последующие годы Гамильтон пытался предупредить всех о «красной угрозе», но люди оставались глухи. Двадцать лет спустя — в семидесятые годы — Гамильтон решил действовать. «Рыцарские поединки» уже существовали, но были созданы старыми капиталистами, которые лишь говорили. Гамильтон и несколько решительных мужчин взяли дело в свои руки. Излюбленное решение военных — нанести первый удар!


— А откуда у вас взялась эта история? — сухо спросил Картер. — Вопреки тому, что вы могли прочитать в таблоидах, мой отец не был одним из тех праздных богачей... Из всех участников «Турнира» мой отец был одним из тех, кто требовал действий, а не слов, — ответила Ленор с гордостью. — А ты? — Я, мистер Картер, дочь своего отца. — Кто слепо следует за Гамильтоном? — Оуэн — гений, — ответила она, и на этот раз Картер увидел в ее глазах проблеск восторга. — Гамильтон — деспот, — коротко заявил Картер. — Он готов пожертвовать половиной населения мира.


На этот раз она заметно напряглась. — Мы тщательно изучили теорию первого удара. С той организацией, которая у нас есть сегодня, число жертв будет далеко не таким, как вы себе представляете.


Едва ощутимая ледяная струйка по спине Картера теперь превратилась в огромную ледяную преграду. Он невольно задумался, согласятся ли с ней люди, которые первыми пострадают от этого. Чтобы проверить свои выводы, он сменил тему. Они почти попали в цель. Компания Милфорда Тайсона была недостающим звеном. Японский рыбоконсервный завод, бывший секретной базой снабжения, идеально вписался в их планы.


— Значит, вы намерены начать всё с ракет, запущенных с захваченного USS Shark? — спросил он.


Она кивнула. — Но за атакой последуют два межконтинентальных ракетных удара с этой базы и еще два из Западной Германии. Управление операцией осуществляется напрямую отсюда или из общего центра связи в штате Мэн… — Летний домик Элизы Пирсон? — Который был переоборудован для этой цели — да. — Примерно этого я и ожидал, — вздохнул Картер, туша сигарету. — И отсюда, и из штата Мэн мы можем напрямую связываться через спутник со штаб-квартирой НАТО, Вашингтоном и Лондоном, — с гордостью заявила она. — Значит, когда над Владивостоком взорвётся ваша первая бомба, вы одновременно свяжетесь со всеми штабами и поставите их перед свершившимся фактом? — Именно так, — ответила она с лёгкой улыбкой. — Несложно догадаться, каким будет результат. Западные державы будут вынуждены в целях самообороны запустить свои ракеты, чтобы отразить ответ России. Когда пыль осядет, мы станем победителями в мире, где другая сторона будет уничтожена. — Если кто-нибудь ещё остался, чтобы отдать вам дань уважения, — сухо прорычал Картер. — О, мы учли все варианты, мистер Картер, — уверенно рассмеялась она. — Каждая из наших баз оборудована укрытием. В штабе в штате Мэн весь утес под летним домом Пирсонов выдолблен. Оттуда адмирал Гамильтон может руководить боем, даже если Вашингтон будет стерт с лица земли.


Именно при этих словах Картер осознал всю чудовищность ситуации во всей ее ужасающей полноте. Оуэн Гамильтон, увидев приход Гитлера к власти, не только сам поддался той же ненасытной жажде власти, но и развил больные теории нацистов, заменив штурмовиков их фанатичными наемными отрядами из «Рыцарских турниров», а ракеты V-2 — на совершенное и всеуничтожающее оружие: арсенал ядерных боеголовок, способных уничтожить всю жизнь на Земле, за исключением очень немногих избранных.


А затем — посреди всепоглощающего Рагнарока тотальной ядерной войны — он внезапно выступит вперед и предложит себя спасителем человечества… при определенных условиях. Если попадание и не было идеальным, Картер был готов поклясться, что оно не превышало доли миллиметра...


— Что возвращает нас к тому, что мы, собственно, и обсуждали, — сухо заметила Ленор Грейберн. — К тебе. — Ко мне? — Вы весьма выдающийся человек, мистер Картер. — Таким же был и Гарри Лордс. — Вовсе нет. Гарри был дураком. Пока он воображал, что это он меня соблазнил, на самом деле всё контролировала я. Я искренне пыталась переманить его на свою сторону, так же как и хотела быть в курсе того, что наши противники знают о нас. — А когда это не сработало, вы поставили его перед расстрельной командой, — сухо заметил Картер. — Ах, но не без предоставления ему выбора. Он сам выбрал это, вместо того чтобы присоединиться к нам, что было довольно глупо с его стороны. — Она слабо улыбнулась. — Я не думаю, что ты… ты хочешь быть таким глупцом, Ник. Как я уже говорила, ты исключительный человек — человек действия. Оуэн очень тобой восхищается. — Даже после того, как я расправился с его элитными войсками в Грейберн-Хаусе? — сухо спросил Картер. — Именно поэтому. Человек вашего уровня был бы для нас неоценим в ходе текущих восстановительных работ. — Да, могу себе представить, — прорычал Картер. — В качестве палача! — Разве это так уж сильно отличалось бы от того, чем ты занимаешься сейчас? И ты бы всё равно боролся за то, во что веришь.


Она подошла к его креслу и присела рядом, её грудь внезапно уперлась в его руку. На удивление, Картер обнаружил, что это его ничуть не смущало. — Как и Оуэн, я восхищаюсь тобой, Ник. Ты человек, который не тратит время на слова. Ты позволяешь своим поступкам говорить за тебя. Ты именно тот человек, который нужен потомкам.


Картеру было трудно выдержать ее обжигающий взгляд. Это было похоже на взгляд змеи, пытающейся тебя загипнотизировать. — В любом случае, это то, что я должен обдумать… — медленно произнес он. — Отлично. Я приму это как ответ — пока что! — сказала она и встала. Без лишних слов она подошла к столу и нажала кнопку. — У вас есть сорок восемь часов, чтобы обдумать свой ответ. По истечении этого времени он не будет иметь никакого значения. Мы все будем слишком заняты, чтобы беспокоиться о таких мелочах, как вы. — Каковы шансы получить разрешение поговорить с Гамильтоном об этом?


Она коротко покачала головой. — Исключено. Он уже в пути в Штаты. — В Мэн? — Да. Теперь перейдём к другой стороне истории. Сколько информации вам удалось передать начальству прошлой ночью, прежде чем вы позвонили Джарреллу и узнали адрес того пентхауса?


Картер на секунду задумался над вопросом. Поскольку домашний телефон прослушивался, они, вероятно, уже знали, что он не общался с Вашингтоном с тех пор, как допросил Элизу. Судя по тому, что они могли вытянуть из Джаррелла во время его «допроса», они должны были понимать, что ему нечего было сообщить заранее. Так что блеф не сработает, и ему лучше придерживаться правды. — Ничего, — сказал он. — И это правда, в конце концов.


Ее холодный, оценивающий взгляд, казалось, пронзил его душу. Затем она безразлично улыбнулась и кивнула. — Я верю тебе.


Дверь позади него открылась, и кинолог просунул голову внутри. — Отведите его обратно в камеру, — сказала она. — Пусть врач еще раз осмотрит его рану и хорошо покормит его. Вам нравится почечный суп, мистер Картер? — Это было бы замечательно, леди Грейберн.


Возвращаясь в камеру, Картер воспользовался случаем, чтобы осмотреть другую сторону лагеря. Там, по сути, ничего особенного не было. Он быстро обнаружил автомастерскую и здание, которое, должно быть, служило складом оружия. Он также увидел неподалеку еще один травянистый холмик, который, вероятно, служил укрытием для пусковых установок к двум ракетам, о которых говорила Ленор Грейберн.


Всё выглядело очень компактно и хорошо защищённо — почти. Однако Картер по-прежнему был уверен, что сможет изрядно навредить их планам, если только ему удастся выбраться. Вопрос был в том… сможет ли он это сделать?


ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ ГЛАВА


После того как Картер съел обещанную еду и вытерпел осмотр доктора, который вел себя совсем не ласково, он приступил к работе. Через трещину в стене он поручил Джарреллу, а через него и Элизе, следить за интервалами смены охранников в башнях и бункере. Он также велел им следить за любыми охранниками, патрулирующими территорию, и выяснить, сколько человек находится в караульном помещении в конце здания, где они были заперты.


— Может, попробуем сбежать, старина? — прошептал Джаррелл. — Именно, — ответил Картер. — Если я смогу найти способ выбраться отсюда.


Затем он начал осматривать клетку сантиметр за сантиметром. Каменная кладка не внушала ему никакой надежды. Он осмотрел стены дюйм за дюймом, но понял, что здание было построено мастерами, которые знали своё дело. Осталась только дверь. Она была толщиной три дюйма и сделана из дуба. Но петли — тяжёлые и ржавые — находились с внутренней стороны. Их было три, и каждая крепилась четырьмя винтами — большими, толстыми трёхдюймовыми винтами, которые выглядели заржавевшими.


Картер долго рассматривал дверь. Он сам не понимал, зачем. Даже если бы ему удалось выйти через неё, он оказался бы в пустом коридоре с дверями по обеим сторонам, а чтобы выйти из здания, ему пришлось бы пройти через караульное помещение в конце. Но дверь была единственным выходом. Если бы только у него было что-нибудь, что он мог бы использовать в качестве инструмента.


Его пальцы скользнули по поясу. Ремень был толстым, кожаным, с прочной пряжкой. У пряжки был довольно широкий, крепкий язычок. Возможно, его можно было бы отшлифовать...


Он быстро расстегнул ремень и размотал кожу вокруг руки. Он схватил пряжку так, чтобы ее язычок торчал между пальцами, и медленно, методично начал тереть кончик о стену. Это заняло время, но в конце концов ему удалось заточить его до идеально ровного и острого состояния, как у маленькой отвертки. Вопрос заключался в том, хватит ли мощности, чтобы открутить заржавевшие винты.


Он начал с того, что соскоблил ржавчину вокруг головки винта. Только после этого попытался открутить. Казалось, это безнадежно — язычок был слишком узким. Только когда он сточил закругленный угол самой пряжки, заточив его до острого края, винт немного сдвинулся.


— Ну же… ну же, черт возьми!


Так и случилось, и Картер приступил к работе. На улице темнело. Света через окно почти не оставалось. Спустя час после наступления темноты он услышал голоса и шаги. Сначала они открыли дверь Элизы, затем Джаррелла. Картер услышал звон фарфора и звук жестяного подноса — заключенным подавали ужин.


Он пересчитал выкрученные винты — восемь. Только верхняя петля оставалась на месте, удерживаемая двумя винтами, нижняя и средняя петли — только на одном винте каждая. Обнаружат ли они это, когда откроют дверь? Времени вкручивать их обратно не было. В замке повернули ключ.


В одно мгновение Картер собрал винты и бросился на кровать, расположив их в руке так, чтобы их кончики выступали между пальцами, как шипы. Если охранник обнаружит подвох, они станут его единственным оружием.


Дверь открылась. Это был кинолог со своими двумя очаровательными питомцами. Доберманы остались в проеме, пока он ставил поднос на стол. — Мне следует спросить леди Грейберн, приняли ли вы решение? — А если оно у меня есть? — Тогда я ей сообщу.


На долю секунды Картер обдумал ситуацию: если бы его провели к даме без собак, был бы шанс… Но этот парень собирался просто быть посыльным. — Передайте ей, что я всё ещё рассматриваю её предложение.


Мужчина пожал плечами и вернулся к двери. Картер затаил дыхание, видя, как тот остановился, положив руку на край двери, которая слегка покачивалась. Дверь немного прогнулась, но заметил ли это мужчина? — Мой брат был одним из тех, кто находился в фургоне. — Что? — растерянно спросил Картер. — Те парни в фургоне возле квартиры Бриджит Майклс. Один из них был моим братом.


Картер лишь пожал плечами: — Мы все рискуем. — Да… думаю, так и будет. Но надеюсь, вы откажетесь от предложения этой дамы.


Угроза была очевидна. Если Картер скажет «нет», его передадут этому парню и псам. Гамильтон и Грейберн не собирались обременять себя лишними пленными. — Увидимся завтра… дружище.


Дверь захлопнулась. Она скользнула на место, но сверху появилась тонкая полоска света, которой раньше не было. Картер быстро проверил поднос. Столовых приборов не было: пара бутербродов, пакет молока и пластиковый стакан. Ни ножа, ни вилки. Сам поднос был из мягкой жести и бесполезен.


Он снова затянул ремень. После того как он закрутил два винта, он услышал шум из раковины. — Да? — Я не знаю точных цифр, но общее представление есть, — прошептал Джаррелл. — Люди в бункере ушли домой, они работают только днем. Вышли двадцать три человека, вошли только трое. — А что насчёт охраны? — По одному в каждой башне и двое патрулируют территорию. В караульном помещении в конце здания — шесть человек. Смена в башнях каждые два часа, пешие патрули меняются раз в четыре часа. — Хорошо. Который час? — Если предположить, что солнце зашло в половине четвертого, сейчас между девятью и десятью.


Картер быстро произвел расчеты. Наиболее подходящее время — около полуночи. В нескольких лаконичных предложениях он обрисовал Джарреллу ситуацию. — Черт возьми, отлично. Удачи тебе, старина.


Картер вернулся к работе. Предпоследний винт причинил ему невыносимую боль. Пряжка сломалась, и ему пришлось затачивать другой угол. Однако ему повезло — как только он освободил нижнюю петлю, и дверь повисла на одном винте в верхней, он смог потянуть её на себя достаточно, чтобы выскользнуть.


Снаружи коридор был слабо освещен тремя лампочками. Картер уперся ногой в стену и потянул. Он проскользнул сквозь проем, как угорь. Дверь вернулась на место. Дверь в караульное помещение в конце коридора была открыта.


Внутри находилось пятеро охранников. Двое спали, двое играли в карты, последний варил кофе.


Картер расстегнул молнию на штанах и достал «Пьера». Небольшая газовая бомба размером с мраморный шарик казалась сделанной из стекла, но по периметру шла тончайшая трещина — часть чувствительного механизма. Через неё высвобождался бесцветный, мгновенно смертельный газ.


Картер повернул половинки шара до тихого щелчка, покатил его по полу и начал считать. — Эй… что это было? — Я не знаю.


— Оно закатилось под койку Пола... — Будьте осторожны. Это может быть крыса. — Пять...! — воскликнул Картер, захлопнув дверь караульного помещения и навалившись на неё плечом.


Один из мужчин бросился к двери и попытался открыть ее изнутри, но попытка оказалась жалкой. «Пьер» уже работал. Газ в бомбе образовал химическую связь с кислородом в воздухе. Чем больше воздуха вдыхали находившиеся внутри люди, тем быстрее их легкие разрушались изнутри. Весь свободный кислород в помещении становился ядом.


Газ был крайне летучим и распадался в течение десяти минут. Картер подождал еще немного на всякий случай, прежде чем снова открыть дверь в караулку. Все пятеро были мертвы.


Картер действовал быстро. Он пристегнул к бедрам два ремня с кобурами под .45 калибр, как герой вестерна, и подобрал еще один пояс для Джаррелла. Он также снял со стены три пистолета-пулемета. У одного из охранников на поясе висела огромная связка ключей — судя по размеру, от каждого замка в лагере. Он перевесил её себе на пояс, а также забрал наручные часы убитых.


Затем он поспешил обратно по коридору к камере Джаррелла. — Сидни…? — Я готов, старина. Всегда готов, как бойскаут. — Ник…? — позвала Элиза из соседней двери. — Уже иду, — отозвался он. — Теперь твоя очередь.


Третий ключ, который он попробовал, подошел к двери Джаррелла. Тот вышел в коридор с широкой улыбкой. — Ты выглядишь как настоящий мастер фокусов, вроде Гудини... — Нам всем нужно стать Гудини и даже больше, прежде чем эта ночь закончится, — ответил Картер с мрачной ухмылкой. — Ты справишься с этой штукой? — Можешь не сомневаться. К тому же, пока тебя не было, приехал Харли Донн. Он спустился в бункер. — Он их эксперт по связи. Возможно, он прольет свет на вопрос, на который я так и не получил ответа. Убедись, что патрон в патроннике.


Джаррелл застегнул оружейный пояс и проверил автомат. Картер тем временем отпер дверь Элизы. — Боже мой, неужели мы свободны? — воскликнула она, бросаясь ему на шею. — Еще нет, но мы к этому близки. Идем.


Они прошли по коридору. Картер на мгновение заглянул в караулку, заперев её изнутри. — О боже мой, — выдохнула Элиза, заметив неподвижные тела. — Неужели они?.. — Сплошная смерть, — отрезал Картер, протягивая ей один из автоматов. — Но… как? — спросил Джаррелл. — Коммерческая тайна, старый друг.


За тридцать секунд Картер в ускоренном режиме объяснил Элизе, как обращаться с пистолетом-пулеметом. Затем он подошел к окну. — А теперь вытряхните пыль из ушей и слушайте, повторять не буду. Мы незаметно вылезем в окно. Прожекторы снаружи не добивают до задней части зданий, так что будем держаться в тени стен как можно дольше. Наша основная цель — оружейный склад. Затем гараж. Ищите аварийный генератор — у них наверняка есть такой на случай отключения электричества. Вы со мной? — Да. — Понял, — коротко ответил Джаррелл. — Хорошо. Как только доберемся туда, поймете остальную часть плана.


Он передал Джарреллу одни из трофейных часов. — Готовы? — спросил он, открывая створку окна. — Настолько готова, насколько это вообще возможно, — простонала Элиза. — Веди меня, Макбет, — прошептал Джаррелл.


Картер первым высунулся из окна. В этот момент он чувствовал себя капитаном легкой кавалерии, отдающим приказ о знаменитой атаке. Оставалось лишь надеяться, что эта история закончится не так трагично.


ПЯТНАДЦАТАЯ ГЛАВА


Картер припарковал Джаррелла и Элизу за невысоким зданием, которое он принял за склад оружия, и отправился на поиски двух патрулирующих охранников. Бесшумный, как охотничья кошка, он скользил вдоль задней части строений.


Первоначальной его целью был травянистый склон за подземным бункером. Земля там так круто наклонялась к забору, что было трудно маневрировать даже газонокосилкой, и трава не косилась уже несколько недель. Там было достаточно места, чтобы спрятать человека. Отсюда Картер мог беспрепятственно видеть всю территорию.


Два патрульных совершали обход с усыпляющей регулярностью. Каждый проходил свой участок забора под сторожевыми вышками, а затем они встречались на ярко освещенной площадке перед караульным помещением. Там они останавливались, обменивались парой фраз и разворачивались обратно. Весь круг занимал около двадцати минут. Картер терпеливо ждал, позволив им пройти два раунда. Казалось, часовые на башнях не проявляли к патрульным ни малейшего интереса.


Это идеально вписывалось в его планы.


Охранник, патрулировавший сторону ограды, где лежал Картер, прошел менее чем в двух метрах от него. Второй охранник в это время скрылся из поля зрения вышек по другую сторону зданий. Картер выбрал этот момент для атаки. Хорошо, что у них не было собак.


Агент AXE молча снял пистолет-пулемет и отстегнул ремень для переноски. Он обмотал концы тонкого кожаного ремня вокруг рук.


Двое охранников закончили разговор и разошлись. Увидев приближающегося мужчину, Картер прокрался сквозь высокую траву к торцу бункера. Если охранник пойдет прежним маршрутом, он пройдет прямо под Картером по узкой тропинке между серой стеной бункера и забором. За складом оружия у Джаррелла и Элизы, наверное, уже заканчивалось терпение, но у них были четкие приказы: если Картеру не удастся убрать этого человека бесшумно, они немедленно откроют огонь из автоматов. Их целью было нейтрализовать второго патрульного и часовых на вышках, после чего ворваться в бункер.


Но план Картера был изящнее.


Звук тяжелых сапог, хрустящих по гравию, вывел Ника из задумчивости. Но в этот момент шаги прекратились. Картер затаил дыхание. На лбу выступил пот. Неужели этот идиот решил отклониться от маршрута? Секунды тянулись бесконечно долго, пока он не услышал скрежет спички о коробок и не увидел отблеск пламени. Мужчина просто решил покурить.


Шаги возобновились. Картер осторожно поднялся и увидел, как стальной шлем часового проплывает прямо под ним. Картер подтянул ноги, глубоко вдохнул и прыгнул.


Его руки метнулись вперед, кожаный ремень натянулся. Нападение прошло идеально. Ремень захлестнул шею охранника за долю секунды до того, как Картер обрушился на него всем весом. Это не только заглушило крик, но и заставило мужчину выронить оружие, инстинктивно схватившись за горло. Картер ударил его коленом в спину, выводя из равновесия, и прижал к холодной цементной стене бункера, скрестив руки и усиливая хватку. Раздался тихий, сухой треск — у мужчины сломался шейный позвонок.


Картер начал быстро срывать с убитого одежду. Через полминуты он уже был в чужой форме. Спрятав тело в траве и натянув шлем на лоб, он перекинул автомат через плечо и огляделся. Второй охранник как раз проходил мимо дальней башни. Он будет на площадке через пять минут.


Картер направился к центру лагеря. Теперь он был на свету и виден с обеих вышек. Из-под полей шлема он пристально следил за часовыми. Никто ничего не заподозрил — их учили смотреть за периметр, а не внутрь. Дойдя до склада оружия, он юркнул в тень к двери. На ней было два замка: «Yale» сверху и врезной «Richter» снизу. В связке на поясе Картер уже опознал нужные ключи.


— Джаррелл…? — тихо позвал он. — Сюда, — Джаррелл и Элиза вышли из травы. — На одну проблему меньше, — Картер вручил ему ключи. — Вот этот от верхнего, этот от нижнего. — Понял. — Прикрой его, когда он войдет, Элиза, — шепнул Картер. — Попробую, — она нервно сжала автомат. — Нет, не «попробую», — резко прошипел Картер. — Ты это сделаешь! Если на башнях что-то заметят, они спустятся проверить, прежде чем стрелять. И тогда ты их уберешь. Поняла? Она кивнула. Картер повернулся к Джарреллу: — Знаешь, что искать? — Ага. — Хорошо.


Картер исчез в темноте. Он размеренным шагом прошел между зданиями и увидел второго охранника. Тот стоял спиной, расслабившись, и курил. Ник слабо улыбнулся: тяга к табаку стала настоящей эпидемией. Мужчина даже не обернулся. — Это ты, Рафе? — Да, — пробормотал Картер, вытаскивая тяжелый .45. Он перехватил его за ствол. — А я думал, мы договорились перекурить в этом раунде… Черт, какое глупое правило…


Договорить он не успел. Тяжелый приклад обрушился на шею мужчины с глухим стуком. Тот хрипнул и упал. Картер наклонился, откинул его голову назад за край шлема и нанес второй удар — стволом по гортани. Раздев и этого охранника, Картер свернул одежду в узел и побежал обратно к складу.


— Он вошел? — спросил он, присев рядом с Элизой. — Да. Кажется, он открыл заднее окно. Картер скользнул к краю здания. — Джаррелл…? — Тут! Окно… Картер протянул зажигалку сквозь решетку: — Вот, возьми. И одежда. Ник просунул ботинки и части униформы. Внутри вспыхнул огонек зажигалки. — Держись подальше от окон, прикрывай пламя. — Ладно, старина.


Через пять минут Джаррелл вернулся к окну. — Нашел. Ты уверен, что четырех достаточно? — Больше и не надо. Один за другим англичанин выбросил четыре куска пластиковой взрывчатки. — Есть. А детонаторы и взрывные карандаши? — Идут. И зажигалка.


Картер забрал добычу и вернулся к Элизе. — Всё в порядке? — Да… только я почти умираю от страха. — Это хорошо, — подбодрил Картер. — Поможет не сбиться с пути.


Картер проверил автомат. — Ты займи башню слева. Пот заливал глаза. Дверь склада открылась. Часовой на правой башне наклонился, глядя вниз. Картер прижался к стене и навел ствол пулемета ему в грудь. Из склада вышел Джаррелл в форме и со стальным шлемом. Охранник наверху замер, изучая его. Картер уже был готов нажать на спуск, когда Джаррелл небрежно поднял руку и помахал часовому. Тот расслабился, махнул в ответ и отвернулся к забору.


— Фу-у-ух… — выдохнула Элиза. — Согласен, — вытер лоб Картер.


Они направились к гаражу. Окна там были заперты изнутри. Картер обернул рукоятку револьвера курткой и разбил стекло, аккуратно собрав осколки. Открыв окно, он передал Элизе зажигалку. — Знаешь, что искать? — Аварийный генератор. — Вперед!


Она исчезла внутри. Картер снова надел куртку, рассовав взрывчатку по карманам. — Ник…? Он здесь. Выглядит как на схеме. — Нашла автоматическое подключение? — Да. Квадратная коробка на стене, четыре провода и выключатель. — Отлично. Когда внешнее питание пропадет, сработает реле. Твоя задача — просто дернуть ручку и вырубить его. Справишься? — Д-да… — голос её подрагивал. — Встретимся у бункера, — кивнул Картер и оставил её.


Он прошел вдоль забора к бункеру. Увидев Джаррелла, идущего к центру площади, он вышел ему навстречу. Они встретились в круге света, как их предшественники. — Генератор? — спросил Джаррелл. — Нашла. Вот две тебе, две мне. Они незаметно обменялись пакетами пластида и детонаторами. — Настройка времени? Картер сверился с часами. — Первый заряд на 2:05, второй на 2:09. Если они решат прыгнуть, то ничего не выйдет. — Принято. Удачи. — Дело не в удаче, старина… дело в точности!


Они разошлись. Картер бегом обогнул бункер и направился к углу забора, где стоял высокий столб с трансформаторной коробкой. Он быстро прикрепил первый пакет взрывчатки к основанию столба и достал взрывной карандаш.


В темноте было почти невозможно разглядеть мелкие цифры на циферблате механизма регулировки. Картер осторожно подкрался ближе к одной из полос света, которые стационарные прожекторы отбрасывали на лагерь, и остановился на ее краю, где света было ровно столько, чтобы видеть.


– … пять … четыре … три … два … один … ноль. Вот!


Когда маленький часовой механизм в его руке начал тикать, он подбежал обратно к столбу, прикрутил детонатор к концу карандаша и воткнул его в «тесто» пластида. Убедившись, что он застрял, он побежал обратно к бункеру. Перейдя на более неспешный шаг, он достал второй взрывной карандаш и выставил его на отметку «9.1». Полминуты. Держа в одной руке пакет с взрывчаткой, а в другой — готовый к использованию заряд, он приблизился к сторожевой башне.


В двадцати метрах от башни он посмотрел вверх. Он не видел охранника, но сквозь щели между половицами разглядел тень мужчины на той стороне платформы, которая была обращена к ограждению. Оказавшись перед башней, он развернулся и прыгнул под неё. В одно мгновение он нащупал точку X, где крепились две поперечные распорки, удерживавшие четыре длинные опорные ножки, и разместил заряд прямо на пересечении. Он вбил детонатор в отверстие и, совершив два длинных прыжка, выскочил наружу, продолжив свой обычный патрульный шаг к середине освещённой площади, где как раз увидел Джаррелла, идущего к нему с другой стороны.


Они встретились, на мгновение замерли, а затем снова расстались. На этот раз Картер последовал по обычному маршруту патрулирования к главным воротам, а оттуда вдоль забора к бункеру. Только когда он оказался на месте, он взглянул на часы. Осталось три минуты. До центра площади было две минуты ходьбы. Он огляделся в поисках Джаррелла. Да, он был там. Картер поспешил обратно.


Они встретились в центре площади, как и прежде. Картер увидел широкую, полную ожидания улыбку на губах Джаррелла.


– … четыре … три … два … один … бах!


Они стояли посреди площади, держа автоматы на уровне бедер. Оба задержали дыхание ровно на три секунды, прежде чем раздались ожидаемые взрывы.


Первой рухнула башня Джаррелла. Пластиковая взрывчатка просто отбросила все четыре опоры в стороны, и сама платформа с грохотом обрушилась. Крики ужаса охранников были полностью заглушены вторым взрывом, когда взорвалась и башня Картера. Удивительно, но охранник во второй башне, похоже, выжил и после взрыва, и после падения. Он выполз из-под обломков и побежал к ним, отчаянно размахивая руками.


Внезапно из смотрового отверстия в стальной двери бункера в их сторону ударил луч света. Тот, кто смотрел наружу, увидел лишь двух охранников, стоящих посреди площади с автоматами в руках.


— Мне дать ему мазь? — прошипел Джаррелл. – Пока нет. Будем надеяться, что они подумают, что произошел несчастный случай. Если мы откроем огонь до наступления темноты в лагере, это может не произвести такого же пугающего эффекта. — Да ладно, — прорычал Джаррелл. — Почему, чёрт возьми, эта дрянь не взрывается?


Почти как ответ на вопрос, из двух мачт на противоположных концах лагеря раздались два оглушительных взрыва, и вокруг них воцарилась кромешная тьма. Под покровом темноты Картер и Джаррелл, двигаясь в разных направлениях, бросились к бункеру. На бегу Картер пытался представить, о чём думают люди за стальной дверью. Взрыв на складе...? Где остальные охранники? Почему отключилось электричество... и почему аварийный генератор не запустился автоматически?


Тишина была тревожной и, казалось, длилась вечно. И тут — возможно, именно из-за абсолютной тишины — охранники в бункере приняли решение. Картер услышал, как отодвинули тяжелые железные засовы. Дверь открылась. Услышав звук топота железных сапог по цементу пандуса, Картер полуповернулся к зданию мастерской и зарычал во весь голос:


– Элиза!


Из мастерской доносилось жужжание — нарастающий гул, — и внезапно из открытой двери хлынул свет, отчетливо вырисовывающийся на фоне двух мужчин на пандусе. Картер сразил их обоих шквальным огнем, одновременно услышав, как заработал автомат Джаррелла.


— Избавьтесь от него! — крикнул Картер, уже поднявшийся на ноги. — Убирайтесь!


Джаррелл расправился с последним охранником башни, а Картер убил двоих из троих, которые находились в бункере. Теперь внутри остались только Ленор Грейберн, Харли Донн и еще один неопознанный мужчина.


Они бок о бок спустились по пандусу, выпрыгнули из двери и бросились в атаку, словно заранее отрепетировали это. Картер прыгнул влево, а Джаррелл — вправо, оба подняли пулеметы. Третий мужчина находился всего в тридцати метрах от них, за пультом управления, и с безумным рёвом крутил маховик. Увидев их, он тут же потянулся к кобуре.


Картер и Джаррелл выстрелили одновременно. Он упал с криком, его ноги подкосились. Он с глухим стуком рухнул на бетонный пол, всё еще пытаясь достать свой пистолет калибра .45, но Картер положил всему конец шквалом 9-мм пуль.


На долю секунды они замерли. Затем снова начали двигаться. — Ты займи двери справа, я — слева, — Картер сердито посмотрел на Джаррелла. — И береги себя.


Он выбил первую дверь, прыгнул сквозь неё, готовый к тому, что на него обрушится огонь. Такого не было. Он услышал, как Джаррелл сделал то же самое в соседней комнате. Они медленно продвигались по коридору, пока не осталось всего две двери — одна справа и одна слева. Картер знал, что именно в комнате справа состоялся его разговор с леди Грейберн.


— Давай начнём с этого, — прошептал он и опустился на колени у двери справа. — Это моя сторона, — сказал Джаррелл, готовясь к прыжку. — Я просто надеюсь, что эта кобыла там.


Картер уже собирался что-то сказать, когда дверь позади них медленно открылась. Время словно остановилось. Картер резко развернулся, направляя ствол на дверь. Джаррелл ударом ноги отбросил дверь внутрь кабинета.


Харли Донн, с пепельно-бледным лицом и огромными за стеклами очков глазами, вывалился в коридор, подняв руки. По его щекам текли слезы.


— Вниз! — крикнул Картер. — Укройся!


Не успел он произнести приказ, как в кабинете леди Грейберн разразился взрыв. Ударная волна ударила Картера по затылку, словно кувалда. Краем глаза он увидел, как стена позади него выгнулась и рухнула прямо на него. В то же мгновение ему показалось, будто пол под ним разверзся, и его затянуло в бездонный, кромешный колодец...


ШЕСТНАДЦАТАЯ ГЛАВА


— Ник… Ник… Поговори со мной, Ник!


Первые два раза, когда он пытался открыть глаза, у него кружилась голова, но в третий раз, сквозь клубящуюся завесу тумана, он увидел прекрасное лицо Элизы Пирсон прямо над собой.


— Ник… — Да… похоже, я всё ещё жив.


Он попытался поднять голову с ее колен и сесть, но внезапная боль, пронзившая все его тело, заставила его снова опуститься.


— Эээ… — Расслабьтесь, — сказала она, и Картеру показалось, что её голос доносится издалека. — Я не думаю, что вы что-то сломали, но вся ваша спина в крови и мелких ранах.


— Помоги мне подняться. Ему это удалось — постепенно, — и наконец он, покачиваясь, встал на ноги. Одним из первых, кого он увидел, был Харли Донн, сидящий, скрестив ноги, как Будда, у обломков стены. — Как долго он так сидит? — спросил Картер, указывая пальцем. — С тех пор, как я сюда прибежала. Он три или четыре раза крикнул: «Не стреляйте!», и это единственное, что он произнес. — Он не приближался к радиостанции? — Нет, он не сдвинулся с места. — Где Джаррелл?


Теперь настала очередь Элизы дрогнуть. — Он... он... там.


Ее тон сказал ему всё: Сидни Джаррелл мертв. Тем не менее, Картер заставил себя пройти по коридору к тому месту, где когда-то был кабинет Ленор Грейберн. Теперь от комнаты остались одни руины. Причиной могли быть гранаты — Картер предположил, что она связала две вместе.


От Сидни Джаррелла и Ленор Грейберн осталось немногое — лишь то, что указывало на пол погибших. Она, должно быть, ждала у самой двери, сжимая гранаты с выдернутой чекой. Вероятно, надеялась убить обоих, и ей бы это удалось, если бы тело Джаррелла частично не защитило Картера от основной ударной волны. Ленор Грейберн осталась фанатичкой до самого конца.


Картер, пошатываясь, вышел обратно в коридор. — Он был хорошим человеком, — пробормотал он. Элиза молча кивнула.


Картер нашел свой .45-й, вылетевший при взрыве, подошел к Харли Донну и приставил дуло к его уху. — Нет… ради Бога! Не стреляйте! — Ты видел, что там от них осталось? — Да… да… о, боже мой… — А теперь я хочу, чтобы ты ответил на вопросы, Харли. И я хочу слышать правду. Понял? — Да… да… я ничего не делал! Меня заставили… — Мне плевать на твои мотивы, Харли. Это в прошлом. Меня интересует будущее.


По приказу Картера человечек поднялся. Страх перед .45-м калибром заставлял его двигаться с невероятной скоростью. В уцелевшей передней части бункера Картер подвел его к самому мощному передатчику. — Садись. Ты умеешь этим пользоваться? — Д-да… я всё это устанавливал.


Ник Картер дал четкие инструкции. Он не был экспертом в спутниковой связи, но знал достаточно, чтобы понять, если его попытаются обмануть. С пистолетом у шеи Харли Донн и не помышлял о хитрости. Картер продиктовал коды прямого доступа к линии связи с Вашингтоном, а затем — код переадресации в центр безопасности на Дюпон-Серкл.


Пока шла передача, Картер допрашивал Донна. — Да, всё готово, — нервно отвечал тот. — Адмирал Гамильтон будет руководить всем из штаб-квартиры в Мэне. Там целый этаж дома переоборудован под такой же узел связи. — Неудивительно, что мой муж не хотел, чтобы я приближалась к дому в Мэне, — пробормотала Элиза. — А это место? — рявкнул Картер. — Резервный командный пункт? — Да… но это также был наш центр в Европе под началом леди Грейберн. — Кто отдает окончательный приказ? — Адмирал Гамильтон. В момент запуска ракет с «Шарка» я должен заблокировать все частоты отсюда, кроме одной — частоты адмирала. Он сам проинформирует НАТО и Запад о случившемся.


Картер прикусил губу. Ситуация была патовой: у Запада не останется выбора — либо нанести ответный удар по СССР, либо быть уничтоженными советским возмездием за атаку «Шарка».


Внезапно из динамика раздался знакомый голос. Картер схватил микрофон. После обмена кодами с Хоуком, Картер кратко изложил суть дела. — У нас готов штурмовой отряд в Японии, — сказал Хоук, анализируя данные. — Нейтрализовать «Шарк» несложно. — Да, — перебил Картер. — Но только если Гамильтон не отдаст приказ об атаке в ту секунду, когда увидит наших бойцов. Мы должны сначала ударить по штабу в Мэне. — Вы уверены, что Гамильтон не знает о том, что произошло у вас? Картер взглянул на Донна. Тот замотал головой: — Нет. Не было времени. Связь всё еще показывает «постоянный сигнал», он думает, что всё в порядке. — Это безопасно, сэр, — подтвердил Картер. — А что с миссис Пирсон? — Она здесь. — Спроси её, есть ли способ попасть в дом в Мэне без лобовой атаки?


Элиза нахмурилась: — Есть один путь. Дом построил контрабандист после Войны за независимость. От пляжа ведет подземный туннель. Мы с отцом нашли его, когда я была маленькой. Там было два входа... — Ты сможешь их найти? — Картер невольно сжал её руку. — Думаю, да.


Картер снова заговорил в микрофон, набрасывая план Хоуку. — Это возможно, — ответил Хоук. — Свяжитесь с SIS, пусть британцы пришлют своих лучших людей зачистить вашу текущую базу. Мы не знаем, сколько еще агентов Гамильтона в Скотланд-Ярде. — Я займусь этим, N3. — И мне нужен «Харриер», — Картер сверился с часами. — Сейчас три ночи. Если вылетим в четыре, будем в Мэне к двум-трем часам по местному времени. Там еще будет темно. И мне нужен отряд морпехов на подхвате.


Картер продиктовал список необходимого снаряжения и отключился. — У меня были здесь друзья, Харли… — он покачал головой на вопросительный взгляд Донна. — Я про стилет и «Люгер». — Если их забрала леди Грейберн, они в её кабинете.


— Следи за ним, — приказал Картер Элизе, вручая ей автомат. — Попытается нажать лишнюю кнопку — выпускай весь магазин. Элиза решительно кивнула.


Картер вернулся в руины кабинета. Потребовалось пятнадцать минут, чтобы среди обломков найти Хьюго и Вильгельмину. Там же он обнаружил толстую книгу в кожаном переплете — списки членов «Турнира» по всему миру. — Думаю, это конец их сети, — сказал он, бросая книгу перед Донном. — Я никогда её не видел, — пролепетал тот. Картер быстро нашел в книге имя Донна по его коду. Он улыбнулся: теперь специалисты AXE смогут вскрыть всю организацию одним ударом.


Рев реактивного двигателя заставил его броситься к двери. В центре лагеря, между казармами, совершал вертикальную посадку британский истребитель Harrier.


СЕМНАДЦАТАЯ ГЛАВА


Ник Картер взглянул на свои водонепроницаемые наручные часы. Было 3:31 утра по времени восточного побережья Соединенных Штатов.


— Я готов. — Да, это уж точно, — только и смог сказать Картер.


Черный костюм водолаза сидел на Элизе так, словно был нарисован, выгодно подчеркивая каждый изгиб её тела. Светлые волосы были скрыты под облегающим черным капюшоном, и только её лицо светилось белым овалом в тусклой кабине.


— Что-то не так? — Только макияж. — Мой макияж? — Она невольно поднесла руки к лицу. — На мне его нет. — Именно так, — сказал Картер, доставая маленькую баночку.


Он открутил крышку. Элиза сморщила нос: — Господи, что это? — Наверное, лучше не вдаваться в подробности, но называй это «черной тарабарщиной», — рассмеялся Картер, обмакивая пальцы в липкую массу. — Хорошо нанеси на лицо и руки. Сохнет мгновенно.


Две минуты спустя они стояли перед зеркалом — угольно-черные фигуры с головы до ног. Картер был вооружен до зубов: «Вильгельмина» в водонепроницаемой кобуре с глушителем, стилет «Хьюго» на бедре, тяжелый нож Fairbairn-Sykes и сумка с гранатами, фосфорными бомбами и пластидом. Главным калибром был 9-мм «Узи» со снятым прикладом — компактная смерть длиной всего 17 дюймов.


— Когда я смотрю на тебя, я чувствую себя почти голой, — заметила Элиза, поправляя за поясом 7,65-мм «Вальтер». — Тебе не обязательно идти со мной до конца, — сухо напомнил Ник.


Прежде чем она успела ответить, в дверь каюты заглянул капитан Арнольд Уэстон. Его юношеское лицо скрывала густая рыжая борода. — Вам пора на палубу. Мы в пяти милях к востоку от мыса Ла-Круа. — Спасибо, капитан. Как там море? — На поверхности скверно, но на глубине вы ничего не заметите. — Хорошо, — кивнул Картер Элизе. — Пошли.


С мостика через приборы ночного видения они видели дом, стоящий на обрыве в 150 метрах от пляжа. Берег был каменистым и неприступным. Подводный скутер был единственным шансом подобраться незаметно.


— Удачи, — тихо сказал Уэстон, когда скутер спустили на воду.


Картер скользнул в воду. — Держись за ручку, — скомандовал он Элизе. — Я управляю. Постарайся повторять мои движения. — Звучит просто. Ник…? А что, если Гамильтон успеет отдать приказ «Шарку»? — Тогда остается надеяться, что наши в Японии перехватят сигнал и ударят первыми. — А если нет? — Тогда мы об этом уже не узнаем.


Он нажал кнопку пуска, и винты погнали скутер в глубину. В ста метрах от берега Картер выключил приборы и всплыл на поверхность. — Как тебе? — прошептал он. — Мы чуть выше по берегу, но это не проблема.


Они избавились от баллонов, проткнув поплавок скутера, чтобы тот затонул. Последние метры до камней они преодолели вплавь. В обтягивающих гидрокостюмах они сливались со скалами. Сменив ласты на ботинки, они начали восхождение.


— Где мы? — прошептал Ник. — В девяноста метрах ниже дома. Там, где скала обрывается — начинается сад. — Если есть часовой, он будет на краю.


Элиза двигалась как горная коза, и Картеру порой было трудно за ней успевать. Внезапно она остановилась: — Мы почти на вершине. Всего двадцать метров до края. — А вход? — Где-то в тех кустах.


Картер осторожно выглянул за край обрыва. Часовой в зеленом брезенте с М-16 стоял всего в двадцати метрах. Позади высился силуэт дома. Охраны было много, и они были начеку.


— Там полно людей, — прошептал он, вернувшись к Элизе. Она лишь улыбнулась: — Я нашла вход. Он завален оползнем, поэтому я его сразу не увидела.


Как две тени, они проскользнули к завалам. Картер широким ножом аккуратно раздвинул валуны, надеясь, что шум прибоя заглушит звуки. Через пятнадцать минут они были внутри темного туннеля.


— Теперь можно включить фонарь, — сказала Элиза после пары поворотов. Туннель привел их к шаткой деревянной лестнице. — Наверху люк, — проинструктировала она. — Через него попадешь в узкое пространство, в конце — потайная дверь. Ручка слева вверху. С той стороны — винный погреб. Увидимся через час.


Картер быстро поцеловал её и полез наверх. Дверь, замаскированная под винный стеллаж, предательски скрипнула. Ник замер, но услышал лишь шуршание крыс. Он вспомнил план дома: главные спальни в западном крыле, там же радиоузел в гостиной.


В конце подвала он нашел лестницу к кухне. Приоткрыв люк, он увидел лейтенанта флота, жующего бутерброд под пиво. Картер спустился обратно, поймал в мешок крысу и снова открыл люк. Когда офицер отвернулся к холодильнику, Ник выпустил грызуна. Лейтенант в ужасе отпрыгнул к столу, следя за крысой. Он не услышал, как за его спиной вырос Картер с рояльной проволокой в руках.


Тело офицера отправилось в подвал. Картер поднялся по задней лестнице и нашел комнату адмирала. У двери стояли двое часовых. «Вильгельмина» кашлянула дважды, как будто открыли шампанское. Тела мягко упали на толстый ковер.


Картер ворвался в комнату. — Что…?! Гамильтон, в расстегнутой рубашке, бросился к тумбочке, где стояла черная коробка с красной кнопкой. Пуля Картера попала ему в плечо, отбросив к стене. Ник подскочил к коробке — это был пульт запуска.


— Картер…? — прохрипел адмирал. — Прикажи своим людям сложить оружие, и останешься жив. — Иди к черту!


Пуля попала Оуэну Гамильтону точно в переносицу. С ним было покончено. Картер трижды мигнул светом в окне — сигнал для Элизы. У него оставалось пять минут.


Он ворвался в радиорубку в гостиной. Трое связистов не успели даже вскрикнуть. Двое в креслах и один у стола были уничтожены мгновенно. Картер запер двери и сел за телеграфный ключ.


Короткий сигнал: два длинных, один короткий, три длинных. «Вперед!». Команда ушла в Японию. В тот же миг за окном вспыхнула белая ракета Элизы. Ночь взорвалась светом прожекторов, гулом вертолетов и грохотом взрывов — морпехи пошли на штурм.


В дверь начали ломиться. Картер полоснул по дереву длинной очередью из «Узи». Вставив новый магазин, он встретил тех, кто попытался ворваться. Шестеро легли у порога, еще двоих на лестнице настигла граната.


В доме наступила тишина. Снаружи еще гремели выстрелы, но здесь всё было кончено. Через пятнадцать минут динамик протрещал морзянкой: «Готовы?» Картер отстучал ответ: «Всё чисто».


В дверях появился рослый морпех. — Территория под контролем, сэр. — Женщина? — Невредима.


Картер улыбнулся и закурил. План «Рыцарского турнира» провалился, ядерный апокалипсис отменен. Он подумал, что заслужил отпуск. И очень надеялся, что Элиза Пирсон с ним согласится.


Конец.


О надвигающейся катастрофе

Когда американскую атомную подводную лодку захватывают, вполне естественно, что в дело вмешивается Ник Картер. Но, отслеживая подводную лодку по пути в Советский Союз, он сталкивается с чередой смертей и смертельных покушений на себя, которые ясно показывают, что на кону стоит гораздо больше, чем кажется на первый взгляд…

Возглавляемая фанатичным безумцем группа террористов стремится развязать Третью мировую войну. N3 должна остановить их всеми имеющимися в их распоряжении средствами, прежде чем они превратят Землю в дымящуюся груду обломков…


«Ник Картер — Мастер убийств» — это сборник остросюжетных шпионских романов, где напряжение играет первостепенную роль. 261 книга написана разными авторами под общим псевдонимом Ник Картер, который также является именем главного героя книги, агента N3 американского разведывательного агентства AXE. Ник Картер одинаково искусен как в охоте на преступников, так и в соблазнении женщин, и книги полны экшена.